Каждый советский город по-своему хорош. Я вот люблю ставший мне родным Златоуст. И особенно люблю его в часы рабочих смен.

Утро. Ровно в семь часов раздается басовитый гудок металлургического завода имени Сталина. Над серыми вершинами древних Уральских тор, над беспокойной бурливой рекою Ай, далеко-далеко, разгоняя ночную тишину, раздается его призывный голос. И со всех концов разбросанного по горным уступам города: из Чапаевского поселка, из Закаменки, из поселка металлургов, с шестого и седьмого участков, из поселка имени Александра Матросова — к проходным воротам завода стекаются люди в рабочих спецовках. Идут сталевары и прокатчики, кузнецы и токари, электрики и строители, машинисты и крановщики — славная трудовая армия, краса и гордость старинного русского города. Степенно, не торопясь, торжественно-молчаливые, идут убеленные сединами потомственные металлурги. Вместе с ними идут на завод парни и девушки — молодой, звонкоголосый народ, которому предстоит приумножить трудовую славу своих отцов и дедов. И как они все красиво идут — легко, свободно, весело. Как будто не на работу в горячие цехи, а на большой, радостный праздник.

Невольно остановишься у проходной и засмотришься. И как не полюбоваться на них, дорогие друзья мои? Да это ж идут настоящие мастера горячего дела, умеющие варить все марки сталей, созданных разумом и опытом человечества. Металл, сваренный ими, растекается во все города, во все уголки нашей необъятной Родины.

Глядишь на них и думаешь о себе: ты — не простой человек, ты — частица этого большого творческого, созидательного коллектива, для которого труд стал делом чести, доблести и геройства.

Я вот сталевар-мартеновец. Более четверти века, почти половину своей жизни, варю сталь. Иной раз с радостью подумаешь: сотни станков, сотни самых разнообразных машин сделали советские машиностроители из металла, который я сварил за свою трудовую жизнь на сталинском заводе в Донбассе и на Златоустовском — на Урале. И от одной только этой мысли охватывает гордость за свою трудную, но почетную профессию сталевара, которую я люблю больше всего на свете. Ведь металл, выданный моей бригадой, идет на строительство народного счастья, а не на его разрушение. Вот сейчас во всю богатырскую ширь, с истинным большевистским размахом развернулись работы на великих стройках коммунизма. Человечество за всю свою многовековую историю не знало еще таких грандиозных работ, какие ведут сейчас советские люди в знойных среднеазиатских пустынях, на берегах Волги, Тихого Дона, седого Днепра, в степях Украины и Крыма, у стен героического Сталинграда, у Каховки и Куйбышева. Стройки, на которых машины навсегда и бесповоротно вытеснили ручной труд! Эти замечательные машины, во много крат облегчающие труд человека, созданы из металла, который выплавили мы — у советские сталевары.

В трумэновской Америке, в Англии и в других империалистических странах сталь идет в первую очередь на изготовление снарядов и пушек, танков и самолетов. Величайшее достижение человеческого разума — атомная энергия используется на изготовление бомб для истребления миллионов людей. Разбойники-империалисты готовят новую бойню. На подготовку войны они поставили все достижения науки и техники.

Но для отпора темным силам лагеря войны встает все передовое человечество, взявшее себе за образец великий пример народов Советского Союза.

В этом я с особенной силой убедился в апреле 1949 года в столице Чехословакии — Праге, где проходил в то время Всемирный конгресс сторонников мира. Мне, рядовому сталевару Златоустовского металлургического завода, выпала высокая честь представлять на этом конгрессе героический рабочий класс Советского Союза.

Известно, что Всемирный конгресс сторонников мира в 1949 году вел свою работу в двух городах: в столице Франции — Париже и в столице Чехословакии — Праге. Люди всего земного шара отлично помнят, почему это произошло. Незадачливые правители Франции, идущие на поводу американских империалистов, испугались. Господа американские, английские и французские империалисты, как чорт ладана, боятся слова «мир»; боятся, когда сторонники мира выводят на чистую воду их черные дела. Ведь и атомной бомбой они размахивают только для того, чтобы подбодрить самих себя. Темной ночью и вор размахивает топором, а только упадет на него свет — и он торопливо прячется за угол. Такой же воровской породы — трусливые и коварные — эти господа империалисты.

Они предполагали, что сорвут работу Всемирного конгресса сторонников мира. Но это им не удалось.

Незабываемые, волнующие дни провел я в столице миролюбивого чехословацкого народа в Праге. И когда на Конгрессе сторонников мира мне предоставили слово, я сказал то, что сказал бы любой советский рабочий.

Я говорил о том, что эшелоны уральской стали идут во все концы нашей великой Родины. Уральская сталь идет на строительство новых городов и сел, фабрик и заводов, школ, больниц, Дворцов культуры, на восстановление населенных пунктов, разрушенных нашествием фашистов.

Меня слушали-шахтеры и металлурги Польши, машиностроители Чехословакии, виноградари Болгарии, текстильщики освобожденного Китая, слушали лучшие сыны и дочери народов земли.

Слова советского рабочего им всем были близки и понятны.

Перед выступлением я очень сильно волновался. Но когда увидел сотни дружеских глаз, устремленных на меня, я успокоился, говорил твердо и уверенно, потому что меня слушали мой друзья.

Трудовой советский народ мне поручил сказать, что мы, советские люди, не хотим войны! Мы не хотим новых человеческих жертв и народных бедствий ради кучки разжиревших на войне англо-американских империалистов и их наймитов. Мы хотим крепкого и устойчивого мира.

Мы можем и должны остановить зачинщиков войны.

По поручению советских сталеваров, горняков и доменщиков я призвал металлургов всего мира отказаться плавить металл для войны. Ни одного килограмма металла не должно быть употреблено на строительство орудий насилия и истребления людей. Железо и сталь, если их выплавляет честный человек, любящий свою Родину, свободу и независимость, являются надежной опорой сторонников мира.

Я, как металлург, хочу сказать: пусть воля и единство сторонников мира будут так же нерушимы и крепки, как прославленная уральская сталь!

Во время перерывов ко мне подходили металлурги многих стран, крепко, от всей души, пожимали, руку в заявляли, что я выразил волю не только советских металлургов, но всех честных тружеников мира.

С тех пор прошло два с лишним года.

Поджигатели войны не унялись. Они перешли к кровавым делам. Второй год льется кровь в Корее. Второй год свободолюбивый корейский народ героически отстаивает свою свободу и независимость. Второй год американские агрессоры со своими союзниками по грязным делам разрушают то, что создавал веками мирный, трудолюбивый корейский народ. Тысячи одурманенных американских, английских, турецких солдат сложили свои головы на непокоренной земле. Покрываются ржавчиной под горячим корейским солнцем подбитые самолеты и танки врага.

Развязывая войну с маленькой, еще не окрепшей после жестокой японской оккупации Кореей, империалисты Соединенных Штатов Америки рассчитывали в короткий срок сломить сопротивление корейского народа. Они рассчитывали на «молниеносную» войну. Но подсчитывая количество танков и орудий на километр фронта, они «забыли» учесть главное — волю к сопротивлению свободолюбивого народа. «Летающие крепости» и реактивные бомбардировщики могут разбомбить мирный город Пхеньян, могут убить на рисовых полях хлеборобов. Но никакими бомбами не сломить волю народа, познавшего настоящую свободу. Душитель азиатских народов, старый мародер генерал Макартур оскандалился в маленькой Корее.

Все усилия финансовых и промышленных воротил Уолл-стрита и Сити направлены на подготовку новой войны. Создаются аэродромы и авиационные базы, наскоро сколачиваются агрессивные блоки, за счет ограбления трудящихся растут затраты на производство средств истребления людей, ведется бешеная пропаганда новой войны. Это происходит в империалистической Америке и в бандитском лагере ее союзников.

Только у нас, в Советском Союзе, и в странах народной демократии пропаганда войны карается как самое тяжкое преступление, а мирное строительство, борьба за мир и за счастье трудящихся являются стержнем всей политики правительства и находят самую горячую поддержку у народов.

Возьмем, к примеру, мой родной город Златоуст.

Американские империалисты строят авиационные базы и вынашивают кровавые планы порабощения народов. А у нас, в Златоусте, недалеко: от металлургического завода вырос новый рабочий городок. Раньше здесь стояли маленькие, приземистые домишки с подслеповатыми окнами, обнесенные высокими тесовыми заборами. А теперь тут высятся многоэтажные дома, какие раньше строились только в столичных городах. И в этих комфортабельных домах живут семьи рядовых рабочих и работниц металлургического завода имени Сталина.

Американские империалисты строят военные магистрали, а у нас, в Златоусте, асфальтируются улицы. На улицах одного только поселка металлургов, самого обыкновенного рабочего городка, уложено асфальта больше, чем в довоенные годы в нашем областном центре Челябинске.

То же происходит в любом сибирском, украинском, грузинском городе, в любом советском населенном пункте.

Советские люди борются за мир стахановским трудом. Послевоенная сталинская пятилетка промышленностью СССР выполнена досрочно, за 4 года и 3 месяца. Большие успехи достигнуты в сельском хозяйстве. Колхозники и рабочие совхозов из года в год выращивают высокие урожаи. По валовому сбору зерна мы превзошли довоенные годы.

А в это время в странах капитала, где у власти стоят господа империалисты, промышленное производство мирной продукции сокращается, гонка вооружений тяжелым бременем ложится на плечи трудящихся. В США, Великобритании, Франции и других агрессивных странах катастрофически снижается жизненный уровень трудящихся. В Англии, запутавшейся в паутине плана Маршалла, до сих пор не отменена карточная система.

Великий пример Советского Союза в мирном строительстве воодушевляет трудящихся стран народной демократии на борьбу за построение социализма в этих странах, за мир во всем мире. Мне довелось побывать в Чехословакии и в Болгарии. А нынче меня пригласили к себе в гости трудящиеся миролюбивой демократической Венгрии.

В апреле месяце в Венгрии проходил месячник советско-венгерской дружбы. На торжества выезжала советская делегация, в составе которой был и я. Нашей делегацией руководил профессор Никитин, выдающийся специалист по электросварке.

Первое слово, которое мы услышали от венгерских друзей, было слово, понятное на всех языках земли, близкое и дорогое каждому честному человеку, — Сталин!

Это слово сопровождало нас всюду, оно раскрывало перед нами сердца и души дружественного венгерского народа.

Вот мы едем по широким и просторным улицам Будапешта. Здания украшены праздничными лозунгами и плакатами. Всюду — портреты Иосифа Виссарионовича Сталина, Матиаса Ракоши, руководителей Советского и Венгерского правительств.

На полотнищах и транспарантах жителями венгерской столицы было начертано:

Мне приходилось беседовать со многими советскими воинами, участниками боев за Будапешт. Они рассказывали, какие страшные разрушения оставили гитлеровцы в Будапеште. Прекрасный город был превращен ими в развалину. Подъезжая к венгерской столице, я думал, что увижу еще развалины. Но я увидел молодой, веселый, цветущий город, с новыми нарядными домами, с просторными, залитыми асфальтом улицами.

Теплое весеннее солнце ласково сверкало на стеклах чистых окон. Я видел много домов, затянутых густой паутиной строительных лесов. Здесь, в Венгрии, как и у нас, в Советском Союзе, профессия строителя — самая почетная профессия.

Удивительные подвиги может совершить народ, любящий свою родину. Такой подвиг совершил венгерский народ, который за короткий срок поднял из руин и пепла свою родную столицу, разрушенную войной. Народ Венгрии восстановил столицу не для того, чтобы новая война опять сровняла ее с землей. Вот почему на улицах Будапешта венгерский народ написал лозунги, призывающие бороться за мир, зовущие к тесному сплочению вокруг передового борца за мир и безопасность больших и малых народов — могучего Советского Союза.

Тепло встретил советскую делегацию вождь венгерского народа Матиас Ракоши. С большим интересом он слушал наши рассказы о жизни и героических буднях советских людей. В далекой Венгрии Матиасу Ракоши были хорошо известны имена и трудовые подвиги наших стахановцев.

Здесь не забыли и о призыве, с которым я по поручению трудящихся Советского Союза обратился на Всемирном конгрессе сторонников мира в Праге: «Ни одного килограмма металла для подготовки новой мировой войны!»

Вскоре советскую делегацию пригласили в гости венгерские металлурги. Утром легковая машина стремительно помчала нас по широким улицам Будапешта.

Мы миновали спокойный величавый Дунай. На одной из окраин столицы автомобиль остановился около новых корпусов. В небо подымались высокие красные трубы. Стены корпусов еще не потемнели: завод построен совсем недавно. Это был знаменитый в Венгрии металлургический комбинат имени Матиаса Ракоши. Меня проводили через просторные цехи, оборудованные по последнему слову техники. Венгерские товарищи говорили:

— Без вашей помощи, без помощи товарища Сталина мы бы не построили этот комбинат.

Они горячо благодарили советский народ за его братскую, бескорыстную помощь.

Я до глубины души был тронут этой встречей. И невольно припоминались мне разговоры на конгрессе с товарищами по труду из стран маршаллизованной Западной Европы о пресловутой американской помощи.

Америка дает своим сателлитам доллары. Но на эти деньги они должны покупать товары только в Америке. И покупать не масло и хлеб, а пушки и пулеметы, не оборудование для предприятий мирной промышленности, а самолеты и танки. Америка Трумэна и Маршалла воскресила старый, обветшалый гитлеровский лозунг «Пушки вместо масла!».

Все еще стоит в развалинах рабочий район английской столицы Лондона — Ковентри, разрушенный немецкими фашистами. «Рабочее» правительство Эттли не выделило на восстановление Ковентри ни цента, зато миллионы и миллионы американских долларов и английских фунтов стерлингов расходуются на строительство военных кораблей и авиационных баз и для осуществления захватнических планов американо-английских империалистов.

Будапешт, пострадавший в годы минувшей войны в сотни раз больше, чем Лондон, почти не имеет следов военного времени. В этом я убедился сам, своими глазами. И что бы там ни твердили завравшиеся болтуны из «Голоса Америки» и английской «Би-би-си» о разрухе в странах народной демократии, ни одному их слову верить нельзя.

Страны народной демократии встали на единственно правильный путь развития — на путь строительства социализма, на путь борьбы за мир, за счастливое будущее своих народов. Наша страна оказывает странам народной демократии бескорыстную помощь.

Помощь Советского Союза Венгрии обеспечила успешное развитие ее тяжелой промышленности, дала возможность стабилизовать экономику.

Эта помощь направляется народно-демократическими правительствами на расширение гражданского строительства, на улучшение материального благосостояния народа.

За тридцать четыре года существования советской власти в нашей стране мы накопили богатый опыт социалистического строительства и его не собираемся держать под спудом.

Во время нашей поездки профессор Никитин охотно рассказывал венгерским рабочим о достижениях советских людей в области электросварки. Ученик академика Трофима Денисовича Лысенко, мичуринец Баранов рассказывал венгерским крестьянам о последних достижениях мичуринской науки в Советском Союзе. Белорусский поэт Максим Танк на своих встречах с представителями искусства и литературы Венгрии говорил о достижениях советской литературы, театра, музыки, кино. Говорил о том, как искусство помогает советскому народу в его трудном, но благородном деле — строительстве коммунистического общества.

Я рассказывал о том, как нужно работать, чтобы давать как можно больше стали, чтобы как можно больше снимать этого крайне необходимого металла с каждого квадратного метра пода печи. У нас, советских сталеваров, накоплен богатый и ценный опыт. Мне приходилось объяснять не только словами, но и делом. Почти на каждом металлургическом заводе Венгрии я надевал рабочую спецовку и становился к мартеновским печам. Слово — словом, а дело — делом. На деле, у мартеновской печи, расскажешь куда понятнее. Тут сталевар сталевара может понять без всякого переводчика, без русско-венгерского словаря.

Везде и всюду встречали нас, как встречают люди желанных, долгожданных гостей. У сталеваров города Озд я пробыл трое суток. Прощаясь, они целовали меня как родного брата. Растроганный, со слезами на глазах, уехал я с этого завода.

Мирную, счастливую жизнь по примеру великого Советского Союза строит венгерский народ. Поэтому он с большим вниманием и любовью отнесся к нам, посланцам страны, которую ведет от победы к победе славная большевистская партия, ее мудрый вождь товарищ Сталин.

О том внимании, с каким относится к нам венгерский народ, говорит хотя бы такой небольшой факт. В 1949 году в Челябинске вышла моя книжка «Мы — советские сталевары», переизданная Профиздатом под названием «Четверть века у мартена». В ней я рассказывал о своем, опыте работы на мартеновских печах. Выпуская книгу, я думал, что она пригодится в работе молодым советским сталеварам. Но ее читателями стали не только советские сталевары. Когда я приехал в Венгрию, то мне подарили издание этой книжки на венгерском языке. И мне довелось видеть венгерских сталеваров, которые читают ее. Я очень рад, что она оказывает, им помощь в борьбе за металл.

Много незабываемых впечатлений я вывез из демократической Венгрии. Но самым главным осталось то, что венгерский народ с огромным успехом строит мирную жизнь под руководством партии трудящихся и ее испытанного вождя Матиаса Ракоши, стойко и последовательно борется за мир, что венгерские сталевары варят сталь не для войны, а для мирных целей.

Вторую поездку в 1951 году мне пришлось совершить по родной стране. В июле я получил очередной отпуск. Меня тянуло в Донбасс, в Сталино, к своим старым друзьям, которые когда-то мне, деревенскому парню, помогли приобрести замечательную профессию сталевара. Родную Юзовку, ныне город Сталино, в послевоенные годы я посетил впервые.

По газетам, по письмам друзей я знал, что фашисты за годы оккупации разрушили Сталино. Гитлеровцы сровняли с землей замечательные дома, дворцы, построенные на месте прежних «собачеевок», разрушили металлургический завод, в котором я работал. Но сейчас я не узнал города, который довелось мне покинуть в первые годы Отечественной войны. Да и друзья мои, когда я поделился с ними своим удивлением, покачивая головами, говорили:

— Вот теперь и нам самим не верится… Думалось, лет на десяток хватит возить только битый кирпич. А вот построили своими руками с помощью всего советского народа.

Мне, прожившему здесь более пятнадцати лет, пришлось расспрашивать горожан, чтобы найти нужный адрес. Шире и просторней стали улицы, застроенные красивыми многоэтажными домами. На окраинах, где раньше доживали свой век дряхлые домики, выросли аккуратные, просторные и светлые дома с фруктовыми садами на усадьбах. Жители Сталино не просто восстановили свой город, они его украсили и превратили в цветущий сад.

Шахтеры и сталевары Сталино, как и все советские люди, хотят жить мирно и свободно. Они всей душой ненавидят проклятых поджигателей войны. И ненависть свою к лютым врагам человечества выражают в самоотверженном стахановском труде. Один за другим идут из Донбасса эшелоны, доверху груженные добротным донецким углем и металлом.

Сталинский металлургический завод досрочно выполнил полугодовую программу. Коллектив завода дал сверх плана тысячи тонн металла.

Я побывал в мартеновском цехе и не увидел там старенькой печи, на которой проработал многие годы. Я увидел новые печи, построенные по последнему слову техники.

В цехе я встретился со своим бывшим вторым подручным, ныне — сталеваром стахановцем Федором Магонько, с бывшим сталеваром соседней печи, а ныне — мастером Кожаном, с машинистом Ясинским и многими другими. Большинство моих друзей в годы войны сражались с немецкими оккупантами. Отгремела война, и они снова встали на свои рабочие места. Бывшие фронтовики, мои друзья по цеху почти все работают по-стахановски. Они храбро громили ненавистного врага человечества, а теперь их военная гвардейская хватка проявляется в мирном созидательном труде.

Обрадованный, возвращался я из Донбасса. Хорошо, по-настоящему работают мои земляки. Ехал я на Урал в августе. Я видел широкие, бескрайние степи Украины. С полей был убран богатый урожай. В степи рокотали тракторы, подготовляя землю для нового обильного урожая. Подъезжая к Уралу, я наблюдал, как работают комбайны. Радость заполняла душу. Велика, необъятна и богата ты, наша могучая, любимая Родина!

Навстречу бежали эшелоны с металлом, машинами, и на бортах платформ были любовно написаны короткие, выразительные адреса: Сталинград, Куйбышев, Каховка — великим стройкам коммунизма. Это Урал, это Сибирь вносят свой трудовой вклад во всенародное мирное дело. Хотелось каждому тяжеловесному эшелону крикнуть вдогонку:

— Доброго, счастливого пути!

Первые недели работы в, цехе как раз совпали с тем временем, когда началось обсуждение резолюции Пленума Советского Комитета защиты мира о проведении в СССР сбора подписей под Обращением Всемирного Совета Мира о заключении Пакта Мира между пятью великими державами.

Златоустовские сталевары единодушно одобрили эту резолюцию и, как это заведено у нас, советских людей, сразу же стали подкреплять свои слова стахановскими делами. Моя бригада, как и все бригады нашего цеха, стала на вахту мира. Первые десятки тонн сверхплановой стали выдали в фонд мира бригады сталеваров Ивана Панкова, Степана Салангина. В день опубликования резолюции Пленума Советского Комитета защиты мира моя бригада дала сверх плана тридцать тонн металла.

Я снова в Златоусте, в городе, ставшем мне родным. И снова, когда раздается призывный гудок родного завода, я вместе со своими друзьями начинаю рабочий день у мартена. Вместе с ними я чувствую себя сильным, способным на большие дела. Я горжусь тем, что совершаем мы эти дела во имя мира во всем мире, во имя славы и независимости нашей могучей Родины, во имя счастья людей, во имя приближения заветной мечты человечества — коммунизма. К нему мы идем твердой, уверенной поступью. Идем уверенно потому, что ведет нас великий вождь и учитель всех трудящихся, знаменосец мира товарищ Сталин.

Я хочу поделиться с читателями о своих буднях, о том, как магнитогорские металлурги, точнее — мартеновцы, живут и трудятся во славу мира во всем мире.

Среди цехов Магнитогорского металлургического комбината мартеновский цех № 1 занимает почетное место. Именно здесь берет начало мощный поток магнитогорской стали. Сталевары этого цеха явились авторами славных страниц в истории сталеплавильного дела. Они высоко подняли знамя стахановского движения. С огромным успехом здесь проводились стахановские декады, стахановские вахты. Имена знатных сталеваров Алексея Грязнова, Корчагина, Зинурова, Боброва хорошо известны металлургам нашей страны.

Сталевар Алексей Грязнов первым установил замечательный рекорд сталеварения, сварив скоростную плавку почти в два раза быстрее установленного срока.

В нашей стране не было раньше таких мощных мартенов, не было такой замечательной техники и, следовательно, не было и таких высококвалифицированных мастеров сталеварения. В нашем цехе осваивалась новая техника. Здесь, в нашем цехе, получали настоящее боевое крещение, совершенствовали и накапливали опыт сталеварения и опыт руководства, производственными процессами сталевара, мастера, командиры производства.

Все знатные теперь мартеновцы Магнитогорского комбината, начиная от главного сталеплавильщика т. Гарченко до сталевара т. Боброва, прошли школу именно в нашем мартеновском цехе № 1. Здесь стажировались мастера Грибов, Лупинов, Любицкий. С нашего цеха, как правило, начиналось внедрение различных технических усовершенствований и новшеств, новой технологии производства.

Так, например, автоматизация управления процессом сталеварения впервые стала применяться в нашем цехе, на печи № 3, на которой я сейчас работаю. Мы с гордостью сознаем, что у нас в цехе рождались самые передовые идеи, самые смелые мысля, совершенствовалось мартеновское дело. В нашем цехе возникло такое начинание, как применение пооперационного графика. Об этом мне хочется рассказать подробнее.

До введения графика мы работали вразнобой, как говорят, кто во что горазд. Нередко было так: плавка готова, а изложницы не были подготовлены. Или: пора заливать чугун, а доменный цех чугуна не выдал.

Частое совпадение выпуска плавок на нескольких печах, одновременная завалка шихты — все это лихорадило работу цеха, вносило неорганизованность. Сколько скоростных плавок из-за этого срывалось, сколько металла не додавалось Родине! Дальше мириться с таким положением было нельзя. Стахановская практика и высокая техника создали предпосылки для рождения единого графика.

Работа шихтового двора, миксера, цеха подготовки составов и других участков должны быть подчинены процессу сталеварения.

На основании глубокого изучения опыта сталеваров-скоростников и стахановцев других металлургических специальностей в мае 1949 года был разработан график, предусматривающий порядок выполнения отдельных операций каждой плавки. График был составлен с учетом реальных производственных возможностей, материально-технического снабжения печей.

Сталевары, особенно молодежь, радостно ухватились за эту идею, почуяв в ней новые резервы повышения производительности труда. В цехе только и разговору было, что о графике. И вот, наконец, он был введен. Первыми сварили плавки по графику Мухамед Зинуров, Иван Семенов и я. Вслед за нами «обновили» график сталевары Андриевский, Козыров и многие другие.

Инженеры помогали сталеварам осваивать новый производственный ритм, следили за безупречным выполнением инструкций. Введение пооперационного графика дало возможность координировать труд подручных. Так как заправка печей производилась не одновременно, то для быстрого проведения этой операции подручные сталеваров всех печей цеха сообща производили завалку на каждой печи. Кроме выигрыша времени, достигался большой выигрыш и в расходовании сил. Работая сообща, большим коллективом, подручные затрачивали меньше сил и быстрее добивались успеха.

В связи с введением графика возник вопрос: как быть со скоростными плавками, не будут ли они нарушать общего ритма работы цеха? Но стахановская практика показала нелепость этих опасений. Ведь организация производственного процесса по графику предусматривает строгую последовательность всех операций на каждой мартеновской печи и, следовательно, сокращает и продолжительность плавок, увеличивает съем стали с квадратного метра пода печи.

Плавки стали вариться быстрее. Возросло количество скоростных плавок. Каждая пятая плавка — теперь скоростная. Но это, конечно, не предел. Мы стремимся к тому, чтобы скоростными были плавки все без исключения.

Сейчас регламентированный режим введен в практику всех сталеплавильных цехов комбината. Он открывает широкий простор инициативе стахановцев, а соревнование делает более конкретным. Мы получили возможность экономить время, рабочую силу, материалы на каждой операции.

Борьба за выполнение графика вызвала в жизни новые формы социалистического соревнования.

График явился результатом технического и политического роста рабочих и инженерно-технических работников первого мартеновского цеха, в недрах которого он возник и был впервые претворен в жизнь.

Большая роль в этом принадлежит цеховой партийной организации. Коммунисты нашего цеха во главе с секретарем партийного бюро т. Батиевым рассматривали график как кровное свое дело и последовательно боролись за его внедрение не только в первом, но и в других цехах Магнитогорского металлургического комбината.

Внедрение графика на металлургическом предприятии равноценно крупному выигранному сражению. Многие сотни тонн металла получила наша отчизна благодаря строгой соподчиненности отдельных участков, образующих единый металлургический цикл.

На печи нас работает трое: Мухамед Зинуров, Иван Семенов и я. Самый опытный из нас, конечно, Мухамед Зинуров. Недаром его называют ветераном Магнитки! В 1931 году он приехал с первыми строителями на Магнитострой создавать металлургический гигант. Он жил в «полотняном городе», как называли тогда брезентовые палатки, работал в знаменитой бригаде бетонщика Хабибуллы Галлиулина. При нем задували первую домну, выпускали первую плавку из первой мартеновской печи. Задолго до конца войны Мухамед Зинуров был уже известным сталеваром. Его портреты не сходили со страниц газет. Мальчишкой, учась в ремесленном училище, я вырезывал их на память и мечтал стать похожим на прославленного металлурга.

С Иваном Семеновым мы одногодки. Оба родились в 1926 году. И судьбы наши очень похожи одна на другую — школа, ремесленное училище, завод, точнее — мартеновский цех № 1.

…Я учился в ремесленном училище в группе сталеваров, много раз бывал в цехе, и все же, когда после окончания училища меня поставили к печи, растерялся: уж слишком огромное хозяйство — мартеновская печь!

В цех мы пришли мальчишками. Машинист завалочной машины Иван Григорьевич Крячко, главный сталеплавильщик завода Василий Тарасович Гарченко и многие другие нередко напоминают мне сейчас, разумеется, добродушно, о мальчишеских проказах совсем еще недавних лет. То чехарду, бывало, затеем с одногодками в свободное время, то еще что-нибудь придумаем. Опытные мастера по-отечески к нам относились, старались вызвать живой интерес к производству.

В каждом деле главное — живинку найти. Я свою живинку быстро нашел. Через несколько месяцев работы в цехе чувствовал себя уже металлургом и не потому, конечно, что был им, а потому, что решил непременно им стать.

Отец мой всю жизнь был колесником. Делал обычные деревянные колеса для телег и двуколок. О мартеновском производстве он и понятия не имел. Я работал уже вторым, подручным у печи, зарабатывал хорошо. Приоделся. Синий диагоналевый костюм в премию получил за просушку летки. Домой посылал довольно значительные суммы. Но именно это и обеспокоило моего отца:

— Откуда у мальчишки такие деньги? Надо проверить. Долго ли без присмотру свихнуться…

Не предупредив меня телеграммой, приехал, чтобы врасплох застать. Вижу, отец ко мне как-то по-особому присматривается, но виду не подаю, а потом предлагаю:

— Хотите, папаша, завод посмотреть!

Тот охотно согласился. Повел я его по всему металлургическому конвейеру, начиная с домны. Старику все это в новинку. Поминутно над головой стотонные ковши ухают, снуют краны, всюду движение, шум, незнакомые мощные механизмы… Жмется старик к стенкам, с непривычки, конечно, страшновато.

Зашли в первый мартеновский цех. Тут уж я совсем как дома. Первый подручный, не кто-нибудь. Я подробно рассказал отцу о сталеплавильном производстве. Подошел к нам начальник цеха, поздоровался со мной за руку. Отцу это понравилось: значит, парня уважают, несмотря на то, что в годы еще не вошел. Короче говоря, уважением проникся отец к профессии металлурга.

И в самом деле, прекрасная профессия — сталевар. Чем больше я работаю на печи, тем больше люблю свою горячую, смелую и красивую работу. Что может сравниться с чувством, которое испытываешь, когда могучий поток искрометного металла устремляется сквозь летку в ковш. Стоишь и не веришь, неужели это ты смог сделать выплавить эту лавину стали, которая завтра же будет превращена трудом прокатчиков, машиностроителей, металлистов в рельсы, в фермы мостов, в машины, каркасы высотных зданий.

Много плавок я выдал за пять лет работы в цехе, и каждая плавка особенная, отличная от другой. Именно поэтому труд сталевара творческий. Тот, для кого все плавки одинаковые, никогда не станет настоящим металлургом.

К мастерству сталеварения я, как и тысячи сталеваров новой школы, шел опираясь не только на личную практику, а используя опыт передовиков и те знания, которые мне дало училище, а затем и школа мастеров социалистического труда.

В методах и приемах моей работы нет ничего необычного, исключая разве то, что во время слива чугуна я не прикрываю газ, как это делают многие сталевары, а даю максимум тепла, прогреваю ванну. Ведь слив чугуна аналогичен процессу завалки. Насыщение ванны теплом в самом начале плавления является залогом получения скоростной плавки. Заправку печи стараюсь проводить быстро, чтобы как можно полнее сохранить тепло печи, пода, стен. Предпочитаю напряженный ритм работы, когда счет идет буквально на минуты. Экономить время — значит больше дать сверхпланового металла.

Правильное проведение всех этапов плавки дает уверенность в успехе. Сталевары стали подлинными хозяевами процессов, происходящих в печи. Это значит, что они могут выдавать плавку в строго заданное время. Будь это не так, не смогли бы мы внедрить пооперационный график.

Подлинным мастером скоростных плавок стал за три года самостоятельной работы мой сменщик и товарищ по работе Иван Семенов. Про Семенова можно сказать, что он врожденный металлург. Неторопливый, неизменно спокойный, он ведет печь с уверенностью и мастерством истинного ветерана металлургии. Методы его работы известны металлургам всего Советского Союза. Решением Министерства черной металлургии и Президиума ЦК профсоюза рабочих металлургической промышленности по итогам соревнования в IV квартале 1950 года Ивану Семенову присвоено почетное звание «Лучшего сталевара страны».

Сталевар-скоростник Иван Семенов выполнил квартальное задание на 110 % и достиг съема стали с квадратного метра пода печи 9,36 тонны при плане 8,42 тонны.

Но не только мы, сталевары, решаем успех работы печи. Прекрасно работают наши подручные Мельников, Баландин и другие. Все они — молодые ребята, так же, как и мы с Семеновым, выпускники Магнитогорского ремесленного училища. Мой первый подручный Ваня Дмитриев зарекомендовал себя, как одаренный и растущий металлург.

С такими учениками, как он, Мельников, Баландин, на одном месте не засидишься. Как говорится, они на пятки наступают. Впрочем, и мы не из таких, чтобы довольствоваться достигнутым. Мухамед Зинуров, который для меня не просто товарищ по работе, но и старший товарищ, с мнением которого я особенно считаюсь, любит говорить:

«Настоящий сталевар считает не выданные плавки, а те, которые ему еще предстоит в жизни выдать».

И это, конечно, правильно. Сегодня работать лучше, чем вчера, а завтра — лучше, чем сегодня, — вот основное стахановское правило.

Экономия, бережливость — дело не новое. Советские люди давно стали рачительными хозяевами своей страны. Новое в движении, инициатором которого явился коллектив нашей печи, заключается в том, что экономия идет не только за счет бережливого расходования сырья (хотя и это очень важно), а прежде всего, за счет творческого вторжения в технологию производства, за счет скоростного сталеварения. Но не буду забегать вперед, а расскажу все по порядку с момента зарождения этой инициативы.

На одном из сменно-встречных собраний агитатор рассказал, как по инициативе Лидии Корабельниковой и Федора Кузнецова развернулось социалистическое соревнование за комплексную экономию сырья и материалов, за сокращение припусков и допусков, за всемерное уменьшение топлива и энергии. Кто-то спросил:

— А как же металлурги отвечают на этот почин?

Ответ агитатора меня лично не удовлетворил. Научившись понимать технологию производства и вникать в существо процесса, я знал, какие неисчерпаемые возможности таятся в технике и, прежде всего, в работе самих сталеваров. Например, недорасходование положенного количества смолы на тонну стали влечет значительный перерасход дорогостоящего газа. Да разве только это!..

На следующий день я пришел в цех задолго до начала смены, чтобы посоветоваться с Семеновым (Зинуров в это время находился в отпуске, и мы со дня на день ждали его возвращения). Внимательно выслушав меня, Семенов взволнованно сказал:

— Представь себе, я как раз над этим же думаю. Пора за экономию браться по-настоящему, по-хозяйски!

С карандашом в руках мы стали считать наши возможности — получилось, что большую прибыль мы сможем дать Родине. При рациональном режиме плавки, при строжайшей экономии материалов, топлива мы сможем сберечь для государства десятки тысяч рублей.

На следующий день этот вопрос был обсужден сталеплавильщиками всех смен печи. Предварительные подсчеты показали, что если разумно расходовать материалы, то на сэкономленном сырье каждый сталевар может дополнительно сварить в месяц не меньше трех-четырех плавок, а в течение года это даст возможность выдать сверх плана не менее 12 тысяч тонн стали, сэкономив государству сотни тысяч рублей.

Тщательно проанализировав имеющийся богатый опыт скоростного сталеварения, накопленный в мартеновском цехе № 1, мы решили, что борьба за экономию должна сочетаться со строжайшим выполнением регламентированного графика. Совсем недавно сталевары, применяя скоростные методы сталеварения, не обращали внимания на количество израсходованных материалов: лишь бы скоро сварить плавку, добиться более высокого съема металла с каждого квадратного метра площади пода печи. Мы же поставили вопрос не только о строжайшей экономии времени, но и об экономии материалов. Но для того чтобы экономить, нужно знать, как идет расходование материалов. Однако этого мы знать не могли, так как учет был поставлен обезличенно в общем и целом по всем печам цеха.

Мы решили пойти в партийное бюро цеха поделиться своими думами и посоветоваться. Секретарь партийного бюро Павел Иванович Батиев горячо поддержал нашу инициативу начать соревнование за улучшение экономических показателей. Пригласили бухгалтера, экономистов, а затем пошли к начальнику цеха. Внимательно, цифру за цифрой, подсчитали мы все возможности и получили в результате внушительную сумму — миллион рублей…

Одна только наша третья печь может дать государству миллион рублей годовой экономии! Это глубоко взволновало нас. Особенно, когда инженер т. Октябрев перевел эту отвлеченную цифру на язык конкретных представлений. Оказалось, что миллион рублей — это десятки тракторов, большое количество машин, километры новых железнодорожных путей, 50-квартирный дом. Последнее представлялось особенно зримо. Большой красивый дом, в котором удобно разместятся 50 советских семей, может построить государство на сэкономленные нами средства. Нас охватило нетерпение: хотелось скорее, немедленно начать поход за экономию, за снижение себестоимости металла.

В тот же день к нам в цех пришли директор комбината т. Носов, парторг ЦК ВКП(б) на заводе т. Светлов, председатель ЦК профсоюза рабочих металлургической промышленности т. Ефанов. Долго и внимательно обсуждали они вместе с нами, т. Батиевым, начальником и инженерами, цеха все вопросы, связанные с нашим начинанием. А вопросов возникло множество. Например, как известно, металлургические цехи комбината уже давно находятся на хозрасчете, но каждый агрегат в отдельности на хозрасчет не был переведен. Мы потребовали от слов перейти к делу.

— Сегодня, — заявили мы, — выплавлено столько-то тони стали. Скажите, сколько при этом израсходовано чугуна, раскислителей, газа, электроэнергии, воды? Скажите, во что обошлась сваренная нами сегодня тонна стали?

Требование было вполне законным, но конторский аппарат цеха не был готов к такому оперативному подсчету. Это дело, оказывается, выходило за пределы цеха. Потребовались данные стоимости сырья, полученного цехом, а такие данные обычно давались лишь через 15 дней после истечения месяца. Значит, нужно перестроить всю систему учета в масштабах всего комбината.

Отдельные работники считали, что вопросами экономии должны заниматься только экономисты, плановики, бухгалтеры. Нужно было доказать этим недальновидным работникам, что вопросами экономики занимается в нашей стране весь народ — бережливый хозяин своего социалистического хозяйства.

Мы потребовали пересмотра условий соревнования смежников. Ведь дело доходило до курьезов. Мы собирались экономить на всем, даже на расходовании воды, а цех водоснабжения премировал своих работников за большое количество отпущенной воды.

9 апреля в местных газетах было опубликовано наше письмо, в котором Зинуров, Семенов и я дали обязательство за счет строжайшей экономии в расходовании шихты, топлива, огнеупоров, электроэнергии, легирующих добавок и других материалов сэкономить в 1950 году одни миллион рублей, а также выплавить сверх годового плана 12 тысяч тонн стали за счет лучшего использования агрегатов, в том числе одну тысячу тонн за счет сэкономленного сырья и топлива.

Мы обратились ко всем рабочим, инженерам, техникам и служащим комбината с призывом широко развернуть соревнование за экономию и бережливость, за дальнейшее снижение себестоимости выпускаемой продукции, за изучение каждым рабочим экономики производства на своем участке, агрегате.

Первыми откликнулись на этот призыв и выступили со встречными обязательствами — сэкономить 800 тысяч рублей сталевары мартеновской печи № 2 нашего цеха тт. Крючков, Козыров и Тупикин.

700 тысяч рублей экономии обязался дать за год коллектив пятой печи во главе со сталеварами тт. Лапаевым, Кокосовым и Шамсутдиновым.

Каждый день из газет «Магнитогорский металл» и «Магнитогорский рабочий» мы узнавали о новых и новых последователях движения за экономию сырья, топлива и материалов.

Сталевары второго и третьего мартеновских цехов, доменщики, горняки, коксовики, вступая в соревнование, брали на себя конкретные обязательства.

К миллиону, который мы обязались сберечь, добавлялись все новые и новые миллионы. Одни только сталеплавильщики Магнитогорского комбината обещали сэкономить до конца года свыше 10 миллионов рублей.

Из Златоуста, Челябинска и других городов Урала приходили вести о включении целых коллективов в соревнование за экономию.

Сталевар Златоустовского металлургического завода имени И. В. Сталина, депутат Верховного Совета СССР В. Амосов от имени своей бригады заявил о желании вступить с нами в социалистическое соревнование. Соревнование за экономию охватило всю страну. Молодые сталевары «Запорожстали», узнав о почине коллектива нашей печи, написали письмо, в котором сообщили, что хотят соревноваться с нами.

Разумеется, мы охотно приняли предложение товарищей и письменно подтвердили желание с ними соревноваться. Это тем более было отрадно, что многих из них мы знали лично — по совместной работе в Магнитогорске в годы Великой Отечественной войны. Сталевар «Запорожстали» Дмитрий Парахин несколько лет работал в нашем цехе. Я работал у него первым подручным, под его квалифицированным руководством осваивал мастерство скоростного сталеварения. И вот мой учитель вызывает меня на соревнование. Мог ли я отказаться от такой чести?

Сами того не ожидая, мы оказались в самом центре широко развернувшегося движения. Это ко многому обязывало, повышало чувство ответственности. Каждый из нас понимал, что раз такое большое дело затеяли, то и спрос с нас теперь большой. То, что раньше и в тени могло остаться, — теперь у всех на виду, как на ладони.

Известно, что одним из основных источников экономии для сталевара является скоростная плавка. Чем быстрее сваришь плавку, тем меньше затратишь средств на тонну стали. Если и раньше коллектив нашей печи широко пользовался скоростными методами сталеварения, то теперь и подавно каждый из нас старался на каждой операции экономить по 10—15 минут, сокращая пребывание плавки в печи до 12—13 часов.

В наш журнал мы почти ежедневно записывали данные о скоростных плавках.

Увеличение съема стали с квадратного метра пода печи — также значительный резерв в борьбе за экономии. Экономя минуты, сокращая время плавки, мы стараемся повышать съем стали. В работе мы стремимся поддерживать такой режим, при котором плавка во все ее периоды протекает ускоренно. Заправку мы обычно производим за полтора часа до выпуска плавки, когда температура в печи бывает предельно высокой.

Уже первый месяц работы по-новому дал неплохие результаты. В счет своего, миллиона мы за 20 дней апреля сэкономили материалов на сумму 100 696 рублей. За это же время мы повысили съем стали с каждого квадратного метра пода печи почти на 3 тонны против нормы. 37 тысяч рублей мы сэкономили благодаря бережливому расходованию раскислителей и добавочных материалов.

Воспитывая в себе чувство бережливости, учитывая каждую мелочь, мы приучили себя замечать то, мимо чего раньше проходили, не заметив.

Вспоминается такой факт.

Идет по цеху подручный с соседней печи. Под ногами у него кусок скрапа, споткнулся, отшвырнул ногой и идет дальше. Я останавливаю его.

— Ты что же это: деньги под ногами валяются, а ты проходишь мимо!..

— Какие такие деньги? — недоуменно спрашивает парень.

— А это что, по-твоему? — в свою очередь спрашиваю я, подняв с пола кусок железа.

По-хозяйски ценить, беречь каждый комок магнезита, каждую калорию тепла, каждый килограмм металлолома — железного скрапа, — вот к чему приучали мы и себя и своих товарищей по цеху.

На каждой мартеновской печи был заведен ежедневный учет сэкономленного сырья, материалов, что давало возможность анализировать работу каждого сталевара, следить за выполнением взятых им обязательств.

Большую помощь оказали и организованные партбюро лекции на экономические темы.

Начальник цеха т. Трифонов, работник отдела организации труда т. Шитов, наиболее квалифицированные инженеры читали лекции, проводили беседы по вопросам высокоэкономичной работы, рентабельности и себестоимости.

Прочно вошло в обиход новое слово — экономучеба. Так же, как и слово техучеба, оно обозначало целую область знаний, которые насущно необходимы в борьбе за высокоэкономическую и высокопроизводительную работу, в борьбе за построение коммунизма.

Неверно было бы думать, что выполнение взятых обязательств шло у нас гладко, без сучка и задоринки. Достаточно перелистать протоколы заседаний партбюро и партсобраний, чтобы убедиться в обратном.

Были у нас и трудности, и срывы, и организационные неполадки. Но мы были не одни. Нас учила, наставляла, вела вперед наша партийная организация нелегкой, но единственно правильной дорогой преодоления трудностей, борьбы против косности за новое, передовое.

И новое, прогрессивное брало верх, побеждало.

Одно время печь работала неровно, лихорадочно. Бывало, что, приняв печь не в начале плавки, а на ходу, я никакими усилиями не мог вывести плавку в разряд скоростных.

Объяснялось это тем, что один мастер, работавший в предыдущей смене, не хотел помогать молодому движению, тормозил работу нашей печи, не обеспечивал даже своевременную доставку материалов.

Коммунисты цеха подвергли этого мастера, справедливой резкой и принципиальной критике. Товарищ понял свою ошибку и сейчас активно помогает нам.

Спасибо и нашему цеховому «Крокодилу». Своими острыми вилами он крепко помогал и помогает изживать разного рода неполадки и недостатки.

Борьба за бережливость, экономию, за полное использование мощности агрегатов помогла коллективу Магнитогорского металлургического комбината досрочно выполнить план 1950 года, значительно увеличить производство металла и сэкономить 14 миллионов рублей государственных средств.

Мы намерены и в дальнейшем трудиться с нарастающими темпами, закрепить достигнутые успехи, распространять скоростное сталеварение, добиться еще большей экономии. Это я заявляю от имени коллектива нашей печи, от имени моих товарищей Зинурова и Семенова.

Металлургический процесс — процесс непрерывный и требует дружного, коллективного труда, требует большой производственной дружбы. Между Зинуровым, Семеновым и мной установилась такая хорошая дружба, честная и требовательная. Мы не стеснялись говорить друг другу правду в глаза, старались всем, чем можно, помочь товарищу. Но оставалась одна грань, переступить которую мы все же не могли. Ложная гордость или еще что-то мешали нам широко заимствовать друг у друга ценные приемы работы. Мне, например, казалось неудобным использовать опыт Мухамеда Зинурова, не хотелось, чтобы он подумал:

«Своих приемов не успел выработать, так на готовеньком хочет проехаться».

А Мухамед, в свою очередь, видимо, считал зазорным пользоваться методами работы таких молодых сталеваров, как мы с Семеновым. Теперь, конечно, и признаться в этом стыдно, а ведь совсем недавно у каждого из нас были такие ошибочные взгляды.

Однажды вечером собрались мы у Зинурова; есть у нас такая традиция собираться всей бригадой друг у друга. А тут еще произошло знаменательное событие: накануне Мухамеда приняли кандидатом в члены партии. Теперь на третьей печи все сталевары — коммунисты.

Разговор, как всегда, зашел о самом для нас дорогом — о нашей работе. Павел Иванович Батиев укоризненно заметил:

— Что же вы, ребята, все о печи да о печи? Если у вас другого разговора нет, то давайте-ка почитаем. Я вот захватил свежий номер «Литературной газеты». Здесь напечатана глава из нового романа Владимира Попова «Третий фронт». Писатель рассказывает о сталеварах…

Мы заинтересовались отрывком.

Чтение всех увлекло. В главе «Сталевары» рассказывалось, как молодой сталевар Иван Смирнов изучил опыт лучших мастеров цеха. Десять дней с утра и до ночи он находился у печей, следил за каждым шагом, каждым движением сталеваров, сопоставлял их методы работы. И если вчера ему казалось, что мастерство одного сталевара безупречно, то сегодня он видел, что оно далеко не совершенно. И когда, отобрав лучшее из опыта каждого сталевара, он сварил сверхскоростную плавку, то в ответ на обращенные к нему немые вопросы лучших мастеров-скоростников он просто сказал (это место я подчеркнул для себя, чтобы лучше запомнить): «Дорогие учителя мои, мне нечего рассказывать вам, потому что все вы знаете сами и гораздо лучше меня. Только знаете вы многое хорошее порознь, а я взял все лучшее у вас и соединил вместе. Отверстие я закрывал по-шатиловски, завалку вел по-чечурински, плавлю по-цыгановеки, шлаковый режим держу так, как меня учил мастер Пермяков Иван Петрович. И если вы все это друг другу расскажете и покажете, то ваши плавки пойдут еще скорее, чем мои».

Мы были глубоко взволнованы, а Павел Иванович легонько усмехнулся:

— Ну вот, почитали художественное произведение, теперь и о цеховых делах поговорить можно.

— Так это про нас написано, про нас с вами, — первый выразил свое отношение к прочитанному Мухамед Зинуров.

Ваня Семенов задумчиво смотрел в окно, занятый какой-то мыслью, потом поднял просветленные глаза на Павла Ивановича и тепло проговорил:

— Ну, спасибо вам, что надоумили!..

— Так разве же это я — это Владимир Попов, писатель…

Хорошо, задушевно мы в этот вечер поговорили. И выяснилось, что не трое у нас командиров возле печи, а уже шестеро: три учителя и три ученика, каждый — и учитель и ученик в одно и то же время. Работать в два раза лучше станем, если, не кичась и не скупясь, станем перенимать друг у друга лучший опыт.

В то время самым слабым местом у меня было плавление. Зинуров же этот процесс проводил мастерски.

— Пойду к тебе, Мухамед, на выучку, — сказал я.

— Ну, что же, а ты поделись со мной опытом заправки…

Прошло немного времени, и мы убедились на практике, какое это великое дело — коллективный опыт. Каждый из нас научился заботиться не только о хороших результатах своей работы, но и о такой же успешной работе сменщика. Каждый из нас готовит печь к сдаче смены так, как будто ему самому предстоит работать в следующей смене. Сообща мы отработали, отшлифовали новаторские методы труда. Все лучшее, что рождается у одного, перенимается и умножается коллективом. Я рад, что частица моего умения есть в труде Зинурова и Семенова, и благодарен моим славным боевым товарищам за то, что они щедро делятся своим мастерством, своими думами и планами. Мы не просто сменщики. Мы составляем единый производственный организм, имя которому — коллектив.

В начале октября 1950 года нас с Мухамедом Зинуровым пригласили в Москву, куда съехались знатные сталеплавильщики всей страны: лауреат Сталинской премии, мастер мартеновского цеха Кузнецкого комбината Привалов, прославленные сталевары Нижне-Тагильского комбината Болотов и Зубков, мастера скоростных плавок «Запорожстали» и «Азовстали», ленинградского завода «Серп и Молот» и другие.

Нас всех собрали в столице для того, чтобы мы смогли обменяться опытом стахановской работы и встретиться с профессорами, научными работниками Московского ордена Трудового Красного Знамени института стали имени И. В. Сталина.

Привалову, Якименко и мне предложили выступить в Институте стали с докладом о методах сталеварения. Откровенно сказать, все мы были несколько озадачены этим предложением. Готовя тезисы своего выступления, я думал:

«Ну, что интересного я могу рассказать ученым, видным деятелям советской науки?..»

Но мои опасения оказались напрасными. Профессора, преподаватели, студенты внимательно слушали мой рассказ о работе коллектива третьей мартеновской печи, о борьбе за экономию, о скоростных плавках, которые в практике нашей работы становятся явлением обычным.

Мне очень отрадно было видеть среди слушателей знатного златоустовского сталевара Ряднова, ныне студента Института стали.

Боясь занять много времени, я старался быть как можно более кратким. Но краткость доклада пришлось все равно восполнить ответами на многочисленные вопросы.

Научные работники и студенты интересовались буквально всем: и съемом стали с квадратного метра пода печи, и увеличением кампании печей, и особенно тем, как идет борьба за экономию.

Ценным было выступление Михаила Привалова. Мне понравилась смелость и острота постановки вопроса. Привалов высказал свои претензии к работникам научного фронта.

— Почему нет новых, совершенных приборов для измерения температуры? — спрашивал он. — Ведь несовершенная аппаратура сказывается на съеме стали…

Интересным было выступление т. Якименко, который говорил о необходимости увеличить срок службы изложниц и научном обобщении теплового режима мартеновских печей.

Профессора института поделились планами своих научно-исследовательских работ.

Отрадно было еще раз убедиться в том, что мы, сталевары, и виднейшие научные работники заняты одним и тем же, что цель у нас одна — дать любимой Родине больше стали для великих сталинских новостроек.

Часы, проведенные в институте, надолго запомнятся. Во время посещения учебных кабинетов и просторных студенческих аудиторий меня не покидала затаенная мысль.

Хорошо бы через год, другой войти в это здание студентом, обогатить практический опыт сталеварения глубокими теоретическими знаниями!

Знаю, наступит такое время, и оно уже близко, когда сталевару будет обязательно необходимо высшее образование. Уже сейчас без среднего технического образования работать трудно. Пока не закончил двухгодичной школы мастеров, я работал поверхностно, механически. Знал чередование процессов, химию же сталеплавления не знал, а ведь именно в химическом процессе заключено существо плавки. Помню, однажды несколько плавок подряд не попали в анализ по фосфору. Все проверил, проанализировал — правильно, а плавка не та, что задана.

Пришел на занятия (я в то время начал учиться в школе мастеров), рассказываю преподавателю химии о своей незадаче. Как урок начался, он вызвал меня к доске да и начал про фосфор спрашивать. Поставил четверку, до пятерки я единицу не дотянул, а в этой единице и была как раз вся загвоздка.

Разобрался поглубже в этом разделе — и причины непопадания в анализ установил. Вот оно, единство теории с практикой!

Сейчас у многих сталеваров появился вкус к учебе. Вот и я все чаще и чаще думаю об институте. Без высшего образования не смогу угнаться за техникой, которая шагает семимильными шагами, а значит, и быть настоящим металлургом не смогу.

Помню, с каким волнением мы слушали по радио речь златоустовского сталевара Василия Амосова на Первом Всемирном конгрессе сторонников мира. Это было после смены. Я зашел в красный уголок сразиться в шахматы, до которых большой любитель, и вдруг услышал, что передают выступление Амосова.

Особенно меня взволновал его призыв, обращенный к металлургам всего мира:

Эти слова врезались в память. Я помнил о них всегда: и когда нес трудовую вахту, и когда раскрывал страницы газет, где рассказывалось о чудовищных преступлениях американских агрессоров.

Магнитогорские металлурги, как клятву, подписали Стокгольмское Воззвание, скрепляя свои подписи тысячами тонн сверхплановой стали.

Встав на стахановскую вахту мира, мы выплавляем добрый и надежный магнитогорский металл, о который разобьются все наглые попытки бандитов с Уолл-стрита развязать новую мировую войну.

Одним из выдающихся событий в борьбе за мир была Вторая Всесоюзная конференция сторонников мира в Москве.

Трудно словами выразить, как я был обрадован и горд доверием, когда узнал, что удостоен великой чести представлять на той конференции славный коллектив магнитогорских металлургов.

Всего на конференции выступило 72 делегата. Это были разные люди: ученые и колхозники, писатели и рабочие, юноши, только вступающие в жизнь, и седые женщины, потерявшие в минувшей войне сыновей. Но всех объединяло одно общее чувство любви к советской отчизне, к большевистской партии Ленина — Сталина, к нашему великому свободолюбивому народу, к мирному созидательному труду.

Всю ночь я не спал, до мельчайших подробностей обдумывал предстоящее выступление. Боялся, что не оправдаю доверия магнитогорцев, которые, провожая, напутствовали:

— Ты так скажи, чтобы за океаном было слышно, что нам, советским металлургам, война не нужна. Мы плавим мирные марки сталей, но если американские бандиты все же оторвут нас от счастливого труда, то пусть пеняют на себя…

Волнуясь, поднялся я на трибуну. Зал зааплодировал. Не мне персонально, а Сталинской Магнитке, сыном которой я являюсь. Посмотрел я на сидящих в зале: какие все простые родные лица! И такую любовь к этим людям, к Родине, к великому Сталину ощутил я в своем сердце, что слова полились сами собой. В конспект ни разу даже не заглянул: и без него было ясно, о чем говорить.

А говорил я о том, что магнитогорские металлурги с огромным воодушевлением плавят металл для великих строек коммунизма. Рабочие, инженеры, техники и служащие нашего комбината — гиганта советской индустрии — вместе со всем советским народом кровно заинтересованы в прочном и длительном мире и ведут борьбу за мир, Доказательством тому тысячи тонн добротного сверхпланового металла.

Мы стремимся к миру не потому, что слабы или боимся угрозы поджигателей войны, мечтающих, как безумный Гитлер, о мировом господстве. Нет, мы сейчас сильны, как никогда, и того, кто идет по стопам Гитлера, может постигнуть та же судьба, которая постигла этого сумасшедшего ефрейтора…

Конференция удостоила меня высокой чести, избрав представителем трудящихся Южного Урала в Советский Комитет защиты мира.

Возвратившись домой, я с радостью узнал, что мои товарищи по работе с честью выполняли свои обязательства перед Родиной. Скоростные плавки стали системой в работе.

Поставив подпись под Стокгольмским Воззванием, магнитогорские металлурги стали еще больше проявлять творческой инициативы, изобретательства, производственного энтузиазма. Еще более могучей рекой пошел металл мира на строительство великих строек коммунизма, на новые больницы, школы, санатории, кинотеатры.

Хорошо закончили магнитогорцы 1950 год. Неплохо потрудился коллектив третьей мартеновской печи: мы сварили за год сверх задания около 15 тысяч тони стили и сэкономили более миллиона рублей государственных средств. Каждый из нас сварил более 76 скоростных плавок.

Правительство, народ высоко оценили наш скромный труд: Ивану Семенову, Мухамеду Зинурову и мне присуждена Сталинская премия. Одновременно Сталинская премия была присуждена доменщику Алексею Шаталину, вальцовщику блюминга Алексею Тищенко и другим знатным стахановцам и передовым инженерам Магнитогорского комбината.

1951 год был начат новой производственной инициативой: коллектив шестой доменной печи обратился ко всем металлургам с предложением начать социалистическое соревнование за превышение самых лучших показателей, достигнутых передовыми коллективами в 1950 году, И эта новая замечательная инициатива нашла горячую поддержку у магнитогорцев, у всех металлургов страны.

Все больше и больше плавят металла металлурги Сталинской Магнитки, все больше и больше изготавливается из этого металла тракторов, комбайнов, бульдозеров и других машин.

А в это время американское правительство все усиливает гонку вооружений, все больше направляет смертоносного оружия для порабощения свободолюбивой Кореи. По пути Гитлера идут американо-английские империалисты с безумной идеей покорить весь мир и установить всюду «американский образ жизни».

Не бывать этому! Не для того советские люди проливали кровь в борьбе против гитлеровского фашистского чудовища, чтобы допустить новое кровопролитие.

Магнитогорцы всегда верны своему слову. Производственный план восьми месяцев выполнен досрочно по всему металлургическому циклу. Особенно горячо, с душой, выполняются заказы для великих строек коммунизма. Только одна наша мартеновская печь выдала сверх плана более шести тысяч тонн стали для строек коммунизма, при этом мы сэкономили 350 тысяч рублей.

Много сверхпланового чугуна выдали доменщики. Они достигли замечательных коэфициентов использования объема печи; сверх плана выдают продукцию коксовики, горняки, энергетики.

И все это во имя мира, во имя дальнейшего процветания нашей замечательной Родины!

Прошел только год, как я побывал в Москве на Всесоюзной конференции сторонников мира. И вот я снова в столице нашей Родины.

Мне выпала высокая честь принимать участие в работе пленума Советского Комитета защиты мира, который принял постановление начать в сентябре проведение в нашей стране сбора подписей под Обращением Всемирного Совета Мира о заключении Пакта Мира между пятью великими державами.

Как по-родному знакомы шумные, заражающе бодрые, многолюдные улицы Москвы! С восхищением и радостью я встречаю новые черты в облике нашей столицы. То здесь, то там поднимаются высотные здания. Вот на Ленинских горах, поблескивая мрамором и гранитом, красуется новое здание Московского государственного университета — величественный памятник сталинской эпохи.

Новые зеленые барьеры, широкие магистрали, новые магазины и театры, клубы и школы — и всюду веселые, радостные лица: мужество и здоровье так присущи советским людям.

На пленуме мы встретились со своими друзьями — знатными людьми страны: кузнецом Сталинградского завода «Красный Октябрь» Белоусовым, разметчиком Ленинградского завода «Красный выборжец» Дубининым, слесарем завода «Красное Сормово» Потовым, с писателями, артистами, крупными учеными и общественными деятелями страны.

И при первом пожатии руки, при первом слове — обоюдный вопрос: «Как дела — когда выполните годовой план, как себестоимость?»

Все мысли, все дела советских людей направлены на созидание, на мирные дела. Подписывая в числе миллионов людей доброй воли Обращение Всемирного Совета Мира, мы подкрепляем свои подписи сверхплановой продукцией, добротным сверхплановым металлом.

И перед каждым из нас, борцов за мир, — вдохновляющий образ великого Сталина!

Сталин — знамя мира во всем мире!

Сталин-лучший друг и учитель трудящихся всего мира!

Сталин — наше солнце!

Мир победит войну, потому что лагерь мира возглавляет Советский Союз под руководством великого Сталина.

Мир! С этим светлым и радостным словом связаны лучшие надежды сотен миллионов людей, их жизнь и будущее.

Наше Советское государство с первых же дней своего существования отстаивает дело мира, стремясь оградить трудящееся человечество от ужасов войны.

За годы советской власти, под руководством партии Ленина — Сталина, вместе со всей страной выросла и советская наука, превратившись в мощное орудие социалистического прогресса. Советскому народу и советским ученым есть чему радоваться, есть чем гордиться! Освобожденные от пут идеалистических теорий, вооруженные знанием марксизма-ленинизма труженики советской науки борются за наилучшее разрешение сложных вопросов, связанных с сооружением грандиозных строек коммунизма, овладевают путями переделки природы животных, растений и климата, стремятся сохранить жизнь и здоровье людей.

Живое участие во всех этих исследованиях принимает наиболее близкая мне наука — микробиология. Советские микробиологи охраняют здоровье трудящихся, помогают созданию устойчивых к болезням пород животных и видов растений. Они изучают способы оздоровления городских и сельских территорий и разрабатывают способы уничтожения возбудителей заразных болезней людей. Многие советские микробиологи за ценные научные открытия удостоены высокой награды — премии имени величайшего корифея науки товарища Сталина.

Советский государственный строй, уничтожил эксплоатацию человека человеком, дал людям здоровый труд и отдых, обеспеченную старость и бесплатную лечебную помощь. Повседневная и неустанная забота партии и правительства о благе трудящихся привела в нашей стране к исчезновению ряда наиболее опасных болезней: оспы, чумы, холеры, поражавших население в царской России.

Советские микробиологи унаследовали лучшие черты и традиции своих предшественников — героизм, самопожертвование, преданность своему народу, любовь к науке. Вспомним, что впервые в мире русский врач Данило Самойлович (XVIII век) смазывал себе кожу гноем чумных больных, желая найти способ предохранения от этой болезни. Он первый предложил способы обеззараживания одежды и утвари больных и в доказательство действенности своих приемов одевал сам такое обработанное белье. Своими открытиями он спас сотни людей. Вспомним имена врачей Минха и Могутковского, вспрыснувших себе кровь тифозных больных, чтобы доказать наличие в ней заразного начала и выработать меры борьбы. И. П. Мечников, Д. К. Заболотный и Савченко выпили живые холерные культуры, чтобы доказать действенность способов борьбы с этой болезнью. Много можно назвать имен героев русских ученых, исследовавших заразные болезни, чтобы победить их. Осуществление их идей оказалось возможным только при советской власти, сделавшей здравоохранение государственным делом, охраняющим здоровье трудящихся.

После Великого Октября открылось множество медицинских институтов. В них обучена и воспитана целая армия советских врачей, к которым имею счастье принадлежать и я. В 1936 году я окончила Московский ордена Ленина медицинский институт, избрав своей специальностью микробиологию. Я глубоко признательна Родине, партии Ленина — Сталина за то, что получила полную возможность заниматься любимой наукой. Как нигде в мире, в СССР открыт «доступ в науку», и, будучи еще студенткой в научном кружке, я могла узнавать и все глубже проникать в увлекательные и практически важные особенности мира микроорганизмов.

Сейчас я сама занимаюсь с молодежью — студентами, горячо любящими науку, ищущими новые пути в ней, любознательными, быстро постигающими богатства накопленных в науке знаний.

Эта молодежь любит мир, жизнь и ненавидит войну. Есть среди них бывшие фронтовики, сами видевшие все ужасы, которые несет война, есть и более молодые, но испытавшие тягости военных лет, имеющие горькие утраты, связанные с войной. Мы, их старшие товарищи, вместе с ними все свои силы отдадим борьбе за мир, за сохранение нашей счастливой жизни.

В СССР наукой занимаются не только в стенах институтов. Молодые врачи-бактериологи Челябинска и Магнитогорска ведут научные исследования, выступают с докладами, непрерывно повышая свою квалификацию.

Всякая работа в Советском Союзе связана с творческим, вдумчивым отношением к своему делу, с изысканием наилучших путей его осуществления. Весь труд советских микробиологов направлен на службу мирному труду, на благо трудящегося народа.

Прогресс советской науки объясняется непрерывной помощью и заботой о ней большевистской партии и лично Иосифа Виссарионовича Сталина. По инициативе и под непосредственным руководством товарища Сталина были приняты важнейшие решения партии по идеологическим вопросам и проведены имеющие громадное значение для развития науки творческие дискуссии в различных областях знания. Результатом этих дискуссий явилась победа прогрессивной мичуринской биологической науки, признание учения И. П. Павлова основой советской медицины, разгром лженаучных утверждений Моргана, Вейсмана, Вирхова.

Труд товарища Сталина «Марксизм и вопросы языкознания» явился неоценимым вкладом в сокровищницу советской науки. Он учит нас творческому подходу к научным проблемам, борьбе с догматизмом, учит придавать большое значение борьбе мнений, критике и самокритике.

Все это способствовало и способствует бурному расцвету всех отраслей знания в Советском Союзе, раскрывает новые горизонты для развития советской науки. В то же время в странах капитала наука влачит жалкое существование на службе у империалистов. Наука в странах капитала превращена в орудие угнетения, порабощения и прямого уничтожения человечества. С возмущением узнает каждый честный человек о чудовищных злодеяниях интервентов в Корее, о применении там отравляющих газов и бактериологического оружия, о злонамеренном распространении заразных болезней в лагерях для военнопленных, о тайных заводах, готовящих бомбы с чумными бактериями. Капиталистические «деятели науки» распространяют человеконенавистнические взгляды, реакционные теории, стараясь оправдать систему подневольного эксплоататорского труда. Заправилы империалистического лагеря всячески преследуют прогрессивных ученых, стремясь заставить их служить грязным целям поджигателей войны.

Великие успехи советского народа в строительстве коммунистического общества, неустанная борьба СССР за мир вдохновляют сотни миллионов людей во всех странах на еще более решительную борьбу за мир против поджигателей войны. Вокруг знамени мира собирается все прогрессивное человечество. Эту могучую армию сторонников мира ведет к победе мудрый вождь и учитель всех народов Иосиф Виссарионович Сталин!

Советские воины, освобождая свою Родину и страны Европы от фашистского ига, ни на минуту не забывали о том, что они борются за самое дорогое для человека — свободу и мир на земле.

Я был солдатом Великой Отечественной войны. Я видел, как стремятся к миру простые люди Польши, Чехословакии, Венгрии, всех стран, освобожденных от гитлеровцев Советской Армией.

Получив приказ о демобилизации и дружески прощаясь с крестьянами Румынии, с горняками Польши, с машиностроителями Чехословакии, мы говорили им:

— Под руководством великого Сталина мы отвоевали мир. Берегите его! Вы всегда будете чувствовать нашу дружескую руку. Можете всегда рассчитывать на нашу бескорыстную помощь.

…Вот и Урал. Я глядел из окна вагона, узнавал и не узнавал с детства знакомый пейзаж. Как много изменений произошло здесь за годы войны! Изменился и родной тракторный завод, взглянуть на который я пошел в первый же день приезда в Челябинск.

В цехе пусковых моторов, куда я получил направление, начиналось освоение новых машин — мощных «Сталинцев-80». Весь коллектив цеха с энтузиазмом боролся за выполнение государственного плана.

Мечтая достичь хороших производственных показателей, я овладел специальностью наладчика, затем поступил на курсы мастеров. В моем подчинении была бригада девушек. Я видел, что им нехватало опыта, и решил научить их налаживать станки, разбираться в технологическом процессе.

Начали мы с малого. На совещании бригады я поделился с товарищами своими мыслями об организации на участке технической учебы. Мое предложение всем понравилось. После работы девушки уже не торопились домой, а собирались вокруг меня и внимательно слушали мои беседы. Постепенно каждая из них стала разбираться в чертежах и операционных картах. Затем мы договорились, что мерительный, режущий и вспомогательный инструмент рабочие будут хранить в специальных тумбочках, своевременно менять его и бережно к нему относиться. Изготовили стеллажи для приспособлений. Нам удалось сократить время на подготовительные работы, увеличить производительность труда и повысить качество обрабатываемых бригадой деталей. Брак по некоторым деталям снизился в шесть раз.

Наступил июль 1950 года. Тракторостроители, как и весь советский народ, ставили свои подписи под Стокгольмским Воззванием о запрещении атомного оружия. В эти волнующие дни я много думал над тем, как и чем подкрепить свою подпись под историческим документом.

В нашем цехе должен был состояться митинг. Часа за полтора до его начала я зашел к секретарю партийной организации цеха к т. Рыжикову. Наша беседа затянулась.

— Аркадий Дмитриевич, — говорил я парторгу, — хочется мне внести серьезный вклад в дело укрепления мира. Я решил высвободить технических контролеров и сдавать продукцию только отличного качества, с личной контрольной отметкой.

— Что ж, мысль хорошая, — одобрил т. Рыжиков. — Обещаю всестороннюю поддержку. Расскажи о своем решении коллективу цеха.

Я выступил на митинге. Рабочие заинтересовались, каким путем я хочу добиться задуманного.

На другой день наша бригада от слов перешла к делу.

При помощи мастера Ефанова и технолога Береснева мы улучшили качество муфты включения, рычага и валика пускового мотора. Только по одной детали — обойме подшипника попрежнему был большой брак. Расточка внутренней поверхности этой детали производилась «плавающими» пластинами, вставленными в специальную оправку. Во время работы прорезь оправки часто забивалась стружкой. При этом получался увеличенный внутренний диаметр обоймы. Такие детали браковались.

Я предложил расточку внутренней поверхности обоймы подшипника производить резцом с пластинкой из твердого сплава. Качество деталей значительно улучшилось, и мы стали работать без брака.

На нашей линии были высвобождены технические контролеры. Теперь межоперационным контролем занимался каждый член бригады. Окончательную проверку качества деталей производил я, получив личное контрольное клеймо. Сам и сдавал готовую продукцию на сборку моторов.

Опыт нашей работы по выпуску продукции отличного качества был широко подхвачен на заводе. У нас нашлись десятки и сотни последователей в других цехах.

В октябре 1950 года меня и стахановца наладчика цеха топливной аппаратуры Ивана Лобанова коллектив завода послал в Москву делегатами на Вторую Всесоюзную конференцию сторонников мира.

…Мне довелось быть в Москве в начале военного 1943 года. Видел я тогда в Москве следы разрушений. Суровой и мужественной была Москва военного времени. Помнится мне, как я, приехав из действующей Армии, шел вечером по Красной площади и всматривался в Кремль. Было холодно. Огней никаких: соблюдалась светомаскировка. Но я знал, что в Кремле живет и работает родной Сталин, с именем которого каждый советский воин шел на подвиг. Я глядел на Кремль и знал, что там никогда не гаснет свет, согревающий весь народ и озаряющий ему путь к победе.

Такой я запомнил Москву на всю жизнь. И когда советские войска, выполняя приказ Верховного Главнокомандующего, освобождали братские народы от фашистской чумы, когда трудящиеся разных стран встречали свою освободительницу — Советскую Армию пением «Интернационала» и здравицами в честь великого Сталина, принесшего им мир и новую, счастливую жизнь, — я особенно глубоко почувствовал всю силу того света, который в 1943 году согревал меня на Красной площади, у затемненного древнего Кремля.

…И вот я снова в Москве. Осень 1950 года. Столица залита морем света. Огни поднимаются ввысь над гигантской стройкой здания Московского университета, сооружаемого небывалыми темпами, и над другими высотными стройками. И снова Москва олицетворяет всю страну, охваченную великой радостью мирного, созидательного труда.

Вместе с другими делегатами уральцы побывали в Кремле, в московских театрах и музеях, на новостройках и промышленных предприятиях. Везде мы видели кипучую и радостную жизнь. Везде мы чувствовали — мир победит войну…

На Второй Всесоюзной конференции сторонников мира были представлены все народы СССР, все слои населения, люди разных профессий, разных вероисповеданий. Сюда были посланы лучшие люди нашей страны. Достаточно сказать, что среди делегатов конференции было 25 Героев Советского Союза, 146 Героев Социалистического Труда, 150 лауреатов Сталинской премии, более 850 делегатов, награжденных орденами и медалями, 240 депутатов Верховного Совета СССР, союзных и автономных республик.

По докладу председателя Советского Комитета защиты мира т. Тихонова выступило 72 делегата. В каждом слове посланцев народа, выходивших на трибуну, звучала забота о судьбах мира, гневный протест против преступных действий поджигателей новой мировой войны.

Одним из первых выступил член нашей Челябинской делегации, магнитогорский сталевар т. Захаров, ныне лауреат Сталинской премии. Он рассказал делегатам о том, с каким огромным воодушевлением магнитогорские металлурги плавят металл для великих строек коммунизма.

— Мы стремимся к миру не потому, — сказал т. Захаров, — что мы слабы или боимся угроз поджигателей новой войны, как и Гитлер, мечтающих о мировом господстве. Нет! Мы сильны, как никогда!..

От имени шахтеров Кузбасса взволнованную речь произнес делегат т. Балалаев, рассказавший о том, что шахтеры их шахты, подписывая Стокгольмское Воззвание, взяли обязательство ко дню открытия Второй Всесоюзной конференции сторонников мира дать сверхплановый уголь.

— Шахтеры выдали 100 эшелонов угля. Вот сколько весят наши подписи! — так под бурные аплодисменты закончил свое выступление представитель горняков.

Вторая Всесоюзная конференция сторонников мира способствовала еще большему укреплению мира во всем мире.

На родной завод в Челябинск я возвратился преисполненный желанием не покладая рук трудиться во имя мира.

Через несколько месяцев закончил курсы технологов, горячо взялся за обучение искусству наладки станков членов руководимой мною бригады. К концу половины текущего года токарь Люба Светличная перешла на обслуживание двух станков, научилась их налаживать и сейчас не прибегает к моей помощи. На двух токарных станках стала работать также Клава Воробьева. Станки ее переведены на скоростные режимы резания. Научились работать на нескольких станках сверловщица Люба Баранцева, шлифовщица Галя Сибирякова, протяжница Шура Борисова и фрезеровщица Рая Кулешова. А токарь Ава Гущина работает не только на станках нашей бригады, но и на всех станках участка — токарных, токарно-револьверных, сверлильных, фрезерных, шлифовальных и протяжных. В мое отсутствие на линии Ава с успехом заменяет меня.

Работая без технических контролеров, сами налаживая свои станки, совмещая по несколько профессий, члены нашей бригады не только достигли отличного качества выпускаемой нами продукции, но и сумели достичь значительного подъема производительности труда. В день опубликования Обращения Всемирного Совета Мира о заключении Пакта Мира между пятью великими державами наша бригада выполнила более чем полтора сменных задания, а Ава Гущина, Люба Баранцева и Рая Кулешова выполнили почти по две с половиной нормы.

Вместе со всем славным коллективом челябинских тракторостроителей наша бригада несет стахановскую вахту мира. Мы хорошо знаем, что самоотверженный труд во имя процветания любимой Родины — серьезный удар по коварным замыслам поджигателей новой мировой войны.

Каждый раз приходя на смену с чувством гордости и радости за нашу Советскую Родину, смотрю я на величественную панораму Магнитогорского металлургического комбината имени Сталина. Отсюда, с горы Магнитной, виден весь могучий красавец завод, равного которому нет в мире!

Трудно сказать, какой из цехов лучше. Все хороши: и доменные печи, и стройные ряды коксовых батарей, и вспыхивающие зарницами огненных плавок мартены, и широкие пояса прокатных станов.

На десятки километров раскинулся Магнитогорский металлургический комбинат. Ритмично и четко работает огромнейший производственный организм. На страже интересов нашей социалистической Родины, на страже мира два десятилетия стоит наш богатырь Сталинский Магнитогорск.

Мне вспоминаются дни, когда, вместо цехов Магнитогорского комбината, здесь была широкая степь. Кирка, лопата, железные зубья экскаватора дружно вгрызались в вековую целину, расчищая место для будущего гиганта.

Двадцать лет тому назад я пришел на стройку комбината, не имея ни квалификации, ни жизненного опыта. Да и откуда могла быть квалификация у батрака, проработавшего более десятка лет на кровососов-кулаков? В 1929 году я вступил в колхоз, но строительство магнитогорского гиганта тянуло меня, и в 1930 году я приехал на Магнитострой.

Несколько месяцев копал котлованы для первой мартеновской печи, а затем перешел на рудник. Сразу полюбилось горняцкое дело. Был воротовщиком на шурфах, потом лебедчиком на шахтах. А на сопках все больше и больше вырастало буровых вышек.

Мы помним, как толковали «ученые» иностранцы о незначительных залежах руды и нерентабельности строительства на этой базе большого металлургического завода. Наши советские геологи и горняки практически доказали, что запасы руды в сопках горы Магнитной неисчерпаемы, их хватит на многие десятки лег.

С большим волнением я вспоминаю горячие дни подготовки к пуску рудника. Комсомольские ударные бригады прокладывали железнодорожные пути. Строительные работы кипели по всему горизонту на протяжении десятков километров. С горы нам было видно, как строители рыли котлованы, ставили арматуру, поднимали леса коксового и доменного цехов.

У подножия рудника строилась рудоиспытательная станция. Мы с гордостью наблюдали, как ударные бригады штурмуют верховье Урала, чтобы перепоясать бетонным поясам древний Яик, как воздвигались корпуса кирпичного, лесопильного заводов, ремонтно-механических мастерских.

На комсомольских и профсоюзных собраниях мы, безусые юнцы, горячо обсуждали планы будущей металлургической стройки, фантазировали о будущих доменных печах, мартенах, блюмингах. Сидя у костра, невдалеке от палатки, мы мечтали не только о конце стройки (хотя она только начиналась), но уже видели себя машинистами экскаваторов, горновыми, сталеварами, вальцовщиками, электриками.

Значительно скорее, чем это нам казалось, смелые планы стали реальностью. Никогда не забудется день 15 мая 1931 года — день пуска рудника, дата фактического рождения Магнитогорского металлургического комбината.

Тысячи строителей, крестьяне из окрестных районов съехались на митинг, посвященный пуску железного рудника горы Магнитной.

Вся страна приветствовала нас, магнитогорцев, поздравляя с первой победой, поздравил нас в телеграмме и любимый товарищ Сталин.

В этот день был погружен и отправлен на уральские заводы первый эшелон высококачественной магнитогорской руды.

Строители и горняки выдвинули на митинге лозунг:

«Есть руда! Даешь домны!»

30 июня в окрестностях Магнитостроя раздался первый гудок паровоза, впервые пришедшего по новой железнодорожной линии в Магнитогорск. С этого дня широким потоком хлынуло на великую стройку оборудование, механизмы, приехали новые партии рабочих, инженеров, техников.

К концу 1931 года на горе Ай-Дарлы была закончена первая очередь дробильных фабрик, прибыла партия мощных экскаваторов и буровых станков.

Людей, хорошо управляющих механизмами, тогда было мало. В ответ на призыв партии горячо откликнулся комсомол, он послал лучших своих представителей осваивать технику. Группа комсомольцев прибыла в экскаваторный и буровой цехи для изучения сложного оборудования.

Родина предоставила нам замечательные возможности учиться, расти, совершенствоваться. Нам, простым людям, государство создало все условия для того, чтобы в совершенстве овладеть сложной техникой.

В августе 1931 года начали вступать в строй первые экскаваторы. Товарищи Галыгин, Шабров, Соловей встали к штурвалу. Я и другие комсомольцы получили назначение в качестве помощников машинистов. Днем работали, а вечером учились на курсах машинистов.

1 февраля 1932 года группа комсомольцев закончила шестимесячные курсы машинистов экскаваторов, среди них: Николай Кожин, Леонид Слесарев, Павел Дворянчиков, а также и я. 1 марта 1932 года мне доверили самостоятельное управление мощным экскаватором. Теперь в этом нет ничего удивительного, но в то время доверить 22-летнему парню сложную машину считалось рискованным. Я был уверен, что оправдаю доверие партии и комсомола, потому что овладел прочными знаниями. Скоро ко мне на экскаватор стали посылать учеников.

Несколько месяцев в качестве помощника стажировался Николай Кожин, потом прислали молодого комсомольца Василия Каламаскина, который через год был назначен машинистом.

В дальнейшем я не переставал передавать свой опыт другим комсомольцам, готовя все новые и новые кадры машинистов экскаваторов. Одним из лучших моих помощников был Владимир Калашников, который днем работал на экскаваторе, а вечерами учился в горно-металлургическом институте и защитил диплом инженера.

С большой охотой поступил и я на трехлетние курсы социалистического труда. Учился без отрыва от производства. Вместе со мной учились сотни рабочих.

Это был период, когда на комбинате в основном была готова первая очередь металлургического цикла. Действовали доменный, коксохимический, мартеновский и прокатный цехи, заканчивалось строительство второй плотины на реке Урал, вступала в строй аглофабрика.

За 10 лет было закончено строительство всего металлургического цикла. Вместе с заводом рос город, вступали в строй больницы, театры, учебные заведения. В учебных заведениях и на различных курсах готовились молодые специалисты, повышали свою квалификацию старые рабочие.

Со временем Магнитогорск стал замечательной кузницей кадров. Почти все начальники цехов, мастера и механики, вплоть до начальника Магнитогорского горнорудного управления, росли и квалифицировались в Магнитогорске.

Василий Никитович Котов начал свою работу на руднике сменным механиком по обслуживанию экскаваторов. Сейчас он управляющий Магнитогорским горнорудным управлением. Тов. Котов большее внимание уделяет подготовке новых кадров и улучшению организации труда. Вот уже несколько лет из месяца в месяц рудник горы Магнитной перевыполняет государственный план, рудник неоднократно завоевывал переходящее Красное знамя Совета Министров СССР. Партийная организация рудника успешно мобилизует горняков на развертывание социалистического соревнования за выполнение и перевыполнение государственного плана, на борьбу за коллективный стахановский труд.

Василий Николаевич Серебряков начал работать на руднике горным мастером, затем стал диспетчером, начальником смены, помощником начальника рудника и вот уже 12 лет бессменно работает начальником рудника.

Помощник начальника рудника по оборудованию Евдоким Леонтьевич Галыгин пришел на рудник в 1929 году чернорабочим, стал машинистом экскаватора, затем механиком, окончил без отрыва от производства индустриальный техникум. Петр Иванович Анисимов свою работу на руднике начал рядовым электриком, а теперь начальник электроцеха.

Широко известны замечательные кадры машинистов экскаваторов, выросших на руднике из чернорабочих. Это Николай Алексеевич Садчиков, Павел Павлович Дворянчиков, Василий Шевченко и другие. Все они не только сами хорошо работают, но и повседневно передают свой стахановский опыт молодежи. В результате производительность каждого экскаватора и в целом всего рудника непрерывно повышается. На основе совершенствования методов и улучшения организации труда мы неизменно перевыполняем нормы выработки, увеличиваем свои заработки. С 1931 года мой заработок увеличился в пятнадцать раз. Стахановцы горы Магнитной часто ездят в творческие командировки, приглашаются на технические совещания.

Однажды, уже в последние годы, я был приглашен на Уральский завод тяжелого машиностроения для испытаний новых марок отечественного экскаватора. На этот раз мне снова вспомнилось мое батрацкое прошлое. Я подумал: не будь советской власти — кем бы я был? Конечно, пришлось бы всю жизнь батрачить у кулаков и помещиков, в нищете и неволе коротать свою жизнь. А сейчас я специалист. Министерство советуется со мной и уполномачивает определить техническую пригодность такой сложной машины, как экскаватор.

Как и следовало ожидать, новая марка отечественного экскаватора намного превзошла «Марион», «Дема», «Менк» и другие иностранные машины. На великих стройках коммунизма — Волге и Днепре, Дону и Аму-Дарье — работают замечательные советские экскаваторы и другие мощные механизмы, сделанные умелыми руками советских рабочих.

Хочется жить и жить в такие замечательные годы сталинской эпохи, хочется трудиться и творить во славу могучего и миролюбивого советского народа, руководимого великим знаменосцем мира, родным и любимым товарищем Сталиным.

Горняки горы Магнитной все больше добывают руды, все больше снижают ее себестоимость. Для строительства новых высотных зданий, для новых гидроэлектростанций, для шагающих экскаваторов и самоходных комбайнов нужно много металла, а значит, и больше руды. Мы, магнитогорцы, дадим столько руды и металла, сколько потребует от нас Родина, большевистская партия, великий Сталин.

Свои подписи под Обращением Советского Комитета защиты мира горняки подкрепляют тысячами тонн сверхплановой руды.

Миру — мир!

Колхозники, работники МТС и совхозов Сосновского района, посылая меня на областную конференцию сторонников мира, поручили мне передать, что все они стоят за мир и все, как один, подпишут Воззвание Всемирного Совета Мира о заключении Пакта Мира между пятью великими державами.

Под руководством великой партии Ленина — Сталина наша страна успешно строит коммунистическое общество, но империалистические хищники хотят нарушить наш мирный труд, прервать нашу счастливую жизнь, они хотят залить землю потоками крови, а свободных людей превратить в рабов.

Мы не хотим войны и знаем, что порукой сохранению мира является сила и крепость советской страны. Укрепляя советскую Родину, мы укрепляем мир. В великой борьбе советского народа за мир есть доля труда и трудящихся нашего района. Наши хлеборобы нынче, как и в прошлом году, вырастили богатый урожай и первыми в области досрочно выполнили план хлебозаготовок. Много зерна мы сдали сверх плана, и мы знаем, что каждый килограмм выращенного нами хлеба — это вклад в дело мира, удар по поджигателям новой мировой войны.

С каждым днем укрепляются наши колхозы, все богаче и краше становится наша колхозная жизнь. Мы заботимся о том, чтобы наши колхозы давали еще больше хлеба, а наши животноводческие фермы — мяса, молока, шерсти и других продуктов и сырья. Наши колхозы осваивают травопольные севообороты, применяют новейшую агротехнику, повышают культуру земледелия. Сейчас механизаторы нашего района закладывают основы для урожая будущего года — пашут зябь.

Тракторная бригада, которой я руковожу, встав на вахту мира, решила закончить вспашку зяби к 20 сентября, на 10 дней раньше срока. Это будет наш вклад в дело укрепления мира.

Колхозы нашего района успешно завершают выполнение трехлетнего плана развития общественного животноводства. В будущем году мы дадим государству еще больше хлеба, молока, мяса и других сельскохозяйственных продуктов.

Мы не хотим войны. Для нашего мирного труда нужен мир, а не война. Силы мира победят войну, и мир на земле будет сохранен. Порукой этому то, что вместе с нами борются за мир миллионы людей во всех странах, порукой этому то, что движение сторонников мира направляет великий Сталин.

Мы, советские люди, под руководством коммунистической партии, родного товарища Сталина строим коммунизм. Мы хотим видеть счастливыми наших детей, которым предстоит жить и трудиться в коммунистическом обществе. Для этого нам нужен длительный и прочный мир.

Рабочим, крестьянам и всем трудящимся земного шара, будь то американцы или китайцы, индусы или англичане, война не нужна. Она нужна только капиталистам, которые наживаются на военных поставках. Война нужна американо-английским империалистам, проливающим кровь корейского народа, пытающимся разжечь пламя новой всемирной бойни, чтобы прибавить новые миллиарды долларов к своим капиталам.

У нас, в Челябинском паровозном депо, как и на всех предприятиях Южно-Уральской магистрали, как и во всем Советском Союзе, проходят митинги, собрания, беседы, посвященные сбору подписей под Обращением Всемирного Совета Мира о заключении Пакта Мира между пятью великими державами. Челябинские паровозники единодушны со всем советским народом. Они горячо поддерживают и одобряют требование миллионов о заключении Пакта Мира между пятью великими державами. Они с радостью ставят свои подписи под текстом Обращения Всемирного Совета Мира.

Сталинская политика предотвращения войн и сохранения мира снискала себе любовь и всенародную поддержку у народов нашей страны и у трудящихся всего мира. Мудрую внешнюю политику советского правительства мы, советские люди, рассматриваем как свое кровное, родное дело и полностью ее поддерживаем. Эта поддержка выражается в самоотверженном, творческом труде миллионов советских граждан, в стремлении постоянно укреплять экономическое могущество государства, выпускать все больше и больше отличной продукции, выращивать и собирать на колхозных полях богатые сталинские урожаи, добиваться нового подъема советской науки, искусства, культуры. Мы знаем: для победы мира нам нужно много и хорошо трудиться, укреплять крепость мира — советскую державу.

Более года назад трудящиеся Советского Союза поставили свои подписи под Стокгольмским Воззванием. Подписали этот важнейший политический документ и железнодорожники Южно-Уральской магистрали. Верный своему слову, коллектив магистрали самоотверженным трудом крепит дело мира, борется за новый подъем в работе дороги, за перевыполнение государственного плана грузоперевозок.

День и ночь по стальным путям Южного Урала идут поезда с грузами для Волго-Дона, Куйбышевского и Цимлянского гидроузлов, Главного Туркменского канала и других грандиозных сооружений, которые наш народ назвал великими стройками коммунизма. Металл, мощные тракторы, автомобили, бульдозеры и другие машины, а также строительный лес целыми маршрутами посылает сталинский Урал на великие стройки.

С глубоким сознанием ответственности за порученное дело борются железнодорожники за выполнение плана погрузки и досрочную доставку грузов новостройкам. Поезда с грузами для сталинских новостроек идут по магистралям со скоростью до 600 километров в сутки. На высокой скорости водят поезда челябинские машинисты — депутат Верховного Совета СССР т. Агафонов и его напарник т. Лавин, а также тт. Тимшин, Шерстнев и сотни других. Машинисты Златоустовского электровозного депо тт. Мальцев, Григорик, Емельянов, Красноперов, Избяков доставляют поезда к месту сдачи, значительно опережая график. В трудовом содружестве с передовыми диспетчерами тт. Ереминым, Медведевым по-скоростному продвигают поезда троицкие, карталинские, синарские, уфалейские машинисты. Большую организованность проявляют работники станций Магнитогорск, Челябинск-западный, Металлургическая и других, где производится погрузка грузов для новостроек. Они отправляют поезда без задержек. Маневровый диспетчер станции Челябинск т. Святов, составитель т. Темников, дежурный по станции т. Сержантова, технический конторщик т. Мусакова и сотни других стахановцев формируют и отправляют поезда с гарантийной маркой отличного качества.

Вместе со всем коллективом, следуя примеру передовых, по-стахановски трудится во славу Родины и наша паровозная бригада, состоящая в локомотивной колонне отличного качества. Машинисты паровозов нашей колонны перевыполняют норму технической скорости, экономят топливо, водят тяжеловесные поезда, ведут борьбу за продление срока службы машин.

Наша бригада взяла свой локомотив на социалистическую сохранность сроком на 5 лет. Мы увеличиваем среднесуточный пробег паровозов, делаем до 500 километров в сутки. Любовно ухаживая за машиной, мы решили в течение пятилетнего срока обойтись без двух подъемочных ремонтов, полагающихся по норме, и сэкономить 100 тысяч рублей государственных средств. В нынешнем году наша бригада обязалась провести как можно больше тяжеловесных поездов. Весь наш коллектив, спаянный высокой дисциплиной и сознанием долга перед Родиной, борется за выполнение этого обязательства. Сотни «тяжеловесов» уже проведены нами, десятки тысяч тонн груза доставлены по-скоростному.

Коллектив нашего депо стал на стахановскую вахту мира. Несет эту вахту и наша бригада, честно выполняя свой долг, обеспечивая четкую, безаварийную работу. Труд наш — это наш вклад в дело строительства коммунизма, в дело мира. И мы полны уверенности, что дело мира восторжествует, несмотря ни на какие происки врагов мира, поджигателей новой войны, кровавых американо-английских империалистов.

Мир победит войну потому, что дело мира взяли в свои руки все люди доброй воли, потому что возглавляет святое дело борьбы за мир великий знаменосец мира, наш родной отец и учитель товарищ Сталин!

Воля советских людей к миру всегда была непреклонной, но в эти дни она неизмеримо возросла. Сообщение о проведении в нашей стране сбора подписей под Обращением Всемирного Совета Мира о заключении Пакта Мира между пятью великими державами встречено с горячим одобрением.

Сейчас, когда в нашей стране успешно завершено выполнение послевоенной сталинской пятилетки и развернулись гигантские стройки коммунизма, — мир, как никогда, дорог каждому советскому человеку.

Мы, молодое поколение страны социализма, воспитанные на идеях Ленина и Сталина, стремимся к тому, чтобы умножить богатства и славу нашей Родины, но англо-американские заправилы пытаются сорвать наш мирный труд, пытаются навязать человечеству новую мировую бойню.

Больше года прошло с тех пор, как американские хищники напали на свободолюбивую Корею, стремятся огнем и насилием поработить корейский народ, лишить его свободы и независимости. Но бесстрашные корейские защитники грудью отстаивают свои права на жизнь.

Нам, советским девушкам и юношам, больше чем кому-либо, памятны ужасы второй мировой войны. Почти нет такой семьи, которая не пострадала бы в этой войне. Мой отец погиб за свободу нашей Родины в борьбе с фашистскими: захватчиками. Тяжела утрата для нашей семьи. Но я знала, что обо мне позаботится Родина, и вот я это ощущаю на деле. Я являюсь воспитанницей трудовых резервов, боевого отряда пополнения нашего героического рабочего класса. Вот уже второй год я приобретаю мирную специальность часовщика-сборщика, и отличной учебой вношу свой скромный вклад в общее всенародное дело защиты мира.

Я, как и все учащиеся учебных заведений трудовых резервов, хочу мира. Я горжусь тем, что являюсь членом многомиллионного передового отряда советской молодежи — ленинско-сталинского комсомола. Я горжусь чудесными успехами, продемонстрированными всему миру нашей молодежной делегацией на Третьем Всемирном фестивале в Берлине, где две недели звучали на разных языках два простых слова — «мир» и «дружба».

Прогрессивная молодежь всего мира заявила всему миру: «Нет! Не быть войне! Мы защитим мир во имя счастья на земле, во имя того, чтобы глаза наших матерей не омрачались слезами, во имя прекрасного детства».

Нам нужен мир для того, чтобы построить коммунизм. Вот почему я не ошибусь, если заверю старших товарищей, что учащиеся школ трудовых резервов все, как один, поставят свои подписи под историческим Обращением за торжество мира, правды и прогресса.

Интеллигенция Сталинской Магнитки вместе с трудящимися Советского Союза единодушно поддерживает резолюцию Советского Комитета защиты мира о проведении в нашей стране сбора подписей под Обращением Всемирного Совета Мира о заключении Пакта Мира между пятью великими державами.

Наша советская страна стоит за мир. Миролюбивая политика нашего правительства является одной из важнейших основ советского общественного строя.

Мы ценим мир потому, что с ним связан наш созидательный труд. Мы ценим мир во имя наших детей, которым страна создала все условия для радости, роста и развития.

Мы готовы отдать все силы за общее дело, дело борьбы за мир во всем мире.

34 года тому назад произошла Великая Октябрьская социалистическая революция. Все эти годы народы Советского Союза упорно трудятся во имя строительства коммунизма. Ни гражданская война, ни иностранная интервенция не могли остановить наше движение вперед. Руками советского народа создано все, что нас окружает: новые города, заводы, МТС, колхозы, высшие учебные заведения, библиотеки, школы и сады. Нашими руками Россия превращена в могучую социалистическую державу, страну самой передовой техники, науки, культуры и просвещения.

Мы многое пережили за 34 года, много перенесли трудностей, но мы смело смотрим вперед. Под руководством партии, лично товарища Сталина Советский Союз проводил и проводит мирную политику, строит коммунизм.

За годы советской власти в нашей стране расцвели наука, культура и просвещение. Замечательные достижения советской науки, известные всему миру, используются у нас в мирных целях.

Для мирных целей служит, например, мичуринское учение, учение Павлова, большие достижения физики, химии. Советское учительство, следуя мудрым указаниям товарища Сталина, добивается новых успехов. Мы, учителя, хотим трудиться на благо своей Родины.

Мы заверяем правительство о готовности отдать свои силы и знания делу мира, на благо трудящегося человечества. Империалисты всех стран, возглавляемые империалистами США, спешат развернуть новую мировую войну. Этой цели они подчиняют науку, технику, культуру, идеологическое воспитание народа. Поэтому развитие культуры в странах империализма получило уродливый характер. По существу говоря, культуры там нет, ибо культура тогда становится таковой, когда она отвечает интересам народа, когда в создании ее участвует сам народ.

Гонка вооружений, сколачивание агрессивных пактов, грубая, циничная пропаганда убийства, войны, растление детских душ, возрождение рабства, космополитизм — вот что характеризует так называемую «культуру» современной империалистической Америки, взявшей на себя роль мирового полицейского, душителя свободы и прогресса.

Советская культура строится на противоположных принципах. Мы хотим растить наших детей здоровыми, морально чистыми, умными и жизнерадостными людьми. Этому посвящаются усилия большевистской партии; советской школы, нашей детской литературы, комсомола, пионерских организаций.

Мы хотим видеть наших трудящихся носителями самой передовой марксистско-ленинской идеологии, передовой науки, передового опыта. Этому посвящены усилия нашей партии, Советского правительства, всех наших высших и средних учебных учреждений, различных политико-просветительных учреждений, печати, литературы, искусства.

Наша страна уже добилась колоссальных успехов в деле воспитания трудящихся, молодежи и детей. Мы гордимся этими успехами и готовы трудиться дальше с удвоенной энергией.

За 20 лет на Южном Урале вырос Магнитогорск. Это не только центр черной металлургии. Магнитогорск, созданный руками рабочих нашей страны превратился в один из культурных центров с многочисленным населением.

Сталинская Магнитка — яркое воплощение мирной политики нашего государстве. Трудящиеся Магнитогорска работают во имя мира.

Металлургический комбинат и заводы города обеспечивают своей продукцией стройки коммунизма. В Сталинской Магнитке имеется большая сеть культурных учреждений: 61 школа с 35 тысячами учащихся, семь специальных средних учебных заведений, два высших учебных заведения, школы трудовых резервов, клубы, театры, библиотеки, детские учреждения, больницы — все это к услугам трудящихся.

Для трудящихся Сталинской Магнитки строится на правом берегу социалистический город с прекрасными домами, благоустроенными улицами, с новыми школами, магазинами, театрами — со всем тем, что может обеспечить человеку труда культурную и здоровую жизнь.

У нас имеются новаторы производства, удостоенные Сталинских премий, ученые, отдающие свой труд на благо народа.

Вот заслуженная учительница республики коммунист Мария Ивановна Жигалова. Она 16 лет работает учительницей в Магнитогорске. Обучая детей математике, она отдает все силы для роста знаний учащихся. Мария Ивановна бессменный член городского Совета депутатов трудящихся, правительство дважды отмечало ее наградами.

Учителя, врачи, инженеры, техники Магнитогорска, как и весь советский народ, трудятся во имя мира во всем мире.

Партия и правительство не жалеют средств на благоустройство нашего города, на открытие новых очагов социалистической культуры. Город наш живет плодотворным мирным трудом, развивается как один из крупных, культурных и промышленных центров Урала. Мы гордимся Магнитогорском, мы хотим охранить его от бедствий, ужасов, разрушения войны. Трудящиеся Магнитогорска, его многочисленная интеллигенция с радостью встретили решение Советского Комитета защиты мира о проведении в СССР сбора подписей под Обращением Всемирного Совета Мира о заключении Пакта Мира между пятью великими державами. Все, как один, мы отдадим свои голоса за мир, будем трудиться на благо нашей великой Родины, на благо мира во всем мире.

Колхозники и колхозницы, все труженики Агаповского района, посылая меня делегатом на областную конференцию сторонников мира, просили передать, что трудящиеся нашего района единодушно поддерживают и одобряют решение Советского Комитета защиты мира о проведении в нашей стране сбора подписей под Обращением, Всемирного Совета Мира о заключении Пакта Мира между пятью великими державами.

Мы знаем о том, что мира не ждут, мир завоевывают упорным трудом на всех участках социалистического строительства.

Колхозники и колхозницы нашего района, успешно завершив уборку урожая и сдачу хлеба государству, стали на вахту мира и ведут в настоящее время напряженную подготовку для получения высокого урожая будущего года. Проводится засыпка и подработка семян, вспашка и обработка зяби, заготовка кормов для общественного животноводства. Колхозники обязуются завершить все работы текущего сельскохозяйственного года досрочно.

Я работаю комбайнером в Магнитогорской МТС шесть лет. Работая на полях укрупненного колхоза им. Маленкова, наш агрегат в 1950 году сцепом двух комбайнов «Коммунар» убрал 810 гектаров зерновых и намолотил 12 700 ц зерна, за что правительство высоко оценило нашу работу.

В ответ на высокую награду и повседневную великую заботу партии и правительства о процветании колхозного строя и о нас, трудящихся колхозниках, в 1951 году, наш коллектив взял на себя обязательство: сцепом «Сталинец» убрать 1500 гектаров зерновых. Мы свое обязательство перевыполнили и убрали 1560 гектаров за 32 календарных дня.

Став на вахту мира, как и все трудящиеся нашего Агаповского района, я сдал в полной исправности комбайновый агрегат в МТС и сейчас по-стахановски работаю на вспашке зяби с тем, чтобы помочь колхозу заложить уже в этом году основу высокого урожая будущего, 1952 года.

Каждый советский человек гордится тем, что наша Родина идет в авангарде борьбы за мир.

Миллионы передовых людей всего земного шара с надеждой устремляют свой взор на великий Советский Союз, к отцу и учителю трудящихся всего мира товарищу Сталину.

Все свободолюбивые народы земного шара жаждут мира. Слова великого знаменосца мира товарища Сталина о том, что мир будет сохранен и упрочен, если народы возьмут дело сохранения мира в свои руки и будут отстаивать его до конца, являются для всех честных людей знаменем борьбы за светлое будущее человечества.

Я участник двух мировых войн, и мне хорошо знакомы последствия сражений: сожженные города и села, осиротевшие дети, кровь, пепел развалин. Сражаясь с черными фашистскими ордами, я всегда мечтал о том счастливом времени, когда опять смогу приступить к мирному труду.

Все мои деды и прадеды были крестьяне. Сорок пять лет своей трудовой жизни посвятил и я сельскому хозяйству. Советская власть предоставила мне, потомственному бедняку-крестьянину, возможность окончить агротехнические курсы и стать полеводом. Работая со дня основания Челябинской государственной селекционно-опытной станции бригадиром-полеводом, я всегда стремился добиться такой агротехники, которая бы обеспечила получение высокого урожая всех сельскохозяйственных культур.

В 1950 году на площади 144 га я со своей бригадой получил урожай пшеницы по 23 центнера с каждого гектара. За это достижение наше родное правительство наградило меня орденом Ленина.

В текущем году моя бригада получила урожай яровой пшеницы на площади 66 гектар по 27 центнеров с каждого гектара. Такой же урожай получен и с площади, засеянной овсом. Во имя мира я обязуюсь добиться в будущем году еще лучших результатов.

Несмотря на то, что мне уже около шестидесяти лет, я отдаю все свои силы и опыт на благо любимой Родины.

Я рад, что частица моего труда является частицей огромной созидательной работы, которая идет на берегах Волги, Днепра, Дона и Аму-Дарьи.

Американо-английские империалисты, проводя гонку вооружений, увеличивая военный бюджет своих государств и сооружая новые военные базы, должны запомнить раз и навсегда, что миллионы простых людей не допустят возникновения нового пожара войны.

30 августа все газеты опубликовали Решение Советского Комитета защиты мира о проведении в нашей стране сбора подписей под Обращением Всемирного Совета Мира, а через три дня общее собрание нашего предприятия приняло меня в ряды большевистской партии. Я понял, что должен быть в рядах передового отряда борцов за мир — в рядах великой партии Ленина — Сталина.

Я горячо, от всего сердца, одобряю Обращение Всемирного Совета Мира о заключении Пакта Мира между пятью великими державами и с радостью ставлю свою подпись под Обращением. Призываю всех тружеников сельского хозяйства единодушно поддержать решение Советского Комитета защиты мира и поставить свои подписи под этим историческим документом.

Когда в газетах было напечатано решение Советского Комитета защиты мира о проведении в СССР сбора подписей под Обращением Всемирного Совета Мира, в отделении, которым я руковожу, не было рабочего, который бы не хотел выразить свои мысли и чувства по поводу этой волнующей вести.

— Да, мы вновь скажем свое слово за мир, за безопасность народов! Все, как один, поставим свои подписи под историческим документом, который явится грозным предостережением американо-английским поджигателям войны!

Так говорили рабочие и служащие не только нашего отделения, но и всего цеха, всего Челябинского тракторного завода.

Советский народ всегда стоял и стоит на страже мира. Тридцать четыре года существует советское государство. С первого же дня своего существования, следуя мудрой политике партии Ленина — Сталина, наше государство отстаивает дело мира.

Мира хотят народы всего земного шара. Война не нужна трудящимся. К войне стремятся и ведут к ней бешеную подготовку американские миллиардеры. Они помышляют о мировом господстве, о закабалении и зверской эксплоатации трудящихся. Этим бредовым намерениям не суждено сбыться.

Империалистическому лагерю, лагерю поджигателей новой войны, противостоит мощный, все более крепнущий лагерь мира и демократии. Во главе этого лагеря, как могучий, непоколебимый утес, стоит наш великий Советский Союз.

«Что касается Советского Союза, — говорит наш вождь и учитель товарищ Сталин, — то он и впредь будет непоколебимо проводить политику предотвращения войны и сохранения мира».

Советский Комитет защиты мира принял решение о проведении сбора подписей под Обращением Всемирного Совета Мира о заключении Пакта Мира между пятью великими державами и призвал всех советских людей поставить свои подписи под этим документом.

«Советский Комитет защиты мира выражает твердую уверенность в том, что все советские люди откликнутся на этот призыв и тем самым еще раз подтвердят свою готовность всеми силами отстаивать под руководством партии Ленина — Сталина дело мира и безопасности народов, вновь продемонстрируют свою беззаветную преданность великому знаменосцу мира товарищу Сталину». Дружно подписываясь под Обращением Всемирного Совета Мира, советские люди еще и еще раз говорят войне: нет! Своими подписями с новой силой клеймят они американских агрессоров, ведущих грабительскую войну в Корее, захвативших китайский остров Тайван, угрожающих вторжением на территорию Китайской Народной Республики, нападением на Советский Союз и страны народной демократии.

Империалистические разбойники просчитаются, их преступные планы будут сорваны усилиями миллионов простых людей, которым ненавистна война.

Когда мы обсуждали у себя решение Советского Комитета защиты мира, среди многих других выступил и слесарь стахановец Александр Поляков. Выражая общее мнение, он сказал:

— Мы построили под руководством большевистской партии социалистическое государство без капиталистов и помещиков. Мы построили в стране города, заводы, электростанции, железные дороги. Я сам работаю на Челябинском тракторном заводе с момента пуска его в эксплоатацию. И все мы видим, как изменилась наша страна: по сталинским планам строим на Волге, Дону, Днепре, Аму-Дарье грандиозные гидростанции, преобразуем природу. Мы заняты мирным делом. Тот, кто строит, о войне не помышляет. Мы улучшаем нашу жизнь, ведем огромное строительство не для того, чтобы позволить заокеанским империалистическим хищникам разбойничать на нашей земле. Наша воля к миру непоколебима. Мы будем неустанно бороться за мир, будем отстаивать его всеми силами, так, как учит нас родной товарищ Сталин.

Советский Союз не одинок в своей борьбе за мир. Он идет во главе могучего лагеря мира, демократии: и социализма.

Прошло всего полгода с того дня, как Всемирный Совет Мира принял Обращение о заключении Пакта Мира между пятью великими державами, а общее число подписей под этим Обращением, собранных в 48 странах, ныне уже достигает почти полмиллиарда. С огромным подъемом подписываются под Обращением трудящиеся стран народной демократии. Ставят свои подписи, несмотря на репрессии и полицейские преследования, и трудящиеся капиталистических стран. Организованность и единодушие, с каким проходит сбор подписей в Советском Союзе, еще более вдохновляют миллионы трудящихся всех стран на активную борьбу против угрозы новой войны.

Советский Союз — светоч и знамя для всего прогрессивного человечества в его борьбе за мир, за свободную счастливую жизнь. Безмерна любовь трудящихся всех частей света к Советской стране, к нашему народу.

…В одной из комнат Дворца культуры нашего завода на видном месте выставлена красивая хрустальная ваза. Этим почетным призом Общества советско-чехословацкой дружбы была награждена хоровая капелла тракторостроителей на Международном фестивале демократической молодежи, состоявшемся в 1947 году в Праге. Я был участником фестиваля. Эти незабываемые дни на всю жизнь останутся в моей памяти.

…Торжественно встречало население Праги советскую молодежь. Еще на вокзале тысячи чехословаков и представителей других стран, участников фестиваля, приветствовали советскую делегацию. На фестиваль съехались делегации 72 стран. И вот, когда в день открытия фестиваля во время общего парада на поле стадиона вступила колонна советской молодежи, на всех языках мира раздалось: «Да здравствует Советский Союз!», «Да здравствует мир!», «Да здравствует Сталин!»

В Праге мы встречались с молодежью разных стран. Молодые рабочие и работницы, ученые и студенты горячо интересовались жизнью в Советской стране. Мы с большой охотой рассказывали о своей социалистической родине, где трудящиеся являются хозяевами страны, работают без капиталистов и помещиков, наделены величайшими правами, о каких не может быть и речи в странах капитала. Надо было видеть, с каким интересом и волнением слушали наши бесхитростные рассказы молодые представители Индии, Австралии, Франции и других стран. Они говорили: «У себя на родине мы расскажем правду о Советском Союзе. Жить так, как живут советские люди, — значит жить счастливо, жить справедливо. Мы этого хотим, за это мы будем бороться».

Известно, с каким энтузиазмом, с какой любовью встречались советские делегации на Всемирных конгрессах сторонников мира, на Третьем Всемирном фестивале молодежи, состоявшемся в Берлине в этом году. В лице этих делегаций представители трудящихся всех стран горячо приветствуют наш героический народ, выражают преданную любовь мудрому вождю трудящихся всего мира Иосифу Виссарионовичу Сталину.

В нашем коллективе, как и во всей великой Советской стране, с исключительным подъемом проходит кампания по сбору подписей в защиту мира.

Ставя свои подписи под Обращением Всемирного Совета Мира, рабочие говорят:

— Пусть еще крепче станет лагерь мира. Пусть знают поджигатели новой войны, что советские люди непоколебимо стоят за мир между всеми народами!

В обстановке нарастающей угрозы новой войны советские патриоты видят свой важнейший долг в том, чтобы еще более усилить напряжение в труде, стахановскими делами крепить могущество любимой Родины — оплота мира во всем мире. И каждый день богат примерами, свидетельствующими о том, что советские люди с честью выполняют этот свой долг перед Родиной, перед трудящимися всех стран.

Такими примерами богата и жизнь коллектива нашего отделения.

Взять, например, слесаря В. Мухина. Любое дело, а ему мы поручаем самую сложную работу, выполняет он только на отлично и всегда раньше срока. Недавно ему поручили изготовить сложный агрегат для внедрения новой техники в механических цехах завода. Стахановец вместе со своим напарником Н. Шалашовым с честью справился с этим заданием, вдвое сократив сроки изготовления агрегата. Встав на стахановскую вахту мира, В. Мухин довел выработку до 215 %. За самоотверженный труд заводской комитет профсоюза наградил стахановца почетной грамотой и присвоил ему звание — Лучший слесарь тракторного завода.

Таких примеров много. Слесарь А. Поляков получил задание — переделать сложный зубофрезерный станок так, чтобы на нем можно было работать на скоростных режимах резания металла. Ознакомившись с конструкцией, разработанной группой конструкторов, стахановец внес и свои существенные поправки, а затем, ежедневно вдвое перекрывая задания, досрочно выполнил работу.

— Станок рабочего, — говорит А. Поляков, — на котором изготовляется продукция для мирных целей, — это оружие советского человека в борьбе за мир. Это оружие должно быть высокопроизводительным и действовать безотказно.

За проявленную инициативу и высокопроизводительный труд директор завода на днях объявил А. Полякову благодарность с занесением в трудовую книжку, а завком профсоюза наградил его почетной грамотой.

В дни предоктябрьской вахты мира слесаря М. Бронский, А. Лунев, Л. Дружков вдвое перекрывают нормы выработки. В. Семенов, токарь-универсал, работающий скоростными методами, также трудится в эти дни за двоих.

Под руководством партийной организации, мобилизующей рабочих и служащих на самоотверженный труд, коллектив нашего цеха из месяца в месяц добивается новых успехов в работе. Вот уже шестой месяц цех прочно удерживает заводское переходящее Красное знамя. Сейчас коллектив цеха несет предоктябрьскую стахановскую вахту мира.

Непреклонно стремление советских людей к миру. Самоотверженно трудятся они во имя мира. Ради достижения этой благородной цели они и дальше не пожалеют своих сил.

Я счастлива, что вместе со всем советским народом присоединяю свой голос одобрения к решению Советского Комитета защиты мира, решившего начать сбор подписей под Обращением Всемирного Совета Мира с требованием заключить Пакт Мира между пятью великими державами.

Мы — за мир, мы не хотим войны! У нас еще слишком свежи раны, нанесенные нашему народу прошлой войной, еще слишком свежа память о дорогих нашему сердцу людях, которых мы никогда больше не увидим.

Когда на меня смотрят десятки ясных, не омраченных горем юношеских глаз, я вспоминаю, как ровно десять лет назад мы провожали на фронт таких же юношей, прекрасных своей молодостью, обаятельных своей чистотой и стремлением быть полезными своему народу.

Нет, мы не хотим, мы не допустим, чтобы у наших детей было отнято счастье свободного труда, счастье творческого созидания! Вот сейчас они стоят перед моими глазами — молодые талантливые юноши и девушки. Не корысть, не карьера, а великая идея коммунизма вдохновляет их на будущее.

Завидуйте нам, американские и английские матери! Наши дети не будут посланы, как ваши, стрелять в беззащитных жителей Кореи, они рождены для радостной, солнечной жизни!

Весь мир знает о великих стройках коммунизма в нашей стране. Дыхание великого будущего мы, жители маленького уральского городка, чувствуем повседневно: мы видим, как растет металлургический завод, как в городе строится уже второй этаж Дворца культуры металлургического завода, достраивается городской кинотеатр.

По утрам мы просыпаемся от шума экскаватора: вступают в эксплоатацию и продолжают строиться в плановом порядке двух- и трехэтажные дома со светлыми и теплыми квартирами для рабочих. Нам только жить и жить, «сквозь годы мчась», как выразился великий поэт современности Владимир Маяковский.

Мне, как женщине-матери, вспоминаются слова Алексея Максимовича Горького из «Сказок об Италии»: «Мать — творит, она — охраняет, и говорить при ней о разрушении — значит говорить против нее…» «Мать — всегда против смерти; рука, которая вводит смерть в жилища людей, ненавистна и враждебна Матерям…» Мать творит и охраняет.

Мне хотелось бы эти строчки великого гуманиста мира прочитать господам из Уолл-стрита. Пусть знают они, что мы, советские люди, сумеем охранить то, что творим, что созидаем!

Мир! Это слово звучит, как самая чудесная музыка.

Пошлем же сегодня свой искренний привет знаменосцу мира великому Сталину!

Безгранично прекрасна жизнь в нашей великой советской стране. Солнце, поднимаясь с востока, щедро озаряет хлебоносные моря пшеницы, смело поднимающиеся ввысь бесчисленные леса новостроек, ароматные мичуринские сады, могучие корпуса заводов и фабрик, стройные проспекты, светлооконные здания университетов, школ, детских садов.

Покоренные реки послушно несут свои воды в русла новых каналов. Их волны, доверившись воле человека, становятся волнами электросвета, орошают бесплодные земли, превращая их в цветущие плодородные поля. Творческая энергия советского человека творит чудеса, осуществляет смелые планы. И все это — во имя жизни, во имя мира, во имя счастья на земле.

Златоустовский сталевар Василий Матвеевич Амосов вместе со своими друзьями борется за сверхплановый металл… Еще пламенеет в ковше добротно сваренная сталь, а он уже видит в ней формы мостов, звонкие полосы рельс, шагающие экскаваторы, комбайны, тракторы и многие другие орудия мирного труда, в которые превратится завтра выплавленный им металл.

Строгальщик Челябинского тракторного завода Григорий Титов выполнил за первую послевоенную пятилетку 14 годовых норм. Детали, которые он с такой любовью обрабатывает, составной частью войдут в благородные машины, облегчающие труд человека, возделывающие плодородные земли.

Как и все советские люди, страстно жаждет длительного мира мать-героиня Пелагея Ивановна Клыкова — жена потомственного рабочего. Восемь взрослых ее сынов и дочерей неустанно трудятся на благо нашей любимой Родины во имя мира во всем мире.

Только безумцы могут поверить наглой клевете разбойников пера с Уолл-стрита, которые истерично кричат, что наша Родина готовится к войне и угрожает другим странам.

Простые люди всей земли научились разбирать, где тьма, а где свет, где ложь, а где правда.

С любовью и надеждой они смотрят на нашу миролюбивую страну, озаренную солнцем сталинского гения.

Мир и Сталин — эти слова ярко горят в сердце каждого простого человека, призывом звучат на всех языках и наречиях.

Хорошо сказала мать Зои Космодемьянской:

Мужественное сердце французской девушки Раймонды Дьен, которая легла на рельсы, чтобы не дать пройти железнодорожному составу, везущему смерть для миролюбивых народов, — бьется в груди миллионов борцов за мир. Это они устами участников Третьего Всемирного фестиваля молодежи дали священную клятву:

Сотни миллионов подписей под Обращением Всемирного Совета Мира о заключении Пакта Мира между пятью великими державами убедительно говорят о том, что эта клятва — в действии.

Американские агрессоры, одержимые жаждой сверхприбылей, бешено готовятся к новой войне. Они залили кровью мирную Корею. «Прочь из Кореи!» — требуют простые люди всех стран. Ставя свои подписи под Обращением, мирные люди доброй воли помнят о корейских детях, изувеченных и убитых американскими бомбами, так же, как помнят о печах Освенцима и Майданека.

Фронт борцов за мир расширяется с каждым днем. В авангарде этого могучего движения идут наша свободная социалистическая держава, великий Китай и страны народной демократии.

С чувством глубокого удовлетворения советские люди встретили решение Советского Комитета защиты мира о проведении в СССР сбора подписей под Обращением Всемирного Совета Мира.

Юноши и убеленные сединами старики с одинаковым воодушевлением ставят свои подписи под Обращением и тем еще раз подтверждают свою волю к миру.

Как и все советские люди, труженики Южного Урала — металлурги, горняки, машиностроители, угольщики, мастера высоких урожаев единодушно подписываются под Обращением, берут на себя новые, повышенные социалистические обязательства, заявляют о своем неуклонном стремлении крепить дело мира самоотверженным трудом.

Куда ни бросишь взгляд, всюду раскрываются величественные картины мирного, созидательного труда. Как одна нерасторжимо-дружная семья, трудится наш народ, украшая своим трудом землю, создавая в нашей стране прекрасное, величественное здание коммунизма.

В синем небе, над курчавыми шапками молодых лесов, над чудесными городами и новостройками, над величавыми водами красавицы Волги, которая вот-вот разольется широким морем в районе Куйбышева и возле Сталинграда, — над всем нашим светлым социалистическим Отечеством летают голуби, белокрылые птицы, ставшие символом мира.

Во имя того, чтобы небо всегда оставалось безоблачно-синим, чтобы магнитогорцы плавили сталь для тракторов, чтобы дети безмятежно играли, а голуби парили над ними, — во имя всего этого мы будем бороться за мир и отстоим его во что бы то ни стало!

1 февраля 1932 года магнитогорская домна № 1 выдала первый чугун. Созданная по гениальному сталинскому стратегическому плану восточная угольно-металлургическая база — Урало-Кузбасс вступила в строй индустрии социализма.

Буржуазные газеты вопили тогда о неграмотных русских бородачах, вздумавших в глухой башкирской степи голыми руками построить гигантский металлургический завод. Лазутчики из империалистического лагеря — троцкистско-бухаринские бандиты всячески вредили строительству. Подвыпившие «консультанты» из американской фирмы «Мак-Ки», среди которых были и замаскированные шпионы, тормозили работу ударников Магнитостроя: представляли негодные проекты, ломали огнеупорную кладку под тем предлогом, что она «некачественна», презрительно издевались над «русскими неучами», вздумавшими задуть доменную печь в буран, при 42 градусах мороза.

Впервые в истории мировой металлургии советские инженеры и рабочие ввели огромную домну-уникум в эксплоатацию в условиях суровой зимы. Этот подвиг строителей и металлургов был повторен магнитогорцами в годы Великой Отечественной войны, когда в трудных зимних условиях была задута пятая домна.

…Ветераны Магнитогорска с гордостью вспоминают о трудных буднях первых строек своего города. Они говорят о сооружении километровой бетонной плотины на реке Урал за 155 дней, о мировых рекордах бригады бетонщиков Х. Галиулина, о строительстве первой коксовой батареи, первой мартеновской печи, первого прокатного стана…

Славные воспоминания борцов за социализм.

Помнят они и многое другое!

Магнитогорцы не забыли, как стальные корпорации фашистской Германии совместно со стальными концернами США и Англии разрабатывали преступные планы «крестового похода» на СССР и изгнания русских за Урал. Через десятилетие со дня пуска первой магнитогорской домны бездарный чиновник Трумэн проболтался о желательности взаимного истребления советского и немецкого народов. Помнят магнитогорцы и «союзников» с их затянувшимся «вторым фронтом», и яичный порошок с заморской маркой.

Хорошая память у магнитогорцев!

Старейший житель города — заслуженный врач РСФСР Г. И. Дробышев говорит:

— Мы, участники Отечественной войны, находясь на фронте, гордились, что приехали из Магнитогорска. Был тогда такой лозунг: «Бить врага по-сталинградски, работать по-магнитогорски!» Мы помнили, что магнитогорский металл помогал нам громить немецко-фашистских оккупантов.

Сталинская Магнитка — так любовно зовут советские люди социалистический город в уральской степи. Город заводов с их передовой индустриальной культурой, город величественных общественных зданий.

Кипит жизнь в молодом советском городе.

На Центральной площади садовники подстригают газоны. У фонтанов, среди зелени скверов резвятся дети. В Правобережном районе штукатуры Жидаль, Ежов и Фролов заканчивают отделку новой пятиэтажной школы. Это тринадцатая по счету школа, построенная в городе в послевоенные годы. Радиоузел сообщает о новом трудовом рекорде сталеваров Владимира Захарова, Ивана Семенова, Мухамеда Зинурова. Во Дворце культуры трудовых резервов — лекция для молодежи «О дружбе и товариществе». Во Дворце культуры металлургов проходят гастроли Свердловского театра музыкальной комедии. В кинотеатре «Магнит» идет кинофильм «Дочери Китая». Начались приемные испытания в горно-металлургическом и педагогическом институтах и трех техникумах.

Будни одного советского города. Оживленно торгуют универмаги и магазины; прибыло много новых товаров: шелковых, шерстяных тканей, обуви, трикотажа. Колхозники привезли на базар жиры, мясо, свежие овощи, грибы, ягоды.

Хорошо летом в Магнитогорске…

Уверенно работают металлурги и строители. В июле они завоевали переходящие Красные знамена области. Магнитогорский металлургический комбинат победил в соревновании с Кузнецким комбинатом.

Но у всех магнитогорцев одна мысль, одно стремление — выпустить больше отличной продукции, выше поднять культуру производства. Этого требует Родина!

На башенных кранах новостроек, на кожухах мартеновских печей, на трамвайных вагонах, на стенах жилищ — всюду повторяются одни и те же слова призыва:

«Магнитогорский металл служит делу мира!»

Мир! Как дорого это слово трудящимся Магнитогорска.

Двадцать один год тому назад приехал в уральскую степь землекоп Егор. Жил он в полотняной палатке у подножия горы Атач, в жгучие морозы прогревал костром промерзшую землю и долбил ломом на метр глубины.

Сегодня он — прославленный магнитогорский мастер, Егор Смертин вспоминает:

— Я бетонировал тело плотины, фундаменты первой коксовой батареи, первой домны, первого мартена. Меня, неграмотного крестьянина Вятской губернии, советская власть и партия большевиков сделали человеком: обучили, окружили почетом, дали мне награды.

В 1941 году Гитлер со своими полчищами коварно напал на нашу страну. Советский народ и его мощная армия, армия-освободительница, под руководством великого Сталина разгромили фашистские полчища, принесли свободу народам Европы. Мы победили фашистов и строим мирную прекрасную жизнь. Советский народ приступил к строительству гигантских сооружений. Но последователи Гитлера американские империалисты разжигают новую мировую бойню. Они не хотят мира. Они напали на корейский народ. Они составили разбойничьи планы уничтожения советских городов и среди них — Магнитогорска. Не выйдет у них это! Руки коротки! Многомиллионный советский народ сумеет защитить свои великие завоевания.

Я подписался под Воззванием сторонников мира. Но на этом не останавливаюсь, а своим трудом укрепляю дело мира. Мы, коренные магнитогорцы, умеем работать, любим работать, а труд советских людей всегда был и будет основой победы…

Тысячи магнитогорцев, выступая на митингах, собраниях, планерках перед сменами, выразили горячее, патриотическое стремление бороться за дело мира. Славные труженики Магнитогорска единодушно поставили свои подписи под Стокгольмским Воззванием. На всех предприятиях, в учебных заведениях, общежитиях, в квартирах рабочих 3840 агитаторов проводили волнующие беседы о миролюбивой политике советского правительства, стоящего на страже мира и безопасности народов, и о подлых замыслах американо-английских империалистов, стремящихся раздуть пожар новой войны.

Огромное возмущение вызвали среди жителей Магнитогорска кровожадные планы каннибалов из «Международного комитета изучения европейских проблем», мечтающих об истреблении советских городов, в том числе Магнитогорска.

…В один из тихих и теплых августовских вечеров 1950 года в редакцию городской газеты «Магнитогорский рабочий» собрались старейшие жители города, приехавшие на стройку еще в 1929—1932 годах. С гневом и возмущением говорили они о подлых замыслах лакеев империализма из человеконенавистнического «международного комитета».

За маленьким столом — известный всей стране прокатчик-новатор, старший оператор блюминга А. Тищенко:

— Мы росли вместе с любимым городом, — говорит он. — Мы создали крупнейший центр металлургии, науки и культуры. В дни Отечественной войны Сталинский Урал сыграл большую роль в победе советского народа над кровожадным фашизмом. Мы заверяем свое правительство, что наш город и дальше будет давать все больше металла, чтобы еще больше крепла и мужала наша Родина!..

Выступила учительница Н. П. Петрова:

— Мне выпало счастье воспитывать первых школьников города. Ныне мои питомцы — а их сотни — стали учеными, инженерами, офицерами Советской Армии, мастерами, знатными стахановцами. От имени своих воспитанников я заявляю: мы защитим дело мира от посягательств американских империалистов.

Архитектор Ф. И. Ялов рассказывает:

— Я приехал в Магнитогорск еще студентом в 1930 году. С той поры вся моя жизнь связана с этим прекрасным городом. Во многих зданиях есть и частица моего труда. Так разве я, как и все трудящиеся Магнитогорска и всей страны, позволим человеконенавистникам разжечь новую войну? Пусть варвары из империалистического лагеря помнят, что мы умеем не только строить, но и защищать построенное нашими руками. Воззвание сторонников мира, которое мы все подписали, есть грозное предупреждение поджигателям войны…

Долго беседовали старейшие жители первого в стране социалистического города, вспоминая и трудности великой стройки, и радости вдохновенных трудовых побед. В их проникновенных словах звучала величайшая гордость за свою Родину, сыновняя благодарность родному Сталину.

Это было задушевное, глубоко патриотическое собрание советских людей — творцов и строителей нового, готовых бороться за великие победы коммунистического строительства.

Кто-то предложил послать от имени участников собрания открытое письмо старейших жителей города Магнитогорска председателю Советского Комитета защиты мира Николаю Тихонову.

С огромным подъемом был обсужден текст письма. Вот что писали ветераны Магнитогорска в этом волнующем документе:

Одна за другой на простом листе бумаги появляются подписи старейших жителей Магнитогорска: почетного металлурга сталевара М. Зинурова, строителя Х. Галиулина, доменщика С. Переверзева, врача Ф. Смуровой, учительницы М. Жигаловой, художника Г. Соловьева, ученого А. Безденежных, архитектора Ф. Ялова и многих других.

…Письмо дошло по адресу.

С ним познакомились миллионы трудящихся великой страны мира и справедливости — Советского Союза.

Ответственный секретарь Советского Комитета защиты мира М. Котов опубликовал этот замечательный документ в своей статье «Думы простого человека» (Журнал «Знамя», 1950, № 9).

С высокой трибуны Второй Всесоюзной конференции сторонников мира докладчик писатель Николай Тихонов вновь напомнил об этом письме старейших жителей Магнитогорска. И все делегаты конференции мира: рабочие и академики, кубанские хлеборобы и бакинские нефтяники, художники и писатели, студенты и инженеры — с глубоким вниманием слушали страстные слова патриотов великой, могучей и сильной Родины.

…Магнитогорск продолжает борьбу за мир.

Мир куется могучими средствами мирного развития нашей Родины: стахановскими вахтами сталеваров, строительством новых школ и клубов, предложениями рабочих-изобретателей о сбережении сырья, закладкой мичуринских садов. Ибо нет ничего более могучего и величественного, более прогрессивного и демократического, чем самоотверженный труд советских людей.

Решение пленума Советского Комитета защиты мира о сборе подписей в СССР под Обращением Всемирного Совета Мира вызвало новый патриотический, трудовой подъем среди металлургов и строителей Сталинской Магнитки.

Еще в Москве, на пленуме Советского Комитета защиты мира, подписал исторический документ магнитогорец Владимир Захаров. Тогда он сказал:

— Когда я поставил свою подпись под Обращением, то подумал, что мы сейчас открыли великий счет подписей в нашей стране. Наши подписи — это первые десятки. Пройдет немного времени, и подписей будет миллионы, десятки миллионов. Советский народ непоколебим в своем стремлении к миру…

В цехах комбината, на строительных площадках Правобережного города, на рудниках, в жилых домах тысячи трудящихся Магнитогорска подписывают сегодня Обращение, отразившее благородное стремление прогрессивного человечества отстаивать великое дело мира. Поставив свои подписи, горновые идут к доменным печам, сталевары — к мартенам, прокатчики — к блюмингам, чтобы стахановским трудом крепить мир.

— Наша сила — несокрушима! — заявляют магнитогорцы. — Под руководством партии большевиков, родного Сталина мы построим светлое здание коммунизма.

Пусть учатся и отдыхают дети, пусть сталевар спокойно трудится у мартеновской печи, пусть садовники сажают деревья — советский народ защитит и отстоит дело мира.

В Шумиху Юрий привел свой поезд уже затемно. Августовская ночь плотно обступила станцию. Было душно и тихо. В неподвижном воздухе приглушенно звучали гудки паровозов. У прожекторов, высоко поднятых над путями на металлических мачтах, кружилась мошкара.

Юрий был недоволен поездкой. Поезд опоздал почти на два часа. Сколько ни старался молодой машинист «войти в график», это ему не удалось. Конечно, вины машиниста в этом не было. И никто не стал бы обвинять руководителя комсомольского паровоза, кандидата партии Юрия Морозова, что он плохо выполняет свои социалистические обязательства. Все получилось из-за того, что диспетчер допустил просчет в регулировке поездного потока. Нарушился ритм движения на участке, поезда встали «на прикол» на промежуточных станциях, где им совсем не полагалось останавливаться. А тут еще, как назло, какой-то машинист, ведший поезд впереди Юрия, недосмотрел за котлом и «выбился из пара».

Чувство досады и стыда кипело в душе молодого машиниста. Ему было обидно, что задержали поезд, который он вел, но еще обиднее было то, что едущий впереди его машинист так несерьезно отнесся к выполнению своих обязанностей, что диспетчер допустил нерасторопность.

Бригада Юрия Морозова соревнуется с бригадой комсомольца Александра Лавина, напарника и ученика знатного челябинского машиниста, депутата Верховного Совета СССР Петра Александровича Агафонова. Оба соревнующихся коллектива не раз завоевывали почетное звание лучших локомотивных бригад дороги. А это ко многому обязывало.

Юрий записал в блокнот фамилию диспетчера, допустившего срыв графика. Он решил выступить на очередном производственном совещании и поставить вопрос о повышении качества диспетчерского командования, об усилении ответственности диспетчеров за выполнение своих обязательств в соревновании с машинистами-пятисотниками.

Как только паровоз отцепился от состава, он приказал помощнику и кочегару готовить машину к обратному рейсу, а сам пошел к дежурному по депо. «Нужно поскорее выехать из Шумихи, — подумал он, — хотя бы частично восполнить задание по обороту паровоза».

От услуг оборотного депо по экипировке локомотива Юрий отказался.

— Угля нам не требуется, на обратный рейс хватит, — заявил он дежурному по депо.

— Откуда же у вас так много угля? — удивился дежурный.

— Маленький производственный секрет, — пошутил Юрий.

— А все-таки…

— Наш паровоз комсомольский. Каждая из бригад заботится, чтобы тендер всегда был полон топлива. Экипировку локомотива мы делаем по-скоростному и в том депо, где меньшее скопление паровозов.

— Хорошее правило, — одобрил дежурный.

— Воды у нас тоже достаточно, — продолжал машинист, — запас воды мы пополнили в Чумляке.

— Так чего же вы хотите?

— Как чего? Повернуть паровоз на треугольнике и получить поезд.

Он рассказал о намерении во время обратного рейса добиться выполнения задания по обороту локомотива.

Дежурный испытующе посмотрел на молодого паровозника. «Молодец, настойчивый парень», — одобрительно подумал он.

— Значит, паровоз вполне готов к рейсу?

— Через десять минут можем ехать.

Дежурный позвонил на станцию, справился о готовности составов. Лицо его просветлело.

— Отлично… хорошо, — сказал он в трубку и повернулся к машинисту: — Есть для тебя работа, хлопец. На восьмой путь прибыл маршрут с сибирским лесом, эстафетный. Можешь принимать.

— Спасибо!

Маршрут, о котором говорил дежурный, привел из Кургана знатный новатор транспорта Герой Социалистического Труда Иван Петрович Блинов. Юрий знал, что строенная бригада старшего машиниста Блинова соревновалась с коллективом экипажа шагающего экскаватора «Волго-Донстроя», возглавляемым механиком Усковым. В этом соревновании Блинов и его товарищи добились серьезных успехов. Среднесуточный пробег паровоза знатного машиниста нередко достигал шестисот километров, поезда с грузами для новостроек передовой машинист и его напарники водили со скоростью экспрессов. По почину Блинова на дороге началось соревнование машинистов и диспетчеров за скоростное продвижение грузов для новостроек коммунизма, широкую передачу передового опыта работы молодым паровозникам, отличную подготовку кадров магистрали к работе в зимних условиях.

Через десять минут, как и обещал Юрий, состав был принят. Осматривая его вместе с главным кондуктором, он, не скрывая, любовался сосновыми бревнами на платформах. Многие платформы были украшены ветками хвои. Главный поднял фонарь. Свет упал на буквы, написанные на широких досках: «Стройкам коммунизма от лесорубов Сибири».

— «Зеленая улица» требуется! — вырвалось у кондуктора.

— Дадут! — уверенно сказал Юрий. Он решил переговорить с участковым диспетчером, вызвать его по селектору.

— Товарищ диспетчер, — сказал он, — я, машинист Морозов, принял маршрут с грузом для сталинских новостроек. Обязуюсь доставить его в Челябинск по-скоростному… Вызываю вас на соревнование.

С замиранием сердца он ждал ответа. Из репродуктора раздался спокойный голос:

— Вызов принимаю, товарищ Морозов. Но предупреждаю: положение на участке напряженное. «Зеленую улицу» могу предоставить только при условии, если вы проедете участок без набора воды.

— Понятно, товарищ командир. Воду брать не будем до самого Челябинска!

…Диспетчер сдержал свое слово. Всю дорогу комсомольскому паровозу светили зеленые огни светофоров. Ранним утром поезд прибыл в Челябинск.

По первой вытяжке, громыхая, прошел тяжелый, наливной маршрут. Федор Святов с балкона проследил за ходом поезда и вернулся к пульту управления.

Федор окинул комнату внимательным взглядом. Все было здесь знакомым, близким, родным. Портрет товарища Сталина. Карта-плакат — «Сталинский план преобразования природы претворим в жизнь». Ее принес и повесил здесь начальник станции коммунист т. Тарунин. «Пусть она напоминает нам о великом мирном труде советского народа. В нем есть и наша доля, вклад челябинских железнодорожников», — сказал он.

Широкими извилистыми лентами яркого голубого цвета изображены на карте Волга и Дон в обрамлении будущих лесов. Огромные степные пространства между двумя морями зеленеют квадратами лесозащитных полос. «Сейчас уже много нового можно нанести на эту карту», — думает Федор. На Волге, на Дону, в степях Украины, в Крыму, в Кара-Кумах создаются грандиозные гидротехнические сооружения, прокладываются каналы, строятся плотины мощных электростанций. Туда, на великие стройки коммунизма, нескончаемым потоком идут материалы и машины, оборудование и горючее…

— Товарищ командир! — раздается голос из репродуктора.

Святов берет трубку радиотелефона.

— Я слушаю…

Один из составителей докладывает, что им закончено формирование нового состава. Федор делает отметку на графике и дает распоряжение стрелочным постам изготовить маршрут для сформированного поезда в парк отправления.

Звонит телефон. Диспетчера извещают о том, что на «горб» маневровой горки подается состав для ро́спуска. В нем грузы, адресованные строительству Главного Туркменского канала и Цимлянскому гидроузлу. Это тот самый маршрут с сибирским лесом, что привел Юрий Морозов.

Святов звонит дежурному по горке комсомольцу Петровскому:

— Организуйте ро́спуск по-скоростному, — требует он, — предупредите парк «А», чтобы быстро произвели списывание состава, разметку вагонов.

— Понятно, товарищ командир, — звонко отчеканивает Петровский. — Не задержим!

Святов вызывает по радио составителей Соколова и Темникова, разъясняет им задачу: будет формироваться одновременно два состава с грузами для сталинских новостроек — один азиатского направления, другой для Волго-Дона. Грузы, идущие новостройкам, не должны задерживаться на узле более двух часов!

Переговорив с составителями и маневровыми машинистами, Святов предупреждает о предстоящей ответственной работе старших стрелочников и пункт технического осмотра вагонов.

…Около двадцати лет работает на транспорте Федор Григорьевич Святов. От рядового сцепщика до опытного командира — таков его трудовой путь. Диспетчер Святов — умелый организатор социалистического соревнования в своей смене. Чтобы повысить качество работы, он обучил составителей, стрелочников, операторов, технических конторщиков передовым методам труда. Он ввел предварительное списывание вагонов в процессе накопления, перед формированием. В своей смене он проводит повседневную разъяснительную работу, вместе с Таруниным организовал выпуск стенгазеты и «боевых листков». За каждое дежурство в передовой смене подводятся итоги работы. Результаты выполнения социалистических обязательств знает каждый работник.

Смена диспетчера Святова достойно несет трудовую вахту. Все поезда формирует только тяжеловесными и полновесными, ведет упорную борьбу за полное использование грузоподъемной силы вагонов, перевыполняет задания по роспуску и формированию составов, все поезда отправляет с гарантийной маркой отличного качества.

Федор снова выходит на балкон, возвращается к пульту управления, смотрит на часы, на план-график. По его расчетам, формирование маршрута для Волго-Дона должно скоро закончиться. Федор вызывает по радио маневрового машиниста Хитёва.

— Как идет формирование?

— Все в порядке, товарищ командир. Заканчиваем. Осаживаем голову…

Через несколько минут мимо диспетчерской вышки паровоз машиниста Хитёва мчит группу вагонов и платформ с лесом, металлическими конструкциями, бульдозерами завода имени Колющенко. Проходит еще немного времени, и составитель Соколов докладывает, что задание выполнено.

— На 15 минут раньше, чем положено по норме, — радостно говорит он.

Вслед за Соколовым докладывает о готовности состава и Темников.

…Оба поезда выставляются в парк отправления. Отсюда их пути расходятся в разные стороны. Один из поездов принимает машинист Троицкого паровозного депо, другой — златоустовец, машинист электровоза Георгий Мальцев.

Путь Георгия Мальцева лежит на запад через Уральский хребет, по трудному горному профилю. Но стахановец не боится трудностей и умеет их преодолевать. Он отлично знает участок своей работы, каждый подъем, каждый поворот извилистого пути между каменистых сопок, заросших сосновыми лесами.

Уверенной рукой ведет поезд Георгий Мальцев.

Вот промелькнула маленькая станция Смолино. Здесь расположен околодок дорожного мастера коммуниста Григория Михайловича Воронкова. Машинист смотрит на путь из окна кабины электровоза. На срезе выемки проплывает лозунг: «Пятисотникам — отличный путь!» Каждая буква любовно сложена из разноцветных камней.

На околодке мастера коммуниста путь в образцовом состоянии. По почину Воронкова путейцы многих дистанций Южно-Уральской магистрали начали соревнование за отличное содержание стальной колеи, взяли свое хозяйство на социалистическую сохранность, отказались в нынешнем году от получения новых материалов верхнего строения пути — шпал, рельсов, скреплений, развернули упорную борьбу за продление срока их службы, за экономию государственных средств.

День и ночь мчатся по Южно-Уральской магистрали поезда с грузами для великих строек коммунизма. Из Сибири идет лес. Уралмаш шлет строителям гигантские землеройные и землечерпальные механизмы. С заводов Челябинска отгружаются тысячи тракторов, бульдозеров, скреперов, грейдеров. Сталинская Магнитка дает прокат, рельсы… Весь этот мощный поток грузов идет через важнейшие узлы Южно-Уральской.

Неустанно и зорко несут трудовую вахту тысячи железнодорожников. Выполняя слово, данное вождю родному Сталину, они повышают темпы грузоперевозок, добиваются новых успехов в труде, самоотверженным стахановским трудом крепят дело мира.

Детство и юность Алексея Васина прошли в крае шахтеров и металлургов — Донбассе.

Родился он в 1913 году в одном из рудничных поселков, недалеко от Макеевки. Отец его — старый кадровый рабочий, был искусным слесарем. Вот и Васин, с увлечением глядя, как работает отец, задумал стать таким же мастером своего дела.

Учился в школе ФЗУ. Изучив слесарное дело, он хорошо овладел любимой специальностью. Но на этом не остановился. С воодушевлением стал изучать фрезерное дело. Старательный и упорный в достижении поставленной цели, он скоро добился своего и стал хорошим фрезеровщиком.

Окончив школу ФЗУ, Алексей Васин переехал в Сталино. Здесь, на заводе, ему дали фрезерный станок. Опробовав его, молодой фрезеровщик четвертого разряда сказал:

— Не станок, а клад.

И работал так на своем станке, что все восхищались. И хотя работой своей был доволен, однако на достигнутом не успокоился. Совершенствуя свое мастерство, Алексей попутно, в свободное от работы время, стал овладевать зуборезным делом.

«Пригодится когда-нибудь», — говорил Васин себе, как бы предугадывая, что через несколько лет он станет искусным стахановцем-зуборезчиком.

Через три года Васина призвали в армию. Служил он в железнодорожных технических войсках. В армии Алексей не расставался с любимой профессией, совершенствовал свое мастерство, повышал квалификацию.

Вернувшись из армии в Сталино, на родной завод, Васин быстро завоевал славу одного из лучших рабочих-универсалов. Окончательно перейдя на зуборезные станки, он возглавил молодежную бригаду. Бригада была невелика: состояла из трех зуборезчиков. Но как друзья работали! Обслуживая семь станков, молодые зуборезчики отлично справлялись с нормами и производственными заданиями. Сам бригадир работал на трех станках, из смены в смену он выдавал детали и изделия сверх плана.

Завод, на котором работал Васин, выпускал машины. Машины эти нужны были для облегчения труда шахтеров. Чем больше шахтеры получали машин, тем больше добывали они угля. Донбасс, щедро вооружаемый передовой техникой, расправил свои богатырские плечи. Новые и новые шахты вступали в строй. Строились домны и мартены. Край угля и металла преображался на глазах.

Неузнаваемо меняла свой облик бывшая Юзовка, ныне город Сталино. Вырастали многоэтажные благоустроенные жилые дома и шахтерские клубы, библиотеки и больницы. Город покрывался асфальтом. Все больше появлялось деревьев на улицах. Жизнь становилась все радостнее и веселее.

Но вот вооруженные до зубов гитлеровские орды вероломно напали на нашу Родину. Захотели уничтожить нашу счастливую жизнь. Линия фронта все ближе подходила к Донбассу, к Сталино. Все силы, вся энергия советских людей были подчинены одному — помощи фронту, доблестным нашим воинам, не щадя жизни своей отстаивавшим великие завоевания Октября, нашу родную землю. Алексею Васину, как и его товарищам, пришлось в полной мере познать, что значит война. Работать приходилось под грохот бомб. Завод, производивший механизмы для шахтеров, теперь работал на фронт. Васин трудился по две и три смены без отдыха. И не он один — так в то грозное и тяжелое время работали все.

Вражеские полчища, неся под контрударами советских войск огромные потери, оставляя на своем пути разбитые танки и артиллерийские орудия, продолжали двигаться вперед…

С болью в сердце покидал Алексей Васин Донбасс, родной город. Перед отъездом в последний раз пришел он на завод, видел, как бригады подрывников, составленные из его товарищей и друзей, закладывали под заводские корпуса аммонал и взрывали их. Врагу ничего не должно было достаться: ни станков, ни заводских корпусов.

Длинен и тяжел был путь на Восток. Поезд все дальше уходил от линии фронта, минуя одну станцию за другой. Навстречу, без задержек и без остановок мчались эшелоны с воинскими частями, с самолетами и танками, с пушками и бронемашинами. Вся советская страна, весь наш народ поднялись, чтобы остановить и сокрушить врага.

И вот Васин приехал на Южный Урал, в Челябинск. Выйдя на перрон, он как зачарованный смотрел на новый город — центр крупного индустриального края.

Трамвай доставил его на завод имени Серго Орджоникидзе. Челябинск поразил Васина высокими домами и заводами.

Получив назначение на работу, Алексей Васин пришел в ремонтно-механический цех завода имени Серго Орджоникидзе.

«Ничего, Алексей Федорович, — сказал он себе, — поработаем здесь. Будем мстить врагу стахановским трудом!»

В то время в ремонтно-механическом цехе завода имени С. Орджоникидзе было всего четыре зуборезчика. Каждый из них работал на двух станках. Васин, стремясь поднять выработку, усилить помощь фронту, стал работать на трех станках. И как работал! Производительность у него была самой высокой в цехе. Из смены в смену Васин выдавал сверхплановую продукцию.

— Все ли я делаю для фронта? — этот вопрос не раз задавал себе стахановец зуборезчик.

И не только задавал. Тщательно приглядываясь к своей работе, совершенствуя настройку станков, рационализируя свой труд, Васин стремился наиболее разумно использовать каждую минуту рабочего дня. Так к трем станкам ему, по его просьбе, добавили еще четвертый, а затем и пятый.

Работа на пяти станках — сложное и трудное дело, требующее тщательной подготовки, И Васин, отлично сознавая это, заранее запасал приспособления и инструмент. Всегда спокойный и уравновешенный, он был требователен, когда видел, что заготовок мало и это грозит ему простоем. Обслуживая пять станков, стахановец зуборезчик давал такую же высокую среднюю производительность, как ранее.

В 1943 году советские войска освободили Донбасс, освободили город Сталино. Вскоре Васин узнал, что, уходя из Сталино, фашистские бандиты забрали его отца в гестапо, откуда он уже не вышел.

И сын старого донецкого рабочего, верный патриот Родины, решил отомстить врагам за смерть отца. Он дал клятву усилить трудовое напряжение, работать так, чтобы его помощь героическим советским воинам, наносившим по гитлеровцам все более ожесточенные и сокрушительные удары, день ото дня была ощутимей и весомей.

В нашу победу, в победу всего советского народа над врагом, немалый вклад внесли работники машиностроительной промышленности. В этом вкладе есть и доля труда Алексея Васина. Рядовой великой армии труда, он с полным правом заслужил высокое звание гвардейца тыла.

Война закончилась нашей победой. Гитлеровские армии были окончательно разгромлены. Но можно ли было устраивать передышку, когда великий Сталин выдвинул перед советской страной грандиозную программу послевоенного строительства? Нет, ни о какой передышке и речи не могло быть. Война закончилась, но фронт остался. Это — фронт труда, фронт творчества и созидания.

И Васин остался на передовой линии. Он попрежнему обслуживал пять своих станков. Зуборезчик высокой квалификации, он в совершенстве изучил оборудование, умело пользовался приспособлениями и инструментом, проявлял сноровку и новаторство в труде.

В это время славный коллектив завода имени С. Орджоникидзе работал над выпуском сложных универсальных культиваторов, крайне необходимых труженикам сельского хозяйства страны.

В один из зимних дней, когда заводской гудок известил об окончании смены, в ремонтно-механическом цехе состоялось собрание рабочих, мастеров, инженеров и техников. На повестке дня стоял один вопрос — задачи коллектива цеха в послевоенной пятилетке.

Когда начальник цеха закончил свой доклад, слово попросил зуборезчик стахановец Алексей Васин. Обычно очень спокойный, он поднялся на трибуну заметно взволнованный.

— Дорогие товарищи, — обратился он к собравшимся. — Я ознакомился с новой пятилеткой, вновь внимательно прочитал выступление товарища Сталина на собрании избирателей. Каждое слово нашего великого вождя глубоко запало мне в сердце. Перед сегодняшним собранием я разговаривал со многими своими товарищами, рабочими и мастерами. И все они, как и я, преисполнены самой глубокой благодарности товарищу Сталину, нашей родной большевистской партии, уверенно ведущим советский народ вперед, к победе коммунизма…

Задачи, которые поставлены перед советской страной и нашим заводом послевоенным пятилетним планом, — продолжал Васин, — будут успешно решены. В этом нет и не может быть сомнения. Наш долг, долг всех рабочих, каждого из нас в отдельности, заключается в том, чтобы внести в выполнение послевоенной пятилетки свой вклад. Обдумав и взвесив свои возможности, я решил выполнить пятилетнюю производственную программу на своих станках за один год…

Под сводами цеха гулко загремели дружные аплодисменты.

Обратившись к лучшим стахановцам цеха, Алексей Васин вызвал их на социалистическое соревнование. Свое выступление стахановец закончил словами:

— Соревнование поможет нам добиться успеха. В конечном счете не важно, кто из нас будет победителем, важно, что от этого выиграет наше общее дело. А что касается меня, то скажу прямо: я не отстану, последним не буду.

Собрание продолжалось. Все выступавшие горячо поддержали предложение Алексея Васина. Каждый говорил о том, что переполняло его сердце, что настойчиво диктовалось жизнью.

Так по почину Алексея Васина многие сотни стахановцев ремонтно-механического цеха и всего завода включились в социалистическое соревнование за досрочное выполнение своих пятилетних норм.

Алексей Васин с честью сдержал свое слово. Он не только давал самую высокую в цехе и на заводе производительность труда. Прибавив к своим пяти станкам еще два, он стал одновременно обслуживать семь станков.

Отлично изучив каждый из них, Васин стал обходиться без помощи механика и мастера, сам производил самые сложные наладки. Заранее ознакомившись с чертежами, подготовив необходимый инструмент и приспособления, он устанавливает очередность пуска станков. Обладая незаурядными способностями рационализатора, стахановец зуборезчик смело расчленяет, когда видит в этом пользу, отдельные операции, по-новому затачивает инструмент, конструирует новые оправки, без боязни переходит на высокие режимы резания. Он так строит свой день, что семь его станков, работая одновременно, дают продукцию сверх сменной нормы.

Уже 3 августа 1946 года Алексей Васин закончил выполнение пяти своих годовых норм. Работая одновременно на пяти-семи станках, он довел сменную выработку до 862 %.

Успех не успокоил Алексея Васина. Он был попрежнему настойчив в достижении цели, поставленной перед собой. Сознание того, что он, простой зуборезчик, приносит пользу Родине, вливало в него новые силы и энергию. Останавливаясь у заводской доски почета, он видел свой портрет и невольно задумывался. Он вспоминал рассказы своего отца, искусного слесаря, мастера своего дела, о том, как невозможно было завоевать признание рабочему в старое, дореволюционное время.

— Учись, Алеша, — говорил Федор Петрович сыну, — учись! Советская власть — она наша, рабочая власть, она во всем тебе поможет.

И Алексей Васин, верный наказу отца, упорно учится, совершенствует свое мастерство.

— Я ведь коммунист! — не раз говорил себе Васин. — А раз коммунист, значит должен быть всегда впереди.

В августе 1946 года стахановец зуборезчик принял новое обязательство: до конца года выполнить еще две годовых нормы. Это обязательство было выполнено не к новому году, а почти на месяц раньше — к 5 декабря, Дню Сталинской Конституции.

Когда минул первый год послевоенной пятилетки, на личном счету Алексея Васина было записано семь с половиной годовых норм.

Настал второй год послевоенной пятилетки, затем третий, четвертый…

Алексей Васин работал с еще большим напряжением. Его портрет попрежнему украшал заводскую доску почета. Его имя неизменно значилось первым в списке победителей в соревновании рабочих ведущих профессий завода.

Советский народ одержал великую победу, досрочно и с превышением выполнив план послевоенной сталинской пятилетки. В его выполнение внес свой вклад в Алексей Васин, выработавший за пять лет свыше 30 годовых норм.

В июне 1950 года американские империалисты набросились на свободолюбивую Корею. От угроз новой войны Трумэн и иже с ним перешли к прямой агрессии. С бешеной яростью фашисты в мундирах американской армии вот уже второй год уничтожают мирные города и села героически борющегося за свою свободу и независимость корейского народа. Сотни миллионов людей всего мира клеймят позором американских и иных интервентов, раздувающих пламя новой войны.

— Руки прочь от Кореи! — таково единодушное требование десятков и сотен миллионов простых людей.

В то время когда империалисты США, Англии, Франции и других агрессивных государств охвачены военным психозом, советский народ успешно претворяет в жизнь исторические постановления Советского правительства о строительстве гигантских гидроэлектростанций, каналов и оросительных систем.

Лагерь империализма, заправилы Уолл-стрита грозят миру новой мировой войной.

У нас, в Советской стране, на повестку дня поставлены грандиозные задачи мирного, созидательного труда.

Весь наш народ участвует в сооружении великих сталинских строек. Труд каждого советского человека служит одной цели — укреплению экономического могущества великого Советского Союза — оплота мира во всем мире. Как и миллионы патриотов нашей социалистической Родины, это хорошо понимает и сознает Алексей Васин. Зуборезчик по специальности, знаток своего дела, он трудится самоотверженно и с воодушевлением на благо любимой Родины, во имя мира во всем мире.

В августе 1951 года пленум Советского Комитета защиты мира решил провести в нашей стране сбор подписей под Обращением Всемирного Совета Мира о заключении Пакта Мира между пятью великими державами. Десятки миллионов советских людей встретили это сообщение с великим единодушием.

Развернувшаяся в нашей стране кампания по сбору подписей под Обращением Всемирного Совета Мира показывает, что все советские люди едины в своем стремлении отстаивать мир до конца. Ставя свои подписи под Обращением, советские люди торжественно и единодушно заявляют, что и впредь будут крепить дело мира Самоотверженным трудом.

— Встаю на стахановскую вахту мира, — сказал Алексей Васин на многолюдном митинге коллектива ремонтно-механического цеха. — Беру на себя обязательство — к двум годовым нормам, выполненным в первом полугодии, прибавить до конца года еще столько же…

Слово у Васина никогда не расходится с делом. Так и на этот раз: принятое на себя обязательство стахановец с честью выполняет.

Когда коллектив завода имени С. Орджоникидзе собрался, чтобы избрать делегата на областную конференцию сторонников мира, одной из первых была названа кандидатура знатного зуборезчика ремонтно-механического цеха Алексея Федоровича Васина. Все собравшиеся горячо поддержали это предложение.

Посылая Васина на конференцию, орджоникидзевцы единодушно приняли наказ своему делегату. Наказ этот был предельно короток и ясен.

— Мы хотим не только построить коммунизм, — говорилось в наказе, — но и жить при коммунизме. А для этого нам нужен мир. Поручаем нашему делегату сказать об этом на конференции. Поручаем сказать, что мы будем трудиться, не жалея своих сил, во имя мира во всем мире…

Васин передал наказ орджоникидзевцев конференции. Его самоотверженность в мирном созидательном труде, решимость в борьбе за мир во всем мире получили высокую оценку. На конференции Алексей Васин был избран членом областного комитета защиты мира.

Являя пример трудового героизма в строительстве светлого здания коммунизма, Алексей Васин, его сменщики и соседи, друзья и товарищи единодушны в своем стремлении завоевать долгий и прочный мир.

Своим вдохновенным трудом они укрепляют могущество нашей великой Родины, вместе с миллионами советских людей они усиливают лагерь сторонников мира.

Они работают не на войну, а на мир. Они — против новой войны. Находясь на переднем крае борьбы за мир, они предпримут все, чтобы не допустить войны. Их цель — мир.

Мир во всем мире!

Это было в годы Великой Отечественной войны.

Навсегда остался в памяти день, когда Валентин впервые в жизни спустился в забой шахты № 201. Еще в школе ФЗО он видел в учебнике рисунки старых шахт: изможденные люди работали кайлом, на четвереньках тащили по узкому коридору санки, тяжело нагруженные углем. Кругом гнетущий мрак, со стен стекает вода… Теперь он видел другое. Глубоко под землей ярко сияли электрические лампочки, быстро мчались электровозы, мощные врубовые машины вгрызались в угольный пласт.

Еще в школе Баландин, изучая шахтерскую профессию, успел полюбить ее. И в первый рабочий день думалось ему:

«Покажи-ка, забойщик Баландин, на что ты способен, чему научился. Здесь, на шахте, тоже фронт, только битва идет за уголь, который так необходим Родине».

Закончив смену, Валентин почувствовал сильную усталость и даже не пошел ужинать, а сразу лег спать. Так было на первых порах… Постепенно он втянулся в работу и вскоре начал перевыполнять норму. Старые опытные шахтеры охотно помогали новичку. Им нравился смышленый, живой юноша.

В ожидании смены шахтеры оживленно обсуждали события на фронте, радовались успехам Советской Армии Баландин приносил газеты, читал друзьям очередные сводки информбюро, сообщения с фронтов.

Радио принесло радостную волнующую весть:

— Победа! Мир! — эти короткие слова быстро облетели всю шахту. Радостные, взволнованные, шахтеры спускались в забой, поздравляли друг друга с победой.

С огромным энтузиазмом коллектив Копейской шахты № 201 начал давать уголь для мирной жизни страны. Все новые и новые эшелоны шли на заводы, где плавился металл для плугов, комбайнов, в города, где быстро поднимались новые корпуса жилых домов, школ, больниц.

— Мирная жизнь досталась дорогой ценой, и этого нам нельзя забывать, — говорил товарищам Валентин Баландин. — Наш долг — сохранить мир, бороться за него.

Однажды Баландина встретил секретарь комсомольского комитета шахты Омельченко.

— Хотим создать у вас комсомольско-молодежную бригаду, — сказал он, дружески пожимая руку горняка. — Смог бы ты быть бригадиром? Как на это смотришь?

— Я что же… — ответил растерявшийся юноша, — если доверяете…

В подготовительную комсомольско-молодежную бригаду Баландина вошли комсомольцы Дубков, Жарков и слесарь Веревкин, а также молодые рабочие Дробот и Машуков.

На следующий день перед спуском в шахту Валентин собрал бригаду.

— Товарищи, — сказал он, — с этого дня мы будем трудиться вместе. Нашей бригаде присвоено звание комсомольско-молодежной, и мы должны это звание оправдать… Все советские люди сейчас заняты мирным, созидательным трудом. Восстанавливаются разрушенные гитлеровцами города и села, строятся заводы и фабрики, прокладываются новые железнодорожные магистрали, по мудрому сталинскому плану преобразуется природа. Несмотря на происки империалистов, готовящих новую войну, советский народ идет к своему светлому будущему — коммунизму. И мы, молодые рабочие, должны внести свою долю труда в общее дело. Чем больше мы добудем угля, тем краше будет наша счастливая жизнь.

Слова молодого бригадира нашли горячий отклик среди членов бригады, и каждый из них поклялся работать не покладая рук, отдать все свои силы во имя процветания Родины.

Присматриваясь к работе своей бригады, Валентин замечал, что в организации труда у них немало недостатков. Людей-то много, а работу они делают сравнительно небольшую. В бригаде переносчиков скребковых транспортеров было восемь человек, производительность в среднем за смену составляла 21,2 погонных метра, задания выполняли на 150—170 %. Результаты неплохие, но они не удовлетворяли молодого бригадира.

«Нет, не так нужно трудиться для мирной жизни, — думалось Баландину. — Каждый день в стране рождается что-нибудь новое, люди работают творчески… А у нас что? В добыче угля нет второстепенных участков, и от нас, переносчиков, зависит многое».

Члены его бригады, разбирая и перенося на новое место секции скребкового транспортера, много суетились, мешали друг другу, а порой так и не успевали за смену подготовить конвейер, что задерживало добычную бригаду. Эти наблюдения навели Валентина на мысль: сократить число людей в бригаде и правильно организовать труд остальных. Молодой горняк поделился своими соображениями с начальником участка. Тот одобрил его предложение.

Первый же день работы по-новому дал хорошие результаты. Вместе с напарником Кокшаровым, Баландин за 6 часов 10 минут успел перебросить 95 погонных метров или 38 секций ленты транспортера, выполнив норму на 350 %. Обычно эту работу за полную смену делали четыре человека.

О новом способе переноски скребковых транспортеров, осуществленном Баландиным, скоро заговорили на шахте. Рационализаторским предложением молодого стахановца заинтересовались в управлении шахты. Были проведены хронометрические наблюдения, результаты которых полностью подтвердили большие преимущества нового способа переноски транспортеров.

Метод Баландина быстро сделался достоянием всего коллектива и привел к высвобождению 40 % переносчиков, которые теперь использовались на других работах. Новаторское предложение давало 25 тысяч рублей годовой экономии.

Продолжая совершенствовать приемы своей работы, Баландин в следующем месяце довел производительность труда до 511 %, затем — до 520 и, наконец, — до 583 %.

О Валентине Баландине узнали на других шахтах Копейска. В мае появился приказ, подписанный управляющим треста «Копейскуголь», в котором предлагалось коллективам всех шахт глубоко изучить метод переноски скребковых транспортеров, предложенный Баландиным. В лаву к Валентину приходили установщики, начальники участков, чтобы убедиться в выгодности его метода. Юноша охотно рассказывал и показывал, как он работает. На совещании в тресте «Копейскуголь» Баландин сделал обстоятельный доклад о своей работе. А вскоре побывал он у соседей, горняков города Коркино, с которыми поделился своими творческими успехами в труде.

…Осень 1951 года. Валентин Баландин попрежнему работает на шахте № 201. Изменилась бригада, которой он руководит. В ней сейчас 6 человек, и обслуживают они три транспортера. За это время комсомолец Дубков стал горным мастером, Жарков работает машинистом электровоза. Слесарь Веревкин, окончив школу рабочей молодежи, уехал в московский институт.

Недавно Баландин получил письмо от своего односельчанина, старого друга детства Ивана Иванова. Когда-то они вместе учились в школе, работали в колхозе. Теперь Иванов — бригадир тракторной бригады.

Дочитав письмо до конца, Валентин задумался. Мысли унесли его в Курганскую область, в колхоз «Красный отряд», откуда он приехал девять лет назад.

Митинги, посвященные обсуждению решения Советского Комитета защиты мира о сборе в СССР подписей под Обращением Всемирного Совета Мира проходили посменно.

Валентин внимательно слушал речи рабочих. В словах шахтеров звучала непоколебимая решимость — всеми силами защищать правое дело мира.

— Нам, советским людям, нужен мир, — говорили выступавшие, — наша страна — мирная страна. Это мы доказали не раз. В то время, как англо-американские империалисты развивают бешеную гонку вооружений, у нас строятся новые школы и дворцы культуры, новые города. Ярким примером того, что мы хотим мирной жизни, являются великие стройки коммунизма, в которых участвует весь народ. После того как вступят в строй гигантские гидроэлектростанции и каналы, которые оживят миллионы гектаров бесплодных земель, наша жизнь станет еще прекрасней. Вот почему каждый советский человек с огромной радостью и гордостью поставит свою подпись под Обращением Всемирного Совета Мира. Мы, шахтеры, обязуемся трудиться еще производительнее, давать Родине как можно больше сверхпланового угля. Все, как один, встанем на стахановскую вахту мира.

Взволнованный уходил Баландин из шахты в этот день. Он поработал на славу, добился новых рекордных показателей. Было поздно, но спать ему не хотелось. Сидя за столом, молодой стахановец отвечал своему земляку из Курганского колхоза.

Он писал о своей работе на шахте, о новом методе переноски транспортеров, который удалось ему осуществить, о сегодняшнем митинге, о шахтерском Дворце культуры и о многом другом. А в конце письма он добавил:

Праздничными огнями залит Дворец культуры тракторостроителей. Челябинские машиностроители, сталевары Магнитки, машиностроители Нязе-Петровска, шахтеры Копейска, златоустовские и каслинские умельцы — люди с горячими комсомольскими сердцами, люди с чистой совестью и высокими помыслами — собрались сегодня сюда на областной слет молодых стахановцев.

В президиуме — прославленные мастера своего дела, новаторы производства. Среди них известные всей стране лауреат Сталинской премии член Советского Комитета защиты мира Владимир Захаров, лауреат Сталинской премии зуборезчица Уральского автозавода Нина Назарова, Руфина Рассомахина, Анатолий Семенов.

Уже выступили многие участники слета. Они говорили о своих трудовых победах. В каждом выступлении красной нитью проходит мысль о мире. Казалось, что молодежь дает великую присягу миру.

Вот на трибуну поднимается невысокая, стройная девушка, с зачесанными назад волосами.

— Скромная у нас, обувщиков, профессия. Я и мои товарищи шьем обувь для малышей, — заговорила она. — Наша комсомольско-молодежная бригада отдает все силы делу укрепления своей Родины. Одним из первых наш коллектив подхватил почин Лидии Корабельниковой. Мы достигли немалой экономии материалов.

Весь зал внимательно слушал выступление знатной стахановки Челябинской обувной фабрики Саши Чичкиной.

— Мы и в дальнейшем будем смело внедрять в производство все новое, передовое, прогрессивное, — убежденно продолжает Саша. — Мы знаем, что работаем для процветания нашей Родины, для мира во всем мире, для коммунизма.

Когда аплодисменты в зале стихли, Саша продолжает:

— Американские империалисты готовят новую войну. Они мечтают уничтожить наш народ, нашу Родину. Им не мешает задуматься над историческим уроком, который преподнес советский народ германскому фашизму. Силы сторонников мира растут с каждым днем. Мир победит войну, потому что борьбу за мир возглавляет советский народ, знаменосец мира великий Сталин.

Вновь гремят в зале аплодисменты. Теперь они не смолкают долго.

…Уже по тому, как Саша вошла в цех, как она разговаривала с начальником цеха, а потом с подошедшим директором фабрики, все поняли, что бригадира волновала новая мысль. Работница бригады Мария Ефимовна Дмитриева заметила:

— Опять наша Саша загорелась. Она из-за пустяка не волнуется. Видно, большое дело задумала.

До начала смены еще оставалось время, а машины были осмотрены, рабочие места приведены в порядок.

— Пойдемте, узнаем в чем дело, — предложила Мария Ефимовна. Девчата направились к бригадиру. А им навстречу уже спешила Чичкина.

— Все в сборе? — спросила она, поздоровавшись, и стала рассказывать подругам о том, что на Московской обувной фабрике «Буревестник» комсомольцы Мария Левченко и Григорий Муханов предложили начать соревнование за снижение себестоимости выпускаемой продукции на каждой производственной операции. Мысль всем пришлась по душе.

— Нельзя сказать, что раньше мы не боролись за снижение себестоимости обуви. На отдельных операциях нам удавалось достичь немалых успехов в этом направлении. Но часто случалось так, что, достигнув снижения на одной операции, мы его сводили на нет на другой, — говорила Саша, — теперь речь идет о том, чтобы снижать себестоимость на каждой, понимаете, на каждой операции. А наша бригада совершает семь операций. Вот и выходит, что надо сейчас нам сделать так, чтобы за снижение себестоимости боролись на каждой из семи операций.

Шура задумалась, а потом закончила:

— Я думаю, что эта инициатива найдет поддержку не только у нас, обувщиков, но и в металлургическом производстве, на механических заводах.

И многие девушки поняли в ту минуту, что перед ними стоит не просто бригадир, отвечающий за работу маленького коллектива, а человек, которого волнует судьба многих заводов и предприятий страны.

— Ты у нас, как государственный деятель, — сказала Римма Аксеновских.

Шура серьезно сказала:

— А как же иначе? Ведь мы с вами советские люди. А каждый советский человек — это государственный деятель. Он не только за себя в ответе, но и за государство.

Шура помолчала и проникновенно закончила, обращаясь ко всем:

— Мы с вами теперь за все человечество и за мир на земле в ответе…

— Дело нужное, — прервав минутную тишину, сказала, думая о новом начинании московских обувщиков, Мария Ефимовна. — Но вот что меня смущает. Ведь надо же учет завести такой, чтобы всем было известно, сколько сэкономлено материала на каждой операции. Справятся ли наши бухгалтеры?

— А может быть, попросить директора созвать специальное совещание по этому вопросу, — предложила Аня Болотова.

— А и то правда. Совещание необходимо, — согласилась Мария Ефимовна.

Договориться с директором, посоветоваться с партийной, комсомольской организациями Шура взяла на себя. К совещанию бригада подготовила новые социалистические обязательства. Девушки обязались повысить производительность труда, совершенно свести на нет брак в работе, добиться экономии материалов.

В один из летних вечеров в кабинете директора фабрики собрались начальники цехов, мастера, бригадиры и счетные работники. На этом совещании не только оглашались социалистические обязательства отдельных коллективов, но командиры производства конкретно договаривались, как лучше организовать новое движение, как потом расширить его. Шура Чичкина вызвала на соревнование другие бригады. Тут же стали подниматься руководители бригад, чтобы назвать цифры, за которые их коллективы будут бороться.

Так было положено начало той большой борьбе, которая развернулась потом на предприятии среди всех бригад, среди всех рабочих.

«Ну что же, начало неплохое», — думала Шура, идя поздно вечером домой по шумным, залитым светом улицам города.

Она отлично сознавала, что сейчас, когда бригада вступила в социалистическое соревнование за снижение себестоимости продукции на каждой производственной операции, первостепенное значение имеет рост производительности труда. Она вспомнила слова, сказанные на совещании директором фабрики:

«Надо добиться, чтобы высокопроизводительно работал любой член бригады. Без этого немыслима борьба за снижение себестоимости».

Дома Шура напряженно обдумывает весь технологический процесс бригады, стараясь отыскать в нем те незаметные на первый взгляд возможности, использование которых и даст желаемые результаты — повысит производительность труда. Вот Зоя Кожина загибает берцы. Это первая операция бригады. От проворности Зоиных рук зависит многое. Она задает темп работы.

В другое бы время Александра, вспомнив, как работает Зоя, еще раз не без гордости отметила успехи стахановки, подумала бы: «Вот какие замечательные люди в нашей бригаде». Да, именно так и было бы в другое время. А сейчас… сейчас Шура придирчиво изучает работу девушки. Не занижен ли темп бригады?

Чтобы убедиться в этом, она продолжает мысленно изучать пооперационные процессы. После того как берцы загнуты, происходит ладовка, потом строчка кантов, обрезка их, а там заготовка попадает в руки Вани Шутова — он вставляет блочки и передает ее Вале Жаворонковой или Рае Пашниной, которые пристрачивают язычки. И, наконец, заготовка у «союзников» (так на фабрике называют работниц, которые занимаются строчкой союзок), Александра сама работает на этой операции. Уж она-то отлично знает, как трудится каждый из «союзников», каков у них темп в работе…

И вот появляется мысль. Вначале не совсем ясная, осознанная, постепенно она становится определеннее и законченней.

Александра в волнении поднимается с места, делает несколько шагов по комнате. Чтобы проверить себя, она вновь присаживается к столу, берет чистый лист бумаги, карандаш…

В комнату заглядывает ее отец Иван Матвеевич и тихо отступает назад. Он знает, что сейчас его дочь думает о работе. В такие минуты ей нельзя мешать. Он идет на кухню и говорит жене:

— Ведь вот, мать. Раньше мы как работали? Провел смену — и ни о чем не заботясь — домой, а там хоть трава не расти. Рабочему человеку только умелые руки надо было иметь. А теперь, брат, так не работают. Нет… Теперь простого рабочего от инженера трудно отличить. Сейчас что рабочему, что инженеру все равно думать надо.

…Лицо Александры сосредоточенное. Она еще и еще раз проверяет свою мысль. Что же получается? Когда заготовка обрабатывается на первых операциях, темп работы, заданный Зоей Кожиной, очень высок. А на последней операции, на прострочке союзок этот темп значительно ниже. В чем дело, где сбивается темп, где причина?

Александра откладывает в сторону свои записи — видно, одной не решить ей эту задачу, надо посоветоваться с бригадой. И вдруг ее осеняет мысль, она вновь принимается за расчеты. Ну, конечно, в этом — вся причина! Как это она не могла додуматься сразу!

Все дело в Маше Кошовой. Она разбирает заготовки по размерам и подает их на рабочие места «союзников». Девушка трудится старательно, проворно. Маша подает заготовки по выработанной схеме. Вначале она несет их к Римме Аксеновских, потом к Ане Болотовой, Ане Соколовой, к ее машине. Совершив один обход, Маша начинает все сначала. Но ведь девушки работают неодинаково: одни обрабатывают заготовки быстрее, другие — медленнее. И вот тем, у которых производительность труда выше, приходится иногда простаивать. Простой, на первый взгляд, незначительный, но, в конечном счете, из секунды складываются минуты… А рабочая минута сейчас в большой цене!

Надо подсказать Маше, чтобы она организовала свой труд таким образом, чтобы ни одна работница не теряла понапрасну ни одной драгоценной минуты рабочего времени. Сделать это просто: как только Маша заметит, что у кого-то убавляются заготовки, — сразу же нести их к машине.

«Это только один источник повышения производительности труда, а сколько их, таких источников!» — думает Шура и решает завтра же поговорить об этом с членами своей бригады.

Назавтра собирается вся бригада. Шура рассказывает о своей мысли. Ее поддерживают. Потом слово просит Римма Аксеновских.

— У меня вот какое предложение: надо, чтобы все девушки еще раз внимательно присмотрелись к своей работе и задумались, каким образом можно добиться экономии. Если каждая из нас внесет хотя бы одно предложение — в конечном счете цифра экономии будет немалая.

— Совершенно правильно, товарищи, — поддержала ее Шура. — И не надо бояться мелочей. Из мелочей складывается большое. Каким образом можем мы снижать себестоимость продукции? Путем повышения производительности труда, экономии материалов, выпуска первосортной продукции. Материал у нас недорогостоящий — нитки. Но ведь, как говорят в народе, копейка рубль бережет…

Мария Ефимовна Дмитриева — самая старшая по возрасту среди всех членов бригады. Она говорит редко, не торопясь. Объясняя, подкрепляет слова широкими жестами. Так говорит человек, который знает, что к его слову прислушиваются.

У нее есть мальчик. Бывает, что мать разрешает ему придти в цех. Обычно он появляется перед самым концом смены. Мария Ефимовна берет его за руку, показывает, как делается обувь. В такие минуты глаза ее искрятся тем особенным материнским светом, в котором соединено воедино и гордость за свою работу, и гордость за сына, за всю свою честную жизнь.

— Все для вас стараемся, — обводя рукою цех, говорит сыну Мария Ефимовна, и это звучит так, как: «Цени это, сынок».

А на этот раз Мария Ефимовна не стала объяснять сыну, как делаются ботинки. Мальчик не обиделся. Он видел: мать занята.

Мария Ефимовна окликает Шуру.

— Возьми-ка заготовку, Саша, — говорит Мария Ефимовна.

Та, недоумевая, берет заготовку в руки.

— Ну-ну, прострочи ее, — предлагает женщина. Все еще ничего не понимая, Шура садится за машину, строчит союзку. Вот она кончила, потянула заготовку на себя, отрезала нитку.

Мария Ефимовна берет у бригадира заготовку, за которой тянется отрезанная нитка. Женщина ножницами отрезает ее и не бросает, как обычно, а, взяв за концы, растягивает.

— Понимаешь? — спрашивает она.

Шура поняла: если совершенно не оставлять нитки — получится экономия. Она жмет руку Марии Ефимовне.

— На первый взгляд, мелочь — а подсчитай, сколько ниток пропадало даром, — радостно говорит та. — А вот еще, — продолжает Мария Ефимовна, — если нам как следует отрегулировать машины, они будут работать без пропусков. Ведь у нас как рассуждают? Пропуск, мол, как ошибка, не страшен, когда он во-время замечен. Всегда можно повторный шов сделать. А что такое повторный шов? Это перерасход ниток. Вот на этом, мне кажется, тоже можно экономить…

Аня Соколова ехала в трамвае. Весело позванивая, вагон мчался мимо новых, сверкающих белизной домов, мимо витрин магазинов, двери которых были широко открыты.

На остановке с передней площадки в вагон шумно вошла старушка. Она держала на руках шестилетнего мальчугана, который отчаянно болтал ногами.

Аня торопливо приподнялась, уступая место вошедшим. Усевшись сама и усадив внука, старушка огляделась и громко заговорила.

— В магазине была, — объявила она, — внуку ботиночки купила.

Она развязала тесемку, вынула покупку и, вертя их в руках, продолжала:

— И до сих пор возмущение берет, — конечно, продавец не виноват, я на него зря накричала. Ну, а те, которые делают это. Посмотрите, кожа хорошая, подошва крепкая — все такое, что и желать лучше не надо. А работа?

Старушка сердито насупилась.

Аня взглянула на ботиночки. Она сразу же заметила недостаток — союзка была пришита дважды, вторая пристрочка не совпала с первой.

— Конечно, второй сорт, меньше денег заплатила, но кто же дал право из такой кожи второй сорт делать? — возмущалась старушка.

— Бывает, — примирительно вставил высокий человек с кожаным портфелем.

— Нет, не должно быть! — горячо возразила старушка, — Никто не имеет права народное добро портить.

Аня рассказала Шуре о случае в трамвае.

Шура собрала подруг.

— Вся продукция, выпускаемая нами, — говорила она, — должна быть первосортной. Это — тоже борьба за снижение себестоимости. Здесь нет мелочей. Если, к примеру, Рая Пашнина неправильно пристрочит язычок или Ваня Шутов некрепко вставит блочки — снизится сортность обуви, повысится ее себестоимость. Те ботиночки изготовлены не нами, но разве у нас не может быть такого случая, когда союзка будет пристрочена не по центру.

— Конечно, может быть, — отозвалась Аня Болотова. — Мне думается, что надо раз и навсегда договориться с бригадиром подготовительного цеха, чтобы центр союзки обозначали более четко. Ведь это так просто.

Александра делает заметку для себя: надо сходить в раскройный цех — и с удовольствием вслушивается в слова девчат. Они стали другими, изменились ее подруги за последнее время. В каждой девушке появилось что-то новое: возросла требовательность к себе, к другим, повысилась ответственность за выполняемую работу.

«Вот так все новое, примененное в труде, улучшает, возвышает нашего человека, — думает Александра. — Все вперед и выше идет наш человек. «Вперед и выше» — чьи это слова? Ах да, ведь это же слова Алексея Максимовича Горького…»

Александра видит, как дружной толпой идут по цеху девчата ее бригады.

— Вперед и выше! — повторяет девушка замечательные слова, и лицо ее светится от улыбки…

— Слово предоставляется бригадиру лучшей комсомольско-молодежной бригады фабрики Александре Чичкиной, — объявляет председатель собрания.

Шура секунду молчит, обводя взглядом притихший цех.

— В апреле мы за свою работу получили почетную грамоту ЦК ВЛКСМ. Тогда мы дали слово работать еще лучше, чтобы своим трудом крепить нашу Родину — оплот счастья и мира.

Александра говорит громко, чтобы слышали все.

— Наша бригада, вступив в социалистическое соревнование за снижение себестоимости выпускаемой продукции на каждой производственной операции, взяла обязательство сэкономить 2,5 тысячи рублей за месяц. С гордостью рапортуем сегодня, что слово свое мы сдержали. В августе нами сэкономлено около 4 тысяч рублей государственных средств.

Раздаются аплодисменты. Аплодирует и директор фабрики, и главный инженер, и парторг, и секретарь комсомольской организации, и рабочие из бригады т. Карпунина — все, кто собрался сегодня на собрание, посвященное сбору подписей под Обращением Всемирного Совета Мира о заключении Пакта Мира между пятью великими державами. Когда аплодисменты стихают, Александра продолжает:

— Советские люди — мирные люди. Они заняты мирным созидательным трудом. Единодушно поставим мы свои подписи под историческим документом. Это единодушие — новый удар по поджигателям войны!

…От ворот фабрики одна за другой отходят автомашины, доверху груженные первосортной детской обувью…

Вернувшись с работы, Дмитрий по обыкновению взял свежие газеты и углубился в чтение.

— Хорошо… очень хорошо, — с удовлетворением сказал он, читая сообщения об успешном ходе уборочных работ в области.

Он внимательно прочел корреспонденцию о том, что коллектив завода имени Колющенко намного раньше срока выполнил очередной заказ «Волго-Донстроя».

На другой странице в глаза бросился крупный снимок, на котором была запечатлена вновь выстроенная четырехэтажная школа, украшенная колоннами и художественной лепкой.

«Не школа, а дворец», — с любовью отметил про себя юноша.

Дмитрий с интересом прочел о новых открытиях отечественной науки и техники, об открытии на ряде заводов области филиалов вечерних институтов и техникумов, о новостях спорта.

Вдруг брови его сдвинулись, на лбу образовались глубокие складки.

— Так и думал, — проговорил он и встал из-за стола. У него нехватало слов, чтобы выразить свое возмущение подлыми действиями американских военных властей в Корее, которые сначала умышленно затягивали переговоры с представителями Корейской Народной Демократической Республики и китайских добровольцев о перемирии, а сейчас, как он узнал из газеты, перешли к гнусным провокациям, направленным на то, чтобы окончательно сорвать эти переговоры.

Еще раз всему миру они доказали свой звериный облик. Не мира хотят господа Трумэны, а новой кровопролитной бойни. Но этому не бывать. Мы, советские люди, не допустим развязать новую мировую войну. Мы хотим мирной жизни. Хватит с нас пережитой войны.

И Дмитрий вспомнил 1941 год, когда немецко-фашистские полчища, вероломно напавшие на Советский Союз, двигались к Москве, оставляя позади разрушенные и сожженные города и села, тысячи ограбленных, замученных и убитых советских людей. Он вспомнил тяжелое время эвакуации, когда он со слезами на глазах вынужден был покинуть родной колхоз, оставить школу. Отчетливо вспомнились юноше все тяготы и лишения тыловой жизни, вызванные жестокой войной…

Дмитрий подошел к окну. Перед ним раскинулась панорама вечернего города с залитыми огнями заводами и новостройками, театрами, дворцами культуры, институтами и школами, тысячами домов, в которых живут мирные советские люди, занятые созидательным трудом, строительством еще более радостной и счастливой жизни, строительством коммунизма.

— Нет. Мы не дадим американо-английским империалистам разрушить наш мирный труд. Труд — это смысл нашей жизни. Труд — это мир. Народы мира не должны быть подвергнуты новым лишениям и страданиям.

Слова его прозвучали, как клятва.

Из-за угла показались мощные, слитые воедино, корпуса завода металлоконструкций. Сегодня, как и всегда идя на смену, Дмитрий Сереженко торопился войти в цех, очутиться среди дорогой и близкой обстановки. Он любил свой завод, свой цех. Да и могло ли быть иначе. Здесь девять лет назад началась его самостоятельная трудовая жизнь. Товарищи по работе заменили ему потерянных в войне родных и друзей. Они помогли ему твердо стать на ноги, освоиться с производством, в совершенстве овладеть сложной профессией клепальщика, стать одним из лучших стахановцев завода.

Он любил свой завод за то, что тот стал для него вторым домом, второй школой, открыл перед ним радость созидательного труда, в котором он нашел смысл своей жизни — трудиться не покладая рук на благо своего народа, во имя быстрейшего построения коммунизма.

…Перед входом в цех Дмитрия встретил его подручный Федор Родяхин.

— Слышал новость? — не здороваясь, спросил он у Дмитрия.

— Какую? Да говори же, в чем дело.

— Завод наш получил заказ: изготовить арочный мост для Волго-Донского канала! — радостно выкрикнул Родяхин.

— Да ну?! — Дмитрий схватил своими крепкими руками Федора за плечи. — Правда?

— Точно.

— А ты от кого узнал?

— Начальник цеха Федор Дмитриевич Пряничников сказал. Скоро митинг будет.

С огромным энтузиазмом встретил коллектив завода сообщение о заказе для Волго-Дона. Каждый считал для себя великой честью быть участником строек коммунизма. Этим были проникнуты все выступления на митинге. Каждый обязался намного раньше срока выполнить почетный заказ, чтобы внести свой посильный вклад в досрочный ввод в эксплоатацию гигантских сооружений современности.

Еще более производительней работать обязался и комсомолец Дмитрий Сереженко. После митинга он собрал свою бригаду обсудить, как лучше и быстрее выполнить предстоящее им задание по изготовлению арочного моста для Волго-Донского канала.

Дмитрий напомнил своим товарищам о том, что американо-английские империалисты упорно стараются развязать новую мировую бойню. Рассказал, как все честные люди на земле во главе с советским народом разоблачают и срывают коварные происки поджигателей новой войны, объединяют свои усилия в борьбе за мир во всем мире.

— Мы можем отстоять и отстоим дело мира своим еще более самоотверженным трудом, — говорит Дмитрий. — Чем лучше мы будем работать, тем еще более укрепим могущество нашей Родины — оплота мира во всем мире.

— Правильно говоришь, Дмитрий, — вставил слово Федор Родяхин, — мы будем работать так, чтобы выбить из голов Черчилля, Трумэна и их прислужников все дикие помыслы на мировое господство.

— С сегодняшнего дня нам предстоит выполнять заказ Волго-Донского канала, — продолжал бригадир. — И самым лучшим нашим вкладом в дело мира будет досрочное выполнение этого заказа.

Дмитрий говорил, и все члены бригады, слушая его, хорошо понимали, что ввод в эксплоатацию крупнейших в мире гидроэлектростанций и судоходных каналов сделает нашу страну еще более богатой и могущественной, еще более неприступной крепостью.

Вечерний воздух прорезал зычный голос заводского гудка. Началась новая трудовая смена.

Бригада Дмитрия Сереженко, еще на прошлой неделе став на стахановскую вахту мира, энергично принялась за работу.

В цехе стоял несмолкаемый, характерный для металлообрабатывающего цеха, гул. Каждый рабочий был занят своим делом, вкладывая в него весь свой опыт и силы.

Бригада Дмитрия Сереженко закончила клепать оставшуюся от утренней смены главную балку арочного моста для Волго-Донского канала. По существующим нормам, работу эту полагалось закончить к обеденному перерыву. Но члены бригады давно уже привыкли опережать время. А сегодня, выполняя заказ великой стройки коммунизма, они работали с удвоенной энергией.

Заклепки, кокс для нагревания и штампы для пневматической скобы были припасены до начала смены. Имея под руками все необходимое, бригада работала горячо, с напряжением.

Нагревальщица Екатерина Росцембуржунская быстро вытаскивает длинными щипцами из дышащего жаром горна одну за другой раскаленные заклепки. Их моментально подхватывает и ловко вставляет в отверстие балки Федор Родяхин. В ту же секунду Дмитрий точно подводит скобу к нужному месту и подымает вверх ручку включателя. Цилиндр сжатого воздуха тяжело вздыхает. Верхний штамп стремительно опускается на нижний, удар — и заклепка готова. И не успела она еще остыть, как рядом на балке появляется другая красная головка, а за ней — третья, четвертая, пятая…

Увлеченные работой, ни Дмитрий, ни Федор, ни Екатерина не чувствовали усталости. С каждой минутой темп возрастал. Пример показывал сам бригадир.

Дмитрий знал, что рабочие окончательной сборки также стали на стахановскую вахту мира и прилагают все усилия, чтобы значительно раньше срока собрать арочный мост. Но они только тогда смогут выполнить взятое на себя обязательство, когда он, Дмитрий, вместе со своей бригадой сократит время на предварительной сборо-клепке отдельных конструкций моста.

Дмитрий знал также, что, закончив раньше срока клепать одну балку, ему не придется ждать, когда рабочие цеха обработки подготовят ему другую. Здесь, как и в других цехах, разгорелось соревнование за досрочное выполнение заказа Волго-Дона. Иван Серебряков, Семен Пастушин, Анатолий Якушев, Леонид Карповский и все другие строгальщики, сверловщики, спейсеровщики, вальцовщики и фрезеровщики цеха на каждой операции в полтора-два раза сокращают время на обработку деталей конструкций.

— За нами, Дмитрий, дело не встанет, — сказал начальник цеха обработки Александр Яковлевич Поляков, когда бригадир, взяв на митинге повышенное обязательство, обратился к работникам цеха обработки с просьбой ускорить подготовку деталей конструкций для предварительной сборки. — Мы вас работой завалим, передохнуть некогда будет.

— Вот и хорошо, — ответил Дмитрий. — В свою очередь постараемся в долгу не остаться.

Рабочие цеха обработки слово свое сдержали. Успешно выполнял обязательство и Дмитрий Сереженко. Он ловко и уверенно управлял сложным и тяжелым клепальным механизмом.

Ведя строгий счет секундам в своей работе, Дмитрий следил и за работой своих товарищей, а особенно — нагревальщицы.

Чтобы не было перебоев в работе, нужно было постоянно поддерживать в топке горна хорошее пламя. Рая Нигматулина, которая работала в его бригаде нагревальщицей, а сейчас была в отпуске, в совершенстве владела искусством отопления горна. Она всегда во-время очистит топку от шлака, и набросит нужное количество кокса, и точно отрегулирует подачу сжатого воздуха в поддувало. А вот Катя — другое дело. Она еще молодая нагревальщица и нуждалась в серьезной помощи, которую ей и оказывал бригадир.

Еще один, другой, третий раз раздается отрывистое шипение цилиндра, и, наконец, балку скрепила последняя заклепка.

Кран увез готовую балку на окончательную сборку моста. Дмитрий взглянул на часы. Было 7 часов вечера. Сборка балки закончена на два часа раньше срока.

…Кончилась смена. У большой, красочно оформленной доски показателей толпились рабочие. Каждому нетерпелось увидеть, какую цифру против его фамилии поставит нормировщица. Среди них были Дмитрий, Федор и Екатерина.

Заполняя одну клеточку доски за другой, девушка, наконец, дошла и до бригады Сереженко. Взглянув в свою тетрадь, она обернулась к Дмитрию, который стоял рядом с ней, и спросила:

— Как ты думаешь, на сколько выполнили сменное задание?

— Не знаю, — ответил Дмитрий.

— Как не знаешь? — настаивала девушка. — Примерно-то должен все-таки знать.

— Процентов на 150.

— На 190 процентов, — сказала она и вывела эту цифру против его фамилии.

Хотя до начала смены было еще около трех часов, Дмитрий вышел из дома и крупными шагами направился к заводу.

Сегодня к концу первой смены должны были погрузить и отправить на железнодорожную станцию изготовленный на двадцать дней раньше срока арочный мост для Волго-Донского канала. И Дмитрий решил обязательно проводить этот эшелон в далекий путь, в бескрайние Донские степи, туда, где воздвигается величайшее в мире гидротехническое сооружение.

Арочный мост — это детище всего коллектива завода. В создании моста немало напряженного, самоотверженного труда внесла и его бригада. Это и его личный первый вклад в сооружение великих строек коммунизма.

Когда Дмитрий пришел на погрузочную площадку, конструкции величественного моста уже были водворены на мощные четырехосные платформы. Шли последние приготовления к отправке эшелона. Одни крепили конструкции к вагонам стальными тросами, другие украшали эшелон лозунгами, третьи писали на бортах платформ: «Срочно», «Для великих строек коммунизма», «Волго-Донстрою от коллектива Челябинского завода металлоконструкций».

Дмитрий подошел к главной платформе и мелом написал на ее борту:

«Во имя мира во всем мире!»

Сентябрь. 1942 год. Сталинград. И ночью и днем гитлеровцы бомбят красавец-город, раскинувшийся на шестьдесят пять километров вдоль берега великой русской реки. И день и ночь город в дыму и пожарищах. Там, где еще вчера высилось светлое многоэтажное здание школы, — развалины. Бросая в бой все свои силы, враг рвался к герою-городу, к Волге. Части Советской Армии занимали в городе боевые рубежи. Шла великая Сталинградская битва.

А в это время на Урале, в Челябинске, начиналось одно из сражений за металл. В суровый для Родины год здесь строился металлургический завод-гигант. Осенью 1942 года на площадке будущего завода экскаваторы подняли первые кубометры земли, расчищая путь стройке. В пургу и стужу, в дождь и зной, ночью и днем рука об руку со строителями несли здесь фронтовую вахту металлурги-сталинградцы, прибывшие на Урал строить новый завод. Их фронт, их передовая линия были не на высоком волжском берегу, не в цехах родного «Красного Октября», а здесь, у котлованов электропечей и прокатных станов, будущих коксовых батарей и доменных печей. Трудом своим они отстаивали родной Сталинград, помогали фронту.

Яркие плакаты на лесах стройки призывали: «Быстрее дадим челябинскую сталь фронту!» И этот радостный день наступил. 19 апреля 1943 года первая электропечь нового завода вступила в строй. Поздно вечером была выдана первая плавка челябинской стали. В ту же ночь в Москву, в Кремль, Председателю Государственного Комитета Обороны товарищу Сталину был отправлен рапорт. Строители и металлурги докладывали великому вождю о том, что челябинская сталь есть!

Утром мы видели первый слиток челябинской стали. Кто-то из рабочих цеха мелом написал на слитке крупно и размашисто: «Для Сталинграда».

И вот уже позади годы смертельной битвы с гитлеровцами за нашу Советскую Родину. Из пепла и развалин поднялся во весь исполинский рост Сталинград — город-герой. Сказочно преображается священная сталинградская земля. Широко, вольно несет свои воды в Каспий могучая Волга. На берегах ее сияют огни двух великих строек коммунизма — Сталинградской и Куйбышевской гидроэлектростанций.

А в Челябинске, рядом с заводом, выдавшем первую сталь в годы знаменитой сталинградской битвы, вырос на пустыре городок металлургов с десятками тысяч жителей, многоэтажными домами, школами, клубами, прямыми, одетыми в асфальт улицами, зелеными скверами и газонами, со всем тем, что присуще современному городу.

…Раннее сентябрьское утро. Но городок полон жизни, энергии, сил. На работу — к домнам, электропечам, прокатным станам, коксовым батареям — спешат люди. По трамвайной линии, соединяющей город с заводом, весело позванивая, проносятся комфортабельные вагоны. По улицам мчатся автомашины «Москвичи», принадлежащие прокатчикам, сталеварам, доменщикам. В скверах садовники заботливо поливают цветы. В школы спешат дети. Городок живет большой, полнокровной жизнью. Он непрерывно строится, одевается в зелень и асфальт.

Одну из новых улиц заводского поселка строители и металлурги назвали улицей Мира.

Улица Мира! Не только в названии, но во всем том, что здесь уже есть, а еще больше во всем том, что здесь будет создано, выражено великое стремление нашего народа к мирной жизни, к творческому созидательному труду во имя мира на земле, во имя счастья простых людей.

Улица Мира совсем молода, она появилась в городке немногим более года назад, когда советский народ единодушно ставил свои подписи под Стокгольмским Воззванием. Но сейчас здесь уже десятки благоустроенных домов, великолепная средняя школа, библиотека, радиотрансляционный узел, магазин, детские ясли, детский сад…

Миру нужен мир! Эту мысль по-разному выражают все люди новой улицы: и те, кто здесь живет, и те, кто ее строит. В самоотверженном труде во имя мира и народного счастья видят они — будь то сталевар или плотник, преподаватель или мастер, каменщик или врач — смысл своей жизни.

Ясным сентябрьским утром вместе со сталеваром Бухаревым мы идем по улице Мира. Федор Елизарьевич не без гордости рассказывает нам о строительстве городка, о больших благоустроенных домах для металлургов, о друзьях сталеварах, несущих в эти дни предоктябрьскую стахановскую вахту мира, об их трудовых победах.

Тон в соревновании металлургов задают электросталеплавильщики. Первенство держит сталевар Николай Грунин, студент второго курса металлургического техникума. Воспитанник школы фабрично-заводского обучения, он прошел большой курс науки в цехе у таких опытных учителей-сталеваров, как Семен Ефимович Черных, более четверти века работающего у печи у Федора Елизарьевича Бухарева и других подлинных мастеров плавки стали. На счету молодежной бригады Николая Грунина — сотни тонн сверхпланового металла.

У электропечи, где работает Грунин, висит плакат: «Мы плавим сталь мира! Больше стали Родине!»

Сталь мира! Для мира, для счастья на земле несут предоктябрьскую стахановскую вахту прокатчики, доменщики, коксовики. Во славу Родины, во имя мира поставили металлурги свои имена под Обращением Всемирного Совета Мира. Во славу Родины, во имя мира скрепляют они свои подписи под Обращением стахановским трудом. Об этом просили доложить электросталеплавильщики своего делегата Николая Грунина участникам Челябинской областной конференции сторонников мира.

Николай Грунин выполнил наказ тех, кто его послал на конференцию. Мощным призывом к миру, к самоотверженному труду во славу нашей любимой Родины прозвучал его голос с трибуны конференции.

— Мы, советские люди, — говорил сталевар, — не хотим войны. Мы — за мир во всем мире! Мир нам нужен для того, чтобы еще больше развивалось народное хозяйство, улучшить благосостояние нашего народа. Лесами гигантских новостроек покрылись необъятные просторы нашей Родины, с огромным вдохновением трудятся советские люди над сооружением великих строек коммунизма. Все это лучше всяких слов говорит о миролюбивой политике Советского Союза. Война не нужна народным массам всех стран. Она нужна империалистам для получения сверхприбылей, закабаления и ограбления народов. В обстановке растущей угрозы новой войны только решительная борьба миролюбивых народов в защиту мира может предотвратить войну. Уже сотни миллионов людей доброй воли поставили свои подписи под Обращением Всемирного Совета Мира. Сбор подписей под этим историческим документом в нашей стране явится новым мощным вкладом в дело упрочения мира во всем мире. Я призываю металлургов и всех трудящихся нашей области подписаться под Обращением Всемирного Совета Мира и стахановским трудом крепить мощь нашей Родины. Обязуюсь ко дню Всесоюзной конференции сторонников мира выдать сверх плана сотни тонн отличной стали, за счет строжайшей экономии материалов и электроэнергии сэкономить не менее 30 тысяч рублей. Пусть воля и единство сторонников мира будут так же крепки, как наша уральская сталь. Да здравствует мир во всем мире!

Челябинские металлурги несут сейчас предоктябрьскую стахановскую вахту мира. Ежедневно страна получает все новые и новые тонны сверхплановой стали, проката, чугуна, кокса… С особым подъемом работают в эти дни прокатчики: они выполняют почетный заказ величайшей стройки современности — Волго-Донского судоходного канала. Челябинский прокат идет на великие стройки коммунизма, на берега Волги и Дона, туда, где в годы рождения завода шла великая битва за советскую Родину, за торжество мира.

— Нет у нас, советских людей, большей заботы, чем заботы о мире, о том, чтобы Родина наша была еще краше, и все мы жили еще лучше, — говорит Федор Елизарьевич Бухарев. — Мы, металлурги, гордимся тем, что плавим сталь мира. Мир — залог счастливого будущего, и мы сделаем все для того, чтобы отстоять мир. Мы будем отстаивать мир до конца стахановским трудом у печей выдачей сверхпланового металла. Становясь на вахту мира, я обязуюсь: сотни тонн стали сверх плана — вот мой вклад в дело мира.

Так заявляет не один Бухарев. Высказанная сталеваром мысль дорога и близка всем жителям улицы Мира — инженеру-энергетику Г. Павленко и машинисту паровоза Г. Зелинскому, электрику Д. Габидулину, лаборантке С. Фроловой, прорабу И. Родионову и сотням других простых людей, стремящихся к миру, творческому труду, к созиданию.

Улица Мира строится. Более 7 тысяч квадратных метров жилья здесь должно быть сдано металлургам в текущем году. На строительной площадке улицы Мира кипит напряженный труд. Ажурные башенные краны подают контейнеры с кирпичом на леса стройки. На стройке работает главным образом молодежь. Доски показателей, стенгазеты, листовки-«молнии», плакаты рассказывают об успехах строителей улицы Мира.

Вот одна из «молний»:

Горячим стремлением к миру, к творческому созидательному труду наполнены сердца строителей улицы Мира. Руководитель молодежного стахановского звена каменщиков Константин Юдин прекрасно выразил мысли и чувства строителей, сказав:

— Вся наша великая Родина покрыта лесами строек. И нет в стране нашей человека, который бы всем сердцем не стремился к миру. Вот почему с таким единодушием встретили строители и металлурги, горняки и ученые, люди всех возрастов и профессий решение Советского Комитета защиты мира о сборе в СССР подписей под Обращением Всемирного Совета Мира. Наше звено становится на стахановскую вахту мира. Обязуемся закончить кирпичную кладку дома № 38 к 34-й годовщине Великого Октября.

Рядом с участком, где сейчас идет большое жилищное строительство, высится светлое здание средней школы № 70, расположенной на улице Мира. 1 сентября более полутора тысяч детей тех, кто несет сейчас стахановскую вахту мира у домен и электропечей, прокатных станов и коксовых батарей, на строительных лесах новых школ и многоэтажных жилых домов, заполнили светлые, просторные классы школы улицы Мира.

Тепло, радушно приняла их школа.

Во втором классе «А» 1 сентября были проведены занятия по русскому языку. И первыми словами, которые второклассники крупно написали на классной доске, были: «Мир. Родина. Сталин».

В двухэтажном особняке по улице Мира размещен заводской детский сад № 65. Здесь воспитывается более ста ребят трудящихся металлургического завода.

Родители воспитанников детского сада — слесарь В. Толмаков, инженер Ф. Руднева, пультовщица В. Черных, оператор Е. Логинова и другие — могут быть спокойны за своих детей, уверенно нести трудовую вахту на заводе. Их дети — в руках заботливых, любящих свое дело людей.

Воспитательницы читают ребятам интересные книжки, строят с ними вместе «высотные здания» и «каналы», устраивают прогулки в расположенную вблизи живописную березовую рощу — парк металлургов.

Любят ребята рисовать. Почти в каждой группе есть свой альбом, а в нем детская рука изобразила то, что дети видят вокруг — и многоэтажные дома, и автомашины-самосвалы, и посадку многолетних деревьев. А на самом почетном месте красуется белый голубь — символ мира.

Улица Мира, дом № 37. В этом доме — общежитие молодых рабочих завода. В нем живут молодые люди разных возрастов и профессий, разных национальностей.

В одной из комнат включен радиоприемник, знакомый каждому советскому человеку бархатный бас проникновенно поет на русском языке с чуть заметным акцентом:

Поет Поль Робсон — верный солдат великой армии мира. И все, кто присутствует в комнате, как могут, подпевают великому артисту:

В комнате живут молодые рабочие Василий Маркин, Анатолий Иванов, Дирфан Губайдулин, Николай Чесак. Все четверо работают в коксохимическом цехе, в цехе, который дает кокс для домен и сульфат-аммоний для чайных плантаций Грузии.

Молодежь живет дружной семьей: вместе работают, вместе учатся и отдыхают. Контролер Анатолий Иванов нынче закончил заводскую школу мастеров, крановщик Василий Маркин учится в восьмом классе школы рабочей молодежи. Повышают свои знания электрик Дирфан Губайдулин и станочник Николай Чесак. У юношей есть свой радиоприемник, своя, правда еще небольшая, библиотека, а в ней любимые книги — произведения русских классиков, трехтомник сочинений В. Маяковского, «Сталь и шлак» В. Попова, «В окопах Сталинграда» В. Некрасова, учебники, техническая литература, журналы.

Велика тяга нашего народа к знаниям, к культуре. В профсоюзной библиотеке, размещенной в одном из домов улицы Мира, всегда многолюдно и оживленно. Сталевары и прокатчики, коксовики и доменщики идут в свою библиотеку, чтобы получить новую книгу, прочесть свежий журнал, газету.

Почти ежедневно посещают библиотеку на улице Мира бригадир прокатного цеха А. Изутов и работник цеха электроснабжения Г. Дудник, сочетающие труд в цехе с заочной учебой на металлургическом факультете Уральского политехнического института.

Более 30 книг прочел за полугодие сталеплавильщик В. Боревский. Частые гости в библиотеке молодой токарь механического цеха Ю. Алияр, бригадир Г. Белов, электрик Б. Иголкин и многие другие. Количество читателей библиотеки за полугодие возросло на полторы тысячи человек.

В библиотеке устраиваются книжные выставки, проводятся читательские конференции, посвященные борьбе за мир.

Трижды за день работники отдела сортировки почтового отделения № 17 разбирают многочисленные письма, на конвертах которых разными почерками, разными чернилами написаны слова: Челябинск, улица Мира.

Жители улицы Мира выписывают 92 экземпляра газеты «Правда», около 200 экземпляров газеты «Челябинский рабочий», 32 — «Комсомольской правды», 22 газеты «Труд», столько же — «Известий», 13 журналов «Огонек», 3 газеты «За прочный мир, за народную демократию», 75 юных граждан улицы Мира читают «Пионерскую правду».

Улица Мира строится. Там, где в недалеком будущем пройдет широкая асфальтовая магистраль, сегодня еще тянутся на несколько километров железнодорожные пути. Паровозы доставляют на строительную площадку лес, камень, щебенку. Непрерывно снуют по улице грузовики, автомашины-самосвалы, работают транспортеры, подъемные краны, экскаваторы… На многих из них — кумачовые полотнища лозунгов: «Стахановская вахта мира», «Силы мира непобедимы!», «Ознаменуем вахту мира новыми победами в труде!»

Таков сегодняшний облик улицы Мира, каких много в нашей стране.

С улицы Мира мы возвращались поздно вечером. Недавно прошел сильный грозовой дождь, и воздух был от этого особенно чист и приятен. Над домнами висело багровое, точно от пожара, зарево. Выпускали чугун. Временами яркими всполохами озарялся электросталеплавильный цех. Это разливали в изложницы выплавленную сталь. Ярко горели огни завода — огни мирного созидательного труда.

И глядя на эти огни, вспоминая встречи с простыми людьми улицы Мира, видя, как с каждым днем меняется облик городка металлургов, вдумываясь в цифры трудовых побед строителей и металлургов, несущих стахановскую вахту мира, — еще и еще раз убеждаешься, как много значит свободный, подлинно творческий, мирный труд. С какой огромной силой звучат в наши дни замечательные слова великого писателя Максима Горького, произнесенные им еще в 1928 году:

Литературная запись П. Петунина

Литературная запись Л. Татьяничевой.