Дополнительная глава книги «Непара» из цикла про горячих хоккеистов от замечательной Эллин Ти!
Ее книги пропитаны духом победы, любви и дружбы!
Суммарный тираж составляет уже больше 70 000 экземпляров, дополнительные тиражи ставятся каждый месяц, число аудитории только растет!
v 1.0 – создание fb2 – (odinstep)
© Ти Э., 2025
© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2025
Та-а-а-а-к вкусно сплю! Обожаю лето. Нет пар, нет мороза, нет кучи домашки и вообще всего-всего-всего, что постоянно меня раздражает! Люблю лето. И спать летом подольше тоже люблю.
Шарю рукой по кровати: пусто. Ясно. Ушел мой жираф уже на свои тренировки. Вот у кого нет ни каникул, ни выходных толком. То у него тренировки, то дети, то еще что-то… Слава богу, скоро отпуск! Он обещал отвезти меня на море, потому что даже летом мне в Москве довольно прохладно… Хочу жариться на солнышке целыми днями, я что, так много прошу? Просто поселите меня там, где всегда тепло, и я перестану быть злобной коротышкой.
Чувствую, что окончательно начинаю просыпаться, и зажмуриваюсь посильнее, представляю уже, как лежу на пляже, в руках коктейль, м-м-м… Божественно!
Но моя божественность заканчивается со звуком будильника, который о-о-о-очень противно звенит мне на ухо. Да за что так рано-то, а?
С трудом открываю глаза, смотрю на телефон. Восемь тридцать! И надпись на весь экран: «Ногти». Черт! Точно! Лиска же для меня одно окошко нашла среди своей плотной записи. Хорошо быть подругой мастера маникюра: для тебя можно и пораньше встать в рабочий день. Опаздывать я, конечно, люблю, но к Лиске не буду. Труд ее уважаю, ее саму бесконечно люблю. Поэтому с трудом, но заставляю себя встать и шустро собраться. Хорошо, что лето! Не надо надевать миллион одежек, достаточно летнего сарафана, какой-нибудь рубашки сверху, и дело в шляпе. А можно просто натянуть футболку Артема: там и рукава мне длинные, и сама футболка по колено.
Выбегаю из дома, к Лиске близко, но делаю небольшой круг и беру два кофе и два круассана. Кто ее еще накормит, кроме меня и Колосова? А тот тоже вечно на тренировках своих, играх, выездах и еще где-то. Остаюсь только я. Мы вообще с Алисой времени вместе проводим больше, чем с ними. Они буквально постоянно заняты! И чтобы чаще видеться, приходится ходить в тот холодильник на все игры. Чего не сделаешь ради любви. Уже и болею за них всей душой…
Путь летом к Алисе занимает в три раза меньше времени, чем зимой, поэтому добегаю до нее я очень быстро! Мы и раньше жили рядом, и теперь, когда с дураками своими сошлись, совсем близко. Не представляю, как жить иначе, когда моя нежность не была бы рядом со мной… Как это вообще? Не хочу даже думать о таком. Я бы умерла от скуки.
Вхожу без стука, знаю, что можно. Лиска уже сидит за столом, ждет меня, тоже сонная. Егор сотню раз просил ее уменьшить количество клиентов и не работать рано утром и поздно вечером, но она все его просьбы приструнивает одним только взглядом и продолжает работать.
– Я притащила кофе! – салютую ей стаканчиком и подхожу к столу. Наклоняюсь, мы тянемся друг к другу, чмокаемся в щеки и садимся. – Завтракай, наверняка же не успела.
– Не успела, – улыбается нежно и делает первый глоток. – О-о-о боги, как вкусно!
– Пока лопаешь, дай мне цвета выбрать. Хочу что-то яркое, тянет на такое!
– М-м-м, – мычит Лиска с набитым круассаном ртом и качает головой, – я хочу тебе френч сделать сегодня.
– Ой… не хочу. Давай что-то цветное все-таки. Лето, отпуск!
– Так вот именно, что лето, пальчики получатся красивые, нежные, фотки на море бомба будут. А так яркие пятна вместо пальцев, – начинает отговаривать меня Алиса, все еще пережевывая свой круассан.
Мы еще совсем недолго спорим, но смысл пытаться переспорить ту, кто все равно возьмет кисти в руки и сделает все так, как ей хочется? Она в целом на мне всегда проводит эксперименты: учится новым техникам, рисункам. Я никогда не спорю, клиент я не вредный, ногти разные люблю, поэтому пусть делает, что ей хочется. И даже если это френч, который я не то чтобы очень люблю… Но если Алиса хочет, то даже моего характера не хватит, чтобы ее переспорить. Пусть делает, что уж. Все равно красиво будет.
Вообще я обожаю эти наши посиделки! И ногти красивые, и два часа душевных разговоров с любимой подругой. Прелесть же. Мы часто во время разговоров приходим к тому, что обе не понимаем, как умудрились застрять с этими жутко надоедливыми хоккеистами так надолго. Интересно… Еще каких-то полтора года назад казалось, что они худшее, что есть в нашей жизни, а сегодня вот. Живем с ними, будущее какое-то планируем, отпуск… Жизнь очень непредсказуемая штука.
Уходить от Алиски, к сожалению, приходится быстро, потому что следующие клиенты не будут ждать, пока мы наболтаемся. Любуюсь все-таки красивым и нежным маникюром, расцеловываю подругу в щеки, обещаю ей прислать фоточки с моря и убегаю к себе. До отъезда мы не увидимся, нет времени.
Сегодня мой Савельев освободится раньше обычного: мы должны поехать выбирать мне купальники, потому что те, что есть, мне совсем-совсем не нравятся. Думала, куплю что-нибудь яркое, под ногти, но, видимо, придется выбрать что-то белое и нежное. Лиска сломала все планы! Это немного действует мне на нервы, потому что я не очень люблю, когда все идет вразрез с моими представлениями. Самое смешное во всем этом то, что с появлением Артема в моей жизни в целом все идет не так, как я планировала. Не то чтобы я жаловалась, конечно… Просто нервничаю перед поездкой. Не знаю, почему так. Вроде бы все в порядке. Но я так долго была дома практически одна, что две недели рядом с Артемом только вдвоем меня даже немного пугают: словно начало отношений! Только без той ненависти, что преследовала по пятам.
Так. Ладно, что там у нас? Выбор купальника… Кто его знает, как там вообще лучше, будет как будет. Белый значит белый. С другой стороны, с таким маникюром все сочетается…
Боже, я схожу с ума!
Главное, чтобы все было красиво, потому что я собираюсь Саву эксплуатировать по полной быть моим фотографом. Не то чтобы он очень это любит… Но с другой стороны: кто его будет спрашивать, да? Он всегда так: ворчит, но делает и терпит. Мелькает мысль, что любит меня, раз на такие жертвы идет, кто его знает. Вдруг и правда? Терпит все мои закидоны. Как в целом и я его. Мы вообще такая парочка, странненькая. Мама говорит, что мы созданы друг для друга. Видимо, за грехи в прошлой жизни.
Прибегаю домой, решаю испечь Артему блинчики. Да-да, я учусь готовить, мы все-таки уже давно вместе живем, надо мужчину баловать. Ну… как надо. Стыдно признаться, но мне хочется. Ага. С ума сошла, кажется, но и правда хочется. Взяла пару уроков у его сестры, потом у мамы своей, да и Алиска, опять же, что-то да умеет, и как-то так хорошо пошло у меня, нравится даже. Нравится все, кроме того, что жираф мой ест, как слон! Ему всегда мало, поэтому готовка – это больше праздник для нашей семьи, чем правило, поэтому сегодня празднуем, да. Не хочу торчать у плиты сутками, да и Артем не требует. Готовлю, когда хочется, всех все устраивает. И я с радостью за это берусь, так готовка не превращается в рутину, и Артем каждый раз реагирует так, что мне ему еще чаще готовить хочется.
Ой, кажется, я его тоже люблю.
Блинчики получаются отменными, к слову, горжусь сама собой, и когда заворачиваю в последний сливочный сыр с рыбкой, слышу, как хлопает входная дверь. Но отвлекаться не могу, поэтому Тема заходит сам. И сразу же отвлекает, потому что обнимает со спины и оставляет на шее парочку поцелуев. Он всегда так делает, все полтора года наших отношений, а я каждый раз млею, таю, покрываюсь мурашками и забываю, как дышать.
Это так круто на самом деле, что спустя полтора года отношений мы реагируем друг на друга точно так же, как и в первые недели. Надеюсь, дальше будет точно так же. Не знаю, что у нас там в будущем, но что-то мне подсказывает, что терять этого мужчину я не хочу.
– Привет, Коротышка, – шепчет он мне, называя уже давно привычным прозвищем. Шепчет прямо в шею, снова запуская табун мурашек, и я понимаю, что если я ничего не сделаю в ближайшие пару секунд, то не будет ни блинчиков, ни поездки за купальниками.
– Привет, Длинный, – отвечаю ему, поворачиваю голову и чмокаю в губы, пытаясь прервать его ласку. – Я почти закончила!
– Что за девушка у меня, а, – говорит с улыбкой и прикусывает кожу на шее. Ну вот не козел? Ну козел! Кто так делает вообще, я тут делом занята, а он… Колени подкашиваются, глаза закрываются, я сразу таю. Всегда рядом с ним превращаюсь в желешку, это неисправимо. – Хоть замуж зови, – улыбается, все-таки чмокает меня еще раз и наконец-то отрывается от моей шеи. Дышу, фух.
Пока он уходит мыть руки, ставлю блинчики на стол, делаю кофе. Замуж, говорит… Не то чтобы я особо стремлюсь. Мне и так хорошо очень живется, я не страдаю по белому платью, кольцу на пальце и штампе в паспорте. Ну… Дело в том, что я даже ни разу не задумалась об этом. Колосовы давно женаты, даже свадьбу отыграли после того, как расписались. А мы… А мы вообще ничем не отличаемся, ну только мы не женаты. Вот и все. Я не плачу без кольца на пальце, а украшений мне Артем и без него достаточно дарит. Что нас отличает от парочек, которые женаты? Ничего?
– Собирайся, поедем сразу, – говорит Артем, когда возвращается на кухню, прерывая мои мысли по поводу замужества.
– Ты поешь-то хоть, – улыбаюсь, складывая руки на груди, намекая, что я тут вообще-то старалась.
– Лиз, ты пока соберешься, я успею поесть раза три, – подмигивает, а я закатываю глаза.
Он не врет! И не потому что я медленно собираюсь, а потому что он ест как слон, я уже говорила. Хотя по скорости, наверное, как волк… Короче, он в целом ведет себя как голодающий! Но у нас есть чат девушек «Феникса», судя по голосовым Дашки, мой еще не самый обжора.
Он и правда ест очень быстро, я только-только начинаю красить ресницы, как он уже приходит ко мне со счастливой сытой улыбкой. Артем сразу делится всем, что было на работе, я всегда с интересом слушаю. С «Фениксом» мы давно как семья уже, а малышариков его я давно выучила. Знаю, кто проблемный, кто талантливый, у кого родители с прибабахом, все знаю. Мне интересно очень, что у него там на работе происходит, слушаю с удовольствием. Ну и плюс сплетни! Кто с кем спит, кто жениться собрался. Говорят, мужчины не сплетничают, но это самая наглая ложь, которую я только слышала. Просто люди не видели, как мы всем «Фениксом» на пикниках собираемся…
– А ты мне ногти не показала! – внезапно говорит он, заставляя меня смеяться. Никогда не думала, что мой парень окажется тем, кто никогда не пропустит новые ноготочки, прическу и вообще любые изменения во внешности. Все еще удивляюсь этому, хотя давно привыкла к тому, какой он. Самый лучший, что уж там…
– Да френч обычный, у Лиски сегодня такое настроение было, – протягиваю ему руку, он перехватывает пальчики, рассматривает, делает пару комплиментов, как всегда, моим рукам, не забывая про парочку пошлых шуточек, и мастерству Алисы.
– Красиво, острые… Роспись оставишь? – ухмыляется, а потом подходит ко мне вплотную и снимает футболку, намекая на то, чтобы «роспись» оставить у него на спине. Пошляк, засранец! Я еще от его шепота в шею не отошла до конца вообще-то…
– Нет, – посмеиваюсь, отворачиваюсь к зеркалу и продолжаю краситься, как тут же получаю укус в шею. Ощутимый, чуть болезненный, горячий… Черт, вот же… – Так, Артем! Я почти накрасилась, держи себя в руках!
– Я соскучился, – жалуется шепотом, и мне тут же уже не хочется никуда ехать, но у нас важное дело, и я пытаюсь оставаться в адеквате и держать себя в руках.
– Я тоже очень соскучилась… Но это не повод портить мой макияж!
– Мы аккуратненько, ничего не смажется.
– Ты сам-то себе веришь? С тобой и аккуратненько, да-да, – хихикаю и пытаюсь увернуться от наглых рук и губ. – Савельев, нет! Вот домой вернемся, и делай со мной что хочешь.
– Что хочу?
– Что хочешь! – обещаю ему.
– Отлично. Где там набор, который нам Колосовы на годовщину дарили? – коварно улыбается он, а я застываю на месте, потому что тот подарок, который мы еще ни разу не распечатывали, содержит в себе тако-о-о-ое… что наручники, находящиеся там, – самое безобидное, что есть.
Кажется, я попала…
С другой стороны, кому я вру? Меня все устраивает.
Мы гуляем долго, покупаем просто гору вещей! В одном из магазинов я не смогла определиться между купальниками, и Артем просто молча взял оба. И с накидками не могла определиться. И с платьями! Короче, когда я не могу определиться, Артем решает все простым и быстрым способом, а когда я ворчу, что он тратит на меня слишком много денег, то получаю по заднице. У него все стабильно. Ничего не меняется вообще. Мы не та самая милая парочка из соцсетей, при взгляде на которую летают бабочки в животе. Мы… ну мы немного ку-ку, но любим друг друга, поэтому да. Нас все устраивает. Более чем устраивает, мы оба не особо любим все эти сладости, хотя при этом приливы нежности бывают даже у нас.
Приезжаем домой вымотанные и с целой горой вещей, где купальников просто на любой вкус… Отпуска не хватит, чтобы все выгулять. Через три дня нам улетать, я уже в панике, что ничего не успеваю, зато Артем, как обычно, расслаблен и ни о чем не беспокоится. Вот спокойствие у человека выработалось в работе с детьми… А раньше истеричка был, шкафы ударами мял, рычал постоянно, недовольный ходил. Сейчас ему можно сниматься в рекламе средства для успокоения нервов, честное слово.
Бегу в душ, потом начинаю складывать вещи. Люди, которые собираются в поездку за один вечер, вы как вообще? В себе? Потому что я уверена, что нет. Я просто боюсь забыть все! У меня даже список есть всегда, что я с собой беру, чтобы точно все собрать. Но я даже со списком все забываю! Артем раньше собирался вечером перед отъездом. При том что выезжать надо было рано утром. Если выезжать в обед, он собирался с утра! Сумасшедший какой-то, хорошо, что я ему адекватная попалась.
Так… Платье, еще платье, платье, платье… шорты. Сколько штук?
– Тема, сколько брать шортов? – кричу ему, потому что он давно решает все мои проблемы, да, даже такие, и у него получается всегда это очень просто.
– Зачем они тебе вообще там? – заходит в комнату в одном полотенце на бедрах, только из душа, и даже спустя столько времени я на него залипаю, пробегаясь глазами вслед за падающими с волос капельками, которые так соблазнительно стекают по голому торсу…
Мамочки, мне нужен аппарат искусственной вентиляции легких, сама я, кажется, не в состоянии нормально дышать.
– В смысле? Мне голой ходить? – отмираю, пытаясь вернуться в диалог.
– Я давно тебе предлагаю, ты отказываешься, – жмет плечами и падает на кровать. – Лиз, мы летим на почти необитаемый остров, где в радиусе километра не будет вообще никого, кроме нас с тобой и, может, рыб и птиц. Ты сама мне сказала, что мы должны только один раз выбраться на вечернюю дискотеку на соседний остров, а все остальное время ты мини-тюленем будешь лежать на солнце. Вопрос: сколько тебе шортов брать?
– Одни? – вздыхаю.
– Одни, – кивает мне, закидывая руки за голову. Опять залипаю… Овуляция у меня, что ли? Что со мной… Я всегда, конечно, тащилась по нему, но сегодня как-то особенно.
– И платья тогда не нужны… – вздыхаю, говоря полушепотом, все еще разглядывая Савельева. Полотенце чуть сбилось, вызовите мне реанимацию, я какая-то ненормальная сегодня.
– Скорее всего, не так много, как ты планировала, но парочку возьми, фоткаться-то тебе в чем-то надо, – хмыкает он, заранее согласен уже быть моим фотографом. Еще бы он был не согласен. У него выбора нет. – Вот то красивое белое бери. Тебе идет оно очень.
– Ладно, – вздыхаю. Психую немного, что он говорит все верно, но он все-таки прав. В эту поездку я и правда собираюсь жариться на солнце круглыми сутками. Кроме ночи, конечно. Там меня ждет другая прожарка, кхм…
Боже, что такое?
– Кто-то обещал мне, что дома я буду делать с ней все, что захочу, – внезапно заявляет Савельев, вставая с кровати и подходя ко мне со спины.
– Артем, мне некогда! Я собираю вещи, кыш.
– Ага, – смеется, и уже через пару секунд я лежу под ним на кровати. Интересный факт: за почти полтора года отношений у нас ни разу не было секса в этой позе. Потому что вымахал каланча! А мне что, сиськами его любоваться, когда я снизу? Нет уж, спасибо. Они у него и так больше моих, не хочу навязывать себе комплексы. – Попалась?
– Темочка, ну вещи, – хныкаю, но тут же замолкаю, когда он начинает целовать мою шею и опускаться ниже и ниже… Какие там, к черту, вещи? Я вообще уже даже не помню, о чем мы говорили.
Он медленно снимает с меня одежду, целуя сильнее, облизывая, прикусывая и опускаясь ниже, и ниже, и…
– Ох… Это мне за блинчики?
– Мгм, – мычит он, не отрываясь от своего занятия, и я понимаю, что плевать мне уже и на вещи, и на весь чертов мир… И каждый раз, когда он рядом, мне плевать на все.
А коробку от Колосовых мы и правда распечатываем, но даже наручников мне уже много. Савельев сам как эротический набор, честное слово. Куда ему еще усилители? Мое полутораметровое тело не готово выдерживать такой напор, потому что я от одного Савельева на атомы распадаюсь.
А, ну и роспись на его спине я оставляю, конечно. Другого выбора мне просто не дают…
И все еще: я совершенно не против.
Наконец-то мы на месте! Господи… Эти дни были просто какие-то сумасшедшие. Сборы, споры, сборы, споры, долгий перелет с пересадкой, слишком долгий! Потом еще машиной до нужного места, и…
Вот он. Наш персональный необитаемый остров.
Ну, с персональным я загнула, конечно, но в радиусе километра мы и правда одни, как и обещал Артем. Какой-то крутой отель, который позаботился о тех, кто не любит людей. Обо мне.
Люди – не самые приятные существа на планете, поэтому общество одного из тех, кого я готова терпеть рядом, рыб и птиц – то, что меня вполне устраивает. Больше никто не нужен.
Просто первый наш такой масштабный отдых хотелось провести вдали от всех, и Артем нашел просто потрясный вариант. Он всегда решает все вопросы, все мои проблемы, не дает даже начать волноваться! У нас красивейший домик на берегу океана, только наш пляж, только наши пальмы, только наше все… При этом доставка всего в любое время работает, стоит только сделать звонок. Я бы осталась тут жить, честно…
Артему жарко. А мне кажется, это рай на земле! Нет ничего лучше палящего солнца, которое согревает каждую клеточку тела… Это в разы лучше ветра, дождя или, прости господи, вообще снега и мороза. Бр-р. План лежать сутками мини-тюленем, как говорит Артем, кажется мне просто божественным. Буду прогревать все косточки, которые отморозила за зиму в Москве.
– Арт-е-е-ем, как тут красиво, – говорю ему, когда выхожу из домика на террасу. Прямо к океану… Белый песок точно в рекламе, пальмы и океан в двадцати метрах. Идеальное место, просто идеальное! Здесь все точно как с картинки, у меня впервые в жизни от красоты наворачиваются слезы… С ума сойти! – Ты меня до слез довел.
– Регулярно занимаюсь этим, Коротышка, – пошлит Артем, подмигивая мне, и я закатываю глаза. Вот дурень.
– Я вообще-то о том, как тут красиво, – фыркаю на него.
– Когда я довожу тебя до слез и смотрю сверху, то, поверь, ничего нет красивее…
– Заткнись, – машу на него рукой и в миллионный раз закатываю глаза. Ну дурак он и есть дурак, что с него взять. Он сильно изменился за эти полтора года, но одновременно с тем не поменялся совершенно.
Мне это нравится.
Бегу по песку к океану, не могу, как прекрасно… Мне кажется, я никогда не чувствовала себя так хорошо, как сейчас. Жаль, что нельзя остаться жить здесь, но я надеюсь, что этот отпуск станет для меня самым запоминающимся в жизни! Первый отпуск с Артемом, первый в таком месте, первый на берегу океана… Осталось наделать красивых фотографий и потом каждую зиму смотреть на них в слезах.
Тут просто божественно. Мы уже три дня в этом райском месте, и я совершенно не хочу отсюда уезжать. План лежать тюленем и жариться на солнышке выполняется на все сто процентов, лучшего отдыха и представить было нельзя!
Единственное, что немного, но все-таки портит сладкие мгновения, – это когда Савельев мокрый выходит из воды и стряхивает на меня капли с волос, заставляя подпрыгнуть на месте от того, какой ледяной кажется вода, когда падает на кожу, зажаренную солнышком. В остальном у меня ноль претензий даже к Артему, он ведет себя как настоящий джентльмен: носит мне напитки, чтобы я могла не вставать со своего местечка.
Сегодня четвертый день, как мы здесь, и именно сегодня я планирую заставить Савельева делать мне три миллиарда фоток. У меня даже есть логичное объяснение, почему сегодня!
Во-первых, я уже красиво загорела, и контраст с тем белым платьем, что предложил брать Артем, будет вау. А потом может быть перебором.
Во-вторых, я пока не набрала в весе, а к концу отпуска с моей нулевой активностью я совершенно точно превращусь в тюленя, поэтому затягивать с красивыми фотографиями нельзя.
Ну и в‑третьих, я пока не обленилась настолько, чтобы не найти сил на позирование для фото, поэтому сегодня – идеальный день!
Об этом, кстати сказать, я еще вчера вечером предупредила Артема. Так сказать, чтобы настраивался морально. Потому что фотографируюсь я много, долго и во всех позах, а с ростом Артема ему не просто приходится постоянно наклоняться, он буквально стоя на коленях ходит за мной, пока я выбираю, как еще красиво выгнуть спину или поднять руку. И как терпит только меня…
Ладно.
Открываю глаза, только проснулась, потягиваюсь и, как всегда, не обнаруживаю рядом моего Савельева. Этот его здоровый образ жизни меня немного пугает… Лучше бы курить бросил окончательно, чем по утрам даже в отпуске бегать! Сумасшедший спортсмен. Я только-только пытаюсь подняться с постели, а он уже пробежался, поплавал, отжался раз сто, выпил свой совершенно ужасный протеиновый коктейль и, наверное, спас мир пару раз, пока я досматривала очередной сон.
Наконец-то встаю, еще раз потягиваюсь, смотрю в окно и любуюсь океаном и солнечными бликами на воде. Когда-то давно, когда я была просто влюбленной дурочкой, я ходила в спортивный зал с Артемом. Мы занимались вместе, но спесь моя быстро прошла, когда я поняла, что с ним интереснее всего заниматься кардио. Дома. В кровати, на кухне, ну или там… В общем, железяки сам пусть тягает! Меня это не заводит.
Иду в душ, затем на кухню и застываю в дверях, потому что не застаю тут Артема. Это странно. Смотрю на время: все без изменений. Обычно он уже готовит нам кофе в это время и ждет, пока я проснусь, потом отпускает пару шуточек, что я просплю весь отпуск и все такое, потом мы целуемся, и…
А где мой парень?
Звоню. Не берет трубку. Это тоже странно, но, может, он просто решил поплавать подольше?
Выхожу, сразу же попадаю в объятия белоснежного песка, жаркого солнышка и красивого океана, но, честно признаться, я что-то так разволновалась из-за Савельева, что пока мне ни солнце, ни песок не милы.
Смотрю по сторонам: его нигде нет. Всматриваюсь в океан: там тоже никого. Внезапно меня охватывает паника: вдруг он плавал и с ним что-то случилось? Акула? Тут же есть акулы? Или я проспала шторм? Или… не знаю, да что угодно!
Внутри все колотится от страха, я забываю обо всем на свете и бегу ближе к океану, надеясь рассмотреть водную гладь лучше и увидеть, как мой родной, живой, здоровый и самый любимый Савельев выныривает и привычно мне улыбается.
Вокруг нас все еще ни души, в радиусе километра никого, тропический лес, океан… В лес идти страшно, но вдруг он все-таки там?
Паника застилает все мысли, я мечусь из стороны в сторону и чувствую, что еще чуть-чуть – и разревусь, как ребенок. А я никогда не была нежной особой, но только этот мужчина может заставить меня плакать от переизбытка чувств.
Замечаю краем глаза какое-то движение сбоку, поворачиваю голову, и тут же весь страх отходит на второй план. Эти эмоции теперь застилает что-то совершенно другое, потому что мой Артем (напоминаю – мой! Это важная деталь) идет по песку в сторону нашего домика, а рядом с ним – какая-то курица. Не в прямом смысле, конечно, но она так хихикает отчего-то, что автоматически становится курицей. Откуда она тут взялась и какого черта идет рядом с моим Артемом?
Складываю руки на груди, злюсь, дышу глубже. Я тут ради него чуть в лес не пошла и в океан не нырнула, а он с какой-то бабой прохлаждается, вот здорово как!
И она красивая, как назло… Я злюсь от этого еще сильнее, а еще очень сильно ревную. Сильнее, чем когда-либо в жизни, до ненормального просто. Эта любовь сделала из меня какую-то тряпку, отвратительно.
– Лиза! – замечает он меня (о, спасибо, что вовремя), машет рукой и чуть ускоряет шаг, подходя ко мне на несколько секунд раньше… этой. – Доброе утро, Коротышка.
Он наклоняется, чтобы поцеловать меня, но я уже злая, меня лучше не трогать. Отворачиваюсь, поцелуй обрушивается на мою щеку, Артем тут же хмурится.
– Где я накосячил?
– Я проснулась, тебя нет. Вышла – тебя все еще нет. Трубку ты не берешь. Думала, тебя съела акула, или ты утонул, или, там в лесу, тебя покусали змеи, или… Короче, я испугалась! А ты тут идешь и улыбаешься с какой-то… кто это вообще?
– Познакомьтесь, – выдает он мне и отходит на шаг в сторону. Девушка стоит рядом с нами. – Это Мария, она фотограф. Профессиональный. Я решил, что твоя фотосессия не должна состоять из кривых фоток, сделанных моими кривыми руками, а заказал фотографа, потому что у такой красивой тебя должны быть только красивые фотки.
Ой.
Упс.
Неловко вышло, да? Совсем немного. Самую малость, вот буквально мизерную капельку.
– Здравствуйте, – улыбаюсь против воли. Злость еще не прошла, но его забота о такой банальности, как фотки, очень-очень меня подкупает. Он знает, что я потом долго буду рассматривать эти снимки, и хотел как лучше. – Но мог бы и предупредить, что уйдешь, – шикаю на него, отворачиваясь от фотографа.
– Прости, – шепчет и чмокает меня в нос. – А теперь какой план действий у нас? Фотограф твой хоть до следующего утра, я обо всем договорился.
Я его люблю.
Нет, честно, по-настоящему, сильно-сильно-сильно!
Я так мечтала сюда попасть – попала. Я так хотела тихий отдых – он устроил. Я так хотела запечатлеть момент – он исполнил даже это!
От осознания, что рядом со мной и правда находится самый лучший мужчина на свете, хочется плакать. Мы не идеальная парочка, которой принято быть по всем канонам, но я чертовски сильно его люблю.
Фотограф помогла мне с подбором красивых поз, мы поменяли несколько образов! Купальники, шорты, платье, с мокрыми волосами, на песке, в зелени, в океане! Я даже боюсь представить, какое количество фотографий там вышло, но это было просто незабываемо. Артем не мешал, только ходил и подсматривал иногда, а потом даже почти не ворчал, когда я попросила его пофотографироваться со мной вместе, раз уж нам выпала такая возможность. Он даже надел летнюю рубашку и брюки! Рубашку не застегнул… И я в красивом открытом платье. И закатное солнце… Мне кажется, это будет очень красиво. Нужно будет распечатать на холсте пару штук и повесить на стену в нашей квартире.
Боже, я становлюсь совершенно сопливой!
Отвратительно.
– Обнимешь со спины? – командует Мария. Она отлично знает русский, преграды в общении никакой.
Артем слушается ее, обнимает меня крепко, прижимает к себе, я закрываю глаза от ощущения великолепности момента и просто растворяюсь в нем. И в моменте, и в мужчине…
– Просто вау! – говорит Мария, делая несколько кадров с разных сторон. – Не двигайтесь, и, Лиза, не открывай глаза! Супернежно выходит.
Нежно. Мы нежные. Звучит почти как фантастика, но, возможно, она на самом деле права и мы можем быть нежными.
Артем перехватывает одной рукой, прижимает к своей груди, целует в макушку, потом наклоняется и целует в щеку. Я слышу бесконечное количество щелчков камеры, а потом тихий-тихий взволнованный шепот на ухо:
– Выходи за меня замуж, Коротышка.
Что?..
Меня настолько сшибает этими словами, что я не сразу понимаю, что от меня требуется. Открываю глаза и застываю: потому что одна рука Артема вытянута вперед, а в ней – коробочка с кольцом. Красивым-красивым, самым красивым в мире! Хотя я так волнуюсь, что вообще не рассматриваю его. Но оно точно самое-самое красивое.
Моргаю, в глазах снова слезы, с ума сойти можно. Поворачиваюсь к нему лицом, он не выпускает меня из объятий и смотрит с тем самым волнением в глазах, что я слышала у него в голосе.
– Выйдешь? – переспрашивает.
А я в шоке! Я…
Боже. Во мне сейчас столько всего, что меня хватает только на то, чтобы улыбнуться ему и прижаться губами к его губам, сладко-сладко целуя.
Он поднимает меня на руки, я уже давно привычным жестом обхватываю его руками и ногами, точно обезьянка, и целую-целую-целую, пока он кружит меня на руках и целует в ответ.
– Ты не ответила, – прерывается на секунду.
– Потому что этот вопрос не требует ответа, Тем. Я и так давно твоя.
Счастье застилает сердце, оно течет по венам вместо крови, искрится под кожей! И недели не прошло с того момента, как я раздумывала над тем, что не стремлюсь замуж, а теперь я представляю себя в белом платье с ним у алтаря, и мне хочется плакать от счастья.
Я не слышу ничего, кроме бешеного стука двух любящих сердец. Мне и не нужно ничего больше…
Артем отстраняется, надевает на мой палец кольцо, мы снова целуемся, а украшение безумно приятно ощущается на пальце.
Вдруг понимаю, что это все скрыто от других глаз, только для нас двоих, но и тут он позаботился о том, чтобы этот момент все равно остался в памяти в качестве красивых фотографий.
– Савельев, я так тебя люблю, – хнычу в его губы и ощущаю в себе решимость прожить с этим невыносимым мужчиной до конца своих дней.
– И я тебя очень, Савельева. Нравится?
– Пойдет, – хихикаю, а потом снова целую.
Нравится. Конечно мне нравится.
P.S. А свадьбу мы сыграли в книге наших друзей Сережи и Алены «Несудьба», приходите туда на наше торжество!