— Ах, император… Мой прекрасный император! — напевала ведьма, покачиваясь на цепях.

Её роскошные кудри цвета воронова крыла были пропитаны густой тёмной кровью. Порванная мантия оголяла изрубцованную кожу молодой женщины, а на свежих ранах поблёскивали кристаллики соли. Тюремщик нахмурился и добавил ещё немного разъедающего порошка.

— Ах-х! — ведьма зашипела от боли, но продолжала петь. — Валентин, мой прекрасный Валентин… Ты спасёшь империю от зла и воссияешь ярче солнца. Ведь именно так поступают герои?

— Заткнись! — тюремщик не выдержал и ударил её по щеке, но почти сразу отшатнулся.

Женщина приоткрыла колдовские очи, в коих плескались болотные огни Эльмхаита.

— Рука отсох-хнет, червяк! — прохрипела ведьма и рассмеялась, сплёвывая на пол кровь.

В тот момент тяжёлые каменные двери распахнулись, впуская в подземную тюрьму молодого императора. Валентин Азур, правитель просторов Аскании, взошёл на трон в возрасте двадцати пяти лет, потеряв всю свою семью. Его называли надеждой южного континента, потому как даже великий мор не омрачил доброе сердце Валентина. Покуда болезнь свирепствовала на землях, принц лично ездил по городам и помогал нуждающимся… Неудивительно, что люди так сильно полюбили его.

Когда старый император Ильсиур скончался, Валентин принял светлейшую корону Аскании, и с тех пор в стране воцарился мир. Но у него осталось ещё одно нерешённое дело.

— Что случилось? — мягко спросил Валентин, обращаясь к тюремщику.

— Н-ничего, Ваше Величество! Эта тварь, она дикая… Дикая и безумная!

Говоря всё это, он страшился даже смотреть на ведьму. Её порочный взгляд принёс людям одни лишь беды и несчастья.

— Ты хорошо справился. — улыбнулся Азур. — Можешь идти.

— Но Ваше Величество…!

— Я способен разобраться с этим. — проронил Валентин. — Иди же.

Тюремщик склонил голову и нехотя прошёл мимо, бросив мимолётный взгляд на женщину, которая застенчиво пряталась за спиной императора. Красавицу Эмилию в Аскании нарекли Святой Девой. Все с нетерпением ждали момента, когда Валентин возьмёт её в жёны. Но, прежде чем сыграть свадьбу, нужно избавиться от главной угрозы…

— Ты способен разобраться? Да, Валентин? — ведьма рассмеялась, прищурив яркие очи. — Давай же… Изгони из меня зло!

— Прекрати, Элайза. — устало вздохнул император. — Ты и без того… Принесла так много горя нашей стране.

Эмилия собралась с духом и выглянула из-за спины возлюбленного. Лицо Элайзы тотчас исказилось от ярости.

— Ты привёл её, чтобы поиздеваться?! Решил окончательно растоптать меня, Валентин?

— Эмилия — моя невеста. Я скоро женюсь на ней. — терпеливо пояснил император.

И тогда ведьма расхохоталась. Её горький смех резонировал под сводами зала протяжным эхом:

— О, боги… Ты такой лжец. Однажды принц клялся в любви мне, Верховной колдунье Эльмхаита, но что теперь? Решил пригреть убогую дворянку?

— Хватит! — нахмурился Валентин. — Моя привязанность к тебе иссякла в тот день, когда ты прокляла наши земли!

Эмилия едва заметно вздрогнула, прикусив нижнюю губу. Она помнила, как зелёный луч пронзил небо над столицей, а потом по городам распространилась пепельная скверна… То было ужасное время.

— Я столько для тебя сделала, Валентин… — мрачно усмехнулась ведьма. — Лгала. Убивала. Расчистила тебе путь к трону. И чем ты отплатил мне? Тем, что нашёл другую?

— Я никогда не просил об этом! — воскликнул император, обнимая Эмилию. — Ты была… Была моим добрым другом, Элайза. Жаль, я не заметил, в какое чудовище ты превратилась.

Глаза ведьмы расширились. Она зашлась в хриплом кашле, отчаянно пытаясь перевести дыхание. Но ненависть, пылающая в её взгляде, была неконтролируемой и дикой.

— Вот как… Тогда мне остаётся только благословить ваш союз? Живите долго, несчастливо и сдохните в один день. — Элайза вновь рассмеялась, наслаждаясь гневом, исказившим лицо императора.

— Ты…! — прошипел он, но вовремя взял себя в руки. — Я пришёл, чтобы огласить приговор Совета Праведных. Элайза Эльмхаитская, отныне ты не являешься частью ковена. У тебя больше нет рода, твоя магическая сила будет запечатана в сосуде вечности. Твоя жизненная энергия — тоже. Мы оставим тебе один год на приграничных землях, но не более того.

Поймав встревоженный взгляд Эмилии, Валентин скривил губы:

— Цени мою милость. Они требовали немедленной казни, но я решил дать тебе немного времени… В память о нашей дружбе.

— Да… Его Величество прекрасный друг. — ухмыльнулась ведьма. — Такой… Милостивый и добрый. Он даже не смог огласить приговор с глазу на глаз. Но позвал невесту полюбоваться на поверженную соперницу.

— Элайза, я никогда не считала тебя…!

— Замолчи. — поморщилась скованная. — Правда… Умолкни. Всё это так увлекательно: герои победили, злодейка наказана… Так трогательно.

Элайза облизнула пересохшие губы, поднимая взгляд к потолку:

— Думаю, я это заслужила. Ты ведь тоже так считаешь?

— К кому ты обращаешься? — непонимающе воскликнул Валентин.

— Кровь к крови, плоть к плоти… Да свершится то, что предопределено в вечности. Да свершится… Свершится… — бормотала Элайза, безвольно повесив голову.

Её гипнотический голос усиливался, и стены темницы содрогнулись.

— Хватит! — нахмурился Валентин. — Стража, позовите карателя Эльмхаита! Пора привести приговор в исполнение.

Но Верховная ведьма Элайза, дочь Злобы и Проклятие Аскании, уже не слышала императора, презревшего её любовь.

Я судорожно вздохнула, опустив взгляд на свои руки. Чёрт побери, что это за бонусная глава такая? Обычно писатели добавляют побочные истории второстепенных героев, или рассказывают про весёлую жизнь нового поколения… Но уж точно не пишут дополнительный эпизод про казнь злодейки после долгожданного финала. Просто… Зачем это нужно?

Я ещё раз посмотрела на иллюстрацию. Ведьма Элайза, висящая на цепях, выглядела… Так жутко и трагично. Я думала, что её обезглавят после всех злодеяний, но Валентин выбрал другое наказание.

Думаю, это достаточно справедливо, просто… Серьёзно, ну зачем автор добавил новую главу? Эмилия стала женой императора, восстановила разорённые земли и оправдала звание Святой. Всё! Здесь можно поставить жирную точку.

Вместо этого нас заставили прочесть последний разговор Валентина и Элайзы. Я должна ненавидеть злодейку, но этот бонус оставил такое неприятное чувство… Мне её почти жалко. Особенно те слова…

Она будто обратилась к читателям. Можно ли считать, что злодейка сломала четвёртую стену? Я нервно улыбнулась, но почти сразу ощутила нарастающую головную боль.

— Кровь к крови, плоть к плоти… — напевал в сознании далёкий голос осуждённой ведьмы. — Пусть моя душа обменяется с твоей.

— Б-больно! — прошептала я.

Белый экран стремительно расплывался перед глазами, а в ушах нарастал звон.

— … Позволь мне испытать твою жизнь, чтобы ты испытала мою.

— Скорая… Помогите! — испуганно хрипела я.

— Да свершится то, что предопределено в вечности! — зловещий шёпот опалил моё сознание, и веки накрыла тьма. 

Я мрачно усмехнулась, разглядывая верёвку, свисающую с потолка. Не знаю, кто именно её повесил, но он явно оставил мне неприятный намёк. Не то чтобы я собиралась этим воспользоваться, просто… Довольно сложно не впасть в отчаяние.

… А всё началось с любовного романа. Я читала его в перерывах на работе, не особо вникая в сюжет. Для меня он не сильно отличался от кучи подобных книг, но иллюстрации были красивыми, а сама история… Типичная сказка о Золушке в новой обёртке.

Там была добрая и отзывчивая героиня, был принц и была ведьма. Все каноны соблюдены, верно? Сюжет местами мрачный, но автор от души приправила его романтичной чепухой. Уловка сработала, и книга обрела некоторую популярность.

Я не разделяла всеобщих восторгов, но продолжала упрямо читать её, просто чтобы увидеть долгожданный поцелуй главных героев. К сожалению, автор затянула с этим почти до финала, так что и мне пришлось дойти до конца. А там уже свадьба, дети и все вокруг счастливы…

Честно говоря, у меня не было особых эмоций к этой книге. Я не ругала её, не стала бешеной фанаткой и не полюбила главных героев. Так какого же чёрта кто-то засунул меня в мир этого романа?! Просто… Просто уму непостижимо!

Поначалу я (конечно) не поверила. Выбежала на улицу, умоляла других о помощи, но местные жители явно посчитали меня сумасшедшей. И… Наверное, не без причины. Это правда смахивает на помешательство.

Я думала, что сплю наяву, и отчаянно пыталась проснуться, пока до крови не порезала руку. Боль была такой сильной, что все предположения о «нереальности» мигом испарились. Конечно, у меня всё ещё была надежда прилечь и вернуться в свой мир, но… Как вы понимаете, это тоже не сработало.

Я чувствовала голод, усталость и непомерный стресс. Полный набор крышесносных эмоций, которые так удачно подарили мне бессонницу на оставшиеся дни. Но хуже всего даже не это… Моё тело. Его у меня забрали.

Знаете, это сложно передать словами… То чувство, когда ты шевелишь рукой, а в ответ дёргается «чужое». Это, чёрт побери, может свести с ума, но у меня и без того слишком много причин для паники.

Итак, начнём с простого: я попала в тело злодейки. Казалось бы, рядовая ситуация для попаданок, верно? Есть истории, в которых бравые злодейки исправляют первичный сюжет, параллельно заводя страстные романы на стороне… Знаете, я даже не против такого исхода. Все эти «изменить судьбу», «перевоспитать злодея» и бла-бла… Одна проблема: в моём случае сюжет не изменишь. Всё уже произошло.

Да, эта чёртова ведьма совершила кучу злодеяний, не задумываясь о последствиях! Скажу честно, было бы круто, если бы её действия ограничились чем-то безобидным (пакости для главных героев), но нет. Она наслала на страну жуткое проклятие, которое быстро вышло из-под контроля… Многие люди умерли от её чёрной магии.

После этого Совет Праведных издал указ, обвиняющий ведьму Элайзу. Из Верховной колдуньи Эльмхаита она превратилась в разыскиваемую преступницу. Её поймали, а после приговорили… Хорошая (для меня) новость: её не казнят. Плохая новость…

Я грустно усмехнулась, разглядывая морщинистую скрюченную руку. В мутном отражении зеркала мне улыбалась седая старуха с почерневшим лицом. Её кожу покрывали струпья, её тело было низеньким и несуразным… Ну вылитая гоблинша-шаманка из фэнтезийной игры.

К сожалению, именно так теперь выглядит «прекрасная» Элайза. Я закатала рукава, обнажая сморщенную кожу с выжженными шрамами повыше локтя. Ещё одно клеймо расположилось над грудью, чуть ниже ключиц. Эту метку оставил каратель Эльмхаита…

Когда-то ведьма Элайза обладала удивительной магией, но теперь у неё забрали всё: молодость, силу и титул Верховной. Так что, подводя итоги… Я получила шикарное комбо: дряхлое тело, лачугу на окраине трущоб и полное отсутствие перспектив на будущее. Круто, правда? Этот мир предлагает мне лечь в умиральную яму!

В тот момент я люто ненавидела Элайзу. Отголоски её заклятья до сих пор звучат в голове… Неужели, ведьма заняла моё тело и преспокойно живёт в реальном мире? Как такое вообще возможно?

«Наверное, я удобный сосуд для переселения. Родных нет, друзей тоже… Идеальный вариант для безумной иномирянки» — тяжело вздохнула, открывая старенький буфет. В нём лежали сухари, какие-то непонятные баночки… Да уж, злодейка точно не шиковала. Этот крошечный домик разваливался на глазах: окна треснули, ставни покосились, из мебели только кровать, буфет, стол и стул.

Я обошла дыру в полу и поёжилась, чувствуя сквозняк. М-да… Если не помру от голода, меня куда быстрее схватит ревматизм. На подоконнике сушились травы, которые (судя по всему) ведьма приготовила на продажу. У неё в кошельке было с десяток медных монеток, и я очень сомневаюсь, что это подачка от императора…

— План-минимум: разобраться с травами и порошками ведьмы. — пробормотала я себе под нос.

Голос звучал хрипло и скрипуче, вызывая дрожь по телу. Никогда не думала, что стану уродливой каргой из жутких сказок, но жизнь умеет преподносить сюрпризы… Очень неприятные сюрпризы.

Одно утешение: я понимала язык местных и могла прочесть надписи на склянках Элайзы. У неё под кроватью завалялась и книга о лечебных травах. Изрядно потрёпанная, пыльная, но (хотя бы) с пометками от ведьмы.

Вначале я хотела сесть на кровать, но потом оценила тонкий заплесневевший матрас и опустилась на стул. Такое чувство, будто по телу ползают маленькие жучки, бр-р… Возможно, это просто моё воображение, но не хочется проверять всё на своей шкуре.

Я распахнула книгу и оценила тонкие разноцветные закладки, которые напоминали этикетки на баночках. Хм, иллюстрации красочные, да и расписано всё так подробно… Некоторые растения были отмечены рукой ведьмы. 

Видимо, это то, что Элайза собрала в ближайшем лесу. Она также написала, что у неё есть запасы кровавого мха, который используют для лечения ран… Да уж, негусто.

На подоконнике сохли более простые травы, вроде шалфея, мяты и ромашки. Даже странно, что я сразу их не признала… Ладно, это не так важно. Вопрос в другом: что мне теперь делать? Можно, конечно, продать все эти баночки, выручить немного деньжат и купить еды… Но рано или поздно припасы закончатся. А жить в этом месте просто невыносимо!

Я тяжело вздохнула, переводя взгляд на свисающую верёвку. Может, её повесила сама Элайза? Благородную ведьму загнали в трущобы, чтобы она всласть помучилась перед смертью… Если честно, обычная казнь кажется более милосердным наказанием.

— Но почему именно я должна расплачиваться за твои грехи, Элайза? — хрипло прошептала, запустив пальцы в седые волосы.

Это ужасно. Отчаяние захватило с головой, пробуждая тошнотворные образы. Я не плакала, но горло изнутри слепило комком горечи. Старое тело казалось клеткой, в которую меня несправедливо заключили!

— Успокойся, Лиза… Всё будет хорошо, ясно? Нельзя сдаваться. — пробормотала я себе под нос и решительно поднялась со стула.

В любом случае, мне нужно выбраться в город и понять, закончился ли сюжет оригинальной книги. Элайза хоть и была злодейкой, но после её низвержения роман не завершился, так что… Вперёд, госпожа попаданка. Собираем склянки и идём на разведку.

Я нашла потрёпанную суму и сложила туда скудные пожитки ведьмы, после чего ещё раз оглянулась на зеркало. Ну и видок… Нужно накинуть на плечи дырявую шаль. Судя по сквозняку, ветра в этом городе лютые.

Прижав сумку к груди, я испуганно выглянула на улицу. Домик ведьмы стоял на отшибе, чуть в отдалении от других построек. Под ногами хлюпала вязкая грязь, канавы воняли помоями… Но я уже знала, что в этом городе есть мостовая, просто начинается она чуть дальше.

— Смотри-ка, кто вышел! — какой-то мужик опёрся на забор и поморщился. — Чего, Лаза, от горячки отошла? А мы, ык, думали, что ты копыта уже отбросила.

«Лаза»… Да, именно так её называли местные жители. Они понятия не имели, что в их городке поселилась могучая ведьма. Внешность Элайзы сильно изменилась, поэтому никто, кроме главных героев, её не узнает. Оно и к лучшему!

«Асканийцы боятся и ненавидят злодейку Элайзу. Наверное, меня бы давно сожгли на костре, если бы узнали правду…»

Я прошла мимо мужичка по грязной тропе, петляя в лабиринте серых стен. Сейчас этот путь (почти) знаком, а вот пару дней назад… 

Грустная усмешка исказила мои губы. Знаю, глупо вот так паниковать, но разум трещал по швам от боли и шока… Я смогла осознать реальность чуть позже, пережив своеобразный нервный срыв. А потом наступило (пугающее) спокойствие.

И я всерьёз позавидовала другим книжным попаданкам. Было бы круто проснуться в шикарном замке, где единственная твоя проблема — эфемерный сюжет, или пафосный злодей под боком… Но нет, мне досталась самая жесть. Как и всегда.

Впереди виднелся маленький участок мостовой. Мимо проехала повозка на лошадиной тяге и в нос (снова) пахнуло чем-то нехорошим. Я затаила дыхание, выскочив на оживлённую улицу.

Здесь можно было встретить торговцев, вороватых мальчишек и тучных женщин с плетёными корзинами. Никто не обращал на меня внимания: стариков в этом городе и без того много. Большинство из них нищенствовали, жались к ночлежкам и просили подаяния дрожащими руками. Да уж, по сравнению с ними Элайза живёт как королева… Королева гнилых трущоб.

Я прошла чуть дальше, различив вдалеке очертания рынка. Думаю, там можно продать некоторые травы и порошки… У меня уже живот сводит от постных сухарей.

— Хлеб! Свежий хлеб!

— Рыба! Купите рыбу!

— Утварь для ваших…

Чем ближе я подходила, тем больше было подобных возгласов. И как мне продать здесь хоть что-то? Едва ли у ведьмы была своя лавка, а торговцы такие крикливые… Я негромко вздохнула, стараясь не попадаться на глаза городской страже.

— Эй, Лаза! Сюда иди, рухлядь старая. — воскликнул пузатый мужичок, выглянув из-под навеса.

— Это вы мне? — пробормотала, с подозрением разглядывая его прилавок. О, кажется, он продаёт травы!

— А кому ещё? Где мой товар, старуха? — фыркнул мужик.

Я едва не заскрежетала зубами. Серьёзно, дядя, а хоть капельку уважения можно? Повезло тебе, что у Элайзы магию отняли, ох как повезло…

— Вот. — фыркнула, медленно доставая из сумки всё содержимое.

Он придирчиво осматривал порошки, нюхал и залезал под крышку, после чего нетерпеливо выдал:

— И всё? Чего так мало?

— Болела я. — вяло огрызнулась, буравя его раздражённым взглядом. — Сил не было.

— Да-а? Видать, тебе самой лекарства не помогают. — хохотнул этот гад.

— Кости старые, век долгий. — протянула я, едва сдерживая ругательства. — Где мои деньги?

— А? Да, сейчас, обожди. — он начал рыться под прилавком и вскоре высыпал ещё десяток медяков.

Я посмотрела на них, потом на него и выдала:

— А чего так мало?

Знаете, я не очень хорошо разбираюсь в местной валюте, но у меня отличное чутьё на проходимцев! Мужичок как-то разом сдулся и гнусаво заныл:

— Ну так ты поздно пришла и не предупредила, Лаза… А мне ведь срочно нужно было!

«Врёт. Врёт и не краснеет» — зловеще улыбнулась я, оскалив кривые зубы.

— Надуть меня пытаешься? И чем ты от тех воришек отличаешься, а? Не дашь денег — я и вовсе копыта могу откинуть!

— Э-э, потише… — пробормотал он, оглядываясь на горожан. — Ладно, бес с тобой, сейчас!

Тяжело вздохнув, торговец добавил немного монет и буркнул:

— Вот. Но в следующий раз урежу, Лаза, так и знай!

Я гордо фыркнула, забирая мелочёвку. Ладно, теперь нужно купить немного еды и расспросить местных… Понятия не имею, что это за город. Но уж точно не столица цветущей Аскании.

Я прошла мимо вереницы однотипных лавок, где продавцы так громко зазывали посетителей. Через пару минут выяснилось, что буханка хлеба стоит пять медяков. Довольно дорого… Монетки у меня есть, но их не так много. Теперь понятно, почему Элайза экономила на всём. Еда вовсе не дешёвая!

Но не успела я горестно вздохнуть, в очередной раз проклиная своё положение, как рядом послышались голоса:

— Подходите, не стесняйтесь, первоклассные рабы!

«Чего?!» — опешила я, обернувшись. И действительно, за рынком стоял деревянный помост, на который выводили худых мужчин и женщин…

— Эх, жаль, денег нет! — посетовал кто-то.

— Да, рабы больше для заезжих купцов…

— Император же отменил… Рабство. — прохрипела я чуть слышно.

— Ты чего, карга? Это в столичном регионе отменили! — заржал мужик. — А у нас тут свои порядки, да и граница под боком… Тут рабы всяко в цене.

Я нахмурилась и покачала головой. Мило, ничего не скажешь… Но этот болтун может пригодиться.

— А император уже женился? — поинтересовалась, затаив дыхание.

— Не, рано ещё! — воскликнул кто-то. — Говорят, в следующем месяце Святая Эмилия станет нашей императрицей.

— Красавица…

— И добрая!

— Эх, жаль, раба купить не смогу.

Я смотрела на помост и думала, что это чертовски иронично. В любой сказке (рано или поздно) наступает мир, вот только никто не описывает границы данного хеппи-энда. Добро победило и все счастливы? Эти рабы с вами не согласятся.

«Цветок Скорби» — роман с сердобольной главной героиней Эмилией. Думаю, её можно назвать фэнтезийной Золушкой… До шестнадцати лет Эмилия жила в приюте. Она работала от рассвета до заката, выдерживая побои жестокой директрисы. Но сбежать оттуда было невозможно: таких детей с лёгкостью ловили работорговцы.

Эмилия, по счастью, отличалась умом и приятной внешностью, потому судьба её сложилась чуть лучше, чем у остальных. Впрочем… Не всё было так гладко.

Сначала героиню пытались выдать замуж за богатого старика (классика жанра), но в последний момент её забрала дворянская семья. Те люди искали компаньонку для своей дочери: этакую служанку, которая параллельно бы обучала молодую госпожу.

Мягкая и покладистая Эмилия показалась им идеальным вариантом, но даже так — жизнь девушки не сильно улучшилась. За свою работу она получала сущие гроши, ей приходилось спать в холодной комнатушке без окон… Можно сказать: Эмилия сменила одну тюрьму на другую. К тому же, старший сын дворян проявлял к ней нездоровый интерес.

И вот, спустя энное количество страданий, Эмилия встретила на званом ужине принца Валентина. Но он скрывал личность, а потому, девушка его не узнала. Они прекрасно пообщались на балконе, обменялись взаимной симпатией — и события закрутились с невероятной скоростью.

В общем-то… Чуть позже выяснилось, что Эмилия — похищенная дочь другого дворянина. Он был верным ловчим клана Азур и очень долго искал своего ребёнка. С этого момента героиня смогла расправить крылья. Она дала отпор мучителям, узнала истинную личность принца и начала бороться с рабством, завоевав среди народа титул Святой Девы…

Да-да, всем известный путь «из грязи в князи» здесь соблюдён безукоризненно. Одна беда: достижения героини теперь кажутся чертовски сомнительными.

— Подходите, не стесняйтесь! Крепкий раб, раньше был каменщиком, тридцать два года…

— А как вам эта красотка? Дикарка с песчаных берегов!

— … Он способен защитить ваш караван!

Я стиснула зубы, с трудом отводя взгляд от этих измождённых людей. Рабство на асканийской земле — скользкая тема. По сути, в рабы забирают тех, кто повинен в мелких преступлениях и не имеет возможности оплатить штраф. Ну, ещё там много военнопленных, но те (как правило) дороже. Например, упомянутая дикарка стоила баснословных денег…

По нынешним законам Аскании рабство неприемлемо. Вместо него люди должны отработать свой проступок. Несколько месяцев бесплатного труда с перерывами в тюремной ночлежке звучит как неплохая идея, но и она имеет свои подводные камни. Так, по факту, преступников должны кормить тюремщики, а ещё стражники обязаны проверять работу провинившихся… Видимо, не всем понравились эти нововведения. И дальние города до сих пор отправляют воришек и мелких грабителей в рабство, награждая позорным клеймом.

Эта отметина на лбу — символ изгоев. Беглых рабов убивают на месте, так что… Их участь крайне незавидная. Что ж, в любом случае, никто не станет ловить для этих целей старуху.

Моё новое тело ужасно, но есть один нюанс: облик молодой девушки принёс бы кучу проблем в таком опасном городе. Полагаю, здесь есть и бордели с похищенными невольницами… Да уж, круто я попала.

— Э, старуха, поди прочь! Всё равно ведь никого не купишь! — рявкнул над ухом какой-то мужик.

Я раздражённо обернулась, и здоровяк вдруг застыл. Он быстро положил ладонь на сердце, а после отвёл кисть к левому плечу.

О, серьёзно…? Этот грубиян исполнил ритуальный жест защиты от зла. Уже не знаю, какие в Аскании поверья насчёт злобных старух, но, видимо, некоторые заочно считают их ведьмами…

— Брысь! — шикнула я на него, и мужик послушно отскочил в сторону. Так-то лучше! Никогда не думала, что у старческого тела столько плюсов.

В любом случае, мне и вправду пора сваливать. Хотелось бы помочь тем людям, но, честно говоря… Я даже себе помочь не могу. Наверное, сердобольная героиня организовала бы крутой побег рабов и порушила местный чёрный рынок, но мне, увы, выпала иная роль.

Дряхлая злодейка без способностей, без молодости, без планов на жизнь… Зато вариантов смерти — хоть отбавляй.

«Ещё раз спасибо, Элайза. Классно ты придумала» — внутренне прошипела я, старательно проклиная чёртову ведьму. Впрочем, что ей с моих проклятий?

А рынок, тем временем, заполнился людьми. Мне нужно было купить еды, поэтому я присматривалась к разным лавкам, лишь бы найти продукты подешевле… Неожиданно, рядом мелькнула быстрая тень. Не успела я толком среагировать, как следом ломанулся мясник с криком:

— Стой, падла мелкая! Ловите вора!

И тогда я поняла: это мальчишка пытался шмыгнуть в ближайшую подворотню… Но бедолагу сразу вычислили. Через пару мгновений патрульные схватили испуганного паренька.

— Пустите! Ничего я не крал, этот козёл драный всё врёт!

— Да-а? А колбаса откуда, оборванец? Решил, что мы тупые и не поймём?

— Ба, Колин, да у него точно деньжат нет… Может, сразу к работорговцам кинем?

— Эту рвань…?

— Ну, не скажи! Смазливый вполне, сойдёт для продажи.

— Не смейте! — взбеленился мальчик. — Мой папа вам задницы надерёт!

— О как! И где же он? — заржал стражник.

— Ты, небось, сиротинушка… Из приюта сбежал, что ли? Тогда точно к Фестеру вести надо, прямая дорога в рабы!

Я наблюдала за ними издалека и с каждым словом чувствовала себя всё хуже. Пареньку не больше тринадцати лет, а ему уже пророчат рабство… Просто ужасная судьба, врагу не пожелаешь.

— Пустите! Есть у меня семья! — мальчик продолжал спорить, но даже я поняла очевидное: врёт. Врёт, чтобы защититься…

И, стиснув зубы, громко выпалила:

— Вот ты где, поганец! Опять меня позоришь?!

Прежде чем стражники успели опомниться, я подбежала к пареньку и схватила его за ухо, больно потянув.

— Ай-яй! — воскликнул тот, не успев сказать ничего лишнего.

— Э, постой, старуха. — нахмурился стражник. — Ты ему кем приходишься?

— Внук это мой, единственный. — буркнула, прикрывая мальчонку. — И он вовсе не воришка, просто шустрый, да и забывчивый больно… Побежал на рынок, а деньги не взял.

— Штраф всё равно уплатить придётся. — сузил глаза мужчина. — Пятьдесят монет.

У меня едва лицо не перекосило от такой цены.

— Да сами вы воры! Кусок вшивой колбасы столько не стоит! — взорвался мальчик, но я вовремя шлёпнула его по голове.

— Ты меня не обманывай. — медленно проронила, сузив колдовские очи. — Зло ведь, как водится, обратно возвращается.

Стражник стушевался и нехотя выдал:

— Ну, тогда сколько дашь?

— Пятнадцать. — отчеканила я.

— Двадцать!

— По рукам.

Дальше нет смысла торговаться, стражник вполне может потерять терпение и забрать мальчика… Да и сейчас нам дико повезло: спасла злодейская аура Элайзы. Я торопливо сунула ему в руки монеты, а потом шикнула:

— Ну-ну, пойдём домой, паршивец! Я тебе такую трёпку задам…

В этот раз даже притворяться не пришлось: у меня сердце кровью обливалось от потерянных денег. Но, в любом случае, чужая жизнь того стоит…

— Прости-и, бабуль! — очень натурально заныл паренёк, бросив косой взгляд на стражников. К счастью, те быстро потеряли интерес, позволив мне увести незадачливого воришку.

Я старалась не думать о потерянных монетах, но с губ невольно сорвался тяжёлый вздох. Да уж, как пришло, так и ушло… И, в итоге, моё положение всё такое же печальное.

— Постарайся больше не воровать. — чуть слышно проговорила, смерив мальчишку пристальным взглядом. — Или, хотя бы, не попадайся. Мне бы не хотелось видеть тебя среди клеймённых на площади.

— Но это ведь незаконно! — воскликнул паренёк, насупившись. — Император Азур отменил рабство…

— Да, так и есть. — грустная усмешка исказила мои губы. — Но здесь свои законы.

Я махнула рукой и заглянула в ближайшие лавки, прикупив буханку хлеба и скромный кусок сыра. Вот и всё, монетки закончились… Теперь, чтобы не помереть с голоду, придётся заняться сбором трав. Вот завтра и займусь этим, хватит на сегодня потрясений!

А с мальчиком я больше не говорила. По сути, он вольная птица, может делать то, что захочет… Но (по иронии судьбы) воришка вовсе не собирался отставать. Он шёл за мной по пятам, и даже трущобы его не испугали.

— Ну и чего ты за мной увязался? — не выдержала я, когда мы добрались до хижины ведьмы.

Мальчик выпрямился и гордо заявил:

— Просто так!

— Вот как? — задумчиво протянула я.

Для мелкого сорванца он слишком наглый… Будто к тяготам жизни вовсе не привык. Я шагнула к двери, а паренёк тут же переполошился:

— Постойте, бабушка!

«Кто бы сомневался» — хмыкнула я, обернувшись.

— Ну? Чего тебе?

— Мне… На самом деле мне негде переночевать. — признался он, низко опустив подбородок.

— А родители? — поинтересовалась я, склонив голову набок.

— Я и вправду сирота. — ещё тише пробормотал мальчик. — Мне некуда податься. Пожалуйста, пустите переночевать.

По глазам вижу: не врёт… И как его угораздило в чужом городе оказаться? Ладно, потом разберёмся.

— Ну, заходи. — махнула рукой, приглашая его в дом. — Красть у меня всё равно нечего…

— Я не вор! — возмутился паренёк и густо покраснел. — Это первый раз был, когда чужое взял… Кушать очень хочется.

Я понимающе хмыкнула, раскладывая на столе немногочисленные продукты.

— Ну, да… Сложно удержаться на краю голодной смерти.

И если в ближайшие дни я не соберу лекарственные растения — исход будет примерно таким же.

— Бабушка, а ты последние деньги за меня отдала? — серьёзно спросил он.

— Лиза. Зови меня так! — представилась, дёрнувшись от непривычного обращения. Новый возраст ощущается слишком странно… Одно утешение: хотя бы сейчас я могу использовать своё настоящее имя.

— А я Армин. — отозвался мальчик, еле заметно улыбаясь.

— Так вот, Армин… Да, на твой штраф и сегодняшнюю трапезу ушли все деньги. — лениво кивнула я. — Завтра мне придётся хорошенько потрудиться.

— Я вам помогу! — смущённо выпалил Армин. — В благодарность за всё… Я отработаю!

Гордый, но честный? Интересное сочетание… На самом деле, этот мальчик напоминал типичных асканийцев из романа. Благородные, порой вспыльчивые, но добродетельные — такими их описывал «Цветок Скорби». Главная героиня частенько встречала отзывчивых людей… На её долю выпало немало испытаний, и всё же многие помогали Святой Эмилии.

«Но ты — не она, помнишь? Злодеям в этом плане не так легко живётся»

Тем временем, Армин осмотрел нищий домик Элайзы, чуть поморщился от запаха лекарственных растений и вдруг спросил:

— Лиза, а ты ведьма?

Ничего себе! Вот это вопросик… Я едва не поперхнулась, но каким-то чудом сдержала удивление.

— Нет… Разве что в лечебных травах немного разбираюсь. — мрачно пробормотала, переводя взгляд на книгу. Придётся выучить её наизусть.

— Это хорошо. — серьёзно кивнул Армин. — Потому что я ненавижу ведьм.

Его голос был неестественно холодным и слишком взрослым… Так говорит человек, переживший крайне болезненную утрату.

— Какое совпадение. — кривая усмешка исказила мои губы. — Я тоже.

Армин уснул сразу после ужина, нагло развалившись на кровати. У меня был соблазн спихнуть паренька на пол, но… Жаль его стало. Он вроде и пытается быть взрослым, а по сути — всё такой же ребёнок.

Я перевела задумчивый взгляд на мальчика и невольно вздохнула. Правы были стражники: стоило Армину умыть лицо, как его облик преобразился. Этот паренёк был до безумия симпатичным: глаза тёмно-серые, с мягкой поволокой; приятные черты лица и светло-каштановые волосы с лёгкой рыжиной.

В обычной школе за ним бы бегали толпы поклонниц… Но в этом мире не всё так радужно: работорговцы и впрямь будут рады присвоить себе «ценный товар». Очевидно, что мальчишке нельзя оставаться в городе. Да и мне, если честно, тут делать нечего…

«Тогда другой вопрос: куда нам податься?» — мой взгляд снова зацепился за чёртову верёвку, свисающую с потолка.

Без связей и денег — в любом мире туго. Пусть даже и в сказочном. Если бы я стала Эмилией, было бы куда проще… Но мне досталась самая неудачливая злодейка из всех возможных.

«В моём багаже одна ведьминская книга, тысяча ведьминских несчастий и мальчишка, который одним своим видом привлечёт всех работорговцев в округе… Нехилая комбинация»

Проблема ещё и в том, что я не очень хорошо знаю этот мир! Каюсь, многие описания просто пролистывала… Меня это не интересовало (зря, как выяснилось). В столичном регионе ещё можно сориентироваться, опираясь на приключения героини, но Святая Эмилия знать не знала об этой дыре. Равно как и Валентин…

Впрочем, последнее даже к лучшему: Элайза и без того осуждённая злодейка. Сомневаюсь, что протагонисты обрадовались бы её появлению. У них и своих дел по горло, так что…

Стоп. Я нахмурилась и пошевелила губами, прикидывая тайминги. Хм-хм, Валентин ещё не женился на Эмилии, а значит… Вряд ли они посетили «то самое место».

Может, я ошибаюсь, но оно определённо… Было где-то недалеко от границ Аскании. Завтра нужно расспросить Армина. Если я права, у нас появилась цель!

— Мы находимся в приграничном городе Шадде. За ним простираются нейтральные земли: горелая степь и мёртвый лес Обрух. — пробормотал мальчик, доедая корку хлеба. — Гиблые места, да только караваны всё равно здесь ходят, потому что это самый короткий путь до богатой пустынной Аттикхи. Надо только преодолеть лес, а там до пролива рукой подать…

Армин негромко вздохнул и, покосившись в мою сторону, уточнил:

— Как вообще можно не знать место, где ты живёшь?

— Очень легко. — огрызнулась я. — Также легко, как воровать.

— Я же говорил, это было в первый и последний раз! — мгновенно вспылил мальчик.

— Ну-ну, — насмешливо протянула я, откладывая книгу растений. Глаза уже болят от бесконечного чтения…

— Я не местная. Случайно здесь оказалась и вынуждена была задержаться. Идти мне некуда, семьи и близких нет, так что… Без разницы, где жить-выживать.

В моей истории много белых пятен, но она вполне правдива с учётом всех обстоятельств. Надеюсь, Армина устроит такое объяснение, потому что другого у меня просто нет.

— А, ясно… — сконфуженно пробормотал мальчик. — Прости, Лиз. Я и не знал, что у тебя всё так плохо.

Оу, кажется, я расстроила ребёнка… Ну что за ситуация.

— Чего раскис-то? Не надо меня жалеть, лучше пошли по лесу прогуляемся. — хмыкнула, легонько щёлкнув его по лбу.

— Ай! За растениями? — уточнил Армин, потирая голову.

— Ага. Иначе помрём с голоду.

Вы не представляете, какая сильная мотивация возникает, когда в кошельке пусто… Сразу хочется трудиться в поте лица! А пот нам точно обеспечен: ближайший лес находится к западу от Шадда. Мы добирались туда почти час, а после бродили до заката, собирая травы и коренья по книге ведьмы… Как выяснилось, Элайза специально отметила растения, которые росли в приграничной зоне. Там были упомянуты виды, различия, а также ядовитые аналоги… В общем, хоть за что-то ведьме можно сказать спасибо. Пусть и с натяжкой.

— Непохоже, что Лиза в этом разбирается… — пробормотал Армин, чем заслужил мой гневный взгляд.

— Я ещё учусь, знаешь ли. Учиться в любом возрасте полезно!

— Ну, да… — пожал плечами мальчик. — Странная ты. И на ведьму совсем не похожа.

— Сочту за комплимент…

На самом деле, я чувствовала приличную ломоту в ногах и пояснице. Как же не повезло с этим старческим телом… Угх, кошмар!

— А что дальше с травами делать надо? — поинтересовался Армин. — Высушить…?

— Сначала высушить, потом измельчить, — меланхолично пояснила я. — В ближайшие дни нам предстоит много работы…

Мне, конечно, хотелось сбежать из этого города, но без денег особо не побегаешь. Да и к чему спешка? Сейчас, когда у меня появился компаньон, можно спокойно собрать информацию, а потом… Потом мы отправимся на Затерянные земли.

— Тридцать монет!

— Сорок.

— Тридцать пять, больше не дам!

— Сорок, или я иду к аптекарю Юргелу! Он предлагал мне тридцать восемь монет за эти травы. — холодно проговорила я, скрестив руки на груди.

Искусно торгуется тот, кто уже изучил товар конкурентов… Хотя, на самом деле, это ложь. Аптекарь определённо не предлагал мне денег, зато от души покрыл матом «грёбаного торгаша Атиса». А я просто воспользовалась их враждой в своих целях.

— Ладно, бес с тобой! — выругался мужичок, выкладывая драгоценные монеты. — Сделаю одолжение, потому что ты пришла вовремя…

— Да-да, давай поскорей. — фыркнула я и быстро спрятала деньги в кошель, отходя с Армином подальше от опасных районов.

Мальчик (по моей просьбе) носил дырявую шапку и мазал лицо сажей, чтобы хоть как-то прикрыть яркую внешность. Нам не нужно лишнее внимание от всяких проходимцев…

— Ну? — шепнул Армин. — На еду мы заработали? Суп сегодня будет?

… Чуть раньше я и вправду пообещала сварить ему суп, хотя и не очень уверена в своей готовке. Вернее, на плите-то всё легко было, а тут вместо плиты — котелок с самонагревающимися камнями. Видимо, эти камни — единственная дорогая вещь Элайзы, потому что подобные штучки здесь обходятся в сотни монет… А я это просекла слишком поздно. Хорошо, что выкинуть не успела!

— Будет, но попозже. — хмыкнула, оглядываясь на многочисленные лавки. — Сегодня как-то многолюдно…

— Купцы прибыли. — со знанием дела кивнул Армин. — Я же говорил: в Шадде их довольно много.

Я задумчиво кивнула, присматриваясь к символам на их повозках. Каждый караван имеет характерную печать того региона, из которого привозит товар, и это довольно важный аспект… Особенно для моего плана.

В романе пару раз упоминался торговый альянс Эссетра. Он занимался перевозкой товаров из столицы и ближайших городов в Аттикху и обратно. Но важнее всего то, что альянс почитал старинные традиции. Было у них поверье: если караван встретит случайного путника в дороге и тот нуждается в помощи — нужно непременно подкинуть его по пути, взимая лишь символическую плату. И тогда дальнейшая дорога будет лёгкой, а торговля — удачной.

Разумеется, они не рассказывали о данной традиции каждому встречному, но соблюдали её исправно. Как пример: караван Эссетры подвёз будущую Святую по пути в столицу… И, да, если уж отправляться в опасное путешествие, то с надёжными спутниками. А торговому альянсу вполне можно доверять. По крайней мере, если верить тексту книги…

— Ты хочешь попросить караван увезти нас? — поинтересовался Армин, чуть нахмурившись. — Пустое дело. Они берут людей только за очень большие деньги…

— Что ж, тогда придётся понадеяться на удачу. — хмыкнула я, пожав плечами.

Мы с мальчиком закупились продуктами и вернулись в дом окольными путями. Только тогда он продолжил разговор:

— А куда ты хочешь уехать? Может, Шадд не так уж и плох… Здесь, по крайней мере, у тебя дом есть.

— Есть. — не стала спорить я. — Но в этом городе исход один — помереть от тоски. А мне пока в гроб не хочется.

И, чуть поколебавшись, уточнила:

— Ну, а ты? Есть планы?

— Не особо. — пожал плечами мальчик. — Я и сюда-то чудом добрался… Спрятался в продовольственной повозке и провёл там неделю. Всё надеялся в Аттикху податься, да без толку.

— Ясно…

Повезло нам, ничего не скажешь. Сошлись два одиночества на кривой дорожке жизни. Я молча сварила куриный суп и, признав его относительно годным, пригласила мальчика к столу.

— Очень вкусно! — воскликнул Армин, с удивительным рвением работая ложкой. — Я уж и отвык от такой еды…

На сердце даже как-то потеплело. Суп, конечно, не шедевральный, но любая похвала приятна, верно же? В общем, сегодня мы точно не умрём с голоду, а завтра… Завтра посмотрим.

— Ты так и не сказала, куда хочешь уехать. — пробормотал Армин, сонно потирая глаза.

— Потом расскажу. Спи. — мягко усмехнулась, щёлкнув его по носу.

Неудивительно, что паренёк вымотался: последние несколько дней мы усердно собирали товар на продажу. Я тоже не привыкла к такой работе, да и тело Элайзы слишком быстро уставало… Потому время от времени Армин работал за двоих. Мне было неловко просить его о помощи, но если план осуществится — мы сможем разбогатеть.

Всего два слова: Затерянные земли.

Это место находилось чуть севернее леса Обрух. Таинственное пространство, скрытое древней магией от чужих глаз… Покинутый город волшебников. Насколько я помню лор книги: когда-то давно силы распределялись между ведьмами и колдунами. Ведьмы черпали дар из природных явлений, а маги рождались с «мировой искрой», которая дарила им (ограниченную) ману. Между ними часто возникали конфликты, и, однажды, маги построили Парящую Башню на Затерянных землях. Они хотели проникнуть в другие измерения, но из-за вмешательства ведьм Башня просто исчезла…

С тех пор прошло несколько сотен лет, а маги так и не вернулись. На Затерянных землях по сей день скрыт их город с сокровищами и артефактами, но никто не знает, как туда пробраться.

Эмилия и Валентин попадут в то место случайно и станут первооткрывателями, присвоив священную землю Аскании. А я… Ну, я планирую немного подгадить героям.

Вы уж простите, но мне срочно нужны деньги. Думаю, император не обеднеет, если Элайза приберёт к рукам парочку сокровищ, верно? Потом мы с Армином тихо покинем город и оставим его дожидаться протагонистов. Таким образом, сюжет не изменится, а мы получим богатство.

Хороший план? Не знаю. Но другого у меня нет. Надеюсь, Армин согласится на эту авантюру… Как показывает практика, из нас может выйти отличная команда.

Хотя, возможно, я просто боюсь одиночества. В чужом теле оно ощущается острее, калёным железом на коже остывает — аккурат рядом с магическим клеймом.

— Лиз, а ты чего не спишь? — пробормотал Армин, приподнимаясь с кровати. — Иди сюда, я подвинусь.

«Верно. Утро вечера мудренее…» — мягко улыбнулась я.

— Значит, ты хочешь присоединиться к каравану, чтобы найти тайное место за диким лесом? — удивлённо повторил мальчик, отламывая кусочек хлеба.

— Да, именно так. Я узнала о нём почти случайно, но, если это правда… Мы сможем найти там сокровища.

— Звучит опасно… — пробормотал Армин, опустив взгляд в пол.

Именно так, парень, это чертовски опасное приключение. Честно говоря, у меня нет права заставлять его, поэтому… Если он захочет остаться — дом Элайзы станет домом Армина. Я оставлю книгу с лекарственными растениями, чтобы мальчик смог заработать себе на жизнь, и уйду с чистой совестью.

— Там и вправду опасно. — чуть слышно призналась и добавила. — Ты не обязан…

— Я с тобой хочу. — перебил меня Армин, решительно сжав пальцы в кулачки. — Кто ещё тебя защитит? Ты же старая, сама не справишься!

… Это звучит мило, но и немного унизительно. Аж захотелось подзатыльник ему отвесить.

— Уверен? А вдруг пропадёшь? — хмыкнула я.

— Какая разница… — отмахнулся Армин. — У меня и без того мало шансов выжить. А тут, хотя бы, могу отплатить за доброту.

Я поджала губы, сглотнув комок горечи. Чёртов мальчишка, разве можно такое говорить?

— Ай! — выдохнул он, когда всё же получил заслуженный щелбан.

— Дорожи своей жизнью, ясно? — пригрозила я ему. — Даже если впереди нас ждут опасности: человека хранит вера. Вера в лучшее, вера в чудо… Порой это единственное, что нам остаётся.

И на дне сундука (потёмки чужой души) до самого конца плавают вера, надежда и любовь. Хорошо ли это? Не знаю. Слишком сложный вопрос.

Армин пробормотал что-то невразумительное в ответ и шмыгнул носом. Одно я знала точно: мальчик согласен отправиться со мной на Затерянные земли. Добраться бы ещё до этих приключений… Впрочем, вскоре нам улыбнулась удача.

— Лиза, ты ведь искала караван Эссетры? Вон он! — шепнул Армин, когда мы в очередной раз посетили рынок.

И точно! Символ краснокрылой птицы на повозках мог принадлежать только им. Я прищурила яркие глаза и хмыкнула:

— Действуем по плану. Пошли!

А потом очень натурально закряхтела, направившись к ним. Армин скромно держался поблизости, присматриваясь к купцам…

— Думаю, главный среди них тот, у кого сапоги с золотой вышивкой. — тихо предположил мальчик. — Такие могут быть только у дворян.

Я еле заметно кивнула и «совершенно случайно» столкнулась именно с этим человеком.

— Эй, аккуратней! — нахмурился он.

— Простите мою бабушку! — тотчас выступил вперёд Армин, прижав ладони к груди. — Она старая стала, немощная… Постоянно приходит на площадь высматривать караваны.

— Не жалуйся, негодник! — устало прохрипела я. — Однажды мы найдём тех, кто помогут нам покинуть Шадд…

— Без денег никто не согласится, бабуль. — прошептал Армин, бросив на мужчину извиняющийся взгляд.

Он потянул меня за локоть, но именно в тот момент главный караванщик нахмурился:

— Постойте! Зачем вам уезжать из города?

— В Шадде можно только бесславно скончаться. — протянула я, глядя ему в глаза. — А нам бы вернуться на землю предков. Туда, где ещё можно найти спокойствие.

За лесом Обруха есть развалины, которые некогда были поселением знахарей. По какой причине те люди покинули свои дома — никто не знает. Одни грешили на ведьм, другие на войну, монстров и голод… Но, в любом случае, эти чудаки позднее расселились по всей Аскании.

Мы с Армином решили, что проще всего будет представиться старой знахаркой, которая устала от больших городов и хочет вернуться к истокам.

— Вот как… — в глазах караванщика вспыхнуло задумчивое понимание. — Как ваше имя, госпожа?

Ого, так вежливо ко мне ещё не обращались! Даже приятно стало…

— Лиза. — коротко представилась, изобразив полуулыбку.

— Моё имя — Зарт. — кивнул мужчина, оглянувшись на мальчика.

— Армин! — тотчас воскликнул он.

— Полагаю, вы целительница? — вежливо осведомился Зарт.

— Немного разбираюсь в травах.

— Хорошо… На самом деле, это очень хорошо. Наш лекарь отравился по пути и сейчас очень ослаб, а товар нужно везти дальше. Мы готовы принять попутчиков бесплатно, но заранее просим оказать помощь с исцелением, если вдруг что-то случится.

В тот момент я немного напряглась. У меня же лекарского опыта — ноль без палочки…

— Мы согласны! Правда ведь, бабушка? — улыбнулся Армин, дёрнув меня за рукав.

Ладно, похоже, здесь уже не отвертеться.

— Да, разумеется…

— Очень рад! — вполне искренне улыбнулся Зарт. — В таком случае, должен предупредить: мы отправляемся на рассвете третьего дня. Прошу вас не опаздывать.

Крепись, Лиза. Нас ждёт трудный путь…

Телега тряслась, колёса скрипели, мою поясницу разрывала адская боль. Ощущения непередаваемые: как будто ржавые иглы под копчик загнали! Я тихо выругалась сквозь зубы, поминая недобрым словом эту чёртову ведьму.

Старческое тело, которое отныне принадлежит Элайзе, было довольно крепким (стоит это признать), но не без изъянов. Боль в суставах, отдышка и ломота в костях — вот малая доля моих страданий. Впрочем… Всё могло быть ещё хуже.

В романе эльмхаитские ведьмы отличались повышенной выносливостью. Они долго жили и обладали удивительной регенерацией (у меня она иссякла вместе с магией). По этой причине я и остаюсь такой бодрой, несмотря на старческое тело.

«Да, сейчас ты очень бодро лежишь и стонешь на телеге» — насмешливо фыркнула, прикрыв глаза. Перед отъездом из Шадда нам с Армином пришлось основательно потрудиться. Мы бродили по лесу с утра до ночи, выискивая лекарственные травы.

Я не собиралась возвращаться в ненавистную хижину и потому старалась набрать побольше ингредиентов. В конце концов, это единственная гарантия того, что Зарт не выкинет нас по пути… Армин, к слову, тоже утомился. Мальчишка дрых у меня под боком, напоминая бездомного щеночка.

Телега дребезжала, а небольшие дыры в навесе пропускали назойливые солнечные лучи. Горелая степь больше всего напоминала пустыню: здесь было жарко, душно и безветренно. Вот только песок под ногами чёрный, смоляной, похож на пепел от огромного кострища… Местные любили рассказывать страшные байки про эту местность, и даже сейчас до меня долетали обрывки чужих разговоров.

— … И тогда огнедышащий Многоглав решил спалить всё на своём пути!

— Но ограничился участком земли на окраинах? Пф-ф, скажешь тоже!

— А я слышал, что тут водились проклятые земляные черви и жрали корни растений…

— Ну и где они сейчас?

— Дак вымерли, растений-то больше не осталось!

— Или уползли…

Я украдкой хмыкнула, скрестив руки на груди. Караван Эссетры был защищённым и дружным — никто не возражал против новых людей в команде. Когда мы с Армином подошли, все встретили нас, как старых знакомых, и сразу указали на телегу. Не высший класс, но вполне сойдёт для путешествия… Вот бы ещё копчик перестал болеть, аргх!

— Тебе плохо, Лиз? — сонно пробормотал Армин. — Кряхтишь хуже старой клячи…

… Напомните, в какой момент он показался мне милым? Оттаскать бы его за уши!

— Всё хорошо. Спи. — недовольно буркнула, доставая лепестки Эльк-мака.

Ещё одно растение из чудесной книжицы ведьмы… Маленькие синие цветочки были обезболивающим средством и, по счастью, обильно росли подле водоёмов. Ужасно горькие: если прижать их к нёбу, язык мгновенно немеет. Я читала, что Эльк-мак тянет соки из ядовитых и галлюциногенных грибов, поэтому злоупотреблять им опасно… Но Элайза сделала пометку о том, в каких пропорциях стоит разбавлять его с водой (или хмелем), чтобы ослабить дурное влияние.

И к сожалению, других вариантов у меня просто не было. Придётся размять парочку листиков, чтобы избавиться от боли… Как же сильно я скучаю по обычным таблеткам! В этом жестоком магическом мире слишком легко скопытиться от случайной царапины (здравствуй, заражение крови). Впрочем… Опять же: могло быть и хуже.

«Если бы я очутилась в грязном Средневековье, петля осталась бы единственным адекватным выходом» — чуть поморщилась, сглатывая горьковатый привкус.

От этого мне удалось ненадолго уснуть, а потом… Потом на караван напали.

— Приготовиться! Поднять щиты! — скомандовал Зарт, бесстрастно оглядывая разбойников.

Те, честно говоря, напоминали обычных оборванцев, и караван Эссетры им точно не по зубам. Повозки оснащены защитными талисманами, охранники прекрасно вооружены, даже купцы тут умеют сражаться… В общем-то, первое нападение закончилось настолько быстро, что Армин даже не успел проснуться. Но за ним последовало второе, а затем третье… Горелая степь прямо-таки кишит разбойниками!

И не все из них были такими безобидными. Ситуация накалилась, когда караван обстреляли лучники, а следом выбежали экипированные дикари с дубинками. Эти бандиты атаковали слаженно и быстро, явно зная преимущества своей группы. Именно тогда мне впервые пришлось использовать травы для лечения охранника…

Запах крови врезался в обоняние, от вида раны меня мутило, но принятый ранее Эльк-мак позволил сосредоточиться на исцелении. Я приложила к порезу кровавый мох и напоила больного отваром из лунного корня. Надеюсь, ему это поможет…

— Благо…дарю. Госпожа Лиза, — прохрипел воин, а потом закрыл глаза, восстанавливая силы.

Я сглотнула вязкую слюну, покосившись на Армина. Мальчик наблюдал за нами издалека, и взгляд его был… Странным. Веки чуть подрагивали, а глаза покраснели, выдавая нервное потрясение. Видимо, малец не ожидал таких трудностей в самом начале пути… Или проблема в другом?

— Спасибо вам, Лиза. — устало проговорил Зарт, смахнув пот со лба. — Скоро мы покинем степь, и будет чуть легче… Как зайдём на территорию Обруха, так разбойники и отстанут.

— Интересно: почему? — поинтересовалась я.

— Тот лес считается дурной землёй. — протянул Зарт. — А местные довольно суеверны. Степь, конечно, тоже обросла байками, но Обрух — совсем другое дело. Там сама атмосфера такая… Тяжёлая, давящая.

А потом он спохватился и пояснил:

— Разумеется, я не принижаю ваше поселение, госпожа!

— А…? А, да.

Точно, для караванщиков я знахарка из брошенной деревни… Стоит напоминать себе об этом почаще. Но, в любом случае: путь через степь продолжался с переменным успехом.

Караван Эссетры умело отражал атаки разбойничьих шаек, продвигаясь по своеобразным оазисам, где мы и делали остановки. И я в который раз порадовалась, что мы с Армином к ним присоединились: вкусная еда и питьё входят в пакет проживания! Ну что за святые люди…

— Да бросьте, Лиза! — хохотнул Зарт, когда я смущённо его поблагодарила. — Вы нас не объедаете и честно выполняете свои обязанности. Это ли не удачная сделка?

И не поспоришь! А вот Армин что-то приуныл… С момента первого ранения мальчик не мог прийти в себя, лишь изредка вылезая из повозки за едой. Я поняла, что мне нужно срочно разговорить его, покуда ситуация не ухудшилась. И во время ночного привала аккуратно вытянула мальчика на улицу, поближе к догорающему костру.

— Чего раскис, мелкий? Караванщики уже решили, что ты хворый и заразный: вот-вот с телеги нас спустят.

— Правда?! — запаниковал Армин.

— Нет. — хмыкнула я. — Шучу.

— Злая ты, Лиза… — пробормотал он, бросив веточку в костёр. — Я в порядке, просто… Опять кошмары снятся.

— Что ж ты мне не сказал? Есть снадобье и от таких болезней.

Но Армин странно покачал головой и чуть слышно признался:

— Я… Не хочу избавляться от кошмаров. То есть… Только во сне я могу увидеть маму. Это лучше, чем ничего.

Слова, которые пробили моё сердце фантомной болью. Я и забыла, что этот ребёнок чертовски одинок… Не знаю, что случилось с его родителями, но явно ничего хорошего.

— Тебе очень плохо? — полушёпотом уточнила я. — Знаешь, мы можем вернуться в Шадд…

— Нет. — усмехнулся Армин. — Это пройдёт. Мне нужно быть сильным, иначе никак. Просто… Когда того человека ранили, я вспомнил… Много всего дурного.

«А ты потащила ребёнка в степь. Изумительно, Лиза!» — я резко выдохнула сквозь сжатые зубы.

Но что мне было делать? Остаться в городе, где Армину и без того грозит опасность в лице работорговцев? Или вернуться в Асканию, где так легко столкнуться с приспешниками главных героев и жертвами ведьминского колдовства? Ну уж нет… Мы должны добраться до Затерянных земель. Только это изменит нашу жизнь по-настоящему.

Надежда, глупая надежда…

— Каждое твоё дурное воспоминание — внутренний шрам и, одновременно, бесценный опыт. — чуть слышно проронила, опустив взгляд. — А ещё это ответственность перед погибшими. Так ты живёшь не только для себя, но и за других.

— Лиза, ты… Ты тоже кого-то потеряла? — внезапно осенило Армина.

Я грустно усмехнулась, избегая прямого ответа на вопрос. Слишком сложно, слишком больно, слишком… Просто слишком. Не время ковырять собственные шрамы ржавой проволокой. Не сейчас.

— Можешь не говорить. — пробормотал мальчик. — Я всё понимаю.

Остаток вечера мы провели в тишине, наблюдая за пламенем догорающего костра. Тьма накрыла безликую степь, а впереди маячила лишь мрачная неизвестность.

Мёртвый лес Обрух удивительно точно соответствовал своему названию. Чёрные искривлённые деревья сплетались друг с другом, образуя не то чащу, не то подобие зарослей терновника. Узкие дорожки, протоптанные путниками, были до ужаса неудобными и напоминали лабиринт: чуть дёрнешься в сторону и напорешься на очередной сук.

— Тут так… Страшно. — выдохнул Армин, невольно поджимая колени.

Да, прав был Зарт, когда описывал гнетущую атмосферу леса… В действительности всё было намного хуже. Казалось: чуть отдалишься от каравана, и тебя сразу сцапает неведомое чудище. Впрочем… Кто знает, что за твари водятся в Обрухе?

— Я не слышал о монстрах в пределах проклятого леса, но… — Зарт поколебался. — На самом деле, ничто точно не знает. Иногда здесь пропадают люди, в Обрухе очень легко заблудиться.

Я задумчиво кивнула, переводя взгляд на Армина:

— Ты всё понял? Ни ногой в лес!

— Не больно-то и хотелось. — фыркнул мальчик. — Ещё искать тут всякую хтонь…

И вот так караван продолжил продираться сквозь заросли. Каждый час на проклятой земле усугублял неподъёмное чувство тяжести. Мои старые кости вновь заболели, и на этот раз даже Эльк-мак не помог.

— Чёрт! — прошипела я, стиснув зубы.

Этот Обрух влияет на ведьму не лучшим образом! Хотя, казалось бы: проклятое место, наша фишка… Коротко вздохнув, я попросила у караванщиков немного хмельного напитка. Если уж обезболивающее не работает, попробуем ослабить влияние другим способом!

— Я даже завидую, — буркнул купец, протягивая флягу, — Мне бы тоже хотелось расслабиться… Но лес Обрух слишком хорошо играет с человеческим разумом.

И через некоторое время я осознала всю правоту его слов. Потому что мёртвый лес начал отзываться эхом далёких голосов… Он шипел, бормотал и смеялся, его слова повторяли мои искажённые воспоминания. 

Не знаю, в какой момент я потеряла сознание, но это и впрямь произошло. Очнулась спустя несколько часов от отчаянного крика Армина:

— Бабушка! Бабушка Лиза, проснись!

— Ты такой громкий… — прохрипела, распахнув глаза. — Где мы?

Искривлённые деревья Обруха остались позади. Караван занял небольшую поляну, которая казалась мирной и цветущей.

— Мы вышли из леса по самому короткому пути. — выдохнул Армин. — А ты, ты всё не просыпалась! Я думал, что ты умерла…

— Нет, парень, не дождёшься. — хмыкнула я. — Меня просто утомила долгая поездка, сам понимаешь.

— Караванщики тоже волновались… — пробормотал мальчик. — Особенно господин Зарт.

— Он хороший человек. — неспешно кивнула, приподнимаясь с лежанки.

Мне правда нравился караван Эссетры. Даже возникло мимолётное желание отправиться с ними в Аттикху, но… Увы, дальше нам не по пути.

— Нам придётся оставить караван? — тоскливо спросил Армин. — Ты говорила, что после леса мы…

— Пройдём с Эссетрой ещё немного. — задумчиво проронила я. — А как почувствуем морской ветер — так и свернём в сторону.

В «Цветке Скорби» география приключений главных героев очень смутная… Мне пришлось постараться, чтобы вспомнить хоть какие-то детали. Скажу честно: многие моменты я просто пролистывала, но останавливалась на романтичных эпизодах Валентина и Эмилии.

…А по пути на Затерянные земли эти двое вечно миловались! Так, например, парочка решила немного прогуляться, не доходя до пролива… Они искали ту самую заброшенную деревню знахарей, но нашли кое-что получше. Вернее — найдут, если мы с Армином их не опередим.

— Лиз, а ты точно выдержишь такое трудное путешествие? — взволнованно спросил мальчик.

— Точно. — кивнула я.

У меня и выбора-то нет…

К вечеру караван Эссетры устроил весёлые посиделки с песнями и плясками у нового костра.

— Так мы празднуем приближение Аттикхи. — с улыбкой пояснил Зарт. — Опасный путь позади, теперь нас ждут богатства пустыни.

Я тоже улыбнулась, потому как Армина утянули в этот странный хоровод, и мальчик выглядел… Счастливым? Словно все страхи и переживания остались на гнилой земле Обруха.

— Госпожа, — позвал меня Зарт, призадумавшись. — Может, не стоит вам возвращаться в брошенное поселение? Отправляйтесь с нами. Караван Эссетры вполне способен нанять вас на работу, лекари нам и вправду нужны.

Я еле заметно покачала головой, наблюдая за пылающим костром. Приятно, что эти люди искренне хотят помочь, но… Нет. Во-первых, у меня нет реальных навыков целительства. Я лечу почти наугад, это похоже на мошенничество.

Во-вторых… Как долго моё старческое тело продержится в таком режиме? Ведьма Элайза крепче обычных людей, но у неё забрали слишком много жизненных сил. Поэтому караван Эссетры не для меня. И, наверное, не для Армина.

— Вы хороший человек, Зарт. — проронила я, не удержавшись от улыбки. — Честный и разумный… Если когда-нибудь наши пути пересекутся вновь, я назову это удачей.

Мужчина понимающе кивнул, приняв этот завуалированный отказ. К его чести: он не стал настаивать, но продолжил от души баловать Армина. В какой-то момент мне даже показалось, что мальчика можно оставить с ними, однако…

— Ты решила меня бросить? — мрачно осведомился он, уперев руки в бока. — А как же обещание? Ну уж нет, я хочу найти секретное место с тобой!

И тогда я рассмеялась, потрепав его по голове. Так странно, с души будто камень свалился…

Мы провели с караваном ещё несколько дней, прежде чем воздух наполнился солоноватым ароматом моря.

— Мы идём уже два часа! Ты уверена, что это правильная дорога? — ныл Армин, тоскливо поправляя холщовую сумку, заполненную вещами.

И действительно: пару часов назад мы распрощались с караваном Эссетры, чтобы продолжить путь к Затерянным землям. Зарт был так добр, что поделился с нами провизией и спальными мешками… А я, в свою очередь, оставила им часть лекарств.

— Это лишнее… — покачал головой караванщик.

— Всё равно возьмите! Обмен должен быть честным. — настояла я.

В любом случае, Армин получил очень много подарков. Они вручили ему новую обувь (и где только нашли?), маленькую свирель и широкополую шляпу.

— Не надо… Это слишком! — покраснел мальчик.

— Не отказывайся!

— Нам всё это не пригодится, а тебе сослужит добрую службу. — увещевали купцы, пока паренёк не сдался.

Затем Зарт попрощался с нами традиционной фразой Аскании:

— Да озарит солнце ваш путь, а лунный свет проложит вам дорогу в темноте.

Я невольно улыбнулась, потупив взор. Эти слова так часто звучали в романе… Какой же там был ответ?

— Да будет ваше странствие безопасным, а встречные — дружелюбными. — проговорил Армин, поклонившись.

На том мы и расстались, избрав узкую тропу, петлявшую среди редких сосен. Первый час дался нам относительно легко, но вот потом начались проблемы…

— Лиза, а ты точно знаешь, куда надо идти?

Армин каким-то образом почуял моё слабое место. Честно говоря, я ни в чём не уверена! Скудные описания из книги почти не содержат конкретики… У нас есть изначальное направление, по которому шли главные герои, но вдруг они раз десять свернули по пути? Вот тебе и Затерянные земли…

Однако я продолжала упрямо идти вперёд, ощущая противоестественную уверенность. Возможно, это хвалёная интуиция ведьмы, но решимость только усилилась! Я чувствовала, что мы всё делаем правильно, вот только… Как объяснить это Армину?

— Доверься мне. — негромко хмыкнула, потрепав его по голове. — Обещаю: скоро мы доберёмся до места.

… Да, я действительно это пообещала. С тех пор прошло два часа, и уверенность моя начала таять, как мороженое на жарком солнце.

— Не то чтобы я сомневаюсь, — бурчал Армин. — Хотя нет, сомневаюсь! Есть ли там какие-то опознавательные знаки? Карта? Хоть что-нибудь?!

Горькая правда заключается в том, что все знаки расположены где-то в неизвестном направлении. Может, мы случайно промахнулись и теперь ползём в сторону бодрящего Ничего?

В тот момент, когда я потеряла терпение и уже готова была развернуться, Армин вдруг вскрикнул. Мальчик чуть не скатился в овраг, который странным образом возник перед нами из пустоты.

— Чт… Что это за ловушка? — выдохнул паренёк, боязливо схватив меня за руку.

— Это… — похоже на магию, разве нет?

Кажется, в книге героиня тоже едва не упала? Ну да, точно! Валентин потом обнимал её на краю оврага. А значит…

— Давай аккуратно спустимся. — улыбнулась я. — Думаю, мы добрались до нужного места.

Лесной массив уходил ниже, становился гуще и темнее. Сосны плотно прилегали друг к другу, образуя подобие непроходимой стены, но это было оптической иллюзией. На самом деле, если найти узкий проход меж ними, то…

— Что это? — выдохнул Армин.

— Заброшенное поселение знахарей! — торжественно возвестила я.

Вот они, мои любимые развалины! Валентин и Эмилия провели здесь ночь… Герои даже хотели обручиться на этих древних землях, но потом их планы поменялись. Насколько знаю, тут довольно-таки безопасно, так что и мы с Армином можем отдохнуть.

— Какое странное место… — пробормотал мальчик, опасливо озираясь.

Ветхие, полуразрушенные строения из дерева и камня выглядывали из высокой травы как грибы после дождя. Вьюнки и плющ оплетали некогда ухоженные стены, скрывая следы былой жизни.

Тишину нарушало тихое стрекотание насекомых да шелест листвы. Ни единой живой души вокруг — только руины, давно позабытые миром. Среди построек можно было различить остатки оград лекарственных садов, колодцев и сараев…

Лишь в одном строении чудом сохранились потрескавшиеся полки, заросшие мхом. Наверное, когда-то здесь хранили редкие травы и снадобья… Если присмотреться, можно различить алхимические склянки и баночки, покрытые густой плесенью.

— Эй, ты куда руки тянешь? — возмутилась я, когда Армин полез к тем самым полкам. — Не боишься, что там обитает магическая зараза?

— Так ведь поселение не вымерло, его просто бросили! — возразил мальчик, но всё же прекратил поползновения. — Честно говоря, я не думал, что мы всерьёз до него доберёмся…

Да, малыш, наша легенда частично оказалась правдой. И (по крайней мере) теперь я уверена в том, что мы выбрали правильный путь.

— И что дальше? — уточнил Армин, лениво растянувшись на траве.

— Отдыхаем. — хмыкнула я. — Что же ещё? Лучше переждать здесь ночь, а на рассвете мы продолжим…

— Бесцельные блуждания по лесу?

Нет, ну какой въедливый! С ума сойти можно.

— Знаешь, мы могли просто попросить карту у каравана Эссетры. — продолжал поучать меня Армин. — А потом…

— Проблема в одном: нужных нам мест нет на географической карте. — устало пояснила я, раскладывая спальный мешок.

И это чистая правда. Эмилия случайно нашла в древней книге упоминание некой «тайны», что скрывается вблизи поселения. Но они с Валентином толком не знали, куда идут… Если честно, отправляться хрен пойми куда почти без охраны — такая себе идея, но главным героям многое позволено.

И чрезмерная удачливость привела их к баснословным богатствам… А я лишь хочу позаимствовать немного удачи для злодейки (и одного мальчика).

— Так что, мы просто ляжем спать? — вздохнул Армин, укладываясь на лежанку.

Мы уже съели галеты с вяленым мясом, так что пустота в желудке (условно) заполнена. Погода стояла тёплая, небо над головой уже покрылось бледными звёздами, но спать мне пока не хотелось.

— Предлагаешь поговорить за жизнь? — протянула я. — И как ты не устал от такой старухи…

— А чего уставать? С тобой весело. И старой ты совсем не кажешься. — пожал плечами Армин.

Я задумчиво усмехнулась, вспоминая своё настоящее тело. Где ты, молодость? Ушла, даже не попрощавшись. Хотя… Помнится, многие говорили, что в душе я брюзжащая бабка. Но кто же знал, что это воплотится в жизнь подобно проклятию!

— А ты наоборот: кажешься взрослее своих лет. — плавно заметила, расчёсывая рубцы на руках.

— Шрамы болят? — с сочувствием проронил Армин. — Я давно их заметил… Кажется, Лиза много чего перенесла.

Я горько улыбнулась, вспоминая судьбу Элайзы. Ведьма получила заслуженное наказание, но… Именно мне придётся нести его бремя. И это чертовски несправедливо.

— Не будем говорить о плохом. — со вздохом предложила, мотнув головой. — Лучше ляжем спать, а завтра…

— Меня не пугают шрамы. — прошептал Армин, уткнувшись носом в лежанку. — Они ведь не делают тебя плохим человеком.

Я вновь вспомнила Элайзу и то проклятие, которое она наложила на империю… Её безумная любовь породила истинное зло. Но можно ли назвать Элайзу «плохим человеком?»

Нет. Потому что она ведьма.

— Ты прав, Армин. А теперь спи: утро вечера мудренее.

Я (наивно) полагала, что все трудности остались позади. Да и что может случиться? Ведь сразу за поселением знахарей находилось следующее знаковое место: Срединное озеро.

Почему оно называется именно так — никто не знает. Но герои из романа редко ошибаются, а потому я не буду с ними спорить.

— Нам туда надо плыть? — спросил Армин, указывая на отдалённую пещеру, добраться до которой можно было только по воде.

— В точку! — улыбнулась я.

— Извини, но… На чём мы поплывём?

Парень, ты недооцениваешь сюжетные костыли, а ведь на них частенько опираются главные герои. Разумеется, здесь есть лодка! Где-то на берегу, засыпанная листьями и прочим хламом… Надо её раскопать.

Но моя уверенность начала таять, когда мы, наконец, обнаружили эту сомнительную посудину. Если честно, больше похоже на корыто с вёслами… Ещё и трухлявое.

— Тут гнилое место. — серьёзно заключил Армин. — Она точно даст течь, если поплывём.

В этот раз я даже не видела смысла с ним спорить, проблема налицо… Интересно, как с этим справились Валентин и Эмилия? Или им повезло чуть больше и там неподалёку рыбаки с новенькой лодки навернулись? Видимо, удача героев несоизмерима с нашей…

— Нам точно нужна эта пещера? — флегматично уточнил мальчик и, оценив мой грустный кивок, вздохнул. — Ну, ладно… Попробуем починить.

— Каким образом? — хмыкнула я, пнув камешек в воду. — Инструментов рядом не завалялось.

— Я знаю. Но есть глина. — заявил мальчик, потянув меня за руку. — Мама рассказывала, что существует особый вид алхимической глины. Её смешивают с какими-то порошками, и получается очень густая масса, гуще любой смолы! В общем… Мне кажется, в том домике именно она была в склянках.

— Ты про плесневелую гадость?

Со стороны та штука напоминала чёрную грязь, ни больше, ни меньше.

— Я уверен: плесень только на внешних слоях. — авторитетно заявил Армин. — Да и что нам мешает проверить?

— Твоя правда… Ладно, давай рискнём.

Я согласилась от безысходности (и в надежде на чудо). И вот так мы вернулись обратно в поселение, чтобы ещё раз обыскать полки. Армин не побрезговал откупорить внушительную банку, из которой так отборно несло мусором, что меня едва не скрутило.

— Это оно! — радостно воскликнул мальчик. — Пахнет ужасно, но если счистить плесень, то мы… Лиза?

— Одну минутку! — прохрипела я, выбегая на улицу.

Травы, цветы, свежий ветер… А-ах, полегчало!

— А ты, оказывается, неженка. — хитро улыбнулся Армин, выглядывая из окна.

— Можно подумать, ты не такой. — хмыкнула я. — Видно же, что не уличный мальчишка.

Он чуть смутился и, опустив взгляд, пробормотал:

— Мы с мамой хорошо жили, просто… В какой-то момент нам пришлось переехать в дальний город. Там было грязно, пыльно, люди злые и грубые. Мне там совсем не нравилось, а мама говорила… Что всё это временно и скоро мы вернёмся домой. Так и не вернулись.

Я невольно вздохнула, смутившись от таких откровений. Будто по живому задела, по открытой ране полоснула…

— А твой отец? Где он? — тихо спросила, затаив дыхание.

— Я его никогда не видел. Мама говорила: он погиб в кораблекрушении. Пошёл ко дну вместе с командой… — горько проронил Армин. — Из-за этого я всегда боялся воды, но потом понял… Понял, что есть вещи пострашнее.

Я неуверенно улыбнулась, возвращаясь в дом. Потрепала мальчика по макушке и чуть слышно произнесла:

— Но ты всё равно не бойся, Армин. Будь смелым, верь в себя, а всё остальное приложится.

Я могла сказать ему только это, слабые утешения в почти безвыходной ситуации… Но мы до сих пор не сдались, верно? Как бы плохо ни было, сдаваться нельзя. Даже если наша удача зависит от этой вонючей банки… Армин подкатил её к берегу и зачерпнул вязкую грязь, приплюснув гнилостное место.

— От нас будет исходить такой запашок дохлятины, что все крокодилы соберутся на пир. — нервно усмехнулась я.

— Кто? — не понял Армин.

Ох… Кажется, в этом мире они не водятся.

— Это такие водяные ящерицы… Зубастые и зелёные. Почти мифологические. — вяло пояснила я.

— А-а… Интересно. — буркнул мальчик, разминая новый кусок глины.

По виду она напоминала чёрный пластилин, но в ней сверкали странные кристаллические образования… Не знаю, что именно туда напихали алхимики, но выглядит чертовски странно.

— Помогай! — скомандовал Армин. — Нам нужно плотно залепить это место и дать ему обсохнуть…

— Ты веришь, что это устранит течь? — засомневалась я.

— Ну да! На открытом солнце глина быстро застывает, должно сработать.

Мне оставалось только довериться Армину и взять в руки малоприятный кусок (почти) грязи. Впрочем, через несколько подходов меня совсем разморило на лужайке. Солнышко припекало, Срединное озеро искрилось, в камышах квакали лягушки… Тишь и благодать. Это место сильно отличается от пыльного и суматошного Шадда. Может, если у нас ничего не выйдет, здесь и останемся? Сложности только с провизией…

— Эй! Проснись, Лиза! — Армин начал меня тормошить, чем вызвал недовольный вздох.

— Я и не спала.

— Правда? — ехидно протянул мальчик. — Уже час прошёл.

Кажется, старое тело меня подводит… С другой стороны, здоровый сон ещё никому не навредил.

— А я работал за тебя. — буркнул Армин. — Весь в глине измарался!

— Может, ополоснёшься в озере? — предложила я, ощутив укол вины.

— Так уже! Ты даже не услышала, как я плескался… — хмыкнул мальчик, проведя ладонью по всклоченным мокрым волосам.

— И слава богу, — улыбнулась я, наспех умывая лицо холодной водой.

Так и хочется сделать глоток, но бактерии и прочая гадость не дремлют… Обойдёмся без этого.

— Потащили лодку! — скомандовала я и взялась за левый борт.

Она на удивление легко сдвинулась с места (только вёсла скрежетали, когда волочились по земле).

— Давай-давай! — радостно воскликнул Армин. — Сейчас ка-ак поплывём…

— Ка-ак утонем! — вторила я, но почти сразу исправилась. — Шутка, просто плохая шутка, извини.

— Прощу, если заберёшься туда первой.

Я тяжело вздохнула и, проклиная собственные идеи, с трудом залезла в это корыто (попутно промочив ноги). Следом за мной прыгнул и Армин, ловко оттолкнувшись вёслами.

— На удивление, твоя глина работает… Пока что. — пробормотала, ощупывая затвердевшую поверхность.

За исключением мерзкого запаха, всё хорошо. Никакой влаги тут нет…

— А я говорил! — гордо хмыкнул Армин. — Теперь осталось только доплыть до той пещеры… Тайное место там и находится?

Я замялась, не зная, как ответить на его вопрос. Формально — да, но… Не всё так просто. Затерянные земли на то и «затерянные», что отыскать их довольно сложно.

Впрочем, надеюсь, хоть где-то нам повезёт больше, чем главным героям, и мы не столкнёмся с… Ужасными хищными рыбами, которые напали на лодку спустя десять минут плавания.

— Крокодилы! Это крокодилы! — завопил Армин, а потом треснул веслом зубастую рыбу. — Они существуют!

Я даже не стала его поправлять, потому что была крайне занята: в борт нашей лодки вцепилась незваная гостья.

— Чёрт побери, скотина ты хвостатая, да отцепись же! — яростно зашипела, дёрнув рыбу за плавник.

К слову, эти твари и впрямь походили на, эм… Крокодилов. Такие же зелёные, подозрительно вытянутые, да и чешуя слишком мелкая. Впрочем, мне без разницы, к какому виду относятся эти рыбины. Сражаться с ними на удивление непросто! Прыгучие, кусачие, донельзя злобные… Какой садист запустил их в озеро?

В романе главное герои тоже столкнулись с рыбами, но нападающих было куда меньше! Чисто пощекотать нервы перед романтической прогулкой. Зато нам с Армином «повезло» от души, и драка прилично затянулась…

— Ты говорила: будет легко! — закричал мальчик.

— Я такого не говорила!

А если и брякнула, то исключительно по глупости. Лишь одно радует: эти рыбки не сравнятся с настоящими пираньями… Наверное? Пока мы на лодке — опасность минимальная. Разве что… Монстрицы не дают подобраться к пещере.

— Давай вернёмся! — заныл Армин.

— Серьёзно? Ты готов так просто проиграть банальным… Крокодилам? — с трудом выдохнула я, двинув рыбе промеж глаз. О, как хорошо, она отвалилась!

— Ещё как готов. — буркнул мальчик, но бороться не перестал.

Нас несколько раз закружило в водовороте, потом тварюшки едва не опрокинули лодку… Но мы продолжали размахивать вёслами, невзирая на боль и усталость. Это продолжалось до тех пор, пока вражеские морды не иссякли (прямо возле пещеры).

— Как думаешь, «это» можно есть? — уточнил Армин, задев ногой дохлую рыбу, которая теперь лежала на дне.

— Я бы не рискнула. — честно призналась, заглянув в её блёклые глаза. — Вдруг ядовитая?

— Да-а, это вполне возможно…

Мы синхронно вздохнули. Хотелось бы уже нормально поесть, но рисковать своим здоровьем я не намерена. И, к тому же… Нам не до еды. Первостепенная задача: пройти через лабиринт пещер.

— Эм, Лиза… Мы уже довольно долго плывём, а она всё не кончается. — пробормотал Армин, освещая путь заранее припасённой банкой со светлячками.

Вернее… Это я их так называю. Если честно, они скорее напоминают крохотных птичек (что-то по типу колибри), но мальчик твёрдо заявил: «жуки, и всё тут». Не буду спорить.

— Так и должно быть! — уверенно заявила я. — Эта пещера только с виду небольшая. На самом же деле: она связана с сетью зачарованных тоннелей. По ним мы и доберёмся до тайного места.

— А ты точно знаешь правильный путь? — в который раз уточнил Армин.

По правде сказать… Нет. Ничего я не знаю. Лишь помню, что герои ориентировались на бледные грибы, свисающие с потолка. Где их больше — туда и надо сворачивать.

Если вы спросите: «КАК они догадались», то… Я не знаю. Эмилия очень туманно предположила, что «водяной лилай не может расти в плохом месте». А Валентин просто поверил своей избраннице. В реальной жизни это могло бы привести к серьёзным последствиям, но в любовном романе герои (как обычно) вышли сухими из воды.

А я… Лишь чудом запомнила эту информацию. Спасибо Эмилии за то, что именно здесь она решила устроить страстные лобызания.

— Когда коридор начнёт разветвляться — плывём туда, где больше грибов с потолка свисает.

— Чего? Каких ещё гри… — а в следующую секунду Армина шлёпнул по лицу мягкий белёсый отросток. — Фу, гадость!!

Да, кхм… Они похожи на щупальца. Склизкие, длинные, немного несуразные, и воняют так мерзко… Тухлыми яйцами, бр-р. Это отвратительно! У меня всё больше вопросов к главным героям и их предпочтениям. Как вообще можно целоваться в таких условиях?

«Извращенцы» — я скривила губы, веслом отводя грибы в стороны.

— Пахнет просто ужасно! — шипел Армин. — Этот путь такой странный… Мне уже кажется, что ты просто издеваешься.

— Зачем мне это? — я не удержалась от улыбки. — Тебя, конечно, можно помучить, но тут и я страдаю…

— Лиза!

Армин надулся, однако продолжил весьма умело управлять лодкой. Уж не знаю, чтобы я без него делала. Этот мальчонка — золото. Он может показаться вредным, но только с виду…

— Ай! Вонючих грибов стало ещё больше!

… Впрочем, немного вредности нам не помешает. И на самом деле он прав: их заросли становились гуще и плотнее. Чем дальше лодка плутала по лабиринту, тем хуже тут пахло. В какой-то момент у меня перед глазами всё поплыло, а затем…

Бурный поток воды вытолкнул нас вперёд. Обстановка стала более хаотичной: лодочку кидало по подземной реке с немыслимой скоростью. Мы с Армином синхронно закричали, пока очередная горка не вынесла нас к странному подобию причала.

— Эт-то что такое? — просипел мальчик. — Кажется, тут были люди…

— Да. — выдохнула я, опираясь на весло. — Думаю, мы достигли цели.

Армин привязал нашу лодку верёвкой к столбу, а после этого… Перед нами протянулась лестница, ведущая к солнечному свету.

— Ничего не вижу! — выдохнул мальчик, потирая глаза.

Моё зрение также помутнело от слепящего солнца, а веки быстро заполнились слезами… Но ненадолго. Через несколько минут я увидела Затерянные земли.

Они простирались внизу, в обширной долине с голубыми озёрами и густыми лесами. Тропические растения, причудливые цветы, реликтовые деревья… Это место пело хором птичьих голосов и стрёкотом бесчисленных насекомых.

Посреди природного буйства возвышались величественные дворцы из разноцветных камней. Всего три: Северный, Центральный и Южный. Их древние стены были покрыты странными узорами, которые напоминали магические руны.

— Уа-ах! — выдохнул Армин. — Лиза, где это мы…? Я и не знал, что на свете существует такое… Такое!

Я прекрасно понимала его чувства. Даже зная предысторию Затерянных земель — от этого вида дух захватывает…

— А что, ты считал меня полоумной старухой? — хмыкнула, отвесив ему невесомый подзатыльник. — Так-то!

— Полоумной? Как грубо! Просто думал, что ты немного преувеличиваешь… — хмыкнул Армин и потянул меня за рукав.

Мы начали спускаться в долину и (честно говоря) путь предстоял неблизкий. Но сама дорога была удивительно ровной. Более того: каждый новый шаг привносил странное чувство лёгкости. Это ли не магия местных умельцев? Может, они зачаровали путь к дворцам…? Вот уж не знаю.

Армин тоже приободрился. Мальчик постоянно забегал вперёд, подтаскивая меня всё дальше:

— Лиза, чего ты такая медленная? Тут столько всего интересного!

— А куда нам торопиться? — лениво кряхтела я. — Дворцы никуда не убегут…

По крайней мере, я на это надеюсь. Сюжет истории не должен измениться из-за двух случайных персонажей, верно? Главные герои даже не поймут, что мы здесь были…

Но всё же, лучше не оставлять следов, — подумала я, проследив за Армином.

— Постарайся ничего не сломать, ладно? Это древняя земля магов… Никто не знает, какие «сюрпризы» они приготовили для нарушителей.

— Чего?! — Армин аж споткнулся. — Здесь жили маги?

— Вероятно да. — протянула я, скосив взгляд в сторону. — Мне так кажется.

Слишком уверенные заявления выглядят подозрительно, так что… Это просто предположение. В любом случае: мальчик напрягся после услышанного, а осторожность нам не помешает.

Дорога петляла впереди, каменные ступени опускались всё ниже и (как-то совсем неожиданно) перед нами выросли те самые дворцы. Они практически не различались внешне: отполированные до блеска плиты создавали причудливую мозаику. Вблизи казалось, что стены сделаны из цветного стекла, такими блестящими и яркими они были.

Южный дворец переливался тёплыми оттенками (красный, оранжевый, жёлтый), Северный отличался холодными цветами, а Центральный… Сохранял чёрно-белую палитру.

Я замерла, поражённая этим великолепием, но тишину быстро нарушил Армин:

— Лиз… А куда нам надо?

Хороший вопрос. Я… Я не знаю. На этот раз правда не знаю. В «Цветке Скорби» главные герои распечатали два крайних дворца: Северный и Южный. В первом находились драгоценные металлы и оружие. Во втором — сокровищница магов.

Однако… Загвоздка в том, что Эмилия отказалась открывать Центральный дворец из-за «плохого предчувствия». А Валентин (не задавая лишних вопросов) повелел закрыть это место. Помнится, меня это жутко взбесило. Как можно просто так взять и отказаться от тайны? Конечно, у героини сильная интуиция, но всё же… Странное решение.

И прямо сейчас я стою перед тем самым дворцом. По-хорошему, нужно послушать Эмилию и зайти в Южную часть… Это можно назвать самым безопасным вариантом.

Однако я чувствовала растущее нетерпение. Моя собственная интуиция шептала: в Центральном дворце скрыто нечто особенное. То, что неподвластно даже главным героям.

«А если это ловушка магов? Вдруг мы с Армином зайдём туда — и всё, попались?» — нервно усмехнулась, поджав губы. Не хочется рисковать понапрасну. Лучше пойти в Южный дворец… Но мои ноги (как назло) не сдвинулись с места.

— Лиза-а! — позвал Армин. — Не спи!

— Подожди минуту. — вздохнула я.

Есть один момент, который не даёт мне покоя. В «Цветке Скорби» упоминалось кое-что важное… Тот факт, что ведьмы обладают обострённой интуицией. Они имеют тонкую связь с окружающим миром, а потому способны уловить сигналы тонких материй.

Конечно, Элайзу лишили магической силы, но даже это наказание не может изменить природную суть ведьмы. И прямо сейчас кажется, что сам мир зовёт меня в чёрно-белую обитель.

— Чёрт! — резко выдохнула сквозь сжатые зубы. — Я хочу заглянуть в Центральный дворец. А ты… Подожди здесь.

Даже если мне суждено сгинуть в магической ловушке, я не собираюсь тащить за собой Армина. Прости, малец, взрослые тёти рискуют в гордом одиночестве.

— Чего? — опешил мальчик. — Я не хочу!

— Это не обсуждается. Если задержусь — иди в Южный дворец.

Насколько помню, там не было ловушек, а значит… Армин сможет забрать сокровища.

— Лиза, это нечестно!

— Жизнь вообще несправедлива. — хмыкнула, потрепав его по голове.

Чутьё звало меня в Центральный дворец, манило поскорее открыть каменные двери… Через пару минут я опустила тяжёлый рычаг, который активировал механизм прохода. Львиные морды на дверях оскалили пасти, но всё же распахнулись, пропуская за порог. И тут…

— Посторони-ись! — Армин резко прыгнул следом, толкнув меня в спину.

— Ах ты…! — воскликнула я, но было слишком поздно.

Механизм сработал за нашими спинами, и двери мгновенно захлопнулись, отрезая путь наружу.

— Армин, я тебя выпорю! — прошипела сквозь зубы.

— Л-лиза, я не думал, что…

— Верно. Ты ни о чём не думал!

Я честно собиралась оттаскать его за ухо, да только некогда! Мы оказались в самой настоящей ловушке древних магов. И как теперь выбираться?

«А хвалёное ведьминское чутьё сразу же притихло» — подумала я, тяжело вздыхая. Так легко попалась на эту уловку…

— Лиз, может, дверь ещё откроется? — робко спросил Армин.

Я посмотрела на каменный засов и медленно покачала головой. Фортуна — подруга главных героев… А нам придётся выбираться своими силами.

— Пока она не открылась, мы должны исследовать Центральный дворец. Не отходи от меня ни на шаг, понял?

Армин быстро кивнул, но я ему совсем не поверила. Мальчишка явно нарывается на (неприятные) приключения. Впрочем… Теперь у нас нет выбора.

Центральный дворец встретил гостей холодом хрустальных стен и переливами стеклянных потолков. Здесь всё казалось непомерно хрупким, чуть дотронешься — зазвенит от натуги. Пугающее чувство тревоги расползалось по этим чертогам, потихоньку затрагивая и нас с Армином.

— Лиза, а если тут жили маги… Где они спали? — пробормотал мальчик, оглядывая пустые залы.

— Как они ели и куда ходили в туалет? — нервно усмехнулась, качнув головой. — Не знаю. Возможно, этот дворец не предназначен для быта.

Скорее всего, так оно и есть… Здесь всё пропитано ледяной отрешённостью. Мы будто в музее без единого экспоната. Впрочем, уже через пару минут Центральный дворец преобразился.

Стоило нам пересечь очередной безликий зал, как стены покрылись яркой мозаикой. Новая комната оказалась пёстрой и цветной, но (что важнее) её пол был покрыт сокровищами. Золотые слитки, драгоценные камни, статуэтки и вазы… Нечто подобное было и в Южном дворце, верно? Подозрительно.

Я не верю в то, что маги решили поделить сокровищницу на две локации. А значит…

— Армин, не смей ничего брать! — процедила я сквозь зубы. — Это место кажется насквозь фальшивым.

— И не собирался! — обиженно буркнул мальчик.

— Ну-ну…

Я аккуратно обошла груду сокровищ. В глазах рябило от их невыносимого блеска… Жадность шевельнулась в глубине сознания, но почти сразу притихла. Нет-нет, нужно поскорее найти выход из этой комнаты! Наконец, я обнаружила узкую дверь в углу и позвала мальчика:

— Армин, иди сюда! Армин…?

Плохое предчувствие ужалило под лопатку как раз в тот момент, когда я увидела золотой медальон в его руках.

— Ты… — мой голос осип. — Что ты сделал?!

— Эта вещь… Такая же, как у мамы! — воскликнул мальчик.

— Брось! Брось её, а не то…

И тут дворец содрогнулся. Пол покрылся глубокими трещинами, а ближайшая стена рухнула, окропив нас осколками. Я едва успела дёрнуть Армина за руку, отбегая в сторону.

Сокровища превратились в раскалённую огненную массу, но даже не это испугало нас сильнее всего… Потому что за стеной таилось Нечто. Огромное, злое и крайне агрессивное. Здесь прятался Страж Центрального дворца — ледяной гигант с горящими глазами. И прямо сейчас он сдвинулся с места, чтобы покарать незваных гостей.

— Б-боги! — выдохнул Армин.

Медальон выпал из его рук, оставив кривой ожог поперёк ладони. А я едва не взвыла от ужаса. Гигантский. Ледяной. Великан! Вот теперь нам точно конец. Как прикажете бороться с этой махиной…?

— Лиза! Лиза-а! — панически воскликнул мальчик.

Ледяной гигант сдвинулся с места, подняв кулак с огромным мечом. Намёк я поняла сразу же, а потому метнулась в сторону, увлекая за собой Армина. Мой единственный (адекватный) план — спрятаться в зале, но… Где?

«Чёрт, сокровища же расплавились!» — ситуация становилась только хуже. Если мы не поторопимся — великан точно пришибёт нас.

— Прижмись к стене! — крикнула я мальчику.

И через пару секунд… Зал содрогнулся от первого удара. Пол начал рушиться и осыпаться под ногами, образуя глубокие провалы. Наш единственный шанс — юркнуть в маленькую дверь, но и её заблокировал Страж.

— Грёбаные маги! — прошипела я сквозь зубы, в отчаянии наблюдая за великаном.

Теперь всё ясно и до боли очевидно: они подготовили «тёплый приём» воришкам, которые пришли за чужими сокровищами. Центральный дворец очень выделяется, буквально зовёт заглянуть в него первым делом… Но внутри вы найдёте лишь фальшивые деньги и верную смерть.

Я ошиблась. Я сделала неправильный выбор. И притащила с собой ребёнка…

— Прости. — чуть слышно выдохнула, сжав его ладонь. — Прости меня, Армин.

Второй удар великана проломил стену, а затем… Пол окончательно треснул. Мы провалились быстро, стремительно, даже не успев осознать произошедшего.

— Лиза-а! — заорал Армин, вцепившись в подол моей одежды.

Я думала, что мы умрём на месте, но, неожиданно — под ногами возник склон, отдалённо напоминающий широкую горку. Он был покрыт странноватой сажей, которая позволяла нам скользить всё ниже и ниже, не получая серьёзных ранений… Но в любой момент эта головокружительная поездочка могла закончиться резким ударом о камни, или того хуже — падением в пропасть.

— Боже-боже-боже! — кричала я, продолжая скатываться с Армином.

— Лиза-а! — хныкал мальчик.

Горка несколько раз сужалась, рядом осыпались осколки, руки давно покрылись уродливыми царапинами, но вот… Склон, наконец, закончился. Он плавно перетёк в ровную поверхность, а потому мы с Армином замедлились… И смогли встать.

— Это… Это было ужасно! — воскликнул мальчик, подскочив на ноги. — Я не верю, что мы выжили!

— Берегись! — я толкнула его в спину, чтобы уберечь от очередного осколка, упавшего сверху.

В тот момент мы и увидели Это. Гладкую каменную площадку, окружённую пламенем. Огненные всполохи вырывались прямо из-под земли, освещая контур странного места.

Массивные кованые цепи (по непонятной причине) сдерживали плиту с четырёх сторон. Но по бокам я заметила нечто интересное… Рунические амулеты, вмурованные в стены. Если честно, они напоминали обычные переключатели.

— Лиз, мне здесь не нравится… Пойдём отсюда! — нервно выдохнул Армин.

И я готова была с ним согласиться, но в этот момент сверху раздался громогласный рёв.

«Ледяной гигант!» — страх ошпарил мои мысли неприятным осознанием. Кажется, наш злобный друг идёт сюда… Вот чёрт!

— План «Б»! — воскликнула, метнувшись к амулету.

Так, если я его нажму, хуже ведь не будет? Нам в любом случае крышка, но эта штука кажется полезной…

— Что ты делаешь? — охнул Армин.

— Импровизирую! Давай попробуем одновременно нажать на амулеты.

Я действовала по наитию, толком не зная, к чему всё это приведёт. Возможно, через несколько секунд нас сожжёт лава, или жуткий великан раздавит в лепёшку… Вариантов много, а переключателей всего два. Придётся рискнуть.

Армин (кажется) хотел со мной поспорить, но его испугали тяжёлые шаги Стража. В конце концов, мы синхронно метнулись к амулетам и (по моей команде) вдавили их в стены. Руны призывно загорелись синим светом, однако… Ничего не произошло. Только пламя вспыхнуло ярче, едва не обжигая мне руку.

— Лиза… — просипел Армин.

Мы оба слышали приближение великана. Стены тряслись, пол дрожал, а в душе сквозил лютый страх. Я стиснула зубы, вновь обратив взгляд на переключатели, и тут… Цепи начали двигаться. Они натянулись, разделив плиту на четыре равные части. Платформа раскрылась, подобно хищному цветку, выпуская на свет нечто странное… То был массивный чёрный саркофаг.

Он поднялся прямиком из пылающей лавы, которая (как оказалось) струилась под каменной конструкцией. Жуткое зрелище… Полагаю, маги как-то контролировали температуру в помещении, потому что мы с Армином до сих пор не спеклись от жара.

Но, что важнее… Почему этот обсидиановый саркофаг не расплавился? Он выглядит настолько цельным и гладким, будто его только что создали.

«Это странно. Всё это — чертовски странно» — подумала я, стиснув зубы. И что теперь делать? Не открывать же гроб, предположительно оставшийся от магов… У нас с Армином просто силёнок не хватит.

К (не)счастью, все мои моральные терзания равеял Страж дворца. Именно он проломил ногой потолок, повредив саркофаг. Я зажмурилась, услышав характерный треск. Ладно, вот сейчас точно пора валить!

Возможно, получится обмануть эту махину, или спрятаться в каком-нибудь неприметном углу? С этими мыслями я потащила Армина обратно к склону, но мальчик вдруг замер.

— Н-нет, подожди… Там… Там происходит что-то страшное! — выпалил он, указывая на ногу гиганта.

— Армин, ты можешь хоть раз меня послушать?! — едва не зарычала я, но через секунду застыла.

Всё потому, что саркофаг… Да, саркофаг раскололся. Мощные ступни Стража разбили его напополам, выпуская неестественное свечение. В этом гробу хранилось нечто, обладающее удивительно сильной магией. Я почувствовала безумную энергетику, от которой в глазах помутнело, а затем… Кованые цепи лопнули.

Платформа качнулась, резко провалившись в огненную бездну. Мы с Армином тоже начали падать, но… Лава вскипела, покрываясь чёрной коркой, а ледяной Страж вмиг лишился головы.

Как? Я и сама не знаю! Помню только свистящий звук, который будто разделил само пространство. Тогда отрезанная голова великана упала куда-то в пропасть, скатившись по застывшей лаве.

— Т-там человек, Лиза… Человек! — испуганно бормотал Армин, вглядываясь в белёсое сияние.

Я, честно говоря, никого не видела, но ощущала «присутствие». В голове нарастал шум воды, и уже через несколько минут бурные потоки вырвались откуда-то извне, заливая всё это место. Мы с Армином пытались выбраться (эй, сейчас бы лодку!), но склон был слишком крутым. Поэтому… Нас быстро накрыло волной. И я едва не захлебнулась, барахтаясь в морской воде.

«Солёная… Серьёзно, почему она солёная?» — мелькали в голове разрозненные мысли. Мир накрыло голубое сияние, и посреди него выделялся лишь один человек. Нет… Не человек.

Существо, вырвавшееся из саркофага. У него были длинные белые волосы и светлая кожа, подобная идеальному мрамору. Его глаза сияли голубым жемчугом, а на голове ветвились полупрозрачные рога. Он лишь отчасти напоминал человека… Прекрасного мужчину, чьё безразличное превосходство сравнимо лишь с божеством.

«Или это и вправду бог? Морской бог потерянного мира, где давно не верят в таких созданий» — подумала я, затаив дыхание.

Время вдруг остановилось, и мы с Армином беспомощно застыли в гибких потоках воды. Лава, гигант, дворец, неожиданное наводнение… Всё это стало таким неважным по сравнению с пугающим узником чёрного саркофага.

Я видела отпечатки кандалов на его запястьях. Видела белоснежные одеяния, распахнутые на мужественной груди. Там, пониже сердца — выделялись кровавые шрамы, покрытые коркой льда. Это божество… Являлось истинной тайной Центрального дворца и его смертельной ловушкой.

Единожды заглянув в глаза узника, я поняла очевидное: он настолько силён, что с ним бессмысленно тягаться. А значит, мы с Армином умрём… быстро?

Волна вновь вздыбилась, завертевшись бурным водоворотом. Четыре вздоха — и нас вынесло на поверхность, к перепутью трёх дворцов. Я упала на колени, содрогаясь от гортанного кашля, а Армин… Он, кажется, до сих пор пребывал в благоговейном шоке.

Не могу винить его. Слишком много впечатлений для одного дня…

— Кто из вас? — глубокий голос, опасный и таинственный, прозвучал в мыслях, остужая не хуже проточной воды.

— А? — выдохнула я, поднимая взгляд.

Ох, чёрт. Этот узник тоже выбрался! Его босые ноги оставляли влажные следы на каменной площадке, а белоснежные одеяния едва касались земли.

Кто он? Что он…? И почему в оригинальном романе нет ни единого слова об этом?

— Ты. — его тонкие губы изогнулись в слабой полуулыбке. — По твоей воле огненная тюрьма пала.

Непроницаемые голубые глаза смотрели прямо сквозь моё сердце. От этого взгляда мурашки впивались мелкими иглами под рёбра.

— Я не знала, что там скрывается… Скрываетесь вы. — хрипло призналась, облизнув треснувшие губы. — Это случайность.

— Любая случайность предопределена судьбой. — медленно проронил он, усмехнувшись. — А твоя воля разрушила мою тюрьму… Куда раньше положенного срока. Я должен был спать и видеть сны о кончине этого мира.

«Итак, я и вправду столкнулась с заточённым богом… Хорошая новость: он (пока) не собирается нас убивать. Плохая новость: с этого момента сюжет романа изменится» — с моих губ едва не сорвался нервный смех.

— Вы… Вы можете спать и дальше. — очень аккуратно намекнула, стараясь не глазеть на его причудливые рога. Ну вылитый король эльфов…

Впрочем, за исключением этой детали (и вертикальных зрачков) он вполне походил на обычного жителя этого мира. Стоило мне об этом подумать, как пробуждённый осклабился, демонстрируя чуть заострённые клыки.

В этой искажённой улыбке крылся весьма недобрый ответ: возвращаться в тюрьму он не собирается.

— Лиза, что нам теперь делать? — первое, что спросил Армин, обретя дар речи.

Я пожала плечами, разглядывая убранство Южного дворца. Здесь довольно запутанные коридоры, поскорей бы найти сокровища…

— Ну серьёзно, он мне не нравится! — отчаянно воскликнул мальчик, указывая на нашего нового знакомого.

Жутко невежливо, но правдиво… К тому же, за последние полчаса этот истукан не вымолвил ни словечка. У него будто лимит иссяк, или что-то в этом роде. Меня подобное вполне устраивает, однако… Морской бог продолжал следовать за нами по пятам, как деятельный натуралист, наблюдающий за насекомыми. Его непонятное внимание прилично действовало на нервы.

— Мне он тоже не нравится. — честно призналась я. — Но мы немного… Немного обязаны ему жизнью?

Не знаю. Не уверена… До сих пор есть поганое чувство, будто этот узник намеренно заманил нас туда. Ну хоть от Стража спас, небольшое утешение.

— Ты правда так думаешь? — понуро уточнил Армин.

Нет. Если честно, я боюсь, что данное божество снесёт нам головы так же легко, как великану. Поэтому и пытаюсь быть беспечной.

— Напрасный страх… — его дыхание ударило мне в спину морским ветром. — Я не убью тех, кто меня пробудили. Это табу.

— Вы, что, мысли читаете? — в ужасе спросила я.

— Не совсем. — он вновь потерял интерес. — Просто люди предсказуемы. Ваши мысли, действия, чувства… Примитивны.

Я с трудом сдержала раздражённый вздох, а вот Армин на самом деле обиделся:

— Ну и не ходите за нами!

— Ты осмелишься остановить меня, человеческий ребёнок? — в безразличном голосе божества вновь прорезались стальные нотки. Спорить с ним и вправду страшно — по коже сразу расползаются мириады мурашек… Было нечто демоническое в нашем новом «друге». Демоническое, кровавое и чертовски отталкивающее.

Армин растерялся, а я хмыкнула:

— Пойдём. Нам нужно найти сокровища.

— А ты уверена, что они здесь есть? — пробормотал мальчик. — Только бы не очередной саркофаг с…

— Богатство магов скрыто за каменной чашей Южного дворца. — со скучающим видом проронил бог. Что ж, по крайней мере, он способен помочь дельным советом…

— Так значит, тут правда жили маги? — удивился Армин. — Это они заточили его… Вас?

Хороший вопрос. Мне тоже интересно узнать подробности. Но незнакомец лишь качнул головой, вновь погрузившись в молчание. Хм… Я уверена, что эту темницу действительно сотворили колдуны. Но для чего? По какой причине они заточили Его? И, в конце концов… Кто он на самом деле?

В этом мире не так уж и много видов магии, но морской дьявол (остановимся на этой кличке) явно не принадлежит к роду ведьм Эльмхаита. Возможно, он Верховный маг, но и в это слабо верится… Не знаю, у меня больше нет вариантов.

Лишь одно известно наверняка: новый знакомый весьма точно указал местоположение сокровищ. Когда мы подвинули тяжёлую статую чаши — перед нами возникли истинные богатства этих земель. Слитки, драгоценности, редкие ткани и алхимические препараты… Выглядит просто шикарно!

Впервые за долгое время я ощутила блаженное спокойствие. Теперь мы точно не пропадём, верно?

— Лиз, а здесь всё трогать можно? — уточнил Армин и, после моего кивка, радостно воскликнул:

— Юху-у!

Мальчик начал носиться туда-сюда, поднимая различные вещи. А их тут было очень много.

— Люди и впрямь алчны. — усмехнулся морской дьявол, задумчиво прикрыв глаза.

Его безразличие (как мне казалось) трещало по швам, оголяя уродливые шрамы.

— Дело не в алчности. — осторожно возразила я. — Вернее… Не только в ней. Мы просто хотим жить, а не выживать. Есть вкусную еду, спать на мягкой кровати… Не думать о невзгодах завтрашнего дня.

— Но вы готовы ограбить чужую сокровищницу, забрать то, что вам не принадлежит. — лукаво прищурился он. — Или я не прав?

— Я… — с губ сорвался тяжёлый вздох. — Мы заберём совсем немного. Знаю, это довольно-таки бесчестно, но…

Я вновь посмотрела на Армина и добавила:

— Прямо сейчас эти деньги способны спасти ему жизнь.

Армин был главной причиной, по которой я отправилась в Затерянные земли. Даже если бы он остался в Шадде — мне хотелось поделиться с ними сокровищами. А теперь мы и вправду достигли своей цели.

— Вот как… — осклабился морской дьявол. — В таком случае… Я предлагаю тебе забрать лишь одну вещь.

— И почему мы едем туда, а не в Аттикху? — пробормотал Армин, прижавшись щекой к окну дилижанса.

Другие пассажиры не обращали на нас внимания и, честно говоря, это к лучшему. Мы прикупили новую одежду в предыдущем городе, но всё ещё выглядим странновато… Так, я прикрыла старческие морщины широкополой шляпой и укуталась в тонкий плащ, а Армин щеголял стильной рубашкой при совершенно драных брюках. Их он менять отказался.

— Мы обязательно отправимся в Аттикху чуть позже. — вздохнула я, покачав головой. — К тому же в Вардане много интересного…

Этот город несколько раз упоминался в «Цветке Скорби». Обитель богачей, где всё продаётся и покупается… А ещё там расположен самый большой чёрный рынок в стране. Однажды Эмилия прикроет это местечко, но не сейчас. Сейчас Вардан процветает, представляя поистине райский уголок для тех, у кого есть деньги.

Не лучшее место для маленького мальчика, однако мне нужно туда попасть. Всё потому, что… Здесь есть особенная магическая лавка. Её владелица — старая ведьма (какое совпадение), когда-то властвующая над Эльмхаитом. Она покинула ковен и своих сестёр на трёхсотом году жизни и теперь доживает век в Вардане.

Знаете, как я запомнила эту магическую лавку? Эмилия и Валентин нашли её развалины. Автор книги настолько не парилась, что герои просто откопали крутые артефакты в разрушенном здании (немного посетовав над смертью ведьмы). Меня жутко взбесил этот сюжетный костыль, а сейчас… Сейчас я даже рада, что он есть. Какая ирония.

— Обычный город. — фыркнул Армин. — Там живут сплошные снобы!

— Потише. — нахмурилась я, бросив взгляд на пассажиров. — Мы ведь не одни.

— Кстати, об этом… Лиза, почему Он пошёл с нами? — Армин невежливо ткнул пальцем в сторону морского дьявола.

И я чуть слышно вздохнула, стараясь не смотреть тому в глаза.

— Кессар, Повелитель Глубин — монотонно представился он, когда я не выдержала и спросила имя. Так вот, Кессар взял меня на «слабо» в сокровищнице магов. Признаюсь честно: у него мастерски получилось.

— Я предлагаю тебе забрать лишь одну вещь. — проронил бог, подкрепляя слова холодной улыбкой. — Кошель из золотой парчи. Это артефакт, который может дать то, что необходимо мальчику — деньги. В нём всегда будут неиссякаемые сто монет: золотые, серебряные, или медные; в зависимости от пожеланий владельца. Возьмите его и оставьте артефакты магов.

На самом деле, я могла проигнорировать Кессара. Могла поступить по-своему, но… Думаю, он в чём-то прав. Если потом Армину придётся самостоятельно распоряжаться деньгами, кошелёк куда удобнее. Мы всё равно не сможем унести много сокровищ, а так у нас будет постоянный приток монет. Звучит как неплохая сделка.

… У неё был лишь один ощутимый минус. Кажется, теперь морской дьявол не отстанет.

— Господин Кессар согласился любезно сопроводить нас… Куда глаза глядят. — произнесла я с натянутой улыбкой. — И потом: без него мы бы не смогли пройти через портал, помнишь?

Это правда. Узник саркофага открыл сияющий водоворот и равнодушно произнёс:

— Моя магия ослабла, но я всё ещё могу перенести вас в ближайший водоём.

И я (памятуя о тяжёлом путешествии) без раздумий согласилась.

— Могли бы и ножками пройтись… — сварливо заметил Армин.

Кессар ему не нравился, да и мне (если честно) тоже. Я надеялась лишь на то, что морскому богу быстро наскучит наше общество… Но для начала пришлось его переодеть.

И, знаете, это было непросто! Непросто убедить тысячелетнее (?) существо в том, что ему требуется… Немного сменить стиль.

— Мне не нужны людские вещи.

— Зато нам нужны! Нужно… Чтобы ты это надел.

Его роскошные одежды, безусловно, очень хороши, но не для прогулок по пыльным дорогам и городам. Именно тогда случился самый постыдный момент со дня моего переселения. Кессар щёлкнул длинными пальцами и его белые одеяния просто… Растворились!

В ту минуту я благодарила богов за то, что мы находимся на постоялом дворе, а не посреди оживлённой улицы… Армин, к счастью, спустился вниз за едой и не застал мою яростную тираду. Я отчитывала Кессара, пытаясь вдолбить элементарные правила приличия, но морской дьявол не особо проникся.

На самом деле, его яркая внешность в любом случае должна привлекать внимание, однако… Местные почти никак не реагировали на белокурого Аполлона с искристыми змеиными глазами. Даже когда мы сели в дилижанс — пассажиры не смотрели в его сторону. Поймав мой взгляд, Кессар растянул губы в мимолётной улыбке:

— Раньше я мог бродить среди людей незримой тенью. Ныне силы ослабли, но затменные чары до сих пор действуют.

Я хмыкнула, мысленно делая пометочку о его способностях. Интересно, кто же он такой…? Маг? Дьявол? Или божество? Не знаю. Но смотреть ему в глаза — всё равно что смотреть в бездну.

— Лиз, мы почти приехали! — воскликнул Армин, отлипнув от окна. — Вардан прямо по курсу.

И действительно: дилижанс притормозил у первой заставы. Стражи придирчиво осмотрели пассажиров, прежде чем дать добро на проезд.

— Они что-то ищут? — полюбопытствовала я.

— Я слышал: варданцы не хотят видеть в городе нищих и оборванцев. — негромко проронил Армин. — Вот и проверяют, все ли при деньгах…

Ах, «встречают по одёжке», значит? Занятно и, наверное, предсказуемо. В Вардане проживают гордые богачи Аскании, город славился своими модными магазинами и игорными заведениями… Полагаю, они опасаются разгула преступности. Но даже отсутствие нищих не гарантирует нашу безопасность.

— Вторая застава! — заунывным голосом возвестил кучер.

Здесь нас тоже проверили, но более тщательно.

— Эй, старуха. — нахмурился стражник, обращаясь ко мне. — У тебя деньги-то есть?

— Как грубо. — усмехнулась я, окатив его ледяным взглядом. — В Вардане без денег делать нечего. Мы с внуком приехали подыскать себе достойное жилище.

Мужчина недоверчиво хмыкнул, но всё же пошёл допрашивать других пассажиров. Возможно, его убедили золотые монеты в моей ладони, кто ж разберёт?

— Строгие здесь правила… — нахмурился Армин.

— Да. Но мы не задержимся в Вардане.

Надеюсь, так и будет. Жаль, что у меня нет «затменных чар» в наличии.

А ведь Элайза, скорее всего, способна и на такие колдунства.

Её магия могла бы пригодиться… Если бы не приговор ведьмы. Наверное, мне стоит поблагодарить этот мир хотя бы за то, что злодейку не заперли в темнице. Но я до сих пор не понимаю: почему Валентин так просто её отпустил? Странное решение для главного героя.

— Лиза, мы приехали! — воскликнул Армин, отвлекая меня от мыслей.

Тяжёлые кованые врата распахнулись, являя роскошный Вардан. Он столь сильно отличался от прочих городов Аскании, что впору называть его «государством в государстве». Удивительная архитектура (напоминает византийский стиль), небесно-голубые дома с золотыми крышами и улицы, мощёные белым камнем. Везде цветы, деревья, райские птицы перелетают с кроны на крону… Живописно, ничего не скажешь.

Но первым делом (разумеется) пришлось достать кошелёк. За пропуск нужно заплатить пошлину в размере двадцати золотых монет. Настоящий грабёж средь бела дня, но ничего не поделаешь… Такова уж суть этого города. Более того: районы Вардана тоже требовали пошлину за проживание. Цены там разнились, однако сам факт удручает…

Мне пришлось прикусить язык, когда местный риелтор (жилищный помощник) выкатил длинный список. Если честно, было бы проще остановиться в гостинице, но (сюрприз-сюрприз) в Вардане их нет. Вместо этого гости должны арендовать домик (или отдельный этаж) в одном из районов по выбору.

— Что предпочитаете? Комфорт? Красоту? Или злачные местечки? — улыбнулся этот деятельный помощник.

Ну просто готовый (раздражающий) продажник… Не думала, что и здесь такие есть.

— Нам бы что-то спокойное по средней цене. — твёрдо проговорила я.

Пусть даже не пытается всучить мне свои грабёжные предложения… Но и самые дешёвые места нежелательны. Полагаю, там вовсе нет защиты.

В конце концов (после долгих споров) нас определили в район Крайола. Пошлина за проживание — тридцать монет и ещё сто за второй этаж небольшого дома… Мне хочется придушить варданцев. Таких цен нет ни в одном городе Аскании! Даже столица не настолько наглая.

Ар-р… Ладно, спокойно, Лиза. Деньги у нас точно есть.

— Отличный выбор! — радостно щебетал помощник. — По соседству есть горячие источники, а также прекрасная библиотека.

— Правда? — оживился Армин. — А это далеко от нас?

— Через дорогу.

О, вы посмотрите, как загорелись его глаза! Ну и отлично… Не придётся думать, чем занять мальчика в моё отсутствие.

И вот так мы поселились на втором этаже очаровательного домика с маленьким садом. Южную стену оплетал виноградник, на подоконнике росли цветы, а окна из бледно-розового стекла пропускали внутрь тёплые лучи солнца.

Армин на удивление быстро забыл о негостеприимности Вардана, наслаждаясь горячей ванной и мягкой кроватью. Впрочем… Признаюсь честно: я тоже получала удовольствие от происходящего. В этом районе было очень спокойно. Казалось, будто вся грязь и ненависть остались где-то на границах Шадда. И лишь одно омрачало хорошее настроение… Вернее — лишь один.

Я перевела взгляд на морского дьявола и тяжело вздохнула. Армин с утра пораньше убежал в местную библиотеку и, судя по всему, до обеда не вернётся. А мне придётся терпеть неудобное соседство…

Кессар застыл у открытого окна. Он ласкал виноградные побеги кончиками пальцев и в тот момент казался до странности умиротворённым. Я знаю, что узник не спит по ночам. Ему, кажется, вовсе не нужен сон, или еда…

— Вам действительно нравится наблюдать за нами? — уточнила, прислонившись плечом к стене. — Почему? Какой в этом смысл?

— Можешь назвать это изучением… Исследованием? — усмехнулся Кессар. — Или банальным любопытством. В этом мире до безумия мало интересного, но всё же… Я хочу узнать, насколько сильно изменились люди за прошедшие столетия.

Я невольно поджала губы. Чёрт побери, как долго он был в заточении? И… Что нужно сделать, чтобы тебя так сурово наказали? Боюсь представить. Но прямо сейчас странный узник был необычайно разговорчив, нельзя упускать возможность.

— Кто вы такой? — прямо спросила я.

Кессар сузил голубые глаза, изогнув губы в насмешливой улыбке. Он будто издевался, предлагая мне отгадать правду.

— Хорошо. Тогда… Я думаю, что вы преступник. Маги заточили вас в вечную тюрьму, из которой невозможно выбраться без посторонней помощи.

Я высказала самую очевидную теорию, но… Стоило посмотреть ему в глаза, как моя уверенность растаяла без следа. Кессар улыбался. Улыбался надменно (почти зло). Казалось, будто мои слова его… Задели?

— Маги. — выдохнул он, качнув головой. — Да что ты знаешь о магах? Они были совершенными… Бездарями. Их отсталая магия — череда пустых схем, бездушная наука. Впрочем, чего ещё ожидать от людей…

Чёрт, я чувствую незримое давление! Он и вправду разозлился.

— А моя сила исходит от сердца, от самой природы. — медленно произнёс Кессар. — Так ответь: способны ли маги меня заточить?

… Ладно, ответ напрашивается сам собой.

— Тогда кто…?

— Тебе незачем знать правду. — усмехнулся он. — Но один секрет я всё же открою. Меня осудили за ненависть. За то, что я стёр с лица земли несколько деревень.

Жестокая улыбка исказила его губы, но морской дьявол продолжил:

— И за то, что презрел великое предназначение. Надеюсь, этот ответ тебя устроит, иноземка.

Я похолодела от его последних слов. Неужели, он понял, что моя душа заняла чужое тело? Или это обращение было… Случайным? Не знаю. Не уверена.

В любом случае, Кессар отказался говорить со мной, переводя взгляд в окно. А к вечеру вернулся Армин:

— Лиза, ты не представляешь! Там огромный отдел с приключенческими книгами… И столько красивых картинок! Я потратил на них монеты, ты же не против?

— Нет. — улыбнулась я. — Пообедать хоть не забыл?

— Не забыл. А ещё я познакомился там с другими ребятами, мы час обсуждали прочитанное…

На моих губах возникла мягкая улыбка. Я и забыла, что Армин, по сути, ребёнок… Ему нравится играть с друзьями, читать и узнавать новое. Здесь, в Вардане, он, наконец, вернулся к спокойной жизни. Не нужно вставать на рассвете, работать до потери сознания и думать о краюшке хлеба на ночь… Это ли не счастье?

— Так вот, я могу поиграть с ними завтра? — нетерпеливо спросил Армин.

— Можешь. Только не отходи далеко от дома. — хмыкнула, прикрыв глаза. — Завтра мне тоже надо… Ненадолго отойти.

— Ты опять ввязалась во что-то опасное? — насторожился мальчик.

— Нет. Совсем нет… Если не отпустишь меня — я не отпущу тебя. — не удержалась от поддразниваний, склонив голову набок.

Мне нужно найти ту самую лавку, но Армин… Нет, не думаю, что мальчик должен идти со мной. Он сообразительный, не дай бог догадается об истинном происхождении «старушки Лизы».

С такими мыслями и я проводила его в библиотеку на следующий день. А теперь… Переходим к основной цели. Где здесь кладбище?

Покинуть район Крайола — не проблема. Настоящая проблема следовала за мной по пятам в виде белокурого (недо)эльфа с морозными глазами. И, признаюсь честно: моё терпение на исходе! Мало того, что этот узник бесстыдно поселился в нашем доме, так ещё и в сталкера играет…

— Господин Кессар, не могли бы вы отстать? — максимально вежливо прошипела я, прожигая его яростным взглядом.

— Нет. — его голубые глаза ехидно сверкнули. — Хочешь меня заставить?

Чёрт возьми. У меня отличная выдержка, но этот мужчина… Настоящий дьявол! И пусть его водяные рога скрыты от чужих глаз, козлом он быть не перестал.

Я разглядывала покосившуюся вывеску «Лавки Таинств» с очевидным скепсисом. Если честно, всё вокруг твердило о том, что это домик ведьмы. Дикая поросль чертополоха вдоль дороги, кладбище по соседству и крайне тревожная атмосфера… Удивительно, что варданцы закрывают глаза на подобное место.

И вдвойне удивительно то, что старая ведьма даже не маскируется. Интересно… Почему она погибла в оригинальной истории? Валентин и Эмилия так и не раскрыли это дело.

«По сути, главные герои — те ещё воришки. Обнесли жилище мёртвой старухи, а потом и Затерянные земли… Не лучший послужной список» — я негромко вздохнула, но всё же собралась с силами, шагнув за порог.

На двери призывно зазвенел колокольчик. В лавке было довольно темно, но мне удалось оценить интерьер: стены из тёмного дерева, тонкий (очень пыльный) коврик на полу… Прилавок покрывала чёрная ткань, а на стенах висела коллекция артефактов: ловцы снов, кристаллы, старинные карты и символы из дублёной кожи. Я негромко кашлянула от запаха пряных трав, коих здесь было даже слишком много.

— Будь здорова. — проскрипел насмешливый голос старухи.

Только тогда я увидела знаменитую ведьму Мариталь. В её седых волосах поблёскивали бусинки-амулеты, морщинистая кожа была тёмной и шрамированной, а на переносице красовались тонкие очки. При этом она курила трубку, выпуская изо рта кольца едкого дыма.

— Здравствуйте… — пробормотала я, ощутив непривычную робость.

Эта ведьма кажется очень сильной… С чего бы начать?

— Подойди ближе. — усмехнулась она, откидывая ткань с прилавка.

И чего там только не было! Глиняные свистульки, ракушки, причудливые заколки, драгоценные камни… А ещё глаза, кости и чешуя заботливо покоились в стеклянных банках. В общем-то, я и без пояснений поняла: это ингредиенты для зелий.

— Нравится? — хмыкнула Мариталь. — Могу продать по хорошей цене. Впрочем… Ты ведь пришла не за этим, дорогая Э-лай-за.

Я невольно вздрогнула. Давно не слышала этого имени… По крайней мере, в свой адрес.

— Тогда ты знаешь, чего я хочу. — твёрдо произнесла, не сводя с неё пристального взгляда.

— Хм-хм… — Мариталь достала чёрную колоду, отдалённо напоминающую Таро.

Она перемешивала её очень быстро, покуда карты не превратилась в неряшливый веер.

— Ответ на твой вопрос: нет. Это никак не изменить. — хмыкнула ведьма, прищурив тёмные глаза. — Колдовство Элайзы не обратить вспять. Смирись со своим новым телом.

Я беспомощно застыла. Старуха Мариталь так легко ответила… На самый важный вопрос. И от её слов в голове зашумело.

Наверное, в глубине души я надеялась вернуться. Однажды проснуться в своём мире, и… Просто жить там? Но насмешливые глаза ведьмы Мариталь растоптали эту надежду.

— Ясно. — прошептала, стиснув зубы. — Но я хотела узнать… Купить у вас защитный амулет. То, что способно уберечь от зла.

— Вот как? — старуха сняла очки и покачала головой. — На твоём месте я бы искала чары, способные стереть оковы карателя. А иначе ты никогда не вернёшь… Молодость. Силу. И всё, что причитается твоей юной душе.

Я поджала губы. Ведьма права, с самого начала мне хотелось узнать именно об этом. Выжженные шрамы саднили на теле, ежечасно напоминая о непростой судьбе злодейки… Вот бы от них избавиться.

— Такие чары существуют?

— Кто знает? — Мариталь пожала плечами. — Не в моей власти творить подобное. Да и рассказать я ничего не смогу — старые клятвы гвоздями в язык вопьются.

Таким образом… Путь в Вардан оказался бесполезной тратой времени. Я пришла ни с чем, и ни с чем уйду.

— Но амулет я тебе подарю безвозмездно. — неожиданно сказала ведьма. — Всего один, зато какой! Отдай его тому, о ком заботишься.

Я приняла шкурок с дырявым камнем и чуть нахмурился, чувствуя покалывание магических импульсов. Вот и сюрприз для Армина нашёлся…

— Вы… — на секунду запнулась, поджав губы. — Уезжайте из Вардана. Иначе вас настигнет смерть.

Наверное, это глупо, но… Мне не хочется повторять столь затёртый сюжет. Герои могут обойтись и без её артефактов, сокровищница Аскании точно не опустеет.

— Все мы умрём, рано или поздно… — протянула Мариталь, задумчиво разглядывая карту с короной. — Я прожила много веков, здесь не о чем жалеть.

— Вы останетесь здесь, несмотря ни на что…?

— Да. — рассмеялась старуха. — Смерть придёт ко мне, как только юный император посетит Вардан. Но я выживу, если это событие изменится. Интересный расклад, разве нет? Похоже на азартную игру.

Я пожала плечами, отступая к двери. Ведьма руководствовалась какой-то странной (одной лишь ей понятной) логикой. Но я не могу силой выдворить её из города, а значит… Будь что будет.

— Ступай, Лайза. Ступай и пройди этот путь до конца. Я буду за тобой присматривать. — проговорила Мариталь, и голос её растворился в звоне колокольчиков.

Дверь лавки скрипнула за спиной, выпуская меня наружу. Тёплый ветер ласкал кожу, чертополох покачивался из стороны в сторону, а впереди протянулось кладбище. Если прислушаться — можно уловить далёкий плач. Тоскливое место…

Но дрожала я вовсе не из-за этого. Встреча с Мариталь прошла не по плану… Старая вещунья сразу в душу заглянула и все страхи наизнанку вывернула. Вернуться в родной мир — невозможно. Снять клеймо (вероятно) не выйдет… Неужели, я навсегда останусь такой? Понесу бремя чужого преступления… Как же паршиво это звучит!

Глаза помутнели от слёз, и именно в тот момент я вдруг заметила Его. Кессар стоял неподалёку, наблюдая за кладбищем. Он не пошёл в «Лавку Таинств», и, кажется, всё это время простоял здесь… Истукан чёртов.

Я думала, что он продолжит молчать (как было всегда), но, вместо этого…

— Похоже, ведьма не спасла тебя. — протянул морской дьявол с нескрываемой иронией.

— А тебе нравится глумиться над людьми? — надрывно прошипела я. — Знаешь, это роднит тебя с ними! Они точно так же готовы вцепиться в чужую рану, только дай повод…

Кессар сузил яркие глаза и понимающе улыбнулся. А когда я собралась уйти, он спросил:

— Значит ли это, что в твоём родном мире люди ничуть не лучше?

И я вновь застыла, беспомощно опустив руки. Что ж, теперь многое прояснилось. Не только Мариталь, но и Кессар знают правду о моём переселении. Впрочем… Это ничего не меняет. Одной попаданкой больше, одной меньше.

— Мой мир… — прошептала, прикусив треснувшую губу. — Там много злых людей, не спорю. Но… Даже если кажется, что вокруг сплошные ублюдки — обязательно найдутся те, кто подарят надежду.

— Надежду? — Кессар вскинул брови, прожигая меня взглядом.

— Одни калечат, другие — лечат. Так говорил мой папа.

— Неужели? — одними губами произнёс Кессар. — А если тебя только калечат, кто в этом виноват? Мир, люди… Или ты сам?

В моём горле застыл плотный ком из воспоминаний, пролитых слёз и горечи. Он не давал вздохнуть, заставлял сердце биться в разы чаще. Иногда мне просто хотелось… Заплакать. Но запас моих слёз давно иссяк.

— Я не знаю. — наконец, прошептала через силу. — Просто… Жизнь — чертовски сложная штука. Мне в ней не разобраться, но я могу… Хоть немного насладиться всем этим. В мире много случайных радостей: красивый рассвет, звёздная ночь, или бабочка на носу… В такие моменты действительно хочется жить. Если рядом нет того, кто мог бы исцелить твои раны — попробуй залечить их сам, а не ищи виноватых. Это бесполезно.

Винить мир, других, себя… Я уже через это проходила. А он, по-видимому, так и не смог смириться. Его заперли в тюрьме без окон и дверей, где есть только гнев, боль и невыразимое чувство утраты.

В тот день мы с Кессаром больше не говорили, но морской дьявол, отчего-то… Перестал быть равнодушным божеством. В его бездонных глазах плескалось человеческое горе.

— … Очевидно, что у виверны только две лапы! А у дракона — все четыре. Но он продолжал со мной спорить, мы даже чуть не подрались. — взахлёб рассказывал Армин.

— Серьёзно? Ты хотел доказать свою правоту кулаками? — хмыкнула я.

— Ну, нет… Много ты понимаешь, Лиза! Мы бы пару раз толкнули друг друга и разошлись, как подобает мужчинам.

— Ах, вот оно что…

Армин, кажется, был очарован Варданом. Не скажу, что мне это нравится… Я надеялась поскорее уехать отсюда, но мальчик просил задержаться на неделю-другую.

— Пожалуйста, Лиза! Я только дочитаю те книги, и мы сразу уедем.

Это похоже на уловку, верно? Но, возможно, нам всем не помешает отдых… Тем более, что встреча с Мариталь прошла не по плану. Я была совершенно измотана и плохо спала. По ночам страхи обретали плоть и голос… Они нашёптывали мысли о прошлом, настоящем и (невесёлом) будущем.

Мне необходимо расслабиться. Сходить на местные источники, прогуляться по торговой аллее… К слову, последним мы и занялись. Армин давно хотел заглянуть в музыкальную лавку, и вот…

— Красивая трещотка!

— Даже не думай. Мы её не купим.

— Но почему?!

— Ты будешь трещать ею день и ночь, действуя мне на нервы. — рассмеялась, потрепав мальчика по голове.

— Вовсе нет! Я слышал: такие штуки отгоняют злых духов, а у нас как раз поселился один.

Я не удержалась от смеха. Да, Кессар порой смахивает на рогатого беса… Беда в том, что от него трещоткой не отмахнёшься.

— Ого, там продаются свистульки! Можно посмотреть? — оживился Армин.

— Можно даже купить. — хмыкнула я, присаживаясь на скамейку.

Какие мои годы… Ноги начинают болеть сильнее. Хотя, казалось бы: ещё недавно мы с Армином целыми днями куковали в лесу и ничего, продержалась.

«Либо это старость, либо здоровье подводит» — негромко вздохнула, переводя взгляд на оживлённую улицу. И тут моя улыбка померкла.

Я увидела чёрный дилижанс, из которого вывели растрёпанную девушку. Её потащили в ближайший переулок так яростно и зло, что несчастная пару раз споткнулась. И… Она была мне смутно знакома. Ещё тогда, в Шадде…

«— Дикарка с песчаных берегов!»

Похоже, её продали в Вардан. И немудрено: именно здесь находился крупнейший аукцион рабов. Многих держали в клетках (хуже животных), а других заставляли сражаться на арене. Там одна награда — жизнь.

Я помню… Валентин и Эмилия прибыли в Вардан (разумеется, инкогнито). Им удалось раскрыть эту преступную схему, но в романе так и не сказано: что случилось с аукционом? Его прикрыли, или, всё же…?

— Лиза? — Армин застыл у скамейки, растерянно склонив голову набок. — Всё хорошо?

— Да. — улыбнулась я, опустив взгляд на свистульку в его руках.

— Это подарок! — гордо сказал мальчик.

Мои пальцы дрогнули, а вместе с ними дрогнуло и сердце. Я обхватила гладкую глиняную птичку, невольно удивляясь тому, насколько она лёгкая.

— У меня для тебя тоже есть подарок. — вздохнула, доставая амулет Мариталь.

Возможно, сейчас не самое подходящее время, но… У него должна быть хоть какая-то защита.

— Этот кулон обладает магией. Он убережёт тебя от зла.

… По крайней мере, я очень на это надеюсь. Сейчас Армину ничто не угрожает, но жизнь — переменчивая штука.

— От какого зла? — улыбнулся мальчик, примерив амулет. — Но спасибо! Ты его здесь купила?

Я пожала плечами, потянув Армина вниз по улице. Мы вернулись домой через несколько часов (прикупив по пути книжки). Затем был сытный ужин, сон… Да, очень крепкий сон.

Я тихонько вздохнула, укутавшись в чёрную мантию. Самое сложное — прокрасться по лестнице, не издав ни звука.

— Что ты делаешь? — задумчивый голос Кессара прозвучал совсем рядом, опаляя взвинченные нервы.

Но прямо сейчас я (почти) рада его видеть.

— Пойдём на улицу. — чуть слышно шепнула, выскочив за порог.

Если сказать откровенно: без него мой план не сработает, так что… Остаётся надеяться на удачу.

— Слушаю. — проронил он, как только мы вышли.

Во дворике было тихо, тепло, ветер пах ночными цветами… Я обернулась и на мгновение потеряла дар речи. Серебристые волосы Кессара сияли под луной, словно драгоценные нити. Его глаза переливались ярче самоцветов, и это было так… Прекрасно. Невозможно красиво.

— Ты… — вздохнула и тотчас запнулась. — Ты можешь помочь мне сегодня?

Кессар усмехнулся, не сводя с меня пристального взгляда. Чёртов молчаливый демон!

— Я хочу разрушить одно место. Навсегда прикрыть рабовладельческий аукцион Вардана. — призналась, поджав губы.

— Иными словами: ты хочешь спасти людей, используя для этого мою силу… — протянул Кессар. — Занятно. С чего бы мне помогать им?

Я едва не фыркнула. Ладно, этого следовало ожидать…

— Мы с Армином вызволили тебя из тюрьмы, не требуя ничего взамен, верно? Так вот: я прошу об ответной услуге.

— Занесла меня в список должников? Как интересно… — хмыкнул Кессар. — Однако… Я ведь не просил освобождать меня, иноземка.

Я устала бороться с Кессаром. Скажу честно: он слишком упрямый! А у меня не так много сил, чтобы бесконечно противостоять ему… Таким образом, я решила отправиться на аукцион в гордом одиночестве. Вот только морской дьявол и не думал отставать.

— Зачем ты идёшь за мной? — я нахмурилась, убыстрив шаг.

— Я не собираюсь помогать, но мне интересно посмотреть на то, как ты решишь эту проблему. — плавно проронил он, усмехнувшись.

Чёрт возьми, этот парень…! Вроде взрослое божество, а ведёт себя хуже Армина. Но прогнать его — задача со звёздочкой, так что… Пусть так. Хоть какая-то компания.

Я пересекла несколько улиц (чудом не заблудившись) и, наконец, дошла до нужного места. Маленькая площадь неподалёку от района Крайолы… Живописный фонтан, цветущие клумбы и (что важнее) статуя. Она стояла возле фонарного столба, который загадочным образом потух, усиливая ощущение чего-то… Неправильного.

Я затаила дыхание, приближаясь к изваянию. К счастью, на протянутой руке и впрямь красовался тот символ из книги…

— И что теперь? — задумчиво спросил Кессар, склонив голову набок.

Под бледным сиянием полумесяца мужчина, казалось, светился изнутри. Его серебряные волосы и пронзительные глаза казались особенно яркими, будто их пропитала чужеродная магия.

«Как можно быть таким красивым и, одновременно, таким невыносимым?» — мрачно подумала я, мотнув головой.

— А дальше… Нужна лунная монета.

Этот талисман в Вардане использовали в качестве сувенира. По сути, обычная монетка, которая светилась в ночи… Я прикупила пару штук в ближайшем ломбарде, пока мы с Армином возвращались домой. Так уж совпало, что именно эти монеты являлись данью для прохода на аукцион.

Я положила деньги на символ, и статуя странно заскрежетала, поворачиваясь боком. Лунные монеты пропали, зато теперь передо мной возникла лестница, спускающаяся куда-то во тьму.

— Вот так. — буркнула, бросив взгляд на Кессара. — Ты идёшь?

Морской дьявол не ответил. Лишь прищурил змеиные очи и скрестил руки на груди. Всё же, ему чертовски идёт человеческая одежда… Рубашка села, как влитая. К моему удивлению, он даже использовал атласную ленту, чтобы собрать в хвост длинные волосы. Ну вылитый вампир-аристократ!

Так и не дождавшись вменяемого ответа я (с кряхтением) начала спускаться во тьму. Ступеньки были слишком высокими, стены казались сырыми и холодными… Тем не менее, впереди загорались бледные огни, а за спиной я слышала шаги Кессара. Всё же, не бросил меня в одиночестве… Паршивец.

Неприятный спуск (по счастью) длился недолго. И вскоре мы очутились в протяжённой каменной галерее.

— Они спрятали аукцион прямо под городом? Умно. — равнодушно проронил Кессар.

— Насколько знаю, здесь есть несколько подземных этажей. — рассеянно пояснила я. — Попасть на первый не так уж сложно… А вот с остальными точно возникнут трудности.

Откуда я это знаю? Ну, если вспомнить злоключения Валентина… Он прибыл в город инкогнито, не желая поднимать лишнего шума. Но почти сразу потерял спутницу, которую похитили (а затем и продали) местные отморозки.

Тогда герой и столкнулся с загадочным аукционом Безвольных. Он нашёл знающих людей и точно так же спустился в подземелья, где (каким-то чудом) отыскал Эмилию. Если честно, у него выпало настоящее комбо «внезапного везения». Сюжет настолько подыгрывал Валентину, что я закатывала глаза.

Проблема в том, что после спасения Эмилии роман стал крайне… Немногословным. Да, герои сбежали из Вардана. Да, император отправил туда людей, чтобы прикрыть аукцион. Но получилось ли у них? Ни слова.

И, на самом деле, я полагаю… Что им удалось поймать только самых жалких работорговцев. Верхушка Вардана, вернее всего, успела сбежать и вывезти наиболее ценных рабов. Слишком уж большой переполох устроили главные герои.

Поэтому я не собираюсь действовать необдуманно. Сегодня нужно взглянуть на аукцион и, если подвернётся шанс… Я попытаюсь разрушить это место изнутри.

Каменная галерея упиралась в железную дверь, которая сама открылась, стоило нам подойти ближе. А за ней скрывалась смотровая площадка… В тот момент я впервые оценила поразительные масштабы аукциона.

Самый настоящий подземный город, в котором вовсю кипела жизнь! С высоты можно было разглядеть многочисленные помосты, клетки, разгуливающих охранников и далёкие огни бойцовской арены. Здесь были свои бары и рестораны, гостиницы и игорные дома… А вон то здание подозрительно напоминает бордель.

Я была (мягко говоря) под впечатлением от увиденного! Если честно, в книге казалось, что аукцион не такой… Внушительный. А ведь где-то там ещё и нижние этажи… Боже, Лиза, во что ты вляпалась?

— Какое… Отвратительное место. — прошипел Кессар, резко выдохнув. — От него несёт… Потом. Похотью. Грязью. И страданиями.

— Да, ты прав. Это место именно такое. — невольно кивнула я.

И в тот момент нас прервали.

— Светлой ночи, дорогие гости! Вы первый раз на аукционе? Вам нужна помощь?

Вежливый человек в очках, подошедший к нам, был одним из смотрителей. Они направляли гостей (следили за потраченными деньгами) и контролировали подозрительных личностей… Валентина, например, сразу заподозрили во лжи.

— Светлой ночи. — хрипло проговорила я, откидывая капюшон с головы. — Вот, привела внука обзавестись красивыми рабынями… Мне-то они уже не нужны, а ему пригодятся.

— Так понимаю, вы недавно приехали в Вардан? — улыбнулся смотритель.

— Да… Раньше мы покупали обычных рабов, но дикарки нынче популярны.

Я чувствовала себя ужасно, когда говорила всё это, но… Чтобы не вызвать подозрений, нужно высокомерно улыбаться, покручивая золотые кольца на пальцах. К счастью, теперь дорогая одежда мне по карману.

— Понимаю. — мягко кивнул смотритель. — Тогда рекомендую вам сразу пройти к арене! Там можно увидеть сражающихся дикарей. Если же предпочитаете более… Раскрепощённых, то стоит заглянуть в дом удовольствий. Впрочем, любого понравившегося вам раба возможно правильно «подготовить».

— Они не будут сопротивляться? — холодно спросил Кессар, вскинув бровь.

— Что вы, господин! Большинство «животных» надёжно заперты в клетках. А те, кто освобождены — давно приручены «розовой пиатой». Они одурманены, практически не осознают реальность и совершенно покорны. Разумеется, в случае покупки, мы снабдим вас значительной дозой для контроля.

Я едва не выругалась. Да, если призадуматься… Клеймо на лбу, как правило, ставили воришкам из дальних городов. Но здесь, в Вардане, класс рабов намного выше. Они не имели клейма, но носили кандалы… А когда оковы снимали, их сдерживала ядовитая пиата, парализующая волю. Как же мерзко!

— Что ж, господа, доброй ночи! — кивнул смотритель. — Если вам что-нибудь понадобится, вы всегда можете обратиться ко мне…

Я улыбнулась и потянула Кессара за собой. Мы спустились по лестнице вниз, покинув смотровую площадку, и только тогда меня осенило:

— Ты… В этот раз убрал затменные чары?

Я привыкла, что морской дьявол ходит за нами незримой тенью… Как правило, обычные люди его почти не замечали, но сейчас Кессар сам заговорил с человеком.

— Ты напряжена и взволнована. — равнодушно пояснил он. — Поэтому я вмешался.

И тогда я растерялась. Для Кессара это удивительный уровень эмпатии… Если учесть то, что он вообще не склонен сочувствовать людям.

— Пойдём. — тем временем проговорил он, перехватив мою ладонь. — Изучим это… Гнилое место.

Я кивнула, стараясь не зацикливаться на соприкосновении наших рук… Это же выглядит странно, да? Взрослый красивый мужчина и седая старуха с безумным взглядом.

«Но я не всегда была такой. Моя молодость и сила… Ах, чёрт» — мотнула головой, решительно погружаясь в хаотичный мир Безвольных.

Удивительно, но всё здесь было пропитано порочным весельем. Будто настоящий квартал красных фонарей: с виду цветастый и громкий, а на деле… Красный свет притуплял боль изувеченных тел. Рабы с пустыми глазами слонялись по улочкам, пойло лилось рекой… Некоторые богачи предавались разврату у всех на виду, нисколько не стесняясь.

Меня тошнило. Иногда отвращение было настолько сильным, что я останавливалась, стискивая зубы. Содом и Гоморра… То, что здесь творится — не должно существовать в приличном обществе.

И теперь я действительно… Действительно чувствую отвращение к оригинальному роману. Эмилия, которая «отменила» рабство, даже не пыталась разобраться в этом! Она гордо заявила, что невольничества больше нет, а большие дяди улыбнулись, кивнули и ушли в подполье.

Это место герои нашли случайно. И после освобождения Эмилия была «слишком напугана» для того, чтобы продолжить дело. Эта героиня… Такая бесполезная.

«А в чём твоя польза? У тебя нет плана. Нет сил. И нет власти» — напомнил внутренний голос.

«Верно» — я чуть не рассмеялась, сжав пальцы в кулаки. Даже если Эмилия была сюжетной марионеткой, моя ситуация ничуть не лучше…

— О чём думаешь? — беспечно спросил Кессар, осматривая арену.

Мы подошли к ней достаточно близко, чтобы ощутить запах крови. Поверженных бойцов относили в подобие лазарета… Некоторые были настолько искалечены, что я сомневалась в их жизнеспособности.

— Спалить бы это место. Дотла. — хрипло проронила, прикусив нижнюю губу. — Жаль, спичек не выдали.

… И вправду жаль. Ходить всюду, смотреть на чужие страдания без возможности помочь… Может, просто выкупить этих рабов?

«Всех?» — рассмеялось подсознание. — «Ну, купи. Уже к завтрашнему дню аукцион заполнится новыми страдальцами»

— Это и есть твой план? — осклабился Кессар.

— Нет. — со вздохом призналась я. — На самом деле… Где-то на нижних этажах есть бочки с порохом и динамит. Они держат всё это на случай, если придётся быстро заметать следы… И я думала воспользоваться этой лазейкой.

Когда Валентин спасал Эмилию, он нашёл те самые бочки и пригрозил, что подорвёт здесь всё (вместе с людьми). В общем-то, так герои и сбежали…

— И что мешает? — уточнил Кессар.

— Примерно… Всё? Я не знаю, как проникнуть в то место. Не смогу обойти охрану. Боюсь, что убью кучу невинных людей… Да и сама, вероятно, не выберусь живой. — нехотя призналась, поджав губы.

В общем-то… Поэтому я и надеялась на помощь морского дьявола. Как оказалось — напрасно.

— Сколько сомнений… — осклабился Кессар. — Значит, ты отказалась от благородного спасения?

И я (клянусь) покраснела от стыда и злости! Этот чёртов… Ах, ладно. Его насмешки бьют по больному, но задевают правду.

Если бы на моём месте была Элайза… При всей своей злодейской сущности, она бы не остановилась на пути к цели. Впрочем, у неё был один весомый аргумент: магия ставленниц Эльмхаита. А у меня… Только бесконечно дряхлое тело старой ведьмы.

Однако… Нужно хотя бы попытаться придумать новый план. Возможно, я найду другой способ?

— Так-то лучше. — едва слышно проронил Кессар. — А теперь пойдём.

— Что… Куда? — удивилась я, но он уверенно потянул меня к смотрителям.

— Мне не нравится ваш товар. — холодно (и на удивление высокомерно) произнёс Кессар. — Это всё, что у вас есть?

— Господин, вы… Даже не посетили арену и дом удовольствий. — натянуто улыбнулся служащий. — Я могу порекомендовать вам…

— Меня не интересуют «запятнанные». — отчеканил Кессар. — Равно как и не интересуют забитые куски мяса. Я хочу чистый товар.

Смотритель резко замолчал и как-то беспомощно оглянулся на другого человека. Судя по золотому моноклю, это… Их начальник?

— Кажется, слухи об аукционе сильно преувеличены. — неприятно рассмеялась я. — Мы уходим. Здесь продают только третьесортных рабов!

Если я правильно поняла его план, именно на это стоит надавить. И… Провокация сработала. По крайней мере, мужчина с моноклем подошёл к нам очень быстро.

— Прошу прощения, господа… Я имел наглость подслушать ваш разговор. Если у вас есть жалобы на некомпетентность наших сотрудников, я с удовольствием всё улажу.

— А вы…?

— Гидеон. Это моё имя. Не настоящее, но всё же… Я нахожусь здесь, чтобы следить за комфортом наших уважаемых гостей. Скажите: что именно вас не устроило?

— Всё. — сухо отозвался Кессар. — Это место отвратительно.

В тот момент я, если честно, испугалась. Морской дьявол будто вышел из роли, но…

— Ах, понимаю. Вы тонкий ценитель безвольной красоты. — загадочно улыбнулся Гидеон. — Ну, что ж… По правде сказать: у нас есть более качественный товар. Просто мы не предоставляем доступ тем, кто впервые посетил аукцион.

— У меня нет времени ждать. — брезгливо поморщился Кессар.

Он говорил отрывисто и раздражённо, но, при этом… Казался по-королевски влиятельным. Даже я прониклась, невольно опустив взгляд.

— Мы… — Гидеон запнулся и выдохнул. — Думаю, мы можем сделать для вас исключение из правил.

— Вот как?

— Да… В знак уважения.

Я едва не хлопнула в ладоши. Это был беспрецедентный случай морального давления! Оказывается, морской дьявол — настоящий профи. Но мне пришлось задушить собственное ликование, потому что Гидеон уже подвёл нас к двери с золотым узором. Очередная длинная лестница вниз и вот… Мы оказались на нижнем этаже.

Здесь было не так много места, но узкие коридоры оформлены очень изысканно. Я бы сравнила это с дорогим отелем, или вроде того… Каждая комната на пути — скрывала очередную клетку с прекраснейшими рабами. Среди них я разглядела ту самую дикарку.

Её запястья были скованы, а голова безвольно повисла. Жалкие обрывки ткани вместо одежды, прокушенная до крови губа… Дрожь вновь хлестнула меня по позвоночнику.

Чёрт. Чёрт! Как же это… Ужасает!

Кессар, тем временем, с видимым наслаждением прошептал:

— Ну, есть идеи? Госпожа спасительница.

Приграничный город Шадд 

Он медленно провёл ладонью по столу. На белых перчатках остался слой пыли и грязи… Эта жалкая халупа (очевидно) давно брошена хозяйкой. Здесь не было еды, тепла, а по углам ночевали разве что крысы.

— Милорд! — воскликнул рыцарь, преклонив колено. — Мы опросили всех в городе. Старая ведьма исчезла несколько недель назад…

— О, поверь, я и сам понял. — вздохнул мужчина.

Его золотистые волосы выбивались из-под капюшона, тускло сверкая в отблеске лампы.

— У меня только один вопрос: как Гартен мог её упустить? За что мы ему платим? — поморщился он, резко дёрнув подбородком.

— Гартен… — рыцарь недовольно поджал губы. — Гартен не следил за ней должным образом. Он, вероятно, посчитал её слишком… Незначительной.

— Какой хороший градоначальник. — усмехнулся господин. — Прекрасно выполняет свои обязанности.

Рыцарь Ближнего Крыла покачал головой, осознавая, что скоро в Шадде сменится власть. А пока… Пока нужно разобраться с назревающей проблемой.

— Каратель Камихитра говорил, что силы покинут её очень быстро. Она не могла уйти далеко. — осторожно напомнил рыцарь.

— Хорошо, если это окажется правдой. — проговорил милорд, склонив голову набок. — На всякий случай… Переверни здесь всё вверх дном. Оповести Ближних из ордена и собери людей. Нам нужно отыскать её следы… Аккуратно. Не вызывая паники среди местного населения.

— Нам всё ещё… Нельзя говорить о том, что это «Она»?

— Мы не скажем. Народ боится Её имени. Проще сделать всё тихо и без лишнего шума. — проронил мужчина, скидывая на пол грязные перчатки.

— Но Ваше Величество…

— Я просил меня так не называть. Во время тайных поездок я только лишь твой «милорд», Арей.

— Простите… Простите меня, милорд.

Рыцарь смиренно подобрал перчатки, избегая пронзительных глаз императора. Валентин был милостивым господином, но его алые глаза (фамильная черта всех Азуров) внушали едва уловимый страх.

— Если появятся донесения по этому делу, сразу сообщи мне. — вздохнул Валентин, поправив капюшон. — А сейчас пора возвращаться… Иначе Эмилия заподозрит меня в измене.

Молодой император покинул хижину ведьмы, ни разу не обернувшись. Но в последний миг с его губ сорвалось едва различимое имя:

— … Элайза.

Аукцион Вардана

Кнут со свистом рассёк воздух, опускаясь на спину девушки. Дикарка стиснула зубы, молча перенося все побои… Прямо сейчас её заставляли танцевать на потеху «дорогим гостям», но рабыня сопротивлялась. Она держалась на удивление стойко, даже когда вдоль позвоночника протянулся глубокий порез.

— Уж простите, она пока норовистая, необъезженная… — проговорил охранник с натянутой улыбкой.

В следующую секунду он пнул её под колено. Девушка покатилась по полу, а я закрыла глаза, сдержав испуганный вздох.

Есть ли у меня план? Нет. Была только решимость поскорее расправиться с этими уродами. К счастью, на нижнем этаже то и дело играла музыка (призывая рабов к танцам), потому мы с Кессаром могли незаметно поговорить.

— История с бочками — не вариант. Они явно предназначены для того, чтобы похоронить большую часть аукциона, не оставив и следа… Мы не сможем обставить всё так, чтобы люди уцелели. — со вздохом призналась я.

— Верно. — морской дьявол даже не пытался со мной спорить. — Ещё варианты?

— Мне интересно: где прячут самых буйных рабов? Возможно, здесь есть какая-то тюрьма… — задумчиво проронила я. — Если освободить их, можно устроить восстание.

— А потом бунтовщиков устранят власти Вардана. — зевнул Кессар. — Они не успеют скрыться.

— Да, это… — я запнулась. — В этом и заключается проблема. Сколько бы я ни думала… Не знаю, как освободить рабов и проложить им путь к свободе.

Мой спутник задумчиво склонил голову набок и чуть слышно произнёс:

— … Я чувствую подземную реку.

О…? О, точно! У Кессара же есть возможность создавать порталы!

— А ты сможешь заново сделать тот водоворот? — с жаром спросила я.

— В теории — да. — медленно кивнул Кессар. — А на практике… Мне нужен прямой доступ к воде. Сквозь камень это точно не выйдет.

Я на секунду призадумалась, а затем хмыкнула:

— Если мы, предположим… Взорвём небольшую часть стены и пробьём путь к подземной реке. Ты спасёшь этих людей?

— Не думаю, что получится отправить их слишком далеко. — уточнил Кессар. — Но другого варианта у нас нет.

Я невольно улыбнулась. И всё же, он согласился помочь… Серьёзный прогресс для морского дьявола.

— Теперь осталось только устроить бунт и найти бочки… — вздохнула я.

Одним словом: впереди самая сложная часть плана. Но первый пункт (как выяснилось) был ближе, чем кажется. Раненая дикарка вдруг изловчилась и вцепилась зубами в запястье своего мучителя. Когда мужчина завопил, она выхватила кнут из его рук, а затем… Обвила горло охранника. Тот захрипел, на его губах выступила кровавая пена. Через несколько мгновений мужчина затих, и, кажется… На этом его путь окончен.

Гости закричали, в зал ворвались другие охранники. Мне правда хотелось помочь дикарке, но она (на удивление) неплохо справлялась. Девушка быстро скинула кандалы (позаимствовав ключ у мёртвого мучителя) и начала биться сразу с тремя нападающими. Кнутом ловко выбила клинок из рук одного, рассекла лицо второго…

— … Боже! — выдохнула я, прижавшись к стене.

— Гордая дочь своего племени. — одобрительно хмыкнул Кессар, скрестив руки на груди.

Да, конечно, она безумно хороша, но это… Пугает! Она похожа на раненую львицу, которая готова утащить с собой в могилу всех мучителей. Но в тот момент, когда дикарка расправилась с тремя охранниками, силы её иссякли. Девушка опустилась на одно колено, тяжело дыша.

Паника (пока что) не достигла наблюдательного пункта смотрителей, так что нам нужно действовать быстро. Кессар закрыл дверь опустевшей комнаты, опустив крепкий засов, а я подошла к дикарке… И почти сразу отшатнулась. Кончик кнута опасно дёрнулся в сантиметре от моего плеча.

— Я не причиню тебе вреда! — проговорила, подняв руки. — Мы друзья… Мы хотим тебе помочь.

Но дикарка не понимала моих слов. Она говорила на ином языке, который звучал отрывисто и резко (почти как звериное рычание).

— Чёртов языковой барьер… — пробормотала я, беспомощно оглянувшись на Кессара.

Морской бог, впрочем, не растерялся. Он лениво качнул головой и вдруг заговорил с дикаркой. Его приглушённый голос вибрировал на грани сознания, вызывая мурашки по коже.

— Ши-ру, ш-ши-ру! — обрадовалась дикарка и сложила пальцы в замок, падая на колени. — Ка-гар ту-рох! Ма Так-хка.

— Что она сказала? — настороженно уточнила я.

— Она жаждет отмщения… Она хочет освободить соплеменников. Тах-хка готова вывести и других рабов за пределы Аскании, но не готова привести всех в своё племя. — будничным тоном сообщил Кессар.

Потом он спросил что-то ещё и, получив ответ от девушки, добавил:

— Она знает, где находится темница с пленниками. В этой комнате есть скрытая дверь.

Оу? Как удобно… Особенно если учесть тот факт, что к нам уже ломится подкрепление. Мы не стали ждать момента, когда разъярённые охранники выломают дверь… Вместо этого Тах-хка показала нам скрытый проход, который опускался ниже, на последний этаж.

Я тяжело вздохнула, стараясь не обращать внимания на болтовню дикарки. После того, как Кессар залечил часть её ран одним прикосновением, она, кажется, воспылала к нему особой любовью.

— Что она говорит? — не выдержала я, когда девушка начала дёргать его за рукав.

— Тах-хка рассказывает, как её поймали работорговцы. — будничным тоном пояснил Кессар. — Твоё лицо кажется ей очень знакомым… Ещё она спрашивает: не являешься ли ты ведьмой?

Я нервно усмехнулась, отводя взгляд. Похоже, у этой девушки сильная интуиция… Не самая приятная новость.

— Ху-ган! — вдруг воскликнула дикарка и побежала вперёд.

Через пару секунд на пол упал оглушённый охранник, а затем ещё один… Я уже начинаю опасаться её дикой силы. Серьёзно, если выпустить всех, не начнётся ли одно сплошное кровопролитие?

— Уже передумала? — хмыкнул Кессар, правильно истолковав мой взгляд.

— Нет. Минутная слабость. — вздохнула я, осмотрев тело охранника.

О, вот и связка с ключами! В течение следующего получаса мы с Кессаром отпирали многочисленные клетки. Здешние рабы ещё не попали под действие дурмана, так что… У нас собралась «армия непокорённых». Правда… Я всё ещё не понимаю: как Тах-хка смогла оказать сопротивление?

— Они дали ей слишком мало пиата? — поинтересовалась я, наблюдая за рабами, которые быстро разграбили оружейную.

— Достаточно. — покачал головой Кессар. — Просто она — не обычный человек. Так-хка гордая дочь вождя, защитница племени. Её тело закалено ядами и железом. Они могли держать её в узде, покуда давали огромные дозы успокоительного, но на аукционе рабы не должны быть слишком вялыми и сонными. Таким образом, доза стала меньше, и Так-хка очнулась.

В тот момент я задумалась: а как сложилась её судьба в оригинальном романе? Видимо, непокорную рабыню в итоге сломали. Или убили… Эта история была милостива к главным героям, подкидывая им бесконечную удачу. В то же время остальные мучились и страдали на заднем фоне… Как-то мерзко.

— Пойдём. — сказал Кессар после того, как провёл «разъяснительную беседу» с Тах-хкой и другими невольниками. На самом деле, я хотела вмешаться, но морской дьявол выглядел слишком внушительно.

Он, будто гордый полководец, настраивал людей на бой. Никто из них не пытался перечить белокурому господину. Возможно, их впечатлила магия, которая излечила раны некоторых людей, но всё же…

— Не думала, что ты умеешь исцелять. — хмыкнула я.

— Это совсем несложно, если есть желание. — пожал плечами Кессар. — Кроме того, их раны поверхностны… Я не трачу на них много сил.

— Вот как? Ты же не любишь людей.

«Не любит» — это ещё мягко сказано… За прошедшие дни я осознала одно: Кессар всем сердцем презирает человечество. Тот факт, что сейчас он охотно идёт на контакт даже как-то… Удивляет.

— Не люблю. — задумчиво кивнул мужчина. — Просто интересно… Насколько изменились люди за прошедшие годы.

— Это вроде… Проверки на вшивость? — нервно пошутила я.

Кессар не ответил. Вместо этого он увлёк меня в запутанный лабиринт подземных коридоров. Мы блуждали по типовым комнатам, пока не спустились в ещё одно помещение. И вот там, в углу… Я обнаружила бочки.

— Ладно. — негромко вздохнула. — Нам не нужно взрывать всё, верно? Только вот… Ты знаешь, где протекает подземная река?

— Прямо за стеной. — улыбнулся Кессар, разминая руки.

Его суставы хрустнули, а откуда-то извне раздались крики и лязганье мечей. Судя по всему… Наши рабы вырвались на свободу. Они методично зачищали верхние этажи под предводительством Тах-хки. Что ж, надеюсь, всё остальное пойдёт по плану…

Часть бочек мы оставили у стены, а другие выкатили в коридор. Осталось только поджечь… Я молча протянула Кессару зажигалку (позаимствованную у охраны) и попятилась в коридор. Уж простите, но возраст у моего тела не самый расторопный! К счастью, морской дьявол не стал спорить. И уже через пять минут подземелья сотряс взрыв.

Я закрыла уши ладонями и закашлялась от пыли, поднявшейся в воздухе. Н-надеюсь, там ничего не обрушилось… И где сам Кессар?

Громкий шум воды заставил меня вернуться в помещение. Да, сработало! Подземная река заливалась сюда бурным потоком, закручиваясь вокруг молодого бога. Кессар улыбался, раскинув руки в стороны. Он создавал новый водоворот, обширный и мощный… Только для того, чтобы безвольные покинули аукцион.

Его зычный зов разнёсся по коридорам и, кажется, все рабы были захвачены этим голосом. Им понадобилось не так много времени для того, чтобы столпиться у подземной реки…

Невольников было больше сотни. Молодые и более зрелые, со шрамами на теле, окровавленными ступнями, помутневшими глазами и тонкими кружевами дома удовольствий. Все эти люди пережили нечто ужасное, ломающее изнутри… Но все они жаждали спасения.

— Ка-гар! — Тах-хка опустилась на колени и вновь сложила ладони в замок.

Остальные последовали её примеру, склонив головы. Они будто возносили мольбу Кессару и… У меня мурашки побежали по телу. Неужели, он и вправду бог?

…Потому что их молитва принесла плоды. Глаза Кессара вспыхнули, а магия искрами осела на их головах.

— … Благословляю. — прошептал он одними губами.

После этого невольники по очереди зашли в водоворот. Они помогали друг другу, поддерживали раненых и прощались со своими спасителями. Последней была Тах-хка.

На удивление, она сначала поклонилась мне и проговорила нечто неразборчивое. Потом девушка улыбнулась, качнула головой, и ласточкой залетела в водоворот.

— Что она сказала? — запоздало спросила я.

— Она… Поблагодарила тебя за помощь. Тах-хка решила избрать новый путь: не возвращаться в своё племя, а основать новое. Она поведёт этих людей на далёкий остров, который поднимется из воды совсем скоро. Под моим благословением они быстро доберутся до защищённой земли. Тах-хка поклялась, что её гнев не оставит Асканию. Она найдёт и разорит каждый подобный аукцион.

Я невольно заулыбалась, думая лишь об одном: всё было не зря. Даже если я покину этот мир, борьба будет продолжаться, а значит… Когда-нибудь Аскания избавится от этого зла.

Бурная подземная река вышла из берегов, огибая нас на своём пути. Она сносила прочь укрепления, мебель, стремительно заполняла все коридоры аукциона, уничтожая следы чьего-либо пребывания. Потоп был таким масштабным, что статуи горожан на улицах Вардана вылетели, словно пробки из бутылок. Такова была удивительная мощь Кессара, морского бога.

Той ночью, возвращаясь домой, я спросила его лишь об одном:

— Кто ты? Кто ты… На самом деле?

— Кессар. Повелитель морских глубин и пресных вод, Хранитель измерения.

Мы возвращались домой в предрассветной дымке. За спиной остался затопленный аукцион и ворох спутанных мыслей… Я чувствовала сильную усталость. Ноги нестерпимо ныли, а в голове поселилась тупая боль. Да уж, не те годы для ночных приключений, Лиза… Моё тело к этому совсем не готово.

И всё равно приходилось идти окольными путями. Вряд ли кто-то заподозрит нас в уничтожении аукциона, но лучше не рисковать. Город казался обманчиво-тихим, будто ничего особенного не случилось. И лишь покорёженные статуи напоминали о том, что всё это не сон… Я действительно разорила рабовладельческий аукцион (не без помощи Хранителя).

Последние слова Кессара упорно крутились в голове, усиливая ноющую боль. У меня было так много вопросов, но гордый «повелитель» не собирался на них отвечать. А я просто хотела узнать правду… Его признание было шокирующим по двум причинам.

Во-первых: Кессар и вправду бог (или подобие божества?). Судя по всему, он очень древний. Возможно, появился одновременно с этим миром?

А вторая причина моего шока чертовски проста: в «Цветке Скорби» ничего подобного не было! Хранитель измерений, повелитель морских глубин… Каковы шансы, что настолько важный персонаж не будет упомянут в романе? Это странно. В какой-то момент я даже засомневалась в своём переселении… Может, это другая книга? Или абсурдное продолжение «Цветка»?

«Слишком много вопросов и так мало ответов… Я не знаю, почему оказалась в этом мире. Вернее… Почему Элайза выбрала меня? Ох, чёртова ведьма, залезть бы к тебе в голову!»

Я горько усмехнулась, думая о том, что голова Элайзы и впрямь в моём распоряжении. Только легче от этого не стало…

Дверь чёрного входа негромко заскрипела, когда я отперла её ключом. Кессар остался на улице (опять пошёл в сад?), а мне просто хотелось немного поспать. Только бы не разбудить Армина… Он точно заподозрит неладное (и от него не отвертишься).

Я осторожно поднялась по лестнице и замерла у спальни, как вдруг…

— Лиза.

Серьёзный голос мальчика застал меня врасплох. Армин стоял на пороге своей комнаты, скрестив руки на груди. Судя по красным глазам, он не спал уже долгое время… И вид у него был о-очень недружелюбный. Чувствую себя провинившимся подростком!

— Оу, ты… Не спишь? — нервно усмехнулась, мысленно подбирая отговорки. Как бы объяснить ему своё отсутствие…

— Уже очень давно! — воскликнул мальчик, сжав пальцы в кулаки. — Как ты могла уйти посреди ночи? И не смей врать, я хочу знать правду!

— Армин…

— Я не знал, что мне делать и куда бежать… Подумал, что тебя похитили! — его голос задрожал. — Потом я немного успокоился и решил подождать до утра. А ты… Просто вернулась вместе с ним! Вместе с этим беловолосым монстром!

— Не называй так Кессара. — я нахмурилась.

Подозреваю, что Хранитель слышит все наши оскорбления… А ссориться с таким могущественным существом (мягко говоря) не хотелось.

— Сам разберусь! — раздражённо выпалил Армин, потянув меня за руку.

Я ощутила, как сильно дрожат его ладони, и насторожилась:

— Эй, что с тобой? Тебе плохо?

— Со мной… всё хорошо. — Армин вдруг покачнулся, опершись на тумбочку. — Просто… Нельзя так уходить из дома. Ночью всегда случается всё самое плохое, понимаешь?

Его голос затих, стал глухим и каким-то безжизненным. Армин резко ссутулился, побледнел… Он будто окунулся в самые недобрые, самые болезненные воспоминания. И вроде смотрит на меня, а видит свои кошмары.

— Почему ты так переживаешь? — тихо спросила я, усадив мальчика на кровать. — Ночью… Что-то случилось? Ты выходил на улицу?

— Я не… Да. Я вышел. — внезапно согласился Армин.

Его глаза совсем остекленели, стали пустыми, почти бесцветными…

— Той ночью я убежал, потому что… Обиделся на мать. Мне казалось, что она нарочно ко мне придирается! Раньше мы жили в достатке, ни в чём не нуждались. А теперь вокруг настоящие трущобы. Мусор, грязь… Этот нищий дом… Я так его ненавидел!

Армин всхлипнул, закрыв лицо руками. Мальчика трясло от сильных переживаний, но он продолжал говорить:

— Я сбежал… Чтобы она поволновалась. Хотел, чтобы мама нашла меня! Но ночные улицы были страшными, и… Я сам вернулся домой. Мамы там уже не было. В ту ночь жуткое проклятие ведьмы накрыло Асканию.

Я вздрогнула, невольно качнувшись в сторону. Из-под ног словно ящик выбили, а петля захлестнулась на шее.

— Мама правда пошла искать меня… И попала под действие пепельной скверны. Её принесли в дом, и она… Была холоднее покойницы. Мама умирала из-за меня.

«Нет, господи… Только не это! Дьявольское проклятие Элайзы!» — едва не воскликнула я, сглотнув комок горечи.

— Я верил в то, что она поправится. Каждый день молился за её здоровье, заботился о ней… Но маме не становилось лучше. А потом случилась «кровавая скорбь». Кровь… Текла из её ушей, глаз и рта. Она умерла очень быстро. Даже попрощаться… Не успела.

Армин плакал. Тихо, почти беззвучно. Его воспалённые глаза продолжали смотреть в пустоту без всяких эмоций.

— Наутро могильщики забрали её тело. Они просто… Закинули маму в телегу к другим мертвецам. Похоронили её в общей могиле. А у меня не было денег, не было ничего… Её прах остался в том гиблом месте.

— Прости, Армин. — прохрипела я. — Про…сти.

— Ты не виновата, я просто… Это тяжело, Лиза. — признался мальчик, уткнувшись лицом в моё плечо. — Я очень боюсь… Боюсь, что останусь один. Опять.

— Прости. — с моих губ срывались только нелепые извинения.

Помню, как плакала вместе с Армином, бормоча слова утешения. Он так и заснул рядом, уронив голову на одеяло. А я продолжала сидеть, бездумно уставившись в потолок.

Элайза… Что же ты натворила, Элайза? Твоё проклятие было быстрым и безжалостным. Настоящая чума, охватившая земли Аскании… Я помню, как это описывали в романе.

Да, Элайза не поскупилась на колдовство. Оно стало самым разрушительным в истории Аскании. За это Валентин осудил её… Из-за этого люди боялись Элайзу.

Но я не знала, что Армин также столкнулся с его последствиями! Тёмная магия забрала у него маму… Единственного родного человека. И теперь я понимаю, отчего этот ребёнок так боялся одиночества.

«Ирония в том, что сейчас рядом с ним та самая ведьма… Осуждённая, но живая дочь Злобы»

Иногда я забываю, в чьём теле нахожусь. Забываю, как много зла причинила Элайза… Но Армин напомнил мне обо всём. Эта злодейка… Должна понести наказание за своё губительное колдовство.

«…Но вместо этого она сбежала, оставив меня на своём месте»

Днём я чувствовала себя совершенно разбитой, но плохое самочувствие не мешало собирать вещи. Нужно взять всё самое необходимое, и тогда…

— В Вардане царит настоящая суматоха! — заявил Армин, болтая ногами.

Мальчик только что выбегал на улицу, а потому поймал свежие сплетни.

— Говорят, кто-то разрушил все статуи на площадях и в скверах… А ещё где-то прорвало дамбу.

— Да. Собирай, пожалуйста, вещи. — быстро проговорила я.

— А куда мы торопимся? — нахмурился Армин. — Сейчас в окрестностях неспокойно, какие-то беглые заключённые…

— Слушай, нам правда нужно продолжить путь. — со вздохом пояснила я. — Скоро Вардан перевернут с ног на голову, а мне не шибко нравятся местные стражники.

… Хотя проблема даже не в них. Я опасаюсь скорого прибытия Валентина. Власти Вардана не смогут скрыть такое масштабное событие, а значит, молодой император может посетить город досрочно. Каковы шансы, что он наткнётся на след престарелой злодейки? На самом деле, довольно велики…

Валентин был крайне удачливым персонажем, а вот моё везение оставляет желать лучшего. Выводы? Нужно спешить!

— Подожди… — неожиданно осенило Армина. — Это Кессар испортил все статуи? Поэтому мы сбегаем?

Я запнулась, не зная, что ответить. Ну, технически… Да, это сделал Кессар. Практически же: именно я несу ответственность за происходящее.

— Не всё так просто, но… Ты же хотел отправиться в Аттикху, верно? Именно туда мы и поедем!

Я (очень поспешно) сменила тему, не желая посвящать Армина в тонкости ночных приключений. В конце концов, мы выехали из Вардана поздней ночью на частном дилижансе. И впереди у нас утомительная дорога в пустыню…

Я негромко вздохнула, заранее чувствуя недомогание. Да и Армин вдруг начал возмущаться:

— Это что же получается, нам опять продираться через Обрух? Не хочу! Это страшное место…

— О, поверь, я тоже не горю желанием. Но самый короткий путь до Аттикхи… — и тут я запнулась, поймав насмешливый взгляд Кессара.

Честно говоря, мне не хотелось (опять) просить его о помощи. Хранитель и без того разорил целый аукцион, не стоит наглеть. Или, всё же…?

— Есть другой путь. — задумчиво проронил Кессар, склонив голову набок.

— Правда?

В тот момент я резко изменила своё мнение. Если он не против вмешаться, то глупо отказываться!

— Ближайший водоём… — Хранитель прикрыл глаза и добавил. — Через десять минут нам нужно покинуть дилижанс. Тогда я смогу открыть портал.

Армин тоже обрадовался и перестал бурчать на Кессара. Кажется, его страх перед Обрухом сильнее любой антипатии… И вскоре мы действительно покинули дилижанс, оставшись на дороге.

Кессар молча развернулся, выбирая извилистую лесную тропинку. Здесь пахло хвоей и сыростью, мелкие веточки неприятно цеплялись за одежду, а под ногами хлюпала грязь. Я поморщилась, чувствуя неприятную ломоту в костях. Всё же, бессонная ночь плохо сказывается на здоровье… И пронизывающий ветер только ухудшает положение.

К счастью, у меня есть плотная шаль. В неё я и укуталась, наблюдая за Хранителем. Кессар (как всегда) оставался удивительно равнодушным. Пока мы собирали вещи — он отсутствовал, но объявился одновременно с дилижансом. Я уже привыкла к его закидонам, но всё же…

Мне хотелось присмотреться к Хранителю. Изучить привычки, понять его мысли и чувства… Одно время казалось, будто Кессар и вовсе лишён эмоций. Белый лист без следа краски. Но это неправда.

Чуть позже я осознала: на самом деле загадочный Хранитель скрывал бурю неясных чувств. Чтобы разобраться в них — нужно нырнуть на самое дно… Пусть даже и в прямом смысле слова.

А на берегу озера вспыхнул знакомый водоворот портала. Он обдал одежду мелкими брызгами и, когда мы с Армином смело шагнули вперёд… Перед нами открылись морские просторы. Это было до того внезапно, что я ахнула, закрыв рот руками.

Шум прибоя, тёплый ветер и чайки, которые почти касались крыльями воды… Удивительно мирное место, не тронутое рукой человека. Армин удивлённо выдохнул за моей спиной и непривычно робко спросил:

— Лодка… Нам опять нужна лодка?

Кажется, мальчик до сих пор вспоминает наше плавание на Срединном озере…

— Нет.

Кессар покачал головой, приближаясь к кромке воды. Его голые ступни коснулись пенистой волны, и та вдруг зашипела, змеёй овивая Хранителя.

— Мы спустимся вниз по морскому дну. — неторопливо произнёс мужчина, поднимая ладони кверху.

— Н-но… Как?! — опешил Армин. — Мы же не сможем дышать под…

Договорить он не успел. В следующую секунду нас поглотила морская вода. Бездонное синее море вздыбилось, распахнуло свой зев и накрыло буйной волной. Это случилось так быстро и неотвратимо, что я отчаянно вскрикнула. Сейчас, вот сейчас в глотку зальётся пена и тогда… А?

— Лиза! — Армин вскрикнул, прижавшись к моей руке. — М-мы умерли?

— Нет, мы точно… Можем дышать.

Я до сих пор шокирована этим открытием, но… Над головой море преломляло солнечные лучи, рядом проплывали рыбы, а ноги прочно стояли на песчаном дне. Как это понимать? Я не знаю!

— Воздушный коридор. — пояснил Кессар, скрестив руки на груди. — Я могу свободно дышать под водой, но сделал это для вашего блага.

— Мог бы и предупредить. — укорила я его, а потом тяжело вздохнула.

Ладно, спокойно… Это всё ещё не самый худший вариант, верно?

— Лиза, мы не умрём? — серьёзно спросил Армин, разглядывая проплывающий мимо косяк рыб.

— Вероятно… Не должны? — я усмехнулась и потрепала его по макушке. — Доверимся нашему другу.

Армин поперхнулся, явно собираясь высказаться на тему друзей и врагов, но я вовремя потянула его за руку. Дело в том, что Хранитель уже прошёл по воздушному коридору, а значит… Пора и нам идти за ним. Раздвигая зелёные водоросли, среди ярких коралл, мы опускались в пугающие морские глубины.

Вардан

Валентин Азур задумчиво посмотрел в окно. Красивый город опустел под закатными лучами, а тёмные улочки казались графитовыми росчерками на яркой картине. Обитель богачей, золота и беззакония… Вардан давно вызывал у него опасения, но до сих пор Валентин не знал, как подступиться к этому месту.

Его власть нестабильна. Заняв высочайший трон, Азур всё ещё не мог действовать свободно, полагаясь на лояльных членов Совета Праведных. Он не любил этих вздорных старцев, но они крепко держались за власть. Даже предыдущий император был вынужден считаться с ними…

Ильсиур, покойный отец Валентина, расширил влияние Совета Праведных из-за собственной немощи. И теперь молодой правитель находился в затруднительном положении… Он не мог свободно действовать на территории Аскании, хотя со стороны казалось, будто власть его безгранична.

Валентин знал: однажды настанет тот день, когда он сломит Совет Праведных и заставит их отступить. А пока… Ему придётся быть достаточно осторожным, чтобы не вызывать подозрений.

…Но на сей раз Вардан кипел изнутри. В городе было неспокойно. В городе творилось нечто странное, а потому Валентин не смог пройти мимо. Он прибыл сюда после срочного донесения и теперь стоял у окна, наблюдая за разгромленной площадью.

Необъяснимо, но факт: за одну ночь кто-то умудрился нанести городу серьёзный ущерб. От некоторых событий Вардан уже не оправится… Ведь уничтожение аукциона сильно ударит по экономике города.

Валентин считал это благим событием, но его мучил главный вопрос: кто, демон побери, сотворил такое? Власти Вардана кичились своей непробиваемой защитой. Они давно заручились поддержкой Праведных и оттого многое себе позволяли. Но теперь на улицах разруха, аукцион затоплен, а рабы исчезли без следа. Череда странных происшествий, в которых сложно разобраться… И ещё сложнее найти виноватых.

— Милорд. — Арей опустился на одно колено, не поднимая взгляда. — Я старался узнать все подробности, но среди варданцев царит разобщённость. Не все местные знают правду, но некоторые подозревают высшие чины в халатности.

— И они правы. — покачал головой Валентин. — То, что творится в Вардане — уму непостижимо. Грехопадение и беззаконие…

Император резко замолчал, поджав тонкие губы. Только тогда Арей осмелился продолжить:

— Они до сих пор не нашли беглых рабов. Также, никто не смог объяснить внезапное затопление аукциона. Поблизости протекает подземная река, но разрушения слишком уж… Масштабные.

— И? — уточнил Валентин.

— Есть те, кто подозревают вмешательство ведьм.

Валентин нахмурился, опустив взгляд на рыцаря.

— Невозможно. — одними губами проронил он. — Священный Эльмхаит закрыл свои двери от внешнего мира. Последней вольноотпущенной ведьмой была Элайза, но её злостные деяния… Запечатали обитель на десятилетия.

— До неё были и другие ведьмы. — осторожно напомнил Арей.

— Те, кто сейчас живут среди людей — стары и немощны. Они неспособны сделать нечто… Устрашающее. — поморщился Валентин. — Элайза была уникальной колдуньей. Другие с ней не сравнятся.

Арей замолчал, но через пару минут произнёс:

— Обелиск до сих пор цел. Значит… Это не она?

Император рассеянно склонил голову набок и вздохнул:

— Кто знает… Ты проверил, нет ли в Вардане приезжих старых женщин?

— Многие приехали, многие уехали. — признался рыцарь. — Нищенок за черту города не пускают, так что… Едва ли она была здесь.

— Точно? — усмехнулся Валентин. — А кто уехал сразу после инцидента?

— Были некоторые старушки… — протянул Арей. — Но в основном с семьями. Внуки, дети…

— Это не она. — пробормотал император. — Элайза ненавидит детей.

А рыцарь прикрыл глаза, думая лишь об одном: «ведьма Элайза ненавидит весь мир».

— Что ж, раз так… Продолжайте искать её. А я разберусь с прогнившей знатью Вардана.

На дне морском 

Говорят, к новому быстро привыкаешь… Но привыкнуть к прогулке на глубине не так уж и легко. Хотя Армин смог адаптироваться и вскоре с восторгом высматривал необычных рыбок… А вот я его чувства не разделяла. В то время как мальчик убегал далеко вперёд по воздушному коридору, мне оставалось понуро идти за Кессаром, чувствую ломоту в костях.

Это тело… Совсем ослабло. Раньше я чувствовала недомогание, но оно не было таким болезненным. Сейчас же каждый шаг выжимает из меня силы. Чёртова ведьма! Подкинула «бесценный» подарочек.

— Кессар, долго нам ещё идти? — прохрипела я, вяло наблюдая за Армином, который уже собрал кучу цветных ракушек.

— Долго. — обнадёжил Хранитель, окинув меня задумчивым взглядом.

— Вот как…

Я выдавила жалкую улыбку, понимая, что дело пахнет керосином. Наверное, нужно сделать передышку, но… В следующую секунду я согнулась пополам. С губ сорвался глухой кашель, а песок окропили брызги крови.

— Ты не в порядке. — резюмировал Кессар, качнув головой.

— Старость не в радость. — отозвалась я, быстро стирая кровь рукавом.

Армин, по счастью, был слишком далеко и не заметил этого происшествия…

— Мы сделаем передышку. — пообещал Хранитель, плавно взмахнув рукой. — Совсем скоро.

И я ощутила поток тёплого ветра, что подталкивал в спину, немного облегчая трудный путь… Мы брели вдоль синих скал, покрытых водорослями, и проходили мимо затонувших статуй. То тут, то там встречались подобия низких округлых зданий. И чем дальше мы шли — тем больше их было… Вскоре я заметила полноценные дома, а Армин (вернувшись к нам) воскликнул:

— Это же настоящая деревня! Неужели в этом месте море затопило сушу?

И я призадумалась, искоса взглянув на Кессара. Так ли это? Хочу сказать, что все домики… Были странными. Круглые двери и окна, крыши покрыты перламутровыми раковинами, да и стены будто из гальки сделаны. Здесь всё казалось удивительно гармоничным… Будто так и должно быть.

— Да. Затопило. — холодно отозвался Кессар. — Море забирает людские дары и хранит их на дне.

Армин растерянно пожал плечами, а потом спросил:

— Мы можем тут переночевать? Уже темнеет…

И действительно: морские глубины потускнели. Идти дальше во мрак — страшно и небезопасно… Не знаю, какие хищники водятся в этом мире, но глупо недооценивать водные просторы.

— Выбирайте любой дом. — спокойно разрешил Кессар, скрестив руки на груди.

Мы остановились в ближайшем (там, где попросторней). Хранитель откуда-то раздобыл мерцающий камень, который осветил унылое жилище. Оно напоминало пещеру, но выглядело вполне… Аккуратно? Ну да, камни, песок и водоросли в наличии, однако в целом… Не так уж и страшно.

Здесь даже была кровать! Круглая широкая раковина, внутри которой обнаружилась мягкая (немного склизкая) подкладка.

— Можно поспать. — пояснил Кессар, не дожидаясь очевидного вопроса от Армина. — Поначалу будет непривычно, но это хорошее место.

— Эм, Лиза… Я тебе уступлю. — пробормотал мальчик.

— Ну уж нет! Ты тут младший, так что беги спать. — отрезала я.

Хлеб и молоко мы уже съели по пути, поэтому у Армина не осталось других вариантов.

— Всё равно не усну! — упрямо выпалил мальчик, прилёг, и… Через пять минут задремал. Похоже, спать в таком месте и вправду удобно?

Я негромко вздохнула, присаживаясь на камень. Он сильнее всего напоминал кресло, и его поверхность была покрыта каким-то мягким волокном… Напоминает всё те же водоросли, но я не уверена.

В любом случае, отсюда можно наблюдать за происходящим вне дома (спасибо окну по соседству). За пределами воздушного коридора плескалась тёмная вода, и далёкие отсветы во мраке заставили меня нервно сглотнуть. Кто же там обитает? Морские монстры, хищные рыбы, или…

— Твои силы быстро кончаются. — проронил Кессар, скрестив руки на груди.

Я нахмурилась, окинув его долгим взглядом. С каких пор гордый Хранитель интересуется моим здоровьем? Раньше он о подобном не заботился…

— Ну, годы уже не те.

— Думаешь, я в это поверю?

Кессар посмотрел мне в глаза, и я вновь ощутила странное, почти смущающее чувство… Словно он видит меня насквозь. Все мелочные мысли, все страхи и переживания… До чего неловко.

— Не понимаю, о чём ты. — чуть слышно пробормотала, поджав губы.

— Ты не собираешься рассказать ему правду? — резко спросил Хранитель, жестом указав на Армина.

Неприятный холодок обжёг мне спину. Неужели он знает…? Неужели всё понял? У меня и раньше было такое чувство, но… Ох, чёрт.

— Нет. — пробормотала я, низко опустив подбородок. — Зачем ему знать? Просто… В какой-то момент наши пути разойдутся. Уже очень скоро.

Я собираюсь оставить Армина. Мы вместе дойдём до Аттикхи, подыщем ему хороший и безопасный дом… Возможно, я найду добрых людей, которые согласятся присмотреть за мальчиком. А потом старой ведьме придётся уйти. К сожалению, я не могу остаться! Но и не могу сказать правду…

«Эй, Армин… Помнишь ту ведьму, которая убила твою мать? Так вот, это я! Но не переживай, мы просто обменялись телами» — звучит безнадёжно глупо.

— Ты разобьёшь ему сердце. — задумчиво проговорил Хранитель.

— С каких пор тебя интересуют человеческие сердца? — не удержалась я.

Кессар ничего не ответил. Лишь усмехнулся, вглядываясь в тёмную морскую воду.

— А знаешь, здесь не так плохо! — воскликнул Армин. — Рыба, конечно, немного поднадоела, но в остальном… Я мог бы тут жить!

— Это вряд ли. — фыркнула я. — Ты пока не отрастил жабры.

Мы в пути уже несколько дней (если не считать привалы в странных морских городах). Я боялась, что Кессар заведёт нас в пугающую бездну, но, на самом деле, Хранитель не сильно отдалялся от поверхности. Иногда мы поднимались со дна, пополняя запасы в прибрежных городах, или на островах… А потом Кессар снова утягивал нас под воду.

Ему самому это явно нравилось. Ледяные глаза Хранителя светились от переизбытка магии, напоминая сияющие аквамарины… Я тихо любовалась его бесстрастным лицом, задавая всё больше вопросов о происхождении Кессара. Кем он был до заточения? Отчего так хорошо знает затопленные города? И… В чём смысл его существования? Вопросов и впрямь слишком много.

— А если мы построим домик прямо тут, в воздушном коридоре? — предложил Армин. — Будем ловить рыбу, продавать её на суше… Ещё можно собирать ракушки! По-моему, отличный план.

— Не думаю, что Кессару он понравится. — улыбнулась я, бросив мимолётный взгляд на нашего спутника.

Морской бог качнул головой, никак не комментируя слова мальчика.

— Да ладно… — пробормотал Армин. — Вы же любите подводный мир!

Я едва не фыркнула. Этот малец очень быстро изменил своё отношение… Раньше он шипел на Кессара при любом удобном случае, а теперь наоборот — пытается подружиться с Хранителем.

«Дети такие непостоянные» — мысленно пробурчала я, а потом запнулась, столкнувшись с насмешливым взглядом Кессара. — «Впрочем, взрослые ничуть не лучше…»

— Кстати говоря… Долго нам ещё идти по дну?

Я делала вид, будто всё в порядке, но усталость душила мёртвой хваткой. Даже лекарственные порошки не помогали… Они давали временный эффект бодрости, но не более того.

— Через несколько дней мы прибудем в Аттикху. — неожиданно сообщил Кессар.

Я сдержала облегчённый вздох и оглянулась на Армина. Мальчик с сожалением пнул камешек, а потом буркнул:

— Ладно уж… Лучше скажи: мы там остановимся на ночлег?

Я не сразу поняла, о чём идёт речь, а потом заметила «это». Внушительные врата из мерцающего перламутра… Они были распахнуты, открывая дорогу к чему-то грандиозному. Со всех сторон на нас взирали изящные статуи с лирами, арфами и флейтами. Некоторые фигуры напоминали людей, а другие обладали чертами морских жителей.

Но посреди всего этого возвышался дворец. Цельный купол из радужного полупрозрачного камня, покрытый искусными узорами (многие из которых напоминали мозаику).

— Удивительно… — прошептала я, прикусив нижнюю губу.

Если прочие скопления домов напоминали города, то это — самая настоящая столица неведомой страны! В тот момент меня посетило странное озарение, и я посмотрела на Кессара.

Морской повелитель стоял в стороне, сцепив пальцы в замок. Его длинные серебряные волосы колыхались от слабого ветра, а голубые глаза мерцали (словно лунная рябь по воде). Но самое удивительное… То, как Кессар улыбался. Болезненно, зло и печально, будто всё это место приносило ему радость и горечь одновременно.

Где-то вдалеке загудели морские глубины, и Армин воскликнул:

— Пойдёмте внутрь! Может, в этом храме есть что-нибудь интересное…

Я слегка опешила. Мне казалось, что это дворец, но предположение Армина может быть верным… Храм, значит? Интересно.

Мы поднялись по бледно-голубым ступеням и прошли через арку, оказавшись внутри здания. А там… Было невероятно красиво.

Пол, потолок и стены выполнены из гладкого камня. Он напоминал малахит с золотыми прожилками. Здесь были изваяния из самоцветов, ярчайшие кораллы и необыкновенные подводные цветы, которые продолжали цвести и благоухать даже в воздушном пространстве.

— Ого! Мне тут нравится! — воскликнул Армин и унёсся вперёд, не спрашивая разрешения.

А я на минуту призадумалась. Кессар ведь убирает всю воду из этих мест, чтобы мы могли пройти… Но почему здесь нет морских гадов? Змей, угрей, ежей… Даже крабов! Все дома были удивительно пустыми, хотя в округе мы видели предостаточно живности. Так в чём же дело?

Я хранила молчание до поздней ночи. Мы нашли спальню на верхнем этаже храма, и после сытного ужина Армин устроился в раковине, подложив ладони под щёку. Вскоре мальчик забылся крепким сном…

А я вышла на балкон, разглядывая темнеющие морские дали. Здесь было так мрачно, но и удивительно спокойно… Будто все эти земли хранит древняя магия.

— У тебя есть вопросы. — прошелестел утомлённый голос Кессара над ухом.

Морской бог подошёл ко мне почти вплотную, и его белёсые пряди коснулись моего лица.

— Да, много вопросов… — усмехнулась я. — Но начнём с самого очевидного: это ведь твой храм?

Кессар молча усмехнулся, разглядывая подводный город. Мрак окружал его со всех сторон, но даже так храм светился в ночи, как единственный маяк в опустевшем мире.

— Не имеет значения. — чуть слышно ответил он, качнув головой.

— Ещё как имеет! — не удержалась я. — Ты не можешь просто взять, и…

— Храм бесполезен, когда нет верующих. А здесь… Нет никого, кто бы молился и просил о защите.

Я запнулась, когда услышала его тяжёлые слова. Голос Кессара казался непривычно глухим, почти надтреснутым… Будто что-то в нём ломалось с каждой фразой.

— Но раньше они были? — тихо спросила я, преодолев собственный страх. — Раньше здесь… Молились люди. Или, если сказать точнее… В этих краях обитал морской народ. Я права?

Кессар сжал пальцы в кулаки. Магия заискрилась на его костяшках яркими всполохами, а затем он прохрипел:

— Русалки. Здесь жили русалки и тритоны… Они строили удивительные города. То, что ты сейчас видишь — жалкие крохи, сохранившиеся вопреки всему.

— Ты был их богом… Их царём. — задумчиво предположила я, но Кессар вдруг разозлился.

Он стиснул пальцы на каменных перилах и горько рассмеялся:

— Я был их отцом! Их прародителем… Первая русалка возникла из маленькой жемчужинки. Позже я взрастил и других. Обучал их, баловал, порой ругал… Это племя было наивным и добрым. Они не знали людского коварства, и я гордился этим. Так… Глупо.

Кессар шумно вздохнул, и глаза его потускнели.

— Мне следовало… Показать им зло. Объяснить, что такое жестокость. Но я не успел, и в итоге всё закончилось… Этим.

Он обвёл ладонью брошенный город и вновь усмехнулся. А я невольно вздрогнула, ощутив неусыпную ярость Хранителя, но… С губ сорвались слова:

— Это ведь сделали люди? Люди истребили твоё племя?

Боже, теперь я понимаю… Ответ плавал на поверхности вспоротым рыбьим брюхом. У Кессара достаточно причин ненавидеть человечество.

— Я ведь Хранитель. — проронил он вместо ответа. — Моя миссия заключается в том, чтобы хранить существ этого мира. Я не мог вечно оставаться с русалками, был вынужден уйти в странствия… А когда вернулся, обнаружил лишь развалины. Позже я узнал правду, и она мне не понравилась.

Кессар прикрыл глаза. Его губы искривились в хищной (но такой болезненной) ухмылке.

— Один глупый и жадный король пожелал создать уникальный трон для себя и своих потомков. Он как-то вызнал, что глаза русалок становятся редчайшими синими жемчужинами. И повелел… Вырвать глаза всем моим детям. Их чешуя украсила одежду знати. Их очи стали частью трона. Даже их волосы превратили в пряжу…

Я поняла, что не могу дышать. Дыхание просто… Застыло в горле от его слов.

— Люди забрали у них всё. Вообще всё. Не пощадили женщин и детей… Каждое моё дитя испытало невыносимые муки, прежде чем умереть. И, знаешь… Тогда я подумал, что это бессмысленно. Зачем хранить человеческий род, если сами люди не считают все жизни одинаково ценными?

— Это не… Не всегда так. — слабо запротестовала я.

— Вы убиваете рыб. Убиваете птиц. Убиваете животных. И, в конце концов… Вы убиваете друг друга. — насмешливо протянул Кессар. — Я знаю, что ты носишь оттиск иного мира. Так ответь же, Лиза: в твоём мире всё по-другому?

Он уже задавал этот вопрос тогда, у лавки ведьмы… Но сейчас я не могу на него ответить. Слова попросту застревают в горле, а факты несокрушимы. Не все люди жестоки, но многие, увы, именно такие.

— Что случилось потом? — спросила я вместо ответа. — Как ты… Оказался в заточении?

История Кессара мало-помалу склеивалась из неровных фрагментов. Я могла прикоснуться к его шрамам, но опасалась… Сделать нечто чрезмерное. Потому что морской бог скрывал в глубине глаз неутомимый шторм.

— Я потерял смысл своего предназначения. — холодно проговорил он. — И разрушил несколько человеческих деревень. Убил рыбаков, которые посмели выловить русалок. Тогда моя сила… Иссякла. Остались жалкие крохи. Такова доля Хранителя, который отказался защищать других.

Кессар усмехнулся, поймав мой ошеломлённый взгляд, и продолжил:

— Тот жадный король… Испугался. Он заключил временный союз с магами и ведьмами. Вместе они пленили меня, заточили в сонной гробнице. Но время шло, сила моя отчасти восстановилась. А потом… Появились вы.

Бесстрастный взгляд Хранителя пронзил меня насквозь так же резко, как и прежде. Кессар поведал… Страшную историю. И всё в ней казалось до боли несправедливым. Но я не могла проявить жалость к Хранителю просто потому, что Он этого не хотел.

— Ясно… — произнесла чуть слышно, с трудом опершись на каменный бортик. — Значит, ты… По-настоящему ненавидишь людей.

— Я так думал. — проронил Кессар, наблюдая за моими действиями. — Но у меня всё ещё нет желания… Убивать всех без разбора. Я ненавижу человеческую подлость. Но меня трогает тот редкий свет, который порой заключён в ваших сердцах.

— Наверное, по этой причине твоя сила и начала возвращаться. — задумчиво проронила я.

Мне кажется… Всё дело в прощении. В тот день, когда Кессар простит себя — он вновь станет великим Хранителем мира.

— Как думаешь, там могли жить русалки? — спросил Армин на следующий день.

Я слегка опешила и пробормотала:

— Ну, хм… Возможно?

Надеюсь, Кессар не воспримет этот вопрос… Как-то неправильно.

— В нашем мире есть колдуны и ведьмы… — протянул Армин. — Но странно, что никто не видел реальных русалок. Хотя на картинках их рисуют довольно часто!

Я невольно вздрогнула, а потом с преувеличенной бодростью воскликнула:

— О, вот и Аттикха!

И действительно: стоило нам выйти на сушу, как впереди показались золотые врата.

Среди жгучих солнечных лучей и коварных миражей возвышался вольный город. Аттикху называли сердцем пустыни, хотя располагалась она в обширном оазисе. Окружённая зелёными пальмовыми рощами и бурлящими источниками, свободная земля давно стала символом процветания и честной торговли. Этот город можно назвать сокровищницей, от которой протянулись важнейшие пути десяти королевств. Аттикха принимала бесчисленное множество караванов, золото здесь лилось рекой, а торговые сделки скреплялись печатью Объединённого Союза.

Город находился под защитой соседних стран, и любое нападение на благодатные земли считалось объявлением войны. Одним словом… Аттикха неплохо устроилась.

Для того чтобы преодолеть золотые врата, нужно пройти пограничный пункт и заполнить кипу документов… Довольно нудная процедура, но местные стражи были очень внимательными. Они скрупулёзно досматривали багаж, рылись в наших вещах, проверяли приезжих с помощью специальных артефактов и даже сверяли наши лица с портретами разыскиваемых преступников…

— Это так унизительно! — прошипел Армин мне на ухо. — И почему ему всегда везёт…?

Да, Кессар (само собой) избежал досмотра из-за затменных чар. И я тоже ему позавидовала… Впрочем, вскоре нам стало не до этого. Стражи, наконец, позволили зайти в чудесный город.

Улицы Аттикхи переплетались, как гибкие реки. Они покрыты голубым блестящим камнем, название которого стёрлось из моей памяти. Дома из светлого песчаника были украшены яркими плитками и резьбой. А ещё на них красовались фрагменты цветного стекла, которые прекрасно отражали солнечные лучи, бросая радужные блики на дорогу.

Аттикха была… Дивной. Дивной, свободной и громогласной. На центральной площади возвышались изящные фонтаны, окружённые яркими цветами и благоухающими травами. Здесь собирались торговцы, предлагая редкие товары: пряности с далёких восточных земель, шелка с блестящим напылением, и драгоценности, добытые из недр пустынных гор. Здесь смешались самые разные звуки: разговоры, споры, смех и звон золотых монет.

Торговцы в ярких одеяниях рассказывали истории о своих путешествиях, привлекая покупателей. В воздухе витал слабый аромат свежезаваренного чая с мятой… Его подавали в гранёных стаканах на верандах среди цветов. Местные жители были очень гостеприимными, а потому без опаски приглашали гостей посидеть вместе с ними в плетёных креслах, выпить чаю и попробовать аттикханские сладости (немного напоминают вязкий мармелад). Их радушие было слегка… Непривычным. Но довольно приятным.

— Мы, знаете ли, привыкли к свободе. — улыбнулась милая девушка, которая пригласила нас к себе после полудня. — Но без излишеств. Аттикха чтит законы и традиции. Нарушители тотчас изгоняются из города.

— И вернуться обратно никак нельзя? — удивился Армин.

— Только если докажешь свою невиновность.

Айра (именно так её звали) насмешливо щёлкнула мальчика по носу и обратилась ко мне:

— Так что же? Надолго вы у нас?

— Скорее да, чем нет…

Я ответила максимально туманно, скосив взгляд на Армина. Что ж, кажется, он счастлив. Столько новых впечатлений, новых знакомств… Но меня всё равно терзают сомнения.

Правильно ли будет оставить его в Аттикхе?

— Мы хотим найти уютный и безопасный район для проживания. — лаконично пояснила я, помешивая мяту в стакане.

— О, это совсем несложно, бабушка! К слову, у нас отличные школы и учителя, если маленький друг этим интересуется.

— Я не маленький! — тут же вспылил Армин.

— Конечно, конечно…

Айра немного дразнила его, но в совершенно беззлобной манере.

— А откуда ты знаешь асканийский язык? — вдруг спросил мальчик.

— У нас так принято, мы изучаем языки дружественных королевств. — призналась Айра. — Асканийский — самый популярный и очень похож на наш родной. Поэтому его знают все в Аттикхе.

Я не удержалась от улыбки и принялась расспрашивать девушку о городе. В основном меня интересовали спальные районы, где можно надолго поселиться… Как выяснилось, для приезжих тут были отведены специальные дома с уединёнными двориками.

— Наш город расширяется! — радостно заявила Айра. — Так что места становится больше.

В конце концов, она порекомендовала отличную гостиницу у озера… Сразу после того, как мы отказались остаться на ночлег.

— Приезжие всегда такие недоверчивые… — игриво пожаловалась Айра. — Ну ничего, вы ещё успеете привыкнуть!

Я мягко улыбнулась, не желая спорить с новой знакомой. В итоге мы вышли от неё ближе к вечеру… А темнело в Аттикхе очень быстро.

Ночью город преображался — разноцветные фонари освещали улицы, создавая особую атмосферу. Музыка стихала, разговоры смолкали, а торговую площадь огораживали небольшим забором. Но не это поразило нас сильнее всего.

Звёзды. Звёзды над головой сияли так ярко, как никогда прежде… Мы с Армином поднялись на смотровую площадку гостиницы только для того, чтобы полюбоваться ночным небом.

— Красиво… — пробормотал мальчик. — Кажется, в Аскании нет таких ярких звёзд.

— Они везде одинаковые… Просто там мы их не видели.

Люди прятали глаза от асканийского неба. С тех самых пор, как Элайза распространила пепельную скверну… Страх застыл в их сердцах. Но сейчас мы с Армином стоим здесь, на землях вольной Аттикхи, а звёздное полотно такое же прекрасное, как было всегда.

— А Кессар вернётся? — чуть слышно спросил Армин, шумно вздыхая.

Я кивнула. Морской бог исчез, как только мы пересекли границы города. Для него это было в порядке вещей, да и мы с Армином (почти) привыкли к таким отлучкам. Хотя… В этот раз он пропал на целые сутки и неизвестно, когда вернётся.

«Такова его натура» — я нервно вздохнула, а потом погнала Армина спать, игнорируя тревожные мысли.

В этой гостинице были просторные комнаты с мягкими кроватями, так что мы могли хорошенько отоспаться. Но если мальчик заснул довольно быстро, то я… Не могла успокоиться. Нутро грызла тягучая боль, всё сильнее запуская зубы во внутренности. Отвратительное чувство протянулось сквозь желудок и оплело хребет, растекаясь колкими импульсами.

В какой-то момент я глухо застонала и, не выдержав, подорвалась с кровати. Армин крепко спал в соседней комнате, а мне… Нужно найти лекарство. Любое обезболивающее, срочно!

Ноги подкашивались. С губ срывалось сиплое дыхание, пока я плелась на кухню. Что мне выпить? Что съесть? В голове причудливые рецепты ведьмы смешивались с путаными воспоминаниями.

Я как наяву видела приграничный город, рабов и отрывки из собственной жизни. Боже, как хреново… Перед глазами всё плывёт.

В какой-то момент я потеряла равновесие и упала… Но так и не достигла пола. Кто-то бережно подхватил меня на руки.

— Кес…сар. — прохрипела я, сплюнув густую кровь.

«Он вернулся» — по мыслям против воли растекалось мягкое удовольствие. — «Он пришёл помочь мне…»

Кажется, я слишком часто полагаюсь на морского бога. Кажется… Хранитель давно перестал быть отстранённым чужаком.

— Что ты делаешь? — одними губами спросил он, аккуратно усаживая меня на стул.

Его вопрос звучал просто, но скрывал тяжёлый подтекст. Я уронила голову на сложенные ладони и усмехнулась, украдкой стирая кровь с губ.

— Это временное…

— Лжёшь. — холодно отрезал Хранитель. — И ты прекрасно знаешь, что с тобой происходит.

Я поколебалась, подняв на него взгляд. Знаю? Да, я… Предполагала. Но не была уверена на все сто процентов. Просто реальность чертовски жестока.

— Это тело… Умирает? — жалко улыбнулась, посмотрев на Кессара. — Я знаю… Это наказание за преступления Элайзы.

Ведьма, ведьма… Ненавистная, непрощённая.

Так сказал Валентин. И, на самом деле… Он не пощадил Элайзу. Ведьма получила свою неспешную казнь. Целый год её силы будут истощаться, пока не уйдут окончательно. По крайней мере… Об этом писали в книге.

Я не знала, сколько времени мне отведено, но… Старалась выжить. Пыталась бороться. Жаль, всё без толку…

— Тебя изнутри пожирает паразит. — проговорил Кессар, глядя мне в глаза. — Об этом тебе тоже известно?

В голове зашумело. Я будто оглохла на пару минут, потеряла всякую чувствительность… А потом пришла в себя.

Тебя изнутри пожирает паразит. Он сказал лишь это.

И я… Не знала. Я ничего не знала о паразите.

Да, Элайза должна понести наказание. Да, у неё отняли магию, красоту и молодость, но… Что, чёрт побери, сидит в моём теле?! Эта жуткая слабость и ухудшающееся самочувствие… По спине резко пробежали мурашки.

Страшно. Теперь кажется, будто под кожей и вправду что-то шевелится! К-как же мерзко…

— Можешь не отвечать. — Хранитель покачал головой, протягивая мне стакан воды.

Я взяла его слишком быстро, едва не расплескав жидкость. Руки тряслись так сильно, словно их охватил тремор… У меня не получалось совладать с эмоциями. Животный страх впивался в виски ржавыми иглами.

— Что мне делать? — прошептала я, стиснув зубы. — Не хочу… Не хочу умирать!

— Клеймо карателя непросто снять. — прямо ответил Кессар. — Но этот паразит… Я могу его вытащить. Могу вернуть то, что у тебя отняли.

— Но твои силы ведь…

— Я восстановился. Ещё не полностью, но достаточно для того, чтобы спасти тебя.

Я сцепила пальцы в замок, напряжённо размышляя. Паразита нужно извлечь, это очевидно… Но что будет потом? Насколько сильно изменится сюжет книги…? Ох, чёрт!

— Если ты вытащишь ту тварь… Прежний облик ведьмы вернётся?

Этот вопрос волновал меня сильнее всего. Прекрасное молодое лицо Элайзы пугало всех жителей Аскании. Они просто не дадут мне жить спокойно… Только если уйти в безлюдную глушь.

— Извлечение паразита разрушит оковы твоего наказания. — спокойно ответил Кессар. — Так что ты вернёшь всё.

Но вместо радости я ощутила горечь. Армин… Вся проблема в этом мальчике. Если он узнает, что рядом с ним была ведьма — точно меня возненавидит! Значит, я должна уйти… И только потом разрушить оковы.

Но как его бросить? Мы же только прибыли в Аттикху! Слишком рано.

— Я… Пока не готова. — чуть слышно проронила, подняв взгляд на Кессара. — Мы можем извлечь его позже?

Хранитель помрачнел, а после смерил меня нечитаемым взглядом:

— Ты хочешь побыть с этим мальчиком? Благородное дело, вот только… Я-то готов ждать. Но твоё тело долго ждать не будет.

— Я знаю. — слабо улыбнулась, запуская пальцы в седые волосы. — Знаю, но… Так надо.

Ещё немного, ещё чуть-чуть… До этого я прекрасно держалась, верно? Нужно потерпеть самую малость, обустроить Армина на новом месте, и потом… Я навсегда исчезну из его жизни. Старушка Лиза умрёт вместе с паразитом, а в мир вернётся презренная злодейка Элайза.

Итак, есть проблема. Кажется… Я недооценила силу этой твари! Паразит будто почувствовал угрозу и начал стремительно пожирать моё тело. Волосы выпадали, ногти стали ломкими. Здоровье ухудшалось с каждым днём, так что… Кессар (снова) был прав. И мне чертовски сложно сохранять спокойствие.

— Эй, Лиза! Ты слушаешь? — возмутился Армин, заметив мой рассеянный вид.

— Да, конечно… Просто я плохо спала ночью.

Мимолётное оправдание. Ещё одна мелочь в копилку вранья… А ведь сегодня был особенный день. Армин впервые пошёл в школу!

Он говорил, что раньше его обучала мама, или частные преподаватели… Зато теперь Армин мог посещать занятия с остальными ребятами, и, кажется, ему это очень нравилось.

— В моём классе сплошные иностранцы. — рассказывал мальчик. — Не все знают асканийский язык, но мы учимся понимать друг друга… Это интересно!

— Похоже, да. Спасибо Айре за рекомендацию… — я невольно улыбнулась.

Её отец — школьный учитель, так что девушка буквально пристроила Армина «поближе к семье». Айра была очень отзывчивой, и я рада, что мы познакомились. Но… Девушка, к сожалению, быстро заподозрила неладное.

— Бабушка Лиза… — проронила она, когда мы осматривали новый домик для переезда. — Ты ведь болеешь, да?

Я на мгновение застыла, а потом усмехнулась:

— Так заметно?

— У тебя нездоровый цвет лица. — с виноватым видом призналась Айра. — И запах лекарственных трав… Армин не знает?

— Он… — я поколебалась. — Он привык, что я быстро устаю и принимаю настойки. Поэтому пока не заметил.

— Это… Смертельно? — побледнела девушка, верно истолковав мои слова.

Мне оставалось лишь кивнуть. Нет смысла скрывать очевидное… К тому же, я надеялась на то, что Айра позаботится об Армине. Она казалась честной и искренней девушкой, а все её советы пошли нам на пользу.

— Ох, бедный ребёнок… — с жалостью вздохнула Айра. — Не представляю, как он справится со всем этим.

Я устало улыбнулась. Что ж, надеюсь, она поможет Армину, когда настанет «то самое» время. А до тех пор… Мы продолжали знакомиться с жаркой Аттикхой. Климат здесь приятный: на улице тепло, но влажность невысокая. Все озёра в городе пригодны для купания, а целебные источники пользуются большим спросом.

И вот что странно: Вардан тоже был красивым, но там я не чувствовала себя в безопасности. Зато Аттикха дарила редкое чувство покоя, к которому мы быстро привыкли.

Армин обзавёлся друзьями в школе, на обратном пути забегал к Айре и был очень рад переехать из гостиницы в отдельный дом. Там были все удобства: отличная библиотека и тенистый сад по соседству… Словом: прекрасное место. Жаль, я не могу насладиться этим уютом.

Раковина, заляпанная кровью… Подушки с багровыми пятнами. Моя обычная рутина: попытки оттереть следы ночных страданий. До определённого времени мне везло, и Армин ничего не замечал, но через пару дней…

— От тебя пахнет кровью. — вдруг сказал мальчик, положив школьную сумку на полку. — Этот запах… Я не спутаю ни с чем.

— А, я просто…

— Лиза, скажи правду! Ты похудела, стала совсем бледной и слабой… Это какая-то болезнь?

Вот чёрт… Знала же, что однажды он догадается. И что теперь делать? Умом я понимала: нужно уходить. Уезжать из Аттикхи, оставив Армину дом, бесконечный приток денег и светлое будущее в придачу. Но… Всякий раз я находила предлоги, чтобы остаться. До чего глупо…

— Ничего смертельного. — мягко улыбнулась. — Скоро всё пройдёт. Кессар, он… Поможет мне излечиться.

Немного правды, немного лжи… Так сложнее докопаться до сути. В глазах Армина много сомнений, но он привык доверять Хранителю. А значит, поверит и мне на сей раз.

— Ладно, пусть так… — пробормотал мальчик. — Но разве тебе не нужно соблюдать постельный режим?

— Не лишай меня последней радости жизни! — хмыкнула я, качнув головой.

В висках стучала болезненная решимость. Сегодня же нужно уехать из Аттикхи, и… И тут я снова почувствовала «это». Железный привкус крови распространился по горлу, оседая на кончике языка.

— Л-лиза?! — воскликнул Армин и попятился к стене. — У т-тебя кровь идёт…

Да, из носа. И изо рта… Я ощутила головокружение. Сердце застучало быстро-быстро, в ушах нарастал звон. Этот приступ был слишком сильным… Куда сильнее всех предыдущих. И ощущение… Будто под кожей, в районе желудка, что-то шевелится. Перебирает лапками, надавливает на внутренности, растёт и множится…

«Меня сейчас стошнит!»

Рвотный позыв подкатил к горлу, но в тот момент… Тело вдруг охватила бесконтрольная слабость. Она тянула меня вниз, к полу (к бездне, к могильному камню). Она убивала меня со всем рвением неведомого паразита.

— П-позови Кессара! — прохрипела я и упала.

Ноги просто подкосились, пустота заполнила сознание… Где-то на периферии звучал испуганный голос Армина и его крики. Но я их уже не слышала… Мысли провалились в спасительную тьму.

Кессар прикоснулся к её разгорячённому лбу и нахмурился. Очень плохо… Он не подозревал, что паразит разовьётся так быстро. Видимо, тело Лизы было более истощённым, чем казалось на первый взгляд… А ведь Хранитель просил её поскорее принять решение. Но упрямая женщина предпочла задержаться рядом с мальчиком.

«Люди такие импульсивные… Это не перестаёт удивлять» — мысленно усмехнулся Кессар.

— Она… очнётся? — нервно спросил Армин. — Ей так внезапно поплохело…

— Может, вызвать настоящего врача? — предложила Айра.

Она лишь недавно зашла в гости и застала жуткую картину: кровь на полу, разруху и испуганного ребёнка.

— Нет. — холодно отрезал Кессар.

Айра чуть нахмурилась. Этот человек… Воспоминания о нём расплывались в её сознании мутными пятнами. Девушка помнила, что он часто бывал в доме Лизы, но… С чего бы? И кто он такой?

— Не мешай ему! — вступился Армин. — Он лучше любого врача!

Хранитель задумчиво кивнул, водя ладонями над бессознательной женщиной. В какой-то момент он остановился и проронил:

— Это будет непросто… Очень болезненно.

— Но получится? Кессар! — мальчик едва не плакал, глядя на безразличного бога.

Хранитель не сразу ему ответил.

— Скажи… На что ты готов пойти, чтобы спасти её?

— На всё! — без раздумий выпалил Армин.

Его отчаянное желание защитить Лизу было настолько искренним и горьким, что Айра смахнула непрошеные слёзы.

— Хорошо. — улыбнулся Кессар. — И ты никогда об этом не пожалеешь?

— Нет. Пожалуйста, спаси её!

Морской бог кивнул в такт своим мыслям. Его сила стремительно пробуждалась, загораясь на кончиках пальцев бледными искрами.

— Тогда уходите. — хрипло приказал Хранитель. — Вам нельзя возвращаться в комнату без моего разрешения.

Древняя магия требовала уединения. К тому же… Кессар понимал, как долго продлится это «лечение».

Долго. Мучительно. Очень больно. То, что произойдёт с Лизой — не для детского разума. Поэтому мальчик должен уйти, а Хранитель… Что ж, ему придётся вспомнить былые времена. Вспомнить то, как бережно и старательно он вырывал ростки проклятий из человеческих тел.

— Раньше магия была дикой, непредсказуемой… Несдержанной. — проронил Кессар, когда дверь закрылась.

Армин бросил напоследок лишь взволнованное: «прошу, позаботься о ней!». Но Хранитель уже не слушал. Он был поглощён своим делом. Словно чудесный ткач, Кессар выплетал из тонких магических нитей странный инструмент (отдалённо напоминающий скальпель).

— В этом мире творились страшные заклятия, но каждое из них имело свою цену. Подчас чудовищную, смертельную дань… И всё же, я удивлён. Элайза и вправду была талантливой ведьмой. Найти подходящую израненную душу, обменяться судьбами… Очень коварно. И так умно.

Кессар усмехнулся чуть шире, заканчивая последние элементы пугающего инструмента. Его волосы развевались, словно в помещении сквозил буйный ветер. Но истинный шторм притаился в глазах морского бога. Именно там, в вечных льдах, застыла жестокость безумной стихии.

— Тебе надо было позвать меня раньше. — прошептал Кессар, скользнув указательным пальцем по её переносице. — А теперь ты приблизилась к краю… Это будет очень больно, Лиза. Но ты уж потерпи. Когда я закончу… Твоя судьба вновь изменится.

Кессар улыбнулся, и в этой улыбке было много потаённого тепла. Затем магический скальпель срезал прядь седых волос ведьмы и медленно погрузился в её грудь. Она закричала. Глухой вопль сотряс комнату, становясь всё громче и громче…!

Лиза металась по кровати. Пыталась вырваться, освободиться от сильной хватки Кессара, но бог не давал ей такого шанса. Совсем напротив: он продолжал давить на скальпель, который сантиметр за сантиметром пронзал её внутренности.

Боль, которую испытывала Лиза, была неподдельной и невероятной. Настоящая пытка… Притом очень изматывающая. Когда Кессар останавливался — она падала на кровати. А когда продолжал, старушка вновь кричала до хрипоты. Бесконечный цикл страданий всё не прекращался, вгрызаясь в её сердце.

В какой-то момент Лиза перестала шевелиться. Она затихла, распластавшись на кровати. Магия Хранителя сплеталась с кровотоком, пронзала лёгкие насквозь и охватывала всё тело… Мало-помалу вытесняя паразита. Чёрный сгусток невнятной жижи начал проявляться, как вторая кожа. Он был отвратительно липким, продолговатым и (увы) очень устойчивым. Паразит цеплялся за тело ведьмы, продолжая с чавканьем грызть её душу.

…Но Кессар уже подрезал его конечности, уже раскроил уродливую сущность. Паразит умирал, а Хранитель вдруг отложил скальпель, запустив белые руки в рыхлую субстанцию. Стиснув зубы, Кессар рывком вырвал эту тварь, сжимая в ладонях.

Лиза издала последний (самый болезненный) крик и окончательно лишилась чувств. Но её тело… Уже менялось. Как только паразит был уничтожен, Элайза начала возвращаться к прежнему облику. Седые волосы почернели, стали густыми и длинными. Дряблая кожа разгладилась, наливаясь юностью… И тусклые глаза загорелись колдовскими огнями изумрудного Эльмхаита.

Кессар сделал шаг назад. На кровати лежала Она. Верховная ведьма Элайза, дочь Злобы и Проклятие Аскании… Ненавистная, несокрушимая. И удивительно хрупкая, если учесть ту маленькую душу, что заняла её место.

Я уставилась на свои руки и тяжело (даже как-то обречённо) вздохнула. Белая кожа, тонкие запястья и изящные пальцы… Ни одной морщинки. Никаких ссадин, мозолей и прочих изъянов. Так непривычно и странно…

Я прикоснулась к волосам, провела по ним ладонью. Мягкие и шелковистые… Иссиня-чёрные. Всё так, как описывалось в романе. Элайза, жуткая ведьма, проклявшая целую страну… Была удивительной злодейкой. Даже Валентин признавал её необыкновенную красоту (хотя принц не был падок на внешность).

Я собралась с силами, и рывком поднялась на ноги. Увы, колени сразу задрожали… Пришлось опереться на тумбочку, медленно продвигаясь к большому зеркалу в полный рост.

… Оттуда на меня смотрела хрупкая, бледная и очень испуганная девушка. Совсем молоденькая, с изящными чертами лица и чуть насупленными бровями. Это… Странно, потому что я уже привыкла к другой Лизе. Привыкла к дряхлому телу, седым волосам и морщинистому лицу.

Конечно, Элайза выглядит куда лучше прежнего, но… Мне неспокойно. Дурное предчувствие засело глубоко под черепной коробкой, нашёптывая худшие опасения. Теперь, когда вернулся истинный облик ведьмы… Всё изменится. И, к сожалению, не в лучшую сторону.

— Чёрт побери… — пробормотала я, сдувая со лба тёмную прядь.

Горло до сих пор болит… В тот момент я оголила живот и заметила громадный синяк, который тянулся аж до солнечного сплетения.

— Полагаю, ты не слишком счастлива.

Равнодушный голос Хранителя застал меня врасплох. Я быстро опустила край сорочки и покраснела, отводя взгляд. Как-то уже привыкла, что на старушку никто не засматривается, а тут… Неловко вышло.

— Нет, я благодарна… Ты спас меня, хотя мог этого не делать. Спасибо… Правда, большое спасибо.

Кессар задумчиво усмехнулся, скрестив руки на груди. А я заметила, как почернели его ладони…

— Это что? — сразу насторожилась. — Из-за паразита?

— Немного не рассчитал силы. — спокойно пояснил Хранитель. — Но это пройдёт. Просто не сразу.

— Ясно. — я нервно усмехнулась. — А как Армин? Он в порядке?

— Ребёнок… — Кессар поморщился, переводя взгляд на окно. — С ним возникнут проблемы.

Да… Здесь можно не пояснять, и без того понятно. Проблемы начнутся в тот момент, когда Армин увидит Элайзу. Возможно… Лучше инсценировать смерть «старой Лизы»? Это жестоко. Очень жестоко… Но пока я обдумывала варианты своих же похорон, от окна послышался глухой возглас. И стоило мне обернуться, как сердце ушло в пятки.

Там был Армин. Мальчик залез на дерево, явно желая проверить моё самочувствие, и… Увидел то, чего не следовало видеть. Он едва не упал. Порывисто взмахнул руками и соскользнул с ветки… В тот момент Кессар открыл окно, рывком затягивая мальчика в комнату.

— Ты… Ты! — Армин трясся, указывая на меня пальцем. — Всё время… Это была ты?!

Я могла бы соврать ему. Могла найти отговорки, но… Армин уже догадался. Он сделал правильные выводы слишком быстро.

— Я… Я всё объясню! — прошептала, нервно поджав губы.

Ох, чёрт, почему ситуация (опять) вышла из-под контроля?!

— Ты меня обманула. — на удивление спокойно произнёс Армин. — Ведьма, которая наслала проклятие на Асканию… Значит, император так наказал тебя? Просто отнял молодость и магию?! Ты должна была умереть!

У меня зазвенело в ушах от его крика. Я прижалась к стене, понимая, что мне нечего… Просто нечего сказать в ответ. Глаза Армина покраснели от злости и сдерживаемых слёз.

— Армин…

— В травах прекрасно разбираешься, родных нет, и имя у тебя такое… Приметное! — выплюнул он. — Лиза, Элайза… Звучит похоже. И как я раньше не догадался?

— Я не…

— Ты меня так… Утешала. — просипел Армин. — Когда я про маму рассказывал… Как ты посмела?!

Что мне сказать…? Что ответить? Наверное, я ошиблась… Нужно было сразу уходить. Не привязываться к мальчику! Никто в этом мире не примет злодейку, которая совершила столько ужасного.

— Я уеду. — выдохнула, проглотив болезненный стон. — Сегодня же уеду из Аттикхи, и ты никогда меня больше не увидишь.

— Убирайся! — закричал Армин, сбив с тумбочки кувшин. — Беги, пока можешь, убийца! Иначе я сам отдам тебя страже!

Он хлопнул дверью и ушёл. Я вздрогнула от громкого звука и запустила пальцы в свои тёмные волосы, дрожа от пережитого скандала.

Больно. Кажется, прокусила внутреннюю сторону щеки до крови. Страшно… Я вновь осталась в одиночестве. Этот мир не так уж и плох для скромной старушки Лизы…

Но он чертовски нетерпим к злодейке Элайзе.

И что мне теперь делать? Раньше была хоть какая-то цель (пусть и призрачная), а сейчас… Я просто зависла в чуждом мире, где каждый желает мне смерти.

«Но я могу их понять. Когда рядом находится жуткая ведьма, чьё колдовство отняло жизни у родных и близких… Трудно сдержаться. Мне бы самой захотелось вздёрнуть Элайзу на ближайшей сосне»

Я покинула Аттикху той же ночью. Кое-как собрала походную сумку, спрятала лицо под капюшоном и пошла по знакомой дороге обратно к берегу. Единственным моим спутником оставался Кессар. Он молчал во время нашей ссоры с Армином и до сих пор не проронил ни слова.

— Может, лучше утопиться? — спросила я, когда вдалеке показался берег моря. — Как будто всем от этого станет легче…

— Кому именно? — равнодушно спросил Хранитель.

Я призадумалась, опустив взгляд. Ладно, наверное… Не стоит идти на крайности. Пока не стоит.

— Раньше ты говорила, что хочешь жить. — заметил Кессар, подходя ближе к воде. — И что же изменилось?

— Я. Я изменилась.

Старуха Лиза имеет право на жизнь, однако ведьма… Ведьма должна гнить в тюрьме, а не разгуливать по свободным городам. Но Кессар сказал:

— Ты осталась прежней. Как и твоя душа.

— Душу никто не видит! — воскликнула я, но почти сразу запнулась под насмешливым взглядом Хранителя.

Ладно, если начистоту… Да, он видит всё (и даже больше). Но какая разница? Морской бог не будет моим личным адвокатом. Кессар промолчал, обратив взгляд к прибою. Его, казалось, вовсе не трогали земные несчастья. Но, с другой стороны…

«Он такой же одинокий, как и я. Мы вместе… Отрезаны от этого мира. У него не осталось привязанностей, а я потеряла прошлое. Судьбоносная встреча, ничего не скажешь…»

— Ты слишком зациклена на Элайзе. — спокойно проговорил Кессар. — Стыдишься её проступков, думаешь о её жизни… Не всё ли равно? Твоя душа совсем другая, прими это. Ты не обязана расплачиваться за чужие грехи.

Он прав, я знаю. Прав, но… Не так уж и просто принять его слова.

— Куда отправимся дальше? — спросила я вместо ответа.

Мы с Кессаром вполне могли разойтись прямо сейчас, однако… Мне не хочется. Иначе я сойду с ума в одиночестве!

— У меня нет цели. — усмехнулся Хранитель. — Поэтому я и следовал за вами. Куда ты хочешь?

Ну вот, опять. Меня загнали в тупик… Впрочем, есть один вариант.

— На дно моря. — шёпотом попросила я.

Туда, где спокойно и безлюдно… В то место, где никто не знает злодейку Элайзу. Но, прежде чем зайти в воду, я оглянулась на Аттикху. Город светился яркими огнями, разгоняя пустынную тьму…

— Волнуешься за мальчика? — проронил Кессар. — Напрасно. Я подарил ему благословение Хранителя. С ним всё будет хорошо.

Я слабо улыбнулась, сжав пальцы в кулаки:

— Он так много настрадался, а теперь… Страданий стало ещё больше. Надеюсь, он не совершит необдуманных поступков.

— Ты сильно недооцениваешь этого ребёнка. — спокойно заметил Кессар. — Он видит и понимает многое. Просто ему нужно время для того, чтобы сделать правильные выводы.

Я пожала плечами, поднимая раскрытую ладонь:

— Прощай, Армин. Пожалуйста, будь счастлив.

Тёмные воды расступились перед нами, уводя на глубину. Я запнулась о мелкий камень (слабость ещё не прошла) и уцепилась за локоть Хранителя. А потом не выдержала и стиснула его ладонь сильнее.

«Иногда человеку просто нужен… Другой человек. Только так можно обрести хоть капельку успокоения»

Наше подводное путешествие растянулось на недели. Брошенные русалочьи города были очень причудливыми… Многие из них занесло песком, а другие разрушились от времени. Но мне нравилось их исследовать.

Порой я находила странные артефакты, отличные от земных приспособлений… Тем интереснее разбираться с ними! Кессар не участвовал в моих раскопках, но всё же пояснял назначение тех, или иных вещей.

— Это русалочий горн. Гудит даже на морской глубине. А это — семицвет. Такой цветок способен обнаружить залежи драгоценных камней.

Подобного добра здесь было слишком много… Самая настоящая сокровищница! Я собирала маленькие жемчужины в сумку, думая о том, что смогу использовать их на поверхности.

… А выйти на сушу, всё же, хотелось.

— Может, я построю домик на острове? — тихонько вздохнула, представляя аккуратную лачугу. — Отрежу длинные волосы, оденусь попроще… И буду жить там припеваючи!

— До первого набега работорговцев. — усмехнулся Кессар.

Я запнулась, невольно признавая его правоту. Да уж, эти ребята дотянутся до любого острова… К тому же, вдруг меня узнают случайные рыбаки?

— Жаль, магия не вернулась. — пробормотала я.

Это как-то несправедливо. Молодость Элайзы поставила меня под удар, а вот колдовство осталось в спячке! Видимо, оковы карателя не так легко снять… И они въелись в мою кожу, не завися от паразита.

— Ты и без неё справишься. — проговорил Хранитель.

Я задумчиво улыбнулась, пропуская сквозь пальцы золотой песок. Мы стояли на вершине причудливой башни русалок. Мимо воздушного коридора проплывали косяки ночных рыб. Все они стремились к светящейся полосе побережья…

Странно, но иногда мне казалось, будто отсюда можно различить мерцание звёзд. И в тот момент Кессар вдруг создал водяную воронку, позволяя взглянуть на ночное небо.

Сердце защемило. В последнее время я ощущала… Какое-то особенное тепло рядом с ним. Кессар был невыносимым, хладнокровным богом. Но он умел проявлять заботу без слов и удивительно точно угадывал мои сентиментальные желания.

«А говорил, что не понимает человеческих чувств…»

— Красиво. — прошептала я. — Помню, однажды читала сказку… Про корабли, которые бороздят звёздные моря и покоряют небесные замки. Хотела бы я оказаться там.

— Там очень холодно. И безжизненно. — покачал головой Кессар.

— Ты разрушил мою детскую мечту!

Я шутливо ткнула его в плечо, но в ответ поймала пристальный взгляд.

— Какими были твои родители? — неожиданно, спросил он.

И тут я опешила. Напряглась, ссутулилась… Вжала голову в плечи.

— Это так обязательно… Говорить об этом?

— Я поведал тебе о своей семье. — напомнил Кессар.

Да… Он рассказал о русалках. Приоткрыл тайну собственной вековой боли. Наверное, мне стоит ответить взаимностью… Хотя я и не готова к подобным откровениям.

— Они были… Очень хорошими. — тихо призналась, опустив подбородок. — Добрыми, работящими и ответственными. Даже странно, что мы так часто ссорились.

— Почему?

Я прикрыла глаза, пытаясь поймать отголоски воспоминаний.

— Просто… У нас были разные взгляды на жизнь. Они возмущались, когда я что-то делала не так… По-своему. Но они меня любили. Правда, любили.

— И что случилось потом?

Его спокойный голос внезапно выбил меня из колеи. Я порывисто вздохнула, схватившись за голову. 

Голоса. Проклятые голоса леса Обрух вновь зазвучали в голове, выбивая воздух из лёгких. Я вспоминала… Всё, что хотела забыть.

— В тот день мы поссорились. По какой-то глупой причине… Но я не смогла остановиться, и мы с папой поругались. Мама пыталась нас успокоить, а потом… Он хлопнул дверью. Сказал, что они вдвоём отправятся навестить бабушку. Папа был на эмоциях, а в тот день… Шёл сильный дождь. Их машина попала в аварию. Они… Цеплялись за жизнь до последнего, но… Их не спасли.

Я подняла взгляд на Кессара, выдавив жалкую улыбку.

— Если бы не я… Папа бы не поехал в тот день. Наш скандал спровоцировал его.

— Ты не знаешь наверняка. — нахмурился Кессар.

— «Ненавижу вас». Это то, что я выпалила в пылу ссоры. Последнее… Что они слышали перед смертью.

Раньше ничего подобного не случалось. Я никогда такого не говорила, но в тот злосчастный день… Эмоции лились через край. Раздражение. Усталость. Злость… Их было слишком много. И я не могу простить себя за это.

Длинные пальцы Кессара очертили линию моего подбородка. Хранитель внезапно заключил меня в объятия, и это… Было странно. Но удивительно приятно. От него пахло сандалом, амброй и морем.

Кессар просто обнимал меня под звёздной ночью, не говоря ни слова. И тогда… Клянусь, я разрыдалась, будто маленькая девочка. Потому что Хранитель понял самое главное…

Я считала, что тело Элайзы — моё наказание. За глупость, за порывистость, за ненавистные слова.

Я стояла на крыше высокого здания, наблюдая за городом. Отсюда было видно всё: спешащих домой рабочих, угрюмых фонарщиков и огоньки в домах, что постепенно гасли. Это место куда лучше Шадда, но даже здесь властвует нищета… Особенно в северных районах города, где расположен приют.

Я видела детей, которые каждый день попрошайничали на главной площади. Маленькие, худые, в застиранной одежде… Горожане порой жалели сирот, но всё чаще проходили мимо. У них были свои голодные рты дома.

— Хочешь помочь им? — чуть слышно спросил Кессар.

Я улыбнулась, медленно опустив подбородок. Мы посетили пять городов Аскании с тех пор, как вышли из моря. И в каждом месте… Удалось сделать что-то хорошее. Прежде всего, я продавала жемчужины и получала деньги в местных лавках. А затем… Покупала еду и лекарства, относила всё это нуждающимся. Приюты, больницы, ночлежки для бездомных… Всегда тайно. Всегда незаметно.

Кессар почти не вмешивался в благотворительность. Но он сопровождал меня, оберегал от проблем… А ещё восстанавливался. Жуткая чернота на его руках постепенно сходила, однако Хранитель не мог колдовать так легко, как прежде. Я заметила, что от любого магического воздействия чернота возвращается… И запретила ему использовать дар. Будь он хоть тысячу раз Хранителем, а беречь себя нужно!

— Да, хочу. Ты останешься здесь? — тихо улыбнулась я.

Кессар поднял взгляд, воззрившись на полную луну, и усмехнулся:

— … Не задерживайся. Я подожду.

Я кивнула, а затем подошла к самому краю крыши, и… Спрыгнула вниз. Пространство зарябило бледными искрами, воздух вдруг стал густым и обволакивающим. Через несколько минут я опустилась на землю живой и невредимой.

«Никак не могу к этому привыкнуть!» — чуть слышно выругалась сквозь зубы, накидывая капюшон на голову.

В общем и целом… Вновь обретённая молодость странно на меня повлияла. Как выяснилось, ведьмы сильно отличаются от обычных людей. Даже такие смертельные прыжки для них — проще простого. Кессар объяснил, что мне нужно довериться природному чутью Элайзы, но… Я неохотно принимала дар ведьмы.

«Порой мне кажется: если привыкну к ней, то всё… Сразу проиграю. Себе самой и этому миру. Наверное, Кессар прав… Я слишком зациклилась на Элайзе»

Но, знаете что? Намного легче принять её личность, когда я помогаю людям. Знаю, таким образом невозможно исправить последствия колдовства, но всё же… Мне становится чуточку легче. Каждый раз, когда кто-то улыбается, выздоравливает и благодарит местных богов за спасение, я понимаю, что всё было не зря.

В Аскании очень много бедных, почти заброшенных городов. Никто о них не заботится, и только мы с Кессаром проходим мимо, оставляя мимолётную помощь… Немного, но хоть что-то.

Я ускорила шаг, поправляя увесистый мешок с провиантом. Нужно поторопиться и занести подарки в приют… Здесь есть лекарства, еда и немного игрушек. Надеюсь, воспитатели не станут отбирать всё это у детей. А то бывают и такие.

Я ловко перелезла через забор и прокралась к западной стене приюта. Эх, видел бы меня Армин! Как быстро старушка Лиза бегает по городу…

«Не забывайся. Он больше не хочет тебя видеть» — проскрипел надменный внутренний голос.

Да, точно… Я скучаю по Армину. Надеюсь, что у него всё хорошо, но… Это сложно. Сложно принять такое горькое расставание.

«Зато теперь он знает правду» — я устало вздохнула, пробираясь в приют через окно. Здесь почти никогда не закрывали ставни. А стоило бы…

Я прокралась на маленькую кухню и бережно заполнила кладовую продуктами. Так намного лучше, да. Потом разложила на столе лекарственные травы и дорогие порошки… Всё в аккуратных баночках. Теперь остались только игрушки.

И тут я замерла. Неподалёку заскрипела лестница, а затем послышался хриплый кашель ребёнка. Какой-то мальчик спускался вниз… Видимо, решил попить воды. Его тяжёлое дыхание выдавало наличие серьёзного заболевания. Ох, чёрт! Он же доживёт до утра?

Я отступила к окну, нервно поправляя капюшон. Маленький свидетель может позвать взрослых, и тогда мне придётся спешно бежать из приюта… Вскоре дверь приоткрылась. На пороге возник ребёнок — низкорослый мальчишка. На вид ему было не больше шести лет. Лохматый, взъерошенный… И очень болезненный.

Мальчик окинул меня сонным взглядом и потянулся к стакану, наливая воду из-под крана. Он вёл себя так, словно ничего особенного не случилось. И вот, когда он утолил свою жажду…

— Вы фея? — спросил мальчик, покосившись на меня. — Или сама смерть?

— Что? — я нервно улыбнулась.

Он ведь не увидит моё лицо в темноте, верно…?

— Твои глаза светятся. — будничным тоном сообщил ребёнок. — Как у ночной Жути.

— Это… Какой-то монстр? — уточнила я.

— Ага. Она водится под лестницей и кусает детей за пятки. — пояснил мальчик. — Но Жуть страшная… А у тебя глаза красивые, зелёные. Значит, ты фея?

Он опустил взгляд на стакан и вздохнул.

— Хотя к смерти я ближе… Говорят, хворь скоро меня доконает. Но это, наверное… Не так плохо? Если я отправлюсь с тобой, увижу там родителей?

Мои руки вдруг задрожали. Этот ребёнок… Всего лишь один из многих потерянных в этом мире. Я не знаю, кто он. Не знаю, что с ним случилось, но… Мне так хочется ему помочь. Хотя бы утешить… Ведь иногда даже одно доброе слово способно сотворить чудо.

— Я фея. Фея с зелёных полей. — проговорила, опустившись на корточки перед мальчиком. — Я пришла сюда, чтобы подарить вам кое-что светлое. И сказать… Не спеши к родителям, малыш. Живи, пока можешь. Храни о них память. И ты обязательно выздоровеешь.

Я дотронулась до его лба, и мальчик вдруг обмяк. Заснул, словно его поразила дурман-трава. Я отнесла ребёнка на диван в гостиной, чувствуя, как в сердце рождается что-то странное… Горячее, болезненное, ревущее. Мои ладони светились, а жемчужная энергия перетекала к больному мальчику.

Через несколько минут его дыхание нормализовалось, и щёки немного порозовели. Только тогда я поняла, что всё делаю правильно. И этот малыш… Действительно выздоровеет.

Дальше всё было как в тумане. Помню, как спешно сбежала из приюта, оставив мальчику пригоршню монет. Город казался тёмным и чужим, свет фонарей расплывался перед глазами… А моё тело содрогалось от странного озноба. Ч-что происходит?

Это состояние почти поглотило рассудок, но потом… Впереди возник силуэт, сотканный из лунного света. И я кинулась в его объятия. Прохладные ладони Кессара прогнали липкие ощущения, вытянули из меня весь страх и всё смятение. Душа… Наконец-то успокоилась рядом с ним.

Хранитель привёл меня в съёмный дом, который мы арендовали на пару дней. И только тогда я рассказала о произошедшем… Сбивчиво, путаясь в деталях и очень нервно.

— К-как думаешь… Я не навредила тому ребёнку? И что это вообще было…? У меня же нет магии. Она просто… Запечатана!

— Я так не думаю. — покачал головой Кессар.

— Но это бессмысленно! Просто глупо… Элайза прокляла целую страну, а они всего лишь сослали её в дальний город? — я стиснула пальцы в кулаки. — Да, вроде отняли молодость и подкинули паразита, но… Как они могли так слабо сковать её магию?

Я не понимаю… Я уже ничего не понимаю.

— Всё очень просто. — проронил Кессар, склонив голову набок. — Человеческая жадность, поистине, безгранична.

Он усмехнулся, поймав мой непонимающий взгляд.

— Есть множество способов убить ведьму. Сжечь, отрубить голову… Или разорвать все энергетические узлы в её теле. Поверь, каратели Эльмхаита и не на такое способны. Но то, что случилось с Элайзой… Довольно иронично.

— Почему? — прошептала я.

Во всём этом было нечто странное. Почему Валентин так просто отпустил её? Раньше я думала, всё дело в условностях любовного романа, но…

— Они не хотели «разрушить» магию ведьмы. Они хотели забрать её. — произнёс Кессар. — Этот паразит… Своего рода проводник силы. Он пил энергию Элайзы и отправлял её своему «близнецу», заточенному в некоем сосуде. По этой причине ведьму оставили в живых.

Хранитель вдруг усмехнулся, качнув головой.

— Этот ритуал подпитывает надежда. Пока жертва надеется — её магия охотней переходит в сосуд.

— Элайзу отправили в приграничный Шадд, без тюрьмы и казни… Чтобы она не теряла надежды? — прошептала я. — Но она ведь могла напасть на кого-то! Даже без магии, ведьма способна…

И тут я запнулась под насмешливым взглядом Кессара. Верно… Элайза могла отравить целый город, но что с того? Шадд далёк от столицы. Кому какое дело, что творит ведьма? Пока её силы возможно заполучить… Жертвы не так важны.

— Хах… — я горько рассмеялась, закрыв лицо руками. — Как удобно! Паразит не позволял ей колдовать, но исправно вытягивал энергию… Они просто решили забрать у неё всё, до последней капли!

Я недооценила Валентина. С одной стороны, Элайза заслужила наказание, но… Не знаю. Всё это кажется таким неправильным!

— Почему же сейчас… Магия возвращается? — чуть слышно спросила я.

— Я убил паразита. — напомнил Кессар. — Но энергетический канал пока не разорван. Поэтому ты можешь вернуть часть её сил. Я ведь говорил, Лиза: доверься чутью ведьмы. И тогда её магия вновь загорится в твоих жилах.

Я опустила взгляд на свои руки и горько улыбнулась.

— Не уверена… Что хочу этого. Мне нравится помогать людям, но вдруг эта сила обернётся разрушением? И тогда я создам новое проклятие.

Мой главный страх заключался именно в этом. Непредсказуемая магия Элайзы пугала… Сегодня она спасает жизни, но что будет завтра?

— Ты не сможешь. — покачал головой Кессар. — Магия рождается из чувств и желаний. Покуда в тебе нет ненависти, ты никому не причинишь зла.

Я шумно вздохнула, сжимая пальцы в кулаки. Спокойствия, если честно, не прибавилось… Вот парадокс: ещё недавно я мысленно жаловалась на отсутствие магии, а теперь не рада её присутствию.

В тот момент… Кессар вдруг склонился надо мной. Его тонкие пальцы невесомо прошлись по скулам, отчего мурашки обожгли спину. Я затаила дыхание, неотрывно глядя в сияющие глубиной глаза Хранителя. А потом… Он мимолётно поцеловал меня. Очень легко и ненавязчиво… Но я всё равно покраснела и резко отпрянула.

— Эт-то… Зачем? — неуверенно спросила, обняв себя за плечи.

— Чтобы ты успокоилась. Люди ведь часто… Выражают свою привязанность таким способом. — спокойно пояснил Кессар.

Я посмотрела ему в глаза и чуть улыбнулась:

— Люди… Так выражают любовь. Желание быть с кем-то… В горе и в радости.

Мне казалось, что объяснить это очень просто, но сердце… Глупое сердце громко стучало в груди. Оно так торопилось, будто могло не успеть. И с каждой секундой… Я всё больше терялась в своих чувствах.

— Ваша любовь похожа на побег от одиночества. — задумчиво проронил Кессар.

Я прикусила нижнюю губу и порывисто вздохнула. Как объяснить то, что и мне не до конца понятно? И всё же…

— Разве это плохо? — просто спросила я. — Мы рождаемся одинокими и всю жизнь пытаемся найти «кого-то». Того, кто поймёт. Того, кто примет. И, когда, наконец, находим… Хочется посильнее ухватиться за протянутую ладонь.

Мой голос предательски задрожал, но я не унималась.

— Да, это побег от одиночества. Но одновременно… Это путь к себе. Порой только любовь спасает нас от мрака, что притаился в душе и наяву.

Взгляд Хранителя оставался глубоким и непроницаемым, но в нём рождались проблески света. Искрами оседали у вытянутого зрачка. Тогда Кессар задумчиво протянул ладонь и склонил голову набок. А я просто… Ухватилась за неё. Легко и быстро. С такой улыбкой, будто получила подарок на день рождения.

— Поцелуй был таким… Невинным. — тихо проговорила я, сжимая его ладонь.

— Прежде я не прикасался к человеческим женщинам. — просто ответил Хранитель.

Его истинная сущность водой струилась по коже, серебром в глазах отливала. И ветвистые рога, напоминающие хрустальные кораллы, всё ещё венчали голову… Я протянула руку, лаская их кончиками пальцев.

А потом сама припала к губам Кессара. Мягко, но настойчиво, в каком-то безумном порыве… Мне хотелось целовать его по-настоящему. Так, как это делают люди, когда признаются в любви.

И пусть мой разум пребывал в смятении, сердце уже давно определилось. Я не знаю, что именно таится в глубине его глаз, вот только… Там, в грудной клетке, что-то яростно бьётся, сплетаясь с животворящими чувствами.

Дворец императора Азура 

Обелиск треснул. Раскололся аккурат по центру, опасно накренившись вправо. Эмилия испуганно ахнула, пытаясь понять: как так вышло?

Она много раз проходила мимо этого обелиска. Он находился в уединённом зале, неподалёку от библиотеки… Святая Эмилия любила это место, поскольку здесь никто не тревожил её покой. Но теперь девушка ощущала смутное беспокойство.

— Что это? — прошептала она, протянув ладонь к трещине.

— Остановись! — Валентин резко перехватил её руку и нахмурился. — Зачем ты…?

И тут он запнулся. Раньше обелиск был безукоризненно светлым, но теперь камень потрескался изнутри, покрылся чёрными шрамами.

— Я… Любимый, что-то случилось! — воскликнула Эмилия. — Какой-то вандал разрушил обелиск!

Но Валентин молчал. Его лицо побледнело, выдавая душевные муки. Эмилия тотчас насторожилась, прикоснувшись к его плечу.

— Любимый…?

— Это не вандал. — хрипло признался император. — Это Элайза.

— Что?! — Эмилия ахнула, машинально отступив к стене. — Но ты же говорил, что она не вернётся!

— Так должно было быть. — молодой мужчина резко качнул головой. — Но сейчас… Надо поспешить. Я созову Рыцарей Ближнего Крыла. Мы должны остановить ведьму.

Над городом вспыхнул рассвет. Протянулся золотой нитью вдоль горизонта, освещая пыльные улицы. В тот день их покрывал густой туман, который клубился у ног одного человека.

Он шёл по каменной брусчатке, оставляя влажные следы. Он шёл — а за ним тянулся морской бриз, столь непривычный для этих мест. Хранитель не торопился (таким, как он, некуда спешить). Но в этот раз его холодные глаза немного оттаяли (лёд раскалывается, неизбежно и неминуемо).

Кессар мог в мельчайших подробностях вспомнить то (ту), что будоражило рассудок. Её чёрные шелковистые волосы и эти ядовитые глаза… Они совсем не подходили Лизе.

Но вот что странно: чужая душа определённо влияет на тело. Лицо ведьмы смягчилось, взгляд посветлел. Она казалась более нежной, почти хрупкой. И он видел отпечаток злого рока на её челе.

Эта женщина неуловимо меняла всё, к чему прикасалась. Хранителя она тоже изменила — а он (что странно) и не против. Кессар погряз в этой непривычной человечности. То, что изначально было ледяным интересом, вдруг потрескалось изнутри, выпуская изувеченные чувства.

Лиза пригрела его. Пригрела всё живое, что в нём осталось. Он (как и она) был существом без цели, но вместе с ней, кажется, обрёл новый путь. Новое… Желание. Кессар действительно хотел сделать этот мир лучше. Хотя бы ради неё. Но для этого… Придётся поступиться собственной гордостью.

Хранитель резко вздохнул, остановившись у самого крайнего дома на перекрёстке. Дверь чуть затрещала от прикосновений Кессара, распахнувшись под давлением силы.

— Вы кто такой?! — воскликнул сонный мужчина, подскочив с дивана. — Что вы…?

— Эй! Пропустите его. Пожалуйста!

На втором этаже открылась дверь. Хранитель усмехнулся, поднимаясь по лестнице выше. Там, в небольшой спальне, его ждал заблудший ребёнок, который так и не смог оставить некоторых людей.

— Светлого тебе дня, Армин.

Мальчик ссутулился, прижавшись к стене. Всё такой же упрямый маленький волчонок, вот только горечь во взгляде стала более густой и ощутимой. Кессар опустился в кресло напротив, подпёр подбородок ладонью и усмехнулся:

— Ну, рассказывай.

Он давно заприметил слежку. Армин нанял опытных людей и шёл за Лизой по пятам, останавливаясь в маленьких городах. Как и всякий обиженный ребёнок, он не пытался просить прощения… Но и не отставал.

— Чего рассказывать? — сразу же огрызнулся мальчик.

Однако под пристальным взглядом Хранителя он смутился и, наконец, признал:

— Да просто… Айра заметила, что мне плохо и грустно. Она предложила… Отыскать Лизу. В Аттикхе есть гильдия ищеек… В общем-то, они взялись за это дело. И смогли найти вас в одном прибрежном городе. Тогда я собрал небольшую команду и отправился в погоню… Всё боялся, что вы снова уйдёте на дно.

Армин запнулся, нервно выдохнув:

— Я догнал вас только сейчас! Только в этом городе. И… Просто не знаю, что делать дальше.

Хранитель понимающе усмехнулся, опустив ладони на подлокотник. Чернота почти полностью ушла с его рук, задержавшись лишь на кончиках пальцев.

— Что именно тебя тревожит, Армин?

— Вы не поймёте. Вы не человек… — буркнул мальчик.

— Я постараюсь понять.

В нём было что-то до крайности умиротворяющее. Бесстрастный голос Кессара навевал мягкий штиль, который способен успокоить (почти) любую бурю в душе.

— Я не могу разобраться. — с трудом произнёс Армин. — Та старушка, которая помогала мне, спасла меня… И та женщина, чей портрет висел на каждой улице Аскании. Это действительно один человек?

Он сжал пальцы в кулаки, а потом громко воскликнул:

— Я не могу простить ведьму. Слышите? Не могу! Она убила мою мать! Но… Лиза и вправду… Та самая злодейка?

Кессар молчал, склонив голову набок. Он перевёл взгляд на окно и едва заметно улыбнулся:

— А ты в это веришь? Веришь, что она способна на такое?

— Я не знаю! — мальчик опустил подбородок и прикусил нижнюю губу.

Несколько минут он просто стоял в тишине, а потом хрипло признался:

— Сердцем… Не верю. Та Лиза, которую я знал… Была доброй. В ней нет ненависти, нет жестокости. Она могла давным-давно меня бросить, но не сделала этого.

— И? — уточнил Хранитель.

— И… Кому теперь верить? — болезненно усмехнулся Армин. — Разум говорит, что я должен её ненавидеть. Обязан! Потому что ведьма прокляла нашу страну. Прокляла мою мать. Где же здесь… Правда?

— В чём заключалось проклятие? — неожиданно, спросил Кессар. — Что именно она сделала?

— Ведьма… — мальчик стиснул зубы, но быстро взял себя в руки. — Она навлекла на нас беду. В тот день небо почернело и зелёный луч разрезал горизонт. Люди падали на улицах, поражённые пепельной скверной…

— Колдовство их парализовало. Верно? — неспешно протянул Кессар. — Но почему они умирали?

— Кровавая скорбь. — глухо прошептал мальчик. — Кровотечение из ушей, носа и рта… Оно начиналось не сразу. Через неделю, или около того.

— И многие погибли?

— Я не… Ну, я не уверен. — Армин пожал плечами. — Кажется, скорбь постигла далеко не всех. Поэтому… Многие оправились от проклятия.

— Как интересно… — нахмурился Хранитель, поднимаясь из кресла.

Он сцепил пальцы в замок, сосредоточенно обдумывая сказанное, и вдруг рассмеялся:

— … Непостижимо. И она до сих пор жива?

— О чём вы? — опешил Армин.

Кессар коротко вздохнул, приближаясь к окну. На его губах растянулась странная, немного раздражённая усмешка.

— Любая магия имеет свою цену. Чёрная магия — в особенности. — веско протянул он. — Нынешние люди мало что смыслят в проклятиях, однако… Цена за такое колдовство — смерть. Но даже массовое жертвоприношение не позволило бы Элайзе совершить настолько тёмное, сильное проклятие. Разве что посмертно… Но она жива.

— Ведьмы Эльмхаита… Всегда были сильными. — жалобно пробормотал мальчик.

— Даже Верховная не сохранит жизнь после такого колдовства. — покачал головой Кессар. — Кроме того… Чёрная магия имеет соответствующий оттенок энергии. Однако все вы видели зелёный луч. Это не соответствует мировым законам.

— Но проклятие было! — запальчиво воскликнул Армин.

— Было. — не стал спорить Хранитель. — И оно было очень сильным. Парализовало стольких людей… И все же умерли они от чего-то другого. От того, что не могла сделать ведьма Элайза.

Кессар постучал костяшками по подоконнику, прикрыв льдистые очи. За его спиной нервно завозился мальчик.

— Хочешь сказать: не она убила мою маму? Но тогда кто… И почему?

Армин остановился, а затем опустил взгляд в пол:

— Я мало что знаю о ведьмах Эльмхаита. Но они ведь… Повязаны с кланом Азур, да? Я просто… Не могу представить Лизу в роли такой ведьмы. Пожалуйста, ответь: это она наложила то проклятие?

Он отчаянно пытался узнать правду. И тогда Хранитель улыбнулся:

— Её тело, безусловно, повинно в колдовстве. Но не душа.

— Как это…?

— Ведьма провела ритуал обмена. Затянула на своё место невинную душу из иного мира. Лиза, которую ты знаешь, неспособна на великое зло. Она изранена, истощена и потеряла близких людей. Этим… Вы с ней очень похожи.

— Слава богам!

Армин резко выдохнул, падая на кровать. Его колени дрожали, а на губах расплылась широкая улыбка.

— Ты так легко мне поверил? — усмехнулся Кессар. — Полагаю, в глубине души ты и без того знал правду.

Мальчик стыдливо опустил взгляд на свои исцарапанные ладони.

— Вначале я был очень зол. Злился, потому что она солгала мне! И оттого, что ушла… А затем начал вспоминать. То, как часто Лиза меня спасала. Как мы выручали друг друга! Она ведь… Заменила мне семью. А я её даже не выслушал.

— Людской гнев ослепляет. — неспешно проронил Хранитель. — Хорошо, что ты понял это сейчас… Пока не стало слишком поздно.

Армин кивнул и тоже подошёл к окну. Тихие улочки города оживали на глазах: люди пробуждались от ночной дрёмы и собирались на работу.

— Странно… — вдруг пробормотал Армин. — Откуда здесь эти рыцари?

— Хм? — Хранитель перевёл взгляд на людей в сияющих доспехах. — Кто они?

— Я не уверен, но… Их шлемы очень похожи на те, что носят столичные стражи.

И тут Армин остолбенел, дёрнув Хранителя за рукав:

— Подождите! Разве это не значит, что Лиза в опасности?

…Где-то вдалеке зазвонили колокола, и призывно загудел рог.

— Беда не приходит одна. — мрачно усмехнулся Кессар.

Я нахмурилась, наворачивая круги по комнате. В голове шумело от суматошных, местами запутанных мыслей… Магия ворвалась в моё мировоззрение и спутала все карты. Теперь я чувствовала, что нахожусь на грани незримого срыва и только Кессар (хотя бы отчасти) успокаивал рассудок. Рядом с ним переживания меркли, растворялись туманной дымкой. Рядом с ним… Я обретала хрупкое равновесие. Потерять которое (на самом деле) до безумия просто.

— Ну и куда он ушёл? — процедила я сквозь сжатые зубы.

Кессар редко выходил из дома, но недавно исчез на рассвете… Он прикоснулся губами к моей щеке и вышел во двор, притворив дверь. А я проснулась в опустевшем доме.

И теперь рой рассерженных мыслей вновь заполонил голову, жужжа и перебирая лапками. Я коротко вздохнула, распахнув окно. Прохладный ветер остудил щёки, напоминая о последнем разговоре с Хранителем…

Кессар расспрашивал меня об этом по пути. Тогда казалось, что его вопросы почти случайные (мимолётный интерес), но… Сейчас, когда я вспоминаю об этом, возникает странное чувство несоответствия. Будто мы упускаем что-то важное. Пролистываем раз за разом, не обращая внимания…

Если честно, в романе ни разу не упоминалось, сколько человек погибло от проклятия Элайзы. Никаких точных цифр! То есть, жертвы, конечно, были… Но странно, что Валентин не поручил кому-то подсчитать их.

Я знаю, что мать Армина погибла от кровавой скорби, и всё же… По какому принципу люди умирали от проклятия? Ведь многие смогли восстановиться и жить дальше.

«Вспомнить бы самое главное… Почему Элайза сотворила такое жуткое колдовство?»

Верно. Я совсем позабыла об этой части истории. Будто кто-то ластиком подтёр реальность! Но, с другой стороны… В романе ведьма появлялась не так часто.

В центре сюжета была Эмилия. Именно её судьба разворачивалась перед нами… Большинство событий можно было узнать только через призму её восприятия. И всё же — почему? 

Я помню… Элайза была одержима Валентином. Она боготворила свою любовь, окутала принца страстным обожанием. Сильнейший дар Верховной колдуньи стал мечом клана Азур. Но проклятие… С ним связано что-то другое.

«Эмилия!» — вдруг поняла я. — «В тот момент Элайза узнала, что дражайший Валентин засматривается на другую женщину. Любовь и ненависть в её сердце породили неконтролируемую жажду. Ведьма хотела выплеснуть свои чувства… Хотела показать, на что она способна. Именно тогда Элайза сотворила проклятие — венец её силы…»

…И первый шаг к грядущему безумию. Элайза не сразу поняла, какую жуткую ошибку совершила. Она пыталась сбежать из страны, но ей не удалось долго скрываться… По всей Аскании распространили портреты злой ведьмы.

Верные рыцари императора поймали злодейку в священной роще близь Эльмхаита. Думаю, ведьма надеялась на заступничества ковена… Но сёстры от неё отвернулись. Они закрыли кованые врата цитадели и выпустили из них лишь карателя — жуткую сущность палача. Только он мог привести в исполнение приговор над дочерью изумрудного престола.

«Я помню… Её поймали относительно быстро и без особых потерь. Заклятие истощило силы Элайзы, так что она не смогла дать отпор обученным рыцарям» — я негромко вздохнула, опершись на подоконник.

Странная вырисовывается картина… Элайза всегда была такой порывистой? Потратила кучу сил, не смогла себя защитить… Как ни посмотри, а Верховную будто загнали в угол. Если бы она не убила людей, я бы ей даже посочувствовала.

«— И много кто погиб от пепельной скверны?» — вновь зазвенел голос Кессара в голове.

Я раздражённо поджала губы и в тот момент услышала кое-что важное.

— … именем императора!

Громкий голос зазвучал на улице, смешиваясь со звоном колоколов и призывным гудением рога. Я замерла у окна и неожиданно осознала: это они! Рыцари Валентина…

— Чёрт! — я метнулась к шкафу и поспешно укуталась в плащ.

Что они здесь забыли? В дальних городах Аскании никогда их не было… И тут я запнулась, поймав собственное отражение в зеркале. Верно. Скорее всего, они обнаружили пустой дом ведьмы в Шадде. Поздновато, но однажды это должно было случиться… Теперь Валентин хочет поймать меня?

Конечно. Паразит извлечён, силы Элайзы начали утекать из сосуда… Боже, какая я глупая! Валентин никогда не был идиотом, а значит… Меня ждёт весёлая жизнь.

Я нервно заметалась по комнате и вновь подошла к окну. Ещё слишком рано, но люди толпились на улице из-за громких призывов стражников… Каковы шансы, что они меня не заметят? Я стиснула зубы, натянув капюшон на голову. Нужно бежать из города! Отныне людные места для меня опасны.

— Чёрт, чёрт, чёрт! — отчаянно шипела я.

Под ногами трескались сучья, острые ветки били по лицу, но я не могла остановиться. Инстинкт загнанного зверя стучал в висках, умоляя прибавить скорость… Иначе меня точно поймают!

Поймают. Закуют. Казнят.

Мир перед глазами расплывался, дыхание стало почти раскалённым, и я едва не рассмеялась от горького осознания: этот мир по-прежнему не даёт передохнуть, затягивая петлю на шее.

Кессар подарил мне редкий покой… Островок безопасности в этом безумном романе. Я полагалась на его силу, магию и ум, но что в итоге? Хранитель исчез, а меня преследуют рыцари Валентина.

Я готова вопить от досады, вот только крики не помогут. Совсем не помогут…

«По крайней мере, мне удалось вырваться из города» — и это было ох как нелегко! Просто я вспомнила один занимательный факт…

Гончие. Клан Азур взрастил особенных собак, которые готовы неутомимо преследовать врагов императора. Эти псы помнят запах смоляных волос ведьмы и, конечно, найдут её во второй раз… Поэтому я не могла оставаться в арендованном доме. Единственный шанс: затеряться в толпе, пока ещё не поздно.

Горожане не понимали, отчего стражники бьют тревогу, но многие испугались. Суматоха на главной площади началась очень внезапно, и я удачно в неё вклинилась. Испуганные люди бежали, кто куда: одни по домам, другие — прочь из города.

Но у ворот уже стояли рыцари в сияющих доспехах. Такие красивые, статные… И непривычно холёные для этих мест. Я нервно вздохнула, укрывшись в кустах у городской стены. И что теперь делать? Мимо них не пройти, точно узнают! Как жаль, что здесь нет какого-нибудь прохода…

Именно тогда магия зажглась на моих пальцах. Зелёные искры пропитали каменную кладку, и та вдруг начала осыпаться. Появилась дыра… Пока ещё небольшая, но внушающая надежду. С этих пор я уже не сомневалась! И влила куда больше силы, расширяя путь на свободу.

Густой кустарник скрывал меня от бдительных стражников, гомон толпы заглушил иные звуки… Как оказалось, магия — полезный инструмент, если уметь им пользоваться.

Я не умела. Но мой инстинкт выживания сплетался с навыками ведьмы… Так что всё получилось очень естественно. Когда впереди открылась дыра (напоминающая собачий лаз) я встала на колени и быстро протиснулась наружу. Грязь и пыль оседали на плаще, но это мелочи.

Потому что впереди была моя главная цель: лес! Этот городок соседствовал с глухими местами, совсем рядом притаилась болотистая топь. Куда ещё податься беглой ведьме? Только туда.

Я надеялась, что это сработает… Возможно, сырость отобьёт нюх, и гончие потеряют мой след? Было бы хорошо, правда! Но до топи ещё нужно добраться.

Я плохо ориентировалась на местности, поэтому бежала почти наугад, полагаясь на предчувствие ведьмы. Лес казался тёмным, недружелюбным, а страх подгонял меня в спину собачьим лаем.

«Именно это ты чувствовала, Элайза? Некогда Верховная ведьма вынуждена спасаться от псов. Но они всё равно тебя догнали» — я стиснула зубы, не успев увернуться от ветки. Острый сук поцарапал мне щёку, но даже так… Нет времени на передышку. И я продолжала нестись вперёд, позабыв обо всём, кроме…

«Кессар»

Сможет ли он найти меня? Надеюсь. Очень на это надеюсь.

Хранитель давно стал моей путеводной звездой в этом мире. Потерять его — значит остаться в полном одиночестве. А я и без того одна… Так было в моей реальности, так случилось и здесь.

Когда я подумала об этом, в голову пришла очевидная мысль: что, если Элайза чувствовала тоже самое? Она была частью ковена, частью Эльмхаита, но никогда не получала от них поддержки. И только Валентин протянул ей руку помощи. Он стал другом ведьмы, её первой любовью…

«… И погибелью»

Я едва не споткнулась, когда под ногами захлюпала болотная жижа. Запах сырости стал сильнее, намекая на скорое спасение… И тут стрела вонзилась в ближайшее дерево. А потом ещё одна — отсекая путь побега.

— Чёрт! — воскликнула я, вцепившись в край плаща.

Со всех сторон меня окружили собаки. Они были странными… С вытянутыми худыми телами, выпученными глазами. И смотрели так злобно, как крысы в подполье! Я никогда не видела таких гончих… В них было что-то пугающее, почти ненормальное.

Одна собака зарычала, припадая на передние лапы, и я испугалась. Едва вскинула руки, а с пальцев уже сорвалось зелёное пламя. Оно очертило защитный круг, не позволяя псам до меня добраться…

И тогда послышался голос:

— Элайза Эльмхаитская, я приказываю вам сдаться!

Я облизнула пересохшие губы, напряжённо вглядываясь в отблески пламени. Там стоял человек в рыцарских доспехах. Кто он? Вероятно, правая рука Валентина… Вспомнить бы его имя.

— С чего бы мне подчиняться? — прошептала, откинув край капюшона.

Больше нет смысла притворяться, меня настигли. Поймали, окружили… И теперь пытаются решить всё «мирным» путём. Забавно… Для меня такого пути не существует.

— Ведьма Элайза… Вы сбежали из-под надзора и сняли оковы карателя. Я должен арестовать вас. Подчинитесь!

— А, там был надзор? — пробормотала я себе под нос.

Удивительно… Как же плохо вы присматривали за главной злодейкой истории.

Рыцарь нахмурился и сделал шаг вперёд, подойдя почти вплотную к пламенному кругу. Я заметила капельки пота на его широком лбу. Похоже, погоня далась ему непросто… Но он без страха смотрел на ведьминский огонь. И этот шрам на левой скуле… Я, наконец, вспомнила.

Арей, рыцарь Ближнего Крыла. Благородный защитник Аскании и верный друг императора… Кажется, он был неравнодушен к Эмилии, но героически скрывал свои чувства.

«Вот и случилась моя первая встреча с ожившим персонажем»

Я поколебалась. Не хочу вредить ему, но… Чёрт. Что же делать? Магия Элайзы — непредсказуемый зверь, а я совсем не умею с ней обращаться!

— Я должен вас задержать. — твёрдо повторил Арей. — Даже если сгорю в этом пламени. Но на моё место придут другие рыцари.

— Ах, да… — я печально улыбнулась, опустив подбородок. — Бессмысленный героизм, что тут поделаешь.

Стоило мне пожелать — и огонь погас, оставив лишь выжженный круг. Я устало склонила голову набок, поймала взгляд Арея, а затем протянула запястья:

— Ну, хорошо. Ведите меня к императору.

Мне не хочется. Нет ни малейшего желания видеть главных героев, но… Как жаль, что этот мир беспощаден. И наша встреча всё же была предрешена.

«Либо умереть от паразита, либо вернуться к тому, с чего начинала Элайза… К Валентину» — я нервно усмехнулась, позволив Арею сковать мои руки.

Но рыцарь поколебался, а затем натянул капюшон мне на голову:

— Так будет лучше для всех. — пояснил он, свистнув гончим псам.

И я не стала спорить. Пришло время посетить сияющую столицу Аскании…

Лазурь, столица Аскании

Поездка была долгой и безрадостной. Я скучала по водяным порталам Хранителя, пока тряслась в этом тесном катафалке. Руки скованы, рядом нет ни одного окна, а любой дорожный камень отзывался дребезжанием под колёсами…

Просто отвратительно. Ставлю один балл из десяти этой поездке.

Но, по крайней мере, Арей не жадничал и исправно кормил меня. Он даже чуть ослабил наручники, когда заметил натёртые запястья. Можно сказать, что мой «тюремщик» был вполне милосердным… Но в его милосердии нет ни капли тепла. Просто сухое исполнение долга.

«Сложно найти асканийца, который не испытывал бы ненависти к Элайзе» — понимающе усмехнулась я. И вот так мы въехали в столицу… Догадаться об этом было несложно: дорога вдруг стала ровной.

Я прикрыла глаза, пытаясь вспомнить отрывки из книги. Там говорилось, что Лазурь была самым чистым городом Аскании. Белокаменная столица, окружённая высокими стенами… Эмилия полюбила это место с первого взгляда. Ей нравились изящные статуи и лазурные фонтаны, что виднелись там и тут. Ей нравились уличные музыканты и разноцветные окна в домах.

Но мне (увы) не дали полюбоваться всем этим великолепием. В карете было душно и темно, а рыцарь явно не оценит идею с экскурсией по Лазури.

Я вздохнула, пытаясь унять дрожь. Неприятное волнение пробуждалось в сердце, диктуя избитые строчки из романа… 

Да, верно… Я побаиваюсь Валентина. Не могу представить, какое наказание ждёт меня впереди. Казнь? Заключение в темнице? Едва ли император вновь отправит злодейку в Шадд…

«А ведь я только-только избавилась от паразита!» — тяжёлый вздох сорвался с губ, и как раз в тот момент карета остановилась.

Арей открыл двери, и яркий свет больно ударил по глазам. Рыцарь молча надвинул капюшон мне на голову, а потом помог выйти из экипажа. Мы находились на огороженной территории: кругом деревья, кусты и странный заброшенный дом поблизости… А это, случайно, не «тайный сад» императора?

Я помню, в «Цветке Скорби» упоминалось загадочное место. Оно было создано кем-то из Азуров — защищённый клочок земли с рощей и таинственным особняком. Говорят, раньше здесь прятали любовниц императоров, но с тех пор прошло очень много времени. А теперь… Валентин пустил в тайный сад ведьму.

«Всё интересней и интересней…» — вздохнула я.

— Вы будете заточены в этом доме, пока император не придёт навестить вас. — холодно проговорил Арей. — Я заменю наручники на блокирующие браслеты. Но никто не будет вам прислуживать.

— Потому что никто в столице не знает о том, что злая ведьма вернулась? — усмешка исказила мои губы. — Как скажете, сэр рыцарь.

Арей резко скривился, опустив ладонь на эфес меча. Рыцарь смотрел на меня голодным зверем, со всей ненавистью, от которой хотелось скрыться. Но… Вот что странно: я не боялась. Будто и впрямь примерила личность мятежной Элайзы.

Арей прикрыл глаза, возвращая самообладание. Он несколько грубо потянул меня в дом, только чтобы защёлкнуть на руках браслеты и (наконец) снять приевшиеся наручники. После этого рыцарь молча отошёл к двери.

— Подождите! Один вопрос: Святая Дева осведомлена о том, что я здесь?

Арей замер, яростно посмотрев мне в глаза. Похоже, этот вопрос серьёзно задел его, потому что мужчина ответил не сразу.

— Да. Она знает.

Дверь захлопнулась, замок щёлкнул три раза, сигнализируя о моём заточении. Я задумчиво потёрла запястья, задев пальцами прохладный металл блокирующего «аксессуара». До чего неприятная штука… Впрочем, чего ещё ожидать от главных героев? Было бы странно, встреть они меня с фанфарами.

«Если Эмилия знает… Интересно, кто навестит Элайзу в первую очередь?» — я негромко вздохнула и решила исследовать дом.

В романе об этом месте сказано так мало… Но очевидно, что выбраться отсюда нелегко. Многие двери были заколочены, окна не открывались, а попытки разбить стекло ни к чему не привели (и почему оно такое прочное?).

Тогда я поняла: заброшенный дом похож на настоящую крепость. Потому Арей и не боялся оставить меня в этом месте.

На втором этаже обнаружилась единственная открытая спальня. Пыльная кровать, облезшие обои и старая мебель… Когда-то всё здесь было очень роскошным, но время не пощадило тайный сад. И вскоре я обнаружила то, что вызвало неконтролируемую дрожь по телу.

От изголовья кровати протянулись длинные цепи, которые заканчивались кандалами. Для рук и для ног…

«В романе упоминалось, что здесь «прятали» любовниц. Но, честно говоря… Всё это выглядит иначе. Будто их похищали, насиловали и держали взаперти» — подумала я и распахнула шкаф.

В нос сразу ударил стойкий запах залежавшейся одежды… От пыли засвербело в горле, но я продолжала рассматривать эти красивые платья из прошлых эпох. Неприятный холодок обжёг хребет: то, что казалось случайным предположением, переросло в неконтролируемое чувство страха.

А затем рядом послышались шаги. Кто-то поднимался по лестнице на второй этаж, и (первым делом) я подумала о Хранителе… Но вместо него в дверях появился Он.

Тот, кого любила Элайза. Тот, кто её приговорил.

Валентин Азур, император Аскании и главный герой романа.

Принц снова встретил ведьму.

В моей голове звенела чужая ярость. Она кричала голосом Элайзы, рвалась к ненавистному (некогда любимому) человеку. Ведьма обвиняла его, ведьма хотела бы его убить, но… Не смогла. Валентин оставался её главной слабостью. Он же был величайшим предателем в её жизни.

Я тихо вздохнула, сжав пальцы в кулаки. Что ж, вот мы и встретились! Главный герой романа, император Аскании… И тот, кто будет решать мою судьбу.

«Опять? Даже думать об этом противно»

В романе Валентина часто называли сказочным принцем, и (честно говоря) он вправду похож на обаятельного красавца из древних легенд. Такой высокий, стройный, плечистый… Его волосы отливали золотом пшеничных полей, а от улыбки на щеках появлялись умильные ямочки. Но вот глаза… Фамильная черта клана Азур — рубиновая радужка. Конечно, подобное есть не у всех потомков императорской фамилии, но у многих.

Должна сказать, что это смотрится… Странно. У Валентина глубокий, пронзительный взгляд. Из-за него молодой император казался более хищным. Будто кто-то провёл окровавленной кистью по белому холсту.

— Элайза. — задумчиво позвал он, прервав обоюдное молчание. — Ты… Стала прежней.

Его голос прозвучал чуть хрипло. Валентин смотрел мне в глаза и казался взволнованным, но я не прониклась. Неожиданная сентиментальность от главного героя? Обойдёмся без неё.

— Скучал по мне? — насмешливо спросила, невольно имитируя тон настоящей Элайзы.

Осколки её личности впились в моё собственное раздражение… И мы обе не собирались щадить Валентина.

— Отчасти да. — с неожиданной мягкостью признался Азур.

Он шагнул вперёд, с интересом разглядывая моё лицо, а затем вздохнул:

— Это невозможно. Невозможно снять метки карателя Эльмхаита… Но у тебя получилось. Твоя кожа исцелилась, твоя молодость вернулась. Почему, Элайза?

Я едва не рассмеялась. Он серьёзно думает, что ведьма выболтает все секреты? О, нет, Ваше Величество!

— А ты думал, что сможешь от меня избавиться? От Верховной колдуньи? Забавно.

Я больше не скрывала свои эмоции, эту острую враждебность… Прежние страхи давным-давно рассеялись, осталась только злость. Злость на главных героев, которые не позволяют мне жить спокойно.

Валентин скривил губы и задумчиво покачал головой:

— Твоя магия должна была перейти в сосуд вечности. Но теперь она возвращается… Ты же понимаешь, что я не могу отпустить тебя, Элайза?

— И что ты сделаешь? Позовёшь карателя Эльмхаита?

Я мрачно усмехнулась, сжав пальцы в кулаки. Каратели колдовской цитадели… Они приходят, чтобы исполнить приговор, а затем вновь засыпают в каменных подземных склепах. Каждое их пробуждение истощает Эльмхаит, потому ведьмы не позволят сделать это во второй раз. Хорошая ли это новость? Кто знает… Валентин всё ещё может меня казнить.

— Нет. — Азур рассеянно улыбнулся.

В его глазах сплетались противоречивые эмоции, и это… Настораживало. Валентин не проявлял никакой враждебности, будто мы и впрямь бывшие, которые встретились после долгой разлуки.

«Как странно… Разве герой не должен ненавидеть злодейку?»

— Зачем ты вернулась в Асканию? — неожиданно спросил он. — Я знаю, что ты сбежала из Шадда. В любой другой стране у тебя бы получилось начать новую жизнь, но… Элайза вернулась.

Боже, только не говорите, что он пытается всучить мне сюжет о несчастной любви?

— Я хотела увидеть другие города империи. Знаешь, там довольно тоскливо… Бедность и разруха.

Это правда. Я всё чаще задумываюсь о том, что блистательный Валентин не стремился по-настоящему искоренить зло на своих землях. Вместо этого… Он принял все почести и наслаждался процветанием в столице. Достойный герой, ничего не скажешь.

— О, правда? — он вскинул брови, но казалось, что его интересует совсем другое. — Даже в Вардане? Ты ведь была там.

Ох, чёрт… Он и это раскопал? Я невольно нахмурилась, вспомнив пророчество Мариталь.

Неужели, так и случилось? Старая ведьма мертва…?

— Это ты разрушила аукцион? — прямо спросил Валентин, не сводя с меня глаз.

— Какая разница? К чему эти вопросы? Или Его Величество собирается снова меня использовать?

Я горько усмехнулась:

— Везде ищешь свою выгоду… Ты хуже рыночного торговца, Валентин.

Эти слова… Вызвали неконтролируемую реакцию. Прекрасное лицо императора Азура исказилось. На несколько секунд Валентин показал мне такую ярость, что я невольно отступила. Но затем он просто… Улыбнулся, будто ничего не произошло.

— Хорошо, Элайза. Я рад, что ты до сих пор такая… Прямолинейная. Это дорогого стоит.

Валентин вернулся к двери и равнодушно проронил:

— Можешь располагаться в этом доме. Твоя судьба решится через несколько дней. Доброй ночи.

И он ушёл, оставив меня в расстроенных чувствах.

— Чёрт, что это было…? — прошептала, сглотнув вязкую слюну.

Я назвала его торговцем просто так, в секундном порыве, но… Он разозлился по-настоящему. Повёлся на такую глупую провокацию! Разве это не странно? Если только…

«Если только я не попала в цель. Задела его истинные чувства? Не знаю. Но сейчас мне кажется, будто я упускаю что-то важное. Какую-то часть истории Элайзы и Валентина… Чёрт, кто бы помог мне вспомнить?»

Но в заброшенном доме было тихо. В ту ночь никто не потревожил мой покой.

Валентин Азур 

Его костяшки побелели, вены на руках вздулись от напряжения. Он знал, что Элайза бывает несносной, но не ожидал от неё такого унизительного пренебрежения. Эта женщина… Эта ведьма всегда была беспощадной. Сказала пару слов — и прошлась по его самолюбию острым лезвием.

Он чувствовал, как закипает в груди ярость, ревёт подстреленным зверем. Алые глаза Азура загорелись от неконтролируемых эмоций, а затем потухли. Валентин остановился у разрушенного обелиска. Трещины покрывали белоснежный камень, как старые шрамы покрывают сердца некоторых людей.

Валентин знал, что Элайза была именно таким шрамом. Засечка в его сознании, зеленоглазая вольная мегера… Азур резко качнул головой. Сейчас не время думать об этом. Его ждал Совет Праведных.

Расчётливые старики в белых мантиях по сей день контролировали большую часть Аскании. Но их богатство пошатнулось из-за трагедии Вардана. Мощный денежный поток отныне был перекрыт (не без стараний Валентина). Это создало некоторую напряжённость… Которая теперь ощутимо усилилась. 

— Как это понимать, Ваше Величество?!

— Вы обещали, что ведьма никогда не вернётся!

— Вы поймали проклятую Элайзу?

— Когда вы дадите нам объяснения? 

«Шумно» — Валентин почувствовал, как его улыбка превращается в оскал. Эти знатные мужчины напоминали свору шакалов… Точно так же брызжут слюной, пытаясь выдрать кусок пожирней. Но Валентин не хотел делиться. Ни властью, ни деньгами, ни славой.

— Спокойно, господа. Прошу, говорите по очереди. — холодно произнёс император, усаживаясь в кресло.

Со стороны он, должно быть, выглядел жалко… Вся проблема в том, что Валентин слишком молод. Каждое решение, принятое Советом Праведных, приходилось отстаивать на изнуряющих дебатах. А эти алчные интриганы умели играть по-настоящему грязно…

— Ваше Величество. — первый советник насмешливо поклонился. — Вы убедили нас отдать ведьму Элайзу карателям Эльмхаита. Вы утверждали, что так её смерть «принесёт всем пользу». Теперь же она вернулась, и мы хотим узнать: какую пользу принесёт исчадие зла асканийской земле?

Валентин вновь сжал пальцы в кулаки, но на этот раз сдержался.

— Господа, я также был обманут. Ставленницы ковена уверили меня в простоте и нерушимости данного ритуала… Они говорили, что его невозможно обратить вспять.

— Очень жаль, что вы так легко поверили изумрудному престолу враждебных созданий. — вмешался второй советник.

— Вынужден с вами не согласиться. — покачал головой Валентин. — Мы храним многовековой союз с Эльмхаитом. Мои предки, великие правители Азур, заключили соглашение с ведьмами. Они продают нам артефакты и эссенции, а мы оберегаем покой цитадели.

— Благодарю за экскурс в историю, Ваше Величество. Я знаю, чем полезны ведьмы. — поморщился советник. — Покуда среди них нет природного венца — ведьмы наши союзницы. Но в этом поколении венец объявился. Та, что им обладает… Прокляла наши земли. Очевидно, что ведьмы не считают нас равными!

Совет Праведных зашумел. Они вновь начали спорить, перебивая друг друга, пока Валентин не хлопнул ладонью по столу.

— Хватит! Вы знаете, что Элайза нарушила законы ковена. И раз уж каратель не помог нам, мы аннулируем последнее соглашение с Эльмхаитом и сами осудим ведьму.

На несколько минут повисла тишина, которую прервал первый советник:

— Соглашение с Эльмхаитом касалось сосуда вечности и магии Верховной… Но теперь обелиск треснул. Это значит, что обещанные вам деньги испарились, Ваше Величество.

Валентин стиснул зубы, сдерживая ревущую досаду. Эти советники даже не представляют, что он потерял… Деньги Эльмхаита? Мелочь. Изумрудный престол обещал предсказать путь к несметным богатствам, но теперь ситуация усложнилась. И Азур не сможет так легко выбраться из гнетущих оков Совета Праведных.

— Судьба переменчива. — холодно процедил он, глядя в глаза советнику. — Чего вы от меня хотите?

— Покажите нам ведьму. — усмехнулся тот. — Мы хотим убедиться, что это не фальсификация.

Валентин едва не рассмеялся. Старый лис решил, что император с ними играет? Распространил информацию о возвращении Элайзы, лишь бы скрыть деньги, полученные от Эльмхаита… Смешно. Смешно, потому что Азур действительно мог устроить такой манёвр.

— Хорошо. — Валентин кивнул, поднимаясь из-за стола. — Через три дня, на полуночном торжестве — вы все увидите Элайзу. А затем мы решим её дальнейшую судьбу.

Император покинул зал, игнорируя шепотки и пересуды за спиной. Совет Праведных продолжал спорить даже без его участия… А Валентин почувствовал, как голова его пульсирует от невыносимой боли. Всё это было неправильно, не вовремя, и почти невозможно.

«Как она могла вернуться? Как восстановилась? Приговор карателя — нерушим! Никому не удавалось сотворить подобное… Может, она и вправду особенная?»

— Валентин? — чуть слышно позвала его Эмилия.

Он остановился, утопая в лазурном взгляде Святой Девы. Она (как и всегда) ждала его, намереваясь утешить после непростых переговоров с Праведными. Валентин слабо улыбнулся, любуясь белоснежным платьем Эмилии и её рыжими завитыми кудрями. Она была до безумия очаровательной и лучше всех знала, как поднять ему настроение. Наверное, по этой причине Валентин обратил на неё внимание в тот день, на балу… А затем снова и снова.

Он полюбил эту девушку. Он желал быть с ней. Но иногда недостаточно победить злую ведьму для того, чтобы достичь сказочного финала.

— Валентин, что они сказали? — полушёпотом спросила Эмилия, подходя ближе.

Её беспокойство было трогательным и чутким. Но на этот раз Валентин не улыбнулся в ответ.

— Ничего хорошего. — устало проронил он. — Они хотят увидеть Элайзу. Через три дня я приведу её на тайное торжество.

— Но… Разве это не опасно?

Эмилия не зря переживала. Раньше магия ведьмы была мощной и непредсказуемой: даже блокирующие браслеты ломались под её напором. Элайза ослабла, когда прокляла Асканию, а сейчас она просто… Не восстановилась до прежнего уровня.

— Нет. — Валентин покачал головой. — Арей надёжно сковал её магию.

Эмилия кивнула, но беспокойство всё ещё сквозило во взгляде Святой Девы.

— Где она? В подземной темнице?

— Не совсем. — Азур поколебался, отводя взгляд. — Её ждёт новый приговор. Не к чему усугублять положение.

— Усугублять? — непонимающе повторила Эмилия. — Но она же прокляла…

— Я помню. — резко прервал её Валентин. — Прекрасно всё помню, не нужно повторять! В любом случае, сейчас она в особняке тайного сада. Там и останется до дня торжества.

Эмилия нервно вздохнула, а затем проговорила:

— Ты… Хочешь, чтобы я помогла ей подготовиться к торжеству? В любом случае… Ей понадобится платье.

— Верно. Я знал, что ты поймёшь.

Император ласково улыбнулся, запечатлев поцелуй на её лбу. Но Эмилия промолчала, до крови прикусив нижнюю губу.

Вардан 

Песня старой Мариталь сплеталась с языками пламени, гортанным рыком оседая на губах. Морщинистые пальцы ведьмы порхали над чугунным котлом, помешивая варево и ловя болотные искры.

Амулеты на стенах звенели и щёлкали, будто от порыва буйного ветра, а на шкафах ютились птицы с чёрными кошками, на удивление дружные, но молчаливые. Их глаза сверкали во мраке магической лавки.

— Однажды принц влюбился в ведьму… Не обошла её беда. — проскрипела Мариталь и отступила от зелья. Зелёный огонь взвился над котлом, едва не обжигая лицо.

Горький дым заполонил помещение, охватил её силуэт, вплетая серость в полумрак. Старуха прищурилась, опустив ладонь на ровную поверхность стола, и вдруг постучала костяшками.

Раз, два. Раз-два-три, и тогда… Дверь распахнулась. Холодный ветер прогнал дым из лавки. Амулеты зазвенели громче, надрывнее, но Мариталь не дрогнула, коротко усмехнувшись:

— Незваные, но ожидаемые гости… Что ж, добро пожаловать, Хранитель Глубин.

На пороге и вправду стоял он — «морской дьявол» с белоснежными волосами. За его спиной маячил Армин, который вскоре не выдержал:

— Здравствуйте, госпожа ведьма. А вы опасная?

Мариталь скривила губы, резко махнув рукой. Дверь за их спинами тотчас закрылась.

— Не опаснее твоего друга, мальчик.

Кессар молча опустил подбородок, никак не реагируя на её слова. Тогда старуха подошла ближе, вглядываясь в мутную пустоту его глаз.

— Ясно… Взял то, с чем едва можешь справиться. Да и старые раны кровь в венах жгут… — Мариталь покачала головой, а затем усмехнулась. — И зачем вы явились, незваные?

Я тяжело вздохнула, ощутив ломоту в костях. Да уж, провести ночь на полу — не самая лучшая идея, но… Я просто не смогла лечь на эту пугающую кровать. Она пахла страхом и тлением, а длинные цепи намекали на ужасную участь любовниц тайного дома.

Поэтому я стащила одеяло и подушку на пол, кое-как приготовившись ко сну. Как итог: спину пронзила адская боль. Но даже не это нервировало меня сильнее всего… Что здесь забыла главная героиня?

Эмилия принесла горячие булочки в корзине, а ещё гребень и бутылку молока. Она старательного избегала моего взгляда, чуть подрагивала от страха, но затем выпалила:

— Сэр Арей ждёт меня за дверью! Если что-то случится, он сразу придёт на помощь!

Я негромко фыркнула, скрестив руки на груди. От вида булочек в животе заурчало, но, прежде чем завтракать, стоит разобраться в мотивах Святой Девы… Зачем же она пришла сюда?

Эмилия выглядела так, будто её заставили войти в этот дом, насильно толкнули в логово ведьмы. И всё же, рядом не было верных служанок. Даже рыцарь остался по ту сторону двери… Я прищурилась, на время позабыв о боли в спине, и хмыкнула:

— Святая Дева пришла помолиться за мой покой? Или позлорадствовать ещё немного?

Эмилия покраснела, стиснув пальцы на корзинке:

— Я не… Думай, что хочешь.

Она была не слишком разговорчивой, но в этот раз мне хотелось её допросить.

— Я думаю, что это странно, Эмилия. Почему ты не послала вместо себя служанку? Зачем пришла к ведьме, которая тебя ненавидит?

Эмилия вздрогнула, напоминая испуганного бельчонка. Она вдруг резко опустила корзинку на стол и выпалила:

— Так надо! Если кто-нибудь узнает правду о тебе, то… По столице поползут дурные слухи. Я не хочу, чтобы Валентин пострадал из-за этого!

Я усмехнулась. Вот как… Ну да, насколько помню, в оригинальной истории всех уверяли, что ведьму давно казнили. Если народ узнает правду, смогут ли они и дальше доверять такому императору? Но это забавно… Забавно то, что Эмилия готова сыграть роль служанки ради Валентина.

— И что? — равнодушно проронила я. — Не легче ли послать Арея?

— Не… Не надо доводить рыцаря до греха. — нахмурилась Эмилия.

Похоже, сэр Арей особенно нетерпим к ведьме? Интересно, ничего не скажешь… Хотя его враждебность более чем оправдана. Насколько помню, это проклятие поразило и некоторых рыцарей Ближнего Крыла… Мог ли Арей потерять друзей из-за Элайзы?

Я негромко вздохнула и подошла к корзине. Выглядит вкусно и вполне безобидно, но мне не хочется есть под испуганным взглядом Эмилии.

— Тебе не пора? — вежливо поинтересовалась, кивнув на дверь.

— Да, я… Я приду позже. — Святая воспользовалась моим предложением и тотчас метнулась к двери.

Через пару секунд раздался щелчок замка. Я достала булочку и принюхалась. Ну, не станут же меня травить, верно? Ладно, рискнём… Лучше уж так, чем умереть от голода.

На следующий день Эмилия пришла снова. В этот раз (помимо еды) она принесла невзрачное синее платье и смущённо предложила:

— Эм… Можешь примерить? Завтра ночью тебя отведут на ночное торжество Совета Праведных. Они хотят удостовериться в том, что… Элайза вернулась по-настоящему.

Эмилия запнулась, а затем положила платье на стул и отошла на безопасное расстояние.

Я негромко вздохнула. Честно говоря, в этом доме до безумия скучно… Мои попытки найти хоть какой-то выход привели к очевидному тупику. Мебель прикручена к полу и стенам, тяжёлых предметов под рукой нет, и даже всё острое отсюда убрали… Я будто в психушке оказалась. Всё, что у меня есть для развлечений: лестница и скудная коллекция книг. Поэтому (в порядке исключения) я хотела пообщаться с главной героиней.

— Как мило. Ты даже принесла мне платье… Но какая разница, в чём я появлюсь перед Праведными? Обноски, или дорогой наряд — итог один.

Я дотронулась до ткани и усмехнулась:

— Смертная казнь.

Эмилия поджала губы, никак не комментируя мои слова.

— Скажи: почему он до сих пор на тебе не женился? — вдруг спросила я.

А и вправду — почему? Оригинальный сюжет расплывался в голове нечёткими красками… Я помню, что Валентин не спешил жениться на Эмилии, даже когда стал императором. Кажется, это объяснялось вмешательством Совета Праведных, но всё же…

— Мы точно сыграем свадьбу! — воскликнула Эмилия с прежней решимостью. — Вот увидишь… Просто надо подождать. Сейчас не лучшее время.

— Власть императора слаба? — задумчиво протянула я. — Или у него есть другие кандидатки для женитьбы?

На самом деле, я не планировала всерьёз издеваться над Эмилией. Эти слова… Всего лишь мысли вслух. То, что давно крутилось в моей голове.

Я помню, что Валентин столкнулся с недостатком денег и влияния. Даже сейчас он обязан показать ведьму Праведным, будто мальчишка, который отчитывается перед строгими учителями. А в оригинальной истории… Герой получил несколько «счастливых случаев». Вначале он собрал артефакты старой Мариталь в Вардане, чуть позже — нашёл дворцы с сокровищами. После этого денежный вопрос был решён, и Валентин постепенно подавил Совет.

Раньше я думала, что «Цветок Скорби» — банальная сказка, где нет смысла напирать на логику. Но вот теперь книжный мир более чем реален, и появляются новые вопросы… Действительно ли героям сопутствует такая удача? Или здесь притаился тонкий расчёт?

Эмилия резко качнула головой. Гневный румянец вспыхнул на её щеках, когда девушка заявила:

— Вечно ты злословишь, Элайза! Строишь козни, мерзости говоришь… Но Валентин правда меня любит, и это не изменить! Просто смирись.

Она скрестила руки на груди, демонстрируя искреннюю уверенность главной героини. Что ж, ничего другого я и не ожидала…

— Ведьмам по статусу положено злословить. — не удержалась от подколки.

— Поэтому ты прокляла Асканию?

Эмилия выпалила это на эмоциях, но сразу замолчала, прикусив нижнюю губу. В её синих глазах смешались страх и гнев… В равных пропорциях, то и дело пересиливая друг друга.

И тогда я вдруг спросила:

— А что… Многие погибли от моей магии?

Этот вопрос волновал меня и раньше. Главные герои должны знать правду, не так ли? Но, на удивление… Эмилия вдруг отступила.

— Многие? Они… Все они были парализованы. Ты сотворила этот кошмар… Я так больше не могу!

Девушка ринулась к двери и вышла, оставив меня наедине с едой, платьем и ворохом вопросов. Я опустилась на стул, поджав губы. Странное раздражение прострелило тело вдоль хребта, покрывая кожу мурашками.

В этом неприятном чувстве… Я пыталась соединить фрагменты оригинальных событий в единую картину. Элайза прокляла страну. Некоторые умерли после проклятия, но Эмилия ничего не сказала об этом. Почему она сделала акцент на том, что «они были парализованы»? Не понимаю…

Итак, ведьма осуждена. Страна медленно восстанавливается после проклятия, а Валентин (так и не женившись на Эмилии) отправляется с ней в Вардан. Там они «случайно» находят развалины лавки Мариталь…

Нет, это правда странно! Кто мог разрушить её дом? Старая ведьма долго жила в Вардане, продавала полезные зелья и талисманы… Зачем её убивать? Она никому не навредила своей магией. Но, если подумать о том, кому это выгодно… На ум приходит Валентин. Что, если он сам приказал разрушить лавку, а потом так «удачно» нашёл её с Эмилией?

Неприятный холод обжёг мне спину. Это просто подозрения, просто догадки, но… Они вполне могут стать реальностью. Я облизнула пересохшие губы, поднимая синее платье. Думаю, ночное торжество Совета Праведных расставит всё по местам.

Валентин, Эмилия, Элайза… Однажды я докопаюсь до правды, которую скрыли на страницах романа.

Лавка старой ведьмы 

— Сколько можно ждать? — пробормотал Армин, до боли стиснув пальцы. — Пока мы тут сидим, Лиза ведь там, у них…

Мальчик запнулся, судорожно вздыхая. В тот день, когда Лиза пропала… Улицы маленького города бурлили от народных волнений. Но среди испуганных жителей особенно выделялись чужаки: рыцари, прибывшие из благодатной Лазури. На их доспехах сверкали эмблемы в виде восьмиконечной звезды. И Армин сразу понял, зачем прибыли эти люди.

Поймать ведьму, осудить заново и… Казнить? Мальчик хотел выбежать на улицу, но в этот момент Кессар вдруг покачнулся. Хранитель вцепился пальцами в подоконник, едва удерживая себя от падения. Его лицо побледнело, а на висках выступили бусинки пота.

— Вы… Что с вами?

— Проклятые эмблемы рыцарей. — прохрипел Хранитель, мрачно усмехнувшись. — Похоже, они до сих пор на меня влияют…

Он с видимым трудом опёрся на стол и проронил:

— Не убегай на улицу. Если тебя поймают — Лиза сама придёт к ним в руки. Сейчас… У неё есть шанс скрыться.

Армин заупрямился, но от Хранителя всё ещё исходила эта властная аура… Противиться его воле — непомерно сложно, поэтому мальчик временно затих. А менее чем через час рыцари вдруг оставили свои посты, быстро покидая город.

— Что это значит? — спросил Армин, не отходя от окна.

— Это значит, что её поймали. — холодно ответил Кессар.

— Вы…! Вы же говорили, что она сможет сбежать! А я не помог ей… Опять!

Армин яростно поджал губы и ринулся к двери, но…

— И что ты собираешься делать? — спокойно спросил Хранитель, подперев подбородок ладонью.

— Я отправлюсь в столицу! У меня есть люди, и… — тут Армин запнулся, осознавая безысходность своего положения.

Одно дело отыскать ведьму, используя помощь наёмников из Аттикхи, и совсем другое — отбить пленницу у самого императора.

— Помогите мне. — прошептал Армин. — Вы же к ней неравнодушны… Так помогите! Я знаю, вы можете…

Хранитель устало улыбнулся, прикоснувшись к собственным ключицам. И, наконец, произнёс:

— Когда я вышел из саркофага… На моей груди были шрамы, скованные льдом. Сейчас их нет, но эти отметины засели глубоко под кожей. У меня под сердцем — куски чёрного золота, заговорённые ведьмами и магами.

Он перевёл взгляд на окно и поджал губы:

— То золото закалено в крови древнего императора из клана Азур. Он не верил, что я выберусь из саркофага… Но всё же боялся этого. Оковы, которые вживили в моё тело — гарант безопасности Азуров. Из-за него я не могу пересечь границу лазурной столицы, а эмблемы крылатых рыцарей причиняют невыносимую боль.

Армин побледнел, в отчаянии склонив голову. Казалось, никто не в силах спасти Лизу от злого рока…

— Но ты же сильный! — прошептал мальчик. — Вернул ей молодость, много раз помогал нам… Придумай что-нибудь! Пожалуйста, Кессар.

Хранитель задумчиво нахмурился, постукивая костяшками по столу.

— Возможно… Есть один способ. Но для него нужно вернуться в Вардан.

И вот так они оказались у домика старой ведьмы Мариталь. Армин нервничал, понимая, что драгоценное время утекает сквозь пальцы. Так ещё и Хранитель не захотел брать сопровождающих в лавку! Впрочем, теперь мальчик осознал причину такого запрета. Ведь это логово настоящей колдуньи…

Вначале Армин оробел от грозного вида Мариталь, но быстро пришёл в себя… И начал терять терпение. Старуха долго смотрела на Хранителя, а потом фыркнула и ушла в (подозрительно большой) подвал, где и копалась уже вторые сутки почти без отдыха.

Ведьма предоставила им пищу и кров, но Армин правда не понимал: чего они ждут?

— Что она там делает? Перестановку мебели? — не выдержал мальчик, наворачивая круги по лавке. — Пойдём отсюда, Кессар! Так мы Лизе не поможем.

— Терпение. — проронил Хранитель, прикрыв глаза.

Он сохранял своё ледяное спокойствие, чем прилично раздражал мальчика.

— Я потом Лизе всё расскажу! О том, как ты не торопился ей помогать! — пригрозил Армин.

— Ну что за клевета? — хохотнула Мариталь, выглядывая из подвала. — Ты решил взбунтоваться, негодник?

Мальчик смутился под насмешливым взглядом ведьмы и едва слышно пробормотал:

— Но мы правда время теряем… Как знать, вдруг Лизу сейчас пытают?

— Они бы не посмели. — насмешливо проскрипела Мариталь. — По-настоящему пытать ведьму — это ж нужно иметь смелость… А среди них смелых мало. Зато много паршивцев с нечистыми помыслами.

Старуха отряхнула юбку и достала футляр из чёрной кожи.

— Не переживай, дорогуша… Я гадала на судьбу Лайзы. Сейчас она в порядке, но у нас осталось не так много времени.

Армин сглотнул, наблюдая за ведьмой. Мариталь вытащила из футляра длинные иглы, отливающие рубиновым цветом… От них исходила пугающая энергетика, словно остриё вот-вот прошьёт кожу.

— Как тебе? — спросила она, обращаясь к Кессару. — Редкая штука… Я забрала их с собой из Эльмхаита. Такими спицами можно сплести многое… Даже залатать собственную участь.

Кессар молча усмехнулся, расстёгивая пуговицы на рубашке:

— Не сдерживайся, колдунья. Если это поможет снять древние запреты… Я могу только согласиться.

— Это…? — Армин напрягся, почти не моргая.

Мариталь раскладывала на столе странные предметы: скальпель, длинные иглы, какие-то мази и зелья.

— Вы проткнёте его… Этим? — хрипло спросил мальчик.

— А что? — улыбнулась старуха. — Тоже хочешь попробовать?

Но Армин резко мотнул головой, попятившись к двери.

— Полно тебе, дорогуша! Господина Хранителя ждёт крайне болезненная процедура… Мне придётся вскрыть все узлы его энергии, пустить кровь и, наконец, вырезать проклятое злато.

В тот момент Мариталь и вправду выглядела угрожающе. Мрачные тени сплетались на её морщинистом лице, создавая демонический облик… Но в следующее мгновение ведьма вдруг улыбнулась:

— Однако… Ты можешь помочь нам, малыш Армин. У тебя есть то, что многократно убыстрит процесс. Секретный ингредиент, столь важный для этого ритуала.

Синее платье было длинным и сильно кололось. Широкие рукава скрывали кандалы, которые закрепили на моих запястьях. Я недовольно поморщилась, ощутив всю тяжесть этих цепей. Будто чугунные… И зачем всё так усложнять? Браслеты ведь прекрасно блокируют мою магию!

— Его Величество приказал сковать вас сильнее. — бесстрастно пояснил Арей, накидывая плащ мне на плечи. — Отправляемся.

Валентин решил перестраховаться? О, какой продуманный… Я скривила губы и проследовала за Ареем на улицу. Свежий ночной воздух привносил запах цветов и дождя, тёплый ветер забирался под подол платья, и впервые за долгое время я ощутила… Блаженство? После невыносимой духоты того дома, даже короткая прогулка казалась подарком судьбы. Но (к сожалению) Арей слишком быстро загнал меня в помещение.

Мы вышли с территории тайного сада, пробрались через густые заросли, а затем рыцарь открыл подозрительный люк в земле (больше напоминает погреб) и настойчиво подтолкнул в спину.

Здесь воняло сыростью и плесенью, с потолка свисали коренья, а впереди протянулся длинный коридор. Я сглотнула, невольно вспоминая аукцион Вардана… Тогда мне было также неспокойно. Разница лишь в том, что за спиной стоял Кессар.

Сердце забилось чаще, чутко отзываясь на воспоминания. Хранитель… Я почти не задумывалась о том, насколько сильно он помог мне. Кессар был рядом — оберегал, наставлял и прокладывал нам путь. Порой он казался невыносимым упрямцем, но даже те споры с Хранителем держали меня в тонусе. Я не сдавалась (в том числе) из-за него. Наверное, не будь Кессара рядом… Мой путь рано или поздно уткнулся бы в тупик.

«Мы с ним… Вместе нуждались в помощи. И обоюдно спасли друг друга от тьмы, от боли и дурных воспоминаний. Поэтому сейчас мне так тоскливо»

— Быстрее. — нахмурился Арей.

И я слабо улыбнулась, ускорив шаг. Мы шли по извилистым подземным коридорам, сворачивали в новые проходы, пока впереди не показалась лестница. Арей первым поднялся выше и подтянул меня за собой. А когда дверь открылась… Я очутилась в знаменитом дворце Лазури.

Знаковое место для романа, что и говорить! Именно здесь Эмилия воссоединилась с Валентином, танцевала на балах и любовалась непомерной роскошью. Но мне (как всегда) не удалось оценить великолепие оригинала. Для ведьмы здесь подготовили тесную «комната ожидания». Четыре голые стены, ковёр, зеркало и единственный пуфик в углу… Его я и заняла, здраво рассудив, что рыцарю такое не понадобится.

Арей, впрочем, никак не отреагировал. Мужчина молчал, скрестив руки на груди, и временами походил на каменного истукана.

— И долго нам ждать? — не выдержала я, бросив на него взгляд исподлобья.

— Пока Его Величество не позволит войти. — отрывисто бросил Арей.

Я чуть глаза не закатила. Хорошо быть главным героем истории: весь мир крутится вокруг тебя, а проблемы решаются по щелчку пальцев… Или не совсем по щелчку, но (как правило) особо стараться не нужно.

С другой же стороны, на фоне полным-полно второстепенных персонажей, которые просто хотят покончить со всем этим и поскорее вернуться домой… Но кто бы отпустил злодейку? Таких дураков здесь (больше) нет.

И только спустя полчаса дверь в комнату приоткрылась, намекая на «дозволение» императора. Арей тотчас оживился, подошёл ко мне и опустил капюшон. Рыцарь явно позаботился о том, чтобы все без исключения увидели лицо ведьмы… Я усмехнулась, поймав свой взгляд в отражении зеркала.

Даже так, даже в безразмерном платье и с кандалами — Элайза прекрасна. Её безразличное лицо, густые чёрные волосы и пронзительные глаза вызывали странный трепет. Казалось, рыцарь тоже это заметил… Потому как в следующую секунду Арей помрачнел и грубо подтолкнул меня к двери.

Перед глазами вспыхнул яркий свет. Ночное торжество Совета Праведных напоминало светскую вечеринку «для избранных». Столы ломились от закусок, в бокалах плескались хмельные напитки, а музыканты наигрывали мелодии из специального (закрытого) помещения. Я нахмурилась, понимая, что это мероприятие предназначалось только для праведных советников… Старые мерзавцы собрались здесь, чтобы посмотреть на ведьму, будто на потешного зверька.

Музыка стихла, и взгляды всех присутствующих сосредоточились на мне. Неприятное, почти липкое внимание ударило по натянутым нервам. Нельзя показать им свой страх, свою дикую неприязнь… Иначе они вцепятся в эти слабости. Налетят сворой голодных шакалов и растерзают всё, до чего смогут дотянуться.

— Элайза. — Валентин улыбнулся и смело шагнул ко мне.

В тот момент… Я едва не рассмеялась. Император вёл себя подчёркнуто гордо, как будто он один способен совладать с Элайзой. Интересно… Случалось ли такое и раньше? Вполне возможно.

— Не стесняйтесь, господа. Вы можете подойти ближе и удостовериться в её возвращении. — проговорил Валентин, насмешливо поднимая бокал.

Советники шептались за моей спиной, в то время как неподалёку застыла Эмилия. Её бирюзовое платье переливалось всеми оттенками синевы, а рыжие волосы сияли от множества драгоценных заколок. Тем не менее, Эмилия казалась слишком напряжённой, почти испуганной. Она неотрывно следила за Валентином, и её ресницы трепетали от тревоги…

— Император, безусловно, мудр. Мы, слуги Аскании, слепы перед ликом зла. — произнёс один из Праведных, криво усмехнувшись.

Он признал правоту Валентина, но в его голосе было слишком много провокационного яда… Азур лишь улыбнулся в ответ:

— Я рад, уважаемый советник. В таком случае… Продолжим торжество.

Музыка вновь заиграла, заглушив шепотки и колкие фразы. Я нахмурилась, буравя Валентина настороженным взглядом, а он вдруг рассмеялся, склонившись к моему уху:

— Раньше ты ненавидела этих зарвавшихся снобов… И я тоже их ненавижу, Лайза. Жаль, что твоё проклятие не коснулось советников.

Я недоверчиво поджала губы, пытаясь понять: это шутка такая? Или он говорит правду?

— Все они носят защитные амулеты, дабы избежать худшего. В противном случае… — выдохнул Валентин, ласково потрепав меня по голове.

Я отпрянула, неприязненно передёрнув плечами. Что за чёрт? С каких пор главный герой так «мило» заигрывает со злодейкой?

«Но, если подумать… Валентин не враждовал с Элайзой. Даже в тот момент, когда она прокляла страну. Многие желали ей смерти и ярились, но не Валентин. Он оставался ласковым (почти понимающим) до самого конца. И сейчас… Просто вернулся к тому поведению»

Как странно. Я могу понять Арея, который с трудом сдерживает ненависть к ведьме. Могу понять страх Эмилии. Но Валентин… Он вёл себя по-настоящему странно.

Не дождавшись моего ответа, молодой император вернулся к Эмилии и вскоре пригласил её на танец. Это казалось немного неуместным на торжестве старых советников, но Валентин не обращал внимания на такие мелочи.

Эмилия радостно кружилась в его объятиях, позабыв обо всём. Они казались такими счастливыми… Идеальная пара, что и говорить.

Но вместо восхищения я вдруг ощутила гнев. Ледяная ярость шевелилась под кожей, нарастала снежным комом и множилась. Глаза застилала мутная пелена, искажающая весь этот мир. Ненависть… Глухая, жестокая, неподъёмная ненависть захватила мой разум, шипя нараспев голосом Элайзы. Останки её больных чувств впервые ожили во мне, приоткрывая истрёпанные страницы романа.

— Госпожа ведьма изволит гневаться? — насмешливо проскрипел первый советник, приблизившись ко мне. — Но они и впрямь прекрасная пара. Жду не дождусь того дня, когда Святая Дева станет нашей императрицей.

В его словах сквозила тошнотворная ирония. Я нахмурилась, скосив взгляд на советника, а затем покачала головой. Здесь все имеют свои цели и амбиции… Каждый делает ставки в безумной игре жизни. И только я остаюсь ведьмой, ошибочно занявшей чужое место.

— Хватит. — Арей нахмурился, оттаскивая меня назад. — Пора возвращаться.

И в этот раз я была с ним полностью согласна.

Заброшенный дом встретил меня привычной тишиной. Арей отстегнул кандалы, вернул браслеты мне на руки и сразу же ушёл, не сказав ни слова.

А я тяжело вздохнула, потирая ноющие запястья. Как долго они собираются держать меня здесь? Это похоже на издевательство: некогда Верховную ведьму Эльмхаита таскают туда-сюда, как шавку на привязи. А потом заталкивают в конуру, из которой нет возможности выбраться…

Я нахмурилась, ещё раз оглядев тёмный коридор перед собой. Здесь нет ламп, камина, или спичек, потому с приходом ночи дом погружался во мрак. Лишь окна тускло светились (по неизвестной причине). Возможно, стёкла покрыты какой-то субстанцией… Немного напоминает бледное сияние пещерных грибов.

Я поднялась на второй этаж и замерла, с лёгким беспокойством поглядывая на ту самую кровать с цепями. Чёрт! До сих пор мороз по коже… Валентин запер меня в жутком месте, ничего не скажешь.

Но… Я вспомнила танец героев на торжестве и свой непомерный гнев. В тот момент события романа без труда всплывали перед глазами, хаотично сменяя друг друга. И я, наконец, кое-что вспомнила.

У императора Ильсиура было довольно много детей и любовниц. Благородные дамы, знатные красавицы и обычные служанки… Любвеобильный Ильсиур редко сдерживался.

Валентин был сыном «законной госпожи», одной из трёх супруг императора. Но, к сожалению, мальчик не пользовался отцовской поддержкой, потому что его мать слишком рано скончалась. Валентина называли «брошенным принцем», и он не мог соперничать со своими братьями. Конечно, многие дети императора погибли в пылу дворцовых интриг, но самые стойкие выжили. А Валентин просто… Был незаметным.

Но однажды он встретил Элайзу. Случайное знакомство, которое определило его судьбу… Уже тогда юная ведьма отличалась завидной магической силой. И именно она поддержала столь бесполезного принца. Элайза проложила для него путь к трону. Её магия, её воля, её безумная любовь… Валентин получил от ведьмы всё (и даже больше).

«Но при этом осмелился найти другую?» — я неприязненно поджала губы. По сравнению с Элайзой, Эмилия была почти бесполезной… Странно, что Валентин её выбрал.

Я вдруг нахмурилась, ощутив сильную боль в затылке, которая с каждой минутой росла и крепла. Но даже несмотря на это — в моей голове метались безумные мысли.

Этот роман… Был написан от лица Эмилии. События представлены только с её стороны, верно? Но, если призадуматься… В этой истории много белых пятен. Много непонятного, необъяснимого, смутного. А что, если… Зайти с другой стороны?

«Валентин Азур, правитель просторов Аскании»

Бесполезный принц, которого возвеличила ведьма. Император, который во всём ищет выгоду (пусть даже в казни бывшей подруги). Он женился на Эмилии в тот момент, когда получил богатства Затерянных земель. Это действительно случайность, или…? По книге складывалось впечатление, будто Эмилия — чрезвычайно удачливая девочка, но теперь я сомневаюсь. Слишком уж странно выглядит их спонтанное путешествие за «неведомыми» сокровищами.

Ко всему прочему: Кессара заточил один из древних императоров клана Азур. А значит… Кое-какая информация об этом месте могла сохраниться. Голова заболела сильнее, и в тот момент меня вдруг пронзило новое осознание.

«Валентин Азур, правитель просторов Аскании, взошёл на трон в возрасте двадцати пяти лет, потеряв всю свою семью»

— Чёрт возьми… — вздохнула я, схватившись за голову.

Верно. Такая мелочь, а всё же… Почему же Валентин потерял «всю свою семью»? Ведь у прошлого императора было немало детей и любовниц. Кто-то погиб раньше, кого-то извела Элайза, но большинство сгинули именно тогда…

Когда небо разрезал изумрудный луч проклятия.

«— Жаль, что твоё проклятие не коснулось советников. Все они носят защитные амулеты, дабы избежать худшего» — так он сказал? Видимо, в этом и заключается горькая правда.

Элайза, столь импульсивно наславшая скверну на их земли… На самом деле устроила для Валентина настоящую зачистку. Я не удивлюсь, если окажется, что все погибшие были как-то связаны с противоборствующими фракциями. А Совет Праведных… Могли ли они быть в сговоре с Валентином? Не знаю. У меня нет доказательств, лишь зыбкие догадки. Но даже они мне не нравятся.

Всё это кажется дурным и до боли опасным. Когда скверна бушевала в Аскании, юный принц ездил по городам со своей спутницей. Он помогал тем, кого поразило проклятие, но… Может, его помощь была нацелена на другое?

Без понятия. Голова кипит и раскалывается от всех этих мыслей! Я уже не знаю, кому можно верить.

«Уж точно не главным героям»

Я мрачно усмехнулась, приближаясь к зеркалу в спальне. Моё отражение было тёмным и размытым, но даже так глаза ведьмы горели потусторонней зеленью. В тот момент я кое-что вспомнила.

В одном детективном романе описывали простой способ: как отличить настоящее зеркало от поддельного стекла для наблюдений. Нужно прикоснуться пальцем к поверхности и посмотреть на отражение. Если между реальным и зеркальным будет небольшое расстояние, то всё в порядке. А вот если пальцы соприкоснутся, то…

— Зеркало фальшивое. — прошептала я, резко отдёрнув руку.

Что за чёрт? В этом проклятом доме кровать с цепями, а вместо зеркала — наблюдательный пункт по ту сторону… Может, где-то здесь есть тайный проход?

И в тот момент я услышала резкий хлопок двери. Кто-то зашёл в дом, нарушив мой покой, а через несколько минут… На второй этаж поднялся Валентин.

Он явно был навеселе: ворот рубашки расстёгнут, волосы чуть растрёпаны… Запах алкоголя заставил меня нервно поморщиться. Кажется, император пил что-то покрепче фруктового вина.

— Элайза. — почти по слогам выдохнул он, опираясь на дверь. — Знаешь… Я и вправду скучал по тебе, Лайза.

Элайза

— Я и вправду скучал по тебе, Лайза.

Меня передёрнуло. От бархатистого тембра, дурманящего запаха и от всей ситуации в целом! Валентин всегда был таким… Ласковым и понимающим. Безукоризненный принц для прекрасной героини Эмилии. На страницах книги я ещё могла поверить в этот образ, но в реальности всё куда хуже.

«В мой дом (в мою клетку) проник чужак. И я ему не доверяю»

— Зачем ты пришёл? Эмилия будет волноваться. — мне даже не пришлось наигрывать характер Элайзы. Насмешка сорвалась с языка ловким росчерком бритвы.

Но Валентин лишь пьяно улыбнулся в ответ:

— Ревнуешь?

Я чуть не рассмеялась. Ох, серьёзно?

«Да… Настоящая Элайза сгорала от ревности, это правда. Она любила тебя всем сердцем и поплатилась за свою любовь, отдав… Всё. Но даже этого оказалось мало»

— Конечно. Ты же единственный мужчина на земле! — протянула я с нескрываемым сарказмом.

Валентин, ослеплённый собственным великолепием, не вызывал у меня никаких чувств, кроме ядрёного раздражения. Насквозь фальшивый и такой нарциссичный император… Я одного не понимаю: как Элайза полюбила такого подонка?

Её проклятие безжалостно и достойно порицания, никто с этим не спорит, но… Валентин был настоящим провокатором во всей этой истории. И он не понёс никакого наказания! Такая вот сомнительная справедливость.

— Лайза. — император сузил алые глаза и вдруг усмехнулся. — Неужели ты успела найти себе другого мужчину?

Он лениво отошёл от двери и добавил:

— Уж точно не в образе старухи… Впрочем, любой, кто увидит твоё настоящее лицо, будет околдован.

Я нахмурилась, невольно отступив к зеркалу, а затем прошипела:

— Убирайся! Я не хочу тебя видеть, не хочу слышать! Ты мне неприятен, Валентин Азур.

Когда-то Кессар сказал:

«— Магия рождается из чувств и желаний. Покуда в тебе нет ненависти, ты никому не причинишь зла»

Но прямо сейчас во мне кипела та самая ненависть. Если бы не браслеты, вибрирующие на запястьях, я бы точно прокляла Валентина! Мне хотелось, чтобы он испытал пепельную скверну на собственной шкуре… Ведь это справедливое наказание для такого мерзавца.

— Ты считаешь, что можешь приказывать мне, правителю Аскании? — Азур надменно усмехнулся, качнув головой. — Я уже не тот слабый принц, которым ты когда-то помыкала.

— Правда? Теперь тобой помыкает Совет Праведных?

Я не сдержалась. Во мне до сих пор клокотала дикая злоба Элайзы и, в итоге… Она выплеснулась неконтролируемыми словами.

Красивое лицо Валентина на миг исказилось, а затем он усмехнулся:

— Снова дерзишь… Ты всегда была острой на язык, Лайза. Поэтому я и выбрал Эмилию.

— Ты просто меня использовал! — я усмехнулась, резко качнув головой. — Мою власть, магию… Скажи честно: отчего погибли те люди? Дело ведь не в проклятии.

Азур прикрыл алые глаза и едва заметно усмехнулся:

— Пепельная скверна проникла в их жилы… Не все смогли перенести это.

— Значит, ты совсем ни при чём? Император просто ездил по городам, помогал страждущим… А потом некоторые из них умирали. Не так ли?

Валентин на секунду опустил взгляд. Улыбка поблёкла на его устах, превращаясь в растянутую гримасу. Но потом он вновь взял себя в руки:

— Мой путь к власти был… Непростым. Ты и сама это знаешь. Иногда, чтобы добиться результата, нужно быть решительным.

— Даже если для этого придётся идти по головам.

Последняя фраза сорвалась с моих уст ненамеренно, но… Она будто напрямую относилась к Элайзе и Валентину. Они раньше… Говорили об этом?

— Верно. — император улыбнулся. — Ты понимаешь меня лучше всех.

«Сомнительный комплимент» — я неприязненно скривила губы.

— Скажи: каково это? — неожиданно хрипло спросил Валентин. — Быть на вершине, а затем упасть в грязь… Теперь ты стала слабой, Элайза. Такой, каким был я.

— Ты этого и добивался? — я удивлённо выдохнула, дёрнувшись в сторону.

Подумать только… Неужели он из тех закомплексованных мерзавцев, которые не могут терпеть рядом с собой кого-то более сильного?

— Я всегда любил и ненавидел твою магию. — ласково улыбнулся Валентин, подходя всё ближе и ближе. — Ты была такой красивой, манящей… И очень могущественной. Я желал тебя и отчаянно завидовал. Почему эта магия принадлежит ведьмам? С ней я мог бы горы свернуть… В прямом смысле слова.

Император негромко вздохнул, сжав пальцы в кулаки.

— Когда ты помогала мне — я был счастлив. И, одновременно… Чувствовал себя ничтожеством. Бесполезный принц вынужден полагаться на женщину, разве это не жалко? — он усмехнулся, качнув головой.

— Поэтому ты выбрал Эмилию? — прошептала я, ощутив неконтролируемую дрожь.

Верно… Эмилия отчаянно нуждалась в поддержке и любви. Она могла стать идеальным фоном для Валентина, во всём на него полагалась. Но с Элайзой так не выйдет… Невозможно смирить гордый нрав Верховной колдуньи Эльмхаита.

— Эмилия… Милая, разве нет? — его взгляд потускнел. — Кроткая, добрая, сострадательная… Не перечит мне. Именно такой и должна быть императрица.

В тот момент я будто очнулась от сна и осознала: он почти вплотную подошёл ко мне!

— Отойди. — процедила сквозь зубы, резко вскинув руки. — Не то хуже будет!

Не знаю, на что я надеялась. Отпугнуть его? Наверное, да. Но Валентин лишь рассмеялся, а потом… Повалил меня на кровать. Цепи звякнули под руками, вызвав импульс жгучего страха. Я начала шипеть и вырываться, пытаясь оцарапать мужчину, но он с удивительной лёгкостью перехватил мои запястья, навалившись всем весом.

— Остынь. — выдохнул Валентин, без труда ломая сопротивление. — Тебе… Не нравится эта кровать?

В его голосе сквозила неприкрытая насмешка. Валентин наслаждался моей беспомощностью, сильнее сжимал пальцы, а я… Я будто в капкан угодила.

Его дыхание обжигало моё лицо, а пуговицы царапали кожу. На запястьях, должно быть, останутся синяки от невыносимой хватки императора, но это не так важно. Важнее то, что я в западне.

— Пусти! — прошипела, резко дёрнув коленом.

— На этой кровати мой отец укрощал непокорных любовниц. — проронил Валентин, мягко улыбаясь. — Не все были сговорчивыми, сама понимаешь… Он любил приковывать их цепями, а потом долго наблюдал за попытками освободиться.

Во взгляде императора плескалась сумасбродная нежность, от которой мне отчаянно хотелось скрыться.

— Звучит жутко, но… Знаешь, иногда я фантазировал об этом. Каково это — властвовать над сильнейшей женщиной в мире? Непередаваемое чувство. — он прошептал это, прикусив мне шею.

— Прекрати! Ты просто… Мерзкий! — выпалила я, изворачиваясь в чужих объятиях.

— Я подумывал сделать это и раньше, но… Тебя пришлось наказать из-за проклятия. Отнять молодость и силу, отослать подальше… Всё потому, что я так сильно хотел тебя и боялся сорваться. — он говорил это со страстным придыханием. Так, как влюблённые признаются в чувствах.

А меня просто скрутило от отвращения и невыносимого презрения к этому человеку! Но (помимо тошноты) к горлу подступало отчаяние. Вырваться из его хватки почти невозможно…

— Зачем же ты вернулась, Элайза? — рассмеялся Валентин. — Разве не за этим?

Он припал к моим губам, но сразу отпрянул. Всё потому, что я его укусила! Железный привкус крови открыл второе дыхание, и сопротивления перешли на новый уровень.

Я кричала, царапалась, попыталась вновь укусить его. Вела себя так безумно, насколько это вообще возможно! И Валентин отступил. Он резко поднялся с кровати, прижимая ладонь к кровоточащей губе. Алые глаза императора яростно сверкнули во мраке, а затем…

Я отвесила ему пощёчину. Отчаянно, быстро, не жалея сил саданула ногтями по красивому лицу Азура. Он изумлённо ахнул, запоздало ударив меня по руке, но было поздно… Царапина растянулась на опухшей щеке мужчины.

— Безумная сука! — процедил Валентин сквозь зубы.

Его ладони сжались в кулаки, подрагивая от бесконтрольной ненависти.

— Ты и вправду… Редкостная тварь. — он усмехнулся, резко выдыхая. — Я собирался осчастливить тебя. Оставить в этом доме на вечное заключение… Но ты не умеешь ценить добрую волю, Элайза. Что ж, в таком случае: жди казни. Она наступит очень скоро.

— Проваливай! — воскликнула я, срываясь на крик. — Герой Аскании… Ты ничтожество, Валентин! И всегда им будешь!

Он пронзил меня ледяным взглядом, а потом спустился вниз, хлопнув дверью. Только в тот момент… Силы меня оставили. Я упала на колени, баюкая ушибленную руку, и затряслась, ударяя кулаком в зеркало.

Ничего. Ни единой трещины. Я продолжала бить его, пока на костяшках не выступила кровь, и тогда… Горько рассмеялась.

Безумная ведьма окончательно слетала с катушек, да? Я просто… Не могу оставаться в этом месте. Мне страшно. До безумия страшно! Хочется вопить, бегать, ломать всё на своём пути, но… Клетка слишком крепкая. А мой мучитель слишком безжалостный.

В алых глазах Азура — бездна самолюбования. Принц, который из грязи поднялся в князи… Стал тем, кого всю жизнь боялся.

Теперь я точно знаю: он использовал Элайзу. А она, вероятно… Даже не убивала тех несчастных людей. Ведьма повинна лишь в том, что слишком сильно его любила.

Но в каждой сказке должна быть своя злодейка. Пусть даже сказку написал бесчестный герой.

Валентин Азур 

Царапина саднила на щеке. Губа подёргивалась, наливаясь болью. Но куда сильнее (и скоротечней) в нём зрел гнев. Валентин всегда считал себя неполноценным. С самого детства он был слабее братьев и сестёр… Без власти, без денег, без всякой надежды на счастливое будущее — ему приходилось ежедневно склонять голову. Эта лживая покорность стала единственным способом самозащиты.

Валентин был слаб, но как же сильно он ненавидел свою слабость! Время от времени в безумных грёзах принц представлял себя императором Аскании. Вот он сидит на золотом троне, а там, внизу… Сгорбленные тела его ненавистных родственников. Все те, кто смотрели на него свысока, отныне будут валяться в грязи. Но, увы, в реальности всё иначе.

«— Эй, красноглазый! Чего вылупился?»

Валентин знал правду о своих глазах. Рубиновый цвет — фамильная черта клана Азур, но в этом крылся особый секрет. Пылающие очи — символ крови, которую пролили монархи Аскании. Многие носители необычных глаз впоследствии сходили с ума. По этой причине император Ильсиур не жаловал «никчёмного сына».

И Валентин пребывал в отчаянии, пока не встретил Её. Эта юная ведьма изменила его жизнь, воплотила мечты в реальность. Покуда Элайза была рядом — никто над ним не издевался.

Вначале Валентин обрадовался. Он благодарил Лайзу, клялся ей в вечной любви, но… Глубоко в груди медленно распускался бутон ядовитой неполноценности.

Принц уверенно поднимался с колен, сражался с судьбой и преодолел многое. Он обзавёлся новыми союзниками, однако в душе остался прежним — сгорбленным мальчишкой из заброшенного замка. И кто в этом виноват?

Э-лай-за.

Валентин осознал правду слишком поздно: рядом с ней невозможно быть «первым». Ведьма сверкала ярче драгоценных камней, и в этом сиянии принц неизбежно бледнел. Всегда на вторых ролях, всегда под гнётом её воли, её удушающей любви…

Тогда в нём и проросла змеиная злоба. Валентин бросался из крайности в крайность: ему хотелось владеть Элайзой, но одновременно… Возникло желание втоптать её в грязь. И однажды он это сделал.

Ведьма стала злодейкой в его личной истории (и в глазах всех жителей Аскании). Валентин забрал у неё всё и, наконец, почувствовал себя особенным. Ведь лишь такой человек способен сломить сильнейшую колдунью ковена.

В тот самый день, перед исполнением приговора… Он привёл с собой Эмилию только для того, чтобы заглянуть в отчаявшиеся глаза Элайзы. Валентин был по-настоящему счастлив: теперь её жизнь обратилась в прах.

Гордыня прорастала сквозь грудную клетку, оплетала внутренности, потихоньку вытесняя забитого мальчика из прошлого… Так он стал великим императором, так он поборол зло. Его враги растоптаны, его судьба благословлена!

…Но даже этого было мало. Валентин тайно вскрыл древние склепы предков, надеясь найти там золото, или старинные артефакты. Драгоценностей, увы, не было… Зато он обнаружил древние свитки, в которых описывали сокровищницу магов. Раньше дворцы находились под бдительным надзором хозяев, но сейчас, когда волшебники покинули мир… Валентин почувствовал вдохновение.

Если он отыщет сокровища, подавить Совет Праведных будет очень просто. Проблема лишь в том, что Азур не знал расположения дворцов… Но и в этом ему (невольно) помогла Элайза.

— Ваше Величество. — шипящий голос прозвучал над ухом, впиваясь в сознание крысиными коготками.

Валентин поморщился, различив силуэт во мраке каменного зала.

— О, Тирания… Каким ветром ко мне занесло Верховную ведьму Эльмхаита? — насмешливо протянул он.

Валентин презирал ставленниц цитадели. Они кичились своим происхождением, но практически не имели магии. По сравнению с Элайзой все эти ведьмы были пустышками… Даже новоявленная Верховная.

— Обелиск треснул. — холодно прошипела колдунья, скользнув чёрными ногтями по стене. — Наша сделка отменяется?

— Да. Каратели Эльмхаита не справились с приговором. — раздражённо хмыкнул Валентин, качнув головой. — Это ваша вина, так что сделка не состоится.

Тирания поджала губы и призналась:

— Мы недооценили Элайзу. Она коварна, как гадюка… И слишком сильна.

Валентин понимающе усмехнулся, сжав пальцы в кулаки. Истинно так: Элайза сильнее и хитрее многих, однако…

— Мне всегда было любопытно… Ведьмы ведь связаны с силами природы. Отчего же лишь одна в поколении ковена обладает такими выдающимися способностями?

Он знал, чего хочет Верховная. Обелиск должен впитать магию Элайзы, а затем сосуд вечности будет передан в Эльмхаит за вознаграждение… Но также они обещали отдать свиток с ритуалом, который и позволит добраться до Затерянных земель.

Маги создали тонкую сеть ловушек… Преодолеть их возможно через тернистый путь обряда: открыть дворцы подвластно лишь двоим. Те, кто первыми пересекут грань — становятся ключами к богатству. Валентин жаждал получить сокровища и хотел взять с собой Эмилию, но… Теперь обелиск треснул. А ритуал так и остался в руках ведьм.

— Эльмхаит — цитадель и одновременно чаша, наполненная магией. — усмехнулась Тирания. — Из той чаши ставленницы пьют по глотку силы. Ты либо обладаешь природным даром, как Элайза… Либо приносишь клятву верности Эльмхаиту и довольствуешься малым.

Верховная скривилась, переводя воспалённый взгляд на Валентина:

— А я не хочу этим довольствоваться.

Валентин Азур 

У неё было худое, измождённое лицо. Землистый цвет кожи и впавшие глаза навевали пугающее впечатление: Верховная будто только что поднялась из могилы. Валентин неприязненно скривил губы, мысленно сравнивая ту с Элайзой. Да, истинный венец Эльмхаита виден сразу… Тирания заняла место главы ковена лишь номинально. И оттого так жаждала получить сосуд вечности с силами Элайзы.

Валентин понимал её амбиции, но что с того? Обелиск уже треснул, разрушив все их планы.

— У меня не так много времени, Тирания. Скажи прямо: чего ты хочешь? Вновь призвать карателя? — насмешливо протянул Азур.

Но ведьма лишь покачала головой:

— Это бесполезно, однако… Есть и другой ритуал передачи силы.

Император нахмурился, переводя на неё пристальный взгляд.

— Старшие называют его запретным. Он кровавый, жестокий… И не позволит вобрать всю магию жертвы. Но небольшой шанс, всё же, имеется.

— Ты даже не уверена, что он сработает? — Валентин поморщился. — Какой в этом смысл…

— Разве есть разница? — усмехнулась Тирания. — Его Величество собрался казнить ведьму. Я лишь предлагаю способ, который устроит всех. Если хоть часть её магии перейдёт ко мне… Император получит свою награду.

Азур сузил алые глаза и склонил голову набок. Неконтролируемая жажда вновь разинула пасть в его груди, захватив сознание.

— Говори. — хрипло приказал он.

— Я слышала… За Лазурным дворцом есть запечатанный храм, который называют «Таинством Азуров». Мол, первый камень будущей страны был заложен именно там.

Валентин мгновенно поморщился. О Таинстве не принято говорить так открыто… Раньше в том месте проводились коронации, пока один безумный король не совершил массовое убийство. Тогда священные стены потемнели от крови, насквозь пропитались запахом смерти.

Храм закрыли, запечатали, а потом и вовсе застроили каменным ограждением, лишь бы не вспоминать о том мраке и ужасе.

— Гиблое место. — процедил Валентин сквозь зубы.

— Да, в нём много хаотичной энергии. — Тирания криво оскалилась и продолжила. — Если император сломает обелиск и вытащит из него сердцевину… То, что мы называем «сосудом вечности». Следует отнести это в Таинство и опустить на жертвенник.

— Ты предлагаешь мне самолично открыть двери проклятого храма? — Валентин скривился. — Что за нелепая мысль!

— Император боится, что кто-то увидит и осудит? — протянула Верховная. — Не стоит переживать… Таинство давно заброшено, вы сможете проникнуть туда без труда. Кроме того — пересечь порог храма может лишь истинный Азур.

Валентин невольно осклабился. Он слышал о том, что Таинство признаёт носителей императорской крови, но всё же…

— Только ваше разрешение позволит другим зайти в храм. — холодно пояснила ведьма. — Император может отправить вместо себя рыцарей… Однако лучше проконтролировать ритуал. Ведь вам предстоит совершить убийство.

— Казнь. — хрипло поправил её Валентин. — Не убийство. Казнь.

— Ну, разумеется. — Тирания расплылась в ядовитой улыбке и равнодушно продолжила. — Вам предстоит пытать Элайзу. Резать по живому, чтобы вся её кровь пропиталась страданиями и стекла по желобам к сосуду. Так мы сохраним хоть часть драгоценной магии. Но её агония должна быть долгой… И очень болезненной. Только так ритуал завершится наилучшим образом.

— Ты толкаешь меня на безумство, ведьма! — нахмурился император, резко качнув головой.

— Вы всё равно собирались казнить её. — парировала Тирания. — Так в чём же разница?

— В страданиях.

Валентин стиснул зубы, опустив взгляд на рукоять меча. Он не хотел видеть смерть Элайзы… Лучше бы она умерла от паразита, в том далёком забытом месте.

— От ваших переживаний результат не изменится. — проронила Верховная. — Но если ритуал пройдёт успешно… Я открою вам путь до сокровищницы магов. Справедливая сделка будет вознаграждена, это ли не лучший исход для всех?

Валентин хранил молчание, вспоминая лицо Элайзы и её буйное поведение. Ему не хотелось соглашаться. Не хотелось, но…

«— Иногда, чтобы добиться результата, нужно быть решительным. Даже если для этого придётся идти по головам»

— Тебе лучше сдержать своё слово, ведьма. — наконец произнёс он.

В тот момент судьба Элайзы была предрешена. Валентин свернул во мрак секретного коридора и только через десять минут остановился, прикоснувшись к своему лицу.

Царапина набухала под пальцами, уродуя гладкую кожу. Но в этот раз Азур не злился. Он чувствовал странное, почти неестественное предвкушение… Жизнь Элайзы в его руках. И Затерянные земли близки как никогда.

«Если отправлюсь в путешествие, Праведные могут помешать мне… Нужно действовать осторожно» — подумал Валентин, а потом вдруг улыбнулся.

Он решил использовать Эмилию. Она ведь постоянно ходит в старую храмовую библиотеку. Ему достаточно подложить ей несколько подсказок, а затем… Святая Дева с «божьей помощью» приведёт императора к сокровищам. Идеальное оправдание для советников и всех жителей Аскании.

Теперь у него осталось лишь одно дело… Нужно казнить злодейку.

Лиза 

Я не спала до рассвета. Забилась в дальний угол, вздрагивая от шорохов и скрипов… Мне казалось, что Валентин может вернуться в любой момент.

Иногда воспалённое сознание проваливалось в липкую дремоту, где я видела звенящие цепи, связанных женщин и алые глаза в зеркале… Крик застревал в горле испуганным хрипом, и ко мне вновь возвращалась (чертовски поганая) реальность.

Император так и не пришёл, зато его верный рыцарь заявился после полудня.

— Казнь назначена на завтра. — сухо проговорил он, смерив меня долгим взглядом. — Готовься, ведьма.

Ледяные мурашки ошпарили спину, и я стиснула зубы, яростно взирая на Арея:

— Ты действительно ему веришь, рыцарь? Разве это не смешно… Почему от моего проклятия погибли только «избранные» люди? И почему их смерти помогли Валентину занять трон? Ты… Никогда об этом не думал, Арей?

В моих висках билось отчаяние, а на кончике языка скопилась горечь. Я не хотела умирать! Не в этом чужом и страшном мире… Но глупо было надеяться на милость Арея. Рыцарь лишь презрительно скривился, коротко бросив:

— Молчи, ведьма. Я предан Его Величеству.

«Верно…» — я чуть не рассмеялась.

Никто не поверит злой ведьме. Даже Армин, с которым мы прошли через многое… Отвернулся, как только узнал правду.

Но вся ирония заключается в том, что Элайза даже не убивала тех людей. Теперь я в этом уверена. Валентин создал для себя прекрасную «сказку», игнорируя гору трупов по соседству. А мне просто… Придётся стать очередной ступенькой на его пути к власти?

«Ни за что!» — мысленно прошипела, расхаживая из стороны в сторону.

В глубине души я надеялась на спасение. Быть может, Кессар всё-таки… Но знает ли он, где меня держат? Кроме того, я не уверена, что магия Хранителя сработает. У Валентина было много защитных амулетов… Чёртов ублюдок!

Браслеты на руках казались неподъёмной ношей. Я хотела содрать их вместе с кожей, но увы! Это возможно только в том случае, если сломать запястья.

Отчаяние сильнее перехватило горло, сдавливая и лёгкие. Казалось, выхода просто нет… И я должна смиренно ожидать казни в этом жутком доме.

Но через пару часов ко мне заглянула она. Эмилия. Всё такая же цветущая, счастливая, с корзинкой в руках…

— Ты рада? — хрипло спросила я, поймав её взгляд. — Рада, что меня казнят?

Девушка на мгновение опешила, а затем проронила:

— Н-нет, но… Ты ведь заслужила наказание.

Да… Все вокруг говорили мне это. Я и сама не раз повторяла, что Элайза заслужила такую кару.

«Кто же знал, что на самом деле всё намного сложнее?»

— Правда? — задумчиво протянула, облизнув пересохшие губы.

Эмилия тотчас отступила к двери.

— Ты в это правда веришь или прикидываешься? — с моих губ сорвался надтреснутый смех. — Ты же не слепая, Эмилия! Те люди, которые истекали кровью якобы от «проклятия»… Погибли, потому что так было выгодно Валентину.

— Почему ты вечно всё портишь?! — воскликнула Эмилия, отчаянно мотнув головой. — Почему… З-зачем копаться в прошлом?

Её синие глаза заблестели от слёз, и тогда я вдруг поняла: она знает. Знает, или, возможно, догадывается… В глубине души Эмилия давным-давно приняла вину Валентина. Но для неё это… Ничего не значит?

— Ты не боишься? — тихо спросила я, прикусив нижнюю губу. — Не боишься, что он и от тебя… избавится?

А ведь император может это сделать. Валентин, который так часто признавался ей в любви… На самом деле готов продать всех ради своего благополучия. Элайза — самый яркий тому пример.

— Прекрати! — выдохнула героиня. — Просто… Прекрати говорить об этом! Валентин любит меня, я знаю. Он единственный, кто всегда был добр ко мне. И… Я хочу быть счастливой.

Она посмотрела мне в глаза и добавила:

— … Рядом с ним.

«Ну, конечно» — я молча скривила губы, провожая её долгим взглядом. Эмилия ушла, оставив корзинку на столе, и (очевидно) больше не вернётся. Но мне это и не нужно. Я… Окончательно сложила все фрагменты воедино.

Истина в том, что доблестный герой проложил себе путь к трону по трупам, продавая своих и чужих. Истина и в том, что прекрасная героиня знает правду, но предпочитает игнорировать её ради лучшей жизни. Им обоим… По нраву прекрасная сказка с романтикой и приключениями.

Простая история, где роли заведомо распределены: золушка обязательно станет императрицей, а принц — баловень судьбы. Жаль, что в реальности… «Цветок Скорби» вовсе не об этом.

Я горько рассмеялась, опустив подбородок. Ночь перед казнью была долгой и бессонной. Браслеты не слезали с опухших рук, а в разум медленно просачивалось смирение.

В те бесконечные часы я вспоминала все этапы своего несчастного возрождения. Маленький дом (верёвка, свисающая с потолка), караван Эссетры и добряка Зарта, разрушенный аукцион и яростную Тах-кхи… Столько событий, целая жизнь.

Я вспомнила серые глаза Армина, потемневшие от гнева и обиды. Этот мальчик подарил мне надежду на нормальную жизнь, но в итоге всё было разрушено… Он так и не узнает правду о том, кто убил его мать.

А Кессар? Я стиснула зубы, вспоминая мимолётные поцелуи морского бога. Сердце дрожало от тоски и горечи. Мне бы хоть разочек, хоть украдкой его увидеть… Знаю, Хранитель прожил сотни лет и, наверное, видел много земных женщин. Он не будет скорбеть о моей смерти, правда же? Но меня это совсем не утешает.

— Невыносимо. — пробормотала чуть слышно, смахнув смоляные пряди со лба. — Эй, Элайза… Где ты сейчас? В моём мире?

Я остановилась, прислушиваясь к зловещей тишине дома. Кто бы мне ответил…

— Ты считала его особенным, не так ли? Как и Эмилия… Ты слепо доверяла принцу. Быть может, когда-то он и вправду был добрым… Но власть извращает людей. Далеко не все способны с ней справиться.

Валентин больше не был милосердным принцем из доброй сказки. Он вот-вот превратится в настоящего тирана… Как только казнит ненавистную ведьму.

— И что мне теперь делать, Элайза? Верить в чудо? Но чудеса случаются так редко… Пусть даже и в магическом мире. — я улыбнулась сквозь слёзы и шумно вздохнула.

Страшно. Мне очень страшно и так не хочется сдаваться на милость судьбе. Но даже когда все пути отрезаны… Я не могу избавиться от глупой надежды на чудо.

Цепи звякнули в руках Арея, величайшего рыцаря Ближнего Крыла. Он и другие молчаливые воины пришли ко мне на закате, чтобы сопроводить на казнь. Здесь были самые верные спутники императора… Те, кто проливали за него кровь. Пыталась ли я сопротивляться и прятаться? Да. Конечно же да…

— Только тронь — руки отсохнут! — шипела я, невольно повторяя слова Элайзы из оригинала.

Вот бы магия проснулась, вот бы ведьма вернулась в этот мир, вот бы Кессар нашёл меня! Надежды сменялись отчаянием, а вместо браслетов на запястьях вновь тяжёлые кандалы.

Я упиралась. Не желала идти, сопротивлялась до последнего. Но Арей молча поднял меня и отнёс на второй этаж дома… Именно тогда открылось проклятое зеркало.

Там действительно была дверь, но механизм отпирался лишь изнутри. Впереди виднелся каменный коридор, в котором стоял сам император. Валентин окинул меня внимательным взглядом и коротко улыбнулся, пропуская рыцарей вперёд. Я хотела бы закричать, но и тут Арей вовремя позаботился о кляпе…

Меня тащили по тёмным, узким, запутанным переходам. Это место напоминало лабиринт с одним-единственным выходом — на тот свет. Мои ноги волочились по земле, сознание то и дело меркло… И только язвительное звяканье кандалов немного приводило в чувство.

— М-м-м! — новая волна страха ошпарила рассудок, когда мы, наконец, вышли наружу.

Я увидела высокие стены, которые окружали базальтовый храм. Незнакомый, древний, но отчётливо пугающий… Рыцари сразу потащили меня к лестнице, и в нос ударил резкий запах крови. Казалось, будто сама земля пропитана ею.

Но Валентин этого не замечал. Он первым опустил руки на каменную резьбу и открыл двери.

— Я пропускаю вас. — торжественно произнёс император.

Когда я перешагнула через порог храма, тело прострелил ненормальный импульс. Жгучее чувство опасности рождалось в лёгких и растекалось ртутью по венам… Я замотала головой, отчаянно вырываясь из хватки рыцаря, но Арей без труда втащил меня внутрь.

— Охраняйте двери. — приказал он остальным.

Последняя надежда на спасение умирала прямо здесь, на каменном алтаре… Который уже подготовили для меня.

Валентин обернулся и вздохнул:

— Убери кляп, Арей. Нам не о чем переживать.

Я горько усмехнулась, разглядывая царапину на его лице. Такая маленькая деталь сильно изменила Валентина. Теперь он казался тревожным, озлобленным… Почти демонически хищным. Алые глаза императора безудержно сверкали от предвкушения моей смерти.

— Весь этот антураж… — я нервно усмехнулась. — Ты приготовил для меня «особенную» казнь, Валентин.

— Так и есть. — беспечно улыбнулся император. — Прости, я не хотел опускаться до подобного… Ты не оставила мне выбора. Но не волнуйся: твоя смерть послужит на благо Аскании.

— Ты не оставила мне выбора. Но не волнуйся: твоя смерть послужит на благо Аскании.

Я улыбнулась, прикрыв глаза. Сколько же раз в том паршивом романе упоминалась «доброта» Валентина? И не счесть… Азур казался идеальным героем. Понимающий, ответственный, верный своему слову (что за глупая шутка).

Только сейчас я осознала… Как же легко обмануть других. Людям не нужна правда, но им нужна прекрасная легенда о любви, добродетели и возвышении. И, получив такую сказку, мало кто заметит очевидные несостыковки. Ведь фальшь и лицемерие легко скрыть за счастливым финалом.

Я не могу винить в этом читателей, потому что сама угодила в такую ловушку… Сюжетные огрехи казались банальным недосмотром, очевидная удача героев — авторской ленью. Я будто не до конца связывала ту книгу с мрачной реальностью… И только теперь догадалась.

— Интересное место ты выбрал, Валентин. — я усмехнулась, оглядываясь на наточенные ножи. — Такое… Древнее и тёмное. Я чувствую, как гудит земля под ногами. Неужели ты нашёл новый способ, как выжать из меня побольше силы?

А иначе зачем он привёл ведьму в такой храм? Казнь злодейки желательно совершить перед Советом Праведных, но император выбрал отдалённое место. Место, пропитанное кровью… Здесь нет гильотины, нет виселицы. Есть только алтарь и острые ножи.

Это не похоже на обычную казнь. Это смахивает на классический сюжет ведьмы и инквизитора.

Валентин равнодушно пожал плечами и произнёс:

— Неважно, Элайза. Ты всё равно умрёшь сегодня.

Он дал знак Арею, призывая того подойти ближе и выбрать оружие.

— Ты сделал из возлюбленной злодейку, а из верного рыцаря — палача. — я хрипло рассмеялась, стиснув зубы. — Что за прекрасный принц…

— Каждый из нас выбирает свою судьбу. — чуть слышно ответил он, отступая в тень. — Я свою избрал.

Каждый? Я вновь рассмеялась, пожав плечами. У меня не было выбора! Просто закинули в тело ведьмы и поминай как звали. С самого начала этот мир желал мне смерти, но теперь… Его желание вот-вот сбудется.

А я не хочу умирать. Мне, на самом деле, нравится эта жизнь. Какой бы сложной и (порой) печальной она не была. В прежнем мире я часто тосковала, но правда в том, что… Родители желали мне счастья. Даже в тот момент, когда мы ссорились и не понимали друг друга.

Мама и папа представляли счастье по-своему, но они бы точно не хотели, чтобы я погибла вот так. Поэтому мне остаётся… Бороться до последнего вздоха.

— Не надо. — прошептала, увидев клинок в руках Арея. — Пожалуйста, не надо!

Я помню, что в той истории рыцарь был благородным. Не таким лицемерным, как Валентин… И, наверное, глупо полагаться на оригинал, но что мне остаётся? Только смотреть ему в глаза, отчаянно надеясь на спасение.

Арей нахмурился, коротко оглянувшись на императора.

— Это необходимо для всей страны. — веско сказал Валентин. — Её страдания принесут нам процветание.

Рыцарь толкнул меня на алтарь, натянув цепи до лёгкой боли. Я продолжала смотреть ему в глаза, практически не моргая. Зрение помутнело, расплываясь в ярких бликах наточенного клинка, а потом… Арей вдруг остановился. Рыцарь тяжело дышал, так и не опустив оружия.

— Ваше Величество, я не… Я не могу. Это неправильно.

— О чём ты? — Валентин нахмурился. — Уже забыл, что она сделала? Все эти смерти, несчастья… Твой лучший друг погиб от пепельной скверны!

Арей застыл. Его руки напряглись, крепко ухватившись за рукоять.

— Я ненавижу ведьму. Вы и сами это знаете, господин, но… Вот так убить безоружную женщину?

— Ты же воин. — процедил сквозь зубы Валентин.

— Но я не палач! — Арей отступил в сторону, выронив клинок. — Она… Я не могу смотреть ей в глаза. В ней будто совсем нет ненависти!

Я негромко вздохнула, пытаясь сползти с алтаря. Не думаю, что его милосердие продлится слишком долго, так что… Мне нужно спасаться любыми способами!

Но Валентин уже подошёл к жертвеннику, не сводя с меня ядовитого взгляда.

— Ты столько раз помогал мне, Арей… Я и не думал, что ты подведёшь в такой ответственный момент.

— Я приму любое наказание, господин. — рыцарь опустился на одно колено, склонив голову.

А император… Медленно поднял оружие с пола.

— Неважно. В конце концов, Тирания была права: лучше сделать всё самому.

Я даже дёрнуться не успела — Валентин сжал мою шею, впиваясь пальцами в кожу. Другой рукой он держал наточенный клинок, примериваясь для первого удара…

— Не вини меня, Элайза. — произнёс он чуть слышно, а я зажмурилась, хватая губами воздух.

В тот момент… Храм вдруг содрогнулся. Таинство Азуров затрещало изнутри, осыпаясь каменной пылью с потолка. Валентин ахнул, ослабив хватку, и тогда я изловчилась… Укусила его за руку.

Сильная пощёчина сбила меня на пол, и только цепи надрывно зазвенели, хлестнув по запястьям. Арей сорвался с места, обнажив меч. Он и остальные рыцари замерли у входа, а затем… Двери распахнулись. Бурный поток воды хлынул внутрь, резко сбивая с ног воителей. Брызги застилали взор, привкус морской соли на губах заставил меня изумлённо выдохнуть.

Там, в буйстве стихии… Изгибалось длинное змеиное тело. Серебряная чешуя, бездонные голубые глаза и вытянутая морда до боли напоминали одного Хранителя. Он припал к полу и вдруг обратился в человека. От прежнего облика остались лишь ветвистые рога с капельками воды.

— Монстр!

— Боги, о боги…

— Защищайте императора! — резко приказал Арей, сжимая эфес.

— Что ты такое? — выдохнул Валентин, не сводя настороженного взгляда с Кессара. — И как… Кто позволил тебе зайти в Таинство Азуров?

Хранитель надменно вскинул брови, а затем склонил голову набок:

— Его Величество, по-видимому, считает себя особенным… Ведь он убил всех наследников Аскании, не так ли?

Валентин помрачнел. Его лицо вдруг сделалось таким суровым, до крайности ожесточённым… Будто Азур вот-вот сорвётся.

— Говори! — закричал он, направив клинок на Кессара. — Говори, иначе я изгоню тебя обратно в бездну!

— Это я разрешил.

Я вздрогнула, приподнимаясь на локтях. Армин…? Нет, боже, только не Армин! Но именно он прятался за спиной Кессара, выступив против императора Аскании.

— Ребёнок? — Валентин поморщился, откинув пряди со лба. — Что за глупость…

— А ты меня не узнаешь, дядя император? Я никого тебе не напоминаю? — Армин не дрогнул под презрительным взглядом Азура.

Он смотрел на императора так смело и непокорно, что я испугалась. Мальчика могут и убить за такую дерзость!

— Ты? — Валентин рассмеялся, а потом вдруг застыл.

В глубине его алых глаз вспыхнуло что-то напряжённое и давящее.

— Арей, убери ребёнка. Вышвырни его из храма, а что до монстра… Монстр пришёл помочь ведьме. Его нужно убить.

Рыцарь непонимающе нахмурился, но всё же сделал шаг вперёд.

— Мой отец — Аврелий Азур, бастард императора Ильсиура. — чётко произнёс Армин. — Поэтому я могу зайти в храм Таинства! А моя мать… Элиша. Ты должен её помнить, император. Ведь именно ты приказал ложным целителям отравить её под видом «лечения» от проклятия.

Его слова эхом разнеслись по залу, погружая всех в странное оцепенение. Армин так решительно обвинил императора, что даже я застыла, не в силах вымолвить ни слова…

— Забавно. — усмехнулся Валентин, резко качнув головой. — Кто рассказал тебе об этом? Ведьма?

— Да. — чуть слышно проронил Армин. — Одна старая ведьма заглянула в мою судьбу. Она же предрекла и твоё падение.

— Вот как? — император улыбнулся, качнув головой. — Теперь вы решили обвинить меня в грехах Элайзы… Что за нелепость.

— И вправду… Нелепо, что от проклятия погибли только избранные люди. — мягко парировал Кессар. — Те, кто вас не поддержали. Те, кто в вас сомневались.

Валентин раздражённо дёрнул подбородком и воскликнул:

— К чему все эти разговоры? Убейте монстра. Это приказ!

«Что? Нет!» — я попыталась закричать, но голос снова пропал, оставив лишь бессильный хрип.

Почти все рыцари обнажили мечи и ринулись вперёд, кроме… Кроме Арея. Мужчина медленно опустил подбородок, будто всё произошедшее парализовало его волю.

Но у меня нет времени на сочувствие. Я рывком подорвалась с пола и прошептала:

— Армин… Боже мой, Армин!

Вокруг творилось что-то невообразимое. Рыцари пытались атаковать Хранителя, но были совершенно бессильны перед буйством стихии. И Армин (кажется) находился под защитой… Но потом всё изменилось.

Валентин схватил меня за шею и приставил лезвие к горлу, резко скомандовав:

— Остановитесь!

Бой прекратился, а вода хлынула нам под ноги. Кессар перевёл взгляд на императора и, клянусь, издал пугающее шипение! Его белые одежды развевались, будто гибкие змеи, а вертикальные зрачки сияли в полумраке.

— Вы же за ней пришли, не так ли? — усмехнулся Валентин, прижав лезвие к моей шее. — Но, если я убью её… Вам не за что будет сражаться.

Я глухо застонала, когда первый порез рассёк кожу. Тонкая струйка крови стекала по горлу вниз, теряясь в складках платья.

— Не надо! — Армин вышел вперёд, подняв руки. — Прошу вас, не надо…

— Ты так трогательно сопереживаешь ведьме, мальчик. — скривился император. — Но даже если люди умерли не по её вине… Именно она прокляла эти земли. Из-за неё Аскания пострадала.

— Из-за Элайзы. — вымученно улыбнулся Армин. — Только вот… Это не она.

«Он знает?!» — я едва не ахнула, вовремя прикусив нижнюю губу.

Армин… Я никогда не думала, что он поверит мне. Сказка о переселении душ звучит так глупо, почти нереально. Кто бы смог простить злую ведьму? Кто всерьёз поверит в её невиновность? Но Кессар был прав. Он ведь говорил, что я недооцениваю Армина. Этот упрямый мальчик обладал удивительно чутким сердцем. И на самом деле… Он принял меня.

Не Элайзу, но Лизу.

Наточенный клинок задрожал у моего горла, углубляя надрез. Валентин прищурился, на секунду опустил взгляд, а потом… Усмехнулся.

— Неважно. — произнёс он одними губами и в следующий миг толкнул меня в спину.

Я полетела на пол. Армин ринулся вперёд, но император уже выпустил своё тайное оружие. Крохотные иглы выстрелили из его браслета… Две в мальчика и ещё две — в Кессара.

«Они ядовитые!» — осознала я и просто… Взбесилась. Моё сознание вскипело от гнева, цепи затрещали, а кандалы треснули. Они осыпались на руках, не в силах сдержать сумасбродный импульс магии.

Я посмотрела на Валентина и горько рассмеялась, вскинув ладони:

— Ты действительно… Глупый и алчный император. А я, пожалуй, буду злодейкой до конца! И, наконец, прокляну того, кто этого заслуживает.

Зелёное пламя сорвалось с моих рук, охватив Валентина. Он яростно завыл от боли и начал кататься по полу в бессмысленной попытке потушить огонь. Рыцари тотчас бросились к нему, а я… Перевела взгляд на своих спасителей.

Кессар медленно разжал кулак, из которого выпали отравленные иглы. Армин же смущённо поправил талисман Мариталь… Пронзённый отчаянной атакой Валентина.

— Вы живы! — прошептала я, едва не плача от накативших эмоций.

В тот момент… Моё сердце пронзила острая боль. Окружающий мир расплывался перед глазами, а я могла выхватить лишь отдельные фрагменты реальности.

…Армин тряс меня за плечи, зажимая рану на шее…

… Рыцари кое-как потушили обожжённого Валентина…

… И Кессар склонился надо мной. Его прохладные ладони остудили щёки, принося редкое чувство удовлетворения. Хранитель казался совсем другим! Он будто бы сиял изнутри, излучал особый свет.

Тогда я осознала: он вернулся. Вернул потерянное и вновь стал гордым защитником этого мира. Мои губы растянулись в мягкой улыбке, прежде чем сознание провалилось во тьму. Но я всё ещё помню обволакивающий голос Кессара…

Он сказал:

— Возвращайся поскорей.

А затем я увидела тот странный сон.

Валентин поднялся по винтовой лестнице Северной Башни и ненадолго замер у двери с причудливым механизмом. Он сосредоточенно выдохнул, прежде чем постучать. Ответа не последовало, но принц всё же зашёл в комнату без спроса.

— Лайза… Ты до сих пор на меня злишься? — Валентин вымученно улыбнулся, глядя на Верховную ведьму Эльмхаита.

Элайза сидела в роскошном кресле, заполняя витиеватым почерком пергамент. Но как только этот вопрос прозвучал — она сломала перьевую ручку.

— На что именно мне злиться? — ведьма резко поднялась со своего места. — На то, что ты ухлёстываешь за той девицей?

Она подошла к нему почти вплотную, пылая от гнева:

— Тебе нравятся невинные овечки, мой принц?

— Нет же! Что за глупости… — Валентин чуть улыбнулся, пригладив её волосы. — Эмилия не может с тобой сравниться. Просто… Ты же знаешь: Совет Праведных настаивает на браке с «подходящей» леди.

— Чем я не подхожу? — усмехнулась Элайза. — Моей силы недостаточно?

— Эти старые лисы не уважают магию. — покачал головой принц. — А ведьмы для них — не лучше дикарей с дальних берегов.

— Наглые черви! — прошипела Элайза. — Как бы я хотела срезать их старые головы…

— Ты можешь. — неожиданно согласился Валентин. — Ты можешь показать им истинную мощь ведьм. Создать колдовство, которое потрясёт мир… И тогда Совет Праведных нас не остановит. Я займу трон, а ты будешь моей императрицей.

Глаза Элайзы вспыхнули от неудержимого интереса. А затем она усмехнулась:

— Праведные склонят головы перед Эльмхаитом… Это ли не прекрасно? Я создам особое проклятие. Такое, о котором узнает вся Аскания.

Валентин кротко улыбнулся, повернув браслет на запястье.

— К слову… Что за яд ты использовала для игл в этом браслете?

— Это старинный рецепт. — отмахнулась Элайза. — Кровь рубинового аспида, смешанная с концентратом Эльк-мака… Раньше такой яд называли «Кровавой скорбью». А что? Ты хочешь кого-то отравить?

— Да… — алые глаза принца загадочно сверкнули в полумраке. — Он мне пригодится.

Она стояла на мосту, опустив руки на перила. Там, впереди — плескался вязкий туман, до слёз слепящий и серый… Он казался почти живым. Если присмотреться, можно разглядеть отблеск змеиной чешуи на дне.

Но меня куда сильнее волновал этот мост. Деревянные доски расхлябано шатались под ногами, и я боялась провалиться в белёсую неизвестность. Но всё же… Та девушка звала меня к себе. Не вслух, не жестом — но сильнейшим импульсом.

Я прикусила нижнюю губу и, наконец, подошла ближе. Её лицо казалось чертовски знакомым. Мягкие каштановые волосы, веснушки на щеках, тонкие губы и эти глаза… Чёрные, глубокие, почти затягивающие.

Я остановилась и затаила дыхание, прежде чем произнести:

— Ты… Серьёзно? Это же моё настоящее тело… Элайза.

Она улыбнулась и, клянусь — в ней сразу проступили черты той ведьмы! А я просто не знала… Как реагировать?

Раньше мне хотелось встретиться с Элайзой только для того, чтобы оттаскать её за волосы. Гнев, ненависть, жгучее чувство несправедливости… Я хотела отомстить ведьме, но прямо сейчас дурные чувства растворились в туманном мареве. Осталась лишь усталость.

— И как тебе наш мир? — спросила я, опустив подбородок.

— Чудной. — пожала плечами ведьма. — Необычный, совсем без магии… Мирный. По большей части, всё же, мирный.

Она посмотрела мне в глаза и осклабилась:

— А ты, видимо… Мой мир не оценила.

— В нём есть красивые места. И добрые люди. — задумчиво проговорила я. — Но есть и подонки.

Элайза негромко рассмеялась, качнув головой:

— Меня ты относишь к последним?

Я промолчала, поджав губы. В голове крутились сотни вопросов и обвинений… Но (что странно) мне хотелось получше узнать эту ведьму. Будто лишь так возможно понять… Всё скрытое, что пряталось под обложкой книги.

— Честно говоря, ты в праве меня ненавидеть. — усмехнулась Элайза. — Ненависть — всего лишь способ не сойти с ума. Порой это единственная возможность перебороть… Кипучие чувства.

Она коротко вздохнула и продолжила:

— Знаешь, я тысячу раз пожалела о том, что так и не прокляла Валентина. В тот день, когда он явился ко мне и предложил совершить великое колдовство… Я уже знала, что его сердце потемнело от грязи.

— Но ты любила его… Даже в тот момент. — тихо проронила я.

— Меня воспитал Эльмхаит. Я не познала любви, но стала безжалостной. Казнить других было легко. Ненавидеть — ещё легче. Однако…

Элайза надменно улыбнулась:

— Его фальшивые чувства меня обезоружили. Тот, кто не знает тепла, будет покорён мимолётной искрой. Это со мной и приключилось.

Ведьма посмотрела мне в глаза и призналась:

— Я знала, каким жестоким он может быть. Мне это даже нравилось… Ведь зверь всегда ищет зверя. Но я не предполагала, что Валентин способен избавиться от меня.

Как и Эмилия, верно? Героиня знала, что её жених совершил много дурного, но искренне считала себя «особенной»…

«Со мной он точно так не поступит» — об этом думают многие женщины, когда связываются с мерзавцами. Проблема в том, что ублюдки не меняются. И Валентин навсегда остался неисправимым, жестоким эгоистом.

— Что ты почувствовала, когда наложила проклятие? — прямо спросила я.

— Ничего. — прошептала Элайза. — Я так много вложила в эту магию… Всю себя. Не только ради него, если уж сказать честно. Я хотела стать величайшей колдуньей в истории. Но под конец… Ощутила лишь пустоту.

Не такого ответа я ждала от ведьмы… Хотя в этом, наверное, есть своя правда. Элайза не была исчадием зла, но и доброй её не назовёшь. Чувства ведьмы казались оголодавшим стихийным бедствием, которое сносит всё на своём пути.

— В конце концов, я проиграла. — хрипло проронила Элайза. — Моя магия ослабла, мои жилы были разорваны. Я скрылась в священной роще и именно там… Услышала голос Создателя.

— Что? — удивилась я. — О чём ты?

— Обмен душами… Слишком сильная магия для падшей ведьмы. — с горечью призналась она. — Но Демиург предложил мне сделку, и я согласилась. Он подарил мне последний шанс… И мы с тобой поменялись местами.

— Почему я?

Этот вопрос мучил меня с самого начала. Почему из всех читателей… Именно мне досталась (сомнительная) роль замены?

— Ты не знаешь? — Элайза чуть нахмурилась, а потом хмыкнула. — В общем-то, всё предельно просто: твоя душа была оторвана от мира и поражена недугом.

— Недугом?

— Несчастьями. Горем. — пояснила ведьма. — Но твоя судьба оказалась гибкой и переменчивой… Поэтому Демиург избрал тебя. Этот обмен произошёл только по одной причине: чтобы пробудить Хранителя.

— Так значит… Всё дело в Кессаре! — я не удержалась от улыбки.

А он не очень-то и хотел возвращаться в тот день… До чего упрямый Хранитель.

— Но при чём здесь книга? — не удержалась я от вопроса. — Как она попала в наш мир?

Элайза лишь улыбнулась и тогда… Я догадалась без слов.

— Её… Никогда не было?

Резкое осознание пронзило рассудок. Верно… Это вполне возможно. «Цветок скорби», та самая история, весь этот сюжет… Больше похож на подарок от неизвестного Демиурга. Тот единственный козырь, что мне подкинули. И одновременно подсказка… Как добраться до Центрального дворца, где спит Хранитель.

— Сказка, которую ты прочла… Это дневник Эмилии. — усмехнулась Элайза. — Он оброс некоторыми подробностями, но суть всё та же.

— Почему именно её дневник? — нахмурилась я.

— Я не знаю… Судя по всему, Эмилия также была избранницей судьбы.

Ведьма запнулась, а потом (не без злорадства) добавила:

— Но она не справилась со своим предназначением. В конце концов… Валентин отнял у неё всё. Даже возможность стать героиней.

Удивлена ли я? Не очень… Азур и вправду был талантливым манипулятором. А Эмилия отдала ему всю себя. Точно так же, как и Элайза.

— Ты… Не вернёшься обратно? — взволнованно спросила я, стиснув пальцы в кулаки.

— Это невозможно. Обмен совершается лишь раз.

Ведьма беспечно пожала плечами, и лицо её вдруг побледнело. Туман поднялся выше, затягивая нас в невесомое марево. И я напряглась, пытаясь удержаться на краю моста. У меня ещё столько вопросов! Как она прижилась в нашем мире? Чем сейчас занимается? И… В этот момент моё тело рухнуло вниз, в сияющую неизвестность.

Напоследок я услышала лишь прерывистое:

— Прощай, Лиза… Позаботься о моей судьбе.

Элайза откашлялась, укутавшись в длинный шарф. Холодный ветер упорно дул с реки, забираясь под тонкое пальто. Ведьма нахмурилась, согревая дыханием озябшие пальцы.

Увидеть себя со стороны — поистине необычное зрелище… Но, по крайней мере, теперь она спокойна. Демиург предложил ей достойную сделку. Маленький шанс начать всё сначала… Пусть даже без магии, в ином мире и с другими правилами жизни.

Элайза думала, что никогда не привыкнет к изменённой реальности, но всё оказалось куда проще. Когда рядом есть тот, кто поддерживает…

— Лайза. — мужчина обнял её со спины, зарываясь носом в тёмные волосы. — Ну и чего ты стоишь здесь? Замёрзла же, сразу видно.

— Просто… — произнесла она, бросив на него хитрый взгляд исподлобья. — Отсюда прекрасный вид.

— Хочешь, схожу за кофе?

— Хочу… Чтобы ты согрел меня. — призналась ведьма, затаив дыхание.

Он улыбнулся, крепко обхватив её ладони. Его пальцы были горячими, но ещё горячее — взгляды. Мужчина прижал её к себе, баюкая в объятиях, как величайшее сокровище.

И Элайза задрожала, ощущая, как что-то в ней ломается и тает. Она любила магию и любила свой мир, но только здесь познала то, что люди называют «взаимностью». Искреннюю привязанность, заботу, неподдельные чувства… Элайза, наконец, залечила свои раны. И полюбила кого-то всем сердцем.

— Ты мне нравишься. — прошептала она, лаская пальцами его лицо. — Так сильно нравишься!

— Люблю тебя. — улыбнулся он в ответ, нисколько не смутившись.

Элайза расслабилась, переводя взгляд на бурную реку. Она знала, что сегодня ночью ей приснится необычный сон… Тогда она и увидит финал этой удивительной истории.

Я открыла глаза и сразу зажмурилась от яркого света. Временная слепота заставила меня протянуть руку… Прикоснувшись к длинным мягким волосам. И в тот момент я просто не удержалась, упрямо потянув за прядь.

— Лиза. — укоризненный голос Кессара согрел моё сердце.

Хранитель навис надо мной, почти прижимая к кровати, а я просто… Переместила руки на его шею.

— Не уходи. — чуть слышно произнесла. — Побудь со мной вот так… Без объяснений.

Я устала. Чертовски сильно устала от сумасбродного сценария этого мира, но… Прямо сейчас мне было хорошо, как никогда. Потому что рядом был Кессар.

Хранитель лёг на кровать, заключая меня в крепкие объятия. И тогда я зажмурилась, вдыхая запах моря, прикасаясь к его алебастровой коже… Он до сих пор дарил мне освежающую прохладу, которая оседала щемящим теплом на сердце.

— Сколько я спала? — пробормотала, кое-как собравшись с мыслями.

— Семь дней. — негромко вздохнул он. — Я охранял твой покой всё это время.

— Так долго? — я поджала губы, а затем спросила. — Армин, с ним… Всё хорошо?

— Да. Но у него много дел.

Я призадумалась, вспоминая шокирующие слова мальчика в храме…

«— Мой отец — Аврелий Азур, бастард императора Ильсиура. А моя мать… Элиша. Ты должен её помнить, император. Ведь именно ты приказал ложным целителям отравить её под видом «лечения» от проклятия»

— Он и вправду… Внук императора Ильсиура?

В это сложно поверить! Прежде всего, Армин совсем не похож на яростных Азуров… Но, с другой стороны, не все представители клана были отмечены алыми глазами.

«Ему явно не повезло с роднёй»

— Это правда. — плавно ответил Кессар. — Ведьма Мариталь потратила последние силы на то, чтобы разгадать судьбу мальчика. Его отец был сыном служанки. Он пытался сбежать от Азуров, укрыл жену и ребёнка… Но трагически погиб впоследствии. Элиша, мать Армина, на свою беду, сохранила реликвию от мужа… Печать Азуров. По ней Валентин и выследил её. Вместо лекарства от проклятия Элише подсунули яд.

Я вздрогнула, осознав жестокие методы императора… Убить женщину, которая даже не имеет права на престол? Он и вправду устроил тотальную зачистку!

— Но почему тогда Армин…выжил?

— Валентин не знал о том, что у Элиши есть сын. — Кессар негромко вздохнул. — Хотя мальчик заботился о матери… Она, по-видимому, что-то подозревала. В день, когда её посетили «лекари», Элиша отправила Армина в дальнюю аптекарскую лавку. А после её смерти… Все вещи были конфискованы. В том числе и реликвия.

— Армин… — мой голос задрожал. — Армин лишь чудом избежал гибели!

Он увидел смерть своей матери, но пропустил самое главное… И самое опасное.

— Ему повезло. — шепнул Кессар, прикоснувшись к моей щеке. — Но тебе повезло не меньше.

Я смутилась, опустив взгляд на его тонкие губы. Этот мужчина… Мы с ним никогда не говорили о чувствах и, вероятно, были слишком изранены для обоюдных признаний. Но порой меня переполняли эмоции, которые практически невозможно скрыть.

— Я… Где мы сейчас находимся? — тихо спросила, борясь со смущением.

— Во дворце. — пожал плечами Хранитель. — Эти семь дней изменили Асканию… Сначала люди увидели в небе божественное явление — крылатого змея. Затем Лазурь накрыли проливные дожди. А после них… Рыцари Ближнего Крыла присягнули на верность новому императору.

— Армин… Это ведь Армин? — ахнула я.

— Да. — Кессар улыбнулся. — Императора Валентина обвинили в сговоре с ведьмой. Праведные пытались перекрыть эту весть, но не успели… В конце концов, обожжённый Валентин дожидается суда в подземной темнице.

Хранитель негромко вздохнул:

— Нам пришлось действовать очень быстро… Подтвердить родство Армина, подавить Совет и, конечно, распространить эту весть по всей Аскании.

— Ну а люди… Как люди отреагировали? — шёпотом спросила я.

— По-разному. По крайней мере, многих убедило божественное явление. — он склонил голову набок, явно намекая на свой триумфальный полёт.

Я невольно улыбнулась:

— Значит, ты вновь обрёл предназначение Хранителя?

— Верно. — отозвался он. — Как оказалось, желание спасти тебя сильнее любых оков и запретов.

Кессар признал это с удивительной лёгкостью, а я просто… Жутко смутилась. Сердце стучало, как заведённое, отсчитывая секунды до полного «поражения». Впрочем, если где-то рядом и витал Купидон с заветными стрелами, то он давным-давно совершил свой губительный выстрел.

— В тот день, когда меня поймали… Ты ушёл, чтобы найти Армина? — тихо предположила я и, заглянув ему в глаза, улыбнулась.

Мой невыносимый морской бог оказался дьявольски заботливым! В конце концов, именно он предотвратил казнь…

— Армин, наверно, жутко волновался. — пробормотала я и вдруг ахнула. — Стоп! Ты говоришь, что вы посетили ведьму? Но Мариталь же…

«Должна умереть, когда Валентин приедет в Вардан?»

Я помнила об этом, но, с другой стороны… Так ли всё очевидно? Книга оказалась ненастоящей, принц — лицемерным, да и ведьма не такая уж злодейка. При всех неточностях Мариталь вполне могла выжить.

— Она, всё же, решила изменить предначертанное… — проронил Кессар, лукаво прищурившись. — Ведь это так скучно: подчиняться судьбе.

Он посмотрел мне в глаза и вдруг улыбнулся:

— А ты упорно идёшь наперекор всему, иноземка.

— В каком это смысле? — нахмурилась я.

Тогда Кессар вновь навис надо мной.

— В конце всех счастливых сказок герои дают волю чувствам.

— Но у нас же не сказка? — я вскинула брови.

— Нет. — рассмеялся Хранитель. — Но порой между вымыслом и реальностью… Такая тонкая грань.

Его дыхание согрело мои губы. Совсем как в тот день, когда мы целовались в тусклом свете лампы. Но сейчас всё было иначе. Я запуталась пальцами в его шелковистых волосах, потонула в бездонном взгляде… И вдруг осознала все грани своего хрупкого счастья.

Это похоже на прекрасный сон. Но мне совсем не хочется просыпаться.

— Не оставляй меня! — выдохнула я. — Никогда и ни за что…

— Раньше ты хотела прогнать меня, а теперь просишь остаться? — невесомо рассмеялся Кессар, прикусив мою ключицу.

— Да. Потому что именно я освободила тебя. Ты мне по гроб жизни обязан… Хранитель измерения.

Его смех смешался с шумом ветра за окном, а затем Кессар ответил:

— Храни моё сердце, ведьма. Храни, ибо только тебе оно предназначено.

И в тот момент, когда он вновь поцеловал меня… Двери распахнулись.

— Лиза, ты очнулась! Я так скуч… — Армин застыл на пороге, в шоке взирая на эту (без сомнения) скандальную сцену.

— Вы…! — воскликнул мальчик, покраснев от смущения и досады. — Да как вы можете так извращаться? Я вам запрещаю!

— И кто меня остановит? Ты? — саркастично фыркнул Кессар.

Я закрыла пылающие щёки, пытаясь не смеяться от всего происходящего. Нам с Армином предстоит долгий разговор (и нелёгкие свершения), но всё же… Наступил новый день. Новый день для того, чтобы стать чуточку счастливей и хоть немного улучшить этот странный мир.

Ведь магия злой ведьмы способна не только разрушать, но и созидать… А когда рядом есть тот, кто поддерживает и любит, жизнь кажется ярче, а мечты — ближе.

Я приложила маску к переносице и тихо вздохнула. Тонкая ткань плотно облегала кожу, магическим образом изменив моё лицо… Ещё один дар из сокровищницы магов, который (как бы Кессар ни презирал их способности) оказался очень даже к месту.

И всё же, иногда мне нравилось снимать её, обнажая истинный лик Элайзы… То, что нельзя показать другим (но иногда так хочется).

— Госпожа. — сдержанно позвал меня Арей.

Рыцарь терпеливо ждал всё это время, но сейчас в его взгляде промелькнула (непривычная) насторожённость.

— Ты до сих пор не привык к её лицу? — я понимающе улыбнулась, опустив подбородок.

Арей вот уже пять лет занимал должность командующего дворцовой стражей. И это неудивительно: в своё время он одним из первых присягнул на верность Армину Азуру, юному правителю Аскании. Остальные рыцари вскоре последовали его примеру, и тогда мы столкнулись с «главным боссом»: Советом Праведных. Впрочем… Оказалось, что подавить властных стариков не так уж сложно, когда с одной стороны мальчика защищает ведьма, а с другой — Хранитель.

Армин стал императором, но (будучи слишком молодым) не мог исполнять официальные обязанности. Таким образом, именно нам пришлось разбираться с этой проблемой, чтобы не развалить страну… К счастью, во дворце было предостаточно умных людей. Некоторые из них упорно не поддерживали Валентина, однако согласились обучать Армина. Было ли сложно? Да, очень сложно! Но мы (кое-как) справились. И теперь, наконец, можно отдохнуть…

— Прошу прощения, госпожа. — чуть слышно произнёс Арей. — Я знаю, что вы отличаетесь от той ведьмы, но… Всякий раз, когда вижу её лицо, не могу сдержаться.

Я задумчиво кивнула. Арей потерял лучшего друга из-за слаженной работы Элайзы и Валентина… Тем не менее, он поверил мне и до сих пор хранил тайну ведьмы.

— Знаю. — негромко вздохнула, качнув головой. — Именно поэтому ношу маску. Не стоит пугать народ…

— Главное, что истинное зло наказано. — проговорил Арей, сжимая пальцы в кулаки.

Ах, Валентин… Суд над ним был непростым. Обезображенный и обезумевший, бывший император походил на жуткого монстра. Впрочем… Этот облик удивительно точно отражал его личность.

Безумие Валентина прогрессировало с каждым днём. Он перестал узнавать людей и постоянно бормотал что-то неразборчивое… Кажется, просил Элайзу вернуться к нему. Как ни странно, но именно тогда он разбил сердце Эмилии.

Эта глупая героиня до последнего пыталась помочь Валентину, даже хотела добровольно сопровождать его в заточении! Но он не узнал её, и, в конце концов, Эмилия сдалась.

После долгих споров, обновлённый Совет Праведных приговорил Валентина к быстрой казни. Его напоили сонным ядом и, если честно, это была очень… Мирная смерть. Я даже злилась на то, что ублюдок легко отделался!

— Ты скучаешь по Эмилии? — тихо спросила, обратившись к Арею.

Рыцарь потупил взгляд и горько усмехнулся:

— Немного. Уже не так, как раньше.

«Эмилия…» — я невольно поморщилась. С ней было сложнее всего. Проблема в том, что она была главной обожательницей Валентина. По сути своей, Эмилия не совершила ничего дурного, но… Она скрывала правду о нём. И люди это поняли.

Асканийцы начали роптать на Святую Деву. Нашлись те, кто заявили о лицемерии, вспоминая рабство, которое до сих пор бушует в стране… Другие же подозревали её в сговоре с Валентином. После того как все грехи императора были обнародованы, люди обратили свой гнев на неё. И, в конце концов, она сама пожелала покинуть Асканию.

Но рыцарь отказался. Он сопроводил её до границы, а после вернулся обратно… Это решение явно далось ему непросто, но я считаю, что оно и к лучшему. Рядом с ней он бы не смог забыть ужасный обман Валентина.

— Пора, госпожа. Празднование вот-вот начнётся. — напомнил Арей, бросив ещё один взгляд на моё лицо.

Я улыбнулась и оправила длинные рукава платья. Золотой шёлк струился легчайшей тканью, на груди сияла драгоценная брошь. Многочисленные заколки рассыпались по волосам осколками звёзд… Идеальный наряд для наставницы императора, не так ли?

Я вышла в коридор, преодолевая анфилады и длинные галереи. Закат разлился на горизонте, дворец осветили тысячей огней, а оркестр уже наигрывал благостные мелодии, созывая гостей в главный зал.

— К слову… Почему ты решил сопровождать меня? — игриво протянула, прищурив глаза. — Случайно не из-за Тах-хки?

Арей вздрогнул, мгновенно выдавая свои эмоции. Я тихонько хмыкнула, мысленно задаваясь лишь одним вопросом: когда этот воин, наконец, сдастся?

Тах-хка… Познакомилась с ним пару лет назад. В то время она впервые начала сотрудничать с рыцарями Ближнего Крыла для того, чтобы окончательно уничтожить рабские аукционы.

Арей сразу не понравился гордой воительнице. Впоследствии она постоянно вызывала его на «дружеские» дуэли, и однажды он принял вызов. Я уж и не помню, кто победил, но… Тах-хка была «слегка» очарована его силой. И с тех пор Арей находился в глухой (любовной) обороне.

Дикарка преследовала его настолько старательно, что даже выучила асканийский язык! И, если сказать честно… Почти все во дворце делали ставки на то, как скоро Арей смирится с судьбой. Возможно, это случится прямо сегодня.

— Она… Очень достойная личность. Я безмерно её уважаю. — понуро буркнул рыцарь и поспешно распахнул двери, запуская меня в светлый зал.

Я на секунду зажмурилась, а потом смело шагнула вперёд… Здесь собрались самые близкие к императору люди.

Зарт (нынешний глава альянса Эссетры), который одним из первых поддержал правление Армина. Мариталь, которая помогла нам приструнить ковен Эльмхаита… Эти чёртовы ведьмы и впрямь желали получить магию Элайзы любой ценой, но, знаете что? Они трусливо отступили, как только я приблизилась к вратам цитадели. Тирания, нынешняя Верховная, даже попыталась «вернуть» мне полномочия, однако… Это совершенно не нужно. Эльмхаит уже предал Элайзу, так зачем же продолжать бессмысленный фарс?

Я мысленно хмыкнула, а затем поприветствовала Айру. Она примкнула к торговому альянсу и часто приезжала в Лазурь, угощая нас отменным аттикханским чаем.

Здесь были и другие люди, многие из которых помогли нам в последние годы… Но самым важным, без сомнения, был Армин. В этом году ему исполнилось девятнадцать лет, и юный император женился.

Я с улыбкой посмотрела на хорошенькую девушку рядом с ним. Помнится, некоторые вельможи давили на династический брак, да только Армин всё равно поступил по-своему… И женился по любви. Упрямый парень, что тут скажешь?

— Лиза! — шепнул он одними губами и склонил голову, приветствуя меня.

На душе сразу потеплело. Армин казался таким взрослым и очаровательным… Сегодняшнее утро он провёл в храме со своей невестой. Затем была закрытая церемония бракосочетания, и только сейчас мы собрались здесь, чтобы отпраздновать.

Музыка заиграла громче, и Армин протянул руку молодой жене. Вскоре он закружил её по залу, исполняя свадебный танец Аскании. Юный император был жизнерадостным и благородным, а его императрица — вдумчивой и прекрасной. Но у меня на секунду перехватило дыхание от странной горечи. Мальчик вырос, правда ведь? Так быстро вырос…

Мне действительно повезло встретить его в том приграничном городе. Среди рабства, грязи и нищеты… Этот паренёк был самым ярким (неогранённым) алмазом. Я знала, что он станет прекрасным правителем. Справедливым, добрым и несгибаемым. До сих пор мы помогали ему в принятии решений, но теперь Армин обретает самостоятельность… Теперь у него есть своя семья.

Грустно ли мне? Да, немного. Но по большей части я просто… Счастлива за него. Кто бы мог подумать, что этот упрямый мальчик однажды станет императором Аскании?

— Госпожа ведьма расстроена? — тёплое дыхание с привкусом морского бриза согрело моё сердце.

Я опустила взгляд, ощутив присутствие Кессара под затменными чарами. Теперь он мог использовать их так искусно, что буквально оставался невидимым. А к этому непросто привыкнуть… Я мягко улыбнулась и наугад схватила его за рукав. Зал быстро наполнился танцующими людьми, ну а мы… Тайком нырнули за штору, которая скрывала выход на уединённую площадку.

— Ты всё же пришёл. — прошептала я, глядя в бездонные (но такие любимые) глаза Хранителя.

— Я не мог пропустить его свадьбу. — улыбнулся Кессар. — Пусть и опоздал на сей раз.

Я судорожно вздохнула, стиснув его ладони пальцами. Хранитель и раньше пропадал на некоторое время… Он бесконечно путешествовал по странам, восстанавливая мировой баланс, который прилично пошатнулся за время его сна. И пусть я скучала по Кессару, но эти отлучки не были такими уж долгими… Он всегда возвращался, чтобы побыть со мной. Но в этот раз всё было иначе!

Хранитель сказал, что ему нужно выйти за границы реальности… Увидеться с другими избранниками измерений. Я жутко переживала за его сохранность (и не зря). Кессар пропал на целый год. Сгинул, не оставив ни единой весточки!

Я каждый день раскладывала карты Мариталь, гадая на его жизнь. И вот, сегодня… Кессар вернулся. Живой и невредимый, такой же язвительный, как и прежде.

— Ты коварный и злой бог. — пробормотала я, тяжело вздыхая. — Решил довести меня до нервного срыва своим исчезновением?

— Прости. — чуть слышно проронил он, прикоснувшись к моей щеке. — Я не хотел оставлять тебя.

Над нами простирались ярчайшие звёзды южного неба. Где-то там Кессар летал совсем недавно, сливаясь с хвостатыми кометами… Его облик — морской змей, становился синей звездой на млечном пути, когда Хранитель отдалялся от мира. Совершенно удивительное зрелище…

— Но, знаешь, даже среди других измерений я слышал истории о тебе. О ведьме, которая стала зеленоглазой феей.

Я запнулась и (окончательно) смутилась, потупив взор. Это правда, что в Аскании начали сочинять странные сказки с моим участием, но…!

— Я ничего не сделала. — обиженно пробормотала, чуть крепче обнимая его за шею.

— Люди так не считают. — мягко возразил Кессар. — Один мальчик чудесным образом исцелился в приюте и с тех пор начал рассказывать другим необычные сказки… О том, что во мраке живёт изумрудная фея и творит доброе волшебство.

Ну, в этом есть доля правды… Я действительно старалась исцелять людей по мере возможности. Но это лишь использование великого дара Элайзы! Всё же, она была очень сильной колдуньей.

Не успела я ответить, как Кессар вдруг сделал шаг назад, и… Опустился на одно колено. Морской бог крепко сжал мою ладонь, а затем спросил:

— Лиза, ты согласна покинуть этот дворец и отправиться со мной?

Я опешила от его серьёзного взгляда. Это похоже на предложение выйти замуж, но…

— Куда? — чуть слышно спросила, глядя ему в глаза.

— Я хочу вновь опуститься на морское дно. — тихо проговорил Кессар. — И попытаться… Начать всё заново. В этом мире слишком мало магических существ, так что… Я собираюсь возродить подводный народ.

Он на мгновение замер и затем улыбнулся:

— …Воспитать новое племя, новую семью. Я хочу, чтобы ты стала моей женой и моей королевой на этом непростом пути. Мы будем хранить измерение вместе, если ты только пожелаешь.

— Я… Думала, что Хранители не заводят семьи!

— Это не запрещено, хоть и происходит нечасто. — он улыбнулся, переместив ладонь на моё запястье. — Но мы произносим брачные клятвы иначе… Не словом — сердцем.

Он прикрыл глаза, и я ощутила… Пульсацию магии под кожей, по венам. Хранитель светился изнутри, источая лунное сияние. И с каждым мигом в моё сердце вплеталась его любовь. Я чувствовала, как он оберегает меня, как истово хочет быть рядом… И, в конце концов, моя душа давным-давно приняла его. Я бы согласилась отправиться с ним куда угодно: хоть на край земли, хоть за черту горизонта.

Истинные клятвы протянулись прямо здесь, меж переплетённых пальцев, откровенных взглядов и чувств, которые дороже любых сокровищ. Серебряные лунные нити связали наши запястья под звёздами, и яркая вспышка озарила небо… Кто бы ни наблюдал сейчас за нами с высоты — он принял этот союз.

— Лиза.

Я вздрогнула, узнав голос Армина. Юный император опустил ладонь на каменную стену и как-то тоскливо выдохнул:

— Знал же, что когда-нибудь это случится! Вы теперь… Вы теперь уйдёте?

Он вырос. Вырос, но в глубине души всё ещё боялся одиночества.

— Это временная разлука. — я улыбнулась, поймав его взгляд. — Мы уйдём в моря, но всякий раз будем возвращаться обратно.

Я коротко вздохнула и, наконец, заключила его в крепкие объятия. Армин на секунду зажмурился, а потом хрипло проронил:

— Я буду скучать по тебе, мама.

Моё сердце пропустило удар. Он чтил память о своей настоящей матери, но и я тоже… Стала для него родным человеком. А сейчас мы должны разойтись… Чтобы открыть новую жизнь и новый путь в ней.

— Я всегда буду оберегать тебя, Армин. Будь сильным, хорошо?

— Да… — он вздохнул, бросив колючий взгляд на Кессара. — Эй, Хранитель! Не обижай её, ясно? А иначе она вернётся во дворец, и я помогу ей с разводом!

С моих губ сорвался лёгкий смех, а Кессар раздражённо фыркнул. Наши разговоры таяли под ночным небом, а тёплый дождь кругами по воде рисовал беспечное будущее. Хвостатых русалок, магических созданий, а ещё загадочных магов, которые непременно вернутся в наш мир.

В ту тёплую ночь мы с Кессаром стояли на краю морского прибоя, и он сказал:

— Не все рождаются Хранителями. Некоторые ими становятся.

В тот момент… Буйный ветер взбил мои волосы, побуждая снять маску с лица. Я больше не хотела скрываться от этого мира. Фея, ведьма… Какая, в сущности, разница? Ведь рядом со мной были те, кого я хочу защищать целую вечность. И в переплетении сжатых пальцев я могла сказать лишь одно:

— Давай напишем новую историю, Кессар. Ту, в которой всё будет честнее, добрее и проще. Ведь нам с тобой это действительно по силам.

Конец!