Этан Дрей стоял в гостиной своего пентхауса, залитого светом лампы и пристально смотрел на меч. Его лицо с орлиным профилем слегка вытянулось от удивления, во взгляде задумчивых серых глаз читалось то же чувство. Медленно потянувшись, он взял меч с каминной полки.

Тот был длинным, блестящим, с черной рукоятью и зазубренным клинком. С любовью Этан пробежался пальцами по зазубринам, безмолвно, но красноречиво повествующих о битвах прежних дней. Казалось, воин задумался еще глубже.

— Свайн, Педро Лопес и другие… — с грустью прошептал он. — И Чири… Если бы я только мог увидеть их снова…

Этан скривился от осознания собственной беспомощности. Высокая широкоплечая фигура словно сдулась.

— Нет, — печально сказал он. — Все это случилось миллион лет назад…

Миллион лет!

Взявшись за рукоять меча, Этан прищурился, и на мгновение комната исчезла для него. Он заглянул в прошлое, которое вспоминал, находясь в будущем.

Этан сейчас видел себя таким, каким был года два назад — рядовым Французского Иностранного легиона, вместе со своими товарищами устроившим засаду на арабских всадников в самом сердце Сахары. Но все его спутники были убиты, а он остался последним выжившим. Тогда перед ним возник этот мираж.

Что-то засверкало, некая неведомая сила подхватила Этана и куда-то потащила. Больше он ничего не помнил. А когда пришел в себя, то оказался в странном месте в странное время — на миллионы лет в будущем.

Его пронесли сквозь толщу времени Ким Ивим, старый ученый из этого самого будущего, и его дочь, очаровательная Чири. Помимо Этана, старик вытащил из прошлого еще пятерых воинов из разных времен, миновавших бездну веков благодаря лучу времени, созданному Кимом.

Ханк Мартин — горный траппер времен Кита Карсона[1]; Джон Крев — солдат-пуританин из армии Оливера Кромвеля; Педро Гомес — испанский конкистадор из отряда Кортеса; Свайн Нильсон — огромный пират-викинг из десятого столетия; и Птат — солдат армии Древнего Египта.

Эти пятеро стали Этану верными товарищами, невзирая на то, что, оказавшись в далеком будущем, они подвергались смертельной опасности.

Вместе они помогли Чири спасти отца, Ким Ивима, от желавших использовать его временные лучи для недобрых целей.

И в последний момент, когда земля у них под ногами в буквальном смысле ушла под воду, Ким Ивим спас шестерых друзей от смерти, отправив их назад, каждого в свое время. Этан снова проснулся в Сахаре, в тот самый день и год, когда ученый забрал его.

Но что случилось с Кимом и Чири? Этан не мог ответить на этот вопрос, и от очень этого страдал. Успели ли старый ученый с дочерью сбежать в еще более отдаленное будущее, как планировали? Или не смогли до катастрофы покинуть тонущий континент и погибли?[2]

Этан не знал и подозревал, что никогда не узнает об этом, отчего его сердце сжалось. Никогда больше он не будет сражаться плечом к плечу со своими пятью друзьями. Никогда больше не увидит Чири — девушку из будущего, в которую был влюблен.

Воин медленно повернулся и, крепко сжимая меч, тяжело прошел к открытому французскому окну, выходящему на террасу пентхауса. Встав у парапета, Этан уставился в непроглядную ночь. Нью-Йорк спал, тускло мерцали вдали огоньки, как будто придавленные низкими слоями туч. С западой стороны на фоне облаков виднелись красные и зеленые фонари Майями.

— Чири! — прошептал Этан, четко выговаривая ее имя.

Неожиданно он словно окаменел, ощутив некое изменение в атмосфере, странное быстро возникшее напряжение, шёпот, словно где-то рядом зазвучали незнакомые голоса.

Этан так и не понял, что происходит, но в серых глазах неожиданно для самого себя вспыхнула надежда.

— Чири? — с напряжением в голосе повторил воин.

А затем все и случилось. Яркая вспышка, грохот. И он полетел во тьму.

Когда Этан начал приходить в себя, на него со всех сторон обрушились звон мечей и грубые крики. Не поверив своему слуху, он приоткрыл глаза и понял, что находится в маленькой металлической комнате с огромными окнами, через который лился темно-красный солнечный свет, совершенно непохожий на свет солнца в наше время.

Этан лежал на полу рядом с приземистой машиной странного вида, наверху которой возвышалось сооружение, похожее на глобус. Ему был хорошо знаком этот прибор, и мужчина обрадовался. Точно такой же излучатель вытащил его в будущее из своего времени.

Потом над ним склонились одновременно два человека: старик и девушка — оба одетые в короткие белые туники. Седые волосы, тонкие черты лица, выцветшие голубые глаза — Этан сразу узнал старика. А потом взглянул на девушку, милую и очаровательную, чье лицо окружало облако черных, как крыло ворона, волос. Ее красные губы были чуть приоткрыты, а во взгляде темных глаз читался вопрос.

— Чири! — воскликнул Этан, с трудом поднимаясь на ноги. — И Ким Ивим! Вы снова протащили меня через бездну времени? Два года я надеялся, молился, чтобы это вновь произошло!

Мгновение — и девушка оказалась в его объятиях.

— Этан, мы в опасности! — воскликнула она. — Сейчас мы перенесли тебя во время, отстоящее на два миллиона лет от твоего. Мы с отцом бежали сюда после уничтожения Тза-ра… А теперь правящие Землей в эти времена ищут нас!

— Вот почему я снова вызвал из прошлого тебя с товарищами! — воскликнул Ким Ивим. — Я снова прошу вас помочь, так как Повелители собираются атаковать нас прямо здесь!

Этан повернулся и через открытую дверь маленького металлического домика увидел странную сцену.

Снаружи раскинулся сверхъестественный, неземной лес — огромные зеленые баобабы возвышались, словно башни, в тусклом свете красного солнца, опускающегося к горизонту. И из этого гротескного гигантского леса один за другим выходили белокожие воины в броне и шлемах с обнаженными мечами в руках. Судя по всему, они направлялись прямо к домику.

Позади сгрудились предводители, сильно отличающиеся от своих воинов. Высокие люди с красной кожей, тонкими руками и ногами, огромной грудью и высокими, безволосыми черепами. Лица их напоминали лики кадавров, с пустыми белыми глазами. Они выглядели не совсем людьми!

Воинов, сдерживающих белых рабов повелителей, было пять: гигант в шкуре оленя и енотовой шапке орудовал огромным ружьем, как дубиной; испанский конкистадор в соответствующих шлеме и кирасе, бранясь, с мастерством орудовал мечом; огромный пуританин в шляпе и длинных черных одеждах крутил над головой палаш; рослый викинг вращал сверкающий топор; а маленький курчавый египтянин в бронзовых доспехах виртуозно действовал коротким бронзовым мечом.

— Свайн, Ханк Мартин и остальные! — радостно воскликнул Этан, направляясь к двери.

— Я вытащил и их из бездны времени, когда Повелители напали на нашу обитель! — сообщил Ким Ивим.

— Вам с Чири лучше подождать здесь, — распорядился Этан. Сжав меч, который он бессознательно прихватил с собой, когда провалился в бездну времени, молодой американец выскочил из дома и присоединился к сражающимся.

Двое белых воинов сильно наседали на человека в оленьих шкурах. Этан обрушился на них сбоку до того, как они осознали его присутствие.

Два резких удара, и они полетели на землю с перерезанными глотками. Ханк Мартин, высокий траппер, крутанулся, и загрубевшее бурое лицо расплылось в улыбке, когда он узнал Этана Дрея.

— Это ты, приятель! — а потом, повернувшись к остальным, добавил: — Ким Ивим вытащил Этана нам вна подмогу!

— Собрались, ребята! — воскликнул Педро Лопес, не переставая сражаться. Испанский конкистадор двигался очень быстро — его меч сверкал, как молния. — Слава Богу, мы все теперь здесь, так покажем этим канальям!

— Заткнись, Аопес! — перекрывая звон стали, прогремел низкий голос Джона Креве, огромного пуританина. — Сейчас, когда наши жизни поставлены на кон, не время поминать всуе Всевышнего.

— Озирис, неужели эти собаки еще не устали атаковать? — пробормотал Птат, маленький египтянин. Он топтался на месте, отбивая удары противника коротким бронзовым мечом.

А Свайн Нильсон, чьи светлые волосы развевались на ветру, выбиваясь из-под рогатого шлема, поначалу ничего не сказал. Его синие ледяные глаза сверкали, утробный смех всякий раз вырывался из груди, когда он наносил удар огромным топором.

— Ха, друзья, вот это жизнь! — наконец выдохнул викинг.

Бой подходил к концу. Белых воинов осталось с полдюжины, но атаковали они яростно, понукаемые повелителями, стоящими позади.

Тут Педро Лопес поскользнулся на траве, залитой кровью, и упал.

Два война, словно коты, прыгнули на упавшего испанца. Но Ханк Мартин огрел одного из них по шлему прикладом ружья, а Лопес, оказавшись на коленях, извернулся и выпустил кишки второму.

— Хау! Хау! — взвыл траппер в одежде из оленьих шкур. — Ты можешь встать и сражаться как мужчина, а, Педро?

— Да я один их всех перебью! — взревел испанец, метнувшись вперед, словно разъяренный бык. — Sangro de Cristo[3], я…

— Они отступают! — триумфально проревел Джон Креве. Его массивное лицо покраснело, разгоряченное битвой.

Оставшиеся в живых противники и в самом деле отступили, несмотря на угрожающие крики их повелителей. Но, осознав, что другого выхода нет, краснокожие уроды последовали за воинами. Американец с товарищами с радостными возгласами вернулись в железный дом.

— Эван! — серебристым голоском позвала Чири.

Тот повернулся в ее сторону. Крик хрипом вырвался из горла от зрелища, открывшегося ему. Видимо, пока они сражались, четыре краснокожих владыки обошли с тыла металлический домик и схватили Чири и Ким Ивима.

Завывая, Этан рванулся назад к дому, размахивая окровавленным мечом. Он пулей пронесся через две маленькие комнаты и заднюю дверь.

Однако похитителей ждали лошади — они вскочили в седла, подхватили парализованного старика и девушку, сопротивлявшуюся, словно дикая кошка. Когда Этан был уже рядом, предводитель владык отдал какой-то приказ, и воины ответили ему радостным улюлюканьем.

Четыре всадника пронеслись через лес и вскоре затерялись среди гротескных деревьев. Этан рванулся было следом, но они уже исчезли из поля зрения. Крики Чири какое-то время еще доносились издалека.

С перекошенным лицом и выпученными глазами Этан бросился назад к домику. К тому времени последний из белокожих воинов был добит, и остальные встретили его у заднего крыльца дома.

— Красные дьяволы забрали Чири и Ким Ивима! — выкрикнул американец. — Пока мы тут сражались, они подкрались с заднего хода и проскочили в дом. Они уехали на запад… и мы должны отправиться следом за ними!

— Конечно! — согласился Педро Аопес, глядя куда-то в глубь леса. — Во имя Бога! Эти мерзавцы будут сожалеть о том дне, когда попытались поднять руку на друзей испанского кавалера!

Свайн и Джон Крев также уверенно взглянули на Этана. Но Птат не дал им шагнуть вперед. Маленький смуглый египтянин выглядел задумчивым.

— Подождите! — поднял руку он. — Если они верхами, то быстро мы их не догоним. А бросившись за ними сломя голову, и сами попадем в ловушку.

— Птат прав, — растягивая слова, задумчиво произнес Ханк Мартин. — Нам нужно где-то раздобыть лошадей. И надо узнать, куда эти негодяи забрали Ким Ивима с дочерью.

Этан согласился с их доводами, однако сердце звало его броситься сломя голову через лес баобабов следом за краснокожими похитителями. Два года он грезил о том, чтобы увидеть Чири снова. И вот теперь, когда грезы стали реальностью, после того как американец уже держал девушку в объятиях, судьба снова забрала ее.

— Думаю, нужно посмотреть, может, кто-то из белокожих еще жив, — предложил Ханк Мартин. — Постараемся что-то у них узнать.

Они поспешили назад на поляну, где перед домом на истоптанной земле валялись тела поверженных врагов. Долговязый траппер склонился над одним из них. На груди этого воина виднелись две глубокие раны, глаза умирающего были широко открыты.

Белокожий смотрел на своих противников с ненавистью. Этан заговорил с ним на языке Тзара, который изучил, когда первый раз побывал в будущем, и, хотя интервал между этим временем и нынешним был около миллиона лет, он надеялся, что умирающий поймет.

— Откуда пришли вы и ваши хозяева? — спросил американец, наклонившись белокожим.

— Из города Дуун… пес! — задыхаясь, ответил тот на том же языке, что использовал Этан.

— И где находится этот Луун? Кто там правит? Ваши хозяева с красной кожей?

— Владыки правят… конечно… — пробормотал луунианский воин. — Они пришли на Землю сто тысяч лет назад. Они справедливо правят миром, а мы, люди, служим им. Что до Лууна, то это величайший из городов на этой планете… Город Дуун, — продолжил умирающий после долгой паузы, — лежит неподалеку отсюда. До него полдня пути. Он находится посреди огромной равнине, к западу от этого леса. Сегодня утром мы вышли из Лууна, чтобы взять в плен старика и девушку, которые, насколько было известно Владыкам, жили одни в этом лесу.

Луунианин с невероятным усилием приподнялся. Его затянутые дымкой глаза уставились на приятелей с неподдельной ненавистью.

— Я объясню вам, как добраться до Дуума, так как уверен: властелины прикончат вас всех, ибо вы посмели противиться их приказам.

И до того, как Этан снова заговорил, замертво рухнул на землю. Шесть приятелей столпились вокруг американца.

— Меня удивляет прежде всего то, что люди позволяют краснокожим дьяволам править ими, — проворчал Ханк Мартин. — Вы слышали его… Даже умирая, он оставался верен своим повелителям.

— Должно быть эти владыки — колдуны, — мрачным тоном предположил Джон Крев. — Демоны, посланные Сатаной, дабы поработить род людской.

— Чудовища, дьяволы… черт-те что. Не знаю, как вы, а я иду в Дуун! — объявил Этан. — Чири с отцом никогда не станут их рабами. А вы можете идти или нет, как пожелаете.

— Если кто-то из вас не захочет идти, то должен будет скрестить меч со мной прямо здесь и сейчас! — взревел Пе-дро Аопес, усы его угрожающе топорщились.

— Охладись, Педро, — проворчал траппер. — Мы все пойдем с Дреем, и он это отлично знает.

— Конечно, — поддержал его Свайн — глаза викинга сверкали. — В этом городе нас ждет настоящее сражение.

— Небеса сегодня жаждут крови, — сказал как отрезал, Джон Крев, смерив Свайна тяжелым взглядом.

— Он не прав… Не стоит в лоб вламываться в город. — мягким голосом произнес Этан. — Это не принесет пользы. Мы проберемся туда под покровом темноты, отыщем Чири и ее отца, затем постараемся незаметно вытащить их оттуда.

— Почему бы тогда не снять доспехи с этих мертвецов? — поинтересовался Птат, показав на мертвых лууниан. — В таком виде мы сможем пробраться в город незаметно.

Хотя Этан понимал, что подобное действо сильно их задержит, он согласился:

— Так и поступим. А теперь за дело.

Джон Крев с неодобрением посмотрел на доспехи, которые Птат уже стащил с тела одного из убитых.

— Как истинный христианин сможет носить одежды слуг дьявола? — с удивлением поинтересовался он.

— Но мы же пользуемся в битве клинками врагов? — возразил ему Педро Лопес. — Когда мы, испанские дворяне, последовали за доном Фернандо в Мексику, то с радостью носили там тканую броню ацтеков.

Через несколько минут все переоделись в броню мертвых лууниан, хотя она была мала для Свайна, да и Ханк Мартин, судя по всему, чувствовал себя в ней неудобно.

— А теперь лошади! — напомнил Этан. — Лууниане должны были оставить их где-то поблизости. Рассыплемся и поищем.

Немного поискав, они действительно обнаружили дюжину лошадей, стреноженных неподалеку на сумрачной поляне в зарослях баобабового леса. Те были взнузданы, имели на спинах высокие кожаные седла. Они попятились и зафыркали, когда шестеро попытались сесть верхом.

— А теперь в Луун! — приказал Этан. — Вперед!

Он пришпорил лошадь и сорвался с места, следом поскакали на запад и остальные.

Солнце садилось впереди, окрашивая лес и всадников в красные тона. Лошади скакали почти неслышно по мягкому, напоминавшему мох торфу.

На мгновение Этан оказался очарован происходящим. Он с приятелями, вырванными из времен более ранних, чем его время, ехали по необычному миру, отстоящему на два миллиона лет в будущем! Но чувство восхищения постепенно таяло, и мысли свернули на более неотложные дела.

— Чтобы составить план дальнейших действий, нужно понять, что случилось, — на скаку обратился он к своим спутникам. — Ким Ивим и Чири преодолели бездну времени с помощью проектора. И построили маленький домик в лесу, где и жили в полном одиночестве. А когда Владыки узнали об их существовании, то послали воинов, чтобы пленить старика с дочкой.

— И какое отношение это имеет к нашим дальнейшим планам? — поинтересовался Ханк Мартин. — Откуда явились эти самые Владыки?

— Из другого мира, как сказал умирающий, — напомнил Этан и, кивнув, продолжил: — Они и в самом деле выглядят, как инопланетяне. Однако как им удалось завоевать Землю и поработить людей?

После нескольких минут скачки по баобабовому лесу они совершенно неожиданно выехали на бескрайнюю равнину, поросшую высокой травой. Та протянулась до самого горизонта. В небе сверкало необычно тускло-красное солнце, повисшее у самого горизонта.

Пришпорив коней, они помчались по равнине на запад, в сторону заходящего солнца. Вскоре вдалеке засверкали темные купола и минареты.

— Это Луун! — не задумываясь, воскликнул Этан.

Ханк Мартин покосился на него.

— Далековато. Мы доберемся до него не раньше полуночи.

И друзья вновь пришпорили лошадей. Огромное солнце быстро скользило по небу, и далекие башни Лууна вскоре исчезли среди ночных теней.

Звезды начали зажигаться в небе. Они безмолвно взирали на разнородную компанию, несшуюся к городу по ночной равнине. В небе горели странные, незнакомые созвездия, которые Этан Дрей не мог распознать. За прошедшие миллионы лет звезды сменили свое положение, и все созвездия перепутались, словно карты в руках неопытного игрока. Пока они скакали по равнине, Дрей разглядывал мерцающие звезды и планеты на темном небе. С какой из этих планет явились эти странные Владыки, теперь правящие старой Землей?

Порой Этану казалось, что эта скачка под сверкающим звездным небом по бескрайней равнине будет бесконечна. Но, наконец, темные купола и башни Луума вновь замаячили на фоне темного неба, только теперь до них оставалось меньше мили. Воины теперь ехали по возделанным полям и палисадом.

— Переходим на шаг, — бросил Этан остальным. — Теперь мы должны действовать, как обыкновенная группа луунианских солдат, возвращающихся в город после патрулирования.

— Что до меня, то мне города никогда не нравились, — пробормотал Ханк Мартин, с сомнением глядя на черную массу строений. — И как мы сможем найти Ким Ивима в этом огромном каменном лабиринте?

— Спросим одного из местных, — провозгласил Педро Лопес. — И если он не сможет рассказать то. что нам нужно, мы перережем ему глотку и поинтересуемся у следующего.

— Роскошная стратегия, — с иронией заметил Птат. — Человек, который станет действовать подобным образом, никогда не будет командовать армией.

— Почему, если ничего… — начал оправдываться Лопес, а потом услышал, как Птат хихикнул в темноте, и, разозлившись, воскликнул: — Ты что, насмехаешься над нами? Я покажу, что Педро Лопес — ветеран сотни яростных битв и множестве мелких стычек, я не…

— Заткнись, Педро, — рявкнул Этан. — Ты хочешь, чтобы весь город узнал о нашем появлении? — а потом, повернувшись к остальным, добавил: — В этом городе, без сомнения, должна быть центральная тюрьма. Думаю, именно там Владыки заточили Ким Ивима и Чири. Мы должны найти ее.

— Когда мы обнаружим это calabozo[4], то как проникнем туда и как вызволим наших друзей? — поинтересовался Ханк Мартин.

— У меня на этот счет нет никаких идей, — вздохнул Этан. — Но мы все равно должны попытаться.

— Конечно, — уверенно пробасил Джон Крев. — Положимся на Бога и ударим посильнее. Пусть это станет нашим девизом!

— Убери подальше свое ружье, Хэнк, — потребовал американец, когда они не спеша поехали дальше. — Оно может выдать нас. То же касается твоего огромного топора, Свайн.

Тот усмехнулся и пробурчал:

— Не хотелось бы прятать его. Тайно пробираться в город врагов — не мой стиль.

Сердце Этана начало биться быстрее, когда они подъехали к городу. Копыта лошадей застучали по потертым камням брусчатки извилистых улиц, полностью темных, если не считать одиноких факелов, торчащих из каменных подставок. Всего несколько человек встретилось на улицах, и это были или белокожие рабы, или белокожие солдаты. И тех, и других группа воинов во главе с Этаном совершенно не интересовала.

Город Луун выглядел по-варварски. Недостаток освещения и других признаков индустриальной цивилизации, озадачил Этана. Если краснокожие Владыки и в самом деле явились на Землю из другого мира, то это подразумевало научные знания, совершенно не соответствующие архаичному образу жизни, который они наблюдали. Даже во время схватки в лесу его противники были вооружены исключительно мечами и копьями. Никакого высокотехнологичного оружия! Друзья продолжали ехать плотной группой по извилистым улочкам Лууна, пока впереди не показалось огромное темное здание. Чудовищная крепость, поднимающаяся вверх террасами, — отвратительная цитадель, напоминающая рукотворную гору. Свет факелов вырывался из ее многочисленных окон. А потом они увидели арку входа, который охраняли несколько рядов луунианских воинов.

— Скорее всего, они держат Чири и Ким Ивима здесь! — предположил Этан. Друзья натянули поводья и остановились, разглядывая цитадель.

— Если так, то мы не сумеем спасти их, — пробормотал Птат. — Эту крепость охраняет целая армия.

— А я не думаю, что Ким Ивим и его девочка здесь, — неожиданно заявил Ханк Мартин и показал на маленькое строение позади крепости — низкое, вытянутое черное здание. — Как по мне, так оно больше похоже на calabozo. Видите, окна забраны металлическими прутьями?

Этан согласился, что траппер, скорее всего прав. Окна продолговатого здания и в самом деле были забраны металлическими прутьями.

— Да, это должно быть и в самом деле тюрьма Лууна! — воскликнул он, вновь ощутив возрождающуюся надежду. Потом повернулся в седле. — Я отправлюсь туда. Ты, Птат, поедешь со мной. А остальных я прошу подождать здесь.

— Как ты сможешь освободить наших друзей с помощью только двух клинков? — с яростью воскликнул Педро Лопес. — Мы поедем все вместе!

— Нет! — отрезал Этан. — Если нам удастся вытащить из темницы Ким Ивима и Чири, то не с помощью грубой силы.

Если нас будет много — это вызовет подозрения, и мой план провалится. А так, я надеюсь, вдвоем нам удастся обмануть охрану, использовав пару «фокусов».

Хотя конкистадор еще бормотал какие-то возражения, он остался с остальными на темной улице, в то время как Этан с Птатом, пришпорив лошадей, поскакали к приземистому зданию, стоящему на другой стороне площади за крепостью.

Им пришлось сделать довольно большой крюк, чтобы не приближаться к возвышающейся крепости. Этан разглядел группу краснокожих повелителей в одной из комнат, освещенной многочисленными факелами.

— Должно быть, все Властелины Лууна обитают в этой цитадели, — задумчиво произнес Птат. — Мы не видели никого из них в городе, и тут нет больше ни одного места, которое так хорошо охранялось бы.

Этан кивнул, а потом обратился к египтянину:

— Продолжим разговор, когда войдем в тюрьму.

Через несколько минут они подъехали к низкому продолговатому зданию, которое считали тюрьмой, и увидели вход, перегороженный металлическими прутьями. За прутьями был небольшой зал, где на страже находились четверо белых воинов.

— Послание от Владык! — уверенным тоном объявил Этан на языке белокожих воинов. — Вызовите вашего офицера.

Он очень надеялся, что стражи не заметят его странного акцента. Если они что-то заподозрят, все будет потеряно. Но те, казалось, так ничего и не заметили. Один из стражников побежал за офицером. В то время как остальные стали поднимать ворота, чтобы Этан и Птат смогли заехать в зал. Когда американец с египтянином оказались внутри, они вновь опустили врата.

Появился офицер луунианской стражи, протирая сонные глаза и пытаясь напялить на голову металлический шлем.

— Что просили передать Владыки? — вежливо поинтересовался он.

— Наши священные правители послали нас, чтобы мы привели к ним старика и девчонку, которых поймали сегодня в лесу, — грубым голосом ответил Этан. — Владыки хотят допросить их.

— Но девушки тут нет, только старик… Только старик тут! — запротестовал офицер лууниан. — Неужели Владыки этого не знают?

Сердце Этана ушло в пятки. Офицер смотрел на него, пораженный, и Этан понял: нужно что-то срочно придумывать.

— Конечно, они знают об этом! — фыркнул он. — Я не говорил, что пришел сюда за стариком и девушкой… Я сказал, что Владыки велели мне доставить к ним старика, которого поймали вместе с девушкой.

— Извините… Я вас неправильно понял, — ответил лууни-анский офицер. — Пойдемте, я вас к нему отведу.

Этан и Птах последовали за ним по каменным мрачным, сырым, заплесневелым коридорам, залитым светом факелов. Судя по всему, здание было построено несколько сотен лет назад. Потом капитан остановился и отпер дверь грубым металлическим ключом.

— Тот, кто нужен вам, внутри, — сказал он Этану.

В этот миг Этану показалось, что офицер слишком пристально смотрит на него, в его взгляде читался неподдельный интерес.

— Очень хорошо, — объявил Этан. — Можете вернуться в свою комнату, — сказал Этан наигранно дружелюбно. — Мы сами отведем пленника к Владыкам.

Офицер оставил их, зашагав прочь по каменному коридору. Только тогда Птат и Этан вошли в каменную темницу. Чьи-то руки схватили американца за плечо.

— Я узнал твой голос! — воскликнул Ким Ивим. — Вы сошли с ума, явившись сюда!

— Где Чири? — выдохнул Этан. — Если она не в этой темнице, то где?

— В подземелье обители Владык, — с болью в голосе ответил старый ученый. — Поскольку она молода и красива, Владыки решили забрать ее на Пир Жизни, который состоится завтра ночью.

— Пир Жизни… Что это? — потребовал Птах.

— Я точно не знаю, но это ужасный обряд, который Владыки проводят каждый месяц, принося человеческие жертвы, — выдавил Ким Ивим, в голосе его слышалось отчаяние.

— Только Озирис может спасти деву… Мы не сможем! — в ужасе воскликнул Птат. — Чтобы попасть в крепость, нам понадобятся тысячи воинов! Туда не войти с помощью трюка, так как мы попали сюда.

— Но мы должны спасти Чири! — не сдавался Этан, а потом с отчаянием в голосе поинтересовался: — Ким Ивим, неужели не существует способа расшевелить лууниан и поднять их против Владык, повести на цитадель?

— Нет, нет! — воскликнул Ким Ивим. — Дууниане никогда не поднимутся против своих повелителей, потому что все люди в этом городе находятся под своего рода гипнотической властью Владык.

— Гипнотической? — переспросил египтянин.

— Да, я открыл это почти сразу, как мы очутились тут, — быстро добавил старый ученый. — Когда Владыки явились на Землю из далекого мира, они завоевали и поработили людей, втайне отравив всю воду с помощью гипнотического препарата, который едва заметно изменил их мировоззрение, и люди стали подчиняться Владыкам. Но это было несколько тысяч лет назад. С тех пор краснокожие безраздельно правят Землей. Они деградировали и утратили большую часть своих знаний, но все еще продолжают пичкать своим препаратом людей, живущих в городах. Эти люди никогда не восстанут, пока пьют это «лекарство». Мало того, лууниане будут сражаться, защищая своих Владык.

— Тогда я был прав… Нет никакой надежды спасти девушку, — снова воскликнул Птат. — Ибо, судя по вашим словам, на Земле не осталось людей, не подверженных действию препарата! Тут лишь рабы Владык. Так откуда мы сможем взять армию, чтобы захватить крепость?

— Я смог бы призвать такую армию… Да, и достаточно большую! — восторженно объявил Ким Ивим. — Я смогу сделать это. Если вернусь назад в свой домик в лесу, где находится проектор временных лучей.

Этан, невзирая на то, что сильно опасался за Чири, пришел в замешательство.

— Боже мой, Ким Ивим, не хотите же вы сказать, что приведете армию из…

— Да, из прошлого! — подтвердил тот. — С помощью своего проектора я могу вытащить тысячи людей из прошлого, так же легко, как вытащил вас шестерых. Я могу привести из прошлого огромную армию, и мы поведем ее назад на Луун, чтобы напасть на город и цитадель, освободить Чири и уничтожить власть Владык раз и навсегда.

На мгновение застыв, Этан и Птат уставились на старого ученого, пораженные грандиозностью его плана.

Вытащить из прошлого целую армию! Поднять сонмы воинов, чтобы уничтожить одурманенных, порабощенных людей будущего!

— Клянусь когтями Бает, это потрясающе! — радостно воскликнул Птат. — Тогда и в самом деле у нас есть надежда спасти девушку.

— Это может сработать, — заметил Этан, в то время как мысли его мчались по кругу. — Но на то, чтобы отвезти Ким Ивима назад к проектору, призвать армии из прошлого и переправить их к городу потребуется уйма времени. А завтра в полдень, как вы сказали, Чири ждет ужасная судьба…

Челюсти Этана сжались от внезапной решимости.

— Птат, ты вместе с остальными и Ким Ивимом поедете за проектором, поможете воплотить в жизнь его план.

— А ты? — с беспокойством в голосе поинтересовался египтянин.

— Я останусь здесь. В Лууне, — отрезал Этан. — Я не оставлю Чири тут одну… Мы можем опоздать и не успеть спасти ее от этого Пира Жизни. Я останусь здесь и попытаюсь вытащить ее из крепости… Однако будем надеяться, что вы прибудете вовремя. В крайнем случае сможете отомстить за нас.

— Нет, Этан, ты говоришь, как безумец! — возразил Ким Ивим. — На мой взгляд, крепость надежно охраняется отрядами воинов, крыса не проскользнет. Ты просто напрасно расстанешься с жизнью.

— Чепуха. Я должен попытаться, — мрачно повторил американец. — Иди, Птат… мы должны выбраться отсюда, а потом ты с Ким Ивимом должен уйти из города.

Они поспешно вышли из темницы и отправились назад по длинным полутемным коридорам. Старый ученый шел между двумя воинами, словно пленник, эскортируемый своими тюремщиками.

Этан напрягся, когда они подошли к залу, где располагались ворота-решетка. Неожиданно маленький египтянин остановился.

— Прислушайтесь! — приказал он.

Издали донесся встревоженный голос офицера, который отвел их в темницу, где держали старика.

— Я подозреваю, что люди, пришедшие за стариком, не те, за кого себя выдают. Они не посланники Высших, — объявил тот. — Они не знали, что девушки тут нет, да и на языке нашем говорят с акцентом, и выглядят не так, как люди из Лууна.

— Мы слишком задержались! — прошептал Птат.

Меч египтянина сверкнул, и в тот же миг клинок Этана Дрея выскользнул из ножен.

— Ким Ивим, держитесь сзади, — приказал американец. — Пойдем, Птат.

Они одновременно вышел в зал, дальней конец которого перегораживали толстые стальные прутья.

Офицер с четырьмя стражами ожидали там. А рядом с офицером стоял краснокожий, безволосый Владыка — пародия на человека с искривленными конечностями.

— Вы самозванцы! — гневно провозгласил он, обращаясь к троице, вошедшей в зал.

Узкие глаза Владыки уставились на ученого и его спутников.

— Двое — чужеземцы, которые сражались с нашими воинами в лесу сегодня днем! — выкрикнуло краснокожее существо неприятным, высоким голосом. — Убейте их!

Но Этан и Птат не стали ждать, рванувшись вперед. Офицер лууниан и один из воинов умерли, даже не поняв, что происходит. Они не успели обнажить свои клинки. Удары мечей американца и египтянина напоминали удары молний.

— Стража! — закричал Владыка нечеловеческим голосом, пятясь от страха.

— Открывай ворота, Птат, я попридержу их, — закричал Этан.

Он прыгнул к краснокожему, пытавшемуся поднять тревогу. Взмах клинка — и голова Владыки слетела с плеч, черная кровь фонтаном ударила в потолок.

Трое оставшихся в живых стражников задохнулись от ужаса, увидев смерть одного из своих повелителей, которым служили верой и правдой всю свою жизнь.

— Он убил одного из священных Владык! — потрясен-но выдохнул один из стражников. — Убейте его!

Три воина обнажив мечи бросились на Этана. Их лица кривилась от гнева.

Птат между тем боролся с воротом, поднимавшим решетчатые ворота. А отдаленный топот говорил о том, что из глубины здания на подмогу стражникам бегут новые воины.

Выставив ногу, Ким Ивим сделал подножку одному из трех выживших стражников. Второй споткнулся об упавшего, чем воспользовался Этан, яростно набросившись на противников. Несколько удачных выпадов, и тот стражник, что упал, и споткнувшийся об него были мертвы, в то время как третий бросился бежать, зажимая рану в плече.

— Стража! Сюда! — кричал он.

— Ворота открыты, — сообщил Птат.

Этан схватил за руку Кима Ивима. Вместе с египтянином они выскочили в ночную тьму. За спиной раздавался яростный рев — дюжина луунианских воинов бросилась следом. В этот момент настала очередь Этана звать подмогу:

— Свайн! Ханк! Сюда!

Где-то в глубине лабиринта темных улиц словно разъяренный бык взревел Ханк Мартин. Зазвенели копыта, и из темноты на полном скаку вылетели траппер, Лопес, Свайн и Крев.

— Где девушка? — спросил Ханк Мартин.

— Мы не смогли добраться до нее… Мы сможем спасти ее только в том случае, если вернем Ким Ивима к его машине! — ответил Птат.

— Посмотрите-ка! — взревел Аопес. — Они приближаются!

Луунианские стражи, безумные от ярости, неслись к ним

сломя голову.

— Убить еретиков, посмевших зарезать Владыку! — взревел их предводитель.

Когда стражники оказались рядом, Этан оглянулся. Один из нападавших ударил его в незащищенное плечо, другой, прежде чем Этан отбил удар, успел оцарапать бедро.

Птат сражался рядом. Но тут на стражников налетели четыре всадника. Палаш и сабля, боевой топор и длинное ружье, которым пользовались, как дубиной, смяли разбушевавшихся воинов. Однако безумные крики и шум схватки нарушили ночную тишину, эхом прокатившись по безмолвным улицам. Где-то в глубине цитадели ударил огромный колокол — лууниане подняли тревогу.

Джон Крев, раскрасневшись, развернул лошадь и подъехал к едва стоявшему на ногах Ким Ивиму. Он спешился, посадил старика в седло и крикнул Итану:

— Уезжайте! Я задержу этих богомерзких тварей!

— Нет, мы тебя тут не оставим! — ответил ему Этан.

Но пока он кричал, меч ударил по шлему, и огромный пуританин мешком повалился на землю.

Этан и Птат вскочили в седла. Американец попытался было пробиться к месту, где остался лежать Джон Крев, но стражники встали стеной.

— Если мы не поспешим, то оставим тут свои скальпы! Скачем назад! — настойчиво позвал Ханк Мартин.

— Сейчас мы не сможем спасти ни Чири, ни Крева! — прокричал Птат Этану. — Поехали, или у нас и вовсе не останется шансов выбраться из этого города!

Мгновения хватило американцу, чтобы понять: маленький египтянин прав. Луунианские воины бежали со всех сторон. Казалось, весь город проснулся и готов обрушиться на беглецов.

— Попробуем выбраться из Лууна! — объявил Этан.

И, пришпорив лошадей, они понеслись по темным улицам, наполненным вскочившими по тревоге воинами.

Пригнувшись к шеям коней, друзья скакали по темным улицам, а воины, пытавшиеся остановить их, разлетались в разные стороны, словно кегли. Звон копыт эхом разносился по темным улицам странного города.

Позади громко звенел колокол в крепости Владык. Факелы сверкали во тьме, как стая встревоженных светлячков. Но уже через несколько минут беглецы покинули город и помчались галопом по темной равнине среди спящих ферм, а потом по бескрайнему морю высокой травы.

— На восток! — тонким голосом закричал Ким Ивим, перекрикивая рев ветра. — Мы слишком сильно отклонились к северу!

Этан немного развернул свою лошадь вправо, остальные последовали его примеру. Оглянувшись, он увидел, как из огромной, темной массы Лууна вытекает поток факелов, направляясь следом за ними.

Ярость и беспокойство сжали сердце, американец боялся, что они не успеют спасти Чири и пуританина.

— Первый раз я оставил раненого товарища на поле боя! — в ярости воскликнул Педро Лопес, подстегивая коня. — Во имя Бога, скажите, почему мы даже не попытались помочь ему?!

— Джона всего лишь оглушили… И не убьют, по крайней мере, завтра до полудня, — пояснил Ким Ивим — Он, без сомнения, будет представлен на Пир Жизни, как и Чири. А к тому времени мы вернемся в Луун, если мой план удастся.

— Что это за Пир? — поинтересовался испанец. — И какой у вас план?

Этан, подъехав поближе, пересказал ему план, предложенный ученым, но в ответ услышал лишь недоверчивое восклицание.

— Боже, целую армию из прошлого? — задохнулся Ханк Мартин. — Безумная идея!

— Но я могу это сделать! — возмутился Ким Ивим. — Нужно просто расширить луч, и тогда я смогу вытащить из прошлого целую армию с той же легкостью, с которой вытаскивал одного человека.

— Хороший план! — ликующе воскликнул Педро Лопес. — Dios[5], мы покажем этим слизням из будущего, как могут сражаться люди из прошлого! Мы камня на камне не оставим от их проклятого города!

— Конечно, — грубым голосом пробурчал Свайн. — Во имя Тора, было бы замечательно сражаться бок о бокс великими воинами прошлых веков!

— Только я не могу понять, — начал Ханк Мартин, обратившись к старому ученому, — почему вы с помощью своего луча не можете вырвать из города этих негодяев Чири и Крева.

— Это невозможно, — ответил ему Ким Ивим. — Луч времени может пронзать пространство только одновременно с временем…

Пока они ехали, Этан, действуя вслепую, перевязал себе раненую руку. Вскоре огни Лууна исчезли вдали, однако Птат то и дело поворачивался в седле и пристально оглядывал залитую звездным светом равнину.

— Они преследуют нас, — с напряжением произнес египтянин. — Поняли, что мы направляемся в сторону леса.

— Ха! Пусть! — презрительно отмахнулся Педро Лопес. — Мы сделаем отбивную из тех, кто неосмотрительно погнался за нами.

— Нужно поспешить. — начал подгонять Этан, сходя с ума от страха за любимую. — Мы должны до полудня вернуться в Луун с армией. До полудня! Не позже!

Стуча копытами по темной равнине лошади оставляли позади милю за милей. В рассеянном, тусклом звездном свете друзья не могли определить, насколько близко находились преследователи.

Казалось, прошли не часы, а столетия, прежде чем впереди показалась темная стена гротескного леса баобабов. Не снижая скорости, друзья въехали под полог огромных деревьев и словно растворились среди темных теней. Вскоре они выбрались на маленькую лесную полянку, где, слабо поблескивая, стоял металлический домик Ким Ивима. Быстро спешившись, они стреножили лошадей и вошли внутрь.

— Скоро утро! — воскликнул ученый. — Нам нужно вынести проектор на равнину, в лесу нет достаточно большой поляны, чтобы на ней смогла разместиться армия, которую я призову из прошлого.

— Сначала переоденемся в привычную одежду, — проворчал Ханк Мартин. — Я чувствую себя голым в этой дурацкой броне.

Они с Лопесом и викингом быстро переоделись, а потом последовали за Этаном, Птатом и старым ученым в домик. Под руководством Ким Ивима, пятеро друзей подняли массивный излучатель.

Аппарат оказался чудовищно тяжелым. Без огромной силы Свайна они нипочем бы не утащили его. Напрягаясь изо всех сил, друзья вытащили проектор из дома и пронесли через лес. Ким Ивим следовал за ними, держа коней в поводу.

Когда они выбрались на огромную равнину, уже разгоралась заря. В соответствии с указаниями старого ученого друзья установили излучатель на небольшой возвышенности.

— Посмотрите! — неожиданно закричал Птат, указывая куда-то на запад. — Луунианцы идут!

И в самом деле, примерно в двух милях от Этана и его товарищей показалась темная масса всадников. Враги приближались.

— Большой отряд. — пробормотал Ханк Мартин. — Мы не справимся с такой толпой на открытой местности.

— Поспеши, Ким Ивим! — попросил Этан. — Нужно воспользоваться вашим планом прямо сейчас, иначе будет поздно.

Но тот уже работал над проектором, с огромной скоростью настраивая и перестраивая различные показатели своего великого детища, крутил диски, которые направляли временной луч сквозь время и пространство. Старый ученый напряженно всматривался в стеклянный экран, установленный в верхней части прибора.

Картинка, живая картинка неожиданно появилась на нем. Пейзаж: зеленое побережье, синее море, маленький городок из мрамора и кирпича. По мощеным камнем улицам ходили люди в тогах, рабы в кожаных туниках и солдаты в броне и шлемах, украшенных гребнем. Вид был такой, словно зрители смотрели на происходящее сверху.

— Это город Римской империи, — понял Этан. — Но там всего несколько воинов.

— Я смогу обнаружить их воинов, — возразил Ким Ивим, медленно поворачивая один из регуляторов. Казалось, словно он прикоснулся к невидимому глобусу. Изображение на экране стало быстро меняться, показывая древнеримские провинции, существовавшие более двух миллионов лет назад.

— Луунианцы рядом! — предупредил Лопес, и Этан услышал, как со свистом вылетел из ножен меч испанца.

— Настроены они серьезно. Собираются нас убить, — добавил Ханк Мартин, помахивая своим ружьем, словно примериваясь, на кого в первую очередь обрушить приклад.

К ним приближалась пара сотен белокожих воинов, ведомых полудюжиной краснокожих Владык. Они были меньше чем в миле и направлялись прямо к друзьям.

— Я нашел! — радостно вскрикнул ученый.

Этан снова повернулся к проектору. На экране была теперь вымощенная камнем дорога. И по ней маршировало четыре тысячи воинов в броне — металлическая змея, скользящая по дороге в незапамятные времена.

— Римский легион на марше! — воскликнул Этан. — Сможешь ты вытащить его сюда, Ким Ивим?

— Надеюсь, — проговорил старик, промокнув влажный от пота лоб. Руки у него тряслись, когда он снова положил руки на пульт управления лучом.

Яростный волчий рев раздался под ухом Этана. Первая волна лууниан уже поднималась по склону холма. Они летели вперед галопом.

— Dias, они несутся прямо на нас! — сжал кулаки Педро Лопес. — Они…

— Смотрите! — закричал Птат. — Во имя Озириса, смотрите!

За мгновение до этого Ким Ивим повернул выключатель. И в тот же миг случилось невероятное.

Римский легион из четырех тысяч воинов внезапно возник на пустой равнине.

На мгновение Этан с друзьями остолбенели, лууниане тоже остановились, с удивлением глядя на легион, появившийся из ниоткуда.

— Вы это сделали, Ким Ивим! — радостно прокричал Этан.

— Другие… Другие армии древности, — ученый покраснел, вновь вертя контрольные ручки системы управления лучом. — Я отправлю их…

Римские солдаты тоже были ошеломлены, пытаясь понять, каким образом они так быстро перенеслись из привычного мира в этот, совершенно чуждый мир. А потом среди легионеров началась неразбериха.

Но смятение среди них царило всего несколько мгновений. Офицеры сразу обнаружили неподалеку отряд конных врагов. И Этан, и его спутники слышали, как они принялись отдавать короткие приказы на латыни.

Римляне быстро сориентировались. Они так четко перестроились из походной колонны, словно та состояла не из живых людей, а была машиной из отдельных винтиков и гаечек. Конные воины направились в сторону лууниан, а потом и пехота, выстроившись в фалангу, двинулась в сторону потенциального врага.

— Sangre de Cristo! Вот это дисциплина! — восторженно выдохнул Педро Лопес.

— Продолжай, Ким Ивим! — с волнением попросил Ханк Мартин. — Нам нужно больше людей!

Снова защелкали переключатели прожектора. Еще одна армия появилась позади римского легиона.

Эта была тысяча пеших воинов, темнобородых, в остроконечных металлических шлемах, грубых рубахах, с большими мохнатыми щитами и длинными тяжелыми копьями. На мгновение застыв в оцепенении, эти воины стали постепенно приходить в себя.

— Ассирийские копейщики! — завопил Птат. — Я не раз сражался с этими дьяволами!

— Ха! Ха! Посмотрите на луунианцев. Они бегут! — заметил траппер.

Две сотни луунианских всадников, пораженных появлением римского легиона, были окончательно испуганы и деморализованы появлением ассирийских копейщиков. Они развернули коней и галопом понеслись обратно к городу.

Ким Ивим дрожал от потрясения. Он и сам до последнего момента был не уверен, что у него все выйдет, и теперь, словно безумный, крутил различные переключатели и настройки. Каждые несколько минут он снова нажимал главный переключатель, и на равнине перед ними появлялась новая армия.

Отряд спартанцев, коренастых воинов в тяжелой броне, которые выглядели бестолковыми, но бесстрашными, появился за спиной ассирийцев. А сразу позади них возникло несколько сотен огромных светловолосых мужчин в рогатых шлемах — северяне из девятого столетия. Цри виде их Свайн радостно закричал!

Также появились: сотни в три отряд крестоносцев, закованных в железо; орда арабов в белых робах из армии Абу Бекав; восемь сотен конных монголов Чингисхана, кривоногие воины на низкорослых мохнатых лошадях.

А затем Ким Ивим немного изменил настройки и с помощью луча времени вытащил из прошлого пехоту Наполеона — высоких солдат в шлемах с киверами и в сине-белых мундирах. Их штыки сверкали в свете восходящего солнца. Еще появилось несколько сотен индейцев верхом — мед-нокожие дикари со сверкающими перьями, в военной раскраске.

— Это отряд индейцев сиу! — удивленно воскликнул Ханк Мартин, когда те материализовались на равнине.

— Ты знаешь их язык? — поинтересовался Этан, и траппер кивнул.

— Я как-то провел целую зиму в одной из их деревень.

— Посмотрите! — воскликнул Птах. — Армии атакуют друг друга!

Этан в смятении закричал. На равнине отряды из прошлого вступили в схватку между собой. Римляне, крестоносцы, спартанцы, северяне, ассирийцы, арабы, монголы, французы и сиу — все они сначала были потрясены тем, что неожиданно оказались в незнакомом месте, но теперь, казалось, пришли в себя.

Букцины, огромные изогнутые рожки римлян, взревели, и легион в полном боевом строю двинулся на ассирийцев, которые, завывая по-волчьи, помчались навстречу римлянам.

Спартанцы застыли, словно скалы, готовые отразить атаку с любой стороны. Крестоносцы и арабы узнали друг в друге старинных врагов и поскакали навстречу. Французские солдаты застыли неподвижно, но к ним рванулись викинги. Их топоры зловеще сверкали. А далеко на равнине сиу и монголы стали выписывать кренделя, стараясь заехать друг другу в тыл.

— Мы должны остановить их, не дать им сражаться друг с другом! — в отчаянии сжал кулаки Этан. — Если мы не разделим их, они станут сражаться друг с другом. — Неожиданно, приняв решение, он повернулся к трапперу. — Ханк, выстрели в воздух из своего ружья.

Траппер кивнул. Ружье прогремело, и все воины, собравшиеся на равнине, разом повернулись в сторону холма.

Этан сложил руки лодочкой и закричал во всю силу легких, сначала на французском и арабском, потом, спотыкаясь, на полузабытой латыни и греческом.

— Не нападайте друг на друга! — вопил он. — Мы привели вас в этот мир не для того! Пусть ваши предводители придут сюда, и мы все объясним!

Ханк Маркус и Свайн повторили его слова, первый — на грубом языке сиу, второй — на своем родном языке северных варваров. А Птат попробовал сказать то же на ассирийском.

— Похоже, они поняли, — заметил Педро Лопес. — Смотрите, их предводители направились в нашу сторону.

— Хвала небесам! — пробормотал Этан. — Даже монголы поняли мой арабский… они тоже идут сюда.

От каждого отряда на равнине к холму подошел один человек. Между отрядами наступило безмолвное перемирие.

Монгол в овечьих шкурах, командир римлян, французский полковник и закованный в сталь крестоносец первыми подъехали к подножью холма. Арабский эмир и вождь сиу в полной боевой раскраске немного задержались. Последними пешком подошли северянин, спартанец с грубо вытесанным лицом и темноглазый темнобородый капитан ассирийцев.

— Что вы за люди и как посмели повернуть свою магию против римского легиона? — требовательно спросил командир римлян, обратившись к Этану на латыни.

— Что это за мир? — недоверчиво поинтересовался французский полковник. — Dieu, но всего несколько минут назад мой отряд маршировал по Саксонии, а сейчас…

Раздались голоса на разных языках. Вопросы лавиной обрушились на американца. Только монгол, спартанец и сиу молчали, зло хмурясь.

— Вы были перенесены далеко в будущее, — ответил Этан, стараясь перекричать их. Он повторил эту фразу на всех языках. — Тут нет никакого колдовства. Вас забрала сюда не магия, а искусство вот этого старика. Все мы оказались в далеком будущем, чтобы сражаться!.. Да, мы забрали вас из вашего времени, чтобы вы захватили огромный город, лежащий в четырех часах марша отсюда. Там демонические твари поработили людей Земли! Только перебив тиранов, можно освободить людей, которые служат им и сражаются за них, будучи околдованы.

— А если мы откажемся? — поинтересовался крестоносец.

— Тогда мы откажемся вернуть вас в ваше время! — объявил Этан. — Но если вы последуете за нами и будете хорошо сражаться, мы вернем вас в ваше время и в ваши земли.

Наступила зловещая тишина, а после Птат, Свайн и траппер повторили слова Этана на других языках.

— Я согласен и выступлю со своим легионом на вашей стороне, — наконец объявил предводитель римлян, первым нарушив тишину. — Поскольку иначе мы не вернемся домой.

— Хоть это и неприятно, сражаться бок о бок с иноверцами, но мы тоже выступим, — присоединился к римлянину арабский эмир.

Лицо предводителя монголов расплылось в широкой улыбке. Он ответил Этану на ломанном арабском:

— Мы, люди великого хана, привыкли убивать врагов, а не выступать с ними в качестве союзников. Но мы пойдем с вами на город.

Остальные тоже согласились, кто охотнее, кто почти без желания. Этан повернулся к Ханку Мартину, который до сих пор обменивался знаками с вождем сиу.

— А что насчет индейцев? — спросил он.

— Он сказал, что мы владеем великим колдовством, и он со своими отважными воинами последует за нами, куда угодно, если мы пообещаем скальпы врагов, которых они убьют, — усмехнулся траппер.

— Возвращайтесь к своим людям и готовьтесь выступить, — распорядился Этан, после чего кратко изложил свой план.

Предводители поспешили к своим войскам. Ким Ивим сжал руку американца.

— Этан, солнце уже высоко! Мы должны поспешить, чтобы добраться до Лууаа до полудня… до того как начнется этот проклятый Пир Жизни.

У Этана сердце в пятки ушло, когда он понял, как высоко уже поднялось солнце.

— Мы потеряли слишком много времени, — объявил он с горечью. — Пошли.

Американец с четырьмя друзьями и старым ученым забрались в седла и галопом проскакали между отрядами, готовящимися к маршу.

Римский легион, имеющий четкое построение, находился в середине этой армии. Справа от него располагались ассирийские копейщики и пехота Наполеона. Спартанцы и северяне расположились слева. Кавалерия сформировала фланги: один — арабы и монголы, второй — сиу и крестоносцы. Этан поднял руку и, махнув, отдал сигнал.

— Вперед! — приказал он, одновременно пришпорив свою лошадь.

Его крику вторили римские букцины, монгольские рога, яростные крики воинов-сиу и стальной звук французских горнов. Равнина задрожала от топота тысяч ног и копыт. Огромное войско направилось на запад.

— Й-а-а-а! — завопил Ханк Марк. — С таким войском мы сметем горожан и их Владык, словно гнилой тростник.

— В Лууне много тысяч воинов, — предупредил Птат, — и они знают о нас. Их предупредили бежавшие всадники.

— Мы должны сконцентрировать силу удара и прорваться в цитадель, — объявил Этан. — Чири и Джон Крев там… если они еще живы.

— Да с такой армией мы по камешкам разберем это проклятое место, — пообещал Лопес.

Армия шла вперед, поднимая огромное облако пыли. Миля за милей оставались позади. Этан поднял голову и увидел, что солнце уже почти в зените

— Мы прибудем слишком поздно! — в сердцах воскликнул Ким Идим. Лицо старика превратилась в посмертную маску. — До полудня осталось меньше часа. Мы не успеем вовремя.

— Мы должны, — с яростью в голосе рявкнул Этан. — Чири и Джона ждет смерть… мы должны идти быстрее.

Птат покачал головой.

— Пешие воины не смогут двигаться быстрее. Они совершенно выдохнутся, если попробуют.

— Тогда я поскачу вперед со всадниками, — решил Этан. — Пришпорив коней, мы сможем вовремя добраться туда.

— Ты не сможешь атаковать город с отрядом в тысячу сабель! — вновь остановил его Птат. — У ваших противников будет перевес сто к одному.

— Может, нам все-таки удастся прорваться к крепости, — покачал головой американец. — Ханк и ты, Педро, поедете со мной… Сейчас двинемся по отрядам и сообщим, что мы едем вперед… Птат, ты и Свайн, Ким Ивим скачите к пешим воинам и попросите их двигаться вперед, как можно быстрее. Если мы даже не прорвемся в крепость, мы сможем задержать начало пира до тех пор, пока не подойдут наши основные силы.

Педро Лопес и траппер полетели вперед, словно на волшебных крыльях. Тут же четыре отряда всадников, находящихся на флангах, рванулись вперед, разом пришпорив скакунов. Немного отъехав от основной армии, они соединились в единую орду.

Этан скакал в авангарде отряда. Повернувшись, он прокричал на арабском тем, кто следовал за ним, а Ханк Мартин перевел его слова на язык сиу:

— Мы попробуем пробиться к цитадели врагов! Следуйте за мной!

Дикие сиу и яростные монголы заорали, крестоносцы выкрикнули боевой клич, а фанатики-арабы взвыли. При этом все четыре отряда пришпорили лошадей.

Огромная масса пеших воинов прибавила шаг, в то время как всадники галопом понеслись по равнине. Американец, по обе стороны которого скакали испанец и траппер, неслись в авангарде.

— Чири! Чири! — шептал себе под нос Этан, пришпоривая коня. Он не мог снова потерять ее.

Копыта лошадей стучали по сухой земле равнины, словно барабанные палочки. Минуты текли одна за другой, а солнце поднималось все выше и выше…

— Впереди Луун! — сообщил Ханк Мартин, показывая рукой на горизонт.

— И лууниане, похоже, выехали встречать нас! — предвкушая сражение, оскалился Лопес.

Впереди, у самого горизонта, и в самом деле появились купола и башни Лууна. Этан смог даже разглядеть темную громаду цитадели Владык.

Отряды луунианских воинов в строгом порядке выходили из ворот города, чтобы встретить незваных гостей.

— Мы ворвемся в город прямо у них на плечах! — оживился Этан.

Он выхватил меч, и тот молнией сверкнул в солнечном свете. А потом, повернувшись, американец скомандовал скакавшим следом:

— За мной в город! Сметем их с дороги!

Хор диких криков вторил ему. Две тысячи всадников сдвинули ряды, продолжая нестись вперед. Луунианецы под командованием нескольких Владык попытались сформировать строй перед воротами, надеясь преградить врагам путь. Но задолго до того, как эти неумехи завершили построение, Этан врезался в их строй, словно молния.

Иступленные, перекошенные лица, блеск мечей и вихрь копий заставили Этана в первый момент опешить. Но он тут же пришел в себя, услышав, как кричит Лопес, размахивая своим клинком. Американец тоже нанес удар, луунианин в броне рухнул и был растоптан копытами лошадей. Этан вновь взмахнул мечом… А затем он испытал буквально шок, когда, вылетев из толпы, оказался на пустой улице. Битва шла где-то позади, Этан с друзьями прорвались сквозь вражеское войско. Не останавливаясь, они помчались дальше по мощеным городским улицам.

— К крепости! — рявкнул Этан Лопесу и Ханку. — Если я паду, ведите туда остальных!

— Мы вместе прорвемся через этот дьявольский лабиринт! — возразил Ханк, пришпоривая лошадь.

Узкие улицы Лууна были полны вооруженных людьей, готовых до последней капли крови защищать город. Ими командовали Владыки. Они выкрикивали приказы тонкими, противными голосами. Но их крики терялись в грохоте битвы и воплях обезумевшей орды Этана, которая следом за своим повелителем прорвалась на городские улицы.

— Да поможет вам Бог! — прокричал один из крестоносцев в кольчуге, орудуя одновременно мечом и боевым топором.

— Muhamed rasu! Allah! — завывали арабы, размахивая ятаганами.

Этан, вырвавшийся вперед, сумел рассмотреть, что, опередив его, по соседней улице несутся монголы. Смуглые, низкорослые всадники, подстегивая своих мохнатых лошадок, мчались вперед. А над всем этим, перекрывая грохот сражения, звучал боевой клич сиу. Они, словно дикие коты, неслись на своих мустангах, разя врагов из луков и круша шлемы и черепа с помощью томагавков.

Воины Этана пронеслись по улицам города неудержимой волной, прорываясь прямо к огромной крепости, больше напоминающей гору. Вскоре они вылетели на площадь перед гигантским сооружением, сюда тысячами со всех сторон стекались луунианские воины. Когда друзья пробились к воротам, огромная цитадель возвышалась над их головами, словно грозовая туча. Этан видел, как опрометью бегут в нее Владыки, надеясь спрятаться от его армии.

— В крепость… Быстрее! — велел он Ханку и Лопесу, метнувшись вперед.

— Черт побери, вот это схватка! — воскликнул испанец. Лицо его было залито кровью и потом, а глаза яростно сверкали.

Этан с друзьями, а за ними дюжина монголов и сиу, ворвались в цитадель. Они верхом въехали внутрь и оказались в огромном, наполовину скрытом тенями каменном зале.

Полдюжины краснокожих Владык застыли в ужасе перед всадниками. Их пытались защитить несколько лууни-ан. Но все они погибли под ударами клинков и копытами лошадей.

Воины Этана поскакали дальше и въехали в следующий круглый зал. В центре его возвышался круглый каменный стол, вокруг которого было полным-полно круглых сидений.

А на столе, закованные в кандалы, лежали мужчины и женщины, не менее полусотни. В надрезы на их руках были вставлены металлические трубки, идущие к каждому сидению с подушками.

— Dias, чем тут занимались эти отвратительные твари? — задохнулся от удивления Лопес.

— Это и есть Пир Жизни отвратительных Владык! — осознал Этан. — Пить кровь беспомощных жертв! Боже, если Чири мертва…

Волна ужаса холодом прокатилась вдоль позвоночника, когда он спрыгнул с лошади и подбежал к огромному столу. Теперь американец знал природу краснокожих повелителей, явившихся на Землю из другого мира и покоривших ее много лет назад. Владыки были вампирами. Они получали пищу не напрямую, а через кровь иных существ. Этан решил, что именно из-за этого они и покинули родную планету. А потом превратили всю эту мерзость в обряд, который проводили на Земле многие поколения.

— Чири! — яростно взвыл он.

— Этан, я здесь! — отозвался слабый голос девушки.

Американец запрыгнул на каменный стол и отыскал ее.

Чири была жива, но бледна, как сама смерть. В ее огромных черных глазах стоял ужас. Одним ударом меча Этан перерубил трубку, вставленную ей в руку.

— Этан! — заговорила девушка, когда он помог ей встать. — Владыки… Они начали свой ужасный пир… начали пить нашу кровь и жизненную силу, когда вы напали на цитадель.

— Освободите меня от пут, и я отомщу этим проклятым детям сатаны! — прогремел хриплый, грудной голос.

— Да это Джон Крев! — обрадовался Ханк Мартин, и его темное лицо расплылось в улыбке.

Огромный пуританин лежал скованным среди других жертв. Когда Лопес сбил его оковы, Крев поднялся; его огромное лицо пылало огнем, глаза безумно сверкали.

— Да воздастся! — завопил он, поднимая меч с пола. — Мы не оставим ни одного из этих краснокожих демонов на нашей благословенной Земле!

— Сейчас нужно уходить отсюда! — возразил Этан, запрыгивая назад в седло. Потом подхватил Чири левой рукой. — Мы должны выбраться из Лууна.

Пуританин тоже вскочил на лошадь одного из убитых монголов.

Они вылетели на огромную площадь и остановились, пораженные открывшимся зрелищем.

Две тысячи всадников, которых Этан привел в город Луун, сгрудились на площади. Их атаковали воины Лууна под управлением Владык. И атакующие перекрыли все пути к отступлению.

Этан с друзьями подъехали к массе монголов, сиу, арабов и крестоносцев, которые неслись по кругу, не давая врагам сжать кольцо.

— Соберитесь… пробьемся по улицам, уходящим на восток! — закричал молодой американец, взмахнув окровавленным мечом. Чири забралась в седло позади него.

— Не пробиться, они поймали нас в западню, — заметил Ханк Мартин.

Всадники в ответ на приказ Этана развернулись и помчались к восточной стороне площади. Но лууниане встали перед ними непреодолимым щитом. Эти воины с белой кожей сражались, словно демоны, под управлением Владык.

Этан повел свое воинство в противоположную сторону и снова натолкнулся на сопротивление лууниан.

— Так ничего не выйдет! — констатировал Ханк Мартин. Лицо траппера было искажено, залито кровью и потом. Он где-то потерял свое ружье. — Нас поймали!

— Но мы прикончим как можно больше этих собак! — взревел Лопес с пеной у рта.

— Убивайте демонов — сынов Сатаны! — поддержал его Крев. — Убейте их как можно больше, прежде чем мы умрем!

Лууниане стали наступать, держа наготове мечи и копья. Лошади начали падать под седоками. Владыки же беспрестанно понукали своих воинов наступать на всадников, попавшихся в ловушку.

А затем сквозь безумный рев схватки прорвался новый звук — грубый могучий рев пронесся по улицам.

— Это трубят римляне! — радостно воскликнул Этан. — Птат и Свайн подошли к городу с главными силами!

Грубое завывание римских труб звучало все ближе, все громче. А потом до слуха донеслось завывание французских рожков, звучавшее много тише. Через город по узким улицам шли армии прошлого. По трем — двигались римляне, щит к щит, выставив вперед копья и мечи. Они катились вперед стальной лавиной, завывая предвкушении победы.

По обе стороны от них по улицам двигались французы и спартанцы. Греки, закованные в бронзу, шли вперед, сметая все на своем пути. Пехота Наполеона шагала строем, выставив вперед штыки. С южной стороны появился Птат во главе обезумевших от крови ассирийцев, лица которых сейчас больше напоминали волчьи морды. С противоположной стороны возник Свайн Нильсон в сопровождении трех сотен берсерков, размахивающих мечами и топорами.

— Смотрите, Владыки бегут! — радостно воскликнул Ханк Мартин.

И действительно, краснокожие вампиры бросились в разные стороны, как только увидели, что их воинство буквально смято наступающей армией.

Хотя одурманенные, загипнотизированные лууниане сражались яростно, но, как только Владыки бежали, они тоже развернулись и ринулись следом.

Менее чем за час все было кончено. Оставшиеся в живых Владыки были пойманы и убиты, а лишенные руководства горожане сложили оружие.

На площади перед огромной цитаделью застыл Этан. На руках он держал Чири. Рядом стояли его друзья и старый Ким Ивим. А на площади собралось шесть тысяч воинов из разных веков — те, кто захватил Луун. Сотни их товарищей погибли, но оставшиеся в живых радостно приветствовали американца.

— Захватив этот город, вы сделали то, что должны были сделать, — начал Этан, обратившись к своей пестрой армии. — Теперь работа сделана. Все Владыки мертвы, и люди Лууна скоро придут в себя. Скоро кончится действие лекарств, которыми их пичкали… Теперь Ким Ивим выполнит свою часть договора и пошлет вас назад в ваши собственные время и землю. Однако для этого вам придется совершить еще один марш бросок через равнину, вернуться туда, где осталась стоять машина.

Когда эти слова были переведены на все языки присутствующих, наступила долгая пауза.

Первым ответил французский капитан.

— Пожалуй, мы останемся здесь, — объявил он Этану. — Это хорошее время и хороший мир. Если вы позволите нам остаться, мы провозгласим вас своим королем.

— Вы все так решили? — переспросил Этан.

Ему ответил гул одобрительных выкриков. Солдаты удачи, люди без рода и племени не хотели возвращаться.

— Тогда оставайтесь! — согласился Этан. — Ведь наверняка существуют другие Владыки и другие города… Мы очистим их один за другим, пока вся Земля не освободится от краснокожих тиранов, — он сделал паузу, а потом продолжил: — В мое время ходили легенды о римском легионе, исчезнувшем неведомо куда, и о французский военной части, пропавшей на марше. Больше их никто никогда не видел, и никто о них не слышал. Но кто тогда мог сказать: правда это или вымысел?

Чири сжала его руку и громким голосом прошептала на ухо:

— Тогда ты тоже должен будешь остаться в этом времени, Этан… Как и твои друзья.

— Я согласен, — заявил Ханк Мартин. — Теперь, когда тут оказалась половина племени сиу, я буду чувствовать себя как дома.

— Я тоже останусь, — усмехнулся Лопес. — Если впереди нам предстоят сражения, то вам наверняка понадобится мой клинок.

— Я остаюсь, — присоединился к нему Свайн.

И Птат кивнул, подтверждая, что тоже принял такое решение.

— Я со всеми, — объявил Креве. — Здесь множество душ, которые могут внять слову Божьему… Кроме того, при необходимости я смогу вам помочь.

Этан крепко сжал руку Чири.

Ханк Мартин громко рассмеялся.

— Не нужно было никого спрашивать, останется ли он! — громко сказал траппер.