© 2020 by Sayantani DasGupta All rights reserved. Published by Scholastic Press, an imprint of Scholastic Inc., Publishers since 1920. scholastic, scholastic press, and associated logos are trademarks and/or registered trademarks of Scholastic Inc.

© В. Л. Левин, перевод на русский язык, 2024

© Издание на русском языке. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2024 Machaon^®

Киру, Кийя и Хуши – вам, моей волшебной и любимой команде

Кинджал и Кийя Раджкумар были самыми обыкновенными двойняшками. Они ходили в самую обыкновенную школу и проходили те же самые обыкновенные предметы, что все ученики четвёртого класса. Жили они в самом обыкновенном доме с самыми обыкновенными родителями на самом конце самой обыкновенной улицы в самом обыкновенном городе.

Во всяком случае, так они оба думали.

И всё же вопреки тому, что говорится в книжках, удивительное случается не только с героями и полубогами, которым даны сверхсилы или способности к волшебству. Подчас это бывает и с самыми обыкновенными детьми, живущими самой обыкновенной жизнью.

Особенно с самыми обыкновенными детьми из Нью-Джерси.

Если вы не знали, это штат, в котором странности и фантастические приключения поджидают на каждом шагу.

Эта история началась самым обыкновенным, во всяком случае для семейства Раджкумар, образом: Кинджал (просто по ошибке, как он утверждал) погубил научный проект сестры-близняшки, а Кийя (пожалуй, намеренно) решила, что у неё больше нет брата.

– Эй, не передашь мне зубную пасту? – сказал ей Кинджал на следующее утро.

Она не ответила, но продолжала чистить зубы, и он добавил:

– Алё, Земля вызывает Кийю.

Кийя сполоснула рот. Ноль внимания. Как будто её брат-близнец был не рядом с ней в ванной комнате, а телепортировался через кротовую нору в некое чужедальнее измерение. Но Кинджал всё ещё находился здесь, в том же старом добром измерении, так что он потянулся через неё и взял тюбик. Кинджал постарался не расстраиваться из-за того, что сестра не отпустила комментария насчёт его зловонного дыхания, гнилых зубов или другой смешной, лживой ерунды в обычном стиле.

– Хлопья будешь? – спросил Кинджал немного погодя, готовя себе завтрак.

Но Кийя снова проигнорировала его, воркуя и тиская их огромную собаку (практически лошадь) Шипучку, шоколадно-коричневую, как газировка, которую в детстве обожала их мать, и такую же сладкую.

Шипучка влажно облизала нос, щёку и очки Кийи, а Кинджал обернулся к Ма за поддержкой. Но та лишь пожала плечами и бросила взгляд, говоривший: Ты заварил эту кашу, тебе и расхлёбывать. Ма была довольно строга с близнецами, учила признавать свои ошибки, отвечать за свои поступки и прочее в типичном для мам духе.

– Ты ещё злишься? – спросил Кинджал Кийю, когда они шли к автобусной остановке. – Насчёт твоего научного проекта, я же сказал, что после школы помогу тебе снова всё собрать.

Но выражение лица у Кийи совсем не изменилось. Словно все её чувства высосали до капли прошлой ночью, когда Кинджал случайно кинул один из обслюнявленных теннисных мячиков Шипучке в модель Солнечной системы из папье-маше и смахнул её со стола, превратив в бесформенную кучу на полу. Кийя тогда закричала. А потом рыдала. Долго. От одного воспоминания об этом Кинджалу стало плохо, как если бы недавно съеденные хлопья в его желудке принялись кататься на американских горках.

– Слушай, на самом деле испортились только Юпитер и Сатурн, – сказал он, думая, что так будет лучше, и немного ускорился, чтобы не отставать от своей быстро топающей сестры. Кинджал искренне верил в то, что говорил, но сестра лишь пристально посмотрела на него в ответ.

Кинджал сглотнул и попытался улыбнуться:

– Ну то есть Плутон тоже немного пострадал, но слушай, кому вообще теперь дело до Плутона? Он какой-то несерьёзный, верно?

Шутя, он забавно (как ему казалось) замахал руками:

– Всего на минутку я – планета. – И тут же: – Я уже не планета. – Потом: – Подожди-ка, я снова планета, в общем, определись уже, Плутончик!

Кинджал не совсем понял почему, но, кажется, именно это по-настоящему вывело Кийю из себя. Она закрутилась, её идеальные косы взлетели над плечами, а глаза за очками в красной оправе вспыхнули. Палец уткнулся в мятую футболку брата.

– Кому теперь дело до Плутона? Мне есть дело до Плутона, ты понял, маленький монстр? Мне есть дело до Плутона!

Кинджал замер как вкопанный. Ладно, пусть он и не герой фэнтези, которое так любит читать, но это ещё не делает его монстром. Или делает?

– Да кто ты такая, чтобы называть меня монстром, ты… ты… – Кинджал судорожно искал оскорбление посильней, но выдавил из себя только: – Любительница галактик!

Кийя подняла бровь, и Кинджал разозлился, потому что они всё лето вместе практиковались перед зеркалом, а он так до конца и не освоил этот трюк. Не зная, что бы ещё сделать, Кинджал был готов запеть «Тили-тили-тесто, Плутон и Кийя жених и невеста», но осёкся, потому что его сестра стала махать рукой их соседке Лоле. С которой они никогда не дружили. Но теперь Кийя повела себя с Лолой как с лучшей подругой. Из-за чего Кинджалу стало ещё хуже. В конце концов, они же двойняшки. Он никогда не говорил этого вслух, но полагал, что Кийе ни к чему ещё один лучший друг, помимо него.

Но его сестра, похоже, забыла об этом. Так же, как она забыла о нём самом.

– Привет, Лола! – сказала Кийя таким тоном, словно они и впрямь были лучшими подружками.

Хлопья в желудке Кинджала закрутились, как делает их собака, когда маленькой бомбочкой врезается в газон, чтобы в чём-нибудь поваляться.

– Привет, Кийя – слегка удивившись, улыбнулась в ответ Лола.

– Ну что, поучимся сегодня? – Кийя взяла соседку под руку.

– Это как сложится, – засмеялась Лола.

Тут их окликнул папа, стоявший перед домом в садовой одежде. Он был занят садовыми работами.

– Хорошего дня, дети!

– Спасибо, папа! – ответила Кийя, от чего у Кинджала глаза чуть не выскочили из орбит. С каких это пор они зовут своего Па папой?

– Слушай, я давно хотела спросить. – Лола сморщила носик, как будто впервые увидела заросшую сорняками лужайку Раджкумар. – Почему тут везде одуванчики? И клевер ещё? Без обид, конечно, и всё такое.

Внутри Кинджал вскипел бурной рекой. Когда кто-то говорит «без обид», он обычно знает, что говорит гадость. Ну да, правда, на целой улице только у них лужайка перед домом вся в желтоголовых сорняках, маленьких белых цветках и неряшливом клевере. У всех остальных газоны зелёные и сочные, идеально постриженные и одинаковые. И что с того? То есть какое дело до этого Лоле или кому-то ещё? Но вместо того, чтобы так и сказать, Кинджал начал пинать бордюр кроссовкой, и тот стал ещё неопрятнее, чем был.

Кийя неестественно засмеялась:

– У папы садовый магазин на сорок шестом километре шоссе, в Садоводстве братьев Чампака, и в пестициды он не верит.

– Папа большой поклонник поллинаторов,– сказал Кинджал, надеясь, что Лоле это слово незнакомо и он сможет объяснить его значение. Поллинаторы, сказал бы он таким тоном, чтобы дать ей понять, как она тупа, или опылители,– это такие существа, как птицы, летучие мыши, пчёлы и бабочки, которые переносят на себе пыльцу, заставляя генетический материал одного цветка скрещиваться с другим.

Но Кинджал не успел дать определение, потому что Лола была в теме.

– Поллинаторы – это круто. – Она наклонила голову и поправила лямки своего рюкзака «Спутник Шейди Сэйди, учёной леди». – Но беда в том, что у меня смертельная аллергия на пчёл.

– Я не знала. – Кийя одарила её сияющим взглядом, словно смертельная аллергия делала Лолу интереснее, чем она была несколько секунд назад. – Тебе нужно носить с собой препарат для инъекций? Какую-нибудь шприц-ручку с эпинефрином?

– Откуда ты знаешь? – спросила Лола, когда по улице загремел школьный автобус. Он резко остановился, и водитель со скрежетом открыл дверь.

– Я люблю читать о разных болезнях, – ответила Кийя и вслед за Лолой по ступенькам поднялась в автобус. – Наука – это моё. – Кийя обернулась и снова поняла одну бровь, глядя на Кинджала.

– Я уже извинился, – пробормотал он.

– Ты губишь всё, к чему прикасаешься, знаешь? – прошипела она в ответ. – Ты ходячая катастрофа.

Кинджал страшно рассердился, когда его сестра в автобусе села не с ним, а с Лолой и страшно громко принялась болтать о смертельной аллергии и прочих научных штуках. После длинного школьного дня Кийя по пути домой опять села с Лолой, и этого хватило, чтобы Кинджалу опять захотелось начать её дразнить, распевая песенку о Плутоне и Кии. Правда, умом он понимал, что опоздал с этой шуткой часов на шесть. Когда Лола от автобусной остановки пошла с Кией к ним домой, Кинджал был так зол, что удалился в свою комнату остывать за чтением излюбленной книжной серии «Боевые Ленивцы». Это, по крайней мере, на какое-то время, сработало замечательно. Кто не любит истории о медлительных длинноруких бойцах за справедливость?

Но даже перечитывая свою любимую книжку «Слава царя Ленивца», Кинджал не переставал думать. Что, если Кийя права? Что, если он урод и обречён разрушать всё, к чему прикасается? Что, если он не героический воин-ленивец, как думал всё это время, а наоборот, один из монстров хаоса, их смертельных врагов? Потому что ленивцы медлительны, осторожны и задумчивы, а Кинджал – их прямая противоположность. Что, если на самом деле он не устанавливает порядок, а только сеет хаос и порождает катастрофы?

Раздумывая об этом, Кинджал услышал на крыльце какую-то возню. Доносились крики и визги, и был даже один панический вопль. Он понёсся узнать, что происходит, и едва не поскользнулся на лестнице из-за своих растянутых носков.

Что там такое? Кинджал вообразил, что на крыльце огромный тролль, а то и дракон, ну, на худой конец, грабитель. Но это были его мать, сестра и Лола. И, конечно, Шипучка, которая обожала находиться в центре событий. В зубах она держала теннисный мяч и прыгала вокруг, шумя больше всех.

– Это пчела! – в панике кричала Кийя; её глаза за стёклами очков стали огромными. Кинджал удивился, потому что паниковать было не в характере Кии. – У Лолы смертельная аллергия!

Лола пронзительно визжала и размахивала руками, от чего Шипучка прыгала ещё сильнее.

– Не бойтесь, мои дорогие, – успокаивающе сказала Ма, единственная из троих, кто не кричал (и не лаял). – Я её нашла.

То, что случилось дальше, не имело объяснения. Это нарушало все законы пространства, времени, а то и ещё какие-нибудь научные фишки, известные, наверное, его сестре. Кинджал увидел, как мама протянула руку и поймала пчелу на лету.

Но она не просто протянула руку, как делает обычная мама, чтобы достать, например, стакан с верхней полки. Нет. Мамина рука раскаталась, как длинный пожарный шланг. С одной стороны крыльца она достала до другой, где верещала Лола, и схватила мелькавшее насекомое. Потом, сойдя с крыльца, она шепнула что-то в кулак. Улыбнувшись, Ма раскрыла ладонь и выпустила пчелу прочь.

С полсекунды Лола стояла ошеломлённая, словно тоже видела, что произошло. Но тут Ма ещё спокойней и безмятежней, чем прежде, сказала:

– Пожалуй, лучше зайти внутрь, а пчёлы пусть останутся здесь.

Ма взглянула на Лолу, слегка расширив глаза, и та моргнула, а выражение её лица полностью изменилось.

– Хорошо, спасибо, миссис Раджкумар, – пропела она и пошла в дом.

Кинджалу показалось, что его мозги стали жидкими и вот-вот потекут из ушей. Как будто содержимым его черепа лакомился монстр хаоса.

– Ма? – произнёс он; его голос немного дрожал. – Что это было?

Шипучка тёрлась о ногу Кинджала, лизала его руку и поскуливала. Интересно, она видела мамин трюк с рукой?

– Хорошая девочка. – Кинджал почесал собаку за ухом, и та от удовольствия закатила глаза. – Ма, – повторил он, – что ты сделала?

Кийя странно посмотрела на него:

– Ты о чём? Спасла Лолу, ясно же.

– Но ты видела, как она спасла Лолу? – сказал он, не отрывая глаз от Ма. – Я про твою руку, Ма! Что с ней случилось? Она так вытянулась! А потом ты на самом деле говорила с пчелой?

– Опять начитался своих баек про зомби? – презрительно спросила Кийя, не дав Ма что-нибудь сказать. – Вспомни, как было в прошлый раз! Ты распсиховался, два дня не спал и хотел убедить меня, что наш учитель по физкультуре – один из ходячих мертвецов!

– Это совсем другое! – запротестовал Кинджал. – Как ты могла не видеть того, о чём я сказал?

Не переставая улыбаться, Ма сузила глаза:

– Так что ты видел, Кинджал?

Он уставился на неё. Ма и Па всегда гордились тем, что не обманывают своих детей. Но прямо сейчас она врала. Ну или не говорила правду, что ничуть не лучше. Шипучка заскулила, прижимаясь к ногам Кинджала.

– Да ничего он не видел, Ма. – Кийя бросила на брата взгляд. Хотя сестра снова разговаривала с ним, Кинджал видел, что она не скоро забудет о погубленной им Солнечной системе.

– Не надо мне рассказывать, что я видел или не видел! – огрызнулся Кинджал.

– Давайте-ка я вам приготовлю поесть, – сказала Ма и направилась в дом. – Знаю, как вы проголодались после школы.

– Я не голоден! – возмутился Кинджал, но Ма уже убежала, а за ней, не отставая, – собака, которая услышала про еду. Он обернулся к сестре: – Я видел то, что я видел.

– Ну да? – спросила Кийя с приторно-сладкой улыбкой.

Монстр хаоса внутри Кинджала взревел. Он знал, что видел. И собирался добраться до истины.

Как все великие идеи, эта великая идея пришла Кинджалу посреди ночи. Он уже успел заснуть, как вдруг в его мозгу что-то бац! – и над головой словно замигала лампочка, как в мультике.

Кинджал сел, совсем проснувшись, хотя светящиеся часы у кровати показывали, что уже за полночь. Он вспомнил, где видел изображение волшебных существ с длинными раздвижными руками! Это была иллюстрация в книге народных сказок «Тхакурмар Джули»[1], из которой им иногда читал Па. Старая книга в толстом, потрёпанном серебряном переплёте с пожелтевшими страницами, которые хрустели и почти выпадали. Но когда Кинджал спросил Па, почему бы не купить новый экземпляр, тот погрустнел и сказал, что не смог его найти, по крайней мере, там, где они теперь живут. О том, где они жили раньше, Ма и Па никогда не говорили.

Кинджал взглянул на верхний ярус кровати над собой, гадая, стал бы он так сильно ссориться с сестрой, спи Кийя по-прежнему рядом с ним. Но в прошлом году она переехала в собственную комнату. Ма и Па решили, что пора детям иметь личное пространство, особенно после того, как Кинджал стал зажигать ночник, мешая Кие спать. Так что с ним осталась только Шипучка, обычно спавшая в ногах. Она тяжело вздохнула, когда Кинджал пробудил её от глубокого слюнявого собачьего сна.

– Прости, девочка, чрезвычайная ситуация, – прошептал он, а Шипучка, взметнув облачко шерсти, спрыгнула с кровати и последовала за ним. Она виляла хвостом, сверкала глазами и задирала морду, как будто только и ждала, что хозяин задумает какое-нибудь ночное приключение.

Кинджал ступал тихо, избегая скрипучих мест в коридоре перед комнатой Ма и Па. Но, когда он крался мимо новой комнаты сестры, той, что раньше была просто гостевой, Кийя открыла дверь, будто специально его караулила.

– Ты куда? – сурово прошипела она.

На Кие была пижама с созвездиями и очки. Её волосы были заплетены в тугие косички, слегка растрёпанные от сна.

Шипучка заскулила от этой интонации, но Кийя протянула руку, почесала её мохнатую голову – и большая собака сразу успокоилась, счастливо пыхтя.

– Никуда! – соврал Кинджал. Врать он никогда не умел.

– Всё ещё думаешь, что твоя блажь о руке Ма – правда? – Кийя разочарованно вздохнула. – Хочешь спуститься за старой книгой сказок Па? Что-нибудь в этом роде?

Глаза Кинджала невольно округлились. В такие моменты сестра его пугала: мысли она читает, что ли?

– Нет, я шёл… на кухню… что-нибудь пожевать! – опять соврал Кинджал.

На этот раз ложь хотя бы была немного правдоподобной. Кинджал почти всегда был голоден.

Кийя отмахнулась от его наивной отмазки и скрестила руки на груди, как недовольный учитель.

– Знаешь, эти штуки, о которых ты читаешь в своих книжонках, в реальной жизни не случаются. Как бы ты ни верил в это, волшебства не существует.

– Сомневайся сколько влезет, а я иду вниз, в подвал.

Кинджал повернулся и пошёл прочь, но, к своему удивлению, услышал за собой мягкие шаги.

– Что ты делаешь?

– Составляю тебе компанию. Ты ненавидишь спускаться в подвал один, – сказала Кийя. – Ты же боишься темноты.

– Я вовсе не боюсь темноты! – От крика Кинджала удержали только спящие по соседству родители. Он так разозлился, что захотел дёрнуть Кию за косичку. – И вообще, никто не просил тебя быть моим телохранителем.

– К твоим услугам, мистер Ночничок. – Таща за собой Шипучку, Кийя хладнокровно обошла брата и пошла к лестнице.

Когда они спускались в подвал днём, чтобы поиграть в пинг-понг, он вовсе не казался страшным. Но теперь темнота снаружи делала все тени внутри больше и ещё темнее. Подвал был наполовину заставлен коробками и сломанной мебелью, вместо стен – голый фундамент. На окнах под потолком не было занавесок, и у Кинджала возникло жуткое чувство, что кто-то смотрит на них с заднего двора. Пожалуй, спуститься сюда было не лучшей идеей.

– Я не боюсь темноты, – пробормотал Кинджал, словно уговаривая себя. – Мне просто тут не нравится.

Шипучка тихо заскулила и стала тереться о штанины его пижамы с динозаврами.

– Когда я в последний раз видела «Тхакурмар Джули», Па положил её сюда, – Кийя указала на огромный старомодный сундук.

Кинджал прикусил губу, глядя на тёмный ларь.

– Тебе не кажется странным, что он положил её сюда, а не на книжную полку где-нибудь наверху?

Кийя нахмурилась:

– Это ничего не значит.

Кинджал попробовал открыть сундук, но не смог.

– Так он его ещё и запер? Разве это не подозрительно? Ты помнишь, чтобы Ма или Па когда-нибудь запирали книги?

Кийя выпятила губу, но, похоже, ей было нечего сказать.

Кинджал изо всех сил старался открыть сундук, гремя всеми замками и прочим железом.

– Хватит! – велела наконец Кийя. – Дёргать за ручку совершенно бессмысленно! Так его не открыть.

– Ну и как же мы его тогда откроем, доктор Логика? – спросил он.

Кийя держала в руке что-то маленькое и блестящее.

– Может быть, ключом?

Кинджал отодвинулся от сундука, чтобы она смогла вставить ключ в замок.

– Откуда мне было знать, что ключ у тебя?

– Во-первых, ты мог бы спросить. – Кийя подняла крышку сундука. – Во-вторых, мог бы вспомнить, что Па – не самый хитрый из людей. Его тайники не так уж сложно обнаружить. – Она показала маленькую изогнутую фигурку, на которой было криво вырезано «Учитель № 1». Ключ лежал под ней.

Кинджал вздохнул.

Папа всегда рассказывал, как ему нравилось быть волонтёром-учителем, когда он жил в деревне.

Кийя наполовину скрылась, перегнувшись и роясь в огромном ларе. Через несколько секунд она победно вскинула над головой руки, как ценный трофей сжимая в них потрёпанную книгу.

– Нашла!

Кинджал хотел было найти нужную сказку и показать Кие картинку, о которой вспомнил, но в этот момент что-то случилось с Шипучкой. Собака заскулила, опустив уши и хвост. Затем она стала тихо тявкать, пытаясь выхватить книгу из рук Кии.

– Ты чего, девочка? – Кийя подняла книгу выше. Но от этого собака зарычала и заскакала ещё упорнее, чуть не сбив Кию с ног.

– Перестань, Шипучка! Перестань, девочка! – командовал Кинджал, хотя и выхватил книгу из рук сестры. – Что в неё вселилось?

Кийя повернулась к окну с расширенными глазами.

– Ты это слышал?

Но Кинджал слышал только, как скулила и тявкала на него Шипучка, игриво высунув язык.

– Что?

Тут-то оно и случилось. С того, что услышала Кийя, всё и началось.

– Крылья! – выдохнула Кийя.

– Крылья? – переспросил Кинджал, а Шипучка продолжала лаять и прыгать за книгой «Тхакурмар Джули». Она вела себя так, будто сборник был сделан из собачьих лакомств.

– Шипучка, да хватит уже! – Кийя прильнула к подвальному окну, сложив руки вокруг глаз. – Слышишь шум крыльев? Там что-то происходит!

Кинджал сто раз пожалел, что они спустились в подвал.

– Может, нам лучше вернуться в постель?

– Ни за что! – Сестра уже была на полпути к лестнице. Шипучка возбуждённо припустила за ней. – Надо пойти и всё разузнать!

– Я никуда не пойду! – упорствовал Кинджал, всё же поднимаясь по ступенькам. Не оставаться же в тёмном подвале одному!

Когда он оказался наверху, Кийя с Шипучкой уже были на кухне, у задней двери.

– Надо выйти и посмотреть, что там! Так делают все настоящие учёные!

– Положим, я не учёный! Но я прочитал достаточно историй, чтобы понимать – нельзя просто так нестись посреди ночи на странные звуки! – Кинджалу не хватило всего секунды, чтобы помешать Кие открыть дверь, но он успел схватить её за рукав пижамы. – Это может быть опасно!

– Опасно? – Глаза Кии блеснули за стёклами очков. – Что такого опасного может быть на нашем заднем дворе? И потом, разве герои твоих историй не следуют зову приключений?

– С ними такое случается, а значит, и с нами может, – согласился Кинджал, – но вдруг это как раз та часть истории, где герой попадает в ловушку!

Пока они спорили, Шипучка понюхала Кию и выскочила за дверь, рыча и лая. Её шерсть стояла дыбом.

– Шипучка! Назад, девочка! – заорал Кинджал.

Но собака растворилась в ночи, лая на что-то.

– Видишь? Даже Шипучка знает, как важно исследовать всё новое и откликаться на зов приключений!

Кийя схватила фонарик, который Папа всегда клал на полку у задней двери. Она сунула ноги в дождевые сапоги с божьей коровкой, но даже не потрудилась накинуть на пижаму дождевик и выбежала на улицу.

– Шипучка боится мух и не просыпается, когда кто-то звонит в дверь; ей точно нельзя доверять! – Кинджал надел свои сапоги, сунул «Тхакурмар Джули» в карман ношеного дождевика и нехотя побежал за сестрой наружу.

Где-то в темноте Кийя свистела и хлопала в ладоши. Её голос разносился по всему заднему двору:

– Шипучка, где ты? Сюда, девочка!

Кинджал вышел в непроглядную ночь и почувствовал, как волосы на затылке встают дыбом. Ему вспомнились все существа, что живут в темноте, и он попытался успокоиться, делая глубокие, медленные вдохи и выдохи через нос, как учил его Па. Но у него только закружилась голова. Кинджал любил читать о приключениях – он всегда знал, что если станет слишком страшно, то можно перевернуть страницу или захлопнуть книгу. Что бы ни происходило на её страницах с его любимыми героями, сам он всегда в безопасности.

Но то, что происходило сейчас, было на самом деле, а жизнь – не книга, её не захлопнешь.

– Где эта глупая собака? – Кийя отчаянно водила фонариком из стороны в сторону, прорезая темноту лучом. Вжик-вжик – её дождевые сапоги жутко скрипели при ходьбе. – Я больше не слышу её лая!

Каждый инстинкт, каждая клеточка в теле Кинджала кричали ему, что надо вернуться в дом, ведь ничего хорошего из ночного блуждания по двору не выйдет. Он уже хотел сказать Кие, что Шипучка, наверное, просто гоняет какую-нибудь белку и надо оставить её в покое и вернуться в постель, когда услышали пронзительный громкий собачий визг.

– Шипучка?! – завопила Кийя, впервые испугавшись.

Собака снова взвизгнула, ещё пронзительней и испуганней, чем в тот раз, когда ей в лапу вонзился шип.

– Шипучка! – Сердце Кинджала стучало у него в ушах. Он изо всех сил помчался вперёд, в темноту, туда, куда не доставал свет фонарика Кии. Как бы он ни боялся мрака, Шипучку надо было спасать! – Не бойся! Мы идём! Мы идём, девочка!

Кинджал бежал на собачий лай, который доносился из глубины двора, от небольшой группы деревьев, которые Па посадил несколько лет назад. Сперва было слишком темно, и Кинджал не мог понять, что случилось с Шипучкой. Казалось, что её голос доносился с большой высоты, но как такое могло быть? А то, что в тусклом лунном свете видели его глаза, слишком походило на картинки из его книжек, чтобы быть всамделишным. В настоящей жизни густые серые облака не спускаются с неба на землю. А если и спускаются, то у них уж точно не бывает рук, которые вырастали бы из чего-то рыхлого, напоминая гигантские хваталки с пальцами.

– Что это? – Кийя наконец догнала его.

Фонарик в её руке пролил свет на страшную сцену. Их глупую, верную, милую, а теперь и перепуганную собаку держала в воздухе пара туманно-серых рук, выходящих из бесформенной, закрученной вихрем массы. Бедняжка Шипучка снова залаяла, пронзительно и испуганно, беспомощно повиснув в воздухе, а клубящееся облако двигало её то туда, то сюда. А что это у неё на спине? Не может быть! Кинджал часто заморгал. Не почудились ли ему эти крылья за собачей спиной? Но сейчас было не до того. Он должен был немедленно спасти любимицу всей семьи от злобного нечто, которое держало её в объятиях, чем бы оно ни было.

– Держись там, девочка! Держись, Шипучка! – кричал Кинджал, отчаянно кидая в вихревой сгусток сперва камень, потом палки, потом всё, что попадалось под руку. Но каждый снаряд просто пролетал сквозь то, что держало их питомца, и не наносил никакого ущерба.

Кийя теперь тоже швырялась в чудище камнями.

– Что это?! Что это?! – полурыдала-полукричала она.

Кинджал такими вопросами не задавался. Он точно знал, что держало Шипучку так высоко в воздухе. Поскольку видел это на картинках несчётное число раз.

Схватив тяжелейший булыжник, он запустил им во врага. Да, Кинджал знал, что за штука закружила перепуганную Шипучку в своей липкой облачной массе. За секунду до того, как исчезнуть, бедная, охваченная ужасом собака попыталась вырваться к ним. Но ей удалось лишь ослабить ошейник, который упал на землю к ногам Кии и Кинджала, в то время как существо с хваталками ещё сильнее прижало Шипучку к себе.

– Нет! Отпусти её! – завопила Кийя. – Кто ты? Куда ты тащишь нашу собаку?

Но её вопрос запоздал. И Шипучка, и сгусток тумана исчезли в клубах дыма, оставив после себя запах страха и гнилых плодов хлебного дерева.

– Что это было? – горло у Кии пересохло, и её голос походил на карканье.

– Это был монстр хаоса, – сказал Кинджал сестре, подняв упавший ошейник любимой собаки и крепко сжав его в руках. – Шипучку похитил монстр хаоса.

Кийя и Кинджал всё ещё стояли там, откуда монстр унёс Шипучку, когда прямо перед ними приземлились летающие кони.

Они были огромны. Неимоверного размера крылья росли из спин самых больших коней, которых Кинджал когда-либо видел. Один белый, другой полуночно-чёрный, почти невидимый в тени деревьев. Оба были размером с небольшую гору и выглядели точь-в-точь как летающие кони-пакхираджи в книге народных сказок Па «Тхакурмар Джули».

Кийя смотрела на них и рассеянно моргала; очевидно, она была так расстроена и поражена случившимся, что не слишком изумилась, когда среди ночи на их заднем дворе появились гигантские крылатые кони. А вот Кинджал встал лицом к пакхираджам, готовый сражаться.

– Немедленно верните её! – крикнул он, размахивая палкой, которую поднял с земли. – Мы знаем, что нашу собаку забрал ваш монстр хаоса!

– Монстр хаоса? – раздался гудящий голос, громкий и чистый. – Ты хочешь сказать, Великий Вздор? Говоришь, он уже побывал тут, жеребёнок?

Голос вывел Кию из оцепенения.

– Великий взор? Так вот как зовут ваше торнадо? Между прочим, этот взор забрал нашу собаку, и мы хотим, чтобы она вернулась!

Сестра встала рядом с Кинджалом плечом к плечу, и он сразу ощутил прилив отваги. Шипучку похитили, но, если Кийя с ним заодно, они вернут свою любимицу домой. Они должны её вернуть. Без вариантов.

– Не взор,– нетерпеливо поправил вороной конь.– Это просто бессмыслица. Его зовут Великий ВЗДОР!

– Ну конечно, в этом куда больше смысла, – проворчала Кийя.

– Великий Вздор – орудие нашего врага. – Белый пакхирадж тряхнул гривой и хлопнул оперёнными крыльями, от чего вокруг близнецов взметнулся ветерок. – Мы с Раатом хотели прибыть сюда раньше его.

– Но что-то пошло не так, верно?! – крикнул Кинджал, не отдавая себе отчёт, что орёт на волшебное существо. Его до краёв переполняла грубая ярость от потери Шипучки, чтобы обращать внимание на такие мелочи. Где же теперь его добрая собака, не умирает ли она от страха?

Тут вороной, которого, судя по всему, звали Раат, топнул гигантским копытом, от чего земля под ним слегка задрожала.

– Снежок, мы зря теряем время, кончай препираться с этими малявками. Выполнил Великий Вздор свою миссию или нет?

– У этого монстра хаоса ещё и миссия была? – спросил Кинджал. – Уж не забрать ли Шипучку? Что за псих похищает чьего-то питомца?

– Шипучку? – Белый пакхирадж по имени Снежок смотрел на своего друга Раата, часто моргая глазами. В ответ Раат яростно фыркнул, выпустив из гигантских ноздрей горячие струи воздуха.

– Шипучка – это шоколадно-коричневое… э-э-э… существо? – спросил Снежок, уставившись на двойняшек. – Добрая душа, но не слишком хороший летун?

Слова Снежка напомнили Кинджалу о том, что он вроде бы видел.

– Я бы поклялся… – начал он.

Но Раат снова топнул копытом и фыркнул, а Кийя сердито посмотрела на коней.

– Естественно, она плохой летун, это же собака, – произнесла Кийя своим самым практичным, научным голосом.

– Да, и это наша собака, а её похитила эта штука. – Кинджалу сейчас было не до практики и не до науки. Его волновали только собственные чувства. А прямо сейчас он чувствовал злость и страх за бедную Шипучку. – Вы поможете нам вернуть её или нет?

– Мы были бы очень благодарны,– спокойно добавила Кийя и бросила на Кинджала взгляд, говоривший: Может, не стоит раздражать гигантских монстров-коней, а? Луч её фонарика высвечивал маленькую поляну, причудливо отражаясь от плеч, крыльев, голов и подрагивающих хвостов лошадей. – Вы могли бы нам помочь?

– Великий Вздор взял только Шипучку? – уточнил Раат, мотнув длинным хвостом.

– Кого ещё он мог взять?– спросил Кинджал.– Слушайте, вы же явно знаете, куда свалил Великий Взор, и…

– Великий Вздор,– прервал его Раат.– Не взор, вздор.

– Пусть так, – согласился Кинджал и продолжил: – И вы говорите, он орудие вашего врага? Значит, вы прямо сейчас должны взять нас собой. Пока мы тут теряем время за разговорами, с Шипучкой может случиться что-то ужасное.

Кони смотрели друг на друга, словно споря о чём-то, но не издавая никаких звуков. Это что, какой-то трюк с телепатией?

– Безусловно! – наконец сказал Снежок, тряхнув ледяной гривой. – Мы вам поможем!

– Ни в коем случае! – почти одновременно сказал Раат. – И никаких «если», «и» или «но»!

Кийя и Кинджал смущённо переглянулись, а кони пристально уставились друг на друга.

– Я думал, мы договорились, – сказал Раат ворчливо. – Мы не можем отклоняться от нашей миссии.

– Миссия… Шмиссия! Я передумал, – сказал Снежок, подгибая передние ноги. – Давай, малышка!

Кийя, стоявшая к Снежку ближе, колебалась, беспокойно глядя на Кинджала.

– Давай, пока он не передумал, – тихо сказал Кинджал и подтолкнул сестру. – А как иначе мы найдём Шипучку?

Кийя, не говоря больше ни слова, вскарабкалась на спину Снежка.

– Ужасная идея, – произнёс Раат, с подозрением глядя на Кинджала. – А если у них блохи? Или заразные болезни?

– Мы всё слышим, имей в виду. – Кинджал скрестил руки на груди. – И блох у нас нет!

– И у нас сделаны все прививки, – рассудительно добавила Кийя со спины Снежка. – Если хотите, я могу принести справки.

– За каким чёртом им наши справки! – взревел Кинджал.

Кийя фыркнула:

– Я просто предложила.

– Отлично. Мы вам поможем, жеребята. Но раз мы помогаем найти вашу… собаку, то и вы должны помочь нам. – Раат неохотно подогнул ноги, как до него сделал Снежок, и тряхнул головой в сторону Кинджала.

– Как мы поможем? – спросил Кинджал, залезая на огромную спину коня. Седла не было, но у Раата оказалась тяжёлая, украшенная драгоценными камнями упряжь, за которую можно было держаться.

– Увидите! – уклончиво сказал Раат.

Затем, без всякого предупреждения, лошади оттолкнулись от земли мощными ногами, взмахнули крыльями и взмыли в ночное небо.

– Не распсихуйся из-за темноты, братишка! – окликнула Кийя.

– Кто психует? Я не психую! – сглотнул Кинджал, расширившимися глазами глядя в ночь.

– И всё же мы, может быть, совершаем ошибку, – прогремел в темноте голос Раата.

– Спокойно, спокойно, – обнадёжил его Снежок, поднимаясь ввысь. – Всё будет хорошо.

Кинджал глубоко вздохнул, слова коня его совершенно не убедили.

Кинджал мог бы подумать, что путешествовать по воздуху на спине огромного летающего коня очень страшно. Но на деле это было круто. Ночной ветер обдувал лицо; уши наполняло хлопанье гигантских крыльев. Внизу, на земле, всё казалось крохотным, а в воздухе он ощущал свободу и даже, пожалуй, смелость. Но потом он подумал, что Ма и Па сойдут с ума, когда не найдут их в постелях.

– Не волнуйся, жеребёнок, в Небесном Царстве время течёт не так, как в вашем измерении, – объяснил Снежок. – Твои родители не успеют заметить, что ты улетел.

– Откуда ты узнал, что я думаю об этом?

Неужели эти летающие кони читают и его мысли?

Вместо ответа Раат, похоже, фыркнул. У Кинджала было серьёзное подозрение, что конь над ним смеётся.

– Что значит «наше измерение»? – спросила Кийя.

– Небесное Царство – не в этой смехотворной галактике, – объяснил Раат.

– Мы путешествуем по галактикам? – Кийя почти задохнулась. – О, какой же научный проект у меня может получиться!

– Что еще за Небесное Царство? – спросил Кинджал.

– Небесное Царство – дом пакхираджей, – сказал Снежок. – Это прекраснейшее место в мультивселенной.

Раат прочистил горло.

– Но мы должны предупредить вас, Небесное Царство теперь не такое, как прежде.

– Оно по-прежнему прекрасно, – заметил Снежок, защищаясь. – Но проблемы есть. Вот почему нам нужна ваша помощь.

У Кии, конечно, был миллион вопросов – что не так с Небесным Царством? Зачем коням их помощь? Как они могут помочь? Но Снежок и Раат твердили: «Увидите», «Со временем всё станет ясно», «Терпение – добродетель». В ход пошли и прочие отговорки, которые используют взрослые, когда хотят казаться мудрыми, но на самом деле просто надеются, что дети от них отстанут.

Наконец Кинджал прервал бесконечный словесный поток своей сестры и спросил:

– Небесное Царство – это то самое место, куда ваш Взор утащил нашу собаку?

– Нам точно неизвестно, куда Великий Вздор унёс Шипучку, но мы знаем того, кто в курсе.

– У нашей храброй предводительницы, принцессы Пакхирадж, будут ответы на все ваши вопросы, – сказал Снежок.

– Вы тут упомянули, что у этого Великого Вздора была миссия, – сказала Кийя. – А ещё сказали, что он работает на вашего врага. Так что это за враг и почему он послал монстра в наш дом? В чём же состояла эта миссия? И как он нашёл нас?

– Слишком много вопросов для такой малышки, – фыркнул Раат. – Да ещё и бескрылой.

– Родители говорят, вопросов слишком много не бывает, – сказал Кинджал, чувствуя себя защитником сестры. Ещё и бескрылая? Они не виноваты, что у них нет крыльев.

– Это ваш папа Арко так говорит? – спросил Снежок. – Или ваша мать Индрани?

– Ты знаешь имена наших родителей? – удивилась Кийя.

– Вы всё поймёте, когда встретитесь с принцессой Пакхирадж, – успокаивающе сказал Снежок.

Пронзительно раскричались какие-то гуси, летевшие клином справа от них. Когда птицы остались позади, Кинджал повторил вопрос сестры:

– Вы так и не сказали, как Взор нашёл нас.

– Благодаря маяку, – объяснил Раат, сильно взмахивая крыльями. – И потом, кажется, я уже говорил, что он Вздор.

– Маяк? Как сонар у летучих мышей? – жадно спросила Кийя. Кинджал вспомнил, что в прошлом году она делала проект о нетопырях.

– Никаких летучих мышей! – отрезал Раат. – Кому они нужны?

– Раат недолюбливает летучих мышей, – извиняющимся тоном объяснил Снежок. – С того самого раза, когда одна из них застряла у него в…

– Мы же не будем вдаваться в это сейчас, да? – Раат развернулся в воздухе, чуть не потеряв равновесие, и щёлкнул гигантскими зубами, глядя на Снежка.

– Маяком мы называем волшебную книгу, – пояснил Снежок. – Ты вызвал нас, когда открыл волшебную книгу, не произнеся сначала антимаячное заклинание.

– «Тхакурмар Джули» Па! – воскликнула Кийя, широко раскрыв глаза. – Так вот почему он держал её под замком в этом сундуке!

– Подожди-ка, ты не поверила мне, когда я сказал то же самое! – крикнул Кинджал сестре сквозь воздух. – Что Па прячет книгу!

– Я не поверила, когда ты решил, будто в той книге есть что-то о руке Ма! – ответила Кийя. – Но раз эта книга действительно что-то вроде маяка, средство связи, тогда понятно, почему Па хранил её с такими предосторожностями.

– Действительно! – прервал их спор Раат. – Волшебный маяк приманивает змей. Они сразу понимают, где ты находишься. Вот они и послали Великого Вздора к вам домой.

– Я знала, что тебе не надо было доставать книгу! – обвиняюще сказала Кийя.

Но Кинджал пропустил это мимо ушей.

– Какие такие змеи и зачем им наша собака?

– Великий Вздор, наверное, ошибся. Он действует инстинктивно, понимаешь? – начал объяснять Снежок. – Должно быть, ему приказали идти по следу конкретного вида волшебства из Запредельного Царства…

Раат фыркнул, практически встав в воздухе на дыбы.

– Осторожней! – крикнул Кинджал, цепляясь за сбрую изо всех сил. Он еле удержался на взбрыкнувшем пакхирадже; сердце барабанным боем отдавалось в ушах.

– Постарайся не сбросить малыша, – отругал собрата Снежок. – Помнишь, сколько писанины нам это стоило в прошлый раз?

– Прошлый раз? – взвизгнул Кинджал. – Были другие разы?

Раат повернул голову и в знак извинения щипнул Кинджала за лодыжку:

– Прости, жеребёнок.

– Что вы говорите? – настойчиво спросила Кийя, которая никогда ничего не упускала. Она явно не была взволнована тем, что её брат чуть не разбился насмерть. – Что монстра хаоса привлекает конкретный вид волшебства? Но ведь Шипучка – всего лишь обычная собака! Не волшебная!

– И кстати, что ещё за Запредельное Царство? – вставил Кинджал. И почему ему казалось, что он уже слышал нечто подобное?

Кони помолчали. Потом Раат сказал:

– Запредельное Царство – это край, откуда прибыли ваши родители.

– Откуда прибыли вы сами, – добавил Снежок.

– И это совсем рядом с Небесным Царством.

Раат заржал прямо в полёте.

– Вы наконец увидите дом ваших родителей, – закончил Снежок. – И ваш дом.

Кинджал, должно быть, уснул во время полёта, – если вы никогда этого не пробовали, ехать на пакхирадже довольно утомительно, – потому что следующим его впечатлением был восход солнца над прекрасной страной зелёных деревьев и рек с грохочущими водопадами. Там были горы и леса, холмистые поля и уютные долины. Сидя на Раате, Кинджал видел плывущие облака, которые опускались, касаясь земли, и снова взмывали в воздух. Быстрые реки словно танцевали, то бурля в одном направлении, то останавливаясь, чтобы устремиться вспять… Ему показалось, или вода на самом деле пела?

– Чуешь, как пахнут цветы?! – крикнула Кийя со спины Снежка.

Конечно! Даже с такой высоты Кинджал чувствовал сладкий запах цветущих виноградных лоз, которые вились по всем деревьям.

– Круто! – выдохнул он.

Но тут Кийя указала вниз, озабоченно нахмурившись.

– Что там такое?

Кинджал посмотрел, куда показывала его сестра, и увидел, что в одной части леса листва была не зелёной, а бурой. Цветы вяли на корню, запах от них шёл гнилостный и болезнетворный. Облака там не танцевали, и река пропала. Воды едва хватало на сочащийся ручеёк, а берега покрыл гниющий ил.

– Что случилось с вашей страной? – спросил он коней.

– Пчёлы стали вымирать, – грустно сказал Снежок.

– А при чём тут пчёлы? – спросил было Кинджал, но сестра прервала его:

– Экосистема! Всё взаимосвязано! Если гибнут пчёлы, то цветы и растения некому опылять, а смерть растений делает неустойчивыми берега рек, и я не говорю уже о травоядных – животных, которые питаются растениями, – они голодают и вынуждены уходить в другие места.

– Всё связано со всем! – Кинджал вздохнул. Именно так всегда говорили их родители.

– Именно, – согласилась его сестра, мрачно сжав губы. – Но кто виноват? Те змеи, о которых вы говорили?

Раат и Снежок одновременно покачали головой, их гривы одинаково колыхнулись.

– Мы не уверены, – сказал Снежок.

– Но нам нужно, чтобы вы, ребята, помогли вернуть пчёл, – твёрдо сказал Раат. – Возможно, вы единственные, кто с этим справится.

– Небесный дворец – дом нашей принцессы Пакхирадж, – объявил Снежок, показав крылом замок на вершине горы с озером. Умирающие части леса остались позади, здесь всё было пышным и зелёным, воды озера искрились на солнце. – Она поможет нам найти Шипучку и заодно объяснит вам всё про пчёл.

– Она нам так обрадуется! – Раат ещё быстрее замахал крыльями на ветру. – Наверняка встретит нас на берегу, когда мы спустимся!

– А уж как мы обрадуемся, увидев её! – подхватил Снежок. Лошади теперь в нетерпении летели так быстро, что ветер хлестал двойняшек по лицу, растрепав их волосы.

Кинджал невольно ощутил, как пылкость коней поднимает настроение и ему. Кийя улыбнулась брату – может быть, она наконец простила загубленный научный проект. Хотя, скорее всего, она как исследователь просто искренне обрадовалась возможности узнать так много нового. Кинджал тоже был в восторге. Не каждый день фанату книжных историй дано попасть в настоящее и такое крутое приключение.

Но когда они приземлились на вершине Небесной горы, у кристально чистого Небесного озера (в названиях у пакхираджей явно была своя система), что-то пошло не так. Прежде всего их вышла поприветствовать вовсе не принцесса Пакхирадж. Встречала их сердитая рыжевато-коричневая крылатая лошадь в позолоченных доспехах и шлеме цвета тёмной крови.

– Немедленно слезайте! – крикнула лошадь в красно-золотой броне. Позади неё стояли ряды пакхираджей в белых доспехах – её солдаты, предположил Кинджал.

Кийя и Кинджал обменялись обеспокоенными взглядами, а Снежок и Раат подогнули передние ноги, чтобы дать им спешиться.

– Генерал Гхора! – сказал Раат, снова встав. Он поднял крылья, как бы отдавая честь.

– Генерал Гхора, госпожа! – сказал Снежок, расправив крылья, как и Раат.

Генерал пакхираджей запрокинула голову и тряхнула гривой, как будто почувствовала какой-то отвратительный запах.

– Зачем вы притащили этих монстров к нам домой? – она оскалила острые лошадиные зубы на двойняшек. – Как они смеют показываться здесь?

– Стойте, вы всё неправильно поняли. Мы не монстры! – запротестовала Кийя. – Это просто смешно! Мы всего лишь дети!

На случай, если она выразилась недостаточно ясно, Кинджал добавил:

– Человеческие дети!

Тут генерал Гхора буквально встала на дыбы, сверкнув зубами в сторону Раата и Снежка:

– Вы смели принести этих грязных тварей на нашу священную Небесную гору?

– Кого это вы назвали грязными?! – крикнул Кинджал, пытаясь храбриться. – Мы принимаем душ каждый день! – Но успокоиться на этом он не смог и чуть-чуть, самую малость, перегнул палку – И вообще, это от вас несёт, как от вонючего сена в старой конюшне!

Он услышал, как застонали Снежок и Раат. Ему показалось, что Снежок пробормотал: «Писанина!»

– Кинджал, бог ты мой! – закричала его сестра, когда Гхора опять разъярённо вздыбилась с пеной у рта. – Ты никогда не слышал, что ласковый теленок двух маток сосёт?

– Слышал – вот только что, – огрызнулся Кинджал. – Но даже ты должна признать, что здесь довольно сильно воняет конюшней.

– В озеро! – завопила генерал, и, как ни ржали протестующе Снежок и Раат, как ни убеждали двойняшки, что они просто обычные дети и не представляют опасности для пакхираджей, крылатые лошади-солдаты взяли их за шиворот и бросили в кристально чистые воды.

– Нет! – разом закричали Кийя и Кинджал.

Но было слишком поздно. Они стали пленниками волшебного Небесного озера.

– Это ты во всём виноват! – закричала Кийя, как только они оказались под водой, в волшебном пузыре-карцере.

Двойняшки сидели, скрестив ноги, внизу пузыря – в нём не хватало места, чтобы стоять. Там, на счастье, был пригодный для дыхания воздух, но было странно видеть всё происходящее на поверхности снизу. Звуки до них не доносились, но они видели, что Снежок и Раат пытаются спорить с генералом.

– И в чём же моя вина? – поинтересовался Кинджал.

– Это ты заставил лошадей взять нас с собой! – настаивала Кийя, сунув руки под мышки, чтобы согреться.

– Неправда! – Кинджал знал, что сестра права, но у него не было желания соглашаться. – В любом случае нельзя оставлять Шипучку с этим Вздором.

– Начнём с того, что, если бы ты не потащился за этой дурацкой книгой… – начала Кийя.

– И закончим на том, что это ты выпустила Шипучку через заднюю дверь! – перебил Кинджал.

Но сестра продолжала, словно он ничего не говорил:

– …мы были бы сейчас дома, в наших постелях, а не в этой подводной тюрьме!

Они с минуту молчали, и этого хватило, чтобы настроение у Кинджала упало ещё ниже.

– Думаешь, она в порядке?

Сестра не стала спрашивать, о ком он говорит.

– Должна быть в порядке, – засопела Кийя; казалось, она вот-вот заплачет. – Шипучка – замечательная девочка.

– Самая лучшая, – согласился Кинджал и потянулся, чтобы взять холодную руку сестры в свои ледяные ладони.

Но Кийя, похоже, не хотела утешаться и со злостью оттолкнула его:

– Знаешь что? Мы бы сейчас искали её там, а не торчали тут под водой, не испорть ты всё, как обычно! О чём ты думал, когда называл генерала вонючкой?

– Ну конечно, я всегда во всём виноват! – огрызнулся Кинджал. – К тому же она действительно воняла!

– Потому что, если всё идёт не так, то обычно именно из-за тебя! – сказала Кийя, стуча зубами. – Ладно, я уверена, Раат и Снежок в секунду убедят её, что мы не монстры, – проговорила его сестра, будто убеждая саму себя. – Но если мы отсюда и выберемся, то явно не благодаря тебе и твоему длинному языку.

– А вдруг… – Кинджал не знал, как выразить то, что пришло ему в голову. Он потёр свой хлюпающий нос, собираясь с мыслями. – Что, если она права?

Кийя откинула влажные волосы с глаз.

– Что мы монстры?

– Нет, не монстры. – Он снова попытался разобраться в своих спутанных мыслях. – Но мы и не те, кем кажемся.

Кийя нахмурилась:

– У тебя есть доказательства в поддержку твоей гипотезы? Факты?

– Нет. – Кинджал свернулся в тугой клубок, чувствуя, что и его желудок сжимается так же. – Скорее, предчувствие.

– Звучит довольно ненаучно, – сказала сестра, слегка поёжившись. – Чтобы не сказать глупо.

– Просто хотя бы секунду послушай меня, Мари Кюри, – разочарованно сказал Кинджал. – Мы в другом измерении. С такими созданиями, о существовании которых даже не подозревали. Нашу собаку похитило огромное облако дыма. Если ты можешь поверить во всё это, почему не хочешь поверить в то, что я видел, как вчера поступила Ма?

– Бог ты мой, Кинджал, так вот ты о чём! – глаза сестры сверкнули за стёклами очков. – Ты всё ещё зациклен на руке Ма?

– Ну послушай! – воскликнул он, не в силах сдержаться. – Я думаю, Шипучка тоже не совсем обычная собака. По-моему, я видел у неё за спиной крылья.

Кийя положила ему на лоб ледяную руку:

– У тебя сотрясение мозга или что-то в этом роде? Я читала, что, если тебя сильно ударят по голове, ты можешь вообразить, что видишь всякую ерунду.

– Перестань, – Кинджал оттолкнул руку сестры. – Ладно, пускай ты не веришь мне насчёт Шипучки, но подумай о том, что может вытворять Ма. В тот раз, когда я упал с лестницы с коробкой лего, она ведь принеслась практически с другой стороны дома, чтобы не дать мне грохнуться головой! А как насчёт того случая, когда грузчики чуть не выронили из грузовика новую стиральную машину и она её подхватила? А как она заставила вас с Лолой забыть обо всём, будто колдовала с вашими воспоминаниями?

– Хватит! – оборвала его Кийя. – Ты всерьёз пытаешься доказать, что наша Ма не обычный человек? Что она какой-то курьёз из из твоих книжек? Мы торчим под водой! Давай думать, как нам выбраться, а не предаваться сказочным фантазиям!

– Это не фантазия! – возмутился Кинджал, вытаскивая из кармана дождевика «Тхакурмар Джули». Он протянул книгу ей: – Просто посмотри на эту картинку. Создание с длинной рукой. Не помню, как оно называется…

Он немного попятился, потому что Кийя толкнула его.

– Ты всерьёз говоришь мне, что генерал Гхора права? Что мы на самом деле монстры, потому что… что… Ма тоже монстр? Кинджал, это уже перебор! Пора уже повзрослеть! Надо смотреть на вещи трезво! Никакого волшебства не бывает! Волшебство – это обман!

– Эй, не толкайся! – сказал Кинджал, снова садясь. – Если ты можешь поверить во всё необычное, что происходит вокруг нас, почему же ты не желаешь верить тому, что я рассказываю о маме?

– Потому что летающих лошадей я видела своими глазами. Я могу обонять, слышать и осязать Небесное Царство! – возразила Кийя. – Но я не могу согласиться с твоим гиперактивным воображением, выдающим Ма за какого-то… раздвижнорукого стиралколовящего нечеловеческого монстра! Ты понимаешь, как нелепо это звучит?

– А разве ещё вчера тебе бы не показалось, что явление летающих лошадей у нас на заднем дворе звучит нелепо? – спросил он.

– Да, показалось бы, – согласилась Кийя. – Но хороший учёный способен поменять своё мнение.

– Ха-ха! – Кинджал ткнул пальцем в воздух.

Сестра тряхнула головой.

– Дай мне закончить. Хороший учёный способен изменить своё мнение, основываясь на фактах и доказательствах. Например, на том, что можно увидеть, потрогать, понюхать, попробовать на вкус, услышать.

– Я видел, как у Ма раздвинулась рука!– заявил Кинджал.– Я видел крылья на спине Шипучки!

– Нет, не видел. – Кийя пристально посмотрела на него. – Ты всё это вообразил. Мы оба знаем, что у тебя богатое воображение. Все учителя так говорят.

– А у тебя воображения нет вовсе!– Он был в такой ярости, что почти кричал.– Я так говорю!

– Какой ты ещё незрелый, – фыркнула Кийя.

– Дай я просто найду картинку и покажу тебе, тогда увидишь! – Кинджал раскрыл «Тхакурмар Джули».

Но что это! На этих страницах лежало какое-то могущественное заклятие. В прошлый раз, когда они открыли старую книгу, она вызвала к ним и Великого Вздора, и пакхираджей. Теперь, когда Кинджал раскрыл её, она испустила луч света, подобный мечу, который выбросил близнецов вверх и наружу из подводной озёрной тюрьмы!

Первое, что увидели Кийя и Кинджал, вынырнув из озера, был прекрасный муаровый пакхирадж. При движении все цвета величественной лошади переливались от одного оттенка к другому. Её тёмные, как ночное небо, глаза сияли, словно настоящие звёзды. При всей хрупкости и изяществе она была могучей – намного крупнее Снежка и Раата, крупнее генерала Гхоры, хоть и без каких-либо доспехов. У этой пакхирадж на плечах вместо накидки было облако, а на голове – корона, на вид сделанная из настоящих созвездий. В гриве красовались самоцветы, позвякивающие колокольчики и свежие цветы, которые падали к её ногам, когда она шагала, и волшебным образом снова вырастали в волосах.

– Вы принцесса Пакхирадж? – спросила Кийя, вытирая залитые водой глаза.

Царственная лошадь кивнула, и Кинджал невольно поклонился. При этом его мокрая пижама слегка хлюпнула. Сестра тоже склонилась, а Раат и Снежок дважды отвесили низкий поклон, подогнув передние ноги.

В этот момент Кинджал заметил за спиной принцессы другого пакхираджа, гораздо меньшего размера, коричневого и с разноцветными крыльями. Он не мог поверить глазам.

– Шипучка! – воскликнул мальчик, и тут уже крылатый пёс полувзлетел-полупрыгнул ему на руки. – Я знал, что видел это на самом деле!

Кийя подскочила к нему, а Шипучка металась между обоими, облизывая их и поскуливая.

– Привет, девочка! Привет, моя хорошая! Ты в порядке? – спрашивал Кинджал, ища на ней ушибы или порезы, но ничего не находил. Он осторожно надел ошейник на её мохнатую шею. Она покивала головой и сильно замахала крыльями, как будто была счастлива получить его обратно.

Глаза Кии за стёклами очков округлились.

– Наша Шипучка – пакхирадж?

– Да, дорогая, Шипучка – пакхирадж. Только не очень большой. – Голос принцессы Пакхирадж звенел, как колокольчики в её гриве. – Вот почему она ещё жеребёнком была отправлена на специальное задание – защищать ваших родителей, а потом и вас обоих!

Шипучка радостно подпрыгнула, высунув язык, и описала невысокий круг над головами Кинджала и Кии.

– Она пока не очень умеет… летать прямо, – рассмеялся Снежок.

– И держаться вниз ногами, – добавил Раат, когда Шипучка внезапно перевернулась в воздухе. Её язык и уши на лету болтались, от чего вид у неё был глупее, чем обычно.

– Как вы её нашли? – спросила Кийя, пока Кинджал помогал Шипучке развернуться как следует.

– Всё началось, когда вы запустили маячок из волшебной книги своего отца, – начала принцесса. Кинджал поднял брови, глядя на Кию, и одними губами произнёс: «Волшебство», а она показала ему язык.

Царственная крылатая лошадь продолжала:

– Я знала, что все существа в Запредельном Царстве заметят его. Но не думала, что змеи решатся отправить Великого Вздора прямо к вам домой.

– Мы прибыли слишком поздно и не успели остановить его. – Снежок рыл землю, опустив голову.

– Ну хотя бы он не завладел тем, что было его подлинной целью, – фыркнул Раат.

– Подлинной целью? – переспросила Кийя, и её взгляд стал острым и обеспокоенным.

Принцесса Пакхирадж пропустила этот вопрос мимо ушей.

– Зато я смогла перехватить этого страшного облачного монстра до того, как он достиг дворца змей. И спасти из его лап дорогую Шипучку.

– Спасибо, принцесса. – Кинджал опять низко поклонился. Он наконец опустил Шипучку на землю, и она плюхнулась на спину, счастливо дыша.

– Нет, это я должна поклониться вам, дорогие мои, – сказала принцесса Пакхирадж, так и сделав. Она склонилась грациозно, словно в танце. – Мне жаль, что ваше первое знакомство с Небесным Царством оказалось таким неприятным. У нас принято оказывать гостям уважение и любовь, а с вами обошлись прямо противоположным образом.

– Но, принцесса! – сказала генерал Гхора, та самая, что бросила двойняшек в озеро. – Они монстры, я чую по их запаху!

– Кто вы такая, чтобы судить, кто монстр, а кто герой, мой дорогой генерал? – Принцесса Пакхирадж резко обернулась, яростно расправив крылья.

Кийя и Кинджал на шаг отступили. От внезапного гнева принцессы земля задрожала, а небо потемнело. Звёзды в её глазах стали кроваво-красными, и грива вздыбилась сотнями ножей. Она щёлкнула острыми зубами.

– В каждом из нас есть и хорошее, и плохое. И судить о любом надо по поступкам, а не по происхождению!

Перед гневом принцессы все съёжились. Удивительно, как быстро она превратилась из нежной в пугающую.

– Но, принцесса! – умоляла генерал. – Я всего лишь пыталась защитить наше Царство. Особенно ввиду этих ужасных разрушений, что происходят сейчас. Мне очень жаль!

Принцесса Пакхирадж вернула свои крылья в обычное спокойное положение, изучая генерала мудрыми глазами. Земля перестала трястись, и солнце снова осветило небо. Наконец она мягко тряхнула гривой, а её глаза опять стали цвета спокойного ночного неба.

– Это не у меня вы должны просить прощения! За свои предрассудки вам надо извиниться перед этими жеребятами!

Гхора топнула копытом, явно не желая выполнять просьбу принцессы. Но, когда принцесса Пакхирадж шагнула в сторону генерала с недовольным видом, генерал Гхора преклонила одно колено перед двойняшками:

– Я прошу у вас прощения. Вы чужаки на наших землях, а я обошлась с вами жестоко.

Кийя и Кинджал уставились друг на друга. Судя по тому, как сжались губы девочки, она была не в настроении извинять и забывать. Кинджалу тоже не слишком хотелось прощать генерала, но он понимал, что иначе они нанесут принцессе оскорбление. Он сделал полупоклон-полукивок:

– Мы принимаем ваше извинение.

Казалось, все выдохнули с облегчением. Принцесса Пакхирадж, Снежок и Раат выглядели довольными. Только Кийя казалась рассерженной, недоверчиво глядя на генерала. Не поднимая головы, Гхора собрала своих солдат и, получив кивок-разрешение от принцессы Пакхирадж, улетела с ними прочь.

Наконец, когда генерал и все её солдаты исчезли, двойняшки и Шипучка остались лицом к лицу только с Раатом и Снежком и, конечно, с их принцессой.

– Спасибо вам за спасение Шипучки, принцесса, – снова поблагодарила Кийя, пока собака – летающая лошадь радостно носилась от брата к сестре, облизывая их лица и самозабвенно сверкая зубами.

– Боюсь, сейчас мы должны просить вас о помощи, – серьёзно сказала принцесса Пакхирадж.

– Как мы можем помочь вам? – спросила Кийя. – Мы ведь обычные дети из Нью-Джерси.

– Идёмте, дорогие мои. Я покажу вам. – Принцесса Пакхирадж подвела двойняшек к краю кристально чистого озера, под водами которого они только что были в заключении. Взмахнув крыльями и встряхнув гривой, она превратила водную поверхность в зеркало-экран.

– Волшебный телевизор! – воскликнул Кинджал, наклонившись, чтобы заглянуть в него.

Кийя была впечатлена.

– Как вы это сделали?

– Иногда трудно поверить даже в то волшебство, которое видишь собственными глазами, – сказала принцесса, и Кийя слегка смутилась.

Принцесса Пакхирадж кивнула на то, что показывал озёрный экран.

– Небесное Царство – прекрасная страна, полная цветов и деревьев, рек и ручьёв.

– Она восхитительна, – согласился Кинджал, глядя на зелёные растения, яркие цветы, водопады и рождающиеся из них стремительные реки, о которых говорила принцесса.

– Но мы видели, что кое-где природа умирает, – заметила Кийя. – Экосистема разрушается.

Кинджал подумал, что сестра хочет показаться принцессе хорошим наблюдателем и скрупулёзным учёным.

– Ты права, дорогая, – сказала принцесса. – Мы не до конца понимаем почему, но пчёлы в нашем царстве начали вымирать, а это приводит к гибели цветов и деревьев. Наши зелёные просторы увядают.

Картинки в озере-экране тоже стали другими: появились засохшие деревья и русла рек, умирающие животные и насекомые.

– Это ужасно! Кто может за этим стоять? – спросил Кинджал, а Шипучка, словно соглашаясь с ним заскулила, опустив хвост и радужные крылья.

– Неизвестно, но мы точно знаем – если все пчёлы погибнут… – Голос принцессы прервался, и она замолчала; её глаза заблестели от непролитых слёз.

– Эти пчёлы дают особый мёд, который жизненно важен нам, пакхираджам, – объяснил Раат, когда принцесса Пакхирадж отвернулась, тихо всхлипнув.

– Без пчёл Небесное Царство сгинет, а без их нектара сгинем и мы, – мрачно добавил Снежок.

– Простите нам эти эмоции, жеребята, но я переживаю за свою семью – пакхираджей,– сказала принцесса Пакхирадж.– И не только за них. Мы, пакхираджи, погибнем без пчёл, но погибнут и раккоши[2] в Запредельном Царстве и даже в Царстве демонов.

– Раккоши? – переспросил Кинджал. Где он слышал это слово раньше? Может быть, в одной из сказок Па?

– Представьте себе, ребята, – сказала принцесса. – Ведь раккоши хранят свои души в одном из видов пчёл.

– Значит, если пчёлы, производящие нектар, умрут, то умрут и пакхираджи? – уточнила Кийя, достав из кармана пижамы блокнот с огрызком карандаша и делая пометки. – А если умрут пчёлы, хранящие душу, то умрут и все раккоши?

Принцесса Пакхирадж печально тряхнула гривой.

– Да. Целых два уникальных вида – пакхираджи и раккоши – находятся в серьёзной и прямой опасности. Не говоря уж, как ты сказала, дорогая, обо всей экосистеме нашего измерения.

– Чем мы можем помочь? – Кийя задумчиво жевала ластик своего карандаша. – Я состою в школьном экологическом клубе и знаю всё об экосистемах.

– Вы должны докопаться до самой сути происходящего и остановить это, – сказала принцесса летающих лошадей. Её тёмные глаза внезапно стали огромными и немного пугающими.

– Но почему мы?– спросил Кинджал, хмуро глядя на сестру. И это его она считала странным? – Обычно у избранного есть личная причина оказаться в квесте! Что-то такое в его семье или окружении делает его подходящим, единственным, кто может решить именно эту проблему.

– О, вы связаны с этим делом гораздо больше, чем думаете, – пропела принцесса. – На самом деле вам необходимо решить эту проблему и спасти пчёл, иначе…

– …Иначе? – подхватил Кинджал.

– Иначе с вами и с вашей семьёй случится что-то страшное, что-то ужасающее и неслыханное, – сказала вождь пакхираджей.

Как и ранее при этих словах, её грива вытянулась острыми ножами. Её голос странно вибрировал, а глаза закатились, будто в трансе. На самом деле она чем-то напомнила Кинджалу зомби. Очень симпатичного, но всё же зомби.

– От вашего успеха зависит ваша собственная судьба, – прогремела она.

Двойняшки испуганно переглянулись, гадая, что имела в виду принцесса. Гигантская крылатая лошадь на мгновение драматично застыла, как статуя. Потом пару раз кашлянула, прочищая горло, и вернулась в своё прежнее состояние доброй феи-крёстной. Она оглядела их с таким же милым выражением лица, как и раньше:

– Есть вопросы?

Кийя покачала головой:

– А это не ошибка? Мы, конечно, готовы помочь. Но как судьба вашего царства может быть связана с нами? Мы всего лишь пара обычных детей.

Принцесса Пакхирадж тряхнула гривой, стремительно встала на дыбы и снова опустилась на землю.

– Ошибки быть не может, дорогая. Готовы вы на этот квест или нет, он уже сам выбрал вас!

– Так как же нам прекратить это? – допытывался Кинджал, прижав кулаки к телу. – Как нам спасти всех вас, а заодно и самих себя?

– Мы не сможем остановить катастрофу, пока не поймём, в чём она заключается, – ответила принцесса Пакхирадж.

– Итак, что мы знаем? Отчего гибнут пчёлы? – Кийя поправила очки на носу и записала что-то в своем блокноте. – Каковы факты? Какими доказательствами мы располагаем на данный момент?

– Боюсь, мы не знаем причину гибели пчёл, – печально сказала принцесса. – Мы надеялись, что вы поможете нам это понять.

– Ваш отец ведь многое знает о растениях и прочем? – спросил Снежок.

– Разве он не держит магазин под названием «Садоводство братьев Чампака»? – спросил Раат.

– Откуда вы знаете? – с подозрением спросил Кинджал.

– Всё откроется в своё время, – пропела принцесса.

– А кстати, у нас в саду полно пчёл, – сказала Кийя, занося что-то в свой блокнот.

Шипучка громко и визгливо залаяла, как будто хотела что-то сказать.

– В чём дело, девочка? – Кинджал почесал её за ушами, и она потёрлась мордой о его ладонь.

– Кинджал! – воскликнула Кийя, и её лицо просияло, словно это было утро их дня рождения. – Почему у нас так много пчёл, а больше ни у кого на улице их нет?

– Соседи пользуются пестицидами, а Па против этого, – ответил он. – Элементарно.

– А что, если и здесь дело в этом? – Кийя показала на волшебной экран озера.

– Что ты имеешь в виду? Что тут появились пестициды? – спросил Кинджал. – Неужто пакхираджи не в курсе того, что сами применяют?

– Что ещё за пес-ти-ци-ды, о чём вы говорите? – спросила принцесса Пакхирадж, по сути, ответив на его вопрос.

– Это такой химикат, яд, которым люди поливают свои лужайки, чтобы избавиться от любых насекомых и сорняков, – объяснила Кийя. – Но он убивает и пчёл, а возможно, и других животных!

Лошади дружно ахнули в ужасе. Шипучка заскулила, повесив уши, хвост и крылья.

Принцесса Пакхирадж повернулась к Кие и Кинджалу:

– Разве люди не понимают, что всё связано со всем?

– Вот и наши родители всегда так говорят! – воскликнул Кинджал. – Что если убиваешь жуков и пчёл, то заодно убиваешь растения и птиц и, в конце концов, все остальное.

– Может быть, и в Небесном Царстве в этом дело? – спросил Снежок. Шипучка громко залаяла в знак одобрения.

Принцесса Пакхирадж глубоко вздохнула, взмахнув крыльями.

– Думаю, это так! – наконец сказала она. – Посмотрим в Небесное озеро.

Кинджал наклонился и тут же отпрянул назад.

– Ой, кто это? – он показал на остроносого мужчину с глазами-бусинками, отражавшегося на поверхности волшебного озера.

– Министр Наку Накешвар! – мрачно сказал Раат.

– Новый главный министр и советник царя Ронту. – Снежок, похоже, хотел добавить что-то ещё, но принцесса слегка тряхнула гривой, словно предупреждая его.

– Ронту – владыка Запредельного Царства за семью морями и тринадцатью реками, которое недавно освободилось от Змеиного царства, – сказала принцесса Пакхирадж. – А Накешвар раздавал что-то под названием Гнус-Вон. Может, это и есть тот яд, о котором вы говорите?

Изображение в озере замерцало, увеличивая изображение бутылочки в руке министра. ГНУС-ВОН, гласила надпись на этикетке. С ТРАВОЙ ВСЁ ПУЧКОМ – ПОПРОЩАЙСЯ С ЖУЧКОМ!

– Да, ясно, это пестицид, – угрюмо сказала Кийя.

– Слоган могли бы придумать и получше, верно? – Кинджал сморщил нос. – Какая же это рифма! С окончанием просто беда – вы когда-нибудь видели сад всего с одним жучком? И вообще, что значит «всё пучком»?

– Давай сменим тему, – сказала Кийя.

– Но я прав, – настаивал Кинджал.

– И уводишь в сторону, – выпалила она.

– Дети! – пропела принцесса, и так же, как когда Ма обращалась к ним мягко, но неодобрительно, двойняшки сразу притихли.

– Извините, ваше величество, – пробормотал Кинджал.

Принцесса тряхнула сверкающей гривой – и на них посыпался цветочный дождь.

– Эта штука, Гнус-Вон, должно быть, пестицид. – Кийя снова обернулась к волшебному озеру. – Как было и с теми химикатами у нас дома, Наку утаил, насколько опасны эти яды для домашних животных, людей и окружающей среды.

– К тому же рифмовать он явно не умеет, так что явно замышляет что-то нехорошее, – пробормотал Кинджал.

Принцесса Пакхирадж снова сделала что-то – и изображение в озере, замерцав, изменилось. Теперь это было похоже на рекламный ролик министра. Он держал перед собой бутылку Гнус-Вона, как приз.

– Это лучшее средство! – воскликнул он притворно счастливым голосом. – От растительных бедствий! И насекомых!

– Опять не в рифму! – пробормотал Кинджал. – Остановился бы на «бедствиях» – и было бы отлично! Это лучшее средство от растительных бедствий! Зачем добавлять насекомых?

– Будете поражены и вполне ошеломлены! – продолжил министр, распрыскивая средство на траву. На нём были плотные перчатки и большой респиратор. Министр снял маску, криво улыбнулся и указал вниз, где полевые цветы и сорняки уже начали вянуть, а трава, наоборот, становилась ещё зеленее.

– Распылите на своей лужайке, чтобы прогнать жуков и сорняков!

– Ему достаточно было произнести название средства, – возмутился Кинджал, – ну, правда, рифма же на поверхности: Гнус-Вон распыли – жуков прогони!

В этот раз даже лошади не удержались от смеха вместе с Кией.

– Ладно, неумение министра Наку слагать рифму не самое важное сейчас, – заметил Кинджал.

– Мы должны навестить его и царя, – согласилась Кийя, – чтобы проверить этот Гнус-Вон. Нельзя бежать впереди паровоза. Может быть, они сами не знают о вреде этого средства?

Кинджал топнул ногой:

– Парень, который намеренно сочиняет такие плохие рифмы, конечно, знает, что делает.

Принцесса снова тряхнула гривой:

– Думаю, мы должны допустить, что у министра нет злых намерений… пусть даже он плохой поэт. Но если он действительно понимает, что делает, то, конечно, не признается в этом. Вам надо придумать, как узнать правду.

– А мы сможем? – спросил Кинджал.

Принцесса широко расправила крылья, затем встряхнула ими, и два переливающихся пера упали на землю, к ногам Кии и Кинджала. Хотя это были всего лишь перья, свалились они с громким бух-бух, будто кирпичи. Раат и Снежок вздыбились и ахнули, увидев дар принцессы, а Шипучка заржала. Двойняшки переглянулись и низко поклонились принцессе, догадавшись, что этот подарок, наверное, очень редок и очень важен.

– Возьмите волшебные перья из моих крыльев, жеребята, – сказала она, и они послушно подняли их. Перья были невесомы, как воздух, и постоянно меняли цвет, как в калейдоскопе. – В них огромная сила. Они помогут вам узнать правду, найти свой путь или дадут вам защиту в минуту опасности. Но каждое перо можно использовать только один раз, после чего оно распадётся.

– То есть нам надо применить эту штуку к министру Наку? Типа, выяснить, говорит ли он правду? – Кинджал повертел в руке красивое шелковистое перо.

– Или к царю, если министр почему-то не сможет ответить или не знает правды, – уточнила Кийя. Она тоже вертела перо в руке, снова и снова, и радуга играла на её волосах и коже.

– Большинство существ могут сказать вам только ту правду, в которую они верят или знают, что это правда, – сказала принцесса Пакхирадж. – Но эти перья могут в любое время ответить на любой вопрос. – Она повернулась к Раату, Снежку и Шипучке: – Эта команда отважных пакхираджей будет сопровождать вас в Царство за семью морями и тринадцатью реками.

– Но без этой малютки, конечно? – Снежок расширенными глазами глядел на Шипучку.

– Без обид, но она так долго жила не как пакхирадж, – твёрдо сказал Раат. – Это для неё слишком опасно.

Кинджал впился взглядом в Раата. Опять это «без обид» перед тем, как сказать гадость!

Шипучка заскулила, низко опустив голову. Но тут принцесса Пакхирадж подошла и крылом подняла ей морду.

– Может, ты и не знаешь, крошка, но иногда у самых маленьких и незаметных самые храбрые сердца.

Позвякивая колокольчиками в гриве, принцесса надела на голову Шипучке цветочный венок.

– А венок тоже волшебный? – спросил Кинджал. В сказочных историях всегда бывают волшебные дары, и иногда последний, самый простой на вид дар оказывается самым сильным.

– Не совсем, – ответила принцесса. Кийя подавила смешок.

– Это тоже тебе! – сказала принцесса – и в воздухе появился мячик. Шипучка радостно залаяла и бросилась за мячом, когда Кинджал кинул его.

– Ну хоть мяч-то волшебный? – спросил Кинджал, когда Шипучка принесла в зубах теперь уже слюнявый шарик.

– Нет, – певуче ответила принцесса.

– Он не направит нас, когда будет казаться, что всё потеряно, и не осветит нам путь, когда станет совсем темно? – Кинджал подумал, что, должно быть, неправильно понял принцессу. Не может быть, чтобы ни один из даров Шипучке не был волшебным.

– Нет, – серьёзно сказала принцесса; её глаза были широко раскрыты и невинны. – Венок – это очень красиво, и я решила, что малышка будет рада его носить. И я знаю, как она любит гоняться за мячом.

Шипучка взмахнула блестящими радужными крыльями, подтверждая, что ей нравится носить венок и гоняться за теннисными мячиками. Кинджал рассудил, что иногда подарок – это просто подарок, что само по себе тоже своего рода волшебство.

Кийя и Кинджал снова поклонились, поблагодарив принцессу. Надёжно спрятав в карманы пижам драгоценные волшебные перья, они залезли на уже преклонивших колени Снежка и Раата.

– Удачи, дорогие жеребята! – крикнула принцесса, когда трое пакхираджей поднялись на дыбы и взмыли в небо. – Не давлю на вас ни в коем случае, но всё Небесное Царство полагается на вас!

Они летели по небу, прочь от принцессы, навстречу истине.

– Прежде чем полететь в Запредельное Царство, мы должны вам показать кое-что, – сказал Раат.

– А точно должны? – спросил Снежок. – Мы и так рассказали им достаточно.

Шипучка тихо гавкнула, как будто поддерживая Снежка.

– Они должны увидеть, – настаивал Раат. – Они должны знать.

Группа долетела до какой-то небольшой горы и приземлилась у подножия. Лошади подогнули передние ноги, чтобы двойняшки сошли перед входами в небольшие пещеры.

– Куда мы идём? – спросила Кийя, которая уже изучала и зарисовывала пейзаж в своём блокноте.

– Увидите, – твёрдо сказал Раат, подталкивая их вперёд.

– Мы идём в эти пещеры? – спросил Кинджал, уже предчувствуя приступ клаустрофобии. Больше всего он не любил темноту, но тесные замкнутые пространства он любил не больше.

– А знаешь, брат. – Карандаш Кии замер над бумагой. – Не думаю, что это на самом деле пещеры.

– Что? – Кинджал вдруг увидел, что стены пещер были в каких-то странных симметричных шестиугольниках. – Погоди, погоди…

– Да, всё верно, – сказал Снежок, проследив за его взглядом. – Это всё пчелиные соты.

– Всё это? – Кинджал посмотрел на засохшие стенки сот. Насекомых не было видно, никто не влетал и не вылетал. – А где же пчёлы?

– Погибли, – мрачно сказал Раат.

– Из-за яда министра Наку? – выдохнул Кинджал.

– Мы точно не знаем, – сказал Снежок. – Это вам и предстоит выяснить.

Они вошли в чёрную как смола пещеру. Разглядеть что-то было почти невозможно, и Кинджал слышал только «плюх, плюх» – как будто что-то капало с потолка. Было совсем темно, даже темнее, чем в его комнате без ночника. У него закружилась голова, и сердце забилось чаще. Стало трудно дышать, а живот болел так сильно, что мальчика чуть не стошнило.

Но тут кто-то знакомый взял его за руку.

– Дыши, Кинджал, – сказала сестра. – Два глубоких вдоха и выдоха. Так учил нас Па.

Лицо и пальцы Кинджала перестало покалывать, когда он последовал совету сестры. Он дышал – вдох и выдох, вдох и выдох. Всё ещё было темно, и он ещё боялся, но уже меньше.

– Посмотрите вверх, жеребята! – сказал Снежок, когда они завернули за угол пещеры и оказались в ярко освещённой комнате, в центре которой что-то сияло золотом. С потолка лилась золотая жидкость, от которой исходил мерцающий свет.

– Весь потолок в медовых сотах! – воскликнула Кийя.

– Это особый мёд, который едят пакхираджи! – сказал Снежок, а Шипучка радостно залаяла и слизнула мёд со стены длинным розовым языком.

Кинджал вглядывался в нектар, сочившийся с потолка в золотой бассейн. Он был чем-то похож на органическую еду, которую для Шипучки готовила Ма. Теперь, зная, что Шипучка – пакхирадж, а не собака, он подумал, что, возможно, у родителей было больше одной причины держать столько пчёл во дворе.

– Обычно бассейн переполнен. – Раат показал крылом, как мало в нём мёда по сравнению с тем, сколько должно быть.

– Раньше мёд лился с потолка водопадом, – печально объяснил Снежок.

– Если так пойдёт, пакхираджам не выжить! – сказала Кийя.

Раат, Снежок и Шипучка промолчали, и Кинджал яростно посмотрел на друзей.

– Мы не допустим, чтобы это случилось!

– Мы пойдём и остановим виновных! – сказала Кийя и тесно сжала губы.

– Ты о министре Наку? – уточнил Кинджал.

– О ком бы то ни было, – ответила Кийя. – У нас пока недостаточно фактов.

Летя на спине Раата в Царство за семью морями и тринадцатью реками, Кинджал понял, как прав был чёрный пакхирадж. Он наклонился и похлопал того по шее.

– Спасибо, что показал нам пчелиные соты и медовый бассейн.

– Я знал, что вам надо это увидеть, – хрипло сказал Раат, – чтобы всё понять.

– Ты был прав, – сказал Кинджал, и, хотя Раат ничего не сказал, мальчик ощущал, что большой конь счастлив.

– Кинджал, посмотри вниз! – крикнула Кийя, указывая на землю.

Внизу, где раньше был большой лес, виднелись только пни. А вместо зелёной чащи высились ряды огромных заводских зданий.

– Это там министр Наку? – Кинджал прищурился, разглядывая лицо остроносого министра с глазами-бусинками, которое было изображено на здании.

– Именно, – проворчал Раат. – Ты всё ещё думаешь, он невиновен, Снежок?

– Я думаю, нам ещё не всё известно, – отозвался конь.

– Мы должны быть объективны, – согласилась Кийя.

Раат и Кинджал переглянулись и дружно фыркнули.

– Ладно, не важно, ребята. Продолжайте в это верить, – сказал Кинджал.

Шипучка гавкнула, как будто смеялась вместе с ним.

Однако через несколько минут полёта землю под ними покрывали одни фабрики. На каждом здании под хитрой физиономией Наку красовался его девиз: «Гнус-вон!» Неужели все эти фабрики производят пестициды?

Внезапно стало труднее видеть и землю, и друг друга, поскольку всё небо заволокло чёрным дымом.

– Как жутко всё загрязняют эти фабрики! – Кийя закашлялась, показывая на множество труб над фабричными постройками, из которых к небу поднимались серо-чёрные клубы дыма. Бедные кони кашляли и отфыркивались, а Шипучка не переставала чихать.

Кинджал разглядывал почти живые тёмные облака, испытывая дурное предчувствие.

– Не думаю, что это просто загрязнение! Мне кажется, это Великий Вздор!

И тут внезапно, без предупреждения, дым потянулся к ним руками, каждая из которых сжималась в туманный кулак.

– Великий Вздор! – закричал Раат, заржав от страха. – Он опять нашёл нас!

Стало так темно, что лошади перестали видеть, куда летят.

– Осторожно! – закричал Снежок, когда Раат налетел на него.

Оба пакхираджа запутались крыльями и заржали, размахивая передними ногами в воздухе. Во все стороны летели перья.

– Осторожней! Как бы кто не пострадал! – донёсся из темноты голос Кии.

Сердце Кинджала заколотилось, когда он осознал нечто ужасное.

– Где Шипучка?

– Где Шипучка?! – тоже закричала Кийя. – Она у этого Вздора?

– Один раз мы уже позволили её украсть, нельзя, чтобы это повторилось! – воскликнул Кинджал. – Надо спросить волшебное перо!

– Подожди! – крикнула Кийя.

– Ни за что! – Кинджал вытащил перо из кармана, сердце бешено колотилось в груди. – На этот раз мы можем потерять её навсегда! Спросим перо!

– Нельзя же так неосмотрительно! – закричала Кийя. – У нас есть книга!

– Что? – Кинджал еле слышал её; в ушах звенела паника.

– Книга! – закричала Кийя. – Возьми волшебную книгу папы!

Верно! Кинджал достал волшебную «Тхакурмар Джули» и наугад раскрыл. Раздался хлопок, дым рассеялся, Великий Вздор испарился – и перед ребятами открылось чистое небо. А в этом небе вверх тормашками и задом наперёд летела чихающая Шипучка с красными глазами.

– Сюда, глупышка!

Шипучка прыгнула в объятия Кинджала, тяжело дыша. Она была всё ещё напугана, но постепенно успокаивалась. Хотя при этом ноша на спине Раата стала тяжелее, огромный пакхирадж ничего не сказал, а только удовлетворённо хмыкнул.

– Слава богу, с тобой всё в порядке! – сказал Снежок. – Великий Вздор покалечил бы тебя и не заметил!

– В конце концов, вот из-за чего им не победить жизнь – из-за скуки и полнейшего равнодушия, – фыркнув, сказал Раат.

– Но он точно испугался волшебной книги Па! – торжествующе сказала Кийя.

Кинджал улыбнулся:

– Да ты, никак, назвала книгу волшебной? То есть признаёшь, что в этом мире есть некоторые вещи, которые наука не может объяснить?

– Я такого не говорила! – раздражённо сказала Кийя.

– Сказки – враги Великого Вздора, – сказал Снежок и заржал. – Никто не заскучает посреди хорошей истории!

Шипучка снова радостно залаяла, лизнув Кинджала в ухо и захлопав радужными крыльями. Кинджал бросил ей мяч, она помчалась за ним мимо Раата и поймала, сделав сальто. Затем стала кататься в воздухе, как обычная собака, которая чешет спину о траву.

– Мы никогда больше не потеряем тебя, девочка! – Кийя смеялась, глядя, на дурачившуюся Шипучку. – Просто держись поближе, ладно?

Несколько минут они летели в счастливом молчании, пока Снежок не сказал:

– Жеребята, взгляните вниз!

Кийя и Кинджал всматривались туда, в бесконечную фабричную застройку. Ни одного дерева не было видно среди крыш, всё кругом было застроено и замусорено.

– Ещё несколько недель назад этих фабрик здесь не было, – взволнованно сказал Раат.

– Мы должны выяснить, что происходит, у раджи и у этого министра Наку. – Кийя нахмурилась, увидев лицо Наку на каждой фабричной стене. Теперь, когда дым рассеялся, всё было отлично видно.

– Этот парень, министр, не скажет нам правду! – возразил Кинджал. – Очевидно, что за всем этим стоит он.

– Давайте не будем делать поспешных выводов, – сказал Снежок, и прозвучало это так, словно его голосом говорила Кийя. – Принцесса сказала, что наша задача – найти правду, а не гадать. Мы должны попасть к царю Ронту и спросить его, в чём дело.

– И он остановит всё это, да? – спросил Кинджал. – Ведь он же царь!

– Ну, – нерешительно сказал Снежок, – может, он и царь, но главным это его ещё не делает.

Кийя сморщила нос:

– Я думала, что царь и есть главный!

– Когда Царство за семью морями и тринадцатью реками входило в Змеиное королевство, реальной властью и были змеи, – объяснил Раат. – Они раздавали царские титулы, которые мало что значили.

– И теперь, хотя это царство наконец-то освободилось от змей, им правит царь Ронту, старый друг Змеиного царя Шеши! – сказал Снежок.

– То есть официально змеи не правят, но всё равно вроде как правят? – спросил Кинджал.

– Вот именно, – одновременно подтвердили оба пакхираджа.

– И поскольку мы в Небесном Царстве их соседи, на нас влияет всё, что у них происходит! – объяснил Раат.

– Как и с этим Гнус-Воном – они распыляют его в Запредельном Царстве, а это вредит пчёлам в Небесном Царстве, – сказал Кинджал.

Лошади мрачно кивнули.

– А вот и дворец, – сказал Раат, спускаясь к сверкающим мраморным палатам с башенками, отражающими солнечные лучи.

– Тут есть ещё кое-что, о чём мы не сказали, – извиняющимся тоном сказал Снежок, когда они приземлились на огромную зелёную лужайку без всяких сорняков и насекомых. – Раньше мы работали на старших братьев царя Ронту. Мы были их личными пакхираджами.

– Это вы? – Кийя указала на изображения летящих пакхираджей, что украшали стены мраморных конюшен.

– Да, – усмехнулся Раат. – Мы скучаем по ним, они нам очень дороги. Уж подороже чем некоторые.

Кинджал не совсем понял, что это значит, но стал подниматься с Кией и Шипучкойк дворцу. Раат и Снежок были слишком велики, чтобы войти даже в такое величественное здание, и остались ждать в конюшнях. По плану двойняшки должны были исхитриться вывести министра Наку или царя Ронту на лужайку, где все они смогли бы задать им возникшие вопросы.

– А хорошо всё же, что ты не полноразмерный пакхирадж, – сказал Кинджал, погладив Шипучку по голове. Она громко задышала в знак согласия и радостно залаяла.

– Жалко, что Раат и Снежок не пошли с нами, – сказала Кийя, с трепетом глядя на причудливое здание.

– Нам бояться нечего. – Кинджал взял её за руку. – Если местные стараются навредить пакхираджам и раккошам, то бояться стоит им.

– Я знаю, но ты только посмотри на этих женщин!– прошептала Кийя, кивая на нескольких дам в сверкающих лехенга чоли (широких юбках, топах и шарфах), которые выходили из дворца и направлялись к ним. – Какие они… какие… красивые!

– Пожалуй, – с сомнением сказал Кинджал.

Волосы модниц были собраны в пышные причёски, глаза были широко подведены чёрным, они с гордостью несли на себе множество украшений.

– Кто вы, дети? – спросила одна из женщин. Её наряд был павлинье-синим, а на плече сидела такая же павлинье-синяя птица.

Кийя сглотнула и выпалила: «Мыхотимвидетьцаря» – так быстро, что слова было трудно разобрать.

– Простите, что? – рассмеялась дама с огромным круглым кольцом в носу.

– Извините нас. – Кинджал отвесил глубокий поклон, затем изобразил персонажа одной из своих любимых книг не про ленивцев: – Мы c сестрой – чужестранцы и пришли, чтобы увидеть царя Ронту и его министра Наку.

– Вы явно не чужие на этой земле! – сказала другая дама, в розовом сари с узором в виде турецких огурцов. Она вглядывалась в двойняшек. – Вы оба – вылитые Арко!

– Арко? Так зовут нашего папу, – медленно проговорила Кийя, и Шипучка залаяла в знак согласия.

– Погодите, вы дети принца Арко? – спросила дама в жёлтом.

Шипучка взвизгнула, подпрыгнула и забегала вокруг этой женщины. Чтобы отвлечь собаку, Кинджал пробросил мячик по мраморному полу.

– Да, его так зовут, но он не принц, – медленно произнёс Кинджал. – Он всего лишь держит магазин садовых товаров под названием «Садоводство братьев Чампака».

Модницы вытаращили глаза, стали хихикать, показывать пальцем и восклицать:

– Ваш отец – старший из семи братьев Чампака! Вы дети старшего принца нашего царства!

– Постойте, но раз это дети старшего, изгнанного принца Арко… – сказала дама в ярко-оранжево-зелёном сари.

– …значит, это они законные наследники трона, а не царь Ронту! – выдохнула женщина в павлинье-синем.

– Мы из царского рода? – изумился Кинджал, глядя на дождевик сестры, рваную пижаму и непромокаемые сапоги на босу ногу.

Шипучка радостно завиляла хвостом.

– Не просто члены царской семьи, а законные правители нашей страны! – воскликнула одна из дам и картинно упала в обморок.

Для Кии и Кинджала новость, что они дети старшего принца и законные наследники трона, была, мягко говоря, неожиданной.

– Ладно, но если наш папа – старший, а царь Ронту – младший из семи братьев Чампака, то где же остальные… – Кинджал замолчал, чтобы подсчитать.

Кийя закатила глаза.

– …пять братьев? – закончила она.

Придворные дамы переглянулись, широко раскрыв глаза.

– Боюсь, мы и так слишком много рассказали вам, молодые люди, – сказала дама в розовом сари.

– Я думаю, вам, наверное, захочется расспросить обо всём своего дядю, – сказала дама в жёлтом.

– Эй, дарован[3]! – дама в павлинье-синем окликнула одного из здоровенных стражников у входа во дворец, у бедра которого висел изогнутый меч, а ещё более изогнутые усы торчали на целый фут по обе стороны его лица. – Немедленно проводите этих юных членов царского дома в тронный зал! – приказала она.

– Члены царского дома? – с сомнением переспросил охранник. При взгляде на двойняшек его усы дрогнули.

– Хм, ты прав! – Придворные дамы, нахмурившись, разглядывали их внешний вид.

– Надо привести вас в порядок, – сказала дама в оранжевом.

Шипучка залаяла и завиляла хвостом, как будто спрашивая: «А меня?» Дамы рассмеялись, но пакхирадж со своей блестящей шерстью цвета колы, переливчатыми крыльями и разноцветным венком, похоже, был достаточно наряден для встречи с царём.

– У нас нет времени на приукрашивание! – протестовала Кийя, но двойняшек уже вели через главные двери к царским портнихам. – Это нелепо! Важно то, что нам надо сказать, а не то, как мы выглядим!

– Но, может быть, мы скорее заставим раджу отвечать, если не будем выглядеть, – Кинджал оглядел себя, – словно бежали с пижамной вечеринки?

– Ладно, может, ты и прав, – неохотно признала Кийя.

Царские портнихи засуетились, и вскоре близнецы были одеты в красивые шёлковые курты:[4] Кинджал – в синюю, а Кийя – в красную. На ногах у них вместо старых непромокаемых сапог были туфли награ с загнутыми носами. Придворные дамы пытались приручить волосы Кинджала, но те не поддавались, как усердно их ни расчёсывали.

– Волосы как у раккоша! – пробормотала одна из дам.

– Я не хочу, чтобы трогали мои волосы, большое вам спасибо! – дерзко сказала Кийя.

Другая дама пробормотала:

– Характер как у раккоша!

Кинджал неуверенно огляделся, не зная, стоит ли обижаться.

– Эй, скажи что-нибудь, отвлеки дам, – прошептал он сестре. – Я хочу незаметно положить книгу и перья в карманы курты.

Кийя кивнула и сказала очень громко:

– Хватит болтать! Мы хотим сейчас же увидеться с царём Ронту, если вы не возражаете! Царь наш дядя.

Все дамы повернулись к Кие. И тут же начали возмущённо бормотать, а Кинджал успел переложить волшебные предметы в карманы новой курты.

– Ну это уже перебор, – тихо сказал Кинджал.

Кийя пожала плечами.

– Что я могла с собой поделать, – ответила она, и брат рассмеялся.

Придворные дамы обиженно закатили глаза, но вывели двойняшек из гардеробной в парадный зал дворца.

Двойняшки ждали снаружи, пока стражник не объявил об их прибытии.

– Ваше царское величество, позвольте представить принцессу Кию и принца Кинджала из царства… – Привратник сделал паузу, наклонившись, чтобы они прошептали ему на ухо. – Парсиппани, Нью-Джерси!

Загудела труба и зазвенели цимбалы. Маленький круглый человек с широкими навощёнными усами сбежал к близнецам с трона в виде павлина. Он был в щегольском шёлковом одеянии и тюрбане в два раза больше собственной головы. На шее у него было множество ожерелий, пальцы украшали тяжёлые кольца, а посередине тюрбана был прикреплён огромный аграф с бриллиантами и павлиньими перьями. Низенький и толстый, он всё же был похож на Па.

– Здравствуйте, юные высочества! – просиял царь, крепко пожимая им руки. – Из царства Парсиппани! Чудесное место! Просто чудесное!

– Так вы были в Парсиппани? – Кийя скептически подняла бровь.

– Не совсем. – Царь на секунду перестал сиять, но начал жать им руки с ещё большей силой. – Но я слышал, что там просто замечательно!

– Для нас большая честь познакомиться с вами, ваше величество, – низко поклонился Кинджал.

– Как и для меня! Как и для меня! – сказал царь, и его круглый живот затрясся от смеха. Он махнул слуге – и тот принёс поднос с бенгальскими сладостями всех видов. – Прошу, отведайте!

Кинджал потянулся за парой сандешей – он обожал эти сладкие ромбики с патокой и молоком, – но Кийя перехватила его руку.

– Спасибо, дядя. В другой раз. – Губы Кии скривились, что напомнило Кинджалу Ма. – Нам нужно обсудить нечто важное.

Царь приподнял бровь, услышав слово «дядя», но не переставал улыбаться, и Кинджалу подумалось, что тот допустил, будто она сказала так просто из вежливости – дети у них дома иногда называли родителей других детей дядей или тётей.

– Что может быть важнее расгуллы? – Царь отправил в рот два круглых творожных шарика с сиропом. – Очень вкусно!

У Кинджала потекли слюнки. Пока Кийя не успела его остановить, он взял немного сандешей. Мммм. Как взрыв вкусовой бомбы. Пока никто не видел, он успел сунуть несколько штук Шипучке.

– Мы хотим спросить о гибели пчёл в вашем царстве и о Гнус-Воне. – Голос Кии звучал напряжённо и пронзительно, как сирена. Не будь у него так набит рот, Кинджал бы призвал её успокоиться. – Мёдом можно приманить больше пчёл, чем нетерпением, – ну или что-то в этом духе.

– Кто вас послал? – Из-за трона вышел человек, которого они ещё не видели. Этот нос, эти глаза-бусинки нельзя было спутать ни с чем – министр Наку с фабричных изображений. – Кто ваш отец, царь Пар-си-пей-ни?

Кинджала рассмешило, как этот тип произнес Парсиппани, но его сестре не было смешно.

– Наш отец не царь Парсиппани. Он отсюда, министр.

– Отсюда?! Что вы имеете в виду?! – рявкнул министр Наку и зашипел в сторону Шипучке, которая как раз обнюхивала его штаны в области ягодиц.

Царь Ронту, который до сих пор был весел и получал удовольствие, начал хмуриться. Но ещё не так сильно, чтобы отказать себе в удовольствии сунуть в рот пару шариков расгуллы.

– Отсюда, из Запредельного Царства? – спросил раджа с набитым ртом.

О-о. Началось. Кинджал подумал, получится ли съесть ещё несколько сандешей, пока сестра не начала болтать и всё не испортила. Он потянулся к подносу, но не успел.

– Отсюда, из этого дворца,– твёрдо сказала Кийя.– Мы дети твоего брата принца Арко, дядя.

Лица царя Ронту и министра Наку изменились, и ничего хорошего их выражение не сулило. Шипучка заскулила и попятилась, её уши опустились.

Досадно. Кинджал подумал, что с надеждой ещё на одну порцию десерта можно попрощаться.

А дальше разразился в некотором роде хаос.

Царь Ронту возмутился и громко закричал. Министр закричал ещё громче. Один придворный сказал, что Кийя и Кинджад лжецы. Другой заметил, что это, конечно, дети Арко, ведь они так похожи на него. Царь Ронту с красным лицом указал на дверь. Министр заявил, что они заплатят за оскорбление. Кийя упрямо молчала. Шипучка заскулила, потом заржала, потом зарычала и, наконец, залаяла. Кинджала затошнило. Придворные таращили глаза и ахали – для пущего веселья им явно не хватало попкорна.

Когда царь выпалил что-то о великом оскорблении, а министр Наку пробормотал что-то о подземельях, Кинджал решил – пора делать ноги.

– Ну мы пошли, большое спасибо, – промямлил он, отступая назад и дёргая сестру за рукав. Шипучка явно была согласна, поскольку начала теребить зубами курту Кии.

– Погодите минутку, где в мультивселенной находится мой брат Арко? – спросил царь Ронту чуть успокоившись.

Кинджал хотел рассказать о своей семье в Нью-Джерси. Царь Ронту действительно очень напоминал ему Па, не столько внешностью, сколько манерами, голосом. И он был их дядей. А разве Ма и Па не говорили всегда, что семья – это всё? Но не успел он что-либо сказать, как Кийя сильно ущипнула Кинджала за руку.

Министр не был рад возможному воссоединению семьи.

– Откуда этим самозванцам знать, где ваш брат? Они не ваши родственники, господин. Это явно шпионы из Небесного Царства – посмотрите только на этого смехотворно мелкого пакхираджа!

Шипучка расправила крылья и несколько раз оскорблённо и громко гавкнула.

– Эй! – сердито крикнула Кийя. – Вот это было зря!

– Да, не оскорбляй нашу собаку! – добавил Кинджал. – То есть летающую лошадь!

– Стража! – взревел министр Наку. – Увести шпионов!

– В этом нет необходимости! Стража не нужна! – сказал Кинджал, пятясь из комнаты и таща Кию за собой. Шипучка встрепенулась, взъерошилась, стала рычать и лаять так, что закладывало уши.

– Ты грозишь нам стражей?! – крикнула Кийя, перекрывая собачий гвалт. – Как ты смеешь! Это тебя следует арестовать, с твоим ядовитым Гнус-Воном!

При этих словах во дворце воцарился полный хаос. Все кричали и показывали пальцами, а царь всерьёз рассердился. Шипучка не отставала со своим лае-ржанием, усиливая общее столпотворение.

– Да кем вы себя возомнили! – воскликнул царь Ронту. – Являетесь сюда, называете себя детьми моего давно пропавшего брата, оскорбляете новый проект нашего министра по борьбе с вредителями, пожираете мои сладости!

– Она не это имела в виду! Мы уже уходим! – сказал Кинджал, краем глаза заметив, что к ним направляются несколько стражников. – Хорошего дня, сэр! То есть господин!

– Стража, взять их!!! – завопил министр Наку.

– Бежим! – крикнул Кинджал Кие, и на сей раз сестра послушалась. Они свернули за угол в коридор и помчались изо всех сил, держа Шипучку за поводок.

– Эй, дети, остановитесь! – крикнул чей-то голос. Близнецы не послушались.

– Стойте, это приказ раджи! – крикнул другой. Они не слушали.

Когда Кийя и Кинджал, визжа, пронеслись из одного причудливого холла с мраморным полом в другой, брат толкнул дверь справа.

– Заперто! – крикнул он.

Кийя проверила дверь слева.

– И тут тоже!

И тут Шипучка понеслась прямо, в другой коридор, затем налево и взбежала на несколько ступенек. Кинджал последовал за ней и сразу влетел в первую же дверь, которая – о чудо! – оказалась открытой.

– Сюда! – крикнул он, впустил сестру с Шипучкой и закрыл за ними тяжёлую дверь на засов.

Как раз вовремя. Через несколько секунд в главном коридоре, совсем рядом, послышались громкие шаги и голоса.

– Куда они делись? – спросил кто-то.

– Здесь их нет, господин! – ответил другой.

– Ищем дальше, они не могли далеко уйти! – сказал главный.

Шаги стали удаляться.

– Уф! – Кинджал с облегчением прислонился к двери. – Похоже, мы оторвались!

– Да, но где это мы? – Голос Кии звучал приглушённо.

Кинджал обернулся и понял, что они в огромном хранилище. Гигантском, размером с футбольное поле. И всё оно, от пола до потолка высотой в многоэтажный дом, было забито золотыми монетами, драгоценностями и другими сокровищами, как в кино о волшебниках или пиратах. Кинджал наклонился и перебрал несколько монет. Они падали с громким звоном.

– Ого!

– И не говори! – выдохнула Кийя, пропуская сквозь пальцы длинное жемчужное ожерелье. И указала на короны, громоздившиеся на гигантской груде золота.

Шипучка заржала и захлопала крыльями, будто тоже была поражена.

В комнате не было естественного освещения, кроме крошечного оконца под потолком. Но и этот скудный свет, многократно отражаясь от золотых гор, озарял помещение так ярко, что глазам было больно.

Вдруг раздался шум, хлопанье, звяканье и… свист…

Глаза Кийи расширились, и она тихо спросила:

– Кто тут?

Они на цыпочках прокрались вперёд и вытянулись во весь рост, чтобы разглядеть, кто издает эти звуки на куче монет. Сначала ничего не было видно. Затем… какое-то движение.

– Это рука? – прошептала Кийя.

Кинджал прищурился и покачал головой:

– Не уверен.

– По-моему, там кто-то плавает. – Кийя показала на кучу монет, и теперь уже стало очевидно: наверху кто-то загребал руками, будто… плывя на спине. На секунду Кинджалу привиделась утка-миллионер из мультфильма или что-то в этом роде. Но потом он заметил на гребущей руке нечто странное.

– Какие длинные ногти!

– Кинджал. – Сестра вцепилась в его руку. – Не только ногти! У него клыки и рога!

– Что? – от изумления Кинджал заговорил в полный голос, и Шипучка громко залаяла.

– Кто там?

Человек – нет, не человек, а существо – на куче монет резко обернулось и взглянуло на них сверху вниз. У него не только были рога, зубы и когти, но и горела пара красных, как стоп-сигнал, глаз!

– Это пострашнее стражников! – Кинджал изо всех сил дёрнул дверной засов. – Надо выбираться отсюда!

Но допотопный засов заклинило, и Кинджал не смог его сдвинуть! Кийя отпихнула брата, пытаясь открыть сама.

– Что с тобой не так? Открывайся! – закричала она.

Но в этот момент тварь с кучи монет спикировала – подлетела! – к ним, выставив когти и скривив лицо в свирепой гримасе. Она была по-своему прекрасна. Длинные вьющиеся чёрные волосы, огромные глаза и ресницы, красивое шёлковое сари и самоцветы на шее, ушах и пальцах. Но вся красота этого существа не шла ни в какое сравнение с тем, какими острыми были её рога, зубы и когти!

– Кто вы? Как вы сюда попали?! – взвизгнула она так пронзительно, что у двойняшек заболели уши.

Шипучка, обезумев, взлетела, чтобы остановить монстра. Она рычала и кусалась, чтобы защитить двойняшек. Но существо развернулось, замахнувшись на верную собаку-пакхираджа.

– Шипучка! – закричали Кийя и Кинджал почти одновременно.

Не для того же они дважды спасали её от Великого Вздора, чтобы теперь на неё напал новый монстр!

Кинджал инстинктивно прыгнул вперёд. Сам не зная, как это вышло, но он направил на нападавшую тварь струю воды, словно по волшебству бившую из его рук!

Бедняжка Шипучка была так напугана, что взлетала всё выше. Тварь погналась за ней, злобно плюясь.

– Она сейчас схватит Шипучку! – завопил Кинджал, всё ещё атакуя водой.

– Нет, если кого-то интересует моё мнение! – Кийя неожиданно упёрлась руками в пол – и вся комната содрогнулась, как при землетрясении. Из-за толчков чудище промахнулось, и Шипучка смогла увернуться от длинных когтей.

– Как ты это сделала?! – воскликнул Кинджал.

Но по лицу Кии было видно, что она ошеломлена ничуть не меньше.

И тут случилось самое поразительное.

– Что вам здесь надо, клан воды и земли? – рявкнула красавица – летающий монстр. – Кто вы?

Кинджал снова рванул дверной засов – и тот, слава богу, наконец-то поддался. Он рывком распахнул дверь.

– Что это было?

– С этим помещением что-то не так! Это вроде иллюзий из тех квестов, в которых тебе надо выбраться из ловушки! Какой-то фокус! – ответила Кийя, выбегая за дверь. – Скорее, Шипучка!

– Я думал, ты снова скажешь, что у меня слишком богатое воображение! – крикнул Кинджал, выбегая из маленького холла в главный коридор.

Они со всех ног убегали от волшебной комнаты и злобного монстра. Но всего через пару минут поняли, что коридор не пуст. Там кто-то был – и даже не один кто-то!

Кийя, Кинджал и Шипучка резко остановились перед красивой женщиной – на этот раз не монстром, а обычной женщиной – с длинными вьющимися волосами, в чудесном сари и с огромной золотой короной на голове. Рядом с ней стояла прислужница, или фрейлина, или что-то в этом роде, придерживая её накидку.

– Вы должны поклониться ёе величеству царице Пинки! – сказала прислужница, сморщив нос при виде близнецов.

Только что вырвавшиеся из сокровищницы Кийя и Кинджал кое-как поклонились, затаив дыхание.

– Что вы тут делаете, дети? – спросила царица любезно, но твёрдо.

– Ваше величество, кое-что случилось, – сумел произнести Кинджал, пытаясь отдышаться. Если это царица, подумал он, значит, она замужем за их дядей, царём Ронту. Выходит, она их тётя?

– Там, в сокровищнице, что-то, вернее, кто-то есть, – выпалила Кийя.

– Да? – отозвалась царица, и на её губах заиграла лёгкая улыбка.

– Кто-то очень опасный. – Кийя всё ещё тяжело дышала, и её лицо слегка блестело от пота.

– Она пыталась напасть на нашего пакхираджа. – Кинджал указал на Шипучку, которая смотрела на царицу, тяжело дыша, а затем неожиданно перевернулась на спину, как будто хотела, чтобы ей почесали живот.

– По-моему, с ней всё в порядке, – довольно ехидно сказала прислужница.

Царица рассмеялась и наклонилась, чтобы погладить Шипучку. Но, стоило царице приблизиться, Шипучка взвизгнула, вскочила и спряталась за Кией.

– Ты что, глупышка? – рассмеялась царица, но Кинджал сурово взглянул на неё. Он всегда доверял чутью Шипучки.

Царица Пинки резко повернулась к Кинджалу, её глаза стали огромными. Она протянула руку с длинными ногтями и взяла его за подбородок.

– Как вам, храбрые, храбрые дети, удалось сбежать от монстра в сокровищнице?

Кинджал почувствовал, что его лицо заливает краска, а голова затуманивается.

– На самом деле это было очень странно. Я поднял руки, и произошло нечто удиви…

Кийя сильно наступила ему на ногу. Кинджал потряс головой, отступая от царицы. Сестра была права: незачем заставлять царскую особу думать, что они бредят.

Кийя оглянулась на коридор с сокровищницей, откуда они только что вырвались.

– Не знаю, там ли она ещё. Может, нам лучше перебраться в более безопасное место?

– Верно, – сказала царица, кивая. – Очень мудро. Пойдёмте в мои покои.

– А что насчёт этой… твари? – спросил Кинджал.

– А, да, конечно, я немедленно пошлю несколько стражников разведать.

Царица Пинки жестом отправила прислужницу к стражникам и, взмахнув накидкой, позвала двойняшек за собой.

– Сюда, дети! – пропела она, словно ей не было ни до чего дела, будто она не услышала, что в её горе золотых монет купается чудище.

Шипучка не хотела идти и даже немного порычала на близнецов.

– Что на тебя нашло, девочка? – спросила Кийя недовольно, совсем как Ма.

Должно быть, Шипучке она тоже напомнила Ма, потому что собака-пакхирадж опустила голову и последовала за ней, тихо поскуливая. Кинджал выудил из кармана теннисный мяч и протянул псине, но та не взяла его.

По дороге царица повернулась к близнецам.

– Итак, ребята, что привело вас в наш дворец?

– Нам надо задать несколько вопросов о гибели пчёл, – объяснила Кийя.

– О гибели пчёл? – Царица удивлённо подняла брови. – Что ж, это не очень хорошая новость для некоторых из нас здесь, в Запредельном Царстве.

– Да, ваше величество, – согласился Кинджал. – Мы боимся, что новый химикат министра Наку, Гнус-Вон, мог привести к массовому вымиранию пчёл. Наш отец держит в Парсиппани магазин «Садоводство братьев Чампака» и постоянно говорит, что эти химикаты, пестициды, вредят пчёлам.

При этих словах царица остановилась. Она молча застыла посреди коридора, как какой-нибудь школьный чемпион по игре «Замри». Это было так неожиданно, что Кинджал споткнулся, едва не врезавшись ей в спину.

– Магазин вашего отца называется «Садоводство братьев Чампака»? – Царица развернулась и снова схватила Кинджала за подбородок пальцами с острыми ногтями. Боже, ну почему тётушки всегда вот так хватают тебя за подбородок или щёку? – Напомни, как зовут твоего отца, молодой человек?

– Арко! – Слово сорвалось с губ Кинджала, прежде чем он смог остановить себя. Взгляд царицы был настолько властным, что он просто не мог не ответить.

– Вы хотите сказать, что вы дети Арко? – Царица отпустила Кинджала и прижала обе руки ко рту.

Выражение её лица изменилось так сильно, что она казалась совершенно другим человеком. Глаза царицы наполнились сверкающими слезами, она переводила взгляд с Кии на Кинджала и обратно. Затем неожиданно крепко прижала к себе двойняшек. Они чуть не задохнулись, ощущая себя совершенно сбитыми с толку. Наконец царица выпустила их.

– Простите меня. Но мы с вашим отцом были очень дружны.

Кийя и Кинджал потрясённо переглянулись.

– Вы знали нашего Па? – немного скептически спросила Кийя.

– Я познакомилась с ним ещё совсем маленькой, – начала царица. – Когда я впервые встретила вашего отца, Арко, он был одет бедным деревенским школьным учителем. Он давал уроки прямо в лесу и показывал детям алфавит, рисуя его палкой на земле.

Кийя и Кинджал ахнули. Значит, царица действительно знала их отца! Они тысячу раз слышали от Па историю, как он был деревенским учителем!

Они последовали за царицей в красивую мраморную комнату, стены и высокие потолки которой увивали цветущие растения и виноградные лозы. В центре был мраморный фонтан в виде рыбы, повсюду стояли низкие диваны с подушками и чем-то ещё. Вместо нескольких диванов – широкие качели с подушками, прикреплённые длинными верёвками к потолку. В верёвки были вплетены колокольчики и украшения – при движении они звенели.

Царица жестом пригласила их сесть на одну из качелей. Сама села на другую, прямо напротив, улёгшись на бок и подложив под голову длинную подушку. Она велела одним слугам принести манговый сок и закуски, а другим – мягкую подушку и миску с водой для Шипучки. Собака-пакхирадж всё ещё опасалась царицы и посторонилась. Шипучка обошла подушку и с ворчанием села, невежливо повернувшись спиной к Пинки.

– Как вас зовут, дети? – спросила она так нежно, что было очевидно: ей очень нравился их Папа.

Они сказали, и она просияла:

– Значит, вы знаете, кто такой ваш отец? Поэтому вы и пришли?

– На самом деле нет, ваше величество. Мы узнали это, только оказавшись здесь, – сказал Кинджал, облизывая губы от сока манго. Он подумал, не попросить ли ещё стакан. Это было восхитительно.

Кийя, никогда не отличавшаяся скрытностью, отложила недоеденное панипури.

– Не думаю, что раджа Ронту был очень рад услышать, кто наш отец. Он якобы не поверил нам, но я думаю, при нашем появлении он просто занервничал.

– Кийя! – тихо сказал Кинджал, чтобы она замолчала. Если раджа Ронту – муж царицы Пинки, она может, обидеться!

Но Кинджал ошибался – царица весело рассмеялась, запрокинув голову. Диван-качели, на котором она сидела, закачался – от её движения колокольчики зазвенели.

– Неудивительно, что он занервничал, – усмехнулась царица. – Но это как раз потому, что он вам поверил. Вы же знаете, ваш папа, Арко, законный наследник трона.

Ужасная мысль поразила Кинджала.

– Умоляю, скажите, что это не значит, что мы должны занять трон!

Царица Пинки снова рассмеялась, на этот раз слегка печально.

– Хоть это ваше право по рождению, я не думаю, что нынешний раджа допустит нечто подобное.

Близнецы кивнули. Кийя немного поковыряла еду и сказала:

– На самом деле мы здесь, чтобы уговорить министра Наку подумать, как закрыть его фабрики по производству Гнус-Вона, а раджу убедить, что эти химикаты опасны для растений, окружающей среды и пчёл.

– А ещё для пакхираджей, которым для жизни нужен особый медовый нектар этих пчёл, – подхватил Кинджал. – И, конечно, для раккошей, которые хранят в пчёлах свои души.

– Всё так и есть, – серьёзно сказала царица. – Но что могут знать о раккошах два ребёнка из далёкого царства Парсиппани?

– Немного, – признался Кинджал. – Но мы помним, как Па читал нам истории о них из старой книги.

– «Тхакурмар Джули»? – спросила царица. Она деловито очистила апельсин, а затем предложила его двойняшкам. – Ваш отец ещё хранит мою старую книгу?

– Так она ваша, госпожа? – спросил Кинджал с набитым ртом. Он вытащил из кармана «Тхакурмар Джули».

Царица взяла книгу и, не открывая, повертела в руках.

– Да. Подарок твоему отцу. Я украла её из школьной библиотеки, и всё же это подарок.

– Правда? – Кийя слегка нахмурилась. Кинджал видел, как её покоробило, что царица воровала из школьной библиотеки. Кийя не любила нарушать правила.

– Правда, – печально сказала царица Пинки, возвращая книгу.

Она села, деликатно прочистила горло и сменила тему.

– Я решила помочь вам в вашей миссии, дети. Что, если я скажу вам: есть способ остановить уничтожение растений и пчёл, своего рода волшебство, намного более мощное, чем яды министра Наку?

– Думаете, нельзя уговорить раджу перестать использовать химикаты? – спросила Кийя.

– Боюсь, нет. Этот министр отравляет разум раджи так же, как эти химикаты отравляют наше царство.

Царица Пинки прожевала последний кусочек апельсина и потёрла грудную клетку рукой с длинными ногтями, как делала их учительница миссис Скотт, когда её беспокоила изжога.

– Но если вы найдёте один из немногих оставшихся синих цветков чампака и пересадите его на горе в сердце Небесного Царства, возможно, его сила исцелит наши земли.

– На Небесной горе, где пакхираджи хранят свой волшебный пчелиный нектар? – спросил Кинджал.

– Да, на ней, только на самой её вершине. С этой вершины стекает мощный водопад, который впадает во все семь морей и тринадцать рек Запредельного Царства, – объяснила царица. – Если вы сможете посадить там цветок чампака, его волшебство исцелит земли, что орошают эти воды.

– Ну и как нам найти этот волшебный цветок чампака? – нетерпеливо спросила Кийя.

При этих словах лицо царицы поникло.

– В том-то и дело, мои юные друзья. Я понятия не имею.

Голова у Кии была готова взорваться.

– И что нам делать?! – спросила, нет, почти закричала она. – Если вы не знаете, где найти волшебный синий чампака, как мы его добудем?

Царица откусила немного зелёной груши и задумчиво прожевала.

– Ну, я, может, и не знаю, но кое-кто, думаю, вам поможет.

При этих словах Шипучка подняла голову с подушки и слегка зарычала, будто решив, что подруга царицы угрожает двойняшкам.

– Фу, девочка, – проговорила Кийя. – На вот, поиграй с мячиком.

– О, Туни Бхай![5] Туни! – позвала царица, вынимая из зубов недоеденную грушу. – Где ты, дурацкий министр с птичьими мозгами?

К удивлению двойняшек, министр оказался не человеком, а жёлтой птичкой с ярко-красным клювом. Он влетел в комнату и сел на верёвку царских качелей, от чего колокольчики зазвенели, а цветы упали.

– К чему грубость, к чему злость? – защебетал министр-птица по имени Туни. – Ты звала, моя жестокая царица?

– Жестокая царица? Маджар! – сказала Пинки, погладив птицу по голове, пожалуй, сильнее, чем надо. – Мне нужно кое-что с тобой обсудить.

Царица притянула птицу к себе, чтобы поговорить тайком.

Кийя наклонилась к Кинджалу, а тот, прикинув, что хочет спросить сестра, прошептал:

– «Маджар» по-бенгальски значит забавный или чудной.

Сестра раздражённо хлопнула его по руке.

– Я знаю, что значит «маджар» Я хотела спросить: как по-твоему, можно ли ей доверять?

Кинджал отхлебнул из своего стакана с манговым соком, который незаметно для него снова наполнился.

– А почему нет? Из-за слов этой глупой птички?

– Нет. – Кийя прикусила губу – верный признак того, что она глубоко задумалась. – Она тебе никого не напоминает?

– Она дружит с Па. Она даже подарила ему свою книгу. Что с ней не так?

Его сестра была от природы крайне недоверчива. А сок манго такой вкусный!

– Ты прав, это нелогично. – Кийя потрясла головой, как будто освобождаясь от этой мысли. – Я просто становлюсь параноиком. Столько всего с нами случилось!

Но, конечно, теперь, после того, что сказала Кийя, идея запала в голову Кинджала, которому было всё равно, логичны его опасения или нет.

Он стал изучать лицо царицы, занятой разговором с птичьим министром. В ней было что-то очень знакомое.

Однако не успел Кинджал подумать об этом всерьёз, Пинки выпрямилась.

– Министр Туни – новичок при дворе, он только что сменил своего покойного отца, Тото. Но он мудрый и верный министр и знает достаточно, чтобы помочь вам найти синий цветок чампака!

– Я думала, вы не знаете, с чего нам начать, – нахмурилась Кийя.

Шипучка села. Похоже, она тоже сомневалась, но не настолько, чтобы не устроить полный кавардак, вылакав воду из своей миски, а затем плюхнув мячик в оставшуюся жидкость.

– Иногда дорога строится в момент движения, – загадочно сказала царица. – Или полёта, как выйдет.

Раздался стук в дверь, ведущую в коридор; служанка пошла узнать, что случилось. Быстрым шагом она вернулась к царице и что-то зашептала ей на ухо.

Пинки нахмурилась и кивнула служанке, которая поспешила обратно к двери.

Загадочная царица встала, отряхивая руки, как будто закончила разговор.

– Боюсь, вам пора. Мой муж, царь, послал людей на ваши поиски. Я отправила их восвояси, но наверняка они скоро вернутся с подкреплением.

Шипучка взвизгнула, и Кийя с Кинджалом вскочили с качелей.

– Спасибо, ваше величество, – сказал Кинджал, низко поклонившись.

– Да, да, всегда добро пожаловать, – кивнула царица, ведя их к потайной двери, скрытой рисунком в стене. – Давайте сюда, так безопаснее. Тунтуни поможет вам найти дорогу в конюшни.

– Спасибо вам, – сказала Кийя. – Мы сделаем всё, что в наших силах.

Царица попыталась вручить Кинджалу горящий факел.

– У нас с собой фонарик, – похвасталась Кийя, доставая его из кармана.

Увидев скептический взгляд царицы, Кинджал объяснил:

– Это как волшебный огонь, выходящий из коробки.

– Я объясню, как это работает, – начала Кийя. – Видите, здесь батарейка…

– Волшебный огонь из коробки. Увлекательно и дальновидно, надо признать, – подгоняла их царица. – Я сказала, что царь скоро отправит в погоню здоровенных стражников? Очень больших стражников с большими острыми мечами.

Кинджал и Кийя пошли за маленькой жёлтой птичкой в узкий потайной коридор. Когда царица закрыла за ними дверь, наступила кромешная тьма; путь отмечали редкие факелы. А вообще в тоннеле было темно. Очень, очень темно.

Кинджал сглотнул. Он действительно не любил мрак. Пот начал стекать по шее. Почувствовав его страх, Шипучка потёрлась о него, и Кинджал запустил пальцы в её шерсть.

– Ты в порядке? – прошептала Кийя, касаясь его свободной рукой – в другой она держала фонарик.

– Конечно, – пробормотал Кинджал. – В полном.

Что до птицы-министра Туни, он явно веселился в этом странном тёмном тоннеле.

– Мой друг Рой хотел прорыть подземный тоннель— знаете, что я ему сказал?

– Нет, что? – ответила Кийя.

– Рой! – засмеялся Туни. – Поняли? Рой!

– Может, не стоит так громко смеяться, – проворчал Кинджал. – Разве царица не сказала, что нас ищут стражники царя Ронту? А что, если они услышат нас?

– Ну мы сейчас слишком глубоко под землёй, чтобы нас кто-нибудь услышал! – весело сказал маленький министр. – Даже если мы будем орать!

– Приятно слышать. – Кинджал почувствовал, как пот по его лицу потёк ещё сильнее.

– Эй, маленький пакхирадж, – весело сказал Туни. Шипучка навострила уши. – Хочешь услышать мой совет летающим лошадям?

Шипучка покивала головой, высунув язык.

– Не летай где попало, а то опять попадёт. – Туни перевернулся в полёте, держась за жёлтый живот. – Поняли? А то опять попадёт!

Шипучка смущённо заскулила, но Кийя погладила её по голове.

– Мы поняли, – сказала она. – Остроумно.

– Сколько нам ещё идти по этому тоннелю? – спросил Кинджал, нервы которого были на пределе.

– Уже недолго осталось! – прощебетал Туни, когда они оказались у развилки. Он приземлился на широкую голову Шипучки и упёр подбородок в крыло, как будто глубоко задумался. – Куда же свернуть, чтобы добраться до конюшен, – налево или направо?

– Ты не знаешь, как отсюда выбраться? – Кинджал вытер со лба пот тыльной стороной ладони.

– Нет, нет, я помню. – Туни начал бормотать сам себе. – Какой там был стишок? То ли «послушай деву, иди налево»? То ли «шагай браво всегда направо»?

– Что ж, это обнадёживает, – проворчала Кийя.

– Да что ты? – Кинджал глубоко вдыхал и выдыхал, чтобы успокоиться, как учил Папа, но это не помогало.

В этот момент Шипучка взвизгнула и уверенно рванула вправо. Тунтуни, сидевший у неё на голове, взлетел, чтобы не упасть.

– Стой! – пронзительно закричал он.

– Мы пойдём за нашей собакой, – сказал Кинджал. – Э-э, за пакхираджем.

– Ну, разумеется! – сказал Туни. – Я же сказал: шагай браво всегда направо!

Кийя тихонько фыркнула, и, не бойся Кинджал темноты, он бы тоже рассмеялся.

Вскоре они уже поднимались, как будто возвращались из земных недр. Через несколько минут взгляду открылся дверной проём, из которого лился солнечный свет. И вот, слава богу, они уже снаружи, на солнце!

– Я же говорил, что доставлю вас в целости и сохранности! – хвастливо пропищала птица.

Шипучка коротко гавкнула, щёлкнув на неё зубами. Туни обиженно чирикнул.

Кинджал огляделся, его желудок сделал сальто.

– Мы все ещё на дворцовой территории. Не думаю, что надо стоять и ждать, пока нас схватит стража.

– Найдём Снежка и Раата и уберёмся отсюда! – согласилась сестра.

В нескольких дюймах от уха Кинджала раздалось жужжание. Он инстинктивно подпрыгнул и смахнул огромную золотую пчелу, сидевшую прямо у него на плече!

– А-а-а-а! – заорал он, прыгая вокруг и размахивая руками.

– Стой, а то убьёшь её ненароком! – предупредила Кийя, осторожно протягивая руки. К удивлению всех, огромная пушистая пчела залетела к ней в руки и просто села, размахивая золотистыми крыльями. – Мы ведь здесь, чтобы спасти пчёл!

– Не ты ли дома орала при виде такой пчелы? – заметил Кинджал, чувствуя себя глуповато из-за своего крика.

– Это я за Лолу боялась! – огрызнулась Кийя, разводя руки и отпуская пчелу.

– И все же это было глупо, – возразил Кинджал. Шипучка взволнованно залаяла, как будто соглашаясь.

– Эй, дети, думаю, сейчас не время беспокоиться о какой-то пчеле! – сказал Туни, низко кружа над их головами.

– Как можно так говорить? – раздражённо спросила Кийя. – Ты забыл, что всё связано со всем?

Шипучка снова залаяла, на этот раз громче, и тоже начала кружить вокруг них.

– Кстати! – Кинджал повернулся к министру: – Будучи птицей, ты бы должен испытывать больше симпатии к насекомым!

– Да я вообще не об этом! – Туни махнул жёлтым крылом. – Эти стражники вот-вот сделают из нас фарш, если мы не поспешим и не найдём ваших друзей, летающих коней, – так что бегом!

– Стражники?! – одновременно закричали Кийя и Кинджал, обернувшись, и увидели дюжину устрашающего вида воинов с кривыми мечами, бегущих к ним по ярко-зелёным дворцовым лужайкам. Они были ещё далеко, но быстро приближались.

Со стороны конюшни донёсся стук копыт.

– Пора улетать, друзья мои! – крикнул Снежок, и Кийя с разбегу запрыгнула ему на спину.

– Давай, копуша, – поторопил Раат.

Кинджал с Туни на плече подбежал и вскочил на своего друга пакхираджа.

А затем вместе с верной Шипучкой они взмыли в небо и улетели прочь, как раз вовремя. На земле стражники кричали, требуя спуститься и ругаясь так грубо, что позволь себе близнецы нечто подобное в присутствии Ма – получили бы по шапке.

– Ещё не вечер, до скорой встречи! – Кинджал не смог удержаться от смеха в облегчении.

Его сестра, Туни и все три пакхираджа рассмеялись вместе с ним.

– Кто-нибудь знает, куда мы направляемся? – спросил Раат, когда дворец остался позади.

– Пожалуй, нет, – неохотно ответил Кинджал.

– Неверно, неверно, – прощебетал Туни у него на плече. – Мы летим в Школу убийств и беспредела Гхататкач!

– Куда? – Голос Кии был резким. – Не думаю, что родители позволили бы нам отправиться в такое место.

– На самом деле это место очень важно для вашей семьи! – сказала жёлтая птица. – По причинам, о которых мне запрещено вам говорить!

– Что это значит? – Казалось, в воздухе витали секреты, и Кинджалу это не нравилось.

– Она закрыта, но когда-то была самой престижной Академией раккошей в Царстве за семью морями и тринадцатью реками! – сказал Снежок.

– Да, самое место для тех, кто бьёт струями воды и сотрясает целые залы! – пронзительно закричал Тунтуни.

– Откуда ты знаешь? – Кинджал спросил птицу-министра, сидевшего у него на плече. – Это было в сокровищнице, во время борьбы с этой…

– Раккошей? – не слишком уверенно закончила за него Кийя.

Кинджал взглянул на сестру:

– Ты думаешь, она из них?

– Судя по картинкам в «Тхакурмар Джули», похоже, что так. – Косы Кии развевались у неё за спиной. – А как ещё она могла внушить, что мы можем пускать воду или сотрясать комнату? Просто она прибегла к собственным силам.

– Но зачем ей это делать? – растерялся Кинджал. – Ведь в результате мы не дали ей напасть на Шипучку. Зачем было помогать нам победить её?

Прежде чем его сестра успела ответить, Раат перебил её вопросом.

– Вы сражались с раккошей во дворцовой сокровищнице?

– Она была довольно жуткой, – признался Кинджал.

– Помни, как и пакхираджи, или люди, все раккоши разные, – мягко заметил Снежок. – Если кто-то из них напал на тебя во дворце, это ещё не значит, что все раккоши такие.

– Ведь даже эта раккоша, возможно, не хотела причинить вам вреда! – Тунтуни пытался вести себя непринуждённо, подпиливая свои несуществующие ногти несуществующей пилочкой. – Раз уж она действительно заставила вас думать, что вы способны на подобное волшебство и победили её…

Кинджал задумался над словами Туни.

– Пожалуй, да, – наконец сказал он.

– Но, Туни, ты так и не ответил, как узнал о том, что произошло в сокровищнице, – заметила Кийя.

Шипучка резко заржала в знак согласия.

– Эй, а знаете, как избавиться от корней в старом горшке? – защебетала птичка, и её глазки-бусинки засияли весельем.

– Не знаю. И как? – тряхнул гривой Снежок.

– Нужно возвести его в квадрат! – крикнул Туни, смеясь собственной неудачной шутке.

– Перестань, Тунтуни, не меняй тему! – пожурила его Кийя.

Но птица явно была в ударе.

– Вы знали, что помидор – ягода?

– Ягода?! – крикнул Кинджал.

– Вы сейчас о чём вообще? – фыркнул Раат.

– Получается кетчуп – это варенье? – предположил Кинджал.

– Неплохо, – подбодрил его Снежок, а Шипучка радостно тявкнула.

– Хватит уже! – раздражённо крикнула Кийя. – Может, вернёмся к моему вопросу?

– Вы слышали о цветке, который хотел пригласить на свидание другой цветок? – повторил Туни как ни в чём не бывало. – Их свидание закончилось побегом!

Кинджал не смог удержаться от смеха, хотя его сестра была разъярена.

– Смотрите! – Снежок махнул крылом, когда они начали снижаться. – Вот она! Школа Гхататкача.

– Может, ты и отвлекла моего брата своими шутками, птичка, но я никогда не забываю ни головоломок, ни задач, – строго сказала Кийя. – Я собираюсь выяснить, что ты задумала.

Туни нервно защебетал, захихикал и от волнения выпустил несколько жёлтых хвостовых перьев.

Они приземлились перед красивым зданием, окружённым разросшимися деревьями. Место это, хоть и пришло в упадок, сохранило печать былого величия. Если прищуриться и напрячь воображение, можно представить себе, как повсюду бродят учащиеся. В садах извивались дорожки, тут и там стояли скамейки, а стрелки указателей объясняли, как пройти к общежитиям, классным комнатам и каким-то лабораториям потрошения.

– Можно узнать, что это такое? – спросил Кинджал Раата.

Конь тряхнул гривой.

– Определенно, нет.

– По деревьям видно, что когда-то здесь были классы под открытым небом, – сказала Кийя, показывая на скопление толстых стволов, что росли низко, как скамейки, вокруг центральной поляны.

– На самом деле это одно дерево, – объяснила Снежок. – Баньяны растут именно так. Одно дерево может выглядеть как сотня!

– Смотрите, как странно. – Кинджал указал на несколько старых, потрёпанных хоругвей, висевших вокруг класса в саду.

На одной, с нарисованной горой, было написано «клан земли», а на другой, с волной, было написано «клан воды». Там были также хоругви клана огня и клана воздуха. От одного взгляда на эти слова у Кинджала забурчало в животе. Ведь тварь в сокровищнице назвала его с Кией кланом воды и земли!

– Интересно, как это выглядело, когда академия работала, каково было состоять в одном из этих кланов, – размышляла Кийя.

Кинджал представил себе учеников с рогами и когтями, клыками и крыльями, толпящихся вокруг. Интересно, ненавидели ли юные раккоши, как и школьники-люди, делать домашнюю работу и любили ли они дурачиться с друзьями после занятий. Он представил себе компанию юных монстров, которые шутят, смеются, поддразнивают, сплетничают и даже немного читают или мечтают наяву. Он подумал, так ли отличаются друг от друга школьники из любого измерения, независимо от вида.

– В центре Академии убийства и членовредительства имени Гхатоткачи когда-то росло прекрасное дерево чампака, – сказал Раат, когда они пробирались сквозь извилистые, разросшиеся ветви и стволы баньяна.

А вот и оно – прекрасное дерево чампака, усыпанное синими цветами, которые танцевали, как живые. Сердце Кинджала учащённо забилось от волнения. Синий цветок чампака, который им надо посадить в Небесном Царстве! Задача решена! Но когда он протянул руку сорвать цветок, тот исчез, а пышно цветущее дерево превратилось в кучу высохших веточек. Это была всего лишь иллюзия – но какая реальная!

– К сожалению, по легенде, последнее дерево чампака погибло в день, когда взошла на трон последняя Царица демонов, – сказал Снежок.

– Что случилось? – спросила Кийя.

– Ну, это длинная история, но если вкратце, то цветы чампака превратились в бабочек и унесли Змеиного царя Шешу в Подводное царство змей, – сказал Раат. – Я надеялся, что хотя бы часть дерева жива, но…

– Очевидно, нет. – Кийя дотронулась до осыпающихся веток и сухих прутиков. Под её руками они рассыпались в пыль.

– Но пересадка цветка чампака на Небесную гору – наша единственная надежда! Царица Пинки сказала, что волшебство цветка исцелит все земли в Царстве и за его пределами! – Кинджалу стало казаться, что всё безнадежно.

– И непохоже, что мы сможем убедить царя Ронту или министра Наку перестать выпускать на своих фабриках опасные яды, – вздохнула Кийя.

– Значит, наши поиски провалились. Царица сказала, что мы найдём все ответы в Академии имени Гхатоткачи, но тут только это мерзкое мёртвое дерево! – Туни начал драматично причитать.

– Что нам теперь делать? – спросил Кинджал летающих коней, не обращая внимания на рыдания птицы у себя на плече.

Снежок и Раат выглядели озадаченно. Но тут Шипучка начала лаять и прыгать на карман Кии.

– В чём дело, девочка? Чего ты хочешь? – спросила Кийя.

У Шипучки во рту оказалось перо принцессы Пакхирадж.

– Ни за что! Принцесса велела нам приберечь его на крайний случай! – Кийя попыталась выхватить волшебный предмет изо рта Шипучки.

– Это и есть крайний случай! Как мы узнаем без пера, где растёт дерево чампака и осталось ли оно вообще в царстве? – настаивал Кинджал.

– Ну а если перо скажет нам, что в царстве нет живого дерева чампака? – возразила Кийя. – Мы обратимся к перу, когда вернёмся и допросим царя Ронту и министра Наку.

– Ты думаешь, они позволят нам допросить их? – парировал Кинджал. – В последний раз они натравили на нас своих стражников.

– И вообще, мы и без волшебного пера знаем, что эти парни врут, – пробормотал Тунтуни.

– По словам принцессы, перья нужно использовать, если мы хотим узнать правду, – настаивала Кийя. – Не в тех случаях, когда мы просто чего-то не понимаем.

– Это «чего-то» – довольно важное! – Кинджал помахал пером перед своей сестрой. – Нам нужно знать, есть ли где-то в Небесном Царстве цветущее дерево чампака, или вся эта затея провалится!

– Я просто… – начала она.

Кинджал устал спорить с сестрой. Особенно если учесть, что на этот раз логика отказала именно ей. Он поднял перо.

– Волшебное перо, где найти цветок чампака?

– Нет! – закричала Кийя, пытаясь выхватить у него перо.

Но было поздно, потому что в воздухе возникло изображение глубокого синего озера с множеством ступеней, уходящих под воду.

– Подводное царство змей! – сказал Раат испуганно.

– Нам обязательно туда идти? – спросил Снежок.

– Обязательно, – мрачно подтвердил Кинджал, и перо принцессы Пакхирадж рассыпалось в его руках.

– Теперь из-за тебя у нас только одно волшебное перо! – закричала Кийя.

Кинджал в отчаянии стиснул зубы.

– Плана получше от тебя я так и не услышал!

– Тихо, тихо, – успокаивающе сказал Снежок, но двойняшки его проигнорировали.

Кийя скрестила руки на груди и упрямо отвернулась.

– Я бы что-нибудь придумала.

– Сомневаюсь, – топнул ногой Кинджал.

Шипучка легла и заскулила, закрыв морду передними лапами.

Раат прочистил горло.

– Иногда, когда мы со Снежком не ладим… – начал он, но Кийя перебила его.

– Что ж ты вечно такой импульсивный! – Кийя выглядела так, словно вот-вот отвесит брату хороший пинок. – Нет, чтобы остановиться и подумать!

– Похоже, они нас не слушают, – заметил Снежок.

– Точно, – фыркнул Раат.

– У них, должно быть, очень терпеливые родители, – продолжил Снежок.

– Или у них сильно ухудшился слух с последнего раза, как мы их видели, – пробормотал Раат.

Но двойняшки были слишком поглощены спором, чтобы обратить внимание на слова коней.

– Да что ты?! Это я никогда ничего не обдумываю?! – завопил Кинджал, как будто ни один из коней не произнёс ни слова. – По крайней мере, благодаря мне мы знаем, что делать дальше!

– Эй, знаешь, что говорят про тех, кто обижается без причины? – спросил Туни, нервно взмахивая крыльями. – На обиженных воду возят!

Но двойняшки вели себя так, будто птица ничего не говорила, – это было нетрудно, потому что они бросались друг в друга словами так, словно у каждого на лице была мишень.

– Ты всегда всё портишь! – злилась Кийя.

– Ты всё о своём научном проекте?! – закричал Кинджал. – Я же извинился!

– Я о пере! – огрызнулась Кийя.

– Ты просто не можешь признать, что у меня хватило ума воспользоваться им!– прорычал Кинджал.– Я ведь такой безнадёжный неудачник, такой монстр хаоса, мне нельзя доверить решение никаких проблем, верно? Это дело идеальной Кийи, леди Логики, всеобщей любимицы!

– Это неправда! – сказала Кийя, хотя уже немного тише. – Ты правда считаешь, что я так о тебе думаю?

– А что не так? – потребовал ответа Кинджал, стряхивая пыль с оставшегося пера. – Вот скажи, ты умрёшь, если признаешь, что я был прав, спросив перо? Как бы ещё мы узнали, куда идти?

Кийя открыла рот и снова закрыла, не найдя слов. Кинджал глубоко вздохнул, как будто хотел ещё кое-что сказать сестре, но первым нарушил молчание Тунтуни.

– Хватит! – заявила птица, выпятив жёлтую грудь. – Прекратите ругаться! Это ставит нашу миссию под угрозу!

– Да, хватит ссориться, жеребята! – хрипло сказал Раат.

– Пора уходить отсюда и отправляться в Подводное царство змей! – подвёл итог Снежок, а Шипучка согласно залаяла и несколько раз подпрыгнула.

– Но, прежде чем мы уйдём, у меня есть вопрос. – Кийя повернулась к пакхираджам: – Мы ищем волшебное дерево чампака, верно?

– Ну да, – подтвердил Раат.

– Но тогда не может быть совпадением, что магазин нашего Па называется «Садоводство братьев Чампака»? – Кийя упёрла руки в бока с торжествующим видом.

Кинджал щёлкнул пальцами.

– Кийя права! В большинстве историй, что я читал, такой штуки, как совпадения, не бывало!

Туни, Раат и Снежок переглянулись. Шипучка снова заскулила.

Птица-министр взлетела на высокую ветку баньяна и откашлялась.

– Правда в том, дети, что ваш отец и все его братья-принцы много лет находились под заклятием. В человеческом обличье они пребывали только ночью, а днём были обречены становиться семью цветами чампака, поэтому их называли Семью братьями Чампака.

– Что? – Кинджал был поражён. – Почему вы не сказали раньше?

– Ну, вы, собственно говоря, не спрашивали, – начал Снежок.

– Вот именно, – согласился Раат.

– Да ладно! – сказала Кийя. – Вам не приходило в голову, что нам важно это знать?

– Да, – добавил Кинджал, – и кто вообще наложил на них заклятие?

Туни, Раат и Снежок снова нервно переглянулись.

– Вот почему мы не хотели вам говорить, – сказал Снежок. – А теперь особенно.

– Почему? – Кийя поправила очки на носу. – Я не понимаю.

– Дело в том, что, по всей вероятности, ответственность за это ужасное заклятие, обрушившееся на вашего отца и его семью, несёт… – начал Раат.

– Змеиный царь Шеша! – выпалил Туни.

– Постойте, это тот парень, к которому мы собираемся идти? – шумно выдохнул Кинджал. – Парень, у которого растёт последнее волшебное дерево чампака с нужным нам цветком?

– Ага, тот самый, – подтвердил Туни.

Шипучка прыжками носилась по узкому кругу, словно эта новость тоже заставила её занервничать.

– Ладно, кто готов? – спросил Кинджал с лёгким сарказмом. – Кто готов встретиться с парнем, который наложил заклятие на нашего отца?

– Ну, мы, конечно! – невозмутимо сказала Кийя. – Ура! Пойдём посмотрим на злую змеюку, владеющую заклятиями!

Кинджал не смог удержаться от усмешки. Их ссора с сестрой явно будет иметь продолжение, но по крайней мере сейчас можно рассчитывать на временное перемирие.

– О, у тебя гораздо более серьёзная причина ненавидеть Шешу! – прощебетал Туни.

– В смысле? – спросил Кинджал.

– Более серьёзная причина для ненависти, чем заклятие, которое он наложил на нашего отца? – уточнила Кийя.

Снежок и Раат покачали головами, глядя на Туни, а Шипучка дико залаяла.

Но Тунтуни не обратил на них внимания.

– О да! Шеша отправил твою родню в мультивселенную через волшебную кротовую нору в наказание за мятеж. И ваш Па, Арко, отправился спасти их! По вине Шеши ваша семья была изгнана, а вы оба понятия не имели о своём происхождении!

Кийя и Кинджал уставились на него. Этот Шеша, оказывается, страшный злодей. И куда они направляются? Правильно, прямо к нему.

Вход в Подводное царство змей оказался довольно симпатичным. Кинджал не знал, как должны выглядеть владения царей-негодяев, но явно ожидал чего-то другого. Тихое невозмутимое озеро окружали высокие деревья, на которых пели птицы. Дул приятный ветерок, и солнце мягко отражалось от воды, попадая в глаза. Он даже разглядел белок, прыгающих с ветки на ветку, и семейство оленей, пасущееся в далёком лесу.

– Я представлял себе это как-то иначе, – признался Кинджал.

Кийя кивнула:

– Я думала, будет более жутко, с колючей проволокой вокруг или чем-то в этом роде.

– С кучей мёртвых роботов, может быть, зомби, – добавил Кинджал.

– Больше зомби, определённо, – рассмеялась Кийя.

– Эй, вы слышали историю расстроенной змеи? – пронзительно спросил Туни.

– Нет, – азартно сказал Кинджал, – я не слышал о расстроенной змее.

– О, очень жаль, – засмеялся Туни. – Потому что у неё была исссстерика!

Близнецы застонали, Шипучка заржала, а оба летающих коня изо всех сил пытались не рассмеяться.

– Так как же нам попасть под воду, в Змеиное царство? – Двойняшки уставились на озеро, где не было никакого подобия ступенек, как в видении, которое показало им перо.

Кийя нарисовала озеро, поднося к глазам изжёванный карандаш, чтобы уточнить пропорции. Наконец она подняла глаза:

– Нам придётся использовать последнее перо.

Кинджал повернулся к ней:

– Минутку, разве не ты набросилась на меня за то, что я использовал первое?

– Но ты был прав. – Сестра постучала карандашом по щеке. – Без этого мы бы ни за что не узнали, куда идти.

Честно говоря, Кинджалу было приятно слышать, что сестра признала его правоту.

– Ты серьёзно?

– Я серьёзно. – Кийя убрала блокнот в карман. – И мне жаль, если из-за меня ты чувствуешь, что всё делаешь неправильно. Я этого не хотела.

Кинджал кивнул, улыбаясь в ответ на её извинения. Затем он вытащил из кармана последнее перо.

– Сделаем это вместе?

Кийя кивнула и положила свою руку на его.

– Вместе, – согласилась она.

Пока они разговаривали, три пакхираджа переминались, нервно ковыряя землю. Кинджал решил, что им не нравится слушать их ссоры. Он знал, что Шипучке это точно не по вкусу. Но теперь, когда они с Кийей глубоко вздохнули, собираясь с духом, чтобы попросить последнее волшебное перо помочь им спуститься в Царство змей, именно Тунтуни остановил их.

– Стойте! – заверещала маленькая жёлтая птичка прямо им в лицо. – Перестаньте! Прекратите! Стоп! Я не могу позволить им это, ребята! Я просто не могу!

– Будьте добры, не вмешивайтесь в то, чего не понимаете, министр-птица, – сказал вороной пакхирадж, топнул копытом и тряхнул гривой.

– Мы обещали принцессе сохранить тайну! – сказал Снежок. – Мы не можем нарушить обещание, данное нашему вождю!

Кийя нахмурилась, переводя взгляд с Туни на друзей – летающих коней:

– Какое обещание? Какая тайна?

– О чём вы говорите? – потребовал ответа Кинджал, всё ещё с пером в руке.

Снежок и Раат вдруг очень заинтересовались какими-то облаками, проплывающими над головой. Шипучка, опустив крылья и голову, притворилась спящей. Она даже громко, но неубедительно всхрапнула.

Кийя упёрла руки в бока, постукивая ногой, как иногда делала Ма, сердясь на двойняшек.

– Кто скажет нам, в чём дело? Раат? Снежок?

Два пакхираджа отвели глаза, притворившись, что не слышат Кийю. Тогда она повернулась к птице:

– Туни, ты сказал, что не позволишь нам сделать это. В чём дело?

Лёгкий ветерок пронёсся в кронах деревьев на берегу озера – и листья зашелестели. Шум заглушил слова жёлтой птицы.

– Придётся повторить, – сказал Кинджал. – Мы не расслышали.

– Я не могу позволить вам потратить впустую последнее волшебное перо, – торопливо сказал Туни. – Кто знает, когда оно вам понадобится. В конце концов, вам придётся украсть цветок чампака у Шеши, царя змей. Не думаю, что он с радостью отдаст его без боя. Вам следует пока приберечь последнее перо.

– Да, но как без помощи пера мы попадём в Змеиное царство? – возразил Кинджал.

– Если только нет другого способа. – У Кийи, всегда быстрее соображавшей, было такое выражение лица, будто она решала головоломку. – Ты чего-то не договариваешь? Есть секретный способ спуститься под воду?

Птица и пакхираджи с сомнением посмотрели друг на друга.

– Вроде того, – наконец признался Снежок.

– Вроде того? – переспросил Кинджал.

Раат кивнул,

– Вроде того, – подтвердил он.

– А нельзя ли немного яснее? – спросил Кинджал.

– Что значит «вроде того»? Туни, почему ты не дал нам использовать волшебное перо? В чём дело?

Птица отлетела за пределы досягаемости коней и села на плечо Кинджала.

– Вам, двойняшкам, придётся раздвинуть воды, – как ни в чём не бывало сказала она. – Без помощи пера. Самостоятельно. Вам двоим. Вместе. Без чьей-либо помощи…

– Ладно, хватит синонимов, – перебил Кинджал, не дав Туни придумать ещё один способ сказать то же самое другими словами.

– Но как нам раздвинуть воды без волшебного пера?! – воскликнула Кийя. – Непонятно! Да что там, невозможно!

Раат предупреждающе заржал, а Снежок топнул, взмахнув хвостом. Шипучка перевернулась на спину, чтобы её погладили по животу.

– Вам придётся открыть проход в Подводное царство точно так же, как вы сражались с раккошей в сокровищнице, – наконец объяснил Тунтуни. – Вашими силами земли и воды.

– Но раккоша просто одурачила нас, заставив поверить, что мы волшебники. – Кийя глядела широко раскрытыми и неверящими глазами.

Кинджал поднял руки:

– Слушайте, я понятия не имею, как мне удалось пускать воду из рук.

– И я понятия не имею, как заставила землю трястись! – сказала Кийя. – Это всё она, а не мы. Мы не сможем такое повторить.

Раат тряхнул гривой и решился. Он подошёл к Тунтуни и глубоким лошадиным гулом зарокотал что-то прямо в ухо птице. Однако он говорил так тихо, что близнецы ничего не разобрали. Но, по-видимому, жёлтая птица всё поняла.

– Угу,– сказал Туни.– Ладно, правильно! Понял. Абсолютно. Да! Capisce[6].

Раат продолжил говорить, фыркая и притопывая передним копытом, как будто объяснял что-то сложное.

– Да, да,– защебетала жёлтая птичка.– Конечно. Comprendo[7].

Теперь к ним присоединился Снежок; он ржал и встряхивал гривой, словно давая Туни новые указания.

– Oui. Sehr gut. Конечно. Ekdum![8] – согласился Туни, описывая сложные круги.

Наконец кони успокоились.

– Ну и что всё это значило? – полюбопытствовала Кийя.

Тунтуни моргнул:

– Откуда мне знать? Я не понимаю пакхираджский.

Снежок и Раат в раздражении топнули. Шипучка зарычала; казалось, она сейчас вскочит и съест Туни. Птица в испуге отпрянула.

– Шучу! Шучу! – сказал Тунтуни, выставляя крылья перед собой, словно сдаваясь.

– Так как же нам раздвинуть воды? – спросил Кинджал, скрестив руки на груди. – И, если Снежок и Раат знают ответ на этот вопрос, почему они не могут взять и сказать нам прямо?

Кийя бросила взгляд на своих друзей-коней.

– Потому что они обещали принцессе Пакхирадж не рассказывать нам что-то. Что-то секретное. И поэтому они говорят с нами не напрямую, а через Туни.

Кинджал перевёл взгляд с сестры на вороного и белого коней, впечатлённый:

– Отличный ход. Профессиональная детская уловка для выхода из сложной ситуации.

Раат и Снежок фыркнули. Похоже, они не восприняли комментарии Кинджала как комплимент.

– Итак, согласно моим, э-э, анонимным источникам, сначала ты, Кийя, должна положить руки у кромки воды, чтобы земля затряслась, – сказал Туни.

– Знаем мы, кто твои анонимные источники, – отозвался Кинджал.

– Как бы то ни было, это нелепо, ничего не выйдет. – Кийя опустилась на колени и положила ладони плашмя на берег. Конечно, ничего не произошло.

Снежок бочком подошёл к Тунтуни и пробормотал ему на ухо что-то ещё. Туни кивнул.

– Теперь, Кинджал, встань рядом с сестрой и раздели воды озера!

– Как? – Кинджал театрально развёл руками, затем слегка потряс ими. – Неприятно говорить, но ничего не происходит!

– Ничего не происходит! – сказал Тунтуни Раату и Снежку, словно он был переводчиком двойняшек.

Раат сердито выдохнул пар, снова бормоча что-то на ухо Туни – то ли давал новые указания, то ли впрямь был раздражён. А может быть, он и впрямь давал указания и действительно был раздражён… Как бы то ни было, Туни смущённо повернулся к двойняшкам.

– О, простите, я забыл сказать самое главное: мне надо произнести несколько волшебных слов, – сказал Туни, глядя как-то странно.

– Действительно, глупо думать, что у вас могут быть такие силы! – Раат топнул передними копытами, немного вздыбившись. – Обычные, заурядные, неволшебные люди – вот вы кто!

Кийя и Кинджал обменялись встревоженными взглядами. Почему их друзья-пакхираджи ведут себя так странно?

– Итак? – спросила Кийя. – Вы будете произносить волшебные слова, министр Туни, или нет?

Тунтуни выглядел таким удивлённым, будто забыл, что сам предложил всю эту историю с волшебными словами.

– Ах, да! Правильно! Волшебные слова! Конечно! – пролепетала птица. – Хм, абракадабра и фокус-покус! Каламазу, бинг-банг-бонг и холо холо дар!

Кинджал поднял брови, глядя на Кийю, и она ответила ему не менее выразительным взглядом. Оба они старались не рассмеяться.

– Мне неприятно говорить тебе, птичка, но даже твои волшебные слова ничего не изменили.

Шипучка заскулила, и тут Раат сказал:

– Вы должны верить, что можете это сделать.

– Да! Правильно! Именно! – вмешался Снежок. – Волшебные слова не сработают, если вы не поверите в их силу.

Раат и Снежок и правда вели себя странно, но в их словах был смысл. Кинджал вспомнил прочитанные им книги фэнтези, где избранных действительно должно переполнять вдохновение, страсть или отчаяние, чтобы у них появились волшебные силы.

– Ладно, – сказал он Кийе, – давай подумаем, как отчаянно мы хотим заполучить дерево чампака и спасти пчёл, пакхираджей и раккошей.

– Всё связано со всем, – согласилась Кийя, крепче упираясь руками в землю.

Кинджал подумал, как волшебство Туни поможет разделить воды озера, вытянул руки перед собой и крепко зажмурился.

И это произошло. Вода влажно заплескалась – и поверхность озера начала расступаться. Затем воздух наполнился вихрями грязи и почвы – это Кийя сотрясала землю, – пока не открылись немыслимо огромные лестницы, ведущие в Подводное царство.

– Хорошая работа, Туни! – сказала Кийя. – Не знаю, зачем тебе понадобилась наша помощь, но твоё волшебство сработало.

– Давайте! – Кинджал жестом подозвал всех друзей: – Пошли!

Шипучка и Туни легко спустились по лестнице. А вот Снежку и Раату пришлось плотно обернуть себя крыльями и осторожно следовать за Кией и Кинджалом. Они с трудом помещались на ступенях, но о том, чтобы спускаться без них, не было и речи.

– Для вас одних, жеребята, это слишком опасно, – сказал Снежок.

– Это слишком опасно для вас, жеребята, – и точка, – сварливо добавил Раат.

– Вы не знаете, каков этот Шеша – в сравнении с ним раккоша, которая вам встретилась, просто бабушка, готовящая мишти[9], – пробормотал Снежок.

– Ладно, – жизнерадостно сказала Кийя, – будем надеяться, что мы найдём дерево чампака и выберемся отсюда, не встретившись с ним.

Раат фыркнул:

– Надежда – это штука с перьями.

– В смысле? – Кинджал в замешательстве повернулся к другу.

– Не бери в голову, – тряхнул гривой Раат.

Лестница в Подводное царство змей была тёмной и скользкой. Один неверный шаг – и два гигантских коня столкнули бы остальных вниз. Фонарик включить двойняшки побоялись, и дорогу им освещал только жуткий, потусторонний свет, исходивший от пола пещеры.

– Это, должно быть, что-то вроде люминесцентных водорослей, – прошептала Кийя. Заметив выражение лица своего брата, она взяла его за руку: – Не бойся.

– С чего бы ему бояться? Он всего лишь проник в страну мстительного Царя змей, чтобы украсть волшебный цветок чампака. Никакой опасности. Не трусь, чувак – И Туни в страхе уронил несколько жёлтых перьев из хвоста.

Снежок тихо фыркнул, а Раат неодобрительно уставился на Туни своими огромными лошадиными глазами.

– Ладно, ладно! – пробормотала маленькая жёлтая птица. – Не смотри на меня сердитым конём! Я схожу с ума!

Когда они наконец добрались до подножия лестницы, Кинджал прошептал:

– Как мы будем искать это дерево чампака?

Вдруг Шипучка залаяла, громко и пронзительно, словно боялась. Её голос резким эхом разнёсся по пещере.

– Тихо, девочка! Из-за тебя нас схватят! – прошипела Кийя. – Каждая змея узнает, что мы здесь!

Шипучка заскулила, будто извиняясь, но по её широко раскрытым глазам и прижатому хвосту Кинджал понял, как она напугана.

На мгновение воцарилась тишина, а затем из темноты прогремело:

– Поздно ссссоблюдать тишину, вы, грязные жители верха, – произнёс жестокий и звучный голос. – Вам никогда не выбраться отссссюда живыми.

Кинджал посмотрел вверх, с трудом веря своим глазам. Над ними навис гигантский зелёный змей, головой упираясь в потолок пещеры. Стоп, не так. Не одной головой, а семью свирепыми головами с кучей острых зубов и с семью высунутыми раздвоёнными языками!

Раат и Снежок действовали быстро. Кинджал даже не думал, что такое возможно.

Они бросились на семиглавого змея, вращая глазами и сверкая зубами. Их крылья были остры, как мечи, а копыта застучали сперва по одной змеиной голове, а потом по другой. Даже маленькая Шипучка попыталась присоединиться к коням, но скоро стало ясно, что сверхъестественный змей слишком силён даже для трёх (двух с половиной?) верных пакхираджей. С ужасной зелёной волшебной вспышкой змей поймал в свои страшные кольца сперва Раата, затем Снежка и, наконец, Шипучку. Пакхираджи извивались и ржали, пытаясь взмахнуть крыльями и пошевелить мощными ногами, но змей был слишком силён.

– Отпусти их! – крикнул Кинджал.

– Немедленно! – почти одновременно крикнула Кийя.

У змея хватило наглости рассмеяться:

– А то что? Вы поколотите меня ссссвоими крошечными кулачками? Какая прелессссть!

Кинджал опустил глаза и понял, что они с Кией подняли кулаки, как боксёры, будто это имело хоть какой-то смысл в борьбе с гигантским семиглавым змеем, который уже схватил их могучих друзей-коней! С усилием он разжал кулаки и жестом велел Кийе сделать то же самое.

– Идите за мной в тронный ззззал, вы, грязные жители верха, – прошипел семиглавый змей. – И даже не думайте дёргатьсссся.

Внезапно пещера озарилась светом факелов, и близнецы увидели, что окружены со всех сторон страшного вида змеями-солдатами!

– Куда вы нас ведёте? – спросила Кийя с лёгкой дрожью в голосе.

– К моему отцу, царю Шшшеше, конечно, – сказал змей, отвратительно сверкнув всеми семью языками.

Просто восхитительно! Они увидят того самого злодея, что изгнал их семью из этого измерения. Того, по чьей вине Папа управляет магазином садоводства, а не сидит по праву на троне.

На этот раз Кинджал ободряюще сжал руку Кийи. Он понятия не имел, как они будут выпутываться из этой передряги, но знал, что ответ не будет строго научным.

Путь к тронному залу пугал. Они шли по длинным, тёмным и мокрым подводным тоннелям. С обеих сторон шипели солдаты-змеи, потрясая гремящими хвостами, когда они проходили мимо. Сердце Кинджала заколотилось где-то в горле, а рука сестры в его ладони стала липкой и холодной.

Позади них, обвитые мощным телом змеи, продолжали бороться Раат, Снежок и Шипучка.

– Мы погибнем! Мы все погибнем! – бормотал Туни на плече Кинджала, закрывая глаза крыльями.

– Не унывай, малыш, – тихо произнёс Кинджал.

– Серьёзно, птичка, – сказала Кийя.

Шипучка душераздирающе заскулила, извиваясь в змеиных кольцах.

– Всё в порядке, девочка, – прошептал Кинджал, хотя осознавал, что это не так. Он отчаянно пытался вспомнить, было ли во всех прочитанных им приключенческих книгах и фэнтези хоть что-нибудь, что помогло бы им выбраться из этой ситуации. Увы, страх совершенно опустошил страницы его памяти.

Наконец они оказались перед дверями в самоцветах. Две змеи по разным сторонам от неё протрубили в трубы и распахнули створки. Семиглавый змей подтолкнул двойняшек и Тунтуни вперёд. Они оказались в гигантском тронном зале, с потолка которого свисали сталактиты. (Или сталагмиты? Кинджал всегда путал их, но, похоже, сейчас не время спрашивать сестру.) По обе стороны, образуя живой коридор, стояли придворные. Но, в отличие от тронного зала раджи Ронту, здесь были змеи в дорогих сари и тюрбанах, все шипели на них, а некоторые даже бросались едой. Кийя пригнулась как раз вовремя, чтобы избежать гигантского кочана капусты, который летел в неё, но Кинджал получил в лицо целым пучком брокколи. Больно, однако!

– Ах, как забавно; это те самые маленькие незваные гости? – прошипел Шеша со своего изысканного трона. Он был странно красив, с зелёно-чёрными, зачёсанными назад волосами и сияющими зелёными глазами.

На нём было шёлковое зелёное одеяние со шлейфом; длинные пальцы были унизаны перстнями с драгоценными камнями. И прямо у его трона росло изящное дерево с синими цветами, что они видели в Академии имени Гхатоткачи. То самое дерево чампака, которое они искали.

Пока Кинджал зачарованно разглядывал дерево с прекрасными трепещущими цветами, Кайя выбрала самый неудачный способ объясниться с царём змей.

Она крикнула:

– Может, мы и незваные гости, но у нас есть веская причина!

– Только не правду, – пробурчал Туни.

Кинджал был согласен: правда сейчас им нужна меньше всего! Сестра стояла слишком далеко, чтобы наступить ей на ногу, но Шипучка слегка потянула зубами её красную курту. Кийя, конечно, от всего этого отмахнулась.

– Веская причина? – вкрадчиво спросил Шеша. Он подбрасывал и снова ловил рубин, который сверкал на свету. – Какая? Вы участвуете в конкурсе по потрошению? Вы хотите поделиться своим новым рецептом особо опасного яда?

Близнецы молчали, и Туни прощебетал:

– О, пожалуйста, не убивайте меня, Ваша Царская Змеиность! Я тут ни при чём! Я даже не знаком с Кией и Кинджалом – то есть с этими детьми без имени; я вообще рядом с ними не был и знать их не знаю!

– Вот верность так верность! – пригорюнился Кинджал.

– Каждая птичка сама за себя! – пролепетал Туни.

– Что мне сссссделать с конями, отец? – спросил семиглавый змей, который всё ещё крепко сжимал в своих кольцах Раата, Снежка и Шипучку.

– Прикончи их! – Шеша равнодушно махнул рукой в перстнях.

– Нет! – одновременно воскликнули Кийя и Кинджал и упали на колени перед царём. – Пощадите!

– Прекрасно. – Царь Шеша приподнял чёрную бровь. – Раз вы так мило пресмыкаетесь, я не буду их убивать – пока! – Он повернулся к сыну: – Просто лиши их сознания!

Огромный семиглавый змей так и сделал. Через несколько мгновений их могучие друзья Раат и Снежок и их верная Шипучка были бесцеремонно брошены на пол тронного зала в глубоком обмороке!

Шеша пристально посмотрел на двойняшек:

– Итак, что привело вас в моё царство, вы, жалкие ничтожества?

Кинджал обеспокоенно глядел на лежащих без сознания пакхираджей, пока его мозг перебирал все знакомые сюжеты, которые могли бы хоть как-то пригодиться в этом немыслимом положении. Что бы сделали Боевые Ленивцы, окажись они здесь? Вероятно, стояли бы и очень медленно говорили, пока не родился бы удачный план.

Но Кийя не любила тянуть время. Она кивнула на дерево у трона и сказала как ни в чём не бывало:

– Нам надо сорвать всего один волшебный цветок чампака.

Ну кто её за язык тянул! Чтобы хоть как-то уменьшить нанесённый ею ущерб, Кинджал низко поклонился и добавил:

– О великий царь!

Выпрямившись, Кинджал метнул на сестру свирепый взгляд. Куда делись все её пчёлы с мёдом и прочие премудрости?

Змеиный царь весело фыркнул, протянул руку в перстнях и коснулся одного из синих цветков.

– И я должен взять и подарить вам этот всесильный волшебный цветок, чтобы вы – я просто высказываю предположение, но скажите, на правильном ли я пути,– пересадили его на Небесной горе, заставив целительные водопады низвергнуться живительным каскадом на земли Запредельного царства, которое вы надеетесь вылечить вот так, ззззапросто?

– Откуда вы знаете? – выдохнул Кинджал. Тип действительно впечатляющий. Страшный, конечно, но безумно впечатляющий. Хотя любитель фэнтези сомневался, что «зззапросто» – правильное слово, он не собирался говорить это Шеше.

– О, пффф! – Шеша взмахнул своими руками в перстнях. – Вы до нелепости жалки. Неужто вы думали, что я отдам этот драгоценный цветок без боя?

– Но из-за пестицидов министра Наку гибнут пчёлы! – В голосе Кийи не было и следа дрожи. Да, её поведение всё ещё раздражало, но Кинджал всё равно почувствовал прилив гордости. Сестра была по-настоящему храброй. – И если пчёлы погибнут, то погибнут пакхираджи и раккоши и в конце концов все растения, сама земля и другие обитатели Запредельного царства тоже!

– И что? – царь Шеша обвёл рукой свою пещеру. – Почему это меня должно заботить здесь, в моём подводном царстве? Всё это так скучно! И вообще, от забот появляются морщины.

С этими словами на тронный зал опустилась серая тень. Очень знакомая тень, похожая на облако в виде торнадо. Тень, пахнущая гнилым плодом хлебного дерева.

– Великий Вздор! – воскликнул Кинджал, указывая на уже знакомую тварь.

Змеиный царь повернулся к зловонному облаку:

– Вышвырни этих назойливых двойняшек!

Стоило прозвучать этим словам, облако вытянулось и выдвинуло руки. Одна злобно потянулась к Кийе, а другая страшно нацелилась на Кинджала.

Очнувшись от этой угрозы своим хозяевам, Шипучка дико залаяла, летая кривыми, вихляющимися кругами. Шерсть встала дыбом, а разноцветные крылья встопорщились острыми мечами. При всей её преданности, она явно не настолько пришла в себя, чтобы чем-то помочь. Два других пакхираджа всё ещё были вне игры. Кийя ахнула, а Кинджал изо всех сил старался не закричать, но знал, что вряд ли получится.

Великий Вздор вот-вот схватит их! Им точно конец!

Внезапно Кинджала осенило. Что бы сделали Боевые Ленивцы? Что им следует сделать?

– Нам должно быть не всё равно! – крикнул он своей сестре. – Этот его Великий Вздор рождён из скуки, безразличия, эгоизма и так далее. Единственный способ остановить его – забота и внимание!

– Как нам это сделать?! – закричала она, а злые облачные пальцы были всё ближе и ближе.

Кинджал чувствовал холодный ужас и скуку, исходящие от монстра с нечёткими очертаниями. Чем ближе он был, тем сильнее цепенели чувства. Да какое это имеет значение? И что вообще имеет значение?

– Вот именно! Сдавайтесь! – прорычал Шеша. – Ничто не имеет значения: ни пчёлы, ни деревья, ни реки – ничто! О них так трудно заботиться! Почему бы вам просто не остановиться? Что вы можете сделать? Ничего не изменить! Лучше сдавайтесь.

Голос Змеиного царя убаюкивал Кинджала, погружая в безразличное состояние. Но тут сестра сделала то, что у неё получалось лучше всего. Она накричала на него.

– Не сдавайся! – закричала она. – Ты сказал, мы должны остановить монстра – так сделай это!

Кинджал встряхнулся, голос сестры бесил его, но в то же время заставлял волноваться.

– Нам не всё равно! Потому что это и наша земля тоже! Из-за тебя мы этого не знали, но мы принадлежим этому месту, и всё здесь принадлежит нам!

– О чём это ты? – усмехнулся Шеша.

– У вас есть целое цветущее дерево чампака. Нам нужен всего один цветок, чтобы спасти птиц, пчёл, землю, деревья, – сказала Кийя.

– Только один. А не семь, как братьев Чампака! – крикнул Кинджал, оскалившись.

– Что ты сказал?! – рявкнул Шеша, уставившись в лицо Кинджала. – Почему ты упомянул семерых братьев Чампака? Минутку, как вы назвались?

– Никак, – сказала Кийя, высунув язык, и брат опять ощутил гордость за неё.

Кинджал не мог не думать, что это тот самый гад, который вынудил их отца покинуть своё царство и трон. Он помнил, с какой грустью папа всегда говорил об оставленном доме. И вот он, тот змей, что лишил папу, а значит, и их самих, идентичности, семьи, страны, всей их истории.

– Мы дети принца Арко, старшего из семи братьев Чампака! – гордо сказал Кинджал.

Когда он произнёс эти слова, его сердце наполнили любовь и чувство сопричастности. Шипучка, которая с каждой секундой стояла всё твёрже, одобрительно гавкнула.

– А наша мать, Индрани, волшебница! – воскликнула Кийя, полная силы и гордости.

Стоило только словам слететь с языка, как детей охватило чувство сопричастности этой земле, а облачная муть Великого Вздора начала рассеиваться, его хаотическая чудовищность с каждым мгновением слабела.

Шеша резко выпрямился на своём троне.

– Я знал это! – бросил он. – Что ж, гордитесь, что вы дети своего отца, но не постигнет ли вас та же участь, что была уготована ему?

Затем, без предупреждения, Шеша метнул зелёную молнию в Кинджала, а другую – в Кийю! Кинджал инстинктивно встретил разряд струёй воды из своих ладоней. Столкнувшись с огненно-зелёной энергией, вода стала паром. Он уставился на свои руки. Минутку, Туни же не произносил никаких волшебных слов; как это вышло?

– Как ты это сделал?! – одновременно воскликнули Кийя и злобный Царь змей Шеша.

– Не знаю! – крикнул в ответ Кинджал. – Видимо, сила волшебных слов Туни ещё витает в воздухе. Попробуй-ка потрясти землю! – обратился он к сестре.

Кийя положила руки на пол, и земля под их ногами сотряслась так, что Шеша потерял равновесие и его новые молнии прошли мимо цели.

Выведенный из себя змей, которому только что спутали карты двое десятилетних детей, – зрелище неприятное: глаза Шеши вылезли из орбит, у него изо рта пошла пена, и он выкрикивал такие мерзости, что их нельзя повторить в этой книге. Достаточно сказать, что, произнеси такое Кийя и Кинджал, у них дома были бы серьёзные неприятности. Некоторые из слов они и вовсе не поняли.

– Я хотел лишь поймать вас в ловушку из молний, но вы всё испортили, и теперь я вас просто убью! – заорал Шеша.

Придворные улюлюкали и скандировали, как будто за последние сто лет не видели ничего лучше.

Кинджал посмотрел на Кийю, а Кийя посмотрела на Кинджала. Они не знали, как долго будет действовать волшебство Туни. Сколько ещё они смогут стрелять водой и сотрясать землю? Что ж, они будут делать это, пока смогут. Потянувшись, они взялись за руки. Верная Шипучка зарычала, встав между ними, и даже трусишка Туни сжал концы крыльев, как боксёр.

– Всё связано со всем! – крикнули двойняшки почти одновременно.

И волшебные слова наполнили их силой. Они были связаны сами с собой, друг с другом и со своей семьёй. А ещё с животными, с землёй, водой и небом. Связаны с теми, кто был до них, и с теми, кто придёт после них. С наукой, с фактами и истиной. С желаниями, мечтами и вымыслами.

И эта забота, эти связи помогут им победить любое зло.

По крайней мере они на это надеялись.

Тем временем самые крупные члены их команды – Раат и Снежок – проснулись, оглушительно фыркая и тряся гривами.

– Я ошибся! – взвыл царь Шеша. – Убей их, сын мой! Прикончи!

Но на этот раз семиглавый змей был слишком далеко от Раата и Снежка. Пронзительно заржав, кони бросились к трону с невероятной яростью и скоростью.

– Вам не одолеть меня, вонючие лошади! – Глаза Шеши из зелёных стали ярко-красными, он брызгал слюной и полностью потерял всякий контроль над собой. – Я убью вас и ваших мелких приятелей!

– Не в мою смену, змеюка! – Копыта Снежка опустились прямо на трон Шеши, от чего тот раскололся надвое.

– Тебе придётся извиниться перед жеребятами за то, что ты помыслил причинить им боль! – Глаза Раата были огромными, а его копыта наносили удар за ударом, пока сами кони ловко избегали смертоносных зелёных молний.

– Круто! – выдохнула Кийя. Впервые в жизни её впечатлило что-то, не касавшееся мензурок и горелок Бунзена.

– Очень круто.

Удивительно, какой силой обладали Раат и Снежок! Кийя и Кинджал на четвереньках пытались выбраться из зоны боевых действий, вместе с ними бросились прочь Туни и Шипучка. Порывшись в кармане, Кинджал достал мяч Шипучки и осторожно кинул его в сторону трона.

Когда их собака-пакхирадж радостно побежала за своей игрушкой, Кийя накинулась на брата:

– Что ты делаешь? Ты же подвергаешь её опасности!

– Поверь, с ней всё будет в порядке! – прошипел в ответ Кинджал, надеясь, что прав.

Раат, Снежок и царь Шеша отчаянно дрались. Змей метал молнии; кони наносили удары копытами. Пакхираджи делали выпад, царь уклонялся. В одно мгновение кони его чуть не достали, но в следующий момент его молнии просвистели рядом с ними. Раат и Снежок были свирепы, пылки и великолепны в битве, чёрная и белая гривы развевались вокруг. Шеша был подл и жесток, хотя и красив, его глаза и перстни ярко сверкали.

– Вы, лошадки неваляшки-деревяшки! – кричал Шеша.

– Ты, змеиный слизняк! – отвечал Раат.

– Вы, никчёмные любители сена!!! – взвыл Шеша.

– Ты, наглец! – обиделся Снежок. – Тебе не говорили, какая ты вредина?

– Эй, а как ты назовёшь собаку-фокусника? – спросил Туни, пригибаясь, ныряя и проползая под боком у Кийи и Кинджала.

– Не сейчас, мой пернатый друг! – сказал Кинджал и тут же предупредил Раата: – Осторожно, слева!

Раат копытами заблокировал молнию, которую углядел Кинджал, и в знак благодарности заржал. Тронный зал был наполовину в огне, всё трещало и сыпало искрами, крошилось и разбивалось вдребезги.

– Как вы назовёте собаку-фокусника? – повторил Туни, как будто им всем не грозила опасность потерять жизнь и конечности. – Лабракадаброр!

Никто не засмеялся. Все были слишком напуганы. Часть потолка с оглушительным грохотом рухнула прямо около их укрытия, стало не до шуток.

Придворные и солдаты, которые, судя по всему, относились к царю прохладно и просто жаждали зрелища, не замечали близнецов, пока продолжалось сражение. Они кричали, улюлюкали и вели себя так, словно битва грозных пакхираджей и мечущего молнии Змеиного царя была задумана, чтобы их развлечь.

Уже казалось, что кони вот-вот победят, когда Шеша пошёл на опасную, подлую, коварную уловку. Он метнул зелёную молнию перед Раатом, потом ещё одну позади Снежка, так что кони отвлеклись и на время забыли друг о друге. А вслед за тем он выхватил зелёное волшебное лассо и связал обоих, повалив на землю!

– Он убил их! – взвизгнул Туни. – А без них нам не спастись!

– Ты только о себе и думаешь! – закричал Кинджал, отчаянно надеясь, что Раат и Снежок в порядке.

– Они живы! – Кийя указала туда, где стонали и мучительно мотали головами кони, не открывая глаз. – Но сильно ранены!

– Им надо помочь! – Кинджал двинулся к лежащим на земле коням, но в этот момент Шеша метнул в него зелёную вспышку силы, заставив отскочить назад.

Король устремил свой взгляд на двойняшек:

– Теперь я разберусь с вами, маленькие назойливые существа, раз и навсегда.

– Что будем делать?! – крикнула Кийя, когда они укрылись от молнии за колонной.

– Мы умрём, мы умрём… – бормотал Туни, хлопая своими крошечными жёлтыми крыльями.

– Или нет! – крикнул Кинджал, когда они отскочили от нескольких камней, падающих с потолка, поражённого молнией Шеши. Кинджал закашлялся от поднятой в воздух пыли, глаза и нос щипало от едкого запаха гари.

– Нет, правда, как нам его победить?! – закричала Кийя, когда следующая вспышка молнии пролетела совсем близко и подожгла модную сумочку ближайшей придворной дамы. Та вскрикнула и бросила её на пол, а другие вылили на неё свои напитки, чтобы потушить. Повсюду были дым и пыль, и становилось трудно что-либо разглядеть.

– Нам придётся воспользоваться пером!

Кинджал протянул руку за их последним волшебным пером, но, только Кийя собралась его отдать, Шеша всё увидел!

– О нет, не выйдет! Никакого волшебства пакхираджей у меня в царстве! – и Змеиный царь метнул молнию прямо в перо, превратив его в пыль!

– Нет!!! – в унисон закричали двойняшки.

– Он уничтожил волшебное перо! – выдохнул Кинджал, не веря своим глазам. В его пальцах была только пыль и копоть.

– И что теперь делать?! – заорала Кийя.

– Мы погибли! – сказал Кинджал, соглашаясь с Туни.

– А я говорил! – жёлтая птичка тряслась, как лист.

– Да, да! Погибли! – Шеша обнажил зубы в уродливой ухмылке. – И первой будет ваша брошенная летучая собаколошадь!

Нет. Этого не может быть. Не может!

– Шеша её схватил, – Голос Кийи был как натянутая струна, готовая вот-вот порваться. – Змеиный царь схватил её, потому что ты бросил ей мяч!

Кинджал поднял глаза и увидел, что рычащий царь змей будто рукой удерживает верную собаку-пакхираджа длинной плетью-молнией. Бедняжка скулила, её уши и хвост были опущены, а в зубах она сжимала теннисный мячик. Шипучка выглядела вконец напуганной. А Шеша, этот злодей, этот гнусный монстр, целился очередным зелёным разрядом прямо ей в сердце.

– Отпусти её! – Голос Кинджала прозвучал громче, чем это было возможно.

Его переполняла праведная ярость. У него была причина бросить Шипучке тот мяч, но причина теперь не имела значения. Ничто не имело значения, если Шипучке угрожала опасность. Тогда Кинджал понял, что он полная противоположность монстру хаоса, Великому Вздору. Потому что ему было не всё равно. Потому что он заботился о своих близких. Не просто заботился, а любил, и энергия этой любви наполняла его силой и могуществом.

И Кинджал знал твёрже, чем когда-либо в своей жизни, что не важно, бывает ли ему иногда страшно. Он герой, потому что поступал правильно, даже когда было страшно. А сейчас правильнее всего встать на защиту того, кого он любит.

– Отпусти Шипучку! – повторил Кинджал, чувствуя силу и бесстрашие.

– И кто меня заставит, ты, что ли? – задавая этот вопрос, Шеша брызнул слюной. – Ты же ничего не можешь без волшебного пера!

Кинджал теперь ясно видел: Шеша считает его жалким шутом, неудачником, монстром хаоса, кем угодно, только не героем. Так о себе подчас думал и сам Кинджал. Но Шеша ошибается. Смертельно ошибается.

– Мне не нужно волшебное перо. – Кинджала переполняла уверенность в себе, исходившая от осознания, что словно удар грома поразило его сердце, кем он был и чем он был. – Волшебство – во мне самом.

С этими словами Кинджал поднял руки и, словно из пушки, выстрелил в Змеиного царя водой. Не ожидавший этого Шеша с тяжёлым стуком упал плашмя на спину. Придворные, которые не сбежали во время самой ожесточённой схватки с пакхираджами, хихикали и показывали пальцами, не гнушаясь посмеяться над своим царём.

В суматохе Шипучка вырвалась. Она подбежала к лежащим Раату и Снежку, поскуливая, принюхиваясь и тыкаясь в своих друзей собачье-лошадиным носом.

– Туни, слетай посмотри, можно ли помочь Шипучке поднять больших коней! – сказал Кинджал жёлтой птице.

– Как ты это сделал?! – закричал Змеиный царь. – Где ты, человечишка, научился творить такое волшебство?

– Да, как ты это сделал? – не отставала Кийя.

– Я применил волшебство, которое всегда было во мне. – Кинджал взглянул на Шешу, когда Змеиный царь снова поднялся на ноги.

Взгляд у него был убийственный. Кинджал быстро повернулся к своей сестре:

– Нужно, чтобы и ты нашла волшебство, спрятанное в тебе!

– Ты о чём? – Глаза Кийи расширились от замешательства. – У меня нет никакого волшебства! По крайней мере настоящего!

– Ты всегда так думала, но это неправда. – Кинджал хотел, чтобы его сестра доверилась ему, поверила в него и в себя саму. – Ты всегда владела волшебством, настоящим! Помнишь, как мы сражались с раккошей и развели воды озера? Это волшебство было не чужое, оно наше!

Кийя уставилась на свои руки, как на учёную книгу, в которой она отчаянно пыталась найти верные, надёжные ответы.

– Не знаю. Это нелепо. Как такое может быть?

– Пожалуйста, поверь в то, что ты видела своими глазами, чувствовала своим сердцем! – призвал Кинджал. – Волшебство живёт в тебе, и ты можешь его использовать!

– А что, если не получится? – сомневалась Кийя. – Что, если у меня не выйдет?

– Пусть так! Но ты хотя бы попробуешь! – воскликнул Кинджал.

– Очень трогательно! – усмехнулся Змеиный царь. – Жаль, что больше вы ничего не скажете друг другу!

Со свирепым рёвом Шеша метнул в Кинджала зелёную стрелу смерти. Она просвистела в воздухе, рассыпаясь искрами и шипя, словно была сделана из огня. Кинджал встряхнул руками, чтобы создать водяную пушку, но волшебство Шеши было слишком быстрым.

– Не смей трогать моего брата! – закричала Кийя, упираясь руками в землю, как уже делала прежде. Вот только теперь она в себе не сомневалась: Кийя верила в реальность своего волшебства.

Земля под ногами угрожающе загрохотала, и Кинджал был спасён. Волшебство Кийи успело отбросить его с траектории яростной молнии Шеши. Отбросило и Шешу, и он во второй раз плюхнулся на спину.

Придворные взорвались хохотом.

– Вы заплатите за это! – взвыл с пола Шеша.

– Не думаю, – сказал Раат. Он был на ногах, в полном сознании. На нём сидел Туни, а рядом стоял Снежок. На щеке у Раата был большой порез, а у Снежка не хватало нескольких перьев на правом крыле, но в остальном они были в норме.

– Пора уходить, жеребята! – твёрдо сказал Снежок.

– Без цветка чампака? – спросила Кийя.

– А он у нас! – Кинджал показал на цветочный венок Шипучки. – Ты не видишь перемен?

И действительно, в разноцветном сплетении на голове пса горел ярко-синий цветок, которого раньше не было, – чампака!

– Молодец, Шипучка! – взвизгнула Кийя. – Так вот для чего ты бросил мячик?

– Она любит всё подбирать! – Кинджал почесал Шипучку за ухом, а она радостно облизала его лицо.

– У тебя получилось, девочка! – радовалась Кийя. – И без всякого волшебства!

– Да что ты! – усмехнулся Кинджал. – Шипучка – само волшебство!

Но опасность ещё не миновала. Шеша был жив и здоров, а они оставались в ловушке Подводного царства змей.

Кийя, Кинджал и Шипучка стали пятиться назад, к дверям тронного зала, а Туни, летавший рывками из-за мусора в воздухе, закричал:

– Лошадки, пора сматываться!

– Вам всё равно не уйти! – ухмыльнулся Шеша, швыряя молнии им вслед.

– Вот тут ты ошибаешься! – прорычал Раат, и оба коня, оттолкнувшись, взмыли вверх. Они были слишком далеко, и дотянуться до них Кийя с Кинджалом не могли, но двойняшки ухватились за крыло Шипучки, и та, напрягая все свои собачье-лошадиные силы, сумела взлететь, а они прямо воздухе запрыгнули на спины Раата и Снежка.

– Классно! – выдохнул Кинджал, справляясь с головокружением.

– Держись! – закричала сестра. – Нам нужно выбраться отсюда живыми!

Теперь вся команда поднималась к потолку пещеры. Беда в том, что, если им и удастся пробить каменные своды, прямо над ними окажется огромный водоём!

– Дело за вами, жеребята! – крикнул Снежок.

– Нет! – завопил Шеша, пытаясь остановить их зелёной молнией. Кийя направила руки вниз, от чего пол тронного зала задрожал и прогнулся, снова сбив Шешу с ног.

Кинджал тем временем поднял руки вверх, раздвигая воды озера, когда они устремились вверх, сначала сквозь потолок, затем через сам водоём. Работало волшебство, которое всегда было в них; нужно было просто поверить. Своим волшебством они спасли друг друга. Спасли сами себя.

Они улетели в небо с Раатом, Снежком и Шипучкой, цветок чампака был с ними, в целости и сохранности. Обратно в Небесное Царство они летели спокойно, погружённые в размышления. Они обдумывали то, что узнали, и то, что открыли в себе.

Наконец двойняшки и их друзья приземлились на Небесной горе. Теперь компанию встречала сама принцесса Пакхирадж.

– Почему вы утаили, что наша мать – раккоша? – спросила Кийя, как только они слезли с коней. – Почему вы не сказали, что у нас есть способности раккошей?

Кинджал резко обернулся и посмотрел на свою сестру:

– Ты тоже поняла? Я про наши силы, про то, что у нас получается…

– Про её волшебную руку, – добавила Кийя с улыбкой. – Ты всё это время был прав.

– И всё же я не понимаю, почему нам никто ничего не сказал. – Кинджал посмотрел на своих новых друзей. Раат и Снежок смущённо опустили глаза, а Шипучка заскулила и поджала хвост.

– Не сердитесь на них, дорогие мои. – Принцесса Пакхирадж тряхнула гривой – и на их головы посыпался цветочный дождь. – Есть вещи, которые мы должны открыть в себе сами. Вот и вы в своё время должны были узнать себя заново.

Кинджал задумался обо всём, что пережил за последнее время.

– Я всё ещё не люблю темноту, – сказал он наконец, – но я становлюсь храбрее.

– Быть героем и никогда не бояться – разные вещи, – сказала принцесса Пакхирадж, как всегда, мудро. Её огромные глаза сияли. – Быть героем – значит поступать правильно, хотя тебе страшно.

– Я все ещё не верю тому, что не могу измерить, понять и увидеть, – призналась Кийя. – Но я пытаюсь поверить в себя и не так сильно бояться неудачи.

– Волшебство – это не что-то внешнее. – Голос принцессы Пакхирадж гремел, но в то же время был нежным, как лёгкий ветерок, шелестящий в кронах деревьев. – Это цветок, спрятанный в каждом из нас, он может расцвести только при внимании, вере и любви.

Наконец пришло время пересадить цветок чампака в надежде, что он не только будет цвести, но и вырастет в сильное дерево с глубокими корнями. Шипучка наклонилась, и Кинджал снял с неё венок. Кийя взяла единственный синий цветок и руками выкопала маленькую ямку на вершине горы.

Вместе они посадили чампака. Затем отряхнули грязь с рук, сели и стали ждать. Но сначала по мановению Кинджала над местом посадки появилось дождевое облачко и принялось поливать землю, пока она не потемнела от влаги. Едва он отодвинул волшебное облако, выглянуло солнце – и чампака на глазах расцвёл. Его стебель позеленел, а сам синий цветок стал ярче. И от его основания начала медленно набирать силу крошечная струйка ручья; вода легко текла по земле, быстро превращаясь в мощный водопад, который низвергался по каменному склону горы, наполняя ручьи и реки внизу.

– Всё связано со всем, – сказала Кийя, улыбнувшись Кинджалу.

– Полагаю, жеребята, теперь пора отвезти вас домой, – печально сказал Раат. Снежок рыл копытом землю, опустив голову.

– Всё связано со всем… Ведь мы не договариваем эту фразу! – сказал Кинджал своим новым друзьям. – Хотите услышать её конец?

Раат и Снежиок заржали, хлопая сильными широкими крыльями. Между ними стояла принцесса Пакхирадж, её громадные глаза светились. Она была намного выше обоих коней, и её огромные разноцветные крылья осеняли их, как два опахала.

Кийя и Кинджал улыбались, стоя по обе стороны Шипучки.

– Любовью! Всё связано со всем любовью!

Друзья крепко обнялись, а Шипучка радостно запрыгала вокруг. Скоро настанет пора вернуться домой, в Парсиппани, и задать своим родителям неимоверно много вопросов. Шипучка на какое-то время снова окажется их семейной собакой, а Кийя и Кинджал перестанут быть избранными и снова будут обычными детьми.

Но пережитое приключение точно изменило их. И кто знает, как скоро наступит следующее. Кинджал полагал, что оно случится скорее рано, чем поздно. Ведь они открыли в самой глубине себя храбрость, героизм и волшебство. Они взращивали, поливали и берегли эти семена, пока те не расцвели, породив могучий каскад событий, который спас всю мультивселенную.

И правда, как знать, не станет ли это приключение началом целой череды захватывающих событий? Хотя Кинджал и не представлял, какие тайны о себе, своей семье и вселенной они откроют в следующем путешествии, он не сомневался: рядом с ним будут Кийя и Шипучка. И, как он надеялся, их новые друзья пакхираджи тоже!

В конце концов, любовь связывает всё со всем. Любовь к семье, любовь к друзьям, любовь к самим себе и любовь к историям, которые они со временем напишут, в чём им поможет недавно открытое волшебство.

«Монстр хаоса» – первая повесть в серии «Тайны небес», но её действие разворачивается в том же самом Запредельном Царстве, что и события трёх книг о Киранмале и Запредельном Царстве («Змеиная тайна», «Игра звёзд» и «Проклятие хаоса») и обеих книг о Царице огня («Сила огня», «Корона огня»). Двойняшки Кийя и Кинджал из «Тайн небес» даже живут в том же городке Парсиппани, штат Нью-Джерси, что и Киранмала, хотя их приключения происходят лет за пять до начала её истории.

Как и другие повести о Запредельном Царстве, «Монстр хаоса» основан на традиционных бенгальских народных сказках и рассказах для детей. Эти истории любят в Индийской Западной Бенгалии, Бангладеше и во всей бенгалоязычной диаспоре.

В 1907 году Дакшинаранджан Митра Маджумдер выпустил некоторые бенгальские народные сказки в книге «Тхакурмар Джули» (Бабушкина сумка). Мои родители, бабушки и дедушки часто читали мне эту старую, потрёпанную книгу в серебряной обложке. Эти истории приобщили меня к моему наследию и разожгли моё воображение образами принцев и принцесс из Царства за семью морями и тринадцатью реками, а также злых змеиных царях, похитителе душ бхуте и плотоядном рифмоплёте раккоше.

Этот сборник настолько вдохновил меня, что я написала несколько книжных серий для школьников, переосмысливая старые сказки. Вот почему экземпляр «Тхакурмар Джули» из дома Кии и Кинджала оказывается в этой истории могучим волшебным предметом – каким может быть любая книги!

Крылатые летающие кони пакхираджи занимают огромное место в сказках «Тхакурмар Джули» – на спине пакхираджа неизменно отправляются в приключения принцы и принцессы. Раат (Полночь) и Снежок (Тушар Кона) – это те же летающие кони, которые появляются в серии о Киранмале, а также в книгах «Царица огня». На мой взгляд, они хоть, пожалуй, и не бессмертны, но живут очень долгой жизнью. В оригинальных сказках «Тхакурмар Джули» вы не найдёте лошадей, которые маскировались бы под домашних собак, но мне понравилась идея о тайной жизни и волшебных способностях семейного питомца. Шипучку я назвала в честь моей любимой марки индийской колы, которой я наслаждаюсь каждый раз, когда навещаю свою большую семью!

Народные сказки, где встречаются раккоши, очень популярны по всей Южной Азии. В других частях региона их называют ракшасами, но в этой книге используется бенгальский вариант. Народные сказки – это устная традиция, передаваемая из поколения в поколение, и каждый рассказчик добавляет нюансы в свою собственную версию.

Индрани, мать двойняшек, оказывается раккошей, но она не упоминается ни в «Тхакурмар Джули», ни в других книгах о «Запредельном Царстве» – хотя я думаю, что она одна из революционерок, работающих с Арко и Чандни в «Короне огня». Арко, отец двойняшек, фигурирует в книгах о Запредельном Царстве, а история о семи братьях Чампака взята из сказки «Тхакурмар Джули» о шат бхаи чомпа – семи принцах, которых их злые мачехи превратили в цветы чампака.

Школа убийств и беспредела, созданная раккошами, есть и в других книгах о Запредельном Царстве, а Гхататкач, имя которого носит эта школа, – раккош из великого индийского эпоса «Махабхарата». Сын второго из героических братьев Пандавов Бхимы и раккоши Хидимби, могучий Гхататкач сражался бок о бок со своим отцом и дядями-Пандавами в великой войне, о которой рассказывает эпос. Хотя его воспитала мать-раккоша, этот почти непобедимый воин был чрезвычайно предан своему отцу и семье, поэтому я и решили назвать в его честь школу раккошей!

Сказки «Тхакурмар Джули» по-прежнему очень популярны в Западной Бенгалии и Бангладеше; их часто пересказывают, по ним снимают кинофильмы, телевизионные мультфильмы, создают комиксы и многое другое. Раккоши – демоны, которых принято бояться, – также очень популярны и фигурируют не только в народных сказаниях, но и в индуистской мифологии. Изображения кровожадного раккоша с длинными клыками можно увидеть повсюду, даже на красочных индийских грузовиках и повозках авторикш, как предупреждение другим водителям – соблюдать дистанцию и скорость!

Птица-остряк Тунтуни также фигурирует в книгах о Киранмале. Тунтуни – любимый персонаж многих бенгальских сказок. Упендракишор Рэй Чоудхури (также известный как Упендракишор Рэй) в 1910 году собрал истории с участием умной птицы-портного Тунтуни в книге «Тунтунир Бой» («Книга птицы-портного»).

Как и в других книгах, действие которых разворачивается в Запредельном Царстве, в «Монстре хаоса» есть несколько отсылок к мультивселенной. Эта идея вытекает из теории струн или мультивселенной, представления о том, что может существовать – параллельно друг другу – множество вселенных, которые просто не знают о существовании других вселенных. Теория струн / мультивселенной появляется во всех книгах о Запредельном Царстве, так как, по-моему, она отвечает опыту всех иммигрантов. Мне понравилась мысль, что сообщества иммигрантов подобны исследователям космоса, поскольку мы пересекаем так много разных вселенных опыта!

И всё же, пожалуйста, не принимайте ничего в этой книге за научный факт, а скорее будьте как Кийя. Пусть эта история вдохновит вас на исследования в области астрономии, чёрных дыр и теории струн!

Серия «Тайны небес» вдохновлена работой в области климата и экологической справедливости, которую ведут многие молодые люди во всём мире. В «Монстре хаоса» Кийя и Кинджал узнают, как гибель пчёл наносит ущерб растениям, животным и в конечном счёте людям (или сообществам, подобным человеческим), потому что в ткани природы и жизни всё связано со всем.

Первый шаг к исцелению нашей планеты, конечно же, изучение изменений климата и окружающей среды. Я надеюсь, что эта история вдохновит кого-то из читателей узнать больше о науке, занимающейся этими проблемами, объединить любовь Кинджала к преданиям и любовь Кии к науке, чтобы стать защитниками нашей земли и окружающей среды! Подобно цветку чампака, который близнецы сажают в конце истории, эта книга должна лишь стать семенем; вам предстоит поливать его, питать и позволить ему вырасти в могучий поток знаний! Как узнают Кийя и Кинджал, врагом перемен является Великий Вздор – чувства «всё равно я ничего не могу сделать» и «моя хата с краю». Противоположность этому ужасному чудовищу бессмыслицы – забота; надеюсь, именно это волшебство поможет спасти нашу планету и всех людей на ней.

В последнее время мир подчас кажется несколько пугающим и хаотичным, и как же мне повезло, что у меня есть команда, которая – подобно летающим лошадям пакхираджам в «Монстре хаоса» – придаёт моим историям крылья! Спасибо моему агенту Бренту Тейлору за то, что верил в меня и всегда поддерживал. Бесконечное спасибо моему замечательному издателю Эбигейл МакАден. Вы оба вселяете в меня надежду на этот мир, что мы создаём, по одной истории за раз.

Спасибо Сандаре Танг и Элизабет Паризи за красоту обложки и иллюстраций к этой книге. Благодарю Мелиссу Ширмер, моего производственного редактора, Джессику Уайт, моего редактора, и остальную мою учёную семью, включая Элли Бергер, Дэвида Левитана, Эрин Бергер, Рэйчел Фелд, Кэти Даттон, Лизетт Серрано, Эмили Хеддлсон, Сил Балленджер и Лию Ферроне! Спасибо командам Школьных книжных клубов и Школьных книжных ярмарок за то, что эта серия попала в руки стольких читателей. Спасибо всем тем друзьям-авторам, которых я завела в этом путешествии – из групп «Нам нужны разные книги», «Разноцветные писатели Кидлит» и «Писатели Дизи». Спасибо моим коллегам по нарративной медицине и гуманитарным наукам о здоровье, студентам Колумбийского университета и всей страны. Спасибо моей большой семье, а также моему замечательному сообществу бенгальских иммигрантов, состоящему из тётушек, дядюшек и друзей.

Моим любимым родителям Суджану и Шамите, моему мужу Борису и моим дорогим Кирин, Сунайе и Хуши – любовь и волшебство, волшебство и любовь. Потому что всё связано со всем. И вы – всё для меня.

«Т х а к у р м а р Д ж у л и» («Бабушкина сумка» (бенгал.)) – сборник бенгальских народных сказок, вышедший в 1907 г.

Р а к к о ш и (ракшасы) – в индийской мифологии демоны с острыми клыками и длинными когтями, которые едят людей и крупных животных.

Д а р о в а н (бенгал.) – привратник.

К у р т а – традиционная индийская одежда, длинная (до колен) рубашка.

Т у н и Б х а й (бенгал.) – брат птичка.

Capisce (итал.) – ясно, понятно.

Comprendo (итал.) – понимаю.

Oui (фр.)– да. Sehr gut (нем.)– очень хорошо. Ekdum (хинди) – верно.

М и ш т и – бенгальский десерт, сладкий запечённый йогурт.