— Ты уверена, что выходишь замуж за эльфа, а не за гоблина? — спросила моя сестра Амалия, внимательно оглядывая родственников жениха. — Вон тот мордоворот из процессии — точная копия Гхарра Зеленого в увеличенном масштабе, зуб даю!

— Как будто у меня был выбор… — расстроенно отмахнулась я.

— Да ладно тебе, Элария. Стерпится, слюбится. Не знаешь, что ли? Хотя я тоже волновалась, когда замуж выходила за графа, но как видишь все хорошо.

Я горько усмехнулась. Она не знает, что я сделала прошлой ночью.

— Твой любимый муж — уважаемый человек, а не эльфийский принц с сомнительной репутацией, будущий король Эландриэля, — проговорила себе под нос.

Слова сестры доносились до меня, будто через плотный слой ваты. Мучило похмелье, жутко болела голова и немного саднило между ног. Может и хорошо, что я почти ничего не помнила о своей первой ночи. Вчера я намеренно сделала все, чтоб сорвать эту проклятую свадьбу с ушастым принцем, лишь бы ему не достался мой дар.

Улизнула из комнаты и нашла подходящий трактир с номерами, там изрядно напилась и кого-то склеила. Из-за опьянения, почти ничего не осталось в памяти. Но я уверена, что тому парню мой дар пригодится гораздо больше, чем эльфийскому подонку.

Хотя, кое-что я все же запомнила. Особенно крупный шрам в форме звезды на упругой мужской ягодице, когда он резко врезался в меня, выбивая изо рта беспорядочные стоны. Сжимать ее было очень приятно.

И бурю оргазмов, от которых периодически теряла сознание. Рано утром я уползла из трактира, оставив незнакомца досыпать в темноте. Когда открывала дверь в номер, свет из коридора тонкой полоской упал на кровать. Простынь, в том месте, где лежала я, была испачкана девственной кровью и больше походила на место битвы, чем постельных утех. Мне даже на миг стало страшно от своей безрассудности, ведь этот мужик мог сделать со мной что угодно!

А уж как замучились горничные замазывать засосы на моей шее, многозначительно переглядываясь друг с другом! Похоже, случайный любовник обладал пламенным темпераментом. Вот магия огня ему как раз и будет кстати.

Я удивлена, что до сих пор не донесли отцу. Думала, он сразу отменит свадьбу, но почему-то этого не произошло. Он вообще не спешил приезжать в храм. Само собой. Младшая из семи дочерей, разменная монета в политической игре, носительница редкого дара, но далеко не уникальная. Последняя, что была до сегодняшнего дня не замужем. Та, кого не жалко отдать даже ушастому садисту за мешочек золотых. Ему было попросту плевать на меня.

— Конечно, за эльфа, ты разве не видела его на магическом кри… — я рассеянно подняла взгляд, и тут же сама заметила того, о ком говорила сестра.

Нет, все остальные члены эльфийской свадебной делегации представляли собой обыкновенных эльфов: высокие, изящные, с утонченными чертами и надменными лицами. Они окидывали храм Богини Лиорет пренебрежительными взглядами так, будто он сделан не из белого дорогого мрамора, а из сухих коровьих лепешек, сложенных друг на друга нестройной кучей.

Однако одна фигура сильно выделялась на фоне остальных. Этот эльф, хоть и был одет по последней моде в шикарный белый костюм с бутоньеркой в петличке, но громоздко возвышался над остальными. Его плечи были в половину шире, чем у других представителей расы, торс — массивнее, выражение лица — злее, а кулаком он мог бы, казалось, легко перешибить колонну, на которой держалась крыша храма. Из-под нависших надбровных дуг гигант взирал на окружающий мир с плохо скрываемой яростью.

— Ужас какой! — пискнула я, увидев того, о ком говорила сестра. Как назло, именно в этот момент странный эльф посмотрел на меня. Яростная буря, клокотавшая внутри синего взгляда, сменилась удивлением, выражение лица из злобного стало поразительно безразличным. Это Чудовище будто успокоилось по непонятной мне причине. А вот его взгляд…

От него по телу прошлась жаркая волна. Свадебное платье впилось в грудь, дышать стало тяжело, все вокруг пошатнулось. А, на самом деле, это я сама едва не упала, если бы не рука сестры.

— Элария? Что случилось? Тебе нехорошо?

Спохватилась она, протягивая стакан воды. Я, не глядя, сделала глоток, нашла в толпе того нелепого эльфа.

Он… пожирал меня глазами! Бессовестно, нагло, порочно. Так могут смотреть на женщину, которая вот-вот окажется в твоей постели, а не на невесту принца его народа. Почему? Как он может позволять себе так вести себя, когда я вот-вот…

— Леди Элария Больт, — пока я пыталась переварить присутствие в делегации эльфов этого гоблиноподобного урода, ко мне подкрался жених. Пепельные волосы его были заплетены в две красивые косы над ушами, он был одет в белый праздничный костюм, почтительно поклонился, встав напротив меня.

— Его Высочество Таурион Сильвандир, — я присела в реверансе. Принц оказался именно таким, как на магическом кристалле, который мне показывал отец в день помолвки. Красивым. Жестоким. Вместо глаз — два холодных куска льда.

— Встаньте, моя будущая супруга. Давайте, поскорее все это закончим, мне не терпится побыстрее достать конфетку из этой обертки, — он прошелся липким многозначительным взглядом по моему полупрозрачному платью. Испорченное кровью белье я проигнорировала, другого, достойного свадьбы, у меня не было, остались только тонкая атласная сорочка и крохотные белые трусики. Поэтому сейчас Таурион мог видеть очень многое сквозь тонкое кружево белоснежного наряда.

Ха! Конфетку он собрался разворачивать! Кое-кто ее уже слопал! Жаль, я совершенно не помню подробностей. Но судя по реакции тела, лопали долго и со вкусом. Возможно даже со знанием дела.

Я вопросительно подняла тонкую бровь.

— Конечно, милый будущий супруг. Ничего не имею против, — обворожительно улыбнулась, подмечая, как из-за колонны мгновенно появляется жрец, и как остальные эльфы, выстраиваются полукругом за спиной своего принца.

Тот огромный гоблин тоже был здесь. Но он игнорировал происходящее со скучающим выражением на лице.

Отец так и не пришел. Что ж. Может, это и к лучшему, он не станет свидетелем своего позора.

— В этот весенний день… — начал речь жрец, но Таурион высокомерно поднял ладонь, прерывая его речь.

— Простите, милейший. Сначала нам нужно удостовериться в наличии дара у невесты, — он произнес это с хищной интонацией.

Судя по деловому тону, он был уверен в том, что вот-вот станет сильнейшим магом эльфийской династии, мысленно примеряя на себя корону. Ну, кто бы сомневался, ушастый принц бы не женился на ком попало без проверки. На то и был мой расчет.

Очень уж хотелось посмотреть, как изменится выражение его лица, когда он поймет, что никакого дара ему не светит.

Сузив и без того хищный разрез глаз, Таурион достал белый шарик. Известный артефакт, который я однажды уже держала в руках, в самом детстве. Тогда он ярко запылал оранжевой дымкой, указывая на то, что я являюсь носительницей огненного дара высшей величины.

Я с готовностью протянула ладони, сложив их горстью. Шарик опустился в «лодочку» и остался белым. Вокруг раздались сочувствующие вздохи, моя сестра, стоящая рядом, резко побледнела и посмотрела на меня с испугом.

— Что ты сделала? — произнесла она одними губами, но мне некогда было отвлекаться на нее. Я смотрела во все глаза на «будущего супруга».

Принц расплылся в кривоватой улыбке.

— Что это? Почему не срабатывает? — ледяные голубые глаза мерзко забегали. Он терял контроль над ситуацией, и было видно, как Тауриона это раздражает. — У кого-то есть артефакт проверки? Дайте другой.

Я подняла взгляд, ожидая реакции зрителей со стороны эльфов.

Эльфйиский гоблин, прежде спокойно возвышавшийся над толпой, вытащил из-за пазухи новый шарик, протянув его принцу. Его руки были затянуты в белые перчатки, как и у самого принца.

— Спасибо, мерзкий уродливый братец, — своеобразно ответил Таурион и снова повторил трюк с шариком. Ответ остался тем же.

— Я требую объяснений! — некрасиво взвизгнул эльф. — Куда делся мой дар?!

Тут уже настала моя очередь говорить.

— Не знаю, — независимо пожала плечами. — Вчера я отдала его. Решила, что так будет лучше для наших народов.

— Ты!.. — уже не скрываясь заорал принц. Жрец, все это время стоящий между нами у алтаря, решил, что сейчас будет безопаснее спрятаться и начал залезать под мраморный стол, на котором стояли всячески обрядовые атрибуты.

— Я! Насколько мне известно, в Империи людей больше нет подходящих девиц с сильным даром. На какое-то время Эландриэль будет в безопасности.

— Ах ты, шлюха, — он угрожающе шагнул ко мне, замахиваясь для удара. Я зажмурилась. Но звука пощечины так и не случилось.

Руку эльфа перехватило Чудовище, немыслимо быстрым образом возникшее рядом с алтарем.

— Таурион, это плохо скажется на твоей репутации, — произнес хриплым басом его брат.

Я нервно сглотнула, затравленно переводя взгляд с одного принца на другого. Как они могут быть родственниками?! Да, цвет волос один, но комплекция совершенно разная, и этот массивный эльф… кажется, был хорошим, несмотря на отпугивающую с первого взгляда внешность, ведь он заступился за меня.

Принц зашипел как кобра, которой не дали вонзиться клыками с ядом в добычу. Потом он медленно пробежался по мне взглядом.

— Такая мелкая. Могла бы стать моей. Я умею любить женщин, в отличие от него.

Улыбнулся хищно и зло.

— Милая будущая супруга, кажется, не в курсе наших брачных обычаев, Дрэгоэль. Что скажешь? Подберешь за мной объедки? Ты ведь всегда так делал, верно?

О чем он говорит? Я оглянулась на сестру, стоящую рядом, но та вообще потеряла дар речи, лишь бестолково хлопая глазами на сложившуюся ситуацию. Жрец плавно вылез из-под мраморной столешницы, поправил мантию и затараторил:

— Согласно эльфийским брачным обрядам, если невеста не устраивает, ее можно отдать родственнику, если тот согласится ее взять, — старичок глянул на меня сочувственно.

— П…погодите!

— Я согласен, — пробасил высокий гоблиноэльф, вогнав мое сердце в пятки от страха.

Ну и как я буду делить постель… с этим?

Дрэгоэль

Я проснулся в привычном одиночестве. Исчезновение ночной бабочки не стало для меня сюрпризом, хоть я и ощутил неприятный укол в районе сердца, когда открыл глаза.

Казалось, она по-настоящему наслаждалась этой ночью вместе со мной, но ушла, как и остальные. А мой зверь жаждал продолжить доставлять ей удовольствие и утром. Великое Древо, да кого я обманываю? Ее запах, движения, стоны. Стоило вспомнить, как член под одеялом зашевелился, придя в готовность. Я раздраженно рыкнул садясь. Бросил взгляд на тумбочку, где лежал кошель с золотом.

Он остался на месте! Нахмурился, вспоминая прошлую ночь.

Малышка настолько раззадорила моего внутреннего сексоголика, что он просто помешался. Все вокруг исчезло, осталось только одно желание: трахать ее, пока она не потеряет сознание от удовольствия, а потом повторять по кругу.

Прежде, чем встать, я дал себе минуту насладиться ускользающими воспоминаниями. Она великолепно сыграла неопытную девушку, которой для храбрости необходим был алкоголь. Пока нес ее в номер, чуть не кончил, когда малышка потянулась к моему уху и принялась беззастенчиво посасывать мочку и шептать что-то про «такие странные длинные уши», обдавая меня алкогольными парами. Казалось, я решил воспользоваться ее положением, но ведь она была элитной шлюхой, а значит прекрасно знала, на что шла.

Едва занес девушку через порог, как устремился к кровати, сказав ей немедленно раздеться. С меня штаны слетели быстрее, чем успел подумать об этом. За ними последовали сюртук, рубашка и сапоги. С громким рыком повернулся, готовый срочно погрузиться в нее, но замер, когда узрел нереальную красоту.

Она стояла без платья, в одном шикарном эльфийском белье. Тонкое кружево мало что скрывало, пояс от чулок подчеркивал осиную талию, мягкий лиф обхватывал грудь, за тонкой сеточкой виднелись аккуратные розово-коричневые соски. Не отдавая себе отчета, одним движением оказался уже нависающим над ней. Мне хотелось вылизать каждый сантиметр девичьего тела, чем я сразу и занялся. Она постанывала, зарывая маленькие ладошки в моей гриве, когда я коснулся соска, втянув его в рот, бабочка изогнулась, трепеща в моих руках как лист на ветру.

Думаю, я играл с сосками несколько минут прежде, чем двинулся ниже, скользя грубыми пальцами по нежной девичьей коже. Бархатные бедра легко раздвинулись мне на встречу, когда отодвинул в сторону тонкую полоску кружева и впился в нее ртом. Обычно я этого не делаю, но эта шлюха оказалась настолько искусна в своем притворстве, что я едва не поверил в ее реальную невинность. Хотелось как-то ее подготовить, прежде чем начну воплощать все свои жадные фантазии.

Солоноватый терпкий вкус играл на языке, когда вылизывал ее будто истощенный зверь, добравшийся до водопоя во время засухи. В какой-то мере я именно им и был.

Помню, что она быстро затряслась от наслаждения, болтая какую-то мало связную чушь. Но среди этих слов проскользнуло что-то вроде «возьми меня сейчас же», и я не дал себя долго упрашивать. А дальше все смешалось в сладкую череду ярких впечатлений. Ее порочный рот на моем члене, влажные глубокие проникновения, искусанные губы и мое бесконечное желание обладать этой женщиной без остатка! Горячечный туман застилал мозги, вынуждая раскрываться чуть больше, чем обычно, отдавать всего себя, клеймить жаркими поцелуями и брать, раз за разом кончая внутрь, когда, казалось бы, уже давно был пуст.

Тем не менее эта чудесная ночь закончилась, и я заснул, впервые за последние дни по-настоящему крепко, не ощущая внутри раздирающего присутствия того, кого называл Зверем.

Я откинул одеяло и замер, пытаясь осмыслить увиденное. По всей простыне были разбросаны кровавые смазанные пятна. В горле образовался тугой комок. Это… все сделал я? Откуда столько крови? Отчетливо всплыли воспоминания о ночи. Девушка изгибалась в моих руках, постоянно содрогаясь от кайфа, а не от боли, так мне казалось.

Возможно, мои размеры ей повредили? Знал же, что не надо тащить такую маленькую человечку к себе в постель! Но зверь… Он оставался непреклонным, полностью подчинив меня себе.

Я сжал кулаки. Понятно, почему она ушла, забыв деньги.

Да она просто убежала лечиться после того, что сотворил с нею ненасытный неуклюжий клиент!

Потом я долго мылся и стягивал испачканное белье с кровати, продолжая изводиться ненавистью к себе. Мне следовало поторопиться на свадьбу, в шкафу лежал давно заготовленный костюм по этому поводу, наша делегация решила остановиться в этом трактире, так как он располагался неподалеку от храма местной человеческой богини любви. Я едва не порвал сшитый на заказ пиджак: так яростно надевал его, пытаясь забыть о случившемся. Я — Монстр. Мне нельзя… Никогда больше нельзя быть с женщиной.

В храме все привычно шарахались от моего злобного взгляда. Эти эльфийки… считали меня ничтожеством, не достойным их женского внимания, независимо от происхождения. Мой брат несмотря на то, что любил причинять боль партнерше во время секса, и то пользовался большей популярностью. Он не был уродом, поэтому они терпели. А некоторые даже получали извращенное удовольствие от встреч с ним. Бывало такое, что эльфийка еще месяц не могла выходить в свет после того, как посетила особняк брата. Похоже, я был не сильно лучше него. Ненависть бурлила внутри и требовала выхода. Окружающие это чувствовали. Заходя в храм, брат похлопал меня по плечу.

— Ведешь себя еще страннее, чем обычно, Урод. Может нужно тебя наказать, и напомнить, как следует вести себя?

— Я давно не беззащитный ребенок, Таурион, — огрызнулся на него, мечтая разбить идеальное лицо.

— Как жаль. Но ничего, скоро у меня появится магия, и ты больше не сможешь от меня сбежать. Уверен, отец легко закроет глаза на исчезновение никчемного второго наследника.

Остальные эльфы сделали вид, что не слышали этого.

А Зверь… испуганно притаился. Я сжал кулаки и сдержанно зарычал, лишь веселя того, кто задумал меня убить.

Мне кажется, чудовище внутри зародилось именно тогда, когда мне было шесть, а Тауриону три… Мы гуляли во дворе замка. Младший братик поднял камень и, хохоча, бросил его, рассекая мне бровь. По некой причине Тауриона веселили чужие страдания. Он заливался смехом, когда из раны хлестала кровь, пропитывая мою шелковую рубашку.

Хотелось ответить ему, но я не мог. Уродливому принцу нельзя было ранить брата ни в коем случае, ведь он являлся наследником.

Потом он стал повторять это на каждой прогулке. Чем старше он становился, тем изощреннее были его пытки. Он хлестал меня кнутом, оставляя полосы на спине, подвешивал в сарае на несколько дней, лишая воды и еды. Привязывал на цепь, заставляя издавать животные звуки. Так продолжалось, пока я не стал достаточно большим и сильным, чтоб дать сдачи.

И никто не перечил ему. Ведь после его рождения, отец лишил меня права на престол, назначив Тауриона кронпринцем. Красивый младенец беззубо улыбался Его Величеству Андариэлю и был совсем не похож на первенца со странными пропорциями и кривым носом. По слухам я родился уже с зубами и гривой волос. Мать винила во всем повитуху, а отец — родовое проклятие. Так или иначе, но, пока я рос, некоторые слуги во дворце имели прав больше, чем никчемный наследник.

Но я любил учиться, и, будучи подростком, начал усиленно заниматься ближним боем, стрельбой из лука, верховой ездой и фехтованием с двумя скимитарами, понял, что пусть я и не кронпринц, но обладаю многими привилегиями. Нанял себе лучших преподавателей, начал развивать свое поместье, выделенное отцом. Подтасовал документы так, чтоб никто не мог его у меня отнять. Я покупал друзей за золото и лояльность за драгоценные камни, костюмы мне шили на заказ, так как подобными размерами не мог похвастать ни один эльф.

Со временем, я занял свое место в обществе. Весьма странное место кого-то вроде шута при дворе, тени короля, постоянно стоящей за его спиной. Я часто обсуждал с отцом важные вопросы, пока мой брат развлекался с эльфийками. Мне приходилось искать лучших лекарей, способных все заживить, не оставляя шрамов на нежной коже.

Меня побаивались, предпочитая тихо ненавидеть, чем открыто выражать свое недовольство. Женщины морщили носики, осеняя себя знаком Великого Древа, стоило мне лишь мельком взглянуть на них. Я стал изгоем. А Зверь внутри обрел небывалую силу.

Скорое обретение магии братом стало чем-то вроде неожиданного удара под дых. Но я никак не мог ему помешать. Эта сделка планировалась годами, он ждал совершеннолетия девушки, отсчитывая дни, чтоб забрать свой дар, который давно мысленно присвоил.

И каково же было мое удивление, когда в храме я увидел ее. Свою ночную бабочку, так стремившуюся переспать с мужчиной. Тонкое видение с копной каштановых волос и нежными шоколадными глазами, со смело задранным подбородком. Она с вызовом смотрела в лицо моего брата садиста, и расплылась в улыбке, когда он… не обнаружил дара.

Элария Больт. Ее имя звучало в моих ушах, когда я протягивал брату проверочный артефакт, который взял для подстраховки. Как чувствовал! Девушка сохраняла невозмутимое лицо, пару раз бросив на меня несколько долгих оценивающих взглядов. В них… не было и капли узнавания!

— Я требую объяснений! — взвизгнул Таурион, веселя Зверя. — Куда делся мой дар?!

— Не знаю, — она безразлично пожала плечами. — Вчера я отдала его. Решила, что так будет лучше для наших народов.

Шикарная женщина! Сказать такое кронпринцу. Да она просто сумасшедшая!

Тогда, за минуту в моей голове сложилась мозаика. Кровь… была девственной. Я думал, что она элитная шлюха, ненавидел себя за то, что мог ее ранить, а девчонка просто-напросто была невинной. И действительно желала провести ночь хоть с кем-то. Тогда ее дар… Стоп. Я успокоился. Очень жаль, что первая ночь получилась такой скомканной. Но ничего. Пообещал себе исправиться. Ведь если она станет моей женой, нас ждет еще множество жарких ночей.

— Милая будущая супруга, кажется, не в курсе наших брачных обычаев, Дрэгоэль. Что скажешь? Подберешь за мной объедки? Ты ведь всегда так делал, верно? — брат злился. Если бы не толпа народу вокруг и договоренности между нашими отцами, он бы давно прикончил невесту…

Он сам не знал, что сейчас сделал! Глупый Таурион вручил алмаз в мои руки, думая, что отдает порченую невесту. Откуда бы ему знать, что «испортил» ее именно я. Более того, процесс ей очень понравился. Повезло, что форма одежды в свадебной делегации подразумевала наличие перчаток. Иначе сфера бы могла подсветить мое обладание огненным даром. И кому из нас теперь улыбнулась удача?! Зверь довольно заурчал.

— Я согласен.

Я стояла ни жива ни мертва, когда эльфийский гоблин смело занял место брата.

Жрец сразу начал бубнить свою речь, окончательно закончив выползать из-под стола, а я подняла голову, рассматривая будущего супруга. Высокий, массивный, его лицо… было далеко от признанных эльфами идеалов красоты. Грубая линия скул, нос с выразительной горбинкой, сжатые в линию твердые губы и массивные надбровные дуги, одну из которых пересекал застарелый шрам, придавая мужчине еще более дикий вид.

Пожалуй, по человеческим меркам он не был так уж уродлив. Если подумать, такой «мордоворот», как метко выразилась про него моя сестра, мог бы быть лесорубом, легко закидывающим на массивное плечо ствол дерева, или кузнецом, а может быть даже умелым воином-мечником, орудующим двуручником легко и непринужденно на манер зубочистки. Я боялась даже представить каков он в постели, особенно если там… ниже… все соразмерно!

Он тоже посмотрел в ответ, словно почувствовав внимательный взгляд. Меня окатило волной синего ласкового жара его глаз. Столько невысказанного застыло в его радужках! Признательность, радость… безграничная страсть. Неужели, все эти чувства предназначались мне? С чего бы? Он меня совершенно не знает, так же как и я — его! У меня не было варианта отказаться от этой дурацкой помолвки, поэтому пусть не придумывает там всякое…

Щеки опалило огнем. Нежный взгляд гоблиноэльфа уж слишком разительно контрастировал с его внешностью. Я мотнула головой, прогоняя странные мысли. Как может мне понравиться… это?

Остроухие девушки крайне сочувственно вздыхали с эльфийской стороны, что не могло не напрягать. Бывший жених — злорадно пыжился, а сестра так и вовсе бухнулась в обморок! К ней подскочили служки храма, и начали поливать святой водой, пытаясь привести в чувства. Пока часть внимания была отвлечена на нее, старикашка сократил речь и перешел к финальному высказыванию.

— Объявляю вас мужем и женой, можете поцеловать невесту! — сообщил жрец, быстро протараторив венчальные слова. И откуда столько прыти у этого слуги богини Лиорет?! Даже не дал мне шанса улизнуть или сбежать! А еще называется ответственным за семейное счастье!

Я предполагала, что мой новоиспеченный супруг — грубое неотесанное существо, но, вопреки моему ожиданию, эльф взял меня под локоток, осторожно, словно боялся поранить. С его-то богатырской комплекцией — неудивительно! Наверняка, за годы жизни, он привык двигаться максимально плавно. Я заметила, что он привычно горбился, когда порывисто наклонился ко мне для поцелуя. Хотелось сначала смалодушничать и уклонится. Но потом я вспомнила, ради чего вчера отдала свой дар и теперь справедливо расплачиваюсь за это преступление.

От массивного эльфа приятно пахло, и легкое прикосновение губ отозвалось в теле тягучим теплом. Он мягко лизнул меня, будто испрашивая разрешения. Пересилив себя, я подчинилась, напомнив, что совсем скоро меня ждет первая брачная ночь, и тогда уже сбежать не получится, точно не от такой махины. Неожиданно ловкий язык сплелся с моим, едва стоило распахнуть губы. Мужчина действовал напористо и искусно. Голова закружилась, колени позорно ослабли, я потеряла всякий счет времени, наслаждаясь напористым поцелуем супруга.

Между ног, где побаливало после первой ночи, вдруг начал скапливаться неуместный жар. Почему я так остро реагирую на него? Пальцы сами зарылись в белоснежную гриву жестких длинных волос супруга, губы начали двигаться, отвечая, а он не спешил прерывать поцелуй. Это могло бы длится долго, однако нас все же бесцеремонно прервали.

— Какой милый союз! — саркастически усмехнулся стоящий рядом эльфийский подонок. — Красавица и Чудовище! Элария Больт и Дрэгоэль Сильвандир! Хоть кто-то сможет порадовать моего братца, да, человеческая шлюшка? Кажется, тебе понравилось, вон как щеки горят. Знаю я этот шлюший румянец человечек, охочих до мужиков! Хотя, думаю, он разорвет тебя в первую же ночь. Знаешь, мой братец славится… особенно неистовым темпераментом.

Губы жгло от поцелуя, и я начала догадываться, что слова Тауриона — чистая правда, пусть и сказаны они в неприятном контексте. Ведь я почти потеряла голову от простого невинного прикосновения.

Уничижительное оскорбление в собственный адрес от эльфийского принца я пропустила мимо ушей, но Дрэгоэль, мой супруг, стоящий рядом, хищно оскалился.

— Не смей называть мою жену шлюхой, Таурион, — это прозвучало очень грозно и крайне пугающе. Басовитый голос раскатом грома отразился от сводов храма, усилив ощущение неприкрытой угрозы. Мне почудилось… он рычал?

Эльфийки вокруг заохали, пятясь назад, а я пыталась понять, что же именно здесь происходит. По всему выходило, что раньше Таурину мало кто осмеливался перечить.

— А то — что? — пропел наглый ублюдок, смотря с вызовом на Дрэгоэля. — Тебе нечего мне противопоставить, Урод! Решил показать клыки? Может напомнить, как я привязывал тебя в сарае и бил? Я это могу! И никакие скимитары не остановят меня, тем более ты их не взял на церемонию, верно?

— Верно… — прошипел мой супруг, снимая перчатки.

— Твоя несдержанность может выйти боком! — взвизгнул Таурион. — Хочешь оставить жену вдовой?! Так я с радостью заберу ее себе, она мне сразу понравилась, хоть и слаба на передок! Но так даже лучше. Не нужно будет разоряться на лекарей.

Тогда мой супруг наклонился, поцеловал меня в щеку, задвинул за свою огромную спину, и распрямился, показывая свой поистине могучий рост. Он все это время горбился, но сейчас что-то изменилось!

— Понимаешь, братец, — так можно было бы говорить с ядовитой змеей, зная, что вот-вот размозжишь ее голову булыжником. — Прошлой ночью я случайно обрел дар.

Белая перчатка упала на пол. Я испуганно выглянула из-за спины Дрэгоэля, а потом мне стало совсем нехорошо.

На кончиках пальцев моего мужа танцевало пламя. Синее пламя, знакомое мне с детства, его образ я всегда видела в круглом артефакте, распознающим дар. Редкая сила. Моя сила! Какого эльфа тут происходит?!

Дрэгоэль

Моя супруга даже не заметила фиолетовой магической вспышки, связавшей наши души перед лицом ее богини. Это означало, что брак подтвержден и одобрен.

Она внимательно смотрела на меня, пробегаясь взглядом по всему моему огромному телу, и в ее шоколадных глазах скользила задумчивость. Однако там не нашлось привычного мне отвращения или страха, что уже можно было назвать победой. А в остальном я приложу все силы, чтоб жизнь со мной ее только радовала.

Жрец скомандовал поцеловать невесту, и я с упоением приник к ее губам, вспоминая прошлую ночь. Сейчас от нее не пахло алкоголем, только вкусной ежевикой, даже ярче, чем когда она столь страстно отдавалась мне в трактире. Все внутри меня ликовало от того, как складывались события. Годы мучений, издевательства брата, долгое планомерное обретение внутреннего стержня взамен озлобленности на всех и вся, стоило одного этого триумфального момента. Одного этого искреннего поцелуя.

Между нами сверкали молнии, теплился страстный жар, готовый вот-вот вырваться на свободу, и Зверь внутри поднял голову, взяв след своей скорой добычи. Он навязывал мне картинки, от которых в паху становилось тесно. Моя невеста, с задранным платьем, ее белые бедра — и я между ними, вбиваюсь сзади как сумасшедший, стремясь утолить нескончаемую жажду. Но я успокоил его, дав ему оружие, и тот согласился немного потерпеть, хотя бы до вечера. Нехотя оторвался от губ девушки.

В моих жилах плескался ее огонь. Дар начал проявлять себя, стоило услышать слова брата. Он посмел оскорбить мою маленькую Ежевичку! И теперь у меня было, чем ему ответить. Голубое пламя взвилось на кончиках пальцев, угрожающе собираясь в файербол.

— Ч-что? — он не мог поверить своим глазам.

Я бы на его месте тоже не поверил. Но реальность, как оказалось, может быть гораздо более непредсказуемой, чем любые самые смелые фантазии. Еще вчера вечером я пил эль, пытаясь утопить в нем свою ярость, зависть и одиночество, а сегодня — все карты спутаны, и новая метла метет по-новому. Увидев пламя, эльфы из делегации это тоже поняли. Прихвостни брата, годами предпочитающие унижать того, кто отличался от них самих, быстро переместились на мою сторону, демонстративно отворачиваясь от Тауриона.

— Как такое возможно?! — взвыл младший принц, потянувшись к шпаге на поясе. Очень низко, учитывая, что я был безоружен.

— Не выходи из-за моей спины, Ежевичка, — бросил Эларии, расправляя плечи. Изо рта вырвался низкий злой рык, ставший неожиданностью даже для меня самого.

Мне больше не было нужно прятать свою силу. Маги в эльфийском обществе занимают особую ступень, ведь только от одаренных мужчин может родиться девочка, что носит в сердце сильный дар. Это обязательное условие для наследования престола, а мой огонь… никто не сможет превзойти. Отцу не повезло, и оба его отпрыска родились мальчиками.

Таурион бросился вперед, оскорбляя святыню людей нецензурной бранью. Оголенная шпага могла раньше причинить мне боль, но теперь она просто оплавилась, не успев достичь моего сердца. А дальше я быстро скрутил братца.

— Когда ты успел научиться так драться? — прохрипел он.

— Пока ты мучил женщин и упивался собственной властью, я изучал разные стили боевых искусств, чтоб успокоить собственную ярость и обрести внутренний покой. Твоя проблема в желании причинять другим боль, а моя — в самоконтроле. Сколько раз в детстве мне пришлось уговаривать себя не разодрать тебе глотку, братик… Что помешает сделать это сейчас? — я удерживал его за шею легко.

— Я… уступлю тебе престол, урод! — выплюнул он.

— Этого будет мало. Ты должен пообещать больше никогда не оскорблять ни меня, ни мою женщину.

Его глотка в моих руках казалась тонкой куриной шеей. Хрясь — и больше никаких проблем, просто взять и убить — это так просто. Я начал сдавливать пальцы сильнее, с азартом наблюдая за дрыганьями братца. Смешной. Какой же он нелепый в своих попытках вырваться. Перед внутренним взором промелькнули все пытки и издевательства, оставившие шрамы не только на моем теле, но и на душе.

Кто-то обнял сзади. Крохотные ладошки щекотно скользнули по ребрам.

— Дрэг… если ты собираешься стать королем, начинать свой путь с убийства родственника — плохая идея. Я случайно отдала тебе свою магию. Видимо, это должно было произойти. Отпусти его. Тебе следует найти другой способ успокоится.

Дрэг… Мне нравилось это новое имя. Грубое и краткое. Полностью отражающее мою суть. Зверю тоже нравилось. Он даже удивился, как легко оказалось переключить внимание с брата на маленькие ладошки, обнимающие сзади.

Брат свалился кулем, задыхаясь, когда я резко разжал пальцы. Я сразу же забыл о нем, повернувшись к своей новоиспеченной супруге.

В карих глазах Эларии отразился всклокоченный злой урод. Волосы ощетинились, встав дыбом как у бродячего дикого кота, на лице бродила безумная улыбка. Губы змеятся в презрительной усмешке. Стало тошно от самого себя.

Прочистив горло, и кое-как пригладив непослушные белые жесткие волосы, я бросил своре эльфов на прощание:

— Мы уходим. Через неделю я явлюсь ко двору, а пока… Я должен показать жене хозяйство.

Элария

В этот день моя жизнь совершила самый головокружительный поворот из всех возможных. Дрэг… то есть мой супруг, весьма своевольным жестом сгреб меня в охапку и вынес из храма как мешок с мукой. Я только и успела, что махнуть сестре на прощание букетом, да и что мне еще оставалось?

Ведь после произошедшего в родном доме меня точно никто не ждал. Интересно, запросит ли король эльфов репарации за моральный ущерб и сорванную помолвку? Наверняка, если он это сделает, папенька мой останется круглым банкротом. Или же он, наоборот, будет рад, что дар достался Чудовищу?

Прямо за воротами храма стояла процессия мощных эльфийских жеребцов. Один, белоснежный и огромный, выделялся на фоне остальных тонких красивых животных. Гривастый зверь заржал, когда завидел хозяина. Конечно же, им был Дрэгоэль.

— Застоялся, Ураган? — эльф добродушно потрепал по ушам коня.

— Он точно эльфийской породы? — неожиданно соскользнуло с моего языка, и тело, державшее меня, вдруг все напряглось закаменев.

— У вас наметан глаз, леди Сильвандир, — как можно более отстраненно сказал он. — Дед этого жеребца был выставочным тяжеловозом. Человеческая порода. Так что ответ на ваш вопрос: «нет». Он далеко не чистокровный.

Я смутилась. Он говорил со мной так, будто ночи в трактире не было, и я не отдала ему свой дар. От этого я почему-то разозлилась.

— А вы? — острый вопрос метко попал в цель.

Эльфийское чудовище зарычало. Низко. Раскатисто. Зло. Он одним рывком закинул меня в высокое седло, а потом приземлился следом за моей спиной. Я оказалась прижатой к широченной груди монстра.

— Я — чистокровный эльф, Элария. Возможно, ты ожидала другого ответа, но у меня имеется только такой. Твой муж, более походящий на гоблина-переростка, «Белый Зверь», «Ушастое Чудовище», «Монструозный принц» — тем не менее чистокровный сын короля и королевы, позор эльфийского рода, о существовании которого мой отец предпочел забыть. И другого у тебя не будет. С этого момента ты принадлежишь мне, милая женушка.

— Н-но… Я не хотела вас обидеть… — начала лепетать, понимая, что зря затеяла этот дурацкий разговор о чистоте крови.

— О нет, милая. Ты хотела. Вот только… Знаешь сколько раз я уже это слышал?

Он пришпорил коня. Зачарованный магией жеребец тронулся с места так быстро, что я невольно вжалась спиной в грудь своего мужа. Твердую мускулистую грудь. Откуда-то из недр воспоминаний вынырнула жаркая картина: мой пальчик исследует кубики пресса. Он обводит каждый квадрат, начиная от ребер, спускается ниже, вдоль бесконечной череды белых уродливых шрамов. Но мне кажется, что они выглядят очень мужественно и сурово… Наконец, пальчик добирается до нижних косых мышц и натыкается на крупный… Я тряхнула волосами, избавляясь от воспоминания. Богиня Лиорет!

— Прости, Дрэгоэль, — выпрямилась, несмотря на неприятные ощущения в промежности. — Ты прав. Но мне сложно поверить в сказанное. Ты очень стильно отличаешься от остальных эльфов. Я могу обращаться к тебе на «ты»?

Мужчина сзади что-то неразборчиво буркнул. А потом…

Его пятерня легла на корсет платья, и потянула назад, сильнее притискивая к могучему телу. Над ухом послышалось тяжелое дыхание, смешанное с рычанием. А что происходит?

— Ты не держишь поводья! — протестующе воскликнула я.

— Ураган наизусть знает дорогу. К тому же, он сейчас откроет портал, поэтому тебе лучше быть ближе ко мне, — отозвался Дрэгоэль, кажется, нагло пользуясь моим положением. Его вторая ладонь огладила бедро, оттянула подвязку, дав резинке с громким стуком ударить по ноге, поднялась выше, к краешку кружева чулок…

— Дрэг, прекрати, я… не готова… — просьба вышла невразумительной. Я не знаю, как и почему, но мое тело отзывалось на его прикосновения столь остро, насколько это вообще было возможно.

— А ты совсем не такая, какой тебя представлял отец, Элария, — жеребец открыл портал, и нас поглотила краткая тьма. Неприятное ощущение безвременья, отсутствие всяких звуков. Но от того, его прикосновения стали казаться острее. — Тебя рекомендовали как скромную, добродетельную девицу, великолепно подходящую на роль будущей королевы. Знающую все основы и даже больше, покорную, послушную… целомудренную.

На последнем слове пальцы Дрэга огладили меня поверх белья, окончательно поселившись под юбкой. Сквозь кружево явственно проступила влага.

— Ч-что ты делаешь? — сиплым голосом вопросила я, не понимая, что со мной твориться. Бедра сами подались вперед, ноги раздвинулись, словно повинуясь голосу супруга, хотелось, чтоб он продолжил трогать меня… там.

— А на что похоже? То, что тебе понравилось вчера. Неужели ты ничего не помнишь, маленькая развратная человечка? — на этом вопросе он больше не церемонился. Отодвинул край белья в сторону и… вошел.

— А-ах! — я всхлипнула, закусив губу. Почему он делает это? Сейчас? Верхом на коне. Неужели не мог дождаться вечера как все нормальные молодожены? У меня внутри боролся страх перед огромным эльфийским Чудовищем и желание, до того острое, что я жмурилась и теряла ощущение реальности. Конь давно вынес нас из портала, и сейчас мы, кажется, приближались к огромному белому особняку, но все это происходило где-то отдельно, словно не со мной. Сейчас все ощущение сконцентрировались на его пальцах. А те брали меня. Жестко. Быстро. Со знанием дела. Планомерно доводя до пика блаженства.

Более того, эльф начал целовать меня в шею. В те места, которые я едва смогла замазать перед свадьбой. И сейчас, с каждым влажным поцелуем, краска стиралась, открывая этому свету багровые засосы. Когда я вздрогнула от оргазма, мы уже стояли напротив входа в особняк.

И нас встречала прислуга! Целый ряд ехидно улыбающихся эльфов, которые пялились на меня с… сочувствуем? Да что это такое-то?! Почему все так на меня смотрят?!

— Дрэгоэль! — возмутилась я, кое-как слезая с его пальцев и поворачиваясь к нему. Пахнуло кровью. — Так нельзя! Меня же видят… люди!

Он зло усмехнулся. А потом…

— Откуда кровь? — эльф поднес к глазам испачканные пальцы. После его жаркий синий взор, прежде затуманенный страстью, начал проясняться. Взгляд скользнул на мою шею, всю покрытую засосами, на бедра… которые скрывало платье, но сейчас ткань сбилась, и белую кожу «украшали» отметины, оставшиеся с прошлой ночи. Изо рта Дрэга вышел пугающий рык. Он спрыгнул с коня, осторожно снял меня.

— Проводите мою супругу в ее покои! — звучало предельно зло. — И… вызовите лекаря! Срочно!

Дрэгоэль

Я… увлекся. Близость Ежевички разбудила Зверя, и теперь у меня не было причин его останавливать. Не стоял рядом брат, которому нужно было показать пламя, и нас не окружала толпа эльфиек, глядящих на меня со смесью страха и отвращения на точеных лицах.

Элария сидела в седле передо мной, такая теплая, близкая и мягкая, ее каштановые, слегка волнистые волосы, ласкал ветер, бросая пряди мне в лицо, обдавая ягодным ароматом, который полностью развязал мне руки.

И сам не понял, как уже был внутри нее. Покрывал поцелуями нежную шею, мечтал о всяких непотребностях, которые необходимо делать с женой. Ведь теперь я женат, а значит, ничего больше не отделяет меня от того, что я столь одержимо жажду получить. Я наконец-то могу дать себе волю, и реализовать ту сценку, привидевшуюся мне возле алтаря и включающую в себя свадебное платье как основной атрибут. Девушка мне отвечала постанывая. Я не сомневался, что все выйдет просто отлично.

Пока не увидел кровь на пальцах.

В тот момент захотелось дать самому себе в глаз! Как я не заметил? Конечно, она ведь была невинна до вчерашней ночи, а я… был непозволительно груб, приняв ее за ночную бабочку. Ее белую кожу покрывали беспорядочные фиолетовые отметины. Они были везде: на бедрах, скрытые под шелковым подолом, на шее, замаскированные косметикой, пока я не стер ее поцелуем. Зверь протестующе взвыл, но я заткнул его глотку мысленной тирадой. Сегодня он не получит ничего на «сладкое». Не после того, что сделал с хрупкой человечкой.

— Дрэг?.. — она окликнула меня, когда я спасался бегством в собственную берлогу.

— Что? — бросил зло.

— Куда ты? — прозвучало обиженно.

Я старался на нее не смотреть.

— Подальше от тебя, женушка.

Наверняка, сейчас я выглядел еще хуже, чем прежде. Но я был дома и здесь мог не притворяться. Прислуга давно привыкла к этим уродливым гримасам, они считают меня монстром, который платит хорошую зарплату. И Элария со временем адаптируется.

К тому же… я уже понял: мне нельзя находится с ней рядом, иначе я слишком легко теряю контроль. Чуть не опозорил перед штатом прислуги! Хотя, думаю, они все равно все поняли. Мысли обретают опасные извращенные формы, и я не могу думать ни о чем, кроме секса. Кто бы мог такое представить? Женился, чтоб потом избегать жену. А какой выход?

— Но мои вещи… Они осталась в доме отца, — она продолжала что-то говорить, но я слышал только что-то вроде: «Возьми меня! Сейчас же! Не бросай!».

— Тебе поможет Кракша, моя управляющая. Все вопросы можешь адресовать ей. А сейчас мне лучше уйти, прости, — развернувшись на каблуках я, наконец-то, свалил подальше от милой Ежевчики. Я боялся. Она ничего не сказала. Не ругала меня, не кричала о том, что я причинил ей боль. Кровь ведь не бывает просто так? А я полез своими лапищами к ней под юбку, позабыв обо всем. Даже не довез до дома! Как животное! Грязное, неотесанное чудовище, не способное думать головой, только головкой члена!

Я зарычал и ударил кулаком стену. Деревянная панель хрустнула, кулак украсила кровь. Поделом мне. У себя в комнате я быстро разделся и залез в ледяной душ, в надежде успокоить Зверя. Он выл, бился внутри, выпрашивая вернуться к супруге, но постепенно затих. Не знаю сколько прошло времени, может полчаса, а возможно и час. В дверь постучали. Я накинул халат.

На пороге моего логова стоял Армиэль, знаменитый лекарь, личный целитель моего отца. Вот это номер! Смазливенький блондин растянул губы в улыбке, но она не коснулась его холодных ледяных глаз.

— Я осмотрел вашу супругу, лорд Сильвандир, позволите войти?

Молча отодвинулся в сторону. Почему именно этот лекарь? Теперь мой отец узнает какое я животное и что сделал с женщиной, случайно посланной мне судьбой?

Армиэль сел в кресло у камина, провалившись в него. Мебель делалась на заказ по моим габаритам. Обычному эльфу она была велика, он смотрелся в ней комично.

— Она сильно пострадала? — задал вопрос, мучивший меня больше всего.

— Кхм, — лекарь закашлялся. — Я бы не назвал это так. Понимаете, лорд Сильвандир… Ваша жена обладает не столь внушительными параметрами, как вы, она довольно миниатюрна. А первый контакт вышел грубоватым. Я просканировал магией все центры ее тела, подлечил синяки и дал ей мазь, которая быстро их заживляет.

— А что насчет крови? — мой голос дрогнул, когда я задавал этот вопрос, боясь услышать ответ. Наверняка я ее ранил. А как же иначе? Дубина безмозглая. Такая женщина заслуживает нежности, а не… меня.

— Кровь иногда появляется после дефлорации, особенно, если женщина прошла этот процесс в не самой удачной позе, или сама девственная плева от природы плотная. Разве вы не знали?

— Знал, конечно. Но я впервые был с девственницей, Армиэль. Посмотри на мою рожу? Думаешь я каждый день… дефлорирую?

Армиэль рассмеялся. На этот раз улыбка коснулась его ледяных глаз.

— Обычно требуется дня два-три, чтоб все зажило. Но я уже все залечил, можете не беспокоиться.

— И я могу делить с ней постель?

Я не мог не задать этот вопрос, иначе Зверь меня бы сожрал с потрохами на месте в эту же минуту.

— Вполне. Элария абсолютно здорова. К тому же, она ранее была носительницей сильного дара, а значит физически отличается от обычных людей. Она, хоть и выглядит хрупко, на самом деле выносливее, чем может показаться. А еще… ваша супруга расстроена тем, что вы так внезапно исчезли.

— Ясно. Спасибо, Армиэль. Но теперь я боюсь к ней прикасаться.

— Отчего же? Лорд Сильвандир, Его Высочество Таурион заставлял меня не один раз врачевать эльфиек на грани смерти… Поверьте, там все было очень и очень плохо. Нескольких я едва смог спасти! Здесь ситуация совершенно иная. Ваша жена в порядке. Насколько мне известно, вы не увлекаетесь теми ужасными вещами, что ваш брат. Из того, что я слышал, единственная ваша проблема — это неуправляемый темперамент. Возможно, когда вы… насытитесь, все изменится. Либидо будет проще контролировать.

Я задумался. Зверя можно приручить, значит? На это намекает лощеный лекарь? Конечно, ему легко судить. За таким красавчиком наверняка увиваются эльфийки, и у него определенно нет проблем с качеством и количеством секса.

— Что, если я сделаю ей больно? Опять?

— Ну… для начала вы можете просто хотя бы говорить с партнершей. Уточнить не против ли она тех или иных действий, а также нет ничего странного, чтоб спросить об этом в процессе. Некоторые позы могут оказаться не самыми удачными, учитывая, кхм, ваши размеры, лорд Сильвандир. Но, если вас это утешит, король тоже обладает внушительным достоинством, однако, ваша мать никогда не жаловалась, наоборот.

Этот разговор уже начал мне надоедать.

— Я понял. Если потребуется, я вызову тебя, Армиэль.

— Как пожелаете. Но прежде, чем я уйду, позвольте вас осмотреть? Внезапный дар, да еще и такой сильный, мог сказаться и на вашем здоровье. Возможно, буйный темперамент, тоже одно из последствий.

— Делай что хочешь, — я закатил глаза.

Лекарь приблизился, прикрыл веки и начал водить ладонями над моей грудью, поясом, головой.

— Занимательно, — цокнул он языком. — Такое ощущение, что вы родились с ним. Огонь влился в ваши вены, как родной. Редко, когда увидишь подобную синергию. Поздравляю вас, лорд Сильвандир. Или лучше обращаться к вам «Ваше Высочество»?

— Это лишнее, — отмахнулся от лекаря.

Что за бред он болтает? Намекает, что теперь отец сделает меня наследником? Честно сказать, это было последним, что меня заботило. Я должен увидеть жену и извиниться перед нею.

— Желаю удачи, — тактично поклонился Армиэль и исчез.

Элария

Я вообще ничего не поняла! Мой муж, этот огромный гоблиноэльф, сбежал! Сначала подарил оргазм, а потом после одного небольшого упрека с моей стороны, просто растворился в воздухе как заправский фокусник! И кому он меня передал?

Госпожа Кракша оказалась гоблиншей. Маленькой, зеленой, подозрительной. Она смерила меня долгим взглядом, сощурив глаза, отчего стала походить на лягушку, высматривающую комара пожирнее.

— Ох и не повезло тебе, деточка, — покачала головой управляющая. — Замуж за такого неказистого эльфа угодила. Хотя, как по мне, так он не слишком и страшный. На нашего короля, Гхарра Зеленого, чем-то смахивает. Бывали у меня хозяева и похуже.

Я проглотила комок в горле. Не для того я замуж выходила, чтоб всякая прислуга могла так на меня смотреть. Расправила плечи, оправила платье. Все, как учили в пансионе, куда папенька заботливо сбагрил всех своих дочерей.

— Прошу оставить ваши мысли при себе, госпожа Кракша. Недопустимо обсуждать внешность моего мужа, какой бы она ни была. А сейчас проводите меня в покои супруги лорда.

Кракша аж в лице переменилась. Ощерилась, но сделала жест следовать за ней. Однако стоило мне сделать шаг, как следом увязались две светлые эльфийки из общего числа слуг, встречающих хозяина у входа в дом. Красивые до жути, отборные, я бы сказала. Но в форме горничных.

— Это мои личные служанки? — я остановилась.

— Верно. Леди вашего статуса положено. Та, что повыше Лориэль, а вторая Талиэль, — представила их управляющая. — Хотя как по мне, так эти эльфийки все на одно лицо. Ушастые, смазливенькие.

Смотрю, у гоблинши давно вошло в привычно оценивать внешность других. По ее словам выходило, что хозяин вполне себе ничего. Раз эти шикарные эльфийки всего лишь «смазливенькие» и «ушастые». Наверняка, у зелного народца свои стандарты красоты.

— Вы должны были сразу нас представить. Так ли следует встречать новую леди? Я думала мой муж достаточно богат, чтоб нанять лучшую управляющую особняком.

— Точно… — прошипела гоблинша. — Но понимаете, леди Сильвандир, мы только полчаса назад узнали, что лорд оженился. Эта новость стала для нас неожиданным сюрпризом. Обычно Дрэгоэль привозил девушек ночью, тайно. Утром от них оставался только шлейф дорогих духов, если вы понимаете, о чем я.

Что ж. Управляющая решила задеть меня в ответ, уколоть побольнее.

— Тем не менее. Других девушек здесь больше не будет. Так что потрудитесь учесть мои пожелания. А они очень просты. Нужно забрать мои вещи из дома отца, отчистить платья, пригласить на завтра портниху, мне нужен новый гардероб, подобающий замужней женщине. Раз мой супруг не смог…вовремя озаботиться этим, придется вам помочь мне, госпожа Кракша, а заодно доказать свой профессионализм. Уверена, вам знакома лучшая портниха в городе.

— Сначала вас осмотрит лекарь, — напомнила она. — Кстати, а вот и он.

Прямо в коридоре из портала вышел высокий эльф с шелковой копной светлых соломенных волос. Его глаза были необычного светлого голубого цвета. Ясные, но слишком серьезные. А вот белоснежный костюм, украшенный красным крестом на лацкане пиджака говорил о принадлежности к врачевателям.

— Господин, — поклонилась гоблинша, — позвольте проводить.

Дальше меня чинно сопроводили до покоев. На вид, гостевых. Я недовольно скрипнула зубами. Да уж… Просто мне здесь явно не будет. Кракше полагалось провести меня в смежные с лордом комнаты, а вместо этого я оказалась в ужасном темно-бордовом интерьере, предназначенном для гостей. Внутри стоял полумрак, но хоть пыли не было. Казалось, этой комнатой пользуются не часто.

— Входите, — пригласила лекарю. — Пусть горничные зайдут через четверть часа, — дала указание управляющей, пропуская эльфа в комнату, и захлопывая дверь сразу за ним.

— Кажется, вы не в духе, молодая леди Сильвандир, — почтительно склонил голову блондин. — Наслышан о скоропостижной свадьбе с лордом Дрэгоэлем и о его бедной невесте. Позвольте вас просканировать магией?

Я кивнула. Лекарь вытянул вперед ладони, от которых начало исходить золотистое сияние. Редкий дар, за который его семья, должно быть, заплатила целое состояние. Мысль о деньгах не вовремя вмешалась в нить моих мыслей. Я ждала вести из дома. Потребует ли король эльфов компенсировать моральный ущерб у моего отца?

— Не расскажете мне о причинах, по которым меня сюда вызвали? — спросил он, продолжая свои манипуляции.

— Думаю во всем виновата кровь. Когда он использовал пальцы, ну знаете… там, — выразительно посмотрела вниз. — Немного побаливает, скорее всего это после первой ночи. Подозреваю, она была бурной.

— Подозреваете?

— Почти ничего не помню. Все случилось спонтанно, и я много выпила, стремясь заглушить волнение.

— М… ясно. Да, вижу, ваш головной центр несколько затуманен. Хотите вспомнить подробности той ночи? Или боитесь? Я могу помочь наладить мыслительную деятельность и вернуть воспоминания.

— Нет, не боюсь, — покачала головой. — Пожалуйста, сделайте это.

Смелости согласиться мне хватило, а вот ощущения, последовавшие после, заставили меня покраснеть похлеще помидорки и усомниться в правильности решения. В памяти вспыхнули бесчисленные оргазмы, испытанные в первую ночь, страстные толчки, мои всхлипы, его рык… Это было гораздо, в миллионы раз круче того, что он сделал недавно на лошади.

И длилось почти до рассвета без передышки.

Я бы очень хотела повторить все это на свежую голову, только на этот раз без боли. Все же секс был жестким, особенно та позиция сзади, когда Дрэг использовал подушку и подложил мне под живот для удобства. Да и другие моменты, о которых я даже не подозревала, но он успешно меня познакомил. Просветил девственницу, так сказать.

Например, с тем необычным видом секса, когда используют много смазки и другой вход. Я в принципе не знала, что такое возможно! А насколько искусно Дрэг все провернул? Меня закрутило в такой яркий оргазмический водоворот, что ноги тряслись и сознание меня полностью покинуло от переизбытка эмоций. И в отличие от лона, там ничего не болело. Хотя сама техника выполнения требовала от эльфа контроля, он справился. Вспомнилось, как он по миллиметру входил внутрь, тяжело дыша и порыкивая, и как мне оставалось только судорожно сжимать простыни и закусывать зубами уголок одеяла, всхлипывая от странных, но таких приятных ощущений.

— Судя по тому, что я увидел на обследовании… ваш супруг весьма страстный мужчина, — деликатно отметил эльф, убирая руки. — Я залечил отметины и мягкие ткани в месте разрыва, кровоточить больше не будет. Наша раса обычно обладают спокойным темпераментом, но иногда случается и такое, что на одном из нас природа словно отыгрывается, компенсируя низкое либидо остальных. Обычно такие эльфы не пользуются популярностью и им сложно найти подходящего партнера.

— Да уж… — вздохнула я. Мне полегчало, боль между ног исчезла как не бывало. Но вот в душе царил полный раздрай. — Если так, то почему он сбежал от меня…

— Я зайду к лорду Сильвандиру, объясню все, — эльф поспешно съехал с темы. — Вот мазь от синяков, она за час стирает все следы ночной страсти. Ее можно наносить и на слизистые при необходимости. Что-то мне подсказывает, вам она пригодится.

— Спасибо, но я так не считаю. Мой муж был бы более осторожным, если бы знал, что я невинна. Эти травмы — просто случайность.

Хотя насчет синяков я не была уверена.

Когда лекарь ушел, воспользовалась помощью горничных и вылезла из тесного свадебного корсета, а потом приняла ванну. Оказалось, что в комнате для гостей есть все необходимое на первое время, но меня раздражал сам факт того, что меня поселили именно сюда. Сколько здесь прежде жило женщин? Водил ли Дрэг сюда тех любовниц, о которых говорила Кракша?

Попросила одну из девушек принести бухгалтерскую книгу, чтоб почитать на досуге. Хотелось проверить, насколько хорошо справляется гоблинша со своими обязанностями. В добавок к портнихе распорядилась пригласить дизайнера, чтоб обустроить мои смежные с супругом покои. Вечер я коротала в одиночестве, грустно смотря в окно с бокалом красного вина. Дрэгоэль так и не пришел, но к полуночи он появился во дворе, куда так удачно выходили мои окна.

Дрэгоэль

Я не спал всю ночь. Не давали покоя мысли о том, что Зверя якобы можно приручить. Но я-то знал правду: Чудовище невозможно успокоить. И не одна женщина не согласится исполнить все, чего он хочет. Ведь он был готов заниматься любовью без остановки несколько дней подряд! С коротким перерывом, чтобы поесть и поспать. Я дал ему волю той ночью с Эларией, и для него это больше походило на аперитив перед основным блюдом, на легкий салат, что обречен быть съеденным прежде, чем перейти к сочному бифштексу. А бедняжка так пострадала!

Этого больше не повториться!

В полночь я поднялся, справедливо рассудив, что бесполезно лежать и пытаться заснуть, когда ты до этого два часа просто бестолково пялился в потолок. Взял скимитары, переоделся в спортивные штаны и вышел во двор пофехтовать на специально оборудованное место. Клинки, за долгие годы тренировок, ставшие продолжением рук, порхали привычно легко, рассекая воздух со свистом. Ради интереса, я попробовал комбинировать магию и сталь, отложив одну саблю в сторону. Получалось недурно. Немного практики, — и я стану профессиональным боевым магом. Я гонял себя до седьмого пота, прыгая, выпуская огонь, повторяя стойки и удары, лишь бы заглушить ту звериную тягу. Едва к паху начинала приливать кровь, как я удваивал усилия. Напрягались жилы, бугрились мышцы, но стоило хоть немного отдышаться, как либидо снова просыпалось.

Я поистине себя ненавидел!

— Без жены было проще, — пробормотал я, стерев со лба пот и взглянув на окна особняка. В гостевом крыле в одной из комнат горел тусклый свет от магического кристалла. Там мелькнул тонкий женский силуэт в ночной рубашке. Не в той бесформенной занавеске, которую предпочитали эльфийки, чтоб не провоцировать мужей на близость лишний раз, нет. Это был предмет одежды, плотно облегающий грудь, талию, бедра, где шелк перемежался с кружевом, и лишь подчеркивал достоинства юного тела.

Элария наблюдала за мной из окна. Как-то запоздало я понял, что определять жену в гостевые покои не очень-то и правильно, но у госпожи Кракши Урожайн не было выбора, я вообще не представлял, что женюсь так скоро и внезапно, поэтому в прилегающих к моим комнатам покоях царил хаос.

Но вот девушка заметила мой взгляд и робко махнула ладонью, как бы приветствуя. Она сумасшедшая?! Нельзя в таком виде показываться на глаза Зверю! Он ведь… сразу проснулся, несмотря на упорную тренировку, и то, как я пытался согнать с себя эту дурь! В пах ударила горячая кровь и эрекция не заставила себя ждать. Я зло сжал челюсти. Жена, смотрящая на меня, нахмурилась. Она подумала я на нее злюсь?! Нет, нет, нет… Но если я сейчас поднимусь на второй этаж и пройду в гостевое крыло, остановиться будет почти невозможно…

Тут мне почудилось, не знаю уж, что это: игра воображения или просто принял желаемое за действительное, но я заметил блеск слезы, скатившейся по ее щеке. Тогда прежде, чем успел сам понять, взбежал по лестнице и постучался в ее дверь. Она открылась слишком быстро.

Нет, не почудилось. Женщина действительно выглядела расстроенной.

— Элария? Почему ты плачешь? — я прислонил клинки к стене и сделал шаг вперед. Но стоило пересечь порог, как ко мне на грудь бросилась человечка, обнимая и пряча слезы. Эти эмоции… обескураживали.

— Дрэг? Скажи честно, я тебе не нравлюсь, да? Та ночь в трактире была просто случайностью, глупой ошибкой! Понимаю, ты принял меня за… шлюху, верно? Поэтому не сдерживался… А потом увидел в храме и понял, какая я развратница и больше меня не хочешь? Тогда зачем согласился на помолвку?! — она хлюпала носом и засыпала меня вопросами. Ее горячие слезы смешались с моим потом после тренировки.

Я нерешительно поднял ладонь и положил на ее голову жены, утешая. Мягкие каштановые волосы после твердых рукоятей сабель казались мне чистым шелком. От них пахло лесными ягодами с легкой весенней ноткой, и как-то неожиданно я понял, что Зверь затих, хотя прямо сейчас она доверчиво прижималась ко мне всем телом и нас разделяла лишь тонкая ткань ночной сорочки, но Элария трогательно всхлипывала, нуждаясь в успокоении, а не страсти и он дал мне передышку, отступая в сторону.

— Нет, ты не права, милая, — обнял уже двумя руками, теснее прижимая к себе. — Той ночью в трактире я был счастлив. Дело в том, что у меня есть страшный секрет.

Она напряглась. Перестала всхлипывать. Подняла лицо, показывая заплаканные шоколадные глаза. И снова в них отразился кто-то недостойный такой красоты.

— Внутри меня живет монстр-извращенец, жаждущий трахать все, что движется. Я пытаюсь его контролировать, но это тяжело, Элария, очень тяжело. Я ушел, потому что не хотел снова причинить тебе боль.

— Ч-то? — она уперлась пальчиками мне в грудь, желая отстранится, и я огромным усилием воли разжал руки, хотя очень не хотел этого делать. — Значит ты находишь меня красивой, так?

Элария сделала жест рукой, как бы обводя изгибы собственного тела.

— Не просто красивой. Ты — идеальна. А вот я… Монстр. И эта твоя сорочка пробуждает во мне низменные развратные мысли, дорогая. Хочется опрокинуть тебя на кровать, задрать ее повыше и целовать твои бедра, и то, что между ними. А потом взять тебя пальцами, языком, перевернуть на живот и вспомнить, какая ты тесная, влажная. Моя… — последнее слово я прорычал, все сильнее погружаясь в собственные фантазии. Зверь счастливо завладел моим ртом и начал нести всякий бред.

— Ого! — выдохнула она с… восхищением? — У тебя взгляд изменился. Зрачки шире стали, и даже цвет радужек потемнел. Что до остального, то… мы ведь женаты, помнишь? А с женой положено делать всякие непотребства, иначе она может грустить и плакать ночами, смотря как мужчина ее мечты разминается во дворе с саблями.

Девушка снова шагнула ко мне, подняла мою руку и положила себе на грудь. Маленькое полушарие легло в ладонь, как влитое, будто только здесь и должно было находиться. Острый сосок царапнул кожу. Я шумно втянул воздух носом. Что она делает? Зачем провоцирует Зверя? Чего добивается?

— Давай, Дрэг, — Элария встряхнула волосами, ее ладонь стала скользить по моему торсу все ниже, старательно обводя рельеф мышц. — Лекарь вернул мне память. Так что, я прекрасно знаю, что меня ждет, если соблазню тебя. А еще… — она приподнялась на цыпочки и выдохнула мне почти в губы:

— У меня тоже есть маленький секрет. Внутри меня живет леди-извращенка, жаждущая близости со своим мужем. Особенно после того, как ты заманчиво описал возможные перспективы.

Элария уверенно сжала мой напряженный ствол сквозь брюки. Меня не нужно было упрашивать дважды.

Элария

Когда Дрэг поднялся ко мне, я плакала. Из-за того, что он так и не пришел вечером, я успела разнервничаться, потому что не понимала причины. Он будто специально избегал меня. Может быть, я ему не нравлюсь? Пусть он сам не идеально красивый эльф, но и у него как у мужчины могут быть свои предпочтения. Например… ему больше нравятся блондинки. Или вообще эльфийки… И чем ушки изящней и острее, тем лучше! А у меня ушей таких нет и никогда не будет!

Сильнее всего расстроилась, когда увидела, как он упражняется на площадке со снарядами во дворе, вместо того, чтоб подняться в комнату жены! Он рубил деревянные столбы столь остервенело и зло, что я легко поняла тот панических страх в глазах наследного принца, когда мой муж пригрозил ему магией за обзывательство.

Этот массивный мускулистый эльф был страшен. И… безумно сексуален. Площадка, как и весь периметр особняка, освещалась магическими кристаллами, поэтому я хорошо могла рассмотреть движения моего высокого супруга. Не осталось и следа от того зажатого эльфа, которого я впервые заметила в храме. Он больше не прятал голову в плечи, не горбился. Отточенные выпады, двойные удары саблями, сосредоточенно сведенные на переносице брови. А уж когда он начал использовать огонь… восхитилась. Он обращался с магией так, словно она всегда принадлежала ему. Точно! Магия…

Неужели, он получил желаемое и теперь я ему больше не интересна? Слеза скатилась по щеке против моей воли, но именно в этот момент Дрэг почувствовал взгляд, остановился и поднял голову вверх. Я робко махнула ему рукой и попыталась улыбнуться сквозь слезы. Вышло плохо. Мужчина нахмурился и быстро пошел обратно в особняк. Ну все! Я его спугнула?

— Элария? Почему ты плачешь? — был первый вопрос, когда вихрь по имени Дрэг ворвался в мою комнату, стоило открыть дверь на его стук. По идеальному телу стекали капельки пота, грудь резко вздымалась и взгляд такой горячий, что я не сдержалась. Начала нагло его соблазнять. Муж уверил, что всего лишь боялся причинить мне боль. Но я хорошо помнила наш первый раз. Да, это было грубо, местами даже жестко, стремительно и страстно. А еще упоительно, эротично, волшебно… Алкоголь притупил боль, поэтому я смогла насладиться близостью в тот день, а потом выкинула из памяти, ведь думала, что мы никогда больше не встретимся.

Но вот он, стоит передо мной, похожий на взъерошенного дикого белогривого льва. Его глаза хищно следят за каждым моим жестом, а свободные тренировочные штаны не могут скрыть внушительную эрекцию. Мне вдруг очень захотелось его потрогать, и я сразу осуществила это желание. Горячая кожа, чуть влажная под пальцами была именно такой, как мне запомнилась. Вся испещренная самыми разнообразными шрамами, но это делало Дрэга очень мужественным в моих глазах, хоть я и догадывалась, что за отметинами вряд ли стоят просто тренировки. Рисунок из столь различных белесых шрамов скорее говорил о годах издевательств… А еще тот шрам в форме звездочки на ягодице, он мне не приснился?

Я пробежалась пальчиками по его животу без капли подкожного жира, довольно отметила, как он сжал челюсти в миг, когда коснулась пупка и двинулась ниже. Муж резко втянул носом воздух. Значит, не врет. Значит — нравлюсь.

— У меня тоже есть секрет. Внутри меня живет маленькая леди-извращенка, жаждущая близости со своим мужем. Особенно после того, как ты заманчиво описал возможные перспективы, — заявила ему и смело опустила ладонь вниз. Горячий даже сквозь ткань ствол приятно было обхватить пальцами.

— Элария, так нельзя. Если ты не прекратишь, я повалю тебя на кровать и сделаю все, о чем мечтал в течение этого безумно долгого дня.

Его голос осип, остался только страстный шепот на грани слышимости. Ух, как же это заводит! Я так долго наблюдала за ним из окна, за тем, как двигается его великолепное тело — настоящая машина для убийства, представляя на что же оно тогда способно в постели. Он делал выпад саблями, а я почти физически ощущала, как он мог бы входить в меня.

Крохотные трусики под сорочкой давно насквозь промокли, низ живота исступленно ныл, отзываясь на мои фантазии. Я дернула резинку, стягивая с мужа штаны. Уже не знаю, как его еще соблазнить!

Крупный восставший орган упруго выскочил наружу. Какой же все-таки он большой и напряженный, вены пульсируют, обвивая его по кругу, создавая неповторимый соблазнительный рельеф. Так и хочется потрогать, вот так сжать, взвесить на руке и коснуться прозрачной капли, выступившей на головке…

— Ну все! — рыкнул Дрэг. Поднял руку — и сорочка порвана. Еще одно быстрое движение — и я стою перед ним почти голой. — Я тебя предупреждал, жена.

От его голоса по спине побежали мурашки предвкушения. Наконец-то я его увижу. Этого Зверя, живущего внутри Дрэгоэля. Смогу ли с ним подружиться?

Переступив свои штаны, теперь валяющиеся внизу, он просто подхватил меня под бедра и понес на кровать. А когда положил, сначала просто смотрел. Его жадный взгляд становился все более диким и безумным, член возбужденно подрагивал. Я облизала губы.

— Ну давай же. Дай волю своему Монстру, — попросила, не в силах больше ждать. Тогда Дрэг наклонился, развел мои бедра в стороны, отодвинул трусики и приник ртом. Не ласка, — наказание. Он сразу же вонзился языком внутрь, заставляя вскрикнуть. Его ладони жестко сжали ягодицы, приподнимая и направляя навстречу языку. Я рефлекторно поднялась на носочки, подаваясь вверх. Хотелось быстрее и как можно глубже.

Дрэг не церемонился. Но я была слишком возбуждена, поэтому каждое его движение попадало в цель. Супруг брал меня языком, осуществляя свои порочные планы, и продолжал делать это, пока я не вскрикнула и не сжалась, застигнутая врасплох быстрым оргазмом.

— Вот так! — довольно выдохнул он, резко повернул меня на живот и шлепнул по попе. Не успела и пискнуть, как почувствовала давление в промежности. Он вошел быстро и сладко, наполняя до предела. Именно таким он мне и запомнился. Я выгнулась в пояснице, удобнее располагаясь под ним. Зашипела, когда он толкнулся до самого конца, даже немного болезненно. Тогда Дрэг подмял под себя, меняя позу, почти лег сверху, запуская пятерню в мои волосы.

— Эл, я весь день мечтал намотать эту копну на кулак и трахать тебя без остановки, — прорычало Чудовище. — Твой запах…

Он толкнулся вперед, выбивая из меня всхлип-стон. Это звучит грубо, но почему так заводит?

— Твой голос.

Еще одно жесткое проникновение.

— Е-же-вич-ка… — жаркий шепот на самое ухо и укус в шею. Боль тут же зализывают языком.

Пара фрикций — и длина намотана на кулак. Он потянул назад, но даже сейчас сдерживался, чтоб не сделать больно, лишь до допустимо возможного уровня. Его член продолжил входить, с каждым проникновением все резче и громче. Комнату наполнили влажные звуки. И да! Мне нравилось. В первый раз мой мозг был затуманен алкоголем, а между ног саднило от боли, теперь я ощущала его иначе: тягуче, приятно, словно только он может утолить эту потребность, этот жуткий голод, который сам и пробудил.

— Прошу. Не сдерживайся, мне так хорошо, — признание вышло скомканным, но очень своевременным. Оно развязало руки моему мужу, и он начал двигаться иначе. Еще жестче и быстрее, вбиваясь и подстраиваясь, меняя позы, целуя и вылизывая, клеймя и присваивая каждым резким толчком.

Совсем скоро перед глазами начали сиять звезды, а оргазмы посыпались как из рога изобилия один за другим.

Дрэгоэль

Я признался ей и тут же проклял себя. Зачем сказал это, болван? Но рука уже потянулась к мягким длинным волосам, в несколько оборотов намотав все копну на кулак и потянула назад, удобно располагая девушку сбоку подо мной.

Остановиться я был не в состоянии, слишком хорошо, слишком давно я этого ждал. Зверь обезумел. И чуть было не сорвался до насилия, когда она попросила не сдерживаться. Зачем она это сказала? Ведь я…

Так долго пытался его контролировать, но все же после ее слов, он взял верх, как это бывало с другими женщинами, когда я терял первенство в собственном теле. Я знал, что будет дальше: синяки, страх в глазах, мешочек денег и бесконечное чувство вины вкупе с неудовлетворенной потребностью продолжать.

Однако, через пару часов я обнаружил себя лежащим в кровати, а Эларию — довольно посапывающей у меня на груди. Кажется, мы решили сделать паузу?

— Прости… — привычно начал я, но на губы лег тонкий пальчик, прервав мою заранее заготовленную речь.

— Т-ш… Ты был великолепен, мой супруг. И все же, в следующий раз я бы хотела чуть больше ощущать именно твое присутствие. Этот твой… Зверь, очень даже очаровательный мужчина. Было приятно с ним познакомиться на трезвую голову.

Я моргнул. Не ослышался? Зверь — очаровательный мужчина? Взволнованно сглотнул и принялся осматривать Эларию. Ну да, как обычно. Синяки на шее, бедрах. Он ее не жалел. Она вся пропахла сексом. Потная, раскрасневшаяся, но было существенное отличие. Она улыбалась и выглядела довольной. В карих глазах моей жены плескался растопленный шоколад, мягкий и обволакивающий.

— Все со мной хорошо, я не такая хрупкая как ты думаешь. Идем в ванную комнату? Можешь считать, что я провела пару часов на тренировочном дворе, как и ты до этого. И пахну теперь так же, — рассмеялась Элария. — Только ноги дрожат, боюсь сама не дойду.

Я поднялся, мельком глянув вниз. Член спал. Значит, я определенно кончил как минимум раза два, три. Иначе бы он не был сейчас так спокоен. Ничего не понимаю. Обогнул кровать и поднял девушку на руки. Эл доверчиво прижалась ко мне, обняв за плечи и положив голову на грудь.

— Откуда эти шрамы? — вдруг спросила она, водя по крупному белому рубцу у меня над ключицей.

— Конкретно этот? Брат тестировал на мне новый клинок. Мне тогда было семь лет, кажется, и Тауриону привезли шикарный гномий кинжал в подарок на день рождение. Ему показалось забавным проверить его остроту на мне.

— Кошмар, — выдохнула она. — А этот?

— Здесь он пробовал курить и тушил об меня окурок, мне было десять.

— А шрам на ягодице? В виде звездочки?

— Стрела. Брат учился стрелять из лука, и я был чем-то вроде мишени. Я тогда здорово научился уклоняться и развил ловкость.

— Ладно, можешь не продолжать, я поняла. Так прошло все твое детство?

Я пнул дверь в ванную. Распахнув ее, поставил девушку на пол, но ее колени сразу подогнулись, поэтому пришлось усадить малышку на широкую лавку, куда обычно складывали стопки свежих полотенец и одежду. Крутанул вентиль, начав наполнять ванну.

— До тех пор, как я начал осваивать скимитары и нанял учителей. В какой-то момент я понял, что он просто рано или поздно меня прикончит, так продолжать было нельзя, и начал давать отпор. Сначала его дружкам, потом и ему. Сперва я только больше получал и зарабатывал новые шрамы, но время шло, я начал на равных драться с учителем, вскоре превзойдя всех известных мне мастеров меча. Остался разве что отец, но с ним я никогда не дрался. Кстати, я был почти уверен, что Таурион избавится от меня после свадьбы, когда обретет дар.

— Понятно. Значит вышло все вдвойне удачно. Он остался без дара, а ты теперь обрел магию. Мне достался в мужья очень сильный эльф. И не только физически, — улыбнулась Элария. — Поможешь мне помыться?

Честно сказать, я никогда не принимал ванну с женщиной. Обычно они старались поскорее от меня избавиться, напуганные и уставшие. Поэтому то, что происходило потом, стало для меня новым опытом. Мы легко поместились в широкой ванной вдвоем. Жена нашла мочалку, мыльный гель, вспенила ее и принялась водить по моим плечам, торсу, рукам. Я откинул голову назад, когда неожиданно вдруг почувствовал на шее ее губы. Шумно выдохнул, не понимая, что происходит. Влажный язык скользил по коже, поднимаясь выше, к самой мочке уха. Она втянула ее в рот и пощекотала. От такой ласки я почувствовал, что член привстал, а Зверь снова начинает просыпаться.

— Эл… не надо…

— Но я хочу, — пробормотала она мне на ухо, прикусив мочку. — Только сделай мне одолжение, Дрэг. Будь со мной. Ты, именно ты сам, хорошо?

Она отложила мочалку в сторону и села на меня. Двинула бедрами, потершись о ствол, который все сильнее наливался кровью. А потом поцеловала. Мягкие губы накрыли мои нежным прикосновением. Так никто прежде не целовал меня. Осторожно, едва касаясь губами. Вообще редко меня целовали по своей воле. И оказалось это так приятно, когда не ты с рыком добиваешься от женщины ответа, а она сама двигается на тебе, трогает губами и языком, все сильнее пробуждая в крови дикий страстный коктейль.

Со стоном Элария насадилась на мой член, выгнулась в спине, став похожей на богиню, спустившуюся с небес. И это было чем-то новым. Еще никогда женщина не соблазняла меня вот так откровенно, не проявляла инициативу сама. Она прикусила губу, и, не сводя с меня взгляда качнулась вверх-вниз. Ее грудь тоже двигалась в такт движениям человечки. И, наверное, именно в этот миг, я понял, что не хочу… не желаю отдавать Зверю этот кусочек своей реальности. Желаю насладиться им сам от и до, гладить ее, ловить соски губами, когда она сверху покачивается, расплескивая воду из полной ванны, когда хочется до зуда в руках самому взять контроль и начать быстро вбиваться в нее, но я терплю, потому что вижу, как ей хорошо быть вот так, неспешно, нежно, волнительно.

Такого секса у меня никогда не было.

Безумие Зверя отступило, и я смог полностью насладиться близостью с супругой.

Когда мы вылезли из ванной и закончили со всеми водными процедурами, Элария уснула почти мгновенно, я же еще долго не мог сомкнуть глаз, поглаживая ее волосы, и думая, насколько мне все же повезло. Из всех мужчин в зале она выбрала именно меня. Свою роль сыграл алкоголь, ее неопытность и страх, но все же это был я. А потом та ситуация с братом. Стоило подумать, что моя Ежевичка могла достаться Тауриону, как в крови закипал магический огонь. Этот долгий день закончился, и завтра мне стоит больше времени и внимания уделить жене.

Элария

Проснулась от того, что кто-то настойчиво скребется в дверь.

— Войдите! — сонно ответила, а потом запоздало поняла, что лежу в объятиях мужа, и супруг мой не очень-то хочет сейчас видеть кого-нибудь кроме меня, судя по вполне выраженной эрекции.

Бедные горничные застали не самый приличный поцелуй лорда и леди, пискнули, и вылетели за дверь, а мне еще долго объясняли, что утром Зверь обычно бывает голодный, более того, он не намерен уступать место Дрэгу и вполне готов отыграться за вечернюю паузу и свое временное отсутствие.

Не могу сказать, что мне не понравилось.

Ближе к полудню горничные все же снова поскреблись и сообщили, что приехали мои вещи.

Это было очень кстати, потому что есть хотелось уже сильно, а нарядов подходящих не имелось, если не считать свадебного и лоскутков от сорочки. Дрэг забрал чемоданы, и с удовольствием наблюдал, как я голышом в них копаюсь, выбирая скромный наряд для обеда, который подобает моему новому статусу. К сожалению, старый гардероб больше годился для девицы на выданье и пестрил огромным количеством оборок и рюшей, поэтому с ним придется попрощаться. Но все же одно более-менее подходящее платье я нашла.

Мы спустились в столовую на поздний завтрак, который был скорее обедом, но я совершенно забыла помазать синяки чудо средством от эльфийского лекаря, и поэтому прислуга, подающая нам еду, сочувственно вздыхала, а на хозяина своего бросала неодобрительные взоры. Дрэг сильно нервничал, сжимал кулаки и злился. Из-под надбровных дуг показался уже знакомый мне злой взгляд, точь-в-точь как на свадебной церемонии. В итоге мне это надоело, и, отбросив вилку в сторону я встала и громко заявила:

— Это не раны от ножа, а всего лишь засосы! Следы страсти! Меня никто не насиловал, у нас с Дрэгом была ночь любви. Я довольна и счастлива! Поэтому хватит так на меня смотреть.

Не сказать, чтобы это сильно помогло. Скорее меня посчитали леди с приветом, но я видела, как муж спрятал благодарную улыбку за глубокой миской супа. Кстати, ел он очень много, что совсем не удивительно, при такой-то комплекции!

После обеда он планировал уйти тренироваться и заниматься другими делами, предварительно извинившись, что пришлось поселить меня в гостевых покоях. Поймав его за руку, когда мы остались наедине спросила:

— Скажи, ты правда водил сюда других женщин? Так сказала управляющая.

Его лицо потемнело. Дрэг сглотнул, осторожно взял меня за руку, заглядывая синими глазами прямо в душу.

— Не буду тебе врать, Элария. Я давно не юноша, и ты уже успела оценить всю глубину моей… потребности. Женщины были, много. Один-два раза в неделю, и поверь, эти контакты не удовлетворяли меня. Но ни одна из них не пришла сюда, потому что жаждала близости со мной. Эльфийки предпочитают избегать темпераментных партнеров, для них это сродни пытки. Чаще они приходили за деньгами, а меня просто терпели и никогда не возвращались за вторым разом.

Я поежилась. Слышать это было жутко. Меня воспитывали как будущую супругу знатного аристократа, и я тоже не знала, какой достанется мне мужчина. Часто я представляла, что вот так безразлично лежу, пока он делает свое дело, но одна лишь мысль о подобном была мне противна. А когда папенька показал мне Тауриона, и я навела о нем справки, поняла, что никогда не смогу жить с таким… существом.

А Дрэгу приходилось долгие годы быть на обратной стороне баррикад. Так-то вот. Значит, он никогда не любил и не чувствовал себя любимым? Супруг сделал шаг вперед, обнимая. Я чувствовала тепло его пальцев через ткань платья. Тихо прошептал на ухо:

— Эти женщины — мое не очень приятное прошлое. Теперь я женат, и я весь — только для тебя, Элария.

Вот это уже приятно. Пусть наш союз получился случайно, но чем дольше я узнавала своего эльфа, тем больше он мне нравился. И первая брачная ночь вышла волшебной! От мысли, что у него могут быть другие женщины, мне стало нехорошо, но его заверения казались искренними.

Дрэг улыбнулся, наблюдая за моей реакцией. Он не спешил прерывать объятия. Тогда я встала на цыпочки и потянулась к нему за поцелуем. Легкая ласка быстро перетекла в нечто более жаркое. Поцелуй стал глубже, его объятия — теснее. Голова закружилась и все внутри с легкостью отозвалось на его прикосновения. Совсем не хотелось отпускать мужа. Но он с явным усилием прервал поцелуй и отошел от меня.

— Лучше так не делать, иначе я так и не уйду. А мне нужно разобрать почту и потренироваться с магией.

— Уверена, у тебя отлично получится. Вчера ты двигался очень уверено, будто всегда владел моим даром.

— Спасибо, дорогая. Спасибо, что выбрала меня, — он все же быстро поцеловал меня в щеку и ушел, оставляя меня глупо улыбаться посреди столовой.

До приезда портнихи и дизайнера оставалось несколько часов, и я их решила провести в компании Кракши Урожайн, сверить записи и вообще получить информацию о финансовом состоянии моего мужа, а теперь и меня самой.

Гоблинша не выказала особой радости, когда мы сели за книги, но чем дольше я листала записи, сверяла книги, тем больше понимала, что Кракша отлично справляется с управлением особняком и другими активами, а те моменты, в которых не разбиралась — делегировала другим гоблинам, живущим в Арвендале, столице эльфийского королевства.

Более того, мы с ней нашли общий язык, после весьма странного разговора.

— Скажите, леди. Хозяин действительно не сделал вам ничего плохого? — подозрительно сощурилась гоблинша. — Вы мне нравитесь, как я вижу, вы хорошо разбираетесь в ведении хозяйства и других областях, да и вообще, вы мне симпатичны. Хоть и сначала показались соплячкой, простите уж.

Я хмыкнула, но посмотрела в глаза Кракши и заметила в них что-то похожее на материнское тепло.

— Не прощу этому эльфу, если он посмел вас ранить! — неожиданно добавила она, оскалившись. — Такое сокровище попало в его лапы!

— Это очень бестактный вопрос, — заметила, пряча улыбку за пером, которым орудовала. Мы с моей помощницей тщательно проверяли доходы мужа за последний год и делали пометки.

— Простите, — смутилась управляющая. На ее зеленой коже вылез коричневый румянец. — Мы привыкли, что женщины, приходящие в дом хозяина, уходят в слезах, синяках и никогда не возвращаются. Из вашей спальни всю ночь были крики, и вы в синяках… Поэтому все так на вас и смотрели во время трапезы.

Получается, прислуга обо мне волновалась?

— Видимо мне придется ответить, иначе эти слухи и дальше будут распространяться. Дрэгоэль не сделал ничего, чего бы я сама не хотела. Он вел себя достойно. Этого достаточно? — закатила глаза.

Кракша выдохнула. Кажется, она правда верила в то, что ее хозяин насильник или издевается над своими партнершами.

— Спасибо, леди. Мне полегчало. Я всегда знала, что наш лорд Сильвандир только ликом не вышел, а в душе хороший эльф. Но дурная слава о его брате отравляет репутацию всех членов королевской семьи. Невольно начинаешь задумываться, а что, если и мой работодатель совсем не такой, каким кажется. И реакция этих женщин… Но раз не сделал ничего плохого, то значит я и дальше буду здесь спокойно работать. Уверена, теперь нас ждут большие перемены с такой-то новой леди!

Я узнала о наличии у мужа нескольких наделов земли, рощи в элитных эльфийских лесах, целой конюшне тяжеловозов, трех ферм и теплиц, обеспечивающих большую часть продовольствия Арвендала. Он владел очень и очень многим. Более того, все его дела находились в порядке. Придраться было не к чему. Этот факт навел меня на интересные мысли. Мой муж держал на себе очень и очень многое, при этом справлялся с делами играючи, что говорило о развитом интеллекте, да и физически он был силен. Новая жизнь нравилась мне все больше и больше!

Потом мы с Кракшей ушли в другое крыло, и она любезно показала мне, где именно располагались мои комнаты. Покои… были ужасны. Помещения напоминали больше склад для ненужных вещей, хотя здесь и убирались. Но ничего из того, что здесь сейчас находилось, невозможно было использовать. Сломанная кровать, покосившийся книжный шкаф, стулья и табуреты разного стиля и времени, портьеры, тяжелые и некрасивые, навевали невеселые мысли. Он и правда не намеревался жениться в ближайшее время.

— Лорд купил этот особняк, когда встал на ноги, около десяти лет назад. Раньше им владел другой эльф, он не был женат и не ухаживал за многими помещениями. Со временем мы почти везде навели порядок, но несколько комнат остались вот в таком виде… — немного виновато произнесла управляющая.

— А можно посмотреть его комнаты? — я кивнула на соседнюю дверь.

— Конечно, теперь все здесь принадлежит вам, леди, — поклонилась Кракша, открывая смежную дверь в спальне. — Обычно в это время лорд работает в кабинете на другом этаже.

Строго. Лаконично. Другого я и не ожидала. Все в коричнево-зеленых тонах, навевает ассоциации с лесом, который так любят эльфы. Чистые поверхности, огромное кресло у камина и не менее огромный книжный шкаф с толстыми полками, способный разместить в себе толстенные фолианты. Похоже, здесь Дрэгоэль часто сидел вечерами, беря в руки очередную книгу. В углу же гостиной стоял… рояль.

— Дрэг играет?

— И очень хорошо, леди Сильвандир. Знаю, по нему не скажешь, но у лорда множество скрытых талантов. Если бы свет проявлял к нему больше снисхождения, он бы блистал на балах не хуже остальных.

В это как раз мне очень хорошо верилось, но эльфы слишком надменны и помешаны на стандартах красоты. Моему мужу пришлось нелегко. Сложно быть непринятым в собственной семье, отвергнутым своим народом, и почему? Всего-то из-за грубых черт лица и горбинки на носу?!

Хотелось еще в спальню зайти, но нас позвал дизайнер, который пришел, чтоб согласовать проект ремонта в моих комнатах.

Я прислушивалась к советам гоблинши по поводу цветов и материалов, мы даже немного поспорили, но в итоге выбрали приятные кремовые плотные обои с перламутровым напылением для отделки стен и бежевые деревянные панели в тон. Мебель я хотела более практичную, и дизайнер предложил мне роскошную прочную кровать, огромную, из тех вариантов, которые обычно заказывал мой муж. Я согласилась, но кресла, рабочий стол и диван попросила сделать под себя. А также добавить книжный шкаф, туалетный столик и обустроить гардеробную нишу. Меня заверили, что работа займет двое суток, мебель найдут из готовых вариантов, а вот над внутренней отделкой придется потрудиться.

В любом случае я уже начинала чувствовать себя лучше, пока не появилась модистка с ассистентками и не принялась допрашивать меня на предмет одежды. Они тщательно меня измерили, отметив стройную фигуру и тонкую талию, предложили лучшие варианты из того, что сейчас популярно у эльфиек. В их каталоге было такое! Честно, я не понимала этих ушастых дамочек! Если ты не хочешь соблазнять спутника, тогда зачем такой глубокий вырез прямо до пупка? Или, наоборот, они хотят затащить спутников своих в постель всеми способами? В общем, противоречивый народ какой-то, эти эльфы. Но мы разговорились, пока выбирали наряды, и, оказалось, что мне придется через неделю предстать перед самим королем, и вообще весь эльфийский свет давно гудит о нежданной супруге принца Чудовища, а главное о позоре в храме его брата.

Мне не нравились эти слухи. Решила, что раз в делах у моего мужа полный порядок, то я буду заниматься его репутацией. Получится ли сделать из Чудовища, хотя бы просто лорда Сильвандира? И как мне это сделать?

Модистке для особого случая было заказано специальное платье. Скромное, но подчеркивающее все достоинства. Полностью закрытое, однако столь обтягивающее, что белья не предполагает. В нем я покажусь отцу Дрэга. У эльфов свои понятия о нравственности и красоте, и учитывая их моду, данный туалет впишется в общую концепцию идеально. Конечно, я не забыла и об остальных вещах, белье… много белья. Красивого. Эротичного. Ушастые знали толк в таких штучках. Домашние платья из шелка, обувь, халаты теплые и не очень, пара костюмов для верховой езды, само собой. Шляпки, перчатки и другие аксессуары. Часть вещей обещали доставить завтра утром, а остальное в течение недели. Должны успеть до встречи с правителем.

Когда они ушли, я выдохнула с облегчением. За окном уже стемнело и пришло время ужина, мы с Кракшей отправились в столовую, где уже ждал Дрэг.

Мой муж выглядел очень плохо. Взгляд потемневший, с легким флером безумия, я его уже знала. Значит, сейчас он под властью своего внутреннего Монстра.

На одной из рук подрагивает пламя, то и дело вспыхивая неконтролируемыми огненными лепестками. В другой руке зажата смятая газета, мельком я увидела там изображение беловолосого эльфа и опознала в нем своего неудавшегося мужа.

Стоило мне войти, как Дрэгоэль одним своим жутким взглядом попросил управляющую уйти, и мы остались вдвоем возле накрытого на двоих стола.

— Я хочу, чтоб ты встала на колени, Эл, и взяла его в рот. Мне нужна разрядка, иначе рехнусь и сожгу всю столицу.

Бумага из его рук полетела куда-то на пол. А я замерла, не зная, как реагировать. Он хочет?..

— Не ты ли говорила, что с женой положено делать всякие вещи? — не дождавшись, пока я выполню его просьбу, он погасил пламя и сам подошел ближе. С силой надавил мне на плечи ладонями, вынуждая повиноваться. Сердце в груди ухнуло от страха, когда я коснулась коленями пола. Я впервые видела Дрэга совсем потерявшим контроль. Напряжение вперемешку с гневом читалось в каждом его резком движении, жесте, взгляде. Который едва ли он способен сдержать.

— Что ты хочешь, чтоб я сделала? — голос осип, глаза смотрели ровно на пряжку передо мной.

— Расстегни ремень. Достань член. Не волнуйся, он чистый, я только что был в душе после тренировки, а потом просмотрел почту, и… Зверь взбесился.

Я подняла голову вверх, нервно облизнула губы, все еще не решаясь начать действовать. Почему он меня обманывает? Ведь это именно Монстр сейчас стоит, возвышается надо мной как огромная пугающая скала, статуя, высеченная из цельного куска холодного камня. Хочет претвориться Дрэгом?

— Ну же, женушка, — тон жесткий, повелительный.

Он говорит, перемежая обычную речь с рычащими звуками. И это звериное рычание затрагивает нечто дикое внутри меня, то, что всегда отзывается в ответ на его сумасшедшее желание, как было в первую ночь.

— Не хотел рассказывать, но сегодня я отправил деньги твоему отцу, — припечатал Монстр. — Придется отработать.

Мне резко стало нехорошо. Старик все же умудрился урвать свою выгоду от замужества младшей дочери? Меньшего я от ушлого папеньки не ожидала. Горло свело от обиды. Он все равно умудрился продать меня, просто другому эльфу. Я сглотнула. Отработать? Звучит ужасно.

— Х-хорошо, — сипло отозвалась, услышав сверху вздох… облегчения?

Это меня немного приободрило. Возможно, муж прибегнул к последнему аргументу. Я потянулась к ремню, высвобождая его из пряжки. Дальше только маленькая черная пуговица на поясе. Дрожащими от волнения и страха пальцами я расстегнула и ее.

Казалось, брюки теперь держались на огромной каменной эрекции моего личного Чудовища. Он прав. Я сама это сказала, значит теперь должна повиноваться.

— Неустойка за плохое поведение моей жены и ее незаконную передачу дара мне до церемонии, — Дрэг пропустил мои волосы между пальцев, внимательное наблюдая сверху. Синие глаза превратились в два черных омута. Стоит взглянуть — и пропадешь, затянет на самое дно. Так выглядела крайняя степень возбуждения моего мужа.

— Он вывернул все так, будто я тайно обесчестил тебя перед свадьбой, чтоб заполучить дар, и мы сговорились обо всем заранее. Но это не самое плохое, милая. Это всего лишь деньги, их у меня много. Малая цена, которую я могу заплатить за свое сокровище, — Чудовище натянуло пряди, заставляя запрокинуть голову. Прошлось пальцами по моему подбородку, скуле, мягко коснулось губ, вынудив облизать большой палец.

Рефлекторно сомкнула губы, посасывая его. Эльф победно улыбнулся.

— Давай, дорогая. Член уже заждался настолько, что яйца сводит. Стоит подумать о твоих нежных губах на нем, как в глазах темнеет и хочется принудить тебя силой, — тяжелая ладонь легла на голову, направляя ближе к нему. Я потянула за пояс вниз, случайно избавив мужа и от белья.

Крупный ствол Дрэга будто только и ждал, чтоб его освободили от брюк. Вены пульсировали, головка налилась, увеличившись в размере сильнее прежнего. Он не дал мне и малейшей возможности сбежать. Бархатистая твердость уперлась в губы.

— Возьми его в рот. Лизни. Ты уже это делала в нашу первую ночь. Не помнишь?

Покачала головой. Видимо, лекарь так и не смог вернуть мне все воспоминания.

— Сегодня мы все повторим. Твои губы на моем члене, а после я — в твоей чудесной попке. Или сначала возьму тебя по классике, а после, когда ты потеряешь сознание от жесткого секса, возьмусь за задний проход. В прошлый раз тебе очень понравилось. Ты явно из тех женщин, которые это любят, — продолжал говорить муж, и странным образом эти гипнотические речи воздействовали на меня. Страх исчез, его постепенно замещало предвкушение.

Чего я боялась? Он ни разу не сделал ничего, что я бы не хотела сама. Сейчас моих губ касалась горячая кожа его твердого члена, на вершинке которого выступила прозрачная капля. Он хотел меня. Решительно высунула кончик языка и упруго дотронулась до головки.

Мягко.

Слизала каплю.

Солоно.

— Я уже говорил, что без ума от тебя? — хрипло прорычали сверху.

— Нет, — тихо, но он услышал.

— Если бы я не встретил тебя в храме, то сдох бы. Брат давно вынашивал планы меня прикончить. Ты спасла жалкое Чудовище, маленькая леди Сильвандир, и у тебя теперь есть ручной Зверь.

Его ладонь, все еще лежащая на моей голове, направила вперед.

— А теперь, соси. Знаю, тебе это нравится.

Спасла?..

У меня не было возможности как следует обдумать эту мысль. Приоткрыла рот и попробовала полностью обнять головку губами. Получилось. Обвела языком вокруг, нашла тонкую складочку внизу, пощекотала ее, услышав судорожный вдох мужа. Обняла ствол пальцами, и принялась водить по нему, продолжая играть с головкой языком. Мне понравилось чувствовать его во рту, весь Дрэгоэль в это мгновение был в моей власти. Захочу — перестану, а захочу — могу и прикусить…

Низ живота прострелило молнией удовольствия, и будто что-то почуяв, Зверь надавил на затылок, заставляя взять глубже.

— Говорил же, — довольно заурчал он. — Но для большего я слишком крупный. Не хочу сделать тебе больно.

Он ослабил давление и дал мне свободу действий. И я увлеклась. Ласкала головку, обводя языком и щекоча уздечку, водила по члену, поднимаясь от самого основания до вершины, наслаждаясь его приятными габаритами, рисовала поверху вен языком, стремясь очертить каждую из них. Я все сильнее заводилась сама, чувствуя скопление смазки между ног.

Тогда Дрэг прервал меня. Чудовище хорошо умело распознавать мои ощущения.

— Встань.

Помог подняться рывком, посадил на стол, сервированный для нас. Дернул за скатерть, и все приборы полетели на пол, освобождая поверхность.

— Что ты делаешь? Беспорядок же!

— Плевать. Хочу тебя прямо сейчас, — отозвался он и больше не позволял мне говорить.

Накрыл губы требовательным поцелуем, одним быстрым движением задрал подол, рванул трусики, просто уничтожая последнюю преграду и погрузился внутрь. Мы одновременно простонали друг другу в губы. А дальше… он сорвался. Начал входить жестче, быстрее, целуя шею, снова оставляя болезненные отметины.

Зверь заигрывал со мной.

Он контролировал безумный дикий ритм. Подводя меня к самой границе удовольствия, коварно замедлялся, повторяя это несколько раз, после чего я начала умолять не останавливаться, стремясь получить разрядку. Все внизу живота свело от болезненного напряжения.

— Только не… — снова поцелуй, только на этот раз он не останавливается, — и все вокруг меркнет под лавиной дичайшего удовольствия.

А после я прихожу в себя от того, что меня положили на живот прямо на столе, и уже очень успешно осуществляют вторую часть плана, входя в задний проход. Расслабленное после оргазма тело позволяет это сделать легко.

Его дыхание на моем затылке, ладонь на моей шее, и он сам сзади, двигается нежно, неспешно и тягуче, постепенно выравнивая темп. Богиня! Мне правда нравится. Все, что он со мной делает — мне нравится! Я всхлипываю, кричу и… снова теряюсь в этом водовороте чувств вместе с Дрэгом. Но он не отпускает меня, пока не насытился, не давая вскрикивать и закрывая рот ладонью.

— Если будешь так громко стонать, слуги снова подумают обо мне невесть что, — говорит он, при этом вбиваясь глубже и резче обычного. Мышцы внутри начинают сокращаться, бедра выкручивает в судороге, я снова теряю сознание, перед этим ощутив, что Зверь тоже кончает.

Пришла в себя через несколько минут. Дрэг склонился надо мной, взволнованно осматривая синими глазами.

— Эл? — безумие отступило. — Элария? Что случилось? Что я сделал?!

Дрэгоэль

Письмо от отца Эларии, пришедшее вечером, когда я уже закончил тренировку и поднялся в кабинет, меня совсем не удивило. Было бы странно, если бы он пустил все на самотек. Лорд Больт точно поднял многие связи, чтоб выяснить, где именно мы встретились с его дочерью впервые, и даже такие подробности, как ее наряд в ту ночь, который он считал доказательством нашей предварительной договоренности. Мол, его милая дочурка не пошла бы в трактир просто так по своей воле, чтоб переспать там с мужчиной.

Ну да, ну да…

Он явно плохо знал собственную дочь. В ее шоколадных глазах обитает целый омут чертей!

Я запросил в банке столицы требуемую крупную сумму и перевел на счет Больта. Небольшое состояние, на которое можно купить хороший двухэтажный дом и полностью его обставить, но моя жена стоила этого и даже больше, не говоря о ее магическом даре. Зато теперь мы с ней свободны ото всяких обязательств перед Больтами.

Потом продолжил проверять почту и наткнулся в конце стопки на утреннюю газету. Обычно я встаю рано и сразу читаю ее, но сегодня был с Эларией, поэтому пропустил прессу.

Главная страница ошарашила жутким заголовком: «Убийство знатной эльфийки Амириэль! Безумие кронпринца или случайность?!». Чего?! С той же страницы на меня взирал озлобленный Таурион, уводимый стражей в черных мундирах. Всклоченного и злого, его вели под локти не просто патрульные, а тайная служба короля с особыми метками на шевронах. Однако, он умудрился ответить на несколько вопросов от газетчиков, когда его уводили. Ниже приводился этот диалог:

«— Что заставило вас сделать это, лорд Сильвандир?

— Во всем виноват мой брат. Он украл у меня невесту, предварительно сговорившись с ней. Забрал мощный дар и красавицу, этот Урод подставил меня, опозорив на весь Эландриэль! Я мог стать сильнейшим огненным магом!

— Вы хотите сказать, что в смерти вашей любовницы виноват Дрэгоэль Сильвандир?

— Верно. Придурок вынудил меня это сделать! Он меня довел! А девка пришла сама, она знала кто я такой, но оказалась недостаточно крепкой. Не вынесла моей страсти, ха-ха-ха!»

«Тело молодой эльфийки со следами удушения было найдено во дворе дома лорда Сильвандира. Сам он находился в состоянии крайнего опьянения, как заявил именитый лекарь, господин Армиэль Тэладоэ. По словам нашего источника, именно он вызвал в особняк работников правопорядка после того, как обнаружил тело. Лекарь прибыл на место по просьбе Его Высочества Тауриона, чтобы вылечить девушку, однако, оказалось, что она уже скончалась.

Смеясь и бешено вращая глазами, Его Высочество Таурион Сильвандир был уведен работниками тайной канцелярии короля. Задумайтесь, эльфы. И это наш будущий король?! А его брат? Говорят, он настоящее Чудовище, монстр во плоти! Как скоро нам стоит ждать новых убийств аристократок только на этот раз от него?»

— Какого гоблина?.. — выругался я, зло сминая газету в руке. Подонок! Убил девушку, но умудрился во всем обвинить именно меня! А журналисты? Мое имя частенько мелькало в светской хронике, часто в пренебрежительном контексте, и все же они никогда не позволяли себе перейти черту.

Таурион убил эльфийку! Садист доигрался! Причем здесь я?! Расправил газетный лист и все внимательно перечитал. Слава Великому Древу, моя супруга нигде не упоминалась, и никаких подробностей о свадьбе я не нашел. Газетчики наверняка зацепятся за это и начнут копать в этом направлении, но пока по этой части было тихо.

Пружинисто поднялся из кресла и стал расхаживать по кабинету, обдумывая ситуацию. Мне решительно не нравилось происходящее. Таурион был взращен отцом как наследник. Соответствующее образование, власть, вседозволенность — все это привело к логическому концу. Но что будет дальше?

Я развернулся на каблуках, продолжая мерить шагами пол.

Каким будет следующий шаг отца? Он отлучит Тауриона от престола? Брата мне не было жалко, он получил по заслугам и теперь его будет ждать законный суд. Благодаря Армиэлю, у них не вышло замять происшествие, этот лекарь мне всегда нравился, и сейчас я был ему особенно благодарен. А ведь могло все выйти иначе. Тело бы спрятали, и никто бы не узнал правду о случившемся.

Тем не менее внутри меня начала бурно закипать ярость. Слова газетчиков, их дурацкое сравнение меня с братом, в тени которого я всегда находился, это голословное обвинение глубоко меня задело. Как они могли подумать, что я способен на убийство женщины?

О нет. Мой Зверь любил их, и никогда бы не обидел ту, с которой разделил постель. Он безупречно контролировал ситуацию, даже когда полностью занимал мое тело. Но сделав еще пару бешеных злых шагов, я почувствовал, как вены наполняет жар, а к низу живота приливает кровь. Одна мысль о сексе, обрывок воспоминания. И он готов. Мне нужно как-то избавиться от этого злого напряжения. Тело превратилось в горячее каменное изваяние, Зверь подбирался к моему сознанию все ближе.

Холодная вода? Я уже пошел в сторону своих комнат дабы осуществить план, но вдруг расслышал в коридоре знакомый голос. Монстр сразу принял охотничью стойку. Дрочить в ледяном душе, когда рядом жена? Ну уж нет.

Элария. Жена звонко болтала с модисткой и ее помощницами, провожая их. Они смеялись, наполняя мой особняк позитивной энергией, разгоняя тучи, сгустившиеся над ним за долгие годы одиночества. Я уже хорошо знал тембр ее голоса, эти звонкие журчащие нотки, напоминающие звучание горной реки, а как она умеет стонать! Стоило подумать, как тут же захотелось снова услышать эти крики. Ее голос проникал в мое сердце, заставляя его биться быстрее и мощнее перекачивать кровь. Стояк окреп еще сильнее. А ведь я просто услышал ее голос!

Вернулся в кабинет, чтоб немного отдышаться. Снова смял газету в кулаке, особенно то место, где изображался портрет брата.

Нет! Я не такой! И так всю ночь ее мучил, и утром не отстал. Что она скажет, если снова приду настаивать на близости? Сейчас я вернусь в свою комнату и спокойно подрочу!

Вышел в коридор — никого. Прошел вниз, спустился по лестнице, но и здесь меня застал врасплох ежевичный аромат, разлитый в воздухе. Она была здесь! Совсем недавно. До ушей донесся разговор Эларии и госпожи Кракши, они говорили об ужине. Столовая. Ну конечно, должно быть моя маленькая жена устала от хлопот за день и должна хорошо поесть. Я устремился вниз, ведомый подозрительным чувством голода.

Не бурчанием в желудке, а глубокой потребностью иного рода. В голове вспыхивали порочные фантазии одна за одной. Много чего можно сделать с супругой в столовой. На столе, под ним, на ковре, или подоконнике, а как бы хотелось сейчас, чтоб ее губы… Когда я распахнул дверь в помещение, все вокруг померкло. На первый план вышел Зверь.

В следующий миг я осознал себя стоящим возле стола, на котором, животом вниз лежала Элария и тяжело дышала. Ее юбка была задрана, на попе виднелись красные следы от шлепков, трусики порваны. Их остатки невероятно эротично повисли на правом бедре, а мой член… внутри ее попки содрагается, продолжая выплескивать семя. И я все это пропустил?! Тогда я заметил, что жена без сознания. Ее глаза были закрыты, а на припухлых от поцелуев губах застыла блаженная улыбка.

— Эл? Элария? — я отстранился, застегнул брюки. Она не отвечала. — Что случилось? Что я сделал?!

Жена что-то невразумительно пробормотала в ответ, отмахиваясь тонкой рукой, не в силах подняться. Она продолжала тяжело дышать, анальное колечко подрагивало, выплескивая из себя сперму, бедра все еще потряхивало. Заманчивое зрелище. Зверь внутри меня был доволен. А вот я — нет! Почему все самое вкусное всегда достается ему? Все сильнее я начинал чувствовать необходимость соединиться с этой своей частью. И мне казалось, что Элария может в этом помочь.

Я нашел салфетки, привел супругу в порядок и одернул подол, боясь не устоять и снова превратиться в Чудовище. Наконец, она распахнула глаза, хлопнув длинными ресницами, сползла со стола и осела на стул. В карих глазах все еще виднелся отголосок недавнего бурного секса.

— Все нормально, Дрэг, — наконец выдохнула она, поправляя платье. — Ты… ничего не помнишь?

Покачал головой. Сел на обеденный стул и перетянул жену к себе на колени. Обнял и прижался к горячему лбу супруги, покрытому крошечными бисеринками пота. Она правда считает это нормой? Действительно готова терпеть моего Зверя? А, похоже, и сама получает удовольствие от контакта с ним.

— Когда я пришла в столовую, твои глаза уже были темными. Ты выглядел очень злым. Потребовал встать на колени и…

Я скривился. Неужели он правда заставил ее сделать это? Но представив, как Элария нежно берет в рот мой член, я понял, насколько соблазнительна такая картина. Скрипнул зубами.

— Скоро я окончательно его возненавижу, — прошипел, сильнее прижимая к себе свое нежданное сокровище. Какая еще женщина станет это терпеть?! Да еще и отвечать взаимностью? И получать от этого удовольствие?

— Нужно плотнее подумать над тем, как вернуть тебе целостность, мой супруг. Возможно пригласить господина Армиэля для консультации? А пока, расскажи, что случилось? Что спровоцировало твоего Монстра?

Пересадил ее на стул и нашел смятые остатки газеты. Протянул Эларии. Она быстро вчиталась в печатные строчки, по мере прочтения ее лицо из расслабленного становилось все более напряженным и злым. Мягкие брови сомкнулись на переносице, она зло закусила нижнюю губу, листая страницы.

— Там больше ничего нет.

— Но и этого достаточно! Почему он обвинил во всем тебя?

— В этом суть Тауриона. Я всегда был для него козлом отпущения и соломенной куклой для битья, — пожал плечами, оглядывая весь беспорядок в столовой. — Давай сегодня поужинаем у меня? Вижу, ты устала, да и мое поведение… — я сглотнул, не договорив. — Попросим горничных принести еду, и пару бокалов вина.

— Хорошо.

Элария согласилась слишком быстро и легко. Я ожидал от нее протеста, эмоциональной реакции, ругани, чего угодно, но не этого. Моя жена… Конечно, девушка понравилась мне с первого взгляда еще в трактире, а когда увидел ее в белом платье, был готов порвать брата на маленькие кусочки несмотря на все последствия. Когда она оказалась моей, не мог поверить своему счастью, а теперь… В сердце поселилось теплое чувство. Я больше не был один. Она не смотрела на меня как на монстра или прокаженного. Не вскрикивала, когда ее касался, и много других «не», с которыми давно свыкся.

— Только сначала я приму душ. И, пожалуй, мне снова нужна твоя помощь. Ноги не держат, — сказала она с извиняющейся улыбкой.

Я ухмыльнулся. Такой способ перемещения жены по дому мне нравился. Легкое тело прижималось доверчиво и вкусно пахло. Хотя, как по мне, аромат жаркого секса, смешанный с ежевикой, шел ей гораздо больше. Едва я открыл дверь, столкнулся с целой группой горничных, подслушивающих нас во главе с управляющей. Закатил глаза. Они правда считают меня жестоким монстром?

— Леди Элария? — строго спросила Кракша, придирчиво осматривая хрупкую девушку в моих руках. — С вами все хорошо?

— Конечно. Будьте добры организуйте ужин в комнатах мужа, мы оставили в столовой знатный беспорядок.

— Конечно-конечно, все будет в лучшем виде, — лукаво проворковала гоблинша. — Есть пожелания по меню? Повар недавно приготовил отличного цыпленка.

Это что еще за реакция?! Когда они с моей супругой успели так поладить?! Кракша никогда не задавала лично мне вопросов таким заискивающим тоном.

— Будем признательны. Добавьте сырную тарелку, фрукты и бутылочку хорошего вина. Я предпочитаю сладкое. Идем, дорогой, — постучала меня по плечу, словно приказывала породистому жеребцу двинуться с места. Мне понравилось.

Донеся свою драгоценную ношу до ванной комнаты, хотел уже выйти, но меня остановили.

— Не уходи, Дрэг. Тебе тоже не помешает ополоснуться, — звонкий голос и безапелляционный тон не оставили мне выбора. Залез к ней. Зверь с удовольствием наблюдал за движениями женщины, плавно скользя взглядом по всем ее изгибам, тонкой талии, бедрам… И, пожалуй, эта бесстрастная оценка была чем-то новым для меня. Он не требовал взять ее, а скорее просто хотел быть рядом, удостовериться, что с нею все в порядке после бурного секса в столовой.

Я вышел первым, накинув теплый домашний халат, оставил жену плескаться в ванной. К счастью, еду уже успели привезти. Перед растопленным камином стояла тележка с притягательным ароматным ужином: виноград, сырная тарелка, украшенная листьями салата, нарезанные тонкими ломтиками яблоки и цыпленок, покрытый хрустящей корочкой. Кракша расстаралась, превзойдя саму себя. Настолько ей понравилась моя жена?

Тем, другим, женщинам, горничные ничего не приносили. Они приходили, проводили здесь ночь и исчезали, не оставляя в моей душе ничего, кроме пустоты. Теперь в ней зарождалась искренняя симпатия. Элария вела себя так, будто не вчера вышла за меня, а давно и прочно живет здесь. Ее утонченная манера держать себя, двигаться, скромно улыбаться, по-деловому общаться с прислугой — это действительно подкупало и располагало. Мое ледяное сердце, привыкшие к холодным эльфийкам, обуял пожар, пламя, похлеще того, что теперь текло в жилах вместе с ее Даром. Симпатия, страсть, уверенность в правильности собственного решения.

Разлил по бокалам вино. Для себя сухое и терпкое, и сладкое, с цветочно-фруктовым ароматом для супруги. Мне нравилось, как Элария разнообразила мою одинокую затворническую жизнь. Хотелось, чтоб и ей было комфортно в моем доме. Наше знакомство вышло скомканным, стремительным, а Зверь готов был сутками напролет не выпускать малышку из постели, лишь иногда давая мне передышку. Я же, пользуясь перерывом, был решительно настроен окружить жену вниманием, нежностью и… любовью. Если она мне позволит.

— Дрэг? Одолжишь рубашку? Мое платье грязное! — позвала Элария из ванной комнаты.

Рубаху?

Усмехнулся, бредя по направлению к гардеробу.

Медленно, но верно, я и сам целиком перехожу в ее владение, вместе с одеждой, мебелью, домом, другими активами, крайне дурным характером и не менее отвратительной внешностью, так что пусть забирает хоть весь шкаф! Распахнул створки, нашел там одну рубашку, которая будет моей супруге на манер платья, темно-синюю выбрал, сшитую из комфортного мягкого хлопка. Принес. А она стоит в облаке пара, замотанная в крохотное полотенце, вся в багровых отметинах от жестоких поцелуев.

— Схожу за мазью, — вырвалось хрипло из самого горла. Я просто Монстр. Чудовище. Правильно обо мне говорят.

Пулей вылетел из комнат, добрался до гостевых покоев и вернулся обратно. Когда пришел, она уже устроилась на диване, подобрав под себя ноги с бокалом вина в руке. В моей рубашке. А теперь скажите мне, почему на ней она смотрится гораздо лучше? По какой такой причине, деталь мужского туалета делает из Эларии самое сексуальное создание в мире? Возможно, потому, что рубашка МОЯ и женщина тоже МОЯ. От этой мысли в голове зашумело безо всякого вина.

— Вот, — поставил баночку на тележку с едой.

— Спасибо, — благодарно улыбнулась Эл. — И за рубашку, она очень удобная, хотя рукава просто огромные для меня.

В груди потеплело. Значит, ей мой выбор пришелся по вкусу. Приятно.

— Помочь с синяками? — спросил, пряча эмоции. Не хотелось показаться жене сентиментальным дураком.

— Это было бы очень кстати.

Она села ближе, отвела влажные волосы в сторону, открывая шею. Крайне интимный жест. И Зверь внутри меня напрягся, готовый впиться в горло губами, снова целовать и лизать, но я заткнул его куда подальше. Девушка устала, ей нужен отдых и забота. Зачерпнул немного средства и стал осторожно смазывать каждую отметину, которую видел. Сначала на шее, потом на ключицах, и ниже…

— Там тоже есть несколько, — она поставила бокал и расстегнула пару верхних пуговиц, приоткрывая ложбинку груди. — Что теперь будет, Дрэг? С твоим братом и нами?

Разговор отвлек от ненужных мыслей.

— Таурион должен получить по заслугам. Общество не простит такого преступления от эльфа его статуса, скорее всего отцу придется отлучить его от короны, но вот загвоздка, других сыновей кроме меня, у него нет.

— Знаешь, в тот миг, когда ты показал магию на свадьбе, ты будто стал совсем другим. Я внимательно наблюдала за тобой. Перестал горбиться, и стал выглядеть очень величественно, как скала, наполненная силой, — Элария остановила мою руку и направила ее вниз, на бедра, где так же имелись отметины, для чего пришлось приподнять рубашку.

— Дурная привычка горбиться давно со мной, подсознательно хотелось походить на остальных, чтоб они меньше меня избегали и принимали за своего. Только это не помогает. Однажды став изгоем, трудно вернуть себе положение в обществе, будь ты хоть трижды сыном короля, — прозвучало горько, но так оно и было.

— Я тебе помогу, — неожиданно заявила супруга, когда каждый синяк был обработан мазью. — В пансионе я была лучшей по многим предметам, включая управление общественным мнением. Ты не знал? Ну вот, теперь знаешь. Все же меня готовили в жены для непростого человека, — это тоже прозвучало горько.

Думаю, Эларию не очень радовала такая перспектива. Поэтому она сбежала в ту ночь? А перед алтарем заявила, что не хотела отдавать дар садисту. Что ж, по всему получалось, жена моя — мудрейшая из женщин. Будь я на ее месте, тоже не стал бы отдавать магию Тауриону.

— У меня есть план работы с репутацией, — тем временем продолжала она, снова взяв бокал в руку. — И до приема твоего отца мы как раз успеем подготовиться. Ты умеешь танцевать?

Вопрос жены застал меня врасплох.

— Пробовал… но никто не хотел быть моей партнершей, даже учитель. Поэтому здесь в моих знаниях имеется большой пробел. Когда учил движения и смотрел на себя в зеркало, всегда сравнивал себя с тонкими изящными собратьями, крутящихся рядом с красивейшими эльфийками. На их фоне я казался неуклюжим великаном, к тому же танцующим с самим собой. Это выглядело просто глупо. Поэтому уроки танцев я стал пропускать, предпочитая взять несколько дополнительных занятий физподготовкой.

Я положил на тарелку ножку цыпленка, виноград и несколько ломтиков яблок. Протянул супруге. Она улыбнулась. Пухлые губы, которые так приятно целовать, оказывается, выглядят еще привлекательнее, когда уголки их приподнимаются.

— Оказывается, ты умеешь ухаживать, — отметила Элария, беря тарелку. — Это очень мило. Уверена, остальные тоже сумеет оценить не только твою внешность, если ты перестанешь угрюмо взирать на всех вокруг и дашь им шанс увидеть себя настоящего.

— Ты плохо понимаешь эльфов. Для них телесные уродства хуже всего.

— Ужаснее убийства аристократки? Таурион себя скомпрометировал, эту возможность упускать нельзя. Танцы я возьму на себя, завтра же начнем репетировать! А еще я слышала ты хорошо играешь? — карие глаза девушки хитро сощурились и показали на рояль.

Он занимал добрую часть комнаты, было бы странно, если бы она не заметила. Не признаваться же ей, что только музыка спасла меня во время издевательств брата? Сразу всплыли не очень радостные воспоминания. Сколько раз я садился за него и играл израненными пальцами, замотав их в стерильные тряпки? Сквозь боль и слезы, закусывая губы и подвывая, как раненный зверь, подросток изучал ноты и создавал свои мелодии. Пришло время сыграть их кому-нибудь?

— Я играю весьма посредственно.

— Но мне очень хочется услышать. Сделаешь это для меня? — Элария посмотрела на меня большими шоколадными глазами, чуть приподнимая брови. Ее зрачки просительно расширились. Сыграть? Легко! Скинуться с самого высокого моста в Арвенделе? Запросто! Убить ради ее улыбки? Как нечего делать! Я мог бы продолжать этот список бесконечно!

Спустя пару мгновений, я уже сидел, как дурак, в халате перед роялем, поднимая крышку инструмента. Прикрыл глаза, думая, что именно хочу сыграть для нее. Никогда не играл для кого-то, и это казалось очень волнительным. Вдруг ей не понравится? И мое «посредственное» станет просто «ужасно»? Зверь внутри протестующе заворчал.

Покажи себя как следует перед ней!

Мелодия родилась сама собой. Нежная, медленная, ода всему хорошему, что смогла привнести в мою жизнь Элария. Я выплескивал накопившиеся чувства, вспоминая прошедшие события. Кровь на простынях, случайная встреча, слова жреца и благословение Богини, безудержная страсть и желание единоличного обладания. Пальцы летали по клавишам, постепенно наращивая скорость, так же как и наши отношения. Способны ли они перерасти в искренние взаимные чувства? В любовь? Или так и останутся просто на уровне отличного секса? Хотелось верить, что я смогу пробудить в этой маленькой хрупкой женщине нечто, кроме жалости, несмотря на свой уродливый лик. Когда я отнял руки от инструмента, услышал всхлип.

Эл стояла рядом, подогнув одну ступню от холода, с нелепыми длинными рукавами, повисшими на ней словно отцовская рубаха на ребенке. Она плакала. Снова. Мне это не нравилось.

— Я был так плох? — хотелось кулаком разломать крышку. Сжал пальцы, но в тот же миг неверяще уставился на девушку.

— Нет… Дрэг… это было прекрасно. Я никогда в жизни не слышала ничего лучше! Твоя музыка потрясающая!

— Иди сюда, — сгреб свое сокровище на колени, чтоб не стояла на холодном полу, укрыл полой халата. Он был настолько огромен, что легко помещал нас двоих. Легко дотянулся до ледяных ступней и начал растирать их, согревая. — Совсем холодные. Почему не сказала?

— Заслушалась! Ты наглый врун, Дрэгоэль! — обличительно ткнула пальчиком мне в грудь. — Может и танцуешь ты так же «посредственно»?

Я рассмеялся.

— Нет, танцую, примерно, как этот рояль. Словно у меня три ноги.

— В каком-то смысле так и есть… — она потянулась ко мне с поцелуем. Легким, как прикосновение крыльев бабочки.

Эту ночь мы провели в моей постели. Никакого секса. Элария задремала у меня подмышкой, тихонько сопя рядом, а я понял, что в гостевой комнате она больше спать не будет. Слишком велико удовольствие всю ночь обнимать свою женщину, да и уютнее здесь во сто крат.

Элария

Утром Дрэг ошарашил меня твердым заявлением:

— Пока не закончат ремонт, будешь жить со мной! — внезапно выдал он, когда я уже собиралась уходить к себе.

А потом смущенно добавил:

— Если ты не против.

Что я слышу и вижу? Этот огромный мужчина умеет смущаться? А на щеках у него выступил легкий… румянец?! И шрамы разгладились, и в целом выглядит он уже не столь угрожающе, как обычно. Я бы даже сказала, что искренние эмоции его украшали, делая более похожим на обыкновенного эльфа, а не на гигантского устрашающего великана-лесоруба. Кстати, насчет внешности, есть у меня одна идейка… Где-то в вещах у меня завалялся магический кристалл с портретами известных человеческих бойцов, за поединками которых часто любили наблюдать в человеческой столице. Нужно будет обязательно найти и показать Дрэгу.

Вчера, когда он играл мне на рояле, я заподозрила наличие в душе моего супруга не только Зверя, но и скрытого романтика, которого он изо всех сил прятал. Когда он бережно укрывал мои ноги, подозрения постепенно переходили в уверенность, ну а теперь сомневаться стало бессмысленно. Мне тоже понравилось всю ночь сопеть у него подмышкой и обнимать сильное горячее тело. Так спать было уютнее, и сегодня утром я была полна сил, словно пока спала не просто восстановила потраченное, но и сверху добавили.

— Ты уверен, что я тебя не стесню? — спрятала улыбку и сделала серьезное лицо, чтоб не смутить его еще сильнее.

— Нет. Тем более мебель в моих покоях сделана на заказ, мы без труда поместимся в ней вдвоем. Ты не занимаешь много места. Вот, например, — Дрэг подошел к обитому деревянному креслу и похлопал по коленям, приглашая меня. — Иди сюда.

Кажется, мужу понравилось проводить время вместе, и он теперь всеми силами хочет найти оправдание этому желанию. Мило. Я выполнила его просьбу. Голые бедра, едва прикрытые рубашкой, скользнули по его коленям. Эльф сзади напрягся.

— Эл, — он посмотрел куда-то в сторону, ладони вцепились в подлокотники кресла, костяшки пальцев побелели. — Это было плохой идеей. В общем, ты поняла мой посыл, верно? Здесь достаточно места для нас двоих. Честно сказать, я вообще не понимаю, зачем нужны еще комнаты. Мы прекрасно могли бы жить вдвоем.

Сползла с его колен, дабы не провоцировать.

— Ну, например, чтоб хранить где-то мои бесчисленные наряды, учитывая нынешний статус, или, если я забеременею и мне захочется спать одной, я могла уйти в соседнее помещение и провести ночь там, — совершенно искренне ответила мужу, отстаивая потребность в личном пространстве.

Мои слова, однако, вызвали в нем бурную реакцию. Дрэг переменился в лице.

— Беременность? — гулко произнес он, поднимаясь с кресла. Пара слитных движений — и он уже стоит передо мной, вынуждая опасливо отступать назад, пока не уткнулась спиной в инструмент. Ладони нащупали гладкую деревянную поверхность крышки рояля.

— Рано или поздно это случится, Дрэг, ведь мы живем вместе как муж и жена.

— Думаешь «Ушастый Принц» достоин иметь детей? — напрямик спросил он, выискивая ответ в моих глазах. — На кого они будут похожи?

— Существует не только внешняя красота, хоть у эльфов она и возведена в абсолют. Ты достойный мужчина, — упрямо вздернула подбородок, стремясь переломить любые его домыслы о нем самом. Смотря в синие, подозрительно сощуренные глаза, принялась перечислять: — на свадьбе ты вступился за меня, не дал Тауриону ни ударить меня, ни оскорбить. Пригласил лекаря, когда потребовалось, разрешил распоряжаться твоими активами, заплатил папеньке откуп, не стал настаивать на близости вчера вечером, когда я была обессиленная и уставшая, покормил и налил вина, укутал и даже сыграл на этом инструменте.

— А сейчас? — хрипло спросил эльф, делая шаг вперед, все сильнее прижимая меня к роялю. Его взгляд начал стремительно темнеть.

— Что — сейчас?

— Сейчас у тебя есть силы?

Он навис надо мной, одной рукой упершись в крышку рояля, а второй уже начиная жаркий путь по моему телу. Грудь, живот, край рубашки, под которой ничего нет, даже белья.

— Есть, — прошептала в его губы, когда они собирались накрыть мои.

Не знаю уж, что так завело мужа в моих словах, однако на этот раз Дрэг не подпустил ко мне свое Чудовище. Он любил меня нежно, неспешно и обстоятельно, совсем не так, как это делал Зверь. Иногда порыкивая, порой осторожно прикусывая за шею или отвешивая шлепок. Разложил на рояле, играя на мне, будто я была инструментом. Он хорошо успел изучить мои самые чувствительные клавиши, самые чуткие струны.

Мы продолжили на ковре, на диванчике у камина. Меня затягивало в лазурную синь его глаз, наполненную обожанием, нежные прикосновения губ пробуждали бешеное желание, в его больших руках я ощущала себя самой прекрасной женщиной на свете. Мир несколько раз исчезал, и снова появлялся. Тогда Дрэг продолжал входить, снова подводя меня к грани, за которой нет ничего — только мой эльф и его жаркое присутствие рядом.

После он снова заботливо смазывал мои синяки. Их было не так много. Горничные принесли мои вещи, и я выбрала платье для завтрака. Розовое, такое же нежное как сегодняшнее утро. К вечеру должны были привезти часть готовых нарядов от модистки, и я их очень ждала, а еще нужно было решить, что делать со старыми платьями. Продать? Отдать на благотворительность? Оставить для своих будущих детей?.. Но к тому времени мода успеет три раза смениться. Ладно, подумаю о них позже. Сначала муж.

— В особняке есть бальный зал? — спросила, когда горничная наливала мне вкусный ароматный чай за завтраком. Это была Лориэль, одна из светловолосых девушек эльфиек, приставленных ко мне. Сегодня она уже не кидала на моего мужа опасливые взгляды и вела себя сдержанно.

Дрэгоэль недовольно скривился, но ответил:

— Есть. Он не вместит много гостей, человек двадцать, тридцать — максимум. Я редко там появляюсь.

— Отлично! Тогда после завтрака отправляемся туда! — хлопнула в ладоши. Лориэль собрала грязную посуду на поднос и начала уходить.

— Зачем? — закатил глаза супруг.

— Учиться танцам!

Горничная запнулась, бросила на меня панический взгляд. Поднос полетел вперед, но Дрэг среагировал молниеносно: успел подхватить его раньше, чем тот коснулся пола. Вот это реакция!

— Извините, лорд и леди Сильвандир, я… задумалась, — горничная спрятала глаза в пол, когда муж передал ей поднос.

— Для танцев нужна музыка, — справедливо заметил муж. — Если я буду изображать танцующего дубового великана, кто будет нам аккомпанировать?

Да уж, задачка. Я умела играть на фортепиано и скрипке, но тоже не могла делать два дела одновременно. Задумчиво отхлебнула из чашки, когда раздался слабенький голос горничной.

— Простите, что случайно подслушала. Если позволите, я могла бы помочь. Неплохо играю, знаю несколько популярных при дворе вальсов, — вдруг сказала Лориэль. — Моя мать работает во дворце короля.

Я спросила мужа одними глазами. Мол, ты не против?

— Ладно, — сдался он. — Значит встретимся там через четверть часа.

— Позволите взять и Талиэль? Она подыграет на флейте, она очень хорошо умеет.

Дрэг махнул рукой, разрешая. В его жестах читалась некая обреченность и смирение с происходящим.

— Что ж, это даже и хорошо. Зрители придадут нашей тренировке атмосферу настоящего бала!

Элария

Дрэг шагал по паркету широкими шагами. Такой мужественный и… красивый?

Муж выбрал для урока танцев черный костюм, расшитый золотыми узорами. В нем плечи его казались массивнее, а талия — тоньше, должно быть, за счет узкого приталенного пиджака.

Улыбнулась своим мыслям. Да, чем больше времени мы проводили вместе, тем красивее он мне казался. Первое впечатление на свадьбе давно рассеялось, зато все чаще я вспоминала как выбрала самую широкую спину в зале трактира. Меня вели женские инстинкты, подсказывая с кем мне будет хорошо.

Вышел к нам с девочками, которые уже во всю осваивали мини-сцену для музыкантов, изображая крайнюю степень недовольства. Брови нахмурены, губы сцеплены в одну тонкую линию, я встретила его легким поцелуем, потянувшись к мужу на цыпочках, от чего Дрэг сразу преобразился. Куда-то испарилось мнимое недовольство, а на губах его заиграла легкая улыбка.

Мне нравилось, как эльфийское Чудовище на меня реагирует.

Рядом с мужем я ощущала себя в безопасности, он всем своим видом воплощал собой скалу с крепким глубоким основанием, за которую легко спрятаться. Конечно, нужно бы поработать с самооценкой, общественным мнением и понять, как им со Зверем объединиться в одно целое, но с этим я справлюсь. Не зря была одной из лучших учениц в пансионе.

«На встречу с королем эльфов лучше выбрать верх с более прямым кроем, чтоб не пугать народ лишний раз», — сделала себе заметочку. — «А если волосы распустить, вместо низкого хвоста, то часть шрамов и скулы прикроются. Лицо будет казаться уже, не таким массивным».

— Первый танец стандартный — вальс, я покажу тебе мужские шаги и позицию рук, смотри внимательно, дорогой мой, — улыбнулась, подняв руки. — Партнершу требуется едва касаться, спина прямая, это обязательно. Ноги ставим вот так. Существуют разные вариации, мы начнем с самой простой. Раз, два, три, и… Раз, два, три. Все понятно?

— Вроде бы, — Дрэг смущенно потер лоб. — Шаги мне знакомы, но когда начинаю двигаться… получается… ужасно. Полено станцевало бы лучше. Клянусь, драться на скимитарах в тысяча раз проще.

— Сейчас посмотрим, девушки, помедленнее, будьте добры, — дала команду горничным, и те заиграли неспешный вальс.

Муж изобразил нужную стойку, я шагнула к нему ближе, и мы начали движение. К сожалению, Дрэг не соврал. Он действительно двигался неповоротливо, скованно, то и дело оглядываясь на себя в зеркало и проверяя, все ли он делает правильно. В какой-то момент он запутался в ногах и чуть не наступил на меня.

— Ну вот, я же говорил, — резко остановился он.

— Ничего, повторение — мать учения, разве не знаешь? Думаешь я сама, как только вошла в бальный зал сразу искусно затанцевала? Еще разок. Раз, два, три…

Девушки снова принялись играть, но Дрэг путался. Он не слышал меня, стараясь слишком сильно и от того только спотыкаясь и теряя темп.

— Подождите!

Мы остановились.

— Я безнадежен, да? — расстроенно выдохнул мой эльф низким раскатистым голосом, отходя от меня назад. Его плечи поникли, он снова сгорбился, пытаясь казаться ниже ростом.

Бедный Дрэг! Эти ушастые со своим перфекционизмом совсем его запугали! Я задумчиво закусила губу, думая, как помочь мужу. Ведь с мечами он управляется легко, да и в постели не теряет ритм, двигается идеальными толчками, поддаваясь инстинктам. О! А это идея.

Подошла к нему, поманив опуститься пониже, чтоб могла сказать ему на ухо. Когда он наклонился, положила ладони ему на плечи, вытянула язык и лизнула мочку уха, скрытно, дабы прислуга не увидела.

— Эл? Ты чего творишь? — хрипло произнес муж, вцепившись в мою талию и притягивая к себе теснее.

— Знаешь, милый, давай призовем твоего Зверя? Может у него есть скрытый танцевальный талант. Или просто обратимся к нему за помощью? Вспомни, как ты двигаешься, когда тренируешься, или во время секса?

— Если я выпущу его, горничные станут свидетельницами крайне развратной сцены, — пообещал муж, не на шутку распаляясь.

— Ты слишком нервничаешь и напрягаешься, уверена, тот Монстр внутри тебя покажет всем как нужно танцевать. Вот увидишь. В конце концов, он — это ты.

Продолжила целовать мужа, проводя губами и языком по уху, трогая чувствительные места и легонько прикусывая, до тех пор, пока он глухо не рыкнул, резко командуя горничным:

— Дайте музыку!

Я ахнула от неожиданности, когда муж встал в идеальную стойку и рывком притянул к себе, заняв ведущую роль в танце. Запрокинула голову, столкнувшись с почерневшим взглядом. Он пришел на мой зов и теперь яростно двигался, показывая идеальные па.

Никогда бы не подумала, что простой вальс может быть настолько страстным!

Дрэг прижимал к сильному телу, не позволяя разорвать контакт глаз, его пятерня нежно, но твердо поддерживала мою ладонь, ноги двигались в такт музыке, а я едва за ним поспевала, практически паря над полом благодаря его умелой поддержке. Никаких сбоев! Он ни разу не запнулся, не сбился! Когда музыка закончилась, горничные тихонько захлопали нам.

— Вот видишь, все не так и страшно, — улыбнулась я, все еще заключенная в тесные объятия Монстра.

— Должна будешь, женушка, — прошипел Зверь. — Давайте следующий!

Оказалось, Дрэг умеет танцевать! И как! Безупречно, соблюдая все шаги и наклоны, повороты и перехваты. Он двигался легко и свободно, совсем не напоминая больше того неповоротливого деревянного болванчика, только что выструганного из сухого дубового пня. Он пожирал меня взглядом, воруя мимолетные поцелуи в паузах, кружил и подхватывал над самым полом, не давая мне упасть. Заставлял невольно прогнуться в спине под его требовательной ладонью, медленно следовавшей по животу к вырезу на груди, когда в зале заиграли яркие ритмы страстного парного танца. И Дрэг не скромничал. Он пользовался малейшей возможностью исследовать каждый мой изгиб и поймал почти все судорожные вздохи в ответ на его горячие прикосновения.

Урок танцев больше напоминал томительную прелюдию, и к тому времени, как мы закончили повторять все композиции, последнее движение Дрэга перешло в дикий яростный поцелуй-наказание.

То ли он злился за то, что позвала, то ли за то, что так долго не вызывала, но Зверь рычал, сжимал и безжалостно рвал на мне платье, задирая подол повыше, стремясь добраться до нижнего белья, которое тоже быстро меня покинуло.

Оттанцевав, он решил отыграться, нашептывая на ушко всякие непристойности:

— Ты хотела меня, дорогуша? — его ладони плавно скользили по бедрам, забираясь все выше.

— Очень, — искренне призналась, тая под его настойчивыми поцелуями в сгиб шеи.

Резко развернул к стене, отвесил легкий шлепок.

— Так вот он я, весь твой, — умелые пальцы вошли в меня легко, даже слишком.

— Мой, — эхом слетает с губ, я выгнулась в спине, облегчая ему проникновение.

— Смотрю, ты уже готова? Тебя тоже завели эти проклятые танцы? Посмотрим, как ты теперь потанцуешь на моем члене! — завел локти за спину, и вошел одним резким движением, выбивая из меня краткий вскрик. Получился он неожиданно требовательным, подстегивающим. И Зверь отлично понимал, что именно мне сейчас нужно.

«Зато не придется решать вопрос с платьями», — промелькнуло в голове прежде, чем я окончательно потерялась в новом горячем танце. Лучшем из всех, придуманных на этой земле.

Когда именно ушли горничные, мы не заметили.

Дрэг

После первого урока танцев, атмосфера в моем особняке изменилась еще сильнее. Из глаз горничных исчезли привычные мне страх и напряжение. Теперь, видя меня, они о чем-то шептались и глуповато хихикали. Я вообще не понимал, как на это реагировать. Делал серьезное лицо и проходил мимо.

Кракша Урожайн, прежде морщившаяся от одного моего вида, стала чаще показывать пугающе дружелюбную улыбку полную острых маленьких зубов. Она исправно приносила нам с женой ужин по вечерам, и вообще стала реже разговаривать со мной о хозяйственных вопросах, касающихся дома, предпочитая обсудить их с Эл наедине. И я не мог понять хорошо это или плохо.

С одной стороны, получалось, что она мягко сняла с меня часть забот, с другой, я привык все самостоятельно контролировать в своем маленьком мирке. Оказывается, можно иметь рядом партнера, готового помочь. Это было чем-то непривычным. За всю жизнь никто не пытался разделить со мной тяготы существования, напротив, окружающие чаще подкидывали мне новые проблемы. Бывало, так, что, если эльф проявлял ко мне нейтральное или доброе отношение, ему от меня что-то требовалось. Но у жены и так имелось все необходимое, более того, я знал: ей некуда возвращаться. Поэтому я еще сильнее укрепился в желании завоевать сердце маленькой Эл. Но сможет ли она полюбить Чудовище и прожить с ним счастливо остаток жизни? Ведь я уже по самые кончики ушей влюбился в нее.

Жена твердо настояла на том, чтоб мы со Зверем репетировали танцы каждый день, вплоть до приема у отца. Правда, когда Элария это говорила, ее милые щечки заливал яркий румянец, что наталкивало меня на определенные размышления.

Самое интересное, уроков я почти не помнил, только некоторые краткие эпизоды вспыхивали в голове, но заканчивались они примерно одинаково: Зверь уничтожал очередное платье, а потом как следует трахал жену. Ну, то есть, конечно, я понимал, что все произошедшее — это моих рук дело, и даже несколько раз у меня выходило присутствовать при самом действии, глядя на него как бы со стороны, но не получалось стать полноценной частью процесса. Это мне не нравилось. Армиэль говорил, что Зверя можно приручить… Пока получалось, что это именно Монстр управлял мною. Как обернуть все наоборот? Что заставит Зверя снова стать полноценной частью меня? Я терялся в догадках.

Главное, девушка не жаловалась, а мне нравилось видеть ее нежную улыбку, смущенные взгляды, которые она то и дело бросала на меня. Приятно было стоять рядом с ней и вдыхать ежевичный аромат, видеть, как осторожно ветер развевает ее волосы, когда мы гуляем по улице и разговариваем о всяких глупостях.

К сожалению, мне приходилось отлучаться для работы в кабинете, или проводить пару часов за тренировками, но я старался как можно больше времени разделить с нею, наблюдать за прекрасным созданием, ловя каждый ее смущенный взгляд, и помогать, если вдруг потребовалось.

Зачем-то она решила подробно изучить мое семейное древо, и совершила набег на библиотеку. Тут-то мой рост и мускулы пригодились! К вечеру мы с ней погрязли в гербовых книгах, дневниках, жизнеописаниях эльфийских монархов из моего рода, копии которых я чудом урвал из дворцовой библиотеки.

— Смотри, Дрэг, у этого эльфа уши точь-в-точь как у тебя! — показывала она тонким пальчиком на моего прапрадеда. — А у этой эльфийки нос с горбинкой. Ее тоже все сторонились?!

— Ее звали Розиэль, насколько мне известно, она была женой прапрадеда. Где-то в стопке должны быть и ее дневники, если тебе так интересно, — я встал, пробежался взглядом по корешкам, переложил часть тяжелых томов в сторону и отдал Эларии тонкую тетрадь в обложке из плотной кожи. — Только здесь все на эльфийском. В те времена объединенного языка, на котором говорим мы с тобой еще не существовало.

— Ничего страшного, я свободно говорю на эльфийском, разве что могут возникнуть проблемы с некоторыми словами, — Эл сразу углубилась в чтение.

Мне только оставалось смотреть, как она задумчиво и очень эротично закусывает нижнюю губу, перебирает листы тонкими пальцами, как хмурятся ее изящные брови, сводясь к переносице, а страницы отражаются в темных шоколадных радужках глаз.

Через некоторое время она потерла лоб, отложила тетрадь в сторону.

— Здесь ничего не говорится о проблемах с общественным мнением. Зато много подробностей о ее личной жизни! Тот эльф с большими ушами, ее муж, обладал ярким темпераментом и уединялся с супругой при первой же возможности!

— Это редкость, — я осторожно улыбнулся.

Теперь я знаю откуда у меня такие уши и «яркий темперамент», ах да, и горбинка, конечно же. Впрочем, здесь не может быть никаких сомнений, я сын своего отца, это подтвердили несколько раз разные лекари. Он-то очень хотел, чтоб это оказалось не правдой.

— Возможно, раньше эльфы были не столь придирчивы ко внешности? Знаешь, я хотела тебе кое-что показать, Дрэг.

Жена запустила руку в карман маленькой сумочки, висящей на ее плече, и вытащила оттуда белый магический кристалл. А я-то гадал, зачем она ее с собой взяла!

— Ты часто бывал на землях людей? — спросила она, кладя кристалл на стол.

— На самом деле всего несколько раз, не считая того, когда вернулся оттуда с тобой, — признался я. — Обычно вся моя жизнь и работа проходит в Эландриэле.

— А когда бывал, по сторонам смотрел? На женщин, мужчин?

Задумался. К чему она клонит?

— Я не особо рассматривал окружающих людей. Делал необходимые дела и уезжал поскорее в свой особняк. Заметил только, что они косятся на меня с опаской.

— Но отвращения и презрения как у эльфов не было, верно?

— Не совсем понимаю к чему ты клонишь, дорогая супруга, — пожал плечами. Зачем все эти разговоры?

— Как ты знаешь, у меня несколько сестер. И пока папенька не просватал нас всех, продавая Дары, как горячие пирожки, мы проводили много времени вместе. Одним из самых любимых развлечений на нашей прогулке было пойти посмотреть на тренировки борцов.

Услышав про каких-то там борцов, я весь напрягся. Зверь внутри протестующе зарычал. На кого это бегала смотреть моя Эл? Может у нее была тайная любовь до замужества? Наверняка, какой-нибудь красавчик-аристократ.

Я сжал кулаки, вцепившись в ни в чем не повинный деревянный стол. Он хрустнул. Но девушка продолжала рассказывать про людские забавы.

— А уж если попадешь на само соревнование, которое бывало раз в месяц, то считай тебе очень повезло! Все женщины горячо желали их увидеть. Представь: два огромных мускулистых атлета в одних лишь шортах выясняют на ринге кто сильнее. — Ее глаза загорелись.

— Не представляю, — сдержанно ответил я. Не аристократ, значит.

— Но речь не о том, — отмахнулась супруга, совсем не замечая моего состояния. — Я хотела показать тебе их портреты. Их внешность далека от идеала.

Она включила кристалл и на меня уставились три на редкость уродливые человеческие рожи.

— Посмотри, каждый из этих людей — кумир тысяч женщин. Между прочим, в той толпе, наблюдавшей за поединком, я частенько встречала и эльфиек. Поверь мне, они точно так же завороженно смотрели на них.

— На вот этих?

Ревность немного улеглась, когда я понял, что разговор совсем не о бывших влюбленностях Эларии. Присмотрелся к рожам. Ну… Лица как лица. У одного нос кривой, сломанный множество раз, квадратные скулы и узкие щелочки глаз. Второй тоже отличался массивной челюстью, но с носом ему повезло больше, зато густые брови нависают над глубоко посаженными глазами и губы тонкие, будто ниточка. Третья рожа вообще была странной. Вытянутый лысый череп, удлиненные пропорции, характерные для полукровок. Обычно в человеческо-эльфийских парах побеждает кровь эльфов, здесь же, явно все оказалось, наоборот. Длинное лицо «украшали» непропорционально маленький нос, острые скулы и впалые щеки. И эти вот борцы — кумиры женщин?

— У меня есть только портреты, мы их с девчонками собирали, как сувениры на память. Но, поверь, если бы ты их увидел в полный рост… Они, конечно, пониже тебя, все же люди, а не эльфы, но очень мощные фигуры, я бы сказала, выдающиеся.

«Значит она считает меня круче этих популярных бойцов? Вот и отлично» — подумалось мне. А вслух сказал:

— Что ты хочешь сказать этой демонстрацией?

— А ты сам не понял? Красота — понятие относительное! На этих мужчин приходят поглазеть и эльфийки, получается, ваши стереотипы о лощеной идеальной внешности — не более, чем веянье моды. А тенденции в ней очень изменчивы. Вчера был популярен один фасон, завтра — другой. Сегодня на пике кружево, а завтра платье, украшенное ими, отправляется в мусорку или на переделку.

Мода?

— Было бы хорошо ввести в эльфийском обществе моду на мужественность, а не на гламур, — она задумчиво постучала пальчиками по столу. — Ой! Откуда трещина?

— Я вцепился в стол от ревности. Оказалось, мысли о том, как ты смотришь на других мужчин, меня ужасно раздражают.

— Правда? — в шоколадных глазах плескались смешинки. — Приятно слышать.

— Лучше не шути со Зверем, Эл! — предостерег я, но девушка уже разошлась. Подобралась ко мне, сама приподняла подол для удобства и села сверху, лицом к лицу.

— Дрэг, я безумно рада, что не стала женой твоего брата, — изящные ручки обняли за шею. — Или кого-то еще.

— И я рад, — мой голос дрогнул. — Что такое сокровище досталось именно мне.

— Я мало смыслила в эльфийских брачных традициях, поэтому понятия не имела о последствиях столь импульсивного решения. Признаюсь, впервые увидев тебя на трезвую голову, я испугалась.

Мое сердце дрогнуло. Значит, сначала я показался ей страшным?

— Но теперь, когда лучше узнаю своего мужа, у меня и мысли не возникает смотреть на других мужчин, поверь. Хочешь, докажу?

Озорная улыбка, играющая на губах супруги, меня вдохновила. Что задумала моя маленькая Ежевичка? Кивнул, ощущая, как в паху неизбежно твердеет. Ее близость пьянила, сводила с ума, неминуемо заманивала Зверя в сети, из которых ему невозможно было выбраться. Да он и не хотел.

Тонкие пальчики подцепили пуговицу на моей рубашке, одну другую, третью. Вскоре жадному взору Эларии предстали твердая грудь и живот. Она словно нарочно потерлась об меня бедрами, качнулась вперед и начала целовать. Но делала это не беспорядочно.

Ее мягкие губы касались каждой безобразной отметины, оставшейся на моем теле после всех издевательств брата. Оголенное плечо вспыхивало под ее поцелуями, далее последовали ключицы, грудь, едва заметная, но плохо зажившая царапина под соском. Я напрягся сильнее, откидывая голову назад. Что происходит? Это доказательство искренности ее симпатии?

Стоило расслабиться, как Эл перешла на другую сторону, стянув рубашку и со второй руки. Она упала на пол за стулом. Здесь шрамов было больше, безобразные уродливые рубцы покрывали предплечье, плечо и имелось несколько крупных отметин над соском.

— Приходит уже понимание? Думаешь я бы стала целенаправленно ласкать мужчину, который мне не нравится? — спрашивала она в перерывах между поцелуями.

Я дал себе слово ни за что не дать Зверю участвовать в этой сцене. Это было личное, принадлежащее только Эл и мне. Продолжая свою сладкую пытку, жена слезла с моих колен, и опустилась ниже, дернув ремень брюк. Неужели сейчас я смогу почувствовать ее губы на себе впервые? Внутри все замерло в предвкушении. Член дернулся, упруго выскакивая наружу.

Сжал челюсти, подавляя в себе желание доминировать. Я не мог себе позволить сломать то хрупкое нежное чувство, зародившееся между мной и Эл. Зверь брыкался где-то на границе сознания, стараясь захватить контроль, но пока я успешно удерживал позиции.

— Какой красивый мне достался… муж, — проворковала Элария, накрывая головку губами.

Великое Древо, дай мне сил! Я вцепился пальцами в стул, на котором сидел.

Влажный теплый язык обводил головку, спускался вниз к основанию, повторяя узор выпуклых вен на стволе, щекотал уздечку и снова возвращался вниз. Я судорожно хватал ртом воздух. Это… Не могло сравниться ни с чем! Разве только с теми моментами, когда я мог дать волю своему Зверю и одновременно присутствовать при этом.

Рука Эл последовала за язычком, полностью высвобождая член из брюк вместе с мошонкой.

— Позволишь мне попробовать кое-что? Читала в одном развратном эльфийском романе.

Я едва мог дышать, а еще надо отвечать на вопросы! Пробормотал нечто, отдаленно похожее на согласие.

— Не дергайся, муж мой, — она потянулась губами к основанию члена, коснулась ими мошонки и… втянула одно из яичек в рот! При этом ее рука продолжала скользить по стволу вверх-вниз. Ее губы обнимали и слегка оттягивали яичко вверх, в то время как язык продолжал ласкать его уже у нее во рту. Сразу же захотелось кончить.

— Эл… — прохрипел, отрывая ладонь от стула и зарываясь в ее темные густые пряди.

— М? — с громким причмокивающим звуком она выпустила яичко.

— Это слишком, Эл… Зверь придет.

— Я его не боюсь. И вообще… договорись с ним, — ответила жена, продолжив то, что делала, только с другой стороны.

Со Зверем невозможно договориться, он просто хочет и берет, никого не спрашивая. Но ведь Эл не чувствует страха, тогда почему я так к нему отношусь? Я смотрел, как моя женщина снова возвращается в головке, беря ее в рот, как могла глубоко, ее ритмичные четкие движения взывали к самым низменным частям моего сознания, в голове проносились фантазии: одна порочнее другой. И в каждой из них я был Зверем.

Не хочу! Желаю насладиться каждым ее вздохом, всхлипом и криком, когда она будет стонать подо мной, прямо здесь, в библиотеке!

— Ах-р-р! — вырвалось из горла. Эл смаковала меня как самый вкусный эльфийский леденец. Я инстинктивно двигал бедрами вверх, стремясь войти глубже, но она не давала. Ласка превратилась в томительную нескончаемую муку. На лбу выступила испарина, древесина на краю стула треснула — так сильно я вцепился в нее слева. Вторая моя рука нежно поглаживала волосы Эларии, путаясь в прядях, направляя в нужную сторону. Жена скользнула по стволу зубами и это стало какой-то точкой невозврата. Щелчком, после которого необходимо остановиться. Или кончить. Я выбрал первое.

Дневники и книги полетели к чертям, подхватил супругу под бедра. Сегодня на ней было удобное платье, которое не пришлось рвать. Отодвинул насквозь мокрые трусики в сторону и вошел одним махом, вглядываясь в бездонные шоколадные глаза.

— Да! — всхлипнула она, сильнее обхватывая меня ногами. — Будь со мной, Дрэг!

Я не мог этого пропустить. Ее спутанные пряди, частое дыхание, расширившиеся зрачки, в которых размеренно двигалось мое отражение. Она задрожала, сжимая меня в судороге наслаждения. Легкая передышка.

Но мне было мало! Насущная потребность в Эларии, зверский голод, моя безумная мания только сильнее толкали вперед, приказывая продолжать двигаться ровными сильными толчками, выбивая изо рта супруги восторженные стоны один за одним. Я впал в кураж, раскалился до белого каления, уподобился ненавистному мною Зверю, сам стал им. Содрал с себя рубашку, избавляясь от ненужной одежды, увидел промелькнувшее на лице супруги одобрение, когда она потянулась вперед и провела ладошкой по прессу, скользнула по рельефу вниз, а потом положила пальчики себе на промежность и начала двигать ими, выгибаясь в пояснице. Ну уж нет! Здесь за оргазмы отвечаю только я!

Поймал ее руку, под протестующий вздох положил над ее головой, жестко зафиксировал, не давая вырваться.

Эта поза дала нам обоим, чего так не хватало. Я стал вбиваться в нее как сумасшедший в животном порыве утолить свою жуткую жажду, придерживая ее руки над головой. В эту же секунду она снова начала вздрагивать, сильнее сжимая член внутри. Ей нравилось, когда я так делал. А раз нравилось, я был намерен продолжать!

— Ты сама меня соблазнила, Ежевичка, — шепнул ей на ушко, кончая внутрь.

Она снова начала дрожать, закусывая губы от удовольствия.

— А я и не жалуюсь, Дрэг. Отнесешь в ванную? — хлопнула ресницами эта чертовка. Что ж, к этой роли носильщика маленькой Эл можно и привыкнуть. Накинув рубашку, потащил свою добычу в берлогу. Зайдя, не узнал собственную гостиную. Она вся была завалена различными свертками в плотной коричневой бумаге, коробками, маленькими мешочками. Рядом с ними возвышалась вешалка с закрытыми чехлами.

— О! Моя новая одежда приехала. Здорово!

Я приподнял бровь.

— Кружевное белье там тоже есть?

Эл рассмеялась.

— И не только! Еще чулки, подвязки и прочие женские радости. Только знаешь, что, Дрэг?! Их лучше не разрывать, они стоят целое состояние! — пожурила жена.

— Я покупаю — мне и рвать, — меланхолично отозвался в ответ.

Она насупилась, напоминая маленького злого хомячка.

Кажется, я нашел маленькую слабость Эл. Красивые наряды и эльфийские кружева, а я-то думал у нее нет ни одного уязвимого места! Но это не страшно, с моим доходом жена может не просто заказывать белье, но и скупить все лавки, продающие его, а заодно и мануфактуры по изготовлению драгоценного тонкого кружева.

Обилие коробок и рейка с платьями напомнили мне о том, что бал состоится очень скоро. Осталось два дня. Благодаря стараниям супруги я научился сносно танцевать, по крайней мере, когда на первое место выходил Зверь, я был неподражаем по ее заверениям. Правда, я был не уверен, что речь шла именно о танцах. Но перед отцом и светом аристократии не следовало показываться, если ты далек от идеала. Основная проблема заключалась в огненной магии.

Я продвинулся не так далеко, как планировал. Пламя, подаренное Эл, было мощным, даже слишком. Если в первое время мне показалось, что оно будто создано для меня, то чем дальше заходили тренировки, тем сложнее его было контролировать.

Порой шарик огня выходил не того размера, который я планировал, и улетал совсем в другую сторону.

Когда я представлял, что это повторится на балу, кишки скручивало в узел. Я привык к издевательствам со стороны эльфов, но Эл этого не заслужила. Быть заклейменной женой Принца Гоблина, неспособного обуздать магию… Что может быть хуже?

Поэтому сегодня в мой особняк должен был приехать один знакомый эльф. Лорд Солариэль Элорифайер, или просто Сол. Аристократ, который, как говорят, купил себе огненный дар за бешенные деньги, при этом резво избежав помолвки с девушкой. Кто она такая и где сейчас находится, являлось одной из самых хорошо скрываемых тайн высшего света. Но он неплохо научился управлять своим пламенем, поэтому я решил пригласить его на совместную тренировку сегодня вечером.

Он был одни из немногих эльфов, смотрящих на меня без презрения.

Элария

— Сегодня заедет мой знакомый, я хочу проконсультироваться у него насчет огненной магии, — сказал Дрэг, когда я закончила плескаться и вылезла из ванной комнаты. Мои комнаты уже закончили приводить в порядок, поэтому мне было чем заняться. Я хотела проверить, как новая одежда будет размещаться в гардеробе и примерить бальное платье. Лучше заранее все подготовить, подобрать прическу.

— Хороший знакомый? — у Дрэга все же есть друзья?

Муж не спешил с ответом.

— Боюсь, у меня нет выбора. Но Сол — один из редких боевых магов, не питающих ко мне ненависти. Я не вмешиваюсь в его дела, а он — в мои. Лорд Солариэль владеет многими активами в столице, пожалуй, доля того, что принадлежит ему, немного меньше моей. Словом, он очень предприимчивый и всегда рад поучаствовать в том, что принесет выгоду в будущем.

— М… С такими влиятельными аристократами лучше поддерживать дружеские отношения. Особенно если ты станешь королем.

— У Эландриэля уже имеется правитель, мой отец. И он пока не собирается на тот свет, — неожиданно съязвил муж. — Поэтому я могу на время позабыть о поощрительном похлопывании эльфийских надушенных задниц, — скосил на меня угрюмый взгляд. — Ну ты поняла. Не стремлюсь я налаживать связи с аристократами.

— Тогда, может быть этим я займусь? Я могла бы организовывать ежемесячные приемы для близкого круга. Люди будут приезжать, вкусно кушать, обсуждать сплетни. Если все пройдет хорошо, постепенно остальные эльфы увидят, что ошибались в тебе.

— Ты серьезно, Эл? Но ты их не знаешь! Сейчас брат попал в опалу и многие захотят добиться моего расположения. Просто на всякий случай. Только это все фальшь! Притворство!

Я подошла к Дрэгу. Сегодня он выглядел особенно напряженным, и это несмотря на то, что успел дать выход чувствам.

За эти несколько дней, проведенных в доме моего эльфа, я уже поняла, что супруг отчасти заложник собственных страстей. Через секс он давал выход внутренней агрессии, накопившейся отрицательной энергии, которую было необходимо выплеснуть. Даже не знаю, как он справлялся раньше, если сейчас предпочитает делать это по три раза в день! Впрочем, это меня не тяготило. И даже радовало, ведь теперь на его суровых твердых губах иногда играла улыбка, а плечи расправлялись сами собой.

Однако, визит знатного эльфийского лорда будто немного выбил его из колеи. Кажется, будь его воля, он бы мог легко жить в лесу, вдали от цивилизованного мира, бегая в одной набедренной повязке по дикой местности. Но, боюсь, тогда секса у него бы тоже не было.

— Поверь, мне несложно организовать небольшой прием. Нам все равно придется общаться с ними и как-то взаимодействовать.

— Лучше бы не видеть этих рож, — буркнул муж. — Как хочешь. Если ты считаешь, что так лучше, я тебе доверюсь, милая Эл. Но к Солу даже не думай подходить. Он настоящий хищник, особенно в том, что касается женщин. Я бы предпочел запереть тебя в подвале, пока мы с ним тренируемся.

— Ну уж нет! — я рассмеялась. — Не могу пропустить такого зрелища! Мой сильный Дрэг дерется с кем-то. Фух! — начала шуточно обмахиваться воображаемым веером. — Это так заводит, — игриво добавила, стараясь как-то рассмешить мужа.

Но он не оценил. Только нахмурился сильнее.

— Сначала обед, а потом уже тренировка. И зная Сола, он уже здесь.

Именно в этот момент, в дверь постучали.

— К вам гость, лорд Силвандир. Говорит, по личному приглашению.

— Все верно, Кракша! Мы сейчас будем. Накрой в столовой на три персоны.

Я выбрала скромное платье из своего нового гардероба, добавила несколько украшений. Дрэг же встретил меня в привычных черных брюках и белой рубашке. Дома он предпочитал носить простую аккуратную одежду, и, если бы не правила приличия, боюсь, рассекал бы в одних тренировочных штанах. Но, в таком случае, до двора он бы просто не успевал бы добраться! Я бы перехватывала своего Зверя где-нибудь по пути и затаскивала бы в спальню! Поэтому лучше пусть одевается!

Чем ближе мы подходили к столовой, тем мрачнее становился мой супруг. И совсем скоро я поняла, по какой причине.

— Ну здравствуй, Дрэгоэль. Давно не виделись. Слышал, ты удачно обставил братца с даром?

У входа стоял эльф. На нем был надет красный экстравагантный костюм, в тон кроваво-алым длинным волосам. Явно крашеным, ведь у эльфов не бывает такого оттенка от природы.

Гость облокотился на стену в развязной позе, и поигрывал на ладони огненным шариком. А еще… Сол, как его звал Дрэг, был настоящим красавчиком. Тонкий, гибкий, и нос без горбинки, и плечи не столь выдающиеся, как у моего мужа, а глаза пронзительно голубые, словно небо в летний погожий денек. Классический смазливый эльф, да еще и определённо нарцисс! От него исходила неприятная самодовольная энергетика.

— Приветствую, Солариэль. Это моя жена, Элария, — представил меня Дрэг.

В свою очередь изобразила легкий поклон.

— Спасибо, что откликнулся на мою просьбу. Пройдем, пообедаем, а после перейдем к спаррингу.

— Ну что ты, как я могу не приехать посмотреть на женщину, которая отказала Тауриону! — и его пронзительный взгляд впился в меня.

Оказывается, до этого моменты он вел себя как притаившийся хищник. Огненный шарик погас с тихим шипением, лорд распрямился и сделал шаг вперед. Дрэг перегородил ему дорогу.

— Элария и правда удивительная женщина. Моя женщина, Сол.

— Понял-понял, — красноволосый поднял ладони в примирительном жесте. — Ты теперь как грозный медведь охраняешь свою драгоценную поляну с малиной. А жаль. Я был бы не прочь тоже ею полакомиться…

Из груди мужа вырвался дикий рык. Я схватила его за руку, но сквозь рубашку почувствовала, как мгновенно раскалилась его кожа. По рукам Дрэга потекло жидкое голубое пламя, сжигая белый хлопок за считанные секунды.

— Ай! — я отдернула руки и начала быстро дуть на пальцы.

— Да-а-а… — протянул Сол. — С самоконтролем у тебя жуткие проблемы. Удивительно, что ты еще не сгорел до углей, дружище.

— Я тебе не друг, — прорычал Дрэг, делая шаг вперед с кровопролитным намерением.

— Остынь. Иначе пламя тебя сожрет. Такой сильный огонь необходимо подчинить. Даже не знаю, смогу ли помочь, ведь мой дар гораздо слабее. Кстати, ты обжег свою женщину, если не заметил.

На пальцах уже начали образовываться болезненные пузырьки.

— Эл? — Дрэг резко повернулся ко мне, его пламя испуганно спряталось под кожу. — Прости, милая. Нужна холодная вода, идем на кухню.

Не успела пискнуть, как он уже тащил меня на руках через столовую и дальше по узкому коридору, причем бежал так быстро, словно от этого зависела моя жизнь.

— Всего лишь небольшой ожог, ничего критического, — пробормотала я.

Но мой эльф только зло скрипнул зубами.

— Это сделал я.

— Он тебя спровоцировал.

— А я повелся.

Поставил меня перед раковиной и начал лить холодную воду.

— У вас есть мазь от ожогов? — спросил муж у перепуганной поварихи.

У нее было такое выражение лица словно лорд впервые показался здесь собственной персоной. Возможно, так дела и обстояли. Испуганно сжавшись, бедная эльфийка протянула Дрэгу баночку.

— Ее приносил господин Армиэль, когда заходил подлечить леди. Должна хорошо сработать, — сообщила она, глядя на меня крайне сочувственно.

«Так! С кухонными работницами тоже нужно поговорить и объяснить, что мой муж далеко не монстр», — сделала мысленную отметку про себя, пока Дрэг очень осторожно наносил мне на пальцы мазь, а потом заматывал чистой салфеткой.

— Все хорошо, мне уже не больно.

— Прости, Эл.

По мнению мужа, одной только мази было недостаточно, он поднес мою ладонь к губам и поцеловал каждый пальчик поверх повязки.

— Хватит извиняться! Ты не виноват. Просто у тебя было недостаточно практики в магии. Гость нас уже ждет, — нежно напомнила ему, высвобождая ладонь из медвежьей хватки. — Невежливо оставлять его одного так надолго.

— А провоцировать меня очень вежливо?

В синих радужках Дрэга горело пламя. Он все еще злился.

— Может спустишь пар на тренировке, победив его? Пойдем? Я проголодалась.

— Сол еще ответит за свой грязный рот и язык без костей, — скрипнул зубами муж.

На его скулах ходили желваки, выдавая крайнюю степень бешенства.

Было очень заметно, что Дрэг не желает лишний раз пересекаться с Солом, боясь сорваться, только вот выбора у мужа не было. К сожалению, я совершенно не разбиралась в магии. Мое образование не имело с нею ничего общего, дар долго существовал во мне, однако ему было суждено раскрыться и по-настоящему заработать только в мужских руках. Так уж работала магия в моем мире!

Обед представлял собой печальное зрелище. Мой муж в рубашке с обгоревшими рукавами выглядел немножечко… неопрятно. Сол прятал улыбку и косился на него во время смены блюд, а я нервно ловила на себе внимательные взгляды гостя все остальное время. Наконец, он решил разбавить неловкое молчание и стук ложек о тарелки:

— Так вы расскажете мне все подробности необычного знакомства? Как так вышло, что кронпринца провел именно ты, Дрэгоэль? Честно говоря, я считаю это чем-то необычным. Ты никогда не проявлял желания завоевать корону, прятался в тени короля, осторожно заправляя делами, покупал шлюх, готовых скрасить ночь с уродом…

Ложка в гневно сжатом кулаке моего мужа сломалась пополам.

— Ты теперь постоянно будешь меня провоцировать?

— А что еще делать? Ты же молчишь, — улыбнулся во все зубы Сол.

— Неплохой шанс придумать ответ на подобные бестактные вопросы, — я подала голос, положив ладонь на руку мужа в успокаивающем жесте.

Дрэг сделал долгий вдох, выдохнул и ответил:

— Поел малины раньше него.

Гость поперхнулся. Его недоверчивый взгляд метнулся ко мне.

— И малина не отказала?

— Она сама меня нашла, — пожал плечами муж.

— Оригинально… — протянул лорд Солариэль, — должно быть, вы очень интересная личность, леди Сильвандир. Не хотите сменить мужа?

— Милый, — я намеренно проигнорировала гостя и обратилась к Дрэгу, — лучше отвечать так, чтоб это не касалось личного. Например, мягко перевести тему в другое русло или задать свой вопрос.

— Да я знаю все правила этикета и обходные пути! Я вырос в эльфийском обществе, Эл, и сполна насмотрелся на балы, больше напоминающие змеиные свадьбы.

— Змеиные свадьбы! Браво, Дрэг. Лучше и не скажешь.

— Лорд Элорифайер, не могли бы повторить ваш вопрос?

— Легко, леди Элария. Как так вышло, что вы сперва переспали с Дрэгом и явились на свадьбу уже без дара?

У мужа треснула тарелка.

— Ох, у вас такой необычный оттенок глаз, лорд Солариэль. Наверняка, вы пользуетесь популярностью у женщин, — я хлопнула ресницами и слегка приоткрыла рот. Эльф облизнулся. — У вас есть избранница?

— Увы, моя личная жизнь покрыта мраком. Говорят, что в подвале я держу свою леди, с которой тайно обвенчался, — он развел руки в стороны. — Надоел этот разговор. Хочу уже посмотреть, на что ты способен, Дрэгоэль. Тебя называют лучшим фехтовальщиком при дворе короля. Давай проверим?

— Самый лучший способ избежать неудобного ответа, задать такой же неудобный вопрос, — рассмеялась я, наблюдая за вытянувшимся лицом эльфа.

Дрэг

Сол переоделся в тренировочные брюки, захваченные с собой, и теперь красовался передо мной во дворе своей идеальной эльфийской внешностью. Правильные черты лица, точные пропорции. Они были далеки от тех ломаных линий и несуразностей, которые я привык видеть в зеркале каждый день. И это неимоверно раздражало!

Эл упрямо говорила, что ей все нравится, но я видел, как она смотрела на него. Спокойно, без тени страха, и даже рассмеялась в конце разговора!

— Ух, какие мы злые! — подначивал Сол, крутя в руках свою глефу, обходя меня полукругом осторожной поступью. Тонкое древко оружия было обманчиво хрупким на вид. На самом деле оно наверняка было сделано из прочного дерева, а плоский острый наконечник из стали высшего качества с добавлением мифрила.

— Твоя женушка такая хрупкая на вид, поделись секретом, как ты не раздавил ее в постели?

Я сделал резкий вдох и бросился в атаку. Не собираюсь слушать его бредни. Две сабли в ладонях танцевали легко и свободно, отражая атаки глефы. Но Сол не затыкался.

— Лучше отдай ее кому посимпатичнее, Чудовище.

— Тебе, что ли? — удар почти достиг цели, но гибкий красноволосый эльф увернулся. Он двигался так, словно у него вместо позвоночника было сливочное масло, мастерски избегая моих атак, теперь казавшихся неуклюжими.

— А хоть бы и так, думаю она будет рада!

— Эл счастлива со мной, — упрямо отозвался я, все же слегка зацепив засранца концом одной из сабель. По предплечью Сола потекла кровь.

— Смело. Но так просто ты меня не победишь, Дрэгоэль.

Он зажег на ладони шарик, изловчился, в прыжке избегая атаки и метко выстрелил точно мне в грудь. В последний момент я смог скрестить сабли. Металл раскалился, впитывая его огонь, но рукояти остались холодными. Будь они из обычно стали, могли бы и расплавиться.

— Посмотрим, — прошипел я, отбрасывая одну из сабель. — Мое пламя, переданное Эл, гораздо сильнее твоего.

— Так покажи мне его! — воскликнул боевой маг, уже во всю закручивая на ладони новый фаейрбол.

Он и не думал давать мне передышку, бросил, я уклонился, пламя, которому было положено вихрем собраться в шарик, вместо этого потекло по рукам, повторяя сцену в столовой. Оно не слушалось.

— Жена смотрит на тебя, Дрэг, — это прозвучало уже серьезно, весь игривый тон Сола куда-то исчез. — Будет печально, если дар сожжет тебя до углей. С кем тогда останется Элария? Напомнить про эльфийские брачные традиции? Готов отдать ее Тауриону Убийце?

Не знал, что брат успел получить новое прозвище. Отшатнулся от очередного выпада Сола, поднял голову в сторону окон. Там действительно стояла Эл. Моя изящная супруга напряженно наблюдала за боем. Она скрестила руки на груди, наблюдая за боем в напряженной позе. Поймала мой взгляд.

«Ты справишься», — прочел по ее губам.

Я бы легко победил Сола, несмотря на его верткость, если бы мы сражались только оружием. Но магия…

Внезапная идея озарила меня, когда я в очередной раз вместо шарика выплюнул в сторону Сола нечто, похожее на большую раскаленную каплю. Может, Зверь справится в нею лучше, как и с танцами?

— Медленно! Виверна давно бы тебя сожрала! — крикнул мой соперник, но я сосредоточился, взывая к тем низменным инстинктам внутри, которые так легко могла провоцировать Эл.

Я впервые полностью осознанно обратился к Зверю, понимая, что на кону стоит нечто большее, чем просто моя репутация в обществе. Если я не научусь контролировать пламя, мой брак тоже окажется под угрозой. Ежевичка не должна страдать из-за того, что ее муж неуклюжий урод!

«Давай, выходи, Зверь. Я знаю, ты там».

«Верно», — прошипели в ответ.

«Ты должен мне помочь».

«Почему это? Ты столько лет заталкивал меня в самую глубь своей души, с того самого момента как я родился. Ты помнишь этот день, Дрэг?»

«Да…»

Я помнил. Мне было восемь лет. Брату — пять. Поразительная жестокость.

Таурион подвесил меня за руки на цепи в сарае. Лишил воды и еды, с интересом наблюдая, как долго я смогу продержаться. Братец приходил пару раз в день, поглумиться над моими испачканными штанами, плюнуть в лицо, поесть ароматной горячей курицы прямо напротив моего носа, когда желудок рычал от голода. Никому не было дела до того, куда делся второй принц.

— Хочешь? — спрашивал он, раз за разом водя окорочком перед моими глазами. Но стоило попытаться перехватить еду, как он быстро сжирал ее сам, капая ароматным жиром на белый шелк рубахи. — Ты — ничтожество, Дрэгоэль. Моя мать родила тебя по ошибке, а может, переспала с гоблином. Никогда не поверю, что мы с тобой — кровные. Ты никогда отсюда не выйдешь. Подохнешь как собака на привязи. Даже до миски с водой не достанешь. Я недавно такое провернул с Буркой, помнишь ее? А ты думаешь, куда пропала сучка?

Он премерзко ржал, обливался водой, глядя на мои сухие потрескавшиеся губы, а потом уходил, оставляя меня одного висеть до следующего дня.

Именно тогда я начал слышать в голове чужой голос. Он говорил, что я должен сопротивляться. Ударить брата, убить. Но я знал, что если сделаю это, то тоже сдохну. Не сразу, но отец не простит мне убийства своего любимчика. Поэтому я заталкивал голос поглубже, думая, как спастись самостоятельно. Мысли путались, по лицу стекал пот, за сараем должно быть поднималось жаркое солнце.

Ночь прошла в агонии. Я давно не чувствовал рук, и, наверное, оставался в сознании только благодаря эльфийской крови и от природы сильному телу. Я начал пытаться подтянуться к цепям. Если исхитриться и подтянуться, то я смогу выбить штырь, на котором висят цепи, ногой. Однако, сколько я не раскачивался, силы покидали меня все быстрее, голодный живот не прекращал урчать, а губы трескались от сухости, рождая во рту металлический вкус. После очередной попытки в глазах потемнело, и окружающий мир постепенно исчез.

Когда я очнулся, понял, что каким-то образом смог освободиться. Рядом валялся выломанный из потолка штырь с цепями, во рту уже не было сухо, а на полу передо мной лежала пустая собачья миска.

«Ты спас меня», — осознал неприглядную истину.

«Ты был слаб».

«Я был маленьким мальчиком».

«Так и есть. Я был тобой. А теперь ты станешь мной», — прорычало внутри.

Я открыл глаза, по рукам и ногам стекало жидкое синее пламя. Обжигающими ошметками оно падало на землю, шипело и уничтожало все на своем пути. Горели снаряды для тренировки, деревянные болванчики осыпались пеплом на выжженную землю. Бушующий огонь охватил все мое тело. Сквозь синие языки я увидел силуэт возлюбленной, бегущей ко мне со всех ног.

— Дрэг! — кричала она. — Ты справишься, это пламя твое, оно не тебя не сожжет!

Точно. Магия — часть меня. Такая же, как Зверь. Когда я понял это, огонь начал успокаиваться, постепенно впитываясь под кожу, залезая в вены, гнездясь где-то в районе сердца.

Когда все стихло, маленькие ладошки обхватили лицо, притягивая вниз.

— Я так испугалась.

Моя Эл плакала. Крупные слезы катились по покрасневшим щекам. Я второй раз за неделю заставил ее плакать. Вот говнюк!

— Знаю, — смог прохрипеть я. Во рту было сухо, как в тот роковой день, на зубах скрипел пепел. На мне не осталось одежды, но почему-то волосы уцелели. Примирение с даром высосало из меня все силы.

— Вот теперь я вижу, почему она выбрала тебя, — заметил Сол, про которого я вообще забыл. Внутренняя борьба отняла слишком много энергии, не оставив ничего для продолжения нашего спарринга. — Вы — идеальная пара. Гигантский неказистый дуб и гибкая лоза, обвивающая его. Ты смог приручить пламя?

— Сейчас посмотрим.

Осторожно отстранил жену в сторону, создавая на ладони голубой пульсар. Идеально ровный.

— Твои глаза… Они черные, — прошептала Элария, внимательно всматриваясь в мое лицо. — Ты… Монстр? Но ведешь себя как Дрэг.

— Нет, милая. Это я… все я, — погасил пламя и подхватил ее на руки, теснее прижимая к себе. Все вокруг воняло гарью, и только она одна пахла ягодами.

— Вот и хорошо. А мне пора, если не возражаете. Меня там тоже кое-кто ждет, — коротко поклонился Сол. — Было приятно увидеться, Дрэг. Знаю, тебя многие презирают, но я не привык оценивать по внешности, маменька воспитала иначе, знаешь ли. Встретимся завтра на балу. Надеюсь, король объявит о твоем назначении. Теперь, когда проблема с магией и контролем решена, нам больше нечего бояться. Как там они писали? «Ждать новых убийств аристократок»? Ну и фантазия…

Посвистывая и напевая знакомую мелодию, Солариэль уходил с тренировочной площадки. На алые волосы эльфа падал белый пепел от пожарища.

— Возможно, вы с ним подружитесь? — спросила Эл. — Я бы хотела познакомиться с его подвальной женой. Думаю, она очень милая женщина.

От особняка к нам побежали горничные, вооруженные ведрами с водой.

— Откуда такие догадки, любовь моя?

— Он не похож на остальных эльфов, несмотря на язвительность, кажется приятным в общении. Стоп, ты сказал…

— Лорд Сильвандир, ступайте скорее мыться, вы смущаете горничных своей обнаженной наружностью, — отчитала нас пробегавшая мимо Кракша Урожайн. — Ох какой же беспорядок вы тут устроили! Нужно будет заказывать новые тренировочные манекены, и вычищать это все. Придется пригласить природного мага, чтоб он смог восстановить газон…

Она продолжала и продолжала причитать, пока я нес Эларию в дом. Девушка подозрительно притихла, уткнувшись лицом мне в грудь. Случайно оговорился. Ну каков болван! Напугал? В мыслях я давно называл ее только возлюбленной и никак иначе, но впервые произнес это вслух.

А еще мне ужасно не понравились ее высказывания в адрес Сола. Как я мог бы подружиться с тем, кто заглядывался на мои малиновые кусты? Пусть он просто меня провоцировал, чтоб я выдал огонь, но я злился и ревновал вполне по-настоящему. Может и глупо, но Зверь, теперь ставший частью моего сознания, был намерен защищать свое и отстаивать право на женщину при любом раскладе. Хорошо, что красноволосый балабол сам свалил, иначе я бы не выдержал и надрал ему уши за все эти слова!

— Мои комнаты доделали, не возражаешь, если я сегодня буду спать там? Нужно многое подготовить к балу, а ты выглядишь усталым.

Действительно, конечности постепенно наливались свинцом, передвигаться становилось все сложнее. Не думаю, что шебуршание жены и ее приготовления как-то мне бы помешали… Да и привык я уже к маленькому теплому комочку подмышкой, без него будет как-то… одиноко. Я возражал. И еще как. Но смог лишь выдавить из себя вымученное:

— Конечно, Эл.

— Спасибо, — произнесла она, когда я ее отпустил. Отметил, как испачкалось в саже ее платье. И как она спрятала взгляд, стараясь на меня не смотреть. Неужели после слов любви я ей разонравился?

— Тогда я пойду, — резко отвернулась и сбежала в соседнюю дверь.

Так я узнал, что даже имея жену, можно остаться в одиночестве.

Элария

Можно ли влюбиться за шесть дней?

Именно этот вопрос крутился в моей голове, когда я ерзала в огромной кровати, слишком просторной для меня одной. Когда-то Дрэг в повелительной форме просил меня остаться в его покоях, и теперь я начинала понимать, почему. Без мужа рядом было ужасно одиноко. Не хватало его большого теплого тела, запаха, ладоней, притягивающих к горячему животу во сне, крепких объятий, внутри которых чувствуешь себя в безопасности.

Но мне крайне необходима была пауза для раздумий.

Было страшно. Мой муж пылал, его поглотило яростное пламя, мое сердце колотилось столь сильно, словно вот-вот выпрыгнет из груди и бросится спасать Дрэга из огня! Я бежала, как могла. Дверь гостевой комнаты, ступени, где я споткнулась и чуть не свалилась с лестницы, другая тяжелая дверь, путь во двор… Вся последовательность промелькнул перед глазами как одно сплошное серое смазанное пятно. А потом… Только его глаза.

Синие радужки постепенно наполнялись чернотой, глядя на меня сквозь плящущие пламенные языки. Это был он и не он одновременно. Нежный, внимательный Дрэг обрел внутренний стержень, примирился с Даром, обуздал огонь. Я так боялась, что пламя его поглотит!

Он назвал меня своей любовью и подхватил на руки, словно я ничего не весила. Мой могучий эльф… Слова слетели с его губ легко и непринужденно, естественно. А мне было больно. Никто и никогда не любил меня! Глубина вспыхнувших между нам чувств пугала.

Всю свою жизнь я была вынуждена прятать свои чувства. Маменька умерла, произведя меня на свет, а отец никогда не был тонко чувствующим человеком. Он прекрасно разбирался в бизнесе, знал, как не упустить собственную выгоду, но тонкий мир эмоций его мало волновал. Сестры и я учились в пансионе, редко попадаясь ему на глаза. Мы были активами, которые можно продать и приумножить. Мне кажется, будь его воля, он бы сам женился на нас, если бы законы общества это позволили. Он не счел нужным приехать на мою свадьбу, так как у него всегда были дела поважнее.

Познакомившись с Дрэгом, я узнала, что могу проявлять эмоции. Мой милый эльф так трогательно волновался, боялся меня обидеть или задеть, прятал чувства, что мне пришлось несколько раз перебороть себя и самой пойти ему навстречу, несмотря на страх. Мне и сейчас было ужасно страшно.

Вдруг, я не оправдаю его любовь? Он так искренне тянется ко мне… Смогу ли стать опорой для такого сильного великолепного мужчины? Быть достойной партнершей и супругой.

Меня этому учили. Но одно дело знать теорию, и совсем другое познать это на практике. Вот, к примеру супружеская близость. В учебниках все описывалось сухо, лишь механика процесса, и ее возможные последствия, включая беременность. Могла ли я представить, что секс будет…таким? Нежным, диким, грубым, жестким! Наполненным чувствами, нашим общим дыханием, стонами и удовольствием, которому нет конца! Нет.

Точно так же я не могла догадываться о том, как зарождается любовь. О ней в учебниках не было и слова. Потому что договорные браки редко становятся обителью этого чувства. Обычно людьми руководствует чувство долга, ответственности. Между супругами возникает симпатия, дружба, это нормально… Но любовь… Об этом я себе вообще запретила думать!

И тут Дрэг говорит мне это.

«Любовь моя»… — гулко звучит в голове раз за разом.

Я должна дать шанс этому глубокому чувству.

Пусть пока я и сомневаюсь, потому что мне оно не ведомо. Я никогда его не ощущала! Ни от отца. Ни от любителей пофлиртовать на балах! Ни от сестер, постоянно погруженных в свои проблемы. Более того, они тоже не говори о любви к своим избранникам. Точнее, к ставленникам папочки.

«Стерпится, слюбится» — так говорила сестра Амалия на моей свадьбе, вспоминая своего графа.

Но между нами с Дрэгом искрило с первой секунды, с того момента, как я заприметила его грозную спину в трактире. А когда я увидела его, объятого пламенем… Этот страх невозможно сравнить ни с чем!

Решено! Завтра я тоже ему признаюсь. Вот только высплюсь как следует…

Вот только утро встретило меня ужасным шумом, кутерьмой и подготовкой к балу! Горничные разбудили очень рано, подготовили для меня ванну с горячей водой, наполненную ароматными маслами и солями, так хорошо влияющими на кожу. Потом выдали халат и начали заплетать.

В животе урчало, я закусывала губы и терпела, пока мою каштановую копну разберут на сотни прядей и каждую из них заплетут в тоненькую косу, а потом поднимут наверх, вплетая в сложный пучок, названия которого я не знала. Как мне сказала Лориэль — традиционная эльфийская прическа, причем считается одной из самых дорогих. Мало какие горничные — профессиональные парикмахеры — могут ее сотворить, не говоря уже о простых горничных.

Так я поняла, что жалование моим личным феям красоты не помешало бы поднять. После меня отправили на завтрак, и я хотела успеть поговорить с мужем, но оказалось Дрэг уже поел, его тарелка стояла пустой. Похоже, он тоже занимался подготовкой к балу.

Далее меня снова утащили в комнаты, но на этот раз там ждала целая команда эльфиек, во главе с самой красивой женщиной, которую я когда-либо видела. Стройная эффектная блондинка с высокой грудью обошла меня по кругу, прицокнув языком.

— Здесь столько работы! Вы когда последний раз прореживали брови, милочка? А эти ногти? Маникюром тоже пренебрегаете?

Так я узнала, что любая эльфийка раз в неделю ходит в салон красоты, а аристократки регулярно вызывают всю команду на дом. Кроме того, все эти дамочки обожали пересказывать сплетни, не забыли обсудить и Дрэгоэля, восхитившись тем, что его жена очень симпатичная для человечки (ну спасибо!). По их мнению, мой муж не заслуживал ни дара, ни жены. Складывалось впечатление, что для эльфиек он был вроде стоящего в стороне от всего общества каменного истукана. Его избегали, целенаправленно игнорировали, а об отношениях с таким эльфом и думать было страшно.

Не скажу, что мне было приятно выслушивать все это, но я все лучше начинала понимать, почему муж ведет себя именно так, и твердо вознамерилась переломить ход вещей. Когда девушки закончили, я с ними серьезно поговорила.

— Вы знаете, мой супруг имеет хорошие шансы стать кронпринцем. Понимаете, кого вы сейчас обсуждаете? — подняла бровь, всматриваясь в холеные ухоженные лица. Девушки переглянулись. — Скоро в этом доме будут проходить приемы для высшего общества. На них смогут попасть лишь те, кто не выказывают презрения к будущему королю, не разносят о нем слухи, и имеют надежную репутацию.

Блондинка быстро сориентировалась. Куда-то делось надменное выражение с красивого лица, когда зашла речь о ее собственной выгоде.

— Конечно, леди Сильвандир. Я все поняла. Я поговорю с девочками. Безусловно у лорда Дрэгоэля имеется множество достоинств, слышала, он неплохо играет на клавишных инструментах и носит титул лучшего фехтовальщика при дворе.

— Вот именно! С этого дня, когда вы будете появляться в домах знатных эльфиек, вы будете говорить только это и ничего больше. А если я узнаю об обратном… Поверьте, у меня множество возможностей подорвать вашу профессиональную репутацию. Например, кривая стрелка в уголке глаза может полностью испортить ее… Но, если вы продолжите придерживаться нашей негласной договоренности, знаете… Всех этих леди придется кому-то наряжать для приемов, поправлять макияж или организовать милую домашнюю встречу, когда мы обернемся в полотенца и отдадим себя в руки ваших умелых массажисток, обсуждая новую моду.

Эльфийка задумчиво повела ушками. Девушки вокруг притихли, не ожидавшие такого поворота событий.

— А вы совсем не такая, какой показались с первого взгляда, леди Сильвандир.

— Спасибо, — я взглянула на себя в зеркало.

Команда профессионалок хорошо поработала. Даже на свадьбе у меня не было такого идеального макияжа! Легкая дымка с серебристыми искорками вокруг глаз делала образ загадочным и вечерним, густые ресницы удлинила эльфийская стойкая тушь. По словам девочек, с нею можно было даже мыться, и она ни за что не сотрется. В подарок мне выдали крошечный пузырек, чтоб потом от нее избавиться. — Хорошая работа!

— Приятно слышать, — кивнула блондинка. — Кстати, меня зовут Эйлин. Буду рада следить за вашими туалетами, леди Сильвандир. Вы просили темный макияж, бал открывается уже скоро, помочь вам надеть платье?

— Хорошо, Эйлин, — благосклонно кивнула эльфийке. — Уверена, вместе будет смотреться сногсшибательно.

Дрэг

Дал задание конюху подготовить карету, запряженную двумя лучшими скакунами тяжеловозами, с примесью эльфийской крови. Благодаря последней они могли открывать порталы, а благодаря генам тяжеловозов — перевозить неподъемные грузы. Эти кони пользовались спросом, хотя в начале, когда я только начал выводить породу, эльфы смотрели на них скептически. Со временем они изменили мнение.

Я надеялся, что ко мне отнесутся не хуже, чем к лошадям.

Костюм, подобранный и заказанный для меня Эларией, прибыл еще вчера вечером. Когда я его надел и посмотрел в зеркало, озадаченно нахмурился. Как так вышло, что просто прямой крой, вместо модного приталенного, сделал из меня уже не неповоротливого великана, а просто крупного эльфа, с непривычно широким разворотом плеч? Глубокий синий цвет ткани хорошо сочетался с оттенком глаз, переключая внимание со шрамов на лице на радужки. Кажется, я впервые был доволен своим отражением в зеркале. Не знаю, какую такую магию применила Эл, но результат того стоил.

Горничные, пробегавшие мимо по своим делам, поглядывали на меня со странно загадочным видом, будто знали некую тайну, которую мне пока знать не положено. Это настораживало. И реакция жены на мое неуклюжее признание — тоже. Она впервые спала одна, с тех пор как мы поженились. А я… не спал вовсе.

Все прислушивался к ее осторожным шагам за стеной, шуршанию простыней, неровному дыханию. Ее явно мучили некие тяжелые думы, и я с трудом затолкал внутрь желание Зверя ворваться в соседнюю спальню и добиться от жены ответа крайне извращенными методами!

Но новый день принес заботы о подготовке к балу, и мы не успели увидеться в течение дня.

Сейчас я стоял возле лестницы и ждал, когда появиться Ежевичка. Со вчерашнего вечер я не ощущал под губами ее нежную кожу, не ловил ее сбивчивое дыхание, смешавшееся с жарким прерывистым стоном, не вдыхал манящий ягодный аромат, не сжимал мягкие полушария груди… это равнялось изощренной пытке. Меня со Зверем принудительно отправили на голодный паек, лишая главной потребности, но вместе с тем я осознал, что мне уже мало.

Бесконечно мало просто секса с Эларией. Мне хотелось ответных чувств. Мне жаждалось, чтоб Чудовище полюбили, оценили по достоинству, разглядели его непростую истинную суть.

Напряженно сжав челюсть, я ждал. Она появится и отвергнет меня? Скажет, что я отвратителен, как и многие до нее? Попросит отстать и не лезть с близостью, раз я не в состоянии контролировать Монстра и свои слова? Будет укоризненно смотреть как я мучаюсь на чертовом королевском приеме?!

Как ни странно, но о нем я думал в последнюю очередь. Отношение ко мне других эльфов? Плевать, я давно к нему привык. Невидимость в глазах собственного отца? Это тоже давно не было проблемой. Но вот мнение маленькой Эл… Ее чувства — вот, что сейчас имело первостепенное значение.

Зверь…Точнее, я сам… внутри метался, выл и скреб по сердцу оставляя на нем кровавые полосы от глубоких когтей. Он уже вовсю мнил Эларию своей хозяйкой. Или я сам так легко стал полностью ее? Представлял, как жена нежно чешет его за ушком и позволяет делать с нею все, чего он желает.

Окончательно измучившись, я, наконец, услышал долгожданный стук каблучков в коридоре. Жена возникла на вершине лестницы и, сначала, мне показалось, что это не она, а какая-то эльфийка аристократка случайно забрела в мое логово.

Ее образ представлял собой изысканное дымное облако, наполненное блеском драгоценных камней. Черное платье начиналось под горлом и заканчивалось на щиколотках. Оно облегало ее стройное тело словно вторая кожа. Кроме того, платье казалось полупрозрачным. И длинные рукава не спасали положения, идеально подчеркивая тонкие запястья и красивую линию плеч. Ежевичка выглядела почти раздетой! Зверь внутри ощутимо напрягся. Значит, наигралась? Решила найти себе нового любовника на балу? Иначе зачем так одеваться?

В туфлях моя жена стала выше, и теперь до ужаса напоминала обычную посетительницу королевских балов, особенно учитывая этот наряд… Хотя нет, такого даже эльфийки себе не позволяли.

Она сделала шаг вниз, загадочно пряча улыбку в уголках пухлых губ, и вся ткань на ней натянулась. Упруго качнулась грудь, как оказалось, спрятанная за более плотным непрозрачным слоем. Сделало движение бедро, покато и игриво опускаясь. И чем ближе она ко мне подходила, тем яснее я понимал, что дурацкое платье белье не предполагает! Вообще!

— Ну как я тебе, дорогой? — кокетливо спросила Элария, беря меня под локоть. Я просто-напросто застыл, по привычке вытянув его для леди, пока смотрел на эффектное появление супруги.

Эл прижалась ко мне теплым боком, в ее ушках блеснули дымчатые бриллианты. Такие же сейчас сверкали в браслете на ее запястье. Гарнитур, очень давно подаренный мне матерью. Странно. Я давно забыл о его существовании.

— Ты…

— Потерял дар речи? Понимаю, — игриво улыбнулась Ежевичка. — Как прошел твой день? Мы долго не виделись.

Жена засыпала меня вопросами, а я лишь сильнее сжимал зубы и стискивал кулаки. Серьезно? Она думала, что этот наряд на ней мне понравится? Зверь… То есть, я сам, был готов взорваться от ревности! Стоило представить, что остальные мужчины будут смотреть на мою Эл в таком виде! А мне хотелось… Безумно хотелось порвать на ней это платье ко всем демонам! Уничтожить его, распылить в пыль, сжечь…

— Ты какой-то напряженный, Дрэг. Честно говоря, я думала ты сделаешь мне комплимент. На то, чтоб так выглядеть у меня ушел целый день.

— Эл, — голос хриплым куском вывалился из горла. — Уверен, ты затмишь всех эльфиек.

Сказал. Я смогу это вытерпеть. Ради нее. Кое-как, буква за буквой, слова сложились на языке, но вот смотреть на жену мне было физически больно. Мы не виделись со вчерашнего вечера, и я безумно истосковался. Вместо дурацкого бала, я бы предпочел запереть ее в спальне и жестко иметь, пока она не забудет про красноволосого Сола и вообще о существовании других мужчин, кроме меня самого.

Затолкал ревность куда подальше, понимая, что Эл всего лишь придерживалась канонов эльфийской моды, но почему… почему это платье сводит меня с ума? Ни одна эльфийка в еще более откровенных туалетах не производила на меня такого впечатления!

Выдавил из себя улыбку.

Время показать мое сокровище другим хищникам. Если они посмеют на него претендовать, я знаю, что нужно делать. Спрятал вторую руку за спину. На пальцах ярко разгоралось синее опасное пламя.

Всю дорогу до дворца я боролся с собой. Эл прижималась ко мне, о чем-то щебетала, показывала на разные здания, мелькавшие в окне с высокой скоростью. Она радовалась как ребенок, попавший на дорогую экскурсию в эльфийское королевство.

Мое же напряжение только сильнее нарастало. Моя внешность всегда была предметом насмешек, и сегодняшний день вряд ли будет исключением. Как будет чувствовать себя рядом моя маленькая Эл? Когда эльфы кривят губы, замечая ее спутника сразу следом за проклятым полупрозрачным платьем?!

Карета остановилась у входа во дворец, заняв очередь в самом конце. Сегодня на прием решила явиться добрая половина Арвендала! Через десять минут и наша дверца распахнулась.

— Красота! — выдохнула жена, ступив тонким каблучком на дорожку, выстланную розовыми лепестками. Она вилась широкой красной лентой до самых дверей. Какое расточительство.

— Эти розы зачарованы. Эльфийская традиция. Считается, что, если эльф не чист помыслами и желает королю зла, они окрасятся в черный цвет.

— Ничего себе! И что сделают с таким эльфом? — теперь супруга ступала с осторожностью.

— Убьют на месте.

Элария совсем не замечала тех жадных горячих взоров, которые на нее бросали работники дворца, стоящие вдоль дорожки. Охранники, верные воины моего отца в черных приталенных жилетах. Вышколенные, вымуштрованные, они не могли оторваться от нее, хотя так пялиться и было против правил.

У входа и вовсе стоял высокий красивый церемониймейстер. Он, не стесняясь, прошелся по Эл раздевающим взглядом, потом наткнулся на холодный мой, обещающий ему скорую смерть. Быстро сглотнул.

— Лорд Дрэгоэль Сильвандир с супругой, Эларией Сильвандир! — объявил он, и мы зашли в холл дворца.

Но, в отличие от тех, кто имел честь попасть сюда раньше, нам не слишком повезло, ведь анфиладу уже наполнили пары аристократов, и все они, как по команде, обернулись, услышав объявление церемониймейстера.

Ну вот. Сейчас начнутся шепотки, поливание меня дерьмом и прочие атрибуты подобных приемов, с которыми я постоянно сталкивался! Я весь внутренне напрягся. Но шли минуты, — и ничего не происходило. Мы с Эл шагали вперед. Я поддерживал жену под тонкий локоток, а эльфийки внимательно разглядывали ее платье, как мне показалось, с нотками зависти, потом переводили взгляд на меня, и быстро испуганно отводили его прочь. Никакой злости и брезгливости. Странно. Непривычно.

После полагалось поприветствовать короля, но мой отец поступил так, как делал сотни раз до этого — решил не появляться в начале приема. Король Элдорин Сильвандир ненавидел сборища, подобные этому. И, пожалуй, это было единственной чертой, доставшейся мне от него, не считая размера члена, как я узнал недавно.

Когда мы вошли в бальный зал, наполненный цветом аристократии, я замер. Внутри сковал страх перед публикой. Не помню, когда я вот так появлялся здесь, приходил через основной вход, а не пользовался узкой дверью за троном отца. Наверное, еще в детстве. Но танцы мне не давались, а от окружающих доставались только щипки и критика, поэтому я быстро перестал это делать.

Эл сняла руку с локтя и опустила ее ниже, сжимая мою ладонь.

— Все будет хорошо. Ты прекрасен, Дрэгоэль, — жена посмотрела на меня с той самой улыбкой, которую недавно коварно использовала в библиотеке. Спокойной, но с ноткой озорства. — Не позволяй им видеть твои сомнения.

В этот момент я поймал себя на мысли, что снова горблюсь. Распрямился. Тут же к нам подплыла почтенная эльфийка среднего возраста, одетая в розовое платье с низким вырезом. Ее грудь, все еще упругая благодаря различным процедурам, так и норовила выпасть оттуда. Я ее знал. Змея высшей степени ядовитости, любительница посмеяться надо мной за моей спиной, Леди Роуниль, самая главная сплетница столицы, собственной персоной. Решила почтить меня своим присутствием, гадюка?

— Леди Сильвандир, — она сделала легкий поклон. — Наконец-то мы вас увидели. Ожидание было томительным, — пропела эльфийка.

— Ох, простите… — жена сделала выразительную паузу.

— Леди Дорниэль, — представилась Роуниль, хлопая длинными светлыми ресницами. Насколько она была не похожа на мою Эл… Если человечка была настоящей, то эльфийка казалась напрочь искусственной красоткой. Губы неестественно пухлые, волосы слишком светлые, выбеленные до рези в глазах, форма скул, подбородка… Я слышал, что эльфийские мастера медицинской магии и не на такое способны, но видеть это вблизи… Так. Стоп.

Я оборвал свои рассуждения.

Какое право имею обсуждать женщину за потребность понравится? Сам ведь такой же.

— Ох, извините, что заставила ждать, — тихонько отозвалась моя жена. — Муж не выпускал из постели, он ТАКОЙ страстный, — заявила Элария и захлопала глазами, невероятно смутив леди Роун, которая тут же бросила на меня заинтересованный взгляд.

Не понял! Это что сейчас было? Эльфийки никогда не смотрели на меня ТАК! Оценивающе, откровенно, со слегка приподнятой бровью, словно пытается понять, каков я в сексе.

— Надо же, — цокнула языком она. — Кто знал, что в этом уродливом омуте водятся такие черти… Хотя до меня доходили неоднозначные слухи…

— Простите, леди Роун, сейчас начнется танец… — оборвала моя жена, и, услышав это, я снова напрягся.

— Конечно-конечно. Молодые должны блистать, — проворковала эта змея, прекрасно зная, что танцевать я не умею.

Эльфийка отплыла в сторону, освобождая место для парочек.

Хоть мы и репетировали столько раз, но Эл ни разу не танцевала со мной лично, всегда партию вел Зверь, а потом брал свою плату. Получится ли теперь воплотить все ее мечты и не разочаровать жену?

Пары выстроились для вальса, Элария ободряюще улыбнулась, прильнула ко мне, потерлась, словно кошка. Соблазняя, пленяя мое внимание, несмотря на те ритмы, которые уже начали звучать в зале, она нарушила построение и все правила для одной цели.

— Выходи ко мне, Монстр.

— Нет, Эл, зачем?..

— Ты ведь хотел снять с меня это платье? Вижу, как смотришь на него весь вечер. Таким взглядом и убить можно, — рассмеялась жена.

— Очень, — хрипло вырвалось из самого горла. — Но ты знаешь, как он опасен.

— Он — это ты. Вы отлично сработались. Мы станцуем, ты покажешь, как классно умеешь играть на клавишных, встретимся с королем, а после… делай со мной, что пожелаешь, мое эльфийское Чудовище.

Нервно потянулся к тонкой теплой талии девушки. Прикрыл глаза. Обещание жены казалось уж слишком заманчивым, особенно на фоне прицельных взглядов, изучающих нас и только сильнее разгоняющих мое напряжение. Хотелось сбежать на край королевства в далекий небольшой домик и любить там жену до умопомрачения, а не расшаркиваться с аристократами.

Полупрозрачная ткань под пальцами ощущалась почти как кожа. Вот бы действительно порвать ее. А лучше нет… Круче сделать все прямо в платье… Фантазия понеслась вперед, не сдерживаемая больше ничем. И Зверь, Монстр, Чудовище — как бы его не называли, легко откликнулся на зов Эл. Отвергнутый, критикуемый, измученный, бесконечно жаждущий свою женщину. Я…

Четкие плавные движения. Я подхватил под руку свою любимую, резко притянул к себе, вырвав из ее груди легкий стон. Повернул, оказывая танцевальную поддержку, помогая перенести вес быстрее и удобнее. Зверь был рядом, где-то на границе сознания он порыкивал, подсказывая мне нужные па.

Весь зал исчез. Меня не волновали другие пары, только Эл и ее прерывистое дыхание да ритм музыки, вившейся вокруг нас. Одна мелодия сменялась другой, и в итоге я услышал страстные резкие ноты, вынуждающие двигаться иначе.

Рука сама легла на бедро Эл, провокационно притягивая его ближе. Она потерлась промежностью о мое колено, дыша тяжело и возбужденно. Моя жена — воплощение всего самого лучшего в этом мире, квинтэссенция моей души, сокровище, которое хочется спрятать и никому никогда не показывать. Я рычал. Притягивал ее к себе, и подхватывал, проносил у самого пола и ставил на каблучки, не забывая исследовать каждый изгиб ладонями, пока она извивалась в моих руках подобно ласковой кошке.

Когда ударные ритмы стихли, я застыл, осознавая себя в бальном зале. Со стороны эльфов послышались робкие хлопки.

— Шикарный танец, лорд Сильвандир.

— Такая страсть, снимаю шляпу!

— Не знал, что Принц Гоблин умеет танцевать, — зло выплюнул кто-то из толпы. Но впервые едкие слова не оставляли в моей душе ран. Теперь они меня не трогали, ведь Эл прижималась ко мне, переплетая тонкие нежные пальцы с моими огрубевшими и всячески поддерживала. Просто была рядом.

Задевали лишь взгляды других мужчин, скользящие по платью Эларии. Точно его порву! Как пить дать! И именно в этот момент по толпе прошел странный шепоток. Я не понимал его источник, но интуитивно подумал, что он мне не понравится. И не ошибся.

На балу появился лорд Солариэль, блистая своей образцовой эльфийской красотой, с волосами, часть которых была заплетена в замысловатые косы, в вычурном костюме, отделанным вышивкой и стразами, он шел вперед с агрессивным выражением лица, шагая твердо и быстро. И уверенно. Он являл собой прямо-таки воплощение красоты и всего того, чем я никогда не обладал и не буду.

Лорд Элорифайер увидел нас с женой и обворожительно улыбнулся Эл. Какого гоблина?! Он смеет строить глазки моей чудесной женушке?! В районе горла все сжалось, а солнечное сплетение начало пылать огнем. За шировот будто углей насыпали, мне захотелось содрать с себя проклятый костюм и набить морду этому напыщенному ублюдку! Скосил взгляд на жену.

Она ответила ему мягкой ободряющей улыбкой. Неужели это платье, макияж и все остальное предназначалось не мне, а ему?!

Зверь, который присутствовал, но не брал контроль надо мной все это время, вдруг взвился внутри, готовый защищать свое. Собственнические инстинкты и ревность взяли верх. Он разъяренно зарычал, и я не сразу осознал, что звук исходит из моего горла. В зеркале напротив танцующих отразилось жуткое чудовище с искривленной гримасой лица. Но мне было плевать.

— Солариэль… — прошипел я, стискивая кулаки и делая шаг вперед.

— Дрэгоэль, ты чего?.. — оторопело начал Сол, но я уже зажег огонь, и по руке начало бежать яркое синее пламя.

— Думаешь, разок побывал у меня дома и теперь можешь претендовать на мою женщину?! — взревел я, не обращая внимания ни на что происходящее. Сейчас я покажу ему кто здесь достоин быть партнером Эл. Пусть расчехляет свой жалкий огонь!

— Нет, Дрэг, ты не понял… — Сол оглядывался по сторонам ожидая поддержки от толпы, но эльфы лишь расступились в стороны, ожидая зрелища.

Огонь все сильнее закипал внутри меня, давая выход ревности, давно тлеющей внутри. Я рванул пиджак, стремясь избавиться от лишней одежды, когда ощутил на локте маленькую ладошку Эл.

— Милый, так нельзя, все смотрят…

— Что, защищаешь его, потому что он тебе нравится, Элария? — огрызнулся я, повернувшись к жене. Но увидел в ее глазах лишь озадаченность и страх. — Боишься, что я убью этого парня?

— Нет, — Эл решительно шагнула ко мне навстерчу, несмотря на пламя, все еще пылающее в моей правой руке. Потянулась тонкими руками, приобнимая. Ничего не понимаю. Если ей так нравится Сол, почему не бросится к нему прямо сейчас?! — Я переживаю за своего любимого мужчину, Дрэг. Только за тебя…

Она сказала «любимого»? Пламя исчезло с громким пшиком, я сжал свою хрупкую женщину, наклонился, чтоб вдохнуть аромат ее волос. В душе все мгновенно успокоилось. Взамен жгучей ревности, в ней поселилось спокойствие и уверенность в себе. Она меня любит! Чудовище, Принц Гоблин, Зверь… неважно кто. Но она меня любит! И, черт возьми, я никогда не подведу свою женщину! Как я мог поставить ее в такое дурацкое положение?

Наклонился и запечатлел на губах супруги нежный поцелуй.

Толпа разочарованно вздыхала. Эльфы уже приготовились наблюдать поединок двух огненных магов, но им так и не довелось увидеть его.

— Кхм, рад, что вы разобрались в своих чувствах, — откашлялся стоящий рядом Солариэль. — Вообще-то я шел к вам, чтоб кое с кем познакомить.

Из-за спины красноволосого выступила маленькая эльфийка с аккуратными ушками, светлыми волосами и яркими небесного цвета глазами. Все в ней было прекрасно, за исключением одной маленькой детали. Нос девушки был большеват по сравнению с остальными пропорциями лица, и более того, он имел довольно выразительную горбинку. Типа моего.

— Здравствуйте, — слабеньким тихим голосом поздоровалась эльфийка, смущенно пряча глаза. — Я — Кориэль Элорифайер или, как меня чаще зовут в прессе «жена из подвала». Та, кого Сол долго прятал, боясь общественного осуждения. Лорд Дрэгоэль, ваше поведение убедило меня попробовать выйти в свет и перестать смущаться собственной внешности. Хотя, честно говоря, вы меня немного напугали своей вспышкой…

— Ой! — всплеснула руками Элария. — Какая вы миленькая! Вы совершенно правильно поступили, придя сюда. Тем более, с нашими огненными мужьями бояться нечего. Пусть хоть кто-то попробует бросить на малышку Кориэль презрительный взгляд, уверена, лорд Солариэль быстренько с этим разберется!

Жена говорила намерено громко, и толпа вокруг нас начала рассеиваться. У многих эльфов появились очень важные неотложные дела. И только я выдохнул, понимая, как по-идиотски себя повел и чуть не наломал дров, как объявили появление короля и королевы.

Элария

Мой Дрэг, ручной Монстр, нежное Чудовище, Уродливый Гоблин… Ему столь важно и необходимо было услышать простые слова любви. Завидев Сола, и то, как я просто приветственно улыбнулась знакомому эльфу, он вскипел, едва не сорвавшись.

Я увидела, как Зверь захватывает контроль над моим великаном, как лицо его искажается в маске ревности, дыхание учащается, кулаки сжимаются, и дикое пламя с ревом вырывается наружу. Солариэль испугался. Хоть и не подал вида, к его чести, но я явственно это отследила. Сойдись они в драке, от дворца остались бы одни обгорелые головешки, да и от нас ото всех тоже. Также я приметила хрупкую фигурку, прячущуюся за его спиной, которую не заметил Дрэгоэль, и презрительные взгляды, бросаемые остальными эльфами на загадочную девушку, шедшую сразу следом за ним.

Он видел только соперника, и отчасти я винила себя. Что ж, все мы иногда совершаем ошибки и я — не исключение. Платье произвело фурор на балу, сыграв на руку мне, как жене принца, но Дрэгу оно не понравилось. Поэтому… Я позволю ему уничтожить его и больше никогда не буду заказывать настолько провокационных нарядов. Мне не хочется подпитывать его боль и неуверенность в себе таким образом, лишний раз подогревая ревность. Уверена, со временем он обретет спокойствие и стабильность, полностью осознает, что мне никто не нужен кроме него, но сейчас… Ему очень тяжело переступить через себя.

Правители Эландриэля все же почтили нас своим монаршим присутствием. Суровый король, образ которого я видела только в магкристаллах, выглядел еще более сердитым и сложным, чем на тех записях. Но в его образе имелись и знакомые мне черты. Густые белые косматые брови нависали над синими глазами, точно так же как у Дрэга. А вот королева показалась очень нежной женщиной, образцовой эльфийкой. Она прекрасно выглядела для своих лет, лишь в глубине светло-голубых глаз затаилась некая печаль. Я заметила, что там мелькнула радость, когда ее взгляд метнулся к Дрэгоэлю.

— Мы рады приветствовать всех пришедших на этот прием! — громогласно произнес король зычным голосом. — В особенности я рад видеть своего сына Дрэгоэля с супругой. Пожелаем им счастья и спокойной счастливой жизни. Так же я надеюсь скоро увидеть внуков. А сейчас объявим традиционное музыкальное соревнование. Победитель его получит титул лучшего музыканта этого сезона! Начали!

Король хлопнул в ладоши, но мой муж не спешил двигаться. Я подняла голову, заметив, что по лицу Дрэгоэля текут слезы.

— Любимый? Что случилось?

— Отец… Он впервые за всю жизнь назвал меня сыном, — тихо ответил муж, не в силах сдержать своих чувств.

— Пойдем, прогуляемся в сад, — предложила я. — Не стоит показывать толпе твою реакцию.

К счастью, на помосте для оркестра какой-то эльф уже подхватил флейту и начал насвистывать веселую танцевальную мелодию, все внимание присутствующих перетекло туда. Мы с супругом прошли в сад. На улице уже смеркалось, осторожно журчали многочисленные фонтаны, зачарованные магией света, они были основными источниками освещения среди аллей. По обе стороны от них росли разнообразные эльфийские растения, встречающиеся только на этой территории. Нежные розовые цветы источали тонкий аромат, распространяя его вокруг и создавая ощущение ожившей сказки. Теплый ветер трепал мои волосы, осторожно выпущенные из прически двумя прядями возле лица.

— Король наконец-то признал тебя, дорогой, — осторожно начала я.

Дрэг опустился на мягкую лавку, уже привычным жестом сграбастал меня к себе на колени, обнял. Это его успокаивало. В небе поднялась полная луна, осветив все вокруг, включая и нас двоих. Стало светло будто днем.

— Признал… и сделал однозначный намек про внуков. Всю жизнь я был для него кем-то невидимым, но стоило Тауриону оступиться, как я сразу же стал нужным, — горько проговорил он, медленно раскачиваясь на месте.

— Ты не прав, — сзади послышался голос короля Элорина.

Муж вскочил, и поставил меня рядом с собой. Мы оба поклонились высокому эльфу.

— Не стоит, — отмахнулся он, — я рад, что можно теперь спокойно поговорить с тобой, Дрэгоэль. Каюсь, когда родился Таурион, я приблизил его к себе. Меня ослепили идеалы и общественная мода. Идиотский культ красоты. Я был молод и неопытен, и… что греха таить, разочарован в тебе. Грузный неповоротливый мальчик на фоне других детей казался кем-то чужим. Отпрыски аристократов не хотели с тобой играть, твою мать постоянно обвиняли в измене, якобы не от меня родился ребенок. Я поддался соблазну сделать вид, что это действительно так. Сбежал от трудностей. Но чем дальше взрослел Таурион, тем сильнее он проявлял дурные наклонности. Ты знал, что в младенчестве с ним случился несчастный случай?

— Нет, — прохрипел Дрэг.

Ему было очень сложно слышать слова отца. И я его понимала. Никакое покаяние теперь не способно зачеркнуть годы издевательств и отторжения со стороны родителей.

Король устало опустился на лавку и пригласил нас присоединиться к нему. Дрэгоэль занял место рядом, соблюдая дистанцию. Позвал меня к себе на колени, хоть это и выходило за рамки правил этикета.

Элорин улыбнулся, глядя на нас.

— Когда-то мы с твоей матерью так же сидели в этом саду. На самом деле, даже сейчас, спустя долгие годы супружества иногда приходим сюда провести время вдвоем. Что касается младшего… Когда Таурион научился ползать и вставать, он активно двигался и однажды вылез из колыбели, не удержался, и свалился на пол, ударившись головой. Не знаю, как так вышло, что он остался без присмотра в тот момент, — тяжело вещал отец Дрэгоэля. — Никто не заметил. Он рос, начал проявлять странные садистские склонности. Часто издевался над животными, о чем мне докладывали слуги, избивал тебя. Но я пребывал в святой уверенности, что из него получится отличный король. Не спрашивай, почему. Наверное, я занимался самообманом. Когда он подрос и начал интересоваться девушками, насильно взял служанку, после чего Армиэлю пришлось долго лечить бедняжку, а мне выплатить большую компенсацию ее семье. Я попросил лекаря проверить сына. Тогда-то мы с женой и узнали о его старой травме, которую теперь уже невозможно было излечить.

— Но ты продолжал потворствовать ему! — не выдержал Дрэгоэль. Его голос дрожал от гнева. — Он запер меня в сарае и три дня не давал еды и воды! Я ждал спасения, умирая на цепях будто пес, но никто не интересовался судьбой старшего Сильвандира!

Казалось, для короля слова мужа стали откровением. Он устало потер переносицу.

— Я этого не знал, сын. Прости, если сможешь, — эльф сделал паузу. — Ты уже далеко не мальчик, и твое взросление не было простым, но, надеюсь, рано или поздно ты найдешь в себе силы простить нас с матерью за то, что были плохими родителями. Помню, как однажды, решая очередной вопрос с Таурионом и его наклонностями, я увидел, как ты тренируешься на саблях. Высокий, сильный, яростный. Но очень далекий. К тому времени мы давно потеряли связь, ты закрылся от меня, а я не представлял, как наладить с тобой контакт. Борьба с Таурионом и его поведением отнимала все моральные силы, каждый день ко мне поступали все новые жалобы. Он даже в обход меня договорился о покупке дара Эларии. Честно, сказать, когда я узнал, что огонь не достался ему, почувствовал такое облегчение. Леди Элария, прошу, примите мое восхищение вашими действиями.

Мне стало неловко. Я кивнула, прижавшись к мужу.

— Нас свело само провидение, Ваше Величество. Но я правда не хотела отдавать дар Тауриону, слухи о его проблемном характере и плохой репутации доходили даже до людских земель. А еще… я очень боялась стать его женой.

— И не зря, милочка, не зря. Вы знаете, что случилось с бедной эльфийкой. Я больше не мог покрывать сына, да и… не хотел. Сейчас мне кажется, что мой мальчик умер в тот день, когда неудачно вылез из кроватки. Как же я корю себя до сих пор за то, что не заметил в нем изменений вовремя, не вылечил… — голос Элорина дрогнул.

Кажется, статный эльф боролся со слезами. Чувство вины навсегда поселилось в его сердце. Отец Дрэгоэля нес тяжелую родительскую ношу. В его идеальном эльфийском мире, он имел двух далеких от идеала сыновей. Один был внешне некрасив, но зато был прекрасен своим внутренним миром. Второму не повезло получить травму в детстве, хотя он и обладал канонической внешностью, его нутро было навсегда испорчено.

— Странно, что ты не коришь себя за то, что закрывал глаза на его издевательства надо мной, отец, — резко высказался Дрэгоэль, скрипнув зубами. — Уходи, прошу тебя. Теперь у меня есть своя любящая семья и жена, готовая всегда поддержать, так же как и я — ее. Твои мольбы о прощение ничего не решают. Ты это понимаешь?

Король скорбно покачал головой.

— На твоем месте я сказал бы то же самое, Дрэгоэль… Между нами гораздо больше общего, чем ты думаешь. Я уйду. Только прошу, поразмысли над моими словами. Возможно, когда-нибудь твое сердце оттает, и ты сможешь перестать меня ненавидеть. Желаю вашей семье всего самого наилучшего.

Король встал. Величественный высокий и красивый эльф сейчас казался полностью сломленным. Его плечи поникли. Он уже сделал несколько шагов в направлении дворца, когда обернулся и произнес:

— Забыл сказать, Дрэгоэль. С сегодняшнего дня ты — кронпринц и единственный мой наследник. Все бумаги готовы и подписаны. Я не готов доверить королевство кому бы то ни было еще. Тем более теперь у тебя есть такая мудрая супруга… — король обратился ко мне. — Из вас получится отличная королева, леди Элария.

— С-спасибо, — неловкость все нарастала.

— И насчет внуков я не шутил. Мы с королевой очень счастливы за Дрэгоэля. Столько лет эльфийки отвергали его ухаживания и распускали грязные сплетни… Он заслужил быть счастливым.

С такими словами высокий эльф покинул нас, оставив одних.

Дрэг притянул меня к своему сердцу и порывисто всхлипнул. Уткнулся носом в волосы и стал дышать, будто стараясь успокоиться. Глубоко и быстро. Я не вырвалась, давая своему Зверю время прийти в себя. Постепенно его дыхание стало выравниваться.

— Все будет хорошо, любимый. Мы со всем справимся. Вместе. Теперь у тебя есть дар, титул и новая прекрасная жизнь.

— Я не могу его простить, — прошептал Дрэгоэль.

— И ты не обязан. Может быть позже, когда рана в душе достаточно затянется… Такие вопросы не решаются за один разговор. Но король сделал первый шаг к примирению — вот что ценнее всего.

— Ежевичка, маленькая моя, самая ценная, самая любимая, — твердил он, баюкая меня на руках. Дрэгу было сложно успокоиться после пережитой эмоциональной бури.

Нужно было как-то отвлечь мужа от плохих мыслей. Идея пришла внезапно, когда я скользила взглядом по окружающей нас растительности. В темной аллее, среди кустов роз и других цветов, названия которых я не знала, спряталась беседка-ротонда на шести белых колоннах и с купольной крышей. Внутри нее стоял черный, как сама ночь, рояль. Его полированная крышка иногда ловила блики от света фонтанов.

— Любимый, — позвала я, привлекая его внимание. — Может быть сыграешь для меня что-нибудь? Выплеснешь свои чувства, пока они не захватили тебя окончательно?

Дрэгоэль

Когда король назвал меня сыном, я ощутил такое чувство облегчения, как если бы всю жизнь до этого самого момента бежал марафон без остановок, и наконец-то смог остановиться. Жуткое напряжение, давно затаившееся в глубине моей души, отпустило, но вместе с тем, возникли новые вопросы.

И по мере того, как отец рассказывал мне неизвестную историю брата, их становилось только больше. Как все сложилось именно таким образом? Почему мне совсем не уделяли внимания и оставили расти самостоятельно? Неужели выходки Тауриона были столь разрушительными, что занимали все свободное время моих родителей? Умом я мог понять отца, но не сердцем.

Оно ныло от застарелой обиды и горечи, металось между прощением и наказанием. Оказалось, признание отца, которого мне так не хватало все эти годы — совсем не главное в жизни. Можно быть счастливым, даже не будучи кронпринцем и любимчиком толпы. Существование вне тени брата — возможно, и для этого совсем не нужно отстраняться от всего окружающего мира.

Элария стала моим спасением, окошком, ведущим из вечного мрака и одиночества к свету. С нею даже на проклятом балу я не чувствовал себя уродом, на которого все пялятся. Вообще, давно не ощущал себя таковым. Разве эта чудесная женщина полюбила бы Чудовище?

Она смотрела на меня глазами, полными нежности. В ореховых озерах отражались звезды, они затягивали в себя как омуты, и я мог бы сидеть так вечно, обнимая свою жену, должно быть, ниспосланную мне откуда-то свыше.

— Ежевичка, маленькая моя, самая ценная, самая любимая, — как заведенный твердил я, качая на руках хрупкую женщину.

Нервное состояние не отпустило с уходом отца, а только разгонялось сильнее. Я снова почувствовал себя маленьким мальчиком, подвешенным в сарае. Отец не был напрямую виноват в той ситуации, но он мне и не помог. Зато тогда появился Зверь: та часть меня, в которой сконцентрировалось все злое, горькое, страстное и темное, она готова была защищаться и драться до последнего вздоха, и, если бы не она, я бы точно погиб. А теперь моя жена вынуждена иметь дело со Зверем.

Как я могу взять и простить за годы безразличия, издевательств? Нет… Этого не случится. Во всяком случае, не сейчас.

— Любимый, — она тронула мое плечо, отвлекая от тяжелых мыслей. — Может быть сыграешь для меня что-нибудь? Выплеснешь свои чувства, пока они не захватили тебя окончательно?

Эл показала на рояль, стоящий в беседке неподалеку.

Я натянуто улыбнулся. Для своей маленькой женушки я был готов на все и всегда. Просит сыграть? Сделаю, пусть и проглатывая слезы, и пускай мне придется осторожно ссадить ее с колен, и найти в себе уйму сил, чтоб дойти до инструмента. Ради ее улыбки и теплого взгляда я добрел до рояля, сел на табурет перед ним и простер пальцы над клавишами.

— Что сыграть?

— Я буду рада всему.

Она стояла рядом, свободно облокотившись на инструмент. Свет от фонтанов играл на ее плечах, обрисовывая соблазнительные контуры фигуры.

— Помнишь ту мелодию, которую ты выбрал в гостиной? Хороший был вечер.

— Хорошо. Но знай, она далеко не самая лучшая из моего репертуара, — нашел в себе силы ответить, отодвинув грусть и печать на второй план.

Нужно жить сегодняшним моментом, нечего вспоминать прошлые обиды, как бы сильны они не были.

— Не сомневаюсь. Тогда давай сначала ее, а потом что-нибудь на твой выбор, — согласилась жена.

Прикрыл глаза, мысленно перемещаясь в мир музыки, нот и эмоций. В этом мире никто не показывал на меня пальцем и не обзывался обидными прозвищами, в нем никто не подвешивал меня в сарае и не пытался убить несколько раз на дню, в нем жили мои истинные чувства, в нем Зверь свободно скакал по полянам, взрывая землю мягкими лапами и вдыхая аромат ежевики.

Руки хорошо знали эту композицию, самостоятельно перебегая по клавишам от одной октавы к другой. Звуки лились по саду, подчеркивая лирическое настроение этого вечера. Они даровали мне избавление от напряжения, сжирающего душу. Вторая часть мелодии была жестче, полная низких нот, заигрывающих с тонкими, похожими на птичье чириканье, контрастное сочетание на грани фола.

Моя любовь к Эл была именно такой.

Контрастной.

Яростной.

Дикой.

Всеобъемлющей.

Последняя нота замерла в воздухе, и вдруг вокруг меня обрушился шквал аплодисментов. Пока играл музыку, нас с Эл окружила толпа любопытствующих эльфов, появления которых я не заметил.

— Лорд Сильвандир, это чудесно!

— Браво!

— Лучшее исполнение этого вечера!

В хоре хлопков я расслышал и несколько завистливых высказываний.

— Когда это Урод научился так хорошо играть?

— У него точно все нормально с головой? То кидается на других, то музицирует!

Потом последовали совсем уж непривычные для моего уха фразы:

— А я говорила, что Дрэгоэль на многое способен! — высказывание принадлежало эльфийке Роуниэль, недавно разговаривающей с Эларией.

— Здоровяк Дрэг, я в тебе не сомневался, — кто-то похлопал по плечу, я повернулся и увидел за спиной Солариэля с женой.

Малышка Корниэль смотрела на меня с таким восхищением, что стало неловко.

— Вы сыграете еще что-нибудь? — тихим голоском спросила она.

— Конечно. Что бы вам хотелось, леди Элорифайер?

Пока она раздумывала над ответом, кто-то прошипел немного в отдалении:

— Вы видели какой у нее нос? Как жутко, должно быть, жить с таким ужасом на лице. А мужика-то какого отхватила! Уверена, он с ней только из-за дара!

Ушки маленькой эльфийки поникли, она испуганно прижалась к мужу. Сол нахмурился.

Я не видел того, кто произнес данные слова, но внутри меня все вскипело. Тогда я резко поднялся, и внимательным взглядом прошелся по аристократам, окружившим беседку.

— Сколько еще вам нужно времени, чтобы понять, что не все в мире держится на внешности?! За что вы решили оскорбить Корниэль и постоянно издевались надо мной?

Никто не решился мне ответить, тогда я продолжил.

— Вы все знаете, что случилось с Таурионом, а ведь каждый из присутствующих здесь, с упоением целовал ему зад, несмотря на отвратительный характер и нездоровые склонности, что и привело в итоге к трагедии! Если бы общество не поощряло его поведение, вряд ли бы он решился на убийство.

Тишина стала просто оглушительной.

— Сейчас вы хлопали мне, потому что музыка достигла ваших душ. Надеюсь, они столь же прекрасны, как и ваша внешность. Если это не так, я прошу вас уйти сейчас же. Если здесь есть кто-то, считающий меня реальным монстром, выйдите вон и больше не возвращайтесь во дворец!

Аристократы притихли. Кое-кто показательно закатил глаза, некоторые смутились, пряча взгляды в зеленом газоне сада, но никто не спешил уходить. Я тщательно всматривался в их лица, намереваясь запомнить реакцию каждого. Мне предстоит править Эландриэлем и лучше знать заранее, кто считает будущего короля уродом и готов отыграться на нем. Неожиданно, пользуясь паузой, голос подала моя жена.

— Я полностью поддерживаю Дрэгоэля. Ваше общество привыкло следовать идеалам красоты, но я даже сейчас, в приглушенном свете, вижу следы магических операций на ваших лицах. Вот вы, леди… простите не знаю вашего имени, точно исправляли нос.

Эльфийка, на которую указала Элария, тотчас поднесла ладонь к лицу, стремясь закрыть эту часть тела.

— А этот мужчина определенно носит парик! — обличительно ткнула в толпу пальцем Эл.

— Что за дерзость?! — взвился тот, на кого указывали, но стоило мне угрожающе показать кулак, пылающий огнем, как тот сразу потянулся к парику и стянул его с макушки. Действительно, вместо длинных светлых и густых волос на висках эльфа красовались две отвратительные залысины. Публика ахнула, дамы принялись усиленно обмахиваться веерами.

— Как видите, многие из вас сами далеки от идеала. Пора прекратить этот фарс! — пожала плечами Элария. — Предлагаю на этом закончить разговор. Но, позвольте мне сделать небольшое объявление, — быстро добавила она, пока публика возмущенно роптала. — Через две недели в особняке лорда Сильвандира, моего супруга, запланирован частный прием. Мы будем рады принять у себя сливки эльфийского общества для приятной беседы, танцев и карточных игр. Это хорошая возможность узнать того, кого вы всегда называли «Принцем Гоблином», получше. А вот воспользоваться ею или нет — решать только вам. Но учтите, количество мест ограничено, у нас не такой просторный бальный зал, как во дворце, — хитро завершила Элария.

Я заметил, как некоторые эльфы уже начали пробираться сквозь толпу ближе к жене.

— Все просьбы о посещении приема направляйте в письменной форме, — оборвал я глупые попытки приблизиться к моей любимой. Не позволю им дышать с нею рядом одним воздухом! — Мы рассмотрим ваши заявки и выберем эльфов, зарекомендовывавших себя лучшим образом. На счастье для вас, внешность не будет основным критерием. Можете оставить парики и накладные носы дома.

— Ох, забыла упомянуть. Я наняла команду мастериц по уходу! — всплеснула руками жена. — Следующим днем после бала мы с дамами хорошенечко отдохнем в их умелых ручках! Планируется спа-зона с массажными столами, ванночками для ног и прочими женскими ритуалами, за которыми так приятно общаться друг с другом. А мужчины могут отправиться на охоту с Дрэгоэлем, а после распить бутылочку крепкого гоблинского виски.

— Кто желает еще поиграть на рояле? — спросил, оглядываясь по сторонам. Толпа все еще находилась в шоке. Я закрыл крышку инструмента и приобнял Эл. Жизнь постепенно становилась понятной. Курс намечен, правила известны. Но кое-что останется константой навсегда.

Я — эльф сексоголик. Мне никогда не насытиться своей маленькой Эларией. И тонкое платье, ткань которого так легко сбирается в моей ладони, когда приобнимаю ее за талию, непременно будет уничтожено.

Мы сбежали от них, едва зашли за угол, как я подхватил ее на руки и побежал по коридорам. Я знал их наизусть. На втором этаже имелась одна неприметная, но достаточно просторная для двоих, кладовка с уборочным инвентарем, иногда я там прятался, будучи ребенком.

— Куда ты меня тащишь, любимый? — игриво спросила Эл, уже начиная целовать мочку уха.

Ее пухлые губы пленительно проходились по самым чувствительным местами. Великое Древо! Я целые сутки не был в ней и будто оголодал. Желание острыми ударами било по мозгам, член встал твердой несгибаемой дубинкой, готовый порвать брюки, если сейчас же не освобожу его.

Нашел проклятую комнатку, захлопнул дверь. Здесь было темно и пахло пылью. Но разве это помеха для страсти?!

— Поворачивайся! — приказ вышел жестким и нетерпеливым. Я опустил Эл на пол, с удовольствием услышав, как скользнули каблучки по полу. Сдернул с себя брюки, выпуская страсть наружу. Не успел это сделать, как почувствовал движение впереди. Мягкая упругая попка, все еще обтянутая тонкой тканью, потерлась об член.

— Я так этого ждала, — мурлыкнула Элария, продолжая вращать бедрами, иногда сильнее толкаясь назад.

Неожиданно я почувствовал, что она уже насквозь мокрая. Головка члена уперлась в ее вход, растягивая эластичную ткань. С нею никогда не бывает скучно! Чертовка снова что-то задумала, перевернув мои планы с ног на голову. Как я теперь могу порвать это платье? В гипнотических движениях сквозь ткань было нечто столь эротичное, что его невозможно было выразить ни словами, ни стонами.

Я толкнулся вперед, шипя от невозможности осуществить задуманное. Руки сами нашли грудь жены, полушария легли в ладони идеально и долгожданно.

— Никогда секс в одежде не был таким горячим, — прошептал ей на ухо, входя глубже. Тонкое платье — единственная эластичная преграда между нашими телами, и не думала рваться, как бы настойчиво я ее не таранил. — Я передумал насчет твоего платья. Оно — шикарно.

Эл всхлипнула, опираясь на что-то впереди, я нащупал твердые вершинки сосков сквозь ткань. Легонько их сжал, но жена выдала разочарованный стон. Тогда сжал сильнее, перетирая горошинки между пальцев.

— Да… так. Жестче! — прошептала она, вскрикнув. Толкнулась попкой назад, насаживаясь на ствол, обильно его смазывая.

— Как скажешь, любовь моя, — прорычал ускоряясь.

Наигравшись, я все же его порвал, и обстоятельно оттрахал жену кожа к коже, как долго мечтал на протяжении всего королевского приема.

И делал это еще множество раз в нашей долгой и счастливой семейной жизни, удовлетворяя ее маленькую ненасытную леди своим буйным, помешанным на сексе, Зверем.

Элария

— Куда ты меня тащишь, любимый? — игриво спросила своего гиганта, потянувшись к чувствительному мужскому уху. Дрэг всегда так забавно реагировал, стоило мне только коснуться горячими губами нежной кожи под мочкой, или лизнуть ее языком. А уж если залезть влажным кончиком в раковину, то он вздрагивал и издавал тихое урчание.

И сейчас сделал так же. Его рык отозвался внизу моего живота, распаляя желание. Вся эта ситуация с сексом во дворце невероятно заводила. И то, как на нас поглядывали другие эльфы, пока Чудовище нес меня по коридору, добавляло ситуации еще больше пикантности.

Я продолжала посасывать мочку его уха, пока он не нашел нужную дверь и не рванул ее на себя, быстро закрывая за нами. Меня опустил на пол и скомандовал:

— Поворачивайся!

Богиня! Как я любила, когда он делал так! Ощущать дрожь в его голосе и понимать, что причина этой бешеной нетерпеливости — это я. Беспрекословно повернулась, тихонько скользнув каблучками по полу. Ну где он там уже?! Потерлась бедрами, наткнувшись на большой горячий член.

— Я так этого ждала… — мурлыкнула в темноту, откидывая голову назад. Мы оказались в какой-то небольшой коморке с хозяйственным инвентарем, Дрэг едва помещался в ней, но я бы ни за что не променяла этот миг на теплую чистую постель. Я слышала его тяжелое дыхание, а потом ощутила нечто неожиданное.

Он толкнулся вперед. Потерся головкой о вход прямо сквозь тонкую эластичную ткань платья! К своему стыду, осознала, что там очень мокро. Я соскучилась! Безумно соскучилась по своему монстру, по его теплу и присутствию рядом, по рычанию и необузданным диким движениям.

Дрэг потянулся вперед и захватил в плен мою грудь. Ладони нежно сжали полушария, соски под платьем напряглись, застыв двумя твердыми горошинками. Эльф зашипел, толкаясь вперед и перехватывая меня поудобнее. Сильный. Надежный. Находиться в его жуткой тесной медвежьей хватке было безумно приятно. Не знаю, кто был со мной: Зверь или Дрэгоэль, или оба они сразу, но у меня рассудок мутился рядом с ним, перед глазами плыли цветные пятна, а все ощущения сосредоточились в местах соприкосновения наших жарких тел.

— Никогда секс в одежде не был таким горячим, — наклонился и прошептал мне на ухо, вызвав бурю мурашек по коже.

А потом… толкнулся вперед сильнее, входя на всю длину! И эльфийская ткань это выдержала! С моих губ сорвался всхлип. Так горячо!

Продолжая двигаться, он пальцами нащупал соски и стал перетирать их между подушечек, разгоняя жар по груди, доводя возбуждение до пика. Клянусь, мне казалось, что под его умелыми пальцами рождаются молнии, а потом бегают по телу, в итоге находя конечную цель сумасшедшего путешествия только между ног. И там они не останавливались, а лишь замирали на некоторое время, в ожидании разрядки.

— Да… так. Жестче! — сорвалось с моих губ, прежде чем я успела осознать сказанное.

Желание настолько жаркое захватило разум, что я уже перестала думать, только хотела, чтоб он перестал сдерживать себя…

— Как скажешь, любовь моя, — послышалось хриплое рычание сзади, и муж принялся наращивать темп, при этом наполняя меня до самого конца. Эти толчки быстро привели к закономерному окончанию. Я застыла, вздрагивая под его руками, со всхлипом, замершим на кончике языка.

— А теперь, избавимся от него… — сказал Дрэг. — Хватит играть. Платье в виде нескольких невзрачных лоскутков осело на пол. Муж покинул меня. Создал небольшой огненный шарик голубого света, повисший над нами. Я смогла рассмотреть выражение его лица. На нем застыл такой душевный голод, такая потребность, что захотелось немедленно сказать что-то…

— Ты — моя, Элария. Я скорее сдохну, чем отдам тебя кому-нибудь. Можешь считать меня Чудовищем, эльфом с нездоровой психикой, гоблином, кем угодно. Мне плевать. А сейчас…

Послышался грохот. Он смел с полки какие-то ведра и тряпки, освободив место. Не дав мне ответить, он приподнял меня и усадил туда.

— Раздвинь ножки, милая. Я голоден.

— Дрэг…

Горячий язык накрыл складочки. Порывисто втянула воздух и зарылась пальчиками в его белоснежную гриву. Он прильнул ко мне с тихим рычанием. Язык мужа давно знал, как мне нравится, от каких движений я улетаю в прострацию, теряя связь с реальностью. Дрэг не завоевывал, эти территории давно целиком и полностью принадлежали ему, он резвился, праздную собственную победу.

— Ты — мой, Дрэгоэль. Ты — мое Чудовище, мой любимый монстр, мой ласковый муж…

Он позволил мне взорваться оргазмом, а после подхватил под бедра и начал остервенело входить, покрывая шею сумасшедшими поцелуями.

Когда мы закончили, на кладовку было жалко смотреть. Половина инвентаря валялась в беспорядке на полу, вместе с обрывками моего платья, стоящего целое состояние. Дрэгоэль взлохматил волосы неловким жестом, нашел свой пиджак, отброшенный прочь в порыве страсти.

— Вот.

Я благодарно закуталась в огромного размера предмет мужского гардероба, но услышала, как муж застонал.

— Что?

— Эл… Нельзя быть такой красивой. Ты в нем еще более сексуальна, чем в том платье, которое не скрывает ничего…

Пожала плечами.

— Знаешь что, любимая. Сейчас я уношу тебя из этого жуткого места, мы прибываем домой, а дальше… — в его голос добавились знакомые рычащие нотки.

— Можешь не продолжать, — положила пальчик на его губы, пока он надевал брюки и возвращал рубашку на место. — Сделаешь со мной все, что пожелаешь, Дрэг. Но не стоит жадничать, у нас вся жизнь впереди.