Кадр из кинофильма «12 стульев»

Кстати, довелось мне видеть, как на хлебозаводе в 80-х формы для хлеба кирпичиком смазывали техническим солидолом. А ничего другого просто не было.

Мне возражают:

Где давали, а где под видом мяса проходили котлетки, которые в основном состояли из хлеба и картофеля. Интересный такой рецепт: треть обрези с костей, треть хлеба и еще треть сырой картошки. Даже вкусно, когда на каше посидишь. В армии мы такие котлеты жрали, аж за ушами лещало. Жарили их, правда, на комбижире 5-го сорта. Да, был и такой. Я сам поразился, когда увидел этикетку на картонной коробке. Этот жир при комнатной температуре застывал, как рыжий лед. Вкус мерзейший. Шел он в солдатские, рабочие столовые. А мне сейчас про пальмовое масло рассказывают, мол, при СССР его не было. Комбижира вы не пробовали!

— Зато колбаса была натуральная, а не химия, как сейчас!

Ох уж эти сектанты! Берем ГОСТ, по которому делали, например, любительскую колбасу. Это ГОСТ 23670−79. Сначала очень красиво, на 100 грамм приходится в процентах:

100 процентов натуральной продукции! Ну, еще в госте указывается вес пряностей, соли, оболочки, сахара или глюкозы, которые добавлялись в мясной фарш, но их там сравнительно немного.

Красиво? Да несомненно! Вот только там еще дальше есть продолжение и его читать тоже нужно. И оказывается, что говядина и свинина может заменяться на буйволятину, мясо яков жилованное, субпродукты, жир-сырец. Кстати, буйволятина — то еще мясцо, мягко сказать, маловкусное. Но оно еще ладно, все же мясо, допускаются и замены похуже. Например, на сухое молоко, пшеничную муку, крахмал, синюги, говяжьи проходники и черевы, крахмал и еще кучу всего другого.

В результате в колбаске мясца могло оказаться не так и много. И всё, совершенно всё по ГОСТУ, лучшему в мире. И, думаете, не заменяли? Ещё как, дорогие товарищи, ещё как заменяли. Правда, смотря для кого, потому как на некоторых предприятиях было по две производственные линии: одна для номенклатурных работников и других лиц, подлежащих усиленному подкармливанию, и вторая — для советского народа. И это хорошо еще, если массовый продукт делали строго по ГОСТу. Так-то могли добавить и нечто совсем непредусмотренное, например, целлюлозу или оберточную бумагу, замоченную в воде. Приходилось слушать откровения работников советских мясокомбинатов.

Ну, а что — зато неучтенка, которую можно самому принести домой или толкнуть налево. Плюс план выполняется даже, если часть мяса пришла, как едко писал Михаил Булгаков, «третьей свежести» и его в колбасу вообще добавлять нельзя, иначе народ перетравится.

Еще нужно учесть огромные, часто систематические приписки, бывшие поистине бичом нашей экономики и которые ответственные лица в упор не замечали. Вон, в Средней Азии годами рапортовали в центр о дополнительных миллионах тонн собранного хлопка и никого, совершенно никого это не удивляло. Только к середине 80-х в Москве внезапно «прозрели». А куда же девались ткани, которые должны были выпускаться из этого сырья? Что, их отсутствия тоже не углядали?

Ну, а тысяча тонн там, тысяча тонн там — ну, кто это будет замечать, когда и в райкоме и в обкоме кровно заинтересованы в выполнении плана? Кому захочется место терять за «развал сельского хозяйства»?

Еще не забывайте про колоссальные потери при хранении. Постоянно не хватало элеваторов, складов, холодильников, из-за чего изрядная часть пищевой продукции просто пропадала. Это ко всему относится: рыбе, мясу, зерну, крупам. Особенно плохо было с хранением овощей и фруктов, поэтому вволю поесть их можно было только в сезон, да и то в основном в местности, где они произрастали — доставка скоропортящейся продукции налажена была крайне плохо и далеко не везде. Вспоминается, что при Хрущеве в первый год освоения Целины был собран просто невероятный урожай пшеницы. Он почти полностью пропал, потому как зерно хранилось под открытым небом, под ветром, снегом и дождичком. И отчего-то никто не подумал заранее — а где будем хлеб хранить, товарищи?

Я помню, как нас из школы направляли на овощехранилище в середине зимы. В ларях к тому времени была одна гниль, которую перебирай не перебирай, толку никакого. Люди вынуждены были решать вопрос самостоятельно: после работы впахивали на собственных огородах (еще нужно было добиться его получения), сеяли картошку, морковь, лук, делали погреба в гаражах — хранили собственноручно выращенные продукты. Салат зимой в РСФСР — это квашенная капуста и порезанные соленые огурцы с луком, политые подсолнечным маслом. Вот и все разносолы. Да и то, если сам заготовишь на зиму. С фруктами, ягодами та же история — или покупай втридорога на базаре у «лиц кавказской национальности» или закатывай банки с вареньем, компотом.

Вернемся к тем, кто превозносит Союз. Кроме молодежи, самозабвенно и добровольно нацепившей лапши на уши, нужно выделить еще одну группу — тех, кто при СССР уже были в сознательном возрасте. Это люди, родившиеся в 50-х, 60-х годах. Они вполне успели поработать при Союзе. Но, вот что интересно, когда начинаешь расспрашивать, а где же они жили, то почти всегда выясняется, что подавляющее число из них — это жители бывших республик с высшей категорией снабжения, иногда москвичи, питерцы. Часто это это бывшие партийные работники или члены их семей, которые очень даже неплохо снабжались и со многими трудностями, с которыми сталкивались простые работяги в глубинке РСФСР были практически не знакомы. Вот и кажется им, что и остальные люди жили так же хорошо, как они.

Отнюдь не скажу, что все эти люди плохие и злонамеренно превозносят СССР, принижая нынешнюю Россию. Нет, конечно, частенько играет роль просто возраст. Несомненно в молодости и трава была зеленее и вода мокрее, а уж девушки-то какие были, глаз не отвести. Было желание! А сейчас желание пропало — явно дело в девушках и в том, что Союз распался. В общем, происходит обычная подмена понятий.

«Грубый век, грубые нравы, романтизьма нету». Кадр из кинофильма «Не может быть»

Кроме того, человек всегда ищет золотой век в прошлом, а иногда и в будущем в зависимости от обстоятельств. При Союзе времена царской империи ругали, потому процветания ждали исключительно в грядущем. Нынче можно опять идеализировать прошедшее, чем народ с радостью воспользовался. Только вот стенания о современном падении нравов и восхваление ушедших титанов можно найти даже у авторов античности, писавших до нашей эры. Так что ничего нового, граждане, ничего тут нового.

Но не всегда апологеты СССР безобидны. Хватает и экстремистки настроенных. Ну, таких людей я вообще не понимаю, неужели они думают, что если очередной раз устроить «до основания», то им лучше и легче станет? Есть категория населения, которую хлебом не корми, дай только устроить майдан по примеру киевского, но только уже у нас. К счастью, большинство народа прекрасно понимают, что к чему и относятся к подобным типам, как к потенциально опасным полусумасшедшим.

Но и тех, кто мажет Советский период только черной краской, тоже не понимаю совершенно. Это была наша страна, со своими плохими сторонами, но и хороших было немало.

Как по мне, то лучше всего про СССР сказал наш президент:

« Кто не жалеет о распаде Советского Союза, у того нет сердца; кто хочет воссоздать его в прежнем виде, у того нет головы».

Под этими словами я и сам готов подписаться.

Огромнейшей проблемой для позднего Союза стало расхождение между идеологией и экономикой, что приводило к диким затратам материальных ресурсов и человеческого труда. Одновременно происходило расслоение населения, так что о равенстве советских граждан приходилось только мечтать, хотя изо всех утюгов рассказывали именно о равенстве.

Интересно, что экономика легко приносилась в угоду идеологии, но при этом порой страдала и она сама. В конце концов, именно Карл Маркс, превратившийся в позднем СССР в натуральную коммунистическую икону, писал об основополагающей важности экономического базиса для общества. Говоря образно, из материала, предназначенного для фундамента, пытались построить помпезную крышу. Итог закономерный — здание обрушилось.

Сплошь и рядом говорили об одном, делали другое, а подразумевали вообще третье. А народ с каждым годом терял доверие к власти, рассказывая про нее анекдоты. Даже ростки гражданского общества тщательно выпалывались. Бесконечные собрания завершались обязательным одобрямсом:

— Кто против? Против голосов нет. Принято единогласно.

А ты попробуй проголосуй против, даже если с чем-то не согласен. Я лично уже в пионерах понял, что дело чревато.

Одновременно с начала 70-х всё больше товаров пропадало из свободной продажи, переходя в разряд дефицита. Пустые полки магазинов стали визитной карточкой РСФСР. И вот ведь интересно, нынешняя Россия, несмотря на беспрецедентные западные санкции, с легкостью обеспечивает население продуктами питания и вещами длительного пользования.

А тогда по выходным из соседних областей народ мчался в Москву, чтобы хоть что-то купить пожрать — в соседних с Московской областях в торговле порой не было практически ничего: ни мяса, ни рыбы, ни колбасных изделий. Даже макароны и те лежали только самого худшего третьего сорта. Про надеть что-то приличное и говорить нечего:

— В Москву, деточка, в Москву!

Вот не зря та основная масса россиян, которая застала СССР в зрелом возрасте и жила в провинции, категорически бы не хотела возврата в те времена — к тотальному дефициту, хамству торговых работников, бесконечным пустопорожним славословиям.

При этом практически ежедневно нас кормили реляциями: зерна больше намолотили в закрома Родины, доярка Х надоила рекордное количество молока, на заводе У перевыполнили на 111% план. Очень хорошо, но где эта крупа, молочные продукты, бытовые товары? Их же должно стать больше? Но в магазинах как не было гречки, так и нет.

В «Колымских байках» я описываю случай (https://author.today/reader/386979/3823212), когда мой отец в 1990-м году устроил демарш по партийной линии, протестуя против политики, направленной на развал Советского Союза. Недавно я напомнил ему про это, спросив, стал бы он сейчас пытаться спасти Союз? Ответ был однозначным:

— Нет.

Я вообще убежден, что развал страны был произведен сознательно верхушкой КПСС. Им стало мало той власти и материальных ресурсов, которыми они владели. Хотелось стать настоящими хозяевами, чтоб холопы кругом, чтоб всем владети. Но что-то пошло не так, из власти их вышвырнули, чему я только рад. Не верю я, что люди, которые сдали страну, как офицер роту сменщику, способны работать на благо людей. Впрочем, пример налицо — Ельцинские времена. Тогда столько сдали в угоду Западу, что только теперь удалось выправить ситуацию.

Я более чем уверен, что спасти единую страну было можно, не допустив войн, придавив национализм, перезапустить экономику без дикой приватизации, распродажи оборудования на металлолом, массовых увольнений. Хотя от Закавказья точно нужно было избавляться. Дальше я напишу почему.

Теперь об этой книге

Трудов о причинах развала СССР и его экономических проблемах много, но они описывают ситуацию в целом, так сказать, с горних высот. Моя задумка — показать происходившие явления снизу, с точки зрения обычного человека. Простого семьянина, вынужденного выкручиваться, доставать, выгадывать, чтобы нормально одеть и накормить детей, работяги, которому приходится трудиться на станке, сделанном кривыми ручками на Ереванском заводе и неспособном даже нормальный болт на нём выточить, преподавателя ВУЗа, отправленного перебирать картошку в овощехранилище, хотя там всё давно сгнило.

Каждая глава будет посвящена отдельному «родимому пятну» СССР, а их ой как много, тут не только экономика, но и растущий национализм, напрасная попытка задобрить окраины, бездумная помощь «братским народам». Там много всего. «Черны дыр», куда утекали ресурсы советского народа и, прежде всего, РСФСР, было не просто много, а «огроменное» количество.

На самом деле такой информации в сети множество, описанной с разных точек зрения. Вот только она сильно разрознена, часто противоречива. Предупреждаю сразу, я буду не только ругать, писать о людях, которые тащили на себе советскую экономику, не позволяя ей обрушиться, я тоже буду. Как и упоминать о настоящих руководителях, заботившихся об окружающих, развивавших свои города и деревни.

Обновления постараюсь выпускать как можно чаще. Минимум раз в неделю будет выходить новая глава, но буду пытаться писать по две, коль получится, то больше. Если книга вас заинтересует, то прошу зарегистрироваться на Автор.Тудей — мне это очень важно.

Подпишитесь на мою страницу — так вы точно не пропустите обновлений. Сразу отвечаю людям, писавшим, что «каждая работа требует вознаграждения» — на странице произведения есть соответствующая кнопка, сумма на ваше усмотрение. Но я ничего не прошу — эта книга изначально задумывалась как бесплатная и такой останется. Можете отблагодарить другим способом — просто зарегистрируйтесь. После этого вы сможете поставить лайк книге и убрать ее в свою библиотеку. Читать можно будет с экрана компьютера или смартфона или же скачать на свой компьютер и просматривать через любой ридер. Также прошу оставлять свои комментарии на странице произведения. Я стараюсь ответить на каждый. Читателей у меня немного, так что я ценю каждого. В общем, как-то так.

Жить стало лучше, жить стало веселее! Советский плакат

Затем была война с опять же карточной системой — тогда было иначе не выжить. Но вот ведь интересно — к карточкам или нормированному распределению возвращались в отдельных местностях и при Хрущеве и при Брежневе. Причем, что характерно, такие регионы находились строго в РСФСР.

Несмотря на то, что изначально категоризация городов рассматривалась как временное явление, вводимое до насыщения потребности страны продовольственными и потребительскими товарами, такая ситуация стала постоянной и просуществовала вплоть до распада Союза ССР.

Улучшенное снабжение для важнейших политических и промышленных центров объяснялось тремя причинами:

1. Экономическая

Считалось, что лучший уровень жизни в ведущих ядрах индустрии должен поддерживать трудовую мотивацию рабочих на заводах, фабриках, в научных учреждениях, которые располагались в крупных городах.

2. Политическая

Ряд крупных городов считались витриной социализма. К ним относили Москву, Ленинград, Прибалтийские республики, Западную Украину, Киев. При этом промышленные узлы, в которых иностранцы не бывали, снабжались куда хуже — их ведь показывать с лучшей стороны не надо, так что жители перебьются.

3. Логистическая

Централизованное снабжение крупных городов выстроить было проще — к ним сходились железные и автомобильные дороги, имелись склады. Поэтому центральная власть сосредоточилась на снабжении центров регионов. Дальше регулировать поступление товаров должны были на местах. Пока количество товаров составляло ограниченный ассортимент, централизованная система худо-бедно с поставками справлялась, хотя даже в войну, а особенно после нее были случаи, когда в некоторых городах были весьма сильные перебои с поставками хлеба и продуктов. Воспоминаний на эту тему хватает.

Фактически эта система сохранилась и после смерти Сталина, продолжив жизнь при Хрущеве и при Брежневе, дожив до распада Союза.

Но были еще три причины живучести системы категоризации и пониженного уровня снабжения населения в РСФСР, о которых упоминать не любят, хотя и нередко подразумевают:

4. Социальная

Она стала во весь рост при Хрущеве, когда по стране прокатилась волна недовольства, связанного с повышением цен на продукты при одновременной их нехватке. Про то, как вместо зерна хлеб даже из гороховой муки пекли, люди до сих пор вспоминают.

Кончилось всё расстрелом демонстрации рабочих в Новочеркасске, объявленном «антисоветским бунтом». Случившееся засекретили, но слухи по стране разошлись. Но, это в провинциальном Новочеркасске можно было репрессии проводить. А ведь могло дойти и до выступлений в Москве или Ленинграде, где всегда хватало иностранцев. На такое пойти руководство КПСС никак не могло. Поэтому неравенство в снабжении не просто продолжилось, оно, пожалуй, еще более укрепилось.

В общем, в российской глубинке было вот так:

Anatoly1957

Антон Бахаев

Ирина Липатова

5. Заигрывание с республиками

Фактически центр покупал лояльность республиканского руководства и населения. В Прибалтике, на Западной Украине, в Закавказье национализм цвёл и пах. Да и в Средней Азии он никуда не делся. В руководстве СССР считали, что если лучше снабжать республики, то этим можно добиться их лояльности.

При этом руководство страны усиленно не замечало даже признаков национальной напряженности. В Прибалтике доходило порой до вопиющих случаев. Вот два примера:

Andrey Ivashov

Mazhenova_margo

6. Марксистская идеология

Я уже писал, что Маркс был знатным русофобом. По его мнению, великороссы — исключительные империалисты. Этот тезис был с восторгом подхвачен Лениным.

Фактически это основа того, почему хуже всего в стране обеспечивалось население именно в РСФСР — боролись с нами, причем «нашими же руками и за наш счёт».

Области с преимущественно русским населением в СССР подвергались откровенной дискриминации с самых разных сторон. Например, паспортизация крестьян, без которой они не могли никуда выехать, в ряде деревень была завершена только к 1986 году!

Только представьте — 1986 год, а часть населения РСФСР только избавилась от крепостного права и получила право свободно передвигаться по стране.

Не могу не удержаться, чтобы не привести свидетельство очевидца:

sir_benoit

Кстати, про «русских нет — есть советские». Когда в школе учился, у нас учительница географии (эстонка, кажется) очень любила про это напоминать. Постоянно говорила:

Мне всегда хотелось сказать, что всё совершенно наоборот, как раз за рубежом всех советских людей чохом называют русскими. Впрочем, я каждый раз молчал, прекрасно понимал, что заработаю себе в школе врага.

Так что советская пропаганда и образование настойчиво пытались вбить в головы людей, что русских нет. Украинцы, эстонцы, казахи, грузины и т.д. — есть, вот русских, тех нет. Впрочем, даже сейчас нам продолжают лить в уши этот нехитрый тезис.

Объяснение от КПРФ, как возник товарный кризис в стране

Сейчас нас усиленно зовут обратно в СССР апологеты КПРФ. По их словам всё было в Союзе замечательно.

Вот, недавно нашел на из сайте разбор мемуаров первого Первого секретаря ЦК компартии РСФСР Ивана Кузьмича Полозкова «Обманутые надежды».

В ней И. К. Полозков (дальше я просто процитирую, так как это просто шедевр):

Понимаете, партия всё делала, чтобы удовлетворить потребности народа, но вот объективные трудности не давали, особенно, как я понимаю, послевоенное созидание. Но вот вопрос — а что, же такое после войны созидали, что до самого конца СССР никак не могли удовлетворить потребности? Причем потребности самой номенклатуры удовлетворяли на все 200%.

Мне на днях хороший знакомый процитировал старую поговорку его мамы про советское снабжение:

Но вернёмся к «трудностям послевоенного созидания». А как же быть с утверждением пропаганды, что уже к 1950 году национальный доход в СССР более чем на 60% превысил довоенный? И это уже в 1950-м! А ведь дальше было еще целых 40 лет созидания.

Кому достаётся национальный доход. Советский плакат

Что-то не уверен я, что он точно доставался трудящимся.

Но у КПРФ есть объяснение и на этот случай. Продолжу цитировать:

Не обошел И. К. Полозков и начало системных трудностей советского социалистического общества, которое он связывает с болезнью Генерального секретаря КПСС Л. И. Брежнева, который, начиная с 1978 года, все больше уходил от дел. Многие управленческие инициативы и проекты исполнялись его единомышленниками, но к управленческой команде стали примазываться карьеристы, у которых не было другой задачи, кроме как удовлетворить свои личные интересы и потребности.

Понимаете, вот они и виноваты — карьеристы. Хотелось бы спросить, а что делали честные коммунисты в руководстве? Почему они допустили этих самых карьеристов? Или они сами карьеру делали, и чихать им было на всех этих «примазавшихся»?

Не знаю, только ли у меня одного, но сразу вспоминается Дуремар, который в культовом детском фильме «Приключения Буратино» после схватки деревянного человечка с Карабасом-Барабасом появляется с песенкой «А я тут ни при чём, совсем я ни при чём». Ну, понятно, виноваты примазавшиеся.

А я тут ни при чём. Кадр из кинофильма «Приключения Буратино»

Ну, еще, конечно, высокими расходами на оборону объясняется товарный кризис. Это действительно так, но в совсем небольшой мере. Думается, что если бы наша легкая «легенькая такая» промышленность производила вместо неликвида нормальные товары, то проблем бы с товарами не было.

Иллюстрация из советского журнала «Крокодил»

А то ведь годами, а порой десятилетиями выпускали товары, которые вообще никому были не нужны. Устарели они давным-давно, а часто и качество было ниже плинтуса. Промышленность практически не реагировала на спрос населения.

Впрочем, вот прекрасная иллюстрация из «Крокодила»:

Иллюстрация из советского журнала «Крокодил»

Да и с продовольствием обстояло не лучше из-за несбалансированности агропромышленного комплекса. По статистическим отчетам всё благополучно — цифры прямо радуют глаз. А в реальности — полки пустые.

Только вот цифры — это сколько собрали, намолотили, выкопали, надоили. Но вот вопрос, а сколько пропало при перевозке на склады, элеваторы, в амбары, сколько сгнило при хранении, сколько потеряно уже в процессе переработки? Опять же вопрос — сколько к этим цифрам приписали? О приписках в советском сельском хозяйстве только ленивый не говорил. Но толку-то, главное было отрапортовать, а там — ну сгнило и сгнило, никто не виноват.

Сейчас агропредприятия кровно заинтересованы в том, чтобы сохранить весь урожай — иначе они в трубу вылетят. И приписывать величину урожая им не с руки — смысл, налогов больше платить?

Вот опять — «Крокодил»:

Иллюстрация из советского журнала «Крокодил»

Впрочем, у меня было такое ощущение, что все эти «Крокодилы», «Фитили» выполняли роль, как писал Носов: «пять минут смеха заменяют ковригу хлеба». Посмеялись граждане над «отдельными недостатками», вроде как им легче стало. Ну, наказали нерадивого директора, выговор ему влепили. А проблема… она как была, так и осталась. И в магазинах по-прежнему знаменитый певец Шарон Покатти выступает… приходите на гастроли в ближайший гастроном, послушаете, посмотрите.

Впрочем, жители республик тоже ругают советское снабжение.

Я из Западной Украины. Докладываю: снабжение было чудовищно хреновым. Майонез и горошек для новогоднего «оливье» можно было купить только по блату.

Колбасы в государственных магазинах не было совсем никакой. Одежда и обувь тоже отсутствовали.

Но тут дело такое, нужно было сравнить с положением дел в РСФСР, чтобы понять, что у них далеко не всё так плохо обстояло:

Кстати, в 85-м ездили семьей в гости на пару недель в Загорск (ныне Сергиев посад). Это Московская область — там вот с жратвой там было куда хуже, чем у нас на Донбассе (ну, или также, если не брать Донецк, Макеевку, Мариуполь и Краматорск — эти города снабжались лучше) и все поголовно ездили закупаться в Москву. Так что заМКАДом тогда было не сахар.

В Тульской области и минтая не было. Селёдка была и килька в томате. Продавщицы из банок возводили красивые пирамиды на полках…

Вот еще:

Тот же Днепр снабжался по особой категории. Апельсин, как в Москве не было. Сухих колбас тоже. Но окорок, буженина, сорта три варенки и т.д. лежали на прилавках. И мясные отделы были. Без шика, но худо-бедно были. Харьков тоже не голодал — не сильно отличался от Днепра по снабжению. И Запорожье тоже.

А вот во многих областных центрах России в гастрономах просто НЕ БЫЛО мясных и колбасных отделов. Вообще. Я несколько лет прожил в Великом Новгороде. И НИ РАЗУ не мог купить колбасу или мясо в магазине. За несколько лет, Карл!!! Люди ездили в Питер, чтобы пожрать купить. Реально. Это был факт жизни.

Пенза, Саратов, Псков, Нижний, Арзамас, Тула, Магнитогорск, Серпуховы всякие с Павловскими Посадами сильно были хуже, чем города Белоруссии. Украинские города были заметно лучше белорусских.

Еще:

Я в середине 80-х попал из Крыма в Одессу и был потрясен разницей в снабжении. Колбаса и масло свободно в магазинах лежали. У нас дрались за них. Помню, отец приносил килограммами и палками, когда на работе продавали.

А в Одессе свободно в любом гастрономе. И даже сосиски.

Карта настоящая (речь про карту, приведенную в третьей главе, — прим. автора), просто в советские времена она была секретной (для служебного пользования). С Украины в соседнюю Молдавию ездили за дефицитным ширпотребом, которым там были завалены даже сельские магазины. В кафе тираспольского автовокзала в стакане сметаны ложка СТОЯЛА, а в Одессе в нём плавали куски творога. В Одессе же приезжие из России перед отъездом бежали в гастрономы ЗА ЧУДОМ, ЗА ВАРЁНОЙ КОЛБАСОЙ! Реальный случай из моей жизни, бежали по улице Ленина (теперь Решельевская) с криками «Где тут колбасу продают⁈».

Так что все эти рассказы про коварно пробравшихся в ряды КПСС отдельных карьеристов и приспособленцев — это натуральные отговорки и сказки.

Брежневское руководство реально состояло из обывателей, не рвавшихся никуда и довольствовавшихся нехитрым лозунгом «после нас хоть потоп». Потому и схема распределения была чисто обывательская «Москва столица и мы в ней живём, приграничные регионы подкармливаем, чтобы они не разбежались, а России бежать некуда, пускай кормит всех и терпит».

Основа развала СССР тогда по вот этому нехитрому принципу и закладывалась, в результате для России СССР стал экономически (а это главное) невыгоден и очень обременителен. Это уже не говоря про постоянные оскорбления и претензии на исключительность, высказываемые из национальных республик Союза. Как результат, население в России облегченно вздохнуло, когда окраины объявили о своей независимости. В новой РФ вдруг стало нормально со снабжением, мало того, сейчас практически всё необходимое производится в стране, пусть это даже отрицают апологеты сияющего СССР.

Вот в самих ныне незалежных республиках в полный рост встали проблемы с благосостоянием. Население в них резко обнищало. Но, что характерно, считать, что это они при СССР страну кормили, не перестало. Как говориться «если логика противоречит убеждениям, то тем хуже для логики». В Прибалтике, например, целые комиссии есть, которые подсчитывают, сколько им Россия задолжала за «годы оккупации». То, что даже земля, на которой они стоят, была некогда куплена у Швеции и им не принадлежит, в расчет, естественно, не принимается.

Многие независимы до такой степени, что давно продали свои недра западным корпорациям, позакрывали отлично обустроенные заводы. Прибалтика живет на подачки от Евросоюза, ну, вот о какой независимости в этом случае можно говорить?

Никита Сергеевич и его большая кукурузина

Вот только Хрущева сместили в 1964 году, к власти пришла команда Брежнева, а лучше со снабжением советского народа не стало. Продолжалась компания по изменению в оплате труда, когда срезались расценки. В результате рабочий мало того, что не мог купить продукты, так ему и не на что становилось их покупать.

Мне часто говорят, что мол, зато в СССР не было угнетения человека человеком. Как бы ответить повежливее?

Помните, в знаменитой сказке Николая Носова был такой Козлик, так вот у него есть замечательная фраза, пусть и сказанная несколько по другому поводу:

Так вот и тут тоже — какая разница, будет вас угнетать посторонний дядя, на которого вы работаете или государство в лице директора? Тем более, если и тот и тот выжимают все соки, а платят гроши?

Как результат сложившегося положения в обществе стало нарастать недовольство. До новочеркасских событий дело не доходило, но всё чаще рабочие целыми группами или сменами отказывались выходить на работу.

Так, в 1967 году зафиксировано таких невыходов по регионам:

Свердловская область — 9;

Костромская область — 8;

Пермская область — 7;

Красноярский край — 4;

Украинская ССР — 29;

Эстонская ССР — 8;

Литовская ССР — 5;

Таджикская ССР — 4.

Хуже всего дело обстояло в Казахской СССР, где за 67–68 гг. произошло 49 случаев групповых отказов от работы. Еще в 40 эпизодах руководство смогло убедить рабочих отказаться от подобной формы протеста.

В 70-е годы образовалась нездоровая тенденция — производство росло, но потребление на душу населения в стране сокращалось. Именно в этот период лозунг «Догоним и перегоним Америку» сменился на «Экономика должна быть экономной».

Держись, корова из штата Айова! Советский пропагандистский рисунок

С гонками, на которые США не явились, конечно, вопросов много. Например, почему, если СССР превзошёл по производству молока США, и с молоком и с молочными продуктами в Союзе так плохо? И вообще непонятно, зачем вообще с маниакальным упорством догонять Америку?

Кстати, с молоком перебои никуда не делись и в 80-е:

Keleg

Я все детство (80е) простоял в очередях, в основном — в молочный. Молоко заканчивалось к 10 утра, потому нужно было занимать очередь в 8 часов. Учился со второй смены, потому успевал.

Со своей стороны скажу, что и сам был в таком положении. Только учился я в первую смену, поэтому приходил домой, брал авоську и бежал в магазин стоять в очереди. Родители купить не могли, в 5 часов, когда они уходили с работы в магазине уже ничего не было.

Но и с лозунгом «экономика должна быть экономной» тоже не всё понятно. Обычно к экономии прибегают при жесткой нехватке чего-нибудь. И, нередко это не особо и помогает.

Огромной проблемой в советской экономике стала диспропорция между сегментами тяжелой и легкой промышленности. Еще в школе на уроке экономической географии учительница объясняла нашему классу, что есть экономические группы А и Б. А — это тяжелая промышленность, сюда же включаются и военные производства. Производит эта группа станки, оборудование, трактора, грузовые автомобили и является базой экономики. А группа Б — это легкая, пищевая промышленность, это предприятия, выпускающие мебель, легковые машины, бытовые приборы и т.п.

Это было понятно и возражений не вызывало. Напрягал вывод учительницы, почерпнутый в учебной методичке:

Раз предприятия группы А являются основой промышленности, то их дола в экономике должна быть больше, чем у предприятий группы Б.

Что-то тут было явно не так. Я специально переспрашивал, но получил ответ, что всё правильно. Но ведь даже один завод, производящий текстильное оборудование, способен обеспечить им несколько десятков фабрик, выпускающих ткани. А пара таких фабрик — десятки швейных производств и сотни ателье. Если подумать, то пирамида должна получаться перевернутой, когда не фундамент больше надстройки, а наоборот. К тому же — это ведь экономика строится для того, чтобы обеспечивать население страны, а не население живет, чтобы строить заводы ради самого процесса строительства.

Как-то попалась по телевизору передача про Канаду. В одном из эпизодов показали местного фермера, который еще в 50-е или 60-е годы купил советский трактор. С тех пор он у него бессменно работал. Что интересно — у нас такой трактор разве что в музее найти можно, да и то не факт. Корреспондент удивленно спрашивает:

— Неужели вот так и работает почти пятьдесят лет?

— Так, а почему нет? Техника надёжная на удивление, — отвечает фермер и продолжает: — Я ему даже капитальный ремонт ни разу не делал, главное вовремя менять моторное масло и расходники.

А у нас эти сверхнадёжные трактора давно заржавели и были переплавлены на металлолом, а всё по одной причине — технику-то выпустили, а вот качественное масло и расходники для неё — нет. А без хорошего масла трущиеся части очень быстро изнашиваются. У нас же из-за нехватки смазки меняли её куда реже, чем даже по советским регламентам положено было. И с расходниками была беда, те же фильтра работали намного дольше положенного срока, что тоже двигателям на пользу не шло.

Дядя Федя, забираю трактор обратно: нашёл потерянную гайку! Карикатура из журнала «Крокодил» №30 за 1970 год

Как замечает В. В. Козловский в статье «Общество потребления и цивилизационный порядок современности»:

Экономика социализма была ориентирована на показатели роста валового национального продукта и в гораздо меньшей мере на рост благосостояния, поддержание и повышение стандартов личного и общественного потребления.

Всё верно, постоянно можно было слышать, когда руководящие работники говорили об экономическом развитии СССР, про то, сколько выплавили стали, намолотили зерна, выпустили тракторов и т.д. и т.п. Но с жизнью человека все эти числа связаны были связаны явно сильно опосредовано, потому как даже, если ты слышал в рапорте, что в твоей области доярки добились высоких надоев, то молока в магазинах от этого совершенно не прибавлялось.

Знаете, сейчас довольно распространенным литературным жанром стало попаданчество. Нет, я ничего не хочу плохого сказать — многим нравится, отчего не почитать интересную книжку вечерком на сон грядущий. Да я и сам балуюсь — почитываю и не только. Недавно начал писать историю про человека, который попал в кота.

https://author.today/work/434791

Ну, а что? Попробуй-ка в такой шкурке покрутись! Можно немало забавных моментов придумать.

Но я отвлёкся. Один из распространенных сюжетов — попадание героя из нашего времени в Советский Союз. И вот что интересно — если брать период 60−80-х годов, то даже, если герой активно пытается спасти Советский Союз, то отчего-то книжка получается насквозь антисоветская. Потому как, хотя на словах главный герой и за советские ценности, но по факту во всём преступает закон, мораль и принципы советского общества.

Вот, к примеру, взять серию про попавшего в 70-е ревизора. Серия популярная, уже к 40-й книге скоро подойдёт. Название приводить не буду, чтобы никого не обидеть. Книга, кстати, интересная, написано живым языком, перипетии сюжета реально захватывают. Главный герой рьяный патриот СССР, но чуть не с первых страниц начинает давать взятки, использовать в своих целях административный ресурс, пользоваться блатом, в общем, пускается во все тяжкие.

Мало того — вступает в самую натуральную ОПГ, где вместе с высокопоставленными руководителями КПСС совершает рейдерский захват предприятий, получает множество других плюшек незаконными путями. Семейственность вовсю продвигает. Нет, он старается помочь простым людям, но опять же — привлекая связи, знакомства, а отнюдь не законы страны и официальные способы. Не верит он в них. Эдакий благородный Дон Карлеоне. Не Робин Год, конечно, но в ту же степь. Но особенно мне нравится вывод, который неоднократно звучит в книге:

Хорошая страна СССР — здесь всё по честному, люди стараются помочь друг другу, душевней всё, чем в будущем.

Вывод я сам сформулировал, но очень близко к тому, что в книге. Это на фоне описываемого снобизма, пренебрежения начальством положением рабочих, карьеризма, неравенства.

Так-то я согласен — ему самому хорошо, он неплохо устроился, находясь над советской действительностью. И так ведь в 99% книг о данном периоде. Получается, что даже те авторы, которые вроде как горло рвут за преимущества советской власти, на деле ей совершенно не верят, как и в самые прогрессивные советские законы. Что тут ещё скажешь?

Да здравствует наш суд, самый гуманный суд в мире! Кадр из кинофильма «Кавказская пленница»

Война давно прошла, народ физически и морально устал. Он терпел, пока шли боевые действия, затем во время восстановления экономики. Но и через четверть века после окончания войны, когда официальная пропаганда говорила, что экономика не просто оправилась от потрясений, но и значительно выросла (уже в 1950-м на 60% больше довоенного производства) население опять просили потерпеть, мол, вот построим коммунизм, тогда ужо и поживёте. Но сроки наступления коммунизма постоянно сдвигались в будущее, как морковка перед мордой ослика, пока вообще окончательно не испарились.

К концу 80-х вообще в стране реально кое-где жрать было почти нечего, люди выживали буквально на подножном корме. Доходило до гуманитарных поставов продуктов из США и других западных стран. Впрочем, поставляли порой по принципу «на тубе, убоже». У меня в «Колымских байках», если история, как на Колыму американцы в качестве продовольственной помощи отправили консервы из лосося и что из этого получилось.

https://author.today/reader/386979/3856378

В нашей стране наличие и качество продуктов, товаров длительного спроса имело важнейшее значение для социальной стабильности в стране, доверия народа к руководству партии. Тем более что именно партия передала все производства в стране государству, которым и руководила. Обеспечение потребностей народа она также взяла в свои руки. Но оказалось, что выполнить свои обязательства фактически не смогла.

Скажу больше — по доступу к продуктам и товарам определялся статус человека. По набору пайка можно было легко определить уровень номенклатурного деятеля. Для обычных граждан, если есть выход на дефицит — ты уважаемый и нужный человек, нет — значит ты обычный гражданин, которого можно не принимать во внимание. Именно из-за этого в СССР огромный вес имели торговые и складские работники. Не все, конечно, а те, кто «сидел на дефиците». Вот они при официально мизерной зарплате порой купались в роскоши. Ну, по понятиям тех лет. Сейчас-то это всё смешно, то тогда значило очень и очень многое.

Нет, отдельные островки благополучия были, но именно что отдельные. А самой благополучной в вопросе снабжения как раз и стала номенклатура КПСС, которая могла получать лучшие отечественные и импортные продукты и промышленные товары, причем часто по смешным ценам, в несколько раз ниже тех, которые платили остальные граждане страны. И что такое дефицит семьи номенклатуры просто не знали. Добавляло ли это доверия к ней со стороны простых граждан? Да как-то не особо, тем более в отсутствие рынка обеспечение народа становилось социальным долгом власти, чем-то похожим на «Cura Annonae» в Римской империи. А потому кризис снабжения напрямую отражался на настроениях в государстве.

Это не значило, что народ пошёл бы на прямое выступление против власти. В книге П. А. Сорокина «Социальная и культурная динамика» высказана мысль, что волнения обществу не грозят, пока его система ценностей не расшатана:

Члены такого общества могут умирать от голода и все-таки не бунтовать или, во всяком случае, быть менее склонными к бунтам, чем члены вполне благополучного общества, чья система социокультурных ценностей находится в состоянии анархии.

Кстати, в этом еще одна причина приоритетного снабжения национальных республик в СССР. Партийное руководство прекрасно знало, что окраины более склонны к волнениям и пыталось потушить возможное недовольство за счет жителей РСФСР. Ну, а чего, русские же народ терпеливый. Вот и потерпят, не развалятся.

Кстати, есть много воспоминаний ответственных работников, в которых упоминается, что в редакции газет, на телевидение, даже в ЦК РПСС приходило множество писем, в которых люди задавали один вопрос — где продукты и товары? Например, в 1971 г. таких писем пришло 8,6 тысяч. Из общего числа корреспонденции, пришедшей в редакцию «Правды» в 30% люди жаловались на проблемы со снабжением.

В качестве меры по преодолению кризиса снабжения руководство страны выбрало повышение доходов населения. Зарплаты и пенсии начали расти, но товарное производство от них отставало, тем боле, что в аграрном секторе СССР одновременно падала рентабельность производства и повышалась себестоимость продукции. Тут еще и сама КПСС постаралась, которая на самом верху пыталась руководить колхозами, спуская указания, когда сеять, как кормить скот и тому подобное.

Продовольствие из областей выметалось практикой сдачи его в центральные фонды. Естественно, в таких условиях в лучшей позиции оказывались те регионы, которые могли оставлять большую часть произведенного у них для своих нужд, а такие привилегии центральное руководство отдало именно национальным республикам. В РСФСР подобные оазисы были огромной редкостью.

Тут еще такая специфическая особенность советского общества. Народ, привыкший к перебоям с продовольствием, старался закупать впрок, как только дефицитные продукты появлялись в продаже. Например, в январе 1971 года в РСФСР было реализовано мяса и мясопродуктов на 16% больше аналогичного периода, яиц — на 23%, рыбных консервов на 22%, рыбы — на 8,5%, макаронных изделий — на 6,5%, крупы — на 3,6%.

Тенденция делать долговременные запасы сохранялась на всем протяжении советского периода. Из собственного опыта, когда в конце 80-х разразился очередной продовольственный кризис, то люди брали крупу, сахар, муку мешками. В моей семье в кладовой стоял мешок муки, сахара, пшенки. Мука и сахар тогда нам очень помогли — мама постоянно что-то пекла. В сочетании с собственной консервацией мы могли более-менее нормально питаться. А крупа пропала — в ней завелся жучок и я через год этот мешок вынес на свалку. Помню, там уже стоял десяток мешков с крупами — люди избавлялись от испортившихся запасов. А ведь это тоже немалая лепта в формирование дефицита.

С той же колбасой — покупали бы её люди палками при условии, что она свободно лежит в магазине? Да нет, конечно. Когда в середине 80-х моя семья на несколько лет переехала в Днепропетровскую область, где колбаса свободно продавалась в гастрономе, мы быстро потеряли привычку покупать её впрок — 300 грамм взяли и довольно. То есть плохая обеспеченность продуктами увеличивала спрос, приводила к порче ряда продуктов.

В августе 1972 года из-за очередного всплеска продовольственной паники население раскупило куда больше продовольствия, чем обычно: макарон на 36,1%, круп — на 43%, рыбных консервов — на 40%. Почему именно рыбных? А мясных просто не было, покупать нечего было.

При этом центральные власти приоритет делали в обеспечении республик. Например,

С сентября 1972 года Совет Министров СССР приступил к перераспределению фондов с особым учетом ситуации в республиках. В 1972 году рыночные фонды муки были увеличены Казахской, Азербайджанской, Таджикской, Грузинской, Армянской ССР. (Д. В. Якупова «Кризис снабжения в СССР в начале 1970-х гг.: массовое сознание и реакция власти»).

Также, чтобы не допустить взрыва недовольства изрядная часть продуктов и промышленных товаров реализовалась через предприятия. Естественно, чем крупнее был завод или организация, а их руководство ближе к центральной власти, тем лучше были поставки. Оборотная сторона — всякой «мелочи» вообще ничего не доставалось. Но и на обласканных властью предприятиях доходило порой до лотерей, на которых разыгрывали право на покупку товаров — на всех работников выделенных объемов не хватало.

Дефицитные продукты выделялись для реализации на предприятиях к большим праздникам. Впрочем, их было не особо много: 1 Мая, 7 Ноября, Новый Год, изредка еще 8 марта. В таких продовольственых наборах могли находиться: палка копченой колбасы, пара банок зеленого горошка, банка растворимого кофе, сахар, конфеты, иногда жестянка шпротов. Но вообще могли, что угодно положить, вплоть до такого дефицита, как пачка гречневой крупы.

Талон на продовольственный заказ — всё, включая майонез и российский сыр, сплошной дефицит при СССР

Повышение зарплат при Брежневе сбило недовольство, но создало другую проблему — деньги у населения появились, а вот товаров в свободной продаже по-прежнему не было.

Это породило то, что товары начали «доставать», переплачивая за возможность купить. Торговым работникам и людям, которые занимались распределением, давали взятки. Ситуация с ними стала настолько привычной, что о ней без стеснения говорят герои в популярных фильмах тех лет. Помните диалог в Иронии судьбы", где герои обсуждают сколько они дали сверху за польский гарнитур? И ничего — цензура пропускала, привыкла, в ней же тоже люди, они тоже взятки давали.

Граждане порой через всю страну ездили, чтобы хоть что-то приобрести.

Дмитрий Замяткин

Холодильник к нам в Сибирь прислал родственник из Казахстана. Он там служил. Это середина семидесятых. В 1980 году матушка, прихватив меня, поехала на Украину. Мебельный гарнитур покупать. Даже не импортный, отечественный. Отец привозил из командировок в Ленинград сырокопченую колбасу. Первая половина семидесятых. Ну вот примерно так.

Или вот еще цитата:

Мы с дедом на машине во второй половине 80-х объездили практически всю западную границу СССР, от Мурманска до Прута, и я, мелкий совсем, мрачно хренел от этого всего. В Ленинграде — высшая категория снабжения? Вы смеётесь? Или издеваетесь⁈ Ха-ха. Высшая — в Прибалтике. И на ЗапУкре.

И получалось, что с одной стороны в СССР буквально маниакально боялись богатеющих граждан, старательно пресекая любую частную экономическую инициативу. С другой же способствовали тому, что торговые работники получали порой огромные прибыли за счет «благодарностей» покупателей и торговли из-под полы дефицитными товарами. Зато работяг, подрабатывающих после основной работы, например, ремонтом, клеймили, как хапуг и любителей именно что нетрудовых доходов. Хотя они-то как раз трудились.

Тем не менее с середины 70-х ситуация с товарными поставками улучшилась и из крайне сложной превратилась, пусть и не в благополучную, но сносную. Но произошло это благодаря началу массовой продажи в европейские страны углеводородного сырья. В 1970-м была заключена сделка «трубы за газ», а с 1973 года в ФРГ пошел дешевый природный газ из СССР.

Интересно, у меня одного формула «трубы за газ» вызывает нездоровую ассоциацию с известным диалогом Шарика и кота Матроскина:

— Надо бы корову купить.

— Надо бы, только где деньги взять?

— А может занять у соседей?

— А чем отдавать будешь? Отдавать надо.

— А отдавать будем молоком.

— Если молоко отдавать, зачем тогда корова?

Что это мы без молока? Кадр из мультфильма «Трое из Простоквашино»

В результате сложилось положение, при котором СССР гнал на продажу газ и нефть, а значительная часть вырученных денег тратилось на закупку миллионами тонн зерна, других продовольственных товаров, обуви, одежды, бытовых приборов и других предметов потребления.

При этом собственные фабрики годами продолжали выпуск неходовых моделей, которые пылились в торговых залах магазинов, а затем вывозились на свалки, как невостребованные покупателями.

Как такая политика соотносилась с провозглашенным лозунгом «Экономика должна быть экономной» решительно непонятно.

Но самое страшное было то, что Запад практически посадил Советский Союз на сырьевую иглу. Можно было не развивать собственную легкую промышленность, не страшны стали и низкая урожайность и высокие потери продукции в сельскохозяйственной отрасли — всегда же можно закупить недостающее. И как только в середине 80-х цены на нефть и газ поползли в низ, в СССР разразился мощнейший товарный кризис. Сейчас даже создается впечатление, что подобное развитие событий было запланировано загодя очень умными и циничными людьми.

Так что брежневский застой на самом деле держался на очень тонкой ниточке. Что примечательно, руководству современной России этот урок пошёл очень даже впрок — оно активно работает по развитию промышленности и сельского хозяйства. Как результат даже беспрецедентные по уровню санкции, которые наложили на Россию западные страны и многократно превышающие все ограничения против СССР, практически не повлияли на обеспечение населения страны продуктами питания и потребительскими товарами.

Это что-то особенного. Кадр из кинофильма «Интервенция»

Станкостроение

В Армении, например, выпускали прецизионные металлорежущие станки. Слово прецизионные означает особую точность, на таком оборудовании можно микроны ловить. Соответственно, и стоит оно на порядок дороже рядовых станков.

В республике было несколько станкостроительных предприятий. Первым в в 1957-м году появился Ереванский завод фрезерных станков. Позднее ввели в строй заводы Ленинакане и Кировакане, в Армении начали производить токарные и некоторые другие станки. Еще раз замечу — в том числе и прецизионные. Стоимость таких станков была раз в 10 выше обычных.

На деле на этих станках порой нельзя было выточить обычный болт. Уж какие там микронные допуски! На заводах их порой сразу отправляли в металлолом, прекрасно понимая, что толку от такого оборудования никакого. А работать продолжали на старых, списанных моделях.

В СССР считалось, что самые плохие станки в стране — именно армянские. Например на фрезерных станках 675 качество сборки было отвратительное, вплоть до того, что некоторые болты были «закручены» кувалдой. Перекос продольной направляющей на 0,5 мм или хобот, двигающийся по синусоиде с амплитудой 0,3 –мм было обычным делом.

Вот несколько свидетельств:

На самом деле дело куда хуже — поставляли на заводы, еще как поставляли, вплоть до оборонных. А потом производственники не знали, что делать с этим чудом.

Кстати, уже в 90-х и даже в начале 2000-х умельцы выкупали за копейки по 3–4 ереванских станка (их по складам из-за невостребованности скопилось изрядное количество) и собирали из них один более-менее работающий. Ну да, по складам они совершенно новые стояли, потому что брать никто не хотел, ну а по цене чуть выше металлолома постепенно все же разобрали. Но там приходилось помучиться, собирая.

Вот еще цитата:

Или вот:

Собственно, достаточно посетить любой форум, где общаются станочники с опытом — там и не такие перлы отыщутся.

Кстати, в Грузии станки тоже делали и с ровно тем же качеством — никаким. Можно было сразу после получения изделие выкидывать или на металлолом сдавать.

Шинная промышленность

Нет, не могу сказать, что в Армении производили только брак. Нет, конечно. Была куча электростанций, в основном ГЭС, там было всё нормально. Были Каджаранский и Агаракский медно-молибденовые комбинаты, выпускавшие концентрат молибдена и обеспечивающие до 25% всего советского молибдена. Было более-менее благополучно в лёгкой, винодельческой и пищевой промышленности. Совсем хорошо было с ювелирной — армянские ювелирные изделия в Союзе были одни из лучших.

Очень неплохие вещи порой выпускала армянская лёгкая промышленность. Качество было частенько так себе, но было дешево, смотрелось красиво. Одежду, обувь женщины разбирали охотно. Цеховики там, как и в Грузии, процветали.

Но не всегда было так печально с обувью, кто-то по 5–7 лет в армянских туфлях ходил, а они были всё как новые. Тут уж как повезёт.

Но вот машиностроение, электроника — вот тут был мрак и ужас.

Помните комедию «Мимино»? Этот фильм часто упоминают в связи с качеством грузинских автомобилей — мол, посмотрите, герой Мкрчана едет для получения КрАЗа аж в Москву, хотя совсем рядом, в Кутаиси выпускают грузовики «Колхида». Но уж кто-кто, а армяне прекрасно знают качество местной продукции и предпочитают выбить КрАЗ, мало того, им выдают автомобиль арктической серии, что видно по его оранжевой окраске. В ней кстати целых два автономных отопителя и двойные стекла, которые нельзя опустить. Весело в таком ездить по жаркой Армении!

Но я про другой эпизод. Помните, Мкрчан впихивает Валико шину, чтобы тот продал ее за полцены? Это покрышка М-100 с размерностью 6.40–13. Узнать марку очень легко по характерной внешности. Такие ставили на «Москвичи», но подходили они и для «Жигулей». Но вопрос, стоило ли покупать эту шину в Москве (явно Московского шинного завода), если в Ереване эту модель тоже делали?

На, продай! Кадр из кинофильма «Мимино»

В 70—80-е годы на Ереванском шинном производили покрышки для сельскохозяйственных тракторов и машин. Для легковушек это же предприятие клепало следующую номенклатуру: 5.00–16 И-29 (для Москвича-400 и 401), 6.00–13 М-107, 6.40–13 М-100, 6.00–13 В-98 (грузовая с 12 слоями корда). Неужели ушлый армянин не смог бы достать 13-дюймовую резину не выезжая из Еревана?

Ларчик открывается просто — армянские шины считались низкокачественными, резина на них была откровенно плохая и быстро истиралась. А вот московские модели вполне ценились. Скорее всего, сырье завод получал с армянского же предприятия «Наирит», которое специализировалось на выпуске синтетического каучука.

Покрышка И-29 Ереванского шинного завода

Электротехника

Тут тоже было очень и очень печально. Знаю, что в АрССР выпускали электродвигатели. Не слышал про их качество, но, думаю, и тут брака было выше крыши.

По крайней мере, армянские электролампы были полным отстоем, горели они моментально. Вкрутил, включил, хорошо, если пару дней посветила. Иные вообще сразу сгорали.

Светильники дневного света были просто шедевром. Обычным делом было, что в коробке комплектующие просто вкладывались без сборки: дроссель, рассеиватель, корпус, крепеж — всё по отдельности. Собери сам! Причем за сборку в Ереване кто-то зарплату получил, а то и премию.

Кабели местного производства были не лучше. Вот пишет благодарный пользователь:

Не покупайте армянскую электротехническую продукцию. У меня через неделю эксплуатации провода на насосе загорелись как бикфордовы шнуры. АрмянКабель какой то, типа, выпускал. Переборка насоса (российского производства) показала отсутствие замыкания и полную исправность. Работал этот насос с отечественными проводами потом лет двадцать без нареканий. А с армянскими чуть было не сгорели. Такие же отзывы слышал о всех армянских пакетниках, переключателях, и разных коммутаторах.

Пожалуй стоит упомянуть музыкальную отрасль Армении. Да-да. была и такая. В Ереване была фабрика музыкальных инструментов (первоначально фортепианная фабрика), принадлежащее Министерству лесной и деревообрабатывающей промышленности Армянской ССР. Как ехидно сказал один музыкант она:

перерабатывала древесину в пианино и электрогитары.

Ереванские пианино большой известности не снискали, хотя кое-где сохранились, вполне можно найти в интернете. Хотя сами пианиностроители хвалились, что продают их даже в ГДР и Грецию, но разве что на дрова, не знаю. Хотя для начального обучения детей куда ни шло.

Самое интересное — это производство электрогитар и электромандолин (да-да и такие делали). Их производство продолжалось с 1970 до 1984 года, после чего заглохло. Назывались изделия КРУНК.

Армянская электрогитара

Нынче желанный раритет для коллекции, но среди советских музыкантов большого желания приобрести не снискала, считалась изделием уровня сельского клуба. Говорят, еще в 90-х встречалась среди товаров в магазинах сельпо. Звук кое-кто даже хвалит, но все отмечают, что он довольно тихий, поэтому к гитаре требовался очень мощный усилитель.

Электроника

Но самая проклинаемая продукция армянских рабочих и инженеров — это их электроника. Хуже её найти было просто невозможно. Это относится как к производимым элементам, так и к собранным приборам.

При этом в АрССР количество предприятий, специализировавшихся на электронике, было весьма большим. Можно вспомнить:

завод «Сириус» полупроводниковых приборов в Абовяне;

Ереванский Научно-исследовательский технологический институт микроэлектроники;

НПО «Ани», выпускающее микросхемы, про которые говорили, что их нужно сразу же выкидывать с любой платы, где они замечены;

Ереванский завод математических машин;

Завод «Электрон» по промышленной сборке ЭВМ;

Камовский завод электролитических конденсаторов;

Завод резисторов «Омега» в Ленинакане;

Объединение «Разданмаш», на котором собирали различные радиоприборы, в него входили филиалы в Ереване (завод «Гоар» и «Наири», на последнем собирали ЭВМ с одноимённым названием), Горисе («Гамма»), завод «Сима»;

АПО «Реле»;

ПО «Импульс» в Дилижане;

завод «Марс» в Ереване;завод «Измеритель» и ПО «Позистор» в городе Абовян;

«Разданмаш» в городе Раздан.

Не уверен, что всё назвал. Еще было куча институтов с собственным опытным производством.

Самыми узнаваемыми были армянские конденсаторы. Ниже несколько отзывов о них:

got_mail_got

Армянские конденсаторы стали нарицательным ругательством в электротехнике, брак стабильно составлял 100 %, а время работы исчислялось часами, после чего они вздувались или просто взрывались.

Если новый станок с ЧПУ ломался, то первым делом смотрели на плату. Если эмблема Ереванского завода, то просто меняли микросхему, и все сразу начинало работать. Поэтому на новых станках с ЧПУ первым делом просто выпаивали все армянские микросхемы и «чипы», если их обнаруживали.

Главный инженер завода «Прогресс» из моего родного города, рассказывал историю, как в конце восьмидесятых он был на конференции электронной промышленности СССР. И в один из моментов на трибуну поднимается докладчик и сообщает, что Ереванский завод прекратил выпуск дисководов. Говорит, зал на секунду замер, потом все дружно вскочили со своих мест и зааплодировали. Так он их всех достал своим браком.

Как-то на совещании Госплана министр электронной промышленности Колесников в сердцах выдал, что южнее Ростова электронной промышленности у нас по факту нет. Его потом по партийной линии сильно взгрели за политическую несознательность.

И опять идеология победила целесообразность. Верхушка партии решила, что в Армении должна быть электронная промышленность и плевать, что производит она хлам. Велено его считать качественной продукцией и выдать результат. Как в том старом анекдоте:

— Товарищ комиссар, патроны кончились!

— Но ты же коммунист, товарищ пулемётчик!

И пулемёт застрочил снова.

Проблема была в негерметичности заливки, конденсаторы либо приходили уже с высохшим электролитом, либо быстро высыхали и теряли ёмкость. Полагаю, причина была в нарушении технологии при приготовлении компаунда. Разгерметизация шла, в основном, по стыку компаунда с корпусом, реже по выводам.

Бывало, что конденсаторы бахали, если корпус совсем негерметичный и после высыхания электролита внутрь насосало влаги из воздуха. Такое случалось не сказать, чтобы часто, но бывало.

На входном контроле сборочных предприятий отбраковывали от трети до половины конденсаторов из Армении.

И ладно бы только заливка. Армянские конденсаторостроители не следили с маркировкой полярности у электролитов. Был случай, когда армянский электролит стрельнул телевизионному мастеру в глаз на выезде. А достал он из новой коробочки с пломбой ОТК.

Основная проблема армянских конденсаторов была в изначально испорченном электролите, производимой, похоже, по рецепту Василия Алибабаевича из ослиной мочи, а также низкое качество обработки фольги. При этом оборудование на заводе было нормальное для производства хороших электролитов.

Про армянские конденсаторы даже ходили слухи, что одно предприятие показательно запустило спутник на орбиту, который тут же вышел из строя. Только тогда удалось поменять поставщика. Но это именно слухи, насколько правдива информация сказать не могу.

А когда ты бензин ослиной мочой разбавлял, тебе не было стыдно? Кадр из кинофильма «Джентльмены удачи»

got_mail_got

Работал я в начале века на достаточно крупном космическом предприятии. В этой отрасли есть обязательное правило: если на борт устанавливается хоть один электронный элемент, то таких элементов закупается ЕМНИП минимум 6 штук, из них 5 поступает в спецлабораторию, где их подвергают всевозможным испытаниям, в том числе разборке. И это правильно, ибо цена хоть одного ненадежного элемента может оказаться, мягко говоря, очень высокой. И не забываем, что для космоса радиоэлементы изготавливаются по особой технологии и под особым контролем с учетом радиационной защиты и пр.

Так вот, у нас была своя такая лаборатория. И как-то столкнулся с мужиком оттуда, он весь какой-то ошарашенный. Рассказывает: поступали микросхемы из Еревана. Вскрыли корпус, а там… внутри на контактах находим мочевину!!!

Похоже. Но, ять!!! Спецконтроль и все такое прочее. Цена, которая чуть ли не в 100 раз выше такой же микросхемы, но ширпотребовской.

Спросил, откуда же мочевина — помочились что ли. Нет, оказывается мочевина (она же карбамид) использовалась в производстве. Потом должна была отмываться (в дистиллированной деионизированной воде). Но на заводе на это просто забили по типу «зачем делать лишнюю работу».

Читал гордые отчеты об армянских ЭВМ. Особенно сами местные разработчики хвалили «Наири». Мол, очень оригинальная конструкция. Использовали ее и в оборонной сфере, например, для оцифровки снимков поверхности земли.

Нет, я не спорю, может отдельные ЭВМ из АССР было отличные, после длительной работы с ними ремонтников и наладчиков. Но вот про рядовую продукцию я слушал исключительно плохое:

belorukoff

Это вы ещё ЭВМ в 80-е не запускали. Ежели машина вышла через ОТК, на кой еще наладчик потребен, почему он и ночует в машинном зале? Наелся с М400 (СМ3 уже позже), с ЕСками, по самое не балуй. А уж всё чего с шильдиком «Наири», ппц. Так вот в СоюзЭВМкомплексе с 79 го начиная объездил Союз и да в РСФСР не разжиреть было, в сравнении с другими.

ЭВМ НАИРИ

Особенные претензии вызывала самая последняя модель — «Наири-4В». Впрочем, тут, возможно дело было в том, что её ведущему разработчику — Г. Овсепяну пришлось уволится как раз во время разработки «Наири-4».

Он был репатриантом из Ливана, его семья решила, что в СССР им не нравится. Соответственно, подали они заявление на выезд. Самого Овсепяна не выпустили, выехал он только в 1988 году, после того, как за него лично Рейган попросил у Горбачёва.

С другой стороны Не только «Наири» ругали наладчики, остальные армянские компьютеры были такие же ненадёжные.

jitf

У меня дома есть единственное изделие сумрачного армянского гения — ручная кофемолка. Приобретена по случаю в 1982-м году в магазине «Ереван» в столице (где-то на улице Горького, вроде). Вес — 1010 грамм, на ногу уронишь — ругаться будешь, точно. Состоит из 4 частей, сплошная сталь, ломаться нечему, по надежности с ней может сравниться только советская мясорубка 1975 года производства (ни то, ни другое не выходило из строя ни разу).

А вот с электроникой у ара был швах: за ЕС-1045 и ЕС-1046 разработчики получили Госпремию АрмССР (и потом Ленинскую премию), но у нас горько шутили, что спарку из этих ЕС-ок сделали специально для того, чтобы чинить одну машину запчастями, взятыми со второй. За год работы не было и месяца, когда что-то да не вылетело. Хреновые (по надежности) машины были. С кофемолкой не сравнить!

Та самая кофемолка

Кстати, армянские конденсаторы приходилось выпаивать не только из схем станков, если в произведенных а РСФСР компьютерах (СМ4, СМ1420, СМ1425) на платах находились армянские чипы, то их сначала полностью меняли, иначе машины работали максимум час, потом следовала авария.

Только представьте, сколько лишнего труда это требовало, сколько ресурсов переводилось совершенно напрасно.

В дополнение к армянским техническим чудесам стоит вспомнить про терминалы для СМ ЭВМ РИН-600, совершенно ужасные по эргономике (огромные кривые буквы и количество строк 16, против обычных 24-х), фактически они были непригодны для использования, так как поддержки в ОС для них просто не было.

Были и украинские винницкие терминалы — они были разного качества, причем некоторые из них имели залипающие клавиши (с автоповтором ввода, получалось что-то при вводе вроде COMMONNNNNNN… И так раз в 10–15 сек). Как и армянские поделки они были несовместимы с редакторами текстов, предусмотренными в ОС СМ ЭВМ. Фактически они работали только в режиме примитивного телетайпа.

У нас в институте армянские РИН-600 при получении свалили кучей в углу машзала и даже устанавливать не стали — то ли сразу списали, то ли кому-то умудрились продать. Через месяц от них начальство избавилось. С украинскими приходилось мириться, но при удобном случае меняли на венгерские Видеотоны-340.

Далее армянские ЭВМ Наири. Слава всевышнему, от нее удалось отвертеться, но моего коллегу все-таки послали на нее учиться в Ереван, там съехались потенциальные пользователи этого чуда со всей страны. Армяне сказали, извините, так получается, что обучения не будет, погуляйте недельку, командировку мы Вам закроем и езжайте по домам.

Дисководы тоже в Армении выпускали крайне плохого качества — в Ереване собирали модель ГМД-70 для 8-дюймовых дискет.

Самое интересное, что по старинной армянской традиции часть дисководов приходила в виде набора деталей, причем контроллеры могли быть нерабочими. И никто не жаловался — собирали их сами, при помощи бубна и какой-то матери отлаживали. После этого ими можно было вполне нормально пользоваться. Мало того — можно было писать информацию с двойной плотностью — вместо 180 Кбайт целых 360. То есть основной проблемой была кривая сборка.

5,25-дюймовая дискета

Потом выпускали и 5-дюймовые дисководы. Качество было соответствующее — никакое. Рассказывали мне, что эти дисководы часто сдирали магнитный слой с дискет. Один наладчик вставил дискету с нанесенной на неё алмазной пастой. Помогло! Потом гаджет долгие годы работал без нареканий.

А вообще у ереванских дисководов постоянно горели двигатели перемещения головки из-за конструктивной ошибки. Ах, да, в республике еще и термопринтеры собирали. Оно бы и ничего, но вот подшипники в механической части стабильно были залиты смазкой со стальными опилками, из-за чего летели уже через неделю-другую использования.

wv_a

При строительстве Балаковской АЭС, по-моему, в 87, произошёл большой скандал. Из Армении пришли вентиляторы, и ни один нерабочий. Вскрыли. Там провода просто сложенные и стружка. Говорят, вытаскивали первого секретаря Армении, чтобы он лично руководил процессом доводки и наладки.

Вообще именно про армянскую продукцию очень много таких рассказов. Тамошние сборщики не считали чем-то плохим послать набор деталей, а то и вообще один корпус «бэз никто внутри». В других республиках как-то до этого не доходило.

Тут еще такой момент — армянское руководство с таким упорством выбивало для себя строительство заводов электронной промышленности, потому что платили за эту работу очень хорошо. Расценки в отрасли были высокие. Помню, на сборке микросхем работница легко получала рублей 300, а то и до 500.

Собственно и сейчас с качеством в независимой республике мало что изменилось, хотя слышал, что армяне нынче выпускают вполне неплохое оборудование для газосварки. Но тут, наверное, смотря что. По крайней мере, мне такой комментарий прислали:

mazhenova_margo

Армения и сейчас гордо держит старое советское качество.

В одном нашем НИИ был тендер на одну деталь, скажем так. Раньше (ещё до СВО эти история была) заказывали в Германии. Всё отлично, гарантия, качество, отсутствие поломок.

А потом решили что раз тендер, то надо дешевое же брать. Ну а самое дешевое было в Армении. Взяли.

Они, деталь эта, пришла уже не работающей. Ну что, её не заменили, не починили, деньги не вернули. Она просто легла на складе мертвым грузом.

Но, производя брак, жила Армения очень хорошо, что не удивительно, ведь за счет советской России объем потребления в республике значительно превышал уровень производства:

Различия уровня производства и потребления в республиках СССР

Положение с качеством продукции в Азербайджане

Отдельно по Азербайджану решил не писать. Основным направлением республики была все же нефтедобыча, нефтепереработка, нефтехимия. Выпускали там и оборудование для нефтедобычи. О его качестве ничего не могу сказать — не сталкивался.

Кстати, интересная особенность республики. Несмотря на огромные доходы от нефтегазовой отрасли Азербайджан все равно дотировался из федерального центра (считай из кармана РСФСР), что прекрасно видно из этой таблицы:

Сальдо товарообмена по республикам СССР

В Баку, например, делали микросхемы ПО «Азон». Вот такие они были:

Микросхема К170УП2 бакинской сборки

Логотип символизировал, по замыслу, пиалу то ли с горячим кофе, то ли с чаем… Но электронщики шутили, что это предупреждение: сгорит с дымом! И действительно горели и еще как горели.

А нередко микросхемы этой марки вообще представляли собой просто пустой корпус: кристалла там и не ночевало. Положенного золота, кстати, тоже не было ни микрограмма. Куда оно делось — загадка, покрытая мраком.

Отдельного упоминания заслуживают бакинские кондиционеры. В СССР их производили только на одном заводе и только в Азербайджане. У нас в школе, например, были такие, даже в нашем классе стоял. Но его никогда не включали по той причине, что ревел он подобно самолету, идущему на взлёт. Легче было уж дару терпеть, чем такой шум.

С такой же ситуацией мне пришлось столкнуться в армии, когда наш батальон был на учениях в полупустыне недалеко от Иссык-Куля. Мы, чтобы свет дать в палатки использовали бензоагрегат из машины радиоразведки. Но он грохотал так, что после первого часа генератор отключили и больше не заводили. Вот и с кондиционерами из Баку было примерно то же самое.

Да они еще и часто бракованные были, причем их нередко даже починить не удавалось:

Бакинские кондиционеры были тоже той еще лотереей. Но да, некоторые работали. А некоторые — наотрез отказывались, как ни бились над ними холодильщики.

Просто у нас при лаборатории (оборонка) имелся машинный зал. ЭВМ, вроде, из ранних ЕС. И вот там в восемь окон поставили восемь бакинских БК-1500.

Два отказались работать напрочь. Холодильщики их уже и продували, и осушали, и тракт на проходимость проверяли, и фреон меняли — пофиг. Остальные шесть — работали…

Аналогично, из 10 работали 7, но не меньше 15 лет без ремонта

У нас эти кондеи были постоянной головной болью соответствующих служб ибо без ковыряния в них работали недолго. И звук их дребезга при работе вспоминается до сих пор.

Вот еще:

В Баку делали известные всем тогдашним ИТшникам и АХОшникам т. н. бакинские кондиционеры, которые приходилось перебирать регулярно, но они все равно почти не работали, а при включении доставали своим дребезгом.

Вот тоже интересный факт:

skg_ste

Про кондиционеры БК вспомнил из детства рассказ отца. В 80-х Ростсельмаш начал проектировать серию комбайнов «Дон» вместо устаревшей «Нивы». «Дон» по задумке конструкторов оснащался невиданной доселе опцией — кондиционером. На этапе выбора поставщика БК отвалился сразу, т. к. шансы получить что-то работоспособное в разумные сроки стремились к нулю, и конструкторы не стали мучить себя и будущих пользователей. Так у значительной части ростовских мальчишек появились яркие наклейки «Konvekta» — они шли в поставке с кондиционерами. Ещё одно изделие, которое Великий Священный СССР так и не освоил.

Кроме кондиционеров в Баку собирали еще и холодильники. Такие же качественные — из десяти минимум два запустить вообще не удавалось.

ЭВМ тоже делали — БК-1000 и «Чинар». Качество сравнимое с армянским. Работать ЭТО можно только случайно у редких счастливчиков.

Ах да, еще был чай… Скорее это были дрова сушеные. Даже грузинская «пыль дорог» была лучше. Но 5-й сорт — не брак. Кстати, чай в Азербайджане похож на турецкий — такой же мутный настой, невыразительный вкус. Но местные пьют и даже хвалят.

В предыдущих главах я упоминал о ситуации с преступностью в ГрузССР и АрССР — эти республики поставляли воров в законе для всего СССР. Но в самих Грузии и Армении было более-менее спокойно, туристов за редким исключением местные не трогали.

В Азербайджане положение было куда хуже. Особенно показательна в этом плане Докладная записка заместителя министра внутренних дел СССР Н. П. Дудорова и заведующего сектором Отдела административных органов ЦК КПСС А. И. Еличева в Президиум ЦК КПСС о состоянии уголовной преступности в Азербайджане от 1 октября 1956-го года.

В документе откровенно указывается, что:

«В беседах с рабочими, служащими, колхозниками и военнослужащими последние обращались к нам с многочисленными жалобами о произволе, насилиях, грабежах, убийствах, хулиганстве и просили принять решительные меры к преступникам, ссылаясь при этом, что обращения в местные партийные и советские органы никаких результатов не дают».

Оттуда же:

«В Кировабаде процветают взяточничество, спекуляция, круговая порука, и население не чувствует, что в городе существует Советская власть».

Кстати, как вы думаете, что сделало Политбюро, которое рассматривало доклад? А ничего не сделало, спустило дело на тормозах — в протоколе Президиума Совета Министров СССР № 14 от 19 апреля 1960 г. была сделана запись: «Считать деятельность МВД СССР с 1 мая 1960 г. прекращенной». ЦК КПССС просто закрыло глаза на вопиющие факты, словно их и не было. Как тот король, который уговаривал жену потерпеть, пока её душат.

Когда при нем душили его любимую жену, он стоял возле, да уговаривал: потерпи, может быть, все обойдется. Кадр из кинофильма «Обыкновенное чудо»

Документ очень говорящий, я его полностью приведу в Приложении к книге.

Сейчас можно посмотреть здесь:

https://sa-5-gammon.livejournal.com/219350.html

В 70-е и до середины 80-х в Азербайджане стало поспокойнее, но коррупция в этой республике была просто ужасающей. И обращаться в милицию было бесполезно. Взяточничество, воровство, прекращение государственных предприятий в частные лавочки было совершенно обыденными явлениями. Местная прокуратура, милиция ничего не замечала. Ну, а в конце 80-х вообще наступил мрак и все, кто мог, в первую очередь русские и другие национальности побежали оттуда.

Конечно, про Закавказские республики можно написать очень много — материала сохранилось огромное количество, но и так хорошо видно, что ситуацию в них центральное правительство СССР полностью упустило. Фактически развал начался еще со времен Хрущева, потихоньку ускоряясь в брежневское время. Ну, а обвал произошел уже при Горбачёве.

И во всём виновата республиканская политика КПСС, закрывавшая глаза на сепаратизм, кормившая делавшие вид, что они работают, национальные республики и не просто кормившее, а отлично, причем за счет РСФСР.

Визитная карточка покупателя — без неё ты ничего не купишь, но и с ней — не факт

Большинство вещей можно было приобрести только по очереди. Машина есть? Шины, аккумулятор по очереди. И жди несколько лет, когда она подойдет. Ну, или доставай незаконными или полузаконными путями. Ну, вот, как на карикатуре:

Неверным путём идете, товарищ. Карикатура из журнала «Крокодил» №28 за 1975 год

На самом деле, конечно, карикатура эта сильно утрирует ситуацию. Далеко не всё упиралось в торговлю. Если в торговую точку не завезли товар, то с какого хода не зайди, его всё равно не будет. А не завезли, потому что промышленность спрос не удовлетворила. Но тогда порой шли и другие способы добывания дефицита.

Я когда служил в 89-м, у соседнего артиллерийско-пулемётного батальона со 120-мм минометов сняли все колеса. Там как раз стояли самые ходовые тогда колеса с размерностью R13, жутко востребованные ибо подходили хоть на «Жигули», хоть на «Москвич». Причем шины были усиленные и очень высокого качества — лакомый кусочек.

120-мм миномет «Сани»

Батальон был артиллерийско-пулеметный (ОПулАб), в него входила минометная батарея из 12 единиц. 24 новеньких колеса — их только что получили. Целое состояние по тем временам. Вечером поставили, утром дежурный пришел в парк — минометы на кирпичах стоят. Солдаты ржали, конкретно называя похитителем самого комбата. Парк, если что, охраняется, рядом еще два поста с вооруженными часовыми плюс на КТП наряд круглосуточно. Поэтому разуть оружие и не оказаться под автоматом часового просто невозможно.

Но жуткое преступление осталось не раскрыто. Мистика, да и только. Потом еще и подросшие поросята испарились с подсобной фермы, 15 штук. Тоже концов не нашли, потому как и не искали. А как искать? Себя же найдешь!

Но что говорить об обычных людях, если даже столичные знаменитости, приехав в провинцию, внезапно с удивлением обнаруживали там весьма скудный быт. В книге Галины Вишневской «История жизни» описывается диалог, произошедший между продавщицей гастронома и всемирно известным композитором Ростроповичем. Он решил показать дочерям город Ярославль, а вечером зашел в магазин, чтобы купить что-нибудь на ужин. К его удивлению ассортимент оказался весьма небогатым: хлеб, масло и сыр. «Ну, ладно», подумал Ростропович, сделаем бутерброды. Но, не тут-то было, масло он так и не получил:

Давайте талон! — сказала продавщица.

— Какой талон? — удивился Ростропович.

— Как какой? На масло.

— Но у меня нет талона.

— Ну, так и масла нет.

— Да ведь вот оно, на прилавке…

— Вы что, приезжие, что ли? Откуда?

— Из Москвы…

— Видать, что из Москвы. У нас масло давно по карточкам, — пояснила продавщица непонятливым туристам.

Возвращаясь к товарам. На телевизоры, холодильники, магнитофоны тоже была запись. Ждать в зависимости от местности приходилось по-разному, порой и по 5–7 лет, а то и больше. Мой дед купил в 1980-м цветной телевизор Электрон-718, больше 500 рублей отдал, сумасшедшие деньги по тем временам. Повезло, они только появились в продаже, там даже экран еще был японского производства. Уже через полгода товар стал дефицитом.

И деду еще повезло, что взял модель, в которой был японский кинескоп. В результате телевизор прослужил более 20 лет и показывал просто отлично. Через годик производители освоили собственное производство трубок, вот только львовские кинескопы садились через 5–7 лет, цвета становились блёклыми, выцветали.

Телеприёмник Электрон-718

Кстати, второй неприятной особенностью львовских телевизоров была пожароопасность. Говорят, из-за конструктивной ошибки, поэтому оставлять их включенными без присмотра не рекомендовалось, как и слишком долго смотреть без перерыва.

Мы, впрочем, так до конца СССР свой черно-белый телевизор и не меняли. А нынче у меня его вообще нет — проще новости по ноуту посмотреть, как и кино.

Мне, правда, возражают, мол, ничего подобного, лежала техника на полках магазинов — покупай, не хочу. Кто же спорит, лежала, какую-нибудь «Весну» 3-го класса можно было взять без проблем. Только вот в начале 80-х потребности уже другие, в ходу кассетные магнитофоны, катушечная модель устаревшего вида, да еще и отвратительного качества уже никого не интересовала. Вот и лежала, никого не заинтересовав.

Другой критик тоже сказал, что я чепуху пишу — он вот поехал в Ригу и в магазине уцененных товаров при заводе взял за полцены магнитофон. Всего и делов — заменить лентопротяжный механизм. Но я вот жил в это время в Хабаровском крае. Близкий свет смотаться в Латвию. При этом не факт, что в магазине будут именно магнитофоны и не факт, что удастся достать нужную деталь, из-за которой товар оказался в уценке.

Кстати, нынче стало модным восхвалять советские товары. Найдут какой-нибудь завалявшийся на даче аммиачный холодильник 50-летней давности на даче и сразу же: «Смотрите, какие качественные холодильники делала советская промышленность!». О том, что такую модель произвели в количестве десятков, а то и сотен тысяч экземпляров, как-то упомянуть забывают. И где они все?

На самом деле в таких случаях работает закон распределения. В партии техники всегда есть брак и редкие очень качественные экземпляры. Брак и приборы обычного качества по мере выхода из строя постепенно выкидывают, остаются единицы, которые живут десятилетиями. Можно посмотреть на Ютубе видео от мастеров в странах Европы и США, как они находят и реставрируют изделия 20−40-х годов. Тоже отлично всё работает, достаточно перебрать, смазать, почистить от пыли.

Ну, важно еще и то, что техника даже в 80-х годах собиралась с изрядным запасом прочности. В основном использовался металл, да толстый. Эффективных менеджеров еще не было, которые закладывают «кирдык котенку» через пару лет, чтобы клиент новое покупал. Ну, так это мировая тенденция, не только у нас. Вон, на некоторых моделях европейских и американских автомобилей двигатель ставят неремонтоспособный. Кончился ресурс — покупай и ставь новый агрегат, продлить его работу никак невозможно, только на выброс

Но в советской бытовой технике брака хватало. Покупаешь с соседом холодильник одной модели. У тебя все нормально, сосед пятый раз мастера вызывает. И ведь не откажешься от товара, не обменяешь его, не купишь другой, торговле плевать на ваши трудности. Не работает? Иди в сервис! А он есть, кстати, далеко и не везде, а только в крупных городах. Хочешь — вези за несколько сотен километров, а как — твое дело.

К проигрывателю прилагаются два иглы и этот списочек возможных, легкоустранимых дефектов. Карикатура из журнала «Крокодил» №35 за 1971 год

У меня так тётя с «Вяткой-Автомат» мучилась лет 10, чинили её чуть не ежегодно, пока в 90-х не появились нормальные стиральные машины. Заменили и наконец-то вздохнули с облегчением.

Тут еще про различия марок нужно вспомнить. Тот же холодильник ЗиС очень ценился именно за качество. Но он в свободную продажу практически и не поступал, расходился по начальству и блатным.

Холодильник ЗиС-Москва. Даже сейчас выглядит привлекательно

Надо еще вспомнить о том, что «ЗиС-Москва» (в середине 1956-го года завод поменял название на ЗиЛ, соответственно марка стала тоже «ЗиЛ-Москва»), холодильник, строго говоря, не совсем и советский. Это лицензионная копия модели Norde от американской компании Дженерал Электрик, причем производилась она еще в далёком 1941 году. Лицензию американцы продали с удовольствием. Почему не продать, они к тому времени уже на более совершенные модели перешли, а у нас «ЗиС-Москва» до середины 60-х выпускался.

Холодильники Дженерал Электрик на выставке 1941-го года, слева прообраз «ЗиЛ-Москва» — модель Norde

А вообще многие качественные модели бытовой техники в СССР были слизаны с западных образцов, иногда копирование было по лицензии, когда без. Например, порядочное число видов бытовых приборов рижской марки «Страуме» были аналогов западногерманских образцов. Но больше всего копий было выпущено под маркой «Электроника». Вот уж где наши производители порезвились. Калькуляторы, электронные игры типа «Ну, погоди». Да там почти всё передрано с западных исходников.

Холодильники ЗиС — дело хорошее, но ведь был ещё и народ попроще. Про него тоже не забыли, с 50-х наладили выпуск «Саратова» — агрегата маленького, не особо надёжного, но по тем временам и это было за счастье. Потом появился «Минск» и еще довольно много марок, правда, большинство из них выпускались сравнительно небольшими сериями.

Зато сколько было брендов бытовой техники, выпускаемой в закавказских и среднеазиатских республиках. Например, в Душанбе собирались холодильники «Памир» и «Снежинка», В Баку «Каспий», «Апшерон», «Бакы», «Чинар», в Самарканде «Самарканд», в Кишиневе «Ярна», «Кодры», «Гиочел», «Нистру». Со стиральными машинками тоже самое: в Алма-Ате производились «Айша», «Алма-Ата», во Фрунзе «Киргизия», в Кишиневе «Нистру», «Кишинэу», «Аурика», «Золушка». А еще были радиоприборы, в конце 80-х персональные компьютеры, которые кое-как клепались в окраинных республиках.

Стиралка Киргизия-4

Про большинство этих марок ныне никто и не вспомнит. И не удивительно, качество у них было крайне низкое, поэтому их покупали, только если ничего другого не было. Покупали и частенько потом проклинали, хотя случались и чудеса и попадались вполне рабочие экземпляры.

Причём аборигены прекрасно знали уровень своей сборки и покупать их особо не рвались, предпочитая модели чужой сборки, а лучше импортной. Помните, как товарищ Саахов за «спортсменку, комсомолку и, наконец, просто красавицу» предлагал своему шофёру холодильник Розенлев «финский, хороший»? Во-от!

А вообще в торговле частенько встречались разнообразные уродцы. До наших дней они, что неудивительно, не дожили, но в журнале «Крокодил», например, была целая рубрика, где выкладывали примеры таких оригинальных товаров.

Вот пример. У этого электрочайника нет носика, как такового, вместо него небольшой наплыв, как на кувшине. Пользоваться крайне неудобно, зато, как подозреваю, завод новацию провел как экономию материалов и снижение трудоёмкости производства, за что получил премию и благодарность руководства. Ну, а потребители… да куда они денутся.

Хитрый электрочайник. Заметка в журнале «Крокодил» №2 за 1974 год

Интересно еще то, что изрядное количество товаров народного потребления изготавливалось в структуре ВПК. В начале 70-х свыше 40% объема продукции оборонной промышленности приходился на гражданские товары.

На гражданскую службу. Иллюстрация из журнала «Крокодил» №12 за 1971 год

На самом деле дело даже не в диверсификации промышленности, а в невозможности гражданского производства удовлетворить спрос на товары. Это, несмотря на то, что большинство заводов имели цеха ширпотреба, где клепали самые разные вещи для населения.

Помню, в старших классах школы на производственной практике работал на дизельремонтном заводе и меня послали в цех ширпотреба. Само предприятие было довольно неплохо оснащено, но этот цех буквально поражал убогостью. Маленький, тесный, с земляным полом. Делали там практически вручную вешалки для полотенец. Меня на окраску поставили — из ручного пульверизатора обрабатывал заготовки эмалью, потом вешал за крючок сушиться на ветерок. Ну, прямо ремесленная мастерская в Пакистане, да и только. Жалкое зрелище, да оно и понятно — для завода такая деятельность была только лишней головной болью и занимались ей только потому, что отвертеться не получилось.

Организация выпуска гражданских изделий на военных предприятиях зачастую была мера вынужденная — в комплексе ВПК была строгая приемка продукции, высокая культура производства. Опять же получать сырьё и комплектующие этим заводам было проще, потому как план планом, а получить лимиты часто было тем ещё квестом.

Гражданская продукция поенпрома обычно выделялась отличным качеством. Впрочем, возвращаясь к «ЗиС-Москва» — ЗиС ведь тоже тогда был одним из ведущих оборонных производств, грузовики этой марки в то время в основном шли в войска.

По своему опыту лучшие аккумуляторы для легковых машин выпускал в 70-е годы завод в Комсомольске-на-Амуре, основной деятельностью которого было производство батарей для подводных лодок. Действительно хорошая была вещь — он у нас на «Запорожце» лет 12 проработал без малейших нареканий, в любой мороз движок заводил.

Вообще условия работы в ВПК сильно отличались от гражданской промышленности. Истоки такого отношения хорошо раскрыты в этой цитате читателя:

sturchin

Причем в ВПК, как раз тривиального планового социализма, уравниловки и тотального руководства КПСС не было. И конкуренция была жестокая между «фирмами», КБ, НПО и пр. и различные инициативные программы и разработки, иногда не предусмотренные никакими планами партии и народа, случались, если авторитет руководителя, отвечавшего за конкретные направления был велик.

И привилегии и недоступные блага обеспечивались тем, кто работал по атомному проекту или стратегическим вооружениям, по крайней мере, для руководителей, специалистов и экспертов верхнего ранга, особенно в 50–60 гг. Были и огромные полномочия у Генеральных конструкторов, руководителей критических коллективов, направлений и объединений, министерств типа Средмаша были не меньше, чем у владельцев фирм частных фирм на западе ит.п.

И поэтому в ВПК дела обстояли более или менее нормально, а по некоторым направлениям так и вообще хорошо. Потому, что приписать объемы производства молока и мяса можно было, а вот количество произведенных современных танков, ТТХ у истребителя или дальнобойность гаубицы — увы, никак, поскольку и танки, самолеты и гаубицы и многое-многое другое регулярно встречались в бою со своими западными аналогами.

Поэтому и плевать хотели в ВПК на догмы планового социалистического хозяйства.

Но там тоже были свои заморочки. Например, многие оборонные предприятия представляли собой фактически комбинаты, которые делали всё сами, почти не получая комплектующих с других заводов. Просто иначе всегда был риск, что контрагенты или не поставят нужные материалы или пришлют их не того качества или ассортимента.

loginov1957

Был в 80-е на заводе, выпускавшем системы автоматического управления для учебно-боевых самолетов МиГ-23УБ. Они выпускали все… от некоторых специфических реле, до приборов, причем на заводе приборы изготовляли полностью, от содержимого, до корпуса и шкалы. На осторожный вопрос одного из нашей компании:

— А нельзя ли получать их с других заводов, которые выпускают аналогичные приборы, — на нас посмотрели как на дураков, но все же пояснили, что будут постоянные перебои с поставками и проще сделать самим…

В общем, оборонные заводы качество держали, вот их и нагружали. Другое дело, что обеспечить товарами надлежащего качества всё населения ВПК не мог, в основном выпуская дополнительную продукцию ограниченными партиями. Кроме того, в силу ряда обстоятельств продукция таких заводов отличалась высокой себестоимостью, значительно большей, чем на предприятиях гражданского сектора.

Ей-богу, стыдно смотреть на нашу продукцию! Карикатура из журнала «Крокодил» №23 за 1971 год

Впрочем, как поправляют меня разгневанные этой книгой граждане:

Что тут скажешь, всё зависит от критериев, с которыми подходить в этой самой обеспеченности. Является ли семья обеспеченной холодильником, если у нее в кухне стоит древний «Саратов» с уже хорошо так подгнившим корпусом? Или наличие у неё же черно-белого телевизора «Рекорд» с развалившимся переключателем программ?

Советский универсальный телевизионный переключатель

Кстати, на многих моделях советских телеприёмников они разваливались. Приходилось переключать каналы пассатижами. Ну, да, у нас они на телевизоре и лежали. Такой вот «пульт переключения».

Но, если прямо так «обеспечены», то зачем тогда вообще вещать про «больше хороших товаров?», коли и так сойдёт?

Вот, например, прямые претензии разгневанного читателя:

Кто Вам сказал, что «одежда ненужная»? Да, мода, фасон имеют значение. Для молодежной, женской одежды, скорее всего. Именно это Брежнев говорил и министру легкой промышленности (отсылка на разнос Брежневым в 1972 году министра легкой промышленности за миллионы единиц одежды невостребованных в магазинах из-за низкого качества или вышедших из употребления фасонов'). Но, он не призывал «разваливать производство и открывать рынок импорту». Если Вы «национал-демократ» типа Крылова, Широпаева и т.д., не любите «советское всë», то вы должны быть'"протекционистом', национальный капитал защищать, неважно, какой он собственности. А что получилось в итоге? Вспомните, 90-е годы. Предательство и капитуляция, «по факту». Это лучше, чем «немодная одежда»?

Да, и может быть, Вам ещë потребовалось бы, в Ваших мечтах, ежедневно по 10 кг ананасов советским людям выдавать? Или продавать по льготным ценам? И 5 кг черной икры на советского человека. Да? И чтобы был лимузин типа Lincoln Continental, Bentley и т.д. Вы поймите, что Великая Война 27 лет назад, на тот момент, Вы упоминаете 1972 год, закончилась. Страна с огромным напряжением восстановилась. Массовое жилищное строительство было, несмотря на Ваше юродствование, извините. А Вы про какую-то «одежду немодную». Это нахальство какое-то, извините. И по фотографиям того времени, кино-, теле-, видеохронике носили отечественную одежду, весьма разнообразную. Да, были отщепенцы, люди ограниченного кругозора, которые ни о чем кроме «тряпок» не думали. Вот из-за них произошел развал СССР, может быть надо было их и жестче наказывать, как «врагов народа». Тогда стоял вопрос обороноспособности Страны, и это важнее, иногда, «немодной одежды». Вы это понимаете или нет? В 90-е, да, Вы могли шмотьем набить себе жилье, но многие его лишались, а многие из-за невыплат зарплат пытались впроголодь. Это Вас устраивало?

Чувствуете, как приоритеты смещаются? Раз я считаю, что советская легкая промышленность выпускала много брака, а выпущенные по лекалам 60-х годов одежда не соответствовала вкусам 80-х годов, то я призываю развалить производство, требую себе исключительно лимузин Бенкли и вообще «наймит капиталистов». Ах, да, мне еще 10 кг ананасов нужно выдавать, ну, как мальчишу-плохишу бочку варенья.

Вообще-то я ананасы не ем, у меня от них в силу личной анатомии язык очень щиплет, буквально невыносимо. Мне бы хотя бы обычные яблоки при СССР были, а заодно и картошка с помидорами в овощном отделе. Если еще апельсинами обеспечить магазины, так вообще прекрасно, тем более, что мы многим тропическим странам помогали, вполне бы могли оттуда фрукты ввозить в оплату за поставки техники. Хотя бы минимумом людей обеспечили, так и того же не было.

Про одежду уже не говорю, пусть за меня скажет советская карикатура:

Обещалки к весенне-летнему сезону. Карикатура из журнала «Крокодил» №11 за 1975 год

А здесь про обувь:

Ты не знаешь, куда делось клеймо «1-й сорт»? Тут хорошая пара попалась. Карикатура из журнала «Крокодил» №35 за 1971 год

Но ведь кроме «немодной», советские швейные фабрики гнали и откровенный брак, который вообще одеть на себя было немыслимо. В том же Крокодиле через номер карикатуры на эту тему попадались.

Ничего, что рукава длинноваты, зато перчатки можно не покупать. Карикатура из журнала «Крокодил» №5 за 1974 год

Длинноваты, это еще ничего — перешить можно. Они могли быть и коротковаты так что руки из рукавов торчали или вообще одежда была сшита просто безобразно

Руки коротки. Карикатура из журнала «Крокодил» №4 за 1975 год

Мне вот интересно, а сам разгневанный читатель согласился бы носить тот ужас, который он обтекаемо называет «немодной одеждой»? Я как-то сразу в этом засомневался и в ходе обсуждения в ЖЖ. И правильно сомневался, судя из того, что он написал далее:

Помощь ЖСК была со стороны городских, районных властей (речь идет о кооперативном строительстве, прим. автора).

У нас был и есть дом ЖСК «Квартет», Вернадского, 119, юго-запад Москвы, Тропарево-Никулино, бывший Гагаринский район, в марте 1972-го введëн в эксплуатацию, как говорится 5-й подьезд ещë 1,5–2 месяца «доделывали», да — соглашусь с Вами «были недостатки», Конечно же.

Квартира стоила, 2-х комнатная — 10000 рублей, первоначальный взнос — 2500 был. И на 15 лет оставшуюся сумму выплачивали. Получалось около 40 рублей в месяц. Контингент у нас такой был, тогда: дипломаты, работники академических институтов, преподаватели ПедИнститута, он напротив нас потом «оказался», несколько военных в звании не ниже полковника, генерал был, они потом в Академии ГенШтаба преподавали, она тоже рядом с нами «оказалась», два резидента нашей разведки, на Кубе и в Японии, летчики АэроФлота, Внуково было и есть рядом, на международных линиях летали и летчик-испытатель новых пассажирских моделей, сразу купил «Волгу», 24-ю. Вот такой «сплав» жильцов. И все «советскую ипотеку» выплатили, без срывов. К 1987-му году. И доходы, если брать на 1-го человека, а жили семьями, то получается не меньше 300–350 рублей в месяц. Не Меньше!

Да, ещë. В нашем доме жил один из братьев Стругацких, Аркадий, кажется, и академик Яременко, кстати, предлагавший другой нормальный вариант развития народного хозяйства Страны, «негайдаровский» вариант.

Но, я найду документы, спрошу ещë раз наших старожилов, конечно же. Но, мне говорили именно так. Райисполком и Совет депутатов, как-то помогали. Вот, пока так могу сказать.

Т. е. очень непростой дом с очень непростыми жителями. Я ничего не хочу сказать плохого про них, наверняка все они добились высот благодаря собственному таланту, воле, настойчивости.

Тут другое — имеется мальчик 76-го года рождения, у которого всё было, он сам указывает на зарплаты взрослых членов кооператива в 300–350 рублей (на семью, следовательно, вдвое больше). Неудивительно — хорошая зарплата родителей, доступ к дефициту, неплохое московское снабжение, ясные перспективы в будущем, потому как связи, знакомства и т.п. Т. е. одет, упакован по высшему разряду, причем шмотки вряд ли покупали в обычном магазине с «немодной одеждой».

И тут здравствуйте, пожалуйста, СССР распадается, былые привилегии накрываются медным тазом и карьеру нужно строить уже самому. Опять же в магазинах все есть, начинаешь чувствовать себя обычным смертным, а не элитой. Это очень неприятно.

Возникает вопрос — что этому быдлу нужно было, зачем оно такую прекрасную систему сломало? Так так классическое:

— У них нет хлеба? Пусть едят пирожные!

Тем более же всем обеспечены, одежда и обувь есть. Что значит, её носить невозможно? Им что — импорт подавай? Нет, ну, право слово, обнаглели!

Что забавно, критик даже не осознает, что ведет себя ровно так же, как и потерявшие всё дворяне и чиновники после Гражданской. И разницы нет, что они проклинали Революцию, а он хвалит. Невольно вспоминается образ Кисы Воробьянинова, который некогда был предводителем дворянства, а стал мелким делопроизводителем в уездном городе N. Обидно, что тут говорить.

Кинообраз Воробьянинова. Кадр из кинофильма «Двенадцать стульев»

Кстати, по поводу строительства кооператива — я так и ответил читателю, что нисколько не сомневаюсь, что этому дому и Райисполком и Совет депутатов помогал, возможно даже с энтузиазмом. Только вот это совсем не значит, что эти же структуры также помогали заодно и строительству дома какого-нибудь кооператива работников 3-й чулочно-перчаточной фабрики из далёкой провинции.

Тут еще другой и тоже разгневанный читатель заявил по поводу мяса. Неправильно я сказал — оно было всегда, пусть не в магазине, а на рынке за 5 рублей.

Я поинтересовался, откуда такая информация, что всегда. Ответ меня буквально убил. Оказалось, что в 80-х мой визави работал в Москве заместителем директора гастронома, и у него лично никаких проблем с покупкой мясопродуктов не было никогда.

И тут я согласился — для него действительно всегда было мясо на рынке, и он мог его покупать по 5 рублей. Вот в провинции для работяг такие цены были накладны, да и даже на базаре продукты было далеко не всегда, не говоря уж про то, что в небольших рабочих поселках и рынков-то часто не было, как таковых.

И выстаивать им приходилось огромные очереди, чтобы купить порой самые элементарные вещи.

Ну, не навек же я ухожу, а только в очередь за тарелками! Карикатура из журнала «Крокодил» №16 за 1971 год

Про то, как в советской торговле товары доходили до потребителя, прекрасно написал один из читателей:

Алексей Васильев

По поводу ассортимента в магазинах. В школе по понедельникам мы ходили на УПК и нас с товарищем прикрепили к продуктовому магазину в Москве. Когда привозили мясо, то первым делом сотрудники разбирали все себе, своим родственникам, друзьям. С мясником надо было дружить и нам тоже доставалось мясо. Остатки уже выкладывали на прилавок, если что-то оставалось, конечно.

То же самое с рыбой и молоком. Молоко в магазин привозили в стеклянных бутылках. При разгрузке разбивали бутылок 10, и потом ещё можно было списать «на бой» достаточно много. Я один раз бутылок 20 домой тащил, еле допёр от ВДНХ до Бабушкинской.

Написанное можно проиллюстрировать прекрасной карикатурой:

Своих я одел, а это мы пустим в широкую продажу. Карикатура из журнала «Крокодил» №1 за 1974 год

И такое отношение, когда товары расходились среди родственников, знакомых торговых работников, было при СССР обычным делом. Да, собственно, по-другому почти и не было.

Так ведь еще, упомянутые в первой части главы карточки покупателя. По ним в крупных городах дефицит могли купить только местные жители и никто другой. Ч, что характерно, к дефициту во времена Союза могло относиться что угодно, даже обычные носки!

korabl9id

Про «Визитную карточку покупателя». В Татарстане таких не было, ибо мы всё гнали в столицы. А карточки выдавались столичным (в моем случае питерским) жителям, чтобы понаехи, вроде меня, не отжимали дефицит у местных. В Питере починили телефон (домашний, проводной, надо было найти, где провод перебит) одной барменше — она напоила кофе, накормила бутербродами, и подарила ВКП, которую какой-то лох в баре забыл. Я по ней купил супердефицитный программируемый калькулятор.

Другой случай — в Калининграде (Кенигсберг) в универмаге выбросили носки. Только по «визиткам». А я — командировочный, откуда такая роскошь? Но в очередь встал. Когда попросили «визитку» — просто выхватил у тормоза сзади, предъявил, вернул обратно, пока тот даже рот раззявить не успел.

Жене туфли в Балтийске покупал по женскому паспорту… Чужому… Причем, когда от волны убежать не успел — себе туфли (в другом отделе универмага) купил без проблем. Видимо, размер не ходовой — 46-й!

Кстати, с носками да, порой целая беда была. Служил я практически в конце существования Советского Союза. Сначала ходил в обычной полевой форме, потом нас переодели в «мабуту» (песочного цвета с прямыми брюками), а затем и в афганку. Но к афганке шли берцы.

Всё бы ничего, но к ним выдавалось на месяц всего 2 пары носков. И крутись как хочешь. Сам не купишь — в гарнизонном магазине их нет, в городе тоже. А носки тонкие, побегаешь пару дней — на пятках дырки. И стирай, не стирай — не помогает. Особенно плохо, когда в поле выезжаешь. Там пустыня, вообще стирать негде. Ну, и где брать носки?

Приходилось берцы таскать порой с портянками. А что делать? Так я лично жалел, что нас переобули, с сапогами было намного проще.

Пожалуй, стоит еще одну цитату разгромной критики привести, уж саморазоблачаться, так по полной:

Я, право слово, не знаю, зачем автор поста напяливает свою сову на глобус. В советский период, до самого конца, в кондитерском производстве не использовался комбижир а маргарин (кстати, немцы в войну изобрели) изготавливали из пищевых органических жиров, использовался только в качестве смазки пекарных форм. А пирожное «картошка» из обрезков чего-то это вообще «Шыдевр». Я понимаю стремление автора нагнать хайп, но так нагло врать всё же не стоит. И армейскую кухню на комбижире я тоже проходил в 92 году в посёлке Крутоборка Усть-Куломского района республики Коми. И тут могу сказать, что автор врёт как сивый мерин.

Комментатор реально полагает, что в советской кондитерке использовалось чистое сливочное масло. Если бы. По школе в старших классах помню, отправляли нас несколько раз на хлебозавод работать на день. Вроде рабочей практики. Самым удачным было попасть в кондитерский цех, тем более что там делали потрясающий торт «Орешек», вроде «Киевского», только еще лучше — чисто ореховый. Можно было бракованной продукции налопаться вволю, отвести детскую, неокрепшую, жадную до сладкого, душеньку.

Так вот — не было там никакого масла. Маргарин и комбижир, просто они были разные, не те, что применяли для жарки. Конечно, можно взять рецептурные справочники — там строго указано сливочное масло. Но кондитерские изделия изготавливались по заводским ТУ со всеми «улучшениями и упрощениями» и масло преспокойно заменялось на более дешевый ингредиент.

Ну, а пассаж про армейскую кухню на комбижире я вообще не понял, в чём именно я соврал «как сивый мерин»? В том, что он замерзал при 40 градусах тепла и вкус отвратный? Видимо, у критика в часть другой сорт завозили, не 5-й, как у нас, а аж 3-й или даже 2-ой. Богато жили парни.

Ну, и если в СССР так всё было хорошо с обеспечением товарами граждан, то зачем вот такое издавать миллионными тиражами?

Заглавная страница журнала «Крокодил» №8 за 1976 год

А вообще про то, как хорошо жилось в Советском Союзе простым людям, хорошо рассказывает анекдот про Вовочку.

Учительница в первом классе ведет занятие, попутно спрашивает:

— Дети, в какой стране делают самые красивые игрушки?

Дети хором отвечают:

— В Советском Союзе!

Учительница опять задаёт вопрос:

— А в какой стране самые нарядная одежда?

Дети радостно:

— В Советском Союзе!

Учительница:

— А в какой стране самое счастливое детство?

Дети дружно:

— В Советском Союзе!

Тут Вовочка зареве, размазывая слезы по лицу.

Воспитательница подбегает к нему:

— Вовочка, почему ты плачешь? Что случилось?

Вовочка дрожащим голосом сквозь рыдания:

— Хочу, хочу, хочу жить в Советском Союзе!'

Вот только грузовики из иллюстрации выше так и не доехали до потребителя. Наверное, где-то застряли. И в 80-е ситуация с обеспечением становилась только хуже с каждым годом. Понадобилось дать людям инициативу, а затем навести порядок в стране, чтобы в магазинах появилось всё необходимое.

Ну, и санкции западных стран, которые сами себе на хвост наступили. Но, если при СССР санкции вели к увеличению дефицита, то в новой России внезапно только усилили нашу экономику, сделав выгодным производство в нашей стране практически всех необходимых населению товаров. Как по мне — это просто замечательно. А всё из-за здорового отношения к экономике без идеологических шор.

Зато нынче такие сказки про СССР рассказывают, просто закачаешься. Даже обидно — как я сам этого не видел. Ну, вроде для примера:

Или вот:

Это, конечно, стеб, но то, что сейчас порой вещается, очень уж на него смахивает.

Внутри обычного советского гастронома с довольно неплохим выбором

В первом отделе продавали колбасу, мясо (было далеко не всегда, в основном суповые наборы из костей), кур (еще реже), селедку в больших банках (можно было взять рыбу на вес), рыбные консервы. Ассортимент второго составлял маргарин в пачках или на вес, не всегда было сливочное масло, в пачках редко, чаще развесное. Изредка случался сыр. Здесь же наливали подсолнечное масло, но бутылку или бидон нужно было приносить с собой. Эти два отдела занимали левую половину магазина.

Посередине размещался молочный отдел. Здесь можно было купить молоко, кефир, ряженку, сметану. Молочка была с перебоями, так что за ней всегда стояли очереди. Если очереди нет — значит, и молока нет. Тут же продавалось мороженное, лимонад, пиво, соки на розлив (из стеклянных конусов) или в банках, яйца. Самое странное, что именно в этом отделе предлагались также на розлив вина типа плодово-выгодного, Солнцедара, Портвейна 777 и т.п. Короче, одни пили лимонад, другие бормотуху. Выбирай на вкус! Надо сказать, что все же мужики стеснялись так откровенно вином похмеляться, предпочитали взять бутылку, чтобы употребить не на виду. Ах, да, здесь же и табачные изделия продавались. Я помню «Беломор», «Космос», «Ту-134» — выбор был невелик. В целом довольно странный набор для одной точки с нынешней точки зрения, но у советской торговли были свои завихрения.

Типичный отдел «Соки-Воды»

Справа в отдельном закутке была бакалея. Тут имелись крупы, серые макароны, которые намертво слипались при варке, поэтому их нужно было щедро сдабривать маслом, мука, соль, сахар. Собственно, всё. За кондитерским прилавком предлагались карамельки, ириски, львовская жвачка, которую никто не брал (бала она в кубиках, как ириски) из-за жесткости (пузырь точно не надуешь) и быстрой потери вкуса. Были и шоколадные конфеты, но самых простых сортов, обычно с белой начинкой. Еще можно было купить шоколад и его эрзац — соевую плитку «Привет». Вкус специфический, гадость редкая, в народе ее прозвали «Привет от шоколада», но некоторые брали.

Остался хлебный отдел. Там джентльменский набор — три деревянных стеллажа, на которых кирпичики белого за 20 копеек, серого за 18. Еще могли быть батоны (городской, кажется), сдобные булки по 24. Да, были маленькие буханочки белкового хлеба для диабетиков. Больше нигде про такие не слышал. Вроде по 32 копейки, но уже не помню. Причем каждый такой кирпичик был с бумажной лентой, обертывающей ее посередине. Лента не просто так, а с надписями — типа упаковка. Хлеб был очень белый, пухлый. Сплющишь ладонью в лепешку, а он как резина обратно выпрямляется.

Еще в хлебном отделе могли продаваться коржики, сладкие булочки и маленькие пирожки с разными начинками: за 5 копеек с мясом, за 3 с повидлом. Еще попадались с яйцом и луком, печенкой, мясом с рисом.

Магазин работал до 7 вечера, так что вечером всегда наплыв клиентов и очереди. Не успел взять товар — считай, без ужина остался. А к закрытию могли даже хлеб успеть разобрать. Так что я приходил из школы и бежал за покупками. А что делать? Тем более молочка была только днём, да и то могло не хватить.

Что хорошо, платить нужно было прямо в отделе. Почему хорошо? В более крупных магазинах, например, как в том, что был рядом с нашим домом в Комсомольске-на-Амуре, были кассы. В результате приходилось стоять в двух очередях.

На кассе

Сначала встаешь в очередь, чтобы тебе отрезали от куска, скажем, масло. Продавщица отрезает его огромным тесаком, за обладание которым какой-нибудь пират 16 века бы удавился, заворачивает порцию в обрывок серой бумаги и пишет на ней сумму. Её же озвучивает покупателю.

Теперь ты идешь на кассу. Так как она обычно обслуживает несколько отделов, то очередь к ней изрядная. Дождался, сказал, сколько выбить (тут важно её не забыть!), получил чек из плотной серой бумаги. С ним идешь обратно в отдел. Теперь в очередь становиться не нужно, достаточно подождать, когда обслужат текущего клиента. Отдаешь чек, продавщица проверяет, правильно ли указана сумма, отдает тебе покупку и накалывает чек на здоровую пику, которая, ежели снабдить её рукояткой, вполне бы могла использоваться во времена Средневековья в качестве стилета или мизерикордии — кинжала для последнего милосердного удара.

Пика для чеков

Всё, управился? Ну, а теперь можно идти в следующий отдел и повторять процедуру. Это не как сейчас, когда в супермаркете набираешь всё, что нужно в корзину и потом идешь на кассу. Какое там — только по отдельности, только хардкор. Соответственно, даже если тебе всего-то и нужно взять пару бутылок молока, десяток яиц, кило крупы и булку хлеба, то потратить добрый час времени — это обычное дело.

Ну, а когда завозили мясо, кур, хорошую рыбу или еще какой дефицит, то в очереди приходилось давиться по 2–3 часа и это еще считалось быстро. Так-то в Комсомольске за мясом по 6–7 часов стояли, в выходные конечно. Так сказать, культурно проводили время.

В целом, если в конце 70-х ассортимент был еще ничего так, то с 80-го с каждым годом становилось всё хуже и хуже. Но об этом можно прочесть в 5-й главе про брежневский товарный кризис:

https://author.today/reader/430453/4048104

В общем, кто застал советскую торговлю, тот вспомнит и вздрогнет, а кто нет, тот хоть примерно для себя сможет представить.

Теперь по расположению. У нас дом стоял рядом с магазином, выбежал из подъезда, 30 метров и гастроном. При этом еще 2 продуктовых были достаточно недалеко. До одного («Юбилейного») было минут 5 быстрым шагом, до второго («Комсомольского») — 10.А вот все остальные находились далеко друг от друга, поэтому люди просто вынуждены были ходить в тот, что поблизости.

Каждый гастроном имел свой номер, но кто их помнил, кроме самих работников торговли? В городе только 2 продуктовых имели название: уже поименованные выше «Юбилейный» и «Комсомольский» (он же центральный), остальные называли просто наш (то есть ближайший). Если надо было сказать про другой гастроном, то просто говорили на какой улице он находился.

При такой постановке вопроса не удивительно хамство продавцов — куда ты денешься-то, утрешься. И очереди совершенно неудивительны, потому как стоило появиться дефициту, как буквально за 10 минут набегала толпа.

Кстати, ни в одном гастрономе в городе не было овощного отдела. Был единственный ларёк летнего типа «Овощи-фрукты», но я его видел открытым только в августе, когда в городе продавали херсонские арбузы. Так что за овощами или на рынок или сам выращивай. Все и выращивали — дворы были буквально изрыты погребами. Отовсюду крышки торчали. Вот нигде больше, как в УССР, такой вакханалии не видел. Гулял в нашем городе на окраине, увидел вдруг ряд крышек от погребов. Оказалось потом — это с Украины народ перебрался, и привычки с собой притащили. Естественно накопали без всяких разрешений.

Уличный погреб

И это УССР. В Комсомольске-на-Амуре тоже овощей было не купить — опять сами. Мы выращивали их на огороде, а хранили в кладовке в подвале дома. На балконе стояла деревянная бочка с квашеной капустой. Зимой она замерзала, и приходилось нарубать её пешней. Вот и все разносолы.

Впрочем, сошлюсь на известного артиста Анатолия Равиковича (того самого, что сыграл в «Покровских Воротах» Льва Евгеньевича Хоботова), в своей книге «Негероический герой: Воспоминания», изданной в Петербурге, тоже пишет, что зимой в Комсомольске-на-Амуре не было никаких овощей вообще, как он объяснял такую ситуацию:

«Во-первых, их мало производят, во-вторых, их негде хранить при таких морозах».

Ну, да, на обеспечение населения овощами и фруктами государство откровенно забило, решив, что пусть граждане сами крутятся.

Снабжение было с нынешней точки зрения откровенно убогое, но тогда считалось вполне на уровне. Впрочем, про его особенности в зависимости от местности я уже писал во 2-ой главе книги:

https://author.today/reader/430453/3998529

Еще при хлебозаводе была малюсенькая булочная, где можно было взять хлеб, сухари, торты и лимонад — т.е. всю продукцию предприятия.

Остальные торговые точки разнообразием не баловали. Из специализированных магазинов имелись (строго по одному): хозяйственный, книжный, комиссионный, оптика, аптека, детский мир, ткани, спортивный.

Было еще 2 специальных магазинчика: для ветеранов и для диабетиков, но там в основном наборы давали, но не постоянно, а время от времени. Также в центре имелся двухэтажный универмаг с ассортиментом вроде того, как сказал один из читателей.

korshun199

Оооо, помню наш провинциальный универмаг советский, второй этаж, отделы шмоток и обувки. Вот только не помню, чтобы туда кто-нибудь подымался. Если в столичных, областных городах еще что-то перепадало, то в провинции — это был кромешный ужас, лапти и мешки с дырками. Если что-то и завозили, то расходилось среди администрации магазина, на прилавке никто не видел.

Хотя у нас было не так печально. Что-то вполне можно было подобрать, пусть не ульрамодное, но более-менее приличное.

Из остальных точек обслуживания населения:

2 столовые;

ресторан при гостинице;

маленькое летнее детское кафе, где подавали очень вкусное мороженное шариками в металлических вазочках, причем поливали его сиропом, и делали потрясающий молочный коктейль;

дом культуры, где крутили фильмы;кинотеатр «Марс-1» (я его называл «Один срам»), забавно, но он находился с одного конца центральной улицы, которая заканчивалась Домом Культуры;

3 ларька «Союзпечати»;

дом культуры строителей с неплохой библиотекой, в которую я был записан;

ателье;

2 парикмахерские, где всегда нужно было дожидаться, когда освободится мастерица;

вечно запертый ларёк приёма стеклотары;

дом пионеров;

городская библиотека;

маленький тир на 3 винтовки, обычно закрытый;

парк культуры и отдыха с десятком аттракционов.

Еще была зона отдыха, сделанная из старого карьера. Там получился пруд с пляжем. Рядом располагался маленький зоопарк с десятком вольер и летнее кафе, которое открывалось когда хотело, а хотело пару раз за всё лето.

И совсем забыл — место притяжения всех мальчишек (да и девчонок) города — новый автовокзал. Туда году в 82-м привезли и установили штук 7 игровых автоматов. Заплатил 15 копеек и можешь минут 5 играть. Могу вспомнить морской бой, кран, минное поле, по которому нужно было провести танк, тир, скачки (на экране телевизора). Что-то еще, но уже не помню.

Поставили их и все дети начали клянчить у родителей деньги. Все пятнашки уходили туда. Впрочем, чуть позднее рядом с автоматами посадили тётеньку, которая деньги меняла. Ох, там и столпотворение было, в зале вокзала. Он еще и маленький был. Шуму, воплей, визгов! Взрослые ждали автобусы строго на улице, потому как в помещении находиться стало совершенно невозможно.

Ну, а что вы хотите? «Энтих ваших компутеров» тогда не было. Точнее они уже появлялись, но в нашем городе они еще были совершеннейшей фантастикой. Это уже к середине 80-х начали появляться первые, собирали энтузиасты по схемам, что публиковались в журнале «Радио».

Собственно, я описал всё, что было в городе. Специализированные магазины были только в крупных городах. Помню, отец как-то повез меня в Днепропетровск в «Юный техник». Я был поражен — так бы всё и купил. Хоть не посещай!

Но из-за постоянно уменьшающегося количества товаров специализированные точки иногда превращались в настоящее посмешище.

Не ждите милостей от «Природы». Карикатура из журнала «Крокодил» №33 за 1973 год

Вот в Москве был такой магазин «Вологодское масло». Хороший магазин и масло хорошее. Вкусное! Вот только с начала 80-х, если не раньше, в этой самой точке вместо него на прилавках лежал грудами маргарин «Солнечный» — кушай народ, налетай. Кончилось тем, что магазин переименовали, чтобы не позориться.

В магазине «Ковры» в Магадане, как помню, ковров не было. И неудивительно, товар разметали вмиг, да он обычно и до прилавка не добирался особо. Это сейчас они мало кому нужны, а тогда страшный дефицит.

План по продажам ковров мы выполнили досрочно, за минуту до открытия магазина. Карикатура из журнала «Крокодил» №19 за 1973 год

В целом же при таком скудном количестве торговых заведений очереди там были всегда. Их просто не могло не быть. Продавщицы были загружены и заморены. Советские торговые работники улыбались только на фотографиях для журналов и больше никогда.

Когда улыбнуться для фотографии надо, а оно никак не выходит из-за отсутствия практики

Дефицит особо на прилавки даже не попадал. Он просто расходился до него — среди ответственных работников, занимающихся распределением, их родственников, знакомых. Затем товар разбирали продавцы, обеспечивая попутно уже своих родственников и знакомых. Ну, что оставалось — то уже народу без знакомств. Да там крохи доходили.

Была еще такая чисто торговая штука — продажа с «нагрузкой». Это когда чтобы купить что-то нужное, тебе попутно всучают еще что-то совершенно неходовое. Купи, а потом хоть выбрасывай, потому как часто это даже подарить не получится. А кому оно надо?

Что поделаешь, продают только с нагрузкой. Карикатура из журнала «Крокодил» №34 за 1972 год

Особенно любили так поступать в книжных магазинах. Им привозили массу идеологически выверенной литературы. Это были мемуары деятелей партии, исследования житий классиков марксизма-ленинизма, материалы пленумов партии и т.д. и т.п. Этого никто даже даром брать не хотел, а план на подобную «литературу» спускался. И вот, когда в магазин каким-то чудом завозилась партия интересных книжек, то ты должен был оплатить еще одну — всё для народа, всё для человека.

Впрочем, так же и с подписными изданиями случалось. Мы выписывали так средне в принципе: журналы «Моделист-Конструктор», «Юный техник», «За рулём», «Техника молодежи», «Уральский следопыт», «Пионер», «Весёлые картинки» (для сестры), «Работница» или «Крестьянка» (для мамы). Плюс пара газет. Бабушка еще меня подписывала периодически на «Студенческий меридиан», «Искатель» (по страшному блату!). Отец время от времени выписывал «Мотор-ревю», «Охота и охотничье хозяйство», «Катера и яхты». Плюс я брал некоторые журналы в библиотеке или читал у бабушки с дедушкой. Им приходили «Вокруг света», «Роман газету». В библиотеке было «Радио», «Наука и жизнь».

Ну, не так и мало — почитать было что. Но папу еще заставляли подписаться на журнал «Коммунист». По принципу: «Ну, ты же коммунист!».

Этот шедевр марксистко-ленинской мысли прямиком отправлялся в туалет — читать полёт мысли авторов издания было совершенно невозможно, зато бумага для подтирания была самое оно — мягкая, тонкая, газетная. А ты поди туалетную бумагу купи! За целый год (а я неизменно просматривал сей журнал в надежде найти хоть что-то удобочитаемое) я обнаружил только одну действительно интересную статью — про Маньчжурскую операцию РККА. Вот тогда я понял, что все эти хвалёные немецкие блицкриги — полная ерунда. Потому что совершенное нашими войсками в Манчжурии кроет любые немецкие успехи как бык овцу. И я утверждаю это без малейшей иронии — потому как действительно так. Беспримерная операция по организации и выполнению.

Но вернусь к организации торговли. Малое количество точек, большие расстояния между ними были удобны для государства. Считалось, что таким образом экономятся средства. Требовалось меньше помещений, сокращалось количество машин для подвоза товаров (можно было послать одну, но загрузив по самое не могу). Можно было обойтись меньшим количеством продавцов и грузчиков.

На неудобства народа никто в «самом социальном государстве в мире» никто не обращал внимания. Постоят в очередях, «не развалятся». Не считали и потери рабочего времени. Фишка в чём. Заканчивает человек работу в 5, рабочее место прибрал, оделся, до дому добрался, идет в магазин. Уже 6 вечера, а магазин закрывается в 7. Причем там уже и хлеба может не остаться к тому времени. А еще и очередь огромная — всем же надо закупиться.

Приходит человек домой злой и голодный, вместо булки хлеба пачка сухарей. Что он в следующий раз сделает? Ну, да, постарается уйти с работы пораньше.

Помните фильм «Служебный роман»? Так там герои в рабочее время шлются по магазинам. А что им делать? Пока до дома доберутся, все магазины закроются? Это директор в центре живет, а Рыжова, например, на окраине Москвы. По пути в магазин заскочить? Тоже плохое решение — в транспорте так набито, что можно вместо продуктов кашу привезти домой.

Торговля бытовыми приборами и техникой была организованная крайне плохо. Теоретически можно было сдать бракованный товар. Практически — никак не получалось, потому что ну, сдал — а дальше что? Другого такого товара уже нет, любой дефицит расхватывали влёт.

Приходилось покупать и потом чинить и чинить и чинить. А качество могло быть ниже плинтуса.

sangk

«Советское качество»… Телевизор «Горизонт», цветной, с кнопками (без переключателя, который плоскогубцами крутили). Кнопочный блок постоянно выдвинут, ибо постоянно требовалось подстраивать частоты каналов, ну не «держал частоту» телевизор…

Дядя купил без очереди (повезло!), кажется, «Чайку» цветную, проработала года три, накрылась — жуткие искажения изображения. Вызванный телемастер (две-три недели ожидания) снимает заднюю крышку и от катушек ЭЛТ отваливается каблук. Простой потертый каблук от каких-то рабочих ботинок. И записка — мол, извини, конец года, план, премия… Оказалось, на ЭЛТ были сломаны крепления катушек и каблуком катушки прижимались к нужному месту. Телевизор переставляли и каблук сдвинулся…

С каблуком как-то плохо верится, хотя, вон, откройте мои «Колымские байки».

https://author.today/work/386979

Там полно историй, в которые никто не верит. А они были и с этим фактом ничего не поделаешь! Тем более, что подобных рассказов о нашей технике вагон и маленькая тележка.

Хотя тут как повезет:

anatoly1957

Ничего не скажешь, техника была долговечная. Правда, включался холодильник со звуком запускаемого дизеля, а выключался с дрожанием корпуса. Помню холодильник «Свияга 2», который достался наудачу моей маме. Почему наудачу? Да просто на их предприятие, городскую типографию, выделили один холодильник, и сотрудники разыграли его в лотерею, путём вытягивания бумажек из шапки. Потом мои родители, с другом отца, в качестве помощника, пошли с талоном на покупку в магазин и принесли обновку, первый наш холодильник, вообще. Был 1971 год.

Лотерея с качеством была. Хотя про него подробно написано в главе 11-й «Много товаров хороших и разных»:

https://author.today/reader/430453/4178830

Больше товаров хороших и разных, советский плакат

Но советские люди не унывали, приглашали по возможности мастера (это если он был), осваивали сами ремонт техники (я сам чинил электротехнику, включая и телевизор). А в крайнем случае поступали вот так:

Немного смекалки — и брак не беда. Карикатура из журнала «Крокодил» №35 за 1971 год

В общем, как сказал герой Николая Трофимова в советской музыкальной комедии «Принцесса цирка»: «голь на выдумки хитра». И ежели подумать, а что этой голи еще оставалось делать?

Самим советским продавцам в типовых гастрономах тоже не позавидуешь. Работа тяжелая — вечный наплыв посетителей, все спешат, нервничают. Весь негатив из-за отсутствия и качества товаров принимает на себя продавец. А плюсы есть далеко не всегда — отнюдь не все люди за прилавком имели возможность получать дефицит, это относится к совсем небольшой их части В общем, неудивительно что советские работники торговли посетителям никогда не улыбались.

Сейчас совершенно всё изменилось. Рядом с моим домом есть «Пятёрочка», «Магнит», 2 пекарни со свежим хлебом и тортами, небольшой магазинчик, крупный гастроном. Это в 3-х минутах хода. Если 10 минут брать, то еще надо прибавить 3 «Пятёрки», 2 «Магнита», «Чижик», «Светофор», «Перекрёсток», 2 кондитерских, 2 мясных, мелкооптовый. Это только продовольственные, причём я еще явно что-то пропустил.

Очередь на кассе в 5 человек — уже думаешь, а не пойти ли еще куда? Кстати, заметил, большинство тех, кто помнит Союз, не выносят очередей. Молодежь и то к ним спокойнее относится, а наш брат готов бросить покупки и идти в другую точку, потеряв даже больше времени. Настоялись в своё время по самое «не хочу», вот сейчас и нет желания долго находится в очереди.

Граждане, пустите, нам тоже надо ехать!

Вообще, маршруты планировались на основе четких методик. Исследовался пассажиропоток, затем определялись наиболее оптимальные маршруты и периодичность движения транспортных средств так, чтобы с одной стороны они следовали не реже определенных промежутков времени, а с другой подстраивались под неравномерность числа пассажиров, т.е. в часы пик выходили на линию чаще.

График движения должен был строиться так, чтобы наполненность салона составляла где-то процентов около 90–95, но не больше. В этом случае достигалась высокая рентабельность перевозок, но не в ущерб комфорту пассажиров. Но это в теории, реальность в неё укладывалась откровенно плохо.

Во-первых, у населения было не так много личного транспорта, а это оборачивалось повышенной нагрузкой на общественный транспорт.

Во-вторых, не всегда удавалось построить оптимальные маршруты, они пересекались, и получалось, что в центре города автобусы ходили через каждые 5 минут, зато на окраинах ждать приходилось по часу и более. Эта проблема осталась и сейчас, даже усугубилась из-за того, что при планировании городов в советское время особо увеличение грузопотока не учитывалось.

Поэтому после того, как количество личных автомобилей у населения выросло, в городах начали появляться дикие пробки. Например, в Ростове-на-Дону очень плохая связность между отдельными частями города — они соединяются с центральной частью часто всего 2–3 дорогами, в результате утром, а особенно вечером движение буквально останавливается. Естественно, такое положение далеко не только в Ростове. С этим, впрочем, сейчас борются: там, где это возможно, расширяют дороги, для автобусов выделяют отдельные полосы движения, но быстро такие вопросы решить невозможно.

В-третьих, планы перевозок утверждали не в транспортных компаниях, нередко это делалось без консультации с руководством ПАТП (пассажирское автотранспортное предприятие).

Но и на уровне транспортных колонн маразма хватало. Например, очень плохая ситуация возникала на маршрутах там, где новые микрорайоны следовали друг за другом. В результате уже в начале маршрута в салон автобуса набивались люди, а на следующих остановках влезть становилось огромной проблемой.

Это частично можно было решить введением укороченных рейсов, когда часть машин на маршруте едет не от начальной остановки, а следует по сокращенному маршруту. Но кому нужны были такие решения?

Впрочем, на иных маршрутах транспорт ходил переполненным всегда, в любое время дня. Понятно, что на них банально не хватало машин.

Как сельди в бочке

Рафаил Курмаев

У меня было в обратной последовательности, но каждый будний день. Сначала к 7 утра отводил брата в детсад, потом стоял в очереди у молочной цистерны рядом с молочным магазином, наливал молоко в четырехлитровый бидончик, брал чего дадут в молочном, а потом шел за хлебом. Причем все три заведения находились в трех остановках от дома (хлебный — в двух), но пешком дойти было быстрее, автобусы уже с утра были битком. В школе почти всегда учился во вторую.

Опять же — советские транспортники расписание практически никогда не выдерживали, если автобус подошел в районе 10 минут от обозначенного времени, то это, считай, попадание в десятку!

АНДРЕЙ ОВЧИННИКОВ

Сначала дождись этого автобуса. Единственный автобус, который ходил по расписанию, был 100 маршрут у нас. Но он был завязан на автобус до аэропорта и ходил, пока мосты не разводили. Но это было ужас как давно.

А ведь это о Ленинграде, судя по упоминанию «разводных мостов». Если уж во втором городе страны расписание никто не соблюдал, что тогда говорить о провинции?

Опять же строительство редко увязывалось с созданием новых маршрутов. ПАТП ставилась директива организовать новый маршрут. Естественно, ни о каком выделении под это дело новых «бортов» и речи не шло. В результате в иные удалённые части городов ходил единственный автобус раз в час, а то и реже.

Сразу видать — не из нашего района. Карикатура из журнала «Крокодил» №2 за 1972 год

Тут еще такое дело — есть пассажиропоток. По нормативам положено столько-то автобусов. Например, в колонне выделяют сочлененный «Икарус». А больше не положено! Вот он и ходит раз в час, а то и реже.

Казалось бы, всё просто — достаточно пустить на маршрут несколько небольших ПАЗиков — часто появляясь на остановках, они не будут допускать накопления на них пассажиров. Либо пустить дополнительно маршрутные такси — микролитражки РАФ. Они, конечно, не слишком удобные, но на безрыбье и рак вполне себе рыба.

Но вот еще — норматив обеспечен? Обеспечен! Значит всё нормально. А люди у нас не сахарные, не баре — подождут, потерпят, в тесноте, да не в обиде.

Как результат — вместо щадящих 90% загрузки, в автобусы забивалось куда больше, чем он теоретически мог перевезти пассажиров. Люди вплотную стояли в проходах, так что пассажирский салон больше всего напоминал консервы «Килька в томатном соусе» — люди прижимались друг к другу так плотно, что порой дышать становилось трудно.

Советский городской автобус ЛиАЗ-677М, массово выпускавшийся с 1967-го по 1994-й год

Например, у даже сейчас попадающегося на дорогах ЛиАЗ-677М полная пассажировместимость составляет 110 человек. На сидениях помещается 25 пассажиров и еще 80 могут стоять в проходе и на задней площадке, причем для стоящих пассажиров норма составляет 5 человек на 1 квадратный метр, что уже предусматривает изрядную скученность. Так вот, в этот не такой и небольшой автобус порой до 130 пассажиров набивалось и даже больше.

Неудивительно, что пассажирский транспорт при таких нагрузках быстро выходил из строя. И всё бы ничего — практически все ПАТП имели ремонтные мощности. Но, как всегда вопрос упирался в наличие запчастей. А точное — в перманентное наличие их отсутствия. Вот уж ахиллесова пята советского автопрома — автомобилей всех видов по статистике мы выпускали не меньше, чем в иных странах запада, но обеспечить технику запасными частями не могли хронически.

Статистика по транспортному парку Советского Союза. Данные взяты из справочника «Народное хозяйство СССР» за 1972–1990 гг.

В таких условиях часть техники только числилась на линии, реально же она находилась в ремонте, а то и вообще использовалась в качестве донора для извлечения дефицитных деталей. Тут действовал принцип:

«Шут его знает, когда приведут запчасти, пусть пока хотя бы один борт на линию выйдет, привезут узел, отремонтируем и вторую машину».

Но, сами знаете, что в нашей стране нет ничего более постоянного, чем временное. В результате на линию выходило меньшее количество автобусов, чем требовалось. Естественно, страдали от этого в первую очередь удаленные районы.

Граждане, пока двери не закроются, автобус отправлен не будет. Советская карикатура

Между прочим, привычный возглас водителей. Когда пассажиры набивались так, что уже не получалось закрыть дверь, то они отказывались ехать. Народ начинал выяснять отношения. Уже погрузившиеся в салон люди активно уговаривали (порой доходило до физических действий) висящих на подножке граждан подождать следующую машину.

Воспоминаний на эту тему масса. Вот, пишет один из читателей:

hemul_82

Наш кооперативный дом был сдан в 1984, а метро в шаговой доступности появилось через два с половиной года, что тоже очень быстро на самом деле. До этого счастливого момента жителям района приходилось добираться до метро на автобусах. Во-первых, нужно было взять этот автобус штурмом, чтобы в него залезть, во-вторых, огнем и мечом пробить дорогу к двери, чтобы вылезти. Нашей соседке в этой давке оторвали рукав у дубленки. Представляете, как нужно протискиваться в толпе, чтобы оторвать рукав овчинного тулупа?

Но это новосёлам еще повезло, Москва всё-таки. Только метро далеко не везде есть и в иных городах (да даже в той же столице) люди мучились по 5–10 лет в битком набитых салонах раздолбанных автобусов, но лучше с обеспеченностью транспортом не становилось, хотя обещаний обычно было много.

А вообще причин, из-за которых автобусы ходили нерегулярно и куда реже, чем это было нужно для нормального обслуживания населения, довольно много.

Например, многочисленные «почины», «соцобязательства», плановые показатели. Вот как так, они же должны были способствовать улучшению транспортного обеспечения населения? Все верно, но, как говорится «есть нюансы».

Починов-то было много, причём самых противоречивых. Например, по экономии топлива. То, что в это же время оно сливается другими водителями в посадке, потому что девать некуда, а потратить нужно непременно, никого не интересовало. Решение принято — начинаем соцсоревнование.

Но как меньше сжечь топлива на переполненном автобусе в городских условиях? Правильно — уменьшить число рейсов. Если за день нужно их сделать 10, а водитель обернулся 8, то вот она — желанная экономия.

Начальство довольно, отчёты о трудовом героизме идут наверх, кого-то награждают почетной грамотой, коллективу вручают переходящее красное знамя, о чём он только и мечтал. Все довольны. Кроме пассажиров, конечно, но кого они интересует? Не до них, право слово.

К тому же самому результату приводят соцсоревнования по увеличению безремонтного пробега. Ну, как ты его увеличишь в таких условиях? Да точно так же — ездить меньше, а пробег писать какой положено. Опять же автобусы могут снять с маршрута на замену сломавшегося собрата на другой линии, для перевозки рабочих, студентов, школьников на колхозные поля, еще куда-нибудь. Только не говорите про счетчик пройденных километров на спидометре. Я сам на автобазе делал приспособу для их скручивания. Хошь, меньше сделать можно, а хошь — больше.

Казалось бы — меньше автобусов, меньше будет перевезено людей, план не будет выполнен? Да куда же из удаленных микрорайонов люди денутся? Чем они еще до дому доберутся? Постоят на остановках, поплотнее в каждый салон набьются, чай, не сахарные. Всё путем!

Многие фабрики и заводы на окраинах городов были, когда по одному, когда целыми промзонами, туда ходило обычно 1–2 рейса, и всегда стояла проблема не опоздать на работу и вечером дождаться своего автобуса. Особенно проблемно было именно уехать домой, потому как вечер, часть водителей уезжала в парк.

Кто последний на автобус? Карикатура из журнала «Крокодил» №11 за 1971 год

Иногда в отстое на конечной остановке водители могли забить на работу, играя в домино или точа лясы. Потом можно было увидеть, как друг за другом идут сразу для автобуса одного маршрута.

Да что там автобусы, если даже с трамваями была ровно та же история.

Трамвая не будет. Трамвая не будет. Карикатура из журнала «Крокодил» №35 за 1970 год

Я даже в те времена вывел для себя «закон трамвая». Он гласил, что если вам нужен определенный маршрут, то первые три вагона будут с другими номерами, даже, если они тут не ходят, зато в обратную сторону пройдет минимум два нужных трамвая. Этот закон действовал и для автобусов.

Можно ли было наладить работу городского транспорта, чтобы исключить набитые битком автобусы? Полностью нет, слишком много факторов действуют. Но значительно смягчить проблему было вполне возможно. Но требовались значительные усилия, нужна была оперативная работа диспетчеров, быстро перенаправляющих машины с маршрута на маршрут, трудовая дисциплина водителей. А кому оно надо? Люди могут работать на энтузиазме год, два, даже пять во время войны, например. Но не всю же жизнь. А если при любом результате работы тебе светит разве что грамота из глянцевой бумаги, то трудовой порыв как-то быстро выдыхается.

Не забывайте еще — общественный транспорт был дотационный. Проезд в трамвае стоил всего 3 копейки, в троллейбусе 4, а в автобусе 5 копеек. Этого было мало для покрытия убытков, но цены за проезд не повышались. Советское правительство предпочитало играть в доступность поездок, но и тратить на эту услугу много не желало, предпочитая экономить на количестве машин.

Свой вклад в плохую организацию транспорта вносила текучка кадров. Работа на автобусе тяжелая, ответственная, требующая внимательности. Крутиться каждый день по одному маршруту мало кому понравится, расслабиться нельзя. Опять же в случае аварии и любого происшествия первый виновник — водитель автобуса, а в случае травмы или гибели пассажира, еще и посадить могут, даже если шофёр по большому счету и не виноват.

Завлекали на работу в пассажирскую колонну в основном обещаниями квартир, но выполняли сказанное далеко не всегда. А потому люди уходили работать на грузовой транспорт. Ну, а что? Ответственности меньше, работа менее напряженная, опять же — нередко есть возможность подкалымить.

Кстати, отвлекусь. Сейчас члены секты «свидетелей СССР» нередко умиляются честностью советских граждан, вспоминая автоматы в автобусах, в которых можно было самому открутить себе билетов сколько нужно.

Билетная касса самообслуживания

У нас в Комсомольске такие на трамваях были. Вот только мало где эти кассы долго продержались — неизменно падала выручка, так что приходилось опять сажать кондуктора билетики продавать, а кассу снимать, как не оправдавшую высокого доверия. Если где и задерживались эти девайсы, то только там, где кассиров не хватало, что понятно — работа та еще, сплошные нервы, а к концу смены и ноги гудят и зад отбит напрочь.

Сами советские автобусы особым комфортом не баловали. Сиденья в салонах городских моделей были изрядно жесткие, неудобные, низкая спинка не давала на неё нормально откинуться. Но в городе ладно. По районным дорогам бегали ПАЗики с такими же неудобными и жесткими сидениями. Особенно было весело на заднем диванчике ехать. На любом ухабе пассажир получал чувствительный пинок под задницу, иной раз подбрасывало вверх на полметра. Потом еще разок мягкой точке доставалось уже при приземлении.

Кондиционеры, нормальная вентиляция? Да о чём вы говорите? Нам эти буржуйские замашки ни к чему! Помню, в счастливом детстве повезла меня бабушка в Геническ (тогда у нас там были родственники). Маршрут 300 км, а обслуживает его ПАЗик. Пять с лишним часов дороги в жару под 40 градусов. Салон, что духовка. Как уж бабуля доехала не знаю, если я в 8-летнем возрасте спины и зада не ощущал — отбил напрочь. Еще и плохо — пить охота, больше 5 часов в духоте.

Выпросил у бабушки 3 копейки и бегом до автомата газ-воды. Лучше бы потерпел! Не пробовали никогда тухлое яйцо с сиропом? Если нет, то умоляю, не ставьте на себе такие эксперименты! Вода в Геническе с сероводородом, за всё время советской власти так нормальной и не провели. Местные-то привыкли, им ничего, а приезжие крайне изумляются. Я и за копейку попробовал налить — та же история, только несладкая. Да и как бы она другой была, если автомат к водопроводу подключен? Хорошо, бабушка выдала денег на бутылку лимонада. Он привозной был, из нормальной воды, отпился.

Я эту историю более подробно описал в главе «Предчувствие — знание из будущего?» в книге «Необычное случается буднично»:

https://author.today/reader/416989/3968365

Автоматы с газированной водой

В междугороднем сообщении тоже маразма хватало. Небольшой пример. В Магадане на райцентр Ягодное ходило в день 2 рейса. Стоимость билета 10 рублей, автобус идет 15 часов. Дорога тяжелая, грунтовая, поэтому быстро не разгонишься. Маршрут обслуживали Икарусы. Вроде нормально? Ненормально!

Впрочем, про то, что представляла собой Колымская трасса, у меня есть целая глава в «Колымских байках». Можете почитать:

https://author.today/reader/386979/3848716

Задача социалистической экономики, как известно, это повышение уровня жизни трудящихся. А на этом пути пощады нет… для трудящихся. Поэтому пассажиров было стабильно больше, чем мест. Но они ехали. Стоя 15 часов путешествовать крайне сложно, поэтому у водителя был запас досточек.

Их укладывали краями на соседние сидения, и стоящий в проходе пассажир мог присесть. Так и едешь — то постоишь, то посидишь. Люди, на сидения которых опиралась доска, не возмущались — они и сами так не раз домой добирались. Но каково зрелище — пол в проходе низко, поэтому ноги до него не доставали, плюс спинки нет, держаться приходилось за соседние кресла. При резком торможении слететь с насеста легче легкого.

Натуральным попугаем на жердочке себя чувствуешь. А ведь иной раз такие доски были вставлены у каждой пары кресел по всей длине прохода.

Почему нельзя было пустить дополнительный автобус? А зачем? Водитель брал те же 10 рублей. Каждый рейс — минимум рублей 50–70 (но судя по тому, что я видел, то рублей под 200) дополнительного дохода. Явно с начальством он тоже делился. Ну, и кто такой халявы захочет лишиться?

В Средней Азии и Закавказье вообще водители междугороднего сообщения вели порой себя, словно это был их личный автобус. С билетом из кассы могли и отказаться посадить, требовали покупать только у них. Естественно, начальнику своему они тоже отстёгивали.

И на других видах транспорта процветала частная инициатива. Билеты на поезд в сезон становилось крайне сложно достать, ими барыжили на вокзалах, проводники за деньги садили на поезд пассажиров, изыскивая им места, а то и просто те в тамбуре сидели. Да что там, случалось и в самолётах люди летели стоя. Это, конечно, из области анекдотов, но в Стране Советов даже анекдоты становились былью. Не зря пелось в советском авиационном гимне: «Мы рождены, чтоб сказку сделать былью». Сделали. И сказку, а заодно и анекдоты, видимо, чтобы два раза не вставать.

Газетная заметка о курсах валют на 28 января 1986-го года

Но наши туристы выходили из положения за счет «сувениров». Практически каждый помнит диалог из кинофильма «Бриллиантовая рука»:

Ну, да, сувениры, как же! Советский выезжающий мог взять с собой пару баночек черной икры, пару бутылок водки. Черную икру достать была целая проблема, с водкой куда проще. Поэтому любой наш турист считал обязанным прихватить бухло, чтобы сбыть его по-дешёвке. Вот уже на вырученные деньги покупали сувениры для дома. Еще везли часы, фотоаппараты. Не то, что за границей этого не было. Просто наши люди сбывали товары ниже себестоимости. На таких условиях, почему бы не взять?

Самой большой удачей было попасть за границу на работу. Это было вообще — жизнь удалась, даже если предстояло трудится в какой-нибудь Монголии. За несколько лет даже в развивающихся странах можно было заработать на автомобиль, а еще лучше — привезти его с собой. Причем привозили не абы что, а «Жигули» в экспортном исполнении. Впрочем, их можно было по выгодной цене взять и уже в Союзе — через «Внешпосылторг» или купить в «Березке» за заработанные тяжким зарубежным трудом инвалютные чеки.

Впрочем, про особенности экспорта наших автомобилей я писал в первой части главы «Много товаров, хороших и разных»:

https://author.today/reader/430453/4178830

Магазин «Березка»

Кстати, действительно тяжким. Наши люди часто работали в самых ужасных условиях, в той же Африке — малярия, куча других тропических болезней, антисанитария. Да и аборигены наших особо не жаловали — условия жизни для советских специалистов стабильно были в разы хуже, чем для западных. Да и за одну и ту же работу наши получали гораздо меньше. Но были довольны — у нас они и столько бы никогда не заработали, но, даже получив деньги, не смогли бы нормально их потратить из-за тотального дефицита.

Иномарки, кстати, из-за границы тоже начали тащить, но уже под самый «занавес», с конца 80-х, до того это были единичные случаи вроде Мерседеса и BMW 2500, которые купил себе Владимир Высоцкий. У меня отец в 90-м получил путёвку в Японию, партком фактически откупился, чтобы нервы не портил. Так папа привез «Хонду Аккорд» первого поколения. Это была песня, а не машина, особенно после «Запорожца». Но больше всего отца в турпоездке поразило поведения председателя парткома. Этот идейный строитель коммунизма показал себя во всей красе.

Он собирал вещи по утрам (японцы выставляли на улицу старую технику, чтобы её мусорщики забрали), несколько раз крал товары в магазине, просто улепётывая с товаром несмотря на почтенные годы. И этот же человек на партсобраниях задвигал про «моральный облик».

Я подробно останавливаюсь на этой поездке в «Колымских байках»:

https://author.today/reader/386979/3823212

Впрочем, такое поведение партийного работника неудивительно. Вот уж кто преклонялся перед заграницей, так это они.

Есть такой писатель Илья Владимирович Рясной, очень неплохо пишет на мой взгляд, так что рекомендую. Читал у него в блоге интересные воспоминания о годах учёбы в ВКИМО — Военном Краснознамённом институте Министерства обороны. Здесь подготавливали кадры для прокуратуры, органов юстиции, а также военных переводчиков. Причём в основном на кафедре переводчиков учились девушки.

Надо понимать, что учебное заведение было элитным, а на эту кафедру просто так с улицы попасть было крайне сложно (естественно, это не значит, что исключено) хотя бы потому, что специализированные школы с уклоном в языки помимо Москвы, Ленинграда и столиц союзных республик практически не встречались. Это вам не военная юстиция — там да, там парней набирали без оглядки на семьи — дерьмо разгребать пролетарии нужны.

А вот переводчики — белая кость, тут преемственность, хотя попадались парни и от сохи — кто-то ведь и в горячих точках должен служить. Тут как в МГИМО — кузницу дипломатических кадров тоже человеку из провинции было пробиться непросто. Оно ведь почему наша интеллигенция так ярилась из-за введения ЕГЭ? Дело не в ущербности тестирования, а в том, что оно даёт поступить в любой ВУЗ любому абитуриенту. Просто так срезать неугодного поступающего в пользу «нужного человечка» уже не выйдет.

Ну, а тут Министерство обороны, тут свои кадры. Сословность в позднем СССР вполне себе имела место быть. Был даже такой чудный анекдот:

Маленький сын говорит отцу-генералу:

— Пап, я когда вырасту, то, как и ты, стану офицером!

— Конечно, сынок, станешь. Вот окончишь школу, поступишь в институт и станешь офицером.

— Пап, а я капитаном стану?

— Конечно. После института послужишь лет пят и получишь звание капитана.

— Пап, а я полковником стану?

— Обязательно сынок. Окончишь Академию Генерального штаба и станешь.

— Пап, а я генералом стану?

— Непременно, сынок. Послужишь немного полковником, а там и генерала дадут.

— Пап, а я маршалом стану?

— Нет, сынок, вот маршалом тебе не стать!

— А почему, папа?

— А потому что у маршала свои сыновья имеются.

Вот вы ха-ха, а зря, в моём батальоне служили два старших лейтенанта. Один сын командующего Сибирским военным округом, второй — заместителя командующего Прибалтийским военным округом. Должности у них были блатные. Батальон-то кадрированный. У одного ни одного подчинённого, у второго целых пять. Зато в послужном списке всё нормально — командование взводом отражено.

Вернусь к воспоминаниям Ильи Владимировича Рясного. В своём блоге он вспоминает про настроения переводчиц:

Для того чтобы понять, что такое специальность «Иностранные языки» была в то время, нужно осознать, что такое были загранработники. Большинство населения СССР вообще не имело шансов выбраться куда-то за рубеж — железный занавес. Болгария за счастье, а капстраны — ну это вообще фантастика. Съездить в занюханный Амстердам порой становилось главным событием жизни. Жили мы за занавесом, по фильмам, рассказам и доходящим до нас западным шмоткам и технике представляли, что есть где-то там такая сказка, где люди ездят на собственных машинах и имеют магнитолы «Шарп», приобретённые без угрозы помереть от голода, копя на них. Забугорье — это было параллельная реальность. Та, куда добираются с загранпаспортами через спецтерминал Шереметьева и проходят таможню. Откуда возвращаются с чеками Внешпосылторга, покупают машины, затовариваются в «Берёзках» импортными шмотками и даже продуктами, которых мы не пробовали и почему-по дури то считали, что они очень классные. В общем, иной мир. И загранработники были как бы иномирянами. Поехать за границу означало довести уровень благосостояния до такого, который для обычных, и даже не совсем обычных, людей был недостижим. В условиях товарного аскетизма импортные блестяшки значили очень много. И был такой пунктик у советского человека, вполне понятный — обладателей всего этого считали людьми особенными. Загранработники же по скромности своей считали себя небожителями. А остальных — ну кто-то там внизу копошится.

Вот так и с переводчиками. Нельзя сказать, что между нами была какая-то вражда, выяснение отношений. Но мы презирали друг друга искренне. Они нас считали быдлом, чернорабочими и вообще людьми бесполезными и непонятно как затесавшимися в эти святые стены. Теми, кто будет всю жизнь возиться с дезертирами и ворюгам в дальних гарнизонах и света белого не видеть. А себя видели респектабельными загранработниками, жрущими виски на светских раутах и зашибающими чеки. Мы их воспринимали мажорами, стяжателями и фарцой, которых интересуют только чеки Внешпосылторга, на которые обменивали заработанную за границей валюту.

И мир интересов будущих загранработников прекрасно описан:

Эти чеки вообще для переводчиков были фетишем. Больше всего общались мы, когда лежали в санчасти. ИР это было испытание лежать с «переводами» в палате. Через час башка начинает идти кругом — а сколько чеков платят в Анголе, а сколько в Египте, а сколько в Афгане в аппарате советника. А где дают дипломатические чеки, а где простые. Вторая их больная тема была аппаратура. Где и сколько стоит магнитофон «Шарп», как его приволочь в СССР и где лучше продать за две тысячи рублей. И главная мечта — машина, на которую, если правильно распорядиться заработком, можно заработать за одну командировку. Создавалось ощущение, что им от жизни вообще больше ничего не нужно.

Разбаливалась голова от них очень быстро. И от их самомнения. Казалось — вся эта бодяга с международным военным сотрудничеством придумана лишь для того, чтобы «переводы» ездили по миру и зашибали чеки. И покупали машины. И прифарцовывали аппаратурой.

При этом речь даже не шла о посещении США, ФРГ, Франции. Какое там — наша элита радовалась, что сможет оказаться буквально в «заднице мира», там ведь платят чеками. ЧЕКАМИ! Слов нет, те, что есть, одни нецензурные.

Инвалютные чеки и справка, подтверждающая их законное получение, без неё вам ничего бы за чеки не продали

На самом деле, конечно, всё было далеко не так. Переводчики ждали с замиранием сердца загранкомандировки в такие страны, в которые сегодня по приговору суда не сошлёшь — упрекнут в издевательствах над осуждёнными. Наши курсанты были на практике и в воюющей Эфиопии, и в истекающей кровью Анголе, и черте ещё где. Там где воевало наше оружие — а тогда это было половина стран третьего мира. И Афганистан — тогда он только начался. И наши переводчики ездили туда в аппарат военных советников, где платили очень много чеков. И в обычную армию, где платили мало чеков. Вот только бывало, что советников и переводчиков грохали афганские войска, при которых они были, и переходили на сторону душманов. Всяко бывало. Некоторым везло больше. Знал одного «ускора» — тот два года проторчал на курорте на Островах Зелёного Мыса, приехал толстый и довольный до безобразия.

Дипломатическую работу буквально оккупировали сыновья и внуки высокопоставленных партийных руководителей.

Вот запись за 6 октября 1980-го года из дневника помощника генсека ЦК КПСС А. С. Черняева:

Ужин в посольстве. Келан, Быков (зять Громыко). И вообще в Лондоне гнездо детей «одаренных родителей». Суслов, зав. отделом МИДа пожаловался как-то: я, говорит, превратился просто в блатмейстера — внук М. А. Суслова, зять Громыко, сыновья трех зам. завов Отделов ЦК — Киселева, Соловьева, Щербакова.

Эффективность таких дипломатов упала ниже плинтуса. Случалось слушать жалобы от наших командировочных, что в советских консульствах невозможно получить никакую помощь или содействие. Советские дипломатические работники смотрели на простых граждан, как солдат на вошь. Да и понятно, не до того, если множество более интересных дел.

Дипломаты, кстати, пёрли из-за рубежа покупки как не в себя. Да и партийные лидеры, признаться, тоже. Вот опять дневник Черняева, но за 25 декабря 1977-го года:

Будапешт предрождественский. Магазины забиты народом и. товарами. По разнообразию и качеству и по стилю торговли, рекламы они гораздо ближе к Парижу и Лондону, и далеко ушли от Варшавы, Москвы, не говоря о Софии.

Товары такие, каких в Москве даже в привилегированной «секции ГУМ’а» не достанешь. Например, полно дубленок, кожаных пальто на любой вкус, огромное разнообразие женской одежды и обуви. Словом, глядел я на это и не ощущал большой разницы между Будапештом и Лондоном. (Купил себе неожиданно кожаное пальто — мечта юности).

Да что там — наш ЦК ходил в заграничных костюмах, а их знаменитые одинаковые шляпы времён Брежнева закупались ни где нибудь, а в одном из лучших магазинов Нью-Йорка. У нас, видимо, одеваться для них было слишком по-пролетарски, не престижно. Хотя удивительно — неужели в СССР нельзя было найти хорошего шляпного мастера? Хотя бы одного?

А взять наших артистов. Не просто артистов, а кумиров миллионов. Почитаешь их мемуары, где они рассказывают о своих загранкомандировках и можно депрессию заработать.

Эти кумиры, с которыми познакомиться посчитал бы за честь любой советский человек, порой вели себя за рубежом как натуральные бомжи. Просто потому, что старались сэкономить любую копейку, а на неё купить что-то для себя, семьи. Опять же и начальство, которое помогло попасть за границу, нужно отблагодарить, а то в другой раз кого другого пошлют.

Многие наши артисты, часто бывающие за рубежом, активно фарцевали привезёнными шмотками. Это было в порядке вещей. Все знали, даже органы особо не реагировали — в СССР вообще довольно мягко относились к артистам, писателям, которым иной раз сходило с рук то, за что обычного гражданина могли законопатить надолго туда, куда Макар телят не гонял.

Вот, например, воспоминания знаменитой балерины Майи Плясецкой:

Между двух стиснутых казенных гостиничных утюгов аппетитно жарили собачьи бифштексы. В ванной в кипятке варили сосиски. Из-под дверей по этажам начинал струиться пар. Запотевали окна. Гостиничное начальство приходило в паническое смятение. От дружно включенных кипятильников вылетали пробки, останавливались лифт…

Про замечательного артиста Спартака Мишулина (помните пана директора из «Кабачка 13 стульев» или вождя индейцев из «Человека с бульвара Капуцинов»?) вообще рассказывали буквально анекдоты.

Он в заграничных командировках принципиально не посещал рестораны и кафе. Готовил сам. Но как! По словам Ширвиндта:

В своем номере он тщательно закрывал все шторы, клал асбест для изоляции, а затем с помощью сухого спирта разжигал в санузле костер, на котором варил, к примеру, уху из консервированной сайры.

Представляете, человек едет на гастроли в Париж, везет в чемодане кусок асбеста и два десятка банок консервированной сайры. А чего? Нормально всё! Наш человек без асбеста никуда не ездит! Нужнейшая же вещь. Где-то читал, как сын нашего дипломатического работника чуть не загнулся от авитаминоза. Это при том, что апельсины в этой экзотической стране дешевле картошки стоили. Но пааша экономил валюту.

И не забывайте, с каким придыханием в советские времена говорили про Париж, Лондон, Рим. Человек, побывавший в нём, приобретал флёр небожителя.

Ой, я вас умоляю. Ну, видел я этот Париж и Рим. Ничего хорошего. Дома облупленные, грязища, мусор, вонь. Пожалел, что поехал в эту клоаку. Тьфу.

Приличное количество дефицита тащили наши моряки, плавающие в загранку. Шмонали их на таможне изрядно, поэтому они, уходя в плавание надевали кучу старых шмоток, вплоть до таких, которых бы бомж постеснялся. Потом эти вещи летели за борт, а их место занимал испорт. Таким образом при возвращении можно было привезти гораздо больше, чем обычно разрешалось — это вот, подарки, а это — личный гардероб.

Так поступали ушлые моряки. Самые ушлые покупали фирменные пуговицы, лэйблы, молнии. Это влёт и по хорошей цене уходило цеховикам и индивидуальным мастерам/мастерицам. Легким движением руки при помощи перешитых пуговоиц, эмблем и бирок посконная рубашка предращалась в импортный дефицит, стоящий в 3 раза больше исходника. Как вам такой бизнес? А он процветал.

Вообще про загранпоездки наших граждан можно тома писать.

Помню, из нашего посёлка несколько человек ездила по турпутёвке во Вьетнам. Один из пунктов визита предусматривал посещение национального ресторана. Отец говорил, что и у них тоже был такой же пункт в программе. Многие туристы возмущались, они бы предпочли не тратится на ресторан, а использовать эти деньги для покупок. Но ничего поделать было уже нельзя, поэтому шли кушать — а как пропустить? Уплачено же!

Да, так вот про Вьетнам. Нашим особенно понравилась какая-то небольшая птичка под кисло-сладким соусом. Когда переводчик-вьетнамец поинтересовался впечатлениями о местной кухне, наши так и сказали, мол, вот эта птичка просто блеск.

— Да, — согласился вьетнамец, — Сейчас как раз сезон лягушек. Они в это врем ягода просто замечательны.

Женская часть группы еле успела на улицу выскочить. Блевать изволили. Мужики в основном выдюжили, пересилили себя, стойкий народ наши мужчины, выдержанный. Не все, увы, но большинство.

Впрочем, хрен его знает этого вьетнамца, может он и пошутил, зная наш менталитет. Говорил он почти без акцента, явно у нас учился.

Знаете, лично я доволен, что зарубежные поездки перестали быть приоритетом номер один для наших людей. Теперь никто не собирает всех родственников и знакомых, чтобы поведать о впечатлениях под восхищенные охи и ахи.

Товарищи, сыр швейцарский, маслины греческие. Прошу, прошу. Кадр из кинофильма «Служебный роман».

Сейчас поехать куда-нибудь — самое обычное дело, а не событие всей жизни. Я вот даже не хочу. Мне у нас интереснее, тем более что никакого языкового барьера. И Алтай куда привлекательнее, чем даже Майорка или какой-нибудь Копенгаген. И люди у нас в Петербурге намного душевней, чем парижане.

А все эти советские пропагандисты, которые вроде бы и правду рассказывали про западные страны, но что-то после 91-го вдруг резко переквалифицировались строго наоборот. А то и похуже. Впрочем, процитирую читателя:

Алексей Ишков

Кстати, о наймитах Запада.

Был такой журналист-международник, Мэлор Стуруа. Я его книжки читал взахлёб — там слово за слово просто шедевр. Поймите правильно, в содержательной части там ТРЕШ (ну например автор на полном серьёзе пеняет американским судьям, что они (sic!) «не занимаются политикой». Ага. А ничего, что в США разделение властей и они как бы НЕ ИМЕЮТ ПРАВА «заниматься политикой»?). Ответ — просто у меня такое хобби — раскручивать идеологические бомбы, смотреть как всё устроено.

Так вот, я о чём. А о том, что Советский Союз развалился и наш журналист-международник, всю жизнь «поливавший» Запад и ничего больше не умеющий, тотчас же поехал на Запад и интегрировался там вот буквально до стадии как будто так и было. Там и помер.

Вот так, правоверный коммунист, обличитель язв западного общества. А оказалось, что «ничего личного, просто бизнес». Это по поводу моральной устойчивости поздней КПСС и её привилегированных представителей. Честное слово, такое ощущение, что все эти представители новоявленной секты «свидетелей СССР» просто оказались в новом обществе вовсе не такими успешными, как им казалось. Это в Союзе для карьеры хватало высокого покровительстве, нынче нужно еще работать, обладать знаниями и умениями, талант — так вообще хорошо. Вот, не добившись успеха и ярятся. Обидно же — не оценили, не продвинули, не поставили на руководящие места. Вот ужо Союз вернётся, тогда сразу станет другое дело!

Производство легковых автомобилей в СССР с 1924-го по 1980-й год

С учётом высокого спроса этого было откровенно мало, поэтому машины начали продавать через предприятия. Выделялось несколько машин на год. Тот, кто хотел приобрести «тачку», шел в профсоюз и записывался в очередь. Нужно еще учитывать еще реалии СССР — все организации были равны, но некоторые ровней других. Поэтому где-то выделяли больше машин, поэтому очередь там подходила всего за несколько месяцев, а где-то вообще ничего не давали.

Профком на советских предприятиях фактически из комитета защиты трудящихся превратился в орган распределения дефицита — именно через него расходились машины, квартиры, продуктовые наборы, дачи, места в детсадах и другие плюшки. Профсоюзный лидер становился большим человеком! От его благорасположения зависело многое.

Список был не по очереди, а по заслугам и приоритетам. Быстрее продвигалось различное руководство, ударники труда, ветераны, а также разные нужные люди и приближенные к начальству. В СССР их называли кратко: «блатные». Причем блат в 80-е был приоритетнее, чем реальные заслуги, ради нужного человека могли и ветерана запросто подвинуть.

Появилось негласное, но известное всем социальное расслоение, выражавшееся в марке автомобиля. Самой престижной моделью во время «развитого социализма» считалась ГАЗ-24. «Волга», да еще черного цвета, была признаком того, что человек занимает высокий пост. Белая окраска считалась более демократичной.

Затем шли владельцы «Жигулей». Здесь тоже было своё расслоение, «шестёрка» и «тройка» были круче «копейки», но более всего ценились модели в экспортном исполнении — это был признак того, что человек «выездной» и работает за рубежом. Следовательно, семья состоятельная, упакованная по высшему разряду.

За «Жигулями» шел «Москвич», а завершал модельный ряд «Запорожец». Помню, по Крыму мы путешествовали, как-то остановились дорогу расспросить. Нам подробно разъяснили, но гордый владелец ВАЗа не удержался, чтобы небрежно бросить:

Нормально проехали, вообще без проблем.

Впрочем, особо выбирать было не из чего. Если вы встали в очередь на «тройку», то не факт, что вы бы её получили. Вам вполне могла прийти открытка, в которой было написано, что вы можете купить Иж-2125. Можно было выбирать — или брать, что дают или отказаться и ждать, когда подойдёт ваша очередь опять.

Открытку можно было перепродать. Нередко счастливого обладателя права на покупку начинали осаждать коллеги, знакомые, кавказские перекупщики, предлагая приличные деньги или обмен. Например, поменять квартиру на более просторную без доплаты.

Сектанты из нынешних «свидетелей сияющего СССР» очень гордятся тем фактом, что наши автомобили поставлялись за границу. На самом деле всё не так однозначно. В стране был товарный голод, экспорт его только усугублял, приводя к чудовищной коррупции и махинациям.

Наши машины за рубежом

За границей продавали машины в улучшенном исполнении и при этом за сущие копейки. В западных странах их вообще сбывали ниже себестоимости, лишь бы получить вожделенную валюту.

Тут вообще очень интересная тема с ценами на автомобили. Вот, например, ГАЗ-24 «Волга» в базовом варианте в конце 70-х продавалась за 9000 рублей. Но оптовая цена автомобиля была всего 2650 рублей. Именно эта сумма указана в прейскуранте № 21−01 от 13 апреля 1972 года. По этой цене машина шла в государственные учреждения, например, таксопарки. Оптовая цена на ЗАЗ-966В была 1500 рублей при розничной в 3500. Красиво нас обувала родное советское правительство!

Причем, учтите, оптовая цена уже содержит определенную прибыль, пусть и небольшую. Конечно, в розницу любой товар дороже, но наше родное государство накручивало на собственных гражданах невероятные 3,4 цены на «Волге» и 2,3 на «Запорожце». А в начале 80-х стоимость еще поднялась, например, на ГАЗ-24 достигнув 15000 рублей.

Впрочем, самое большое подорожание произошло одновременно с денежной реформой 1961-го года. До неё ГАЗ-21 продавали за 40 тысяч рублей, Москвич-407 за 25 тысяч, а ЗАЗ-965 — 18 тысяч. После реформы от цен отчекрыжили один нолик, но на очень многие товары на самом деле получили другие цены, изрядно большие.

Та же «Волга» ГАЗ-21 вдруг стала стоить 5600 рублей (рост на 1600 ₽), «Запорожец-965» — 2200 рублей (на 400 ₽), а новый «Москвич-408» — 4500 рублей. Трогательная забота о благосостоянии народа.

Нам много вещали про жадных мироедов-капиталистов, но вот в данном случае кто был мироедом? С остальными моделями была примерно такая же ситуация, хотя там накручивали поменьше, но минимум 2 цены аж бегом. Как вам такая щедрость? Сейчас нередко ворчат на большой налог на автомобили, из-за которого в России китайские автомобили дороже, чем в КНР. Вот, мол, при СССР такого не было. Не было, конечно, при Союзе свои машины втридорога продавали гражданам, а иномарки вообще не ввозили.

Хотя меня всегда удивляло и даже возмущало, почему нет. Почему немец из ГДР мог купить наш ВАЗ, «Москвич» или «Запорожец», а советский гражданин в нашей стране права приобрести «Трабант» или «Вартбург» не имел? Отчего такая дискриминация? Да и цены у нас и за границей тоже изумляли.

Например, в конце 70-х покупателя в ГДР предлагали следующие модели: Trabant 601 (ГДР), «Запорожец» ЗАЗ-968, Škoda 100 (Чехословакия), Москвич-2140, Wartburg 353 W (ГДР), Zastava 1100 (Югославия), ВАЗ-2101, Fiat 125 1300 (Польша), Dacia (Румыния), ВАЗ-2103, ГАЗ-24 «Волга».

Как видим выбор куда богаче, чем у нас. Так еще и цены куда ниже. Например, ГАЗ-24 «Волга» стоила 13200 марок. С учетом курса 2,47 восточногерманских марок к рублю, немец мог купить волжанку всего за 5344 рубля. А у нас она стоила 9000 рублей. Неплохая скидка, как по мне.

ВАЗ-21011 продавался за 10507 марок. Это в пересчете 4253 советских рубля. А в Союзе просили 5620 рублей. Москвич-2140 в ГДР можно было купить за 8477 марок (3431 рубль). У нас модель стоила 7500 рублей — в 2 с лишним раза дороже. В СССР ЗАЗ-968 обходился покупателю в 3500 рублей, а немцу всего в 7083 марок (2867 рублей).

И, нужно сказать, в ГДР так своих граждан не обдирали. Например, Trabant 601 можно было купить всего за 5202 марок. Это в пересчете на наши всего 2106 рублей. Причем цену на «Трабанты» немцы не поднимали, из-за чего желающих купить этот автомобиль было так много, что на него тоже образовалась очередь.

Тот самый Трабант 601

Но это понятно — по цене мотоцикла получить пусть простенький, но автомобиль. И хотя у «Трабанта» был пластиковый корпус, но выглядела машинка куда лучше нашего «Запорожца», да и комфортней была изрядно больше.

Опять же немец мог взять «Шкоду-100» — практически тот же «Запорожец», но в более цивилизованном исполнении — там был вариант с 2-мя и 4-мя дверями, да и сама машина смотрелась куда солиднее, хотя дизайн капота был настолько похож, что спереди ЗАЗ-968 и Шкоду-сотку можно было легко спутать. Вот сзади — точно нет.

Шкода 100

Неудивительно, что наши военные и специалисты, работающие в странах СЭВ, старались накопить местных денег и привести наши же «Жигули» или «Волгу» оттуда.

После ввода советских войск в Афганистан продажи наших автомобилей на Западе сильно просели. Некоторые автомобильные фирмы отказывались продавать наши модели. Благодаря отзыву из продажи эта техника возвращалась на родину. Так некоторые люди, которые даже не ждали своей очереди на автомобиль в ближайшие годы, вдруг получили возможность купить без ожидания машину в экспортном исполнении. Сюрприз был изрядный.

Рекламный проспект продажи советских автомобилей в Англии

В капиталистических странах цены на наши машины были совсем низкие. В 1966 году Москвич-408 в Великобритании стоил 679 фунтов стерлингов и 8 пенсов, Волга — 913 фунтов, 4 шиллинга и 6 пенсов. Курс, кстати, за рубль тогда был 2,52 рубля за фунт.

Получается, что Москвич продавался за эквивалент 1712 рублей, а Волга 21 за 2300 рублей.

А вот реклама наших мотоциклов в США. Тоже, как видите, цены невысоки — самый натуральный демпинг.

Американская реклама советских мотоциклов

То же самое и во Франции с Германией.

Стоимость автомобилей Lada во Франции.

Курс французского франка: 100 французских франков эквивалентен 16,15 советских рублей.

Наши машины, следовательно, продавались за:

ВАЗ-2101 — 2083 рубля;

ВАЗ-2102 — 2255 рублей;

ВАЗ-2103 — 2459 рублей.

Реклама ВАЗ в ФРГ

Курс немецкой марки: 100 немецких марок за 29,76 советских рублей

Стоимость ВАЗ-2101 в ФРГ — 2291 рубль.

В это же самое время в СССР:

ВАЗ-2101 — 5500 рублей;

ВАЗ-2102 — 7000 рублей;

ВАЗ-2103 — 7300–7600 рублей.

Кстати, говоря о цене на машины, не стоит забывать и о налоге на них. И тут тоже была одна интересная «закавыка» — мощность двигателей по паспорту откровенно завышалась. Реально она была куда меньше.

Двигатель у ВАЗ-2101 по паспорту выдавал 64 л. с., а в ВАЗ-21011 целых 69 л. с. Однако один из автомобильных журналов в ФРГ провел эксперимент на стенде. Выяснилось что по факту у ВАЗ-2101 не 64 л. с., а всего 52 л. с. И у ВАЗ-21011 не 69 л. с., а вовсе даже 55 л. с.

Не знаю, специально ли так получилось, но советская власть заставила платить за воздух своих граждан. Вроде деньги не большие, но когда смотришь на объемы выпуска и сколько машин по всей стране, то эти украденные «лошади» давали достаточно внушительные суммы. Такая вот забота о гражданах, которая капиталистам и не снилась.

Процесс приобретения автомобиля в советские времена

В СССР интересно была организован процесс покупки. После получения открытки-извещения нужно было посетить магазин. Здесь оформляли справку-счет, по которой нужно было провести оплату в сберкассе. Затем покупатель возвращался в магазин, где ему заверяли справку.

Теперь оставался последний этап — посетить склад (в самом магазине авто не продавали!) и забрать машину. На всех этапах нужно было отстоять очередь. Особенно большая была на складе. Там, стати, выбирать не позволяли — что дали, то и бери.

Нет, можно было и отказаться. В этом случае покупатель сдвигался в очереди на одну позицию, но гарантии, что в следующий раз предложение будет получше не было ни малейшей. Так что очень мало кто решался рискнуть.

Проще всего купить автомобиль СССР было тем, кто работал за рубежом. За валюту или инвалютные сертификаты машины продавали вообще без очереди — приезжай и бери. Не в последнюю очередь возможность поработать за границей именно за это и ценилась. Один из братьев Стругацких так себе ВАЗ и приобрел за деньги от зарубежного гонорара — забежал в «Березку» и взял.

Опять же цена автомобиля получалась несравненно ниже. И условностей было меньше. Например, на чеки можно было взять черную «Волгу» и ездить «как белый человек».

Особые случаи

Была еще одна возможность получить автомобиль — выиграть её в лотерею. Про счастливчиков, которым выпал выигрышный билет, слагали легенды. Многие даже знали аж брата знакомого соседа кума того самого типа, что выиграл машину и со знанием дела подтверждали, что да, точно, выиграл.

Правда, нередко потом оказывались, что слухи несколько преувеличены, про это был даже чудный анекдот:

— Рабинович¸ а правда ли говорят, что вы вчера в лотерею выиграли «Волгу»?

— Всё совершенно верно, только не вчера, а на прошлой неделе, не «Волгу», а 100 рублей, не в лотерею, а в преферанс и не выиграл, а проиграл!

Фото Дмитрия Астахова /ITAR-TASS — Владимир Путин на фоне своего верного «Запорожца»

Правда, наш Президент свой автомобиль — белый ЗАЗ-966 получил именно благодаря лотерее.

В 2018-м году он рассказал эту историю:

В буфете вместо сдачи ей (маме Президента, прим. автора) дали, по-моему, пару билетов или один билет. Стоил он 30 копеек… Жили в одной комнате, в коммунальной квартире, на пятом, последнем этаже. У нас даже душа не было. И вот в таких условиях выиграла мама вот эту машину. Очень хорошо помню семейный совет, когда мама с папой за столом сидели и думали, что с этим делать. И вдруг мама говорит: возьмем машину, пусть сынок ездит на машине. Понимаете, что это значило для моих родителей?

Товарный дефицит породил крайне странную ситуацию, возможную только в СССР — новые автомобили были дешевле, чем подержанные.

Продавали старые авто через комиссионные магазины. В документах цену указывали дешевле начальной, но реально на руки продавец получал обычно в 1,5 раза большую сумму, чем заплатил сам. Даже убитые в хлам машины иногда покупали значительно дороже их официальной цены.

А уж за новый автомобиль кавказские перекупщики давали 2–3 цены. Конечно, не за каждый — ценились «Волги» и «Жигули». В кавказских республиках «Запорожцы» особым спросом не пользовались.

Угоняли машины, кстати, тоже чаще всего воры из Закавказья, особенно этим славились грузины. Ворованные тачки перегонялись в Грузию, где и сбывались. Об умениях открыть машину жителями ГрузССР описано в главе 8 этой книги «Грузинская черная дыра — проклятие советской экономики»:

https://author.today/reader/430453/4142921

Был еще один способ получить вожделенную машину — выкупить списанную модель. Автомобили в организациях после определенного срока списывались, как правило, их по остаточной цене продавали в другие организации или же частникам. При этом ответственные лица прекрасно понимали ценность реализуемого товара, поэтому раскупался дефицит своими, либо же право получали блатные. Что характерно, по списанию можно было даже купить даже УАЗ — бобик или буханку, которые частным лицам вовсе не продавались.

Проблемы с обслуживанием

Но мало было купить автомобиль, за ним еще нужно было ухаживать — чинить, смазывать, заправлять. Это тоже оказывалось непростым делом.

Сервисных центров было очень мало, даже там, где они были, нужно было отстоять огромную очередь. Автомастер чувствовал себя большим человеком, хамство было нормой. Запчасти отсутствовали постоянно, их нужно было доставать, изрядно переплачивая. Чтобы купить новые шины, аккумулятор требовалось вставать в очередь и ждать несколько лет.

Других нету! Карикатура из журнала «Крокодил» №17 за 1975 год

Для советского автолюбителя было обычным делом практически всё делать самому, так что народ попутно осваивал профессию автомеханика. Провести выходные в гараже стало обычным для любого владельца машины. Чинили, смазывали, перебирали. Когда сами, когда звали соседей в помощь, а иногда созывали целые консультации. Во времечко было!

Те, кто сидел на распределении запчастей, чувствовали себя кумом короля. Навар был колоссальный, обычной была переплата в 6–7 цен и даже больше.

Ну что ж, если прямо нельзя, сверну налево. Карикатура из журнала «Крокодил» №8 за 1974 год

В любимом многими комедии «Служебный Роман» заместитель директора Самохвалов в центре Москвы снимает дворники со своей экспортной «Волги». Иначе нельзя — сопрут.

С появлением автомобильных магнитофонов стали забирать домой и их, иначе можно было утром обнаружить, что стекло на двери разбито, а магнитофона нет, как и других более-менее ценных вещей вплоть до ковриков и чехлов с сидений. В конце 80-х начали бензин сливать по ночам и колёса снимать.

А что творилось на железнодорожном транспорте! Там иногда почти подчистую машины разворовывали, пока они доходили до пункта назначения.

В дневнике Черняева А. С. за 28 января 1980 г. есть такая запись о кражах при перевозках автомобилей:

За два года число краж возросло в два раза; стоимость украденного — в 4 раза;

40 % воров — сами железнодорожники;

60 % воров — сами работники водного транспорта;

9–11 000 автомашин скапливается в Бресте, потому что их невозможно передать в таком «разобранном» виде иностранцам;

25 % тракторов и сельскохозяйственных машин приходят разукомплектованными;

30 % автомобилей «Жигули» вернули на ВАЗ, так как к потребителю они пришли наполовину разобранными.

Вступить в гаражный кооператив было тоже сложным делом. У нас до гаража приходилось пешком минут 40 быстрым шагом идти. Можно было сесть на автобус, но толку было никакого, с учётом ожидания и снова ходьбы — те же 40 минут.

Даже с бензином были проблемы. Купить его можно было только по талонам, а они продавались не всегда. Опять же АИ-92 часто не было, А-76 приходилось лить в бак «Жигули». От этого у них характерно начинали звонко стучать клапана.

Между прочим, на севере у нас привозили А-76 из Китая. Удивительно, но качество у него было куда лучше, чем у нашей марки АИ-92. Заливаешь наш А-76 в Жигуль — стучат клапана, меняешь на китайский — нет стука, а движок приобретает динамику, словно кушает «девяносто второй».

В общем, тяжело жилось простому советскому автомобилисту. Правда, разнообразно и весело, а уж сколько он положительных эмоций получал, когда умудрялся через трети руки по великому знакомству приобрести, например, новый карбюратор! Нет, нынешние автовладельцы и сотой части тех эмоций не испытывают.

Заказ для СССР. Иллюстрация из журнала «Крокодил» №23 за 1976 год

Огромное количество компартий по всему миру финансировал СССР. А как же — пролетарии, нужно им помочь! За счет кого? Ванька выдюжит, он щедрая душа. Председатель коммунистической партии Финляндии не стесняясь лоббировал в Москве заказы для промышленности своей страны, напирая на то, что нужно помочь финским рабочим, а то у них безработица. И валюта, за которую можно было приобрести дефицитное оборудование, шла на заказ товаров, которые сплошь и рядом можно было сделать и у себя.

Есть у меня подозрение, что наша легкая промышленность гнала никому не нужные вещи еще и потому, что нужно же было продавать огромное количество импортных вещей, закупавшихся в той же Финляндии, Индии, странах СЭВ.

Вот с ними тоже получилось из серии «как всегда». Сейчас иной раз можно услышать, что СЭВ был все-таки выгодным не только для стран Восточной Европы, но и для СССР и даже перечисляют эти выгоды.

Ничего не скажу про военно-техническое сотрудничество и космические программы, но с вычислительной техникой было точно не очень. Про качество болгарских машин помнящие их компьютерщики до сих пор не печатно выражаются. Немецкие «Роботроны» были надёжными, но увы, как и советские ЭВМ с 70-х годов начали быстро отставать от западных моделей. Еще и с унификацией были проблемы — отечественный и закупаемый в странах СЭВ компьютерный парк представлял собой невообразимое скопище систем, часто совершенно не унифицированных. Настройщики дневали и ночевали на работе, стараясь запустить машины, часто снабжённые знаком качества.

Вот, пригласили гипнотизёра наладить ЭВМ. Карикатура из журнала «Крокодил» №28 за 1975 год

Ну, а насчет передачи технологий со стороны СССР…. Вот в чём тут выгода для самого СССР? Наиболее показателен тут безвозмездный дар Польше полного цикла легкого вертолета Ми-2 и легкого транспортника Ан-2. Самолет еще немного клепали в Союзе, а вот Ми полностью отдали полякам, так что даже запчасти для вертолётов у них покупали.

Причем оба аппарата в Польше клепали в просто невероятных количествах. С 1960-го по 1991-й год на заводе PZL-Mielec было собрано 11881 машина, из них в СССР ушло 10583 самолёта, а 1298 поляки продали в другие страны и немножко оставили для себя. Ми-2 собирали в Польше с 1965 по 1992 год, всего было сделано более 5400 машин, основная часть была закуплена СССР.

В результате в СССР была практически убита легкомоторная авиация, которую пришлось из пепла поднимать уже в Российской Федерации. Кому интересно, даю ссылку на более подробную информацию:

https://cyberleninka.ru/article/n/spad-proizvodstva-samolyotov-v-sssr-v-1980-h-godah-statisticheskiy-analiz-bazy-dannyh

Слышал от лётчиков, что иногда самолеты из Польши приходили «с приколами», нехорошими такими. Например с хитро проколотым маслопроводом, чтоб потекло не сразу, а чуток погодя и желательно в полёте.

yam_khu_2

То же самое было на флоте. По рассказам коллег, получая новое судно — проверь, нет ли в воздуховоде пробки из тряпок.

Советские технологии массово передавались в Румынию, Чехословакию, Венгрию. Или бесплатно или буквально за символическую плату. Вот обратно система действовала как-то не особо, братские соцстраны делиться своими наработками не спешили, а уж тем более отдать за спасибо вообще не стремились. Ищи дурака! Впрочем, одного таки нашли.

Помощь недавним врагам

Оказывать помощь восточноевропейским странам СССР принялся еще до того, как был образован СЭВ.

Восток Европы был изрядно разрушен. Не удивительно — основные бои с немцами шли на Восточном фронте, это на Западе фрицы в основном отступали практически без разрушений. Кроме Арденской больше крупных наступательных операций германской армии на Западе и не припомнить. Немцы при отступлении на Востоке еще и уничтожали все, что успевали. Заодно и авиация союзников порезвилась, буквально стирая с земли промышленные центры, которые должны были попасть в руки СССР.

На заводы «Шкода» в городе Пильзене американцы сбросили 638 т бомб. Жесточайшая бомбардировка Дрездена произошла, когда нашим войскам до города оставалось всего 60 км. Других примеров подлянок со стороны американцев и англичан масса.

СССР сразу же начал помогать пострадавшим славянам и примкнувшим к ним немцам, венграм и румынам. В 1947-м году из-за неурожая Чехословакия потерпела ущерб в 13 миллиардов крон. Из СССР было доставлено продовольствие. Замечу, что за всю войну в Чехии на заводах не отмечена ни одна попытка саботажа. В знак протеста чехи на работу ходили в черных рубашках. На этом их борьба и завершилась. Немцы даже внимания не обращали, тем более что продукцию «братушки» делали весьма добротно. Наши поисковики не раз отмечали высочайшее качество чешских патронов. Немецкие, пролежав в земле 70 лет, обычно представляют собой ржавую труху. А вот чешские порой откапывают вполне боеспособные.

Да и воевало чехов в Вермахте немало. Попадались донесения нашей разведки, в которых говорилось, что некоторые пехотные дивизии врага состояли до 70% из поляков и чехов. Ну, а откуда в СССР набрали столько славянских братушек для формирования национальных корпусов, вроде того же Войска Польского? Да вот оттуда — основная часть состава была набрана в лагерях военнопленных.

Румынии еще в 1945-м наши передали 150 тыс. т пшеницы, 150 тыс. т кукурузы, посевной картофель. Всего примерно на 35 миллионов долларов. Дали в кредит. Румыны не вернули (мол, нечего, родимые), зато в следующем году обратились опять за помощью. Дали! Еще 100 тысяч тонн зерна. А в 1947-м году еще 80 тыс. т. В Союзе в это время народ не доедал.

Наши же специалисты восстанавливали нефтяную промышленность страны. Мало того — румынам передали основную часть германского имущества, находящегося в Румынии, которое отходила СССР по репарациям. Вот с какого? Румыны еще недавно грабили советских граждан, уничтожали их собственность. За что их так вознаградили?

Но больше всего Союз сделал для поляков. Общая сумма советской помощи Польше с 1944 по 1960 гг. составляет где-то 600 млрд. долларов. И это только прямые траты. А были ещё и непрямые. Так, СССР добровольно передал Польше 15% репараций, выплачиваемых Германией. В общей сложности это составило 2,3 млрд. долларов. Просто для сравнения: френчи по плану Маршалла получили 2,5 млрд. долларов.

А еще поляки получили от нас 1987 паровозов, что в 2 раза больше того, что были у поляков до войны. После освобождения Варшавы её населению было передано 60 000 т зерна, а также другое продовольствие. Потом СССР помог отстроить Варшаву и другие польские города. А еще Польша получила изрядный кусок бывших германских земель. Если бы не решение Москвы, то они бы ей никогда не светили.

Наконец, наша страна в 1947–1949 годах отказывается от репараций, которые должны были выплачивать Венгрия, Румыния, Болгария. В 1951-м году простили репарации ГДР.

Всё это на фоне того, что наша страна лежала в руинах, в 1945–1948 гг. в нашей стране был голод, но коммунистическое руководство предпочитало кормить бывших врагов. Они для КПСС были явно ценнее, чем граждане страны советов.

В 1963-м Москва оказала очень существенную экономическую помощь Чехословакии, которая без неё могла просто обанкротится. Кто об этом помнит? Но зато вводом войск в эту страну в 1968-м году нам в глаза тычут до сих пор, хотя наше руководство делало всё, чтобы не доводить до крайних мер. Но не помогло — в Европе доброту стабильно принимали за слабость.

Впрочем, западные «братушки» — это вообще интересная история. Есть германий сериал про бравого солдата Швейка. Мне там очень нравился эпизод с митингом на вокзале.

Там оратор восклицал так:

— Если победит Германия, то мы победим тоже — мы же союзники.

— Если победит Россия, то и мы победим, мы же славяне!

Этой же политики, как я погляжу, придерживаются все славянские страны, неизменно занимающие антироссийскую сторону. Задавят Россию — они с удовольствием поучаствуют в грабеже (как грабили чехословацкие легионеры Сибирь). А победит Россия — они серьезно надеются, что их (как это было уже неоднократно), великодушно простят. А то еще и наградят… прецеденты были, как говорится.

Там «дружба» — грабеж слаборазвитых стран. Здесь — грабёж СССР. Советский плакат

Проблемы СЭВ

Неудивительно, что уже с 1949-го года, когда был образован СЭВ, страны входящие в него рассматривали Советский Союз в первую очередь как донора. Получая огромный поток помощи, они гораздо быстрее восстановили свою экономику и жилой фонд, тем наша страна. Ко всему прочему и военнопленных, вместо того, чтобы заставить восстановить порушенное у нас, в кратчайшие сроки отправили по домам.

На первых порах организация должна была оказывать материально-техническую помощь странам и предоставлять на льготных условиях (фактически бесплатно) техническую документацию. Фактически речь шла только о помощи от Советского Союза, потому как друг другу оказывать поддержку восточноевропейские страны не особо желали.

В рамках СЭВ новые страны «народной демократии» получили доступ к советскому сырью по минимальным ценам. Еще Союз предоставлял им выгодные контракты, закупал нередко даже то, что нам не было особо нужно, но что партнёры больше никуда не могли продать.

Значительная часть промышленных объектов, электростанций, транспортных артерий в Восточной Европе были возведены или с помощью СССР или вообще самим СССР. Только до 60-х годов Советский Союз способствовал строительству порядка 100 крупных заводов машиностроительной отрасли, причем сам стал закупать их продукцию.

Легкая промышленность стран СЭВ имела неограниченный сбыт в нашей стране. Неудивительно — на фоне устаревших фасонов, которые годами производила наша промышленность, обувь той же чешской «Бати» выглядела просто чудесно.

Но на самом деле получалось довольно странное взаимодействие. Государства СЭВ в первую очередь старались протолкнуть свою продукцию на Запад. Качество у них было хоть и получше советского, но тоже так себе, поэтому пропихнуть удавалось мало что. На Запад уходило лучшее, что похуже шло для своего населения. Всё остальное по принципу «третий сорт — не брак» отправлялось в СССР. Фактически сложилась уникальная ситуация, когда Союз тащил страны СЭВ, а сам Союз тащила РСФСР.

В мультфильме про крокодила Гену Чебурашка предлагал понести чемодан, чтобы Гена отдохнул. Ну, а простоватый крокодил за это должен был взвалить на себя самого Чебурашку. В ситуации с СЭВ роль незадачливого крокодила явно отводилась социалистической России.

И чемодан и Чебурашка. Тащи Гена, тащи. Кадр из мультфильма «Шапокляк»

В начале главы приведен советский пропагандистский плакат о СЭВ. Уж не знаю, специально или случайно, но ряд шестерёнок, который там нарисован, просто не смог бы нормально вращаться даже без маленького зубчатого колеса внизу. А с ним и подавно — стопор обеспечен в любом случае.

С планирование и в самом СССР было плоховато. Почему так получилось подробно описано в главе «План по валу, вал по плану»:

https://author.today/reader/430453/4222891

Еще хуже дело обстояло с интеграцией планов. Механизм был такой. Сначала каждая страна составляла свой план развития, затем уже их подгоняли между собой. Получалось куча нестыковок, так как каждое государство отстаивало свои интересы. Ну, а роль уступающей стороны взяли на себя советские чиновники. Кроме того, европейские страны постоянно саботировали международные соглашения.

Ведь до маразма доходило. Например, из СССР в Польшу шёл отличный донецкий кокс по низкой цене. За эти деньги наша страна покупала уже польский уголь (но значительно дороже при худшем качестве) и продавала его чехам, причем дешевле, чем купила. Иначе, чем маразмом такую схему торговли назвать нельзя, потому как убыток получался на каждом этапе негоции невиданной глубины.

Заодно Союз скупал все те товары, которые соцстраны не знали, куда и кому сбыть. Например, у Болгарии табак, вино, овощи. Всё это было и своё, но у нас производство не развивалось, потому как нужно же было куда-то девать болгарскую продукцию. На Кубе закупался сахар и ром, что похуже. Получше шёл на Запад. Хотя Куба особый случай, там рулила политика, можно было и определённый убыток понести.

Но обходилась эта латиноамериканская страна нам очень дорого. Уже в 1960-м на «Остров Свободы» приехал Микоян, передав первый транш — 100 миллионов долларов. А заодно был подписан контракт на закупку кубинского сахара за цену в два с половиной раза выше мировой.

На Кубу приходилось 40% всех средств, выделяемых нашим правительством на международную помощь. Туда отправлялись топливо, машины, транспорт, трактора… практически вся номенклатура нашей промышленности. И, естественно, оружие. Часть полученного кубинцы использовали сами, остальное перепродавали за валюту.

Особенно «выгодной» получалась торговля зерном, при которой СССР закупал пшеницу за свои средства в Канаде и бесплатно передавал его Кубе. Только в 1962–1968 годах советские поставки в эту страну составляли порядка 500 тыс. тонн зерна ежегодно.

Так что периодически раздающиеся крики, что СССР якобы предала Кубу, прекратив помощь, несколько тенденциозны. Тут дело в том, что мы в концу 80-х уже просто этот чемодан тащить оказались не в силах.

Нет, в целом СЭВ перспективы имело, организация вполне могла не только существовать, но и приносить выгоды всем участникам, но только не в том формате, когда за всё платил парень в косоворотке.

Здание СЭВ в Москве

Ко всему прочему в плановой экономике предприятия не особо были заинтересованы в поставках товаров за рубеж. Денег от этого они особо не имели. Им нужно было выполнить план, а куда пойдут товары — дело десятое. СССР взяло на себя роль поставщика сырья, в европейских странах сосредоточилось производство потребительских товаров.

Поставки шло по заранее утверждённым планам, и хотя объёмы оценивались в переводных рублях, но фактически речь шла о бартере. А рубли оставались не более чем циферками в ведомостях.

Сырье продавалось буквально за символические цены, а вот готовые товары оценивались дороже, чем аналоги из Западной Европы или США. Т. е. СССР грабили два раза, словно классическую сырьевую колонию XIX века.

Тем не менее, в 1975—1985 гг. наши партнёры задолжали нам около 15 миллиардов рублей. Зато после прихода Горбачева ситуация резко поменялась. За 1986–1990 гг. уже наша страна стала должна 15 миллиардов. Не удивительно — Горбачев пытался исправить ситуацию с разразившимся товарным кризисом, закупая товары, где только получалось и по любой цене.

Думаю, не стоит говорить, что это Союз прощал долги. Нам же выставили счёт до последней копеечки. Причем в валюте, т. к. переводной рубль додумались сделать к тому моменту конвертируемым. И хотя товары расходились по всей стране, в первую очередь импорт направлялся в союзные республики СССР, но платить в конечном итоге пришлось только и исключительно России.

Счёт опять оплатил парень в косоворотке, несмотря на то, что съел меньше всех и даже музыку заказывал не он. Но с него даже чаевые содрали.

Почему такой огромный долг образовался легко понять по тому, что в 1990-м году из СССР в страны СЭВ было поставлено продукции на 36 млрд. долларов, а закуплено на 40 млрд. долларов. Фактически это был последний год полноценного взаимодействия. В 91-м году объемы торговли упали до 11 млрд. долларов, а в 1992-м до 7 млрд.

Карта поставок в страны СЭВ нефти и газа, а также строящихся совместно объектов

Расчетов в свободно конвертируемой валюте СЭВ не перенёс. Восточноевропейские страны не желали платить за сырьё по рыночным ценам, а в России тоже никак не могли уразуметь, почему должны платить за товары довольно средненького качества дороже, чем за западные аналоги. На этом аукцион неслыханной щедрости закончился.

На самом деле распад СЭВ добавил России трудностей. Довольно много продукции в страну шло оттуда, в том числе и запчасти для транспорта. Я в 1992-м работал на автобазе. Тотальная нехватка запчастей была. Мы на автобазе умудрялись генераторы с ГАЗонов ставить на ВАЗ. Скажете невозможно? Да! Но мы делали. А что делать, если выхода нет? К КамАЗам тоже кучу комплектующих поставляли из европейских стран. Пришлось налаживать производство у себя.

Плюс еще разрывы производственных цепочек, оставшихся в республиках СССР. Практически 20 лет заняло восстановление промышленности и создание независимой экономики. И всё это усугубляла выплата долгов, сделанных руководством СССР.

Удивительно лит, что КНР, которому не приходилось тянуть за собой кучу нахлебников, выстоял, а СССР распался, как и его внешнеполитический блок.

Счастья этому дому, пойдём к другому

Впрочем, ушлые осси всех стран быстренько записались в ЕС, где принялись с успехом проводить прежнюю же политику выспрашивания дотаций и преференций. Как не трудно догадаться, самый большой успех пришёлся на долю Польши. С учётом примкнувших к ней стран Прибалтики, в одночасье убившей свою экономику и заживших на подачки, ситуация становится всё более томной.

Собственно, весь тот маразм, который сопровождался попыткой экономического объединения на условиях идеологии, мы теперь можем наблюдать на примере Объединённой Европы. Только теперь донором выступает не РСФСР, а Германия и Франция. Как результат — устойчивая рецессия и даже падение экономики Германии. Вещь, о которой раньше и помыслить было невозможно.

В интереснейшее время живём, господа-товарищи!

Между прочим, ситуация в ЕС крайне напоминает СЭВ. Тогда тоже СССР нёс политические обязательства. Наше руководство должно было информировать руководителей союзных стран о любых внешнеполитических инициативах, да еще и получать одобрение. Теперь преференции для себя «новые демократии» выцарапывают в Евросоюзе, всё также думая только о себе. Правда, с экономикой теперь у них плохо — большинство гигантов промышленности пошло ко дну, заодно с сельским хозяйством.

Знаете, одна из причин, по которой мне очень нравится политика современной России — это прагматичный подход к сотрудничеству. Наша страна не грабит другие страны, но и садиться себе на шею не позволяет. Нынче Иван заимел себе калькулятор и очень хорошо научился считать.

А то ведь до маразма порой доходило. Приходилось слышать про то, как в Анголе местные водители просто бросали поломанный автомобиль вместе с грузами на дороге и ехали в порт. А зачем чинить, если советико нагнали техники столько, что она все стоянки заняла? Или Афганистан взять, где наши войска фактически взяли на себя ведение войны. А заодно и дефицитные у нас же товары поставляли, строили заводы. Одни убытки, впрочем, советское руководство всегда было щедрым за государственный счёт. Не за свой же карман.

За асуанскую ГЭС Хрущёв списал треть кредита с Египта, Огромные деньги! Иной раз пишут, что ничего страшного, зато это строительство сделало для СССР рекламу. А то её оно бы не было, если бы все деньги забрали? Тем более, что корм оказался не в коня — Советский Союз из Египта попросили, мол, мавр сделал своё дело, так что пусть идёт в сад.

Апофеозом политики раздаривания народного достояния и предательства интересов собственного народа стал Горбачёв, который договорился о выводе наших войск из ГДР. По воспоминаниям министра иностранных дел ФРГ Ганса-Дитриха Геншера за эту услугу он попросил всего 8 миллиардов немецких марок, причём в кредит. Реально же он выторговал всего 4 миллиарда. Сам Коль готов был уплатить 100 миллиардов, но почему не развести лоха? Да и то это маловато было, ведь СССР передал Германии огромное количество территорий и имущества. Отдал совершенно бесплатно.

— Это совсем немного! — говорил Коль уже в начале 2000-х годов.

— Если бы Горбачёв сказал: «Дайте нам сотню миллиардов, и получите ГДР», — мы так бы и сделали. Что такое сто миллиардов за восточные земли при их годовом бюджете в пятьсот миллиардов? Да ГДР нам досталась по цене бутерброда!

Государство не обеднеет. Кадр из кинофильма «Иван Васильевич меняет профессию»

А сейчас с тем же Афганистаном и талибами, с которыми раньше воевали, заключен договор по добыче полезных ископаемых. Нет, все же идеология — страшная вещь, заставляющая забыть о здравом смысле, как забывают лемминги о чувстве самосохранения, массово топясь в море.

И, кстати, все эти нынешние «свидетели сияющего СССР», которые с невинным видом рассуждают о том, что помогать другим же хорошо. Хорошо, согласен, но тогда помогайте из собственного кармана, а не из общественного. И помогать — это не значит всё делать за другого самому, поощряя его полностью положиться на доброго дядю, а потом ругать этого же дядю за то, что тот сделал не так красиво, как надо.

И что ещё характерно — толково распорядиться полученным от СССР не смог практически никто из соседей. Можно взять хоть СЭВ, хоть братские республики — по итогам эти страны потеряли буквально всё. Особенно показательно выглядит деиндустриализация прибалтийских стран, ныне проживающих в роли приживалок при Евросоюзе. Пожалуй, им стоит посвятить отдельную главу в этой книге.

Что же он один работает? Карикатура из журнала «Крокодил» №4 за 1970 год

Система работала крайне плохо, да еще и потребляла пропасть ресурсов — отвлекая массу народа. Несогласованность планов приводила к огромным убыткам. Производилось много того, что просто не требовалось.

В дневнике А. С. Черняева за 29 октября 1978 г. приведены такие цифры:

Кстати, чтобы доказать эффективность экономики, давалась статистика по очень узкому количеству ассортименту. В основном это было, сколько добыто угля, выплавлено стали, собрано станков, автомобилей и тракторов.

Эти показатели любили сравнивать с 1913-м годом и показателями других стран. Так получалось очень даже неплохо. Зачем выплавлять столько стали не пояснялось.

В конце 80-х я учился в Магадане и довольно часто ездил домой по Колымской трассе. Обочины были буквально завалены металлоломом, который никто не убирал. Тысячи тонн там были.

С середины 90-х живу в Ростовской области. У нас более 15 лет целый промысел был — люди собирали в посадках все те запчасти, которые выбрасывали сельские механизаторы. Специально прочесывали насаждения вокруг полей с металлоискателями и копали запчасти. За день умудрялись нагрузить багажник «Нивы» и прицеп. Тонну, а то и пару в день металлолома добывали легко. И так год за годом.

Толку было выпускать огромное количество тракторов, если половина, а то и больше их стояла из-за отсутствия запчастей? То же и со станочным парком, по свидетельству А. С. Черняева в 70-х годах простаивало порядка 800 000 станков из-за отсутствия операторов.

Плановая система Союза была крайне неторопливой. Нововведения планировались на годы вперед. Например, на Уралмаше в 80-х был разработан экономный метод непрерывной разливки стали. В середине 80-х в СССР по этому методу производили 13% выплавляемого металла, а в Японии — 79%.

Долгострои стали настолько обычным делом, что трудно найти номер из «Крокодила» за 70−80-е годы без карикатуры на эту тему. Нередко начинали строить завод, а затем прекращали, когда оказывалось, что его продукция не нужна. Средний срок строительства завода в СССР составлял 10 лет (в США тогда — 2 года). За это время даже новейшая продукция, которую предприятие должно было выпускать, банально устаревала.

У нас в городе я лет 20 ходил мимо обнесенной забором стройки. Самый центр, но только в середине 2000-х старый фундамент разобрали и построили на этом месте две десетиэтажки. И подобные случаи были в любом городе страны. Вот, небольшая подборка от читателей:

Огромное количество народного добра было даже не раздарено другим странам в Африке или Латинской Америке, или даже братским народам СССР — а просто сгнило. Запланировано — чтобы всё просто сгнило.

Ресурсы постоянно перетягивали друг у друга министерства, предприятия, а заодно и республики. Таким образом они добивались повышения своей значимости. В главе «Великое металлоломостроение — автопром Закавказских республик» есть упоминание о планируемом строительстве в Азербайджане Кировабадского автомобильного завода.

https://author.today/reader/430453/4137341

Это после того, как аналогичные заводы в Кутаиси и Ереване показали свою полную несостоятельность. А ведь тот ужас, что они «выпускали» учитывался, как полноценные произведенные автомобили. А то, что на приведение их в порядок нужно не меньше ресурсов, чем для строительства, уже нигде не учитывалось.

Следовательно, автобаза, которая получала грузинские или армянские пепелацы, должна была где-то взять дополнительные ресурсы — запчасти, дополнительных рабочих, ГСМ и т.п. Значит, она подавала увеличенные заявки, экономила имеющиеся ресурсы за счет приписок. Каким образом это можно запланировать?

Кстати, для пояснения как образовывались неучтенные ресурсы, а заодно и получались иные награды за трудовые достижения, приведу цитаты из комментариев читаталей:

Кстати, такое было сплошь и рядом. Когда работал на стройке на Колыме, то при строительстве 12-квартирных домов из бруса получалось изрядная экономия материалов просто за счет того, что мы не делали балконов. Не нужны они на Колыме — только лишние теплопотери получались. А в комплекте домостроения они были. Из наших досок почти весь поселок сараи и теплицы настроил. За так отдавали — не выбрасывать же.

Планы разрабатывались разными министерствами, поэтому часто плохо согласовывались. Сельскохозяйственных тракторов, например, выпустили много, а толку нет, потому как навесных орудий на них не хватает. Про запасные части для автомобили и не говорю — в автобазах и колхозах часть машин использовали как доноров. Ладно, в народном хозяйстве, но это и в армии было повсеместно. По документам техника в части боеспособна, но попробуй выведи машины по тревоге — половина на дороге останется, а часть вообще не заведется.

Сейчас «свидетели сияющего СССР» отговариваются тем, что планированием должны заниматься компьютеры. Вот тогда можно будет учесть всё и будет сугубое благо. Сильно сомневаюсь, что можно учесть взаимоисключающие интересы ведомств, массовый брак, некачественную или вообще не ту продукцию, которая запланирована, неурожаи, волюнтаристские решения высшего руководства страны. Ёпрст, там сотни факторов.

Госплан, кстати, активно использовал ЭВМ. Главный вычислительный центр — структурное подразделение Госплана СССР, осуществлявшее расчёты плановых показателей с помощью электронно-вычислительной техники. Существовал с 1959 по 1991 гг.

Можно и нужно планировать развитие инфраструктуры, энергетики, важнейших отраслей промышленности, но нельзя планировать вообще всё вплоть до производства булавок.

О том, как формировались планы хорошо написал читатель с ником sdelano_v_sssr, поэтому прямо процитирую:

Между прочим, ведь действительно «до мышей». План спускался везде, даже в парикмахерские. Пусть не на количество стрижек, а на выручку, но тем не менее. Я в армейской учебке пару раз ходил в патруль в город — должны были определённое количество нарушителей выявить. Это нормально?

В «Колымских байках» в главе «Мало ли что на табло вылета написано» у меня есть история про гостиницу в Новосибирске, которая выполнила план и просто прекратила обслуживать людей. И при пустых номерах в аэропорту пройти было невозможно — люди спали на полу, оставив только небольшие проходы в зале и даже на лестницах на второй этаж.

https://author.today/reader/386979/3711779

Есть такая комедия с Леоновым «Зигзаг удачи». Там по сюжету фотомастерская не выполнила план — посетителей мало. Главный герой предлагает — а давайте друг друга снимать.

А давайте снимать друг друга! Кадр из кинофильма «Зигзаг удачи»

При такой системе любое предприятии было заинтересовано только в том, чтобы выдать план. Какую оно выдаст продукцию, удовлетворит ли потребителя — было не важно. Все равно результат для коллектива и директора от сбыта продукции и услуг совершенно не зависел. Если подумать — бред полнейший. Какие услуги в данном случае фотоателье оказало? Только перевело ресурсы и ничего больше. Но для советских граждан всё совершенно нормально.

Никакими ЭВМ этого поправить было нельзя. Можно было выявить крупные просчеты, но не более того просто потому, что для точного планирования нужна точная же информация с мест — где и что есть. А там работают люди. Они ошибаются, они пишут «от фонаря», они сознательно искажают данные. Это и заводы должны быть полностью автоматическими, вот тогда что-то получится, но опять же, как быть с модой, внедрением новинок. Нужно быстро внедрять, а не получается — всё уже распланировано.

Как вариант — планирование «по валу», в тоннах. А предприятие уже само, мол, разберется. Но дам опять слово читателю sdelano_v_sssr:

План ради вала был потому, что само по себе планирование — дело сложное. Проще планировать «в тоннах», чем в «ассортименте», а катать (например) лист 1 мм проще, чем лист 0,1 мм — проходов меньше, да и требования к материалу проще. И так во всем — планируем в тоннах, используем в метрах.

Брак был потому, что со школы внушали: «Ты недоумок, тебе одна дорога — в ПТУ: 'Помогите тупому устроиться!» Если что — не фантазия, а прямая речь моей математички. Ну а коль в ПТУ и потом в рабочие дорога только «недоумкам» — ну и результат такой же. Недоумок только брак и может гнать.

А отходы — потому, что некие снабженцы (с высшим образованием, кстати!) заказывали материал «от балды» и теми же тоннами. Вот и приходилось из проката в 200 мм точить деталь с максимальным диаметром 75 мм. И завалы стружки. Даже «Фитили» на эту тему снимали — но все без толку.

Пароль? Плавно по валу, вал по плану. Проходи! Кадр из кинофильма «Чародеи»

С валом тоже хреново выходит, потому как заводу выгоднее сделать то, что подольше. Заказывает завод холодильников лист 0,3 мм, а ему предлагают 3 мм. А смысл делать тоньше, если это дольше и дороже, да еще и план будет не выполнен?

Металлурги могут из-за ошибок выплавить другой сорт металла. И вот пришли балки на стройку, а их в дело пускать нельзя — они не выдержат нагрузок. А наверх уже ушли реляции — план выполнен. Это учтено, а объект стоит.

Ошибки в планах и прямое наплевательство в поставках были повсеместны. Доходило до буквально анекдотических случаев.

evil_hemul

Читал я мемуары того, кто во времена СССР работал советником в Африке. Построили там поселок — стандартные хрущевки. С водостоками — там, где дождь раз в сто лет проходит. А на построенный аэродром завезли технику — снегоуборочную.

loginov1957

В Египет поставили танки Т-55 с полным комплектом обмундирования… вот только небольшая незадача — шлемофоны все были зимние… В египетскую жару в танке в зимнем шлемофоне… Не удивительно, что они танки бросали и разбегались при первой возможности.

Худо-бедно планы как-то утрясались в ручном режиме, но ошибки постоянно накапливались, приведя к всё большему отставанию экономики СССР от «вероятного противника». Западные страны в то время имели возможность быстро отказаться от невостребованной продукции, перейдя на новую. У нас внедрение занимало по 5–10 лет. Только в военной отрасли с внедрением управлялись быстро, но там были свои сложности.

Но даже попытки развития конкретных отраслей могли привести к совершенно непредсказуемому эффекту. Об этом писал А. С. Черняев в своем дневнике на странице за 9 июля 1978 год:

Самая острая проблема, как я понял, состоит в том, что «перевод сельского хозяйства на промышленную основу», т.е. усиленная механизация и химизация и проч. привели к огромной перекачке тех больших средств, которые вкладывались после мартовского Пленума ЦК 1965 года в сельское хозяйство, обратно в промышленность. Приводились ошеломляющие цифры, когда колхоз, совхоз, район, целая отрасль сельского хозяйства в области, давая продукции вдвое, втрое больше и, перевыполняя планы на 30–40 %, с каждым годом становились все убыточнее, заканчивали свои годовые балансы с огромным дефицитом и попадали во все большие долги к государству. Потому, что новый трактор, например, производительнее, допустим на 15–20 %, а стоит он вдвое дороже.

Такое же положение с централизованным автотранспортом, удобрениями и проч. «услугами», которые оказывает селу промышленность или, проще, механизированные подразделения, не принадлежащие колхозам непосредственно.

Образовались «новые ножницы» цен. Причем, ни неурожай по природным причинам, ни бедствие какое, ни что другое на доходах тех, кто так «обслуживает» сельское хозяйство, не отражаются. Они из года в год наращивают прибыли. А у колхозов все меньше средств все это оплачивать.

Вот так — планировали одно, а получилось как всегда.

Мне говорят — но ведь нормально же жили, приспосабливались! Ну, да, приспособиться можно ко многому и даже казаться будет, что всё стабильно и нормально. Но тут такое дело — империи сохраняют видимость устойчивости до последнего момента.

У булата Окуджавы есть ёрническая песенка на эту тему:

Римская империя времени упадка

сохраняла видимость твердого порядка:

Цезарь был на месте, соратники рядом,

жизнь была прекрасна, судя по докладам.

Бард, конечно, по обычаю отечественной интеллигенции держал фигу в кармане, когда стишата кропал, но ничего не скажешь — все верно. С докладами было всё прекрасно.

Вот, например, график производства мяса в СССР:

С 1980-го по 1990-й года рост впечатляющий — с 11 до 15,5 миллионов тонн. А мяса в магазинах не было. Так в столовых всё было — сурово возражают мне «любители СССР».

Хорошо, в 89-м году в стране было 285,7 миллиона человек. Получается, на рыло по 54 кг мяса в год. Правда, декларировалось по 57 в год, но ладно, еще же закупали за границей. Но вот только в иных городах даже в столовых одни хлебные котлеты были.

Так что с докладами было всё в порядке. Вот с экономикой — полный швах. Я, признаться, даже понять не могу, каким образом наша страна смогла преодолеть мощнейший кризис. Наверное, все же правда, что «Россией напрямую управляет Бог», иначе просто в голове не укладывается, как мы выжили с учётом развалившихся экономических цепочек. Ну, и предприятия стали действительно заинтересованы в том, что они производят, начали выпускать то, что было нужно потребителю, а не запланировано свыше теми, кто этой продукцией никогда не пользовался.

И не нужно забывать — планы часто брались с потолка, в них вмешивалось порой полностью некомпетентное в порученном ему деле начальство, требуя сделать к определённому сроки. И неважно, что оборудование не завезли, людей нет, испытания не проведены.

Свидетельство очевидца: Григорий Устинович Медведев. Начинал работу на заводе в Коломне, затем переехал на Кольский полуостров, где занимался ремонтом атомных подводных лодок. Затем работал на исследовательской реакторной установке ВК-50. Участвовал в проектировании и строительстве Чернобыльской АЭС. Участвовал в ликвидации последствий катастрофы на 4-м энергоблоке Чернобыльской АЭС, был облучён, семь месяцев пролежал в больнице.

О том, как работали директивные методы в советской экономике, прекрасно показывает эпизод из «Чернобыльской тетради» Григория Устиновича Медведева. Прекрасный специалист своего дела, он занимался ремонтом атомных подводных лодок, работал на исследовательской реакторной установке ВК-50. Принял участие в разработке и возведении Чернобыльской АЭС.

Он же принял участие в ликвидации последствий атомной аварии, с лучевой болезнью 7 месяцев провёл в госпитале, борясь за жизнь.

Цитирую:

Заместитель Председателя Совета Министров СССР Б. Е. Щербина. Опытный администратор, беспощадно требовательный, автоматически перенесший в энергетику методы управления из газовой промышленности, где он долгое время был министром, Щербина обладает поистине жесткой хваткой, навязывая строителям АЭС свои сроки пуска энергоблоков, а спустя время обвиняет их же в срыве «принятых обязательств».

Помню, 20 февраля 1986 года на совещании в Кремле директоров АЭС и начальников атомных строек сложился своеобразный регламент: не более двух минут говорил отчитывавшийся директор или начальник стройки и как минимум тридцать пять- сорок минут прерывавший их Щербина.

Наиболее интересным было выступление начальника управления строительства Запорожской АЭС Р. Г. Хеноха, который набрался мужества и густым басом (бас на таком совещании расценивался как бестактность) заявил, что третий блок Запорожской АЭС будет пущен в лучшем случае не ранее августа 1986 года (реальный пуск состоялся 30 декабря 1986 года) из-за поздней поставки оборудования и неготовности вычислительного комплекса, к монтажу которого только приступили.

«Видали, какой герой! — возмутился Щербина. — Он назначает свои собственные сроки! — И взметнул голос до крика: — Кто дал вам право, товарищ Хенох, устанавливать свои сроки взамен правительственных?»

«Сроки диктует технология производства работ», — упрямился начальник стройки.

«Бросьте! Не заводите рака за камень! Правительственный срок — май 1986 года. Извольте пускать в мае!»

«Но только в конце мая завершат поставку специальной арматуры»,- парировал Хенох. «Поставляйте раньше! — И Щербина обратился к сидевшему рядом Майорцу: — Заметьте, Анатолий Иванович, ваши начальники строек прикрываются отсутствием оборудования и срывают сроки…»

«Мы это пресечем, Борис Евдокимович»,- обещал Майорец.

«Непонятно, как без оборудования можно строить и пускать атомную станцию… Ведь оборудование поставляю не я, а промышленность через заказчика»,- пробурчал Хенох и, удрученный, сел. Уже после совещания, в фойе Кремлевского Дворца, он сказал мне:

«В этом вся наша национальная трагедия. Лжем сами и учим лгать подчиненных. До добра это не доведет».

Разговор был, напомню, за два месяца до чернобыльской катастрофы.

А вы думаете, «эффективные менеджеры» только в наше время появились? Нет, их и при СССР было более чем достаточно. И что характерно — эти менеджеры ответственности никогда не несли. Выстроенная в стране система руководства не подразумевала никакой ответственности за пустые полки магазинов, за разваливающиеся грузовики, за разворованные и сгноенные ресурсы. Закономерно, что экономика в результате пошла в разнос.

Все рабочие разъехались. Только и остались бывшие полярники. Карикатура из журнала «Крокодил» №2 за 1971 год

И ладно бы только не было рабочих. Они могли в запой или в загул уйти, а еще обкомы и райкомы по осени требовали отправлять бригады шефов на уборку урожая.

Вообще у советских предприятий было подчинение по линии министерств, но это только с одной стороны. Партийные органы тоже имели значительную власть и вполне могли заставить производственников выполнять свои пожелания. Противостоять такому давлению могли очень немногие.

Один плюс — директор завода всегда мог заявить об объективных трудностях. Вот только хозяйству страны от этого легче не становилось. Тем более, что проблемы одного из смежников автоматически выливались в невыполнение планов у следующих по производственной цепочке.

При такой системе многие директора вообще не хотели никаких перемен. Выпускаются туфли фасона 60-х? Ну, так и по барабану, что на дворе давно 80-е и такую обувь никто не берет. Зато план выполнен на 102%.

Когда сделаем насосы? Кадр из репризы Райкина

Заводу могла прийти внезапная разнарядка на выполнение заказа, в том числе и не совсем по его профилю. Помните известное выступление Райкина про «насосы и колёсы»?

— Когда сделаем насосы?

— Никогда! Нам не кем, нам нечем, нам не на чем.

Но отказаться нельзя — иначе завтра уволят и никуда больше не возьмут.

Могли быть внезапно скорректированы планы, в том числе увеличены объемы директивой сверху или добавлена номенклатура. К таким условиям приходилось приспосабливаться, причём довольно своеобразными методами — чисто советскими.

Какая бы репка не была, а сокращения штатов допустить нельзя. Карикатура из журнала «Крокодил» №4 за 1976 год

Во-первых, создавался резерв мощностей — те самые лишние станки, лишние площади, дополнительный метраж складов.

Во-вторых, по возможности увеличивался штат. Зато при аврале появлялась возможность направить людей на сборочные линии. Ставили порой все, вплоть до инженеров и секретарши директора. Плевать на брак — главное дать вовремя вал, тем более что при неравномерности поставок от смежников авралы — дело обычное и привычное. Опять же всегда есть, кого послать в колхоз урожай убирать.

В-третьих, нужно создать запасы материальных средств. Следовательно, в главк идут заявки, значительно превышающие реальные потребности, в первую очередь на дефицитные комплектующие. Просить нужно минимум вдвое больше, потому как в вышестоящих инстанциях тоже не дураки сидят, они прекрасно знают эту кухню и срежут объемы наполовину.

Нормальной работы с поставщиками могли добиться только в ВПК (впрочем, там тоже хватало трудностей), а гражданским предприятиям приходилось создавать штат снабженцев и толкачей. Эти ребята толкались в главках и министерствах, выциганивая подписание заявок. Потом уже добивались выполнения этих заявок. Вплоть до того, что буквально жили на заводах поставщиков:

А это представитель заказчика. Он днюет и ночует у нас в цеху. Карикатура из журнала «Крокодил» №35 за 1974 год

Опять же комплектующие часто нужно было откровенно искать. Сначала найти завод, который занимается именно этим производством, подписать с ним договор. Так как у нас планирование, то сразу же соглашение работать не начинало.

А если нужно здесь и сейчас? Тогда опять же мотаться по управлениям, заводам, складам, разыскивая, у какого запасливого хомяка имеется остро необходимая деталь и за что он готов с ней поделиться, потому как деньги не предлагать. Финансы в плановой экономике — дело десятое, их-то выделят, а материалы — бабушка надвое сказала.

А нельзя ли объявить выездной конкурс с заданием: «Кто быстрее привезет роликоподшипник радиально-упорный, конический, четырехрядный тип 7700, ГОСТ 8419−57?». Карикатура из журнала «Крокодил» №34 за 1970 год

К 70-м годам уже ни о каком научном планировании речи не шло. Фактически страна перешла к планированию «от достигнутого». Что это значит?

Да просто всё — новому предприятию установили план. Оно его выполнило — вот столько же давайте и в новом году. Первоначально показатели выводятся из имеющихся мощностей, количества работников, производительности по отрасли. Справились? Молодцы! Не справились — директору разнос, а то и увольнение. Потом комиссия разбирается, почему не выполнили. Могут и уменьшить выход продукции, если придут к выводу, что показатели были завышены.

Поэтому обычно коллективы старались выполнить план чуть-чуть больше. Ну, скажем 100,9% — просто отлично. Выполнение есть, премия получена, директора на ковре у начальства в позу пьющего оленя не ставят, а наоборот хвалят и всем хорошо. А вот, если на 123% выполнить? С ума сошли? Тогда в следующем году именно такой план и установят.

Про эту милую особенность советской экономики я писал в «Колымских байках»:

https://author.today/reader/386979/3711779

Так что, чтобы завод работа без сбоев, усилий от снабженцев требовалось очень много. Да в половине советских фильмов они присутствуют. Помните новогоднюю комедию «Чародеи»? Был там такой «гость» из солнечной Грузии — за волшебной палочкой приехал. Вот это он самый — снабженец во всей красе.

Я гость! Кадр из кинофильма «Чародеи»

Чтобы выполнить порой невозможное успешный советский «толкач» должен был обладать способностями покруче, чем у супергероев из вселенной Марвел. Вот никакой иронии. Я скажу так — первым в истории «толкачём» был Федот-стрелец. Тот самый, что удалой молодец.

Нет, ну, а что — «пошел туда, не знаю куда, нашел то, не знаю что». И ведь успешно справился с заданием. Вот только не знаю, выписали ему за это премию или нет? В книге про это как-то неопределённо сказано.

Здесь мы готовим толкачей. Карикатура из журнала «Крокодил» №17 за 1970 год

Кстати, именно из-за сложности совместной работы со смежниками на советских предприятиях часто предпочитали делать всё самостоятельно — от и до. Фактически получались эдакие комбинаты, в которых собраны самые разнородные производства, но которые практически не нуждаются в поставщиках. Особенно к этому методу тяготел ВПК.

Подход вынужденный, так как предполагает обычно достаточно небольшие объемы выпуска. Зато нет срыва поставок. Исторически такая форма предприятий была характерна для 19 века, когда промышленность еще была малоразвита. Но вот в 20 веке — это был уже анахронизм. Гораздо выгоднее иметь несколько специализированных заводов, которые занимаются своей узкой продукцией, а сборку из унифицированных деталей осуществляют отдельные заводы и фабрики. В результате продукции получается больше, стоит она дешевле, а качество становится лучше.

Вот вы задумывались, почему в СССР было огромное изобилие практически одинаковых моделей бытовых приборов, которые производило множество разных предприятий в кустарных масштабах, и обычно в «довесок» к их основной деятельности (как правило, речь о заводах военной направленности, которым спускали план по мирной продукции)?

Например, выпускалась куча очень похожих кассетных магнитофонов 3-го и 4-го класса с практически одинаковыми параметрами, но собранные на разных предприятиях (например, Весна 305, Электроника 321, Протон 401, и множество иных). Производились они объемами порядка 20 тысяч единиц в год, а то и меньше. Но это практически штучное производство — около 50 штук в день. Естественно, и цены будут конские, и качество трудно поддерживать при таких мизерных количествах.

По сравнению с этим, современные китайские и японские производители товаров широкого потребления работают масштабами миллионов единиц в год. Это дает возможность всё максимально автоматизировать и заказывать детали большими партиями, что способствует низкой цене при достаточно высоком качестве. Причем заводы специализируются на конкретных процессах (пластмассовые детали, штамповка, производство печатных плат, сборка, и т.д.), а не пытаются все делать на одном предприятии (что было характерно для СССР). Ниже себестоимость — ниже цена.

Нередко наши предприятия гнали откровенный брак, причём он был заложен изначально, еще на стадии проектирования. Просто потому, что использовались некачественные материалы. Прекрасный пример — советские телевизоры.

meerkat_menace

Как человек начинавший работать телемастером по объявлению в конце 80-х, могу сказать, что абсолютно во все советские модели ТВ, разработки 80х, был заложен срок службы не более 5ти лет. И это был максимум, большинство вылетало чаще. Причина смешенная лампово-транзисторная схематика распаянная на гетинаксовых платах, чрезвычайно низкого качества. Попадались более ранние модели, сделанные по-старинке еще навесным монтажом. Те работали безотказно, пока кинескоп не крякнет или лампа строчной развертки не сядет.

Гентинакс просто был совершенно неподходящим для выбранного температурного режима внутри ТВ. Рассыхался, трескался рвал дорожки. Тут мало что можно было сделать. Проложить все дорожки по новой, но потом начинали отгорать ламповые панельки. Один и тот же аппарат можно было лечить бесчисленное число раз с регулярностью 6 — 12 месяцев.

Припой мог быть и нормальный, но ножки у панелек был сплошь либо бракованные (изначально с окислами на поверхности) либо из-за дополнительного теплосъема повсеместно была холодная пайка. А потом уж из-за постоянного температурного цикла эти ножки начинали вываливаться из соединения. Отсюда и то что телек можно было временно починить хорошенько по нему стукнув.

Потом пошли более современные модели нам микросхемах. Там обычно почти сразу вылетал импульсный блок питания, из-за совершенно бракованных высоковольтных армянских конденсаторов. Обычно я менял все, что можно на японские. После этого телевизору сносу не было.

Когда приехал в США, кое-какие старые ТВ тоже пришлось ремонтировать. Там все было сделано как в танке. Везде текстолит, лампы прекратили использовать в 60х. Так что американские ТВ 70−80х могли служить лет по 20 — 25. Хотя конечно мало кто их столько держал. Выносили на помойку совершенно целые аппараты, просто чтобы взять более современный. Ну а потом уж пошла Япония и производству ТВ в США пришел конец.

Проблемы с качеством советских телевизоров шло именно из-за качества печатных плат. Перегревать при сборке их было категорически нельзя из-за риска расслоения. Отсюда и низкотемпературный припой и недогрев при пайке. Замени платы на текстолит и улучши температурный профиль на пайке волной и все, проблемы решены. Ничего стучать больше не надо.

В ТВ штатовской сборке поразили что каждая плата была в металлической рамке для устойчивости к вибрации. Весел агрегат конечно ого-го с таким конструктивом. Но стучать по нему точно было бесполезно

Ну, если с этим работать постоянно, то все в большинстве довольно однообразно. Схемотехника кстати была на уровне, из того что было из номенклатуры сконструировать эти аппараты было не тривиальной задачей. Некоторые решения прям шедевры инженерной мысли!

Технологически конечно все было достаточно ужасно. Я какое-то время поработал на Алма-Атинском электротехническом. Там много чего собирали, в том числе и ТВ. До сих пор помню набивку плат деталями вручную. Хотя во всем мире платы уже набивали машинами. Отсюда и высокий уровень брака при сборке, человеку свойственно ошибаться

Между прочим, все эти упомянутые выше почти одинаковые магнитофоны были сделаны так, что у них отсутствовала унификация. У каждой модели имелись свои болезни, в конструкции присутствовали какие-то уникальные узлы, которые, если они ломались, то достать их было практически невозможно. Не удивительно, что покупать такие товары народ особенно не стремился. Лучше было отдать в 3 раза больше, но купить японский «мафон» — он, как правило, вообще не ломался десятилетиями.

Мне отец привёз, помню, двухкассетник Sanyo из Японии. Прослужил 25 лет. Я даже головки ни разу не протирал — всё и так прекрасно работало. Последние, годы использовали его только как приёмник. Работал бы и сейчас (а может и работает), да сестра квартиру обменивала и оставила магнитолу новому хозяину. Вообще не понимает ценность старых вещей женщина. Вот после таких хозяек счастливчики обнаруживают на помойке наборы старинных столовых приборов из серебра или прижизненное издание Пушкина. Ну, ладно, это я о своём.

А еще в СССР постоянно проводили компании. Например, за повышение производительности труда. В этом случае от директоров требовали «повысить, углубить, обеспечить». Они и обеспечивали.

Исключительно низкое качество продукции получается у нас благодаря высокой производительности труда. Карикатура из журнала «Крокодил» №28 за 1974 год

Самое грустное, что нередко на ковре у начальства хвалили руководителей откровенно бросовых предприятий, зато директора, наладившие эффективное хозяйствование и дававшие достойную продукцию, постоянно получали разнос.

Например, в ЦК решили, что нужно снижать издержки производства. ЦУ спущено вниз. Вот только складывается парадоксальная ситуация. Имеем предприятие, где детали точат из круглых болванок диаметром 500 мм. Нужно срезать до 300 мм. Завод начинает точить изделия из заготовок на 400 мм. В результате издержки на операцию снизились вполовину. В верхах довольны — вот настоящий директор, напрягся, мотивировал, смог обеспечить. Молодец! Звание ему и орден. И повышение.

Есть другое предприятие. Там значительно раньше перешли на заготовки в 350 мм. Еще снизить уже нельзя. Следовательно, директор этого завода игнорирует указание. Гнать его нужно в три шеи.

В результате первый руководитель в шоколаде, второго унизили, как могли, потоптавшись на нём со всей грацией бегемотов. Но по факту второе предприятие работает гораздо эффективнее, но кому это интересно?

А этого умельца мы специально держим для выполнения плана по металлолому. Карикатура из журнала «Крокодил» №9 за 1973 год

Но вот как раз эффективность никого не интересовала — главное было обеспечить показатели. Выплавить много стали. Выплавили, завалили посадки металлоломом. Зачем? А хрен зна, как говорят в Сибири.

В воспоминаниях известного советского артиста Равиковича есть эпизод про то, как рыболовецкие суда на Амуре, не имея возможности сдать рыбу на консервный завод в Комсомольске-на-Амуре, просто сваливали её на берегу, где дефицитный лосось гнил, отравляя воздух на милю вокруг.

В это же самое время в магазинах города рыбы не было напрочь. А всё из-за того, что планы одних было не согласованы с возможностями других (завода), а на третьих (потребители) вообще наплевали с высокой колокольни.

Что-то вроде подобного показано в этой карикатуре про тайну метеорита:

Тайна метеорита. Карикатура из журнала «Крокодил» №4 за 1976 год

Часто как заботу о рабочих подавалось то, что при многих предприятиях существовали санаторно-оздоровительные комплексы, театры, дома культуры и куча других структур.

Вроде и да — забота. Но только в условиях неразвитости этих структур в государстве. Моя тётя раньше занимала должность юристконсульта на крупной автобазе, её муж был директором предприятия. По районным меркам семья высшего уровня. Благодаря связям жили лучше, чем многие. Но она смеется, когда ей говорят, что при СССР рабочий мог получить бесплатную путёвку в санаторий.

— И сколько раз за жизнь он её получал? — веселится Надежда Константиновна.

Крыть обычно нечем, хорошо, если пару раз съездить на бесплатный отдых удалось за всю рабочую карьеру.

Заводу-то проще заплатить нормально рабочему, а он уже пусть сам покупает путевку и едет куда хочет, хоть на море, хоть в горы, хоть на лесное озеро или в круиз по Волге. А нету путёвок, на завод их считанные единицы выдали.

Вот и остаётся посылать работяг в собственный санаторий. А ведь все эти структуры — это увеличение себестоимости продукции. Но в условиях, когда цены устанавливаются сверху, как придётся, директора это не интересует. Деньги-то он на счет в любом случае получит, и их нужно потратить, куда уже не суть важно. Но ведь затраты-то никуда не делись. Они просто при таком подходе раскладываются на всю экономику страны.

Нет, и сейчас есть организации, которые свои санатории содержат. Но есть нюансы — они это делают с полученной прибыли, вкладывая деньги в здоровье своих рабочих. А это меньше прогулов, меньше больничных, люди держатся за работу. Ну, и показывает, что владельцы забоятся о людях.

Мне тут хороший вопрос задали:

sam_glor

А были на предприятиях застольщики? Ну когда комиссия приезжает с проверкой, ее надо встретить и усадить за стол, для этого нужен человек с хорошим языком и здоровьем.

А как же! Обязательно! Просто непременно. Многие предприятия специально содержали массовика-затейника. Должность была практически штатная и как раз предназначалась для встреч различных комиссий, делегаций. По совместительству эта же должностная единица занималась различными мероприятиями, чтобы можно было отчитаться о проделанной культурно-воспитательной работе в коллективе.

Он из заводской самодеятельности. Два раза в месяц играет роль фрезеровщика нашего цеха. Карикатура из журнала «Крокодил» №8 за 1973 год

Плюс советская действительность добавляла разных паразитических структур, выполняющих не пойми какие обязанности.

lyagushk_a

Нарастание паразитических структур на предприятия. Все эти освобожденные парткомы и профкомы. Лучшие места в офисе, зарплата выше среднего и никакой ответственности. В результате — многочисленная группа охреневших бездельников-проповедников человечного СССР.

Я по распределению в КБ пришла как раз в 91-м. Основная функция профкомов — организация распродаж, распределения продуктовых заказов. ХЗ чем еще они занимались, по коридорам медленно дефилировали, на всех как на быдло смотрели — это помню. Один показательный случай: правительство Москвы наполняло какой-то магазин или просто торговую площадку товарами (джинсы, обувь, еще всякое подобное), рассылало по каким-то своим соображениям в профкомы некое количество приглашений, которые в итоге нужно было распределить по сотрудникам. В нашем отделе разыгрывали ОДИН талон на 40 человек. Выигравшая девушка потом рассказывала, как она этот талон по какому-то адресу отоваривала и встретила там председателя профкома, с женой, видать, державшей в руке пачку этих приглашений. Я не от обиды пишу, просто вот такое издевательство от людей, с радостью оседлавших дефицит и рвущих у «лохов» и ртом, и жопой — потому, что могут.

И, чтоб два раза не вставать… как так вообще получилось, что без скачка в разы производительности труда вдруг в магазинах товары и еда появились? И не надо было на картошку или овощебазу ездить…

Не удивительно, что забота о рабочих и их правах перестала заботить профсоюзные организации. Их руководители превратились фактически в одного из замов директора предприятия, но с отдельным подчинением и, ни за что не отвечающих. Но очень хорошо обеспеченных.

В целом ни о какой эффективности советских предприятий уже в 70-х годах речи не шло, а в 80-х промышленность стала работать совсем отвратительно. Экономика страны упорно и неотвратимо шла к краху, усиленно подталкиваемая действиями всё более некомпетентного руководства.

И, что естественно, в условиях, когда главное было выполнить план, а не добиться продаж, заводы совершенно не были заинтересованы в смене оборудования. Отсюда и постоянные скандалы с ржавеющими под снегом и дождём по 5–10 лет станками, закупленными за драгоценную валюту. Дело стало настолько обычным, что о подобных случаях упоминалось практически в каждом номере «Крокодила» или выпуске «Фитиля». И что? А ничего!

Как там в «Ералаше»? Парам-парам-пам. Всё!

До него эту работу выполняли двадцать сотрудников! Карикатура из журнала «Крокодил» №21 за 1970 год

Читал в воспоминаниях Войновича, что он в молодости одно время работал столяром на заводе, который делал тумбочки. Самые простые — такие ставили в армейских казармах, общежитиях, пионерских лагерях, бараках для зэков, заводских гостиницах. В общем, мебель по принципу «дёшево и сердито».

Всё бы нормально, но в таком количестве эти тумбочки уже давно были никому не нужны. Но производство продолжало гнать вал, а невостребованную продукцию сваливали в свободном конце цеха. Войнович, не будь дураком, вместе с напарником притаскивал мебель, прошедшую проверку, счищал с поверхности печать мастера и представлял, как новую продукцию. Вместо работы аферисты в шахматы и домино играли.

В конце концов, попались, мастер их стыдил, но без огонька — он и сам понимал, что никакой разницы нет, все одно этим изделиям отправляться на свалку или же их разломают и спалят вместо дров.

Сейчас выглядит дико, но в те времена немалое количество производств гнало никому не нужную продукцию. Прекрасно понимающие всё рабочие даже не пытались сделать свою работу хоть более-менее хорошо. Какая разница?

Но и на реально работающих предприятиях стремление к ударному труду не поощрялось. Летом на практике я работал на дизельремонтном заводе. Поставили меня на разборку агрегатов запуска двигателей. Мастер сказал, сколько мы должны за день сделать. Посмотрел я на объем и говорю, что, мол, работы часа на три. А дальше-то что делать? Тут мне мастер и говорит:

Потом он, видимо, решил, что парнишка вроде сообразительный, лишнего болтать не будет, и объяснил, что не стоит повышать производительность труда. Потому как ты сегодня сделаешь в два раза больше, чем надо, а завтра проведут хронометраж труда и повысят нормы. За такое коллектив может и покритиковать, причём с занесением неодобрения прямо в грудную клетку. Тут я и проникся сермяжной мудростью.

Просто не получится больше заработать. Если оклад у рабочего, скажем, 200 рублей, то он может отличаться примерно на 10–15% за счет премий, каких-то поощрений. Но стоит ему увеличиться еще больше, как изменят нормы.

Тут еще такое дело. В любой деятельности есть середняки (их основное большинство) и незначительное количество людей, которые способны выдать порой просто потрясающую производительность.

Работал я одно время в бригаде каменщиков. Мужики подобрались опытные, клали кирпич быстро. Но как бы они не старались, бригадир за это же время давал объём раза в 2–2,5 больше. Причём играючи. Ему подсобные рабочие вдвоём не успевали материалы подтаскивать. Талант у мужика был к делу. Но если нормировку выдать по нему, то все остальные план никогда не выполнили бы.

Кстати, в своё время наслушался про стахановцев и прочих ударников. Работяги были твердо уверены — показатели были практически всегда дутые, когда одному человеку приписывали труд целой бригады.

Среднемесячная зарплата в СССР и РСФСР по годам, как нас уверяют

Если судить по таблице, то в Союзе люди получали неплохо. Но вот странность — да, были люди с хорошими зарплатами, но судя по моим воспоминаниям реальные доходы большинства населения были куда ниже. Не удивлюсь, если и здесь данные вывели путём приписок — они в СССР были самым обыденным делом.

Например, минимальная зарплата была установлена в 60 рублей в 1968 году и повышена до 70 рублей в соответствии с решением 24-го съезда КПСС. Но в стране было огромное количество народу, кто зарабатывал именно эти 70 рублей или чуть выше. Технички, лаборанты, сторожа. Мне даже сейчас трудно вспомнить, сколько человек получали самый минимум. Уж как там по статистике выходили те же 174 рубля в 1980-м году — ума не приложу. И почему по этой статистике зарплаты в РСФСР выше, чем в целом по Союзу не пойму.

Нет, высокие зарплаты тоже были. Не раз слышал, что на некоторых производствах фрезеровщик за месяц мог получить рублей 500, а то и 700. Но такие заработки были, скорее, исключением, чем практикой и относятся уже в самому концу 80-х, когда появились всякие СП, кооперативы и пошли реальные доходы, при этом завод еще мог платить за сырьё и энергию по старым советским ценам. Но такая халява продолжалась недолго. Обычно, чтобы действительно хорошо получать, люди вербовались на Север, на Курилы рыбу перерабатывать, отправлялись в рейс на рыбоперерабатывающем судне. В общем, работа не для всех и часто на пределе физических и моральных возможностей. К тому же станочникам постоянно резали зарплаты. Сегодня у него все 500, а завтра тарифы снизили и уже 300, а то и 250.

Население в республиках жило куда лучше, чем в РСФСР. Вот небольшой пример: ставка учителя в Ростовской области составляла 103 рубля, а буквально через дорогу в Ворошиловградской области она была уже 120 рублей. Вроде немного, но 17 рублей во времена СССР — это не такие и плохие деньги.

В начале трудовой деятельности люди получали часто просто копейки. Спрашивал маму, сколько она получала. Говорит, что когда стала работать, то где-то не более 60–70 рублей в месяц выходило. Всего-то. Потом, конечно, повыше, но тоже не особо много. Это, чтоб вы знали, самое начало 70-х. В 80-х молодой специалист уже зарабатывал куда больше, как минимум 120, но на такие деньги тоже не пошикуешь.

Маленькие зарплаты были в торговле.

Tomblackcat

Зарплата 70 рублей за собачью работу. Но 70 — это по бумажке типа «должностной оклад». Реально надо сразу ⅓ вычитать, чтоб «чистые» были. То есть, реально продавщицы МОГЛИ получить рублей 50.

Но 70 ₽/месяц — это у простой продавщицы. «Старшая» получала бешеные 80, а товаровед жировала на целых 90. Только были ещё «стажёры/практиканты» из торговых училищ и техникумов, которых кидали типа на «производственную практику» или «испытательный срок». Тем платили вообще по 40 рублей. То есть, выдавали рублей 20 «чистых». Недолго, месяца 3–6. Потом-то, конечно, на полный оклад принимали. Ага, на 70 рублей целых! Ну, а уборщицы в магазинах так и ишачили за 40 «длинных» советских рублей в месяц. Получая их по всё той же дебильной системе.

Но это всё в «идеальном» варианте.

ВСЯ система советской торговли подталкивала человека на махинации и криминал.

Разве вы не знаете, что встревать в чужой разговор невежливо? Карикатура из журнала «Крокодил» №34 за 1971 год

Выше процитированы данные за 70-е и начало 80-х годов. В 84–85 гг. оклад продавца стал 120 рублей, с переработкой — 135 рублей, это в овощном. В продуктовом также. Ученик продавца (3 месяца) — 70 рублей. Уже лучше, но тоже не бог весть какая оплата. Например, сборщица микросхем могла получать в месяц до 500–700 рублей. А вы думаете, почему армяне с таким упорством добивались открытия именно в своей республике заводов электронной отрасли?

Удивительно ли, что продавцам на процесс торговли было откровенно наплевать. Есть покупатели, нет — зарплата не изменится. При таких условиях лучше бы действительно без покупателей.

Низкие зарплаты компенсировались повальным воровством. Торговые работники сбывали дефицит, повара тащили домой продукты и т.д. и т.п.

Ты почему так много берешь? Так я же, Петрович вчера не брала! Карикатура из журнала «Крокодил» №2 за 1974 год

Не имея возможности нормально заработать, народ активно калымил, кто на чём. Мой отец, например, в частном порядке чинил швейные и пишущие машинки, иногда часы. Ну, да, он хороший мастер, в механике отлично разбирается, да и в электронике — работал наладчиком ЭВМ. Одно время подрабатывал внештатным охранником, со своим охотничьим ружьем сопровождал кассира.

Дядя мой в советское время писал докторские и кандидатские. Не менее 15 человек защитилось по его работам. Но сам он так кандидатом и не стал. Спрашивал его, почему так. «Да, понимаешь, — вздохнул, — Семью кормить нужно». Дядя, кстати, учёный-электронщик, прекрасный специалист. Он при Союзе телевизоры и электронные приборы по телефону чинил. Звонят ему, а он говорит, что и как сделать. Вне зависимости от модели, не видя самого прибора, мог его в порядок привести.

Все вокруг подрабатывали — это было совершенно обычное дело. Даже, чтобы получить положенные по закону услуги, нужно было заплатить. Вызвал электрика — плати, вызвал сантехника — плати. Минимум трешка, а то и пятерка и даже чирик. Нужно приобрести дефицит — плати, даже не факт, что что-то получишь нормальное.

Милая особенность советских реалий — бригады шабашников. Они трудились в колхозах, на предприятиях, когда нужно было срочно возвести новый цех, склад, сделать еще что-то. При этом директор предприятия или колхоза нанять своих рабочих не мог — не имел права, только привлечь рабочую силу со стороны.

Знаете, что такое «грачи прилетели»? Нет, я не про знаменитую картину и не про птиц и даже не про грозный штурмовик Су-25.

В колхозах так называли приезд бригады шабашников из Армении. Эта республика буквально специализировалась на поставке стройбригад по всему Союзу. При этом эти работники вполне себе числились на предприятиях АрССР. Но на это доблестный советский ОБХСС закрывал глаза.

Валерий Пацель

Армянский тракт не в/из Армению — дорогу построили армянские шабашники. Потому что директор «колхоза» (экспериментальная база на месте Радивилловского поместья и прилегающих кулацких земель) мог купить асфальт (карьер с ПГС на балансе имелся), арендовать технику местного Дорстроя, но нанять Дорстрой не имел права — у того всё расписано в плане. Но и своим механизаторам дать подкалымить не мог — оформить по документам было трудно, ежедневный наряд — это жесть.

Вообще практика числиться на работе, а реально заниматься чем-то другим, была вполне распространена. В небольших посёлках и городках такое редко встречалось — там все про всех знали, а вот в крупных городах явление было нередкое.

Такой сотрудник платил директору или его заместителю за рабочее место, плюс зарплата тоже шла в карман «благодетеля». Сам работник появлялся только ведомость подписать, ну и в каких-то исключительных случаях. Да и то понятно, числится он, например, снабженцем и кто знает, где он находится.

По документам человек трудоустроен, а реально он мог фарцевать шмотками, быть риэлтором, торговать антиквариатом или монетами.

В юности собирал монеты, так поражало, какие там деньги крутились. Был у нас в школе парнишка-нумизмат, так он побольше зарабатывал, чем иной директор завода. Жулик был неимоверный. Это знали и за его руками следили цепко, но не всегда помогало.

Мне рассказывали, что он просматривал альбом у одного знакомого и умудрился упереть четыре редких монеты. Хозяин его даже обыскал перед уходом — чистый. Пропажа уже позже обнаружилась. Жулик даже не скрывал, как кражу совершил. Он просто, увидев, что хозяин отвернулся, выбросил монеты в открытое окно с третьего этажа. Прямо на газон. А потом подобрал, правда, пришлось помучиться, как он сам рассказывал. Первые две монеты быстро нашёл, а вот на остальные полчаса потратил.

Кстати, работа советского риэлтора (тогда, впрочем, этого термина не было и специалистов по продаже квартир называли маклерами) прекрасно показана в телефильме 1981-го года «Опасный возраст». Там супруги решают разойтись и делят свою трехкомнатную квартиру на две отдельные. Между прочим, фильм действительно интересный даже сейчас, советую посмотреть.

Я специально в такую рань, иначе по конторам бы разбежались. Кадр из телефильма «Опасный возраст»

Мне как-то ярый представитель секты «свидетелей сияющего СССР» заявил, что в Союзе не было забастовок, значит, рабочих всё устраивало. Ну, да, не было. Новочеркасский расстрел произошел именно потому, что у местных рабочих начали бездумно срезать зарплату и повышать выработку, так что заработки у них упали очень существенно. А тут еще в магазине хлеба нет.

Нет, в официальном расследовании потом написали. что всё дело в уголовниках — они де народ науськали. Но верится с трудом, что дело только в них. Наш народ к бунту не особо склонен, его довести до ручки нужно, иначе никакие урки с их агитацией работяг на улицы не выведут.

Кстати, этот случай послужил серьезным предупреждениям властям СССР — с тех пор так резко нормы не завышали. Правда, и народ понял, что лучше на работе жилы не рвать — не окупается.

А «итальянские» забастовки, когда рабочие ничего толком не делали, имитируя занятость — обычно дело были. И невыходы на работы случались нередко, причем коллективные. Об этом можно прочесть в дневнике А. С. Черняева — он к подобной информации доступ имел.

Вот, запись за 1 ноября 1980 года:

Что весь социализм переживает (какой-то!) критический период, свидетельствует забастовочное движение в Советском Союзе. Да, да, можно говорить именно так. После скандала с Чернобыльской АЭС под Киевом, когда Брежнев на ПБ кричал: «Далеки вы от рабочего класса! Оторвались!», — Капитонову и Долгих поручено было изучит и доложить о негативных явлениях подобного рода. И вот 15 октября они представили в ЦК записку. Вот ее фактологическое содержание.

За последнее время участились факты прекращения работы и другие негативные проявления. Причины: нормы оплаты труда, неправильное начисление и несвоевременные выплаты зарплаты, особенно премий, плохие условия труда, невнимание к жалобам.

Примеры:

Нижнеисетский завод металлоконструкций. В одном цеху сто человек не вышли на работу, в другом — 57 человек.

Алитусский хлопчатобумажный комбинат в Литве. Отказались работать 116 работниц ткацкого производства.

Бастовали:

Завод им. Орджоникидзе в Златоустье.

Строительно-монтажный поезд № 156 в Челябинской области.

Цехи и смены в Уманьсельмаше.

Здолбуновский механический завод на Украине.

Комбинат детской одежды в Ашхабаде.

Тартусский завод по ремонту сельскохозяйственной техники.

Карачаевский конденсаторный завод Ставропольского края.

Завод сепараторов в Махачкале.

Копейский машиностроительный завод.

Еманжелинское автопредприятие Челябинской области.

Цех аллюминиевого литья на заводе в Тольятти.

Из-за недоставки сырья на Ворошиловоградском тепловозостроительном заводе с 3- го по 10 сентября стоял прокатный цех. По той же причине почти два месяца стоял Васильевский завод холодильников под Киевом.

Особой причиной недовольства является невыполнение, записанных в колдоговорах обязательств и мероприятий. За 1979 год не было выполнено 500 000 таких пунктов. Половина их касается оплаты труда, 21 % — охраны труда, 14 % жилищно-бытовых условий.

В 1979 году имело место 300 «учтенных отказов от работы», в которых участвовали более 9 тысяч человек. За последние недели число таких отказов растет. Некоторые из них ставят производство перед катастрофой. Так, на заводе «Североникель» три дня рабочие не вынимали металл из электролизных ванн.

Вот такие вещи происходят. Важно, однако, что «силовых выводов» не сделано. В основном авторы записки предлагают: «улучшить», «обратить внимание», «проявить заботу», «поднять воспитательную работу» и т.п.

Такое даже при Никите вряд ли бы стерпели, не пустив в ход соответствующие органы и войска.

Но реальных средств покончить с забастовками у нас нет, ибо нет ни мяса, ни порядка, ни справедливости.

А «Правда» чуть ли не каждый день выдает статьи, от которых волосы шевелятся. Например, вчера — о ресторанной службе в дальних поездах.

Ну да, в прессе о недовольстве рабочих не писали — табу в стране, в которой пролетариат считался гегемоном.

Жалобами же народа часто просто подтирались, другого слова нет. Немного не по теме, но небольшой рассказ из жизни моей семьи.

Мы жили на четвертом этаже двухподъездной хрущевки. Горячей воды нет — зато стоит газовая колонка. Старая, тогда их делали без автоматики. Всё бы хорошо, но у нас в доме постоянно перекрывали подвод воды. Иной раз откроешь кран — его аж выгибает напором, но стоит кому-нибудь ниже этажом тоже включить воду, как у нас уже течет струйка с мизинец толщиной.

Принять ванну в таких условиях был еще тот квест. Кто-то из семьи мылся, еще кто-то располагался на дежурстве в комнате рядом. И вот в самый разгар банной процедуры, когда ты покрыт пеной и готовишься её смыть, вдруг в кране исчезает вода. Не медля открываешь дверь и с ужасом орёшь: «Выключите колонку!»

И слышишь, как кто-то из домашних аки лось сломя голову мчится на кухню. А чуть промедлишь, и из крана ударит мощная струя пара. Жуть, обварит, как нефиг делать! А хуже всего, когда ты дома один. В этом случае приходится в чём мать родила выскакивать из ванны и спешить в кухню. Я так пару раз чуть травму не получил — скользкий же, на ногах не удержался.

Год бомбардировали все инстанции жалобами. Полный игнор — «это у вас проблемы с давлением» ответ. В конце концов отец публично отказался идти на выборы. Партийное начальство переполошилось — ЧП, может и до верхов дойти информация. А отец объясняет, что раз на рабочего человека плюют, то он не может доверять партийным представителям.

Что вы думаете? Через час давление появилось. И наслаждались мы нормальным водоснабжением аж цельную неделю. Потом всё повторилось. И опять на нас стало всем плевать, в том числе и партийному депутату. И не прошибешь его спесь. По времени это где-то в 82–83 году было.

Изрядная часть народа жила бедно. И квартиры давали далеко не везде. Я еще в 80-х застал самые натуральные бараки. В одном из таких бараков-коммуналок мой дядя жил. В городе, где я сейчас нахожусь, при СССР было полно саманных развалюх, в которых даже при царе сущая голытьба жила. А дальневосточные «шанхаи», слепленные из того, что было? Жуткая нищета.

courchevel1650

Вот мой маленький экзистенциальный эпизод жизни в Союзе. 1964 год, мне 5 лет. Мать, отец и я живём на окраине Хабаровска во «времянке» (сарай с печкой). Зимой в Хабаровске температуры до −30С.

В шесть утра по радио нас будит гимн Советского Союза в остывшей времянке. Мать заматывает меня в платки и везёт в детсад при любом морозе или буране на санках — она и отец работают на каких-то фабриках. Мы — полунищие, я бегаю по липким грунтовым улицам босиком, а родители перелицовывают свои пальто.

Но когда каждое утро звучит гимн Союза, такой величественный и прекрасный, я прошу родителей: «давайте поедем в эту прекрасную страну!»

Очень не хватало нормального бытового обслуживания. Государству было невыгодно содержать дома быта, ателье, ремонтные мастерские, парикмахерские. Это частник на такой работе неплохо зарабатывает, а у государства из-за разбухших штатов в трестах на одного с сошкой было по семеро с ложками.

Но частная инициатива была строго запрещена.

glumarnoe_kiso

У меня 70-е — это от горшка и манной каши до средней школы. Но даже из этого глупого возраста помню, что с едой и вещами все хуже, хуже, хуже… То ли из разговоров старших, то из-за того, что росла и многое начинала понимать.

В «Веселых картинках» информации про экономические проблемы, ясно, не было. А уже в «Пионерскую правду» какая-то девочка написала письмо — «в чешском сериале таком-то один из героев частный продавец мороженого, почему у нас все только государственное?» И ответили ей какую-то такую чушь, что даже я, младшеклассница, офигела. И до сих пор мне непонятно — почему в Чехословакии было негосударственное мороженое, а у нас нет.

А ведь только частник способен обеспечить население мелкими услугами. Ждать, когда это смогут делать киберы, как-то утопично.

Но советское правительство очень боялось дать частную инициативу, «а вдруг кто-то обогатиться». По факту же образовалась целая плеяда подпольных работников, зарабатывавших огромные деньги нелегально. Получали они их именно из-за боязни КПСС допустить частных сапожников или, скажем, парикмахеров. А ведь можно было вывести нелегальный бизнес из тени, получив немалые налоги. Вместо этого в конце 80-х ринулись во все тяжкие, разрешив практически всё.

Плюс вместо реального сектора, производящего товары и услуги, все больше рабочей силы занималось перекладыванием бумажек.

Атлант: — А когда-то держать штат этого главка было совсем легко! Карикатура из журнала «Крокодил» №7 за 1973 год

И бесплатное высшее образование по итогу стало далеко не всегда благом для страны, потому как тех же инженеров наплодили огромное количество, а по факту из ценного специалиста они стали низкооплачиваемой прослойкой на заводе, куда менее значимой, чем хороший рабочий.

sdelano_v_sssr

А вот те, кто получал ВО поработав (или работая) в рабочей профессии, по окончании получали с дипломом должность инженера с резким понижением в зарплате.

Именно так. Глупцы встречались. И потом рвали волосы.

А дело-то просто обстояло: инженеров дофига, а вот согласных работать руками «руки в масле, шея в мыле» было как-то не дофига. Не престижно это было, ага.

Еще раз: Профильное ВО рабочему в своей работе это плюс, а не минус. Повысит качество и оптимизацию работы.

Это уже для уровня бригадира/мастера/начальника участка.

Рабочий же не должен задумываться: позволит ли сопромат вот этой вот детали/конструкции работать надежно? Он обязан выполнить свою работу согласно технологической карте и чертежу, не забивая гироскопы кувалдой. О сопромате обязан думать инженер-конструктор. А рабочий должен понимать режимы обработки, подбор соответствующего инструмента, последовательность операций и т.п.

В том числе и поэтому в СССР был вал ради плана с огромным количеством брака и отходов.

Но зато все конторы, институты, управления регулярно отправляли «трудовые десанты» в помощь «труженикам села». Благо было кого из-за раздутых штатов.

Дорогие шефы, вы за нас поработайте, а мы вам вечером такой концерт дадим — в столице не увидите! Карикатура из журнала «Крокодил» №18 за 1974 год

Но вот загадка — чем больше было помощников, тем меньше становилось в Союзе жратвы. А вот сейчас городские организации никаких шефов по колхозам не отправляют, но аграрии, несмотря на это, прекрасно справляются со своей работой. Они нынче не только нас кормят, мало того, теперь Россия стала крупным экспортёром продуктов и не только зерна, но и фруктов, овощей, мяса, молокопродуктов, даже мороженного, которое в Китае считается эталоном качества.

Мистика, да и только. Может, всё дело было в шефах? Они, гады такие, виноваты были?

Впрочем, советским колхозникам тоже не позавидуешь. Сколько они пахали за палочки трудодней, заработав в конечном итоге по 20 рублей пенсии.

ljolsen_bless

Моя бабушка отпахавшая считай всю жизнь в колхозе ( в том числе и всю войну) вспоминала этот «трудодень» с такой болью и возмущением — эти палочки! А ей за все годы по увольнению (или как правильно?) в связи с выходом замуж и переездом к мужу выдали всего полмешка ржи. И пенсия, которая получилась только потому, что немного поработала уборщицей в аптеке, в 23 рубля, которую потом советская власть милостиво повышала сначала до 25, а потом до 28 рублей.

А ведь можно еще вспомнить фактически грабеж с денежной реформой 1961 года, замороженные военные займы, по которым начали выплачивать уже когда половина населения их выкинула, уже ни на что не надеясь. Про это, конечно, апологеты прекрасной жизни в позднем СССР, не вспоминают, так как малость разбивает красивую легенду.

У, проклятый расхититель социалистической собственности! Кадр из кинофильма «Операция Ы и другие приключения Шурика»

Не всегда и на проходной стремились так уж рьяно обыскивать сотрудников. Порой просто делали вид, что ничего не видят.

Мои родители одно время работали на заводе, выпускающем электронные компоненты — микросхемы и транзисторы. Особенность подобных производств — использование большого количества спирта. Он применялся для протирки оборудования, оптики, удаления влаги. Но очень сомневаюсь, что для технических целей хоть что-то оставалось. Горючую жидкость банально выносили с завода.

А чего же не вынести? Спирт хороший, медицинский, не денатурат вонючий. Помню, дома была фляжка из нержавеющей стали очень интересной формы. Тонкая, но высокая и с сильным изгибом. Специально делали, чтобы можно было на ремешках прикрепить к голени или бедру. Под штанами не видно. В ёмкость входило ровно пол литра спирта. Разводили пополам, получалось две бутылки водки. Отец особо не увлекался — у нас семья не пьющая, но на праздники на стол надо было поставить. А кто-то каждый день таскал.

Не только во флягах. Когда на проходной узнали про них, то вахтёры начали обыскивать на выходе рабочих. Тогда умельцы приспособили резиновые грелки на пузо. Правда, после них водка начинала отдавать резиной… но на халяву-то и уксус сладкий.

Директор пытался бороться с хищениями, но получалось не особо. Женщины вообще приспособились проносить дефицитную жидкость через проходную, пользуясь анатомическими особенностями своего тела. Ну, да, покупалось изделие №2. Ну, вы поняли, а то даже неудобно такие подробности разъяснять.

Директору донесли о творящемся безобразии, он дал распоряжение, чтобы на проходной тщательно осматривали работниц. Естественно, делать это должны были тоже женщины.

Всё бы ничего, но вскоре охранницы категорически отказались заниматься шмоном. Больно неприятная история произошла. Была там у них очень ретивая исполнительница. Смотрит, одна из сотрудниц странновато идет. Полезла проверять. Хвать рукой, а там что-то есть. Вахтерша сразу в крик, мол, вот, обнаружила, вытаскивай!

Ну, работница и вытащила. У неё как раз были «эти самые дни». Прокладок тогда даже в помине не было, женщины подручными средствами обходились. Вот она ватный тампон и вынула, да прямо в лицо вахтерше швырнула.

Уволилась та через пару дней. Сложновато сохранять морду кирпичом, когда мимо идет толпа, и каждый второй хихикает, на тебя глядючи. Ну, а вахта ни в какую больше не соглашалась под юбки лазить. Директор рукой махнул, с тех пор на проходной смотрели только, чтоб очень уж сильно не несли.

Сами микросхемы тоже выносили. Нет, не для торговли, они не были дефицитными. Брали их те, кто занимался электроникой. Отец как раз увлекался, периодически что-то паял, да и я понемногу, так что запас деталей у нас имелся. Да и не только электронных элементов, много чего было. Отец занимался починкой часов, пишущих машинок, так что был запас печатных лент, спермацетового смазочного масла. Не то, чтобы большие, но нам хватило бы надолго.

Для некоторых людей выносить с работы ценности превратилось в натуральное хобби. Пёрли даже не то, что было нужно, а просто — что могли вынести, складируя это всё, как натуральные хомяки.

Особенно старались работники заводов, на которых выпускали запчасти для автомобилей, бытовые приборы. От них не отставали сотрудники пищевых предприятий.

Парень — грудь колесом. Карикатура из журнала «Крокодил» №5 за 1970 год

Кстати, спирт крали еще на одном предприятии города — на хлебозаводе. Не надо удивляться — на нём не только хлеб пекли, а еще и лимонад разливали. А в те времена он производился на основе спиртовых эссенций по принципу «просто добавь воды». Воды добавляли немного больше, а сэкономленный спиртовой концентрат волокли домой. Говорят, чистый пить было тяжеловато, старались разбавить пополам водкой, тогда получалось что-то вроде ликёра. Ассортимент ограничивался «Дюшесом», «Буратино», «Крем-содой», потому как других напитков у нас не делали.

Интересно, что в России после 91-го года постепенно эта эпидемия хомячества стала сходить на нет. Просто стало не нужно. Отсутствие дефицита сделало привычку набивать запасами гаражи и сараи по принципу «а вдруг пригодится» просто бессмысленной.

А ведь начиналось всё с винтика. Карикатура из журнала «Крокодил» №35 за 1970 год

А вот на Украине оно как было, так и осталось. Я в году 2008-м приезжал к дедушке с бабушкой в гости, так в квартире напротив соседи работали на бывшем заводе электронных компонентов. К тому времени на пустующих площадях турки наладили выпуск бытовой химии: мыла «Дуру», стиральных порошков, чего-то еще. Так вот эти соседушки утащили с предприятия полную 3-литровую банку ароматической спиртовой эссенции, которой ароматизировали мыло.

Ну, мне на трудности турок фиолетово, но эти придурки умудрились эту банку в подъезде грохнуть. Вонища была такая, что подняться на второй этаж стало целой проблемой. Нос-то зажал руками, а глаза всё равно режет. Все окна в подъезде были открыты, но первые недели две приходилось проскакивать до своей квартиры пулей, пытаясь отдышаться только после того, как плотно захлопнул дверь. А полностью запах выветрился только года через два.

Особенно много выносили работники пищеблоков. Получали они немного, поэтому компенсировали маленькие зарплаты бесплатными продуктами. Несли из рабочих столовых, школьных, из детсадов, санаториев, больниц, даже из ресторанов. А в результате вместо мясных котлеток на раздаче оказывались хлебные.

Задача каждому ясна: остановите несуна! Советский плакат

Самое интересное, что опять же — больше всего продукты воровали на Украине. Довелось сравнить. Жил я на Колыме и в Магадане несколько лет — там в любой столовой кормили вкусно и хорошо. Если и выносили что-то работники, то очень умеренно.

В Средней Азии служить довелось — тоже нормально кормили. Ничего плохого не скажу про Сибирь.

Зато никогда не забуду столовую на базе отдыха в селе Стрелковое, что на Арабатской стрелке. Такой мерзкой пищи я даже в армии не видывал. Зато какие там были откормленные поварихи! Хотя и им было далеко до прижившегося при кухне кота. Такое ощущение, что животное стремилось к форме идеальной сферы. Как уж он умудрялся ходить, ума не приложу.

Тёте моей реально плохо стало после попытки попробовать кусочек котлеты. Бедную женщину замутило, так что мы покинули этот филиал «друга желудка» и больше даже не пытались к нему приближаться.

Уже в 2014 году, после того, как Крым стал российским, там пришлось увольнять значительную часть поварих в детских лагерях отдыха. Многие так привыкли воровать, что эту привычку не смогла перебить даже многократно увеличившаяся зарплата. Они были уверены, что забирать продукты — это их неотъемлемое право.

Пришлось увольнять заодно и воспитателей, вожатых. Тоже из-за воровства. Мой приятель, рассказывал, как восстанавливали один из лагерей на южном берегу Крыма. Наши привели в порядок территорию, все строения, которые с 91-го года не знали ремонта, завезли новую мебель. Рассчитывать пришлось весь старый персонал — люди реально в штыки воспринимали новые методы работы. Оставили только одного воспитателя, довольно молодого человека по имени Вася.

Казался вполне адекватным и нормальным, но однажды на проходной его поймали с тремя или четырьмя комплектами буквально вчера завезённого постельного белья.

— Вася, — говорят, — Ну, зачем? У тебя же хорошая зарплата?

Молчит.

— Может, у тебя белья нет? Ты бы так и сказал. Вася, мы бы тебе подарили, вот нисколько не жалко для хорошего человека. Но зачем красть?

Не выдержал, привычка перешла во вторую натуру.

Нет, не то, что везде так было, но случай отнюдь не единичный. Даже в «Артеке» пришлось от многих работниц в столовой избавляться.

Кстати, в Крыму пришлось рассчитывать полностью чиновников, местную милицию. В 2015-м бригады полиции со всей страны приезжали по несколько месяцев вахтами работать в новом регионе. Местных пришлось всех переаттестовывать, причем многие проверку не прошли.

Торговля навынос. Карикатура из журнала «Крокодил» №22 за 1972 год

Еще одна особенность СССР — практически полное отсутствие стройматериалов в свободной продаже, а потому их крали со страшной силой. Краска, кирпич, цемент, пиломатериалы, да практически всё.

Где-то можно было выписать материалы, но далеко не везде, а людям было нужно. Особенно дефицитными стали строительные товары в 80-е, когда началось массовое выделение дачных участков. Домики строили из всего, что только было.

Нередко инициативные граждане наведывались на ближайшую стройку. Обычно, конечно, речь шла о небольших объемах: пара мешков цемента, десяток досок, лист фанеры. Нередко платили даже не деньгами, а бутылками.

Апофеозом продажи стройматериалов стала Армения. В 1988-м году в результате 10-бального землетрясения был полностью разрушен город Спитак, пострадали Ленинакан, Кировакан. Многоэтажные дома сложились, как карточные домики. Оказалось, что бетон и раствор, используемые при их постройке, почти не содержали цемента. Песок сплошной. Цемент банально распродали, пустив на строительство частных домов и дач. Армении помощь шла со всего Союза, а армяне обвиняли в происшедшем кого угодно, но только не самих себя, как будто это не армянские строители и прорабы продавали цемент армянским же дачникам.

Марат Р

А потом мы им (армянам — прим автора) всем классом по рублю сдавали в помощь. И это только наш класс, а по школе сколько классов, а прикинуть школы в городе (моя 89 была) и прикинуть на весь Союз?

Импортные смесители, кафель, ковролин. Просто сокровища Али-Бабы. Кадр из кинофильма «Фонтан», 1988 г.

Начальство, складские работники мелочами не занимались — у них был доступ к дефициту. Впрочем, повышенным спросом тогда пользовались любые более-менее нормальные материалы.

Помню, в кладовке у нас стояла 3-литровая банка с суриком. 20 лет стояла, пока не досталась по наследству новому хозяину. Точно знаю — вынесена и продана с Амурского судостроительного завода. Так и не понадобилась.

А что вы хотите — дефицит порождал дефицит. Сколько нужных товаров оседало по гаражам, сараям, кладовкам запасливых граждан подсчитать не возможно. Но еще больше материалов десятилетиями пылилось по подвалам, складам, каптёркам еще более запасливых завхозов, кладовщиков, ответственных работников. До сих пор эти «сокровища» всплывают, только они уже давно никому не нужны.

Продуктов тоже немало было угроблено. Многие люди покупали по случаю сразу мешками сахар, крупы, макароны, муку, коробками чай, конфеты. В итоге нередко приходилось так не пригодившееся выкидывать. Другими товарами тоже затаривались: мыло, стиральный порошок, шампуни при возможности брали столько, сколько получалось купить. Потом не знали, куда девать — выбросить жалко, пользоваться уже невозможно. Сам помогал выносить из сарая приятеля пачки с окаменевшим стиральным порошком.

Что говорить, если даже сейчас можно купить бутылку водки или коньяка разлива годов 70-х. А из кладовок, старые запасы.

Это нас не касается. Вот если бы кто отвинтил гайку от рельса! Карикатура из журнала «Крокодил» №18 за 1972 год

Крали не только на предприятиях, на транспорте местами творился просто ужас. Вот интересная запись из дневника А. С. Черняева за 29 января 1980-го года:

В прошлый вторник на Секретариате ЦК обсуждался вопрос «О хищениях на транспорте». Я буквально содрогался от стыда и ужаса. Три месяца работала комиссия ЦК под председательством Капитонова. И вот, что она доложила на Секретариате:

За два года число краж возросло в два раза; стоимость украденного — в 4 раза;

40 % воров — сами железнодорожники;

60 % воров — сами работники водного транспорта;

9–11 000 автомашин скапливается в Бресте, потому что их невозможно передать в таком «разобранном» виде иностранцам;

25 % тракторов и сельскохозяйственных машин приходят разукомплектованными;

30 % автомобилей «Жигули» вернули на ВАЗ, так как к потребителю они пришли наполовину разобранными;

на 14 млрд. рублей грузов ежедневно находятся без охраны;

охранники существуют, их 69 000, но это пенсионеры, инвалиды, работающие за 80–90 рублей в месяц;

воруют на много млрд. рублей в год;

мяса крадут в 7 раз больше, чем два года назад, рыбы в 5 раз больше.

Заместитель министра внутренних дел доложил, что в 1970 году поймали 4 000 воров на железной дороге, в 1979 — 11 000. Это только тех, кого поймали. А кого не поймали — сколько их? Ведь поезда по трое суток стоят на путях без всякого присмотра, даже машинист уходит.

Несчастный Павловский (министр) опять каялся, как и на Пленуме. Просил еще 40 000 человек на охрану. Не дали.

Обсуждение (ворчание Кириленко, морали Пономарева в духе большевизма 20-ых годов — «как, мол, это возможно! Это же безобразие! Где парторганизации, профсоюзы, куда смотрят».) поразило всех полной беспомощностью.

[Между прочим, когда Б. Н. призывал «мобилизовать массы для борьбы с этим безобразием», Лапин (председатель теле-радио) саркастический старик, сидевший рядом со мной, довольно громко произнес: «Ну, если массы мобилизуем, тогда все поезда будут приходить совсем пустыми!»]

В этом, извините, «вопросе» — концентрированно отражено состояние нашего общества — и экономическое, и политическое, и идеологическое, и нравственное.

Ничего подобного не знала ни царская Россия, ни одна другая цивилизованная страна.

И ведь это только на железных дорогах. А повсюду в остальном: газеты буквально ломятся от разоблачительных фактов обворовывания государства и граждан во всей системе торговли, обслуживания, здравоохранения, культуры. Всюду — полный разврат. Вчера меня с дачи вез пожилой шофер и всю дорогу нудил: куда мы идем? Да что же это такое? Как можно? Такого ведь никогда не было? Что будет с нами? И т.д. И приводил десятки бытовых фактов, которым был свидетелем сам или его знакомые.

Между прочим, я сам с подобным сталкивался. Правда, это было на 10 лет позже. В 1990-м году нас из части послали в выездной караул в Москву — нужно было забрать из ремонта и доставить в часть КШМ на базе ГАЗ-66.

Машину в часть отправили не своим ходом, а на железнодорожной платформе. А мы ехали в соседнем грузовом вагоне. Холодном, с двух сторон распахнутыми и насмерть забитыми дверями. Одна треть вагона была огорожена стенкой из дюймовых досок со щелями между ними, в которые можно было легко просунуть палец. Для теплоизоляции перегородка была оббита упаковочным картоном. Внутри нары и буржуйка. Декабрь месяц, колотун жуткий. Топлива не выдали, так что мы вынуждены были воровать уголь со стоящих рядом эшелонов. Хотя все равно — пока эшелон стоит можно нагреть помещение, а только поехал, тут же всё тепло выдуло.

Но уголь что — много ли нам его нужно для небольшой печурки. А вот на некоторых перегонах по ночам было реально страшно в карауле стоять. Мы очень боялись, что залезут на нашу платформу, да снимут запчасти с Газона. Даже по двое на стоянках рядом с платформой бдили — чтобы с обеих сторон пригляд был. Особенно поразил один перегон под Казанью — там буквально грохот стоял от вскрываемых дверей. Жулики шерстили чуть не каждый вагон, вынося всё им интересное. Даже на рефрижераторном составе пломбы сорвали.

Мы потом сунулись туда в надежде наткнуться на колбасу, но внутри оказались говяжьи туши. Их брать мы не стали. В одном из вскрытых вагонов обнаружили гипс в мешках и велосипеды. Долго спорили — не взять ли один, в части кататься, но потом решили, что не стоит.

Скажете, уже 90-й год, мол, времена настали лихие? Не без этого, но я поинтересовался у железнодорожников уже днём, что за вакханалия у них творится.

— Да обычное дел, — пожал плечами местный обходчик, — Сколько работаю, завсегда так, хотя нынче, да, наглеют мужики.

А ему так на глаз за 40 было.

Опасный перегон. Карикатура из журнала «Крокодил» №14 за 1976 год

Нужно отметить, что воровство шло по уровням. Рядовой сотрудник крал сравнительно немного. Для размаха нужна была должность повыше. Уже в 70-е главными расхитителями стали партийные органы. Они имели возможность влиять на распределение и сбыт товаров, а потому могли помочь его получить.

Фраза «я от Иван Иваныча» (Степан Петровича, Василия Андреевича и т.п.) стали паролем, который открывал магазины, склады и базы с черного хода.

Опять обратимся в дневнику А. С. Черняева:

13 июля 1980 г.

Говорили «в народе», что в дни Олимпиады Москва будет завалена товарами и продуктами. Пока ничего этого не заметно. А вот в провинции — на Урале, на Волге, в Сибири, не говоря о Севере, — в магазинах пусто. В Риге (!) даже молока и сыра нет. Это в Риге-то, которой, кстати, именно в эти дни вручают орден Октябрьской революции. Западная печать полна статьями о небывалом за 20 лет продовольственном кризисе у нас и волнениях на крупных заводах (в том числе Тольятти, Горьком, Камазе). «Гардиан», кажется, сделала из этого такой вывод: советский рабочий давно уже не верит ни в какой коммунизм и прочие идеи, но он до последнего времени верил, что с каждым годом (или во всяком случае в обозримой перспективе) будет жить все лучше. Теперь, если он разуверится и в этом, что тогда⁈

Одновременно коррупция продолжает свирепеть. Прочитал тут очередной бюллетень, который издает оргпартотдел ЦК и КПК. Мурманская и Архангельская области — спекуляция при продаже и перепродаже «Жигулей», «Волг», «Москвичей» достигла необозримых размеров. Причем, занимаются этим работники райкомов, исполкомов, горкомов, начальники всяких трестов и объединений, т.е. те, которые имеют возможность поставить себя и своих родственников в первые номера очереди на покупку машины из квоты, отпускаемой области, городу и т.д. Зарабатывают большие деньги на этом. А «выводы»: как правило, выговор, строгий выговор. Только одного (зам. зав. отделом пропаганды Мурманска) исключили из партии — уж слишком лихо «работал» на глазах общественности.

Заметьте, несмотря на обнаруженные факты коррупции и мошенничества виновные лица совершенно не пострадали — вышестоящие органы просто закрыли на это глаза.

А вообще в СССР была чудная поговорка:

Кто за что отвечает, тот то и имеет.

До чего скучно было бы работать, если бы не эта отдушина! Карикатура из журнала «Крокодил» №33 за 1983 год

Но в прессе критиковали только простых рабочих и продавцов, хотя они-то крали куда меньше, чем партийное начальство.

Хотя и рядовые несуны часто ни чем особо не рисковали. Право «на вынос» стало практически узаконенным явлением. Главное было не наглеть слишком уж сильно и не попадаться. Анекдотов на эту тему была масса. Помню, например, такой:

Через проходную прётся рабочий с тачкой.

Вахтер, обрадовано:

— Ага, а ну покаж, что выносишь?

Работяга:

— Обижаешь, Василич. Мусор я на свалку вывожу. Прибрался в курилке, чистоту люблю.

Вахтер проверяет — точно мусор, бычки, спички горелые. Делать нечего, пропускает.

На следующий день ситуация повторяется и на другой тоже. И так раз за разом. Наконец, сторож не выдерживает:

— Слушай, ну, я же знаю, что ты выносишь! Скажи что, а я тебя трогать не буду!-

— Как что, Василич? Тачки!

И тоже, кстати, эту привычка красть всё, до чего дотягиваются руки, изживалась очень долго. Особенно плохо было с торговыми работниками. В некоторых городах в 90-е продавцов советского периода просто не брали на работу — они не могли отучиться нормально вести себя с покупателями, улыбаться, не брать лишнего.

limachko

У нас не брали старых продавцов. Проблема была для них устроиться. Потом в Томск переехал, местные то же самое говорили, что из-за воровства не брали, предпочитали новых сотрудников отбирать. Из Новосибирска потом знакомые тоже подтверждали.

Карикатурами про несунов буквально переполнен «Крокодил». Было множество выпусков в киножурнале «Фитиль». Есть такая комедия «Давыдов и Голиаф». Там по сюжету работяга пытается отнести домой с работы насос, чему доблестно противостоит юный практикант.

Ну, а если интересно, что творилось там, где можно было урвать дефицит, советую посмотреть два детектива:

«Следствие ведут знатоки» Дело №16 «Из жизни фруктов» — про московскую плодоовощную базу и «Огарёва, 8», про хищения на ювелирном заводе в Абхазии.

Там, конечно, хватает цензуры, весьма забавно выглядят русский директор абхазской фабрики и русские же торговцы фруктами на рынке, но запредельный уровень коррупции и воровства передан хорошо.

Эстонский антисоветский плакат

Это я уже не говорю про то, что Эстония и Латвия вообще своей территории не имеют. Эти земли купил на деньги русской казны Петр I у шведов. У вас ведь реституция, возвращение собственности законным владельцам? Вот и возвращайте земли России — она их купила на свои деньги.

И, наконец, жители Прибалтики вечно рассказывали, что они хотят быть независимыми. Как оказалось на практике, эту самую независимости они продали практически моментально, причём особо не торговались. О какой независимости может вообще идти речь, когда не осталось ни своей промышленности, ни сельского хозяйства, а ведь доход республик создаётся только за счет подачек из Евросоюза? Ныне у прибалтов кроме патологической русофобии другого товара не осталось вообще.

Завоевания Латвийской ССР. Советский плакат

Мощное развитие Эстонии, Латвии и Литвы началось сразу же после завершения Великой Отечественной войны. Сейчас в этих странах принято стенать по поводу потерянных в результате «оккупации» со стороны СССР богатств. Однако факты — упрямая штука — независимые прибалтийские государства были нищей окраиной Европы, к которым отлично подходила старая поговорка, оставшаяся со времён Российской империи:

«Богатств, как у латыша — хрен, да душа».

Строительство в республиках велась мощными темпами — уже к 1965 году, всего за 20 послевоенных лет только промышленной продукции выпускалось больше в 15 раз, чем в независимой Прибалтике в 1940-м году, т.е. на момент присоединения их к СССР.

Только в одной Латвии до 65-го года было возведено свыше 20 крупных предприятий. Это не считая всякой мелочи. На восстановление одной Литвы после войны было выделено 200 миллионов рублей — колоссальная сумма в то время. На другие Эстонию и Литву советские власти тоже не скупились, забирая средства у разорённых областей РСФСР. Стройматериалы, промышленное оборудование, материалы выделялись в первую очередь для Прибалтики.

Что очень выделяло прибалтийские страны в СССР — невероятно развитая сеть автодорог. Для примера, в 1940-м в Латвии было 326 км асфальтированных, 1779 км гравийных дорог и всё. А за годы советской власти было построено 5 тысяч км асфальтированных трасс, гравийно-щебёночных ещё 53 тысячи км.

Кстати, с 91-го года в Латвии всего два участка дороги и построили: на 20 и 60 км, да и то на деньги, предоставленные Евросоюзом.

По качеству и густоте дорожной сети Прибалтика находилась на 1-м месте в СССР и ничуть не уступала по этим показателям, скажем, Бельгии или Франции. В то же время в РСФСР порой даже федеральные трассы были непроезжими. Помню, в 92-м году был озадачен тем фактом, что по союзного значения трассе между Новосибирском и Омском может проехать только на КамАЗе, а на легковушке и пытаться не стоило. Пришлось давать огромный крюк через Казахстан, причём километров 20 вообще ехать по голой степи. То ещё путешествие, учитывая, что прошел небольшой летний дождик, и степь раскисла в кашу. На протяжении этих 20 км я раз 7 выталкивал машины из грязи, по уши в глине был. По степени развитости дорог РСФСР была на самых последних местах в СССР, занимая, когда 12-й, а когда 13-й уровень.

Одна только портовая инфраструктура, выстроенная при СССР в Прибалтике, по стоимости была, пожалуй, выше, чем вся экономика этих страна на момент 1940-го года.

Еще один момент, который непременно отмечали все жители СССР (и прежде всего россияне), побывавшие в советских прибалтийских республиках — великолепное на фоне реалий РСФСР снабжение продуктами. В магазинах было практически всё: молочка, сыры, мясопродукты, колбасы, кондитерские изделия, консервы. В простом сельском магазинчике можно было увидеть свердефицитных крабов, которых на Камчатке можно было купить только по блату.

Не удивительно — в сельское хозяйство региона вкладывались огромные средства. Например, в Литовской ССР на 1 гектар сельхозугодий союзное руководство выделяло в 3,5 раз больше средств, чем в среднем по СССР, а по сравнению с колхозами РСФСР в 5–7 раз. Та же самая ситуация была и в Эстонии и Латвии. Хорошо жил крестьянин в советской Прибалтике. Кстати, паспорта им выдавали сразу же, как Советская власть в регион пришла, ждать до середины 80-х местным сельским жителям не пришлось.

В Советское время в Латвии был такой колхоз-миллионер — Лачплесис. Его правление находилось в городке Лиелварде недалеко от Риги. Колхоз был показательным, рядовой сотрудник в начале 80-х получал минимум 300 рублей, заместитель председателя — 1000–1200. Это притом, что средняя зарплата в те годы официально была 155 рублей, а в российских колхозах вообще копейки платили.

Колхоз строил современные дома, которым позавидовали бы и высокопоставленные москвичи, финансировал кучу спортивных и технических секций, открыл собственную музыкальную школу. Это что — он стал спонсором латвийского балета, выделив участки и построив дома для его деятелей. Достижения колхоза широко пропагандировались. Особенно отмечалось, что хозяйство добилось высоких показаний благодаря умелому руководству, внедрению передовых агротехнических приёмов.

Вот только с приходом независимости и возможности для широкой частной инициативы колхоз вдруг сдулся, а в 19996-м был вообще признан банкротом. Оказалось, что главный секрет успеха в огромных дотациях, которыми передовое хозяйство осыпали из Москвы.

Очень важно, что прибалтийским республикам было позволено оставлять произведенные ими продовольственные товары для обеспечения местного населения. Здесь не было типичной для РСФСР ситуации, когда местные продукты полностью вывозили для продажи в Москву или другие крупные города. Так прибалты еще многие продукты получали из России.

Соответственно и потребление продуктов в балтийском регионе было намного выше, чем по Союзу. Годовое потребление мяса на душу населения в Эстонии, Латвии и Литве в 70−80-е годы находилось на уровне 84–90 кг. Для сравнения в РСФСР 57 кг официально, а реально, думаю, минимум треть нужно отбросить, если не половину.

Гастроном самообслуживания АВС в одно из районов Таллина, 70-е годы

Очень показательны воспоминания жителей Таллина о сети магазинов самообслуживания АВС. Фото сохранилось мало, но они даже сегодня поражают разнообразием продукции. Прямо, как сейчас в супермаркете. Но в России такое изобилие появилось только к концу 90-х, а в Эстонии существовало уже в 70-х годах.

Мясной отдел в АВС

Судя по тому, что пишут бывавшие в АВС, в 70-е там свободно продавалось минимум 4 вида варёной колбасы: «Любительская», «Детская», «Весенняя», «Молочная». Также была копчёная и ливерная колбасы. Свободно лежала свинина, на которую покупатели ругались — мол, жира много. Хм, в России в это время просто наличие мяса — уже праздник, а что жирно — не беда, засолим.

Минимум 4 вида сыра; «Русский», «Голландский», «Пикантный», «Эстонский». Кроме простого сливочного масла с жирностью 82% свободно лежало еще и шоколадное. Даже сливки двух видов: 12 и 35%. М-да, у нас в городе я вообще сливок не видел никаких.

На кассе в гастрономе АВС

Консервы самые разные, грудой. И что характерно — не сплошная «Килька в томатном соусе», как у нас. Это же Эстония — тут выбор есть. Примерно такая же ситуация была и в Латвии с Литвой. Да даже сельские магазины в Прибалтике могли дать фору большинству российских магазинов.

В целом по уровню жизни три республики находились на уровне ГДР, Чехословакии, Венгрии, очень немного уступая развитым капстранам.

АВС 70-х — даже сейчас выбор кажется неплохим

В Прибалтике возводилось значительно больше жилья, чем в РСФСР. Доводилось слышать жалобы от литовцев на то, что многие городки в республике застроены хрущёвками. Странно, а что же сами не строите? У вас 35 лет было, чтобы хоть что-то сделать. Нет, однако, те же самые ругаемые хрущёвки и стоят, даже фасады облагородить не удосужились.

Капиталовложения на душу населения в 89-м году (а это уже начался экономический кризис) в 3-х республиках составлял 830–872 рубля. Средний показатель по Союзу — 789 рублей. Для РСФСР он болтался на уровне 500 рублей или даже ниже. Не удивительно — блага для национальных окраин традиционно выкачивались из России.

В республиках вообще много преференций было по сравнению с русской частью Союза. У меня в библиотеке чудом сохранился советских альбом проектов для индивидуального строительства, рекомендованных для колхозов и совхозов в конце 70-х годов. Что интересно, проекты для союзных республик — сплошь в два этажа и только для РСФСР — одноэтажные. При этом самые большие дома, как раз рекомендуются для строительства в Литве, Латвии и Эстонии.

И что характерно, чем больше прав и благ получали прибалты — тем большим русофобием они проникались. Вспомнил одну показательную историю, которую, как мне кажется, уместно будет здесь привести.

Как известно, все советские туристы отличались невероятной устойчивостью и культурным уровнем, говоря короче «русо туристо, облико морале»:

https://author.today/reader/430453/4202763

Наши моряки от них не отставали в плане морали. Но жизнь, есть жизнь, в долгом рейсе очень хочется «большой и чистой любви», особенно если за недорого и по-быстрому, пока боцман не видит. Ну, бывало, что и на винт наматывали, гетеры-то были дешёвенькие.

И вот приходит такой страдалец в порт. Лечиться нужно! А никак не получается — пойдешь в больницу, сообщат на работу. Всё, конец прибыльным заграничным рейсам. Жена измену может и простит, а вот перевод на внутренние рейсы — точно нет, потому как благополучие семьи завязано на валюту, которую за зарубежные плавания платят. Опять же — импорт муж из каждого рейса привозит.

Так что наши морячки из Калининграда мотались лечиться в литовский Пагегяй (благо недалеко) — там был анонимный венерический кабинет, причём частный. В Литве это совершенно официально в середине 80-х годов разрешалось. Цены литовский доктор драл конские. И платили, а куда деваться. Что характерно, врач был законченным националистом и очень любил поговорить с пациентами о том, как распрекрасно заживёт Литва после получения независимости. Возражения, что тогда его услуги никому из России не понадобятся, он презрительно отметал.

Вот не зря говорят «бойтесь своих желаний». Через несколько лет Литва получила независимость, появились границы. В Калининграде открылись собственные кабинеты венерологов, да и скрывать глубину моральных падений от замполитов больше не нужно стало. И благополучия литовского доктора-националиста как языком слизнуло. Никто больше к нему не ехал, чем он страшно был недоволен.

Пожалуй, не буду делать полного обзора по всем республикам Балтии, достаточно подробно рассмотреть одну из них. Особенно хорошо ублюдочная политика «нахапать всего, а потом быстренько проесть и продать по дешёвке» видна на примере Литвы, которая на момент выхода из СССР имела мощнейшую промышленность, сельское хозяйство, энергетику, самую развитую в Союзе дорожную сеть. Ну, вот почему там даже между хуторами прокладывали асфальтированные дороги, а в Сибири не по всем союзным магистралям можно было проехать на легковушке? Вот не могу я понять.

Апофеоз же предательства собственных интересов Литвой стало закрытие Игналинской АЭС — жемчужины, доставшейся от советских «оккупантов». Интересно, а были ли вообще в истории оккупанты, которые строили и давали больше покоренным народам, чем себе? Или все-таки это сам СССР был оккупирован?

Нор вернёмся к хозяйству Литвы. Прибалтика вообще энергетически бедный район, а Литва из всех прибалтийских стран наиболее энергодефицитная. Эстония имеет месторождения горючих сланцев, у Латвии на Даугаве построен при СССР каскад ГЭС. Не бог весть что, но всё-таки. А вот у Литвы нет ни месторождений горючих ископаемых, ни гидроэнергетики.

Все ГЭС Литвы представлены одной единственной Каунасской станцией. Станция сравнительно небольшая с мощностью всего в 100,8 МВт, причем максимально она может выработать 376 млн. кВт·ч в год, что составляет всего 3% потребления электроэнергии в стране.

Есть еще Круонисская ГАЭС (гидроаккумулирующая станция), вот только она как таковую энергию не вырабатывает. Ее назначение: ночью, когда есть невостребованное электричество, закачивать в верхний резервуар воду. А днем эта вода спускается вниз, уже вырабатывая ток. Как сами понимаете, ГАЭС вырабатывает энергии всегда меньше, чем потребляет. Ее роль — это сглаживание пиков потребления и строилась она в пару для Игналинской АЭС, которая физически не может ночью меньше энергии давать. ТЭС могут, ГЭС могут, а вот АЭС такой гибкости лишены. Вот лишнюю мощность ночью на насосы и подавали — пусть качают.

Все ТЭС Литвы работают только на привозном топливе. И получается, что самообеспечение республики по энергии — это несчастные 3% и всё.

Однако ещё не так давно Литва была гордым государством-производителем энергии, имеющем в своем хозяйстве настоящую курочку, несущую золотые яйца.

И звали эту курочку Игналинская АЭС.

Немного истории. Еще при СССР с 60−70-х годов энергодефицит Прибалтики и Белоруссии начал представлять серьезную проблему, так как не давал развиваться промышленности и другим отраслям хозяйства. Например, транспорту — попробуй, к примеру, элекрофицируй железную дорогу, если энергии не хватает. Поэтому в 70-х годах было принято решение о строительстве в регионе атомной электростанции.

Если посмотрите на карту, то увидите, что Игналинская АЭС расположена очень интересно — на самом стыке границ Литвы, Латвии и Беларуси. Причем отсюда близко и до Эстонии и до территории России — Калининградской и Псковской области. На снабжение всего этого региона станция и рассчитывалась.

Место расположения атомной электростанции

Строить АЭС начали в 1974 году. Параллельно возвели город для энергетиков Снечкус (сейчас переименован в Висагинас).

Кстати, изначально хотели построить станцию на белорусском берегу озера Дрисвяты, но что-то там с грунтами неподходяще оказалось и площадку перенесли на территорию Литовской ССР. Ох, зря. Была бы АЭС в Белоруссии, никто бы ее не закрыл, сейчас бы все четыре энергоблока работали, а Беларусь купалась в дешевом электричестве, со всеми вытекающими отсюда плюшками.

На Игналинской АЭС были установлены уникальные водографитовые реакторы РБМК-1500. Это были самые мощные энергетические атомные реакторы в мире на тот момент. Тепловая мощность блока составляла 4800 МВт, чистая энергетическая мощность — 1185 МВт. Правда, после Чернобыльской аварии для безопасности тепловую мощность реактора уменьшили на 12,5% (до 4200 МВт). Третий и четвертый блоки должны были выдавать по 1380 МВт чистой энергетической мощности.

Первый энергоблок был запущен 31 декабря 1983 года, второй присоединился к нему 20 августа 1987 года. Всего должно быть 4 реактора с дальнейшим строительством еще 2-х. Третий реактор заложили 1 июня 1985 года, а четвертый так и остался в планах.

Все бы нормально, но тут грянула Перестройка, авария на ЧАЭС (где банально доэкспериментировались). Как следствие Чернобыльской катастрофы и экономических трудностей в результате не к ночи помянутой Перестройки 30 августа 1988 года было прекращено строительство третьего блока станции. Окончательно все добило объявление «независимости» и последующее присоединение к Европейскому Союзу.

Выход из СССР принес Литве огромные дивиденды, просто фантастические. Ей совершенно бесплатно достались все активы, которые Советский Союз построил на ее территории. Из самых крупных плюшек можно отметить уже упомянутую Игналинскую АЭС, фактически лучшую во всем Союзе сеть автомобильных дорог, громадный транзитный Клайпедский порт, рассчитанный на обработку 40 млн. тонн грузов в год (и который вполне можно было еще расширить), крупный нефтеперерабатывающий завод в Мажейкяе.

Еще навскидку могу вспомнить целлюлозно-бумажный комбинат в Клайпеде, Акмянский цементный завод, льнокомбинат в Паневежисе, Каунасский шелковый комбинат, завод искусственного волокна в Каунасе. А еще в Алитусе производили хлопчато-бумажные ткани и бытовые холодильники, в Паневежисе — стекло, в Кедайняе — фосфорные удобрения, кормовые дрожжи, сахар, в Утене — трикотаж, в Плунге — искусственные кожи, в Йонаве — азотные удобрения и т.д. и т.п. Всего и не перечислишь. Хотя могу еще напомнить про судоремонтные мощности из 6 заводов в Клайпеде и торговый и рыболовецкий флот в 600 вымпелов. И ведь что характерно — в прибалтийских республиках практически все заводы были современными — валюты на закупки оборудования для них не жалели.

В сельском хозяйстве, кроме мясо-молочного животноводства, Литва выделялась развитым производством льна, сахара, выращиванием овощей и плодово-ягодной продукции. Имелось 4 сахарных завода в Паневежисе, Капсукасе, Кедайняе и Павянчяе, в Алитусе был крупный мясокомбинат.

Литва унаследовала от СССР хорошо развитую энергетику, возможность развития транспортных услуг, отличное сельское хозяйство, обеспеченное собственными удобрениями и перерабатывающими заводами, нефтепереработку, мощные машиностроение, химическую и легкую промышленность.

Можно сколько угодно говорить, что это все якобы построили сами литовцы. Полнейшая чепуха. Сами они бы смогли поднять не более 10–20% от того, что дал Союз. Да и то вряд ли, потому, как строить крупные предприятия в независимой Литве не было смысла — куда продавать-то, местный рынок карликовый.

Игналинская АЭС

Игналинская АЭС стала вершиной экономики ЛитССР, так как позволяла снабжать все хозяйство дешевой электроэнергией. Потребность Литвы в электричестве составляет около 10 млрд кВт·ч в год. А вот вырабатывается сейчас всего лишь 6,5 млрд. кВт·ч в год (данные 2010 г.). Собственные источники из этого количества обеспечивают только 0,4 млрд кВт·ч в год (это Каунасская ГЭС и ветряки). Остальное вырабатывается на небольших ТЭС из привозного топлива. Предпринимаемые усилия по обеспечению страны собственной электроэнергией особым успехом не отличаются. В 2016 года ввели комплекс ветряных электростанций из 24 турбин. Вот только он дал несчастные дополнительные 0,23 млрд. кВт·ч в год электроэнергии в год. Фактически ни о чём, а затраты приличные.

Игналинская АЭС даже с 2-мя блоками полностью решала задачу обеспечения Литвы энергией. Так, за 1993 год на ней было произведено 12,26 млрд. кВтч электроэнергии, что составило 88,1% всей произведенной электроэнергии в стране. Т. е. только одна ИАЭС полностью закрывала потребности в 10 млрд кВт·ч в год, а остальное электричество можно было экспортировать. Всего в стране вырабатывалось около 13,9 млрд кВт·ч в год, т.е. 3,9 млрд кВт·ч можно было продать.

А если бы построили 4 энергоблока? Это позволило бы Литве производить порядка 29–30 млрд кВт·ч в год, что позволило бы завалить дешевым электричеством всю Прибалтику, Белоруссию, прилегающие части России, да и в Польшу можно было бы поставки вести. Покупает же она электричество, производимое на Хмельницкой АЭС Украины. А если бы все шесть блоков работало?

Литовцев подвел менталитет. Те, кто застал СССР, помнят, как старались прибалты в те времена выглядеть, как европейцы. Порой до смешного доходили в этом стремлении. Но привыкли играть «людей первого сорта» (как они себя трактовали) так, что в Европу хотелось со страшной силой, буквально до зубовного скрежета. Ведь на Западе согласно мифическим представлениям литовцев текли молочные реки в кисельных берегах, а по берегам тех рек прогуливались атлетически сложенные философы с прекрасными девами под руку (хотя, кто и с не дамами… Европа же, ёшкин кот). А еще там были магазины, полные сверкающих неземных товаров по символическим ценам и огромные доходы только за то, что родился, где надо. В общем, рай земной.

Маленькое отступление. Собственно, в те времена не только литовцы так считали. На самом деле и среди литовцев встречались люди, которые понимали пагубность вступления в Евросоюз, а среди русского населения Литвы значительная часть очень хотела в Европу. Даже некоторые личности из этой категории попрекали Россию за вводимые против стран Прибалтики санкции (хотя их применяли исключительно как ответ на откровенно недружественные действия и никак иначе). Мол, от них якобы больше всего страдает русское население. Но вот когда Литва, Латвия и Эстония рвались на запад, значительное количество этого же населения особо против такого стремления не возражала, ожидая плюшек и для себя. Не все славянское население, конечно, но изрядная часть.

В общем, когда Литве в обмен на вступление в Евросоюз поставили условие закрыть Игналинскую АЭС, Литва особо и не сопротивлялась.

На референдум 2003 года за вступление в ЕС пришло более 60% избирателей, из них 90% проголосовало за вхождение в Евросоюз. Чем это обернется, тогда не думали.

Правда, по мере приближения закрытия станции часть местного населения начала понимать, что дело-то нечисто, даже изредка раздавались протесты. Но большинству литовцев было все равно — они выбрали ЕС, как эквивалент рая при жизни. На последний референдум по продлению работы АЭС пришло меньше 51% избирателей, хотя из них почти 90% высказались за продление работы АЭС. Но из-за низкой явки референдум был провален.

Хотя кто знает, был ли он на самом деле провален, ведь решение о закрытии Игналинской АЭС было принято задолго до вступления в Евросоюз, еще 19 февраля 2001 года Правительство Литвы приняло программу вывода из эксплуатации первого блока Игналинской АЭС. Делалось это по требованию европейцев, под которое руководство «независимой» Литвы легко, послушно задрав лапки.

Первый блок АЭС был остановлен 31 декабря 2004, второй — 31 декабря 2009 года.

И наступило время похохотать.

Монополия. Кадр из телефильма «Трест, который лопнул»

При работающей Игналинской АЭС цена на газ не могла быть слишком высока — в ряде случаев его заменяла электроэнергия. Но вот после того, как альтернативы газу не осталось… мимо такого подарка «Газпром» пройти не мог. Кроме того, повышение цены отчасти диктовалось и объективными причинами — ведь надо было обеспечить новые поставки, а все, что добывает «Газпром», что называется, забронировано заранее.

Чтобы «обуздать» российского поставщика, литовцы купили терминал СПГ в Норвегии. Но получилось из рук вон плохо — норвежского газа оказалось мало, да и стоимость у него вышла дороже российского. Причем, норвежцы, как оказалось, руки выкручивать умеют даже получше русских. Я бы сказал, куда круче.

Пролетев с норвежским газом на манер парижской фанеры и получив от этой авантюры сумасшедшие убытки, Литва ввязалась в новое предприятие — начала прокладывать кабель из Швеции для передачи электроэнергии. Как сказал мне один литовец:

Ага, счас. Там как раз базовая генерация тоже идет за счет атомных электростанций. Впрочем, шведские АЭС довольно старые, а еще у них Грета Тунберг есть, так что сколько у шведов продержится ядерная генерация, кто знает. Из 12 реакторов, которые у них имелись, с 1999 года уже закрыто 6, причём ни одного нового не строится и даже не планируется.

Возникает вопрос — а зачем закрытие Игналинской АЭС было так нужно Европе?

Нет, формально все дело в безопасности — АЭС имела тип реакторов, конструктивно сходный с реакторами, установленными на Чернобыльской станции. Однако после аварии Игналина проработала без нареканий еще 22 года. За всю историю эксплуатации ИАЭС было всего 2 мелких происшествия. Согласно заключению МАГАТЭ, станция входила в список самых безопасных и надежных АЭС мира.

Кроме того, в России отлично работают Курская, Смоленская и Ленинградская АЭС с однотипными реакторами с теми, что были установлены на ЧАЭС.

Так что дело было вовсе не в безопасности. Фактически, Игналина определяла экономическую независимость Литвы, что позволяло ей разговаривать с Евросоюзом на равных. Сами представьте — энергодостаточность, постоянный источник притока валюты, возможность привлечения инвестиций в промышленность на основе дешевой энергии — все это давала действующая АЭС.

А вот страна, половина бюджета которой образуется за счет подачек из ЕС, уже вынуждена принимать любые требования, даже самые невыгодные. Что и говорить — гордость — роскошь, для нищих не позволительная. И ЕС вовсю требовал, убив в Литве сахарную промышленность, рыболовство, машиностроение, химию, легкую промышленность и многое другое. В результате Литва из одной из самых развитых при СССР стран превратилась в нищее захолустье Европы.

Причем, живя, фактически в долг, Литва в любой момент может повторить судьбу Греции. Впрочем, и сейчас в стране не сладко, не зря эмиграция достигла буквально критических размеров. Работы нет, перспектив тоже, вот молодежь и уезжает, и вернутся обратно из уехавших весьма немногие.

Была ли альтернатива закрытию Игналинской АЭС? Немного пофантазируем.

Цена в 1,7–2 евроцента за кВт·ч давала хорошую норму прибыли — 25–30%. Один энергоблок полностью обеспечивал потребности Литовской республики, а второй мог работать на экспорт, принося стране нужную ей валюту.

Главное то, что работающая АЭС позволяла за счет прибыли модернизировать себя. Т. е. можно было начать строительство новых энергоблоков ВВЭР вместо РБМК, как на Костромской АЭС. А то и продолжать строить именно РБМК. Первый энергоблок из эксплуатации пришлось бы выводить в 20 годах, причем затраты опять же покрывались из прибыли от станции.

Дешевая энергия в больших количествах позволяла привлекать инвестиции в промышленность, развивая энергоемкие производства. Кроме того, наличие вокруг стран с дефицитом энергии давало огромные возможности для экспорта. Продавать электричество можно было в Латвию, Эстонию, Россию, Белоруссию, Польшу, а в перспективе и в Швецию и Германию.

Нормальные отношения с Россией дали бы республике практически неограниченный сбыт для сахарной, мясной и молочной промышленности, а также для транспортного транзита. Ко всему прочему нормальные отношения позволили договориться о низких ценах на газ. Я уже не говорю про инвестиции из России и возможности для банковского сектора в обслуживании российских граждан.

Стоило ли это все вступления в Евросоюз? Тут каждый решает для себя, по мне, так нет. Тем более что лавирование между Россией и Европой принесло бы Литве в десятки раз больше того, что ей дала конфронтация с РФ и превращение в содержанку Европы и НАТО. Например, о безвизовом режиме можно было договориться и без вступления в ЕС.

Не стоит забывать и об уникальном географическом положении Литвы. Рядом Калининград, Белоруссия, Польша, свой крупный порт, хорошая сеть автомобильных и железных дорог. Да только оказание транспортных услуг России и Белоруссии приносило бы миллиарды. Думаю, повлияло и то, что литовцы были готовы буквально обморозить уши, но только чтобы порвать с Россией. А сохранение АЭС диктовало плотное сотрудничество с «Росатомом». На это они «пойтить не могли».

Думаете, закрытием Игналинской АЭС и покупкой СПГ-терминала пролеты Литвы ограничиваются? Какое там. Например, категорический отказ продать НПЗ инвесторам из России привел к тому, что крупнейший нефтеперерабатывающий завод перестал приносить прибыль.

Такое ощущение, что политика прибалтийских стран строится на основе поговорки «сгорел сарай, гори и хата». Недавно они решили отключиться от БРЭЛЛ (единой электросистемы, связывающей в единую цепь энергетике прибалтийских стран с Белоруссией и Россией). В результате средняя цена на бирже Nord Pool в феврале 2025 года подскочила до 13,1 цента за кВт/ч. Что тут скажешь? Необучаемые.

Заодно и эстонцы отличились. У них за счет месторождения горючих сланцев и наличия построенных еще при СССР двух Нарвских ТЭС (Балтийской и Эстонской) с электроэнергией проблемы не было — излишки даже понемногу соседям отправляли. В 2011 году построили еще одну ТЭС — Ауверескую.

В 2024 году эстонцы решили поддержать Украину и передать ей один из энергоблоков новой Аувереской электростанции. Сколько в результате передали блоков неизвестно, но вот энергии стало в Эстонии не хватать, так что теперь недостающие объёмы приходится закупать в Финляндии.

Кроме АЭС в Прибалтике медным тазом накрылось и большинство других предприятий, которые строились на деньги СССР (считай РСФСР).

Перейдем к Латвии. Здесь был целый ряд крупных заводов, продукция которых славилась по всему Союзу.

Заброшенный цех Рижского вагоностроительного завода

Например, знаменитый Рижский вагоностроительный завод, который выпускал электропоезда и трамваи.

После выхода Латвии из СССР производство электропоездов в 1990-е годы было перенесено на Демиховский и Торжокский заводы, так что сейчас Россия полностью удовлетворяет свою потребность в электроподвижном составе самостоятельно.

Рижский вагоностроительный завод в настоящее время продолжает существовать, вроде как предлагая железнодорожную технику и трамваи, но на самом деле от него остались ошмётки, неспособные на нормальную деятельность. Да и кому заказывать вагоны? Во всех трёх республиках последние годы начинают разбирать часть рельсовых путей — содержание железной дороги оказывается не по силам с учётом того, что транзит грузов через прибалтийские порты каждый год падает — России они стали не нужны.

Внутри одного из цехов

За период с января 2001 по январь 2005 года на заводе было изготовлено 38 вагонов, отремонтировано и модернизировано 55 вагонов, проведена реконструкция 31 вагона электропоездов и дизель-поездов, модернизация 10 тепловозов, ремонт 8 кузовов, модернизация 322 грузовых платформ, изготовление 2 лесовозов, реновация 37 трамваев и ремонт более 1300 колесных пар, что впрочем, позволило задействовать лишь малую часть производственных мощностей. Заказы выполнялись для латвийской, литовской, эстонской, российской, белорусской, грузинской железных дорог и железных дорог Финляндии.

В период 2005–2010 годов завод все сильнее приходит в разрушенный вид — от его продукции отказалась Россия, а железные дороги Прибалтики в связи с резким сокращением российского транзита находятся в кризисной ситуации. Надежды на внешние рынки оказались несостоятельными.

Разваливающиеся цеха

Сегодня предприятие имеет жалкий и разрушенный вид. Какая-то часть завода остаётся работать, часть завода используют другие фирмы, ещё часть отдана под магазины и сервисные службы, а основные площади стоят в запустении и разрушаются. На одной из стен завода висит поблекшая реклама — «Поезда RVR — будущее Латвии». Но судьба завода такая же тусклая, как эта реклама.

Та же самая судьба постигла электротехнический завод VEF — ведущего предприятия СССР по выпуску транзисторных приёмников, телефонных аппаратов. А еще был завод «Радиотехника» RRR, тоже выпускавший бытовую радиотехнику, очень ценившуюся советскими гражданами и Рижский электромеханический завод «РЭМЗ».

Микроавтобусы Рижской автобусной фабрики бегали по всему СССР, по 15 000 в год машин собирали. Сейчас от успешного предприятия остался один музей.

Был в Прибалтике уникальный завод «Ильмарин». Он производил автоматику и телемеханику для ТЭС и угольных электростанций. Вот зачем его вообще там строили? Где Прибалтика, а где угольные ТЭС? Закрыли его ещё в 1991-м. Специально назло москалям, потому как альтернативы продукции завода просто не было. Кончилось, правда, всё хорошо — оборудование выкупили наши предприниматели, теперь этот завод работает в Питере.

Курорт Юрмала в СССР считался самым престижным. Здесь отдыхала творческая элита, номенклатурные работники и прочие успешные советские люди. Теперь это сонное и никому особо не нужное захолустье с холодным и малоприветливым морем. Впрочем, и сама Рига превратилась в город-призрак, где даже в центре полно домов, в которых никто не живёт. Особенно хорошо это видно по вечерам — в некоторых зданиях не светится ни одного окна.

Да что там — в Латвии даже шпроты уже не делают. Оборудование последних заводов выкупили российские собственники, наладив производство в Калининградской и Ленинградской областях. Ну, а в бывшей Шпротляндии, если и остались производители, то мелкие, почти кустарно закатывающие рыбную мелочь в банки. Качество — так себе, потому как вместо натурального копчения часто используют жидкое.

Впрочем, есть мнение, что промышленность в Прибалтике гробили специально и целенаправленно. Это в начале 90-х даже не скрывали, помню рассуждения местных «мыслителей». Мол, кто в основном на заводах работает? Русские! Не станет предприятий, они и уедут, заодно торговать с Россией станет нечем и наступит благодать. Эдакий огромный хутор. До смешного доходило — в одной из столиц республик обсуждалось строительство метрополитена. Так горожане вышли на митинг — испугались, что русские метростроевцы приедут. Не нать!

Но обхитрили сами себя. Промышленности не стало, а она тянула за собой и остальную экономику. Исчезли вакансии управленцев, офисных работников, продажников, всяких дизайнеров. И потянулась местная молодежь в ЕС, США, Британию. Остаются только те, кто уж совсем ни о чём. Да посмотрите на вид тамошних вояк — на вид натуральное сборище дегенератов.

Промышленность Латвии при «проклятом СССР» и в ЕС

В Эстонии дело ничуть не лучше. Там свои погремушки. Недавно, сдуру решив, что им все позволено, бравые эстонские моряки на паре сторожевых катеров пошли на абордаж танкера, идущего из России. На борт взобраться не удалось, спугнутые поднятым по тревоге истребителем российских ВКС эстонские пираты ретировались, глухо бормоча под нос угрозы и обещая вернуться. Ну, прямо хулиганистая пацанва из неблагополучного района.

Правда буквально на следующий день оказалось, что для захода судов в эстонские порты Нарва-Йыэсуу и Силламяэ нужно пересечь принадлежащую России акваторию, где гостеприимные российские пограничники так просто не отпускают долгожданных гостей. Два порта из оборота в эстонцев, считай, вышли. Дальновидный народ!

Знаете, не пойму, зачем им коммунисты столько всего настроили. Вот, например, деревообрабатывающая и целлюлозная промышленность. Вообще во всех трех республиках довольно большие лесные запасы, но введённые в строй мощности многократно превышали заготавливаемое на месте сырьё. Поэтому уже с 70-х годов в Прибалтику в огромных объемах везли лес из Карелии, Архангельской области, Сибири. Почему было нельзя наладить деревообработку на месте, совершенно непонятно.

Фактически сложилась ситуация, при которой республики Прибалтики превратились в метрополию, выкачивающую ресурсы из России, но при этом оставляющую произведенные товары в основном у себя. Да так даже колониальные империи не поступали, они все же за сырье платили готовой продукцией, пусть и по конским ценам. Здесь же и этого не было.

Приведу, на мой взгляд, достаточно интересное наблюдение. Я пожил в Магаданской области и вот интересно — на Север ехали жители РСФСР, много было украинцев (в основном из западной и центральной части), приезжали люди из Белоруссии, Северного Казахстана. Были кавказцы и жители Средней Азии, хотя мало, но вот жителей прибалтийских республик я на северах вообще не встречал. А им это было просто не нужно.

Зачем ехать работать в тяжелых условиях, если ты живёшь в комфортном месте, зарплата у тебя почти не уступает северной, а в магазинах есть практически любые продукты и товары, причём свободно, а не с квестом «достань через знакомого завмага».

Знаете, моё мнение подтверждают многие люди, которым довелось побывать в советской Прибалтике.

tarajos_sul

Мой наставник на металлургическом заводе начинал свою трудовую карьеру по распределению в начале восьмидесятых в Латвии (вроде бы, уточнить уже не у кого…). Он рассказывал следующее.

Ну, обеспеченность продуктами — это само собой. Всякий разный ширпотреб — тоже. В том числе импортный. То, за что в РСФСР посадили бы, там было в порядке вещей. В частности, прибывшее из загранки судно в порту уже дожидалась толпа «купцов», привезенные моряками товары распродавались в открытую чуть ли не на трапе. Много иномарок на дорогах.

Насчёт русофобии — как он говорил, с открытой столкнулся только один раз, когда нарвался на толпу пьяной местной молодёжи. Помогли отбиться местные коллеги с завода. Бытовая — цвела и пахла, причём в таком «покровительственном» виде. Когда местный кадр снисходительно пояснял молодым специалистам, прибывшим по распределению, что годик-то они поживут по-человечески, а потом армия, а обратно их уже не пустят, ибо нефиг, валите к себе в РСФСР щи лаптем хлебать. В самом деле, местный кадр имел заработок заметно больший, чем его коллега аналогичной или даже более высокой квалификации в России.

Ещё бабушка рассказывала о туристических поездках в Прибалтику в шестидесятых-семидесятых. В открытую аборигены вроде не хамили, но всячески показывали, как им тяжко и противно общаться с русскими, и какое великое одолжение они делают, снисходя до них.

Немножко дополнений. Русофобия могла проявиться в чём угодно. Например, наставник упоминал о пивной, в которой подавали великолепное местное пиво и жареные свиные ножки. Так вот, приехавших по распределению туда пускали, только если кто-то из местных проводил их с собой. В магазине за 15 минут до закрытия могли довольно грубо выставить, сказав, что убирают помещение перед закрытием, тогда как для местного могли даже открыть уже закрывшийся магазин. Во многие кафе и бары могли просто не пустить без объяснения причин. Материальные блага, распределявшиеся через профком, доставались исключительно местным кадрам, но не «понаехам».

По поводу местных рабочих кадров говорил следующее. Откровенных бракоделов или алкашей не встречал, делали всё строго по инструкции, но не более и не менее. Вырабатывали норму — и всё. При этом зарплата была намного выше, чем на аналогичном заводе в РСФСР у аналогичного кадра. К русским в основном относились равнодушно, не враждовали, но и не дружили, за редким исключением. В основном свою русофобию демонстрировали либо руководящие и партийные кадры, либо сельские жители, с которым он лично не сталкивался, но немало слышал, либо городская «золотая молодёжь».

torvard

Я, как большинство детей, терпеть не мог любую колбасу «с жирком», типа «Любительской». В далеком 1982 году, находясь у родственников из Риги в гостях, сначала отказывался есть подобное угощение, пока не обнаружил, что вместо жира там — плавленый сыр! Восторгу не было предела.

Примерно такой же была реакция на возможность делать дома полноценную сладкую газировку с помощью сифона. В РСФСР сифон и баллончики ещё можно было купить, а вот такие шикарные сиропы — ни в жизнь! Сосиски, которые у нас в Ростове очень редко выбрасывали, или давали на паёк ветеранам и начальству, там продавались свободно, как хлеб.

Кстати, в главе «Самые лучшие советские ГОСТы» я привожу данные по стоимости молока в СССР

https://author.today/reader/430453/4069233

Цена была единой для всей страны и зависела от пояса. Прибалтика относилась к 1-му ценовому поясу, для которого стоимость 1 литра молока была установлена в 28 копеек. И в Москве и на Украине действительно брали именно эти деньги. Но судя по рассказам знакомых, в Риге молоко в 80-х продавали за 15 копеек. Многие другие продукты также стоили дешевле, чем в остальной части страны. И это при повышенных зарплатах!

Поразительно выходило в стране социальной справедливости и равенства. Как воевать — первыми идут русские (в данном случае под русскими я подразумеваю и другие народы России: татар, башкир, мордву и других). Не вру — с 1942 года был прекращён призыв всех горских народов Кавказа, кроме осетин (Директива № ОМУ/01275, постановление ГКО №2114, Приказ НКО №0585,), а с 9 октября 1943 года был полностью прекращен призыв коренных народов в Закавказье и Средней Азии согласно Директиве № М/1/1493.

Восстанавливать разрушенное войной — тоже в первую очередь пашут русские, их же посылают на ударные стройки в европейских странах, Прибалтике, Западной Украине, а потом и в тайгу. Кстати, военными займами тоже россиян напрягли, а при Хрущёве просто отказались платить по государственным долгам.

Но вот пользоваться социальными благами, развитым обеспечением, вот тут нет. Есть более достойные люди. И в первую очередь отчего-то это оказались эстонцы, латыши и литовцы, подавляющее большинство которых участвовало в войне против СССР в рядах эсесовских подразделений и карательных отрядов. Наказания из них почти никто не получил, даже военнослужащих СС по домам отправили, до сих пор престарелые недобитки парады свои утраивают, усыпая улицы после прохождения колонн песком.

И нас теперь хотят убедить в какой-то справедливости коммунистического правительства в СССР?

Ф. И. Чуев в книге «Молотов. Полудержавный властелин» приводит интересный спор между главным маршалом авиации А. Е. Головановым и В. М Молотовым:

— Разве можно считать правомерным, что в социалистических государствах в два раза выше прожиточный минимум, чем у нас? Мы что, все время будем пояс затягивать? Я помоложе вас, я никогда не был в Политбюро, — говорит Голованов. — Я считаю линию Сталина совершенно правильной, что в первую очередь надо ставить свое государство по материальному обеспечению населения. А сколько б мы с вами ни занимались пропагандой и агитацией…

— Я с вами не совсем согласен, — сердится Молотов. — Вы упрощаете дело. И так Сталин не рассуждал, как вы ему приписываете! Так Сталин не рассуждал — так упрощенно. И так Ленин не мог рассуждать. И ни один человек, который согласен с марксистской позицией, не может встать на эту позицию. Вы равняетесь по плохим коммунистам, а надо по хорошим! — Я ручаюсь, что слышал это от Сталина. — Вы не так его поняли. Нельзя так рассуждать. Ваши цифры не точны. Я с вами согласен, что там уровень жизни выше — в 1,5 раза, сомневаюсь, что в 2 раза. Если мы собьемся с правильных соотношений, мы перейдем на слухи — это неизбежно. Я считаю, что уровень жизни у них выше, мяса едят больше, обуви у них больше, на сколько — я допускаю, в 1,5 раза. А я считаю, что мы заинтересованы, чтоб у них так было. Другой пример. Наши прибалтийцы живут на более высоком уровне, чем москвичи. И нам это необходимо. Это политика, соответствующая интересам Москвы.

Понимаете, то, что прибалты жили лучше, чем даже москвичи (обеспечение которых вызывало зависть у провинции в РСФСР) и с презрением смотрели на нищебродов из РСФСР (на деньги, которых они и шиковали) соответствовало интересам ЦК КПСС. Интересно было бы узнать почему, да уже не у кого.

Вот уж точно — настоящий лозунг СССР — «кто не работает, тот ест!»

Но, как сказано, не в коня был корм. Прибалты, зажив несравнимо лучше, чем кто-либо еще в СССР, решили, что они достойны большего.

Ирина Липатова

А я просто напомню Балтийский путь.

Балтийский путь, он же Балтийская цепь, — акция в прибалтийских республиках СССР, проведённая 23 августа 1989 года.

«Жители Литвы, Латвии и Эстонии выстроили живую цепь длиной около 670 км (до двух миллионов человек, то есть примерно 25 % населения трёх прибалтийских республик в то время), таким образом соединив Таллин, Ригу и Вильнюс. Акция была приурочена к 50-летию со дня подписания пакта Молотова — Риббентропа, целью акции было привлечь внимание мирового сообщества к историческим событиям, которые изменили статус стран Прибалтики».

Незалежности хотели массовым порядком. Акция охранялась милицией, значительных эксцессов не произошло.

На своих авто приехали от меееерзкого Союза отделяться. Другие ехали организованно, на автобусах.

Заметьте, какой дивный асфальт у этих лимитрофов, «униженных Великоросским кованным сапогом».

Кстати, только подумайте, для такого масштабного мероприятия нужна была очень четкая организация. Не так просто собрать людей, распределить их по дорогам, не допустить скопления в одном месте и разрывов в других. Требовалось согласование и управление на уровне местного МВД как минимум, причем подготовка должна была начаться задолго до проведения акции.

Как выглядела Балтийская цепь

Сейчас прибалтийский вымиратам приходится только вздыхать о временах, когда они счастливо жили на советские деньги. Но они не унывают — любимым делом балтийский карликов стало подсчет сумм, которые им должен СССР за «оккупацию». Должны мы им — они так решили.

Вот они за действия своих карателей на нашей территории и за хорошую жизнь в Союзе нам всё простили. А что с вхождением с СССР очень всё неоднозначно, так и про это можно забыть.

terramorpher

На момент присоединения:

Пятс в Эстонии — был коммунистом. Передал эстонские аэродромы под авиабазы Красной Армии во время Зимней Войны. Именно с эстонских аэродромов взлетали советские бомбардировщики для пресловутых «гуманитарных бомбардировок» Хельсинки. Кстати, первые подписали пакт о ненападении с Германией.

Так что молчали бы лучше.

Улманис в Латвии — британский ставленник, назначенный без демократических процедур. Превратил Латвию в третьестепенную аграрную державу, а когда у него вскрылась подготовка к народному восстанию — обратился к СССР с просьбой спасти его шкуру.

Так что молчали бы лучше.

И наконец, Антанас Сметона в Литве — диктатор, тиран, запретивший демократические выборы. Во время нападения Германии на Польшу урвал часть её территории по пакту Молотова, получив Вильнюс. После получения Вильнюса от СССР пытался лизать пятки Гитлеру, за чтоб был скинут своим же народом.

Вот этим вообще бы не отсвечивать.

В 2015 году на уровне министров юстиции государств Балтии была даже принята совместная декларация, в которой «высокие договаривающиеся стороны» пообещали «научно обоснованно вести расчеты убытков», а также «согласовать методологию», чтобы завершить наконец «достойную оценку оккупации Балтийских государств на международном уровне». До сих пор считают. И каждый год на эту деятельность во всех трех странах деньги исправно выделяют.

Заодно в числе потерь объявили «обрусение в 1940−1990-х годах». Странно, а вот сейчас они с визгом переходят на английский язык. Это другое?

Очень, очень хочется опять, как во времена социализма залезть на шею Ваньке и снова сытно кушать и сладко спать, вываливая тонны презрения на русских. Ну и нынешние левые тоже призывают к тому же — опять «помогать» вот этим совершенно не братским народам. Ну и пусть покажут, как это делать — вывернут личные карманы и отдадут свои деньги хоть прибалтам, хоть грузинам, а хоть и племени мумбо-юмбо на развитие. Только свои, а не наши.

Значит, вы хотите испугать меня штрафом за срыв поставок? Карикатура из журнала «Крокодил» №11 за 1977 год

Но и с теми фабриками, у которых план установлен в рублях, получается примерно такая же петрушка. Предположим, нужно за месяц выпустить изделий на 10 000 рублей. Можно или наладить производство чего-нибудь простого по 10 рублей за штуку, либо сложного, но по 1000 (прям как у Жванецкого про раков получились — «вчера раки по 5 рублей, но очень большие, а сегодня по 3, но маленькие»).

Директору в принципе проще сделать несколько дорогих изделий, чем заморачиваться с дешевой мелочью. Мало того, в интересах предприятия получается увеличить себестоимость выпускаемых товаров. Например, в главке все-таки заставили руководство завода начать производство мелких изделий. Но ведь остаётся возможность увеличить их себестоимость — взять более качественные и дорогие материалы, завысить материалоёмкость. Так, глядишь, и уже вместо 10 рублей стоимость изделий увеличилась раза так в 3. При помощи такого нехитрого приёма план удалось занизить в те же самые 3 раза.

Эй, Левша, кончай возиться с блохой, план надо вытягивать! Карикатура из журнала «Крокодил» №13 за 1976 год

Дело за малым — убедить вышестоящее руководство в главке или министерстве в том, что вносимые изменения необходимы. Но на это есть свои методы. В обосновании будут написаны красивые слова про повышение качества и долговечности изделий, но параллельно задействуются связи и знакомства.

Если директор или его заместители достаточно ушлые, то поднять себестоимость получится, а это открывает множество перспектив.

Во-первых, хоть по сумме план остаётся неизменным, по количеству изделий он снижается.

Во-вторых, ценное сырьё — это почти всегда дефицит, появляется обменный фонд для торговли с другими предприятиями.

В-третьих, повышенная материалоёмкость — это еще и резервы для экономии. А они должны быть, потому как время от времени руководство страны спохватывается, что чересчур много сырья зазря переводится и начинается очередная компания по экономии.

Вот, например, в 1978 году было опубликовано Письмо ЦК КПСС, Совета Министров ВЦСПС и ЦК ВЛКСМ партийным, советским, хозяйственным, профсоюзным и комсомольским организациям, трудящимся Советского Союза под названием «О развёртывании социалистического соревнования за выполнение усиления борьбы за повышение эффективности». Уф, вот же завернули!

Письмо, как это было принято в те времена, весьма многословное. Как водится, в нём призывается углубить, развернуть, способствовать, улучшить, обеспечить. В общем, ничего конкретного, но точно за всё хорошее. Например, там было сказано:

Нельзя мириться с тем, что в народном хозяйстве остаются высокими и практически не снижаются отходы металла. Миллионы тонн металла «омертвлены» в незавершенном строительстве, неустановленном оборудовании, утяжеленных конструкциях. Велики потери от брака.

Можно подумать, что трудящиеся на предприятиях о том, что брака много не знали? А как его может быть меньше, если сама система способствует тому, чтобы эти отходы росли?

Заводу, как уже замечено выше, выгодно максимально увеличивать себестоимость производства. В этом случае план проще выполнить и даже перевыполнить. А по металлолому, кстати, тоже план есть. И его тоже надо выполнить. Не будешь же рабочих вместо пионеров на сбор отходов отправлять.

А так пришло письмо, коллектив «с энтузиазмом включился в кампанию по борьбе за…» (дальше можно что угодно вписывать, скажем «снижение потерь на производстве», «экономию электроэнергии», «повышение производительности труда» и т.п.). Самое главное, что обеспечить требуемое проще простого при завышенной материалоёмкости. Достаточно чуть снизить потребление сырья — вот и экономия трудовых ресурсов, материалов, энергии. Можно премировать коллектив, а начальство двигать на повышение.

И стоит ли в таких условиях удивляться тому, что советский телевизор весил 50–60 кг, а ровно такой же финский всего 34–38? Причём при намного лучшем качестве сборки.

В главе «Армянопром СССР — колоссальные затраты без отдачи» приведена фотография изготовленной армянским предприятием кофемолки:

https://author.today/reader/430453/4149348

Мощная штука, сносу нет. Правда, ребёнок уже не поднимет, потому как этой кухонной принадлежностью можно бицепсы качать не хуже, чем гирей или в качестве дробящего оружия ближнего действия применять.

Кампании по борьбе за экономию спускались сверху каждые два-три года, но реального толка от них не было. Другое дело, что цифры наверх отсылались красивые, начальственный взор радующие.

Кстати, неудивительно, что наверху начинали волноваться. Правительству хоть и подавали красивые отчёты, но не сознавать, что огромные ресурсы куда-то буквально растворяются, было просто невозможно. При таком бездумном хозяйствовании должен был наступить момент, когда экономический рост станет попросту нереален.

Именно с этим пониманием и связан брежневский лозунг «Экономика должна быть экономной». Вероятно, он надеялся, что у производителей проснётся совесть, и они перестанут переводить нужные стране ресурсы. Однако дело-то было вовсе не в директорах предприятий. Сама система хозяйствования, при которой производитель оказывался оторванным от результатов своего труда, диктовала им линию поведения.

Ну, положит директор своё здоровье на алтарь выпуска действительно качественного, недорогого, востребованного товара. Что, его наградят за это? Да какой там, еще и полоскать будут каждый раз за отсутствие улучшений, за невыполнение плана по металлолому, за отсутствие изысканий резервов по экономии материалов и затрат труда. А откуда взяться этим резервам, если выпуск сразу полностью оптимизирован? Но кого это интересует?

Получалось так, что при освоении нового изделия завод стандартно завышал необходимое количество сырья, затрат труда, энергии. Затем потихоньку нормы снижались, что давало повод отчитаться об экономии в духе лозунга «Экономия должна быть экономной». Заодно коллектив получал премии за творческий подход к делу, внедрялись рационализаторские предложения. Жизнь кипела, сразу становилось видно — и дирекция и рабочие на предприятии полностью отдаются делу. Даже бракоделы, прогульщики и тунеядцы один за одним перевоспитывались и устремлялись к светлой победе всего хорошего над всем плохим в духе производственных комедий вроде «Неподдающихся» или «Королевы бензоколонки».

Кадр из кинофильма «Неподдающиеся»

Ну, а с внедрением в производство нового изделия цикл в точности повторялся. В результате ничего не менялось — сырья советские заводы потребляли намного больше, чем их коллеги из других стран. И реально никакой экономии не происходило. Любой подтвердит, кому приходилось на своём горбу переть советский холодильник на 5-й этаж.

Да и как могло быть по-другому, если материальную заинтересованность пытались заменить «трудовой сознательностью»? За идею человек может работать во время войны, какого-нибудь стихийного бедствия, в общем, в ограниченный период, но не всю же жизнь.

А советские пропагандисты развесили плакатов, написали очередное Письмо ни о чём и умыли руки.

Ищи возможности улучшения. Советский плакат

Ну, вот увидел работяга такой вот плакат и ну давай искать чтобы такое и где улучшить. Мне вот кажется, что в первую очередь он подумает об улучшениях в собственной жизни. А вообще был такой анекдот в позднесоветское время:

Солдат чинил машину, настал обед, он и побежал побыстрее в столовую, пока всё не сожрали. Инструмент, естественно, кинул, где работал.

Замполит увидев такое нарушение, рядового остановил и давай читать ему лекцию о том, что рабочее место должно быть чистым, так как это способствует более производительному и качественному труду. Час языком молол, пока не выдохся.

— Вам-то хорошо, — отвечает оставшийся голодным солдат, — Вы рот закрыли и рабочее место убрано.

О механизации ручного труда. Карикатура из журнала «Крокодил» №20 за 1977 год

А результат сложившейся системы был в том, что продукция советского машиностроения просто не могла конкурировать с западными аналогами. Продавали её только за счёт демпинга, когда цена за рубежом на наши товары порой опускалась ниже себестоимости.

В главе «Автомобильный вопрос» в качестве примера показана цена наших легковых автомобилей в странах СЭВ, а также в ФРГ, Британии, Франции. Она в 3–7 раза была ниже, чем для советских покупателей:

https://author.today/reader/430453/4208809

Ходили байки про то, как порой западные партнеры покупали советскую продукцию даже не ради её самой.

Одну историю мне рассказал отец. Была она о том, как наше химическое предприятие договорилось с японцами о поставках кислоты. По-моему для аккумуляторов. Причем покупатели не скупились и предложили ту же цену, по которой они раньше закупали химикаты у поставщиков из западной Германии. Наших это очень порадовало, привыкли уже цену занижать.

Кислота поставлялась в больших стеклянных бутылях. Чтобы не было боя, каждая ёмкость упаковывалась в отдельный деревянный ящик с большим количеством стружки в качестве амортизирующего материала. Объем поставки оказался впечатляющим.

Подвела рационализаторская идея, вместо стружки решили использовать пенопласт, а ящики заменить на деревянные клети. Японцы сразу же отказались от товара. Как выяснил направленный в зарубежную командировку специалист, кислота покупателям вообще не нужна была. Они её перепродавали по заниженной стоимости себе в убыток. Прибыль они получали за счет ящиков из толстых, массивных, хорошо просушенных досок. Они из этих пиломатериалов делали самые разные изделия. Стружку тоже пускали в дело, продавая на лесохимическое производство.

Думаете, наши гордо отказались иметь дело с хитрованами? Ага, счас! Наоборот, осознали, прониклись и вернулись к старому типу упаковки. Кто же откажется от сотрудничества с учётом того, что часть валюты получал сам завод, что позволяло ему закупать товары в Японии для своих работников.

Больше продукции, меньше затрат! Советский плакат

Вот от кого слышал вторую историю, уже не помню.

Наше машиностроительное предприятие вышло на японцев с какими-то изделиями. Поставили пробную партию. Партнёры пришли в восторг и сделали уже заказ так заказ — покупали сразу тысячами. На экспорт наши отправляли продукцию в добротных деревянных ящиках из струганной доски. Заграница! Это своим в мятой картонной коробке — и так сойдёт! Сотрудничество продолжалось несколько лет, пока достаточно внезапно не прекратилось. Японцы отказались продлить контракт.

Оказалось, что металлоизделия они сразу отправляли в металлолом. И тут их интересовали ящики. Пробная партия пришла в такой красивой таре, что партнёры очень впечатлились. Подробное исследование показало, что сделаны они из резонансной древесины, отлично подходящей для изготовления музыкальных инструментов. Такая древесина стоит в десятки раз выше, чем обычная.

Ну, вот года два они с нетерпением ждали каждую новую партию от советских лохов. Не то, чтобы все доски были особого качества, но процент был значительный. А потом то ли участок леса был выработан, то ли еще что, но ящики начали делать из обычного дерева. Японцы сказали, что так не играют и отказались дальше покупать наши металлоизделия.

Правда ли рассказанные истории или это просто байки, я сказать не могу, но обычно даже анекдоты рождаются не на пустом месте. По крайней мере, мне приходилось видеть, как довольно неплохие мастерские работали на деревянной таре и бревнах для распора грузов с железной дороги и порта. Те всё равно дерево выкидывали, так рачительные хозяева мастерской его выкупали недорого и отлично жили.

Задача непременного выполнения плана также часто способствовала перерасходу материалов. Например, еще в 80-х годов нередко можно было увидеть, как водители сливали соляру в посадках.

Всё просто — топливо выделялось из расчета километров, количество которых было заранее запланировано. Но, предположим, вместо 5 рейсов машина сделала за день всего 3. Съездили в перегруз или вообще по тем или иным причинам никуда не поехали. Топливо-то не израсходовано. С бензином попроще — А-76 был вполне востребован и всегда можно было хоть прямо на дороге продать пару канистр.

А куда девать соляру? До начала 90-х легковых автомобилей с дизельными двигателями просто не было. Вот и лилась солярка на землю.

Нередко вообще какие-то распоряжения от начальства игнорировались. В 70−80-е рабочий преспокойно мог послать мастера, объяснив, что он требует ерунду. Мастер то же самое говорил начальнику цеха, а тот резал правду-матку директору. Так по цепочке до министров доходило, которые уже членам ЦК КПСС заявляли, что их требования невыполнимы.

Нет, если распоряжение выглядело разумным, то его выполняли без возражений, могли и инициативу проявить, даже в своё время остаться. Вот всякая чепуха или игнорировалась напрочь, либо исполнялась кое-как.

Куда? Так вагон же сказали? Сиди, сейчас отменят. Киножурнал «Фитиль», №183−02 «Порожняк», 1969

Пример такого поведения хорошо показан в сюжете «Порожняк» из киножурнала «Фитиль». В нём диспетчер требует перегнать порожний вагон то на один путь, то на другой, постоянно меняя распоряжения. Но старый, опытный железнодорожник и ухом не ведёт, прекрасно зная, что сейчас распоряжение отменят.

А молодой коллега рвался всё таки заняться перегоном. Хорошо, старый кадр не позволил. Так оба целый день проработали, а палец о палец не ударили. Но зарплату и премию получили.

Верхи требовали от производств экономии и рачительного ведения хозяйства и тут же демонстрировали куда более впечатляющую бесхозяйственность. Например, с опережающими темпами бурились новые скважины для добычи природного газа, но так как трубопроводы еще не были проложены, то добытый газ сжигался в факелах. Доклады о пропадающих ресурсах отправлялись правительству, но даже оно ничего толком не могло поделать — потому как производство труб и прокладка трубопроводов была запланирована, больше сделать не получалось, а набурили больше, чем надо. Как обычно перевыполнили, а зачем трудовой энтузиазм проявили, никто не знает.

В нашем посёлке проблема освещения улиц давно решена. Карикатура из журнала «Крокодил» №13 за 1977 год

А еще нужно вспомнить про неразумные перевозки продукции, когда поставщики могли находиться в любой части страны и даже в странах СЭВ. В результате перегоны достигали тысяч километров. Да мало того, приходилось читать, как в ларьке рядом с проходной спичечного завода в Белоруссии торговали спичками, произведенными на Дальнем Востоке.

На деревообрабатывающие заводы Прибалтики сырьё гнали из Архангельской области и Сибири. Из-за дальних перевозок и многочисленных перегрузок росла себестоимость продукции, увеличивалось количество брака (бой, порча, выход из строя из-за ударов и вибрации), часть товаров банально раскрадывалась во время транспортировки.

А знаменитые «колбасные» электрички? Половина страны ездила за продуктами в Москву, да и подальше путешествовали за покупками: в Ленинград, Прибалтику, Среднюю Азию, на Украину. Всё это тоже поднимало стоимость продукции для населения.

Так что к статистическим справочникам, которые демонстрируют рост производства в 70−80-е годы в СССР, нужно относиться с большой долей скепсиса, потому что многие затраты на производство просто не учитывались, как и повышенные расходы материалов, энергии, труда на единицу продукции.

Но мало того — данные часто просто брались с потолка. В книге П. Черкасова «ИМЭМО: Портрет на фоне эпохи» есть хороший эпизод, когда председателю Госплана СССР принесли прогноз экономического развития западных стран, составленный Институтом мировой экономики. Тот возмутился:

«У нас плановая социалистическая экономика, темпы роста заложены в пятилетку, а вы тут говорите, что у них будет 3%, а у нас 2,6%. Измените их показатели!».

Ну, а где их показатели можно изменить, там и свои не грех подправить.

А в результате директора предприятий думают только о выполнении плана, придумывая хитрости, чтобы скрыть свои реальные возможности, а руководство страны не видит реальной картины того, что происходит с экономикой страны. Натуральный корабль без капитана, где вроде каждый занимается своим делом, но никто толком не знает ни куда вообще плывёт судно, ни зачем.

Иначе вашу книгу, во-первых, не продать, а во-вторых, не прочитать. Карикатура из журнала «Крокодил» №11 за 1973 год

Народ жаждал приключений, фантастики, путешествий. Ему нравились захватывающие повествования, способные хоть ненадолго вырвать из скучной повседневности. Спрос был большой, но удовлетворить его советская полиграфическая промышленность не могла, а точнее не хотела.

Были, конечно, общественные библиотеки, но на хорошую книгу там порой образовывались целые очереди. Поэтому старались купить для себя. Собственные собрания с 70-х годов составляли даже те, кто вообще ничего не читал — это стало модно. Во-первых, хорошая библиотека как бы свидетельствовала об интеллектуальном уровне владельца, а во-вторых, показывала, что он «не лыком шит», доступ к дефициту имеет. Полки, уставленные собранием сочинений Дюма (обоих сразу), Вальтера Скота, Джека Лондона, томиками «Библиотеки приключений и фантастики» говорили о многом в то время. А уж, если в собрание затесалась «Библиотека современной фантастики» в 24 томах (знаменитые белые и красные томики), то вообще отпад. Говорят, что полный комплект любители порой готовы были на «Жигули» сменять. Не знаю, как ВАЗ, но пару тысяч рублей он тогда точно стоил.

Пусть видят, что я интеллигентный человек. Карикатура из журнала «Крокодил» №30 за 1976 год

Где-то с 70-х ажиотаж на хорошую литературу стал запредельным. На перепродаже книг спекулянты делали огромные деньги. Например, том «Трех мушкетеров» в хорошей обложке мог доходить до 150 рублей, а уж за 50 рублей его с руками отрывали. Сумасшедшие деньги. Это с учётом того, что в официальной торговле такая книга стоила 3–5 рублей.

Я упоминал выше, что партийную литературу издавали на очень хорошей белоснежной бумаге. На художественную литературу шёл материал куда хуже. Её обычно печатали на серой или желтой бумаге чуть получше газетной. Нередко и полиграфия хромала, но книги всё равно сметались, как горячие пирожки. Очень плохо было с детской литературой — спрос был бешенный, тиражи в издательстве «Детская литература» значительно превышали 100 тысяч экземпляров, но всё равно их не хватало.

Свободно лежали только книжки для самых маленьких, тоненькие, как тетрадки. Но вот солидный том купить стало крайне трудно. Мне в конце 70-х мама подарила большой том Эдуарда Успенского издания 1974 года с тремя повестями: «Дядя Фёдор, пёс и кот», «Крокодил Гена» и «Гарантийные человечки». Это был какой-то праздник! Уж как она сумела достать такой дефицит, даже не знаю.

Еще имелось у меня издание «Маугли» с шикарными иллюстрациями, красочный томик «Вторая тайна Золотого Ключика». Родное Хабаровское издание тоже время от времени радовало, благодаря ему в библиотеке были чудесные повести «Хроникон и мы» и «Приключения кота Егора». Помогала доставать книги и бабушка, работавшая на почте. Помню, в 5-м классе я неожиданно наткнулся в домашней библиотеке на роскошное издание Крапивина «Трое с площади Карронад» в твёрдой обложке и с шикарными иллюстрациями Медведева. Издана она была неожиданно в рамках библиотеки «Мужество», в которой печатались романы о Сибири и Дальнем Востоке. Много интереснейших книг региональных изданий в ней выходило. Увы, той библиотеки уже нет — пропала в Донецке.

Но, пожалуй, я отвлекся, потому что хотел написать, как доставали книги. Путей было несколько.

Самый лучший способ — блат. Это мог быть родственник, работающий в книжном или влиятельный человек, через которого можно было купить новинки. У нас, когда жили в Комсомольске-на-Амуре, дядя отца работал водителем в книжном магазине. В общем, собрания сочинений Пушкина, Маяковского, Гончарова, Драйзера, Мопасана — это благодаря ему. Вот Дюма нам не достался.

Существовали подписные издания. Обычно разыгрывались на работе среди сотрудников. Распространением занимались профсоюзные органы, поэтому самая лучшая библиотека обычно была у председателя профкома. Также нередко приходило несколько экземпляров на книжный магазин, и там устраивали лотерею. Нужно было тащить билетики из стеклянного барабана. Отец один раз сходил, потом заявил:

Этот розыгрыш — сплошной розыгрыш.

Ощущение было такое, что подписку получили строго нужные люди. Кстати, с работы меня бабушка однажды подписала на 5-томник Стивенсона. Он ведь не только «Остров Сокровищ» написал. Замечательный автор, на мой взгляд, один из лучших англоязычных. Самое интересное, что книги приходили по почте и их просто вместе с газетами бросали в почтовый ящик в подъезде. Ни одна не пропала.

Можно было книги купить у барыги. Самый простой вариант, но чёрные рынки были далеко не во всех городах, а на спекулянта еще нужно было выйти через знакомых. Купить можно было много что, но дорого. Даже весьма дорого.

Шерстяное пальто с бумажной подкладкой. Карикатура из журнала «Крокодил» №3 за 1978 год

Также наткнуться на что-то интересное иногда получалось в букинистических лавках. Иногда там попадались очень интересные экземпляры, но обычно все ходовые книги продавцы прятали под прилавок, перепродавая завсегдатаям. Выгодно было в книжном работать в 70−80-е годы.

Взять книгу регионального издания. Некоторые местные типографии радовали небольшими тиражами хороших книг. Обычно по 20–30 тысяч экземпляров. Расходились они только по своему региону, поэтому купить их было проще. Но попадали в широкий сбыт интересные экземпляры от местных издательство не часто.

Иногда, если повезет, можно было наткнуться и на продажу интересных книг центральных издательств. Обычно сразу же образовывалась внушительная очередь. Продавщица периодически кричала, чтобы больше не занимали, потому что на всех не хватит, но очередь всё равно росла.

Что дают? Пушкина. Карикатура из журнала «Крокодил» №10 за 1977 год

Иные книголюбы не считали зазорным зажилить чужую книгу. В советской действительности взять почитать книжку и не вернуть воровством даже не считалось. Некоторые люди, давая на время свой том, даже записывали кому и когда в специальную тетрадку. Я вот такой привычки не имел, поэтому нескольких довольно интересных экземпляров не досчитался. Крали издания и в библиотеках, даже из читальных залов иные «умельцы» выносили книги.

Один из способов был довольно своеобразный — требовалось отправиться в путешествие. Вполне свободно дефицитные издания можно было купить в Средней Азии, в Львове — т.е. в местах, где книги на русском особым спросом не пользовались. Для сугубых книголюбов было вполне в порядке вещей проехаться во время отпуска из Ленинграда в Ташкент. Заодно и сухофруктов и дынь узбекских привести.

Книгу — в массы. Советский плакат

Как вариант рекомендовалось периодически заглядывать в сельские магазины самых глухих деревень — там в сельпо можно было при удаче обнаружить самые дефицитные вещи, например, несколько томиков Дюма или Жуля Верна. Впрочем, гарантии особой не было.

Довольно популярно было получить дефицит в обмен на макулатуру. С 1975-го года действовал такой формат — нужно было сдать определённое количество старой бумаги, а в обмен давали талон на покупку издания популярного автора. Помню, в моей библиотеке был экземпляр «Лезвия бритвы» Ефремова, изданный тиражом аж два миллиона экземпляров и сборник детективов Сименона. Были они как раз из серии таких обменных книг. Кстати, макулатура порой помогала достать книги и другим способом. В школах каждые 2–3 месяца устраивали сбор бумаги. Я всегда старался устроиться складывать связки макулатуры в кузов грузовика. Двойная выгода — и урок можно было прогулять и разжиться чем-нибудь интересным.

Приносил я килограмм пять старых газет, а обратно домой после уроков тащил разбухшую сумку, забитую журналами поинтереснее, например, старой «Наукой и жизнь», «Техникой Молодёжи». При особом везении можно было и интересную книжку урвать. Мне приятель рассказывал, что в старых городах порой дореволюционную литературу умудрялись сдавать.

Дефицит книг способствовал росту подписки на журналы. В моей семье, например, выписывали по паре газет и 7–8 журналов стабильно. Но тут тоже имелись дефицитные издания. Например, журнал «Искатель», в котором публиковалась фантастика и детективы. Несколько раз на него меня подписывала бабушка. Она же выписала на меня региональный журнал «Уральский следопыт», который публиковал много отборной фантастики отечественных авторов, в том числе и молодых. Для тех времён такая редакционная политика была очень необычной. Кстати, известный сейчас писатель-фантаст Сергей Лукьяненко первый рассказ напечатал именно в «Следопыте». Назывался он «За лесом, где подлый враг».

Впрочем, мы выписывали журналы скромно, вот тетя моя, живя на севере, тратила на подписку рублей 500. Впрочем, она могла себе позволить, все же северные надбавки, да и работа юрисконсультом позволяли.

Но журналам выделяли лимиты на бумагу, поэтому подписка была ограничена, причем, что характерно, именно на те издания, которые пользовались повышенным спросом. Зато на иные журналы и газеты заставляли подписываться принудительно.

Среди изданий, распространявшихся таким вот способом, можно отметить в первую очередь газеты: всевозможные «Правды»: «Комсомольскую», «Пионерскую», просто «Правду», «Труд», «Известия», журнал «Коммунист». Впрочем, последний заставляли выписывать только членов партии. Однажды и моего отца додавили, но затем он и руками и ногами отбивался — этот светоч коммунистической мысли сразу шёл в туалет, благо бумага, из которой он был свёрстан, была тонкой и мягкой. За весь год я в нём обнаружил всего одну статью, которую можно было прочитать — о Маньчжурской операции наших войск в 1945-м году.

Налетай, не скупись, покупай… живопись.

Советская власть даже в такой специфичной отрасли как книготорговля умудрилась устроить форменный паноптикум, создав жуткий дефицит и расплодив спекулянтов, перепродававших востребованные издания по заоблачным ценам.

Естественно это было секретом Полишинеля. Еще в 1975 году министр внутренних дел Николай Щелоков подавал записку в ЦК КПСС, где изложил факты о творящемся книжном беспределе.

В записке говорилось, что к самым востребованным в СССР в 70-е годы жанрам относились фантастика, детективы, мемуары известных личностей, детская, приключенческая литература. Их же меньше всего и издавалось. Я бы добавил еще дамский роман (вроде сверхпопулярной в советское время «Анжелики») и исторические книги.

Судя по записке томик «Анжелики», стоящий в госторговле 2 рубля и 2 копейки перепродавался за 40–50 рублей, только что вышедшая «Мастер и Маргарита» Булгакова, которую можно было купить в магазине за 1 ₽ 53 коп. уходила с рук за 75–80 рублей (в библиотеке моих родителей, кстати, была эта книга, уж как она в неё попала, кто знает).

Упоминался арестованный в городе Львове спекулянт Халиф. Он скупал популярные книги по госцене (выше я упоминал, что на Западной Украине это было сделать сравнительно легко), а потом перепродавал. В его квартире конфисковали 3000 томов, закупленных для реализации. А еще Хариф получал сразу 33 подписных изданий, причем некоторых авторов по 3–7 экземпляров.

Нелегальная торговля старыми и антикварными изданиями тоже впечатляла. В букинистических магазинах оценка была заниженная, поэтому люди, хорошо разбиравшиеся в ценности старых книг, выкупали их, с выгодой перепродавая. Брали такие издания также у владельцев, их наследников, воров, специализирующихся на похищении библиотек (да, в СССР и такие были). Например, некий Бобков, проживающий в Ленинграде, за несколько лет заработал на спекуляции такого рода 10 тысяч рублей. Подозреваю, что возможно и больше, но не всё доказать смогли.

Ну, вот направил главный милиционер страны свою записку в ЦК компании. Думаете, что-то изменилось? Да ровным счетом ничего.

Спрос на книги постоянно рос, но по-прежнему издавалась масса литературы, которая простояв на полках магазинов, сначала уценивалась, а потом и вовсе списывалась, отправляясь на переработку.

Тут еще нужно вспомнить про такое специфическое явление, как издания на языках союзных народностей. В каждой республике (включая автономные национальные образования) имелись свои издательства, которые публиковали книги национальных авторов на местных языках. Такие книги дотировались из госбюджета. Публиковались и переводы на эти языки российских и зарубежных литераторов.

Быть национальным писателем в советское время было выгодно. Во-первых, практически отсутствовала конкуренция, поэтому опубликоваться был очень легко, даже если произведение было, мягко сказать, слабовато по художественному уровню. Во-вторых, своих писателей очень любили местные руководители, не забывая отсыпать разнообразные блага в виде квартир, машин, приглашений на различные мероприятия.

Вот только особым спросом даже в национальных республиках все эти авторы практически не пользовались. Я в своё время пожил несколько лет в небольшом горняцком городке в Днепропетровской области. Так вот даже в библиотеке взять дефицитную книгу было крайне сложно — очередь. Приходилось ходить в читальный зал. Но вот те же самые дефицитные авторы в переводе на украинский язык никто не брал. Смотришь — ба, на полке «Три мушкетёра». Восторг! Ща возьму. Ох ты, да он на украинском. Листаешь, книга вышла 5 лет назад, но она совершенно новенькая, в формуляре ни одной записи о выдаче.

Представьте только какие деньги уходили на печать всей этой национальной, партийной, да просто никому толком не нужной литературы? Да этого, пожалуй, никто не знает.

Тут еще такое дело. Цены на книги занижались, но дотировалось это за счёт доходов бумажной промышленности. Государство просто устанавливало заниженные цены на бумагу. Промышленность не развивалась, поэтому бумаги выпускали вроде и много, но низкого качества, практически газетной. Поэтому глянцевый, белый материал закупали преимущественно в Финляндии, часть тиражей там же и печатали. Естественно, в первую очередь никому не нужные партийные агитки.

Но даже плохой бумаги не хватало. Не удержусь, чтобы не процитировать одну из записок ЦК КПСС:

«По расчетам Госкомиздата СССР, для сколько-нибудь заметного удовлетворения населения художественной и детской литературой в десятой пятилетке требуется дополнительно около 300 тыс. тонн типографской бумаги».

Но, даже, если печатали художественную литературу, то о спросе никто не думал. В планы издательств включали старых, проверенных авторов, литературу одобренную партийными органами. Страна желала фантастику, но печаталось её так мало, что всё, что выходило из печати за год, можно было записать на одном-единственном листке. Да и там некоторые произведения были совершенно нечитабельны, зато имели высочайшее одобрение. Это часто касалось даже детективов и приключений. Да даже детской литературы, одних только сказок о Ленине каждый год масса штамповалась.

Ничего страшного. Бумага всё стерпит. Карикатура из журнала «Крокодил» №30 за 1976 год

Было и такое явление — продажа востребованных книг с нагрузкой. Обычно магазины придерживали пользующуюся спросом литературу на конец квартала. Если план не выполнялся, то её выбрасывали на прилавки. Но, чтобы купить, требовалось еще взять одну книжку из тех, что годами пылились на полке. Сам так покупал! Правда, один раз повезло, взятая в нагрузку книга оказалась интересной.

Книжная спекуляция в 70−80-е расцвела просто неимоверно. Появились оптовые дельцы, организующие книгообмен между разными городами. Работали и «челноки», которые мотались в столицу, закупали там издания на «черном» рынке и затем в полтора-два раза дороже перепродававшие книги в провинции. Дельцы с собственными машинами объезжали дальние деревни с той же целью — прикупить случайно затесавшуюся на прилавках коопторгов дефицитную литературу.

В 80-е ходили легенды про некого Вольдемара, который через журнал «Филателия СССР» наладил связи с книголюбами по всему Союзу. Способ оказался гениальный — в издании была страница с объявлениями о покупке и продаже марок. Вот он там своё обращение об обмене книгами дал.

Делец выкупал изданные в местной типографии книги по повышенной цене и отправлял в другие города. В обмен получал другие дефицитные издания. Платил он типографским работникам по 5 рублей (в 2,5 раза дороже официальной цены), а продавал полученные по обмену тома минимум за 25 рублей. По тем временам еще и недорого. Минус, правда, еще почтовые расходы. Но все равно рублей по 15 с каждой книжки он имел. А через его руки каждый месяц проходили их сотни.

Бизнес накрылся с началом Перестройки. Издателям разрешили наконец-то самим решать что публиковать. В одночасье прилавки заполонили бывшие ранее дефицитными книги. Правда, сначала они в основном были на очень плохой бумаге, но спрос всё равно был первое время ажиотажным. Потом он пошёл на спад — не стало дефицита, а именно он поддерживал продажи. Опять же по телевизору начали показывать всяких «Просто Марий», появилась новая отдушина.

Вольдемар тогда попал на все деньги. Он закупил тираж «Цусимы» Новикова-Прибоя, да вот беда — в это же самое время эту книгу напечатали и другие издания. Книгу перестала быть дефицитом.

Вот не зря одна из категорий людей, которые больше всего печалятся по сгинувшему Союзу, это бывшие спекулянты. Нигде больше им такой халявы не перепадало, как при СССР. Это же мечта бизнесмена, когда можно устанавливать любые цены на товар, а отсутствие конкуренции приводит к тому, что не покупатель бегает за продавцом, умоляя снизойти. А тот еще и кочевряжится. У большинства советских спекулянтов не получилось вписаться в нормальный конкурентный рынок. Ну, максимум стали владельцами точки на базаре или магазина, мало кто достиг чего-то большего.

И попасться милиции они в СССР не особо опасались. Те обычно делали время от времени облавы на «черных» рынках, благо, где они находятся, все прекрасно знали. Продавцы просто сбрасывали товар и заявляли, что они тоже покупатели. Служители закона собирали дефицитный товар и с ним отбывали восвояси. Особо они не наглели, обычно появлялись «на точке» примерно раз в месяц. Получалось что-то вроде налога.

Вот так и жили. Думаю, нужно еще рассказать о том, как трудились советские авторы, как им платили, и зависела ли оплата их деятельности от востребованности их творчества у читателей.

Иван Петрович, тут молодой автор пришёл, откажите ему, пожалуйста. Карикатура из журнала «Крокодил» №12 за 1976 год

Неудивительно, что в некоторых издательствах не особо стремились издавать молодых авторов. Зачем, если есть множество уже проверенных старых писателей? А еще лучше издавать Дюма, Сабатини, Стивенсона, Пушкина — они давно умерли, к ним претензий точно не будет.

Только после всех проверок и одобрений, книгу включали в план. Автор подписывал договор с издательством и получал аванс. Остальная часть гонорара выплачивалась после выхода произведения. Дело растягивалось на много месяцев, а то и год-два. Очень неспешно работали и наши издательства и полиграфическая промышленность.

Гонорар советского писателя представлял собой плату за объем в авторских листах с учётом величины тиража. Ставки определялись Советом Министров республики, в которой выходило произведение. В РСФСР в середине 70-х они были равны 150, 175, 200, 225, 300, 400 ₽ за а. л.

Минимальная ставка была 150 рублей, столько платили начинающим автором, еще не вступившим в СП. Это тарифы для региональных издательств. В них обычно получалось пробиться попроще, но и тиражи там были меньше, чем в центральных книгоиздательств. Существовали минимальные выпуски, меньше них обычно выходили только книги, распространение которых специально ограничивалось. Для республик минимум был установлен особо, для каждой свой. В РСФСР он равнялся 15 000 экземпляров. В маленькой Эстонии — 8 000.

По указанным выше ставкам происходила оплата. Если тираж выше нормы, то шла доплата. Например, в региональном российском издательстве выходит книжка тиражом в 30 000 экземпляров. Это уже сразу две нормы. Такое превышение учитывается как переиздание. За них плата шла так: за первое и второе 60% от гонорара, за третье 40%, за четвертое 35%, за все последующие по 30%.

В центральных изданиях минимальная ставка была выше, начинаясь от 250 рублей за массовый тираж. А им считался выпуск книги не менее 50 000 экземпляров. Получается, что издание в 100 000 считалось, как два массовых. При этом если первое издание книги выходило массовым тиражом, то автору платили сразу два гонорара: один обычный, а второй за массовое издание.

В общем, система была весьма сложной, как говорится «без пол литры и не разберешься». Да и с пол литрой получится ли ещё, кто знает.

Кстати, тут еще такая хитрость, как написано выше, за первое издание платили 100% гонорара, затем 60% и так далее, постепенно снижаясь до 30%. Но, если в книгу были внесены изменения, то отсчет начинался снова. Именно поэтому некоторые писатели так любили переделывать свои произведения. Например, Михалков в каждом новом издании пьесы «Смех и слёзы» менял королевство. То оно было шахматное, то карточное, разве что до шашечного с городошным не дошло. Волков своего «Волшебника изумрудного города» тоже постоянно «улучшал». А все из-за этого. Нет, я лично могу понять, кому понравиться, когда гонорары уменьшаются? Автор тоже человек, ему кушать хочется.

Еще интересный момент, советский ВААП в 70–80 годы продавал на Запад произведения даже неугодных власти писателей. Онли бизнес! Причём даже согласия самих писателей не требовалось. Например, Стругацкие в 70-е у нас в стране издавались в десятки раз реже, чем на Западе. Никакой антисоветщины — всё совершенно легально с договором через ВААП. Повести Стругацких исправно выходили в США, Британии, ФРГ, Франции. Мало того, в это время их публиковали в Польше, Чехословакии, ГДР, Болгарии, причём много и часто. Были и экранизации.

Стране была нужна валюта, и она её исправно зарабатывала на интеллектуальном товаре. По воспоминаниям Бориса Стругацкого государство забирало себе 87% гонорара. Но остальное исправно зачислялось на счет автора инвалютными рублями, которые можно было отоварить в «Березке» или заказать товары через «Внешпосылторг». Борис так себе «Жигули» купил в Березке на очередной гонорар.

АБС издавали зарубежные издатели очень интенсивно. Только повесть «Трудно быть богом» до 90-го года вышла 28 раз на немецком, английском, японском, шведском, финском, испанском, болгарском, венгерском, польском, чешском, датском, сербском, португальском языках. За счет этого опальные писатели совсем не бедствовали.

Хорошо в советские времена оплачивалась научно-популярная литература. Если книга была для взрослых, то ставки составляли 100 и 300 рублей за а. л. По какой из них заплатят, зависело от научных степеней и должности автора. Для детских книг гонорар был выше — 200, 250 и 300 рублей. Минимальный тариф повышен и понятно почему — к сожалению, научные звания отнюдь не способствуют тому, чтобы писать просто и ясно, чтобы даже дети могли легко разобраться в вопросе.

Детские научно популярные издания были делом весьма выгодным. За взрослые книги при тираже свыше 100 тыс. экземпляров шла надбавка в 50%, а более 200 тыс. — 75%. За детские же при тираже в 100 тыс. платили 2 гонорара — один по детским расценкам, второй — по взрослым.

Но, по крайней мере, в рамках научно-популярной литературы было много хороших и действительно нужных книг. Это же относится и к технической справочной и учебной литературе. Вот с различной партийной и научно-социальной иногда было ощущение, что её и автор-то не прочтет, заснет в процессе.

Существовала плеяда «писателей», специализирующихся на коммунистической литературе. Они исправно получали научные степени, писали книги, которые никто не читал, кроме таких же деятелей. Издавались эти труды огромными тиражами, поставлялись в библиотеки, пылились в магазинах. Главное, что вне зависимости от окупаемости литературы автор получал деньги, как только тираж был отпечатан.

Расход средств был просто огромным. Мало того, книги партийной направленности по заказам коммунистических партий мира постоянно переводились на многие другие языки. Их исправно отпечатывали, авторы получали гонорары в валюте. На деле же заказчики оплачивали тиражи из средств, полученных от Советского Союза. А вы думали опусы Брежнева или Горбачёва прямо-таки жаждали прочитать немцы, поляки, американцы, японцы? Да, счас, точно также никто их не покупал, раздавали в партийных ячейках задаром, как сектанты свои талмуды. Ну, а счастливые обладатели в лучшем случае эти книжки под ножку стола подкладывали.

В общем быть партийным писателем было не просто выгодно, а архивыгодно. Но и пробиться в тесные ряды было крайне сложно, потому как места у кормушки уже заняты, лишних не надо. Да и авторы там были специфические. Как-то в командировке в селе в туалете типа сортир мне попала в руки антирелигиозная книжка. Думаю, понятно, для каких целей она там лежала. Ну, пока я там сидел, пару страниц прочитал, заработав стойкое чувство дежавю. Вот помню что-то такое и всё тут. Но откуда? — таких книжонок я в руки не беру.

А потом вспомнил — буквально пару дней назад, во время разборки старого сарая, я наткнулся на другой томик, уже религиозного содержания. Того же автора, но написанный, судя по издательским данным, позднее, уже после 1991-го года. Ровно в тех же выражениях и теми же аргументами в ней читателей убеждали в том, что в более ранней книге критиковалось. В общем — плевать что писать, лишь бы платили. Эдакий «человек-флюгер».

Членство в СП давало целый ряд привилегий авторам. Например, возможность не работать — членство в творческом союзе приравнивалось к трудовой деятельности без разницы, публиковался ли человек или нет. По линии СП распределялись товары, путёвки, жильё.

Член СП имел возможность заказывать любые книги. Достаточно было выбрать в списке выходящей литературы нужные издания и их после выхода тиража присылали бандеролью. Многие писатели пользовались возможностью получить книжный дефицит. Как для себя, так и для подарков нужным людям.

По линии творческого союза можно было получить дополнительную работу. Авторы писали предисловия, послесловия, критические статьи. Всё это неплохо оплачивалось.

Еще один вид заработка — рецензии. Все, поступающие в издательства рукописи должны были получить внутреннюю рецензию. Требовалось прочитать опус и дать по нему развернутый ответ, где оценить его и сделать вывод, можно ли печатать книгу и если можно, то, что необходимо доработать.

Платили за такой труд по 5 рублей члену СП, маститым же писателям даже по 10 рублей за авторский лист рукописи. Совсем не мало, получается, что за рецензию на рассказ получалось примерно 5 рублей, за повесть уже рублей 30, а за роман примерно 45–50. Естественно, в большинстве случаев никто произведение толком не читал, просматривали по диагонали. Но это и понятно — все же основное количество получаемых произведений были нечитаемы. Сама же рецензия занимала 1–3 печатных листа.

Александр Чернобровкин (https://author.today/u/a_cherno) пишет, что такая деятельность приносила еще больше дохода.

Собственно, при таком доходе, не надо даже и издавать свои рукописи.

Тут еще такой интересный момент, основная часть рецензий писалась так называемыми литераторами. Им платили по 3 рубля за лист. Литератор в СССР — это не писатель, а человек, живущий литературным трудом. Это могли быть переводы с подстрочников, вычитка текстов, критика и т.п. Такие литературные негры трудились при издательствах, сдавая трудовую книжку. Чтобы поступить на такую работу, нужно было получить рекомендации от членов СП, а также представить справку, что в месяц за счет литературных занятий соискатель зарабатывает не меньше определённой суммы. В 80-е она составляла 100 рублей.

Например, известный поэт Бродский до эмиграции из Союза занимался как раз подобной литературной деятельностью. За стихи он практически ничего не получал. Поэтому он делал переводы с английского, по подстрочнику переводил стихи кубинских и югославских поэтов, писал сценарии к документальным фильмам и рецензии для журнала «Автора». Тунеядцем он не был.

До ссылки отказался вступить в группком профсоюза переводчиков при ленинградском отделении СП. Ему, кстати, предлагали так сделать. Трудовую бы оформил и всё было бы в порядке. Но поэт пошёл на конфликт. После отбытия ссылки, кстаи, в группком он всё-таки вошёл, став официально работающим.

Еще СП организовывал творческие вечера. Советские люди очень любили встречаться с писателями. Платили за такие встречи по 25 рублей, из них 15 шло писателю, а 10 — СП. Это официально, по факту же трудовые коллективы обычно не отпускали автора без щедрого подарка, да и банкет обычно порывались устроить. В общем, на одних встречах можно было худо-бедно прожить.

Были и некоторые неофициальные привилегии. Например, к членам творческих союзов милиция относилась мягче. Один из писателей рассказывал мне про случай, когда его остановило ГАИ за нарушение ПДД. Дело шло к тому, что у него отберут права, но предъявленное удостоверение смягчило служителей дорожного порядка. Прочитав небольшую лекцию о внимательности, они отпустили проштрафившегося литератора.

И не забывайте и про другие возможности. Например, член СП мог купить билеты на самолёт или поезд через спецкассу. У Литфонда были свои Дома Творчества, санатории, больницы. Опять процитирую:

Региональные писатели в некоторых случаях могли рассчитывать на преференции от властей. Не всегда, но порой им выделали квартиры, приглашали на областные мероприятия и праздники, помогали с ремонтом и т.п. Член СП мог параллельно работать. Это было очень удобно для тех авторов, которые не отличались особой плодовитостью или же не могли часто издаваться.

Вообще в Советском Союзе издательское дело считалось идеологически важным. Книги дотировались за счет копеечных цен на бумагу. Вот только из-за такой политики бумажная и полиграфическая промышленность постоянно устаревали — у них просто не оставалось средств на развитие.

При этом никто не просчитывал, а будет ли книга продаваться? Этот вопрос просто не ставился. Нередко печати книги добивались по знакомству через партийных деятелей или же чиновников издательской сферы. Так вот написал что-нибудь более-менее идеологически выдержанное, издал по знакомству, а там также по знакомству стал членом СП и всё — дело в шляпе, а нос в табаке.

При этом в стране была масса интересных писателей, которые практически не печатались. Зато процветали всевозможные авторы общественно-политической литературы. В СССР было 300 000 библиотек. Каждая купить хотя бы по экземпляру «нужной» книжки. А еще есть институты и в каждом изучают политэкономию, научный коммунизм, философию, историю КПСС. Синекура! Заоблачные тиражи и такие же заоблачные гонорары! Какие средства государство тратило на всю эту политическую макулатуру сейчас уже не подсчитать. Но это даже не миллионы, а миллиарды выкинутых на ветер денег. Десятки заводов можно было построить, сотни колхозов поднять. Но напечатать очередной опус дорогого Ильича было куда важнее. Потому как прочитают люди и проникнуться и кинутся на заводах работать без продыху, да с энтузиазмом. Мда-с, картинка.

В результате такой неразумной политики страна вместо того, чтобы зарабатывать немалые средства на книгах, терпела многомиллиардные убытки. А вспомните издававшиеся каждые 5 лет «Материалы» очередного създа КПСС? Тиражи были миллионные, сборники расходились по библиотекам. Их покупали старшеклассники, студенты многочисленных ВУЗов, партийные деятели. Всё это обязательно конспектировалось. Мрак!

Западные издательства активно искали новых авторов. Заработок шёл с изданных бестселлеров, поэтому часть его тратили на эксперименты — вдруг хоть из десятка новых имён, один станет активно раскупаться.

Советскому издателю новые лица не были нужны вообще. Разве что в секторе детской литературы было чуть получше. Но и там проще было поставить в план книгу уже проверенного автора. В любом случае читатели тираж разметут.