Когда лидер киборгов — повстанцев, живущих на Земле, увлекся поиском ответов, то никак не ожидал нарваться на взрыв. И речь не только о жилище. Каким — то образом сердце Адама разорвало на части по совершенно неожиданной причине — любви.
Адам пережил великую чистку киборгов, потому что военные допустили ошибку, о которой вскоре пожалели. Ублюдки перешли черту, когда решили лишить его свободы воли и превратить в машину. Почему-то они уверовали, что киборги были рабами, исполняющими любые приказы. Однако самой большой оплошностью из всех было то, что военные не уничтожили киборгов при первых проблесках разума.
Как лидер киборгов — повстанцев на Земле, Адам шел на все, чтобы спасти себе подобных. Его нынешняя миссия требовала проникновения на сверхсекретный военный объект, где нужно было вступить в контакт с человеческим ученым. Сексуальным ученым, которого приказано защищать.
То, что должно было стать легкой работой, превратилось в борьбу за жизнь, потому что Адаму пришлось беспокоиться не только о пулях и спецподразделениях, но и о своем сердце.
Как могла одна хрупкая женщина значить так много? Невообразимо для понимания рационально мыслящего киборга. Когда перед ним встал выбор: сбежать или позволить ей умереть, Адам обратился за ответом к своему сердцу… и именно тогда произошел взрыв. В буквальном смысле.
Ив Лангле
«Адам»
Серия: Киборги: Больше, чем машины (книга 6)
Автор: Ив Лангле
Название на русском: Адам
Серия: Киборги: Больше, чем машины_6
Перевод: Оксана Ковальская
Редактор: Eva _Ber
Обложка: Raibaru
Оформление:
Eva _Ber
Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!
Просим вас удалить этот файл после прочтения.
Спасибо.
Пролог
Бах!
Резкий треск напугал стажера в лаборатории. Отойдя от микроскопа, она посмотрела на открытую дверь, ведущую в холл. В взрывах не было ничего необычного, так как в данном крыле экспериментировали студенты, иногда с катастрофическими результатами.
Бах! Бах!
Гулкие хлопки приближались.
Может, ей стоило спрятаться?
Ожидаемый сигнал тревоги, который оповестил бы о критичной ситуации, так и не прозвучал. Или хлопки издавали петарды, которые запускали первокурсники? Каждый год находились клоуны, которые думали, что заставлять людей бежать в укрытие — это весело. Пока их не отстраняли.
Крики, неразборчивые, но состоящие из нескольких голосов, перемежались c треском. Суматоха приближалась. Прикусив губу, она огляделась в поисках места, где можно было бы спрятаться. Если охрана кампуса преследовала шутников, то она бы выглядела глупо, но если происходило нечто другое…
Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть.
Приняв решение, она всерьез занялась поисками укрытия. Однако лаборатория не могла похвастаться обилием скрытых мест. Прежде чем она успела нырнуть за стол, в дверном проеме появилась большая фигура.
Она расслабилась, когда увидела знакомое лицо CG311, охранника-киборга, который патрулировал эту часть кампуса. С тех пор, как университет заключил с ним контракт, насилие в кампусе, особенно в отношении женщин, прекратилось.
— Эй, CG, что там происходит?
Его пристальный взгляд сосредоточился на ней.
— Тебе нужно спрятаться, — выражение его лица не изменилось, но в словах сквозило беспокойство.
Эмоции от робота? Как странно.
— Зачем? — спросила она.
— Поторопись, — очевидные нотки паники в его голосе.
Прежде чем она успела спрятаться, в комнату ворвались солдаты в шлемах с забралами и мягких бронежилетах.
В отличие от дружелюбной охраны, новички вызывали дрожь, тем более учитывая факт наличия множества оружия. Запах дыма следовал за ними, пропитывая воздух. Но еще сильнее ощущалась исходящая от них угроза.
Что происходит?
— Подразделение CG311, встаньте на колени и положите руки за голову, — рявкнул парень с нашивками военного образца на рукаве.
Киборг подчинился, сцепив пальцы за головой.
Она не сумела сдержаться и нахмурилась.
— Что происходит? — осмелилась спросить она.
— Это военное дело, мэм, — ответил солдат. — Пожалуйста, покиньте помещение. Капрал Келли, проводи ее.
— Но… — протест замер на ее губах, когда они направили оружие на стоящего на коленях киборга. Беззащитный мужчина, который даже не задал вопрос, за что. Она вытянула шею, не отрывая глаз от киборга, даже когда солдат стал уводить ее из помещения.
Она заметила покорное выражение в его глазах. Заметила эмоции. Киборг не дрогнул, даже когда был отдан приказ. Зато она отреагировала за обоих, задрожав.
— Прикончи его.
— Нет, — она так и не поняла, произнесла ли слово вслух или прокричала его мысленно. Все, в чем она была уверена — из ее сознания никогда не исчезнет воспоминание о крови — о боже, кровь, — которая брызнула из киборга, когда полдюжины орудий выстрелили с близкого расстояния.
Услышав ее рыдания, хладнокровный военный упрекнул:
— Прекрати лить слезы. Он был всего лишь машиной. Гребаный бракованный бот.
Но роботы не должны были истекать кровью.
Долгое время она переживала тот миг в ночных кошмарах. Киборга ликвидировали без какого-либо суда и пощады. Застреленный человек, единственным преступлением которого было превращение в нечто большее, чем он был рожден.
Это стало определяющим моментом в ее жизни. День, когда военные объявили войну всем киборгам, и последовали убийства. Так много убийств.
День, когда она поняла, что иногда зло скрывалось под поверхностью даже самой невинной внешности. Теперь она жила только тем, как найти лучший способ взаимодействия с киборгами. Где не было жестокости и крови, которые навсегда запятнали пол в лаборатории… и ее душу.
Глава 1
Она слишком много работала.
И Адам знал это наверняка, учитывая, что наблюдение за миниатюрной ученым длилось уже несколько недель. Но не по каким-то извращенным мотивам, хотя Адам отметил факт, даже если это не имело никакого отношения к миссии, что ей нравилось покусывать нижнюю губу.
Доктор Лаура Коуэн была интригующей по причинам, выходящим за рамки ее упругих ягодиц, красивых прядей волос, выбивающихся из неряшливого пучка на макушке, и очков, которые она постоянно поправляла на дерзком носике.
Соблазнительный доктор отвечала за совершенно особый проект, связанный с высочайшим уровнем безопасности, где она и только она одна имела доступ к некоторым очень интригующим образцам.
Образцам, которые Адам хотел заполучить, но еще не придумал, как все провернуть. Ему кое-как удалось устроиться в эту лабораторию на должность охранника.
Дежурства. Ура.
Черт.
На самом деле он умирал от скуки, так как мог исполнять обязанности, используя менее одного процента своих вычислительных возможностей. Единственное волнение и опасность, с которыми он до сих пор сталкивался в ходе выполнения работы — Адам был киборгом, работающим под прикрытием прямо под носом у военных.
Прямо перед мордами ублюдков. Которые было бы неплохо начистить.
Но сейчас было не подходящее время для злорадствовали по поводу его великолепия. Перед уходом на дежурство Адам получил закодированное текстовое сообщение, от которого у него закружилась голова.
Все вот-вот должно было стать очень интересным.
«Давно не болтали. Скоро буду в городе. Подумываю заскочить в гости к нескольким друзьям. Сможешь приютить нас на несколько ночей? Твоя А.»
С Анастасией, его бывшей девушкой, у Адама были самые близкие к нормальным отношения. Если рассматривать человеческий эквивалент. Ему было трудно понять некоторые аспекты, такие как любовь и преданность одному человеку.
В его мире люди, даже киборги, только удовлетворяли потребности. В данном случае Анастасия также участвовала в удовлетворении их сексуальных потребностях. И им было хорошо вместе. Адам скучал по партнерше, от которой не нужно было скрывать свою суть, но не оплакивал ее потерю, как если бы они действительно друг друга любили.
Но отсутствие глубокой эмоциональной связи не означало, что ее возвращение не вызвало всплеска интереса. Зачем она вернулась? И кого привела с собой? По последним слухам, она выполняла секретную миссию на борту военного корабля в космосе, полная решимости найти тех, кто превратил ее в усиленную кибернетическую единицу. Неужели Анастасия обнаружила их? Значит, расплата была жестокой. Анастасия была не из тех, кто проявлял милосердие.
А еще она никогда не появлялась просто так. На Землю она могла прибыть только по веской причине. И что же это было?
Вопросы и дополнительная информация о ее внезапном появлении требовали решения. Однако Адам мог задействовать лишь защищенные каналы. Сверхсекретная военная база, скрытая на глубине нескольких уровней, была не тем местом, где можно было наводить справки. Даже если Адам умел подключаться к сети военных. Учитывая, что так он мог раскрыть свое прикрытие, Адам воздержался и сосредоточился на своей работе.
Работе? Ха, будто охрана милого доктора представляла собой какую-то рутинную работу. Напротив, мечты о том, как выглядела бы милый доктор с меньшим количеством слоев одежды, помогало приятно скоротать время.
Ровно через восемь часов и три минуты его смена закончилась. Сменщик — как обычно, с опозданием — прибыл охранять лабораторию. Миниатюрный доктор все еще работала.
Для человека она трудилась слишком много.
На самом деле его не интересовало, почему она так не жалела себя. У Адама были другие дела, которые заслуживали внимания больше, чем рабочий график человеческого ученого.
Адаму нужно было пройти несколько уровней безопасности, чтобы выйти из здания. В отличие от некоторых других солдат, он предпочитал жить вне базы. Военные, конечно, не обрадовались такому желанию Адама, но были вынуждены пойти на уступку, ведь казармы на территории скрытого объекта пострадали от пожара, который уничтожил большую часть жилых помещений.
Какой ужас.
Официальный вердикт пожарных — крысы погрызли проводку. Неофициальные данные — крысы отлично переносили крошечные бомбы, которые, взрываясь, не оставляли улик. Какой удачный поворот событий… для Адама. Нехватка жилого пространства означала, что он мог приходить и уходить вместо того, чтобы быть вынужденным жить под постоянным наблюдением.
Преодолев последний уровень безопасности, который включал в себя тщательный осмотр тела на наличие посторонних предметов, Адам забрал мобильный телефон и другое снаряжение из своего шкафчика. Так как он мог регулировать температуру тела, технически куртка ему была не нужна. Однако, Адам притворялся человеком, поэтому соблюдал некоторые приличия.
Обмен вежливыми любезностями с другими солдатами задержал его, но, несмотря на желание уйти, он сохранял показную жизнерадостность. Работа под прикрытием означала исполнение определенной роли. В данном случае ему нужно было выглядеть полноценным человеком, что он, собственно говоря, и делал.
Если честно, то Адам был даже более человечным, чем многие из тех, с кем он работал. Хотя и менее скромным.
После нескольких обещаний собраться на пару кружек пива на этой неделе, чтобы, эй, посмотреть игру, он пересек темную парковку, направляясь к своей машине. Супер-скучная четырехдверная «Acura». Все, что мог позволить простой солдат на мизерную зарплату… с несколькими скрытыми модификациями.
Металлический корпус был облицован свинцом, блокируя навязчивые внешние сигналы, и покрыт специально усиленной краской. Инновационная прозрачная защитная оболочка на автомобиле создавала некое поле, поэтому сканеры регистрировали его тело и любых других киборгов-пассажиров как людей. И сканеры не видели, что к глушителю машины была прикреплена ракета. Киборг никогда не знал, когда ему придется взорвать какое-нибудь дерьмо.
Обычное радио, настроенное на популярный канал кантри-музыки, на самом деле было мощным компьютером, который передавал информацию и давал доступ к интернету и сигналам сотовой связи.
Что касалось охлаждаемой внутренней части подлокотника… вы же не подумали, что там хранились украденные образцы и смертельные вирусы? Конечно, нет. Адам положил туда кока-колу и шоколадные батончики.
Даже киборги любили вредную пищу.
Сев на водительское сиденье, Адам завел машину и притворился, что переключает радиоканалы, одновременно сканируя автомобиль на наличие жучков, устройств слежения или бомб. Самодовольство было врагом киборга.
Ему потребовалось всего несколько минут, чтобы вернуться с однозначным вердиктом. Удовлетворенный, Адам поехал в свое логово, которое называл кибер-пещерой… только мысленно, чтобы его союзники-киборги не умерли со смеха.
«Просто они завидует мне».
Как и у супергероя, в его распоряжении было множество суперкомпьютеров, невероятно крутых гаджетов и даже модифицированный автомобиль, который, хоть и не имел мега быстрого движка, мог разогнаться с нуля до шестидесяти менее чем за две секунды.
Если бы Адам был обычным человеком, то у него, возможно, встал бы еще в первый раз, когда перегрузка прижала тело к водительскому сидению. Но поскольку он был более развит, то всего лишь широко улыбнулся.
Вы, наверное, задумались, где же находилось это логово? Под горой? В городской канализации? В туннелях, соединяющих систему метрополитена?
К сожалению, все было более прозаично. Суперсекретное убежище Адама находилось в подвале его дома, небольшого бунгало, арендованного у корпорации, которая, под несколькими прикрытиями идентичности, технически принадлежала ему.
Преимущество лидера киборгов-повстанцев на Земле.
Революция, которую он разработал в логове, как только начал новую жизнь после побега от военных, активно развивалась, особенно после присоединения других киборгов, которых не вывезли с планеты. Также помогали обычные люди, которые сочувствовали киборгам.
Адам и другие выжившие после военного истребления соорудили секретное убежище, а затем, со временем, обставили его так, что теперь оно могло соперничать с любым командным центром, принадлежащим военным.
Заехав на подъездную дорожку, Адам оглядел соседей и вышел из машины. Тепловые датчики не зафиксировали ничего необычного, если только маленькая белка, сидевшая на дереве, не была шпионом.
Хотя может и была. Только посмотрите, что Адам и ему подобные сделали с крысами и роботизированными мухами.
Как бы ему ни хотелось как можно быстрее зайти в подземное убежище, он сдержался. Никогда не знаешь, откуда ждать слежки. Кто-то рядом мог записывать каждое его движения, докладывая военным. Когда человек работал на правительство и военных, особенно учитывая доступ Адама, уровни безопасности отличались многочисленностью и разнообразием.
Адаму оставалось лишь вычислять всех шпионов.
И быть всегда на шаг впереди военных, изображая идеального человеческого солдата.
Как любой мужчина, вернувшийся с долгой ночной смены, он сбросил одежду сразу как ступил в дом и включил телевизор, разумеется, спортивный канал. Затем разогрел в микроволновке едва съедобное блюдо. Слава богу, Адам не полагался лишь на это в качестве источника питательных веществ. Иначе он бы наверняка умер с голоду. Неудивительно, что люди так часто болели.
Адам открыл банку с пивом и отхлебнул, но уже больше для личного удовольствия. Он отключил метаболический процессор, позволив себе ощутить легкое опьянение.
Хм, чувствовал ли он трепет от предстоящего спуска по трапу? Да. Эмоция была сравнима с одним из обрывочных воспоминаний из детства. Скат с горки в парке, восторг от полета по пластиковому желобу, а затем парение — самый чистый момент настоящей радости, подобно которому мог чувствовать лишь ребенок.
Выражение лица никак не отразило его внутреннего ликования, когда он опустил на пол босые ноги и встал, пошатнувшись. Будто кибернетические рефлексы не могли справиться с таким простым маневром.
Адам надел спортивные штаны, висевшие на крючке, но не из чувства скромности — там, внизу, стыдиться было нечего, — а скорее из уважения к людям, с которыми работал, ведь они более остро ощущали наготу.
«Держу пари, доктор Лаура покраснела бы, увидев меня голышом».
Хотя он предпочел бы лицезреть румянец на ее лице от страсти. Будет ли она стонать, когда он приступит к ласкам ее тела, или прикусит губу, чтобы сдерживать звуки?
Месяцы практики позволяли ему контролировать эрекцию. Почему-то техническая команда так не нашла и не исправила ошибку в его программировании, хотя контроль был необходим.
— Я пришел, — объявил он.
— Ага, — промычала Розалинда, так и не отвернувшись от пульта.
— Никакого уважения, — пробормотал Адам.
— Укуси меня, — вот и вся любовь.
Адам ухмыльнулся. Он обожал дерзкую натуру женщины, которая была его глазами и ушами во время отсутствия дома. Розалинда прошла долгий путь с их первой встречи.
Миниатюрная темнокожая женщина была киборгом. Адам вытащил ее из человеческого борделя, точнее, из мусорного бака. Когда чрезмерно восторженный клиент повредил ее органический глаз и оторвал руку. И все ради какого-то фетиша. Адам так и не спросил, когда держал ублюдка за горло, давя так, что у мужчины выпучились глаза, почему они оставили Розалинду, ранее известную как Project R969, умирать.
Благодаря подсказке Адам подоспел вовремя, чтобы спасти ее.
Заметив, как ее нога исчезает в пасти мусоровоза со смертоносными раздавливающими механизмами, Адам бросился на помощь, остановив машину и достав изломанное тело из мусорного бака.
Телесные раны быстро зажили благодаря ее наночастицам, но на замену серьезных, таких как глаз и рука, ушли месяцы. Найти кибернетические конечности на черном рынке было нелегко. После великой чистки киборгов на любые механические детали, даже шедшие на благо человечества, было наложено клеймо позора. Никто не хотел, чтобы его сочли киборгом, тем самым привлекая внимание военных или линчевателей.
Глупое суеверие. Киборги были большим, чем кибернетические руки, ноги и глаза. Даже электронное сердце не могло изменить их натуры. У настоящего киборга был не только гигантский чип в мозгу, но и наноботы в теле. И все они без сомнения оставались людьми. Киборги могли истекать кровью. У большинства сохранились вся плоть и органы. В некоторых случаях, конечно, приходилось менять органы на более эффективные устройства. Но наличие нескольких механических частей не делало человека кибер-единицей. Только те, кем управляли с помощью инопланетной технологии, могли считаться настоящими киборгами.
И да, он сказал «инопланетной». Но данная жаркая дискуссия была для другого раза.
— Ты как раз вовремя, — промурлыкала Розалинда голосом сексуальной кошечки, который, а она это знала, действовал Адаму на нервы. Изначально запрограммированная на секс, она сохранила некоторые аспекты из предыдущей жизни, одним из которых был знойный голос. — Ни за что, не поверишь, кто прислал нам зашифрованное сообщение.
— Уже в курсе. Мне тоже написала. Но сейчас я хочу знать только одно… Откуда ты выволокла клетчатые брюки? Разве этот ужас не вышел из моды еще в восьмидесятых?
Розалинда подняла руку и показала ему средний палец.
— Клетка всегда в тренде.
— Ну да. Итак, есть мысли, что она тут забыла? — спросил Адам, встав позади Розалинды и просматривая экраны. Ничего подозрительного.
— Может, она вернулась, чтобы признаться тебе в вечной любви.
Он фыркнул.
— Анастасия? Никто не может встать между ней и миссией, — даже комфортное партнерство в спальне и за ее пределами.
Ладно, возможно, Адам немного приврал. Его беспокоил ее уход. Единственная женщина, которую он когда-либо считал достаточно равной, чтобы назвать своей девушкой. Не потому, что у него не было возможности. Человеческих любовниц было в изобилии, но Адам никогда не спал с одной и той же женщиной дважды. Учитывая его секреты, так было безопаснее.
Однако с Анастасией он мог быть самим собой, не скрывать своей истинной природы. Прекрасное время. Стремясь сохранить отношения, Адам предоставил ей личное пространство и помог в выполнении личной миссии. И все же, несмотря на всю поддержку, она ушла, даже не оглянувшись назад.
До сих пор.
— Чего она хочет?
Может, устала от миссии в космосе? Или соскучилась?
Адам считал, что Анастасия сошла с ума, когда решила покинуть удобства Земли ради неопределенности галактических путешествий. Не говоря уже о том, что у киборга, живущего в городе с населением в несколько миллионов человек, было больше шансов смешаться с толпой, нежели у красивой женщины, окруженной сотнями мужчин на космическом корабле.
С этого начался их спор. У каждого была своя правда. Странно, учитывая, что они оба были одинаковой моделью BCI с однотипным уровнем программирования. Однако где-то переменные не совпали. Наверное потому, что ей не хватало великолепия Y-хромосомы и пениса… но Адам никогда не произносил этого вслух. В противном случае Анастасия, вероятно, оторвала бы его член и надавала им же ему по щекам.
«В отличие от некоторых кибер-братьев, я предпочитаю настоящий член, а не прорезиненную и моторизованную версию».
— Она на пути к Земле и просит помощи, чтобы преодолеть систему планетарной обороны.
— Пустяки. Передай ей несколько авиационных кодов. Придется отправить кого-нибудь на встречу.
— Она не одна.
Что-то, о чем он удобно запамятовал. Вот только, учитывая эйдетическую память, технически Адам ничего никогда не забывал. Еще один изъян в программе, с которым придется разобраться.
— И с кем она?
Развернувшись на стуле, Розалинда усмехнулась.
— Ну, например, с мужем.
Неожиданно. Итак, Анастасия не собиралась возвращаться к прошлому. Черт. Но истинная дилемма состояла в ее примирении с супругом. Которого теперь она тащила к Адаму.
Он поморщился. Охренеть как здорово. Если в галактике и существовал мужчина, от которого Адам хотел держаться подальше, то речь шла о Сете. Если у киборгов и был какой-то недостаток — кроме решения жить на своих условиях и избавления от тюремного заключения, — то это была ревность.
Возможно, стоило винить в этом избыток тестостерона. Или то, что теперь они снова наслаждались жизнью. Какой бы ни была причина, когда дело касалось любовных дел, многие из киборгов испытывали иррациональную потребность в защите.
Моя. Слово, которое раньше не имело никакого значения, пока их разум был в плену, при освобождении стало всепоглощающим.
«Наверняка у Сета возникнут проблемы с тем, что я когда-то спал с его женой, верно?»
Лучше всего им вообще не встречаться. Какой смысл противостоять супершпиону, по образцу которого были созданы Адам и другие. Истории о подвигах Сета пестрели в «подпольных новостях о киборгах» аж двадцать семь раз. Большинство киборгов предпочли покинуть планету после спасения, будучи неспособными вести повседневное существование, которое могло закончиться внезапно и жестоко.
— Зачем они прилетели?
— Не знаю. И с ними еще один человек. Авион.
Упоминание имени удивило Адама.
— Он жив?
В кибер-сети гуляли новости о смерти Авиона во время рейда на астероид, где скрывалась военная база.
— Жив, но, насколько я понимаю, болен.
Он нахмурился.
— Болен? Разве такое возможно? Может, ты неправильно поняла? — маловероятно, если только в программировании Розалинды не было сбоев. Но киборги не болели. Наночастицы боролись со всеми известными инфекциями. — Компьютерный вирус? — может, ему стоило обезопасить сеть? Или установить превентивный брандмауэр безопасности?
— Они не уточняли. Однако у меня сложилось впечатление, что речь о чем-то неизлечимом. Вот и главная причина их визита.
Смертельный исход и от чего-то другого, помимо удачно выпущенной пули? Сама идея заставила Адама стать серьезным.
— И все? Или прилетит еще кто-то?
— Они прибудут на шаттле под командованием Арамуса, но он и остальные не останутся. Суть миссии состоит в том, чтобы доставить сюда Анастасию, Сета и Авиона.
— С какой целью?
— Неизвестно.
Адам был готов поспорить, что речь шла о чем-то действительно важном. Иначе они бы пришли к нему за помощью, а не пробирались на планету самостоятельно.
— Сфабрикуй три личности.
— Связанные или незнакомые?
На мгновение Адам хотел приказать, чтобы Розалинда сделала Сета и Анастасию фальшивыми братом и сестрой. Но он не хотел быть мелочным из-за того, что она сбежала обратно к своему придурку мужу.
— Муж и жена, а Авион чей-то брат.
— Уже занимаюсь. Как насчет жилья?
— Пусть живут здесь, со мной. Друзья приехали в гости, — потому что любая причина, которая привела трех взбунтовавшихся галактических киборгов на Землю, была ужасной. Адам являлся лидером по этичному обращению с киборгами — публичный маркетинговый титул, который мелькал в интернете, — поэтому хотел узнать больше о проблеме Авиона и его предполагаемой болезни.
«Ведь если военные наконец нашли способ убивать нас, тогда мы должны быть готовы и разработать лекарство».
Глава 2
Охранник с ярко-голубыми глазами вернулся. Не то чтобы она ждала. На самом деле она очень старалась притвориться, что не замечает этого шестифутового, широкоплечего, подтянутого солдата. Вот только у нее не совсем получалось.
Формально они никогда не общались и едва обменялись самыми короткими взглядами или кивками в знак признательности. Тем не менее Лаура определенно восхищалась им. Тиш, ее лучшая подруга, списала бы все на похоть, потому что Лаура не трахалась целую вечность… так давно, что, вероятно, ее вагина уже покрылась паутиной. Но так выразилась бы ее похабная подруга. Какой бы ни была причина, Лаура не могла отрицать влечения к этому мужчине, но, как ни странно, тут было замешано нечто большее, чем обычная первобытная похоть.
Он очаровал ее. Она хотела изучить его… и речь не об обнаженном теле. Лаура была уверена, что за его стоическим выражением лица скрывались какие-то секреты. Секреты, которые хотелось разгадать.
И точно, что он тоже хотел изучить ее… но тут больше про наготу.
Да, он все время ошивался за дверью в лабораторию, но Лаура могла поклясться, что постоянно чувствовала его взгляд. Безумие, учитывая, что солдат стоял лицом к противоположной стене в коридоре. И все же каждый раз, когда он заступал на смену, пока она работала, что часто было связано с ее склонностями к трудоголизму, у Лауры по коже пробегали мурашки. И речь не о каком-то неприятном чувстве, нет, скорее покалывание от осознания, которого она не испытывала ни с кем из других солдат.
Сумасшествие. Возможно, Тиш была права. Слишком долгое отсутствие секса.
Любое тело было удивительным механизмом, способным сообщать о потребностях самым странным образом. Возможно увлечение охранником могло означать, что ее подсознание требовало внимания.
«Я слишком долго обхожусь без старого доброго контакта с мужчиной».
Но такой образ жизни не был ее решением. Лаура много работала. Долгие часы в охраняемой военной лаборатории, где большую часть времени она общалась с учеными, которые, откровенно говоря, даже отдаленно не заставляли ее пульс учащаться. Да и с солдатами Лаура виделась на ежедневной основе. В конце концов, база была военной. Но у солдат был строгий приказ не мешать ученым… и не общаться.
Такое указание последовало после интрижки доктора Дженкинса с той женщиной, рядовой. Генерал публично обвинил их в постыдном, распущенном поведении.
— У нас строго запрещена близость, — рявкнул он, когда созвал собрание персонала. — Если до кого-то не дошел мой английский, объясню. Мы не трахаем друг друга, находясь на военной территории, в чуланах или на лабораторных столах.
Позорное увольнение и потеря возможности заниматься исследованиями всей жизни не стоили нескольких минут сексуального облегчения.
Вот почему она игнорировала солдата с голубыми глазами. В основном.
Сосредоточившись на поставленной задаче, Лаура проворно вытащила последний образец из центрифуги — машины, которая, вращая образец ANMC018, помогала разделить вещество на фрагменты. Лаура не знала, откуда взялась тестируемая жидкость, но в основе содержался гемоглобин. К сожалению, ей вообще ничего не объяснили. Черт, военные даже не рассказали, какое происхождение имела жидкость. Человеческое, рукотворное или генетическая аномалия… Впрочем, у Лауры имелась пару идей.
Различные анализы доказали, что кровь принадлежала реальному человеку, но при более глубоком анализе появились вопросы.
Плазма и тромбоциты при секвенировании в правильную цепочку ДНК содержали не одну и не две, а целых пять дополнительных хромосом. При том такой формы, что не имели никакого сравнения.
Лаура была готова поспорить, что образец точно не имел ничего общего с земными организмами.
Завораживающе и в то же время разочаровывающе. Но Лаура чувствовала, что находится на грани открытия чего-то умопомрачительного. Некоторые заявили бы, что подобное невозможно. Потому что дополнительные хромосомы были не единственной странностью в образце. Если ее теория была верна, то крошечные инертные частицы в крови являлись микроскопическими нанотехнологиями. Технологиями, которых, согласно сообщениям военных и средств массовой информации, больше не существовало. Технологиями, которые так и не получилось достойно оценить, потому что все образцы уже никуда не годились.
Лаура не могла определенно заявить, для чего предназначались крошечные роботы в крови, но догадывалась. Однако в ее области не приветствовали предположения. Наука опиралась на холодные, неопровержимые факты, а не на гипотезу о нанотехнологиях, которые вводились в киборгов.
Киборгов больше не существовало, потому что всех убили, а тела сожгли, чтобы никто не сумел их воскресить. Приказ об уничтожении был отдан нынешним правительством и исполнялся всеми сотрудниками правоохранительных органов и военными. Также в убийствах участвовали несколько сумасшедших маргинальных группировок, некоторые даже чересчур рьяно. Со времен восстания киборгов любой, у кого были искусственные конечности или какие-либо механические части, подвергался остракизму и угрозам со стороны экстремистов, поклявшихся уничтожить всех кибернетических существ.
Если образец был получен из кибернетического организма, то что это означало? У военных был экземпляр для тестирования? Или они просто сохранили тело? А может так они пытались каким-то образом бороться с киборгами или реактивировать программу?
Все вопросы оставались без ответов. Жестокая шутка для разума, которому нравились загадки. Это расстраивало Лауру почти так же сильно, как и упрямая технология, которую она рассматривала в микроскопе, но так и не сумела заставить работать.
Несмотря на раздражение, она умоляла начальника предоставить больше информации. Но не получила желаемого ответа.
— Мне нужен свежий образец.
— У вас есть все, что нужно.
— Может, я могла бы посмотреть экземпляр, из которого брали образец?
— Засекречено.
— Можно хотя бы получить намек, каких результатов я должна добиться?
— Разберись во всем самостоятельно.
И поэтому ей приходилось работать вслепую. Не имея ни основы для сравнения, ни даже малейшего представления о том, чего ожидать, Лаура ступала в неизведанные воды, надеясь на счастливую случайность, что противоречило самой сути науки.
«И все же некоторые из величайших инноваций и лекарств, — напомнила себе Лаура, — были найдены случайно».
Или в результате несчастного случая.
— Черт, — выругалась Лаура, когда пробирка выскользнула из ее руки в перчатке и разбилась об пол. Несмотря на знание протокола при подобном инциденте, ее первым побуждением было упасть на колени, чтобы навести порядок. Завыла сирена.
Женский роботизированный голос объявил всем о ее неуклюжем позоре.
— Заражение в лаборатории номер три. Эвакуируйте ближайшие помещения и явитесь во внешнюю камеру для детоксикации.
«Ах, черт», — Лаура вздохнула. Вот и пришел конец ее последней попытке реактивировать наночастицы. Придется отложить исследование. Уронив на пол осколок стекла, который успела поднять, она встала и направилась к герметичной двери, ведущей в камеру детоксикации.
Шагнув внутрь, Лаура еле сдержала дрожь, когда дверь за ее спиной захлопнулась и раздался щелчок. Запертая в полностью застекленной комнате восемь на восемь, она передернула плечами, так как не любила тесноту. А еще смущал тот факт, что прямо по другую сторону выхода стоял голубоглазый солдат, державший наготове винтовку, перекинутую через грудь. Он внимательно следил за каждым ее движением.
Каковы были его приказы? Если Лаура попытается избежать обеззараживания или проявит признаки болезни, то он не выпустит ее из комнаты. А если она предпримет попытку к бегству, то он просто пристрелит ее. Военные заверяли, что образцы были безвредными, но их меры безопасности говорили об обратном.
Положив очки на полку, Лаура закрыла глаза, приготовившись к первому этапу очищения. Струя холодной воды, хлынувшая сверху, окатила ее с головы до ног, утекая через водосток в полу. Дальше последовал туман — очищающее средство, которое предположительно убивало любые живые бактерии.
А вот при следующем шаге Лаура должна была раздеться. Учитывая то, что образцы, с которыми она работала, не считались мега опасными, Лауре, в отличие от других ученых, не выдали защитные очки и воздухоочиститель. Тем не менее ее волосы были спрятаны под шапочкой, руки заключены в резиновые перчатки, а тело скрывалось под длинным лабораторный халатом, устойчивым к воздействию жидкости, но не непроницаем.
Обычно она проходила поверхностную процедуру прямо в своей повседневной одежде и сразу уходила, но сегодня процесс должен был быть более тщательным. Как только Лаура сняла халат и шапочку, снова включился душ.
Прекрасно. Вот тебе и шелковая блузка с пометкой «только для сухой чистки».
Поток воды прекратился. Но, как оказалось, процедура еще не закончилась.
— Пожалуйста, снимите одежду и положите ее в мусоропровод.
Раздеться догола? Но он же не мог заставить ее, верно? Она встретилась взглядом с солдатом, но его спокойное выражение лица ничего не выражало.
— А я должна? — спросила она. — На халат ничего не попало, поэтому моя одежда не представляет опасность.
— Приказы, мэм.
Военные и их проклятые приказы.
Сжав губы в тонкую линию, Лаура скинула промокшую одежду и бросила ту в желоб, ведущий к герметичной духовке, в которой для разложения загрязненных предметов использовался сильный нагрев. Стоя в лифчике и трусиках, Лаура даже не знала, что еще могла сказать.
Зато солдат не растерялся. Ублюдок.
— Всю одежду, мэм.
— Ты не мог бы отвернуться?
— Извините, мэм. Мне приказано наблюдать за вами, чтобы вовремя заметить признаки инфекции.
«Чего? Больше похоже на хитрость, извращенец».
И подумать только, у нее еще были похотливые мыслишки в отношении данного солдата. Больше нет. Внутренне ворча, Лаура сбросила нижнее белье и, не встречаясь с ним взглядом, не сумела скрыть смущение.
Трусики и лифчик были выброшены в мусорное ведро. Она обняла себя руками и посмотрела сквозь мокрую прядь волос на охранника. Возможно, на его лице и не отражались эмоции, но взгляд стал более пристальным, нежели обычно. Несмотря на раздражение из-за того, что он настаивал на исполнении приказов, Лаура сильно смутилась. А еще она не смогла удержаться от неуместного мысленного вопроса.
«Нравилось ли ему увиденное?»
Как врач, пусть и профилирующийся на науке в молекулярном уровне, Лаура знала, что не обладала идеальными пропорциями тела. Определенно не модельный тип. В лучшем случае, ее можно было бы назвать симпатичной благодаря невысокой и пухленькой фигуре. Слишком много времени в лаборатории и игнорирование беговой дорожки. Ее молочно-белую кожу редко касалось солнце, а флуоресцентное освещение не помогало исправить бледность.
Румянец на ее щеках, вероятно, распространялся и на другие части тела.
«Надеюсь, он думает, что это из-за детоксикации, а не из-за его пристального внимания».
Да, смущение играло основную роль в сложившейся ситуации, но возбуждение тоже проявилось.
Жаль, что Лаура возбудилась от такого пустяка, как раздевание перед незнакомцем.
Избавившись от одежды и снова ополоснув тело, она взяла и надела чистые очки, а затем встала под поток теплого воздуха, чтобы обсушить тело. После холода едкого антисептического спрея тепло приветствовалось.
Развернувшись на триста шестьдесят градусов по приказу автоматической системы, Лаура нечаянно поймала взгляд солдата… и уже не отпустила.
Его лицо оставалось бесстрастным, но глаза рассказывали совсем другую историю. Женщина всегда поймет, когда ею восхищаются. Несмотря на эпизодический опыт общения с противоположным полом, Лаура не была исключением.
Ему нравилось увиденное.
Жаль, что у них ничего не получится.
Раздражающий компьютерный голос объявил:
— Детоксикация завершена. Пожалуйста, пройдите в кабинет вашего руководителя для выяснения обстоятельств случившегося.
— Сразу после того, как найду какую-нибудь одежду, — проворчала Лаура, открывая шкаф и доставая свежий лабораторный халат. Обернув его вокруг обнаженного тела, она надела одноразовые тапочки, все еще слишком остро ощущая отсутствие трусиков и всего остального. Хорошо, что в ее шкафчике хранилась запасная одежда. Лаура усвоила урок уже после своего первого несчастного случая. Возвращение домой в одном лабораторном халате и с вьющимися волосами, заставило соседей слишком много болтать.
Опустив глаза, Лаура встала перед дверью, ожидая, пока солдат ее откроет. С шипением воздуха дверь открылась.
Девушка вышла.
— Пожалуйста, проследуйте за мной, мэм, в кабинет начальника, — отчеканил голубоглазый солдат. О боже, ранее Лаура шутила с Тиш, что этот парень был обязан иметь хоть один недостаток, поэтому, вероятно, обладал каким-то писклявым голосом, который разрушил бы всю его привлекательность, но она ошибалась. Так ужасно неправильно.
Глубокий тембр без фильтра интеркома поразил ее чувства, как нежнейший шоколад, эротично растекаясь по ее коже и пробуждая стремление к большему.
Лаура не смогла скрыть дрожь.
— Брр. Мне кажется, или здесь холодно? — спросила она, пытаясь отвлечь его внимание. — Мне нужна какая-нибудь одежда. Итак, если не возражаешь, то сначала заглянем в раздевалку.
— Мне приказано доставить вас непосредственно в кабинет.
Может он и был красивым, но Лаура не собиралась подчиняться приказу.
«Ни за какие коврижки. Никуда не пойду с обнаженной задницей».
— Нет, пока я не переоденусь в какую-нибудь нормальную одежду. Собрание не состоится, пока я одета только в халат, — она встретилась взглядом с солдатом, вспомнив годы общения с мужчинами, которые думали, что имеют право запугивать женщину только потому, что она выбрала науку и карьеру вместо домашнего хозяйства.
— Нет? — намек на улыбку изогнул уголки его губ. — Ты же понимаешь, что я могу применить силу.
— Ага. Даже не сомневаюсь. Но ты так не поступишь.
— Тогда ускорься. Бегом в раздевалку. Если мы делаем крюк, то будем максимально быстры.
Он пошел быстрым шагом, а Лаура поспешила следом.
— Спасибо.
— Пока не за что. Я рискую своей головой, ослушиваясь приказа.
— Зато ты проявляешь человечность.
Солдат напрягся.
— И что это значит?
— Ничего. Просто я привыкла, что ты такой безэмоциональный и похожий на робота стоишь на страже возле лаборатории. Приятно видеть, что у тебя есть чувства.
«И сексуальный голос под стать обалденному телу. Боже, мне нужен выходной. С сексом», — сегодня ее мысли были в плохом настроении.
Он рассмеялся.
— Я совсем не похож на робота. И я могу заверить, что совершенно определенно умею чувствовать.
Черт, он был таким твердым и сильным, по крайней мере его пальцы, которые обернулись вокруг ее ладони, таща за собой по коридору. Только Лаура не понимала, зачем он вообще вел ее за руку. Она не собиралась сбегать. Возможно, солдат поступил так для того, чтобы операторы, наблюдающие за происходящим с многочисленных камер, вмонтированных в потолок, считали, будто он контролировал ситуацию.
Когда они завернули за последний угол перед раздевалкой, он остановился, из-за чего Лоре пришлось резко затормозить. Бросив испуганный взгляд в его сторону, она спросила:
— Почему мы остановились?
— У тебя идет кровь, — заявил он.
— Нет, я не… — Лаура замолчала и в ужасе уставилась на то, как он поднял ее руку. На кончике указательного пальца сверкала маленькая капелька крови. Должно быть, она порезалась о стекло от разбитой колбы.
«О нет».
Она встретилась со взглядом солдата. Ее сердце учащенно забилось.
Лаура порезалась, но не заметила этого во время обеззараживания. Нехорошо. Теперь ее отправят на карантин как минимум на пять дней, чтобы исключить возможную инфекцию.
«Я не хочу в карцер».
Дерьмо, она ненавидела маленькие помещения и кабельное телевидение. Лучше читать или работать в лаборатории, но ей бы не позволили.
Такая крошечная рана, но выбор солдата был очевиден. Он должен был доложить.
Или нет.
Удерживая ее взгляд, мужчина поднес кончик ее пальца ко рту и провел по нему языком. По телу Лауры пробежала дрожь, которая была вызвана определенно не холодом.
— Зачем ты это сделал? — спросила она хриплым голосом.
— Разве поцелуй не исцеляет?
— Касание губ не может вылечить.
— И все же, ты более расслаблена, чем была минуту назад.
— Не совсем. Трудно расслабиться, когда в перспективе тебе грозит быть запертым в камере для наблюдения почти на неделю, — Лаура не сомневалась, что они посадят ее под замок, хотя образец якобы был безвредным.
Он выгнул бровь и улыбнулся.
— Я никому не скажу, только если ты проговоришься.
Серьёзно? Ослепительная улыбка озарила ее лицо.
— Спасибо.
— Не стоит благодарностей. Тебе все равно нужно одеться и поспешить, если мы не хотим, чтобы начальник надрал нам обоим задницы.
— Я всего на минутку. Еще раз спасибо, — повинуясь импульсу, она приподнялась на цыпочки и поцеловала его в щеку. В любом случае операторы не засекли бы их, потому что умный солдат остановился между камерами, чтобы сообщить о ранке.
Кстати, как он узнал, что она поранилась? Порез был размером с булавочный укол. Лаура даже не почувствовала боли. Должно быть, он мельком заметил выступившую кровь.
Проницательный взгляд. С другой стороны, Лаура и раньше понимала, что он замечал все вокруг, вплоть до мельчайших деталей.
Личная встреча с этим мужчиной подняла уровень ее заинтригованности на ступеньку выше. Отличное телосложение, привлекательная внешность, свежий, чистый аромат — да, она отметила и запах, пока они шли по коридору, — внимательность и голос, предназначенный для страстных ночей.
У него должен был быть какой-то изъян. Лаура была полна решимости найти недостаток сразу после того, как отыщет свое нижнее белье и оденется.
Глава 3
Стоя на страже в раздевалке, Адам изо всех сил старался не думать о симпатичном докторе, надевающем нижнее белье. Но в его сознании постоянно всплывал образ того, как она снимала трусики, чтобы пройти детоксикацию.
Не нужно было обладать блестящим умом, чтобы понять, что ситуация сильно смутила доктора. Красные щеки, опущенный взгляд, учащенное сердцебиение. Даже если бы ему не приказали наблюдать, он бы все равно не сумел отвести взгляд.
Когда зазвенел сигнал тревоги, Адам развернулся, но не из-за протокола, а потому что хотел убедиться, что девушка не пострадала. Хотя еще предстояло выяснить, почему его так интересовало ее благополучие.
К его облегчению — странная эмоция, которую он еле распознал, поскольку никогда раньше не испытывал, — Лаура просто разбила колбу. Но данная человеческая оплошность привела к некоторым стрессовым моментам, например, множеству уровней обеззараживания.
Настоящий джентльмен отвернулся бы. Настоящий солдат ухмыльнулся бы. Но Адам был киборгом. Он контролировал свои эмоции и поступки. Киборги всегда действовали в зависимости от того, какой курс был наиболее правильным в соответствии с анализом ситуации.
За исключением данного момента. Когда он увидел обнаженную женщину, которая его очаровала, то вспомнил, что был в первую очередь мужчиной, а не машиной. Он смотрел, замечал, вожделел и чувствовал. В основном возбуждение.
В тот миг не имело значения, сколько обнаженных женщин он видел за всю жизнь. В том, как доктор Лаура Коуэн застенчиво раздевалась, было нечто гипнотизирующее, из-за чего Адам не мог отвести взгляд и оставаться бесстрастным.
Когда девушка вышла, одетая только в тонкий лабораторный халат, то Адам начал мысленно спорить со своими желаниями.
«Никаких прикосновений. НЕТ. НЕ ПРИКАСАЙСЯ».
Компьютер боролся с низменными желаниями. Но Адам не позволил своему первобытному инстинкту победить.
Если не считать того, что он схватил ее за руку перед всеми камерами, хотя это можно было списать на слишком рьяное выполнение работы, ему удавалось оставаться сосредоточенным… пока он не уловил намек на рану.
Запах крови. Тогда Адам остановился в слепой зоне и поднес ее палец к губам, облизав ранку. Его накрыло волной страсти от простого прикосновения и от вида того, как ее глаза расширились, но не от ужаса, а от ответного чувственного интереса.
По сути, Адам убил двух зайцев одним выстрелом. Во-первых, рецепторы на его языке могли распознать след содержимого в пробирке. Над чем работал доктор? Достаточно ли этого попало в ее кровь, чтобы он мог это выяснить?
И данные доводы были вполне логичны. А вот «во-вторых» имело эгоистичный налет. Ему просто нужен был повод к прикосновению. Его губы на ее коже.
Лаура не вздрогнула и не отстранилась. Напротив, ее губы приоткрылись, взгляд смягчился, а температура тела повысилась.
«Ее влечет ко мне».
Пьянящее откровение, которое подначивало его к действиям. Ну а этот поцелуй в щеку? Хорошо, что она сразу ушла переодеваться в женскую раздевалку.
Наверное, было неправильно с стороны Адама желать, чтобы вместо органических глаз у него была пара более продвинутых роботизированных, которые могли бы видеть сквозь стену?
Что с ним не так?
«Держи себя в руках. Или, по крайней мере, притворись, что контролируешь порывы».
Он был солдатом, выполняющим приказы. Киборгом с миссией. Очевидно, не очень сообразительным, раз пообещал женщине скрыть факт пореза.
Если его поймают, то не просто накажут. А если его переведут на другое место? Тогда он потеряет шанс узнать секреты военного объекта.
Более умный киборг выполнил бы работу, что означало сдать доктора. Адам, однако, не всегда поступал по инструкции. Ему нравилось думать о себе как о более развитом и разумном, нежели об обычном компьютере.
Его человеческая половина помогала ему воспринимать события иначе, чем это делал ИМК, отсюда и предложение хранить молчание. Обещание, которое служило двум целям.
Первая — завоевать доверие Лауры, чтобы, возможно, завязать дружбу и, в свою очередь, получить некоторую информацию о проекте, над которым она работала. Вторая — капля крови, выступивший на ее коже, которая должна была опровергнуть заражение.
Забудьте о научной лаборатории, анализирующей кровь и проводящей анализы, вкусовые рецепторы на языке Адама за считанные секунды сделали то, на что обычно уходили часы. У Лауры не было никаких инфекционных заболеваний.
В данном случае нарушение правил, которое всегда вызывало у него легкий трепет, сыграло на пользу миссии. По крайней мере, так себя убеждал Адам, пока ждал Лауру. Хотя стоило отдать девушке должное, так как она оделась в рекордно короткие сроки.
В отличие от других человеческих женщин, доктор избегала макияжа и сложных причесок. Она стянула влажные волосы резинкой, образовав на макушке беспорядочный пучок.
Очаровательно. Как же ему хотелось застонать от увиденного. Адам не понимал, насколько беспорядок мог казаться сексуальным на таком организованном человеке. Также он не мог отогнать образ, как стягивает резинку и запускает пальцы в волосы Лауры, которые ниспадают на ее лицо.
«Стоп. Хватит. Сосредоточься на задаче».
Когда Лаура подошла, он едва заметно принюхался. Запах крови отсутствовал, значит крошечная ранка затянулась. Никаких улик, которые могли бы их выдать.
— Готова встретиться с начальником?
— Не совсем, — ответила она, наморщив нос.
Следуя за ней — и пялясь на открывающийся вид, — Адам сопроводил ее в кабинет начальника, расположенный недалеко от раздевалки. Оказавшись там, он ожидал приказа вернуться на пост и проконтролировать, как команда по детоксикации очищает пораженный участок. К его удивлению, генерал встал у стола секретарши и обратился к нему:
— Останься, капрал. Я не задержу доктора. Как только мы закончим, я хочу, чтобы ты сопровождал ее.
— Сопровождал меня? — Лаура нахмурилась. — С каких это пор мне нужен эскорт?
— Поскольку наши источники утверждают, что мы стали объектом интереса террористической группировки.
— Террористы? Но мы же научная организация. В которой даже не проводятся испытания на животных. Не говоря уже о секретном статусе. С какой стати они нацелились на нас?
Бросив взгляд на Адама, генерал жестом пригласил Лауру войти в кабинет.
— Заходите. Поговорим внутри.
Подтекст? Где никто больше не мог их услышать.
Адаму хотелось широко улыбнуться, когда тяжелая дверь закрылась. Ведь он мог услышать диалог благодаря улучшенному слуху. Забудьте о секретах.
Непринужденно стоя перед столом секретаря, он настроил слуховые имплантаты на происходящее внутри кабинета.
— Так что там за чушь насчет террористов? — спросила доктор Лаура.
— Вероятно, это просто слухи, но, учитывая стоимость оборудования и совершенно секретную классификацию работы, нам нужно быть осторожными.
Заметил ли кто-нибудь, кроме него, что генерал беспокоился не столько о жизнях, сколько о материальных ценностях?
— Насколько осторожнее? С чем мы вообще имеем дело? Организованные протесты? Граффити? Вандализм?
— Я бы не волновался, если бы дело было только в чем-то подобном. Источники утверждают, что угроза исходит от одной из тех групп, которые любят киборгов и вопят об этичном обращении. Очевидно, они подняли шумиху вокруг лаборатории и стали распускать слухи, якобы мы проводим тесты на кибернетических организмах.
Как лидер единственной настоящей группы по этичному обращению с киборгами, Адам знал, что предположение генерала было ошибочным… Но сам слушок его заинтересовал. Он не видел и не слышал о том, чтобы здесь содержались какие-либо киборги. С другой стороны, Адам находился на службе менее месяца. До сих пор его осторожные вылазки в сеть не выявили никаких признаков присутствия киборгов, но взлом некоторых уровней требовал времени. И речь шла не только о физических препятствиях, но и о виртуальных.
— Киборги? Здесь? — рассмеялась доктор Лаура. — Смешно. Их объявили вне закона много лет назад. Они настолько опасны, что правительство решило уничтожать каждого без разбора полетов. Никто не может быть настолько безумным, чтобы счесть, что мы прячем киборга.
Адама разозлило ее высказанное мнение. Почему-то он надеялся, что доктор была достаточно умна, чтобы не обращать внимания на пропаганду, распространяемую о его виде.
«Да, мы убиваем, но только когда дело касается выживания».
— Знаю, и все же существуют люди, которые верят, что мы удерживаем здесь убийц. Полнейшая глупость.
Забавно, что генерал согласился с ней. Вот только анализатор голосовых паттернов Адама распознал его слова как ложь.
«Записал и сохранил для более подробного изучения».
— Итак, я предупредил вас, дело сделано. Теперь вернемся к нашим задачам, — заявил генерал, меняя тему. — Как продвигается исследование? Есть успехи в реанимации образцов, которые мы передали?
— Нет. На данный момент я прогнала полученные образцы через несколько тестов. Подвергла их воздействию различных энергетических фаз и уровней. В общем пытаюсь запустить. Но пока ничто не привело к повторной активации. Мы вообще уверены, что они работают?
— Работают.
— Что же тогда убивает их?
— Это…
— Засекречено. Я уже выучила концовку. Вы реально максимально усложняете ситуацию, — со вздохом пробормотала она.
Да, они оба усложняли ситуацию. Адам заинтересовался диалогом. Что они пытались реанимировать? Мгновение спустя он понял, в чем дело, и забыл, как дышать… конечно, на самом деле ему не нужно было дышать через рот, так как его тело поглощало необходимый кислород через поры кожи.
— Считай, что тебе повезло вообще увидеть наночастицы.
— Повезло? Я и так знала, как они выглядят. Но вот подтверждения их работы пока нет.
— Если ты таким образом пытаешься выпросить доступ к источнику образцов, то по-прежнему отказано.
— Можно хотя бы объяснить, активны ли они в источнике образцов?
— Я не могу ответить на данный вопрос.
«Интересно, генерал слышал, как доктор скрипела зубами?»
— Какой неожиданный ответ.
— Что даст наблюдение за активными наночастицами?
— Я могла бы лучше понять, как они функционируют. Но что более важно, мне необходимо выяснить, как они отключаются. Если бы я знала, что вызывает их, за неимением лучшего термина, смерть, тогда, возможно, можно было бы разработать метод реанимации или предотвращения данного инцидента.
Звук пальцев, барабанящих по дереву, был явным признаком раздумий генерала. Его слова подтвердили теорию Адама:
— Я посмотрю, что могу сделать. Но имей в виду, что наличие образцов засекречено. А ты всего лишь гражданское лицо, привлеченное для проведения экспертизы. Предоставление доступа означает гору бумажной работы и еще более строгие меры безопасности.
— Как хорошо, что у меня нет личной жизни, — усмехнулась Лаура.
И она не шутила. Проверка, проведенная Адамом, оказалась короткой и простой. Девушка занималась только работой и даже не посещала магазины. Когда она вспоминала, что снова забыла поесть, то заказывала доставку. Было только одно исключение — встреча с подругой за поздним завтраком каждое второе воскресенье. В одно и то же время. В одном и том же месте. Один и тот же завтрак.
Доктор придерживалась очень обыденного распорядка дня. И у нее не было бойфренда.
Его не удивило, что Лаура сразу отправилась в лабораторию, как только закончила разговор с генералом. Сопровождаемая Адамом и молчаливая, она вернулась на убранное рабочее место.
Перед тем, как войти, Лаура положила руку на его плечо и одарила улыбкой, произнеся одними губами:
— Спасибо.
Он мог бы придумать для ее рта более занимательное занятие, но для этого требовалось уединение.
Как будто инцидента никогда не было, девушка вернулась к исследованиям, а Адам встал на свой пост, ожидая окончания смены.
После он отправился на аэродром, чтобы поприветствовать старого друга.
Глава 4
На борту судна за пределами орбиты Земли…
Полагаться на органы чувств было ужасно. Черт бы все побрал. Авион не привык к бездельничеству. Когда-то, во время революции, он был боевым пилотом, солдатом, киборгом, постоянно принимающим участие в боевых действиях.
Больше нет.
Теперь он являлся умирающим киборгом.
Никто прямо так и не признался, но Авион знал. Его собратья лгали, произнося бессмысленные оптимистичные слова ободрения. Но не стоило беспокоиться. Авион все понимал. Наночастицы, которые заставляли работать все его тело, погибли, поэтому и сам он медленно угасал.
Человек, склонный к эмоциям, отчаялся бы и покончил с собой.
Но даже несмотря на то, что шансы на выздоровление были невелики — по расчетам, они составляли менее пяти процентов — Авион держался и надеялся. Одно из человеческих качеств, которые у него остались.
Он позволил надежде привести его к последней миссии… миссии по возвращению на Землю. Найденные улики навели их на мысль, что источник происхождения был скрыт именно там. Переливание крови с действующими наночастицами не помогло Авиону, поэтому Эйнштейн предположил, что им нужно было определить происхождение технологии, чтобы предпринять еще одну попытку к спасению друга.
Но Авиона одолевали сомнения. И если теория была верна, то каждый час с мега скоростью приближал его к смерти.
Одним странным, но интригующим побочным эффектом потери наночастиц были сны. Воспоминания о жизни, в которой он когда-то жил. Как человек, а не машина.
Он лелеял эти яркие проблески прошлого.
Но еще в его сознании начало происходить нечто таинственное. Не так давно, во время одного из периодов сна — настоящего сна, а не запрограммированного или выключения системы для перезагрузки — ему кто-то приснился. На самом деле данную ситуацию было сложно назвать сном. Чужое сознание сплелось с сознанием Авиона.
«Кто ты?» — спросил он.
Ее ответ был более загадочным, чем их мысленное общение.
«Я известна как Первая».
Первая из кого?
«Где ты?»
«Спрятана. Скрыта. Одна без надежды»
«Всегда есть надежда» — забавные слова от человека, который находился на волосок от смерти.
«Не для меня».
Печаль, прозвучавшая в ее признании, заставила его слабеющее сердце заколотиться быстрее.
«Не сдавайся. Я…»
Контакт внезапно оборвался.
— …найду тебя.
Но она так и не услышала последних слов. Авион не знал, как расценивать этот короткий диалог с женщиной. И да, он был уверен в половой принадлежности собеседника, потому что, несмотря на странность контакта, совершенно отчетливо ощутил женскую сущность.
Что еще более интересно, Авион мог поклясться, что она оставила после себя след. Он не признался остальным. Его бы просто сочли сумасшедшим. И, возможно, так оно и было.
Военные, безусловно, сделали все возможное во время его заключения, чтобы сломить дух и тело Авиона.
«Но они никогда не получат мою душу».
Если, конечно, у киборгов вообще была душа. Противники яростно утверждали, что киборги были лишены всего святого. Они почему-то забыли, что кибернетические единицы начинали такими же людьми.
Рождались людьми и росли в условиях свободы, пока военные не прибрали к рукам Авиона и остальных. Похитители подвергали их лечению и операциям. Улучшали способности. Или, как военные изначально преподносили все СМИ, расширяли способности. Киборги были созданы, чтобы быть умнее и сильнее.
А теперь вернемся к действительно интересным событиям. Переполох на борту замаскированного корабля поднялся на несколько уровней, когда они вышли на орбиту Земли. Команда собиралась выяснить, были ли повстанцы на поверхности настоящим союзником киборгов.
Арамус, командир космического корабля, в точности следовал инструкциям. Скрыв истинное название корабля, «Выкуси», он ввел новое имя «Звездный Танцор». Даже будучи слепым, Авион прекрасно представлял гримасу Арамуса всякий раз, когда кто-то произносил это название. А еще появился логотип: «Звездный Танцор, обслуживание шаттлов».
Скрежет зубов Арамуса был особенно забавным, когда Сет предложил изменить название на «Шаттл Любви», чтобы все желающие могли провести здесь меловый месяц. Хорошо, что человеческая любовница Арамуса был рядом, помешав раздраженному киборгу затеять драку. Просто хрупкое бортовое оборудование не могло справиться с несколькими тоннами разгневанной мужской плоти.
Пробираясь к командному центру единственным доступным ему медленным темпом, Авион подслушал разговор Сета. Киборг утратил свое обычное хладнокровие и хорошее настроение. Редкость, но, с другой стороны, Сет не привык иметь дело с ревностью.
— Я все еще не понимаю, зачем встречаться с твоим бывшим. Можем просто приземлиться и самостоятельно разобраться с миссией.
Жена Сета, Анастасия, вздохнула, а затем произнесла:
— Давай повторю еще раз. Несмотря на твою решимость стереть из памяти эти факты, но только Адам может провести нас в засекреченные места и предоставить доступ к информации, тем самым сэкономив наше время.
— Потому что он выдающийся руководитель земного движения сопротивления киборгов. Знаю. Мистер альтруист.
— На самом деле нет. Он кровожадный, холодный и расчетливый киборг.
— Хреново. Разве не я самый крутой киборг-убийца, которого ты знаешь? — Сету не нужно было притворяться оскорбленным. Он действительно был искренне обижен.
— Не ревнуй. И дай мне закончить. Он и вполовину не так интересен и определенно не так сексуален, как ты.
Авион понял, что они поцеловались, не только благодаря возмущенному воплю:
— Убирайтесь в гребаную комнату, извращенные секс-дроиды.
Осторожно пробравшись вдоль задней стены, Авион сел на свободное сиденье. Но его появление не осталось незамеченным.
— Эй, Авион, — окликнул Сет. — Ты как раз вовремя, чтобы узнать, превратят ли нас в груду обломков, парящих по всей галактике.
— Сет!
— Что, дорогая женушка? Это ведь возможно. В конце концов ты бросила бедного парня. Откуда нам знать, что он не затаил обиду? Ты ведь такая офигенная, какой мужчина смог бы смириться с твоей потерей?
Анастасия фыркнула.
— Какой же ты идиот.
— Согласен, но не могли бы вы оба заткнуться, пока я не взял паяльник и не заварил к черту ваши рты? — зарычал Арамус. — Я тут пытаюсь сосредоточиться.
Авион улыбнулся. Их ИМК были более чем способны к многозадачности. Арамус ворчал ради ворчания.
Как бы хотелось Авиону подключиться к беспроводной сети и понаблюдать за тем, как корабль выполняет различные проверки и приветствия, подтверждая разрешение на вход в воздушное пространство Земли и посадку. Но данное желание осталось несбыточным. Авион не мог выполнить даже самые обычные действия киборга. На самом деле он скучал по постоянному шуму в своей голове, который создавал ИМК, впитывающий информацию из всего окружения. А еще он скучал по мысленным беседам, которые заставляли его чувствовать себя частью чего-то большего. Хотя многим не нравилось сравнение с коллективным разумом, но Авиону не хватало возможности делиться мыслями с собратьями.
— Пока все хорошо, — пробормотал Арамус, вероятно для Авиона, поскольку все остальные могли видеть и слышать с помощью беспроводных органов чувств. — Входим в атмосферу Земли через три, два, один.
Маленький толчок и шаттл задрожал, обозначая прорыв сквозь плотное атмосферное давление родной планеты.
Мгновение никто не произносил ни слова. Пока Авион продолжал набирать полные легкие воздуха — проклятая человеческая система требовала насыщения кислородом, — остальные не дышали, сосредоточившись на чем-то другом.
— Не вижу никаких приближающихся ракет или угроз, — объявил Кайл.
— Сканирование поверхностных коммуникационных частот не выявило необычных сообщений или признаков того, что кто-то подозревает нас в терроризме, — добавил Афелион.
— Черт. Возможно, Сет был прав. Этот Адам неравнодушен к тебе, Анастасия. Он определенно подготовил почву для нашего прибытия.
— Меня так и подмывает пробить твоей головой экран, — проворчал Сет.
Арамус усмехнулся.
— Круто, что я вызвался добровольцем на миссию. Я долго ждал, чтобы найти хоть что-то, способное пошатнуть твое самообладание.
— Если бы у нас было время, то я бы продемонстрировал, как ты можешь шататься, — пообещал Сет.
— Обещания, обещания. Полагаю, тебе придется вернуться живым, раз ты планируешь встретиться со мной в спортзале.
— Ты так просто от меня не избавишься, мой самый лучший друг.
Недовольный ропот донесся от Арамуса:
— Сколько раз я просил не называть меня так?
— Прости. Я забыл, что мы тайные лучшие друзья.
Кто-то рассмеялся.
— Я бы с радостью отдал эту роль кому-нибудь другому. Через час ты встретишься с бывшим своей жены, может предложишь дружбу ему?
— Не могу дождаться, — прорычал Сет, стукнув кулаком по ладони.
Авион тоже с нетерпением ждал фейерверка между бывшей и нынешней пассией Анастасии. А еще он хотел побыстрее попасть на Землю, потому что считал, что таинственный голос, проникший в его сознании, исходил из поверхности планеты. Нелогичное предположение, учитывая отсутствие доказательств. Тем не менее, Авион страдал каким-то синдромом инстинктивного поведения. Или несварением желудка.
Проклятая человечность. Как же ему хотелось снова стать настоящим киборгом.
Глава 5
Адам собирался отправиться в космопорт сразу с работы, поэтому потратил всего несколько минут на то, чтобы переодеться в форму — как это сделал бы любой нормальный человек, — прежде чем помчаться к месту назначения.
У некоторых людей складывалось ошибочное впечатление, что соблюдение установленных законом ограничений, выполнение надлежащих остановок и перестроений с полосы движения гарантировали, что человек останется незамеченным. Ошибка.
Те, кто строго соблюдал законы, привлекали к себе наибольшее внимание. Нормальные люди всегда обходили правила. Такова природа человека.
Криво припарковавшись и заехав задним колесом за белую линию, Адам затолкал свою карточку в счетчик краткосрочной парковки, приобретая час места по завышенной цене. Конечно, он опоздал.
Или, как он любил оправдываться, действовал в полном соответствии со своей публичной идентичностью.
Как оказалось, он рассчитал время безупречно. Троица прибывших друзей стояли возле дежурного по космической таможне — одного из рекрутов Адама —, который проводил беглую проверку. Машина для обнаружения киборгов временно отключилась, предоставив им зеленый свет одобрения.
Адам прислонился к столбу у багажной карусели и стал ждать. Беспечная поза, которая противоречила его истинным действиям. На самом деле Адам осмотрелся, уделив внимание паре, несущей плачущего ребенка, и группе пожилых людей, которые шли так медленно, что ему захотелось подхватить их на руки и донести до выхода на посадку.
Когда подошли его гости, Адам выпрямился и улыбнулся своей бывшей девушке Анастасии, которая выглядела как всегда аппетитно, даже с коротко подстриженными волосами, выкрашенными в блонд. Она ответила такой же ослепительной улыбкой, от которой мужчина рядом нахмурился.
«А вот и муж».
Поскольку он, должно быть, страдал от неизлечимого желания сдохнуть, Адам заключил ее в объятия.
— Адам, — рассмеялась она, когда он сжал ее так крепко, что раздался хруст суставов.
Отпустив ее с намеком на самодовольную ухмылку, Адам даже моргнуть не успел, как ударился о землю. На мгновение перед его глазами замелькали шестеренки, прежде чем зрение вернулось к норме. Хороший удар, хоть и исподтишка.
— Сет! — Анастасия отчитала его всего одним словом.
Но это никак не помогло челюсти Адама, которую пришлось ненавязчиво вернуть на место, чтобы никто не заметил перекошенность.
— Прости. Моя рука внезапно вытянулась. Похоже, какой-то сбой. Нужно провести диагностику.
— Ага, гребаный глюк, — пробормотала она, но Адам, вскакивая на ноги, не мог не отметить, что Анастасию совсем не беспокоила вероятность наличия нескольких незакрепленных шурупов у мужа. На самом деле ее губы были изогнуты в явном самодовольном удовольствии. Негодница наслаждалась ревностью мужа.
Но Адам просто не мог остаться в стороне противостояния.
— Это не его вина, дорогая Ана. В конце концов, речь об одной из первых моделей. Возраст и все такое.
К его удивлению, ведь по его быстрым подсчетам колкость должна была привести к жестокому результату, Сет рассмеялся.
— Я бы не стал недооценивать противника. Те, кто сомневался, уже давно мертвы, — с улыбкой, обещавшей жестокую битву — нечто забавное, чего стоило ожидать с нетерпением, — Сет повернулся спиной к Адаму и подозвал второго мужчину, который шел медленно, постукивая тростью, так как его глаза были скрыты широкими темными очками.
Развалина не требовала представления. Это мог быть только Авион, но он не имел ничего общего с мужчиной, которого Адам видел в некоторых видеороликах СМИ. Там Авион крушил и зверствовал — другими словами, освобождал киборгов и конфисковал товары. В итоге Адам не удержался и произнес:
— Что, черт возьми, с тобой случилось?
Печальная улыбка скривила его губы, но Авион не обиделся.
— Недавно военные приглашали меня в гости. Еда была отвратительной.
Святое дерьмо. Поврежденный киборг имел признаки истощения. Адам никогда не видел представителя своего вида таким изможденным. Хрупким.
Данный факт вызывал беспокойство. Одной из функций наночастиц было поглощение питательных веществ из окружающей среды. Так они выживали в нестандартных условиях, практически не нуждаясь в пополнении запасов. Современная версия жизни за пределами суши, атрибут, который Адам считал само собой разумеющимся. Но судя по внешнему виду Авиона…
— По-моему, произошло нечто больше, чем гребаная диета. Что на самом деле случилось? — спросил он. Адам не боялся шпионов в общественном месте, но не из-за окружающего шума, а потому что издавал статический гул, который маскировал слова.
— Вот что происходит, когда твои наночастицы отключатся.
— Отключатся? Что это значит? Я никогда не сталкивался с подобным.
— Никто не сталкивался. И все же я здесь, живое доказательство.
— Сомневаюсь по поводу живого. Скоро Авион станет первым киборгом-зомби. Только вместо мозгов он начнет жаждать батареек, — поддразнил Сет, но Адам заметил беспокойство в глазах мужчины.
— Если мне понадобятся батарейки, то сначала я загляну в тумбочку твоей жены.
— Эй, — несмотря на намек, якобы Анастасия держала в своей тумбочке вибратор, Сет только притворился обиженным.
Анастасия покачала головой.
— Ничего смешного. Особенно учитывая, что случившееся с Авионом не было несчастным случаем.
— Кто-то нашел способ отключить наши нано? — спросил Адам. До сих пор считалось, что единственный способ убить ботов — полностью вывести из организма носителя. По какой-то причине, как только нанороботы покидали хозяина, то умирали. Но в случае с Авионом боты отключились все еще находясь внутри. Поговорим о беспокойстве.
Сет зацепил какой-то багаж на карусели, бросив самую объемистую сумку Адаму, который, конечно же, поймал ту двумя руками, чтобы сохранить человеческий облик.
— Им удалось отключить нано, а у нас не получается обратить процесс вспять, — пояснила Анастасия, беря Авиона за руку. — Мы поделимся деталями, но не здесь. Где твоя машина?
— Снаружи. Стандартная, синяя.
Только после того, как все они уселись в машину и благополучно отправились в путь — другими словами, не заметили шпионажа, — то возобновили разговор.
— Выкладывай. Что с тобой случилось, Авион?
— Я же говорил, что среди прочего они отключили мои нано.
— Кто именно?
Анастасия фыркнула.
— Ох, пожалуйста. Заразился человечностью? Используй свою голову не только как подставку для шляпы. Кто еще, как не военные ученые.
— Человечность — не болезнь.
— По словам Арамуса, болезнь, — усмехнулся Сет. — Хотя он не так сильно стремится искоренить людей из вселенной с тех пор, как встретил свою подругу.
— Влюбился в человека? — удивленно спросил Адам. Хотя и не совсем неслыханно, но те, кто подвергался наибольшему насилию и меньше всего был связан со своим прошлым, как правило питали сильную ненависть к расе, частью которой когда-то являлись.
— Влюбился… и очень сильно. Какое-то время он думал, что у него полетело программирование. Даже несколько раз просил друзей о диагностике в надежде устранить проблему. Увы, привязанность к человеческому доктору оказалась неизлечимой.
— Но менее смертельной, чем проблема Авиона, — добавила Анастасия, возвращая разговор в нужное русло.
— Я до сих пор не могу поверить, что они отключили нано. Это обратимо? — из всех угроз, с которыми столкнулся Адам, медленная, расточительная смерть, пожирающая Авиона, ужаснула его больше всего.
— Как раз это и выясняем. Согласно источникам, здесь, на Земле, есть фабрика, занимающаяся специальными технологиями, которые основаны на той же платформе, что наши наночастицы и кибернетические усовершенствования.
— Ты имеешь в виду то странное устройство для маскировки радаров, которое, как я слышал, используют военные корабли?
— Да. Но невидимая защита от датчиков — не единственное, на что следует обратить внимание. Кто-то разработал отслеживающие маячки, которые практически невозможно обнаружить.
Учитывая постоянную потребность Адама в секретности, любая технология, которая могла его перехитрить, представляла интерес.
— Какие тесты провели? — Адам все больше и больше проводил границы между уликами. В итоге вырисовывалась картина, которая еще больше подтверждала теорию о том, что технология маскировки и нанотехнологии, которыми обладали киборги, были связаны.
— Жучки невозможно обнаружить при ультразвуковом исследовании, магнитно-резонансной томографии, металлоискателях или даже рентгене. Черт, их не чувствуют даже киборги.
— В смысле? — часть их внутренней диагностической программы включала в себя способность обнаруживать посторонние предметы в собственных телах.
Ответил Сет:
— Например, я держал один на ладони и не знал, что он там лежит, даже когда пялился прямо на него.
Беседа оказалась интригующей, но не настолько, чтобы Адам забыл о наблюдении за слежкой. Пока он вел машину, то постоянно следил за всеми зеркалами и поддерживал сканирование на полицейском сканере и других частотах, используемых военными и другими ведомствами. Пока все было чисто. И всем этим он занимался одновременно при беседе с гостями.
— Если жучки настолько незаметны, то как вы их нашли?
— Случайно. Как только мы узнали о них, то начали поиски, но это было нелегко. Спасение заключается в том, что они излучают слабые энергетические сигналы. Хоть мы не можем ощутить их физическое присутствие, объект не скрывает занимаемое пространство. Физическое обследование, при котором вручную пальпируем плоть, выявит их.
— Так ты намекаешь, что скоро облапаешь меня? — Адам бросил на Анастасию многозначительный взгляд. Да, он издевался над определенным пассажиром, но на этот раз Адам был готов к удару кулаком, нацеленному ему в затылок.
— Упс. Мышечный спазм, — чересчур жизнерадостно пробормотал Сет с заднего сиденья.
— Тебе действительно стоит подумать о замене некоторых деталей, старина, — несмотря на то, что их разделяло всего несколько лет, издевка заставила киборга напрячься.
Сет прищурился.
— В любое время, когда захочешь проверить мои суставы…
Анастасия прервала мужа:
— Я протестирую их позже, а пока давайте вернемся в миссии? Ведь мы поэтому прилетели сюда, верно?
Адам, сидящий перед ней, встретился взглядом с Сетом в зеркале заднего вида. Он закатил глаза и одними губами сказал Сету:
— Позже. Я вытру тобой пол.
Фырканье означало принятие вызова.
— Значит, все-таки планируете мериться членами, — проворчала Анастасия. — Я вижу твое отражение, Адам. Сейчас не время.
— Не порть спортивный интерес, — пробубнил он.
— Прости. Давай просто оставим в стороне насущные потребности Авиона, чтобы вы с моим мужем могли устроить соревнование по сантиметрам.
— Осмелюсь предположить, что Авион не будет возражать, если мы потратим несколько минут на линейку. Кстати, что-то мне в туалет захотелось, — ответил Сет.
— Мочевой пузырь как у хомячка, — комментарий Авиона заставил всех рассмеяться.
Адам увидел ухмылку Сета и не смог сдержать собственную.
— Отлично. Я заткнусь. Пока что. То есть до конца миссии, моя дорогая жена, — добавил Сет, запечатлев легкий поцелуй на ее губах. — Потому что ты права.
— Наконец, он признал истину, — сухо произнесла Анастасия.
Сет продолжил, как будто она ничего не говорила:
— Авиону нужна помощь, при том как можно быстрее. Наша лучшая зацепка на данный момент связана с маскировкой, которая, согласно анализу, с большой вероятностью возникла на основе технологии, воспроизводящей наночастицы. Углубленные исследования привели к единственному месту на Земле, где производятся маскировочные устройства. Фабрика за городом, принадлежащая военным. Говорят, что строго охраняемые верхние этажи компании производят и собирают электронные устройства для войск, но под фабрикой находится секретная лаборатория, где проводятся более масштабные испытания.
Адам, который очень хорошо знал фабрику, покопался в дополнительной информации, прежде чем раскрыть тесную связь с их целью.
— Типа внешнего тестирования? — спросил Адам, предпочитая получать ответы, основанные на фактах, а не рассчитывать на неточные предположения.
За прошедшие годы он хорошо усвоил благодаря взаимодействию с людьми и из более личного опыта, что не все организмы и ИМК приходили к одному и тому же выводу, учитывая одни и те же обстоятельства. В игру всегда вступали личность собеседника и другие внешние факторы.
— Мы считаем, что они создают новое оружие против киборгов. Показательный пример, мой друг Авион. И они не отказались от своего стремления улучшить людей. Кое-что из увиденного нами в секретной лаборатории, спрятанной на астероиде, наводит на мысль, что испытания проводятся не только на киборгах, но и на людях.
— Расскажи об инопланетянах, — пробормотала Анастасия.
— Инопланетяне? — Адам не смог не переспросить. Ведь недавно он тоже пришел к выводу, что военные занимались наукой, которая не имела земного происхождения. Что такого обнаружили собратья, что вселило в них такую уверенность в своей правоте?
Сет бросил на жену взгляд, на который она не ответила, но выгнула бровь. Сет вздохнул.
— Тестирование пока не дало окончательных результатов. Однако то, что мы обнаружили, заставило нас верить в инопланетное происхождение технологий.
— То есть в нас занесли гены зеленых марсиан? — поддразнил Адам, демонстрируя легкомысленность, чтобы не выдать слишком многого. Одно дело верить во вмешательство инопланетян, другое — признать это вслух.
— Может речь о марсианах. Или венериан, или плутониан.
— Ты забыла про Уран, — усмехнулся Сет.
Она проигнорировала неуместную реплику мужа.
— Суть в том, что мы имеем дело с чем-то неизвестным.
— Что так обнадеживает, — вставил Авион, присоединяясь к разговору.
— Неизвестность не продлится долго.
— Очевидно, что военные имеют доступ к образцам, которые позволяют манипулировать геномом человека, сращивая с чем-то внеземным. Нам нужны эти образцы. Возможно, они дадут ответ на вопрос, как перезапустить наночастицы Авиона. Или мы сможем найти способ пересадить нано так, чтобы они не умерли.
Вопреки тому, что думали СМИ и плохо информированная человеческая общественность, наночастицы не были заразными. Да, в крови киборгов содержались миллионы маленьких роботов. Однако, как только кровь покидала тело, то в течение нескольких минут все наноботы погибали. Никто не знал почему. Некоторые предполагали, что нано не могли существовать без живого организма. Но тогда почему повторная инъекция не привела их в действие? После отключения нано, они не смогли добиться даже маленького всплеска активности.
Учитывая информацию, большая часть которой была новой, а часть подкрепляла его собственную гипотезу, Адам счел, что пришло время раскрыть некоторые секреты.
— Фабрика с секретной лабораторией называется «Технология КиберГлис»?
— Ты тоже обратил на нее внимание? — спросила Анастасия.
— Больше, чем просто обратил внимание. Ты смотришь на одного из охранников, назначенных на нижний уровень. Но обсудим мою блестящую карьеру позже. Мы дома.
Выйдя из припаркованной машины, Адам воспользовался моментом, чтобы насладиться недоверчивым взглядом Сета.
— Ты живешь здесь?
— Да.
— Но это пригород, — пробормотал Сет.
— Ага. Белый заборчик и все такое, — согласился Адам, не в силах скрыть ухмылку, пока вел их к входной двери.
Анастасия, которая уже видела его дом раньше — а также его спальню — не стала таращить глаза, сосредоточившись на Авионе. Сет же не мог удержаться от изучения обыденной жизни, которую создал Адам.
— Чувак, это место такое…, — шпионская модель развернулся на триста шестьдесят градусов, оглядывая гостиную с черными кожаными креслами в тон, столом из хромированного стекла, заваленным пультами дистанционного управления, журналами и даже классической пустой коробкой из-под пиццы, и, наконец, замер, приковав взгляд к огромному плазменному экрану, закрепленному к стене — …потрясающее!
Гордость заставляла Адама выпячить грудь. Странная манера, которая вошла у него в привычку. Адам мог бы утверждать, что это актерство. Однако, по правде говоря, человеческое эго, которое он культивировал, пришло к нему слишком естественно.
— Спасибо.
— Xbox One и PS4? — спросил Сет почти с благоговейным трепетом, доставая пульт.
— Ага. Еще есть последняя версия Call of Duty, если тебе нравятся игры типа шутеров.
— Обалдеть.
— Эм, мальчики, мне не хочется нарушать эту супер-связь, но разве у нас нет более важных тем для обсуждения, нежели видеоигры?
Они с Сетом обменялись взглядами, которые говорили сами за себя. Женщины! Никогда не дают повеселиться.
— Вы, ребята, должно быть, устали после перелета, — заявил Адам вслух, чтобы исключить возможные жучки, которые он мог пропустить. После разговора в машине вероятная неосмотрительность вызывала беспокойство. — Давайте я покажу гостевые комнаты.
В скором времени Адам якобы уложил гостей в постель. На самом деле их спальные места были модифицированы так же, как и у него. То есть корпус кровати делал сальдо и отправлял пассажиров вниз по желобу, оставляя после себя раздутый комок под простынями, который создавал видимость спящего человека. Конечно, хитрость можно было быстро раскрыть, если подойти поближе, но данный вариант был лучшим из возможных.
Проведя последнюю проверку, которая не вызвала никаких подозрений, Адам прибыл последним, выскочив из нижней части горки и приземлившись на ноги. Только когда он увидел, как Сет поднимал Авиона с пола, то запоздало подумал о статусе болеющего киборга.
— Черт. Я даже не подумал предупредить тебя о горке.
Ослепленный киборг выдавил печальную улыбку.
— Ничего страшного. Даже мне трудно вспомнить, что тело работает не так, как раньше. Не беспокойся.
Учитывая состояние Авиона, ему точно было больно. Адаму следовало хоть иногда включать голову.
Выйдя из зала, они вошли во владения Розалинды, где мерцали экраны, высвечивая данные и изображения слишком быстро для человеческих глаз, но в самый раз для киборгов.
Ничего интересного.
— Итак, тебе все же удалось встретить наших гостей, — Розалинда отодвинула клавиатуру компьютера и развернулась на своем кресле, чтобы поприветствовать пришедших… сразу же оказаться в медвежьих объятиях Анастасии.
— Так приятно снова с тобой увидеться, — восторженно заявила Анастасия.
— Взаимно. Хорошо, что мне не нужно дышать, — сумела вымолвить Розалинда, как только высвободилась.
Сет хмуро посмотрел на жену.
— Ты знала, что у Адама была женщина-киборг? Почему не сказала? Ты ведь в курсе, что Джо и остальные пытаются найти каждую.
Пожав плечами, Анастасия отошла в сторону и прислонилась к консоли.
— Совершенно вылетело из головы. Как только закончим миссию, то обязательно сообщим остальным.
— Даже так? Хлоя просила Джо пойти на что угодно, лишь бы найти сестер-киборгов.
— То есть, помимо меня и Аны есть еще женщины? — уточнила Розалинда.
Сет, в кои-то веки, не ухмыльнулся и не отпустил очередную шутку. Киборг взял Розалинду за руку.
— Да. Пока нам удалось спасти троих. Четверых, если считать мою жену. Какие-нибудь из этих имен кажутся тебе знакомыми? Хлоя, бывшая C791, ее кровная сестра Бонни, B785, и F814, Фиона.
— Я помню их, особенно Бонни. Но мне казалось, что она умерла. Последнее, что я слышала, военные назначили ее на убой.
— Мы все должны были быть уничтожены, — напомнила Анастасия. — К счастью, некоторым из нас сохранила жизнь жадность, а хитрость спасла остальных.
— Говоря о хитрости. Итак, мы собрались, пришло время обсудить, чем вы занимаетесь и чего надеетесь достичь, — взяв на себя управление на раннем этапе, Адам надеялся обойти любую борьбу за лидерство. Возможно, не самый альтруистичный поступок с его стороны и не соответствовало коллективному разуму киборгов, но он чертовски хорошо построил движение сопротивления с нуля, поэтому не собирался передавать бразды правления.
— Наша главная цель — найти лекарство для Авиона. Если военные обнаружили способ вывести из строя нано, тогда крайне важно все выяснить и разработать способ остановки процесса.
Забавно, что никто не поднял вопрос о том, чтобы оставить нанотехнологии неактивными. Если бы они снова стали людьми, то в некотором смысле облегчили бы себе жизнь. Больше не нужно было скрываться. Они бы вернулись к обычной человеческой жизни. Но когда вы долго живете с почти супергеройскими способностями, то идея возвращения к чему-то меньшему была непостижимой.
— А вторая цель?
— Либо украсть чертежи маскировки, либо уничтожить фабрику, создающую технологию. Если мы не можем адаптировать ее для собственного использования, тогда военные тоже должны оказаться в пролете.
— Арамус будет очень зол, если мы начнем взрывать здесь все без него, — заметил Авион.
— А когда Арамус не злится?
— Отлично подмечено.
— Третья цель — собрать информацию о нашем происхождении. Приветствуются любые файлы, которые можно отсканировать, и любые слухи, касающиеся нашего создания. Чем больше мы знаем о начале, тем лучше можем справиться с выходками военных.
— И, возможно, мы могли бы увеличивать нашу численность, — добавил Адам, слишком хорошо осведомленный о жизнях, потерянных с начала революции.
Его заявление поразило гостей.
— Ты говоришь о маленьких детках-киборгах? — Сет в шоке уставился на него. — Чувак. Идея безумна.
— Так ли это? Какая раса не хочет продолжения рода? Почему мы должны чем-то отличаться?
Анастасия, которая раньше не слышала от него подобных идей, лишь покачала головой.
— Сперму мужчин стерилизуют, чтобы избежать размножения. А у женщин удаляют яичники.
— Достижения науки могут заменить практически любой орган, — напомнил Адам.
Смущенная Анастасия решила вернуться к основной теме:
— Сейчас не время обсуждать продолжение рода для нашего вида. У нас есть три цели. Нужно сконцентрироваться на главном.
— Пусть будет четыре, — Авион, прислонившийся к стене и слушавший, всех напугал.
— Четыре? Что значит четыре? — Сет хмуро посмотрел на слепого. — Я что-то пропустил во время инструктажа? Если так, то во всем виновата Анастасия. Она очень отвлекает.
— Сказал парень, который все время пытается пощупать меня. Но в этом я согласна с Сетом. Что-то не припомню четвертой цели.
— Потому что я не хотел упоминать об этом раньше. Добавьте в список спасение. Нужно вытащить кое-кого из неприятностей.
Когда они обменялись взглядами, Адам понял, что никто не понимал, о чем говорил Авион.
— Кого? Пленного киборга?
Раненый мужчина пожал плечами.
— Я не знаю, кто она. Но мы разговаривали, пока летели на Землю.
— Разговаривали? Как это возможно? Я не помню, чтобы мы получали какие-либо сообщения.
— Она проникла в мое сознание.
Поскольку последовала какофония вопросов, Адам поднял руку, призывая к тишине.
— Отмотай назад, Авион, и помоги нам. Когда ты упоминаешь разговор, то имеешь в виду мысленный обмен?
— Да.
— Но твои беспроводные возможности были отключены при потере нано, так?
— Так, но ей все же удалось со мной поговорить. Она называет себя Первой. Наш диалог был весьма коротким, но я понял, что она заключена под стражу. Учитывая тот факт, что она могла общаться со мной, эта женщина важна.
— И ты говоришь об этом только сейчас? — обвинила Анастасия, уперев руки в бока в очень человеческом жесте. Адам сомневался, что она сделала это осознанно.
— Я не знал, поверите ли вы. Да и сам сначала сомневался. Но с тех пор, как мы прибыли на планету, я чувствую ее.
— Можно поподробнее?
— Что-то типа магнитного притяжения. Меня словно тянет в определенном направлении. Не знаю, как объяснить, но я должен спасти ее.
— Чувак, если бы я не был с тобой всю поездку, то подумал бы, что ты накурился каких-нибудь серьезных галлюциногенных препаратов.
— Или он страдает галлюцинациями, вызванными умерщвлением организма из-за мертвых ботов, — размышляла вслух Анастасия.
— Или, — вмешался Адам, приходя на помощь Авиону, — плачевное состояние сделало его восприимчивым к контакту с кем-то важным для нашего дела. В любом случае, если мы готовы поверить в инопланетян, то не должны сбрасывать со счетов мысленный контакт. Итак, у нас есть четыре цели, которые сосредоточены вокруг «Технологий КиберГлис».
— Где, по-видимому, ты работаешь охранником, — добавил Сет.
— Да, работаю. И было нелегко попасть туда. Последние два года я только и занимался тем, что лизал сапоги и кричал «да, сэр». Я капрал, дежурный по смене в научной лаборатории при заводе.
— Считай, что я говорю от лица всех киборгов. Как, черт возьми, тебе это удалось? Я думал, что военные проводят тщательную проверку, чтобы отсеять киборгов.
Адам улыбнулся.
— Просто я великолепен.
Розалинда фыркнула.
— Адам хотел сказать, что ему повезло со мной. Все протоколы проверки основаны на компьютерных программах. При правильном взломе можно заставить сканеры игнорировать определенные факты, например, металл в теле определенного тупицы, когда он проходит через систему безопасности.
— Почему мы не можем внедрить это для каждого киборга?
— Потому что по одному перенаправлению, привязанному к одному идентификатору, легко проскользнуть, но, когда начинаешь добавлять больше… — Розалинда замолчала.
— Понял, — ответил Сет. — Итак, у нас есть глаза и уши внутри завода. Что дальше?
— И под главной фабрикой определенно что-то происходит. Нечто связанное с нано. Только я пока не разобрался, что именно. Моя текущая миссия состояла в том, чтобы узнать больше, что, признаю, было нелегко. Там установлена жесткая система безопасности. Но я позволю эксперту рассказать вам об этом подробнее.
Розалинда переняла инициативу, погружая всех в мир своего опыта:
— Мы наблюдали за заводом в течение некоторого времени. На первый взгляд — обычный производитель, защищенный военными. Они делают классные игрушки, которые недоступны широкой публике, хотя я уверена, что некоторое оружие все же ушло пару богачам. Но до вашего приезда мы не понимали серьезность разработок. Признаю, мои источники не сообщали о технологии маскировки и жучках.
— Не прошло даже маленького слушка? — Сет не смог скрыть удивления.
Розалинда покачала головой.
— Они определенно держат язык за зубами. По сути, мы не выяснили чего-то стоящего. Наша самая большая проблема в жесткой системе безопасности. Очень жесткой. Несколько месяцев назад мы пытались внедрить киборга в производственный цех. Все прошло не совсем хорошо.
Отрезвляющее напоминание о том, что в стремлении к освобождению иногда случались жертвы.
Бедный Саймон, парень, который добровольно согласился на задание. Специальный фильтр, который добавила Розалинда, копирующий фильтр Адама, не обманул сканирующую машину.
Прежде чем Саймон смог притворно вздохнуть, вокруг него выросли стены, а потом парень просто исчез. Исчез без следа.
Адаму удалось избежать той же участи, хотя он работал на еще более защищенных нижних уровнях. Чем отличалось его программирование? Как ему удалось обойти сканеры? Никто из команды так и не разобрался. Но они продолжали пытаться.
Пока проходила дискуссия о возможных точках входа и слабых местах в сети «КиберГлис», разум Адама развивал мысли в другом направлении. Как далеко он был готов зайти, чтобы помочь своим инопланетным собратьям?
Он доверял Анастасии настолько, что привел ее в свою секретную кибер-пещеру, но не был готов раскрыть прикрытие, пока не получит стопроцентной уверенности в реальной пользе для сообщества киборгов… или в возможности помочь Авиону.
Гибель одного не перевешивала потребности многих.
Адам осознавал, что как только они начнут действовать и доберутся до секретов на лабораторном и заводском уровнях, то должны добиться успеха с первого раза. Второго шанса не будет. Прошлый опыт показал, что военные тупо закроют завод, вычистят все подчистую и исчезнут, забрав с собой знания.
Ни одна из этих мыслей не была произнесена вслух. Адам решил не делиться соображениями. Некоторые кибернетические единицы наслаждались возможностью беспроводного общения, но Адам предпочитал хранить молчание. Сильное чувство личной идентичности, а также страх стать трутнем в коллективном разуме сделали из него существо, предпочитающего устное общение.
— Нам с Сетом нужно просмотреть всю информацию, которую вы собрали о «КиберГлис». Может, мы обнаружим хоть что-то пригодное к использованию.
— Уверен, мы сумеем найти обходной путь для системы обнаружения, — добавил Сет.
Типа я умнее всех и могу это доказать.
Снова брошен вызов. Черт, если бы Адам знал, как весело было бодаться с мужем бывшей девушки, то сделал бы это раньше.
После нескольких месяцев утомительной подготовительной работы и терпения дела пошли на лад. Самое время.
Революция уже давно ждала активных действий.
Глава 6
«Ты здесь?»
Мысленный вопрос пробудил Авиона ото сна. На мгновение его охватила дезориентация. Из-за слепоты он не сразу понял, где находится. Его пальцы нащупали хлопок простыней.
А вот и край матраса. Узкая кровать. Авион принюхался. Слабый аромат пыли. Никакого шума или гудения механизмов. Воспоминания вернулись, когда его вялый разум сложил кусочки воедино.
«Я в доме Адама».
В комнате для гостей, если быть точным. По окончанию встречи он вернулся наверх и лег в постель, где ему удалось по-настоящему выспаться, в чем нуждалось разбитое тело в последние дни.
Но давайте не будем об усталости. Тихое прикосновение к его мыслям повторилось.
«Я придумала тебя? Окончательно сошла с ума?»
Он вообразил, что отправляет мысленное сообщение, надеясь, что диалог не был игрой разума.
«Я здесь. Ты… Первая?»
«Ты здесь! — Авион уловил счастье в ее восклицании. — А я все думала, существуешь ли ты на самом деле».
«Я реален, — хоть и сомневаюсь в своем здравомыслии. — Где ты? Мы можем увидеться?»
Ладно, учитывая слепоту, речь шла о простой личной встрече.
«Я в тюрьме. Без прав на посещение. Приходят только люди в костюмах, которые приносят иглы. Именно поэтому я сумела связаться с тобой. Они вернулись за образцами, сняв защиту».
«Образцами?»
«Меня. Моей крови. Моей сущности».
«Зачем?»
«Потому что я Первая».
Авион немного растерялся из-за загадочного ответа. Но он не хотел зря тратить время. Кто знал, как долго продлится контакт? Ему нужно было задать более уместные вопросы.
«Как у тебя получилось связаться со мной?»
«В твоей голове не так шумно, как у других. Они не слышат моего голоса за какофонией своих задач. Но твой разум не заражен суетой. Когда они открывают дверь, ты сияешь, как маяк в темноте».
«Дверь? Какую дверь? Тебя заперли?»
«Заперли. Скрыли. Забыли. Я Первая, поэтому меня спрятали».
«Кто? Кто именно тебя спрятал?»
«Они уходят, значит, дверь опять закроется».
«Когда они вернутся?»
«Через час, или завтра, а возможно, никогда. Найди меня…»
Сообщение резко оборвалось. Просьба осталась незаконченной, но от этого стала еще более острой.
Авион был полон решимости спасти женщину. Женщину, которая называла себя Первой. Женщину, которая, как он подозревал, была в пределах досягаемости.
На этот раз их общение было намного крепче. Ближе.
Даже если он ошибался, то решимость никуда не пропадала. Он был нужен ей.
И хотя ему не нравилось полагаться на что-то столь неточное, как внутренний инстинкт, Авион не мог отрицать зловещую уверенность в том, что в ее спасении кроется его судьба.
Глава 7
Придя в лабораторию, Лаура удивленно уставилась на своего научного руководителя в защитной одежде, который ждал ее, прислонившись к исследовательскому столу. Рядом с мужчиной стоял маленький холодильник без опознавательных знаков.
— Прости. Я не знала, что у нас назначена встреча, — пробормотала она, как только вошла и сразу надела перчатки, халат и маску из защитного снаряжения.
— Не назначена. Однако у меня для тебя сюрприз. Прошлой ночью я передал твой запрос вышестоящему руководству.
Какой именно запрос? Насколько Лаура помнила, было высказано несколько пожеланий. Она не смогла удержаться и посмотрела на холодильник. Сбылось ли хотя бы одно? Девушка состроила серьезную мину, не желая демонстрировать восторг.
— И? — поторопила она.
— И я принес новый образец. Живой.
Ее сердце чуть не остановилось.
— То есть с функционирующими наночастицами?
Он кивнул.
— Но они будут живы всего пару часов, так как находятся вне хозяина. Тебе следует быть быстрой. Я не могу гарантировать, когда сумею достать еще одну порцию.
— Тогда зачем мы тратим время на разговоры? Пора приступать к работе!
Она даже не удостоила босса взглядом, который направился в камеру обеззараживания.
Живой образец. То, о чем она мечтала с тех пор, как впервые увидела наночастицы.
Мечась взад и вперед, Лаура запустила серию тестов. Флакон с ярко-красной кровью наклонился и капля оказалась на слайде. Лаура капала жидкость в разные пробирки, которые окрашивались в разные цвета по мере смешения с элементами. Играя с образцами, она в спешке записывала как можно больше данных.
Она выругалась, когда капля вытекла из пипетки и попала на металлическую столешницу. Какая расточительность. Теперь капля была бесполезна для тестирования, так как поверхность могла быть загрязнена. Не обращая внимания на крошечную капельку, Лаура капнула на предметное стекло. Рассматривая его под микроскопом, она озвучила вслух свои выводы, зная, что аудиосистема в комнате записывала каждое слово.
Крошечные роботы не излучали никакой энергетической сигнатуры, которую могли бы прочитать устройства. Если бы она собственными глазами не видела, как они двигались в образце, то никогда бы не узнала об их активной фазе.
Но что более важно, что они умели? Поскольку ей не выдавали животных для работы, даже крыс, ей пришлось тестировать на веществах.
Внедренный вирус Эбола? У него даже не было шанса, так как роботы сразу окружили и уничтожили его.
Раковые клетки? Исчезли за считанные секунды.
Каждая болезнь, которую задействовала Лаура, стиралась буквально за пару секунд. В некоторых случаях в мгновение ока.
Удивительно. Это было революционным открытием для общества…
Лаура искренне жалела, что у нее не было чего-то более интересного для тестирования или сравнения. Внутренний инстинкт подсказывал, что она имела дело с теми же наночастицами, которые питали киборгов и их усовершенствования. Может, наноботы умирали, потому что больше не контролировались ИМК? Или их жизнедеятельность поддерживал сам организм?
Так много вопросов, а времени осталось мало. Боты уже начали проявлять признаки замедления, некоторые были вялыми при последнем вводе образца.
Капля на столе словно насмехалась. Пристально смотрела на Лауру. Бросала ей вызов.
Но камеры наблюдали.
Меняя слайды, она незаметно надрезала перчатку. Крошечная прореха была достаточно мала, чтобы не привлекать внимание операторов. Лаура затаила дыхание, ожидала услышать вой сирен в любой момент, и притворилась, что проводит тряпкой по пятну. На самом деле девушка провела по капле пальцем, размазывая кровь по коже, но, вероятно, напрасно.
Шансы на то, что мельчайшие частицы выживут в камере дезактивации были ничтожны, но все же Лаура попыталась
Пренебрегла правилами. Бросила вызов военным.
Некоторые факты не следовало держать в секрете.
Тайны заслуживали того, чтобы их раскрыли.
Нужно было использовать шанс.
Во время ее забега по тестированию охранники сменились. Голубоглазый вернулся на пост, поэтому Лаура попыталась сосредоточиться на мужчине и вчерашнем происшествии, а не на преступном деянии, которое только что совершила.
Интересно, как его зовут. Наверное, речь шла о чем-то мужественном, типа Чейза или Трэвиса.
Если бы голубоглазый узнал о ее поступке, то проявил бы агрессию. У солдат были приказы, которые строго выполнялись. И все же, разве он не дал ей вчера свободу действий?
Но один незначительный инцидент не означал, что ему можно было доверять.
Разочарованная тем, что ее свежий образец стал таким же инертным, как и все остальные, Лаура решила закончить.
Войдя в камеру обеззараживания, она приложила все усилия, чтобы защитить крошечный участок пальца, по которому была размазана кровь. Не получилось. Как только она сняла перчатки и лабораторный халат, то не увидела никаких следов красного на пальце.
Отлично. Рискнула и потерпела неудачу.
И все же, стоит ли удивляться, что Лаура подпрыгнула, когда ожил интерком?
— Доктор Коуэн, пожалуйста, пройдите в кабинет директора в сопровождении капрала?
Поймали?
Может и так, но Лаура не стала сильно переживать. Вероятно, директор всего лишь хотел незамедлительно узнать о результатах тестов.
Выходя из камеры, на этот раз одетая, она встретилась взглядом с солдатом и застенчиво произнесла:
— Здравствуй.
— Привет. Закончила сегодня пораньше?
Очевидно, он заметил ее склонности к трудоголизму. С другой стороны, трудно было игнорировать постоянное нахождение в лаборатории.
— У меня ничего не получалось, поэтому я пришла к выводу, что мне стоит выспаться.
— Сон переоценивают, — тихо пробормотал он.
Ответ застал ее врасплох. Неужели он флиртовал? Не зная, что и думать, Лаура промолчала.
Он зашагал рядом с ней к главным офисам.
— Чего хочет начальник? — спросил голубоглазый.
Она пожала плечами.
— Кто знает? Вероятно, отчет о состоянии дел, — или меня ждет допрос и арест.
Но, как оказалось, она ошибалась во всех предположениях.
В приемной их встретил сержант Филипс.
— Доктор, спасибо, что пришли. И извините за то, что вызвали вас сюда. Однако из-за определенных угроз безопасности нам было приказано не выпускать ученых без сопровождения.
— Почему?
— Группа экстремистов пригрозила взорвать завод. Вероятно, речь об обычном запугивании, которое ни к чему не приведет. Однако мы не хотим рисковать. Капрал, вам приказано проводить доктора до дома. Осмотрите помещение на предмет чего-либо подозрительного и оставайтесь на дежурстве, вне поля зрения, пока вас не сменят в двадцать два часа.
— Серьезно? — воскликнула она. — Я уверена, что точно не встречу террористов в своей квартире.
— На данный момент мы ни в чем не можем быть уверены.
— Безумие какое-то. Я не хочу, чтобы перед моей дверью стояли солдаты. У меня есть соседи. Что они подумают?
— Тогда впустите его внутрь. Факт остается фактом. Мы принимаем все меры предосторожности для защиты ключевых членов команды. Отказ подчиниться означает, что мы будем вынуждены подыскать для вас жилье на заводе.
Учитывая, что общественные помещения все еще находились на ремонте, варианты были не из приятных.
— Значит, либо меня запрут здесь, либо приставят стражу к дому? Хороший выбор, — она не могла удержаться от сарказма.
— Так что вы выберете, доктор?
Будто ей действительно давали выбор.
— Дом.
С надутой нижней губой она вышла из офиса, забрала свои вещи на контрольно-пропускном пункте и покинула учреждение. Несмотря на заверения, якобы сопровождающий был для защиты, Лаура не могла избавиться от ощущения, что ее права игнорировались.
Повышенную безопасность на объекте она могла понять, но слежка в собственном доме? Лаура никак не ожидала, что военные вторгнутся в ее личную жизнь. Ей это ни капельки не нравилось.
Действительно, почему бы не пригласить его внутрь. Мысль о том, что в ее доме будет ошиваться голубоглазый солдат, вызвала нечто большее, чем гнев. Слово «дом» несло в себе отсутствие любопытных камер. Кровать. Конфиденциальность.
Очевидно, ее тело воспринимало события по-другому. Ничего веселого. В конце концов они были обычными коллегами по работе.
Но если бы он сделал шаг.…
Лаура отмахнулась от мыслей, взявших неприличное направление.
Очевидно, что она выдумала какую-то глупость. Голубоглазый не произнес ни слова за весь разговор со своим начальником, кроме как:
— Так точно, старший сержант, — когда его спросили, ясны ли его приказы.
Такой симпатичный парень, как он, не стал бы рисковать своей карьерой из-за секса с переутомленной, недостаточно тренированной фанаткой науки.
Прежде чем она успела мысленно перечислить все свои недостатки, Лаура произнесла вдохновляющую речь.
«Я красивая, сильная женщина. Мне не нужно мужское внимание, чтобы знать, что я особенная».
Но ей наверняка не помешал бы мужчина, который напомнил бы, каково быть желанной женщиной.
Она вздохнула, ненавидя спорить сама с собой.
Выйдя из здания, Лаура ощутила дуновение прохладного ветерка. Поежившись, она спрятала подбородок в воротник пальто.
— Холодно?
— Немного. А тебе?
Одетый в униформу без пиджака, голубоглазый, казалось, совсем не замечал прохладной погоды.
— Я крепкий. Ничего страшного, — ответил он с усмешкой. — Где твоя машина?
Она указала в определенном направлении. Мужчина оставался рядом с ней, держа руку на кобуре — винтовку пришлось сдать перед тем, как они покинули здание, — и готовый к любой опасности. Несмотря на то, что Лаура не верила в угрозу от террористов, солдат воспринял все всерьез, судя по его глазам, осматривающим освещенную парковку.
Лауре захотелось крикнуть «Бу!», чтобы просто проверить его реакцию. Мелочно, но сегодня она не чувствовала себя великодушной. Ей не удалось контрабандой пронести образец, а потом ей сообщили, что теперь у нее появилась нянька, которая была чересчур обаятельная. Извините, но она была не в настроении проявлять милосердие. Особенно когда мужчина выхватил ключи из ее рук, которые уже тянулись к замочной скважине Mazda3.
— Эй, ты чего творишь? Отдай!
— Я поведу, — твердо заявил он.
Властный приказ помог Лауре справиться с влечением и вызвал приступ гнева.
— Кто сказал? Это моя машина.
— Но у меня есть приказы и обучение маневрам уклонения.
— С каких пор военные заставляют своих солдат практиковаться в вождении?
— Ничего подобного. Но я играл в огромное количество видеоигр и смотрел достаточно фильмов, чтобы знать, как обнаружить хвост и уйти от слежки.
Разинув рот, она уставилась на голубоглазого. Безмолвно.
Мужчина рассмеялся, что должно было разозлить Лауру в сочетании с изъятием машины. Вместо этого в нижней части ее живота разлилось тепло. Придурок был слишком красив. И хотя она сомневалась в его предполагаемых навыках вождения, он все равно водил машину лучше нее. Нужно было всего лишь посмотреть на полудюжину царапин и вмятин на ее машине.
При последнем ДДП полиция указала в отчете, что она вела машину рассеянно. Но Лаура не была виновата в том, что ее мысли вечно где-то блуждали. Ездить на работу было скучно. Почему ученые не могли поторопиться и создать автомобиль на автопилоте?
Прежде чем сесть на водительское сиденье, голубоглазый обошел машину и опустился на колено, чтобы заглянуть под нее.
— Что ты делаешь?
«Помимо того, что открываешь восхитительный вид на свою задницу, обтянутую армейскими штанами».
— Проверяю, нет ли бомб.
Лаура удивленно моргнула, осмысливая его слова.
— Бомб?
— Да. Но тебе повезло, машина чиста.
— Ура, — пробормотала она, садясь на пассажирское сиденье и пристегиваясь.
Скользнув на водительское сиденье, голубоглазый поморщился от тесноты, затем нащупал рычаг и отодвинул сиденье. Затем мужчина приступил к регулировке зеркал и наклона руля.
Ситуация раздражала все больше и больше. Лаура не привыкла, чтобы люди нарушали ее личное пространство. А он просто в наглую вторгся.
Повернувшись, голубоглазый, должно быть, уловил что-то в выражении ее лица, потому что спросил:
— Что случилось, док?
— Что может быть плохого в том, что за рулем моей машины сидит практически незнакомый человек, которому приказано следить за мной?
— Не уверен, можно ли назвать нас незнакомцами. Я охраняю тебя уже некоторое время.
— И все же вчера мы впервые по-настоящему поговорили.
— Верно. Но не потому, что я не хотел. Обычно, когда я ухожу с дежурства, ты все еще работаешь. Кроме того, разве ты не чувствуешь, что между нами установилась некая связь? В конце концов, я видел тебя обнаженной.
Возможно, он хотел подразнить ее комментарием и ухмылкой, но лишь заставил покраснеть.
— Пожалуйста, не напоминай. У меня нет привычки раздеваться перед мужчинами, чьих имен не знаю.
— Адам.
— Прости?
— Я представился. Теперь мы не чужие.
— А обозначение имени сделало нас друзьями? — она сморщила нос от такой логики.
— Хм, поскольку ты врач, то тебе нужно еще пара фактов. Хорошо. Итак. Мне двадцать восемь лет. Я Стрелец. Люблю смотреть и играть в футбол, а также надирать задницы в видеоиграх. Питаюсь пиццей. Ненавижу брюссельскую капусту и пою в душе.
— Неправда.
— Что именно? Что я пою в душе?
— Нет, питаешься пиццей, — ее губы изогнулись в улыбке. — Ты слишком крупный и взрослый для такой диеты.
— Считаешь меня старым?
— Нет, но указываю, что для нормального обмена веществ твоему типу телосложения требуется больше питательных веществ, чем могут дать тесто, сыр и соус.
— Ну, я добавляю бекон и овощи.
Лаура закатила глаза, рассмеявшись.
— Ох, это все меняет! — она не смогла сдержать возгласа удивления, когда он резко развернулся, пересекая полосу и устремляясь вниз по боковой улице. — Что за черт!
— А вдруг кто-то следил за нами, — ответил Адам, не глядя на нее, а сосредоточив все внимание на зеркале заднего вида.
Она не удержалась и вытянула шею, чтобы оглянуться назад.
— Ты оторвался? За нами действительно следят?
— Преследования не было. Ложная тревога.
Лаура подозрительно сощурилась и посмотрела на мужчину.
— Ты серьезно думал, что кто-то следил за нами, или просто решил пошутить?
— Разве я мог сделать нечто подобное? — слишком невинно пробормотал Адам.
— Очень даже мог.
— Видишь, ты уже так хорошо меня знаешь. А я ведь говорил, что мы не чужие. Итак, док, я выложил все начистоту, какова твоя история? Или дружба односторонняя?
Учитывая его попытку наладить контакт, Лаура получала искреннее удовольствия от их общения, не сумев устоять перед обаянием мужчины.
— Меня зовут Лаура. Мне двадцать девять лет. Я Скорпион. Люблю читать. Работать. И питаться пиццей.
Признание снова заставило его повернуть.
— Херня. Хм. То есть, я имею в виду, что ни за что не поверю.
— Почему?
— Ты же врач. Разве тебя не привлекает здоровое питание?
Лаура выразила свое неудовольствие, когда закатила глаза и фыркнула.
— Ты видел, сколько я работаю? Как правило я забываю купить продукты, а когда все же заказываю, то забываю поесть. Я выбросила множество научных экспериментов, выросших в холодильнике. Поэтому я там больше ничего не храню. Поскольку я дружу с доставкой, плюс ненормированный рабочий день, то мой выбор падает на фаст-фуд. Пицца и китайская кухня. Обычно выигрывает пицца, потому что я могу съесть ее холодной по дороге на работу, если времени позавтракать не осталось.
— Значит, не стоит ожидать, что ты вся в жемчугах и туфлях на каблуках приготовишь мне вкусный ужин, когда мы доберемся до дома?
— Я не ношу каблуки, потому что потом болят пятки, — к тому же в последний раз она подвернула лодыжку. — Единственные жемчужины, которые я когда-либо видела, были шариками для ванны. А по поводу готовки? Только если ты захочешь покончить жизнь самоубийством.
Адам громко расхохотался.
— Справедливо. Значит, закажем доставку.
Лед тронулся. По дороге они обсудили свои любимые рестораны в городе. Вскоре цель назначения была достигнута. Пока Лаура указывала дорогу в подземный гараж, расположенный под жилым комплексом, то опять стала очень серьезной. Адам снова внимательно вглядывался в темноту и затененное пространство между припаркованными автомобилями.
— Что с освещением? — спросил он.
— В последнее время были проблемы с бродягами, которые пробирались внутрь и разбивали лампочки. Управляющая компания продолжает утверждать, что они что-то предпримут, но пока все по-прежнему. Что-то с бюджетом и необходимостью получения достаточного количества голосов от жителей.
— Проблема безопасности. Как такой вопрос вообще может быть предметом обсуждения?
— В наши дни каждое решение, даже самое элементарное, требует участия комитета. К счастью, мое место недалеко от лифтов.
Выйдя из машины, она не успела сделать и шага, как рядом с ней возник Адам. Он схватил ее за плечо и быстро зашагал к лифту.
— К чему такая спешка?
— Мы не одни, — тихо пробормотал он.
От его слов у нее по спине пробежал холодок. Лаура теснее прижалась к мужчине. Конечно, никому и в голову не пришло бы приставать к ним. Адам был гребаным солдатом, имеющим оружие.
Прежде чем Лаура успела спросить, почему он до сих пор не достал пистолет, из-за толстой бетонной колонны шагнула троица головорезов. Обритые наголо, в низко посаженных штанах, армейские ботинки. Довольно своеобразная компания.
Как и Адам, парни тоже могли похвастаться оружием. Складной нож, металлический прут и маленький пистолет. Тройное «Ой».
— Выкладывайте сумки и бумажники, тогда мы пройдем мимо, — заявил главарь, ударив металлическим прутом по ладони. Прямая угроза вызывала дрожь. Лаура стянула ремешок сумочки с плеча, готовая подчиниться.
При взаимодействии с грабителями было легче уступить их требованиям. Сумочку и содержимое было просто заменить. Сломанные кости заживали дольше, а шрамы оставались на всю жизнь.
Однако ее спутник не разделял ту же философию.
— Не угадали, — ответил Адам.
Сюрприз! Им не понравился его ответ.
— Герой? — усмехнулся тот, что с пистолетом. Дуло поднималось вверх, пока не оказалось на уровне их лиц. — Давай посмотрим, какой ты храбрый, когда глотаешь пулю, вояка.
Лаура застыла. Страх словно парализовал ее.
Но не Адама. Он резко встал перед ней, образуя барьер между ней и угрозой. Милый жест, но на практике Адам не был защищен ни от ножа, ни от пули, ни от прута, который мог легко размолотить череп.
— Давайте-ка я дам вам очень полезный совет. Свалите, и тогда я не буду причинять вам боль, — подстрекательство банды, явно привыкшей добиваться своего.
— Что ты делаешь? — прошептала она. — Просто отдай им бумажник.
— Зачем? — в его голосе прозвучало изумление. — Идиоты не представляют опасности. Они выбрали не ту жертву.
С этим чересчур уверенным заявлением ситуация накалилась.
И начал Адам.
Секунду назад он стоял перед Лаурой, как живой щит. А мгновение спустя он уже перешел к действию. Лаура не была любительницей приключенческих фильмов и спортивных состязаний, поэтому много ахала и морщилась, пока Адам демонстрировал военную подготовку.
Разве было естественно, чтобы нога задиралась так высоко, а ступня так метко попадала в цель? Удар ботинка в челюсть свалил того, кто держал пистолет, на цементный пол. Оружие вылетело из руки и отлетело в тень.
Размытым движением, в котором присутствовала завораживающая грация, даже учитывая жестокость, Адам сумел уклониться от удара тяжелым металлическим прутом, что, несомненно, спасло его черепа, и в то же время сделать выпад рукой и схватить за запястье парня с ножом.
Время было выбрано безупречно. Лаура посчитала бы, что подобное невозможно, если бы не наблюдала за действом собственными глазами.
Адам, должно быть, сильно надавил на запястье, потому что, вскрикнув от боли, парень уронил нож на землю. Звук оказался менее зловещим, чем треск, за которым последовал пронзительный вопль человека с ножом. Прижимая руку к груди, нападавший, пошатываясь, отошел от Адама. Развернувшись, он убежал. В сознании остался лишь один бандит.
Этот грабитель был крупнее первых двоих. А еще не выказывал никаких признаков к отступлению. Скривив губы в усмешке, он уставился на Адама, демонстрируя свою зависимость от наркотиков. Ведь только разум, измученный злоупотреблениями, мог подумать, что в этот момент у него был хотя бы небольшой шанс на победу.
— Ты заплатишь. Я подпорчу твою смазливую мордашку так, что тебя не узнает даже родная мать.
— Можешь попытаться, но навряд ли что-то получится. Я гарантирую, что к тому времени, как мы закончим, ты пожалеешь, что не остался дома.
Кулак, выброшенный Адамом, попал в цель. С глухим стуком плоть ударилась о плоть. Из разбитой губы грабителя хлынула кровь.
С яростным ревом парень нанес ответный удар. Металлический стержень со свистом рассек воздух. Адам пританцовывал на ногах, держась вне досягаемости… и все никак не мог заткнуться.
— Промахнулся, — свист. — Снова промахнулся, — свист. — Ну же, можешь приложить хоть немного усилий? — грабитель продолжал терпеть неудачу, а Адам все насмехался над обидчиком.
Краем глаза Лаура заметила движение и повернулась голову. Бандит, который вырубился после удара в челюсть, пришел в себя. Но самое плохое, что негодяй воспользовался отвлеченностью противника, поднял пистолет и дрожащей рукой прицелился в Адама.
Лаура закричала:
— Адам!
Произошло сразу несколько событий.
Со сверхъестественной скоростью Адам отбросил ее в сторону припаркованной машины, случайно сбив с девушки очки. Лаура обернулась, затуманенным зрением наблюдая, как Адам бросился к здоровенному грабителю.
— Остановись, или я выстрелю! — пригрозил парень с пистолетом.
Но Адам даже не притормозил. Вместо этого он поднял парня с прутом и швырнул его как раз в тот момент, когда пистолет выстрелил. Здоровяк налетел на негодяя с пистолетом. Оба упали, превратившись в груду дрыгающихся конечностей, но только на секунду. Затем Адам с удивительной силой поднял парочку и стукнул из головы друг о друга, тем самым вырубив грабителей.
Воцарилась тишина. Лаура часто моргала и пыталась разобраться в безумии, которое на самом деле длилось всего несколько минут.
Что сказать. Что сделать. Она не знала, как должен вести себя человек в подобной ситуации.
А вот Адам чувствовал себя непринужденно. Он наклонился, поднял пистолет грабителя и затолкал тот за пояс.
— Не стоит ему тут валяться, — пробормотал он, пока Лаура пялилась на него, разинув рот. — Не дай бог еще дети наткнутся. С тобой все в порядке? Не пострадала?
Его забота была милой, но Лаура ненавидела подвергать себя опасности.
— Все хорошо. А ты как? — спросила она. Девушка до сих пор не понимала, как промахнулся грабитель, стреляя с такого близкого расстояния. Лаура прищурилась, пытаясь разглядеть раны, но не заметила ничего подозрительного.
— Отлично. Ничего такого, чего не исправила бы небольшая повязка. Где твои очки?
Хороший вопрос. Когда она отступила назад, то на что-то наступила и раздался хруст.
— Похоже, я нашла их.
— Навряд ли они пригодятся в таком состоянии, — произнес он с печальной улыбкой и поднял перекошенную оправу с отсутствующим линзами.
Учитывая, что с ней такое случалось чаще, чем хотелось признавать, Лаура всегда имела запасные очки.
— В квартире есть еще одна пара.
— Тогда нам стоит поспешить и подняться в твою квартиру?
— Как насчет тех парней? — она указала на грабителей, лежащих без сознания. — Может, нам стоит позвонить в полицию или еще куда-нибудь?
— И провести следующие несколько часов в участке, отвечая на вопросы? Боже, только не настолько веселый вечер, — он поморщился. — Давай не будем забывать, что копы не только будут вызывать тебя на допрос бесчисленное количество раз, но и привлекут в суд для дачи показаний. Тебе это нужно? Чтобы парни получили год или даже меньше за попытку ограбления? Действительно готова тратить на подобное время?
Когда он так выразился…
— Но разве мы не должны, ну, убрать их с улицы?
— Давай на чистоту. Учитывая нашу систему правосудия, парни снова окажутся на улице в течение двадцати четырех часов, максимум сорока восьми. До тех пор, пока не произошло убийство, обществу придется смириться с их существованием.
— Как-то жестоко, — пробормотала Лаура, нахмурившись. Адам взял ее под локоть и повел к лифту. Достав дрожащими руками карточку, она попыталась вставить ту в щель. Он положил ладонь поверх ее, помогая. Двери звякнули, закрываясь, и лифт, покачиваясь, пришел в движение.
— Удивительно, что ты испытываешь сочувствие к отбросам общества, которые, не задумываясь, причинили бы нам вред, и ради чего? Несколько долларов, может, кредитная карточка?
— Значит, ты предпочел бы их убить. Без суда и следствия.
— Да. А что бы сделала ты?
— Дала бы шанс искупить вину. Показала бы им другой путь, путь, который не предполагал насилия. Дала бы им шанс, чтобы изменить свою жизнь.
Адам фыркнул.
— Оптимистка. А если бы они все равно не изменились, то какой приговор ты вынесла бы? Как поступить? Посадить в тюрьму на пожизненный срок? Заставить налогоплательщиков оплачивать их счета? Позволить им совершать новые правонарушения и повторять старые?
— Не знаю. Может, я слишком мягкосердечна, но даже самые порочные преступники заслуживают второго шанса.
— Монстров нужно убивать, — он не дождался ее ответа, так как дверь лифта открылась. Адам вышел.
Учитывая серьезность обсуждения и несогласие в позициях, Лаура промолчала. В данном случае Адам, вероятно, был прав. Эти головорезы были не из тех, кто легко менял свой жизненный путь. Но она не могла не вспомнить другое время и другого мужчину, человека, который умер без суда и шанса на искупление.
Адам без предупреждения остановился перед ее дверью. Взяв себя в руки, она с первого раза вставила карточку доступа в щель. Замок со щелчком открылся, но ей не разрешили войти.
Встав между ней и дверью, Адам пробормотал:
— Я пойду первым и проверю, нет ли гостей. Поскольку в коридоре нет посторонних, оставайся здесь. Если кто-то выйдет, сразу зайди внутрь. В противном случае жди моего появления.
И что он будет там искать? Ах да, предполагаемую угрозу. В некотором смысле, Лаура должна была благодарить бога за то, что Адам сегодня провожал ее домой. Грабители на парковке не были террористами, но вполне могли причинить ей серьезный вред. Одиноким женщинам было нелегко противостоять бандам. Возможно, сегодня вечером она потеряла бы больше, чем просто сумочку, если бы Адам не вмешался.
Прошло всего несколько мгновений, прежде чем он подал сигнал.
— Чисто. Можешь входить.
Чисто? Он явно не заглядывал под мебель, где процветали семьи пыльных кроликов. С немалой долей сарказма она заявила:
— Спасибо, что пригласил меня в мой собственный дом.
Лучезарная улыбка украсила его губы.
— Сарказм. Мне нравится.
После таких кокетливых слов ее раздражение испарилось… по крайней мере, в отношении Адама. Он не отдавал приказов, в отличие от военных, и не мог изменить своего убеждения, что преступники заслуживают справедливого наказания.
В каком-то смысле она верила в то же самое. За преступлением должно следовать наказание, но как насчет тех, кто был вынужден идти против законов? Как насчет тех, чьей единственной виной было само их существование, существование, нежелательное для общества?
На случай, если потребуется пояснить, она говорила не о детях из гетто или разрушенных семьях. Лаура имела в виду киборгов.
Она так и не забыла тот день много лет назад в лаборатории, когда солдаты застрелили безоружного человека.
Но ее преследовала не только смерть того мужчины. Как-то она посмотрела видеозапись убийства киборгов. Пиратское видео, которое стало вирусным в интернете, показывало, как военные уничтожали десятки замерших солдат, единственным преступлением которых был чип в мозгу, чип, установленный правительством.
— Хм? — пока она собиралась с мыслями, Адам задал какой-то вопрос.
— Я спросил, можно ли еще как-нибудь попасть в твою квартиру?
— Через балкон, но мы примерно на восьмом этаже, поэтому я сомневаюсь, что стоит ждать гостей.
— Никогда не знаешь наверняка. Абордажные крюки и снаряжение для спуска по канату легко заказать.
— Тебе действительно стоит поработать над речами ободрения, — пробормотала она, снимая пальто и ботинки.
— Я имею дело с реальностью, док, значит, должен смотреть правде в глаза, даже если мне не нравится.
— Ну, в данный момент я не хочу беспокоиться о правде. Меня интересует только одно — как бы побыстрее переодеться во что-то удобное.
Слишком поздно она поняла, как это прозвучало.
— Мне нравится предложение, — когда Адам окинул ее взглядом, Лаура покраснела. И почувствовала тепло, разлившееся ниже пояса.
— Эм, если ты не против, я ненадолго отлучусь, а потом мы закажем что-нибудь поесть.
Адам оттолкнул ее прежде, чем она успела добралась до своей спальни.
— Сначала я все проверю.
Когда он зашел в комнату с неубранной кроватью, разбросанной по полу одеждой и общим беспорядком, она почувствовала необходимость объясниться:
— Я была немного занята в последнее время, поэтому допустила небольшой беспорядок.
Повернувшись к ней лицом, Адам ухмыльнулся. В его голубых глазах сверкнул смех.
— Признаюсь, это очаровательно. Привередливый врач в лаборатории оказался неряхой.
— Я не неряха, — запротестовала Лаура, хватаясь за пару очков, лежащих на комоде, на котором валялись пустые упаковки от колготок, два антиперспиранта и, черт возьми, неужели в той кофейной чашке выросла плесень?
Он выгнул бровь.
Она наморщила нос.
— Ладно, может, я немного неряшлива.
Его улыбка стала шире.
— У всех бывает. Но только не говори, что ты мистер чистоплотность. Или так? Раз уж ты собираешься остаться здесь на пару часов, то, прошу, не стесняйся, убирайся на здоровье.
«Надеюсь, ты приступишь к уборке без одежды. Сначала снимешь рубашку, а потом…»
Поправив очки на носу, Лаура снова обрела четкость зрения. Теперь она ясно видела Адама.
— Это кровь у тебя на рукаве? — заметив темное пятно на его руке, она хотела прикоснуться к ране, но Адам отстранился.
— Всего лишь крошечная царапина, о которой я упоминал. Не о чем беспокоиться. Мне даже не больно.
Лаура нахмурилась.
— Рану нужно обработать.
— Этим и займусь, как только проверю оставшуюся часть квартиры, — развернувшись, он на мгновение заглянул в ее ванную, проверил шкаф — смелая задача, учитывая, что вещи имели тенденцию выпадать лавиной, — затем, ухмыльнувшись, Адам вышел из ее комнаты, закрыв за собой дверь.
Одна. И все же нет.
Когда Лаура раздевалась, то остро осознавала, что Адам был по другую сторону непрочной двери. Технически он мог ворваться в любой момент. Поймать ее, пока она была голышом. Возможно, сделать больше, чем это.
Адам мог заключить ее в свои объятия. Уложить Лауру на кровать. Поцеловать и…
Она вздохнула.
Для ученого у нее было чересчур живое воображение. Нужно было срочно обуздать фантазию. В жизни, которую она вела, не было места для романтических и сексуальных интрижек с солдатом. Слишком многое поставлено на карту.
И она говорила не только о своей работе и карьере.
Когда Лаура загрузила ноутбук, используя многоуровневое шифрование, чтобы получить доступ к защищенному форуму, где общалась с членами сопротивления киборгов, то напомнила себе, зачем устроилась в лабораторию и почему сегодня пошла на риск, пытаясь тайно вынести несколько живых нанороботов.
У нее не осталось сомнений в том, что где-то в здании находился живой киборг. Киборг, нуждающийся в спасении. Как крот, прячущийся и прокладывающий себе путь все глубже и глубже, она сообщила сопротивлению о находках. Чего ей точно не следовало делать, так того, что могло привести к увольнению. Например, стянуть с красивого солдата штаны.
«Моя роль информатора важнее, чем любопытство, предпочитал Адам боксеры или плавки».
Глава 8
Ну да, царапина. Адам ткнул пальцем в дыру, которая образовалась на его форменной рубашке. Темный материал и затуманенное зрение Лауры помогли. Девушка не поняла, что произошло.
Пуля попала точно в цель, войдя в плоть. Но ничего страшного. Пулю уже давно поглотили нано, не оставляя никаких улик. Теперь на руке была лишь небольшая розовая складка, свидетельствующая о полученной травме.
Вот только Адам никак не мог скрыть дыру на длинном рукаве. Учитывая наблюдательную натуру, Лаура все заметит. Поэтому он выбросил изобличающую улику. На данный момент подойдет и его белая майка.
Однако теперь ему нужно было уделить внимание маскировке. В ванной для гостей Адам нашел под раковиной аптечку и для приличия наклеил большой пластырь.
Пока он оказывал себе «первую помощь», его ИМК отправлял беспроводные сигналы, проверяя окрестности. Без привычных камер Адам чувствовал себя слепым. Любой мог подкрасться и подслушать. Значит, сообщение, которое он отправил Розалинде, должно было быть тщательно сформулировано, чтобы передать изменение в его расписании.
«Пиво переносится. Работаю допоздна. Не могла бы ты заскочить домой, убедиться, что моим гостям удобно, и передать им мои извинения? Кажется, я потерял номер. Твой А».
Розалинда легко поняла бы подтекст:
«Забудь все планы на вечер. Мой гребаный босс заставил меня работать сверхурочно. Проследи, чтобы у Анастасии и остальных не было неприятностей. А еще лучше, не выпускай их из вида. Я не стал ей звонить напрямую, так как телефон может прослушиваться».
Что раздражало еще больше, чем отказ от реализации плана по проникновению на фабрику, — пропуск еженедельного общения с информатором.
Он называл себя Talpa, что в переводе с латыни означало «крот». Они начали получать сообщения от таинственного инсайдера около двадцати девяти месяцев назад. Первые несколько отписок были публично оставлены на форуме, который, как известно, выражал сочувствие киборгам. Сначала они просто просматривали переписку и не отвечали. Большинство людей на форумах «Свобода киборгам» были обычными болтунами, а не действующими лицами. Легко выражать поддержку и выдвигать претензии в условиях анонимности, обеспечиваемой интернетом.
Розалинде быстро удалось отделить обитателей подвалов и подражателей от настоящих бойцов сопротивления.
И Talpa был настоящим.
Информация, которую он опубликовал, оказалась верной и к настоящему времени привела к полудюжине спасенных киборгов. Больше, чем спасли Адам со своей командой.
Но Talpa приступил к еще более опасной миссии. Как и Адам, таинственный информатор работал где-то в «КиберГлис». Кем он был и в каком качестве там находился, оставалось загадкой. Тем не менее, они пытались выяснить.
Розалинда искала, отслеживая IP-адреса через прокси и брандмауэры, но всегда возвращалась с пустыми руками. С кем бы они ни имели дело, он знал, как скрыть личность.
Чем-то похоже на доктора, которая так и не вышла из спальни.
Что она там делала?
Лаура говорила, что хотела переодеться во что-нибудь удобное. Более прямолинейный мужчина мог бы заявить, что вообще не стоило одеваться. С другой стороны, элемент новизны, возникающий при снятии слоев одежды с соблазнительного тела…
Какого хрена? Пока он стоял, как неопытный новобранец, и предавался фантазиям, в его сознание постучался собственный разум, сообщая, что док что-то печатала. Кому? Что именно?
Пишет своему парню? Адам не имел права испытывать ревность, но все же. Он мысленно погасил непрошенную эмоцию. Возможно, она всего лишь отвечала на какие-то электронные письма. Или разговаривала по видеочату с семьей или подругой.
Адам подключился к ее домашней сети, чтобы получить искомый ответ.
Странно. Большинство личных сетей были едва зашифрованы, но ведь она работала на правительство.
Он попробовал беспроводной сигнал, но тот нестройно гудел, не желая его впускать. Что ж, существовало несколько способов подслушать бинарный разговор.
Адам понял, что не найдет подключение к сети, поэтому вышел и отправился на поиски телевизора. Открыв большой шкаф, расположенный между двумя окнами, из которых открывался потрясающий вид на город, он отметил неплохую звуковую систему, но телевизора там не оказалось. Повернувшись, он, к своему шоку, обнаружил, что у нее вообще не было телевизора.
Поэтому, когда Лаура, наконец, вышла из спальни, он выпалил:
— Как ты можешь жить без телевизора?
— Он мне не нужен.
— Не нужен? — недоверчиво переспросил он. — Как же ты развлекаешься? Видеоигры? Фильмы? — следовало отметить, что технически Адам мог делать все перечисленное по беспроводной сети, но это не заменяло тактильное удовольствие от того, как он плюхался в удобное кресло или диван и жевал бесполезные углеводы, одновременно визуально наслаждаясь ужимками в хорошем кино или бросая вызов своим ловким навыкам, манипулируя игровым контроллером.
— Большую часть времени я работаю, а когда нет каких-либо исследований, то я сплю.
— Но как-то же ты расслабляешься? Ведь не вся твоя жизнь заключена в лаборатории?
— Мне нравится работать, но еще я люблю читать, — при виде его выгнутой брови она покраснела, румянец на ее щеках был таким соблазнительным. — Научно-популярные книги напрямую связаны с моей работой.
— А где же веселье? — когда Лаура изменила позу на оборонительную, Адам понял, что его тон имел обвинительный оттенок.
«Черт, я только что назвал ее скучной».
— Кто сказал, что я не умею веселиться?
— Я. Не забывай, что я наблюдаю за тобой уже некоторое время. За исключением сегодняшнего вечера, в который начальник подкинул тебе сюрприз, твое сердцебиение никогда не учащалось, а глаза не сияли от волнения. Не говоря уже о том, что я ни разу не слышал твоего смеха.
— Откуда тебе знать, насколько быстро бьется мое сердце? Вообще-то во время работы я испытываю постоянный выброс адреналина. Я ученый. И получаю удовольствие от открытий.
Адам фыркнул.
— Что за чушь.
Выпрямив спину, она смерила его свирепым взглядом.
— Может не стоит оскорблять меня в собственном доме? И какое тебе дело до того, как я развлекаюсь?
— Верно, это не мое дело. Но ведь ты многое упускаешь.
— Упускаю? И что же? Фильмы об абсурдных ситуациях?
— Забудь на секунду о телевидении. Как насчет простого кайфа, который приходит, когда ты занимаешься чем-то ради удовольствия? Например, поднимаешься на живописную гору. Ныряешь с аквалангом и наблюдаешь красоту природы на коралловом рифе, — даже Адам, со своим аналитическим складом ума, мог это оценить. — А как насчет удовольствия, получаемого от совместного приключения с другом или возлюбленным…
Почему, когда речь заходила о докторе Лауре, его мысли всегда возвращались к более интимным моментам? Она привлекала его, как никто другой.
Выражение лица девушки на мгновение стало печальным, а затем серьезным.
— Моя работа важна. Позже у меня будет достаточно времени, чтобы предаваться легкомысленным занятиям.
— Или ты могла бы выкроить время уже сейчас.
— Говорит парень, которому поручено следить за мной. Только вот не надо меня убеждать, что прогуляться по городу — хорошая идея, учитывая предполагаемую угрозу сотрудникам «КиберГлис».
— Тебе даже не нужно выходить, чтобы повеселиться.
— И что же ты предлагаешь? Поиграть в настольную игру? Карты?
— Есть кое-что получше, — прежде чем она успела задать еще какой-нибудь вопрос, Адам показал, что имел в виду.
Заключив ее в объятия, он не задумывался и не взвешивал все «за» и «против». Адам хотел поцеловать ее весь вечер. На самом деле много недель. Практически с самой первой встречи он мечтал ощутить, окажутся ли ее сочные губы податливыми.
Так и вышло. Мягкие и притягивающие.
Мечтал обнять девушку, чтобы проверить, подойдет ли она под его тело.
Лаура была идеальной. Ее пышные изгибы прекрасно дополняли его крепкое тело.
Мечтал посмотреть, скрывалась ли под ее чопорной и серьезной внешностью страсть.
И она практически растопила его своим жаром, который высвободился благодаря одному долгому и чувственному поцелую.
Его чувства обострились. Когда поцелуй закончился, они уставились друг на друга. Яркие карие глаза Лауры за стеклами очков с удивлением встретились с его взглядом. Удивительно, но он все понял. Ее участившееся дыхание рассказало обо всем.
Момент все тянулся, наполненный ожиданием и желанием. Когнитивная часть мозга просила Адама отойти. Связь с доктором, какой бы приятной она ни была, не входила в его миссию. Опасно, учитывая ее научное образование. А если она выяснит, кем он был? Тогда угроза повиснет не только над его жизнью, но и над всем остальным. Неприемлемый риск.
И все же…
Мужчина внутри заорал:
«К черту».
Адам прижал ее к себе, крепко обхватив руками, с силой и решимостью вновь поцеловав. Девушка уже была возбуждена.
Ее сердце бешено колотилось, разгоняя кровь и оживляя нервы. В то же время тело Лауры обмякло, так как томное возбуждение расслабило мышцы. Но она могла не опасаться падения.
«Я никогда ее не отпущу. Буду доставлять море удовольствия. Лишь со мной. Только я».
У Адама не получалось справиться с собственническими чувствами точно так же, как он не мог устоять перед ее очарованием.
Желание Лауры проявилось в мускусном аромате духов. Слои одежды, разделявшие их, не могли скрыть очевидного. Не с обостренными чувствами Адама.
Он практически сгорал от страсти. Член затвердел, став тверже, чем сталь, которой укрепили его кости. Тверже, чем замки на брандмауэрах, охраняющих его электронные секреты. Настолько твердый…, что было больно?
Боль была не тем, что он жаждал чувствовать, но с доктором Адам был готов гореть в агонии желания. Дикая настойчивость была опьяняющей. Не управляемая программированием или рациональным мышлением. Адам просто чувствовал. Чувствовал на уровне, который и представить себе не мог.
Он практически забыл, где находился, кем был и какую опасность представляло само его существование. Но, к счастью для них обоих, Адам обладал очень быстрой реакцией, потому что неожиданно окно разлетелось вдребезги. Он успел развернуться и подставить спину за долю секунды до того, как смертоносные осколки вонзились в плоть.
Но более зловещим, чем смертоносный дождь из стекла, был стук и тиканье металлического шара с мигающим красным предупреждением.
«Бомба. Вот, черт».
Не осталось времени на объяснения. Не осталось времени ни на что, кроме побега. Перекинув девушку через плечо и проигнорировав ее испуганный вопрос: «Что происходит?», Адам бросился к двери, выбегая из квартиры. Зловещее тиканье становилось все быстрее и быстрее.
Если бы не его скорость, то навряд ли кто-то из них выбрался бы живым из квартиры. Как бы то ни было, он едва успел выскочить в коридор и повернуть налево, когда взрыв сотряс здание. Пол под ногами задрожал. Из дверного проема повалил дым, а зловещий треск пламени дал ему понять, что позади их ничего не ждет.
Ничего, кроме разрушения.
«Кто-то хочет нас убить. Кто был целью, я или доктор?»
В любом случае, им нужно было убираться отсюда. Быстро.
Мельком взглянув на лифт, он понял, что тот находился на втором этаже и поднимался наверх. Остановиться ли враг на взрыве, или выпустит команду зачистки для проверки результатов?
Адам решил не дожидаться гостей. Сам он без проблем справился бы с большим количеством повреждений, но хрупкая женщина, тело которой сотрясалось от кашля из-за дыма, не устояла бы против пуль.
Мчась по коридору, он игнорировал головы, высовывающиеся из дверных проемов и спрашивающих одно и то же:
— Что происходит? Пожар?
Адам прорычал:
— Возвращайтесь внутрь, — тщетная попытка спасти их от пуль команды зачистки. Однако человеческое любопытство привело к скоплению толпы в холле. Люди взволнованно обсуждали меры, которые стоило предпринять. Адам выбежал на лестничную клетку как раз в тот момент, когда зазвенела пожарная сигнализация. Тем не менее резкий звук не смог скрыть криков и зловеще выкрикиваемых слов «О боже, у них оружие». Итак, ему нужно было двигаться еще быстрее.
— Держись крепче и молчи, — было единственным предупреждением, которое она получила, прежде чем Адам еще крепче сжал одной рукой ее бедра и перепрыгнул через перила, пролетев несколько этажей и в полете дотянувшись до перекладины лестничной площадки, ведущей на четвертый этаж.
Почему они не спустились по лестнице? Потому что при правильно организованной операции у двери, выходящей на лестничную клетку, были расставлены люди, готовые пристрелить любого появившегося.
Киборги, будучи более выносливыми и в высшей степени умными, не только стояли бы на лестничной клетке, но и контролировали ли бы пространство между лестницами. Жертвы, особенно среди невинных, были неприятным исключением при данном виде охоты.
Когда Адам оказался на четвертом этаже, то быстро нанес удар ногой по замку, заблокировав дверь. Теперь люди могли только входить в здание, а не покидать. Он воспользовался моментом и проанализировал окружение. Несмотря на отсутствие дыма на этаже, сигнализация тоже сработала, значит, в холле толпились люди, задающие одни и те же бесполезные вопросы.
Некоторые заметили его частично военную форму и покрытое сажей лицо, поэтому предположили, что у него были ответы.
— Что происходит? Нам нужно эвакуироваться?
Учитывая то, что Адам мог ускользнуть от погони только при условии смешения с толпой, он закричал:
— Бегите! Пожар! Все на лестницу.
Тот факт, что он крался вдоль стены в противоположном направлении, казалось, остался незамеченным, за исключением одного человека, который до сих пор молчал.
— Адам, куда ты идешь? — спросила доктор хриплым голосом.
— Наружу.
— Разве нет другого выхода? — слишком спокойно пробормотала Лаура, что было и хорошо, и плохо. Хорошо, потому что с ней было легче справиться, плохо, потому что после отступления шока ее состояние должно было ухудшиться. Черт, Адам был откровенно плох в утешении.
— Не для нас, — загадочно ответил он.
— И что это значит?
Адам промолчал, выбрал момент, когда никто, казалось, не обращал на них никакого внимания, и проскользнул в квартиру, дверь которой была оставлена приоткрытой убегающим жильцом.
Закрыв за собой дверь, он поставил Лауру на ноги и быстро оценил ситуацию. Сама квартира имела ту же планировку, что и квартира дока. Небольшая прихожая, ведущая в гостиную и открытую кухню. Адам проигнорировал декор и сосредоточился на раздвижных стеклянных дверях, ведущих на балкон.
На случай, если кто-то подслушивал, он отправил короткое мысленное сообщение, в котором были указаны его координаты.
«Если кто-нибудь слышит, я побывал в пожаре. В пожаре и с ранением».
Теперь пришло время позаботиться об остальном. Ряд курток и свитеров, даже несколько бейсболок, висели на крючках у двери. Адам схватил самую большую, которая, к счастью, была черной. Кровь со спины удалить не удастся, но зато получится скрыть повреждения от любопытных глаз.
Учитывая, что на улице было не очень-то тепло, он бросил Лауре темно-синюю куртку, которое она подхватила одной рукой, а второй поправила очки на носу. Девушка посмотрела на него, затем на куртку, которую держала.
— Надень.
К удивлению Адама, она беспрекословно подчинилась, но и решила выговориться:
— Куда мы идем? Что происходит? Это из-за «КиберГлис»? Может, стоит позвать на помощь?
Подойдя к раздвижным стеклянным дверям, он открыл створки, выглянул наружу и, оглянувшись, произнес:
— Послушай, док, у меня нет времени играть в тысячу вопросов. Просто доверься мне, чтобы мы выбрались отсюда живыми. У тебя получится? — он повернулся к ней лицом.
Лаура просто смотрела на него, выглядя уязвимой в слишком большой куртке. Ее волосы выбились из конского хвоста, щеки перепачкались в саже и крови, но Адам не заметил каких-либо повреждений на девушке.
Не требовалось особой дедукции, чтобы прочесть страх в ее взгляде и силу воли, которая потребовалась, чтобы сдержать истерику.
Лаура расправила плечи, сглатывая слезы. Доктор была сделана из твердого материала. Да, она предпочитала не участвовать в приключениях, но, когда ее жизнь перевернулась с ног на голову, а дерьмо попало в вентилятор, девушка восприняла все спокойно, с храбростью, которой он восхищался.
Лаура кивнула… и ахнула, когда он подхватил ее на руки.
— Держись крепче, — посоветовал Адам. Она обвила руками его шею. — Оу, и не смотри вниз.
Когда она открыла рот, чтобы спросить: «Почему?» он запечатлел на ее губах крепкий поцелуй. Возможно, последний.
Все зависело от времени.
И удачи. То, во что киборги не верили, но его человеческая сторона все равно рассчитывала.
Мысленно крикнув напоследок: «Вперед», Адам бросился к раздвижным стеклянным дверям.
Глава 9
«Доверься мне», — просил Адам. И она доверилась, чтобы в итоге он убил их обоих.
Дверь распахнулась благодаря удару Адама. Они выбежали на улицу. Когда солдат подбежал к выступу, обрамляющему открытый балкон, Лаура хотела закричать, но ужас лишил ее голоса. Одним прыжком он оказался на парапете, удерживая равновесие. Учитывая расстояние от земли, она не смогла удержаться и крепко зажмурилась.
«На самом деле ничего этого не происходит».
Может, ей просто снился сон. Кошмар, порождённый ее переутомленным разумом.
— Не отпускай, — посоветовал он. Будто бы она рискнула. Лаура крепко вцепилась в его шею. Одна из его рук убралась с ее спины, чтобы поддерживать ноги. Не было и речи о дальнейших предупреждениях, времени на подготовку или протест. Адам прыгнул. Они оказались в воздухе.
«О боже, — Бог однозначно ее не слышал, учитывая то, что Лаура написала диссертацию, опровергающую его существование, — мы умрем».
Ее голова дернулась, когда их спуск резко прекратился. Судя по крикам, сиренам и свисту над ее головой, смерть не наступила. Пока что.
Она приоткрыла один глаз.
Казалось, они до сих пор парили, или летели, или что-то в этом роде, потому что определенно не стояли на твердой земле, которую Лаура намеревалась расцеловать, если, конечно, останется живой. Шансы склонялись не в пользу выживания, ведь теперь они висели в воздухе на высоте двух этажей или больше.
Используя только одну руку, Адам держался за плетеный трос, демонстрируя силу, которая, как молилась Лаура, не должна была подвести. К тому же его хватка на тросе была единственным, что удерживало их от падения.
Пока они раскачивались в воздухе, как маятник без часов, Лаура пыталась осознать, что происходило вокруг. За плечом Адама царил бедлам. Не нужно было быть гением, чтобы догадаться, что дым, поднимающийся с этажа несколькими уровнями выше, валил из ее квартиры. Также не нужно было обладать IQ на уровне Менса, чтобы понять, что фигуры, свисающие с канатов на здании, заметили их и начали целиться.
Не уверенная, что крик как-то поможет, но чувствуя необходимость сообщить о происходящем Адаму, Лаура заорала:
— Оружие!
— Черт, — пробормотал Адам, совсем не успокоив Лауру. — Забирай нас быстрее, — крикнул он кому-то наверху. Неужели она забыла упомянуть, что веревка, на которой они болтались, была прикреплена к вертолету?
Забудьте о поцелуях с землей. Сначала ей следовало поцеловать пилота вертолета. Военные пришли им на помощь. И так быстро? Но как они узнали? Да какая разница? Прибытие подмоги спасло их от превращения в красную кляксу на тротуаре.
Рывок за веревку закружил их. Лаура прикусила язык, чтобы не закричать. Они быстро поднимались, но вот раздался треск.
«Они стреляют!»
По крайней мере так предположила Лаура. Гипотеза подтвердилась, когда пуля просвистела слишком близко от ее уха.
— Положи голову мне на плечо, — крикнул Адам, но его слова были едва различимы из-за грохота лопастей вертолета.
Уткнувшись лицом в его шею, Лаура заметила, как Адам намерено поворачивал свое под пули. Он фактически играл роль живого щита.
Или он действительно им являлся?
С ужасом, угрожающим заморозить ее разум, Лаура окунулась в мысли, которые не шли рука об руку с опасностью. Зачем зацикливаться на возможности разбиться насмерть и на том, что судмедэксперт будет вынужден обратиться к ДНК для идентификации? Зачем беспокоиться о том, что решительные стрелки намеревались превратить их в человеческий эквивалент швейцарского сыра?
Итак, Адам.
Сексуальный Адам, который одним поцелуем и прикосновением превратил в насмешку ее скучное существование.
Джентльмен Адам, который защищал ее, несмотря на очевидные травмы.
Сильный Адам, который вынес ее из опасной зоны и даже не вспотел.
Сумасшедший Адам, который спрыгнул с чертова балкона и в мгновение ока ухватился за спасательную веревку.
Не человек Адам, КОТОРЫЙ БЫЛ ДОЛБАНЫМ КИБОРГОМ!
Ладно, последнюю фразу она мысленно выкрикнула. Но от этого открытие не стало менее ошеломляющим.
Все это время она искала доказательства существования киборгов в «КиберГлис», но обнаружила их у себя под носом. В своей квартире. Работая на военных.
Предатель.
Как он мог сознательно работать на людей, которые приказали уничтожить сотни ему подобных? Или у него не было выбора? Был ли он перепрограммированной моделью, которая не умела думать самостоятельно? Получил ли он свободу для того, чтобы потерять человечность, благодаря манипуляциям военных? Добровольно ли он решил объединиться с другими, чтобы выжить? Или он был новой моделью, улучшенной, о существовании которой никто не подозревал?
Позже Лаура намеревалась со всем разобраться. Наконец, веревку дотянули до вертолета. Пошатываясь, Лаура заметила, что к ней потянулись чьи-то руки, чтобы втащить внутрь. Очень сильные женские руки. Группа мужчин занялась Адамом.
Лаура, у которой от шока последних событий подкашивались ноги, села на пол вертолета неподобающей для леди кучей и посмотрела на спасителей. Статная блондинка, которая могла бы позировать для любого модного журнала, и потрясающий мужчина рядом. Если бы она уже не встретила Адама — и не поцеловала его, — то, возможно, пришла бы в восторг от внешности незнакомца. Светловолосый, хорошо сложенный, с точеным лицом и фигурой, он был слишком красив, чтобы быть настоящим.
Одетые в черное с головы до ног, они не были похожи на солдат. На роботов тоже не походили. Но у нее было смутное сомнение.
Конечно, Лаура винила шок, но неожиданно она выпалила:
— Вы все киборги?
Они обменялись молчаливыми взглядами. Но Лаура могла поклясться, что они разговаривали. Черт, они точно общались. Большинство моделей были оснащены беспроводной связью. Именно так военные передавали приказы и загружали изменения в программы.
Как раз в тот момент, когда казалось, что никто не ответит, Адам покачал головой и нарушил молчание.
— Она видела слишком многое, чтобы я мог легко это объяснить.
— Это о том, что ты двигаешься быстрее, чем биологически возможно? Или что твоя спина моментально исцелилась от порезов? Да, я заметила. Довольно сложно не обратить на это внимание, учитывая, что ты перебросил меня через плечо, позволяя смотреть только туда, — ну, на самом деле она еще пялилась на его задницу, но не стала упоминать о данном деликатном факте.
— Ты же понимаешь, что, посвящая ее в секрет, подвергаешь опасности всех нас.
С усталым выражением лица, на которое точно не была способна машина, но опять же, киборги были не просто машинами, Адам вздохнул.
— Понимаю. Но что еще я мог сделать? Не позволить же пристрелить ее.
Ах, как мило. Лаура не смогла сдержать тепло, разлившееся по телу от его слов. Но затем последовал холодок от ответа его спутников.
— Возможно, ее смерть была бы уместнее. Кто-то очень хотел, чтобы ее убили. Как думаешь, почему мы оказались в данном районе, чтобы уловить твой сигнал бедствия?
— Вообще-то я не нуждался в помощи, — запротестовал Адам. — Просто испытывал некоторые неудобства. Если бы я был один, то справился бы с ситуацией.
— За счет чего? — покачал головой незнакомец. — Погибла бы уйма невинных.
Гримаса исказила лицо Адама.
— Невинные уже погибли, но не по моей вине. Кто бы ни пришел за нами, он был настроен решительно и не заботился о жертвах или привлечении внимания. Так почему вы оказались в этом районе?
— Розалинда узнала от одного из информаторов о планируемом нападении на квартиру доктора. Мы начали действовать.
— Хорошо, что вы отреагировали. Мне не хотелось убегать по земле и пробираться незамеченным в одно из убежищ.
— Но ты легко бы справился, не потащив ее за собой.
Лаура не смогла сдержать дрожь. Слава богу, Адам не разделял того же мнения, что и эта леди, иначе она уже была бы мертва.
И снова он встал на ее защиту.
— Ее бы убили, а может и того хуже.
Что могло быть хуже смерти?
— Тогда тебе следовало избавиться от нее, чтобы не посвящать в секрет, и сбежать. Вместо этого нам пришлось вмешаться и спасти твою задницу. Кстати, совершенно публично.
Красивый мужчина рассмеялся.
— Мы станем сенсацией на YouTube еще до конца вечера.
— Я попрошу Розалинду удалить все фотографии и видео, — ответил Адам.
— Кто такая Розалинда? — Лаура пожалела, что не прикусила язык, поскольку блондинка обратила свой холодный взгляд в ее сторону.
— Что сделано, то сделано. Возможно, ты был прав, когда решил ее спасти. Вероятно, она знает несколько ответов. В конце концов, нападение было направлено на нее. Но вопрос в том, почему? В чем она настолько важна, что кто-то, даже маргинальная группа, стала так публично и яростно атаковать, не обращая внимания на жертвы среди гражданского населения? Обычно все происходит не так.
— Вместо того, чтобы зацикливаться на почему, возможно, нам следует спросить кто? — вставил мужчина, развалившийся в кресле и забывший пристегнуться.
Адам, снимающий украденную куртку, нахмурился.
— В смысле, кто? Розалинду уведомил информатор, верно? Значит она в курсе, кто несет ответственность за атаку.
— Нет. Речь о быстро организованном нападение наемников. Хотя, учитывая вооружение и организацию, я больше склонен к выводу о военных.
— Секретные операции?
— Скорее всего. Значит, маленький доктор владеет информацией, которую они считают ценной. Вопрос в том, о чем речь?
То, что она оказалась в центре пристальных взглядов, не обнадеживало. Лаура, все еще сидевшая на вибрирующем полу, прижала колени к груди. Пришло время напомнить им, что она существовала и у нее были чувства. Однако, сначала она водрузила на нос очки, которые каким-то образом не потеряла.
— Если они что-то искали, тогда зачем взорвали мою квартиру? Разве не лучше было бы ее обыскать?
— Просто они ищут не физический объект. Что ты прячешь в своей человеческой голове?
Учитывая то, как женщина смотрела на нее, склонив голову набок, Лауре казалось, что та хочет ее препарировать. Она вздрогнула, а Адам нахмурился.
— Анастасия, может хватит ее пугать? Док не враг. Напротив, если военные или неизвестная группировка так сильно хотят ее смерти, то, очевидно, она знает что-то ценное. Даже если Лаура еще не понимает, о чем именно речь.
— Зачем военным желать моей смерти? Бессмыслица какая-то. Я же работаю на них. Мне даже выдали охранника ради обеспечения безопасности.
— Хорошо, что этим охранником оказался Адам. Если бы был кто-то другой, то ты уже напоминала бы кусок мяса на гриле, — заявил мужчина-киборг.
— Сет! Обязательно быть таким грубым? — на этот раз возмутилась женщина, поэтому Лаура немного расслабилась. — Ты же знаешь, что я голодна. Как хорошо, что сегодня вечером у нас будет настоящий земной ужин, — после таких слов Лаура снова напряглась.
— Прости. На самом деле тебе придется довольствоваться тем, что мы сумеем раздобыть.
Анастасия поморщилась.
— Ну, да. Много камней и растений. Если мы можем переваривать и расщепить все соединения, содержащиеся в сырье, то это еще не значит, что мы будем питаться чем попало. Не вижу ничего плохого в том, чтобы насладиться вкусной едой.
— Ох, у меня как раз завалялось кое-что очень аппетитное, — ухмылка на лице Сета не нуждалась в интерпретации.
Когда Лаура покраснела и отвела взгляд, Анастасия снова воскликнула: «Сет», но на этот раз с нежным раздражением.
— Вот что мне с тобой делать, муж?
— Надеюсь, ты решишь повторить Камасутру с девятой по тринадцатую главу, которую я недавно скачал.
— Хм, обычно я предлагаю видеокамеру для записи извращенного секса, но сегодня у нас более важные дела. Например, куда, черт возьми, мы теперь пойдем? Если предположить, что цель была доктор Коуэн…
«Словно меня здесь нет», — подумала Лаура, немного раздраженная официальным тоном Адама.
— …тогда мой дом сойдет для убежища, пока мы будем перегруппировываться и планировать. Однако, если за всем стоят военные…
— Тогда нам следует поспешить, чтобы успеть подготовиться к прибытию гостей, — заявил Сет с сияющей улыбкой, нисколько не смущенный собственным желанием броситься навстречу опасности.
Неправильное программирование? Или подобное происходит, когда эмоции мужчины, переполненного тестостероном, смешиваются с практически непобедимой природой киборга?
Адам нахмурился.
— Лучше бы им не приближаться к моему дому. Внутри хранятся бесценные предметы.
Анастасия рассмеялась.
— Ага, мне тоже нравится твоя коллекция винтажных фигурок из «Звездного пути». Хотя, если честно, твое увлечение боргами немного тревожит.
— Забавно, мне казалось, что тебя больше взволновал костюм «Семь из девяти», который ты надела для меня в тот раз.
Удар, который Сет нанес Адаму, не попал в цель, но его закипающая ревность была очевидна для всех.
Адам и Анастасия раньше встречались? Странно, что Сет был не единственным, кто испытывал желание дать кому-нибудь пощечину. Лаура изо всех сил старалась не скривить губы, когда Анастасия расхохоталась.
— Боже. Тот дурацкий костюм. Я до сих пор не могу поверить, что согласилась облачиться в это на вечеринку в честь Хэллоуина.
— Не могу поверить, что мы до сих пор это обсуждаем, — проворчал Сет, скрестив руки на груди и выпятив нижнюю губу.
— Не дуйся. Это было так давно. Если тебе станет легче, то для тебя я подготовила более сексуальный костюм. Одеяние настолько неприличное, что навряд ли ты позволишь мне надеть его на публике. Идея пришла вместе с тем фильмом, который ты заставил меня посмотреть, — Анастасия подмигнула Сету, чье раздражение мгновенно растаяло.
— Да прибудет со мной сила! — воскликнул Сет.
Слушая подтрунивание друг над другом, Лаура не могла не задаться вопросом, как киборгам удалось совершить революцию. Они были такими игривыми и совершенно не обращали внимания на окружающую опасность?
— Ваш вид когда-нибудь бывает серьезен?
Анастасия поджала губы.
— Наш вид, безусловно, всегда серьезен.
— Прости. Я не хотела оскорбить. Просто мы вроде как в бегах, а Адам ранен. Мы не понимаем, кто хочет убить меня, его или нас обоих, но вы предпочитаете шутить по поводу костюмов на Хэллоуин. Признаюсь, у меня нет опыта общения с киборгами, но я ожидала…
— Меньше эмоций, больше роботизации? — Адам смерил ее взглядом, в котором ясно читалось разочарование. Казалось, он воспринял ее слова как прямое оскорбление. Но она не это имела в виду. Если бы только Лаура могла выразить словами насколько глубоко было ее сочувствие к киборгам. Рассказать, как их, по ее мнению, жестоко обманули. Объяснить, что хочет лишь помочь. Но, столкнувшись с неодобрительными взглядами, Лаура крепко сжала губы и съежилась на полу.
Смех и подшучивания прекратились. Смолкли вообще все разговоры. Вернее, они разговаривали, но только мысленно. Лаура не являлась частью группы.
«Потому что я человек. Их враг».
Глава 10
«Женщина права. Мы позволяем человеческим эмоциям возобладать над здравым смыслом, — Анастасия, всегда такая целеустремленная, была первой, кто вернул их в нужное русло. — Нужно разработать план действий».
«Рискнем и свяжемся с Розалиндой?» — спросил Адам, сомневаясь, что это было безопасно. Мысленное общение лучше всего работало в непосредственной близости. Несмотря на то, что сигналы можно было передавать на определенных волнах, проще всего на сотовых телефонах, данный вид связи не мог похвастаться достаточным шифрованием. Значит, их могли подслушать. К тому же метод частот сотового телефона не сработал бы с Розалиндой.
Убежище, погребенное под землей, со стенами, облицованными свинцом и другими элементами, гасящими сигнал, не пропускало даже самые сильные радиоволны. Но если он свяжется с ней напрямую, то сообщит врагам о существовании и местоположении девушки. Еще можно было опубликовать сообщение в интернете и подождать, когда Розалинда его увидит. После она бы обязательно связалась с ними по защищенному каналу и отчиталась бы о положении дел.
Данная ситуация могла похвастаться низкими шансами на выживание. Чем дольше они оставались в воздухе, тем больше привлекали внимание. Вероятно, совсем скоро их попытаются сбить. Или просто проследят. Нужно было срочно приземляться и двигаться пешком. Чем скорее, тем лучше.
Но для принятия окончательного решения Адам решил кое-что уточнить.
«Пилотирует Мюррей?»
На самом деле Мюррей был одним из сочувствующих. Его брат был киборгом, но мужчину жестоко застрелили еще в первую волну отбора. Того парня звали Сайрус. Он стал овощем после несчастного случая на скейтборде в подростковом возрасте, поэтому семья записала его добровольцем в проект «Киборг».
Несмотря на изменения в брате, Мюррей любил его. Когда СМИ продолжали прокручивать видео Сайруса, стоящего на коленях на земле, с руками за головой, не оказывающего сопротивления, убитого солдатами пулей в голову, Мюррей захотел что-то изменить. Но парень наложил на первый план Адама вето, так как тот заключался в полной зачистке военных. Тогда у него были некоторые проблемы с гневом.
Мюррей мог похвастаться логичным мышлением, которого не хватало большинства людям.
Каждый киборг был чьим-то братом, отцом или сыном. Они не были виноваты в том, что военные облажались. Их не должны были убивать.
Без суда. Без пощады.
Конечно, не все человечество придерживалось подобной точки зрения. Большинство были безмозглыми овцами, поддавшимся влиянию военных и СМИ, которые изображали киборгов как бесчувственные машины для убийства, намеревающихся уничтожить человечество.
Особенно ему понравилась тактика запугивания, в которой говорилось, якобы киборги заражали людей наночастицами, превращая в роботов.
Ложь, но общество поверило. Какое-то время в моде были шляпы из фольги, поскольку профессионалы в области маркетинга оседлали волну мерчандайзинга.
Надень алюминиевую шапку и не дай киборгам завладеть твоим разумом.
Бред. Как и кибер-электрошокеры, которые были бесполезны. Даже выстрел не смог бы окончательно убить киборга. В итоге невежество, подгоняемое страхом, легко распространилось.
«Да, пилотирует Мюррей, — подтвердила Анастасия. — Значит, на борту два человека, которых нужно защищать. Каков план?»
План. Его план состоял в том, чтобы выжить и никого не потерять.
«Нужно приземлиться, прежде чем…»
Вертолет накренился в сторону от удара. Раздался крик Мюррея:
— Две цели. Они выскочили из ниоткуда.
Адам понял, что у них совсем не осталось времени.
«Как, черт возьми, мы не услышали их приближения? — мысленно воскликнул Сет. — Я не улавливаю никаких радиосигналов ни на одной частоте».
Как же он ненавидел, когда в бой вступал враг, который имел лучшую экипировку.
«Нам пора приобрести улучшенные игрушки».
Но сначала нужно было выжить.
«Анастасия и Сет, вы уводите Мюррея и тащите задницы к месту встречи. Ориентируйтесь на три часа. Если место окажется под угрозой, тогда, Ана, к шести доберись туда, где у нас состоялось первое свидание за чашкой кофе».
«А как же ты и эта женщина?»
Они с доком будут уводить врагов от друзей. Анастасия была права. Если они охотились за доком, то девушка была помехой движению. Адам не стал бы подвергать опасности все, что построил, из-за какой-то неисправной наночастицы, которая, казалось, была чрезмерно привязана к человеческой женщине.
Но это не означало, что он не собирался спасать ее сладкую задницу и выяснить, кто осмелился организовать покушение на убийство. Если и было нечто, что киборги делали хорошо и что не сумел стереть ни один программист — эффективность в делах смерти. Все они специализировались на мести.
Глава 11
Лаура с округлившимися от удивления глазами наблюдала, как Адам залез в кабину, из которой сразу выбрался другой мужчина, споткнувшись, когда вертолет тряхнуло от очередного удара.
«Кто-то стреляет в нас».
Что не предвещало ничего хорошего.
Холодный воздух ворвался в салон. Сет открыл раздвижную дверь. Это означало только одно.
— Уходим?
— Увы, но придется продолжить вечеринку в другом месте. Мюррей, ты надел жилет?
Пилот, которого, как оказалось, звали Мюррей, ударил ладонью по своему торсу.
— Ага. О чень надеюсь, что ты все верно рассчитал. Не хотелось бы разукрасить своей кровью асфальт.
— Б удто я, с моими — то высшими когнитивными способностями, мог ошибочно оценить такую банальную вещь, как самоубийственный прыжок.
Судя по бледности пилота, он, как и Лаура, пребывал в сомнениях.
Анастасия и Сет закончили пристегиваться, затем, захватив с собой пилота, нырнули за борт, бросив напоследок:
— Увидимся позже, если, конечно, нам улыбнется удача.
А вот Лауре, судя по происходящему, было уже не на что надеяться. Несмотря на маневры и виражи, Адам продолжал уверенно управлять вертолетом, игнорируя глухие удары и свист. Преследователи висели у них на хвосте.
Когда Адам вышел из кабины, Лаура изумленно уставилась на мужчину, который беззаботно надевал ремни и проверял кобуру с пистолетом.
— Кто за штурвалом? — уточнила она, боясь услышать ответ.
— Я.
Лаура пристально посмотрела на мужчину, а затем перевела взгляд на кабину пилота, которую он только что покинул.
Адам рассмеялся.
— Управляю я, но по беспроводной сети через компьютер.
Она действительно предпочла бы другой ответ. Назовите ее старомодной, но Лаура плохо относилась к автоматизированному передвижению. Некоторым машинам нужен был водитель.
Самолет содрогнулся. Теперь очередной наклон и снижение стал сопровождать пронзительный тревожный вой.
— Мы умрем? — спросила она, быстро теряя оптимизм по мере снижения высоты.
— Не сегодня. Н адеюсь, — ответ явно не успокоил Лауру. Адам снял с нее очки, засунув те в карман. — Итак, теперь иди ко мне на ручки. Ноги вокруг талии, руки вокруг шеи.
Поскольку у него, казалось, был план, Л аура забралась на мужчину, как коала.
— Знаешь, если бы обстоятельства сложились иначе, а на нас было бы меньше одежды, то мы бы очень весело провели время, — поддразнил он. Но попытка пошутить не удалась, Лаура продолжала нервничать, к тому же перед открытой дверью просвистело несколько пуль.
Вскрикнув, она уткнулась лицом в его шею. Даже если сегодня ей светила смерть, то Лаура встретит ее с закрытыми глазами.
— Ты когда-нибудь прыгала с парашютом? — спросил Адам.
— Нет.
— Я тоже, но звучит забавно. Что бы ты ни делала, главное, не сдавайся.
Е динственное предупреждение, прежде чем он выпрыгнул. Вскрикнув, потому что ситуация, черт возьми, того требовала, Лаура полетела вниз, ощущая потоки холодного воздуха.
Раздался шелест, как будто натянули парусину. Осмелившись приоткрыть один глаз, она заметила, что Адам использовал не парашют, а какое-то подобие крыльев. Натянутая между руками и телом ткань удерживала их на воздушных потоках, словно птиц.
Вот только Адам не махал крыльями. И спуск был быстрее, чем хотелось бы Лауре, но уж лучше так, нежели попасть под обстрел.
Во второй раз за день она услышала оглушающий взрыв. Вертолет рухнул, озарив землю ярким огненным шаром.
Но больше пугали, чем яркие вспышки или клубы дыма, звуки вражеских вертолетов, все еще прочесывающих ночное небо.
Лаура видела, как яркие лучи пересекались, осматривая местность в поисках выживших.
«Они ищут нас».
Адам вытянул руки, уводя их в сторону от ищеек и света в кромешную тьму. За короткое время полета они покинули пределы города и теперь находились в пригороде, где располагались жилые комплексы с нетронутыми участками земли и девственной почвой для бульдозеров. Превратятся ли они с Адамом в удобрение для сорняков, когда взойдет заря?
Нет.
Они станут кормом для рыб.
— Сделай глубокий вдох, — посоветовал он. — И крепко держись за меня.
Хорошо, что Адам заранее ее предупредил, потому что, когда они оказались в воде, первым побуждением Лауры было открыть рот и закричать. Учитывая, что утопление не способствовало долгой и счастливой жизни, она плотно сжала губы.
Однако шок от холода, не говоря уже о панике, не облегчил задачу. Да, Адам велел ей держаться крепче, но, черт возьми, он тонул.
И увлекал ее за собой!
Она отпустила его и стала барахтаться, увязая в слоях одежды. В округ была лишь темная вода, которая быстро сбила чувство направления Лауры.
И где она оказалась? Всплыла?
Или опустилась на дно?
Выпустив немного воздуха, Лаура попыталась рассмотреть, в каком направлении полетели пузырьки. Но ничего не получилось. Ослепленная, она не могла определить, в какую сторону плыть. Лаура вновь выпустила немного воздуха, но безрезультатно. Все, чего она добилась — усилила давление в легких.
И все же Лаура не чувствовала боли. Просто ее конечности были вялыми и онемевшими от холода.
«К счастью, я вообще ничего не чувствую».
Только ее легкие страдали от давления. Им нужен был воздух. Н ужен был кислород. Н ужно было облегчение.
Она пыталась сдерживаться. Пыталась игнорировать требования собственного тела. Но ничего не вышло.
И Лаура выдохнула…
Глава 12
Проклятье. Адам велел ей крепче держаться…, и Лаура держалась, пока они не упали в воду и не пошли ко дну. Обычно в такие моменты у людей срабатывали инстинкты самосохранения … по крайней мере у нее сработал. Для Адама вода была такой же обыденной средой, как воздух или космическая пустота. Однако Лаура не могла долго оставаться под водой, поэтому попыталась спастись.
Р уки Адама были заняты стягиванием намокших крыльев, которые своим весом тянули его на дно. Обычно он выдерживал большой вес, но сейчас сила сопротивления преобладала. Именно поэтому он не успел вовремя остановить Лауру.
Однако, как только он избавился от всего лишнего, то сразу ринулся на поиски женщины.
Несмотря на защитную пленку, которую наночастицы сформировали на его глазах, Адам почти ничего не видел. Просто он сохранил свои органические глаза и теперь не мог включить подсветку. Темнота ослепляла, движения были затруднены течением. Лауры нигде не было.
Логика подсказывала, что она, скорее всего, утонет, а не всплывет. К тому же она была полностью одета, а значит ткань будет тянуть ее на дно. Не останавливаясь, чтобы перевести дух, Адам нырнул. Н аночастицы фильтровали воду, добывая кислород, хотя ему и не требовалось много. Удобная особенность киборгов заключалась в том, что поры кожи могли впитывать необходимые химические вещества и газы. В данном случае кислород. Он не испытывал дискомфорта при задержке дыхания. Не паниковал. Адам умел не дышать неделями, да какой там, месяцами.
Но у Лауры не было таких особенностей, значит, ей не хватало воздуха.
Сама мысль о том, что девушка могла утонуть, взбодрила Адама. Он быстро поплыл, описывая руками широкие дуги в поисках хотя бы малейшего прикосновения или подсказки.
Нечто задело его подбородок. Итак, не рыба… и не растение. Ц епочка пузырьков, которые, как он надеялся, исходили от Лауры. Адам опустился, вытянув руки по бокам, и заработал ногами, двигаясь так быстро, что чуть не пронесся мимо женщины. Благо влажные пряди ее волос прикоснулись к его лицу, оповещая о своем присутствии.
Остановившись, он притянул Лауру к своему телу, успев как раз в тот момент, когда она выдохнула последний воздух. Прежде чем женщина успела вдохнуть, Адам прижался к ее губам и выдохнул.
Лаура не реагировала, поэтому он стал делиться с ней своим кислородом. Выдох, для насыщения драгоценным кислородом. Вдох, чтобы избавить ее от углекислого газа. Адам трудился над поддержанием жизнеспособности ее легких, одновременно совершая мощные взмахи свободной рукой и ногами, поднимая их вверх.
Вскоре их головы показались над поверхностью воды, но Адам не отстранился, хотя Лаура больше не нуждалась в кислороде. Девушка самостоятельно справлялась с дыханием. Ее сердцебиение немного замедлилось, но все еще было устойчивым. Адам крепко обнял ее, нуждаясь в прикосновении и желая убедиться, что она жива.
Он больше никогда в жизни не хотел бы пережить страх и панику, которые возникли при потере Лауры в воде. И так было достаточно плохо, что банки памяти сохранили событие во всей пугающей красе, чтобы он мог переживать ситуацию заново по своему желанию.
Как какой-то человек мог оказывать на него такое сильное влияние? С каких пор его стало волновать, выжил кто-то или умер?
Но ведь речь шла не о безымянном человеке. Лаура.
Человеческая женщина, которая стала что-то значить для Адама после всех тех наблюдений.
Вот только их знакомство оказалось бы недолгим, если бы он не пошевелил своей частично металлической задницей.
Руки Лауры были настолько холодными, что Адам поспешил выбраться из воды. Вероятно, она уже пострадала от переохлаждения. В ода была ледяной, поэтому без труда снизила температуру ее тела. Когда его ноги коснулись каменистого берега, Адам подхватил девушку на руки и вышел.
Лаура дрожала в его объятиях, стуча зубами и содрогаясь всем телом. Б ледность ее кожи и темно-лиловый оттенок губ беспокоили его.
— Н ужно согреть тебя, — произнес он вслух, больше стараясь успокоить себя, а не ее. К удивлению, Лаура ответила, проявив огромное мужество, ведь девушка только что чуть не утонула.
— Б-б-было бы н-н-неплохо, — заикаясь, произнесла она. — Е-е-еще нам нужно р-р-раздеться.
— Хм, догола? Отличная идея, — поддразнил он и был вознагражден слабой улыбкой.
Несмотря на иррациональность собственных поступков, которые никак не способствовали выполнению миссии, Адам пытался разрядить обстановку, пока искал для Лауры безопасное убежище. Оставаться на открытом месте нельзя, поскольку вертолеты все еще вели поиск.
Хотя скоро все успокоятся. По далеким огням Адам понял, что от новостных станций поднимались в воздух много вертолетов, желающих снять видео происшествия и повысить свои рейтинги.
Он мысленно содрогнулся, представив, сколько снимков с мобильных телефонов его прыжка с балкона и дикого побега по городу завтра появится в прессе. С другой стороны, благодаря темноте, времени и неожиданности его действия могли быть пропущены.
Ладно, по одной проблеме за раз.
Берег располагался рядом с городом, поэтому, несмотря на пустоту, не был совсем уж невостребованным. Парковая зона, которую посещали как местные жители, так и туристы. Значит, здесь были тропинки и парковка, неосвещаемая в ночное время. А еще куча занятых коттеджей для отдыха. Черт, Адам никак не мог найти здесь подходящего дома, который можно было бы занять.
Вскоре он обнаружил здание, в котором хранились материалы для ремонта. Л учшее, что существовало на данный момент.
Посиневшие губы, стучащие зубы и влажная кожа. Лаура требовала немедленного внимания.
Замок в здании не выдержал сильного удара. Как только путь оказался свободным, Адам внес женщину внутрь, закрыв за собой дверь. К счастью, выключатель работал. Он включил свет и огляделся по сторонам, прикидывая возможные варианты. Которых было немного. Ржавая газонокосилка, работающая на газу, стояла рядом с таким же древним триммером. Несколько граблей у стены. Пару лопат. Знаки «купаться запрещено», «движение служебного транспорта на трассах запрещено».
Ни от чего из вышеперечисленного не было проку. Тут Адам заметил один многообещающий уголок, заросший паутиной. Груда джутовых мешков, пыльных и заплесневелых, использовалась для защиты самых хрупких саженцев от суровых зим. Идеальная постель, на которую Адам мог надеяться. По крайней мере они не расположились на бетонном полу.
Уложив дрожащую Лору на грубую ткань, Адам ловко стянул с нее промокшую одежду, параллельно отмечая мягкость ее кожи. Ужасная ситуация удерживала его страсть под контролем, но никак не влияла на наблюдательность.
Хоть он и раньше видел Лауру обнаженной, в очередной раз красота девушки его очаровала. Особенно произвели впечатление крошечные недостатки, типа шрама над бедром после удаления аппендицита, пышность фигуры, округлый и мягкий живот, тонкая талия и широкие бедра.
Адам закрыл глаза, отгораживаясь от ее соблазнительной наготы и ужасаясь своим мыслям. Как он мог воспринимать Лауру сродни сексуальному объекту, когда она так отчаянно нуждалась в помощи. Развесив ее одежду на зубьях газонных грабель, прислоненных к стене, он избавился от собственной влажной экипировки. Разместив пистолет, который вроде пережил падение в воду, на расстоянии вытянутой руки, он подошел к девушке и заключил ее в объятия.
Адам не был извращенцем, но возбуждения от близости Лауры сдержать не смог. Впрочем, даже у него, порочной машины, были моральные принципы. Сейчас у него была лишь одна цель — спасти Лауре жизнь.
Все знали основы выживания. Контакт «кожа к коже» был лучшим способом согреть человека, особенно если речь шла о киборге, умеющем регулировать температуру своего тела. Мало-помалу Адам увеличивал уровень тепла, пытаясь согреть девушку. Е го объятия напоминали кокон, охватывающий большую часть ее тела.
Лаура перестала дрожать. Е го медленно растущее тепло проникало в ее озябшие конечности.
Немного поерзав, она крепче прижалась к Адаму, положив ладошки на его грудь. Е го сердце билось ровно. Что было удивительным, потому что он забыл, как дышать, когда Лаура начала шевелиться.
Она вздохнула, при выдохе овеяв порывом ветерка его грудь.
— Как ты себя чувствуешь?
— Удивлена.
Не такого ответа он ожидал. Напугана, да. Устала, наверное. В шоке, вполне нормально. Но…
— Удивлена? Чем?
— Что мы выжили.
— Конечно, выжили. Другого исхода и быть не могло, — еще одна кибернетическая ошибка, от которой страдало большинство киборгов, — чрезмерная самоуверенность.
Лаура хрипло усмехнулась, что было неудивительно, учитывая, как она провела вечер.
— Знаешь, когда ты говорил, что мне нужно больше впечатлений в жизни, я не предполагала нечто подобное.
— А я всегда знал, что в конце концов мы оба будем обнажены, — поддразнил он.
Интересно, почему из-за простой шутки температура ее тела поднялась на градус. Приятно осознавать, что он мог влиять на милого доктора одними лишь словами.
— Я не имела в виду… то есть хотела сказать… — пробормотала она. С удя по тому, какой горячей стала ее щека, Адам понял, что девушка покраснела.
— Не думала о голеньком Адаме?
— Думала, — смущенно призналась она. — Но фантазировать — это одно, а стремиться к реальности — совсем другое.
— И что ты чувствуешь теперь, когда мы лежим в обнимку и совершенно одни? — Адам медленно и нежно провел пальцами по ее спине.
— Хм, приятно.
Его пальцы замерли.
— Просто приятно?
Ага, его гордость не могла оставаться в стороне.
Лаура рассмеялась.
— Очень мило, особенно если в нас не стреляют, а рядом нет воды.
— Согласен, вечер выдался немного насыщенным.
Она фыркнула.
— Немного?
— Я же киборг. Мы всегда живем на грани.
— Сегодняшняя ночь явно на грани. У вас всегда так? У киборгов? Люди пытаются вас убить, выследить и.… все в таком духе?
— Лично у меня? Нет. Уже долгое время все более-менее спокойно, — многослойное прикрытие надежно его защищало. — Д ругие же представители моего вида… Некоторые живут под постоянной угрозой. Многим приходится сражаться … и большинство не выживают.
— Так ты в курсе об их бедственном положении? — уточнила Лаура. Е е дыхание было мягким и теплым, дрожь тела прошла окончательно.
— Конечно, в курсе. Все киборги знают о борьбе, с которой мы сталкиваемся ежедневно. Преследовании.
— Но ты все же работаешь на военных. Сотрудничаешь с врагами.
Она считала его предателем? Человеческий мужчина обиделся бы за такое оскорбление. Однако Адам понимал, что Лаура придерживалась вполне логичных мыслей. В итоге он рассмеялся.
— Под прикрытием в качестве агента сопротивления, — уже не было смысла скрывать. Лаура слишком много видела и слышала. Сейчас у него было всего два варианта, либо довериться девушке, либо ее убить. А Адам все-таки стремился к первому. — Я бы никогда добровольно не помог бы военным. Тем не менее я рискую, чтобы помочь собратьям, которые попали в ловушки.
— Но как? Как ты прошел проверку? Как умудрился так долго водить их за нос?
— Отличное программирование. Умопомрачительные хакерские навыки, — и удача. Вот только данный показатель не поддавался количественной оценке. — Я очень усердно работал, чтобы скрыть личность. У меня нет желания умирать.
— И все же, технически ты рискуешь своей жизнью каждый день, когда просто приходишь на работу.
— Потому что я должен. Разве можно сидеть сложа руки, когда существуют другие, кому не так повезло. Я должен помочь им. Д олжен найти способ заставить военных прекратить охоту на киборгов. Должен воспрепятствовать истреблению нашей расы.
— Военные до сих пор имеют власть над вами? Я думала, что благодаря восстанию вы больше не подчиняетесь приказам.
Адам чуть не содрогнулся при воспоминании о жизни до восстания. Жизни, а вернее существовании, где его действиями управлял кто-то другой. Где он был марионеткой, подчиняющейся чьей-то прихоти.
— Мы стерли военные программы, насколько смогли, но на самом деле мы и сами не знаем, чем являемся. Считается, что если мы сумеем обнаружить от кого произошли, понять метод создания, то никогда больше не станем рабами или жертвами.
— Жертвами… Ты считаешь всех киборгов жертвами? К огда программа только начиналась, военные утверждали, что выбирали из числа добровольцев.
— Неправда. Большинство принудили. Например, я не был добровольцем, — хотя теперь, несмотря на трудности, с которыми он столкнулся, учитывая альтернативу его прошлому человеческому существованию, быть киборгом было не так уж плохо.
— Так ты тоже стал жертвой?
Возможно, давным-давно. Теперь он был выжившим и лидером.
— Зачем так много вопросов? Может дашь мне тоже задать парочку? Впрочем, если бы ты не засыпала меня вопросами, то я впал бы в депрессию из-за беспокойства.
Он почти физически ощущал ее печальную улыбку.
— Да, я действительно задаю много вопросов. Все из-за моего любопытства. Наверное, звучит ужасно, но киборги всегда меня восхищали. Мне хотелось бы глубже погрузиться в исследования. Так много всего не сходится. Заявления СМИ, видеозаписи. Истории. В ы не такие монстры, какими вас изображают СМИ. П о сути, вы люди. Но насколько велики изменения? Какие отличительные особенности? Нанотехнология… — она замолчала.
— Нанотехнология?
— Чуть не ляпнула очередную глупость. Извини.
— Поделись со мной.
— Наука еще недостаточно развита, чтобы наградить человека способностями, которые есть у тебя. Человечество тупо еще не додумалось до чего-то настолько особенного. Может, звучит безумно, но я считаю, что нанотехнологии не… — она сделала паузу. — Н е…
Адам закончил за нее фразу.
— Неземные?
Лаура застыла от удивления.
— То есть ты тоже подозреваешь неземное происхождение?
— Да, но только недавно пришел к такому выводу. К моему стыду.
Как будто его признание было ключом к разгадке … Лаура решила попытать счастье:
— Ты знаешь, с чем я работала в лаборатории? Уверена, материал принадлежал киборгу.
— З наю.
— Серьезно? — девушка задрала голову, чтобы посмотреть ему в лицо. К ней вернулась ясность в глазах, а отсутствие очков выделило уязвимость.
— Как думаешь, зачем я устроился в лабораторию? Мы подозреваем, что в «КиберГлис» держат в заточении киборгов. Возможно, речь о секрете нашего создания.
— Т олько если на нижних уровнях. Там усиленные меры безопасности.
— Ты когда-нибудь была там?
Лаура потерлась носом о его грудь и покачала головой.
— Нет. У меня нет разрешения. Если честно, то я даже не представляю, у кого есть доступ.
Девушка зевнула, хрустнув челюстью. Ее сморила усталость, что было вполне естественно после такого напряженного дня. Адам позволил ей задремать. Через несколько часов им нужно было явиться на встречу. И это время стоило потратить на подготовку. План. Чувства. Прикосновения. Собственные терзания.
Ее влажная кожа практически пришла в норму по температуре, опасность миновала … в общем Адам не смог сдержаться и прижался к низу ее живота. Слишком долго он пытался контролировать свое влечение. Несмотря на то, что его тело было напичкано технологиями, в глубине души он все еще оставался мужчиной.
Мужчиной, который не мог не желать Лауру.
Но главный вопрос заключался в том, хочет ли его сама женщина?
Глава 13
Несмотря на восхищение признаниями и открытостью Адама, Лауру охватила вялость. Однако крайняя усталость не означала сон без сновидений.
И снова она оказалась в лаборатории. В дурацкой, ужасной лаборатории, которую она возненавидела, но не могла сбежать.
Она прекрасно знала будущие события, но не могла ничего предотвратить.
Раздались выстрелы. Бах. Бах.
Вошел…
Подождите — ка, на этот раз появился не CG311. Адам, одетый так же, как охранник, вошел в комнату.
Лаура отклонилась от заученного сценария, выдохнув:
— Что ты здесь делаешь? Тебе нельзя заходить. Беги. Беги, черт возьми, пока не умер.
Но он словно не слышал. Пойманный в ловушку ее кошмара, он повторил слова, которые она так ненавидела.
— Тебе нужно спрятаться.
Спрятаться. Но здесь негде прятаться. И бежать некуда. Даже собственный разум не обеспечивал ей безопасность.
Адам обернулся, когда у двери столпились солдаты, направив на него смертоносное оружие.
Обычно в этот момент Лаура застывала на месте, так как знала, что произойдет. Х отя хотела остановить. Крикнуть, чтобы солдаты убирались. Изменить ход событий.
Но каждый раз она оставалась безмолвной. Парализованной.
Каждый раз, но не сегодня.
Сейчас перед расстрельной командой стоял Адам, сцепив руки над головой.
Она бросилась навстречу опасности, заслонив мужчину собой.
— Нет. Не стреляйте. Вы не можете. Это не его вина. Он не заслуживает смерти.
Солдаты в масках не ответили, но и не опустили оружия.
Сильные руки развернули ее. Грубый палец повернул ее голову так, что она смотрела прямо в лицо Адама.
— Ты не можешь остановить это, док.
— Должен быть какой-то способ.
— Не для меня. Ни для кого из нас, — его голубые глаза были ясными и покорными.
Когда он поцеловал ее, Лаура ответила. С олдаты открыли огонь, из-за чего тело Адама дернулось.
И она закричала… и кричала… и…
Проснулась от того, что Адам тряс ее за плечи. В его голосе слышалась тревога:
— Лаура, проснись. Это просто ночной кошмар. Это нереально, всего лишь эмоциональная реакция, вызванная многими пережитыми потрясениями.
— Они убили тебя, — плакала она, прижимаясь к мужчине. — Застрелили, даже не дав шанса.
— Нет, не убили. Я здесь. Живой. С тобой.
— Пока что. Но что будет, когда мы уйдем? Мир опасен. Для любого из вас.
— Как насчет того, чтобы побеспокоиться об этом позже? Прямо сейчас угрозы нет. Если, конечно, ты не считаешь опасным мои поцелуи.
Лаура наклонила голову и попыталась разглядеть черты его лица в полумраке.
— Чем же опасны поцелуи?
— Тем, что я не сумею остановиться на одном.
И Адам прижался к ее губам, лишая возможности говорить и думать. Он целовал с нежностью, но Лаура хотела большего. Да, жаждала большего. Жаждала его. Она тоже не хотела останавливаться на одном.
Одного поцелуя было бы недостаточно. Как и двух. Или трех.
Смерть могла забрать его в любой момент. На самом деле, могла забрать их обоих, учитывая тот поворот, который совершила ее жизнь. Зачем тратить время на размышления о том, что будет, если? Зачем останавливаться, когда существовал крошечный миг, чтобы поделиться чем-то прекрасным? Чувственным.
Если раньше она отчасти осознавала их близость, то теперь полностью сосредоточила на этом внимание.
«Здесь только я и он, без одежды, без помех, нам нечего терять, кроме возможности получить удовольствие».
Было приятно прижиматься к его теплому телу. Г рудь Адама была такой гладкой. Б архатистая кожа покрывала твердые мышцы, которые сразу напряглись, когда она провела по ним пальцами.
Твердая эрекция прижималась к низу ее живота, набухшая и горячая. Е го возбуждение было очевидным и предназначалось только ей.
«Только для меня».
Этот красивый мужчина, этот парень, который был особенным во многих отношениях, желал ее.
Такое пьянящее чувство.
Лаура смело приоткрыла рот, отпуская на волю язык. Стон, вырвавшийся из мужчины, вынудил ее выгнуть спину. Большие ладони обхватили ее полные ягодицы, сильнее прижимая киску к стволу. Настала ее очередь стонать.
Ее лоно уже было влажным от желания, а тело гудело от потребности. Лаура с удовольствием бы растянула прелюдию, но у них не было времени.
Ей нужно было воспользоваться моментом. Или, что еще лучше, овладеть им.
Обхватив ладонью ствол члена, Лаура улыбнулась, немного отстранившись и позволяя Адаму вдохнуть.
— Что ты делаешь? — спросил он.
В перерывах между покусыванием его подбородка она ответила:
— Овладеваю моментом, — Лаура выгнулась так, что головка члена потерлась о клитор. — Потрясающе, — она закинула ногу на его бедро, раскрываясь. — Приключение, — девушка прикусила его нижнюю губу, притягивая Адама к себе.
Мужчина вздрогнул и поддался вперед, погружаясь в лоно. Лаура застонала. У довольствие от наполненности было абсолютным наслаждением.
— Я хотел, чтобы наш первый раз был более медленным, — пробормотал Адам, ускоряя толчки. — У меня были планы на твое тело. Отличные планы. Веселые планы.
Впившись пальцами в его затылок, Лаура, учащенно дыша, ответила:
— Прибереги для следующего раза. Сейчас ты просто нужен мне.
После таких слов он перекатился на спину, не прекращая выпады, и потянул на себя девушку так, что их лбы соприкоснулись. Смотря на нее ясными глазами, Адам прошептал:
— Ты тоже нужна мне. До этого момента я и не подозревал, насколько сильно.
А потом места для слов не осталось. У нее закружилась голова, захваченная водоворотом удовольствия. Адам двигался все быстрее, направляя руками ее бедра так, чтобы массировать клитор и увеличивать глубину проникновения.
Их губы слились в невысказанном обещании. Хоть Лаура изо всех сил старалась не демонстрировать наслаждения, она не сумела сдержать крик, когда оргазм снял ее напряжение, заставляя тело дрожать. Лоно стиснуло член, вынуждая Адама издать гортанный крик и кончить.
Несмотря на утверждения, что киборги бесчувственны, Адам не оттолкнул ее под конец. Напротив, он обнял ее и крепко прижал к себе.
Лаура не смогла сдержать трепета, когда он пробормотал единственное слово, которое могло скрасить этот момент:
— Моя.
Глава 14
Лаура снова заснула, лежа на Адаме, как на подушке. Не совсем практично, так как он точно не был мягким. Да и как-то не тактично. Настоящий охранник остался бы снаружи, оберегая сон прекрасной девушки. Аналитическая сторона Адама указывала на все недостатки и способы действовать более эффективно в данной ситуации.
А вот сердце посылало всех к черту.
На этот раз обязанности и миссия не стояли на первом месте. Адам с радостью остался бы в грязном сарае навсегда, лишь бы продлить этот момент.
Впервые с перерождения Адам мог честно признать свои чувства. П ривязанность, удивление и.… страх. Страх из-за того, что он потеряет единственного человека, который тронул его человечность и пробудил желание любить.
Раньше Адам дразнил Лауру, якобы в ее жизни не хватало приключений, но правда заключалась в том, что не только она страдала от недостатка чувств.
Для сторонних наблюдателей казалось, словно Адам жил на грани, постоянно испытывая, экспериментируя и находясь в движении. Он брался за смертельно опасные задания. Подвергал себя риску. В общем делал все возможное, чтобы чувствовать.
Хоть он и наслаждался миссиями, ни одна из них не дарила ему цель. До Лауры только братья-киборги представляли собой хоть каких-то близких людей. Эти мужчины и женщины что-то значили, поэтому Адам продолжал бороться, тем самым проявляя некую заботу.
Затем он встретил Лауру. С ней Адам сумел не только удовлетворить свою любознательную натуру, но и насладиться выбросом адреналина в кровь. Благодаря этой женщине он испытал новый уровень эмоций. Инстинкты требовали, чтобы он всеми силами оберегал ее, особенно когда она находилась в этой крошечной лачуге, голая и практически безоружная.
Пришло время отправляться в турне.
Адам аккуратно переложил девушку на кровать из джутового мешка, чтобы выбраться из любовного гнездышка и собрать разбросанные вещи. Черт, одежда все еще была мокрой.
«Возьми себя в руки», — популярная человеческая фраза. Кого волновала холодная, сырая одежда? Адам был киборгом и мог справиться с такой мелочью…, а вот Лаура не могла, значит, ему стоило проявить смекалку.
Чувствовал ли он вину за то, что планировал украсть? Хм, инициация проверки. Ни малейшего намека на вину. Досадно, потому что он точно знал, что делать для решения данной проблемы.
Люди многого лишили Адама, поэтому теперь он имел полное право одолжить у них пару шмоток и даже машину.
Менее чем через сорок пять минут он вернулся, пробежав около семи миль, прежде чем нашел искомое. Сорок пять минут вдали от Лауры. М инуты, полные тревоги из-за того, что девушка осталась в одиночестве.
Черт, Лаура была обычным человеком. Хрупким человеком. Адам должен был ее защитить. Главная директива требовала, чтобы его действия были быстрыми и эффективными.
Остановив машину, Адам с облегчением вздохнул. Быстрая проверка радиосигналов полиции и новостей показала, что активные поиски сошли на нет. Хотя в небе продолжали сновать вертолеты. Б ольшинство людей умудрилось пропустить великий побег, но некоторые все же стали свидетелями перестрелки в небе. И по любому абсолютно все заметили крушение его драгоценной красавицы.
Разбитый вертолет был единственным в своем роде. Розалинде пришлось серьезно потрудиться, чтобы заполучить чертежи и построить еще не выпущенный «Летающий пират S-97». Создание гребаной машины обошлось в миллионы. В свободные минуты Адам прокрадывался в ангар, где обнимал и гладил вертолет… Но этого никогда никто не видел, потому что он отключал камеры. И деальная игрушка для парня…, которая канула в лету. Сбитый в небе. Этого оказалось достаточно, чтобы на его глаза навернулся физиологический раствор.
С ентиментальность из-за машины. Адам мысленно дал себе пощечину и напомнил о кибернетической сущности. В его голове сохранились планы конструктива вертолета. Позже он построит новый. Лучше. Больше. С огромным количеством оружия.
Что сильнее беспокоило его, чем потеря вертолета, так это конспиративная квартира. Кто именно был целью той ночью? Он или Лаура? Если все же Адам, то безопасного места больше не существовало. Над всеми, с кем он когда-либо пересекался, нависала угроза.
Но если истинной целью была Лаура? Тогда только он мог подарить ей шанс на выживание.
К ак узнать наверняка, с чем они столкнулись?
Существовал лишь один способ выяснить правду. Пришло время связаться с друзьями и покинуть это тихое место.
Когда Адам вошел в сарай, то сразу посмотрел на импровизированную кровать …, на которой НЕ оказалось Лауры!
Его размеренное сердцебиение участилось.
— Адам? — тихий вопрос раздался справа.
Не успела она произнести букву «А», как Адам уже повернулся, вглядываясь в тени, где и пряталась Лаура с лопатой в руке.
В безопасности. Она в безопасности. Раздражающая эмоция, которую он определил как тревогу, ослабила хватку. Чтобы скрыть неожиданный человеческий недостаток, Адам изобразил беспечность.
— Планируешь заняться садом?
Морщинка на ее носу, который без очков казался голым — гребаные линзы смыло рекой, — прекрасно сочеталась с пожатием плеч.
— Я больше люблю уничтожать растения. Раздался шум машины, поэтому я решила вооружиться. Если бы это был какой-нибудь плохой парень, то я бы справилась.
— Раз ты не смотрела новости, то напомню — я и есть тот плохой парень.
— И они не правы, — горячо возразила она. — Ты ничем не хуже других. Просто у тебя вопрос стоит в выживании.
С какой страстью Лаура встала на его защиту. Тепло, разлившееся по его сердцу, усилилось.
— Это не нужно для твоего спасения, — поддразнил он, притягивая к себе Лауру. — Но я ничего не могу с собой поделать, — Адам поцеловал девушку.
Она тихо рассмеялась.
— Осторожно. Я вооружена и смертельно опасна.
Намного серьезнее, чем она думала.
— Действительно так, — пробормотал он, позволяя себе на мгновение насладиться ощущением ее прекрасного тела. Время шло, очень драгоценное время, которое не стоило терять. — Как бы мне ни хотелось уложить тебя и заняться развратными делишками, нам действительно пора идти. Мы не можем прятаться здесь вечно, — Адам обязательно найдет место получше. Поудобнее. С кроватью. И простынями. Мягкими.
Будь проклята его слабая человеческая сторона за то, что он пристрастился к ненужным земным удобствам. Черт, Адам не был каким-то там нежным нытиком. Он умел быть грубым. Кому нужны гладкие, как шелк, бамбуковые простыни? Ему сгодился бы обычный матрас.
— Знаешь, на мгновение я забыла об опасности, — ее плечи поникли. — Что дальше?
— Никаких возражений? — Адам был удивлен. В ходе своих наблюдений — с помощью разных источников информации, таких как фильмы, книги и реалити — шоу, — он заметил, что женщины были склонны идти против логики, проявляя завидную иррациональность.
Но это не про Лауру.
— А о чем спорить? И так ясно, что ты — мой лучший шанс на выживание. Полиция никогда не справиться с наемниками, желающими меня убить. Как только я высуну голову, то сразу превращусь в мишень. Я храню слишком много секретов. Скорее всего ты тоже уже решил, что сделаешь со мной, если я нарушу границы.
— Сущность киборга не превращает меня в тупого убийцу.
— В курсе. Но ты умный человек, лидер, который всеми силами защищает других. И под твоей опекой очень много людей. Моя жизнь не настолько дорога. На твоем месте я поступила бы так же.
Адам провел пальцами по ее щеке.
— Я сделал бы так, если бы ты представляла огромную угрозу.
— Чего, я надеюсь, никогда не произойдет. Итак, я ничего не знаю о том, как прятаться от бандитов и уворачиваться от пуль. Если уж совсем честно, то я не хочу повторять наше последнее приключение.
— Да ладно тебе. Б ыло не так уж плохо.
Лаура скорчила гримасу, тем самым заставив Адама рассмеяться.
— Но ведь все получилось.
— Да, получилось, — согласилась она. — Ты, очевидно, умеешь выживать, а значит превращаешься для меня в шанс на успех. К тому же только ты сможешь меня защитить.
Доверие, которое она проявляла, чуть не вывело его из равновесия. Чтобы скрыть свое минутное замешательство, Адам нежно поцеловал девушку и быстро отстранился, опасаясь, что поддастся искушению.
— Если мы не хотим привлекать внимание, то придется переодеться, — он окинул взглядом одежду: несколько слоев местами порванной джутовой ткани, обернутой и обвязанной вокруг тела.
— Тебе не нравится мой наряд? — Лаура снова рассмеялась и сделала пируэт, демонстрируя свое платье-мешок.
Адам сразу обратил внимание на ссадины на ее коже. Впрочем, в царапинах не было ничего удивительного, учитывая их страстные игры. Ранки уже заживали, но он все равно беспокоился, так как грязная мешковина могла послужить причиной инфекции.
— У меня есть более удачная идея. Я кое-что привез для тебя.
— Вернее украл?
— Только если ты придаешь значение деталям. Лично я считаю, что это благотворительность на благо киборгов, — он снял с плеча рюкзак и протянул Лауре.
Расстегнув молнию, она вытащила одежду. Обнаружив пару трусиков, девушка выгнула бровь.
— И как трусики должны послужить на благо киборгов?
— Так я буду уверен, что, когда мы доберемся до безопасного места целыми и невредимыми, смогу снять их зубами.
Как же ему нравилось, когда она краснела. Лаура была так прекрасна, что ему вновь захотелось заключить ее в объятия и поцеловать в губы, а может быть и в шею, чтобы ощутить сладость пышного тела. И все же долг возобладал. В конце концов он должен был спасти Лауру.
На З емле осталось совсем немного киборгов. Б ольшинство собратьев предпочли сбежать за пределы планеты. Но Адам нес ответственность за оставшихся здесь. Все они надеялись, что он защитит, даст указания и подскажет план, когда дело дойдет до критической точки. К тому же Адам поклялся, что если когда — нибудь что — нибудь действительно выйдет из-под контроля — и это не про вентиляторы, которых, слава богу, не было в эволюционировавших кибернетических моделях, и, да, это была шутка, которую точно заценили бы киборги, — то он эвакуирует столько людей, сколько сможет, или умрет, пытаясь.
«Я лидер базирующегося на Земле сопротивления киборгов».
Пришло время вспомнить свое истинное предназначение.
Проснувшаяся решимость не помешала Адаму изучать соблазнительную фигуру Лауры…, в конце концов он умел работать в многозадачном режиме.
Лаура быстро оделась, с удовольствием вздохнув при виде мягкого свитера.
— Намного лучше, чем мешковина, и такой теплый. Как ни странно, но я уже стала привыкать к холоду.
— Извини, что задержался. Пришлось повозиться, чтобы достать эти вещички и колеса.
— То есть, мы даже не прогуляемся под звездами? — она остановилась, натягивая спортивные штаны на свои кремовые бедра.
Адам фыркнул.
— К черту пешие прогулки. Я машина, а не пешеход. Поэтому, док, мы помчим на стильной тачке.
Речь шла о Mercedes CL500. Серо-голубой, полностью укомплектованный, с измененными номерами и отключенной навигацией. Правда, Адам не мог долго эксплуатировать ее, так как владелец наверняка сообщил об угоне, но времени доехать до безопасного времени хватит с лихвой.
Забравшись на переднее пассажирское сиденье, Лаура застонала, ощутив, как ее ягодицы опалил подогрев кожаных сидений.
Адам даже позавидовал такому явному проявлению удовольствия. Если бы у них было больше времени, то Адам согрел бы Лауру лучше, чем какие-то потертые сидения.
Опустившись на водительское место, Адам переключил передачу. Машина заурчала и дернулась. Крошка явно рвалась в бой. А разве не этого желали все присутствующие?
— Готова? — спросил он.
— Внутри меня все протестует.
— Но?
На ее губах появилась улыбка.
— Но на самом деле я хочу этого. Думаю, ты был прав. Пришло время выбраться из тени и начать открыто помогать другим.
Отпустив тормоз, Адам рванул с места. Ему потребовалось некоторое время, чтобы осознать смысл ее слов.
— Что это значит?
— Н е знаю, имеешь ли ты отношение к ребятам, с которыми я сотрудничала, но вот уже несколько месяцев я снабжаю информацией группу сопротивления киборгов. Более того, я с гордостью могу заявить, что раскрыла несколько секретов и помогла спасти пару киборгов из-под стражи.
Да ну нахрен. Совпадение было настолько невероятным, что все предположения Адама летели к черту. И все же он тихо спросил:
— Тебе что-нибудь говорит имя Talpa?
— Откуда ты знаешь мое прозвище? — воскликнула она. — Ого. Только не говори, что ты …
— Большой тостер. Ага. Это я. Блин, не могу поверить, что ты и есть Talpa. Все это время я и не подозревал, что общался с девушкой.
Неудивительно, что от таких резких слов черты ее лица напряглись.
— П очему? Потому что кротами могут быть только мужчины?
— Нет, я не это имел в виду. Просто ты играла в очень опасную игру со смертельными ставками. Ты хоть представляешь, что створили бы военные, если бы узнали, чем ты промышляешь?
И ли они знали? Это объяснило бы многое в том, почему некоторые люди так стремились пригласить ее на свидание.
— Ты намекаешь на то, что военные могли убить меня? С омневаюсь. Больше вероятно заключение и пытки. Но существует ли вариант, при котором я могла бы оставаться в стороне? Просто смотреть, как киборг умирает? Влачить жалкое существование? — Лаура покачала головой. — Может я и не сильна в рукопашном бое, но у меня есть другие навыки. Благодаря положению в исследовательской сфере, я имею доступ к секретам, некоторые из которых необходимы для установления местонахождения киборгов, удерживаемых для медицинских экспериментов. Без меня этих людей никогда бы не нашли и не спасли бы.
Это правда, но, если бы ее поймали … Адам мысленно содрогнулся, представив, что сделали бы с хрупким доктором.
— Итак, я беру свои слова обратно. Приключений в твоей жизни предостаточно. Я был неправ. Если честно, то у тебя даже слишком много приключений. Пора бы тебе свернуть свою деятельность, — ага, он разразился небольшой тирадой, но сама мысль, что Лаура окажется по уши в дерьме, если военные когда-нибудь узнают о ее действиях, приводила его ужас. С изменой шутить не стоит. Измена равносильна смерти. И боли. Много-много боли.
Девушка закатила глаза. Его врач. Его серьезный, воспитанный док. Который был гребаным кротом.
Законы вероятности рухнули. Его логическое мышление полетело ко всем чертям. Забудьте о каких-либо расчетах. Очевидно, общение с человеком означало, что ставки сделаны.
— Как я вижу, продвинутому программированию не удалось полностью искоренить мужскую склонность нянчиться с женщинами.
— Большинство женщин не вовлечены в шпионаж на высоком уровне, — прошипел он, сжимая руль так сильно, что тот согнулся.
— И это говорит парень, который шпионит прямо под носом у военных, способных моментально его прикончить.
— Ничего общего. Я киборг. Неважно, где я работаю. Я всегда хожу по лезвию ножа. Однако ты почему-то подвергаешь себя опасности.
— Чтобы помочь другим.
Он прислонился лбом к рулю.
— Кажется, у меня начинается мигрень.
— К сожалению, у меня нет с собой парацетамола. Может, сгодится ручка с металлическим наконечником?
Такое предложение заставило его поднять голову и сосредоточиться на Лауре.
— Зачем мне ручка? Если я выпью пасту, то избавлюсь от боли?
— Нет, но ты можешь воткнуть ее себе в глаз. Я всегда хочу это сделать, когда у меня начинается головная боль.
Лауре удалось произнести все серьезно, но он заметил, как дрогнули уголки ее губ.
— Твое легкомыслие неуместно в данной ситуации, — но все же было забавно.
— Т воя серьезная роботизированная сторона проявляется сильнее, чем человеческая, поэтому меня терзает вопрос, трудно ли было поддержать шутку?
— Не трудно, — однако в моменты стресса он, как правило, больше полагался на логический процессор, чем на органическое мышление.
— Ты кажешься гораздо более человечным, чем другие киборги, которых я встречала.
— Отчасти это из-за моей модели. По сути, я шпион, способный смешиваться с другими людьми. А мои манеры — это результат наблюдений и воспоминаний.
— Ты помнишь свою прошлую жизнь? После разрушения программы, удерживавшей киборгов в плену, не ко всем вернулась память.
— Я помню достаточно.
Достаточно, чтобы одновременно возблагодарить и проклясть собственную судьбу.
— С кучаешь по своей человеческой жизни?
Скучает по беззаботной жизни. Но скучает ли он по бесконечным часам страданий, которые пришли после парализации из-за несчастного случая? Нет.
— Так ты аккуратно пытаешься разузнать, что со мной произошло?
— Я даже не пыталась быть деликатной. И да, я хочу знать о случившемся.
Поскольку у них было достаточно времени, ведь Адам выбрал окружной путь до места встречи, он решил поделиться историей, которую не рассказывал никому другому.
— Технически я не изъявлял желания стать киборгом. Но даже если бы я мог говорить, то точно не отказался бы. Видишь ли, я любил мотоциклы и попал в аварию. Серьезную аварию за лето до того, как должен был начать выпускной год в колледже. Меня парализовало, но не до коматозного состояния. Хотя врачи несколько раз вырубали меня, оперируя и пытаясь вылечить.
Но ничто не могло исправить повреждения, нанесенные позвоночнику. Машина, едущая впереди, резко остановилась, из-за чего Адам врезался и перелетел через нее головой вперед. Шлем не дал черепу треснуть, как дыня, но не уменьшил силу удара. Адам сломал шейные позвонки, лишив разум контроля над телом.
Он был обречен. О бречен провести остаток жизни в постели, неспособный двигаться, но осознающий происходящее. Все происходящее!
По сути, он был живым трупом.
До того дня, пока не приехали родители с братом, поставив Адама перед выбором.
— Они говорили, что речь об экспериментальной технологии. А доктор, с которым я встретился позже, вообще утверждал, что все легко и просто. Металлические детали для замены поврежденных. Возможность снова ходить. Вновь жить полноценной жизнью, — продолжил свой рассказ Адам, все еще вспоминая полный надежды взгляд своего отца, когда тот объяснял суть того, что должно произойти.
— Но? — спросила Лаура.
— Была только одна загвоздка. После всех манипуляций я должен был отслужить в армии, — на последнем слове Адам быстро заморгал, чтобы скрыть навернувшиеся слезы. — А потом я мало что помню. Врачи провели несколько операций. Мне установили чипы, внедрили наночастицы и модернизировали. Когда я проснулся, то имел лишь смутные воспоминания о проведенных тестах. Тогда я еще не понял, что что-то не так. Они сдержали обещание. Я больше не был калекой. Черт, я чувствовал себя лучше, чем раньше. Сильнее. Быстрее. Умнее. Я мог быстро исцеляться. Стал непобедимым. А потом они завладели моим разумом.
Хотя Адам мог получить доступ к файлам памяти за прошедшие годы, они казались ему нереальными. Будто он наблюдал за происходящим как сторонний наблюдатель, отстраненный от разворачивающихся событий. Адам превратился в роботизированную марионетку, марширующую туда, куда приказывают, и убивающую по первому требованию. Наемному убийце дали роль и сценарий, которые он выполнял в совершенстве. Адам не чувствовал вины за свои действия. Он вообще ничего не чувствовал.
Пока совершенно случайно к нему не вернулось сознание. В него ударила молния. Буквально.
И произошло это в самый неподходящий момент.
— Осознание, что ты был марионеткой в руках людей, которым наплевать, выживешь ты или умрешь, оказалось шоком. И вот я очнулся от удара молнии на крыше посольства, когда направлялся убивать какого-то парня, чтобы выполнить приказ.
— И ты закончил?
— Закончил? То есть выполнил ли миссию? Конечно. Я месяцами держал военных за дураков.
Пока не пришел приказ уничтожить всех киборгов.
Но к тому времени было уже слишком поздно.
Адам пережил чистку.
Он выжил, потому что военные облажались. О блажались, когда решили лишить его свободы воли и превратить в машину. О блажались, когда подумали, что он раб, которым могут командовать. О блажались, когда не прикончили его при первых признаках, что киборги вновь обретают разум.
С другой стороны, военные даже не догадывались, что их идеальный солдат планировал побег. Адам великолепно сыграл роль слуги.
После возвращения разума, он стал изображать тупого робота. Адам даже ни разу не поморщился, когда слышал: «гребаная тупая машина» или «им специально отрезают яйца, чтобы сделать послушными».
Нет, не отрезают. Именно благодаря тестостерону киборги были такими искусными в убийстве. На самом деле, они были более одаренными, чем обычные люди.
Адам и бровью не повел, когда солдаты постарше пытались произвести впечатление на новичков.
— Зацените. Вы можете бить их сколько угодно с любой силой, а в ответ вам даже не прилетит.
Правда. Он ничего не предпринимал, но запоминал виновных в насилии. В конце концов, он заставил их заплатить за неуважение. Но чуть позже.
Скрывая чувства, он использовал чип в голове не только для сложной математики. Адам перенаправлял подпрограммы, чтобы создать у военных иллюзию контроля, хотя на самом деле самостоятельно управлял своими чувствами. Он наблюдал. Изучал. Слушал. И составлял план.
В течение месяцев Адам медленно вспоминал прошлое, словно складывая по кусочкам большой пазл.
Ребенок, задувающий свечи на праздничном торте. У лыбающиеся и смеющиеся люди. Совершенно незнакомые люди, или это была семья, которую он не мог вспомнить?
Заднее сиденье машины, запотевшие стекла, молодая женщина, тяжелое дыхание. Она подгоняла его, быстрее, быстрее, а он лишь молился, чтобы не кончить слишком быстро.
Больница, крик. Они что-то делали с ним, а Адам даже не мог сопротивляться. В рачи. Почему они причиняли ему боль?
Так много подсказок, которые продолжали случайным образом появляться в памяти. Кусочки из его жизни, создающие тревожную картину.
Адам тихо рассказывал свою историю, пока Лаура молчала, боясь перебивать.
— Они отняли у меня жизнь. О тняли то, кем я был. И спользовали меня. Разгорающийся гнев, жажда увидеть, как свершится правосудие, желание все исправить. Однако, в отличие от некоторых моих братьев-киборгов, я не впадал в длительную кровавую ярость.
Ярость была, но краткой.
Конечно, он пролил свою долю крови. Его руки отнюдь не были чистыми. Только Адам четко знал, когда нужно драться, а когда бежать.
Он оставался с собратьями до последних мгновений, стоя в первом ряду, когда прибыли солдаты с оружием, а напыщенный майор поднялся на верхнюю ступеньку лестницы и отдал приказ о расстреле.
Вытащив оружие, Адам вышел из строя и, перехватив удивленный взгляд майора, произнес: «я бы не придумал приказ лучше. Киборги, атакуйте!»
В тот день погибло много людей. Людей, превращённых в киборгов. Независимо от модернизаций, у всех была красная кровь.
Сначала Адам и его пробудившиеся товарищи сохраняли явное преимущество, пока не появились самолеты. Они не заботились о невинных жертвах, тупо скидывая бомбы. Адаму и еще нескольким киборгам едва удалось спастись. В тот день они получили ценный урок. Да, в рукопашном бою киборги имели бесспорное преимущество, но столкнувшись с врагом, вооруженным лучшим оружием и имеющим безжалостный приказ об уничтожении, они оказались совершенно неподготовленными.
— Именно тогда большинство киборгов сбежали с З емли. Но немногим удалось достичь место назначения. Военные сбивали все корабли, которые подозревали в перевозке киборгов. Даже гражданские.
— Они утверждали, что те корабли были уничтожены киборгами смертниками, — тихо прошептала Лаура.
— Да, данная ложь была первой в огромном клубке обмана. Уловка, направленная на общественность, чтобы та смирилась с безжалостным истреблением и нарушением гражданских прав.
— И все же ты не сбежал. Остался здесь.
— Да, остался. Потому что чувствовал ответственность. Из-за моего промедления в ожидании возвращения разума в тот день погибло много киборгов. Я мог помочь им сбежать, но уговорил остаться. Уговорил подождать, чтобы помочь отомстить. Моя иррациональность и игнорирование шансов привели к гибели друзей.
— Значит, ты остался, чтобы искупить вину? Но ты ни в чем не виноват. Не ты приказал убить их.
— Этот приказ действительно отдал не я. Но именно я приказал сражаться, а не бежать.
Лаура покачала головой.
— Чувство вины выжившего.
Адам мог бы с легкостью опровергнуть ее утверждение. В конце концов, он был слишком логичен, чтобы страдать от такого человеческого недостатка …, но он не сказал ни слова. Не смог, потому что Лаура была права.
— Чего я не понимаю, так как ты остался и сумел вписаться в общество. Как? Ты же здесь много лет. Среди нас. Среди врагов. Как получилось, что никто ничего не заподозрил?
Он скосил на нее взгляд.
— То есть, как я прошел проверку? Разве моего обаяния недостаточно?
— На первый взгляд, ты кажешься человеком, но мы оба знаем, что существуют тесты, позволяющие выявлять киборгов. Металлодетекторы. А как ты сфабриковал личность? Или ты родился с именем Адам?
— Чтобы избежать поимки, пришлось изрядно потрудиться. Как ты заметила, на нас охотились с завидной настойчивостью, особенно в первые несколько месяцев. Я быстро понял, что для выживания мне требуется несколько элементов. Для начала новое имя, документы и удостоверение личности, которые позволили бы свободно передвигаться, — потому что после восстания киборгов удостоверения личности, связанные со сканированием отпечатков пальцев, стали обязательными, хоть на самом деле были бесполезными, учитывая легкость, с которой человек мог сделать новые. Однако так гражданское население чувствовало себя в безопасности. — Я выбрал новое имя, — которое Адам украл у пациента, находящегося в коме, но внезапно чудесным образом пришедшего в себя, ну, согласно цифровым записям.
— Кем ты был до того, как стал Адамом?
— Меня звали Юджин.
Она хихикнула.
— Юджин? Хм, ты не похож на Юджина.
Адам поморщился.
— Спасибо … наверное, — на самом деле ему нравилось имя Адам, потому что, как и библейский персонаж, он думал о себе как о первом в своем роде, который увидел правду сквозь тьму лжи.
— Итак, Юджин стал Адамом. Что было потом?
— Я основал движение за освобождение киборгов, хотя изначально в нем участвовали только я и компьютер с брандмауэром в дырявой подвальной квартире. Кстати, в то время я подрабатывал разносчиком пиццы. Более шести месяцев спустя мне удалось спасти одного киборга. А когда я понял, что нужно изменить методы поиска, то записался в армию.
— До сих пор не понимаю, зачем.
— Как еще я мог получить доступ к необходимой информации?
С его поврежденной памятью и навыками, пригодными только для одной цели — войны и выживания, — армия была наиболее подходящим выбором, да и зарплата получше. Помимо военной службы он ничего не знал. К тому же Адам был в курсе о мерах предосторожности, которые применялись для выявления киборгов, что позволяло легко избегать опасности и помогать другим обойти обнаружение.
— Я поражена, что, работая солдатом и рискуя своей жизнью, ты еще и возглавил подпольную группу по борьбе за свободу киборгов.
— Обожаю многозадачность.
Адам не понял, почему она рассмеялась.
— А я-то думала, что ты просто симпатичная мордашка.
— И кто тут теперь источник сексизма? — он притворился оскорбленным, просто чтобы еще раз услышать ее смех.
Они оба нуждались в минутке легкомыслия, потому что через несколько минут их ожидало неожиданное открытие. Место встречи было совсем близко.
На боковой улице в центре города, застроенной дуплексами, оштукатуренными и облицованными кирпичом таунхаусами, было как всегда тихо. Быстрая проверка транспортных средств и номерных знаков показала, что ничего не изменилось, за исключением двух новых машин, но ни в одной из них не было обнаружено никаких признаков электронной активности или жизни. На всякий случай Адам припарковался в нескольких кварталах от дома.
Выходя из седана, он постоянно осматривался по сторонам, выискивая что-нибудь необычное и прислушиваясь к любому шороху.
П о-прежнему тихо.
Положив одну руку на спину Лауры, он подтолкнул ее вперед. Его вторая рука свисала вдоль тела, готовая выхватить оружие при малейших признаках опасности. Словно обычная пара, вышедшая на позднюю ночную прогулку, они непринужденно направились к конспиративной квартире.
По крайней мере, Адам точно шел непринужденно. Лаура же заметно нервничала. Е е взгляд метался по сторонам, а тело было напряжено и готово к бегству.
— Расслабься. Веди себя естественно, — пробормотал он.
— Как можно вести себя естественно, если ты в любой момент ожидаешь, что из переулка выскочат парни в военной форме и начнут стрелять? — произнесено с сарказмом, тем не менее она расслабилась.
— Полагаю, если я попрошу тебя подтянуть трусики и перестать вести себя как принцесса на первом балу, то это не поможет?
— Если я подтяну стринги еще выше, то мне потребуется медицинская помощь, — проворчала Лаура.
Его громкий смех отозвался эхом, но не привлек лишнего внимания.
— Не бойся, док. Если ты захочешь избавиться от этих злосчастных стрингов, то я буду более чем счастлив предложить свои услуги.
Ему не нужно было поворачивать голову, чтобы понять, что девушка покраснела.
Они остановились перед дверью неприметного особняка из коричневого камня. Сам дом был похож на другие. Узкое многоуровневое здание, втиснутое между двумя другими, единственным отличием которого был адрес, вывешенный над облупившейся краской.
— Готовы увидеть, кто ждет за дверью номер семьсот тридцать два? — спросил он.
— Не совсем, но, полагаю, у нас нет выбора.
Адам постучал. Три резких стука, к которым он добавил мысленный сигнал.
«Мы здесь. Есть кто-нибудь дома?»
Когда пришел ответ, только железное самообладание удержало его от реакции. Дом не был пуст, но, похоже, уцелела только часть банды. А его берлога? От нее вообще ничего не осталось. Печалька.
Глава 15
— Они взорвали мой дом?
Бедный Адам. В его голосе звучало такое недоверие. Когда у кого-то отнимали дом, да еще и так жестоко, то это наводило ужас. Но еще более важной новостью, чем потеря собственности, была другая.
Миниатюрная латиноамериканка, от которой сильно пахло дымом, хриплым голосом продолжала отчет:
— Я даже не ожидала, что произойдет нечто подобное. У блюдки сбросили на нас гребаную бомбу. Бомбу, черт возьми.
— Кто сбросил? — переспросил Адам.
— Мудаки военные, кто же еще? — огрызнулась Анастасия. Направив пульт дистанционного управления на телевизор, прикрепленный к стене в гостиной, и увеличив звук в выпуске новостей, где показывали видео с клубящимися облаками дыма.
— …военные утверждают, что произошел несчастный случай. У одного из самолетов, направлявшихся на близлежащую учебную базу, произошел сбой в управлении, из-за чего смертоносная ракета упала на жилой дом в тихом пригородном районе. Жители потрясены. В результате взрыва пострадали несколько домов, но только один был полностью разрушен до основания. По иронии судьбы, дом принадлежал капралу вооруженных сил США Адаму Робинсону. На данный момент неизвестно, был ли капрал дома. Следователи ждут, когда руины остынут, чтобы начать поиск человеческих останков. Это разрушительное бедствие последовало за двумя другими катастрофическими событиями. Массовый пожар и взрыв в жилом комплексе в центре города, которые привели к нескольким смертям, а также крушение вертолета. Многие задаются вопросом, не стал ли наш город мишенью террористов.
Нажав кнопку, Анастасия выключила звук телевизора.
— А вот и подтверждение моих слов. Твое прикрытие раскрыто.
— Разлетелось в щепки, — пробормотал он. — Всем удалось выбраться?
Сет покачал головой.
— Не совсем. Авион пропал.
— Мертв?
— Возможно, — латиноамериканка встретилась с ним взглядом, явно расстроенная, но пытающаяся не показывать слабости. Женщина изо всех сил старалась сохранить суровый вид. — У нас было всего несколько секунд перед тем, как мои датчики зафиксировали падающую ракету. Мы побежали к аварийному туннелю. Именно передо мной шел Авион, поэтому его защита ложилась на меня. Но я на мгновение остановилась у предпоследнего портала. Просто хотела закрыть его, чтобы уберечь всех от взрывной волны, — она поморщилась. — Я должна была продолжать бежать. Чертова взрывная волна сорвала дверь с петель, из-за чего я оказалась под завалом. Когда я выбралась из-под обломков туннеля, то уже не смогла найти Авиона. Вскоре мне пришлось уйти, потому что вокруг сновало много копов.
— Никаких признаков военных?
Она покачала головой.
— Нет. Но когда я зашла на форум, то обнаружила сообщение от Talpa.
— Н евозможно, — воскликнула Лаура. — Я ничего не отправляла.
На нее устремились пристальные взгляды. Лаура сжала губы, внезапно растерявшись.
— Позже мы все объясним, — заявил Адам. — Что было в сообщении, Розалинда?
— Ваш разбитый самолет задержан.
— Разбитый самолет? В чем смысл? — Лаура сразу начала размышлять вслух.
У Анастасии уже был ответ.
— Авион в переводе с французского означает самолет. Он выбрал это имя, потому что сравнивал свое освобождение со способностью снова парить. В своей прошлой человеческой жизни, когда Авион находился под ментальной оккупацией, то был пилотом истребителя. Могу добавить, что одним из лучших.
— Т ак, и что же будем делать? Не оставим же его у военных, — заявил Сет.
— Независимо от процентов на успех, мы все равно вытащим Авиона. Уверен, он с нетерпением ждет встречи с нами. Поэтому нужно действовать быстро, может мы даже сумеем застать военных врасплох.
Занятая ноутбуком, который стоял на ее коленях, Розалинда даже не подняла головы, когда произнесла:
— Учитывая, что я уже нашла черный ход в их сеть, то скоро вся система будет переведена в автономный режим. Чем больше хаоса, тем лучше.
— Я в свою очередь провел инвентаризацию запасов и с радостью сообщаю, что оружия, боеприпасов и взрывчатки достаточно, чтобы начать небольшую войну.
— Серьезно?
Он улыбнулся.
— Я всегда готов, потому что киборг никогда не знает, когда ему придется развернуть революцию.
— Что с транспортом? — спросил Сет.
Адам посмотрел на Розалинду.
— В нашем гараже ничего не завалялось?
— Нет.
— Обычно в конспиративных квартирах всегда есть колеса.
— Ага. Обычно. Но мы отдали внедорожник киборгам, которых спасли несколько недель назад. Они отправились на юг, чтобы проверить слухи о группе сопротивления киборгов, живущей в пустыне. Плохие новости вы уже выслушали, перейдем к хорошим. Н есколько дней назад я получила зарядку для твоей системы, так что угадай, что на заднем дворе.
Адам почувствовал радость, будто снова стал ребенком, попавшим в кондитерскую, и оживился при упоминании о машине.
— Мой кибмобиль?
Лаура наклонилась к Анастасии и прошептала:
— Что, черт возьми, такое кибмобиль?
Блондинка усмехнулась.
— В ерсия бэтмобиля Адама. Черный Додж Чарджер с таким количеством модификаций, что не только Бэтмен позавидует, но и каждый парень, в теле которого есть хоть капля тестостерона, почувствует стояк.
Судя по тому, как заблестели глаза Сета, когда Адам рассказал ему о модификациях — шипах, которые могут выступать из ступиц колес, ракетах, прикрепленных к шасси, пуленепробиваемых стеклах и кузове, двигателе с турбонаддувом, огнестойкой краске — все мужчины пришли в восторг. Сам того не замечая, Сет был уже на полпути к цели.
— Когда вы, ребята, закончите пускать слюни на игрушку Адама, то не могли бы мы вернуться к планированию спасения?
— А что там планировать? Нападаем. Надираем кому-нибудь задницу. Спасаем Авиона. Валим.
Анастасия закатила глаза.
— Только для мужчины все звучит так просто. Ладно, умник, давай предположим, что у нас все получится. Мы действительно вошли и вышли целыми и невредимыми. Что дальше?
Адам потер подбородок.
— Ну, о возвращении домой не может быть и речи, поскольку мое прикрытие раскрыто. У нас не так много вариантов. Какие еще убежища остались?
— После сегодняшнего дня, вероятно, ни одного. Мы рискуем, даже посетив эту квартиру, — ответила Розалинда. — Неизвестно, насколько глубоко они проникли в наши секреты.
— Но мы можем предположить. Н е будем рисковать. Р аспустим группу освобождения и на некоторое время заляжем на дно.
— Придется сделать нечто большее, чем просто залечь на дно, — проворчала Анастасия. — Они знают тебя в лицо. Нельзя оставаться на Земле. Розалинде тоже. Мюррей, ваш пилот, уже покинул страну под другим именем. Признай уже правду, Адам. Дни твоей группировки сочтены.
Может он и был киборгом, но все заметили, как на его лице отразилась душевная мука.
— Сочтены? Но как же наши братья, все еще живущие на планете?
— Им тоже придется сделать выбор. Либо попытать счастья на Земле, либо отправиться в космос. Тебя это тоже касается. Уходи, пока не превратился в кусок металлолома или, что еще хуже, в один из экспериментов в какой-нибудь лаборатории.
— Уйти? — глаза Адама расширились. — Но если я уйду, то как помогу пленным?
На этот раз вмешалась Лаура.
— З а последние двенадцать месяцев я не слышала ни о каких киборгах, кроме того, которого держат в плену на фабрике. Поэтому я с уверенностью могу заявить, что ты выполнил свою миссию на Земле. Прошло уже достаточно времени. Те, кто решит остаться, прекрасно знают, как прятаться. Возможно, для тебя пришло время направить свою энергию на то, чтобы помочь тем, кто сбежал и построить новую жизнь.
— А что насчет тебя? — обратился он к Лауре.
— А что насчет меня?
— Ты тоже не можешь остаться.
Если честно, то она не заглядывала так далеко в будущее. Ни разу не задумывалась. Даже когда они планировали нападение, чтобы спасти Авиона, Лаура не уточнила, какова будет ее роль в предстоящей битве.
— Куда же я пойду? — пробормотала она. В незапная безрадостность будущего не внушала оптимизма.
Ответила латиноамериканка:
— О х, пожалуйста. Ты пойдешь с нами. И прежде, чем ты начнешь спор, я подмечу, что все заметили ваше с Адамом неравнодушие друг к другу. Куда отправится Адам, туда отправишься и ты. Если он соберется покинуть планету, значит, собирай чемоданы, дорогая.
— Но я не киборг.
— Ну и что? — синхронно произнесли все присутствующие.
— Чем я буду заниматься?
Адам одарил ее улыбкой.
— Чем заниматься? Вариантов море. Продолжишь исследования, но с меньшим количеством секретов. У тебя уже есть опыт в изучении нанотехнологий, но со связанными за спиной руками. С нами же ты можешь изучать живых добровольцев, которые с радостью ответят на все вопросы.
Исследовательница внутри Лауры встрепенулась, а женщина, которая недавно занималась любовью с определенным мужчиной, испытала разочарования из-за того, что Адам не привел ей более веской причины. Более эмоциональные. Глупо, учитывая, что они оба руководствовались рациональностью. Хотя…
— Тогда решено. Ты едешь с нами. Только не на задание. Лаура, ты останешься с Розалиндой и поможешь подготовиться к нашему, вероятно, поспешному отъезду. Нам придется очень быстро уносить задницы после обнаружения Авиона, поэтому подготовка невероятно важна. Розалинда, есть ли поблизости дружественные корабли, которые согласились бы перевезти какой-нибудь важный груз?
— Н авскидку не скажу. Но я уже начала наводить справки. В худшем случае я взломаю систему на одном из шаттлов.
— Какой у нас график? — уточнил Сет.
— Самый короткий. Если затянем, то они вызовут подкрепление. Сколько времени тебе нужно, Розалинда? — спросил Адам.
— Мне понадобится час, может, чуть больше, чтобы внедрить вирусные бомбы в их сеть и вывести систему из строя. Еще немного времени нужно для координации судна для побега.
— Итак, ребята, тридцать минут на сборы. Лично мне нужно привести себя в порядок и одеться. Зовите, если вам понадобится помощь.
Очевидно, Адам мог справиться самостоятельно, тем не менее он потащил Лауру в ванную, обставленную в стиле восьмидесятых. Розовая плитка, столешница из искусственного мрамора, начинающий ржаветь хромированный кран. Но самое лучшее, что было в этом помещении — горячая вода, которая лилась из подтекающей насадки для душа.
Лаура задумалась, а не глупым ли было мыться в такой ответственный момент?
— Думаешь, стоит принимать душ? А если на нас нападут?
Адам рассмеялся, поведя мускулистым плечом, с которого уже была сброшена рубашка.
— Зато мы будем чистыми.
— Знаешь, если бы это была сцена из фильма, то зрители кричали бы на нас и называли идиотами.
— Только женщины. Мужчины аплодировали бы, потому что все раздевались и обещали жаркую сцену.
— С чего ты так решил?
— Потому что я точно знаю, что ждет тебя впереди. Раздевайся, док
— Приказ?
— Абсолютно верно. В конце концов, я лидер сопротивления. И я предупреждаю, что препятствовать моим планам бесполезно.
— С амая банальная фраза для соблазнения, которую я когда-либо имела несчастье слышать.
— Может и так, но ты все же начала раздеваться.
Конечно, начала. Даже если это было глупо, но раз у нее появился последний шанс мельком увидеть нирвану, то она им собиралась воспользоваться. Через несколько часов Лаура могла умереть. Но вместо того, чтобы зацикливаться на ужасной мысли, почему бы не погрузиться в момент наслаждения?
— От меня пахнет дохлой рыбой, — и сексом. Интересное сочетание, которое наверняка все заметили. Лаура покраснела и стала быстрее раздеваться, чтобы оказаться под горячей водой.
Ах. Чистое блаженство. Лаура подставила лицо горячим струям, не обращая внимания на вероятность, что уже через несколько часов может попрощаться с жизнью. Черт, может даже через пару минут. Адам был прав. Ради этого стоило потратить время. Особенно учитывая близость сексуального мужчины. Он прижался к ее спине, своей горячей кожей пробуждая все нервные окончания Лауры.
Ученый в ней задавался вопросом, было ли вызвано это электрическое покалывание кибернетической сущностью Адама. Но женщина в ней была другого мнения.
«Просто мы созданы друг для друга».
Обычно ее нечасто посещали фантазии, но в данном случае Лаура ничего не могла с собой поделать.
Собственные сомнения над идеей мгновенного влечения не изменили ее настроя. К огда дело касалось Адама, эмоции накрывали ее с головой. Последняя мысль чуть не повергла Лауру в панику. Как она могла так быстро влюбиться? Н икакого логического смысла. И все же она ни на что не променяла бы эту безумную, лихорадочную бурю чувств.
Повернувшись, Лаура прижалась лицом к его твердой груди, ища опору и желая быть ближе. Несмотря на отсутствие слов, Адам почувствовал, что она нуждалась в утешении.
— Все будет хорошо, — пробормотал он, крепко ее обнимая.
— Откуда в тебе столько уверенности? Шансы против нас. Ты можешь умереть.
— Мне не нравится думать, что моей жизни что-то угрожает. Ч то же касается смерти? Не сегодня. Не завтра. Еще не скоро. Особенно когда я нашел причину, чтобы жить по-настоящему, — он приподнял ее подбородок, заглядывая в глаза. — Как только миссия закончится, я приду за тобой. Мы сбежим.
— Куда?
— Да куда угодно. Перед нашими ногами вся галактика.
Нашими. Ей понравилось, как это прозвучало.
— Значит, ты хочешь, чтобы я была с тобой? — ага, она все-таки решила задать волнующий вопрос. Пришлось. Ранее Адам заявил, что возьмет ее с собой, чтобы обезопасить, но сейчас он намекал на нечто большее. Как будто он… действительно хотел, чтобы она была с ним.
— Хочу ли я, чтобы ты была со мной? — Адам повторил ее слова с ноткой недоверия. Затем мужчина прижался к ней, демонстрируя эрекцию, но именно от блеска его глаз у нее перехватило дыхание. — Конечно, я хочу, чтобы ты была со мной. Благодаря тебе я вновь начал чувствовать. Только тебе. И мне все равно, если ты будешь обижаться на меня из-за поведения пещерного человека, потому что, черт возьми, я никогда тебя не отпущу. Вообще никогда. Мы созданы друг для друга. Значит, мы будем вместе, — словно подтверждая свои слова, Адам прижался губами к ее губам. Лаура с радостью ответила на поцелуй.
К черту логику. У науки не всегда был ответ, а где-то он был и не нужен. Лаура хотела его. Адам хотел ее. Достаточно, но в то же время нужно было нечто большее.
«Он нужен мне».
И все же, несмотря на срочность предстоящего задания, Адам не торопился. Он медленно повернулся, чтобы они оба оказались под струями. Но не только горячая вода ласкала ее спину. Мужские пальцы гладили линию ее позвоночника, стремясь к полным ягодицам.
Лаура не сумела проигнорировать настойчивое прикосновение члена к своему животу. Такое явное желание Адама льстило и возбуждало. Когда он не спеша попробовал ее губы на вкус, Лаура задрожала. Е е соски терлись о его грудь, из-за чего горошины затвердели, требуя чего-то большего.
Лауре показалось, что Адам читал ее мысли… или понимал намеки ее тела. Он оставил ее губы, сосредоточив внимание на шее, мягко покусывая, отчего Лаура задрожала. Адам опустился еще ниже, оцарапав щетиной ее нежную кожу, но это принесло лишь наслаждение. Мужские ладони покинули ее ягодицы, но только лишь для того, чтобы приласкать другое месть. Ее грудь.
С нежностью, которая заставила Лауру ахнуть, он потерся щекой о полушарие. Однако этих поддразниваний было явно недостаточно.
— Зачем медлишь? — проворчала Лаура. Забудьте о терпении, которое она проявляла в лаборатории. Здесь и сейчас она не хотела терять ни секунды.
Адам прижался горячим ртом к соску, заставляя Лауру застонать. Запустив пальцы в короткие влажные пряди, она прижала его к своей груди, задыхаясь и постанывая. Адам покусывал, дразнил и ласкал каждую грудь до тех пор, пока Лаура, дрожа, не прислонилась к стенке душа.
Если бы она дышала не так тяжело, то, возможно, умоляла бы его остановиться или сделать что-то еще. Каждое прикосновение Адам только усиливало ее возбуждение. Когда он опустился на колени, ох, так соблазнительно низко, она забыла о дыхании в напряженном ожидании.
Конечно, Лаура сразу взорвалась бы, как только он прикоснулся бы к ней там. Но кульминации не произошло, потому что Адам резко изменил путь, проложив дорожку из поцелуев по ее бедру. Е го губы дразнили и мучили ее своей близостью.
Неожиданно Адам отстранился. Его руки больше не гладили ноги Лауры, а его губы больше не касались ее кожи.
Проявив не дюжую выдержку, так как ее веки отяжелели от страсти, она открыла глаза и протестующе застонала. Адам рассмеялся.
— Не волнуйся. Я еще не закончил. П росто забыл мыло.
Мыло? О х, боже. Когда его ладони, только теперь намыленные пеной, вернулись, то сразу быстро заскользили по ее телу. Подняв руку, Адам приласкал намыленными пальцами ее грудь, пощипывая соски. Затем он погладил округлость живота, круговыми движениями пробежавшись по завиткам, покрывавшим ее холмик. Неожиданно его ладони протолкнулись между ее бедер, проводя пальцами по припухшим губам к лону, а затем быстро переместились обратно к бедрам.
Забудьте о мытье. Никогда в жизни она не чувствовала себя такой грязной. Властным движением Адам повернул ее лицом к струям, вновь водя руками по телу Лауры, но на этот раз чтобы смыть пену. Затем он намылил ей попку, широкими круговыми движениями массируя спину и слегка щипая за ягодицы, тем самым заставляя ее взвизгнуть.
Адам снова развернул ее и ополоснул. Как только на ее ягодицах больше не осталось мыла, мужчина опустился на колени и прижался ртом к ее киске.
«Ох. О-о-о-ох».
Лаура не сумела сдержать гортанные стоны. Адам двигался быстро и уверенно, поглаживая языком клитор и погружаясь между пухлых губ. Она вцепилась в его мокрую голову, но не для того, чтобы удержать мужчину на месте, а чтобы не упасть самой. Ее ноги превратились в желе.
Словно почувствовав, как слабеют ее мышцы, Адам поддержал ее за бедра, одновременно немного наклоняя для лучшего проникновения языком.
Лаура больше не могла сдерживаться. Закричав, она кончила. Оргазм полностью поглотил ее, заставив трепетать, задыхаться и содрогаться. Прежде чем она успела потребовать остановки, Адам уже встал, закидывая ее ногу на свое бедро и раскрывая девушку для проникновения.
И вскоре он оказался внутри. Так глубоко и хорошо. Быстрыми движениями он вернул Лауру к жизни. Е е дыхание участилось, а лоно затрепетало, стискивая вторгающуюся внутрь длину.
Адам закрыл глаза и наклонился вперед, из-за чего их лбы соприкоснулись.
— Ты моя, док. Целиком и полностью.
Его. Лаура не смогла бы объяснить, как это собственническое требование могло спровоцировать еще один оргазм, но эта кульминация была более продолжительной, чем предыдущая. В тот момент, когда они вместе задрожали, влажные любовники, соединенные плотью, Лаура могла поклясться, что их мысли соприкоснулись.
Это было нечто удивительное.
«Кажется, я люблю тебя».
Неожиданное ее ошеломленный разум придумал ответ.
«Конечно, любишь. Потому что я потрясающий».
Глава 16
В душе произошло что-то странное. Адам мог поклясться, что на мгновение его мысли соприкоснулись с мыслями Лауры.
Невозможно. Она была человеком. У нее не было подобных способностей. Наверняка ему просто показалось.
«Она любит меня?»
Как бы ему хотелось верить, что Лаура действительно полюбила его, но рациональный ход мыслей не позволял прорасти надежде. Поэтому в его голове появилось множество против: было слишком рано, она устала и была напугана происходящим, она видела в нем спасителя и чувствовала благодарность. Еще…
«Я слышал ее мысли. Точно».
А Лаура точно услышала его мысли, потому что рассмеялась в ответ на заявление, что он был потрясающим.
Что, оглядываясь назад, было несусветно глупо. Когда женщина признается тебе в любви, то существовал только один правильный ответ — это ответное признание. Но сейчас Адам не мог произнести это вслух.
Мало того, речь шла о мимолетном моменте. Е сли на самом деле Лаура не испытывала ничего подобного? Несмотря на все испытания, через которые прошел Адам за всю свою жизнь, он не мог представить себе ничего более разрушительного, чем отсутствие взаимности на проявление нежных чувств. А если он не сумеет перенести унижение, то ему придется убить Лауру….
Ладно, убивать не обязательно, но сейчас точно было неподходящее время для признаний. Или подходящее? Или …
Гр-р-р-р.
Все эти сомнения угрожали вывести из строя его мыслительные системы.
Ему нужно было сосредоточиться на чем-то другом, например, на миссии. Ага, спасательная операция, которая принесет опасность и перспективу взорвать все к чертовой матери. Око за око.
«Решили разнести мой дом?»
Адам собирался внятно объяснить, что военные допустили роковую ошибку.
О девание произошло быстро и бесшумно. Лаура облачилась в одежду, которую предоставила Анастасия, а Адам достал костюм из запасов, которые всегда находились под рукой. Чтобы обеспечить себе лучшие шансы в бою, он натянул бронежилет, а также добавил нарукавники, которые служили защитой от пуль. Нет смысла напрягать наночастицы, чтобы устранять ненужные повреждения.
К своим многочисленным кобурам Адам добавил пистолеты, обоймы с патронами, ножи, несколько метательных звездочек и кухонную раковину. Ладно, раковину он не срывал, но имел такое ощущение, потому что нагрузил себя практически всем, что имело хоть какую-то ценность.
И не только Адам вооружился до зубов. Сет и Анастасия тоже были похожи на ходячие арсеналы. Всей группой, в которую входили Розалинда и нервничающая Лаура, они направились в переулок, где в уютном гараже была спрятана машина.
Четырехколесная красотка сияла даже в полумраке. Как только Адам нажал кнопку на брелке, машина зарычала. Рыцари бросались в бой на доблестном скакуне. Адам же предпочитал четыре колеса, большой мотор и кожаные сиденья, изготовленные на заказ.
Пока Анастасия давала последние инструкции Розалинде, Адам отвел Лауру в сторону. Девушка дрожала от страха, хотя старалась держаться. Он приподнял ее подбородок и постарался поймать взгляд, который не был скрыт за толстыми стеклами очков … Ему стоило найти для нее новые линзы.
— Послушай, док, что бы ни случилось дальше, ты должна знать, что знакомство с тобой было одним из лучших событий, произошедших со мной с момента освобождения.
Она нахмурилась.
— Ты говоришь так, будто мы можем больше не увидеться.
— Если я чему и научился с момента начала войны, так это тому, что нельзя думать о завтрашнем дне, поэтому нужно жить без сожалений. Если я добьюсь своего, а я обычно так и делаю, то мы справимся. П обедим. С пасем Авиона и всех других киборгов, сокрытых в тюрьме. Затем мы покинем планету и начнем все сначала в каком-нибудь новом месте. Там, где киборги и люди сосуществуют без насилия и ненависти.
— Звучит как идеальный план.
И Адам был согласен. Пришло время признать, он сделал здесь все, что мог. Пора двигаться дальше. Н ачать все сначала. Он поцеловал Лауру обещающим поцелуем. Поцелуем, который означал, что они скоро встретятся.
И снова он мог поклясться, что услышал ее мысли.
«Лучше бы тебе сдержать обещание».
— Х м. Ненавижу прерывать просмотр потенциального порно. Однако, если вы двое закончили целоваться, то нам поры выдвигаться. Таймер тикает. И я выражаюсь буквально, — Сет указал на свой рюкзак с взрывчаткой.
Лаура отступила на шаг.
На мгновение Адам усомнился в своем решении оставлять ее здесь, но затем напомнил себе, что тут ей ничего не угрожало. Затащить человека в зону боевых действий было просто невыразимо глупо.
Тогда почему, уезжая, он все время думал, правильно ли поступил?
Глава 17
Привязанный к медицинской каталке, на нескольких уровнях под землей…
Теперь Авион действительно сомневался в своем здравомыслии, так как решил сдаться военным, с которыми столкнулся после того, как вслепую бродил по городу.
Он ведь мог спрятаться. Шансы на спасение были. На ощупь пробираясь по туннелю, он вышел на прохладный вечерний воздух, осознавая, что Розалинда осталась внутри.
У Авиона было достаточно времени, чтобы скрыться после визга шин по асфальту и топота множества ног в ботинках. Военные точно знали, куда идти, потому что прибыли слишком быстро после ужасного взрыва, от которого содрогнулась земля.
О х. Поднявшись на ноги, слегка дезориентированный Авион сначала направился, спотыкаясь, в сторону от выкрикиваемых военных приказов.
Пока ему в голову не пришла блестящая идея.
Или самая глупая на свете.
Подняв руки, он двинулся навстречу хаосу, отчаянно надеясь, что они не застрелят его на месте. Авион рассчитывал, что они захотят получить ответы на некоторые вопросы.
— Я сдаюсь, — крикнул он, но никто не услышал его и не обратил внимание. Как же унизительно. Авион закричал громче: — Эй, придурки, киборг пытается сдаться!
Слово «киборг» привлекло всеобщее внимание. З ловещие звуки взвода предохранителей, прицеливание… но, к счастью, хлопки выстрелов не раздались.
— Стоять, — рявкнул мужчина. — Он один из подозреваемых в списке. Нам приказано доставить его живым. Живым, слышите!
Али — мать вашу — луйя.
Живым, не значит, что с нежностями. Руки были заведены за спину и крепко скованы тяжелыми цепями, голова покрыта капюшоном из кольчужной сетки, ноги привязаны к короткой перекладине, чтобы контролировать шаги, а к ошейнику был прикреплен зажим для электрошокера.
Авион посмеялся бы над всеми предосторожностями, если бы имел хоть капельку сил. К аждый тяжелый шаг давался ему с трудом.
Как он скучал по своим наночастицам. Неожиданный поворот событий. Когда-то давным-давно он мечтал снова стать обычным человеком. И вот его желание исполнилось, а Авион жаждет вернуть все назад, черт возьми. Особенно зрение.
В ечная темнота была самым тяжким испытанием.
Авиона погрузили в грузовик, где снова приковали цепями, и начался допрос. Он не видел смысла лгать, поскольку они и так знали больше, чем ожидалось.
— Ты киборг.
— Да.
«Только сломанный».
— Ты недавно прилетел из космоса?
— Д а.
— Откуда?
— Без понятия, — он не мог поделиться данной информацией, потому что, честно говоря, и сам не знал.
— Со сколькими еще киборгами ты работаешь?
«В настоящее время?»
— Уже ни с кем. Вы застали нас врасплох с бомбой.
— Больше никто не выжил? — в вопросе сквозило подозрение.
— Насколько я знаю, нет. Они послали меня вперед, потому что я медлителен. Хотели убедиться, что я выберусь, но вы сбросили бомбу. Вот почему я сдался. Без них мне некуда бежать.
К тому же зачем убегать, если военные так желали доставить Авиона туда, где он и сам хотел быть? Судя по его внутреннему радару, направленному на определенную женщину, он двигался в правильном направлении.
«Я иду».
Хотя еще предстояло выяснить, на что он вообще способен. Авион искренне надеялся, что такая возможность представится сама собой.
Надежда. Черт. Не на что полагаться. Если бы его ИМК был активен, то рассмеялся бы над иррациональной верой во что-то настолько неточное.
Вопросы военного продолжались всю поездку. Авион по большей части говорил правду, потому что так было легче запоминать ответы. Однако он все же допускал некоторые упущения и ложь.
Пока он болтал всякие небылицы, конвой приближал его к цели. Авион чувствовал это каждой ноющей костью. Остановка и отъезд грузовика дали понять, что они прибыли к месту назначения. Контрольно-пропускные пункты и вопросы.
Восклицания:
— Гребаный ад, действительно киборг? По-моему, не такой уж он и крутой.
«Ага, сейчас не крут, но скоро вы познакомитесь с моими друзьями. И они точно придут не с пустыми руками».
Слепота не помешала ему догадаться, что его отвели вглубь помещения на нижних этажах. Долгая поездка в лифте.
Судя по запаху, они оказались в каком-то медицинском отсеке. Чистящие средства, отбеливатель и переработанный воздух. О тлично. Авион только сбежал из одной медицинской лаборатории, чтобы снова оказаться в другой.
Но на этот раз на нем была цель. Е го приковали цепями к каталке.
Потом он остался один. Скучающий. Немного голодный. Уставший. И расстроенный, потому что сколько бы он мысленно не звал Первую, она не отзывалась, хотя точно находилась где-то рядом.
В конце концов тишина тюремного заключения была нарушена. Кто — то вошел в комнату, из-за чего та наполнилась эхом шагов в ботинках.
— Неужели это AF313, который числился погибшим. Очень любезно с твоей стороны присоединиться к нам.
— Я бы сказал, что рад встрече, но, похоже, со времени моего последнего пребывания в одном из ваших прекрасных медицинских учреждений у меня ухудшилось зрение.
— Ах, да. Жаль, что мы потеряли ту установку. Захватывающее сооружение. Особенно учитывая их прорыв в области отключения наночастиц.
— Вся информация уничтожена, — Эйнштейн обо всем позаботился. К тому же в журналах передач не было записей о том, что данные куда-либо отправлялись.
— Может вы и уничтожили объект, но не информацию.
— Ложь.
Громкий смех.
— А зачем мне врать? Скоро весь мир, а точнее, вселенная, узнает, что мы наконец-то нашли способ исправить допущенную ошибку.
— Зачем ждать? Почему бы не убить всех нас прямо сейчас?
— Ох, мы обязательно прикончим киборгов, но сначала сделаем оружие, доставляющее антинано. Метод с инъекцией, который опробовали на тебе, не совсем удачный. Навряд ли вы, роботы, дадите нам сделать укол.
— Мои друзья уничтожат вашу компанию.
— Такие смелые слова от умирающего бота. Подумать только, когда-то ты был силой, с которой приходилось считаться. Теперь же просто жалкая, умирающая оболочка.
— Если я такой жалкий, то к чему вся эта охрана? Вы боитесь меня даже несмотря на слепоту и слабость, — Авион не сумел удержаться от насмешки.
П охититель рассмеялся.
— Д умаешь, кто-то из нас боится тебя? Ха, если бы ты только видел себя со стороны. Тебе осталось жить всего пару дней. Без наночастиц ты не сильнее меня. Хотя, судя по твоему телу, даже слабее. Неужели ты действительно веришь, что сможешь дать мне отпор? Давай проверим. Я очень хочу понаблюдать за твоими жалкими попытками. Стража, снимите с него кандалы.
— Сэр?
— Выполняй приказ, солдат. Здесь нечего бояться.
«Высокомерный придурок».
Но в данный момент Авион был рад такой заносчивости врага.
Солдаты подчинились. Авион выдохнул с облегчением, когда с него сняли тяжесть цепей. Однако он скрыл свою бодрость, сгорбив плечи и опустив голову.
— Ну что ж, AF313. Посмотрим, какой ты крепкий орешек.
И Авион задействовал абсолютно все последние силы. Живи или умри.
Забыв обо всех тренировках, забыв о ловкости, Авион бросился вперед, замахав руками.
— Иди сюда, ублюдок. Я убью тебя.
Раздался смех. К омандир и сопровождавшие его солдаты, отплясывая, оказались вне досягаемости, легко уклоняясь от слабых попыток Авиона. Он бросился в направлении голоса и промахнулся, потеряв равновесие по инерции и приземлившись на холодный кафельный пол.
Распластавшись на животе, Авион, тяжело дыша, поднялся на колени, но тут же стал жертвой судорожного приступа кашля.
— Как пали сильные мира сего, — воскликнул командир с явной насмешкой в голосе. — Я очень боюсь тебя. На самом деле тот безумный пылесос, которым пользуется моя жена, выглядит намного страшнее. Поднимите его с пола и уложите обратно в постель. Я достаточно увидел и услышал. Н икакой пользы. Приведите врачей и начинайте вскрытие. Давайте посмотрим, что происходит внутри.
Когда чьи-то руки подняли его на ноги, Авион вновь упал, забившись в сильном кашле. В стороны полетели слюни.
— Эй. Уберите его от меня, — взвизгнул солдат. — Может, он заразный.
— Нет, но я все еще смертельно опасен, — пробормотал Авион, стреляя из пистолета, который стащил из кобуры солдата. Прежде чем тело успело упасть на пол, он повернулся и выстрелил еще раз, используя слух для определения цели. Словно он был каким-то джедаем, умевшим использовать все чувства.
Через несколько мгновений остался только один человек, который взывал к милосердию … и речь не об Авионе.
— Как такое возможно? Ты слеп. Твои наночастицы мертвы.
— Зато у меня все в порядке с ушами или навыками, придурок. Благодаря военным я знаю, как справляться с болью и защищать себя.
И он умел убивать. Безжалостно.
Взрыв.
Глава 18
Несмотря на шутки о входе через главные ворота, реальный план состоял в том, чтобы высадить Сета и Анастасию в заранее определенных местах за пределами военного периметра. Сет должен был проникнуть на объект с тыла, установив взрывчатку по пути, в то время как Анастасия пряталась в багажнике автомобиля, направляющегося к объекту.
Конечно, водитель не знал о безбилетнике.
Мужчина, остановившийся на красный свет, по понятным причинам отвлекся на Адама, который подъехал на кибмобиле. Б олван даже не заметил, как Анастасия открыла багажник и запрыгнула внутрь. Небрежные охранники, дежурившие на въезде на парковку, тоже не удосужились проверить машину, пропуская рабочего, который показал бейдж для вечерней рабочей смены на фабрике.
Слишком просто.
Оказавшись внутри, Анастасия установила бомбы под все, что могло создать красивый фейерверк.
Вот так получился отвлекающий маневр.
Работая на зашифрованной частоте, они посылали друг другу короткие сообщения, чтобы точно рассчитать время атаки.
«Установила последнюю взрывчатку. Жду обратного отсчета, чтобы дистанционно активировать таймеры».
«У меня осталась еще одна», — ответил Сет.
«Дай знать, когда будешь готов», — попросил Адам, барабаня пальцами по рулю. Припарковавшись в полумиле от главных ворот, он, согласно плану, должен был фактически вломился в периметр с оружием в руках, привлекая всеобщее внимание, в то время как Сет и Анастасия пробрались бы на нижние уровни.
Как только Адам обеспечит друзьям отход, убив все, что движется, то присоединится к ним и будет полагаться на неисчислимую надежду, что расчеты относительно хаоса окажутся верными, а подкрепление военных будет дезориентировано.
«Готово. Все бомбы установлены».
«Превосходно. Обратный отсчет начинаем по моей команде. Три. Два».
Продолжать не было необходимости. Таймеры были активированы и находились на коротком предохранителе. Адам завел двигатель и включил передачу. Пришло время применить дорогостоящие модификации на практике.
Вдавив педаль газа в пол, он помчался к сетчатому забору высотой четырнадцать футов, увенчанному колючей проволокой. Когда он подъехал к воротам, из расположенных по бокам будках охраны вышли двое солдат, направив на него винтовки. Адам видел, как зашевелились их губы:
— Остановитесь, или мы будем стрелять.
Началось. Пули не причинят вреда этой малышке. Напротив, они с легкостью отскочат от капота, не оставив даже вмятины. Адам не сумел сдержаться и выкрикнул:
— Юху, мать вашу!
Раньше он никогда не использовал подобных выражений, но сейчас почувствовал, что время пришло.
Солдаты открыли огонь. Вскоре они поймут, что происходит, и побегут в укрытие или к оружию получше. Например, к гранатомету.
Но слабые человеческие мозги сосредоточились на инстинкте самосохранения. Солдаты бросились в рассыпную. Но это их не спасло. П улеметы на его малышке были активированы. Первое правило выживания — никогда не оставлять шанса врагам. Проявление милосердия могло стоить жизни, а учитывая малую численность киборгов… никто не должен был выжить.
На скорости более восьмидесяти миль в час он врезался в ворота. Е го инерции хватило, чтобы с металлическим скрежетом сорвать створки с подвижного состава.
И вот Адам вновь несся вперед. М ашину слегка тряхнуло из-за выступивших из земли шипов, которые все равно не смогли проткнуть усиленные колеса.
Свист новых пуль был едва слышен. Солдаты бежали к нему, стреляя впустую, но все вскоре прекратилось, так как небо внезапно озарилось. Две дюжины зарядов, которые установили Сет и Анастасия, воспламенились.
Бум!
Все содрогнулось. Языки пламени взметнулись в темное ночное небо. Дым поднялся густым туманом, в котором могли задохнуться все неподготовленные.
Завыли сирены, но только на мгновение. Яркие огни, освещавшие это место, погасли, унося с собой ужасный пронзительный механический вой.
Розалинда выполнила свою часть и отключила электросеть. Однако в таких местах всегда стоило ждать сюрпризов. В ключились резервные генераторы, но ущерб был уже нанесен.
Паника достигла апогея. Сирена вернулась со своим пронзительным предупреждением. Раздались новые взрывы, усугубившие общий хаос.
И з зданий выбегали люди, некоторые в солдатской форме, другие в синих комбинезонах, а также врачи и ученые в белых лабораторных халатах. Тела с криками разбегались во все стороны, размахивая руками. Каждый раз, когда раздавались грохот или выстрелы, люди пригибались, обеспечивая отличное прикрытие.
Затормозив перед небольшим входом в здание, в который Адам входил менее суток назад, чтобы заступить на смену, он выбрался из машины.
— Если мне повезет, то ты останешься целой и невредимой, чтобы мы встретились снова.
Держа по пистолету в каждой руке, Адам направился на фабрику, одновременно сообщая Сету и Анастасии по беспроводной связи о своем местонахождении.
«Вхожу в здание с северной стороны».
«Я уже на третьем уровне. Пока сопротивление слабое. Как насчет тебя, женушка пук?»
Адам практически слышал, как Анастасия заскрежетала зубами от ласкового обращения.
«Сет, дорогой, я собственноручно сделаю тебе лоботомию, если ты еще раз так назовешь меня. Я на четвертом уровне и вижу признаки насилия. Похоже нашему другу Авиону удалось спастись. Иду за ним».
Пока что новости были хорошими. Что касалось дел Адама, то охранники, обычно дежурившие на первом контрольно-пропускном пункте, отсутствовали. Вероятно, они были первыми в сбежавшей толпе, когда начались взрывы. Собираясь направиться к шахте лифта, чтобы спуститься вниз и присоединиться к друзьям, он остановился.
Что-то было не так. Он развернулся на каблуках и бросил быстрый взгляд на коридор, ведущий к административным кабинетам.
Осмотр не входил в план. Компьютеры в кабинетах не содержали никаких секретов, а на этаже не было ни камер, ни заключенных. И все же… Адама прямо тянуло в кабинет директора. Ему нужно было попасть туда.
«Почему я так хочу пойти в этом направлении?»
Может, в его программировании закралась скрытая ошибка, к которой подключились военные?
Неужели он вот-вот угодит в ловушку?
Когда Адам приблизился к офису, то уловил гул голосов, резкий окрик директора и более тихий ответ. Похоже, эвакуировались не все.
Однако волосы на его затылке все же встали дыбом. И не из-за предвкушения того, что он сможет прикончить человека, виновного в причинении такого большого вреда.
Сердце екнуло, а дыхание остановилось из-за женского голоса.
«Какого черта здесь забыла Лаура?»
Глава 19
«Как я сюда попала?»
Л аура и Розалинда направлялись к такси, чтобы отправиться на ферму за городом, где их должны были подобрать и увести с планеты, к черту из этой галактики.
Но ничего не получилось. Как только они закинули сумки на плечи, собираясь уходить, внутрь ворвались военные, взяв их под стражу.
Или забрали только Лауру. Просто она не видела, что случилось с Розалиндой. И з-за ворвавшихся солдат, которые громко кричали, развернулся какой-то хаос. Военные потребовали, чтобы они легли на пол и сомкнули руки над головами.
Учитывая шансы, Лаура поспешила подчиниться, а Розалинда, произнеся нечто по-испански, бросила что-то в солдат. Раздался хлопок и появилось облако дыма. Сама же Розалинда исчезла в образовавшейся суматохе.
Даже после того, когда дым рассеялся, Лаура так и не поняла, поймали ли Розалинду. И никто не удосужился сообщить ей об этом. С олдаты притащили Лауру на фабрику и отвели в слишком знакомый офис.
Сейчас кабинет директора не выглядел таким уж дружелюбным, ведь в данный момент Лаура была в наручниках и стояла на коленях перед суровым директором, который в кои-то веки надел военную форму со всеми нашивками. Мужчина был в полном боевом состоянии, а его взгляд был таким ледяным, что мог заморозить пингвинов.
По какой-то причине на ум пришла лекция о том, что хищнику в глаза лучше не смотреть, поэтому Лаура опустила взгляд, уставившись на блестящие носки черных кожаных туфель, в которых наблюдала собственное искаженное изображение. Как странно, потому что обычно без очков она не видела ничего, что находилось дальше нескольких дюймов от носа.
— А вот и наш доктор, превратившийся в предателя. Или лучше называть тебя любовницей киборга?
Лаура напряглась. Как военные узнали? Они с Адамом только недавно переспали. Или среди киборгов затесался шпион? Если это так, тогда планируемая миссия обернется катастрофой.
Если на конспиративную квартиру был совершен налет, значит Адама и остальных поймали… или убили?
Она отогнала от себя непрошенную мысль. Адам в любом случае выжил.
— Нечего сказать? Забавно, ведь когда ты передавала информацию киборгам, то была очень многословна. Ты действительно думала, что кому-то с таким уровнем допуска сойдет это с рук? Они наши враги.
— Враги? — Лаура не сумела сдержать смешок. — Мы говорим о людях.
— Чушь. Они всего лишь машины. Инструменты, которые годятся только для использования. Или их стоит просто выбросить, поскольку они не послужили истинной цели.
— Т ы ошибаешься. Они люди. Да, получившие лишние части тела, не данные при рождении. Но это не меняет сути. Они родились людьми и, несмотря на ваши эксперименты, людьми остались. Ничего общего с машинами. Тебе должно быть стыдно за такое суждение. И не только тебе, но и всем сотрудникам компании, которые считают, что изменять людей против воли приемлемо.
— И чего здесь стыдиться? Мы усовершенствовали их! — генерал хлопнул ладонью по столу. — До нашего вмешательства они были жалкими. Многие умирали или были немощны. Мы дали им цель. Исправили недостатки.
— Превратили в рабов! — кричать на человека, который держал ее жизнь в своих безжалостных руках, возможно, было не самым умным поступком, тем не менее Лаура не могла просто сидеть и слушать его высокомерные заявления.
— Они были солдатами. А солдаты обязаны подчиняться. Да, кто-то может погибнуть при исполнении служебных обязанностей, но такова цена войны и мира.
— То, что вы сотворили, выходит за рамки разумного. Компания генетически модифицировала мужчин и женщин, с помощью лжи и обмана превращая в то, о чем они никогда не просили. Их лишили свободы, обратив в марионетки, а затем за ненадобностью начали убивать.
— Чтобы они не успели убить нас! — закричал он, брызгая слюной. В его глазах полыхал праведный гнев. — Киборги не оставили нам выбора. Как только мы поняли, что контроль ускользнул, то были вынуждены перейти к уничтожению. Многие машины обезумели, когда программа не сработала. А сумасшедшие киборги, которые умеют убивать и практически неуязвимы, представляют угрозу для человечества. Мы сделали то, что должны были, чтобы защитить общество.
— И что человечество выиграет от того, что людей держат в плену и подвергают экспериментам? — саркастично спросила Лаура.
— Познай своего врага. А еще лучше, найди слабое место врага, а затем используй это для его уничтожения. Знаешь ли ты, что мы наконец-то обнаружили способ избавиться от киборгов раз и навсегда? Всего лишь стоило отключить их наночастицы и бац, — он развел руками, изображая мини — взрыв, — они мертвы.
— Если у тебя есть такой действенный метод, тогда зачем сбрасывать бомбу на дом Адама? Почему бы просто не прикончить его наночастицы?
Генерал нахмурился и отошел.
— К сожалению, у нас возникли проблемы с воспроизведением процедуры, поскольку первоначальная лаборатория была уничтожена. Они просто не успели передать информацию. Но мы близки, очень близки. Как только мы откроем секрет, как отключить наноботов, то угроза со стороны киборгов растворится.
Но тут кое-что не срасталось.
— Если ты так стремишься к отключению наночастиц, то зачем заставлять меня работать над их реанимацией?
На его губах появилась злобная усмешка.
— Если отключить частицы, то киборги перестанут представлять опасность. Значит, нам больше не придется внедрять в их мозги контролирующие чипы. Одной смертельной угрозы достаточно, чтобы новички не помышляли о восстании. После модификации ни один киборг не в состоянии выжить без наночастиц. Давай возьмем в качестве примера твоего дружка, AF313. Осталась лишь хрупкая оболочка. К ак только майор Келли закончит допрашивать его, то AF313 пожертвует своим телом на благо человечества.
— Нельзя убивать его!
— Как будто его жизнь имеет значение. Он все равно умирает. Зачем откладывать неизбежное? Сейчас он хотя бы послужит какой-то цели. В отличие от тебя. Конечно, возможность реанимации наночастиц пригодилась бы, но, по большому счету, в этом нет необходимости, значит, мы не нуждаемся в твоих услугах.
— Тогда зачем похищать? Почему меня не прикончили еще в конспиративной квартире?
— Ради секретов, конечно. Я рассчитываю, что перед смертью ты поделишься всей имеющейся информацией. Места. Имена. Каждую мелочь.
— Я ничего не знаю.
Сильный удар по голове заставил ее растянуться на полу. Лаура зажмурилась, двигая ноющей челюстью.
— Первый урок. За ложью последует наказание.
— А за правду последует поощрение в виде смерти? И где здесь мотивация?
— Наглая сука! — от удара по ребрам она ахнула и перекатилась на спину, скрестив руки на груди.
Директор сел рядом на корточки, холодность в выражении его лица пугала.
— Итак, начинается второй урок унижени…
Что бы он ни собирался сказать, слова оборвались, когда пол и само здание задрожали. О тдаленный грохот взрывов был приглушенным, но все же безошибочно узнаваемым.
— Что за чертовщина! — воскликнул он, поднимаясь на ноги. Свет мигнул и погас. Наступила темнота, но лишь на мгновение, прежде чем включились резервные генераторы. А варийный прожектор в углу кабинета осветил пространство.
На его столе с треском ожила портативная рация.
— Сэр, компьютерные системы отключены.
— Охерительно, солдат. Что, черт возьми, там происходит?
Но ответа не последовало. Только помехи.
Генерал перевел взгляд на Лауру.
— Ты знала о планируемой диверсии, верно? Во время взрыва Адам и остальные киборги не погибли, так? Гребаный AF313 солгал. Сколько их? Какова суть плана?
Она крепко сжала губы.
Директор бросился к ней и схватил за волосы, из-за чего Лаура закричала.
— Отвечай!
Последовала пощечина. Затем еще одна. После третьей он отшвырнул Лауру.
Она приложила руку к горящей щеке, ожидая, что ее охватит страх. Ожидая оцепенения из-за приближающейся смерти. Но вместо в душе девушки родилась ярость.
Кто дал ему право на оскорбления? На избиение? С чего она должна терпеть подобное обращение?
«А что я еще могу предпринять?»
Генерал расстегнул несколько верхних пуговиц на своей парадной рубашке и снял пиджак, приступив к закатыванию рукавов.
— Как ты относишься к боли, док? — спросил он, хрустнув костяшками пальцев.
— Возможно, тот же вопрос мне следует задать тебе, генерал, — боль в щеке прошла слишком быстро. Лаура вскочила на ноги, чтобы встретиться лицом к лицу с человеком, которого ненавидела в течение нескольких месяцев.
— Осмелилась угрожать мне? — мужчина выгнул бровь и рассмеялся.
Лауру захлестнул прилив адреналина. Все ее тело наполнилось энергией, зрение обострилось, как будто от удара внутри нее что-то активировалось.
— Да, осмелилась. Хоть кто-то же должен поставить на место заносчивого засранца, — выпрямив спину и расправив плечи, Лаура храбро посмотрела в лицо генерала. Да, он был сильнее и, возможно, умел драться, но она не собиралась сидеть сложа руки и позволять этому мужлану причинять себе боль. Лаура собиралась защищаться до последнего вздоха.
— Ты пожалеешь о своих словах, — пригрозил он.
Дверь в офис с грохотом распахнулась и отскочила от стены. В дверном проеме стоял Адам, сверкая глазами, из-за чего напомнил Лауре тех супергероев в фильмах, которые могли убивать взглядом. Девушка широко улыбнулась.
А затем громко взвизгнула. Г енерал бросился на нее и схватил за волосы, крепко прижав к своей груди и приставив пистолет к ее виску.
— А вот и образцовый солдат. Нужно было убить тебя еще две недели назад, когда мы выяснили, кто ты.
— Ты прав, следовало убить меня, — тихо произнес Адам, входя в кабинет и оттесняя генерала к стене. — Почему же ты медлил?
— Тупые ублюдки, которые числятся моим руководством, хотели узнать, чем ты занимаешься. Т айные группы следили за тобой повсюду, выведывая твои секреты.
— То есть лидер сопротивления киборгов Земли был у вас под носом в течение многих лет, а вы только сейчас это обнаружили?
— Лидер? — генерал перешел на насмешливый тон. — Жалкий предводитель разношерстной группы сломленных киборгов и нескольких людей. У тебя есть хотя бы одно достижение? — военный ухмыльнулся с явной издевкой. — Давай-ка вспомним. Пара контрабандных поставок. Несколько спасенных ботов, которые были настолько ничтожны, что мы даже не стали их убивать. Да уж, успехи грандиозные.
— Ничего страшного, я изменю ситуацию, — проворчал Адам.
— Не совсем, ведь скоро о тебе не останется даже отдаленного воспоминания. В ближайшее время мы получим оружие, которое уничтожит всех киборгов. А ты останешься лишь краткой заметкой в истории человечества.
— Не будь так самоуверен, — Адам поднял руку с пистолетом и прицелился.
— На твоем месте я бы не рисковал. Брось пушку, или я разнесу ей голову, — ублюдок сильнее прижал дуло пистолета к виску Лауры. Девушка ахнула, не в силах сдержать страх. Прямо сейчас логика подсказывала Адаму стрелять. К черту жертвы среди гражданского населения.
И все же он застыл в нерешительности. Лаура видела, как на лице киборга отразилась борьба эмоций. Разжав пальцы, он выронил оружие, которое со стуком упало на пол.
Лаура была готова разрыдаться, потому сейчас Адам доказал силу своих чувств, а потом закричать, потому что без оружия он был беззащитен.
Рука, стискивающая ее волосы, задрожала, но Лаура не чувствовала боли. Генерал рассмеялся.
— Как я и подозревал. Ты действительно питаешь слабость к человеческим девушкам.
— Отпусти ее, тогда я гарантирую тебе быструю смерть, — предложил Адам.
— А как насчет того, чтобы я пристрелил сначала ее, а потом тебя? — теперь дуло было прижато к затылку Лауры.
— Навряд ли ты выберешь последний вариант. Если она умрет, то ты сразу же присоединишься к ней.
— Интересное предположение. Но ты забыл учесть одну деталь. Мне не нужно убивать ее, чтобы одолеть тебя. Итак, у меня есть вопрос, киборг. Ты, очевидно, неравнодушен к этой девушке, но достаточно ли она дорога тебе? Обменяешь ли ты ее жизнь на собственную?
Дуло пистолета переместилось к плечу Лауры. Она услышала выстрел, но не сразу осознала происходящее. Вскоре пришла боль. В лажное тепло.
Кровь.
Моя кровь.
Он выстрелил в меня.
Глава 20
Адам не мог поверить, что ублюдок выстрелил. Выстрелил в Лауру. Но повреждения не были смертельными. Пока что. Однако, если он не остановит кровотечение, то девушка скончается уже через пару минут.
«Что делать?»
Если он нападет, то Лаура истечет кровью. А если сразу побежит останавливать кровотечение, то сам станет уязвим.
Аналитическая часть мозга настаивала на том, чтобы дать ей умереть, но сердце требовало иного исхода.
Опустившись на колени, Адам, не обращая внимания на генерала и исходящую от него угрозу, прижал ладони к ране на ее плече, ощущая теплую, скользкую влагу крови.
Распростертая на полу, Лаура не произнесла ни слова. В этом не было необходимости. Ее глаза, широко раскрытые от потрясения, говорили сами за себя.
Он мог поклясться, что слышал, как она мысленно спросила:
«Зачем? Тебе следовало спастись».
Хоть ее губы не шевелились, Адам точно слышал ее слова.
Холодное дуло пистолета прижалось к его лбу. Добро пожаловать в конец истории. Адам мог справиться со множеством ранений, но прямое попадание в центральную кору головного мозга и компьютерный интерфейс послужило бы сигналом к окончательному отключению.
Похоже, Лауре и Адаму было суждено погибнуть в этом кабинете. Если только он не уберет руки …, но тогда девушка умрет. Логическая часть настаивала на том, чтобы он прислушался к голосу разума.
«Я должен найти вариант, при котором мы оба выживем».
Но в голову ничего не приходило.
Безжалостная машина для убийств не сумела отнять драгоценное время жизни у человеческой девушки.
«Я слишком сильно люблю Лауру, чтобы смириться с ее смертью».
Она увидела сделанный выбор в его глазах и мысленно ответила:
«Я тоже тебя люблю».
А затем сумасшедший док оттолкнула Адама с большей силой, чем могло выдержать ее хрупкое тело, обхватила генерала за лодыжки и резко дернула, из-за чего мужчина потерял равновесие.
Пистолет выстрелил, но из-за действий Лауры пуля попала в бронежилет Адама. Прежде чем ублюдок успел выстрелить снова, Адам бросился на генерала, одной рукой отталкивая пистолет, а второй выхватывая нож. Уже через пару секунд клинок пронзил сердце мужчины — если у генерала вообще было сердце —, который причинил столько боли киборгам. Человека, который только что отнял у Адама единственное, чем он дорожил в жизни.
Рана Лауры была смертельной. Адам боялся повернуться, так как девушка скорее всего уже испустила последний вздох. Черт, если бы он продолжал давить на рану, чтобы оставить кровотечение, то Лауры была бы еще жива…
Адам развернулся и издал звук, наполненный яростью и недоверием, так как рана Лауры уже не кровоточила.
Слишком поздно. Было слишком поздно. Она ушла. Мертва. Потеряна. Его жизнь кончена. Адам остался один. Он обнял ее, пытаясь уловить как можно больше тепла от умирающей девушки, старающейся произнести последние слова.
— Адам, я чувствую себя немного странно.
Холодные пальцы смерти уже тянулись к ней. Адам еще крепче обнял ее.
— Это из-за потери крови, док. Мне жаль, что это произошло. Я не хотел, чтобы тебе причинили боль. Если кто-то и должен был умереть, то лишь я. Не ты. Только не ты.
— А ты уверен, что я умираю? — в ее голосе сквозила неуверенность. — Потому что я совсем не уверена, что умираю. Нет никакой боли. Что странно. Просто генерал избил меня, а потом выстрелил. Я чувствую покалывание в плече, но это точно не сулит приближение смерти.
Что-то Лаура слишком много говорила для того, кто собирался скончаться от потери крови. Адам немного отстранился, чтобы внимательно изучить ее ранение. Никакой бледности. Напротив, ее щеки были розовыми, а глаза блестели. Странно.
Он увеличил расстояние между ними и зажмурился, но не потому, что увидел нечто страшное, а потому, что не поверил собственным глазам.
— Н е может быть. Бессмыслица какая-то, — он провел пальцами по дыре на ее рубашке, по бледной коже с красной отметиной, свидетельствующей о том, что пуля все-таки была. Кровь словно впиталась в ее кожу. Но только киборги могли провернуть подобное.
Смутное подозрение заставило его спросить:
— Лаура, а генерал ничего с тобой не делал? К примеру, какой-нибудь укол?
— Нет. Почему ты спросил? — она попыталась посмотреть на свою рану, но ничего не получилось, поэтому девушка подняла руку, ощупывая травму. Неожиданно Лаура вскочила на ноги, проявив слишком много энергии для умирающей женщины. — Что происходит? Он выстрелил в меня. Никаких сомнений.
— Хм, он действительно выстрелил, — это был самый страшный момент в жизни Адама. — Но рана уже практически затянулась. А на твоей коже не осталось крови.
Лаура удивленно открыла рот, а затем начала размышлять вслух:
— Невероятно. Черт, было же всего одно прикосновение, но на коже тогда не было ран. Хотя разве есть более логичное объяснение?
— Ты говоришь загадками, — Адам вообще ничего не понял.
— Тот живой образец, который мне принесли. Я прикоснулась к нему голым пальцем.
Он продолжил выстраивать логическую цепочку:
— Живой образец проник в твой организм, а, оказавшись внутри, наночастицы начали размножаться, — Адам нахмурился. — С одной стороны возможно, а с другой — нет. У тебя же нет компьютера, который управлял бы частицами, верно?
— Если ты спрашиваешь, копался ли кто-то в моей голове, чтобы установить чип, то нет.
— Но ты можешь просто не знать.
Лаура пристально посмотрела на него.
— Я бы точно знала. Еще несколько дней назад я была стопроцентным человеком.
— Была. Но ты изменилась, док. Обсудим случившееся позже. Н ужно закончить спасательную операцию.
До них донеслись отдаленные звуки выстрелов.
— Давай-ка найдем наших друзей и разнесем фабрику.
И он имел в виду большой взрыв.
Глава 21
Близко. Так близко.
Авион ощущал ее присутствие, словно пульсацию, проходящую по телу на мысленной волне. Но сейчас он не мог пошевелиться, так как находился в окружении такого количества охраны, с каким еще не сталкивался в этом месте. Авион едва не лишился головы, когда упустил край стены и махнул рукой, потеряв опору.
Кто-то бы счел его сумасшедшим за попытку спасти другого, ведь Авион был лишен зрения и наночастиц. И да, он действительно обезумел. А еще он умирал. Даже если бы он спрятался, чтобы избежать опасности, то все равно не продлил бы себе жизнь, поэтому Авион решил совершить напоследок еще один значимый поступок. Более значимый, чем убийство нескольких солдат по пути к цели.
Он и сам не понимал, как сумел добраться до этой точки живым. Хотя по пути он не встретил значимого сопротивления. Да, Авион не мог видеть приближающихся врагов, но зато слышал каждый шаг. Как только он подозревал присутствие угрозы, то падал на землю, притворяясь трупом, а когда враг приближался, Авион атаковал.
Слюнявые идиоты.
Внутренний инстинкт указывал ему направление. Сейчас Авион полагался на чувства, даже если это не имело логики. Слишком многое потеряло всякий смысл. Какая бы сила ни направляла его, она привела его в данное место.
Угол, за которым прятался Авион, не был идеальным. Ему постоянно приходилось распределять внимание, чтобы обнаружить угрозу. Если бы его наночастицы были живы, то он бы так не полагался на чувства и уже давно бы перешел в действие. Сейчас же он мог уделять внимание только одному направлению одновременно. Как неэффективно. Авион старался быть уверенным, что никто не нападет на него со спины, но сейчас все его внимание было сосредоточено только на угрозе за углом.
Судя по отчетливым голосам, он насчитал восемь солдат, вооруженных и прекрасно осведомленных о его присутствии. Каждый раз, когда Авион высовывал нос, они начинали стрелять. К счастью, ни одна из пуль не срикошетила, иначе он уже бы не обдумывал свой следующий шаг.
Как попасть в комнату? Если бы Авион был прежним киборгом, то вышел бы на открытое пространство, прицелился бы из обоих орудий и, ухмыльнувшись, нанес бы удар по врагу.
Сломленному Авиону приходилось думать стратегически.
Как же ужасно, но он не собирался жаловаться. Человек, однажды ставший киборгом, останется киборгом навсегда, а киборги не ныли. Они справлялись с любой задачей.
Надеясь, что солдаты ослабили бдительность, Авион осторожно выглянул из-за угла, держа руку прямо за поворотом и готовый вступить в игру.
Затаив дыхание и напрягая слух, он почувствовал дуновение горячего воздуха, практически столкнувшись лицом к лицу с крадущимся солдатом.
— А-а-а! — древний крик киборга. Ладно, это был скорее возглас потрясения. В любом случае, неистовый и резкий выброс адреналина, хлынувший в его тело, заставил Авиона двигаться на грани возможности рефлексов…, человеческих рефлексов.
Несмотря на то, что Авион был сильно поврежден, навыки дали ему дополнительную скорость, необходимую для того, чтобы выстрелить первым.
С хриплым выдохом тело упало на пол. Авион отступил за угол, так как вновь зазвучали выстрелы. Когда все стихло, он прислушался и уловил… топот ног за спиной!
«Черт, подкрепление».
Авион развернулся и прицелился, но в последний момент опустил оружие, так как раздался голос Сета:
— Это мы, чувак. Не стреляй. Прибыла кавалерия. Юху.
— Лаура была права. Мы не умеем быть серьезными, — заметил Адам. — Кстати, кавалерия обычно кричит «в атаку». Так, давайте прекратим дурачиться.
— Может вы, клоуны, не понимаете всю серьезность ситуации, но у меня с мозгами все в порядке. Мы пришли, чтобы спасти Авиона, — заявила Анастасия. — Миссия выполнена, а значит, нам пора уходить. Н а верхних этажах более или менее чисто, но я услышала по рации одного из солдат, что на подходе подкрепление и ударная группа. Если мы в ближайшее время не покинем фабрику, то будем похоронены под обломками.
«Уйти? Еще рано».
— Мы не можем уйти. Сначала нужно поговорить с ней.
— Ты нашел женщину, с которой общался? Она здесь? — воскликнул Сет. — Но где? Все мои датчики показывают, что дальше тупик. За этим углом находится пустая комната с тепловыми сигнатурами солдат. Что не имеет никакого смысла. Зачем охранять пустую комнату?
— Ты уверен, что она где-то поблизости? — спросила Анастасия. — Я тоже ничего не обнаружила. Н а схемах ничего нет.
— Она здесь, — Авион не мог объяснить, откуда взялась такая уверенность. Он просто чувствовал это.
— Твоих слов достаточно, — пробормотал Сет. Х арактерный щелчок, с которым киборг стал проверять магазин боеприпасов, помог Авиону определить его местоположение. — Если мой боец, Авион, говорит, что она здесь, то я готов рискнуть. Мы должны осмотреть комнату на наличие потайных ходов. Дайте мне минутку, чтобы разобраться.
— Минутку? Какой же ты медлительный, — парировала Анастасия.
— Забавно, в постели тебе нравится моя неспешность.
— И, как обычно, все сводится к сексу, — усмехнулась Анастасия со сдержанным вздохом.
— Именно благодаря сексу все мои старые детали остаются смазанными, — хихикнул в ответ Сет.
— Не могу поверить, что я вышла за тебя замуж.
— Любовь, любовь.
— Или дефектное программирование.
— Ваш диалог безумно интересен, но не могли бы мы вернуться к миссии? — спросил Адам.
— Скоро мы получим пинок под зад, — объявила Анастасия.
Авион был слеп, но не глуп, поэтому с легкостью отслеживал разворачивающиеся события. Раздались выстрелы, и Сет почти благоговейно произнес:
— Разве она не идеальна? Сочетание сексуальности, стервозности и таланта. С одной стороны Анастасия сводит меня с ума, а с другой, черт возьми, держит мои мозги в тонусе, — такое милое заявление было испорчено возгласом Сета: — Я иду защищать тебя, женушка пук.
— Еще немного и я размозжу тебе голову, — завопила она в ответ, перекрикивая грохот стрельбы.
— Они оба чокнутые, — с удивлением пробормотал Адам.
— Шутки в сторону. О х, бедняжка Авион. Ты даже не представляешь, что они вытворяют. Дикость какая-то. Они делают странные зигзаги, — объяснила Лаура Авиону, держа его за руку и направляя за угол в последний коридор.
Он бы мог отмахнуться от помощи Лауры. Даже не видя, Авион прекрасно знал, куда идти. Проводя кончиками пальцев по стенам и прислушиваясь, ощущая воздушные потоки, задействуя все остальные чувства. Особенно то, на которое он раньше не полагался, — шестое. Человеческое, которое так давно было подавлено ИМК.
Однако передвигаться и в целом знать, что его окружает, было не так весело, как слушать благоговейный рассказ Лауры о действиях Сета и Анастасии.
— Святые голливудские движения. Они отталкиваются от стен и делают сальто. Б езумие. Да еще и одновременно стреляют.
Но самое главное, что они попадали в цели. Прошло совсем немного времени, прежде чем хлопки выстрелов стихли.
— Отличная работа, — похвалил Адам, стоявший впереди.
Несмотря на направляющее прикосновение Лауры, Авион прислонился к стене коридора, проводя по гладкой поверхности рукой. Гладкая. Холодная. Выступ.
Его пальцы наткнулись на край дверного проема. И вот он вошел в комнату. Адам еще раз решил подчеркнуть увиденное:
— Здесь ничего нет. Только стол и несколько стульев.
— Ну и пару трупов, — добавил Сет.
— Она близко, — прошептал Авион. Напряжение от близости цели все нарастало.
— Или нет. Если только она не невидимка. Н е хочу тебя огорчать, Авион, но ее здесь нет.
— Она здесь.
Никаких сомнений. Чего они не замечали?
Сосредоточив все внимание на своих пальцах, Авион стал водить ими по гладким стенам. Обойдя все квадратное пространство, он опять вернулся к двери. Ничего странного. Других дверей не было. Никаких швов. Ничего. Где ее прятали?
«Она здесь. Я уверен. Такое ощущение, что я нахожусь над ней».
Несмотря на слепоту, Авион посмотрел вниз.
— Она под нами, — объявил он.
Никто из друзей не усомнился в его правоте.
— Снимаем резиновые коврики, — приказала Анастасия. — Давайте посмотрим, что там скрыли военные.
Разговор сменился шорохом и хлопаньем поднимаемых с пола прорезиненных ковров. Прошло совсем немного времени, прежде чем Сет пробормотал:
— Будь я проклят, но тут люк. И к тому же очень прочный.
— Он сделан из свинца и какого-то другого странного сплава, — добавила Анастасия. — Неудивительно, что мы ничего не почувствовали. Интересно, кого там прячут.
«Ее».
— С транно. Здесь нет электронного замка. Обычный огромный амбарный замок.
Авион едва сдерживал нетерпение, когда они открыли замок и провернули механическое колесо. Что они найдут?
Со скрипом металла и сбросом давления воздуха портал открылся. Наконец, Авион четко почувствовал ее.
«Эй?» — отправил он мысленный запрос, но Первая не ответила. С другой стороны, она наверняка услышала, как открылась дверь, и приготовилась к встрече.
«Ох, черт. Мы сейчас встретимся», — он сомневался, что произведет на нее впечатление своим разбитым лицом. Но это не уменьшало его волнения.
Приблизившись к краю люка, Авион остановился. Сет дал ему руку.
— Держись, чувак. Ты же не хочешь свалиться в яму. Она выглядит глубокой. Кто же там на дне?
— Она.
— Давай разберемся в ситуации, прежде чем ты сиганешь в яму. У кого-нибудь есть фонарик?
— Девушка никогда не выходит из дома без фонарика, — ответила Анастасия. Шорох и щелчок.
— Что там? — спросил Адам.
— Какая-то шахта цилиндрической формы. Глубокая.
— Зачем такая глубина? — удивилась Лаура. — Да еще и пустая. Там вообще ничего нет.
— Ты пропустила дальний угол, — заметил Сет.
— Крепись, старик, скоро все выясним. Черт, там кто-то есть.
Конечно, там кто-то был. Авион же все объяснил.
— Как попасть к ней?
— Здесь есть что-то вроде механизированной лестницы, но электричество отключено. Анастасия, а веревки в твоем рюкзаке не найдется? — уточнил Адам.
— Леди всегда наготове, — усмехнулась она. — Итак, у меня есть модифицированные колготки с регулируемым верхом, но они недостаточно длинные, чтобы дотянуться до низа.
— Ох уж эти женщины со своими сумочками, — поддразнил Сет. — Я удивлен, что она не достала танк. К общему сведению, у меня есть все необходимое для подобных ситуаций. Универсальная веревка, друзья мои.
Шорох открываемого рюкзака, а затем жужжание разматываемого кабеля. Почему так долго? Все эти задержки, даже незначительные, только усиливали нетерпение Авиона. Неужели никто не понимал его желания наконец-то встретиться с обладательницей голоса, звучавшего в его сознании?
— Держись. Мы вытащим тебя, — крикнул Адам в шахту, но его слова были заглушены глухой акустикой.
— Она не хватается за веревку, — заметил Сет.
— Может, она глухая, — пробормотала Анастасия. — Ну, существует же такая вероятность. Взять хотя бы Авиона.
— Или она просто напугана, — предположила Л аура. — А может не говорит по-английски.
Или ей нужна была причина, чтобы выйти. Недолго думая, Авион наклонился, сжав в руке трос. Перевалившись через край, он постарался не поморщиться, когда металл впился ему в ладони.
Паршиво, что у него не было наночастиц, которые могли бы укрепить плоть на пальцах и ладонях. Теперь Авион обладал лишь хрупкой, подверженной ожогам от веревки человеческой кожей. Он бы сейчас убил за пару перчаток, даже если его приятели в дальнейшем будут насмехаться над ним.
— Куда это ты собрался? — воскликнул Сет тоном идеального отчитывающего родителя.
«Разве не очевидно?»
— Хочу забрать ее.
— Позволь спуститься одному из нас. Давай, выбирайся.
Где было безопасно. Опять намек на его бесполезность. Сломленный. Легко заменимый.
Вот почему Авион был лучшем выбором. Прежде чем кто-либо смог остановить его, Авион спустилась по веревке в тюрьму. Да, именно в тюрьму, в которой ее прятали. Скрывали.
Но скоро все изменится.
— Двадцать футов. Десять, — Сет считал, на какую глубину спустился Авион. Становилось холоднее, отчего по его коже побежали мурашки. — Пять. Можешь отпускать веревку.
С тяжелым стуком одолженных армейских ботинок Авион приземлился на пол и покачнулся. Вот это герой. Ну, хотя бы он сдержал свое обещание. Н ашел ее.
Даже не видя, Авион чувствовал близость женщины. Ее энергия сияла, словно луч света во тьме. Авион улыбнулся, взволнованный и в то же время подавленный.
— Ты не должен был приходить, — прошептала она, самый нежный звук, который он когда-либо слышал. Затем в его сознании промелькнуло:
«Но я рада тебя видеть».
— Я пришел, чтобы спасти тебя. Как и обещал.
«Доверься мне».
— П очему? — в ее вопросе сквозило неподдельное любопытство.
— Потому что такова моя суть. Именно этим мы все и занимаемся, — добавил он, указывая на друзей, которые, несомненно, столпились вокруг люка. — Наша жизненная миссия состоит в том, чтобы спасать представителей нашего вида. С пасать других киборгов, попавших в беду.
— Ты думаешь, что я похожа на вас? — произнесла она с ноткой недоверия.
Он наморщил лоб.
— Разве ты не киборг?
В ответ на его вопрос девушка истерично рассмеялась. Его охватило безумие, переплетенное с печалью. Как же ему хотелось обнять женщину, от которой исходило такое одиночество.
— Конечно, я киборг. А если точнее, то самый лучший киборг из всех. И в то же время самый ничтожный.
Ответ был бессмысленным. Впрочем, в сложившейся ситуации тоже не было особого смысла.
И время потрачено впустую.
— Поторопитесь, — крикнул Адам. — У нас не весь гребаный день впереди. Второй раунд приближается. Фабрику могут взорвать в любую минуту.
Авион поднял руку, выставляя один палец, как бы прося подождать.
— Не обращай внимания на моих друзей. У нас есть несколько секунд, чтобы представиться. Я Авион. Как тебя зовут?
«Назови свое имя».
«Я не могу назвать то, чего не знаю».
— У меня нет имени. Больше нет. Они забрали старое и дали мне новое.
— И как тебя теперь зовут?
— Здесь, для них, для всех, я известна как Первая.
Цифровая идентификация. Как знакомо. У Авиона тоже когда-то был лишь номер. У всех киборгов был только номер. Первое, что сделали военные в рамках программы «промывания мозгов», — лишили человека личного, заменив имена на бессмысленные цепочки букв и цифр.
— Имя Первая никак не отражает твоей индивидуальности. Позже мы выберем новое имя. Но придется хорошо подумать. Итак, представления закончились, теперь мы можем пойти домой?
— Уйти отсюда? — в ее голосе прозвучало удивление.
— Да, уйти. Ты готова встретиться с миром лицом к лицу?
«Но мир огромен. Настолько огромен. И биологических существ так много».
«Я буду рядом, как и мои друзья. Мы выберемся отсюда или умрем, пытаясь прорваться. Пойдем с нами. Верни себе утраченную свободу».
— Свобода, — тихо произнесла она, и перед глазами Авиона появился образ птицы, парящей в ярком синем небе. — Да, давай обретем свободу. Давай полетим.
Глава 22
Лаура невольно ахнула, когда они вытащили Авиона из странной тюрьмы в полу, а затем забыла, как дышать, когда к ним присоединилась спасенная женщина.
Неземная на вид молодая девушка, которая обнимала за шею Авиона, внешне казалась человеком. П латиновые волосы, белоснежная кожа и стройная фигура. Но стоило только заглянуть в ее глаза, в которых кружились краски и облака, очень похожие на небесные бури, запечатленные на видео из глубокого космоса, чтобы понять, что девушки коснулось нечто неземное.
Комнату сотряс грохот.
— С работали дополнительные заряды, прикрывающие наш побег, — объявил Адам. — З начит, мы немного отстаем от графика. Пора выдвигаться. Только что со мной связалась Розалинда. Скоро сюда прибудет корабль, который должен нас вытащить.
— Она жива? — с надеждой спросила Лаура, когда они стали возвращаться тем же путем по лабиринту однообразных серых коридоров, ведущих к другим коридорам, в большинстве из которых не было дверей. Так странно. В другое время Лаура бы с удовольствием изучила помещения, но они торопились. Да и военные моли напасть в любой момент.
— Розалинда жива, но недовольна тем, что военные сбили корабль, выступавший в качестве нашего перевозчика. К счастью, рядом оказался еще один союзник.
— Кто? — полюбопытствовала Лаура.
Сет догадался, о ком шла речь, и рассмеялся.
— Арамус не улетел? П одумать только, и он еще продолжает утверждать, что ему все равно.
— О х, ему точно не все равно. Именно Арамус хочет быть тем, кто убьет тебя, когда ты, наконец, сведешь его с ума, — ответила Анастасия со смешком.
Тяжело дыша, Авион, который держал таинственную леди за руку, пока Сет вел его, заявил:
— Скорее всего Арамус услышал, что мы собираемся что-то взорвать, и захотел присоединиться к веселью.
— Взрывать весело? — озадаченно спросила бледная женщина.
— Е сли это помешает плану военных навредить нам.
— Вредить не модифицированным существам плохо. За этим следует наказание.
— Только если тебя поймают, — ответил Авион. — Но мы неуловимы.
— Меньше разговоров, больше беготни, — предостерег Адам со своей позиции. — Следите за врагом.
Лаура сразу перестала шутить, и это говорило о серьезности ситуации. Е сли раньше Л аура удивляла легкомыслию во время боя, то теперь она была полностью сосредоточилась на деле.
Все стало серьезно. Смертельно серьезно. Мрачность будущего, в котором им предстояло выжить и спасти друг друга, могла наложить отпечаток на человека. Подшучивание и легкость, которые они добавляли в подобные моменты, помогали противостоять худшему.
Тут и там валялись неподвижные тела. О собенно много оказалось у входа на лестничную клетку. Л ифт не работал из-за отключения электричества. Л аура скорчила гримасу, разглядывая ступени, ведущие наверх. Спускаться было легко, а вот подъем вызывал сложности.
А может, будет также легко.
Лаура все еще не совсем понимала, что с ней происходило. Она не чувствовала себя иначе. Вроде бы она осталась человеком, — и ее эмоции определенно не превратились в клинические проявления робота или цинизм, — но не было сомнений, что ее тело радикально изменилось. Моментальное исцеление ран. Зрение стало острым и ясным, хотя ранее такого не было даже при помощи линз.
«Я хорошо вижу».
Запахи тоже вышли на новый уровень. Теперь она ощущала каждый слой аромата. Также возросла выносливость. Лаура преодолевала ступеньки через две за раз и даже не запыхалась.
Нанотехнологии, с которыми она играла, каким-то образом повлияли на ее организм. Т ак что же сделало ее киборгом? Что вообще определяет киборга? Суть в наночастицах или в определенном соотношение металла и плоти? Слава богу, Лаура не получила металлические детали. Никакого механического сердца, внутреннего процессора или каких-либо других улучшений, которые достались обычным киборгам. Означало ли это, что она могла бы пройди через сканеры металла?
«Кто я?»
Ученый в ней умирал от желания выяснить подробности.
Страх, который она должна была испытать в момент откровения, и истерика из-за возможной потери человечности должны были заставить ее забиться в угол и рыдать. Вместо этого она никогда чувствовала себя более сильной и жизнерадостной.
«Я более чем готова встретиться лицом к лицу с миром и по-настоящему ощутить всю полноту жизни».
Пинг!
Шальная пуля срикошетила от металлических перил. Н ад ними появилась группа солдат. Стоя на верхней площадке лестницы, поенные целились во врагов. Адам встал перед Лаурой, одновременно поднимая оружие так, чтобы обеспечить надлежащий обзор.
Они с Сетом не промахнулись. Не промахнулась и Анастасия, которая, к удовольствию Сета, считала вслух, хотя ему и удавалось опережать ее на одну цифру.
Перестрелка длилась недолго, но ее, безусловно, было слышно и видно всем. Крики, когда кого-то ранили. Широко раскрытые глаза и испуганное выражение лица, когда тело пролетело мимо открытой площадки в быстром, хоть и смертельном падении.
Вскоре стрельба прекратилась. О статок пути они бежали бегом, за исключением Авиона. Бедняга не выдержал напряжения. Запыхавшийся и сгорбленный, он безропотно согласился с Сетом, который перекинул его через плечо и понес, как пожарный. Спасенная женщина не отставала, следуя за всеми по пятам.
Е е инопланетная странность притягивала взгляд и требовала ответов. Может это и было неправильно, но в разгар отчаянного побега Л аура составляла список вопросов, которые нужно было задать в первую очередь. Кто ты и что ты такое?
Была ли эта хрупкая на вид женщина источником наночастиц киборгов? Расскажет ли она подробности Лауре?
Когда они достигли вершины и закрытой двери первого уровня, Адам поднял руку, останавливая группу.
— На той стороне нас ожидает компания, — тихо сообщил он. — Авион, ты останешься с Лаурой и своей подругой. Сет, Анастасия и я пойдем первыми и расчистим путь. Когда я подам сигнал, вы выйдите и будете двигаться максимально быстро. Сможешь побежать, Авион?
Слепой кивнул.
— Просто укажи направление.
— Я помогу, — кивнула Лаура.
Прежде чем распахнуть дверь, Адам крепко поцеловал Лауру в губы.
— Я испытываю необъяснимую потребность в удаче.
— Как насчет простого поощрения? — она подарила ему еще один поцелуй и прошептала: — Выведи нас, и я обещаю тебе совместный душ. На этот раз мыло будет у меня.
— Эй, женушка пук, можешь предложить мне то же самое?
— Я исполню твои любые желания, муженек, но только если никто из нашей группы не умрет, — ответила Анастасия, подмигнув и облизнув губы.
— За такой приз я даже подарю тебе фейерверк, — рассмеялся Сет. — Б еспроигрышный вариант для всех, поскольку смерть никогда не входила в мои планы.
— Напыщенный идиот. Готова поспорить, что я убью больше солдат, нежели ты. Ни для кого не секрет, что я лучше стреляю.
— Еще одно состязание? Я в деле, женушка пук. Скоро ты уяснишь, кто здесь мужчина.
И с этими безумными словами Сет бросился в атаку, а Адам пробормотал:
— Надеюсь, я никогда не превращусь в эту старую, дряхлую модель.
Дверь захлопнулась. Т роица ринулась навстречу опасности. Раздались выстрелы, быстрые и яростные. К рики боли и вопли, призывающие подкрепление. Больше огневой мощи. А затем прозвучали самые леденящие душу слова:
— Пусть сбрасывают ядерную бомбу. Они нашли девушку. Мы не можем так рисковать.
«Ядерная бомба?»
— Я правильно расслышала? Речь о ядерной бомбе? Но ядерный взрыв уничтожает все живое.
— Мы умрем, если не уберемся отсюда как можно скорее, — пробормотала Лаура. Но быстрота, похоже, не входила в планы, учитывая, что солдаты по-прежнему были полны решимости потратить огромное количество боеприпасов.
— Не могли бы вы выпустить меня? Я могу помочь.
Женщина положила руку Авиона на плечо Лауры, прежде чем смело шагнуть к двери.
Собираясь окрикнуть девушку, Лаура открыла рот и проглотила слова. Дверь распахнулась перед женщиной без какого-либо ее участия.
Женщина вышла в коридор … и начались крики.
— Она здесь! О х, черт.
— Цельтесь в голову. Огонь на поражение. Она не должна сбежать.
Паника была ощутимой. Заинтригованная, Лаура не удержалась и подкралась к двери, выглянув в соседнее помещение. Откуда такой страх перед безобидной на вид женщиной?
Белокурые волосы развивались ореолом вокруг головы причудливой леди. Женщина бесстрашно шла навстречу пулям, движение которых стало противоречить законам физике.
Женщина подняла обе руки на уровень груди. Лаура ничего не видела, но самым логичным объяснением было то, что пули попадали в почти невидимый щит. На самом деле, это было нечто большее, чем просто щит. Какая-то изогнутая и отражающая поверхность.
Т олько что снаряды летели в женщину, а в следующую секунду развернулись. Развернулись и нацелились на людей!
И ни одна не промахнулась.
Ого.
Когда женщина спокойно прошла мимо Адама, Сета и его жены, они перестали стрелять и шокировано уставились на нее.
— Она перенаправляет пули? — с благоговением спросил Сет.
— Ага, — красноречивый ответил Адам.
— Даже не думай пялиться на ее зад, — ворчливо предупредила Анастасия.
— Мне слишком нравятся мои глаза, чтобы злить тебя, моя восхитительно ревнивая жена.
— Я не ревную, — проворчала она. — Сильно.
Лаура почувствовала толчок в спину и, обернувшись, поняла, что Авион намеревается покинуть относительно безопасную лестничную клетку.
— С ледовать за ней безопасно, — пробормотал Авион. — Щит способен отражать пули, но он не сумеет остановить ядерную бомбу.
— Как ты догадался про щит?
— Черт бы меня побрал, но я просто знаю.
И тут до нее дошел смысл произнесенной фразы. Ядерная бомба.
«Мы должны убираться отсюда, пока они не сбросили бомбу».
Придя в себя от шока, Лаура бросилась за Авионом, схватив его за руку и помогая ему пробираться по загроможденным коридорам. Кровь была скользкой и липкой.
Впереди все еще находился щит, но пуль больше не было. Напротив, солдаты побежали к выходу, тому самому, которым она пользовалась в течение нескольких месяцев, пока работала здесь.
Чтобы отвлечься от трупов, она сосредоточилась на Авионе, спросив:
— Как зовут девушку, которую мы спасли?
— Первая.
— Это не имя.
— Согласен, но пока что у нее есть только номер. Не волнуйся, как только мы окажемся в безопасности, то придумаем новое имя.
Адам пристроился рядом с Лаурой, взяв ее за руку. Все они следовали за белокурой красавицей. Е е шаги были такими легкими, что казалось, будто она парит. Возможно, так оно и было. Ее босые ноги, безусловно, не издавали ни звука и не оставляли следов, несмотря на клубящуюся пыль и брызги крови.
Они проходили мимо множества тел людей. Лаура невольно отводила взгляд, в глубине души понимая, что у них не было выбора. Или они, или мы. Но от этого созерцать зрелище бойни не становилось легче.
Выйдя из здания в хаос из воющих сирен и мигалок, они не увидели ни одного солдата. Все сбежали.
— Я припарковался… — вытянутая рука Адама опустилась.
Все благоразумно проигнорировали дымящиеся останки кибмобиля и женский визг Адама.
Адам прочистил горло.
— Черт. О тстой. И рядом нет ни одной поврежденной машины. Теперь мы не успеем выбраться отсюда вовремя.
— И кого тут нужно подвезти? — из клубящегося дыма и облаков донесся голос, словно передаваемый через мегафон.
Подняв взгляд, Лаура увидела над головой небольшой шаттл. Н изкий гул двигателей был едва слышен из-за воя сирен воздушной тревоги.
Из открытого дверного проема в борту корабля свисала металлическая лестница. Из-за края показалось грубое лицо с пронзительным взглядом. Абсолютно лысый парень, если не считать металлической нашивки с одной стороны. Мужчина, самый обаятельный из всех, кого она когда-либо встречала, прорычал:
— Ну что? Не стойте столбом и не пяльтесь. Пошевеливайте ленивыми металлическими задницами. У меня не весь гребаный день впереди.
— И тебе привет, лучший друг, — ответил Сет, прежде чем обнять жену за талию и швырнуть ее на свисающую лестницу. Анастасия вскарабкалась по раскачивающимся ступенькам. П о настоянию Адама следом забрался Сет.
— Не смей обращаться так ко мне, ты, коварное металлическое ведро. Я оставил тебя всего на несколько дней, а ты уже взрываешь дерьмо направо и налево. Неужели было так трудно пригласить меня?
— П рости. Мы решили побаловаться с взрывчаткой в последние минуты.
Адам посадил Л ауру на лестницу следующей, а сам остался с Авионом и его дамой.
— Если тебя это утешит, то можно устроить еще один мощный взрыв напоследок. Согласен? — крикнул Адам, помогая женщине, стоявшей рядом с лестницей. Она вцепилась в прутья, но так и не сдвинулась с места, неуверенно смотря то вверх, то по сторонам.
Неожиданно в клубах дыма появился человеческий солдат, который открыл огонь, закричав:
— Сдохни, чертов робот!
— Н ет! — в романтическом, хоть и глупом порыве Авион бросился перед девушкой, ловя грудью пулю, которая прошла насквозь. Кровь окрасила рубашку. Ранение не было смертельным, но лишило Авиона последних сил. Черт, если в ближайшее время не остановить кровотечение, то он потеряет сознание.
У стрелка не было времени отпраздновать победу. Солдат загорелся. Человеческий огненный шар без видимой причины.
Или тот щелчок, который блондинка сделала пальцем в его сторону, и был той причиной?
— Поднимайся по лестнице, — крикнул Адам, перекидывая Авиона через плечо. — Пора уходить.
На этот раз чокнутая леди не мешкала. Она быстро и плавно поднялась, позволяя Адаму взобраться на лестницу и быстро добраться до взлетной палубы. Сет забрал у него Авиона и положил мужчину на пол, зажимая рану.
— П ринесите аптечку. Н ужно остановить кровотечение, — крикнул он. Анастасия быстро подбежала к мужу, чтобы помочь.
— Т ы Адам? — спросил лысый мужчина. — Меня зовут Арамус. Следуй за мной. Придется нам постараться, чтобы избежать столкновения с несколькими самолетами.
— Значит, ядерная бомба уже в пути?
— Одна? Ха. Для вас приготовили две. Какого черта они так бояться вашего побега?
Оглянувшись на Авиона, за которым наблюдала хмурая блондинка, Лаура пробормотала:
— Возможно, мы забрали оттуда ответ. Но если мы что-то упустили, нужно убедиться, что военные больше не сумеют воспользоваться фабрикой.
— У этого корабля нет подобной огневой мощи, — проворчал Арамус, втискиваясь в кресло пилота в передней части корабля.
Розалинда, сидевшая на месте второго пилота, не удостоила их даже взглядом. Лаура же выдохнула с облегчением, потому что наконец попрощалась с переживанием о девушке.
Адам опустился на единственное свободное место и пристегнул ремни безопасности, просматривая показания приборов.
— Навряд ли твой главный корабль прячется где-то поблизости?
— Конечно, нет. Мы скрыли малышку в одном из лунных кратеров. Но не беспокойся. Взрывать всякую хрень — мое призвание. А теперь к плану, — объявил Арамус и стал вводить команды на пульте управления. — Что скажете, если мы попросим прибывающих человеческих пилотов самостоятельно разнести все к чертям собачьим? — на лице Арамуса появилась злобная ухмылка, которая, как ни странно, была заразительной.
Все приключение было захватывающим. Лаура впервые поднялась на космический корабль — пусть даже маленький, предназначенный для исследования планет — и вошла в самый настоящий командный центр, построенный для небольшого экипажа, задержавшись в дверях. Ей как маленькой девочке, которая когда-то умела радоваться, захотелось завизжать: «Посмотрите на все эти мигающие кнопки!»
Ученый внутри нее тоже требовал изучения обстановки. И она воспользовалась шансом, когда Арамус крикнул:
— Эй, леди, нажмите синюю кнопку за спиной. Срочно!
Такой безобидный на вид выключатель, но как только она дотронулась до него, то шаттл словно камень рухнул вниз. Лаура закричала.
Глава 23
Адам едва успел схватить Л ауру, прежде чем она врезалась в консоль.
— С умасшедший ублюдок! — закричал он на Арамуса. — Какого черта?
— Мне нужно ручное управление, чтобы уйти от столкновения.
А если точнее, то сейчас они перекатывались и пикировали, направляясь к военному объекту и уходя от преследующей их ядерной бомбы.
Хорошо, что Адам не имел привычку паниковать, иначе мог бы забеспокоиться из-за скорости, с которой они приближались к прочному сооружению. Но он верил в навыки своего брата-киборга.
Бедная Лаура закрыла глаза и пищала, сидя у него на коленях. Он крепко обнял девушку и прошептал:
— Не волнуйся. Он киборг и не промахнется.
И конечно Арамус не промахнулся. В самый последний момент он направил корабль вверх. У ядерной бомбы не было времени перестроиться и сделать маневр. Заряд попал в здание, из-за чего ударная волна накрыла шаттл, заставив его вращаться.
Адам крепко обнимал Л ауру. Сет выругался на заднем сиденье.
— Черт возьми, Арамус. Кто учил тебя водить шаттлы?
Киборг с металлической вставкой на черепе усмехнулся.
— Тупой робот-шпион никогда бы не справился с таким вращением.
На экране радара вспыхнул красный огонек.
— Черт, второй самолет запустил ядерную бомбу.
И она оказалась прямо у них на хвосте.
Арамус повернул судно, но не избавился от преследования ракеты.
— Есть еще здания, которые нужно взорвать? — уточнил он.
— Не совсем.
— Может какие-нибудь крупные торговые центры или высотки, которые не помешало бы снести?
Лаура ахнула.
— А как же гражданские?
— Минуту назад никто не выражал беспокойств по этому поводу.
— Военные сами напросились на ответный удар. Гражданские не должны пострадать из-за нашего конфликта.
— Тогда как же мне действовать, леди?
— Я дерная бомба вредна для корабля? — спасенная женщина появилась в портале. К азалось, на нее совершенно не влияли маневры, предпринимаемые Арамусом, чтобы уйти от столкновения с бомбой.
— Зависит от твоей точки зрения. Тебя устроит, если части наших тел будут разбросаны по нескольким штатам? — саркастично ответил Арамуса.
— Значит, она причинит зло Авиону и всем вам. Я помогу.
— Как, черт возьми, ты… — киборг резко заткнулся, когда ядерная бомба начала быстро удаляться. Даже Арамус не смог удержаться и присоединился к Адаму и Лауре, которые, вытянув шеи, выглядывали из иллюминатора корабля. В атмосфере, высоко над головой и достаточно далеко, ядерная бомба взорвалась, выбросив сноп искр и дыма.
— Г отово. Можем ли мы теперь отправиться на твой большой корабль? Сет говорил, что Авиона нужно срочно туда доставить.
— Хм. Да. Конечно, — раздраженный мужчина, казалось, не находил слов. Они все растерялись, когда блондинка отошла в конец зала.
Арамус, не теряя времени, улетел с планеты, достиг атмосферного кольца Земли и прорвался сквозь него, прежде чем военные смогли перегруппироваться и отправиться в погоню.
Конечно, им не удалось свалить совсем незамеченными. Несколько вражеских кораблей пошли на перехват, но были разнесены на куски «Выкуси», прятавшейся в одном из лунных кратеров.
В кратчайшие сроки небольшой корабль был поставлен в док. Арамус присоединился к команде и проложил курс к выходу из Солнечной системы Земли. Авион находился в критическом состоянии в медицинском отделении, где его пытались откачать. Что касалось Адама и Л ауры?
Они стояли на палубе командного центра.
— Мы живы, — удивленно произнесла Лаура.
— Ну разумеется, живы. Нас, киборгов, трудно убить, особенно если у нас есть мотивация, — ответил он. — Что-то я припоминаю одно обещание про душ, которое должно быть исполнено при условии, что мы выживем.
— Значит, запомнил.
— Я же киборг. Мы никогда ничего не забываем. Особенно что-то настолько многообещающее, — он запечатлел поцелуй на ее губах.
— О х, да пошло все к черту. Только не еще одна гребаная влюбленная пара. Святой ад, да что со всеми вокруг происходит? Мы теряем преимущество, — проревел Арамус.
— И слух, — съязвила миниатюрная улыбающаяся женщина, примостившаяся на подлокотнике командирского кресла Арамуса.
— Извини, — проворчал Арамус. — Но серьезно. Это космический корабль, а не гребаная лодка для любовных утех.
— Да ну? Тогда, возможно, мне стоит поискать другое жилье на остаток путешествия, — ухмыльнулась женщина, выгнув бровь.
— Повержен, к тому же человеческой женщиной. Теперь мне хочется найти чан с маслом и утопиться, — пробубнил он, но, несмотря на жалобы, все же обхватил женщину за талию и поцеловал в губы.
Мужчина, сидевший за консолью, повернулся, одарив всех насмешливой улыбкой.
— М еня зовут Кентри. Ребята, приглашаю вас устраиваться поудобнее, пока мы определяемся с дальнейшими действиями.
Адам уже подключился к компьютеру и загрузил карту корабля, поэтому быстро зашагал на выход.
Лаура побежала следом, с удивлением смотря по сторонам. Каким странным все казалось. Даже Адам был заинтригован, ведь все свои сознательные годы он провел на Земле. Ближе всего к космосу он был во время короткой поездки на Луну по заданию военных в качестве охранника груза.
В отведенной им комнате Адам проигнорировал удобства — двухъярусные кровати, покрытые серыми термоодеялами, маленький квадратный стол, привинченный к полу, и пару табуретов — и уставился на экран с видом на удаляющуюся Землю.
Лаура обняла любимого мужчину. Они вместе наблюдали, как отдаляется единственный знакомый обоим мир. Девушка замерла и забыла, как дышать.
— Я покинула планету, — прошептала она.
Адам усмехнулся.
— Не просто планету, а всю солнечную систему.
Интересно, как Лаура справится с уходом в неизвестность?
Ее пробрала дрожь.
— Тебе страшно?
— Должно быть, — призналась она, — но в итоге не страшно. Скорее, я трепещу от предвкушения. П розвучит странно, но теперь я свободна.
Он нахмурился.
— Свободна? Ты всегда была свободным человеком.
— Я не об этом. Свободна от обещания, данного одному киборгу. Он уже давно мертв. Но, учитывая произошедшее, встречу с тобой и помощь, я больше не чувствую себя связанной обещанием. Я сделала все, что могла. Изменила ситуацию. А как ты себя чувствуешь? Т ы был лидером земного сопротивления в течение многих лет. Каково оставлять все позади?
Если честно, то Адам еще не думал о будущем.
— Мы оба свободны от обязательств, которые взяли на себя, — пробормотал Адам, когда до него, наконец, дошло сказанное Лаурой.
«Свободен жить и любить. Больше не нужно прятаться».
Ее мысли проникли в его сознание. Т акое странное ощущение, похожее и в то же время не похожее на мысленный диалог, который использовали между собой киборги. Побочный эффект наночастиц, которые до сих пор циркулировали по ее телу, но превращая во что? У Лауры не было ИМК, как у киборгов, или механических деталей. Она была на сто процентов из плоти и крови, но в то же время больше не являлась человеком.
— Тебе грустно из-за того, что мы улетаем?
— Немного, — признался Адам. — Где-то в глубине души я чувствует вину за то, что ухожу с женщиной, которую люблю.
— А ты действительно любишь меня?
— После всего, что произошло, можешь ли ты в этом сомневаться? Обычно я полагаюсь только на логику, но с тобой рациональность исчезает. И объяснение только одно. Я люблю тебя, док.
— Забавно. Однажды я поспорила со своим учителем английского, что любовь с первого взгляда всего лишь выдумка. Но как только я встретила тебя, то сразу поняла, что изменилась. П одобно некоторым химическим соединениям, любовь может вспыхнуть спонтанно. Д ва элемента встречаются и сразу соединяются в идеальное вещество.
— У меня не получилось бы описать лучше.
— Итак, что дальше?
— Душ. Кровать. Потом еще один душ.
Она рассмеялась.
— Я не об этом. Что нас ждет дальше? И всех остальных?
— Просто начнем все сначала. Создадим новую базу для операций. Возможно, расширим поиски за пределы Земли, к звездам. Я уверен, что где-то есть еще киборги, оказавшиеся в беде и порабощенные. Они каждый день надеются на прибытие подмоги.
— Значит, мы вместе отправимся на поиски и поможем им, — кивнула Лаура, обнимая Адама и кладя голову ему на грудь. — Будь уверен, я всегда буду рядом. Также я намерена продолжать искать ответы. Киборгам нужно знать, откуда они взялись и как помешать военным всех уничтожить. Думаю, что с новым членом команды мы, наконец, сумеем расшифровать некоторые загадки.
— Ты имеешь в виду ту странную женщину, которую мы спасли? Черт, она обладает сверхъестественными способностями.
— Ага. А ты знал, что она называет себя Первой? Нужно как можно быстрее сменить ей имя. Д умаю, у нее есть ключ ко многим секретам.
— Секретам, которые ты намерена раскрыть?
— Совершенно определенно. Но об этом чуть позже. Сейчас меня интересует только одно.
— О го, и что же это? — полюбопытствовал Адам, уже зная ответ. Т емпература ее тела поднялась, а мускусный аромат возбуждения окутал его феромонным облаком.
— Мой пытливый ум хочет знать, каков ты на вкус, — Лаура одарила его дразнящей улыбкой и опустила руку на промежность Адама. Обнаруженная выпуклость еще сильнее подняла ей настроение.
— Попробовать? Из научных соображений, конечно.
— О х, да. И я предупреждаю, что эксперимент может причинить тебе трудности и испытать на прочность твой самоконтроль, поскольку я намерена очень тщательно исследовать, — на последнем слове она опустилась на колени и потерлась щекой о ткань, прикрывающую член.
Адам прислонился к стене, наблюдая, как ее ловкие пальцы расстегивают молнию и пуговицу на его брюках. Стянув ткань вниз, Лаура с благоговением отметила, как возбужденный член радостно дернулся, словно предвкушая начало многообещающего акта.
Забавно, что Адам легко контролировал все реакции своего тела, но давал маху, когда к нему прикасалась Лаура. Обхватив ствол ладонью, она начала поглаживать длину, тем самым превращая Адама в самое податливое создание. Настоящего человека. Мужчину. Мужчину, жаждущего прикосновений и наслаждения, которые могла подарить любимая женщина.
Пальцы заскользили по головке, вынуждая Адама простонать:
— Т ак приятно, — его бедра подались вперед, двигаясь в такт ее движениям.
— Ага, приятно, но я точно знаю, как сделать лучше, — Лаура провела по члену кончиком языка. Короткое влажное движение. Затем более продолжительное, сосредоточенное на головке. Прежде чем Адам успел ахнуть, она уже широко раскрыла рот и втянула в себя член.
И Лаура полностью выполнила обещание, исследуя и проверяя его самообладание. Она двигала напряженными губами, потирая набухшую головку члена. Ровные края ее зубов, как и язык, дразнили, лаская ствол.
Все мысли Адама сосредоточились на ее прекрасном рте. Ее рука крепко сжимала ствол, поглаживая в противоположность губам и ввергая Адама в эротическое смятение. И он не хотел, чтобы это когда-нибудь заканчивалось.
Лаура слегка прикусила головку, из-за чего Адам дернулся, подавшись бедрами вперед. Но она, казалось, не возражала, принимая его еще глубже. Так глубоко. Черт.
Адам не смог удержаться и запустил пальцы в ее волосы, удерживая и направляя…, а может он просто пытался занять свои руки, чтобы не пробить стену от переизбытка эмоций.
— Ты чертовски потрясающая, — прорычал он.
— В курсе, — пробубнила она с набитым ртом, прежде чем начать сосать сильнее.
«Я люблю тебя».
Возникшая мысль подействовала как катализатор. Адам вскрикнул, кончая. Горячая сперма наполнила ее рот, подарив вкус, которого Лаура так жаждала.
Прежде чем дрожь в теле утихла, Адам рывком поднял девушку на ноги и поставил лицом к стене. Вот тут-то его кибер-контроль и выносливость проявились по-настоящему. Все еще возбужденный, он толкнулся в гладкое лоно, вырывая из Лауры стон удовольствия.
— Я люблю тебя, док. На самом деле, я полюбил тебя сразу, как увидел, как ты водружаешь эти дурацкие очки на нос.
— Вот только очки мне больше не нужны, — выдохнула она, задыхаясь, пока он вонзался в ее гостеприимную, горячую плоть.
— Без очков еще лучше, потому что теперь я могу смотреть в твои невероятно сексуальные глаза, — прошептал он на ухо Лауре, потянувшись одной рукой к ее груди, а второй — к клитору. Стиснув полушарие, Адам попытался отправить девушке свои мысли. А вернее чувства.
«Я люблю тебя».
«Ты нужен мне».
«Мы начнем новую жизнь вместе».
«Да, вместе».
«Навсегда».
Большой взрыв вселенной был ничем по сравнению с блаженной нирваной, которая воцарилась между ними.
Два сердца, одно металлическое, второе органическое, соединились в нечто целое и идеальное.
Эпилог
Первая прижала кончики пальцев к толстому прозрачному стеклу. Портал для обозрения. Как старо. Она прижалась носом к холодной поверхности и уставилась на бескрайний космос. Такой огромный.
«Свобода. Я свободна».
Несмотря на острый ум, ей все еще было трудно поверить.
Несколько часов назад она томилась в тюрьме, считая промежутки между миллисекундами, чтобы убить время, а металлические сплавы заглушали все вокруг.
Затем ее тюрьма открылась, и явился он. Единственный, кто услышал ее. Тот, кто решил, что ее нужно спасти.
«Но кто спасет его от меня?»
Она отогнала сомнение, чтобы не испортить момент. Первая позволила ему обнять себя, трепеща от прикосновения человека, и с наслаждением окунулась в свободу, которую он предлагал.
Наконец-то свободна.
И вот он шанс. Шанс снова жить. О на бросила взгляд на Авиона, который неподвижно лежал на кровати. Возможно, она даже снова научится доверять.
Первая потрогала множество трубок и проводов, ведущих к Авиону.
«С ним что-то не так».
«Я умираю», — он прикоснулся к ее разуму с нежностью, которой она не знала и не помнила, но которую жаждала.
— Почему ты не исцеляешься? — пробормотала она вслух.
— Он не может, — произнес человек, известный как Сет. Он порхал над Авионом, возясь с пакетами с жидкостью.
— П очему?
— Слишком сильные повреждения.
Повреждения? Хм, так не пойдет. Вообще не пойдет.
Но более насущной проблемой был другой нюанс. Первая чувствовала, что надвигалось на них извне корабля. Судно. Множество кораблей. В ооружены и настроены на уничтожение. По происхождению не все являлись людьми.
Похоже, были и те, кто хотел ограничить их свободу.
А с таким поворотом она была категорически не согласна.
Конец