В книге на основе археологических и этнографических источников рассматриваются особенности традиционной куклы древних жителей Прикамья и народов Пермского края – русских, удмуртов, марийцев, коми-пермяков, татар и башкир. Рассмотрены общие вопросы функционирования и бытования игровой и обрядовой куклы, даны схемы и описание технологии её изготовления. Издание рассчитано на специалистов в области истории и этнографии, на педагогов дополнительного образования и преподавания технологии, на широкий круг читателей, интересующихся народной культурой и декоративно-прикладным творчеством.
version 1.0 – создание документа – Tibioka
© Коллектив авторов, текст, 2014
© Издательство «Маматов», оформление, 2014
Рекомендовано к печати Президиумом Пермского научного центра УрО РАН
АДМИНИСТРАЦИЯ ГУБЕРНАТОРА ПЕРМСКОГО КРАЯ ДЕПАРТАМЕНТ ВНУТРЕННЕЙ ПОЛИТИКИ
РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК
УРАЛЬСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ
ПЕРМСКИЙ НАУЧНЫЙ ЦЕНТР
ОТДЕЛ ИСТОРИИ, АРХЕОЛОГИИ И ЭТНОГРАФИИ
ФГБОУ ВПО «ПЕРМСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ГУМАНИТАРНО-ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ»
ГБУ ДПО «ИНСТИТУТ РАЗВИТИЯ ОБРАЗОВАНИЯ ПЕРМСКОГО КРАЯ»
КГАУК «ПЕРМСКИЙ ДОМ НАРОДНОГО ТВОРЧЕСТВА „ГУБЕРНИЯ“»
Авторский коллектив:
Научный редактор:
Рецензенты:
Возросший интерес к традиционной культуре народов Пермского края в последнее время привёл к актуализации многовекового наследия. Активизировались научные и прикладные этнографические исследования, народные традиции всё чаще становятся основой для организации праздников и фестивалей, популярны изделия народных промыслов и ремёсел. Однако отдельные явления и элементы многогранной и необъятной культуры народа по-разному востребованы современным обществом.
Одно из явлений традиционной народной культуры, к которому современники проявляют особый интерес, – традиционная народная кукла. Чем вызван этот интерес сегодня, чем объяснить увлечение народной куклой, многочисленные кукольные выставки и курсы по освоению кукольных технологий, поиски в бабушкиных сундуках и попытки авторской интерпретации традиционного наследия? Конечно, в первую очередь, самим феноменом традиционной куклы. Определение термина
Кукла – универсальный предмет в культуре любого народа, обладающий множеством различного рода функций, от детской игрушки до заменителя человека в ритуалах народной медицины, олицетворения духов предков, воплощения демонологических персонажей. Сегодня интерес к традиционной кукле обусловлен и общим интересом к традиционной культуре, а кукла выступает микрокосмом, наглядной и синкретичной моделью этой культуры. В настоящее время, когда многие элементы традиционной культуры невосполнимы, обращение к традиционной кукле позволяет компенсировать эти утраты. Куклы являют собой традиционные технологии народного ремесла, представляют образ народного костюма и эстетики. Представления о кукле составляют органичную часть народного мировоззрения, богатая терминология – языка. Кукла задействована в игре и обряде, кукла – явление народной педагогики, в ней комплекс представлений о социуме – социальных ролях, семейных и родственных коллективах и функциях. Поэтому именно она – один из немногих феноменов, которые позволяют составить целостное представление о культуре.
Интерес к кукле, характерный в целом для российского общества, не обошёл и Прикамье. Отчасти он обусловил и подготовку настоящей книги. Педагогам и мастерам, занимающимся народной игрушкой, не хватало научной основы, их обращения за консультациями привели авторов настоящего издания к попытке обобщения и представления широкой публике имеющегося в распоряжении материала. Конечно, целенаправленного системного сбора материалов по традиционной кукле народов Пермского края не проводилось, однако в материалах полевых этнографических экспедиций оказалось немало ценного и интересного, что возможно представить в настоящем издании. Кроме того, к работе были привлечены практики, интересующиеся темой и реконструирующие традиционную игрушку. Так и появилась настоящая книга. Отчасти она призвана восполнить пробел в научном изучении традиционной народной куклы и дать хотя бы общее представление о региональной традиции.
Особенностью настоящего издания явилось и то, что в нём представлен материал о народной кукле, собранный в ходе этнографических полевых исследований в разных районах Пермского края, несомненно, имеющий особую ценность. Кроме того, в работе анализируются региональные варианты народной куклы всех традиционно проживающих в Пермском крае народов:
русских, финно-угорских – коми-пермяков, удмуртов и марийцев, тюркских – татар и башкир. Такой подход в подаче материала позволяет посмотреть на традиционную народную куклу в региональном аспекте, показать специфику вариантов куклы каждого из народов, проявление в народной кукле технологических, конструктивных, художественных особенностей, вытекающих из особенностей народной культуры. В то же время материалы показывают взаимодействие народов, проявившееся в терминологии, конструктивных и художественных особенностях традиционной куклы русских и коми-пермяков, татар и башкир, марийцев и удмуртов.
Материал в книге размещён по нескольким разделам. Вступительная статья характеризует общие особенности региональных вариантов народной куклы, структуру и специфику представленного в пособии материала. Первый очерк книги рассказывает о древней игрушке Пермского Прикамья, известной нам на основе археологических исследований. Традиционные куклы народов Пермского края: русских, коми-пермяков, татар и башкир, удмуртов, марийцев, – представлены в отдельных разделах. Каждый раздел включает в себя информационный материал об особенностях бытования, вариантах, терминологии, игровой культуре, обрядовых формах использования народной куклы. Далее следуют описания коллекции кукол, где представлены готовые изделия, даны сведения о технологических особенностях, приведены схемы изготовления игрушек.
В отдельном разделе работы – современная пермская авторская кукла, в основе которой использование народных художественных традиций сочетается с авторской творческой интерпретацией наследия. Данный раздел хотя и представляется несколько обособленным в настоящем издании, однако, с нашей точки зрения, он необходим, прежде всего, практикам, так как иллюстрирует варианты осмысления традиционного наследия и их современной авторской интерпретации.
Следует отметить, что настоящее издание лишь первый опыт систематизации и представления фрагментарного и разрозненного материала по региональным вариантам народной куклы, поэтому авторы надеются, что книга и представление традиционной народной куклы Пермского Прикамья вызовет живой отклик и активизирует исследовательский поиск.
В эпоху средневековья на обширной территории от Западной Сибири до Пермского Предуралья получили распространение специфические предметы глиняной пластики в виде небольших антропоморфных или геометрических фигурок. Большинством исследователей основное время их бытования определяется периодом XI–XII вв., но первые такие изделия на памятниках Зауралья и Западной Сибири появляются уже в VIII–IX вв.[2] К этому же времени относятся глиняные фигурки с селища Запоселье в Пермском Предуралье[3].
Глиняные фигурки из Пермского Предуралья долгое время не вызывали интереса исследователей, возможно, по причине малого количества находок и их неопределённого функционального назначения. Хотя первые такие изделия обнаружены еще в 30-50-е годы XX века М. В. Талицким на Родановом[4] и В. А. Обориным на Кыласовом (Анюшкар) городищах. Сейчас известно уже более шести десятков статуэток, которые происходят с четырёх городищ и двух селищ, наиболее представительная коллекция собрана на Рождественском городище.
Статуэтки изготовлены из плохо промешанной глиняной массы с примесью песка, дресвы, шамота, обжиг костровой, цвет от светло-коричневого до серого. По составу теста и качеству обжига они близки местной лепной керамической посуде, но, в отличие от последней, в них пока ни разу не наблюдалась примесь толчёной раковины, характерная для прикамской керамики. По форме статуэтки представляют собой вытянутый конус, а чаще – пирамиду высотой от 4 до 12 см.
Верхняя часть статуэток иногда слегка уплощена или завершается небольшой округлой площадкой с углублением, образованным вдавлением пальцем. Чаще всего вершина статуэток приострена и отогнута в сторону так, что создаётся образ антропоморфной фигуры, одетой в капюшон.
Некоторые фигурки отличаются хорошим качеством изготовления, а некоторые сделаны небрежно, с неровностями, сохранившимися отпечатками пальцев. Особенности оформления всех предметов индивидуальные. Их антропоморфный облик порой очень слабо уловим. Есть предметы крайне стилизованные, где кроме общего облика, лишь слегка напоминающего фигуру в капюшоне, нет ничего антропоморфного. На некоторых предметах прослеживаются изображения кос в виде желобков, поясов, складок и застёжек одежды, очень редко схематично изображены ноги и руки. Лицо, как правило, намечено небольшим вдавлением, лишь изредка наблюдаются условно переданные нос, глаза и рот. Иногда фигурки украшены точечным орнаментом, прочерченными линиями, вдавлениями подушечкой пальца или ногтем[5].
Прямых аналогий данным предметам не известно. Некоторые параллели можно проследить с западносибирской глиняной пластикой, с которой прикамские статуэтки сближает единый период бытования, общий материал и антропоморфный облик. Но в целом по внешнему виду и, вероятно, по назначению западносибирские фигурки сильно отличаются от прикамских.
У большинства археологов уже вошло в традицию, встретив артефакт, интерпретация которого вызывает затруднение, рассматривать его исключительно как культовый предмет. Версия о культовом назначении этих предметов весьма правдоподобна. С глубокой древности характерной чертой культуры народов Северной Европы являются изображения женщин из кости, камня, глины, дерева или ткани. Исследователи считают, что часть из них была связана с обрядами обретения и реализации женщиной функции воспроизводства и материнства, на что указывает отчётливая линия развития иконографического образа женщины в искусстве и верованиях этих народов[6]. Прослеживая эту линию и классифицируя женские антропоморфные статуэтки, В. Ф. Кернер выделила тип скульптурных изображений женской фигуры, построенных по принципу «голова-туловище». Общим для них является отсутствие ног, в ряде случаев голова изображена приострённой (Финляндия, Латвия, Южная Сибирь, Прикамье[7]), лица женских изображений с территории Южной Сибири и Прикамья могут быть не проработаны, иногда встречаются знаки одежды (пояса, фартуки, нагрудники, украшения ушей и шеи), признаки пола зачастую отсутствуют[8].
Подобные характерные признаки наблюдаются и на глиняных фигурках со средневековых памятников Прикамья. «Женские куклы», чаще всего создаваемые по древнему принципу «голова-туловище», известны у многих народов в этнографическое время (обские угры, хакасы, ненцы, южные алтайцы, чукчи, коряки и др.; по фольклорным данным, такие изображения фиксируются у славян, саамов и др.). Обычно за основу куклы брался деревянный стержень, кость, жгут из ровдуги или тряпок, пучок соломы, антропоморфный облик придавался с помощью одежды. В старой этнографической литературе применительно к антропоморфным фигуркам, встреченным дореволюционными этнографами и путешественниками в детском инвентаре самоедов, вогулов, чукчей и др., употреблялось слово «кукла», в которое, вероятно, вкладывался смысл игрушки. М. Ф. Косарев предлагает критически отнестись к этому, поскольку, по его мнению, т. н. «куклы» являлись не игрушками, а покровителями женского плодородия[9]. Выходя замуж, женщина уносила с собой свои «куклы» и прятала их в специальный мешок, хранившийся у изголовья постели, что считалось необходимым условием скорейшего и благополучного появления детей. По мнению чукчей, передача «куклы» постороннему лицу грозила нарушить плодородие семьи. Когда рождались дочери, мать давала им свои «куклы». Эти «куклы» имели культовый характер и для игры не использовались[10].
Кроме того, в культовой практике манси известны духи-покровители – пупыги, одна из категорий которых – антропоморфные изображения из дерева, ткани, металла или других материалов, облачённые в одежду. Пупыги имелись у каждой семьи, они находились в особых зонах жилища или в определённых местах тайги. К пупыгам обращались за защитой и помощью, делая им жертвоприношения[11]. Вполне вероятно, что в древности пупыги могли изготавливаться и из глины, а в материалах селища Телячий Брод XII–XIV вв. присутствуют каменные изделия, которым искусственно придана форма, аналогичная форме глиняных «статуэток». Таким образом, этнографические параллели вполне позволяют предполагать культовый характер глиняных «статуэток» со средневековых поселений Прикамья.
Не отрицая возможного культового предназначения этих предметов, мы интерпретируем прикамские глиняные антропоморфные фигурки как игрушки, в первую очередь, просто по причине того, что слишком часто археологи связывают предметы неопределённого назначения с культовой атрибутикой.
Основанием для разработки этой версии послужило сообщение Д. Т. Янович о куклах детей нижнеобских аборигенов. «Обские остяки и ямальские самоеды, – писала она в письме В. Харузиной, – делают своим детям… особые 2-3-вершковые куклы (акань), которые представляют из себя в одежде некоторое подобие женщин, но без человеческих голов, туловища и конечностей, чтобы избежать сходства со священными изображениями, вырезанными в память об усопших родственниках со всеми деталями человеческого корпуса, хотя иногда и без рук, но всегда с отчётливой скульптурой лица. Лицо человеческое, даже грубо и едва-едва намеченное на бревне или палке, уже само по себе заслуживает уважения и почтения, так как ему, безусловно, есть в мире духов свой гомолог, и приделать его к кукле, играть же и забавляться считалось тяжким грехом. Чтобы избежать этого и всё же дать выход удовлетворению естественного желания всякой девочки поиграть в материнство, употребляется вместо подобия человеческой головы верхняя челюсть утиного или тарпаньего клюва, которая пришивается к прямоугольному кусочку сукна, образующему „тело“ куклы. Каждую куклу, не имеющую, таким образом, ни рук, ни ног, одевают в меховой халатик женского покроя (сах), сшитый из обрезков шкур, причём к утиному клюву иногда привешивается пара верёвочных женских кос, за пазуху халата всовывается игрушечная детская люлька, но без ребёнка». Комментируя это письмо, В. Харузина высказала предположение, что «лишение главного признака человеческого изображения – лица (припомним, что в примитивном изображении бывают именно подчёркнуты характерные черты) – лишает его, в сущности, жизни»[12]. А. Н. Рейнсон-Правдин, анализируя материалы по куклам хантов, манси и ненцев, также пришёл к выводу, что первоначально головы кукол изготавливались из птичьих клювов, а куклы с головами из ткани появились под влиянием русской культуры[13]. Л. Р. Павлинская, рассматривая образную игрушку сибирских народов, пришла к выводу, что куклы, основу которых составляют косточки животных, птиц и птичьи клювы, являются наиболее архаичными. Использование для создания основы куклы, которая обозначала тело и голову человека, косточек животных, птиц и птичьих клювов, по мнению Л. Р. Павлинской, выражает идею единства происхождения всего живого на земле, отражая тесную связь человека и зверя с матерями-прародительницами, которые представлялись в образах животных и птиц[14]. Косточка или птичий клюв становились куклой и приобретали значение человека, если на них появлялся кусочек ткани или одежда. Так, Г. М. Васильевич писала, что голые бабки в игре могли изображать оленей, коней или собак, но бабки с повязанными лоскутками ткани представляли только человека[15]. Следовательно, первым, что отделяло в игрушках «человека» от «животного», являлось не создание антропоморфного образа, а введение материала, созданного человеком. Л. Р. Павлинская также обращает внимание на сообщение исследователей, что у некоторых народов Сибири дети лепили игрушки из глины и теста (хлебного мякиша). Этот материал не являлся традиционным ни для культуры данных народов в целом, ни для производства остальных игрушек. Изготовление изображений животных из глины и теста известно у многих земледельческих народов[16], а также у ряда неземледельческих народов, где эта практика являлась частью обрядовых комплексов, связанных с представлениями о первоначальном созидании жизни, плодородии и воспроизводстве всего живого[17].
Таким образом, глиняные изделия, обнаруженные на средневековых памятниках Пермского Предуралья, вполне могли быть куклами, поскольку мы наблюдаем в них все характерные черты: предельную стилизацию человеческой фигуры, отсутствие изображения головы и лица; клювовидный выступ на части предметов можно сопоставить с использованием клюва птиц для воспроизведения лица куклы. То, что для изготовления этих предметов выбрана глина, объяснимо широким употреблением этого материала, который в Сибири со временем перестал использоваться. По свидетельству этнографов, куклы
Характерно, что на тех же участках раскопов, где были встречены глиняные «статуэтки», обнаружено и довольно много игрушечной посуды, изготовленной детьми[20], которая могла использоваться вместе с куклами во время игры в «дочки-матери». Это миниатюрные сосудики (диаметром по венчику 2–7 см, высотой 2–5 см), которые являются копией реальных бытовых сосудов, причём дети в основном воспроизводили наиболее значимые формы сосудов, которые, к примеру, встречаются в погребальном инвентаре, что свидетельствует об их особом статусе. Это сосудики, подражающие по форме типичным круглодонным горшкам и мискам Пермского Предуралья, которые бытовали на протяжении всей эпохи средневековья; котлообразные сосудики, воспроизводящие форму нового типа кухонной посуды, распространившейся с XI–XII вв. и обладавшей особой значимостью, что подтверждается наличием такой посуды в богатых мужских погребениях XII–XIV вв.; миниатюрная кружечка с обломком петлевидной ручки и ковшичек со сливом и с обломком рукояти.
Представить практическое назначение данных предметов в быту древнего населения довольно сложно. Они явно изготовлены неопытной рукой – неровные, несимметричные, глина из заготовки вытянута неравномерно по изделию: большая её часть осталась в области дна, за счёт чего днище обычно несоразмерно толстое, а стенки слишком тонкие; внутренняя ёмкость сосудов почти не проработана и представляет собой лишь небольшое коническое углубление, выдавленное пальцем. Опытному человеку, которому не раз приходилось лепить посуду, понадобилось бы сделать всего несколько точных движений, и в результате, несомненно, получилось бы симметричное изделие правильной формы. На всех сосудах имеются более или менее чёткие отпечатки пальцев, принадлежащие детям 5–6 лет. Диаметр внутренней ёмкости сосудов зачастую настолько мал, что палец взрослого человека туда не поместится. Все эти факты свидетельствуют о том, что найденные миниатюрные сосудики были изготовлены детьми и могли использоваться в качестве кукольной утвари.
Важно, что эти предметы не только демонстрируют, в какие игры могли играть дети в прошлом, но и отражают процесс их обучения и воспитания. При изготовлении игрушечной «посудки» девочки получали все те полезные знания и навыки, которые использовали позднее на протяжении всей жизни, возобновляя запасы необходимой в хозяйстве домашней утвари. Вряд ли для детей проводились какие-то специальные занятия. Скорее всего, они приобретали знания, наблюдая за работой взрослых и по мере сил помогая им. Не ограничиваясь простым наблюдением, они пытались подражать старшим, делая свои поделки. Подобное наблюдают и в наше время большинство матерей, когда их маленькие дочки пытаются стряпать вместе с ними пирожки, а затем сажают свои неказистые произведения в печь и с нетерпением дожидаются результата. То, что обжиг игрушечных сосудиков ничем не отличается от той же обработки огнём обычной бытовой посуды, показывает, что и в старину всё происходило примерно так же. Примечательно, что кроме игрушечных сосудиков изготавливались и иные поделки, которые сохранились за счёт того, что были подвергнуты обжигу: «лепёшки», шарики, кубики.
Наличие нагара на внешней, а иногда и на внутренней стороне игрушечных сосудиков позволяет предположить, что в процессе игры девочки пытались готовить пищу не понарошку, а в настоящем очаге, ставя в него своё кукольное варево рядом с горшками, где готовилась пища для семьи.
Таким образом, наличие в коллекциях средневековых памятников детских игрушек позволяет нам представить, каким путём в прошлом мог происходить процесс обучения детей и передачи накопленной в обществе информации.
М. Ф. Косарев в своё время отмечал, что найти игрушку-человека (куклу), даже если она существовала в древности, археологически почти невозможно, так как лицо её было лишено человеческих черт, равно как и тело, а сама она изготавливалась из быстро разрушающихся мягких органических материалов[21]. Нам же, вполне вероятно, удалось зафиксировать эту категорию игрушек, что имеет важное значение не только для археологии, но и для этнопедагогики.
Традиционная игрушка русского населения Пермского края, в том числе и традиционная кукла, почти не исследована этнографами[22]. Основу настоящего раздела, как и других очерков книги, составили полевые материалы авторов, полученные в разных районах Пермского Прикамья.
Русские составляют большую часть населения Пермского Прикамья, расселены на значительной территории, представлены разными этнотерриториальными и локальными группами. Отчасти этим объясняется многообразие технологий и конструкций куклы, множество вариантов её оформления, использования в игре.
Диалектная лексика, связанная с наименованием детских игрушек-кукол, не представляется в пермских говорах развёрнутой. Термин «кукла» для обозначения антропоморфной игрушки известен повсеместно, кроме него единично фиксируются такие номинации, как
Неизвестны в диалектной лексике Пермского Прикамья наименования для отдельных видов кукол, отличающихся по материалу, технологии изготовления, конструктивным особенностям, функциям, характерные для других регионов проживания русских[24]. Исключением является термин
Пермские куклы русских изготавливались из разных материалов с использованием разных конструкций и технологий. К наиболее простым можно отнести сезонные летние
В единичных записях отмечены другие варианты формирования тулова соломенной куклы. В таком случае кукле делали и ноги, и руки, согласно описанию из посёлка Сёйва Гайнского района: «
Не менее распространёнными, видимо, были куклы из соломы, на соломенное туловище которых была надета «одежда». В одних случаях солома служила лишь каркасом для куклы, а сверху её покрывали материалом, как в селе Курашим Пермского района: «
1926 г. р., родом из деревни Лягушино. В основу кукол были взяты пучки соломы, перегнутые пополам и перевязанные в верхней части, где сформирована голова, из других пучков соломы изготовлены руки, в мужских вариантах также сделаны ноги. На женских куклах надеты рубахи и юбки, на мужских – рубахи и штаны. Подробное описание технологии изготовления можно увидеть ниже.
Куклы из соломы были широко распространены у русских разных регионов России, нередко их также одевали в традиционную одежду[33]. Известны они были и другим народам Пермского края, во время полевых исследований фиксировались, например, у пермских чувашей.
Согласно полевым материалам, широкое распространение в регионе имели
«
«
«
«
«
«
Широко распространённым в Прикамье был вариант куклы на щепочке, когда деревянную основу куклы обшивали белой тканью:
«
Интересный вариант конструкции такой куклы был отмечен собирателем Г. В. Алтынцевой в селе Лобаново Пермского района, как и получены образцы реконструированных кукол от Розы Степановны Пешиной, 1929 г. р. Приведём материалы из полевых записей: «
Получили в Прикамье распространение и
«
«
К вариантам конструкции можно отнести куклу, основу которой составляет не скрученный столбик ткани, а головка, к которой крепились дополнительные детали. Описание и реконструкция такой куклы получены во время экспедиции в селе Курашим Пермского района от Марии Павловны Пешковой, 1940 г. р., родом из села Серга Кунгурского района:
Не менее распространёнными были
«
«
«
Лишь несколько примеров раскрывают бытование в Пермском Прикамье
«
С традициями народной деревянной игрушки связано и творчество народного мастера из села Черновское Большесосновского района А. П. Вьюгова, которому принадлежит целый комплекс авторской деревянной игрушки, хранящийся в фондах пермских музеев[53].
Описанные выше куклы изготавливались специально и не разбирались после игры. Однако немало примеров, когда куклу выполняли из других предметов, а через некоторое время вновь разбирали. Из таких, временных, чаще всего известны куклы на основе колодки для плетения лаптей: «
Собранные полевые материалы раскрывают особенности бытования традиционной куклы в Пермском крае с 1920-х и преимущественно до 1960-х годов. Как видно из примеров, для выполнения кукол использовались разные материалы, конструкции, технологии. При знакомстве с полевыми записями следует обратить внимание на особенности оформления лица куклы. В одних случаях известны примеры, когда кукла оставалась не только без глаз, но и других черт лица: «
Наряду с использованием куклы в игре в Пермском Прикамье известны также примеры
Многочисленные и наиболее распространённые примеры употребления куклы известны
В таком контексте в локальных традициях использование куклы в свадебных ритуалах реализовывалось в разных вариантах. Кукла была задействована в различных этапах свадебного обряда. Так, в Усольском районе куклу подавали молодым сразу, как только свадебный поезд возвращался с венчания: «
Чаще всего использование куклы приурочивалось ко второму дню свадебного пира. Молодым подносили куклу утром свахи, которые шли будить молодых: «
В Красновишерском и некоторых других районах куклу молодым подавали во время или после того, как дружки их сводили в дымную баню, после чего нередко разыгрывали шуточное представление крещения ребёнка:
В Кунгурском районе кукла или пара кукол запекались для молодых в шуточный пирог на второй день свадьбы: «
На второй день разыгрывались и другие комические сценки с участием куклы:
Как отмечают исследователи, атмосфера второго дня свадьбы, наполненная эротизмом, предполагает и соответствующую символику употребляемых при этом кукол[78]. Один из развёрнутых примеров театрализованного действия с молодыми и куклой отмечен в Северном Прикамье, где утром второго свадебного дня «молодожёнов, подняв с постели, затаскивали в баню, протопленную вениками, где их ждали гости. В углу бани сидел мужик, наряженный свахой (с покрытой платком или одеялом головой), и качал на руках куклу, запелёнутую в тряпки (или полено). При этом он исполнял колыбельную „по-матерному“… После появления молодых он говорил: „Молодые всю ночь целовались-миловались, им жарко было, а ребёночек у них замерз! Надо ребёночка попарить и имячко ему дать“. Затем мужик накидывал на себя, словно ризу, одеяло, бросал куклу в банный тазик, ходил вокруг него, размахивая кадилом (лапоть или рукомойник с тлеющим куриным помётом или лошадиным навозом). Одновременно поп пел пародийную молитву с припевом „Алихуя, алихуя!“. Таким образом куклу „крестили“ и давали ей имя: „Ебишка, „Скороёбишка“, „Ивашка“. Напоследок всех присутствующих обрызгивали водой с пелёнок» (Чердынский район, д. Усть-Уролка)[79].
В некоторых случаях в свадебных ритуалах кукла выступала также символом невесты. В таком контексте часто использовали куклу для украшения свадебной машины уже во второй половине ХХ в.
Примеры использования куклы
Специально изготавливали обрядовые куклы
Кукла, выступающая во многих ритуальных ситуациях двойником и заместителем человека, могла использоваться и во вредоносной магии: «
В хозяйственной магии также известно использование куклы: «
Обрядовое использование антропоморфных изображений характерно для
В проводах праздника были представлены не только куклы-чучела, характеризующие собственно Масленицу, но и демонстрирующие наступление нового календарного периода – Великого поста, обозначенные уже новыми, великопостными терминами:
Разнообразные типы чучел и кукол являются важными составляющими обрядов встречи и выпроваживания у разных народов[99]. Масленичные чучела также раскрывают эту символику, чаще всего персонифицируя Масленицу в обрядах её проводов.
Для поречья реки Ирень в южных Ординском, Октябрьском и Уинском районах кукла – непеременный атрибут троицкой обрядности народного календаря. В селе Русский Сарс Октябрьского района троицкую куклу готовили из берёзовых веток и именовали «берёзкой»: «
В селе Богородск Октябрьского района был известен иной антропоморфный облик берёзки, которую готовили из двух связанных крестообразно берёзовых палок, наряженных платками, фартуками, бусами и цветами[102]. В некоторых сёлах одним из атрибутов Троицы была наряженная кукла, использовавшаяся вместе с украшенной берёзкой: «
Кроме масленичной и троицкой обрядности единичны примеры использования кукол в обрядах народного календаря у русских Пермского Прикамья. В обрядности Великого четверга, например, кукла задействована в очистительных ритуалах: «
Полученные и рассмотренные материалы позволяют констатировать широкое бытование куклы в качестве детской игрушки в русских традициях Пермского Прикамья. В регионе были известны разные материалы, технологии и конструкции изготовления игровых кукол, разные варианты игрового поведения. В Пермском Прикамье известны также разные примеры использования куклы в календарных и семейных обычаях и обрядах, лечебных и хозяйственных ритуалах.
В настоящей статье мы обобщили лишь имеющиеся полевые материалы авторов и материалы опубликованных источников. Следует отметить, что специального полевого исследования традиционной куклы в Пермском крае не проводилось, поэтому представленное исследование, скорее всего, носит предварительный, обзорный характер. А данная тематика ещё ждёт полевых исследований и новых открытий.
Игровая кукла на щепке. Кукла одета в белую рубашку, подвязана пояском-шнурком, сплетённым в виде объёмной косички из шерстяных ниток. Рубашка и штанишки синего цвета.
В основе куклы щепка высотой 26 см, ширина щепки – 5 см, которая оборачивается на высоту 16 см белой плотной тканью (16×16). Вверху ткань закладывается в складку и зашивается. Сзади на середине ткань зашивается «косым швом». Край ткани остаётся открытым (не подворачивается). Подобным образом оборачивается нижняя часть щепы тёмно-синей тканью (15×20). Ткань соединяется посередине щепы швом «вперёд иголку». Край ткани не обрабатывается. Из лоскута размером 9×10 см изготавливаются руки-скрутки и закрепляются швом «через край» на расстоянии 7 см от верхней части щепки. На куклу шьётся рубаха из двух квадратов (12×12), которая крепится пояском. Волосы на кукле из льняного очёса, которые крепятся нитью белого цвета.
Игровая кукольная парочка на щепочках. Куклы имеют разную высоту и разную технологию исполнения. В мужском варианте ноги оборачиваются широкими полосками ткани. Кукла одета в традиционную одежду: рубаху и штаны. В женском образе есть свои особенности. В частности, обе ноги куклы оборачиваются тканью. Кукла одета в юбочку, собранную у талии швом «вперёд иголку», и рубашку необычного кроя. Причёски у кукол выполнены из очёсов льна. Парочка дополнена куклой-пеленашкой.
Оригинальная конструкция куколок заключается в том, что нижние концы щепок крепятся на шпульки-ножки. В основе конструкции – щепки высотой 24 и 26 см. На них делаются подрезы на высоту 10 см от нижнего конца щепки. Так оформляются ножки куклам. Сборка женской конструкции: верхняя часть щепки оборачивается белой тканью размером 10×15 см, которая крепится сзади и вверху швом «через край». На уровне 7 см от верхней части щепы крепится грудь из ткани белого цвета. На этом же расстоянии пришиваются руки-скрутки. Далее от уровня груди до низа щепа оборачивается лоскутом белой ткани 20×25 см. Ткань сшивается на боковой части щепы косым швом. Одежда куколки состоит из юбочки «в татьянку» и кофты из трикотажной ткани. Сборка мужской конструкции: верхняя часть оформляется так же. Нижняя часть и ноги куклы оборачиваются широкими лентами из ткани и сшиваются на боковой части щепы. На уровне 7 см от верхней части щепки крепятся руки-скатки. На куклу шьётся одежда: рубашка с вышивкой и штанишки. Парочка дополняется куколкой-пеленашкой. Особенность данной куколки в том, что пелёнка сшивается по левому краю.
Игровая кукла в пелёнке с лицом, нарисованным химическим карандашом. Особенность куклы в том, что на неё надет фартук-передник, после чего куколка пеленается.
Из лоскута белой плотной ткани (20×20) и ваты традиционно готовится головка куклы. Далее из белоземельной ткани (29×16) вокруг шеи собирается юбочка и крепится белой нитью. Разрез на юбке закрывается фартуком из искусственного кружева, выкроенным в виде буквы «Т». Головка куколки покрывается косынкой из того же искусственного кружева и подвязывается спереди на один узел. Далее кукла оборачивается хлопчатобумажной пелёнкой с открытым низом, которая фиксируется полоской белоземельной ткани.
Текстильная игровая кукла выполнена с применением трикотажного чулка. Из него же сделаны причёска куклы и ноги. Характерной особенностью куклы являются руки «в кулачок» и ноги, одетые в чулочки и пришитые к туловищу, причёска из чулочка. Лицо куклы нарисовано химическим карандашом.
В основе куклы формообразующий столбик высотой 16 см. Столбик перетянут в области шеи. К нему пришиваются руки «в кулачок» (13 см) и ноги со ступнёй, одетые в чулочки (16 см). Куколка одета в длинную рубаху с кружевами, штанишки и сарафан. Коса куклы украшена двумя синими лентами. Сарафан перетянут поясом-тесьмой. Конструктивные особенности куклы и выкройки одежды изображены на рисунке. Высота куклы 29 см.
Текстильная игровая кукла, изготовленная с помощью чулка, из которого сделаны тело и ноги игрушки. Голова и руки выполнены из ткани белого цвета, они пришиваются отдельно. Кукла одета в юбочку и кофточку. Волосы выполнены из отбелённого льноволокна. Лицо куклы оформлено химическим карандашом.
В основе куклы чулок высотой 23 см, разрезанный снизу на высоту 11 см, который сшивается и выворачивается. В основу куклы вкладываются три скрутки из ветоши. Верхний срез чулка стягивается швом «через край». Далее к основе крепятся руки «в кулачок» (12 см) и голова. Голова (20×20) представляет из себя плотно набитый ветошью шар, закреплённый на спине куклы и спереди потайным швом.
Кукла одета в юбочку и кофту, собранную у шеи и заложенную в складку, закреплённую двумя пуговицами. Наряд куколки дополняет платок, накинутый на плечи и завязанный сзади на спине. Высота куклы 29 см.
Высота кукол 24 см, размах рук 18 см, крепление традиционное крестообразное на расстоянии 7 см от верхней части головы. Куколки одеты в рубашки из белоземельной хлопчатобумажной и фланелевой ткани. На девке тёмно-синяя юбка, красный платок и бусы из рябины. На парне штанишки из узких полосок ткани чёрного цвета.
Соломенные куклы изготовлены традиционно из пучка соломы длиной 50 см, который перегибается пополам, перетягивается в области шеи льняной крепкой нитью. Но до этого к середине пучка крепится коса и заплетается. Этой же нитью крестообразно крепятся руки из пучка соломки длиной 18 см. Обе руки по всей длине крепко обкручиваются, крестообразно фиксируется грудь и спина кукол. На девке сзади завязывается узел, а на парне этой же нитью обкручиваются ноги. Одежда кукол шьётся швом «назад иголку». Юбка и порты собираются вверху швом «вперёд иголку». Рубахи у парня и девки имеют Т-образную форму. У мужской – крестообразный разрез. У женской – овальный вырез, который собирается на кукле швом «через край». Размеры рубахи из белоземельной ткани указаны на рисунке. Мужская рубаха из ткани тёмно-красных тонов. По линии плеча – 20 см, по линии низа – 15 см. Штанишки шьются из двух полосок ткани синего цвета размером 14×8 см. Низ изделия, рукавов не обработан. Пояса выполнены из полосок ткани.
Традиционные соломенные игровые куколки высотой 24 см. Крестообразное крепление рук на груди. Куколки одеты в шитую одежду. «Тятя» одет в рубаху, штаны и шапку. «Мамка» одета в рубаху, юбку, фартук и тёмный платок.
Выполнены так же, как куклы «Девка с парнем»
Восемь тряпичных кукол представляют собой традиционную игровую семью: дед с бабкой, тятька с мамкой, молодые и девочка с мальчиком. Куклы выполнены из домотканого полотна и набиты опилом. Высота основных кукол 24 см, маленьких – 12 см. Куклы имеют цельнокроёное туловище, к которому пришиваются руки. Одежда у кукол разная, используется льняной холст. У всех кукол разные причёски.
Шесть кукол шьются по одной выкройке. В основе кукол мешочек из ткани размером 24×20 см, который разрезается снизу на высоту 10 см и сшивается. Ткань выворачивается и наполняется опилом. Верх конструкции стягивается швом «через край». По месту шеи куклы перетягиваются полосками ткани. Руки куклам шьются из ткани размером 11×4 см. У одежды куколок свои особенности. Мужские рубахи имеют Т-образную конструкцию и разную отделку ворота. Одежда «бабки» – это широкая навыпуск кофта и клетчатая юбка из рукава мужской рубашки. «Мамка» одета в халатик с завязками спереди, на «молодухе» платье Т-образной формы. Низ платья подшит. Украшение взрослых женских кукол – бусы из рябины. Волосы кукол выполнены из льноволокна и овечьей шерсти. Лицо кукол обозначено химическим карандашом. Схема кроя и приёмы оформления причёсок показаны на рисунках.
Традиционная узелковая куколка. Её конструкция проста и лаконична. Куколку можно изготовить из носового платочка или из женского головного платка путём завязывания узелков, обозначающих головку, руки и ножки.
Традиционная игровая кукла русских, выполненная на основе верхушки молодой сосны.
В верхней части ветки, очищенной от иголок, крепится комочек ваты. Сверху на конструкцию накидывается белая ткань, закрывающая всю фигуру. Тканью оборачивают всю ветку и закрепляют её ниткой, обёрнутой сначала вокруг шеи, рук, на уровне груди крестообразно, затем туловища и ног. Из хлопчатобумажной ткани молочного цвета кроится Т-образная рубашка с крестообразным разрезом, которая сшивается швом «назад иголку». Рубашка надевается на куклу и швом «через край» собирается по вороту и на рукавах. Далее кроится сарафан с небольшой грудкой из синей ткани, он также сшивается сзади швом «назад иголку». Верхняя часть сарафанчика подгибается и обрабатывается швом «вперёд иголку», к нему пришиваются лямки. Уже на кукле верхняя часть сарафана присборивается. Кукла одета в два платочка: нижний повязан узлом сзади (в виде косынки), верхний – узлом впереди. При её изготовлении использована хлопчатобумажная ткань белого (52 см), синего (34×24), молочного (22×30) цвета. Высота куклы 23 см.
Многие пожилые коми-пермячки в настоящее время слово
Для создания куклы использовали различный материал, который подразумевал соответствующие технологии изготовления. По данным полевых исследований, в XX в. коми-пермяки делали кукол из лыка, берёсты и травы (листьев берёзы, осины, капусты, хрена, мать-и-мачехи и других), вырезали из дерева, лепили из глины, изготавливали из бумаги, шили или скручивали из тряпок.
«Завернём, завернём листья мать-и-мачехи, сюда ещё грудь сделаем. Вот у нас и игрушка была. Потом сделаем вот так сарафан. Вот и кукла получается. Столько и работы. Потом чем-нибудь её подпояшем. Её любой можно сделать, и большой, и маленькой. Это у нас ещё бахрома была [соцветия трав]. По-разному так подпояшем. Пелёнками обмотаем, и получается ребёнок у нас. <…> Здесь пояс с шишечками, здесь – с бахромой».
Интересны описания изготовления куклы из капустных листьев. В ход, по-видимому, шли листы и повядшие, и свежие, что придавало изделию своеобразный цветовой колорит.
«Из капустного листа делали. Скатаешь, и как будто кукла. Всякие листочки соберёшь. Которые красные, которые жёлтые, сплетёшь разноцветно, скатаешь».
В воспоминаниях старшего поколения очень редко отмечаются
«[А деревянная кукла какая была?]
Так же сделают. Голову, шею сделают, вырежут ножом. Руки сделают.
[Одежду не надевали?]
Как оденешь, нет. Она ведь не двигается.
[Глаза тоже рисовали?]
Тоже. Карандашом что ли сделают».
О том, что деревянные куклы бытовали у коми-пермяков ещё в 1940-е годы, пишет Л. С. Грибова и добавляет: «Куклы, выполненные из дерева, у коми бытовали повсеместно. Их мог изготовить любой крестьянин, имевший навыки резьбы. Чаще всего этим занимались крестьяне-плотники. Иногда для куклы использовалась обыкновенная болванка с грубым изображением лица. В других случаях к этой болванке прикреплялись резные из дерева руки и ноги. Более тонко вырезанные куклы нередко раскрашивались»[113]. Исследовательница также даёт описание одной из кукол, хранящейся в Пермском краеведческом музее: «В Пермском музее хранится коми-пермяцкая кукла, у неё деревянная голова, палочки вместо ног, волосы из мха и одежда, перепоясанная лыком. На лыке же привязан игрушечный кузов к руке. Лицо дано плоско, с длинным, прямым, сильно выступающим носом. Глаза большие, овальные, широко расставлены. Рот тонкий. Это типически условная манера изображения лиц в древней народной скульптуре»[114]. В настоящее время некоторые пожилые жительницы Коми-Пермяцкого округа помнят, что мастера могли сделать из дерева своеобразных кукол-марионеток, которых приводили в движение с помощью нитей:
Коми-пермякам были известны игровые
«Так же делаешь. Намнёшь так всё, тоже голову делаешь маленькую, глаза делаешь. Руки тоже мнёшь, прилепишь. Ноги также прилепишь. Сушишь её».
Чуть более сложными по методу изготовления были куклы, сделанные
«А мы из одежды делали, из платка, из дубасов. Покажу, как делали. Что есть, дубас или тряпки, делаем, замотаем вот так. Вот так делаем ребёночка. Это ребёнок у нас. Сейчас его перевяжем вот так [замотанную ткань завязать посередине]. Платком же опять повяжем. Пелёнкой, платком. Э-ка, беда! Как и играли. Платок подвяжем вот так, так укутаем в платок. Потом вот так возьмём к пазухе, вот и ребёнок у нас. Ещё зыбку будто положим, так дёргаем. Так играли. Лицо белым делали. Ещё сюда глазки сделаем, носик. Углями. Химическим карандашом рисовали. Рот делали. Как кукла самодельная, так и делали».
Больше всего времени уходило на
В народном быту для изготовления игрушек использовали в основном ненужные в хозяйстве лоскуты и ткань от старой одежды. По строению
«Шили из разных тряпочек. Мы платье шили или юбку с кофтой, запон[124] делали. Оденем, пуговицы сюда зашьём».
Коми-пермяцкая кукла по форме особо не отличалась самобытными этническими признаками. Похожие по технике изготовления игрушки создавались другими народами. Тем не менее в игровой кукле коми-пермяков отражалось народное творчество, вкусы и представления о прекрасном, каждая игрушка имела свои индивидуальные черты, заложенные её создателем. Ещё кукла характеризовала материальный быт народа: используемые материалы свидетельствовали о хозяйственных занятиях, наряд – о народном костюме. Особенности семейного уклада, народной педагогики, общественных отношений повторялись в детской игре. Так как раньше семьи были многодетными, то и кукол должно было быть много, среди них выделялись самые крупные, которые играли роль отца и матери кукольного семейства, и поменьше – их дети. Об игре с кукольным семейством свидетельствуют рассказы бабушек.
«Я для детей делала, в чуман[126] посажу. Из разных тряпочек наделаю, наделаю. Много сделаю. Это, говорю, отец, это мать. Побольше и поменьше, поменьше… Последнего с палец сделаю, скажу, что это ребёнок. Они играют».
Специально для кукол изготавливали берестяные коробочки – чуманы, делали тележки и санки, на которых их катали, а также подвешивали маленькие дощатые или сделанные из платков зыбки.
«[Зыбки сами делали?]
Пояс-покром повесим, между поясом доску положим, на доску тряпки положим, как будто пелёнки, опять уложим спать».
В летний период с куклами играли в домиках-балаганах – постоянном игровом месте детей.
«Кукол делали сами из тряпок. Мы только из тех тряпок делали, которые матери не нужны были. Покрасивее тряпочку найдём, прогладим – платье, юбка для неё. Повяжем ей платок. Вот тебе и кукла. Зыбку для неё делали. Просто возьмём дощечку, щепку, нитку к ней привяжем, повесим на руку или ещё куда-нибудь. Вот и качаем её в зыбке, ребёнка».
В избе часто игровым пространством для
«Куклы шьёшь, акань. Маленькие, на подоконнике играть. <…> Когда тряпки найдём, чем-нибудь набьём их, куделью может, сошьём. Руки делаем, ноги делаем. Кукла с руками, ногами. На тело рубаху одеть. Вот и куклы».
Действия игры с куклой повторяли обычный крестьянский быт, семейные традиции и обрядовую жизнь народа. Вместе с тем детская игра не всегда воспринималась как обычное занятие, а некоторые специфические действия считались своеобразным знаком, предвещанием, об этом повествует один из рассказов.
«Из мать-и-мачехи делаем куклы, и почему-то их хороним, и почему-то всё плачем, как будто поминаем. <…>
[Сделаете и сразу хороните?]
Как же. Сделаем и поиграем, видимо, и опять хороним. Это, наверно, знаешь почему, потому что деревне <суждено было> разрушиться, так, наверно, поэтому мы и плакали».
Возраст игры с
Помимо игровой куклы у коми-пермяков существовала
Во время зимних святок по народному обычаю девушки проводили гадания, ворожили о своей судьбе. В одном из них использовали маленькую куколку. Её вместе с другими предметами (куском хлеба, кольцом, монеткой и другими) прятали под горшки и чугунки. Затем каждая девушка выбирала себе один горшок. По обнаруженной под ним вещи судили о будущем. Кукла означала рождение ребёнка в наступающем году.
Использовали
«…Ещё родильницу приведут, роженицу, ребёнка рожает. Корзину большую туда заносят. Там человек укрыт, там спрашивают: „Где сделала да с кем сделала ребёнка?“ Она рассказывает. Мужика оденут, болтает что попало. Как будто ребёнок – куклу обмотают. Парят…».
В ряде деревень и сёл коми-пермяки делали масленичное чучело. Его изготавливали в начале или в середине праздничной недели и держали до конца Масленицы. Называли его
Символика масленичного чучела связана со значением самого праздника. Масленица – один из рубежных периодов годового цикла. При соотношении времён года и возрастов человека зимний период ассоциируется со старостью, он должен уступить началу нового витка, наступлению весны и молодости. Чучело является олицетворением уходящего этапа, главными знаками в идентичности его образа и статуса становятся старые вещи, из которых оно собирается, и обрядовые действия с ним.
Совсем иную куклу делали коми-пермяки на Троицу. Если масленичная имела безобразные черты, то троицкая, наоборот, должна была выглядеть нарядно и красиво. Разница заметна даже в названиях. Изготовленную на Троицу фигуру очень редко называли чучелом, её именовали
«Троица была, тогда с нами одна бабушка ходила берёзу украшать. Эту берёзку как-то заранее отмечают. Мы её нагнули, она не очень большая, ветки наломали. Здесь руки как будто сделали, связали вицами, ноги сделали. Два человека взяли за руки и, приплясывая, понесли домой, в деревню. Пели. Плясали, плясали с ней, потом по воде пустили».
В других вариантах при изготовлении объёмной фигуры для основы брали соломенные снопы, перевязанные крест-накрест палки либо старые вещи (мешки, одежду), как и в случае с
«Мох вокруг палки обвертим. Оденем рубаху, руки делаем – палки суём. Туда мох натолкаем. Платок повяжем, нос сделаем, рот, глаза. Рядом с берёзой гуляем, а потом разберём».
Троицкая
Судя по всему, троицкая
Скорее всего, и масленичный, и троицкий обычаи появились у коми-пермяков под воздействием русской культуры, но со временем они адаптировались и приобрели свои этнические черты, в частности, это использование для изготовления троицкой
Возможно, подобные антропоморфные фигуры с разными целями создавались коми-пермяками и в другие календарные даты или обычные дни. Точных сведений об этом нет, имеется лишь один пример об обнаружении чучела на поляне в день Великого четверга.
«На меже стоял сосновый пень, большой. Мы шли с отарой овец, видим – стоит девушка. Нам показалось, что девушка. Она в платке, даже глаза ей нарисовали, покрасили на пне, и нос, и рот. Рубаху одели, красный сарафан, под ноги лапти поставили».
Местная жительница его появление объясняет практикой народной медицины: чтобы избавиться от болезни, одежду хворого человека оставили на дереве, то есть болезнь должна перейти к созданной фигуре как своеобразному двойнику больного. Для Великого четверга этот ритуал не является обязательным, он осуществляется только в случае необходимости. Выбор для совершения действия именно этого дня обусловлен, вероятно, значением праздника в народном календаре. Великий четверг воспринимается как начало нового календарного периода, поэтому к нему приурочиваются различные магические действия.
Сакральные функции в определённых ситуациях выполняли обычные игровые детские куклы. Так, маленькая
Охранительное значение куклы очевидно и в обрядах жизненного цикла человека. Например, во время свадьбы куклу оставляли на постели новобрачных и даже зашивали в подушку:
Отмечается использование
Широко среди коми-пермяков распространено поверье о том, что с помощью особой куколки можно наслать на дом кикимору – злое демоническое существо, которое по ночам беспокоит хозяев шумом и бряканьем. Кукла подкладывалась в сруб дома во время его строительства. Она могла быть деревянной или тряпичной и обязательно смазывалась кровью. Избавить жилище от нечистой силы мог только сильный колдун, либо необходимо было разобрать постройку, найти и уничтожить подложенную куклу. И действительно, такие фигурки находили при разборе старых домов.
«Знающие раньше были. И специально, когда начнут дом поднимать, нижние бревна будут класть, намеренно тот человек, который лукавый, он свой палец надрежет, кровь тряпочкой вытрет, из неё сделает куклу, её под бревно кладут. Этот дом потом всю жизнь пугает».
Конечно, обрядовая кукла уступала игровой в её практическом применении, потому что последняя была ежедневным предметом детского досуга, а к первой обращались только в определённое время, а в некоторых местностях и вовсе о ней не знали. Обрядовая кукла прежде всего является выражением народных верований, отношения коми-пермяков к природе, окружающим их вещам. В любом ритуале кукла выражает собой одну из главных идей происходящего события, поэтому она всегда выполняет определённую функцию. Разные ритуальные куклы, судя по изложенному материалу, имеют собственную символику и часто особые внешние отличительные маркеры. Можно предположить, что использовавшиеся коми-пермяками в XX – начале XXI века обрядовые куклы отчасти повторяют почитание древних языческих идолов, некоторые сведения о существовании которых сохранились в ранних источниках[147], и что в некоторой степени отразилось в известной традиции поклонения деревянной христианской скульптуре.
Игровая тряпичная кукла-скрутка выполнена из ткани трёх цветов: белого, чёрного и голубого. Лицо куклы детально прорисовано, рот и щёки обозначены красным цветом.
В основе конструкции столбик-скрутка из ветоши. Размер основы 50×15 см. Ткань сгибается пополам, затем подгибается сверху и снизу, после чего скручивается в плотный валик. Высота валика 18 см. Скрутка посередине крепится сшитым лоскутом из чёрной трикотажной ткани (18×8). Сверху на голову надевается платок с заломами, перехватывает туловище куклы и завязывается сзади на один узел. Руки отсутствуют.
Тряпичная игровая коми-пермяцкая кукла. Особенность куклы в том, что её голова выполнена из белоземельной хлопчатобумажной ткани. Кукла не имеет рук.
В основе куклы сформированная из бело-земельной хлопчатобумажной ткани голова (20×20). На эту конструкцию накладывается лоскут коричневого цвета размером 45×12 см и закрепляется белой крепкой нитью. На голове платок из хлопчатобумажной ткани в полоску. Из этой же ткани изготовлен фартук (10×10), который крепится на талии с помощью нитки выворотным способом.
Традиционная бесшитьевая игровая коми-пермяцкая кукла выполнена на основе скатки из плотной ткани в клетку тёмных тонов. Высота куколки в готовом виде 17 см. Верхняя часть куклы оформляется белой тканью. Платок, руки и фартук выполнены из хлопчатобумажных тканей с растительным орнаментом.
В основе бесшитьевой конструкции неплотная скатка из ткани тёмных тонов в клетку. В области груди кукла перевязана хлопчатобумажным лоскутом (10×18), узел образует грудь куколки. Поверх данной конструкции накинута ткань молочного цвета (20×20), которая фиксируется белой нитью в области шеи и подвязывается фартучком Т-образной формы в области талии. Размер фартука 6×6 см, тесёмки фартучка длиной 8 см. На кукле надета косынка, размер нижней части треугольника составляет 22 см.
Игровая коми-пермяцкая тряпичная кукла на основе закрутки с пришитыми руками и волосами из кудели. Куколка одета в платье и платок, завязанный спереди.
Основа куклы – скрутка из куска ткани. Высота скрутки 10 см. Лоскут ткани 35×10 см туго сворачивается и закрепляется хлопчатобумажными нитками на уровне талии и шеи. Пучок кудели пришивается сверху двумя стежками. Затем два лоскутка (12×6) сворачиваются и зашиваются швом «через край». Так формируются руки. Готовые руки закрепляются на уровне шеи также двумя стежками. Кукла одевается в платье и платок из одинаковой хлопчатобумажной ткани. Платье подвязано пояском из льняных ниток. Высота куклы в готовом виде 15 см.
Тряпичные игровые куколки на основе закрутки с пришитыми руками и ногами. Комплект состоит из трёх кукол и предназначен для игры «в семью».
В основе больших кукол плотная скатка из светлого холста высотой 9 см, к которой пришиваются руки (5 см, объём 1 см) и ноги (8 см, объём 1,5 см). Ребёнок
Среди детских игрушек удмуртов особое место занимала кукла
Куклы удмуртов разных групп отличались, а порой вообще не имели какого-либо сходства между собой. Поэтому говорить о таком обобщённом явлении, как удмуртская кукла, было бы ошибкой. Эти различия выражались в конструкции, размерах, технологии изготовления, оформлении основы (туловища), выборе тканей, типах одежды. Такие особенности необходимо учитывать при изучении и, главное, изготовлении удмуртской куклы. В том числе куклы удмуртов Пермского края. Только в этом случае получится игрушка, отражающая определённую локальную традицию и характерная для конкретной местности. В этом и будет её уникальность!
Каркас-основа удмуртских кукол бывает разным. Это валик, палочка, две перекрещенные палочки или щепки, сшитое из ткани и набитое соломой/тряпьём туловище, соломенная или глиняная основа. Эти основы встречались у определённых групп удмуртов и были характерны для конкретной традиции[148]. Куклу удмуртов Пермского края от всех других отличает основа.
Если внешний облик кукол в определённой мере зависел от индивидуального вкуса автора, то оформление костюмов и конструкции сохранялись традиционными, свойственными для данной местности и времени. Среди игрушек чаще встречались «женщины» и «молодухи», что давало больше возможностей для игры и шитья костюмов. В основе кукол удмуртов Пермского края самая обычная щепка высотой «с палец» или 10–15, иногда до 20 см. Щепку могли заменить круглой палкой диаметром около 1,5–2 см. Куклы из щепок делали без рук и ног. Такой вид игрушек можно считать не только одним из самых простых, но и наиболее архаичных способов изготовления.
Вокруг такой основы щепки наматывали лоскут – это платье
Если игра требовала развёрнутого сюжета (свадьба, гости, праздник) с участием всех членов семьи и многочисленных родственников, то мастерили кукол-мужчин. Однако изготовление игрушек – мужчин считали скучным занятием и делали это при крайней необходимости. Куклы-мужчины были внешне почти похожи на кукол-женщин. Обычно также заворачивали щепку в лоскут, но не надевали платок. А иногда просто кукла-женщина без платка становилась «мужчиной». Прибегали и к другому способу: во время игры просто обговаривали, что кукла-женщина на какой-то момент становилась куклой-мужчиной. Лоскутки для рубахи выбирали в соответствии с теми, что шли на изготовление мужских рубах.
Кукол-младенцев делали также из щепки, но выбирали основу для них значительно меньше по размеру, чем для других кукол. Если это был «грудной младенец», то его укутывали в пелёнки – лоскутки тканей, а если постарше, то также делали рубаху или платье, как для других «взрослых» кукол.
Изредка встречались куклы, сшитые из ткани. Они имели туловище, руки, ноги, набитые паклей, опилками или травой. Возможно, такие куклы появились позже, уже под влиянием покупных игрушек.
Среди игрушек удмуртов Пермского края встречалась и другая конструкция тряпичной куклы – сложенную/скомканную тряпочку заворачивали или заматывали в ткань.
Среди представителей старшего поколения ещё встречаются упоминания о куклах, которых лепили из глины. Такие игрушки были популярны наряду с приготовлением «выпечки» из земли и глины. Другим достаточно редким и уникальным вариантом детской куклы удмуртов Прикамья можно назвать куколки, изготовленные из вершинок ели или еловых ветвей, естественные развилки которых становились ногами и руками куклы, а затем обматывались тряпочкой и одевались.
Традиционные куклы были без лица: «
Разнообразить лоскутки и сделать платки для кукол можно разными способами. Например, дети надкусывали сложенные в несколько раз листья тополя, берёзы или подорожника. Затем расправляли такой листок и смотрели узор. Называлась у киргинских детей эта забава «кусать листья»
Листьями и цветами декорировали или «красили» лоскутки, края головных платков. В лоскуток загибали листок и надкусывали его. Эти «раскрашенные» тряпочки часто шли на изготовление платков для кукол. Таким способом «красили» и свои платки. Получившийся рисунок напоминал цветные набивные ткани и фабричные ситцы.
Кукла позволяет разнообразить способы игры, повторить ситуации из жизни и окружающего мира. Процессы изготовления куклы и воспоминания, связанные с этим, раскрывают огромный пласт повседневной детской культуры, особенности деревенского быта.
Зимой обычно играли в избе. Игровое пространство располагалось на печи, скамье, но чаще всего на подоконнике. Здесь кукол раскладывали, оформляли это место как «дом».
С началом тёплых весенних дней выбирались на первые проталины или лужайку перед домом. Улица позволяла расширить игровое пространство и включить в игру разные предметы, которые сложно и порой невозможно использовать в избе. Любимым занятием была игра в «дом»
Такое пространство/дом для игры огораживали досками, ветками или просто чертой по земле. Его называли
В популярной игре «поездка в гости» использовались и подручные приспособления – тележки, тачки.
Повозкой для кукол часто служил лапоть, который тянули за верёвочку.
Важным элементом игры в «дом» и в куклы в весенний и летний период было приготовление «блюд» и «стола». Это изготовление «выпечки» из глины и земли. Здесь девочки повторяли формы и технологии изготовления блюд деревенской кухни своего региона. «Кушаньями» часто «угощали» своих кукол. Такая игра считалась исключительно забавой девочек и малышей, которые были под присмотром старших. Дети активно использовали в игре свои первоначальные кулинарные навыки, осваивали сложные технологии.
«
В игре с куклами дети повторяли многие деревенские занятия, сезонные работы в хозяйстве. Это воспроизводилось в игре с куклами. Среди игрушек встречались миниатюрные орудия труда: выточенные из щепки топоры, вилы, лопаты, небольшие лодочки, плоты и телеги. В оформлении игрового пространства использовались отслужившие свой век и вышедшие из обихода утварь, обувь (лапти), черепки, посуда.
Приёмы, приспособления, которые дети используют в игре с куклами, слова, выражения и диалоги – всё это отражает особенности игровой культуры и связано с игрушкой. Поэтому порой недостаточно просто изготовить куклу или узнать, как её делали прежде, а ещё важно выслушать истории и воспоминания о том, как играли дети.
Способам изготовления кукол, приёмам игры дети учились друг у друга. Всё передавалось из поколения в поколение, и благодаря этому в каждой культуре или селениях сохранялись и передавались свои традиции. Изучение локальных особенностей позволит расширить знания о народной игрушке удмуртов. Точная передача её особенностей в современной игрушке поможет сохранить народные традиции.
Традиционная игровая кукла на щепке, одетая в юбочку, платок и розовый фартук с яркими жёлтыми полосками из ленты.
В основе куклы щепка высотой 24 см, шириной 5 см. На уровне 7 см от верхней части щепы крепится сшитая и собранная «в татьянку» юбочка, которая фиксируется полоской ткани. Сверху на юбочку надевается фартук (10×17), собранный на талии и закреплённый полоской ткани в тон фартука. На верхнюю часть щепы повязывается косынка из ткани голубого цвета концами назад. Куколка готова.
Традиционная игровая куколка на щепке, одетая в розовую юбочку и большой голубой платок, перетянутый на шее тесьмой и полосками ткани розового, жёлтого, оранжевого и золотистого цветов.
В основе куклы щепка высотой 28 см, шириной 3 см. На ней крепится ткань розового цвета (25×23). Сверху на щепку накидывается лоскут голубой ткани и закрепляется полосками разного цвета. Куколка готова.
Традиционная игровая кукла на щепке, одетая в пёструю ситцевую юбку, подобный фартук. У куколки красное лицо и оригинальные чёрные волосы.
В основе куколки щепка высотой 22 см, шириной 4 см. Вначале на верхнюю часть щепы крепится ткань чёрного цвета нитками в тон (волосы). Далее на среднюю часть наматывается широкая красная полоска (лицо), которая закрепляется на линии талии с помощью ниток. Юбка несшивная. Ткань наматывается на основу и закрепляется с помощью ниток. На юбочку надевается фартук, который крепится с помощью полоски ткани. Сверху на отогнутые назад «волосы» надевается косынка и завязывается спереди на один узел.
Традиционная игровая кукла из ветоши, одетая в юбочку, кофточку и платочек из искусственной ткани.
В основе конструкции куклы мягкая скатка из ветоши, которая скрепляется ниткой посередине. Высота скатки – 19 см. Куколка одета в юбочку (13×40), кофточку (22×10) и платочек прямоугольной формы, который завязывается сзади за два верхних конца.
Традиционная игровая удмуртская кукла на щепке.
В основе конструкции щепка до 6 см высотой, шириной 1,5 см. Верхняя часть куколки оборачивается полоской тонкой белой ткани, и формируется голова. На уровне шеи навиваются полоски (12×3) синей и красной ткани. Это украшения. Сзади они завязываются на узелок. Поверх всего накидывается платок из хлопчатобумажной ткани тёмного цвета (10×10), который обвязывается сверху узкой полоской ткани (10×1).
Традиционная игровая удмуртская кукла из вершины ели, одетая в национальный костюм.
В основе традиционной удмуртской куклы верхушка ели с двумя веточками в средней части – руками – и пятью веточками в нижней части – ногами. Высота веточки 25 см. С ветки убраны иголки, и она обкручена полосками ветоши до объема 16 см по талии. Тело куклы обшивается светлой плотной тканью (20×20) косыми стежками по спинке. Выкраивается и шьётся из трёх частей голова куклы (из двух кругов ткани и одной полоски), которая набивается ветошью или ватой. После она закрепляется на ветке и пришивается к телу косыми стежками. Далее по линии плеча до ветки-руки делается разрез и тело куклы стягивается вверху и внизу крепкой хлопчатобумажной нитью швом «вперёд иголку». На руки куколке шьётся чехол, который выворачивается, надевается и пришивается к линии плеча. На куклу выкраиваются костюм, состоящий из рубахи, передника, украшенного вьюнком, лентой и кружевом, а также головные уборы – чепец с монетами
Марийское название куклы –
Разными способами создавалась
Наиболее распространённой и характерной для марийского населения была кукла, изготовленная
Другой вариант одевания или украшения
При создании
Каждый человек при создании куклы использовал свои оригинальные способы. Так, например, помнят, что в одной семье была кукла-мальчик, для её основы брали специальную палку с отходившими на одном уровне сучьями. Сучья обрезали таким образом, чтобы они получались в виде ножек и устойчиво удерживали
По современным полевым данным, в середине XX столетия часто кукле рисовали лицо, обычно карандашом. Изображали глаза, нос, рот. По величине куклы получались разные, наиболее типичными были игрушки длиной до 20 сантиметров. Куклы-девочки отличались от кукол-мальчиков одеждой и причёской. Создавались целые кукольные семьи:
Одним из основных определяющих признаков марийской куклы является её наряд, передающий этническую специфику, а также техника её создания. В первую очередь это касается традиции обматывать основу разноцветными нитями. Оригинальной чертой
У марийских детей были свои игровые места, в том числе и своеобразные «кукольные дома». Летом, как правило, играли на улице, создавая в каком-нибудь уголке подобие жилища. Зимой кукол размещали в избе:
Обычной игрой с куклой было обыгрывание различных ролевых сюжетов, наблюдаемых детьми в жизни:
Точных сведений об использовании пермскими марийцами антропоморфной фигуры в ритуалах не зафиксировано, но исключать полностью вероятность существования
Мало свидетельств об обрядовой кукле и в традициях других групп марийцев. Большая их часть связана с похоронно-поминальными ритуалами. На поминальный сороковой день черемисы Ветлуго-Волжского района, согласно свидетельствам Н. Д. Тихомирова, использовали чучело-куклу, которое изображало умершего человека: «Когда все охмелеют, то начинают плясать, причём в пляске обязательно должен принимать участие и покойник, для чего его изображение берёт кто-либо из присутствующих и начинает плясать с ним по комнате. Этим участием в общем веселье умерший как бы даёт знать своим родичам о том, что он не утратил своего весёлого расположения духа, что ему там живётся приятно и весело»[175]. В других же описаниях поминальной традиции роль усопшего играет один из его знакомых или родственник[176]. Кроме этого у марийцев существовал обычай изготавливать маленькую глиняную куколку в случае болезни человека, причиной которой считалась потеря одной из душ –
Традиционные марийские куклы выполнены с помощью ниток и щепы. В основе конструкции крестообразное соединение. Щепки обмотаны шерстяными нитками разного цвета с преобладанием красных и зелёных тонов, обозначающих не только одежду, но и украшения.
В основе женского образа две щепы. Длина одной – 23 см, другой – 14 см. Соответственно, ширина одной – 2,5 см, другой – 1,5 см. Щепки соединяются нитью салатного цвета после того, как будет закреплена грудь. Для выполнения груди используются две горошинки и бумага. Нитью зелёного цвета крестообразно фиксируются руки и грудь куклы. Далее щепа обматывается рядами нитей разных цветов.
В основе мужского образа также две щепки длиной 19,5 и 17 см. Особенность данной конструкции в том, что одна накладывается на другую сверху. В кукле использованы шерстяные нити зелёного, розового и малинового цвета.
Традиционная игровая марийская куколка выполнена в бесшитьевой технике с использованием ниток, ткани и щепок.
В основе образа две щепки размером 11 и 6 см. Ширина большой щепки 1,8 см, маленькой – 0,7 см. На основной щепке крепится грудь из ткани красного цвета, которая зафиксирована тремя крестами. Этой же нитью крепятся руки, узел завязывается сзади конструкции. На рубашку берётся ткань 7×7 см. В центре квадрата вырезается овал с надрезом спереди. На юбочку берётся такая же ткань размером 11×16×11 см. Рубашка и юбочка крепятся на конструкции сразу одной крепкой нитью. На голову куколке надевается косынка.
Традиционные марийские игровые куклы выполнены в бесшитьевой технике с использованием щепок, ткани и ниток.
В основе мужского образа щепка длиной 15 и шириной 2 см, на которой крепятся «ушки». Сверху накладывается белая хлопчатобумажная ткань размером 7×7 см. Ткань крепится зелёной шерстяной нитью. Под «ушками» щепка вновь оборачивается белой тканью. Далее на конструкции крепится лоскут чёрной ткани (12×24), который фиксируется чёрными нитками.
В женском образе несколько иное крепление «ушек». Голова куколки с «ушками» накрывается ситцевой тканью размером 10×10 см, и «ушки» крепятся коричневой нитью. Под ними делается несколько витков нитью, это символическое украшение. У куколки есть грудь, которая выполнена из двух комочков бумаги, положенных на щепку. Линия талии обозначена чёрной шерстяной нитью. На щепку накручивается юбочка из ткани размером 12×15 см, на неё накладывается фартук (11×4,5) из розовой ткани.
Традиционные марийские игровые куклы, выполненные с использованием ветви дерева, диаметр которой 3 см. В одежде куколок отражены характерные особенности марийского костюма, использованы натуральные хлопчатобумажные и шёлковые ткани. Для отделки применены тесьма «змейка», яркие узкие ленты лилового, сиреневого, красного цветов. Волосы кукол выполнены из кудели.
В основе мужского образа разветвлённая ветка, с которой снята кора. Высота ветви составляет 30 см. Сверху на глубину 6 см две трети ветви подпиливаются и снимаются. В основе конструкции женского образа половина расщеплённой ветви (18 см), на которую крепятся «ушки» (4,5 см) и грудь (две горошины), зафиксированные крестообразно нитью жёлтого цвета.
Мужская одежда состоит из рубашки белого цвета (10×14), низ которой подшит и украшен тесьмой, а также штанишек (два лоскутка 18×9) чёрного цвета, на голове крепится шапка синего цвета.
Женский наряд состоит из юбки красного цвета, украшенной синей и ярко-жёлтой змейкой, вставками синего и полосками чёрного, малинового, тёмно-зелёного цветов. Юбочка надета на куклу швом вперёд, который закрыт ярко-зелёным фартучком. Края фартучка закреплены обтачкой тёмно-синего цвета, сам фартучек украшен тесьмой и лентами, низ оформлен кружевами ручной работы. На кукле характерный разноцветный поясок, на конце которого крепятся четыре кисточки характерных ярких цветов. Головной убор – платок.
Традиционные марийские игровые куклы, выполненные с использованием круглой деревянной палочки, диаметр которой 2 см.
В основе мужского и женского образов круглая палочка, высота одной – 9, другой – 14 см, на ней крепятся «ушки». Парочка на палочках выполнена с использованием натуральных тканей, ниток синего, оранжевого, зелёного, красного, белого и коричневого цветов. «Ушки» крестообразно крепятся нитью. В основе мужского образа ситцевая чёрная ткань с зелёным растительным орнаментом, в основе женского – хлопчатобумажная ткань с жёлто-розовым рисунком. Под «ушками» ткань закрепляется оранжевой и синей нитью, обозначающей украшение куклы. Юбочка выполнена из льняной ткани (12×12 см), сшита машинным швом, верх подогнут, и в него вдёрнута нить, которая завязывается сзади. Вся конструкция скреплена пояском из нитей трёх цветов. На штанишки выбрана ткань синего цвета (7×8), которая крепится сзади швом «через край». Штанишки фиксируются кручёным трёхнитевым пояском. На кукле-девочке головной убор
Традиционная марийская игровая кукла на круглой палочке диаметром 4 см.
В основе женского образа круглая палочка длиной 18 см, на ней крепятся «ушки». При изготовлении куклы использована хлопчатобумажная ткань тёмно-красного цвета с мелким рисунком и светло-красная ткань для юбочки. Фартук выполнен из шёлковой ткани светло-зелёного цвета. Одежда украшена тесьмой, атласными лентами зелёного, оранжевого, розового цветов. Кукла одета в головной убор
Кукла была одним из постоянных предметов детских игр у татарского и башкирского населения Пермского края. Пермские татары и башкиры для названия куклы используют два слова. Чаще всего кукла в пермских говорах татарского языка называется
Пермским татарам и башкирам были известны разные технологии изготовления кукол. Игрушечных человечков раньше лепили из глины, вырезали из дерева, но наибольший интерес у детей вызывала, несомненно, тряпичная кукла. Главные её преимущества – лёгкость и простота исполнения, возможность разнообразных игровых манипуляций, которые позволяет текстура игрушки. Наиболее распространённой представляется
Сложились определённые традиции в порядке изготовления куклы. Обычно сначала формировали голову, затем изготавливали туловище, к которому пришивали руки и ноги:
Другим технологическим вариантом следует считать
Интересный вариант куклы, в основе которой лежит скрученный кусок ткани или другого материала, был изготовлен Фарихой Салимзяновой, 1925 г. р., в деревне Татарский Таз Берёзовского района. В основе конструкции – скрученный лист бумаги. По словам информатора, в её детстве кукол мастерили из скрученных листов бумаги, газет, а также из ткани. Затем на куклу-девочку в верхней части надевали платок, а уже поверх платка часть туловища заворачивали другим лоскутом материала – рубахой. Для того, чтобы рубаха держалась на основе, её крестообразно по всей длине перематывали нитками (см. приложение и фото). Конструкция куклы-мальчика несколько иная. Если в основе куклы-девочки была лишь скрутка-столбик, мальчику сначала отдельно формировали голову, затем вокруг головы оборачивали лист бумаги или ткани, составлявших туловище куклы. Одеждой мальчика служили два лоскута ткани разного цвета, обёрнутые вокруг основы: один из них – рубаха, второй – штаны. Штаны и рубаха также крестообразно по всей длине перематывались нитками.
Куклы-скрутки схожей конструкции, но большего размера, были широко распространены среди татар и башкир Пермского Прикамья, информация о таких игрушках получена в разных районах проживания данных народов. В этом случае куклы изготавливали из двух головных платков, из полотенца и головного платка. В качестве её основы могли использоваться и другие бытовые ткани или предметы одежды. В варианте такой куклы, показанной в деревне Средний Сып Уинского района, основу составило скрученное полотенце, поверх которого в верхней части был подвязан платок.
Известны и более сложные варианты татарских и башкирских кукол, в основе которых также скрученные ткани. В селе Султанай Бардымского района куклу формировали из двух свернутых трубочкой лоскутов ткани, закреплённых крестообразно. В некоторых случаях голову формировали отдельно из дополнительного куска ткани. Часто изготовление куклы и начинали с головы, а затем уже прикрепляли остальные части изделия.
К традиционным для пермских татар и башкир конструкциям можно отнести и
В вариантах наряда для куклы существовало определённое разнообразие. Кукле-девочке пришивали волосы из кудели, обязательно повязывали платок, делали рубаху-платье, реже юбку с кофтой, фартучек. Для куклы-мальчика – рубаху и штаны. Наиболее простая модель платья и рубашки изготавливалась туникообразной формы, без рукавов и с незашитыми боковыми краями. На согнутом пополам прямоугольном отрезе ткани на месте сгиба вырезался полукруг – горловина. Затем получившееся изделие надевалось на куклу и перевязывалось на месте пояса. Такой вариант изготовления кукольной рубахи соответствовал и традиционному туникообразному покрою татарских и башкирских женских рубах в Пермском Прикамье. В летний период наряд для куклы создавали и из растений. Например, «шёлковое» платье получали из скреплённых на нитке осиновых листьев:
В первую очередь старались сделать куклу-девочку, а уже затем, когда развивался ролевой сюжет детской игры, появлялась необходимость смастерить и куклу-мальчика. На мальчика обычно надевали вместе с рубахой и штаны. Лица (глаза, рот, нос) куклам рисовали имеющимися под руками естественными красителями (углём) или чернилами, хотя информаторы указывают и на куклы без прорисованного лица.
Известны немногочисленные примеры и обрядового использования куклы в традициях татар и башкир Пермского края. В Бардымском районе небольшие куколки специально готовились ко времени начала ледохода. Они символизировали болезни. Считалось, что, если отправить её по воде, вместе с ней уйдут и болезни:
Игровая кукла изготовлена из натуральных тканей: штапель, ситец, лён. Кукла завернута в большую пелёнку. Голова куклы выполнена из фланели бордового цвета.
Конструкция куклы предполагает сформированную из ткани размером 20×20 голову. На уровне шеи накручивается лоскут ткани 24х30 см и закрепляется крепкой синей нитью. На куклу надевается платок 20×20 см. Готовую куклу заворачивают в пелёнку (48×34). Для этого пелёнка кладется в виде ромба, сгибается её верхняя часть; уложенная сверху кукла оборачивается сначала с правой стороны, затем – с левой и, наконец, снизу; концы пелёнки сверху скрепляются булавкой.
Традиционная игровая тряпичная кукла, выполненная из хлопчатобумажных и шёлковых тканей.
Основную часть куклы составляет голова, которая выполнена из ткани красного цвета (25×25). Из этой же ткани выполнены руки-скрутки, которые крепятся крестообразно на уровне шеи (14×6). Ткань узла чуть ниже пришитых рук обматывается нитью, обозначая талию игрушки. Сверху на конструкцию надевается рубаха-платье из ситцевой ткани. Для платья ткань (15×30) сгибают пополам, получая квадрат, на месте сгиба вырезается полукруг. Надетое на куклу платье крепится на линии талии при помощи полоски ткани. Для рубахи выкраивается лоскут (15×30) с вырезом посередине. Далее на куколку надевается косынка тёмно-синего цвета с крупным рисунком на ткани. Куколка готова.
Игровая татарская и башкирская тряпичная кукла. В её основе набитый ватой узелок – голова куклы, на которой крепится вся конструкция. Кукла имеет руки и ноги, она одета в красное платье, фартук и платок-косынку.
Для изготовления берётся лоскут льняной ткани 12×12 см. В середину квадрата вкладывается вата и формируется голова куклы. На уровне шеи пришиваются руки 5,5×3 см. К затылочной части крепятся ноги 14×3 см (две детали). Вся конструкция оборачивается полоской льняной ткани 10×8 см, которая сзади сшивается швом «через край», формируя тело куклы. Далее выкраивается платье из прямоугольника 48×10 см. По линии сгиба делается надрез для горловины. Платье надевается на куклу, обматывается на уровне талии, подвязывается передником. На голову надет платок-косынка, который скреплён под подбородком двумя стежками белой нитки. С помощью ручки, карандаша или угля рисуются глаза, рот, нос. Высота куклы в готовом виде 16 см.
Игровая татарская и башкирская тряпичная кукла на скрутке из ветоши. Куколка одета в платье, фартук и косынку из белоземельной ткани.
Лоскут старой ткани (ветоши) 25×10 см туго скручивается и перевязывается в двух местах хлопчатобумажной нитью – около 3 см от верхнего края и 2 см от нижнего. Высота скрутки 10 см. Верхняя часть скрутки (лицо) оборачивается полоской светлой ткани 15×4 см и закрепляется обёрнутой нитью. Нижняя часть заворачивается в ткань-платье 18×9 см. На уровень шеи крепится платье (18×9) при помощи хлопчатобумажной крепкой нитки. Поверх платья косыми стежками пришивается фартук и надевается платок в виде косынки. Высота куклы в готовом виде 12 см.
Игровые татарские куколки из бумаги, одетые в костюмы из хлопчатобумажной ткани.
В основе кукольной парочки газетные свёртки, закреплённые тканью. Для изготовления куклы-мальчика применена газетная трубочка, на которой крепится голова из бумажного тетрадного листа. Голова выполнена в узелковой технике. Рубашка мальчика – из куска ткани зелёного цвета, штанишки – из ткани светлого цвета. Весь костюм закреплён крепкой нитью крестообразно.
Туловище куклы-девочки сформировано из плоского газетного свёртка, верхняя часть газеты обёрнута белой бумагой из тетрадного листа в клетку. На голову надет платок из хлопчатобумажной ткани 20×20 см. Символическое платье выкроено из ткани 22×22 см, которая обёртывается вокруг свёртка и крепится на кукле крепкой нитью крестообразно. Высота готовых кукол 26 см.
Настоящий раздел книги отличается от всех предыдущих. Предшествующие очерки были посвящены традиционной кукле народов Пермского Прикамья и ориентированы на народные обычаи, исторический контекст. Этот раздел – о современности.
Последнее десятилетие породило значительный всплеск интереса к традиционной кукле в России. Пермский край не стал исключением. Маркерами этого процесса стали не только проявление значительного интереса к традиционной кукле, но и появление целого ряда мастеров, специализирующихся на народной кукле; организация и проведение семинаров и мастер-классов ведущих мастеров России и Пермского края, музейных и фестивальных выставок, ежегодных фестивалей куклы в Пермском крае.
Первым значимым событием, свидетельствующим уже о стабильном интересе к народной кукле в Пермской крае, наверное, стала выставка «Кукольный мир» в Пермском областном краеведческом музее (2002 г.). На ней не только была представлена небольшая коллекция традиционных кукол из фондов музея (преимущественно собранных в 2000–2002 годах экспедициями под руководством А. В. Черных в районах Пермского края), но и экспонировались изделия мастеров из Перми, Москвы, Кирова. На базе выставки работали мастер-классы известной кукольницы Н. В. Осиповой из города Кирова.
Создание и презентация кукольных коллекций характерны и для настоящего времени. Так, в Перми в 2010 году открылся музей текстильной куклы «Пелагея», где можно увидеть более 15 кукольных коллекций, основу которых составляют традиционные куклы. Музей не только представляет выставочные комплексы народной куклы, но и стал площадкой для проведения многочисленных мастер-классов, семинаров «круглых столов».
Фестивальное движение, в основе которого лежит интерес к народной кукле, активизировалось в Пермском Прикамье первого десятилетия XXI в. Сегодня несколько территорий Пермского края претендуют на роль «кукольной» столицы региона. В 2007 году город Кудымкар стал центром культуры Прикамья в рамках программы «Пермский край – территория культуры». Ярким событием стала выставка-ярмарка кукол «Акань», а итогом ярмарки – создание городского клуба мастеров «Акань». Выставка состоялась и в 2008 году, а с 2009-го ведёт свою историю ежегодный
Кукла становится символом, составной частью фольклорных фестивалей, как, например, ростовые фигуры в стиле традиционной народной куклы явились одной из находок оформления фестиваля «Бабье лето» в городе Чайковском Пермского края (2009 г.).
Традиционная кукла достаточно широко в настоящее время представлена почти на всех мероприятиях, связанных с народной культурой. Мастер-классы проходят в рамках как фольклорных фестивалей, так и выставок декоративно-прикладного искусства, народных промыслов и ремёсел, педагогических конференций. Всё это говорит о том, что традиционная кукла заняла сегодня своё место в общественном контексте и её по праву можно называть явлением современной культуры, одним из символов интереса к прошлому и традиционной народной культуре.
Возросший интерес к традиционной кукле активизировал экспедиционные поиски. Собиранием традиционной народной куклы сегодня занимаются как профессиональные этнографы (большая часть итогов этой работы представлена в очерках данной книги), так и те, кто занимается изучением народной культуры. Можно назвать несколько педагогов Пермского края, активно ведущих собирательскую работу на своих территориях. Их поиски увенчаны интересными находками. Среди них Г. В. Алтынцева (с. Лобаново Пермского района), исследующая народную культуру Пермского района (куклы, собранные в экспедициях под руководством Г. В. Алтынцевой, представлены в настоящей работе). Интересны исследования педагога Е. И. Цыпляковой (с. Неволино Кунгурского района), неоднократно представлявшей исследования традиционной детской игрушки села Неволино на краевых конференциях. Полевые исследования проводят и мастера-кукольники, также привнося в изучение традиционной пермской куклы свой вклад. Убедительный и разносторонний материал по этой теме собран в селе Черновском Пермского края О. Н. Поповой. Несомненно, исследование традиционной куклы народов Пермского Прикамья ещё не завершено, и на этом пути будут новые открытия.
Кукла в современном обществе активно включена в педагогический процесс. Неслучайно, что значительная часть тех, кто работает с народной куклой, – педагоги. Кукла помогает им не только научить детей творчеству, привить технологические навыки работы с текстильными материалами, но и позволяет приобщить ребёнка к миру народной культуры, народному мировосприятию. Так как традиционная кукла выступает важным элементом народной педагогики, обрядовой культуры, она позволяет современному педагогу использовать и социальный опыт народа, и этику социальной коммуникации. Кукольные представления «Свадьба» и «Вертеп», во многих вариантах представленные на фестивалях, образовательных площадках, подтверждают это. Среди педагогов, активно работающих с народной куклой, можно назвать Т. Ю. Антонову (г. Чайковский), Л. И. Герлиц (Пермский район), Л. Е. Димитриеву (г. Пермь), И. И. Хабышеву (г. Пермь), О. Н. Попову[193] (г. Пермь) и многих других.
Исследуя современный интерес к народной кукле, необходимо остановиться и на характеристике основных особенностей кукольного промысла, привести наиболее яркие работы и историю деятельности мастеров Пермского края. Сегодня мастера-кукольники работают не только в Перми, но и в Березниках, Соликамске, Чайковском, Очёре, Кудымкаре, сельских территориях Прикамья.
Однако, характеризуя творчество современных мастеров, следует определиться с некоторыми терминами. Номинации «традиционная кукла», «традиционная народная кукла», используемые в настоящей работе, чаще всего относятся к игрушке, бытовавшей в народной среде и известной на основе этнографических материалов. Однако традиционной куклой сегодня называют и работы нынешних мастеров, в основе которых лежит реконструкция, воспроизведение традиционной куклы, используются традиционные конструкции и технологии. Некоторые исследователи предлагают разделить подлинную народную игрушку и её современные интерпретации, оставив термин «традиционная кукла» за последними, а для обозначения
«аутентичной» игрушки использовать термин «этнографическая кукла»[194]. Однако и такой подход не вполне удачен, так как в этом случае почти все явления традиционной культуры, к которым обращается современник, следует переводить в разряд «этнографических», что не совсем удобно и корректно. Поэтому в настоящее время термин «традиционная кукла» используется в обоих контекстах, в некоторых случаях с уточнением «аутентичная» либо «реконструируемая»[195].
Для современных мастеров кукла с её антропоморфностью и универсальным символизмом часто выступает лишь средством, прежде всего, создания этнического образа и презентации традиционного костюма. Конструкция и технологии в таких куклах вторичны, они не всегда ориентированы на традиционные куклы. Так как это явление достаточно широко распространено и универсально, для таких изделий более логичен термин «кукла в народной одежде», «кукла в традиционном костюме», нежели «традиционная кукла».
Слабой изученностью традиционной куклы Пермского Прикамья объясняется использование пермскими мастерами чаще всего кукольных технологий других российских регионов. Отчасти больший интерес к ним обусловлен их развёрнутостью и детализацией, присутствием «объяснительного» компонента, связи данных кукол с обрядовыми традициями. Ещё немаловажный фактор – многочисленные семинары, на которых в основном представляют известные кукольные варианты и технологии преимущественно из других регионов России. Поэтому в творчестве пермских мастеров усматривается использование и заимствование технологий северо-запада России, Русского Севера, центральных и южных районов расселения русских.
Другой тенденцией современного кукольного промысла является мифологизация всего, что связано с традиционной куклой. Часто разрозненная и собранная в разных регионах России, выступающая вариантами разных региональных и локальных традиций информация о кукле обобщается и предстаёт неким универсальным знанием, характерным для всей русской традиции, что заставляет мастеров искать в любой кукле мировоззренческую и обрядовую интерпретацию, часто в противовес прагматизму и приземлённости народной традиции.
Привнесённый характер большинства технологий и отсутствие «пермскости» в усваиваемой местными мастерами традиционной кукле побуждает их к творческому поиску, к созданию на основе известных технологий и особенностей пермской этнографии реплик, интерпретаций, а порой и интересных находок в текстильных куклах. Одним из распространённых приёмов такого творчества является использование традиционного костюма народов Пермского Прикамья – русских, коми-пермяков, татар и других народов. Популярными в Прикамье можно назвать кукол в коми-пермяцком костюме – коми-пермячек, представленных почти у всех мастеров. Такой факт также объясним историческим контекстом. Коми-пермяки – коренной народ Пермского Прикамья, сформировавшийся и проживающий на данной территории. Кроме местного по содержанию материала технологических находок у пермских мастеров немного. К таким интересным и новым вариантам можно отнести куклу-тканку, разработанную мастером М. В. Крысовой, активно работающей по технологии ткачества, чем и обусловлено появление такого варианта игрушки. Современные куклы пермских мастеров отличает и авторский стиль. Он выражается в особенностях силуэта игрушки, подобранном материале, в особом настроении, связанном с прорисовкой лица к уклы и выбором цветовой гаммы для её одежды и украшений.
Современная кукла пермских мастеров уже не просто игровая народная игрушка, прагматическая функция сегодня заметно уступает её эстетическому контексту. Неслучайно появление целых коллекций «Народы Пермского края» у мастеров, выполняющих, прежде всего, презентационные функции.
В приложении к настоящему очерку приведены сведения о некоторых мастерах Пермского края, куклы которых представлены в данном издании. Однако не следует считать этот перечень, как и приведённые образцы изделий, полным.
Окончила художественную школу, живописно-педагогическое отделение Свердловского художественного училища и Уральский государственный университет им. А. М. Горького по специальности «Искусствовед». В настоящее время работает в Чайковском индустриальном колледже преподавателем по специальности «Декоративно-прикладное искусство и народные промыслы», специализация «Художественный текстиль». Является руководителем городского женского творческого клуба «Забавушка». В сферу творческих интересов входит лоскутное шитьё, гобелен, батик, куклы. Традиционными тряпичными куклами занимается четыре года. Обучалась у народных мастеров по тряпичной кукле М. Сысоевой, М. Мишиной, М. Дмитриевой. Создавая авторские куклы, использует народные традиции.
Т. Ю. Антонова является победителем I и II Межрегионального фестиваля рукотворной игрушки в городе Краснокамске (2012 и 2013 г.), муниципального конкурса рукотворной куклы «Акань» (2013 г.), Всероссийского конкурса преподавателей СПО «Грани мастерства» (г. Пермь, 2013 г.). Принимала участие в работе Международного конкурса инновационных студенческих программных проектов ImagineCup (2013 г.), в Межрегиональной творческой лаборатории современной рукотворной игрушки «Вятские смотрины» (г. Киров, 2012 г.). В сентябре 2013 года в выставочном зале города Чайковского была организована персональная выставка Т. Ю. Антоновой «Кукольные смотрины». Куклы, созданные Татьяной Юрьевной, находятся в частных коллекциях Финляндии, Германии, Китая, России.
Преподаватель технологии и педагог дополнительного образования в МОУ «Хохловская ООШ». В работе с детьми по нравственно-эстетическому воспитанию активно использует куклу. Изучением народных традиций занимается с 1996 года. Традиционными куклами увлеклась в 2005 году. Обучалась на семинарах и мастер-классах у ведущих кукольниц России. Л. И. Герлиц и её ученицы – активные участники многочисленных фестивалей, ярмарок, праздников, проводимых в Пермском крае: с. Кондратово, п. Октябрьский, с. Бершеть, с. Мулянка и др. Мастера часто можно увидеть на городских, краевых мероприятиях, на которых её работы были отмечены многочисленными дипломами и благодарностями. Л. И. Герлиц является активным участником кукольных фестивалей в Кудымкаре и Краснокамске. Куклы мастера находятся в краеведческом музее города Очёра и муниципальном Народном музее Пермского района. В настоящем издании представлены работы как автора, так и её учениц.
Окончила исторический факультет Пермского государственного университета, имеет многолетний опыт работы в Чайковском краеведческом музее и системе дополнительного образования. В течение многих лет занималась изучением традиционной культуры юго-западного Прикамья. Участник, организатор и руководитель этнографических и краеведческих экспедиций учащихся по Чайковскому району, международных, региональных, городских социально-культурных проектов. Изучением и изготовлением традиционной народной куклы Е. А. Имайкина занимается с 2002 года. Она преподаёт в Дистанционной школе народных ремёсел города Архангельска, где ведёт курс «Народная кукла Пермского Прикамья»[196], основанный как на собственных этнографических сборах, так и материалах других исследователей традиционной куклы. Е. А. Имайкина участница многочисленных городских и краевых семинаров, мастер-классов, фестивалей, конкурсов и выставок.
Народный мастер Пермского края. Более 20 лет её интересы связаны с освоением и развитием народных традиций Пермского Прикамья. В сферу творческих интересов входит традиционная кукла, кустарная кукла, вышивка, ткачество, набойка, традиционный костюм Пермского края. Традиционными куклами занимается последние 10 лет своей творческой деятельности. М. В. Крысова активный участник различных фестивалей и выставок декоративноприкладного творчества, проводимых в Пермском крае и за его пределами. Её творчество узнаваемо и самобытно. Куклы М. В. Крысовой находятся в частных коллекциях в разных городах и странах.
Работает методистом в Центре детского творчества «Ритм», образование высшее педагогическое. Декоративно-прикладным творчеством занимается более 20 лет. Народной куклой стала интересоваться с 2006 года. Л. Л. Лихнер разработала и реализовала этнокраеведческий проект по изготовлению традиционной народной куклы «Пермь великая – Пермь многоликая». Она является участницей различных выставок декоративно-прикладного творчества в Пермском крае, дипломант II Межмуниципального фестиваля игрушки «Акань» (г. Кудымкар, 2010 г.). Куклы мастера находятся в частных коллекциях в разных городах и странах.
Народный мастер Пермского края. Т. Н. Надымова начала трудовую и творческую деятельность после окончания ПТУ № 4 города Кудымкара в 1993 году, получив две специальности: художник-оформитель и мастер по художественной обработке берёсты. С 1994 года работает в Коми-Пермяцком центре национальных культур главным специалистом сектора народных промыслов и ремёсел. Знание традиционного костюма мастер трансформирует в текстильную куклу, создавая образы, представляющие Пермский край на различных фестивалях и ярмарках Москвы, Сыктывкара, Екатеринбурга, Югры, Кунгура, Ханты-Мансийска, Чебоксар, Саранска, Перми и Пермского края. С 2011 года она открыла Центр народных промыслов и ремёсел «ИСТОК», где занимается обучением разным видам ремесла. Представленные мастером куклы «Коми-пермячка в кокошнике», «Коми-пермячка в шамшуре», выполненные с использованием узелковой техники, пользуются спросом у гостей Пермского края.
Специалист районного дома культуры. Окончила отделение декоративного и художественного творчества в Пермском колледже искусств и культуры. Интерес к народному творчеству возник в 2000 году. В настоящее время она работает в таких направлениях, как лоскутное шитьё, ткачество, народная кукла. С 2004 года А. Н. Осипова активный участник разных творческих проектов и мероприятий: Всероссийского фестиваля «Русский костюм на рубеже эпох» в номинации «Кукла в русском костюме» (г. Ярославль, 2004 г.), Первой межрегиональной выставки-конкурса современной рукотворной игрушки в номинации «Кукла в национальном костюме» (г. Чебоксары, 2006 г.). Она дипломант II степени Первой межрегиональной выставки-конкурса современной рукотворной игрушки в номинации «Кукла в национальном костюме»; фестиваля «Акань-2010» (г. Кудымкар) в номинации «Кукла коми-пермячка»; фестиваля «Акань-2011» (г. Кудымкар). Награждена дипломом III степени в номинации «Кукла сувенирная». Два последних года А. Н. Осипова делится своим опытом и проводит мастер-классы на I и II Межрегиональном фестивале рукотворной игрушки в Краснокамске. Работы кукольницы находятся в частных коллекциях разных стран и Очёрском краеведческом музее.
Народный мастер Пермского края, окончила Пермское педагогическое художественно-графическое училище, имеет высшее педагогическое образование. Является руководителем творческих проектов по художественным ремёслам и промыслам в ООО «СамМит» (сфера туризма), руководит передвижным музеем текстильной куклы в НГФ «Наследие наших деревень», организатор кукольной мастерской «Пелагея». О. Н. Попова имеет многочисленные дипломы участника и победителя в различных номинациях Межмуниципального и краевого кукольного фестиваля «Акань» (г. Кудымкар), I и II Межрегионального фестиваля рукотворной игрушки в Краснокамске. Она автор научных статей, связанных с исследованиями традиционных кукол народов Пермского края, методического пособия для воспитателей дошкольных учреждений. Организатор семинаров и мастер-классов, автор и куратор кукольных коллекций: «Прикамский хоровод», «Пермь великая», «Коми-пермяцкая семейка», «Куклы немецких земель», «Малахитовая шкатулка», «Кукольные парочки», «Пятнадцать сестёр» (15 республик СССР), «Бабушкин сундучок», «Пермская старина», «Россия губернская», «Тildoмания», «Толстушки», «Уралочка» (уральская игровая кукла в костюмах народов Пермского края), «Бумажница» и др. В 2009 году О. Н. Попова награждена дипломом I степени в номинации «Мастер-наставник». В 2013 году в Кудымкаре была организована персональная выставка мастера «Кукольные люди».
Куклы О. Н. Поповой находятся в коллекциях Коми-Пермяцкого краеведческого музея им. П. И. Субботина-Пермяка в Кудымкаре, а также в коллекциях любителей игрушки из стран ближнего и дальнего зарубежья.
Окончила художественно-графический факультет Нижнетагильского государственного педагогического института. Творческую деятельность начинала как художник оригинальной графики, работала в бытовом и портретном жанрах. С 2006 года увлекается кукольным ремеслом, которому обучалась на семинарах в Кирове, Челябинске, Екатеринбурге и Иваново у ведущих мастеров России. Т. И. Суслова является активным участником различных фестивалей и ярмарок. В её многочисленной коллекции есть традиционные куклы Кировской, Тульской областей, куклы Центральной России, Сибири и финно-угорских народов. Авторские работы представлены следующими шитьевыми куклами: «Земля Соликамская», «Купчиха», «Барыня», а также «Неразлучники», «Заюшки». Куклы мастера находятся в частных коллекциях многих любителей традиционной народной куклы как в России, так и за рубежом.
Имеет высшее педагогическое образование, многолетний опыт работы в школе и системе дополнительного образования. Изучением и изготовлением традиционной народной куклы занимается с 2008 года. Также известна как мастер вальдорфской и вязаной кукол. Т. С. Тимошенкова участница многочисленных городских, областных фестивалей, конкурсов и ярмарок: «Рождественская сказка», фестиваль «Акань», Межрегиональный фестиваль игрушки в Краснокамске. Она постоянная участница Пермской выставки-ярмарки декоративно-прикладного искусства «Арт-Пермь». Кукольному ремеслу обучалась у ведущих мастеров России и Пермского края. В сборнике представлены игровые текстильные куклы: «Семейка», «Крестьянские дети», «Девушка с корзинкой», а также «Рожаница на веточке», «Хозяюшка», кукла игровая в деревенском наряде. Куклы мастера украшают многие частные коллекции.
С. Л. Тотьмянина имеет диплом исполнителя художественно-оформительских работ, квалификацию художника-технолога сцены. Работает в Культурно-деловом центре Кудымкара в должности художника-бутафора, разрабатывает эскизы по оформлению сцены. Текстильными куклами начала заниматься с 2007 года. В 2008 году состоялась вторая выставка-ярмарка «Акань», где мастер стала победительницей в номинации «Кукла коми-пермячка». Её кукла «Устинья» стала символом этого фестиваля.
С 2008 года как руководитель клуба «Акань» при КДЦ Кудымкара С. Л. Тотьмянина проводит занятия по народной кукле, помимо этого занимается художественной обработкой по берёсте, флористикой, художественной вышивкой, бисероплетением.
Мастер имеет многочисленные дипломы и благодарности за высокое художественное мастерство, пропаганду народного искусства. За победу в разных номинациях Межмуниципального фестиваля народной игрушки «Акань» в течение шести лет кукольница была отмечена наградами и ценными призами. Причём она является не только активным участником, но и организатором всех проводимых с 2007 года «кукольных» фестивалей Коми округа. В 2013 году её куклы стали победителями в номинации «Акань современная» конкурса, проводимого в рамках V Межмуниципального фестиваля народной игрушки «Акань». Куклы мастера востребованы, находятся в частных коллекциях, а также в Коми-Пермяцком краеведческом музее им. П. И. Субботина-Пермяка в Кудымкаре.
С. Л. Шестерикова работает в ДК металлургов в городе Березники в должности старшего администратора. Текстильной авторской куклой стала увлекаться с 2006 года. Обучалась кукольному ремеслу у ведущих мастеров России. Кукольница – активная участница всех проводимых фестивалей и ярмарок в Перми и Пермском крае, творческих фестивалей и семинаров во Владимире, Челябинске и др. В 2010–2012 годах она принимала участие во Всероссийском конкурсе мастеров традиционных ремёсел и народных художественных промыслов «Урал мастеровой». Мастер имеет диплом в номинации «Текстильная кукла» за исполнительское мастерство, которое передаёт подрастающему поколению. Куклы С. Л. Шестериковой находятся во многих частных коллекциях. Например, куклы «Семья» хранятся в коллекции Г. Л. Дайн.
В данной книге автором представлены куклы: «Семья», «Масленица», «Девушка с петушком», «Птица-Радость», «Коза». В основе этих авторских произведений конструкции известных традиционных кукол.
В процессе игры нужны были куклы, изображающие мужчин и женщин, маленьких детей, поэтому
Нина Васильевна Попова, 1928 г. р., за изготовлением кукол, родом из села Молёбка Кишертского района [
Мария Петровна со своими куклами
Нина Павловна Федосеева изготавливает игровые куклы из листьев мать-и-мачехи
Антонида Семёновна Федосеева за изготовлением куклы
Евдокия Фёдоровна Томилина с
Феня Гарибзяновна Мухаметзянова за изготовлением традиционной куклы
Катя Ахметгалиева за изготовлением кукол
Анастасия Васильевна Алышева со своей куклой
Лидия Емельяновна Осипова со своими куклами
Бибихана Тляшева за изготовлением куклы Мастер Бибихана Тляшева 1925 г. р.;[
Гульджихан Масагутова за изготовлением куклы
Марзима Садыртдиновна Узякаева за изготовлением куклы
Кафия Мухаметова за изготовлением куклы
Ростовые фигуры, стилизованные под традиционные русские куклы, на фольклорном фестивале «Бабье лето», [
На IV межмуниципальном фестивале национальной игрушки «Акань», рабочие моменты научно-практической конференции, [
Мастер-класс по традиционной кукле на фестивале игрушки [
Кукольные представления-сказки в переносном театре-сундучке Пермский дом народного творчества «Губерния»
Мастер-класс по традиционной кукле на фестивале «Покров день» в селе Бершеть Пермского района ведёт Любовь Ивановна Герлиц, учитель технологии [
Татьяна Юрьевна Антонова в крестьянской избе [
Мастер Татьяна Ивановна Суслова [
Марина Валерьевна Крысова (г. Пермь), в традиционном костюме старообрядцев [
Ольга Николаевна Попова со своими куклами
Мастер: Тамара Сергеевна Тимошенкова [
Тамара Сергеевна Тимошенкова со своими куклами
Куклы Людмилы Ивановны Герлиц и её учеников [
Мастер Анастасия Николаевна Осипова [
Морозов И. А. Феномен куклы в традиционной и современной культуре (кросс-культурное исследование идеологии антропоморфизма). Автореферат на соискание учёной степени доктора исторических наук. М., 2010. С. 1–5.
Фёдорова Н. В. Новые находки мелкой антропоморфной пластики на поселениях конца I тыс. н. э. в Среднем Приобье // Вопросы археологии Приобья. Тюмень: Изд-во ТюмГУ, 1979. С. 145; Адамов А. А. Глиняная антропоморфная фигурка из Прииртышья // Обские угры. Материалы II Сибирского симпозиума «Культурное наследие народов Западной Сибири» (12–16 декабря 1999 г., Тобольск). Тобольск-Омск: ОмГПУ, 1999. С. 218.
Крыласова Н. Б. Археология повседневности. Материальная культура средневекового Предуралья. Пермь: ПГПУ, 2007. С. 309.
Талицкий М. В. Верхнее Прикамье в X–XIV вв. // Материалы и исследования по археологии Урала и Приуралья. МИА № 22. М.: Изд-во АН СССР, 1951. С. 64, рис. 32/5.
Крыласова Н. Б. Керамические статуэтки из средневековых поселений Пермского Предуралья // Удмуртской археологической экспедиции 50 лет. УдИИЯЛ. Ижевск: УдИИЯЛ УрО РАН, 2004. С. 321–330; Крыласова Н. Б. Археология повседневности. Материальная культура средневекового Предуралья. Пермь: ПГПУ, 2007. С. 307–316.
Кернер В. Ф. «Укрощение строптивой»: образ женщины в пластике Северной Евразии // Северный археологический конгресс. Доклады. Екатеринбург – Ханты-Мансийск, 2002. С. 122.
Имеются в виду ананьинские статуэтки.
Кернер В. Ф. Указ. соч. С. 124–130.
Косарев М. Ф. Западная Сибирь в древности. М.,1984. С. 193.
Слюнин Н. В. Среди чукчей. Землеведение. Кн. IV. 1895; Богораз В. Г. Очерк материального быта оленных чукчей. Сб. МАЭ. Т. II, 1901. С. 48.
Мифология манси. Энциклопедия уральских мифологий. Т. II. Новосибирск: Институт археологии и этнографии СО РАН, 2001. С. 117–120.
Харузина В. Игрушка у малокультурных народов // Игрушка, ее история и значение. М., 1912. С. 129–130.
Рейнсон-Правдин А. Н. Игра и игрушка народов Обского Севера // СЭ. 1949. № 3. С. 116
Павлинская Л. Р. Игрушка и мир ребенка в традиционных культурах Сибири // Традиционное воспитание детей у народов Сибири. – Л., 1988. С. 241–242.
Василевич Г. М. Игры тунгусов// Этнограф-исследователь. Л., 1927. № 1. С. 30.
Динцес Л. А. Русская глиняная игрушка. М. – Л., 1936. С. 14.
Фрезер Д. Фольклор в Ветхом завете. М., 1985. С. 17–28.
Фёдорова Е. Г. Ребёнок в традиционной мансийской семье // Традиционное воспитание детей у народов Сибири. Л., 1988. С. 88.
Рейнсон-Правдин А. Н. Указ. соч. С. 123.
Крыласова Н. Б. Элементы воспитания и обучения у средневекового населения Пермского Предуралья на примере детских игрушек // Труды Камской археолого-этнографической экспедиции. В. I–II. Пермь: ПГПУ, 2001. С. 33–38; Крыласова Н. Б. Археология повседневности. Материальная культура средневекового Предуралья. Пермь: ПГПУ, 2007. С. 316–319.
Косарев М. Ф. Западная Сибирь в древности. М., 1984. С. 194.
Некоторую информацию о бытовании традиционной куклы среди русских в отдельных районах Прикамья можно получить в книгах и сборниках: Голева Т. Г. Обычаи и обряды, связанные с рождением ребёнка, русских Пермского района // Семейные традиции народов Пермского района: Материалы и исследования. Пермь. 2008. С. 117–121; Бахматов А. А., Голева Т. Г., Подюков И. А., Черных А. В. Русские в Коми-Пермяцком округе: обрядность и фольклор. Материалы и исследования. Пермь, 2008; Подюков И. А., Поздеева С. М., Хоробрых С. В., Черных А. В. В каждой деревне чё-то да разно. Из кунгурской семейной традиции (двадцатый век). Пермь, 2007.
Подюков И. А., Поздеева С. М., Свалова Е. Н., Хоробрых С. В., Черных А. В. Словарь русских говоров Южного Прикамья. Пермь, 2010. Вып. 1. (Абалтус-Кычига). С. 440.
См., например, о некоторых терминах: Котова И. Н., Котова А. С. Русские обряды и традиции: Народная кукла. СПб., 2010.
Подюков И. А., Поздеева С. М., Свалова Е. Н., Хоробрых С. В., Черных А. В. Указ. соч. С. 288.
ПМ-2002. Куединский район, д. Кашка, от Мерзлякова Алимпия Трофимовича, 1917 г. р. Собиратель А. В. Черных.
ПМ-2000. Куединский район, д. Никольское Раздолье, от Анпиловой Анны Павловны, 1922 г. р., родом из д. Красная Горка. Собиратель А. В. Черных.
ПМ-2001. Чайковский район, д. Маракуши, от Степановой Варвары Фёдоровны, 1924 г. р.
ПМ-2013. Сивинский район, с. Буб, от Кузнецовой Веры Александровны, 1947 г. р., Неволиной Веры Ивановны, 1950 г. р. Собиратель А. В. Черных.
Морозов И. А. Феномен куклы в традиционной и современной культуре. Кросскультурное исследование идеологии антропоморфизма. М., 2011. С. 42; Дайн Г. Л, Русская народная игрушка. М., 1981. С. 26–28.
Бахматов А. А., Голева Т. Г., Подюков И. А., Черных А. В. Русские в Коми-Пермяцком округе: обрядность и фольклор. Материалы и исследования. Пермь, 2008. С. 20.
ПМ– 2003. г. Пермь, от Отиновой Екатерины Ивановны. 1928 г. р., родом из с. Курашим Пермского района. Собиратель А. В. Черных.
Морозов И. А. Феномен куклы… С. 41–42; Дайн Г. Л., Дайн М. Б. Русская тряпичная кукла: культура, традиции, технология. М., 2007. С. 107.
ПМ-2000. Чернушинский район, д. Капкан, от Чечихиной Александры Александровны, 1919 г. р. Собиратель В. В. Жук.
Подюков И. А., Поздеева С. М., Хоробрых С. В., Черных А. В. Указ. соч. С. 93.
ПМ-2000. Куединский район, д. Пильва, от Усаниной Марии Ивановны, 1912 г. р. Собиратель А. В. Черных.
ПМ-2008. Пермский район, с. Курашим, от Грачёвой Валентины Степановны, 1915 г. р. Собиратели Т. Г. Голева, Д. И. Вайман.
Бахматов А. А., Голева Т. Г., Подюков И. А., Черных А. В. Указ. соч. С. 20.
ПМ– 2003. г. Пермь, от Отиновой Екатерины Ивановны, 1928 г. р., родом из с. Курашим Пермского района. Собиратель А. В. Черных.
ПМ-1997. Ординский район, с. Красный Ясыл, от Окунцевой Любови Николаевны, 1912 г. р. Собиратель С. А. Шевырин.
ПМ-1997. Ординский район, д. Черемиска, от Шубинцевой Варвары Андреевны, 1928 г. р. Собиратель С. А. Шевырин.
ПМ-1996. Суксунский район, д. Берёзовка. Собиратель В. В. Жук.
ПМ-2001. Добрянский район, г. Добрянка, от Карповой Марии Ивановны, 1929 г. р., родом из д. Токарята Добрянского района. Собиратель А. В. Черных.
ПМ-2008. Пермский район, с. Курашим, от Пешковой Марии Павловны, 1940 г. р., родом из с. Серга Кунгурского района. Собиратели А. В. Черных, Г. В. Алтынцева.
Бахматов А. А., Голева Т. Г., Подюков И. А., Черных А. В. Указ. соч. С. 20.
ПМ-2008. Пермский район, с. Кольцово, от Шашлыковой Н. П., 1938 г. р. Собиратели А. В. Черных, Г. В. Алтынцева.
ПМ-2008. Пермский район, с. Курашим, от Пешковой Марии Павловны, 1940 г. р., родом из с. Серга Кунгурского района. Собиратели А. В. Черных, Г. В. Алтынцева.
Морозов И. А. Феномен куклы… С. 31; Борисов С. Б. Энциклопедический словарь русского детства. В 2 т. Шадринск, 2008. Т. 1. С. 399.
ПМ-2008. Пермский район, с. Курашим, от Ждановой Лидии Фёдоровны, 1925 г. р. Собиратели Т. Г. Голева, Г. В. Алтынцева.
Подюков И. А., Поздеева С. М., Хоробрых С. В., Черных А. В. Указ. соч. С. 93.
ПМ-2001. Добрянский район, с. Голубята, от Михалевой Анны Михайловны, 1922 г. р. Собиратели В. А. Базанов, Т. Г. Голева, А. В. Черных.
ПМ– 2003. г. Пермь, от Отиновой Екатерины Ивановны. 1928 г. р., родом из с. Курашим Пермского района. Собиратель А. В. Черных.
Коллекция игрушек представлена в фондах Пермского краеведческого музея и Пермской государственной художественной галереи.
ПМ-2002. Куединский район, д. Узяр, от Дружининой Агриппины Фёдоровны, 1915 г. р. Собиратель А. В. Черных.
Бахматов А. А., Голева Т. Г., Подюков И. А., Черных А. В. Указ. соч. С. 20.
ПМ-1994. Суксунский район, д. Набоки. Собиратель В. В. Жук.
Подюков И. А., Поздеева С. М., Хоробрых С. В., Черных А. В. Указ. соч. С. 93.
Бахматов А. А., Голева Т. Г., Подюков И. А., Черных А. В. Указ. соч. С. 20.
Подюков И. А., Поздеева С. М., Хоробрых С. В., Черных А. В. Указ. соч. С. 93.
Словарь пермских говоров. Вып. 1. (А-Н). Пермь, 2000. С. 447.
ПМ-2001. Добрянский район, г. Добрянка, от Карповой Марии Ивановны, 1929 г. р., родом из д. Токарята Добрянского района. Собиратель А. В. Черных.
Бахматов А. А., Голева Т. Г., Подюков И. А., Черных А. В. Указ. соч. С. 21.
ПМ-2010. Большесосновский район, с. Черновское, от Бочкарёвой Марии Петровны, 1926 г. р., родом из д. Лягушино. Собиратель О. Н. Попова.
ПМ– 2008, г. Пермь, от Отиновой Екатерины Васильевны, 1928 г. р., родом из с. Курашим Пермского района. Собиратель А. В. Черных.
Подюков И. А., Хоробрых С. В., Антипов Д. А. Этнолингвистический словарь свадебной терминологии Северного Прикамья. Пермь. 2004. С. 246.
Подюков И. А., Белавин А. М., Крыласова Н. Б., Хоробрых С. В., Антипин Д. А. Усольские древности: Традиционная культура русских конца ХIХ-ХХ вв. Усолье, 2004. С. 88.
ПМ-2000. Чернушинский район, д. Тёмная, от Безматерных Анастасии Самойловны, 1918 г. р. Собиратель А. В. Черных.
Бахматов А. А., Голева Т. Г., Подюков И. А., Черных А. В. Указ. соч. С. 69.
ПМ-1993. Суксунский район, с. Сыра, от Чусовой Елены Давыдовны, 1910 г. р. Собиратель В. Б. Курушина.
Подюков И. А., Белавин А. М., Крыласова Н. Б., Хоробрых С. В., Антипин Д. А. Указ. соч. С. 95–96.
Подюков И. А., Хоробрых С. В., Антипов Д. А. Указ. соч. С. 246.
Подюков И. А., Хоробрых С. В., Антипов Д. А. Указ. соч. С. 81.
Вишерская старина. Сборник фольклорно-этнолингвистических материалов по обрядовой традиции Красновишерского района. Сост. И. А. Подюков, С. В. Хоробрых, Н. В. Жданова. Пермь, 2001. С. 93.
Вишерская старина… С. 93.
Подюков И. А., Поздеева С. М., Свалова Е. Н., Хоробрых С. В., Черных А. В. С. 440.
Подюков И. А., Поздеева С. М., Хоробрых С. В., Черных А. В. Указ. соч. С. 181.
Подюков И. А., Поздеева С. М., Хоробрых С. В., Черных А. В. Указ. соч. С. 181.
Морозов И. А. Феномен куклы… С. 133.
Шумов К. Э., Черных А. В. Беременность и роды в традиционной культуре русского населения Прикамья // Секс и эротика в русской традиционной культуре. М., 1996. С. 176–177.
ПМ-2002. Куединский район, с. Ошья. Собиратель А. В. Черных.
ПМ-2000. Куединский район, д. Пантелеевка, от Зарубиной Олимпиады Андреевны, 1927 г. р. Собиратель А. В. Черных.
Подюков И. А., Белавин А. М., Крыласова Н. Б., Хоробрых С. В., Антипин Д. А. Указ. соч. С. 121.
Подюков И. А., Белавин А. М., Крыласова Н. Б., Хоробрых С. В., Антипин Д. А. Указ. соч. С. 121.
ПМ-2000. Уинский район, с. Воскресенское, от Бурцевой Тамары Степановны, 1931 г. р. Собиратель М. Е. Суханова.
Подюков И. А., Поздеева С. М., Хоробрых С. В., Черных А. В. Песни и сказы долины камней. Обрядность и фольклор Кишертского района: Материалы и исследования. Березники, 2008. С. 222.
См. раздел о коми-пермяцких куклах настоящей книги.
Черных А. В. Русский народный календарь в Прикамье. Праздники и обряды конца XIX – первой половины ХХ в. Ч. 1. Весна, лето, осень. Пермь, 2006; Черных А. В. Русский народный календарь в Прикамье. Праздники и обряды конца ХIХ – первой половины XX в. Ч. 2. Зима. Пермь, 2008.
ПМ-1997. Ординский район, д. Андреевка, от Брагиной Екатерины Трофимовны, 1922 г. р. Собиратель С. А. Шевырин.
Черных А. В. Русский народный календарь в Прикамье… Ч. 2. Зима. С. 239.
ПМ-1995. Чайковский район, д. Ольховка, от Рогожниковой Александры Константиновны, 1920 г. р., родом из д. Ваньки. Собиратель В. А. Базанов.
Бахматов А. А., Голева Т. Г., Подюков И. А., Черных А. В. Указ. соч. С. 179.
ПМ-1997. Чернушинский район, д. Ореховая Гора, от Ефимовой Елизаветы Ивановны, 1925 г. р. Собиратель А. В. Черных.
ПМ-1997. Ординский район, с. Красный Ясыл, от Брагиной Татьяны Александровны, 1932 г. р. Собиратель А. В. Черных.
Черных А. В. Русский народный календарь в Прикамье… Ч. 2. Зима. С. 240.
Бахматов А. А., Голева Т. Г., Подюков И. А., Черных А. В. Указ. соч. С. 178–179.
Серебренников В. Н. Из записей фольклориста // Пермский краеведческий сборник. Пермь, 1928. Вып. 4. С. 123.
Агапкина Т. А. Мифопоэтические основы славянского народного календаря: Весенне-летний цикл. М., 2002. С. 583–586.
Словарь пермских говоров… Вып. 1. С. 159.
Морозов И. А. Феномен куклы… С. 160.
ПМ-1994. Октябрьский район, с. Русский Сарс, от Игошевой Анны Павловны, 1903 г. р. Собиратель А. В. Черных.
ПМ-1994. Октябрьский район, с. Русский Сарс, от Могильниковой Степаниды Даниловны, 1914 г. р. Собиратель А. В. Черных.
Безруков Я. Г. Завивание венков и снаряжение берёзки на Троицкой неделе в с. Богородском Красноуфимского уезда // Записки Уральского общества любителей естествознания. Екатеринбург, 1895. Т. ХV, Вып. 1. С. 57–87.
ПМ-1997. Ординский район, с. Вторые Ключики, от Тёплых Любови Фёдоровны, 1914 г. р. Собиратель А. В. Черных.
ПМ-1997. Ординский район, с. Красный Ясыл, от Байдиной Анны Максимовны, 1910 г. р. Собиратель А. В. Черных.
Городцов П. А. Праздники и обряды крестьян Тюменского уезда // Ежегодник Тобольского музея. 1915. Вып. 26. С. 6–7; Макаренко А. А. Сибирский народный календарь в этнографическом отношении. Восточная Сибирь. Енисейская губерния // Записки РГО по отделению этнографии. СПб., Т. 36. С. 117; Громыко М. М. Весенний цикл русских традиционных развлечений молодёжи (обычаи завивания венков и кумления) // Культурно-бытовые процессы у русских Сибири ХVIII – начала ХХ в. Новосибирск, 1985. С. 20.
Фрезер Д. Золотая ветвь. М., 1928. Вып. 1. С. 152–153.
ПМ-2003. Очерский район, с. Кулики, от Никифоровой Анастасии Нефёдовны, 1930 г. р. Собиратель А. В. Черных.
Лыткин В. И., Гуляев Е. С. Краткий этимологический словарь коми языка. М.: Издательство «Наука», 1970. С. 31.
ПМ-2011. Косинский район, д. Войвыл, записано от Федосеевой Нины Павловны, 1940 г. р. Собиратель Т. Г. Голева.
ПМ-2004. Юсьвинский район, д. Тукачёво, записано от Тукачёвой Анфисы Дмитриевны, 1925 г. р. Собиратель А. В. Черных.
ПМ-2007. Кочёвский район, с. Пелым, записано от Петровой Марии Антоновны, 1919 г. р. Собиратели Л. В. Кривощёкова, А. Цыбин.
ПМ-2011. Косинский район, с. Пуксиб, записано от Федосеевой Антониды Семёновны, 1922 г. р. Собиратель Т. Г. Голева.
Грибова Л. С. Декоративно-прикладное искусство народов коми. М.: Наука, 1980. С. 24–25.
Грибова Л. С. Указ. соч. С. 24–25.
ПМ-2004. Юсьвинский район, д. Тукачёво, записано от Тукачёвой Анфисы Дмитриевны, 1925 г. р. Собиратель А. В. Черных.
Грибова Л. С. Указ. соч. С. 25.
ПМ-2001. Косинский район, с. Коса, записано от Кузнецовой Анны Ивановны, 1918 г. р. Собиратель М. Е. Суханова.
ПМ-2001. Косинский район, д. Подгора, записано от Зюлёвой Марии Андреевны, 1931 г. р. Собиратель М. Е. Суханова.
ПМ-2011. Косинский район, с. Пуксиб, записано от Федосеевой Антониды Семёновны, 1922 г. р. Собиратель Т. Г. Голева.
ПМ-2005. Кудымкарский район, д. Савино, записано от Лесниковой Иды Александровны, 1933 г. р. Собиратель М. Стрик.
ПМ-2011. Косинский район, с. Пуксиб, записано от Федосеевой Антониды Семёновны, 1922 г. р. Собиратель Т. Г. Голева.
ПМ-2001. Косинский район, д. Подгора, записано от Гагариной Дарьи Петровны, 1924 г. р. Собиратель М. Е. Суханова.
ПМ-2009. Кочёвский район, с. Сеполь, записано от Вавилиной Анны Ивановны, 1930 г. р. Собиратели А. В. Черных, Ю. В. Петрова.
Запон – передник.
ПМ-2008. Кочёвский район, д. Борино, записано от Хомяковой Анны Степановны, 1930 г. р. Собиратель Т. Г. Голева.
Чуман – берестяная прямоугольная или квадратная в основании коробка (лукошко), которая использовалась в хозяйстве для хранения или переноски небольших предметов, ягод, грибов.
ПМ-2011. Косинский район, с. Пуксиб, записано от Федосеевой Антониды Семёновны, 1922 г. р. Собиратель Т. Г. Голева.
ПМ-2003. Юсьвинский район, д. Габово, записано от Габовой Антонины Николаевны, 1921 г. р. Собиратели Т. Г. Голева, В. В. Кылосова.
ПМ-2009. Косинский район, д. Подьячево, записано от Батуевой Анны Ивановны, 1932 г. р. Собиратель Т. Г. Голева.
ПМ-2011. Косинский район, д. Войвыл, записано от Федосеевой Нины Павловны, 1940 г. р. Собиратель Т. Г. Голева.
ПМ-2004. Юсьвинский район, с. Юсьва, записано от Казанцевой Прасковьи Гавриловны, 1913 г. р. Собиратель А. В. Черных.
ПМ-2007. Кочёвский район, с. Пелым, записано от Костаревой Тамары Михайловны, 1940 г. р. Собиратель Л. В. Кривощёкова.
Климов В. В., Чагин Г. Н. Круглый год праздников, обрядов и обычаев коми-пермяков. Кудымкар: Коми-Пермяц. кн. изд-во, 2005. С. 116.
ПМ-2001. Косинский район, с. Коса, записано от Кузнецовой Александры Ильиничны, 1912 г. р. Собиратель А. В. Черных.
ПМ-2005. Кудымкарский район, д. Новосёлова, записано от Патруковой Августы Егоровны, родом из д. Хайдуки, 1922 г. р. Собиратель Т. Г. Голева.
ПМ-2007. Кудымкарский район, с. Верх-Юсьва.
Название «Соломея» по отношению к троицкой акань встречается только в д. Кукушка Кочёвского района.
ПМ-2005. Косинский район, с. Коса, записано от Коньшиной Валентины Дмитриевны, родом из Кудымкарского района. Собиратель Т. Г. Голева.
ПМ-2009. Кочёвский район, с. Сеполь, записано от Вавилиной Анны Ивановны, 1930 г. р. Собиратели А. В. Черных, Ю. В. Петрова.
ПМ-1999. Кочёвский район, д. Полозайка, записано от Исаевой Евдокии Ивановны.
ПМ-2008. Кочёвский район, д. Малая Коча, записано от Рисковой Анны Алексеевны, 1928 г. р. Собиратель Т. Г. Голева.
ПМ-2008. Красновишерский район, д. Паршакова, записано от Паршаковой Татьяны Ивановны. Собиратель Т. Г. Голева.
ПМ-2003. Юсьвинский район, д. Верхняя Волпа, записано от Савельевой Лидии Ивановны, 1938 г. р. Собиратель А. В. Черных.
Климова С., Климов В. Колдуны и колдовские обряды коми-пермяков // Наш край, сборник научно-популярных и краеведческих статей. Кудымкар: Коми-Перм. кн. изд-во, 1995. С. 128–135.
ПМ-2006. Косинский район, с. Пуксиб, записано от Голевой Ирины Александровны, 1928 г. р. Собиратель Т. Г. Голева.
ПМ-2008. Кочёвский район, с. Большая Коча, записано от Гагарина Василия Ивановича. Собиратель Т. Г. Голева.
См.: Грибова Л. С. Указ. соч. С. 13–24.
См. например: Попова Е. В. Традиционная игрушка удмуртов // Материалы региональной научно-практической конференции «Материальная и духовная культура народов Урала и Поволжья. История и современность». Глазов, 2002. С. 54–57; Попова Е. В. Игрушка крестьян прихода и села Бураново // Г. Е. Верещагин и этнокультурное развитие Урало-Поволжья. Ижевск, 2004. С. 70–83; Попова Е. В. Растения дикорастущей и культурной флоры в детской игровой культуре удмуртов // Первые Бартрамовские чтения. Сергиев Посад, 2004. С. 71–75; Попова Е. В. Игрушки из растений в детской игровой культуре удмуртов и бесермян // Традиционная культура. М, 2005. № 3. С. 85–93; Попова Е. В. Материал и основные виды традиционной игрушки удмуртов // Проблемы классификации, типологии, систематизации в этнографической науке: Материалы Пятых Санкт-Петербургских этнографических чтений. СПб., 2006. С. 74–78; Попова Е. В. Ойдолэ мыном шудыны. Нылпи шудонъёс но мунёос // Кенеш. № 10. С. 74–79 (на удмуртском) и др.
ПМ-2001. Куединский район, с. Кирга, записано от Газиевой Татьяны, 1938 г. р. Собиратели Е. И. Попова, А. В. Черных.
ПМ-2001. Куединский район, с. Кирга, записано от Ракимы Нурисламовой, 1924 г. р. Собиратели Е. И. Попова, А. В. Черных.
ПМ-2001. Куединский район, с. Кирга, записано от Марины Шакировой, 1936 г. р. Собиратели Е. И. Попова, А. В. Черных.
ПМ-2001. Куединский район, с. Кирга, записано от Марины Шакировой, 1936 г. р. Собиратели Е. И. Попова, А. В. Черных.
ПМ-2001. Куединский район, с. Кирга, записано от Мартифы Фартиевой, 1940 г. р. Собиратели Е. И. Попова, А. В. Черных.
ПМ-2001. Куединский район, с. Кирга, записано от Газиевой Татьяны, 1938 г. р. Собиратели Е. И. Попова, А. В. Черных.
ПМ-2001. Куединский район, с. Кирга, записано от Газиевой Татьяны, 1938 г. р. Собиратели Е. И. Попова, А. В. Черных.
ПМ-2001. Куединский район, с. Кирга, записано от Марины Шакировой, 1936 г. р. Собиратели Е. И. Попова, А. В. Черных.
ПМ-2001. Куединский район, с. Кирга, записано от Ракимы Нурисламовой, 1924 г. р., Газиевой Татьяны, 1938 г. р. Собиратели Е. И. Попова, А. В. Черных.
ПМ-2001. Куединский район, с. Кирга, записано от Мартифы Фартиевой, 1940 г. р. Собиратели Е. И. Попова, А. В. Черных.
ПМ-2001. Куединский район, с. Кирга, записано от Марины Шакировой, 1936 г. р. Собиратели Е. И. Попова, А. В. Черных.
ПМ-2001. Куединский район, с. Кирга, записано от Ракимы Нурисламовой, 1924 г. р. Собиратели Е. И. Попова, А. В. Черных.
Русско-марийский словарь. М.: Советская энциклопедия, 1966. С. 287.
Русско-татарский словарь. М.: Советская энциклопедия, 1966. С. 300.
Байрамова Л. К., Яппарова Р. С. Внутренняя форма слов и их эвфемизация [Электронный ресурс] // Сопоставительная филология и полилингвизм. Сборник научных трудов. Казань, 2003. С. 47–50. URL: http://www.ksu.ru/fil/knl/win/knl_7. htm
ПМ-2010. Суксунский район, д. Иванково, записано от Кузьминой Ларисы Савватеевны, 1945 г. р. Собиратель Т. Г. Голева.
ПМ-2010. Суксунский район, д. Иванково, записано от Кузьминой Ларисы Савватеевны, 1945 г. р. Собиратель Т. Г. Голева.
ПМ-2011. Суксунский район, д. Красный Луг. Собиратель Т. Г. Голева.
ПМ-2010. Суксунский район, д. Иванково, записано от Кузьминой Ларисы Савватеевны, 1945 г. р. Собиратель Т. Г. Голева.
ПМ-2011. Суксунский район, д. Красный Луг, записано от Осиповой Лидии Емельяновны, 1939 г. р. Собиратели Т. Г. Голева, А. В. Черных.
ПМ-2010. Суксунский район, д. Иванково, записано от Николаевой Августы Николаевны, 1930 г. р. Собиратель Т. Г. Голева.
ПМ-2010. Суксунский район, д. Иванково, записано от Кузьминой Ларисы Савватеевны, 1945 г. р. Собиратель Т. Г. Голева.
ПМ-2010. Суксунский район, д. Иванково, записано от Кузьминой Ларисы Савватеевны, 1945 г. р. Собиратель Т. Г. Голева.
ПМ-2010. Суксунский район, д. Иванково, записано от Николаевой Августы Николаевны, 1930 г. р. Собиратель Т. Г. Голева.
ПМ-2010. Суксунский район, д. Иванково, записано от Кузьминой Ларисы Савватеевны, 1945 г. р. Собиратель Т. Г. Голева.
ПМ-2010. Суксунский район, д. Иванково, записано от Кузьминой Ларисы Савватеевны, 1945 г. р. Собиратель Т. Г. Голева.
Цит. по: Марийская музыкальная культура. Библиографический указатель (1756–1930) / Сост. М. А. Ключева. [Электронный ресурс]. Йошкар-Ола, 2011. С. 72–73. URL: http://ruthenia.ru/folklore/klucheva4. pdf
Марийская музыкальная культура… С. 73–75.
См.: Попов Н. С. Погребальный обряд марийцев в XIX – начале XX веков // Материальная и духовная культура марийцев. Йошкар-Ола: МарНИИ, 1981. С. 154–174; Ямурзина Л. Обряды семейного цикла мари в контексте теории обрядов перехода. (На примере восточных мари). Дисс. докт. филос. (этнология). Tartu, 2011. С. 130–131.
Некоторые материалы по традиционной кукле татар и башкир Бардымского района опубликованы: см. Бардымский район: от прошлого к настоящему. СПб., 2009. С. 253–254.
Татарское и башкирское население Пермского Прикамья представлено несколькими этнографическими группами. Тюркское население Бардымского района – тулвинские татары и башкиры – представлено как башкирами, так и татарами, часто со сложной этнической идентичностью, поэтому материал по Бардымскому району мы рассматриваем как башкирский и татарский. Материалы, полученные в других районах, представляют традиционную культуру одной из подгрупп пермских татар и башкир – сылвенско-иренских татар. См. подробнее: Тулвинские татары и башкиры: Этнографические очерки и тексты / под ред. А. В. Черных. Пермь, 2004.
ПМ-2009. Бардымский район, с. Сараши, записано от Халиловой Ханузы Валиевны, 1934 г. р. Собиратель А. В. Черных.
ПМ-2009. Бардымский район, с. Березники, записано от Сакаевой Анузы, 1932 г. р. Собиратели А. В. Черных, Т. Г. Голева.
ПМ-2009. Бардымский район, д. Татарская Бардабашка, записано от Узякаевой Марзимы, 1929 г. р. Собиратель А. В. Черных.
ПМ-2000. Бардымский район, с. Федорки, записано от Садыковой Нажибы, 1919 г. р., родом из с. Елпачиха Бардымского района. Собиратель А. В. Черных.
Материалы музея Центра традиционной культуры Свердловской области. Собиратель С. Н. Кучевасова.
ПМ-2013. Уинский район, д. Верхний Сып, записано от Шариповой Фаризы, 1928 г. р. Соби-ратели А. В. Черных, Т. Г. Голева.
ПМ-2009. Бардымский район, с. Березники, записано от Сакаевой Анузы, 1932 г. р. Собиратели А. В. Черных, Т. Г. Голева.
ПМ-1998. Бардымский район, с. Бичурино, записано от Абдуловой Ханы, 1913 г. р. Собиратель А. В. Черных.
ПМ-1997. Ординский район, д. Малый Ашап, записано от Мухаметдинова Мутыха,1917 г. р. Собиратель А. В. Черных.
Тулвинские татары и башкиры: Этнографические очерки и тексты. Пермь. 2004. С. 193.
Фестиваль национальной игрушки «Акань» в Кудымкаре [Электронный ресурс]. URL: http://www.tk.permkrai.ru/news/festival-natsionalnoy-igrushki-akan-v-kudymkare/; Фестиваль национальной игрушки «Акань» [Электронный ресурс]. URL: http://permikomi.com/index.php?id=73
Куклы: прошлое, настоящее, будущее: материалы круглого стола, июнь 2013 / Сост. О. Н. Попова; науч. ред. К. В. Патырбаева, А. В. Попов; Перм. гос. нац. исслед. ун-т. Пермь, 2013. 72 с.
Игрушки нашего детства [Электронный ресурс]. URL: https://yaniosva.wordpress.com/category/%D1%88%D0%B0%D0%B3-%D0%BA-%D1%86%D0%B5%D0%BB%D0%B8/
Часть опыта по использованию куклы в образовательном и воспитательном пространстве обобщена и представлена в публикациях. См., например: Попова О. Н. Особенности использования кукольного промысла в дошкольном образовании // Актуальные проблемы дошкольного образования в современных условиях: Всероссийская межвузовская научно-практическая конференция. Челябинск: Изд-во ЧГПУ, 2003. 320 с.; Попова О. Н. Воспитательное значение куклы как средства социализации и формирования межнациональной толерантности // Мультикультурная современность: Урал-Россия-Мир. Материалы ХII Всероссийской научно-практической конференции (с международным участием) Гуманитарного университета, 2–3 апреля 2009 года: Доклады. – Ред.: Л. А. Закс и др. В 2 т. Екатеринбург: Гуманитарный университет, 2009. 200 с.; Попова О. Н. Куклотерапия как инновационная социогуманитарная технология и её роль в современном образовательном пространстве // Новые подходы к предоставлению общедоступного дошкольного образования: Сб. статей и материалов конференции. Департамент образования администрации г. Перми. Пермь, 2009. 200 с.
Мишина М. А. Традиционные народные куклы, к вопросу о типологии, классификации и определениях // Традиционная народная кукла. Методические материалы. Калуга, 2009. С. 3.
Мишина М. А. Формы бытования традиционной куклы в культурном пространстве постиндустриального общества России. Автореферат дисс. канд. культурологии. СПб., 2011. С. 4.
См. материалы URL: http://www.remeslodo.ru