© ООО Издательство «Питер», 2023

© Серия «Вы и ваш ребёнок», 2023

© Ирина Оганова, текст, 2023

© Маргарита Чувикина, иллюстрации 2023

Это случилось давным-давно. Никто уже толком не знает, было ли такое на самом деле или нет, но всем хотелось верить, что история не выдумка, не легенда, а самая настоящая правда.

Когда-то все люди, живущие в этих местах, славились своей исключительной красотой. Не было им равных. Да и всё вокруг поражало воображение: долины, усеянные цветущими колокольчиками, деревья, дарящие сочные плоды, многочисленный скот, пасущийся на богатых лугах, и парящие в небе дивные птицы с ярким оперением. Люди радовались каждому прожитому дню и гордились своей исключительностью. И вот однажды в семьях пекаря и кузнеца родились дети – Артур и Эльза. Сын пекаря был прекрасен, как солнечный рассвет, – и это ничуть не удивило. А вот дочь кузнеца оказалась некрасивой и нескладной. Все местные феи и эльфы молча переглянулись, пожали плечиками и горько вздохнули, предвидя последствия.

Жители сказочного города возмущались:

– Как же так?! Позор на наши головы! Теперь мы не самые красивые!

И на совете постановили: отныне скрывать малышке своё уродливое лицо, никогда его не показывать и никого не смущать своей ужасной некрасивостью. Больно было слышать родителям девочки такое решение, но со слезами подчинились, сетуя, какая незавидная судьба уготовлена их единственной дочери.

Пекаря с кузнецом связывала давняя дружба, и они не могли да и не хотели препятствовать общению своих детей, тем более их дома стояли рядышком, окружённые общим забором. Прошло несколько лет. Казалось, ничто не способно нарушить их тихую счастливую жизнь. Пекарь каждый день угощал детишек свежими сдобными булочками. А кузнец смастерил железных лошадок на деревянных палочках, и дети весело скакали по двору, обгоняя друг друга. Когда Эльза с Артуром выходили на улицу прогуляться, они по совету родителей делали вид, что едва знакомы, – не хотелось лишний раз злить соседей. Время продолжало свой бег, и однажды в сердце юного Артура, красивого, словно солнце, закралась любовь. Он уже на равных с отцом трудился в пекарне и после работы спешил домой, чтобы поскорее увидеть свою Эльзу. Как ни отговаривали родители юношу, он твёрдо решил взять дочь кузнеца в жёны. Только она заставляла его сердце биться чаще, все помыслы были только о ней. Артур вовсе не обращал внимания на восхищённые взгляды местных красавиц. Ни с кем не могла сравниться его милая Эльза! Правда, он никогда не видел её лица и страшно боялся увидеть его впервые.

– Сними покрывало, Эльза! Я буду честен. Если испытаю хоть каплю сомнений, скажу прямо, не таясь. Только моя любовь настолько велика, что, думаю, этого не произойдёт.

Долго Эльза не решалась открыться возлюбленному. Однажды не выдержала, сбросила покрывало, печально посмотрела на Артура и отвела взгляд. Воцарилась томительная тишина. Артур внимательно разглядывал Эльзу и вдруг задорно рассмеялся – ничто не способно было изменить его отношения к ней, так как полюбил он её за светлую душу и кроткий нрав, а не за красивое лицо. К тому же в своей некрасивости она была так трогательна и беззащитна.

– Выйдешь за меня замуж, Эльза? Я стану тебя оберегать и никому не дам в обиду!

Он с такой уверенностью произнёс эти простые слова, что Эльза покраснела, улыбнулась и шёпотом ответила:

– Да!

На свадьбу никто не пришёл. Народ негодовал:

– Да что они себе позволяют?! Отдают ли отчёт, какие некрасивые у них родятся дети и дети их детей?! И постановили:

– Пусть живут как можно дальше, не приближаясь к городу и не смея показываться на глаза прекрасным жителям.

В наказание и Артуру впредь надлежало пожизненно, как и его жене, прятать своё солнцеподобное лицо. И его детям. И детям его детей. Родители рыдали от горя, снаряжая Артура с Эльзой в дальний путь. Скрывая лица в покрывалах, крепко держась за руки, не проронив ни единой слезинки, двинулись молодые в путь, оставляя позади близкие и дорогие сердцу места. Горожане хихикали и злорадствовали им вслед. Лишь колокольчики понуро склонили головки, печально провожая молодых и грустно вздыхая. Одна любовь дарила возлюбленным надежду и веру, что всё наладится и в чужих местах они обретут покой, свободу и счастье. А родители Эльзы и Артура поклялись, как и их дети, скрывать свои лица до тех пор, пока судьба не смилуется над ними.

Весна сменяла зиму, лето – весну, осень – лето… Незаметно пролетело пять лет. Жители стали забывать печальную историю изгнания непокорных влюблённых, будто никогда этого и не было. Но случилась беда. Повсюду свирепствовала оспа и очень быстро докатилась до их прекрасного города. Оспа косила всех подряд, от детей до стариков, не жалея никого. А кому удавалось уцелеть, становились обезображенными страшной болезнью. Только родителей Эльзы и Артура не брала хворь, точно они заговорённые. Тут люди и вспомнили о несчастных.

– Это нам в наказание! – решили они.

Горожане глубоко раскаялись, кинулись в ноги пекарю с кузнецом и вместе с ними двинулись искать изгнанников на самую окраину с одним желанием – выпросить прощение за своё злодеяние. Молча шли они вереницей, повторяя путь Эльзы с Артуром и ещё больше страдая. На ночь разжигали в лесу костёр, укладывались вокруг него и от страха прижимались друг к другу под вой голодной стаи волков. Перекусив с утра хлебом и запив родниковой водой, опять пускались на поиски. Отчаянье и страх не найти несчастных ещё больше уродовали лица путников, но это уже никого не беспокоило. Наконец они остановились перед цветущей поляной. Впереди мирно текла река, а рядом на пригорке стоял небольшой, ладно сколоченный дом. Не успели путники подойти ближе, как дверь в доме отворилась и из него с весёлым визгом выскочили два ребёнка – девочка и мальчик. Их смех, заразительный и звонкий, разносился по округе. Все невольно заулыбались. Никто сроду не видывал таких прекрасных малышей с кудряшками цвета пшеницы и голубыми глазами, подобными колокольчикам.

На пороге дома появился сын пекаря. Он крепко держал за руку дочь кузнеца. Их лица были открыты и глаза излучали счастье и нежность, без слов говоря, что все эти годы семья жила в любви и согласии, ожидая, когда восторжествует справедливость, а люди поймут, что совершили вероломный поступок, и примут их такими, какие они есть. Рыдая, путники пали ниц. Сердца Артура и Эльзы не очерствели. Не было в них ни капли злорадства – лишь сострадание. А уж как радовались родители Эльзы и Артура, прижимая своих детей и внуков к груди!

Давно это было. Очень давно. Но жители здешних мест до сих пор хранят это предание и передают его из поколения в поколение, отчего сеют повсюду добро и любовь. И нет великодушнее их за сто вёрст!

В одном королевстве жил маленький принц Эдвард.

Как положено всем принцам, он был окружён роскошью и богатством. Правда, это его ничуть не избаловало, не сделало чванливым, и он с удовольствием дружил с детьми самых обычных подданных королевства – с сыновьями конюха, пастуха, дочерью кузнеца и мальчишками-близнецами пекаря. Но больше всех он любил играть с дочкой кухарки – Изольдой.

Хрупкая, тихая Изольда отличалась особой скромностью, благим нравом. Она никогда не перечила Эдварду, и, если он проигрывал в какую-нибудь игру, обязательно уступала. Каждый раз, когда учитель звал юного принца на занятия, тот сильно расстраивался, покидая на время свою милую, добрую Изольду. Однажды Эдвард не выдержал и попросил у матери королевы разрешения для Изольды учиться вместе с ним, что по тем временам являлось неслыханной дерзостью. Зачем простолюдинке грамота?! Обожая своего единственного сына, королева, хоть и не без сомнений, всё же великодушно уступила его просьбе.

– Если она не помешает тебе набираться знаний, ничего не имею против. Не забывай, Эдвард, ты будущий король!

Эдвард от такой неожиданной радости захлопал в ладоши и, притопывая ногами, изобразил нелепый танец, которому его научили сыновья конюха.

– Благодарю вас, матушка! Благодарю! Поверьте, я буду ещё больше стараться! Вы останетесь мною довольны!

– Эдвард! Откуда такие манеры?! Сейчас же перестань!

Конечно, при королевском дворе мало кто приветствовал такую привязанность принца к Изольде. Будущий король и какая-то дочь кухарки! Но дети были так милы и трогательны, что всем пришлось с этим смириться. Тем более Изольда успешно осваивала науки и по уму и сообразительности даже превосходила Эдварда. Благосклонность королевы к девочке была очевидной, и придворные закрыли глаза на её низкое происхождение. Теперь Изольду наряжали в прелестные кружевные платья и в её расписание включили уроки по этикету, танцам и игре на клавесине. Девочка уже почти ничем не отличалась от детей придворных, но, кроме принца, никто из них не желал с ней близко общаться. При встрече они поджимали надменно губы, отворачивались и едва кивали ей.

Дети порой бывают жестоки, и это немного омрачало жизнь Изольды во дворце.

Девочке выделили отдельные покои и служанку, которая помогала ей. Служанка не давала Изольде самой причёсываться, одеваться с утра и даже готовиться ко сну. Всё было подчинено строгому королевскому порядку, который ни в коем случае не позволительно никому нарушать. Теперь Изольда редко виделась с мамой, отчего часто грустила и плакала.

– Не плачь, Изольда! Нам выпала огромная удача! Глядишь, и однажды наша королева сосватает тебя за достойного человека!

Изольда утирала слёзы, прижималась к груди матери и задумчиво улыбалась. У неё же кроме матушки есть Эдвард, и он никогда не даст её в обиду.

Шли годы. Все во дворце привыкли к присутствую Изольды, но только не король. Он замечал, как его единственный сын, наследник престола, не сводит влюблённых глаз с Изольды, и взгляд его преисполнен восхищения и нежности. Король не ошибался – Эдвард всем сердцем и душой полюбил дочь кухарки. Придворные знали, что никогда принц не сможет жениться на несчастной. Это было печально, но справедливо, считали все во дворце. Да, Изольда ничем не отличалась от них ни внешностью, ни манерами, но всё же в ней текла кровь простолюдинки. А вот благородный принц и не думал отказывайся от своей любви к Изольде, не скрывал пылких чувств, мечтая во что бы то ни стало взять её в жёны.

Тогда король задумал коварный план. Он устроил пышный бал и пригласил самых прекрасных принцесс из соседних королевств. Была среди них и принцесса Анна небесной красоты, благородной внешности и невиданно утончённых манер. Капризная и высокомерная, как положено всем избалованным принцессам. Настоящая будущая королева!

Юноша онемел от изящества Анны и так очаровался ею, что не воспрепятствовал королю объявить о помолвке. Принц был словно одурманен чарами прелестной Анны, да и доводы отца были неоспоримы: надо в первую очередь думать о будущем королевства. Самому признаться Изольде Эдвард не нашёл сил. Он всячески избегал её, прятался, стараясь случайно не встретиться с ней в длинных анфиладах дворца. Двор переговаривался, барышни срочно шили наряды к предстоящей свадьбе принца. Эдвард больше не вспоминал свою возлюбленную Изольду и не ведал, что она по велению короля покинула дворец и вернулась в лачугу матери.

Сыграли пышную свадьбу. Долго гулял и веселился народ в королевстве, славя своего короля с королевой и наследников престола принца с принцессой.

Шло время. И однажды Эдвард точно очнулся ото сна. Красота принцессы Анны всё меньше и меньше волновала его. С каждым днём настойчивей возвращалась память о безмятежных днях с подругой детства. Перед глазами стоял образ бедной Изольды, так жестоко покинутой им. Эдвард вспоминал, как счастливы они были вместе. Какой вдруг прекрасной и близкой предстала Изольда! Тоска, раскаяние и стыд ежеминутно съедали душу, и Эдвард не находил себе места. Сначала он перестал выходить из своих покоев, потом попросил задёрнуть шторы. Он неподвижно лежал в темноте и предавался своим мыслям. Принцесса Анна лишь изредка забегала к нему и, обиженно надув губки, вновь исчезала, ссылаясь на тысячу дел. Только какие могут быть дела у прекрасной принцессы?! Танцы, игра с фрейлинами в саду и примерки новых платьев. Эдвард отказывался есть и пить, врачи были бессильны и лишь молча наблюдали, как угасает наследный принц.

Наконец король с королевой осознали, что теряют единственного сына. Эдвард от бессилия не мог произнести ни звука, только в глазах стояли мольба и желание сказать что-то очень важное. Они догадывались, в чём дело, и немедля послали гонцов в лачугу кухарки. Убитая горем женщина, заливаясь слезами, сообщила, что её бедной девочки больше нет.

– Сердце Изольды не выдержало разлуки, и со словами любви она ушла навсегда! Она слишком любила своего принца, позабыв, что всего лишь дочь кухарки.

Мать Эльзы едва стояла на ногах и прикрывала рот ладонями, пытаясь заглушить нечеловеческий вой отчаянья.

Плохую новость несли слуги своему королю. Но ещё более страшная новость ожидала их во дворце: наследного принца не стало. Королевство погрузилось в траур. Эдварда и Изольду похоронили рядом. Со всеми королевскими почестями, как равных по происхождению. А недовольная таким решением короля принцесса Анна немедленно покинула королевство в своей карете, даже ни разу не обернувшись.

В одном маленьком городке жили-доживали свой век старики – муж да жена. Детей у них не было, и надеялись они только друг на друга. Как дали клятву при венчании пребывать вместе и в радости, и в горе, так и не нарушили её ни разу. Их дом давно покосился от старости, краска кое-где потрескалась, черепичная, некогда тёмно-коричневая крыша почернела, а деревянные ступеньки порога избороздили глубокие трещины, похожие на морщины на их лицах.

Старики уже с трудом могли припомнить тот день, когда у своих дверей обнаружили крошечного беззащитного щенка. Назвали Ариной. Почему дали такое имя? Да кто теперь припомнит? Собака постарела вместе с обитателями дома, слаба стала зрением, вечно лежала в углу на циновке и наблюдала за неспешной, незатейливой жизнью своих хозяев.

Соседи каждый вечер видели, как старики молча брели с Ариной вдоль реки, погружённые в свои мысли. А может, и вспоминая о том, как были молодыми, сильными и выносливыми. Всё бы так и продолжалось, если бы не соседский мальчик.

Однажды он постучал в дом, трепетно прижимая к груди лохматый комочек, пытаясь что-то бестолково объяснить. Старик ничего не понял, пожал плечами и неожиданно для себя протянул руки. Щенок был забавный и бесцеремонный. Он суетливо облизал нос старику, вырвался на волю и весело забегал по дому. Арина неторопливо подняла голову и с удивлением глянула на жизнерадостного малыша. «Вот дела! Сколько же мы наживём забот и проблем с этим наглецом! Сами еле ноги передвигаем! А тут ещё этот подкидыш!» – подумала Арина и припомнила себя, когда точно так же появилась в этом тёплом доме. «Как-нибудь справимся. Придётся заняться его воспитанием и придумать кличку… Почему бы не Гектор? По-моему, очень подходящее имя!» Но старики назвали щенка Цезарем, и Арина немного обиделась, что никто с ней не посоветовался.

«Как что – принеси, Арина, тапки! Сходи посмотри, кто пришёл! Ночами прислушиваюсь к каждому шороху, чтобы не пролез в дом вор и не похитил что-нибудь!» – фыркала недовольная Арина, но вскоре успокоилась. «Цезарь так Цезарь. Какая разница?! Главное, чтобы рос послушным и приносил пользу».

Ничего в повседневном течении жизни не изменилось, и в то же время изменилось всё. Дом наполнился звуками, движением, ворчанием хозяйки, смехом старика, тихим рычанием Арины и заливистым лаем нового постояльца. А вечерами, как заведено, они выходили на набережную. Цезарь забегал вперёд, возвращался, путался под ногами и опять обгонял всех, задорно виляя хвостом. Первым шёл хозяин, следом его жена, замыкала шествие Арина – ей казалось, что именно она ответственна за всю эту компанию.

После прогулки старики садились пить чай с вишнёвым вареньем. Потом хозяин устало располагался в своём любимом кресле-качалке и, нацепив странные очки с толстыми стёклами, брал в руки газету. Изредка он поднимал глаза и с теплотой смотрел на щенка, на Арину, на свою жену и желал только одного – пожить подольше, чтобы ему хватило времени вырастить непоседу Цезаря. А если силы окончательно покинут его, найти Цезарю новый дом и новых хозяев. Мир не без добрых людей.

Нильс родился совсем крошечным и слабеньким. Его мать Ирма, местная крестьянка, произвела Нильса на свет до срока от горя и страданий, с трудом пережив потерю мужа-кормильца. Осенью он пошёл в лес на охоту и не вернулся. Поговаривали, что увяз в болотной трясине. Болот в округе множество, отчего мужчины старались ходить в лес группами, а не в одиночку, как отец Нильса.

Теперь Ирме приходилось одной трудиться от зари до позднего вечера, чтобы хоть как-то прокормиться. Она любила Нильса больше всего на свете, таскала с собой повсюду, даже когда работала в поле, готовила еду или пряла пряжу. Завернёт его в ткань, повяжет поперёк груди, и на сердце спокойно – единственный ведь он у неё. От такой чрезмерной заботы Нильс рос пугливым и часто плакал.

– Не плачь, моё солнышко! Вот вырастешь большим и сильным, и все страхи уйдут. Я и твой ангел-хранитель всегда рядом!

Эти слова Ирма так часто повторяла, что когда Нильс чуть подрос и научился хорошо говорить, первое, что спросил, кто такой ангел-хранитель и почему он его никогда не видел.

– Человеку не всё дано видеть, Нильс. Главное, верить в то, что ангелы существуют и оберегают нас.

– И у тебя есть ангел? – радостно воскликнул Нильс. – Значит, с тобой никогда-никогда ничего не случится?!

– Конечно, дорогой. На кого же я тебя оставлю?

Нильс был бы и рад поверить матери, только никак не мог понять своим детским умом, почему ангелы-хранители не являются людям, раз они такие добрые и заботливые.

Он ни на шаг не отходил от Ирмы, всегда крепко держался за подол её юбки и продолжал бояться.

Порой и своей тени пугался – вздрагивал всем тщедушным тельцем.

Когда ему исполнилось шесть лет, он начал помогать Ирме в поле. От работы немного успокоился и уже ночами не вскакивал с кровати с криком и не бежал проверять, всё ли в порядке с его матушкой. По утрам Ирма будила сына, нежно гладя его по русым непослушным волосам. Нильс открывал сонные глаза, сладко потягивался и тянул к ней руки для объятий. На столе уже стояла крынка молока, а рядом ломоть свежеиспечённого хлеба и кусок сыра.

Но однажды этого не случилось. Никто его не будил и не звал подкрепиться после сна. Ирма лежала в своей постели бледная, и её лоб покрывали капельки пота. Нильс прижался к матери и пытался разобрать, что она бормочет. Тело её горело, она бредила и вскоре впала в беспамятство. Что матушка очень занемогла, он понял сразу и помчался к соседям звать на помощь. Все собрались вокруг постели Ирмы и сокрушённо пожимали плечами.

– На всё воля Божья! Даст Бог, выкарабкается.

Деревенская знахарка давала Ирме сок каких-то трав, жгла над её головой вереск, ворожила, но ничего не помогало.

Когда все разошлись, Нильс долго сидел у кровати матери и трепетно держал её за руку. Вдруг утёр слёзы и от злости сильно сжал свои детские кулачки:

– Если ангел-хранитель не желает прийти к нам, я сам найду его и приведу к маме!

Схватив торбу, мальчик запихал в неё остаток вчерашнего хлеба, что испекла мама, наполнил флягу водой и выскочил из лачуги. Солнце стояло высоко, пекло невыносимо, но Нильс решительно шёл вперёд вдоль пшеничных полей, пока не оказался у самого леса. Сердце бешено забилось, руки затряслись, ноги подкосились от ужаса. Он собрался с духом, вспомнил лицо матери и, не раздумывая, направился в самую чащу. Стараясь внимательно смотреть под ноги, опираясь на палку, которую нашёл в овраге, Нильс ловко обходил болота.

Когда стемнело, он присел под могучей сосной перекусить и дождаться рассвета. Ночью его разбудил волчий вой. Волки подошли настолько близко, что Нильс видел их оскалившиеся морды почти перед своим носом и слышал лязг острых зубов.

– Убирайтесь вон! – что есть мочи закричал Нильс. – Вы не сможете меня остановить! Я всё равно найду маминого ангела-хранителя!

От такой смелости мальчугана волки растерялись, переглянусь и отступили, уходя друг за другом во главе со своим вожаком.

Как только небо окрасилось первыми лучами солнца, Нильс снова отправился в путь. Он то и дело останавливался и громко звал ангела-хранителя, срываясь на хрип:

– Ну где же ты?! Где?! Ты мне сейчас очень нужен! Маме совсем плохо, и если ты не появишься, она умрёт и я останусь совсем один!

– Что ты кричишь, точно покусанный осами?! Думаешь, он тебя не услышит? Поверь мне, он услышит тебя, даже если ты не издашь ни единого звука.

– Кто вы? – Нильс удивлённо рассматривал древнюю сгорбленную старушку в лохмотьях и с посохом в руке.

– Неважно, – проскрипела седая старуха. – А ты, как я вижу, смельчак! Возвращайся домой. Всё будет хорошо. Ты и есть ангел-хранитель для своей матушки Ирмы.

– Откуда вы знаете, что мою маму зовут Ирма?

– Я всё знаю! – хихикнула незнакомка. – Поспеши! А в дорогу я тебе дам свою птицу. Она укажет кратчайший путь до деревни. Не ровён час, заблудишься!

Таинственная старуха протянула руку, и на неё села маленькая птичка цвета лазури. Она задорно щебетала и махала крыльями, приветствуя Нильса.

– Постой! Вот тебе волшебные коренья. Будешь каждый день их заваривать и давать матушке пить. Не пройдёт и пары дней, Ирма встанет и, как прежде, испечёт тебе вкусный хлеб.

Нильс, не видя ничего перед собой, нёсся по лесным тропинкам вслед за птичкой цвета лазури. Без отдыха они преодолели огромное расстояние, но Нильс не чувствовал усталости. Когда показались пшеничные поля и соломенные крыши домов, птичка облетела вокруг него три раза и исчезла.

– Где ты так долго пропадал, Нильс? Очнулась, а тебя нет. У меня совсем нет сил. Как хорошо, что ты пришёл. Я так ждала, так ждала! Иди обниму!

– Мам, сначала я приготовлю отвар, и ты очень скоро поправишься. Обещаю, что стану сильным и храбрым и сумею защитить тебя от любой беды. Я больше ничего не боюсь!

Ирма смотрела на своего единственного сына и улыбалась. Нильс улыбался ей в ответ. Теперь он точно знал, что ангелы существуют.

В одном королевстве, что простиралось от высоких гор до скалистых берегов моря, правил добропорядочный король со своей королевой. По злому року каждый их новорождённый ребёнок, не достигнув года, умирал от непонятной болезни.

Младенцы бледнели, теряли сознание и переставали дышать.

Лишь последний сын, Эммануэль, дотянул до шестнадцати лет и, хоть и был слаб здоровьем, продолжал жить под неустанным вниманием всего двора. С ним часто случались приступы, он падал, также переставал дышать, но каким-то чудом его удавалось спасти. Множество врачей со всего мира приезжали к принцу в надежде вылечить его. Но все их попытки не увенчались успехом – приступы участились, случались даже ночью, поэтому рядом с принцем Эммануэлем всегда находился его личный лекарь.

Когда принцу исполнилось десять лет, прибывший из далёкой Индии йог и провидец, осмотрев Эммануэля, поведал королю с королевой неутешительную правду.

– К моему сожалению, ваше величество, жить принцу осталось недолго, – твёрдым голосом промолвил индийский маг, не испугавшись гнева короля. – Он обречён…

Королева от таких слов закрыла лицо руками, чтобы никто не видел, как по её щекам текут горькие слёзы.

Не подобает королевским особам выражать свои чувства перед посторонними.

– Что ты говоришь?! Он мой единственный наследник, надежда нашего королевства!

Йог-чародей молча стоял, опустив голову и скрестив на груди руки. Добавить ему было нечего, и обнадёживать он никого не хотел.

– И что же нам делать?!

– Сделайте принца счастливым, пока он ещё с вами.

Король величественным жестом показал индусу, что аудиенция окончена, ему необходимо побыть наедине с королевой и разделить с ней горе и отчаянье. По чистой случайности юный принц подслушал их разговор. Онемев от ужаса, он сначала не понял, о чём идёт речь, но вскоре до него начал доходить истинный смысл сказанного.

Эммануэль помчался что было мочи по анфиладам дворца в свои покои и, рыдая, бросился на кровать.

– За что мне это?! В чём моя вина?!

Ему совсем не хотелось умирать, ведь жизнь так прекрасна и удивительна. Эммануэль собрался с духом, утёр слёзы и попросил своего лекаря никому не рассказывать, что ему пришлось стать свидетелем его слёз, а значит, и слабости.

– Не могу я просто так взять и исчезнуть! Всё останется, как и прежде, только без меня? Это несправедливо и жестоко! Я – принц, потомок славного и древнего рода! И если судьба сыграла со мной такую злую шутку, надо забыть о печалях и провести оставшиеся дни в радости рядом с моими отцом и матерью.

С этого дня Эммануэль старался всегда выглядеть жизнерадостным, улыбался матери-королеве, много шутил и даже стал лучше есть. Только под покровом ночи предавался страшным мыслям и беззвучно плакал, уткнувшись в подушку. Король и королева пытались сделать для юного принца всё – устраивали один за другим балы, маскарады, театральные представления, приглашали во дворец бродячих цирковых артистов. Клоуны смешно топали на ходулях и виртуозно жонглировали кеглями, гимнасты исполняли сложнейшие трюки, фокусники поражали ловкостью рук. Из заморской страны доставили огромного слона. Его торжественно водили по улочкам под восторженные возгласы подданных королевства. Вот так в праздниках и веселье незаметно пролетело шесть лет.

Однажды, как заведено в любом королевстве, король с придворными собрались на охоту.

– Отец, возьми меня с собой. Мне уже шестнадцать лет, а я ни разу не был на охоте.

– Что ты, сын мой! Тебе нельзя! Это опасно!

Но взглянув в опечаленные глаза сына, король смягчился:

– Лекарь и надёжная охрана будут следовать за лошадью принца. Ничего не случится!

Мать-королева имела своё мнение на этот счёт, но за королём всегда последнее слово. И даже королева не смела ему перечить. Радости Эммануэля не было предела. Он гордо восседал на своём гнедом скакуне, покидая главные ворота королевства в окружении короля, королевской свиты и лающих от нетерпения охотничьих псов.

У леса собаки засуетились и, спущенные с поводков, ринулись в чащу.

– Почуяли добычу! – крикнул король принцу и пришпорил коня.

Неожиданно послышалось истерично-испуганное тявканье собак, а навстречу охотникам с рёвом выскочил разъярённый бурый медведь. Лошадь Эммануэля встала на дыбы, заржала и помчалась галопом, не слушаясь седока. Принц отчаянно вцепился в гриву скакуна, а тот нёсся и нёсся, не разбирая дороги. Наконец лошадь замедлила шаг и остановилась. Никогда ещё Эммануэлю не доводилось оставаться одному, и он, еле отдышавшись от такой скачки, с любопытством оглядывался по сторонам. Лес хранил молчание, и только ветер, легко играя листвой в кронах деревьев, создавал звук, похожий на грустную мелодию. Стало страшно, и принц позвал на помощь. Один раз, второй, третий… Эхо разносило его голос по лесу, но, увы, никто не отвечал.

Эммануэль вёл за собой коня и шёл не ведая куда. Его ноги утопали в высокой траве и вереске, колючие кустарники царапали руки и мёртвой хваткой цеплялись за штанины.

– Если со мной случится приступ, я, наверно, умру! Надо срочно найти дорогу домой!

– Ты кто такой? – раздался писклявый голосок.

Перед принцем летал маленький эльф с прозрачными крылышками, несуразно большими ушами, длинным носом-хоботком и ясными голубыми глазками.

– Я принц Эммануэль, – удивлённо промолвил принц, разглядывая эльфа. – Я думал, что вы существуете только в сказках, которые в детстве мне рассказывала матушка.

– А вот нет! А вот нет! – эльф захихикал и исполнил в воздухе незатейливый танец, напевая забавную песенку:

– Тра-ля-бум-бум! Тра-ля-бум-бум! – он смешно перебирал ножками и в такт хлопал в ладошки.

– А что вы делаете в лесу?

– Живём мы здесь. Собираем нектар с полевых цветов. Творим добрые дела. Мы же светлые эльфы. Тёмные эльфы обитают под землёй. От них столько бед! Столько бед! – маленькое существо схватилось за голову и в знак порицания покачало головкой. – Хорошо, что тебе попался светлый эльф. Тёмные эльфы обманным путём обязательно бы заманили тебя в самую непроходимую лесную чащу и бросили бы на произвол судьбы. Такие вот они негодники.

– Раз вы творите добро, может, окажете мне огромную услугу и излечите от смертельного недуга? – с надеждой спросил Эммануэль.

– Увы, нам это не под силу. Надо идти к нашей королеве. Королеве светлых эльфов!

– Я готов идти хоть на край света! Веди! – решительно сказал принц и от слабости с трудом взобрался на лошадь.

Путь был долгим. Уже стемнело, в небе качалась полная луна и освещала дорогу. Вдруг лес расступился, и впереди показался прекрасный дворец, целиком выстроенный неведомыми умельцами из горного хрусталя. Дворец сверкал и переливался всеми цветами радуги. Эммануэль поднялся по хрустальной лестнице. Ворота были открыты, и он беспрепятственно вошёл в огромный зал с куполом из того же хрусталя, который поддерживали массивные хрустальные колоны.

В конце зала стоял величественный трон. На нём сидела сама прекрасная королева в белом платье и с золотыми крыльями за спиной. Её голову украшала корона из жемчуга и драгоценных камней. Вокруг сновали эльфы. Их было так много, что Эммануэль слышал шелест прозрачных крыльев. Завидев принца, они угомонились, расселись кто куда и принялись молча разглядывать незнакомца.

– Какая встреча! Эммануэль! Как же долго я тебя ждала! Подойди поближе.

– Вы меня знаете?

– Конечно! Эльфы знают всё.

– Тогда вы должны знать, зачем я к вам пришёл.

– Ты пришёл, чтобы я сняла с тебя проклятие, – улыбнулась королева светлых эльфов.

– Проклятие?!

– Да-да! Твоего отца прокляла королева тёмных эльфов.

Давным-давно, когда твой отец был чуть постарше тебя и охотился в этих местах, она заманила его к себе в подземное королевство, превратившись в невиданную красавицу. Королева влюбилась в юношу и хотела, чтобы он остался с ней навсегда.

Будущий король вашего королевства, то есть твой отец, категорически отказался исполнить её волю, так как любил твою матушку и обещал взять её в жёны. Тогда королева тёмных эльфов от злобы и ненависти прокляла твоих родителей.

Ни один королевский ребёнок не должен выжить! Вот в чём заключалось её проклятие. Тебя она решила подольше задержать на этой земле лишь из желания нанести королю с королевой наибольшие боль и страдания. Король никогда никому не рассказывал об этом, потому что королева тёмных эльфов стёрла его память. Но я-то всё помню и спасу тебя!

Однако одной мне не справиться. Ты должен помочь. Как – не скажу, иначе проклятие снять не удастся. Держи пузырёк с волшебным напитком. Выпить его ты должен, как только повстречаешься с первым попавшимся человеком на своём пути.

А теперь иди! Тебя проводят мои эльфы. Они укажут дорогу, сам ты её не найдёшь.

Эммануэль прижал заветный пузырёк к груди и услышал стук своего сердца:

– Спасибо вам, дорогая королева светлых эльфов!

Я никогда не забуду вашей доброты!

– Помни, Эммануэль, теперь всё зависит только от тебя!

Обратный путь занял не более нескольких минут, что вновь поразило Эммануэля. Он оказался вблизи деревушки, которая располагалась совсем неподалёку от его королевства. Попрощавшись с эльфами, принц поскакал вперёд. Вдали он увидел девочку лет семи. Она ковыляла на костылях, и каждый шаг давался ей с огромным трудом. Тело уродливо изгибалось, и кривилась спина. Эммануэль спешился и подошёл к девочке поближе. Её лицо озарилось улыбкой, а глаза выражали страдания и боль.

«Господи! – подумал принц. – Я уже свыкся с мыслью, что скоро умру! А бедняжка промучается всю жизнь. Никогда не выйдет замуж! Никогда не родит детей! Никогда не будет счастлива!»

Недолго думая, он залез за пазуху и протянул ей волшебный напиток:

– На, выпей! И не спрашивай зачем!

Девочка без слов послушалась принца, выпила содержимое флакона и удивлённо вытаращила на него глаза. Пошатнулась пару раз, выпрямилась и откинула свои костыли. Она сделала несколько неуверенных шажков, рассмеялась, побежала по дороге и тут же примчалась назад. Всё внутри словно обожгло принца, ноги подкосились, он побледнел как полотно и, теряя сознание, успел прошептать, чтобы девочка оседлала его коня и неслась во дворец звать на помощь.

Эммануэль очнулся, лёжа на кровати в своих покоях. Вокруг столпились подданные. Королева-мать держала его за одну руку, король за другую.

– Опять приступ? – обречённо вздохнул принц.

– Нет, нет! Наверное, вы просто устали. Потеряв сознание, вы продолжали дышать!

Шло время… Ни одного приступа больше не случилось, и принц Эммануэль уже начал забывать о своём смертельном недуге. Из памяти стёрлась его встреча с королевой светлых эльфов и то, что он пожертвовал собой ради незнакомой девочки. Она тоже помнила лишь, как повстречала изнемождённого принца на дороге и побежала за подмогой. Каким образом она из калеки превратилась в обычную девочку, никто и не догадывался. Верили, что случилось самое настоящее чудо. Всю правду знала только королева светлых эльфов. А она умела хранить тайны.

Это случилось в маленьком городке, расположенном у самого подножья потухшего вулкана. Последнее извержение вулкана произошло более ста лет назад, и в живых не осталось ни одного свидетеля того жуткого события, когда лава испепелила всё вокруг и мало кто уцелел в той битве с природой.

Городок был устроен особенным образом и состоял лишь из одной длинной улицы. Она вела к площади, на которой высилась ратуша и имелась старинная церквушка. Посреди площади бил фонтан в виде грозного льва, из пасти которого поднималась вода и затейливо распадалась на струи. По правую сторону улицы жили богатые и зажиточные горожане, а по левую – бедные.

На стороне состоятельных стояли школа для детей, магазины, набитые разным товаром, мясная лавка, кондитерская с кофейней, парикмахерская и даже небольшой театр, где по выходным давали представления заезжие артисты. Богатые не противились, чтобы бедняки заходили в их магазины и другие заведения, но те туда даже не заглядывали – не было денег. Бедняки довольствовались тем, что продавалось в лавках по соседству с их лачугами, или шли на базар, на самую окраину города. Трудились бедные горожане на полях, ухаживали за скотом, принадлежавшим богатым, занимались кузнечным делом, сапожным и другими ремёслами, кто-то прислуживал по хозяйству в добротных домах богатеев. Платили им мало, но податься больше было некуда. Другой работы и за сто вёрст не сыщешь.

Нельзя сказать, чтобы богатые вели себя враждебно по отношению к бедным. Вовсе нет. Мило улыбались при встрече, вежливо приветствовали и даже справлялись о здоровье. А по праздникам для всех накрывалось на площади вдоль фонтана два ряда столов с угощениями. Только сидели горожане, как и жили, по разные стороны.

Дети простолюдинов вечно носились стайками по городу, играли между собой в игры и с завистью наблюдали, как по утрам дети с другой стороны улицы, аккуратненькие и причёсанные, с ранцами за плечами шли в школу учиться. Для детей простолюдинов это было недоступно да и некогда: чуть подрос – надо помогать родителям по хозяйству. К такому порядку все привыкли, и никого это не удивляло.

И вот однажды солнечным воскресным днём Себастьян вприпрыжку соскочил со ступенек своего красивого дома. Он получил от мамы монетку за примерное поведение и направился прямиком в кондитерскую за сладостями. У витрины стоял, прилипнув к стеклу, мальчик одного с ним возраста в поношенной серой курточке и в донельзя стоптанных ботинках. На голове мальчугана красовалась большая не по размеру кепка, скорее всего, отцовская. Его взгляд был прикован к блюду с эклерами, покрытыми шоколадной глазурью. Себастьян не любил эклеры, а для незнакомого мальчугана они, видно, были неисполнимой мечтой.

– Тебя как зовут? – дружелюбно спросил Себастьян.

– Том.

– Приятно познакомиться. А меня Себастьян. Подожди минутку, не уходи никуда.

Себастьян радостно забежал в кондитерскую и вскоре вернулся. В одной руке у него была коробочка цвета зефира, перевязанная ленточкой, в другой – сахарный петушок на палочке. Протянув Тому коробочку, Себастьян улыбнулся и извинился, что, к сожалению, ему не хватило денег на два петушка, зато хватило на эклер и один петушок.

– Ты же хотел именно это пирожное?

Том молча раскрыл коробочку, сначала растерянно разглядывал сокровище, потом впился в него зубами, причмокивая от наслаждения.

С тех пор они крепко подружились и уходили далеко за черту городка поноситься по бескрайним долинам, летом поплавать в озере, а зимой скатиться со снежного пригорка.

Никто и знать не знал, как они привязались друг к другу.

Настал день, когда Том осмелился пригласить Себастьяна в своё скромное жилище.

– А тебя мама не заругает? Моя бы не одобрила нашу дружбу.

– Что ты?! – воскликнул Том. – Она у меня добрая!

А отец строгий, и мне часто влетает за любую провинность, особенно когда я ленюсь. Он считает, что лень – самый большой грех.

– Ха-ха! – рассмеялся Себастьян. – Тогда я самый великий грешник на земле!

Матушка Тома встретила Себастьяна радушно, хоть и устала, вернувшись с фермы. Она поставила на стол всё, чем были богаты: немного сыра, кусок хлеба и крынку молока.

– Том, у тебя есть настоящая мечта? Самая-самая заветная! – прочавкал Себастьян, с удовольствием уплетая хлеб с сыром и запивая молоком.

– Конечно! Я очень хочу научиться грамоте. Заработать денег и накупить много-много книг. Отец смеётся надо мной. Говорит: зачем тебе читать книжки?! По его мнению, они только отвлекают от работы. А мне очень хочется, даже больше, чем лопать каждый день эклеры!

Теперь в своё свободное время Себастьян приходил к Тому учить его грамоте, а заодно математике и другим школьным наукам. Том старался и вечерами корпел над домашними заданиями под недовольное ворчание отца. На день рождения Себастьян подарил Тому целых три книги в красочных переплётах. Том чуть ли не спал с ними в обнимку, настолько дороги были ему подарки лучшего друга.

Летним днём, когда солнечный свет зайчиками разбегался сквозь пышную листву деревьев, стрекотали стрекозы, летали разноцветные бабочки, а пчёлы с весёлым жужжанием опыляли цветы, жители города увидели на фоне лазурного неба, как из кратера вулкана повалил сначала чёрный дым, потом вырвались языки пламени и раздались страшные хлопки, похожие на взрывы. Вулкан проснулся! Город оглушили отчаянные крики горожан. Началась паника, и люди, побросав дома и всё своё имущество, кто на телеге, кто на лошадях, а кто и пешим, прихватив кошек и собак, ринулись подальше от города, чтобы укрыться от стихийного бедствия. Хорошо, что кто-то успел выпустить весь скот на волю, и животные, поддаваясь инстинкту самосохранения, стремглав покидали свои стойла.

Ночевали горожане в лесу, не сомкнув глаз, и до них всю ночь доносился грозный рёв взбунтовавшегося вулкана. В воздухе пахло гарью. Многие плакали, и уже было не разобрать, где бедняки, а где богатые.

К вечеру следующего дня всё стихло, и жители городка, угрюмые и уставшие, направились в обратный путь. Они предчувствовали, что их ожидает. И какое же было удивление, когда они увидели, что вся сторона богатых уничтожена. И дома, и школа, и магазины, и кондитерская… От площади осталась лишь половина. Поток лавы сровнял с землёй ратушу вместе с фонтаном. Чудом уцелела старая церквушка, только её выбеленные стены покрылись сажей и копотью. Народ застыл в позах печальных изваяний, каждый думал о своём и не находил слов выразить чувства. Вдруг Том отделился от толпы, подошёл к другу Себастьяну, протянул ему руку и громко сказал:

– Пошли! Твоя семья будет жить у нас, пока мы не отстроим город заново!

По лицу своего отца Том понял, что тот его полностью поддерживает и гордится им. Примеру Тома последовали все, чьи дома уцелели. Такого единства и сплочённости своих жителей город ещё не видывал. Закипела работа. Стар и млад работали от зари до позднего вечера. И город возродился из пепла!

Всё изменилось с тех пор – дети богатых и бедных стали ходить в одну школу, у всех теперь хватало денег и на эклеры, и на сахарные петушки. Ратушу выстроили заново, и там заседали, принимая законы, самые добрые и милосердные люди города. А по праздникам на площади ставили один длинный стол, и все веселились до упаду. Горе порой объединяет, только пусть его никогда не будет!

И ещё. Многие, прослышав про чудесный город, решили туда переехать. Теперь там не одна, а множество улиц и переулков. Жители больше не боятся вулкана, они его победили в тот раз, победят и в следующий. Они просто знают как! А всё потому, что однажды маленький Том протянул руку помощи своему другу Себастьяну, который угостил его эклером с шоколадной глазурью и научил читать.