Достопочтенный Балангода Анандамайтрея (1896–1998) — один из самых известных буддийских учителей XX в., ученый, знаток канонических писаний, снискавший славу великого практика, реализовавшего все ступени буддийской медитации. Книга «Раскрывая Дхарму» знакомит читателей с различными аспектами первоначального буддизма школы Тхеравада, а также с уникальным духовным опытом мастера медитации Махатеро Анандамайтреи.
В первую часть книги вошли материалы из лондонского архива Фонда Анандамайтреи, которые никогда ранее не публиковались ни в России, ни за ее пределами. Лекции и частные беседы с Махатеро Анандамайтреей раскрывают тонкости буддийского учения и освещают различные духовные вопросы, выходящие за рамки канонических текстов.
Вторая часть представляет собой биографию Махатеро, составленную монахом Иттепаной Дхаммаланкарой. Отвечая на вопросы автора, Махатеро Анандамайтрея рассказывает читателям об удивительных подробностях своей жизни, посвященной духовному поиску, практике буддизма и служению миру.
Для широкого круга читателей, исследователей буддизма и практикующих буддистов всех направлений.
v.1.0 - by vantri
УДК 294.311 ББК 86.2 А 64
© Фонд «Наследие Востока», 2014
© ООО «Издательство Ганга», оформление, 2014
Махатеро Балангода Анандамайтрея
(24.08.1896-18.07.1998)
Махатеро Балангода Анандамайтрея родился 23 августа 1896 г. в городе Балангода, в районе Киридигала, в семье богатых торговцев. Он был первым ребенком в семье. При рождении ему дали имя Вильям Наранготха Пунчимахатмая. Через 14 дней после рождения его мать покинула этот мир. После этого маленького Вильяма приняли на воспитание старший брат отца с женой, которые отнеслись к нему как к собственному сыну. Когда Вильям достиг школьного возраста, родители отправили его в школу для мальчиков в Балангоде, ныне известную как «Балангода Кумара колледж». Он был очень способным и озорным мальчиком. Достигнув юношеского возраста, он сам стал преподавателем в этой школе на добровольных началах. Тем временем смерть его лучшего друга, а также увиденное им спокойное шествие монаха, идущего из Махавалатены в Удумуллу, полностью перевернули его сознание и пробудили желание начать духовную практику в качестве монаха. Юный Анандамайтрея пытался убедить своих приемных родителей дать ему разрешение, но они отвергали его просьбы. В конце концов он добился своей цели и принял монашество. Затем теро Анандамайтрея поступил в колледж Ананда в Коломбо, чтобы изучать английский язык, и вскоре стал языковедом и ученым, знатоком буддийской Дхармы. Он открыто практиковал также буддизм махаяны, мантры и эзотерическую йогу, что нетипично для ортодоксальных последователей тхеравады. Поэтому его можно считать практиком эзотерических учений, равно как и ортодоксальным буддистом. Большую часть своих духовных изысканий он вел самостоятельно.
Махатеро Анандамайтрея снискал широкую известность за свои достижения в буддийской медитации. Он был выдающимся практиком как саматхи, так и випассаны и развил за счет этих медитаций свое сознание до высочайшего уровня. Множество буддистов, мирян и монахов испытывали сильнейшее воодушевление и вдохновение от благословений Махатеро Анандамайтреи.
Махатеро Анандамайтрея был первым дхамма-ачарьей (учителем буддизма) в университете Наланда (г. Коломбо), основанном в 1924 г. Он был профессором буддизма махаяны в университете Видьядайя, где чуть позже занял пост вице-канцлера.
В 1954 г. Шестой Буддийский Собор удостоил его титула Агга Махапандита[1], а в 1969 г. он стал главой буддийской Сангхи Шри-Ланки. Чтобы отметить его выдающееся и уникальное в своем роде служение учению Будды, Бирманская Сангха удостоила его наивысшего титула Абхидхаджа Махаратхагуру (Наивысший великий духовный учитель), а впоследствии и титула Сангхараджа[2].
Природная скромность и приверженность простому образу жизни наглядно проявились, когда Махатеро Анандамайтрея публично заявил, что у него нет никакого желания и интереса получать почетные титулы и должности и что он соглашался принимать их только из уважения к тем, кто удостаивал его этих званий. «Я часто напоминаю себе слова Будды из «Саньютты-никаи», входящей в Абхидхарму, о бесполезности и никчемности стремления к почестям, титулам и руководящим должностям», — говорил Махатеро.
После основания университета Видайалая Анандамайтрея занялся общественным служением в качестве профессора и ректора этого университета. Тысячи местных и иностранных студентов извлекли огромную пользу, обучаясь у Анандамайтреи. Большинство из них до сих пор работают на благо людей.
Более восьмидесяти лет Анандамайтрея читал лекции на Шри-Ланке и за ее пределами. Его лекции приходили слушать даже лидеры других религиозных направлений. Сложно найти буддиста, который не слышал его лекций хотя бы раз. Он был председателем на Шестом Буддийском Соборе в Мьянме (1954 г.), а также членом редколлегии издательства палийского канона (Трипитаки). Анандамайтрея распространял учение Будды не только на Шри-Ланке, но и в западных странах, таких, как Великобритания, США, Франция и Германия, а также в Таиланде, Индии и Тибете.
Великий монах написал более сотни книг и тысячи статей. Статуя Анандамайтреи установлена в центре города Балангода, чтобы любой человек, посетивший город, увидел, насколько велико было его служение людям. Эта статуя является свидетельством великого служения Дхарме, которое Анандамайтрея совершал при жизни.
Самой яркой эпохой в истории храма Удумулла Шри Нандарамайя, основанного в 1904 г., было то время, когда его настоятелем был Достопочтенный Анандамайтрея. В этот период были построены большая библиотека, центр дошкольного образования и новый монастырь.
Достопочтенный Махатеро провел здесь последнюю часть своей жизни.
Махатеро Анандамайтрея скончался 18 июля 1998 г. в возрасте 101 года.
С мистической, оккультной точки зрения, даже если вы потеряли физическую руку, у вас остается ее астральная копия. Имея основой астральную форму, физическая рука может вырасти снова. Даже если физическое тело уничтожено, астральное тело не погибнет. Мы можем перемещаться в астральной форме, которую называют «тонким телом».
Допустим, на вас совершили покушение, или ваше тело разорвало на куски взрывом бомбы. Но ваше астральное тонкое тело не разрушить никаким взрывом. Астральное тело мгновенно покидает физическое. В нем человек может навестить своих друзей или прийти в свой дом. Астральное тело нельзя уничтожить оружием. Вот что происходит в том случае, когда человек погибает насильственной смертью.
Предположим, человек умирает. Если ему суждено перевоплотиться на небесах среди богов, он может немедленно покинуть нынешнее тело и тут же появиться там в астральной форме. Это называется «мгновенное перерождение»
Вот наступает момент смерти. В это мгновение ум человека становится очень сильным. Ум обретает огромную мощь, потому что на пороге смерти энергия становится в пять раз сильнее, чем обычно. В обычное время энергия тратится на поддержание пяти чувств: зрения, слуха и так далее. В момент смерти глаза не работают, нос не работает, уши не работают — все тело, за исключением сердца, бездействует. Теперь энергия питает только сердце, поэтому в последний момент она в пять раз сильнее, чем в обычное время. Энергия используется на полную мощность, и ум становится очень сильным. Его память настолько сильна, что человек может вспомнить всю свою жизнь с рождения до самой смерти.
Словно кинофильм, перед его глазами разворачиваются картины того, что он сделал в своей жизни. Вот перед ним появляется что-то очень важное, и он вспоминает этот случай. Его ум не движется: он зафиксирован на этом событии и чувствует, что заново создает эту карму, вновь совершает этот поступок. Карма, которую он накопил много лет назад, воссоздается в последний момент жизни на уровне сознания. Она оживает, становится сильнее и формирует его будущее. Поскольку ум очень силен в это время, человек обретает способность к ясновидению. Его память очень сильна. Благодаря своей способности к ясновидению он может вспомнить всю свою жизнь начиная с рождения и увидеть свое ближайшее будущее. Его ум подобен уму того, кто достиг дьяны.
Человек естественным образом получает силу ясновидения. Благодаря этой силе он может смутно предугадать, где родится. Все зависит от знаков, которые он увидит в этот момент. Эти знаки определяются его действиями, той кармой, которую он накопил. Он видит, где родится, и это место притягивает его ум. В следующее мгновение поток его мыслей выходит из тела, покидает сердце и устремляется к месту нового рождения. Именно там возникает следующая мысль. Если он родится человеком, эта мысль появляется в утробе матери вместе с зародышем. Первая мысль в этом теле принадлежит тому же потоку сознания, что протекал в старом теле. Если бы тело не умерло, новая мысль появилась бы в нем же. В случае смерти меняется только место, а сам поток мыслей остается тем же.
Это похоже на фильм, который проецируется на экран. Если экран падает, кино продолжают показывать на стене, на полу или где-нибудь еще. Даже если экран порван, фильм не прекращается. Просто изображение будет попадать на пол или на стену за экраном. Так же и с потоком ума. Даже если тело мертво, поток ума переходит из одного физического тела в другое.
AM: Когда вы находитесь в чреве матери, вы помните все это. Вы продолжаете помнить и после того, как рождаетесь на свет. Но по мере того как вы растете, ваши мать и отец начинают говорить с вами и показывать вам разное. Ваш ум обращается к новому окружению, и оно заинтересовывает вас. Новое привлекает ваше внимание, и ваши мысли устремляются к нему. Постепенно из-за нового окружения вы забываете видения прошлого. Однако изредка некоторые люди с очень сильной памятью сохраняют эти воспоминания в течение нескольких лет. Они помнят свои прошлые жизни.
У большинства людей все прошлое забывается. Когда люди видят и слышат что-то новое, их поток сознания обращается к нему, и они мало-помалу забывают свою прошлую жизнь. Например, вы помните, что ели в начале прошлого месяца? [смех] Не помните. Вы забыли об этом, потому что направили свой ум на другие дела. Так же было и в вашем детстве: когда ваши отец и мать показывали вам новые вещи, вы направляли на них поток своего ума и постепенно забывали все, что происходило с вами в прошлом.
Приведу другой пример. В школе вы изучали какие-то предметы. Но сейчас вы вряд ли помните все уроки. Дело в том, что вы направили поток мыслей на другие дела. Вы забыли многое из изученного. Если взрослые люди забывают то, что узнали, что же говорить о младенцах? Мозг младенца очень молод и слаб. Младенец забывает все предыдущее, как только обращает глаза на новые видимые формы, обоняние — на новые запахи, слух — на новые звуки, язык — на новый вкус, тело — на новые прикосновения. Он будет снова и снова направлять свой ум на новые ощущения и постепенно забудет свою прошлую жизнь.
Если вы думаете, что я помню все, то это не так. Я помню только самое интересное, [смех].
AM: Нервные центры в мозге могут давать сбой по целому ряду причин. Из-за какой-то болезни, яда или плохой пищи может нарушиться циркуляция крови в мозговом центре, который отвечает за память. Ваш мозг может ослабнуть по множеству разных причин. Тогда он начинает плохо работать, и в особенности это касается центра памяти. Иногда встречаются люди, которые от рождения имеют очень сильный центр памяти. У других этот центр не настолько развит. Это решается при рождении.
На Шри-Ланке был один монах с удивительной памятью. Если вы читали ему какую-то книгу или стих на пали или на санскрите, он с первого раза мог тут же все повторить. Такая у него была замечательная память. Но когда он состарился, его память настолько ослабла, что он не узнавал даже собственных друзей. Когда я пришел к нему, он посмотрел на меня. Я поклонился, а он спросил: «Откуда ты родом? Я припоминаю, что видел тебя в Бирме». Я ответил ему: «Да, мы были в Бирме во время Собора Сангхи». — «О чем ты?» Я стал рассказывать ему что-то, чтобы он вспомнил, но мне не удалось вернуть ему память.
Был еще один очень известный учитель. Если я подходил к нему и кланялся, он улыбался, но не мог меня вспомнить. Если ему что-нибудь говорили, он отвечал: «Да», — но в следующий момент уже ничего не помнил об этом. Настолько он сдал. Ему было около семидесяти пяти, когда он умер. Его память была очень слаба перед кончиной. Другому махатеро было восемьдесят лет, когда он умер. Удивительно, но он тоже потерял память.
AM: Предположим, во время медитации благородной любви вы думаете о своем ребенке. Вы начинаете испытывать любовь к нему. Вы излучаете благородную любовь. Пока вы практикуете медитацию благородной любви по отношению к своему ребенку, ваш ум сконцентрирован на нем. Ваш ум сосредоточен. Если вы делаете это одну минуту, ваш ум сосредоточен одну минуту. Затем вы вспоминаете другого человека, например свою мать. Тогда вы распространяете свою любовь и на нее. Если вы излучаете благородную любовь по отношению к своей матери в течение пяти минут, ваш ум также будет сконцентрирован в течение пять минут.
Во время этой практики любовь присутствует постоянно — меняется лишь объект. Ваш ум перепрыгивает с одного объекта на другой. Но на кого бы вы ни направляли благородную любовь, если ваш ум сконцентрирован в течение часа, вы практикуете медитацию любви один час. Ваш ум сконцентрирован на объекте в течение этого часа. Если вы практикуете медитацию благородной любви полминуты, то ваш ум сконцентрирован только полминуты. Фиксация ума происходит в любом случае — разница только во времени. Здесь присутствует концентрация.
Вначале ваша концентрация ограничена человеком, на которого вы направляете свою медитацию благородной любви. Но затем, когда вы развиваете благородную любовь ко всем существам, вы можете мысленно увидеть всех существ и зафиксировать свой ум на этом. Вы можете пребывать в таком состоянии часами и днями. Вы мысленно видите всех живых существ и желаете им всем счастья. Это развитое состояние медитации. На начальном этапе ваш ум сконцентрирован всего несколько мгновений и только на том, кому вы посылаете свою любовь. Но продвинувшись в практике, вы будете одинаково смотреть на всех живых существ. Ваш ум сможет пребывать в этом состоянии долгими днями.
AM: Когда вы практикуете медитацию благородной любви, вы просто забываете объект медитации?
AM: Ага, значит, это не покой. Ваш поток сознания попадает в состояние бхаванга.
AM: Практикуйте с осознанностью. Если осознанность потерялась, вы проваливаетесь в состояние бхаванга — бессознательное, спящее состояние ума. Вы должны стараться сохранять осознанность.
AM: Да, вы должны вернуться и зафиксировать свой ум на объекте, который выбрали для медитации благородной любви. Вы всегда должны быть осознанны, иначе попадете в состояние бхаванга, в спящее состояние ума. Во время сна ум находится в состоянии бхаванга. Это делают лень и невежество. Из-за них вы естественным образом попадаете в спящее состояние — бхавангу. Когда человек ленится, он чувствует сонливость. Но это не столько сонливость, сколько отключение ума. Отклонившись от объекта медитации, ум отключается. Человек в таком состоянии ни о чем не думает. Это пассивное состояние ума.
AM: Это бездеятельное состояние ума. Вы чувствуете себя подавленно. Если вы достаточно осознанны, вы вспоминаете: «Я практиковал такую-то медитацию, а сейчас ничего не делаю». Вспомните об этом и верните свое сознание. Это как клевать носом. Вы занимались чем-то и вдруг почувствовали сонливость. Вы начинаете клевать носом, а затем снова просыпаетесь. Так и в этой медитации, [смех].
AM: Вы становитесь способны контролировать свой гнев. Вы чувствуете себя счастливыми. Вам кажется, что окружающие добры. Все потому, что развивается большой личный магнетизм. Вы вбираете его в себя, и все начинают любить вас.
AM: Я не настолько овладел буддизмом. Что бы вы ни думали, я обычный человек. Во мне нет ничего особенного.
АМ: Во время практики читта-нупассаны вы осознаете свои мысли: «Это гневная мысль, а эта мысль лишена гнева. Сейчас мой ум захвачен жадностью. Мой ум свободен от жадности». Таким образом, вы понимаете свое состояние ума. А во время практики дхамма-нупассаны вы видите ментальные характеристики ума, а не сам ум. Ум обладает некоторыми характеристиками — «четасиками». Речь идет лишь о ментальных состояниях. Вы видите: «В моем уме есть усердие (viriya). В моем уме живет сильная вера (saddha)». Во время практики дхамма-нупассаны вы видите эти ментальные характеристики яснее, чем раньше.
Во время читта-нупассаны вы видите только ум: «Это добродетельное сознание, а это недобродетельное сознание. Это активное сознание, а это пассивное сознание». Ум может быть зажатым, ленивым, рассеянным. «Сейчас мой ум рассеян: он блуждает и тут и там». Или: «Сейчас мой ум сконцентрирован: он не блуждает». Таким образом, во время практики читта-нупассаны вы видите состояние ума.
Когда вы переходите к дхамма-нупассане, вы имеете дело с такими качествами, как тридцать семь факторов просветления (bodhipakkhiya-dhamma): пять способностей (panca-indriya), пять сил (panca-bala) и так далее. Теперь у вас есть мудрость, которая проникает в природу вещей. «В моем уме есть усердие». Когда вы практикуете дхамма-нупассану, вы видите ментальные характеристики, которые присутствуют в вашем уме. Сначала надо практиковать читта-нупассану. Когда освоили читта-нупассану, переходите к дхамма-нупассане. На этапе дхамма-нупассаны вы очень ясно видите все ментальные качества. В этом и заключается разница.
AM: Бывают разные ситуации. Порой вас тянет к кому-то из-за условий, которые сложились в настоящем. А иногда это происходит из-за связей, которые сформировались в прошлых жизнях. Когда вы видите такого человека, он естественным образом притягивает вас.
Будда говорил: «Вы испытываете симпатию к некоторым людям в силу той связи, которая установилась в прошлых жизнях, или из-за приятных обстоятельств в настоящем». Таким образом, вы не можете понять настоящую причину: это либо нынешняя ситуация, либо связь из прошлого. Есть люди, которые хорошо одеваются, ухаживают за собой и предстают перед окружающими в очень привлекательном облике. Они притягивают людей своим внешним видом.
AM: Порой нам не нравятся люди, даже если они очень красивы. Возможно, у вас с ними были разногласия в прошлых жизнях. Так бывает.
Если вы разовьете свой ум и достигнете состояния беспристрастности, то будете одинаково нейтрально относиться ко всем людям, и вас ничто не будет ни притягивать, ни отталкивать, для вас все будут равны, а это значит, что вы не будете испытывать ни влечения, ни отторжения, ни симпатии, ни неприязни.
AM: Это трудно даже для монаха, если только он не практикует медитацию высокого уровня. Если вы занимаетесь випассаной и достигаете стадии «знание-беспристрастность в отношении составного характера бытия» (sankharupekkha-nana), вы обретаете беспристрастное отношение ко всему. Вы не видите никаких различий. Для вас нет ни прекрасного, ни ужасного.
AM: Если у вас нет ни влечения, ни неприязни, то остается нейтральное чувство. Это означает, что на какое-то время в вашем уме нет страстей. Страсти присутствуют в сознании, когда вы испытываете неправильное влечение. Однако если вы не питаете симпатии к человеку не потому, что злитесь на него, а потому что он вас не притягивает и вы нейтральны по отношению к нему, то это означает, что у вас нет страстей. Но это временное состояние: страсть просто подавлена. На данный момент ум свободен от страстей. Это похоже на состояние сна: в это время у вас тоже нет никаких страстей, [смех].
Здесь есть один важный момент. Страсть может существовать на трех уровнях: дремлющая страсть; страсть, поднимающаяся на поверхность; и страсть, заставляющие нас совершать проступки. Когда страсть достигает последнего уровня, она очень сильна. Она заставляет нас творить зло, совершать неправильные поступки. Это грубое, опасное и сильное состояние страсти. Это называется «страстью, которая заставляет нас совершать проступки». Такая страсть очень сильна.
Иногда клеша возникает в вашем уме, но вы ничего не предпринимаете. Она просто возникает и исчезает. Она появляется, остается в уме на короткое время и растворяется. Это уровень «страсти, которая поднимается на поверхность». Порой вы чувствуете, что у вас совсем нет страстей. Это означает, что страсть не выходит на поверхность ума. Однако она может появиться в вашем сознании позже. Это клеши, пребывающие в дремлющем состоянии.
AM: Если вы беспечны, она может возникнуть в любой момент. Страсть может вновь появиться в уме любого человека, который не достиг архатства. Только на ступени архата это больше невозможно. А до этого у любой страсти остается шанс появиться в уме человека, если он потерял бдительность и осознанность.
AM: Вы должны понимать, что собой представляют пять заповедей. Я уже говорил об этом. Во-первых, нельзя убивать живых существ. Вы ведь не хотите, чтобы вас убили. Не делайте другим того, что вы не хотели бы испытать сами. Все люди одинаковы. Если я не хочу, чтобы меня убили, зачем мне убивать других? По этой причине я должен воздерживаться от убийства.
Во-вторых, нельзя красть. Если кто-то придет и заберет мое имущество, я буду страдать. Зачем тогда мне красть у других? Они, как и я, не хотят мучиться от потерь. Поэтому я не должен лишать других их имущества и заставлять тем самым страдать. Ведь я не хочу подобного для себя. Я должен относиться к другим так же, как к себе. Я должен воздерживаться от воровства.
В-третьих, если кто-то придет к моей жене, мне это будет неприятно. Зачем тогда мне самому идти к чужой жене? Это очень просто.
В-четвертых, никто не любит, когда его обманывают. Зачем я должен лгать кому-то, если мне самому не нравится, когда меня обманывают? Такое отношение нужно распространить и на других.
Наконец, если пить алкоголь, то можно совершить все эти недобродетельные поступки. В опьянении человек забывает о взятых на себя обязательствах, в результате чего может сотворить любое зло. Алкоголь может стать причиной нарушения всех заповедей. Воздерживайтесь от алкоголя, потому что он сводит вас с ума. Воздерживайтесь от принятия спиртного для собственного блага и для блага окружающих. Будда считал эти пять заповедей фундаментом хорошей жизни.
Пока ум сконцентрирован на одном объекте, страсти и дурные мысли не могут проникнуть в сознание. А все потому, что ум зафиксирован на другом. Речь идет о практике дьяны или саматхи. Если вы хотите, чтобы ум пребывал в покое и был свободен от страстей, вы должны развивать саматху. Однако даже если вы достигли высокого уровня в практике саматхи, но при этом беспечны, то у страсти появится возможность снова проникнуть в сердце. Это может произойти, стоит вам на несколько минут обратить сознание к другим предметам, потерять осознанность и перестать понимать, что вы видите. Дело в том, что вы не удалили корень — не-уничтожили невежество.
Из-за невежества внешние объекты вводят нас в заблуждение. Тогда возникает страсть. Поэтому концентрация — это хорошо, но только до тех пор, пока мы можем это делать. Когда же мысли направляются на что-то другое, происходит падение. Саматха — это хорошо, но нужна и випассана. При помощи випассаны можно понять природу жизни. Можно понять, что представляет собой тело. Можно увидеть, что тело — просто собрание нечистых элементов. Мысленно сосредоточившись, можно понять, что каждая нечистая часть тела — это в свою очередь собрание постоянно меняющихся метачастиц. Нет ничего важного и неизменного. Осознав природу своего тела, можно с этой же позиции посмотреть на тела всех остальных и увидеть, что это лишь собрания нечистых элементов и постоянно меняющихся частиц. Не к чему привязываться, нечем увлекаться и нечего желать. Не к чему испытывать гнев. И все потому, что мы поняли природу тела.
Теперь нужно исследовать ум. Если вы тщательно изучите его, то увидите только поток мыслей, которые возникают и исчезают. В них нет никакой субстанции. Это лишь поток. Хотя мы и говорим «я, я, я», никакого неизменного «я» не существует. Точно также никакого неизменного «я» нет и у других. И если нет никакого вечного «я», тогда что такое «мое»? Где нет «я», там нет и «моего». И хотя мы верим во что-то «наше», на самом деле не существует ничего, чем мы могли бы владеть. Когда вы в совершенстве понимаете это, страстное желание и жажда обладать вещами исчезают.
Усилия, которые вы предпринимаете для того, чтобы глубоко понять природу жизни, называются випассаной. Таким образом, страсти можно подавить с помощью саматхи. Они не будут всплывать, пока продолжаешь практику. Но страсть все еще дремлет в потоке ума, поэтому нужно ее искоренить и уничтожить с помощью випассаны.
Школьник переходит из класса в класс, пока не оказывается в выпускном классе. Так и здесь. Сначала вы практикуете соблюдение заповедей, потом саматху, а затем випассану. Это один из путей. Некоторые высокоразвитые люди могут сразу заняться випассаной, минуя саматху. Однако в самой этой практике также присутствует саматха. Это называется «кханика-саматха» (khanika-samadhi). Когда мы исследуем руки, тело и так далее, наш ум зафиксирован на этом. Это кханика-саматха, или динамическая концентрация. Опираясь на нее, мы погружаемся в исследование. В таких случаях саматха и випассана всегда идут рука об руку. Теперь вам все должно быть ясно.
Если вы совершаете добродетельные поступки, это говорит о правильном понимании (jnana-sampayutta). Но этого недостаточно. Правильным пониманием должен сопровождаться ряд мысленных процессов (citta-vithi), которые предшествуют добродетельному поступку, а также следуют за ним. Если вы родитесь в результате такого «промежуточного» процесса сознания, вы естественным образом будете наделены мудростью и хорошей памятью.
AM: Если вы очень умны от рождения, то ваше воплощение есть результат ваших добродетельных поступков, которые сопровождались правильным пониманием. Некоторые обладают мудростью с юных лет. Все это из-за бессознательного (bhavanga-citta), которое есть у каждого до самой смерти. В их бессознательном существует правильное понимание.
AM: Любой человек рождается человеком благодаря добродетельным поступкам, и не важно, христианин это, мусульманин или кто-то еще. Если он в прежних жизнях совершал добродетельные поступки и обладал правильным пониманием, он с рождения будет мудрым.
AM: Он может и не быть буддистом. Выбор религии зависит от окружения. Если мать человека христианка, то в этой жизни он тоже может быть христианином. Но при этом такой человек от рождения будет наделен умом. Иногда бывает и так: в прошлой жизни был материалистом и не верил даже в перерождение, но при этом делал добро и помогал кому-то, — в результате родился человеком, однако по привычке отрицает доктрину о перевоплощении. В этой жизни вы легко можете стать материалистом, если вас будут окружать материалисты.
Прочтите «Маханарадакассапа-джатаку». Однажды Бодхисаттва родился Брахмой по имени Маханарадакассапа. В то время у царя на Земле было три министра. Один был материалистом и отрицал учение о перерождении, другой верил в Бога-Творца, а третий считал, что все предопределено. Они были во власти множества заблуждений. Почему? Все эти люди помнили свои прошлые жизни. Человек, который придерживался материалистических взглядов, помнил свое прошлое рождение. Тогда он тоже считал, что основа всего — материализм. Однако можно легко воплотиться в мире людей, даже если не веришь в перерождение. Проблема была в том, что он полагал, будто родился человеком именно из-за приверженности материализму. Он не знал, что его нынешнее воплощение было вызвано другими добродетельными поступками.
Человек, который верил в Творца, думал следующим образом: «В прошлой жизни я верил в Творца, поэтому я снова человек». Так он восхвалял свою религию, не подозревая, что родился человеком совершенно по другой причине. В прежней жизни он совершил какой-то добродетельный поступок: накормил собаку или помог бродяге, — ив силу этой благой кармы родился здесь. Но если в прошлом у человека были определенные убеждения, а в нынешней жизни он окружен людьми, которые разделяют ту же веру, старая привычка вновь завладевает им. Если вы помните свои прошлые жизни, вы можете ошибочно посчитать, что нынешним воплощением обязаны именно этой вере. Но вы родились человеком не из-за нее, а из-за совершенно другой благой кармы.
Царь оказался в непростом положении — его министры придерживались таких разных взглядов, но все они пытались склонить царя на свою сторону. Один учил его материализму, другой — теории сотворения мира, а третий — тому, что все предопределено. Так много верований! Но дочь царя была очень умна. Она стала спорить с министрами и доказала, что все они не правы.
Тем временем Бодхисаттва, который был Брахмой, увидел, что царя вводят в заблуждение. Министры сказали царю, что не будет вреда, если он женится на собственной дочери. Тогда его дочь от всей души пожелала: «Если в этом мире есть святой человек или дэва, пусть он спасет меня и моего отца от этого греха!» Вновь и вновь она молила Брахму. И Бодхисаттва, который родился Брахмой по имени Маханарадакассапа, явился перед ними. Он обратился к королю: «Твоя дочь права, а министры — дураки. Не следуй их советам». Он парил над землей и наставлял царя. Так говорится в «Маханарадакассапа-джатаке». Дочерью царя был Ананда теро. Прочитайте эту историю. В ней много философских дискуссий.
AM: Все зависит от веры. Если буддист достаточно мудр и хорошо изучил Дхарму, то свою помощь бедным он воспринимает как практику, которая искореняет эгоизм, развивает щедрость, устраняет привязанность к этому миру, избавляет от стремления к материальному и избавляет от самой жажды существования в этом мире (tanha). Но если христианин помогает другим, чтобы прийти к своему Богу и наслаждаться подле него, то у него очень сильный эгоизм. Подлинный буддист же устраняет свой эгоизм.
Последователь любой религии может вновь родиться человеком. Если перед смертью он вспомнит свое благое деяние и его сознание наполнится счастьем, он может даже родиться в нижних сферах небес. Однако он все же эгоист, и его себялюбие только усиливается, если он делал добро, чтобы угодить своему Богу или богам ради наслаждения в раю. Что касается настоящего духовного искателя, то где бы он ни воплотился, в силу привычки он становится все менее и менее эгоистичным. Он движется к нирване. В противном случае существо остается в этом мире.
Предположим, они оба родились людьми. Настоящий буддист менее эгоистичен и более щедр, даже если он родится человеком. Ищущий же радость для себя тоже испытывает счастье, но его эгоизм растет. Он не хочет покидать этот мир. Он хочет оставаться в этом мире и наслаждаться счастьем в раю. Он ведет эту практику не ради того, чтобы устранить свой эгоизм, а чтобы умилостивить высшие силы и добиться гораздо большего счастья. Такова его вера. Кроме того, в потоке его бессознательного (bhavanga-sota) и в добродетельных состояниях его ума (kusala-citta) нет мудрости. Дело в том, что в потоке его сознания (citta-vithi) этой благой мысли предшествовала вера в сотворившие его высшие силы и желание угодить им. Таким образом, это сознание сопровождалось жадностью (lobha-sahajata-citta) и ложным взглядом на жизнь (ditthi).
В потоке его сознания возникают цепочки мыслей, окрашенных жадностью, которые и побуждают его совершать пожертвования. Как говорится в «Паттхане», иногда неблагое сознание порождает благое. Поэтому результат, который получит такой человек, не важно, родится он в раю или в мире людей, будет не таким сильным, как у человека, следующего Дхарме, который воплотится в том же мире. Ложный взгляд ослабляет благое состояние ума. В самом мыслительном процессе, о котором идет речь, нет ложного взгляда: ложный взгляд присутствует в предшествующем мыслительном процессе.
Сначала у этого человека появляется сознание, которое сопровождается жадностью и ложным взглядом (lobha-sahajata-ditthi-sampayutta-citta). Такая мысль возникает в данном процессе сознания семь раз. Подобные процессы повторяются вновь и вновь, а затем они побуждают этого человека помочь бедняку. В этом случае в его сознании присутствует щедрость (dana-cetana), но она не сопровождается мудростью. Здесь мы имеем дело с человеком, который с рождения лишен мудрости (dvihetuka).
AM: Закон взаимозависимого возникновения можно объяснить очень кратко. У нас была прошлая жизнь. Сейчас мы родились из-за кармы, накопленной тогда. Пока мы живем здесь и продолжаем накапливать карму, любая из этих кармических сил может снова привести нас к рождению в этом мире, если только мы не достигнем архатства. Это закон взаимозависимого возникновения.
Мы прожили свою прошлую жизнь, но не достигли состояния архата. Это означает, что мы пребывали в невежестве и не понимали природу жизни. Если мы не стали архатами, то это означает, что у нас все еще есть невежество. При достижении архатства все заблуждения устраняются.
Мы не достигли архатства, потому что были невежественны. Мы хотели жить в этом мире, перерождаться в нем и наслаждаться счастьем. Ради этого мы совершали хорошие поступки и накапливали хорошую карму. Порой в силу своего незнания мы совершали недобродетельные поступки и накапливали плохую карму. Если в нашей прежней жизни кто-то плохо обходился с нами, мы отвечали той же монетой: убивали, избивали или уничтожали имущество. Таким образом, из-за нашего невежества, из-за того, что мы не достигли архатства, мы совершали подобные дурные поступки. Из-за нашего невежества, из-за того, что мы не достигли архатства, мы жаждали этого мира, желали переродиться в нем. Под влиянием страстей мы совершали хорошие поступки, потому что хотели переродиться в этом мире.
Мы совершаем добродетельные поступки из-за жажды существования (tanha). Ведь мы хотим родиться в этом мире. Мы творим добро из-за невежества, авидьи. Авидья помогает нам накапливать мирскую добродетель, которая приносит счастье. Аналогичным образом она заставляет совершать дурные поступки из-за гнева, гордости, зависти или жадности. Итак, из-за невежества мы совершаем как хорошие, так и дурные поступки.
Благодаря хорошим поступкам вы рождаетесь здесь. Допустим, вы родились человеком и в последний момент своей жизни вспомнили одно из своих добрых дел. Тогда вы вновь совершаете его в пространстве своего ума. Этот хороший поступок усиливается в последний момент жизни и определяет ваше следующее воплощение. Благодаря силе этого действия формируется соответствующее будущее. К примеру, вы можете вновь родиться человеком. Этот поступок может дать вам человеческую жизнь. Он сформирует зародыш в утробе матери.
В этом случае мыслительный процесс немедленно оставляет старое тело и проникает в этот зародыш. Новая мысль возникает уже в новом теле. Эта мысль считается новой сточки зрения следующего воплощения, но по сути является продолжением последней мысли из прошлой жизни. Если бы тело тогда не умерло, эта мысль возникала бы в нем. Разница только в телах — поток мыслей один и тот же.
Даже сейчас наш поток мыслей находится в движении: одно сознание сменяется другим. Мысли возникают и исчезают, опираясь на наше тело. Но в последний момент жизни поток сознания меняет тело. Поток один, но, перетекая из одного физического тела в другое, формирует новую мысль, которую называют «сознанием перерождения» (patisandhi-citta).
Все это происходит из-за невежества. В прошлой жизни из-за невежества накопилось много кармы, и одна из этих карм, или санкхар, в последний момент перед смертью формирует следующую жизнь (avijja-paccayasankhara). Мысленный поток переходит в новое тело и продолжает разворачиваться уже в новой жизни. Это результат одной из карм, и данная карма обусловливает сознание (sankhara-paccayavinnanam). Из-за кармы возникает сознание перерождения. В новой жизни сознание перерождения возникает вновь и вновь до тех пор, пока мысленный поток не обращается к новому объекту: какому-то предмету, звуку или чему-либо еще. Фоном же выступает бхаванга — пассивное сознание.
Бхаванга есть не что иное, как сознание перерождения, возникающее вновь и вновь. Но мы называем его не сознанием перерождения, а связующим сознанием. Оно обеспечивает непрерывность сознания. В сознании нет ни провалов, ни разрывов. Когда мысли не обращены ко внешним объектам, поток сознания не иссякает: он заполняется бхаванга-читтой — связующим сознанием. Мы называем его «фундаментальным слоем жизни». Это сознание также является результатом прошлой кармы. Оно сопровождает нас всю жизнь, как подводное течение. На него наслаивается новая карма, которую мы накапливаем.
Когда мы видим что-то, мыслительный поток обращается к этому объекту и возникает новая мысль, обращенная вовне. Это сознание зрительного восприятия. Предположим, мы видим очень добродетельного человека, и у нас рождаются вера и глубокое почтение к нему. Тогда мы совершаем добродетельные поступки: поклоняемся ему, выражаем ему свое почтение — и у нас появляются благие побуждающие мысли (kusala-javana), благое сознание (kusala-citta).
Сознание обусловливает ум и материю (vinnana-pacca-yanama-rupam). Первое сознание новой жизни возникает вместе со своими ментальными качествами — «нама». Кроме того, в утробе матери появляется зародыш — первая материальная часть будущего тела. Когда мы говорим, что сознание обусловливает ум и тело, это не значит, что сначала возникает сознание «винньяна», а за ним следуют «нама» и «рупа». Так думать неправильно. Ментальные состояния (нама) и материальные состояния (рупа) появляются одновременно с этим сознанием. Речь идет об одновременном возникновении (sahajata-paccaya).
Возьмем для примера лист бумаги. Нельзя сначала сделать бумагу, а потом выбрать цвет. Бумага сделана уже определенного цвета. Бумага — это «паччая», причина для появления цвета. Если нет бумаги, то нет и цвета. И цвет, и бумага возникают вместе. Это и есть «сахаджата-паччая» — одновременное возникновение.
Говоря, что сознание обусловливает ум и тело, мы имеем в виду, что, возникая в новом теле, сознание появляется одновременно с материальными и ментальными состояниями. Мы называем их «четасика». Здесь нама — это четасика, ментальные качества. Без сознания ментальные качества не возникают. Если есть бумага, то есть и цвет.
Цвет возник одновременно с бумагой. Так и сознание появляется одновременно с намой и рупой. Если нет сознания, то нет и ментальных характеристик. Если нет сознания, то нет и материальной составляющей, или зародыша в утробе матери.
Сознание обусловливает ум и тело, а значит, в утробе матери появляется зародыш. Сознание, ментальные характеристики и материальные состояния — все вместе это дает человека. Это пять совокупностей. Сознание — это «винньяна-кхандха» (vinnana-khandha). К ментальным качествам относятся чувства — «ведана-кхандха» (vedana-khandha). Восприятие — это «саннья-кхандха» (sanna-khandha). Если первое сознание воспринимает что-то, то это возможно только благодаря контакту с телом, ведь тело и сознание возникают одновременно. В этот момент тело способно ощущать, и возникает множество ментальных качеств. Это «саннья-кхандха». При этом есть и другие ментальные качества — «санкхары». А зародыш — это «рупа-кхандха».
Стадия «сознание обусловливает ум и тело» указывает на пять совокупностей, хотя и в миниатюрной форме. Они появляются в утробе матери из-за санкхар, или кармы, накопленной в прошлой жизни. Говоря «сознание обусловливает ум и тело», имеем в виду завершенные пять совокупностей. Но они пока еще не выросли. Пока это очень маленькие пять совокупностей.
Эти маленькие пять совокупностей начинают расти: ментальная и материальная составляющие развиваются. Через какое-то время у тела появляются глаза и уши. В потоке ума и тела возникают пять чувств. По мере их развития ребенок, даже будучи в утробе матери, может ощущать контакт с чем-то внешним. Если мать ест что-то острое, ребенок чувствует это. Это влияет на его тело. Его сознание обращается к этому объекту, и ребенок испытывает неприятное ощущение. Если мать принимает хорошую пищу и заботится о своем здоровье, ребенок в ее утробе счастлив. Он ощущает все это, и у него возникают приятные ощущения. Таким образом, впечатления порождают ощущения (phassa-paccayavedana). И за то короткое время, что он испытывает приятные ощущения, он начинает желать их объекта. У него возникает жажда (tanha). Жажда обусловливает захваченность (tanha-paccayaupadanam). Это желание растет уже в утробе матери. Далее, мать не хочет умирать — она хочет жить. Зародыш развивается, и через какое-то время на свет появляется младенец. Мать рожает ребенка, тот подрастает. И этот процесс повторяется снова и снова.
Когда какой-то объект предстает перед нашими органами чувств, возникает контакт, или столкновение. Из-за контакта с объектом появляются чувства. Это происходит в повседневной жизни. Если это приятные чувства, возникает жажда (tanha). Если это что-то неприятное, мы отвращаем свой ум от объекта и у нас появляется желание держаться от него подальше. Если подобный процесс повторяется вновь и вновь, то жажда растет и набирает силу. Говорят, что «жажда обусловливает захваченность». И мы начинаем совершать благие или неблагие поступки с целью заполучить то, что нам нравится. Мы хотим получить это в нынешней или в следующей жизни. Это называется «становлением» (bhava), то есть потоком кармы. Таков кармический процесс (karma-bhava).
Кроме того, есть три типа бытия: ментальный мир (arupa-bhava), тонкий материальный мир (rupa-bhava) и грубый материальный мир, где существуют плотские удовольствия (kama-bhava). Если вы не существуете ни в одном из этих миров, то вы не накапливаете никакой кармы. В этом случае вам нечего желать. Если вы стремитесь к плотским утехам, к «кама-бхаве», то вам нужно совершать добродетельные поступки низкого уровня. Если вас влечет тонкий материальный мир, или мир Брахмы, надо практиковать медитацию для достижения дьян. Если вы жаждете нематериального существования, «арупа-бхавы», надо практиковать медитацию для достижения дьян более высокого уровня. Таким образом, следует творить добро соответственно одной из трех форм бытия.
Раз есть бытие, мы создаем карму и из-за этого рождаемся снова (bhava-paccayajati). Начинается новая жизнь. Мы снова воплощаемся, наше тело растет, дряхлеет и, наконец, умирает. Таковы три части одного цикла (jati-pacca-yajaramaranam).
Примечание: Анандамайтрея называет не все звенья цепи патичча-самуппады. Вот их полный перечень:
1. Avijja-paccayasankhara: невежество обусловливает карму.
2. Sankharapaccayavinnana: карма обусловливает сознание.
3. Vinnanapaccayanama-rupam: сознание обусловливает ум и материю.
4. Nama-rupapaccayasalayatanam: ум и материя обусловливают шесть врат (пять органов чувств и сознание).
5. Salayatanapaccayaphasso: шесть врат обусловливают впечатление (контакт).
6. Phassapaccayavedana: впечатления обусловливают ощущения.
7. Vedanapaccayatanha: ощущения обусловливают жажду.
8. Tanhapaccayaupadana: жажда обусловливает захваченность.
9. Upadanapaccayabhavo: захваченность обусловливает процесс создания кармы и становления, то есть активный процесс накопления благой и неблагой кармы (kammabhava) и пассивный процесс возвращения кармы (upapattibhava).
10. Bhavapaccayajati: процесс создания кармы обусловливает перерождение.
11. Jati paccaya jara-maranam-soka-parideva dukkha-domanassa-upayasa sambhavanti: перерождение обусловливает старость, смерть, горе, стенания, страдание, скорбь и отчаяние.
Evametassa kevalassa dukkhakhandhassa sumudayo hoti: Таким образом возникает весь этот океан страданий.
В «Разоблаченной Изиде» мадам Блаватская описала один интересный случай. Один христианин в сопровождении нескольких человек отправился путешествовать по Тибету. В те дни такое разрешение еще было можно получить. Они остановились в одном из монастырей и собирались провести там некоторое время, изучая тибетский язык. Еще они хотели посетить деревенские храмы, где, как они слышали, жили могущественные йогины.
Наш христианин приехал в один такой монастырь и поговорил с его настоятелем. После разговора настоятель наклонил голову так, словно слушал кого-то. Затем он сказал: «Монах Дамрон из отдаленного храма зовет меня к себе. Я должен идти. Вернусь через три-четыре дня, а вы можете подождать меня здесь». После этого настоятель зашел в свою комнату и закрыл дверь.
Христианин остался в храме. Там было много других монахов, и он стал расспрашивать их, куда же ушел настоятель, «Он отправился навестить друга, — отвечали они и назвали храм, куда пошел настоятель. — Наверное, он вернется дня через три». Христианин остался ждать. Через два или три дня он услышал, как кто-то зовет одного из учеников настоятеля. Он отчетливо слышал этот голос. Тогда он открыл дверь и увидел самого настоятеля. Тот поднялся и сказал: «Я уходил в своем астральном теле». В этом храме практиковали «астральную проекцию». Это легко, а для тех, кто практикует йогу, еще легче. Это совершенно безвредно.
В этой книге описан еще один случай, произошедший с этими же людьми. Они отправились в отдаленный монастырь, рядом с которым располагался большой пруд. Так вот, если какой-то человек хотел узнать о своих родных, ему нужно было подойти к пруду и подумать о них. Тогда в воде отражался дом, близкие и те, о ком думаешь, — в общем, то, что происходит с ними в данный момент. Все это отображалось на глади воды. Этот христианин тоже увидел все, что происходило у него дома, чему очень обрадовался.
В этой книге говорится еще об одном явлении. Как-то путники отправились в храм в деревне Кумбум. Слово «кум-бум» на тибетском означает «тысяча букв». На территории этого храма росло большое дерево, которому поклонялись люди. Оно было окружено забором, цвело и плодоносило. Это было очень красивое, большое дерево. На каждом листе дерева были буквы, которые складывались в слова о Дхарме. На каждом листе этого дерева была записана какая-то Дхарма.
Само дерево было похоже на платан. Вы знаете, что такое платан, банановое дерево? С таких деревьев можно снимать кору. Под корой оказываются строки из Дхаммапады или другие положения из Дхармы на тибетском. Если вы снимете кору, то под ней увидите другой слой, а на нем — новые строки из Дхармы. Вот такое прекрасное дерево. На нем созревают фрукты с семенами, но если семена посадить в другом месте, из них ничего не вырастет. Это дерево — единственное в своем роде. Его называют кумбум.
Откуда же оно появилось? Около четырехсот лет назад жила очень добродетельная и преданная буддизму тибетская семья. Муж и жена были крестьянами. Они постоянно молились бодхисаттве Авалокитешваре, чтобы тот послал им благословенного ребенка. Они давали обеты, делали подношения и постоянно молились. В общем, были очень благочестивыми людьми. И вот однажды, когда они работали на своем огороде, им попался большой плоский камень. Жена устала, прилегла на камень и уснула. Это было днем. Во сне она увидела, что кто-то вошел в ее тело. Проснувшись, она сказала мужу: «Кажется, я беременна. Бодхисаттва услышал мою молитву». И они вернулись домой.
Примерно через десять месяцев эта женщина родила ребенка, которого нарекли Цонкапой. Это тибетское имя. С самого рождения ребенок мог говорить, и его речь была очень разумной. Когда ему исполнилось четыре года, он сказал: «Я должен стать монахом. Отведите меня в ближайший монастырь. Я родился, чтобы стать монахом и служить Будде. Я не могу оставаться дома». Тибетцы очень религиозны. И вот они взяли этого четырехлетнего мальчика и отвели в ближайший монастырь. Они рассказали настоятелю о желании сына, и тот согласился принять его. По традиции мальчика остригли, а волосы закопали в землю. Через несколько дней на'этом месте появился росток, из которого впоследствии выросло большое дерево. Это и есть то самое дерево, на каждом листе которого написана Дхарма. Поэтому его называют кумбум — «тысяча букв». Оно все еще растет там. Монастырь при нем называется Кумбум.
Когда Блаватская была в Тибете, она приезжала в Кумбум посмотреть на это дерево. Она сфотографировала его и опубликовала этот снимок в своей книге «Разоблаченная Изида». Эта книга у меня с собой. Вот такие замечательные вещи есть в тибетском буддизме, [смех].
Тибетцы все знали наперед. У них были предсказания, что в такие-то годы будут проблемы с Китаем. Но через какое-то время, приблизительно через пятьдесят лет, Тибет снова обретет независимость, и Далай-лама вернется в свою страну. Тибет будет процветать и станет сильной и независимой страной. Есть такое пророчество. Тибетцы знают об этом и надеются, что однажды вернутся домой. Они ждут своего часа. Их время уже близко: это случится через десять или двадцать лет. Китайское правительство изменится, и тибетский народ обретет независимость. Далай-лама вернется в свою страну, и Тибет станет прогрессивным государством с новыми законами, новыми технологиями и новым образом жизни. Тибет проложит себе путь в современность. Он станет очень сильным буддийским государством. Тибетцы знают это.
В Тибете есть два лидера: один — религиозный, другой — политический. Политический лидер — это Таши-лама. Он все еще находится в Тибете под надзором китайцев. Религиозным лидером является Далай-лама. Таши-лама принадлежит к тантрической традиции, в соответствии с которой ламам можно жениться. Но Далай-лама принадлежит к традиции Тхеравада, а точнее, к школе Сарвастивада традиции Тхеравада. У них та же самая Трипитака, только на тибетском, и Виная у них та же. Разница лишь в том, что в силу климатических условий они одеваются по-другому. Они соблюдают Винаю до последней буквы и ведут очень чистую жизнь. Я говорю о последователях Далай-ламы. Но есть и другие школы, тантрические, где целибат не соблюдается. Они довольно сильно отличаются от традиционных, но как буддисты также подчиняются Далай-ламе. Политическое руководство осуществляет Таши-лама. Далай-лама и Таши-лама никак не конкурируют между собой, а наоборот, сотрудничают.
Таши-ламу называют еще Панчен-ламой. Да, обычно все называют его Панчен-ламой.
Я встречался с Далай-ламой в Вестминстерском аббатстве, куда его пригласил епископ. Мы долго говорили с ним перед его выступлением в аббатстве. Там собрались все буддисты Лондона. Меня тоже пригласили на эту лекцию. У Далай-ламы было время перед выступлением, и мы смогли поговорить. Далай-лама очень хорошо говорит по-английски. Во время нашей беседы он сказал мне: «Нам нужно работать сообща. Вы — монах Тхеравады. Я тоже. Мы называем это школой Сарвастивады в рамках традиции Тхеравады. Мы оба полагаемся на одну и ту же Трипитаку. Есть небольшие расхождения в Винае, но в Дхарме различий нет. Поэтому мы должны работать вместе». Так он мне сказал.
После этого глава очень влиятельного тибетского центра «Ригпа», что в двадцати милях от Лондона, пригласил меня прочесть серию лекций по Абхидхарме. Я выступал там с лекциями около года. Раз в две недели они присылали за мной машину. Послушать мои лекции приходило много англичан, как мужчин, так и женщин. Они сделали записи всех моих лекций. Я выступал там в течение года, а затем меня пригласили во Францию. В Париже тоже есть филиал центра «Ригпа». Очень много французов являются последователями буддизма. В течение недели я читал лекции по Абхидхарме, а переводил их с английского на французский профессор Сорбоннского университета. Таким образом, тибетские монахи отнеслись ко мне очень хорошо и по-дружески.
AM: В Дхарме говорится о десяти причинах возникновения гнева. Девять из них выделяются в общую группу. Бывает так, что какой-то человек навредил вам или задумал против вас что-то дурное. Или причинил зло вашему другу или родственнику. Или помог вашему врагу, человеку, который вам не нравится. Таковы первые три причины, которые относятся к прошлому. Что касается настоящего, вы можете подумать: «Этот человек злится на меня. Он собирается навредить мне, а может, уже навредил». Это одна причина. Или: «Он помогает моим врагам, встает на их сторону». Или: «Он вредит моим друзьям, родственникам». Таковы три причины, которые относятся к настоящему. Когда речь идет о будущем, вы можете подумать: «Возможно, этот человек навредит мне. Он может навредить моим друзьям, моим родственникам. Он поможет моим врагам». Таким образом, три причины имеют корни в прошлом, три — в настоящем и три — в будущем. Всего их девять.
В первых девяти случаях гнев возникает по какой-то причине, но порой человек злится без всякого повода. Предположим, вы идете по дороге и по рассеянности ударяетесь ногой об камень. Вы злитесь. Это называется «аттхана-копа» — беспричинный гнев (atthana-kopa). В других случаях у вас есть повод, чтобы разозлиться.
Я расскажу вам историю, которая произошла на моих глазах. Недалеко от нашей деревни есть монастырь. Там жил один старый монах, и мы время от времени навещали его. Там же жил старый слуга, который выполнял разную работу, например готовил еду. Он был очень глуп. Однажды мы пришли на церемонию, которая проводилась в этом монастыре. В тот день он набрал горшок колодезной воды и шел с ним по дороге. Уже во дворе он по своей невнимательности ударился пальцем о камень. Ему было больно, и он пристально смотрел на камень. Мы наблюдали за происходящим со стороны. Затем этот слуга пошел в свою комнату и оставил там горшок с водой. Он вышел с молотком и стал бить по камню, пока тот не превратился в пыль. Он посмотрел на пыль и сказал: «Усвоил урок? Впредь будь осторожнее. Я преподал тебе урок». Вот какие глупости делают люди. Подобные поступки называются аттхана-копа.
Таким образом, девять плюс один получается десять. Все причины для гнева исчерпываются этими десятью. Вы можете прочитать об этом в «Ангуттара-никае».
AM: Когда вы чувствуете, что в вашем сердце вот-вот начнет подниматься что-то неблагое, вы должны направить свое сознание в противоположное направление. Подумайте о чем-то хорошем. Подумайте о Будде, подумайте о том, что вы слышали о Дхарме, о каком-нибудь совете, который вам дали, или о вашем учителе. Думайте о чем-то совершенном. Обратите свои мысли на что-то противоположное. Тогда гнев не найдет места в вашем сердце.
AM: Представьте, что вы уснули.
AM: Я имею в виду, что когда ни о чем не думаешь, естественным образом наступает бхаванга. Если нет мыслей, поток сознания опускается на уровень бхаванга. Тогда нет и гнева, [смех] Когда перестаешь думать, ум уподобляется чистому листу. Это значит, что он проваливается в состояние бхаванга.
AM: Бхаванга не является чем-то выдающимся. Это всего лишь сознание перерождения, которое возникает вновь и вновь. Когда зародыш появляется в утробе матери, у него уже есть сознание. И это сознание возникает снова и снова, если мы ничего не делаем, если мы не думаем ни о чем внешнем. Когда мы спим, в нас присутствует сознание бхаванга. Когда ум ни о чем не думает, он отключается — это и есть бхаванга. Вам не нужно заниматься медитацией, чтобы попасть в это состояние. Оно наступает естественным образом, когда вы спите. Это не какое-то выдающееся состояние.
Чтобы гнев не проникал в сознание, нужно практиковать медитацию благородной любви или любую другую медитацию. Можно медитировать о величии Будды, о его доброте и сострадании или заниматься випассаной. Практикуйте любую медитацию. Тогда гнев не найдет лазейки, чтобы проникнуть в ваш ум. Подойдет любая медитация. Гнев возникает тогда, когда вы думаете о ком-то, кто навредил вам.
Мы с одним молодым монахом отправились в Бирму, чтобы посетить церемонию посвящения в духовный сан. Я должен был передать правительству Бирмы письмо от нашего руководства. Наш визит был подготовлен президентом Бирмы.
AM: Президент и премьер-министр У Ну. Они организовали очень хороший прием. После того как завершилась церемония посвящения в сан, нас из Янгона привезли в президентский дворец на обед. Затем на самолете президента мы отправились в Мандалай. Президент позвонил какому-то высокопоставленному чиновнику и попросил его встретить нас. В Мандалае нас приветствовали представители власти вместе с главой монашеского ордена. Нас привезли в очень большой монастырь, где мы и разместились. После обеда мы поехали смотреть медитативные центры в горах.
Высоко в горах повсюду центры для медитации, дома для паломников и красивейшие святыни. Вся эта местность защищена навесами. И тут и там разбросаны разнообразные святилища — тысячи и тысячи святилищ. Гору опоясывают небольшие постройки, в которых располагаются комнаты для медитации. Там может медитировать одновременно много монахов. Мы обошли все достопримечательности.
Когда мы вернулись в храм, было около семи вечера. Нам дали что-то попить. Настоятель сказал мне: «Около пятисот монахов собрались в храме, чтобы послушать вас. Пожалуйста, прочитайте нам часовую лекцию на пали». Я понял, что меня хотят испытать. Я ответил: «Хорошо. Буду готов через пять минут». В зале собрались монахи из главной пиривены Бирмы. В течение пяти минут я думал, о чем мне говорить. Я мысленно составил план своего выступления, затем вышел к ним и прочел лекцию на пали. Она продолжалась около часа. Все остались очень довольны.
На следующий день ко мне подошел настоятель монастыря. Он был намного старше меня: ему было около восьмидесяти лет, тогда как мне не было и сорока. Он и другие учители показали мне несколько сложных положений из комментариев к «Вишуддхи-магге» и сказали, что не могут разобраться в них. Комментарии были на бирманском, но я с ранних лет мог читать по-бирмански. Они сказали, что не понимают некоторые строки. Я с первого прочтения во всем разобрался и объяснил смысл монахам. Тогда они попросили меня записать эти строки на пали бирманскими буквами, что я и сделал. Тем вечером старшие монахи собрались вокруг меня и мы приступили к обсуждению. Они задавали очень много вопросов, а я отвечал. Затем я сам спросил их об одном трудном положении, и они не смогли ответить на мой вопрос, [смех] Они ничего подобного раньше не слышали. Тогда я попросил принести мне комментарии на палийском и показал им это место.
Они очень обрадовались и стали выражать мне свое почтение. Наставник монастыря принес монашеское одеяние из шелка, чашу и другие предметы, которые принадлежали его учителю. Их хранили как реликвию и каждый день поклонялись им. Старый монах положил их передо мной и сказал: «Это наши реликвии. Мой учитель был очень хорошим ученым и мог разъяснить любое положение из Дхармы. Я уважаю вас, как своего учителя. Вы развеяли много наших сомнений. И я предлагаю эти вещи вам». Кроме того, он поднес мне новое одеяние. Многие монахи слышали это и впоследствии подходили ко мне с вопросом: «Он действительно отдал вам вещи своего учителя?» Я отвечал: «Да». Некоторым монахам это не понравилось. Они тоже глубоко уважали его учителя, но ничего не могли поделать. Вот что произошло со мной в Бирме.
Когда начался Шестой Буддийский Собор, настоятель того самого монастыря попросил правительство Шри-Ланки отобрать несколько монахов, которые занялись бы редактированием текстов для Собора. Отдельно он указал мою фамилию: «Когда будете отбирать монахов для комитета, пригласите и достопочтенного Анандамайтрею Теро». Дело в том, что они знали только меня. После того как члены комитета по редактированию были избраны, ко мне обратился один из министров, который занимался этим вопросом. Он сказал, что по просьбе бирманской стороны я тоже включен в состав комитета, и попросил меня приехать.
Из Балангоды я отправился в Коломбо. Я присоединился к комитету и начал работать. Затем нас пригласили в Бирму. В Бирме мы вошли в комитет по редактированию и пробыли там шесть или семь месяцев. Вместе со мной в Бирму приехал один очень ученый монах, достопочтенный Соратха. Впоследствии он стал ректором университета Видьодая, а в то время был заместителем директора пиривены Видьодая. Он был главным в нашей группе. Он предложил мне ознакомиться с фронтом работы и выбрать те разделы, над которыми мы хотели бы поработать. Так мы стали работать вместе, а остальные монахи вошли в состав других групп.
Каждая группа состояла из пяти человек и отвечала за редактирование определенной части канона. Мы присоединились к своей группе и стали обсуждать некоторые моменты из текста. Порой у нас возникали разногласия в толковании отдельных трудных терминов. Так разгорелся спор между достопочтенным Соратхой и одним бирманским монахом. Я слушал их. Достопочтенный Соратха — очень образованный человек, но не слишком искусен в том, что касается полемики на пали. Я видел, что он терпит поражение. Тогда я присоединился к ним и стал отстаивать нашу точку зрения на пали. Доказав, что достопочтенный Соратха прав, я заставил бирманского монаха умолкнуть. Ему нечего было возразить. По окончании дня работы достопочтенный Соратха сказал мне: «Если бы ты не поддержал меня, этот умный бирманский монах загнал бы меня в тупик. Но благодаря тебе я сохранил лицо».
Меня назначили в комитет по окончательному редактированию, и я остался в Бирме еще на десять месяцев. Тем временем достопочтенный Соратха и другие монахи вернулись на Шри-Ланку. Достопочтенный Соратха был честным человеком. Когда он вернулся в пиривену Видьодая, он открыто заявил всем: «Я сумел сохранить лицо только благодаря Анандамайтрее Теро. Если бы не он, тот бирманский монах победил бы меня. Он очень хорошо говорил на пали». Такое случалось время от времени.
Как-то раз в Индии на одной железнодорожной станции я вступил в дискуссию с христианским епископом. Я прибыл на эту станцию и собирался отправиться в Бенарес. Поезд должен был прийти в двенадцать ночи, а я был на месте уже в пять часов и мне предстояло долгое ожидание.
В то время на станцию пришла группа христианских священников во главе с епископом из Англии. Епископ увидел меня и очень вежливо поинтересовался, кто я и куда еду. Я ответил ему: «Я буддийский монах и жду поезда. А вы?» «Завтра мы отправляемся по деревням с проповеднической деятельностью. Каждый из священников поедет в свою деревню», — сказал епископ. Я сидел и молчал.
Он подошел поближе. У них тоже было много времени: они ждали утреннего поезда. Епископ спросил меня: «Когда вы стали монахом?» — «Я был мальчишкой лет пятнадцати». — «Расскажите о своем опыте как буддийского монаха», — попросил он. Я ответил, что не понимаю его вопроса: «Если вы расскажете мне о своем опыте, я лучше пойму, что вы имеете в виду». Тогда он рассказал мне историю своей жизни. Я понял, что это одна сплошная ложь, что он выдумал эту историю и в ней нет ни капли правды.
Он рассказал, что родился в христианской семье, но был атеистом, потому что читал книги вольнодумцев, которые не верили в Бога. Вопреки христианскому учению в молодости он начал пить, играть в азартные игры и так далее. Он стал алкоголиком и пошел по кривой дорожке. Он не верил в христианство. Но когда несколько лет спустя вернулся домой из другого города, старший брат силой заставил его пойти в церковь. Брат очень настаивал на том, чтобы он просто сходил туда и посмотрел на то место, где учился в детские годы. Он согласился пойти в церковь, но не собирался молиться. Он сказал, что отказывается молиться Богу. Но священник, к которому он ходил в детстве, сказал: «Даже если ты не веришь в Бога, это не имеет значения. Просто сиди здесь и слушай, как молятся другие». Он прислушался к его совету. Пока другие молились, он сидел и слушал. Молитва закончилась, и все погрузились в мысли о Боге. В этот момент произошло что-то удивительное. Он услышал, как Бог говорит с ним. Он очень ясно услышал слова Бога: «Дитя мое, не будь атеистом. Верь в Бога-Творца, иначе ты понесешь наказание и будешь вечно гореть в аду. Будь добрым христианином». Такой совет он получил. Казалось, будто кто-то шептал ему на ухо, но, посмотрев по сторонам, он никого не увидел. И он решил, что с ним говорил Бог. После этого он стал верующим христианином и захотел служить в церкви. Он стал священником, а затем епископом. По его словам, он получил разнообразный опыт. Он рассказывал еще какие-то истории, как поверил в существование Бога, и другие.
Я ответил ему: «Я простой монах, и у меня не было такого замечательного опыта. Я не так образован, как вы. Я простой деревенский монах». Я сделал вид, что совсем не знаком с христианством. Он спросил меня: «Читали ли вы Библию?» Я сказал, что слышал об этой книге. «Вы знаете что-нибудь о Боге?» — «Нет, не знаю». — «Вы хотели бы услышать о Нем?» — «Если вы расскажете, я послушаю». Тогда он начал рассказывать мне о том, как Бог создал мир и как по прошествии долгого времени Он послал на землю своего сына, потому что люди стали много грешить. Чтобы спасти их, Отец послал сына — Христа. Христос пришел, чтобы наставить людей на путь истинный.
На это я сказал ему: «Я сомневаюсь в том, что Бог послал своего сына спасти людей». Он предложил мне задать любой вопрос, который поможет развеять мои сомнения. Я сказал: «Вы говорите, что Бог послал своего сына Христа, чтобы спасти людей. Если Христос пришел спасти людей и принести себя в жертву, чтобы искупить их грехи, тогда все грешники будут спасены. Это так? От имени всех нас Христос принес себя в жертву перед лицом своего Отца. Поэтому какую бы религию мы ни исповедовали, какие бы преступления мы ни совершали, мы будем спасены, так как Иисус Христос отдал свою жизнь за нас. Тогда зачем вы путешествуете с целью обратить людей в христианство?»
Он не смог ответить на этот вопрос. Он заговорил о чем-то другом и стал рассказывать, как Бог сотворил мир. Я сказал ему, что мне это неинтересно, — я задал вопрос и хочу получить на него ответ. Он снова попытался уйти от ответа. Там был еще один монах, индиец, который знал меня и который выступал в роли моего сопровождающего. Он жил одно время на Шри-Ланке. Он сказал епископу: «Вам не удастся обмануть этого монаха. Он дискутировал с христианскими священниками еще во времена своей юности. Он знает христианство лучше вас, не пытайтесь обратить его».
К тому моменту как мой спутник заговорил, я уже притворился, что готов принять христианство. Они уже было приготовились меня крестить, [смех]. Но потом они поняли, что я водил их за нос. Мой спутник предупредил их, что у них ничего не выйдет. Что бы этот епископ ни говорил о христианстве и Библии, я тут же задавал встречный вопрос, который ставил под сомнение только что сказанное. Епископ не мог ответить ни на один мой вопрос. После этого он очень расположился ко мне. Он не разозлился, а, наоборот, проявил дружелюбие. Он спросил: «Вы ждете двенадцатичасового поезда?» — «Да». — «Тогда я приготовлю вам постель. Вот мой матрас». Он расстелил свой матрас и сказал мне: «Пожалуйста, воспользуйтесь им. Я хочу, чтобы вы хорошо выспались до прибытия поезда». Вот как этот епископ стал обращаться со мной. Проснувшись, я поблагодарил его за доброту и отправился своей дорогой. В моей жизни было и такое.
Все жители Капилавасту смотрели на Ясодхару как на свою родную мать. Она была очень красивой, доброй и отзывчивой. Когда царевич Сиддхартха решил покинуть родной дом и стать аскетом, Ясодхара хотела уйти вместе с ним. Им не нравилась жизнь во дворце, но они хранили свое намерение в тайне. Царевич поделился своими мыслями с Ясодхарой, и она сказала: «Я должна пойти с вами. Иначе кто будет готовить вам?» — «Но у тебя ведь ребенок. Как ты будешь ухаживать за мной, если у тебя ребенок? Порой во время практики йоги я буду испытывать сильные страдания. Не будет проку в том, что ты будешь рядом. Ты должна заботиться о ребенке. Когда я стану буддой, я, несомненно, вернусь к тебе и обучу тебя тому, что постиг сам». И она согласилась остаться. Она поняла, что он ее не обманывает.
Затем он пошел к отцу, к царю Суддходане. Отец спросил его: «Сын мой, зачем ты пришел ко мне в полночь?» Царевич ответил: «Я хочу оставить дворец, чтобы стать аскетом и узнать секрет жизни, узнать, как освободиться от всех страданий. Я не могу оставаться в этом доме больше.
Ты очень любил меня. Ты хорошо обо мне заботился. И если бы я покинул дом без твоего разрешения, это было бы неуважением по отношению к тебе. Я благодарен тебе. Поэтому прошу тебя, позволь мне покинуть дом». Тогда царь спросил его: «Люди покидают дом из-за бедности или какого-то несчастья. Но в этом дворце я могу обеспечить тебя всем, чем угодно. Почему ты хочешь покинуть дом? Я могу удовлетворить все твои потребности. Тебе незачем уходить: здесь ты можешь практиковать медитацию и все, что только пожелаешь. Ты будешь прав, если покинешь дом при условии, что я не могу предоставить тебе все необходимое. Однако это не так».
Тогда царевич сказал: «Но если ты согласишься, что не можешь дать то, что я попрошу, ты позволишь мне покинуть дом и отправиться на поиски этого?» «Да, тогда ты можешь уйти. Но я могу удовлетворить все твои потребности». — «Хорошо, но если ты все-таки не сможешь дать то, что я попрошу, ты разрешишь мне уйти?» — «Да, тогда ты получишь мое разрешение». Царевич Сиддхартха сказал: «Ты дал мне обещание. Если ты не сможешь предоставить того, в чем я нуждаюсь, ты должен будешь сдержать свое слово». «Да, я сдержу его».
«Тогда я спрошу тебя вот о чем. Можешь ли ты дать мне бессмертие? Можешь ли ты дать мне свободу от болезней и сделать так, чтобы я никогда не болел? Можешь ли ты мне дать вечную молодость и сделать так, чтобы я не старел?» И тогда Суддходана понял, что совершил ошибку: «Сын мой, это не в моей власти. Я не могу дать тебе этого». «Тогда ты должен позволить мне покинуть дом, как и обещал». — «Да, сын мой. Что я могу сделать? Я знаю, что не могу дать того, что тебе нужно. Когда ты только родился, я знал, что настанет день, когда ты покинешь дом. Мудрец Асита и другие брахманы предсказывали это. Мне остается лишь одно: я благословляю тебя. Я даю тебе свое благословение и надеюсь, что ты обретешь совершенную мудрость, которую ищешь. Пусть твое желание исполнится. Прими мое благословение».
Так Бодхисаттва, царевич Сиддхартха, получил дозволение отца и приемной матери. Царь ничего не мог поделать. Он рассказал о случившемся своим братьям Амитодхане, Суккходане, Дхотодане и другим царевичам-сакьям, его младшим братьям. Они сказали: «Что ж, в городе четверо ворот. У них мы и будем ждать его ночью. Мы должны отсрочить его отъезд. Может быть, нам не удастся вечно удерживать его во дворце, но мы должны попытаться отсрочить его уход, и тогда придет тот день, когда он станет правителем мира. А до того мы должны мешать ему уйти. Мы будем охранять городские ворота как минимум неделю». И они со своими людьми стали охранять четверо ворот. На дороге нес дозор царевич Маханама.
Бодхисаттва узнал об этом. Он ждал шесть дней. Все шесть дней царевичи не спали, но на седьмой день устали. У одних ворот заснул сам царь Суддходана. Другие царевичи тоже заснули. Той ночью Бодхисаттва хотел сказать Ясодхаре, что уходит. Ой дошел до ее комнаты и уже стоял у самой двери. Но она спала, и он подумал: «Если я разбужу ее, она начнет плакать. Это сослужит плохую службу, так что я не стану будить ее. Я уже получил у нее разрешение и мне нет необходимости вновь просить его». Он спустился вниз и попросил слугу Чанну оседлать коня. Чанна ответил: «Хорошо», — но тайком пробрался наверх и начал шуметь, чтобы разбудить Ясодхару. Однако ему это не удалось и пришлось подготовить скакуна для Сиддхартхи.
Царевич Сиддхартха подъехал к воротам и увидел отца: тот лежал у ворот и спал. Он поклонился отцу и сказал: «Отец мой, ты любишь меня. Но я получил твое дозволение». Он склонил голову и выехал через ворота. Сразу после этого он встретил царевича Маханаму, который караулил дорогу. Царевич Маханама сказал ему: «Брат мой, куда ты едешь? Останься». И он сделал все возможное, чтобы задержать царевича Сиддхартху. Но царевич сказал ему: «Нет, ты не можешь остановить меня», — и тот вернулся домой.
В канонических писаниях говорится, что это Мара хотел остановить Сиддхартху. Что ж, образно говоря, любой, кто бы ни пытался остановить его, может быть назван Марой. Тем Марой, который живет в сердце человека. Это такая метафора, когда говорят, что Мара пытался остановить его. Все это рассказано в текстах нади и рассказано хорошо. Из них вы можете узнать о жизни Будды во всех подробностях. Там дана полная биография Будды, в которой события излагаются по месяцам. Человек, у которого были эти книги, сказал, что лишь на копирование нади о жизни Будды уйдет по меньшей мере три месяца. И еще он сказал мне, что если я заплачу ему три тысячи рупий, он сделает мне копию. Но тогда у меня не было денег и я не смог ему заплатить. Однако эта книга существует. Она очень большая и подробная.
AM: Тот человек уже умер, но книга осталась. Она находится в библиотеке «Коннемара» в Мадрасе. Его внук жив, и сейчас он пользуется этой книгой. Я не знаю, где он сейчас. Я слышал, что в Майсуре или Бангалоре. Он толкует предсказания нади в том числе и по этой книге.
AM: Нет. Эти книги можно найти в разных штатах Индии. Есть, например, и в Бомбее. В них собраны предсказания о жизни большинства людей, не всех, но многих. В Северной Индии, в Бенаресе, есть один человек, у которого довольно много книг с предсказаниями нади. Нади на санскрите есть и в Непале. В Кушинаре живет один человек, который владеет такими книгами — они у него на санскрите. Я встречался с ним. В Индии много таких мест.
Древние мудрецы составили эти тексты на санскрите, но позже их перевели на другие индийские языки: тамильский, телугу, каннада и некоторые другие. Один махараджа из Танджура нанял около сотни лингвистов и перевел все эти книги на различные индийские языки. Он держал все эти книги в своей огромной библиотеке. Через какое-то время их хозяином стал другой человек, который получил образование в Англии и не видел в них никакой ценности. Он сказал: «Кому нужны эти книги? Никто не может прочесть их. Выбросьте их в воду». Вокруг дворца был большой водоем, который кишел крокодилами. Туда и бросили книги. Брахманы, разбиравшиеся в них, кинулись в воду и вытащили сколько смогли. Некоторых покусали крокодилы. Почти все книги удалось спасти. Затем их продали в Америку, Германию, Англию. Оставшиеся книги разошлись по всей Индии.
В этих книгах содержится много тайных инструкций: там говорится о том, как создать атомную бомбу и различные технологии, которые на самом деле существовали и в древности. Много разного описано в этих книгах, в том числе средства излечения различных болезней. Еще там говорится о грядущей войне — о Третьей мировой войне. Там сказано, что в ноябре 1999 года разразится Третья мировая война. Люди будут использовать оружие под названием «атом». На тамильском языке это звучит как «атом». Атомная война. В Третьей мировой войне будут использовать оружие под названием «атом», и поэтому она продлится только три месяца. Многие страны Европы превратятся в пустыню. Погибнут миллиарды и миллиарды людей. Самые густонаселенные страны станут пустыней — лишь немногие уцелеют. Большинство умрет. На Ближнем Востоке почти все народы погибнут. Вся их нефть сгорит.
Третья мировая война начнется на Ближнем Востоке. Воздух будет отравлен. Пострадают Индия, Шри-Ланка, Таиланд, Мьянма и другие страны Южной Азии. Отсутствие дождя скажется на урожаях. Люди будут страдать от засухи. Около десяти месяцев не будет дождей. Люди будут страдать от голода и болезней. Это продлится около десяти месяцев, а затем будет сформировано Объединенное мировое правительство. Уцелевшие люди устанут от своих воинственных лидеров, изгонят их, и нации объединятся. С одобрения всех народов будет избрано единое правительство. Все страны будут подчиняться ему, и наступит мир, который продлится две тысячи лет. Войн больше не будет, и страны будут процветать. Настанет мир во всем мире. Так говорится в этих книгах.
AM: Мудрецы древности.
AM: Пять-шесть тысяч лет назад. В индийской астрологии время исчисляется югами, периодами. Согласно индийской астрологии нынешний период называется Кали-югой. Она началась около пяти тысяч лет назад. До нее была Двапара-юга. На стыке этих периодов жило много мудрецов, которые и составили эти предсказания. Некоторые люди из Европы тоже приезжают сюда, чтобы узнать свою судьбу. Они удивляются точности полученных предсказаний, ведь там указаны даже их английские имена.
АМ: Да, очень много, и они толстые. Тысячи и тысячи томов. Для нахождения информации о конкретном человеке используются ключи. Толкователи владеют методом, но не рассказывают другим. С помощью этих ключей они могут найти в книгах и ваше имя.
АМ: Предсказания нади.
АМ: На разных индийских языках: одни на тамильском, другие на телугу. Я знаю одного человека из Бомбея по имени Чаячатри. Если вы найдете его и он изучит вашу руку, то вы получите предсказание о вашей жизни. Вам даже не нужно называть свое имя. Он прочтет ваше имя и имена ваших родителей в книге. Он прочтет все, что касается вас.
АМ: Да. Удивительно, правда? Когда мне впервые рассказали об этих предсказаниях, я не поверил. Но затем я поехал в Индию, встретился с этим человеком в Мадрасе. Я сказал ему, что у меня есть кое-какие вопросы касательно моего гороскопа. Мне казалось, что он составлен неправильно. Я спросил, не может ли он составить мне правильный гороскоп и сделать предсказание о моей жизни. Он ответил: «Дайте мне посмотреть вашу руку. Я возьму пять рупий за это». Он изучил мою ладонь, нашел на ней одну линию и сказал, как она называется. Затем ушел в другую комнату и вернулся уже с книгой. Он начал читать: «Вас зовут так-то и так-то». Все верно. «Отца зовут так-то и так-то». Верно.
«Мать зовут так-то и так-то». И снова все правильно. «Все верно?» — «Да».
«История вашей жизни есть в этой книге. Копия предсказания будет стоить тридцать пять рупий, а перевод на английский язык — три рупии». Я заплатил ему, и он скопировал кусок текста обо мне. Там содержалось предсказание с рождения до восьмидесяти трех лет. Он добавил: «Если вы проживете дольше, то у вас уже не будет нужды в словах мудрецов». Мудрецы писали: «Он сможет прожить долгую жизнь, если будет практиковать медитацию и йогу. Он уйдет из жизни тогда, когда почувствует усталость от нее. Он сам решит время своей смерти, мы же даем предсказание только до восьмидесяти трех лет». Что ж, восемьдесят три года уже прошли, сейчас мне девяносто пять. Но все, что они предсказали мне до восьмидесяти трех лет, сбылось.
АМ: Да.
АМ: Нет, анапану.
АМ: Можно и так сказать. Отличия незначительны. Я знаю пранаяму. Я изучал ее и даже практиковал кундалини-йогу под руководством одного гималайского йогина. Какое-то время я жил в Гималаях, недалеко от Ришикеша, и учился у выдающегося йогина Свами Нараянананды. Он открыл мне много секретов йоги. Он мог читать мысли. Он знал, о чем я думаю. Например, если я хотел съесть что-то особенное, он понимал без слов и готовил это на следующий день. Его зовут Свами Нараянананда. Его ашрам находится на пути в Ришикеш. Он очень сильный йогин.
Я был у него в конце Второй мировой войны, около сорока лет назад. Тогда я жил в Индии, в Бенаресе, в буддийском храме в Сарнатхе. В то время я также практиковал йогу, но из-за чрезмерной практики у меня возникли боли. Мой индийский друг сказал мне: «Не пей лекарства, не ходи к доктору. Отправляйся к Свами Нараянананде в Гималаи». Он рассказал мне, как добраться до Свами, и я сразу же тронулся в путь. Сначала я добирался поездом до Дели, а оттуда автобусом до Гималаев. Я встретил Свами в местечке под названием Канкхал, где находится его ашрам. Когда я пришел к нему, он сказал: «Я с первого взгляда понял, зачем ты здесь. У тебя болит сердце, но я могу устранить боль». С помощью йоги он излечил меня уже через месяц. Затем он сказал: «Не практикуй пранаяму, не получив наставлений». А я спросил: «А кто даст мне наставления?» — «Что ж, если хочешь, можешь остаться здесь. Я научу тебя».
«Пусть воздух наполнит тебя. Не вдыхай с силой. Пусть воздух входит естественно. Затем закрой правую ноздрю большим пальцем и мягко выдыхай через левую. Опять вдохни, закрой левую ноздрю и выдыхай через правую». Все это можно делать самостоятельно. Есть более сложные пранаямы, и осваивать их нужно с наставником, таким наставником, который способен читать ваши мысли. В противном случае у вас могут возникнуть проблемы с сердцем. Но легкие пранаямы может практиковать любой — никакого вреда они не принесут.
АМ: Закрываете правую ноздрю большим пальцем правой руки и вдыхаете через левую ноздрю. Не старайтесь вдохнуть с силой — пусть воздух входит плавно. Когда вы почувствовали, что воздух заполнил легкие, дайте ему выйти через туже ноздрю. И снова вдыхаете уже через правую ноздрю, и выдыхаете через нее же. При этом вы чувствуете, как воздух наполняет легкие и выходит через ту же ноздрю. Повторите это пять раз и не более. Если вы будете делать так каждый день утром и вечером, то очистите свой нос и улучшите циркуляцию крови. Это изменит ваш цвет лица — оно станет светлее. Если вы будете выполнять эту практику в течение нескольких месяцев и захотите продвинуться дальше, то вам нужно будет получить наставления от опытного йогина. Без этого вы не сможете достичь более высокого уровня. Самому же приступать к сложным пранаямам опасно.
АМ: Как его звали?
АМ: Я знаком с Шиванандой. Какое-то время я жил у него. Он, правда, уже умер. У него было много учеников из разных стран мира. Он издавал журнал «Божественная жизнь». Вы читали? Там есть указания по практике йоги. Вы должны практиковать йогу с опытным учителем.
АМ: Только самые легкие?
АМ: Выделаете их?
АМ: Будьте осторожны. Это может быть опасно.
АМ: Вам нужно найти другого хорошего учителя, чтобы не бросать практику.
АМ: Если я не достигну никакой дьяны, никакого мистического погружения в этой жизни, то снова воплощусь на Шри-Ланке и стану министром образования. Я проведу серьезные реформы в сфере образования. В середине жизни я снова стану монахом. Буду усиленно практиковать йогу, и мое следующее рождение будет уже в мире Брахмы. Я не вернусь в человеческий мир до тех пор, пока на Землю не придет Будда Майтрея.
АМ: Сложно сказать.
АМ: Возможно, я буду помнить и эту жизнь.
AM: Во время практики саматхи иногда случается, что перед вами внезапно, как бы само собой начинаются разворачиваться прошлые жизни. Вы их видите как панораму. У вас возникают видения. Вы забываете о настоящем и чувствуете, что проживаете другую жизнь, — это и есть ваша прошлая жизнь. Подобное происходит, когда вы непрерывно практикуете йогу. Под йогой я имею в виду анапанасати. Анапана очень хороша.
АМ: Анапанасати — это своего рода пранаяма. Ее еще называют пранапана или пранаяма. Это та же самая система, просто другая ее сторона. Пранаям великое множество. Если вы решили серьезно ими заниматься и хорошо освоили легкие варианты, вам нужно получить наставления от знающего учителя. Это касается даже анапанасати. Так написано в наших книгах.
АМ: Тогда следующее мое рождение будет в мире Брахмы.
АМ: Мы сможем встретиться, если ваше желание будет достаточно сильно. Мы встретимся и поговорим на все эти темы. Наши связи идут из прошлых жизней. Мы встретились в этой жизни потому, что как-то соприкасались в прошлой. Будда говорил: «Вы общались в прошлой жизни и поэтому встретились в этой». Если вы читали джатаки, то могли видеть, что в конце каждой из них Будда говорит: «В то время Сарипутта Теро был тем-то, Моггаллана — тем-то, Ананда — тем-то, королем, допустим, мой нынешний отец, его женой — моя мать, этим человеком была Ясодхара, а главным действующим лицом был я сам». Так он устанавливает связь между прошлым и настоящим.
С древних времен они любили друг друга, были привязаны друг к другу, поэтому рождались снова и снова, встречались вновь и вновь. Многие тысячи жизней они были вместе. Но в разных жизнях отношения были разными. Иногда Будда рождался сыном Ананды, или сыном Девадатты, или сыном Сарипутты, или братом Сарипутты. Иногда Ясодхара была сестрой Бодхисаттвы. Таким образом, родственные связи могут меняться. Но они рождались рядом из-за сильной любви и привязанности.
В мире столько замечательных вещей, о которых мы не знаем!
АМ: Я не чувствую усталости, но уже какое-то время из-за моей болезни мне хочется пить, когда я много говорю. Но пока не устал.
АМ: [смех] Что ж, если кармические силы, которые вызвали мое нынешнее рождение, сильны настолько, чтобы и дальше поддерживать мою жизнь, я поживу еще. В предсказаниях нади сказано, что я могу прожить и двести лет, но не знаю, насколько это правда. В Гималаях есть люди, которые живут и триста, и пятьсот лет.
Есть один человек по имени Павхари Баба. Он прожил уже две тысячи лет, и все благодаря силе йоги. Он все еще жив. Он живет в пещере в Бадринатхе. Я видел его фотографию. Когда я был в медитационном центре в Сарнатхе, в Бенаресе, к нам приехал один американский джентльмен. Он хотел остановиться у нас на несколько дней. Я спросил его, откуда он к нам пожаловал. Он ответил, что из Бадринатха в Гималаях. Я поинтересовался, что он там делал, и он сказал, что практиковал йогу. «Кто был вашим учителем?» — «Свами Павхари Баба». И он показал мне его фотографию. Человек на фотографии был очень молодым. Я сказал: «Но он же совсем еще юноша!» — «Нет, ему две тысячи лет». Я удивился: «Это невероятно! Я не могу в это поверить!» Но американец сказал: «Неважно, верите вы или нет, — главное, что верю я. Он видит прошлое и будущее. Он видит настоящее. Его можно спросить о чем угодно из того, что происходит в мире. Он задумается на несколько минут, направит свое сознание к предмету вопроса и расскажет все как есть».
Это становится возможным благодаря силе йоги. Нужно развивать дьяну, тогда продолжительность жизни увеличится. Заниматься самовнушением, и тогда тело будет становиться сильнее и сильнее благодаря силе йоги. Согласно Абхидхарме наше тело находится в зависимости от четырех условий: кармы (kamma), сознания (citta), тепла (utu) и питания (ahara).
Накопленная карма приводит к определенному рождению. Каждый момент метачастицы тела появляются заново. Это телесность, порожденная кармой (kamma-jarupa). Затем идет черед телесности, порожденной сознанием (citta-jarupa). Если мысли хорошие, то в теле каждый момент времени появляются здоровые метачастицы. Если человек мыслит грубо или неправильно, то у него возникает плохая, слабая читта-джарупа, из-за чего он может заболеть. Уту — это энергия, разлитая по всему телу. Теперь ахара. Благодаря хорошему питанию каждый момент времени возникает здоровый элемент материального существования (rupa). Если человек принимает плохую пищу, у него может возникнуть нездоровая рупа, одна за другой будут появляться нездоровые метачастицы и человек начинает болеть. Нужно очень внимательно относиться к тому, что ешь. Тогда тело будет здоровым.
Нужно постоянно следить за тем, чтобы мысли были благими. Тогда и тело будет здоровым. Если человек практикует дьяну, у него появляются сильные дьянические мысли. Метачастицы, появляющиеся благодаря дьяническим мыслям, способствуют продлению жизни. Практикующие дьяну живут долго. Другие рупы уступают им.
Жизнь таит так много загадок…
АМ: Выразите такое желание и надейтесь на это. Тогда вы встретитесь со следующим Буддой. Каждый день, поклоняясь Будде, произносите это пожелание с большим чувством.
АМ: Практикующий медитацию может родиться в мире дэвов, среди дэвов-долгожителей, и жить там вплоть до момента, когда на Землю придет грядущий Будда Майтрея. И уже тогда встретиться с ним. В древности на Шри-Ланке после каждого добродетельного поступка, после каждой пунья-каммы, цари выражали особое пожелание: «Пусть после смерти я снова окажусь на Джамбудвипе, в вершинах Гималаев. Пусть я стану дэвой гор, который будет жить целую кальпу, и воочию увижу Майтрею». Дело в том, что земные дэвы могут жить дольше, чем дэвы в раю. Они живут кальпами, а кальпа — это мировой цикл. Так цари древности выражали свое пожелание.
Однажды Будда посетил деревню под названием Велудвара. Рассказ об этом можно найти в «Саньютта-никае». Жители деревни окружили Будду и сказали: «Достопочтенный господин, одни из нас земледельцы, другие — торговцы, третьи — скотоводы. Мы не можем заниматься возвышенными практиками. Мы не можем практиковать ни медитацию для достижения дьян, ни випассану, наша жизнь и без того полна забот. Нам нужно заботиться о семье и воспитывать детей. Мы не можем преследовать такие возвышенные цели. Пожалуйста, научи нас, как прожить эту жизнь спокойно и счастливо, а затем родиться в раю. Мы не способны ни на что сверх этого. Пожалуйста, дай нам наставление».
Будда увидел их умы и сердца и понял, что их сознание не подготовлено к высоким учениям. Будда учил каждого в соответствии с его характером, умственными способностями, уровнем сознания. Он увидел, что их уровень сознания не слишком высок, и дал им совет о том, как прожить успешную, счастливую и спокойную жизнь домовладельца.
Он спросил: «Вы бы хотели, чтобы вас убили или ранили?» — «Нет, господин, этого мы не хотим. Мы хотим жить в безопасности». Тогда Будда сказал: «Так и все остальные не хотят быть убитыми и ранеными. Поэтому вы не должны никого убивать. Вы не должны делать другим то, что считаете плохим для себя. Вы не хотите, чтобы вас убивали и ранили, — другие тоже не хотят этого. Вы должны делать другим то, что хотели бы получить для себя. Вы не должны никого убивать, потому что сами не хотите быть убитыми. Вы не должны ранить других, так как сами не хотите быть ранеными. Это первое условие счастливой жизни».
Затем Будда спросил: «Вы бы хотели пострадать от воровства или других потерь?» — «Нет, господин, мы не хотим этого». — «Так думают и остальные. Никто не хочет терять свое имущество. Так что если вы не хотите страдать от потери имущества, не поступайте так с другими. Другие люди такие же, как вы, они испытывают те же чувства. Поэтому не берите ничего, что не принадлежит вам. Не воруйте, не грабьте, не занимайтесь разбоем. Это второе условие для того, чтобы прожить счастливую, спокойную и успешную жизнь».
То же самое относится и к прелюбодеянию. Нужно вести чистую жизнь. «Вы бы хотели, чтобы вас обманывали?» — «Нет, не хотели бы». — «Так и любой другой человек не хочет быть обманутым. Все думают так же. Поэтому не обманывайте других, не лгите. Хотели бы вы поссориться с кем-то близким, с родственником или другом?» — «Нет, не хотели бы». — «И любой другой человек таков же. Никогда не говорите плохо о других, не говорите слов, из-за которых люди разделяются. Не говорите ни о ком плохо за его спиной».
Родители должны выполнять свои обязанности по отношению к детям. Человек должен исполнять свой долг по отношению к братьям и сестрам, он должен обращаться с ними мягко и с любовью. К слугам нужно относиться с добротой, так как они помогают нам. А они в свою очередь должны выполнять свои обязанности с любовью. Если вы выполняете свой долг по отношению к людям, окружающим вас, вас будут все любить и в вашем доме будет мир. Будда сказал: «Это то, что надлежит делать».
Чтобы жизнь была легкой, каждый день как минимум пятнадцать минут практикуйте медитацию «метта» — медитацию благородной любви. Делайте ее каждый день: когда вы работаете, когда говорите, когда едите, когда чем-то занимаетесь, — практикуйте ее всегда. Предположим, вы занимаетесь медитацией по пятнадцать минут, но этого недостаточно. Вы должны практиковать ее всегда, чем бы ни занимались. Когда вы говорите со слугами, вы должны говорить с любовью. Когда вы говорите с братом, сестрой или с кем-то еще, вы должны говорить с любовью. Медитация любви должна практиковаться в повседневной жизни, во всех делах, которые вы совершаете в течение дня. Тогда у вас в доме будет мир.
Вы можете прочесть сутру «Сигаловада». Она переведена на английский язык. В предисловии к «Сигаловада-сутре», которая около сорока лет назад была переведена на английский и опубликована г-ном Рис-Дэвидсом, говорится: «Если бы эта сутра пришла к нам в древние времена, Англия была бы совершенно другой. Наша страна была бы лучше, гораздо лучше, чем сегодня. Но, к сожалению, мы получили ее только недавно. Думаю, что люди из долины Ганга, жители Раджагахи, где Будда произнес «Сигаловада-сутру», значительно улучшили свою жизнь после получения этого учения. Увы, нам не посчастливилось услышать его раньше». Так было сказано в предисловии к переводу этой сутры.
Буддийское издательское общество в Канди, Шри-Ланка, опубликовало прекрасный английский перевод этой сутры. Это маленькая книжечка. Есть ли у вас книга «Жизнь и учение Будды», написанная достопочтенным Нарадой Теро из Ваджирарамы, что на Шри-Ланке? В этой книге дано краткое изложение сутры. Это очень хорошая книга. А можете прочесть «Дхарму Будды» того же автора — там вы также найдете краткое содержание сутры. Вы можете сложить о ней впечатление и по книге «Чему учил Будда» достопочтенного Рахулы. Кажется, сутра идет приложением. Это очень хорошая книга, самая лучшая для понимания буддизма. Кажется, она была переведена и на тайский язык. Одной ее достаточно для того, чтобы понять все о буддизме.
Если вы хотите ее переиздать на английском или перевести и издать на тайском, я разрешаю. Сейчас ее собираются издать в Англии.
АМ: Это точка зрения комментаторов «Аттхакатха-чарии» (Atthakatha-cariya). Но у них на то есть определенные основания. В канонических писаниях говорится, что «нейя» (пеууа) — люди, способные к обучению, способные понять Дхарму и достичь хотя бы ступени сотапатти, вхождения в поток, — воплотятся вновь, прежде чем истекут пять тысяч лет. Затем не появится ни одного человека такого типа. Именно по этой причине комментаторы сказали, что буддизм будет существовать пять тысяч лет. Это значит, что в этот период будут рождаться люди (или хотя бы один человек), которые смогут достичь ступени сотапатти. Вот почему дан срок в пять тысяч лет. По истечении этого срока не появится ни одного человека типа нейя.
Вы знаете, кто такие Нейя? Это люди, способные достичь ступени сотапатти, сакадагами, анагами и архата за счет практики учения Будды Гаутамы. Это те, кто следовал за Буддой, когда он практиковал парамиты в прошлых жизнях. Они следовали за ним со времен Сумедхи. Аскет Сумедха получил у Будды Дипанкары однозначное предсказание о том, что в будущем станет Буддой по имени Гаутама. Это было первое предсказание. В то время бодхисаттва Сумедха находился на таком уровне развития, что мог бы легко достичь ступени архата, стоило ему только захотеть. Он развил парамиты в нужной для этого степени. Именно такой человек может получить однозначное предсказание о своем будущем рождении буддой. Бодхисаттва Сумедха мог бы стать архатом и достичь дьяны. Но он решил прак тиковать парамиты не ради самого себя, а ради других. Сам он достаточно развил парамиты и мог достичь архатства в любой момент.
Он погрузился в сансару и отказался от идеи достичь архатства. Он видел, что Будда Дипанкара может спасти от сансары только ограниченное число людей. Не все сильны настолько, чтобы постичь истину. Для того чтобы человек мог осознать истину, должны быть выполнены три условия. Рождение должно быть результатом хорошей кармы (punna-kamma), то есть добродетельных поступков, которые он совершил при наличии трех корневых причин: щедрость (alobha), доброта (adosa) и мудрость (amoha). Добродетельные поступки нужно совершать в присутствии этих трех причин, которые называются благими (kusala-hetuka). Если человек рождается с тремя этими причинами, то есть обладает благой кармой, он может достичь дьяны. Если человек рождается по неблагим причинам (ahetuka-kusala), он может совершать хорошие поступки, но при этом у него не будет понимания. В этом случае причиной благих поступков будут алобха и адоса, но не амоха. Такие люди рождаются без способности к пониманию. Подобный человек не может достичь ни дьяны, ни ступени сотапатти, ни более высоких ступеней. Таким образом, люди ахетука подобны животным — они очень несчастны.
Аскет Сумедха видел, что большинство существ в этом мире, большинство людей и богов рождены без способности к пониманию и являются «двихетука» (dvihetuka). Даже среди дэвов есть двихетука; часть людей и все животные — также двихетука. Будда Дипанкара мог наставить только тех, кто был рожден с тремя благими причинами. Тогда бодхисаттва Сумедха подумал: «Что же будет с другими? Им никто не поможет. У них не будет наставника, который приведет их к высшим ступеням. Я помогу им». Он думал: «Я должен стать их помощником, помощником людей двихетука, помощником существ ахетука, помощником животных и всех прочих существ».
Чтобы помочь им, он отказался от архатства и погрузился в сансару. После этого в большинстве своих человеческих жизней Бодхисаттва становился царем или учителем-брахманом. Он был очень могущественным человеком. Обычно в первой половине жизни он был вождем, а во второй — отрешался от мира и становился отшельником. Он очень быстро достигал дьяны благодаря медитации «касина», ведь он был счастливцем, который мог стать архатом в любой момент. Таким людям очень легко достичь дьяны даже после непродолжительной практики.
Таким образом, Бодхисаттва становится отшельником. Он живет в джунглях или в лесу и развивает дьяну. Разумеется, в лесу ему встречаются разные несчастные животные. Он видит множество оленей, которых убивают жестокие звери или люди. Отшельник видит их и думает: «Как я могу помочь им? Они родились оленями и сильно страдают. Я должен позаботиться о них, я должен помочь им родиться людьми. Что мне сделать для этого? Я должен родиться среди них и направлять их».
Человеку, который достиг дьяны, уготовано перевоплощение в мире Брахмы. После смерти такой человек естественным образом рождается в мире Брахмы, который расположен выше мира дэвов. Но Бодхисаттва отказался от этой идеи: он не хотел рождаться в мире Брахмы. Когда его жизнь стала клониться к закату, он с помощью божественного зрения (dibba-cakku)[4] заглянул в утробы олених и стал ждать момента, когда одна из них будет готова зачать. Когда время пришло, отшельник использовал свою силу, чтобы покинуть тело. Он добровольно оставил свое тело и переродился олененком. Он родился оленем, но это не было результатом неблагой кармы. Он должен был родиться на высочайшем уровне, в мире Брахмы, но по своей воле перевоплотился среди животных. Этот олененок с рождения помнил свое прошлое воплощение, потому что тогда он достиг дьяны и развил сознание до очень высоких ступеней. Его память была очень сильной, несмотря на то что он родился животным. Он не был простым животным, рождение которого является результатом неблагой кармы. Он стал оленем по доброй воле, для того чтобы помочь другим.
Он с рождения помнил свое прошлое воплощение, помнил свой прежний язык, помнил Дхарму и те учения, которые постиг в прежней жизни. Глубиной своих знаний он превосходил обычного человека. Несмотря на то что он был оленем, он мог читать проповеди людям, ведь он помнил все, чему научился в прежней жизни. Он был особенным существом, не таким, как другие животные. Он говорил на языке людей, потому что помнил язык своей предыдущей жизни — человеческий язык. Он мог проповедовать даже людям.
Но поскольку он жил с матерью и другими оленями, он также выучил и язык оленей. У каждого вида животных свой язык, который позволяет им общаться между собой. Они двигают ушами, шевелят хвостом и издают какие-то звуки — это их способ общения. Но на их языке даже Бодхисаттва не мог обучать медитации и передавать высшие знания. Он не мог давать им наставления по практике дьяны или випассаны. Вместо этого он учил их простым основам морали: не убивать животных, слушаться родителей, испытывать благодарность к своим друзьям, быть добрым к другим животным, не брать чужого. Он учил их нравственности (panca-sila).
Своими познаниями он превосходил других оленей, и, естественно, они выбрали его своим вождем. Из джатак мы узнаем о том, что, рождаясь среди животных, Бодхисаттва становился их вождем, ведь его знания намного превосходили знания остальных. Он учил их быть нравственными. В итоге все эти животные перерождались людьми.
Итак, Бодхисаттва родился оленем, чтобы привести всех животных, с кем мог пообщаться, к перерождению в мире людей. Затем он пожертвовал собой ради них. Когда охотник оказался в той местности, Бодхисаттва вышел вперед и отдал за них свою жизнь. После этого он переродился человеком. Его прежние родители-олени тоже родились людьми. Они вновь стали его близкими, потому что в прошлом любили его. Так что когда Бодхисаттва стал человеком, вокруг него собрались великолепные спутники. И снова он задумался о том, чтобы воплотиться еще каким-нибудь животным, например горным козлом. Он переродился среди горных козлов и стал обучать их правилам нравственности. Вместе с Бодхисаттвой все они в следующей жизни переродились людьми. И вновь в конце жизни он подумал: «Я должен родиться зайцем». Под его руководством все зайцы обучились нравственности и переродились людьми.
Таким образом, в течение многих жизней Бодхисаттва рождался среди животных и приводил их в мир людей. И в человеческом мире у него было много последователей, которые практиковали добродетели под его руководством. Он занимался этим с тех времен, когда был Сумедхой. И гораздо позднее, перед тем как в последний раз прийти в этот мир, он в нескольких жизнях также учил животных и помогал им родиться в мире людей. Они практиковали недостаточно для того, чтобы постичь Дхарму при встрече с Буддой, и стали его поздними учениками. Им еще предстоит накопить огромные добродетели. Последняя часть этих учеников родится в конце этого цикла длиной в пять тысяч лет. Именно из-за этих последних учеников Бодхисаттвы и говорят, что Сасана продлится пять тысяч лет.
Вот основание для подобной точки зрения. Но большинство учителей так не считают. Они даже не задумываются о том, почему так сказано в комментариях. В «Саса-джатаке» рассказывается о том, что однажды Бодхисаттва родился зайцем. Там говорится, что бог Сакка высек изображение зайца на луне. Большинство людей неправильно понимают это: здесь речь идет не о нашей Луне. В «Джата-камале», которая является священной книгой буддизма, дано очень хорошее объяснение этой истории. В ней говорится, что во дворце Сакки, царя дэвов, на одной из стен зала для собраний было два изображения — солнца и луны. Именно на этой луне во дворце Сакки и был нарисован заяц, чтобы его могли видеть дэвы, приходя в зал. Из «Джатака-малы» следует, что это не наша Луна.
АМ: Работать изо всех сил. Если вы хотите достичь высших ступеней и стать сотапатти, нужно практиковать випассану. Чтобы постичь нирвану в этой жизни… Нужно стремиться достичь хотя бы состояния сотапатти. Тогда вы переродитесь в раю и сможете в будущем встретиться с Буддой Майтреей.
АМ: Если стадия сотапатти пока недостижима, нужно развить сильное желание увидеть Майтрею. Чтобы встретиться с Буддой Майтреей, нужно совершать добродетельные поступки. Есть ряд добродетельных поступков, которые ведут к встрече с Буддой Майтреей: строить мосты, где они необходимы; помогать оставшимся без помощи; воодушевлять монахов на соблюдение Винаи, например устраивать церемонию Катхина[5]. Сасана и буддизм существуют, пока монахи соблюдают Винаю. Поэтому нужно помогать монахам в этом деле, чтобы учение Будды Гаутамы продолжало процветать. Эти добродетельные поступки помогут в будущем увидеть воочию Будду Майтрею. В «Буддхавамсе» перечисляются те добродетельные поступки, которые способствуют встрече с Майтреей. Их список дан в конце «Буддхавамсы».
Но если вы настойчиво будете пытаться достичь ступени сотапатти, вхождения в поток, я думаю, у вас получится. Нужно практиковать медитацию випассана. Достигший стадии сотапатти в течение последующих семи или четырнадцати жизней рождается поочередно то в мире людей, то на небесах, либо только на каких-то небесах семь или четырнадцать жизней подряд. Вы сможете увидеть воочию Майтрею прежде, чем закончатся эти четырнадцать воплощений, потому что жизнь на небесах длится очень долго. Таким образом, нужно пытаться достичь хотя бы ступени сотапатти в этой жизни. Если это не удастся в этой жизни, то в силу обретенной привычки может получиться в следующем воплощении. В любом случае в одной из ближайших жизней вы станете вошедшим в поток. Это тот путь, которому надо следовать.
В Таиланде очень много учителей медитации випассана. Вы можете получить у них наставления и практиковать. Делайте випассану каждый день хотя бы понемногу.
AM: Нужно быть снисходительным ко всем. Слабости есть у всех людей, неважно, монах ты или мирянин. Они не родились монахами — они одни из нас, просто вступили в монашескую общину, и, естественно, у них есть свои слабости. Нужно испытывать к ним сострадание. Можно попробовать их направить в нужное русло, но действовать следует мудро и по-доброму. Если вы обнаружили проступки у монаха, не следует говорить ему об этом прямо — лучше намекните. Вы должны сделать так, чтобы он сам понял свою ошибку. Так поступал Будда.
Однажды Пасенади, царь Косалы, отправился в поход, чтобы подавить мятеж. Большинство восставших были захвачены в плен и убиты. На пути домой царь должен был проехать через Джетавану. Стоял полдень. В Джетаване он сказал, что хочет посетить Будду, и отправился к нему. Царь поклонился Будде и сел рядом. Будда спросил: «Сейчас полдень. Откуда вы пришли и куда направляетесь?» Царю было стыдно признаться, где он был, потому что он убил много людей. Он ответил: «Достопочтенный господин, у правителя так много обязанностей, которые следует выполнять. Я уезжал по государственным делам, а теперь возвращаюсь в столицу». Но Будда знал правду, просто не говорил об этом открыто. Если бы он сказал, что царь приехал с кровавой расправы, тому было бы стыдно. Будда не любил ставить людей в неудобное положение, поэтому, чтобы образумить царя, стал говорить намеками:
— Каждый должен выполнять свой долг. Но есть вещи, о которых мы должны задуматься.
— Что же это?
— Предположим, к вам сейчас подойдет заслуживающий доверия человек и скажет: «Ваше величество, надвигается буря. Штормовой фронт простирается на многие лиги, и скоро он накроет нас». Как вы поступите?
— Я брошусь в противоположную от шторма сторону.
— А если буря идет и с той стороны? Если с запада придет человек и скажет вам, что сильная буря надвигается с запада?
— Достопочтенный господин, чтобы спастись, я побегу на север.
— Хорошо, но и с севера придет человек и скажет вам то же самое. Страшная буря движется к нам с севера.
— Тогда я побегу на юг.
— Но и с юга придет человек с таким же известием. Что вы будете делать?
— Тогда, достопочтенный господин, я не смогу ничего поделать. Буря надвигается на меня с четырех сторон. Поэтому я должен буду остаться здесь и подумать о своей следующей жизни. В этом случае ничего нельзя сделать.
Тогда Будда сказал:
— Сейчас вы подобны человеку, который оказался окруженным бурей со всех сторон. Существует старость. Вы неуклонно приближаетесь к смерти. Ваше время истекает. Вы не знаете, когда заболеете, когда ужасная болезнь подкосит вас и принесет с робой смерть. Вы не знаете, когда могущественный враг тайком подберется к вам и нанесет смертельный удар. Вы не знаете, когда с вами произойдет несчастный случай. У опасности, с которой может столкнуться человек, так много лиц. И вы не знаете, когда умрете. Поэтому вы должны понимать, что надо делать.
— Достопочтенный господин, в таком случае я должен следовать Дхарме. Я должен жить добродетельной жизнью. Я должен совершать как можно больше добродетельных поступков. Вот что мне следует делать.
— Да, вы правы. Вот что нужно делать, вот истина, которой надо следовать.
Царь склонился перед Буддой. После этого он уже никогда не учинял кровавых расправ.
Таким образом Будда выстраивал разговор с людьми. Он говорил опосредованно. Благодаря этому подходу он добивался значительных результатов, не задевая чувства людей. После этого разговора царь не перестал поддерживать Будду в его деятельности и совершать пожертвования.
Домохозяин Упали был джайнистом и каждый день подносил джайнам еду и прочие вещи. Услыхав учение Будды, Упали стал буддистом и сказал: «Достопочтенный господин, теперь я понял истину. Как долго из-за своего невежества я не мог осознать всю глупость учения джайнов! Я больше не буду поддерживать их». Но Будда ответил: «Не поступай так. Не прекращай помогать им. Пусть они следуют ложным путем, все же помогай им. Подноси им пищу, не отказывай в помощи».
Это и есть буддийский путь. Если человек или монах, которому вы помогаете, имеет какие-то слабости, не стоит прекращать поддерживать его. Вы должны сделать все возможное, чтобы наставить его на истинный путь косвенными методами. Так нужно поступать. Не обвиняйте его. Когда человек, вставший на неправильный путь, подвергается критике, он становится более злонамеренным, поскольку чувствует стыд. Он только и слышит, что его ругают. Поэтому нужно найти опосредованный способ, чтобы показать ему, что он не прав.
АМ: Заслуги вырастают в сердце, в уме. Если у вас чистое сердце и некоторая мудрость, то пусть даже получатель помощи будет плохим человеком, вы получите заслугу. Возьмем, к примеру, собаку. Вы кормите ее, пусть это просто собака, а не добродетельное существо. Однако вы все равно получаете заслугу.
Теперь что касается даяния. Есть два вида даяния: даяние как помощь и даяние, совершаемое из уважения. Если вы видите человека, который добродетелен, или верите в его добродетельность, то вы жертвуете ему из уважения. Если же человек безнравствен, то в этом случае вы оказываете ему помощь своей добротой. Предположим, вам встречается человек, который не следует никаким религиозным нормам. Но если он беспомощен, нужно помочь ему, дать ему пищу. Это даяние из жалости. Таким образом, можно помогать любым недобродетельным или злым людям, будь то монах или мирянин.
… Если вы посвятили свою жизнь распространению Дхармы, если это единственное, что радует вас, то последний вздох вы сделаете в счастливом и сильном состоянии ума. И это приведет вас к нирване.
АМ: Это возможно при старательной практике випассаны. По крайней мере, можно достичь ступени сотапатти. Людям, подобным вам, людям щедрым, с сильной верой и пониманием, не составляет труда достичь состояния сотапатти. Все зависит от вас. Вы должны преисполниться решимости достичь сотапатти уже в этой жизни. Приложите усилия и практикуйте випассану под руководством знающего учителя. На ступени сотапатти вы увидите сияние нирваны. Это первая стадия, на которой вы видите и переживаете нирвану — вечное блаженство. Сделайте это. Будьте энергичными и щедрыми. Я думаю, в Англии много людей, достигших сотапатти. Что уж говорить о такой буддийской стране, как Таиланд. Попробуйте.
Перед смертью карма создается в ментальном пространстве, и уже в соответствии с ней формируется следующая жизнь. Человек видит знаки следующей жизни, которая является результатом этой кармы. Если знаки привлекают его, это приводит к следующему рождению. Тем временем тело становится неподвижным. Когда возникает последний момент сознания, тело уже бездвижно — оно умерло. Последующий момент сознания появляется уже в другой жизни, допустим, в утробе матери. В силу кармы мыслительный процесс направляет поток сознания к новому рождению, в лоно матери. Под влиянием этой кармы тонкая материальная форма вместе с сознанием, которое помнит прошлые поступки, возникает в материнской утробе. Таково состояние сознания в первые мгновения в утробе матери.
Сознание, идущее следом за последним сознанием прошлой жизни, является частью того же самого потока — в нем нет пробелов. Это не новая жизнь, это продолжение прежней жизни. Даже сейчас в один момент времени у вас есть какие-то мысли, какое-то сознание, и оно исчезает, сменяется другим сознанием, которое тесно связано с предыдущим. Это сознание также вскоре исчезает, и ему на смену приходит новое. Такова природа сознания. Существует цепочка мыслей, поток мыслей.
В момент смерти, в тот момент, когда тело оставлено, поток мыслей вливается в новое физическое тело, подготовленное кармическими силами. Поток мыслей остается прежним — он никак не отличается от предыдущего. Первое сознание, возникающее в новом теле, называется «связующим сознанием», или «патисандхи-читтой» (patisandhi-citta): оно связывает прошлую жизнь с нынешней. Это сознание возникает у нас в момент зачатия, когда мы находимся в утробе матери. За ним следует другое сознание того же типа. Мы не называем его связующим сознанием, хотя этот тип сознания, так же как и патисандхи-читта, зафиксирован на объекте и возникает вместе с ним шестнадцать раз подряд.
Поскольку здесь речь идет не о первом сознании, а о последующем, которое является продолжением прежнего потока, мы называем его бхаванга-читта (bhavanga-citta). «Бхава» означает «существование», «анга» — «фактор». Фактор, обеспечивающий непрерывность сознания и поддерживающий бытие, называется бхаванга-читта. Этот тип сознания фиксируется на том же самом объекте, что и сознание зачатия — патисандхи-читта. Это тот же самый объект, который воспринимал последний мыслительный процесс в прошлой жизни. Предположим, последние мысли были сосредоточены на том, что в один из дней вы совершали великую Будда-пуджу. Последней мыслью было воспоминание об этой пудже. Вы чувствовали себя очень счастливым, и это запечатлелось в вашем сердце. Это был очень сильный добродетельный поступок. В этом случае ум наполнится счастьем, и с помощью ясновидения вы увидите лоно матери. В результате этого поступка вы родитесь человеком. Материнская утроба привлечет ваше сознание, ваш ум возжелает ее, и мысль направится туда.
Вслед за последней мыслью прошлой жизни новая мысль должна была бы появиться в том же теле. Но тело уже умерло, поэтому новая мысль возникает в лоне матери, в очень маленьком зародыше, созданном кармическими силами. Разница заключается лишь в физических телах: их два, тогда как ментальное тело одно. Ментальный поток перетекает из предыдущего тела в новое, созданное кармическими силами. Это первое сознание возникает снова и снова шестнадцать раз подряд, и мы называем его бхаванга-читта. Бхаванга-читта есть не что иное, как повторение первого сознания. Отличие лишь в названии: первое сознание новой жизни называется патисандхи-читта. Это сознание связывает прошлую и настоящую жизни. Когда то же самое сознание возникает снова и снова, мы называем его бхаванга-читта — сознание, поддерживающее непрерывность нашего существования.
Затем возродившееся существо, словно во сне, испытывает тягу к новой жизни. Первая страсть, которая появляется в человеке, — это привязанность к новому существованию. Это «жажда» (tanha), «жажда существования» (bhava-tanha), или «жадность» (lobha). «Жадность» — это эгоистичное желание, первая страсть, которая возникает в любом живом существе. Именно поэтому, говоря о страсти, Будда в первую очередь отмечал жадность из трех корней: жадность, гнев (dosa) и невежество (moha). Обучая добродетельным поступкам, он говорил об избавлении от жадности, что возможно при помощью даны (щедрости, жертвования). Для того чтобы освободиться от этой страсти, нужно практиковать дану. Вот почему Будда называл дану первой в списке добродетельных поступков: дана, нравственность (sila), развитие ума (bhavana) и так далее.
Таким образом, у существа в утробе матери могут возникать различные мысли. Оно может помнить прошлую жизнь. Думая о прошлой жизни, оно может испытывать счастье. Если мать ест плохую пищу или чувствует себя плохо, все это влияет на зародыш — он страдает. Поэтому мать должна быть очень осторожна в том, что касается питания и образа жизни. Она должна поддерживать в себе хорошее расположение духа. И тогда ребенок, которого она вынашивает, будет очень здоровым. Если мать волнуется по каким-то причинам, это также влияет на ребенка. Ребенок страдает от этого.
Родившись, ребенок все еще помнит прошлую жизнь. По этой причине дети временами улыбаются или плачут во сне: они видят какие-то события, порой печальные, из прошлой жизни. При вступлении в контакт с объектами из жизни нынешней ребенок начинает забывать прошлую жизнь. Он начинает понимать то, что говорит ему мать. Мать показывает ему разное и объясняет: это твой отец, это твои братья, это дерево и так далее. И понемногу он начинает забывать свою прошлую жизнь. Ребенок направляет свой поток сознания на то, что его окружает, и наступает момент, когда он оказывается связан только с этой жизнью. С возрастом он полностью забывает прошлое. Вот как это бывает. Иначе человек помнил бы свою прошлую жизнь, свое пребывание в утробе матери, свое появление на свет. Даже люди с очень хорошей памятью, с хорошо развитым центром памяти в мозгу, вырастая, не помнят свою прошлую жизнь. Однако есть люди, которые не теряют память о прошлых жизнях, даже когда становятся взрослыми. Но таких очень мало.
Есть одна книга, которую опубликовал в Америке господин Стивенсон. В ней собраны истории детей, которые помнят свои прошлые жизни. Он сам проверял их подлинность. Он встречался с этими детьми, задавал им вопросы о прошлых рождениях и совершал поездки по тем местам, про которые ему рассказывали. Таким образом, он выяснил, что двадцать пять историй действительно правдивы. Он собрал большое количество свидетельств и на основе своих исследований опубликовал книгу «Двадцать пять рассказов детей, которые помнят свою прошлую жизнь». Это очень интересная книга, опубликованная в Америке в университете Кентукки[6].
Давайте вернемся к сознанию. Теперь вы знаете, что такое бхаванга-читта. Возьмем для примера чашку. Есть ли что-то в этой чашке? Вы видите, что в ней ничего нет. Однако на самом деле там кое-что есть, и это — воздух, который ее наполняет. Разумеется, она наполнена воздухом. Если же вы нальете в чашку воды, воздух исчезнет. Когда воды не станет, чашка снова естественным образом наполнится воздухом. Так и наш поток мыслей: если нет никаких внешних объектов, занимающих наши мысли, то сознание заполнено бхаванга-читтой. Состояние бхаванга наполняет сознание точно так же, как воздух — пустую чашку. Первоначально чашка заполнена воздухом, но если в нее поместить что-то другое, воздух уйдет. Так же обстоит дело с сознанием. Когда мы спим и пребываем в состоянии без сновидений, в нас присутствует бхаванга. Сознание бхаванга держится до тех пор, пока мы не проснулись или не увидели сон.
Согласно современной психологии бхаванга — это бессознательное. Так это состояние называл швейцарский психолог доктор Юнг, который провел с ним многочисленные опыты. Он называл его не подсознанием, а бессознательным. Во сне мы ощущаем себя без сознания. Но на самом деле сознание все-таки присутствует: мы сознаем что-то, чего не можем вспомнить. Именно оно и воспринимается в ваш первый момент мысли в новом рождении. Именно на этом объекте были зафиксированы наши последние мысли в прошлом рождении. Но, к сожалению, наш ум недостаточно силен для того, чтобы помнить это при пробуждении. В этом наша слабость. Если мы разовьем нашу дьяна-медитацию и достигнем концентрации четвертой или пятой дьяны, то наша память станет очень сильной. И тогда мы сможем «поймать» этот объект, на котором зафиксировано наше бессознательное. Благодаря этому мы вспомним жизнь, которая предшествовала нынешней, а затем вернемся еще дальше в прошлое и вспомним и другие жизни.
Таким образом, есть уровень сознания, который называется бессознательным. Предположим, сейчас я посмотрел на вас, а затем повернулся в другую сторону. Каким сознанием я обладаю в этот момент? Когда я смотрю на вас, мое сознание направлено на вас. Когда перевожу взгляд с вас на этого монаха, в момент перехода тоже существует сознание — оно называется бессознательным, или бхавангой. Теперь представим, что в поле зрения появляется объект — мой внутренний поток мыслей тут же оказывается потревожен. Поток мыслей бхаванга нарушается этим внешним объектом. Сознание поворачивается в его сторону, и бхаванги больше нет. Вслед за этим возникает сознание зрительного восприятия, или «сознание глаз» (cakkhu-vinnana). Затем этот объект воспринимается внутренним зрением. Мы называем это «воспринимающим сознанием» (sampaticcana-citta). Объект проникает внутрь, во внутренний поток сознания. Потом происходит что-то вроде мгновенного исследования: возникает «исследующее сознание» (santirana-citta). Вслед за этим приходит черед различения, и мы наконец понимаем, что это было. Наступает понимание объекта. Все это происходит очень быстро[7]. Если вещь была красивая, возникает «жаждущее сознание» (javana-citta-vithi). Это побуждающее сознание, сосредоточенное на каком-либо объекте. Все это относится к подсознанию.
Вот какой-то внешний объект вторгся в мой поток мыслей. Поток внутреннего сознания напрямую зависит от внешнего объекта. Если я считаю объект привлекательным и испытываю к нему влечение, возникает процесс сознания, основанный на жадности (lobha-citta-vithi). Этот процесс сознания сопровождается жадностью, или эгоистическими желаниями. Если объект неприятен для меня, допустим, это мой враг, то при виде него у меня по порядку возникают следующие виды сознания: сознание зрительного восприятия, воспринимающее сознание, исследующее сознание, различающее сознание и, наконец, осознание того, что это мой враг. Затем появляется мысленный процесс, сопровождаемый гневом (dosa-mulaka-akusala-citta-vithi). Таким образом, когда некий объект проникает в мои мысли благодаря зрительному восприятию, данный поток мыслей называется «джавана-читта-витхи» (javana-citta-vithi) — и это тоже подсознательный поток.
Благодаря силе внешнего объекта возникают семнадцать моментов мысли. После этого данный поток мысли сходит на нет, и мыслительный процесс естественным образом возвращается к своему изначальному состоянию — к бхаванге. Пусть на две или три секунды, но бхаванга заполняет сознание. И снова мы вспоминаем этого человека— тогда в обход зрительного восприятия возникает сознание ума, зафиксированное на этом человеке. Затем появляется поток ума, сопровождаемый гневом (dosa-javana-citta-vithi).
Таким образом, существует пять видов сознания: сознание зрительного восприятия, сознание слухового восприятия, сознание обоняния, сознание вкуса, сознание осязания — эти пять сознаний возникают на основе пяти чувств. Это «внешнее сознание». А другие мысли, которые следуют за ними: воспринимающее сознание, исследующее сознание, различающее сознание и побуждающее сознание, — это подсознание. Именно в этом состоянии накапливается карма, хорошая или плохая. Когда возникает побуждающее сознание (javana-citta-vithi), ему сопутствуют неблагие качества: жадность, гнев, заблуждение, зависть или нечто подобное. Но есть и хорошие чувства: алобха (alobha) — отсутствие жадности, или щедрость; адоса (adosa), или метта (metta) — доброта, сострадание; амоха (amoha) — понимание природы вещей. Таким образом, в сознании могут возникнуть и хорошие мысли. Все эти хорошие мысли называются «благими побуждающими мыслями» (kusala-javana). В нашем сознании естественным образом возникают семь моментов побуждающего сознания, семь джаван. Таков закон. Таков естественный порядок ума (citta-niyama).
Из семи побуждающих мыслей джавана первая способна дать результат уже в этой жизни, если представится такая возможность. В противном случае она не имеет никакого эффекта. Предположим, мы совершили что-то плохое, и наш поступок сопровождался дурными мыслями. Возникают семь неблагих побуждающих мыслей (akusala-citta). Первая неблагая мысль может принести плоды уже в этой жизни. Но если мы в основном совершаем хорошие поступки, то они тоже сопровождаются побуждающими мыслями джавана. И первая из этих мыслей тоже может принести свой плод в этой жиЗни, но в данном случае результат будет хорошим. Тогда обе эти мысли, плохая и хорошая, нейтрализуют друг друга. Они обнуляются, становятся неактивными. Поэтому большинство хороших и плохих результатов нейтрализуются с помощью противоположного сознания, которое приносит плод в этой жизни. Это то, что касается первой из семи джаван, семи побуждающих мыслей.
Последняя из семи побуждающих мыслей сильнее первой. Она может принести плоды в следующей жизни. Предположим, за всю жизнь мы совершили тысячу добродетельных поступков. Тогда у нас есть семь тысяч мыслей, связанных с благими поступками. Первая тысяча этих мыслей способна дать результат в этой жизни. Но допустим, они не принесли никакого плода и были аннулированы. В этом случае их называют «пустой», или «бесплодной» кармой (ahosi-kamma). Но поскольку мы совершили тысячу хороших поступков, у нас осталась еще тысяча «последних» мыслей. Но не все они влияют на новое рождение. Только одна из них, самая мощная из тысячи, обретает силу в последний момент и формирует следующую жизнь. Что происходит с оставшимися девятьюстами девяносто девятью мыслями? Они становятся бесплодными. Они обнуляются, поскольку их время прошло.
Побуждающие, или кармические, мысли, благодаря которым совершаются благие или неблагие поступки, называются подсознанием. Когда сила подсознательного потока иссякает, побуждающие мысли оставляют отпечатки в потоке сознания, и им на смену приходит бхаванга-читта. Поток мыслей иссякает и переходит в спящее состояние. Это спящее сознание. Таким образом, есть три типа сознания: внешнее сознание, связанное с органами чувств; поток побуждающих мыслей, то есть сознание, осуществляющее какую-то работу, иначе говоря, подсознательный поток; и поток мыслей, не совершающих никакой работы и пребывающих в спящем состоянии, иначе говоря, пассивное сознание, бессознательное, или бхаванга-читта. Итак, всего три великих типа сознания: внешнее сознание, внутреннее сознание и глубочайшее сознание.
Вы должны понемногу изучать Абхидхарму. У меня не так много времени, чтобы объяснять ее полностью. Если бы я остался в этой стране хотя бы на три месяца, я мог бы простым языком объяснить вам Абхидхарму.
Есть ли еще вопросы? Может быть, неясно что-то из того, что я сказал?
АМ: С пониманием Абхидхармы становится очень легко практиковать дьяну и випассану. Хорошо изучив Абхидхарму, можете отчетливо видеть моментальные изменения в физическом теле и в уме. Абхидхарма дает объяснение «анатты» (anatta) — отсутствия неизмененной сущности, или души. Если вы посмотрите на жизнь с точки зрения Абхидхармы, то ясно увидите «аниччу» (anicca) — непостоянство, неугомонность сознания. Поток ума постоянно возникает и исчезает, возникает и исчезает, подобно волнам на море. В нем нет никакого покоя — одно волнение. Это то, что мы называем «дуккхой» (dukkha), или страданием. Где волнение, там и страдание. Где покой, там и счастье. Но ваш поток ума не знает покоя: он умирает и возрождается каждое мгновение, он каждое мгновение переживает смерть. Идет постоянная смена смерти и рождения. Таков наш ум в беспокойном состоянии, и поэтому мы называем это «дуккхой», неудовлетворительной природой жизни.
Мы начинаем смотреть на жизнь в свете Абхидхармы и видеть все очень ясно. Поэтому изучение Абхидхармы очень важно. Во многих частях Винаи Будда говорит об абхидхармика-биккху. Он использовал именно этот термин. В комментариях говорится, что абхидхармика — это дхармакатика, то есть проповедник. Таким образом, настоящим проповедником можно назвать только того, кто знает Абхидхарму. Ни одну сутру нельзя объяснить должным образом без знания Абхидхармы. Лишь владея знанием Абхидхармы, можно правильно толковать сутры в соответствии с тем, чему учил Будда. Даже если в комментариях допущена ошибка, благодаря Абхидхарме вы сразу заметите ее. Изучать Абхидхарму крайне важно.
Будда дал «Абхидхарма-матику» Сарипутте Теро — своему первому ученику. На основании полученных объяснений Сарипутта Теро написал книгу, своего рода учебник, которая состояла из шести частей: «Дхамма-сангани», «Вибханга», «Пуггала-паннатти», «Дхату-катха», «Ямака» и «Паттхана». Седьмую книгу «Катха-ваттху» составил двести лет спустя Моггалипутта Тисса. Великий архат Моггалипутта Тисса устранил неправильный взгляд на Дхарму, который в то время проповедовали отдельные изобретательные брахманы, желавшие исказить учение Будды. Они привнесли в Дхарму новые идеи, и чтобы отсечь их, Моггалипутта Тисса Теро написал новую книгу — «Катха-ваттху». Таким образом, Абхидхарма-питака содержит семь книг. Все они очень важны.
Есть более простой способ изучить Абхидхарму. Позднее Ануруддха Махатеро кратко изложил суть Абхидхармы в книге «Абхидхамматтха-сангаха». Если вы будете разбирать «Абхидхамматтха-сангаху» под руководством опытного учителя, то очень хорошо поймете Дхарму. Вы сможете понять всю Абхидхарма-питаку.
Еще вопросы?
АМ: Некоторые люди открывают Абхидхарму и не могут понять, что это такое, [смех] Просто знать пали недостаточно. Некоторые европейские ученые, выучившие пали, начали понимать это. Они понимают сутры, но не их глубокое значение. Они видят только то, что на поверхности. Они читают и понимают Винаю, но, открывая книги по Абхидхарме, не знают, как к ним относиться. Поэтому они отторгают это учение, говоря, что оно не несет никакого смысла, так как является более поздним дополнением. Даже в университетах Шри-Ланки некоторые ученые, попав под влияние европейских взглядов, слепо принимают на веру все, что говорят их европейские коллеги, и поэтому заявляют: «Нет, Абхидхарма — это не слово Будды». Предположим, что Абхидхарма — это работа Сарипутты. Так почему же мы должны отказываться от нее? Сарипутта — ученик Будды. Более того, Будда назвал Сарипутту «подлинным толкователем Дхармы».
Расскажу вам одну интересную историю. Когда я был в Англии, в буддийском центре медитации «Оакенхолт» (я находился там около трех месяцев), казначей «Общества палийских текстов» пригласил меня к себе домой в Рединг. А я был в Оксфорде. Рединг находится милях в двадцати от Оксфорда. Он привез меня к себе домой. Его другом был секретарь «Общества палийских текстов», очень образованный англичанин. Его звали Игалтон, и он вносил правки в палийско-английский словарь, составленный «Обществом палийских текстов». Впоследствии он стал последним редактором этого словаря. Тогда же он занимал должность секретаря. Это был очень образованный человек.
После обеда мы стали беседовать. Я сказал, что считаю очень хорошим признаком то, что в европейских странах и в Америке выходит так много книг о буддизме. Тогда Игалтон улыбнулся и сказал: «Это хорошо, что издается так много книг на английском, но большинство из них очень поверхностны и не представляют такой уж большой ценности. Все они об одном и том же, только разными словами. Эти книги пусты, неглубоки». Тогда я спросил: «Почему вы так считаете?» Он ответил: «Без совершенного знания Абхидхармы можно написать только пустышку. Они затрагивают лишь поверхность Дхармы, но не добираются до глубины. Как можно писать о буддизме, не зная Абхидхармы?» На это я ответил: «Многие европейские буддологи говорят, что Абхидхарма не есть слово Будды. Они не признают ее. Интересно, что вы так высоко оцениваете ее, в то время как другие английские ученые пренебрегают ей. Я не ожидал услышать такую точку зрения от английского буддолога».
Он улыбнулся и ответил: «Есть очень хорошие ученые, буддологи, но, к сожалению, они совсем не знают Абхидхарму. Абхидхарму невозможно изучать по книгам, так же как невозможно изучать физику по учебникам. Нельзя приниматься за открытия, пропустив практические занятия. Так же и с Абхидхармой — сначала нужно изучить ее, и сделать это под руководством опытных учителей. Из книг всего не узнаешь». Тогда я спросил его: «Вы сами изучали Абхидхарму?» — «Да». С нами сидела его жена. Он сказал: «Это моя жена. Много лет назад мы с ней были в Бирме. Сначала мы пять лет изучали пали, грамматику и тексты, чтобы улучшить знание палийского языка. Затем под руководством опытных учителей мы в течение пятнадцати лет изучали все семь книг по Абхидхарме. У нас ушло пятнадцать лет на то, чтобы изучить Абхидхарму. Поэтому я так уверенно говорю об этом. Я знаю, о чем говорю. Никто не сможет хорошо объяснять Дхарму без знания Абхидхармы».
Абхидхарма — ключ к пониманию и объяснению глубокого учения, которое дал Будда. Скрупулезные европейские буддологи, такие, как Игалтон, не отрицают Абхидхарму.
В 1981 году я приехал в Манчестер по приглашению Манчестерского буддийского центра, который называется «Саматха-вихара». Раньше там была церковь. Но люди не ходили туда: европейцы не так уж любят ходить в церковь. Церковь выставили на продажу. Буддийское общество при Манчестерском университете, состоявшее преимущественно из профессоров и преподавателей университета — английских буддистов, выкупило церковь и сделало из нее буддийский центр — Саматха-вихару. На месте распятия сейчас находится большая статуя Будды, которую специально привезли из Таиланда. Там огромный зал для медитации. Каждый вечер там собираются триста-четыреста человек. Они совершают поклонение и читают гатхи так, как им показали учителя из Амаравати. Они практикуют медитацию уже как минимум год. В течение часа все сидят на полу со скрещенными ногами, подобно каменным изваяниям, без единого движения. Они сидят и практикуют медитацию. Через час звенит колокольчик, и все выходят из медитации.
Меня пригласили прочесть лекцию. Я спросил о предпочтительной теме. Мне ответили: «Пожалуйста, объясните нам некоторые положения Абхидхармы. Сейчас мы изучаем первую книгу — «Дхамма-сангани» — под руководством господина Косина». Косин является старшим преподавателем сравнительного религиоведения в Манчестерском университете. Он занимается Абхидхармой. Хорошо знает пали. Он изучал Абхидхарму под руководством одного бирманского буддолога, проживавшего в Англии. Он эксперт по Абхидхарме и имеет учеников. К тому времени в вихаре закончили «Абхидхамматтха-сангаху» и изучали «Дхамма-сангани» — первую книгу Абхидхарма-питаки.
Меня попросили прочесть лекцию на темы, затронутые «Дхамма-сангани». Я пробыл там две недели и раз в три дня давал лекции по Абхидхарме. Она их очень интересовала. Без знания Абхидхармы никто не смог бы выступить там с речью: они тут же задавали вопросы по теме. Во второй раз, думаю, это было в 1983 году, они узнали, что я в Англии, и вновь пригласили меня. Когда я приехал, меня попросили выступить с лекцией по «Абхидхамма-аватаре». К тому времени они уже закончили «Дхамма-сангани» и стали изучать «Абхидхамма-аватару» — труднейшую книгу по Абхидхарме. Даже на Шри-Ланке большинство ученых отказываются от нее: она слишком трудна для понимания. У них же был перевод «Абхидхамма-аватары» на английском. Таким образом, те, кто выступает сейчас в Англии с лекциями о буддизме, должны быть очень внимательны, так как порой студенты задают трудные вопросы, на которые невозможно ответить без знания Абхидхармы.
В Англии выросло новое поколение буддистов, большинство из которых знакомы с Абхидхармой. Они тут же 'просят приезжих учителей рассказать об Абхидхарме. Такие люди, как Игалтон, и другие знатоки понимают всю ценность и важность Абхидхармы. Те, у кого нет знаний по Абхидхарме, могут говорить разное, но все это исходит из невежества. Не попробовав блюдо, как можно сказать, сладкое оно или горькое? Сначала нужно попробовать. Попробуйте Абхидхарму, и вы поймете, как она важна и какой большой ценностью обладает. Некоторое время назад, когда я был в Англии, я прочел книгу, написанную одним тайским буддологом. Он отвергал Абхидхарму. Я тут же понял: он просто не изучил ее. Так, почитал какие-то сутры. Знания его были поверхностны.
Третий буддийский собор возглавлял Моггалипутта Тисса. А это не просто так. После принятия буддизма на Шри-Ланке состоялся еще один Собор, который возглавил архат Махинда Теро. В то время Шри-Ланка славилась образованными монахами, большинство из которых были архатами. Позже они провели еще один Собор и письменно изложили учение Будды. Затем из Индии на Шри-Ланку приехал Буддагхоша и перевел все комментарии с сингальского на пали. Он сравнил комментарии разных авторов и сделал единую версию на пали, чтобы учение стало доступно людям из разных стран. Все эти великие махатеро были очень образованными людьми, знали Трипитаку наизусть и высоко ценили Абхидхарму. Как можно отвергать Абхидхарму, не выучив ни строки из «Дхаммапады»? [смех]
AM: Сначала «Дхамма-сангани», затем «Вибхангу». В «Дхамма-сангани» объясняется природа ума и материи. Под материей имеется в виду физическое тело. Следующая книга — «Вибханга». Она описывает человека как совокупность пяти скандх: тело (rupa), ощущения (vedana), восприятие (sanna), ментальные образования (sankhara) и сознание (vinnana). Затем идет «Ямака». В ней дается объяснение добродетельным (kusala) и недобродетельным (akusala) поступкам, а также ряду других терминов, встречающихся в сутрах. Далее «Дхату-катхи». Весь мир состоит из элементов — дхату. Это, например, рупа-дхату и арупа-дхату. Этим элементам посвящена «Дхату-катха».
Затем идет «Пуггала-паннатти». Обучая людей, Будда использовал два вида речи: обычную речь и речь, выражающую абсолютную истину. Он говорил на языке простых людей и на философском языке. Общаясь с обычными людьми, мы можем использовать такие определения, как «хороший человек», «плохой человек». Так и Будда использовал привычные речевые выражения. Буддологам, исследующим Абхидхарма-питаку, необходимо разобраться в «Сутта-питаке» как следует. А кратко и популярно Сутта-питака изложена в «Пуггала-паннатти».
Затем идет самая важная книга — «Паттхана». В ней описан закон взаимозависимого возникновения (paticca-samuppada). Вы знаете, что такое патичча-сампуппада? Что обусловлено невежеством (vijja-pacca), что обусловлено кармами (sankhara-pacca)? Речь идет о невежестве, которое живет в нас и которое не дает нам постичь четыре благородные истины, которое, другими словами, не дает нам стать архатами. По причине этого невежества мы создаем карму, как плохую, так и хорошую. Все потому, что мы не архаты. У всех не-архатов есть невежество. Из-за него мы творим добро и зло. Это называется «авиджа-паччая-санкара» (avijja-paccaya-sankhara): «Из-за невежества возникает карма». В результате поступков, кармы происходит перевоплощение. В следующем воплощении возникает результирующее сознание, которое называется «связующим сознанием» (patisandhi-vinnana). Связующее сознание сопровождается ментальным и материальным состояниями (vinnana-pacca-nama-rupa).
Кроме того, наряду с законом взаимозависимого возникновения Будда объясняет закон причины и следствия. Каждая причина приводит к определенному следствию в зависимости от того, о каком звене патичча-самуппады, о какой причине идет речь. Авиджа приводит к накоплению кармы одним способом. Виньяна способствует появлению ментальных и материальных состояний другим способом. Нама-рупа (ум и тело) приводит к появлению органов чувств третьим способом. Все эти взаимосвязи причин и следствий называются «обусловленностью» (рассауа). Все это детально объяснено в «Паттахане». Без изучения «Паттаханы» вы не сможете должным образом понять закон взаимозависимого возникновения.
Подлинное счастье… Есть много видов счастья, но его апогеем является нирвана. Нет более великого счастья, чем нирвана. Нет более великого блаженства, чем нирвана. Нирвана — это наивысшее блаженство, наивысшее счастье. «Ниббана парама сукхам».
Будда говорит, что нирвана — наивысшее счастье. В «Сачча-санкхепе» дается и другое объяснение. Нирвана — это не разрушение, не уничтожение и не небытие. Нирвана — это состояние, превосходящее пять скандх.
Вы должны сами испытать нирвану. Никто другой не сможет показать вам ее.
АМ: Давайте рассмотрим ситуацию на примере. Представьте себе человека, который родился в темном доме и никогда не выходил из своей комнаты. Он родился во тьме, вырос во тьме и знает только тьму. И вот приходит кто-то из внешнего мира и говорит ему, что существует свет. Наш герой не может понять, что такое свет, ведь он знает только тьму. Он оценивает все с позиции темноты.
Поэтому он может подумать, что свет — это какая-то разновидность тьмы. Но на самом деле, чтобы увидеть свет, нужно просто выбраться из темноты. Проведя аналогию, нам нужно устранить привязанность к этому миру, жажду бытия, чтобы постичь противоположное состояние — нирвану.
Скажу еще кое-что. Видите вон ту гору? Допустим, вы никогда не были по ту сторону. Вы находитесь здесь. И вот кто-то побывал на другой стороне, вернулся и сказал, что там что-то есть. Но пока вы остаетесь здесь, вам этого не видно. Вы должны подняться на вершину горы и посмотреть, что там на противоположной стороне. Пока вы остаетесь здесь, вы не видите того, что на другой стороне. Это не означает, что там ничего нет, — там что-то есть. Но чтобы увидеть это, нужно подняться на вершину горы.
AM: Достигнув состояния сотапатти, человек оказывается на ступени вхождения в поток. Это первая ступень святости. Человек в первый раз видит нирвану. Он устраняет некоторые страсти, такие, как вера в «я» (sakkaya-diithi), скептические сомнения (vicikiccha), а также привязанность к правилам и ритуалам (silabbata-paramasa). На этой ступени он впервые видит нирвану на ментальном уровне.
Затем он начинает исследовать свой ум, самого себя. Он чувствует и понимает, что у него остались какие-то страсти, и снова практикует випассану. Тогда он переходит на вторую ступень, на которой оставшиеся страсти становятся более тонкими, более слабыми. На этой стадии он тоже видит нирвану, но уже яснее прежнего. Это ступень сакадагами — однократно возвращающегося.
Затем он снова исследует себя, свой ум. Он осознает, что в его уме еще остались какие-то страсти, какие-то клеши, и продолжает практиковать випассану. Тогда он достигает третьей стадии, на которой желание чувственных удовольствий (kama-tanha), гнев (vyapada) и другие страсти исчезают. На какое-то время ум становится свободным, и он видит нирвану еще яснее. Это третья ступень, которая называется анагами — стадия невозвращающегося.
Тогда он снова изучает себя и видит, что у него еще есть незначительные страсти, клеши и слабости. И он опять практикует випассану. Наконец, он удаляет из своего ума все страсти, все клеши и достигает состояния архата. Он видит нирвану так же ясно, как мы видим что-либо при свете дня. Он видит ее совершенно отчетливо. Это совершенное видение нирваны возникает на последней ступени. Затем он исследует себя и понимает, что у него нет больше страстей и клеш. Он понимает, что стал совершенным. В этом состоянии он видит нирвану совершенным образом.
AM: Да, архат видит нирвану с совершенной ясностью. Его ум полностью очищен — он совершенно чист. В нем больше нечего искоренять. Все страсти уничтожены.
AM: Да, страсти уничтожаются полностью только с достижением архатства.
AM: Сотапатти — первая ступень. Сотапатти, сакадагами и анагами видят нирвану непродолжительное время. Их восприятие нирваны несовершенно, так как еще остались страсти. А когда человек достигает состояния архата, у него больше нет страстей. Он видит нирвану лучшим образом. В своем сознании он видит нирвану и фиксирует свой ум на ней. День за днем он пребывает в этом состоянии и испытывает блаженство нирваны. Это называется «саупадисеса-ниббана».
Предположим, человек выходит в темноту ночи и видит окружающее при свете звезд. При таком освещении невозможно хорошенько разглядеть все предметы. Так человек воспринимает нирвану на стадии сотапатти. Ночь продолжается, и он идет дальше. Наступает полночь, на небе восходит полная луна, и при лунном свете он видит гораздо яснее. Затем ночь заканчивается, и начинает светать. Когда наступает рассвет, он может рассмотреть окружающее еще лучше. И вот наступает восход. Тогда он видит все самым лучшим образом.
Так и с нирваной. Первое видение нирваны и первое прозрение в природу мира подобно тому, как мы вглядываемся в окружающее при свете звезд. На стадии сакадагами человек видит нирвану и природу мира так, как мы видим предметы при лунном свете. На третьей ступени, в состоянии анагами, человек видит нирвану еще лучше и яснее, подобно тому, как мы видим на рассвете. На ступени архата он видит все совершенно ясно — так мы видим при свете дня.
АМ: Скажите ему, что он накопил большие заслуги благодаря тому, что отдал землю Сангхе. Это великая заслуга для него. Вам следует спросить у сына, хотел бы он стать монахом на всю жизнь.
AM: Давайте сходим.
AM: Название моей деревни — Балангода. Я — монах из Балангоды.
AM: Да, нынешним президентом страны. Но мой родной монастырь находится в Балангоде. Его построил мой отец.
AM: Девяносто миль.
AM: Около шести лет назад.
AM: Тогда он был премьер-министром, а я в то время был в Америке. Каждое полнолуние он рано утром приходит в монастырь, соблюдает восемь заповедей (attha-sila)[8] и медитирует до вечера, а затем уходит домой. По сей день.
AM: Каждое полнолуние. Соблюдает восемь заповедей и практикует медитацию. Вечером он возвращается домой. Даже если я в это время за границей, он приходит в монастырь и медитирует сам. Обычно он приходит в день полнолуния.
AM: Президент слышал о вас. Попросите его прислать вам экземпляр Трипитаки на сингальском, он легко может сделать это, так как это государственное издание. Я тоже попрошу, когда вернусь.
AM: Он был первым премьер-министром после того, как Шри-Ланка обрела независимость.
АМ: Нет, не жарко и не холодно.
АМ: Все возможно. Однажды я рождался в Индии. В позапрошлой жизни я был индийским брахманом, последователем веданты.
АМ: Нет. Я был преданным последователем веданты. Я был учителем веданты. Даже Бодхисаттва в некоторых жизнях рождался брахманом, следовал брахманизму и занимался аскетическими практиками брахманов.
АМ: В Хайдарабаде. Я был дэвой. Очень непродолжительное время. Я жил на одном из небес.
АМ: Нет, на небесах Тушита. Я был там очень недолго.
АМ: Мне очень нравились небеса Тушита и моя жизнь там. Но я пришел сюда, чтобы служить Дхарме и Сасане Будды.
AM: Я знаю о Сасане Будды со времен самого Будды. Я видел Будду лично.
AM: Я не люблю рассказывать об этом, но раз вы меня попросили… Некоторые могут подумать, что я не в своем уме. [смех] В Индии есть своего рода наука, которая изучает признаки великих людей (mahapurisa-lakkhana)[9]. Как сказано в комментариях к «Амбаттха-сутре», по ним можно вычислить бодхисаттв. Эта наука описывает жизни людей, у которых есть хотя бы одна отметина великого человека. Там представлены жизни таких людей, у которых был хотя бы один признак в эпоху древних риши, таких, как Васиштха, Анандакешвар, Карга, Пуджандра, Тисвар. Эти провидцы видели будущее на сорок кальп вперед. Они достигли дьяны и обрели шесть сверхъестественных способностей (abhinna). Они знали грядущее благодаря божественному зрению и составили строки, в которых предсказывали дальнейшую судьбу людей, обладавших одной или более отметиной.
В Индии есть предсказатели нади (nadi-satta). Если вы поедете к ним и покажете свою руку, они по линиям на ладони выберут из книги лист с информацией о вас. В ней будет рассказана история вашей жизни. Там есть ваше имя, имя вашего отца и вашей матери. Затем вам расскажут все о нынешней жизни и о возможном будущем воплощении: если вы пойдете по такому-то пути, случится то-то, а если по такому-то, произойдет то-то. Таким образом, в этих книгах даны варианты будущих воплощений.
Если же вы хотите узнать о прошлых жизнях, то там есть и такая информация.
Вот как это было со мной. Я отправился к предсказателю нади, показал свою ладонь и свой гороскоп. Оказалось, мое имя есть у него в книге. Он зачитал имена моих отца и матери и события от рождения до восьмидесяти трех лет. Предсказатель скопировал строки на тамильском и перевел их для меня на английский. Если вы хотите спросить что-то особенное, вам не нужно произносить вопрос вслух. Вы просто отдаете свой гороскоп, карту рождения, а затем сосредоточиваетесь на вопросе. Предсказатель смотрит в книгу и говорит: «Вы хотите задать такой-то вопрос. Вот ответ на него». Это стоит всего двадцать рупий.
Я хотел знать о своей жизни во времена Будды. Я подумал об этом, передал свой гороскоп, и предсказатель посмотрел в книгу. Он сказал: «Вы думаете о своей жизни во времена Будды». Я ответил, что это действительно так. Потом он письменно изложил события, произошедшие со мной во времена Будды. Там много подробностей.
АМ: Может, это покажется невероятным, но я расскажу вам. Не знаю, правда это или нет. Там говорится так: «Ты родился духом дерева, того самого дерева Бодхи, под которым Будда достиг просветления. И пока Будда шел к просветлению, ты служил ему. Силой этой добродетели… Когда дерево срубили по приказу жены царя Ашоки, ты погиб вместе с деревом. Потом ты родился сыном премьер-министра и содействовал царю Ашоке в распространении буддизма. После смерти отца ты стал премьер-министром и помогал царю Ашоке распространять учение Будды в этом мире. Затем ты многократно рождался в хороших условиях. Но в позапрошлой жизни ты сделал одно дурное дело и накопил плохую карму. Когда ты был брахманом в Индии, ты совершил неблагой поступок. С помощью силы воли и своих магических способностей ты контролировал тогдашнего махараджу Хайдарабада…»
AM: Да, брахманом. «В то время жил один министр, который тебе не нравился, и ты посоветовал махарадже снять его с поста. Махараджа тебя послушал и выгнал его прочь. Так он прожил несколько лет и не смог дать своим детям надлежащего образования. Затем ты почувствовал жалость к этим людям и восстановил того человека в должности министра. Однако из-за твоих действий эта семья не смогла дать детям хорошего образования. Поэтому в этой жизни ты родился в сельской местности, где нет высших учебных заведений, и вынужден был учиться самостоятельно с частным педагогом. Если, несмотря на это, ты разовьешь медитацию до высокого уровня и достигнешь дьяны, то переродишься на небесах Брахмы. Ты не вернешься в этот мир до тех пор, пока на землю не придет Будда Майтрея. Но если в этой жизни ты не найдешь достаточно времени, чтобы достичь высокого уровня в практике дьяны, и будешь учить людей, то снова родишься на Шри-Ланке, получишь высшее образование и станешь министром образования. Ты произведешь серьезные реформы в системе образования на Шри-Ланке, заложив в его основу буддийское учение. Затем ты снова станешь монахом и будешь посвящать время практике дьяны. Далее ты перевоплотишься в мире Брахмы, а в эпоху Будды Майтреи придешь в этот мир и родишься человеком. Ты будешь монахом Вего Сангхе». Вот что там было сказано.
АМ: Нет, там говорилось так: «Ты будешь стремиться к тому, чтобы в будущем достичь состояния будды. Ты получишь предсказание от Будды Майтреи о том, когда станешь грядущим буддой».
АМ: Да, Арья Меттея. В древности большинство ланкийских царей выражали особое пожелание-стремление встретиться с Майтреей. Они произносили определенные стансы и гатхи. [АМ читает стансы на пали и сингальском]
Это известное пожелание, которое в древности выражали почти все цари Шри-Ланки. Оно звучит так: «После жизни здесь, на великом Индийском континенте, пусть я буду рожден на золотых вершинах Гималайских гор. Пусть стану дэватой (devata), который живет целую кальпу. Рожденный дэватой, да встречу я Будду Майтрею и услышу его учение». Земные дэвы (bhumatadevata) живут дольше небесных. Они могут прожить даже целую кальпу. Вот чего желали цари древности.
АМ: Есть много людей, у которых имеется хотя бы один признак великого человека. Это счастливые люди. Что касается предсказателей нади, то их можно найти повсеместно в Мадрасе. Там есть учреждение под название «Астрологическое бюро Коумарнари». Именно там я получил свое предсказание. В Бомбее есть другое место под названием «Офис Чаячатри». Там тоже можно получить предсказание нади. В Лакнау есть центр, где находятся так называемые бхригу-нади (bhrigu-nadi) на санскрите. Есть и другие центры, например в Майсуре. Есть миллионы рукописей, в которых содержатся записи о жизни многих людей.
АМ: Я не знаю. Возможно, уши. Согласно науке о признаках великих людей, люди с большими ушами очень своевольные, непокорные и несколько озорные. Они никого не слушают и все делают по-своему.
АМ: Да, в Индию. Из всего нынешнего населения Шри-Ланки там есть жизнеописания только четырехсот людей. Не все найдут себя в этих книгах. Только те, кто жил во времена древнеиндийских риши.
АМ: Имена моих учеников? В этих книгах были и имена моих учеников.
АМ: Там было сказано, что у меня будет много учеников: «Кто-то останется с тобой, кто-то снимет с себя монашеское одеяние, а кто-то умрет. Некоторые переживут тебя и расселятся по миру». Там не было ничего конкретного. Если бы я захотел узнать подробности, мне нужно было открывать предсказание о сыновьях. Там двенадцать глав[10], каждую из которых нужно открывать отдельно. Если вопрошающий — мирянин, то ему назовут имена его сыновей и дочерей и расскажут все, что их касается. В те дни предсказатели брали тридцать пять рупий за прочтение этой главы. Если эту главу попросит открыть монах, ему зачитают имена его учеников и какие-то события из их жизни.
Если вы откроете информацию о седьмом доме гороскопа, то узнаете имя своей жены, имена ее родителей и все, что с ними связано. В двенадцатой главе говорится о том, как долго вы проживете и от чего умрете: название болезни, которая вас поразит, или что-то еще, что может с вами случиться. Из десятого дома можно узнать о профессии, о том, как вы будете зарабатывать на жизнь. В одиннадцатой главе говорится о благосостоянии. В третьей — о сестрах и братьях. Там приводятся их имена и все, что их касается.
AM: Да, у меня было мало денег. В первый раз я получил предсказание в 1951 году. Тогда я хотел узнать о Будде. Я подумал о жизни Будды и показал свой гороскоп. Предсказатель посмотрел в книгу и нашел меня. Затем он назвал имена моих отца и матери и мое собственное имя. «А теперь вы хотите задать вопрос о Махариши Гаутаме?» Так в этих книгах называют Будду. Махариши Гаутама. И он дал мне краткое, но очень интересное жизнеописание Будды. Он рассказал, как Бодхисаттва родился в день полнолуния; как он учился и как играл с другими детьми; как он превратился в юношу и женился на царевне Ясодхаре. Он назвал имя Ясодхары и описал ее. Ясодхара была очень доброй и благочестивой женщиной. Она относилась ко всем людям в Капилавасту как к своим детям. Люди очень любили ее. В книгах записаны все эти подробности и даже то, чего нет в канонических писаниях.
АМ: Согласно этим книгам, Будда просил разрешения у нее…
АМ: Да, он просил разрешения покинуть дворец даже у своего отца и приемной матери. Так написано в книгах. Царь хотел его остановить, но царевич был непреклонен. Очень красивая история. Однажды ночью Бодхисаттва подумал: «Я должен оставить все эти удовольствия. Наступило время отречься от этого мира и отправиться на поиски истины». Затем он стал размышлять: «Отец и приемная мать очень любят меня. Они потратили много денег на то, чтобы я жил в комфорте. С моей стороны было бы неблагодарностью ничего не сказать им и уехать тайно. Я должен проститься с ними». И той же ночью он пошел к отцу.
Царь Суддходана спросил его: «Сын, зачем ты беспокоишь меня в столь поздний час?» Царевич ответил: «Отец мой, пришло время оставить удовольствия и стать аскетом». Но царь сказал: «Зачем покидать дом? Зачем становиться аскетом? Я дам тебе все, чего только пожелаешь. Люди становятся отшельниками из-за бедности. Но ты не беден. Я могу предоставить тебе все необходимое». И тогда царевич Сиддхартха спросил: «Позволишь ли ты мне покинуть дворец, если не сможешь дать того, о чем я попрошу?» — «Я могу дать тебе все». — «Но все же, если не сможешь?» — «Что ж, тогда я позволю тебе отправиться на поиски того, чего ты так жаждешь». И царевич Сиддхартха попросил: «Пожалуйста, даруй мне бессмертие, даруй мне силу не болеть и не стареть. Можешь ли ты дать мне это?» Тогда царь ответил: «Я не могу дать тебе этого. Ты победил». — «Значит, ты дозволяешь мне покинуть дворец и стать отшельником?» Царь сказал: «Да, я разрешаю тебе покинуть дворец. Ничего не поделаешь — я дал слово, и ты получаешь мое благословение. Ты должен идти, никто не в силах тебя остановить. Я благословляю тебя. Пусть ты достигнешь состояния будды. У тебя есть мое благословение». Таким образом царевич получил от отца разрешение стать монахом.
А в это время царевна Ясодхара спала и ей снилось, будто ее глаза выпали из глазниц. На следующее утро она сказала царевичу Сиддхартхе: «Мой дорогой муж, я видела сон. Похоже, мы скоро расстанемся. Должно быть, ты хочешь покинуть меня». На это царевич Сиддхартха ответил ей: «Мы с тобой всегда готовились к тому, чтобы в один прекрасный день оставить удовольствия и принять отшельнический образ жизни. Но сейчас у тебя родился ребенок, и я не могу взять тебя с собой. Заботься о сыне. Я пойду один, стану буддой и вернусь за тобой. А пока заботься о нашем сыне и не знай бед под покровительством моего отца и приемной матери». Она согласилась.
На следующий день он покинул дворец, не попрощавшись с ней, так как иначе она бы заплакала. В книгах нади сказано, что только перед самым уходом он ничего не сказал ни ей, ни родителям. Однако до того уже получил дозволение у всех.
Согласно текстам нади, началом эпохи Будды считается 543 год до нашей эры, когда Будда покинул этот мир. И это верная дата. Европейские ученые называют другую цифру, но они ошибаются. Правильным является время, принятое в нашей традиции.
AM: Имеющих хотя бы один из этих признаков. Всего там 400 ланкийцев. Но есть записи и о людях из других стран, Англии и Америки. Очень много из Индии.
AM: Да, только со Шри-Ланки. Есть также несколько человек из Бирмы. Вы знаете историю Чан Туна? Чан Тун был главным прокурором Бирмы, когда у власти находился У Ну, во время Собора Сангхи. Он был ревностным буддистом. Когда я рассказал ему о текстах нади, он поехал в Индию и получил свое предсказание. Там говорилось: «Ты потеряешь свой пост при правительстве. Ты будешь работать в отеле посудомойщиком, чтобы заработать себе на жизнь». Он получил это предсказание и сказал мне: «Я не могу поверить в это. Я стану бедняком и должен буду прислуживать в отеле: мыть тарелки и чашки, чтобы заработать себе на жизнь? Как такое может быть?» Я сказал, что не могу трактовать эти предсказания. И что же случилось? Через несколько лет к власти пришел У Не Вин. У Не Вин снял его с поста, и все его имущество было конфисковано в пользу государства. У него ничего не осталось, и он вынужден был работать в гостинице посудомойщиком и жить на то, что заработал своим трудом.
AM: Да. А в те дни он говорил: «Я не верю в это предсказание».
AM: Я могу дать вам один адрес. Но не знаю точно, все ли предсказания у них есть. По-моему, там не все книги. Вы можете написать и узнать более подробно: сколько все это стоит и какие тексты имеются. Это адрес одного астролога. У него есть печатные брошюры, которые он может прислать вам, и вы узнаете все подробности. Адрес другого астролога есть у меня в записной книжке. Он из Бомбея. Я не помню его адрес наизусть, а зовут его Пандит Чандрасета.
АМ: Ее предсказал Нострадамус, который жил во Франции около четырехсот лет назад. Он предсказал, что в ноябре 1999 года разразится Третья мировая война, которая продлится недолго, но из-за которой многие густонаселенные страны Ближнего Востока, такие арабские страны, как Ирак, Иран, Афганистан, Пакистан, и многие европейские государства, подвергнувшись атомным бомбардировкам, превратятся в пустыни. Он говорил, что католичество исчезнет как религия: оно будет запрещено в Европе после этой войны. Папа Римский будет убит. Все кардиналы в Ватикане будут убиты. Весь Ватикан разграбят — он будет разрушен. Это станет концом католичества в Европе.
АМ: Около 2010 года. Я думаю, Папа Римский и ватиканские католические священники знают об этом предсказании и верят в него. Поэтому стараются создать сильную базу для католической веры в Азии и Южной Америке.
АМ: Они открывают центры в различных странах, но не в Европе. Они знают, что потеряют свою власть в Европе.
АМ: Я не знаю. Об этом ничего не говорится.
АМ: Нет, в Таиланде этого никогда не произойдет. Возможно, в Южной Америке, в Бразилии. Бразильцы очень глупы, и я думаю, церковь найдет себе место среди них. В Южной Америке, в Бразилии, люди очень невежественны и необразованны. Там можно распространить любую религию.
АМ: В соответствии с другим предсказанием, которое сделала одна женщина из Европы, следующей господствующей религией в Европе будет буддизм.
АМ: Да, Диксон. В Англии опубликовали большую книгу с предсказаниями о будущем мира, которые сделали различные астрологи и эзотерики. Это очень большая книга. Она называется «Предсказания». В ней есть предсказания относительно всего. Она была опубликована в 1981 году. Это очень большое собрание — около тысячи страниц. Там есть и предсказания Нострадамуса. Я не помню имени ее составителя.
АМ: Она о том, как буддизм проник в Америку.
АМ: Да.
АМ: На английском? Труды Франсис Стори. Еще одна хорошая книга, которая вышла в Бирме на английском, — «Учебник по буддизму» Леди Саядо[12]. Леди Саядо — известный учитель. Данное издание включает почти все его тексты. Это лучшее пособие по практике випассаны и дьян. Там дано объяснение патичча-самуппады и четырех благородных истин.
АМ: Да.
АМ: Этих двух вполне достаточно. После того как вы прочтете и усвоите их, приступайте к сутрам. Любые сутры на английском или тайском. Тогда у вас сложится общая картина. Я думаю, на тайском много хороших книг по буддизму. Можете их почитать.
Будет очень хорошо, если вы переведете труды Леди Саядо на тайский язык. Он лучший буддолог из тех, что рождались в Бирме. В Бирме не было учителя, который превзошел бы его.
АМ: Вот что я думаю по этому поводу. Буддийские монахи должны быть хорошо образованны. Они должны проштудировать Трипитаку и хорошо владеть английским. У них должны быть общие познания в области всех религий. Это самое важное. Биккху должны изучать пали и Трипитаку. Они должны прочесть всю Трипитаку и хорошо разобраться в ней. В то же время они должны изучать английский, читать книги по восточной и западной философии и религии. Они должны обладать общими знаниями в области философии и религии. Это один аспект.
С другой стороны, в каждом буддийском монастыре должны быть субботние и воскресные школы, где с юного возраста детей будут обучать Дхарме. Там должны объяснять Дхарму с первых ступеней до самых высоких. Так каждый мальчик и каждая девочка с самого раннего возраста получат хорошие знания о Дхарме, и никто не сможет ввести их в заблуждение.
В начале я объясню вам, как правильно медитировать. Есть два вида медитации: саматха и випассана. Благодаря саматхе ум становится спокойным и безмятежным. Випассана приводит к просветлению, к постижению истины. Это очень полезно для мирян. Также мирянам, мужчинам и женщинам, хорошо практиковать медитацию благородной любви. Она приносит покой вашему сердцу и дает здоровье физическому и ментальному телу. Ум становится счастливым и здоровым. А психическое состояние влияет и на физическое здоровье. Будда говорил, что человек, практикующий медитацию благородной любви, будет иметь спокойный сон, будет просыпаться бодрым и здоровым, дэвы и духи будут любить его и будут снисходить к нему, враги не смогут доставить ему никаких неприятностей, окружающие будут любить его и будут добры к нему. Развивший эту медитацию до совершенства достигает глубокого медитативного погружения в блаженство, в результате чего после смерти рождается на небесах Брахмы.
Если вы разовьете эту медитацию до высокого уровня, то при желании можете перейти к випассане. Медитация благородной любви подходит и монахам, и мирянам — мужчинам и женщинам. В медитации благородной любви начинаешь, как учил Будда, с любви к самому себе. Нельзя дать другим того, чего нет у тебя самого. Нельзя распространить любовь на окружающих, если нет любви к себе. Поэтому сначала нужно полюбить себя. Любить к себе не означает потакание своим слабостям. Вовсе нет. Любить себя — значит желать себе благополучия, духовного роста, достатка и здоровья. В первую очередь вы должны пожелать блага себе. Практика ведется в несколько этапов.
Начните с головы. Вы желаете, чтобы голова была здоровой. Спускайтесь далее по всему телу, пока не дойдете до пяток: желайте хорошего самочувствия и здоровья всем частям тела. Нужно проделать это несколько раз. Затем распространите эти благие пожелания на других людей. Но прежде всего нужно пожелать благополучия себе.
Давайте приступим. Сначала подумайте о своей голове и подумайте: «Моя голова здорова. Моя голова свободна от всех недугов и болезней». Закройте глаза и представьте, что ваша голова совершенно здорова. Вы должны четко представить себе это — подумать и пожелать этого. Приступим. Я буду говорить, а вы следите за тем, что я говорю, и представляйте. Не проговаривайте вслед за мной, а думайте так, как я вам говорю. А сейчас давайте начнем:
«Пусть моя голова будет здорова. Пусть моя голова будет здорова. Пусть моя голова будет свободна от всех недугов. Пусть моя голова будет свободна от всех болезней. Пусть моя голова будет наполнена здоровьем. Моя голова здорова. Моя голова здорова. Моя голова здорова. В моей голове нет никаких болезней. Моя голова чувствует себя здоровой. Моя голова чувствует себя здоровой. Мои глаза здоровы. Мои глаза здоровы. Мои глаза свободны от всех болезней. Мои глаза здоровы и сильны. Мои уши свободны от всех недугов. Мои уши здоровы. Мои уши здоровы. Мой нос здоров. Мой нос здоров. Мой нос свободен от всех недугов. Мой рот здоров. Мой рот здоров. В моем рту нет никаких болезней. Мой язык здоров. Мой язык свободен от всех болезней. Мое горло здорово. Мое горло не страдает ни от каких болезней. Мое горло сильное и здоровое. Вся моя голова, внутри и снаружи, совершенно здорова. Моя шея сильная. Моя шея сильная. Пусть моя шея будет здорова. Пусть моя шея будет свободна от всех недугов. Пусть мой позвоночник чувствует себя здоровым. Пусть мой позвоночник чувствует себя здоровым. Сейчас мой позвоночник сильный и здоровый. Мои плечи здоровые. Пусть мои плечи будут здоровыми. Пусть мои плечи будут здоровыми. Пусть мои плечи будут здоровыми и сильными. Пусть мои плечи будут свободны от боли и всех недугов. Пусть мои руки, кисти и ладони будут здоровыми и сильными. Пусть мои руки, кисти и ладони будут здоровыми и сильными. Пусть мои руки, кисти и ладони будут свободны от всех недугов. Пусть моя грудь будет здоровой. Пусть моя грудь будет здоровой. Пусть моя грудь будет свободна от всех недугов. Пусть мое сердце, легкие и все внутренние органы будут здоровыми и сильными. Пусть мое сердце, легкие и все внутренние органы будут здоровыми и сильными. Пусть мое сердце, легкие и все внутренние органы будут свободны от боли, недугов и болезней. Пусть мой живот будет здоровым, сильным и свободным от всех болезней. Пусть мой живот будет свободным от всех болезней и недугов. Пусть мои колени, связки и ноги будут здоровыми и сильными. Пусть мои колени, связки и ноги будут здоровыми и свободными от всех болезней. Пусть мои колени, связки и ноги будут свободными от всех болезней и от всякой боли, пусть они будут здоровыми и сильными. Пусть мои ступни и пятки будут здоровы и свободны от всех болезней как снаружи, так и изнутри. Пусть все мое тело будет здоровым, свободным от всех болезней и сильным. Пусть все мое тело будет сильным, здоровым и свободным от всех болезней.
Пусть мой ум будет здоровым. Пусть мой ум будет свободным от всех тревог и волнений. Пусть мой ум будет скромным, добрым и полным сострадания. Пусть мой ум будет скромным и полным доброжелательности. Пусть я буду одинаково любить всех живых существ. Пусть я буду свободен от гнева, зависти и гордыни. Пусть я буду свободен от гнева, зависти и гордыни. Пусть я буду полон жалости и сострадания. Пусть я буду полон жалости и сострадания. Пусть я буду любить всех живых существ. Пусть все живые существа будут добры ко мне. Пусть все живые существа желают мне благополучия.
Пусть все люди в этом зале будут счастливы, здоровы и свободны от любых тревог и волнений. Пусть все люди вокруг меня будут здоровы, счастливы и свободны от любых тревог и волнений. Пусть все люди в этом зале, в этом здании будут здоровы, счастливы и свободны от всех тревог и волнений. Пусть все люди, которые живут в округе, будут счастливы, здоровы и свободны от тревог и волнений. Пусть все люди, которые живут в округе, будут здоровы, счастливы и свободны от всех тревог и волнений. Пусть все мои родственники и друзья, которые живут далеко и близко от меня, будут здоровы, счастливы и свободны от любых тревог и волнений. Пусть все мои родственники и друзья, которые живут далеко и близко от меня, будут счастливы, здоровы и свободны от любых тревог и волнений. Пусть все люди, которые живут в этом городе, будут здоровы, счастливы и свободны от тревог и волнений. Пусть все люди, которые живут в других городах этой страны, будут здоровы, счастливы и свободны от тревог и волнений. Пусть все люди, которые живут в этой стране, будут здоровы, счастливы и свободны от тревог и волнений. Пусть все люди, которые живут в соседних странах, будут здоровы, счастливы и свободны от любых тревог и волнений.
Пусть все люди, которые живут в этой части света, в Азии, будут счастливы, здоровы и свободны от любых тревог и волнений. Пусть все люди, которые живут в этой части света, в Азии, будут счастливы, здоровы и свободны от любых тревог и волнений. Пусть все люди, которые живут в соседней части света, в Европе, будут здоровы, счастливы и свободны от любых тревог и волнений. Пусть все люди, которые живут в Азии и в Европе, будут здоровы, счастливы и свободны от любых тревог и волнений. Пусть все люди, которые живут в Африке, будут счастливы, здоровы и свободны от любых тревог и волнений. Пусть все люди, которые живут в Азии, Европе и Африке, будут счастливы, здоровы и свободны от тревог и волнений. Пусть все люди в Австралии, Океании и на островах будут здоровы, счастливы и свободны от любых тревог и волнений. Пусть все люди в Азии, Европе, Африке и Океании, будут счастливы, здоровы и свободны от любых тревог и волнений. Пусть все люди в Америке, Северной и Южной, будут счастливы, здоровы и свободны от тревог и волнений. Пусть все люди в Азии, Европе, Африке, Океании и обеих Америках, будут счастливы, здоровы и свободны от любых тревог и волнений.
Пусть все существа на Земле, все животные и люди на земле, а также животные в воде будут счастливы, здоровы и свободны от любых тревог и волнений. Пусть все живые существа в восточном направлении будут счастливы, здоровы и свободны от любых тревог и волнений. Пусть все живые существа в юго-восточном направлении будут счастливы, здоровы и свободны от любых тревог и волнений. Пусть все живые существа в южном направлении будут счастливы, здоровы и свободны от любых тревог и волнений. Пусть все живые существа в юго-западном направлении будут счастливы, здоровы и свободны от любых тревог и волнений. Пусть все живые существа в западном направлении будут счастливы, здоровы и свободны от любых тревог и волнений. Пусть все живые существа в северо-западном направлении будут здоровы, счастливы и свободны от любых тревог и волнений. Пусть все живые существа в северном направлении будут здоровы, счастливы и свободны от любых тревог и волнений. Пусть все живые существа в северо-восточном направлении будут счастливы, здоровы и свободны от тревог и волнений.
Пусть все существа над моей головой будут здоровы, счастливы и свободны от любых тревог и волнений. Пусть все живые существа под моими ногами будут здоровы, счастливы и свободны от любых тревог и волнений. Пусть все нечеловеческие существа будут здоровы, счастливы и свободны от любых тревог и волнений. Пусть все дэвы и брахмы будут счастливы, здоровы и свободны от любых тревог и волнений. Пусть все голодные привидения, несчастные духи, счастливые духи и существа в аду будут счастливы, здоровы и свободны от любых тревог и волнений. Пусть все существа из других галактик, из других миров будут счастливы, здоровы и свободны от любых тревог и волнений. Пусть все живые существа, включая меня, будут счастливы, здоровы и свободны от всех тревог и волнений. Пусть все живые существа пребывают в мире и будут дружелюбны друг к другу, пусть они будут счастливы, здоровы и свободны от тревог и волнений. Пусть будет мир во всем мире. Пусть будет мир во всем мире. Пусть будет мир во всем мире. Пусть мы будем счастливы, здоровы и свободны от всех тревог и волнений. Пусть все существа, подобные мне, будут счастливы, здоровы и свободны от всех тревог и волнений. Пусть будет мир. Пусть будет мир. Пусть будет мир во всем мире. Пусть на Земле воцарится мир. Пусть благодаря этой медитации я и другие существа как можно скорее достигнем вечного блаженства — нирваны».
Сейчас мы делали медитацию благородной любви. Эта практика приносит большие заслуги. Мы можем посвятить эти заслуги дэвам или покинувшим нас родственникам. Вначале посвятим заслуги ушедшим родственникам[13]. А теперь давайте посвятим заслуги дэвам[14].
Делайте эту медитацию каждый день в одно и то же время. Например, каждый день в 8 или 9 часов вечера. Если вы будете непрерывно заниматься этой практикой, то вскоре получите замечательные результаты. Первые результаты вы увидите уже через месяц. С каждым днем вы будете становиться все более здоровым. Люди все больше будут проявлять по отношению к вам доброту и дружелюбие. Вас благословят дэвы и духи. У вас не будет врагов. Ваше здоровье будет улучшаться. Вы проживете более долгую жизнь. Вы будете счастливы во всех аспектах. Спасибо.
Пожалуйста, ваши вопросы.
АМ: Реинкарнация — не буддийский термин, хотя иногда даже буддисты употребляют его. В этом нет ничего плохо, поскольку существуют два вида речи: саммути (sammuti) и параматтха (paramattha) — обыденная речь и речь, передающая высший смысл. В обыденной речи мы используем такие слова, как «человек», «душа», «я», «ты» и так далее. С этих же позиций можно использовать и слово «реинкарнация». Но если мы проанализируем то, что называется «реинкарнация», с абсолютной точки зрения, с точки зрения Абхидхармы, получится немного другое. Реинкарнация есть не что иное, как перерождение, или непрерывный поток нашей жизни.
Прежде всего мы должны понимать, что именно осуществляет реинкарнацию. Вообще это слово латинского происхождения: «карнис» означает «плоть», «тело», «ре» означает «снова». Таким образом, реинкарнация — «снова и снова входить в тело». Но что именно входит в тело? В некоторых религиях считается, что в тело входит душа, личность. Что после смерти душа покидает старое тело и обретает новое. В это верят христиане, индуисты и последователи других религий. Но буддисты считают иначе. С абсолютной точки зрения в нас нет ничего, что можно было бы назвать неизменной сущностью, или вечным «я». Все в нас подвержено изменению. Поэтому мы в первую очередь должны понять, кем мы являемся в действительности. Прежде чем разбирать понятие реинкарнации, мы должны понять, кто мы такие, кто я такой. Каждый должен понять, кем он является на самом деле.
Вот сейчас я говорю с вами и использую слово «я». Но что такое это «я»? Все используют это слово: «я», «я», «я». Вы называете себя «я», другие тоже называют себя «я». Что значит «я»? Начиная задумываться над словом, вы сначала находите физическое тело. Потом понимаете, что помимо физического тела есть еще кое-что. Физическое тело — это материя, но есть еще и нематериальная составляющая: ум и ментальные состояния.
Исследуя свое тело, мы обнаруживаем, что оно постоянно меняется. Когда-то все мы были детьми, но сейчас мы взрослые. Наши тела больше, чем в детстве. Когда же произошла такая перемена? Мы не можем ответить на этот вопрос, потому что тело меняется каждое мгновение. Мы не можем «поймать» тот момент, когда произошло это изменение. Мы постоянно меняемся подобно потоку. Поток непрерывен. Наше тело состоит из маленьких частей, которые мы называем метачастицами, рупа-калапа (rupa-kalapa) на пали. Наше тело — совокупность метачастиц, которые образуют разные формы: кости, костный мозг, ногти, артерии, плоть, кровь, кожу. Есть много названий, но все это — совокупности метачастиц. На пали мы называем это рупа-кханда (rupa-khandha) — собрание материальных состояний. Итак, все наше тело есть совокупность метачастиц. И в нем нет ничего, помимо этого.
Все метачастицы в теле подвержены моментальным изменениям. Одна метачастица возникает и тут же исчезает, давая возможность появиться другой метачастице. Все метачастицы в нашем теле непрерывно появляются и исчезают. Этот процесс происходит так быстро, что мы не можем его отследить. Мы наблюдаем перемены только по прошествии времени. Под переменами имеются в виду моментальные изменения. Когда я начал лекцию, у меня было одно тело — одна совокупность метачастиц. После часа беседы с вами у меня уже не то тело, что было вначале. Вначале у меня было одно тело, а сейчас — другое. Все элементы тела меняются очень быстро: по всему телу старые метачастицы исчезают и дают место новым. В следующее мгновение человек уже не является тем же самым — его тело уже изменилось. В теле нет ничего, что бы не менялось. Каждая часть тела, каждая метачастица непостоянна — все суть аничча. Если нет ничего постоянного, то не существует ничего, что можно было бы принять за «я», душу или эго. В теле нет эго. Под эго подразумевается неизменная сущность. В теле нет ничего, что не было бы подвержено изменению. Каждая часть нашего тела непостоянна — аничча. Итак, мы не находим в своем теле никакой неизменной сущности.
Перейдем к уму. Что такое ум? Когда перед глазами появляется видимый объект (rupa), внутренний поток сознания тут же изменяет свое направление — он обращается к этому внешнему объекту. И возникает сознание зрительного восприятия (cakkhu-vinnana), за которым следуют другие типы сознания, также направленные на видимый объект. Допустим, ушей достигают какие-то звуки. Тогда внутренний поток сознания изменяет свое направление и обращается к слышимым звукам. Возникает сознание слухового восприятия, за которым также следуют соответствующие типы сознания. Или, может быть, нос уловил какой-то приятный или дурной запах. Появляется сознание обоняния, и вслед за ним возникают другие типы сознания. Что-то прикасается к языку — возникает сознание вкуса. Кто-то дотрагивается до тела — появляется сознание осязания. За ними также следуют соответствующие типы сознания. Теперь ум вспоминает что-то из прошлого. Тогда возникает сознание, которое зафиксировано на случае из прошлого. Таким образом, каждое мгновение в зависимости от обстоятельств появляются разные типы сознания. И нет ничего, что бы не подлежало ежемоментным изменениям.
Каждый момент одно сознание сменяется другим, и так без конца. Существует цепочка сознаний, поток сознаний или мыслей. Нет ни единой мысли, которая была бы неизменной. Каждая мысль, каждое сознание возникает и тут же исчезает, а за ним следует другое сознание, которое в свою очередь сменяется третьим. Одно сознание исчезает, и ему на смену приходит другое — таков поток сознания. Тогда где же душа, неизменная сущность? Ее нет. И хотя люди используют такие слова, как «душа», «личность», «эго», мы не находим ничего из перечисленного. Где они? Всякая мысль зависит от того, на что она обращена, будь то видимый объект, звук, запах, вкус, тактильное ощущение или какая-то идея. Каждый момент в уме всплывают и исчезают различные состояния сознания, которые зависят от внешних объектов и мыслей. Таким образом, не существует никакой атты — вечной души, или неизменного «я». Есть лишь цепочка, поток ментальных состояний, находящихся в процессе постоянных изменений. Каждая мысль — аничча: она непостоянна. Каждая мысль лишена «я». Нет никакого эго, никакой неизмененной сущности. Все подлежит изменению.
Тогда что же такое «я»? Минуту назад я воспользовался словом «я» по отношению к телу и уму, которые существовали на тот момент. Но в тот же самый момент, как я произнес это слово, и тело, и ум изменились. На смену старым мыслям пришли новые. И того меня уже не стало. Возникли новые мысли и новые собрания материальных частиц. В тот момент я думал о себе «я-я-я», но это состояние быстро исчезло, и ему на смену пришли новые мысли и новый набор материальных состояний. И тогда я тоже называл себя «я-я-я». Но немедленно, в следующий же момент этот новый «я» опять исчезает. Так какое же из этих Я является настоящим? Настоящего «я» не существует. Мы называем себя Я, но это всего лишь слова.
Вот молодой человек по имени Судхамма. К чему конкретно относится его имя? К глазам, ушам, телу или уму? Что именно из них есть Судхамма? Судхамма — просто имя. Аналогичным образом Я — всего лишь название, название, которое на общепринятом языке обозначает непрерывный поток физических и ментальных состояний. То, что мы называем «мужчиной», «женщиной», «животным» или «дэвой», есть не что иное, как психофизический процесс, психофизический поток. Нельзя дважды войти в один поток. Вы окунаетесь в реку и выходите. Во второй раз вы окунетесь уже совсем в другую воду. Прежняя вода утекла, и без всякого перерыва на ее место приходит новая вода. В реке нет пустоты: она всегда наполнена.
Так и с нашим телом. Оно всегда заполнено материальными состояниями, но они изменяются каждый момент времени. Так называемый ум — тоже цепочка, поток мыслей, которые непрерывно возникают и исчезают. Между ними нет никаких пробелов. Даже во сне действует бессознательное, которое мы называем бхаванга-читта. Нет ни одного промежутка времени, ни одного мгновения, когда бы у нас не было сознания, мыслей. Всегда существует какое-то сознание, но оно подвержено моментальным изменениям. Поэтому нет ни души, ни неизменного эго, ни вечного «я». Есть лишь поток ментальных и физических состояний.
Когда тело не способно оставаться в прежнем состоянии из-за болезни или в силу возраста, оно становится безжизненным. Оно больше не может жить. Мы называем это смертью тела. Тело умирает, и поток мыслей перетекает из него в новое физическое тело. Реинкарнация — это перетекание потока мыслей в новое физическое тело. Мысль появляется в старом теле в последний раз, и новая мысль уже не может там появиться, так как тело умерло. Тогда она появляется в новом теле.
Приведу пример. Представьте, что здесь висит экран, на который проецируют фильм. Работает проектор, на экране разворачивается картина. Но вот экран падает. Что тогда произойдет? Если проектор продолжает работать, изображение появится на полу или на стене. Фильм продолжается, но в другом месте: картинка сменила один экран на другой. История продолжается. Так происходит и с нами. Тело умирает, но поток мыслей не останавливается, а переходит из одного физического тела в другое. Это мы и называем перерождением.
АМ: Поток мыслей? Тут нужно обратиться к Абхидхарме и сутрам. Вещи обладают удивительными свойствами. Предположим, вы зажгли масляный светильник. Когда масло заканчивается, в последний момент пламя становится очень большим. Это естественно. Прямо перед исчезновением, в последний момент, пламя становится очень большим.
Во время смерти пять чувств отключаются. Сначала энергия собирается в определенном центре тела — в сердце или мозге. В этот момент уши не слышат, поскольку энергия покидает уши, а также глаза и другие органы чувств. Организм не функционирует. Окружающие могут думать, что человек уже умер. Однако смерть еще не наступила. Вся энергия собралась в сердце или мозге. В это время энергия, которая прежде питала шесть чувств[15], поддерживает только один орган чувств — ум. В последнее мгновение жизни ум становится в пять раз сильнее обычного. Раньше энергия распределялась на шесть органов чувств, а сейчас поддерживает лишь один — ум. Поэтому в последний момент ум обладает очень сильной памятью: он вспоминает все, что случилось с человеком, начиная с самого рождения.
Все произошедшее разворачивается перед человеком как кинолента. Вспоминая все эти события, ум заново переживает их. Он погружается в них, и это очень сильный и яркий опыт. Он видит хорошее, плохое и обыденное. Он может увидеть совсем недавнее событие, которое поразило его. Хорошие дела и плохие дела — все это очень сильный и яркий опыт. В тот момент, когда ум вспоминает все случившееся, он начинает заново совершать эти действия. На пали это называется «нана-каника-камма» (nana-kanika-kamma). Когда-то накопленная карма оживает и снова проигрывается на ментальном уровне. Если это хорошая карма, то она работает на ментальном уровне, обновляется и получает большую силу. Сознание обретает способность ясновидения и может увидеть конечный результат — то место, куда течет поток ума.
Если это хорошее место, то можно увидеть прекрасный сад или что-то подобное. Если сознание близко к новому рождению, то благодаря силе ясновидения, или божественному зрению, оно увидит лоно матери, небесную обитель, райский сад или что-то в этом роде. Если человек находится в несчастном состоянии ума, то он увидит пламя или что-то вроде того. И естественным образом поток сознания склоняется к этому состоянию, направляется туда. Сознание влечет, притягивает к этому состоянию. В следующий момент мысль появляется уже там, в новом состоянии. Эта мысль — результат последней активной мысли. Она называется «камма-випака-читта» (kamma-vipaka-citta). Таким образом, последний момент жизни определяет будущее. Так происходит перерождение. Это глубокая философия, и вам нужно хотя бы немного изучить психологию — науку об уме. Я думаю, сейчас вам все стало понятно. Есть еще вопросы?
АМ: Это символ. Если у вас хорошие мысли, то, по определению дзен-буддистов, это природа Будды. Если ваши мысли бескорыстны и полны человеколюбия, то это природа Будды. Потому что природа Будды — это помогать другим, любить людей и быть доброжелательным. Это сущность Будды.
АМ: Иногда это происходит из-за плохого климата. Если воздух вам не подходит, вы можете чувствовать усталость. Тогда следует прервать медитацию. Не пытайтесь продолжать, иначе усталость будет только нарастать и вы почувствуете лень. Медитация не увенчается успехом. Когда вы чувствуете себя уставшим, дайте себе отдых.
Окружающая обстановка должна благоприятствовать медитации. Используйте благовония, зажигайте ароматические палочки. Можно поставить благоухающие цветы. Вокруг должно быть чисто. В таких условиях можно медитировать. Нужно прибраться во всем помещении. Вы должны внимательно осмотреть место для медитации: оно должно быть спокойным и тихим. Пустая комната гораздо лучше подходит для медитации. В комнате, полной вещей, ум становится рассеянным. Вам будет трудно сосредоточиться.
АМ: Если вы разовьете концентрацию и сможете полноценно пребывать в состоянии сосредоточения хотя бы пять минут, бессонница больше не потревожит вас. Пять минут концентрации стоят целой ночи сна. [смех] Медитация даст вашему телу больше отдыха, чем целая ночь сна. При условии что вы все делаете правильно, то есть хорошо концентрируетесь.
AM: Чтобы достичь аппаны, нужна полная фиксация ума на объекте. Это непросто. Но нужно стремиться к этому.
АМ: Что бы ни говорили другие люди, нужно опираться на то, что говорил Будда. А Будда учил нас медитации касина. Она не менее ценна. Замечательно, если вы практикуете медитацию благородной любви. Будда ценил все медитации, как саматху, так и випассану. Будда говорил об их величии. Вначале нужно практиковать саматху, метта-саматху, после чего будет гораздо проще приступить к випассане. Как говорится, саматха-падака-випассана (samatha-padaka-vipassana) — випассана зависит от саматхи.
АМ: Нужно быть достаточно разумным, чтобы понимать ситуацию с саматхой. Нельзя ни к чему привязываться. Когда вы практикуете саматху, ваш ум сконцентрирован. Полагаясь на силу от этой концентрации, вы приступаете к випассане, и она легко вам дается. Как поступал Будда? Вначале он прошел саматху и достиг первой дьяны, второй дьяны, третьей дьяны и четвертой дьяны. Затем он развил божественное зрение (dibba-cakkhu) и стал видеть свои прошлые жизни (pubbe-nivasanussati). После этого он обратился к випассане, к патичча-самуппаде. И только после этого наконец достиг искоренения всех омрачений (asavakkaya-jnana). Вот что делал Будда.
Итак, здесь присутствуют люди, которые хотят сразу подойти к випассане. Но даже в этом случае есть такое понятие, как гибкая, моментальная концентрация (khanika-samadhi)[17]. Без саматхи нет випассаны. Они должны идти рука об руку и работать вместе. Нет саматхи — нет и випассаны.
АМ: Порой вы видите некий свет из-за напряжения в глазах. А иногда, в процессе медитативных занятий, на поверхность всплывают старые впечатления. То есть ваш опыт может означать, что в прошлых жизнях вы концентрировались на световой касине — практиковали медитацию алока-касина (aloka-kasina). Когда вы концентрируетесь и ум хорошо зафиксирован на объекте, всплывают старые впечатления, которые имеют силу в потоке мыслей, и вы видите свет. В этом случае нужно закрыть глаза и наблюдать этот свет, зафиксировать свое сознание на нем. Если вы разовьете концентрацию ума на этом свете, одностороннюю направленность ума, саматху, то легко достигнете первой дьяны — аппаны. Можете попробовать.
Вы можете зафиксировать свой ум на одном объекте — свете. Зажгите лампу и смотрите на нее. Не напрягайте глаза — закройте их. Подумайте, сможете ли вы точно воспроизвести этот свет. Речь идет о ментальной копии этого света. Через какое-то время вы увидите этот свет в пространстве своего ума. Тогда вы можете больше не смотреть на реальный источник света. Вы можете видеть свой ум и фиксировать его на этом ментальном свете. Так развивается концентрация. Это разновидность медитации касина под названием алока-касина. Есть десять аналогичных видов медитации касина, которые являются способами развития концентрации.
Всего существует сорок видов медитации саматха. Практикуя любую из них, можно развить концентрацию и достичь состояния дьяны — аппаны. И уже потом вы начнете вспоминать прошлые жизни или обретете способность читать мысли других людей. У вас естественным образом появляется такая сила.
АМ: Такое видение может быть вызвано разными причинами. Будда жил две с половиной тысячи лет назад. Хотя он и покинул наш мир, его астральная форма тела, которая называется «материя акаши», все еще существует. Она запечатлена в воздухе. Иногда ее можно наблюдать. Также это может быть делом рук дружественного дэвы. У каждого человека есть свой дух-защитник. Он и создает подобные образы.
Я узнал о подобных происшествиях от своего друга, автора книги «Чему учил Будда», достопочтенного Рахулы. Он рассказывал, как однажды ездил в Кушинагар, где Будда ушел в нирвану. Стоя напротив храма, Рахула внезапно увидел Будду: «Вон идет Будда!» Будда явился в очень ясной, очень красивой форме. Рахула видел Будду несколько минут, после чего видение исчезло. Это происходит потому, что в воздухе еще запечатлена астральная форма Будды. И голос Будды все еще там. Он существует в так называемой форме акаши. При развитой чувствительности можно слышать голос Будды.
АМ: Духовность — просто термин. Это европейское понятие, обозначающее что-то нематериальное, то, что лежит за пределами материального.
АМ: Под духовностью подразумевается ментальное состояние. Вы можете развить свою ментальную составляющую, если сконцентрируете ум на одной точке и не будете рассеивать свое сознание. Все возникающие мысли зависят от этой точки, они зафиксированы на ней. Затем мысли становятся все сильнее и сильнее, освобождаются от плохих качеств, таких, как гнев. Когда мысли зафиксированы на одном хорошем, идеальном объекте, они становятся все чище и чище. Чтобы сделать сильной ментальную составляющую, нужно одно — удалить все ментальные загрязнения из потока ума. И ваше сознание станет мощным.
АМ: Да, да, да. И это единственное, что нужно делать. Вы должны развивать свой ум, свое ментальное состояние, практикуя саматху. Также ум развивается, когда занимаешься випассаной, потому что во время випассаны никакие страсти не могут возникнуть в уме.
АМ: Если в такой момент есть жестокая мысль, то она принесет плохой результат и результат будет зависеть от силы мысли. Предположим, король казнит человека и в этот момент испытывает гнев. Он получит результат в зависимости от силы гневных мыслей. В самом крайнем случае мысли могут привести к перерождению в аду. Прочтите «Темия-джатаку». Царевич Темия помнил, что пришел из ада, где в страданиях провел много тысячелетий. До этого он был царем, который казнил много людей, в результате чего переродился в аду. Когда плохая карма исчерпалась, он снова стал человеком. Он помнил свою прошлую жизнь. Плохая карма не знает оправданий, пусть ты даже бодхисаттва. Карма есть карма, бодхисаттва ты или нет.
АМ: Нет, разница все же есть. Но она состоит в том, что обычно люди не пытаются себя исправить, хотя и понимают, что поступают плохо — как царевич Темия. Но Темия помнил плохой результат злых дел и далее стал осторожен и старался не совершать подобных поступков. Он улучшал свои хорошие стороны, а не плохие. Поэтому он отказался от престола. Его ментальный поток становился все лучше и лучше, все чище и чище. Бывает и такое.
Жизнь бодхисаттвы подобна жизни ученика. В детском саду он делает много ошибок. В первом классе он тоже допускает ошибки и делает что-то неправильно, потому что еще не овладел предметами в совершенстве. Но от класса к классу он улучшает свои знания, хотя по-прежнему допускает небольшие ошибки в арифметике и грамматике. Но с переходом в старшие классы он больше не делает прежних ошибок. Жизнь бодхисаттвы похожа на эту аллегорию. Бодхисаттвы проходят много уровней, и на первых ступенях, подобно ученикам начальных классов, могут допускать ошибки.
AM: Вы знаете, есть рыбаки. Они ловят рыбу и в то же время совершают хорошие поступки. Иногда они ловят рыбу даже в полнолуние. То же и с вашим отцом. Если вы накапливаете карму благих и неблагих поступков, то результат будет смешанным. Однако есть одна тонкость. Если ваш отец практикует щедрость, занимается благотворительностью, делает пожертвования храмам и тому подобное и в последний момент вспомнит: «Я сделал так много хороших дел из почтения и преданности Будде», — то следующая жизнь определится именно этой мыслью.
Я хочу рассказать вам одну историю. Во времена Будды Сикхи жил один охотник. Пятьдесят лет он охотился на оленей и жил за счет этого. Однажды он шел по лесу и услышал чей-то завораживающий голос. Он пошел на этот голос и увидел Будду, который давал учение духам и дэвам в человеческом обличье. Охотник смотрел на Будду, слушал его голос, и у него зародилась великая преданность Будде. Затем он ушел. Но после этого он всегда помнил, как Будда проповедовал дэвам, даже во время охоты. Он постоянно вспоминал Будду и его голос. К счастью, к тому времени, когда он лежал на смертном одре, мысли о Будде стали его привычной кармой. Это карма привычки. Когда появляется привычка помнить о чем-то каждый день, в последний момент именно это воспоминание всплывает на поверхность. Перед смертью он вспомнил Будду и его голос, и поэтому переродился на небесах Таватимса. Это был Матта Кундали. Вы слышали о нем? Этот человек родился на небесах Таватимса.
Здесь нужно объяснить природу кармы. Карма состоит из семи составляющих. Первая часть уже готова приносить свои плоды в этой жизни. Седьмая часть дает результат в следующей жизни. Оставшиеся средние пять частей приносят плоды в будущих жизнях (в тех, что идут после следующей жизни), если им выпадает такая возможность.
Что касается этого охотника, то после смерти он переродился в раю, поэтому седьмая часть его плохих поступков потеряла силу. Это называется «ахоси» (ahosi): седьмая часть кармы не нашла возможность проявиться в следующей жизни. Но средние пять частей остаются и могут дать свой результат, если у них появится шанс. Однако в случае с этим охотником такой возможности им не представилось.
После долгого пребывания в раю он опять родился человеком. К счастью, у него были добрые друзья. Он совершал только хорошие поступки и не делал зла. Благодаря своим хорошим делам он снова родился в раю. И так по очереди: сначала в раю, затем человеком. И снова он совершал хорошие поступки, жертвовал и опять рождался в раю. Таким образом он провел около тридцати кальп, около тридцати мировых циклов. Его злые дела не нашли возможности принести свои плоды. В конце концов он родился в Саваттхи во времена нашего Будды и встретился с ним. Он вступил в Сангху, стал монахом, а затем архатом. Такова природа кармы.
АМ: Если совершать только плохие дела и не делать ничего хорошего, то у кармы будет только одна возможность — дать плохой результат. Но если вы совершаете хоть какие-то хорошие поступки, они могут перевесить плохие. Они даже могут свести на нет всю силу дурных поступков. Такова природа кармы. Допустим, вы съели что-то несвежее, но сразу приняли лекарство. Тогда результат приема плохой пищи не сможет проявиться, потому что окажется нейтрализован приемом лекарства. Внутри человека идет борьба между хорошими и плохими поступками. Если совершать хорошие поступки, то последствия плохих могут и не проявиться.
АМ: Все будет зависеть от состояния ума в момент совершения подношения. Пусть он украл эти деньги, но в момент траты на благородные дела у него были щедрые мысли. Сила щедрых мыслей — это одно, а сила мыслей в момент кражи — другое. Результат будет зависеть от силы ума в момент совершения поступка.
Если человек добыл деньги неправедным путем, но потратил их на хорошие дела, то сила хороших дел будет меньше, поскольку деньги были приобретены незаконно. Но какая-то сила у хороших поступков все же будет. Неправедный способ добычи средств к существованию называется «мичча-джива» (miccha-jiva). Но человек, несмотря на мичча-дживу, совершает какой-то добродетельный поступок. Если в момент совершения благого поступка он сделает свой ум очень чистым и сильным, то это даст хороший результат. Вы слышали об Ангулимале? Он убил столько людей, но в конце концов встретился с Буддой. Он послушал учение, осознал истину, стал учеником Будды и достиг архатства.
AM: Так нельзя сказать. Да, он занялся этим из благих побуждений, но в момент убийства им владели жестокие мысли. Первоначальный настрой был хорошим, но в момент убийства намерение (cetana) было очень жестоким. Но все это свелось на нет, когда он встретился с Буддой. Вот почему Будда сказал: «Очень трудно размышлять о природе кармы».
АМ: Когда вы совершаете пожертвования другим, нужно делать это с особыми мыслями. Предположим, вы узнали о дурном нраве этого монаха. Вы не должны гневаться на него — вместо этого попытайтесь его образумить. Злоба не поможет исправить плохого человека. Постарайтесь найти способ, чтобы исправить его. Вы не должны говорить ему об этом прямо: в этом случае ему будет стыдно и он станет вести себя хуже прежнего. Дайте ему намек, который поможет ему исправиться. Но в процессе из жалости мы должны обращаться с ним хорошо.
А теперь допустим, к вам пришел вор. Он очень голоден и хочет взять у вас еду. Вы должны дать ему еду, даже если знаете, что это вор. В данный момент он страдает от голода, и вы должны пожалеть его и дать ему немного пищи. Это ваш долг. Как я говорил вчера, собаки — совсем не добродетельные существа, но вы же их кормите, [смех]
Если вы желаете получать хорошие результаты поступка, чувства должны быть положительными, хорошими. Это означает, что если вы можете найти добродетельных людей, то помогайте им. Тогда вы получите высокий результат. Однако даже если получатель не очень хороший человек, но ваш ум при этом очищен, вы все равно получите до некоторой степени хороший результат.
АМ: Да, с добротой, с состраданием. Когда мы дарим другим нашу любовь и доброту, мы не должны обходить стороной плохих людей. Ваша благородная любовь должна охватывать плохих людей тоже. Любовь универсальна: она не делит людей на хороших и плохих.
АМ: Предположим, есть человек, который злится на вас. Порой вы чувствуете, что вам трудно одарить своей благородной любовью и его. Тогда вы должны размышлять следующим образом. Сейчас он гневается на вас. Возможно, он сделал вам что-то плохое. Например, ударил вас. Тогда вы должны понять, кто вас ударил, кто является вашим врагом. Вы должны убить врага. Вы должны найти настоящего врага.
Может, ваш враг — его рука? Нет, дело в его мыслях: он задумал ударить вас, и эта мысль двигала его рукой. Он поднял руку, чтобы ударить вас, но рука не виновата. Именно мысль сотворила это зло. Если бы его ум не задумал ударить вас, то он не поднял бы на вас руку. Ум отвечает за этот плохой поступок, не рука. Вы не должны мстить руке — вы должны мстить уму. В этом виноват ум, но не весь ум. Если бы гнев не возник в его уме в тот момент, ум не сотворил бы подобного. Лишь когда гнев проникает в ум, он становится жестоким. В остальное время он хороший. Таким образом, ум не ответствен за этот поступок, ведь совершить злое дело побудил его гнев. Вы должны найти настоящего врага — и это гнев. Вы должны убить гнев, а не ум и не тело.
Как же вам убить своего врага — гнев? Если вы причините этому человеку вред, то его гнев усилится и вы тем самым лишь подпитаете своего врага. Но если вы снова и снова будете проявлять доброту к этому человеку, то его гнев исчезнет. Он станет улыбчивым и добросердечным. Когда он увидит, что вы не злитесь на него, он почувствует раскаяние и станет хорошим. Его гнев исчезнет, когда вы проявите свою доброту по отношению к нему. Проявить доброту — значит убить своего врага, каковым является гнев. Как говорил Будда, победите гнев с помощью не-гнева.
Вы должны думать таким образом, и тогда вы сможете излучать благородную любовь к этому человеку. Ваш враг — это не человек, а его гнев. Когда тот же самый гнев поднимается в вашем уме, вы тоже становитесь плохим. Гнев — это неблагое состояние ума. Вы не должны злиться на человека. Пожалейте его: его испортил гнев, который возник у него в сознании. Вместо того чтобы злиться на него, вы должны его пожалеть. Из-за своего гнева он столкнется с неприятностями в будущем. Он накапливает плохую карму. Вы не должны сердиться на него — вы должны его пожалеть.
Я расскажу вам о замечательном событии. На Шри Ланке было сильное националистическое и буддийское миссионерское движение, которое возглавлял Анагарика Дхармапала[18]. Возможно, вы не слышали о нем. Это было самое лучшее миссионерское движение, которое когда-либо появлялось на Шри-Ланке и которое стремилось распространить учение Будды по всему миру: в Англии, в Америке, в Германии — во всех странах. Анагарика Дхармапала основал общество «Махабодхи» — самое замечательное буддийское сообщество того времени. Тогда Шри-Ланка находилась во власти Британии. Анагарика Дхармапала поднял людей на борьбу за независимость, за свободу от англичан. Он стал выступать с лекциями повсюду. Он был очень храбрым человеком. Так он видел свою миссию.
Во время Первой мировой войны, где-то в 1914 году, он жил в Калькутте и строил там буддийский монастырь, который позже назвали «Дхармараджика-вихара». Это была первая буддийская вихара в Индии. Тем временем вспыхнула Первая мировая война. На Шри-Ланке шла борьба между мусульманами и буддистами, между мусульманами и сингальцами. Мусульмане оклеветали некоторых сингальцев, и тогдашнее правительство, подстрекаемое католиками и англиканскими епископами, арестовало всех буддийских лидеров. Католические и англиканские епископы пользовались любой возможностью, чтобы расправиться с буддийскими лидерами. Каждый раз они действовали исподтишка. Тогдашний губернатор был христианином. По инициативе католических и англиканских священников были арестованы многие ни в чем не повинные буддийские лидеры, которые не имели никакого отношения к конфликту между мусульманами и сингальцами. Арестовали всех братьев Дхармапалы. Арестовали многих других буддийских лидеров, которые не имели никакого отношения к этой борьбе. Невинные люди были арестованы, и некоторые из них погибли в тюрьме.
В то время главным инспектором Шри-Ланки был яростный противник Дхармапалы. Когда он был на Шри-Ланке, Дхармапала постоянно критиковал его друзей: инспектор был сыном христианского священника. Анагарика Дхармапала всегда критиковал христианских священников. Этот главный инспектор Шри-Ланки, подстрекаемый христианскими епископами, послал телеграмму главному инспектору Калькутты с требованием немедленно арестовать Анагарику Дхармапалу и выслать его обратно на Шри-Ланку. В то время было введено военное положение. Людей расстреливали без суда и следствия. Многих убили. Хотели убить и Анагарику Дхармапалу.
И вот главный инспектор Шри-Ланки послал телеграмму своему коллеге в Калькутте и попросил, чтобы тот арестовал Дхармапалу и выслал его на Шри-Ланку. Это сообщение пришло вечером. Главный инспектор позвонил Анагарике Дхармпале и сказал: «Господин Дхармапала, правительство Шри-Ланки требует арестовать вас и выслать на Шри-Ланку. Я зайду к вам завтра утром. Не покидайте свой дом. Я приеду к семи утра». Получив это известие, Анагарика Дхармапала нисколько не сомневался, что, окажись он на Шри-Ланке, его тут же застрелят.
Он принялся обдумывать выход из этого затруднительного положения. Внезапно его озарило, что единственный способ — расширение безграничной любви. Так что он незамедлительно попросил своего слугу раздобыть фотографию старшего полицейского инспектора. Практика началась около девяти вечера. Он поместил фотографию на столе, сел напротив нее, представил инспектора и начал излучать по отношению к нему чувство безграничной любви, повторяя в душе: «Господин инспектор, будьте счастливы! Господин инспектор, будьте счастливы!» Таким образом, он сосредоточенно практиковал всю ночь до самого утра, не отвлекаясь ни на что другое. Рано утром прибыл старший полицейский инспектор Калькутты с намерением арестовать и депортировать АнагарикуДхармапалу, однако изменил свои планы, лишь увидев его.
Инспектор сказал: «Я чувствую какие-то удивительные перемены, произошедшие во мне. Я приехал, чтобы арестовать и депортировать вас на родину. Но когда я увидел вас, меня охватило такое теплое чувство, словно вы мой отец. Я не могу так поступить с вами. Давайте сделаем так — я помещу вас под домашний арест под мою ответственность, пока все не уляжется».
И инспектор послал ответ на Шри-Ланку, в котором заверил тамошнюю полицию, что затребованное лицо будет оставаться под домашним арестом под его личную ответственность. Так Анагарика Дхармапала избежал депортации и, вероятно, расправы.
Герой этой истории был моим близким другом, он сам и рассказал об этих приключениях семь лет спустя, когда вернулся на Шри-Ланку.
Государственное издательство выпустило «Паттхану» с комментариями, составленными комитетом монахов, куда входил и я. Как-то раз я оказался во главе одного собрания. На эту встречу пришли министры и университетские ученые. Мне стало известно, что некоторые из них выступают против Абхидхармы. В своей речи в качестве председателя я открыто заявил о том, что некоторые наши буддологи слепо верят всему, что говорят их европейские коллеги. У них не хватает сил и уверенности покритиковать европейских ученых. И хотя мы обрели независимость, они все еще заискивают перед ними. Мы освободили нашу страну от англичан, но наши ученые все еще кланяются им. Они ужасно несамостоятельны в своем мышлении. Они слепо верят во все, что бы ни говорили европейские ученые.
Я сказал: «Я готов доказать, что Абхидхарма — слово Будды. Что бы кто ни говорил против Абхидхармы, я могу опровергнуть любые доводы. Я готов спорить и защищать свою точку зрения». Я говорил о «Паттхана-пакаране». Никто не может дать внятного объяснения закона взаимозависимого возникновения, если должным образом не изучил
«Паттхану». Я продолжал говорить в этом духе. Все ученые и профессора молчали.
АМ: Когда ты погружен в свои дела, естественно, возникают ситуации, когда не можешь сдерживаться. А если не получается контролировать себя, тобой может завладеть гнев. Это естественно. Предположим, вы напряженно трудитесь. Тут кто-то подходит и начинает отвлекать своими вопросами. Но вы не закончили работу и начинаете выходить из себя. Вы злитесь. Это естественно. В этом случае и даже до возникновения гнева следует думать так: «Что, если бы я был на месте него? Предположим, я и есть он. Я тоже хочу доделать свою работу, выполнить свои обязанности. Я такой же человек, как и он. Как и я, этот человек хочет поскорее закончить свою работу. Я должен практиковать терпение. Я должен запастись огромным терпением». Вы должны видеть, что вы и этот человек равны. Представьте, что вы поменялись местами, и это вы отвлекаете другого человека от работы. Он тоже может разозлиться. Но злиться неправильно. Нужно тренировать выдержку.
AM: Дьяна — постепенное приближение к объекту медитации. Предположим, вы концентрируетесь на свете. В своем сознании вы думаете о свете. Вы закрываете глаза и видите свет. Ментально вы все ближе и ближе подходите к этому объекту. Это дьяна. Дьяна — это понимание природы данного объекта: из чего он состоит, как он образован. Дьяна — это концентрация, приближение к объекту, а джняна — это знание.
АМ: Предположим, вы по ошибке съели отравленную пищу. Тогда вы должны сделать что-нибудь противоположное — принять антидот. Аналогичным образом, если в сердце возникли плохие мысли, подумайте о чем-нибудь возвышенном, например о Будде. Думайте о великом сострадании Будды, о всеобъемлющей благородной любви Будды, о чистоте Будды, о великой мудрости Будды или о пользе того пути, который он указал. Путь, который указал Будда, — это практический путь.
Вы слышали много историй о жизни архатов: Ананды, Сарипутты, Моггалланы или Махакассапы. Подумайте о любом эпизоде из жизни великих святых — учеников Будды. Вспомните любую историю, которая тронула вас. В то же мгновение дурная мысль растворится. Или подумайте о ценности какой-либо добродетели, о ценности практики этой добродетели. Или вспомните любую медитацию, которой вы овладели. Подумайте об этом.
Подумайте о ценности доброты, о нечистоте этого тела. «Тело — это собрание нечистых элементов. Тело состоит из мяса, костей, сухожилий, крови и множества других нечистот. Все это покрыто кожей и источает дурной запах. Вот какая грязная вещь человеческое тело». Подумайте о нечистоте тела. Если в вашем уме и сердце живет вожделение, то думайте о нечистоте тела. Если вас охватил гнев, то думайте о величии благородной любви. Таким образом, надо думать о прямо противоположном.
AM: Есть много способов. Я расскажу о простом. «Моя жизнь полезна, если я могу помогать людям. Что бы я ни делал, я должен воспринимать это как помощь, как один из способов помочь людям: своей семье, детям, родственникам, друзьям, окружающим. Таким образом, я — помощник. Я должен прожить свою жизнь как помощник другим, иначе моя жизнь бесполезна. Я должен использовать свое тело, чтобы служить другим людям». На днях я цитировал стих: «Наилучшее почитание Будды — служение людям». Настоящий буддист — это тот, кто помогает другим. «Как буддист я должен быть помощником. Я должен быть готов простить любые ошибки людей. Я слуга, слуга этого мира, слуга других существ». Эту идею нужно запечатлеть у себя в уме. Опирайтесь на нее в повседневной жизни. Так вы научитесь прощать.
АМ: Очень хорошо практиковать медитацию благородной любви или размышлять о добродетелях Будды (Buddhanussati). Если вы читаете о жизни Будды, его величии, сострадании, мудрости, бесконечном терпении, бескорыстном служении миру, то есть о его добродетелях и служении, то это называется будда-нуссати. Вы можете заниматься такой медитацией, если подробно изучили жизнь Будды. Тогда вы вспомните, как Будда поступал в той или иной ситуации. Подумайте об этом. Это очень хорошая медитация. Она называется будда-нуссати.
Медитация благородной любви и размышление о ценности соблюдения заповедей должны выполняться следующим образом: «Я не наношу вреда животным. Поскольку я не наношу никому вреда, то я добр к животным. В моем уме есть доброта. Я не ворую, поэтому я честен. В моем уме есть честность. Я не совершаю прелюбодеяния, поэтому я доволен собой. Я не лгу и не обманываю других, благодаря чему развиваю свою честность. Я не сплетничаю, не произношу слов, отдаляющих людей друг от друга, не злословлю, поэтому у меня есть сострадание ко всем живым существам и я никого не ссорю. Я не говорю грубых слов и таким образом делаю свою речь мягкой и сдержанной. Я не трачу свое время на болтовню, поэтому с пользой провожу каждый момент своей жизни. Я становлюсь человеком, который полезен как для себя, так и для окружающих». Вы должны думать о своих добродетелях. Такая медитация называется сила-нуссати (silanussati). Это очень хорошая медитация.
Существует много других похожих медитаций. Вы можете прочесть книгу достопочтенного Паравахеры Ваджирананы «Буддийская медитация»[19]. Не знаю, правда, есть ли она здесь. В этой книге доступно объяснены разные медитативные техники. Будет очень хорошо, если вы прочтете ее. Она есть на английском в «Обществе буддийских публикаций» в Канди, на Шри-Ланке. Напишите туда и вам вышлют экземпляр. Это очень хорошая книга. Там замечательно описаны все медитации. Когда я вернусь на Шри-Ланку, я постараюсь выслать ее вам. Хотя не уверен, вспомню ли я об этом, когда вернусь на Шри-Ланку. У меня так много дел, что я могу и позабыть. Напишите мне и напомните об этой книге, и я смогу отправить вам экземпляр. Это очень важная книга. «Сингапурское буддийское общество» опубликовало ее в Сингапуре. Достопочтенный Сарада издал эту книгу в Малайзии для свободного распространения.
АМ: Да, миряне могут практиковать випассану. Во времена Будды был один мирянин по имени Анатхапиндика. Он достиг ступени сотапатти — первой стадии святого пути. Он увидел нирвану. Есть много таких историй. Например, царь Хаталлавака достиг стадии анагами, за которой идет уже архатство. Царь Суддходана стал архатом и при этом оставался правящим монархом. Таким образом, миряне тоже могут практиковать випассану.
Каждый день в одно и то же время как минимум пятнадцать минут или полчаса думайте о человеческом теле. Что такое тело? Начинайте рассуждение с головы и идите до стоп. Что такое голова? Она обтянута кожей. А такое кожа? Это скопление постоянно изменяющихся метачастиц. Под кожей есть кровь, плоть и кости. Внутри головы — череп. Он состоит из костей, а под ним — мозг. Это разновидность плоти. В голове есть вены, артерии и много разных нечистых элементов. Таким образом, и внутри, и снаружи голова образована скоплением метачастиц. Они скомпонованы в некую форму, но по сути все это лишь метачастицы, изменяющиеся каждое мгновение.
В детстве у человека маленький мозг. У взрослых голова намного больше. Когда она стала такой большой? Каждое мгновение голова растет и меняется. Все части тела, в том числе и голова, поддаются мгновенному изменению. Голова состоит из метачастиц, которые постоянно меняются. Таким образом, голова постоянно трансформируется. Под трансформацией имеется в виду то, что она не сохраняет прежнюю форму. Это и есть непостоянство — аничча (anicca). Все части головы непостоянны, они суть аничча.
Шея — точно так же собрание метачастиц. Это плоть, кровь, кости и прочие нечистые части тела, обтянутые кожей. Все это состоит из мельчайших материальных частиц, которые также находятся в постоянном изменении. Дальше идут грудь, живот, ноги. Все это является собранием метачастиц, таких, как плоть, кровь, артерии, кости, отличается только внешняя форма. Это совокупность материальных частиц, которые постоянно появляются и исчезают. Тело подлежит постоянному изменению. Тело непостоянно, тело суть аничча. Тело состоит из частиц, которые появляются и исчезают каждое мгновение. Они рождаются и умирают каждый момент времени. Это означает, что человек физически умирает каждый момент времени. Каждое мгновение умирает какая-то часть его тела. Так вы должны исследовать свое тело и размышлять о нем.
Далее наступает черед ума. Он также меняется в зависимости от объекта. Я вижу какой-то объект и появляется сознание зрения. Я слышу что-то — и появляется сознание слуха. Я пробую что-то на вкус — и появляется сознание вкуса. Сознание меняется в зависимости от объекта. Не существует никакого неизменного сознания. Различные типы сознания возникают в зависимости от объекта, будь то физический объект, звук, запах и так далее. Каждая наша мысль, каждое наше сознание подвержено мгновенным изменениям. То, что называется умом, на самом деле является потоком постоянно меняющихся ментальных состояний. Следовательно, ум — тоже аничча. Так нужно исследовать природу ума.
Итак, вы изучили тело и ум и осознали их непостоянную природу, исполненную беспокойства. Они непрестанно возникают и исчезают. Они не знают покоя. Это называется дуккха (dukkha). И раз они постоянно меняются, то можно утверждать, что нет никакой вечной сущности, анатты (anattha). Мы используем слово «я» в общепринятом смысле, но в реальности не существует никакого неизменного «я». Существуют лишь сменяющие друг друга состояния.
Так вы приходите к пониманию того, что собой представляет анатта — отсутствие эго. Такова практика випассаны.
АМ: Что бы ни происходило в моей жизни, какие бы неприятности ни случались, гнев не может завладеть мной, потому что я воспринимаю людей как совокупность метачастиц. В то же время я воспринимаю его поведение как человеческую слабость: он не развил себя до состояния архата. Любой, кто не достиг высоких уровней реализации, может совершать ошибки в силу своего непонимания. Но я знаю, что собой представляют другие люди, поэтому я могу перенести любые невзгоды. Я свободен от гнева. Когда я думаю о людях, охваченных злобой, во мне не возникает гнева. Я могу контролировать свои желания. Я испытываю беспристрастность ко всем людям. Таков мой опыт. Поэтому я всегда счастлив. Я не впадаю в уныние, я не чувствую себя подавленным — я всегда полон отваги.
Когда я практиковал дьяну, я получил некоторый мистический опыт. Это было во времена моей молодости, когда я преподавал в колледже «Ананда». Я жил в общежитии. Я заканчивал уроки около часу дня и закрывался в своей комнате. Часть времени я посвящал чтению книг: в основном это были книги по философии и религии. Четыре раза в день, в одно и то же время, я практиковал медитацию. Это была одна из разновидностей сосредоточения.
Так я медитировал много лет (а всего я прожил там двенадцать лет). И вот в один прекрасный день во время медитации я внезапно забылся. Я проживал другую жизнь. Я чувствовал, что это моя прошлая жизнь. Я очень ясно вспомнил свое прежнее воплощение в теле человека. Это была моя позапрошлая жизнь. Вот такой у меня был опыт.
Вот еще история. Однажды ночью я сидел со скрещенными ногами и медитировал. Свет был выключен, и в комнате царила тьма. Я сидел, скрестив ноги, и практиковал медитацию. Я сидел с закрытыми глазами. Но внезапно почувствовал, что комнату наполняет какой-то свет. Я открыл глаза и увидел, что вся комната залита светом. Я посмотрел на лампочку, но лампа не была включена. Свет исходил из стены напротив. Я удивился: «Что это? Может, я сплю?» Я протер глаза и убедился, что это не сон. Своими собственными глазами я видел свет, который исходил из центра стены и наполнял все пространство. Прекрасный свет! Я смотрел и недоумевал: «Что это?» Затем я увидел, как по стене движутся какие-то тени. Это были тени каких-то существ. Я стал вглядываться, и постепенно контуры теней стали прорисовываться все четче и четче и начали отделяться от стены. Наконец, я увидел много людей. Впереди них стоял очень красивый человек. Он был удивительно красив и притягателен. Я никогда его не забуду. Даже сейчас я отчетливо помню его. Он был прекрасен. Я посмотрел на него и подумал: «Кто это?» Тут же каким-то непостижимым образом я почувствовал: «Это Будда Майтрея».
Я немного занимался живописью, поэтому стал всматриваться в его лицо, чтобы позже написать его портрет. Он был удивительно красив. Тогда он улыбнулся, и внезапно все исчезло. Воцарилась тьма. Я не смог в деталях рассмотреть его лица. Я подумал: «Как жалко, что снова стало темно». И я передумал рисовать. Я продолжил свою практику, и комната во второй раз озарилась светом. Передо мной снова появился Майтрея, но уже один. Я стал изучать черты его лица. Он улыбнулся и сказал: «Не смотри на внешнюю форму, смотри на Дхарму». И исчез.
Комната снова погрузилась во тьму. Я сразу же зажег свет и нарисовал портрет. Этот рисунок я хранил много лет, пока работал в колледже «Ананда». Как-то раз я рассказал эту историю своему другу, и он одолжил у меня этот рисунок. Через несколько месяцев я захотел забрать его обратно и отправился к нему домой. Там мне сказали, что он умер. Я сказал его родственникам, что он взял у меня рисунок: «Я думаю, набросок находится в вашем доме. Пожалуйста, отдайте его мне». Они ответили: «Мы не знаем, где он хранил его». Так я потерял свой набросок. Конечно, я мог бы нарисовать его снова, так как хорошо запомнил лик Майтреи, но не стал этого делать. Почему? Я помню его образ и не хочу показывать другим.
Такой у меня был опыт. В результате медитативной практики у меня было много подобного опыта.
АМ: Все что угодно. В медитации можно увидеть все.
АМ: Даже вы можете освоить их. С помощью силы воли выводишь тонкое тело из физического. У тонкого тела такая же форма, что и у грубого. Можно выходить из тела и путешествовать в так называемом астральном теле. Надо принять лежачую позу, выйти из тела и можно отправляться так далеко, как только захочешь — хоть на другие планеты или звезды. А затем возвращаешься обратно в грубое тело. Это называется «путешествие в астральном теле». В астральном теле можно, например, посетить Англию, увидеть их монастыри и узнать, что там сейчас происходит.
Нужно войти в своего рода транс, что-то наподобие дьяны, а затем приступить к самовнушению: «Я выхожу из тела. Я выхожу из тела. Я выхожу из тела». Вы должны представлять, как постепенно покидаете свое тело. Через несколько минут вы выберетесь из него в своем тонком теле. Оно невидимо для других людей. Все будут видеть только вас, лежащего на кровати. Выйдя из своей плотной оболочки, вы будете видеть все и сможете в момент оказаться там, где только пожелаете.
АМ: Вы защитите свое тело, если будете вслух декламировать «Каранья-метта-сутру» или «Ратана-сутру». Нужно защитить тело, посвятив его Будде, Дхарме и Сангхе. И тогда вы можете спокойно отправляться в астральном теле куда только пожелаете. Если пренебречь защитными словами, злой дух может войти в ваше плотное тело и завладеть им. Тогда вы не сможете вернуться, а люди подумают, что вы сошли с ума. Такое возможно, и это очень опасно. Поэтому сперва вы должны посвятить свое тело Будде, Дхарме и Сангхе, и только тогда можно выходить из тела. В этом случае никакой злонамеренный дух вам ничего не сделает.
АМ: Закройте дверь в комнату и примите лежачее положение. Подушка должна быть небольшой, очень простой и маленькой. Смотрите вверх. Сначала нужно расслабиться. Конечно, перед этим вы должны посвятить свое тело Будде, Дхарме и Сангхе. После этого постарайтесь расслабиться. Когда вы почувствуете, что достаточно расслаблены, думайте так: «Сейчас, начиная с ног, я выхожу из тела. Я выхожу. Я выхожу. Я выхожу». Думайте так, представляйте, как ваши астральные ноги отделяются от тела. По мере того как из ног выходит их тонкая форма, вы станете чувствовать, как они становятся безжизненными. Постепенно другие части астрального тела отделятся от физического. В конце вы почувствуете, как астральная голова отделилась от тела. Тогда ваш «астральный двойник» выйдет из физического тела и воспарит в воздухе.
Уже астральным телом вы увидите свое физическое тело, которое лежит внизу. Теперь вы можете отправляться туда, куда хотите. Поначалу все же не следует посещать отдаленные места. Попробуйте перемещаться по комнате и осматривать обстановку. Затем нужно вернуться в тело. Когда вы приблизитесь к своему телу, сделайте самовнушение: «Я вхожу в тело». И тут же войдете в него.
Практикуйте это каждый день. Сначала оставайтесь в своей комнате, потом переходите в соседнюю. Через месяц такой практики вы уже сможете покидать свою деревню. Мало-помалу вы научитесь путешествовать на большие расстояния. Через какое-то время вы полностью овладеете этой техникой. Вы сможете покидать свое тело в любое время и возвращаться в него по желанию.
Допустим, теперь вы хотите побывать на Луне. Представьте ее такой, какой она бывает в полнолуние, и сделайте самовнушение: «Я выхожу из тела и отправляюсь на Луну». И вы в тот же миг окажетесь на Луне. Вы сможете увидеть все, что там происходит. Если вы захотите побывать на далекой звезде или планете, скажем, на Марсе, сфокусируйтесь на ней на несколько минут и сделайте самовнушение: «Я должен отправиться туда». И вы вмиг там окажетесь.
Это очень опасная практика. Но по мере освоения становится легче. Есть люди, которые это практикуют. Если вы занимаетесь астральной проекцией, как мы называем эту практику, то в момент смерти можете также сделать самовнушение: «Я выхожу из тела». И тогда вы станете духом. После смерти вы уже не сможете вернуться в тело. Вы увидите свое мертвое тело, стоя рядом с ним. Другие люди могут увидеть ваше астральное тело. Такое часто происходит, когда человек умирает. Порой астральное тело покидает физическое, навещает друзей и уходит.
Я знаю два таких случая. Некоторое время назад, когда я был саманерой, я читал газету под названием «Лакуни Бхана». Редактором этой газеты был очень образованный сингалец, буддийский философ по имени Дхармаратна. Один из его друзей жил в Моратуве, а сам он жил в Галкиссе. Однажды, около двух часов ночи, кто-то постучался к нему в дом. Он открыл дверь — на пороге стоял его друг. «Почему ты пришел в такое время?» — «Господин Дхармаратна, я хотел увидеть вас и сказать, что ухожу». В то время не было машин, и люди перемещались на лошадиных повозках. У его дверей стояла повозка и лошадь его друга. Он сказал ему: «Мне пора», — сел в свою повозку и уехал. На следующее утро Дхармаратна получил известие о том, что друг, который был у него ночью, умер в то самое время, когда стучался к нему в дверь. Но в тот момент Дхармаратна не понял, что его навестило астральное тело друга и что это была астральная повозка.
Подобные рассказы вы можете прочесть в комментариях к «Дхаммападе», например, историю Дхаммики — мирского последователя Будды. Когда Дхаммика был при смерти, он своим духовным зрением видел божественные дворцы и дэвов, которые приглашали его на свои небеса. Когда к нему пришли монахи, он спросил их: «Достопочтенные господа, какое из небес лучше? На какие небеса мне отправиться?». Монахи сказали ему, что предпочтительнее небеса Тушита, где пребывает Майтрея. Тогда он сказал: «Хорошо, я отправлюсь туда». Он умер и сел на повозку, которую прислали ему с Тушиты. Эта история записана в комментариях к «Дхаммападе». Это похоже на случай с господином Дхармаратной, о котором я сейчас рассказывал.
АМ: Есть две точки зрения. Согласно воззрению монахов шри-ланкийской Махавихары, после смерти человек немедленно перерождается. Если ему суждено воплотиться человеком, он тут же оказывается в материнской утробе. Но монахи вихары Абхаягири не согласны с этой точкой зрения. Они рассуждают иначе. Каким образом можно немедленно подготовить материнскую утробу, которая соответствовала бы карме покойного? Нужно многое сделать, чтобы подготовить для него подходящее лоно. Как это может произойти сразу после смерти человека? Материнское лоно должно полностью соответствовать карме умирающего. К моменту смерти все это подготовить нельзя, поэтому монахи Абхаягири считают, что между рождениями существует некое промежуточное состояние. После смерти человек оказывается в некотором промежуточном состоянии и существует там в астральном теле, которое на пали называется «гандхабба».
Будда тоже говорил, что для рождения ребенка нужно подготовить несколько условий и одно из них заключается в том, что должен быть готов гандхабба. Комментаторы из Махавихары говорят, что гандхабба — это тот, кому суждено переродиться. Но монахи из Абхаягири утверждают, что нигде в палийских текстах слово «гандхабба» не используется в значении «тот, кто должен уйти». Это довод монахов из Абхаягири. Они говорят, что гандхабба — это своего рода дух, который питается запахом еды, ароматом цветов, душистых масел, фруктов и древесной коры. Его жизнь зависит от запахов, от ароматов этих вещей. Поэтому таких духов называют гандхаббами.
Гандхаббу привлекает запах цветов, коры или чего-нибудь еще. Таким образом, это разновидность духов. Гандхабба остается в астральной форме, пока не будет готова кармически подходящая материнская утроба. Так это объясняют теро из Абхаягири. Но теро из Махавихары с ними не согласны. Вот такое разногласие существует между двумя вихарами относительно идеи о гандхаббе. Что касается меня, то я придерживаюсь точки зрения Абхаягири.
Я расскажу вам одну интересную историю. Как-то я читал «Вечные вопросы», книгу одного англичанина из сельского городка. Он ничего не знал о буддизме, поскольку жил в очень отдаленном месте. Это было около пятидесяти лет назад, когда буддизм только проникал в Англию. Он был вольнодумцем и ни во что не верил. Он яростно выступал против христианства. По его мнению, после смерти человек переставал существовать и никакого перерождения не было.
У него был восьмилетний сын. Когда мальчик внезапно умер, его жена стала видеть сына то здесь, то там. Однажды, когда они сели ужинать, жена встала и направилась к другой части стола со словами, что там ее сын. Когда она подошла туда, там никого не оказалось. Вернувшись на свое место, она снова увидела своего ребенка.
Иногда она срывалась с места со словами: «Там мой сын!» Она видела его во дворе перед домом. Этот джентльмен подумал, что у жены от горя помутился рассудок. Он отвел ее к психиатру. Но психиатр не нашел у нее никакого заболевания и сказал, что ее мозг в порядке. Жена также утверждала, что у нее нет никаких расстройств и она не больна: «Я вижу, как мой сын бегает тут и там. Ты его просто не видишь». Так продолжалось какое-то время.
Весной, когда зацвели цветы, этот человек захотел сделать фотографию. Он взял фотоаппарат и сделал снимок. Когда снимок проявили, то на нем оказался ребенок, который ехал на велосипеде по двору. Тогда он увеличил фотографию — на ней был его покойный сын. Он показал снимок жене, и та сказала: «Вот видишь, когда я тебе говорила, что вижу нашего сына, ты мне не верил. Теперь ты убедился. Пусть ты не увидел его собственными глазами, но его запечатлела камера». Затем этот джентльмен стал проявлять большой интерес к происходящему и наблюдать за событиями. Он по-прежнему ни во что не верил, но теперь уже и не отрицал. Он занял нейтральную позицию.
Через год его жена забеременела. После этого она перестала видеть своего умершего сына. Вскоре она родила ребенка. Он заговорил в два года. Тогда он стал беспокоить отца своими просьбами: «Папа, я хочу увидеть своих школьных друзей и классного руководителя. Пожалуйста, отведи меня в школу». Отец захотел разобраться в этом и развеять все сомнения относительно перерождения. Он стал изучать этот вопрос. Он спросил сына: «Где находится твоя школа?» — «Я ходил в такую-то школу, которая расположена там-то. Там мои друзья и одноклассники. Я хочу увидеться с ними». Отец согласился. Он посадил сына в коляску и попросил показать его школу. Следуя указаниям ребенка, он привел его в ту самую школу, где учился умерший ребенок.
Джентльмен пошел в школу и встретился с директором: «Этот ребенок говорит что-то про своих одноклассников. Я пришел, чтобы разобраться в этом вопросе. Какая-то путаница». Директору тоже стало интересно, правду ли говорит малыш. Он попросил его показать тот класс, в котором он учился. Они подошли к одному классу, затем к другому. Так они миновали три комнаты, пока не остановились у четвертой. Ребенок назвал имена нескольких мальчиков, которые были его друзьями. Он также назвал имя своего учителя. Более того, когда ему дали книгу, он стал читать, хотя в этой жизни и не учился грамоте. Он мог читать. Все сомнения отца были развеяны.
Когда они пришли домой, отец дал ему книгу, но он не смог ничего прочитать. Однако в классе со своими друзьями и учителем читать он мог. Тогда отец решил провести еще несколько экспериментов. Он показал мальчику несколько игрушек и других вещей, которыми пользовался его умерший сын. Ребенок стал говорить: «Это мне подарил на день рождения тот-то и тот-то, это — мой дядя, а это — моя тетя». Все было правильно.
После этого отец мальчика заинтересовался, есть ли какая-нибудь религия, которая признает перерождение и допускает, что человек может перевоплотиться духом, а дух — человеком. Сказано ли об этом где-нибудь? Тогда кто-то сообщил ему, что подобные факты излагаются в теософии. Он купил несколько книг по теософии, но не смог их понять. Их объяснение было очень запутанным. Он сказал, что ничего не понял. Тогда ему сказали, что буддизм также говорит о перерождении душ. В соответствии с буддизмом человек может переродиться духом, а дух — человеком. Он сказал: «Я куплю книги по буддизму немного позже, а пока я верю вот во что. Человек может переродиться духом, а дух — человеком. Поэтому если вы совершаете хорошие поступки, вы получите хороший результат в следующих жизнях. Если вы поступаете плохо, то вас ждет плохой результат в будущем. Вот моя теперешняя религия».
Так он заканчивает свою книгу. Это большой труд, где описываются все подробности этого случая. Он называется «Вечные вопросы». Из этого случая ясно видно, что после смерти мальчик около года пребывал в астральном теле и что мать видела его астральное тело. Затем он покинул его и вошел в утробу матери. До этого он оставался в промежуточном состоянии, которое в школе Абхаягирика называют антарабхава, или гандхабба.
Тхеравада не разделяет этот взгляд. В Бирме и Таиланде также не принимают этого воззрения. В буддизме очень много школ. В школе Сарвастивада (а биккху монастыря Абхаягири принадлежат к Сарвастиваде) говорят, что в течение короткого промежутка времени после смерти существо пребывает в астральном мире. Они называют это гандхабба или антарабхава — промежуточное состояние. Согласно их комментариям, Будда говорил, что существует промежуточное состояние и существ в этом состоянии называют гандхаббами, потому что они питаются запахами. Так считают монахи Абхаягири. Но Тхеравада отрицает это. В нашей традиции говорится, что, если тебе суждено снова родиться человеком, ты немедленно рождаешься им. На это биккху Абхаягири возражают: «А что если материнская утроба не готова принять этот поток сознания в тот самый момент, когда человек умер?» Это их довод. Наша традиция не дает убедительного ответа на этот вопрос, [смех] Я думаю, что правы монахи Абхаягири. На Шри-Ланке был один ученый монах по имени Джнянасила. Он принял точку зрения Абхаягирики. Я тоже на их стороне в этом вопросе.
В Тхераваде есть «Тирокудда-сутра»[20] из «Сутта-Нипаты». В этой сутре говорится, что некоторые люди после смерти перерождаются в духовном состоянии «парадаттупа-дживи» (paradattupa-jivipreta). Мы называем их привидениями, претами. Это духи, которые ждут, когда их живущие родственники совершат добродетельные поступки и посвятят им эти заслуги. У нас принято делать пожертвование на седьмой день или через три месяца после смерти человека и посвящать ему эту заслугу. Этих духов называют
Однажды в Лондоне я видел замечательную вещь. В то время я жил в монастыре Чизвик. Как-то раз к нам зашел некий господин Сеневератне родом из Канди. Он встретился со мной и показал мне две фотографии, два цветных снимка, на которых была запечатлена одна старая дама. Я спросил: «Что это такое?» — «Достопочтенный господин, я не знаю, что все это значит. Несколько месяцев назад я поехал на Шри-Ланку, чтобы навестить свою бабушку по материнской линии. Она была очень старая. Я провел там насколько недель, а потом стал собираться обратно в Англию. Тогда бабушка сказала мне: „Сынок, пожалуйста, возьми меня с собой. Я хочу увидеть Англию“».
Но он ответил ей: «Бабушка, ты сейчас больна. В следующий раз, когда я приеду, я возьму тебя. Пожалуйста, дождись того времени». Обманув ее, он вернулся в Англию. Через несколько недель он получил телефонное сообщение о том, что его бабушка умерла. Тогда он сделал подношение от имени бабушки монахам вихары Чизвик. Я тоже был там в это время. Как-то утром спустя несколько недель его жена пошла на кухню приготовить чай, но на пороге кухни вдруг поняла, что там кто-то есть. Когда она присмотрелась, то поняла, что это бабушка мужа. Она подбежала к мужу со словами: «Там твоя бабушка! На кухне!» Он немедленно пошел в свою комнату, взял фотоаппарат и сделал снимок. Это была одна из двух фотографий.
В другой раз около двух часов дня он пошел на кухню и опять увидел там свою бабушку. Он взял фотоаппарат и сделал еще один снимок. Эти две фотографии он и показал мне. Он спросил меня: «Как это могло случиться? Моя бабушка умерла на Шри-Ланке несколько месяцев назад. А сейчас она выглядит, как прежде, вплоть до одежды, но находится в Англии. Она никогда не была в Англии. Как она оказалась здесь? Как такое могло произойти?» Тогда я ему ответил: «Мы называем это гандхаббой, антарабхавой или парадаттупа-дживи-претой. При смерти она думала о том, что хочет навестить вас в Англии. Оказавшись в астральной форме, она подумала о вас и немедленно оказалась рядом. Пусть она никогда не была в Англии, но она знала, как вы выглядите». В принципе он мог подойти к ней и спросить про ее новую жизнь, но наши люди глупы и боятся подобных вещей. Они думают, что призраки таят в себе опасность, но никакой опасности нет. Если вам удастся встретить человека в астральном теле, поговорите с ним. Здесь нечего бояться.
АМ: Я расскажу вам другую историю, которая была опубликована в журнале «Предишнз». Это случилось в Англии около 25 лет назад. Один англичанин из Суссекса решил сделать пожертвование беднякам в честь своего отца, который умер год назад. Он пригласил к себе малоимущих. В Англии много таких людей. Он позвал к себе каких-то бедняков и угостил их обедом. Он попросил одного фотографа, который был там, сделать снимок. Когда его проявили, то на нем оказался его покойный отец, который умер год назад. Он стоял там и улыбался. В реальности в комнате не было даже фотографии отца, но на снимке он проявился. Этот господин опубликовал фотографию в журнале и поведал свою историю. В конце он написал: «Хотя мой отец и умер, он все еще здесь и навещает меня во время важных событий. Я верю в это. Мой отец не исчез. Он перешел в другую форму. Я не вижу его физическим зрением, но фотокамера запечатлевает его».
Я думаю, это промежуточное состояние, состояние антарабхава. Его также можно назвать спонтанным рождением, прыжком из одного места в другое (opapatika или upapatti). Астральная форма выходит из плотного тела. Она буквально выпрыгивает из него. Таким образом, астральное тело можно назвать опапатика.
Есть один английский ученый по имени сэр Оливер Лодж. Он придумал способ, как фотографировать привидения. Он снял много призраков, голодных духов, и опубликовал их в своей книге. Она называется «Что нас ждет после смерти?». Там есть уродливые духи и красивые духи. Уродливые призраки — это голодные духи, преты, а красивые призраки — это добрые духи.
АМ: Я думаю, Майтрея появился передо мной в своем собственном облике. Уж не знаю почему. Я видел его. Но он не хотел, чтобы у меня был его портрет и чтобы я показывал его другим. Поэтому я потерял набросок. Один человек позаимствовал у меня рисунок и не вернул. Впоследствии в доме этого человека рисунка не нашли.
АМ: Не знаю, просто почувствовал. Я также знал имена тех, кто был рядом с ним. Я знал, что это — такой-то, а это — такой-то. Я думаю, они послали мне ментальное сообщение и поэтому я узнал их. Они телепатически передали мне свои имена.
Еще я видел астральную форму своего друга. Это было несколько лет назад. В юности мы были хорошими друзьями и вот шестьдесят лет спустя снова встретились. Он пришел ко мне и сказал: «В юности я обещал тебе, что вступлю в монашеский орден и стану монахом вместе с тобой. Но не смог этого сделать, потому что мои родители были против и отправили меня в отдаленное место. Сейчас, когда я выполнил свой долг перед своей семьей, я пришел к тебе, чтобы сдержать свое обещание. Я обещал стать монахом, и сейчас я готов». В то время мне было около восьмидесяти лет, и ему тоже было восемьдесят или семьдесят девять.
Когда он пришел ко мне в храм, я сказал: «Хорошо. Я приму тебя в орден». — «Тогда я должен сообщить об этом членам моей семьи. Мой близкий родственник живет недалеко от Коломбо. Я навещу его и приду завтра». Я ответил: «Хорошо». В тот день он уехал в Коломбо.
Я проснулся ночью, около четырех часов, и снова увидел его. Он стоял передо мной, но я смотрел сквозь него. Его тело было словно стеклянным, но его лицо просматривалось очень четко. Он говорил мне что-то, его губы двигались, но я не понимал его. Я не слышал его. Несколько минут он что-то говорил, а затем исчез. Я сказал сам себе: «Что такое? Я ничего не понимаю».
На следующее утро мне сообщили, что он умер рано утром, около четырех утра. Его ударили ножом. Об этом написали в газетах: «Человек по имени Лансапада был убит». Позже я узнал, что с ним произошло. Один работник всегда спал в прихожей, так как в доме было очень жарко. Мой друг попросил его уступить ему на ночь место в холле. Как раз в ту ночь враг того человека пришел убить его, но принял моего друга за того человека. Мой друг умер во сне. Вот как все было. Позже преступник был пойман и наказан.
Сразу после смерти друг пришел ко мне в своем астральном теле. Он рассказывал мне, что с ним случилось. Но поскольку он был в астральном теле, я не слышал его: голос был слишком слабым. Если бы я сам был в астральной форме, то услышал бы его.
Когда я работал в колледже «Ананда», то в храме неподалеку от Коломбо жил один известный монах. Не помню, как его звали, но он также был моим другом. В то время он был уже стар. Он был известен тем, что очень хорошо читал пириты. И вот он умер. На его кремацию пришли как старые монахи, так и молодые. На следующий день после трапезы монахи сидели на веранде храма и беседовали о разном. Вдруг они увидели этого умершего монаха: он направлялся к ним. Монахи замерли. Он подходил все ближе и ближе и наконец оказался на веранде. Старые монахи закричали на него: «Зачем ты пришел? Уходи!» Его астральное тело тут же развернулось и пошло обратно.
При жизни он по своему обыкновению каждый день приходил к дереву Бодхи, садился у него и декламировал пириты из «Ратана-сутры» и «Караньи-сутры». У него была такая привычка. И вот после его смерти каждый вечер у дерева Бодхи монахи слышали, как кто-то читает пириты. Они никого не видели, но слышали пириты. Так продолжалось длительное время. Я не знаю, как сейчас, но в течение нескольких лет его точно можно было слышать. Есть еще один момент: если астральное тело войдет в дом, его будет очень трудно прогнать оттуда. Когда я был в буддийском центре в Оксфорде, я спал в передней комнате. Свет гасили между восемью и девятью часами, и каждую ночь я видел мужчину и женщину, которые танцевали. Каждую ночь я видел, как эта пара танцует передо мной. Я понимал, что происходит, и не боялся. Они были не привидениями, а вибрациями.
AM: Предположим, вы каждый день делаете что-то в одном и том же месте в одно и то же время, например поете. Воздух в данном месте приходит в движение. Если это длится долгое время, можно будет слышать пение, хотя никого и нет. Это вибрация. Воздух вибрирует под воздействием звука. Некоторые путают это с привидениями.
Достопочтенный Рахула рассказывал мне, как однажды был в Кушинагаре, в Индии. Он смотрел на площадку у кушинагарского храма и вдруг увидел, как из парка выходит человек. Он подумал: «Что это значит?» Это был очень красивый монах. Он приблизился к Рахуле и исчез. Достопочтенный Рахула увидел настоящий образ Будды. Он верил, что, хотя Будда и ушел в паринирвану, его вибрации остались. Вы тоже можете увидеть Будду в Кушинагаре. Этот случай произошел в полнолуние Весака.
Когда я работал в колледже «Ананда», я жил в общежитии. Все студенты уехали на каникулы, и я остался один. Ночью я слышал, как кто-то ходит по дому. Я слышал звуки наверху. Когда я поднялся наверх, там никого не было.
АМ: Да, вибрация. Звук был запечатлен в воздухе.
АМ: Переходная форма — это тонкое тело, дух, привидение. То, что мы называем антарабхавой или гандхаббой, — это привидение. Это не вибрация. Обычно привидения безобидны. Но иногда, если вы попытаетесь их прогнать, они злятся и стараются причинить какой-нибудь вред.
Я расскажу вам одну историю. Около двух месяцев назад умер один из министров Шри-Ланки, господин Ранджан Виджератне. На седьмой день по шриланкийской традиции меня пригласили для проповеди. Я должен был прочесть проповедь в его доме. Когда я прибыл туда, там собрались все его родственники. Его старший брат сказал мне: «Достопочтенный господин, мой покойный брат Ранджан приходит ко мне и просит еды».
Его старший брат сидел в одной из комнат того дома, где жил покойный. Когда человек умирает, его родственники иногда живут в его доме в течение нескольких дней. Родственники Ранджана Виджератне оставались в его доме больше недели. Его старший брат тоже находился там. И он рассказал мне, что душа его брата приходит к нему каждую ночь и просит еды. Каждую ночь. Он спросил меня: «Что это значит?» Я посоветовал ему сделать пожертвование монахам, провести Будда-пуджу и посвятить заслуги брату.
Я думаю, он видел астральную форму, привидение. Это переходное состояние, которое называется парадаттупадживи бхута. Привидение — это своего рода перерождение, стадия перерождения. Перерождение наступает тогда, когда ваша астральная форма вместе с умом выходит из тела. Это то же, что и опапатика. Опапатика не рождаются людьми. Они внезапно появляются в прежнем обличье.
Когда физическое тело неактивно, астральная форма может выйти из него. Мы называем ее астральным двойником, потому что она похожа на физическое тело. Она мгновенно выходит из тела в момент смерти. Она не может оставаться в мертвом теле и поэтому выходит из него. Это называется рождение опапатика.
Когда в детстве я вступал в монашескую общину, отец велел мальчику-слуге взять большую корзину со сладкими пирогами, и мы пошли в храм, который располагался недалеко от дома. Отец отвел меня к настоятелю и поклонился ему.
Монах спросил: «Какое у вас ко мне дело?» — «Этот человек хочет стать монахом». Тогда настоятель спросил меня: «У тебя с собой твой гороскоп?»
По обычаю нашей страны, если ты хочешь стать монахом, то настоятель должен сначала изучить твой гороскоп. Из гороскопа можно узнать, будет ли человек монахом всю жизнь или сможет продержаться лишь какое-то время. Есть определенное сочетание планет, которое позволяет человеку жить монашеской жизнью. Более того, это сочетание планет должно находиться в определенных домах гороскопа, а всего в гороскопе двенадцать домов. Мой учитель знал астрологию. Я всегда носил свой гороскоп в кармане, потому что в детстве изучал эту науку под руководством одного астролога. Я сказал, что мой гороскоп у меня с собой, и передал его монаху.
Настоятель изучил мой гороскоп и сообщил нам: «У этого мальчика есть сочетание планет, благодаря которому он станет монахом и проведет так всю свою жизнь. Он станет очень известным человеком». Мой отец сказал: «Пожалуйста, примите его». Я остался в храме, а он ушел в магазин. Затем я вернулся домой. После этого я каждый день ходил из дома в храм. Я получал предварительные наставления, которые даются послушнику перед тем, как вступить в орден. Эти сутры нужно было выучить наизусть. Кроме того, мы должны были изучать палийскую грамматику.
Так я провел около десяти месяцев. Учитель назначил дату моего вступления в общину. Отец приготовил для меня монашеское одеяние и все необходимое. Но, к сожалению, за два дня до этой церемонии от внезапной болезни скончался один из монахов нашего храма. Нам пришлось отложить мое монашество. Несколько месяцев спустя учитель назначил новую дату. Но в тот день он получил телеграмму из Коломбо, где говорилось, что умер один из его учителей — великий монах, который в молодости учил его санскриту. Он должен был поехать на похороны и опять не мог провести церемонию. Таким образом, дважды возникали препятствия. Тогда отец и мать сказали мне: «Видишь, это очень плохое предзнаменование. Дважды возникали препятствия, которые мешали тебе вступить в монашескую общину. Откажись от этой идеи. Твоя жизнь в монашестве не будет успешной. Не вступай в общину».
Я сказал: «Нет, я не откажусь. Это все происки Мары. Мара мешает хорошим начинаниям. Он всегда создавал препятствия, даже перед Буддой. То, что происходит сейчас, — тоже козни Мары. Я не подчинюсь ему. Вы следуете Маре, но я — нет! Я хочу быть монахом!». К счастью, на третий раз все удалось. Церемония состоялась ранним утром 3 марта 1911 года.
В то время в нашем монастыре проходил фестиваль, который длился две недели. Торжества были приурочены к тому, что мой отец построил святилище и установил в нем семь больших статуй Будды. В благоприятное время по шри-ланкийскому обычаю провели церемонию рисования глаз. Для этого мой отец и устроил фестиваль, который длился две недели. На фестиваль собралось множество монахов и мирян, в храм стекались процессии из отдаленных деревень. Тысячи и тысячи людей играли и танцевали на этом фестивале — это был очень большой праздник. В это же время меня приняли в буддийскую монашескую общину.
Мой отец сомневался, что я смогу продержаться монахом долго. Вечером того самого дня, когда меня приняли в общину, мы с еще одним молодым послушником готовили чай для монахов, которые пришли на фестиваль. Когда проходит такой фестиваль, его посещает множество монахов. Пока мы готовили чай, другой монах сказал мне: «Все эти люди думают, что ты не продержишься здесь долго». Я спросил: «Почему?» — «Я не знаю, но, наверное, дело в том, что ты злишься и ссоришься с людьми». — «Достопочтенный господин, что же я могу поделать? Я вспыльчив по натуре. Я очень быстро выхожу из себя и затеваю ссору. Как мне прекратить это?» Тогда этот монах дал мне совет: «Ты не должен сердиться. Иначе какой смысл быть монахом?» Он взял с меня слово: «Пообещай мне сейчас, что ты не будешь гневаться». Он был очень дружелюбен со мной и просил пообещать ему никогда не злиться и не показывать свой гнев. Я долго думал, но в конце концов сказал: «Хорошо, я обещаю». — «Ты уверен?» — «Уверен. Я не покажу своего гнева, что бы ни происходило».
После этого мы каждую ночь встречались на кухне, чтобы приготовить чай, и он напоминал мне о моем обещании. Фестиваль длился около двух недель, и каждую ночь он напоминал мне об этом. Когда торжества подошли к концу, начались наши занятия с учителем, и он часто повторял мне, что нельзя злиться. Время от времени приходил мой отец и наедине говорил с моим наставником. Я стоял за дверью и слушал, о чем они беседовали. Мой отец спрашивал учителя: «Как дела у нашего послушника?» Учитель отвечал: «Он очень спокоен и ведет себя хорошо. Он послушно делает все уроки». Жители деревни тоже приходили в храм и спрашивали обо мне. Я слышал, как учитель говорил им: «Он очень спокоен, послушен и усердно учится».
И каждый раз учитель говорил обо мне хорошо. Тогда я подумал: «Я не должен вести себя так, чтобы он мог сказать обо мне что-то плохое. Надо постараться, чтобы он всегда говорил обо мне только хорошее». Я научился контролировать себя. Я изучал Дхарму и очень добросовестно занимался пали. К восемнадцати годам я уже очень хорошо знал палийский язык. Я мог писать стихи и гатхи на пали. К этому времени я в какой-то степени изучил Дхарму и мог размышлять на основе учения. Каждый вечер мои учители разными способами наставляли меня в Дхарме. Они рассказывали истории о махатеро и бодхисаттвах древности и давали советы. Тогда я стал размышлять следующим образом: если со мной происходит что-то плохое, это моя карма и нет причин злиться. Когда со мной время от времени случались неприятности, я думал: «Это моя карма. Я должен следовать примеру своего учителя, праведного человека». Он сильно изменил меня.
Я закончил свое обучение в 24 года. К этому времени я изучил Абхидхарму и стал хорошим проповедником. Я мог молча переносить любые трудности. Однажды учитель сказал мне: «Ты завершил изучение Дхармы и пали. Ты учил английский в детстве, а теперь настало время усовершенствовать его. Я отправлю тебя в лучший буддийский колледж в Коломбо — в „Ананду“. Там ты улучшишь свой английский». И он устроил меня в колледж. Я изучал английский язык со старшей группой, а по окончании курса меня назначили преподавателем пали и санскрита.
Я преподавал там в течение двенадцати лет. Многие из моих учеников затем стали профессорами и лекторами в разных университетах. Когда мне было около двадцати пяти лет, в 1926 году, я первый встретился с Кришнамурти, и мы подружились. С тех пор я стал известен повсюду: в Индии, на Шри-Ланке и в других странах. Меня приглашали в основном в Индию, а позднее и в Бирму. Вот как прошла моя молодость.
Я покинул колледж «Ананда», потому что один высокопоставленный чиновник из наших мест предложил мне открыть буддийский институт для монахов — пиривену. Пиривена — это школа для монахов, где учат пали и Абхидхарме. Я открыл очень крупное учреждение, в котором обучалось множество монахов. Я преподавал там около тридцати лет. В то время меня назначили главой всех монахов нашего региона. Затем, когда я был в Сарнатхе, в Бенаресе, все монахи Шри-Ланки, представители всех ветвей школы
Амарапура, назначили меня главой монахов Шри-Ланки. Это похоже на титул Сангхараджи в Таиланде. Они попросили меня приехать и вступить в должность. В то время я находился в Индии. Когда я вернулся на Шри-Ланку, я принял этот титул и занимал пост главного монаха в течение семи лет. Затем они переизбрали меня, но я отказался, потому что этот пост ограничивал мою свободу. Я назначил вместо себя другого монаха и ушел. Но я все еще оставался главным монахом в нашей провинции, и меня называли Маханаякой.
В 1954 году меня пригласили в Бирму принять участие в Шестом буддийском соборе. Я работал в комитете по окончательному редактированию Трипитаки вместе с Махаси-саядо и Паравималадхаммой из Таиланда. Я работал там около десяти месяцев, а затем мы приняли участие в первом заседании Собора. Меня приглашали туда и в течение следующих двух лет, а затем меня назначили главой Собора. Это продолжалось три или четыре года.
Мне присвоили титул Агга Махапандита и попросили стать Сангхараджей Шри-Ланки. Я отклонил титул Сангхараджи, потому что был еще молод, тогда как на Шри-Ланке было много монахов в почтенном возрасте. Я не хотел использовать этот титул. Тогда они сказали мне: «Вы будете Сангхараджей Шри-Ланки, пока занимаете пост председателя Шестого собора. Это необходимое условие для работы в качестве председателя». Таким образом, я был Сангхараджей, пока находился на посту председателя. Потом я вернулся на Шри-Ланку.
В то время открылся новый университет Видьодая. Его ректор пригласил меня преподавать на факультете буддизма махаяны и хинаяны. Он назначил меня деканом этого факультета. Там я проработал около семи лет. Затем, когда я захотел уйти, меня назначили ректором. Я занимал этот пост некоторое время, а затем ушел в отставку, потому что хотел поехать в Индию и Англию. Меня приглашали. С тех пор, с 1973 года, я путешествую по Европе и Америке.
Во времена моей молодости глава одного монастыря, у которого были связи с Таиландом, хотел, чтобы я приехал к ним и передал послание в тайский монастырь. Но я отказался, потому что тогда я изучал английский в колледже «Ананда». Жизнь текла своим чередом. Я работал в «Ананде» около двенадцати лет и все это время жил в общежитии. После уроков я медитировал. Сначала я занимался гипнозом и стал очень хорошим гипнотизером, но впоследствии отказался от этого. Кроме того, я практиковал медитацию индийской йоги. Я даже отправился в Гималаи и изучал йогу по системе одного гималайского риши. Он мог читать мысли. Его звали Нараянананда. Под его руководством я занимался раджа-йогой и кундалини-йогой. Я выучил все, а затем вернулся на Шри-Ланку.
Я занимался различными видами медитации. Я практиковал саматху, анапанасати, а также касину и развил силу воли. Впоследствии я овладел випассаной. Я занимался випассаной еще в то время, когда был учеником в храме. Я практиковал по системе «Вишуддхи-магги» под руководством моего учителя. Позднее, когда Махаси-саядо открыл на Шри-Ланке центр для медитации, я присоединился к ним и стал заниматься випассаной по их методу. Через какое-то время на Шри-Ланку приехал известный учитель медитации Гоенка и в течение десяти дней давал уроки по медитации. Я пошел туда, чтобы узнать его систему медитации. Я освоил и его метод. Это была очень хорошая практика.
Когда мне было около двадцати пяти лет и я жил в Коломбо, в газетах разгорелась бурная полемика между буддистами и христианами. Я писал статьи против христианства, где критиковал его и отвечал на вопросы христиан. У меня была собственная газета. Эти дебаты продолжались около трех лет. Христиане очень разозлились на меня и пожаловались британскому правительству. Глава уголовного отдела, один англичанин, вызвал меня к себе и спросил: «Почему вы нападаете на христианство?» — «Потому что они нападают на нас». «Вы должны прекратить свою деятельность», — сказал он. «Я не остановлюсь, пока они не остановятся». Он обещал мне поговорить об этом с епископом. Я сказал ему, что если они прекратят свои нападки на буддизм, то и мы не будем трогать христианство. Он передал мои слова католическому епископу, и тот согласился. Тогда я тоже прекратил свою критику.
Время от времени, когда кто-нибудь из христианских священников давал публичные лекции, меня приглашали туда. Я отвечал на вопросы и критиковал их. Эти христианские священники боялись меня, потому что я несколько раз прочитал Библию от корки до корки. Я знал все их слабые места, все противоречия, которые содержатся в Библии. Я опубликовал несколько больших трудов, в которых критиковал Библию.
АМ: Они на сингальском. Я храню их все. Позднее они вышли в виде книги. Думаю, в скором времени правительство опубликует все мои статьи на разные темы. Получится несколько томов. Туда войдут и те статьи, о которых вы говорите.
Премьер-министр с юных лет был очень расположен ко мне. В 1984 году, пока я был в Америке, он построил для меня новый храм. Он пригласил меня и попросил принять этот храм. Сейчас моя резиденция там. Это большой храм, расположенный на участке земли в шестнадцать акров. Он потратил много денег. Впоследствии он стал президентом. Сейчас он президент Шри-Ланки. Каждое полнолуние он рано утром приезжает в наш храм. Он соблюдает восемь заповедей и практикует медитацию в отдельной комнате. Вечером он уезжает. Наш президент очень благочестивый человек и хороший буддист.
АМ: После Таиланда я вернусь на Шри-Ланку. Я останусь там и никуда не буду выезжать. Мне предстоит важная работа по переводу «Мадджхима-никаи» на современный английский язык и ее оцифровке. Я это делаю по просьбе одного американского буддиста, господина Крамера Гаррисона из Нью-Джерси. Это очень большая работа — вся «Мадджхима-никая». Я должен перевести и напечатать сто пятьдесят три сутры. Поэтому я никуда не поеду. Я останусь на Шри-Ланке.
АМ: Вы хотите, чтобы я их перевел? Они все на сингальском. Меня попросили перевести другую очень важную статью, в которой приводится полемика между буддийским монахом и христианским священником. Это были публичные дебаты. Я переведу эту статью на английский и потом пришлю вам.
В США американские буддисты также просили меня перевести эту книгу на английский. Это очень важная книга, в которой приведены весомые доводы против христианства. Один буддийский монах научно опроверг существование христианского Бога и догмат о творении. Это очень хорошая книга.
AM: Не знаю, [смех] Но знаю одно: я могу жить долго. Вероятно, еще двадцать или тридцать лет. Если я разовью свою йогическую силу, то думаю, что смогу прожить и двести лет. Так сказано в пророчествах нади. Это возможно благодаря силе йоги. Но проблема в том, что у меня нет времени на практику йоги. Даже на Шри-Ланке меня постоянно приглашают то туда, то сюда. У меня нет времени на регулярную практику.
АМ: Я говорю о медитации касина и о медитации из индийской йоги. Я владею обоими методами.
АМ: Да, можно продлить жизнь пранаямами. Я знаю все виды пранаям. Если вы добиваетесь успеха в практике пранаямы, то обретаете способность контролировать свое тело. Вы можете сохранять здоровье и молодость тела даже в почтенном возрасте. Это возможно благодаря овладению пранаямой.
АМ: Если вы знаете опытного учителя хатха-йоги, нужно заниматься под его руководством. Нельзя практиковать хатха-йогу без учителя. Это очень опасно. Я знаю некоторых индийских свами, в том числе моих друзей, которые практиковали хатха-йогу самостоятельно и заработали паралич. Из книг вы можете узнать метод, но рядом должен быть наставник, который будет инструктировать каждый ваш шаг.
АМ: Нет, это необязательно. Что касается пранаямы, то самые первые шаги вы можете делать самостоятельно, по книге, но для более сложных техник вам нужен знающий учитель. Нельзя практиковать пранаямы высокого уровня без учителя. Пранаяма ведет к дьяне и самадхи. Даже медитация касина должна выполняться под руководством опытного учителя. Потому что есть риск забыться и потерять рассудок.
АМ: Мне было двадцать пять лет.
АМ: Совсем недолго.
АМ: Всего несколько, так как у меня не было инструктора. Когда я начал делать пранаяму без учителя, у меня появилась боль в сердце. В то время я был в Индии, в Сарнатхе. Я практиковал пранаяму без учителя, и у меня очень сильно заболело сердце. Я не мог спать. Когда я ложился, возникала боль. И тогда один мой индийский друг посоветовал мне: «Не ходи к врачам, а отправляйся в Гималаи к известному йогу Свами Нараянананде. Он сможет вылечить твой недуг». Я немедленно сел на поезд и ехал два дня, пока не добрался до его жилища. Когда я оказался на месте,
было около семи часов вечера. Свами увидел меня, улыбнулся и сказал: «Этой ночью ты заснешь». Он прочел мои мысли. Я сказал ему: «Я пришел к вам, чтобы вы помогли мне излечиться. Я не могу даже лечь». — «Теперь это не имеет значения. Ты можешь лечь. Я приготовил тебе кровать. Я знал, что ты придешь».
Он дал мне какой-то напиток, похожий на апельсиновый сок, и велел мне лечь. Я сказал, что не могу. Тогда он попросил меня сесть и сделал несколько пассов руками. Это были какие-то гипнотические пассы. «Сейчас ты можешь лечь». И я лег. Спустя примерно две недели я смог наконец нормально спать, а до того я спал сидя. Когда мое тело наклонялось на один или на другой бок, я чувствовал боль и просыпался. Но в тот день я лег в постель и крепко заснул.
На следующее утро он сказал мне: «Теперь я должен избавить тебя от боли, но заниматься этим нужно втайне. Не выдавай наш секрет». Там была большая манговая роща. Он отвел меня в самую гущу деревьев, туда, где нас никто не мог видеть. Он сел скрестив ноги и попросил меня принять такую же позу напротив него. Он велел мне следить за тем, как он вдыхает и выдыхает, и делать так же. Я повторял за ним дыхание минут десять. Он показал несколько приемов, и я повторял за ним. Через десять минут он попросил меня посмотреть, могу ли я наклониться. Я попробовал, и мне это удалось. Все прошло.
Он посоветовал мне не практиковать пранаяму без учителя. Я ответил: «У меня нет наставника. У кого же мне учиться?» Тогда он сказал: «Если хочешь, останься со мной и я тебя научу». — «Мне бы не хотелось быть обузой». — «Нет-нет, ты не будешь обузой. Я живу здесь один, благотворители приносят мне еду. Я могу готовить пищу для нас обоих. Ты можешь остаться, и я научу тебя». Я пробыл там более месяца. Каждое утро он учил меня пранаяма-йоге.
Я практиковал под его руководством. И примерно через полтора месяца он сказал: «Теперь ты знаешь все и можешь практиковать сам».
АМ: Мы начали с очень простого упражнения: обычный вдох и выдох без задержки дыхания. Задерживать дыхание опасно. Когда ваши легкие наполняются воздухом, вы должны тут же позволить ему выйти. Затем вы вновь вдыхаете и сразу выдыхаете. Но при этом не нужно вдыхать или выдыхать с силой. Дыхание должно быть нормальным, естественным. Не применяйте силу и не прерывайте ритм. Вдыхайте и выдыхайте, как обычно, но наблюдая за процессом дыхания. Развивайте наблюдательность. Здесь важна осознанность (sati). Это первый этап. Это не опасно. Любой может практиковать таким образом. Но на другой ступени, где идет задержка дыхания, рядом с вами должен быть учитель. Не практикуйте без учителя.
Таким образом, я изучил все методы пранаямы и захотел увидеть великого йогина Шивананду, который жил в Ришикеше, в предгорьях Гималаев. Я должен был проделать путь в сто миль. До ашрама мне пришлось подниматься в горы с одним юношей-брахманом. Я шел вверх более двух миль. Там я нашел ашрам Свами Шивананды «Ананда Кутир». Свами увидел меня и поприветствовал. Я оставался у него пять или шесть дней. Он приготовил для меня очень удобный отдельный коттедж. Свами Шивананда был очень добр ко мне.
В Ришикеше я забыл обо всем. Это место похоже на небеса Брахмы. В Ришикеше ты становишься другим человеком. Атмосфера и окружение совершенно другие. Ты чувствуешь себя среди брахм: это безгрешная и святая земля. Ты забываешь мир. Ни в одном другом месте вы не ощутите подобной святости. Невозможно выразить словами то замечательное чувство, которое возникает у вас в Ришикеше.
АМ: Я ничему у него не учился. Я просто жил там как его друг. Все пранаямы я узнал у Свами Нараянананды. По моему мнению, Свами Нараянананда духовно выше Свами Шивананды.
АМ: У Свами Нараянананды. Его жилище находится по дороге в Ришикеш.
Ведущий: Мы готовились к вашему приезду и потому организовали встречу в большом зале с тем, чтобы у всех буддистов была возможность послушать вашу лекцию. Я присутствовал на буддийской конференции в Корее, и там ваш ученик из Лос-Анджелеса сказал мне, что вы собираетесь в Таиланд. Мы с нетерпением ждали вас. Для нашего университета это замечательная возможность поприветствовать самого уважаемого буддолога современности. Мы не хотели бы излишне докучать вам, и поэтому не стали разрабатывать программу посещения.
Из вашей биографии мы знаем, что вы были ректором университета на Шри-Ланке. Наш университет похож на тот, которым вы руководили. Это буддийский университет Махачулалонгкорн. Наш университет является буддийским в том смысле, что здесь обучают только монахов. Он похож на пиривену, но это не традиционный центр по изучению пали, а современный институт, где обучают разным предметам.
Наш университет был основан 100 лет назад, в 1889 году. В прошлом году мы отпраздновали столетие со дня основания. Сейчас ему сто один год. Наш университет основал Его Величество король Рама V — пятый король правящей династии. Сейчас у власти находится девятый король этой династии — король Рама IX. Институт задумывался с той целью, чтобы монахи могли изучать не только Трипитаку, но и современные науки. Таким образом, здесь монахи могут изучать Трипитаку и применять эти знания к ситуации в современном мире. Дело в том, что сегодня Таиланд наводнили идеи, связанные с материализмом и капитализмом. Я думаю, монахи должны быть хорошо подготовлены для того, чтобы распространять буддизм среди подрастающего поколения. Именно эта философия лежит в основе нашего университета.
В течение шестидесяти лет с момента основания университет был центром традиционного изучения пали. Он получил статус современного университета более сорока лет назад, в 1947 году. Тогда появились современные формы обучения. Около двух тысяч монахов являются выпускниками университета с дипломом бакалавра. После окончания учебы многие получили докторские степени в других университетах, в том числе за границей. Четыре года назад мы открыли магистратуру и аспирантуру, и теперь мы можем предложить нашим студентам магистерские программы. Как бы там ни было, наша программа обучения настолько современна и востребована, что у нас есть филиалы по всему Таиланду.
Бакалавров готовят на четырех факультетах: факультете буддологии, факультете образования, факультете гуманитарных наук и факультете общественных наук. На каждом факультете четыре кафедры. Например, на факультете буддологии есть кафедры пали и санскрита, а также философии, буддизма и сравнительного религиоведения. На факультете гуманитарных наук имеются кафедры восточных языков, западных языков и психологии. Все это востребованные в современном мире науки. Но это не значит, что если человек учится на отделении психологии, то изучает только психологию. Обязательным предметом был и остается буддизм. На любом факультете, на котором бы человек ни учился, нужно набрать пятьдесят баллов по буддизму. Это означает, что должны быть хорошие знания по буддизму. Уже затем идет специализация.
Сейчас во всех корпусах нашего университета, включая главный, учится более трех тысяч студентов-монахов. Помимо формального образования мы поддерживаем много благотворительных программ. Наш университет — первый в Таиланде, который начал открывать воскресные буддийские школы, еще тридцать пять лет назад. Идея воскресных буддийских школ распространилась по всей стране, и сейчас, я думаю, в Таиланде работает более трехсот воскресных школ. Мне сказали, что эта традиция пришла к нам со Шри-Ланки, где в то время существовали такие воскресные буддийские школы.
Кроме того, у нас есть Центр буддийской медитации. Сейчас там проходит форум для иностранцев, которые приехали практиковать медитацию. Мы организовываем подобный форум дважды в месяц. Время от времени мы проводим ретриты для иностранцев и для тайцев в нашем Махачула-ашраме и в ашраме Чунари. Также мы организовали форум для Международного буддийского центра медитации, на котором вы собираетесь выступить с лекцией.
Кроме того, нам принадлежит Буддийский исследовательский институт, который занимается исследованиями в области буддизма, сравнительным изучением буддизма и прикладных наук, а также вопросами применения буддийских знаний в современном мире. Также мы открыли Центр изучения Абхидхармы. Большой популярностью в нем пользуется медитация випассана. Говоря о буддийской медитации, мы подразумеваем випассану — медитацию прозрения. Центр успешно распространяет практику медитации по всей стране. Мы начали программу два года назад, и это привлекло внимание тайцев к медитативной практике.
Что мы делаем сейчас и чего ожидаем будущем? Мы надеемся, что при сотрудничестве со Шри-Ланкой создадим Международный центр по изучению буддизма. Мы могли бы организовать обмен студентами и профессорами между Таиландом и Шри-Ланкой. Надеемся, нам удастся воплотить эти планы в жизнь.
Вот и все, что я хотел рассказать о нашем университете. Если у вас возникнут какие-то идеи, пожалуйста, поделитесь ими с нашими друзьями. А сейчас нам бы хотелось послушать вас.
АМ: Достопочтенные махатеро! Прежде всего я хочу поблагодарить вас за теплый прием, который вы мне оказали. Это мой первый приезд в вашу страну, и я впервые посещаю ваш университет. Достопочтенный махатеро ознакомил меня с деятельностью университета, и мне радостно, что существуют такие университеты, где занимаются обучением монахов и распространением Дхармы в соответствии с запросами времени и состоянием современного мира. Наконец, мне бы хотелось еще раз поблагодарить вас за ваше приглашение. Большое спасибо!
Мне хотелось бы узнать, о чем бы вы хотели поговорить: о медитации, о нынешнем состоянии буддизма или о чем-то еще?
Ведущий: Как вы пожелаете, но сорок процентов высказались за медитацию и практику бхаваны.
АМ: Значит, медитация.
Ведущий: Другие хотели бы узнать о нынешнем положении буддизма в мире. Дело в том, мы обозначили тему лекции как «Буддизм в современном мире».
АМ: Тогда я разделю свое выступление на две части: сначала мы поговорим о практике медитации, а затем о современном состоянии буддизма в мире. Моя лекция будет состоять из двух частей. Но у меня есть одна слабость: я наполовину глух, [смех]
Ведущий: Мы не подготовили микрофон, потому что думали, что вы вполне здоровы, [смех]
АМ: Пользуясь возможностью, я бы хотел сказать, что именно благодаря этой женщине я смог посетить вашу страну. Иначе у меня бы не было такой возможности. Именно она прислала мне приглашение и билеты. Поэтому все мы, и я в том числе, должны быть ей благодарны.
Ведущий: Вы приехали прямо со Шри-Ланки? Не из Америки или Англии?
АМ: Нет, я приехал со Шри-Ланки. Несколько месяцев назад я был в Америке, затем отправился в Англию и, наконец, вернулся на Шри-Ланку. Я пробыл на Шри-Ланке около месяца, а затем получил приглашение и билеты для меня и моих учеников. Я не мог отклонить приглашение и приехал.
Ведущий: Вы впервые здесь?
АМ: Да, впервые.
Ведущий: Понравился ли вам Таиланд?
AM: Я понял, что люди в Таиланде очень благочестивы и преданы буддизму. Я пристально наблюдал за монахами в тех местах, которые успел посетить. Мне показалось, что тайские монахи спокойны, добры и с большим почтением относятся к правилам Винаи. Это очень важно.
Ведущий: Можно ли будет задавать вопросы?
АМ: По окончании лекции передайте мне записки с вопросами. Тогда я на них отвечу. Так я поступаю даже в Америке и в Англии, потому что из зала мне плохо слышно. Прошу всех, кто хочет задать вопрос, написать его на листочке четким почерком, хорошо сформулировав.
Ведущий: В прошлом месяце я встретил группу монахов со Шри-Ланки, которая приехала на встречу с Сангхараджей. Они имеют какое-то отношение к вашей группе или это совпадение? Меня пригласили прочитать лекцию на тему «Современное состояние буддизма в Таиланде». Их очень интересовала проблема разрешения нынешнего конфликта на Шри-Ланке.
АМ: Речь идет о конфликте между правительством и тамильскими террористами. Буддийские монахи не имеют к этому никакого отношения. Это вопрос политики. Монахи не имеют к политике никакого отношения: это дело правительства и тамильских террористов.
Ведущий: Мы бы хотели показать вам классные комнаты и офисы, где у нас есть оцифрованная Трипитака.
АМ: Я уже видел оцифрованную Трипитаку в одном из храмов вчера.
Ведущий: Монахи используют компьютер для поиска слов или частей текста в Трипитаке. Так легче писать курсовую.
АМ: Я хотел бы узнать, есть ли у вас оцифрованная Трипитака, которая переведена на тайский язык, а не просто набрана тайскими буквами.
Ведущий: Вы имеете в виду перевод на тайский язык? АМ: Да.
Ведущий: Нет, пока нет. У нас есть лишь версия, записанная тайскими буквами.
АМ: Это тоже нужно.
Ведущий: Наш университет опубликовал свою версию палийской Трипитаки.
АМ: Латинскими буквами?
Ведущий: Нет, тайскими. Мы хотим преподнести вам сегодня один экземпляр этой Трипитаки.
АМ: Он на диске?
Ведущий: Да. Это Трипитака и комментарии Аттхакатха. Вы можете сравнить ее с той версией, что записана сингальскими буквами. Два-три года назад мы организовали Собор Сангхи в Бангкоке. Для редактирования Трипитаки были приглашены три сотни образованных бирманских монахов, которые производили сравнение тайской версии Трипитаки с ее версиями на сингальском, бирманском и латинском. В новом тайском издании Трипитаки мы в сносках указали соответствующие номера страниц из других версий.
АМ: Вы говорите о разных изданиях Трипитаки?
Ведущий: Да. Допустим, мы хотим заглянуть в латинскую версию Трипитаки: мы находим соответствующую сноску в тайской версии и видим номер нужной нам страницы. Я знаю, что в Бирме монахи по традиции заучивают Трипитаку наизусть. Приезжая в Бангкок и видя оцифрованную Трипитаку, они думают, что тайские монахи слишком ленивы, чтобы заучивать текст.
АМ: Да, люди недальновидны. Но не стоит беспокоиться об этом. Что будет, если люди, знавшие Трипитаку наизусть, умрут всем поколением? Трипитака будет утеряна. Но информация на дисках может храниться сотни лет. Пусть другие говорят, что хотят, а вы должны выполнять свой долг. Я думаю, они это сказали в шутку.
Ведущий: Это говорил начальник департамента религии Бирмы.
АМ: Я слышал, что в Бирме есть держатели Трипитаки (Tripitaka-dhara).
Ведущий: Да-да.
АМ: Я лично знаю только одного. Во время Шестого собора Сангхи (ChatthaSangayana) я десять месяцев работал в комиссии по редактированию окончательной версии Трипитаки. Тогда был только один держатель Трипитаки, а сейчас их уже пять, как я слышал. Я не посещал Бирму со времен Не Вина.
АМ: В юности я пытался выучить наизусть Виная-питаку, половину «Параджика-пали» и так далее. Но не успел выучить все, что хотел, поскольку мне нужно было ехать в Коломбо и поступать в колледж. Мой учитель хотел, чтобы я подтянул английский. Я вынужден был посвятить все свое время изучению английского языка.
Много всего произошло в те дни. На моих глазах развернулось серьезное противостояние между буддистами и христианами: католики начали очень жестко критиковать буддизм. Получилось так, что я ответил на этот выпад и начал указывать на недостатки христианства. Наше противостояние продолжалось три года. Я помещал свои аргументы в одной газете, они — в другой. Я настойчиво критиковал их Библию, и тогда они пожаловались на меня английскому правительству.
Уголовный отдел взялся решить этот вопрос, меня вызвали и стали запугивать. Не подействовало. Тогда они сказали, что примут в отношении меня меры. На это я ответил: «Давайте. На суде я докажу, что глава уголовного отдела связан с католиками. Я расскажу, как началось это противостояние, и докажу, что зачинщиками были католические священники. Вы получите хороший урок, если примете меры против меня. На суде я преподам вам урок». Тогда глава департамента уголовного отдела сказал: «Может, вы все-таки помиритесь с католиками?» Я ответил, что если они хотят мира, пусть первыми перестанут критиковать буддизм. Он ответил, что передаст мои слова епископу. «Хорошо. Если они прекратят свои нападки, то и мы прекратим». Так они прекратили нападки на буддизм. Через две недели остановился и я. Вот как все было.
Католики критиковали буддизм в своих церквях, и буддийские монахи стали отвечать им той же монетой. Тогда католики вынуждены были отступить. Они изменили тактику. При поддержке некоторых буддийских лидеров они взяли курс на установление мира и поддержание спокойного, дружелюбного диалога между буддийскими монахами и католическими священниками. Большинство наших монахов были согласны на такой вид дискуссии. Но, к сожалению, католики стали все ближе и ближе подбираться к нашим биккху. Они стали подкупать молодых монахов. Втайне они стали давать стипендии молодым буддийским монахам и таким образом уводить их в сторону от истины. Они переманили нескольких очень умных монахов, дав им стипендию на учебу в Европе и Америке.
Также они ходили в бедные районы и подкупали малоимущих, предлагая им деньги и вещи. Даже сейчас они продолжают таким образом обращать бедняков в христианство. До этого они действовали иначе: находили монахов, покинувших общину, и приглашали посещать церковь за деньги. Также они набирали молодых католиков и переодевали их в монашеские одеяния, похожие на буддийские. Те одевались, как буддийские монахи, и медленно ходили по дорогам, демонстрируя непристойное поведение. Люди принимали их за буддийских монахов и начинали критиковать монахов в храмах. Католики придумали множество трюков.
В то время премьер-министром Шри-Ланки был очень умный человек. Он хотел выяснить, действительно ли это буддийские монахи или кто-то выдает себя за них. В конце концов он узнал, что католики, около шестидесяти человек, выдают себя за буддийских монахов. Он тут же позвонил епископу и пригрозил: «Если вы будете продолжать в том же духе, я вас вышвырну из страны». Он дал распоряжение ‘ на депортацию лжемонахов. После этого случая католики оставили свои уловки и притихли. Сейчас они начали межрелигиозный диалог. Притворяются дружелюбными. Но приглашают только тех буддийских монахов, которые плохо разбираются в буддийской философии, которые толком ни знают ни одной из религий, но немного говорят по-английски. Кажется, сейчас люди уже не ведутся на их уловки.
В Америке есть один католик, очень богатый человек. Он пригласил наших монахов на встречу. И некоторые поехали только потому, что хотели посмотреть Америку, а он оплачивал проезд.
Мы выяснили, что в Ватикане существует заговор, цель которого — уничтожить буддизм на Шри-Ланке и в Таиланде. Они хотят обратить Таиланд и Шри-Ланку в католическую веру. Таков их план. Мы должны быть очень осторожны.
Ведущий: О плане, который вы упомянули, написано в официальном сообщении Ватикана. Оно было переведено на тайский язык и опубликовано здесь. Мы знаем об этом.
АМ: Вы перевели его на тайский язык?
Ведущий: Да.
АМ: Ванида передала мне две книги на английском, где говорилось об их плане. Я прочел их и отправил президенту Шри-Ланки.
Ведущий: На первое издание бюллетеня и плана Ватикана реакция буддистов была враждебной. Но религиозного конфликта не возникло. Я хотел бы немного рассказать о том, что христиане предпринимают в Таиланде. Здесь они взяли особую тактику. Они имитируют буддийские церемонии, только используют при этом христианский крест. Говорят, что у них есть такие же церемонии, как в буддизме.
АМ: На Шри-Ланке делают то же самое. Опубликовали одну часть Нового Завета под заголовком «Колесо Закона», [смех в зале] Папа Римский недавно опубликовал диалог между буддистами и католиками, в конце которого заявил, что их Бог и наша нирвана — одно и то же. Вот на что они идут, чтобы обмануть людей. По возвращении я собираюсь написать свою версию диалога между буддистами и христианами. Я объясню, кто такой Иегова. Я хорошо изучил Библию, поэтому знаю все их слабые места. Они используют буддийский подход и буддийские названия даже на Шри-Ланке. Эти хитроумные инструкции исходят от самого Папы. Это очень коварные люди. И самый коварный из них — нынешний Папа Римский.
Однажды меня попросили поприветствовать одного католического сановника, прибывшего на Шри-Ланку. Я отказался. На меня давили тем, что это, мол, просьба самого премьер-министра. На это я сказал: «Что еще за католик? Я — глава школы Амарапура. Под моим началом находятся тысячи буддийских монахов. Мой статус равен статусу Папы Римского. Более того, Папа Римский — глава только одной христианской церкви, а всего их насчитывается более двухсот. Но он возглавляет не все эти церкви, а только одну — католическую. Я нахожусь в таком же положении. Если я прилечу в Рим, приедет ли Папа в аэропорт поприветствовать меня?» Мой собеседник молчал. «Ответьте мне по совести». — «Скорее всего, нет». — «Вот и я не поеду. Не хочу никого приветствовать». Я тут же отправил тайное послание главам других школ: «Почему вы соглашаетесь с явной несправедливостью? Зачем согласились ехать? Сам я ни за что не поеду». Тогда они тоже отказались и послали вместо себя простых саман.
Ведущий: Папа был в Таиланде пять лет назад. Он хотел встретиться с Сангхараджей, но Сангхараджа сказал, что им незачем встречаться. Так что вы поступили правильно.
АМ: Как-то я говорил с министром об этом: «Когда с визитом на Шри-Ланку приезжал тайский Сангхараджа, вы устраивали ему такую же гостеприимную встречу? Правительство ничего не сделало. Почему же вы готовите такой радушный прием для Папы?» Я отказался идти на встречу. Я сказал, что нельзя доверять епископам под управлением Папы. Они с самого начала были заклятыми врагами буддизма и делали все возможное, чтобы уничтожить буддизм. Они очень хитры и коварны. Они враги всех остальных религий. Они совершенно нетерпимы.
В Европе буддизм существует уже давно. Несколько веков назад буддизм был даже в Австрии, но войска Папы Римского нанесли по нему серьезный удар. До Второй мировой войны в Европе был распространен буддизм махаяны. Буддизм существовал и в Латвии. Я встречался с буддийским настоятелем Латвии, латвийским Сангхараджей, и его учеником Анандой. Они участвовали в Собрании Сангхи и жили там, где их разместил У Ну. Они рассказали мне историю буддизма в Латвии, которая позже была опубликована в журнале «Махабодхи».
В свое время в Латвии было немало буддистов, но Ватикан послал армию во главе с иезуитами, и они убили тысячи буддистов. Но не смогли уничтожить буддизм окончательно. Так сказал мне латвийский Сангхараджа. Но в конце концов, когда они были в Бирме, разгорелась Вторая мировая война, и русские выслали всех буддистов в другую часть страны. Они не знали, что стало с буддистами в Латвии. Думаю, что при коммунистическом режиме буддизм исчез в этой стране. Никто не знает, что случилось в Латвии. Сейчас мы ожидаем, что русские будут распространять буддизм в России. Особенно им нравится буддизм Тхеравады. У них появилась потребность в буддизме. Русские не приветствуют католичество. Самые хитроумные люди — это священники римско-католической церкви. Они проявляют какую-то доброту, но все это лишь напускное.
Ведущий: Сегодня нам выпала возможность послушать лекцию выдающегося буддийского ученого, профессора махаяны, достопочтенного Анандамайтреи Маханаяки Теро. Он получил монашеский сан в 1911 году, еще до Первой мировой войны. Несмотря на почтенный возраст, он по-прежнему обладает крепким здоровьем и хорошей памятью.
Мы поговорили на очень интересные темы. Махатеро поделился с нами своими очень точными наблюдениями о современном положении дел в Сангхе. Мы надеемся, что махатеро расскажет нам о медитации и состоянии буддизма в мире. Пользуйтесь возможностью и задавайте интересующие вас вопросы.
Во времена своей научной деятельности он возглавлял кафедру буддийской философии и был деканом факультета восточных исследований при университете Шри-Ланки. Также он был ректором этого университета. Он проповедовал буддизм в Америке, Англии и ряде других стран. Это первый визит достопочтенного Анандамайтреи в Таиланд. Мы не могли упустить такую возможность и пригласили его прочесть лекцию здесь, в нашем университете. Он единственный из ныне живущих буддологов, принимавших участие в Шестом буддийском соборе в Бирме. Бывший ректор нашего университета также присутствовал на Соборе, но, как вы знаете, он покинул наш мир.
Достопочтенному Анандамайтрее сейчас 95 лет, но он полон сил и здоровья. Он даже старается не пользоваться автотранспортом, предпочитая пешие прогулки. Нам было непросто найти такого замечательного ученого, который столь силен как в теории, так и в практике. Он изъявил желание в первой части лекции говорить о буддийской медитации, а во второй — о сегодняшнем состоянии буддизма. После этого он ответит на вопросы. Если вы хотите задать вопрос, пожалуйста, напишите его на листке бумаги, поскольку у достопочтенного Анандамайтреи проблемы со слухом. Достопочтенный махатеро, я хотел бы попросить вас начать сегодняшнюю лекцию.
АМ: Достопочтенный ректор, достопочтенные профессора и преподаватели! Братья и сестры! Прежде всего я хотел бы поблагодарить всех вас за то, что выдали мне возможность прочесть небольшую лекцию на некоторые важные темы. Меня попросили рассказать о двух важных предметах. Первая часть моей лекции будет посвящена практике медитации, а вторая часть — положению буддизма в современном мире. Итак, начнем.
Зачем нам вообще медитация? Она нужна для того, чтобы искоренить страсти в сердце и уме, чтобы устранить ментальные загрязнения, которые являются причиной всех страданий. Чтобы разрушить и уничтожить их, мы должны практиковать медитацию. Для большей ясности я должен осветить природу клеш, ментальных загрязнений, или страстей.
Существует три уровня страстей, три уровня клеш, или ментальных загрязнений. Они называются следующим образом: дремлющие страсти; страсти, поднимающиеся на поверхность; и страсти, заставляющие нас совершать проступки. Если вы сейчас посмотрите на свой ум, то увидите, что он чист. Дело в том, что сейчас вы слушаете меня, и у страстей, клеш, или ментальных загрязнений, нет возможности возникнуть в вашем сердце и уме. Потому что все ваши мысли направлены на меня. Таким образом, сейчас вы чувствуете, что у вас нет страстей. Но покинув этот зал, вы, вероятно, через несколько минут или часов выйдете из равновесия. Вы можете испытать похоть или страх. По своему опыту вы знаете, что в сердце и уме время от времени возникают страсти, ментальные загрязнения.
В данный момент в вашем уме и сердце нет страстей. Куда они делись? Они пребывают в дремлющем состоянии. Но когда происходит что-то неприятное, кармы, лежащие в основе этих страстей, пробуждаются ото сна. Тогда сердце и ум наполняются гневом или иными страстями. Тем не менее они не совершают никакой работы: просто появляются в сердце и уме. Они остаются там, пребывая в бездействии: они не тратят ваши деньги, не управляют вашими руками. Они просто живут в вашем сердце и уме. Этот уровень страстей называется «страсть, поднимающаяся на поверхность».
Сначала страсть пребывает в спящем состоянии. Чтобы проявиться в сознании, ей нужна подходящая возможность. До достижения архатства страсти живут притаившись, ожидая своего часа. Совершенно чист только ум архата. Но у остальных людей, людей этого мира, страсти имеют все шансы рано или поздно проявиться. Это происходит из-за авидьи — невежества, незнания. Под невежеством подразумевается непонимание природы жизни. Это худшая страсть. Из-за невежества возникает танха — жажда жизни, вызванная непониманием подлинной природы бытия. Поэтому мы привязаны к жизни, мы обмануты ей. Из-за невежества, из-за непонимания истины страсти имеют все шансы возникнуть в уме, как только бдительность ослабевает. Это низший уровень страсти. Стоит чему-то случиться, и страсть поднимается на поверхность.
Порой мы обманываемся внешним, и в уме возникает то похоть, то зависть, то гордыня. Существует так много страстей, готовых возникнуть в уме, как только представится такая возможность. Они появляются в уме из-за невежества. Как я уже говорил, этот уровень страсти называется «страсть, поднимающаяся на поверхность».
Иногда страсть разгорается, вскипает в сердце и уме. Она настолько усиливается, что не может больше оставаться в уме и поэтому выплескивается наружу. Иными словами, страсть получает власть над телом и это приводит к неблагим поступкам — к сквернословию, лжи и так далее. Есть так много плохих поступков. Этот уровень страсти называется «страсть, ведущая к проступкам». Мы совершаем плохое из-за сильной страсти, возникающей у нас в уме. Все это происходит из-за клеш, которые живут в наших сердцах. Таким образом, существует три уровня страстей: дремлющие страсти; страсти, поднимающиеся на поверхность; и страсти, ведущие к проступкам.
Как подавить их? Как их преодолеть? Как уже говорилось, мы не можем ухватить дремлющие страсти. Мы не можем справиться с ними, потому что они невидимы для нас. Они скрыты в нашем уме. Поначалу мы даже не осознаем их. Что касается активизированных страстей, то с ними тоже не так просто справиться. Однако со страстями, которые заставляют нас совершать проступки, дело обстоит иначе. Они очевидны — мы видим их. Мы видим, когда кто-то совершает убийство. Мы замечаем, когда говорим ложь, и чувствуем, что это неправильно. Поэтому в первую очередь нам нужно работать со страстями в их грубой форме, теми страстями, что ведут к проступкам.
Что же нам делать с этими страстями? Будда учил нас соблюдать заповеди (sila). Миряне, соблюдая пять правил нравственности (panca-sila) или восемь заповедей (attha-sila), и монахи, следуя своим заповедям (patimokkha-sila), сохраняют бдительность: как только у них возникает желание переступить черту, они понимают, что делают что-то не так. И они могут побороть этот импульс. Они думают: «Я соблюдаю пять заповедей (или более высокие заповеди), потому я не должен делать этого. Я воздержусь от подобного деяния. Я должен одолеть эти мысли». Так он соблюдает заповеди. Следуя этим путем, вы можете победить страсти, ведущие к проступкам. Именно поэтому Будда говорит, что практика начинается с заповедей.
Теперь допустим, вы соблюдаете заповеди, будь то пять заповедей или заповеди более высокого уровня. Вы контролируете себя: вы обуздали свои руки, ноги, глаза и уши, — то есть воздерживаетесь от любого зла. Тогда можно сказать, что вы действительно следуете заповедям. Благодаря заповедям вы превозмогаете страсти, заставляющие совершать проступки. Вы добродетельны, вы соблюдаете заповеди, но несмотря на это, в сердце может иногда возникать враждебность или похоть. Вы не проявляете их вовне, не показываете окружающим, но подобные механизмы продолжают работать в уме, потому что у страстей все еще сохранилась возможность появляться в сердце время от времени.
Как же подавить эти страсти? Как сделать так, чтобы они не возникали в сердце? Для этого Будда советовал нам заниматься саматхой. Сначала идут заповеди, а затем на основе заповедей необходимо практиковать саматху. Нам нужно достигать дьяны, развивать концентрацию. Когда долгое время концентрируешься на чем-то, например на касине, забываешь все остальное. Вы сосредоточиваетесь на касине, и никакая страсть не может появиться в вашем сознании, потому что ваш ум направлен на другое. Допустим, вы думаете о добродетелях Будды, о его величии, о его безграничном сострадании. Ваш ум зафиксирован на этом, и никакая страсть не возникает в вас. Предположим, ваш ум наполнен мыслями о сострадании Будды. В этом случае в вашем сознании нет условий для проявления страстей.
Поэтому нужно развивать медитацию для достижения дьяны или медитацию саматха — концентрацию на объекте.
Существует сорок объектов для медитации, из которых вы можете выбрать тот, что наиболее подходит вашему характеру или складу ума. Используя его, вы развиваете концентрацию вплоть до достижения дьяны. Таким образом, вы подавите страсти, такие, как, например, недоброжелательность. Развивая дьяну, саматху или самадхи, вы подавляете страсти. Пока вы развиваете дьяну, страсти не находят возможности для проявления. Но если вы будете беспечны или забросите практику, они могут проявиться вновь. Пусть даже вы развили психические способности и достигли пятой дьяны, при неосторожности или потере бдительности, когда поток сознания направляется к обычным вещам, страсти вновь обретают шанс проявиться в уме. Почему? Потому что они все еще существуют в дремлющем состоянии.
Как говорил Будда, покуда страсти пребывают в дремлющем состоянии, сохраняется возможность того, что они вновь поднимут голову. Поэтому нам нужно искоренить страсти полностью. Но как этого добиться? Для этой цели мы и практикуем випассану. До того как Будда пришел на Землю, существовали разные системы медитации. Почти все они сводились к концентрации. В те времена жили великие йоги, великие риши, которые развили силу воли и могли видеть прошлое и будущее. Но тем не менее они не были свободны от страстей. Для них все еще сохранялась опасность утратить свое состояние. В индуизме есть истории о том, как очень могущественные риши падали из этого состояния и творили зло. Во всех религиях, которые возникали до и после Будды, есть заповеди и саматха. Теперь же появилась випассана. Впоследствии ведантисты позаимствовали идею випассаны и стали обучать одной из ее разновидностей, хотя и несовершенной.
Вот мы и подошли к випассане. Что такое випассана? Это не просто концентрация, хотя в випассане и существует динамическая концентрация — «кханика-самадхи» (khanika-samadhi). Вы на мгновение фиксируете внимание на какой-то части тела или ума. Сначала сознание блуждает, стремится вовне, но затем прикрепляется к объекту.
Випассана означает изучение себя. Самое близкое нам — это мы сами. Самое лучшее знание — это знание о самих себе. Мы должны узнать, кем мы являемся на самом деле. Если мы узнаем, кто мы, то поймем, кем являются другие с точки зрения физической и ментальной составляющей. Мы занимаемся випассаной, чтобы обрести полное понимание того, кто мы есть. Разные учителя объясняют випассану по-разному. Но я вкратце объясню вам общую суть.
Мы должны исследовать себя. «Я, я, я». Что значит «я»? Все здесь присутствующие зовут себя «я». Но мы должны исследовать, что стоит за этим словом. Мы не должны верить во что-то просто потому, что так говорят другие: мы должны изучить все сами. Мы должны понять, кто мы такие. Мы должны на собственном опыте выяснить, кем мы являемся. Теперь давайте исследуем себя.
Мы знаем, что у нас есть физическое тело. Но разве это единственное, что у нас есть? У нас есть нечто помимо физического тела. У нас есть ум. Таким образом, то, что мы называем собой, то, что каждый зовет «я», есть не что иное, как тело и ум. Если мы тщательно изучим себя, то не найдем ничего, кроме тела и ума.
Теперь мы должны изучить, что такое тело и как оно устроено. Исследуя тело глубже и глубже, мы понимаем, что оно состоит из собрания метачастиц, из совокупности материальных состояний. Все они подвержены моментальным изменениям. Конечно, все мы помним, что некоторое время назад мы были худыми и стройными. Давным-давно все мы были стройными, наше тело было маленьким. Что же случилось с нашим телом? Сейчас оно гораздо больше, чем раньше. Когда произошла эта перемена? Никто не знает. Почему? Тело меняется каждое мгновение. Каждое мгновение материальные составляющие нашего тела изменяются. Поэтому мы не можем уловить этот момент, не можем его прочувствовать. Но через несколько лет перемена становится очевидной. Мы видим, что тело, которое было у нас несколько лет назад, отличается от того тела, что есть у нас сейчас. Мы ясно видим, что тело изменилось. Но когда это произошло? Наше тело менялось каждого мгновение. Оно меняется и сейчас. Наше тело — это собрание метачастиц, которые постоянно изменяются. Каждая часть нашего тела, каждый орган подвержены изменению. Это аничча — непостоянство. Таким образом, наше тело есть не что иное, как собрание метачастиц, которые подвержены мгновенным изменениям и которые суть аничча.
Это неудовлетворительное состояние зовется дуккха. Постоянные изменения есть нестабильность. Каждое мгновение возникает одна метачастица, ей на смену приходит другая, которая тут же сменяется третьей. Все в нашем теле моментально появляется и моментально умирает. Наше тело есть поток материальных частиц, которые погибают и рождаются каждое мгновение. Может ли тело дать подлинное счастье, если оно нестабильно? Метачастицы неустойчивы: они появляются и исчезают. Это очень опасная штука, ведь мы имеем дело с мгновенной смертью. Вот что представляет собой физическое тело.
Если есть лишь мгновенные изменения, то где же тогда неизменное эго — атта? В теле нет никакой вечной сущности. Когда мы совершенно ясно видим природу тела, мы понимаем, что в нем нет ничего сущностного, ничего вечного. Здесь не к чему привязываться и нечего желать. Таким образом мы должны изучить, что представляет собой физическое тело. Исследовав тело и поняв его природу, мы переходим к уму.
Что такое ум? Можно ли вообще говорить о наличии у человека ума? Предположим, прямо перед глазами появляется какой-то физический объект, какая-то физическая форма — «рупа» на пали. Если глаза не повреждены, то стоит объекту предстать перед моим взором, как внутренний поток мыслей немедленно приходит в движение и обращается к нему. Тогда появляется сознание зрительного восприятия (cakkhu-vinnana). Вы видите объект и думаете о нем. Не буду вдаваться в подробности, но после этого возникает еще целый ряд различных типов сознания.
Теперь предположим, до ушей доносится какой-то звук. Что происходит? Внутренний поток мыслей направляется на этот звук. Возникает сознание слухового восприятия (sota-vinnana). Если вы чувствуете запах, появляется сознание обоняния. Если что-то попадает в рот, возникнет сознание вкуса. Если что-то касается кожи, появится сознание осязания, тактильное сознание. А когда внутренний поток мыслей обращается к какому-то событию, произошедшему некоторое время назад, появляется сознание ума.
Таким образом, каждый момент времени в зависимости от объекта восприятия внутренний поток сознания наполнен разными видами мыслей, которые сопровождаются соответствующими ментальными состояниями (cetasika). Эти ментальные состояния зависят от обстоятельств, в которых мы находимся. Сознание возникает вместе с этими ментальными характеристиками, ментальными состояниями. Каждое мгновение в нас появляются и исчезают различные типы сознания, сопровождаемые соответствующими ментальными характеристиками. Это происходит всегда. Где в нашем сознании что-то неизменное? Его нет. Таким образом, погружаясь глубже и глубже в исследование психической, ментальной составляющей, мы не находим ничего, что бы не менялось. Между тем это «я, я, я» остается. Что же такое «я»? В начале нашей беседы я использовал слово «я» в общепринятом смысле…
В самом начале у нас было некое сознание, сопровождающееся определенными ментальными характеристиками, а также совокупность материальных единиц, и это все мы называли «я». Но в следующий момент на смену этому сознанию пришло другое сознание, другая мысль, а старые материальные частицы уступили место новым. Но и тогда я продолжал называть себя «я». Однако прежнее сознание вместе с набором материальных составляющих исчезло и сменилось новым. Впредь я тоже буду называть его «я», но и оно растворится. За ним последуют другие звенья в потоке сознания и материи. За один момент возникло и исчезло так много «я». Какое из них является настоящим? Это нельзя определить. В один момент мы думаем о себе «я», но в следующее мгновение это «я» исчезает, и ему на смену приходит новое «я». Таким образом, настоящего «я» нет. Где же тогда неизменное эго? «Я, я, я» существует только в воображении. «Я» — всего лишь название.
Вот человек по имени Джон. Что в нем есть Джон? Джон — это глаза, уши, тело или ум? Где искать нам Джона? Это всего лишь имя. «Я» — это лишь название, которым обозначают поток явлений, ментальных и физических состояний. Если мы исследуем наш ум, то не найдем в нем никакой неизменной сущности. В нашем потоке психических, или ментальных, состояний мы видим лишь непостоянство — аниччу. Состояния возникают и исчезают, и это порождает беспокойство, неудовлетворительность — дуккху. Нет никакой неизменной сущности, никакого вечного эго, поэтому все суть анатта. Мы должны понять природу так называемого «я», и тогда мы сможем практиковать випассану.
Наконец, ум прозревает и постигает подлинную природу тела и сознания. Тогда мы в совершенстве понимаем истинную природу «я». Мы в совершенстве понимаем непостоянство (аничча), неудовлетворительность и нестабильность (дуккха), а также отсутствие неизменного «я» (анатта). Развивая это постижение далее, в какой-то момент мы начинаем видеть мир за пределами «я». Когда ум очищается, когда он на какое-то время приходит в состояние совершенной чистоты, когда он впервые устраняет определенные страсти, мы переживаем первое видение нирваны. Эта ступень называется сотапатти. Если мы пойдем дальше и будем развивать випассану, то доберемся до ступени однократно возвращающегося — сакадагами. Затем благодаря продолжению практики мы достигаем стадии невозвращающегося — анагами. Если мы и далее упорствуем в медитации, то в конце концов обретаем совершенство и становимся архатами. Мы полностью очищаем себя.
На этих четырех ступенях мы мало-помалу избавляемся от страстей. Они становятся все тоньше и тоньше, и на ступени архатства мы полностью искореняем все дремлющие страсти. Тогда уничтожается авидья, невежество, или непонимание природы вещей. Мы кристально ясно видим природу жизни. Когда приходит это совершенное осознание, тьма невежества рассеивается. Она уже не может появиться вновь, потому что «духовное око» полностью раскрылось. Таким образом, цель випассаны — это архатство, когда уничтожены все страсти, все невежество, все слабости и человек становится совершенным. Такова наша цель. Именно архат пережил блаженство нирваны — состояние без страстей.
Цель буддийской практики — искоренить все страсти. Благодаря соблюдению заповедей мы воздерживаемся от нарушения естественного закона. Именно поэтому Будда в первую очередь говорит о заповедях. Затем мы подавляем страсти благодаря практике саматхи и достижению дьяны. Именно поэтому наряду с заповедями Будда учил саматхе. Однако чтобы вырвать страсти с корнем, он велел практиковать випассану. Таким образом, существует три вида тренировки: тренировка в отношении естественного закона, то есть соблюдение заповедей; тренировка ума с помощью дьяны или саматхи; тренировка по системе випассаны, позволяющая увидеть нашу подлинную природу. Благодаря этой тренировке мы искореняем страсти и становимся совершенно свободными.
Таким образом, система буддийской практики состоит из трех ступеней: заповеди (sila), концентрация (samatha) и мудрость (раппа). Таков буддийский путь. Вам не нужно никому молиться, чтобы спастись. Вы можете спасти себя сами, если будете практиковать силу, саматху и панню. Итак, я объяснил вам, зачем нужно практиковать силу, саматху и панню, зачем соблюдать заповеди и заниматься медитацией.
Теперь я перехожу к следующей теме — состояние буддизма в современном мире.
Около пятидесяти лет назад христиане пытались уничтожить буддизм в нашей стране, но наш народ был достаточно мудрым, чтобы встать на защиту Дхармы. Нашим людям, и в особенности монахам, пришлось принять этот вызов. Вспыхивали различные конфликты, но в конечном счете мы победили и защитили буддизм в нашей стране. Люди дорожили буддизмом больше, чем жизнью, поэтому и сохранили его. Однако что касается медитации, то они занимались ей лишь до некоторой степени, поскольку не верили, что могут достичь дьяны или какого-нибудь уровня випассаны. Около пятидесяти лет назад они просто соблюдали заповеди и немного медитировали.
Тем временем из Бирмы на Шри-Ланку приехали учители медитации. В то время премьер-министром Бирмы был У Ну. Он отправил на Шри-Ланку некоторых теро — специалистов по обучению медитации. Они привезли с собой очень практичную систему обучения медитации. С тех пор центры для медитации стали появляться по всей Шри-Ланке. И наш народ поверил, что даже в этой жизни можно достичь дьяны, можно стать сотапатти и дойти до более высоких ступеней святости. Таким образом, наши люди со всей свойственной им энергией погрузились в практику медитации, особенно випассаны. Появилось много центров випассаны. Это был шаг вперед с точки зрения буддийской практики. Человек, который занимается випассаной, не может быть обращен ни в какую другую религию.
Но некоторые католические священники были настолько хитроумны, что стали предлагать людям вместо випассаны другую медитацию. Затем они начали по чуть-чуть обучать випассане в своих церквях. Они учились у буддийских монахов и пытались таким образом переманить к себе буддистов. Но наши люди не поддались на их уловки. Они разыгрывали эту карту по всей Шри-Ланке, но наш народ оказалось непросто сломить.
В отдельных частях нашей страны все же возникали беспорядки политического характера, которые продолжались длительное время. Главным образом, они происходили в самых бедных районах. Католические священники пользовались ситуацией в отдаленных деревнях: приходили туда, давали людям деньги или какие-то предметы первой необходимости, пытаясь таким образом обратить их в свою веру. Но их затея не увенчалась успехом. Пусть люди были бедны, но они искренне верили в буддизм. В некоторых районах они лишь на время притворялись христианами, чтобы получить помощь, а затем вновь становились буддистами. Подобные вещи происходили повсеместно. Наши буддийские лидеры открыли всем глаза на деятельность христианских миссионеров. Сейчас буддисты подняли голову, приняли вызов и стали трудиться в защиту своей религиозной принадлежности. Я не думаю, что впредь христианским течениям будет сопутствовать успех.
Есть еще одна проблема — столкновения между правительством и тамильскими террористами с севера Шри-Ланки, которые борются за разделение страны. Они враждебно настроены к сингальцам. Они убивали любого сингальского монаха или мирянина, который оказывался неподалеку от их территории. Они погубили много сингальцев, в том числе биккху. Они убивали даже монахов, которые практиковали медитацию в лесу. Они убили многих буддистов-мирян, которые приходили совершить поклонение. Вот что они делают. Борьба между правительством и тамильскими террористами продолжается до сих пор. Наши буддийские монахи не имеют отношения к этому конфликту. Мы видим, что постепенно правительственные силы одерживают верх. Думаю, в скором времени эта борьба закончится[21]. Во всей стране воцарится мир. Такова ситуация с буддизмом на Шри-Ланке.
Давайте вернемся к началу XX века. В то время существовало буддийское движение под названием «Буддийского общество Великобритании и Ирландии». Его основал биккху Анандаметтея — первый англичанин, ставший буддийским монахом[22]. Он принял монашеский сан и имя Анандаметтея в Сарнатхе. Он начал издавать буддийский журнал и часть тиража отправлял в Америку. Благодаря этому американцы стали узнавать о буддизме.
Кроме того, такие знатоки буддизма, санскрита и пали, как Макс Мюллер, публиковали английские переводы буддийских текстов, например «Дхаммападу». Затем Томас Рис-Дэвидс основал «Общество палийских текстов», которое стало издавать набранные латиницей буддийские тексты и комментарии к ним. Впоследствии они перевели почти всю Трипитаку на английский. Помимо этого, в Германии, Австрии и даже в Италии и во Франции было много исследователей буддизма. В США выходило много книг о буддизме.
Мало-помалу появлялись люди, которые стали восхищаться буддизмом. Если вы отправитесь на Запад, вы увидите там много буддистов. Некоторые из них едут в центры медитации Таиланда и Бирмы, чтобы научиться медитации. В особенности их интересует випассана. Некоторые приезжают на Шри-Ланку ради практики випассаны. Затем они возвращаются на родину — в США, Канаду, Англию, Францию, Германию — и открывают там центры для медитации.
Какое-то время назад в Англию приехали достопочтенный Аджан Сумедхо и несколько монахов с Запада, которые овладели медитацией випассана в лесных центрах Таиланда. Они начали движение за создание буддийской Сангхи. Их усилия увенчались успехом. Они начали в Читхерсте, затем открыли вихару Амаравати и, наконец, основали еще одну вихару в Девоне и в Харнхеме. Я был во всех этих местах.
Однажды во время моего пребывания в Англии меня пригласили в Манчестер. Главный преподаватель сравнительного религиоведения в университете Манчестера был убежденным буддистом, знатоком пали и Абхидхармы.
Несколько лет назад он попросил меня прочесть лекцию перед студентами. Он принимал меня у себя дома. В тот день к нему пришли несколько студентов-бакалавров из университета Манчестера. Мы заговорили, и они стали задавать мне вопросы. Я спросил, какую религию они исповедуют. Многие из них ответили: «Мы буддисты». Другие говорили: «Мы восхищаемся буддизмом». — «А как насчет ваших родителей?» Кто-то сказал, что их родители — католики. Другие говорили, что они методисты или пресвитерианцы. Они называли различные христианские течения. Тогда я спросил их: «Если ваши родители — христиане, как вы стали буддистами? Вы читали Библию?» — «Да, мы изучали Библию». — «Тогда почему так получилось? Вы верите в Библию?» — «Нет, мы верим в науку». Чтобы лучше понять их, я продолжал задавать вопросы: «Разве вы не верите в Творца?» Они отвечали: «Нет, невозможно поверить в существование такой личности, как Творец». — «Почему?» — «Если есть всемогущий и всезнающий Бог, почему в мире столько преступлений? Мы знаем из истории, что во время Второй мировой войны была уничтожена Хиросима. Погибло больше сотни тысяч ни в чем не повинных людей. Умирали взрослые и дети. Но всемогущий и сострадательный Отец хранил молчание. Почему?»
Тогда я спросил их: «Вы задавали этот вопрос священникам?» — «Они велят не сомневаться в существовании Бога. Но им нас не обмануть». — «Разве священники не говорят, что Бог наделил людей свободой воли?» — «Если Бог дал людям свободу воли, то, будучи всеведущим, он с самого начала должен был знать, что они сотворят с ее помощью. Он был полностью осведомлен об этом, но все же дал людям свободу воли, значит, он одобрил их будущие поступки. Таким образом, за все зло, совершенное людьми, отвечает Бог. Когда мы задали этот вопрос священникам, они стали пугать нас геенной огненной. Но нас так просто не обмануть. У всего должна быть причина». Английская молодежь отличается свободомыслием. Ее тяжело ввести в заблуждение.
Я расскажу вам другую историю. В1981 году я был в Лондоне и остановился в вихаре Чизвик. Однажды ко мне пришел один человек. Он сказал: «Я христианский священник и буддист». Я удивился: «Как такое может быть?» Он стал рассказывать: «Юношей я верил в Библию и вступил в христианский орден. Стал священником. Но затем я прочитал Библию, множество комментариев к ней, а также другую литературу о христианстве и осмыслил все это. Кроме того, я изучил кое-что из науки. В конце концов, задумавшись над всем этим, я понял, что всемогущий Бог, о котором все говорят, попросту не может существовать. Если такая личность все же существует, то откуда в мире столько зла? Зачем создавать этот мир, полный страданий? Христианские священники говорят то одно, то другое, но не отвечают прямо на этот вопрос. Они не могут доказать существование своего Бога».
Он продолжал: «Согласно тому, что я знаю, существование Бога или вечной души не может быть доказано научно. Поэтому я в них и не верю. Я не находил себе места: мне нужна была опора, нужен был смысл жизни. Но я не мог верить в религию, в которой родился. На что мне надеяться? Я стал изучать все что можно о других религиях. Наконец мне попалась работа по буддизму. Она привлекла мое внимание, и я погрузился в чтение. Так я познакомился с буддизмом. Первой книгой, которую я прочел, была работа достопочтенного Рахулы «Чему учил Будда». После этого я изучил много буддийских книг. Несмотря на то что я все еще оставался священником, я не мог наставлять людей в их вере в Бога и молитвах. По воскресеньям я приходил в церковь и просто смотрел и слушал: я ничего не говорил, поскольку не мог идти наперекор своей совести. Я все еще священник и руковожу своим приходом, но делаю это наперекор себе. Когда я открыто заявил о том, что я буддист, епископ сказал, что это непотребно, так как я христианский священник».
Вот другая история. В1982 годуя останавливался в Лондонской вихаре. Один священник из церкви в Оксфордшире позвонил в Лондонскую вихару и позвал секретаря Буддийского общества. Он попросил, чтобы какой-нибудь монах приехал на их вечернее собрание прочитать лекцию о буддизме. Там должны были присутствовать около тридцати священников. «Они не знают буддизма, поэтому, пожалуйста, пришлите монаха, который может рассказать о нем простыми словами». Этот монах позвал меня и сказал: «Это великолепная возможность. Пожалуйста, отправляйтесь туда». Тогда я попросил его организовать машину, так как путь предстоял в семьдесят миль. И я поехал туда.
Там было около тридцати священников, молодых и старых. Они тепло меня встретили, а я рассказал им о том, что собой представляет буддизм. В конце лекции перешли к вопросам. Они спрашивали, а я отвечал. Потом кто-то сказал: «Мы согласны с тем, что буддизм — очень хорошая религия. Но она слишком сложна для нас — жителей этой страны». Я спросил их: «Почему же? Разве вы не можете думать хорошие мысли, говорить хорошие слова и совершать хорошие поступки?» Они молчали. Я продолжал: «Совершать хорошие поступки, говорить хорошие слова, думать хорошие мысли — это и есть буддизм. Почему вы не можете следовать ему?» Они по-прежнему молчали.
Тем временем, пока все общались и пили чай, ко мне подошел молодой священник, сказав: «Я хочу стать буддийским монахом и практиковать буддизм. Вы не возьмете меня с собой?» Я ответил: «Завтра я уезжаю в Париж. Вы можете отправиться в монастырь Читхерст, которым руководит один уважаемый монах. Там много монахов-англичан.
Поезжайте туда». И я дал ему адрес. Такая ситуация сложилась в Англии.
Я выступал с лекциями в Оксфордском, Кембриджском, Ноттингемском и Манчестерском университетах, и везде я встречал буддистов, как среди студентов, так и среди лекторов. Поэтому мне кажется, что буддизм набирает силу в Англии и даже во Франции и в Германии.
Около 1900 года в этих странах не было ни одного буддиста, а сейчас их много. Только в одном Манчестере не меньше трехсот буддистов. Они собираются каждый вечер в Саматха-вихаре. Саматха-вихара раньше была христианской церковью, но ее продали правительству. Тогда буддийские лекторы и простые буддисты из Манчестера выкупили ее у правительства и превратили в буддийскую вихару. Она называется Саматха-вихара. Каждый вечер там собирается около трехсот человек, мужчин и женщин, и все они буддисты. Они собираются перед огромной статуей Будды, которая стоит на алтаре. Согласно буддийской традиции они простираются перед статуей, выражая свое почтение Будде. Затем в течение часа практикуют випассану, а потом обсуждают Абхидхарму. Они очень интересуются Абхид-хармой. Господин Казинс обучал их Абхидхарме. Я был там несколько раз, и они всегда просили меня рассказать что-нибудь из Абхидхармы. Некоторые из них хорошо ее знают.
Так же обстоят дела и во Франции, куда меня тоже приглашали выступать. Один профессор переводил мою речь с английского на французский, и я понял, что он хорошо разбирается в буддизме. Это настоящие буддисты. Они практикуют медитацию. Такая же ситуация и в Германии. Буддистов там даже больше.
Недавно я был в Вашингтоне, и по крайней мере дважды в неделю ко мне приходили студенты одного университета и пяти колледжей. Они задавали вопросы о буддизме. Они живо интересуются буддизмом. Впоследствии я познакомился с некоторыми из них и узнал, как они стали буддистами. Иногда послушать меня приходило до ста человек.
В каждом крупном городе Франции есть буддийский храм. По всей Англии разбросано не менее ста пятидесяти буддийских центров. Много их и в США. Люди приходят в эти центры, чтобы изучать буддизм. Их вопросы не остаются без ответов. Буддизм не говорит о таких бесполезных вещах, как сотворение мира и так далее. В этом смысле буддизм похож на медицину. Медицина занимается излечением болезней. Человечество страдает от огромного количества бед, несчастий и тревог. Ему нужно лекарство. Если учить людей тому, как возник мир, это не будет лекарством. Это не излечит даже лихорадку или головную боль — зачем тогда нужно это знание? Если вы хотите знать об этом, обратитесь к науке. Там вы найдете какие-то идеи и теории, которые можно счесть правдоподобными или невероятными. Но само знание об этом непрактично. Люди страдают от тревог и волнений, которые охватывают их здесь и сейчас, и им нужно лекарство. А буддизм может дать его.
Представьте себе врача, который заходит в палату и хочет выяснить, от какой болезни страдает пациент. Он внимательно проводит осмотр и устанавливает причину болезни. Тогда он объясняет пациенту: «Причина болезни такова. Вы должны быть осторожны. Вам нужно отказаться от таких-то дурных привычек». Затем он должен понять, излечима ли болезнь, и если она излечима, он ободряет пациента: «Эту болезнь можно победить. Вы должны надеяться». Ожидается, что пациент пройдет курс лечения. Врач прописывает ему какие-то лекарства или процедуры. Пациент соглашается на это, проходит курс лечения и исцеляется.
Врач должен сделать так, чтобы пациент понял четыре вещи: болен ли он; какова причина его болезни; излечима ли она; и как ее можно излечить. Пациент должен понимать только эти четыре вещи. Будет абсурдом, если врач начнет объяснять ему историю, геологию, астрономию, астрологию и прочие науки.
Будда видел, как люди страдают от разнообразных тревог и волнений, и дал им лекарство. Вам нужно знать только четыре вещи. В первую очередь свое нынешнее положение: страдаете ли вы от каких-то бед? Да, вы страдаете от старости, смерти, болезней, горестей и невзгод. Вы страдаете от всего этого. Если вы привязаны к миру, вы будете возвращаться вновь и вновь. Снова и снова вы будете рождаться в этом мире, полном страданий. Поэтому не привязывайтесь к подобным вещам. Поймите природу мира, поймите свою собственную природу. Будда побуждал людей соблюдать заповеди, практиковать саматху и випассану.
А теперь перейдем к вопросам.
АМ: Я впервые в Таиланде, поэтому не совсем осведомлен о нынешней обстановке. Пусть на этот вопрос ответят тайские монахи, которые знают это лучше меня.
Все же я скажу кое-что. Я хочу предупредить вас о том, что существует христианский заговор с целью уничтожить буддизм К 2000 году. Они хотят уничтожить буддизм на Шри-Ланке, в Таиланде и в других странах. Не дайте хитроумным христианским миссионерам обмануть вас. Я могу лишь предупредить об этом.
Ведущий: Достопочтенный Анандамайтрея Маханаяка Теро произнес очень яркую речь. От имени университета Махачула мы хотели бы поблагодарить его за выступление. Есть ли еще вопросы к махатеро?
АМ: Практикуя випассану, можно на своем опыте почувствовать просветление. Будда говорил не верить ничему только потому, что кто-то убеждает вас в этом, пусть даже сам Будда. Вы должны все проверять, и, только убедившись в подлинности сказанного, можно следовать этому.
Некоторые люди получают опыт общения с Богом. Но о Боге думают все молящиеся. Почему же он не говорит открыто со всеми людьми? Почему втайне общается только с некоторыми из тех, кто ему молится? Бог должен явиться перед всем миром. Иначе доказать его существование просто невозможно.
АМ: Очень сложно понять природу ума сточки зрения буддийской философии и разобраться в этом вопросе, если нет хотя бы поверхностного знания Абхидхармы. Я отвечу на этот вопрос вкратце.
Из своего опыта мы знаем, что у нас есть поток сознания. Так называемый ум есть поток сознания, который то возникает, то исчезает. Этот поток сознания продолжается, пока существует жажда жизни в этом мире. Когда он покидает нынешнее физическое тело, он перетекает в другое физическое тело. Первая мысль в новом теле является последней мыслью того тела, которое было оставлено. Это и есть сознание перерождения.
Представьте, что на экран проецируют фильм. И вот экран падает. Если проектор продолжает работать, изображение, пусть не полностью, будет попадать либо на стену за экраном, либо на пол. Фильм продолжается, проектор работает. Также и с физическим телом — когда оно отброшено, поток сознания переходит в другое состояние, которое ему удается поймать в последний момент.
Таково краткое описание этого процесса. Чтобы узнать больше, вам нужно изучать Абхидхарму. Вы должны знать законы, которые направляют поток сознания и материальных состояний.
Вице-президент
Международного буддийского центра медитации: Достопочтенные господа! Достопочтенный лектор! Меня попросили завершить эту лекцию, но она была такой исчерпывающей, что не нуждается в заключении. Тем не менее я испытываю чувство гордости оттого, что именно мне поручили подвести итог сегодняшнего выступления.
Первая часть лекции была посвящена випассане, подлинной випассане. Достопочтенный монах говорил о том, что нам необходимо соблюдать правила морали (sila), чтобы контролировать наши поступки. Нам нужна саматха, или сосредоточение. Однако даже с сосредоточением мы можем лишь подавить, но не искоренить клеши, или омрачения, в нашем уме. Если сосредоточение нарушается, дремлющие клеши могут вновь всплыть на поверхность и получить власть над нашими поступками. Кроме того, нам необходима випассана, или прозрение. Во время випассаны мы изучаем себя, мы изучаем все, что с нами происходит, все, что испытываем в данный момент. Тогда же мы осознаем поток ментальных и материальных состояний, то есть ум и тело. Мы начинаем понимать их природу. Они постоянно меняются. В физическом теле нет ничего неизменного. Есть лишь поток постоянно меняющихся частиц. Это касается как материального, так и ментального процессов.
Практикуя випассану, мы осознаем непостоянство (аничча), неудовлетворительность (дуккха) и отсутствие «я» в традиционном смысле этого слова (анатта). «Я» существует лишь как условное обозначение, но при внимательном рассмотрении, благодаря медитации прозрения, мы видим лишь поток вечно меняющихся компонентов, из которых ни один не может быть назван «я».
Как замечательно выразился достопочтенный махатеро, осознание этих трех характеристик бытия есть открытие «духовного ока». Нас озаряет свет нирваны, просветления, свободы.
Во второй части лекции достопочтенный махатеро говорил о состоянии буддизма в мире. Он говорил о западных университетах и о людях, которых встречал и которые расспрашивали его о буддизме. Многие находятся в поисках смысла жизни, в том числе христианские священники. Как сказал достопочтенный махатеро, «буддизм — это думать хорошие мысли, говорить хорошие слова и совершать хорошие поступки». Это и есть буддизм.
Я хотела бы добавить кое-что от себя. Во время вашей лекции, достопочтенный махатеро, мне открылись моменты, которые я не понимала раньше. И я благодарна вам за это.
Еще я хотела бы сказать, что самое великое вдохновение мы черпаем из примеров. А сегодня у нас перед глазами великолепный пример.
Я хотела бы поблагодарить вас от имени Международного буддийского центра медитации и университета Махачула. Спасибо вам большое!
АМ: Джайнисты считают астральное тело душой (attha). Но Будда видел, что даже астральное тело подвержено изменениям. Астральное тело — это тело дэвов. Оно очень тонкое, и его не увидеть обычным зрением. Мы видим его, только если дэвы делают его плотным.
АМ: У привидений такое же тело.
АМ: Да, очень тонкое.
АМ: В нас нет неизменной сущности (attha). Но это не означает, что в нас нет ничего. Что-то есть, но это что-то непостоянно: оно представляет собой поток появляющихся и исчезающих состояний. Попробуйте зафиксировать поток сознания на чем-то одном, не позволяя мыслям гоняться за другими объектами и рассеиваться, — все мысли этого потока будут мощными. Так вы можете усилить свой ум, свой поток сознания. Если вы сосредоточитесь на каком-то совершенном объекте, например на чувстве любви, то все ваши мысли будут пропитаны любовью и станут очень сильными. У вас возникнет доброта.
Допуская в свой поток сознания гнев, мы делаем мысли слабыми. Если ум наполняется похотью, поток сознания становится еще слабее. Но если каждая мысль сопровождается состраданием, ум становится здоровым и сильным. Если все мысли зафиксированы на каком-нибудь высшем идеале, например на добродетелях Будды, то ум становится очень сильным. Когда вы занимаетесь медитацией для достижения дьяны, все ваши мысли, тысячи ваших мыслей направлены на один объект. Они появляются и исчезают, но все равно сконцентрированы на этом объекте, и такой поток мыслей очень сильный. Так вы можете сделать поток сознания очень сильным, несмотря на то что в нем происходят постоянные изменения.
Если мысли перепрыгивают с одного на другое, то они рассеянны. Если в потоке ума содержится много объектов, то мысли не сосредоточены на чем-то одном: они рассеянны и слабы. Таким образом, концентрация, то есть состояние, когда поток мыслей зафиксирован на одном объекте, делает ум сильным.
АМ: Пытаясь понять что-то и концентрируя на предмете обдумывания свой ум, нужно сохранять осознанность. Так вы получите первое представление о предмете обдумывания. Затем приходит следующая мысль об этом же объекте, и вы накапливаете связанный с ним опыт. После этого появляется новая мысль, и ваш опыт растет. Таким образом, мысль за мыслью вы приучаете себя накапливать опыт, связанный с предметом обдумывания. В конце концов вы начинаете очень хорошо понимать его, так как ваши знания значительно увеличились. Вы должны исследовать одно и то же многократно, мысль за мыслью. Когда вы выстраиваете цепочку мыслей снова и снова, ваше понимание растет. Именно поэтому концентрация мыслей на одном объекте помогает углубить знания.
Если ум не сконцентрирован, вы не сможете понять объект лучше. Если вы уже что-то узнали, но ум стал скакать с одного объекта на другой, ваши знания исчезнут: вы забудете их. Поэтому, если вы хотите что-то узнать, нужна концентрация. Саматха, или концентрация, помогает постичь нашу собственную природу. Концентрация (samathi) и мудрость (gnana, раппа) идут рука об руку. Они связаны. Используя их обе, вы обретаете силу концентрации и способность понимать объекты.
АМ: Должным образом осознав отсутствие «я», вы во всем будете видеть не что иное, как изменяющиеся потоки. На кого вам сердиться, если вы видите не человека, а его поток ума и физических состояний, которые постоянно изменяются? У вас не будет ни похоти, ни гнева. Вы не будете ни злиться, ни вожделеть. Ваш ум освободится от всех этих слабостей.
АМ: Палийское слово «дуккха» (dukkha) состоит из двух частей: «ду» и «ккха». Корень этого слова означает «бедствие». Вы терпите бедствие. Вы испытываете дуккху, то есть что-то невыносимое, нестерпимое. Это состояние, когда невозможно больше терпеть. Понимаете, о чем я говорю? Предположим, на мою долю выпало очень много неприятностей, но я могу пережить их. Но дуккха — это то, что невозможно вынести.
Другое значение слова «дуккха» — неудовлетворительное состояние, суета. В покое мы счастливы. Но если покоя нет, наступает состояние беспокойства. Каждое мгновение по всему нашему телу возникают и исчезают метачастицы. Они не знают покоя: они все время рождаются и умирают. Это и есть беспокойность. Каждое мгновение в человеческом уме появляются и растворяются мысли. На смену одной мысли приходит другая, которая в свою очередь уступает место третьей. В потоке ума мысли возникают и исчезают, возникают и исчезают, не зная покоя. Нашим сознанием владеет беспокойность. Она же царит и в теле.
Мы не видим этого из-за невежества. Наш ум недостаточно утончен, чтобы понимать и ощущать как беспокойство ума, так и беспокойство тела. Мы испытываем счастье и радость из-за неведения, подобно пьянице. Пьяный человек не чувствует боли, поскольку одурманен алкоголем. Мы похожи на пьяных, сумасшедших, параноиков. Они не чувствуют боли из-за своего безумия. Поэтому в Дхарме говорится: «Миряне — безумцы». Они полны невежества и не видят подлинную природу жизни. Они похожи на сумасшедших.
С практикой випассаны вы начинаете понемногу понимать природу жизни, и вас называют «сведущим мирянином» (sutavaputhujjana). Оставаясь мирянином, вы являетесь просвещенным человеком с некоторым пониманием. Остальных людей называют «невежественными мирянами» (asutavaputhujjana). Те, кто практикует випассану, — «сведущие миряне». Если вы будете и дальше углублять свои знания о природе жизни, то достигнете состояния вошедшего в поток — сотапатти. Ведя обычную жизнь, вы выходите за границы мирского и становитесь арьем. В этот момент вы становитесь святым. Тогда вас уже называют «благородным учеником» (sekha), или «стремящимся достичь нирваны». «Секха», или «сиккхати» (sikkhati) — это «человек, который тренируется». Вы тренируетесь, чтобы достичь нирваны. Однажды вы уже видели ее. Есть хорошая аналогия, которая помогает понять, каким бывает переживание нирваны.
Представьте человека, который бредет во мраке. Его окружает непроглядная тьма. Он ищет место для ночлега, но вокруг густая тьма и непроходимые джунгли. Вдруг где-то вдали он видит свет. У него появляется надежда. Он может идти на свечение без всякого проводника. Ему суждено добраться до источника света. Подобным образом, когда человек видит проблеск нирваны и достигает стадии сотапатти, он больше не нуждается в руководстве. Он сам найдет путь. Ему нужно лишь идти по той же дороге и подбираться все ближе и ближе к этому свету. Таким образом, когда вы достигаете ступени сотапатти, нет нужды в наставлениях. Вы можете развиваться самостоятельно.
Есть сфера под названием арупа-лока. Согласно Дхарме, это неподходящее место для перерождения. Люди, которые практикуют дьяну, могут подавить жажду телесного существования. Однако если они все еще хотят обитать в ментальной сфере, то перерождаются в арупа-локе. Для этого есть арупа-дьяна. В том мире нет материальных тел — только ментальный поток. Пока вы пребываете там, вы не можете достичь состояния сотапатти. Чтобы достичь ступени сотапатти, вам нужны наставления либо самого Будды, либо сведущего учителя медитации. Но поскольку в этом мире вы лишь поток сознания, вы не можете ничего услышать: у вас нет ушей. Даже если появятся тысячи будд, вы их не увидите, так как у вас нет глаз. Вам не поможет и сам Будда, окажись он там. Таким образом, это неподходящее место для перерождения, хотя и достигается оно благодаря дьяне.
Хотя есть одно исключение. Предположим, в этой жизни человек достиг состояния сотапатти и пережил нирвану. Если после этого он разовьет арупа-дьяну, то в результате воплотится в арупа-локе. Поскольку он уже видел нирвану, этот опыт не пройдет для него даром. Даже в том нематериальном мире, арупа-локе, он может продолжить свое развитие, достичь архатства и уйти в нирвану.
Чтобы достичь состояния сотапатти, необходимо выполнить одно важное условие — слушать Дхарму, слушать наставления учителя. Где бы вы ни находились, будь то мир людей, или небеса, или мир Брахмы, за исключением мира бессознательных существ (asanna-satta), вы можете слушать Дхарму, поскольку у вас есть уши. Во всех перечисленных мирах у вас есть физическое тело и ум. В рупа-брахма-локах существа обладают астральным телом и астральными органами слуха, поэтому они также могут слушать Будду, архатов или богов. В мирах Брахмы, на нижних небесах и в мире людей вы наделены слухом, и у вас есть возможность достичь ступени сотапатти.
В бессознательном мире Брахмы под названием асанья-сатта нет сознания. Там физическое тело растет, как дерево. Существа там подавляют саму возможность появления сознания. До перерождения в том мире эти существа практикуют особую медитацию под названием «читта-вирага-бхавана» (citta-viraga-bhavana). Во время этой медитации человек делает следующее самовнушение: «Я исчезаю, и мои мысли исчезают. Я исчезаю, и мои мысли исчезают. Я не хочу больше никаких мыслей. Мне не нужна способность размышлять». Способность размышлять вызывает у него отвращение. Он полагает, что мы страдаем из-за того, что думаем. Все горести и печали проистекают из способности к размышлению. Причина всех скорбей — мышление. И он старается избавиться от мыслительных способностей.
Он повторяет такое самовнушение снова и снова, концентрируется на нем и через какое-то время обретает способность подавлять мышление на определенный срок. В результате этих занятий человек рождается в таком состоянии, в котором нет шанса для возникновения мысли. Однако такое состояние не длится вечно. Сила, которую обретаешь благодаря подобной медитации, истощается через пятьсот кальп, и естественным образом просыпается способность думать. После смерти в том мире существо снова родится человеком. Но пока он пребывает в асанья-сатте, в бессознательном мире, его жизнь бесполезна. Даже Будда не сможет его пробудить.
АМ: Все, что подлежит моментальному изменению, все, что появляется и снова исчезает, все, что умирает каждое мгновение, — это дуккха, состояние беспокойности. Все подвержено переменам и лишено неизменной сущности — это анатта. Аничча — это то, что все непостоянно и подвержено моментальному изменению. Поскольку все меняется каждое мгновение, появляется и снова исчезает, возникает беспокойность — дуккха. А раз все меняется и ничто не остается прежним в два разных момента времени, значит, ни в чем нет неизменной сути. Это анатта. Если что-то является аниччей, то оно же является и дуккхой, и анаттой. Какое бы слово из трех: аничча, дуккха или анатта вы ни использовали, все они несут один и тот же смысл. Поскольку ничто не сохраняет свою форму вечно, все суть анатта. Так как возникновение и исчезновение сопряжены с беспокойством, все суть дуккха. Эти термины указывают на определенные характеристики бытия, на то, что все подлежит моментальному изменению.
Поток тела и поток ума всегда взаимозависимы. Ментальный поток зависит от материального, а материальный — от ментального. Они поддерживают друг друга. В обиходе мы даем какое-то название этому потоку психофизических состояний: мужчина, женщина, животное, дэва, брахма — в зависимости от внешней формы, которую он принимает. Чтобы объяснить разницу между общепринятым языком и языком Абхидхармы — языком абсолютной реальности, я приведу вам пример.
Вот перед вами какой-то предмет одежды. Внимательно рассмотрев его, вы увидите, что он состоит из нитей долевого и поперечного направления. Нет никакой иной одежды помимо переплетения нитей. Если вы распустите предмет одежды на нити, отделите их одну от другой и сложите в кучу, то куда денется одежда? Словом «одежда» называют форму, а не нити. Но форма создается из нитей. Когда утрачивается форма, исчезает и одежда.
Приведу еще один пример. Возьмем деревянный стол. Что такое стол? Это древесина? Столом называют деревянную поверхность на четырех ножках. Предположим, вы открутили ножки и сложили все детали друг на друга. Можно ли назвать получившуюся конструкцию столом? Можно ли назвать доску с лежащими на ней четырьмя ножками столом? Нет. Тогда куда делся стол? Он утратил форму. Словом «стол» мы обозначаем форму, а не материал или детали. Если детали соединить в форме стола, то эта форма будет называться столом. Мы используем слово «стол» только для обозначения формы. Если тем же деталям придать форму скамьи, то мы будем называть это скамьей, а не столом, хотя материал и детали прежние. Таким образом, стол, стул, ящик — все эти слова обозначают форму, а не материал. Предположим, столяр соединил несколько деревянных досок, придав им форму стола. Откуда взялась эта форма? Вначале столяр увидел в своем уме некий образ и назвал его столом. Он задействовал лишь воображение — мысленно увидел эту форму. Затем он нарисовал ее на листе бумаги. Так появился чертеж, или дизайн — набросок того, что было создано в воображении. Мысли были переложены на бумагу. Далее столяр собрал деревянные части согласно чертежу и назвал получившуюся конструкцию столом. Первоначально же та форма, которую мы называем столом, была создана в уме. Стол был создан в воображении. Это не реальная вещь, а продукт воображения.
Стол, стул, ящик, книга, одежда — все это по сути не что иное, как продукт воображения. Отдельные детали соединяются определенным образом и принимают некую форму благодаря силе воображения. И далее мы даем им названия. Но за этой формой ничего не стоит. Если древесину измельчить в порошок, останется только стружка. Но даже она истлеет и исчезнет. Нет ничего сущностного, ничего неизменного.
Итак, что такое стол? Нет ничего, что мы могли бы принять за стол, — только собрание частей, которое получило это название. Люди дают названия воображаемым вещам. С точки зрения абсолютной истины никакого стола не существует. Существует лишь название того, что придумали люди. Все это игра воображения. Все существующее в этом мире получает свое имя только за форму. Это саммути (sammuti) — слова в их общеупотребительном значении. Абсолютная истина о природе вещей называется параматтха (paramattha). Но в обиходе мы пользуемся относительными понятиями, иначе люди перестанут понимать нас. Нужно учитывать этот момент.
Есть обиходная речь, и есть научная терминология. Например, мы можем говорить о восходе или заходе солнца. Все используют данное выражение. «Солнце садится», «солнце восходит», — так говорят люди. Все считают это фактом, никто не хочет никого обмануть. Но это правда относительная. С научной точки зрения нет ни заката, ни восхода. Земля вращается вокруг своей оси, благодаря чему мы можем наблюдать такие феномены, как восход и закат солнца, хотя в действительности солнце никуда не восходит и не заходит. Учитель естествоведения объясняет детям, что нет ни восхода, ни заката. Заход солнца существует лишь в восприятии людей. А настоящая правда в том, что Земля вращается вокруг своей оси, поворачиваясь к Солнцу разными полушариями, и в зависимости от своего местонахождения люди в разных точках мира видят, что солнце встает или садится. Так мы это воспринимаем. Мы обозначаем явления в соответствии со своим восприятием, но это может не отображать истинного положения дел.
В школе учитель объясняет явления с научной точки зрения. Но когда тот же учитель будет говорить вне школы со своими знакомыми, он может использовать такие выражения, как: «Солнце садится. Мне пора домой». А утром он скажет своим домашним: «Нужно идти на работу. Солнце уже встало». Потом он приходит в школу и объясняет своим ученикам, что на самом деле солнце никуда не восходит и не заходит. С точки зрения науки нет ни заката, ни восхода. Но в рамках относительной правды, которая зависит от нашего восприятия, закат и восход — явления вполне реальные.
С относительной точки зрения, с позиции того, как мы видим мир, солнце и встает, и садится. Это называют относительной истиной. Мы никого не обманываем, мылишь описываем то, что видим. Люди описывают то, что видят. Это называется относительной истиной. Но это не абсолютная истина, потому что она не раскрывает механизм данного явления. В соответствии с высшей, или научной, истиной не существует ни восхода, ни заката.
Точно так же Будда наставлял людей двумя способами. В обиходе он мог сказать, что если человек совершает добродетельные поступки, после смерти его ждет счастливая участь, а если творит зло, его судьба будет незавидной. Он использовал такие слова, как «человек», «мужчина», «женщина» в общепринятом смысле, иначе люди бы его не поняли. Но ради открытия у учеников духовного ока, ради постижения ими подлинной природы бытия и освобождения Будда обучал випассане и использовал при этом абсолютную терминологию. Випассана предназначена исключительно для тех, кто устал от суеты и хочет выбраться из мира страданий. Но в беседах с людьми, которые в духовном смысле еще не созрели, Будда использовал относительные выражения.
Мир похож на школу. Здесь очень много уровней: детский сад, подготовительный класс, первый класс, второй, третий и так далее до высших учебных заведений. В детском саду не обучают тому, что преподают в старших классах. В детском саду учитель использует игрушки и картинки, но с выпускниками школы все иначе. Так и в этом мире люди находятся на разных ступенях ментального развития, и Будда наставлял их в соответствии с их уровнем. Для этого он использовал подходящий язык и подходящее учение. Люди следовали наставлениям Будды, и их сознание постепенно поднималось на более высокую ступень. Когда Будда видел, что человек достаточно развился, он давал ему другое наставление. Когда же он видел, что он в состоянии постичь высшую истину, он открывал ему наивысшее учение — учение об аничче, дуккхе и анатте.
Но это учение не для всех. Если обычный неразвитый человек будет думать, что все суть аничча, что не существует души, что ничего не существует, то он задастся вопросом: «Зачем мне зарабатывать деньги? Зачем помогать детям? Зачем содержать жену? Ведь ничего этого на самом деле не существует. Почему я должен помогать людям, если их не существует?» Если давать такие наставления обычным невежественным людям, это принесет только вред. Учение об анатте должно излагаться только с учетом ментального уровня слушателей. Будда читал проповеди об анатте не всем людям, а только тем, кто в состоянии был ее понять, только тем, кто устал от жизни и понимает, что природа этого мира — страдание. Лишь таким людям он давал учение об анатте и никому другому. Будда учил людей в соответствии с их природными склонностями (charita).
Для простых людей Будда начинал с разговора о щедрости (dana-katha). Затем он говорил о заповедях (sila-katha), соблюдая которые человек может вести добродетельную жизнь. И наконец, он рассказывал о плодах, которые дает практика жертвования и соблюдения заповедей, — о перерождении на небесах. Когда слушатели в совершенстве усваивали это, когда Будда видел, что они хорошо поняли его и обрели стремление к небесным удовольствиям, он говорил: «Наслаждения небес непостоянны. Привязанность к чувственным удовольствиям наносит большой вред». Затем он начинал объяснять, какую опасность таит в себе захваченность мирским. Учение Будды многоступенчато.
Одних людей Будда учил только щедрости. Других он учил только соблюдению заповедей и останавливался на этом. Будды излагал свое учение систематически. Он не давал одно и то же лекарство всем пациентам. Он назначал лечение в соответствии с заболеванием. Нельзя лечить одной пилюлей страдающего от лихорадки и больного дизентерией. Учение дается в соответствии с тем уровнем сознания, на котором находится слушатель.
На Шри-Ланке в знак благодарности мы обычно читаем небольшую проповедь, которая длится несколько минут. Давайте приступим. [Читает стихи на пали]
Давным-давно наш Бодхисаттва родился сыном царя. С его появлением на свет страна стала процветать. Правители других государств с большим почтением относились к царю. Когда царевич подрос, отец решил уступить ему престол. Так Бодхисаттва с юных лет стал правителем государства. Он взял в жены царевну из другой страны. Они взошли на трон в совсем еще юном возрасте. На праздник собрались правители всех соседних государств. Когда они увидели молодого царя, они без всякого принуждения сказали: «До этого мы управляли своими странами сами. Но с сегодняшнего дня мы хотим, чтобы нами управлял этот молодой царь. Все наши государства теперь принадлежат ему. Пусть он будет нашим императором. Мы будем ему подчиняться». Они по собственной воле сделали его властителем всех царств, всей Джамбудвипы.
Когда юный царь услышал эти слова, он тут же подумал об одном случае из своей прошлой жизни. Дело в том, что он помнил свое прошлое рождение. Иногда юный царь путешествовал по стране и посещал разные города. Видя его, люди выражали ему глубокое почтение. И каждый раз он говорил: «Как это замечательно! Разве это не результат того подношения?» Он часто повторял это.
Однажды царица спросила молодого супруга: «Каждый раз когда тебе выражают почтение, ты говоришь что-то, чего я не могу понять. Что это за тайна?» Тогда молодой царь сказал ей: «В своей прошлой жизни я был очень бедным человеком и жил в хижине у городской окраины. Каждое утро я готовил себе еду, что-то вроде лепешки, но без соли. Иногда у меня не было денег даже на то, чтобы купить немного соли. Однажды я приготовил на обед четыре рисовые лепешки и взял их с собой на работу. Тогда я работал у одного богатого человека. По пути на работу я увидел четырех монахов. Когда я подошел к ним, я увидел, что их чаши для подаяния пусты. Тогда я сказал себе: «Сейчас я родился бедняком, потому что в прошлой жизни не практиковал щедрость. А может, я беден из-за плохой кармы. Но в следующей жизни я не буду бедным. Я потерплю голод, я поработаю голодным, но поднесу свою скромную пищу этим четырем монахам».
Он положил в чашу каждого монаха по лепешке. Они были не обычными монахами, а пратьекабуддами — безмолвными буддами. Они ушли в уединенное место и съели его лепешки. Так он получил благословение. В тот день он ничего не ел, выполнил свою работу и вернулся домой.
Через какое-то время настал его черед покинуть этот мир. Он всегда помнил о ценности добродетельного поступка, который совершил, когда отдал свою еду четверым пратьекабуддам, а сам остался голодным. Он вспомнил об этом на своем смертном одре и в результате родился сыном царя.
Молодой царь раскрыл эту тайну своей жене. После этого она каждый раз говорила ему: «Мой господин, ешьте хорошо. Не пренебрегайте своим здоровьем. Всегда проявляйте щедрость и помогайте другим».
Эта история учит нас тому, какая это ценная и великая вещь — пожертвование добродетельному человеку, пусть даже самое скромное. Бодхисаттва не знал, что то были пратьекабудды, он думал, что встретил обычных аскетов или монахов. Но результат того поступка был столь замечательным, что в следующей жизни он стал правителем всей Джамбудвипы. Люди сами захотели, чтобы он правил ими. Такова природа добродетельных поступков.
Предположим, вы посадили манговую косточку в плодородную почву. В свой срок, когда из нее вырастет дерево, вы получите не один плод, а тысячи. А посадили вы всего лишь одну косточку. Но когда вырастет манговое дерево, вы каждый сезон будете собирать тысячи плодов.
Во время подношения пищи в вашем сознании может возникнуть очень сильное намерение — четана. Четана — это волеизъявление, сильное намерение. Согласно буддизму четана и есть карма. Это кармическое волеизъявление отпечатывается в вашем потоке ума. Когда это семя созревает и приходит время ему принести свой плод, вы получаете воздаяние в тысячекратном размере. Такова природа кармических сил, природа четаны, которая становится кармой.
Допустим, вы очень преданы Сангхе и обладаете большой щедростью. Вы знаете природу благой кармы и добродетельных поступков и с этим пониманием делаете пожертвование. В момент подношения даров и после него в вашем сознании присутствует мудрость и осознание ценности этого поступка. Это джнана-сампаютта (jnana-sampayutta), которая сопровождается амохой, алобхой и адосой. Амоха означает понимание; алобха — противоположность жадности, то есть щедрость; адоса — это противоположность гнева, то есть добросердечие, доброта, метта. Алобха, адоса и амоха (понимание, щедрость, добросердечие) есть три корня добродетельных поступков. Во время совершения подношения в вашем сознании возникают корни добродетельных поступков (kusala-mula). Это великое добродетельное деяние (tihetuka-mahakusala). В этот момент в вашем уме появились сразу три корня добродетели, а значит, вы совершили очень сильный благой поступок.
В результате этого, где бы вы ни родились, вас ждет очень счастливая жизнь. И, естественно, вы можете выразить пожелание, чтобы однажды достичь нирваны. В один прекрасный день, когда все ваши кармические тенденции (vasana) созреют, это поможет вам достичь нирваны. Неважно, выразите вы такое пожелание или нет, подношение все равно принесет вам счастье. Любые добродетельные поступки помогают развивать поток сознания таким образом, чтобы однажды можно было достичь нирваны.
Вы должны испытывать радость по поводу того, что совершили великий добродетельный поступок, который принесет одну седьмую своих плодов уже в этой жизни. Первое сознание, первая четана из семи частей побуждающего потока сознания (javana-citta-vitthi) может принести благой результат в течение этой жизни. Речь идет о долголетии, красоте, силе, здоровье и способности постижения. Такие плоды можно обрести уже в этой жизни. Что касается седьмого звена побуждающего потока сознания, то эта волевая мысль позволит вам переродиться в счастливом состоянии. Оставшиеся пять сознаний принесут свой плод в будущем, при условии что им представится такая возможность. В общем случае эти благие мысли однажды поспособствуют тому, чтобы вы достигли нирваны.
Таким образом, вы совершаете великий добродетельный поступок, когда делаете подношение Сангхе. При этом вы можете выразить такое пожелание: «Пусть благодаря этому добродетельному поступку мы переродимся в счастливом состоянии, еще больше разовьем наши совершенства (paramita), в том числе совершенную щедрость, и наконец достигнем нирваны. Пусть эту заслугу разделят со мной мои умершие родственники. Пусть эту заслугу разделят со мной все божества: Сакка и прочие». Так вы можете благословить своих покойных родственников и богов.
На Шри-Ланке в конце каждого пожертвования мы произносим небольшую проповедь, в которой объясняем его смысл. После этого мы читаем стихи из сутр.
AM: Вы не должны практиковать пранаяму без учителя. Не будет вреда, если вы будете делать легкую пранаяму для здоровья. Так, пранаяме могу научить и я.
Сначала сядьте, лучше скрестив ноги. Если не получается, то сядьте на стул и выпрямите спину. Старайтесь не сгибать позвоночник. В этом случае кровь хорошо циркулирует по организму и легко поступает в мозг. Для этого нужно сидеть с прямой спиной. Если вы сидите со скрещенными ногами, то позвоночник будет прямым сам собой. Но некоторым может понадобиться стул. С позой мы разобрались.
Далее — размышление. Вообще пранаяма — йогическая практика, не буддийская. Мой учитель в Гималаях, узнав, что я буддист, дал мне одну визуализацию. Нужно представить, что на голове находится большой цветок лотоса. Явно почувствуйте, как у вас на макушке распускается лотос. Представьте, что на нем сидит Будда. Когда вы ясно увидите это, подумайте так: «Я посвящаю свою жизнь Будде. Моя жизнь принадлежит Будде. Я посвящаю свою жизнь Будде. Будда — мой единственный помощник, мое единственное прибежище». Думайте таким образом. Вы должны сказать себе: «Будда — мое единственное прибежище. Будда — мой помощник. Будда — мой защитник». Вы должны повторить это семь раз с уверенностью, что Будда — ваш помощник. После этого приступайте к пранаяме.
Сначала большим пальцем правой руки закройте правую ноздрю. Свободно вдохните через левую ноздрю. Пусть воздух заполняет легкие естественно — не применяйте силу. Вдыхайте так, как вы вдыхаете обычно. Единственное отличие в том, что вы закрываете правую ноздрю большим пальцем правой руки. Наблюдайте за тем, как воздух медленно наполняет легкие. Как только вы почувствовали, что сделали полный вдох, тут же закройте левую ноздрю большим пальцем левой руки и выдохните через правую ноздрю. Не задерживайте дыхание: за вдохом должен следовать выдох. Когда вы выдохнули весь воздух, тут же вдохните. Затем выдохните через другую ноздрю, зажав эту большим пальцем. Позвольте всему воздуху выйти. Затем снова вдыхайте. Воздух наполняет легкие, и когда он готов выйти наружу, выпустите его через другую ноздрю. Когда весь воздух вышел, немедленно начинайте вдох. Затем закрывайте ноздрю, из которой был сделан вдох, и выдыхаете через другую.
Сделайте как минимум десять циклов: десять вдохов и десять выдохов. Этого достаточно для одного раза. После этого ничего не делайте. Прекратите занятия. Вы должны выполнять это упражнение четырежды в день. Первый раз позанимайтесь в районе полшестого утра, но только не на голодный желудок. Выпейте немного холодной воды, молока или чая. После этого приступайте к практике. Это упражнение занимает минут пять. Снова позанимайтесь в районе десяти — десяти тридцати утра, затем вечером, в половину шестого, и ночью, в половине одиннадцатого. Получается четыре раза в день. Если четыре раза в день для вас сложновыполнимо, пропустите утреннее занятие в десять тридцать. Практикуйте регулярно как минимум трижды в день: утром, вечером и ночью.
Через несколько дней начните думать во время практики, что на вдохе вас заполняет хорошая, чистая энергия, прана, которая очищает нервную систему, кровь и все тело. Вы должны представлять, как благая энергия входит через нос во время вдоха и очищает все ваше тело. Во время выдоха представляйте, что вместе с воздухом ваше тело покидает все нечистое. Снова вдыхайте и думайте: «Я вдыхаю, и хорошая энергия наполняет мое тело. Она распространяется по всему телу». Затем выдыхайте и вместе с этим думайте: «Я выдыхаю и вместе с воздухом из моего тела выходит все нечистое». Практикуйте так какое-то время.
Вы должны представлять, что все нечистое покидает вас, а все благое — наполняет.
Через некоторое время такой практики вы почувствуете, что ваше тело становится все более и более здоровым. Вы почувствуете, что ваше тело сильно помолодело. Это происходит потому, что кровь очищается под воздействием самовнушения: «Моя кровь очищается. Она становится чистой благодаря чистой энергии, которая входит в мое тело». Вы должны представлять себе это. Воображение влияет на тело и на кровь. Вы можете до определенной степени влиять на свое тело и поддерживать в нем молодость и здоровье.
Эту медитацию можно практиковать так долго, как вам будет угодно. При желании через какое-то время можно увеличить длительность занятий. Но во время занятий нельзя делать ничего сверх того, что я сказал. Не пробуйте задерживать дыхание. Это очень опасно. Если вы хотите практиковать задержку дыхания, вам нужен знающий учитель йоги или медитации, который хорошо чувствует состояние ученика. Дело в том, что задержка дыхания может привести к нервным расстройствам. Это опасно. Некоторые даже сходят с ума.
Но упражнение, которое я дал, подходит всем. Это предварительная практика под названием нади-шодхана (nadi-sodhana). Она успокаивает нервы и хорошо подходит любому человеку. По возможности практикуйте ее четыре раза в день. Если такой возможности нет, то хотя бы три раза в день. До десяти циклов за одну сессию.
Дышите поочередно то одной ноздрей, то другой. Закройте одну ноздрю и вдыхайте через противоположную. Когда воздух наполнил вас, закройте ту ноздрю, через которую вдыхали, и выдохните через противоположную. После выдоха сразу начинается вдох. Потом опять закрываете ноздрю и выдыхаете через другую. Как только воздух покинул легкие, сразу начинаете вдыхать через ту же ноздрю.
Затем закрываете ее и выводите воздух через другую ноздрю. После того как выдохнули, сразу же начинаете вдыхать. Как только вы почувствовали, что воздух наполнил вас, закрываете ноздрю и выдыхаете через другую. Повторяйте это как минимум десять циклов. Посчитайте про себя десять вдохов и десять выдохов.
Если вы будете делать это регулярно как минимум три раза в день, то через месяц заметите, что у вас изменился цвет лица. Лицо станет более ярким, уйдут морщины. Во время практики не нужно допускать усталости: должна чувствоваться легкость. Через десять-двенадцать дней увеличьте количество циклов до двенадцати, еще через несколько дней — до тринадцати, затем спустя какое-то время — до пятнадцати. Если есть время и возможность, доведите это число до двадцати. Занятие нужно прекращать, если чувствуется усталость.
Есть более продвинутая техника, которую опасно практиковать без учителя. Она подразумевает задержку дыхания. Четыре секунды вдох, восемь секунд задержка дыхания и две секунды выдох. Но ее нужно выполнять под руководством учителя, иначе может быть опасно. Когда вы овладеете этой техникой, вы можете задерживать дыхание на выдохе. Это самая опасная практика. Но в присутствии наставника вы можете выполнять ее без всякого риска. Это дыхательные упражнения с подсчетом входов и выдохов.
Следующим этапом идет буддийская практика анапанасати. Вы естественным образом переходите к ней. Занимаясь анапанасати, вы однажды увидите свет. Он будет появляться и исчезать. Со вдохом свет появляется, с выдохом исчезает. Так вы будете это ощущать. Постарайтесь ухватить этот свет. Зафиксируйте свой ум на нем. Затем забудьте о дыхании и концентрируйтесь на свете. После этого вы должны практиковать то, что мы называем дхарана, или развитие сосредоточения…
Практика может дать различный опыт. Например, вы можете вспомнить свою прошлую жизнь. На несколько минут вы забываете про эту жизнь и проживаете прошлую, вспоминая то, как вас звали, чем вы занимались и так далее. Придя в себя, вы понимаете, что то была ваша прошлая жизнь. Или вы начинаете понимать, о чем думают другие люди. Вы можете даже не знать этих людей, видеть их в первый раз, но вы понимаете, о чем они думают. Эти происходит естественно в процессе практики. Я не знаю, откуда берется это знание, но если вы практикуете постоянно, без больших перерывов, способность читать чужие мысли не покидает вас. Стоит вам прекратить практику, как эта сила исчезнет. Если же вы снова беретесь за пранаяму и усердно ей занимаетесь, способность читать чужие мысли приходит к вам снова. Вы вспоминаете свои прошлые жизни, видите дэвов. Вот такие чудесные вещи случаются с вами.
АМ: Не нужно голодать — это очень вредно. Перед практикой необходимо выпить что-то легкое, молоко или чай. Йогой вообще нельзя заниматься на пустой желудок. Начинайте медитацию после того, как вы выпили что-то простое. После медитации можно принять простую пищу. Чтобы практика увенчалась успехом, нужно быть вегетарианцем. В йоге считается, что с рыбой и мясом в организм проникают качества животных, и кровь становится грязной.
АМ: Я понимаю, о чем вы говорите. Это другая йога, хатха-йога. Там возможно голодание, но не фанатичное. Я же говорю вам о раджа-йоге, которая голодание не приветствует.
АМ: Хатха-йога учит физическим упражнениям, упражнениям для тела.
АМ: Хатха-йога выступает за умеренное потребление пищи, не за голодание.
АМ: Нет-нет. Голодать следует только в том случае, если какая-то пища не усваивается организмом. Это заимствовано из системы хатха-йоги. В соответствии с ней, если вы чувствуете, что желудок работает не так хорошо, как хотелось бы, нужно отказаться от приема пищи до появления чувства голода. Нужно есть только тогда, когда чувствуешь себя голодным.
AM: Да, в хатха-йоге есть нечто похожее. Не есть, но пить как можно больше молока либо фруктового сока. Не принимать никакой твердой пищи.
АМ: Это хорошая идея. Если есть меньше твердой пищи и пить больше воды, это приносит оздоровление. Система йоги тоже рекомендует этот метод. Есть много твердой пищи вредно.
АМ: В некоторых случаях голодание может быть полезным. Даже Махатма Ганди практиковал его. Во время болезни лучше воздерживаться от твердой пищи и только пить. Тогда через несколько дней вы почувствуете себя здоровым. Один из учеников Махатмы Ганди пил лишь молоко и никогда не ел твердой пищи. Всю жизнь он пил одно молоко и был совершенно здоров. Организм требует протеин и неважно, откуда он берется: из твердой пищи или из жидкости.
АМ: Вреден избыток протеина. Некоторое количество протеина необходимо. Если вы каждый день пьете молоко, этого вполне достаточно. Даже в Индии есть йоги, которые варят супы из овощей и питаются этим, но и они пьют молоко. При этом они не едят твердой пищи. В некоторых йога-центрах дают только жидкую пищу и обучают йогическим упражнениям, соответствующим такому образу жизни. Существует очень много методов.
АМ: Гомеопатия — это очень хорошо. Из собственного опыта могу сказать, что лучшая западная система лечения — это гомеопатия. Она намного лучше аллопатии.
АМ: Аллопатия — это обычная медицина, которую практикуют в больницах. Гомеопатия — это очень хорошо. Я говорю это исходя из своего опыта. Одно время я жил в Бодхгае. Давным-давно я проводил сезон дождей в Бодхгае. Было очень жарко и постоянно шел дождь. У меня возникли проблемы с мочеиспусканием. Это было ужасно. Я не мог ничего делать. Особенно тяжело было ночью. Всю ночь я страдал — это было невыносимо. Через несколько дней я сел на поезд и отправился в Калькутту. Я попросил настоятеля буддийского храма в Калькутте отвезти меня в больницу. Там мне сделали рентген и обнаружили опухоль простаты. Врач сказал, что мне нужна операция. Я ответил ему, что я старик и не хочу делать операцию. Я взял снимки и попросил монаха, который сопровождал меня, отвести меня к гомеопату.
Он отвел меня к гомеопату, где я показал свои снимки. Врач сказал, что это лечится просто, и дал мне пять белых крупинок. Они были очень маленькие. Он положил их мне в рот и посоветовал не глотать их, а держать на языке до полного растворения. Он дал мне несколько пакетиков этого лекарства с собой. В каждом было по пять зерен. В туже ночь моя проблема с мочеиспусканием была решена. Всего пять крупинок.
Доктор посоветовал мне принимать лекарство в течение нескольких недель, но я сообщил ему, что должен вернуться в Бодхгаю. Тогда он сказал мне: «В Гае есть один гомеопат, мусульманин по имени Хан. Если у вас будут какие-либо проблемы, можете обратиться к нему». На следующий день я вернулся в Бодхгаю. Я принимал это лекарство каждый день и, кажется, излечился, но все равно были сомнения, не осталась ли опухоль. Тогда я отправился к доктору Хану.
Это был старик. Я сказал ему, что болен и пришел за лечением. Снимков я с собой не взял. Доктор Хан попросил меня не называть мою болезнь: сказал, что выяснит это сам. Он взял меня за руку, изучил мой нос и нащупал пульс. Через несколько минут он сказал, что у меня проблемы с мочеиспусканием. Я подтвердил его догадку. Он дал мне несколько пакетиков с порошком и велел каждый день класть содержимое одного пакетика на язык, при этом не пить ни до, ни после приема лекарства в течение получаса. Просто оставить порошок на языке до полного растворения. Я проделал это в течение двух недель, и все мои проблемы закончились. Больше болезнь не возвращалась. В то же самое время один монах из другого храма заболел чем-то похожим. Он сразу отправился в больницу, где его прооперировали, и он умер.
Я предпочитаю шриланкийскую медицину, где используются травы. Я не слишком верю в аллопатию. Она опасна. Она лечит некоторые виды заболеваний, но я ей не доверяю. Я верю в гомеопатию. Она не причиняет вреда и очень эффективна.
AM: Я тоже слышал об этом. Одно время в Великобритании гомеопатия была запрещена, потому что она составляла конкуренцию традиционной медицине. Ее запретили даже на Шри-Ланке. Эта система лечения существовала только в Индии. Гомеопатические лекарства дешевы и поэтому очень популярны среди бедняков.
В нашем монастыре был один немецкий монах — специалист в области гомеопатии. Он вылечил многих людей. Он был очень умным. Сейчас он вернулся в Германию. Его зовут Сарипутта.
АМ: Он монах традиции Махаяна. Сейчас он в Германии. Его пригласила тетя, которая передала ему все свое имущество. Поэтому он не вернулся на Шри-Ланку.
Он носит желтую одежду. Монах Махаяны. Раньше он был моим учеником и монахом Тхеравады. Потом он вернулся в Сингапур и там вступил в общину, принадлежащую традиции Махаяна. Так он стал монахом Махаяны. Затем он вернулся в наш храм, пробыл здесь некоторое время, изучил гомеопатию и стал бесплатно лечить людей. Он вылечил многих людей.
Все люди похожи. Вы не хотите, чтобы вас убили, и другие не хотят, чтобы их убили. Они привязаны к своей жизни точно так же, как и вы к своей. Если вы не хотите чего-то для себя, например погибнуть от чьей-то руки, то не поступайте так по отношению к остальным. Считайте, что другие люди равны вам. Они хотят жить точно так же, как и вы. Думайте о равенстве. Будьте добры к другим.
Будда спрашивал мирян: «Хочет ли кто-нибудь из вас потерять свое имущество?» Предположим, кто-то придет и украдет ваше имущество, ограбит вас или силой заберет ваши вещи. Другие люди будут чувствовать то же, что и вы. Если вы не хотите понести такую потерю, то и другие тоже не хотят. Поэтому не делайте другим того, чего не хотели бы для себя. Никогда не завладевайте чужими вещами силой и не крадите, не прибегайте ни к каким незаконным способам.
Будда учил думать о других людях как о самих себе, быть добрыми по отношению ко всем, смотреть на других как на своих братьев и сестер, развивать благородную любовь и в любых делах излучать доброту к людям. Тогда другие люди тоже будут относиться к вам с добротой. Если вы будете жить в соответствии с этими принципами, то без труда достигнете успеха в любом начинании.
Что бы вы ни делали, практикуйте благородную любовь. Вы должны одинаково любить всех людей, не допуская ни гнева, ни ревности. Смотрите на всех людей, как на своих друзей. В этом случае ваша практика будет очень мощной и увенчается успехом. Если в человеке есть хотя бы немного гнева, то окружающая его атмосфера становится нечистой. Гнев, зависть и гордость загрязняют атмосферу. Такой человек теряет свой магнетизм. Если вы практикуете медитацию любви ко всем людям и избегаете гнева, зависти и гордости, то атмосфера вокруг вас становится очень чистой. Ваше тело обретает силу притягательности. Вы извлекаете магнетизм из атмосферы и становитесь очень могущественным. Если вы будете практиковать беспристрастность и доброжелательное отношение к окружающим и будете пытаться освободиться от гнева, зависти и гордости, то уже через месяц заметите большие изменения. При условии каждодневной практики. Место, где вы живете, сильно изменится. Вы увидите, что люди будут становиться все более и более дружелюбны. В вашем доме будет больше покоя, чем раньше.
АМ: Сразу же вспоминайте Будду: «Будда был добр ко всем. А я — последователь Будды». Думайте так, и все ваши тревоги исчезнут. «Будда был милосердным. Он всех прощал. Он был добр даже к своим врагам. Я — его последователь». [АМ чихает несколько раз]
АМ: Нет, это пустяки. Все пройдет, когда я лягу спать.
АМ: Нет-нет-нет, через несколько минут все пройдет.
АМ: Я расскажу вам кое-что. Когда мне было девять лет, один очень хороший проповедник-мирянин, господин Чандра, ездил из города в город и выступал с лекциями по буддизму. В те дни на Шри-Ланке были такие проповедники. Он приехал в наш городок и дважды выступил перед учениками нашей школы. Тогда мы в первый раз в жизни увидели картинки из «волшебного фонаря». До появления кинематографа уже существовал аппарат, который проецировал картинки на экран. Это был не фильм. Изображение помещалось между линзами, и на них направлялся свет. Перед линзой находилось увеличительное стекло. Таким образом, на экран проецировалась большая картина. Мы называли этот проектор волшебным фонарем.
Проповедник рассказывал нам о детях из других стран. Он показывал, как они играют, как учатся. Он рассказывал много интересного. Он говорил с нами и давал советы по учебе, играм и хорошему поведению. Еще в тот день мы впервые увидели граммофон. Вы знаете, что такое граммофон?
АМ: Первый граммофон был сделан в Америке. Одно из таких устройств подарили Анагарике Дхармапале — буддийскому миссионеру, который посетил Америку в 1893 году. Как раз в это время изобрели граммофон, и граммофонная компания подарила один такой прибор ему. В граммофоне есть цилиндр, который позволяет записывать любой разговор и проигрывать его, — так он устроен. И вот один ученик Анагарики Дхармапалы подарил ему граммофон. Куда бы он ни приезжал со своими лекциями, он брал с собой граммофон и «волшебный фонарь». Он заводил граммофон, и люди удивлялись, как эта труба может издавать звуки, петь, читать гатхи. Люди собирались, чтобы послушать граммофон. Они видели все это в первый раз.
Я думаю, что в тот же год или за год до этого мы впервые увидели автомобиль. Автомобиль был изобретен в Англии, и одну машину прислали губернатору Шри-Ланки. Он захотел проехать на своей новой машине с одного конца острова на другой, через всю Шри-Ланку. В газетах писали, что изобретена повозка, которая может ехать сама, без лошадей или волов; эта повозка отправится в путь из Коломбо и объедет всю Шри-Ланку. Каждый день машина проезжала около двадцати миль, не более того. Она двигалась очень медленно. Ее заправляли керосином — ламповым маслом, а не бензином. Спереди у нее были две газовые лампы.
Наш школьный учитель сказал нам: «Завтра в девять часов утра вы увидите самоходную повозку, в которой наш губернатор ездит по стране. Чтобы посмотреть на нее, вам, ребята, нужно будет выстроиться вдоль дороги». За день до того губернатор остановился на ночлег в гостинице, которая находилась примерно в пятнадцати милях от нашей деревни Балангоды. В то время не было телефонов, и на следующее утро наша школа получила телеграмму: «Губернатор выехал. Он будет в Балангоде через два часа». Мы выстроились в линию вдоль дороги. Много людей из соседних деревень выстроилось вдоль дороги. Машина ехала очень медленно. Губернатор приветствовал людей и пожимал им руки. А мы стояли и смотрели.
Вечером того же дня мы изготовили маленькие машинки. Один человек с побережья, который тогда жил в нашем магазине, посоветовал нам установить на машинках парус. С поднятым парусом машинка ехала сама: ветер дул и увлекал ее за собой. После этого каждый вечер, около пяти часов, все дети собирались вместе и играли в машинки.
В то время в нашем магазине жил один пожилой господин — мой опекун. Тогда мне было восемь или девять лет. По ночам он рассказывал мне истории и наставлял меня: «Не убивай животных, не бей собак, не кради ничего, не лги». Он рассказывал мне много-много историй. Я помню, как однажды я спросил его: «Если я не буду лгать и не буду совершать никаких плохих поступков, то что меня ждет?» Он сказал мне: «Ты вознесешься на небеса». Тогда я спросил: «А где находятся эти небеса?» — «Очень высоко». В новогодние праздники в небо запускают фейерверки. И я спросил: «А на небесах есть фейерверки?» Он ответил: «О, там очень красивые и яркие фейерверки. Ты тоже сможешь запускать их, когда попадешь на небеса». — «И когда же я отправлюсь туда?» — «Когда вырастешь». Я еще не знал, что люди умирают. Я никогда не видел, как умирает человек. «Если ты проживешь хорошую жизнь, то в старости поднимешься ввысь». Я думал, что, когда я вырасту, взлечу в воздух. Я думал, что полечу на небеса. Он рассказал мне много историй.
Однажды к нам приехал с лекциями господин Чандра, про которого я уже говорил. На следующий день я спросил своего опекуна: «Кто этот господин и чем он занимается?» — «Он учит людей. Он распространяет буддизм». Тогда я сказал: «Когда я вырасту, я стану таким же, как он. Я буду ходить из деревни в деревню и говорить о буддизме». Тогда у меня впервые появилась эта религиозная идея — учить людей Дхарме. Я часто говорил: «Когда я вырасту и получу хорошее образование, я стану проповедником и буду учить буддизму. Я буду распространять его по всей стране».
В те дни по нашей дороге часто проходил один очень благочестивый монах, и мой опекун пригласил его. Он приготовил для монаха сиденье и предложил ему что-то выпить. Кажется, это был чай. Мой опекун заставил меня склониться к ногам монаха. Этот буддийский монах был очень добрым и праведным человеком. Когда я увидел его, то у меня возникла сильная симпатия к нему: он выглядел, как святой.
Шли дни. Однажды я сказал, что хочу быть проповедником, как тот господин, но мой опекун возразил мне: «Лучше быть монахом, чем проповедником-мирянином. Лучше быть, как тот монах, который иногда приходит сюда». И я понял: «Когда я вырасту, я стану монахом».
Эта книга — о Достопочтенном Махатеро Балангоде Анандамайтрее, которому через четыре года исполнится сто лет. Мне хотелось бы написать эту книгу к его юбилею, но я не могу поручиться за себя. Единственное, за что можно поручиться, так это за то, что Достопочтенный Анандамайтрея проживет не только четыре года, но в четыре раза больше, чем даст мне время передать эстафету кому-нибудь, кто сможет добавить еще несколько фактов к данной биографии.
Берясь за этот труд, я сильно отклонился от обычного способа сбора информации для биографии. Достопочтенный монах сидел передо мной на простом стуле, в Вивека-ашрамае, и посвящал меня в интересные детали своего долгого путешествия длиной почти в столетие. Я прерывал его, только если хотел задать уточняющий вопрос.
— Я никогда не рассказывал о своей жизни. Вам же я поведаю все подробности моего путешествия. Может быть, они кому-нибудь пригодятся.
— Бханте, я буду навещать вас по мере возможности. Рассказывайте мне все, — сказал я с большой симпатией и почтением.
— Я родился 24 августа 1896 года. Согласно сингальской системе летоисчисления, в 23 году. Недалеко от Балангоды есть маленькая деревушка под названием Кириндигала. Это даже не деревня — просто несколько домов. Туда даже нет съезда с главной дороги. Местные жители добирались до своих домов по берегу реки. Одно время здесь скрывались сторонники британского правления. И это еще одна из причин, почему туда так просто не доберешься. Дороги отсутствуют. Но сейчас, конечно, эта область хорошо развита. Вдоль дороги много новых домов.
У моего отца был старший брат, которого все звали Динешами. Он был монахом, но позже оставил орден и стал успешным фермером. Моего отца звали Маддумахами. Мать звали Хеенменике. Она скончалась спустя две недели после моего рождения. Она была преданной буддисткой. Рядом с нашим домом росло священное дерево Бо. Каждое утро моя мать обходила его посолонь, ставила у подножия цветы и высказывала пожелание: «Пусть у меня родится сын, который в будущем станет монахом».
В те дни в Канди жил один добродетельный монах. Практически каждый день он приходил к нам в дом за подаянием. Как-то раз мать поклонилась ему, предложила пищу, а затем сказала: «Пусть у меня родится сын, который в будущем станет монахом». В то время ей был около двадцати. Я впоследствии оказался ее единственным ребенком.
Отец был очень суровым человеком. Он имел жестокий нрав, который никто не мог обуздать. Тем не менее он всегда слушался мою мать. Его боялись даже полицейские. Однажды он напал на полицейских и поджег их фуражки. Дело было передано в суд. Его признали виновным и приговорили к штрафу в пять рупий, так как поджог официального обмундирования рассматривался как выходка против короля. Отец обладал огромной физической силой. Он один мог выступить против ю-20 человек. Мать была совсем другой — доброй и невинной.
У старшего брата отца и его жены, Локу Аммы, детей не было. Локу Амма навещала мою мать почти ежедневно и упрашивала: «Сестра, если у тебя родится ребенок, отдай его мне». Они очень любили друг друга. Не в силах больше сопротивляться, мать уступила. Тогда Локу Амма сказала, что ребенок должен быть передан ей сразу после рождения. Мать согласилась на таких условиях: если родится мальчик, его следует отдать в монахи, а если девочка — то по их усмотрению.
Еще до моего рождения мать говорила о зловещих предзнаменованиях смерти. Локу Амма осталась в доме моей матери. Через несколько минут после моего рождения мать передала меня ей со словами: «Я сдерживаю свое обещание». Я наслаждался теплотой объятий своей матери только две недели. Моя мать сказала Локу Амме: «Сестра, я собираюсь покинуть этот мир. Этот ребенок ваш. Помните о своем обещании посвятить его в монахи». Две недели спустя она сделала свой последний вздох. Опечаленный смертью жены, отец покинул деревню и переехал в Нивитигалу.
Фактически меня воспитывала Локу Амма. Много лет я думал, что она и есть моя мать. Я никогда не чувствовал иначе, так как она ничем не выдавала себя. Я понял, что она не моя родная мать, только в четыре года. Я рос в хороших условиях. Некоторые моменты своей жизни я помню с 10-месячного возраста.
Я ясно помню похороны своего дедушки. Приблизительно четыре месяца спустя была церемония в одном доме в двух километрах от нашего. Я помню, что для нее изготовили много больших статуй. Я помню, как Локу Амма несла меня туда. Я также помню одну поездку, когда нам пришлось взбираться на гору. Позже я понял, что это была Шри Пада (Пик Адама). Я помню свою беззаботную жизнь и редкие визиты своего отца. ЛокуАмма лелеяла меня как могла.
Дядя, навещавший нас, был хорошим скрипачом. Другой дядя был прекрасным таблистом. Так что моя жизнь была полна развлечений и счастья.
Поскольку моя мать умерла через две недели после моего рождения, встал вопрос, как меня выкормить. Тетка, жившая по соседству, на следующий день после моего рождения родила девочку. Говорят, она кормила двоих одновременно: одной грудью свою дочь и другой — меня. Девочку, мою кузину, что была младше меня всего на день, назвали Ранменике. Ее семья была богатой. Тетка любила меня как родного. Два года спустя после моего отъезда в Англию я услышал о смерти Ранменики. На тот момент ей было 94. Все говорили, что даже наши гороскопы были чем-то похожи. Когда я был в Индии и консультировался с астрологом нади, мне сначала выдали имя Ранменике. Я сказал, что мое имя должно быть где-то рядом, и так и оказалось. Линии на наших ладонях совпадали удивительным образом. Именно она подарила статую Будды для алтарной комнаты пиривены. Даже сейчас члены ее семьи очень меня уважают. Я остался единственным из того поколения. Всем прочим около пятидесяти.
Вскоре у Ранменике закончилось молоко. К счастью, как раз в то время родила ее сестра. Она жила с нами и кормила также и меня. Я вскармливался исключительно грудным молоком, а не смесями. Когда я начал ходить, отелилась соседская корова. Молоко не кипятили и я пил парное.
Мне было шесть лет, когда настало благоприятное время для зачитывания листьев. Это сделал Хиинхами, лучший астролог в нашей местности. Уже тогда он был очень стар. Мой гороскоп на время рождения был составлен
Пандитасекерой, еще одним известным астрологом. Гороскоп был найден на листах ола. Предсказание было следующим: «Если владелец гороскопа не станет монахом, то будет адвокатом или судьей. Но есть хорошие показатели для монашества — ив этом случае человек прославится на духовном поприще. Он будет полезен не только своей стране, но и всему миру». К тексту прилагался лист с картой рождения.
В шесть лет меня отправили в близлежащую католическую школу. Возглавлял ее преподобный Валлин, а сама школа относилась к церкви Кириндагала в Балангоде. Наставник был очень мягким, добросердечным человеком. Он был то ли бельгийцем, то ли французом. Там было еще два светских преподавателя. Я ходил в эту школу только потому, что она была близко к дому.
Через несколько месяцев меня перевели в Видьялая Кумара, правительственную школу в Балангоде. Добираться было очень далеко, поэтому я стал жить в магазине отца в Тхумбагоде. Я чувствовал себя очень одиноко, так как окружающие меня почти не замечали. Я привык к беззаботной жизни, привык играть с друзьями во дворе, в садах, на полях и тихих лугах. Я скучал по безмятежности деревни, где можно наслаждаться пением птиц, есть ягоды и общаться с друзьями. В магазине я чувствовал себя как в тюрьме. И до школы было более километра.
Несколько дней я преодолевал расстояние до школы. Но недалеко от Кумары Видьялая у отца был еще один магазин. Там заправляли дядя и дедушка. Дедушка сам долгое время монашествовал, но потом снял с себя сан. Меня доверили его заботе, и я стал жить в его магазине. Оттуда было намного удобнее добираться до школы.
В детстве я был жесток, вреден и упрям. Теперь я задаюсь вопросом, отчего — оттого ли, что был избалован и мне многое позволялось?
— Бханте, но вы же сказали, что отец был грубым и жестоким. Может, это наследственное?
— Может.
От общения с дедушкой я стал меняться. В магазине был большой зал. Каждый вечер мы ставили в середину зала горшок с углем, чтобы не замерзнуть. Я пристраивался рядышком. Греясь у горшка, дедушка рассказывал мне много интересного. Давал советы: «Никому не вреди». «Почему?» — спрашивал я. «Тогда ты легко попадешь в Дивья Локу». — «А когда я там окажусь?» — «Когда вырастешь». Из всего этого я сделал вывод, что, став большим, я смогу подняться в небо и что Дивья Лока — это где-то на небе. Я спросил его, есть ли в Дивья Локе петарды. Он ответил, что там можно найти и другие развлечения, а салют там намного красивей. Каждый вечер мы беседовали, и я внимательно слушал его рассказы. Я сильно изменился за это время.
В двух километрах от магазина был храм школы Раманна. Дедушка часто ходил туда. Я с друзьями стал сопровождать его. Он читал нам гатхи. Вечером он читал пириты и помогал их выучить. Перед сном он читал «Сатипаттану-сутру». Я запомнил многое из нее, просто слушая.
Я помню великое событие того времени — появление первого автомобиля на Шри-Ланке. Это был подарок из Англии британскому губернатору. Кажется, это был сэр Ганс Блэйк. Все газеты писали о «самоходной телеге», которая ехала из Коломбо в Бадуллу. Тогда еще не было ежедневных газет, но все еженедельные написали об этой новости. Самоходная телега продвигалась очень медленно. В крупные города заранее давали телеграмму о дате проезда. Пелмадулла и Балангода тоже были извещены. Сотни людей приехали из своих деревень, чтобы посмотреть на это чудо. Иные проделали путь не в один десяток километров. Все расположились вдоль главной дороги в ожидании.
Насколько я помню, это был 1903 или 1904 год. У нас было раннее собрание в школе, на котором директор сказал: «Сегодня Его Превосходительство приезжает на самоходной телеге. Вы можете посмотреть на него с дороги». Мы заняли места с самого утра. В 9-10 утра Его Превосходительство сел в свою машину, которая напоминала огромную квадратную телегу, и помахал людям. Машина была похожа на грузовик. С обеих сторон на окнах были занавески. Спереди располагались две большие лампы, которые работали то ли на керосине, то ли на газу.
Еще долго после этого мы не видели автомобилей. Были, конечно, большие лошадиные кареты, каждый вагон которой мог вместить до двадцати пассажиров. Они выезжали из Балангоды в шесть вечера и прибывали в Коломбо в шесть утра следующего дня, на пути останавливаясь в конюшнях для смены лошадей. Еще было что-то похожее под названием «полувагон Кончия» — повозка, запряженная двумя быками. Быков также меняли на станциях. В них вмещалось до десяти человек, но, конечно, передвигались они очень медленно.
После этого случая мы начали играть в игрушечные машинки. Пустые катушки служили колесами. Тогда еще выпускали карандаши из сланца. Так вот коробки от них были корпусом. Мы приделывали к нам катушки и получалась машина, правда, она не ездила сама. Я спросил у дедушки, как бы сделать так, чтобы она поехала сама. Он предложил приделать парус. Когда я приделал парус из бумаги и поставил машинку по направлению ветра, она поехала очень быстро. Так мы играли до девяти-десяти вечера. Также мы интересно проводили время за запуском воздушных змеев.
Еще мы играли в одну игру с теннисным мячом в три раунда. Крикет был тогда популярен среди европейцев. Мы тоже играли в него. Еще играли в футбол. У нас было много спортивных игр, но любимым времяпрепровождением был запуск воздушных змеев.
В те дни дети были очень дружны. Все дети — сингальцы, тамильцы, мусульмане, бюргеры — жили очень дружно. У нас не было ни расовых, ни кастовых разногласий. Взрослые, однако, придерживались и своей касты, и своей национальности. Но ни в магазинах, ни в школах этого не наблюдалось. Моим лучшим другом был мусульманин Абдул Маджид. Он скончался совсем недавно.
— Бханте, разве расовые противоречия не исчезают сами по себе, если люди поддерживают дружеские отношения? Так могут исчезнуть и кастовые, и религиозные различия.
— Это верно. Все противоречия сходят на нет, когда дети дружелюбны и с возрастом не теряют своего хорошего отношения. Дружба формируется в школьные годы. Поэтому нежелательно создавать учебные заведения для какой-то отдельной национальности или расы. В обратном случае автоматически будут формироваться противоречия на расовой почве. Дружбу, сформированную в детстве, не так-то легко разрушить.
Расскажу еще об этом значимом событии того времени. Мне в то время было лет девять. Секретарем «Общества Махабодхи» в то время был г-н Валисинге Аришчандра. Он был брахмачарьином. Мой дядя состоял в этом обществе. Он много помогал Анагарике Дхармапале. Он пригласил брахмачарьина Аришчандру Валисигхе в Балангоду. Договоренность была достигнута в нотариальной конторе, там, где сейчас находится почтовое отделение. Все здание принадлежало тогда моему дяде. Брахмачарьин провел там два дня. Днем он говорил со школьниками. Тогда, вместо кино, были диафильмы. Он показывал нам слайды и много говорил с нами.
Первый на Шри-Ланке граммофон был еще одним участником наших бесед. Его подарили Анагарике Дхармапале во время поездки по Америке. Впоследствии граммофон отдали брахмачарьину Валисингхе Харишчандре для проведения лекций. Граммофон пластинок не проигрывал, но лекцию можно было записать на мембране и сразу прослушать. Валисингхе проигрывал на нем гатхи, стихи и шлоки.
Его учения сильно отозвались в наших умах. Мы очень привязались к брахмачарьину. Он был добрым и вел себя как отшельник. Все его любили. В отличие от Анагарики Дхармапалы он не был строгим. Но часто подчеркивал важность сохранения буддийской культуры, национальных традиций и страны. Он не говорил ничего, что бы могло задеть чувства других людей. Его ни в чем нельзя было уличить. На следующий день после его прибытия я стал расспрашивать своего деда о нем. Дедушка сказал: «Он работает для распространения буддизма». Тогда я сказал, что хочу быть похожим на него. Я тогда еще не знал, что значит быть брахмачарьином. На следующее утро дед отвел меня к Харишчандре: «Этот малый тоже хочет быть брахмачарьином». Тот ответил без задержки: «Отлично. Я возьму это на себя». Но моему отцу сказали, что я не подхожу по возрасту и что мне следует обратиться, когда я стану старше. С того дня я уже знал, что буду брахмачарьином.
В то время произошло еще одно важное событие. Наш магазин располагался на пересечении трех дорог. Раз в месяц один монах ходил через нас до храма Махавелатенна. Как-то раз дедушка пригласил его войти, предложил напитки и провел с ним некоторое время в беседе. Он позвал меня поклониться монаху. Этот монах жил в пещере на горе Белигала, что в трех километрах от Балангоды. Он был самым ученым монахом в нашей местности. Звали его Силананда. Раз в месяц он навещал своего учителя, который жил в Махавелатенне Чандрасекхаре Мудалиндарамае.
Вся деятельность Махавалатенне велась Рате Махаттаей, который приходился дедушкой г-жи Сиримаво Бандаранаике[23]. Почитаемый Силананда раньше приглашал к себе Рате Махаттаю для бесед, так как они были равны в знаниях. Этот монах всегда путешествовал пешком. Он был равно учен и добродетелен. Также он был полон спокойствия. Я часто видел его. Я все больше склонялся к тому, чтобы стать брахмачарьином. Однажды дедушка сказал, что для работы по распространению буддизма куда лучше быть монахом. Сам он ранее был монахом. С тех пор идея стать монахом крепко засела у меня в голове.
В детстве я был беззаботным и счастливым. Я хорошо учился. У меня была хорошая память, я был умен и всегда был лучшим в классе. Когда мне было двенадцать, мой отец закрыл магазин, поскольку тот начал приносить убытки. Дедушка умер. Отец стал жить в Тхумбагоде, Балангоде, в километре от прежнего магазина.
Я переехал в соседний магазин и ездил в школу оттуда. После школы я возвращался в магазин, а это было около часа дня. Обедал и отправлялся в английскую школу. Там занятия проходили до пяти вечера, и я снова возвращался в магазин.
У нас в магазине продавались газеты «Сарасави» и «Сандареса», которые я читал с превеликим интересом. К тому времени я был в седьмом классе школы. В моем классе был один мальчик из католической школы. Он перешел к нам, поскольку у них были только начальные классы. Он был моим лучшим другом. Он приносил мне католическую литературу. Однажды он дал мне книгу «Будда Лабдхи Винишая» — критические комментарии по буддизму, которые были выпущены католической церковью. Книга раскритиковала буддийское устройство мира с горой Меру. В школе я изучал географию с большим интересом. Я также не мог принять буддийскую концепцию. Поэтому я отправился в монастырь и стал расспрашивать монахов. Они также не смогли дать мне исчерпывающих ответов.
К тому времени мой отец построил храм на своей родине в Удумулле. Он пригласил руководить храмом Почитаемого Силананду, о котором я говорил ранее. Мы были немного знакомы. По дороге домой я посетил храм. Я часто засыпал вопросами молодых монахов, но никогда не подходил к настоятелю, так как боялся его. Выслушав меня, они сказали, что я говорю, как христианин. Они также сказали, что у меня ошибочные доводы.
Поскольку я не получил ответов на свои вопросы, у меня зародились сомнения. Монахи не разбили антибуддийские доводы «Будда Лабдхи Винишаи». В то время у меня еще не было глубокого знания Дхармы. Однако я прочитал все джатаки, осилил большую часть «Саддхарма-ланкараи» и принялся за «Саддхарма-ратнавалию». У меня сформировалось определенное понимание. Но вместе с изучением географии моя вера уменьшалась, так как я не мог принять буддийский взгляд на устройство Вселенной. Религиозные дебаты перешли на газетные полосы: «Сандареса» против «Гнанарты Прадипаи». Они стали известны как «метание молний». В нашем магазине продавалась «Сандареса», а в соседнем — «Гнанарта Прадипая». Дебаты продолжались около года и закончились победой буддистов. Читая их аргументы, я уничтожил свои сомнения относительно устройства Вселенной.
Я сделал хорошую подшивку из газет. И у меня возникла следующая мысль: «Все это время я был под пеленой лжи христианских критиков. А ведь могут быть и другие, одураченные как я». Я понял, что должен дать ответ их пропаганде. В «Метании молний» я нашел ответы на все аргументы католиков. Я подумал, что должен получше изучить Дхарму,
чтобы достойно отвечать им в будущем. Эта идея крепко засела у меня в голове.
В тринадцать я окончил школу. Став студентом-практикантом, я готовился сдать экзамены на преподавателя. В итоге я проработал помощником преподавателя два года. Также я регулярно посещал вечерние занятия по английскому. Тогда я прошел по конкурсу в две школы — в Ратнапуре и в Коломбо. Но не принял ни одно из предложений из-за желания стать монахом. Каждый день я ждал, когда мое желание исполнится.
Отец умер, когда мне было двенадцать лет. Локу Татта стал моим единственным опекуном. Из-за преоб ладания христианских взглядов в обществе я стал еще сильнее стремиться стать монахом. Я попросил у Локу Татты и Локу Аммы разрешения стать монахом, но они его не дали. К тому времени у Локу Аммы появились собственные дети. Я напомнил ей об обещании, данном моей матери, и заставил поговорить с Локу Таттой о моей дальнейшей судьбе. Оба ответили, что никогда этого не разрешат. Наконец Локу Татта сказал: «Люди скажут, что я отдал тебя в монахи, чтобы оставить все имущество своим детям. Мы лучше отдадим в монахи твоего кузена». Фактически они любили меня больше, чем родных детей. Иногда они шлепали моих кузенов за какую-либо провинность, но меня никогда не трогали.
Не получив разрешения, я ожесточился. У нас в магазине были и наемные работники, большинство из которых были католиками. Кухня у нас была очень просторной и мужчины спали прямо там на полу. После ужина, когда они отправлялись отдыхать, я начинал с ними вести религиозные споры. Они критиковали все — даже Будду. Однажды, разгневавшись, я ударил одного из них.
Магазином заправлял мой дядя. Работники пожаловались, что я ударил одного из них. На это дядя ответил: «Он сам по себе. Он меня не слушает. Пожалуйтесь моему брату». Локу Татта прибыл около семи. Работники тут же стали жаловаться на меня. Он позвал меня и спросил: «Зачем ты ударил его? Зачем начинаешь драться в таком юном возрасте? Ты не можешь здесь оставаться. Возвращайся-ка домой». Для меня это было самым суровым наказанием.
От школы до магазина было километра два. И от магазина до дома еще около километра. Так что, когда я ночевал дома, мне приходилось проделывать приличное расстояние. По вечерам я часто ходил в храм. Махатеро (главный монах) сидел на веранде с книгой в руках. Я заходил внутрь и разговаривал с другими монахами. Иногда мы даже спорили. Эти монахи были гораздо крупнее меня, но я легко мог схватить одного и швырнуть к стенке. И бросался наутек. Когда Локу Татта приходил в храм, монахи жаловались ему. Вернувшись, он строго смотрел на меня, но ничего не предпринимал. Он говорил: «Ты не можешь здесь оставаться. Возвращайся в магазин». Таким образом, я перемещался в магазин. Там я начинал спорить с работниками по религиозным вопросам, бил их в качестве наказания и отбывал домой.
Вообще раньше я был очень вспыльчивым. Несколько раз я избивал работников магазина. В монастыре я толкал монахов и прижимал их к стене. Я и правда был силен. Главный монах не знал о моих проделках, поскольку ему не докладывали.
Такяижил — по нескольку дней то дома, то в магазине. Однажды я специально задержался в школе и вернулся уже с моей сестрой около семи часов. Мы бродили в полных потемках по джунглям. Локу Амма и Локу Татта здорово перепугались. В джунглях не было никаких строений, только одинокая тропа. Локу Татта был уже готов отправиться на наши поиски. Когда я вошел в дом, Локу Татта был очень серьезен и пристально смотрел на меня. Локу Амма прошептала: «Отец не в духе. Сегодня он тебе покажет».
Локу Татта сказал:
— Подойди. Почему ты так задержался?
Я молчал.
— Ты ходил на английский?
— Нет.
— Почему?
— Не хотел.
— Может, и в школу перестанешь ходить?
— Может.
— Тогда будешь смотреть за магазином.
— Нет.
— Тогда станешь смотреть за землей, чайными плантациями и работниками на полях.
На все я отвечал «нет».
Локу Татта был в бешенстве.
Наконец он спросил:
— Что же ты хочешь?
Я сказал быстро и громко:
— Я хочу быть монахом.
Локу Татта сказал с издевкой:
— Как же ты будешь соблюдать строгие монашеские правила, если создаешь одни проблемы, ссоры и избиваешь людей?
Тогда я ответил:
— Я не могу оставаться в магазине. Я не могу жить дома. Я должен стать монахом. — И напомнил: — Я был передан Локу Амме с условием, что вы отдадите меня в монахи.
— Этому не бывать никогда.
— Тогда я убегу. Я стану монахом, хотите вы этого или нет.
Локу Татта прекратил споры и сказал:
— Поговорим об этом позже. Идите обедать. И позовите Локу Амму.
Я передал приглашение. Отец ушел на веранду, а мы с сестрой пошли обедать в зал. Снаружи было темно. Я бросил есть и стал подслушивать.
Локу Татта сказал: «Парень неуправляем. С ним невозможно сладить. Он может и вправду сбежать. А это причинит нам еще больше неприятностей». Он просил Локу Амму что-нибудь придумать. Локу Амма сказала совершенно спокойно: «Давай отдадим его в монахи. Все равно он не останется там надолго. Он сам вернется домой». На том и порешили: «Давай отдадим его в ближайший монастырь».
Вошла Локу Амма. За обедом Локу Татта сказал: «Завтра утром я отведу тебя в храм и отдам в монахи».
Он сказал Локу Амме приготовить сладости для подношения в храм. Тогда у нас было много пальмового сахара. Мы его совсем не ели. Я помню, что ел рис с патокой, особенно в обед. Той ночью Локу Амма истолкла рис, поджарила муку и наготовила почти целый поднос конфет. Она работала до часу ночи. Я лег спать с ощущением счастья. Рано утром мы дали служке поднос с конфетами, накрытый белой тканью, и отправились в храм.
Храм находился в пределах слышимости — метров двести от нашего дома. В тот день Локу Хамудуруво покинул вихару в благоприятное время и находился в храме, ожидая отбытия в Коломбо. Локу Татта предложил ему конфеты и дал мне для подношения пачку листьев бетеля.
Монах спросил:
— Что побудило вас прийти в столь ранний час?
— Почитаемый, этот юноша желает стать монахом. Он не внимает нашим доводам. Я вверяю его вашему храму.
— Его гороскоп здесь? — спросил почитаемый монах. Локу Татта оглянулся. Гороскоп был у меня в кармане и я протянул его монаху. В то время я сам немного знал астрологию.
У нас был сосед, отличный астролог. Я учился читать карты у него. Он был астрологом у семьи Ратватте и высчитывал для них благоприятное время для тех или иных событий. Кажется, его звали Гиранда. Я вспоминаю, что он сказал после изучения гороскопа г-жи Сиримаво Бандаранаике. «Согласно времени рождения, она будет править страной». Ее отец, г-н Ратватте, услышав это, сказал: «Не надо придумывать. Какланкиец сможет стать правителем, если мы все еще находимся под британцами?» Тогда астролог сказал: «Ну, если не правителем, то кем-то подобным».
Так или иначе монашество было у меня в кармане. Локу Хамудуруво сказал: «Вы покинули дом в благоприятное время. Я уже был на полпути в Коломбо». Локу Хамудуруво бегло просмотрел мой гороскоп. «Ему должен хорошо даваться английский. Он будет знать несколько языков на очень хорошем уровне. Он будет известным монахом». Засим Локу Татта вернулся в магазин, а Локу Хамудуруво отправился в Коломбо.
Я сообщил монахам, что пришел в монастырь на постриг. Они сказали: «Это хорошо, но не создавай лишних проблем. Не задирайся, иначе получишь». Где-то через неделю вернулся Локу Хамудуруво. В храме я так и не жил. В храме я читал «Правила для молодых монахов», а дома повторял то, что запомнил. Я зубрил их в храме и возвращался домой. Так шли дни. Через несколько месяцев настал момент для пострига. Накануне умерла одна покровительница и последовательница Локу Хамудуруво, а также один из его учеников. Прорисовка глаз статуи Будды и мое посвящение в монахи были назначены на один день. Но все пришлось перенести. Другой благоприятный день был только через несколько месяцев. Но накануне умер учитель Локу Хамудуруво по санскриту. Мое посвящение снова было отложено.
Дома Локу Амма и Локу Татта говорили: «Смотри. Дважды уже были препятствия. Делай выводы». К тому времени все уже было готово: одежда и прочее для посвящения. И я ответил, что полон решимости стать монахом.
Моя сестра Нанги сказала:
— Почему бы тебе не послушаться отца?
Мара мешает мне стать монахом. Мара против благих действий и мешает их совершать. Даже Локу Тата и Локу Амма попали под его влияние.
— Похоже, ты сам попал под его влияние.
Я недвусмысленно заявил о своей решимости. У меня был очень хороший друг, Ваншапала. Он жил на Старой улице в Балангоде. Он тоже собирался стать монахом. В то время он переехал в Калутару. Еще и поэтому я был очень расстроен.
В третий раз мне повезло. Дни, назначенные для моего посвящения и для росписи глаз статуи Будды, шли друг за другом. Меня посвятили 2 марта 1911 года. До того времени я не прожил в храме ни дня. Я закончил «Правила молодых монахов», а также другие тексты на пали. Ранее я изучал сингальскую грамматику в школе и это очень мне помогло. Было выбрано время для посвящения — раннее утро. Я хорошо ладил со своей младшей сестрой. Мы часто ели из одной тарелки и спали в одной постели. В тот день все встали очень рано, но не моя сестра. Мы не будили ее, чтобы она не стала плакать, когда бы я уходил из дома. А вот что сказал Локу Татта на прощание: «Если ты поймешь, что не сможешь больше там оставаться, не сбегай. Можешь вернуться домой в любое время».
За день до моего посвящения случилось кое-что интересное. В тот день Локу Татта попросил, чтобы я навестил всех своих родственников и сообщил о моем уходе в монахи. Я так и сделал и пошел в магазин. Как раз в тот момент Локу Татта разговаривал с одним покупателем. Меня попросили сообщить новости и ему. Я сказал: «Завтра я становлюсь монахом». Покупатель тут же обратился к Локу Татте со словами: «Не позволяйте. Я говорю из лучших побуждений. Он не сможет жить как монах. Он побьет монахов и подожжет храм. Спорю на свое ухо, что не пройдет и года, как мое предсказание осуществится». Локу Татта сказал: «Что ж, если ему надоест, он всегда может вернуться домой».
На самом деле была причина тому, что тот покупатель был такого мнения обо мне. Как-то раз, совершенно по незначительному поводу, я дважды стукнул его, когда мы были в храме. С тех пор он меня невзлюбил.
Я встал так, чтобы Локу Татта не мог меня видеть, и стал гримасничать и грозить пальцем, изображая посетителя, а потом направился домой.
Церемония посвящения меня в монахи была назначена на 7 утра 2 марта и была шикарной. Пришло много народу, поскольку шла серия религиозных церемоний. Много монахов приехало в наш храм. Мы в кухне кипятили воду для вечернего подношения. И там был один молодой монах моего возраста по имени Дхармаратана. Он спросил меня:
— Почему все говорят о тебе как о скандалисте?
— Я вспыльчивый.
— Тогда пообещай никогда больше не гневаться.
И тогда я дал себе обещание никогда не выходить из себя. Я подумал: «Никто не считает меня хорошим». Я твердо решил больше не идти на поводу у своего гнева.
Каждый вечер, когда мы кипятили воду для подношения, тот молодой монах напоминал мне о моем обещании. Также он познакомил меня с обычаями и распорядком храма. По утрам я подносил цветы, выполнял положенные мне обязанности и занимался изучением текстов.
Иногда приезжал Локу Татта. Обычно он спрашивал: «Как там наш маленький монах?» А гуру отвечал: «Очень хорошо, просто замечательно». Я подслушивал и думал: «Не очень-то приятно, когда о тебе говорят плохо. Но как приятно, когда о тебе говорят хорошо!»
Мой учитель походил на спокойного и отрешенного отшельника. Он никогда не сердился и не раздражался. Он всегда был всем доволен и пребывал в мире и гармонии. Я решил обрести такое же состояние и двигался в этом направлении со всей страстью.
— Бханте, расскажите об особенностях вашего обучения.
— Объясняя мне пали, наставник заставлял меня заучивать «Намападу-малаву». Он не объяснял грамматику, просто дал общий перевод текста. Он не слишком загружал мою голову. Вместо современного учебника мы занимались по «Рупамалаве». Оттуда мы учили язык по предложениям. Мне также давали перевод целого предложения, а не по частям.
Параллельно учитель давал мне задание составлять предложения с простыми словами. Освоившись с пали, я приступил к изучению «Дхамма-падаттакатхи». За один раз я прочитывал самую малость. Мы читали пару строчек, и наставник объяснял на их примере окончания, спряжение глаголов и прочие тонкости. Вот так он обучил меня пали. Тогда не было такого множества литературы, как сейчас. Освоив произношение, я стал прочитывать по странице «Дхамма-падаттакатхи» в день. К тому времени, когда я закончил первую главу, я уже неплохо говорил на пали.
После этого мы вкратце изучили «Балаватараю». Попутно нам давали объяснения грамматических конструкций. Я схватывал предмет с легкостью, так как изучал сингальский в школе. Так, «Балаватараю» мы в первый раз прошли в такой манере, а во второй раз — уже досконально. В-третьих, нам задавали примеры по «Балаватарае» — составлять предложения, используя ее термины и конструкции. Сегодня, например, мы писали изложение, а завтра — пытались по памяти воспроизвести часть текста. Нас гоняли по глаголам — спряжение, несовершенный вид и употребление их в простых предложениях.
Наряду с этим я каждый день штудировал учебник по пали. У нас была восьмидесятистраничная книга «Милинда пання». Ее мы и читали. Доходя до незнакомого слова, мы разбирали его — корень, окончание, грамматическая конструкция. Таким образом, мы прошли все 80 страниц. К последним страницам я знал пали уже на очень хорошем уровне.
Это было уже после изучения «Ангуттары-никаи». Вначале мы просто читали ее. Доходя до непонятного слова, уже разбирали его по частям. Прикончив третью главу «Ангуттары-никаи», мы подошли к сочинению гатх. Каждую гатху нужно было изложить шестью разными способами и при этом объяснить грамматику. В день мы проходили по одной. Закончив это упражнение, я обрел умение сочинять гатхи. В то время мне было 18 лет и я умел отлично сочинять гатхи. Каждый день я что-то сочинял и показывал наставнику.
Между делом мы вкратце прошли «Вуттодаю» — метр, ритм, рифма и так далее. Тогда же наставник сказал не зацикливаться на стихосложении, а больше внимания уделить изучению книг по Дхарме. Тогда я стал читать «Рупа-сиддхию»…
Я начал читать «Винаю» на пали. Сначала — «Махаваггу». Молодые монахи прежде всего изучают «Махаваггу» и «Чуллаваггу». К тому времени я освоил большинство учебников по грамматике. В школе мы проходили «Сидат Сангараву». И Хамудуруво попросил объяснить ее на пали. Это было задание по переводу. К тому времени я уже отлично знал пали и мне не составило труда перевести «Сидат Сангараву» целиком. Так я обрел опыт переводчика на пали.
После того мы дважды в неделю стали изучать «Абхидхамматта-санграху». Она полагалась молодым монахам. После повышения моего статуса я перешел к трем разделам «Винаи»: «Параджике», «Пачитхии» и «Париваре» с комментариями. Мой учитель рекомендовал мне не задерживаться на «Субходаланкарае». Он дал мне лишь ее общий обзор. Также мы коснулись по главе из «Дигха-никаи» и «Мадджхима-никаи». Мы выискивали корни и окончание слов, и нам давали объяснения комментариев.
Днем я учился у своего гуру, а по ночам продирался сквозь «Саньюту-никаю» с комментариями самостоятельно. Я закончил ее прежде, чем мне стукнуло двадцать. Мы читали книги на листьях ола. В то время печатных книг было не так много. Я прочитывал один отрывок из «Маджхимы-никаи» и обращался к гуру с вопросами по непонятным местам. Так же, практически самостоятельно, я прошел и «Дигха-никаю». Я закончил их еще до моего двадцатилетия.
Ночами я читал палийские тексты с комментариями от корки до корки, и они прочно осели в моей голове. Через день-два я читал тексты на сингальском. И наконец наставник дал мне «Буддачаитхаю» Ашвагхоши. Это была моя первая книга на санскрите. Затем последовало еще несколько книг на санскрите. Мне не пришлось прилагать каких-то особых усилий для изучения этого языка. Хамудуруво сказал: «Необязательно читать все. Выбери несколько из тех, что я тебе дал».
Когда мне было 24, Хамудуруво сказал: «Ты успешно закончил программу обучения. Дальше занимайся самостоятельно. Займись изучением английского». Он хотел отправить меня в колледж «Ананда». Поначалу мне не очень нравилась идея изучать английский. До 24 летя концентрировался на изучении палийской грамматики и Трипитаки. Но к тому времени я прошел практически все книги Трипитаки. Что касается учебников по грамматике пали, то я самостоятельно прочел практически все книги.
Нам задавали читать так много, что у меня было только два с половиной часа на сон в течение девяти лет. Одно за другим я читал палийские тексты, стихи на пали, работы на сингальском и так далее. Я получил огромный опыт работы с палийским языком. Я стал разговаривать на пали так же бегло, как на сингальском. Каждый вечер Хамудуруво созывал нас и говорил: «Давайте поговорим на пали», — и первым начинал разговор. Мы беседовали с ним на пали, а он указывал нам на ошибки, которые мы допускаем при разговоре. Он давал нам читать вырезки из газет и находить ошибки и там. Он спрашивал, не видим ли мы грамматических ошибок. Если мы ничего не находили, он сам указывал на них. Получая газеты на пали, санскрите и сингальском, мы искали там ошибки. Ну а ежели ничего не находили, он это делал за нас.
Вот так шло наше обучение. Благодаря знаниям, обретенным за счет этого метода, я легко вижу ошибки на любом языке, будь то пали, санскрит или сингальский. К тому времени мне было двадцать четыре года, а значит, я учился у Хамудуруво уже девять лет. У нас было мало выходных— только Новый год, Весак и Посон. Все остальное время мы были заняты учебой. Вечером мы должны были повторить гуру то, что запомнили за день, на что уходило два часа. Перед своим отбытием в Коломбо я знал наизусть две с половиной главы «Винаи», «Махаваггу» и «Сулуваггу» целиком, половину «Параджики», часть «Пачиттии» и «Нигхандувы» на пали и хорошую часть «Сараттадипанитики». Еще в самом начале обучения я выучил «Дхатуманджусу».
Запоминание книг на пали дало мне то, что, начиная писать, я сразу вспоминал предложения из книг. Я говорил и писал одинаково хорошо.
Образование, которое мы получили за девять лет, сейчас не получить и за двадцать. Я считаю, мы получим гораздо больше знатоков пали, сингальского и санскрита, если будет введена старая система обучения биккху.
Когда Хамудуруво отправился в дальние края распространять буддизм, я стал сопровождать его, чтобы не позабыть изученное. В любой доступный момент он проверял мои знания снова и снова.
Таким образом, гуру Хамудуруво обучал меня с неподдельной заинтересованностью. В те дни путешествия не давались так легко, как сейчас. Не было автомобилей и автобусов. Расстояния в 10–20 миль делались исключительно пешком. Вечером мы давали проповедь, а возвращались к себе только следующим днем.
Я помню интересный случай. Однажды Локу Хамудуруво пригласили для лекции в деревню под названием Меддегама, приблизительно в шести милях от Балангоды. Локу Хамудуруво сказал мне: «Я вернусь только послезавтра. Возьми с собой несколько книг и идем со мной». Хамудуруво сопровождал еще один ученик. Я шел позади. Локу Хамудуруво шел молча, смотря на землю перед собой. Пройдя немного, он спросил меня: «О чем ты думаешь в дороге?» Я ответил: «Я не был здесь раньше и потому рассматриваю растительность, горы и долины». Я сказал, что в общем-то ни о чем не думаю. Тогда Хамудуруво сказал: «Так нельзя. Думай о том, что ты выучил из книг. Иначе ты быстро все позабудешь. В дороге я как ребенок думаю о выученных уроках».
Когда мы прибыли в храм, Хамудуруво посоветовал: «Нужно проявить такое внимание к обязанностям храма, будто сам живешь здесь. Осмотрись в вихаре, а потом перескажи мне то, что изучил». Так что я не пропускал ни дня занятий.
Иногда Локу Хамудуруво воспроизводил по памяти «Абхидхармарту-санграхаю», чтобы мы послушали. Иногда он читал нам ее на ночь. Частенько он читал наизусть «Сарасвату Вьякарану». У Почитаемого была привычка бормотать то, что он запомнил. А он помнил более двух тысяч стансов «Винаи Винишчаи». Иногда он повторял их просто так, во время отдыха. Он был лучшим примером того, как следует учиться. Мое усердие к запоминанию и концентрации происходило как раз из-за наблюдения за ним. Он никогда не интересовался украшением своего тела, места жительства и накоплением имущества. Я также перенял это от него.
В двадцать лет, а точнее 14 июля 1916 года, я получил посвящение в полные монахи. Моим наставником стал считаться Достопочтенный махатеро Дамахана Даммананда, учитель моего гуру Хамудуруво. Он проживал в Махавалатенне Чандрасекаре Мудалиндарамае, построенной Адикарамом. Руководил же даякой Рате Махаттая, которого позже сменил на посту его зять, г-н Барнс Ратватте, отец Сиримаво Бандаранаике. Когда мне было около двадцати, Рате Махаттая поговорил с моим наставником насчет того, чтобы отправить меня в Видьодаю Пиривену в Малигаканде. Он подчеркнул, что образование в нашем храме очень хорошее, но мне будет полезно получить более современное образование. Мой наставник согласился. Рате Махаттая попросил г-на Барнса Ратватте встретиться с Локу Таттой и сообщить ему о возможности перевода «маленького монаха» в Малигаканду Пиривену. Г-н Барнс Ратватте отправился в наш магазин ради разговора с Локу Таттой.
Локу Татта сказал: «Я отдал своего ребенка на попечение Локу Хамудуруво и уже ничего не могу решать». Тем же вечером Локу Татта пришел в храм, чтобы поговорить с Локу Хамудуруво насчет предложения Рате Махаттаи.
Локу Хамудуруво обратился ко мне: «Тебя предлагают отправить в Видьодаю Пиривену в Малигаканде. Если хочешь, я сделаю все необходимые приготовления». Тогда я сказал: «Я учился у вас все это время. И есть еще многое, чему я мог бы научиться. Сейчас вы говорите, что я знаю достаточно, но я хочу учиться дальше. Я не хочу переезжать сейчас куда бы то ни было». Девять лет я изучал Дхарму Будды, языки и прочее под руководством моего учителя, который знал Дхарму во всем ее объеме.
Именно Локу Хамудуруво заинтересовал меня английским так же, как и Дхармой Будды. Иногда мы посещали Рате Махаттаю, который превосходно знал английский. Из-за границы ему присылали книги, журналы и периодические издания. Он был подписчиком нескольких зарубежных буддийских обществ. В его библиотеке было много книг на английском. Увидев их однажды, я подумал, как же будет здорово прикоснуться к ним. Однажды он сказал: «Недостаточно знать только пали и санскрит. Ты должен также учить английский. Зная английский, можно распространять Дхарму во многих странах». Он всячески побуждал меня изучать английский. У него была «Джатака-такатха» в переводе г-на Рис-Дэвидса, которую он передал мне для учебы.
Благодаря общению с образованными людьми и заграничными обществами мое знание разных религиозных конфессий, а также английского языка значительно улучшилось. Как велел мой учитель, я стал получать книги из книжного магазина «Мадрасского Теософического Общества». Одной из таких книг был перевод «Дхаммападатакатхи» Сэмюэля Била. В их списке работ также была упомянута «Бхагават-гита» с английским построчным переводом. Введенный в заблуждение термином «бхагават», я посчитал, что это книга по буддизму. Я запросил ее, но это была книга по индуизму с переводом на английский Анни Безант.
Но я все равно прочел ее. Это позволило мне значительно улучшить свое знание санскрита. Позже я заказал несколько упанишад с построчным переводом.
В то же время я стал переписываться с г-ном Франком Баллсом, секретарем «Буддийского Общества Великобритании и Ирландии». Я узнал о них из журнала «Общества Махабодхи», издаваемого в Калькутте, который я читал регулярно. Я также стал переписываться с Анагарикой Дхармапалой, который тогда проживал в Калькутте. Секретарь «Буддийского Общества Великобритании и Ирландии» прислал мне в качестве подарка все прошлые выпуски их журнала под названием «Буддийский взгляд». Из их журнала я узнал адрес г-жи Рис Дэвиде и начал переписываться с ней. Я хорошо помню, как в своем первом письме написал, что считаю английский перевод первой строфы «Дхаммападатакатхи», сделанный таким пандитом, как Макс Мюллер, неверным. Мы переписывались с ней довольно много. Она советовала мне книги для улучшения английского. В качестве подарка она прислала мне собственный перевод на английский «Сагатаки-вагги» из «Саньюты-никаи» с припиской «улучшай свой английский». Я знал палийскую версию «Сагатаки-вагги» наизусть. Теперь же я выучил и английскую версию. Я сидел со словарем и выписывал английские и палийские слова в столбик. Это упражнение здорово помогло улучшить знание английского языка.
Во время изучения «Абхидхарматасанграхаи» мне в руки попался ее английский перевод под названием «Краткое изложение буддийской философии», изданный «Обществом Палийских Текстов» в Англии. Я запомнил большую часть из него. Немного позже в списке изданных книг Общества я увидел, что переведена на английский еще «Катхаватту Праканая». Я взял и ее. В то время «Катхаватту Праканаи» не было на сингальском. Я одолжил у своего учителя версию на бирманском, которую он заказал из Бирмы, и стал сравнивать обе версии.
Я заучил некоторые из статей Анагарики Дхармапалы, которые были опубликованы на тот момент в журнале «Общества Махабодхи». Иногда, занимаясь в вихаре, я упирал взгляд в ближайшее дерево и повторял эти статьи вслух, представляя, будто выступаю. Я очень усердствовал, чтобы в будущем успешно давать речь на английском. Когда вокруг не было никого со знанием английского, я делал все сам.
Частенько учитель просил меня читать ему книги на английском, переводя попутно на сингальский. Сам он английского не знал, но постоянно твердил мне о важности его изучения. «Когда-нибудь тебе представится возможность распространять Дхарму за границей. А для этого тебе нужно хорошо владеть английским». И он поддерживал во мне интерес к занятиям.
На сон у меня осталось лишь два с половиной часа. Все остальное время я уделял занятиям и чтению. Иначе как я смог бы прочесть такое количество книг за девять лет.
Мне было двадцать четыре года, когда я увидел объявление в «Сандаресе». Там говорилось, что колледж «Ананда» проводит занятия по английскому языку специально для биккху. Хамудуруво прочитал объявление и сказал: «Ты должен походить на эти уроки. Ты уже достаточно изучил Дхарму. Готовься к поездке в Коломбо. Оповести дядю, что собираешься в Коломбо». Я написал дяде. В ответ он выслал деньги на проезд для моего учителя, его помощника и для меня. Кажется, это было в начале 1919 года. Мы поехали поездом: в то время еще не было автобусов.
Для допуска к урокам нужно было сдать вступительный экзамен, который я легко сдал. За ходом испытания следили г-н Гунасекера и г-н Б.С. Перера — учителя из колледжа «Ананда». Оба были прекрасными преподавателями. Они проверили мою работу, вышли в коридор и заговорили с моим учителем, который сидел на стуле у экзаменационной комнаты: «Достопочтенный наяка теро, у вашего ученика достаточно высокий уровень английского языка. Решите с г-ном Куларатне, какой курс выбрать — начальный или продвинутый». Тогда Хамудуруво сказал: «Я ничего не смыслю в этом». А мне сказал: «Решай сам». Я сказал, что, хотя я хорошо понимаю английский, у меня не было практики устной речи. Поэтому мне было бы полезно присоединиться к младшей группе и потренироваться в разговорном английском.
Тогда было всего две группы, и меня зачислили в старшую. Я не узнал почти ничего нового, но у меня появилась масса возможностей общаться по-английски.
Я помню, как в колледже «Ананда» начались занятия по пали. Это случилось через два года после того, как я поступил на курсы английского языка. Преподавателями пали стали несколько монахов, а через какое-то время назначили и меня. Вскоре господин Куларатне захотел открыть курсы санскрита. Когда он обсудил это с другими монахами, они сказали, что имеющиеся учебники слишком сложны для детей. Тогда он вызвал меня, и я сказал, что могу легко составить программу обучения. Поэтому занятия по санскриту он поручил мне.
Я выписал из Индии серию учебников на английском и санскрите для индийских школ. И по ним я начал учить санскриту. Уроки пользовались огромным успехом. Через какое-то время монахи-преподаватели покинули колледж и вернулись к делам в своих монастырях. Вся ответственность за обучение пали, санскриту и Дхарме в старших классах легла на мои плечи. Господин Куларатне разрешил мне взять двух монахов себе в помощники. Также он выделил мне две комнаты в общежитии.
Мои помощники преподавали в колледже несколько лет, а после вернулись в свои деревни. Впоследствии я познакомился с достопочтенным Махиндой, тибетским монахом, и взял его на работу в качестве своего помощника. Когда я только начинал преподавать в колледже «Ананда», г-н Куларатне открыл еще одну школу. Его задумка заключалась в том, чтобы создать подготовительные классы при колледже. Директором той школы стал г-н Меттананда, который до этого работал в «Ананде». Сейчас эта школа называется «Наланда Видьялая». Название предложил я. По просьбе г-на Куларатне 1 января 1923 года я присоединился к коллективу «Наланда Видьялаи». Я придумал и девиз школы: «Мудрость украшает человека».
Какое-то время я преподавал в «Наланде». Именно тогда доктор Малаласекера вернулся на Шри-Ланку из Англии, где получил докторскую степень по философии. Его назначили заведующим кафедрой сингальского и пали. Г-н Куларатне уговорил меня вернуться в колледж «Ананда». Я передал свои обязанности достопочтенному Хеенатияне Дхаммалоке Теро и снова стал преподавать в «Ананде».
— Бханте, сложной ли была жизнь в колледже «Ананда»?
— Никаких сложностей. Я имел возможность общаться с преподавателями и учениками, обладающими положительными качествами, культурными и образованными. Директором был г-н Куларатне — человек редких достоинств. Он был честным, справедливым, не имел расовых и религиозных предрассудков и был предан учению Будды. Моя жизнь в колледже «Ананда», которым управлял такой замечательный человек, была счастливой. Расписание других учителей составлялось только после того, как я выбирал удобное время для своих уроков. После часу дня я был уже свободен. Таким образом, мне давали время на медитацию. Я вставал в пять утра и медитировал до шести. Второй раз я медитировал с десяти до десяти тридцати. По вечерам я медитировал с пяти до шести и с десяти до одиннадцати. Я постоянно практиковал один вид медитации и получил ее плоды. Это была медитация анапанасати — сосредоточение на дыхании.
В колледже «Ананда» возникло общество под названием «Бодхисаттва Самагама». В него вошли ученики, строго придерживающиеся буддийских принципов. В школе не было вихары. Художника Сарлиса попросили скопировать известную гандхарвскую статую Будды. Ее поместили на верхнем этаже, в зале Олькотта. Стены покрасили в соответствующие цвета. Так появилась вихара «Мандира». Я должен отметить, что г-н Куларатне проявил живой интерес к этому начинанию и оказывал мне всяческую поддержку. В результате учителя и ученики, проживавшие в общежитии, стали совершать религиозные ритуалы в новой вихаре. Большинство из них практиковало ту или иную медитацию, например медитацию благородной любви. Так мы проводили время, когда жили в общежитии. Эти дни были счастливыми и плодотворными для учителей, учеников и для меня самого.
— Бханте, можете ли вы выделить кого-то из учеников колледжа?
— Я преподавал в колледже «Ананда» около двенадцати лет. За это время у меня было много учеников, и многие из них впоследствии заняли высокие посты. Некоторых уже нет с нами. Я помню таких учеников, как Н.М. Перера[24], И. М. Р. А. Ирьяголла[25], Роберт Гунавардена[26] и Г. Б. Сенанаяке[27]. Ирьяголла сначала учился в «Ананде», а с открытием «Наланды» перешел туда. Он был очень упрямым, но и талантливым учеником. У него был вспыльчивый характер, и он говорил то, что думал. Через какое-то время он поссорился с г-ном Меттанандой и покинул «Наланду». Роберт Гунавардена тоже повздорил с директором и ушел из колледжа. Н.М. Перера был совсем другим. По натуре он
Часть И. На пути к состоянию будды был сдержанным и спокойным. Он окончил колледж и продолжил обучение уже в Англии.
Преподавая в «Ананде», я продолжал изучать латынь и английский. Г-н Р. С. С. Гунавардена был моим учителем латыни. Г-н Куларатне предоставил мне все необходимое. Кроме того, он хотел отправить меня в университет Калькутты, чтобы я получил степень. Но я хотел учиться. А степень можно было получить и на Шри-Ланке. Разумеется, я собирался в Индию, но чтобы заняться деятельностью по распространению Дхармы вместе с Анагарикой Дхармапалой. Он звал меня.
В это время мы основали организацию под названием «Ланкийский совет по распространению Дхармы». Я был ее президентом, а достопочтенный Хеенатияна Дхаммалока Теро — секретарем. Наша организация занималась много чем: проводила лекции о Дхарме и готовила преподавателей. Мы занимались проповедью Дхармы даже в трущобах. В это время мне удалось опубликовать свою первую книгу «Жизнь Будды», которую я написал по просьбе Молодежной буддийской ассоциации Коломбо. Это было в 1926 году. Кроме того, я писал статьи для газет и журналов.
— Бханте, вы участвовали в полемике с христианами, которая разгорелась в 1922–1923 годах?
— Да. Зачинщиками были католики. Они осудили мою статью в «Сандаресе», и я ответил им на страницах той же газеты. После этого я критиковал христианские взгляды в издании под названием «Будда Рашми».
Тогда же произошел один интересный случай. Однажды Анагарика Дхармапала сказал мне: «Ты должен сделать кое-что еще: выступить с критикой теософии». В свое время я стал членом «Теософского общества». Шри-ланкийское отделение индийского «Теософского общества» находилось недалеко от улицы Борелла, в доме г-жи Престон. Она была ученицей мадам Блаватской. Громогласный оратор, она была исполнена английской гордости и являлась президентом шриланкийского отделения. Секретарем была г-жа Луранц — образованная дама из Голландии. Я отправился туда и сказал, что хочу вступить в общество. Меня сделали почетным членом, поскольку с биккху не брали денежных взносов. Там было много книг по теософии. Каждое воскресенье я шел туда, брал книгу и читал. И вместо того чтобы спорить с теософией, я вынужден был признать разумность ее доводов. Анагарика Дхармапала рассказывал мне о Махатме Кут Хуми, Махатме Мории[28]. Он обладал огромной верой в Махатму Кут Хуми. Его разногласия с госпожой Анни Безант сводились к тому, что она смешивала теософию с ведантой. Я не сторонник учения об атмане (душе), которого придерживается теософия, но допускаю существование таких святых учителей, как Махатма Кут Хуми.
К тому времени я целиком изучил Сутра-питаку. Все это вкупе с чтением теософской литературы сильно изменило меня. Исчезло мое неприятие христианства. Я понял, что нельзя обрушиваться с нападками на другие религии. Я стал с уважением относиться ко всем религиям. С тех пор я не оскорбил ни одну религию и ни одного религиозного учителя. Было время, когда наша страна нуждалась в религиозных дебатах. Тогда буддизм подвергался критике со стороны небуддистов. Но сейчас полемика ни к чему. Как буддисты мы не должны искать изъяны в других религиях. Нам следует просто изучать, насколько они близки к учению Будды. С другой стороны, буддисты-миряне и монахи должны подавать последователям других религий пример высокой нравственности и добродетельного поведения. Какую бы религию ни исповедовал человек, он не должен забывать о братстве всего человечества. Говоря о благородной любви, Будда не говорил исключать из нее представителей других религий. Благородная любовь охватывает всех. Вот как я теперь отношусь к другим религиям.
Когда коммунизм проник на Шри-Ланку, я со многими обсуждал это течение. В те дни я довольно часто бывал в пиривене «Пелиягода Видьяланкара». Я обсуждал эту тему с такими людьми, как достопочтенный Наравила Дхаммаратхана Теро. Я спрашивал: «Что такое коммунизм?» «Коммунизм — это равное распределение доходов. Марксизм — то же самое», — отвечал он. Тогда я подумал: «В Винае есть правило, которое предписывает делить то, что получила Сангха, среди ее членов. Раз так, этот метод должен подойти и для мирян». Доктор Адикарам тоже был высокого мнения о коммунизме.
Я не понимал тогда, что коммунизм поддерживает нигилизм. В газете «Сингала Джатия» печатались статьи в духе советской политической пропаганды, поэтому я посчитал, что нет причин выступать против. Также я думал, что коммунизм не противоречит буддизму. Редактор «Маге Сангаравы» написал мне, что я мог бы изложить в их газете свои взгляды на социализм или марксизм. Тогда я сочинил два или три письма и заявил, что у буддистов нет причин опасаться коммунизма. «Будда объяснил, как управлять собственностью Сангхи и что делать с вещами, которые она получает сверх необходимого. Такой подход можно успешно применить и к собственности мирян. Это не вредит буддизму», — в таком духе я написал серию заметок о том, что буддистам не о чем беспокоиться.
«Маге Сангарава» была марксистским изданием. Углубившись в тему, я понял, что по своей небрежности совершил ошибку и не подумал о последствиях. Коммунизм отрицает закон кармического воздаяния и перевоплощение, которые являются краеугольными понятиями в буддизме.
Почтительное поклонение религиозному учителю высмеивается как культ личности. Почитание Будды считается культом личности. Такова философия коммунизма.
В это время вышла книга под названием «Гигантская ложь», в которой потешались над отдельными положениями буддизма. В книге оскорбляли архатов Сарипутту и Моггаллану, царя Суддходану. Когда я навел справки, то понял, что зря опубликовал свои статьи: я опирался лишь на один аспект коммунизма и не подумал о последствиях. Чтобы дискредитировать свои собственные статьи, я стал писать в «Свадешу Митраю» под чужим псевдонимом. Эта газета опубликовала серию моих заметок. Чтобы остаться неузнанным, я даже изменил писательский стиль. Мой секрет знал только Калукондаяве наяка теро. Он пытался найти автора статей и во время нашего с ним разговора я признался. А больше никто не знал.
Тем временем Пиядаса Сирисена начал выпускать газету под названием «Львиный рык», которая выступала против коммунизма. Эта газета призывала к ответу Валполу Рахулу теро, Удакендавалу Сарананкару теро и меня. Одна за другой выходили статьи, в которых на нас обрушивались с нападками. Мне досталось больше всех. Колонку вел сам г-н Пиядаса Сирисена и ряд других авторов. Я не хотел отвечать на эту критику. Они ведь не знали, что я веду свою антикоммунистическую колонку в другой газете. Я подумал: раз сам виноват, нужно молча сносить их обвинения.
Одновременно в газете «Сингала Бауддхая» началась полемика о том, существуют ли божества. От имени тех, кто отрицал их существование, выступал г-н Дэвид Карунаратне. Он писал под псевдонимом Сурагуру и в своих статьях оскорблял бога Катарагаму[29]. Он даже говорил, что Катарагама — тамильская фамилия. Затем г-н Карунаратне стал редактором газеты «Даваса». Несколько биккху дали убедительные ответы, в которых доказывали существование божеств. Но он удалил сильные аргументы и опубликовал все остальное. Мало-помалу дискуссия затихла сама собой.
Меня попросили дать беспристрастную оценку тем статьям. Из моей заметки г-н Карунаратне удалил отдельные куски по своему желанию и опубликовал лишь то, что было выгодно ему. Мой текст отредактировали таким образом, что я предстал его сторонником, хотя им не был. В то время я был в Индии. По возвращении я стал интересоваться судьбой моей статьи. Меня расстраивало, что у людей сложилось превратное мнение обо мне. Все это время г-н Пиядаса Сирисена и прочие продолжали критиковать меня в газете «Львиный рык».
Однажды я пешком добирался из Мараданы в Петтах. Офис г-на Пиядасы Сирисены располагался с правой стороны, недалеко от дороги. Он увидел меня и сказал:
— Учитель, вы не могли бы подойти сюда?
Я выполнил его просьбу. Тогда он сказал:
— Учитель, вы к нам даже не заходите.
— Зачем? Вы безосновательно обвиняете меня.
— Зачем вы опубликовали те статьи? Вы не подумали о последствиях. Многие люди просили меня опровергнуть их. Вы имеете вес, к вам прислушиваются. Мне не хотелось, чтобы люди оказались обмануты, поэтому я и выступил с критикой.
Тогда я сказал:
— Почему вы не узнали чуть больше обо мне, прежде чем ругать меня? Сейчас я веду колонку в газете «Свадеша Митрая» под чужим псевдонимом. Почему вы не навели справки? Вы же читаете эту газету?
— Я не знал.
— Вы могли сначала поговорить со мной. Зря вы обрушили на меня столько критики на страницах своей газеты.
Затем господин Пиядаса Сирисена сказал:
— Учитель, отныне я не буду плохо писать о вас. Я так хотел с вами увидеться.
— Зачем?
— Учитель, вы помните, в газете «Сингала Бауддхая» вышла серия статей Сурагуру о том, что божеств не существует? Они сами же и прекратили полемику. Но ее итог был неудовлетворительным. Сейчас нас попросили оживить эту дискуссию. Вы не могли бы возглавить эту кампанию? — спросил он.
— Мне не хотелось бы начинать спор. Однако если в Трипитаке и палийских комментариях содержится какая-то информация о божествах, я систематизирую ее и отправлю вам.
— Этого вполне достаточно.
Я собрал всю информацию из палийских текстов и комментариев и написал серию заметок о буддийском взгляде на божеств. Их опубликовали одну за другой. Г-н Пиядаса Сирисена перестал нападать на меня. Он опубликовал хвалебные письма в мою честь в газете «Сингала Джатия». «Раньше этот монах придерживался других взглядов, но сейчас не разделяет их», — писал он. После выхода моих статей полемика разгорелась с новой силой. В итоге те, кто верил в существование божеств, одержали верх. Они доказали свою правоту. Г-н Карунаратне был зол на меня. Так прошло несколько дней.
Расскажу вам об одном интересном событии. Какое-то время спустя я отправился в Катарагаму. Вечером я совершил обряд поклонения в Киривехере и отправился к дэвале. У входа в дэвале, рядом с воротами, я заметил группу молодых людей, которые прибыли из Коломбо. Я спросил их, что они здесь делают. «Мы ждем г-на Карунаратне», — последовал ответ. Я поинтересовался, о ком именно идет речь. Они сказали, что ждут редактора газеты. «И где же он?» — «Он вошел в дэвале с подносом подношений». — «Но разве он не оскорблял Катарагаму, утверждая, что такого божества не существует?» — удивился я. «В том-то и дело, Учитель. Говорит одно, а делает другое».
Я прождал какое-то время, чтобы расспросить его самого. Но он так и не появился. Видимо, прятался. Я ждал больше часа. В конце концов я подумал: «Почему я вообще должен тратить время на подобного человека? Все это неважно», — и ушел. Я понял, что многие люди, в том числе известные, говорят одно, а делают другое. Как бы то ни было, в жизни тех, кто оскорбил бога Катарагаму, часто случались несчастья. Нельзя говорить плохо о боге Катарагаме. Это живой бог, наделенный огромной силой. Я видел его собственными глазами. Позже я расскажу вам эту историю.
Каждый год, во время декабрьских каникул в колледже «Ананда», я посещал торжества «Теософского общества» в Мадрасе. Обычно я останавливался там на месяц. В1926 году по просьбе г-на Шри Кришнана, который представлял в Совете Каликут, штат Керала, я отправился в свою первую миссионерскую поездку. Примерно месяц я выступал в разных местах с лекциями о Дхарме. В результате г-н Шри Кришнан, член Совета, человек, глубоко изучивший Дхарму, в 1929 году принял монашеский сан. Какое-то время он даже был моим учеником. В ходе этой поездки я также посетил «Теософское общество» в Мадрасе. Там шли приготовления к первой публичной лекции Кришнамурти. Но мы не могли остаться, так как нужно было без промедления возвращаться на Шри-Ланку.
— Бханте, почему вы прекратили преподавать в колледже «Ананда»?
— Как я уже говорил, к этому времени у меня возникло намерение распространять Дхарму вместе с Анагарикой Дхармапалой. Он хотел этого так же, как я. Приезжая в Балангоду, я неизменно встречался с г-ном Барнсом Ратватте. Как-то я рассказал ему о своем желании отправиться в Индию. Он был моим хорошим другом. Он сказал, что в окрестностях Балангоды не хватает образованных монахов и было бы лучше, если бы я основал здесь пиривену. «Я возьму на себя все приготовления. От тебя требуется лишь послужить нашему краю и поделиться своими знаниями. В нашем родном городке совсем мало образованных людей, а значит, ты сможешь воспитать целое поколение просвещенных людей», — с такой просьбой он обратился ко мне. К этому времени ушел из жизни мой гуру Хамудуруво. Я отказался от мысли ехать за границу и основал пиривену в Балангоде. Покидая колледж «Ананда», это благословенное место, я испытывал огромную печаль из-за расставания с любимыми учениками. Однако я собирался служить тому краю, где родился, и это утешало меня.
В 1936 году я покинул колледж и основал в Балангоде новую пиривену под эгидой Шри Судхармарамы в Тхумбагоде. Ее открыли на этом самом месте и назвали пиривеной Шри Дхармананды в честь моего настоятеля. Это было временное пристанище. Вскоре пиривену перенесли в Мирисватте. К нам стало поступать много учеников. И хотя это была молодая пиривена, не получившая государственной аккредитации, я успешно руководил ею при содействии уважаемых мирян, родственников и биккху. Мы не зависели от государственных средств и потому никому не отчитывались в своей деятельности. Наконец, по многочисленным просьбам, пиривена получила государственную аккредитацию. Через некоторое время я перешел в университет Видьодая.
— Учитель, расскажите, пожалуйста, о Шестом буддийском соборе в Мьянме.
— Из Мьянмы мне прислали приглашение принять участие в Шестом буддийском соборе, и я считаю это одним из важнейших событий своей жизни. В Мьянме мне предложили войти в Совет по редактированию Трипитаки. Со мной отправились еще три монаха. Из Коломбо мы добрались до Калькутты, а оттуда самолетом до Янгона. Нас разместили в центре для медитации «Сасанайета», поскольку помещение для Буддийского собора еще не было готово.
Трипитака была поделена на триста частей, каждую из которых отдали своему переводческому комитету. Комитеты состояли из пяти монахов, преимущественно мьянманских. Комитет делал правки, затем отправлял их в Комитет главных редакторов, а тот уже передавал материал в печать. В Комитете главных редакторов Шри-Ланку представлял Полватте Буддхадатта маханаяка теро. Он проработал в этом органе несколько месяцев, но затем вынужден был вернуться на Шри-Ланку. Поэтому следующим представителем от Шри-Ланки назначили меня.
В общей сложности я проработал там около десяти месяцев. Все наши обсуждения в Комитете главных редакторов проходили на пали. Было заметно, что Комитет с особым вниманием относится к палийским копиям со Шри-Ланки и из Таиланда.
Давным-давно, когда буддисты Мьянмы получили монашеское посвящение от шри-ланкийских биккху, монахи во главе с Чаппатой Теро отвезли туда копии палийских текстов, а также копии комментариев (atuwa) и комментариев к комментариям (tika), которые были сделаны со старых книг на пальмовых листьях. Мы заметили, что в эти копии вкрались ошибки. Во время правления короля Миндунмина состоялся Буддийский собор, и исправленные тексты Трипитаки высекли на мраморе. Эти надписи прекрасно сохранились до наших дней. Именно эту версию мы и использовали при редактировании. Мы заметили, что копии, сделанные в свое время на Шри-Ланке, по-прежнему содержат ошибки. Поэтому в финальной редакции мы исправили даже их и перед отправкой в печать сравнили наши материалы с Трипитакой со Шри-Ланки и из Таиланда. Всем монахам, принимавшим участие в Соборе, вручили отпечатанные копии текстов.
Мьянманские монахи протестовали при любом отклонении от мраморной Трипитаки. В таких случаях в известность ставили президента, премьер-министра и министра Сасаны. Помнится, обе стороны приглашали в резиденцию президента либо премьер-министра. Порой нам приходилось даже спорить с мьянманскими наяками теро. Эти дебаты должны были вестись на бирманском — на их родном языке. Главой нашего Комитета редакторов был Махасисаядо теро.
Однажды мы вели долгие споры по поводу «pattha pattha pulakam» (меры веса зерновых культур) из раздела «Веранджа» «Параджика-пали». В старых изданиях мьянманских книг, а также на мраморных скрижалях в секции Параджика было написано «pattha pattha mulakam». Мьянманские монахи с пеной у рта доказывали, что правильное написание — это «mulakam». Дискуссия зашла в тупик, и нас пригласили в резиденцию У Ну для дальнейшего обсуждения. Он поинтересовался, что я думаю по этому поводу. Я спросил, могу ли я ответить на пали, поскольку не знаю бирманского. Премьер-министр У Ну сказал, что у нас разное произношение и в отдельных местах они рискуют не понять меня, а я — их, поэтому мне лучше изложить свои мысли на английском. «Учитель, говорите на английском. Я переведу на бирманский», — сказал он.
Тогда я изложил свою точку зрения. Я привел выдержки из санскритских словарей. Биккху возразили: «Учение Будды не нуждается в книгах на санскрите». Я ответил: «Пали — это язык, на котором говорили в Дамбадиве (в Индии). Это был язык магадхи. Ардха-магадхи, санскрит и пракрит — его ближайшие родственники. Во всех этих языках „mulaka“ — ядовитый корень. Злака под названием „mulaka“ не существует. В старых санскритских словарях „pulaka“ обозначает разновидность зерновых культур, которыми кормят лошадей. „Mulaka“ в „Параджика-пали“ и есть та самая „pulaka“. Поэтому правильный вариант это „pattha pattha pulakam“. Тогда мьянманские монахи твердо заявили, что нам не подобает исправлять учение Будды с помощью брахманистских текстов.
«Что касается учения Будды о скандхах, дхату, аятанах и так далее, нам не следует искать помощи у санскритских словарей. Но Будда не вводил новых терминов, когда речь шла о злаках и прочих предметах повседневного пользования. Это были общеупотребительные слова того времени», — подчеркнул я. «В подобных вопросах мы должны прибегать к помощи языков, родственных магадхи, а также к помощи словарей. Поэтому мы не разделяем мнения мьянманских монахов», — повторил я. Президент Мьянмы, премьер-министр и министр Сасаны приняли мою точку зрения. В конце концов было решено, что версия нашего комитета «pattha pattha pulakam» останется без изменений. Мьянманские монахи хранили молчание. На этом спор закончился.
Когда в ходе обсуждений Комитета главных редакторов мьянманские теро хотели обосновать свою точку зрения, они ссылались на «Маха Сабда Нити». В таких случаях я говорил им, что мы уважаем автора «Сабда Нити» и считаем его великим пандитом. Но при этом я доказывал, что он допустил ряд ошибок. Во время подобных дискуссий они чувствовали себя задетыми, ведь мы критиковали грамматику «Сабда Нити», составленную в их родной стране. «Мы должны исследовать учение Будды безо всяких предрассудков. Нельзя покрывать ошибку лишь потому, что ее допустил какой-то уважаемый пандит или гуру. Мы должны быть смелыми и называть ошибку ошибкой. Нужно проверять наше понимание с помощью тщательного изучения», — пояснил я. «Тот, кто не принимает конкретного решения, склонен к колебаниям. Здесь же мы должны широко мыслить и высказывать свое мнение», — заявил я и указал на ошибку в «Сабда Нити».
Был момент, когда мы спорили над именем Ниганто-натапутта. «Сабда Нити» указывала, что «ната» в данном случае означает «танцовщица». Таким образом, получается «Ниганта, сын танцовщицы». Я указал на то, что это неправильно, что имеется в виду «царевич кшатрийского рода Ната из Личчави». Поскольку он был сыном кшатрия из рода Ната, его называли Натапутта. Это тот же Ната-путта, что и в палийских источниках. Он не был сыном танцовщицы. Хотя «Маха Сабда Нити» — очень полезное и авторитетное издание, в ней не обошлось без ошибок. Мы не должны принимать что-либо на веру только из-за авторитета. Для вынесения окончательного решения нужно сравнивать «Маха Сабда Нити» с более старыми работами, такими, как «Каччаяна», «Грамматика Моггалланы» и сопутствующими им текстами, например «Рупасиддхи» и «Моггаллана-панчикой».
Я сказал монахам об этом, и они согласились со мной. В процессе редактирования мы постоянно вели подобные разговоры и я всегда чувствовал дружелюбное отношение со стороны членов комитета. Впоследствии я узнал, что члены Комитета главных редакторов, а также президент, премьер-министр и министр Сасаны решили присвоить мне титул Агга Махапандита.
Вскоре должно было начаться первое заседание Собора. Послания, полученные от видных деятелей Индии и Шри-Ланки, были в основном на английском. Мне поручили перевести их на пали и написать, используя бирманскую письменность. Этой работе я посвятил несколько месяцев, и именно эти документы вручили собранию Сангхи.
На первом заседании Собора от имени махатеро Шри-Ланки выступил глава пиривены Видьодая достопочтимый Баддегама Пиваратана Махатеро. Он говорил на пали. Следующую лекцию прочитал достопочтенный Книваттудуве Прагнасара наяка теро — глава пиривены Видьяланкара. Его лекция тоже была на пали. Это то, что я помню. На следующий день была еще одна речь на пали, на этот раз от имени школы Раманна. Я точно не помню, кто выступал. Мне поручили прочесть две лекции: на пали и на английском. После этого началась работа самого Собора. Первое заседание завершилось через несколько дней. Все делегаты, в том числе со Шри-Ланки, разъехались по своим странам.
На следующий год нас известили о начале второго заседания Собора. Также я узнал о том, что мне присвоен титул Агга Махапандита. Это был год великой печали для меня, потому что от нас ушел мой брат по Сангхе и мой главный ученик достопочтенный Велигепола Майтримурти теро. Поэтому я отказался от поездки. Однако через несколько месяцев я получил документ о присвоении мне титула.
Мне удалось поучаствовать в третьем заседании Собора. Это было через несколько месяцев после того, как ушел из жизни достопочтенный Раттхагуру махатеро (Сангхараджа), который в течение короткого времени занимал пост председателя Собора. Я должен был посетить церемонию кремации и выступить с речью от имени шри-ланкийской Сангхи. Мою кандидатуру выдвинул глава Комитета по редактированию Трипитаки достопочтенный Соратха наяка теро. Уже собираясь домой, на Шри-Ланку, я получил послание от секретаря Собора достопочтенного Висуддхабхиванши о том, что меня назначили председателем Собора и попросили поработать еще немного.
В течение нескольких недель я занимал пост председателя Собора. Когда меня назначили, я вспомнил предсказание шестилетней давности, которое сделал относительно меня астролог из мадрасского центра «Каумара Нади». В нем говорилось, что в определенном возрасте я возглавлю собрание собраний. Там было одно слово на тамильском, которое перевели как «собрание собраний». Но уже тогда я понял, что речь идет о буддийском Соборе. Это был один из тех случаев, которые заставили меня убедиться в точности предсказаний нади.
Через несколько недель я вернулся на Шри-Ланку.
Пиривены Видьодая и Видьяланкара получили статус университетов в 1959 году. Первый ректор университета Видьодая достопочтимый Веливитье Соратха наяка теро пригласил меня на должность профессора на кафедре буддизма Махаяны. Я доверил работу в пиривене своему ученику и отправился в Коломбо. Первые несколько лет после открытия университета Видьодая я был профессором буддизма Махаяны, а затем стал деканом факультета по изучению Дхармы. В общей сложности я проработал там около десяти лет.
Уход достопочтимого Соратхи наяки теро был великой утратой для меня. Он был выдающимся ученым. Думаю, с определенной точки зрения он был одним из величайших ученых со времен Тотагамуве Шри Рахула махатеро[30]. Я понял это во время наших бесед о правилах грамматики, словообразовании и так далее.
По поручению правительства мы с достопочтенным Соратхой махатеро и еще несколькими монахами сформировали Совет по переводу Трипитаки. Этот совет выбирал ученых монахов для участия в переводе всех книг собрания. Глубокая, ясная мудрость достопочтенного Соратхи наяки теро проявлялась в том, как он редактировал палийскую Трипитаку, как находил правильное значение слов, а также в многочисленных беседах о переводе. Благодаря этому я стал еще больше доверять ему и восхищаться им.
Каждый биккху в университете Видьодая был обязан изучать Дхарму. Изначально я не собирался надолго задерживаться в университете, но вскоре понял, что некоторые лекторы неверно объясняют студентам учение Будды. Я решил продлить свое служение, чтобы спасти этих биккху от заблуждений. Причиной тому стал один инцидент, который произошел через несколько недель после того, как я начал преподавать. На занятиях по одному предмету лектор сказал, что патичча-самуппада (paticca-samuppada) не входила в учение Будды, что биккху добавили ее позже, позаимствовав у философской школы санкхья[31]. Студенты рассказали мне об этом. Я им ясно объяснил, что это устаревшая, ложная теория. Нет никакой связи между патичча-самуппадой и философией санкхьи. Тогда я подумал, что монахам вполне могут внушить и другие ложные идеи, поэтому их интерес к учению Будды необходимо подогревать. Так я провел в Видьодае около десяти лет.
Безвременная кончина достопочтенного Соратхи наяки теро стала великой потерей для университета Видьодая. После его смерти пост ректора занял Паланноруве наяка теро. За это время я получил титул Сахитья Сури от университета Видьодая и Сахитья Чакраварти от университета Видьяланкара. И хотя эти титулы мне были не по душе, я принял их, потому что мой отказ мог обидеть вручающую сторону. В любом случае я ими не пользуюсь. Но несмотря на всю мою нелюбовь к званиям, я вижу, что многие люди прибегают к ним, когда говорят обо мне. Сам я не пользуюсь даже титулом Агга Махапандита.
Затем ректором университета Видьодая какое-то время был Паравахера Ваджиранана наяка теро. После него эта должность перешла ко мне. Я думал, что на этом посту у меня будет много времени для самообучения. Но садясь утром за стол в своем кабинете, я мог встать с него только поздним вечером, — так много приходилось читать и подписывать документов с разных факультетов. Не было и дня, чтобы я мог заняться своим самообразованием. С утра до вечера я читал письма, прошения, документы и так далее. К концу дня я валился с ног. Поэтому пост ректора стал мне поперек горла.
Более того, от меня ожидали, что я буду подписывать документы, которые идут вразрез с моими принципами. Когда давление стало слишком сильным, я подал прошение об отставке. Я просил найти мне замену. Доктор Маласекера хотел, чтобы я порекомендовал кого-нибудь. Я сказал, что на эту должность можно назначить доктора Валполу Рахулу, который в данный момент находится в университете Сорбонна, во Франции. Доктор Маласекера попросил меня поработать еще хотя бы два года. Я отказался остаться даже на две недели. В конце концов через г-на Дадли Сенанаяке достопочтенному Валполе Рахуле теро отправили несколько сообщений с просьбой вернуться. Лишь когда он вернулся, я передал ему свои обязанности и покинул университет. Я почувствовал огромную свободу. Меня более ничто не связывало. Теперь я мог поехать за границу обучать Дхарме. Когда я был в Балангоде, достопочтенный Нелуве Джинаратана теро предложил мне провести одну церемонию в Бодхагае. Я согласился. После церемонии меня назначили главой Исипаттанской вихары, которой управляло отделение «Общества Махабодхи» в Сарнатхе.
Там я узнал, а точнее, услышал об одном странном явлении. Однажды ко мне пришел один американский джентльмен лет тридцати пяти. Он попросил меня выделить ему комнату в доме для гостей. Он немного говорил на санскрите и хинди, и я решил пообщаться с ним. Я спросил его, откуда он приехал. Он сказал, что долго жил в районе Бадринатха, в Гималаях. Я поинтересовался, что он там делал. «Я жил в пещере и практиковал йогическую медитацию», — ответил он. Я спросил, кто обучал его, и он назвал имя. Кажется, это был Павхари-баба.
Он показал мне фотографию того йогина. Я подумал, что он очень молод, раз у него нет ни одного седого волоса в бороде. «Должно быть, он совсем юноша», — сказал я Американец возразил: «Нет, ему больше двух тысяч лет». Я сказал, что не могу поверить в это. «Неважно, верите вы или нет. Лично я считаю, что так оно и есть. И это далеко не все его способности. Он видит прошлое, настоящее и будущее», — продолжал американец. Тогда я спросил, существуют ли другие йогины-долгожители. Он ответил, что есть много йогов, которым сто, двести, триста, четыреста или даже пятьсот лет.
Еще он рассказал одну интересную историю. «Много лет назад на одной железнодорожной станции рядом с Бенаресом охранник высадил с поезда отшельника, который не заплатил за проезд. Говорят, тот сидел на платформе и неотрывно смотрел на поезд. По английским законам того времени отшельникам-индуистам разрешался бесплатный проезд на общественном транспорте. Но по какой-то причине охранник-англичанин попросил его сойти. Когда все пассажиры заняли свои места, прозвучал сигнал к отправлению, но поезд не сдвинулся с места. Проверили все — никаких поломок. Один знающий человек шепнул охраннику, что этот йог на платформе, должно быть, обладает огромной силой, поэтому нужно извиниться и попросить его сесть на поезд. Охранник принес йогу свои извинения и предложил ему присоединиться к другим пассажирам. Как только йог занял свое место, поезд тронулся». Эту новость опубликовали в газете «Сингала Бауддхая». Я читал об этом и в индийской прессе. Американец убеждал меня, что речь идет о том самом йоге. После этого я долго размышлял о подобных явлениях.
В своих проповедях Будда тоже говорит о том, что человек, развивший психические способности, может увеличить продолжительность своей жизни до зона. Если человек обладает такой кармой, которая позволяет ему дожить до трех-четырех тысяч лет при средней продолжительности жизни в сто двадцать лет, то он может добиться этого благодаря йогической медитации, лекарствам или мантрам. Поэтому я посчитал, что американец не врет. Еще он рассказывал, что есть йогины, обретшие удивительные силы и продолжающие их совершенствовать втайне от любопытных глаз. Я не спорил. Ведь у меня тоже были определенные познания и опыт общения с йогами.
— Бханте, многие верят, что вы обладаете сверхъестественными способностями. Это правда?
— У меня нет той силы, которую люди мне приписывают. С тех пор как я стал послушником, я занимался медитацией анапанасати. Однажды один мой друг дал мне книгу на английском о развитии сознания. К тому времени я уже получил посвящение в сан и изучил английский до продвинутого уровня. В той книге содержались сведения о том, как развить силу ума. Мне очень хотелось проверить это на практике. В то время один джентльмен из Негомбо — я точно не помню его имени, но, кажется, это был адвокат Х.Р. де Сильва — опубликовал брошюру о гипнозе. Я немного позанимался по его инструкциям, но у меня ничего не вышло. Когда я преподавал в колледже «Ананда», я достал несколько книг о развитии сознания на английском. Также мне попалась серия книг из Индии, в которых давались уроки по совершенствованию ума. Я попробовал кое-какие из предложенных техник. И хотя я достиг некоторых успехов, меня это не устраивало. Другой мой друг дал мне крайне ценную книгу, опубликованную в Америке мастером гипноза Ла Моте Саджем. Помимо прочего в ней содержались подробные сведения о том, как лечить с помощью гипноза. Я немного позанимался и по этой книге, но даже ее нашел неудовлетворительной.
Тогда же я получил книгу «Путь успеха» Вернера и стал заниматься гипнозом в соответствии с изложенными там инструкциями. Позднее на обложке одной английской книги я увидел рекламу работы под названием «Практический гипноз» Хашну Хары. Я достал и ее и погрузился в практику. Автор этой книги подходил к гипнозу с точки зрения индуистской пранаяма-йоги.
Я понял, что сила моего сознания растет. На обложке рекламировали книгу «Практическая йога» того же автора. Я раздобыл и ее и стал заниматься йогой так, как там написано. Я начал систематически делать пранаяму. Мой ум устремился к йогической медитации. Вместе с этим я продолжал заниматься своей привычной практикой — медитацией любви. Сила моего сознания возросла. Автор этой книги писал, что в основу практики по развитию сознания нужно положить медитацию любви. Этот метод принес очень хорошие результаты.
Когда ученики колледжа «Ананда» получали травмы во время игр, их отправляли в лазарет. Они частенько беспокоили меня просьбами вылечить их с помощью сверхъестественных способностей, если не могли терпеть острую боль. Я вводил их в гипноз и устранял боль. Мои способности пользовались успехом. Некоторые учащиеся колледжа были настолько стеснительными, что не могли выступать перед публикой. С помощью гипноза я исцелял их от застенчивости и наделял смелостью. Некоторые задиристые мальчишки пытались убегать от меня. Но я с помощью другого приема погружал их в гипнотический сон. Я обрел эту способность благодаря практике йоги. Если человек находился в нескольких минутах ходьбы от меня, я мог силой своего сознания заставить его подойти ко мне. Я частенько экспериментировал с гипнозом.
Одной лишь силой сознания, без помощи лекарств, я вылечивал и собственные болезни, например лихорадку. Благодаря силе гипноза легковозбудимые дети, которые не могли сосредоточиться на занятиях, превращались в усердных учеников. Один из таких учеников стал впоследствии очень уважаемым доктором. Ко мне приводили людей с разными заболеваниями, и я исцелял их. Я многое мог сделать с помощью силы сознания, и прежде всего мне было интересно посмотреть, сработает ли мой метод и на этот раз. И он неизменно срабатывал. Впоследствии я отказался от подобной практики и прибегал к силе сознания только для самозащиты. Иногда во время проповеди я окидывал взглядом собравшихся и гипнотизировал всех сразу. В результате они не могли встать с места до самого конца проповеди. Они вставали только тогда, когда я прекращал свое воздействие.
В то время один христианский священник из Моратувы стал выступать с критикой буддизма. Я публично отвечал ему в монастыре Моратумулла. Священник в своей церкви читал лекцию, направленную против буддизма, а я практически каждый день выступал с ответной речью. В результате некоторые христиане стали относиться ко мне крайне враждебно. Но это не испугало меня. Я даже получал письма с угрозами физической расправы. Я не испытывал никакого страха. Несмотря на угрозы, я ходил пешком, совсем один. В моем присутствии люди успокаивались. Я ничего не боялся.
Как-то утром после лекции я возвращался на поезде из Моратувы в Коломбо. В одном купе со мной сидели два молодых человека из Моратувы. Впоследствии выяснилось, что они работали в форте Коломбо. Еще я знал, что они католики. Они заняли сиденье напротив и самым неуважительным образом вытянули ноги в мою сторону. Их лица приняли неприятное выражение. Вместе с ними сидело еще несколько человек. Я подумал, что надо сделать что-нибудь хорошее, и посмотрел на одного из них. Затем я сконцентрировался на мысли о том, что он должен уснуть. Вскоре его одолел сон. Я хотел загипнотизировать и второго, посмотрел на него, но тот отвернулся. Он испугался меня. Он вообще на меня не смотрел. Человека легко загипнотизировать, если сосредоточиться на одной точке на его лице. Тот парень увернулся, но его товарищ уснул.
Окружающие заметили это и притихли. Должно быть, они подумали, что я заколдовал его. Мы подъезжали к форту Коломбо. Я подумал: «Если он опоздает на работу, его могут наказать. Я не могу этого допустить». В Коллупитье я постарался разбудить его. Все это происходило на уровне сознания. Я приложил еще больше сил, и он проснулся на подъезде к форту. Он сошел на железнодорожной станции, но был еще слишком сонным и сел на землю. Я видел, что вскоре он встал, постоял немного и ушел вместе со своим товарищем.
Я ехал до Мараданы. В вагоне оставалось еще несколько человек. Они спросили меня, не заколдовал ли я его. Я сказал, что не знаю никаких заклинаний. «Почему вы не сознаетесь, Учитель? Вы ведь что-то сделали?» — не унимались они. Я не ответил. Когда поезд подъехал к Марадане, я спешно сошел.
Об этом случае написали газеты. Я не пытался никого разуверять. Я иногда вытворял такие фокусы, но никогда никому не вредил. Я использовал силу своего сознания во благо: лечил больных, помогал ученикам улучшить память. Согласно френологии в мозгу есть центр, который отвечает за память. С помощью гипноза можно воздействовать на этот центр. Человек тут же потеряет способность гипноза, если попытается использовать его в дурных целях.
Иногда я гипнотизировал людей ради забавы. Однажды по пути в Ваддувуя загипнотизировал монаха лет двадцати. Я погрузил его в гипнотический транс и велел ему ждать на месте, пока я не вернусь. Когда я вернулся, он по-прежнему стоял там. Тогда я вывел его из транса. Я многое узнал о возможностях гипноза из таких экспериментов.
В другой раз в общежитии для монахов в Марадаге меня попросили продемонстрировать свои способности. Я загипнотизировал одного послушника. Во время гипнотического транса я попросил его открыть глаза. Я сказал: «Перед тобой стоит большая стена. Она не дает тебе пройти». В реальности никакой стены не было — это был пустой зал. Я велел ему сделать несколько шагов вперед. Он прошел вперед и отпрыгнул. Ему показалось, что он ударился о стену — о стену, которой не было. Я создал воображаемую стену и заставил послушника ее увидеть. В реальности же не было никакой стены, в которую он мог бы врезаться, но все же он отпрыгнул. Он сказал, что не может пройти дальше.
Например, я могу убедить человека в том, что рядом с ним горит костер, хотя никакого костра нет. Через какое-то время человек начинает верить. Приближаясь к воображаемому огню, человек чувствует жжение. Он кричит, что его обжигает пламя. Я проделывал это в колледже «Ананда». Я загипнотизировал одного ребенка, попросил его открыть глаза и сказал: «Какая чудесная река! Давай искупаемся». Он ложился на расстеленную ткань и «плыл» по земле. Я мог погрузить ребенка в транс и сказать: «Ты петух». Через несколько повторений ребенок начинал чувствовать, что он и вправду петух. Он начинал хлопать «крыльями» и кукарекать.
В колледже «Ананда» был один застенчивый и замкнутый мальчик, которого дразнили девчонкой. Один из преподавателей сказал мне: «Учитель, пожалуйста, помогите ему избавиться от робости и нерешительности». Я ответил, что загипнотизирую его прямо в классе, в присутствии учеников. Я ввел его в гипноз и стал внушать: «Ты очень талантливый актер, ты хорошо играешь на скрипке». Я дал ему две деревяшки. С их помощью он делал вид, что играет на скрипке. Я попросил его спеть. Он исполнил песню из пьесы «Рама и Сита», ту, которую царевич Лакшман пел Сите в джунглях. Мальчик слышал эту песню раньше в театре. Он пел очень мелодично и играл на скрипке из двух дощечек. Затем я сказал: «Ты танцор. Давай станцуем». Он исполнил один красивый танец, который видел прежде. Обычно он был очень застенчивым и из него и слова было не вытянуть. Он все еще танцевал, когда я выводил его из транса: «Даже очнувшись, ты не сможешь остановиться. Ты должен танцевать». Затем я полностью разбудил его. Он не остановился. Он продолжал танцевать до тех пор, пока я не велел ему прекратить. Так он преодолел свою робость и стал смелым.
Затем я захотел проверить эффективность индуистской йоги, погрузился в практику и получил определенные результаты. После этого я сосредоточился на медитации, общей для йоги и буддизма, и вновь стал практиковать анапанасати. С помощью этих практик я развил свои способности до достаточно высокого уровня. Я использовал эти силы в разных целях. Я делал все это ради собственного блага и ради блага окружающих. Когда я основал пиривену в Балангоде, я продолжил развивать йогическую медитацию (jnana). Никто не знал, что я занимаюсь ей.
— Бханте, вы и сейчас обладаете этими способностями?
— Это немного похоже на колдовство. Врач-колдун (kattadiya), прибегающий к помощи демона, должен каждый день совершать ему подношения. Гипноз также требует того, чтобы вы уделяли ему время каждый день. А я давно не занимался им. Все работает иначе, если человек дает согласие на гипноз. Я же не спрашиваю согласия, я делаю это против воли человека. Как бы он ни сопротивлялся, я могу загипнотизировать его — настолько силен тот метод, который я практиковал. Это йогическая техника. Я могу вернуть эту способность, если буду посвящать ей пару часов в день. Но мне это больше не интересно.
Уже долгое время я занимаюсь випассаной для духовного развития. Приступив к ней, я потерял интерес ко всему остальному. Все прочее стало для меня чем-то незначительным. Еще давным-давно я добился определенных успехов в медитации, позволяющей достичь дьян. Затем я переключился на випассану. Теперь я в основном занимаюсь випассаной. Также я уделяю немного времени дьяна-бхаване и добился в ней определенных успехов. Но сейчас у меня нет времени даже для нее. Как бы я ни старался, мне не удается побыть лишний раз в тишине и покое. Ко мне с утра до вечера приходят люди по самым разным вопросам. Мне становится немного легче, когда я живу в Балангоде. Но даже там ко мне приезжают из Коломбо. Это очень утомляет. Большинство приходит затем, чтобы получить рекомендательное письмо к какому-нибудь министру, или попросить меня поговорить от их имени с Президентом, или за чем-то подобным.
Я начал упорно заниматься медитацией с тех пор, как приступил к работе в колледже «Ананда». В любое свободное время я практиковал одну из разновидностей йогической медитации. Я продолжил свои занятия и в пиривене Балангоды. Тогда это была саматха. Через какое-то время я развил ясновидение — способность понимать мысли других людей, хотя и не стремился к этому. Это произошло как-то само собой.
Видя человека в первый раз, я понимал о нем многое: как его зовут, откуда он прибыл, какова цель его визита. Стоило мне увидеть ученика пиривены, как я мог прочесть его мысли, узнать о том, что его гложет, и дать нужный совет. В таких случаях ученики начинали подозревать, что кто-то наушничает мне. В результате среди них даже возникали конфликты. Но мне никто ничего не доносил. Я просто видел их насквозь. Например, ученикам было запрещено курить и спать в дневное время суток. Чтобы проследить за этим, я направлял свое сознание в разные уголки школы. Так я мог видеть, кто где курит и спит. Я тотчас же шел туда и ловил нарушителей.
Я вставал в полшестого утра и какое-то время медитировал. Следующий раз я медитировал в пять тридцать дня и в десять тридцать вечера. Способность понимать мысли людей появилась у меня только с началом регулярной практики. Я никому не рассказывал о своих занятиях.
В то время один наяка теро, приславший трех своих учеников в нашу пиривену, пригласил меня на религиозную церемонию в свой храм в Галлелле. Церемония должна была длиться две недели, и он настаивал на том, чтобы я посетил ее от начала до конца. В то время я не участвовал в подобных религиозных мероприятиях, потому что это могло плохо отразиться на моей медитации. «Мы отправили нескольких учеников в твою пиривену, а ты не удосужился посетить ни одной нашей церемонии. На эту ты обязательно должен прийти», — настаивал он. Я согласился, но попросил выделить мне тихое место, потому что хотел продолжить свои занятия. Моя медитация была все еще нестабильна. Наяка теро пообещал выполнить мою просьбу.
Я отправился на религиозную церемонию в храм Галлеллы. И где, вы думаете, он меня поселил? У себя в комнате! Какая тишина, какой покой?! Это была базарная площадь. Там невозможно было уединиться. В комнате настоятеля находились и принадлежности для процессии, и урна с реликвиями, и деньги, вырученные на ярмарке. Через его комнату проходил неиссякаемый поток людей. В таких условиях продолжать медитацию, которой я занимался втайне, было невозможно. Я сказал, что не могу оставаться здесь, и попросил выделить мне другое место. Тогда мне приготовили постель в том зале, где жили монахи, приехавшие читать пириты. Я хотел посмотреть, удастся ли мне вовремя приступить к медитации хотя бы здесь. Как бы не так. Все теро в этом зале были старше меня. Когда мне хотелось уединиться, наяки теро кричали: «Что ты там сидишь с кислой миной? Иди сюда, поговори с нами».
Не было и дня, чтобы я смог помедитировать в положенное время. Тогда я отправился в общий зал для собраний,
чтобы посмотреть, спокойно ли там. Зал оказался полон барабанщиков и трубачей. В зале для проповедей всегда собиралась толпа. Наконец я отправился в вихару. Но и там мне было неудобно: люди постоянно сновали туда-сюда. Во всем саду не нашлось ни одного подходящего места для медитации. Через несколько дней при виде настоятеля храма и монахов у меня стали возникать гневные мысли. Я думал, что они враги буддизма. Если бы Будда был жив, он призвал бы отказаться от подобных храмов. Мне было грустно и противно, что храмы настолько деградировали. Позже эти мысли превратились в гнев.
Через две недели я вернулся в пиривену Балангоды и приступил к своей обычной медитации, но мой ум не мог сконцентрироваться, как раньше. Когда я начинал сосредоточиваться, то видел торжества в Галлелле. Тогда в моем уме возникала слабая вспышка гнева. Стоило мне приступить к медитации, как в уме начинали всплывать картины прошедших событий. Из-за этого я на какое-то время прекратил свои занятия. Я продолжал работать в пиривене. Вернулись вспыльчивость и буйный нрав, свойственные мне в юности.
В то время из Индии вернулся один человек. Он рассказал мне о могущественном йогине по имени Рамана Махариши, которому приписывали сверхъестественные способности. Рамана Махариши жил в своем ашраме в Тируваннамалае, недалеко от Мадраса. Я слышал, что сила его ума наполняла пространство вокруг и любой, кто медитировал в его присутствии, быстро добивался нужного сосредоточения. Я должен был отправиться в Индию и встретиться с ним. Я решил передать руководство пиривеной своему заместителю и взял отпуск на время поездки.
В то время на Шри-Ланке проездом был Брахмачари Валисингхе Дэваприя из общества Махабодхи. Когда я сообщил ему о своем желании отправиться в Индию, он сказал: «Учитель, вам просто необходимо поехать в Бенарес. Я покрою все расходы». Я сел на поезд и сошел на станции в Эгморе. Я отправился в центр Махабодхи неподалеку. Примерно через два дня я прибыл в штаб-квартиру Теософского общества в деревне Адьяр. Доктора Адикарама я нашел в библиотеке: он систематизировал книги на сингальском и пали. Я рассказал ему о своем намерении, и он присоединился ко мне.
Сначала мы ехали на поезде, затем на автобусе и, наконец, шли пешком, пока не достигли ашрама в Тируваннамалае. Мы прибыли туда около десяти часов утра. Всех посетителей бесплатно кормили. Мы тоже получили пищу и ночлег. Вечером мы вдвоем отправились в зал, где находился Рамана Махариши. Йог полулежал на низкой постели. Он был погружен в глубокую медитацию, а его глаза были широко раскрыты. Но несмотря на это, казалось, он ничего не видел. Его ум был сосредоточен на чем-то ином. Примерно до пяти часов дня он оставался в таком положении: неподвижный, с немигающим взглядом. Какой-то американец распростерся перед ним на полу в знак поклонения.
Я сел на коврик у стены напротив и погрузился в ту медитацию, которую практиковал. Я начал медитировать. Мой ум собрался очень быстро. Гнев больше не возвращался. Из тех пяти дней, что я провел в ашраме, большую часть времени я медитировал на одном и том же месте. Доктор Адикарам тоже медитировал. Через пять дней мы уехали. Доктор Адикарам вернулся в Адьяр, а я отправился в Калькутту. Там я тоже занимался медитацией, и теперь она начала приносить плоды.
Приближалось полнолуние Весака. «Общество Махабодхи» готовило к изданию специальный выпуск журнала, приуроченный к празднику. Достопочтенный Нелуве Джинаратне теро попросил меня нарисовать изображение
Будды для их журнала, и я выполнил его просьбу. Кроме того, картины в вихаре Дхармараджа нуждались в реставрации, и достопочтенный Нелуве Джинаратне теро вновь попросил меня о помощи. Я обещал заняться этим в свой следующий приезд и отправился в Бенарес.
В Бенаресе я остановился в вихаре Сарнатха. После завтрака я шел в алтарную комнату и прятался за статуей Будды, где погружался в саматху с семи утра до обеда. После обеда, где-то с часу дня и до шести вечера я снова занимался медитацией. Я практиковал таким образом в течение нескольких дней, как вдруг почувствовал боль в груди. Я не мог пошевелиться. Я даже не мог лечь. В конце концов я стал спать сидя, потому что от малейшего движения возникала острая боль и я просыпался.
Прошло четыре дня. Один благочестивый индус по имени Баджория каждый вечер приходил в храм на поклон. Мы познакомились с ним, и он пригласил меня к себе домой, чтобы сделать подношение. Я отправился за подаянием примерно в пол-одиннадцатого. В то время у меня сильно болело в груди. Я поведал ему о своем недуге и добавил, что мне тяжело даже спать. Он спросил, как возникла эта боль. Я рассказал о своем распорядке дня. «Это у вас от чрезмерных занятий йогой. Не ходите к врачам. В деревне под названием Канкхала, у подножия Гималаев, живет могущественный йог. Он вылечит вас с помощью йогических упражнений. Ступайте к нему без промедления», — сказал он и написал, как туда добраться.
В тот же день я сел в поезд и ехал две ночи. На третий день я сошел в Дели и отправился в Будда-вихару. И в поезде, и в храме я продолжал медитировать. По ночам я спал сидя. Стоило мне хотя бы немного повернуться, как я просыпался из-за острой боли. Так я провел несколько дней. Затем я сел на транспорт, который шел в Харидвар, а оттуда на автобусе добрался до Канкхалы. Было около семи вечера. Я спросил водителя, где живет Свами Нараянананда. Он сказал: «Я сам собираюсь в одно место неподалеку. Я провожу». Оказалось близко. Шофер показал мне школу Бастирам и ушел.
Я поднялся по лестнице на верхний этаж. Свами Нараянананда сидел в мягком кресле. Он увидел меня, попросил сесть и дал апельсинового сока. Я не успел рассказать ему о цели своего визита — он заговорил первым: «Ты не спал много дней. Сегодня ты наконец выспишься. Я приготовил тебе постель рядом со мной». Я был изумлен тем, что он знал о моем состоянии. Я сказал ему, что уже несколько дней не могу спать и меня мучает острая боль в груди. Моя кровать располагалась в его комнате, у стены. Он попросил меня сесть, поднял руки, словно благословляя меня, и провел ими от моей головы вниз по всему телу. Это не был гипноз — это был метод йоги. «Я сделал так, что на сегодня боль утихнет. Теперь ты будешь хорошо спать», — сказал он мне. И впервые за много дней я заснул крепким сном.
Проснулся я уже наутро. Перед школой нес свои воды Ганг. Я умылся в реке. По всей округе жили благотворители, которые поддерживали этого йогина. Каждое утро ему подносили горшок молока. Он жил один. У него был единственный чугунный котел над очагом, в котором он варил молоко. Он сделал две большие кружки молока. Сахар не добавлял — вместо этого мы съели по кусочку сливочной конфеты. Вот и все, что было на завтрак. Немного позже он сказал: «Йогические упражнения нельзя делать там, где тебя могут увидеть. Ими нужно заниматься в уединении. Практиковать йогу у всех на виду — все равно что выставлять напоказ свои достижения. Мы должны вести себя, как скромные духовные лица. Было бы неправильно показывать людям то, чего мы достигли, и получать за это особые почести. Они должны видеть только те наши качества, которые свойственны духовным практикующим.
Давай пойдем в уединенное место», — сказал он. И мы отправились в отдаленную часть манговой рощи, что росла за домом.
Он остановился в центре рощи, у большой каменной плиты, и сел в позу лотоса, сказав мне принять туже позу. Я так и сделал. Он показал мне одну пранаяму и попросил меня повторить за ним. Я делал ее около пяти минут. Потом он попросил меня наклониться вперед и вбок, чтобы проверить, есть ли боль. К моему удивлению, мне не было больно. Я полностью излечился от боли в груди. Мы вернулись на верхний этаж школы. Он обратился ко мне: «Саматху нужно делать под руководством опытного учителя. Иначе небольшая ошибка может обернуться сильной болью и проблемами». Я сказал ему, что у меня нет учителя. «Оставайся, и я в меру сил буду помогать тебе», — сказал он. Я ответил: «Я хотел бы остаться, если не доставлю беспокойств и не буду обузой». — «Никаких беспокойств. Оставайся сколько нужно». И я остался.
Я прожил там около полутора месяцев, все это время развивая саматху на основе его наставлений и сведений из книг. Этот йог был странным. Он жил совсем один. Местные верили в него и делали ему подношения, но он никогда не показывался на люди до пяти вечера. По вечерам он выделял около часа на то, чтобы поговорить с посетителями о Дхарме и ответить на их вопросы. В другое время его никто не посещал. Тогда же ему подносили еду и все необходимое. Готовил он сам. Его образ жизни мне очень нравился.
После кружки молока на завтрак мы делали йогические упражнения под названием пранаямы, или пранапаны. Это что-то типа анапанасати. В каком-то смысле все это напоминает саматха-анапану. Он объяснял мне пранаяму и сам делал вместе со мной. Затем он оставлял меня в своей библиотеке, где я находил ценнейшие книги по индуизму и буддизму.
На площадке перед домом стояла деревянная конструкция наподобие клетки. В ней едва можно было поместиться со скрещенными ногами. Он забирался туда, закрывал дверь и примерно на четыре часа, до десяти дня, погружался в саматху. А я в это время изучал его библиотеку.
В десять часов он выходил и готовил лепешки на открытом огне. Еще он готовил соус. А я тем временем купался в Ганге. У меня с собой была чаша для подаяния, в которую он накладывал мне еду. Сам же он ел лепешки с соусом из большой латунной тарелки.
Так прошло несколько дней. Однажды во время еды я подумал: «Каждый день у нас лепешки. Хорошо бы поесть рису». На следующий день он приготовил для меня рис. Для себя же сделал лепешки. Прошло еще дней пять. Я опять подумал: «Давненько я не ел сладкого». На следующий день он подал мне пудинг с патокой. В другой раз мне захотелось куракканской каши. Я получил и ее. В тот день он воздел руки к небу и сказал: «Ты можешь желать чего угодно, но из того, что есть в этой стране. Не желай того, что здесь не найти». Вот до какой степени он развил способность читать мысли людей.
За это время он обучил меня многим пранаямам, рассказал, как излечивать болезни с помощью йогических упражнений, объяснил способы совершенствования кундалини-йоги, которая позволяет обрести мистические силы. «Тебе больше не нужен учитель. Теперь ты можешь практиковать сам», — сказал он. Я спросил его, смогу ли я достичь высшего состояния в этой жизни. «Твоя медитация увенчается успехом, если ты будешь избегать публичной деятельности. Нужно вести уединенный образ жизни. Обычным людям не понять ценность медитации. Они только и ждут, чтобы воспользоваться нами. Не обращай внимания на их просьбы. Трудись во благо своего духовного развития».
Где-то через полтора месяца моего пребывания у него он сказал: «Было бы хорошо, если бы ты посетил Ришикеш в сотне миль отсюда и увидел своими глазами отшельников. Там живет много йогов». Он рассказал мне, как туда добраться. Я простился со Свами Нараянанандой и отправился в Ришикеш.
Я проехал около ста миль автобусом и добрался до Каликамалы. Этот населенный пункт назван в честь одного миллионера, который передал свое состояние в доверительное управление банку с условием, чтобы на полученные проценты банк каждый день кормил две сотни йогов. Для этих целей было также построено двухэтажное здание у подножия горы в Ришикеше. Рано утром по обе стороны площадки, расположенной перед зданием, для йогов расстилали коврики. Я добрался туда к половине одиннадцатого. Как раз в это время две сотни йогов спустились с горы и расположились на ковриках. Работники разносили рис, лепешки и карри и раскладывали их по камандалам — сосудам из вычищенной тыквы, которые по размерам больше наших чаш для подаяния. В другую емкость, которую йоги приносили с собой, наливали молоко. Некоторые ели там же, другие забирали еду с собой в горы. Мне выделили комнату в этом здании. Туда же принесли и еду.
Управляющий ранее уже встречался с ланкийскими биккху. После завтрака я отдыхал до трех часов дня, а затем заговорил с ним: «Я хочу отправиться в Ришикеш, но не знаю дороги. Не могли бы вы дать мне проводника?» «В этих джунглях нет человека, знающего английский. Можно найти проводника только со знанием санскрита», — сообщил он. Я сказал ему, что это подойдет, так как я неплохо владею санскритом. Он разыскал для меня молодого брахмана лет девятнадцати. Мы с ним поднялись в горы мили на полторы. Это был один из отрогов Гималайской горной цепи. Там мы нашли ашрам Свами Шивананды.
У Свами Шивананды было около четырехсот учеников. Сначала он был доктором, а затем стал йогом. Его жилище называлось «Ананда Кутир». Управляющий сказал: «Свами Шивананда прибудет через час. Пожалуйста, подождите его здесь». Я хотел дать своему проводнику немного денег, но он отказался со словами: «Мы не берем денег у монахов и отшельников. Я лишь выполняю свою работу», — и ушел.
Было около пяти часов, и я отправился на прогулку. Я дошел до подвесного моста и перебрался на противоположную сторону. Там было много отшельников и их жилищ. Эта местность называлась Сваргашрам. Там было много зданий, построенных благотворителями. Я зашел в одно из них. Внутри было много пушистых ячьих хвостов и мускуса. Отшельник спросил, не хочу ли взять что-нибудь с собой. Я ответил, что нет. Все это привезли тибетцы. Неподалеку я увидел одно сооружение, похожее на полусферу, которой покрывают ступу. «Это Рамакунда — место, где царевич Рама занимался аскетической практикой», — сказал отшельник. Чуть дальше была еще одна похожая постройка. «Это Лакшман-джула — место, где царевич Лакшман занимался аскетической практикой», — объяснил мне отшельник. Я хотел пойти дальше, но он отговорил меня: там водились леопарды. Я вернулся в «Ананда Кутир».
Вскоре приехал Свами Шивананда. Я пересел на низкое сиденье. Он посмотрел на меня и попросил занять его место. Он знал, что я старше, и попросил меня сесть на его сиденье. Мы немного поговорили. Он предложил мне остаться по меньшей мере на три месяца, чтобы прочувствовать все прелести жизни в ашраме. Я ответил, что рассчитываю пробыть дней пять, максимум неделю. Мне выделили комнату в новом здании. Свами велел одному из учеников обеспечивать меня всем необходимым.
По обыкновению, я искупался в Ганге. Когда я вышел из воды вместе с другими йогами и хотел выжать воду из внутреннего одеяния, в котором купался, один йог быстро забрал его у меня и начал стирать. Мне не позволяли переутомляться. Затем я вернулся с ним в ашрам. Все сиденья в столовой были бетонными. В доме для паломников всегда останавливалось две-три сотни человек, которые шли к горе Кайлаш. Благотворители из таких городов, как Дели и Бенарес, приносили продукты, из которых готовили пищу. Основным блюдом были пшеничные лепешки.
Находясь в Гималаях, Свами Шивананда выпускал ежемесячный журнал под названием «Божественная жизнь». Большую часть времени он посвящал медитации и ежедневно по два часа работал в офисе. Как только он приезжал в офис, один его ученик зачитывал поступившие от людей вопросы по философии индуизма. Ответы Свами стенографировались. Затем Свами надиктовывал статьи для журнала. Все это печатали и отправляли в филиал в Дели. Там журнал шел в типографию, а затем рассылался во многие страны мира. Вот такую организованную деятельность вели ученики Свами Шивананды. Было очевидно, что философией индуизма интересуются люди во всем мире. У него были последователи во многих странах.
Каждый день в половине шестого вечера все собирались в зале для баджанов — религиозных песнопений. Приходило до ста паломников. Послушать баджаны позвали и меня. Буклеты со словами на хинди, тамильском и английском раздали всем присутствующим. Все заняли свои места. Мне тоже дали буклет, чтобы я понимал, что происходит.
Похоже, это были хвалебные песни в честь Брахмы, Вишну, Шивы, Ганеши, Сканда-Кумары, Будды и Иисуса. Все собравшиеся погружались в мелодичное пение. Затем Свами Шивананда читал лекцию о медитации. Кроме того, он обучал йогов английскому языку. У всех было хорошее английское произношение. Поскольку среди йогов были представители разных народов, вечернюю лекцию всегда читали на английском.
В первый день моего пребывания там, после пения баджанов, меня попросили выступить с речью о буддийской медитации. Я прочел двухчасовую лекцию о саматхе и випассане. Когда я закончил, Свами сказал: «Я слышал, что в буддизме есть только одна форма медитации — та, что основана на трех характеристиках бытия: непостоянстве, страдании и отсутствии „я“. Я не знал, что в буддийскую медитацию входят саматха, касина и так далее». Он заговорил об этом, потому что, объясняя саматха-бхавану, я использовал в качестве примера алока-касину. Он сказал: «Почему бы тебе не сделать один подарок миру? Я живу в отдаленной области Гималаев и издаю ежемесячный журнал, чтобы познакомить мир с философией индуизма. Если я могу заниматься этим в таком труднодоступном месте, почему это не под силу городскому биккху?» Он посоветовал мне вернуться на Шри-Ланку и начать издавать журнал на английском, в котором бы объяснялись вопросы Дхармы.
За то недолгое время, что я прожил в этом окружении, в моем сознании произошли большие перемены. Я ощутил всепоглощающее спокойствие. Я жил в безмятежной, здоровой атмосфере вдали от шума и суеты и чувствовал себя словно в мире Брахмы. Редко выпадает шанс насладиться вкусом такого умиротворения. Подобную безмятежность можно ощутить во время посещения малоизвестных древних буддийских храмов.
Через несколько дней я простился со Свами и отправился в обратный путь, хотя он просил меня задержаться подольше. Рано утром я в одиночестве спустился с горы. Я позавтракал в зале Каликамалы и сел на автобус. К вечеру я добрался до ашрама Свами Нараянананды.
Каждый день я посвящал медитации. Возможно, именно поэтому все, кого я встречал в автобусе ли, по дороге ли, относились ко мне с глубоким уважением и теплотой и с радостью предлагали свою помощь. Я был один в чужой стране, но не чувствовал себя одиноким. Еще две недели я медитировал в ашраме Свами Нараянананды и уже стал было собираться в Бенарес, как он достал три толстых тома из шкафа в своей комнате и отдал мне их со словами: «Не эти ли книги ты искал в Мадрасе, Калькутте и Бенаресе?» Я не говорил ему ни о каких книгах. Это был трехтомник «Культурное наследие Индии» — очень ценное издание, которое в свое время выпустила миссия Рамакришны. Весь тираж распродали, как только книга увидела свет. Я не мог достать эту книгу ни в миссии Рамакришны на Шри-Ланке, ни в Индии. Причина заключалась в том, что тираж разошелся очень быстро. И именно ее сейчас протягивал мне Свами Нараянананда. «Я ее прочитал, теперь дарю ее тебе», — сказал он.
Он проводил меня. Пока мы ждали автобуса, он сказал: «Сейчас только начало апреля. В этом году в апреле будет очень жарко, поэтому тебе лучше скорее вернуться на Шри-Ланку». Я сказал ему, что уеду на Шри-Ланку, как только доберусь до Бенареса. «Как же ты отправишься на Шри-Ланку без денег на проезд?» — спросил он. Я возразил, что деньги у меня есть. «Но этого мало», — сказал он. «Брахмачари Дэварпия вышлет мне деньги в Бенарес». Он замолчал и погрузился в раздумья: «Нет, в ближайшее время ты ничего не получишь. Деньги пришлют только в июне. Я попрошу здешних верующих оплатить тебе проезд, чтобы тебе не пришлось томиться на жаре два лишних месяца». Было бы неправильно брать деньги у человека, который мне и так сильно помог. Поэтому я не согласился на его предложение. Я сказал, что останусь в Бенаресе, пока не получу необходимые средства. Он ответил: «В середине апреля уже очень жарко. Если будет совсем тяжело, окружи свое тело прохладой с помощью йогических упражнений, которые я показал тебе. Так легче можно перенести жару».
Я выразил свое почтение и сел на автобус в Дели, а оттуда добрался до Бенареса. Когда я был в Сарнатхе, температура воздуха поднялась до 53 градусов по Цельсию. Местные биккху принимали холодный душ уже в ю утра и не выходили на улицу. В воздухе зависла мелкая пыль. Вдыхая ее, люди заболевали гриппом, который затем перерастал в пневмонию. По улице можно было ходить, только прикрывая лицо.
На лето богатые уезжают туда, где попрохладнее, например в Непал. Бедняки же остаются у Ганга и принимают ванну по семь-восемь раз на дню. Из-за чрезмерной жары манго не дозревает, а вянет и опадает. Люди делают из него сок, который дает хороший иммунитет к болезням от жары. Змеи покидают джунгли и заползают в дома в поисках воды. Змеи повсюду. Люди перебираются на верхние этажи домов. Все дома имеют несколько этажей. Биккху Исипаттаны перебрались на верхний этаж главного здания и спали прямо на голом полу.
Как бы то ни было, я вынужден был смириться. Страшная жара не слишком на меня влияла, потому что я следовал наставлениям Свами Нараянананды. Несмотря на изнуряющий зной, я продолжал свою медитацию, и она помогала мне справляться с жарой.
В июне Брахмачари Дэваприя прислал мне деньги на проезд. Я вернулся на Шри-Ланку и прямиком отправился в пиривену Балангоды. Я отказался от преподавания в пользу своего заместителя и других учителей, а сам решил посвятить все свое время медитации. В нижней части сада, окружавшего пиривену, было хорошее кути с бетонным полом. Я навел порядок, подмел вокруг, раздобыл маленький столик, сиденье и керосиновую лампу. Это место прекрасно подходило для медитации. Снаружи была небольшая комнатка. Мы устроили все так, чтобы в ней поселился мой брат по Сангхе и главный ученик Велигепола Майтреямурти. Он должен был обеспечивать меня всем необходимым.
Примерно в восемь часов вечера, в благоприятное время, я сел в йогическую позу и приступил к медитации. В тот самый момент на столе перед собой я увидел полон-телиссу — чрезвычайно ядовитую змею. Она ползла ко мне. Мое положение было незавидным. Я взял метлу и скинул змею на пол. При свете лампы я видел, как она извивается на гладком бетонном полу. Я крикнул Майтреямурти и попросил его открыть дверь. Он распахнул дверь. Я сказал ему быстро перебраться в свою комнату и закрыть за собой дверь, потому что в моей комнате змея. Я стоял на маленькой скамейке и пытался оттолкнуть змею метлой. Керосиновая лампа опрокинулась, скамейка перевернулась, и в кромешной тьме я упал на пол. Змея укусила меня за палец на ноге. С большим трудом я встал, перепрыгнул через змею, выбежал из комнаты и захлопнул дверь. Все это происходило в полной темноте. Боль становилась невыносимой. Я позвал Майтреямурти: «Меня укусила змея. Беги в пиривену и принеси стул». Он вернулся со стулом и вместе с другими людьми перенес меня в школу. Было около девяти часов.
Мы отправили записку Суманаджоти наяке теро из храма Тумбагала. Он прибыл вместе с известным врачом по змеиным укусам. Тот осмотрел рану и подтвердил, что это была полонтелисса. Он высосал яд из раны и положил на нее какое-то лекарство. О медитации пришлось забыть.
Три месяца я был прикован к постели. Рана не заживала и боль не проходила. Мы обратились к другому целителю, и благодаря его лекарству рана затянулась. Тогда я кое-что понял. В буддийских книгах есть примеры того, как Васаварти Мара или его приспешники создают препятствия на пути тех, чья медитация, казалось бы, начинает приносить плоды. Прежде, когда моя медитация только начала набирать силу, мне пришлось посетить религиозную церемонию, и это свело на нет мои успехи. Сейчас, когда я решил посвятить свою жизнь медитации, они подослали мне змею, которая снова разрушила мои планы. Это было чистое кути, где до меня жили и другие монахи. Как змея могла оказаться там?
Я подумал, что это препятствие — дело рук Мары, его помощников или языческих духов. Современные пандиты, выпускники университетов и образованные люди являются рабами европейского мировоззрения и не верят в существо под именем Мара Дэвапутра. Они считают, что это иносказательное олицетворение омрачений. Я же считаю, что древние буддийские тексты не врут. Я верил в них и тогда, верю и сейчас. Думаю, именно Мара поддержал те силы, которые уничтожили буддизм в Индии и время от времени добивались своего на Шри-Ланке. Он стоит за врагами буддизма, которые ослабляют буддистов и усиливают их оппонентов.
Некоторые дэвы, обладающие правильным взглядом (samma ditthi), такие, как Шакра, избегают битвы с необузданным Марой, опасаясь его неистовства. У Мары появляется возможность уничтожить буддизм, когда добродетельные божества, наделенные правильным взглядом, оставляют его в покое. Я также верю в рассказы из сутр о том, что дэвы разбежались, когда Мара бросил вызов Будде. Бесчинства Мары Дэвапутры из «Саньютта-никаи» и «Биккхуни-саньютты» некоторые толкуют как проявление омрачений. Но, исходя из палийского канона и комментариев к нему, можно сказать, что Мара Дэвапутра — реальное существо. Таким образом, думаю, это Мара или кто-то из его шайки чинил препятствия моей медитации.
В буддийских писаниях можно найти пять разных значений слова «мара». На мой взгляд, в четырех из них это производные от корня «мара». Все эти словоформы, вроде «клеша-мара», были образованы от корня «мара» уже позже, комментаторами палийских текстов. Комментарий «Аттхакатха» отражает традицию монахов Махавихары, и в отдельных моментах расходится с комментарием «Абхайягири». Когда же речь идет о Маре Девапутре, то имеется в виду тот самый корень «мара», и я могу дать ему хорошее объяснение.
На санскрите «смара» (smara) означает «Купидон». Санскритское «смара» на пракрите будет звучать как «мхара» (mhara). Таким образом, я полагаю, что имя божества Мара происходит от слова «смара». В дошедших до нас стихах
Ананга (Купидон) не является человеком. Это персонификация страсти или объекта страсти. Но, согласно индуистским пуранам, бог страсти, Ананга, реально существует. Складывается впечатление, что мы называем Марой именно Анангу. А значит, Мара Дэвапутра — реальное существо со свитой — Марапирисой.
В тексте «Падьячудамани» достопочтенного Буддагхоши теро есть стих, который описывает борьбу между Марой и Буддой: «Взобравшись на пьяного слона, Ананга уехал». Буддагхоша называет Мару Анангой.
В прошлом такие ученые люди, как Буддхагоша теро, считали Мару живым существом. Марой, который пришел к Будде, когда тот достиг просветления, и был тот самый негодяй Дэвапутра, в бешенстве метавшийся по небесам Параниммита Васаварти. В нашем мире есть люди, которые рождаются богачами благодаря большим заслугам. Подобным образом и в дэва-локах есть группа существ, у которых заслуг больше, чем у остальных, которые опьянены безудержными утехами, презирают добродетель, высмеивают аскетизм и превыше всего ценят разгульную жизнь. Их предводитель и есть Васаварти Мара Дэвапутра. Королем Васаварти дэва-локи является другое божество, доброе. А Мара Дэвапутра — мерзавец, который обитает в одной из областей того мира. Даже у нас в деревнях есть главари шаек, пристрастившиеся к алкоголю. Богатые, уважаемые люди не выясняют с ними отношений, предпочитая не связываться. У негодяев нет чувства самоуважения. Они не стыдятся своего распущенного поведения. Васаварти Мара и его банда творят бесчинства. В индуизме их называют «смарой», а в буддизме — «марой». Когда Будда произнес «Sadevake, loke samarake», он говорил именно об этих существах. Будда много раз использовал эту фразу: «Sadevake, loke Samarake sabrahmake». Здесь речь идет о дэвах, марах и брахмах. «Садэвака» означает «дэвы», «сабрахмаке» — «брахмы». Тогда почему между ними появляется «самарака», если оно означает просто омрачения? Зачем говорить об омрачениях, если идет перечисление классов существ? Зачем толковать «самараке» как «омрачения», если в Трипитаке есть подобная фраза Будды? Она и служит доказательством того, что существует группа божеств под именем «мары», подобно тому как существуют дэвы и еще более возвышенный класс существ — брахмы. Таким образом, мары, несомненно, существуют.
В «Мара-саньютте» из «Саньютта-никаи» говорится о том, как Мара время от времени доставлял неприятности Будде и его ученикам. Но Будда был свободен от омрачений. В сутрах говорится, что на протяжении года после того, как Будда достиг просветления, Мара ходил за ним по пятам. Он искал у Будды изъяны. Если под марой подразумеваются омрачения, то как они могут преследовать человека, который от них освободился?
Кроме того, Мара намеревался прельстить Будду, так как не мог постичь непревзойденной мудрости Татхагаты. И хотя Мара был очень могущественным, его самого было легко обмануть. Он был глуп. Именно поэтому он ходил за Буддой и искал в нем недостатки. В конце концов он оставил свои усилия. Лично я думаю, что Мара изо всех сил старался отомстить Будде. Когда это ему не удалось, он переключился на тех, кто был предан Будде. Это он подстрекал царевича Видудабху к уничтожению рода Сакьев. Царь Косалы лишился всего и умер на улице. Главным мирским последователем Будды был Анатхапиндика, и однажды случилось так, что он потерял все свое состояние. Царь Бимбисара трагически погиб от руки собственного сына. Таким образом, Мара мстил тем, кто был предан Будде.
Затем он пытался уничтожить буддизм. После ухода Будды Сангха приложила огромные усилия к тому, чтобы защитить Сасану, но возник раскол. Биккху Тхеравады столкнулись со многими трудностями и много трудились ради сохранения учения, но сложилась такая ситуация, что на севере страны Тхеравада была уничтожена. Махаяна приобрела преимущественное влияние. Я думаю, за это в ответе Мара. И наконец, он уничтожил буддизм руками мусульман. Гандхара раньше была буддийской страной, но сейчас буддизма там нет. Тартари, страна на территории современного Китая, была буддийской страной: надписи на камнях и сведения из книг не оставляют в этом сомнений. Но сейчас там нет ни одного буддиста. Ява и Мальдивы тоже были буддийскими государствами. Чего только не делалось, чтобы уничтожить буддизм во всех этих странах. Буддизм сохранился только на Шри-Ланке, в Таиланде и Мьянме. В Камбодже буддизм был уничтожен за один день.
Я думаю, все это козни Мары. Он использовал все доступные средства, чтобы уничтожить буддизм. И он до сих пор не оставляет свою затею. Дэвы боятся его. Его шайка очень могущественна, поэтому никто не бросает ему вызов. А значит, сдерживать его должны люди. Если биккху станут по-настоящему религиозны, будут следовать принципам буддизма и настойчиво работать в заданном направлении, Маре не преуспеть.
Когда биккху увлекаются мирскими соблазнами, это на руку Маре. Именно это произошло в Индии много лет назад. Индийские биккху стали зависимы от помощи и внимания королей и поэтому старались умилостивить их. В других странах биккху тоже вели себя неправильно. Монастырь Наланда обладал престижем, и монахи, считая себя лучшими учителями в стране, возгордились. Это привело их к падению.
Когда биккху строго следуют заповедям и практикуют медитацию, Мара бессилен. Когда же в практике возникает брешь, у Мары появляется шанс. Божества не могут нам помочь, ведь они обретают силу благодаря тем заслугам, которые мы им посвящаем. Если мы просто произносим «Ettavataca ammehi» в силу привычки и не совершаем при этом добродетельного поступка, то нет и заслуги, которую можно было бы передать. Сейчас религиозной деятельностью занимаются в основном ради имени и славы. В умах людей очень мало благочестия (sraddha). Религиозные церемонии — часто лишь предлог, чтобы получить деньги. В таком случае, откуда взяться заслугам для божеств, когда вы произносите «Ettavataca»? Тех заслуг, которые мы посвящаем божествам, недостаточно для того, чтобы у них была сила. В результате дэвы самьякдрустика (samyakdhrusthika) слабеют, а дэвы митья друстика (mitya dhrusthika) обретают силу. Последние служат Маре и не оставляют попыток уничтожить буддизм.
В тот момент, когда Будда был на пороге просветления, Мара попытался взволновать его ум и нарушить его концентрацию, но Будда был непоколебим. Мара был повержен и оставил свои попытки. Я думаю, противостояние Будды и Мары имело место в реальности, и Мара — не какой-то вымышленный персонаж.
Я думал, что мои проблемы на этом закончились, и вновь собирался приняться за медитацию. Меня пригласили посмотреть статую Будды в храме Будурувагала в Веллавае. Мне захотелось пить, и я отпил немного из емкости для сбора дождевой воды. На следующий день я вернулся в Балангоду и у меня случился крайне тяжелый приступ малярии, от которой я мучился целый год. Не помогали ни западная медицина, ни народные средства. Из-за всех этих бедствий сила сознания стала уменьшаться. Через год я прибег к нетрадиционному лечению. Из-за навалившихся проблем, а также обязанностей перед мирянами и членами Сангхи я не мог найти время для регулярной медитации. Чтобы добиться результатов от медитации, ей нужно заниматься систематически. У меня же возникали одна проблема за другой. В конце концов я отказался от саматхи и стал заниматься випассаной. Я посвятил ей все свободное время.
Именно тогда меня пригласили на Буддийский собор в Мьянме. К несчастью, в это время нас покинул достопочтенный Майтримурти. Я получил известие о том, что по рекомендации достопочтенного Махаси-саядо достопочтенный Суджата направился в Кандубоду. Я решил заняться випассаной под его руководством. Примерно в то же время начал свою деятельность немецкий ашрам Дхармадута. Мы с двумя моими учениками отправились в Кандубоду. Мои ученики занимались медитацией под руководством достопочтенного Суматхипалы. Их обучали дыханию животом. Этот метод привезли на Шри-Ланку из Мьянмы.
Достопочтенный Суджата обладал глубокими познаниями в области Дхармы и был знатоком пали. Мы с ним говорили на пали. Он спросил меня, хочу ли я медитировать с использованием абдоминального дыхания или же предпочитаю другую форму медитации. В «Сатипаттхана-сутре» и прочих текстах Будда учит концентрироваться на дыхании через нос, поэтому эта техника, о которой Будда не говорил, меня не привлекла. Согласно «Сатипаттхана-сутре», медитирующий волен выбирать, на какой части тела сосредоточить свое внимание. Я сказал, что не хочу концентрироваться на движениях живота. Тогда он посоветовал мне продолжить заниматься той медитацией, которую я практиковал раньше.
Моя медитация включала рассматривание основных элементов. С трудом я все же понял, как возникают и исчезают составляющие моего тела, как поток мыслей меняется в зависимости от различных объектов. Узнав о моей медитации, достопочтенный Суджата сказал: «Очень хорошо. Продолжай в том же духе».
Я занимался этой медитацией во время ходьбы с утра до полуночи. Я мог ходить целый день, ни разу не присев.
Я не чувствовал усталости. Если во время медитации я испытывал что-то непривычное, то говорил об этом достопочтенному Суджате теро. Он сверялся с комментариями или другими текстами и давал объяснение произошедшему.
Через два-три месяца практики випассаны я достиг знания появления и исчезновения ментальных и материальных состояний (udayavya папа). В конце возникло чувство беспристрастности ко всему. Это состояние прочно укрепилось в моем уме. Достопочтенный Суджата сказал, что это «знание-беспристрастность в отношении составного характера бытия» (sankharupekkha-nana), и посоветовал мне развивать дальше это состояние. Однако, сколько бы я ни старался, я не мог превзойти этот уровень.
Несмотря на вышесказанное, достопочтенный Кассапа из Ваджирарамы в своих книгах по медитации обрушился на меня с упреками. Он критиковал медитацию, основанную на абдоминальном дыхании. Я не пытался оспорить. Сам-то я знал, что практикую, поэтому не обращал внимания на критику. А лишние споры лишь приводят к враждебности. Достопочтенный Суджата обучал нас в очень приятной манере. Меня не поколебало возмущение монахов из Ваджирарамы. Оно нисколько меня не затронуло. Я продолжал идти своим путем, но делал это втайне. Я не хотел, чтобы мир узнал о моей медитации. Вот один из значительных моментов моего прошлого.
— Бханте, учители медитации по-разному объясняют разницу между упачара-(ирасага) и арпана-самадхи (аграпа samadhi). А как вы их различаете?
— Представьте гвоздь, крепко вбитый в деревянный брус, крепко сидящий в древесине. Бывает, что ум так же прочно зафиксирован на объекте медитации, и это называется «арпана». «Арпана» означает «прочно закрепленный». Устойчивая концентрация ума в этом состоянии называется арпана-самадхи. Состояние концентрации, предшествующее этому и тесно связанное с ним, называют упачара-самадхи. «Упачара-самадхи» означает «крутиться где-то поблизости». Упачара-самадхи относится к чувственной сфере (камава-чара), человек на этом уровне еще не поднялся до рупавачары. А сосредоточенный ум в состоянии арпана пребывает в рупавачаре.
— Бханте, в сутрах говорится, что сонливость и апатию, которые человек испытывает во время медитации, можно преодолеть с помощью алока-санны (aloka-sanna) — восприятия света. Что означает алока-санна и как ее развить?
— Если вкратце пересказать комментарии к «Ангуттара-никае», то речь идет вот о чем. Вспомните какой-нибудь свет: свет солнца или луны, сияние драгоценностей, свет факела или сверкание молнии — и удерживайте свой ум на этом образе столько, сколько сможете. Йогин, практикующий медитацию на касине, может в любой момент сосредоточить свой ум на каком-то световом образе и удерживать сосредоточение сколь угодно долго. Даже темной ночью ему кажется, что на улице день. В этот момент сонливость и апатия исчезают. Схожие объяснения даются и в других текстах.
— Бханте, говорят, что медитирующий также должен преодолеть неприязнь (aratiya). Как можно добиться этого?
— Aratia означает неприязнь к медитации, желание отступить от нее. Это подробно объясняется в четвертой сутре второго раздела «Ангуттара-никаи». Чтобы преодолеть неприязнь, человек должен прилагать правильное усердие.
— Бханте, можно ли сейчас достичь сознания пути и плода пути (magga-phala)? Или в современном мире это невозможно?
— Если, к своему счастью, человек родился с тремя корневыми причинами (trihetuka) и при этом прилагает усилия, то в принципе он может достичь сознания пути и сознания плода. Существует четыре типа людей, а именно: уггхатитанну (ugghatitannu), випачитанну (vipacitannu), нейя (пеууа) и пада-парама (pada-parama).
В течение первых двадцати лет к Будде приходили в основном те, кто относился к категории уггхатитанну. Их потенциал позволял им мгновенно постичь нирвану, стоило им только услышать проповедь Будды. Люди из второй категории тоже постигали нирвану, но им требовалась некоторая помощь. Большинство людей, таких, как Чаккупала теро, относятся к категории нейя. Они нуждаются в руководстве на пути и постоянных наставлениях. Время людей нейя будет длиться пять тысяч лет. Я думаю, именно поэтому комментаторы говорят, что Сасана Будды составляет пять тысяч лет. Люди пада-парама не могут достичь нирваны в этой жизни. Они недостаточно развили совершенства (parami). Они должны прилагать усилия еще долгое время. Такие люди в меру своих способностей развивают добродетели, и это определяет их следующее рождение. Если они не достигнут нирваны раньше, у них появится такая возможность во время Сасаны Будды Майтреи.
В наше время все же можно стать вошедшим в поток. Вероятно, есть люди, которые могут достичь и архатства. Не только на Шри-Ланке, но и в странах вроде Англии вполне могут быть те, кто обрел плод пути. В вихаре «Амаравати», в Великобритании, европейские биккху с большим воодушевлением занимаются медитацией. Время между завтраком и сбором подаяния они посвящают медитации. После предполуденной даны они немного отдыхают и вновь медитируют до половины пятого. После вечерних ритуалов одни занимаются медитацией до полуночи, другие — до двух часов ночи. Третьи до самого рассвета практикуют медитацию ходьбы. Таким образом, они прикладывают огромные усилия. Среди них могут быть биккху, которые обрели плод пути.
В лесных обителях Таиланда и в центрах для медитации в Мьянме есть много практиков, которые с великим усердием развивают свою медитацию. Вполне возможно, что некоторые из них достигли сознания плода. Такие люди, как покойный Сумедха теро из храма Махава, очень добродетельны. Но они никогда не заявят о своих достижениях во всеуслышание. На мой взгляд, он все же достиг этого уровня. Я знал его с детства. Он часто останавливался в пиривене Балангоды и изучал «Вишуддхи-маггу». Даже во время своего пребывания там он большую часть времени посвящал медитации.
— Бханте, можно ли обрести плод пути без развития дьян за счет саматхи-бхаваны, с помощью одной лишь випассаны?
— В палийской «Сара Самграхе» есть глава под названием «Саматха випассананам вибхавана». В ней говорится, что с углублением в випассану человек начинает испытывать состояние мгновенной концентрации. Випассана невозможна без сосредоточения. С того момента как вы начнете заниматься випассаной, концентрация возникнет мгновенно. Когда ум сосредоточен на объекте медитации, он становится сфокусированным. Это мгновенная концентрация. Допустим, человек становится сотапанной благодаря медитации випассана. Благодаря этому он автоматически достигает первой дьяны. Когда человек становится сотапанной, у него исчезают сомнения в истинности учения Будды (vicikiccha), привязанность к правилам и ритуалам (silabbata-paramasa), а также ложные взгляды (ditthi). Что происходит с другими омрачениями? В момент вхождения в поток другие омрачения подавляются. Те, кто практикует випассану, естественным образом достигают первой дьяны. Именно поэтому вошедшему в поток нужно приложить особые усилия для того, чтобы достичь второй дьяны и последующих. Тут уже нужно медитировать.
В течение девяти месяцев я был главой монашеской общины Сарнатха. Это было спокойное время. Бывало, ко мне заглядывали даже брамины, и мы говорили о Дхарме. Время от времени я сам посещал индуистский храм, расположенный неподалеку. Однажды индуистский священник сказал мне: «Если вы останетесь еще немного, наш храм перейдет под управление Исипаттаны. Вы очень добры в отличие от других биккху». Он неоднократно говорил это. Если бы я остался там еще, мы получили бы и индуистский храм. Мои поступки всегда были продиктованы благородной любовью (metta). Я хотел провести там остаток жизни, но тут возникло одно препятствие.
Мне пришло письмо, в котором говорилось, что я назначен Маханаякой Совета Сангхи, объединившего все ветви школы Амарапура. Ко мне обращались с просьбой принять этот пост. В другом письме меня просили пораньше вернуться на Шри-Ланку и посетить церемонию, в ходе которой мне должны были вручить официальный документ о назначении. Письмо было отправлено господином К. Н. де Сильвой Виджаей Шри Мухандирамом Ралахами. Именно он приложил огромные усилия для того, чтобы создать Совет Сангхи школы Амарапура. Объединить в одно не-
сколько течений стоило большого труда, и мне казалось, что я должен поддержать эту инициативу. Муллапитья Ралахами тоже упомянул об этом в своем письме. Я рассчитывал, что вернусь на Шри-Ланку, получу протокол о своем назначении, через неделю-две передам пост кому-нибудь еще, а сам снова отправлюсь в Исипаттану. С этой мыслью я поехал на Шри-Ланку.
На Шри-Ланке я без лишних слов сыграл свою роль и затем сказал Муллапитье: «Ну теперь я могу передать портфель председателя кому-нибудь другому и вернуться в Сарнатх». Он воскликнул: «Это безумие! Нет никого другого, кто мог бы заручиться единогласной поддержкой. Нам не избежать разногласий, если вы сразу же после своего назначения передадите свой пост. Тогда на деятельности придется ставить крест. Останьтесь, пожалуйста, хотя бы на пять лет. Подумайте о единстве Сангхи». Он был тверд, и я согласился.
Когда пять лет подошли к концу, комитет Совета Сангхи переизбрал меня еще на пять лет. Мне это не понравилось, ноя ничего не сказал. Я подумал, что решу этот вопрос, когда наступит благоприятный момент. Через несколько дней состоялось собрание Совета Сангхи, на котором я был председателем. Я взял слово еще до начала заседания: «Я хотел бы кое-что сказать. Вы избрали меня председателем на второй срок, но я хотел бы передать этот пост достопочтенному Косгоде Дхаммавансе теро. Предлагаю его кандидатуру и прошу ее поддержать». На какое-то время в зале воцарилась тишина, никто не поддержал мое предложение. Когда я повторил свою просьбу несколько раз, один биккху, прибывший издалека, все-таки высказался «за». «Значит, единогласно?» Таков был план, который должен был принести мне свободу. В конце заседания некоторые махатеро стали упрекать меня. Я не особо отбивался. «Я не могу увязнуть в титулах и должностях. Мне это не нужно», — сказал я, уклонился от дальнейших разговоров и тихо ушел.
— Бханте, вы вели обширную работу по распространению Дхармы в Европе. Расскажите об этом.
— Я обучал Дхарме в таких странах, как Америка, Канада, Англия, Шотландия, Франция и Дания. Жителям этих стран очень интересен буддизм. В 1973 году я отправился в Англию по просьбе У. Мьята Со, буддиста из Мьянмы. Я остановился в буддийском центре «Оакенхолт» в Оксфорде. Там я прочитал серию лекций об учении Будды. Меня слушали образованные люди из самых разных слоев общества. В 1980 году мне вновь представилась возможность съездить в Англию. Меня пригласили на церемонию открытия Пагоды мира в Милтон Кейнсе, что в нескольких милях от Лондона. Благодаря таким поездкам мне удалось утолить духовную жажду этих людей и объяснить им учение Будды.
В 1981 году благочестивая английская семья Джексонов организовала особую Дхармачарику. Во время этой поездки мне удалось пообщаться с интеллигентными людьми из университетов Кембриджа, Оксфорда и Ланкастера. На этих встречах мы обсуждали глубокие философские положения из учения Будды и брались за прояснение трудных моментов. В этой поездке я был очень загружен, но это была благодарная работа. Интересующиеся буддизмом приходили послушать меня в зале для собраний Донкастера, в Саматха-вихаре в Манчестере, в лесном монастыре Чихерст и в храме Бирмингема. В течение десяти месяцев, без перерывов, я путешествовал с лекциями по Англии.
В 1983 году я участвовал в деятельности по распространению Дхармы в Америке и Канаде. К тому времени меня буквально закидали приглашениями из всех стран Европы. По просьбе канадских буддистов я отправился в Канаду. Это был интересный опыт. Я остановился в центре для медитации в заливе Полумесяца, неподалеку от Ванкувера. Там я около полутора месяцев читал лекции о Дхарме.
Оттуда я отправился в США, в Калифорнию. Около семи месяцев я жил в буддийском центре «Дхармавиджая». За это время там состоялось много бесед о Дхарме, множество лекций и конференций. В 1985 году я вновь отправился в Англию, Шотландию, Францию, Америку и Канаду, чтобы обучать людей Дхарме. Если сравнивать, то наибольшее воодушевление я наблюдал среди образованных людей в Англии. Я встречал даже католических священников, желающих изучать Дхарму. Храм Читхерст, построенный на двухстах акрах земли, отвечает всем требованиям вихары. Там живет около тридцати биккху — европейцев и американцев. Они следуют положениям Дхармы так же строго, как и в буддийских странах. Они даже ходят за подаянием (pindapata).
Путешествие по странам Европы дало мне ценную возможность рассказать людям о Дхарме. Во всех этих поездках местные буддисты снабжали меня всем необходимым, включая билеты на транспорт.
— Бханте, вы не могли бы побольше рассказать о ситуации с буддизмом в западных странах?
— На Западе принято начинать практику с медитации. Там много центров для медитации, и практически во всех из них обучают медитации осознанности (satipatthana bhavana). Преподают там приглашенные биккху со Шри-Ланки, из Мьянмы и Таиланда. Медитация многих приобщила к буддизму.
В Великобритании много известных буддистов, буддологов и свыше сотни буддийских центров. Буддийские центры есть даже в Шотландии. Насколько я знаю, буддизм наиболее развит в Англии. Во Франции и Германии он развивается стремительным образом. Буддийские храмы есть практически во всех штатах США. Многие образованные американцы выбирают буддизм.
Господин Казинс из «Саматха-вихары» в Манчестере является старшим преподавателем Манчестерского университета. Он изучал пали и Абхидхарму, а сейчас преподает Абхидхарму буддистам своего города. Их знания достаточно глубоки. Когда я приезжаю туда, меня просят прочесть лекцию на какую-нибудь тему из Абхидхармы. По вечерам в вихаре собирается по три-четыре сотни людей. Они совершают религиозные ритуалы и медитируют. В один из моих визитов мне сказали, что они уже завершили изучение «Абхидхармартха Санграхи» и перешли к «Дхаммасангани». Меня попросили разъяснить некоторые моменты «Дхаммасангани», что я и делал раз в два дня на протяжении двух недель. После лекции собравшиеся задавали вопросы, а затем медитировали в течение часа, сидя со скрещенными ногами.
Во время моего второго визита, примерно год спустя, они сказали, что изучают «Абхидхармаватару», и попросили, чтобы я объяснил им кое-что из нее. За две недели я прочитал серию лекций, посвященных отдельным разделам «Абхидхармаватары». В Манчестере буддизм очень развит. В университете много буддистов, в том числе среди преподавателей. «Саматха-вихара» изначально была церковью. Когда число ее прихожан уменьшилось, ее продали государству. А потом группа буддистов взяла ее в аренду у государства и основала там «Саматха-вихару».
В Уэльсе, примерно в двухстах пятидесяти милях от Лондона, находится Катарагама-дэвале. Господин Субра Сильва из Панадуры является ее капуралой. Говорят, что эта дэвале наделена магическими свойствами. Весь церемониал был заимствован из храма Катарагамы на Шри-Ланке. Ежегодная процессия проходит с большим размахом. Для дэвале была куплена территория размером в сотню акров. На холме начали строить ступу. Сейчас ее, должно быть, уже закончили. Капурала также хотел построить буддийский храм и пригласить монаха, который бы постоянно жил там. Не знаю, удалось ли ему это. Его ученики — преимущественно англичане. Они хорошо знают ритуальные стихи и гимны. Бог Катарагама — реальное существо. Я верю, что если искренне попросить его о помощи во благо Сасаны, он не оставит просьбу без ответа.
Наше знакомство с Анагарикой Дхармапалой состоялось, когда я был совсем молод. Мне было лет восемнадцать, я учился в Булатхагаме, в монастыре Удумулла (Балангода), и как-то раз написал ему письмо. Читая газету «Сингала Бауддхая», которую выписывал наш монастырь, я стал подумывать о распространении Дхармы за границей. Такое желание возникало у меня и раньше, но статьи в газете усилили его.
Тогда я написал письмо Анагарике Дхармапале, в котором рассказал о своем желании. Он ответил: «Это очень хорошо. Приезжай в любое время, мы с радостью встретим тебя. А если напишешь заранее, я сделаю тебе приглашение через общество «Махабодхи». Здесь ты сможешь выучить английский, хинди и бенгали, а также поучаствовать в распространении Дхармы». Это письмо до сих пор хранится у меня в коробке для писем.
Я показал это письмо Хамудуруво, на что он сказал: «Ты слишком молод, не завершил изучение пали, не закончил «Абхидхарму». Прежде чем куда-то ехать, будет разумно выучить все это. Отложи поездку на потом». Я сообщил об этом Анагарике Дхармапале, и он согласился.
В 1919 годуя перебрался в колледж «Ананда», а Анагарика Дхармапала вернулся на Шри-Ланку после долгих лет за границей. Я отправился к нему в гости. Он жил в маленьком доме, неподалеку от того места, где сейчас находится центр «Махабодхи». Почти каждые выходные он приходил в колледж «Ананда» и мы беседовали. Обычно он навещал меня по утрам. Между нами завязалась крепкая дружба.
В один из таких дней он сказал мне: «Группа из десяти христианских миссионеров начала деятельность в Канди. Давай поедем туда и прогоним их». Я ответил: «Давай. Я начну собираться». «Да, надо подготовиться. Мы поедем вдвоем», — сказал он. В то время я писал газетные статьи, в которых вел полемику с христианами, поэтому его идея пришлась мне по душе.
У него была большая машина, похожая на грузовик. Он называл ее «Собана малигава» («Прекрасный дворец»). В ней можно было есть, спать и так далее. Мы отправились в путь на этом автомобиле. Анагарика Дхармапала остановился на ночлег в школе, где готовили биккху, которую сам и основал, а я сказал, что буду жить в Малигадаршанарамае. В то время маханаякой ордена Малватте был Амбанвелла наяка теро. Мы с ним были хорошими друзьями. Он пригласил меня остановиться у него. Кажется, это был август, потому что колледж «Ананда» был закрыт на каникулы.
На следующий день я встретился с Анагарикой Дхармапалой. Он получил у полиции разрешение на то, чтобы я выступил на уличном собрании, и подписался в качестве моего поручителя. В то время для того, чтобы просто поговорить с людьми на улице, нужно было получить разрешение. Мы узнали, где эти священники устраивали собрание тем вечером. Мы подъехали и увидели группу людей. Эти священники, скорее всего, были европейцами: англичанами или кем-то в этом роде, потому что их речь переводили с английского на сингальский. Мы остановили машину в их поле зрения. Передняя часть нашего автомобиля была оборудована платформой. Анагарика Дхармапала встал на нее. Люди, внимавшие священникам, увидели его и бросились к нашей машине. Он произнес короткую речь и попросил меня прочесть лекцию. Я выступил с критикой христианства.
Священники были вынуждены отправиться в другое место, потому что их никто не слушал. Я закончил небольшую речь, и мы отправились на их поиски. Снова мы увидели толпу внимавших им людей. Мы остановились неподалеку и начали свою лекцию, как в прошлый раз. Люди бросились к нам. До самого вечера мы переезжали с места на место вслед за священниками. Так продолжалось два или три дня. Они оставили свои попытки и уехали. Так бесславно закончилась их миссионерская деятельность.
Однажды Анагарика Дхармапала сказал мне: «Я поживу несколько дней у матери, в Коллупитье. Приглашаю к нам в гости. Мы сделаем тебе подношение». В то время машин такси практически не было, и люди брали рикш. Анагарика Дхармапала заплатил рикше семьдесят пять центов, затем вошел в дом и сказал:
— Мама, нас посетил очень благочестивый монах. Давай сделаем ему подношение.
Его мать поинтересовалась, ем ли я рыбу. Я ответил, что не употребляю ее. Тогда он попросил свою мать приготовить какое-нибудь вегетарианское блюдо.
В ходе разговора он спросил, есть ли у меня деньги. Я ответил, что нет. Тогда он задал вопрос:
— Разве ты не получаешь жалованье? Ты ведь занимаешь должность преподавателя.
— Да. Когда в последний раз оформляли договоры с преподавателями, г-н Куларатне внес и мое имя в список. — Я числился в штате колледжа преподавателем английского языка высшей категории, и мне полагалось жалованье размером в двести десять рупий. Но когда г-н Куларатне попросил меня принять его, я отказался. «Вы можете потратить эти деньги на свои нужды», — сказал он. Но я не хотел быть наемным работником у мирянина. Такое у меня было чувство. «Если вы не распишетесь в получении, этот грант аннулируют», — вновь попросил он. Я ответил: «Я распишусь за деньги, но они должны пойти в фонд малоимущих студентов колледжа». Так и происходит по сей момент.
— А кто оплачивает поездки? — спросил Анагарика Дхармапала. В то время колледж «Ананда» не имел государственной аккредитации. Им управляло «Теософское общество». Каждый месяц на благотворительность выделялось пятьсот рупий. На свои поездки в Балангоду или Индию я брал деньги из этого фонда. Об этом я и рассказал Анагарике Дхармапале.
— Ты отказываешься принимать деньги, опасаясь нарушить положение Винаи „jata, rupa, rajata“? — поинтересовался он с улыбкой.
— Но ведь это возможно.
— Что такое „jata, rupa, rajata“?
— Золото и серебро.
— Никто не дает тебе золото и серебро.
— Комментарии и сингальские источники гласят, что „jata, rupa, rajata“ — это золото, серебро и золотые монеты, — сказал я.
Тогда он стал объяснять:
— В те дни биккху не нуждались в деньгах. Во времена буддийских королей им все предоставлялось бесплатно. Правила Винаи растолковали в соответствии с системой, существовавшей в ту пору. Поэтому под „jata, rupa, rajata“ стали понимать золото, серебро, монеты и бумажные деньги. Чтобы уяснить положение Винаи, нужно знать, зачем Будда ввел его. Тогда станет ясно, почему запрещалось владеть золотом и серебром. В те дни в Индии богатство человека измерялось тем, сколько у него золота и серебра, как чистого, так и неочищенного. Золото и серебро, а не медь и латунь служили мерилами того, насколько богат состоятельный мирянин. Биккху не разрешалось иметь ни золота, серебра: они были только для мирян. Для биккху считалось неподобающим владеть драгоценными металлами в любой форме, будь то монеты или что-либо еще. По этой причине появилось положение Винаи, о котором ты говоришь.
Я ничего не ответил. Позже я сказал, что биккху не подобает участвовать в финансовых сделках.
— А это уже положение „kaya vikkaya“. Но ты также не подпадаешь под его нарушение, поскольку тут не идет речи о бумажках с надписью «пять рупий», «десять рупий».
— Согласно правилу „kaya vikkaya“ биккху не должны вступать ни в какие денежные отношения с мирянами.
— Ты пользуешься почтовыми марками? — спросил Анагарика Дхармапала.
— Да.
— Но у марок тоже есть денежная стоимость, установленная государством. А если брать современное толкование правила „jata, rupa, rajata“, то туда входит все. Ты признаешь, что Будда был провидцем, который знал прошлое, настоящее и будущее?
— Да.
— Тогда разве он не предвидел, что в будущем биккху столкнутся с финансовыми трудностями?
— Должен был предвидеть.
— Разве он не дал бы метод, позволяющий преодолеть их?
— Я не знаю. Я исхожу из того, что написано в комментариях.
Анагарика Дхармапала пояснил:
— Биккху интерпретируют положения Винаи, опираясь лишь на букву, а не на смысл слова. Поэтому они толкуют правила так, что им невозможно следовать. Но разве Будда дал правила не ради удобства биккху? Сейчас же получается, что они приносят лишь неудобства. Допустим, тебе нужно какое-то лекарство и ты говоришь об этом верующим. Кто из них вызовется тебе помочь, особенно если лекарство дорогое?
— Желающие встречаются редко, — сказал я. Он спросил меня:
— Какой шанс, что такой человек окажется рядом, когда ты заболеешь? А если такового не будет, тебе придется умереть. Предусмотрел ли Будда подобные ситуации, когда устанавливал правила Винаи?
Я не мог одолеть его в споре. Я замолчал.
— Разве перед уходом в нирвану Будда не говорил, что «малые и второстепенные положения» (Khuddanukhuddaka) могут быть отменены с одобрения Сангхи?
Я сказал, что говорил.
— Что это за «малые и второстепенные положения»? — спросил он.
— Тогда им не дали ясного толкования.
— Отчего?
— Биккху винят достопочтенного Ананду в том, что он не попросил Будду объяснить, — сказал я.
— Почему же Ананда не спросил Будду? — И сам ответил: —А потому что эти правила банальны и не стоят того, чтобы о них спрашивать отдельно.
— Ты согласен с этим? — поинтересовался я.
— Смотри, в Винае описывается два вида проступков: действия, которые запрещены правилами (pragnapti vadya), и действия, которые не приемлет общество (loka vadya). Некоторые положения Винаи принадлежат к обеим категориям. Есть поступки, которые считаются негативными только в Винае. Десять недобродетельных поступков (dasa akusal) относятся к действиям, которые порицаются обществом. Вне зависимости от того, установил ли Будда соответствующие правила в Винае, недобродетельный поступок есть недобродетельный поступок. Нарушая правила Винаи, человек накапливает неблагую карму и в то же время идет вопреки положениям, которые Будда установил для Сангхи. Нарушая заповедь «не убий» (pranaghata), ты не только поступаешь вопреки Винае, но и накапливаешь неблагую карму (akusala kamma). Будучи биккху, который строго следует Винае, ты можешь повторять «ават» и тем самым очиститься. Но это не освободит тебя от кармы неблагого поступка.
— Да, проступки можно разделить на действия, которые идут вразрез с Винаей, и действия, которые неприемлемы для общества в целом. Однако есть проступки, которые являются нарушением одной лишь Винаи.
— Существует ли такое правило, согласно которому нельзя проповедовать стоя, если слушатель сидит?
— Да, — ответил я.
— Это восходит к индийскому обычаю. Но в современной Англии можно видеть, что слушатели там сидят, а лектор стоит. Таков обычай этой страны. Если его нарушить, это вызовет недовольство у людей. Но нарушишь ли ты Винаю, если поступишь так, как хотят эти люди? Навредит ли кому-нибудь то, что ты будешь изменять это правило в соответствии с обычаями каждой отдельной страны? Думаю, положение о деньгах тоже относится к этой категории. Если иметь дело с деньгами — недобродетельное занятие, то все миряне накапливают неблагую карму. Почему это должно быть недобродетельным только для биккху? Это правило было введено для удобства монашеской общины. Нет ничего плохого в том, что биккху решает денежные вопросы с другим биккху. Что ему использовать для обмена? Сегодня в ходу бумажные деньги. Если биккху может взять деньги у другого биккху, то почему не может взять у мирянина? „Кауа vikkaya" и, jata, rupa, rajata“—два разных правила. Но комментаторы все смешали в одну кучу, и поэтому у биккху связаны руки. Биккху запутались в правилах Винаи. Им нужно разрешить это затруднение. Предположим, ты получил срочное приглашение выступить в Штатах на религиозном собрании. Ты можешь и хочешь это сделать, но откуда возьмутся деньги?
— Я смогу достать деньги, если расскажу кому-нибудь об этом.
— Так они и дали! Скорее они скажут: «Учитель, вам незачем туда ехать. Пусть едет кто-нибудь другой». Никто не поможет. Кому охота расставаться со своими деньгами? Я не езжу за границу за чужой счет. Ко мне перешла часть отцовского состояния, и эти деньги я и трачу на поездки. Только когда я стал поступать таким образом, люди начали помогать мне деньгами. Люди любят давать тем, кто не испытывает нужды. По крайней мере, сингальцы так делают. Поэтому я не очень доверяю людям в таких вопросах. Не нужно рассчитывать на их помощь. Пусть лучше будет немного денег в банке, которые в случае чего можно снять. Тогда не придется ни у кого ничего выпрашивать. — И он продолжал рассуждать в таком духе: — Опираясь на Винаю, ты думаешь, что совершишь проступок пачиттия (pacittiya), если будешь иметь дело с деньгами. Но представь, что ты можешь потратить эти деньги на то, чтобы отправиться за границу и обучить многих людей Дхарме. Что важнее: страх совершить проступок пачиттия или великая польза, которую ты принесешь Сасане? Ты можешь смыть свой грех, начитывая „ават“, но если ты не отправишься в путь из страха прикоснуться к деньгам и совершить проступок, как же служить Сасане?
Сложно выйти победителем в споре с Анагарикой Дхармапалой. Но даже тогда я возразил ему:
— В любом случае биккху не пристало владеть деньгами.
Он продолжал:
— Ладно. Но вот что я тебе скажу: сегодня ничего нельзя сделать без денег. Ни лекарств достать, ни на поезд сесть. Как же тогда передвигаться бедному биккху? — Я молчал. — Представь, что тебе нужно сделать какую-то важную работу. Единственная дорога к месту назначения залита сточными водами. Если нужда велика, ты пойдешь, не так ли? Ты пойдешь по грязи, доберешься до нужного места, вымоешь ноги и приступишь к работе. Ты думаешь, что совершаешь преступление, имея дело с деньгами. Будь по-твоему. Как и в случае с этой важной работой, доберись, куда тебе нужно, вымой ноги, приведи себя в порядок, прочитай „ават“ и освободись от груза. Оставь эти мысли насчет денег. Положи немного денег в банк — не на еду и напитки, а на служение Дхарме, — посоветовал он мне. Я промолчал.
В колледже «Ананда» один учитель музыки часто оставлял у меня в комнате свою фисграмонию, боясь, что ее могут повредить, оставь он ее где-то еще. И вот как-то раз Анагарика Дхармапала увидел ее у меня. Он бросил на меня лукавый взгляд и улыбнулся:
— Если играешь, делай этой за закрытыми дверями. Пусть дети не видят.
Я ответил:
— Это фисгармония учителя музыки. Он держит ее у меня ради сохранности. Я ее даже не трогаю.
— Не будь таким дотошным. Это искусство. Разве ты сам не учился музыке?
— До того как стать монахом, я учился играть на скрипке. У меня также хорошо получалось петь. Но я оставил все это, когда стал монахом.
— Ну если ты играл на скрипке, освоить фисгармонию будет для тебя парой пустяков.
— Теперь я монах, и это меня не интересует. Будда говорил, что монахам не следует заниматься «танцами, песнями и музыкой» (пасса, gita, vadita).
— Тут речь идет об увеселительных песнях, о чувственных, мирских песнях, которые мешают трезво мыслить. Но разве ты не замечал, что от хвалебных песен Будде растет преданность? Разве сам Будда не сочинял песни?
— Когда?
— Когда Будда останавливался в Бенаресе, Уттара Манавака попросил его сочинить ответную песню для нагайны.
— Да, было такое.
— Разве не сам Будда сочинил эту песню?
— Да, это был он.
— А песня, которую Будда сочинил для Чатты Манаваки? «Величайший оратор среди людей» („Yo vadatam pavaro“)? Под нее можно танцевать даже быстрые танцы. Если сам Будда сочинял песни, почему же они попадают под запрет наряду с танцами и музыкой? — Я не ответил. — Плохо все, что привлекает человека к проявлениям мирской жизни, но такие стихи, как «Величайший оратор среди людей», усиливают веру и поэтому они полезны. Песни, связанные с Дхармой, не несут никакого вреда. Именно поэтому Будда сочинил стих для Уттары Манаваки. И неважно, как это стали трактовать в дальнейшем, — действия Будды говорят о том, что песни о Дхарме не являются чем-то дурным. И разве Будда не дал биккху свое дозволение на пение, сказав „anujanami bhikkhave sara bhannam"? Что такое „sara bhannam"?
— Мелодичный голос, — сказал я.
— Это не совсем точный перевод. Так трактуют те, кто ничего не смыслит в пении. Мы знаем, что существует семь нот, так?
— Да.
— Существует семь нот (sa, ri, ga, та, pa, da, ni), к каждой из них есть еще два полутона, что в сумме дает нам двадцать одну ноту. Возвышать и понижать свой голос в соответствии с этими нотами называется «свара-банья» (,swara-bhanya“). Без овладения этим искусством не получится хорошего чтения гатх и пиритов. «Свара-банья», о котором говорит Будда, есть не что иное, как умение читать нараспев по нотам. Фисгармония учит нас нотам. Нет ничего страшного в том, чтобы изучать музыку как науку. Конечно же, это не стоит афишировать. Но спокойно можно играть, когда никто не слышит. Эти знания могут быть очень полезны для биккху.
Я слушал его, ничего не отвечая. На некоторые вещи он смотрел совершенно другим образом.
В один из декабрьских дней 1926 года я впервые встретился с Кришнамурти. Дружба, которая зародилась тогда, продолжалась до самой его смерти. Меня направил к нему доктор Адикарам. Я думаю, что Кришнамурти был человеком, размышлявшим в тишине. Он открыто выражал свои взгляды, невзирая на мнение окружающих. Он обладал глубоким пониманием жизни. Сначала он практиковал йогическую медитацию. В юности он занимался даже кундалини-йогой и развил сверхъестественные способности. Кришнамурти обладал удивительным даром: во время проповеди каждому слушателю казалось, что тот говорит на его родном языке. В одни из каникул в Кембридже Кришнамурти со своим младшим братом Нитьянандой отправился в Огайо, к своему опекуну г-же Анни Безант. К несчастью, Нитьянанда скончался от внезапной болезни. Кришнамурти стал размышлять о том, как преодолеть свою скорбь. Наконец его осенило: он горевал из-за мысли «это мой брат». Тогда он стал рассуждать над словом «мой». Если есть «мое», то есть и «я». Но что такое «я»? Он принялся искать то, что скрывается за словом «я». Благодаря этому исследованию он понял, что нельзя выделить ничего такого, что называлось бы «я». Жизнь — это собрание физических элементов, которые возникают, поддерживаются и исчезают, а также цепочка ментальных образований, которые находятся в постоянном движении. Все они изменяются каждое мгновение. Таким образом, не существует никакой нерушимой сердцевины под названием «я», «мое» или «душа». Поскольку люди не понимают этого, они становятся рабами заблуждения, будто существует некое «я». Это озарение полностью изменило его. Его благодетели из «Теософского общества» Анни Безант и Ледбитер верили в существование души. Он же указал на то, что это ложный взгляд. С тех пор его лекции строились на том, что души не существует.
Мы встретились у него дома в Броквуде. Я приехал к нему из Лондонской вихары. В ходе беседы я сказал:
— Читая твои лекции, я вижу «Сатипаттхана-сутру», проповеданную Буддой, только в современном изложении.
На это он ответил:
— В юности я прочитал несколько книг, таких, как «Евангелие Будды» и Дхаммапада. Я уже давно не интересуюсь религиозной литературой. Иногда, правда, почитываю библейские псалмы, но делаю это не ради философии — просто они очень ясно написаны. С точки зрения философии в Библии нет никакой глубины.
Тогда я спросил его про Будду.
— Этот мир не знал существа более великого, чем Будда. Я уважаю только его, — ответил он.
Я спросил его о других религиозных учителях, в частности об Иисусе Христе.
Что касается философии, то Иисус Христос на миллионы миль позади Будды.
Тогда я поинтересовался, как он проникся столь глубоким почтением к Будде, если даже не читал ничего о буддизме.
— Этого я, конечно же, не знаю, — последовал ответ. — Будучи ребенком, я читал Дхаммападу, Библию и ряд других книг. Те идеи, которые появились у меня тогда, остаются со мной и по сей день. Более того, если бы Будда был жив, я, несомненно, последовал бы за ним и больше ни за кем. Таков был Кришнамурти — этот удивительный человек. Из всех наших современников, которые высказывали религиозные и философские идеи, больше всех я уважаю именно Кришнамурти.
— Бханте, а что вы думаете о Саи Бабе и его последователях?
— Ну мы же идем к врачу, когда болеем. Мы хотим вылечиться. Когда мы чувствуем, что на нас неблагоприятно влияют планеты, мы идем к астрологу и просим составить гороскоп. С Саи Бабой дело обстоит так же. Мы идем к нему не для того, чтобы накопить заслуги для будущих рождений или достичь нирваны, а потому что верим: он излечивает болезни силой йогической концентрации. У него можно получить лекарство от болезни, ключ к решению проблемы, совет о том, как жить дальше. К нему приходят именно за этим. Это своего рода визит к врачу.
— Бханте, а вы встречались с ним лично?
— Да, и я считаю Шри Сатью Саи Бабу могущественным йогином. В то время оба моих глаза поразила катаракта, и я полностью ослеп на один глаз. Когда и второй глаз стал хуже видеть, я проконсультировался с теми окулистами, которые используют в лечении народные средства.
В итоге я оказался у одного окулиста из Удумуллы. Это был очень талантливый врач, специалист народной медицины. Он сказал: «Учитель, вам не помогут наши лекарственные отвары. Единственный выход — операция. А операций мы больше не делаем».
Меня лечил Покуне Меник Аппухами, врач из Алутнувары. Он прописал мне кучу лекарств, но улучшение было незначительным. Оставался единственный выход — операция. Я посоветовался с кем мог, обратился к прорицателям, и все мне сказали, что операция может привести к слепоте, и советовали отказаться от нее. Один астролог, который к тому же был ясновидящим, сказал то же самое. Я оказался в трудной ситуации. Единственным способом излечиться была операция, но был также риск ослепнуть от нее. В этот момент меня посетил один верующий из Ратнапуры. Он хотел поехать к Саи Бабе и попросил меня присоединиться к нему. «Учитель, я возьму на себя все расходы», — сказал он. Также он хотел посетить несколько святых мест в Индии.
Тогда у власти находилось правительство г-жи Бандаранаике. Были введены жесткие ограничения на обмен валюты. Как бы то ни было, нам удалось собрать достаточно валюты для путешествия на двоих в Бангалор и обратно. Этот верующий хотел, чтобы я поехал с ним, потому что сам не знал английского. Что касается меня, то я плохо видел, поэтому ему приходилось держать меня за руку и водить за собой. Мы отправились в Бангалор и в «Уайтфилде» встретили Саи Бабу.
В тот день во дворе школы «Уайтфилд» собралась толпа из пяти сотен человек. Все они пришли получить благословение. Было около пяти часов. Один тамилец увидел меня и спросил, не со Шри-Ланки ли я. Я ответил утвердительно. Он сказал: «Пройдите сюда. Саи Баба сначала подходит сюда». Я стал на том месте, которое он показал. И правда, около пяти часов Саи Баба вышел из здания. Он шел медленно, глядя по сторонам. Тут он направился прямо ко мне и благословил меня. Он всех благословил взмахами рук и уже подошел было к дальнему краю, как вдруг вернулся ко мне, положил руку мне на плечо и сказал: «Делайте операцию на глаза. Она пройдет успешно». Мой спутник, страдавший от какого-то недуга, тоже получил благословение. Мы вернулись в бангалорский храм, в котором остановились, и на следующий день отправились обратно на Шри-Ланку.
Через несколько дней я полностью ослеп. Мы с моим учеником Анандамурти поехали в больницу в Коломбо и проконсультировались у доктора Веерарартне. Он сказал, что сделает операцию на глазу, который ослеп последним. Лечить второй было слишком поздно. Я остался в больнице, и меня прооперировали. Ко мне вернулось зрение. Через несколько месяцев я поступил в лечебно-реабилитационный центр к доктору Упали Мендису. Он сделал срочную операцию при помощи специальной машины и сразу же выписал меня. Зрение восстановилось в обоих глазах. Предсказание Саи Бабы оказалось верным, а прорицатели и астрологи ошиблись. Сейчас у меня настолько хорошее зрение, что я могу гулять без помощи и без очков читать крупный шрифт.
Таким образом, на основании собственного опыта могу сказать, что Саи Баба — не обманщик. Он обладает высокоразвитыми ментальными способностями, которые обрел за счет практики йогической медитации. С помощью силы сознания он может проявлять вещи. Он может превратить песок в книгу. Если кому-то нужна авторучка, он может создать ее. Для меня посещение Саи Бабы похоже на консультацию у врача. Если ходить к Сай Бабе — плохо, то плохо ходить и к врачу.
Прийти к Саи Бабе — это то же самое, что прийти к астрологу, когда попал под неблагоприятное влияние планет. Я не вижу тут ничего плохого. Те, кто посещает и почитает его, не надеются таким образом достичь нирваны. Они хотят обрести здоровье или получить совет о том, как справиться с жизненными трудностями и невзгодами.
— Бханте, сейчас даже в буддийских храмах поют баджаны Саи Бабе. Для этого даже выделяют место и время. Что вы об этом думаете?
— Да, есть такое. Ему выражают благодарность. Это похоже на то, как возносят хвалу дэвам и молят их о помощи в Вишну-дэвале и Катарагама-дэвале. Если это правильно в одном случае, то правильно и в другом. Нет вреда в том, чтобы поступать так в отношении Саи Бабы. Если храмы допускают подобные церемонии на своей территории, нельзя критиковать и тех, кто поет баджаны Саи Бабе. Те и другие делают одно и то же, хотя и по-разному. Все это делается ради мирской выгоды, для того, чтобы излечить болезнь, справиться с какой-то неприятностью, но не ради достижения нирваны. Почитание Саи Бабы не разрушает веру в Три драгоценности.
— Бханте, расскажите, пожалуйста, о вашей работе в сфере образования.
— Не берусь судить, насколько успешной была моя деятельность в сфере образования. Я был преподавателем, помогал наладить работу только что открывшихся колледжей. Я высказывал идеи, которые в разное время приходили мне в голову. Я издавал книги, чтобы людям было легче учить пали и санскрит. В самом начале я писал статьи о сингальском языке. Они были основаны на тех принципах, которым меня учил мой гуру Хамудуруво. Я критиковал даже «Сидат Сангараву». Мои учители говорили мне: «Не публикуй этого. Скажут, что ты мыслишь как революционер. Используй их сам, но не рассказывай другим». Я писал статьи в соответствии с правилами, изложенными в труде «Комментарий к Сидат Сангаре» Ратмалане Шри Дхармарамы наяки теро, который мой гуру очень ценил.
Когда г-н Мунидаса Кумаратунга опубликовал свои работы, я полностью принял его правила. Его метод был очень похож на метод моего гуру. В любом случае я всегда выношу независимое суждение. И я понял, что правила г-на Кумаратунги верны.
— Бханте, ваша «Жизнь Будды» на сингальском является лучшей в своем жанре.
— Да, говорят. Но недавно опубликованная работа «Будухамудуруво» достопочтенного Ганегамы Сарананкары теро интереснее и популярнее.
Я потратил много сил и времени на то, чтобы собрать материал для своей книги. Мне приходилось сверяться со всеми комментариями и рассчитывать даты различных событий в жизни Будды. Если бы я включил весь собранный материал в свою книгу, она получилась бы в четыре-пять раз толще. Чтобы сократить ее до нынешнего объема, мне пришлось оставить за скобками огромное количество информации.
Мне хотелось бы написать подробную биографию Будды. Есть много фактов, которые стоило бы включить в нее. Проблема лишь в том, что у меня не так много свободного времени. Все мое время уходит на другие дела. «Жизнь Будды» была первой полной биографией Будды, опубликованной на Шри-Ланке. С тех пор вышли и другие биографии Будды. Их авторы слово в слово копировали абзацы из моей книги. Они так старательно копировали мою книгу, что даже сохранили ошибки, допущенные в ранних изданиях. Во всех биографиях Будды, написанных позже, содержатся данные ошибки. Я смеялся, видя это, но ничего не говорил. Плагиаторы потеряли всякий стыд.
Еще я опубликовал книгу о преподавании английского языка. Вскоре стали выходить другие издания на эту тему, где копировали мои методы с незначительными изменениями. У нас в стране такое случается сплошь и рядом. Когда писатель использует отрывок из чужой книги, у него не хватает элементарной вежливости, чтобы указать источник. Целые абзацы из приложения к моей сокращенной версии «Диксангьи» были использованы в «Буддийской энциклопедии» на сингальском. При этом источник не был указан. Плагиат очень распространен среди современных шри-ланкийских писателей.
Уже какое-то время я не занимаюсь писательством. Раньше я писал статьи и заметки в газеты и журналы, но затем мне стало интереснее объяснять другим учение Будды устно. Я считаю, что это лучшая и высшая форма служения. Я оставил писательскую деятельность и сейчас посвящаю больше времени тому, что обучаю людей Дхарме. Одно время я сочинял стихи и печатал их под разными псевдонимами, но сейчас забросил и это. Я понял, что это не принесет пользы людям. Долг биккху заключается в том, чтобы защищать Сасану. Я родился ради этого. И этому я отдал больше всего сил. Одна из моих главных обязанностей — защищать первоначальное учение Будды. Мое время на исходе, но сколько бы его ни осталось, я посвящу его выполнению своего долга.
— Бханте, вы ничего не сказали о ваших трудах на пали, сингальском, санскрите и английском. Укажите хотя бы самые важные работы.
— Я начал писать, когда мне было двадцать пять. Сначала это были брошюры: «Биддивани», «Санкшипта Уданая». Затем я работал над «Сакьясинхавадана Будда Чаритаей», сокращенной версией «Диксангьи», полным комментарием к «Дигха-никае», комментарием к «Саньютте Сагатхакавагге» и «Кхуддакапатхе Дхаммападе», а также над «Пали Милиндой Пання Санскаранаей», «Санскрит Бхасаватаранаей», «Санскрит Шикшакаей» и комментарием к «Буддачарите» Ашвагхоши (в трех частях). Я работал над исправленным изданием «Датакамалы» и комментарием к нему, который так и не был опубликован. Написал «Будда Дхармаю», «Сатара Парамартхаю», «Пали Шикшакаю», «Пали Шикшака Правесаю», «Инглиси Шикшакаю», «Инглиси Вьякаранаю» (разговорный английский для сингальцев), а также «Четыре божественных состояния», «Будда и его путь», «Анапанасати», «Жизнь Будды для детей» и «Сисубодху Буддадхарму» (в семи частях). Кроме того, я опубликовал «Полное жизнеописание Будды» на сингальском и английском, «Пали без проблем» и «Уроки Абхидхармы» на английском. Вот некоторые из книг, написанных мной. «Дхармарасми» Дахама Сангаравы и «Шри Будда Расми» были опубликованы под моей редакцией. Сейчас готовится к изданию книга, в которую войдут мои лекции на английском.
— Бханте, почему вы говорите, что многопартийность привела к упадку монашества?
— В храм ходят люди разных политических воззрений. Но биккху должен быть беспристрастен: он должен равно относиться ко всем. Возьмем, к примеру, католическую церковь. Священники не поддерживают публично ни одну политическую партию. Они не устраивают общественных собраний. И их за это уважают. Это хороший пример для биккху. Биккху не должны принадлежать ни к какой политической партии. Это ведет к упадку монашества. Но если они склоняются в сторону какой-либо политической партии, предрассудки настолько ослепляют их, что все хорошее, сделанное другой партией, считается плохим, а плохое, сделанное своей партией, — хорошим.
Вовлекаясь в политику, биккху в значительной степени утрачивают свое достоинство. Я не одобряю этого. Биккху должны примирять враждующие стороны. Так было в прошлом. Именно биккху помирили принца Дутугемуну с его младшим братом, когда между теми разгорелся конфликт. Даже сегодня они должны нести гармонию в мир и быть беспристрастными. В противном случае пусть ограничатся практикой Дхармы или занятиями по литературе и языкам.
— Бханте, в прошлом биккху — эти ангелы-хранители нашей страны — оказывали огромное влияние на государственные, религиозные и общественные решения. Похоже, в наши дни их влияние значительно уменьшилось.
— Биккху уронили планку, когда ввязались в политическую борьбу. В прошлом ни солдат, ни полицейский не могли дурно обойтись с биккху. В наши же дни это случается повсеместно. Даже во времена Британской империи с биккху обращались хорошо. В самом начале британского правления был единичный случай, когда биккху подвергся гонениям. В дальнейшем к биккху стали относиться с почтением. Эпохой гонений на биккху стало правление короля Ситаваки Раджасингхе. И снова наступили тревожные времена — я говорю о недавних событиях. В газетах сообщали об убитых среди биккху. Жертвами стали как виновные, так и безвинные. Ни полиция, ни армия больше не боятся нападать на биккху.
Одно время монахам было небезопасно просто ходить по улице. Однажды полиция безо всяких на то причин арестовала одного из моих учеников. Он сказал им, что должен идти за утренним подаянием, и обещал после сразу же вернуться в полицейский участок. Но за подаянием он не пошел, а тут же помчался в монастырь, до которого добирался нехожеными тропами. Он рассказал мне, что произошло. Я написал для полицейских бумагу о том, что он невиновен и не участвует в политических акциях. Его не стали арестовывать.
Вот с какими трудностями иной раз приходится сталкиваться биккху. Даже во времена Британской империи они не подвергались таким притеснениям. Удивительно, но когда страной управляли христиане, у биккху не было подобных проблем. Однако в последнее время участились случаи, когда биккху арестовывают по ложным обвинениям, выдвинутым их противниками. Дальнейшая судьба некоторых биккху мне неизвестна. Влияние буддизма и биккху подорвано. Когда я находился в Америке, в газете опубликовали воззвание одного христианского миссионера. Он писал, что буддизм на Шри-Ланке пришел в упадок, и просил средства на распространение христианства. Перед христианскими миссионерами открылись большие возможности.
Сейчас биккху боятся что-либо делать. Если кто-нибудь сообщит, что какой-либо биккху поддерживает Фронт народного освобождения (ФНО), тут же начинаются проверки. Тиранагама Ратнасара теро не состоял ни в одной политической партии. Он просто пытался помогать буддистам, которых католики с помощью материальных благ пытались обратить в свою веру. И вот однажды его застрелили. И биккху испугались того, что, если они будут трудиться во благо буддизма и буддистов, их постигнет та же участь. Христианские миссионеры стали свободно разгуливать по деревням и уговаривать местных жителей за деньги перейти в христианство. Это продолжается и по сей день. Даже сегодня биккху боятся бороться с этим, и вот почему: кто-то может донести, будто они поддерживают ФНО. Опасаясь полиции и армии, биккху перестают защищать буддистов. Биккху рассказывали мне, что, когда они противодействуют католикам в их миссионерской деятельности, те им угрожают. Сейчас миссионеры крепко стоят на ногах. А биккху находятся не в самом выгодном положении. И причиной всему является беззаконие, воцарившееся в нашей стране. Есть такой исторический роман «Эра анархии» В.А. Сильвы. Так вот, наше недавнее прошлое еще хуже описанного там. Но сейчас ситуация начинает понемногу выправляться.
— Бханте, это и есть упадок Сасаны?
— Упадок Сасаны обусловлен двумя причинами. К тому времени как Шри-Ланка обрела независимость, правившие нами англичане уже хорошо понимали сингальский народ и буддистов и даже начали содействовать им. Я хорошо помню, как изначальная враждебность к буддизму и интерес к распространению христианства постепенно сошли на нет. Даже в самой Англии были такие хорошо известные буддисты, как г-н Рис-Дэвидс. Они уважали буддизм. Некоторые управляющие плантациями учили пали и переводили палийские книги на английский. Даже английские чиновники, служившие здесь, стали испытывать огромное уважение к буддизму и сингальскому языку. Национальные и религиозные чувства сингальцев набирали силу.
Именно в такое время мы получили независимость. К сожалению, те, кто боролся за независимость и создавал конституцию, не учли одно важное требование. Шри-Ланку отдали британцам вместе с сингальскими буддистами и биккху. После обретения независимости авторы конституции должны были посоветоваться с собранием монахов Асгирии и Малватте, и в особенности с маханаяками теро этих двух орденов. Этот момент был упущен. Конституция была написана под диктовку христианских священников, которые преследовали свои цели. Наши политические лидеры, такие, как г-н Д.С. Сенанаяке, не поняли их хитрых планов. К несчастью, г-на Д.В. Джаятиллаке к тому времени уже не было в живых. Он был единственным, кто точно знал, какой должна быть конституция Шри-Ланки. Будь он там, все было бы иначе.
Какая судьба ожидала нас при той системе управления, которую мы получили? Национальные и религиозные чувства, проснувшиеся в сердцах сингальских буддистов к концу британского правления, стали ослабевать. Стало больше алкоголя. Появились новые скотобойни. Когда мы учились в школах, открытых британцами, мы проходили такие важные книги, как «Ловеда Сангарава», «Субхаситая», «Локопакарая», «Гуттилая», «Уммагга Джатакая» и «Селалихини Сандесая». По некоторым из них мы сдавали экзамены.
После того как мы обрели независимость, эти книги стали изыматься из школьной программы. Я не понимаю, куда смотрит министерство образования. К концу британского правления у людей появилось огромное желание возрождать сингальский язык. Однако никакого развития не последовало, наоборот, начался упадок. Сегодня мало кто из учителей может по памяти прочитать стих из «Наваратнаи» или «Буддагаджаи». Несколько дней назад я попросил одного старшеклассника прочесть наизусть что-нибудь из «Буддхагаджаи». Он не смог. Раньше все было иначе. Преподаватели были талантливыми. Они часто читали нас вслух. Я до сих пор помню некоторые стихи из школьной программы наизусть.
Так обстояли дела во время британского правления. Сегодня, при сингальском правительстве, люди перестают читать серьезную литературу. А типографии допускают орфографические ошибки. Я во всем виню министерство образования. Увеличивают число естественно-научных предметов, а сингальским языком пренебрегают. В сингальском языке немало слов с санскритскими корнями, и овладение им должно быть таким, чтобы можно было прочитать и понять любую книгу, в том числе с санскритскими терминами. Главное — научить людей владеть языком, а не увеличить число предметов в школьной программе.
Стандарты образования понизились. Студенты не в состоянии осилить серьезные научные работы. Им знаком лишь язык беллетристики. Вряд ли кто сейчас сможет прочесть, не говоря уж о том, чтобы понять, такой труд, как «Уммагга Джатакая». С того дня как мы получили независимость, уровень владения сингальским языком стал падать. Растет преступность. Повсюду взяточничество. Буддисты отошли от буддийских принципов. За нынешнее положение дел в ответе правительство.
То воодушевление, с которым люди защищали буддизм и сингальский народ во время британского правления, растворилось в водовороте внутренних противоречий. Энтузиазм сейчас направлен на усиление влияния своей политической партии. Буддизм сторонников Объединенной национальной партии (ОНП) окрашен идеологией ОНП. Буддизм сторонников Партии свободы Шри-Ланки (ПСШЛ) окрашен идеологией ПСШЛ. У коммунистов вообще нет религии. Религию должны защищать ее последователи, но так получилось, что именно буддисты пришли к многопартийности. У христиан все по-другому. Они слушают своих священников, поэтому их религия защищена. Наши же политики убедили буддистов присоединиться к той или иной партии, и теперь биккху смотрят на буддизм через призму работы на свою политическую партию. Поэтому буддизм и буддийские принципы приходят в упадок. Если религиозную церемонию в храме проводят сторонники ПСШЛ, ОНП ее бойкотирует. И наоборот, если религиозную церемонию проводит ОНП, сторонники ПСШЛ не приходят на нее. Такова сейчас ситуация на Шри-Ланке.
Политики заставляют биккху всячески поддерживать партию и посещать собрания. И мстят тем, кто отказывается. Если они не могут расквитаться в открытую, то действуют исподтишка. Естественно, биккху напуганы. С одной стороны, их обвиняют во вмешательстве в политику. Но с другой, если биккху не принимает приглашения от партии, он оказывается в изоляции. Я знаю случай с одним биккху, который хотел держаться подальше от политики. В результате машину, принадлежавшую его монастырю, сожгли неизвестные. Вот до какого уровня опустились буддисты-миряне. Биккху же утратили свое достоинство из-за того, что под страхом насилия вынуждены поддерживать политическую игру. И это еще одна причина упадка Сасаны.
Государство производит алкоголь, и объем производства с каждым годом увеличивается. Продажа алкоголя растет. Был случай, когда деревенские жители выступали против употребления мяса. Тогда один член парламента силой открыл мясную лавку. Жители бойкотировали ее, и лавку пришлось закрыть. Известны случаи, когда вопреки желаниям людей открывались питейные заведения. Вот чем занимаются некоторые парламентарии.
Все это приводит к закату буддийского учения. Во главу угла ставится партийная идеология. Всеми правдами и неправдами монахов привлекают в политику. Присоединившись к политической партии, человек отступает от своих принципов и попадает во власть предрассудков.
В пиривенах все больше делается упор на успешную сдачу экзаменов и получение аттестатов и меньше внимания уделяется изучению Трипитаки. Стало меньше экзаменов на знание Дхармы. Вследствие этого пострадало изучение Дхармы и палийского языка. Однажды я спросил одного биккху, который учился в старших классах, читал ли он «Ангуттара-никаю». Он даже не слышал такого названия. На экзамен выносится лишь незначительная часть Дхармы, которая помогает в изучении палийского языка. В итоге биккху не знают ни Дхарму, ни палийский, но успешно заканчивают пиривену и становятся преподавателями. Из-за этой системы уровень образования биккху значительно снизился, но, к счастью, не везде — в ряде пиривен все же стараются сохранить высокие стандарты.
Чтобы получать больше помощи от государства, отдельные пиривены стали принимать учеников-мирян. Получается, что биккху учатся по одной программе с мирянами. Никто не старается дать биккху столь необходимое им специализированное образование. Усилия в этом направлении практически не предпринимаются, потому что тяжело найти подходящих учителей.
Таким образом, биккху все хуже знают Дхарму, и качество их образования падает с ужасающей скоростью. Однако в некоторых пиривенах все стараются сохранить старую систему обучения. Благодаря этим немногочисленным учреждениям удается в некоторой степени сохранить стандарт образования для биккху.
Надо сказать несколько слов и об университетах. Я не знаю всей ситуации, но не так давно ректоры говорили мне, что дисциплина у обучающихся там биккху невысока. Произошло резкое ухудшение. Плохо обученные биккху приходят преподавать в пиривены, которые сами же страдают от них.
Сегодня обучение биккху проходит не слишком успешно. Позвольте мне поделиться одним из своих наблюдений. В соответствии с образовательной программой среднестатистической пиривены пали и санскрит начинают преподавать с самых младших классов. Этого не одобрит ни один разумный человек и ни один опытный преподаватель. Когда юные ученики одновременно изучают «Пали Бхасаватаранаю» и «Санскрит Шишакаю», в их головах происходит путаница. Пали и санскрит очень похожи, поэтому ученики начинают использовать санскритские слова там, где нужны палийские, и наоборот. Как могут маленькие дети отличить эти два языка? В пиривене «Малигаканда» санскрит начинают преподавать только после того, как изучены книги вроде «Рупасиддхи» и обретено хорошее знание пали. Достопочтенный Хиккадуве наяка теро положил этот метод в основу обучения, и ему следовали с самого начала. Желающих изучать аюрведу сначала учили санскриту. От желающих изучать пали сначала требовали знания основ санскрита. Этим двум языкам не обучали одновременно с самого начала. Учить параллельно пали и санскрит — это то же самое, что одновременно заниматься греческим и латинским. Раньше латынь учили вместе с английским, а к греческому приступали после того, как освоена латынь.
Пытаясь обучать и пали, и санскриту, прививают неприязнь к обоим. Сообразительный ученик, возможно, и овладеет ими, но большинство с этой задачей не справится. Поэтому большинство учеников бросают пали и санскрит и переключаются на другие предметы.
В отличие от английского пали — не язык торговли и коммерции. Английский можно выучить, просто общаясь с людьми. Но пали так не выучишь. Пали, санскрит, латинский и греческий нужно преподавать по старой методике, хотя ее и можно было бы упростить. Не нужно перегружать учеников, обучая их таким книгам, как «Балаватарая», с самого начала. Ведь существует «Пали Бхасаватараная». Это хорошая книга. Моя «Пали Шикшакая» тоже неплоха. По этим двум учебникам можно изучить все грамматические правила. И вот тогда нужно переходить к традиционному обучению — например, к «Балаватарае». И нужно все время делать акцент на изучении Дхармы. По крайней мере, нужно пройти «Ангуттара-никаю» и комментарии к ней. При необходимости можно разделить «Маджхима-никаю» на несколько частей и разобрать хотя бы одну из них, прибегая к помощи комментариев.
— Бханте, Шри-Ланка — форпост буддизма Тхеравады в мире. Но до сих пор на Шри-Ланке нет программы, которая обучала бы биккху работе по распространению Дхармы, согласны?
— Буддизм Тхеравады распространяет не только Шри-Ланка, но также Бирма и Таиланд. В нашей стране нет программы для подобной деятельности. Кто-то открывает центры и заявляет, что готовит в них людей, которые будут распространять Дхарму. Но настоящая цель создания подобных центров — сбор средств для своих монастырей. Как только у монастыря появляется достаточно денег, вся эта программа по распространению Дхармы сворачивается. Это не подготовка людей к проповедованию Дхарму, а сплошное надувательство. Люди, стоящие за всем этим, просто пытаются таким образом изыскать дополнительные средства на нужды своих монастырей. Из-за подобных обманщиков у честных людей нет никаких шансов.
Я уже давно подумываю о программе по подготовке биккху для распространения Дхармы. Я хотел построить центр, который бы подходил для подобной деятельности. Я сообщил о своем намерении ответственным лицам, но не получил поддержки. Я не привык умасливать людей, чтобы добиться своих целей. Я не прибегаю к лести. Ну а честные намерения не помогли мне открыть нужные двери. Я не получил никакого содействия.
Один похожий центр был создан президентом Премадасой, еще в его бытность премьер-министром. Центр задумывался как место для отдыха. Однако он не подходит для обучения биккху, которые хотели бы распространять Дхарму. Там очень жарко. Иностранцы не могут вынести такую жару больше нескольких дней. Центр по обучению биккху должен находиться в тихой сельской местности, с мягким климатом и благоприятными погодными условиями, которые способствовали бы укреплению здоровья. В непосредственной близости от центра должен быть зал для собраний (poho sima).
Недавно сюда приехал один японский монах, который получил посвящение в сан в Бирме. Проучился он здесь недолго. Раз в две недели он хотел соблюдать упосатху, как это принято в Бирме. Но до зала собраний было далеко, и ему приходилось преодолевать весь путь по невыносимой жаре. Он был возмущен этим и уехал в Англию, где есть бирманский храм с залом для собраний. В этом храме он учит пали и Абхидхарму. У нашего же центра много недостатков. Люди из северных стран не могут продержаться тут и пару дней. Учебный центр по распространению Дхармы должен быть построен в подходящем месте, а управлять им должны биккху. Это не должно быть коммерческим предприятием. Центр должен преследовать единственную цель — с предельной искренностью служить Сасане. Если у кого-то есть намерение создать подобное место, то нужно найти сторонников среди биккху и с государственной помощью реализовать свой замысел уже сегодня.
Того образования, которое дают в «Буддашравака Дхамапитхе» в Анурадхапуре, недостаточно для работы по распространению Дхармы за границей. Стоило мне только увидеть список их литературы для изучения, как у меня зародились сомнения относительно успешности этого предприятия. Там используют методологию среднестатистической пиривены. В списке много книг, но знакомят с ними лишь бегло. Например, ожидается преподавать «Чандоланкару» и на пали, и на санскрите. Но это одна книга, только в двух версиях. Такие задумки увеличивают количество книг в программе.
Существует очень простой метод обучения Дхарме. Знания, необходимые для распространения Дхармы, можно получить за короткий промежуток времени. Однако образовательные учреждения почему-то используют старые методы, более того, делают это люди, у которых нет опыта. Поэтому от всех их усилий проку мало.
— Бханте, не кажется ли вам, что биккху становятся все более жадными до материальных благ?
— Многие молодые биккху нацелены на то, чтобы защитить ученую степень и получать жалованье. Они серьезно озабочены своим благосостоянием. Есть и такие, кто хочет сложить с себя монашеский сан. Все это делается исключительно ради мирских благ. Причина в том, что монахи не следуют правилам Винаи. Если бы комитеты Совета Сангхи и маханаяки теро разных школ управляли общинами в соответствии с Винаей, подобная ситуация не возникла бы.
Но и управлять общиной в соответствии с Винаей не очень получается. Если биккху ведет себя неподобающе, маханаяки теро не могут его выгнать. Для этого сначала нужно обратиться в суд. Правительство не наделило Совет Сангхи, возглавляемый маханаякамитеро, полномочиями изгонять биккху из общины. Католический епископ может отлучить любого священника. А у нас нет такой власти. Вот и получается, что биккху ведут себя так, как им заблагорассудится: попирают Винаю, не слушают маханаяк теро. Если бы правительство поддержало нас и позволило создать подходящую систему управления, мы смогли бы защитить биккху. Долгое время шли разговоры о создании так называемой Сангадхикаранаи, но биккху оказались обмануты. Если вы не хотите чего-то делать, лучше прямо об этом сказать. Мне даже не хочется об этом говорить.
Биккху призывают людей отказаться от употребления спиртного, но государство продает алкоголь. И получается, что проповеди биккху направлены против государства. Биккху учат детей: «Ловить рыбу нельзя, не заводите аквариумы». Но государственные школы поощряют это. Опять — биккху против государственной политики. Вот такая складывается ситуация. Как в условиях политической системы, при которой государство побуждает мирян нарушать буддийские заповеди, можно защитить буддизм? Народ скорее будет следовать государственной политике, чем защищать биккху.
Как бы плохо ни обстояли дела, во всем этом есть одно положительное обстоятельство, которое доставляет мне огромную радость. Еще остались биккху, верные буддизму и своему народу. Есть и миряне, которые всем сердцем преданы той же цели. Что касается меня, то я не состою ни в одной политической партии и считаю, что хороший поступок — это хороший поступок, а плохой поступок — это плохой поступок, какая бы политическая партия его ни совершила. Если ОНП сделает что-то плохое, это плохо. Если ПСШЛ сделает что-то плохое, это тоже плохо. Таков мой принцип.
— Бханте, обязательно ли иметь конкретное желание, чтобы проявились результаты добродетельного поступка (kusala karma)?
— Людям, совершающим такие добродетельные поступки, как жертвование (щедрость), необязательно при этом думать о мирских удобствах, которые станут результатом этой кармы. Чтобы получить мирское или небесное воздаяние, не обязательно желать его. Добродетельные поступки обладают потенциалом приносить хороший результат. Когда пациент принимает какое-то лекарство, ему не нужно хотеть, чтобы оно сработало. Лекарство само по себе имеет силу излечивать болезнь.
Нет ничего плохого в том, чтобы направлять заслуги от добродетельного поступка в определенное русло. Совершая поступок, вы можете выразить свое пожелание.
Например, практикуя щедрость, человек стремится избавиться от жадности, гнева и невежества. В моменты щедрости он на время избавляется от них. Но если он пожелает: «Пусть этот поступок поможет мне полностью избавиться от жадности, гнева и невежества», — тогда во время созревания данный плод приведет его к освобождению (nibbana). Достижение архатства означает полное уничтожение жадности, гнева и невежества. Это состояние обретается, когда заслуги созрели. Для этого, как я уже говорил, нужно выразить особое пожелание.
— Бханте, совершая определенные ритуалы в честь умерших, мы обычно выбираем определенные дни или промежутки времени. Есть ли в этом нужда?
— В буддийских текстах ничего не говорится об определенных днях или отрезках времени. Однако мы видим, что буддисты проводят религиозные церемонии на третий и на седьмой день, через три месяца и через год после смерти своего родственника. Согласно индуистской «Гаруда-пуране», религиозные обряды рекомендуется совершать на третий, седьмой день и так далее, дабы облегчить переход умершего в другой мир. Возможно, наши традиции берут начало оттуда. Царь Бимбисара раздавал милостыню, посвящая заслуги родственникам, умершим зоны лет назад до его рождения. И хотя после их смерти прошло так много времени, они все же получали заслуги от этого пожертвования. Это было возможно, потому что они жаждали этого.
Не существует каких-то определенных временных отрезков. Совершать добродетельные поступки и посвящать заслуги можно в любое время. Если умершие чувствуют это, они могут разделить с вами эти заслуги. «Анумодана» (anumodana) означает быть в нужном месте или в пределах видимости и радоваться добродетельному поступку. Но, конечно же, умершие должны находиться там, где смогут почувствовать, что им посвящают заслуги. Это чувствуют преты, пребывающие в мире парадаттупа-дживи (paradattupa-jivi preta). Словом «прета» (preta) обозначают людей, которые перешли на «ту сторону», к своему следующему воплощению. Всех, кто принял иную форму существования, называют претами (pra + ita = preta). Даже дэвов называют претами.
Если по каким-то кармическим причинам чрево не готово принять человека, он застревает в переходном состоянии. В школе Сарвастивада это состояние называют антарабхавая (antarabhavaya). Мы же считаем таких существ одной из разновидностей обитателей парадатуппа-дживи. Это духи, прикованные к земле. Они могут существовать внутри одного из трех миров: мира страстей, мира форм и мира без форм. Концепция антарабхаваи была отвергнута, потому что она подразумевает существование за пределами этих трех миров. В парадатуппа-дживи у существ очень тонкие тела, внешне похожие на те, какими они обладали при жизни. Большинство из них посещают этот мир в своем человеческом облике.
Я расскажу одну историю. Один человек по имени Сеневиратне родом из Канди приехал на Шри-Ланку в отпуск из Англии. Когда он собирался обратно, его бабушка стала настаивать на том, чтобы он взял ее с собой в Англию. Она была уже старой и плохо себя чувствовала. Он успокоил ее тем, что возьмет ее собой в следующий раз. А через несколько месяцев бабушка умерла. Она так никогда и не побывала в Англии. В память о ней г-н Сеневиратне сделал пожертвование Лондонской вихаре и посвятил ей заслуги. В то время я тоже был в Лондоне.
Несколько дней спустя г-н Сеневиратне пришел в Лондонскую вихару и рассказал достопочтенному Хаммалаве Саддхатиссе махатеро об одном интересном случае. После этого г-на Сеневиратне направили ко мне. У него с собой было две фотографии. Вот как все было. В один прекрасный день жена этого джентльмена пошла готовить чай, как вдруг на своей кухне увидела бабушку мужа, которая умерла несколько месяцев назад на Шри-Ланке. Она позвала супруга. Тот прибежал на кухню и тоже увидел бабушку. Он сфотографировал ее, но сам к ней не приближался, так как не на шутку испугался.
В другой раз, около двух часов дня, г-н Сеневиратне сам решил приготовить чай — и вновь увидел ее. В тот день он опять сделал снимок. Вскоре призрак исчез. Он спросил меня, как такое возможно. Я объяснил ему, что многие люди рождаются в мире духов. Когда дух думает о человеке, которого любит или от которого чего-то ждет, он появляется рядом. Совсем необязательно, чтобы он раньше бывал в этом месте. Духи обладают тонкими, астральными телами, и в них путешествуют. Фотоаппарат может зафиксировать астральное тело.
Около тридцати лет назад один англичанин из Суссекса устроил благотворительный обед для безработных. Он сделал это в память об отце, который умер год назад. Профессиональный фотограф сделал групповое фото присутствовавших на обеде. Когда этому джентльмену принесли снимок, на нем он увидел своего отца, который стоял среди гостей и улыбался. Англичанин был очень удивлен. Этот случай описан в журнале «Предикшн» вместе с фотографией.
Так что же это за состояние такое? В школе Сарвастивада его называют антарабхава. Последователи Махаяны обозначают его словами «антарабхава» или «гандхарва». Мы же называем такое существо одним из обитателей парадатуппа-дживи. Эти духи жаждут заслуг, которые мы можем им передать. Когда мы совершаем добродетельные поступки и думаем о них, они чувствуют это, потому что мысль передается на расстоянии. У них тонкие тела, и они быстро улавливают наши намерения. Они мгновенно переносятся в нужное место и радуются добродетельному поступку, совершенному в их честь. Это называется «пуньянумодана» (punyanumodana).
Когда сознание этих существ становится сильнее, у них появляется способность создавать все, что они пожелают. Они могут по своей воле материализовывать еду и другие вещи. Некоторые могущественные йогины могут превратить песок, например, во что-то более ценное. Так вот, эти духи тоже обретают такую способность. Даже божества могут развить у себя эту силу благодаря тем заслугам, которые мы им посвящаем. Речь не идет об образовании чего-то совершенно нового. Речь о создании какой-то вещи из уже существующих атомов, рассеянных во Вселенной. Это похоже на то, как мы делаем мебель из кусков древесины: распиливаем доски, выравниваем их и прибиваем гвоздями. Силой разума эти существа могут преобразовывать одну форму в другую.
— Бханте, вы говорили, что своими глазами видели бога Катарагаму. Расскажите, пожалуйста, об этом случае.
— Это случилось, когда я руководил пиривеной в Балангоде. Точно не помню, какой это был год. Майтримурти тогда было лет пятнадцать. Меня пригласили на церемонию васа в храм Алпитие, неподалеку от поместья Элапаты Рате Махаттаи. Я отправился туда со своими учениками Майтримурти и Шантидевой. Они были тогда послушниками. Они занимались даже во время путешествия, чтобы не отстать в учебе. Через несколько дней Элапата Рате Махаттая сказал: «В Катарагаме сейчас идет фестиваль. Скоро состоится церемония хождения по огню. Хотите посмотреть на это?» Я ответил: «Я никогда не был в Катарагаме. Хотелось бы увидеть это место». Тогда он отправил телеграмму достопочтенному Нараде теро из Ваджирарамы: «Достопочтенный Анандамайтрея теро собирается посетить Катарагаму вместе со мной. Пожалуйста, присоединяйтесь к нам, и мы вместе посмотрим на хождение по огню». Так достопочтенный Нарада отправился вместе с нами.
Элапата Рате Махаттая и брат господина Эллавалы, плантатор, отправились на одной машине, а достопочтенный Нарада теро, два послушника и я — на другой. Так мы добрались до Тиссамахарамы. Остаток пути до Катарагамы на машине было не преодолеть. Эти десять миль мы добирались на повозке с быками. У реки мы сошли с повозки и вброд переправились на другой берег. Для нас соорудили навес. Управлял этой дэвале в то время Дивитотувела Рате Махаттая — шурин Элапаты Рате Махаттаи. Он позаботился, что мы добрались до храма, так как сами мы дороги не знали.
В Катарагаме мы остановились на несколько дней. Мы посмотрели процессию. На следующий день должна была состояться церемония хождения по огню. Нам посоветовали прийти туда до того, как соберется толпа. Перед самой дэвале, немного сбоку, для нас поставили четыре стула. На рассвете, около половины четвертого, нас отвели туда. В прямоугольной яме горела целая гора поленьев. Взмывавшие ввысь языки пламени нагревали воздух так сильно, что мы ощущали жар даже в нескольких ярдах от костра.
Было около пяти часов утра. Вокруг огненной ямы собралась большая толпа людей. Вдруг кто-то появился рядом с огнем. Он смотрел на ворота дэвале, которые находились впереди. Ниже пояса на нем была коричневая ткань, и такая же коричневая ткань была наброшена на левое плечо. Кажется, его голова была обрита. У него была очень светлая кожа, как у европейца, и тонкие, удлиненные черты лица. Это был стройный человек среднего роста. Он был неописуемо красив и своей безмятежностью походил на отшельника. Он смотрел на полыхавший огонь. Сначала я решил, что это капурала. Но затем я подумал: «Разве возможно, чтобы человек подошел так близко к огню, чей жар обжигает все на ярды вокруг?»
Я толкнул локтем достопочтенного Нараду и прошептал: «Давайте тихонько посидим и посмотрим, что будет дальше». Этот человек вошел в пылающий огонь. Не торопясь, он прокладывал себе путь через языки пламени. Кажется, это заняло около двух или трех минут. Вскоре он оказался у противоположного конца ямы. Он постоял немного, глядя на ворота дэвале, и исчез. Тогда мы поняли, кто это был. Позже мы услышали, что его видели все.
Примерно через час пламя улеглось, и на его месте образовались горящие угли. Со стороны ворот появился капурала и прошел по раскаленным докрасна углям. Остальные поступили так же и последовали за ним в дэвале. Было около шести часов. Мы рассказали капурале о том, что видели. Он ответил: «Учитель, он делает это каждый день. Обычно только я его вижу. После него угли становятся прохладными. Я всегда дожидаюсь его появления. Если он не приходит, я не захожу в кострище. Сегодня он появился раньше обычного. Возможно, захотел рассеять ваши сомнения». Достопочтенный Нарада написал об этом случае в газету, но там подняли его на смех, решив, что он тронулся умом из-за церемонии.
— Бханте, можно ли вылечить болезнь, вызванную кармой?
— Эффект одной кармы можно нейтрализовать с помощью другой. Сила неблагого поступка (akusala kamma), которая вызывает болезнь, может быть уменьшена благодаря противодействующей силе благого поступка (kusala kamma).
— Бханте, где об этом можно почитать?
— Есть один пример в конце комментария к «Саманнапхале-сутре». Царь Аджаташатру возликовал, услышав проповедь Будды, и принял прибежище в Трех драгоценностях. После того как он ушел, Будда сказал: «Если бы он не убил своего праведного отца, то сегодня стал бы сотапанной. Но он лишился этой силы из-за своего недобродетельного поступка». Приняв прибежище в Будде, царь служил ему с величайшей преданностью. Сила той кармы, которая должна была привести к его перерождению в аду авичи, уменьшилась, и вместо этого он воплотился в адулокумбу.
Такое объяснение дает комментарий. Это свидетельствует о том, что благая карма может в значительной степени повлиять даже на карму переходного состояния. Получается, что противодействовать неблагой карме других разновидностей еще легче.
— Бханте, оказывают ли планеты влияние на живых существ?
— Да, безусловно. Вот как это происходит. Земля вращается вокруг Солнца. Другие планеты тоже вращаются вокруг Солнца. Металлы и минералы в земной коре порождают силу гравитации. Сила гравитации непостоянна: гравитационное притяжение, которое испытывает Земля, меняется каждую минуту. Сила гравитации влияет на каждое живое существо.
Наиболее сильное влияние планеты оказывают в момент рождения. Пока ребенок находится в утробе, его защищает мать. Во время рождения планеты оказывают на человека самое сильное влияние, поэтому карта рождения так важна. Она показывает, каким было влияние планет на человека в момент его рождения. Родившись, ребенок попадает в пространство, подверженное влиянию планет. То пространство, в которое он попадает, зависит от его кармы. В соответствии со своей кармой люди оказываются в разных обстоятельствах.
Между гравитационным притяжением планет, его изменениями и кармой человека существует взаимосвязь. Обладая знанием астрологии, можно понять, какая кармическая сила действовала в момент рождения. С помощью астрологии также можно узнать, какая карма повлекла за собой рождение, какая карма сопутствовала ей и какова сила результирующей кармы. Таким образом, планеты воздействуют на человека в соответствии с его кармой.
Человек может избежать влияния планет. Для тех, кто родился на Шри-Ланке, правящей планетой является
Сатурн. Великобритания находится под влиянием Солнце. Чтобы избежать бедствий, связанных с Сатурном, можно уехать в Англию. Влияние планет меняется в зависимости от места жительства. Это полностью соотносится с тем, чему учил Будда: нужно «жить в правильном месте» (patirupa desa vaso са).
— Бханте, какую разновидность неблагой кармы накапливает человек, покончивший жизнь самоубийством?
— На самоубийство решаются по разным причинам. Одни — из-за отвращения к жизни. Другие не могут вынести болезни, боли или горя. Иногда к самоубийству приводит враждебность, зависть или злоба окружающих. То, где человек переродится, зависит от потока его сознания перед самой смертью. Допустим, человек решает повеситься и в момент смерти вспоминает что-то хорошее, что он совершил, и концентрируется на этом. Следующее рождение будет зависеть от потока сознания. Сила неблагой кармы будет разниться в зависимости от человека. Было бы преувеличением говорить о том, что самоубийцы всегда перерождаются в несчастливых состояниях.
— Бханте, на первый взгляд сознание пути и сознание плода достигаются одновременно. Как же тогда совершать отдельные подношения тем, кто достиг сознания пути (margastha puggala), и тем, кто достиг сознания плода (phalastha puggala)?
— Достижение пути и достижение плода пути случаются практически одномоментно. Когда вы совершаете пожертвование достигшему плода, вы жертвуете обоим: и достигшему плода, и достигшему пути. Невозможно сделать подношение в момент достижения пути. Когда вы жертвуете человеку, который прошел эту ступень, это равносильно тому, чтобы сделать подношение обоим: и достигшему плода, и достигшему пути.
— Бханте, расскажите, пожалуйста, об атмане.
— Атман (Я) — это слово, которое мы употребляем в повседневной речи. Будда также употреблял слово «атман» в общепринятом смысле. Мы видим его в названии одной из глав Дхаммапады — «Atta-vagga» («Личность»). «Attapi attano natthi» — «Даже я сам не принадлежу себе». В этих учениях слова «атман» (душа), «сатва» (существа), «пуггала» (человек) употреблены в общепринятом смысле. Мы используем их тогда, когда говорим об уме, мыслях или физическом теле. Сознание (citta) и его характеристики (cetasika) представляют собой ментальные образования. Тело материально. Термин «атман» используется тогда, когда речь идет об имени (уме) и форме (теле). Согласно учению Будды, при более детальном рассмотрении понятие «атман» указывает на пять скандх.
Сознание (citta) не является чем-то единым — это цепочки мыслей, которые появляются и исчезают. Среди пятидесяти двух характеристик сознания есть такие, как радость, печаль, безразличие. Волны чувств, появляющиеся и исчезающие в уме, — это ощущения. Отпечатки различных объектов, возникающие и растворяющиеся в уме, — это впечатления. Цепочки мыслей, формирующиеся и распадающиеся в уме, — это воля. Тело же — это скопление конструкций, постоянно возникающих и разрушающихся. Такова скандха под названием «тело».
Таким образом, имя (ум) и форма (тело) подразделяются на пять категорий, а именно: сознание, ощущения, впечатления, воля (или ментальные образования) и тело. Последователи других религий принимают форму (rupa) или впечатления (sanna) за «Я» (atma). Одни считают, что «Я» — это совокупность всех скандх или части из них. Другие полагают, что «Я» — это ум.
«Ata-ti-satatam pavattatl-ti atta». Согласно этому объяснению, «Я» (atta) — это то, что подвергается изменениям, но при этом остается прежним. В пяти скандхах, которые еще называют «сатва», нет ничего, что бы не менялось или не разрушалось. В пяти скандхах или в уме нет ничего постоянного. Все пять скандх непрерывно изменяются. В этом слиянии двух потоков — ума и тела — нет души, которая была бы неизменной. Мы не найдем ничего постоянного или неизменного под названием «душа», «эго» или Я. В этом и заключается понятие об отсутствии Я в учении Будды. Человеческая душа, душа бога, душа животного — все это условные обозначения, не отражающие реального положения дел. Мы говорим, что солнце восходит и заходит, но в реальности оно никуда не восходит и не заходит. Эта видимость создается за счет вращения Земли вокруг Солнца. Точно так же душа человека (manushya + atma) и душа бога (deva + atma) — условные обозначения, а не универсальная истина. Реальность же такова: существуют лишь потоки скандх, находящиеся в непрерывном изменении.
— Бханте, расскажите пару интересных историй из вашей жизни.
— Однажды я спас наяку теро одной тайской школы. Это было крупное происшествие. Я смог оказать ему помощь благодаря силе своего сознания и правильной стратегии. Я не люблю рассказывать об этом событии, потому что оно настраивает против меня. Несколько любопытных событий произошло во время моего пребывания в колледже «Ананда». Двенадцать лет, проведенные там, были для меня временем отдыха. Там мне жилось гораздо спокойнее, чем в большинстве современных храмов. Я общался с образованными, хорошо воспитанными людьми. И сотрудники, и ученики были очень культурными. Когда вы живете в храме, вас приглашают то на одно мероприятие, то на другое. В «Ананде» же меня не отвлекали. У меня было время для чтения и медитации. Г-н Куларатне устроил все так, что я сам составлял расписание занятий и у меня оставались возможности для самообразования.
Однажды ночью, во время медитации, в моем уме, словно вспышка, начали проноситься мои прошлые жизни. Я ничего специально не делал, все случилось само. Я забыл о том, где нахожусь, и погрузился в свои прошлые жизни. В одной из них я был брахманом из Хайдарабада по имени Михиркул Михирчандра. Я увидел целую жизнь сразу. Вскоре я вернулся в обычное состояние. Тогда я понял, что это было прошлое воплощение. Еще я вспомнил, что был божеством. Это была не игра воображения — я на самом деле проживал эти жизни.
В другой раз я медитировал в темной комнате. Дверь была закрыта. Вдруг я почувствовал, что комнату заполняет яркий свет. Я открыл глаза — вся комната была озарена ярким светом. Я посмотрел на лампочку, но свет исходил не от нее. Яркое сияние изливалось из центра стены напротив. Некоторое время я смотрел на стену. Потом появилась тень. Она постепенно оформилась в фигуру человека. Позади него была свита. Все это было реальностью, а не сном. Я смотрел широко раскрытыми глазами. В этом не было ничего пугающего, и я лишь задавал себе вопрос: «Что происходит?»
Появившийся человек был Великой личностью. Он выглядел, как отшельник, и был очень красив. Я неплохой художник, и мне захотелось написать его портрет, чтобы увековечить эту безмятежную красоту. Я попытался запечатлеть в своем сознании его черты. В тот же момент все исчезло и воцарилась тьма. Я пожалел о своей глупости и снова начал медитировать. Великая личность снова явилась передо мной, на этот раз без свиты. Когда я вновь сконцентрировался на его образе, он сказал: «Не смотри на форму. Смотри на Дхарму». С этими словами он исчез. Этот благородный человек — Великое божество. Он всегда меня оберегает.
Вообще мне не нравится, когда обнародуют такие вещи. Материалисты могут поднять меня на смех и объявить сумасшедшим. Поэтому я не хотел бы раскрывать имя этого благородного человека. Еще раньше мне советовали думать о нем перед началом какого-либо важного дела. Есть три личности, которые помогают мне подобным образом.
Я же рассказывал, как своими глазами видел бога Катарагаму? Я твердо верю в его существование. Он тоже меня защищает. А сейчас я расскажу еще об одном интересном случае.
Когда я был послушником, все работы в храме возложили на меня. Я рано вставал, подметал полы в вихаре, собирал цветы, зажигал лампы и совершал необходимые религиозные церемонии. Затем я спускался в нижнюю часть храма и нагревал воду для Хамудуруво. После омовения он отправлялся в вихару, подносил цветы и совершал обряд поклонения Будде. Так проходило каждое утро. После этого я пил лунукенду и приступал к своим занятиям. По вечерам, после совершения религиозных обрядов, я читал пириты. Затем я шел к Вишну-дэвале и Катарагама-дэвале перед вихарой и посвящал свои заслуги этим богам. Я чувствовал, что они защищают меня.
Мой гуру Хамудуруво много раз пытался отправить меня в Коломбо учить английский. Но один старший монах завидовал мне. Он отговаривал моего гуру Хамудуруво от этой затеи. «Этот молодой монах собьется с пути, если вы отправите его туда», — говорил он. И Хамудуруво охватывали сомнения. В то время я состоял в переписке с Анагарикой Дхармапалой, который находился в Индии. Он писал мне: «Обязательно приезжай распространять Дхарму. Я договорюсь, чтобы ты смог посещать уроки английского». Мой гуру Хамудуруво не возражал, но тот монах нашептывал ему: «Если вы отправите его в такую даль, он сойдет с пути». Так он препятствовал моему развитию.
Однажды, завершив религиозные церемонии, я отправился в дэвале и обратился к Вишну: «Тот человек мешает моему развитию. Пожалуйста, помогите мне». Я приходил в дэвале три или четыре дня подряд. В последний день я отправился в дэвале во сне и повторил свою просьбу. И тут статуя бога Вишну ожила. Это было во сне. Вишну сделал пару шагов навстречу мне. Я отпрыгнул. Он поднял руку, указал пальцем на меня и произнес: «Не беспокой меня. Через несколько дней я отправлю тебя в Коломбо». Так все и произошло. Через пару дней монах, который выступал против меня, отправился в свою деревню на две недели. В это время в газете появилось объявление о занятиях для биккху в колледже «Ананда». Хамудуруво позвал меня: «Мы отправляемся в Коломбо. Сообщи об этом дяде, пусть он пришлет денег на дорогу». Я связался с Локу Таттой, и он прислал нам денег. Мы отправились в Коломбо. У того завистливого монаха не было возможности помешать мне.
Мой собственный опыт служит доказательством того, что божества существуют и что они помогают нам. Моя жизнь довольно заурядна. Но то, чего я достиг благодаря силе своего ума, конечно же, является чем-то совершенно особенным.
Есть еще несколько событий, о которых я никогда не забуду. Кажется, шел 1926 год, когда однажды вечером на пляже Адьяра, в Мадрасе, я впервые встретился с Кришнамурти. В 1942 году, если мне не изменяет память, в ашраме в Тируваннамалае я встретился с Раманой Махариши, который достиг дьяны (jhana). Через два месяца я посетил Ришикеш. Мой йогический опыт заключался в том, что я покидал физическое тело и путешествовал на большие расстояния в своем тонком (астральном) теле. Этого может достичь каждый, кто умеет концентрировать свой ум и упорно трудиться. Вот такие незабываемые события происходили в моей жизни.
— Бханте, есть у вас какие-то особые секреты крепкого здоровья и долголетия?
— Я могу выдать вам все мои секреты. Когда я учился в школе, сушеная оленина была в избытке, и меня часто кормили этим мясом. Но когда мне исполнилось шестнадцать или семнадцать, я совсем отказался от мяса. Иногда я употреблял сушеную рыбу, но позже отказался и от нее. Я научился питаться одними овощами. Иногда мне приносят сушеную рыбу, но я ее не люблю. Я считаю вегетарианство одной из причин моего здоровья.
Другая причина в том, что я никогда не поддаюсь гневу. Как бы другие ни задевали меня, как бы ни клеветали, как бы газеты ни нападали на меня, я остаюсь спокоен. Бывало, кто-то, например г-н Пиядаса Сирисена, осуждал меня на газетных полосах. Мой учитель, посвятивший меня в духовный сан, советовал мне никогда не злиться на людей. Сам он никогда не злился. Даже обучая нас, он никогда не поддавался гневу, не ругал нас. Он все объяснял доброжелательным тоном. Он говорил мне никогда не злиться на людей, которые вредят мне, но, напротив, испытывать к ним сострадание. На то у него были свои причины. Поскольку я преуспевал в занятиях, старшие монахи завидовали мне, и Хамудуруво знал об этом. Когда кто-то поступал несправедливо, гуру советовал мне считать это результатом прошлой неблагой кармы и думать, что за счет их поступков я в значительной степени освобождаюсь от нее и ее сила уменьшается. Такое неизбежно будет случаться, если имеются дурные поступки в прошлом. Но поскольку обидчик сам накапливает плохую карму, я должен сочувствовать ему.
Совет моего гуру Хамудуруво оказался очень полезным. Теперь, когда какой-то человек огорчает меня, я порываю с ним. Подобное отношение позволяет мне не поддаваться гневу ни при каких обстоятельствах. Не помню, когда я в последний раз злился. Когда я вел занятия в пиривене Балангоды, я собирался наставлять учеников, не прибегая к наказаниям, но в какой-то момент я был вынужден наказывать трудных учеников. Неоднократно мне приходилось использовать трость. Но всегда в такие моменты моя сердце наполняла печаль. Уже долгое время я посылаю мысли благородной любви (metta) всем существам, когда нахожусь в дороге. Когда я еду на машине, лечу на самолете, да в любое время, когда нет других дел, я наполняю ум благородной любовью (metta bhavana). Поэтому я всегда счастлив. И это тоже укрепляет мое здоровье.
Я ни от кого не жду уважения. Меня могут оскорблять, со мной могут дурно обращаться или, наоборот, ко мне могут относиться доброжелательно — в любом случае я спокоен. Когда мне оказывают особый прием, я не испытываю бурной радости. Я одинаково безразличен к почестям и пренебрежению. Меня не радует и не расстраивает то, как люди со мной обращаются. Я счастлив всегда. Есть люди, которые с уважением относятся ко мне, в том числе некоторые министры и члены парламента. Есть те, кто игнорирует. Но и то и другое меня не притягивает и не отталкивает. Я не испытываю особых чувств даже к своим благодетелям. Эту беспристрастность я развивал в себе долгое время. Думаю, это тоже внесло свой вклад в мое крепкое здоровье и долголетие. Я всегда удовлетворен.
— Бханте, вы можете назвать себя щедрым человеком?
— Я с детства веду практику щедрости. Я совершал и до сих пор совершаю различные добродетельные поступки. Среди них есть два значимых, которые мне особенно запомнились. Когда я был школьником, в наш магазин зашли тамильская попрошайка и ее сын, которому было около десяти лет. Мальчик был слеп на один глаз, и на нем были грязные лохмотья. Я посмотрел на этого несчастного ребенка, и мое сердце наполнилось состраданием. Мне тогда было около девяти. Я обратился к отцу моего дяди, который управлял магазином: «Дедушка, у этого маленького мальчика нет нормальной одежды, чтобы защититься от холода. Я хочу отдать ему свое одеяло». У меня было дорогое одеяло, сшитое из теплой ткани. Когда я выразил свое желание, отец моего дяди сказал: «Поступай как знаешь». Я сложил одеяло и отдал его маленькому мальчику. Они были очень довольны, поблагодарили меня и пожелали мне всего доброго. Счастье переполняло меня целый день.
А вот другая история. Однажды из колледжа «Ананда» я отправился в местечко неподалеку от Мадампе, чтобы прочитать там проповедь. По дороге назад на железнодорожной станции я увидел старого монаха, на котором было старое, поношенное одеяние. Я подошел к нему и спросил, почему на нем такая старая, грязная одежда. Он ответил: «Я бедный монах. Где же я возьму новую одежду?» Я понял, что он из бедной деревни. Тогда я предложил ему поменяться одеяниями. Мое было совсем новым. Он надел мое новое одеяние, а я — его грязное и потрепанное. Он был очень доволен, пожелал мне всего доброго и порадовался тем заслугам, которые я накопил благодаря этому щедрому поступку. Я вернулся в гостиницу, принял ванну и надел чистую одежду.
Я часто вспоминаю об этих случаях. И хотя я уже долгое время веду практику щедрости, я чувствую, что эти два поступка превосходят все прочие.
— Бханте, говорят, вы много думаете о бедных, беззащитных людях.
— Да. С детства я слышал много историй и сам видел чиновников, которые дурно обходятся с бедными и обездоленными. Некоторые чиновники без взятки не начинают работать, из-за чего люди попадают в беду. Еще лучше я это понял, когда переехал в Коломбо. С детства я не испытывал уважения к людям из высшего общества, которые поступают несправедливо по отношению к бедным и беззащитным. Я не доверяю им. Это врожденная неприязнь. Речь не о том, что все чиновники плохие. Есть и хорошие, но большинство относится к другой категории. Я часто слышу, что подобные явления происходят и сейчас.
Один человек из Балангоды на протяжении пяти лет ходил в канцелярию, чтобы получить назначенную президентом пенсию. Каждый раз там находили тот или иной предлог, чтобы отказать ему. Через пять лет он пожаловался мне. Я сказал ему, что не могу вмешиваться в подобные дела, и посоветовал обратиться за помощью напрямую к президенту. Я знаю много подобных историй. Мне интересно наблюдать, как высокопоставленные чиновники обращаются с обычными людьми.
Не так давно один чиновник сильно помог нашей пиривене. Он всегда говорил о развитии страны и поддержке религии. Когда мы сошлись ближе, я обнаружил, что он очень дурно обращается со своими слугами. Он выступал за равенство, но только на словах. Такие люди обманывают своих избирателей. Как бы человек ни помогал мне, это не заставит меня склониться перед ним. Я буду относиться к нему с беспристрастностью. Человек, который помогает мне, и тот, кто ничего не делает, для меня равны. Если я вижу человека достойного, добродетельного и честного, у меня возникает личная симпатия к нему. То же самое касается монахов и мирян. Я не раболепствую и не испытываю чрезмерной привязанности.
— Бханте, что бы вы хотели рассказать сами?
— Я всегда думаю о том, что свободен. Я не привязан к месту жительства. Я готов без промедления покинуть его в любое время. Я могу жить где угодно. Я могу питаться одними овощами, если нет другой пищи. Так я себя воспитал. Я не боюсь кого-то огорчить. Я не пытаюсь никого обмануть. Подобное отношение к жизни порой доставляло мне неприятности и, возможно, доставит их и в будущем. Но я все принимаю с улыбкой.
Если бы я угождал большим «шишкам», мой храм в Удумулле превратился бы во дворец. Я же никого не просил помогать мне. Многие ланкийцы и мусульмане, торгующие драгоценными камнями в Балангоде, были бы рады помочь мне. Они могли бы потратить тысячи и тысячи на постройку здания. Но мне не нравятся подобные связи. Возможно, это моя слабость. Но я не доверяю людям, и поэтому у меня нет к ним привязанности. Я беспристрастен даже к тем, кто относится ко мне с большим уважением.
Я часто думаю о словах Будды из «Саньютты-никаи», где он говорит об опасностях, поджидающих тех, кто привязан к почестям и славе. Он указывает на страдание, возникающее из порабощенности ими, и на величие практики беспристрастности.
У меня есть еще одна черта. Меня трудно вывести из равновесия или сбить с толку. Я принимаю все превратности судьбы как закон природы и отношусь к ним спокойно. Меня никогда не интересовали титулы, почести или слава. Я не в восторге от многочисленных титулов вроде Агга Махапандита, которыми меня наградили. Я не стремился к ним; их получали и до меня, и после. Но отказ от этих титулов навредил бы вручающей стороне, поэтому я принял их. В любом случае я не пользуюсь ими.
Я всегда чувствовал, что у меня недостаточно знаний. Учение Будды очень глубоко. Вы можете прочитать сутру тысячу раз и каждый раз находить в ней что-то новое. Новые идеи продолжают разворачиваться в вашем уме. Я прочитал Трипитаку несколько раз. Мне кажется, что мне предстоит узнать еще очень и очень многое о нашем мире и о жизни. Насколько велики мои познания? Эта мысль часто посещает меня. Я недоволен тем, что знаю. У меня нет пока ясного понимания мира. Поэтому я не думаю, что заслуживаю все эти титулы, хотя и принял их. Я все еще ученик. Мой поиск знаний завершится тогда, когда я стану Буддой. Считается, что ни один ученый-мирянин не обладает и тысячной долей тех знаний, которые обрел вошедший в поток. Так что же знаю я? В книгах содержатся идеи других людей. Изучать их — значит заимствовать чужие идеи. На экзамене вы пересказываете идеи других людей, которые выучили наизусть. За это вам дают ученую степень. Она дается не за знания, полученные на собственном опыте. Если рассуждать в этом ключе и дальше, получается, что знания ученых мужей и пандитов не слишком ценны.
Что касается меня, то я прикладываю большие усилия к тому, чтобы следовать предписаниям для биккху. Я изо всех сил стараюсь сохранять свой ум свободным от омрачений. Меня не привлекает то, что считается красивым. Когда я смотрю на форму, которую называют красивой, я вижу обратную сторону медали: «Этот человек — всего лишь скелет, обернутый плотью, пронизанный кровью и покрытый кожей». Эта идея глубоко укоренилась во мне. Поскольку я рассуждаю подобным образом, мой ум защищен от омрачений.
Подобным образом, когда кто-то оскорбляет или осуждает меня, я думаю: «Зачем мне злиться на скелет?» Поэтому я не помню дня, когда в моем уме возник бы гнев в адрес другого человека. Но, конечно же, и у меня есть одна слабость: я никого не слушаю. Люди могут говорить мне многое, и я не спорю. Я притворяюсь, будто соглашаюсь с ними, только чтобы не спорить. В действительности же я не соглашаюсь. Я всегда был таким. Многие думают, что меня легко обмануть, но это не так. Я делаю только то, что хочу.
— Бханте, говорят, одно время вы лечились аиром. Это правда?
— Да, правда. Давайте я расскажу все с самого начала. Дело было в 1956 году. В 1955 году я отправился за подаянием к одному благотворителю, который жил в Веллавае. После утреннего пожертвования мы вместе с ним и еще двумя биккху отправились посмотреть статую в Будурувагале. В то время автомобильная дорога еще не была проложена, и мы шли пешком через джунгли. Мы совершили религиозный обряд перед статуей. День был очень жаркий, и мне нестерпимо хотелось пить. Там были емкости для сбора дождевой воды. Я зачерпнул немного воды из емкости и выпил. В тот же день этот благотворитель отвез меня обратно в пиривену в Балангоде.
Через два дня у меня поднялась высокая температура и начались невыносимые головные боли. Я поселился в храме Махавалатенна и стал лечиться в ближайшей муниципальной больнице. Наступило временное облегчение, но раз в неделю меня настигала горячка и острая головная боль. В течение нескольких месяцев я продолжал лечиться с помощью ланкийских и европейских методик, но окончательное выздоровление так и не наступало. В конце концов доктор из больницы в Ратнапуре назначил мне мепакрин, который подавил симптомы болезни, но принес провалы в памяти. Мое состояние ухудшилось до такой степени, что я стал забывать даже имена людей из ближайшего окружения. Читая книгу, я сомневался в правильности написания слов. Я рассказал другу о своем состоянии. Он воскликнул: «Учитель, немедленно прекратите это лечение. Один знакомый принимал это лекарство длительное время. Так вот, его память становилась все хуже и хуже, пока он окончательно не впал в беспамятство. А потом он умер». Я тут же прекратил принимать мепакрин. Я избавился от лихорадки, но память не восстановилась.
В 1956 году было солнечное затмение. В газетах писали о том, что во время затмения полезно принимать смесь из корневища аира и ряда других медицинских препаратов. Одним из положительных эффектов было улучшение памяти. Это было как раз то, чего я хотел. Я приготовил вышеуказанную смесь и выпил ее. У нее были свойства рвотного средства. У меня началась обильная рвота. Я отправился в больницу в Олугамтоте. Там мне дали раствор глюкозы, и рвота прекратилась. После этого моя забывчивость исчезла и память улучшилась.
— Бханте, у меня имеется вопрос касательно Винаи. Согласно Виная-питаке, Будда говорил, что монахи не должны передвигаться на транспортных средствах (уапа). Не является ли езда на автомобилях, автобусах и так далее в наши дни нарушением этого положения? Но с другой стороны, довольно трудно в современном мире придерживаться этого правила…
— Пользуясь автомобилем, автобусом или поездом, биккху ничего не нарушает. Правило гласит, что биккху не должен пользоваться «яной» (уапа). Согласно объяснению, данному в комментариях, яна — это повозка, приводимая в движение лошадями, быками и прочими животными. Автомобили, автобусы, поезда и прочее не относятся к этой категории, так как приводятся в движение двигателем. Согласно Винае, они относятся к категории «корабли» (nauka). А правила Винаи позволяют путешествовать на лодках или кораблях, которые приводятся в движение людьми. Сам Будда и члены его Сангхи как-то отправлялись в город Висала на корабле. Есть три типа кораблей: самолеты (gagana nauka), водные корабли (jala nauka) и наземные корабли (stala nauka). Автомобили, автобусы и тому подобное относятся к последней категории. А Виная не запрещает ими пользоваться.
— Бханте, вы, должно быть, самостоятельно пришли к этой мысли?
— Нет, это не моя мысль, которой я оправдываю себя. Это мысль махатеро прошлого, которые хорошо знали Дхарму (учение) и Винаю (кодекс дисциплины). Около восьмидесяти лет назад школа Раманна опубликовала книгу под названием «Дурмативидараная». В ней махатеро, автор книги, подробно объяснил эту идею. Согласно Винае, транспортные средства, приводимые в движение веслами или механическими приспособлениями, относятся к категории «корабли» (nauka). А передвигаться с их помощью не запрещено Винаей.
— Бханте, вы бы хотели все имеющееся время уделять своей медитации?
— Да. Но самое главное препятствие заключается в отсутствии времени. Люди посещают меня с утра до вечера. Одни тратят мое время на разговоры о самых обыденных вещах. Кто-то просит написать рекомендательное письмо на имя президента, чтобы заручиться его поддержкой. Я не люблю этого. Бывает, люди каким-то образом обходят тех, кто меня оберегает, и являются ко мне с подобными просьбами. Но я их не удовлетворяю. У президента есть официальные обязанности перед министрами и членами парламента. Мы должны дать людям делать свою работу в соответствии с законом. Не нужно вмешиваться.
Я вообще не вмешиваюсь в работу правительства. Должна существовать система назначений. Не правы те, кто содействует назначению неподходящих людей, прибегая для этого к кумовству, связям или попыткам зайти с черного хода. Члены правительства должны назначать на должности подходящих людей и в соответствии с определенной процедурой. С моей стороны было бы ошибкой пытаться изменить эту систему. Я объясняю это посетителям, но они продолжают упрашивать. Местные жители меня не слишком беспокоят. С просьбой о подобных услугах приходят люди из отдаленных мест. Здесь у меня нет возможности читать и развивать медитацию.
Есть у меня и другая проблема. Некоторые теро настаивают на том, чтобы я посещал разные встречи и церемонии, например назначение наяк теро. Но я считаю эти празднования просто потерей времени и посещаю их лишь затем, чтобы никого не обидеть. Ситуация усугубляется, когда я нахожусь здесь.
Еще одна проблема — жара. Когда слишком жарко, тяжело сосредоточивать ум. Я надеюсь переехать в Балангоду. В храме, где я получил посвящение в монахи, прохладно и уютно. Надеюсь, я смогу проводить там большую часть времени.
У меня есть свой распорядок дня. Я медитирую в определенные часы. Раньше я медитировал по четыре раза в день независимо от обстоятельств. Но сейчас у меня нет такой возможности. Здесь невозможно медитировать систематически.
Когда я был за границей, европейцы и американцы в основном приходили ко мне, чтобы разрешить свои трудности в понимании Дхармы. Это гораздо более благодарный труд, чем чтение лекций. Студенты, школьники, буддисты и даже небуддисты часто посещали меня со своими вопросами. На Шри-Ланке почти никто не приходит затем, чтобы лучше понять Дхарму. Здесь обычно заводят светские разговоры или беспокоят меня по поводу получения должности. Иногда мне кажется, что мне лучше скрыться где-нибудь в лесу и там заниматься своей медитацией.
Сейчас я печатаю на компьютере английский перевод отдельных разделов Трипитаки. Это одно из моих основных занятий. А медитация — другое. Без электричества, в лесу, я не смог бы заниматься переводом Трипитаки. Чтобы совмещать и то и другое, надо перебраться в храм в Балангоде.
Что касается вашего вопроса о том, не хотел бы я посвятить все свое время медитации, то ответ — да, хотел бы. Тогда я бы достиг дьяны. Но я не могу забывать и про повседневные дела, которые все-таки становятся значительным препятствием на пути моего духовного роста.
— Бханте, напоследок у меня есть еще один вопрос. Многие считают, что вы достигли одной из ступеней святости или же близки к этому. Что вы можете об этом сказать?
— Да нет. Это ложное представление. Я не достиг этой ступени, но, конечно же, очень близко к ней подошел. Как я уже вам рассказывал, я медитировал под руководством достопочтенного Суджаты теро в Кандубоде. Там я развил свое сознание до высокого уровня. Ранее я упоминал о том, что достиг уровня «самкхара упеккха гнаная» (samkhara upekkha gnanaya). Достопочтенный Суджата попросил меня развивать это состояние. И хотя я старался изо всех сил, продвинуться дальше не смог. Если бы мои попытки увенчались успехом, то следующей ступенью было бы вхождение в поток (sotapanna).
Я спросил у достопочтенного Суджаты, почему, пройдя такой длинный путь, я не могу продвинуться дальше. Он задал вопрос, нет ли в моем сознании какого-то особого желания. Тогда мне пришлось раскрыть свой секрет. Я рассказал ему, что практикую парамиты, чтобы достичь состояния будды.
«Вот поэтому ты не можешь продвинуться. Отшельник Сумедха тоже дошел до этой ступени и отказался от нирваны, до которой было рукой подать. Сколько бы человек ни делал випассану, есть предел. И тогда нужно переходить к саматхе», — сказал он. Так что даже в таком преклонном возрасте я стараюсь развивать свою медитацию.
Только приехав сюда, я узнал, что состоится празднование. Несколько дней назад достопочтенный Иттепана Дхаммаланкара теро пригласил меня в центр культуры Джаявардане на презентацию книги. Я не ожидал подобных почестей. Мне неинтересно говорить о себе, но не так давно достопочтенный Иттепана Дхаммаланкара теро выразил желание узнать историю моей жизни. В течение нескольких дней он навещал меня, записывал все, что я говорю, и задавал свои вопросы.
Через какое-то время в газете появилась серия статей под заголовком «Монах, который прожил долгую жизнь, но не состарился». Я не люблю быть в центре внимания, но не могу помешать писать обо мне. Эти статьи выходили довольно долго. Затем достопочтенный Дхаммаланкара теро сказал, что из этих статей и будет сформирована моя биография. Так появилась эта книга. Несмотря на то что многие высоко ценят меня, сам я не разделяю их мнения. В данной книге много фактов о моей жизни. Но еще больше я оставил при себе. Надо мной будут смеяться, если я расскажу о всем опыте, полученном в медитации. Сегодня мало кто верит в подобное. Меня бы обвинили в том, что я хвастаюсь или придумываю. Сегодня даже в толковании Дхармы возобладал материалистический подход.
Мне девяносто семь лет. В августе будет девяносто восемь. Нет ничего удивительного в том, что у меня крепкое здоровье и я прожил такую долгую жизнь. Вы можете обрести долголетие, следуя определенным принципам, если только вам не суждено умереть молодым. Возможно, меня назвали «монахом, который прожил долгую жизнь, но не состарился» потому, что у меня до сих пор много сил. Недавно я был у врача и когда сказал ему, что мне девяносто три года, он очень удивился. Он сказал, что у меня сердце, как у двадцатипятилетнего, а затем спросил, как мне удается оставаться таким здоровым.
Я отвечу — я никогда не курил и не жевал табак. В детстве я ел мясо, но когда стал способен рассуждать, отказался от него. Иногда я ем сушеную рыбу, но не испытываю особого удовольствия. Я никогда не сплю днем и много хожу пешком. Я не бездельничаю. Я провожу время за чтением или письменной работой. Есть еще одна вещь, которая укрепляет мое здоровье, — я никогда не злюсь. Что бы про меня ни говорили, как бы мне ни вредили, я не даю волю гневу и не испытываю ни к кому враждебности. Так мне завещал поступать мой гуру Хамудуруво. Он и сам был таким по натуре, и я следую его примеру. Если кто-то поступает несправедливо по отношению ко мне, я не злюсь. Я думаю о том, что его поступки проистекают от слабости или невежества. Когда я рассуждаю подобным образом, гнев не заполоняет мой разум.
Еще одна причина моего здоровья — медитация благородной любви, которой я занимаюсь в любую свободную минуту. Гнев и враждебность не могут проникнуть в мой ум. Мой ум всегда счастлив и полон благородной любви.
Думаю, именно поэтому мне удается сохранять такое крепкое здоровье.
Все это есть в книге достопочтенного Дхаммаланкары теро. Сам я не хотел публиковать свою биографию. Я рассказывал о себе только потому, что теро попросил меня. Но я рассказал не все. Я не касался тех вещей, которые выходят за рамки понимания людей. Я получил обширный опыт в области оккультизма и гипноза. Даже когда я слегка касаюсь этих тем, мне не верят. И хотя ученые относятся к подобным явлениям скептически, я твердо верю в миры дэвов, духов и ад, как они описаны в книгах по Дхарме. Мой собственный опыт доказывает, что все эти миры существуют.
С юных лет мне хотелось распространять учение Будды. Я не желал ничего, кроме этого — ни почестей, ни славы. Выучив английский, я стал изучать самые разные предметы. Зачем? Я хотел собрать нужную информацию и доказать подлинность всего того, что описано в книгах по Дхарме. В результате мои познания расширились и я смог ответить на многие вопросы, которые люди задавали мне.
Мне радостно оттого, что столь благородное собрание созвано в мою честь. Но я не думаю, что достоин таких почестей — для этого у меня не хватает ни знаний, ни духовного опыта. Некоторые люди думают, что я достиг дьяны. Этого нет! Как я могу достичь дьяны, если все мое время уходит на написание книг и статей, на проповеди и повседневные дела и совсем ничего не остается для духовного развития? Я занимаюсь медитацией и следую принципам, которым должен следовать монах. Но все это не является путем к достижению дьяны. До сих пор мы не смогли даже приблизиться к ней. Но с помощью медитации, еще до достижения дьяны, можно обрести определенные психические силы. Такой опыт у меня был, но ничего сверх того. Поэтому я не настолько велик, чтобы в знак уважения издавать мою биографию. Я по-прежнему нахожусь в поиске знания. Я не удовлетворен тем, что знаю. Я чувствую, что я все еще ученик.
Я получил много титулов, например Агга Махапандита. Мне не нравится, даже когда меня называют просто пандитом. Я не пользуюсь титулами. Мне присвоили титулы Сахитья Шури и Сахитья Чакраварти. Я принял их, чтобы не огорчать организаторов церемоний. Мне не нравится, когда мое имя ассоциируют с титулами. Когда другие прибегают к ним, я ничего не могу поделать: это их право. Но я знаю лишь незначительную часть, а то, чего я не знаю, безгранично. Поэтому мне не нравятся титулы.
Я не люблю восхвалений, но, когда появляются биографии, подобные этой, люди могут применить кое-что из написанного в своей жизни. Когда я стану еще старше и силы покинут меня, я многое забуду. А значит, в каком-то смысле хорошо, что я рассказал об этом сейчас. Эта книга открыла один мой секрет. Теперь все знают, что я хочу стать Самбуддой. Как существо этого мира, я до сих пор не вступил на путь бодхисаттвы. Я лишь стремлюсь к этому. Я не хотел делать это достоянием гласности, но уже слишком поздно. Теперь я ничего не могу с этим поделать. Хотя я стараюсь не предавать огласке многие моменты, люди по крупицам собирают информацию из разговоров со мной, а затем публикуют ее в книгах и газетах. Когда это случается, я теряю покой. Люди разыскивают меня, чтобы узнать об оккультизме, медитации, ментальных явлениях, гипнозе и так далее. Тогда у меня практически не остается времени на собственную работу. Когда выйдет эта книга, меня ждут еще большие неприятности.
Сделаю небольшое отступление и расскажу одну увлекательную историю. У меня был хороший друг, которого звали Акбар. Однажды, когда я пришел навестить его, он показал на своего сторожа и сообщил, что это демон, а не человек. Затем он добавил: «Я единственный, кто знает об этом. Я подчинил его с помощью мантры, которую получила моя семья. Если хочешь, я дам тебе это заклинание. Оно передается устно от одного члена моей семьи к другому, но я дам тебе книгу, из которой ты сможешь переписать его». Когда бы мы ни встретились, он напоминал мне об этом. К сожалению, он умер прежде, чем передал мне книгу.
Статья об этом случае вышла в газете. Меня ждали большие неприятности. Люди писали мне и просили передать эту мантру. Никто не верил, что у меня ее нет. Однажды один доктор из области Миригама пришел в наш храм в Махарагаме. Он сказал, что не сдвинется с места, пока я недам ему мантру. Как я ни убеждал его, он не верил в то, что у меня ее нет. Он думал, что я просто не хочу расставаться с этим заклинанием. Я оказался в очень сложной ситуации. В конечном счете я сам придумал мантру и рассказал ее доктору.
Позже этот доктор прочитал ее и демон на самом деле появился. Для этого не нужна мантра. Когда вы ночью отправляетесь в темное место и призываете демонов или духов, они появляются в обличье призраков. А мантра — лишь один из способов обратиться к этим существам на их языке. Когда этот мужчина стал повторять мантру, демон появился и спросил, зачем его позвали. А затем сказал: «Если ты сию минуту не дашь мне два фунта вареной говядины, я сверну тебе шею». Мужчина не на шутку испугался. Он пообещал тотчас же принести говядину и отправился на поиски мясника. Было воскресенье, и магазины не работали. Он пошел домой к мяснику, заставил его открыть магазин и купил говядину по баснословной цене. Он приготовил мясо и отдал его демону. Демон снова спросил, зачем его звали. Мужчина был в ужасе. У него не было ответа. Тогда демон ушел.
И что сделал этот доктор? Он написал об этом происшествии в газетах и обвинил во всем меня. Я уже попадал в подобные ситуации. Когда выйдет эта книга, люди вновь начнут приходить ко мне со своими проблемами. Так или иначе, я не жду ни почестей, ни славы, и не думаю, что достоин такого признания. Достопочтенный Иттепана Дхаммаланкара теро захотел написать мою биографию, потому что питает ко мне теплые чувства. Я надеюсь, что эта книга принесет пользу многим людям. Я очень признателен монахам и мирянам, которые пришли сегодня, чтобы выразить мне свое почтение.
Приглашаем всех желающих получить опыт медитации саматха и випассана, а также других буддийских и йогических практик, позволяющих испытать все стадии эволюции сознания.
Вы можете открыть для себя древний духовный мир буддизма в современных условиях!
Регулярные занятия проводятся в группах и индивидуально, в России и за рубежом.
Пишите нам: moscow.vipassana@hotmail.com
Телефон для справок: +7 (926) 354-46-49
Великий верховный ученый.
Сангхараджа — глава монашеской общины
Подробное объяснение четырех основ осознавания дается в двух «Сатипаттхана-сутрах» (D. 22; М. го). Здесь речь идет о четырех объектах осознавания: теле (kayanupassana), чувствах (vedananupassana), уме (cittanupassana) и объектах ума (dhammanupassana). —
Люди, достигшие дьян, обретают божественное зрение и прочие сверхъестественные способности. —
Фестиваль, который завершает трехмесячный ретрит сезона дождей. Это время, когда миряне совершают подношения и выражают свою благодарность монахам. —
Сейчас эта книга издается под названием Stevenson I. Twenty Cases Suggestive of Reincarnation. University Press of Virginia, 1992. —
«Моменты мысли сменяются так быстро, что это выходит за рамки человеческих представлений. В канонических писаниях говорится, что миллиарды моментов мысли успевают возникнуть и исчезнуть за то время, как сверкает молния или моргает глаз» (Narada Maha Thera. A Manual of Abhidhamma, Buddhist Missionary Society. Kuala Lumpur: Fifth Edition, p. 210).
В полнолуние, новолуние, во время первой и последней четверти луны по обычаю миряне должны соблюдать восемь заповедей, а именно: 1) не убивать, 2) не воровать, 3) сохранять целомудрие, 4) не лгать, 5) не употреблять одурманивающих веществ, 6) не есть после полудня, 7) воздерживаться от танцев, пения, музыки и зрелищ, а также не пользоваться цветочными гирляндами, духами, косметикой и украшениями, 8) не спать на мягком (Ньянатилока. Буддийский словарь: справочник буддийских терминов и учений, третье издание на английском языке, с. 170).
Речь идет о тридцати двух признаках Будды. —
Двенадцать глав по количеству астрологических домов гороскопа. Плюс общая информация- имена и главные события жизни, которые предсказатель зачитывает после получения отпечатка ладони или большого пальца. —
Fields R. How the Swans Came to the Lake? Shambala Publications, 1992.
Ledi Sayadaw. Manuals of Dhamma. Vipassana Research Publication, 1999.
Анандамайтрея читает текст на пали. —
Анандамайтрея читает текст на пали. —
Шесть чувств — это зрение, слух, обоняние, осязание, вкус и сознание. —
Аппана-самадхи (appana-samadhi) — концентрация достижения, или полная концентрация, которая существует во время медитативного погружения — дьяны. Для сравнения, упачара-самадхи (upacara-samadhi), или концентрация «где-то поблизости», лишь приближается к первой дьяне, но не достигает нее (Ньянатилока. Буддийский словарь: справочник буддийских терминов и учений, третье издание на английском языке, с. 19).
«Концентрация во время практики випассаны называется «кханика-самадхи», что переводят как «моментальная концентрация». Моментальная концентрация означает, что объект сосредоточения меняется, но концентрация остается. Один объект существует в течение нескольких моментов, и вы пребываете вместе с ним. Затем он исчезает, и ваш ум переключается на другой объект, который тоже присутствует в течение нескольких моментов, и вы также находитесь вместе с ним.
Моментальная концентрация не означает, что вы пребываете в состоянии осознанности всего лишь мгновение или что ваша концентрация длится одно мгновение. Речь идет о том, что ваша концентрация такова: момент… еще момент… еще момент…» (Sayadaw U Jotika. A Map of the Journey).
Дхармапала Анакарика (1864–1933) — идеолог и организатор возрождения буддизма в Индии, национальный герой Шри-Ланки (с 1960-х гг. учрежден государственный праздник в его честь).
Paravahera Vajirañāna Mahāthera. Buddhist meditation in theory and practice: a general exposition according to the Pali Canon of the Theravada school. M.D. GunasenaandC°, 1962.
Будда проповедовал эту сутру на третий день своего пребывания в Раджагрихе. За ночь до этого преты устроили беспорядки во дворце царя Бимбисары. Во времена Будды Пхуссы они были рабочими, которым поручили передать подношение Будде и его монахам, но они пренебрегли своими обязанностями и забрали часть даров себе. В результате они долгое время страдали в чистилище, а во времена Будды Кассапы стали претами. Будда Кассапа сказал им, что в будущем их сородич царь Бимбисара будет служить Будде Гаутаме и посвятит им эту заслугу. Они долго ждали этого момента, и когда царь Бимбисара не оправдал их надежд, они возопили. Будда попросил царя Бимбисару сделать пожертвование от имени претов, чем их очень порадовал. —
Боевые действия на Шри-Ланке продолжались с 1983 по 2009 г. В конечном счете правительственные силы заявили о своей победе над военизированным движением «Тигры Освобождения Тамил-Илама». Гражданская война на Шри-Ланке унесла не менее 80000 жизней. —
Похоже, Анандамайтрея спутал «Буддийское общество Великобритании», основанное Хампфрисом, с «Международным буддийским обществом», основанным Анандаметтеей. —
Сиримаво Ратвапе Диас Бандаранаике (1916–2000) — премьер-министр Шри-Ланки в 1960–1965, 1970–1977, 1994–2000 гг.; первая в мире женщина премьер-министр.
Д-р Н. М. Перера — лидер троцкистской партии Шри-Ланки.
И. М. Р.А. Ирьяголла — известный ланкийский политик.
Р. С. С. Гунавардена — известный ланкийский и индийский политик.
Г. Б. Сенанаяке — известный ланкийский писатель, описывающий в своих романах жизнь людей преимущественно среднего класса.
В теософии — Учители Мудрости, основатели Теософского общества через мадам Блаватскую.
Катарагама — бог, покровитель Шри-Ланки.
Тотагамуве Шри Рахула — буддийский деятель, лингвист и поэт ХV в.
Санкхья — философия индийского дуализма, основанная Капилой.