– Не пойду замуж. Я же его даже не видела! – я искренне возмущалась и, топнув ногой, еще раз попыталась выбраться из комнаты, но дверь не поддавалась. Незнакомая тетка успела выскользнуть за дверь и, крепко удерживая ручку с обратной стороны, не позволяла мне ее открыть.

– Тогда ты отсюда никуда не выйдешь! – крикнула женщина мне в замочную скважину, а затем, выпрямившись, вставила ключ и провернула его по часовой стрелке.

Заперла…

Я развернулась и съехала спиной по дверному полотну, уткнулась носом в коленки. Захотелось расплакаться. В голос. Так, чтобы все эти изверги послушали и осознали, что со мной так нельзя! Юльку обидели и даже не спросили: а хочу ли я замуж?! Восемнадцать лет, а уже таким бесцеремонным образом меня хотят выпереть из дома.

Наверное, жених богатый, раз так негуманно со мной поступили.

Кстати, обо мне. Я еще не оправилась от шока, что нахожусь не дома, в своей теплой постели, а где-то здесь, где меня не должно было быть. Вот никак!

За окном, как я успела разглядеть, желтая листва устилала нечищеные дорожки, вдалеке виднелся вековой дуб с большими и корявыми голыми ветвями.

И я такая – совершенная невменяшка. Кто же я? И как здесь очутилась?

Я приподнялась и на ватных ногах направилась к большому зеркалу.

Из зеркального полотна на меня смотрела совершенно не Я, а какая-то девица с зелеными глазами в обрамлении пушистых и длиннющих ресниц и рыжими волнистыми волосами. Одета девушка была в бархатное зеленое платье с шикарным таким декольте. А главное, несмотря на наш совместный юный возраст, в ее декольте было что помещать, мое же всегда оставляло желать лучшего. Поэтому я предпочитала носить одежду размера оверсайз. Не видно, и ладно.

Я протянула руку и дотронулась до зеркала.

Так и есть. Каким-то образом я очутилась в этой девчонке. Всхлипнув, все-таки позволила себе поплакать.

Не хочу замуж! Я не готова. Лучшие годы жизни, и тут такая подстава.

В дверь тихонько постучали. А затем замок щелкнул, и на пороге появилась какая-то девушка.

– Леди Уинсли, ваша тетушка распорядилась подать обед в комнату.

Я сначала окинула прислугу презрительным (еще одна мучительница!) взглядом, а потом обратила внимание, что на ее плечах висит плащ.

На улице накрапывал дождь, и, видно, ей пришлось срочно зачем-то выходить наружу.

И я решила действовать!

А чего время терять?

– Скажи, милая, – я любезно обратилась к прислуге, – а хорошо ли тебе живется в этом доме?

Я рассчитывала на то, что при такой зверюге, как тетка, худо было всем. И попала в точку.

Девушка сначала не захотела отвечать, а поднесла поднос и стала расставлять еду на мой небольшой стол у окна.

– Меня все устраивает. Не переживайте.

– Но я же волнуюсь! – воскликнула и накрыла своей горячей ладонью ее руку, прислуга вздрогнула, а затем спросила:

– Что вам нужно?

– Мне нужно сбежать, и ты – мой единственный шанс! – стала я давить усиленно на жалость, тут же приправляя свои слова слезами в доказательство.

– Что вы, леди Уинсли меня со свету сживет. Я не могу!

Девушка не поддавалась на мои уговоры. Тогда, вспомнив о том, как часто внутри нас живет чувство справедливости, решила давить на главное:

– Посмотри, меня отдают замуж за старикашку. Он толстый и страшный. Я не смогу смириться с такой участью и обязательно что-нибудь сотворю плохое с собой.

Прислуга округлила глаза, по ее реакции я поняла, что она так же, как и я, не в курсе, кто был мой жених на самом деле. И явно при одной лишь мысли о том, что все это самая что ни на есть правда, девушка пришла в ужас.

Мы поменялись местами. Она осталась запертой в комнате, я, накинув уличный плащ и прихватив с собой несколько мелочей, выдвинулась в дорогу.

Продуманного плана в моей голове не было. Я человек эмоций и порывов, поэтому, очутившись на улице под дождем, немного запаниковала.

Может, не все так плохо и надо было остаться? Зерно сомнений прорастало внутри с удивительно большой скоростью, и с каждой минутой я не только паниковала сильнее, но и начинала бояться.

Куда иду? Зачем?

Я оборачивалась постоянно на оставшийся за моей спиной красивый особняк и совершенно забыла смотреть себе под ноги. Зацепившись ногой за корень одного из деревьев, я полетела на сырую землю.

Скатившись в небольшой овраг, заполненный влажной листвой, я посмотрела на пасмурное небо. Так и лежала, вперившись взглядом в серость и непроглядность. Дождь усиливался, морось превратилась в крупные ливневые капли.

И я подумала о том, что идея замужества уже не кажется такой страшной. А сгинуть вот так, в лесу, замерзнуть по собственной же глупости – так себе перспектива.

Именно в этот момент, когда я, уже мысленно себя откостерив, прощалась с жизнью, над головой пролетела какая-то большая птица. Она расцепила когти своих лап, сбросив нечто белое на меня сверху.

Любопытство пересилило страх. Я заставила себя подняться и начать поиск того самого нечто.

Так и есть! Мне не почудилось. В грязи и корягах лежал белый конверт, на котором красовалась надпись:

«Приветствую тебя, маг!»

О, такое обезличенное обращение воодушевляло, это означало одно: никто не знает, как меня точно зовут и к какой фамилии я принадлежу.

«Пройди испытание и поступи в Межмировую академию «Изумруд»».

Очень миленько. Все лучше, чем валяться мертвой в овраге или выходить замуж. Учеба еще никому не вредила. Тем более я и так уже в своем мире была зачислена в университет. Только не успела даже и дня отучиться.

«Возьми с собой только то, что можешь унести».

Ага, значит, академия всем обеспечит, а главное, у меня ничего особо с собой и не было, кроме одежды да мелочевки, что я успела прихватить из особняка.

«Юлька, не трусь!» – скомандовала сама себе.

«Если готов, рви конверт!»

Я не была готова ко всему случившемуся за один день, но выбор был очевиден: в лесу оставаться не вариант, поэтому без лишних сомнений надорвала конверт и полетела.

Из ниоткуда вырвался холодный вихрь, которым меня закрутило и оторвало от земли. Я даже испугаться не успела, как над моей головой зажглись миллионы звезд, к которым меня уносило ветром.

«Интересно, куда на этот раз: в космос или воду?»

***

Космоса не было, потому что в какой-то миг меня перестало уносить ввысь с невероятной скоростью и на моем пути открылся широченный портал.

Хлоп. Треск. Воронка.

Утащило. Безвозвратно. Выплюнуло на землю, как какой-то космический мусор. Хорошо, что хотя бы я не обгорела в атмосферных слоях, а они здесь тоже имелись, как и вода…

Я покрутила головой и взглядом наткнулась на реку, большую такую. Середину той самой водной глади перерубал огромный мост, по которому бродил и пеший, и конный…

Никаких привычных машин из моего мира, и только быстроходные суда немного смягчили удар.

Я схватилась руками за грудь, выпирающую из глубокого декольте своего наряда.

Где-то там, глубоко внутри, ухало сердце, да так, что я чувствовала каждый его удар, а главное – слышала, как оно качало кровь, перегоняя ее по венам.

Пресноводная река немного приободряла. Там, где есть водоем, значит, и жилье имеется.

Я развернулась и вдалеке, немного присмотревшись и сощурившись (неожиданно поняла, что плохо вижу), увидела высокие остроконечные шпили, упирающиеся своими пиками в небо, и замок, на котором они располагались, затянутый какой-то густой растительностью.

Осмелев и сжимая обрывки письма-приглашения, я поторопилась по направлению к той самой постройке.

Маленький незнакомый городок лежал у подножия замка.

Воодушевленная, я расправила плечи и зашагала в нужном направлении. Вернее, захромала, потому что при таком экстренном приземлении умудрилась подвернуть ногу. От испытанного шока я даже и боли не почувствовала.

Еще бы, такие стрессы и прыжки в пространстве за какие-то несчастные сутки!

Когда мне удалось доковылять до городских ворот, я все-таки дала волю чувствам и расплакалась.

Голодная. Уставшая. Я стояла и тихо плакала.

– Кто здесь разводит сырость? – прозвучало громко и пугающе откуда-то сверху.

– Я, – пискнула, опасаясь расправы и того, что меня не захотят пустить внутрь.

– Кто я?

И тут до меня дошло, что назвать свое настоящее имя я не могу. О Юльке упоминать нельзя! Как и о леди Уинсли, которую собирались выдать замуж не пойми за кого.

Немного поразмыслив, я решила назваться Лидэрией Унфри, немного изменив фамилию, что я уже слышала в предыдущем мире, а может быть, и в этом, ведь, куда меня перенес портал, я не знала точно.

– Лидэрия Унфри, – проговорила и сама испугалась своего голоса, в котором прозвучала такая уверенность, как будто это было мое настоящее имя.

– Зачем ты пожаловала в Тиндер?

– Куда? – я невольно охнула, соображая, в себе ли тот крикун и откуда он узнал о такой популярной социальной сети знакомств.

– Тиндер, – пробасил повторно мужчина. – Пропуск есть?

В руках я сжимала две половинки конверта и больше ничего не могла ему показать.

– Вот, – подняла вверх руки. – Подойдет?! – неуверенно уточнила.

– Приветствуем тебя, искра Ильсарры, Лидэрия Унфри! Ворота нашего Тиндера всегда открыты для тех, кто готов к обучению и испытаниям.

Как-то последняя его фразочка меня не очень порадовала, но я так устала и вымоталась, что готова была согласиться на все, лишь бы они открыли ворота.

Тяжелый металл скрипнул, и яркие всполохи магии побежали по кованым завитушкам прохода.

Смеркалось.

В городских домах уже вовсю горели свечи, а кое-где сверкали магические огоньки. До чего же хотелось туда, в тепло и уют. Но идти еще было так далеко, что мне поплохело.

– А у вас нет кареты, ну, или велосипеда на худой конец? – я обратилась к стражнику, чья фигура возвышалась в проеме смотровой башни.

– Не проблема! – что-то брякнуло сверху, мужчина как будто кинул щит и меч на пол, затем, заложив два указательных пальца в рот, свистнул так, что у меня заложило уши. – Эй, ты! – прикрикнул он на какого-то парня в серой мантии. – Какой курс?

– Четвертый, – испуганно пробормотал адепт.

– Искру в замок доставь! – скомандовал стражник.

Парень скептическим взглядом окинул меня с головы до ног, немного подзадержавшись в зоне лифа. Мне стало совсем неловко, и я поплотнее стянула полы дорожного плаща, чтобы тут не смотрели всякие.

– Она, что ли, искра? – с сарказмом проговорил парень.

– Разговорчики! – буркнул страж. – Велено – выполняй! – и мужчина устрашающе свел густые брови.

Ох ты ж, батюшки, ему не хватало только богатырского шлема и длинной бороды.

Парень не стал вступать с воякой в дискуссию, а лишь зевнул и, быстро проделав руками незатейливые пассы, открыл портал.

От радости я возликовала и рванула с места, позабыв о своей ушибленной ноге.

– А ну стой! – дернул меня парень за руку, когда я уже собралась прошмыгнуть в портал. – Тебе что, жить надоело?

Я тут же остановилась.

– А что такое, нельзя? Ведь велено же! – я кивнула в сторону стража.

– Много ты понимаешь! Ты пока только искра – кандидат, не адептка, потому надо сначала думать и только потом делать.

– А я и думаю, – обиженно проговорила, но все-таки насторожилась, мало ли что там еще нужно совершать для перемещения.

– Обхвати мою шею руками, – ехидная улыбка коснулась уголков его рта, – и затем…

Я стояла как изваяние. И не двигалась с места.

– А что еще нужно сделать? Я хочу услышать полную последовательность, – и еще плотнее подернула полы плаща.

– Ты в замок собираешься или в целомудренность играть готова до следующего утра? – не выдержал парень и довольно хамовито поставил меня на место. – И плащик не подойдет, скидывай.

Веселенькое дело.

Я неуверенно стала дергать завязки на плаще, а затем, сбросив его на землю, в нерешительности приблизилась к незнакомцу.

Он был весьма симпатичный, высокий, но какой-то до ужаса отстраненный. Наверное, забил себе голову какими-нибудь матрицами и тройными интегралами. Поэтому в этом перемещении ни одна невинная девушка не пострадает!

Перемещение прошло отлично. Жива, руки-ноги на месте, и я все еще в том же теле.

– Ну что, искра, говорить можешь? – этот нахальный адепт-портальщик уже порядком стал подбешивать.

Ничего святого! Человек, понимаешь, то есть искра, впервые в такой ситуации, а он еще шутит…

– Спасибо, и до свидания.

Да, вот так именно, я отошла от парня, высунула язык и натянула глаз… нет, конечно, не на пятую точку, просто указательным пальцем оттянула вниз веко и поиграла глазной мышцей.

Надеюсь, я ему только разве что в кошмарах теперь буду видеться.

– Мило, – хмыкнул парень и, развернувшись, оставил меня одну, исчезнув в неизвестном направлении.

Я лишь пожала плечами.

По правде, никакой искрой я себя не ощущала, а вот изможденной и голодной даже очень. Но никто не спешил кормить меня ни с рук, никак вообще. И поэтому, когда мой желудок издал пронзительное урчание, оно эхом распространилось по всему залу, в котором я осталась одна.

– Ау, люди? – единственное, что пришло мне на ум спросить, а вернее, позвать хотя бы кого-нибудь, кто ни был бы ехидным портальщиком.

Люди спасать не торопились, если они, конечно, тут вообще обитали.

– Ну и?..

Раздалось старческим голосом из темноты. Света тут, кстати, тоже не имелось.

– Что и?

– Делать что-нибудь собираешься или так и простоишь тут, пока не умрешь?

Умирать я не собиралась и поэтому задала следующий вопрос:

– А куда идти?

В этот момент яркая вспышка ударила по глазам, и я очутилась в центре большого зала, по кругу которого располагалось определенное количество дверей. Я не поленилась и все их пересчитала.

Их было ровно шестнадцать.

– А подсказки будут? – в надежде решила уточнить, а то вдруг тут как в шоу – и помощь зала приветствуется.

– Совсем очумевшие искры пошли. Ничего делать не хотят! Все им расскажи и за руку проведи. Сама давай выбирай, куда тебе надо.

– Мне поесть для начала бы неплохо было, а уж потом…

– Тут тебе не поляна для пикника. Прилетела из своего мира, будь любезна, представься и перестань валять дурака.

– Лидэрия Унфри, а дальше ничего не помню, наверное, головой ударилась сильно, пока летела.

– Надо увольняться или потребовать прибавки, – гаркнул недовольно старческий голос. – Это же никаких нервов не хватит. Мало того, что искры поступают с каждым днем все вреднее и вреднее, так они еще и бракованные, без памяти.

– Сами вы бракованные. На простые вопросы отвечаете загадками. А у меня, может, одна извилина, и то прямая! Как мне, бедной искре, найти ту самую дверь. А вдруг там опасности?

– Опасностей и тут хватает, ты стой дольше, вот сейчас как выпустят зверье на прогулку, тогда и сама рада не будешь.

– А оно у вас травоядное, надеюсь?

И как-то я уже прониклась предупреждением неизвестного ворчуна. А вдруг не обманывает и промедление мне обойдется по цене собственной жизни?

Ну уж нет, я столько вынесла за сегодня, чтобы меня в академии кто-то слопал?!

– Разное. Ну так что решила?

– Хоть бы указатели развесили, куда идти, может, мне не нужны все эти двери, а так теперь перебирай все подряд.

– А ты не стой, домыслить всегда успеешь. Действуй, искра!

И я решила проверенным дедовским способом действовать. Сняла с левой ноги туфлю, повернулась и бросила ее через левое плечо. Куда носок укажет, туда и пойду.

Ворчун хихикнул.

– А ты с фантазией. Ну давай, иди.

И я пошла.

Двери все были совершенно одинаковыми, но носок туфли показывал на третью дверь справа. Оставалось лишь проверить, что из этого получится. Я натянула туфлю на ногу и похромала навстречу своей судьбе. По крайней мере, если что-то пойдет не так, винить будет некого – сама выбрала.

Уверовав в судьбу, я решительно надавила на дверную ручку и прошла внутрь.

***

Если бы можно было кричать, я бы кричала как потерпевшая. Но внезапно на меня напала немота, и только удары сердца ухали в висках, заставляя чувствовать столь ненавистный мне страх – липкий, холодный и ползущий вдоль позвоночника.

Обстановка также не способствовала быстрому восстановлению душевных сил и моментальному успокоению.

Я очутилась в пещере, напоминающей заброшенный грот. Кости животных и каких-то умерших древних людей устилали весь вход. Чтобы продвинуться вперед, нужно было потоптаться по останкам в прошлом живых существ.

Кошечки-божечки, неужели занесло к некромантам и сейчас мне предстоит поднимать какие-нибудь трупы или выйти в неравном поединке с зомби?..

От таких неприглядных перспектив у меня скрутило желудок спазмом и чуть не стошнило.

Но я по-прежнему верила в силу туфли и дедовского метода. Сжав кулаки и зажмурившись, я шла вперед, представляя себе красивую набережную с идеальной брусчаткой.

Глубоко вдохнув, я была поражена до глубины души, потому что почувствовала настоящий морской воздух, свежий, наполненный кислородом, без каких-либо примесей смрадных нечистот.

Открыть глаза не решалась еще какое-то время, а когда смогла, увидела, что грот наполнен дневным светом, пробившимся в небольшое отверстие на самом верху. И когда я перевела дыхание, то остро ощутила чье-то присутствие.

– Выходи, я знаю, что ты здесь! – с вызовом проговорила, а сама подумала, что только идиотка могла заявить о себе, навлекая на себя беды.

Откуда-то сверху кто-то прыгнул на более нижний каменистый выступ грота, но все так же оставался в тени. Единственное, что мне удалось рассмотреть, изящный облик и белые, словно снег, волосы.

– Если ты снежный человек, не надо меня есть, я не съедобная! – я решила предупредить того, кто возвышался и зыркал на меня из темноты.

Я решила осмотреться и найти, чем можно было бы защищаться, но, кроме костей, так ничего и не обнаружила.

Я выдохнула, собралась с мыслями и подобрала остроконечную кость, напоминающую бивень. Она была одной из самых крупных.

– Эй, ты, не вздумай подходить! – устрашающим голосом проговорила и попыталась взвалить на себя кость-бивень, занеся руки над головой.

Ну что сказать, все беды от ума… Поэтому, когда в моей спине что-то протяжно хрустнуло, я застыла в одном положении, потому что сил разогнуться не было вовсе.

– Забавная, – снежный человек проговорил таком бархатным голосом, что меня от неожиданности повело и я завалилась с костью на бок.

Затем это странное существо достало из-за спины что-то, напоминающее блокфлейту?

– Он что, решил убить меня музыкой? – проговорила вслух и тем самым вызвала совершенно дикий восторг у существа.

Фьють. Фьють. Фьють.

Существо стояло неподвижно на отвесном выступе и дуло в блокфлейту, а я лежала неподвижно, надеясь на то, что, может, он сжалится надо мной и все-таки исчезнет. А я умру от одиночества, голода и холода, и мои кости также примкнут к тем древним останкам.

Лежать мне не позволили, после трех фьють со стороны неизвестного существа вырвались сильные воздушные потоки, они стремительно носились по гроту, создавая ураганные вихри. Кость из моих рук вырвало, а в самом центре пещеры появился бык, сотканный из воздуха. Глаза его светились красными огнями, а тело … Тело было воссоздано из тех самых ураганных воронок.

– Беги, дурочка, или ты решила принять свою смерть? – в темноте блеснула жемчужная улыбка, а из тени вышел мужчина. Красивый такой, как участник бой-бэнда, ему оставалось только еще оголить торс, и тогда бы очень подошел под современного идола девушек.

Бык бил копытом. Из его ноздрей валил пар.

Ужасающее зрелище. И может, я бы так и продолжала лежать, но ухмыляющийся парень не молчал.

– Н-да, – протянул язвительно. – Я думал, хоть повеселюсь, а так даже капли резерва жалко для такой амебы, как ты. Я сотворил идеальную воздушную иллюзию, а ты лежишь.

И вот задело меня это его «амеба». Позабыла о боли в пояснице, и меня как будто подбросило на месте.

Я перекинула прядь волос через плечо и расставила ноги на ширине плеч, утопая ногами в костяной крошке из обломков.

– А ты что же, сам боишься атаковать? Зверюшкой своей решил прикрыться?

Но ответа я не успела услышать, бык рванул по направлению ко мне, разъяренный и волшебный, дикий и опасный. А главное – мне совершенно не по силам…

***

– Стой! – я выбросила руки вперед себя в надежде, что это как-то остановит магическое существо.

Наивная и глупая. На что, собственно, можно рассчитывать в такой обстановке? Никто спасать не придет. Даже этот ехидно лыбится и ждет фатальной развязки. Вставить бы ему его блокфлейту…

Бык только ускорился. Я попыталась потрясти руками, повращать ими в стороны, но ничего не происходило. Ни тебе искр, ни каких-то других сил. Что же это получается, во мне нет никакой силы? Да нет, бред. Если академия призвала, значит, что-то же во мне должно быть уникальное?! Или нет…

– И что ты собираешься делать, пугать иллюзора руками? – продолжал ехидничать снежный человек, широко улыбаясь.

Один добрый человек когда-то в моем мире говорил так: «Никогда не геройствуй, руки в ноги и беги». Это так явно прозвучало в моей голове, что я развернулась на пятках и рванула в противоположную сторону.

Чутье подсказывало, что я могу обогнуть круг, причем на довольно приличной скорости.

Невероятное рядом…

Бык мчится за мной, а я в один прыжок оторвалась от земли и, одуревая от своей внезапной ловкости, продолжила бег вдоль рельефных стен грота.

Почему-то уверовав в то, что нападение и сопротивление мне не принесет пользы, я почувствовала, как мое тело наполняется потоками воздуха. Они подгоняли меня в спину и помогали удерживать равновесие при наклоне. Нереальные ощущения.

– Ах ты ж! – прикрикнул мой мучитель и спрыгнул в центр, снова задув в свою блокфлейту, из отверстий которой вырвался настоящий ураган.

– А как ты справишься с этим? – прикрикнул мой мучитель.

Я не справлялась наверняка. По пятам бежал разъяренный бык, впереди – разбушевавшийся ураган.

Я была вынуждена прервать эту беготню. Мелькнула мысль о том, что бороться с последствиями – совершенно бесполезное занятие. Мне было необходимо нейтрализовать причину всех этих беспорядков.

Сомкнув ладони в куполообразную форму над головой, я создала рассекающий вихрь и направила его прямиком на снежного человека.

– Что?! Не может быть, – нервно дернулся в сторону незнакомец, едва увернувшись от моей незапланированной атаки.

Я просто собиралась выбить флейту из его рук, а получилось то, что получилось…

Сильно испугалась, когда поняла, что произошло.

– Чего? – растерянно проговорила и посмотрела на свои руки.

И ведь правда, ничего подобного раньше со мной не случалось.

– Защищайся! – бросил мне предупреждение, закрутившись на месте, снежный человек.

С каждым витком его вращения внутри все сжималось, воздуха катастрофически не хватало, и я стала задыхаться.

– Ну уж нет… – все внутри запротестовало, и я что было силы втянула остатки воздуха, а затем выдохнула мощным потоком в сторону этого волчка-переростка.

И, как оказалось, зря я это затеяла. Ой зря!

Стены грота содрогнулись, и начался обвал.

Маленькая тряска разбила созданный незнакомцем ураган и завалила со всех сторон быка, не давая ему возможности выбраться. И только я собиралась покинуть эту весьма недружелюбную компанию, как заметила небольшой валун, точно летящий мужчине в голову.

– Берегись! – прокричала и бросилась на спасение флейтиста.

В этот момент мне показалось, что время замерло. Наступила полная и всепоглощающая тишина. Камни зависли в воздухе, в том числе и тот самый валун, что должен был вот-вот придавить красавчика.

Рядом с нами полоснула голубая вспышка. Я же постаралась воспользоваться своей природной гибкостью и пролезть сквозь весь этот беспощадный беспорядок, чтобы вытащить своего мучителя из-под возможного обвала.

Мужчина дернулся, а затем в его карих глазах я прочитала благодарность. Какой он же все-таки странный. Вылитый эльф при детальном рассмотрении, только уши человеческие и взгляд теплый, не высокомерный. И, кажется, он немного был ранен – его рука как-то подозрительно обвисла плетью. Когда же он успел?

– Вроде стройный, а такой тяжелый! – возмущалась я, пока его вытаскивала.

– Как ты смогла активировать левитацию предметов?

– Чего активировать? – проговорила, пыхтя и выбиваясь из сил.

– Забудь, – тут же сориентировался мужчина, а потом перевел встревоженный взгляд на завалы вокруг иллюзора.

– Не-е-ет, – я протянула, – даже не думай, я не буду его спасать…

– Меня зовут Фортэс де Ревьер. Я прошу тебя освободить иллюзора.

Когда я отползла с ним на безопасное расстояние, то с сомнением посмотрела на быка. Надо быть не в себе, чтобы его освободить.

Но тут проснулась моя совесть, которая жалела активно все живое. Даже такую иллюзию, которая соткана из воздушной магии.

– А ты отзови его своей дудкой, – решила я дать дельный совет недоэльфу, намеренно исказив название музыкального инструмента.

Фортэс болезненно поморщился, но не стал плеваться ядом насчет моей необразованности. Я оценила.

– Я не могу, рука не работает, а звук нейтрализации магии образуется в определенной позе и при особом дыхании.

– Ну да, – кивнула я, – как пугать неопытных кандидатов и девчонок, силы всегда находятся, а как ворочать камни, так сразу руки не работают.

– Ну если он обернется смертоносной коброй, я точно не смогу потом ничем помочь.

– Ладно, ладно. Я поняла.

Но как же не хотелось испытывать судьбу. Неизвестно, сколько продлится эта непонятная активация непонятно чего, и бык… Вряд ли он проникся ко мне любовью за столь небольшой временной промежуток.

– Если меня придавит камнями, прошу на моей надгробной плите написать одно: она была самой умной и красивой. И чтобы со всеми почестями. У вас драконы имеются?

– У нас много кто имеется, но почему красивой и умной?

– Потому что только отчаянная дура могла на это согласиться, а когда меня размозжит камнями, красивой явно не назовешь.

– Все-таки забавная, – улыбнулся искренне недоэльф, а я поползла в сторону быка…

***

И если каким-то образом другие камни подвисли в воздухе, то те, что заковали быка в ловушку, лежали мертвой кладкой и не поддавались никаким моим жалким попыткам к его освобождению.

– Эй, как там тебя… – позвала я Фортэса. – Есть идеи, как ему помочь?

– Нет.

– То есть как нет? Кто из нас двоих здесь крутой убивашка?

Недоэльф подтянул действующую руку вверх, как будто сдавался, а затем проговорил:

– Ты это устроила, тебе и расхлебывать.

Вот и выкручивайся как знаешь, называется. Мне это совершенно не нравилось, я заглянула в маленький просвет в камнях и встретилась взглядом с быком: все те же красные глаза и то же неровное пыхтение, как в момент погони.

Что-то изнутри мне подсказывало, что в этих наших гляделках было нечто такое особенное, как будто в этом скрывалась подсказка и ключ к помощи.

– Успокойся, – проговорила я ласково в щель. – Я не враг. Ты и я – одной магии…

В этом я, конечно, не была уверена. Так как сомневалась относительно своих сил, но внутренний голос поддерживал в том, что я задумала.

– Я немного подышу, – тихо проговорила, – не причиню тебе вреда.

И мне показалось, бык понял, о чем я, потому что он моргнул, а сам глаз… в нем стал пробиваться зрачок с радужкой.

И я, набрав воздуха в грудь, дунула так, что щель расширилась, а на камнях вокруг пошли небольшие трещины.

– Ты решила облизать камни? – прилетело ехидное в спину, но я даже не дернулась, так как контролировала воздушные потоки с большим трудом.

И так по чуть-чуть я продвинулась в своем начинании. Бык же в нетерпении стал помогать изнутри, лягая задними копытами тот участок камней, где пошли трещины.

Удар. Дыхание. Удар.

Ловушка обрушилась, а бык как-то недружелюбно взревел.

– Беги, милая, – проговорил Фортэс, – этот иллюзор не умеет быть доброй зверушкой.

– Неправда, – воспротивилась я, решив рискнуть, – в каждом есть частица света.

Я больше не убегала, а уверенно приблизилась к магическому существу, приложив свой лоб ко лбу быка.

– В нас одна магия!

Я это почувствовала: бушующее торнадо внутри быка и шелестящий ветер в своем теле.

В этот момент мир больше не был прежним, нас двоих оторвало от земли. Бык взревел, а я мысленно обратилась к нему.

Яркий свет окутал нас. Бык топнул копытом, и воздушные потоки, наполняющие его тело, развеялись. В моих руках остался лишь ошейник быка с большим голубым камнем, утопающим в серебряной оправе. Используя потоки, я аккуратно спланировала вниз.

Иллюзор вернулся туда, откуда он был призван.

И когда я только обрадовалась, что все закончилось хорошо, активация лимитации исчерпала себя, и на наши головы вновь посыпались камни.

Пройдя такой непростой путь, я почувствовала, что сил моих больше не осталось. Пригнулась, кое-как доползла до недоэльфа, успела лишь проговорить:

– Я сделала все, что смогла. Не забудь о надписи на ритуальной плите.

Фортэс что-то ответил мне, но я уже не слышала, потому что потеряла сознание.

В себя я приходила медленно. Сначала я почувствовала, что мои ноги – это две абсолютных ледышки. Ни пошевелить и пальцем. Затем, к своему ужасу, поняла, что у меня жутко затекли руки, и при попытке поднять одну из них по телу не просто мурашки побежали, а рванул целый табун.

Болезненный. Неприятный. Доводящий до слез.

Да. Одна слезинка тоже считается!

– Адептка Унфри, вы меня слышите? – прозвучал громогласный женский голос над ухом.

– Не пойду замуж. Никогда! – промямлила в ответ и попробовала перевернуться на бок.

– Вот и правильно. Уставом нашей академии строго-настрого запрещены любовные отношения между адептами и магистрами, не приведи взрыв Ильсарры подобного.

И как-то это меня резко вывело из состояния нестояния.

Я все вспомнила. Из того, что со мной произошло относительно недавно.

– Вы кто? – не чувствуя ног, я подскочила на какой-то кушетке-софе. – Где я?

– В моем кабинете.

На больничный кабинет мало походило: каменная кладка стен с картой мира, одно большое витражное окно, пара книжных стеллажей, софа, белоснежное мягкое кресло с высокой спинкой и кофейный столик.

– Не поняла… – я уставилась на красивую утонченную блондинку с короткой стрижкой.

– Что тут непонятного. В лазарете часы лампово-вулканической чистки. Размещение раненых и заболевших адептов запрещено.

Хорошенькое дело. Не успела я очнуться, как на мою голову посыпались очередные ограничения. Со своей везучестью мне даже не удалось, как нормальному больному, попасть в лазарет.

– Серьезных повреждений магистром Дейтерро не обнаружено, поэтому я предложила временно вас разместить у себя.

Я сидела и ничего не понимала. Женщина так и не спешила представляться. Кто такой Дейтерро – я не знала. Но признаться в незнании было стыдно. Поэтому я предпочла закрыть рот и не задавать лишних вопросов.

Незнакомка, удобно расположившись в кресле, закинув ногу на ногу, взяла с кофейного столика перо (какой-то явно редкой птицы), поблескивающее в дневном свете, и бумагу.

Убористым почерком женщина что-то стала писать.

Я продолжала молчать.

– Идан Теер, психолог Академии Изумруд, – не поднимая взгляда, представилась она. – А вы – Лидэрия Унфри, – указала пером на меня женщина.

Я снова кивнула молча.

– Это что?! – взвизгнула магистр Теер. – Почему молчим, Лидэрия?

– Не накаляю обстановку, – я честно призналась.

Под уничижительным взглядом серых глаз хотелось превратиться в лужицу и стечь с софы, желательно куда-то подальше.

– Издеваетесь, это какая-то новая форма шутки?

– Не-е-ет! Вы все неправильно поняли, – я стала соображать, что могло пойти не так и почему психолог академии такая взвинченная особа.

– Красивый галстук, – внезапно выпалила я, изобразив щенячий восторг.

Черты лица Идан сразу смягчились, и она как-то заметно повеселела.

– Не каждый может по достоинству оценить этот аксессуар, – магистр Теер подалась вперед и уже более мягко проговорила: – Я вижу, вы разбираетесь в моде. Ваше платье тоже миленькое, Лидэрия.

После обмена комплиментами напряженная обстановка сошла на нет.

– Итак, приступим. Поздравляю вас с зачислением в стены нашей Академии. Ваше испытание завершено, адептка Унфри.

– Как-то не верится. Я думала, будет какое-то официальное посвящение в адепты.

– Будет, только позднее. Этим занимается наш ректор – Маркус Доррен.

Полное ощущение каши в голове. Ничего не понятно, но очень интересно. Наверное, все это отобразилось на моей мученической физиономии.

Теплая ладонь магистра Теер легла на мои руки, сцепленные в замок.

– Это временные трудности. Фортэс охарактеризовал вас только с положительной стороны. Поэтому я не сомневаюсь, что адаптация пройдет хорошо.

Ну что же, из всего многообразия информации я выделила главное: в кабинете психолога я оказалась благодаря недоэльфу; меня приняли в число адептов академии.

Осталось дело за малым – все и всех запомнить и не лопнуть, как воздушному шарику, от переизбытка чувств и информации.

***

– Приветствую вас в стенах Академии Изумруд, – пожилой мужчина говорил с хрипом и скрежетанием, возвышаясь над нами на балкончике, уткнувшись в лист со своей вступительной речью. – Адепт – это звучит гордо! – кашлянул Маркус Доррен, прочищая горло.

Я же взволнованно блуждала взглядом по залу, залитому ярким светом, пытаясь хоть кого-то рассмотреть. Помещение было изрезано многочисленными длинными столами, выделенными под конкретные факультеты, потолок украшали флаги с их символикой. Также был отдельный стол для преподавательского состава.

Я покосилась в сторону своего факультета, от потолка к столу которого сверху свисал голубой флаг с тремя витиеватыми воздушными потоками, складывающимися в остроконечную звезду. На торжественный ужин уже собрались все адепты со второго по пятый курс, и только мы, первячки, стояли, как проклятые, и внимали наставлениям ректора.

– Вам предстоит познакомиться поближе со старостами ваших факультетов, – тут голоса смолкли, и из-за каждого стола поднялось по одному человеку.

И тут я увидела своего мучителя!

И нет, мне не показалось, это был точно Фортэс де Ревьер. Белоснежные длинные волосы спадали на плечи его голубой мантии, тонкая диадема обрамляла его голову и часть лба, карие глаза на этом фоне смотрелись двумя светлыми янтарями. Сам же староста улыбался и пристальным взглядом как будто спрашивал, как я.

Я не разделяла его радости и участия, поэтому предпочла отвернуться. Все то зверство, что происходило в гроте, еще не утихло в моей памяти. Я до сих пор чувствовала хруст костей под ногами, а мои мышцы неприятно тянуло при одном только воспоминании о быке и урагане.

Я продолжила слушать речь ректора о рождении Ильсарры и о том, с каких времен существовала Академия.

– Поэтому, – поднял вверх указательный крючковатый палец Маркус Доррен, – вам вверяется время, которое вы обязаны провести только с пользой в этих стенах. Учение открывает для вас границы межмировой магии. Вы постигнете самые азы, и даже, возможно, кто-то из вас пожелает пополнить профессорские ряды нашей академии, передавать великий опыт следующим поколениям.

Затем ректор окинул строгим взглядом всех присутствующих и добавил:

– На сегодня ваш вступительный экзамен подошел к концу, но самые главные испытания еще ждут впереди.

Я дослушивала ректора вполуха. Желудок привычно урчал. Так как к моменту торжественного ужина меня любезно покормили лишь восстановительной кашкой, отлили немного кисельной воды и снарядили поливитаминами. По мнению местного лекаря, это должно было мне как-то помочь после всего пережитого.

К тому моменту, когда уже хотелось откровенно зевнуть, я перевела взгляд на преподавательский стол. А смотреть там было на что, вернее, на кого.

Деканы-мужчины были великолепно сложены и красивы, и женщины из их числа даже очень были ничего себе. Особенна та, рыжая с обворожительной улыбкой.

Взглядом я зацепилась лишь за одного из мужчин, мое внимание привлекла мерцающая сфера под его ногами.

– Кто это, не знаешь? – потянула я за рукав рядом стоящего парня в розовой мантии, из группы таких же первячков, как и я.

– Где? – уточнил он и оживленным взглядом мазнул по преподавательскому столу.

– Вот тот! Слева, третий, – указала глазами по направлению интересующего меня объекта.

– Да ты что! Не знаешь Клейка Рамиуса Дейтерро?

Затем парень покосился на цвет моей мантии, и его зрачки подозрительно расширились.

– Что? – удивленно проговорила. – Ты во мне сейчас дыру прожжешь, розовую, – добавила и хохотнула.

Парень сразу обиделся при упоминании цвета его мантии, но я сделала вид, что этого не заметила.

– Так ты скажешь мне или придется тащиться в информаторий?

– А ты что, там не была? – искренне удивился мой собеседник.

– Не довелось как-то… Кто этот Клейк все-таки? – настаивала я на том, чтобы парень меня просветил.

Но наш разговор прервал ректор.

– А теперь каждый из деканов своего факультета проведет новых адептов к остальным.

И только теперь я поняла странные взгляды паренька, потому что тот самый Клейк Рамиус Дейтерро,  паря на своей сфере, подлетал прямиком ко мне.

***

Я как в замедленной съемке наблюдала за приближением декана ко мне. Ну что сказать, может, кто-то бы другой и выдержал, а я в самый ответственный момент наступила своей счастливой туфлей на подол голубой мантии.

Падала быстро и с огоньком.

Распласталась звездочкой даже не у ног, а рядом с полупрозрачной сферой, на которой стоял Клейк Дейтерро.

– Адептка, что с вами? – громыхнуло над головой грудным и пробирающим до мурашек голосом.

– Лежу, отдыхаю…

Я не успела хорошо обдумать свой ответ, как язык быстро выплюнул эту околесицу.

– Кхм-кхм, и долго вы собираетесь так отдыхать?

Вообще не собиралась, но поняла, что по какой-то причине я не могу даже поднять голову. Это же ему придется смотреть в глаза, а я разве смогу? Выдержать – точно нет, и не исключено, что за одной речевой бессмыслицей последует новая.

– Магистр Дейтерро, разрешите помочь адептке Унфри? – вклинился в нашу беседу знакомый голос недоэльфа.

Только его здесь и не хватало. Но меня вздернули вверх, оторвав от пола, и поставили на ноги. А я смотрела куда угодно, только не на этого идеала любой первокурсницы.

И опять же рядом возвышался староста. Мысли между этими двумя мужчинами скакали, как горные-козочки.

Хаотично. Стремительно. Болезненно.

– Адептка Унфри, пройдите к общему столу вашего факультета.

Затем декан пригласил оставшихся первячков в голубых мантиях совершить то же самое.

Голос его звучал уверенно, громко, фундаментально.

Таким хорошо отдавать приказы и вести активную деятельность в боях.

Но пока я обдумывала, какая нога из двух у меня правая, недоэльф подлил сахарным голосом яда к моим размышлениям.

– Забудь, – ровно произнес и ухватил меня под локоть.

– Ты это о чем?

– Дейтерро не твоего полета птица. Только поранишься, и из академии выгонят.

– Больно надо, – немного с обидой проговорила. – И вообще, я сюда учиться прибыла, получать багаж знаний, вот такой… – развела руки в стороны, описывая размер этого самого багажа науки, и не заметила, как ударила по голове того первячка в розовой мантии.

– Эй, – прикрикнул парень. – Смотри, куда машешь!

– А на экзамене ты мне казалась более собранной, – протянул Фортэс, когда мы подошли к нашему столу.

– Забудь! – вернула я ему его же фразу. – Там я должна была выжить, а теперь отхожу от последствий процесса. Пока я теперь высплюсь и восстановлюсь, и мантия опять же у меня голубая, а не розовая, – тяжело вздохнула.

– Это вряд ли! – ехидно подмигнул староста. – Спать тут некогда. Первые занятия по расписанию уже с самого утра, но так как ты новенькая, у тебя есть фора в два часа. За это время тебе надо успеть получить все необходимое для обучения и прибыть на вводную лекцию.

А дальше недоэльф совсем перестал кого-либо стесняться и уселся рядом со мной, не обращая никакого внимания на многозначительные взгляды своих сокурсников.

– Здесь места для первячков…

– Я староста и считаю нужным ввести тебя в курс дела.

Я была не против. Пусть вводит. Желудок напомнил своим урчанием, что неплохо бы было уже наконец-то поесть. Я положила на тарелку ложку салата из большой салатницы, взяла кусочек мяса и, пододвинув стакан компота из груши, стала слушать. Не очень внимательно, но с интересом наблюдая за остальными.

Фортэс был великолепен во всех своих проявлениях, его спокойный голос разливался колокольчиками над ухом. А я ела, пила, жевала и продолжала свое наблюдение.

– Ректор! Ты не представляешь, что он за маг… – и, переходя на шепот, Фортэс спросил: – Рассказать страшное и секретное?

Так как я жевала, то ответить сразу не могла, а лишь моргнула. Потому что за пережеванным мясом следовало выпить компот.

– Редкой и исключительной силы маг земли. Единственный в этой академии, кто обладает данной стихией.

И тут я заприметила тарелку с виноградом без косточек. Сразу оживилась и потянулась к нему. Отломив небольшую кисточку, оторвала и закинула одну ягоду себе в рот, затем перевела взгляд и посмотрела на недоэльфа.

Староста немного жеманничал и слегка размахивал руками, описывая все достоинства ректора. Порой мне казалось, что мое зрение меня подводило и все эти байки о борьбе с тьмой, земляными червяками пустошей совсем не про этого сухонького старикашку.

– И… – подначивала я собеседника к продолжению разговора. – Теперь на факультете стихии земли нет адептов?

– Никто не знает, так ли это на самом деле, ходят слухи, что ректор лично обучает нескольких избранных этой стихии в закрытой башне, куда не ступала нога ни одного из присутствующих в этом зале.

– Угу, – замычала, потому что вот этот вкуснейший салат мне очень понравился и соус к нему такой нежный.

А может, это я просто настолько оказалась голодной, что уже любая пища, даже приготовленная в столовой академии, идет на ура.

– Ты вообще меня слушаешь? – обиженно проговорил Фортэс и скрестил руки на груди.

– Конечно, – я нагло соврала, потому что он мне порядком стал уже надоедать своим присутствием.

Когда ужин подходил к своему логическому завершению, все преподаватели встали, попрощались с нами, с ректором и направились к выходу. И наш декан не стал исключением, единственное, он не ушел, а вылетел из зала на своей сфере.

– И не забудь, завтра по расписанию медитация. Явка обязательна! – когда старосты направились вслед за магистрами, с нарочитой заботливостью напомнил мне Фортэс.

Затем он грациозно выпрямился и, окинув умопомрачительным взглядом женскую часть адептов, также удалился, оставив легкий шлейф аромата своих древесных духов.

Сбившись в небольшие группки первячков, после торжественного ужина от ректора мы выдвинулись в информаторий.

Тот же паренек в розовой мантии активно делился с нами своими познаниями.

– Откуда ты все это знаешь? – я не выдержала и спросила его в лоб, покосившись вновь на розовую мантию.

– В Академии учились мои родители. Поэтому моя осведомленность лучше, чем у любого из вас.

– Оу, – я протянула от неожиданности. – Значит, ты знаешь, что всем нам делать дальше?

Парень утвердительно кивнул и поправил на переносице очки, которые я в первый раз даже особо и не видела, так как исподтишка рассматривала декана своего факультета.

– Я, кстати, Торнс Лавдан. Представитель третьего поколения Лавданов на боевом факультете.

– Веди нас, о великий Торнс! – я театрально изобразила почтение к этому всезнайке, а сама лишь мечтала поскорее добраться до общежития нашего факультета.

Когда мы наконец очутились в просторном холле с мини-арками, дублирующими зал испытаний, я немного напряглась. Не очень-то мне понравилось все то, что происходило на вступительном экзамене. Хотелось лишь одного: поскорее все это забыть и выкинуть весь негатив из головы.

Но, к сожалению, реальность била по глазам. Шестнадцать мини-арок, окрашенных в цвета всех факультетов.

– Ну, а теперь разбежались, – кивнул Торнс в сторону арки своего розового цвета.

Я же без особого энтузиазма направилась к арке, переливающейся нежно-голубым.

– Есть кто? – неуверенно произнесла и принялась ждать ответа.

– Информаторий воздушного факультета в вашем распоряжении. Биография преподавательского состава, схема расположения всех помещений академии, особые правила и запреты академии…

Я стояла и не верила своим ушам. Да здесь было абсолютно все и даже больше. Совершенно не требовалось быть Торнсом Лавданом в третьем поколении, чтобы все знать.

Хотя, по правде, сама бы я информаторий никогда не нашла, как и остальные. Но если бы указатели в академии стояли через каждые два метра, то даже самый унылый потеряшка мог бы сориентироваться на местности.

– Эй, информаторий, – задала команду, а затем сформулировала основной запрос: – Расписание первокурсников, учебный план и схема академии с указаниями кабинетов в соответствии с расписанием.

Арка продолжительное время переливалась от светло-голубого до темного, затем в ней что-то крякнуло – и голос начал монотонно зачитывать каждый пункт расписания по дням недели и часам.

Я поняла, что запомнить такой объем информации нереально, и наугад сформулировала новый запрос: все вышеперечисленное распечатать…

Ну не умела я воспринимать на слух, разве что слушать музыку и подпевать незатейливым мотивчикам. А вот если увидеть, прочитать, заучить, то вполне могла справиться со всем объемом информации.

– Печать займет около тридцати минут. Запрашиваемая вами информация располагается на пятидесяти пяти страницах формата… Ваш номер в очереди ожидания пятнадцатый…

И тут очень бы подошло обернуться волком и повыть на луну. Я совершенно не понимала, почему у них не было тут действующего гида, но, немного успокоившись, побрела посмотреть на озеро, которое было видно в окно информатория.

***

Когда я вышла из холла, на мгновение мне показалось, что коридор в академии сменил свое направление.

Но я отбросила эту мысль, решив, что все-таки показалось.

Пройдя пару метров, я поняла, что не вижу центрального выхода из академии, да и озеро больше не просматривалось в окно.

Зато отлично читалась табличка на приоткрытой двери, возле которой я как раз немного запаниковала, что каким-то необычайным образом умудрилась потеряться.

Табличка гласила: «Клейк Рамиус Дейтерро – декан воздушного факультета, магистр».

Подсматривать всегда было дурным тоном, но то, что дверь была открыта, очень соблазняло и явилось для меня большим искушением.

Я осторожно расширила образовавшуюся щель и заглянула внутрь.

Кабинет декана был заставлен книжными стеллажами, свет пробивался в комнату из большого окна в пол, пространство делил квадратный деревянный стол, на котором…

И тут я даже решила проморгаться и потереть кулаками глаза.

То, что я рассмотрела на деканском столе, повергло в шок.

Именно так. Основательно и неудержимо поразило в самую душу.

Сначала я решила, что события последних нескольких дней настолько меня вымотали, что уже мерещится всякое.

Но когда я поняла, что стол декана по-прежнему занят огромной прозрачной сферой, в которой отображалась вся Академия Изумруд, то пришла в замешательство.

Да-да.

Сфера напоминала большой булькающий пузырь, в центр которого поместили академию и все земли, прилегающие к ней. Болота, горы, пустынные сыпи, растительность, и даже прекрасно просматривалась судоходная река – Ревва.

О водоемах я могла говорить вечно… Была в них какая-то особая жизнь, а уж если представлялась возможность увидеть, как по реке двигались торговые суда, то…

Ох, нет, нужно останавливаться в своих фантазиях.

Убедившись, что в кабинете никого нет, я уверенно толкнула дверь и вошла.

Мне показалось, что в этом магическом пузыре я даже могла рассмотреть людей и различных животных.

Как-то я провалилась от увиденного в бессознательное и, не помня себя, потянулась руками к сфере.

Как только кончики моих пальцев коснулись ее, за окном произошла резкая смена погоды. Небо затянуло черным, набежали грозовые облака, и ударила молния, рассекая небо на две части.

Невероятно! Сфера – живая!

Вернее, я могла на нее воздействовать одним лишь прикосновением рук.

Но так как нельзя входить в чужие кабинеты без спроса, да и еще совершенно без понимания своего приобретенного дара мне бы было лучше ничего не трогать, не говоря о глобальном, как смена погоды в Академии и за ее пределами.

С кончиков моих пальцев сорвался воздушный поток и закрутился по спирали вихрем, который проник в центр магического пузыря.

Сфера сделала бульк, и стекла окна в кабинете декана заходили ходуном, а затем разлетелись на тысячу мелких осколков, засыпая всю меня, стены вокруг, стоящие шкафы и пол.

Я отпрянула от сферы и присела на корточки, прикрыв голову руками, защищаясь от стеклянной крошки. Но воздушные потоки были настолько сильны, что я завалилась на бок, и если бы не стол, то меня однозначно бы размазало по полу. Легко и непринужденно.

– Адептка Унфри! – громыхнуло враждебное обращение декана над головой. – Кто вам позволил устраивать бесчинства в моем кабинете?! Кто вас сюда пустил?

Я решила сделать вид, что оглохла, причем на оба уха сразу, а затем вообще прикинулась ветошью.

Мало ли что тут валялось у стола. Проходили бы вы, магистр Дейтерро, мимо, а я бы по-пластунски выползла за дверь и в следующий раз обязательно постучалась.

Да-да. Пренепременно бы поступила по всем правилам этого мира. Я ведь хорошая адептка. Ну очень! Просто временами очень любопытная и заинтересованная личность…

***

– Объяснитесь! – потребовал декан, когда силой усадил меня в кресло рядом со сферой.

– Я шла, – начала свое повествование будничным тоном, – затем немного заблудилась, а тут дверь открыта, и она, – указала рукой, – булькает и такая большая…

На мой взгляд, очень все понятно описала. Но по пылающему огню в сапфировых глазах Клейка Дейтерро читалось другое – злость и жуткое раздражение.

Мужчина ладонями потер свои виски и лоб, а затем обреченно проговорил:

– Малышня какая-то, а не адепты…

Затем декан сделал хаотичный пасс руками, и в воздухе появилась папка с документами.

– Ну что же, адептка Лидэрия Унфри, – прочитал он на обложке папки, и тут я поняла, что дело запахло жареным.

Я все-таки добилась персонального внимания декана. Правда, совершенно не задумалась о последствиях подобной заинтересованности.

– А ведь вам уже восемнадцать лет, и такое… – многозначительно проговорил мужчина, а я только и делала, что сидела и заглядывала ему в рот, ловила каждое его движение и с замиранием сердца осознавала, что безнадежно пропала.

– Любопытство не имеет возрастных ограничений, – с гордостью вскинула голову и посмотрела на магистра с упреком.

Ведь он занимался тем же, даже личное дело призвал из канцелярии.

Когда декан приступил к прочтению бумаг, мне не сиделось на месте. Я ерзала в кресле и с какой-то надеждой пыталась подсмотреть, что там такого написано, что мужчина всякий раз, как доходил до определенного момента, поглядывал на меня с недоверием, будто очень и очень сомневался в том, что там отображена правда.

– А ведь, глядя на вас, и не скажешь, что вы способны на подобное… – он громко хлопнул папкой и, сделав небольшой пасс, вернул документы восвояси.

– Я не понимаю, о чем вы. И если порицание и взывание к моей совести окончены, я бы предпочла вернуться к своим делам.

Да, вот так легко и непринужденно я собиралась скрыться с места преступления и оставить декана во всем этом хаосе в одиночку.

Вот улыбаться нельзя было. Он ведь не так понял!

В воздухе появились тряпки, швабры и веник с совком.

Все это грудой свалилось у моих ног.

– Приступайте, адептка. И во имя ВАИ не трогайте здесь больше ничего. А еще лучше обходите стороной, на таких любопытных, как вы, сфер не напасешься, а эту так и вовсе нельзя было трогать. И даже тот факт, что вы великолепно прошли свой вступительный экзамен, не дает в этих стенах никаких преимуществ. Это понятно, надеюсь?

Я стояла, рассматривала хозяйственную атрибутику и фронт работ и уже подумывала над тем, что, может, зря я сбежала от неведомого жениха? Сидела бы себе на веранде, чай попивала с баранками, маковыми и ванильными.

Я искренне надеялась, что в академии-то я расцвету. Ходи себе на занятия да с подругами болтай в перерывах, обсуждая моду и предстоящий новогодний бал после сдачи первой сессии.

И вот я держу в руках метлу и совок, и моего энтузиазма не хватает на все это великолепие.

– Лидэрия, не стойте истуканом. Вам еще накопитель получить необходимо. На основах ветрологии. Пока вы своей необузданной магией нам академию не разнесли в щепки.

И вот тут стало так обидно, что я даже закусила нижнюю губу. Значит, первячков много, а угрозу представляю я одна? Где же она, эта хваленая справедливость?

И я уже представила, что, будь я деканом воздушного факультета, непременно бы магией навела порядок, а адепта напоила чаем.

Да-да, вот из того красивого пузатого чайника на полке, который каким-то чудом уцелел.

Я безэмоционально махнула метлой, собирая мелкую стеклянную крошку, которой был засыпан весь пол, и с тоской посмотрела на сферу.

А в ней кипела, вернее, бурлила жизнь! Адепты в цветных мантиях уже расположились на полянке, общаясь и делясь впечатлениями от первых занятий в Академии Изумруд.

***

Не хотелось признаваться, но все сразу как-то не заладилось. Этот всплеск магии в кабинете декана просто нарушил все мои планы.

Когда я подмела последний осколок, немного выдохнула. Поставила всю уборочную атрибутику в угол.

Восстановить стекла было не в моих силах, поэтому решила, что не имеет смысла дожидаться возвращения декана.

В лабиринтах ВАИ я наконец-то нашла обратную дорогу в информаторий.

К моему удивлению, с момента, как я покинула этот холл и учинила буру в кабинете Клейка Дейтерро, прошло не больше сорока пяти минут.

Похоже, здесь не только неполадки с пространством, но и время могло идти иначе.

Когда мерцающая арка воздушного факультета крякнула, то в мои руки упала увесистая стопка распечаток.

– Вы серьезно? – проговорила и посмотрела с недоверием на бумаги.

Это же даже часа не хватит, чтобы все изучить и просмотреть.

– Серьезность – это важное отношение к чему-либо… – крякнула арка в ответ.

– Замолчи, – проговорила недовольно и, развернувшись, побрела к ближайшей скамейке.

– Фи, как грубо, – буркнула арка и отключилась.

Итак, бегло просмотрев кипу бумаг, я извлекла расписание на ближайшие несколько часов.

Ветрология, монстрятник, и дальше я не успела дочитать, потому что кто-то умудрился пролить какао на мои подсказки.

– А-а-а, – взревела раненым зверем и увидела перед собой адептку в черной мантии. – С ума сошла? Я же на это больше часа потратила.

– Прости, – торопливо проговорила девушка, – меня толкнули, – и покосилась на моего знакомого с боевого факультета – Торнса Лавдана.

– Ладно, прощаю, – сменила гнев на милость и скупо улыбнулась.

– Я – Малика Дебиус, – адептка протянула мне руку, а я стала искать глазами, нет ли в информатории салфеток.

Утопия, ну а вдруг…

Признаться, попробовать сдуть воздушными потоками влагу с пальцев побоялась. После того, что успела натворить в кабинете декана.

Все распечатки пришлось выкинуть в урну, второй раз подойти и сделать запрос в арке своего факультета не рискнула.

Заметив мои метания, девушка выудила из кармана мантии носовой платок и протянула мне.

– Спасибо, – поблагодарила девушку и стала вытирать руки. – Постираю, непременно верну.

– Считай, это мой подарок и извинения.

– Ой, – тут же нахожусь я, – мне после «Основ ветрологии» нужно в монстрятник.

– Ты любишь чудовищ? – искренне удивилась моя новая знакомая.

– Нет, чудовищ я не люблю, но мой наставник…

Мне очень не хотелось вспоминать недоэльфа.

– В общем, мне нужен фамильяр для практики освоения своей магии. Как-то так, – пожимаю плечами.

– Ну ничего сложного в этом нет, главное – получить пропуск, а там я тебе помогу.

– Зачем? – искренне не понимая, решила уточнить.

– Ну…  монстрятник не для слабонервных. А мне хочется как-то извиниться дополнительно. У тебя сколько пар сегодня?

Я судорожно попыталась вспомнить, возвращаясь к листку с расписанием до того, как он и другие были пропитаны сладким напитком и безнадежно испорчены.

– Я не помню…

– Не беда, как будешь свободна, подгребай к нашему общежитию, обратишься к коменданту, назовешь мое имя, и оттуда вместе пойдем в монстрятню.

– Хорошо.

Взгляд упал на часы, и я поняла, что снова опаздываю. И почему я не маг времени? Сейчас бы щелкнула и везде успела.

Мы попрощались с Маликой, а я побежала на свои «Основы ветрологии».

Как потеряшка, я пыталась ориентироваться по имеющимся указателям ВАИ.

До нужной аудитории я добралась довольно быстро, а самое главное – не попала ни в какие неприятности.

Постучала вежливо в дверь, и женский голос меня пригласил войти.

Каково же было мое удивление, когда я увидела, что на кафедре восседала девушка в позе лотоса.

– Адептка Унфри, не стоит стоять в дверях, проходите.

– Спасибо, – я промчалась мимо магистра, не помня ее имени.

Витаминок тех, что назначили лекари, все же не помешало бы попить, может, меня после вступительного экзамена все-таки немного приложило камнем?..

Сев на свободное место, я заметила, что все адепты внимательно следят за магистром.

– Кто желает первым испытать медитацию и почувствовать потоки?

Я помню, что недоэльф упоминал о медитации и ее важности.

– Боитесь? – проговорила девушка, активно ища глазами того, кто все-таки осмелится выйти.

И я поняла, что мне, Лидэрии Унфри, надо выйти.

Все равно опоздала на начало лекции, а так, может, хоть на практике пойму, что к чему. Подняла руку вверх.

– Адептка Унфри? Ну что же, давайте посмотрим, как у вас развито осязание…

Я спустилась к кафедре.

– Мне тоже вот так на нее залезать? – указала рукой на положение тела магистра и стойку-кафедру.

И тут, о чудо, я увидела на мантии магистра ее имя и фамилию – Диана Фортелье.

Как хорошо, что они не надеются на память первячков.

– Магистр Фортелье, а пусть она сама догадается, ведь вы упоминали, что в медитации воздушные потоки разговаривают со своим носителем, – кто-то очень умный выкрикнул с последних рядов.

– Считаю, что это справедливо. Как раз и проверим. Лидэрия, вы готовы?

Я кивнула, но совершенно не понимала, что от меня требовалось, поэтому просто встала на месте и прикрыла глаза.

О медитации я знала немного. И то в другом мире я не владела никакой магией, а тут приходится осваивать все по ходу пьесы.

Ничего не происходило.

Вот совсем.

Я глубоко вздохнула и постаралась упорядочить свои мысли, даже попыталась вспомнить какую-нибудь мелодию из тех, что шли фоном во время занятий по йоге в фитнес-клубе, дома.

Но музыка не вспоминалась, а мыслями я невольно возвращалась к одному человеку – Клейку Дейтерро.

Мне вспоминался его умопомрачительный взгляд синих глаз, то, как он держал голову, его смуглая кожа, черные, как крыло ворона, волосы и губы…

Почувствуй себя, называется, мазохисткой.

Разве такой мужчина мог остановить свой выбор на мне? Да, красотой я не была обделена, притом с такой внешностью я должна была попасть минимум к ведьмам, но почему-то меня выбрала другая магия.

Почему за такой короткий срок декан занял собой все мои мысли, я не понимала.

Просто чувствовала, что меня тянуло к этому человеку, и когда я так успела только вляпаться… было совсем непонятно.

Может, меня кто проклял? Шестнадцать факультетов, столько магии, ведь многим могла прийти идея в голову позабавиться и влюбить неопытную дуреху-адептку в декана…

Когда я об этом всем размышляла, раздался тихий хлопок. Сначала я приоткрыла один глаз, затем второй – и пришла в ужас…

Аудитория была наполнена розовыми потоками магии, а я болталась в воздухе и не знала, как теперь спуститься обратно. Легкое свечение необработанного камня на мгновение меня ослепило, передо мной возник накопитель, тот самый, о котором говорил декан.

– Магистр, магистр, что это с ней? – загудели ряды, а я тяжело вздохнула.

Умею. Практикую. Легко попадаю в неприятности.

А то, что это были именно они, те самые, можно было не сомневаться.

Диана сделала пасс руками и, легко оторвавшись от кафедры, подлетела ко мне:

– Лидэрия, забери накопитель и подумай о чем-нибудь гадком, немедленно. Нельзя, чтобы эти потоки вырвались из аудитории, иначе быть беде.

Я согласно кивнула, схватилась двумя руками за камень и подумала о моменте, когда какао коричневой жижей заграбастало себе все распечатки.

Потоки в момент исчезли, а я полетела вниз.

Хорошо, что магистр была рядом и успела меня подхватить на руки.

Когда я вернулась на свое место, спрятав накопитель в мантию. Диана сделала вид, что ничего не произошло, и дала всем адептам лишь единственный ответ: «Так случается, временные трудности, магия нестабильна, но все в ваших руках».

– Но у нее накопитель, а у нас…

– И у вас, накопитель заряжен магией каждого из вас, поэтому нет гарантий, каким образом он материализуется перед адептом.

Поверили многие, но не я. Вернее, про накопитель – это была правда, а вот про цвет воздушного потока…

Я дождалась конца пары и, когда адепты стали покидать аудиторию, окликнула Диану:

– Магистр Фортелье, что со мной было?

Впилась двумя руками в локоть девушки, замяв ей немного мантию.

Убедившись, что поблизости никого нет, она лишь тихо проговорила:

– С тобой случилась любовь.

Меня как будто окатили ледяной водой. Неужели это правда?

Ну что же, накопитель в моих руках открывал большинство дверей ВАИ. Поэтому я беспрепятственно попала на факультет некромантов, предъявив кристалл.

Диана предупредила, чтобы я не расстраивалась относительно своих внезапно проснувшихся чувств. Сейчас мне необходимо было сделать упор на учебу, ведь впереди маячила первая сессия, а после новогодний бал.

Про себя предстоящий бал окрестила Изумрудным в честь нашей академии. Но где был еще бал и где я?

Насчет питомца Диана также дала указания. Что магия воздуха не признает монстров и их подобие, что питомец должен быть спокойным, тихим и желательно безвредным. Магия воздуха не признает насилия.

И тут я вспомнила недоэльфа и быка, который меня чуть не затоптал. Но, может, дело было именно в носителе магии. Ведь бык являлся иллюзорным, как бы не совсем живым.

– Здравствуйте, – громко поздоровалась с комендантом общежития некромантов.

– А ты что здесь забыла?

– Мне нужна адептка Малика Дебиус.

Но не успела я договорить, как девушка уже бежала мне навстречу.

Я выдохнула, что не потребуется долгих объяснений, зачем и почему.

– Привет, – прокричала Малика.

– Привет.

– Готова?

– Не уверена, – честно призналась. – Но без питомца нельзя. Иначе я так и не разберусь с этими воздушными потоками.

– А что с ними?

– Питомец обучает своего хозяина стабилизировать магию и помогает понять, что сила и ее воздействие должны быть построены не на нападении, а на обороне и ловкости.

– Все ясно. Ну раз так, то у нас просто нет выбора. Вперед!

И мы направились в холл, из которого одна дверь вела в ту самую монстрятню.

– Ты уверена, что это именно здесь? – посмотрела я с опаской на густой лес, напоминающий чащу.

Я прислушалась, листва устрашающе трепетала, создавая легкий гул.

– Ну, чего встала? – искренне удивлялась Малика.

– Ты привычная, уже пригляделась к своим зомби, и живое не пугает.

– К кому присмотрелась?

– К нежити, – громко повторила.

– Что есть, то есть! – кивнула моя новая знакомая, а я тяжело вздохнула.

Вообще я все-таки пожалела, что не вышла замуж! Чуть не погибла на экзамене, влюбилась не в того, кого нужно, а теперь бегаю по дикому и зловещему лесу в поисках питомца.

Почему у них нет просто зоомагазина? Может, я хомячков люблю, а тут теперь должна прислушиваться к воздушным потокам еще для понимания, тот это питомец или не тот.

Возмущение мое нарастало с каждой минутой. Неожиданно в кустах я заприметила черную пуму.

Нет, чистой воды безобразие! Так и норовит кто-нибудь прихлопнуть или съесть.

Я шла и сокрушенно думала: вдруг мой жених был бы красавцем писаным, и я бы его, возможно, даже полюбила…

Но прагматичная натура нашептывала, что все это великое заблуждение. Так не бывает. Чтобы и красивый, и богатый, да еще и одаренный!

Нет. Явно все это не про меня…

– Лидэрия, стой!

– Может, мне лучше сразу лечь?

– Это еще зачем? – уточнила Малика.

– Ну чтобы пуме удобнее было меня жевать.

– Это не пума… – выдохнула девушка.

– Кошка же…

– Кошка.

– Черная…

– Черная.

– Ну! Значит, пума, – настаивала я на своем.

– Ягуар это.

– А где пятна?

– Нежить стащила, – ехидно хмыкнула Малика и взяла меня за руку. – Не двигайся.

Затем девушка выбросила перед нами сеть из тонкой материи, плетение говорило о том, что оно подчинено темной магии.

– Удар тьмой, – выкрикнула Малика и вдарила что было сил по черной пуме, неправильному ягуару.

– А теперь что? – пораженная мощью ее силы, я задала вопрос.

– Теперь… – девушка удивленно вскинула одну бровь. – Теперь бежим!

Я неожиданно поняла, что не могу бежать: дыхание сбилось, да и нервы шалили немного.

Опомнилась я оттого, что выдувала изо рта мощный воздушный поток, а руками скручивала сферу наподобие той, что была у декана, только побольше.

– Залезай, – скомандовала Малике.

Девушка быстро сориентировалась, забралась ко мне на спину, и мы помчали. В ночь. Как две ведьмы, только без метел.

– А-а-а, – прокричала девушка, когда я разогналась и мы понеслись на всех парах. – Останавливайся. Пропустим питомник для адептов.

– Как питомник, почему питомник?

– Ну, потому что вам не нужны монстры.

– Верно.

Когда мы наконец оказались внутри нужного ответвления в Монстрятне, я долго ходила среди вольеров и прислушивалась к каждому животному.

– Ну что? – выжидательно спрашивала Малика, когда я замирала на месте. – Чувствуешь?

– Ничего не чувствую, – сокрушенно проговорила, а затем добавила: – А нет у вас чего попроще, ну там рыбок, например, или хомячков? Они, когда в кольцо прыгнут, только так создают воздушные потоки.

– Кто такие эти хомяки? Не слышала. А рыбки же к водному факультету больше, но если тебе очень надо…

– Надо. Я не готова подрываться в самую рань и заниматься выгулом кого-либо, – с уверенностью кивнула.

– Ну надо, так надо, – без особых эмоций проговорила Малика и потянула меня в ряды морских обитателей.

Его я заприметила сразу. Одинокого. Сидящего на мокром камне в аквариуме. Сначала я подумала, что мне показалось, но когда я прошла мимо в третий раз, питомник наполнился зеленым свечением, а воздух вокруг нас двоих закрутило спиралью.

– Ого, смотри, – радостно хлопнула в ладони Малика. – Ты явно ей нравишься.

Я припала лицом к плотному стеклу и посмотрела в его глаза.

– Это не она, а он.

– Как ты это поняла, там же ничего не видно?

– Он мне сам сказал.

И действительно, когда зеленый вихрь утих, я стала его слышать и понимать, что он думал.

– Страшненький, – высказалась Малика.

– На себя бы посмотрела, – вернул мой питомец девушке в ответ, а я хохотнула.

– Он что, выражается?

– Ну почти…

– Думала, как назовешь?

Когда я шла в Монстрятню, то выбирала между Звонарем и Затейником, потому что я была уверена, что будет только ОН.

А сейчас вижу, что совсем эти клички не подходили ему.

– Как тебя зовут? – я решила напрямую обратиться к своему новому другу.

– Шквал.

И тут я даже не знала, как реагировать, учитывая скорость этого существа.

– Чего, серьезно? – не удержалась и решила переспросить.

– Тебе, может, документ о рождении показать?

– А что, имеется? Я бы посмотрела.

– Обойдешься, – с обидой проговорил Шквал. – Ну, чего встала, доставай меня отсюда.

– А у меня нет нового аквариума.

– Так я и знал, что никогда от этой рухляди не избавлюсь!

– Слушайте, чем дольше тут стоим, тем больше опасностей, – вклинилась в нашу мысленную словесную перепалку Малика. – Давай, дуй свой шар, бери ящик и помчали.

Шквал было фыркнул и ругнулся на своем черепашьем, но девушка была права, сто черных пум-ягуаров мы не победим, а сколько здесь водилось тварей, я не представляла…

На ночном небе Монстрятни мы смотрелись эпично. Я, Малика, голубая воздушная сфера и Шквал со своим аквариумом.

В этот заезд ни одна черепаха не пострадала, как и ни одна адептка.

***

Спустя неделю я немного уже обвыклась в стенах ВАИ и успешно подстроилась под жесткий график своего расписания.

А главное, я очень сдружилась с моим питомцем по кличке Шквал, а еще с Маликой с факультета некромантов и Торнсом с боевого факультета.

Жизнь вошла в определенный привычный уклад, и статус адептки мне очень пришелся по душе.

Только вот я никак не могла выкинуть из головы декана. Мне даже в какой-то момент показалось, что Клейк Дейтерро меня избегал.

Я даже набралась смелости и обратилась по столь тревожному вопросу к нашему старосте. Этому совсем не милому недоэльфу и совершенно страшному магу воздуха. С кем бы я больше ни за что не хотела сцепиться в поединке, так это с ним – Фортэсом де Ревьером.

Я шла уверенно по коридорам академии. Фортэс часто зависал под куполом академии, проверяя возможные бреши в тонком магическом плетении его защиты. Я надеялась узнать, что могло произойти, и, возможно, он был в курсе того, чем я могла расстроить еще нашего декана.

О чувствах к Клейку я запрещала себе думать. Он декан, магистр, а я… И все, что, возможно, могло иметь под собой основу и силу, привело бы к одному-единственному – отчислению из академии и увольнению декана.

А этого я допустить никак не могла.

Затем я себя одернула. Тоже себе, нашлась первая красавица, которая могла заинтересовать такого опытного мага.

Кто он и где я?

Девчонка, замечтавшаяся о самом прекрасном чувстве – любви. К слову, о запретном чувстве.

И снова коридорные лабиринты сыграли со мной злую шутку. По какому-то невероятному стечению обстоятельств я оказалась вновь у двери, ведущей в кабинет Клейка…

Осмотревшись и убедившись, что в коридоре, кроме меня, никого больше нет, я с присущей мне дерзостью решила вывалить свои признания на голову декана. А уж он потом пусть думает, что с этим делать.

Все так.

Мне показалось это самым правильным и верным решение. Сбросить груз любовных чар с хрупкой себя на широкие и могущественные плечи декана Клейка Римиуса Дейтерро.

Но по старой традиции стучать не пришлось, дверь была приоткрыта, только на этот раз кабинет не пустовал.

А вот занятие, за которым я застукала своего любимого декана, мне не совсем понравилось.

Клейк сидел в своем роскошном кресле, под его ногами продолжала вращаться воздушная сфера. Но если это было уже привычным зрелищем для многих, то вот беседа, которую вел декан с переговорным зеркалом, совершенно выбила почву из-под моих ног.

– Ты вообще заботишься о своем здоровье?

– Зачем?

– Клейк, но боевая травма не повод ставить крест на своих возможностях, и то, что ты не можешь ходить, как и прежде…

Я стояла, словно пораженная молнией… Значит, декан не просто так летает на сфере по академии, а на улице он использовал личную виверну по кличке Гелик. Потому что это не было выпячиванием и демонстрацией своего превосходства над остальными, это всего лишь необходимость – рутинная и изнуряющая.

Я тут же подсчитала, сколько на действующую сферу затрачивается магического резерва, и на постоянной основе тут даже трех накопителей не хватало, чтобы поддержать себя и не выгореть.

– Все хорошо, как видишь, я уже не сижу на сфере, а стою, поэтому реабилитация проходит довольно быстро.

– Если бы ты не впал в уныние оттого, что больше не можешь защищать границы Ильсарры, то твоя невеста бы не успела убежать.

И тут не описать, какую пронзительную боль я почувствовала в груди. Какая же я дура! Как я могла рассчитывать на то, что декан мог быть свободен. Не зря меня предупреждал недоэльф… Но я не вняла его предупреждению, а зря…

Дослушивать разговор с неизвестным я не стала. Мне и так хватило услышанного с головой. Я шла по коридору, а мои глаза заволокла пелена из слез, и так стало нехорошо, что если бы я могла, то, наверное, закричала бы на всю академию.

Кое-как успокоившись, я добралась до озера. Сидела и наблюдала за тем, как первячки-водники черпали из него запасы и наполняли колбы для тренировочных занятий.

– Скучаешь? – раздался прекрасным и будоражащим голосом вопрос.

Я обернулась, на скамейке рядом оказался Фортэс де Ревьер. Его белые и длинные волосы отдавали серебром при дневном свете. Это смотрелось очень красиво и завораживающе.

– Не видишь, плачу, – проговорила убитым голосом и из кармана выудила тот самый носовой платок, что подарила мне Малика. Назад она его так и не приняла, оставила все так же в качестве компенсации за причиненный вред.

– Что так? – с ленцой проговорил недоэльф.

– Любовное разочарование… – не стала я вдаваться в подробности.

– А что, у тебя есть время на подобные глупости?

– Почему сразу глупости? Я, по-твоему, разве не человек, а только адептка ВАИ?

– Любовь не приносит счастья, одно сплошное горе и душевные травмы. А маг с душевными ранами не может управлять магией, обязательно что-нибудь случится, и твоя сила выйдет из-под контроля.

Я ему не поверила. И на то были причины, этот недоэльф всегда рассказывал небылицы и страшилки, а поэтому ему верить…

– Я знаю, как тебе помочь, – уверенно проговорил Фортэс.

– И как? – с недоверием я посмотрела в его карие глаза.

– Я приглашу тебя на бал. Зато ты не наплачешь нам второе озеро и даже, возможно, сдашь сессию, – затем он достал свою блокфлейту и сыграл новую мелодию – успокаивающую.

С ответом я не торопилась, так как не знала, шутил он или говорил это на полном серьезе…