Читатели, как известно, любят спрашивать писателей, кто послужил прообразом того или иного персонажа. В ответ писатели терпеливо объясняют, что нельзя отождествлять художественный образ и прототип, что писатель имеет право на творческий вымысел, хотя, конечно, реальные события неизбежно находят отражение, и т. д., и т. п.

Подобные вопросы не возникают, если автор описывает историческое лицо — например, Юлия Цезаря или Петра Великого (тут, правда, возникает другой вопрос: насколько описание соответствует исторической реальности).

Но есть промежуточная категория персонажей — исторических или полуисторических, которые своей всемирной славой обязаны именно художественной литературе. Таковы, например, леди Годива и Вильгельм Телль, принц Гамлет и король Лир; таков и человек, известный нам под фамилией д'Артаньян.

Он оставил в истории след вполне заметный, но все же не настолько яркий, чтобы встать вровень с Ришелье или Людовиком XIII. Дюма-отец узнал о д’Артаньяне из мемуаров, которые были изданы в 1700 г. — по словам Дюма, в Амстердаме у Пьера Ружа, а по словам современного французского издателя, в Кельне. Дюма использовал мемуары для создания серии романов о XVII веке; благодаря этим романам и их многочисленным экранизациям, появившимся после изобретения кинематографа, ныне в христианском мире трудно найти человека, который не слышал бы о д'Артаньяне.

Используя в качестве канвы повествования реальные события, Дюма руководствовался не столько исторической истиной, сколько стремлениям угодить вкусам своих читателей. Настоящий д’Артаньян родился около 1625 года, а в Париже появился в 1640 году, в самом конце правления Людовика XIII и кардинала Ришелье. Дюма произвел операцию на мягких тканях истории: он извлек покойного мушкетера из его эпохи и переместил в 1625–1628 гг., сделав его участником осады Ла-Рошели и запутанных отношений Анны Австрийской с герцогом Бекингемом. Операция прошла безболезненно: в XIX веке мало кто ощущал разницу между 1620-ми и 1640-ми годами. Ведь и Льва Толстого ветераны Отечественной войны упрекали за то, что персонажи его романа совсем не похожи на тех людей, которые в 1812 году воевали с Наполеоном, но кто из читателей «Войны и мира» помнит об этом сейчас?

В нашем сознании д’Артаньян и его друзья настолько срослись с эпохой Ришелье, что порой трудно понять, видим ли мы роман сквозь призму истории или историю сквозь призму романа. Однако с фактами не поспоришь; пока же подрастающий д'Артаньян играет с соседскими мальчишками, помогает отцу в виноградниках и гоняется за деревенскими красотками, у нас есть время всмотреться в тогдашнюю Францию.

В 1629 г. комендант французской крепости Казале на севере Италии подписал договор с испанцами, по которому осада с крепости была снята. В это время на политической арене Франции появляется итальянец Джулио Мазарини, которому было тогда 27 лет.

«Некоторые полагали, — пишет Таллеман де Рео, — будто Кардинал намеревался управлять Королевою через Мазарини… Я слышал отЛионна, что когда кардинал де Ришелье впервые представил Мазарини Королеве (это произошло после Казальского договора), он сказал ей: «Государыня, вы его полюбите: он чем-то похож на Бекингема». Не знаю, помогло ли это, но полагают, что Королева издавна была расположена к Мазарини, а кардинал де Ришелье то ли заметил эту склонность, то ли упомянутое сходство позволяло ему на нее надеяться… И говорят, будто он указал на Мазарини покойному Королю, а как-то в другой раз сказал: «Я знаю только одного человека, который может быть моим преемником, даром что он иностранец».

В 1627–1632 гг. Франция пережила ряд голодных бунтов. В феврале 1630 г. в Дижоне городской плебс, виноградари и виноделы громили дома чиновников и сожгли портрет Людовика XII1 с криками «Да здравствует Австрийский дом и император!». Воспользовавшись этим, Мария Медичи в сентябре 1630 г. уволила со службы всех родственников Ришелье. «Во время поездки в Лион, где Король сильно занемог, Королева-мать стала умолять его, чтобы он прогнал Кардинала. Король обещал ей сделать это, как только будет заключен мир с Императором, но мол, до тех пор Кардинал ему нужен. Поправившись, Король уезжает в Руан. Королева-мать остается в Лионе из-за того, что у нее разболелась нога. Из Руана Король пишет ей, чтобы она поправлялась, что он вскоре удовлетворит ее желание: мир с Императором заключен, и он посылает уже утвержденный договор» (Таллеман де Рео).

13 октября 1630 г. действительно был заключен мир с Империей. «Королева-мать была столь обрадована этим известием, что на радостях велела тут же сжечь несколько вязанок хвороста наподобие фейерверка». (Таллеман де Рео). Это неожиданное празднество насторожило кардинала. Он попытался добром договориться с Марией, сочетая мольбы с угрозами, но не добился успеха. «В Лионе все, решительно все, готовы были вступить в заговор против Кардинала» (Таллеман де Рео).

Однако влияние Ришелье на короля возобладало. Уже 26 октября Людовик XIII заявил, что не признает договора с Империей. Демонстративно подав в отставку, Ришелье добился от короля согласия на удаление Марии Медичи и исключение ее сторонников из Королевского совета. 11 ноября 1630 г., в день Св. Мартина, король и кардинал осуществили переворот. Пока «Сторонники» праздновали свержение Ришелье и назначение канцлера Мишеля де Марийяка первым министром, Марийяк был арестован и помещен в летней резиденции Ришелье в Рюэле (он умер в Шатоденской тюрьме спустя два года), Марию Медичи сослали в Компьен. С легкой руки сторонника Ришелье этот день получил название «Дня одураченных». Ришелье были пожалованы титул герцога и звание пэра Франции.

23 марта 1631 г. в Компьене Королева-мать была арестована. В июне того же года она бежала и до конца дней — 12 лет — жила в эмиграции; сменив несколько мест жительства, она умерла в Кельне в 1642 году. Ришелье сосредоточил в своих руках огромную власть, всюду расставляя своих людей.

Ришелье стремился уберечь Францию от прямого участия в войне с Габсбургами, предпочитая финансировать их противников. Но антигабсбургская коалиция развалилась, и война стала неизбежной. Заключив союзы с Нидерландами, Савойей, Пармой и Швецией, Франция 19 мая 1635 г. объявила войну Испании, а затем и Империи. Война велась одновременно на нескольких фронтах: во Фландрии, Пикардии. Артуа и Шампани, в Эльзасе и Рейнской области, во Франш-Конте, в Северной Италии, в Пиренеях, в прибрежных водах в Средиземном море и Атлантике. Резко возросли подати, в чем французы, естественно, винили первого министра.

Установив слежку за Анной Австрийской, «…Кардинал обнаружил, что Лапорт, один из офицеров Королевы, ездит за письмами, поступающими из Испании, и что герцог Лотарингский, переодетый, имел с нею беседу в монастыре Валь-де-Грас. Между ним и Королевой заметили и некоторый намек на нежные отношения. Кардинал велел арестовать Лапорта, и Хранитель печати канцлер Сегье учинил Королеве допрос в Валь-де-Грас…

«В полном отчаянии королева решила бежать в Брюссель. Князь де Марийяк, двадцатилетний юноша — должен был увезти ее на крупе своего коня; г-жа де Шеврез, уже сосланная в Тур, должна была бежать в Испанию, ежели ей передадут Часослов в красном переплете, и остаться на месте, ежели переплет будет зеленым» (Таллеман де Рео).

Охрану особы Людовика XIII нес тогда элитный корпус, именуемый Домом Короля. Он имел в своем составе конные роты мушкетеров Короля, телохранителей, стражников и рейтаров, а также пехотные роты — мушкетеров, телохранителей, гвардейцев французских и гвардейцев швейцарских. Важную роль в Доме Короля играл тезка Ришелье, Арман-Жан де Пер, граф де Тревиль — гасконец, выслужившийся из нижних чинов; он имел звание капитан-лейтенанта, а в 1636 г. получил патент на чин бригадного генерала. «Тревиль командовал конными мушкетерами, которых Король создал, чтобы они сопровождали его всюду — и на охоту и невесть еще куда — и сам подбирал их» (Таллеман де Рео).

20 ноября 1636 г. Луи де Бурбон, граф Суассонский, отказавшийся жениться на племяннице Ришелье г-же д’Эгийон, организовал в Амьене покушение на кардинала; покушение провалилось, Суассон бежал в Седан к герцогу Буйонскому и оттуда заверил короля в верности.

В 1637 г. Ришелье, воспользовавшись смертью императора Фердинанда II, возобновил военные действия против Габсбургов. Преодолев Пиренеи, французы овладели Фуэнтеррабией; впервые за столетия ареной их военных действия стал Пиренейский полуостров. Захватив 18 декабря 1638 г. город Брейзах на Верхнем Рейне, Франция получила контроль над Эльзасом. В тот же день скончался отец Жозеф, наставник Ришелье; кардинал горько рыдал над его телом.

5 сентября 1638 г. Анна Австрийская родила долгожданного мальчика-дофина, названного Людовиком — будущего Людовика XIV.

Анна Австрийская

В январе 1640 г. 37-летний Джулио Мазарини, давно выполнявший различные поручения Ришелье, по его приглашению прибыл во Францию. Летом 1640 г. французы после осады отбили у испанцев Аррас — столицу Артуа. В этих событиях уже принял участие совсем еще юный д’Артаньян.

Для современного читателя сюрпризом выглядит заголовок упоминавшейся книги его воспоминаний: «Мемуары Месье Шарля де Баатца, Сеньора Д’Артаньяна». Итак, нашего героя звали Шарль де Баатц. Видимо, считая это имя недостаточно громким, он претендует на более звучное и известное, называя себя сеньором д’Артаньяном (как в романе Дюма Портос именует себя «дю Валлон де Брасье де Пьерфон»), Насколько обоснованы эти претензии? Сам Шарль не указывает степень своего родства с гасконскими д’Артаньянами, ограничиваясь общими рассуждениями о провидении, которое «позволило нам родиться, как ему было угодно, и чем же нам тут хвалиться», и о том, что «имя д’Артаньян было уже известно, когда я появился на свет, а я послужил тому, чтобы возвысить его звучание». Для нас же Шарль де Баатц навсегда останется д’Артаньяном.

«Воспитанный довольно бедно, — пишет он, несколько злоупотребляя заглавными буквами, — потому что мой Отец и моя Мать не были богаты, я не думал ни о чем ином, как уйти на поиски судьбы, как только достиг пятнадцатилетнего возраста». Поэтому не будет слишком смелым предположить, что именно в этом возрасте, то есть на шестнадцатом году жизни, д'Артаньян покидает родной дом, получив от родителей лошадку стоимостью в 22 ливра плюс 10 экю на дорожные расходы (экю равнялся 3 ливрам). Но во Франции XIX века 15-летний юноша был еще ребенком, и Дюма прибавил своему герою три года.

Д’Артаньян

В Париж юный д’Артаньян ехал в поисках славы и богатства. «Все Недоросли Беарна, провинции, откуда я вышел, были в том же настроении, как потому, что эти люди очень воинственны, так и потому, что скудость их Страны не обещает им никаких особых наслаждений. Еще и третья причина подгоняла меня, ничуть не наименьшая — она и до меня призвала нескольких моих соседей и друзей как можно раньше покинуть уголок их очага. Бедный дворянин из нашего ближайшего соседства ушел в Париж несколько лет назад с маленьким сундучком за спиной. И он добился столь великого положения при дворе, что если бы он был столь же гибок характером, как и храбр, он мог бы пожелать всего. Король отдал ему Роту Мушкетеров, единственную в те времена. Его Величество даже говорил, чтобы лучше засвидетельствовать уважение, какое он к нему питал, что если ему придется выдержать какую-либо личную схватку, он не пожелает никакого иного секунданта, кроме него.

Дворянин этот звался Труавиль, вульгарно названный Тревиль; у него было два сына, довольно ладно скроенных, но далеких от того, чтобы пойти по его стопам».

По пути в столицу в маленьком городке Сен-Дие (а не в Менге), чрезмерная щепетильность в вопросах чести заставила юношу ввязаться в потасовку, так красочно описанную в «Трех мушкетерах». Вот только человек, по вине которого д'Артаньян был избит палками и брошен в тюрьму, не имел решительно никакого отношения к кардиналу Ришелье: это был просто местный дворянин по фамилии Росне, который привез в Сен-Дие лес на продажу. Росне сначала не желал ссоры. «За меня был добрый рост, — вспоминал д’Артаньян, — но всегда кажешься ребенком, когда тебе не более лет, чем мне было тогда». Благодаря усилиям д’Артаньяна дело кончилось дракой, и он оказался в тюрьме. Выручил его другой дворянин, Монтигре, враг Росне, с которым тот вел длительную тяжбу; Монтигре заплатил за д’Артаньяна судебные издержки, дал ему на дорогу денег и чистую одежду. Надо ли говорить, что д’Артаньян согласился принять эти услуги исключительно в долг, выдав Монтигре долговую расписку и обещав расплатиться, как только представится к тому возможность. «Теперь я задолжал ему около двух сотен франков, даже не доехав еще до Парижа. По правде говоря, это было почти все, что я мог надеяться получить в наследство».

Начало пребывания д'Артаньяна в Париже пересказано Дюма довольно точно. Отличия в деталях, но эти детали весьма существенны, поскольку позволяют понять, чем жизнь отличается от романа.

Знакомство д'Артаньяна с тремя мушкетерами в самом деле состоялось почти сразу по приезде его в Париж при обстоятельствах, весьма сходных с описанными в романе. Более того — мушкетеров действительно звали Атос, Портос и Арамис, только были они не друзьями, а родными братьями. «Тот из мушкетеров, к которому я подошел, звался Портос и оказался соседом моего отца, жившим от него в двух или трех лье. У него были два брата в Роте; одного из них звали Атос, а другого Арамис». Из мемуаров д’Артаньяна совершенно невозможно представить, чем они отличались друг от друга. Дюма же, заботясь о занимательности повествования, превратил братьев-беарнцев неизвестного происхождения в друзей, попутно снабдив каждого из них родовым титулом и яркой индивидуальностью. Так Атос стал графом де Ла Фер, благородным пьяницей с романтическим прошлым; Портоса Дюма сделал дю Валлоном, смешным хвастливым толстяком, а его красотку-любовницу, снабжавшую его деньгами, заменил на престарелую даму из судейского сословия; Арамиса же он наделил фамилией д’Эрбле и обликом женолюбивого ханжи, красавчика с наманикюренными ногтями.

Д'Артаньян в самом деле сразу поссорился с Портосом, однако эта ссора никак не связана с перевязью. Сейчас же д'Артаньяна просто вывела из себя вполне невинная фраза Портоса, выразившего надежду, что его гость походит на других людей из дома д’Артаньянов, «или же ему следует незамедлительно вернуться в нашу Страну», т. е. в Гасконь. В итоге вместе с Портосом, Атосом и Арамисом д’Артаньян участвует в дуэли с гвардейцами кардинала Ришелье, переросшей в большое побоище. «Люди довольно охотно сбегаются на подмогу, когда слышат это имя — схватки Мушкетеров с гвардейцами Кардинала, — кто был ненавидим народом, как ненавидят почти всех Министров, хотя никто не знает толком, почему их ненавидят…». Здесь мы, конечно, слышим голос не 15-летнего мальчика, а умудренного жизнью солдата, пишущего на склоне лет мемуары.

Противниками мушкетеров и д’Артаньяна в этой дуэли были Жюссак и трое братьев-гвардейцев.

Если де Тревиль набирал в свою роту в основном земляков-беарнцев, то Ришелье собирал со всей Франции забияк, «кто там становился опасным из-за своих личных потасовок». Участие в двух схватках и победа над известными бойцами сразу приносит д’Артаньяну популярность, ибо действительно «существовала такая ревность между Ротой мушкетеров и ротой Гвардейцев Кардинала де Ришелье, что схватывались они врукопашную ежедневно». Д’Артаньян попадает даже на прием к королю и получает от него в подарок 80 пистолей, т. е. 800 ливров — сумму, позволившую расплатиться с Монтигре и зажить привольно. По мнению д’Артаньяна, Людовик XIII «был чрезвычайно естествен; и если абсолютно необходимо для ремесла правления, как заявлял известный политик, умение скрывать, то никогда не существовало менее пригодного Принца, чем он.

Его Величество обладал таким изъяном: стоило его один раз предубедить, и ничто уже не было более трудным, чем его в этом разубедить».

Но в общем д’Артаньян, которому шел шестнадцатый год, не имел никакого отношения к политике и мало интересовал Ришелье. Образ демонического Рошфора целиком принадлежит фантазии Дюма, а что касается Миледи, то с ней мы встретимся в свое время.

Как сказано выше, д’Артаньян в качестве королевского гвардейца принял участие в осаде и штурме Арраса, а вернувшись в Париж, поселился на улице Старой Голубятни в предместье Сен-Жермен. Между тем Росне, узнав об успехах своего неприятеля в Париже, подослал к нему наемных убийц. С помощью друзей-мушкетеров д’Артаньяну удалось их схватить и передать в руки правосудия. Против самого Росне д’Артаньян начал судебный процесс; Росне предпочел в нем не участвовать и бежал в Англию; его заочно приговорили к смерти и, за отсутствием самого обвиняемого, повесили его соломенное чучело. Занимаясь этими делами, д’Артаньян близко сошелся с молодой замужней женщиной, у которой Росне снимал комнаты. Юный гасконец повел дело так ловко, что вскоре заменил ей и жильца, и находившегося в отъезде мужа.

Вернувшись, муж увидел себя в положении весьма неудобном. Воспользовавшись тем, что д’Артаньян отправился в очередной военный поход, он сменил одновременно и дом, и ремесло. Он купил трактир на улице Монмартр, но д’Артаньян не был бы гасконцем, если бы это помешало ему найти утерянную возлюбленную, которая не только оказывала ему всяческие милости, но и снабжала деньгами. Дело в том, что судебная победа над чучелом обошлась д’Артаньяну в 2 тысячи ливров. Прекрасная трактирщица не только отдала юному любовнику все деньги, оставленные на прожитье вновь уехавшим мужем, но от имени мужа набрала долгов, и в результате тому по возвращении пришлось продавать имущество. Совестливый Д’Артаньян попытался частично компенсировать вред, который нанес мужу любовницы, и принудить кредитора подождать, но тот от угроз лишь еще больше распалился: «Он мне посоветовал, однако, быстрее выйти из его дома, потому что, если он пошлет за Комиссаром, он мне покажет, что мы живем при таком правлении, когда не позволено являться грозить человеку, одолжившему свои собственные деньги с самыми добрыми намерениями».

Пока д’Артаньян улаживал дела с Рос-не, любовницей и ее мужем, кардинал Ришелье породнился с королевским домом, выдав свою племянницу Клер-Клеманс де Мсйе-Брезе за герцога Энгиенского. Приданое невесты составило 600 тысяч ливров. В это время поднял мятеж герцог Буйонский, которого называют «человеком испытанной храбрости и глубокого ума. Но, быть может, люди, полагавшие его способным на все те великие дела, каких он не совершил, несколько преувеличивали его дарования». Причиной мятежа послужило желание Буйона завладеть Седаном, который «он унаследовал от своего отца, а тот сам получил его от Генриха IV. Будучи уверен, что рано или поздно Ришелье отберет у него Седан, Буйон вступил в сношения с Испанией. В начале 1641 г. он отбыл в Седан под предлогом болезни жены и отдал приказ к концу марта доукомплектовать свои войска, готовясь якобы выступить против имперских войск для защиты Люксембурга. «Он сделал гораздо больше, он надул Кардинала свадьбой Виконта де Тюренна, его брата, и одной из его родственниц, и Виконт разыгрывал влюбленного, поскольку он еще больше, чем его брат, горел желанием вернуться в Седан» (Д’Артаньян).

С испанцами вел переговоры и Луи де Бурбон, граф Суассонский, давний недруг Ришелье. Суассон отбыл из Парижа якобы для того, чтобы навестить свой дом в Бланди, но вместо этого перешел Марну и появился в Седане. «Этот марш встревожил Двор, испугавшийся, как бы пример Графа де Суассона не вызвал неповиновение большинства Знати, имевшей не больше причин, чем он, любить Кардинала де Ришелье. Двор особенно опасался Герцога д’Орлеан, чьи склонности были крайне изменчивы и кто в одиночку натворил больше зла Государству различными бунтами, возбужденными им, чем все враги, вместе взятые, не смогли бы сделать за несколько лет» (Д’Артаньян).

Гастон Орлеанский был женат на сестре герцога Карла II Лотарингского. Людовик ХIII был противником этого брака и даже заставил парижский парламент объявить его недействительным. Теперь Гастон действительно примкнул к заговорщикам.

Заговорщикам с большим трудом удалось добиться, чтобы Суассон, постоянно колебавшийся, не пошел на попятный. Получив сообщение о победе Суассона над королевскими войсками, в Париже заговорщики должны были поднять восстание. То ли 27 марта, то ли 6 июля 1641 г. Суассон действительно разбил королевскую армию у Ла Марфе близ Седана, но при этом сам нашел свою смерть, «причем никто не мог сказать по правде, каким образом она его настигла. Итак, и сегодня задаются вопросом, убил ли он сам себя, как было угодно утверждать некоторым, или же он был убит человеком, подкупленным его врагами… Говорят, что он хотел поднять забрало своей каски дулом пистолета, он еще сжимал его в руке, пистолет выстрелил сам по себе и уложил его на месте. Однако я встречал людей, говоривших мне, что пистолеты были еще заряжены, когда его нашли мертвым» (Д’Артаньян).

Герцог де Буйон попытался захватить Данвильер, но затем просил короля о помиловании и был прощен. Те заговорщики, что должны были поднять восстание в Париже, сохранили свое участие в тайне, зато к делу о заговоре кардинал пристегнул некоторых своих противников, совершенно к нему непричастных. Для суда над ними Ришелье направил своих комиссаров; таким образом, королевская власть покусилась на судебные прерогативы парламентов. «Это был новый обычай, против которого Парламенты протестовали несколько раз… Этот Министр был первым, кто его ввел», — пишет д’Артаньян.

Карл II Лотарингский после поражения Буйона и Суассона подписал договор с Людовиком XIII, отрекшись от всех соглашений, подписанных когда-либо с врагами Франции. Однако он быстро забыл о принятых обязательствах, и в сентябре того же 1641 года Людовику ХШ пришлось направить в Лотарингию войска.

В 1642 г. каталонцы, восставшие против испанского короля, попросили помощи у Франции, и в Каталонию вошли французские войска. Весной 1642 г. Людовик XIII, вспоминает д’Артаньян, «отправил часть своего Полка Гвардейцев в Русийон, который пытались приобщить к завоеваниям предыдущей Кампании. Эта маленькая провинция была нам абсолютно необходима для сохранения Каталонии, куда, пока она оставалась у испанцев, ничего нельзя было доставить, кроме как по морю…

Тогда подле Короля находился некий молодой человек, кому едва перевалило за двадцать один год, но кто, тем не менее, пользовался громадным влиянием. В возрасте семнадцати лет он был сделан Капитаном Гвардии, потом Главным Камердинером Его Величества, и, наконец, Обер-Шталмейстером Франции, и никогда ничья судьба не была равна его удаче. Король не мог ни на один момент остаться без него; как только он терял его из виду, он тотчас за ним посылал. Он даже укладывал его спать вместе с собой, как могла бы делать любовница, не остерегаясь, что столь большая фамильярность и, главное, с особой такого возраста, не только была противна королевскому величию, но еще и могла заставить его в этом раскаяться…

Этот человек носил имя Сен-Мар, от названия земель его отца в соседстве с побережьем Луары. Кардинал сам пристроил его ко Двору, как инструмент, которым он делал бы все, что пожелает, поскольку он был другом его отца и немало способствовал его возвышению».

В придворных кругах маркиза Сен-Мара именовали просто Главным. Пользуясь своим положением, он вел себя весьма раскованно, жалуясь всем напропалую, что внимание короля его тяготит. «Пожелав быть Герцогом и Пэром и жениться на принцессе Мари, дочери Герцога де Неве-ра, ставшей впоследствии Королевой Польши, он едва только заметил, что Кардинал украдкой этому противодействует, а подчас даже и открыто, как немедленно забыл все благодеяния… Король, вовсе не любивший Кардинала, был обрадован их размолвкой и получал удовольствие ото всего, что мог наговорить против него его фаворит» (Д’Артаньян). Король признался Сен-Мару, что не прочь избавиться от кардинала, и Сен-Мар предложил королю его отстранить. «Его Величество ему ответил, что все его предложения почти неисполнимы, поскольку этот Министр был мэтром всех мест его Королевства и всех армий, как на море, так и на суше; его родственники и друзья командовали ими, и он мог заставить их взбунтоваться против него, когда только тому заблагорассудится» (Д'Артаньян).

Тогда Сен-Мар начал готовить убийство Ришелье, надеясь задним числом получить у короля не только прощенье, но и благодарность. Де Тревиля, капитана конных мушкетеров, он также пытался привлечь к заговору, однако тот сказал, что даст согласие, только если получит приказ лично от короля. Но когда король убедился, что Сен-Мар всерьез готовит убийство Ришелье, «он пришел в ужас от его предложения и ответил, чтобы тот не смел и думать так, тем более ему об этом говорить. Сен-Мар это скрыл от Тревиля и сказал ему, будто его Величество ответил, что такие вещи должны бы понимать с полуслова, не вынуждая Короля отдавать подобные команды. Тревиля это не убедило, и он отказался от дальнейшего участия в заговоре. После этого Сен-Мар решил сам убить Ришелье; он заказал кинжал и стал искать удобного момента. Кардинал был предупрежден и старался держаться подальше от юного маркиза.

Итак, пока королевский двор двигался в сторону испанской границы, интрига развивалась. «Двор завершил короткими переходами этот вояж, и Кардинал, видя, как Король позволяет себе поддаваться злобным советам своего фаворита, заболел от горя. Так он был вынужден остановиться в Нарбоне, где, уверившись в том, будто умирает, изменил свое завещание» (Д’Артаньян). В завещании Ришелье признался, что имеет 15 миллионов ливров, которые копил с целью в трудный момент передать в казну; Сен-Мар убеждал короля, что кардинал просто воровал казенные деньги.

Из-за многочисленных нарывов Ришелье какое-то время не мог двигаться и даже писать. Почувствовав некоторое облегчение, он явился в лагерь под городом Перпиньяном в Пиренеях, где уже находился король. «Прибытие Кардинала изменило настроение Короля по этому поводу. Так как этот Принц, далеко не постоянный в своих чувствах… имел ту дурную черту, что последний, разговаривавший с ним, оказывался правым, его доверие внезапно ожило вновь к Его Преосвященству» (Д’Артаньян).

Сен-Мар продолжат запугивать короля могуществом Ришелье. Тот вновь притворился заболевшим и с согласия короля удалился в Тараскон; тем временем по его просьбе маршал де Граммон, находившийся во Фландрии, имитировал отступление под натиском испанцев. «Как только Король был извещен об этом событии, он утратил всякое желание смеяться вместе с Сен-Маром. Он пожалел об удалении Кардинала, чьи советы были ему абсолютно необходимы в обстоятельствах, вроде этих» (Д’Артаньян).

Анна Австрийская собиралась в случае успеха Сен-Мара заменить Людовика Гастоном Орлеанским. Они заключили тайное соглашение с Испанией, текст которого попал в руки Ришелье. «Король не знал, на что решиться, и в сопровождении Господина Главного отправился по направлению к озеру Эмгворт, когда его догнали и заявили, что раскрыт заговор. Позднее Королю показали соглашение с Испанией; в сущности, это была лишь пестревшая ошибками копия. Король вернулся обратно» (Талле ман де Рео).

9 сентября 1642 г. французские войска заняли Перпиньян. Д’Артаньян пишет в мемуарах: «Я увидел тогда первый раз под Перпиньяном Кардинала Мазарини, для кого Король добивался пурпурной мантии два года назад, но кто получил кардинальскую шапочку только в момент этой осады. Его состояние было столь колоссально, что богатства многих государей никогда даже не приближались к нему, также никогда не существовало человека, кто бы так кичился, как он, тем постом, куда он вскоре был помешен… Король ввел его в свой Совет после нескольких услуг, оказанных им в Италии; а так как он обладал гибким разумом, Кардинал де Ришелье, кого он весьма заботливо обхаживал, вскоре начал употреблять его в делах большой важности. Король поручил ему овладеть городом Седан, и он вернулся ко Двору, где почти сразу после его приезда последовала смерть первого Министра…

Кардинал, прибыв под Перпиньян, едва только посвятил Короля в то, что он открыл, как его Величество приказал арестовать Сен-Мара. Был отправлен приказ арестовать Месье де Буйона… Его отправили в Лион вместе с Месье де Сен-Маром; их процесс был начат и завершен» (Д’Артаньян).

Текст договора с испанцами показали Буйону, находившемуся в тюрьме; он решил, что Гастон Орлеанский во всем признался, и сам все рассказал. Признался и Сен-Мар, надеявшийся, что король его пощадит.

12 сентября 1642 г. в Лионе Сен-Мар был обезглавлен. Сен-Мар умер «с поразительным мужеством, не стал говорить пустых речей, и только поклонился тем, кого увидел в окнах и узнал; он все делал поспешно и, когда палач хотел отрезать ему волосы, отнял у него ножницы и передал их брату-иезуиту… Голову ему отрубили с первого удара» (Таллеман де Рео).

«Что касается Месье де Буйона, то, конечно, толковали о том, что надо бы с ним поступить точно так же, но поскольку у него было, чем выкупить свою жизнь, он расквитался за все, отдав свои владения в Седане» (Д'Артаньян). Гастона Орлеанского принудили дать письменное обязательство никогда и ни при каких обстоятельствах не претендовать на французский престол.

Казнь Сен-Мара упрочила положение Ришелье, однако «Кардинал ненадолго пережил этот триумф; геморрой по-прежнему продолжал причинять ему тысячу мучений, и вскоре он не смог больше ни сидеть, ни даже оставаться в одном положении» (Д’Артаньян). Из Руссийона его частью на носилках, частью по воде перевезли в Париж.

17-летний д'Артаньян той далекой осенью 1642 года был занят проблемами, для него не менее важными, чем заговор Сен-Мара для короля и кардинала. Муж его любовницы покинул Париж как раз тогда, когда туда привезли больного кардинала. «Стояло еще начало октября месяца, — вспоминал д’Артаньян тридцать лет спустя, — но погода была такой теплой в том году, что весь урожай винограда уже собрали. Повсюду осень была столь хороша, как могло бы быть само лето; и таким образом, я и сейчас еще припоминаю, будто это было вчера, как в день, когда хозяин кабаре притворился, что уезжает, настолько яростно припекало, что едва ли было жарче в Сен-Жане». Д'Артаньян наслаждался жизнью в объятьях прекрасной трактирщицы, когда неожиданно вернувшийся муж начал ломиться в двери их комнаты. «Я был мудр, — пишет д’Артаньян, — с первым же нанесенным им ударом я распахнул окно кабинета и выбросился на двор, где и свалился человек на двадцать подмастерьев торговца, сидевших один подле другого. Они воспользовались прекрасным лунным светом, чтобы наворовать себе мяса, и вовсе и не думали обо мне. Так как я был совсем голый под рубахой, я позволяю поразмышлять, насколько они были поражены, увидев меня в подобном одеянии». Но поскольку подмастерья быстро узнали в свалившемся на них ровеснике щедрого завсегдатая трактира, они без промедленья снабдили его штанами и обувью.

Чтобы упредить ревнивого мужа, д’Артаньян сам явился к комиссару городской стражи и заявил, что его ограбили. Воров в Париже было действительно множество. «Поговаривали, что Королевский Судья по уголовным делам безнаказанно покровительствовал ворам за определенное вознаграждение, и я не знаю, была ли это правда или нет, но отлично знаю, что начиная с момента, когда закрывались лавки, небезопасно было высовывать нос на улицу. В эту эпоху не существовало еще ни Лейтенанта Полиции, ни ночных караулов, а те, кто должны были заботиться о соблюдении публичной безопасности, обвинялись так же, как и Королевский Судья по уголовным делам, в том, что получали свою часть от совершаемых краж, отговариваясь, словно бы они совершенно не знали, кто их совершал».

С помощью такого вот правосудия д’Артаньян сумел не только избежать наказания, но и посадить в тюрьму обманутого мужа, обвинив его в нападении с целью ограбления. Да еще подмастерья вчинили несчастному трактирщику иск, требуя от него возмещения убытков за повреждения, причиненные падением д’Артаньяна из окна его заведения. Так ревнивый муж оказался в тюрьме без видимой надежды выбраться, ибо «он знал, что в Париже совершается множество несправедливостей, и приговаривают не меньше невиновных, чем спасают преступников» (Д'Артаньян). Выйти на волю несчастному удалось лишь с помощью того же д’Артаньяна (точнее, благодаря влиянию де Тревиля).

Сам д’Артаньян получил за эту историю от Тревиля суровый нагоняй. Капитан мушкетеров сказал юному земляку, что «не отрицает, что добрые милости какой-либо Дамы придают блеск достоинству молодого человека; но надо, чтобы Дама была иного ранга, чем та, с какой я виделся; интрижка с благородной женщиной считалась бы галантностью, в то время как та, что я завел с этой женщиной, зачтется мне, как дебош и подлость». Д’Артаньян вовсе не имел желания из-за соображений такого рода бросать красивую и ласковую любовницу, и Тревилю пришлось очень сильно на него надавить, чтобы заставить дать слово никогда больше не видеться с этой женщиной. В итоге д’Артаньян написал возлюбленной письмо; в нем он корил себя за то, что вынуждал ее губить ее репутацию, и выражал пожелания, «чтобы она никогда не разделяла своих милостей с кем-то другим, кроме ее мужа». К письму д’Артагньян приложил «половину своих денег»; насколько велика была эта сумма, он не сообщает.

Получить такое благопристойное письмо от семнадцатилетнего любовника было для трактирщицы жестоким ударом. Она просила, умоляла, настаивала, но все было напрасно. Муж, с которым она помирилась, умер спустя несколько месяцев после выхода из тюрьмы. Молодая вдова вновь попыталась наладить отношения с д’Артаньяном, но наш герой, дав слово командиру, был тверд и неколебим. Тогда трактирщица, отнюдь не отличавшаяся кротостью мадам Бонасье, решила отомстить. За ней давно уже ухаживал некий капитан швейцарских гвардейцев, которого д’Артаньян в свое время отвадил с помощью своих друзей. Теперь она выказала швейцарцу расположение и обещала выйти за него замуж, если он избавит ее от человека, в связи с которым ее несправедливо обвиняли. Капитан согласился устранить препятствие, но сам рисковать не стал, а послал на ответственное задание двоих людей из своей роты. Те подстерегли д’Артаньяна в темном переулке и инсценировали пьяную ссору, перешедшую в сражение на шпагах. К счастью для д’Артаньяна, на помощь ему подоспели горожане, которые длинными палками прогнали нападавших. Несмотря на то, что попытка оказалась неудачной, капитан потребовал от дамы вознаграждения, обещая, что его солдаты вскоре закончат дело. «Так как она видела его столь настойчивым, то подумала, что он заслужил быть вознагражденным, — вспоминал д’Артаньян — она вышла за него замуж в соответствии с его желанием; но когда он получил ее в качестве собственной жены, он рассудил, что было бы весьма некстати обременять себя убийством ради любви к ней… Вот как закончились мои первые любовные приключения в Париже — я был счастлив тем, что удержался здесь, а все произошедшее со мной сделало меня более мудрым».

Возможно, именно в это время Ришелье удалось избавиться от Тревиля. По словам Таллемана де Рео, шпионы донесли кардиналу, что якобы однажды Людовик XIII, указывая на Тревиля, сказал: «Вот человек, который избавит меня от Кардинала, как только я этого захочу». «Кардинал подкупил его кухарку; говорят, будто ей платили четыреста ливров пенсии. Кардинал ни за что не хотел оставлять подле Короля человека, которому Король так доверяет; господин де Шавиньи был избран Кардиналом, чтобы уговорить Короля прогнать Тревиля. Король весьма смиренно сказал ему: «Но, г-н де Шавиньи, поймите же, что это может пагубно отразиться на моей репутации: Тревиль хорошо мне служил, он носит на теле рубцы — следы этой службы, он мне предан». — «Но, Государь, — ответил г-н де Шавиньи, — поймите также и вы, что Кардинал тоже хорошо вам служил, что он предан, что он необходим вашему государству, что не подобает класть на одни весы Тревиля и его». — «Как, г-н де Шавиньи, — воскликнул Кардинал, которому тот докладывал о своей беседе. — и это все. чего вы добились от Короля? И вы ему не сказали, что это необходимо? У вас закружилась голова, господин де Шавиньи, голова у вас закружилась». Шавиньи тут же поклялся Кардиналу, будто он сказал Королю: «Государь, это необходимо сделать». Кардиналу было отлично известно, с кем он имеет дело. Король опасался бремени ответственности и. кроме того, боялся, как бы Кардинал, занимавший почти все посты, не сыграл с ним скверную шутку. Словом, Тревиля пришлось прогнать».

28 ноября 1642 г. у Ришелье наступило резкое ухудшение; врачи признали гнойный плеврит. Он неоднократно терял сознание. но пытался работать; его дважды навещал король. Скончался кардинал 4 декабря 1642 г., «через два месяца и двадцать два дня после того, как послал на смерть Сен-Мара» (Д’Артаньян).

Характеризуя Ришелье, писали: «Он творил добро по склонности, а может быть, по велению здравого смысла во всех случаях, когда выгода не толкала его ко злу, творя которое он его ясно сознавал. О благе государственном он помышлял лишь в пределах отпущенного ему земного срока, по никогда ни один министр не прилагал больших стараний, чтобы внушить окружающим, будто он печется о будущем». Сам Ришелье говорил, что сочинение стихов доставляет ему больше удовольствия, чем занятия государственными делами.

Любовные связи Ришелье не соответствовали его положению, «потому что одним предметом любви его была Марион Делорм, едва ли не продажная девка, предпочитавшая ему Де Барро, а другим г-жа де Фрюж, которую ныне называют старухой и не пускают далее задних комнат. Первая приходила к нему по ночам, он сам также по ночам навещал вторую, которая уже в ту пору за ненадобностью брошена была Беки и гемом».

«Месье Кардинал де Ришелье, — пишет в своих мемуарах д’Артаньян, — был наверняка одним из самых великих людей, когда-либо существовавших не только во Франции, но и во всей Европе. Однако, какими бы прекрасными качествами он не обладал, у него имелись и кое-какие дурные; например, он слишком любил мстить и чересчур господствовать над знатью, с могуществом столь же абсолютным, как если бы он был самим Королем. Вот так, под предлогом возвышения королевской власти на самую высокую ступень, он настолько возвысил свою собственную, пользуясь его именем, что опостылел всем на свете…

Власть, так сказать, абсолютная, какую Кардинал де Ришелье приобрел при дворе, во всякое время порождала большое число завистников, особенно среди высшей Знати, потому что, возвышаясь над ними, он умело втягивал Короля и Государство в свои дрязги. Этот Принц, кто был так добр, как мало прозорлив, с удовольствием видел, как под предлогом установления Верховного могущества в его Королевстве мало-помалу губили всех способных воспротивиться ему их влиянием и их благоразумием».

Д’Артаньян признает, что политика Ришелье способствовала росту французского могущества. «Если уж говорить всю правду, то давно уже дела Франции не находились в таком добром состоянии, в каком они были тогда. Ее армии со стороны Германии действовали великолепно вплоть до самого Рейна; они взяли Бризак и захватили весь Эльзас, в Италии — Пиньероль, и во Фландрии — Аррас».

В том же 1642 году, когда умер Ришелье, в Кельне в возрасте 69 лет скончалась мать Людовика XIII Мария Медичи, а в заокеанской колонии Новая Франция (современная Канада) был заложен город Монреаль.

Людовик XIII воспринял смерть главного министра со смешанным чувством облегчения и тревоги. Он решил никем не замещать умершего кардинала, и многие были этим очень удивлены. «Но он подумал, что посредством учрежденного им Совета справится со всеми вещами; главное, если Государственные Секретари пожелают исполнять их долг. Среди них было двое достаточно способных, а именно Месье де Нуайе и Месье де Шавиньи, но что касается двух других, то они немногого стоили, и не следовало особенно рассчитывать на них» (Д’Артаньян).

Итак, Людовик XIII попытался делать то, чего практически никогда не делал раньше — править самостоятельно. «Богу было угодно, — говорилось в королевской декларации, — призвать к себе кардинала де Ришелье. Я принял решение сохранить и поддерживать все установления, принятые в течение его министерства, продолжать все проекты, выработанные при его участии как во внешних, так и во внутренних делах, не внося в них никаких изменений. Я сохранил в моем Совете тех же людей, которые там уже служили, и призвал к себе на службу кардинала Мазарини, в способностях и верности которого я имел возможность убедиться». Впрочем, проявление собственной воли король ограничил тем, что выпустил из тюрем нескольких вельмож и сам занимался корреспонденцией. «После смерти кардинала де Ришелье Король очень радовался, получая сам письма и депеши. Он говорил, что у него никогда не будет фаворитов среди гвардейцев. К г-ну Нуайе он проявлял как будто большую привязанность, чем к кому-либо другому; когда королю нужно было что-либо делать, а г-на де Нуайе при этом не было, он заявлял: «Нет, нет, подождем голубчика» (Таллеман де Рео).

Шавиньи, которого Анна Австрийская не выносила как приспешника Ришелье, столкнулся с конкуренцией со стороны Мазарини, которому Анна, по выражению д’Артаньяна, «широко распахнула душу». «Этот человек был хитер и ловок, втерся туда огромной услужливостью и бесконечно повторяемыми заверениями в своей полной преданности ее службе, вопреки и против всех, не исключая даже самого Короля…

Кардинал рисковал немногим, безоглядно обещая ей столько вещей разом. Он видел, что Король умирает, и нет ни малейшей надежды вылечить его от медленной лихорадки, подтачивавшей его долгие годы. Его тело не было больше ничем иным, как настоящим скелетом, и хотя ему шел еще лишь сорок второй год, он был доведен до такого беспомощного состояния, что истинный Король, каким он и был, желал бы смерти во всякий день, если бы это не было запрещено ему, как христианину».

Мазарини

Поскольку смерти короля ожидали в ближайшее время, борьба развернулась вокруг регентства. Анна Австрийская хотела остаться единственной регентшей при малолетнем сыне, а Гастон Орлеанский и некоторые другие стремились к созданию регентского совета. Итак, Анна искала поддержки у своего брата, испанского короля Филиппа III. Мазарини ухаживал за Анной и даже стал волочиться за ее любимой камеристкой, чтобы та влияла на королеву в нужном направлении, а Шавиньи сошелся с Гастоном Орлеанским, с которым прежде не ладил.

В декларации, составленной перед смертью Людовиком XIII (точнее, Шавиньи), король поручал регентство Анне, но при ней создавался Совет, куда должны были войти канцлер Пьер Сегье, кардинал Мазарини, Шавиньи и Бутийе. Такой совет очень сильно ограничил бы власть будущей вдовы. Король повелел зарегистрировать декларацию в Парижском парламенте, чему королева всячески препятствовала.

14 мая 1643 г. Людовик XIII скончался. Подводя итоги правления Ришелье и Людовика XIII, в XX веке историк Кремер написал: «…Они оставили после себя сильную Францию. Цена была высока: экстремальное финансовое давление на население, чрезвычайно жесткое укрепление королевского авторитета».

Анна Австрийская вступила в борьбу за власть. «Королева обладала умом такого рода, какой был необходим для того, чтобы не казаться глупой людям, ее не знавшим. Желчности в ней было больше, нежели высокомерия, высокомерия больше, нежели величия, наружных приемов более, нежели искренних чувств… пристрастия более, нежели страсти, жестокости более, нежели гордости, злопамятства более, нежели памятливости к добру, притязаний на благочестие более, нежели благочестия, упрямства более, нежели твердости, а более всего поименованного — бездарности…

Королева была любима благодаря своим злоключениям куда больше, нежели за свои достоинства. Ее постоянно преследовали на глазах у всех, а страдания у особы ее сана заменяют великие добродетели. Всем хотелось верить, будто она наделена терпением, личину которого очень часто надевает безразличие. Словом, от нее ждали чудес, говаривали, что она их уже творит, ибо даже самые отъявленные ханжи позабыли ее былое кокетство…

Герцог Орлеанский хотел было заявить права не регентство, и состоявший у него на службе человек посеял тревогу в Сен-Жермене, явившись туда час спустя после смерти Короля с двумястами дворян, приведенных им из его владений». Однако с помощью Дома Короля людей герцога вытеснили, а его самого принудили удовлетвориться званием Правителя королевства — впрочем, вполне призрачным.

«Королева, найдя средство вынудить герцога д'Орлеана отказаться от власти, данной ему Королем в его декларации, предстала вместе с ним перед Парламентом. Эта Компания, главные члены которой были подкуплены Епископом Бове (капеллан Анны), пожаловала ей Регентство с абсолютным могуществом, вопреки последним намерениям Его Величества» (Д'Артаньян).

Регентский совет, назначенный Людовиком XIII, так и не стал реальностью. «Поскольку лица эти, будучи клевретами кардинала де Ришелье, пользовались общей ненавистью, они тотчас по смерти короля были осмеяны всеми лакеями во всех закоулках Сен-Жерменского дворца».

Начальный период регентства Анны Австрийской называют порой, «когда Королева никого не жаловала, а попросту никому ни в чем не отказывала… Все изгнанники были возвращены, все узники выпущены на свободу, все преступники оправданы, те, кто были отрешены от своих должностей, получили их обратно, всех осыпали милостями, отказа не было ни в чем.

Своему стороннику Бофору Анна обещала доверить воспитание своих сыновей — Людовика и Филиппа, но ему этого было мало. «Герцог де Бофор, всегда бывший сторонником Королевы и даже ее воздыхателем, забрал себе в голову, что будет править королевством, на что был способен менее, нежели его лакей. Епископ Бовезский, самый глупый из всех известных вам глупцов, сделался первым министром и в первый же день потребовал от голландцев, чтобы они, если желают сохранить союз с Францией, приняли католическую веру. Королева устыдилась своего шутовского правительства…

Месье (Гастон Орлеанский) мнил себя на особом положении; герцог Буйонский воображал, что ему со дня на день возвратят Седан… Парламент, избавленный от кардинала де Ришелье, воображал, будто с приходом министра, каждый день заверявшего палаты, что Королева намерена следовать их советам, настал золотой век».

Буйон так и не получил Седан, имевший статус принципата (княжества), однако, ссылаясь на прежнее владение им, добился княжеского достоинства.

Французы захватили Дюнкерк и два испанских укрепления в Тоскане. В Нидерландах испанская армия перешла к обороне. Взятие французами Рокруа 19 мая 1643 г. оказало особенное психологическое воздействие: был развенчан миф о непобедимости испанской пехоты. Героем битвы при Рокруа стал юный Луи де Бурбон.

Королева Анна в поисках надежного человека остановила выбор на Мазарини. Став первым министром, он сразу заставил удалиться от дел Шавиньи, которому был обязан карьерой, но по отношению к знати вел себя тише воды и ниже травы, так что многие были вполне удовлетворены его назначением. «На ступенях трона, откуда суровый и грозный Ришелье не столько правил смертными, сколько их сокрушал, появился преемник его, кроткий, благодушный, который ничего не желал, был в отчаянии, что его кардинальский сан не позволяет ему унизиться перед всеми так, как он того хотел бы, и появлялся на улице с двумя скромными лакеями на запятках своей кареты».

Гонди дает полностью отрицательную характеристику Мазарини: «Он пренебрегал верой. Он обещал все, ибо не имел намерения исполнять обещанное. Он не был ни кроток, ни жесток, ибо нс помнил ни благодеяний, ни оскорблений. Он часто предвидел зло, потому что часто испытывал страх, но не умел вовремя его исправить, потому что трусость брала в нем верх над осмотрительностью. Он был наделен умом, вкрадчивостью, веселостью, умением себя вести, но из-за всех этих достоинств выглядывала низкая его душонка, заметная настолько, что самые эти достоинства в минуты неудач выглядели смешными, а в пору наибольшего успеха продолжали казаться шарлатанством. Он остался мошенником и в должности министра, чего не случалось прежде ни с кем, и от этого мошенничества власть, хотя он начал править удачно и самовластно, оказалась ему не к лицу; к нему стали проникаться презрением, а это болезнь самая опасная для государства, ибо в этом случае зараза особенно легко и быстро перекидывается с головы на все тело».

Скромность, проявленная первоначально Мазарини, была истолкована многими как слабость, а удовлетворить всех было невозможно, несмотря на невиданную щедрость правительства. «Наконец, слабость Министра вскоре придала дерзости знатным особам, и в самое короткое время нашлось довольно значительное число их, потребовавших сделать себя принцами» (Д’Артаньян). «Герцог де Бофор, которого разум был много ниже посредственного, видя, что Королева подарила своей доверенностью кардинала Мазарини, впал в самый необузданный гнев. Он отверг щедрые знаки милости, предложенные ему Королевой, и в тщеславии своем выказывал свету все приметы оскорбленного любовника». Партия Бофора, сложившаяся осенью 1643 г. и известная как «Importants» («Высокомерные» или «Кичливые»), состояла «из четырех или пяти меланхоликов» — слово, которым в ту эпоху вежливо именовали людей не вполне нормальных. «Герцогу де Бофору не дано было великих замыслов, он не шел дальше намерений. Он наслушался разговоров «Кичливых» и отчасти усвоил их речь… У самого же герцога ум был скуден, тяжел и к тому же затуманен самодовольством… Он говорил и мыслил, как простонародье, кумиром которого он некоторое время был…».

Поссорившись с герцогом Орлеанским, Бофор стакнулся с герцогиней Шеврез, которой королева разрешила вернуться во Францию, но с которой вовсе не спешила сближаться. Бофор привлек к заговору своего родственника генерал-полковника швейцарской гвардии; к ним примкнул и экс-канцлер, мечтавший о посте первого министра. «Эта лига, названная Кабалой Вельмож, имела успех, весьма отличный от того, на какой надеялись заговорщики. Полагают, что их намерением было отделаться от Кардинала во что бы то ни стало, скорее убить его, чем потерпеть неудачу; но этот Министр, как-то прослышав об их заговоре, приказал арестовать герцога де Бофора, он был посажен в Венсенн» (Д'Артаньян). Арестовал заговорщика в Лувре Гито, капитан личной гвардии Королевы. «Все были поражены, когда герцога де Бофора заключили в тюрьму при дворе, где из темниц только что выпустили всех без изъятия…». Герцогиня де Шеврез вновь была выслана из Франции и отбыла в Испанию.

«Первый год Регентства прошел в этой манере; едва наступил 1644 год, как Его Преосвященство смог устроить так, чтобы остаться единственным Мэтром в делах Кабинета» (в частности, отправил герцога д'Орлеана командовать во Фландрию). (Д’Артаньян).

В своих мемуарах д’Артаньян уделяет значительное место женщине, которую он именует Миледи. Однако познакомился он с ней не на пути в Париж, как в романе Дюма, а спустя несколько лет, и вот при каких обстоятельствах.

Английский король Карл I Стюарт воевал в это время со своим парламентом. В июле 1643 г. его войска взяли Бристоль, в августе Карл осадил Глостер, но парламентским войскам удалось разблокировать город. Д’Артаньян находился тогда в Англии, сопровождая французское посольство графа д’Аркура при короле Карле. Вместе с другими французскими офицерами он упросил принца Руперта позволить участвовать в сражении. «Битва началась и была сперва достаточно упорной, но вскоре войска Парламента не устояли; мы одержали столь славную победу, что если бы Король пожелал приказать своим войскам маршировать на Лондон, то, по всей видимости, этот город сдался бы на любых условиях, какие ему угодно было бы ему навязать» (Д’Артаньян).

Однако Карлу помешали так поступить обстоятельства, неизвестные юному французу. В конце лета 1643 г. парламент поручил графу Манчестеру и Оливеру Кромвелю сформировать в восточных графствах новую армию из пуритан — ремесленников и йоменов; она стала наиболее боеспособной силой парламента, получив название «железнобоких». В июле 1644 г. близ Мар-стон-Мура кавалерийские полки Кромвеля наголову разбили отборную королевскую конницу, а затем, развернувшись, окружили находившуюся в центре пехоту. Впервые за всю войну парламентская армия имела такой успех в решающем сражении.

Бекингем

Д’Артаньян по возвращении во Францию был принят супругой Карла Стюарта Генриеттой Марией, которая спросила его, что он думает об Англии. «Я ответил ей без колебаний, хотя там было с ней двое или трое Англичан и даже четверо или пятеро Англичанок, чья красота заслуживала большей любезности, что я нашел Англию самой красивой страной в мире, но населенной столь дрянными людьми, что я всегда бы предпочел любое другое место жительства этому, когда бы даже пожелали дать мне это место среди медведей».

Надо сказать, что и в других местах д’Артаньян отзывается об англичанах без особой симпатии: «Англичане всегда свято верили, будто бы им не было равных; и настолько же из амбиции, насколько и из тщеславия они полагали — или они вскоре подчинят все нации своей собственной, или же им суждена участь Фаэтона, кто погиб, как нам повествует легенда, от излишнего самомнения».

После приема у королевы Генриетты д'Артаньян получил любовное письмо от одной из упомянутых «Англичанок», которую он в дальнейшем именует Миледи, и вызов на дуэль от ее брата. Но эта дуэль не вошла в роман.

Что касается любовной записки от Миледи, то далее следует сюжет, хорошо нам знакомый по роману «Три мушкетера»: безнадежное ухаживание за Миледи, интрига с ее служанкой, проникновение с помощью служанки в постель Миледи под видом Иновека, в которого та была безнадежно влюблена, и последующий скандальный разрыв, стоивший д’Артаньяну двух месяцев в тюрьме аббатства Сен-Жермен.

Дюма, присвоив Миледи имя Анны де Бейль, превратил ее в демоническую женщину с клеймом на плече — любовницу Атоса, агента кардинала Ришелье и организатора убийства Бекингема. На самом деле эта англичанка никогда не была воровкой, не знала Атоса и не имела никакого отношения к политике вообще и к уже покойному кардиналу Ришелье, в частности. Она всего лишь хотела отомстить д'Артаньяну за победу на дуэли, заставив его влюбиться без всякой надежды на взаимность.

После ночного свидания с Миледи д’Артаньяну представился случай вызволить ее брата, которого в Париже с помощью шлюхи заманили в притон, чтобы ограбить и убить. Разъяренная Миледи, лишившись возможности унаследовать сто тысяч ливров ежегодной ренты, в очередной раз обругала неудачливого любовника и подослала к нему наемных убийц, от которых он избавился с помощью приятелей-мушкетеров.

Именно так назвал д’Артаньян одну из глав своих воспоминаний, посвященную истории его следующей любовной связи.

На жалованье, которое получал гвардеец или мушкетер, жить было трудно, поэтому д’Артаньян зарабатывал деньги карточной игрой; играл он осторожно и обычно оказывался в выигрыше. «Я любил славное застолье, — пишет он, — и тем самым противоречил большинству моей нации (т. е. гасконцев), имевшему немалую склонность к экономии. Я обычно говорил, если уж получил достаток, так умей им пользоваться, чем хранить свои деньги на дне кубышки, как делало множество людей, так по мне лучше не иметь их вовсе».

Чтобы избавиться от постоянной нехватки денег, у бедного молодого человека без протекции при дворе был единственный путь — выгодная женитьба. И д’Артаньян усиленно искал выгодную партию, ибо «в этом веке, в каком мы живем, деньги весьма полезны, и не существует более могучего утешения, чем это».

После разрыва с трактирщицей он познакомился с молодой вдовой, чей не слишком любимый муж после восемнадцати месяцев семейной жизни погиб в битве при Рокруа. Дама, не будучи счастлива в первом браке, не спешила вступать во второй, хотя претендентов на ее руку было достаточно: она была очень богата и хороша собой. Чрезвычайно падкая на лесть, она жила в окружении толпы родственников и почитателей, которые наперебой восхваляли ее красоту, ум и прочие добродетели. благодаря чему получали возможность запускать руки в ее сундуки. «Было бы опасно связываться с такой женщиной, — пишет д’Артаньян, — и здесь наверняка нашелся бы камень преткновения для ревнивого мужчины. Но так как я не чувствовал за собой никакой склонности к столь роковой страсти для покоя людей, я продолжал мои усилия в надежде присовокупить ее богатства к моей пишете…

Я приглянулся ей с самого начала. Я откровенно признался ей, — если она пожелает меня послушать, она всячески обеспечит мою судьбу…

Она нашла искренность в моих речах. Я отличался от тех из моей Страны, кто, поверить им, никогда не были бедны, и я охотно соглашался, что не следовало бы возлагать больших надежд на доходы, приходившие мне из Беарна. Итак, мои дела подле нее шли все лучше и лучше; я уже начал строить планы на будущую жизнь, когда мы поженимся, как вдруг увидел, как воздвигаете. жестокая война против меня. Она исходила не от моих соперников, хотя их было у меня значительное число, и даже особ знатнейшего происхождения и достаточно больших достоинств, чтобы вполне резонно нагнать на меня страху. Самым опасным из этих соперников был граф де… кто, как и я, хотел на ней жениться, и кто, кроме того, что был прекрасно сложен, обладал таким высоким рангом при Дворе, что я рядом с ним просто тускнел. Но либо мне улыбалась фортуна, или же Дама прослышала о нем некоторую вещь, выставлявшую его в невыгодном свете, а именно, хотя он и имел видимую большую ценность для Дам, но его способности вовсе ей не отвечали, вот так оказалось, что маленький Гасконец восторжествовал над самыми знаменитыми куртизанами того времени».

Итак, с соперниками наш герой справился, но опасность ожидала его с другой стороны. Родственники и прихлебатели, кормившиеся возле его Дамы, резонно полагали, что, выйдя замуж. Дама эта закроет для них свои закрома. Ей стали говорить, что д’Артаньян ветреник и останется таким на всю жизнь, и она натерпится от него не меньше, чем от первого мужа; что он женился на первой любовнице; что Англичанка запрезирала его, потому что познакомилась с ним поближе и увидела, что в нем как любовнике мало толку. «Из всех этих обвинений, одинаково ложных, лишь первое произвело на нее какое-то впечатление».

Самым опасным врагом д’Артаньяна стала некая Демуазель, которая жила при Даме в качестве компаньонки и которой Дама безгранично доверяла. Д’Артаньян попытался прикормить эту Демуазель. «Если бы мой кошелек был туго набит, чтобы не иссякнуть так рано, — пишет он, — я бы еще долго принадлежал к ее друзьям, поскольку у нее был добрый аппетит». Но деньги кончились, и Демуазель перекупили его противники. Она прикинулась влюбленной в д’Артаньяна, а тот имел глупость пойти ей навстречу — «то ли из любезности, то ли из страха, как бы не нажить в ней врага». Тогда Демуазель принялась каяться перед своей госпожой в том, что ранее напрасно его поддерживала. Она рассказала, как д’Артаньян якобы ухаживал за ней, уверяя, что лишь ей принадлежит его сердце, а она якобы притворно принимала эти уверения, чтобы потом его разоблачить. И вот Дама, спрятавшись за драпировкой, имела возможность слышать разговор своего возлюбленного с Демуазель, не оставивший никакого сомнения в его отношении к ней. Выйдя из укрытия, Дама осыпала его тысячью упреков, на которые он не смог вымолвить ни слова. Из этой истории д’Артаньян сделал вполне разумный вывод о том, что «не следует гоняться за двумя зайцами сразу».

Во время войны во Фландрии д’Артаньян участвовал в осаде Барбура. Однажды, преследуя врагов, он вместе с пятью товарищами слишком приблизился к крепости; их обстреляли, и все, кроме д’Артаньяна, были убиты. Один из убитых очень интересовал дез Эссара, командира роты, который предложил кому-нибудь пойти и обыскать карманы покойного. Некий солдат вызвался выполнить это поручение. Приблизившись под выстрелами к трупу, он, чтобы не мешкать зря, стащил с него штаны и вернулся в траншею. Посмотрев то, что передал ему солдат, дез Эссар выглядел очень расстроенным. Д’Артаньян подумал сначала, что командир нашел письмо своей любовницы, но один из офицеров объяснил, что речь идет об очень близкой родственнице дез Эссара, «чье поведение для него почти так же важно, как если бы она была его женой».

Когда д'Артаньян вернулся в Париж, эта самая родственница дез Эссара пригласила его к себе и расспросила об обстоятельствах смерти того солдата. Д’Артаньян рассказал о письме, переданном дез Эсса-ру, но дама сказала, что, кроме письма, у убитого, который был ее возлюбленным, должен был быть ее портрет. По ее просьбе д'Артаньян поговорил с солдатом, обыскивавшем труп, и тот признался, что действительно в кармане убитого был портрет, и он до сих пор у него, но украшенную бриллиантами коробочку, в которой портрет хранился, он уже продал, а полученные деньги проел. Портрет же он легко уступил д’Артаньяну, и тот принес его своей новой знакомой. Но каково же было ее негодование, когда она увидела, что портрет не ее, а другой дамы, ее соперницы! Возмущенная, она высказала не слишком новую мысль, что все мужчины обманщики, а женщины — сумасшедшие, когда им верят. Д’Артаньян в ответ стал ее уверять — тоже не слишком оригинально, — что не все мужчины таковы и что есть совсем даже другие, которые хранят верность предмету любви — например, он сам; к тому же он выразил уверенность, что дама на портрете и вполовину не так прекрасна, как та, что находится перед ним.

Дама попросила его вновь встретиться с тем солдатом и спросить, не было ли на убитом другого портрета. Оказалось, что другой портрет действительно был, но в такой бедной коробочке, что тот и не подумал, что этот портрет может кого-то интересовать. Это и был портрет новой знакомой д’Артаньяна. Возвращая портрет владелице, д’Артаньян умолял оставить его ему, но дама была непреклонна, несмотря на уверения в любви. «Я действительно сделался столь влюбленным в нее, — вспоминал д’Артаньян, — что мне стало невозможным это скрывать. Я делал, однако, все от меня зависящее, и особенно по поводу дез Эссара, чья ревность была мне слишком хорошо известна, чтобы я мог в этом ему довериться.

Мое поведение необычайно понравилось этой Даме и гораздо больше послужило в мою пользу, чем все страстные слова, какие я только смог ей наговорить. Она позволила мне довольно часто видеть ее, и так как я делался все более влюбленным день ото дня, она сочла своим долгом воздать мне по справедливости из страха, как бы от чрезмерно строгого обращения со мной я не стал бы нескромен, уверив себя в собственном несчастье. Она потребовала от меня секрета, равного верности, сказав мне, что по соблюдению его она рассудит и о ней, поскольку, кто не был скромен, никогда не может быть верным».

Дама эта была замужем. Муж, за которого ее выдали родители против ее воли, не отличался ни красотой, ни статностью, и «его состояние заменяло ему достоинства. Так как крайне редко браки такого рода бывают удачными, особенно когда Дама немного склонна к галантности», д'Артаньян подозревал, что до него милостями этой Дамы пользовались отнюдь не только те двое, о которых он знал достоверно; к тому же он мечтал о выгодной женитьбе. Но пока, во всяком случае, он наслаждался любовью и был вполне удовлетворен своим положением.

Соперница нашей Дамы, чей портрет был найден у убитого солдата, была замужем за известным участником партии Сторонников, человеком чрезвычайно богатым. Между ней и знакомой д’Артаньяна издавна, еще со времен совместного пребывания в монастыре, существовало своеобразное соревнование в отношении любовников. Теперь жена Сторонника пожелала отбить у нашей Дамы и нового любовника, как она отбивала прежних. Она написала д’Артаньяну письмо, в котором вполне откровенно предлагала ему свои прелести и вдобавок туго набитый денежный сундук своего супруга и назначила свидание в Церкви Благодарения, куда обещала прийти с маленькой черно-белой собачкой на руках.

Получив письмо, д’Артаньян сначала решил, что его любовница сама его написала, чтобы испытать его чувства. Он показал ей письмо, и та была очень обрадована таким проявлением верности. Не посоветовавшись с д’Артаньяном, она сама отправилась в карете на свидание вместо него и, встретив в церкви соперницу, дала понять, что ею пренебрегли. «Не то, чтобы она ей что-нибудь сказала; они не разговаривали, а если бы они это и сделали, с теми чувствами, какие они испытывали одна к другой, я убежден, беседа была бы пикантна; но она неотрывно разглядывала соперницу глазами, полными презрения, и ее глаза сказали той столько же, сколько мог это сделать язык… В довершение она оказалась у кропильницы вместе с моей новой любовницей, и эта сказала ей насмешливым тоном, дабы лучше доказать той, что она была в курсе всего — если та привела с собой свою собачонку, чтобы подыскать ей маленького муженька, то она только напрасно потрудилась; муженек, кого она ей предназначила, не нашел ее достаточно красивой даже для того, чтобы просто принять во внимание. Бедная женщина даже растерялась от таких слов, хотя обычно ее язык был довольно хорошо подвешен».

Д’Артаньян сильно укорял возлюбленную за неосмотрительный поступок, по его Дама «не была светской особой самого большого рассудка», и потому все предостережения не шли ей впрок. В итоге жена Сторонника обошла ее с тыла: чтобы поближе подобраться к сопернице, она влюбила в себя ее мужа. «Так как он не был привычен ни к подобному расточительству, ни к тому, чтобы выслушивали его любезности. все должно было показаться ему подозрительным. Но поскольку, какие бы не имелись резоны жаловаться на природу, редко кто оценивает себя по справедливости, он сделался настолько слепым по своему собственному поводу, что поверил, будто вполне заслуживает удачи, предлагавшейся ему».

К этому времени д’Артаньян уже попал в роту мушкетеров, а вскоре вместе со своим земляком Бемо по рекомендации де Тревиля поступил на службу к Мазарини. Оба мушкетера сочли свою судьбу обеспеченной, но радовались они напрасно: «далекий от предоставления нам всяческих благ, каких мы от него ждали, он употреблял нас, как гонцов, а в вознаграждение за труды распоряжался выдать нам то пятьсот экю, то сотню пистолей, а то и того меньше. Я хочу этим сказать, что если у нас и имелись чулки, то не было башмаков, особенно у Бемо; он не находил, как я, доходов в игре, и не вернул мне еще денег, которые я ему одолжил.

Однако вскоре я сделался так же беден, как и он; судьба внезапно отвернулась от меня, и я начал терять все, что имел».

Когда жена Сторонника убедилась, что достаточно привязала к себе мужа соперницы, она познакомила его с перехваченными письмами, которыми его жена обменивалась с д’Артаньяном. Он был разъярен и решил отомстить. К д’Артаньяну, который находился в армии под Амьеном, был направлен очередной наемный убийца. Но пока убийца выбирал момент, чтобы выполнить заказ, он сам попал под пулю и, смертельно раненный, признался во всем. Дюма, как мы помним, использовал этот эпизод, но заказчиком несостоявшегося убийства сделал кардинала Ришелье.

Титульный лист мемуаров д’Артаньяна

Д’Артаньян в письме сообщил любовнице о происшедшем. «Она была весьма поражена, познакомившись с содержанием письма, и, прекрасно поняв, что если ее муж пошел на такую крайность в отношении меня, ее он тоже не пощадит; она решилась его опередить. Она подкупила аптекаря, и тот за пятьдесят пистолей дал ей дозу яда. Она ловко скормила его мужу, но так как яд должен был оказать свое действие лишь мало-помалу, у него еще оставалось время поразмыслить о своей мести».

Месть эта состояла в следующем. Обманутый муж написал письмо тестю в Нормандию, где рассказал о своем несчастье; в подтверждение своих слов он переслал тестю письма его дочери к д’Артаньяну. Ей же самой он сказал, что ее отец лежит при смерти, и, чтобы не допустить захвата всего наследства сестрой, она должна немедленно отправиться в Нормандию. Дама, чей любовник находился далеко, без сожаления рассталась с отравленным мужем и выехала на родину. Однако по приезде она была неприятно поражена, застав отца в полном здравии и страшно разгневанным тем, что узнал он из письма ее мужа. В ответ на обвинения дама смело отвечала в том смысле, что, во-первых, чего же и мог ожидать от нее отец, выдав замуж за нелюбимого против ее воли, а во-вторых. муж сам виноват в случившемся, поскольку «полное отсутствие в нем деликатности устрашило бы самую добродетельную женщину». Отец несколько смягчился, но не настолько, чтобы отказаться от намерения поместить дочь в монастырь. Впрочем, в монастыре дама повела себя так умно, что аббатиса вполне уверилась в ее невиновности и написала об этом ее отцу.

Тем временем отравленный муж в полной мере почувствовал действие яда, хотя и не знал о причинах недомогания. Когда он был уже при смерти, исповедник попросил его простить жену, чтобы не умереть во зле и не погубить свою душу; супруг ответил, что дарует жене прощение — при условии, если действительно умрет. Он и в самом деле умер; жена его вышла из монастыря и вернулась в Париж, обретя полную свободу вместе с имуществом и деньгами покойного супруга.

«Когда она вот так возвратилась в Париж, — вспоминал д’Артаньян, — я счел, что ничто не мешает мне больше заходить к ней, и явился туда, как обычно. Я был так же прекрасно принят там, как и в других случаях, но когда пожелал попросить ее о тех же милостях, что прежде, она мне откровенно сказала, что времена теперь не те; если она и была безумной, то больше не хочет ею быть, но если ее милости мне были дороги, она вернет мне их, как только я пожелаю, лишь бы я захотел заслужить их, женившись на ней.

Многие на моем месте поймали бы ее на слове. Молодая, красивая и богатая, какой она уже была, она должна была стать еще богаче после смерти ее отца. Этого было более чем достаточно, чтобы соблазнить Гасконца, у кого не было ничего, кроме плаща да шпаги; но, найдя, что в мире вполне довольно рогоносцев, без неуместного увеличения их числа, я застыл столь холодный и озадаченный при этом предложении, что ей невозможно было ошибиться в ответе…

Она была мной очень недовольна и принялась искать другого покупателя, раз уж я не пожелал им стать. Таковых всегда можно найти в Париже, где не испугаешь рогами большинство людей, лишь бы они были позолочены».

Вообще о нравах парижан д’Артаньян был невысокого мнения. «Они сбегаются на все казни, совершающиеся в их городе; хотя не проходит и недели, чтобы не состоялась хоть одна, существуют среди них такие, что сочли бы себя совсем пропащими, если бы пропустили хотя бы одну. Они бегут туда, как на свадьбу, и, понаблюдав за этим усердием, за их нетерпением, можно сказать, что они составляют самый варварский народ в мире, поскольку это некий род жестокости — глазеть на страдания себе подобного».

Итак, наш мушкетер вновь остался у разбитого корыта — неприкаянным холостяком с беспокойной должностью, не приносящей дохода, и с неудачами в карточной игре. Здесь мы его и покинем. Впереди его ждут события Фронды (конец 1640-х — начало 1650-х гг.), которым Дюма посвятил следующий роман — «Двадцать лет спустя». Д’Артаньян получит чин лейтенанта королевских мушкетеров, будет ездить в Англию, встречаться с Кромвелем, арестовывать министра Фуке и участвовать во многих других делах, пока не погибнет в 1673 году при осаде занятого испанцами Маастрихта, так и не успев дописать свои мемуары.

Какие бывали пираты? Вопрос не простой. Короткий ответ: пираты бывали разные. Среди них встречались не только отчаянные авантюристы и отважные воины. Иные пираты были писателями, другие — исследователями, третьи — государственными деятелями.

Десять с лишним лет назад (см. «ЗВ» № 5 за 1991 г.) нами была опубликована работа С. Н. Зигуненко «Как устроена машина времени?» В ней рассказывалось о том, на каких физических принципах может быть построено одно из самых загадочных устройств, придуманных когда-либо разумом человека.

Судя по читательским откликам, публикация вызвала интерес у многих. И вот ныне мы снова решили вернуться к данной теме. Причина тому — события последнего времени…

Как известно, первую машину времени придумал английский писатель-фантаст Герберт Уэллс. В конце XIX века он впервые описал подобное устройство для перемещений по времени в одном из своих произведений: «Это было высокое сооружение из бронзы, красного дерева и слоновой кости, обнесенное перилами черного дерева… Предмет не был квадратным, не имел четких линий машины — контуры его словно расплывались»…

Такой она видится в первом романе Уэллса «Аргонавты хроноса», более известном нам в модифицированном варианте под названием «Машина времени». Потом Уэллс написал еще 76 книг, но ни одна из них не наделала столько шума, сколько первая.

Причем вот еще что интересно. Когда исследователи не столь давно попытались проанализировать, сколько предсказаний фантаста оказались пророческими, то удивились: процент попаданий «в яблочко» у него оказался выше, чем даже у прославленного Жюля Верна. Боевой лазер и бытовой видеомагнитофон, автомобильные пробки и танковые сражения, ядерное оружие и возможность анабиоза — все это предсказал Герберт Уэллс.

Для объяснения столь феноменальной проницательности голливудские режиссеры придумали несложное объяснение: «Машина времени» — это автобиографический роман; Уэллс сам изобрел и сделал устройство для перемещения во времени, побывал в будущем и узнал о нем столько удивительного, что этого хватило на всю последующую жизнь. Даже жену якобы привез из Лос-Анджелеса 80-х годов, там в то время действительно бесследно исчезла женщина с похожей внешностью и именем… Главный же итог «командировки»: сбылись более 80 процентов предсказаний Уэллса, еще 5 придуманных им технических новшеств могут быть реализованы в ближайшие годы! А как же первая идея фантаста? Почему машины времени так пока и нет?

«А кто вам сказал, что она не построена? — вопросом на вопрос отвечают некоторые исследователи. — Вспомните хотя бы о тех же НЛО. «Летающие тарелки» потому и появляются, исчезают столь внезапно, что перемещаются не только в пространстве, но и во времени. Наши потомки просто контролируют ситуацию, ждут, когда на Земле наступят достаточно благоприятные времена, чтобы «машина времени» не была использована в своих преступных целях разного рода террористами, бандитами и экстремистами. Доступ к этой технике дается лишь избранным. Они совершают, подобно Уэллсу, своего рода командировки в прошлое и будущее, а потом будоражат наше впечатление своими рассказами, не давая вот уже сто лет забыться самой идее путешествий по времени»…

Причем со временем число людей, верящих в то, что машина времени может быть реально построена, все растет. Если в начале XX века, кажется, лишь один человек — известный русский поэт Велимир Хлебников верил в возможность создания машины времени, наряду со своим английским коллегой, то со временем за дело взялись и физики.

Один из первых шагов в изучении неоднородностей физического времени приписывают Альберту Эйнштейну, связывая его имя с филадельфийским экспериментом по созданию вокруг эсминца «Элдридж» кокона из мощных электромагнитных полей. Но был ли сам опыт? Действительно ли в 1955 году теоретик сжег свои наброски теории общих полей, опасаясь, что его работа может навлечь на человечество еще большие беды, чем изобретение атомной бомбы? Сие, как говорится, покрыто мраком неизвестности.

Хронологически теперь бы стоило упомянуть о работе профессора Н. А. Козырева, который занялся размышлениями о природе времени еще в ГУЛАГе. И о результатах его опытов с вращающимися маховиками, с растворением в воде некоторых веществ, с экранированием пространства с помощью зеркал спорят до сих пор.

Некоторые из этих экспериментов (скажем, тот, где экраны из расставленных в виде спирали массивных плит заставляют вращаться подвешенный на нити диск) затем модифицировали членкор АН Белоруссии Альберт (Виктор) Иосифович Вейник и московский физик Анатолий Федорович Охатрин. Однако, честно сказать, лично я не испытываю особого доверия ни к одному, ни к другому.

Вейник своим «уходом в религию», публичным сожжением своих научных работ, в том числе по физике времени, на костре во дворе академии и своим дальнейшим поведением продемонстрировал, что — как бы это помягче выразиться — со здоровьем у него было не все в порядке.

Что же касается Охатрина, то опыт общения с ним показал: этот человек, напротив, крепко себе на уме. И использует свой имидж исследователя непознанного и непознаваемого на полную катушку.

Еще один представитель этого племени Борис Петрович Додонов из Москвы вообще эволюционировал странным образом. Начал он с того, что соорудил несколько козыревско-вейниковских экранных спиралевидных статоров. Причем один из них поистине колоссальных размеров был изготовлен из листов жести каждый размером 3 х I м. В 1991 году он даже запатентовал свой вихревой двигатель (патент № 2005505), «использующий космическую энергию». Однако в дальнейшем стал использовать свои загадочные конструкции из дерева для… безоперационного лечения и коррекции биополей организма. И ныне, говорят, имеет практику в Центре дендротерапии в Измайловском парке…

Так что эстафета поиска, похоже, опять перекочевала за рубеж. В середине 90-х годов XX века Ален К. Холт из НАСА в своих статьях по теории поля подтвердил возможность постройки машины времени. Однако никаких практических рекомендаций вы в его работах не найдете. То ли по соображениям секретности все завуалировано, то ли просто сказать конкретно нечего…

Но теоретики своих занятий не бросают. Помимо американца К. Торна и англичанина С. Хокинга, можно упомянуть еще, скажем, исследования и У. Юртсевера из Калифорнийского технологического института, и М. Морриса из Университета в г. Висконсин.

Из наших ученых, безусловно, заслуживают упоминания академик Андрей Дмитриевич Сахаров, который вел свои изыскания по теории времени в горьковской ссылке, москвичи Юрий Александрович Фомин и Юрий Николаевич Иванов, а также европеец русского происхождения Игорь Пригожин…

Весьма интересны также публикации докторов физико-математических наук В. С. Барашенкова из Объединенного института ядерных исследований (ОИЯ И) в подмосковной Дубне, И. Д. Новикова и В. П. Фролова, работавших до 1991 года в московском Институте космических исследований (ИКИ), а позже в Дании и Канаде…

Вообще мы с вами, похоже, живем в интересное время. Ситуация в физике во многом напоминает ту, что уже существовала в этой науке на стыке XIX–XX веков, когда исследователи, покончив с классической физикой, с головой погрузились в глубины квантовой механики и теории относительности.

Ныне идет «подкоп» уже под устои теории Эйнштейна. Например, один из сайтов в Интернете имеет примечательное название — «Надувательство в современной физике». И прославленного теоретика здесь кое-кто уж впрямую величает «жуликом». Некоторые исследователи доходят до того, что выпускают в свет даже монографии с откровениями весьма скандального свойства. Так, итальянский физик Руджеро Сантилли в книге «Как понимают этику американские последователи Эйнштейна» обвинил двух нобелевских лауреатов — Шелдона Глэшоу и Стивена Вейнберга — в том, что они организовали заговор, дабы сорвать проводимые им в Гарварде исследования. А все потому, что их результаты не вписывались в теорию относительности.

Бывший сотрудник обсерватории НАСА Том ван Флэндерн как-то сознался, что в ходе исследований выяснилось: часы на спутниках и самолетах идут точно так же, как и на Земле. И все их отклонения, если таковые замечают, вполне вписываются в пределы погрешности…

В общем, получается, партизанская война, которая идет сегодня в физике, грозит опрокинуть самые основы представлений о мире, в котором мы живем. Например, недавно группа физиков из научно-исследовательского института в Принстоне провела опыт, в котором лазерный луч прошел через камеру со скоростью, которая в 300 раз превысила скорость света. Тут же, конечно, этому случаю было отыскано объяснение с позиций теории Эйнштейна. Однако это не первый случай, когда скорость света оказалась превзойдена в лабораторных условиях — правда, предыдущий рекорд дал превышение всего на 7 процентов.

Однако мало уж кто сомневается в истинности результатов другого эксперимента, когда световой луч удалось заморозить до такой степени, что он полз со скоростью черепахи. А ведь, напомним, Эйнштейн полагал, что скорость света постоянна…

Тут самое время, наверное, вспомнить, что еще в первой половине XX века Эрвин Шредингер составил уравнения, в которых математически доказывается симметрия времени. Проще говоря, что оно параллельно течет в обе стороны — как в будущее, так и в прошлое. Хотя уравнений Шредингера (кстати, тоже не являвшегося сторонником эйнштейновской теории относительности) опровергнуть никто не смог, ныне о них предпочитают лишний раз не вспоминать.

С перемещением в пространстве тоже обнаружились странности. С тем, что элементарные частицы, чьи размеры во много раз меньше атомных, ведут себя наперекор формальной логике, существуя в один момент и здесь и там, двигаясь разом влево и вправо, вверх и вниз, человечество уже как-то смирилось. Ведь микрочастички все равно не видны. Главное, чтобы не раздваивались предметы в нашем большом мире.

Но вот в июле 2000 года ученые из Государственного университета Нью-Йорка наглядно продемонстрировали, что квантовые законы могут проявляться и в макромире. В проволочной петле, охлажденной почти до абсолютного нуля, электрический ток пошел одновременно по двум направлениям — по часовой и против часовой стрелки. Из чего следует: между квантовыми законами и законами макромира непроходимой границы не существует…

Подтвердить это взялись и отечественные ученые, создавшие очередной вариант «установки по изменению хода физического времени». Так называет свое детище инженер-конструктор космической техники, директор московского КБ «Астра» Вадим Чернобров. Внешне агрегат напоминает некую странную кибитку с круглым лазом входа.

Вот уже лет десять Вадим с коллегами проводит свои опыты с помощью небольших моделей в лаборатории МАИ. В роли испытателей машины времени выступали тараканы и подопытные мыши. Теперь вот, похоже, очередь дошла и до людей.

Летом члены экспедиции «Космопоиск» построили в лесу неподалеку от Камышина большой испытательный аппарат из железобетона.

— Конструкция несложная: два полых шара вставлены один в другой, — рассказывает он. — Диаметр внутреннего — 1 метр, внешнего — 2 метра 10 сантиметров…

Для простоты монтажа внешняя сфера собрана из 80 треугольных секторов-плоскостей. По всей поверхности агрегата равномерно распределены несколько десятков соленоидов — катушек индуктивности. При подаче напряжения, работая в импульсном режиме, соленоиды создают внутри камеры магнитное поле какой-либо одной полярности: либо плюс, либо минус.

— Сотни экспериментов с помещаемыми внутрь сферы кварцевыми и механическими часами доказали, что внутри таких установок время может ускоряться или замедляться, — говорит Чернобров. — Причем чем больше энергия импульса, тем заметнее «сдвиг» во времени. При напряжении 380 вольт течение времени изменяется на полторы секунды в час! С точки зрения современной физики этого не может быть!

От опытов с часами исследователи перешли к экспериментам с живыми существами. Тараканы выжили. А вот белые мыши дохли даже при слабом напряжении автомобильных аккумуляторов.

Однако приблудная дворняжка по кличке Луноход, которую рискнули сунуть внутрь, оказалось куда жизнеспособнее. Все полтора часа эксперимента собака громко скулила, изгрызла тканевую обивку люка. И выскочила наружу вполне резво.

Тогда члены экспедиции решили испытать самих себя. Первый «хронопутешественник» Виктор Фокеев просидел в камере пять минут и особых ощущений не испытал. Разве что пульс несколько участился. Но это могло быть и просто от волнения.

После него в открытый люк один за другим ныряли другие. В камере машины времени поочередно побывали Вадим Чернобров, Дмитрий Курков, Мария Лоренц. А Иван Конов повторил подвиг Лунохода, просидев в чреве агрегата полтора часа!

Потом футурологи сопоставили свои впечатления. У всех учащался пульс, у кого-то закладывало уши. Но, в общем, никаких особых впечатлений…

— Вывод тут напрашивается такой: при слабом токе измененное время видимого вреда человеческому организму не наносит, — считает Чернобров. — При дальнейших опытах, которые мы планируем провести следующим летом, будем подключать более мощные источники напряжения. Посмотрим, к чему это приведет…

А пока наши путешественники во времени готовятся к очередному этапу исследований, выяснилось, что у них появились конкуренты. Во всяком случае, профессор теоретической физики университета Коннектикута Рональд Мэллет объявил во всеуслышание, что собирает деньги на создание своей собственной машины времени и даже уже получил первые гранты. Несколько мультимиллионеров надеются таким образом забронировать себе места для отправки в будущее, где люди научатся излечивать нынешние смертельные болезни и продлять человеческую жизнь. Университетское начальство тоже восприняло затею профессора всерьез и предоставило ему место для работы.

Теоретики тем временем поделились на два лагеря. Одни полагают, что вся эта «мышиная возня» не стоит даже бумаги, которую изводят на ее описание. Другие же, в том числе и известный профессор Игорь Новиков, работающий ныне в США, полагают, что такие путешествия в принципе возможны и даже не вызовут нарушения принципа казуальности, то бишь нарушения причинно-следственных связей.

В общем, споры пока продолжаются. И будут идти до тех пор, пока экспериментами не будет доказана справедливость той или иной точки зрения.

Во всяком случае, физик Рональд Мэллет из Университета штата Коннектикут уверен в том, что знает, как построить устройство, способное перемещать предметы и людей из прошлого в будущее и наоборот. «Я вовсе не чудак, — говорит профессор Мэллет, — я рассчитываю построить работающую модель и начать эксперименты этой осенью. Если бы не мои коллеги, которые знают, над чем я работаю, я бы тоже считал себя сумасшедшим».

Правда, пока он не уверен, что с помощью его машины человек может совершить путешествие в прошлое и встретить там самого себя, но полагает, что с какой-нибудь элементарной частицей подобный трюк проделать вполне реально.

В современном понимании время — это не более чем четвертая пространственная координата со своими особенностями, и массивные тела воздействуют на четырехмерное пространство, «прогибая» его там, где массы побольше.

Другими словами, манипулируя массой, мы можем изогнуть время так, что оно замкнется само на себя, и тогда путешественник, идя вперед по этой изогнутой поверхности, словно по поверхности четырехмерного шара, может в конечном счете вернуться в ту же точку и в то же время, откуда он когда-то начал свой путь.

Мэллет, для которого создание машины времени стало идефиксом еще с десятилетнего возраста, предложил вполне реалистическую модель.

«Пространство-время можно изгибать светом, хотя он вообще не имеет массы», — говорит он.

Сердце мэллетовской машины времени — световой луч, загнутый в кольцо.

В прошлом году профессор опубликовал по этому поводу статью в одном из самых читаемых физических журналов мира — «Физике Леттерс». Коллеги отнеслись к его труду с большим скепсисом, однако, как ни странно, никаких проколов в его теории не нашли. А в январе прошлого года, как, вероятно, помнит читатель, физики научились сколь угодно сильно замедлять свет и даже останавливать его.

И Мэллет снова воспрял духом. По его расчетам, замедленный свет легче загнуть в кольцо, и к тому же он будет еще больше искривлять пространство, чем обычный, со своей скоростью в 300 000 км/с. К сожалению, для человека такая машина времени, даже если она и заработает, пока не годится — она должна работать при температурах, близких к абсолютному нулю. Мэллет не знает, как проявит себя изгибание пространства-времени с помощью светового кольца, возможно, считает он, частица, попавшая внутрь такого кольца, превратится в две частицы после того, как встретит саму себя.

«Я не придумал новую теорию о материи Рона Мэллета, моя работа основана на известных законах физики», — пишет он.

А коли так, то, пожалуй, сейчас самое время вспомнить о загадках и парадоксах времени, о том, на каких физических принципах может быть построено самое удивительное устройство XXI века — машина времени.

Прежде чем мы с вами окунемся в дебри хронологии — так, пожалуй, можно назвать науку, изучающую Время и его проявления, — давайте поговорим о том, как оно, это самое Время, воздействует на нас с вами и на другие живые организмы. Отчего, согласно данным науки хронобиологии, один и тот же промежуток времени может восприниматься разными организмами неодинаково?

Вспомним хотя бы: от рассвета до заката — всего один день — живет бабочка-поденка. А вот «век» черепахи, говорят ученые, может растянуться и на 300 лет. Почему так получается? Кто из них счастливее? Можем ли мы, воспользовавшись патентами природы, продлить свою жизнь?..

Давайте попробуем разобраться.

Помните анекдот?

Улитка-детеныш спрашивает мать:

— Можно, я пойду на ту сторону улицы погулять?

— Нет, сынок, через шесть часов пойдет рейсовый автобус, ты можешь не успеть и угодить под него…

И действительно, как отмечают исследователи, улитки живут в мире, где интервал менее чем в четверть секунды попросту не воспринимается. Для них-то и минуты проносятся незаметно. А вот для голубя секунда длится гораздо дольше, чем для нас. Он может успеть куда больше за это время…

Еще более ускоренное восприятие окружающего мира у мухи. И если вдруг поблизости произойдет взрыв, то муха наверняка успеет улететь. Вряд ли что плохое случится и с голубем. Но про улитку лучше не спрашивайте…

Почему так получается? «Внутри каждого живого организма идут свои собственные биологические часы, — отвечают на такой вопрос исследователи. — Получается, что их «маятник» может двигаться с различной скоростью. У той же мухи секунда растягивается примерно в 10 раз по сравнению с нашим восприятием»…

Из этого, кстати, следует, что нам достаточно транслировать всего 24 кадра в секунду, чтобы мы увидели на киноэкране движущееся изображение. Для мухи же придется пропускать более 200 кадров в секунду. Иначе изображение для нее распадается на отдельные неподвижные кадры. Более того, свойственное им фасеточное зрение вообще склонно воспринимать мир по фрагментам. Так что их глаза замечают любое движение столь быстро, что застать муху врасплох редко кому удастся. Быстрая реакция на любую опасность — единственная защита для маленького уязвимого насекомого.

Стало быть, летающим охотникам за мухами и прочими насекомыми нужна еще более быстрая реакция. Скажем, сокол-чеглок, чтобы поспеть за стрекозой, должен быть исключительно быстр. Однако наряду с тренировкой, природной скоростью, он использует и еще кое-какие хитрости. Например, замечено, что чаще всего птицы охотятся за насекомыми либо рано утром, либо на склоне дня.

А знаете почему? Да потому, что в это время суток уже не так жарко, как днем, даже летом. А насекомые — существа холоднокровные, с уменьшением температуры окружающего воздуха понижается и скорость их реакции. Птицы же — теплокровные, у них постоянная температура тела. Отсюда и успех охоты на склоне дня.

Впрочем, и холоднокровные хищники тоже не лыком шиты. Взять, например, крокодила. Собираясь поохотиться на водопое, он сначала долго лежит на самом солнцепеке, разогревая свою кровь. И накопив соответствующий запас активности, медленно — подчеркиваю, медленно — сползает в реку. Дело в том, что многие теплокровные животные, напротив, не воспринимают слишком медленные движения, позволяя тем самым крокодилу подкрасться к ним на расстояние броска. И вот тут он включает свой тепловой аккумулятор. Один бросок — и жертва поймана острыми зубами. Так антилопа гну расплачивается за свою привычку воспринимать лишь быстрое движение.

Большая белая акула тоже относится к хладнокровным хищникам. Но поскольку ее основная добыча — тюлени и морские львы — являются теплокровными животными, то акуле, чтобы поспеть за ними, пришлось приспособиться. Специальные сосуды гонят теплую кровь из глубины организма непосредственно к самым глазам хищницы, обогревая их. И акула неплохо видит даже в воде. Ну а поскольку гидродинамика ее совершенна, то ей достаточно сравнительно небольших мускульных усилий, чтобы развить приличную скорость и ухватить свою добычу острыми, словно бритва, зубами.

Так что беспечные ныряльщики порой и не подозревают, что их смерть только что проскользнула мимо. Акулы довольно разборчивы в еде, и на ныряльщиков, особенно в прорезиненных костюмах, нападают лишь в крайнем случае.

В общем, получается, что конфликт охотника и жертвы — это зачастую также итог разного восприятия времени. У медлительной черепахи нет никаких шансов убежать; и она прячет свое тело в прочном панцире. Зато она проводит свою жизнь в покое, неспешно пожевывая травку. И, наверное, поэтому может прожить столь долго.

Универсальный показатель метаболической скорости реакций в организме — ритм сердцебиения. Сердце колибри, например, бьется с частотой 1200 ударов в минуту. А потому птичка может махать крыльями так быстро, что человеческий глаз их попросту не видит. Ленивец же четыре пятых своей жизни проводит во сне. Зато и живут они по-разному — колибри не больше го-да-двух; ленивец — несколько десятилетий.

Кроме того, ленивец может позволить себе переваривать съеденное целый месяц. Колибри же с трудом переживает без еды несколько часов ночной прохлады. Она бы вообще скончалась к утру от голода, если бы не спасительный холод. Он замедляет скорость метаболизма, и колибри доживает до утра.

Кстати, если бы у нас была такая скорость метаболизма, то человеку пришлось бы съедать ежедневно по 45 кг сахара. Но и это вряд ли спасло бы нас. Дело в том, что при таком сумасшедшем ритме приходится, чтобы не перегреться, отдавать много тепла в атмосферу. А при большой массе это не так-то просто. И кровь в нашем организме скорее всего попросту закипела бы…

Зато в охлаждении есть свой плюс. Как известно, некоторые животные спокойно впадают в спячку в холодное время года. И даже такое огромное животное, как медведь, ухитряется при этом доживать до весны только за счет подкожных запасов жира.

А некоторые виды лягушек, черепах и рыб вообще попросту замерзают во льду, а по весне оттаивают как ни в чем не бывало. И зима проходит для них незаметно, словно она длится всего несколько минут.

Сможет ли человек когда-нибудь устраивать себе такие перерывы в жизни? Трудно сказать. Пока что опыты по замораживанию млекопитающих идут не очень успешно. Так, скажем, удалось оживить после замораживания собаку. Но она прожила всего несколько часов. При замерзании вода, превращающаяся в лед, увеличивается в объеме и разрывает стенки клеток.

У тех животных, которые переносят замораживание безболезненно, есть свой своеобразный антифриз — сахароза. Она и не позволяет замерзнуть, превратиться в лед жизненно важным органам — например, сердцу. Ученые ищут способы замораживания подобным же образом и теплокровных животных. Но как уже говорилось, успехи пока весьма относительны.

Поскольку температура человеческого тела, как и прочих теплокровных, практически все время одинакова, то на скорость химических реакций в организме влияют в основном химические ускорители. Во время стресса адреналин, выбрасываемый в кровь, заставляет сердце биться ускоренно, а мысли бежать быстрее. А в итоге нам кажется, что в минуту опасности секунды тянутся гораздо медленнее.

Однако за все в этой жизни приходится расплачиваться. За любое напряжение мускулов, за стресс приходится платить укорачиванием обшей продолжительности жизни. Именно из-за этого, как правило, спортсмены, вопреки распространенному заблуждению, долго не живут, умирают в сравнительно молодом возрасте. Травмы и растранжиривание общих резервов организма приводят их к раннему закату. А вот долгожители ведут неспешный образ жизни.

Их организм предохраняют от преждевременного старения цитамины — физиологически активные вещества, регулирующие скорость метаболизма. Ныне делают попытки продлить активный период жизнедеятельности, а то и саму жизнь за счет введения в организм искусственных цитаминов, получаемых из органов и крови телят. Первые успехи обнадеживают. Однако никому еще не удалось достичь «запрограммированного» срока — 110 лет жизни, как то обещали создатели препарата.

Таким образом, за все в этой жизни приходится платить. Если хочешь ловить мгновения, то не жди долгой жизни. Если же живешь не торопясь, то можешь прожить долго. Вон микробы могут впадать в спячку и путешествовать в вечном холоде Вселенной многие миллионы лет. Но то, впрочем, не жизнь, а некое существование.

А теперь давайте поговорим еще об одном факторе, который влияет на субъективное восприятие времени тем или иным живым организмом.

В конце XVIII века случилось происшествие, которое даже вошло в историю астрономии. Директор Гринвичской обсерватории Дж. Масклайн уволил своего помощника за то, что его сведения о звездных перемещениях расходились с данными самого исследователя на целую секунду. А спустя четверть века помощника оправдал немецкий астроном И. Бессель, доказавший, что в природе нет двух астрономов, чьи бы временные отметки совпадали.

Все наблюдатели отмечают момент прохождения звезды через перекрестие линий, видимое в окуляре телескопа, строго индивидуально — одни чуть раньше, другие — позже. Разницу в этих показаниях назвали «личным временем». И зависит такая ошибка, как выяснилось совсем недавно, от многих факторов — возраста, темперамента, состояния здоровья и даже температуры, при которой проходили наблюдения.

«Пятидесятилетний Масклайн и его 30-летний помощник в принципе не могли указать одно и то же время, — считает Питер Менген, психолог из Вирджинского университета. — Разница в секунду даже неправдоподобна мала; расхождение могло быть и вдесятеро больше»… В пожилом возрасте, отмечает исследователь, время бежит быстрее, чем в молодые годы.

Недавно Менген поставил простой опыт: он разбил добровольцев на три возрастные группы и попросил каждого нажимать на кнопку, когда, по их мнению, пройдет три минуты. Статистика показала, что точнее всего определяют временные интервалы люди, которым около 20 лет. Лица среднего возраста отметили интервал, в среднем равный 3 минутам и 16 секундам, а пожилые оценили тот же интервал в 3 минуты и 40 секунд. Когда же исследователь повторил опыт, но при этом попросил испытуемых еще и заниматься работой (они сортировали письма), то погрешности в оценках резко возросли. Молодые люди стали ошибаться в среднем на 46 секунд, а пожилые — даже на 1 минуту и 48 секунд.

«Чем старше человек, тем он больше переоценивает время, — прокомментировал результаты своих исследований Менген. — Оттого и кажется ему, что время с годами все ускоряет свой бег…»

Однако не только возраст определяет точность чувства времени. Усталость, нервное состояние, увлечения тоже могут заметно исказить восприятие времени. Как оказалось, на внутренние часы человека влияет также и температура окружающей среды и его собственная. Так, если человек заболел, температура у него повысилась, то время для него начинает тянуться невыносимо медленно. Ему так и кажется, что окружающие вокруг него делают все слишком не торопясь, стрелки часов совсем не движутся…

Это субъективное восприятие тоже удалось уточнить экспериментально: оказалось, если у человека повышена температура на 2–3 градуса, то минутный интервал он отмечает с ошибкой в 35 секунд. Говоря точнее, ритм жизни для него ускоряется почти вдвое. И это понятно: при повышенной температуре ускоряется ход многих реакций в организме. Соответственно, можно добиться и обратной реакции. Если голову человека охладить на те же 2–3 градуса, заставить его, например, померзнуть на свежем воздухе, то минутный интервал растянется почти на 1,5 минуты.

Впрочем, иной раз на восприятие времени влияет не возраст и не температура, а так называемые особые обстоятельства. 72-летний челябинец Н. Н. Чежин вспомнил как-то о следующем случае из своей жизни.

— В молодости я работал в Архангельске, на Глинниках, на кирпичном заводе, — вспоминал он. — Кирпичи обжигали в гофманских печах, которые требовали страшно много дров. На дрова шли бревна, отбракованные на запанях. Выкатывали их из воды на берег и складывали в штабели высотой с пятиэтажный дом. Год или два такие штабели стояли и сохли, а потом их разбирали на дрова.

Разбирали же их так. У каждого бревна есть комелек и вершинка. Комель, понятно, толще вершины. Поэтому когда катишь бревно по покатам, комель забегает вперед и бревно стремится скатиться на сторону. Чтобы все бревна катились куда надо, на штабеле стоит 4–5 человек и время от времени палкой забрасывают отстающую вершинку вперед.

Но это еще не все. Поскольку штабели очень высокие, разбирают их ступеньками. С одной ступеньки бревна сбрасывают на последующую и так до самой земли. И вот однажды у меня на «ступеньке» лежало всего одно бревно (чтобы им задержать летящее сверху очередное). Случилось так, что сверху сбросили очень толстую лесину — в два человеческих обхвата. Я понял, что тонкое бревнышко такую громадину не удержит. Оно сметет и его, и меня вместе с ним. Прыгать в сторону я не мог, ибо стоял очень высоко на штабеле и наверняка бы расшибся о бревна, лежащие на земле. Ждать, пока бревно подкатится ко мне и подпрыгнуть, чтобы оно прокатилось подо мной? А если я не рассчитаю мгновения? Да и как перепрыгнуть столь толстенное бревно?..

А оно-то уже в воздухе. Летит на меня. Надо срочно что-то предпринимать для собственного спасения. И я придумал. Покатами служили такие же бревна, и довольно толстые. Я упал, прижался к покату, и в тот же миг упавшее бревно просвистело надо мной. Правда, я допустил ошибку. Когда падал, не учел, что в таких случаях ноги сами собой взметываются вверх. И прокатившимся бревном меня ударило-таки по пяткам. Было так больно, что домой меня отнесли на руках.

Но это уже мелочи… Интересно другое. Я прокрутил в голове все возможные варианты спасения в те мгновения, когда бревно летело вниз. На это требовалось не более 1–2 секунд. А мне казалось, что оно падает медленно — так много я успел за это время передумать. Люди же, видевшие все со стороны, говорили, что упал я мгновенно, как только сверху сорвалось бревно. Так что же, время для меня затормозилось, а для посторонних наблюдателей шло в обычном темпе? Ничего подобного. Время и для меня было нормальное. Просто мозг мой в секунду опасности сработал быстрее компьютера. А вы как думаете? — заканчивает свой рассказ Николай Николаевич Чежин.

Более пристальное изучение феномена показало, что случаев, подобных тому, что описал Чежин, не так уж мало. Например, во время Великой Отечественной войны многие ее участники видели смерть «на расстоянии вытянутой руки». Жаль, что рассказать о своих ощущениях смогли впоследствии далеко не все… Но вот хотя бы некоторые свидетельства.

Летчик-штурмовик С. И. Колыбин, вылетая на одноместном Ил-2 в июле 1941 года, возможно, догадывался, что опасное задание может стать для него последним. Но никакого воображения не хватило бы, чтобы предсказать дальнейшую судьбу пилота: всего через час он стал первым и единственным в мире летчиком, выжившим после наземного тарана. Все его бомбы пройдут мимо цели, но, тем не менее, вражеская переправа будет уничтожена направленным в нее самолетом. После взрыва летчик трое суток провалялся, никем не замеченный… Далее его ждали несколько лет заключения сначала в гитлеровских, а затем и в сталинских лагерях…

Но летчик все же выжил и смог рассказать подробности того уникального случая. Во время атаки на мост штурмовик был подбит, и фашистские солдаты уже бежали к месту его предполагаемой посадки. Тогда Колыбин круто развернул Ил-2 (а вместе с ним — всю свою дальнейшую судьбу) и врезался в мост. Самолет перед взрывом задел за конструкцию моста крылом и перевернулся, пилот вылетел из кабины… и время в его восприятии остановилось: он в деталях рассмотрел и запомнил выражения лиц разбегавшихся гитлеровцев, видел, как некоторые из них пытались выбраться из танковых люков…

Еще один фронтовик Ф. Н. Филатов, родом из Балашова, за мгновение взрыва пережил несколько томительных минут, словно завороженный наблюдая, как по стальному корпусу снаряда бегут огненные трещины, металл трескается и медленно, «как во сне», разлетаются осколки. Причем его описание в точности соответствует данным скоростной видеосъемки, которой в годы войны и в помине не было….

Хватает подобных свидетельств и в мирное время. Так, например, инженер и писатель Ю. В. Росциус тщательно расследовал произошедший в 1977 году случай, когда падающий двигатель комбайна едва не раздавил человека. Расчеты подтвердили: счастливчик никак не мог увернуться от несущегося на него агрегата весом в тонну, спасти его могло только чудо или несколько лишних секунд (что, собственно, одно и то же)!

Десантник А. Конаков, падая в 1992 году с высоты 35 метров без парашюта, утверждает, что сгруппироваться и правильно приземлиться он сумел только благодаря неестественно растянутому времени…

Другой парашютист так описывал один из своих прыжков: «До линии высоковольтных передач оставался всего метр и отвернуть от нее, казалось, было невозможно. Но внезапно мой спуск прекратился, я повис в воздухе, едва не касаясь ногами смертоносных проводов. Странно! Посмотрел наверх — нет, купол парашюта ни за что не зацепился, все, что его держит, это воздух! Краем глаза заметил бегущих по полю людей — они тоже как бы застыли на одном месте. Тут я вспомнил все, чему меня учили, с силой натянул стропы и… парашют повело в сторону от проводов! Приземления не помню, люди, которые подбежали, потом говорили, что я несколько минут просидел с открытыми глазами, ни на какие вопросы не отвечал»…

Американский исследователь Раймонд Моуди в своей знаменитой книге «Жизнь после жизни» приводит немало свидетельств очевидцев, для которых время перед лицом смертельной опасности растягивалось. Оказывается, что проносящиеся в такие моменты перед человеком воспоминания о своих близких не являются литературной выдумкой: «Я услышал ужасный скрежет — это лопнул правый баллон… Я понял, что происходит, и страшно перепугался. И вот за то время, пока грузовик несся юзом на мост, я передумал обо всем, что было в моей жизни. Я просто видел какие-то картины… Потом все прекратилось, и я стоял рядом и смотрел на грузовик… Он был совершенно разбит, но я не получил никаких ранений, я выпрыгнул из кабины через раму ветрового стекла… Могу вспомнить все виденное, но это заняло бы не менее пятнадцати минут. Но тогда это произошло мгновенно, менее чем за одну секунду».

А. Н. Басов также едва не попал в автомобильную катастрофу вблизи Москвы в 1975 году: «Скорость — около 80 км/ч. Объезжаем возвышенность, и вдруг прямо перед нами, посреди дороги резко затормозил «Москвич»… И вот я спокойно сижу и наблюдаю, что происходит. Очень плавно, как в замедленном кино, капот машины стал поворачивать… Все происходит страшно медленно. Но поворачиваю голову к водителю и удивляюсь — руки его быстро, стремительно вращают баранку! Меня поразил этот контраст. Капот машины уже поворачивает в другую сторону. Вот сейчас ударим «Москвич» — мысль течет в нормальном времени. Но наша машина проплывает в нескольких сантиметрах от легковушки и замирает, став поперек дороги. Сколько мы с водителем стояли неподвижно, я не знаю. То, что я описал, заняло 45–60 секунд. На самом деле это были считанные мгновения»…

Чаще других, похоже, попадают в подобные ситуации летчики. У летчика-испытателя Марка Галлая при испытании истребителя Ла-5 произошел пожар в воздухе. Впоследствии он так описал это событие: «Откуда-то из-под капота выбило длинный язык пламени… Снизу в кабину пополз едкий сизый дым… Дрогнул, сдвинулся с места и пошел по какому-то странному двойному счету масштаб времени. Каждая секунда обрела способность неограниченно — сколько потребуется — расширяться: так много дел успевает сделать человек в подобных положениях. Кажется, ход времени почти остановился!»

У многих еще не стерлась из памяти показанная по телевидению короткая, в 3–4 секунды, видеозапись, на которой у летящего вблизи зрительских трибун МиГ-29 вдруг отказывает двигатель, самолет клюет носом, уходит в сторону от людей и взрывается на земле. Но мало кто знает, что запись «черного ящика» впоследствии показала, что пилот Квочур за секунду до катапультирования успел сделать так много операций по управлению аварийным самолетом, что в нормальной обстановке на это могли бы уйти минуты. А рассказ самого летчика-испытателя об этом событии, произошедшем на авиасалоне, занял вообще несколько часов!

Но, к сожалению, пилоты не всегда должным образом используют появляющийся в критическую минуту спасительный резерв времени. А. Леонов и В. Лебедев в своей книге приводят такой эпизод: «Во время полета загорелся самолет. Летчик катапультировался, два других члена экипажа не смогли выбраться из неуправляемого самолета и погибли… Пилот перед катапультированием подал сигнал оставить самолет, однако, по его заявлению, не получил ответа, хотя ждал несколько минут. Фактически же промежуток времени между моментом команды и моментом катапультирования составлял лишь несколько секунд».

Итак, получается, в некоторые моменты жизни время вроде бы имеет свойство растягиваться — ход событий резко замедляется. Но может ли такое быть на самом деле? Ведь время, по мнению большинства, постоянно и непрерывно всегда и везде, оно течет только в одном направлении, с одной скоростью, изменить его не могут ни природа. ни человек, ни машины.

Так ли это в действительности? Давайте для начала попытаемся разобраться хотя бы с одним его свойством.

Все известные неравномерности в скорости изменения времени психологи объясняют за счет особенностей человеческой психики: чем больше мы спешим куда-либо, тем быстрее оно летит; чем скучнее дело, которым мы заняты, тем медленнее оно тянется. Но существуют тысячи документированных свидетельств, объяснить которые особенностями психики невозможно. Люди не только «голословно» утверждали, что их субъективное время сильно замедлялось. Очевидцы описывали увиденные явления, подтвердить которые могла только ускоренная киносъемка; всего за доли секунды они совершали в десятки и сотни раз больше дел, чем могли сделать люди с самой лучшей реакцией!

Жаль только, что человеку подобные фокусы никогда не приносили удовольствия, хотя часто и спасали от неминуемой гибели. Наверное, вы поняли, что речь здесь идет именно о том, что ощущали перед лицом смертельной опасности космонавты, летчики, водители, солдаты, люди многих других профессий, связанных с риском. Чем сильнее подкрадывающийся к человеку страх, тем больше растягиваются мгновения, предоставляя «лишние» секунды для принятия спасительных решений. Потом, конечно, организм расслабляется, время в нем после ускорения сначала замедляется и лишь затем приходит в норму. Вспомните, после того, как опасность минует, люди пребывают в шоке, не реагируют ни на что, т. е. как бы выпадают из нашего обычного времени. Сначала за одно «страшное» мгновение живут минуту, затем минуту шока ощущают как одно мгновение своей жизни!

Последствия при этом могут быть самыми невероятными: часы на руках очевидцев «вдруг» начинают спешить; находящиеся рядом люди, даже не догадывающиеся об опасности, тоже неожиданно для них самих начинают видеть «замедленное кино»; у находящихся на грани смерти увеличивается не только быстрота реакции, но и сила мышц!

Впрочем, последнее утверждение придется уточнить — мышцы вряд ли становятся сильнее, просто их работа происходит за меньший промежуток времени. Стало быть, увеличивается импульс силы — причем во столько же раз, во сколько раз растягивается время. И тогда хоть как-то можно объяснить, каким образом, завидя медведя, люди ухитряются молниеносно взобраться на головокружительную высоту по совершенно гладкому стволу, как можно в минуту опасности перемахнуть через трехметровый забор; что помогает на пожаре вытаскивать массивные вещи или выносить с поля боя «неподъемных» раненых.

Примеров тому немало: альпинист, спасая товарища, столкнул огромный валун; старушка, спасаясь от огня, подняла огромный сундук, который впоследствии с трудом сумели оторвать от земли два дюжих пожарника; в гибнущем самолете заклинило педаль, и летчик перед лицом смерти сделал невероятное усилие, срезал педалью заклинивший болт!

Получается, что стресс «прессует» время, и у нас появляется возможность выжить. Согласитесь, неплохой подарок эволюции…

Впрочем, иногда природа выкидывает и дурные шутки. И тогда изменение скорости биологического течения времени приносит уже не пользу, а вред.

Помните, как в сказке А. С. Пушкина сын царя Салтана — Гвидон — рос в бочке не по дням, а по часам? Вряд ли знаменитый поэт мог предположить, что написанная им сказка может стать поводом для научных раздумий и экспериментов.

Никто не знает дальнейшей судьбы сказочного Гвидона. Но если судить по тому, что вскорости он вырос настолько, что стал княжить, а потом попросил у матери разрешения на женитьбу, завидовать ему не приходится. Точно так протекает болезнь, с которой врачи сталкиваются начиная со средних веков. Иллюстрацию течению этой редкой болезни можно найти даже в древней хронике. В 12 лет у отрока английского королевского рода стала пробиваться борода, в 13 он женился, в 20 с небольшим умер от глубокой старости…

Попытки исследовать так называемый синдром Вернера привели исследователей к заключению, что в некоторых случаях биологические часы как бы сбиваются с ритма, начинают отчаянно спешить: человек сначала растет «не по дням, а по часам», потом столь же быстро старится… Почему так происходит? Желание разобраться в конце концов привело исследователей к довольно любопытному эксперименту.

В двух банках поместили одинаковых на вид дождевых червей. Но в одной — пожилые черви (их обычный срок жизни около 20 дней). Они выглядят вялыми, малоподвижны, как и полагается отживающим свое существам. Зато в другой, где поместили червей, лишенных одного-единственного гена, они необычайно подвижны. Более того, генетически дефектные черви не только выглядели намного моложе, но и прожили вдвое дольше обычных.

Нет ли подобного гена и у человека? Мнения ученых по этому поводу пока расходятся. Одни полагают, что от одного гена вряд ли что зависит. Зато другие хотят продолжить эксперименты и посмотреть, как дело обернется…

В 1998 году группа японских ученых обнаружила еще один любопытный ген у мышей; его дефектность вызывала преждевременную старость. Кожа покрывалась морщинами, кости становились хрупкими, артерии теряли эластичность… И это при том, что мышам было всего несколько дней от роду. Исследователи назвали его геном Клото в честь мифологической дочери Зевса и богини судьбы Фемиды. Именно она согласно древнегреческой мифологии прядет нить жизни. Профессор Макота Курру, руководитель группы японских исследователей, полагает, что такой же ген имеется и у людей.

— Пока трудно судить, какое именно влияние оказывает этот ген на естественные процессы старения человека, — говорит профессор. — Мы продолжаем анализ генетических аномалий и их связь с различными возрастными заболеваниями. Впечатление такое, что, когда этот ген активно работает, образующиеся под его контролем белки распространяются кровотоком по всему организму, являясь, если хотите, своеобразным «эликсиром молодости»…

Если первоначальные предположения подтвердятся, то в будущем, полагает профессор, можно будет наладить изготовление такого гена искусственным путем, используя приемы современной генной инженерии. Его введение, в свою очередь, поможет притормозить процессы старения организма. Правда, предупреждает ученый, должно пройти еще немало времени, сделано множество опытов, пока исследователи смогут перейти от лабораторных опытов к клиническим испытаниям, окончательно выяснят, насколько эффективен новоявленный «эликсир молодости». Ведь сколько уже попыток омоложения закончилось полным крахом…

Небезызвестный Остап Бендер, выгодно продавший историю о том, что Вечного Жида зарубили белогвардейцы, внес свою лепту в извечный спор о том, может ли человек жить вечно. Ведь согласно библейскому мифу, Христос, попытавшись отдохнуть по пути на Голгофу у одного из домов и получивший яростный отпор от его хозяина, разделался с обидчиком довольно своеобразным способом. Перед тем как двинуться дальше под улюлюканье толпы с тяжелым крестом на плечах, он пообещал обидчику: «За это ты будешь жить вечно!»

И, говорят, Вечный Жид — так его впоследствии окрестила молва — вот уже более 2000 лет скитается по миру в поисках прощения. Более того, время от времени кто-либо из историков отмечает появление при том или ином дворе странной личности. Богатый и весьма образованный господин поражает воображение своих собеседников обширнейшими познаниями. Не меньше их поражает и другое: никто никогда не знает его родителей, места рождения и родственников.

Имена у этих господ были разные, зато описание внешности — практически идентично. На подозрительные вопросы современников (в том числе и по поводу Христова проклятия) все они отвечали уклончиво. А когда расспросы становились чересчур уж настойчивыми, господин исчезал «по-английски», не попрощавшись.

Один из таких господ — таинственный лорд (он же граф) Сен-Жермен. Появившись в 1750 году в Париже, он возбудил память престарелых аристократок, которые вспоминали, что видели его в салонах своих бабушек. Из того, что старушки слышали о Сен-Жермене в детстве, выходило, что графу никак не меньше четырехсот лет! В 1784 году в газете было помещено официальное сообщение о кончине Сен-Жермена, однако поговаривают, что графа встречали еще многие годы и десятилетия спустя.

Известны также рассказы о библейских мудрецах, живших по 600–800 лет, о прожившем не менее 300 лет жреце Эпимени-де с острова Крит, об индейском старце и немце Папалиусе, живших не менее 370 и 500 лет соответственно…

Но каким образом человек или иное живое существо оказывается способным остановить свое собственное биологическое время? Первое, что приходит на память: летаргический сон или анабиоз. Вспомним хотя бы о сказочной царевне, спавшей в хрустальном гробу бог его знает сколько времени, не старея, пока ее не разбудил поцелуй принца. Но возможно ли такое в действительности?

Да, возможно. Биологам хорошо известна не только зимняя спячка медведей. Знают они и о способности североамериканской саламандры засыпать в засуху. Причем в случае необходимости она может провести в оцепенении больше года.

При спячке (или анабиозе) для организма время (биологическое, по крайней мере) действительно как бы останавливается (точнее, становится близким к нулю), так что все жизненно важные функции замедляются в тысячи раз либо прекращаются совсем.

Летаргия (lethargia — от греческого leethe — «забвение», argia — «бездействие») — состояние, внешне напоминающее смерть. Ее и называют иногда «мнимой смертью», поскольку она может продлиться от нескольких минут до нескольких лет. Так толкует нам энциклопедия.

Все процессы в организме при этом резко замедляются, органы чувств практически не реагируют на внешние раздражения, человека даже могут принять за умершего. Причем во время сна, длящегося иногда десятилетиями, человеческий организм практически не стареет.

Таким образом, можно сказать, что при летаргии как бы тормозится само время — по крайней мере, внутри данного организма. Правда, после пробуждения естественные процессы в организме обычно берут верх, и проснувшиеся вскоре стареют на недостающие «по паспорту» десятки лет.

Чаще всего летаргический сон у человека наступает после очень сильных стрессовых переживаний — смерть близкого человека, какая-либо катастрофа или авария, сильная истерика.

Случай самого долгого, официально зарегистрированного летаргического сна, занесенного в Книгу рекордов Гиннесса, произошел в 1954 году с Надеждой Артемовной Лебединой, родившейся в 1920 году в селе Могилево Днепропетровской области, именно из-за сильной ссоры с мужем. В результате полученного стресса Лебедина заснула на 20 лет и вновь пришла в себя лишь в 1974 году. Врачи признали ее абсолютно здоровой.

Совершенно иная причина, чтобы впасть в небытие, оказалась у кладовщика гродненской районной продуктовой базы Гранаткина. Как писали газеты советского времени, его попытался убить некто Мечник, хотевший ограбить базу. Он нанес кладовщику удар по голове каким-то тяжелым предметом, а чтобы скрыть следы покушения, увез «труп» в лес и закопал в снегу.

Лишь через 22 дня тело, превратившееся в ледышку, случайно обнаружили лесорубы. Его отвезли в морг для вскрытия, однако местный патологоанатом решил отложить операцию до утра — пусть, дескать, за ночь труп несколько оттает. А утром хирург заметил, что зрачки глаз не похожи на глаза умершего человека, ногти при нажатии также слегка порозовели. Это были признаки того, что человек, пролежавший в снегу 22 дня без движения, без еды и питья, все еще подавал признаки жизни. И врач поставил диагноз — глубокий летаргический сон, возникший по причине удара по голове. Вскоре «мертвец» с помощью медиков… очнулся!

Наш знаменитый физиолог академик И. П. Павлов описывал историю болезни некоего Качалкина, проспавшего 20 лет — с 1898 по 1918 год. Его сердце вместо обычных 70–80 ударов в минуту делало лишь 2–3 почти неощутимых удара. Вместо 16–18 циклов дыхания, как обычно, мнимый мертвец делал в минуту 1–2 незаметных вдоха. Никаких признаков жизни, никаких рефлексов, температура тела чуть выше температуры воздуха.

Кстати, по мнению многих исследователей, конец XIX века и начало XX столетия изобиловали случаями заболевания летаргией. Во всяком случае, разговоров о них было множество. Поговаривали даже, что Н. В. Гоголя, известнейшего нашего литератора, похоронили спящим.

В наше время и случаев летаргии, и разговоров о них значительно меньше. Но все же время от времени газеты и журналы пишут о них. Так, в 1993 году журнал «Чудеса и приключения» упомянул о случае с норвежкой Августиной Леггард. Через несколько часов после родов, проходивших весьма трудно и болезненно, она впала в оцепенение и пробыла в таком состоянии 22 года, оставаясь все такой же молодой. А когда проснулась, тут же стала звать мужа, чтобы подал ей ребенка, которого, наверное, давно пора покормить. И была весьма удивлена, когда вместо новорожденного младенца ей показали 22-летнюю девушку, похожую на нее саму… Вскоре, однако, время взяло свое: проснувшаяся женщина стала стремительно стареть. Через год она уже превратилась в старуху, а еще через 5 лет умерла.

В том же 1993 году стало известно, что в одной из клиник США проснулся после шестилетнего сна пациент, находившийся под пристальным наблюдением врачей. Других более-менее достоверных сведений о продолжительных летаргических снах уже давно не поступало. Либо люди стали более «толстокожими», невосприимчивыми к стрессовым ситуациям, либо их родственники чересчур торопятся и отправляют усопших «на тот свет» раньше, чем те успевают проснуться…

Во всяком случае, выборочная проверка гробов, проведенная при переносе одного из кладбищ в Англии, показала, что по крайней мере четверо «покойников», будучи закопанными, затем безуспешно пытались выбраться наружу. В связи с этим пресса даже поспешила заявить: стоит переворошить старые кладбища и обнаружится, что четверть всех «постояльцев» были отправлены на кладбище преждевременно…

Так или иначе, но в Британии до сих пор существует закон, согласно которому во всех холодильниках моргов должен находиться колокол с веревкой, достающей до пола. Он служит для того, чтобы оживший труп мог доползти до веревки и колокольным звоном призвать на помощь.

Впрочем, все эти страсти мало волнуют тех специалистов, которые делают бизнес на замораживании. Ныне на нашей планете развелось уж немало фирм, которые за определенную мзду замораживают своих клиентов с таким расчетом, чтобы те могли воскреснуть, скажем, через 100 лет.

В основном на уговоры приверженцев крионики — науки, ищущей пути к вечной жизни на Земле, — поддаются те безнадежно больные, кому современная медицина не в состоянии продлить жизнь в настоящее время. Вот они и надеются: дескать, придет время, когда медицина сможет излечивать рак и СПИД. Тогда и нужно будет проснуться, пройти соответствующие процедуры и жить дальше.

Уже несколько десятков тел умерших людей покоятся вниз головами (для лучшей проморозки и сохранности) не в гробах, а в капсулах из нержавеющей стали, заполненных жидким азотом. Причем там, при температуре -160° С, хранятся не только тела целиком, но и отдельные головы. И в этом есть свой резон. Дело в том, что замораживание всего тела обходится в 125 000 долларов. Нейрооперация — так в крионике именуется процедура отсечения и замораживания головы — стоит намного меньше, около 50 тысяч долларов. Жить же без тела оживленной голове не придется, уверяют энтузиасты крионики. Через сотню лет, считают они, наверняка будет освоено клонирование, и к голове легко приделают новое тело.

Однако, несмотря на процветающий бизнес, несмотря на то, что число членов Американского общества крионики все растет, ученые так до сих пор и не разработали технологию оживления тела после вывода его из замороженного состояния. И это, несмотря на то, что наш соотечественник П. И. Бахметьев еще в конце XIX века открыл, что при замораживании насекомые впадают в удивительное состояние анабиоза. Причем насекомое может находиться в анабиозе неопределенно долгое время и постепенным, осторожным размораживанием может быть снова возвращено к жизни. То же может быть проделано и с некоторыми породами рыб, лягушками и т. д.

А вот с теплокровными ни у Бахметьева, ни у его последователей так ничего толком и не получается. Скажем, лет десять назад американец Поль Сигэлл провел знаменитый опыт со старым псом Майлсом. У собаки была выкачена собственная кровь и заменена искусственной, незамерзающей. Затем Сигэлл охладил тело собаки до температуры менее трех градусов. Сердце остановилось, прекратились циркуляция крови по сосудам и работа мозга. В таком состоянии пес пробыл целый час. После этого его тело согрели, а искусственную кровь снова заменили природной. Спустя несколько часов Майлс уже мог ходить, хотя и покачивался на нетвердых ногах. Со временем он оправился совсем и превратился в обычную собаку. Но ударить в победные фанфары так и не удалось — пес вскоре издох по неизвестной причине.

Вечная жизнь, получается, сама по себе никого не интересует. Что толку лежать хоть в хрустальном гробу, хоть в криокамере, если нет твердых гарантий снова вернуться к привычному образу жизни? Более того, многие из нас не прочь бы и повернуть время вспять или хотя бы остановить его, скажем, в сорокалетием возрасте. Никому ведь не интересен 100-летний дряхлый старец, вечно нудящий о своих болячках.

Но можно ли остановить развитие организма на какой-то заранее выбранной стадии? Можно ли притормозить, а то и закольцевать время?.. Одним из первых попытался ответить на эти вопросы московский биохимик Н. Н. Исаев. Представим себе, стал размышлять он, что кому-то захотелось совершить экспедицию к звездам. Построили корабль, набрали команду. Но долетит ли она до цели? Скорее всего нет — человеческая жизнь слишком коротка по сравнению с межзвездными расстояниями.

Конечно, можно отправиться в звездный путь в своеобразном Ноевом ковчеге небольшой колонией в несколько семей. К цели, к иным планетам в конце концов прилетят правнуки стартовавших. Но простой этот выход не имеет смысла для тех, кто начинает путешествие. Их стремление к общению с существами из других миров останется неудовлетворенным. А их правнуки, узники «ковчега», никогда не видевшие Земли, будут скорее всего людьми с другой психологией. Нужна ли будет, интересна ли встреча с иными мирами, на которую обрекли их прадеды?

Нет, куда интереснее долететь до звезд самому, сохранив и интерес к предстоящей встрече с «братьями по разуму», и память об оставленной ради этого Земле. Да еще хорошо бы иметь возможность вернуться домой, самому рассказать землянам о путешествии, посмотреть, как изменилась за это время сама родная планета. Для этого надо научиться жить долго — если не бесконечно, то очень долго!

С этой мечтой Исаев стал студентом биолого-химического факультета Московского педагогического института — ныне университета, окончил, работал в нескольких медицинских НИИ, изучал труды по геронтологии — науке о старении и возможностях продления жизни. И пришел к выводу, который может показаться запальчиво категоричным — наука идет по ложному пути. Возраст смерти предопределен природой — это приблизительно 120 лет. К этому времени оказывается исчерпанной генетическая программа жизни. Изменить ее методами, которые до сих пор предлагали геронтологи, нельзя.

Как быть? Как «остановить мгновение»? Поставить в возрасте 20, 30, 50 лет какой-то тормоз на пути развертывания генетической программы? Нет, такая остановка равносильна смерти. Если остановить вращающуюся на проигрывателе грампластинку, песня прервется.

Образ этой грампластинки подсказал Николаю Исаеву путь к решению задачи. Случается, если нарушена целостность звуковой дорожки, игла звукоснимателя возвращается на предыдущий оборот спирали, пластинка «зацикливается», музыкальная фраза повторяется снова и снова… Свой метод продления жизни организма — будь то растение, животное или человек — Исаев так и назвал: «зацикливание».

У К. Г. Паустовского есть рассказ об осени, который называется «Подарок». Сюжет его несложен, главное в нем — настроение. Два писателя, работавшие в деревне, грустили об уходящем лете. И тогда деревенский мальчишка принес им в подарок маленькую березку из леса.

— Посадите ее в деревянную кадку и поставьте в теплой комнате, — посоветовал мальчишка. — Она всю зиму будет зеленая.

Поначалу жившее в тепле деревце в самом деле зеленело, как летом. Но когда на дворе ударил первый заморозок и вольные подружки комнатной пленницы за одну ночь пожелтели до самых верхушек, золотыми стали и ее листья, она начала ронять их на дощатый пол.

«Знакомый лесничий усмехнулся, — говорится в рассказе, — когда мы рассказали о своей попытке спасти зеленую листву на березе.

— Это закон, — сказал он. — Закон природы. Если бы деревья не сбрасывали на зиму листья, они бы погибали от многих вещей — от тяжести снега, который нарастал бы на листьях и ломал самые толстые ветки, и от того, что к осени в листве накапливалось бы много вредных для дерева солей, и, наконец, от того, что листья продолжали бы и среди зимы испарять влагу, а мерзлая земля не дала бы ее корням дерева, и дерево неизбежно погибло бы от зимней засухи, от жажды».

Исаев тоже читал этот рассказ. И все-таки решил рискнуть. И ему удалось совершить маленькое чудо — клены в кадках остались зелеными до глубокой зимы.

— Сигнал о том, что кончился летний этап жизни и надо готовится к зиме, сбрасывать листья, подается растению из верхушечной почки, — пояснил он. — Можно просто отщипнуть ее. Но вскоре либо она сама отрастает вновь, либо роль ее берет на себя одна из пазушных почек — тех, что дремлют у оснований листьев. Раствор, залитый в трубочку, конец которой помещается под кору дерева, препятствует этому процессу. Тем самым нарушается природный ход событий, последовательное развертывание возрастной программы. Растение возвращается в летнюю фазу жизни и соответственно остается юным.

Но можно ли таким образом «зациклить» возраст человека? У растений все не по-нашему. Сколько лет свежей ветке столетнего дуба? Вовсе не сто — она всего два или три года назад «родилась» из почки. Однако же, когда состарится дерево, исчерпает отмеренный ему природой срок жизни, вместе с ним умрут все его ветви.

С другой стороны, срезанная с дерева — скажем, тополя или ивы — ветка достаточно легко укореняется. И здесь счет лет начнется сначала — именно по возрасту ветки, а не материнского дерева. Так насколько применим метод «зацикливания» растений к животному?

Здесь нет принципиальной разницы, полагает Исаев. Есть генетическая программа развития. По мере ее осуществления — от рождения до смерти — включаются в работу те или иные гены, изменяющие в соответствии с возрастом биохимический статус организма. Для нашей цели принципиально важно, что те вещества, что образуются в более раннем возрасте, оказываются сильнее образовавшихся позже. Мы создаем избыток первых, и это нейтрализует действие вторых, предотвращая включение последующих ступеней. Это и есть «зацикливание» организма в промежутке между «первым» и «вторым» возрастами. Программа развития теперь не считывается последовательно, а многократно повторяется один и тот же ее этап. Это можно продолжать бесконечно долго…

Свои рассуждения исследователь подтвердил опытами. У Исаева, например, есть авторское свидетельство на способ выращивания цикламенов — цветы, не увядая, держатся на растениях все лето. За цветами последовали белые лабораторные крысы, развитие и рост которых также удалось «зациклить» Интересные результаты получились в экспериментах с курами. После «зацикливания» они переставали нести яйца. Но одновременно у больных птиц останавливалось губительное развитие такого, например, недуга, как сальмонеллез. А когда им перестали давать «зацикливающие» препараты, куриная жизнь продолжалась в обычном, нормальном русле. Они старели с той же скоростью, как если бы не подвергались эксперименту. Но время «зацикленной» жизни не входило в их биологический возраст, по всем физиологическим параметрам они именно на этот срок оказывались моложе своих нормальных сверстников. Отмечена была и такая любопытная деталь: масса яиц, которые они несли потом, была несколько большей, чем до «зацикливания».

Уже эти эксперименты открывают заманчивые горизонты. Скажем, уборка урожая — всегда страда, от слова «страдать». Загляните в словарь В. И. Даля: «Страда — тяжелая, ломовая работа, натужные труды и всякого рода лишенья; летние работы земледельца». Хлеба нужно скосить и обмолотить в сжатые сроки. Из перезрелого колоса на корню осыпается зерно. По этой причине ежегодно теряются миллионы тонн урожая. Между тем, «зацикливая» часть полей, задерживая развитие зерновых на предуборочной стадии, можно растянуть сроки жатвы и избежать потерь.

Другой пример, который называет Н. Н. Исаев, относится к животноводству. Он, в частности, предлагает провести эксперимент на кроликах. Они линяют через каждые сорок дней. Лучшее качество меховой шкурки достигается на десятый день после линьки, до и позже оно значительно хуже. «Зацикливание» зверьков помогло бы растянуть этот десятый день, например, на неделю. Это существенно облегчит заботы заготовителей мехового сырья, а вместе с тем повысит его качество.

В общем, как видите, уже есть принципиальные возможности для «зацикливания» и жизни человека. Но Исаев не торопится переходить к подобным экспериментам. Во-первых, никто не знает, каковы могут быть побочные последствия «зацикливания». Статистики на этот счет пока маловато накоплено даже на растениях и животных. Во-вторых, «пробить» разрешение на набор группы добровольцев для проведения подобных экспериментов весьма непросто. В-третьих, наконец, на все это нужны средства, лабораторная база…

Все это пока отсутствует. Поэтому единственным подопытным, на ком мог поставить эксперимент Н. Н. Исаев, оказался он сам. Три года назад он стал пить тот же водный раствор, который вводился подопытным растениям и животным. По его словам, в настоящее время у него замедлился процесс старения.

— От 40 лет я выхожу на 41,5 и опять возвращаюсь на 40. У меня нет последовательной реализации процесса старения. Он зациклен, если выразиться более образно, то это как заикание на пластинке. Чем отличается зацикленный человек от нормального, я по себе могу сказать. Так, ни одна из «атак» гриппа за три года не развилась в заболевание. Теперь дальше. Вот мужчины бреются каждый день. 20 лет я проделывал то же самое, а тут как-то смотрю на следующий день, а брить-то нечего… Чтобы с ума не сойти, что я делаю? Беру и брею абсолютно гладкое лицо. Процесс роста волос в два раза замедлился. С волосами на голове то же самое, раньше четыре раза в год стригся, теперь — два раза. Или взять раны. Казалось бы, плохо, если порез заживает в два раза медленнее, но хирургов из Первого медицинского заинтересовало, это, может быть, у нас будет совместная работа. Заживает-то медленнее, но никогда не бывает нагноений, то есть защита идет изнутри. Вот пока такие результаты.

В будущем, как полагает исследователь, подобным образом могут быть «зациклены» больные люди на любой стадии заболевания — даже такого страшного, как рак или СПИД. И они смогут дождаться, таким образом, того времени, когда эти болезни станут излечимыми.

Пока Исаев ищет себе спонсоров и средства для проведения последующих экспериментов, выясняется, что не он один у нас в стране такой умный.

Еще лет тридцать назад в кабинете В. Г. Сараева можно было наблюдать такую картину. В дверь просовывалась голова сотрудника и просяще затягивала:

— Шеф, сегодня вечером решительное свидание, не ударить бы лицом в грязь… В общем, как насчет уколоться, а?..

— Так ведь не проверено же еще ничего на людях, только на баранах…

— Да что я — хуже барана! Сами, небось, колетесь!

— Я для науки!

— Ну так и я для науки… заодно…

Виктор Георгиевич вздыхал, шел к сейфу, доставал ампулу и…

В общем-то, они ничего богопротивного не делали, и в шприцах были вовсе не наркотики. Просто в отдельно взятой лаборатории отдельно взятой страны втихаря происходил таинственный эксперимент по омолаживанию.

Впрочем, лучше, наверное, обо всем по порядку.

Началось все, как ни странно, с нашего гиблого сельского хозяйства. Советские буренки плохо доились, свинки немногочисленно поросились (хряки не до конца понимали продовольственную программу). Тогда, во времена развитого социализма, молодому ученому с компанией было поручено изменить в лучшую сторону жизнь колхозного скота.

— Давно известно, — объясняет он, — что если из организма что-то вычитают, он очень быстро недостачу компенсирует. Например, когда у человека отнимают одну почку, вторая увеличивается и работает за двоих. Или самый простой пример: худела дама, худела, а бросила диету — и приобрела прежний вес, и даже еще поправилась. Так за счет чего, по-вашему, организм сам себя восстанавливает?

Ответ Сараев нашел: за счет постоянного синтеза белка. Только в молодом организме этот синтез идет активно, а к старости ослабевает. Вот тогда-то у милых дам становится дряблой кожа, у мужчин ослабевают мышцы и… некоторые другие не менее важные части тела. И все это безобразие начинается уже в 40–45 лет.

Как заставить и в преклонные годы уставший организм выполнять свои обязанности? В течение нескольких лет Виктор Георгиевич проводил эксперименты и доказал то, о чем мы вроде бы догадывались: белок в любом организме образуется в итоге энергетического распада тканей, а этот самый распад происходит не только по причине молодости, но и при недостатке питания или при больших физических нагрузках. Словом, будете меньше есть и больше двигаться — проживете дольше.

Вот тут-то и начинается собственно открытие. Сараев нашел способ молодеть, не изнуряя себя диетой и физкультурой. Ему удалось выделить из организма молодых животных — крыс, мышей и птиц — элемент, названный ФАМ (физиологически активные метаболиты), который, синтезируя белок, омолаживает ткани, не давая им стареть. Если попросту — этот введенный под кожу препарат расщепляет белок так, как он распадался бы. если бы вы с утра до вечера бегали, прыгали и сидели на суперполезной диете. Впрочем, сначала речь шла совсем не о людях…

— Для экспериментов фермы и птичники в застойные времена поставляли мне самый бросовый материал, — вспоминает исследователь, — полысевших баранов на трясущихся ногах, видавших виды петухов, а старых, неразворотливых и подслеповатых крыс я. бывало, лавливал сам…

Для начала у подопытных, которым вводили эликсир, затянулись язвы и раны, восстановилась шерсть. Суперкрысы Сараева плавали в полтора раза дольше обычных, дольше терпели жару и холод и — главное — жили на треть дольше рядовых грызунов. После приема препарата крысы пенсионного возраста стали толстеть и расти. А потом начали размножаться и давать многочисленное потомство.

Примеру крыс последовали и бараны. Если учесть, что средний упрямый парнокопытный живет лет 9, то у Сараева эти скоты так подновились, что в 14 лет оставляли полноценный приплод.

За несколько лет лаборатория Сараева превратилась в настоящий скотный двор. Самых успешно молодеющих своих подопечных Виктор Георгиевич знал «в лицо», а иногда с успехом использовал «старичков» на шашлыки («А мясо-то у него было, как у недельного барашка!»).

В те далекие времена препарат успели-таки внедрить в промышленных масштабах в нескольких хозяйствах Московской области. Результаты превзошли все ожидания — подтверждения специалистов до сих пор хранятся у изобретателя в папках. Но!

Во всяком деле — и особенно в деле омоложения — надо знать меру. А один председатель подмосковного колхоза так уверовал в чудодейственную силу нового препарата, что даже… совсем перестал кормить своих коров. Может, он сильно науке передоверился, может, сена вдоволь не заготовил, может, чего понял слишком буквально, но без еды молодеть коровы отказались и все подохли, не вкусив обновления.

К чему мы про это рассказали? А к тому, что проблему старения, конечно, одним эликсиром не решишь. Тут надо вдумчиво изучать, без скоропалительности. Но и не так, как у этой лаборатории в дальнейшем повернулось.

Опыт Сараева и нескольких работавших на него лабораторий АН СССР, несмотря на отдельные трагические недоработки, решили обобщить и повсеместно внедрить. А сам Сараев за этот самый ФАМ получил Государственную премию, два ордена Трудового Красного Знамени. И задумался: а мы-то чем хуже баранов?

Согласитесь, редко кто из ученых не испытает на себе действие собственного изобретения, если, конечно, это не бикфордов шнур. Так и Виктор Георгиевич не раз и не два делал себе инъекции. Тут и сотрудники потянулись: один женится на молоденькой, другая хочет выглядеть моложе своих лет…

Короче, стали ученые втихаря себе тот эликсир вкалывать. «Бывало, сильно замерзнешь или перегреешься, думаешь, сейчас слягу, — вспоминает Сараев. — Тут же сделал инъекцию — и ощущаешь себя молодцом, как будто в живой воде искупался».

В своих экспериментах они дошли до того, что стали клубнику чудо-раствором поливать. И такая ягода поперла, что хоть каждую — в Книгу Гиннесса. Жаль только, что препарата на все хозяйственные нужды не хватило: дорогой он все-таки.

Проверив силу препарата на животных и на себе с коллегами, Сараев, естественно, предположил, что он вполне годен для применения в медицине — не только на ферме.

Но тут случилась перестройка. И выяснилось, что никому уже не нужно повышать плодовитость отечественного скота — все равно мясо за границей покупаем…

За последние годы лабораторию Сараева закрывали шесть раз из-за нехватки средств. «И ведь что обидно — осталось совсем немного, — жалуется он. — Все сертификаты и результаты экспериментов у меня есть. Теперь нужно только несколько экспериментов по проверке действия ФАМа на людях!»

Итак, сегодня налицо имеются по крайней мере два метода омоложения организма и продления его жизни.

Ну хорошо, известно, что Н. Н. Исаев вот уже лет десять топчется на месте, разводя таинственность вокруг своих методов и ссылаясь на отсутствие средств. И многим «вода, на которую записана информация», используемая Исаевым в опытах, напоминает о с треском провалившихся экспериментах француза Ж. Бенвениста. Он тоже кодированной водичкой баловался…

Но ведь с опытами В. Г. Сараева все обстоит несколько по-иному. Человек вот уже три десятка лет ведет целенаправленную научную работу. Ее результаты признаны не только официальными кругами нашей страны, но и во всем мире. И там ведутся аналогичные исследования.

Например, американцы недавно получили из молока трансгенных коз лекарственный препарат антитромбин, который является лучшим на сегодня средством против инфаркта. А вскоре, говорят, собираются выбросить на рынок чудодейственные бананы, которые детей избавят от болезненных прививок, а стариков — от болезни Альцгеймера и старческого маразма.

Зато вот за «бугром» росси некую прессу читают весьма внимательно. Похоже, всерьез обновляться и молодеть вознамерились англичане. Они подготовили к публикации четыре книги Сараева и предлагают ему всяческую поддержку.

Пока он держится на чистом патриотизме. Но ведь ученому 70 лет, и хотя он выглядит моложе своего возраста, ему уж надоело ждать и выпрашивать милостыню у власть предержащих. Махнет рукой и уедет. А мы так и останемся — старые и никому не нужные…

И все же мне не хотелось бы заканчивать эту главу на грустной ноте. А потому давайте в ее заключение поговорим вот о чем.

Итак, получается, в некоторых случаях ходом времени для данного организма можно управлять генетически. Ритм времени при этом может быть резко ускорен. Скажем, бабочки-однодневки от зари до зари проживают столь же полноценную жизнь, как человек за свой век… Можно так же и замедлить, «растянуть» время. Ныне это экспериментально проверено в Академии авиационной и космической медицины. Когда испытателей стали вводить в стресс при движении на центрифугах с большими ускорениями, они подтвердили, что время для них в моменты наибольших перегрузок как бы растягивается…

Впрочем, часы при таких перегрузках тоже начинают отставать, а то и просто останавливаются. Но это вовсе не значит, что останавливается или замедляет ход само время…

Тем не менее, некоторые исследователи полагают, что изменение тяготения может повлиять и на ход времени для данного организма. Например, уже упоминавшийся нами В. А. Чернобров попытался «растянуть» время в изобретенной им капсуле с помощью наведенных электромагнитных полей. В своей книге «Тайны времени» он утверждает, что в некоторых экспериментах замедлить время удавалось аж на полторы секунды. Правда, подопытные животные этого уже не вынесли…

Тем не менее, на основании этих опытов и теоретических рассуждений исследователь сделал вывод, что в организме живого существа, в том числе и человека, должен существовать специфический «орган управления временем», который помогает нам пережить некоторые стрессовые ситуации.

Так это или нет на самом деле, еще предстоит доказать. Однако Чернобров не одинок в своих суждениях. По данным А. К. Сухвала, орган управления временем вполне мог бы располагаться в головном мозге, точнее — в гипоталамусе; по мнению Р. Шарру и А. Приймы, этим целям служит так называемый «третий глаз»; наконец, есть исследователи, полагающие, что на эту почетную роль претендуют нервные центры спинного мозга.

Возможно, ныне исследователи подошли к святая святых нашего организма — органу, управляющему его сверхспособностями.

Итак, наш мозг способен в определенные моменты давать возможность нам совершать работу, сложность которой превосходит даже самое богатое наше воображение, пишет по этому поводу Чернобров. Как в современном компьютере, где тоже обычные стандартные операции занимают лишь небольшие участки компьютерной памяти, но для того, чтобы развернуть и запустить мощную программу хотя бы типа Windows, надо не только занять десяток или больше мегабайт памяти, но и оставить на диске свыше десятка мегабайт пустыми — иначе программа не сможет работать.

Обратите внимание на наш мозг — «записано», занято памятью в нем не более 10 % объема. Для чего же нерасточительная природа заготовила оставшиеся 90 % — не для работы ли «сверхсложной программы»?!

Если сигнал к запуску «программы» сверхспособностей наш мозг может давать только в определенных ситуациях, то это значит, что то же самое сможем делать и мы, если просто подключимся к такому же каналу связи. Вероятнее всего, экстрасенсы и колдуны так и делают, попросту используя способности своего организма, эксплуатируя то, что имеется у каждого (но не каждый владеет нужным «кодом управления»).

Эмпирическим путем наши далекие предки наработали некие «ненаучные», но действенные методы подключения сверхспособностей. Известно, например, что и в наше время сибирские шаманы и индийские йоги могут тормозить время, выходить из своего тела, левитировать и… бог его знает, что они могут еще делать благодаря тому, что научились объединять усилия всех клеток своего организма по единой команде.

Но если наши клетки беспрекословно слушаются любой, даже самой неправильной команды из единого центра, то в случае, как говорят разведчики, «несанкционированного подключения к каналам секретной связи» этими нашими клетками вполне можно управлять со стороны, извне! И опять мы «не открываем Америки» — действительно, этим и занимаются с допотопных времен различного рода чародеи, колдуны, гипнотизеры и экстрасенсы. Управлять своими каналами связи нам, конечно, проще, чем чужими, но в том-то и беда, что учиться это делать мы не хотим или чаще просто не догадываемся о своих паранормальных способностях…

Итак, изучайте «устройство» своего организма и следите за исправностью его сверхвозможностей! И глядишь, однажды вам покорится даже само Время!

Возможности теоретизировать по поводу путешествий во времени и пространстве поистине безграничны. Но может быть, все это — пустые разговоры и никаких аномалий времени на самом деле не существует? Но вот что свидетельствуют очевидцы…

А верить им или нет — это уж вы, пожалуйста, решайте сами…

Наши наивные предки когда-то мечтали о трех чудесных способностях. Они хотели научиться летать, как птицы, опускаться на дно океанов и проходить сквозь стены. Относительно исполнения первых двух желаний как будто все в порядке — уже продаются билеты не только на авиалайнеры, но и на прогулочные подлодки.

Что же касается техники прохождения сквозь стены…

Впрочем, кажется, и тут не стоит особо отчаиваться. Говорят, есть люди, которые способны и на это, причем не пользуясь никакими техническими ухищрениями. Например, недавно всю Америку облетел случай, описанный первоначально одной провинциальной газетой: на глазах у многочисленных свидетелей малолетняя дочь одного из жителей городка без всякого труда прошла сквозь запертую входную дверь и вскоре появилась на балконе.

Досужие газетчики тут же выяснили, что это далеко не первый подобный случай. Истории известны и более удивительные эпизоды. Так, например, известный ирландский проповедник Франсис из местечка Эбви-Фор отмечает, что у него с детства осталось ощущение, что какая-то сила хотела вырвать его из рук матери и перенести в дальние края. Но мать оказалась сильнее… Когда же у детей не было материнской защиты, некоторые из них действительно исчезали и лишь немногие столь же таинственно возвращались обратно. Вырастая, все они затем становились весьма талантливыми людьми в какой-либо области человеческого знания.

Из древних хроник также известно, что когда в I веке император Домициан учинил в Риме судилище над философом Аполлинием, тот вдруг внезапно исчез с глаз всех присутствующих и объявился в тот же день на расстоянии нескольких дней пути от Рима. Предания также гласят, что некий Евстратий, находившийся в половецком плену, вдруг затем объявился в Печерском монастыре. Причем обнаружен он был весь в ранах и скованный цепью, не позволявшей ему сколько-нибудь свободно двигаться. Аналогичное перемещение в пространстве сквозь многие стены и версты совершил также инок Никон. Он также был в половецком плену, причем стражники не только неотступно стерегли его, но и подрезали жилы на ногах. Тем не менее, на глазах изумленной стражи он вдруг испарился и появился в Печерской церкви в момент, когда там начинали петь канон.

В начале XX века официально были зафиксированы до сих пор никем не объясненные исчезновения из-под стражи «ради спортивного интереса». Так, во время гастролей знаменитого иллюзиониста Гудини в Петербурге был проведен такой эффектный эксперимент. Артиста крепко-накрепко связали и поместили в одну из камер знаменитой Петропавловки. Тем не менее Гудини вскоре исчез из камеры и оказался на свободе. Многие исследователи, впрочем, полагают, что секрет трюков Гудини стоит искать не в телепортации, а в способностях артиста к внушению, а также фантастической тренированности тела, что позволяло ему без особого труда выпутываться из всяческих пут.

Однако как тогда объяснить такой факт? Уже в наши дни постоянными побегами из камер и закрытых тюремных фургонов прославился негр Хадад, заключенный тюрьмы Форт Ливенворт в США. Причем администрация настолько привыкла к его регулярным отлучкам, что даже не поднимает особого шума при его очередном исчезновении. Все равно после пребывания на каком-нибудь ночном концерте заключенный поутру постучится в тюремные ворота.

Однако продолжим нашу хронологию. 25 октября 1593 года, отмечают историки, в Мехико появился солдат, рассказавший, что он только что стоял на посту у дворца губернатора Манилы и видел, как того предательски убили. Учитывая, что от Филиппин до Мексики около 17 тыс. км, солдату никто не поверил. Более того, несчастный попал под суд инквизиции за распространение столь невероятных слухов о собственном перемещении в пространстве на такое расстояние. Солдата казнили, а несколько месяцев спустя приплывшие из Манилы матросы в деталях подтвердили рассказ несчастного.

С 1620 по 1631 год послушница одного из католических монастырей Мария, будто бы неотлучно находясь в Испании, тем не менее ухитрялась вести миссионерскую деятельность в Центральной Америке. Для этого она совершала многократные (по некоторым сведениям свыше 500 раз) и мгновенные перемещения через Атлантику. Все эти годы она вела дневник, где описала Землю в виде вращающегося голубого шара, а также жизнь и быт индейцев. Рассказы самой Марии о ее путешествиях и деятельности вызвали недоверие окружающих. Однако в 1630 году вернувшиеся из Америки путешественники и среди них святой отец Алонсо де Бенавидес из миссии Исолито в Нью-Мексико подтвердили: все факты, касающиеся индейцев в описании Марии, соответствуют истине. Мало того, сами индейцы затем неоднократно описывали визиты «госпожи в голубом» и показывали подаренные ею чаши, специально изготовленные в Европе для данного монастыря.

А вот вам свидетельства уже нашего времени. В начале 1968 года аргентинец Жерадо Видал с женой отправился на машине вслед за другой четой, также ехавшей в собственной машине, навестить общих знакомых. Путь предстоял не такой уж долгий по современным понятиям — около 270 км из городка Часкомус в местечко Майцу. Однако вскоре ехавшие впереди заметили, что машина Видалов не следует за ними, и вернулись, решив, что случилась поломка. Однако ни супруги, ни их машина обнаружены так и не были. Лишь спустя два дня последовал телефонный звонок пропавших из… Мехико, находящегося в 64 000 км от Аргентины! Как они там оказались, супруги и сами имеют весьма туманное представление. Следуя за машиной своих знакомых по дороге, они попали как бы в полосу густого тумана и потеряли сознание. А когда пришли в себя примерно через 2 часа, оказалось, что их машина как будто слегка опалена паяльной лампой, а сами они находятся на незнакомой дороге и, как вскоре выяснилось, в другой стране.

Подобные же свидетельства могут представить и наши соотечественники. Вот что, к примеру, пишет Нина Смирнова из г. Санкт-Петербурга.

«Года три-четыре назад, весной, я шла по проспекту Энгельса в Санкт-Петербурге. Передо мной шли, переговариваясь, три женщины. На углу достраивался дом с большими окнами, и я подумала, что, вероятно, это будет универмаг. В тот же миг мне показалось, что тело мое сжалось, и я как бы вошла внутрь самой себя. В глазах потемнело, дышать стало нечем. Я на мгновение зажмурилась, а когда открыла глаза, то пришла в ужас от увиденного.

Я оказалась в своем родном городе Владивостоке, из которого уехала много лет назад! Трясу головой, щипаю себя — ничего не меняется. Смотрю по сторонам и вижу, что нахожусь на улице Ленина, возле кинотеатра. Налево — спуск к виадуку, откуда идут катера на Чуркин, направо — центральный универмаг.

Все мои движения, а также движения прохожих — очень вялые, как при замедленном кинопоказе. Я смотрю на крышу универмага и вижу, как от карниза отрывается огромная многоступенчатая сосулька и начинает медленно падать прямо на молоденькую женщину в легком пальто. Левой рукой женщина придерживает полу пальто, а в правой сжимает полиэтиленовый пакет.

Теперь, когда с момента этого странного происшествия минуло много лет, я понимаю, что должна была закричать, как только увидела падающую сосульку. Женщина обернулась бы и не сделала последнего, рокового, шага. Я закричала, но слишком поздно. Окружающая обстановка вновь переменилась, и я увидела себя на проспекте Энгельса. Грудь и спина у меня сильно болели. Идущие впереди женщины продолжали спокойно разговаривать. Через несколько секунд я окончательно пришла в себя.

Потом я вспомнила, что в 1966 году во Владивостоке действительно погибла молодая женщина. По телевидению тогда сообщили, что ей на голову упала сосулька. И вот через столько времени кто-то вернул меня обратно, в ту ситуацию, чтобы я попыталась спасти женщину. Но я не воспользовалась возможностью. Видно, прошлое изменить нельзя»…

О подобных перемещениях, происходивших с ним самим, пишет в своей книге и знаменитый экстрасенс Ури Геллер.

В пятницу 9 ноября 1973 года в 18.05 по местному времени бывший тогда в Нью-Йорке Геллер спешил в сторону своего дома, чтобы переодеться и попасть в гости к своему приятелю Андриа, жившему в Оссинге — районе, находящемся примерно в 30 милях от Манхеттена, где находился в тот момент Геллер.

…«Вдруг мне показалось, что я бегу не вперед, а как бы назад, — описывает этот случай сам Геллер. — Может быть, так и было. А потом я почувствовал, что меня неудержимо тянет куда-то вверх. Я стал ощущать вес своего тела. Закрыв от неожиданности глаза, я почти тут же открыл их и обнаружил, что я — дух и стремительно приближаюсь к окнам какой-то веранды, одно из которых было затянуто сеткой от комаров. Пытаясь избежать столкновения с этой сеткой, я развернулся плечом вперед и прикрыл лицо руками. Пробив сетку насквозь, я влетел в комнату и грохнулся на круглый столик из толстого стекла…»

Таким странным образом Ури Геллер очутился в доме своего друга. Причем с момента, когда он побежал к своему дому, чтобы переодеться, до момента, когда он приземлился в куче стекла за 30 миль, прошло всего около 10 минут. То есть, говоря иначе, Ури должен был перемещаться в пространстве по крайней мере со скоростью самолета.

Еще один случай произошел 14 февраля 1986 года там же, в Нью-Йорке. Свидетелем его был приятель Геллера писатель Г. Плэйфайр. Вот как он описал случившееся. Ури находился в спальне и разговаривал по телефону, когда вдруг раздался некий свист и писатель «увидел два маленьких золотых предмета, которые были похожи на небольшие шарики. Пока я искал их на полу, позади меня раздался сильный звук и еще один шарик показался на ковре примерно на расстоянии фута от того места, где я находился. В этот же момент в комнату вошел Ури и сказал, что только что мимо него «что-то» пролетело. Что именно, ни он, ни я найти не смогли.

Я показал ему три шарика (а вскоре обнаружил на полу и четвертый). «Откуда они могли взяться?» — спросил я.

Секунду он рассматривал их. «Они являются частью устройства Меира, — ответил он. — Последний раз я видел их на фабрике в Израиле».

Он немедленно позвонил Меиру и попросил его открыть сейф, где хранились шарики, и пересчитать их. Их должно быть 100. Вскоре перезвонил Меир и сообщил, что шесть шариков отсутствовали. Даже спустя несколько месяцев мы так и не смогли обнаружить еще два.

Так или иначе, я убедился в том, в чем до меня убедились многие: необъяснимые вещи происходят в присутствии Ури Геллера».

И все-таки, несмотря на такое категоричное заявление, давайте попробуем хоть как-то объяснить феномен практически мгновенного перемещения в пространстве людей и предметов. Опыт прошлого учит нас, что любое чудо может иметь под собой какую-то физическую подоплеку.

В данном случае подсказку удалось обнаружить в одном фантастическом рассказе. Его автор описывает чудака-строителя, который построил дом столь причудливой формы, что, сам того не подозревая, ухитрился во время строительства разместить свое творение не только в четырех измерениях нашего мира, но и частично — в пятом. И понятное дело, в таком доме стали происходить разного рода чудеса. Например, когда однажды его обитатели при начавшихся подземных толчках выпрыгнули из окошка, чтобы спастись, если вдруг дом обрушится при землетрясении, то с удивлением обнаружили, что их прыжок со второго этажа не такого уж высокого строения оказался длиной тридцать с лишним миль.

Суть такого мгновенного перемещения можно объяснить, пожалуй, так. Мы с вами живем в четырехмерном мире, четвертой координатой которого условно считаем время. Ну а если время от времени для кого-то открывается канал в пятое или шестое измерение? Понятное дело, в глазах окружающих человек или предмет могут мгновенно исчезнуть. И где они потом окажутся, это зависит от того, какие пункты соединяет между собой вход и выход этого туннеля, проходящего через иное измерение.

Конечно, такое объяснение достаточно абстрактно; пока никому не удалось подтвердить существование этих измерений с помощью эксперимента. Однако все-таки, наверное, лучше хоть какое-то объяснение, чем никакого?..

К сказанному остается добавить, что подобные путешествия, как правило, не обходятся для путешественников так уж безвредно. У того же Ури Геллера после его «путешествия» некоторое время кружилась голова, он чувствовал слабость во всем теле. Супруги Видал (которые, помните, переместились вместе со своим автомобилем?) ощущали боль в затылках, а некоторые другие «путешественники» жаловались на временное беспамятство. Жаловалась на плохое самочувствие и Нина Смирнова из Петербурга…

Так что перемещение «со скоростью мысли», наверное, не такое уж безопасное дело. Прежде чем пользоваться внепро-странственными туннелями, неплохо было бы изучить, к каким последствиям для путешественников это может привести. И лишь после этого вывешивать плакат: «Пользуйтесь услугами Хронофлота!»…

В хрониках также описано множество случаев, когда люди исчезали на глазах очевидцев. И возвращались через годы, уверенные, что прошел только миг.

Так, в XVIII веке в Сицилии, в городке Таконе, жил ремесленник Альберто Гордо-ни. 3 мая 1753 года он шел по двору замка и вдруг «испарился» на глазах жены, графа Занетти и многих других свидетелей.

Изумленные люди перекопали все вокруг, но не нашли никакой дыры, куда можно было бы провалиться. А через 22 года Гордони возник на том же самом месте, откуда исчез. Поскольку сам Альберто утверждал, что он никуда не пропадал, и вообще отказывался верить, что отсутствовал сколь-нибудь длительное время, его сочли за лучшее поместить в сумасшедший дом. Там он просидел около семи лет, прежде чем его догадался расспросить о происшедшем врач отец Марио.

Ремесленник продолжал утверждать, что вернулся почти сразу же после «исчезновения». Тогда, около 30 лет назад, он вдруг попал как бы в тоннель и вышел по нему к «белому и неясному» свету.

Поскольку во всем остальном Гордони не выказал никаких иных признаков сумасшествия, врач решил отправиться с ним в Такону, чтобы на месте проверить, что и как было… Однако бедный Альберто сделал несколько шагов и… опять исчез, но теперь уже навсегда! Святой отец Марио, осенив себя крестом, приказал оградить это место стеной, назвав его ловушкой дьявола.

Исследователи также давно изучают загадку таинственного острова Барсакельмес, название которого можно перевести как «Пойдешь — не вернешься», находящегося в северо-западной части Аральского моря. Местные жители утверждают, что в прошлых веках люди, бежавшие из мест заключения или по иной причине прятавшиеся от властей, отсидевшись на острове несколько лет, возвращались к своим родным спустя… десятилетия.

Эффект временной аномалии подтвердили и участники одной современной экспедиции. Исследователи, отойдя от берега, «прогулялись всего полчаса в белом тумане» и, вернувшись, с удивлением узнали, что отсутствовали сутки!

Подобные «гиблые места» есть и на территории России. В 90-х годах московский исследователь Анатолий Карташкин описал случай, когда во время работы в аномальной зоне на северо-востоке Московской области одна участница экспедиции исчезла на глазах у всех и появилась на том же месте через сутки. А потом долго не могла поверить, что отсутствовала столь долго — самой девушке показалось, что прошло всего несколько секунд.

В 1992 году комиссия «Феномен» при газете «Труд» попыталась провести расследование случая, когда человек словно сквозь землю провалился всего в двух шагах от телецентра «Останкино». И возник в том же месте спустя 28 часов.

Единственное, что удалось выяснить членам комиссии, так мнение старожилов. Те в один голос утверждали, что телегородок расположен в весьма нехорошем месте. Так что пожар на телебашне — это еще цветочки…

Весьма часто «завихрения времени» случаются в воздухе. Например, в 1934 году сэр Виктор Гуддарт вдруг провалился вместе с самолетом… в будущее. Во время полета пилот попал в тяжелые облака и вдруг заметил участок земли, освещенный солнцем. Гуддарт рассмотрел залитый слепящим светом аэродром, странного вида ангары и желтые самолеты возле них. Ничего подобного в Шотландии не было! Сесть не удалось, самолет вновь попал в какую-то странную тучу и благополучно приземлился на своем аэродроме. Спустя четыре года Гуддарт еще раз попал на этот же аэродром. И увидел, как самолеты возле новых точь-в-точь, как он видел с высоты, ангаров красят в желтый цвет.

Во время Второй мировой войны советский бомбардировщик, возвращавшийся на аэродром, попал в странное белое облако и потерял связь с землей. А через полчаса полета он каким-то образом преодолел «лишние» полторы тысячи километров и вынырнул из «странного облака» аж за Уралом!

В 1976 году летчик Виктор Орлов сообщил, как во время полета на МиГ-25 своими глазами видел военные действия с пушками и мушкетами XIX века, разворачивавшиеся под крылом его самолета…

1985 год. Пилот военно-воздушных сил НАТО вылетел с базы, расположенной на севере Европы и, по его словам, оказался в доисторической Африке, наблюдая пасущиеся стада динозавров…

В 1988 году летчик Александр Устимов, выполняя задание на территории СССР, вдруг обнаружил, что находится над Древним Египтом. Внизу он увидел одну построенную пирамиду и заложенные фундаменты нескольких других, вокруг которых копошилась масса людей…

После одного из полетов, совершенных в 1994 году, американский летчик Р. Уитмен доложил: «Совершая полет над штатом Флорида, я внезапно обнаружил, что оказался над территорией, напоминавшей средневековую Европу. Я видел огромный костер и рядом с ним груды человеческих тел». Возможно, он попал в то время, когда в Европе свирепствовала чума.

Другой пилот описал свой краткий, но впечатляющий полет над древним Римом. Он видел колесницы на улицах и Колизей, выглядевший так, будто его лишь недавно отстроили.

Откуда взялись на нашей планете «заколдованные места»? И можно ли на самом деле попасть в воронку времени? Некоторые исследователи считают: да, можно. Вот какое объяснение, например, имеет на этот счет московский исследователь Вадим Чернобров.

«Время замедляется не только около массивных космических тел и при движении с околосветовой скоростью, — полагает он. — Почти все места с аномальным течением времени на нашей планете находятся там, где существуют течения больших масс воды по окружности. Это и гигантские водовороты в Бермудах, и повороты морских и подземных течений, изгибы рек. Например, на Жигулевском изгибе Волги местные жители часто видят странные миражи и какие-то светящиеся в воздухе объекты. Во многих городах и деревнях мне часто показывали «гиблые» места. По самым скромным подсчетам, только на территории России таковых несколько сотен. На нескольких десятках из них мы пробовали проводить измерения времени, и примерно в половине случаев точнейшие часы начинали «врать» самым явным образом»…

А вот какой интересный случай описал в журнале «НЛО» известный журналист Геннадий Черненко.

Летом 1983 года из столицы Шри-Ланки Коломбо вышел английский сухогруз «Милена». И вскоре бесследно исчез в Аравийском море. Перестав получать по радио информацию с судна, власти направили на поиски пропавшего судна корабли индийской береговой охраны и авиацию. Но все усилия оказались тщетны…

Тем не менее, несколько месяцев спустя сухогруз благополучно прибыл в Бомбей, отстоящий от Коломбо на расстоянии около 3000 км. Расследование показало, что хотя за это время можно было совершить кругосветное путешествие, судовые приборы свидетельствовали, что ни одной лишней мили не сделано, а курс прокладывался оптимальный. Более того, все члены команды, включая капитана и штурмана, были убеждены, что пришли они в Бомбей вовремя, не затратив ни одного лишнего дня.

Разумеется, морякам никто не поверил. Капитана сухогруза Тукера обвинили в мошенничестве, в перенастройке приборов и с позором уволили со службы. Английские газеты писали: «Капитан «Милены» либо врет, либо его надо отправить в психиатрическую лечебницу». Но капитан Тукер не сдавался. Он подал в суд, стремясь восстановить свое доброе имя. Странной историей занялись эксперты. И вот что в итоге выяснили.

Поначалу радист «Милены» регулярно выходил в эфир обычным порядком, затем связь почему-то прекратилась. Бортовой магнитофон зафиксировал все переговоры судна с берегом, в том числе и последнее сообщение: «На нас напали. Неизвестный парусник высаживает десант. Нуждаемся в помощи!»

Однако этого сигнала почему-то не принял ни один пост береговой охраны. Между тем запись в бортовом журнале подтверждала: «12 июля 1983 года в 14 часов 02 минуты после выхода из смерча мы были встречены и атакованы неизвестным двухмачтовым парусным судном. Атаку отбили. Один из нападавших погиб. Продолжаем движение заданным курсом».

Эксперты, прослушав магнитофонные записи, обратили внимание на характерные атмосферные разряды, слышные в эфире в момент подачи сигнала о помощи. Однако гидрометеослужба сообщила, что в данном районе в тот момент не было ни гроз, ни иных атмосферных аномалий.

Между тем капитан Тукер продолжал стоять на своем: вскоре после прекращения радиосвязи на «Милену» обрушился ураган, сопровождаемый невиданными доселе разрядами молний. Шквал утих так же внезапно, как и возник. И тут же наперерез судну, откуда ни возьмись, выскочил старинный парусник. Его команда забросила крючья на борт сухогруза и пошла на абордаж. Причем на палубу «Милены» полезли люди в одежде пиратов XVII века!

Сначала команда сухогруза оборонялась баграми, затем в ход пошло огнестрельное оружие. Использовали также брандспойты и пенные огнетушители. Пираты, не ожидавшие такого отпора, поспешили ретироваться, бросив одного убитого. При нем нашли широкий кривой нож. Пират был одет в штаны с широким кушаком и жилет из козлиной шкуры. На сухогрузе решили: то было нападение современных морских бандитов, переодевшихся для пущей маскировки в одежду старинных пиратов.

Капитан приказал перенести труп убитого в холодильник, а вещи запереть в сейф. И тут опять начался жестокий шторм…

Когда море несколько поуспокоилось, радист еще раз попытался выйти на радиосвязь с Бомбеем, чтобы сообщить о происшествии. И был очень удивлен, когда услышал в ответ радостный возглас: «Наконец-то вы нашлись! Вы живы?»

— Мы двигались с обычной скоростью, — рассказывал капитан «Милены», — никуда не заходили. И для нас было поразительно, что в Бомбее уже осень, октябрь. Значит, несколько месяцев для нас пропали, прошли незаметно, как один день…

К числу загадок относится также факт исчезновения трупа пирата из судового холодильника. Однако вещи его остались, что позволило ученым провести дополнительные исследования. На основе радиоуглеродного анализа было установлено, что ткань штанов убитого изготовлена еще в XVI веке. К этому же времени относится и нож пирата, его жилетка, пояс. Глубокие борозды на фальшборте «Милены» были оставлены металлическими крюками, изготовленными по технологии того далекого времени. На это тоже указал химический анализ.

Так что же произошло с судном? Сторонники капитана Тукера высказывают довольно-таки смелое предположение, что сухогруз попал в «воронку времени» и оказался отнесен на 500 лет назад.

И в самом деле, очень часто течение времени уподобляют некой реке. А в реке, как всем известно, действительно бывают струи с разной скоростью — посредине реки стремнина, ближе к берегам течение заметно замедляется… Более того, время от времени в реке возникают водовороты, и тогда видно, что листок или щепка, попавшие в него, подолгу крутятся на одном месте, то опускаясь ко дну, то всплывая вновь… Нечто подобное можно наблюдать и в реке Времени.

В 1961 году пилот частного самолета вел свою машину над штатом Огайя. Погода была не очень хорошей, машина то и дело ныряла в облака. И вот, вынырнув очередной раз из облачной мглы, летчик увидел прямо перед собой другой самолет!

Пилот тут же заложил крутой вираж и чудом избежал столкновения — кончик крыла все-таки чуть чиркнул по борту второй машины.

Приземлившись, пилот подал рапорт о летном происшествии, отметив в нем, что едва не столкнувшийся с ним самолет, по всей вероятности, является репликаром — копией летательного аппарата времен Первой мировой войны. В открытой кабине полотняного биплана восседал пилот в кожаном шлеме и больших очках-консервах.

Поисками воздушного хулигана занялось Управление гражданской авиации США. Однако его инспектора долгое время не могли похвалиться какими-либо результатами. Лишь спустя несколько месяцев в старом заброшенном сарае под грудой сена случайно был обнаружен биплан, в точности похожий на тот, что описал в своем рапорте пострадавший летчик. Однако когда эксперты управления извлекли находку на свет божий, то убедились, что на биплане летать никак невозможно — настолько он обветшал.

Тем не менее, в пилотской кабине обнаружили бортжурнал, в котором имелась запись, датированная 1911 годом. Летчик писал, что в последнем полете едва не столкнулся с «большим серебристым аэропланом», который чиркнул по его борту кончиком крыла!

Правда, эксперты управления не поверили прочитанному, хотя графологи подтвердили древность бумаги бортового журнала, а на борту обнаружилась царапина, в которой остались микрочастицы краски и алюминия, совпавшие с материалом современного самолета. Они предпочли заявить, что имеют дело с искусной мистификацией, целью которой является раздувание сенсации — одной из тех, которых так не хватает уфологам и прочим исследователям непознанного…

Что ж, возможно, это и так. Но описанный случай — далеко не единственный. Только летопись авиационных происшествий упоминает, что подобные случаи происходили довольно регулярно. Вот вам еще факт. В 1990 году в воздушном пространстве между Кубой и Гаити проходили учения кубинских ВВС. В ходе их в кубинском воздушном пространстве летчики заметили неизвестно откуда взявшийся воздушный шар. Летчики тут же принудили экипаж этого воздушного шара сесть на воду, где его подобрал кубинский корабль.

В гондоле оказались двое мужчин, которые назвали себя Гарри Логаном и Дереком Нортоном. Оба они были потрясены и сбиты с толку. Гарри Логан рассказал, что они принимали участие в гонке на воздушных шарах от Кубы до Пуэрто-Рико; они взлетели всего несколько часов назад… в 1954 году!

Пилоты гондолы также признались, что в какой-то момент после взлета они ощутили дрожь во всем теле, как будто через них пропустили электрический разряд. Затем все, что их окружало, включая небо и океан, вдруг приобрело малиновый цвет. А потом их заставили сесть на воду.

Получается, что на самом же деле их полет продолжался 36 лет!

Самое странное, что Кельвин Крау, специалист из Чикаго, подтвердил, что двое аэронавтов действительно исчезли в этом районе во время гонок 1954 года на воздушных шарах. Крау уверен, что воздухоплаватели попали в одну из «дыр» во времени.

И совсем уж сногсшибательная история связанна с «Титаником». Нуда, тем самым, легендарным… Как известно, выйдя из английского порта Саутгемптон в свой первый пассажирский рейс, огромный океанский лайнер, направлявшийся к берегам Америки, на пятый день плавания, 14 апреля 1912 года, столкнулся в Северной Атлантике с айсбергом и через 2 часа 20 минут затонул.

В этой поражающей воображение катастрофе погибли свыше 1500 человек, спаслись немногим более 700. Сегодня точно известно, что «Титаник» лежит на глубине почти четырех километров.

Добраться до него удалось лишь благодаря новым техническим достижениям лишь 73 года спустя. В сентябре 1985 года небольшой робот под названием «Джейсон-младший» передал с глубины 3750 м телевизионную «картинку»; занесенные песком и илом контуры огромных металлических конструкций.

Гораздо менее известно другое. В декабре 1992 года норвежские рыбаки ловили сельдь в Северной Атлантике. 14 декабря у них вышел из строя судовой двигатель. Прекратив лов, они стали ремонтировать машину. И вдруг на их глазах из морской пучины всплыл огромный корабль! По силуэту можно было узнать известный всем морякам «Титаник». По его палубам в панике метались пассажиры. Они кричали, умоляли о помощи. Некоторые бросались с кормы в ледяные волны.

Через несколько минут «Титаник» опять ушел под воду. Норвежцы не могли подойти к месту катастрофы, поскольку, как уже говорилось, двигатель их корабля вышел из строя. Они лишь дали открытым текстом радиограмму об этом невероятном событии.

Ее приняли в штабе ВМС США. В указанный район срочно вышел американский военный корабль, которому удалось поднять 13 человек, облаченных в спасательные жилеты с надписью «Титаник». Все они были живы… А дальше на все это дело опустилась пелена секретности. Пентагон отказывался давать какую-либо информацию. А правительство Норвегии по договоренности с властями США якобы запретило своим рыбакам рассказывать о том, чему они были свидетелями.

Однако какая-то утечка информации все-таки произошла. Эксперт по морским катастрофам Филлин Старнес заявил корреспондентам: «Возможно, в данном случае было перемещение людей во времени и переход их в другое измерение. Разбором и анализом данных гипотез занимается специальная группа исследователей. Могу только сказать, что 14 декабря 1992 года «Титаник» всплыл на поверхность и на его борту были живые люди!»

Всего же датский исследователь Покс Хеглунд собрал сведения о 274 подобных случаях. Подобная статистика впечатляет… Так что мы вполне можем сделать допущение, что в природе время от времени возникают «водовороты» или «воронки», «трещины» или «окна», позволяющие ненадолго оказываться в ином времени — совершать невольные перемещения как в прошлое, так и в будущее.

Да, не удивляйтесь, как показывают многочисленные свидетельства очевидцев, отпечатки тех или иных событий могут остаться не только в пространстве, но и во времени. Вот какие объяснения случившемуся могут предложить современные исследователи.

«…Трусливо озираясь по сторонам, старый пират торопливо закопал сундук, затем трупы убитых им товарищей и только тогда впервые за несколько часов присел отдохнуть. Его била дрожь, за каждым кустом ему мерещился свидетель, который видел все происходящее от начала до конца. Он попробовал закурить, но не смог — огонек трубки был бы далеко виден. «Чушь, — произнес пират, стараясь приободрить себя. — Чушь! — уже почти заорал он. — За сотни миль нет ни одной живой души, никто… даже Дьявол… никогда… никто не узнает, где лежит мое сокровище! Пусть я сдохну завтра, но это мое, только мое сокровище!»

Неожиданно берег огласил пронзительный крик: «Пиастры! Пиастры!» Почти не целясь, старик на этот раз не промахнулся и подстрелил капитанского попугая. Птица, которая могла быть последним свидетелем, свалилась вниз, и пират затрясся от дикого хохота…

Так описывал Р. Стивенсон сцену захоронения сокровищ в своем самом знаменитом романе. Но литератор может дать волю своей фантазии. Между тем, сколько подобных кровавых тайн таит в себе история! Неужели все они после смерти последних свидетелей останутся навеки «белыми пятнами», неужели же справедливость (почти забытое слово) не восторжествует в жизни так же, как это происходит в романах?!

«Конечно же нет, — скажете вы. — Во-первых, Бог видит все, хотя для многих это и слабое утешение. Во-вторых, в архивах историки постоянно делают новые сенсационные находки. И, в-третьих, будем надеяться, когда-нибудь путешественники в машине времени смогут воочию наблюдать и сравнивать с учебниками все исторические события»…

Но и это, оказывается, еще не все возможности. Иногда прошлое как бы само высвечивает свои тайны! Многие, наверное, слышали или даже видели миражи, еще их называют по имени волшебницы Фата-Моргана, сестры знаменитого короля Артура, способной вызывать подобные видения. Нет в них ничего необычного, физики-оптики давно уже раскрыли все их секреты. Все, кроме одного. Никак невозможно известными законами физики объяснить, почему миражи иной раз отражают события, происходящие на некотором расстоянии не только в пространстве, но и во времени.

Например, 18 июля 1820 года капитан судна «Баффин» Скореби, наблюдая в подзорную трубу западное побережье Гренландии, заметил и зарисовал «огромный древний город». Впоследствии, конечно, выяснилось, что города в этом месте нет и в помине, а рисунки незадачливого первооткрывателя с величественными обелисками, впечатляющими храмами, памятниками и руинами замков объявили плодом воображения и прибрежными скалами.

В 1887 году известный первооткрыватель Уиллоби сфотографировал в небе над Аляской неизвестный город. Снимки вышли весьма удачными, и поэтому их автора объявили… обманщиком, ибо на фотографиях был слегка помолодевший английский город Бристоль, находящийся в тысячах километров от этого места. Через пару лет видение повторилось, а местные индейцы заявили, что в этом нет ничего удивительного, ибо этот город часто наблюдался здесь и раньше в периоды с 21 июня по 10 июля еще до прихода на Аляску белых поселенцев. И когда в июне 1897 года над Юконом (Аляска) такое изображение появилось вновь, наблюдатели долго спорили и наконец пришли к выводу, что появившийся перед ними город не похож на отражения ни Торонто, ни Монреаля, ни Пекина. Общее мнение собравшиеся сформулировали так: «Это какой-то город прошлого!»

В 4 часа пополудни над Эшландом (штат Огайо) также появился неизвестный город. Мнения очевидцев здесь резко разошлись, одни утверждали, что это один из близлежащих городов, другие думали, что наблюдают Иерусалим, третьи — вообще несуществующее поселение.

Подобные же несуществующие («фантастически неправдоподобные», как их называли) города наблюдали и другие: Иоанн Богослов, если верить старым преданиям, видел «жемчужный град Иерусалим». Аналогичный, не похожий на известные населенные пункты, «огромный красивый город, украшенный монументами, куполами, колокольнями» фиксировал в своих записях знаменитый путешественник Греллуа между Гелма и Боне, Северная Африка (Фламмарион, «Атмосфера»). В 1684, 1908 годах в графстве Слиго (Ирландия) видели не известный географам «остров О-Бразил» с большим красивым городом и утопающими в зелени крепостными сооружениями. В 1776, 1797 и в июне 1801 года над Югалом (графство Корк, Ирландия) неоднократно лицезрели окруженный стеной зеленый город с белыми палисадами. В XVIII веке знаменитый шведский философ Э. Сведенборг во время прогулки по Стокгольму неожиданно заметил впереди «рощи, реки, дворцы и множество людей». В 1840, 1857 годах жители острова Санди (Оркнейский архипелаг) видели в небе «далекую страну с прекрасными белыми зданиями — хрустальный город сказочного народа, отмечает фин Э. У. Марвик в сборнике «Фольклор Оркнейских и Шет-лендских островов». В 1881–1888 годах над Швецией наблюдался целый ряд неизвестных островов и других изображений. 2 августа 1908 года целых 3 часа наблюдали неизвестные дома, выдержанные в различных архитектурных стилях, жители Бэлликон-нели (Ирландия)…

К перечисленному остается добавить, что у многих народов сохранились предания о том, что после определенных заклинаний в небе якобы может появиться «летающий древний город». Возможно, под влиянием этих легенд известный своими пророчествами писатель Свифт и описал в «Путешествиях Гулливера» летающий город Лапуту.

Иногда видения прошлого удается наблюдать не большому количеству народа, а лишь некоторым избранным представителям его.

Например, 10 августа 1901 года две молодые девушки — мисс Морберли и мисс Джордан — во время посещения садов Малого Трианона (Версаль, Франция) неожиданно для себя заметили необычную перемену в окружающей обстановке. Одна из них почувствовала себя «как во сне, состояние дремоты было угнетающим». Девушки дважды обращались к прохожим с расспросами, но те не поняли волнения заблудившихся мисс и никак не отреагировали на их расспросы. И тогда путешественницы обратили внимание на то, что все прохожие одеты в костюмы времен Марии Антуанетты.

Позже, после столь же чудесного и непонятного их возвращения в родной XX век, историки по описаниям уточнили наблюдаемое девушками время — период с 1770 по 1774 год.

А вот вам еще случай…

В 30-х годах молодая миссис Эдна Хэджис по пути к своей подруге попала в сильную грозу и вынуждена была постучаться в дверь одинокого крытого соломой дома на пустынной «римской» дороге Эрмайнстрит вблизи Суиндона. В дом с темными низкими потолками ее впустил высокий, широкоплечий, странный, молчаливый и постоянно улыбающийся старик. Больше всего Эдну поразила странная тишина в доме, не было слышно даже разыгравшейся стихии за окном и потрескивания огня в жарко горящем камине!.. Через какое-то мгновение миссис Хэджис внезапно вновь обнаружила себя едущей на велосипеде. К подруге той же дорогой в то же время приехали вымокшие до нитки другие люди, которые стали утверждать, что дом у дороги необитаем уже лет пять — десять. Действительно, после этого происшествия сама Эдна нашла вместо знакомого дома необитаемую развалюху с заброшенным садом.

Уже в наше время изображение некоего древнего храма или города часто наблюдают в утренние часы на Жигулевском полуострове, образованном изгибом Волги в районе Самары. Заядлые грибники сообщают о куполах с башенками вокруг, местонахождение которых каждый раз бывает различным: то на берегу озера, то у отвесного обрыва, то на склоне холма, а то и просто встает видение из воды водохранилища. При этом точки наблюдения одного и того же отстоят друг от друга на десятки километров. Словом, не сидится на одном месте призраку тех храмов, которые, возможно, не существуют уже сотни лет. Кстати, историки не нашли в местных летописях даже намека на существование подобных сооружений.

В наши дни также нередки сообщения о «запаздывающих следах» — странном явлении, заключающемся в том, что люди, идущие одни в темноте или тумане, внезапно могут услышать за своей спиной звук шагов «невидимого человека». Конечно, нельзя сбрасывать со счетов возможное чувство страха и как следствие — слуховые галлюцинации, возникающие в подобных ситуациях у людей. Но наиболее смелые из них не бросаются бежать сломя голову прочь, а все же решаются «поэкспериментировать». И останавливаются. Шаги практически всегда повторяют все движения человека и останавливаются через пару секунд. Словно бы человек услышал самого себя, идущего 1–2 секунды назад в прошлом времени.

Некоторым «везет» больше, они и видят сами себя в прошлом. В полночь в конце августа 1990 года двоюродные братья Виталий Печерей и Сергей Соборов рыбачили на озере возле станицы Ольги некой (Ростовская область), когда вдруг на противоположном берегу затрещали камыши, словно бы там кто-то принялся ходить. Братья решили «от греха подальше» вернуться домой, тем более, что рыба перестала клевать. Уже находясь на дороге, они обернулись и увидели… самих себя на прежнем месте. Видения повторяли в точности все те движения мальчиков, которые они делали несколько минут назад: один из них постоянно кутался в фуфайку, другой знакомым жестом показывал на камыши… Чуть позже все исчезло, затем вся картина в свете костра проявилась вновь: опять появились изображения мальчиков, кутающихся в фуфайку и показывающих рукой на противоположный берег. Все представление повторилось еще 3–4 раза, по крайней мере столько раз его видели изумленные братья. Больше они выдержать не смогли и припустились бежать домой со всех ног.

Как же все это можно объяснить? Скажу сразу: достоверного на все сто процентов разъяснения пока никто не придумал. Но есть некоторые более и менее правдоподобные соображения.

Криминалисты-теоретики полагают: на свете не бывает идеальных преступлений, преступники всегда оставляют следы. И сыщики делают все возможное, чтобы эти следы выявить. Вспомните хотя бы, какие сдвиги произошли в криминалистике только за последний век. Сам знаменитый Шерлок Холмс понятия не имел, что преступника можно обнаружить по отпечаткам пальцев. А ныне папилярные узоры обнаруживают и идентифицируют в любом отделении милиции.

Мало того, ныне, оказывается, с помощью лазера можно обнаружить микровмятины, оставленные ногами преступника, прошедшего по ковровому покрытию, и определить размер его обуви. Можно законсервировать, а потом идентифицировать его запах, оставленный в помещении…

Так что старый пират напрасно надеялся, что свидетелей его злодеяния не осталось. И дело даже не в том, что иной раз скелеты могут оказаться красноречивее живых свидетелей. Последние достижения науки позволяют надеяться, что со временем мы научимся распознавать, визуализировать те неприметные отпечатки событий, которые всегда остаются на окружающих предметах, объектах ландшафта.

Чтобы вы нагляднее представили себе, о чем речь, приведем такую аналогию. Вспомните, как мы догадались, что некогда на Земле жили динозавры. Не только по костям обнаруженных скелетов, но и по окаменевшим следам, оставленным ими некогда на мягкой глине.

Точно так же, полагают некоторые физики, остаются отпечатки любого события не только на почве, но и, скажем, на скалах. Отпечатки эти, понятное дело, весьма своеобразные, практически не различимые невооруженным глазом. «Больше всего, — отмечают исследователи, — они напоминают голографические отпечатки»…

Голограмма, говоря упрощенно, консервирует изображение примерно так же, как граммофонные пластинки фиксируют звук. Посмотришь на такую пластинку, ничего не видно, кроме бороздок, и уж, конечно, ничего не слышно. А поставишь пластинку на проигрыватель — и полилась музыка.

Сегодня и звук и изображение можно также зафиксировать на лазерных дисках, а это уж совсем близко к классической голограмме…

«Стоп! — возможно, скажете вы. — Голограммы, насколько нам известно, фиксируют на специальных фотопластинках с помощью лазерного излучения. Потом эти пластинки надо подвергнуть еще специальной химической обработке, проявить и закрепить изображение на фотоэмульсии… И для его воспроизведения тоже нужны специальные условия».

Все верно. Но вот какой интересный эксперимент провели несколько лет назад ленинградские физики. (Именно в этом городе, кстати, более четверти века назад и родилась отечественная голография.) Они попытались воспроизвести условия, при которых возможно появление… призраков.

Вспомните, при каких обстоятельствах очевидцы чаще всего наблюдают появление этой тени прошлого. Позднее время, сумеречное освещение от колеблющегося пламени свечи, длинная анфилада комнат или низкие своды гулкого, огромного подвала…

Разыгравшееся воображение плюс некоторые специфические условия среды могут привести к тому, что в пыльном воздухе, как на экране, возникает специфическое отражение, своеобразная тень самого наблюдателя. Да такая причудливая, что сам себя он узнать никак не может.

Причем, например, в случае с мальчиками наблюдалась еще и явная временная задержка в отражении случившегося. Похоже, что в атмосфере образовалась некая специфическая линза, которая не только сфокусировала изображение самих наблюдателей на ночную тьму, но еще и трансформировала его не только во времени, но и в пространстве.

Что же касается, скажем, тех двух мисс, наблюдавших, как мимо них проходят молчаливые прохожие в костюмах давно ушедшей эпохи, то не кажется ли вам, что девушки могли наблюдать своеобразные голограммы — вспомните, фигуры они видели объемные, цветные, но молчаливые — никто так и не удосужился обратить на них внимание, ответить на задаваемые вопросы…

Однако для того, чтобы образовавшаяся в атмосфере «линза» показала какое-то изображение, пусть в увеличенном и трансформированном виде, должен существовать какой-то оригинал. Если Виталий с Сергеем видели самих себя, то кого видели девушки?

Любое событие порождает вокруг себя некие волны. Самый простейший пример: бросили вы в воду камень — по воде побежали волновые круги. Но ведь подобные колебания возбуждает не только катер, бегущий по воде, но и самолет, летящий по воздуху, автомобиль, движущийся по шоссе…

И эти колебания воды, воздуха, почвы не пропадают бесследно, они где-то фиксируются. В простейшем случае фиксация эта может происходить в определенных слоях той же почвы (примерно так же, как остаются следы на влажной глине, со временем окаменевая). Только в данном случае следы эти весьма малозаметные. Но, тем не менее, они есть…

И вот в природе происходит нечто, пока нам неизвестное. (Вспомните, для появления обыкновенных миражей тоже должны соблюдаться некие атмосферные условия.) Это могут быть не замечаемые нами инфранизкие колебания почвы, спонтанные изменения того временного поля, о которым мы ныне практически ничего не знаем, прохождение нашей планеты через потоки еще неизвестных нам космических частиц… А в итоге происходит маленькое чудо: природные голограммы, на которых запечатлены панорамы давно сгинувших городов, облик давно умерших людей, вдруг активизируются, перед изумленными наблюдателями появляются невиданные ими картины…

…Таким образом, как видите, когда люди говорят о следах или отпечатках времени, они, сами того не подозревая, несколькими словами обозначают явление, над механизмом и причинами которого исследователям предстоит «колдовать», возможно, еще не одно десятилетие.

Да, верно, вы совершенно правы: такое объяснение весьма шатко, содержит многочисленные «если». Но все-таки, наверное, лучше хоть какое-то объяснение, чем никакого?

Когда-нибудь, со временем, и эта тайна природы, наверное, будет раскрыта. И мы досконально поймем глубинную суть тех явлений, о которых говорилось выше.

А вот какое интересное явление попытался проанализировать Вадим Емельянов из Белгорода.

«Швейцарский психоаналитик Карл Юнг исследовал явление, названное им синхронизмом, то есть когда одновременно, подчас в разных местах, происходят похожие или даже одинаковые события, — пишет он. — Например, когда смерть одного человека вызывает тревожный сон у его близкого родственника»…

Подобные совпадения, вследствие их многочисленности, требовали какого-то рационального объяснения помимо ссылки на случайность или телепатию. По мысли Юнга, явление синхронизма служит дополнением к причинности — это представление возникло у него, наверное, под влиянием сотрудничества с Вольфгангом Паули, одним из основателей квантовой механики: и физика, и психология не могут быть абсолютно объективными, поскольку и тут и там наблюдатель неизбежно влияет на наблюдаемый объект.

Юнг приводит пример — случай со Сведенборгом, когда тот пережил видение пожара точно в то же время, когда пожар действительно бушевал в Стокгольме. По мнению Юнга, определенные изменения в состоянии психики Сведенборга дали ему доступ к «абсолютному знанию» — в область, где преодолеваются границы времени и пространства.

Но только ли психике доступно преодоление границ времени? Противники дарвинизма утверждают, что жизнь на Земле развивалась целенаправленно, потому что, если подсчитать, сколько времени необходимо для эволюции путем случайных мутаций, то получится несуразно большая величина, значительно превышающая возраст Вселенной.

Случайность не объясняет и явной системности в многообразии возникающих форм живого, что проявляется в существовании закона гомологических рядов Н. И. Вавилова, согласно которому генетически близкие виды имеют сходный тип наследственной изменчивости.

Из этого можно сделать вывод, что развитием управляет будущее. Управляет, проецируя на прошлое матрицы видов, которые должны возникнуть!

Если это так, то придется сделать революционный шаг и пересмотреть существующую концепцию времени. Но это не значит, что нужно отказаться от реальности причинно-следственных связей, а только признать диалектическое единство причины и следствия, прошлого и будущего (в физике это проявляется в существовании так называемых квантовых корреляций и нелокальности).

Это можно интерпретировать и так: события способны создавать во времени причинно-следственные петли.

Классическая физика основана на представлении о детерминизме, то есть принципиальной возможности абсолютно точно описать поведение системы. Но в связи с этим возникает вопрос о свободе воли: коль скоро человек — часть природы, то его поступки предопределены, и он не может за них отвечать…

Но можно признать, что человек свободен в своих поступках и в ответе за них, если он в какой-то мере имеет власть над прошлым, если прошлое и будущее так же реальны, как и настоящее. То есть если все события существуют в пространстве-времени как единые части вселенского целого.

«Современное знание стремится создать не только единую физическую картину мира, но и проникнуть в загадки культурно-созидательных устремлений человечества, — продолжает далее Вадим. — Например, история накопила огромный материал о пророках и прорицателях, но до сих пор не было попыток систематизировать и осмыслить эти феномены. Вот несколько хрестоматийных примеров о случаях предвидения (о катренах Нострадамуса или предсказаниях Ванги, о которых сейчас так модно говорить, умолчу): жене Юлия Цезаря приснился сон, в котором она видела, как убивают ее мужа, а через три дня Цезарь был действительно заколот; английский король Ричард III увидел во сне, что погиб в бою, а на следующий день это свершилось; епископ Йозеф Ланий увидел во сне, как застрелили австрийского эрцгерцога Фердинанда, что и произошло на следующий день, в результате чего началась Первая мировая война; американский президент Авраам Линкольн неоднократно видел сны и видения (последний раз накануне покушения), которые предсказывали ему гибель от руки наемного убийцы; английский премьер Уинстон Черчилль буквально чудом, по какому-то наитию, однажды спас своих слуг, а в другой раз сам избежал неминуемой гибели во время бомбардировок Лондона; известный экстрасенс Эдвард Кейс назвал точную дату землетрясения в Калифорнии, разрушившего Сан-Франциско в 1906 году»…

Из этих и других подобных примеров можно вывести заключение о существовании феномена вневременнбго информационного обмена. Для этого следует не сравнивать число удачных и неудачных предсказаний, а определить вероятность каждого верного предсказания и сравнить ее с вероятностью чисто случайного события.

Платон в своих «Избранных диалогах» писал: «Прорицательница в Дельфах и жрицы в Додоне в исступлении сделали много хорошего для Эллады и отдельным людям, и целым народам, а в здравом уме — мало или вовсе ничего». И если мы стали бы говорить о Сивилле и других, которые благодаря божественному дару прорицания множеством предсказаний многих направили на верный путь в будущем, то мы бы потратили слова на то, что всякому ясно. Но вот на что стоит сослаться: древние, которые давали имена вещам, не считали исступление безобразным или позорным.

Про пифий, исступленных предсказательниц будущего, мы знаем лишь по легендам. Но существуют и вполне достоверные факты предсказаний, а также установлений научной истины.

Например, Данте в своей «Божественной комедии» дал точное описание созвездия Южный Крест, о котором в те годы совершенно точно не могли знать обитатели Северного полушария Земли. А Свифт в «Путешествии в Лапуту» указал почти точные сведения о спутниках Марса — их расстояниях от этой планеты и периодах обращения, хотя эти спутники, Фобос и Деймос, были открыты астрономами лишь много лет спустя…

Уже не в столь давнее время, согласно легенде, Кекуле увидел во сне структурную формулу бензола, а Менделеев — периодическую систему элементов. Вряд ли стоит сомневаться в том, что эти открытия были следствием своеобразного научного исступления. По-видимому, современные ученые могли бы пополнить список столь удивительных творческих озарений.

«Предвидение будущего возможно, если впечатления оставляют яркий, глубокий след в мозгу в настоящем, — полагает Вадим Емельянов. — Для передачи сигнала нужен приемник и передатчик. Проще всего считать ими один и тот же мозг или весь организм, разделенный временным интервалом.

Как может приходить информация из будущего? Например, человек с аномальными способностям при чтении текста в закрытом конверте работает успешнее, если потом ему сообщают содержание этого текста. Или, если экстрасенс указывает место какого-то происшествия, а потом ему говорят о том, где это действительно произошло. Поэтому вполне возможно, что не существует никакой телепатии, ясновидения, диагностики на расстоянии, а есть только считывание информации из будущего.

Итак, никакой мистики, кроме небольшой корректировки наших взглядов на природу времени».

«Известно немало случаев, когда люди внезапно исчезали и отсутствовали в нашем мире кто несколько минут, а кто и несколько дней. Затем также внезапно появлялись либо в том же самом, либо в совершенно ином месте. И искренне удивлялись, когда их спрашивали, где они находились во время своего отсутствия и что с ними происходило? Они ничего не помнят.

Однако некоторые из таких «возвращенцев» под гипнозом рассказывали, что их забирали с собой в гиперпространство хрононавты — странствующие во времени высокоразвитые разумные человеческие существа из нашего далекого будущего!»

Так, во всяком случае, свидетельствует американский врач Брюс Голдберг. Доктор психологии во время своей врачебной практики не только выслушал немало подобных рассказов, но, как он утверждает, и сам с некоторых пор регулярно предпринимает путешествия в гиперпространство и встречается там с хрононавтами. Обо всем этом он рассказывает в своей книге «Странники во времени из нашего будущего», краткое изложение которой и позвольте предложить вашему вниманию.

С хрононавтом по имени Тракса, утверждает доктор, у него даже завязались дружеские отношения. Тот живет на Земле в XXXVI веке, когда путешествия во времени стали обычным делом. Он может «излучать» свое физическое тело в прошлое или будущее через энергетические тоннели — «червоточины», создаваемые в космическом пространстве черными дырами — остатками гигантских звезд, подвергшихся неограниченному сжатию и обладающих гравитационным полем огромной мощности.

Хрононавты совершают рейды в наше время (для них это далекое прошлое), чтобы отслеживать события, происходящие в нашей жизни, а подчас и влиять на них. Так, по словам Траксы, он в течение нескольких лет следил за деятельностью доктора Голдберга, прежде чем решил использовать его в качестве передатчика информации о возможности путешествий во времени, а также об уровне интеллектуального и духовного развития наших далеких потомков.

Впрочем, оказывая влияние на нас, хрононавты не стремятся подавлять нашу собственную волю. Они лишь дают нам советы на уровне нашего подсознания, воспринимаемые нами как «внутренний голос», но никогда не принуждают следовать своим указаниям. Так, тот же Тракса, используя технику телепатии, около 20 лет уговаривал доктора Голдберга предать гласности результаты его исследований о контактах людей с представителями внеземных цивилизаций и хрононавтами, но тот лишь недавно выпустил свою книгу.

Путешественники во времени появляются среди нас, чтобы стимулировать наше интеллектуальное развитие. Несколько лет назад во время пребывания в нашем времени Тракса, одетый в строгий деловой костюм, а не в белый хитон — повседневную одежду XXXVI века — присутствовал в Чикаго на встрече ученых, работавших над общей научной проблемой. Его задача состояла в том, чтобы телепатически направить их деятельность в правильное русло. Здесь произошел забавный казус.

После окончания встречи Тракса, выбрав, как ему казалось, подходящий момент — он находился в зале маленького, почти безлюдного кафе — дематериализовался и возвратился в гиперпространство. Но его мгновенное исчезновение не ускользнуло от внимания некоего частного детектива, зашедшего перекусить именно в это самое кафе. Между тем Тракса вспомнил, что оставил в кафе папку с материалами совещания, и внезапно опять появился за столиком. Он уже понял, что попал в поле зрения бдительного детектива и теперь должен вести себя так, чтобы все его поступки казались естественными. Тракса подозвал официантку и заказал себе кофе и сэндвич. Когда Тракса, расплатившись, вышел, детектив «выкупил» у официантки чашку, из которой пил Тракса, завернул ее в носовой платок и унес с собой. Впоследствии он передал снимки отпечатков пальцев Траксы в ФБР и в Интерпол. Так что теперь у спецслужб есть фактические данные посещения Земли выходцами из будущего.

Впрочем, ни самого Траксу, ни его современников этот факт нисколько не обеспокоил. Более того, стремясь повысить наш интерес к собственной истории и желание энергичнее заниматься изучением прошлого, хрононавты специально подбрасывают нам различные предметы материальной культуры так, чтобы мы находили их в очень древних слоях земной коры и, озадаченные, начинали искать решение загадочных находок-ребусов. Вот некоторые примеры таких «проделок» наших далеких потомков.

В 1844 году в Кингудском карьере в Милфилде (север Британии) был найден стальной гвоздь, примерно на дюйм (2,5 см) внедренный вместе со шляпкой в твердый песчаник. Острие гвоздя выходило наружу в слой валунной глины, будучи почти полностью съеденным ржавчиной. Возраст камня исследователи определили в 200–300 млн. лет.

В июне 1851 года в Дорчестере (США) среди фрагментов камней, отколотых от скалы взрывом, к величайшему изумлению собравшихся были обнаружены: «2 обломка металлического предмета, разорванного при взрыве пополам. При соединении части образовали колоколообразный сосуд 4,5 дюйма (114 мм) высотой, 6,5 дюйма (165 мм) шириной при основании, а при вершине 2,5 дюйма (64 мм) и толщиной стенок около 1/8 дюйма (3 мм). Металл сосуда по виду напоминал цинк или же сплав со значительной добавкой серебра. На поверхности различались шесть изображений цветка или букета, покрытых чистым серебром, а вокруг нижней части сосуда — лоза или венок, также покрытые серебром. Резьба и покрытие были превосходно выполнены неизвестным мастером. Этот странный сосуд загадочного происхождения извлечен из слоя породы, находившегося до взрыва на глубине 15 футов (4,5 м)»…

В 1968 году в штате Юта (США) Вильям Майстер обнаружил два четких отпечатка человеческих ног в ботинках. Причем левый ботинок своей пяткой наступил на трилобита, останки которого и окаменели вместе с отпечатком. Трилобиты — членистоногие, сходные с современными ракообразными, обитали на нашей планете 400–500 млн. лет назад…

В Эквадоре найдены древние украшения из платины. Вспомните о том, что температура плавления платины составляет около + 1800°С, и тогда вам станет понятным — без соответствующей технологии индейские мастера просто не могли создать такое украшение.

В Ираке при раскопках был найден древнейший из всех известных гальванических элементов, возраст которого около 4 тыс. лет. Внутри керамических ваз находятся цилиндры из листовой меди, а внутри них — железные стержни. Края медного цилиндра соединены сплавом свинца и олова, который только сейчас стал широко известен современным электрикам и радиоинженерам под названием «третник». В качестве изолятора древние применяли битум. Электролит сейчас исчез (высох и выветрился), но когда в подобные сосуды налили раствор сульфата меди, найденная батарея немедленно дала ток. Кстати, там же, в Ираке, были найдены первые образцы гальванических покрытий. Откуда древние могли знать про способы получения и применения электричества?..

Список подобных находок далеко не закрыт. Что еще стоило упомянуть? Отпечаток протектора сапога в песчанике, найденный в пустыне Гоби, возраст которого оценен в 10 млн. лет, о чем сообщал советский писатель Александр Петрович Казанцев. Или подобный же отпечаток, но уже в глыбах известняка в штате Невада (США)… Фарфоровый высоковольтный стакан, обросший окаменевшими моллюсками… В угольных шахтах на территории России находки были не менее странными: пластмассовые колонны, железный метровый цилиндр с круглыми вкраплениями из желтого металла…

Возможность странствий во времени откроет в 3050 году ученый по имени Таатос. В Древнем Египте и в Греции он был известен как Гермес; он стал первым в истории человечества «практикующим» хрононавтом. Прежде чем переместиться в прошлое, Таатос посылал туда свои объемные голографические изображения. Они вызывали всеобщий переполох и во многих случаях воспринимались как видения оракулов и иных ясновидцев древних цивилизаций Египта, Греции и Рима. Техника использования энергетических тоннелей для проникновения в наше время будет окончательно отработана в XXXV столетии, пишет Б. Голдберг.

За последние 500 лет интенсивность наблюдения хрононавтов за происходящими на Земле событиями и степень вмешательства в некоторые из них существенно возросли. По словам Траксы, сейчас на нашей планете находится большое число хрононавтов из времени, отстоящего от нашего на 1–3 тысячи лет. Они себя не афишируют, ведут свои наблюдения из гиперпространства, и потому мы не в состоянии их обнаружить.

Современный человек воспринимает три измерения: длину, ширину и высоту (или глубину). Мы не видим, но способны воспринимать время — четвертое измерение пространственно-временного континиума. Последующие измерения — с пятого по двадцать шестое — недоступны ни нашим органам чувств, ни существующим на сегодняшний день техническим средствам. Для того чтобы иметь возможность физических контактов с современными обитателями Земли, хрононавтам приходится уменьшать частоту своих собственных колебаний и входить в наш трехмерный мир. В этом состоянии они приобретают внешность обычных людей, и тогда мы можем видеть их и общаться с ними. А сами капсулы, в которых они путешествуют, воспринимаются наблюдателями зачастую как НЛО.

Будучи существами, способными пребывать в высших измерениях пространства, хрононавты обладают рядом способностей, облегчающих им выполнение своей миссии. Они могут общаться с нами во время нашего сна, на той его стадии, которая именуется «быстрым сном». Именно тогда мы способны покидать наше физическое тело, входить в гиперпространство и видеть обитателей пятого измерения, в том числе и хрононавтов.

Этим, в частности, объясняется, почему в древности «храмам сна» придавали такое важное значение. Известно также, что в Египте некоторые жрецы умели управлять сновидениями больных так, чтобы способствовать их исцелению. Таким людям жрецы нередко давали специальные снотворные снадобья.

Странники во времени могут приводить наш организм в состояние анабиоза и даже одаривать нас способностью к левитации. В совершенстве овладев техникой перемещений в гиперпространстве между различными измерениями, они свободно проникают сквозь стены и любые другие твердые преграды, способны парить и передвигаться в воздухе.

Хрононавты умеют управлять пространством и временем, а генная инженерия стала для них одним из основных средств воздействия на живую природу. Изменяя структуру и свойства хромосом, они ускорили процесс эволюции человечества.

Стремясь способствовать духовному развитию человечества, хрононавты заботятся о нашем духовном состоянии и облике. Если мы становимся чище и благородней душой, то возвышаются и хрононавты. «Ведь они — это мы в будущем!» — утверждает Брюс Голдберг.

Осенью 1988 года газета «Нью-Йорк тайме» писала: «Если бы удалось показать возможность путешествия в прошлое хотя бы в теории, это само по себе имело бы фундаментальные философские и научные последствия. Поскольку путешественник во времени, возможно, был бы способен теоретически менять ход событий в прошлом, включая свое собственное рождение, законы причинности, на которых основывается наука, были бы повергнуты в хаос».

Так ли это?

Итак, мы с вами разобрались, что, ныряя в туннели-«червоточины», мы можем, в принципе, совершать «полеты» как в прошлое, так и в будущее. Надо только проходить их в том или ином направлении. Скажем, отправляясь в будущее из пункта А, сначала пройти по «туннелю» к отверстию В, выйти из него, а затем по внешнему пространству совершить перелет к А. Вернувшись, вы попадете в достаточно далекое будущее.

Причем для того, чтобы переноситься в прошлое или будущее с помощью машины времени, обязательно надо двигаться! Нельзя, подобно герою повести Уэллса, неподвижно сидеть в кресле «машины», оставаясь на одном месте, и ощущать лишь ее тряску. В нашем случае надо перемещаться во внешнем пространстве и по «туннелю».

При этом, чтобы попасть, например, в прошлое, скорость движения должна быть все же не очень малой. Иначе долгие годы путешествия скрадут тот промежуток времени перемещения в прошлое, которое дает машина времени.

Придется, по всей вероятности, учесть и еще одно правило хрононавигации. Если вы пожелаете отправиться в достаточно далекое прошлое, вам придется повторить несколько раз свое путешествие сквозь машину времени. «И все равно с помощью описанной конструкции можно отправиться только в такое прошлое, в котором машина времени уже существовала, — говорят теоретики. — Отправиться с ее помощью в каменный век невозможно, так как заведомо известно, что в том веке никаких машин вообще не было»…

И еще одно обстоятельство волнует ученых, наряду с писателями-фантастами. В самом деле, какие последствия и осложнения могут возникнуть из-за возможности получать информацию из будущего. Ведь человек, вернувшийся из будущего в прошлое, может встретить даже самого себя в молодости. Представьте, сколь необычные ситуации при этом могут возникнуть.

Впрочем, не надо что-либо воображать специально. Писатели-фантасты уже давно описали подобные встречи. Одно из лучших произведений такого рода — «Конец вечности» А. Азимова. В нем герой — Харлан — принадлежит к касте людей, которые могут путешествовать по времени. Однажды он вернулся в то место и в тот момент времени, где уже побывал: «Он встретил самого себя! В один и тот же момент времени и почти в одном и том же месте он встретил другого, более раннего Харлана, чуть было ни столкнулся с ним лицом к лицу».

Из романа можно узнать, что последовало за такой встречей. Здесь же давайте обратим внимание вот на какое любопытное обстоятельство.

«При существовании «петли времени» мы не можем разделить события в этой «петле» на будущие и прошлые, — пишет по этому поводу Игорь Дмитриевич Новиков. — Чтобы пояснить сказанное, рассмотрим такой пример. Пусть я иду в длинном ряду людей, шагающих вдоль некоторой прямой линии. Я могу определенно сказать, кто из них идет впереди меня, а кто позади. Если же все мы идем по кругу, то я могу сказать только относительно ближайших соседей, кто из них впереди, а кто сзади, но для всего ряда это сделать уже не смогу. Перебирая людей все дальше впереди меня, я обойду весь круг и подойду к своему месту с противоположной стороны, то есть со стороны идущих, которые позади меня» Поэтому для людей, двигающихся по кругу, нет деления на «впереди идущих» и «позади идущих»…

Точно так же и в «петле времени». О близлежащих событиях можно сказать, какие из них в будущем, какие в прошлом. Однако в целом во всей замкнутой «петле» этого сказать нельзя. Здесь в целом нет будущего и прошлого, все события влияют друг на друга по кругу»…

Но если все это так, то что же получится, если, скажем, путешественнику во времени вдруг придет в голову убить своего более молодого «двойника»? Или, говоря иначе, самого себя в молодости… Или — попробуем обойтись без убийства — он вдруг помешает встрече своих родителей. Те не познакомятся, не поженятся и не родят себе наследника. Но тогда как же он, не родившись, сможет помешать их встрече?..

В общем, парадоксов тут можно напридумывать немало. И чтобы хоть как-то притушить их остроту, фантасты придумали такой выход. Дескать, путешественники во времени не должны предпринимать ничего такого, что может повлиять на ход событий, нарушить их причинность.

Но если есть какие-то запреты, то обязательно появятся и любители их нарушать. Стало быть, придется вводить этакую полицию времени, которая будет патрулировать по векам и столетиям и хватать за шиворот тех, кто нарушает законы.

А поскольку многовековая практика человечества показывает, что эффективность спецслужб всегда была ниже ста процентов, значит, не исключена вероятность, что из-за проделок какого-то сорвиголовы весь мир перевернется вверх тормашками, причины и следствия, по идее, могут поменяться местами. Но так ли это страшно, как нас пугают фантасты?

Давайте рассмотрим несколько конкретных примеров.

Проще всего разбогатеть следующим образом: заглянуть в завтра и узнать, какая комбинация цифр выиграет в ближайшем розыгрыше «Спортлото». Или каким окажется курс акций на бирже. Или, наконец, выяснить изменения курса доллара в ближайшие месяцы…

Об этом уже давно мечтают авантюристы всех мастей. И будьте уверены, для осуществления своей мечты они не пожалеют никаких сил и средств. Так что же, нам сидеть сложа руки и дожидаться, когда подобные неприятности назреют?

На наше счастье, не мы одни такие умные.

«Смеем надеяться, что когда-нибудь, при соответствующем развитии науки и техники, людям удастся построить машину времени, — сказал Стивен Хокинг, выступая с лекцией в Кембриджском университете (Великобритания). — Но если это так, то почему в таком случае еще никто никогда не прилетал к нам из будущего, дабы поведать нам, как идут дела?» — продолжал самый знаменитый физик современности. И сам же ответил на свой вопрос: «Быть может, на то есть свои разумные причины, и, пока мы находимся на нашей нынешней, примитивной стадии развития, тайна путешествия во времени должна быть скрыта от нас. Однако в том случае, если природа человека за это время не претерпит никаких принципиальных изменений, то трудно себе представить, чтобы какой-нибудь визитер из будущего не разболтал бы этот секрет».

Поскольку на практике этого не случилось, значит, видимо, есть какие-то тонкости, которых мы не знаем. Поначалу Хокинг и его коллега по Кембриджу Брендон Картер решили, что путешествия во времени могут быть строго-настрого запрещены самой природой. В 1992 году Хокинг сформулировал «Гипотезу в защиту хронологии», в которой отстаивал неизменность течения времени. «Законы природы в их совокупности не допускают того, чтобы макроскопические объекты могли передавать в прошлое какую-либо информацию», — решил он.

Стало быть, даже узнав, какие номера выиграют, путешественник-авантюрист не сможет этой информацией воспользоваться.

Путем приближенных расчетов Хокинг показал, что квантовые флуктуации порождают громадные количества энергии, которые могут запросто убить человека, путешествующего во времени. Возможно, они разрушат даже саму «червоточину», предполагает ученый.

Впрочем, другие расчеты, проделанные Кипом Торном и Сун-Вон Кимом из Калифорнийского технологического института, показали, что эти порции энергии отнюдь не бесконечно велики, поскольку «план-ковское время», достигнув значения «десять в минус сорок третьей степени секунды», перестает меняться. Более коротких промежутков времени, похоже, не существует. Следовательно, дальше флуктуации уже не могут нарастать по экспоненте и потому снова идут на убыль.

Однако Хокинг выступил с возражением: все сказанное справедливо лишь с точки зрения стороннего наблюдателя. Что же касается другой базовой системы флуктуаций, привязанной ко времени, то здесь прирост энергии будет продолжаться. Поэтому для стороннего наблюдателя энергетический порог начнет действовать только за десять в минус девяносто пятой степени секунды до возникновения «червоточины» — слишком поздно, чтобы спасти машину времени.

И опять расчет Хокинга оказался неполным. Ли-Син Ли из Пекинского университета показал, что катастрофическому нарастанию квантовых флуктуаций может помешать зеркало или рефлектор. Оно способно отклонить их в космическое пространство. Поместить его нужно между двумя расположенными рядом «червоточинами». Причем своими размерами зеркало должно ничуть не уступать жерлам этих «туннелей».

Впрочем, пока Хокинг с коллегами спорил, удастся ли каким-то образом обуздать флуктуации гравитационных полей так, чтобы они не повредили машине времени, нашлись и другие резоны, позволяющие нам «обезвредить» путешествия во времени, сгладить всю каверзность тех парадоксов, что они могли нам уготовить.

Например, недавно пришло сообщение из Лондона. «Сделанный более 100 лет назад теоретический вывод великого Эйнштейна о том, что предмет не может двигаться быстрее скорости света, поставлен под сомнение новейшими исследованиями в области теоретической физики», — говорится в нем.

Еще в 1994 году физик из Университета Макса Планка (Германия) Мигель Алкубьера сформулировал теорию движения в искривленном пространстве. Ее суть состоит в том, что время движения из одной точки в другую можно резко сократить, если «согнуть» разделяющее их пространство и почти вплотную сблизить начальный и конечный пути следования.

Правда, ученые из Университета Тафта в Массачусетсе (США) тут же подсчитали, что на искривление пространства потребуется больше энергии, чем есть во всей нашей Вселенной. Однако решение проблемы недавно нашел бельгийский физик-теоретик Крис ван дер Брок. Он сделал вывод, что стремительное движение в условиях искривленного пространства возможно в случае использования космическим кораблем отрицательной энергии.

Конечно, пока никто толком не знает, как энергия может стать отрицательной. Ну да теоретики обязательно что-нибудь придумают. Ведь нашли же они выход из парадокса причинности…

По принципиальным причинам путешествия во времени возможны лишь в том случае, если они не влекут за собой каких-либо физических противоречий, полагает уже известный нам Игорь Дмитриевич Новиков. Мы можем влиять на события, лежащие на замкнутой кривой времени, лишь в той мере, в какой это не вызывает нарушения принципа казуальности, то бишь нарушения причинно-следственных связей.

Так, возвращаясь к одному из приведенных выше примеров, скажем, что путешественник, забравшись в прошлое с твердым намерением прикончить своего двойника, не сможет его выполнить: не найдет объект, непременно промахнется или же, подчиняясь здравому смыслу, напрочь откажется от намерения помешать знакомству своих родителей.

Новиков, Торн и другие физики демонстрировали действие этого «принципа самоконсистенции» с помощью следующей задачи. Итак, ученые задавались вопросом: «Может ли бильярдный шар, попав внутрь червоточины и устремившись в прошлое, столкнуться там с самим собой и нарушить траекторию собственного движения, в результате чего ему уже не удастся попасть внутрь червоточины и устремиться в прошлое?»

Расчеты, проделанные Новиковым и его коллегами, показали, что в том случае, если бильярдный шар попадет в прошлое и столкнется с самим собой, ему не удастся сбить самого себя с пути. Шар все равно угодит в ту самую червоточину, куда и катился, и потому ход вещей не нарушится. История не будет посрамлена. Она окончательна и бесповоротна. Произойдет то, что должно было произойти. Никакого противоречия не возникнет.

Дэвид Дойч и Майкл Локвуд из Оксфордского университета попробовали оправдать путешествия во времени другим способом — впрочем, так же, как и коллеги, они стремились доказать, что временные перемещения не породят никаких противоречий. Однако за их гипотезу придется платить умопомрачительную цену.

Дело в том, что эти физики реанимировали одну давнюю идею, высказанную их американским коллегой Хьюджем Эверестом еще в 1957 году. Тогда Эверест интерпретировал квантовую механику следующим провокационным способом. Он предположил, что всякий раз, когда природа делает выбор между двумя и более возможными состояниями, наша Вселенная расщепляется на две, три и т. д. вселенных, идентичных друг другу. Таким образом, есть вселенная, в которой это предложение оканчивается точкой. Таким образом, есть вселенная, в которой это предложение оканчивается многоточием… И впредь каждая из этих вселенных будет развиваться по-своему. У каждой из них отныне будет своя собственная история. Вот так случайно запамятованное правило грамматики подрывает основы мироздания, множа миры до умопомрачения.

Стало быть, изобретательный авантюрист и впрямь может пробраться в прошлое и помешать знакомству своих родителей. Вот только он попадет не в ту вселенную, из которой прибыл, а в другую. Она до той самой секунды, когда в ней объявился путешественник, развивалась точно так же, как и та вселенная, где он когда-то жил. Но теперь, после его появления, она начала развиваться совсем по-другому. В этой вселенной он просто никогда не появится на свет.

Впрочем, последнее слово в этих спорах пока еще не сказано. «Вопрос о путешествиях во времени остается открытым, — соглашается даже Стивен Хокинг. — Впрочем, я не хочу заключать по этому поводу никакого пари. Ведь возможный соперник может повести себя не по-джентльменски и, доподлинно зная, что произойдет в будущем, возьмет да и подобьет меня на спор»…

А чтобы не терять драгоценное время понапрасну, исследователи параллельно ведут и ряд других исследований, которые в конце концов могут пригодиться и создателям машины времени. Ну а если и не им, так кому-нибудь еще…

Вернемся к азам… В настоящее время мы как-то уже привыкли к тому, что все окружающие нас излучения можно разделить на составляющие их частицы. К примеру, всем сегодня известно, что свет в конечном итоге состоит из фотонов. Причем никто даже особо не удивляется тому, что фотону свойствен дуализм: в одних случаях он ведет себя как материальная частица, в других — как электромагнитная волна.

Более того, если мы как следует углубимся в дебри современной квантовой физики, то в конце концов обнаружим, что микрочастица по своей природе не является, вообще-то говоря, ни тем и ни другим. Она только похожа на волну или на частицу в том или ином эксперименте. Если в какой-то ситуации микрочастица похожа на «обычную частицу», то для нее большую определенность приобретает ее положение в пространстве. Если же она в данном конкретном случае более походит на волну, то и большее значение приобретает ее импульс. И физики пользуются в каждом конкретном случае тем или иным определением.

Однако они, эти определения, вообще говоря, введены больше для удобства расчетов. На самом деле и импульс и положение частицы довольно неопределенны. Причем чем более определенна одна величина, тем более неопределенна будет другая.

Физики-теоретики даже сумели выразить количественно соотношение определенности и неопределенности и спокойно им пользуются при описании различных событий в микромире.

Так обстоят дела с описанием электронов, фотонов и других частиц, о которых на сегодняшний день физики знают достаточно много. Ну а как быть с гравитацией и временем?

Этот вопрос тоже в немалой степени занимает внимание теоретиков. О возможности существования гравитационных волн говорилось уже в первые годы развития общей теории относительности. А. Эйнштейн доказал, что из его теории следует возможность и даже необходимость существования таких волн.

Гравитационные волны — это волнообразные колебания пространства-времени, придающие ему дополнительную, бегущую волнами, как «барашки» по морю, искривленность. Теоретики полагают, что эти волны распространяются в четырехмерном пространстве-времени примерно так же, как в воздухе распространяются упругие акустические колебания или электромагнитные волны.

Гравитационные волны, как и электромагнитные, распространяются с предельной скоростью — 300 тыс. км/с. Однако при этом непонятно, почему гравитационные возмущения распространяются намного быстрее световых. Возможно, для их распространения используются более короткие, внепространственные каналы типа «червоточин»?

Точного ответа на этот и другие подобные вопросы пока нет. Даже сами гравитационные волны пока не удается наблюдать или экспериментально зарегистрировать. Опытные установки, построенные в нескольких точках земного шара, пока не дали результатов, которые бы можно было однозначно интерпретировать как доказательство существования гравитационных волн.

И тем не менее теоретики отважно продолжают свои изыскания. К примеру, еще в 30-е годы XX века советский физик М. П. Бронштейн применил к описанию гравитационных волн математический аппарат квантовой теории микромира. Он предположил, что гравитационные волны должны быть если не тождественны, то, по крайней мере, родственны электромагнитным колебаниям, свету.

Действительно, ныне теория показывает, что при некоторых условиях гравитационные волны вполне могут вести себя как потоки неких частиц, квантов этих волн. По аналогии с фотонами и электронами эти частицы получили название гравитонов. Гравитоны, с одной стороны, очень похожи на фотоны, полагают теоретики. Как и частицы света, они всегда должны двигаться с максимальной скоростью. Их масса должна быть связана с движением — масса покоя, как таковая, отсутствует.

С другой стороны, между этими частицами должны быть и определенные отличия. Фотон взаимодействует только с электрическими заряженными частицами, гравитон же со всеми — он представитель всемирного тяготения.

Следующий логический шаг — обнаружение квантов времени. Существуют ли они на самом деле? Точно этого пока никто не знает — у нас нет приборов, которые смогли бы фиксировать эти частицы. Единственное, на что мы пока можем положиться, — на опыт всей физики. А он, этот опыт, учит: нет никакого времени, которое бы существовало «само по себе». Оно всегда связано с явлениями, которые происходят в окружающем нас мире. А значит, вполне вероятно, что на него должны распространяться законы этого мира. Так что в этом смысле мы вполне можем говорить о возможности существования неких частиц времени — хронотонов. Или хрононов?.. Точного названия для этих частиц пока нет, и их еще никому, как мы говорили, не удалось обнаружить. Хотя об атомарности, квантованности времени спорили еще мудрецы древности.

Однако физика — наука точная. Она не может существовать на одних предположениях. И если мы хотим реально говорить о возможности путешествий во времени, а тем более о машинах, это время преобразующих по нашему желанию, то, конечно, необходимы эксперименты, которые бы позволили отыскать не только кванты тяготения, но и кванты времени. Мерилом истины может быть только эксперимент. Но возможен ли он в нашем конкретном случае? Теоретики, а тем более экспериментаторы пока не могут ответить на этот вопрос однозначно.

Дело в том, что некоторые расчеты показывают, что уменьшить неопределенность в данном вопросе смогут лишь эксперименты, при которых микрочастицы должны будут обладать энергиями порядка 109 джоулей. Однако самые мощные ускорители, которые планируется построить в ближайшее время, могут обеспечить едва ли миллиардную долю этой энергии. По всей вероятности, подобный ускоритель вообще никогда нельзя будет построить — ведь для его работы не хватит никаких планетарных ресурсов.

Впрочем, кое-какой выход из положения все-таки намечается. Если мы не можем создать подобные условия на нашей планете, надо поискать — не существуют ли они где-то во Вселенной. И тогда, наблюдая за ходом эксперимента в лаборатории природы, мы и сможем получить ответ на интересующие нас вопросы.

В связи с таким подходом многие исследователи в последние годы самым настоятельным образом советуют повнимательнее присмотреться к вакууму, то есть к космической пустоте, которая окружает все небесные тела. Судя по некоторым данным, эта пустота может оказаться вовсе не так пуста, как казалось еще недавно.

На сегодняшний день под вакуумом понимают такое состояние физической системы, когда в ней нет ни полей, ни частиц. Это состояние наименьшей возможной энергии, но оно вовсе не значит, что энергии в системе нет вовсе. В вакууме все время протекают самые различные превращения. И, разобравшись в них, мы наверняка еще очень многое поймем в сущности окружающего нас мира, в том числе и в такой странной и загадочной на сегодняшний день физической субстанции, какой является время.

Пока же давайте рассмотрим еще один аспект обсуждаемой нами проблемы. А зачем, собственно, надо путешествовать во времени и в пространстве? Чтобы получить какую-то информацию.

Но ведь ее можно получить не только непосредственным наблюдением.

Однако прежде чем вы поймете, к чему я клоню, маленькое литературное отступление.

В одной из новелл испанского писателя XVI века Франциско Кеведы обвиняемый так отвечает на вопрос судьи: «Пять человек и все почтенные отцы семейств показывают, что видели меня в полдень выходящим из здешней церкви. А вы, дон Педро, хотите меня убедить, будто я в ту же минуту покидал дом несчастного дона Хоакино в Авидолвизе, до которого полдня пути. Можно ли быть в двух местах одновременно?..»

Сраженный такой логикой судья оправдывает подозреваемого в убийстве. Однако весь вечер его терзают сомнения. «Так-то оно так, — бормочет он себе под нос за ужином, — но этот мошенник способен на все»…

Действительно, кое-кому из литературных героев, прежде всего персонажам сказок, удавалось, если и не быть в двух местах одновременно, то в мгновение ока переноситься из одной точки пространства в другую. Но мгновенно — все-таки не одновременно. Если бы за ними следил какой-то дошлый наблюдатель, то он видел бы лишь мелькание, а не самих персонажей, пытающихся быть в двух местах одновременно. Согласитесь, это все-таки не то, что имел в виду кеведовский дон Педро.

Однако, как ни странно, его идея на сегодняшний день ближе всего к реализации не в очередном литературном произведении, а в одной из лабораторий Национального института стандартов и технологий в г. Боулдере, штат Колорадо.

Меньше всего данное открытие можно назвать случайным. У него есть свои истоки. Но относятся они, конечно, не к тому времени, когда жил и творил Кеведа, а к началу нашего столетия, когда Альберт Эйнштейн показал, что свет может проявлять себя не только как движение волны, но и как движение частицы. Не так просто было свыкнуться с мыслью, что нечто может быть и тем и другим. В физике еще продолжалось смятение умов, когда Луи де Бройль подлил масла в огонь, предположив, что если волны могут вести себя как частицы, то и частицы могут двигаться подобно волнам. То есть, говоря иначе, все на свете имеет двойственную природу — и частицы, и атомы, и молекулы… В общем, любые материальные объекты, в том числе, вероятно, и мы с вами.

Двойственная природа частиц и атомов была доказана достаточно давно, а вот молекул — всего лишь в 1999 году. Дэвид Ричард, физик из Массачусетского технологического института, выяснил, что и молекулы могут вести себя и как частицы, и как волны. Он сам и его коллеги, увлекшиеся мезофизикой, то есть наукой, изучающей промежуточные явления между макро- и микромиром, задаются сегодня вопросом: «Где же граница применимости парадоксальных законов квантовой механики?» Законам, по которым, с одной стороны, частицы, находящиеся в разных концах вселенной, могут как бы ощущать движение друг друга. А с другой — чем точнее мы измеряем скорость частицы, тем неопределеннее, согласно принципу неопределенности Гейзенберга, становится ее положение в пространстве.

Что можно сказать сегодня о парадоксе кошки, который придумал в 1935 году австрийский физик Эрвин Шредингер?

То был мысленный эксперимент, который, по мысли его автора, должен был уравнять микромир с нашим обычным миром. «Предположим, в закрытом ящике находится кошка, — рассуждал Шредингер. — А рядом с ней — флакон с ядом. Там же имеется атом радиоактивного элемента. Как только он распадется, особый молоточек ударит по флакону, тот разобьется и кошка погибнет от яда. Вероятность распада — 50 %. Что мы можем сказать о кошке, глядя на ящик?..»

С житейской точки зрения, кошка либо жива, либо нет. «С позиций же квантовой механики, она и жива и мертва с вероятностью 0,5, — скажет физик-теоретик. — И такое состояние будет продолжаться до тех пор, пока мы не откроем ящик. Взглянув на кошку, мы тем самым сделаем ее состояние определенным, сведем на нет ее волновую функцию…»

Немало мистического тумана было в свое время напущено вокруг шредингеров-ской кошки. Как понять, что она может быть жива и мертва одновременно? Получается, что она наполовину находится в нашем, а наполовину в ином мире… А если такое возможно в теории, то как выглядит на практике? Не являются ли всем известные призраки и привидения этакими «родственниками подуху» шредингеровской кошки?..

Ученый уж и сам был не рад, что пустил в оборот такую абстракцию. Кошка и ее приключения не давали ему покоя долгие годы. Лишь в наши дни эта теоретическая выдумка, кажется, начала конкретизироваться.

Карлос Страус и Майкл Мойл из Рочестерского университета (штат Нью-Йорк) решили воссоздать физический эквивалент мысленного эксперимента. Они прицелились в один из электронов атома калия, находившийся на внешней орбите, и послали в него два лазерных импульса. Получив избыточную энергию, электрон обычно либо переходит на более высокую орбиту, либо вообще покидает атом. Но в данном случае не произошло ни того ни другого. Подняться выше электрон не смог, поскольку и так находился на самой высокой, внешней орбите. Удалиться же восвояси ему тоже не удалось — энергия подавалась не враз, как это необходимо при отрыве, а так сказать, порционно. И электрон в конце концов… разделился надвое — на два разных состояния, подобно шредингеровской кошке, которая наполовину жива, наполовину мертва. Причем когда к раздвоенному электрону присмотрелись, оказалось, что обе «половинки» находятся еще и в разных местах — на прежней своей орбите и на орбите, более близкой к центру атома.

Такое положение было в 1999 году. Но как сообщил совсем недавно журнал «Сайнс», в двух местах одновременно удалось зафиксировать уже целый атом. Произошло это в том самом Институте стандартов и технологий, где недавно были созданы сверхатомы — конденсат Эйнштейна — Бозе, состоящий из замороженных почти до абсолютного нуля частиц, сваленных в общую кучу. (О том, что при сверхнизких температурах атомы и частицы ведут себя не так, как обычно, разговор нужен отдельный.)

Согласно описанию, операция по раздвоению атома выглядела так. Группа физиков во главе с Кристофером Монро мощным лазерным импульсом отодрала от атома калия один из двух внешних электронов. В результате нейтральный атом превратился в положительно заряженный ион, а стало быть, и может реагировать на электромагнитные взаимодействия.

Чтобы оперировать дальше, атом надо было обездвижить. Тот же лазер короткими импульсами в противофазе сковал тепловые движения, и температура атома упала почти до абсолютного нуля. Атом поместили в электромагнитную ловушку, где другой лазер — осторожно и деликатно — коснулся лучом второго, еще оставшегося на своей орбите электрона.

При этом у электрона были равные шансы завертеться волчком как по часовой стрелке, так и против нее. Экспериментаторы лишили его права выбора. Лазерный луч посылался таким образом, что электрон превратился в своего рода крутильный маятник, вращавшийся попеременно то в одну, то в другую сторону.

Дальше начинается, казалось бы, уж чистой воды фантастика. Еще одна манипуляция лазерным лучом, деликатное прикосновение к самому ядру, и два атомных состояния — одно, тяготевшее к вращению по часовой стрелке, а второе — к вращению против — были разведены в пространстве. Разошлись они, как в море корабли, правда, на куда меньшее расстояние — всего на 83 нанометра. В микроскоп такую дистанцию не разглядишь, но на интерференционной картине уже видно: вот след одного атома, а вот другого.

Столь хитроумный, но вместе с тем не представляющий вроде бы ничего сверхъестественного эксперимент наводит между тем на весьма странные выводы и предположения. Судите сами.

Согласно экспериментам американских физиков получается, что электроны и атомы нашего мира могут иметь нечто вроде призрачных теней-двойников. Но призраки, извините за невольный афоризм, это уж признаки потустороннего мира.

Но где размещается царство теней? То самое Зазеркалье, о котором человечество говорит, пожалуй, со времен возникновения цивилизации… Как ни удивительно, современная физика, похоже, готова дать ответ и на этот вопрос.

Вспомните: в своей нобелевской речи, произнесенной в 1933 году, английский физик Поль Дирак нарисовал картину сосуществования двух миров во Вселенной — привычного нам и противоположного ему антимира, в котором все наоборот — электроны несут положительный заряд, левое оказывается правым и т. д.

В тот момент экспериментально были обнаружены лишь антиэлектроны, или позитроны. Но последующие эксперименты показали справедливость утверждений Дирака — ныне антиподы обнаружены практически у всех известных нам элементарных частиц.

Получило подтверждение и другое высказывание английского теоретика: знаменитый французский физик Фредерик Жолио-Кюри экспериментально выявил аннигиляцию — частицы и их антиподы при реагировании между собой обращаются в ничто, или, как говорят физики, в вакуум. При этом выделяется столь большое количество энергии, что, создай человечество аннигиляционную бомбу, современные ядерные и термоядерные заряды показались бы детскими хлопушками.

Однако, на наше счастье, сделать подобное устройство пока нереально. Дело в том, что античастицы, а тем более антиатомы не удается сохранить сколь-нибудь долго. Скажем, когда в сентябре 1995 года международная группа ученых получила первые 9 атомов антиводорода, те просуществовали лишь несколько мгновений и тут же аннигилировали. Да и сама технология получения антиатомов с помощью ускорителей такова, что для получения значительного количества антивещества понадобятся тысячелетия.

Впрочем, лиха беда — начало. Мало ведь кто предполагал в 30-е годы, что сразу же после Второй мировой войны ведущие страны мира разработают технологии, позволяющие наладить промышленное производство сначала ядерных, а потом и термоядерных бомб.

История же, как известно, имеет свойство повторяться на новом витке. Ныне сделаны уже первые попытки «законсервировать» антипротоны. В ЦЕРНе (Европейском исследовательском центре), расположенном близ Женевы, построена для них магнитная ловушка. Она получила название «пеннинг-трап» в честь голландского физика Франца-Михеля Пеннинга, который разработал ее прототип еще в 1936 году.

Представьте себе камеру, из которой выкачан воздух и с помощью сжиженных газов поддерживается температура порядка —230°С. Она окружена мощными электромагнитами, которые создают внутри сильное поле, способное сжать впрыснутые в камеру электроны в этакий замороженный столб. Затем в камеру добавляют антипротоны. Они тут же охлаждаются, как бы увязая, вмораживаясь в среду электронов.

В условиях сверхнизких температур встреча частиц с античастицами не приводит к аннигиляции. Реакции в столь жутком холоде просто не идут, и антиподы мирно сосуществуют некоторое время. Скажем, недавно сотрудник Национальной лаборатории в Лос-Аламосе Майкл Хольшейтер довел срок хранения антипротонов до двух месяцев, сумев удерживать от аннигиляции около 721 тысячи античастиц. А Джеральд Смит из университета штата Пенсильвания строит ныне ловушку, рассчитанную на 10 млрд, частиц, которые будут храниться еще дольше.

Со временем, наверное, аналогичным образом будет решена и проблема хранения и антиатомов. А это, в свою очередь, открывает принципиальную возможность ее более тщательного изучения с точки зрения физики. Фантасты и философы ведь уже, что называется, обсосали идею антимиров до косточки. «Если есть антиматерия и существуют антимиры, из нее состоящие, то в них вероятны антипространство и антивремя, — рассуждают они. — Причем получается, что наше темное прошлое для антимирян светлое будущее»…

То есть, говоря иначе, если есть антимир, то в нем существует антивремя, движущееся по отношению к нашему в противоположном направлении. А у каждого из нас, быть может, есть своя тень, отражение или, если хотите, двойник в антимире, для которого наша смерть — рождение, а наше рождение — смерть.

Получается, что с открытием антиматерии потусторонний мир Зазеркалья из области художественного вымысла и мистических легенд переходит в сферу пусть малоисследованной, но, тем не менее, реальной действительности. Получается, что в окружающем нас мире действительно могут существовать и призраки, и двойники, перемещение которых в пространстве весьма отличается от привычных нам канонов.

Давайте посмотрим, какой прок может быть человечеству от такого открытия.

В отличие от Кеведы братья Стругацкие предполагают, что иметь двойников — не такой уж большой грех. Ведущие сотрудники НИИЧАВО (научно-исследовательского института чародейства и волшебства) из повести «Понедельник начинается в субботу», например, отправляли своих «дублей» в очередь за зарплатой, сами предпочитая заниматься текущими исследованиями.

Впрочем, как полагают уже отнюдь не фантасты, дубли могут одолеть путь не только до кассы.

«Путешествуя в иные миры, тело оставьте дома», — призывает путешественников грядущего известный наш специалист в области космонавтики, доктор технических наук К. П. Феоктистов. И далее так развивает свою мысль.

«Ломиться» сквозь пространство с помощью звездолетов и прочих механических конструкций довольно бессмысленно — невзирая на самоотверженное затворничество космонавтов, сведения, привезенные ими через сотни лет после старта, скорее всего успеют безнадежно устареть. Так что стоит, наверное, обратить внимание на другие способы, в частности, на путешествие разумных существ в виде пакетов информации. Говоря иначе, в космическое пространство отправляется «информационный двойник человека», снятый с него примерно так же, как сегодня отделяют информационное обеспечение, пакет программ от работающей с ними ЭВМ.

Если пакет информации — аналог личности — передать через эфир с одной станции на другую и там переписать заново в какой-то материальный носитель, то на далекой планете, в окрестностях далекой звезды появится интеллектуальный «двойник» оставшегося на Земле человека. Он сможет действовать и удовлетворять человеческое любопытство точно так, как это делал бы сам исследователь. Причем для вящего удобства путешественника его разум на другой планете будет помещен в соответствующую местным условиям оболочку, как это предлагает, скажем, в своей фантастической повести «Обмен разумов» известный американский писатель Роберт Шекли.

В принципе, таким образом можно поддерживать отношения не только с иными мирами, но и с антимирами. И появление призраков из смежных или дальних пространств станет таким же привычным, как мы сегодня наблюдаем изображения артистов на теле- или киноэкране.

Но когда можно ожидать осуществления подобного проекта на практике? Доктор Самюэль Бронштейн, работающий в одном из подразделений всемирно известной корпорации IBM, полагает, что ждать осталось не так уж долго. «Известные нам законы физики не препятствуют воссозданию дублей в эксперименте, — говорит он. — Во всяком случае, к передаче первых атомов и субатомных частиц можно приступить уже через несколько лет».

«Но как же так, — возможно, скажете вы. — Ведь еще недавно, согласно принципу неопределенности Вернера Гейзенберга, считалось, что нельзя с одинаковой четкостью определить и местоположение частицы, и ее заряд. А коли так, значит, копия на том конце линии связи будет весьма приблизительной, нечто вроде карикатуры на оригинал»…

Да, все это так. Но специалисты ныне больше уповают на другой принцип — принцип корреляции Эйнштейна — Подольского — Розена. Свяжите вместе две субатомные частицы, гласит этот принцип, а потом разнесите на сколь угодно большое расстояние и вы обнаружите, что частицы все равно копируют движения друг друга. Вот этот принцип и является ключом к телепортации.

«Итак, — считает доктор Бронштейн, — телепортация человека — всего лишь инженерная проблема. Принципиальных трудностей тут нет». Правда, скорого осуществления проекта он все же не обещает. «Например, чтобы с разрешающей способностью до 1 мм описать в трех измерениях только внешность какого-либо человека, требуется 10 гигабайтов компьютерной памяти. Для описания на субатомном уровне ее нужно несоизмеримо больше. И трансляция последовательности с использованием имеющихся ныне линий связи на передачу особенностей любой личности может уйти порядка… 100 млн. веков!»

Таким образом, остается надеяться, что со временем ученые изобретут какие-то способы мгновенной сверхдальней связи, использующей каналы, пронизывающие пространство-время. И тогда мы точно будем знать, каким же образом злодей из новеллы Кеведы сумел осуществить свой замысел? И по каким признакам смог догадаться о такой возможности проницательный судья?..

Кстати, возможно, мы не одни размышляем над подобной проблемой. Очень может быть, что где-то там, у чужой звезды, представители иной цивилизации ломают голову (или что там у них для этого еще есть) над подобной же проблемой. И когда-нибудь поиски, ведущиеся с двух концов, увенчаются совместным успехом — информационный мост будет установлен.

Тогда в любой момент мы сможем послать сигнал на тот конец линии: «Ау, инопланетяне! Будьте готовы поменяться!..» Отправим им информационную посылку, содержащую полное представление о каком-то землянине, а в ответ получим… Что именно — это уж, наверное, повод для очередного фантастического сюжета. Основанного, тем не менее, на последних научных данных.