Оглавление

Глава 1. Хитростью горазд

Я проснулся от тряски. Самолёт слегка подрагивал время от времени, но сейчас толчок был сильно ощутимее. Благо, он вскоре снова вернулся к ровному гудению двигателей. Рядом со мной сидели семь человек, облачённые в тактические костюмы.

Шесть истребителей пятого ранга и один четвёртого. Их броня была прочной и функциональной — чёрная, с матовым покрытием, поглощающим свет. У каждого из них на груди виднелись нашивки с рангом и символами подразделения. Костюмы были оснащены встроенными системами жизнеобеспечения и датчиками, которые сканировали окружающую среду. Лица закрывали шлемы с прозрачными забралами. Через них можно было сложно разглядеть суровые и сосредоточенные лица. Вооружение — по максимуму: тяжёлые плазменные, снайперские и штурмовые винтовки, кинетические гранаты и короткие энерго-клинки на поясе. Они были готовы к любому сценарию.

Я протёр глаза, а затем достал композитный клинок и выпустил его лезвие на полную длину. Левой рукой взял тряпочку и стал полировать сталь, вливая в неё душевную энергию, чтобы залечить мелкие трещины. Это было похоже на медитативное состояние — идеальный момент для размышлений.

И ведь было о чём подумать. Внезапное исчезновение Тюльпана, его предостережение… Намёки директора на то, что случилось именно то, что должно было случиться. Я ведь наведался к нему после этого. Хотел узнать, кто такой Тюльпан. Однозначно, директор знал о Тюльпане больше, чем хотел сказать.

Пока что я решил не рисковать и не идти к Павлу. Почему? Точно не знаю, но порой стоит довериться интуиции. Я аккуратно перевернул клинок и продолжил его полировать. На моём пальце блестело кольцо истребителя монстров — удивительное устройство, хранящее всю информацию обо мне и отображающее мой ранг в иерархии истребителей.

Сам для себя отмечаю, что ранг мало что значит. Это лишь цифра, признаваемая людьми. Настоящая сила зависит от многого, но кольцо пока не способно её отображать. Поговаривали, что скоро они интегрируют МАЗовский кристалл, который будет показывать и личную силу. Но пока приходится довольствоваться тем, что есть.

Сразу после того, как мне выдали документы, на выходе из академии меня ждал бронированный джип. Неясно, к чему такая осторожность под столицей, но я не стал задавать вопросов. Меня доставили на аэродром за три часа, где мне представили мою группу сопровождения. В деле я их ещё не видел, но чувствовал, что они сильнее своих рангов. Вооружены они были до зубов. Их броню мой клинок не пробил бы, но мой плазменный пистолет, который я в шутку зову «Плевок», легко бы справился.

Мы погрузились в самолёт и направились прочь от столицы.

Во время полёта, пока я чистил клинок, ко мне подсел Алексей Смирнов — лидер группы. Он снял тактический шлем и положил его на колени. Я взглянул на его лицо.

Алексей выглядел типичным ветераном: коротко стриженные тёмные волосы, квадратное лицо с угловатыми скулами, кожа загрубела от частых полевых операций. Щетина небрежно покрывала подбородок.

— Мне приказано провести тебя в аномалию и защищать, пока ты что-то добываешь. Потом доставить тебя обратно целым. Что именно ты собираешься добывать — мне не важно. Но понимать план действий заранее нужно, если хочешь, чтобы мы все вернулись живыми. — произнёс он хриплым, уставшим голосом.

— Сначала находим аномалию, точных координат пока нет. Продвигаемся к центру, провоцируем всё живое в ней. Подпускаем врага ближе и уничтожаем. Чем ближе к центру, тем быстрее завершу добычу, и уйдём. — ответил я.

Алексей кивнул, обдумывая информацию, после чего добавил:

— Энергия тебе нужна? Сколько?

— Вся, что есть. Даже с учётом вашей группы, того что останется должно хватить.

Алексей вздохнул и поднял кулак вверх, показывая сигнал «внимание». Команда мгновенно сфокусировалась на нём. Движением пальцев он показал серию коротких жестов: «включить блокираторы энергии, перейти на резерв». Бойцы, не тратя ни секунды, начали манипуляции с доспехами, активируя замкнутый цикл. Теперь вся энергия в аномалии будет моей — неожиданно приятно.

Затем Алексей подал следующий сигнал — показал вращение кулаком и выставил три пальца. Это означало «снаряжение форма три». Команда отреагировала слаженно: бойцы сняли часть амуниции и поочерёдно подошли к контейнерам в грузовом отсеке. Они заменили дальнобойное оружие на автоматы с увеличенными магазинами, взяли мазовские замедлители и портативные барьеры.

Через десять минут все были готовы к операции, сидя на своих местах. Настоящие профессионалы. Хотелось бы таких ребят в свою службу, но это вряд ли возможно — такие бойцы свободолюбивы, следуют своим правилам. Никогда не идут кому-то во служение, лишь найм. Но когда накоплю достаточно денег, найму их на пару операций.

После разговора Алексей надел шлем и отправился сменить вооружение. Он выбрал себе лёгкий пулемёт и целую сумку с боеприпасами. Пистолет висел на ноге, а энерго-клинок был прикреплён к разгрузке. Я ощущал слабые вибрации — они явно переговаривались друг с другом через гарнитуру в шлемах. Может, просто болтали, а может, готовили подставу. Кто их разберёт. Но мне было плевать. Если получится набрать достаточно энергии для активации второй печати, это уже будет победой. А если повезёт активировать дар Феникса, то любые их попытки меня убить потеряют смысл.

Они ведь ещё не знают обо мне многого. Мой дар сокрыт — я опытный пользователь духовной энергии и всегда держу резерв, чтобы скрывать свои секреты. Пока у них нет ни малейшего шанса догадаться, что внутри меня дремлет сила Феникса.

Полет длился три часа. Всё это время я сосредоточенно полировал клинок. Теперь он блестел, и я был доволен проделанной работой.

Мы приземлились на военном аэродроме в Нижегородской области и сразу пересели на бронетранспортер, в простонародье БТР. Это была расширенная модификация на двенадцать человек, так что места ещё оставалось. Машина была усилена дополнительными бортовыми пулемётами.

— Ну что, куда едем? — спросил водитель БТР, почти старик в военной форме.

— На север, и на двадцатом километре налево.

Мужчина кивнул, и машина тронулась. Я прикрыл глаза, пока сопровождение следило за обстановкой, но не спал. Моя Рыся активно исследовала окрестности, просматривая каждую аномалию, что встречалась на пути. Теневому помощнику приходилось нырять в каждый портал, чтобы передать картинку изнутри. Пару раз ей не удавалось пройти — аномалия была слишком мощной для нас.

Моя задача была непростой — найти место для добычи пространственной эссенции. Аномалия должна быть достаточно высокоранговой, но не выходить за пределы возможностей моей команды. Иметь Кристалл и соответствовать еще ряду условий. Рыся прыгала из одной аномалии в другую, и я потратил уйму энергии на эту разведку. Но в итоге я нашёл то, что искал.

Открыв глаза, я аккуратно подошёл к водителю.

— Проедь дальше, до тридцатого километра, а там сверни. Нам нужен двести сорок третий пост первой регулярной части. Знаешь, где это?

— Пока нет, но запрошу информацию. Тут ведь всё на электронике сейчас. Толи дело раньше, по картам… — старик говорил, протыкивая кнопки на бортовом компьютере. Через тридцать секунд он прервал свою историю: — Есть такой блокпост. Информация о вас передана. Нас ждут.

Я вернулся на своё место и снова прикрыл глаза. На этот раз, чтобы поспать. Ехать нам было ещё два часа по пересечённой местности. Создав вокруг себя воздушный щит, чтобы не трясло, я уснул. Интересно, что подумали обо мне Смирнов и его люди, когда увидели, что я сплю. Но никогда об этом не узнаю.

БТР резко затормозил, и я открыл глаза. Ребята тут же покинули машину, и я вышел следом. Водитель доставил нас именно туда, куда я и попросил — к блокпосту военных.

Блокпост представлял собой массивное укрепление, спроектированное с учётом сдерживания угрозы из аномалий. Основной упор был сделан на защиту от монстров, что могли вырваться из порталов. Крупнокалиберные пушки, установленные на стационарных платформах, были направлены в сторону аномалии. Их чёрные дула готовились встретить любую тварь, что осмелится пересечь границы. А если точнее, встретить любую тварь во время выброса. Зачастую именно военные сдерживают первые волны монстров. Два БТР стояли рядом, каждый оснащённый турелями с тяжёлыми пулемётами, готовыми к стрельбе по движущимся целям. Рядом с ними возвышался танк — массивный, грозный, покрытый бронёй, испещрённой следами прошлых сражений. Его орудие тоже было нацелено на аномалию, словно предупреждая, что любой враг здесь будет уничтожен. Судя по количеству бойцов, здесь были развернуты два взвода солдат.

По другую сторону стояла небольшая застава, с целью не допустить случайных путников к опасной зоне. Высокие металлические барьеры образовывали неприступный периметр. На вышках дежурили солдаты, внимательно наблюдая за каждым движением за пределами укреплений. Бывали случаи и уже не редкие, что обычные жители лезли в аномалии ради ресурсов, которые можно выгодно продать. Империя вводит законы против незаконной добычи, но когда кого такое останавливало?

К нам вышел капитан. Он шёл уверенно, а за его спиной два других солдата не опускали автоматов, держа нас на прицеле.

— Капитан Дубов, предъявите ваши документы. — спокойно сказал он.

Алексей Смирнов прошёл вперёд и передал гербовую бумагу. Рыся показала, что на ней была подпись Имперской канцелярии. В ней говорилось, что группа из восьми человек имеет право на вход и зачистку аномалии ЦРА-74-51. Я не знал, откуда у них этот документ, но предположил, что они могли получить пустой бланк и подписать его сами, когда выяснили, какая аномалия нам нужна. Или же Урса подал заявки на все аномалии Новгородской области. Обе версии требовали серьёзных финансов, но мне не было дела до чужих денег. Пропускают — и ладно.

Капитан кивнул, и его солдаты опустили оружие. Дубов достал планшет и протянул его нам.

— Подтвердите личности. — сказал он.

Мы приложили руки с кольцами истребителей, передав всю необходимую информацию. Система моментально связалась с центром, и нас пропустили.

Когда мы уже прошли, военный окликнул нас:

— Возле входа в аномалию сидит истребитель монстров. У него тоже есть право на вход, но по рангу ему не положено делать это в одиночку. Если попросится в вашу группу — вам решать, брать его или нет. Информацию я отправлю в любом случае.

Алексей кивнул, и мы двинулись дальше, мимо танка и БТРов, вплотную подошли к аномалии. Там стоял мужчина. Он был худым, с напряжённым видом. За его спиной висела мазовский клинок — массивный, с креплением на плечевой разгрузке. Его лицо было измождённым, с резкими чертами, щеки слегка впали. Коротко стриженные волосы и щетина делали его вид суровым.

Когда он нас увидел, то сразу поднялся с колен и преградил нам путь. Зря он это сделал — за такое можно было и по зубам получить. Но мужчина оказался сообразительным и быстро поднял пустые руки вверх. Мы остановились напротив него.

— Приветствую, братья истребители. Возьмите меня с собой в рейд. Без группы я не имею права войти.

— И что же тебя остановит? — спросил Алексей Смирнов, скрестив руки на груди. — Ты уже стоишь возле портала. Просто возьми и войди. Подумаешь проблема, что группы нет.

Мужчина погрустнел, бросив взгляд на аномалию позади себя.

— Глава ассоциации истребителей западного фронта сказал, что вычеркнет меня и моих ребят из реестра истребителей. А это значит, что они не получат даже нормальных похорон…

— Как я понимаю, твоя группа там. — сказал я, кивая на портал. Мужчина подтвердил своим кивком. — И как так получилось, что они погибли, а ты стоишь тут?

— После предыдущего рейда я ещё не успел восстановиться. Они взяли замену и вошли в аномалию. С тех пор никто не вернулся. Официально пропавшие без вести. Помогите, я должен найти их тела…

— И отомстить… — резко закончил Смирнов. — Нам в группе непредсказуемый элемент не нужен. Пошёл прочь с дороги.

Мужчине пришлось отойти с пути группы Смирнова. Когда часть группы вошла в портал я остановился перед истребителем. Шедший следом боец толкнул меня, за что тут же получил воздушным толчком в грудь и отлетел на метр назад. Похоже, они перепутали понятия «конвоиры» и «сопроводители».

— Насчёт мести ничего не обещаю, но аномалию зачистим. По правилам, одиночкам вход разрешён если угрозы нет. У тебя будет пара часов, чтобы найти своих товарищей. Не упусти свой шанс.

Мужчина опустил голову и тихо прошептал:

— Спасибо.

Я обернулся к толкнувшему меня бойцу. Из-под шлема его лицо было не видно, но я легко почувствовал его злость.

— Следи за собой. Тебе платят не за удары в спину. Надеюсь… — сказал я, после чего шагнул в аномалию.

Перешагнув через мембрану портала, я сразу ощутил, как воздух изменился. Дышать стало тяжело. Мы словно попали в филиал ада. Повсюду полыхал огонь, небо было заволочено пеплом, а земля дрожала, как будто из-под неё вот-вот вырвутся легковоспламеняющиеся газы.

Это была аномалия третьего ранга с монстрами четвёртого класса внутри. Аномалия смертельно опасна: здесь обитали Адские гончие — существа, похожие на кабанов, с костяными шипами по всему телу. Они обладали полным родством с огнём. Быстрые, сильные и крайне опасные.

По сигналу Алексея группа сразу перешла в оборонительную позицию. Они следили за окружением, переговариваясь между собой, но я не был в курсе их разговоров. Такое положение дел мне не нравилось. Я дал команду Рыси и отправил её прямо к лицу Смирнова. Рыся была бестелесной, так что заметить её было сложно. Она должна была сидеть внутри шлема, но их костюмы были хороши: система замкнутого контура защищала от духовного вмешательства. Так что у Рыси ничего не вышло, но я пошёл другим путём. Я приказал моему теневому помощнику зацепиться за стекло их шлемов — через него можно было разглядеть лица. Я прекрасно читаю по губам.

— Тунгус, что не так? Тунгус? Королевская? Твою мать… Так, собрались. Повышенная боевая готовность. Королевская гончая — это не шутки. Она разумна и отлично охотится… Да, Север, согласен. Плевать на него…

Смирнов переключил режим связи на динамик и обратился ко мне:

— Я, наверное, был не прав по отношению к тому истребителю. Думаю, стоит взять его в нашу группу. Что скажешь?

Считаю, что ты хитрый лис, Смирнов. Как только твой Тунгус почувствовал Королевскую гончую, ты сразу изменил своё мнение. Тебе такой враг не по зубам, вот и хочешь использовать бедного истребителя как наживку. Я такое не одобряю. Но тебе это знать не положено.

Я дал команду Рыси найти Кристалл аномалии, а сам ответил:

— Конечно, не против. Спасибо, что спросил. Позволишь мне его пригласить?

Смирнов задержался на десять секунд, видимо, совещался с остальными, а потом ответил:

— Конечно. Мы пока расчистим площадку.

Я улыбнулся и вышел из аномалии. Истребитель всё ещё сидел у портала, не имея возможности войти внутрь.

— Капитан Дубов! Я включаю его в нашу группу! — крикнул я военному.

Капитан кивнул, вбил что-то в планшет, и истребитель, удивлённый, вскочил на ноги.

— Спасибо! Спасибо! Ребята мои там…

Я поднял руку, прерывая его.

Рыся уже нашла Кристалл аномалии. Ситуация оказалась серьёзной: пещера была логовом Королевской гончей, и она сейчас находилась там. Её шерсть постоянно сливалась с местностью, даруя краткую невидимость. Она могла плеваться сгустками магмы. Сильная, умная тварь.

В пещере я увидел черепа людей — более двадцати, почти все истребители. Их кольца лежали на каменных выступах как трофеи. Эта гончая была охотницей и весьма успешной. Нам предстояло с ней схлестнуться.

— Как тебя зовут? Какой у тебя ранг и класс? Специализация?

— Валерий Неонов. Истребитель четвёртого ранга, но по силе я давно на третьем. Специализация — ближний бой… Огневик… — ответил он, потупив взгляд.

— А не обманул ли ты нас, Валерий, когда говорил о том, почему тебя не взяли в рейд? — спросил я. Мужчина молчал. Но короткий кивок головой я от него получил. — В этой аномалии ты почти бесполезен. Идти в ближний бой против гончих с костяными наростами — не лучшая идея. А их родство с огнём делает твои атаки бесполезными. Думаю, твоя группа это поняла. Если бы они знали про Королевскую гончую, они бы вообще не пошли туда.

Я помолчал обдумывая дальнейшие ходы.

— Так, Валера, у меня есть план, и если хочешь отомстить за своих друзей и выжить, тебе придётся следовать ему. Выслушаешь?

Он кивнул, и я начал свой рассказ.

Глава 2. Охота на охотника

Когда мы вошли в аномалию, группа уже рассредоточилась по местности и была готова двигаться дальше вглубь огненных территорий. Алексей помахал рукой, подзывая нас к себе. Мы последовали к нему.

— Так, нам нужен боец в авангарде, и это будешь ты. — сказал он, обращаясь к Валерию. — Не переживай, мы тебя прикроем. Главное — не делай глупостей, и всё будет хорошо. Сможешь отомстить за своих ребят, а потом поможем тебе их найти. Договор?

— Сделаю. — ответил Валерий, глубоко вздохнул, и вышел вперёд.

Алексей переключился на внутреннюю частоту шлемов и отдал распоряжения. Группа выстроилась в боевой порядок, а я оказался по центру — как говорится, «как у Христа за пазухой». Ну собственно, после этого побежали к центру аномалии.

Пока мы двигались вперёд, Рыся передавала мне картинку Королевской гончей. Она спала и ещё не знала о нашем присутствии, но, когда начнётся стрельба, она выйдет на охоту. Я также чувствовал, что за нами уже следят. Пара адских гончих шла по пятам, и один из бойцов, скорее всего Тунгус, проверял тылы активнее, чем обычно. У него была истребительская чуйка.

Когда мы подошли к странным лавовым столбам, Тунгус резко развернулся и быстро установил замедляющую ловушку. В развернутом виде это был круглый механизм, который генерировал мощное гравитационное поле. Я знал, благодаря каким материалам создавалась такая ловушка — она базировалась на останках Титан-носорога.

Этот монстр отличался от обычных носорогов только размерами с десятиэтажный дом и гравитационным полем вокруг себя, которое не позволяло добраться до его головы. Убить его сложно, но награда того стоит: столько материала можно добыть с одного существа, что усилия окупают себя. Но что-то меня понесло не туда.

Мы шли долго, где-то час. Преследующие нас адские гончие отстали, попав в ловушку, а других мы обходили. Похоже, Тунгус был первоклассным сенсориком — он смог провести нас в самый центр аномалии, не сделав ни единого выстрела. Удивительный человек.

Алексей остановился и подал сигнал к обороне. Парни тут же начали возводить барьеры и устанавливать ловушки. Всего за несколько минут небольшая открытая площадка превратилась в укрепление, похожее на миниатюрную военную базу. Всё было чётко и слаженно: атакующие капканы, замедляющие ловушки и подготовка к любой атаке.

Самое интересное, что я стоял прямо в центре. Словно центр вселенной. Непривычно — обычно я всегда в первых рядах. А тут сиди, ничего не делай. Сказка, а не вылазка. Жаль, что пройдет она тяжелее, чем думают остальные.

— Мы готовы. Тебе что-то нужно? Можешь начинать?! — вроде и спросил, и одновременно утвердил мои действия Алексей Смирнов.

Ну хорошо. Киваю ему и сажусь в центр, прямо на горячий камень. Спина прямая, руки на коленях, голова опущена.

— Ну давай, Рыся, не подведи. Действуем, как учились.

Добыча пространственной эссенции — процесс сложный, и выполняю я его руками, точнее лапами моего теневого помощника. Кристалл аномалии обычно содержит все виды энергии, необходимые для поддержания стабильности аномалии. У меня есть мнение, что это всё рукотворное. Аномалии искусственного происхождения. Всё здесь слишком систематизировано и упорядочено, как-то правильно для хаоса. В этом всегда прослеживается закономерность, что заставляет задуматься. Но сейчас не об этом.

Пространственная энергия, заключённая в Кристалле, отвечает за портал и систематические выбросы энергии. Выкачать всю эту энергию — значит навсегда запереть себя в аномалии. Поэтому я по сути собираю конденсат этой энергии — пространственную эссенцию.

Сторонний наблюдатель может спросить: почему другие истребители не нашли этот конденсат? Разве не было случаев, когда люди после выбросов добирались до Кристалла? И мой ответ: возможно, такие случаи были, но пространственная эссенция очень нестабильна и недолговечна. Она исчезает слишком быстро. Поэтому я придумал способ воздействовать на Кристалл, чтобы вход в аномалию, портал, расширялся. Или например я мог запечатать его на время, чтобы добыть конденсат. Любое действие связанное с пространством вызывает конденсат.

Собственно, частично я этому и учил Рысю: чтобы она могла приносить мне запечатанный концентрат прямо в руки. Так мой секрет останется при мне, и я смогу легко увеличить свою силу для будущих свершений.

Сейчас, через Рысю, я начал возмущать пространство портала. Это сложный процесс, после которого вход и выход из аномалии будет закрыт на час. Сторонний наблюдатель мог бы спросить: а почему не расширить, как я говорил раньше? В данном случае это вызвало бы ненужные вопросы со стороны военных. Моё вмешательство и действия группы в таких аномалиях могли бы легко навести на след. Провести параллели не составит труда, и ко мне приковано будет ненужное внимание. В прошлом я слишком часто так делал. Можно сказать, я был уникальным специалистом.

В общем, Рыся начала, и Королевская гончая проснулась. Она заметалась по пещере с Кристаллом, не понимая, что происходит. Эти возмущения были прямо на поверхности, и монстр негодовал. А потом рванул на выход. Ну что ж, охота начинается. Первым сигналом начавшейся охоты стал рев Королевской гончей. Все монстры вокруг подняли свои морды и завыли в ответ. Звук вокруг нас был пугающим — слишком много воя со всех сторон. Я внимательно мониторил своими чувствами, что происходило вокруг, пока продолжал добычу пространственной эссенции.

— Приготовиться, парни! Подпускаем ближе, потом убиваем! — голос Алексея прозвучал жёстко и чётко. — Эй, истребитель… Ох, блин… Сбежал! Сволочь!

Алексей смотрел туда, где должен был находиться Валерий, но тот уже исчез, как говориться его уже и след простыл.

— Плевать, действуем по плану. Защищаем цель, передаём максимум энергии.

Он переключился на внутреннюю связь, потому что теперь не оставалось никого, кому нужно было что-то проговаривать вслух. В этот момент из клубов огня и дыма на нас стали выбегать адские гончие. Они неслись стремительно, минимум двадцать тварей — по две на каждую сторону нашего укрепления. Эти ужасные монстры могли бы внести хаос в ряды защитников, если бы не попали разом в замедляющие мины первой линии обороны. Гончие рычали и выпускали струи огня, но не могли достать до нас.

Люди же, не дрогнув, сделали по одному выстрелу каждой твари в голову, оставаясь на своих местах. Тем временем энергия от адских гончих медленно начинала наполнять моё тело.

Нападение адских гончих оказалось неудачным, но я-то знаю, что их цель была не в этом. Хоть моё восприятие и не видит Королевскую гончую, я уверен, что она следит за нами и прощупывает слабые места. Небольшая атака — и ей уже известно о ловушках и вооружении людей. Сейчас она, скорее всего, попытается узнать нашу цель. И я уже чувствую, что Королевская гончая сделала свой ход.

Ещё двадцать адских гончих вышли из огня и дыма, остановившись кто в шаге от ловушек, кто чуть подальше. Пара тварей с разбега перепрыгнула первую линию мин и удачно приблизилась на три метра. Там их уже ждали капканы, разрывая монстров на части. Защитники открыли огонь, но не по всем целям — они стреляли только по ближайшим, что сразу выдало их позицию.

Я думал, что Алексей Смирнов — опытный наёмник и истребитель монстров, но теперь мне ясно, что Урса просто купил им право входить в аномалии. Их обычные враги — люди, а не монстры. Снаряжение выбрано правильно, но поведение оказалось ошибочным. Похоже, некого будет нанимать, когда у меня появятся деньги. Здесь все и погибнут.

Как только я понял, что Королевская гончая нашла предел возможностей людей, она сделала свой ход. Её рев раздался где-то спереди, и через несколько мгновений из клубов огня и дыма вырвались сотни гончих. Они подбежали к невидимой линии, отделяющей их от нас, и начали обходить, беря нас в кольцо. В то же время некоторые из них пытались продвинуться ближе, атакуя ловушки. Одна даже успела повредить гравитационную установку, прежде чем её убили. В этот момент поток тварей усилился, и часть из них бросилась именно в эту брешь в обороне. Началась стрельба — сначала одиночными, потом очередями.

Я невольно улыбнулся. Королевская гончая выбрала меня первой жертвой и уже проникла под барьер. Что ещё забавнее, Тунгус тоже что-то почувствовал и обернулся. Он рванул в мою сторону, а пара бойцов резко развернулись, чтобы прикрыть меня. Похоже, Тунгус сообщил о возможной атаке. Спасибо ему — он спугнул монстра, который сместился в сторону и теперь не спускал глаз с Тунгуса. Эта тварь была очень умной.

Тунгус замахал руками, показывая направления, когда из-за барьера появилась Королевская гончая в своём камуфляже. На короткий момент времени она была полностью невидимой и уже держала во рту концентрированный сгусток магмы. Тунгус что-то почувствовал в тот момент, когда тварь уже выплюнула снаряд. Мужчина явно был не готов — его духовный доспех едва покрывал тело тонкой вуалью. Если бы магма ударила в него, он бы не выжил.

Я быстро напитал свою левую руку духовной энергией и ударил по камню рядом с собой. Раздался треск, и взрыв из-под земли поймал снаряд магмы прямо перед Тунгусом. Раскалённая магма разлетелась на сотни кусков, часть которых задела двух защитников. К счастью, их духовный доспех был достаточно крепким. Себя же я защитил щитом ветра, после чего снова вернул большую часть ресурсов своего сознания на добычу пространственной эссенции.

После неудавшейся атаки даже я перестал чувствовать монстра. Похоже, Королевская гончая поняла, с кем имеет дело, и на ходу поменяла тактику.

Тунгус внимательно посмотрел на меня, затем приложил руку к груди и слегка наклонил голову. Если я правильно могу судить по его жесту, он принадлежал к тем народам, где так выражают глубокую благодарность. Ну ладно, пожалуйста. Тунгус вернулся на свою позицию и как раз вовремя. Адские гончие разрядили капканы, и сейчас происходило настоящее месиво. Монстры замкнули круг, и тяжелее всего пришлось тем двоим, кто прикрывал тыл.

Во время интенсивной стрельбы у одного из защитников перегрелось оружие — частое явление для мазовских пушек первого и второго поколения. Он на секунду отвлёкся, и оказалось, что Королевская гончая уже проникла внутрь защитного периметра. Она появилась на мгновение, прежде чем схватила мужчину в пасть, от плеча до плеча, и мощным прыжком взмыла на невероятную высоту. Боец ещё был жив и кричал, когда группа заметила атаку.

Как только Королевская гончая захватила бойца, натиск монстров резко ослаб. Адские гончие начали убегать, и очень быстро. Вокруг заслона остались лишь скулящие и раненые недобитки. Алексей Смирнов явно был зол и что-то эмоционально говорил, но я его не слышал.

В этот момент Рыся закончила добычу пространственной эссенции, и началась самая тяжёлая часть её задания — перенести эту субстанцию ко мне, сохранив все её свойства. А это значило, что действовать нужно было максимально аккуратно. Помочь ей я особо не мог, но поддержать энергией — вполне. Духовная энергия всё ещё поступала ко мне, разлитая вокруг нашей заставы. Мой уровень духовного плана перевалил за третий. Если поток энергии не прекратится, возможно, я смогу начать формирование второй печати уже сейчас.

Внезапно среди полыхающего жаром осколка этого адского мира послышались крики. Сначала тихие, затем всё громче и громче:

— Помогите… Помогите… Парни…

Крик о помощи был где-то рядом, но ощутить его моими чувствами я не мог. Либо Королевская гончая скрыла его присутствие, либо это была приготовленная для нас ловушка.

Тем временем в лагере произошла перепалка, смысла которой я не слышал, но, судя по всему, было принято решение не спасать бойца. Дисциплина — есть дисциплина. Крики продолжались, долго, но я уже переключился на другую задачу. Я начал подготовку к установке печати Дара. Моё сознание всё больше замыкалось на мне, лишь тонкая нить связи позволяла отслеживать, как обстоят дела у Рыси. Остальное происходящее в лагере меня больше не интересовало.

Моё сознание находилось на втором уровне духовного плана, где я начал связывать искру Дара Феникса с новоявленным духовным рисунком. Процесс был долгим, утомительным и болезненным. Думаю, в какой-то момент я даже закричал от боли. Но нельзя было отвлекаться.

Я строил лабиринты из энергии, которые проецировали будущий дар на поверхности моей души. Сколько времени прошло — не уверен, возможно, три часа. Когда всё было закончено, я сильно надеялся, что собрал достаточно энергии для активации печати.

Открывая путь с третьего уровня на второй, я создал душепад, который оросил новый этап моей силы. Тогда-то я и открыл глаза.

За то время, что я провёл в себе, произошло многое. Двое из группы сопровождения были мертвы. Ещё один лежал на краю моего восприятия и стонал:

— Помогите… Помогите… Парни…

Похоже, это был тот самый первый, схваченный Королевской гончей. Могу предположить, что тварь поняла, что её уловка не сработала, и просто подкинула «наживку» ближе, где товарищи не смогли оставить друга в беде.

Судя по следам, одного из них убило собственным капканом. Как и когда монстр сумел перенести механизм — неизвестно, но сработал он с ужасающей жестокостью. Парня не спасли ни броня, ни духовный доспех — его тело разломало и изрезало в шести направлениях.

Другой же погиб, явно став жертвой лап Королевской гончей. Раны слишком характерные, чтобы спутать их с чем-то ещё. А дальше нервы у парней сдали, и они открыли беспорядочный огонь в пар и дым, стреляя без остановки.

Также видно, что количество тварей вокруг заставы увеличилось — точнее, количество трупов. Судя по всему, они отбили несколько волн врагов, прежде чем Королевская гончая снова сделала свой ход.

Сейчас же лидер команды, Алексей Смирнов, оттолкнул Тунгуса и просто выстрелил в раненого товарища, который оказался причиной смерти ещё двоих. После прямого попадания в голову крики прекратились. Что самое интересное — я чётко чувствовал, что этот человек и до этого был мёртв. Значит, тварь научилась подделывать человеческий голос. Из защитников осталось всего четверо: Алексей Смирнов, Тунгус и ещё двое, чьи позывные я не знал. Они явно были на пределе после убийства своего товарища. Сейчас они проверяли оружие, вставали в круговую оборону вокруг меня и наконец-то начали использовать свои духовные навыки в полную силу, в основном защитные.

Наёмники, в конце концов, больше приспособлены к людским операциям. В аномалиях действуют совсем другие законы и нужны иные средства ведения боя. Для этого задания лучше бы Урса нанял действующих истребителей монстров, а не этих ребят. Но имеем, что имеем.

Печать я поставил, пространственную эссенцию собрал, но для активации дара нужного количества энергии не хватило. И вряд ли наберётся. Королевская гончая уже поняла, как на нас охотиться. Она учится, а мы, как сидели на одном месте, так и сидим. Придётся немного вмешаться. Я медленно поднялся с земли. Моё движение заметили, и ко мне повернулся Алексей Смирнов.

— Энергии мало. И если мы останемся здесь, то умрём. Нужно двигаться в том направлении и придумать что-то новое, чего Королевская гончая ещё не видела. Тогда будет хоть какой-то шанс.

Лица Смирнова я не видел, но он явно обдумывал мои слова. После этого он по внутренней связи стал раздавать указания. Через полминуты в центре заставы остались только мы с Алексеем.

Парни собирали оборудование и боеприпасы. Тунгус во всю «шаманил», как бы это ни звучало. Он использовал духовные техники, но как-то по-особенному, словно действительно вызывал духов. И через пару минут начали появляться силуэты. В этот момент Алексей достал дымовые гранаты и просто раскидал их в четыре стороны. Похоже, они решили попробовать что-то новое.

После того как дым заволок всё вокруг, я почувствовал, что Тунгус создал весьма реалистичные копии нас. Он также расставил капканы вокруг и аккуратно вывел всех в том направлении, которое я указал. А дальше мы побежали.

План оказался до невозможности простым, и, что самое интересное, я был уверен, что он сработает. И спустя десять минут пути, когда вдали уже замаячила гора с Кристаллом, на всю округу раздался рык боли. Королевская гончая попалась в ловушку, но не погибла.

В тот момент, когда мы услышали этот рык, мы остановились, и ребята разбежались в стороны, разбивая камни под ногами. От их действий из земли стали вырываться клубы пара и дыма. Защитники создали естественное средство обнаружения невидимых существ и выстроились в круг вокруг меня. Я сел на горячий камень и открыл заранее подготовленный контейнер для пространственной эссенции.

Рыся была ещё молода и не могла быстро преодолеть расстояние до первого лагеря, но до второго добралась значительно быстрее. Сейчас я внимательно следил за тем, чтобы запечатанная субстанция заняла своё место. Пара секунд — и всё было готово. Контейнер закрыт, миссия выполнена.

Глава 3. Товарищество ли

Что самое плохое для меня — скрыть наполнение контейнера не удалось. Я чётко почувствовал взгляд Алексея направленный на пространственную эссенцию в моих руках. И мне совсем не понравились эмоции, которые я ощутил шестым чувством.

Возможно, Алексей уже собирался сделать какой-то необдуманный шаг, но в этот момент на нас рванули сотни адских гончих, ведомых разъярённым и раненым зверем. Королевская гончая сейчас была больше зверем, чем существом с интеллектом. Поэтому ее крик служил призывом к битве.

Началась пальба, которая быстро перешла в рукопашный бой, и даже мне пришлось встать, чтобы принять участие в сражении. Но сделать даже шага я не успел. Тварь появилась у меня за спиной, и я услышал, как Рыся попыталась её остановить, но это было выше её сил. Резкий удар — и я падаю лицом вниз. Ноги отнялись, спина горела адским пламенем, дышать стало нечем.

Я лежал, чувствуя, как кожа на лице обугливается от жара камней, на которые упал. Рядом лежал контейнер с пространственной эссенцией и мой клинок, который я не успел раскрыть на всю длину.

Каждый удар сердца словно заливал мой взгляд кровавой пеленой. Я умирал… Снова. Неприятно. Но, самое интересное, что сейчас, в этот самый же миг я почувствовал теплую энергию и чьи-то руки, которые осторожно повернули мою голову в сторону. Это был Тунгус. Он пытался спасти меня, отбиваясь клинком от ближайших противников. Я также видел Алексея, который рубил врага и бросал на меня мимолетные взгляды. Кажется, он уже сделал свой выбор.

Всего один шаг — и он забрал контейнер с эссенцией и указал путь на выход из аномалии для остальных. Двое бойцов двинулись следом за лидером. Только Тунгус остался. Они о чем-то говорили по внутренней связи, даже я бы сказал ругались, пока сражались с гончими. Моё тело дёргалось, кажется, одна из тварей сейчас грызла мою ногу. Но я её уже не чувствовал.

В какой-то момент Алексей достал пистолет и наставил его на Тунгуса. Казалось, что само сражение остановилось на этот миг. Но затем Алексею чуть не оторвало голову — Королевская гончая выскочила из невидимости, и только молниеносная реакция спасла его. После этого они сбежали, оставив нас с Тунгусом одних.

Монстров стало меньше — они преследовали группу. На нас остались лишь три твари, которых Тунгус быстро убил. Весь мой опыт говорил о том, что нас оставили «на десерт» и что сейчас охота идёт за теми, кто пытается сбежать.

Тунгус опустился на колени возле меня. Он явно чувствовал, что угроз больше не осталось. Снял шлем и отбросил его в сторону. Лицо у него было мокрым от пота — широкие скулы, немного раскосые глаза, густые чёрные волосы, собранные в тугой хвост.

— Держись, ты помог мне, я помогу тебе… — говорил он, вливая энергию в мою спину.

Я схватил его за ногу и зарычал, потому что говорить нормально уже не мог.

— К Кристаллу… Беги… Быстро… Она вернётся туда… Быстро…

Он смотрел на меня, не решаясь бросить.

— Пошёл! — выкрикнул я, напрягая остатки сил, после чего закашлялся кровью.

Мужчина встал, приложил руку к груди и сказал:

— Прости…

После чего он побежал в сторону пещеры с Кристаллом.

Энергии вокруг было много и я отчаянно пытался достать «Плевок» из кабуры. Он застрял, и я никак не мог его вытащить. Где-то вдалеке послышались выстрелы, а рядом со мной раздалось рычание. Я уже чувствовал приближение адской гончей, так что, когда она побежала ко мне, я просто насадил её на каменную пику. Я так просто не сдамся!

Я делал всё, чтобы не умереть. Чтобы Королевская гончая не подумала, что я лёгкая цель. Да, я ранен и не могу ходить, но при должном вливании духовной энергии это поправимо. Мне срочно нужна была энергия, и я применил медитативную технику, которую показывал на выпускном экзамене. Вокруг меня вспыхнула воронка чистой энергии, собирая всё, что было доступно. Мне нужна была вся энергия, что я мог получить!

Не знаю, сколько я провел в медитативном состоянии, пока собирался энергию, но рано или поздно все должно закончится.

— Вот жеж… — пробормотал я, переворачиваясь на спину.

Королевская гончая, вся в крови, с перебитой лапой и частично разорванным животом, медленно шла ко мне. Это был её триумф, время собирать охотничий урожай. По бокам от неё шли две недобитых адских гончих.

— А я думал, ты умнее… — сказал я с усмешкой.

Иллюзия на моей руке спала, и под ней оказался заряженный «Плевок». Я нажал на спусковой крючок и выпустил плазменный заряд прямо в морду твари. Королевская гончая мгновенно ушла в сторону, скрываясь в невидимости, но уже было поздно. Сгусток плазмы коснулся её бока и взорвался вязкой субстанцией, которая накрыла её и её подопечных. Тела адских гончих прожгло до костей, они погибли на месте, но Королевская гончая оказалась крепче. Половина её тела была прожжена, но она всё ещё была жива и невероятно зла.

В один прыжок она оказалась прямо возле меня и стремительно ударила лапой сначала по моей груди, а затем по голове.

— Опоздала, глупая… — прошептал я, прежде чем она нанесла последний удар, обрывая мою жизнь.

Когда умираешь уже не в первый раз, к той пустоте, что следует за смертью, относишься спокойнее. Моё тело действительно больше не функционирует, но душа в полном порядке. И что самое удивительное — даже в бестелесном состоянии моя связь с Рысей всё ещё крепка. Я могу видеть, что происходит вокруг, могу отдать ей команду, и она выполнит её. Это куда приятнее, чем просто быть в пустоте и ждать.

— Спрячь моё оружие, «Плевок» и клинок, желательно подальше от моего тела. И кобуру не забудь. — передал я команду Рыси.

Она тут же рванула исполнять мой приказ, и я почувствовал её радость. Умница Рыся.

— Ты так не хочешь умирать? — мои мысли неожиданно прервал женский голос. Он был глубоким, пробивающим до самой души. — Я встречала разных существ за все времена, но чтобы человек так цеплялся за свою жизнь… Интересно…

«Кто это посетил меня на грани жизни и смерти?» В прошлый раз была только пустота, а теперь появляются гости.

— Хочешь сожрать мою душу, пока я в таком состоянии? Не выйдет! Гори! Пылай, птица Феникс! Восстань из пепла! — закричал я, и мой ментальный посыл резонировал с пустотой вокруг.

— Я просто хотела поприветствовать тебя глупый… — услышал я в ответ, прежде чем крик Феникса ознаменовал моё возрождение.

Я открыл глаза. Вокруг всё та же адская аномалия, но теперь огонь стал моим союзником. Моё тело снова было в порядке, я пылал чистым пламенем.

Если бы Королевская гончая не привела двоих недобитков, мне бы не хватило энергии для активации дара. Но всё сложилось удачно. Я успел перед смертью зажечь ту искру, что покоилась в моей душе.

Вся моя одежда сгорела. Я стоял абсолютно голый посреди адской аномалии и сканировал окружение. Королевская гончая ушла искать оставшихся людей. Она была ранена, но охоту не оставит незаконченной.

Рыся появилась из теневого плана на моём плече и тепло потерлась о мою щеку. Помощник немного вырос с момента нашего знакомства и скоро на плече уже не поместится. Но сейчас я тепло погладил его эластичную оболочку.

— Ну что, где там моё оружие? — спросил я у Рыси.

Она указала направление, и я отправился за «Плевком» и композитным клинком. В этот момент я ощутил импульс, исходящий из пещеры с Кристаллом. Похоже, Тунгус и Валерий убили Королевскую гончую и разрушили Кристалл. Аномалия зачищена, но мне не хотелось пропустить делёжку энергии, так что я бросился туда бегом.

Со стороны это, наверное, выглядело забавно — голый с оружием, несусь по аномалии во весь опор. Но главное — я у пещеры и кричу:

— Не пристрелите случайно. Это я. Вхожу!

Захожу внутрь, пока Рыся показывает мне двух мужиков. Они потрёпаны, но уже спокойны.

— Ага… Так вот почему эта тварь так драпала. Ты её напугал голой жопой! — сказал Валера с ухмылкой.

Тунгус выразительно посмотрел на него и вдруг заржал. Смешно. Я тоже засмеялся. Стоим втроём посреди раскуроченной пещеры и смеёмся, выплёскивая стресс.

Энергии, кстати, мне досталось совсем мало. После активации Дара я был пуст, а сейчас мой духовный план заполнен наполовину первого уровня. Это немного, но огромный шаг, который стоило совершить.

После того как все отсмеялись, каждый занялся своим делом. Тунгус уселся у выхода из пещеры и принялся чистить своё оружие. Я раскрыл свой клинок и начал снимать уцелевшую часть шкуры Королевской гончей. Ходить голым мне не пристало, так что решил сделать себе что-то вроде шорт, но огнеупорных. Пока вырезал нужные куски, краем глаза наблюдал за Валерием.

Мужчина медленно шёл вдоль стен пещеры, собирая кольца своих товарищей. Иногда он поднимал черепа, но в основном кольца. Больше ничего от них не осталось.

— Я должен был быть с вами, ребята. Может, именно меня вам и не хватило, чтобы выжить… Но я отомстил за вас. Вот она лежит, вот… — Валерий внезапно упал на колени и начал бормотать что-то под нос. Я не прислушивался — и так было понятно, что он был разбит. Хоть он и свершил свою месть и нашёл свою группу, это их не вернёт. И ему предстояло это осознать.

Через некоторое время я закончил шить себе шорты. Работать с кожей такого монстра было непросто, но в итоге я был готов. С голым торсом и слегка мерцающими огнеупорными шортами я подошёл к Тунгусу.

— Я верну свой долг. Ты спас меня, и я этого не забуду. — сказал он, не поднимая взгляда, просто глядя прямо перед собой.

— Может быть, когда-нибудь… — ответил я. — Но нам ещё предстоит доставить эссенцию Урсе, так что у тебя будет шанс вернуть долг.

Тунгус наконец посмотрел на меня:

— Значит, мне не показалось. Тварь уничтожила мою группу? Мы не успели… Я остался один…

— Думаю, на месте ты поймёшь, что произошло. И сразу отвечу на твой вопрос, который ты ещё не задал: да, это сделал я. Если бы они не бросили меня, то выжили бы.

Мужчина медленно поднялся, не отводя глаз, но не сказал ни слова. В этот момент вышел Валерий. Он выглядел ещё более бледным, чем при нашей первой встрече.

— Спасибо тебе, Макс. Как ты сказал, так и случилось. Не знаю, как ты это сделал, но я искренне тебе благодарен. Сейчас я не смогу пойти с тобой — мне нужно побыть одному, похоронить товарищей. Но потом я найду тебя. Можешь рассчитывать на мою помощь, в любом вопросе!

Он протянул мне руку, я пожал её, и Валерий исчез в тенях пещеры.

— Ну что, идём. — сказал я, обращаясь к Тунгусу. — Покажу тебе, что стало с твоей группой.

Мы двинулись к порталу.

В данной ситуации, когда они бросили меня, я их не виню. Рана была серьёзной, тварь где-то рядом, а успешное выполнение миссии было на первом плане. Ведь задание отряда заключалось не в том, чтобы вернуть меня домой, а в добыче пространственной эссенции. И они сделали то, что должны были.

Мне даже немного жаль, что они стали жертвами обстоятельств. Им было неведомо, что выход из аномалии закрыт. Они так спешили к порталу, что по пути потеряли одного бойца. Его изуродованное тело мы с Тунгусом нашли на дороге. Они явно не ожидали, что портал будет закрыт, и потратили драгоценные секунды, чтобы понять, что происходит, — это стоило им жизни ещё одного бойца. По иронии судьбы в живых остался только Алексей Смирнов. Он принял последний бой с Королевской гончей. И проиграл. Но хорошо потрепал перед смертью.

— У тебя ведь на всё был план, так ведь? — спросил Тунгус, поднимая контейнер с эссенцией. — Я кивнул. — А был вариант, чтобы все вернулись живыми?

— До того, как я понял, что здесь Королевская гончая, были пару вариантов. А потом я не был уверен, что кто-то вообще вернётся. Пришлось импровизировать. — пожал я плечами.

— Понятно… Хоть ты и ребёнок, у тебя душа воина. Я это принимаю и уважаю. Но мне бы не хотелось в будущем ещё раз встретиться с тобой. — сказал он и вышел из аномалии.

Я оглянулся на этот маленький осколок адского мира, вздохнул и последовал за ним, покидая аномалию.

Когда я вышел, рядом с нами стоял один из бойцов, простой военный, который выпрямился по стойке смирно и громко закричал:

— Господин Капитан! Капитан Дубов! Они вышли! Капитан!

И было понятно, почему он кричал. После закрытия разлома военные начали передислокацию. Вокруг кипела работа — солдаты разбирали блокпост, погружали оборудование на военную технику, укладывали массивные элементы в грузовики. Вокруг было очень шумно. Два БТРа стояли неподалёку, возле них проверяли оружие и оборудование. Монструозный танк уже уехал. Также кое-где слышались обрывки команд и переговоров по рации. У военных дел было невпроворот.

Тем временем к нам подбежал капитан Дубов и удивлённо осмотрел нас. Конечно, его взгляд невольно зацепился за мой внешний вид.

— Это всё, что осталось от группы? — спросил он, бросив взгляд на нас с Тунгусом. И его можно было понять. По меркам Истребителей монстров — это была катастрофа.

— От группы, да. Но внутри остался истребитель монстров, Валерий Неонов, которого мы взяли позже. Он выйдет ближе к схлопыванию аномалии. — ответил я, затем добавил: — Слушай, а у вас никакой одежды не найдётся?

— Прошу прощения, господин Истребитель, всё подотчётное. — сказал военный, виновато потупив взгляд. Затем он достал планшет и добавил: — Аномалия закрыта. Я внёс соответствующие данные. Когда всё подтвердится, вы получите уведомление. Спасибо, что сражаетесь за нас.

Я кивнул и пошёл в сторону выхода. Там должен был стоять наш БТР. Также, жизненно важно озаботиться покупкой телефона. Они, похоже, теперь важная вещь, а мне даже неизвестно, о каких уведомлениях идёт речь. В мою молодость всё было по-другому…

Мы с Тунгусом разместились в БТРе и уже собирались тронуться в путь, когда по броне постучали. Это оказался капитан собственной персоной. Он протянул мне потрёпанную одежду и, слегка извиняясь, произнёс:

— Много кто пытался пробраться в аномалию, так что часть вещей мы обычно конфискуем. И парни нашли там кое-что. Одежду. Вещи потасканные, но лучше чем ничего, господин Истребитель.

— Спасибо, капитан. Когда-нибудь увидимся. Всего хорошего! — сказал я, забрав вещи и закрыв дверцу БТРа. Двигатель зарычал, и мы поехали в сторону аэродрома.

Пока мы ехали, я переоделся в простую рубаху и шаровары. Подтянул всё поясом, чтобы не спадало, перевесил кобуру с «Плевком» и боеприпасами и с горем пополам пристроил туда композитный клинок. Выглядел я, конечно, смешно, но кому какая разница?

В дороге я заснул. Сказывалось накопившееся усталось и постоянное напряжение. Дар Феникса восстановил мое тело, но не морально-волевые ресурсы. Спал я глубоко, без снов. Просто восстанавливал силы.

Неизвестно, сколько мы проехали, но в какой-то момент я почувствовал что-то странное и резко открыл глаза. Моё внимание сразу обратилось к Тунгусу, но он тоже спал. Мы ехали по ухабистой дороге, и я никак не мог понять, что меня разбудило. Машина как раз поворачивала в сторону леса, когда я глянул в бойницу и увидел Тюльпана. Это точно он!

— Стоп, машина! — кричу я.

БТР резко затормозил, и я тут же выскочил наружу, пытаясь найти парня глазами. Рыся без слов рванула вперёд на разведку, а я остался на месте, внимательно осматривая окрестности. Рядом со мной встал Тунгус, с винтовкой наготове, молча водя стволом из стороны в сторону. Башня БТРа также развернулась в ту же сторону, куда я смотрел.

— Что там? Я ничего не чувствую… — тихо произнес Тунгус. Я ему пока не ответил.

Мне ничего не было видно, но Рыся показала мне человеческие следы, выходящие из хвойного леса. Следы были, а людей не было. Это точно был Тюльпан. Нужно двигаться за ним!

— Я остаюсь. Отвези пространственную эссенцию Урсе. Выполни задание! Обо мне не беспокойся… — сказал я и побежал вперёд, в сторону, где видел Тюльпана. Приходилось прорываться через заросли высокой травы.

— Стой! Что там? Эй! Макс… — Тунгус кричал мне вслед.

Я чувствовал, что он волнуется за меня. Но у него есть своё задание, которое он должен выполнить, а у меня — вопросы, на которые мне нужно получить ответы.

Глава 4. Скоморохи лесные

Поляна, где я увидел Тюльпана, была безлюдной. Рыся исследовала весь лес, но не нашла ни одной живой души. Я понимаю, что у Тюльпана была странная сила, которую я не до конца осознаю, так что принял его отсутствие спокойно. Главное, что остались следы.

Их было немного: одни взрослые, другие — подростковые. Глубина, размер и направление могли многое сказать охотнику, а я когда-то увлекался охотой. Ещё с отцом, которого почти не помню. Удивительная вещь — память. Что-то осталось, что забыло.

— Ну что ж, посмотрим, откуда ты пришёл. — сказал я себе, распрямляясь и уверенно направляясь по следу вглубь хвойного леса. Где-то пять минут пути под сводами деревьев, но пока мне никто не встретился.

— О, ещё один! Можно с ним поиграть? — неожиданно услышал я девичий голос.

— Зачастили они… Но конкретно у этого человека — оружие. Он опасен. Оставь его. — раздался второй, мужской голос.

Наконец, я заметил источник звука. Взрослый мужчина и девочка-подросток стояли между деревьями и спокойно разговаривали. Они были одеты в яркие, пёстрые наряды, как лесные скоморохи. Мужчина носил длинный кафтан с затейливыми узорами, напоминавшими лоскутное шитьё, на ногах у него были кожаные сапоги, изрядно потрёпанные, а на голове — шапка с длинной кисточкой. Его лицо казалось выточенным из камня: острые скулы и тёмные глаза.

Девочка выглядела как уменьшенная версия отца: такой же пёстрый наряд, но с более яркими цветами и рисунками. Её волосы были заплетены в несколько тонких косичек, а на лице сияла игривая улыбка.

— Эй, привет! — окликнул я их, двигаясь в их сторону. — Вы не видели тут парня лет пятнадцати?

— Пап! Он нас видит! — пискнула девочка, резко шагнув назад.

— Спокойно, может, и не видит… — ответил мужчина, заслоняя её и выставив вперёд открытую ладонь.

Я уже почти подошёл, когда Рыся зашипела. Сначала я не понял, в чём дело, но потом она показала, что видит — точнее, что не видит. Там никого не было. Мой теневой помощник не ощущал их присутствия, хотя я мог видеть их чётко. Я остановился.

— Неужели это… Вы души мёртвых? — оглядываясь по сторонам, спросил я. — Я что, зашёл в какое-то священное захоронение? Мне не нужны проблемы. Я просто хочу найти парня, которого видел на краю леса двадцать минут назад.

— Я не парень! — пискнула девочка, а мужчина, не опуская ладони, шагнул вперёд и сказал:

— Там была только моя дочка. Других тут не было.

— ощутил внутреннее смятение. Неужели мой разум обманул меня? Я так хотел увидеть Тюльпана, что сам себя обманул? Интересно…

— Интересно другое… — произнёс мужчина, и его тело стало набирать цвет. — Как ты нас видишь? Это не то, чтобы обычное дело…

Я и не заметил, что их образы до этого были слегка приглушёнными, как тени. Когда их цвета нормализовались, я ощутил их на духовном уровне. Рыся тоже уловила их присутствие и, кажется, успокоилась. Девочка тоже обрела телесную форму, как и её отец.

— Способности у вас такие, каких я за всю жизнь не видел. — сказал я. — Ответьте честно: вы духи? Мне уже стоит уносить ноги?

Мужчина рассмеялся, а девочка с любопытством смотрела на меня.

— Ха-ха, слышала? Он говорит, что не видел за всю свою жизнь. Сколько твоей душе? Чуть больше четырёхсот лет? И ты думаешь, что знаешь всё? Лягушка на дне колодца тоже считает, что видит всё небо. — проговорил мужчина с ухмылкой. — А духи тут не водятся, боги не дадут.

Меня пробил холодный пот. Рука сама потянулась к клинку, но я сумел удержать себя от глупых поступков. Однако мужчина заметил моё движение, покачал головой, опустил руку и потерял часть цвета своего тела, затем просто пошёл прочь.

— Отец! Четыреста лет? Но он же молодой! Можно с ним поиграть? Можно он пойдёт с нами? — девочка догнала отца, продолжая напирать.

Мужчина остановился, посмотрел ей в глаза и тихо произнёс:

— Его душу уже коснулись чёрные пятна. Не знаю, что он сделал, но это не его тело. В погоне за молодостью он обрёк себя на вечные муки. Он их заслужил. А если он пойдёт с нами… Ты ведь всё понимаешь…

— Постой! Что с моей душой? — воскликнул я, сделав шаг в их сторону.

В тот же миг меня отбросило назад с такой силой, что я потерял сознание. Очнулся я уже на краю леса, на том же месте, где видел Тюльпана. Точнее, девочку, которая хотела «поиграть» со мной.

Я ничего не успел заметить… Раз — и я уже на краю леса! Что-то за гранью непонятного.

— Интересно! — пробормотал я, поднимаясь с земли. Сделав шаг вперёд, тут же наткнулся на невидимую преграду. Пытаюсь продавить барьер своей силой, но ничего не выходит. — Что за новости?!

Я сосредоточил духовную энергию в кулак и ударил со всей силой, что у меня была, но барьер даже не дрогнул, а моя рука тут же онемела.

— Да что за ерунда?! — возмутился я.

От моего раздражения дар Феникса, дремлющий в глубине души, вдруг воспылал, и тело тут же покрылось чистым огнём. Одежда мгновенно сгорела, остались лишь аномальные трусы и оружие, которое буквально на глазах начало раскаляться. Ещё немного, и моё дорогое снаряжение придёт в негодность.

Я быстро перевёл часть энергии на защиту своих вещей от собственного пламени. Сделав шаг к барьеру, я почувствовал, что прохожу через него, словно через вязкое желе. Двигаться было трудно, каждый шаг давался с усилием, и я понимал, что с таким расходом энергии надолго меня не хватит. Если продолжу так, то достигну дна в духовном плане и снова окажусь выброшен из леса.

— Значит, пойдём другим путём… — сказал я вслух и развернулся назад.

Через тридцать секунд я вышел за пределы барьера и убрал огненное покрытие со своего тела. Феникс в моей душе крикнул и снова впал в спячку.

— Эй, ребята, давайте поговорим! Ну чего вы? Обиделись что-ли? Что с моей душой? — прокричал я, прислушиваясь к звукам леса, но в ответ ничего, кроме обычного шума деревьев, не услышал. — Вы же понимаете, что я не уйду! Может, всё-таки поговорим?

Ответом мне был только лесной шорох. Ладно, их право. Я обратился к Рысе и попросил её попробовать пройти через барьер. Мой теневой помощник без труда прошёл сквозь преграду.

— Отлично!

Рыся не видит эту странную парочку, но это и не требуется. Пора опробовать новую технику взаимодействия с моим питомцем. Ему это не понравится, но другого выхода я пока не вижу.

— Прости, маленький. Я залезу в твою голову и немного погуляю по лесу в твоём теле. Тебе будет неприятно, я знаю, но потом всё верну назад. Хорошо? — мысленно обратился я к Рысе.

Мой теневой помощник появился рядом и непонимающе посмотрел мне в глаза.

— Я всё сделаю сам, прости еще раз. — повторил я, и прежде чем он успел что-то мне послать в ответ, я напитал нашу связь энергией и, словно сверлом, врезался своим сознанием в его.

Рыся страдала, я чувствовал это, но у меня не было другого выбора. Я перенёс своё сознание в его тело и открыл глаза, видя мир теперь его глазами. Отлично. Теперь нужно найти их и привести сюда!

Канал связи с Рысей начал потреблять значительно больше духовной энергии, чем обычно. А мой дар Феникса вытягивал её ещё быстрее, так что выбор был очевиден: нужно экономить силы. В прошлом, в другом теле, я уже вселялся в своих духовных помощников, поэтому передвигаться на четырёх лапах мне не составляло труда. Даже по старой памяти я нырнул в тень, наслаждаясь этим чувством. Мне понадобилось всего две минуты, чтобы найти девочку. Она спокойно шла по лесу и касалась деревьев.

— Ой, а кто ты? — удивлённо сказала она, остановившись и уставившись на меня в облике теневой рыси. — Никогда таких не видела… Ты кыса?

Мяукнуть ей что-ли в ответ? Не-е-е-е. Мне такое по возрасту не подходит. Поэтому я просто подбежал к ней и аккуратно потерся о её ногу, затем ловко отскочил, когда она попыталась меня погладить. Я застыл в ожидании, а когда она снова подошла — отпрыгнул ещё раз. Я словно рыбачил, подтягивая её за собой, и это было даже забавно.

— Ты хочешь, чтобы я пошла за тобой? — спросила девочка, уперев руки в бока.

Я кивнул, и она звонко засмеялась.

— Ну так бы сразу и сказал, а то играет тут!

После её слов я не знал, смеяться мне или плакать. В итоге решил просто побежать, а она последовала за мной. Очень скоро мы добрались до края леса, где девочка внезапно заметила моё настоящее тело. Она резко остановилась и спряталась за деревом.

— Киса! Стой! Киса!

Как только я оказался рядом с собой, то вернул своё сознание обратно в мальчишечье тело. Рыся зашипела на меня и тут же скрылась в тени, явно обиженная за причинённую боль. Я понимал её — внедрение в свое сознание всегда было неприятным опытом для любого теневого помощника. Теперь она, конечно, затаилась глубоко в тени, не откликаясь на мои команды.

— Прости, маленький. Это было нужно. Прости… — мысленно извинился я, но мои мысли остались проигнорированными.

Ладно, потом помиримся. Сейчас нужно было действовать быстро, пока девчонка не сбежала. Странно, но вместо страха в её глазах я заметил лишь любопытство. Она выглядывала из-за дерева, а после пряталась обратно.

Сторонний наблюдатель мог бы задаться вопросом, почему я так переполошился. И я бы ответил: всё это — новый пласт знаний для меня. Почему они не были видны для Рыси? Как этот мужчина смог одним движением отправить меня в отключку? Я ведь видел его — он не был защищён, и в нём словно не было ни капли духовной энергии. Столько вопросов, и это разжигает во мне нездоровый интерес.

— Прошу, не убегай. Это Рыся, мой помощник. Если хочешь, я могу вас познакомить, но, пожалуйста, выйди ко мне. — стараюсь говорить мягко, чтобы она слышала. — Ты можешь остаться у края барьера, я ничего тебе не сделаю. Просто хочу узнать, кто вы. Хочу понять вас. Прошу, дай мне шанс…

Я замолкаю, ожидая её реакции. Главное сейчас — не напугать. Иначе придётся искать другой путь, более долгий и, возможно, кровавый. Я не хочу так. У меня новая жизнь, и я не желаю портить её старыми привычками.

Минуту спустя она осторожно вышла из-за дерева и подошла к границе барьера. Дальше идти не решилась, но выглядела спокойно. Это меня обнадёживает. Ну ладно, начнем переговоры.

— А где кыса? И почему ты в трусах? — с живым интересом спросила девочка.

— Рыся на меня обиделась. С её помощью я привёл тебя сюда, но она отходчивая — скоро вернётся. — отвечаю я с лёгкой улыбкой. — А что касается внешнего вида…,то побочный эффект от преодоления барьера.

— Что?! Ты преодолел барьер? — девочка была сильно удивлена. Я кивнул и указал на почерневшую от моего огня траву. Она посмотрела на обожжённый след и выглядела шокированной. — У тебя сильная душа… Возможно, отец был прав насчёт твоего возраста… Но я не могу впустить тебя. Тебя коснулась тьма, и твоё пребывание здесь нежелательно.

— Я не прошу, чтобы ты пропустила меня. — мягко объясняю я. — Лишь приведи своего отца. Я хочу получить шанс. Ведь каждый имеет на что-то шанс, не так ли? Ты понимаешь, о чём я?

Девочка ненадолго задумалась, затем кивнула.

— Понимаю… У нас тут все это понимают. Мы живём одной семьёй уже слишком долго, чтобы не понимать, что каждый заслуживает шанс. Ладно, я приведу его. Но помни — только от тебя зависит, пустит ли он тебя или нет. Я в разговоре участвовать не буду… Меня и не пустят.

Девочка ушла, и мне оставалось только ждать. Я сел на землю и, чтобы скоротать время, стал играть с Рысей. Формировал небольшие комочки энергии и закидывал их в Тень. Это всегда действовало безотказно. Вот и сейчас, Рыся нехотя включилась в игру, а затем и вовсе появилась в реальности, тёрлась о мою ногу.

— Фуф, помирились. Да маленький? — с облегчением сказал я, поглаживая её по голове.

Кстати, удивительные люди эти скоморохи. Моя Рыся их в упор не видит. Пришлось на мгновение показать ей то, что вижу я, чтобы она хоть как-то среагировала и ушла в тень.

Из леса вышли пятеро. Уже знакомый мне мужчина шёл в центре. Справа от него шла пожилая женщина в длинной мешковатой одежде и парень лет двадцати с добродушным лицом. Слева — коренастый мужчина с густой бородой, одетый в зелёные плащ и штаны, и миниатюрная девушка лет двадцати пяти с рыжими волосами, заплетёнными в толстую косу. Все они выглядели как лесные скоморохи: в пёстрых одеждах из ткани и меха, с мелкими украшениями, которые звенели при движении.

— Моя дочь сказала, что ты хочешь поговорить, хочешь узнать секрет нашей силы. Хочешь быть с нами. — начал мужчина, выражение его лица оставалось нейтральным, как и у всех остальных.

— Да, хочу. 0 коротко ответил я. В переговорах, когда ты один против толпы, иногда лучше дать им самим додумать твои намерения. Так результат может выйти в твою пользу.

— А ещё она сказала, что ты смог пересечь барьер. Так ли это? — мужчина снова задал вопрос, на который я просто кивнул. — Покажи нам.

Киваю им. Уже по отработанной схеме, я защитил своё оружие духовной энергией и активировал дар Феникса. Огонь вновь покрыл моё тело, и я спокойно прошёл мимо делегации, пересёк барьер и вернулся назад — энергия была уже на исходе.

— Дочь ошиблась. Не душа твоя сильна, а дар, сокрытый рядом с ней. Если убрать дар, ты не пройдёшь… — сказал мужчина, пристально изучая меня.

— Слабая душа… Отмеченная тьмой… — добавила пожилая женщина, её голос был резкий и отрывистый. — Если бы не прожитые годы, я бы и разговаривать с тобой не стала.

— А чего ты хочешь? — пророкотал басом коренастый мужчина, сложив руки на груди. — Подумай хорошенько. Перед тем как говорить…

Чего я хочу? Силы. Но что им ответить? Что я хочу избавиться от каких-то пятен на моей душе? Я, как никто другой, знаю, что совершённые поступки не искупить. Я пробовал. Значит, дело в силе. Но устроит ли их такой ответ? Может, сказать, что хочу стать частью их тайны, узнать их культуру? Я давно не стоял перед таким выбором. А плевать. Хотят правду — пусть её получат.

— Хочу, чтобы моя душа стала сильной. — произношу я и замолкаю.

Они внимательно смотрели на меня, но продолжали молчать. Спустя полминуты мужчина, отец девочки, подошёл ближе и тихо сказал:

— На будущее: мы видим даже намерение обмана, так что будь честен всегда.

Они чувствуют намерения? Интересно.

В этот момент молодой парень, что стоял справа, подошёл ко мне и хлопнул по плечу.

— Пойдём. Наверное, есть хочешь? Вижу, что хочешь. А жонглировать умеешь? Нет?! Я научу. Будешь лучшим жонглёром, после меня, конечно.

Они быстро окружили меня и повели в чащу леса. Похоже, мой ответ их устроил, и скоро мне откроются тайны их силы и души. Уже не терпиться. Всегда любил учиться.

Пока мы шли по лесу, я заметил, что девочка, прятавшаяся неподалёку, быстро прибежала к отцу и тоже присоединилась к группе, ведя меня вглубь чащи. Она то и дело пыталась заглянуть мне в глаза, обгоняя взрослых. Когда ей это удалось, она одними губами прошептала:

— Кыся…

Дети есть дети. Я мысленно обратился к своему теневому помощнику, и Рыся, нехотя, появилась у девочки на плече. Та радостно заулыбалась, а для меня это было непросто: Рыся по-прежнему не могла её видеть, и всё происходило только по моей наводке. Кстати, взрослым этот жест явно не понравился — они тут же остановились, направив ладони на мою Рысю.

— Спокойнее. Спокойнее… — стараюсь говорить спокойно. — Это мой друг, мой питомец. Он вас не видит, ему ещё страшнее… Опустите ладони. Пожалуйста.

После небольшой паузы они всё-таки успокоились.

— Осталось недалеко. Ария, держи животное крепче, чтобы не упало. — сказал мужчина. — Если оно тебя не видит, то не знает, за что можно ухватиться и что может причинить тебе боль.

Девочка кивнула, аккуратно взяв Рысю на ладони. Затем она на мгновение задумалась и вдруг её цвета стали ярче — словно она проявилась в этом мире. Теперь мой теневой помощник хоть знал, на ком он лежал, и это явно облегчило ему задачу.

Мы продолжили путь и пробежали ещё минут десять, прежде чем вышли на поляну с большой повозкой. Это была старая, пёстрая телега с высокими деревянными колёсами, облезшая краска на которой напоминала пёстрое одеяло. По бокам висели разноцветные ленты и куклы из ткани, а на верёвках между деревьями сушились какие-то одежды и пёстрые покрывала. Возле повозки виднелось костровище — потухшее, но с разбросанными вокруг него поленьями и медными котелками. Всё это больше походило на лагерь бродячих музыкантов или скоморохов, а не хранителей каких-то секретов.

Меня усадили на сваленное дерево, а затем всучили миску с остывшим овощным рагу. Я ел его с большим удовольствием, понимая, как голоден был. Закончив, я почувствовал, что усталость настигает меня. Лёг прямо на землю и, накрыв себя доспехом ветра, быстро уснул.

Глава 5. Душа тонка

Когда я проснулся, небольшой лагерь кипел жизнью. Ария играла с Рысей, которая, похоже, и не думала возвращаться в Тень, вытягивая из меня силы всё то время, пока я спал. Как итог — почти не осталось энергии, и это меня сильно беспокоило. Не люблю терять контроль, а без энергии, я сильно ограничен.

Приподнявшись на локтях, я обнаружил, что был накрыт ярким одеялом, сшитым из множества разноцветных кусков ткани. Переведя взгляд, я увидел что на другом конце поляны парень и девушка стояли на натянутом канате, жонглируя разными предметами друг с другом. Трос был привязан к деревьям, проходя через всю поляну.

У них действительно хорошо всё получалось без особых усилий, и в какой-то момент парень заметил мой взгляд. Он помахал мне одной рукой, продолжая ловко жонглировать другой. Трюки они выполняли с точностью и ловкостью, которой можно было бы позавидовать.

Коренастый мужчина тем временем занимался починкой повозки. Он держал её одной рукой, спокойно балансируя огромную деревянную конструкцию, а другой вбивал тяжёлое колесо на ось. Я не мог не заметить его невероятную силу — это была не обычная повозка, а усиленная конструкция, и поднять её одной рукой, как это делал он, было крайне непросто.

Пожилая женщина собирала бельё, развешанное между деревьями. Она выглядела как самая обычная из этой компании. Собрав всё, она направилась к потухшему костру с медным котелком в руках. Не задумываясь, она просто вздохнула полной грудью и выдохнула огонь, раздувая угли и возвращая костёр к жизни. Самое удивительное, что она не использовала никаких видимых техник духовной энергии — это было что-то иное, возможно, врождённая способность или непонятный для меня дар.

Когда я уже встал на ноги, из-за деревьев появился отец Арии. Он шёл спокойно, а рядом с ним шагали две аномальные твари. Я среагировал быстрее, чем успел подумать — раз, и клинок оказался у меня в руке. В тот же момент твари зарычали. Это были Падшие жеребцы — существа, напоминавшие лошадей, но их тела выглядели словно покинутыми жизнью. Вместо кожи у них была некая полупрозрачная вуаль тьмы, которая колыхалась, как дым, обнажая порой видимые кости и мышцы. Их глаза горели тусклым мертвенным светом, а движения были плавными и тяжёлыми, как будто смерть давно обосновалась в их телах.

— Опусти оружие! Пока ты не закончил обучение, не проявляй агрессии. Никогда! — произнёс отец Арии спокойным, но твёрдым голосом. Его взгляд был настолько проницательным и жёстким, что я почувствовал, что не стоит спорить.

Я медленно опустил оружие, вернул его в компактную форму и прицепил к кобуре. Тем временем мужчина подошёл к повозке и начал запрягать Падших жеребцов. Удивительное зрелище — я ещё никогда не видел этих созданий такими послушными и спокойными.

— Пойдём, поможешь приготовить поесть. — услышал я женский голос сбоку и обернулся.

Старушка протянула мне нож и указала на овощи, разложенные на пристройке к повозке.

— Давай, не отлынивай. Позже тебе всё станет понятно. А сейчас время завтрака.

Её последние слова сбили меня с толку. Оказывается, я проспал больше двенадцати часов на голой земле — похоже, устал сильнее, чем предполагал. Но перед работой нужно было сделать разминку. Собственно, об этом я сообщил женщине. Кажется, она закатила глаза, но мне это было безразлично — у меня был свой ритуал.

После зарядки, которая на этот раз стала куда более интенсивной, чем обычно, я умылся дождевой водой и направился к старушке. Она продолжала чистить овощи, не поднимая головы.

— В здоровом теле, как говорится… — проговорила она, ухмыляясь.

— Здоровый дух… — машинально ответил я. — Здоровый ведь? Или поговорка не верная?

Она бросила на меня быстрый взгляд, но сразу вернулась к своему занятию.

— Смысл у неё, в другом. Не про душу это. Душу зарядкой не закалить, только характер и привычки.

— Ну да, что-то в этом есть. А как закалить душу? И как тебя зовут? А то меня так и не представили никому.

— Матрёна меня зовут… Защитница… — ответила она, наконец посмотрев мне прямо в глаза. В её взгляде не было ни тепла, ни угрозы, просто холодная проницательность. — А тебе представляться не надо — и так всё про тебя знаем.

— Матрёна Защитница, интересно… Тебя в честь святой так назвали, что ли? — я задумался, будто что-то в голове щёлкнуло. Неожиданное осознание. — Да неужели… Вы та самая Матрёна?

— Ох ты, как сразу на «вы» перешёл. — усмехнулась она, не прерывая работу. — Та самая, не та самая, уже никто и не вспомнит. Ты просишь укрепить и усилить свою душу, но даже не понимаешь, что просишь и у кого. Ты ещё слишком молод.

Меня поразили её слова. «Та самая» Матрёна? Если это она, то ей должно быть больше тысячи лет. Но сколько же душ ей пришлось погубить, чтобы дожить до этого времени?

Как только эта мысль мелькнула у меня в голове, я вдруг оказался на земле, лёжа на спине. Она же продолжала спокойно чистить овощи, не обратив на меня внимания. Поднявшись, я заметил, что в моём теле странное оцепенение — словно я не контролировал свои действия.

— Ни одной души не загубила. — сказала она, не глядя на меня. — В отличие от тебя. Я только спасала и защищала. Иди, милок, займись чем-нибудь другим. Не хочу с тобой разговаривать.

Я, ошеломлённый, начал пятиться назад, не сводя с неё взгляда. Я не был уверен, это моё желание было или её воля. Но её взгляд, пронзительный и холодный, словно сковал меня — он не оставил шанса возразить.

Стоило Матрене отвести взгляд, как я вернул контроль над телом и замер на месте. Что это было? Не знаю, но это пугает. Не люблю, когда мне страшно. Это чувство беспомощности, что-то забытое, что я не хочу возвращать.

— Ну и чего стоишь? Давай помогай. — услышал я басистый голос сбоку.

Повернувшись, увидел здоровяка, который возился с повозкой. Это был тот самый коренастый мужчина. Я кивнул ему и подошёл ближе.

— Подай мне вон тот стержень. — сказал он, не отрываясь от работы.

Пока я передавал ему нужные детали, мужчина продолжил разговор:

— Меня зовут Панфиломей. Можно просто Панфил. Что, с Матреной не задалось? Она с характером. Как и все здесь.

— А сколько тебе лет, Панфил? Сколько прожил? — спросил я, отходя в сторону, когда он поставил повозку на землю.

— Сколько мне лет? Четыре перерождения, в среднем по сто пятьдесят лет, получается где-то шестьсот. — Панфил хмыкнул. — Возраст меня не особо волнует. Главное — моя семья.

Он обвёл взглядом лагерь.

— Я немного не понимаю, как вы перерождаетесь? Моё неудачное предположение, которое я даже не озвучивал, кажется, всё испортило с Матреной…

Панфил глухо рассмеялся.

— Ничего ты не испортил. Она добрая и быстро забывает старые обиды. А на счёт перерождения… Тут всё просто: люди перерождаются все, вопрос в другом… Сам догадаешься?

— В том, чтобы помнить прошлую жизнь? — сказал я, и он кивнул в знак согласия. — Но как можно быть уверенным, что переродишься в человека? Я читал труды учёных из Азии. Они считают, что перерождение может привести в любое тело — даже в жука. И это не считая религиозных текстов, где такое перерождение считают наказанием за грехи.

— Ты неплохо подкован в теории. — Панфил кивнул одобрительно. — И задаёшь правильные вопросы. Всё дело в душе. Мы ученики Духовной Матери. Она научила нас управлять своей душой, чтобы перерождаться в теле человека и находить своих братьев по учению. Она для нас — богиня. В прямом смысле слова.

Мужчина коснулся своей груди.

— Получается, она где-то здесь? Может научить меня? — я обвёл взглядом всех, остановившись на Арии. — Неужели она…

— Ха-ха-ха, нет. — Панфил грустно усмехнулся. — Она ушла от нас. Научила всему и не переродилась. Оставила нас с вечной памятью о ней. Где же она сейчас…

Он поднял голову к небу, а затем хлопнул меня по плечу.

— Пойди, ещё поспрашивай народ, если хочешь. А мне нужно побыть одному.

Интересно, я вливаюсь в новое общество… Одну обидел, второго расстроил. Такого со мной раньше не случалось… — пробормотал я вслух, пока отходил в сторону.

— Ну что, пожонглируем? Держи одну, вторую, третью… — говорит парень на тросу и начинает кидать мне предметы. Ну, я их и поймал. В прошлой жизни я от циркачества был далёк, даже ни разу не был на представлениях, хотя по городам путешествовал долгое время. — Смотри, Надежда, поймал. А что дальше делать, не знает.

Стоит там на верёвке и смеётся надо мной. А что, если я тебе этой кеглей сейчас по лбу дам? Будет смешно?

— Не злись на Акселя. Да и вообще, насилие — не выход. Ну дашь ты ему по голове, а что толку? Димитрий тебя мигом из лагеря выкинет. И уйдёшь ни с чем. Разве я не права? — девушка мило улыбнулась и аккуратно спрыгнула на землю. — Давай, научу. С твоей реакцией ты быстро освоишь новый навык. Вот, сначала одну, затем вторую. Старайся держать одну высоту и боковым зрением помогай себе. Ну давай, попробуй.

И я попробовал. С двумя было легко, с тремя — уже сложнее. Предметы всё время норовили улететь куда-то вперёд, и приходилось тянуться, из-за чего всё падало. Аксель также спустился на землю, поставил мне руки, как он сказал, правильно, и дал пару дельных советов. И вот что я могу сказать: мне уже четыреста лет, а сегодня я научился жонглировать и был почему-то рад этому. Забытое чувство… Опять…

А потом был обед. Матрёна постаралась. Я её немного опасался. Не люблю, когда лезут в голову, тем более когда так манипулируют сознанием. Я тоже умею контролировать сознание, но не с моим текущим количеством духовной энергии.

Поел я немного. Мяса в супе не наблюдалось, а жаль. Растущему организму оно очень нужно. Зато за столом было шумно. Ария дурачилась с Акселем, словно они были не перерожденцы, а дети какие-то. Это при том, что парню на вид лет двадцать пять.

В общем, поел, помыл тарелки и пошёл дальше выведывать информацию. Остались двое: Димитрий и Ария. Последняя бегала по лесу и играла с Рысей. Так как я отругал своего теневого помощника за нецелевое расходование моей энергии, она надулась, как мышь на крупу, и сейчас бегала в тени, редко появляясь перед Арией.

Так что выбор был очевиден. Я пошёл к Димитрию.

— Как я понимаю, ты перезнакомился со всеми. И тебе уже не терпится вкусить новых знаний? — мужчина мимолётно взглянул в мои глаза. — Да и так всё видно. Хочешь!

— Ты будешь меня учить? — спросил я, очень надеясь на положительный ответ. Но мужчина отрицательно помотал головой.

— Ты ещё не готов к тому, что мы можем тебе дать. Начнем с малого, а там посмотрим, может и это для тебя непосильная ноша. Ведь, как я и говорил, твоя душа тонка.

— Да, ты говорил… Так и кто меня будет учить? Аксель? Надежда?

— Я же сказал, начнем с малого. — Мужчина хитро улыбнулся и крикнул: — Ария, дочка, иди сюда.

Очень смешно. А этот мужик любит побыть занозой в заднице.

Девочка, услышав оклик отца, тут же побежала к нему.

— Да, отец. — говорит она, а сама то и дело ищет глазами Рысю.

— Пришло время. Научи нашего гостя Слиянию.

— Хорошо, пап. Идём! — крикнула девочка и побежала в лес. Я посмотрел на Димитрия, тот кивнул, и я побежал следом.

— Слушай, а почему мы там этим не занимаемся? Зачем так далеко бежать? — спросил я, когда поравнялся с девочкой.

— На территории нашего братства нельзя раскрыть силу души, если ты не состоишь в нашем братстве. Мы все там связаны. Если ты научишься работать со своей душой, то отец причастит тебя к нам, и ты будешь подпитываться не только силой своей души, но и всех, кто находится на той территории. — Девочка бежала, даже не запыхаясь. Хорошая физическая подготовка у неё или, возможно, дело в братстве, о котором она говорит?

— А вот ты называешь Димитрия своим отцом. Странно всё это. Как я понял, вы все перерожденцы. Сколько тебе лет, Ария?

— Ты что, дурачок? Не видишь? Мне двенадцать. А Димитрий мой отец. Мамы я не помню, но он всегда был рядом. Поэтому и отец…

В один момент, пока она говорила, я почувствовал, что мне легче стало дышать. Мы вышли с территории скоморохов. Девочка также резко остановилась и сказала:

— Отлично, здесь и будем тренироваться.

Мы стояли на небольшой поляне, окружённой старыми, высокими елями. Их густые кроны переплетались, образуя зелёный купол, из-за чего солнечный свет проникал сюда лишь узкими лучами, играя на мягкой, мшистой почве. Влажный воздух был пропитан ароматом хвои и земли, придавая этому месту особую умиротворённость. Поляна выглядела как укромный уголок природы, скрытый от посторонних глаз — идеальное место для уединённых поисков и размышлений.

— Ну, для начала, ты знаешь, где твоя душа находится? — девочка приняла максимально серьёзный вид, насколько это позволял её возраст. Я в ответ кивнул и указал на солнечное сплетение, где располагался духовный план.

— Ну нет, тут находится сосредоточение разума души и тела. Но где сама душа находится?

— Умеешь же ты озадачить… Я бы сказал, что в мозгу, но ты не зря упоминала разум, ведь так? — Она кивнула. — А где тогда?

— Не пытайся угадать, прочувствуй…

Я закрыл глаза и погрузился в свой духовный план. Он представлял собой сеть, из которой исходили мириады нитей, связывающих каждую часть моего тела. В действительности, каждая линия была отражением взаимодействия с физической оболочкой. Я начал исследовать своё тело, начиная с головы и продвигаясь вниз, следуя по этим нитям. Мой разум, казалось, сканировал каждый сантиметр моего тела, проходя по всем линиям, которые расходились от духовного плана.

Проходя по линиям, я обнаружил, что многие из них ведут к знакомым местам: от макушки, где я почувствовал связь с ментальной энергией, до пальцев ног, откуда исходила стабилизирующая энергия. Я пытался найти что-то необычное, что-то, что выделялось бы среди этого множества нитей, но каждый раз оказывался в тупике. Моё сознание возвращалось к солнечному сплетению, словно говоря, что там уже нечего искать. Я понимал, для чего каждая из линий предназначена, но где же была душа?

В этот момент я услышал голос Арии, раздавшийся как отголосок моего разума:

— Продолжай, без этого ничего не получится…

Я сосредоточился ещё сильнее, систематизируя линии, отделяя их на группы, которые могли бы быть связаны с будущими печатями. Медленно, но верно я исключал все известные мне пути. В конечном итоге, остались лишь две линии, не связанные с печатями.

Я пошёл по первой. Эта линия привела меня к области под сердцем, где находилась крошечная светящаяся точка, настолько малая, что её можно было принять за случайный импульс. Приблизившись, я понял, что это было что-то большее. Этот маленький огонёк оказался душой, но не моей. Это была искорка души Максимилиана, того мальчика, чьё тело я забрал.

— Спрятался под самым сердцем. Я думал, что уничтожил тебя и изгнал в те слои реальности, где никогда тебя больше не встречу…

Мысленно я приблизился к этому комку света и осторожно коснулся его. В тот же миг мой разум окутал детский крик, оглушительный и полный боли. Этот звук вышвырнул меня из духовного плана в реальность, но крик продолжал звучать, пробираясь до самого сознания, отзываясь в каждой клетке моего тела. Я упал на колени, задыхаясь от эмоций, которые, казалось, разрывали меня на части.

— Остановись… — прохрипел я, не в силах сдержать этот поток, и рухнул на землю, обездвиженный чужой болью, которая накрыла меня, как цунами, затапливая моё сознание, полное скорби и страданий.

— Всё хорошо, отпусти его. Он всё осознал… — услышал я голос Арии. Казалось, она не ко мне обращалась, а к Максимилиану.

Я почувствовал её нежное прикосновение. Оно прошло сквозь моё тело и коснулось той самой маленькой точки под моим сердцем. Моим ли? Искорка внутри, которая продолжала пульсировать светом, наполняя меня болью, начала затихать. После касания Арии, крики прекратились. Светящийся сгусток, словно ребёнок, который был услышан впервые за долгое время, замолк, оставив лишь тихие всхлипы. Затем пришёл сон, глубокий и спокойный — для нас обоих.

Когда я проснулся, рядом со мной сидел Димитрий. Он крутил маленький прутик в руках, задумчиво глядя вдаль.

— Думал, что уничтожил душу мальчишки? Что просто занял его тело и можешь прожить жизнь спокойно? — его голос был ровным, но полон укоризны. — А он, видишь ли, оказался с характером. Не захотел уходить и зацепился за тебя. Он хочет жить. Ему больно от всего, что ты делаешь.

— Это не мои проблемы! — выкрикнул я. — Он сам принял решение. Добровольно отдал своё тело. Это был его выбор!

Димитрий тяжело вздохнул, отложив прутик.

— У него сильная душа. Не каждый готов на такое самопожертвование. А у тебя… Душа тонка. Так что всё это было в какой-то мере ожидаемо. Будь он взрослее, твои игры с переселением душ, окончились бы твоим крахом.

Глава 6. Темные пятна

Димитрий отправил Арию по её делам, а сам остался рядом со мной, на том самом месте, где меня скрутило. Он снова говорил о «тонкой душе» — ну и пусть, собака лает, как говорится…

Под его руководством я отыскал свою душу, не то, чтобы это было сложно, когда вариантов почти нет. И еще она оказалась совсем иной, чем у Максимилиана. Меньше, тусклее, с тёмными пятнами. В сравнении моя казалась ущербной, какой-то слабой. И это расстраивало.

К тому же, когда я коснулся её, ничего не произошло. Ни всплеска эмоций, ни ощущения силы. По сравнению с энергией в духовном плане душа казалась просто бесформенной субстанцией, которая ничего мне не даёт.

— А ты думал, что всё будет сразу? — с ухмылкой сказал Димитрий. — Просто забыл начало своего пути, когда впервые брался за духовный план? Да, да… Вижу, что начинаешь вспоминать.

И я действительно вспомнил. В своей юности я был слаб в духовной практике и с треском провалился на просмотр в дружину одного князя. Более того, меня тогда ещё и высекли — за то, что зря отнял у господ столько времени.

Война и встреча с наставником тогда спасли меня: если бы не они, я бы так и остался никем и умер в сорок лет. Наставник показал, на чём застопорилось все моё упорство, и помог понять, что делать дальше. Годы тщетных усилий обернулись стартом. И каким стремительным!

— Да, ты прав… Я стал забывать…

— И не только это… — Димитрий взглянул на меня с особым выражением, от которого по спине пробежал холодок. Словно бы это не у меня душа в пятнах, а у него. — Сегодня я помогу вспомнить то, чего даже на смертном одре не захочешь вспоминать.

Пугает он меня порой. Может и правда, что у него тоже душа вся в пятнах?

— Всё может быть. — продолжил он. — Сумеешь встать плечом к плечу со мной в одном братстве — может, расскажу. А пока… Погружайся в свою душу и выбери любое тёмное пятно. Хотя нет. Найди самое первое и погружайся в него с головой. Вперёд.

Моя душа находилась в затылке, точнее, чуть ниже и глубже, спрятанная основательно. Когда я её обнаружил, подумал: не зря ведь головы рубят — раз, и нет души. Интересно, а что в таком случае будет с перерождением? Димитрий сказал, что не задумывался об этом и на несколько минут ушёл в себя, а после уже не поднимал этот разговор.

Сама душа представляла собой сферу, усыпанную сотнями микроскопических точек. Каждая точка — мощное воспоминание, хранящее свою силу и след. А чёрные пятна — тяжёлые воспоминания, что своим влиянием заражали и искажали окружающие точки. У того же Максимилиана ничего подобного и близко не было. Даже его чувства, направленные на меня, не являлись плохими воспоминаниями, а скорее желанием самой души. Оказывается, и такое бывает. Есть у меня предположение, что именно это и есть сила скоморохов.

— Не отвлекайся, сосредоточься на деле! — услышал я голос Димитрия.

Найти самое первое тёмное пятно оказалось нетрудно — одно из двух самых больших, оно как бы само тянуло взгляд в свою сторону. Я смотрел в эту чёрную область и не решался нырнуть в неё с головой. Я не помнил, что там, и даже не знал, хочу ли вспоминать.

— Ну… Была не была.

И направляю своё сознание в эту черноту.

— Святогор приказал зачистить заставу. Никого не оставлять в живых! — слышу приказ и одобрительно кричу в ответ. Я и ещё трое бойцов бежим к срубу, расположенному у левого края заставы. Интуиция кричит поднять щит, и я вскидываю руку вверх. В этот момент по мне прилетают две стрелы. Ещё одна попала прямо в горло Владимиру, с кем мы с первого дня были братьями по оружию. Я зол. Бегу вперёд, парни следуют за мной. Врываемся в сруб — перед нами трое подростков. Они перепуганы, хватаются за стрелы, вместо того чтобы достать клинки. Глупцы. Мы их зарубили.

Смотрю вокруг и замечаю лестницу, ведущую под крышу. Поднимаюсь наверх с клинком наготове и замираю. Передо мной дети: мальчик и девочка, не старше шести лет. Мальчик обнимает девочку. Они боятся меня, но молчат. Глядят испуганными глазами, из которых невозможно уйти, невозможно даже сделать шаг вперёд.

— Ну что там? — кричит Степан, мой друг.

— Дети. Совсем малютки… — слова даются тяжело, будто чужие.

— И чего ждёшь? Слышал же приказ. Сколько они наших погубили. Сделай это и побежали дальше. Мы ещё не всё зачистили.

Его слова звенят в ушах, а лица детей застыли в глазах. Поднимаю руку с клинком, и мир замирает. Чья-то ладонь сжимает моё плечо, и я отрываю взгляд. Это Димитрий. Он смотрит пронзительно, а я не могу сдержать слёз. Как же больно. Это сделал я? Как я мог? Они же дети…

Сердце сдавливает, дыхание перехватывает, кажется, что вся кровь пульсирует в висках и на лице. Очень больно, очень тяжело.

— Ты был молод, когда это случилось. И чтобы защитить себя, ты забыл. И то, что было дальше. Сейчас эта часть прошлого с тобой. Ты её уже не сможешь забыть. Поверь мне, это нужно тебе пережить. Это поможет.

Почти задыхаюсь, не вижу даже лица Димитрия — просто размытое что-то напротив. Но это всё фон, я вижу только два детских лица. И плачу.

— Простите меня. Простите меня, прошу… — но они не ответят. Их больше нет, они сгинули от моей руки. Чудовище.

Срываюсь и бегу, не могу больше. Бегу, словно за мной гонятся их призраки, а не воспоминания. Продираюсь сквозь ветви, кустарники, через поваленные стволы. Бегу, не останавливаясь. Бегу и бегу.

Не знаю, сколько прошло времени. Одежда изодрана, тело насквозь мокрое, всё кружится. Дышу тяжело, взгляд расфокусирован.

— От себя не убежишь, ты ведь понимаешь? — слышу голос Димитрия.

Это даже не удивляет. Как стоял, так и падаю на спину. Кажется, на мягкий мох. Лежу, смотрю в вечернее небо, а там их лица. Похоже, они останутся со мной. Мои тёмные пятна.

— Простите… — выдыхаю и отключаюсь.

Когда я пришел в себя, мне стало легче. Сам не понял, почему меня так сильно задел этот кошмар. Я ведь убивал многих. Много плохого делал, но сейчас меня вывернуло наизнанку. Память отняла весь внутренний покой, и, как сказал Димитрий, забыть не получится. Он, кстати, всё это время был рядом. Просто сидел на камне и плёл венок из цветов. На меня он не смотрел, хотя я уверен, что наблюдает.

— Плохой я человек, да? — говорю с усмешкой и поднимаюсь. Почему-то пытаюсь защитить себя ужимками. Столько лет прошло, а я всё тот же. — Ну чего ты молчишь?

— Занят. — мужчина неторопливо вплетал один цветок за другим, пока наконец не закончил и не поднял взгляд. Он молча надел венок себе на голову и улыбнулся куда-то вдаль. Не понимаю, что происходит.

— Будем продолжать? — подхожу ближе.

— Только если сам готов. Ты знаешь, где твоя душа — просто выбери следующее воспоминание и погружайся в него с головой. Ты ведь умеешь. — говоря это, он махнул кому-то рукой, но позади меня никого не было. Непонятно. Не люблю, когда мне непонятно.

Погружаюсь в себя и нахожу первое тёмное пятно с детьми. Кажется, оно стало чуть бледнее. Следующее воспоминание было недалеко, оно захватило только малую область прошлого. Делаю глубокий вдох и мысленно ныряю в эту черноту.

— У нас мало времени! — слышу голос наставника, слезающего с лошади. Я киваю и тоже спешиваюсь. Знакомая кузница, из которой я сбежал на войну. Это мой дом. Он мне всегда претил, ведь я не хотел проводить тут всю жизнь и выбрал другой путь. Но сейчас мне нужно вернуться и оборвать все связи: с отцом, матерью и шестерыми братьями и сестрами. Наставник нашёл во мне то, что я сам искал, и решил забрать меня под своё начало. Священное таинство учителя и ученика, как он это называет. Вдыхаю глубже и открываю воротину.

Во дворе как-то пусто… раньше здесь всегда шумело хозяйство. Куры точно должны быть, но сейчас — ни звука, даже собаки не слышно. Странно.

Достаю клинок и иду в кузницу, которая давно не разжигалась — всюду небольшая разруха. Быстро иду к дому. В нос ударяет резкий запах разложения, в котором явственно чувствуется кислота. Вхожу в большую комнату, а беспокойство отходит на второй план. Отец сейчас там, пытается разжечь печь, но руки у него дрожат, он пьян. Никогда раньше не помню его таким… Или помню?

— Отец?

— А? — мужчина оборачивается, теряет равновесие и падает. — Война закончилась? С возвращением, сын. Замёрз что-то.

— Отец… — он пожелтел, покрыт пятнами, умирает. — Где все? Где мама? Где братья и сёстры?

— Мамка твоя… Вон там лежит. — он указывает на дальнюю комнату. Иду туда, и сквозь его заплетающийся голос доносятся слова: — А дети… Кто умер, кого и забрали. Не помню, кто и куда.

Заходя в комнату, замечаю маму… Точнее, то, что от неё осталось. Отсюда и исходил этот трупный запах. Она мертва.

— Почему? Что случилось?

— Мать твоя заболела… Не выходил её. А дети… Двоих похоронил, Лизку и Пашку. Одного вроде кто-то из соседей забрал. Я уже не помню. Ты останешься со мной?

— Как ты это допустил?! — я сжимаю клинок в руке так сильно, что кости на пальцах побелели. Меня захлёстывает гнев. Он позволил матери умереть, не уберёг детей. Пьяница. Скотина.

— Ты слишком медлишь! — раздаётся за спиной голос наставника. — Или не хочешь со мной отправиться?

— А ты ещё кто? Он мой сын! — отец бросается вперёд, но наставник припечатывает его ударом, швыряет на кровать рядом с матерью. Кровь течёт у него по лицу.

— Идём. Ты теперь мой ученик. Попрощался и хватит на этом. — наставник развернулся и пошел к выходу, а я замер, глядя на отца, истекающего кровью. Он пытался найти меня взглядом.

— Сын… Не уходи. Ты мне нужен… Дети… Найди детей…

— Вы мне больше не семья. — слова тяжело даются, но я всё же ухожу.

— Ты ведь помнишь это? — раздался голос Димитрия, когда я открыл глаза.

— Помню. Это был мой выбор. Моя плата за силу, которую я готов был обрести. И я её обрёл. Стал тем, кем должен был стать. И я не о чем не жалею.

— И ты не возвращался больше в тот дом? Не искал родных?

— Нет. Я отринул свою семью и создал свою. Самойлов стала моя фамилия.

— Правда? И эту семью ты тоже бросил… Забыл уже? Эти воспоминания тяжки для тебя не из-за того, что ты сделал, а из-за того, что не сделал. Ты бросил своих братьев и сестер, так ведь? Чего молчишь?

— Не лезь мне в голову! Они мне никто. Всё! Точка.

— Как скажешь, как скажешь. Но раз ты не принял этого решения, оно и дальше будет черным пятном, мешающим твоей новой силе. Подумай об этом на досуге. — бросил Димитрий и направился в сторону леса.

— Эй, куда ты? А как же последнее пятно?

— Мы им займёмся, когда я поем и отдохну. Это ты проспал тут сутки, а я всё это время стоял рядом, наблюдал и защищал. Так что не будь эгоистом. Пойдем в лагерь.

— Да, точно… — киваю, плетусь за ним, но в голове беспокойные мысли: почему должен переживать за тех, кто мне никто? Лиц их даже не помню — просто люди. Или уже нет? А что, если не смогу получить новую силу из-за одного прошлого решения? Что, он предлагает — найти их? Смешно! Они уже все давно мертвы!

— Они да, мертвы. А вот их дети очень даже живы. Точнее внуки. И их судьбу ты будешь обязан узнать. Ты думаешь, что душа у тебя черствая, но глубоко внутри держишь эти переживания о прошлом. Так что, или так, или никак.

— Достал! Хватит лезть в мою голову! — срываюсь на Димитрия.

— Всё-всё, молчу! Ха-ха-ха. — и он лишь рассмеялся.

Когда мы пришли в лагерь, всё вокруг напоминало цирковое представление. Каждый из братства был чем-то занят: кто-то репетировал, кто-то разбирал снаряжение, другие устанавливались поближе к телеге, словно готовились к зрелищу. Понять, что именно творится, было непросто.

— Мы скоро выдвигаемся. Нужно восполнить запасы, да и подзаработать тоже надо. Людям сейчас тяжело, предвестие войны витает в воздухе, неспокойно что-то в государстве… Присоединяйся к Акселю и Надежде. Вперёд. — сказал Димитрий, подтолкнув меня к ребятам.

Я и шага не успел сделать, как в меня полетели кегли. Ну ладно, немного жонглировать я уже научился. Не то чтобы я хотел этим заниматься, но раз уж придётся, то почему бы и нет?

— Надо-надо! Перекидывай Надежде, у себя не оставляй. — кричит мне Аксель, когда у меня на весу оказалось уже семь предметов. Я попробовал перекинуть кегли вперёд, вроде получилось, хотя скорее ребята сами ловко подстраховывали мои неудачные броски.

— Чуть выше, отлично! Теперь давай на канат! — смеясь, подбодрила Надежда.

Через час этой вакханалии я чувствовал себя выжатым как лимон. Даже тренировки в академии так не выматывали — я едва держался на ногах. Возможно, дело в том, что я полностью истратил запас духовной энергии, но и само тело было натренировано и без подпитки. Пожалуй, такую тренировку стоит добавить в свою программу — что-что, а это выматывает по-настоящему.

— И правильно! Заодно координацию подтянешь! — сказал Аксель, садясь рядом за столом. — И не возмущайся. Понимаю, тебе много лет, но это не значит, что ты полностью контролируешь тело. Оно ведь не твоё. Люди к своим телам всю жизнь привыкают, а не как ты — раз, и пошёл великие дела творить?

Все вокруг согласно закивали. Может, они и правы. А суп в этот раз был ещё жиже, чем в прошлый раз. Возникло желание спросить, почему бы просто не поймать рыбу или дичь. Но, кажется, они опять читали мои мысли — я заметил, как Димитрий, глядя на меня, покачал головой:

— Их души не хуже и не лучше моей. Так зачем же мне брать грех на душу? Не отвечай. Просто подумай немного… — сказал он, поднимаясь из-за стола и направляясь убирать лагерь. Через несколько минут мы отправимся в город, а значит, последнее пятно прошлого мне предстоит увидеть уже в пути.

Когда повозка тронулась, Аксель и Надежда взобрались на крышу, а Панфил повёл аномальных жеребцов через лес. Удивительно, что эти твари, искажённые и мощные, слушались мужчину безропотно, будто он сам был частью их мира. Внутри повозки места едва хватило — я, Димитрий, Ария и Матрёна расположились тесно. Внутри оказалось куда меньше пространства, чем можно было ожидать от массивной конструкции, особенно с учётом утвари и странных механизмов, занимавших полки и пол.

— Ты наконец-то почувствовал то, что скрывала твоя душа? Тяжело тебе? — неожиданно заговорила старушка, пристально глядя на меня из-под седых бровей. Я медленно кивнул. — Ты не маленький и должен понимать, что такое искупление. Твои дела тоже можно искупить — убрать тьму из души. Без этого тебе не продвинуться вперёд. — её взгляд был пронзительным, как острое лезвие.

— И что вы мне предлагаете? Церкви строить? Бездомным помогать? Покаяться? Не верую я в это. Как только я ступил на путь силы, вера осталась позади.

— Нет, нет и нет. — покачала она головой, её взгляд стал тяжёлым, серьёзным. — Всё, что ты говоришь — это только попытки спасения. Даже если ты отдашь последнее, душа останется такой, как есть. Пока сердце твоё не захочет помочь просто потому, что так правильно, всё останется по-прежнему. А значит, так и будешь с душой калеки.

— Всего лишь слова. — скрестив руки на груди, я посмотрел на неё. — Говорите, у меня душа тонка. Но у мальчишки, что сидит под моим сердцем, она не то, чтобы сильно больше, хоть и чиста. Ну и не вижу я, чтобы он как-то сопротивлялся, если его не касаться.

Старушка наклонилась ближе, её лицо на мгновение казалось жёстче и старше, чем было до этого.

— Хочешь взглянуть на мою душу, милок?

— Матрёна, не надо… — произнёс Димитрий, но она остановила его коротким движением, её взгляд не оставлял места для возражений. Она снова повернулась ко мне.

— Ну что, хочешь посмотреть? — и смотрела так пронзительно, словно видела все мои мысли насквозь. Думает, я боюсь её? Смешно.

— Хочу! — отозвался я, и тут же почувствовал, как моё сознание словно отделилось от тела и устремилось вперёд, подхвачено неведомой силой. В следующий миг я был в её теле. Где-то под левой ключицей заметил сияющую точку, ослепительную и живую. Света в ней было несравненно больше, чем в моей душе — целая река, океан мощи.

— Готов? — её голос внезапно раздался у меня в голове.

— К чему готов? — это был рефлекс, ответ, прежде чем я понял, что происходит.

— К тому, чтобы я перестала сдерживать свою душу. — произнесла она, и в тот же миг её сила взорвалась, прорвав барьеры, срывая с меня тонкую нить контроля. В следующее мгновение я уже был отброшен обратно в реальность, но видение не исчезло — её сила всё ещё разрасталась, её душа будто превратилась в целую сферу, горящую ослепительно белым светом. Повозка задрожала, а Димитрий, заслонив Арию, наклонился, прикрывая её своей спиной. Меня же буквально вдавило в стену, и я с ужасом осознавал, что этот предел духовной мощи гораздо выше того, чего я достиг. Абсолютная сила, недоступная мне раньше.

— Вот так, милок. — мягко сказала она, и сила исчезла, оставив лишь мелкий беспорядок в повозке. Теперь было ясно, почему вокруг так тесно — вероятно, стены этой конструкции сами были барьером, сдерживающим её силу внутри. Жуть, какая…

— Получается, деяниями можно сделать свою душу сильнее? — задумчиво произнёс я, взглянув на Матрёну. — Матрёна Защитница, сколько же ты добра сделала…

— Ты прав и не прав одновременно, милок. — она взглянула на меня с теплотой и чуть насмешливой грустью. — Недостаточно просто сделать добро, даже сотни добрых дел. Чтобы они что-то значили, они должны идти от самого сердца. Не для силы, не для пользы. Если делаешь что-то лишь потому, что это назовут самоотверженностью, или ради выгоды, то в душе ничего не изменится. Так легко потерять себя. Так что если сердце твоё к чему-то не лежит, то и не касайся дела.

— Но как тогда? Ничего не понимаю… — пробормотал я, чувствуя, как вопросы только множатся.

— Тебе рано ещё что-то понимать. — Димитрий прервал нас с обычной спокойной твёрдостью. — Ты не закончил постигать свои тёмные пятна. Так что скажи мне, ты готов завершить дело?

Глава 7. Неправильное восприятие

— Готов. — твёрдо отвечаю я, ощущая, как волнение сжимает грудь. Передо мной последнее пятно, размером чуть большим, чем то, что было связано с детьми. Что меня там ждёт — не представляю, но чувство тревоги вполне оправдано. Волнение испытывать же нормально? Димитрий кивает, хотя я не произносил ни слова. В который раз это раздражает — когда кто-то проникает в мои мысли без моего согласия.

Опускаю своё внимание на затылок и нахожу свою душу. Какая же она жалкая и ничтожная. Позорная по сравнению не только с сиянием Матрёны, но даже с чистотой души Максимилиана. Глубокий вдох — и я погружаюсь в густую, вязкую черноту своей памяти.

— Ещё раз! — говорю сам себе, чувствуя, как силы покидают меня. Мой духовный план пустеет напрасно, и, несмотря на месяцы тренировок, он не даёт мне достаточно энергии. — Почему?! Что за ерунда?!

— Ты скорее надорвёшься, чем заставишь души аномальных тварей подчиниться. — раздаётся голос за моей спиной. Оборачиваюсь и вижу худощавого мужчину лет сорока. У него острые черты лица, узкие глаза с проницательным взглядом и длинные седые пряди, свисающие из-под затёртой повязки. Одежда простая, с многочисленными заплатками.

Сил нет стоять, загонял себя своими тренировками. Внезапный порыв ветра сбивает меня с ног, и я всё-таки падаю на землю. Мужчина подходит ближе, его тень нависает надо мной.

— Ты уже перегрузил все свои каналы своими бесполезными попытками. Твой духовный план похож на бесконечную пустыню. И там, среди песков, есть редкие источники духовных вод от аномальных тварей. Их и нужно использовать. А ты, вместо этого, хватаешь песок и пытаешься тянуть его в каналы, которые из-за этого забиваются. Неправильно! — его слова звучат как укор, а сам он качает головой.

— Я знаю это место, этот момент. Это была наша первая встреча с наставником, один из самых счастливых эпизодов моей жизни. Это какая-то ошибка.

Видение мерцает и гаснет, возвращая меня в тёмную, душную повозку, которая качается на ходу.

— А всё ли ты помнишь? спрашивает Димитрий, его голос будто эхом раскатывается по пространству.

— Конечно. Каждое мгновение! — отвечаю я. Воспоминание об этом человеке вызывает странное тепло. — Он был всем для меня. До сих пор жалею, что наставник ушёл исследовать другие миры. Я сам стремлюсь к этому, ищу силу не ради вечной жизни, а чтобы шагнуть за пределы реальности, как и он.

— Будет тяжело… — вдруг произносит Матрёна, а Димитрий тихо вздыхает.

— Давай я помогу направить тебя. Даже в тёмных пятнах твоё сознание избегает того, что не хочет видеть. Ты позволишь? Позволишь помочь тебе?

— Конечно. — соглашаюсь я, хоть лёгкая тревога и не покидает меня. Снова погружаюсь в омут своей души.

— А ты хватаешь песок и тянешь в каналы, которые от этого забиваются… — слышу слова незнакомого мужчины. Что за придурок?! Пробую ещё раз вытянуть энергию — и слышу его возмущение: «Неправильно!» Бесит!

— Слышь, дядя… — возмущаюсь я. Не люблю, когда лезут ко мне. Хочу сказать ему пару ласковых, но он неожиданно оказывается совсем рядом. Я ничего не успеваю понять, щеку уже зажгло огнём. Он ударил меня? Серьезно? — Ты охренел?

— Я тебе, дебилу, добрый совет даю, как свои потуги несчастные прекратить, а ты так в ответ? — он хватает меня за шкирку, как котёнка, и тащит к воде. Небольшая речушка была рядом, но мне и в голову не приходило, что он решит меня утопить! До поры, до времени. Я даже сделать ничего не могу, как он меня с головой туда. Совсем охренел!

Я пытаюсь сопротивляться, но его руки, словно стальные клещи, не дают шанса вырваться. Чувствую, как задыхаюсь, вдыхаю воду, которая наполняет лёгкие, сдавливая грудь. Неужели я умру? Почему мне так спокойно? В голове всплывают его слова про каналы.

Сознание тает, но я всё-таки хватаюсь за энергию, как делал это тысячи раз. Пробую её разделить, как он сказал, и тяну на себя. На удивление, сопротивления нет. Собрав всю энергию, я концентрирую её в сжатом кулаке и ударяю по нему, что есть сил.

Словно произошёл взрыв — вода разлетается в стороны. Речка на несколько мгновений показала дно, вокруг меня. Но мужчина даже не шелохнулся. Он наклоняется ко мне и говорит:

— Не бесполезный. Потенциал есть. Хочешь у меня учиться? — его пронзительные голубые глаза смотрят прямо в душу.

— Да… — только и успеваю сказать, прежде чем отключаюсь.

В тот же миг я словно очнулся от наваждения и встретил взгляд Димитрия.

— Это не так… Не так я себе это помню… — бормочу я, пытаясь переварить увиденное.

— Это лишь одно из многих воспоминаний о нём, что сплелись в чёрное пятно. — говорит Димитрий. — Удивительно, что ты его так боготворишь. Эти воспоминания для тебя самые счастливые, но по сути являются лишь вырезанным куском полотна твой реальности.

— Нет, ты мне врешь. Манипулируешь сознанием. Вы все лезете мне в голову из раза в раз и думаете, что я поверю в эту чушь? Смешно! — кричу я, и гнев стучит по вискам. — Прочь из моей головы! Прочь!

— Не нужно злиться и кричать, мы не глухие и находимся в замкнутом пространстве. — ворчит Матрёна. Голова ещё разболится из-за тебя. Если Димитрий покинет твою голову, ты погрузишься в иллюзию, созданную твоим же мозгом, и утонешь в вечном отрицании реальности. Так что умерь свой пыл и дай себе помочь!

— Не верю… Никому не верю… Он не мог… Этого не было… Я помню своё прошлое, и там всё было иначе… Иначе!

— Ну, раз так, то давай я тебе покажу, как ушёл твой наставник. Ты ведь говорил, что он отправился покорять высшие миры? Так ведь? — спрашивает Димитрий. Я медленно киваю. Мне страшно. — Тогда я покажу тебе, что случилось на самом деле.

Моё сознание словно чужими руками забросили в душу, и я оказываюсь в другом месте.

Теперь я стою посреди богато обставленной комнаты, а передо мной, на кровати, лежит мой наставник. Он мирно спит, а рядом с ним — девушка. Молодая. Я её не знаю. Или знаю?

— Знаешь… Вспоминай… — слышу голос Димитрия, и голова начинает болеть.

Да, это его ученица. Мы с ней проходили обучение у него. Вспоминается, что был ещё кто-то, кого он учил, но кто — не помню. Важно не это. Важно то, что я злюсь. На него и на неё. Он унижал, мучил, издевался надо мной. Но мучил ли? Издевался ли? Мучил ли? Или мне это только кажется? Головная боль усиливается. Что-то всплывает в памяти, и злюсь я ещё сильнее.

Ещё смотрю на девушку. Она красива. Мы тренировались вместе. Я утешал её, когда ей было тяжело. Она была мила, а теперь лежит голая в его постели. Ненавижу. Обаятельная на вид — а оказалось, такая же, как он. Ненавижу обоих.

Не знаю, откуда у меня в руках два клинка. Может, я пришёл с ними, но не помню. Злость застилает разум. Активирую дар, и тело наполняется силой, которая разгорает жар моего гнева. Мгновение — и я наношу удары. Один за другим. Звон стекла: наставник всегда держал духовные щиты, но моя сила их пробила.

— Правильно! Так и должно быть. Я лучше него. Он — ничтожество! Получайте оба! Умрите, твари!

Сколько раз я ударил клинками, не знаю. Когда гнев отступил и я отошёл, то не смог понять, где было его тело, а где её. Всё, что вижу, — кровавая мешанина. И меня охватывает апатия. Всё становится неинтересно.

— Мастер? Что у вас… Что ты сделал? — слышу голос. Это Насери. Второй ученик. Младше нас всех. — Что ты сделал? Что ты…

Один удар. Он не успел даже приготовиться. Всего один удар и все закончилось. Всё это меня достало, и я просто ушёл. Куда-то. Плевать. Не помню. Не важно.

Мир слегка дрогнул. Передо мной стоит Димитрий и крепко держит мои руки. Зачем? Почему? Плевать. Я устал. Замечаю Арию, она напугана. Неужели боится меня? Хотя… Мне всё равно. Я просто хотел отдохнуть.

Меня, кажется, уложили на лавку. Кто-то что-то говорит, но так неинтересно, что их слова превращаются в белый шум. Смотрю на потолок повозки, и внутри — пустота.

— Пока не трогайте его. Он должен переварить свои мысли. Понять себя… — слышу голос Матрёны, но смысл её слов доходит с запозданием.

Деревянный рисунок потолка внезапно становится моим единственным интересом. Ни движение повозки, ни разговоры вокруг не могут вырвать меня из этой пустоты и белого шума реальности.

— Что с ним? — слышу голос Акселя. — Получается, выступаем без него. Надежда…

В какой-то момент доносятся шум и крики. Радостные, кажется. Почему они веселятся? А почему я грущу? Как же всё это достало. Хочется кричать, но сил нет. Даже подняться не могу. Да и плевать, будто бы и не хотелось.

— Наставник… Настя… Насери… Неужели всё это правда? Но всё было иначе… Или… — бормочу себе под нос.

Память кружит перед глазами: вспоминаю старые образы наставника, но они накладываются на новое, незнакомое. Картины, где он добр и спокоен, растворяются в красках, которых я не помню. Всплывает образ смуглого мальчишки с дурацким именем Насери. Когда наставник взял его в ученики, тот даже по-русски почти не говорил. Чем он приглянулся мастеру, для меня навсегда осталось загадкой. Обычный ребенок, но вскоре стал частью моей жизни. Моей новой семьи.

Теперь в мои воспоминания о странствиях и тренировках вклиниваются образы девушки, чуть младше меня — Анастасии. Настя. Красивая и умная. Я порой не мог оторвать от неё глаз, а она смеялась. Наставник говорил, что её смех «дурной», а мне нравилось.

Мы год провели вместе, пережили многое. Бывало, оставались вдвоём на заданиях, когда нам приходилось полагаться друг на друга. И она держала дистанцию. Я тогда ничего не замечал. Не понимал почему, она сторонится меня.

Но однажды Насери, уже не мальчишка, а юноша, пришел и сказал, что из комнаты наставника доносятся крики и вздохи. Он уже понимал, что там происходит. Я тоже понял, но всё равно не мог поверить. Пока не увидишь сам — чужие слова ничего не значат. Так я считал, так и продолжаю считать.

А потом наставник, будто нарочно, в тот день был жесток на тренировке, хоть я и выполнял всё, как он велел. Оскорблял Настю, причем ни за что. Что-то во мне надломилось. В тот вечер я всё-таки пришел к нему. Они оба спали, измотанные после тренировок и близости. Вижу их рядом. Ненавижу себя. Ненавижу их. А потом делаю то, что навсегда ломает меня. Никого не пожалел. Насери… Его мне жаль больше всего. Он был ни в в чем не виноват…

В какой-то момент, должно быть, я задремал, а когда проснулся, за повозкой уже царил вечер. Скоморохи сидели у костра, смеялись и болтали, обмениваясь короткими репликами и улыбками. Я лежал внутри повозки и смотрел на них издалека. Чувство пустоты медленно отступило, и я почувствовал в себе силы. Не знаю еще, для чего они мне, но само это ощущение принесло какое-то облегчение.

— А он взял, да стал вверх ногами… — хохотал Аксель, держась за живот, а остальные ему вторили. Обстановка выглядела такой уютной, и в этом теплом кругу я чувствовал себя лишним. Может, лучше уйти?

— Не дури. Садись, поешь, твоя порция осталась. — услышал я голос Матрёны. Она протянула миску с тушеным мясом. Видимо, заработали они сегодня неплохо. — На ближайшее время хватит. Кушай давай.

Аппетита не было, но, как оказалось, он и вправду приходит во время еды: откусил немного, оказалось, вкусно. Потом еще немного, а вскоре с удивлением осознал, что съел всё.

— Как прошло выступление? В каком мы сейчас городе? — спросил я.

— Да всё прошло хорошо. В Вятке зрители чудесные. — отозвалась Надежда. — Чем дальше от столицы, тем к нам теплее относятся.

— Вятка? Мы не могли… Не такое расстояние… Ах, да, Аномальные скакуны… Хм, интересно. И как вы их приручили? — подался я вперед.

— А кто тебе сказал, что мы их приручаем? — с улыбкой спросил Панфил. — Просто попросили о помощи, и они откликнулись.

— Не знаю… — протянул я, — у них ведь ранг маловат для такой осознанности. Способности интересные, но, насколько мне известно, умом они особо не блещут…

Я замолчал, заметив взгляды, обращенные на меня. Недружелюбные.

— Имперская канцелярия же не зря выдает им классы и ранги. Они ведь действуют скорее как животные. — оправдываюсь я.

— Учёные из канцелярии и представить себе не могут, что на самом деле происходит. — фыркнула Надежда, отвернувшись. — Если всё воспринимать как добычу: убийство, исследование, подчинение…

— Тише, тише… — мягко сказал Аксель, проводя рукой по ее волосам. — Со всеми можно договориться, просто уметь нужно. Понять их, и они ответят тебе.

— Вы научите меня? — задаю вопрос, который меня по-настоящему волнует. Ребята вокруг улыбаются, но Димитрий смотрит серьезно:

— Как только будешь готов.

— Так я готов!

Мне не терпится начать. Вспоминаю всё, через что пришлось пройти. Иногда всё еще потряхивает, в памяти всплывают моменты прошлого, но в остальном я в порядке.

— Ты не понял. Готовность определяется не желанием, а навыками. Сейчас у тебя нет даже основы. Мы только подготовили твою душу к взаимодействию, промяли её, сбили закостеневшую оболочку. Но тренировок ты даже близко не начинал. — вздыхает он, слегка качая головой. — Ария, он готов. Можешь забирать его и обучить тому, о чём мы договаривались. Главное, не спешите.

— Хорошо, отец! — девочка бодро подпрыгивает и бежит к масляной лампе висящей на повозке.

Пока девочка зажигает фитиль, я обращаюсь к Димитрию:

— Мы опять пойдем за пределы зоны братства? Ты просто так отпускаешь её в ночи? — удивляюсь его спокойствию. Я бы свою внучку ни за что не отпустил бы одну.

— Ты ведь пойдёшь с ней и защитишь её, если потребуется. Или она тебя. Тут уж как ночь покажет… — Димитрий улыбается. — Не думай, что я безответственный отец. Я слежу за всеми и помогу, если будет нужно. А теперь иди.

Принимаю его слова на веру и следую за Арией. Она сначала шагает медленно, освещая нам путь, но скоро ускоряется и вскоре мчится вперёд во весь опор, время от времени оглядываясь с искоркой в глазах. Неужели она считает, что я отстану? Или споткнусь? С моей печатью Восприятия ночь и день одинаковы. Шесть чувств подстраховывают друг друга, когда у тебя стоит нужная печать — а иначе только долгие тренировки и медитация могут развить такое чутьё.

Мы покидаем зону братства, и я словно начинаю дышать легче, свободнее. Ария тут же останавливается.

— Ну что, начнем? — девочка улыбнулась и поставила лампу на землю. — Слияние. Самая простая техника души. Её все учат, когда начинают постигать себя.

Она вдруг задумалась, её лицо приняло рассеянное выражение. А после она заливисто рассмеялась.

— Я хотела показать тебе, как Слияние работает, когда оно отточено… И поняла, что ты ведь этого не замечаешь. Видишь меня всегда без всяких проблем… Хм…

— Получается, то состояние, когда вас никто не видит, это и есть Слияние? — пытаюсь помочь ей уточнением, и она оживлённо кивает. — Понял. А как мне использовать Слияние?

— Нужна опора. Не зря техника называется Слияние. — объясняет она. — Ты должен соединить свою душу с чем-то и стать её частью. Попробуем. Вот это дерево…

Девушка подходит к стволу и касается его ладонью. Для меня ничего не изменилось, пришлось перекрыть все каналы восприятия, кроме визуального, и тогда стало заметно, что она будто растворилась в деревьях, стала одним из них. Ещё одно дерево, на которое не обратишь внимания, даже если захочешь.

— Теперь ты. Попробуешь?

Киваю, подхожу к дереву и так же, как она, кладу ладонь на ствол, ожидая дальнейших указаний. Сейчас важнее не внешняя форма, а то, что должно произойти внутри.

— Открой душу. Прими дерево, а после позволь дереву принять тебя.

— Что за бред? — кажется, это я произнёс вслух. Упс. Неудобно получилось. Но девочка даже не обратила на мою грубость, хоть какого-то внимания.

— Ты ведь даже не попытался. Больше терпения и усилий! — девочка внимательно смотрит на меня. — Давай, у тебя получится.

Глава 8. Души порывы

Что можно сказать о тренировке, когда тебя учит девочка лет двенадцати-четырнадцати? Обучать она не умеет. Подбадривает, строит рожицы, порой витает в облаках, но в плане помощи — пусто. Полный ноль.

Четыре часа я стою у этого чёртового дерева, пытаясь хоть как-то задействовать душу. Пробовал всё, что только мог придумать, даже пытался использовать её, как энергию из духовного плана. Но душа — это не пустыня, как когда-то говорил мой наставник. Душа — это сфера, и её просто так с места не сдвинешь. Вообще не сдвинешь, во первых, не поддается, а во вторых, затягивает в воспоминания. Вообще забавно что каждая попытка прикосновения к душе только загоняла меня в воспоминания, порой полностью проваливая в прошлое.

Чувство, конечно, интересное: заново проживаешь весь спектр того, что засело в глубине, — но ведь цель совсем не в этом. Да еще и пару раз пришлось пережить интересные моменты моей прошлой жизни. Даже поймал приступ ностальгии. Но это был короткий миг и я смог взять себя в руки.

— Все будет хорошо, только не злись, у тебя всё получится! — говорила Ария, улыбаясь, а я как дурак пытался хоть немного сдвинуться с мёртвой точки. Без толку. И с чего она думала, что я злюсь? На текущий момент, я вообще спокоен. Как удав! Словно вернулся в юные годы, когда неделями тщетно искал путь к силе. Бесит!

Сторонний наблюдатель сказал бы: «Видишь, ты ведь и сам понимаешь, что это твой путь. Его нужно пройти снова». А я бы ответил, что уже не малец с горящими глазами, чтобы стоять и трогать это дурацкое дерево. Злит, что с моим опытом я не могу добиться хотя бы малой толики того, на что способны эти скоморохи. Ненавижу быть беспомощным! Меня бесит это чертово дерево! Это дрянная душа, что не хочет меня слушаться! Достало! Разорвать бы все, голыми руками! Сдалась мне эта душевная сила! Я без нее, любого на тот свет могу отправить!

— Не злись! — раздался крик сбоку, и я очнулся от наваждения. Ария стояла, сжав маленькие ручки у груди, словно защищалась. Она боялась меня. Я понял это и успокоился. Пришлось для этого глубоко подышать, но отогнать наваждение удалось.

— Прости, Ария. Я не сдержался. Может быть, ты подскажешь, чтобы хоть что-то начало получаться? — опустив голову, тихо прошептал я. Она услышала, я знал. Шёпот помог ей расслабиться. Моя любимая техника в управлении человеческими мыслями. Психология!

Девочка медленно опустила руки, шмыгнула носом и подошла ближе.

— Я не могу подсказать, что нужно делать. Тебе придётся пройти через это самому. Тебе это нужно. Да и отец запретил помогать тебе. — огорчённо ответила она. Странная: сначала боится, а теперь сопереживает. Я осторожно погладил её по голове. Она улыбнулась и подмигнула: — Я не могу рассказать, как делать Слияние, но могу напомнить то, что ты и так знаешь, но игнорируешь!

— Так что же? — я подался чуть вперёд. — Что я мог упустить?

— Твоя душа тонка! — как только она это сказала, у меня непроизвольно закатились глаза. Опять про тонкость души. Да сколько можно! Вот ведь зануды! А она еще и продолжает: — Подумай об этом, а я пойду в лагерь, кушать хочется. Тренируйся усердно, скоро вернусь. Обязательно подумай…

Девочка развернулась и рванула в лес, быстро затерявшись среди деревьев. А я остался стоять, оперев руки о шершавый ствол дерева, и снова думал, что же делать дальше.

Почему она тоже сказала, что моя душа тонка? Может, дело в самой душе? Стою и размышляю. Мысли есть, конечно, касательно всего этого, поэтому решаю проверить кое-что, а затем снова погружаюсь в себя, сосредоточив внимание в области у шеи.

Манипуляции с сознанием и проникновение вглубь себя — это не как смотреть обычными глазами. Скорее, я словно «прослушиваю» своё тело в определённой точке, ощущая его изнутри. Вот и сейчас, «нащупав» душу, я чувствую её как небольшой шарик, сотканный из тысяч воспоминаний. Есть и чёрные пятна — просто отражение того, что скрыто внутри меня. Что-то нехорошее. В остальном, просто яркие моменты.

— Душа тонка… Но почему, если вот она передо мной? Я её вижу! Не хуже, чем у других. Ну да, меньшего размера и не так ярко светится. Но все равно, душа тонка… Пристали! — пронеслось в голове, а затем словно озарение: что, если эта сфера не сама душа, а лишь её оболочка? Вдруг под «тонкостью» они подразумевали, что мне нужен не внешний контур души, а её глубина. Ядро!

От этой догадки во мне вспыхнул азарт. Обожаю такое — сразу ощущаю себя по-настоящему живым. Сосредоточив внимание, я усиливаю восприятие, будто через увеличительное стекло. Небольшие точки воспоминаний расходятся в стороны, и между ними я наконец вижу то, что прежде было скрыто. Маленькая, вибрирующая, почти серебристая субстанция. Она мерцает и переливается всеми оттенками серого, словно разделяя моё волнение. Она живая, не иначе…

На секунду я восхитился, а после расстроился. Смотрю на эту небольшую живую кляксу и даже грустно как-то.

— И это всё, что у меня есть в плане душевной силы? Надеюсь, со стороны просто так кажется, — думаю я, после чего, не удержавшись, протягиваю щупальца внимания, стараясь осторожно дотянуться до этой субстанции, между воспоминаниями. Но в следующую же секунду меня затягивает в одно из них.

Холодные стены острога. Меня схватили при попытке пробраться в одно из отделений имперского казначейства, где временно хранилась Скрижаль бога Ра. Очень уж хотелось узнать, что на ней начертано, но не вышло. Теперь я стою в камере. Поймали, как пацана какого-то. И ведь не смог скрыться или отбится, хоть был уже третьего класса по духовной силе. Давно уже не последний человек в городе, но все равно поймали. Стыдоба какая, хоть бы знакомые не прознали…

Я стояю возле двери и из-за небольшого окошка на уровне глаз виден лишь кусок коридора и ещё одна дверь с узким смотровым отверстием. Оттуда на меня смотрят глаза моего соседа по несчастью.

— Приветствую. Меня Акулой кличут, рад встрече. — звучит голос из-за двери. — Ну что, сбежим? Я уж тут заскучал… Уже какой месяц даже следователь не приходил. Просто оставили тут гнить, сволочи такие!

— Ты кажется одичал и сошел с ума, пока находился тут. В стенах есть примеси мазовского изумруда. — отвечаю ему. — Энергии нет. Духовный план будто не слушается меня. Думаю, у тебя такая же проблема.

— Смешной ты! — с ухмылкой говорит он. — А руки и ноги тебе на что? Просто вынесем двери и — наверх! Как тебе? Хороший же план!

— Ты чудак какой-то! — фыркаю я. — Руки и ноги… Тут стальные двери и каменные стену, что может обычное тело против этого? Или еще скажи, что нужно развивать руки и ноги… Ага и как ты и сказал, просто возьмем и сбежим. Да хоть всю жизнь качайся, толку от этого ноль. Гораздо полезнее посвятить всё внимание духовному плану.

— Чудак, говоришь? Да кто из нас чудак?! — неожиданно вскрикивает он, и тут же дверь его камеры выгибается и перекосится, а он одним движением выбивает её. — Вот нет твоего духовного плана, и что? Чувствуешь себя жалким, слабаком? Не забывай о теле. Никогда… Да и вообще, я тебя в бараний рог скручу, пока ты там свои духовные планы строишь, понял? Строишь… Ха-ха-ха. Смешно вышло, как считаешь?

Резко выныриваю из воспоминания и непроизвольно улыбаюсь. Встреча с Акулой была действительно яркой. Прямолинейнее и честнее человека я ещё не встречал. Счастливое воспоминание… Но почему оно вдруг возникло? Ведь я не хотел возвращаться в прошлое, просто хотел коснуться душевной энергии. Точнее не так. Я ведь аккуратно прошел рядом с ними и не касался, но все равно, вместо касания ядра меня затянуло в воспоминание.

Самое интересное, мои следующие попытки пробиться к центру души заканчивались одним и тем же. Я проживал своё прошлое. Это были яркие моменты, но они не приближали меня к намеченной цели. Даже начили злить. Долбаное прошлое!

— Да это издевательство какое-то! — возмущаюсь я, после чего глубоко вздыхаю и отхожу от треклятого дерева. Пока что пользы от моего прикосновения к стволу никакой, так что нахожу камень, сажусь на него. Нужно подумать.

Моё восприятие позволяет мне увидеть всё в мельчайших подробностях, а вот коснуться я не могу. А это что значит? Что я опять что-то делаю не так! — затихаю на мгновение. Перевожу дыхание и пытаюсь собрать мысли в кучу.

Благодаря прожитому опыту нахождение вариантов решения проблем у меня было налажено. Не успел озвучить свои мысли, так тут же, в голове роятся мысли, из которых я выцепляю нужную мне мысль.

Мне нужно окунуться в душу целиком… Но как-то опасно это. Как бы не накрыло меня, как было это с Максимилианом. Рыся! Я знаю, ты меня слышишь. Нет у меня энергии, чтобы напрямую с тобой говорить, так что вылазь давай своими силами. Нечего в тени сидеть.

Сижу, жду. А эта пакость даже не думает выходить. Надеюсь, не с Арией играется сейчас. А то я так буду до второго пришествия ждать. Через минуту из тени выпрыгнула Рыся и уселась у меня на коленях.

— Слушай задачу, Рыся. Я сейчас, возможно, сделаю глупость, но без этого никуда. Звучит как девиз последнего года. Сделаю глупость, но без этого никуда… — усмехнулся своим мыслям. — В общем, увидишь, что я теряю контроль, поцарапай меня аккуратно. Если не поможет, беги к Арии и Димитрию. Хорошо? Мне нельзя потерять контроль над собой. Понимаешь?

Чешу Рысю за ушком, а она в ответ трётся о мою руку. Кажется, поняла. Отлично. Ну, значит, начинаем реализацию идеи. Расширю свой контроль и коснусь единоразово сразу всех воспоминаний, ну и попытаюсь пробиться глубже. Очень надеюсь, что не утону в вечном сне из прошлого.

Словно шагаю в неизвестность, поглощаю своим сознанием всю душу, ожидая чего-то страшного, но вместо этого я словно окунаюсь в тёплые воды, которые наполняют меня сразу огромным количеством положительных и отрицательных эмоций. Прямо омовение какое-то.

Казалось, меня выбросило из собственного разума и позволило взглянуть на себя со стороны. То, что я увидел, нельзя назвать положительным образом. Я был жесток и омерзителен, но в то же время — счастлив и благодетелен. Целая жизнь пронеслась единым потоком эмоций, будто смывая прежние намерения. Мои мысли изменились в тот миг, когда я попытался постичь свою душу.

Сторонний наблюдатель мог бы спросить, что я имею в виду, но я бы не смог ему ответить. Словно всё моё естество вдруг поменяло полярность моих решений. Казалось, душа стала компасом, указывающим мне путь и не позволяющим двигаться в другую сторону. Странное чувство. Оно мне не нравится…

Но свою цель я достиг — моё восприятие оказалось там, где я хотел, прямо в самом сердце своей души. Там находилась живая субстанция, которую я коснулся и потянул наружу. Она не растягивалась, как линия энергии из духовного плана, а выходила целым и самодостаточным сгустком — частью меня самого. Даже самому себе это трудно объяснить.

Я протянул частичку души к указательному пальцу правой руки и открыл глаза. Визуально ничего не изменилось, но по ощущениям, словно другой «я» теперь находился на кончике пальца. Удивительное чувство.

Поднимаюсь с камня и медленным шагом подхожу к дереву, опасаясь, что обретённая сила ускользнёт, но она остаётся послушной. Попробовал выпустить её из тела, но едва это произошло, как меня перекорёжило от боли, и сгусток, словно живой, тут же попытался вернуться внутрь. Странное чувство. Бр-р-р, словами объяснить сложно, приходится полагаться на чувства.

Касаюсь рукой дерева и отправляю свою душу дальше, сразу чувствуя старое, знакомое ощущение — будто кто-то лезет мне в душу, как бы это ни звучало. Я чувствую этот маленький сгусток как часть себя, и теперь её словно пронзают тысячи иголок. Это больно! Чертовски больно! Сильно похоже на ментальное воздействие дознавателей.

Так и должно быть?! — кричу я в пустоту, но, как и следовало ожидать, мне никто не отвечает. Ария еще не вернулась. Да и помощи от нее никакой. Так! Что она ещё там говорила? Вспоминай!

Стою, мне больно. Вернуть частичку души я могу, уже пробовал. Стоило только покинуть ствол дерева — боль уходила, но тогда в чём смысл? Я продолжал заниматься самоистязанием.

Ария мало говорила, но мысль я чётко понял: нужно не только отдать дереву свою душу, но и понять её. А как это сделать? Не понимаю.

Стою, корчусь от боли, и ощущаю, как частичка души пытается мне помочь. Она посылает мне сигналы — тонкие, едва ощутимые, но я сумел их осознать и ухватился за знак моей души.

Прочувствовать её оказалось сложнее, но чем дольше я пытался, тем чётче осознавал, что душа ждёт моей команды. И когда я дал отмашку, эта частичка словно стала порталом чужой души в мою собственную.

Столько новой информации пришло ко мне, что я потерял связь с внешним миром. Дерево было живым, и столько всего в нём было, что я не мог разобрать и десяти процентов всех сигналов. Словно дерево говорит на другом языке, точнее, её душа.

Я оказался внутри дерева и даже стал частью его. Словно часть себя, я ощущал корни и те процессы, что происходили там. Я мог впитывать влагу и энергию из земли. Мой ствол служил опорой всей основы дерева и проводником для энергии от корней в крону и обратно. Ну и крона… Что-то удивительное… Я знаю, что есть фотосинтез и как он работает, но то, что я почувствовал, это было что-то другое…

Словно это дерево было благословлено законами огня и земли. Это удивительно. Мне даже почудилось, что я мог бы учиться у него пониманию законов бытия. Как странно — всего лишь дерево, но теперь это словосочетание я уже не смогу применить по отношению к природе. «Всего лишь». Нет, это просто невероятная штука.

Пока я был поглощён процессом принятия чужой души, Рыся появилась в реальности. Она заметалась из стороны в сторону, а затем исчезла. Интересно, что это с ней? Без доступа к духовному плану даже спросить не могу. Ну и ладно.

Кажется, я совсем погряз в новых ощущениях, потому что не заметил, сколько времени прошло. Даже пропустил приход Арии. Когда я обратил на неё внимание, она уже стояла рядом, смотрела на меня и слегка осуждающе покачивала головой.

— Ну чего ты так смотришь? — спрашиваю я, но не слышу своего голоса, только скрип и шелест.

— Я не говорю на языке деревьев. Так что давай, заканчивай Слияние и выходи. Рыся волнуется, она тебя не видит. Переживает за тебя. Вон даже меня поцарапала немного. Видишь?! — показывает небольшие алые линии на ее ручке.

Не видит меня? Почему? Или… У меня получилось? Да! Наконец-то! Радуюсь и разрываю связь с деревом. Но тут же ощущаю лёгкую усталость и грусть. Накатило знатно, даже голова стало свинцовой.

— Что со мной? — говорю и припадаю на колено. — Почему так плохо?

— Эта техника не просто так называется Слияние. Ты стал одним целым с другим живым существом, частью чего-то большего. И когда ты разорвал связь, то словно потерял частичку себя. Так же, как и она… — Ария подошла к дереву и погладила его ствол. — Думаю, мы на сегодня закончили. Пойдём назад?

— Да, идём. — киваю ей, поднимаясь на ноги. — Слушай, я недавно подумал: это ведь неудобно в плане разговора, что есть душа и душевная энергия, а также духовный план и духовная энергия. Легко запутаться, о чем идет речь. Так ведь? Или вы не следуете пути аномальной энергии? Так ведь? Вы ведь не используете духовный план?

— Ну, тут чуть сложнее. Есть те из нас, кто пошли по пути духовного плана, не прекращая практиковаться с душой. Но в итоге они потеряли ориентиры и не смогли переродиться с нами, — девочка шмыгнула носом, а потом улыбнулась и добавила: — А насчёт душевной энергии, то мы называем её Ирса. Даже не спрашивай почему, так говорила первая из нас. И мы просто продолжаем следовать ее воле и называем её так.

— Понял.. Ирса… Интересно, почему?.

Не успели мы отойти далеко, как я услышал колокольный звон. Звук был приглушённым, значит, где-то за лесом. Но моё восприятие позволило уловить его. И он был не один.

— Ты слышишь? Тревога в городе… Такое знакомое чувство… Неужели случился выброс?

— Да, я тоже это чувствую. Много живых существ сейчас бежит по лесу, и часть из них направилась в город.

— Так, если ты знаешь об этом, то могла предупредить? Жителей города, ты могла предупредить? — девочка кивнула на мои слова. — И ты не предупредила? Они не знают, что на них движется? Почему Ария?

— Мы не можем вмешиваться. Нас ведь не понимают, да и ты не понимаешь. Не видишь того, что для нас всё важно. Всё имеет душу. А если говорить что-то людям, то они будут истреблять жизнь. Сильно больше жизней погибнут. Лучше не лезть в это, ты понимаешь? В природе должен быть баланс!

— Нет, не понимаю. Вы говорите о добродетели, о чистоте души, а в итоге куча людей погибнут в пасти монстров! Какая в этом добродетель? А Матрена? Она же защитница! Она тоже не станет помогать?

— Я же говорила, ты не понимаешь…

— Это ты не понимаешь! Им нужна помощь, и раз ты не можешь её оказать, то это сделаю я! — резко срываюсь с места и бегу на звук.

Чем дальше, тем чётче слышу другие звуки — стрельба, крики и колокольный звон. Выбираюсь из леса и тут же выхватываю Плевок. Один выстрел, и тело изуродованного оленя растворяется до костей. Энергия врывается в меня, и на моём лице появляется улыбка. Теперь можно развернуться по полной.

Глава 9. Ошибка наблюдателя

Я оказался на краю леса, откуда открывался вид на деревню, примыкающую к частоколу города Вятка. Деревня располагалась вдоль реки, деревянные дома стояли хаотично, с небольшими дворами, обнесёнными простыми изгородями. Кое-где виднелись амбары и навесы для скота, а у реки стояли лодки и рыболовные сети. Через деревню вёл деревянный мост, соединяющий её с основными воротами города.

Сам город возвышался за частоколом, сделанным из мощных брёвен, заострённых кверху. Башни с бойницами охраняли подступы к воротам, а по периметру, в обычное время, ходили вооружённые стражники. За стенами виднелись белокаменные церкви с золотыми и синими куполами, а также деревянные дома и хозяйственные постройки. Всё это было окружено рвом, укрепления выглядели внушительно.

Однако деревня сейчас находилась в полном беспорядке. Многие дома были разрушены, их стены проломлены, крыши обрушены. Земля усыпана обломками древесины, сорванными крышами, телегами и телами жителей. По тропам, которые раньше служили дорогами, сейчас текли ручьи крови.

Монстры хозяйничали повсюду. Огромные звероподобные существа с рогами и костяными наростами на теле проламывали дома, их рев стоял над деревней. Другие твари, напоминающие пауков, только с большим количеством тонких лап, карабкались на крыши, сбрасывая обломки на землю, или шустро передвигались, выискивая людей. Вдоль улиц метались перепуганные жители, некоторые успели забраться в лодки и пытались пересечь реку.

Ближе к городу оборона уже шла полным ходом. Стражники на башнях и стенах стреляли из луков и мушкетов, обстреливая монстров, которые пытались проломить ворота или забраться на частокол. Жаль ничего мощнее у них не было. Сейчас бы сюда МАЗовские автоматы и дело завершилось малой кровью.

Со стороны реки доносились крики, смешанные с грохотом рушащихся построек. Пламя охватило несколько домов, и густой дым застилал солнце.

— Да что же это такое? Куда смотрят научники? Два выброса рядом с городом! А военные чего хлебалом щелкают?! Где все?! — возмущаюсь я, вызывая Рысю. — Давай, крошка, показывай все места, где нужна помощь. Чем больше жизней спасём, тем лучше. Хорошо, маленький? Молодец!

Мяу было мне ответом, и теневой помощник нырнул в черноту. Я побежал, на ходу убирая Плевок. Зарядов становилось всё меньше, а достать ещё пока не было возможности. Сейчас у меня был доступ к духовному плану и композитный клинок.

На бегу я пустил воздушный серп в паука, который выбрался из перекошенного домика. Аккуратная линия появилась на морде монстра, и через мгновение тело развалилось на две части. В меня хлынула энергия, но это было не важно. Внутри домика я увидел лишь кровь. Не успел. Да и не знал про них.

Монстра я убил мимоходом. Рыся показала мне образ: пятеро селян с вилами и лопатами пытаются защитить свой скот. Вот туда я и бежал. Мутированный олень — это не шутка. Мощный и смертоносный, он мог одним прыжком пересечь реку Вятка и ворваться в город. Пока я видел, как двое таких тварей прорвались, остальные ещё бесновались на подступах.

Я бежал, напитывая тело энергией. Укрепление тела! По силе я был равен взрослому парню, но с лёгкой подпиткой ветра в ногах стал скакать по крышам домов словно сайгак, по пути раскидывая воздушные полумесяцы.

Эти твари были седьмого класса, без особых способностей, но безумные. Даже горожане могли бы их одолеть. Но сегодня случилось сразу два выброса, и никто не остановил монстров на подступах к городу. Поэтому количество смертей уже перевалило за две сотни.

Самое неприятное, что Рыся стала слать мне ещё больше образов, показывая, где требовалась моя помощь. Я не успевал быть везде, поэтому пришлось ускориться. В прыжке я иссек монстра возле трёх мужиков и, приземлившись, показал направление:

— Быстро туда! Там женщины, им нужна помощь!

Мужики стояли, будто в ступоре, не двигаясь. Может, не верят, может, не хотят бросать скот. Поднял руку с кольцом истребителя, вложил энергию в голос и рявкнул:

— Именем истребителя монстров, исполнять!

Это их пробрало, и они побежали, что было сил. Я не стал уточнять, что там семь женщин толпой забивали мутированного оленя, но помощь была нужна — пауки в округе ещё не отступили.

В пару прыжков я оказался в воздухе и мчался дальше, пересекал реку. Монстры уже двигались вглубь города под удары колокола. Звук словно притягивал их, маня всё глубже вглубь города. Твари успели разрушить стену во многих местах и стражники вынуждены были принимать бой на земле.

Отталкиваюсь что есть силы, чтобы взлететь выше и в полёте кинуть воздушный полумесяц. Техника тяжёлая в плане контроля, но если всё сделать правильно, она отлично подходит для дистанционных атак. Из минусов — слабая. Будь противники выше классом или имей они свои дальнобойные атаки, я бы не стал её использовать. Но сейчас — раздолье: только маши клинком, задавая траекторию и размер полумесяца. Главная трудность — быстрая манипуляция энергией, перевод её в элемент ветра и придание формы клинка. Благо опыта у меня на века!

Машу клинком и хочу помочь стражникам. Их двадцать человек, но из-за разрушений их боевой порядок нарушен, и твари просто по одному уничтожают их.

Среди бойцов замечаю капитана стражи. Он пытается навести порядок, громко кричит, что делать, но ситуация критическая. А ещё Рыся и тот ужас, который она мне показывает… Слишком много сегодня погибнет. Плохо!

Полумесяцы в толпе не покидаешь, поэтому, пока бойцы схлестнулись в рукопашной с монстрами, я стремительно падаю на одну из мутировавших тварей. Боковым зрением вижу, как одного бойца просто затоптали, а другому откусили голову. И это за те пять секунд, что я падал. Ну ничего, сейчас отыграемся!

Перед самым приземлением наношу удар, снося башку твари и впитывая столько энергии, сколько могу, чтобы создать Иглы молний. Техника чудесная, но затратная. Зато убийственная. Резко бросаю иглы во все стороны. Несколько даже задело стражников, но это не страшно — она не причиняет боли, пока я не захочу. Впрочем, и не в этом её суть.

Контроль! Вот что важно. Силой мысли уничтожаю все иглы, что могли бы ранить людей, после чего посылаю импульс. Вокруг раздаётся треск, затем громкий хлопок. В одну секунду десять тварей поджарились и упали на землю. В награду ко мне вернулась энергия. Правда в три раза меньше затраченной! Глупо с моей стороны!

— Быстро, к церкви! Там люди, если не поторопитесь, их всех сожрут! — кричу я, поднимая руку с кольцом. Так же, как в прошлый раз, добавляю энергии в голос: — Именем истребителя монстров, исполнять!

Бойцы тут же выпрямляются по стойке смирно. Их капитан кричит:

— Слышали приказ? Защитим церковь! А вы куда сейчас, господин? — мужчина обернулся ко мне. Лицо было залито кровью, которая запеклась на бороде. Но он был крепок, и огонь горел в его глазах. Хороший боец.

— Там дети. Сначала помогу им, потом приду к вам. — машу рукой в сторону приюта, откуда Рыся показала мне видение. После этого разворачиваюсь и приседаю, напитывая ноги энергией. Резкий выплеск — и я подлетаю высоко над землёй. Чувствую, через печать Восприятия, как капитан отдаёт мне честь, а затем ведёт бойцов к церкви.

А я лечу к окраине города, туда, где возле бревенчатой стены произошёл прорыв. На беду, именно там оказался дом сирот. И выбирая между горожанами и детьми, я без сомнений выбрал детей. Возможно, дело в том образе, который я периодически видел. Это воспоминание не отпускало меня. Два лица, а сколько решений из-за них поменялись в моей голове. Но это не важно. Главное, что я хочу спасти их. Сам, без всяких причин.

Когда я приземлился у здания дома сиротки, часть крыши рухнула с громким грохотом, и изнутри раздались крики. Само здание было небольшим, срубленным из тёмных бревен, крепким, но уже изрядно обветшавшим. Крыша была крыта щепой, местами обгоревшей. К дому примыкала небольшая банная пристройка с каменным дымоходом, который сейчас слегка покосился, будто удар был направлен именно туда.

— Где?! — кричу я по каналу связи с Рысей, и она тут же показывает мне вид изнутри. Там мутированный олень своим тяжёлым копытом размозжил голову пауку. Кажется они не поделили добычу и победитель в итоге двинулся на детей, которые забились в угол пристройки. Их лица были белы от страха, они плакали.

Вижу это и моментально черпаю силы из духовного плана. Прикрываю глаза, сосредотачиваясь, и формирую печать земли на ладони. Воздух вокруг меня задрожал. Техника была готова, и я с яростью ударил ладонью по земле.

Изнутри раздался ещё один крик детей, но он быстро затих. Рыся показала мне, что моя техника сработала: десяток острых земляных копий пронзили тварь, лишая её жизни. Тут главное точность, а то мог бы и не монстра проткнуть.

— Успел… — только и выдохнул я. Но в тот же миг моё чутьё взвыло тревожным сигналом. Я успел лишь обернуться, прежде чем всё погрузилось во мрак. Кажется меня ударили…

Я приходил в себя урывками. Сначала ощутил, как моё тело с грохотом пробивает часть бревенчатого частокола. Затем снова провалился в беспамятство. А когда наконец пришёл в сознание, то заметил вдали, что там стояла та, кто отправила меня в полёт.

Королева мутировавших оленей. Хотя она ещё не королевская особь — таким считается только один самец в их виде. Она же была самкой, перенявшей часть его силы. И её появление здесь стало для меня неприятным сюрпризом. Хорошо что у них моногамия, а то наделал бы самец тысячи королев и стали бы они действительно большой проблемой для всей империи Российской.

— Что за чертовщина тут творится? Такой мощный выброс, что даже королевских особей зацепило… Они обычно не вырываются наружу… — думаю я, пока меня буквально рвёт кровью. Удар твари снес мой воздушный щит и переломал множество костей. Даже внутренние органы пострадали. Кажется селезенка лопнула…

Усиленное восстановление! С трудом начинаю направлять энергию по каналам, чтобы быстрее залечить раны. Но тварь уже двинулась в сторону детей. Я не мог допустить этого и попытался отвлечь её. Взмахнул рукой, отправляя кривую версию воздушного полумесяца в её сторону. С оружием в руках было бы проще…

Мой клинок пропал — скорее всего, я выпустил его в момент удара, а сейчас не мог найти. Надеюсь, он цел…

Моя атака даже близко не задела королеву. Она легко увернулась от удара и теперь смотрела на меня гневным взглядом. Зачатки разума у неё определённо были, но толку от этого немного, если зверя в ней больше, чем разумного существа.

Кости медленно вставали на свои места. Неприятно, кожа опухла, ещё и чесалась, но это всё сейчас не важно. Я пристально смотрел на монстра. Королева топнула копытом, и по её ногам начали проступать ярко-синие узоры. Это была её кровеносная система, наполняющаяся энергией перед атакой. Скорее всего, она собиралась снова отправить меня в полёт или прямиком к праотцам. Но это мы ещё посмотрим.

С трудом поднимаюсь на ноги и создаю иллюзию, будто падаю и не могу подняться. Главное, чтобы она поверила и не отвлеклась на детей. А вот я отвлёкся. Они смотрели на меня через небольшое оконце в предбаннике. Смотрят своими глазами, как тогда… Брысь из моих мыслей! Надеюсь, что не сделают глупость. Любой звук и монстр может атаковать уже их…

Медленно отхожу в сторону, следя за монстром. Королева, заметив слабость, сделала свой ход. Она двинулась молниеносно, словно вспышка, и протаранила ту часть стены, где я «лежал». Вернее, там была моя иллюзия. Монстра частично завалило брёвнами, но для неё это было сущим пустяком. Она легко поднялась, встряхнула тело и гордо вскинула свою голову. Ну и к чему такая гордость? Балда!

А я уже стоял рядом, держа Плевок на уровне её пуза. Нажал на спусковой крючок. Выстрел. И рев, что пробирает до костей. Впрочем, мой Плевок тоже пробирает до костей, и в прямом смысле этого слова.

Королева билась в агонии, пытаясь сбросить плазму с тела, но это было бесполезно. Субстанция проникла внутрь и уничтожала её изнутри. Очень скоро монстр рухнул на землю, затих, а я получил неплохой бонус в виде энергии.

Убрал Плевок в кобуру и огляделся. Монстров в округе не было. Единственным местом, которое продолжало притягивать тварей, была церковь в центре города. Там сейчас собрались стражники и местные жители. Они активно сдерживали натиск и даже теснили чудовищ, но помощь им явно не помешала бы.

— Да куда он подевался?! — возмутился я вслух, пытаясь найти свой клинок. Использовать Рысю для поиска оружия было бы глупо — мой теневой помощник находился в самой гуще сражения, и отвлекать его туда-сюда слишком затратно как для меня, так и для него.

На первый взгляд клинка нигде не было. Ну и ладно. Позже вернусь и найду, а если не найду — поставлю задачу стражникам. Сейчас есть дела поважнее.

Напитываю ноги энергией ветра и краем глаза замечаю, как дети выходят из полуразрушенного здания. Махаю им рукой и говорю:

— Всё хорошо, ребята! В округе больше никого нет. Я пришлю к вам помощь, как только закончу вокруг. — улыбаюсь, а затем мощным толчком взмываю в воздух. Прогоняя ветер через тело, плавно планирую в сторону места битвы.

Церковь находилась на небольшой площади, почти полностью открытой, за исключением нескольких деревянных лавок и обгоревших телег, оставленных жителями. Сама церковь была построена из белого камня с серым, будто закопчённым куполом. Высокая колокольня с узкими окнами возвышалась над площадью, а её колокол наконец замолчал. Похоже, кто-то догадался, что монстры пришли на звук.

У основания здания виднелись массивные деревянные двери, слегка приоткрытые — туда скрывались последние из выживших.

Вокруг церкви кипела битва. Стража держалась хорошо, но силы их были на исходе. На земле лежали четыре тела павших стражников, пятнадцать селян и пять туш монстров. В основном это были мутировавшие олени, их уродливые костяные наросты казались ещё более зловещими под дымом и огнем, что полыхал вокруг. Семь тварей всё ещё рыскали по площади, явно готовясь к новой атаке.

Я начал готовить технику. Кристаллические кометы. Превращаю энергию в воду, охлаждая её и удерживая форму в виде ромбов. Один. Второй. Третий. Постепенно накапливаю заряды, чувствуя, как напрягается моё тело. Кровь капнула из носа, но я лишь вытер её тыльной стороной руки. Перенапряжение.

Сейчас я поддерживал сразу три техники: ветреный щит, ветреный доспех и подобие птичьих крыльев, а также стал готовить ледяные кометы. Это была огромная нагрузка.

Сторонний наблюдатель мог бы спросить: Почему техника называется кристаллической кометой, если по факту это просто ледяные снаряды? Я бы с улыбкой вспомнил своего учителя и его урок. Это были не просто снаряды. Он меня этому научил. Кометы были смесью духовной и ментальной энергий, способной наводиться на цель. Настоящие самонаводящиеся оружие!

На высоте, примерно, второго этажа я закончил подготовку и активировал технику. Кометы вырвались вперёд, стремительно разлетаясь по разным траекториям. Одно мгновение — и площадь огласили крики умирающих монстров. Я приземлился, а вслед за этим раздались радостные боевые крики стражников.

Мы отбили город. Ценой больших потерь, но мы отбили. Мы, а не эти скоморохи с их морализмом.

И опять моё чутьё забило тревогу. Резко разворачиваюсь, напитывая руки энергией и трансформируя её в каменное покрытие. Не хотелось снова встряски всех органов от неожиданного удара. Но на этот раз на меня никто не нападал. Моё шестое чувство сработало на приход Короля мутировавших оленей.

Эта тварь была не просто сильна — она выглядела пугающе величественно. Её огромные рога пылали синим пламенем, как два факела, освещая всё вокруг. По массивному телу струились яркие синие вены, пульсирующие в такт её дыханию. Гладкая, почти бронзовая кожа казалась литой, а массивные копыта при каждом шаге оставляли глубокие отпечатки в земле. Глаза монстра светились холодным голубым огнём.

— Вот ведь зараза! Как это можно было допустить?! — ругался я, развеивая каменное покрытие с рук. Здесь оно бесполезно. Этот монстр не даст подойти к себе, и сам не подойдёт.

Как будто подтверждая мои слова, его рога вспыхнули ярче, и в следующую секунду от тел убитых монстров отделилась синяя дымка. Она приняла вид тех же существ, что мы уничтожили. Они выглядели эфемерными, словно тени, но я то знал, что они несут реальную угрозу. А еще, он поднял и людей. А это уже неприятно…

— Зараза! — стиснув зубы, я посмотрел прямо монстру в глаза. Его силу ощущаю всей кожей. Убить его, когда вокруг столько людей, будет крайне сложно. Могу зацепить невинных. Но что-то делать нужно…

Глава 10. На берегу

— Держать оборону! Они реальные! Твари слабее, но всё ещё представляют угрозу! — кричу я, затем нахожу глазами капитана стражи и говорю ему: — Мне нужен клинок. Любой!

Мужчина кивнул, не говоря ни слова, и просто бросил своё оружие мне. Ни капли сомнений, ни вопросов. Он сделал то, что должен был. Возможно, на это повлиял мой статус истребителя монстров, равный аристократическому титулу. Но сейчас я оценил капитана как толкового и надёжного человека. С таким хоть в разведку, хоть в баню. Но это потом. Сейчас меня ждёт схватка с королевской тварью.

Клинок был прямым, с тяжёлым обухом и слегка изогнутым остриём, напоминающим палаш. Рукоять обмотана кожей, местами потёртой, но удобной для хвата. На перекрестье выгравированы символы, характерные для оружия городских стражей. Хороший по итогу клинок, но не мой формат, тяжеловат.

Перевожу взгляд опять на тварь. Она не даст мне по ней попасть, если будет знать об атаке. Без сомнений инстинкты у неё сильные, как и у меня. Придётся атаковать неожиданно — и надеяться на удачу. А можно подготовиться лучше и надеяться на силу тех знаний, что есть сейчас у меня.

— Теневое лезвие! — произношу про себя. Техника высшего порядка. Столько законов в её основе, столько контроля… Даже я сейчас чувствую лёгкий страх. Справлюсь ли в новом теле? Да плевать. Эта техника требует соединить энергию ветра с теневым планом и напитать контур так, чтобы атака не развалилась по пути. Это будет нелегко.

Начинаю черпать энергию, трансформируя её в ветер. Клинок, который мне дал капитан, станет усилителем и направляющим вектором атаки. Теневой план сделает её невидимой. Можно было бы использовать иллюзии, но на таком расстоянии они слишком слабеют. К сожалению… или, может, к счастью. Пока не решил. В общем, обмануть монстра не вариант.

Процесс формирования идёт полным ходом, а вокруг меня начался второй этап битвы.

Площадь перед церковью превратилась в настоящее поле боя. Призрачные мутировавшие олени, созданные Королём, представляли собой слабую, но многочисленную угрозу. Они двигались резко, словно тени, но их тела всё же имели физическую оболочку, что давало стражникам шанс с ними справляться. Горожане держались позади, защищая укрывшихся в церкви, а стражники сомкнули ряды, отражая атаки.

Капитан стражи не отходил от меня, прикрывая удары призрачных тварей. Их атаки были быстрыми, копыта легко проламывали дерево, а костяные наросты могли пробить даже доспех. Я заметил, как один из стражников упал под ударом, но двое других тут же вступили в бой, удерживая линию. Хорошо, что успели вытащить его из под атаки. А то итак слишком много смертей.

С каждой секундой бой становился напряжённее. Крики смешивались с топотом копыт, а воздух был пропитан запахом гари и крови. Монстры кружили вокруг, словно нащупывая слабое место в обороне, но стражники держались стойко. Однако Король продолжал насыщать поле боя своей энергией, создавая всё новые копии убитых существ. Стали даже приходить те, кого убили далеко от церкви. Так на поле появилась и королева. В этот момент король мутированных оленей взревел. Кажется он не ожидал, что его избранницу убили. Он был в бешенстве, но все равно в бой не уступал. Давление на защитников только усиливалось.

Я не мог отвлекаться. Пока стражники удерживали тварей, я сосредоточился на формировании Теневого лезвия. Но времени оставалось всё меньше. Король был невероятно силён, и затягивать бой значило лишь увеличивать число жертв.

Моё шестое чувство кричало благим матом. Появившаяся эфемерная королева желала мести. Откуда у мёртвых существ сохраняются эмоции и воспоминания — научники до сих пор не выяснили. Да и мне было не до этих знаний. Уж больно специфические способности. По моему скромному мнению, это был дар, уникальный для всего вида, который пробуждался только у королевских особ. Я про дар поднятие эфемерную нежить.

Шестое чувство не замолкало, Рыся показывала, что тварь набирает силы для броска. А я был на грани завершения Теневого лезвия. Прервусь сейчас — свалюсь от отката. Продолжу, но пропущу удар — мало не покажется. Блин! Резервы почти на нуле! Ладно, если что, без сил расковыряю любого!

— Пылай, птица Феникс! — мысленно отдаю приказ, и из моего тела вырывается жар дара. Пламя приобретает облик величественной птицы, которая, не колеблясь, устремляется прямо на королеву. Тварь потеряла всякий страх и рванула вперёд, пытаясь размазать феникса своей скоростью. За что и поплатилась. Мгновенно сгорела в бушующем огне.

Техника завершена. Я собираю последние силы для финальной атаки. Резкий взмах рукой — и невидимая линия устремляется к Королю мутировавших оленей. Но убийство его избранницы, кажется, сорвало сдерживающие инстинкты. Он собирался атаковать. А это плохо: если он уйдёт с линии атаки, я потеряю шанс и заготовленную энергию.

— Рыся, укуси его! Не дай ему сдвинуться! — кричу, не имея сил на что-то другое. Мой духовный план пусть. Хорошо, что мой теневой помощник всегда рядом.

Рыся появляется на голове монстра и без лишних затей вгрызается ему в ухо. Король замер, мотнул головой и сделал шаг в сторону. Лезвие прошло рядом и срезало почти все рога.

Рев был жуткий. Монстр лишился своей главной силы, через которую аккумулировалась его энергия. Без рогов эфемерные монстры и люди, которых он создавал, просто развеялись. Светящиеся обломки рогов упали на землю, но Король не обращал на них никакого внимания. Он впал в безумство и прыгнул прямо на меня.

Достаю Плевок и выстреливаю, но монстр, неожиданно для меня, совершил второй прыжок прямо в воздухе. Не знаю, от чего он оттолкнулся, но мой выстрел ушёл в молоко. Попытался перекатом уйти от удара, а затем выставил клинок перед собой.

Король ударил точно по клинку. Удар был мощным. Одно мгновение — и меня отбросило, словно пушечное ядро. Клинка в руках уже нет, Плевок тоже исчез. Я ничего не мог сделать. Мощь монстра вышвырнула меня за пределы города, прямо в реку Вятка.

Приземление было болезненным. Моё тело пробило водную гладь, как камень, сброшенный с высоты. Удар был сильный, и всё вокруг на миг померкло. Кажется я отключился.

Пробуждение было неприятным. Но кажется я был без сознания всего пару мгновений. Сразу начинаю анализировать свое состояние. Энергии нет. Моё тело поломано после удара и приземления. Кажется, правая рука повреждена, а ещё что-то… Пока не могу осознать, что именно. Остатки щита монстр смял одним ударом. А сейчас я с трудом барахтаюсь в воде, пытаясь не утонуть на берегу Вятки. Замечательно отдыхаю! Просто прелестно!

— Ар-р-р-р! — слышу рев Короля мутированных оленей. Он не оставит меня в живых. Мстительная тварь наверняка попытается добить. Нужно найти решение. И быстро.

Время, казалось, замедлилось, адреналин хлынул в кровь. Мысли летели с ужасающей скоростью, а мне оставалось только отметать бесполезные идеи. Жалкое зрелище, наверное: полудохлый пацан барахтается в воде, пытаясь не только не утонуть, но и спастись от королевской твари. Забавно… Стоп, кыш ненужные мысли!

Моё физическое состояние — хуже некуда. Энергетический план пуст. Оружия — нету. Что у меня осталось? Ничего. Я в полной заднице. И даже перерождение мне не светит. Феникс в спячке, а сил на его пробуждение у меня нет. Попал…

С трудом отталкиваюсь ногами и падаю спиной на косой берег. Лежу, смотрю в вечернее небо и горько улыбаюсь. Небо сереет, дым застилает половину горизонта. Совсем не радужно… А это что?

Мой взгляд зацепился за корень дерева, что торчал из земли у берега. Он выглядел, как спасительная ручка, к которой я тут же потянулся.

Душа! У меня ведь теперь есть новый ресурс. Мой душа!

Без раздумий ныряю в себя и погружаю сознание в сферу с воспоминаниями. Меня накрывает лёгкая эйфория. Мысли становятся радостными, как будто я только что нашёл решение всех своих проблем. Странно, но мне плевать.

По отработанной схеме тяну частицу души к корню и открываю её для всего. Раз — и я растворяюсь в древесной сущности.

Мысли меняются полностью. Я вижу мир иначе. Прежние переживания исчезают, всё кажется упрощённым, почти спокойным. В этот момент в реку с громким всплеском приземляется Король мутированных оленей. Волна окатила моё тело, но сейчас я был не человеком. Я стал деревом. И вода больше не была препятствием — наоборот, она стала благом. Мое тело даже не закашлялось от воды, что попала в нос и глотку.

Король бесновался, водя носом из стороны в сторону в тщетной попытке найти меня. Словно после Слияния даже мой запах исчез, слившись с древесным миром. Тварь подошла к моему телу, что лежало неподвижно у корней, но она его не видела. Удивительная способность.

Тяжёлый удар копытом. Словно он пытался найти меня на дне реки. И попал ведь, зараза. Я услышал хруст. Кажется, эта скотина сломала мне ногу. Плевать. Сейчас я что-то большее, чем человек. Для этой твари я невидим.

Так и оказалось. Король продолжал искать меня, топая и рыча, а затем резко прыгнул вверх и помчался в сторону леса. В той стороне как раз находится лагерь скоморохов. Похоже тварь уловила мой старый след. Интересно, что Димитрий сделает с монстром. Может, договорится? Плевать. Тварь ушла, а значит мне пора возвращаться в свое тело.

— Спасибо, родной, что прикрыл и пустил к себе. — мысленно посылаю сигнал через душу дереву и получаю положительный отклик.

Аккуратно разрываю связь, но тут же содрогаюсь от боли. Я не ожидал, что будет настолько больно. Каждая клетка тела ныла, а от сломанной ноги хотелось выть. Монстр реально сломал мне ногу. Гад!

Не знаю, сколько я пролежал, но в какой-то момент услышал звук падающих камней, а затем чей-то восклик:

— Он здесь!

Похоже, меня искали. Приятно, конечно, но как-то всё равно. У меня есть дела поважнее.

В воздухе витало столько аномальной энергии, что, даже лёжа в воде, я умудрился впитать часть этой дармовой силы. С её помощью запустил медитативные техники поглощения. Если бы кто-то сейчас посмотрел на мир вокруг меня энергетическим зрением, он бы увидел огромную воронку, что покрывает половину города. Только так у меня будет шанс уйти отсюда на своих двоих. Хотя, почему шанс? Я уже успешно собрал один уровень духовного плана и он продолжал наполняться.

Но раз меня нашли, пора заодно срастить кости и восстановить повреждения. Не хватало ещё лежать здесь, как побитая собака когда ко мне спустится.

Через пять минут к речке спустился капитан стражи. Я глубоко вздохнул и начал медленно подниматься на ноги.

— Ваше благородие! Как вы? Я уж не надеялся, что живы… — мужчина выглядел удивлённым, особенно когда увидел, как у меня, еле стоящего на ногах, прямо сейчас рука буквально на глазах заживает, а кости встают на место.

— Не сумел его убить. Но тварь ушла. В лес. Я позже отправлюсь и найду её. Сейчас бы немного отдохнуть… — говорю я, разминая восстановленную руку.

— Конечно, ваше благородие, конечно. Пойдёмте наверх, негоже тут в воде стоять, ещё заболеть можно… Вы ведь можете заболеть? — молчаливый до этого капитан стражи вдруг стал сильно разговорчивым. Похоже как только опасность миновала, он сбросил маску сурового командира.

Меня это не раздражало — обычная человеческая реакция.

— Да, могу. Кстати, как мне тебя называть?

— Святогор, ваше благородие. — он слегка склонил голову и замолчал, ожидая ответа.

— Меня Максимилианом зовут. Послушай, Святогор. Вон то дерево — оно спасло мне жизнь. Я хотел бы попросить, не трогайте его, если будет такая возможность. Не срубать, хорошо? — я указал на большой дуб, что стоял на краю обрыва у реки. Именно его корень меня спас.

— Будет исполнено, ваше благородие! — капитан отдал честь. Забавный он. Это ведь была просьба, а не приказ.

Я проверяю, что конечности меня слушаются, энергия снова покоится в духовном плане. Медленно подхожу к капитану, а затем, с его помощью и помощью бойцов, выбираюсь из реки.

Мой взгляд сам собой падает на город и его окрестности. Как же сильно потрепало Вятку. Два выброса, и вот они — последствия.

Если бы это была столица, эти монстры и шага сделать бы не смогли. Наши научники уже активно используют мазовские материалы для создания самолётов, вертолётов, танков, машин, оружия. Но это идёт так медленно… До регионов всё доходит слишком поздно. Да и аристократы не спешат делиться благами с подопечными. Уверен, на территориях усадеб вятских аристократов ни одна тварь даже не появилась. Еще на подходах всех убили. Как-то всё это неправильно…

— Ваше благородие… — услышал я голос Святогора и обернулся к нему. Мужчина стоял рядом со своими подчинёнными, у одного из которых в руках был мой Плевок. Это был парнишка лет двадцати четырёх — того самого бойцы вытащил из-под копыт оленя во время второй фазы битвы. Он вышел вперёд и протянул оружие мне.

— Спасибо, ваше благородие. — сказал он, а затем остальные стражники отдали честь.

Давно такого со мной не было. Чтобы так благодарили… Или всё дело во мне старом? Под конец своей прошлой жизни я почти не участвовал в зачистках аномалий. Моё место занимала гвардия, специальное подразделение для уничтожения тварей и сбора ресурсов. Я сам давно не выходил в поле. А сейчас… Сейчас я испытываю приятные чувства от благодарности, которая исходила от этих людей.

Беру оружие и проверяю заряд. Конденсатора хватит на один выстрел, потом потребуется смена магазина. У меня ещё четыре обоймы. Отлично, да и заодно выяснил, что в сумме Плевок может выдать шесть выстрелов на один магазин. Неплохо, учитывая его мощь. Хорошую штуку Николя сделал для меня.

Я не хотел попасть в ситуацию, когда снаряды закончатся в самый неподходящий момент, поэтому сразу поменял магазин и убрал оружие в кобуру вместе с почти пустой обоймой. Пригодится.

Пока я разбирался с Плевком, к нам стали подтягиваться жители города. Среди них я заметил священника, которого сильно потрепало.

Он был мужчиной лет пятидесяти, с седыми, густыми волосами и бородой, в которой запутались грязь и кровь. Одежда его, тёмная ряса с белой вставкой на вороте, была изодрана. На левом плече виднелась рана, аккуратно перевязанная грубой тканью, сквозь которую уже проступала кровь. Правая рука висела неестественно, словно была вывихнута или сломана. Несмотря на видимые повреждения, священник держался прямо, хотя лицо его было бледным, а губы подрагивали.

Он шёл во главе группы спасённых, и, честно говоря, мне это не нравилось. Город разрушен, столько смертей, а они идут благодарить? Не время этому. Но кто ещё поддержит мою точку зрения…

— Храни вас Бог, ваше благородие! — произнёс священник, и тут же остальные начали крестить меня.

Моё мнение о религии давно сложилось. Хотят благословлять? Пусть благословляют. Хуже не будет.

— Ваше благородие, там остались рога этого чудовища. Они сияют и пугают народ. Можете их забрать? Или уничтожить?

— Рога? Забрать или уничтожить… — пробормотал я, а в голове уже начала формироваться небольшая идея. — У вас есть толковый кузнец? Выжил при нападении?

— Никон-то? Конечно жив, ваше благородие! Он своими руками подковы гнёт, так что с ним ничего не случится. — священник даже улыбнулся, несмотря на свои раны.

— Отлично. Сейчас в городе нужно сделать много, и не в моих правилах мешать вам в восстановлении и прощании с близкими. Если кто-то один проводит меня до рогов, а потом до Никона, я буду благодарен.

— Я сопровожу вас, ваше благородие. — Святогор выпрямился, а потом слегка смутился. — Если позволите.

— Договорились, Святогор. Веди меня.

Прощаюсь со всеми и иду за ним в сторону церкви, где лежали срезанные рога. По пути замечаю взгляды горожан. Интересно, как они относятся ко мне после всего случившегося? Вроде я мальчишка, но уже истребитель монстров. И, кажется, они судят меня не по возрасту, а по делам. Я спас многих, и это заметили. Приятное чувство. Оно словно греет мою душу. Интересно.

Глава 11. Простые радости

Рога королевского мутированного оленя издавна считались ценным материалом для создания различных изделий. В частности, их часто использовали при производстве рукоятей для мечей. Со временем, при должных финансовых вложениях в артификацию, оружие из такого материала даже могло обрести собственную волю. Что делало обладателя такого меча поистине сильнее.

Но в данном случае рога были заряжены по самое не балуй. Монстр, жаждущий моей смерти, не жалел сил, напитывая своё главное оружие. С одной стороны, из такого материала уже не сделать умное орудие. С другой, это открывало возможность создать что-то более массовое — дешёвые в производстве, но эффективные защитные артефакты. Да и шанс на успех в данном предприятии сильно выше.

А я, как-никак, еще и сын кузнеца в прошлой жизни. Моё состояние во многом было построено на производстве всего, что приходило мне в голову. Опыт у меня был, и я собирался воспользоваться им прямо сейчас, пока у меня была такая возможность.

— Господин Максимилиан, позвольте полюбопытствовать, что вы собираетесь делать с рогами этого чудовища? — шедший рядом Святогор не удержался от вопроса.

— Хочу сделать защитные амулеты, которые могли бы уберечь от подобных угроз. — отвечаю. И тут во мне что-то словно щёлкает.

Моя душа будто вздрогнула, словно заныла. Необычное чувство — она явно чего-то ждала от меня. Но чего? Это были не мои мысли, не моё решение. Она пульсировала, будто задавая вопрос: Решай. Следовать своим планам или сделать так, как велю я?

Это было странно. Почему моя собственная душа имела мнение, противоположное моему? И почему я был готов с ней согласиться? Изначально я планировал сделать от ста до ста пятидесяти амулетов, оставить себе несколько, а остальное продать. На этой сделке я бы заработал столько, что с лёгкостью долетел бы до Ханова в первом классе. А после еще и осталось бы.

А тут со мной что-то происходит. Странно, но я отпустил ситуацию и выдохнул. Слова, которые я произнёс дальше, явно были продиктованы не разумом, а моей душой.

— Я хочу раздать амулеты детям, которых я спас. Также священнику, который защищал жителей своей шкурой и не дрогнул. Часть выделю вашей гвардии и тебе в частности, Святогор.

Капитан стражи остановился, будто вкопанный. Я сделал ещё пару шагов, затем развернулся к нему, не глядя ему в лицо, и продолжил:

— Если у меня всё получится, один такой амулет будет равен мне по силе. Он сможет защитить от тех угроз, которые, возможно, свалятся на ваш город в будущем. Я ведь не смогу быть с сами все время. Мне нужно двигаться дальше.

— Ваше благородие… — Святогор говорил медленно, будто подбирая слова. Я посмотрел на него и увидел его шокированное лицо. Немного неловко видеть, как взрослый человек, привыкший к крови и битвам, расчувствовался.

— Ваше благородие, вы… Вы другой. Для меня честь лично знать вас.

— Да я же ещё ничего не сделал. Пойдём скорее, Святогор. У меня ещё столько работы, а я ужасно устал.

— Конечно, ваше благородие. Конечно! Если хотите, можете отдохнуть у меня дома. Баньку растопим, жена моя Светушка накормит так, что век потом будете вспоминать. — с улыбкой предложил Святогор.

— С удовольствием приму приглашение, но сначала — дело.

В этот момент я увидел уцелевшую церковь. Она стояла немного на отшибе, а недалеко от неё на деревянной крыше в сумерках сияли срезанные рога Короля. Их голубой свет мерцал, словно дразнил. Я забрался наверх и подошёл к материалу, напитал руки духовной энергией и только тогда взял рога. Не хотелось сгореть от той враждебной мощи, что таилась внутри.

Святогор повёл меня дальше к кузнецу, когда я спустился. Мы направились на южную сторону города, где моё участие не потребовалось: нападение с двух выбросов произошло с противоположной стороны, и здесь было относительно спокойно. Хотя я успел заметить несколько трупов монстров — значит, и тут шли бои. Среди прочего, видел одну из телег с сорванным колесом и обломки чьей-то крыши. Похоже, отдельные твари пробивались через город, но их быстро остановили.

Мы подошли к небольшой речке, что брала своё начало в Вятке. На возвышенности стоял внушительный дом. Его фасад был сделан из добротных бревен, на окнах виднелись ставни с резными узорами, а крыша была крыта тёмной дранкой. У дома располагалась просторная кузница, судя по размеру трубы и толстым стенам, укреплённым камнем. Из дымохода валил густой дым, словно её только недавно разожгли. У входа стояли связки старых подков и инструментов: молоты, клещи, напильники, ржавые от долгого использования. Во дворе виднелись следы от копыт и лап — вероятно, сюда приводили лошадей или даже более крупных животных.

Мы прошли за ворота, распахнутые настежь, и тут нам навстречу выбежала большая мохнатая собака. Огромный волкодав мчался к нам с такой скоростью, что казалось, он собирался напасть.

Боковым зрением я заметил, что Святогор даже не дёрнулся. Поэтому и я остался стоять спокойно. Лишь когда до нас оставалось меньше метра, волкодав прыгнул на меня… И начал с энтузиазмом лизать лицо.

Думал, сожрёт, а он ласкается.

— У вас доброе сердце, ваше благородие. Даже Обуш это чувствует. — Святогор улыбнулся, будто подтвердил свои мысли.

А вот почему собака так тепло меня приняла, я не понял. С ними у меня всегда были непростые отношения. Ещё в далёком детстве одна из них напугала меня до чёртиков и гнала до самого дома. С тех пор я не питал любви к собакам, предпочитая кошачьих. И они, кстати, чувствовали это и отвечали мне взаимностью. А тут — странное дело.

— Привет, Обуш, привет. — Святогор потрепал волкодава по голове, перехватив внимание зверя на себя. Теперь уже его начали облизывать. — Ну хватит, хватит. Веди нас, как ты умеешь, к хозяину, Обуш.

Волкодав громко гавкнул и потрусил вглубь двора, а мы пошли следом. Вскоре вышли к просторной открытой кузне, где работал настоящий великан, значительно превосходящий всех остальных жителей города и меня в том числе.

Этот человек был ростом под два метра, а возможно, и выше. Широкоплечий, с руками, словно выкованными из стали, он двигался медленно. Мускулы перекатывались под обветренной кожей, покрытой мелкими шрамами и ожогами. Его короткие волосы были выжжены на концах искрами или жаром от печи, а густая борода, аккуратно подстриженная, обрамляла суровое лицо. Глаза светло-серые, с тяжёлым, проницательным взглядом. На нём была простая, но крепкая одежда: толстая рубаха, передник из кожи и рабочие сапоги, изрядно стоптанные.

Рядом с ним, на длинном столе, лежали молоты, клещи и другие инструменты. Один из молотов был необычайно велик, будто предназначался не человеку, а гиганту. Кузнец поднял его одной рукой, словно это было не больше чем палка, и начал постукивать по детали, которую держал другой рукой в клещах.

— Подождите здесь, ваше благородие. Никон — человек сложный. В отличие от Обуша, его расположение заслужить куда труднее. — сказал Святогор, поклонился и направился к кузнецу.

Они говорили долго, минут десять. Я быстро заскучал и переключил внимание на свою душу. Она теперь выглядела совершенно иначе. Не как безжизненная сфера, какой я её видел раньше. Сейчас она словно жила, пульсировала, излучая радость и тепло. Кажется, я всё сделал правильно, когда решил помочь жителям Вятки.

Потом я обратил внимание на рога Короля мутировавших оленей. Я внимательно их осмотрел. Этот заряженный энергией материал был идеальным для создания защитных амулетов. Ровный срез, никаких сколов или трещин. По состоянию рогов было понятно, что особь была зрелой, но ещё не старой. По всем критериям, это был идеальный материал.

Пока я занимался своим делом, Святогор завершил переговоры и помахал мне рукой. Подхожу к мужчинам и тут же удивляюсь. Кузнец, не колеблясь, протянул мне руку для рукопожатия. Это непривычно, ведь в отношении людей разных сословий такое не приветствуется. Лично меня это не заденет, но если бы это был какой-нибудь аристократ, для которого статус — это вся жизнь, то Никон мог бы поплатиться за это.

Я пожимаю ему руку, и Святогор, отойдя в сторону, начинает играть с собакой. Кузнец остаётся стоять и внимательно смотрит на меня. Похоже, он не особо разговорчив. Что ж, так даже проще. Я кладу рога на ближайший стол и говорю:

— Нужно аккуратно срезать куски в два пальца толщиной. — я продемонстрировал, отмерив пальцами нужный размер. — Для тебя один палец толщиной. Мизинец. Я покажу тебе это разок, потом пойду отдыхать. Вечер был тяжёлым. Хорошо?

Никон всё ещё молчит и просто смотрит на меня. Я отвечаю сам себе: «Хорошо» и достаю свой клинок. Лезвие немного перекорежено, не достается до конца, но этого хватает, чтобы работать. Я напитываю клинок энергией ветра и, аккуратно работая, срезаю нужный кусок.

— Если не получится, дождись меня. После отдыха вместе всё сделаем. Сейчас из этого куска сделаем наконечник стрелы. — я собирался убрать клинок в ножны, но Никон перехватил мою руку и забрал оружие. Я едва успел среагировать. Такое отношение немного ущемляет моё чувство собственного достоинства. В былые времена, после наставлений Акулы, мало кто мог сравниться со мной по чистой силе, особенно среди физиков. Обычные люди, вообще, даже близко не стояли на том уровне, что был у меня. А сейчас вон, раз и отобрали.

Он забрал клинок и сразу же взялся за рога. Я даже не успел дернуться. Его ладонь загорелась светом, и он не поморщился, словно это было для него естественно. Перенёс материал в сторону и продолжил слушать меня. Отряхивая обожженную руку. Я надеюсь, он не дурак.

— Теперь делаем наконечник стрелы, как я и говорил. Позволишь? — я показал на инструменты.

Здоровяк кивнул. Подхожу к столу и начинаю работать с кусочком рога, как с настоящим металлом. Материал был довольно плотным и крепким, но одновременно податливым. Он не ломался и не трескался при нагреве, что позволяло ему сохранять прочность и форму. Я аккуратно подогрел его, срезал лишние части и стал вытачивать наконечник стрелы.

Процесс был сложным. Я использовал специальные инструменты: зубчатые ножи, чтобы аккуратно срезать углы, и молоток с тисками для выравнивания формы. Это был такой же процесс, как работа с металлом, только здесь нужно было учитывать уникальные особенности материала. При нагреве рога начинали светиться синим светом, что являлось признаком того, что материал находится в нужной стадии обработки. После этого я продолжал точить и шлифовать наконечник до нужной формы, пока он не стал слегка закругленным и аккуратным. Напоминал по форме сердце.

Наконец, когда работа была завершена, я достал готовый наконечник стрелы. Он светился синим светом, и это было хорошим знаком.

— Если рог перестал светиться, значит, что-то было сделано не так. Заготовка испорчена. Тогда начинаем сначала. Не более пяти браков. Это важно. — я взглянул на Никона, чтобы он понял всю серьёзность. — И дополнительно затачивать его не нужно, это уже готовый предмет. Всё ясно?

Сторонний наблюдатель мог бы спросить, а чего это наконечник не нужно затачивать? То я бы ему напомнил, что это в первую очередь амулет для защиты. Им не будут стрелять, его будут носить на шее. И мне бы не хотелось, чтобы дети поранились им. Ну и еще, в данном случае, форма тоже важна. Мне еще заряжать и ставить активацию на предмет.

Никон так и не ответил мне. Он молча проводил взглядом, пока я вместе со Святогором выходил из кузницы, и лишь когда мы скрылись из поля зрения, наконец проявил хоть какой-то интерес к заготовке.

Я не мог оставить его без присмотра, поэтому рядом с кузнецом сидела Рыся. Она передавала мне процесс через связь. Никон был молчаливым, но не глупым. Это радовало.

Ночь опустилась на город, и те, кого атака монстров оставила без крыши над головой, нашли приют у соседей или в церкви. Единственными, кто не спал в эту ночь, была стража. Святогор поднял всех, и я понимал его. Даже одна затаившаяся тварь могла стать огромной проблемой под покровом темноты.

Пока мы шли, Святогор рассказывал о положении дел в городе. Запасы продовольствия были истощены, ведь часть складов уничтожили монстры. Многие жители лишились домов, а некоторым теперь предстояло жить впроголодь, пока не восстановится торговля. Основные дороги на север были сейчас опасны — наверняка слухи о выбросах начали отпугивать торговцев, и караваны не спешили двигаться в Вятку. Обычное дело.

— Вот баронов вокруг хватает, а помощи-то от них никакой. Ни одного гонца, ни одного солдата. Даже в город не явились. = Святогор говорил с явным раздражением. — А что бы их дворцы не тронули? У каждого усадьба с каменными стенами, кругом охрана. А про нас и думать не хотят.

— Почему не помогли? — спросил я больше для формальности.

— Да кто их знает, ваше благородие. Может, выбросы их тоже затронули. А может, и просто сидели у себя, ждали, пока всё пройдёт.

Бароны, судя по словам Святогора, действительно не помогли. Ни один из трёх крупных земельных владельцев в округе не прислал даже части своих сил. Их усадьбы были хорошо укреплены: массивные стены, склады с продовольствием, вооружённая охрана. А главное, бароны располагались слишком далеко от мест, где прошли выбросы. У них была возможность помочь, но по какой-то причине они этого не сделали.

Если бы мне было интересно, я бы навестил их и выяснил, что им помешало явиться на выручку. Но в данном случае я был просто истребителем монстров, и ничего толком сделать не мог. А жители… Жители всё равно остались бы наедине с этой проблемой.

Пока мы болтали, подошли к освещённому двору. Дом Святогора был простым, но добротным. Сруб из толстых бревен тёмного цвета, крыша покрыта дранкой, местами уже почерневшей от времени и осадков. У окон висели аккуратные ставни, покрашенные в зелёный цвет, а на крыльце стоял небольшой табурет с ведром воды. Во дворе виднелись дровяник и небольшой сарай. На стене дома висели инструменты, в основном плотницкие: топор, пила и рубанок. Освещался двор парой электрических ламп, которые стояли на деревянных столбах по обе стороны калитки. Судя по энергетическому следу, у Святогора был Мазовский генератор на случай обрыва линии.

— Вот и мой дом. Проходите, ваше благородие. — сказал Святогор, открывая дверь. — Сейчас отужинаем, а после, если позволите, я вас отпарю в баньке.

— Можешь обращаться ко мне по простому. На ты. Просто Макс. — ответил я. Святогор кивнул, и мы прошли внутрь.

Дом внутри был тёплым и уютным. Просторная горница с большим столом посередине. На полках у стены стояли глиняные горшки и миски, возле печи висели кухонные принадлежности. В углу горел керосиновый светильник, а пол был устлан домотканными половиками.

Остаток вечера прошёл тихо и спокойно, настолько, что я даже расчувствовался. Мне кажется, я давно так не отдыхал.

Жена Святогора оказалась красавицей и умницей. Она угостила меня блинами и борщом, а потом Святогор, немного смущаясь, достал самогон. Он явно не знал, стоит ли угощать меня. Я на вид молодой парень, но все еще подросток. Знал бы он мой настоящий возраст — охренел бы. Забавный он. Я отказался. Никогда не был любителем спиртного, а в новом теле травить себя — тем более. Мне и так было хорошо.

После ужина мы отправились в баню. Не самая лучшая идея после обильного ужина, но я не мог отказаться — пах я не лучшим образом. Час провели в парной, и у Святогора даже нашлась купель. Пусть небольшая, но после парилки — в самый раз. Хорошо! Я был доволен.

После бани меня уложили на печь, и я отключился, как младенец. Тепло каменной кладки и полная усталость сделали своё дело.

Утро выдалось тяжёлым. Всё тело болело, а когда я поднялся с печи, оказалось, что уже вечерело. Я редко сплю долго, но молодое тело требовало времени на восстановление. Раз уж выдалась такая возможность, то почему бы и не дать себе отдохнуть? Ведь именно этого я хотел, когда пожертвовал прошлым Максимилианом. Просто отдохнуть…

— Здравствуй, хозяюшка. — сказал я, проходя на кухню. Светлана в этот момент готовила пирожки. Запах капусты сразу ударил в нос. Она вздрогнула от неожиданности, но тут же улыбнулась.

— Проснулись, ваше благородие? Проходите к столу. Пирожки с пылу с жару. С капусткой.

— Сначала приведу себя в порядок, разомнусь, и обязательно попробую. А где Святогор?

— Так на службе. В городе бардак, нужны все люди. Вот он с утра и ушёл.

Кивнув, я вышел на улицу. Воздух был свежим, с лёгким привкусом свежеспиленного дерева. В городе сейчас активно шло восстановление. Потянулся всем телом, нашёл воды и умылся. Потом приступил к тренировке. Горячие пирожки, судя по всему, остынут, но это ничего — тренировка сейчас важнее.

Я потратил целый час, нагружая себя по полной программе, даже используя элементы духовного плана и души. Пресс, подтягивания, удары по воображаемым мишеням. Жаль, что у меня сейчас нет тренировочного костюма.

— Эх, было бы в самый раз. — подумал я, заканчивая упражнения и выливая на себя ведро холодной воды.

Проверив через Рысю, как дела у Никона, я удовлетворённо хмыкнул. Он справлялся. Мужчина уже сделал половину заготовок, и, честно говоря, я ожидал меньшего. Никон не обладал моей силой, но это не мешало ему быть мастером своего дела.

Вернувшись в дом, я встретил укоризненный взгляд хозяйки, но, невзирая на него, сел за стол и съел остывшие пирожки. Потом запил их чаем с мёдом.

— Вкуснотища! — похвалил я, поглаживая себя по животу. — Спасибо, хозяюшка. Накормила, так накормила.

— На здоровье, ваше благородие. — тепло ответила она.

Попрощавшись с ней, я направился к кузнице. Нужно было закончить работу с артефактами. Раз уж я пообещал, то доведу дело до конца. Я мог быть плохим человеком, но против своей чести никогда не шёл. Сдержу слово и продолжу свой путь и обучение у скоморохов.

Глава 12. Дары приносящий

Когда я пришёл в кузницу, Никон встретил меня простым рукопожатием. Никаких слов, даже минимального приветствия. Не считая, собственно, рукопожатия. Честно говоря, даже его собака была приветливее. Правда она уже не пыталась облизывать меня от макушки до подбородка. Просто ластилась.

За то время, пока я отдыхал, Никон, похоже, не сомкнул глаз. На рабочем столе лежали восемьдесят заготовок, и лишь три оказались бракованными. При этом я быстро выяснил, что испорченные изделия появились не из-за ошибок кузнеца, а из-за его желания сделать что-то необычное — вероятно, попытка отдать дань уважения мне.

Я взял в руки одну из заготовок, похожую на наконечник стрелы. На её поверхности была начертана руна. Нет, не просто руна… РУНА. Древнерусская. Символ «Мыслете».

— Что это за дела? И зачем? — вопросы в моей голове звучали куда грубее. Всё-таки это была настоящая рунопись, связанная с артефактикой. Даже удивительно, что из-за такого вмешательства было испорчено всего три заготовки. Но меня все еще удивляет, что он успешно начертил Мыслете, да еще и она легка как нужно!

На мой вопрос Никон не ответил. Он только слегка кивнул и сделал жест рукой, словно благодарит. Понять его было несложно. Святогор, вероятно, рассказал обо мне, может быть, даже приукрасил. Вот кузнец и решил таким образом выразить благодарность. Начертить первую букву моего имени.

— Ну ты даёшь… — сказал я, с лёгкой усмешкой, и начал прощупывать энергоструктуру заготовки.

То, что я увидел, поразило меня. Кузнец, желая отдать дань моему имени или статусу, сделал из защитного амулета ещё и инструмент, усиливающий мозговую деятельность.

Символ «Мыслете» на языке рун символизирует процесс осмысления, генерацию идей, уплотнение хаоса пространства в мысль — то есть превращение неоформленных потоков энергии в логическую форму. При правильной артификации такая руна усиливает мыслительный процесс, делает ум более ясным и последовательным. Если говорить проще, Никон создал крайне полезную штуку. Которая еще и работала как нужно.

И ещё. Я с удивлением понял, что в текущем, новом теле, я нашёл себе одарённого рунописца. Никон явно обладал талантом, который мог развиваться дальше. Удивительно.

— Ладно, продолжай, а я пока займусь активацией защитного режима. — говорю я Никону и принимаюсь за создание конструкта.

Просто сломать или повредить заготовку — бессмысленно. Энергия просто растворится в реальности, и ничего не произойдёт. А наша задача — сделать так, чтобы она приняла форму тех, кто сможет защитить владельца амулета. В данном случае это будут духи умерших. Ничего не поделаешь — такая сила была у Короля мутированных оленей. И тут тоже стоит уточнить, что в варианте монстра, сила поднимала души только что упокоенных людей. А я знаю методы, которые позволит поднять тех, кто умер по линии крови. Таким знаниям я обязан Тибетским монахам. Они хранили столько разных техник, что даже удивительно, как не пришибли меня, когда я вломился в их библиотеку.

Первая часть работы была относительно простой. Я собственными силами завязывал энергетические узлы внутри каналов изделия. Это позволяло стабилизировать поток энергии и придать заготовке структуру, способную активировать защитные свойства. Работа требовала высокой точности, но занимала немного времени.

Дальше, во второй части, нужно было создать энергетический сигил заготовки, чтобы вызывался именно дух того, кто был причастен владельцу. И даже не один, но тут зависит от духов умерших. Там целый мир, поэтому я его немного опасаюсь и уважаю. И честно не понимаю тех, кто утверждает, что духов нет.

Сложнее было с третьей частью. Нужно было убедиться, что духи, вызванные амулетом, понимали, кого защищать. У монстра, с чьей силы мы работали, источник энергии находился прямо на голове. Призванные сущности «знали», кому служить, из-за прямой привязки к хозяину. А тут нужно было не просто удерживать энергию в амулете, но и записать в его структуру своего рода идентификатор владельца.

Для этого я выделил часть энергии и связал её с заготовкой, оставив запас, можно сказать свой слепок — некий отпечаток владельца, который духи смогут распознавать в виде амулета. Дополнительно, благодаря работе Никона и его рунам, амулет получил фоновый эффект: усиление мыслительной деятельности. Теперь частичка силы не только служила защитой, но и улучшала работу мозга.

Сторонний наблюдатель мог бы спросить, а зачем нужно указывать духам, кого защищать, если это духи по крови. Может даже твоя бабушка появится. Она что, не знает, кто ее родня? А я отвечу, что у духов все сложнее. Они вообще, порой, немного не в себе.

На первую заготовку у меня ушло тридцать минут. Неплохой результат, если учесть сложность процесса. Но когда я подумал о том, что таких амулетов планируется около ста пятидесяти, стало не по себе.

Тридцать минут на один, значит, четыре дня непрерывной работы, если не спать и не отдыхать. Ужас… И во что я ввязался? Тяжело вздохнул и оглянулся на кузнеца. Никон продолжал работать над следующими заготовками. Еще раз вздохнул, предстояло настроиться на долгую, изнуряющую работу. Ведь обещание я дал, а слово держу всегда.

Но был и плюс во всей этой работе. Я развивал и без того неплохие навыки артефактики. Постепенно, стараясь работать быстрее, я осознал то, что упустил в прошлой жизни. Манипуляции мои стали четче. Тратил меньше движений. И научился делать заготовки.

Теперь я тратил на каждую деталь на пять минут меньше. Кто-то мог бы сказать: «Ну и что такого? Всего-то пять минут!» Но нужно помнить, что я достиг серьёзных высот в деле управления энергией. Улучшить результат даже на минуту — это уже значительный рост. А тут целых пять! Честно говоря, я горд собой.

Однако на всё требуется время. Погрузившись в монотонную работу, я даже не заметил, сколько часов или даже дней прошло. Никон закончил делать заготовки, что означало: прошло уже два дня. После этого он ушёл в дом. Некоторое время его не было — скорее всего, он спал. Вернувшись, мужчина занялся чем-то совершенно другим, никак не связанным с моей задачей.

На третий день я, похоже, просто вырубился. Помню, как, заканчивая амулет, был напряжён до предела. Завершив третий этап, почувствовал, будто ноги подкосились. А дальше… Пустота.

Проснулся я в доме Никона. Это было максимально простое жилище, грубое и аскетичное, словно здесь не ступала женская нога. Массивные деревянные стены, полы из грубо обработанных досок. У одной из стен стоял длинный рабочий стол с раскиданными инструментами: молотки, напильники, клещи. Угол занимала большая лежанка, покрытая старым сукном. Печь выглядела внушительно, но совсем не ухоженно — камни на ней потемнели от копоти, а в углу валялись остатки дров. На окнах не было занавесок, только деревянные ставни, которые сейчас были плотно закрыты.

Самое удивительное, что я обнаружил — это мой клинок. Он лежал на табуретке рядом с кроватью. Никон его не просто починил, он улучшил!

Я взял оружие в руки, проверил механизм, и клинок мягко выстрелил во всю длину. Сталь переливалась масляными разводами, словно её наполнили особой энергией. Я попытался сканировать металл своей энергией, но не смог пробиться.

— Что за?! — воскликнул я.

Откуда у этого кузнеца фаза аномальной блокировки? Я был шокирован. Такой материал — редкость. С таким клинком можно принимать на себя чистую духовную энергию противника и не бояться, что она уничтожит меня.

— Как он, чёрт возьми, научился перековке металла с аномальными свойствами?

Мой вопрос остался без ответа. Никон, словно услышав мои возгласы, вошёл в дом. Он улыбнулся уголками губ, но не сказал ни слова.

— Как? — смог выдавить я.

Кузнец только пожал плечами, махнул рукой, приглашая меня выйти. Я кивнул, одним движением сложил клинок и пошёл за ним.

На улице было утро. Небо светилось мягким светом, и воздух был свеж, напоён запахом росы. Почувствовав это, я потянулся всем телом. Никон остановился, посмотрел на меня задумчиво, почесал бороду и снова махнул рукой, подгоняя.

— Извини, но есть ритуалы, которые нельзя пропускать. Разминка — один из них. Сначала заряд бодрости, а потом дела. Если не горит. Ведь не горит? — спросил я.

Никон отрицательно махнул головой.

— Ну и отлично. Скоро закончу.

Час тренировок — обязательный пункт моего дня. Если уж делать, то как следует. Я не собирался пропускать этот ритуал. После завершения упражнений вылил на себя ведро холодной воды и с удовольствием отметил, что мышцы разогреты, а тело бодро.

Когда я вернулся к кузнице, увидел, что Никон приделал всем амулетам верёвочки. Теперь больше сотни предметов висели на верёвках и светились мягким синим светом на деревянной перекладине.

— Я что, всё закончил? — спросил я, поднимая взгляд на кузнеца. — Даже не помню ничего.

Он кивнул.

— Действительно не помню этого… А почему не раздал? Чего развесил?

Никон молча покачал головой и ткнул мне пальцем в грудь. Казалось бы, простой жест, но я почувствовал его, словно это был удар в броню.

— Силен. — пробормотал я, потирая грудь.

— Ну ладно, значит, раздавать амулеты мне. — сказал я со вздохом, готовясь к очередной задаче.

На самом деле, я не люблю такие мероприятия. Мне уже столько лет, а перед предстоящей раздачей амулетов ощущаю какой-то необъяснимый стыд. Честно говоря, не знаю, почему. Может, потому что мне нужно будет ходить и вручать детям амулеты, а потом — духовнику, а следом и стражам города. Как-то это всё кажется неловким, неуютным. Но деваться некуда: раз пообещал, будь добр исполнять.

Я протянул руку, чтобы начать снимать амулеты, но Никон снова меня остановил. Он просто плечом поддел палку, на которой висели все готовые изделия, и вся конструкция легко легла на его плечи. Получилось нечто вроде коромысла, с резьбой на концах, чтобы амулеты не сваливались.

В этот момент Никон выглядел забавно: великан, весь в мягком синем свечении, словно гигантское новогоднее украшение. Он махнул мне головой и направился к выходу. Я пошёл следом.

Самое интересное началось дальше. Утром на улицах было немного людей, но те, кто нас видел, тут же убегали куда-то. По моим ощущениям, они возвращались к себе домой.

— Что за ерунда? Ощущаю какой-то сговор… — подумал я и, на всякий случай, накинул на себя воздушный доспех.

Мы продолжали идти в сторону дома сиротки, а людей вокруг становилось всё меньше. Их словно ветром сдувало с улиц. Это казалось подозрительным, и я уже хотел отправить Рысю на разведку, но тут мы подошли к нашему пункту назначения.

Дом сиротки был отремонтирован. Бревенчатые стены выглядели как новые, свежевыкрашенные в тёплый охристый цвет, а крыша покрыта новой дранкой. Но даже это не привлекло моего внимания так сильно, как дети.

Перед зданием стояла группа детей — сорок пять, может, и больше. Чисто по прикидкам, человек пятьдесят стояло передо мной. С ними были две нянечки и две воспитательницы. Я их помнил. Они защищали детей до последнего. Я такое уважаю.

Рядом стояла делегация из пяти взрослых мужчин. Все бородатые, в дорогих одеждах, которые выглядели непропорционально нарядно на фоне только что пережившего нападение города. Даже думать не нужно было, чтобы понять: это руководители Вятки.

Одного я узнал сразу — Болгарский, статский советник. Он был здесь главным. Остальные, судя по всему, бояре и местная аристократия, которые, мягко говоря, не пришли городу на помощь в нужный момент.

— И чего им тут нужно? — мелькнула мысль, но я тут же сам себе ответил: Опасность миновала, можно и на лаврах почивать. Да ещё и выгоду извлечь. Удобный момент для них — встретиться со мной.

Как я и предполагал, эти господа двинулись ко мне, можно сказать, с хлебом и солью, активно рассказывая детям о том, что «мы делаем общее дело». Всё это звучало странно, ведь здесь, помимо детей, больше никого не было. А мой опыт публичных выступлений подсказывал, что без зрителей такой фарс теряет всякий смысл.

Тем временем дети вдруг запели, будто репетировали заранее. Это выглядело немного неуместно, но, честно говоря, мило.

— Господин Максимилиан. Не знаю, как вас по батюшке. — обратился ко мне Болгарский, протягивая руку после своей длинной официальной речи. Я стоял и терпеливо ждал, когда всё это закончится.

— Просто Максимилиан. Вы закончили? — спросил я, коротко пожав ему руку. — У меня не так много времени, чтобы ещё и здесь задерживаться.

— Конечно, конечно! Мы даже готовы помочь вам в распределении ваших наград. — бодро откликнулся он, а бароны тут же закивали в знак согласия.

— Я сам. Тем более что амулеты персональные. Если кто-то попытается взять их, кроме меня или человека, для которого они предназначены, может активироваться защитный механизм. Так что просто не мешайте.

Лицо статского советника перекосило, но он промолчал. Тем временем я шагнул вперёд к детям и, улыбнувшись, начал говорить:

— Здравствуйте. Я рад, что вы целы и невредимы. Я принёс для вас амулеты. Создал их вместе с Никоном и активировал лично. Если что-то будет угрожать вам, сила этих штук вырвется на свободу и не даст вас в обиду. Обещаю.

Я снял с палки первый амулет и подошёл к девочке лет четырёх. Она нервничала, глаза её бегали, и на меня она старалась не смотреть. Я встал на колено, чтобы быть с ней на одном уровне, и аккуратно повесил амулет ей на тонкую шею.

— Ничего больше не бойся. Я теперь всегда рядом с вами. Вот тут. — сказал я, слегка касаясь амулета на её груди.

Затем я обернулся к чиновникам. Не люблю этих стервятников. Обязательно ведь попробуют забрать амулеты у детей. Поэтому решил добавить визуальный эффект. Лёгкая иллюзия: из амулета появилась моя точная копия — слегка прозрачная, словно дух — которая стала за спиной девочки. Через мгновение копия исчезла, будто растворившись в воздухе. Эффект был потрясающим — чиновники переглянулись, а дети смотрели с широко раскрытыми глазами.

Пока я думал о том, как избежать ситуации, в которой амулеты могли бы отобрать, в мою руку вдруг вложили что-то мягкое. Сначала я не понял, что это, но через мгновение осознал: девочка отдала мне свою тряпичную куклу. Этот жест тронул меня до глубины души.

— Пусть она останется у тебя. Я вас никогда не забуду. Просто живите и будьте счастливы. — сказал я, улыбнувшись, и аккуратно приобнял девчушку. После чего вернул игрушку девочке.

Раздача амулетов детям и взрослым, которые защищали их, заняла почти час. Я устал, как после боя. Эмоции и благодарности, которые я видел и чувствовал, буквально вымотали меня. Удивительно, как сильно могут изматывать не битвы, а простое человеческое тепло.

Когда с домом сиротки было закончено, я собирался уйти, но Болгарский перехватил меня.

— Вас ждут. — сказал он и, не объясняя больше ничего, повёл в сторону центра города.

Там, куда меня привёл Болгарский, происходило что-то масштабное. Пока я был занят с детьми, этот деятель, по сути, организовал целый парад. На площади собрались жители города, стражники и гвардейцы баронов. Людей было столько, что возникал вопрос: зачем всё это?

Я много чего видел за свою жизнь, но чтобы так праздновали защиту города — это впервые. И причины такого размаха мне были непонятны. Амулеты — это, конечно, ценная вещь, но не настолько, чтобы поднимать весь этот шум.

— Что тут происходит, статский советник? — спросил я у Болгарского напрямую, пока мы поднимались на трибуну. Откуда взялась эта трибуна, история умалчивает. Видимо, возвели в спешке, чтобы добавить помпезности. Никон, кстати, отказался подниматься. Просто остался внизу, стоя чуть в стороне с невозмутимым видом.

— Как, вы не знаете? Сюда летит граф Быстров! — ответил Болгарский, словно это что-то объясняло, и сразу же переключился на свою речь перед народом.

Я заметил черные точки на горизонте. Граф Быстров, Истребитель монстров первого ранга. Сильный, но резкий и критичный человек. Его интерес к выбросам означал, что ситуация приняла серьёзный оборот. Похоже, он направляется сюда, чтобы выяснить обстоятельства.

И вот тут-то и стала ясна вся помпезность. Они готовили меня к возможной роли козла отпущения. Мол, если граф будет недоволен, виноватым сделают именно меня. Видимо, из-за моего возраста решили, что меня легко выставить неопытным. Еще и может какие косяки до этого спишут на меня. А пока торжество и я при деле, то не сбегу.

— А вот фиг вам! — мысленно скривился я, переключаясь на свой духовный план.

Я черпал энергию, пока Болгарский вещал. Нужно было завершить дело с амулетами. Отмечаю всех, кому они должны достаться — около семидесяти человек. Напряжение было таким, что из носа потекла кровь. Болгарский даже прервал свою речь и повернулся ко мне с обеспокоенным лицом.

— Со мной всё нормально. Позволите, я скажу пару слов? — спросил я, вытирая кровь.

Советник кивнул, и я направил часть энергии в голос, чтобы он звучал громче.

— Жители Вятки! — начал я, и голоса затихли. — Я рад, что познакомился с вами и успел прийти на выручку в трудный час. Но и вы сражались смело. Я горд, что знаю вас, и хочу отметить этими амулетами тех, кто проявил себя достойно. Кто не сбежал, а отдал всего себя за защиту родного дома…

С этими словами все амулеты поднялись в воздух и медленно поплыли к тем, кого я отметил. Мой телекинез был слабой пародией на тех, кто обладает реальным даром, но даже так это произвело настоящий фурор.

Амулеты достались многим: стражникам, Никону, Святогору, священнику и другим людям, которые той ночью отдали всего себя. Каждый из них получил свой амулет под восхищённые взгляды окружающих.

А вот Болгарский и его бояре остались стоять с пустыми руками. Не заслужили. Не положено. Их растерянные лица чуть не вызвали у меня усмешку, но я удержался.

Напитав ноги энергией, я резко прыгнул с трибуны и полетел в сторону, где, по моим подсчётам, должны были приземлиться вертолёты Быстрова. Закончу с делами, отчитаюсь по форме, ведь я всё ещё нахожусь на службе, и вернусь в лес.

Глава 13. Откуда начали

Всё-таки именитые истребители монстров, особенно с титулом граф, любят эффектное появление. Три чёрных военных вертолёта, явно не последней модели, выглядели внушительно и даже мрачно на фоне утреннего неба. Российская империя, как всегда, сохраняла свой особый стиль. Машины были массивными, угловатыми, с характерным профилем. У меня в арсенале прошлой жизни также были две такие птички.

Местами их силуэт напоминал зарубежные аналоги, но с рядом отличий: укреплённый корпус из мазовских материалов с узорами, выгравированными на броне. Рунопись в чистом виде. Четыре лопасти винта, окрашенные в матовый тёмный оттенок. Узкие окна кабины с голубым антибликовым покрытием. По бокам размещались ракетные установки и пулемёты, но их сейчас держали в неактивном положении.

Заметно было, что машины явно адаптированы для аномальных выбросов — на корпусах виднелись рунные символы «Чернобог» и «Опора», усиливающие защиту и стабильность.

Как я и думал, вертолёты приземлились с восточной стороны города — на отдыхающих полях. Используется в сельском хозяйстве такая техника, как разделение полей на те, что засевают по десять лет, а другие в это время, простаивают, а после меняются. Чтобы почва набиралась сил, как я сам слышал.

Вот и тут, земля была мягкой, перепаханной в прошлом году. По словам местных, они так всегда делали. Вот на одном из таких полей граф Быстров и его отряд приземлились.

Я в четыре мощных прыжка добрался до места и уже стоял внизу, когда машины только заходили на посадку. Подняв руку к груди и выставив напоказ кольцо, я сделал истребительское приветствие и замер, ожидая их высадки. Имеются некоторые правила, которые я должен соблюдать. Пока я в самом низу иерархии истребителей, так что и правил сильно больше. Уже отвыкнуть успел немного.

Едва лопасти замедлились, из двух вертолётов молниеносно вышли шесть воинов. Лёгкая броня тёмного цвета, клинки за поясом, пистолеты в специальных кобурах. Это был личный отряд графа Быстрова — элитные бойцы, которые прошли личное обучение у него самого. Я знал их не понаслышке: гвардейцы, перешедшие в истребители монстров, второй класс по силе и третий ранг по документам. Ниже нельзя, иначе противоречия подчинений. Граф Быстров, с его первым классом, и эти ребята — действительно мощная боевая единица.

Если мне не изменяет память, эти ребята называют себя Черный ворон. Стремительны и опасны. Моим ребятам приходилось работать с ними бок о бок и отзываются о них хорошо. В отличие от самого графа, ребята были выходцами из самых низов. Быстров любил искать себе в гвардию тех, кого можно было сделать верным себе. И успешно так делал уже не одно десятилетие.

Когда ведущий вертолёт окончательно сел, из него вышел и сам граф Быстров. Сопровождали его несколько помощников, суетившихся с вещами, чемоданами и прочими аристократическими атрибутами. Смотрелось это немного сюрреалистично на фоне военных машин и боевых воинов, но такой уж он был — контрастный и своеобразный.

Граф Быстров был мужчиной шестидесяти лет, с жёсткими чертами лица и седыми волосами, убранными назад. Его лёгкая защитная броня — идеально подогнанная, из чёрных и серебристых пластин, покрытых гравировкой — выглядела скорее как произведение искусства, чем элемент экипировки. Да еще и его герб, стремительная птица, явно собирательный образ нескольких хищных птиц. Он вообще, большой любитель пернатых.

Поверх брони был надет дорогой тёмно-синий костюм с золотыми нитями по краям лацканов и рукавов. На груди сверкала брошь с гербом рода Быстровых, будто мало было гравировки на доспехе, а у пояса висел короткий клинок, явно аномального происхождения — рукоять украшала резьба с хищными орлами, кружащими над красным кристаллом, что довершал рукоять оружия.

Граф быстро осмотрел округу и остановил взгляд на мне. И мне не понравилось, что он решил просканировать мое тело. Сейчас я могу определить направленное к себе внимание, не то, чтобы целенаправленное сканирование моего тела чужеродной энергией. Так что сделал то, что называется Черное зеркало. Раз и мужчина потупил взгляд, а после помассировал виски. Откат неприятный, но для его силы, это как камушком по голове получить. Быстро проходит.

Ко мне тут же подбежал один из бойцов, я уж думал, что опять заработал проблем на ровном месте, но оказалось, что нет. Парень отдал честь и сканировал данные моего кольца своим КПК — тяжеловатым, коробковидным устройством, выглядевшим устаревшим, особенно на фоне современных технологий.

— Приветствую собрата истребителя. Позывной Максимилиан, насколько я вижу. Готов принять от вас рапорт касательно происшествия. — голос бойца был приглушённым и изменённым шлемом.

— «Максимилиан»? Ха! Когда это моё имя стало моим же позывным? — мысленно хмыкнул я. Но, как говорится, забавно получилось. Теперь, даже если кто-то будет искать меня или моих близких, никто и не подумает, что «Максимилиан» — это не просто псевдоним. Правда в личном деле и настоящая информация имеется. Так что защита данных такая себе.

Я сделал шаг вперёд, вытянувшись по стойке смирно, и заговорил по форме, отчеканивая слова чётко и по фактам:

— Город Вятка подвергся атаке в результате двух последовательных выбросов аномальной энергии. Местная инфраструктура получила серьёзные повреждения, особенно северо-западная часть города. Были прорваны стены, разрушена часть жилых строений. Атаковали мутировавшие олени и Гиганские пауки — большинство особей принадлежало к седьмому классу. Среди нападавших также присутствовали королева и король мутированных оленей.

— Жертвы среди населения? — уточнил боец.

— Около двухсот погибших и значительное число раненых. Это из числа тех, что видел лично я. Однако благодаря действиям стражи и местных жителей удалось сдержать распространение угрозы. Я лично участвовал в ликвидации большей части угрозы, включая уничтожение королевы мутировавших оленей. Король остался жив, но был вынужден отступить в лес после боя со мной. Точнее, мне пришлось затаиться, так как дать бой ему мне не удалось. Получил сильные повреждения.

Пока я отчитывался, мужчина методично заносил мои слова в КПК. Стандартная бюрократическая практика: всё, что я сейчас рассказывал, останется в моём личном деле и станет основой для будущего повышения, а также откроет доступ к различным полезным ресурсам и возможностям.

Не то чтобы мне сейчас это было важно… — подумал я. — Но опыт прошлого учит: такие вещи могут очень пригодиться. В свое время.

Когда я закончил доклад, он кивнул и, не поднимая головы, ещё несколько минут лихорадочно стучал пальцами по экранной клавиатуре КПК. Наконец, он оторвался от устройства, посмотрел на меня и сказал:

— Информация передана в центр. Спасибо за помощь.

Он протянул руку для рукопожатия. Я ответил. Простое действие, но в нём чувствовалась суть нашего братства. Истребители монстров не просто коллеги по опасному ремеслу, а нечто большее. Есть в этом своеобразный кодекс, пусть даже негласный, дух единства, который отличает нас от всех прочих.

Жаль только, что часто аристократические интриги и амбиции рушат эту крепость. Часто именно аристократия отпугивает молодую поросль будущих истребителей.

Пока я давал отчёт, граф Быстров, со своей делегацией, как-то незаметно ушли. На поле остались только три чёрных вертолёта, несколько пилотов, пара гвардейцев и я с одним из бойцов из личного отряда графа.

Ну и ладно, мне так даже проще. Я отдал честь напоследок, развернулся и уже хотел было отправиться в лес, когда боец окликнул меня:

— Максимилиан!

Я обернулся.

— Тихомир Михайлович просит вас присоединиться к его разведывательной экспедиции. Это официальный запрос, но он велел особо акцентировать внимание, что это просьба.

— Вот жук! — усмехнулся я про себя. Просьба, но через официальный запрос. Если откажусь, в личном деле появится отметка, да ещё и аристократическая обида прибавится в довесок. Действительно, любая мелочь может стать проблемой, когда дело касается титулованных особ.

Я тяжело вздохнул и кивнул.

— Ладно. Ведите.

Не люблю, когда меня вот так загоняют в угол, но и жаловаться не вижу смысла. Всё равно я бы не отказался от разведки хоть будет чем заняться.

Можно сказать, с чего начал, тем и закончил. Меня снова привели в центр Вятки, к жителям, которых я недавно оставил. Там уже вовсю шла развлекательная программа для народа: песни, игры, раздача горячей еды. Всё это выглядело как странный контраст после недавней бойни.

А искомый мною Быстров стоял в стороне, рядом с местными аристократами. Самое интересное в том, что передал мне Рыся: бароны и бояре вовсю рассказывали героические истории о том, как они лично отбили город от нашествия монстров. В этих речах про меня даже слова не упоминалось.

Ну, их право. — подумал я, скривив губы. Как хотят, так пусть и выкручивают историю.

— Ваше благородие, вы не представляете, сколько сил было потрачено на удержание толп монстров… — услышал я от Рыси слова одного из баронов.

Граф Быстров, в отличие от них, особо не слушал. Он стоял неподвижно, выпрямившись, сцепив руки за спиной, внимательно оглядывая происходящее вокруг. Его личного отряда тоже видно не было.

— И где же они? — подумал я, и Рыся тут же показала мне: личные истребители Быстрова распределились по городу, тщательно изучая места сражений.

Это вызвало у меня ещё больше вопросов. Почему выбросы, произошли в разное время. Почему пристали такого высокорангового истребителя? Что могло вызвать такой переполох? С чего такая дотошность в изучении ситуации?

Пока я наблюдал за происходящим через Рысю, ко мне подошёл Святогор. Его амулет, что я сделал для него, светился лёгким синим свечением. В центре чётко выделялась руна «М».

— Спасибо за подарок, Максимилиан. — сказал он, слегка склонив голову и коснувшись амулета рукой. — Я буду носить его с гордостью.

— Пожалуйста. Что думаешь, Святогор, о прибывшей делегации? — спросил я, кивнув в сторону аристократов.

— Думаю, дело серьёзное. На моей памяти такого ещё не было. К нам в город приезжали разные господа, но чтобы такого уровня — это впервые. Ребята доложили мне, что подобные выбросы произошли не только в нашем городе. Пока ты работал в кузнице, удалось установить связь со столицей.

— Думаешь, кто-то намеренно напал на Империю через монстров? — спросил я, нахмурившись. — Такого масштаба на моей памяти ещё не было. Провокация?

Святогор лишь пожал плечами, а после отошёл в сторону. Нам не дали договорить, к нам направлялся граф Быстров.

— Истребитель Максимилиан. — произнёс он, окинув меня долгим взглядом.

— Ваше благородие. — отвечаю, слегка кивая головой. Мог бы и склониться, но здесь уж извините: не заслужил. Да и, честно говоря, я не боялся о мелких, возможных последствий. Всё в рамках закона и правил.

Хотя я и был никто по его аристократическим меркам, истребительский ранг давал мне определённые привилегии, сравнимые с правами низших аристократов.

— Прослушал ваш отчёт, — продолжил он. — И хочу спросить: что вы думаете о ситуации?

— Думаю, что не бывает таких случайностей, чтобы военные проморгали сразу два выброса рядом с городом. А если верить информации о том, что это произошло и в других городах, то вывод напрашивается сам собой: сговор и направленная атака на Российскую империю.

Граф кивнул, выражение его лица не изменилось.

— Интересно, но мои выводы аналогичны. — сказал он, чуть прищурившись. — Предлагаю вам присоединиться к нашей группе для расследования данного инцидента.

— Благодарю, ваше благородие. Если позволите, хотел бы спросить: зачем вам я? Про вас и вашу гвардию истребителей уже легенды ходят.

Он пристально посмотрел на меня, его взгляд был острым и оценивающим.

— Позволю. — ответил он наконец. — Это лишь моё желание дать вам возможность проявить себя. Может, сгодитесь на что-то большее, чем просто монстров гонять по аномалиям.

— Говорит вроде прямо, но… — подумал я. Что тогда, что сейчас, он казался мне человеком наглым и самодовольным. Увидел молодого истребителя и решил «дать шанс». Ага, захомутает, а потом никакой свободы. Проходили уже, знаем такое.

— Через час отправляемся к первому порталу. Западный мост. Не советую опаздывать.

С этими словами он развернулся и ушёл обратно к аристократам.

— Не нравится мне всё это… — подумал я, провожая его взглядом.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

Тайная канцелярия рода Быстровых.

Доклад главы рода, графа Быстрова.

Тринадцатого числа сентября месяца, восемнадцатого года, по высочайшему указу Его Императорского Величества мне, графу Быстрову, предписано направиться в град Вятка с целью разыскания и исследования необычайного происшествия. Сей инцидент, по донесениям, включал двойной выброс аномальной энергии, что само по себе весьма нехарактерно.

Для исполнения оного повеления я собрал лучших мужей из своей гвардии «Чёрный ворон». В полёте, что совершался на военных машинах, доставленных нам по особому распоряжению, были получены дополнительные сведения. Город Вятка подвергся нападению мутировавших существ седьмого ранга, и, что примечательно, выбросы двух аномалий произошли одновременно. По докладам армейской разведки, в аномалиях такого уровня подобные совпадения невозможны. Сей факт требует тщательной проверки и разбора.

По прибытии был встречен юный истребитель монстров, коего имя Максимилиан, позывной соответствует личному делу. Сначала сей субъект не вызвал во мне ни особого интереса, ни ожиданий, однако после ознакомления с его рапортом и подтверждения предоставленных данных взгляд мой изменился.

Описание субъекта:

Возраст: внешне не более тринадцати лет, однако на деле проведённая проверка установила семь полных лет.

Внешность: крепкое телосложение, взъерошенные волосы; одет не по уставу, в странные, отчасти самодельные одежды.

Боевые качества:

Обладает исключительной регенерацией, что было подтверждено стражей города.

Лично сразился с Королевой мутированных оленей, одолел её, а также нанёс серьёзный урон Королю, лишив того рогов. Позже, по собственному признанию, сумел скрыться от разъярённого монстра, чем спас себе жизнь.

Использовал нетривиальные навыки, включая создание защитных амулетов для обороны граждан.

По свидетельствам, участвовал практически во всех столкновениях с монстрами во время обороны Вятки.

Дополнительно:

Происхождение: личное дело Максимилиана указывает на успешное окончание ускоренного курса в Академии истребителей. Примечательно, что он был признан отличником как в боевой, так и в теоретической подготовке. Однако в закрытии аномалии третьего ранга, в котором он принимал участие, был сопровождаем военными, что ставит под сомнение его полную самостоятельность. Требуется дополнительная проверка.

Возрастной парадокс: личная проверка, произведённая мною, показала, что развитие субъекта значительно превышает возраст, что требует детального изучения его прошлого.

Сей истребитель привлёк моё внимание также своим поведением. Субъект проявил упрямство и независимость, нарушив мои ожидания. В деле кузнеца Никона, он показал себя прямолинейным, сдержанным и не поддающимся внешнему давлению.

Рекомендация:

Обязательная вербовка субъекта в целях дальнейшего исследования его происхождения, потенциала и возможного применения на службе Империи. С последующим переведением оного в число личных гвардейцев рода Быстровых.

Вывод:

Максимилиан — редкий экземпляр среди истребителей, как по своим навыкам, так и по необычному развитию. Его действия во время защиты Вятки указывают на наличие потенциала, превышающего его текущий статус. Однако его независимость требует жёсткого контроля.

— Граф Быстров.

Глава 14. Лишь путь

Не знаю, как так получилось, но теперь перемещаться по Вятке мне приходится исключительно по воздуху. До этого, пока я шёл пешком к западному мосту, меня буквально на каждом шагу останавливали благодарные жители. Слова признательности, иногда сдержанные поклоны или улыбки — всё это было приятно, и, честно говоря, моя душа действительно трепетала от такого отношения. Но с другой стороны, я понимал: так я могу запросто опоздать к намеченному времени, а этого я себе позволить не могу. Не в моих правилах.

Прошло полчаса, а я продвинулся всего лишь на две улицы. Это был провал. В итоге, чтобы хоть как-то сократить путь, я свернул в ближайший переулок, оттолкнулся от земли и одним прыжком взлетел на крышу. Сверху было куда спокойнее. Без лишних помех, с крыши на крышу, я за несколько минут добрался до западной части города.

Там уже собралась небольшая процессия. Автомобили местных аристократов, новенькие, блестящие, стояли ровными рядами. Очевидно, они решили угодить графу Быстрову, предоставив транспорт для экспедиции. Понятно: знакомство с таким человеком — это весьма ценный капитал. Время сейчас такое, что лучше лишний раз сыграть по правилам и зарекомендовать себя.

Неподалёку от автомобилей работали бойцы из «Чёрного ворона». Они проверяли технику, осматривали каждую деталь, и это было правильно. Даже в таких условиях, где всё вроде бы спокойно, лучше перестраховаться. Кто знает, что может произойти? Настоящая угроза никогда не кричит о себе заранее.

Пока я стоял и наблюдал за их работой, я почувствовал, что кто-то незаметно пытается сканировать моё тело. Источник отследить не удалось, но, к счастью, моё «Чёрное зеркало» отлично справлялось с такими ситуациями. Оно эффективно отражало любое сканирование и отправляло обратный удар. Хочу заметить, весьма болезненый.

Я внимательно осмотрел округу, ожидая увидеть кого-то скрюченного от боли — так обычно и происходит с теми, кто лезет ко мне без спроса. Но на этот раз никто не пострадал. Ни криков, ни падений, всё оставалось абсолютно спокойным.

— Интересно… Кто это такой ушлый? — подумал я.

Либо против меня действует истребитель третьего класса или ниже, либо это работа артефакта. Если второй вариант, то артефакт, скорее всего, просто сгорит, не выдержав моей защиты. А вот пользователю от этого будет не горячо, ни холодно.

Тем временем Рыся активно носилась по округе, но ничего подозрительного тоже не заметила. Всё выглядело абсолютно буднично: рабочий день в Вятке, в которой просто собрались дорогие гости у западного моста.

Так я и провёл оставшиеся двадцать минут. Мои запасы духовного плана чуть подистощились из-за постоянной работы «Чёрного зеркала», но всё ещё оставались на приемлемом уровне. Надеюсь, в аномалии мне удастся поохотиться и восполнить резервы. Иначе я попал. Ни защитить себя, не сбежать. Вообще ничего… Так, стоп! Как говорил Акула, если я завишу духовной энергии и ничего не могу без нее, значит я дерьмо, а не человек. У меня хорошо сложенное тело, которое я продолжаю развивать, да еще и сила души появилась. Так что фиг им, даже без духовного плана, я смогу дать бой!

К назначенному времени на западный мост вышла целая делегация: граф Быстров с частью своих личных истребителей и около пятидесяти гвардейцев местных аристократов. Люди разные, в разных одеяниях. Нашивки всех баронств, что обитали в округе. В общем, тут были все, кого можно было выделить без вреда для своей безопастности.

— Как-то многовато для разведывательной миссии. — пробормотал я вслух, когда граф проходил мимо. Он даже не замедлил шаг, лишь слегка кивнул кому-то. В этот момент ко мне подошёл один из его бойцов.

Боец снял шлем, и оказалось, что это девушка. Белокурая, курносая, с глубокими серо-голубыми глазами и твёрдой линией губ. Возраст её можно было определить где-то в двадцать два года. Её лицо выглядело немного грубее, чем можно было ожидать, будто высечено из камня. А вообще, по первому впечатлению, сильная девочка. Стройная, но жилистая фигура даже сквозь броню была отчетлива видна. Были легкие угловатости, из-за чего ее можно было бы спутать с парнем, но это из-за защитных накладок.

— Что она делает в этом отряде? Она словно не должна быть здесь. — подумал я. С её внешностью она могла бы блистать в высшем свете, заполучив себе любого из столичной знати. Но вместо этого она путешествует по Российской Империи и убивает монстров. Хотя чего я удивляюсь, даже царевна Анна и та состоит на службе империи в качестве истребителя монстров. А тут просто девушка.

— Здравствуй, Максимилиан. — обратилась она ко мне уверенным, но спокойным голосом. — Меня зовут Ева. Я буду сопровождать тебя на всём пути. По любым вопросам можешь обращаться ко мне. Да и в принципе, мы теперь в сцепке, так что ты можешь положиться на меня, но и я буду рассчитывать на тебя. Согласен?

Она протянула руку, и я, слегка очарованный её манерой держать себя, пожал её. Куда это меня под старость лет, точнее под новую молодость потянуло, сам себе удивляюсь.

— Тогда пойдём. Наша машина — третья. — сказала она, быстрым шагом направляясь к конвою.

Я последовал за ней. Она залезла на заднее сиденье внедорожника, оставив дверь открытой. Видимо, мне предназначалось место рядом с ней. Подойдя, я сел внутрь и с удовольствием откинулся на спинку сидения. Техника у аристократов, надо признать, была действительно удобной.

Салон был отделан дорогой кожей глубокого тёмного цвета с тиснением в виде герба статского советника Болгарского. Интересно, что я попал именно в его машину. Кто же предоставил машину из первой двойки?

На потолке — мягкое приглушённое освещение. Пол покрыт войлоком с резиновыми вставками для устойчивости. Между сидениями — миниатюрный столик с закреплённым на нём набором для связи, а чуть ниже — спрятанный ящик для оружия..

Еве, правда, было не так удобно. Её лёгкая броня хоть и позволяла свободно двигаться, но явно мешала расслабиться в тесном пространстве.

Кроме нас в машине было ещё двое. Один из гвардейцев сидел спереди, рядом с водителем, который проверял приборную панель. Его напарник занимался настройкой навигационной системы. Видно было, что подготовка к миссии идёт на полном серьёзе.

— По мне так слишком серьёзно для двух аномалий седьмого класса… — подумал я. Для такой оравы они действительно не представляли серьёзной угрозы.

Ровно в назначенное время машины завелись, и мы тронулись в путь. Ева, сидевшая рядом, начала копаться в ящике с оборудованием между нами. Через несколько секунд она достала небольшую гарнитуру и протянула её мне.

— Это для связи. В общий канал говорить не получится, связь будет только со мной. Но если поступит приказ от командира, ты его услышишь. На время рейда ты прикомандирован к графу Быстрову. Исполняй приказы, и всё будет хорошо.

Она внимательно осмотрела меня, и её взгляд стал чуть жёстче.

— А ты чего выглядишь как бомж? Мне не нравится, что ты позоришь звание истребителя монстров своим видом. Чтобы когда мы вернулись, нашёл себе нормальную одежду. Иначе… — она усмехнулась, прищурив глаза. — Я тебя сама одену!

Её наглость выбила меня из равновесия. Возмущение застряло в горле, но я сдержался. Выдохнув, я улыбнулся:

— Я так выгляжу, потому что выкладываюсь по полной. И в мои планы не входит разъезжать по балам или, как ты выразилась, позорить честь истребителей монстров. Да и, если хочешь, можешь попробовать меня одеть по возвращении, но предупреждаю: при первом посещении аномалии от моей новой одежды останется лишь воспоминание. Понимаешь?

— Не задирай нос, Максимилиан. — отрезала она. — Мы все сражаемся, не жалея себя. Но следить за собой ты обязан. Не заставляй меня силой наряжать тебя.

— Очень хотел бы на это посмотреть. — вставил пассажир с переднего сидения, сдерживая смех.

— Смех смехом, но можешь попробовать. — сказал я, надевая гарнитуру и настраивая канал связи.

Ева лишь бросила на меня лукавый взгляд, но промолчала.

— Ну так что, почему столько аристократов едет с нами? Для разведывательной миссии это чересчур много народу. Я бы даже сказал, перебор. — обратился я к Еве, смотря на поля, которые мы быстро проезжали.

Наш путь пролегал сначала через обжитые места: ровные дороги, обработанные поля, редкие фермерские дома. Но вскоре ландшафт стал меняться — всё реже попадались признаки человеческой деятельности, деревья становились гуще, а поля сменялись дикой природой. Именно в этих местах появились те самые две аномалии, которые принесли Вятке столько проблем.

Ева, до этого сосредоточенная на своем снаряжении, подняла взгляд и ответила с лёгкой усмешкой:

— На текущий момент они сами вызвались нас сопровождать и помогать во всём. А Тихомир Михайлович… — она кивнула в сторону впереди идущей машины, где ехал граф Быстров. — Просто использует их желание. В лесу после выбросов осталось множество тварей, а Король мутированных оленей всё ещё где-то там бродит. Так что их основная задача — зачистка территории.

Я нахмурился, смотря на ровную линию из машин и людей:

— Так они же затопчут все следы. О каком расследовании тогда может идти речь?

На эти слова Ева посмотрела на меня с таким выражением, что стало ясно: сейчас будет ерничать.

— Блин, точно. — начала она с преувеличенной озабоченностью. — срочно нужно связаться со штабом. Они же всё затопчут…

А потом она ухмыльнулась:

— Не боись, у нас уже намечены точки выгрузки. Где-то за километр до аномалий гвардейцев высадят, и дальше они нас не будут сопровождать. Так что следы останутся в порядке. Заодно народу помогут. С них не убудет.

— Вроде симпатичная девчонка и явно с мозгами, а характер… Заноза в заднице, не иначе… — подумал я, но вслух сказал лишь:

— Понял, не дурак. Дурак бы не понял.

Дальше мы ехали молча.

По пути делали несколько остановок. Каждый раз машины замедлялись, и гвардейцы покидали транспорт, чтобы рассредоточиться по местности. Рыся, подсматривая данные у руководства, рисовала ее в моём сознании, помогала оценить их размещение: всё выглядело чётко и грамотно. Расположение войск действительно служило для того, чтобы недобитки из выброса не смогли вернуться к Вятке и снова устроить хаос.

К моменту, когда высадка закончилась, в машинах осталась лишь наша группа: граф Быстров, его истребители, Ева и я. Всего на пяти внедорожниках мы двинулись вглубь леса.

Чем дальше мы углублялись, тем плотнее становился лес. Дорога здесь едва просматривалась, и несколько раз машины застревали в грязи или на корнях деревьев. А бойцы сметали просто часть леса, на своем пути и ехали дальше.

Я смотрел на это и едва сдерживался от комментариев. С такой силой, какой обладали бойцы из «Чёрного ворона», можно было бы добраться до аномалий пешком и гораздо быстрее. Но, судя по всему, они предпочли транспорт — возможно, из-за необходимости перевозить оборудование.

Но есть плюс во всем этом, я увидел их в деле. Не то, чтобы раньше я их не видел, но прошло много времени, интересно, подросли ли птенцы с того времени.

Когда на пути возникло поваленное дерево, один из бойцов продемонстрировал технику «Земляной вал». Секунда — и земля поднялась, словно волна, отбрасывая ствол в сторону. Смотрелось это впечатляюще. Настолько, что мне показалось, будто они красуются передо мной. Ведь такой технике можно найти гораздо лучшее применение: например, сравнять с землёй пару десятков мутированных оленей. Зачем тратить силы на деревья?

— Все еще не могу понять, хоть выглядит эффектно, конечно, но зачем такие шоу? Реально для меня стараются? Зачем? — подумал я.

Впереди послышался голос одного из бойцов:

— Чисто, путь свободен. Продолжаем движение.

Машины снова завелись, и мы тронулись дальше, медленно приближаясь к зоне аномалий.

Место первой высадки оказалось возле небольшой топи, покрытой плотным слоем тёмно-зелёной грязи, перемешанной с гниющими листьями и остатками растительности. Машина, на которой мы ехали, застряла у самого края этого зловонного болота, буквально утонув в вязкой грязи.

Один из истребителей из группы «Чёрный ворон» ехавшей в первой машине открыл окно внедорожника и вылез в половину корпуса. Их машина также застряла, но он даже не обратил внимания на проблемы с транспортом. Потратив изрядное количество душевной энергии, он создал пульсирующий огненный шар, который легко скользнул вперёд по воздуху. Мощная техника, впечатляющая, но, как по мне, совершенно избыточная. Тут можно было действовать тоньше.

Шар пролетел порядка трёхсот метров и коснулся поверхности топи. Взрыв, который последовал за этим, превратил тихое болото в огненную бурю. Волны пламени распространились во все стороны, осушая землю, поджигая остатки растительности и буквально переписывая рельеф местности.

Огненная волна быстро приблизилась и к нам. Однако в машинах была установлена мазовская активная защита — внедорожники аристократов выдерживали и не такое. Учитывая денежные вливания. Защита сработала мгновенно: прозрачный купол окутал транспорт, и ударная волна, вместе с высокой температурой, рассеялась на её границах. Машину лишь слегка тряхнуло, а в салоне температура поднялась на пару градусов.

Сидя внутри, я наблюдал за всем этим с явным раздражением. Честно говоря, никогда не считал себя моралистом или особо большим защитником природы, но такое наплевательское отношение к земле своей же страны меня всегда коробило. Если можно избежать ненужного урона, то зачем его наносить?

— А нельзя обойтись без этих эффектных техник? — спросил я, переводя взгляд на Еву. — Ты ведь сама говорила, что все вы в поле работаете и не боитесь испачкаться. А по итогу, что? На машинах, в комфорте доехали до места и ещё часть природы уничтожили. И все это дико. На текущий момент я вижу только то, что вы белоручки.

Ева тут же состроила недовольную мордочку.

— Мы экономим время, чтобы спасти больше людей, — сказала она с нажимом, поднимая палец назидательно. — Если каждый раз будем добираться пешком, потом на восстановление потратим больше ресурсов и вркмени. Ты ещё молодой и ничего не понимаешь… позже с опытом поймёшь.

— Вот дрянь! — подумал я, наблюдая за её самодовольной ухмылкой.

Знаю я, что для них значит «экономить время». Просто белоручки! Разленившиеся понторезы. Устроили тут… Сижу злой, глубоко дышу.

Но это не важно, самое интересное началось, когда мы подъезжали к аномалии. Оставалось метров двести, а я уже видел её невооружённым взглядом: разлом в пространстве, слегка мерцающий красными и серыми всполохами.

И в этот момент кто-то снова попытался меня просканировать. Чёрное зеркало сработало как положено — отбросило обратный импульс. Я машинально огляделся, стараясь отыскать источник.

Ева спокойно сидела рядом, её лицо было полностью сосредоточено на КПК, пальцы быстро касались экрана. Водитель тоже выглядел расслабленным — его главная задача сейчас была маневрировать, чтобы правильно поставить машину для высадки группы. Его напарник в кресле рядом смотрел вперёд, ничем не выдавая тревоги. Похоже, это точно не они.

Машина резко затормозила, мотор стих, и группа начала выбираться наружу.

Снаружи висел лёгкий туман, запах горелой тины остро ощущался, жаль что нет фильтра и дыхательной маски. Мне бы пригодилось. Но и ладно, создам воздушный пузырь-фильтр на лице, будет даже безопаснее. Как говорится, почувствую запах самой природы.

Последствия огненного шторма — местность вокруг была подсушена и обезображена. Хорошо хоть, что сама аномалия генерировала поле, которое игнорировало направленные духовные техники. Это значило, что хотя бы там, на расстоянии около двухсот метров, сохранялась оригинальная обстановка, пусть и в перемешанном состоянии.

— Слишком грубо работают… — подумал я, оглядывая выжженную территорию. Техника мощная, но убила множество потенциальных улик.

Аномалия выглядела типично для седьмого класса. Пространственный разлом. Мерцающий барьер легко отличался своими характерными вспышками. Это был типичный вход в иной мир, о котором можно было сказать одно — пока туда не войдешь, ничего не узнаешь.

Ребята из «Чёрного ворона» быстро распределились по периметру. Кто-то начал собирать пробу воздуха, кто-то проверял остаточную энергию местности. Я же дал мысленный приказ Рысе — искать всё, что могло бы быть полезным. Сам же подошёл к аномалии и коснулся её своей энергией.

На первый взгляд это казалось бессмысленным. Аномалия — это нестабильная структура, в ней всё смешано, как в водовороте. Но была одна деталь: если кто-то из людей проходил через неё, его энергетический след иногда оставался на поверхности разлома. Конечно, такой шлейф был слаб, почти бесполезен для анализа. Но мне он мог пригодиться. Иногда в ходе расследования в прошлом, я использовал этот след, чтобы подтвердить, кто именно входил в аномалию — особенно если речь шла о подозреваемых или старых врагах.

Моя энергия осторожно проникла в барьер.

И тут я уловил остаток энергетического следа. Неудивительно, что он был слабым и неустойчивым. Но даже такой след сказал многое: в аномалию заходил всего один человек. Его духовный план был не ниже шестого класса — след был слишком размытым и двоился, что указывало на нестабильность самого человека.

— Нестабилен… Интересное состояние для шестого класса, похоже тут побывал человек с раздвоением личности… — отметил я про себя.

Я запомнил энергетический слепок. Если в будущем мне удастся сравнить его с реальным человеком, это может стать полезной зацепкой. Собственно ради эксперимента, я раскинул тонкие щупальца своей энергии, нагло слизывая тонкие остатки энергии всех членов Черного ворона и самого графа Быстрова. Ничего кстати удивительного, что я не нашел совпадений, учитывая духовную силу собравшихся здесь людей. Они не подходили априори.

С этим я решил, что с аномалией на данный момент покончено, и отправился дальше.

Глава 15. Новый выброс

Вокруг аномалии действительно было непросто что-либо найти. Болото скрывало следы лучше любого мастера, а копаться в этой гнилой жиже — занятие не из самых приятных. Когда я закончил обследовать кромку аномального перехода, ко мне подошла Ева.

— Ну что, нашёл что-нибудь интересное? Такой сосредоточенный был. Прямо специалист. — говорит она. На её лице читалось скорее издевка и лёгкая улыбка, чем деловой интерес.

Она теперь постояно ходила без шлема, хотя остальные из «Чёрного ворона» были полностью экипированы. Её открытое лицо невольно привлекало внимание. Белокурая, с тонкими чертами, но глазами, в которых можно было утонуть. И порой, мне казалось, что там угадывалась скрытая насмешка. И всё же, я никак не мог избавиться от ощущения, что за её словами скрывается что-то ещё. Мутная, какая-то.

Пока я размышлял, она продолжила:

— У наших пока ничего. Слишком удачная местность для того, чтобы скрыть следы. Тихомир Михайлович собирает группу для исследования аномалии. К сожалению, нас с тобой туда не взяли. Мы — второй дивизион, наша задача — охранять вход от незваных гостей и, если потребуется, помочь основной группе.

Я лишь кивнул. Всё, что она сказала, я и так знал. Это были базовые принципы, которые в академии вдалбливали в первую же неделю обучения. Ну точнее другим вдалбливали, я то это давно знал. На собственной шкуре, так сказать.

— Она что, действительно считает меня новичком? — пронеслось у меня в голове.

Тем временем мимо нас прошла основная группа. Граф Быстров и его личные истребители быстро пересекли границу аномалии, оставив нас втроём — меня, Еву и ещё двух бойцов. Небольшая группа получилась для второго дивизиона, но для аномалии такого ранга, это нормально.

Как раз в этот момент Рыся дала мне сигнал. В трёхстах метрах от аномалии, в выжженной земле, виднелись человеческие останки. Молодец, нашел таки что-то интересное.

— В том направлении я заметил что-то похожее на человеческие останки. Хочу проверить. — сказал я, указывая в нужном направлении.

Ева удивлённо подняла брови:

— Заметил? — она выглянула из-за моего плеча, пытаясь что-то разглядеть в завесе лёгкого тумана. — Ты что, владеешь навыками дальнобойного наблюдения? Отличное умение! Нам такие люди нужны в отряде. Конечно иди, может найдешь что стоящее.

Лишь коротко кивнул и рванул вперёд, используя силу духовного плана. Я не стал ни подтверждать, ни опровергать её слова касательно умений. Знала бы она весь мой арсенал техник, то точно бы завербовала.

Добравшись до места, я коснулся земли и активировал технику земли. Преобразуя духовную энергию в импульсы, я создал подобие вибрации, чтобы поднять останки из земли. Из-под тонкого слоя песка и грязи начали вырываться кости — обугленные, покрытые трещинами и сколами. Их состояние подтверждало одно: человек умер в результате нападения. Множественные переломы, следы мелких укусов. Это был тяжёлый конец.

Но куда важнее было то, что духовный след на этих останках совпадал с тем, что я почувствовал на кромке аномалии.

— Это он. Единственный человек, который вошёл в тот разлом.

Болотистая местность, плотная топь, множество монстров. Если он и был виновен в выбросах, то расплата догнала его быстро. Здесь невозможно выжить без должных навыков или мощных артефактов. И похоже, ни того, ни другого у него не было.

— Если виновен, то заплатил своей жизнью… Жаль непонятно, кто за этим стоит, но это тоже можно будет выяснить, но уже не мне. — сказал я себе, смотря на остатки человека, растворяющиеся в забытой болотной земле.

Это все, что я смог найти, поэтому обратился по гарнитуре к Еве:- Тут человеческие останки. Убит монстрами. У меня есть основания полагать, что он единственный, кто входил в эту аномалию.

— Поняла. — получил я короткий ответ, после чего ко мне двинулись двое истребителей. — Дождись парней, после чего возвращайся. Они все проверят и зафиксируют.

Собственно, так я и сделал. Парни пришли и стали заниматься изучением останков, а я побежал обратно.

В этот момент, по общему каналу связи прозвучал трескающийся и зашумленный голос графа Быстрова:- Внимание! Боевая тревога! Код красный, уровень второй!

Следом за прозвучавшими словами очертания портала из серого стали меняться и наполняться багровым светом. Это означало только одно: аномалия только что поднялась на шесть классов выше, чем была до этого. Прямо сейчас рядом с Евой багровел переход в аномалию первого класса, но второго ранга, судя по сообщению графа.

Сторонний наблюдатель, пока тут творится что-то непонятное, наверняка спросил бы, почему ранг один, а класс другой. А я бы ему напомнил, как уже говорил ранее, что класс аномалии — это, по сути, естественное отображение энергии монстров, обитающих внутри. Например, я видел аномалии первого класса, но шестого ранга, лишь потому что там обитали слизни. Они были неубиваемыми, полными энергии, но абсолютно не опасными, если не влезать внутрь их тел.

А вот ранг, который присвоил аномалии граф Быстров, говорит о том, что там появились твари, соответствующие лишь второму классу по опасности. Вот такая странная система, хотя те, кто в теме и часто сталкивается с аномалиями, давно привыкли.

Ева быстро натянула шлем на голову и побежала к ящикам, что ребята притащили заранее. Те двое, что исследовали останки, бросились к машинам. Их цель была понятна — бортовые орудия. А вот что делала Ева, я понял не сразу. Она что-то искала, переворачивая тяжелые ящики с грузом на землю.

Когда она наконец нашла то, что искала, было уже поздно, по моему мнению. Начался выброс первого класса, а мы оказались в самом эпицентре.

В зависимости от класса аномалии, которая создает выбросы, сильно отличаются и последствия для окружающей среды. Самые слабые: от седьмого до четвертого, просто изрыгают из себя монстров, а сама аномалия сокращается изнутри. А вот сильнее: от третьего до первого уже действуют иначе. Помимо монстров, еще в окружающую среду выплескивается чужеродная энергия, стремящаяся захватить наш мир. Это я давно выяснил. И часто, во время выброса в самой аномалии безопаснее, чем снаружи, так как сами небеса протестуют против вторжения чужеродной энергии. А от этого монстры звереют, звери дичают, а люди слабеют.

Разразился гром прямо над нами, я в этот момент уже подбежал к Еве и просто схватил ее поперек тела, напитал ноги и прыгнул к нашим машинам. Парни активировали активную защиту и весьма вовремя.

Полетели молнии, пара разрядилась прямо в щит, который лопнул, словно карамельный шарик. Следом взорвалась и одна из машин. Меня с Евой откинуло в сторону. Повезло еще, что в машине никого не было.

Кстати, о девушке, она так активно искала портальный маяк, а именно его она искала все это время, который позволил бы гвардии Быстрова появиться тут, но вот чего она не учла, так это того, что в центре выброса такой мощности маяк просто не будет работать. Слишком хаотичная энергия бушует вокруг.

Мы упали на твердую землю, в этот момент застрекотали энергетические турели. Две из трёх машин были на ходу, но бойцы даже и не думали уезжать и бросать своего командира. Хотя это было бы лучшим решением, как раз для активации маяка, но я прекрасно понимаю, что они чувствовали. И осознаю, что они не бросят его, даже если сказать прямо в лоб о нелогичности их действий. У гвардии есть честь и долг перед теми, кому они служат.

Девушка лежала на земле и пыталась активировать маяк, но, как я и думал, он просто не работал.

Пока девушка орудовала маяком, нажимая на определенные пазы, парни стреляли из бортовых пушек. Я выглянул из-за машины и присвистнул. К нам из аномалии лезли мутированные олени, которые и шага сделать не могли — истребители просто на атомы их раскладывали. Там же пытались прорваться Гипнотические стрекозы, твари третьего класса, название полностью описывали их внешний вид, но их убивали молнии, как раз той твари, что разрывала вход аномалии на части.

Грозовой носорог, первый класс. Гигант, что пассивно создавал молнии вокруг себя. Собственно, когда его туша появилась наполовину, другие твари появляться перестали. Он просто уничтожал всех, особо ничего не делая. Чисто пассивная способность генерировать молнии.

Ситуация интересная. Я видел, что бортовые орудия не наносят никакого урона плоти Грозового носорога, который из-за огромных размеров будет вырываться из аномалии ещё двенадцать минут. И мне кажется, что за это время граф Быстров со своими людьми сможет расковырять этого переростка без особых проблем. Кстати, парни также поняли что своими техниками они нанесут больше урона, так что бросили машины, накинули на себя духовный доспех и стали атаковать своими умениями. Вот как раз они-то имели видимый эффект. Носорогу мяли бока, в прямом смысле этого слова.

А сам момент интересен тем, что же Рыся мне показывала сейчас. Чуть севернее, где-то в десяти километрах отсюда, происходил точно такой же выброс. Там также гремел гром и сверкали молнии. И почему-то мне кажется, что там, так же как и тут, Грозовой носорог собирался попасть в Российскую империю. И уже там никто не сможет его остановить.

— Ева! Брось маяк! Помоги своим парням, а я активирую его. Не здесь, а за пределами аномальной зоны. Тут он не работает! После чего нужно отправиться на север. Десять километров. Такой же выброс первого класса! Нужно его остановить, понимаешь? — кричу ей, а после силой забираю маяк и с усилением тела бью её в шлем. Звука от удара почти не было, материал доспеха поглотил урон. Но это приводит её в чувства, и она оставляет попытки вернуть маяк обратно. — Не паникуй! Делай то, что должна, а я позабочусь, чтобы пострадало как можно меньше людей.

Девушка кивнула, поднялась на ноги и достала клинок из ножен. Ее тело покрылось духовным доспехом, а само оружие стало переливаться четырьмя цветами, создавая впечатление живой, пульсирующей энергии. Это была весьма мощная способность, которую я знал и однажды даже использовал, но, к сожалению, пока не мог повторить.

Девушка вытянула руку вперёд, создавая небольшое завихрение в воздухе, а затем её тело быстро устремилось к нему. Она взмыла, а после резко упала вниз, нанося удар четырёхцветной стихией. Эффект оказался поразительным: в теле Громового носорога началась настоящая битва элементалей. Его начало лихорадить, и я понял, что монстра убьют, прежде чем он успеет полностью выбраться в наш мир. Это, безусловно, радовало.

Касательно собственной силы, которой мне так не хватало в последнее время. Сейчас в округе было много дармовой, но дикой и хаотичной энергии. Я знал, как её собрать, но проблема заключалась в том, что моей собственной энергии хватит лишь на один конденсат. После этого я останусь без сил, а это могло обернуться неприятностями. Однако выгода перевешивала риски: моя заготовка должна была полностью окупить себя.

Я сосредоточился, собирая все резервы своей энергии, и начал формировать тонкую плоскость размером метр на метр. Я расположил её над землёй на уровне второго этажа, придал краям форму татарской плоской чаши и начертал руну Дагаз — символ стихии воздуха. С её помощью дикая энергия должна была стать послушной и начать оседать в виде конденсата на моей заготовке.

Когда заготовка была готова, я схватил маяк — пирамиду с кучей аппаратуры и мазовских кристаллов внутри. Энергии у меня уже не осталось, и я решил воспользоваться тем, что было под рукой: одной из брошенных машин. В прошлой жизни мне довелось видеть появление первых автомобилей, и я успел купить себе пару штук. Разобравшись в их устройстве, я научился водить, что сейчас очень пригодилось.

Заведя машину, я сорвался с места. Автомобиль летел по высушенной дороге, словно по идеально выложенным столичным мостовым. В какой-то мере я даже был благодарен парням за их подготовку земли, хоть всё ещё и не одобрял их методов.

Машина уверенно несётся по ровной земле, а в небе хаотично смешиваются краски. Доминирует красный — следствие двух выбросов первого класса, превративших область в сплошную аномальную зону. Впереди огонь ярко вспыхнул, и в него тут же ударила молния. Боковым зрением я заметил, как деревья под невидимой силой закручиваются в спирали. Природа возмущалась, пытаясь сопротивляться иномирной энергии.

Дорога вела меня к точке выгрузки гвардии аристократов. Здесь шёл бой. Звуки стрельбы тонули в бушующем шторме энергии, догонявшем меня. Всего за пару секунд, словно в замедленной съёмке, я успел понять многое.

Тушканы. Тысячи тушканов облепили гвардейцев, словно живая волна. Те стреляли, рубили, давили и отбрасывали тварей, но их было слишком много. Спасала только защита духовных техник. Пока тушканы оставались существами седьмого класса, они не могли пробиться к телам бойцов. Но выброс ослаблял людей, а силы не бесконечны. Им явно нужна была помощь.

Я вспомнил парня, чьи кости нашёл у аномалии. Его раны были такими, словно его загрызли тушканы. Похоже, эти твари остались здесь, уничтожая местную фауну, тогда как мутированные олени и гигантские пауки ушли дальше.

Прошло лишь две секунды, но я заметил всё это, пока машина неслась под девяносто километров в час. Душа кричала, требуя остановиться и помочь. Но я знал, что должен двигаться дальше, чтобы активировать маяк.

— Это безумие! Ты часть меня! — выкрикнул я, давя на газ ещё сильнее. Меня накрыло слабостью, затошнило. — Да что ты творишь?! Ты часть меня!

Руль едва не выскользнул из рук, когда я чуть не врезался в дерево. Тело ломило, сознание мутилось. Душа вела себя иррационально, и это злило меня. Чем сильнее разгорался мой гнев, тем слабее становилось её давление.

— Пошла к чёрту! Думаешь, ты тут главная?! — выкрикнул я. — Заткнись, я делаю важное дело! Это спасет тысячи людей, а после я вернусь и помогу им!

Ругаться с собой было странно, но это сработало. Давление исчезло. Я продолжал ехать, оставляя гвардейцев и зону выброса позади. До активации маяка оставалось совсем немного.

Собственно, после минуты в пути я ощутил, как тяжесть аномальной зоны ослабла. Даже машина стала двигаться легче. До этого я не замечал разницы, так как находился в самом эпицентре выброса, но теперь понял: автомобиль работал едва на тридцать процентов своей мощности.

Остановившись, я открыл дверь и быстро пробежался пальцами по маяку, точно так же, как это делала Ева. Через секунду пирамида засияла. Не задумываясь, я с силой швырнул её вдаль. Никогда не знаешь, сколько людей в резерве у Быстровых и сколько из них прибудут по зову маяка. Лучше перестраховаться, чтобы избежать трагедий. В моей практике бывали случаи, когда те, кого должны были спасти, оказывались затоптаны своими же спасителями. Грустно и нелепо.

Пирамида, коснувшись земли, начала создавать линии призыва, расходящиеся во все стороны. Пространство вокруг постепенно заполнялось этими линиями, пока его не исказило. Казалось, из другого мира был вырван кусок, и прямо передо мной материализовались двести бойцов — личная гвардия графа Быстрова.

Они стояли по колено в топях, но сохраняли безупречный строй. Каждый из них был облачён в тяжёлую броню, гладкую, чёрную, словно поглощавшую свет. Пластины были покрыты резьбой с символами рода Быстровых, а на плечах — золотые наплечники с гравировкой крылатого льва. Лица закрывали шлемы с узкими, красновато светящимися прорезями для глаз. На поясе у каждого висел длинный кинжал, а за спинами находились массивные клинки.

Во главе стоял мужчина ростом под два метра. Его шлем отсутствовал, и можно было разглядеть его лицо — угловатое, с выраженными скулами. Светлые, почти белые волосы были зачёсаны назад. Кожа слегка загрубевшая, как у человека, привыкшего к частым битвам. Типичный представитель былинных богатырей. На спине у него висел двуручный меч, словно продолжение его самого.

Этот командир оказался ближе всех ко мне. Не рискуя, я поднял руку с кольцом, чтобы показать, что я не враг. Слишком часто гвардейцы действуют без раздумий, а перспектива оказаться лицом в грязи, если вообще не мёртвым, меня не прельщала.

— Я Максимилиан, истребитель монстров седьмого ранга. Позади меня два выброса первого класса, второго ранга по классификации графа Быстрова. Он застрял внутри аномалии. Требуется помощь.

— Где девушка? Ева там же? — голос командира был низким и бархатным.

— Ева возле аномалии, помогает основной группе выбраться. Она не могла бросить…

Но договорить я не успел. Мужчина развернулся, выхватил двуручный меч, словно он ничего не весил, и указал им направление. В тот же миг бойцы оттолкнулись от земли, взмыли в воздух и, подгоняемые ветрами своих техник, устремились к аномальной зоне.

На площадке призыва никого не осталось. Вся гвардия взлетела, чтобы помочь Еве. Странно. Я думал, они прибыли для спасения графа, но, похоже, что-то упустил.

Неважно. Стоять на месте бессмысленно. Гвардия пролетела мимо тех бойцов, которых давят тушканы. Придётся вмешаться самому. Может, душа была права, когда кричала мне. Признать это неприятно, но теперь не важно. Я и сам помогу, не в первый раз в поле с голой жопой, в смысле без сил.

Сажусь в машину и направляюсь назад.

Глава 16. Спасение гвардейцев

Выжимаю педаль до упора, двигатель ревёт, машина срывается с места и мчится обратно в зону выброса. Стоило мне проехать немного, как навалилась усталость. Обороты двигателя упали почти вдвое, рев сменился натужным урчанием. Пробираться вглубь аномальной зоны оказалось куда сложнее, чем выбираться из неё.

Через некоторое время вдалеке взвился в небо красный луч света. Почти сразу меня накрыла волна красного тумана. Машину тряхнуло, она едва не заглохла, скорость упала до двадцати километров в час. К счастью, двигатель сдюжил и окончательно не заглох, иначе без духовной энергии это стало бы моим приговором. Находиться даже на краю аномальной зоны, лишившись сил, — равносильно смерти. Об этом напоминали трупы птиц, валяющиеся вдоль дороги. Обычным смертным тут делать нечего.

Вскоре я подъехал к поляне, где раньше были люди аристократов. Надеялся застать их живыми, но там никого не оказалось. Следы битвы — разбросанные гильзы, поваленные деревья, кровь — но ни одного живого или мёртвого существа. Даже тела исчезли. Тушканы не оставляют за собой ничего, что можно было бы съесть, так что люди либо погибли, либо ушли. Но куда?

— Ну и куда двигаться дальше? — говорю вслух, притормаживая.

По-хорошему, надо вернуться к группе Быстрова. Даже если они не захотят закрывать аномалии, мне нужно забрать конденсатор. А потом с ними выйти из зоны. Это наилучший вариант для меня.

Душа вновь дала о себе знать: тупая боль в затылке заставила меня остановиться и начать массировать шею.

— Это ведь правильно. Я всегда так поступал раньше, так чего ты на меня сейчас давишь?! Если я прибуду к ним, то получу отметку в личное дело. Отличное подспорье в будущем. А аномалии и гвардейцы местных баронов — не моя проблема!

Очередной укол боли заставил зажмуриться. Очень неприятно, когда боль расходиться от шеи в голову.

— Ты понимаешь, что они мне никто? У меня есть план. Я хочу отдохнуть! Для этого ведь все затевалось! Всё и так пошло не так, а ты ещё тут мозги мне компостируешь. Хватит!

Неожиданно от шеи пошла волна тепла, смывшая усталость от аномальной зоны. Более того, я почувствовал прилив сил. Словно душа сменила гнев на милость. Не сумев переломить меня, решила договориться. Интересно.

— Да ты ведь часть меня. Зачем ты пытаешься меня подкупить? — спрашиваю, но тело продолжает наполняться энергией.

Сжимаю кулаки, и под напором моей силы трескается пространство. Подобное случалось раньше, когда я только стал истребителем монстров третьего класса. Это была чистая, природная мощь. Тонкая грань которая отделила меня от большей части человечества. Не знал, что душа может дать такую мощь.

— Ладно, но только в этот раз. Что ты хочешь? Спасти аристократов или закрыть аномалии? — спрашиваю, хотя уже знаю ответ на свой вопрос. — И то, и другое… Жадная же ты, душа. Ладно! Чёрт с тобой.

Резко выруливаю обратно. Если аристократы ещё живы, спасу их. Потом нужно забрать конденсатор. И всеми силами закрыть эти грёбаные аномалии!

Никогда не любил, когда мной командуют. Хотя, если подумать, вся моя жизнь прошла именно так. Сначала отец, который учил меня быть кузнецом. Потом армия, где отцы-командиры стояли за тебя горой, а ты за них. После была гвардия, из которой меня выгнали. А потом мастер, которого в итоге я и погубил.

Жизнь у меня длинная, и всегда кто-то руководил мной, хотя мне это никогда не нравилось. Интересно, почему сейчас всё это вспоминается — с самого начала. С того времени, которое я почти не помню. Ведь в моей истории было столько событий, что и не верится, что всё это выпало на долю одного человека. Но меня понесло куда-то не туда.

Сейчас моя душа активно пытается управлять мной. Почему и как — я до сих пор не понимаю. Есть догадки, но я в этом не особо разбираюсь, так что не буду забивать себе голову. Пока я не вернусь к скоморохам и не спрошу их напрямую, мои предположения останутся только предположениями. А до возвращения ещё далеко.

Раз душа хочет, чтобы я помог, значит, её силу я и использую для помощи. Благо, тело она уже напитала энергией. Осталось дело за малым: найти и спасти. Для этого у меня есть Слияние. Не зря же я его учил.

Выхожу из машины и подхожу к ближайшему дереву. Легко, без усилий, обмениваюсь частичкой души с деревом и погружаюсь в саму суть природы.

Я становлюсь частью этого мира, окружающей природы. Мои владения безграничны. Всё вокруг взаимодействует между собой, и я вижу то, что недоступно обычным людям. Через корневую систему, сквозь миллиарды тончайших отростков, я стремительно несу сигнал вперёд.

Слева — сила, что пугает и может и уже уничтожает моих братьев-деревьев. Справа — монстры, вышедшие на охоту после выброса. Их много, очень много. И еще они уничтожают моих братьев-деревьев.

Двигаюсь далее. Я вижу группу Быстрова. Они ведут тяжёлый бой у самой аномалии, но пока держатся без потерь. Недалеко от них Ева — её окружили гвардейцы, прикрывая от атак. Лицо девушки залито кровью, голова разбита, но она жива. Сидит на земле, ее слегка качает.

Чуть дальше я замечаю громовых носорогов. Они сеют разрушения, медленно уходя от Вятки. Их уже трое. Слишком сильные. Все мои братья погибают просто от того, что они проходят рядом. Ужасно.

В другой стороне вижу тушканчиков. Тысячи и тысячи мелких монстров вредят деревьям, роют норы, пожирают всё, что находят. Там же люди — их немного, но они пытаются уничтожить паразитов. С каждой секундой их силы иссякают и они отступают из аномальной зоны. Это правильное решение. Отступая, они сохраняют достаточно энергии, чтобы справиться с ними позже.

Я вырываю себя из Слияния и валюсь на землю. Было тяжело выбраться обратно. Кажется, я чуть было не потерялся в душах деревьев. Слишком глубоко погрузился в экосистему, слишком широко раскинул влияние. Стал частью мира.

Но главное я узнал. Парни ещё живы, и я знаю, где смогу их перехватить, чтобы помочь. Благодарю дерево, осторожно поглаживая его по шершавому стволу. Затем снова сажусь в машину и устремляюсь навстречу гвардейцам.

Тем временем у гвардейцев дела шли ну уж очень плохо. Семён Степаков, гвардии капитан данной группы, пытался отвести своих ребят подальше из аномальной зоны. В прошлом он был в составе сталкеров, свободных исследователей аномалий, и многое с ним происходило. До того как его взяли на службу, он пять раз чуть было не умер, и один раз — по вине выброса. Так что опасность аномальной зоны он знал и понимал. Чем дальше от аномальной зоны, тем больше шансов на выживание.

Он всеми силами пытался увести ребят, и ему это даже частично удалось. По его прикидкам, до границы выброса оставалось каких-то пятьсот метров, но тушканы буквально облепили их.

Из пятнадцати ребят его группы он лично знал шестерых, остальные были люди других баронов. Сам мужчина не знал, зачем было так смешивать группы, ведь со своей командой он сработался давно, и шансы выбраться были бы значительно выше. Но имеем то, что имеем.

К сожалению, первого бойца Степан потерял в самом начале выброса. Боец был молодой, да ещё и не из его людей. Парнишку, кажется, звали Лёхой. Находясь в поле, он не ставил духовный доспех, экономя силы и понадеявшись на броню. А что тушканам броня — легка преграда, за которой пряталась еда. Степан услышал последний крик бойца, а после завертелось.

За те сорок минут, что он пытался спасти бойцов, ещё двое погибло. Уже опытные ребята — просто закончилась энергия. И прикрыть их не было сил. Эти твари были буквально повсюду.

Именно тогда они начали отступление, и тогда же мимо пронеслась головная машина. Он даже успел понадеяться, что их заберут, но неизвестный просто проехал мимо. Даже не замедлился.

— Хотя, какая была бы от него польза? — так подумал Степан. Ведь их машины и десяти минут не продержались. Выброс сделал из высококлассных бронированных и защищённых машин консервные банки. Он этого неизвестного не винил. Он, возможно, сам бы поступил так же.

Ещё Степан жалел, что не взял с собой амулет того истребителя монстров Максимилиана. Отец насильно пихал этот странный предмет ему в руки, но он не взял. Отец Степана был священником и заслужил своими делами такой подарок. Когда мужчина приходил проведать отца, то видел раны, что остались после защиты Вятки. Он чудом выжил.

Сам Степан винил себя, что в такой час был далеко, но служба в первую очередь — это честь и клятва. Даже зная, что там творится ад, без приказа статского советника он не пошёл бы на защиту города. Ему тяжело признавать, но без приказа, он бы и отца не спас. Хорошо, что его господин благоразумен.

И сейчас, когда их зажали на камнях, в окружении тысяч этих мелких тварей, он отстреливал последний магазин. Дальше — только клинок, который против этих монстров малоэффективен. Те, кто мог сжечь их по площади, быстро истратили свои резервы, а восполнить было негде. Выброс не давал набрать сил даже с убитых тварей. Это был конец.

Степан услышал крик позади и понял, что ещё одного бойца убили. Патроны закончились. Энергия осталась только на поддержание духовного доспеха. Выхватывает клинок и пытается достать остриём этих прытких тварей, что уже вовсю прыгают между ног. Пару раз промахнулся. Слишком мелкие и прыткие.

— Прости меня, отец… — произнес Степан и снимает с себя духовный доспех.

В тот же миг его плоть начали разрывать тушканчики. Но это было неважно. У него была другая цель. Его дар, который он когда-то активировал, но не смог развить, откликнулся на зов пользователя.

Дар у него был плохой по меркам империи — самоубийственный. Он мог взорвать любую часть своего тела. Такой дар можно развить, но где-то там, в столице. А здесь это было оружие последнего шанса. Бесполезность, хотя отец считал по-другому. Добрый он всё-таки человек.

Как только он снял духовный доспех, дар уже был активирован. Каждая частичка его тела была готова к взрыву, но он ждал. Чем больше тварей откусят кусочек, тем больше он сможет убить. Таким образом он хотел спасти своих ребят.

Боль была адской. Ему оторвало руку и ногу, но он не упал, а оттолкнулся и прыгнул в самую гущу тварей. Главное зацепить побольше и не задеть своих.

Секунда — и произошёл взрыв. Бойцов откинуло с камня, тушканчиков разметало на кровавые ошмётки.

Если бы не Рыся, я бы и не знал, что произошло. Я видел этот поступок и жал на педаль газа изо всех сил. Машина выехала к гвардейцам через десять секунд после взрыва. Нужно было использовать героический поступок гвардейца с пользой для дела.

Резко поворачиваю руль влево и подставляю бок машины для парней, которые только что с трудом поднялись на ноги. Переключаю на панели режим активации турели и быстро пересаживаюсь на место стрелка. Тут же дергаю рычаг питания, и вместе с пулемётами меня поднимает наверх.

— Быстро в машину! — кричу я, открывая огонь на поражение.

Крупный калибр не лучший вариант против мелких целей, но хотя бы так. Главное — выиграть время для парней, которые уже бежали и занимали места в машине. Под грохот стволов автомобиль тронулся, и мы понеслись в сторону, откуда я приехал.

На ходу разворачиваю пулемёты на сто восемьдесят градусов и продолжаю обстреливать тушканчиков. Монстры после взрыва были дезориентированы и контужены, но с каждой секундой их организованность возвращалась. Из разрозненных групп они снова начали собираться в лавину, которая неслась за нами. Вид захватывал. Живая волна смерти.

Машина не могла развить достаточно скорости — всё-таки нас было двенадцать человек, а это явный перегруз. Я продолжал стрелять, и вскоре ко мне присоединились другие.

Похоже, в багажнике нашлось оружие и патроны, потому стреляли почти все, кроме водителя. Звук стоял мощный. Скольких мы посекли в процессе я не берусь сосчитать.

Когда мы пересекли невидимую границу аномальной зоны, мотор рванул на полную мощность. Машина набрала скорость и начала оставлять тварей позади. Но этого я допустить не мог.

— Машина, стоп! Немедленно остановись! — кричу я.

Водитель нехотя замедляется.

— Именем истребителя монстров, машина, стоп! — заглянув в кабину и заорав это прямо в лицо водителю, я наконец добился остановки. — Разворачиваемся и едем обратно, к самой границе аномальной зоны. Бойцы — в машину. Если есть стихийники, то на крышу. Исполнять!

Бойцы переглянулись, а потом стали пересаживаться. Пришлось немного поорать на них — мы теряли драгоценное время.

На границе аномальной зоны мы могли восполнить запасы энергии, а твари под гнётом хаотичной энергии выброса продолжали бы атаковать. Это был идеальный шанс избавиться от всех тушканчиков. Спасем мирное население, да еще и восстановимся перед грядущим боем с носорогами.

Когда мы всё-таки перегруппировались и вернулись, я увидел, сколько этих тварей собралось. Их стало ещё больше, словно они получили подкрепление. Хотя какая разница? Больше тварей — больше энергии, быстрее развитие.

— Машина, стоп! Открыть огонь! — кричу я и нажимаю на спусковой крючок.

Грохот моего пулемёта слился с треском автоматных очередей. Я почувствовал, как духовная энергия начинает поступать в моё тело. А следом в дело вступили наши стихийники. В прямом смысле этого слова: волны пламени сжигали тварей десятками. Вот это мощь. Патроны закончаться, так же сделаю. С моим то даром.

Это была бойня. Но на этот раз преимущество было за нами.

Мы могли восстанавливать силы, у нас были боеприпасы, а главное — твари были ослеплены хаотичной энергией выброса и действовали на чистом инстинкте. Это играло нам на руку.

Пять минут мы обстреливали тварей, что волнами пытались добраться до машины. Пять минут, как стихийники, а это парень и девушка, со схожими дарами и техниками огня, держали тушканчиков подальше от автомобиля. Пять минут — и больше тысячи монстров полегло от наших рук. Мой душевный план наполнился до предела первого уровня.

Сторонний наблюдатель мог бы спросить: «А чего так мало? Сколько убили, а всего ничего по энергии получил?» А я ему отвечу, что нас было двенадцать человек, и энергия делилась между нами. И это не считая того, что сами тушканчики были всего лишь седьмого ранга. Низшие твари, что могут нанести урон только если соберутся вместе. Поэтому энергии так мало.

Самое интересное, что через пять минут пульсирующая энергия выбросов стала стихать, и небо, что до этого окрасилось в красный цвет, стало возвращать свои привычные краски. Выбросы закончились. Аномальная зона стала понемногу уменьшаться, оставляя после себя уродливые мутации. Земля ещё долго после этого будет приходить в норму.

Тушканчики, как только аномальная энергия перестала затуманивать им сознание, бросились врассыпную от нас. Мы уничтожили много этих тварей, но, как говорится, недостаточно. Ещё много остались на свободе, а это значит, что мирным жителям грозит опасность.

Также, так как небеса пришли в нормальный вид, я смог легко обнаружить, где находились сейчас три громовых носорога. Их энергия создавала искусственные грозовые тучи, что можно было лицезреть невооружённым взглядом. Именно туда мне нужно было, но вот у гвардейцев были другие мысли касательно этого.

— При всём уважении, господин истребитель, но это самоубийственная идея — двинуться туда. — один из парней указал на грозу вдали. — Мы сейчас сильно истощены. Энергии мало. Да и что мы можем против кого-то такой мощи? Прошу прощения, но мы не поедем с вами.

— Спасибо за спасение, но для нас уже хватит. Нужно вернуться в город, сообщить, что тут произошло. Да и остальные группы нужно организовать, чтобы они возвращались. Это нам не повезло, а остальные всё ещё патрулируют леса. Понимаете, господин истребитель?

И я прекрасно их понимал. Да и логически они правы. Сейчас от них никакой пользы. Лучшее решение — это отпустить их и двинуться дальше в одиночку. Благо, сейчас энергия у меня была. Возможно, получится соединиться с группой графа Быстрова.

— Вы правы, господа. Действуйте, как должны. Сообщите, что в лесах очень много монстров после выбросов. Нужно защитить мирных жителей. — говорю и спрыгиваю на землю. — Ещё увидимся.

Напитываю ноги силой и срываюсь с места. Сами гвардейцы проводили меня молча. Они многое сегодня пережили, и они просто хотят домой. Я их понимаю. Но у меня сделка с собственной душой. Так что несусь вперёд, напитанный духовной энергией и странной подпиткой от самой души. Интересное чувство, словно горы готов свернуть… Ну или толстые шеи громовым носорогам.

Глава 17. Громовые носороги

Пока я бегу по болотистой местности в сторону группы графа Быстрова, за спиной раздаётся стрекотание. Оборачиваюсь и вижу, как надо мной пролетают четыре вертолёта. Это именно те машины, что привезли самого графа с его гвардией в Вятку. Теперь, когда аномальная зона выброса потеряла свою силу, появление военной техники выглядело логичным. Техника теперь могла добраться до цели, а не рухнуть бесполезной грудой металла.

— Задайте им жару, парни! — салютую им от чистого сердца, продолжая бежать.

Иногда по пути встречаются монстры, которых я разрубаю своим клинком. Даже вливать духовную энергию не нужно — я сейчас заряжен до предела. Даже вспомнить приятно.

Первого я убил воздушным серпом. Это был Мутированный олень, что скакал чуть вдали от меня. Я напитал клинок духовной энергией, зарядил атаку и ударил. Казалось бы простейшая техника, но я сразу понял, что этого лучше не делать. Моя техника изменила ландшафт до неузнаваемости.

Простая атака ветром, повторяющая кромку меча, разрезала землю на десятки метров вглубь. Просто слишком мощно. После этого я бил исключительно голой силой. И оказалось, что этого более чем достаточно. Пространство дрожало от моих ударов, а тела тварей сначала застывали, а потом взрывались, словно я напитывал их изнутри энергией. Это была приятная мощь.

Я уже почти добрался до аномалии, где оставалась группа Быстрова, как увидел, что четыре вертолёта, не сделав ни одного выстрела, просто полетели обратно. По крайней мере звуков автоматического огня я не слышал.

— Какого…? Куда полетели? Там же монстры! — злость охватила меня так сильно, что я чуть не швырнул в один из бортов что-то посильнее воздушного серпа. Еле удержался. Стою с дрожащей от напряжения рукой, глядя, как птички улетают. — Бесполезность! Зачем вообще прилетали?!

Когда я добежал до места, там уже никого не было. Вот и получил ответ на свой вопрос. Вертолеты забрали группу истребителей для эвакуации. Оставили после себя лишь следы битвы да обугленные туши тварей. Портал был рядом и при этом еле заметен, а кромка аномалии трескалась и вот-вот должна была схлопнуться.

— Ну хоть аномалию закрыли… А их кому оставили? Кто будет Громовых носорогов убивать? Я что-ли? — ругаюсь и смотрю на небо, в котором сверкают молнии.

Немного выпустив пар, поорав на этих балбесов, нахожу глазами конденсатор. Всё ещё висит в воздухе, целый, чего не сказать о машинах под ним. Две искорёженные груды металла — всё, что осталось от транспорта.

Металл на корпусах потёк и скукожился, как если бы на них пролилась лавина раскалённой лавы. Передние стёкла лопнули и осыпались, оставив лишь рваные обрамления. У одной машины двери были сорваны, словно её раздирали на части. Вокруг валялись обломки — части брони, детали двигателя, вырванные с корнем колёса.

Земля вокруг транспорта была вся изрыта и испещрена глубокими бороздами. В некоторых местах поверхность напоминала стекло: аномальная энергия выжгла почву до глянцевой твёрдости.

Рядом с машинами густо лежали следы сражения — обугленные туши монстров, которые обратились в чёрный пепел. Эти останки казались настолько повреждёнными, что разобрать их формы было невозможно. Хотя я то, как раз могу понять, чьи останки это были. Благо видел все это своими глазами в самом начале.

Сама поляна выглядела опустошённой: земля почернела, как после пожара, а воздух был тяжёлым, отдавал запахом гари и озона. Всё ещё стояла полная тишина, нарушаемая лишь треском угасающей аномалии.

Я подошёл к своему конденсатору и силой мысли разрушил руну воздуха. Конструкция наклонилась, и на меня хлынул дождь из энергии. Это было очень приятное чувство: концентрированная, но при этом нейтральная энергия наполняла мои каналы. Резерв быстро достиг второго уровня, а затем заполнился до предела третьего духовного плана.

— Вот это другое дело! Сейчас бы пару дней в тишине, можно было бы поставить ещё одну печать. Вот тогда бы зажил. Но такой роскоши, как время, у меня нет. К сожалению. — сказал я, откинув голову назад от нахлынувшего наслаждения.

Кстати, не редкость в нашем ремесле, когда истребители превращались в настоящих энергетических наркоманов. Они творили такую дичь, что даже стыдно становилось. Но я не такой. Ещё Акула в прошлом вправил мне мозги насчёт энергетического прихода. Хороший был мужик. Интересно, где он сейчас?

Я закончил с поглощением энергии и уже собирался двигаться дальше, как Рыся показал мне любопытное видение. Теперь, когда аномалия почти схлопнулась, мой теневой помощник смог проникнуть внутрь и показал странный, но интересный вид. Мне вдруг захотелось потратить немного времени на исследование умирающей аномалии.

Громовые носороги уходят прочь от мирного населения, так что у меня есть немного времени. А вот у аномалии его нет. Ещё немного, и она схлопнется окончательно, унеся свои тайны. Выбор был очевиден.

Я направляюсь стремительным шагом к умирающей аномалии и без сопротивления прохожу в осколок другого мира.

Интересное чувство — идти через горы сгоревшего мяса. Прямо сейчас я шёл через туннель, проделанный в теле незадачливого Громового носорога. В конце этого пути я вышел в некогда снежный лес. О былом состоянии напоминали лишь редкие участки земли без повреждений. Вся остальная область аномалии была ещё одним полем боя. Тысячи тварей, что полегли тут. Среди них я видел и мутированных оленей, и гигантских пауков, даже тушканчики и те тут были, не считая гипнотических стрекоз.

Для аномалии седьмого ранга, в которой обычно обитали твари одного вида, было странным, что тут появились другие виды, да ещё с такой разницей в силе. И тут крылась разгадка того, почему меня эта аномалия так заинтересовала. В ней, среди этого поля боя, потрескивали ещё четыре аномалии. Уже зачищенные и умирающие. Граф Быстров, оказывается, не сбежал, а сделал свою работу, закрыв не только эту аномалию, но и другие, при этом пережив такой масштабный выброс. Удивительно. Поставлю плюсик ему в своем личном рейтинге сильнейших людей мира.

Сами по себе вложенные аномалии — не новость, такое мы даже в академии встречали совсем недавно, но чтобы случилась цепная реакция выбросов — вот это новость. Притом неприятная.

Пока я ходил и рассматривал кромки аномалий, пытаясь выудить информацию, моя Рыся нашла то, чего я точно не ожидал тут увидеть. Мою разработку — Просторный скачок. Возле самого входа, в небольшой щели между камнями. Пришлось пробираться к нему, так как Рыся не смогла протащить его ко мне. И когда я взял предмет в руки, то невольно присвистнул.

Кто-то очень хорошо поработал над моей разработкой. Столько наворотить, что без ста грамм и не разберёшься. Кто-то присобачил импульсные маяки к основному порту Просторного скачка. Также, чтобы всё это не рвануло к чертям, начертил десять рун стихий. Притом весьма аккуратно. Я бы даже сказал — сбалансировано. И по моим скромным выводам, эта хреновина не вызывает выбросы. Она натуральным образом переносит в аномалию ближайшие аномалии. А вот вторжение чужеродной энергии уже вызывает масштабный выброс и цепную реакцию.

Сам прибор, кстати, сгорел от использования. Вполне возможно, что его хватило на два использования. Тот человек, чьи останки я нашёл снаружи, скорее всего заложил и активировал эту модификацию Просторного скачка, чем спровоцировал первый выброс. И почему-то мне кажется, что группа Быстрова случайно активировала её второй раз. Кто-то просканировал местность и случайно привёл в действие остатки энергии, что были в Пространной эссенции. И тут уже им не повезло — притянулась аномалия с Громовыми носорогами. И начался мощный выброс.

Какое-то странное чувство у меня, будто неспроста всплыли мои неудачные наработки. Сначала в академии, а после и тут, можно сказать, в захолустье. Совпадение? Не думаю… — задумчиво бормочу, двигаясь в сторону портала в другую аномалию. — Неужели моя пропажа, точнее пропажа того самого Самойлова, развязала руки тем, кто давно смотрел в сторону моих наработок?

Меня по сути уже не касались дела моего рода, который я основал и бросил. Но как-то неприятно, что дело моей жизни кто-то использует в мутных схемах. Ой, как не нравится. Тем временем прохожу через кромку портала и оказываюсь в новом биоме.

Тут, как и везде, разрушения, кровь и гарь. Граф Быстров и его Чёрные вороны отлично поработали в деле зачистки территории. Собственно, ближайшие тридцать минут я бегал из портала в портал, чтобы понять всю картину. И по итогу я узнал следующее: граф Быстров зачистил все связанные аномалии, в том числе и те, где находилась зона обитания Громовых носорогов. Там же я обнаружил часть доспеха одного из воинов Чёрного ворона. Похоже, они понесли потери, но задачу свою выполнили.

Рыся искала, не жалея сил, но, похоже, найденный предмет был в единственном экземпляре. И это казалось как доспехов, так и Пространственного скачка. И это хорошо. Главное, что аномалии закрыты. Остались лишь гуляющие в реальном мире Громовые носороги.

Собственно, по их душу я и отправился в наш мир. Перехожу через плёнку портала и оказываюсь где-то в разломанном и сожжённом лесу. Всё-таки вышел я не там, где вошёл, а там, где случился второй выброс. Севернее и гораздо дальше. И первое, что я услышал — это взрывы и стрельба. Кажется, вдали идут бои.

Отправил Рысю на разведку, благо перемещения в теневом мире позволяют сократить расстояние в зависимости от глубины погружения. Так что делюсь энергией по общему каналу и ощущаю, как животинка моя убегает всё дальше и дальше от меня навстречу грозе.

Я же тем временем также не стою, руки в боки, как говорится. Впереди меня ждёт встреча с теми, кто своей пассивной защитой пробьёт мой доспех и даже не заметит. При всей моей подготовленности в физическом плане, я ещё слишком слаб, чтобы вступать в бой с монстром первого класса без тщательной подготовки. Да чего говорить, даже сейчас, с подпиткой души, я слаб в прямом столкновении.

Так что первоочередная подготовка — молнии. В прошлом я был чистым физиком, и поначалу приходилось тяжело, но это и понятно. Пока другие огнём жгут, я бегал с железной палкой, смешно же. А уже потом, под разным наставничеством, а затем самостоятельно, я научился работать со стихиями. Тот же Серп ветра, простейшая техника, а без знания природы вещей, а главное — понимания стихий, она никогда бы мне не удалась.

Так что и сейчас черпаю энергию из своего духовного плана и, словно гончар, подготавливаю её к переменам, сминаю, разминаю и согреваю. А затем проникаю в саму суть духовного плана и наделяю энергию теми свойствами, что есть у молнии. Ведь молния — это воплощение энергии, которая на грани своей разрушительной мощи.

Молнии всегда стремительны. Духовная энергия должна быть настолько подвижной, чтобы её потоки могли разгоняться до грани видимого восприятия. Молния всегда разрывает, пробивает и ломает. Энергия наполняется резонансом, который позволяет ей разрезать или разрушать барьеры, будь то материальные или духовные.

Разряд несёт в себе жар, который воспламеняет, плавит или обжигает. Это свойство позволяет молнии наносить урон даже через преграды. Искры, хаотичные вспышки, непредсказуемый путь движения — энергия молнии всегда находится в поиске самого слабого места в защите.

Прописные истины, но на деле, попробуй сделать из нейтральной энергии что-то обладающее такими свойствами. Сложно. Но у меня однажды получилось. Я научился, а дальше, как говориться, руки помнят.

Хоть это и звучит долго, но на моём уровне контроля, который, несмотря на перерождение, никуда не делся, на всё мне понадобилось всего две секунды. Сложная подготовка длинною в миг.

Вокруг моего тела появилась искажающая реальность сфера, которая трещала и периодически разряжалась в землю мелкими разрядами молний. Я был готов к тому, что меня ждет. И лишь после этого я привычным движением энергии напитал своё тело силой и устремился вперёд. Пока я бежал, моя защита периодически разряжалась в деревья, что проносились мимо меня. А мне не хотелось бы навредить им, учитывая ту помощь, что я получаю, и те истины, что осознаю сейчас. Они живые, и так делать нельзя.

Но забавно, что и моралистом я не являюсь. Я не побегу останавливать вырубку лесов и всеми силами защищать природу. Нет, но для себя решил, что сведу ущерб к минимуму, если такое возможно. Поэтому буду повторять трюк гвардии Быстрова: с силой отталкиваюсь от земли, взмываю в воздух, а там подхватываю себя энергией ветра и уверенно планирую к своей цели.

В этот момент Рыся начала вещание по внутреннему каналу связи. Мой теневой помощник засел на верхушке одной сосны и показывал мне Громовых носорогов. Точнее, двух из трёх сбежавших.

Те же, кто с ними воевал, оказались военные собственной персоной. Они сейчас бесперебойно поливали монстров огнём. Два танка, чьи стволы медленно наводились на цель, периодически выпускали снаряды. Разрывы были громкими, но заметного урона Громовым носорогам не наносили. На земле стояли несколько джипов с тяжёлыми пулемётами. Расчёты сосредоточенно стреляли короткими очередями, но эффективность была минимальной.

Два вертолёта зависли в воздухе чуть выше леса. Один обстреливал монстров из авиационной пушки, другой выпускал ракеты, которые взрывались под ногами носорогов, поднимая куски грунта.

Солдаты двигались вокруг техники, кто-то устанавливал переносные турели, кто-то занимался подносом боеприпасов. Действовали слаженно, но это не давало ощутимых результатов. Громовые носороги рычали, получая минимум урона, и медленно, но верно двигались на наших ребят.

— Ева, ты слышишь меня? — активирую связь, что оставила мне девушка. Сейчас мне нужно было скооперироваться с военными, чтобы они не прибили меня ненароком. Поэтому пробую связаться со своим временным напарником. Иначе придется лететь в обход монстров, искать командование и прочие действия, которые сейчас излишне. В общем, пробую найти решение и импровизирую во всю.

Две секунды длилось молчание, а после я услышал шипение, треск и ответ:

— Макс! А я уж думала, что покинул меня, даже не попрощавшись. Спасибо, кстати, за маячок. Если бы не он, то, не знаю, может, и не говорили бы вовсе сейчас. — связь была с лёгкими помехами. — Где ты сейчас? Граф вызывает тебя к себе.

— Ева. Я на севере, тут военная застава удерживает двух Громовых носорогов. Не справляются. Организуй связь. Мне нужно скооперироваться с ними, чтобы помочь. Сделаешь?

Лечу, ветер обдувает моё лицо, а в ухе тишина. Девушка не отвечает уже двадцать секунд. А я уже подлетаю к месту сражения. Ещё немного — и придётся делать крюк, тратить драгоценное время на личное общение с командирами. Не хотелось бы. Слишком долго. Нас к тому времени могут просто накрыть молниями, и помогать будет некому.

— Да етить твою мать, Ева! — кричу в сердцах, когда в ухе наконец раздаётся голос:

— Штабс-капитан Самохвалов на связи. С кем имею честь? — голос твёрдый и я рад его слышать.

— Говорит истребитель монстров седьмого ранга Максимилиан. Требуется корректировка огня. Я не могу вступить в бой под таким плотным огнём.

— Седьмой ранг… Что ты тут делаешь, сынок? — в голосе слышу разочарование. — В корректировке огня отказываю!

— Твою мать, Самохвалов! Как я, по-твоему, вышел на связь с тобой? Через графа Быстрова. И через него же я смогу получить разрешение на корректировку огня. Но подумай головой! Твои парни погибнут к тому времени! Мне нужны две птички, чтобы отвели одного из носорогов в сторону, а основной огонь переключите на другого. Это даст вам немного времени до прихода помощи! — кричу во всю глотку. Порой люди не понимают спокойного тона, приходится повышать голос. — А после, по моему сигналу, уводите вертолёты и предоставьте монстра мне!

Пришлось в полёте сильно замедлить себя встречным потоком. По сути, я завис на месте, ожидая ответа. И наконец его получил.

— Разрешаю корректировку огня. Действуйте.

Выдыхаю и улыбаюсь. Приятно, когда доводы действуют.

— Спасибо, Самохвалов. Надеюсь, встретимся. Начинаем!

Глава 18. Прожигая путь

Корректировка огня началась с небольшой задержкой, где-то в минуту, после чего два вертолёта отделились от основной группы и взяли сильно правее, полностью переключив огонь на крайнего правого носорога. Остальная же атака сосредоточилась на другом монстре. Им даже удалось изменить траекторию его движения, пока совсем немного.

— Заходите с двух сторон, бейте в глаза. По моей команде набирайте высоту и расходитесь в разные стороны! — командую я по связи.

— Принял. — ответ был короткий и по делу. Голос, кстати, другой — меня переключили на бойца, координирующего действия. Надеюсь, ему хватит ума работать чётко, иначе я лично ему сделаю очень больно.

К счастью, он отработал идеально. Вертолёты зависли в нужных позициях и начали поливать морду твари огнём. Носорог развернулся от заставы военных почти на девяносто градусов и даже пошёл за «птичками». До первого попадания по глазам. Но это должно было рано или поздно случиться.

Эти твари не зря названы Громовыми носорогами. Гром и молнии — их стихия. Но и второе слово в названии полностью оправдано. Анатомически монстр был практически копией земного носорога. Расположение и количество внутренних органов идентичны. Разница лишь в размерах: этот зверь был исполином.

Попадание в глаза разъярили его до крайности. Монстр заорал и ударил ногой по земле. Повадки — до боли знакомые. Сейчас начнется то, чего я ждал и для чего все это затевал.

— Вверх и в стороны! Быстро! — кричу в рацию, а вокруг носорога формируется искрящаяся сфера. Такая же, как моя защита от молний. Эту технику разработали благодаря наблюдениям в исследовательском институте за этими монстрами. А позже я ее у них украл. Да, за мной водились такие грехи.

Сфера вокруг монстра сверкала молниями, разряды били в разные стороны с ужасающей частотой. А потом носорог совершил рывок. Пилоты вертолётов начали манёвр вовремя, но даже так монстр зацепил обе «птички». Точнее не он, а сфера молний вокруг него.

Один вертолёт тряхнуло, корпус оплавился, и в фюзеляже появилась дыра. Второй начал дымиться. Сначала белый дым, затем чёрный, а потом — взрыв. Машина разлетелась прямо в воздухе.

Первые потери операции. Неприятно. Очень больно. Чувствую, как меня охватывает гнев.

— Ну, скотина, держись! — рычу я, убираю встречный поток ветра, набираю скорость и лечу к носорогу.

Моя изначальная задача — увести хотя бы одну из тварей в сторону. Я уже встречался с этими монстрами, знаю их атаки и поведение. Сейчас военные играют в смертельную лотерею. Если кто-то разъярит зверя, он одним броском уничтожит всех. Рывок зверя работает хорошо, как против наземных сил, так и против воздушных целей. Подбитый вертолет тому подтверждение.

— Вертушки, отбой. Дальше я сам. Спасибо, парни.

— Удачи, Седьмой. слышу в ухе и улыбаюсь.

«Седьмой». Придумали мне позывной. Он совпадает с тем, что у меня был раньше среди истребителей монстров. Конечно, сейчас это просто номер моего ранга, но в прошлом он означал, что я — седьмой человек за всю историю, кто вернулся живым из Радужной аномалии. Не закрыл её, а просто выжил. Аномалию до сих пор не закрыли, но что-то меня понесло не туда. Не время вспоминать прошлое.

Ребята сделали своё дело — увели монстра в сторону. Теперь моя работа — уничтожить его. Разница в силе, размерах и мощи? Плевать. Возьму опытом. Зайду, как говорится, через чёрный ход.

Забавно звучит, но неприятно исполнять. Подлетаю к носорогу со стороны его филейной части. Именно туда направлю весь свой удар дальше. Забавно, что столько раз меня за жизнь отправляли в жопу, а это первый раз, когда я туда реально пойду. Иронично.

Подлетаю к точке назначения. В этот момент в меня ударяет молния. От удара меня немного сместило в сторону, но щит выдержал.

Вообще, по-хорошему, для защиты от молний принято использовать стихию земли. Она убережёт от урона со стопроцентной гарантией. Но сейчас был другой случай: щит или доспех земли требуют больших затрат энергии. Кроме того, они тяжелы, и мне бы не удалось добраться до цели так быстро.

Щит, который я использую сейчас, точнее сфера, не только защищает меня от молний, но и подзаряжается от них. Это позволяет мне дольше оставаться в зоне грозовой активности. Правда и минусы существенные у него. Попадание наносит мне урон и заряжает щит. Но если будет перегрузка, взрыв щита может меня убить, так что планирую почаще разряжаться.

В общем, я достиг своей цели и приземлился, мягко говоря, на краю толстой кишки монстра. Сложно описать, что чувствуешь, когда лезешь туда, куда не хотелось бы лезть. Но чего не сделаешь ради страны и людей. Чтобы самому было не так неприятно, абстрагируюсь и представляю, что я оказался в зловонной пещере. Благо такие тоже встречаются в аномалиях, и я там бывал.

Сама «пещера» была высотой около двух метров, но я еле смог рассмотреть стены и окружение. Было темно, как у чёрта в заднице. Хотя, точнее — у носорога.

Пришлось пустить Светлячка, чтобы осветить всё вокруг.

Стены были покрыты блестящей слизью с чёрными прожилками, которые пульсировали, будто живые. Изредка сквозь слизь просвечивались красные потоки — похоже, это была кровь или что-то подобное. Пол выглядел не лучше: вязкая масса, которая липла к ботинкам и издавала отвратительные чавкающие звуки при каждом шаге. Запах здесь был густой, удушающий, с примесью чего-то кислого и гнилого.

Помимо не самых приятных запахов, пещера была наполнена звуками. Но не теми, которые ожидаешь услышать. Это было шевеление и стрёкот, словно тут кто-то был помимо меня. И я быстро понял, что прав.

Из глубин на меня попёрли глисты-переростки с костяными наростами, которые они использовали для движения. Их морды были усеяны острыми зубами. Жуткое зрелище. Таких я ещё не встречал. Ответил привычным: рубанул клинком Серп ветра и посмотрел, как моя заряженная атака убила лишь одного монстра, но сломалась на следующем. А их неслось на меня штук десять.

— Третий класс! — делаю вывод на основе увиденного и той энергии, что я получил за убийство.

Плохо, что их так много!

Ловкие, прыгучие, они сократили расстояние. Я только и делал, что уворачивался. Один раз пришлось разрядить свой щит в одну из тварей. Минус один монстр, плюс одна пятая энергии четвёртого уровня плана. Последнее мне было нужно, так как тратил я слишком много.

Мне стыдно, но, похоже, придётся отступать. Достаю Плевок и стреляю в самую гущу тварей, стремительно унося ноги прочь.

Позади раздаётся писк и шум. Моя атака оказалась идеальной — задело всех. Теперь плазма медленно, но верно растворяла монстров, которые чуть не завалили меня.

Через минуту я был уже у выхода из толстой кишки, готовый взлететь. Но никого не было. Лишь энергия медленно находила своего хозяина. Похоже, я их убил. Но сколько их там ещё находится, я не представляю.

Чувствую по вибрации, что Громовой носорог снова начал движение после рывка. А это значит, что нужно спешить. Не ровен час, монстр развернётся в сторону военных, а те начнут стрелять. Хоть они и знают, что я здесь и просил корректировку огня, но в случае угрозы обязательно откроют огонь. А мне это совершенно не нужно.

Раз не получилось спокойно добраться до сердца монстра, то попробуем иначе. Прожжем себе путь!

— Пылай, птица Феникс! Пылай!

От моего желания дар внутри меня зашевелился и материализовался в виде огненной птицы, которая расправила крылья и начала опалять стенки толстой кишки. Это явно не понравилось носорогу — реакция последовала незамедлительно. Окружающее пространство стало сжиматься, отчего у меня появился выбор: либо идти вперёд, либо выбираться наружу.

Я хотел было рвануть вглубь, но из недр кишок на меня ринулся целый рой глистов на ножках. Пришлось отступить и выбраться наружу.

Я выскочил, можно сказать выпрыгнул на воздух, как раз в тот момент, когда «окно» проникновения сжалось настолько, что даже муха бы не проскочила. Это было плохо. Другие слабые точки монстра были для меня недосягаемы. Всё, что находилось ближе к его голове, дополнительно защищалось молниями, которые я не мог бы пройти.

Даже сейчас в меня пару раз прилетели разряды, снова заряжая сферу. Нужно было действовать стремительно.

Рыся показал мне картинку со стороны: монстр почти повернулся рогом в сторону военных. А еще, там был я. И со стороны я выглядел весьма эффектно: сферический щит молний, огненный аватар Феникса и моя тушка в трусах с амуницией. Точно эпично. При этом мне всё ещё приходилось тратить силы на защиту своего оружия от разрушительных свойств огня.

— Думай, думай… Хм, придумал!

Шальная мысль быстро пришла в голову. Чистая авантюра, да и раньше я такого не делал — у меня ведь не было дара Феникса до этого. Что мог придумать чистый физик, а тут редкий дар. Нужно использовать преимущества нового тела.

— Ну держись, гад! — я уже все решил и начинаю действовать.

Достаю Плевок из кобуры и делаю четыре выстрела прямо в сфинктер твари. Плазма схватила живую материю и начала разъедать её, углубляясь в мягкие ткани.

Монстр взревел и начал делать всё возможное, чтобы облегчить боль. Его тело покрылось сферическим щитом молний. Он готовился к рывку.

Разряды начали бить в мою сферу всё чаще и мощнее, и защита затрещала. Слишком много энергии. Я решил использовать её, чтобы закрепиться на теле монстра. Перевожу бушующую энергию в руки, плету из молний канаты и швыряю их вперёд. Получилось что-то вроде поводьев, и как раз вовремя.

Монстр совершает резкий рывок, и я ломаю себе обе руки. К счастью, электричество свело мышцы, и я не отпустил плетения. Да и мышцы не дали мне потерять конечности. Больно, но ничего страшного, восстановлюсь позже.

Скорость была огромной, молнии били по щиту, голова раскалывалась от напряжения. Мне казалось, что из носа пошла кровь, но из-за жары вокруг я не мог быть уверен. Огонь, ветер и молнии окружали меня.

Рывок длился десять секунд. Я был рад, что Громовой носорог не успел развернуться к военным. Мы пронеслись мимо и, кажется, никого не задели. Почти никто не пострадал — кроме меня.

После резкого торможения я со всего маху врезался в тело монстра. Кажется, еще что-то сломал, но времени проверять не было. Нужно спешить.

Плазма разъела задний проход монстра, и я должен был успеть до того, как начнётся восстановление. А я знал, что у этого монстра отличная регенерация. Не зря он считался вторым рангом в нашей системе классификации монстров.

Отталкиваюсь от тела монстра и подлетаю выше, чтобы оказаться на одном уровне с задним проходом. Дальше начинается чистая авантюра. У меня родилась мысль: после пробуждения дара Феникса моё сопротивление и понимание огня значительно повысились. А когда дар активен, так я считай являюсь аватаром природного пламени. Возможно, оружие последнего шанса, которое я использовал раньше, теперь станет моим повседневным средством для устранения врагов.

Я имею в виду концентрацию энергии в глазах с последующим выстрелом чистого луча разрушения.

Раньше мои глаза, да и часть черепа, просто сгорали. Это могло убить меня, если бы я довёл процесс до максимальной концентрации, но обычно заканчивалось лишь потерей зрения. Теперь же, я думаю, что смогу конвертировать энергию первозданного огня Феникса и прожечь лучом путь до сердца. И при этом не сдохнуть. Возможно, даже не лишившись зрения. Очень надеюсь на это.

Возможно, зря я так думаю, но чувствую, что это реально. А я привык верить своим ощущениям. Тем более душа пульсирует в шее, наполняя тело силой. Приятное чувство. Значит, пора действовать. Лучшего момента все равно не будет.

Анатомия носорога мне известна. Выбираю направление, ударяю кнутами молний, чтобы закрепиться, а затем создаю вихри вокруг себя, фиксируя положение.

Феникс кричит и срывается из моего тела, облетая меня по кругу. Я тем временем подготавливаю энергетические каналы и фокусирую создание. Феникс завершает облет и стремительно проникает мне в голову.

Мир окрашивается в красный цвет. Голова болит, глаза горят. После моей команды чистая энергия вырывается лучом из глаз, устремляясь в недра Громового носорога.

Зрение пропало мгновенно. Я просто выжег свои глаза. Похоже ошибся. Нужно срочно прекращать, пока луч не начал сжигать кости в моей голове. Уже собираюсь остановить поток энергии, когда понимаю, что вижу. Немного, смутно, но вижу. Оказывается, из-за плотности энергии обзор был закрыт, но теперь луч полностью сформировался.

Запускаю сканирование состояния, и мои губы расплываются в улыбке. Я был прав! Дар подарил мне родство со стихией родоначальника огня.

Мощь Феникса, мой духовный план и подпитка души создали настолько плотный луч, что он без усилий пробивал плоть твари и двигался дальше.

Тем временем Рыся показывает, как Громовой носорог неистовствует. Количество молний увеличилось стократно. Начались пожары. Свет от вспышек был настолько ярким, что никакие очки не спасли бы.

Монстр пытался что-то сделать, но я крепко держался и продолжал бить, прокладывая лучом путь к его сердцу.

В меня начали бить десятки разрядов молний. Мой щит трещал от нагрузки, сознание перегружалось. Энергетические каналы с трудом справлялись с потоком энергии. Моя кожа начала обугливаться от происходящего кошмара. Траты духовной энергии колоссальные. Я опустошаю один уровень за другим!

Паника стала подступать, когда я понял: щит вот-вот лопнет. Я не успею добраться до сердца, а значит, не смогу убить монстра.

Удар. Ещё удар. Пространство вокруг звенело от напряжения. Через Рысю я вижу, как в меня летит толстая ветвь чистой энергии. В следующий миг сфера защиты взорвалась. Меня швырнуло в сторону.

Тело закрутилось, словно в безумном вихре. Голова звенела, тело не слушалось.

Миг — и я с грохотом падаю на землю. Вот и всё. Похоже, это конец.

Я потратил столько энергии на поддержание луча смерти, что сжёг свои энергетические каналы. Сейчас я на дне. Опять первый уровень духовного плана.

Тем временем, через Рысю я видел, как Громовой носорог поворачивается ко мне. Откуда он знает, куда я упал, — в душе не представляю. При их размерах у них очень плохое зрение на мелкие объекты вроде меня. Но он всё равно поворачивается, а я даже встать не могу.

Руки, кажется, сломаны, также как ноги и спина. Кости просто не выдержали всего, что на меня навалилось. Глаза хоть и видели, но всё было замутнено, словно я смотрел через слой воды. Что я действительно мог различить, так это вспышки молний и медленно надвигающуюся тень.

Монстр был совсем близко, когда я вдруг почувствовал сладостное наслаждение. Меня накрыло с головой, и я словно оказался в резервуаре. Моё тело стало невесомым, боль ушла. Блаженство. Приятное, всепоглощающее. В это состояние кто-то пытался вмешаться. Краем сознания я ощущал, что меня зовут. Рыся? Наверное, но мне не хотелось отвлекаться на что-то несущественное.

Лишь через минуту я ответил на зов. Рыся показывала мне падение Громового носорога. Впрочем, я и сам почувствовал это. Мою неподвижную тушку подкинуло, а потом засыпало грязью и пылью от удара такого исполина о землю.

Именно сейчас я понял, что произошло. Откуда это чувство эйфории. Я смог убить монстра и получил море энергии, которое был не способен поглотить. Мои каналы повреждены, они не могут доставить энергию до духовного плана. Нужно было срочно что-то делать.

— Она моя! Только моя! — шепчу, словно это может что-то изменить.

Экстренно начинаю лечить себя самой никчёмной техникой восстановления, что у меня была. Другие просто не слушались. С повреждёнными каналами я стал временно поломанной куклой. Ни руку поднять, ни толком направить энергию.

Мне пришлось буквально из глубин духовного плана восстанавливать плоть по частицам. Даже не каналы — только тело. Мне нужна была эта энергия, и я не собирался её упускать. Лично участвую в восстановлении всех важных узлов своего организма.

Десять минут тяжёлой работы, и сладостная патока энергии потекла по моим частично восстановленным каналам.

Я потратил слишком много времени. Самая концентрированная часть энергии уже ушла земле и небесам, но я собрал всё, что осталось. Когда каналы восстановились на пятьдесят процентов, активировал высокоранговую технику сбора энергии. Ту, которую показал на экзамене в академии.

Эта техника наполнила мой духовный план до пятого уровня, но по итогу полностью сожгла мои каналы.

— Ну вот и всё… Ну и как я доберусь до дома… — бормочу, чувствуя, как проваливаюсь в сон. — Нельзя спать… Монстр ещё тут…

А после я отключился.

Глава 19. Туда-сюда

Еву всё ещё мутило после того, как в неё попала молния. Да ещё и зацепило ударом Громового носорога. Она думала, что умрёт, хоть и не боялась этого. Просто было жаль погибнуть такой молодой. Но всё обошлось.

Гвардия прибыла как раз вовремя и прикрыла её. Молодой истребитель монстров выполнил свою задачу и активировал маяк, а после пропал. Ева даже расстроилась, что больше его не увидит, но неожиданно тот вышел на связь. Да ещё и не абы откуда — из самой гущи битвы.

На тот момент она уже вернулась в город, где ей оказали медицинскую помощь. Она хотела помыться. Если бы он вышел на связь чуть позже, она бы уже не услышала его.

Максимилиан. Казалось бы, он совсем ребёнок. По его личному делу ему и десяти лет нет. Реально ребёнок, но с подростковым телом. На вид ему можно смело дать от двенадцати до четырнадцати лет. Но по повадкам, общению и знаниям ему явно намного больше, чем она видела в документах. Ева даже попросила проверить информацию, вдруг имело место быть фальсификация. Но первоначальный отчёт, собранный её людьми наспех, подтвердил, что он тот, за кого себя выдаёт.

И вот, когда она услышала его голос, то испытала радость и какое-то тёплое чувство, что даже не сразу ответила. Пришлось взять себя в руки, но улыбка не сходила с её лица. Конечно, пока он не сказал, где он и что ему нужно.

Ева моментально стала серьёзной и без лишних разговоров сделала то, что требовалось. Её люди быстро выполнили задачу. Также ей предоставили общую сводку по текущим событиями, после чего она отправилась к графу Быстрову.

Она почти бегом пронеслась в имение статского советника. Именно там сейчас отдыхал граф. Охрана без проблем пропустила её. Ева хотела с порога сообщить цель визита, но сразу заметила, что граф был не один. Сложно не заметить столько людей за обеденным столом.

Судя по всему, проходило собрание с аристократами. Как это обычно бывает, всё сопровождалось едой и лёгким алкоголем. Это была не инициатива самого графа, а скорее традиция среди аристократов. Нельзя просто обсудить дела — нужно сначала поесть и, возможно, дойти до сути вопроса.

Сам граф скучал. Он просто сидел, откинувшись на спинку кресла, и крутил бокал одними пальцами. Увидев Еву, он легко кивнул ей, позволяя подойти ближе.

— Ваше сиятельство, к северу отсюда военные вступили в столкновение со сбежавшими Громовыми носорогами. Нужна помощь. Срочно. — произнесла она тихо, на ухо графу.

— Уже не наши проблемы. — устало ответил граф. — Мы и так потеряли двоих и сильно устали, закрывая аномалии. Сейчас это задача самих военных и тех истребителей монстров, что откликнутся на запрос центра. Не говоря уж о дежурных группах.

— Но, ваше сиятельство, там сейчас Максимилиан. Он попросил корректировки огня у военных. Его мы тоже оставим? Даже не взирая… — девушка запнулась на полуслове.

Мужчина посмотрел на девушку так, что она невольно отошла на пару шагов назад.

— Это его выбор, Ева. Мои люди нуждаются в отдыхе. Но если хочешь, можем попросить помощи у этих уважаемых людей. — на последних словах он повысил голос. На них тут же обратили внимание. Точнее, слушали и до этого, но тайно, чтобы никто не подумал, что они подслушивают.

— Мы всегда готовы оказать содействие, ваше сиятельство. Только скажите. — первым отозвался статский советник. Его сладкие речи о помощи и взаимовыручке были привычны Еве. Она уже знала, чем всё это закончится. Они все сначала готовы помочь, но только для вида, а на самом деле удавятся лишний рубль дать. Её болезненно ранило решение самого графа. Он ведь все понимает, зачем он так с ней?

— Громовые носороги на севере. Уходят глубже в империю. Военные пытаются их сдержать. Даже бравый истребитель монстров Максимилиан там. Пытается помочь. Но силы не равны. Что скажете?

Граф впервые улыбнулся за всё время. Его всегда забавляло, как аристократы юлят и меняют своё мнение, когда запахнет тратами. Вот и сейчас начались увиливания.

— Ваше сиятельство, я бы с радостью поддержал и выделил своих людей, но они вернулись совсем недавно. Многие погибли. Боюсь, что они только помешают. — сказал один из баронов.

Остальные аристократы поддержали его. Придумывали всё что угодно, лишь бы не участвовать. Лишь статский советник ответил иначе:

— Ваше сиятельство, я готов выделить технику из своего личного пользования. Два вертолёта. Правда, не очень новые, но они будут готовы через пятнадцать минут.

— Даже так… Благодарю, Семён Семёнович. — Тихомир Михайлович слегка кивнул головой.

— Не стоит, Тихомир Михайлович. — статский советник ответил с тем же уважением, пробуя обратиться аналогично по имени и отчеству. Увидев, что граф не выказывает недовольства, он расслабился. Для него это были ещё одни удачные связи, да и за весьма малую цену.

Тут уже другие аристократы засуетились и тоже стали предлагать технику. Некоторые даже выделили людей. На всё граф отвечал благосклонно, а после обратился к Еве:

— Ну вот, тебе и помогли. Можешь отправиться на защиту нашей родины. Но гвардию я не отпущу с тобой. Даже личную. Задачу свою ты помнишь, а в остальном я тебя не ограничиваю. Ступай.

— Слушаюсь, ваше сиятельство… — девушка была зла, но ничего больше не сказала. Она развернулась и стремительно пошла к выходу.

Своим поступком граф по сути поставил её перед выбором: спасти только Максимилиана или попытаться остановить Громовых носорогов. И с теми силами, что у неё были в распоряжении, она не была уверена, что второй вариант вообще имеет шанс на успех. Для себя она уже всё решила и ускорила шаг, словно подгоняя себя в принятом решении.

Она собрала всё, что могла, за пятнадцать минут. С небольшой группой из четырех человек загрузилась в вертолёты. По два человека на машину, не считая ее и пилотов. На птички было установлено самое лучшее оснащение, которое Ева смогла раздобыть за это время. Ей пришлось планировать на лету, раздавая приказания: оснастить машины всем, что может пригодиться.

Она даже сняла с вертолётов графа несколько блоков артефактной защиты. Это явно не понравилось её товарищам, но что делать? Их она не могла взять с собой, а лететь на машине без защиты против твари, способной своим существованием уничтожить всё вокруг, было глупо.

— Вот и всё. Полетели, парни! — сказала девушка по связи, и птички поднялись в небо, направляясь туда, где уже началось настоящее световое шоу.

— Кто-то разозлил монстра, да так, что он разряжает все свои резервы. Неужели он… — прошептала девушка.

Они летели на максимальной скорости и вскоре начали приближаться к месту боевых действий. Именно в этот момент один из Громовых носорогов упал. Ева была шокирована.

— Кто-то убил монстра второго ранга… Может, здесь есть другие истребители? — произнесла она.

Вертолёт тряхнуло, а после их накрыла волна пыли. Было сложно что-то разглядеть. Тогда девушка активировала технику Пульс. От её тела пошла волна энергии, которая, подобно эхолокации, возвращала ответ, сталкиваясь со сгустками духовной энергии. При ее силе, диапазон сканирования был ошеломляющим.

Пульс вернул мощный сигнал, указывающий на сильное возмущение энергии внизу.

— Туда! — указала рукой. — Снижаемся!

— Принял! — ответил пилот, и машина пошла на снижение.

Девушка выглянула наружу. Вокруг пылал огонь, но место их посадки он словно обходил стороной. Чем ближе они были к земле, тем чётче становилась картинка.

— Максимилиан! — девушка увидела его и без промедления спрыгнула вниз.

Расстояние было метров десять, но перед самым приземлением её тело словно растянулось в луч света, а затем материализовалось на земле.

Ева тут же припала на колени, ощупывая парня, и начала вливать в него энергию.

— Живой… — выдохнула она с облегчением и осторожно продолжила лечить его.

Максимилиан был покрыт сплошными гематомами. Он лежал, весь обожжённый, почти голый, но с чистым оружием на креплениях.

— Мальчик не жалел себя, но берег своё оружие. — почему-то подумала Ева, вливая энергию, которая помогала лишь слабо.

Ребёнок сжёг свои энергетические каналы. Починить их в полевых условиях было невозможно.

Вертолёт завис над ними, и двое бойцов спрыгнули вниз.

— Эвакуируем его. Только аккуратно, он сильно пострадал. — сказала Ева, отходя в сторону.

Вдали ещё шёл бой. Сквозь дым пожаров и хмурую погоду она видела, что военным не выстоять. Но для себя она уже всё решила и не собиралась вмешиваться.

Максимилиана закрепили, подняли на борт. Затем вернулись бойцы, и вертолёт поднялся в воздух.

— Летим в город… — сказала она с тяжестью в сердце, глядя на тех, кто сегодня здесь поляжет.

Птичка не сделала ни единого выстрела. Они просто улетели, оставив военных без помощи. Даже второй вертолет на остался. В ту вылазку спасли лишь одного человека. И имя ему Максимилиан.

Не знаю, сколько я проспал, но когда очнулся, то почувствовал прилив сил. Место мне было, при этом, незнакомо.

Просторная комната с высокими потолками и большими окнами, через которые лился мягкий дневной свет. Стены были выкрашены в светло-бежевый цвет, украшены строгими картинами в тонких золотистых рамах. На полу — ковёр с мелким геометрическим узором, а рядом с кроватью стоял небольшой столик с графином воды и стаканом. Кровать, на которой я лежал, была широкой, с высоким изголовьем, украшенным резьбой. Постельное бельё — белоснежное, из плотной, но мягкой ткани.

Я принял сидячее положение и взглянул в окно. На улице был день, и очертания города за окном показались мне до боли знакомыми.

— Столица… Но как? — только и смог сказать я.

У меня в Вятке оставались незаконченные дела. Монстры, что сбежали. Я хотел помочь жителям устранить угрозу. Громовые носороги всё ещё сеяли разрушения, и я хотел убедиться, что с ними покончено. Также я оставил там скоморохов, так толком и не начав обучение у них. Посещение столицы не входило в мои планы. По крайней мере в ближайшее время.

Пока я размышлял, в комнату вошла Ева. Она переоделась из доспехов в повседневную одежду.

На ней была облегающая блузка светло-серого цвета и брюки глубокого синего оттенка. На ногах — чёрные сапоги с невысоким каблуком. Волосы, собранные в аккуратный хвост.

— Красивая. — только и подумал я.

— Очухался наконец. Я уж думала, ты до зимы тут валяться будешь, но ты ничего, молодец. Всего неделя, и уже в себя пришёл. Мне врачи сказали, что ты месяц будешь восстанавливаться, но даже тут ты умудрился удивить меня. — девушка говорила с улыбкой, и слушать её было приятно. Она явно чувствовала себя комфортно здесь.

Я поддерживал её тираду кивками, дожидаясь паузы. И она скоро появилась.

— Ева, я хотел спросить, что с Громовыми носорогами? Я помню, что убил одного. А что с двумя другими? И что с военными? Успели их прикрыть?

— Всё хорошо. Монстров уничтожили. Последнего убили по моим сводкам вчера… — девушка прислонилась к стене у окна и на пару секунд задумалась.

— Ева? — позвал я её, когда понял, что она ушла в себя.

Она встрепенулась.

— Ах, да. Задумалась немного. С военными всё в порядке. Мы успели вовремя, отвели угрозу в сторону, а потом вытащили тебя. Не переживай.

— Спасибо. Мне это было важно. — сердечно поблагодарил я. — Ева, а что я делаю в столице?

— Как что? Проходишь лечение. Не знаю, что ты сделал, чтобы победить этого монстра, но каналы ты сжёг себе вообще все. Впервые слышала, чтобы Ардышев так сильно ругался матом…

— Меня лечил сам Ардышев? — я был сильно удивлён. Этот человек — мой ровесник из прошлой жизни. Самый талантливый лекарь этого мира. Его услуги могли себе позволить разве что императоры. Да и то, он брал не деньгами, а ответными услугами или артефактами.

— Ну-у-у, не сам Ардышев, а его сын. Он просто проходит здесь обучение, вот и помог во благо корпуса.

— А здесь, это где? — спросил я, хотя уже догадывался, куда меня привезли.

— Ха, точно, ты не аристократ… — на этих словах она смутилась. — Прости, это я не специально.

— Всё нормально. Продолжай. меня её слова не задели, но для других это могло бы стать ударом по самолюбию. Всё-таки небольшие трения между сословиями давно существовали. Особенно между истребителями, которые приравнены к аристократам, и теми, у кого голубая кровь с рождения.

— Корпус порядка. Это место — будущее Российской Империи. Пять великих аристократических семей создали его, чтобы любой мог стать сильнее. Место безграничных возможностей. Романовы, Быстровы, Самойловы, Толстые и Черняховские. Благодаря им здесь можно получить мощный старт. Карьера, личная сила, связи. Всё, что угодно.

Девушка говорила с горящими глазами. Ей здесь действительно нравилось, и она хотела склонить меня остаться здесь. По крайней мере, её слова это выдавали.

Учитывая, что я был одним из основателей этого места, я знал, что она говорит правду. Не всю, но то, что было озвучено — чистая правда.

— Слушай, давай я устрою тебе небольшую экскурсию. Посмотришь, оценишь. Вдруг захочешь остаться здесь… — девушка подмигнула.

— Что-то мне подсказывает, что у меня нет привилегий учиться здесь… Поэтому не хочу тратить твое время понапрасну — говорю я, а внутри чувствую горечь.

Во-первых, когда я участвовал в создании этого места, одним из моих условий с Черняховым-старшим было то, чтобы попасть сюда мог любой. Наши люди разработали конкурсную программу, чтобы любой человек имел шанс поступить сюда, если проявит упорство или талант. Как ни печально признавать, система просуществовала всего двадцать лет. А затем правила изменились. В управление пришли новые люди, и теперь это место стало скорее элитной школой для аристократов.

Во-вторых, я изначально рассчитывал на это место. Но позже, собирая информацию, понял, что безродного Максимилиана сюда и близко не подпустят. Из-за этого планы пришлось корректировать, надеяться на других людей, которые в итоге меня подвели.

Само предложение Евы меня сильно заинтересовало. Я думал, что когда-нибудь смогу сюда попасть, но намного позже. Учитывая сложившиеся обстоятельства. То, что она сейчас предлагает, явно стоило обдумать.

— Да нет, это всё предрассудки! Сюда действительно может попасть любой. А тебе так вообще граф Быстров, как один из основателей Корпуса порядка, выдал личное рекомендательное письмо для поступления! Я хотела тебе об этом позже сказать, когда ты посмотришь всё, но ты загнал меня в угол. Так что сдаюсь. — девушка улыбнулась и подняла руки в шуточном жесте капитуляции. — Ну? Что скажешь?

Мне было что ей сказать, да и самому себе. Я хотел поступить сюда. Это действительно был бы шаг вперёд для моего будущего. Я вернулся бы к запланированному плану, а не импровизировал бы каждый раз.

Но было одно «но».

Знания, связи, сила — всё это я уже получал раньше. Я стоял у истоков формирования многих знаний, которые сейчас стали эталоном. Это не было для меня новым. Скорее, очередная ступенька. Но с другой стороны были скоморохи. Их способность использовать силу души.

Это были неизвестные знания. Техники, которые даже близко не стояли с тем, что я изучал раньше. Например, если бы у меня в прошлой жизни было Слияние, я мог бы избежать ловушки, которая почти уничтожила моих людей и меня.

Тогда мой теневой помощник погиб, но успел сообщить планы неприятеля. А ведь Слияние всего лишь учебная техника. Начало начал у скоморохов. Что уж говорить о силе, которая подавляла хаотичную энергию выброса, заряжая моё тело? Такого раньше не существовало. Я в этом уверен, так как искал. Много искал. И сейчас, новые знания открывают такие возможности, что даже думать об этом было страшно.

Я оказался на перепутье. Молчал, обдумывая всё, а Ева, видимо, расценила это как невежественное сомнение. Она явно решила, что я просто не знаю, что здесь есть, и усилила свои уговоры посмотреть всё вокруг.

Мне пришлось согласиться. Моё сознание могло обдумывать дальнейшие действия и в компании с симпатичной девушкой.

— Ладно, уговорила. Только где моё оружие? И прости за странный вопрос… Где мои трусы?

Не то чтобы я валялся перед ней голый — нет, на мне была больничная пижама с соответствующим нижним бельём.

— Хе-хе. Всё в гардеробе. — девушка рассмеялась, прикрывая рот ладошкой. — Ладно, переодевайся. Не буду тебя смущать.

Она чуть повернулась к выходу, но добавила:

— И ещё: на территории Корпуса разрешено ношение оружия. Также, как и смертельные дуэли. Но пока ты со мной, можешь не переживать. Тебя никто и пальцем не тронет.

Эта говнючка сумела задеть мою гордость. По моему лицу она, видимо, это заметила, потому что быстро добавила:

— Шучу. — она отправила воздушный поцелуй, но у меня уже не было настроения. — Ладно, переодевайся. Жду в коридоре.

После чего она вышла. А я остался сидеть на кровати, чувствуя бурлящий гнев. Её слова задели мою честь. Такого уже давно не было.

Пришлось потратить минуту, чтобы успокоиться, а потом я встал, запер дверь и начал делать зарядку. Пусть подождёт пару часиков. Это мой ритуал, который я мог бы перенести, но не буду. В следующий раз она будет аккуратнее в словах.

Глава 20. Корпус порядка

Два часа тренировок пролетели незаметно, особенно после того, как девушка начала беспокоиться обо мне. Она стучала в дверь, звала, но я просто ушёл в себя. Небольшая медитация никому не помешает.

Так я и провёл эти два часа: тело было в напряжении, а мозг ловил тишину и покой. Контраст бодрил, заставляя организм работать на полную. И именно этого я и добивался.

Когда я открыл глаза, то увидел, что дверь была выломана. Даже больше — она валялась на полу, а девушка стояла, упёршись о косяк, с обидой на лице. Её поза и взгляд говорили о смертельной обиде. Смешная она. Манипуляция обидой — это же классика.

Я медленно встал, снял промокший верх пижамы и направился в ванну. И при этом не проронив и слова. Кажется, за моей спиной она возмущённо ахнула, но я не обратил внимания.

Это была лёгкая шалость, не более. Щелчок по её красивому носику.

Приняв ванну, я прикрылся полотенцем и отправился к шкафу за вещами. На девушку я особо не смотрел для меня главное было вернуть своё снаряжение. Очень надеюсь, что оно тут. Собственно, открываю шкаф и улыбаюсь.

Огнеупорные трусы, сделанные мной лично и кожи королевской гончей. Теперь я носил только их, благо вещь не убиваемая и весьма мягкая.

Мой композитный клинок. Починяный, а затем и модифицированный. Ни капли не жалею, что купил его тогда в городе под подошвой.

И Плевок, с почти разряженным магазином плазмы. Чудо оружие, на котором я уже видел следы разрушений. Опытный образец явно требовал доработки. И я планировал в будущем наведаться к Доверне, моему знакомому из академии истребителей монстров.

Ну и ещё в шкафу была одежда моего размера. Притом дорогая. Это было легко понять по виду, не говоря уже о тактильных ощущениях.

Тёмно-серый костюм-тройка из плотной, но мягкой ткани. Жилет на круглых пуговицах с мелким орнаментом. Под ним рубашка цвета слоновой кости, сделанная из лёгкой, дышащей материи. Брюки черные. На плечи можно было накинуть короткий плащ из тёмного сукна с серебряным узором по краям. Обувь — чёрные сапоги с мягкой подошвой.

В итоге я надел весь костюм, кроме плаща.

Когда костюм сел на меня как влитой, я невольно улыбнулся. Всё больше убеждаюсь, что меня хотят завербовать. Это с одной стороны хорошо, открывает ранее недоступные двери, но с другой — привлекает ненужное внимание. Моё личное дело, похоже, уже вовсю ходит из рук в руки.

— Ну что, идём? — девушка, до этого стоявшая у окна, наконец повернулась. Её голос был спокойным, но с нотками извинения. — Я прошу прощения за те слова. Я поняла, что не стоило так говорить. И вообще, чтобы ты знал, я обычно не извиняюсь. Поэтому хватит дуться.

— Принимается. Ну что, веди меня. Но сначала покорми, мне кажется, я неделю не ел. — сказал я с лёгкой улыбкой.

— Ну вот, другое дело! Пойдем. — её лицо просветлело, и она буквально упорхнула в коридор.

Я последовал за ней.

За десятилетия существования Корпус порядка сильно изменился. Это касалось не только правил приёма, но и общей атмосферы. Раньше здесь собирались лучшие из лучших, те, кто действительно хотел развиваться и становиться сильнее. Сейчас же это скорее аристократическая закрытая школа, по-другому и не назовёшь.

Как в своё время шутил Акула, когда я предлагал ему выйти в свет: «Куда ни плюнь — всюду попадешь в аристо». А потом, брав паузу, он со смехом добавлял: «Хотя как посмотреть, может, они сами ищут мой плевок». Он был добрым дикарём и бунтарём, в этом вся его суть.

В самом Корпусе порядка мы только вышли из комнаты, как я увидел аристократов. Все как один в дорогих одеждах с гербовыми мечами. У многих были прочие знаки принадлежности к столичным и не только родам. Похоже, это место стало пристанищем для отпрысков тех, кому оно нужно не для развития, а для создания связей.

Кстати, по ощущениям, мы находились как в аквариуме. На нас смотрели все. Кто украдкой, а кто-то даже не скрывал взгляда. Было интересно, чего это они.

— Ты знаешь, кто это идёт с Евой? Одежда дорогая, а на лицо деревенщина. — неожиданно услышал я в ухе.

Улыбка непроизвольно появилась на моём лице. Рыся негодница! Я думал, что мой теневой помощник остался в Вятке. Такое ведь возможно. Когда я очнулся, я сразу позвал её, но ответа не последовало. Я уже расстроился, а тут она, да ещё и с информацией. Молодец, поэтому я поделился с ней энергией, продолжая слушать разговор.

— Он ещё и лыбится. Может, разобьём ему лицо, чтобы не светил тут им? Всё равно все знают, что ты на неё претендуешь. Можно даже повода особо не искать…

После этих слов мне пришлось найти болтливых аристократов взглядом. Мы как раз спустились по широкой лестнице в холл особняка. Это место напоминало больше роскошный дворец, но было «общагой» по своей сути. У каждого здесь была своя комната, зачастую с ванной и даже слугами. По ощущениям, законы Толстого, что позволяли иметь прислугу в зависимости от титула, явно вступили в силу. В прошлом я выступал против этого. Тут же Рыся мне показала слуг, убирающихся в комнатах. При этом они были сильнее многих здесь находящихся людей. Включая меня. Это даже немного пугало.

Те болтуны стояли на втором этаже и смотрели прямо на нас. Их было трое.

Первый, стоявший чуть впереди, выглядел как типичный аристократ. Прямая осанка, надменный взгляд, светлый костюм с вышитым гербом и рука, небрежно лежащая на богато украшенном мечу. Кстати, из-за перил я не особо разглядел герб.

Второй активно болтал, то и дело предлагал что-нибудь сломать. И исключительно мне. Коренастый, с короткими каштановыми волосами. Его движения были резкими, а одежда — дорогой, но не настолько вычурной, как у первого.

Третий молчал, будто ему всё происходящее было неинтересно, но от группы он не отходил. Высокий, с длинными тёмными волосами, собранными в хвост. Его холодный взгляд был устремлён на нас, но он не проронил ни слова.

Когда я посмотрел на них, они даже не думали отводить взгляд. Скорее наоборот, будто специально искали повод для конфликта. Наивные. Пока я шёл в размышлениях, Ева что-то говорила мне, но я был так увлечён хищной атмосферой вокруг, что пропустил её слова мимо ушей.

За что и получил щелчок по уху. Щелчок легкий, но весьма болезненный.

— Ай… — потираю место «нападения» и смотрю на девушку.

— Ну это уже какое-то хамство! Я же извинилась. Чего теперь меня игнорировать, что ли? — Ева надулась, как мышь на крупу. Выглядело это мило. — Я тебе ведь объясняю, что тут есть. Можно сказать, экскурсию провожу, а ты?!

— А я прослушал…

— Ты вообще где витаешь? Понимаю, что не самая захватывающая часть экскурсии, но это всего лишь жилая зона. Я тебе ещё ничего толком не показала. — девушка взяла меня под руку и, можно сказать, потащила дальше.

И мне даже Рыся была не нужна, чтобы понять и почувствовать направленную на меня агрессию. А следом и сканирование полетело, но Чёрное зеркало никто не отменял. Просто и эффективно.

— Забавно… — подумал я, наблюдая, что согнулся в три погибели именно третий из группы аристократов. Молчаливый и долговязый. Я бы на него не подумал.

— Хватит витать в облаках, Макс! — девушку прямо бесила моя незаинтересованность её словами. И тут либо я и дальше буду молчать, либо расскажу. И я не играю в благородство или что-то такое. Пусть знает, во что она меня втягивает.

— Не кричи и отпусти мою руку. — говорю спокойно, даже шага не замедлив. — Не знаю, какая у тебя репутация в Корпусе, но только то, что я иду рядом с тобой, уже делает меня предметом пристального внимания. А твоя фривольность там, где каждый третий на тебя виды имеет, создаёт проблемы, из-за которых я тебя и не слушаю. Приходится отбиваться. Это всего лишь дело времени, когда меня вызовут на дуэль или ещё какими-то уловками унизят или вообще покалечат.

— Кто посмел?! — девушка резко развернулась и выпустила Волну сканирующей энергии. Кстати, весьма искусно замаскированную волну энергии. Если бы не моя печать, я бы и не заметил этого. Кажется, техника называется Пульс, но она мне не подходит по темпераменту. Хотя изучить и знать её я обязан.

Собственно, три секунды — и она безошибочно нашла тех, кто мне докучает. И даже больше. Я увидел по лицам парней, что их буквально парализовало.

— Зелёное зеркало… Ха, идейный прародитель моего Чёрного зеркала. Техника сильно выше по рангу и, соответственно, мне пока недоступна. — пронеслось у меня в голове.

Вообще, забавная ситуация с этими зеркалами. Разработка Имперской тайной канцелярии для защиты императора Михаила. Создавались изначально две версии: Белое зеркало и Зелёное зеркало. Одно для обнаружения, другое для задержания. Но обе настолько требовательные, что даже противно. Техника должна быть элегантной и простой, собственно как и Чёрное зеркало. Разработал я его с моими научниками. Пришлось сильно порезать умение, но зато его можно применять почти с самого начала истребительского пути. Дальнейшего распространения в массы не получил. Из-за меня.

— Эта троица, Гарелов, Ромашкин и Герасимов! Придурки малолетние! — девушка была зла, но больше ничего не делала. Она опять взяла меня под руку и уже молча повела меня в обеденный зал.

Гарелов… Знакомая фамилия. Если я правильно могу рассчитать по возрасту, это должен быть Валерий Гарелов. Средний сын старого рода. Почти все у них на службе императора. Ну а кто не служит, тот ещё проходит обучение. А это значит, что в Корпусе ещё минимум двое из этой семейки. Только начал, а уже возможные неприятности получил. Плевать, мне не привыкать. На этом можно даже денег поднять. Не связи, конечно, но тоже приятно.

Мы пришли в зал, который выглядел как хороший столичный ресторан. Высокие потолки с витражными окнами пропускали мягкий свет. На полу — дорогой мрамор с узорами, на стенах — картины в позолоченных рамах. Столы из красного дерева были накрыты белоснежными скатертями, а над каждым висели аккуратные хрустальные светильники. Вдоль стен стояли стеллажи с книгами и декоративными вазами.

Зал был заполнен молодыми аристократами, которые оживлённо беседовали за своими столиками. На каждом столе стояли серебряные приборы, а блюда подавались официантами в строгой униформе.

Я помог Еве сесть за столик. Всё-таки я ещё и манерам обучен. Шучу, просто захотелось поухаживать. А после и сам сел на место.

К нам подошёл официант — молодой парень с аккуратной причёской, в чёрной жилетке и белой рубашке.

— Что заказывать будете?

Ева, не задумываясь, заказала:

— Лёгкий овощной салат с орехами. Лосося, приготовленного на пару, с соусом из зелени. Стакан фруктового напитка.

Я, напротив, предпочёл:

— Стейк из говядины средней прожарки. Гарнир из жареного картофеля. Чашку травяного чая.

После оформления заказа официант кивнул и быстро удалился, оставив нас наедине.

— Как я понимаю, Ева, Валерий Горелов имеет на тебя виды. Возможно, даже свататься приходили… — начинаю разговор, пока мы ждём еду.

— Откуда ты… И всё-таки у тебя невероятные аналитические данные. Ты же разведчик чистой воды. Не хочешь к нам в отряд? — девушка загорелась и чуть придвинулась ко мне.

Отрицательно качаю головой, и она со вздохом откидывается на спинку стула.

— Ну ладно, не буду давить. Но ты всё равно подумай, хорошо? Ну и отлично. А насчёт Валеры… Он весьма целеустремлён в своём стремлении завоевать меня. Его не смущает ни разница в возрасте, ни разница в силе. Да даже то, что я вовсю участвую в военных операциях, пока он тут штаны просиживает. Мне кажется, его это только раззадоривает. Я уже даже пару раз все кости ему переломала, а он ничего, продолжает. Только теперь близко не подходит и действует чуть умнее. Даже как-то на моих родителей вышел. До сих пор не представляю, откуда у него информация…

В этот момент принесли блюда, и мы начали есть. Было забавно наблюдать, как девушка степенно поглощает еду, в то время как я за пару минут всё съел и довольный откинулся на спинку стула. Как же я хотел жрать. Кто бы знал.

— Знаешь, ты пока кушай, а я выйду на пару минут. По нужде. Прошу простить.

Встаю и демонстративно медленно иду в сторону уборных. Горелов с компанией ведь не оставили нас. Паралич сошёл, и они быстро нашли нас. Ну а я что? Если кто-то хочет проблем, то он их получит.

Прохожу в уборную и улыбаюсь. Просторная, как и всё здесь. Пол выложен плиткой чёрного и белого мрамора, на стенах — зеркала в тяжёлых серебряных рамах. Ряды умывальников с краном на каждого посетителя. У каждого умывальника стояли аккуратные мыльницы с резными кусками ароматного мыла. В углу заметил корзину с белоснежными полотенцами, а освещение здесь было мягким, без тени.

— Отличное место для того, чтобы отучить детишек от чрезмерного внимания к моей персоне… — говорю я и исчезаю из вида.

Валерий Горелов был зол за то, что их парализовало. Но не на Еву, а на неизвестного парня. Кто он вообще такой, чтобы трогать его девушку своими руками? Поэтому, как только он смог вернуть контроль над своим телом, то побежал искать его. И нашёл.

Неизвестный сидел с Евой и улыбался. Его девушка активно что-то говорила. Злость наполняла его. И он считал, что Алексей прав, когда предлагал смять эту ублюдскую улыбку с лица этого паренька.

— Как только появится возможность, мы ему покажем, что значит так себя вести… — болтал Алексей, стоя рядом. Но вот чьё мнение действительно волновало Валерия, так это Альберта.

— Как думаешь, что сделать? — спросил Валерий, но парень не ответил, лишь кивнул головой куда-то в сторону.

Горелов средний посмотрел в требуемом направлении, и недобрая улыбка появилась на его лице. Неизвестный парень пошёл в уборную, да ещё и объелся, судя по движениям.

— Точно деревенщина… — только и подумал Валерий, после чего они быстро, но аккуратно побежали следом.

Им пришлось сделать крюк, чтобы Ева их не заметила, и у них это получилось.

Они прошли в уборную, заперли дверь, а после продвинулись дальше и застали парня, стоящего спиной к ним, умывающего своё лицо.

— Ты ведь даже не догадываешься, куда полез, пацан! — Валерий был доволен собой. А когда мальчик обернулся и отшатнулся назад, он почувствовал превосходство, которое так и просилось наружу. — Ну не стоит так трястись. Мы ведь здесь для того, чтобы просто поговорить. Так, парни?

— Конечно, поговорить. Мы ведь уже говорим… — произнёс Алексей и засмеялся.

— Кто вы такие и что вам нужно? — голос мальчика был еле слышен. Кроткий и дрожащий. Да даже на вид он казался Горелову меньше ростом, чем он видел его раньше.

— Я же говорю, не бойся. Мы всего лишь ребята, которые увидели тебя рядом с моей невестой. А я ведь должен убедиться и понять, с кем моя будущая жена там общается… — парень был доволен и ожидал реплики своего товарища, но тот молчал. Просто пристально смотрел на мальчика. Валерий хмыкнул. — Слушай, может, мы ошиблись, и ты слуга? Ну знаешь, есть тут одарённые слуги, которые проходят обучение рядом с господином. У Евы я не видел слуг. Может, это ты? Хотя странно, что парень… Может, ты евнух?

— Не знал, что Ева ваша невеста. Да я вообще тут ничего не знаю… — парень говорил тихо, но дальше его голос стал твёрже. — Но я знаю, например, что ты плевок на её репутации. Щенок, что прибился к ней, а она убивать тебя не может. Жалеет…

— Да как ты смеешь?! — Валерий ударяет наотмаш своей ладонью по лицу мальчику, но тот после удара даже не двинулся, только оскалился. А рука горела, словно он об камень ладонью прошёлся.

— Я ещё не закончил, Горелов. — мальчик, кажется, стал выше, голос звенел силой, и Валерий обернулся на своих товарищей. А их там уже не было. — Твои приспешники будут поумнее тебя. Они сразу поняли, кто я и что тебя ждёт. Они сбежали, так как твоя жизнь ничто не стоит. Ты жалок, никчёмен, и до конца своих дней будешь знать, что ты обоссался при виде меня.

Валерий посмотрел вниз и увидел, что действительно промочил штаны. Его трясло. Его захлёстывали эмоции диаметрально противоположные. Он не знал, что делать.

— Ты потерял право даже смотреть на неё, засыха. Воспоминание твоего позора навечно с тобой. Прощай.

Парень хотел было схватиться за родовой клинок, но не успел. Его мир погас, и он потерял сознание.

Моя копия, что стояла напротив Горелова, исчезла, оставив после себя каменную плиту, которую я возвёл силой земли. Позади меня лежали двое парней, что я вырубил, пока находился под слоями иллюзий. А самого Горелова сначала заставил опорожнить мочевой пузырь, благо для этого я изучал в своё время китайскую акупунктуру, заточенную под духовную энергию. Ну а после просто вырубил.

Каменную стелу я убрал, но вот следы после её возведения уже остались. Ну ничего, мало ли тут что могло произойти. Самих парней я унес в кабинки, предварительно забрав родовые клинки. И уничтожил, безвозвратно. Обменять их на вознаграждение не получится, так как добыл я их не в честной дуэли, но просто подгадить — почему нет. Думаю, им зададут жару их родители.

Также я их проверил на предмет ценных вещей — брать особо там нечего. Но кое-что интересное я узнал: род Герасимовых стал вассалом Гореловых. Получается, этот молчаливый парень слуга Валерия. Не догадался бы. Ну да и ладно. Дело сделано.

Вытираю пот с лица, так как весьма устал готовить и проводить это представление. И, кстати, Ева частично права про разведчика. Только в моём случае, я диверсант, и это часть моей прошлой жизни.

Заканчиваю приготовления и просто выхожу из уборной. Даже если бы они сделали мне плохо, то никто бы и не дернулся меня спасать. Вокруг никого не было.

Прохожу в обеденный зал, а там сидит Ева и скучает. Подхожу к ней, протягиваю руку и говорю:

— Ну пойдём. Покажешь мне, как тут всё организовано.

Глава 21. Куда-то туда

Сам корпус порядка сильно изменился. За годы вливания денег территория комплекса выросла втрое. А это, на минуточку, в столице, которая тоже не стояла на месте и разрасталась. Территории огромные, и чтобы организовать доставку людей из точки в точку, создали подземную сеть тоннелей. Этого даже в самой столице ещё не было, а здесь уже вовсю используется. Называется метро. Почему? Ещё не выяснил, но позже обязательно узнаю. Уж слишком меня зацепил этот вид транспорта.

Вагоны двигались быстро, оборудованы двухместными комнатами — шесть штук на вагон. Для корпуса, который всегда славился роскошью и утончённостью, это было логичным решением. Я в какой-то мере сам являлся двигателем прогресса, но эта разработка поразила меня.

Интересно, она вообще появится в самой столице? Учитывая Город под подошвой… Кажется, знание в высших кругах об этом незаконном участке жилой земли под столицей сильно тормозит введение системы метро в городе. И это мне не нравится.

Мы проехали станцию «Грозовые ворота», и я невольно улыбнулся. Сколько же сил мы потратили на возведение этого сооружения. Семь небольших арок, возведённых одна за другой, создают на вид непродолжительный туннель. Цель этих врат — достичь единения с молнией, а затем и самой природой. Ведь каждый шаг, каждое пересечение арки усиливает напряжение. Вообще, это мой любимый вид тренажёров — всё постепенно, но не всем нравился такой подход.

Например Толстой предложил и реализовал другую идею. Где-то там, на территории комплекса, стоит «Водопад правды». Чудо инженерной мысли. Эта штука может тебя в секунду сделать калекой, но может и дать силу. А сила, как говорят, в правде. Но это так, больше шутка.

Мы прибыли на станцию, которая так и называлась — «Центр». Место, где мы вышли, было центром всего корпуса порядка.

Передо мной раскинулась огромная площадь. В центре возвышалась монументальная башня, увенчанная шпилем. Её архитектоника вызывала уважение. Башня будто бы соединяла старую эпоху Российской империи и современную инженерную мысль. На шпиле красовался герб корпуса — стилизованный щит с изображением молнии и лаврового венка.

Вокруг башни разбегались в стороны аллеи, обсаженные деревьями. На каждом шагу виднелись идеально ухоженные клумбы с цветами. Здания, окружавшие площадь, были выполнены в строгом, но богатом стиле. Их массивные фасады украшали колонны, скульптуры и барельефы, рассказывающие о подвигах защитников империи.

На противоположной стороне площади находилось здание, будоражащее взгляд. Оно возвышалось в два раза выше остальных сооружений. Просторные окна, украшенные арками, гигантские входные двери из чёрного дерева и золотая надпись над входом: «Корпус порядка. Сила, честь, служение».

Вдоль площади тянулись торговые павильоны. Там продавали всё — от оружия до артефактов и редких ингредиентов. Эти лавки привлекали людей со всех уголков корпуса.

Множество людей — и студентов, и военных, и аристократов — заполняли площадь. Я обратил внимание на то, как здесь сочетается сдержанная роскошь с функцией. Каждый элемент был не только красив, но и служил своей цели.

— Ну, как тебе? — спросила Ева, заметив мой взгляд.

— Грандиозно. — честно ответил я, оглядываясь вокруг. — Это место полностью отражает идею, ради которой оно создавалось.

Девушка улыбнулась. Она явно гордилась этим местом и своим участием в его жизни.

— Ну так что? Ты останешься? С рекомендательным письмом графа Быстрова, да ещё со званием истребителя монстров, тебя возьмут без проблем. Пройдёшь дополнительное обучение, наберёшься сил. Да мне даже кажется, что тебя могут к нам в «Чёрный ворон» прикомандировать. А это уже сразу статус, деньги, развитие в конце концов. Да и чаще видеться будем… — девушка начала свою тираду бодро, а закончила, засмущавшись.

Вербовали меня знатно. И что-то мне подсказывает, что это не её инициатива, но она в свою идею верит. А идейные люди и полезны и опасны.

— Ева, подожди. Давай на чистоту. Я заинтересован во всём, что ты говоришь. Я уверен, что найду себе тут занятие по душе. Но для начала мне нужно вернуться в Вятку. Я не закончил там свои дела. А после них я мог бы рассмотреть твоё предложение.

— Вятка? Но зачем? Я же предлагаю тебе здесь и сейчас получить всё, а ты лезешь в эти дебри. Там ведь ничего нет, понимаешь?

— Может, для тебя и нет, но я своего решения не поменяю. Мне туда нужно, и я туда отправлюсь. С твоей помощью или без неё — разницы особой нет.

Девушка отвернулась от меня, о чём-то задумавшись, а может и обидевшись, а я потянулся всем телом и пошёл на лавочку, которая стояла чуть в стороне. Зачем мешать девушке думать? Лучше просто отдохну и поглазею на красоту, что частично сам и строил.

Площадь была впечатляющей. Белый камень мостовой под ногами, широкие лестницы, ведущие к главным зданиям, фонтаны с кристально чистой водой. Всё выглядело как воплощение идеального порядка и могущества. Вдоль аллей шли люди — студенты, наставники, военные, аристократы. Кто-то обсуждал последние события, кто-то тренировался прямо на площадях, выполняя технику за техникой. На дальнем краю площади возвышалась грандиозная трибуна, с которой, судя по всему, устраивали торжественные речи и объявления.

Когда Ева очнулась, то быстро нашла меня взглядом, но не спешила подходить. Она нервно кусала губу, а потом, нерешительно, стала приближаться.

— Хорошо. Раз ты говоришь, что вернёшься ко мне, когда закончишь со своими делами… Я согласна. — после её слов я слегка охренел. Так красиво перекрутить весь разговор — только девушки умеют.

Непроизвольно улыбнулся ей, а она ответила тем же и села рядом.

— Я куплю тебе билет на поезд до смежной с Вяткой станции. А дальше сам. Прости, что не дирижаблем, всё-таки у меня не так много средств, как хотелось бы.

— Спасибо тебе. — говорю я, а сам невольно смеюсь про себя. В прошлый раз меня на самолёте туда закинули, а сейчас двое суток в общем вагоне. Всегда мечтал. Самому себе с сарказмом отвечаю. Дожил.

— Пойдём тогда в администрацию. Там можно купить билеты за счёт заслуг перед корпусом. Там же обновишь информацию в кольце истребителя монстров. Всё-таки много для отчизны сделал. Пойдём…

С девушкой рядом мы отправились в главное здание корпуса порядка.

Пока шли, она вдруг спросила:

— А как ты убил Громового носорога?

— С чёрного хода. — в шутку сказал я, но Ева — девушка башковитая. Сложила два плюс два и как заржала, прям в голосину, что я даже остановился. Не всегда можешь увидеть девушку, абсолютно без прикрас смеющуюся над твоей шуткой.

Пока мы шли, наш разговор пошёл ещё лучше. Шутки, разговоры ни о чём, о жизни и вообще обо всём. Она мне стала нравиться ещё больше. Приятно, когда девушка так сильно на тебя похожа и так легко может поддержать твой разговор.

А ещё… Я только со своей внучкой мог так просто веселиться. И если там были родственные связи, то тут она была мне никем. Но с чисто логической точки зрения, когда я вырасту телом, я мог бы взять её в жёны. Хотя, что-то меня потянуло куда-то не туда.

Сама администрация ничего интересного из себя не представляла. Да, дорого, богато, но, по сути, её основная цель была в управлении корпусом порядка. Единственное, что меня зацепило, — это барельеф на потолке, изображающий знаменитые битвы в истории Российской империи, а по середине, тонкими мазками, переходящий к открытиям науки. Такого при мне не было.

Ева пошла оформлять билеты, и оказалось, что тут действовала своя система денежных отношений. Заработанные заслуги, они же «звёзды», начислялись каждому члену корпуса порядка за любые достижения. Эти звёзды, помимо услуг, можно было обменять на деревянные рубли — по курсу один к двадцати пяти. И это было очень выгодно.

Ева при мне оплатила покупку билета на поезд небольшой серебряной карточкой с прожилками, ведущими к небольшому кристаллу посередине. Кстати, такие же карточки я видел у незадачливой троицы парней. Тогда я не особо придал этим предметам должного внимания, а сейчас заинтересованно попросил Еву показать карту поближе.

— Это «Звёздная карта». Каждому участнику корпуса порядка такая выдаётся, когда он впервые что-то делает на благо этого места. Она полностью персональная. У неё внутри такая же система, как и у твоего и моего кольца истребителя. Ладно, идём дальше.

Ева забрала карточку из моих рук и передала билеты на поезд. Что интересно, билеты были в обе стороны, на одного человека. Обратный — ровно через неделю после моего прибытия на смежную станцию. Хитрая она, но действует весьма поверхностно. Знает же, что я увижу этот трюк и пойму, а значит, цель другая 0 чтобы я подумал о заботе с её стороны и привязался к ней.

Сторонний наблюдатель мог бы сказать: «Да ты уже параноишь во всю». А я бы ему ответил: «То, что тебя считают параноиком, не значит, что за тобой не наблюдают».

Под мои размышления мы прошли в другое место, где ребята в официальной форме истребителей монстров поздравили меня с переходом на шестой ранг.

Вообще, представительств истребителей монстров было много по империи, так что меня не удивило их наличие в корпусе порядка. А вот что заставило меня озадачиться, так это то, почему боевые офицеры с рангом выше, чем у меня, выступают в качестве администраторов. Так не должно быть. Кто родину будет от монстров защищать?

Они синхронизировали моё кольцо, сердечно поздравили и выдали предписание от центра: закрыть одну конкретную аномалию пятого ранга. Самое удивительное, что аномалия находилась всего в трёх километрах от смежной станции. И что-то меня это начало злить. Не люблю, когда со мной играют в тёмную.

— Как я понимаю, до Вятки можно было добраться и прямым ходом… — оборачиваюсь к Еве, пристально глядя на неё.

— Да, можно. Не буду скрывать. — девушка даже не думала смущаться. — Я видела твоё предписание и просто приняла решение, что так тебе будет легче, чем круги наворачивать по лесам.

— Нужно было сказать, Ева. Нужно было… — качаю головой и просто ухожу.

— Постой, ты куда? — слышу я за своей спиной.

Даже не думаю останавливаться. Вывела меня из себя, чертовка. Я даже близко не знаю, что она задумала, так что идёт она к чёрту. Создаю иллюзию и просто ухожу в сторону. Ева догоняет меня и касается плеча, после чего видение ломается, а образ исчезает.

Я уже знаю её излюбленный приём, поэтому, когда она активировала «Пульс», чтобы найти меня, я просто подавил своё энергетическое поле. Вышел из здания и пошёл дальше.

— Если суждено — ещё свидимся.

Путь до вокзала оказался на удивление прост. Одна из крайних точек метро вела прямо к железнодорожному вокзалу. В самой подземке за проезд денег не брали, что для меня было только в плюс. С моими вечными приключениями, сгораниями и уничтожением вещей я рад, что у меня хотя бы Плевок и клинок остались.

Кстати, выглядел я как аристократ чистой воды. Дорогая одежда, ухоженный вид, да ещё и кольцо истребителя монстров на пальце. Мальчишка, к которому обращаются уважительно. Забавный контраст.

В общем, в вагон я попал без каких-либо проблем. Моё купе находилось в середине вагона, и когда я открыл дверь, передо мной оказался небольшой, но уютный отсек, рассчитанный на одного пассажира.

Небольшая мягкая кушетка вдоль стены, обитая тёмно-серым бархатом, могла служить и диваном, и спальным местом. Над ней висела полка для багажа, а рядом — встроенный откидной столик из тёмного дерева. В углу — небольшой шкафчик с зеркалом.

Окно было широким, с плотными бордовыми шторами, которые можно было задернуть, если захочется уединения. Под подлокотником кресла нашлась панель управления освещением и кнопка вызова проводника.

На стене — лампа с мягким жёлтым светом и небольшая латунная табличка с расписанием остановок. Пол был застелен тёмным ковролином с ненавязчивым узором.

В целом, всё выглядело добротно и практично. Спокойные цвета, минимум украшений, но при этом чувствовалась дороговизна — можно сказать, почти первый класс.

Поездка обещала быть комфортной и спокойной.

Через несколько минут в дверь постучали. За ней оказался представительный мужчина, работавший здесь проводником. Высокий, с аккуратно подстриженной бородой, в тёмно-синей форме с серебряными пуговицами и гербом железнодорожного департамента. Он проверил билет, пожелал счастливого пути и удалился.

Я запер дверь, скинул лишнюю одежду и без зазрения совести завалился спать.

Организм ещё требовал восстановления. Например, я чувствовал, как тянет икру на правой ноге, а на плечи давило что-то тяжёлое. Травмы, хоть и залеченные лекарем, всё ещё давали о себе знать. Сон был лучшим решением.

Двое суток в пути — и двое суток я продрых.

Если бы не Рыся, я бы и момент прибытия пропустил. Хоть проводник и стучал в дверь, но разве это может меня разбудить? А вот Рыся — очень даже. Кусяка ответственная!

Когда я вышел из вагона, поезд уже стоял на технической станции, где людей было совсем немного. Дальше он шёл без остановок, а мне — дальше пешком.

Я стоял на платформе, отдохнувший, но зверски голодный. Хоть картину пиши: «Богатырь на распутье ищет, где бы пожрать».

— Что я, в первый раз, что ли, на природе? И еду раздобудем, и задание выполним. — говорю сам себе и спускаюсь со станции вниз, к деревьям.

Способности души всё крепче закреплялись в сознании как часть моей личной силы, так что первое, о чём я подумал, планируя дальнейшие действия, — использовать её, чтобы найти и аномалию, и животину на убой.

Остановился возле небольшого дерева, коснулся ладонью ствола. Всё как обычно: пытаюсь направить силу души для Слияния… А не могу. Энергия словно просачивается сквозь пальцы.

— Не понял… — пробормотал я, обращаясь к своей душе. Она почти не сияла. Словно резервы были исчерпаны до самого дна. — Ха… Похоже, та прибавка к силам потратила почти весь запас душевной энергии. Даже не ожидал, что её можно исчерпать. Неприятно.

Вздохнул, провёл рукой по коре дерева.

— Ну, раз не получается по-новому, будем действовать по-старому. — я отдал команду: — Рыся! Жрать хочу. Найди мне кого-нибудь.

Теневой помощник тут же сорвался с места и унесся в сторону леса. По энергетическому каналу я чувствовал, как он стремительно удаляется. Она проваливалась в теневой мир, а после выскакивала, то тут, то там. Шустрая и исполнительная.

И скоро Рыся прислал мне картинку. Раненый олень. Похоже охота для местных прошла неудачно. Дичь ушла. Но в этом и проблема, животина страдала. И тут, как говориться, я помогу ей, а потом помогу себе.

Я усмехнулся своим мыслям и, не мешкая, побежал в указанном направлении.

— Спасибо. Скоро буду.

Все, что произошло дальше, даже охотой назвать нельзя. В данном случае я избавлял животное от боли и параллельно добывал себе пропитание. Рыся отправилась дальше искать аномалию, из-за которой, по сути, я оказался посреди леса, а я развел огонь да разделал тушу.

На самом деле, мне столько мяса и не нужно. Я съем ровно столько, сколько требует мой организм, остальное оставлю. В лесу найдутся те, кому достанется все остальное. Как говорят, круговорот жизни: ты что-то ешь, а потом и сам становишься кормом для кого-то. Экосистема получается.

Не прошло много времени, как Рыся нашел нужную мне аномалию, а также аванпост военных, что охраняли периметр. Все как всегда. Я поблагодарил маленького и попросил его вернуться назад. Просто посидим и отдохнём вместе. Он же всё-таки хищник, так что мясо тоже будет, хоть по существу он больше относится к духовному миру.

Когда мой теневой помощник появился возле меня, я улыбнулся, погладил его по голове и усадил на колени. Отрезал мяса себе, а после Рыси.

Огонь потрескивал, подбрасывая искры в прохладный ночной воздух. В его свете отблескивало лезвие моего клинка, прислонённое к ближайшему валуну. Тени деревьев мерно колыхались, окутывая лагерь тёмными силуэтами.

Вот и сидим, жуем и смотрим на пылающий огонь.

— Как же хорошо, просто отдохнуть…

Глава 22. Быстрый дреноуг

Аванпост встретил меня направленными в мою сторону орудиями. Как и всегда, большая часть огневой мощи была сосредоточена в сторону аномалии, но часть стволов смотрела в обратную сторону. Всё-таки это режимный объект, так что ни войти, ни выйти отсюда без разрешения нельзя. Но в данном случае, документы у меня были.

— Приветствую, уважаемые. — говорю я, поднимая кольцо истребителя монстров. — У меня предписание на зачистку данной аномалии. Мне нужен старший для подтверждения моих полномочий.

— Сейчас… — донёсся голос из-за бронепластины.

Окопались ребята знатно, всё по уставу. Пока я ждал, решил осмотреть местность.

На первый взгляд, ничего необычного: стандартные укрепления, наблюдательные вышки, орудийные гнёзда. Но стоило активировать духовное зрение, как картина изменилась. Земля вся испещрена бороздками энергии. Похоже, здесь был выброс, возможно, не один, и монстров добивали уже после того, как они прорвали периметр.

Я заметил слабые отголоски рун, покрывающих землю. При детальном рассмотрении стало понятно, что это печать замедления, созданная из рун земли и воздуха. Их легко различить: вот Зело, вот Берегиня, вот Ветер. Значит, за порталом меня, скорее всего, ждёт что-то быстрое и тяжёлое.

Пока я изучал территорию, ко мне вышел военный в звании капитана. Высокий, подтянутый, одет строго, лицо с виду деревенское, но в глазах — ум. Вот на таких посмотришь, и сразу ясно: человек своё место заслужил.

— Здравия желаю, господин. Капитан Лапшин. Предъявите ваше предписание. — голос ровный, без подхалимства, без пренебрежения.

Я передал бумаги, капитан внимательно их просмотрел, а затем махнул рукой. К нам быстро подошёл сержант с КПК.

— Истребитель Максимилиан прибыл в зону КНТ-32 для ликвидации объекта тридцать два. Дата. Время. — проговорил капитан, диктуя бойцу. Потом повернулся ко мне. — Приложите кольцо, господин.

После завершения проверки меня проводили в охраняемый периметр.

Помимо военных, техники и заграждений, здесь находилась аномалия. Голубые переливы портальной рамки подтверждали заявленный пятый ранг. Однако меня не покидало ощущение, что что-то здесь не так. Почему меня отправили в одиночку? По обычным правилам, зачистка аномалий пятого ранга — это задача для группы. Ну или кого-то, кто хотя бы ниже четвертого.

Значит, либо моя группа появится чуть позже, либо кто-то решил меня проверить, задействовав при этом серьёзные связи. Ведь работа истребителей — дело государственной важности, и курирует её один из советников Императора Российской Империи.

Подхожу к аномалии, краем глаза замечая, что военные смотрят на меня с каким-то странным сожалением. Странно.

Останавливаюсь и оглядываюсь, выискивая среди бойцов самого возрастного. Обычно такие не прочь рубануть правду-матку. Если не получится, можно попробовать разговорить молодого, но тут всё-таки армия. Парень может просто не знать, что происходит, или молчать из-за дисциплины.

Нашёл глазами бойца — лет пятьдесят, лицо испещрено глубокими морщинами, кожа тёмная, загрубевшая от ветра и солнца. На шее — свежие следы ран, неаккуратно перевязанные, с уже запёкшейся кровью. Видно, что перебинтовывался он сам, наспех. Волосы с проседью, коротко стриженные, но всклокоченные, будто он не успел привести себя в порядок. Глаза серые, с прищуром, в уголках запёкшаяся дорожка от слёз или дождя. Губы сухие, потрескавшиеся.

На груди — старый бронежилет с заплатками, явно повидавший многое. На поясе — армейский нож, рукоять гладко затёрта годами использования. Рядом, на земле, стоит простая солдатская миска с горячей кашей и кусками тушёнки.

Когда я приближаюсь, он поднимается на ноги. Остальные бойцы тоже собираются встать, но я махаю рукой — не стоит.

— Здравия желаю, ваше благополучие. — устало произносит мужчина.

— И тебе привет. Как харчи, боец?

— Хорошие, ваше благородие. — отвечает он, чуть замешкавшись, а потом протягивает мне свою миску. — Попробуете?

— Ха-ха-ха, негоже у бойца последний хлеб отбирать. — отказываюсь и сажусь рядом. — В лесу оленя подстреленного нашёл, им и перекусил. Что тут случилось? Много полегло?

Мужчина заметно хмурится.

— Ваше благородие… Это уже третья смена данного аванпоста. Я был во второй. Чуть не погиб, но мы в этот раз хотя бы были готовы. Первая смена полегла практически вся. Тот кто выжил, даже на человека не был похож. Весь изрезанный.

— Получили информацию, а после усилили защиту… — медленно произношу вслух. — Там явно кто-то быстрый, судя по установленным рунам замедления.

— Да, ваше благоволение. В ту ночь, когда они появились, я был на вахте. Клянусь, никого не видел. В один момент мой друг Виктор исчез, а после поднялась тревога. Вокруг всё загорелось, а затем и эта хреновина запульсировала. — Мужчина кивает в сторону аномалии.

— Значит, твари прорвались даже раньше, чем портал начал возмущаться. Два варианта: либо синие ежи, либо дреноуги. И те, и другие быстрые, смертоносные, сложные в поимке.

— Это были не ёжики, ваше благородие. — Михаил хмурится. — Двухметровые монстры с четырьмя руками. У некоторых даже клинки были. Как только поднялась тревога, мы их увидели и открыли огонь, но они двигались стремительно. Наших тогда много полегло. Если бы не защита, что установили научники, мы бы тварей даже не увидели бы.

Значит, всё-таки дреноуги.

Монстры пятого ранга. Быстрые, смертоносные, владеют зачатками боевого искусства. Поклоняются мечам. Легко убить, но сложно попасть. Нужно либо быть таким же быстрым, либо накрыть атакой по площади. Живут в пещерах, так что просто залить всё огнём не получится.

— А другие истребители приходили?

— Таких молодых, как вы, точно не было. Но группа туда входила. Три человека. Не вернулись. — Михаил мрачнеет. — Может, и вам не стоит, ваше благородие?

— Как зовут? — вместо ответа, задаю свой вопрос.

— Михаил, ваше благородие.

— Хорошее имя. В честь императора нашего дали?

Мужчина молча кивает. А я поднимаюсь.

— Служи хорошо, а я позабочусь о тварях, что терзают нашу землю. Не переживай за меня. Спасибо Михаил за информацию.

Медленно иду в сторону аномалии, в голове уже складывая план. Стратегий много, но все они рассчитаны на группы или на одиночек, обладающих силой на порядок выше моей. Я же без группы и с силой, недостаточной для лобовой атаки.

А ещё… Кто-то только что снова меня просканировал. Первый раз за то время, что я вернулся на Вятские земли. Применяю «Чёрное зеркало» и отправляю Рысю искать наглеца. А сам продолжаю думать.

Забавно это со стороны смотрится. Поговорил с бойцом — и теперь хожу кругами перед аномалией. Можно подумать, что струсил. Хотя кто из бойцов осмелится сказать это вслух? Просто мне нужно время.

И я кое-что придумал.

Малозатратное для меня, но смертельное для дреноугов. Поднимаю взгляд и поворачиваюсь к капитану, который стоит недалеко.

— Капитан! Помощь твоя нужна…

Военные — отзывчивые люди, по крайней мере к нам, истребителям монстров. Вот попросил я у них мечи, клинки и прочее холодное оружие, которое почти не жалко. И вот у меня в сумке звякают тридцать два предмета, хоть как-то напоминающих клинки.

Именно с ними я провозился почти три часа перед тем, как наконец войти в аномалию. Подготовка многое может решить. Даже сделать заведомо проигрышную битву победоносной. Об этом стоит помнить, когда становишься истребителем монстров. Когда-то это, кстати, было частью девиза всех истребителей, но время идёт, мир меняется.

В общем, захожу я в аномалию. На себя накинул свою любимую защиту ветра. Композитный клинок в руке в полной готовности. Сумка с мечами за спиной. Плевок в кобуре — сегодня от него мало толку. Не попаду, а ценные боеприпасы потрачу.

Пещера, в которой я оказался, была широкой, с высокими потолками и множеством ответвлений, уходящих в темноту. По краям зала виднелись острые сталактиты, с которых капала вода, а на полу в некоторых местах лежали обломки скал, словно что-то с силой пробивалось наружу. Свет пробивался сквозь дыры в своде, освещая серые каменные стены с прожилками чего-то похожего на кварц. Воздух был густым, наполненным лёгким металлическим запахом, а ещё чем-то, напоминающим угольную пыль.

Передо мной, метрах в пятистах, стоял дреноуг.

Дреноуг выглядел как высокое, худощавое существо, покрытое плотной, матовой кожей тёмно-угольного цвета. Его вытянутое лицо напоминало змеиную морду, с глубоко посаженными глазами, светящимися бледно-синим светом. Четыре длинные руки двигались с нечеловеческой точностью, а тонкие пальцы с когтями цепко держали клинок, который он старательно полировал мягкой, похожей на шёлк тканью. Тело его было сложено идеально для скорости — сухие, рельефные мышцы перекатывались под кожей, а длинные, гибкие ноги выдавали прирождённого охотника.

Эти существа сильно любят холодное оружие. Если они не сражаются, то ухаживают за своими мечами. Собственно, на этом я и решил сыграть.

Я аккуратно достаю один из мечей, что выпросил у военных. Видавший виды, с выбоинами на клинке и ржавчиной на гарде, он выглядел так, будто его нашли на поле древней битвы. Но стоило активировать руны, как металл засиял, наполняясь внутренним светом.

Теперь это было истинное произведение искусства: длинное, чуть изогнутое лезвие отливало глубоким сапфировым блеском, пульсируя потоками энергии. По всей поверхности мерцали руны, нанесённые тонкими, словно выгравированными, линиями, мягко светящимися золотистым оттенком. Рукоять, казавшаяся до этого грубой и неуклюжей, приобрела гладкость и удобную форму, будто меч был выкован под мою руку. От лезвия исходило лёгкое колебание воздуха.

Но это была лишь иллюзия. Фишка меча заключалась в другом. В случае приближения ко мне, он создаст стазис-поле — зону замедления времени. Идею я подсмотрел у военных с их защитным контуром. Лишь немного усовершенствовал, сделав так, чтобы он срабатывал вблизи меня. Ведь по сути дреноуги любят оружие и стоит им увидеть что-то новое, как они тут же сбегаются, чтобы не потерять найденное.

Сложно сформулировать мысль, в чем задумка моего плана, но на самом деле всё просто.

Я замахиваюсь и швыряю клинок прямо в дреноуга.

Всего секунда — и оружие должно было поразить цель, но дреноуг уже исчез. Он скользил на таких скоростях, что даже моей печати восприятия приходилось работать на полную, чтобы уследить за тварью. Клинок ударяется о камень, со звоном отлетает в сторону. Монстр беснуется, но я вижу, что его внимание всё чаще обращается к мечу.

Ещё пять секунд на ужасающей скорости — и вот он снова становится видимым обычным зрением.

Дреноуг аккуратно подходит к сверкающему клинку, нюхает воздух, а после стремительно хватает оружие и исчезает. Он убежал вглубь пещеры, чтобы в одиночестве чуть ли не облизать находку.

Аккуратно иду следом вглубь пещеры, как раз в том направлении, куда сбежал дреноуг.

Сами пещеры однообразны, с гладкими стенами, поросшими редкими наростами мха, и развилками, ведущими в темноту. Встречающиеся коридоры меньшего размера я превентивно закидываю клинками, оставляя в них следы своего присутствия.

Спустя тридцать секунд подхожу к повороту, за которым Рыся показывает мне врагов. Их трое. Они готовят еду, устроившись у небольшого костра. Судя по всему, здесь обитают и другие существа, находящиеся в самом низу пищевой цепи. Вокруг разбросаны кости и останки животных, а в воздухе витает тяжелый запах паленой плоти.

Этим троим нет дела друг до друга, пока я не швыряю клинок в их сторону. Мгновение — и все трое исчезают, а спустя секунду в разные стороны летят кровь и куски плоти. Они быстро оценивают находку и тут же вступают в битву.

Через свое восприятие я вижу, как сначала один из них падает, рассеченный, затем и второй. Когда их скорость падает, удается рассмотреть раны победителя. Минус одна рука, глубокие порезы на туловище, но он все еще держится на ногах. Без промедления берет заслуженный трофей и, не стремительно, но уверенно уползает вглубь пещеры. То ли из-за ран, то ли из-за чувства собственного превосходства.

В одном из выпусков журнала Наука и монстры я читал исследования о дреноугах. Там говорилось, что их маниакальная любовь к холодному оружию диктует их поведение. В группе, выбирая между находкой и врагом, они отдают предпочтение битве. Поэтому нельзя просто так раскидывать мечи — если они узнают обо мне раньше времени, к брошенному клинку даже не притронутся. Однако в их сообществе есть строгий порядок: они никогда не нападают на своих собратьев с лучшим оружием, а трофеи распределяются по некой, известной только им, иерархии.

Продвигаюсь дальше по туннелю. Приходится идти еще медленнее — подранок, похоже, совсем не торопится. На развилках я продолжаю раскидывать клинки, а в местах скопления устраиваю схватки между самими дреноугами. Что интересно, я даже получаю немного энергии с их смерти. Большая часть уходит победителю, но даже эти крохи полезны, особенно после затраченных ресурсов.

Проходит час. У меня остается всего один клинок, а число подранков увеличивается до пятнадцати. Они гордо шествуют в одном направлении, сжимая в руках добытые мечи.

Спустя минуту мы выходим в огромный зал с множеством проходов, расходящихся по кругу. Дреноуги доходят до центра, затем разбредаются и скрываются в недрах горы. В воздухе повисает гнетущая тишина.

Рыся показывает мне, как твари прячутся в своих норах. Кто-то спит, кто-то зализывает раны, но большинство методично чистят оружие.

Ждать больше нет смысла. Обращаюсь к своему духовному плану, вытягивая наружу энергию, и преобразую ее в вихрь молний. В воздухе возникают сгустки энергии, которые я сплющиваю, превращая в острые диски.

Они вращаются вокруг меня, один за другим, пока их количество не достигает двенадцати. Больше удерживать контроль я не могу — возможно, в будущем, когда стану сильнее, но сейчас этого хватит.

Напитываю ноги энергией, отталкиваюсь и прыгаю прямо в центр зала. Короткий полет — и твердое приземление, где я втыкаю последний клинок в каменный пол.

Все готово к битве.

— Ну что? Готовы сдохнуть?! — — кричу во всю глотку, усиливая голос энергией.

Стены дрожат от моего крика. Я знаю — меня услышали все.

Чуть наклоняюсь вперед, пятки оторваны от земли, композитный клинок зажат в руке. Сейчас все начнется.

Я люблю свое дело и часто ловлю кайф от того, что мой мозг не может воспринять. Например, сейчас я слышу такое количество звуков, словно окружён врагами, но их ещё нет рядом. Просто их огромная скорость, разветвлённые туннели и множество накладывающихся факторов создают иллюзию повсюду снующих теней. Я словно попал под психологическое воздействие. Будоражит немного.

Мгновение — и я уже вижу, напрягая печать восприятия, как на меня несутся твари. Их движения размыты, сплетаются в единый поток. Моё тело не готово к таким скоростям — я могу видеть их, но не могу среагировать. Но мне это и не нужно.

Всего одно мгновение — и вокруг меня раскрываются сразу десять стазис-полей. Дреноуги попадают в ловушку, парализованные в движении, а вместе с ними захватываются и те, кто бежал следом. Именно этого я и ждал.

Мои диски, закрученные и готовые к бою, разрывают тела врагов с ужасающей скоростью. От каждого удара по мне прокатывается волна энергии. Десятки, а затем ещё больше монстров падают под ударами моей техники.

Стазис-поля рассеиваются, и в образовавшиеся щели тут же проникают новые существа, вновь активируя заготовленные клинки. Они сами бегут в ловушку, и сами же становятся жертвами. Я весь в крови врагов, но на мне ни единой раны.

Это была авантюра. И мне повезло, что они атаковали в таком порядке.

Три минуты непрерывного кромсания, один за другим они падают замертво. А после наступает тишина.

— Странно… А почему аномалия не закрывается? — произношу вопрос вслух и тут же ощущаю, как внутри что-то щёлкает, складываясь в догадку. — Король дреноугов. Он здесь!

Мир будто замедляется. Я успеваю увидеть, как моя защита ветра разлетается в клочья, а по телу прокатывается жгучая боль — клинок рассёк мою плоть. Поднимаю взгляд — и встречаюсь с его глазами.

Последний монстр этой аномалии. Король Дреноугов.

Глава 23. Третья печать

— Очень больно. — пронеслось у меня в голове, когда эта зверюга ещё раз полоснула меня сверху вниз. Только и успел, что поставить лёгкий щит, который погасил часть удара. Но по итогу он рассёк мне лицо, грудь, живот и ещё часть ноги.

Ужасно больно. Но самое плохое, что это произошло за мгновение. И сильный, и быстрый. В общем, король своего вида, и сейчас, если ничего не сделать, он просто порубит меня на куски.

— Пылай, птица Феникс! — активирую свой дар, и в этот же миг от моего тела распространился жар, что отбросил монстра в сторону. — Пылай!

В унисон с моим криком в пещере зазвучал крик Феникса, что распространил волны пламени во все стороны. Король дреноугов не приближался и держался на границе моего пламени. И дальше было два пути. Залечить раны и попробовать сразиться, что я считаю глупым поступком. Либо сбежать. И подготовиться к битве лучше. Собственно, так я и поступил.

Резко срываюсь с места, напитывая тело силой. Из-за резкого притока крови мои раны стали кровоточить сильнее, но это мало меня интересовало. Моя задача была пробежать этот километр дороги за минимальное время и не дать себя сцапать.

Собственно, я и побежал. Феникс пылал, удерживая короля, который не отставал от меня, держать на границе пламени. Самое печальное, что я знал его особенности и понимал, что так просто он меня не выпустит, поэтому стал размахивать клинком над собой, отправляя серпы ветра.

Своды пещеры задрожали, и с потолка стали падать камни, мешая королю преследовать меня. И у меня действительно был шанс сбежать от него, но куда уж там. В момент моей атаки по потолку он оторвал себе конечность и швырнул её в меня. Попадание было в ногу, и я упал, а мой серп ветра обрушил потолок прямо надо мной. Меня заживо похоронили камни. Я сломал себе всё, что только можно было сломать. Дар Феникса прокричал и уснул, лишив меня защиты огнём. Вот что бывает, когда теряешь контроль.

Занимательная ситуация, когда у меня есть резервы, чтобы драться, чтобы бороться, но по итогу этих сил всё равно будет недостаточно.

Я услышал, как монстр кромсает камни, что упали на меня, и у меня остались считанные мгновения. Это время словно растянулось на вечность, когда мой мозг работал на пределе своих возможностей. Идеи заполняли мой разум одна за другой, но вели они к одному — моей смерти. Даже дар Феникса с перерождением никак бы мне не помог. И тут, когда имеешь столько опыта и знаний, но не можешь спасти свою жизнь, мне бы впасть в отчаяние, но на меня накатило такое спокойствие. Я словно услышал биение своей души.

Странное чувство, которое обволокло меня от шеи до кончиков пальцев. Я словно принял свою судьбу, но не желание сдаться. Сложно объяснить словами, но, по сути, я отпустил поводья духовного плана, полностью отдавшись во власть души.

Без подпитки духовного плана камни впились мне в плоть, но я уже слился с природой. Не как с деревьями. Нет. Это было что-то такое, словно я перестал существовать в этом мире. Словно я попал в теневой мир, но без посещения оного. Я просто был, и меня просто не было. Ничего не было, лишь цель.

Когда мой путь освободился, я видел движения короля настолько предсказуемыми, что выбрался из завала, хватаясь за его мельтешащиеся конечности. И он при этом даже не заметил этого. Я просто выбросился и так же спокойно пошёл в сторону выхода. Можно сказать, что я плыл, а не шёл. Уверенно и целеустремлённо.

Как я и сказал, у меня была цель, и как только я достиг плёнки портала, меня вырвало из состояния пустоты. И тогда-то я ощутил такую боль, что просто упал. Благо, сделал это вперёд. Всего мгновение — и моё лицо касается земли родного мира.

— Ох, батюшки. Лекаря сюда! — слышу я рядом с собой. Похоже, это караульный. И с одной стороны, халявная помощь военного лекаря — это хорошо, но с другой стороны, нет у него столько навыков, чтобы восстановить меня так, как это сделаю я.

Открываю свои резервы и широким потоком раскручиваю её в технику Великого исцеления. Моё тело под воздействием мягкой энергии стало принимать привычные формы. Органы восстановились, ткани соединились, кости встали на свои места и срослись, кожа обновилась.

Я перевернулся на спину и посмотрел на небо, слегка морщась от неприятных ощущений от восстановления тела. Было отчётливо слышно, как хрустели мои кости. Думаю, даже было видно, как из моего тела выходят осколки, которым больше не место в моём теле. Вид, уверен, ужасающий.

И когда восстановление закончилось, а я потратил один уровень духовного плана на это, то смог подняться на ноги и осмотреться. Рядом со мной был капитан, тот боец Михаил, да ещё и старик-лекарь, что выглядел потрясённым больше всех. Оно и понятно, такого уровня исцеления он точно не видел.

— Я там почти закончил, но нужно подготовиться лучше, чтобы окончательно закрыть аномалию. Есть тут тихое и уединённое место?

— Есть, ваше благородие. Там… — это сказал Михаил, после чего указал направление. Я потянулся всем телом, проверил снаряжение и, улыбнувшись, сказал:

— А есть у вас форма для меня, а то я слегка потрепался. — говорю, а сам улыбаюсь, смотря на себя. На мне, как всегда, остались одни лоскуты, да трусы с амуницией.

Через некоторое время я привёл себя в порядок. Умылся, переоделся и даже отведал солдатской каши. В этот раз разговоров не было. Кажется, все были немного шокированы. Не каждый день видишь, как куча окровавленного мяса превращается в мальчишку. Думаю, кому-то это даже будет сниться в кошмарах.

А уже после мне выделили палатку, в которой я и остался. Прямо там сел в позу лотоса и стал думать.

Пришло время поставить третью печать. И до этого момента я думал, что это будет печать регенерации. Штука в пассивном режиме может спасти мне жизнь, и такое стоит поставить, но сейчас понимаю, что с этим можно повременить.

Я ведь всё чаще оказываюсь в ситуациях, когда меня ломают, калечат, да и порой я не дотягиваю силой, скоростью и мощью до тех, с кем сражаюсь. А раз так, то пора подумать о печати Тела.

Простое название скрывает в себе всю мощь, что я имел в форме Физика из прошлой жизни. Кропотливая работа с этой печатью выльется в мощь, силу, крепость, ловкость и скорость Атланта. И самое хорошее, что я не заменяю силу своего тела этой печатью, а умножаю. И пока моё тело растёт, я тоже буду расти во всех смыслах.

На самом деле, удивительная печать, имеющая всего одну эволюцию, но способная поднять тебя на неведомую ступень в нашем мире. И именно её я и хочу сделать.

— Парни, напоминаю, чтобы ни случилось, не входить! — кричу я караульным на входе.

— Слушаюсь, ваше благородие! — слышу ответ и приступаю.

Раскрываю свой духовный план и нормализую дыхание. Очищаю третий уровень от всех помех и начинаю плести печать, что, нитка за ниткой, будет пронизывать мою плоть. Каждая частица моего тела будет связана в единый узел. И это принесёт мне очень много боли.

— Ну, поехали… — говорю это и пронзаю свою плоть духовной нитью. Больно, но терпимо. Ещё пронзаю и снова больно. Сжимаю кулаки. — Как же тяжело это делать одному…

Следующие часы я провёл только над тем, чтобы соединить свою плоть. А после начались кости. Самая лёгкая часть. А следом нервы. Вот тут я и познал всю боль. Мой крик слышали все, но что поделать. Так было нужно.

Я провёл в этой палатке двое суток. Закончил нервы, мышцы, сухожилия, кожу. Я соединил всё и чуть не умер пару раз. Моё тело не было готово к тому, что я с ним делал. Приходилось то и дело лечить свой организм, гоняя мягкую энергию сверху вниз и обратно.

Двое суток ада, которые я выдержал, и ещё два часа на то, чтобы сформировать саму печать из миллиардов нитей в моём духовном плане. И когда всё было закончено, я просто упал.

Мой затуманенный взгляд был направлен на кровь, что вышла из меня за это время. Также там была чёрная жижа. По сути, примеси, что вывело моё новое тело. И да, мне не стыдно в этом признаться — я обделался. Можно сказать, очистился полностью, но воняло здесь страшно.

— Бойцы, вы ещё тут?! — кричу я.

— Так точно, господин! Что-то нужно?

— Отойдите на пару метров, сейчас будет небольшой пожар.

— Что? А… Есть!

Подождал пару секунд, после чего прорычал:

— Пылай, птица Феникс! — и мой дар вспыхнул, уничтожая всё вокруг.

Не думал, что буду использовать его для такого, но чего только не сделаешь, чтобы не опозориться. А после, когда всё сгорело, я перевёл часть энергии в воду и создал вихрь, который смыл всю грязь с меня и потушил пожар.

— Прости, капитан. А ещё форма у тебя есть моего размера?

Капитан Лапшин, Алексей Николаевич принял пост возле объекта тридцать два около двух месяцев назад. Он заступил на службу и заменил то, что осталось от личного состава прошлой смены. Тут была настоящая бойня.

Последствия прорыва устраняли силами регулярных войск и дежурными отрядами истребителей монстров. После этого события командование отправило к ним в расположение столичных светил, что создали контур защиты. Именно эта штука спасла их, когда случился выброс две недели назад.

После этого Алексей получил сводку о назначении группы истребителей для закрытия аномалии.

Пришедшие ребята, мужчины и одна женщина, были настоящими воинами. Суровые, мощные, с такой амуницией, что хватит, чтобы сравнять их блокпост с лица земли. Он даже подумал, что можно собирать вещи, так как если работали истребители, то после них уже делать было нечего.

Но он ошибся. Прошла неделя, а они так и не вышли. Да ещё и к тому же скоро должен был случиться ещё один выброс, а это значит — новые потери личного состава. А он такое не любил. Да и никто не любит, когда вверенные тебе люди гибнут от монстров.

Где-то через сутки пришла новая сводка о новом назначении, и тут уже Алексей Николаевич расстроился окончательно. К ним направили ребёнка шести лет. По документам значилось, что он шестого ранга, но он ребёнок, да ещё и один. Для сравнения, в прошлой группе самым слабым, если так вообще можно сказать, был пятый ранг. Но они всё равно погибли, а тут шестой ранг и ребёнок. Немыслимо.

В глубине души капитан очень надеялся, что этот истребитель с позывным Максимилиан просто не придёт. Но вот, он сидит в своей палатке и слышит, что его вызывают. Сердце сжимается, и он уже догадывается, по какому поводу его зовут. Истребитель монстров прибыл.

Когда Алексей впервые увидел Максимилиана, то подумал, что тот не выглядит на свой возраст. На вид ему было лет тринадцать. Да ещё и аристократические одежки, которые так нелепо смотрелись на фоне леса, что капитан невольно подумал, что сюда закинули сына какого-нибудь графа. А если тот погибнет, то хапнут проблем все.

На поверку мальчишка оказался не высокомерным, как ожидал капитан. Говорит просто и по делу. Хоть сам Алексей и закончил общаться с истребителем монстров, но это не значит, что он не наблюдал за ним.

Парень подошёл к одному из его бойцов и о чём-то говорил, а после стал расхаживать по площади перед аномалией. Это было немного странно, но не так, как просьба, которая последовала после.

— Есть ли у вас клинки, которые выкинуть не жалко?

Просьба странная, но выполнимая. Его ребята быстро нашли всякий хлам, из которого Максимилиан выбрал практически всё. Для чего они нужны, так и осталось загадкой. Парень просидел ещё три часа, что-то делая с ними, а после просто взял и вошёл в аномалию.

У капитана защемило сердце в тот момент. Совсем ведь ребёнок. Жалко его. Но ничего не поделаешь, раз его назначили сюда, значит, что-то да он может.

Собственно, сам Алексей Николаевич занялся своими непосредственными обязанностями и, можно сказать, забылся на время. Когда он отправлял отчёт, то услышал крик:

— Лекаря сюда!

Это могло значить только одно. Мальчик выбрался, и мужчина быстро побежал на площадку, где увидел, как из кровавого месива, в котором не угадывается фигура мальчика, собирается нормальное тело. Звук стоял ужасный, вид ещё хуже. Его ребята, которые не одну заварушку пережили, не смогли сдержать рвотные позывы.

Он даже не сразу заметил, что не один такой шокированный. Рядом с ним стоял военный лекарь, который даже пару войн прошёл, и его солдат, старшина Михаил Потапов, который также видел ужасы битвы. Даже для них это было шокирующим зрелищем.

А парень тем временем принял прежний вид, перевернулся на спину и просто смотрел в небо. Никто даже не думал к нему подходить. Да это и не требовалось. Максимилиан встал, что-то сказал, Алексей даже не осознал, что именно. А после истребитель монстров рассмеялся и сказал:

— Капитан, а одежда у тебя найдётся моего размера?

Всё, что происходило, словно сошло с экранов психологического ужастика. А дальше, словно ломая и так поломанные шаблоны в голове, он, как ни в чём не бывало, переоделся, умылся, поел со всеми и попросил место для подготовки к следующей битве.

Алексей отдал ему свою личную офицерскую палатку, в которой он обычно спал и отдыхал. Он ещё думал, что может случиться с ней?

Но оказалось, может.

Мальчик попросил никого не пускать к нему, даже если будут крики и просьбы о помощи. Полностью игнорировать. Капитан тогда ещё подумал, что это преувеличение, но когда начались крики, волосы дыбом встали у всей заставы. И это продолжалось не один день. Лекарю даже пришлось выдать успокоительное личному составу.

А после случилось огненное торнадо, которое полностью уничтожило его собственность. Даже чувства в тот момент куда-то делись. Он просто смотрел на то, как рушится вообще всё, к чему он привык. А когда парень вышел из пепелища в одних трусах и опять попросил одежду, то не знал, плакать ему или смеяться.

— Кажется, мне нужен отдых. Покой и спокойствие… — только и сказал Алексей.

А на это Максимилиан ответил:

— Вот-вот! И я того же мнения. С этой жизнью свихнуться можно!

А дальше он снова вошёл в аномалию, и через тридцать минут края портала поблекли. Он зачистил аномалию.

Невозможно, сказал бы кто-то.

Удивительно, сказал Алексей.

А ещё через пару часов Максимилиан вышел с целой горой разнообразного холодного оружия, что летело перед ним по воздуху. Он сам вышел последним. Весь поцарапанный, в крови, но с улыбкой.

— Разбирайте, парни, тут много хорошего оружия. Капитан! — мальчик помахал рукой и отделил рукой часть клинков от общей кучи. — А это нужно передать истребителям монстров. Тут оружие, доспехи и кольца тех ребят, что не вернулись. К сожалению, тела найти не удалось.

Алексей кивнул, потеряв дар речи, а сам мальчишка подошёл к старшине Потапову, сел рядом и, облокотившись о стену, уснул.

— Да кто он, чёрт возьми, такой?!

Что я могу сказать о моей третьей печати. Эта штука усилила моё тело настолько, что я готов был прыгать и бояться, что зацеплю своим телом пролетающих мимо птиц. Ударом кулака я точно смогу крошить камень, скоростью своей потягаться с одной королевской мордой.

Она, кстати, абсолютно охренела и напала на меня, как только я вышел из портала. Я даже слегка испуг поймал, перед тем как на полной скорости заблокировал её удар, а после, довернув тело, отрезал ей конечность.

— Ну теперь-то мы повоюем!

И мы реально повоевали. Тридцать минут ожесточённого боя на клинках. На таких скоростях я орудовал композитным клинком и, к тому же, созвал духовные техники, чтобы хоть как-то компенсировать три её конечности.

Эти твари были уникальными по своей природе в качестве бойцов на клинках. Словно у них была своя школа фехтования с помощью четырёх рук, иначе как объяснить, что даже мне пришлось тяжело, хотя я всю прошлую жизнь был Физиком. Клинок был продолжением моей руки, а тут мне приходилось тяжело. Очень.

Но итог закономерный. Максимилиан жив, а вот Король Дреноугов мёртв.

Самое трудное было собрать трофеи, коих было очень много. И за три часа поисков, если бы не Рыся, я бы не нашёл имущество истребителей. Они погибли в бою и замуровали часть монстров с собой в одном из туннелей. А эти твари уже с голодухи сожрали всё, кроме оружия, брони и колец истребителей. Печальный, но достойный конец.

— Ещё увидимся, братья… В других жизнях.

А после я вернулся в реальный мир, с кучей вещей и без зазрения совести отключился. Максимилиан сделал своё дело, Максимилиан может отдохнуть.

Глава 24. Не преклоню

У меня через три дня назначено отправление в столицу, а я только закончил с аномалией. Ребята не бросили меня, дали отоспаться, а после пробуждения ещё и накормили, а затем стали сниматься с места. Что интересно, клинков я у них не заметил, но это и понятно — не положено по внешнему виду. Главное, что забрали себе. Вещи действительно уникальные.

Я сердечно попрощался с капитаном, который, кажется, немного поплыл от переживаний. Но он умный парень, поставит мозги на место. Он же, кстати, оформил документы на вещи истребителей монстров, так же как и моё закрытие аномалии. В общем, со всеми делами покончено, и я пошёл дальше в сторону Вятки.

После отдыха, да под печатями, я был заряжен на то, чтобы пробежать всю дистанцию. Собственно, я это и планировал сделать после зарядки.

Теперь мои упражнения занимали у меня четыре часа. Ужасно много, и по возвращении в столицу обязательно соберу свой тренажёрный доспех. Не гоже столько времени тратить, когда его особо-то и нет.

По прошествии четырёх часов я был мокрым и разгорячённым. И без промедления побежал вперёд. С моим восприятием я мог прямо на скорости уворачиваться от ветвей. Со стороны это гимнастика на высоких скоростях, не иначе.

Я стал получать удовольствие от силы и ловкости, что чуть не проморгал цветастую повозку.

Скоморохи!

Резко торможу, дополнительно создаю вперёд воздушную подушку, в которую и врезаюсь на полной скорости. От столкновения пару деревьев ветром накренило.

Повозка тем временем остановилась, и из неё стали выбираться ребята. Так естественно, я бы сказал — повседневно. Они стали разбивать лагерь, пока я шёл до них.

— Нагулялся… — скорее утверждение, чем вопрос от Матрёны. — Иди к Димитрию, он хочет с тобой поговорить.

— Привет, Макс! — прокричал Аксель, запрыгивая на крышу повозки.

Со мной все перекинулись парой слов, пока я шёл к Димитрию, что стоял чуть в стороне ото всех.

— Вижу, ты подрос немного… — на его слова я посмотрел на своё тело, которое действительно стало ещё зрелее. Но Димитрий показал головой. — Я про твою душу. Она стала сильнее, хоть и почти без энергии… Изучил что-то новое?

— Ну не знаю, насчёт нового, но со мной столько всего произошло, что я не могу объяснить и половину. В один момент душа дала мне такую силу, словно я скакнул на пару рангов вперёд по силе. Мои техники возмущали саму ткань мироздания!

— Усиление духом? — мужчина задумался, а после посмотрел мне прямо в глаза. — Тебе ещё рано знать такую технику. Ты к ней не готов!

— Да я и не знаю. Это произошло само собой. А ещё я в один момент словно стал пустотой. Меня отринула сама природа. Я мог всё, но в то же время ничего. Словно следовал цели, которой подчинился мир. И как это повторить — в душе не представляю.

— Интересный ты оборот речи использовал… Пустота… Я не знаю, что с тобой произошло, но ты коснулся того, что половина из людей в лагере ещё не умеет.

— А ты? — спрашиваю у него.

— А я умею. Но не стану тебя обучать. Ещё слишком рано. Ты не закрепил основы, чтобы силой души возмущать мироздание! — он опять задумался. — Но потенциал у тебя невероятный… Хотя я тебя позвал ещё и для того, чтобы сказать… Не нарушай правила! Мы живём по своим законам. Не убивай того, кого можно не убивать. И когда тебе говорят «не вмешивайся», значит, стоит послушаться.

— Я не согласен. Целому городу мирных жителей нужна была помощь! И вместо того чтобы сидеть тут, можно было помочь! — распылился я.

На это Димитрий покачал головой.

— И никакой агрессии. Правил много, но если хочешь учиться, то тебе придётся им следовать.

— А иначе? — что-то он меня выбесил.

— А иначе ты нас больше не увидишь. Тебе всего времени мира не хватит на то, чтобы найти нас и освоить силу души. Не воспринимай это как угрозу. Это лишь выбор, который я могу тебе предоставить. Если согласен, то продолжим обучение, а если нет, то на этом наше знакомство закончится.

Либо-либо… Жестоко, но хорошо.

— Я согласен!

После того, как мы поговорили, меня отправили, по обыкновению, помогать всем. Сначала Матрёне, затем Акселю и так далее. Просто сутки, по сути, занимался хозяйственными делами на благо скоморохов. Ничего такого, но я хотел тренироваться. Хотел развития, которое только они могут мне дать. И на следующее утро это и произошло.

Мой обычный утренний ритуал затянулся немного из-за возросших сил, так что, когда я вернулся в лагерь после разминки, был уже обед, хотя начинал я в шесть утра. Я, по обыкновению, сполоснулся, смывая пот, когда ко мне подошла Ария.

— Пойдём, отец сказал, что ты готов продолжать тренировки.

Я ей киваю в ответ, и она вприпрыжку понеслась вглубь леса. А я следом. В этот раз, кстати, чтобы её догнать, даже усилий прикладывать не пришлось. Она двигалась медленно для меня текущего.

Мы, как и всегда, добрались до границы зоны души Димитрия и перешагнули через невидимую линию, оказавшись во внешнем мире. Ария смешно покружилась, звеня колокольчиками, вплетёнными в волосы, а после приняла самое серьёзное лицо, которое могла в своём возрасте.

— Мы продолжим изучать Слияние. Ты уже умеешь это делать, теперь же попробуем узнать, сможешь ли ты меня найти. Играем в прятки! Правила знаешь? — девушка озорно улыбается при этом вопросе, а мне лишь остаётся кивнуть. Ария решила, помимо моей тренировки, ещё и время отлично провести. Не виню маленькую девочку в таких желаниях. Скучно же просто стоять и ждать, вот и веселится. — Отлично, тогда не подглядывай. И это… Рысю не используй! Всё должно быть честно.

— Конечно, конечно. — говорю я, после чего закрываю глаза и приглушаю свои чувства. Моя печать восприятия работала хорошо, и без глаз я мог бы получить много информации.

— Считай до ста… — слышу где-то на краю своего восприятия и киваю. Про себя начинаю считать и, в скором времени, когда дохожу до ста, открываю глаза и оглядываюсь. Девочки и след простыл. Мне даже и без Слияния было бы нетрудно её найти, я ведь вижу теперь значительно больше. Но раз уж такие правила, то подхожу к ближайшему дереву и с лёгкостью сливаю наши души.

Распространяю свою волю во все направления и замечаю, что не могу проникнуть в зону влияния Димитрия. Просто не могу пробиться. И это интересно. Делаю себе зарубку на будущее исследовать вопрос, а после продолжаю поиски и скоро нахожу Арию, что забралась на дерево и сидит на нём, весело махая ножками.

— Хоть бы место выбрала без деревьев. Каменистое плато было бы в самый раз… — говорю я.

— А где ты тут в округе видишь каменистое плато? И долго не держи Слияние, а то ещё себя потеряешь… — девушка отвечает на мои слова, которые я задал в пяти километрах от неё.

Это меня сильно удивило. Я бы даже сказал, я охренел.

— Ты тоже в Слиянии? — спрашиваю я. — Мы общаемся в общем поле?

— Нет, это уже другой навык — Язык природы. Ведь сейчас со мной говоришь не ты, а то дерево, душу которого ты пододвинул. А я просто могу понимать язык всего сущего. Ты будешь меня искать?

— Так я уже тебя нашёл… — растерянно говорю я.

Она задумалась, а после громко засмеялась.

— Точно. Тогда закрывай глаза и ещё раз ищи меня. В этот раз так просто не будет… — говорит она, после чего меня просто вышвыривает из Слияния.

Не знал, что можно кого-то просто вышвырнуть из Слияния. И, к сожалению, не знаю, как это сделать. Вообще, если подумать, я могу использовать некоторые способности Души, но чтобы противостоять скоморохам, у меня, по сути, нет никаких навыков. И это меня немного нервирует.

Опять прислоняюсь к дереву ладонью и пытаюсь слиться воедино, а оно мне не даёт. Словно не хочет, чтобы я это делал.

— Да что за дела?! — возмущаюсь я, и в этот момент получаю мыслесигнал. Своеобразную образную суть того, что мне хочет донести дерево. И звучит оно примерно так: «Мы помогаем Арии, ищи тех, кто готов тебе помочь».

— Да вы издеваетесь?! — возмущаюсь я и бегу к другому дереву, но там также отказ. — Мне теперь стали деревья отказывать, до чего я докатился!

Вот дальше мне пришлось постараться, и скоро я нашёл одно дерево, которое позволило мне слиться с ним — и тут я ещё раз охренел. Моё сознание было словно сильно ограничено. Большая часть пространства была закрыта для меня. Деревья не давали мне пользоваться их сетью.

До этого я не чувствовал вообще никакого сопротивления и пользовался всеми благами, даже не догадываясь, что они могут принять сторону другого адепта души. Я даже не знал, что их можно о чём-то просить!

Если хоть немного подумать и разобраться, я ведь принял, что они живые, но не до конца осознал, насколько. Это и стало тем камнем преткновения с моим мироощущением. У всего ведь есть душа. Они так и говорили. А душа — значит жизнь и свобода воли. Просто не в понятной для меня личине.

— А что если… — смотрю в сторону, а после подхожу к другому дереву. Кладу ладонь, и меня опять не пускает. Тогда я обращаюсь уже целенаправленно к деревьям. — Я знаю, что вы слушаете её, но я тоже хочу быть с вами. Я не хочу, чтобы вы отказались от меня. Она такая же, как и я… Может, вам что-то нужно?

Вокруг зашелестели листья, словно шёпот тысяч голосов, которые я не мог понять, а после мне пришла мысль, которую я осознал — и улыбнулся.

— Сделаю, это для меня не тяжело.

После чего отхожу в сторону, чтобы случайно никого не зацепить, а затем взял энергию из духовного плана и преобразовал её в молнии. Мои руки покрылись синими дугами, которые плясали по моей коже, не причиняя мне никакого вреда. После небольшой подготовки я выстрелил зарядом прямо в небо, бурным потоком. Воздух потяжелел, а в небе стали образовываться тучи, и под воздействием моей силы пошёл дождь.

— Это то, чего вы хотели! Дайте мне её найти! — кричу я, а сам чётко чувствую, что даже не касаясь деревьев, я их ощущаю.

Мой взгляд устремляется вниз, и я улыбаюсь. Они просто держали эту связь, касаясь моих ног. Природа ведь вокруг, а мои прикосновения к стволу дерева — лишь понятная мне форма. Это открытие меня поразило. И тогда же я почувствовал, что они согласны.

Я не стал подходить, а просто отправил силу души в ноги и произвёл Слияние прямо с места. Это удивительное чувство, даже объяснить сложно. Словно я открыл для себя ширму в другой мир, а до этого лишь подглядывал.

Арию я нашёл мгновенно и без промедления побежал к ней. И что самое интересное, я был всё ещё под Слиянием.

— Так вот как они остаются невидимы для обычного зрения! Они под Слиянием постоянно! Ха! — кричу я.

Приятно узнавать новое. А если ещё и понимаешь, что узнал, так вообще мурашки по коже. Очень приятное чувство.

Легко добегаю до девушки и касаюсь её за плечо. Она аж подпрыгнула. Ария не почувствовала меня и испугалась.

— Нашёл! — говорю с улыбкой я.

— Я тебя совсем не почувствовала! — девочка просто не могла поверить в то, что я сделал. Когда я коснулся её, то прекратил Слияние. И пока она стояла шокированная, я ощутил на себе направленное внимание, а после и сканирование. Кто-то опять пытался меня исследовать.

Я в ту же секунду активировал Чёрное зеркало, а следом повторил Слияние, которое тут же показало мне того, кто так искусно прятался от Рыси.

В трёх километрах отсюда, Король мутированных оленей собственной персоной корчился и мучился от боли. Эта тварь обладала поистине широким полем сканирования. Об этом даже я не знал. И поэтому думал, что за мной следят люди, и параноил из-за этого. А оказалось, что тварь искала мести. Моё Чёрное зеркало не давало ей обнаружить меня в полной мере, и она сканировала и сканировала, а Рыся всё искал и искал. И только Слияние помогло мне найти виновного.

— Извини, Ария, у меня тут одно незаконченное дело. — я собираюсь сделать шаг в сторону твари, но девочка крепко хватает меня за руку.

— Я тоже это почувствовала. Не нужно атаковать его. Он страдает и не знает, где ты. Не вреди живому существу!

— Эта тварь столько жизней унесла. Она преследовала меня и, наверняка, рано или поздно найдёт. И скольких при этом жизней она унесёт? Ты понимаешь, что я должен закончить дело? Я ухожу! — отрываю её цепкие пальцы от себя и срываюсь с места. Позади слышу пронзительный крик:

— Отец!

Плевать, что она кричит. Нужно закончить дело и свершить месть. И для этого нужно всего-то преодолеть три километра. Что, собственно, при моих новых силах заняло всего минуту.

Моё появление сильно разозлило тварь. Она всё ещё корчилась от боли, но взгляд был прикован ко мне. Кровавые глаза. Ненависть так и пульсировала в воздухе. Вид кстати у нее был паршивый. Израненное, ослабшее сущетсво. Не король на вид, тем более с отрезанными рогами, которые только-только начинают отрастать.

— Ну что, в прошлый раз ты не сумел меня убить, зато сейчас у тебя банально не хватит сил, дружок… — говорю я с презрением. Этот монстр бесил меня самим фактом своего существования.

И пока его качало из стороны в сторону, я создал осколок льда из своей энергии и просто швырнул его по дуге, корректируя в полёте траекторию. Всего секунда и тело монстра пронзает снаряд, и он падает. За это время я стал сильнее, и сейчас даже король своего вида — ничто для меня.

Хотя тут я лукавлю — он просто слаб по рангу для меня текущего. Моё тело наполнено нечеловеческой силой, резервы духовного плана держатся на отметке второго уровня. Сейчас все, кто ниже пятого ранга, стали для меня слабаками.

— Пришло твоё время… — говорю я, медленно подходя к монстру. Свободной рукой достаю композитный клинок и нажатием кнопки раскрываю всю длину лезвия. Я встаю возле него и поднимаю руки для решающего удара.

— Остановись, Максимилиан! — звучит голос Димитрия. — Мы не убиваем живых существ. Ты с этим согласился. Забыл уже?

— Я помню. А ещё я помню, скольких жизней стоило ваше невмешательство. Эта тварь убила многих, и ещё скольких убьёт — неизвестно. Это её выбор — преследовать меня и желать мести. А раз так, то туда ей и дорога! — кричу я, не опуская клинка.

— Ты не понимаешь саму суть нашего общества. Ты даже близко не осознаёшь, что значит Душа. Я тебе предоставляю выбор. Отпусти его и вернись к нам. Продолжи обучение. У тебя огромный потенциал, но твоя злость только всё портит. Отпусти оружие и просто отойди от него!

Я пронзительно смотрю в глаза Димитрию, он отвечает тем же. Затем поворачиваю голову на монстра, а он всё так же с ненавистью прожигает во мне дыру. Моя рука медленно опускается, и я слышу сбоку:

— Правильный выбор. Его время ещё не пришло. Он умрёт когда-нибудь в другое время — и не от нашей руки. Мы не вмешиваемся в дела людей.

— А следовало бы! — злость разбирает меня, и я кричу.

Сколько смертей я видел. Сколько всего сам натворил. Я знаю, что нельзя никого отпускать. Просто знаю. Резкий взмах — и удар.

— Не-е-е-ет! — кричит Димитрий, а после на меня опускается тяжесть. — Ты никогда не сможешь учиться у нас! Никогда! Слышишь?! Жизни важны! Все!

Тяжесть была такой, что коленки затряслись. Он хотел поставить меня на колени. Унизить. Но не в этой жизни.

— Не преклоню! — рычу я и делаю шаг к мужчине.

— Вы со своими правилами ломаете сам принцип человечности. С вашей силой можно послужить доброму делу! — делаю ещё шаг.

— Что для одного благость, для другого вред. Кому служить, Максимилиан? В прошлом мы попались на эту удочку, и погибла половина из нас. Если мы вмешиваемся, значит, кто-то обязательно погибнет, и уже из-за нас. Мы не несём смерть! — с его криком тяжесть увеличивается, и я чуть ли не падаю, но делаю шаг.

— И это повод? Вас обидели когда-то, и вы решили прятаться? Но ладно люди, там действительно всегда есть проигравший, но монстры-то что? Они убивают мирных жителей, а вы что, опять голову в песок?! — я с трудом делаю ещё один шаг. Между нами осталось меньше метра. Протяни руку, и можно будет схватить мужчину за грудки.

— У всего есть душа, и не тебе решать, кому жить, а кому умирать! Слышишь! — от него повеяло такой силой, что я всё-таки упал на колени, но сдаваться я не планирую.

— Пылай, птица Феникс! — кричу я, пробуждая свой дар. От меня расходится пламя, а давление спадает, и я поднимаюсь на ноги.

— Ты так ничего и не понял, Максимилиан. Да и поздно тебе что-то понимать, твоя чёрная душа не заслуживает права на искупление. Я лишаю тебя права учиться у нас и видеть нас. Ты навеки веков один на своём пути. Прощай, Максимилиан.

— От меня не скрыться… — рычу я и хватаю его за одежду. — Я весь мир могу перевернуть с ног на голову…

— Да, но даже так ты нас больше не увидишь. Прощай! — с этими словами я словно ослеп на мгновение, а после Димитрия уже не было. Я остался один на поле, рядом с трупом Короля мутированных оленей. Слияние не работало, меня просто не пускали в свои души деревья. Рыся ничего не видела. Я остался один.

— Ну ничего… Я весь мир переверну. Даже сожгу, если нужно будет, но найду вас… Ваши секреты будут моими…

— А зачем тебе они, если у тебя есть я? — услышал я знакомый голос. Голос богини, как она себя называла. Именно на него я обернулся. — Ну, привет, поболтаем?

Глава 25. Эпилог. Богиня

Где-то во времени и пространстве. Тюльпан испуганно ударил по руке старика, а после накрыл его полем времени. Пожилой мужчина рычал, медленно прорываясь сквозь поставленный барьер.

— Отец, прошу тебя… Я не хочу тебе вредить… — парень плакал, когда смотрел на своего учителя, который позже стал отцом. Лучший человек на планете, Максимилиан, спаситель, сейчас выглядел обезумевшим стариком, что желал получить силу Тюльпана.

— Мне нужна твоя сила… — сквозь заморозку времени парень слышал слова, что рычал Максимилиан, и слёзы текли всё сильнее.

— Отец, что же ты наделал… — Тюльпан видел, что старик сделал из прекрасного оазиса. Это была выжженная земля. И куда бы ни падал его взгляд, вокруг было одно и то же — смерть и разрушение.

— Пылай… — говорит Максимилиан, и из него вырывается пламя, которое сжигает всё вокруг. Тюльпану пришлось телепортироваться на пару километров в сторону. Но даже так его опалило смертельным огнём.

— Я не хочу тебя убивать. Остановись! — кричит Тюльпан, но Максимилиан его не слышит. Он летит на него и заносит свою руку для удара. Парень применяет технику и создаёт вокруг себя огромную временную ловушку, в которую мужчина и попадает на всём ходу.

— Ты ослаб, но даже так я не хочу тебя убивать…

— А у тебя и не получится. — неожиданно Тюльпан услышал женский голос и обернулся.

Там стояла красивая девушка в чёрных одеяниях, с чёрными волосами и красными губами. Глаза сиреневые, талия стройная. Одним словом — красавица.

— Он бессмертен. И убить его нельзя, но можно вырубить.

После сказанного она исчезла, а затем появилась рядом с пожилым мужчиной. Одно касание — и всё, Максимилиан упал без сознания.

— Кто ты такая? — Тюльпан медленно стал отступать назад.

— Я всего лишь богиня. Давно обратила свой взор на этого человека. — девушка аккуратно присела и ласково погладила старика по голове. — Не захотел принимать свою судьбу, забрал будущее у другого человека и в итоге куда это его привело? К величию. Его считали спасителем Российской Империи. Он спас тебя. Он прожил вторую жизнь достойно… Не стоило тебе предупреждать его о Павле. То, что он тогда узнал, смогло переломить душу старого прагматика. Он стал тем, кого ты помнишь. Не стоило вмешиваться…

— Откуда ты всё это знаешь? — парень задал вопрос, а богиня лишь рассеялась. — Он так сожалел о том, что там случилось, что я хотел ему помочь. Хотел избавить его от боли прошлого!

— Ты избавил. Создал ключевое событие, которое привело к тому, что он остался последним человеком на планете. Из-за твоего решения он познакомился с культом Души и, естественно, с его мировоззрением и характером, он с ними поссорился. Как он и обещал, он перевернул этот мир с ног на голову. А после начал убивать, в надежде найти их, но он так и не понял, что они есть на самом деле. И вот результат. Бессмертный и обречённый на одиночество старик. Последний человек на земле.

Богиня тяжело вздохнула и поднялась на ноги, а после подошла к парню. Она внимательно посмотрела ему в глаза, а после улыбнулась самой очаровательной улыбкой, что когда-либо видел Тюльпан.

Парень встрепенулся и отшатнулся.

— Я всё исправлю! — прокричал он, а после обратился к своему дару. Во все стороны от него полетели молнии, возмущая пространство могущественной энергией. Целую минуту он стоял и пытался пробиться сквозь время и пространство, но ничего не выходило. У него лицо было всё напряжено, пот градом лил, но в конце концов он просто упал на колени, тяжело дыша.

— Как же так? — только и мог сказать Тюльпан.

— Я уже сказала, ты создал ключевую точку. Не в твоей власти изменить такой значимый момент. Я даже больше скажу, ни один человек не может этого сделать. — девушка сделала большую паузу, а после улыбнулась и опустилась на колени рядом с парнем. — Но я богиня и могу помочь. Я изменю текущую реальность, а ты взамен дашь мне то, что я попрошу.

— Что тебе нужно? — парень с надеждой посмотрел на девушку.

— Я хочу от тебя ребёнка, милый. Лишь это и больше ничего. И даже больше, чтобы ты не думал, что я тебя обманываю, я сначала изменю реальность, а лишь после потребую от тебя плату. Ну, что скажешь?

Девушка протянула свою руку. Тюльпан долго на неё смотрел, а после нерешительно протянул и пожал.

— Договорились. — сказал он, и в тот же момент девушка исчезла, а мир вокруг стал меняться. На смену сожжённым землям пришла зелёная трава. Целые горы появились там, где должны были. Всё приобрело цвет и запылало жизнью. Тело старика возле Тюльпана растворилось, и больше ничего не указывало на то, что произошло ранее.

— А где он? Где отец?! — закричал Тюльпан.

И в ответ ему, словно шелест ветра, в ушах прозвучал ответ:

— Я изменила реальность. И выполнила свой уговор. Можешь разыскать Максимилиана, если желаешь, но не затягивай. Явись сюда…

В голове у Тюльпана появились координаты нового для него места. Где-то в зазеркалье этого измерения.

— Не затягивай. Богини не любят, когда их заставляют ждать. Очень не любят!

Парень не медля ни секунды, тут же исчез и оказался в столице.

Как и в прошлые разы, он стал искать следы своего отца. Он прорывал ткань пространства столько раз, что сбился со счёта. И в конечном итоге нашёл того, кто знал о Максимилиане. Самый младший из братьев Максимилиана, уже пожилой мужчина, когда услышал вопрос паренька, загрустил, а после сказал тяжело:

— На кладбище. В корпусе порядка. Давно уже… Мне тогда два года только исполнилось… Слишком давно это было…

Тюльпан тут же перенёсся на территорию корпуса порядка и потратил много времени, чтобы найти почти забытую могилу, на которой было написано: Максимилиан.

— Но как? Почему? — только и смог произнести он.

— Он был хорошим мальчиком. Жаль, что рано ушёл из жизни. Точнее, погиб. — к нему подошла сухая пожилая женщина. Она двигалась тяжело, но спину при этом держала прямо. — А кто вы, молодой человек? Что-то я вас не помню… Добрыня!

Тут же рядом с ней возник здоровяк. Крепкий мужчина под два метра ростом, с короткими светлыми волосами и грубыми чертами лица.

— Задержи его, Добрыня. — сказала старушка, но Тюльпан уже исчез во вспышках молний.

Он вернулся на то же самое место, откуда начал свои поиски.

— Как же так произошло? Что ты наделала?

— Я, как и обещала, изменила реальность. Теперь нет никакого упоминания об обезумевшем старике, что убил всё живое на планете.

— Но я не так хотел, слышишь? Не так! — парень кричит и снова пытается вернуться в прошлое. Во все стороны разлетаются молнии, но Тюльпан так и остался в своём времени.

— Не пытайся, тебе это не под силу. Даже я больше. Теперь и я не могу вмешиваться в его судьбу. Я ведь и не могла путешествовать во времени, просто использовала трюки, которые у меня имелись, чтобы изменить всё. Ну так что, ты так и будешь заставлять богиню ждать?

— Ты меня обманула… И я тебе этого никогда не прощу. Слышишь?! Думаешь, самая умная? Это мы ещё посмотрим! Слышишь? Я все тайны из тебя вытащу и найду способ ему помочь, слышишь?!

— Ну иди ко мне, милый. Посмотрим, на сколько хватит твоей решимости…

После услышанного Тюльпан исчез во вспышках молний, а поляна, которую он оставил, стала хаотично меняться, так и не сумев принять единую форму. Тюльпан, сам того не зная, уже второй раз создал событие вселенского масштаба. Сначала Ключевую точку во времени, а сейчас Хаос временного потока. Но ни он, ни богиня этого не поняли.

Своими играми они поставили само время под сомнение. А где-то в прошлом Максимилиан даже не догадывался, к чему всё идёт. Хотя теперь никто не сможет спрогнозировать, к чему приведёт Хаос. К лучшему или худшему.