Человеческое тело обладает едва ли не безграничным потенциалом к приспосабливанию и улучшению характеристик [1], однако большинство из нас и близко его не раскрывают. Нас сдерживают рамки классических тренировок, призванных нарастить красивые мускулы или увеличить силу при помощи нескольких упражнений, а иногда вообще направленных исключительно на внешний вид. Из-за этого мы обречены на неполноценную жизнь.

Чтобы это исправить, необходим принципиально новый тип тренировок.

Большинство из тех, кто «занимается спортом», следуют программам, нацеленным на улучшение внешнего вида, и не заботятся о своей мобильности. Такие люди качают перед зеркалом грудь и пресс, игнорируя не столь популярные косые, зубчатые мышцы или мышцу, выпрямляющую позвоночник. Какое-то время они выглядят привлекательно, но потом все больше костенеют и испытывают боли. Разве это круто?

Другие занимаются, чтобы вернуть здоровье: восстановиться после травмы или побороть симптомы старения, неправильного питания и сидячего образа жизни. Так или иначе, это не тренировки, это реабилитация. С ними мы можем вернуться в норму, но не более того. Зачем довольствоваться столь малым?

Исключение составляют профессиональные спортсмены – спринтеры, бойцы ММА, скалолазы, пловцы и все остальные тренируются, чтобы стать лучшими в конкретном виде спорта. Для этого они отрабатывают конкретные навыки и умения. С точки зрения результата это разумно, но о таких понятиях, как направленность и эффект интерференции, мы поговорим позже. Для обывателя же это не слишком логично – даже многим спортсменам не помешало бы разнообразить тренировочный режим.

Почему же столь многие из тех, кто нацелен не только на внешний вид и минимальное здоровье, фокусируются на столь узком круге упражнений? Почему они тренируются исключительно как пауэрлифтеры, марафонцы или триатлеты? Каждый из этих методов имеет свою специализацию и, как следствие, влечет ограниченность результатов.

Для большинства из нас лучше быть универсалами – обладать всеми необходимыми физическими и умственными качествами, будучи готовыми к любым, самым непредсказуемым испытаниям. Если вы тренируетесь, чтобы стать лучше, почему не попытаться развить каждую из своих сторон?

Я считаю, что любой из нас должен стремиться максимально укрепить свое физическое и психологическое состояние. Мы должны работать над скоростью, мышлением, мобильностью, активностью, силой, концентрацией и вниманием.

Умение выжать как можно больший вес не слишком полезно в жизни – в отличие от общей крутизны!

В своей книге я расскажу, какие тренировки помогут вам добиться этой скромной цели и пойти еще дальше [2]. Для этого мы рассмотрим идеи из множества спортивных дисциплин, военных культур, новейших исследований. Мы обсудим силовые и беговые тренировки, титанов прошлого, йогу, гимнастические упражнения, медитацию, обучение самураев, калистенику, бодибилдинг, пауэрлифтинг, умения боевых монахов, единоборства, паркур, армейские тренировки, уличные тренировки, русские силовые тренировки, ноотропы, потоковые состояния, спортивную психологию и многое другое. Мы разберем с научной точки зрения вопросы гипертрофии [3], прироста силы, ловкости и скорости, а также последние веяния, касающиеся интеллекта, концентрации и памяти.

Затем мы возьмем все лучшее и попробуем скомпилировать уникальную тренировочную систему, которая принесет вам много радости. Систему, с которой вы почувствуете себя так хорошо, как и представить не могли [4].

Доверьтесь данной стратегии, и вы сможете ходить на руках, выжимать два своих веса, фокусироваться подобно лазеру и светиться изнутри при каждом пробуждении. А если вдруг не сможете, то наше путешествие все равно не оставит вас равнодушным.

Вот что такое гиперфункциональный тренинг.

К сожалению, многие из нас начинают не с нуля, а с отрицательных значений.

Мы жертвы современного образа жизни. Наши тела эволюционно не приспособлены к тяготам, которые мы на них возлагаем. Мы чересчур напряжены, вечно устаем и постоянно испытываем боль. Не будет преувеличением сказать, что привычный распорядок сокращает продолжительность нашей жизни, делая нас мишенью для самых разных болезней, нисколько не тревоживших наших предков.

Представим типичный день обычного человека. Назовем его Хэнк. Хэнк – мужчина средних лет ростом под метр восемьдесят, работающий в офисе. Он любит читать и смотреть старые ситкомы. У него два с половиной ребенка и любящая супруга. У него просматривается солидный животик, а остатки здоровья медленно тают в рутине.

Все начинается с будильника, который выдергивает Хэнка из глубокого сна. Шок от пробуждения провоцирует выброс адреналина и кортизола – Хэнк полон нервов и тревоги с самого утра. Вероятнее всего, поспал он часов шесть, не больше. Из-за этого (и резкого подъема) он проведет следующий час в состоянии инерции сна [5], словно зомби.

Чтобы проснуться, Хэнк вливает в себя огромную чашку кофе. Кофеин наносит мощный удар организму, блокируя аденозиновые рецепторы для маскировки усталости и провоцируя выделение возбуждающих нейромедиаторов. С точки зрения физиологии мы пьем жидкий стресс [6]!

Расправившись с завтраком, состоящим из пустых калорий и простых углеводов (а значит, обладающим почти нулевой пищевой ценностью – чувство насыщения скоро уйдет), Хэнк идет на работу. Вы замечали, что быстро шагающие в нашу сторону незнакомцы инстинктивно вызывают в нас страх? Толкотня в уличной толпе еще больше усугубляет тревожность Хэнка – он заведен, обессилен и истощен.

В офисе Хэнк просидит восемь часов кряду. Тем самым он ежедневно сокращает продолжительность своей жизни, ведь его сердце слабеет от недостатка движения [7]. Долгое сидение приводит и к другим изменениям в его теле. Ахилловы сухожилия становятся короче, а ягодичные мышцы слабее. Сгибатели бедра, в частности, соединяющие низ спины с бедром поясничные мышцы, также страдают от напряжения.

Из-за этого в поясничном отделе возникает нешуточный дискомфорт. Хэнк об этом не подозревает, но именно поэтому с утра он первым делом хватается за поясницу. Знакомая история?

Из-за необходимости непрерывно тянуть руки вперед плечи Хэнка округлились и сгорбились (это называется кифозом), а грудь сдавлена. Еще он начал замечать, что у него вечно затекает шея – немудрено, если целыми днями таращиться в экран под углом. Заглянув в будущее, Хэнк мог бы увидеть, что уже через год ему потребуется больничный из-за хронической травмы от постоянных нагрузок на кисти и пальцы.

Хэнк с утра до вечера переживает из-за дедлайнов, неприятных звонков и проблемных коллег. Реакция на стресс, «бей или беги», всегда где-то рядом. Этот механизм призван отвечать на физическую угрозу либо при помощи схватки, либо при помощи побега. Поэтому он провоцирует следующие физиологические процессы:

– Учащение сердцебиения

– Повышение вязкости крови (чтобы кровь быстрее сворачивалась в случае травмы)

– Тревожность

– Повышенная чувствительность

– Напряжение в мышцах

– Туннельное зрение

Кровь приливает к мышцам и мозгу, откладывая в сторону менее критичные задачи вроде пищеварения и поддержки иммунитета. Это имеет смысл, если вам действительно нужно сразиться со львом. Но ведь в офисе Хэнка никаких львов нет, равно как и в вашем [8]. Так как эта напасть не прекращается неделями и месяцами, Хэнк рискует серьезно заболеть из-за подавления ключевых систем организма.

Работа держит Хэнка в напряжении, но напряжение это абсолютно бесполезно. Видите ли, Хэнк уже пять лет как застрял на одной и той же должности в одной и той же компании. В общем, его положение не меняется во всех смыслах слова.

Так происходит ухудшение психического здоровья и снижение интеллекта нашего героя. Мозг – по-настоящему обучаемая машина. Так уж он устроен, и он обожает учиться. Главная причина, по которой мы любим играть, – возможность учиться, получая удовольствие в ходе цикла обратной связи. Об этом мы поговорим чуть дальше, а пока отметим, что мозг умеет обучаться и реагировать на стимулы благодаря так называемой нейропластичности. Данный термин обозначает способность мозга расти и менять форму под действием вводных данных и тренировок – совсем как мышца. За этот процесс отвечает ряд гормонов и нейромедиаторов, таких как нейротрофический фактор мозга (BDNF), дофамин и фактор роста нервов. Чем больше вы учитесь, тем больше этих соединений производит мозг. Прекращая обучаться новому, вы останавливаете их производство и в нужный момент уже не сможете потреблять нужную информацию.

Совсем неудивительно, что Хэнк, катающийся по одному и тому же маршруту, выполняющий одни и те же монотонные задачи и смотрящий по телевизору одну и ту же дребедень, не может добиться от своего мозга того же выхлопа, что и в молодости. А поскольку дофамин влияет еще и на внимание и концентрацию, страдают общая мотивация, восприимчивость и работа мозга в целом.

В перспективе прекращение тренировок мозга повышает риск нейродегенеративных заболеваний вроде болезни Альцгеймера и деменции [9]. Хэнк, по сути, живет днем сурка: конечно, ему не чужды апатия и неудовлетворенность.

Каждый проведенный на диване вечер также вредит здоровью Хэнка. Дело не только в усугубляемой из-за малой подвижности мышечной атрофии. Яркое свечение телеэкрана сбивает наши биологические часы, ухудшая качество сна. Улегшись в постель, Хэнк еще час будет пялиться в потолок.

Обувь Хэнка мешает нормальной работе мышц ног и получению верной информации от проприоцепторов. Мышцы – не просто инструмент для приложения тех или иных усилий: они являются органами чувств, благодаря которым наш мозг познает окружающий мир, а тело увереннее двигается.

Когда эта информация перестает поступать, соответствующие проводящие пути атрофируются. Иными словами, вы не сможете считывать проприоцептивные ощущения. Это не только приводит к нарушениям двигательного аппарата, но и снижает объем получаемой мозгом информации. Потеря сенсорных данных также связывается с деменцией: исследования указывают на корреляцию между проблемами со слухом и нейродегенеративными заболеваниями. Впрочем, является ли потеря слуха симптомом или причиной, пока не установлено [10]. В общем, ближе к старости Хэнку грозит еще и деменция.

Хэнк проводит целый день практически без движения: он не взбирается на высоту, не прыгает, не ползает, не поднимает тяжести. Поскольку мы располагаем всем необходимым на удобной высоте, ему не приходится даже нагибаться. «Оперативная память» также не задействуется, ведь нетривиальных задач работа Хэнка не предусматривает.

Три часовых похода в спортзал не способны исправить весь этот урон, при всем однообразии и ограниченности выполняемых упражнений. К этой теме мы скоро вернемся.

Продолжать список можно бесконечно: недостаток времени на свежем воздухе сокращает производство витамина D, сбивая гормональный баланс и ухудшая наше настроение. Неправильное питание лишает нас важнейших кирпичиков, необходимых для строительства мышечной ткани и нейромедиаторов. Наша склонность бороться с любыми бактериями оставляет нас беззащитными перед лицом действительно опасных микробов. Круглосуточное мелькание девайсов истощает нашу дофаминовую систему и не дает нам сосредоточиться на решении задач. Стремление к поддержанию комфортной атмосферы приводит к тому, что многие из нас не выносят и пятиминутного холода.

Короче говоря, у Хэнка – как и у нас – нет ни энергии, ни силы, ни смекалки. Во всяком случае, относительно лучшей версии себя. Если вы не работаете над своей мобильностью регулярно, то почти наверняка не сможете выполнить полный присед, не отрывая пятки от земли. Еще вам вряд ли удастся дотянуться до пальцев ног или посчитать, не сбиваясь, сколько раз за день вы садились (попробуйте!).

А теперь сравните наш образ жизни с тем, для чего наши тела были задуманы: преследование добычи по лесам, открытие новых горизонтов, борьба с животными и врагами, поедание мяса, ягод и клетчатки.

Средний современный человек настолько же слабее древнего, насколько пудель с ожирением слабее волка [11].

Когда я говорю о том, что мы не раскрываем свой потенциал, я совершенно не шучу!

Как заметил в своей книге Sapiens Юваль Ной Харари, мы одомашнились. Подобно тому, как мы одомашнили пуделей, нас самих одомашнила пшеница: этот злак вдруг решил, что для него было бы неплохо, если бы мы жили в одном месте и заботились о нем 24 часа в сутки, 7 дней в неделю.

Но эта книга не о первобытном фитнесе. Я не собираюсь советовать вам питаться исключительно тем, что вы добыли сами, или упражняться в метании камней (хотя это и может быть довольно полезно). Суть в том, что со всеми преимуществами цивилизации мы должны быть более функциональны, никак не менее!

А оказались мы в таком положении из-за того, что наши тела превосходно адаптируются к образу нашей жизни и особенностям среды. Доисторические предки человека великолепно бегали по пересеченной местности и лазали по деревьям, но едва ли много жали от груди. Поняв устройство своего тела, мы поймем, как все исправить.

Легко подумать: раз я хожу в зал, то эти напасти мне не грозят. К сожалению, большинство программ не предлагают достаточного стимула и не приносят реальной пользы. Даже так: они усугубляют проблему.

Многие программы посвящены прежде всего эстетике: сокращению жировой ткани и росту привлекательных мускулов, которые считаются сексуальными и хорошо выглядят в зеркале:

– Грудь

– Пресс

– Бицепсы

Что же их объединяет? Все они находятся спереди, а потому призваны двигать наше тело вперед.

Укрепляя их и забывая о наружном вращении, выпрямляющих и широчайших мышцах спины, трапециях и т. д., мы еще сильнее перекашиваем наши тела, сгорбленные под весом офисной рутины.

Что хуже всего, тренируя эти мускулы исключительно при помощи изолирующих (то есть направленных на конкретный сустав и группу мышц – например, подъем штанги на бицепс или тяга верхнего блока к груди) упражнений, вы вносите дисбаланс в свой мышечный скелет. Из-за этого мышцы могут потерять способность работать в унисон.

Нельзя сказать, что это плохое упражнение или что подобные тренажеры бесполезны. У них хватает применений в дополнение к другим видам тренинга – просто самих по себе их недостаточно, и многие этого не осознают.

Возможно, в вас еще живо чувство самодовольства. Возможно, вы никогда и не любили изолирующие упражнения и бодибилдерские программы. Возможно, вы предпочитаете базу – присед, становую тягу и жим. В базе мышцы и правда работают как единое целое, развивая дополнительные области вроде мышц кора и трапеций.

Однако распространенное представление, что база решает все, также ошибочно. Прирост силы касается лишь тех мышц, на которые эти упражнения направлены. Вот почему, например, пловцы прыгают хуже среднестатистического человека: они тренировали ноги строго определенным образом [12]. Подобно пловцу, любитель приседать со штангой развивает конкретный навык и конкретное приложение своей силы.

Пожалуй, главная проблема заключается в том, что на тренировках мы движемся только в одной плоскости – сагиттальной. Это означает, что каждое наше движение направлено только вперед или назад. Мы не выполняем скручиваний и не ходим боком (горизонтальная и фронтальная плоскости). В идеале мы должны преодолевать каждую из трех плоскостей, как и в реальной трехмерной жизни.

Особенно неприятна потеря вращательной силы. Как заметил инструктор Пэт Макнамара в интервью Джо Рогану: «Ключ к выживанию и умению постоять за себя лежит в поперечной плоскости».

Если кто-то вдруг толкнет вас в бок, вы рухнете как подкошенный. В борцовской схватке вам не хватит силы, чтобы опрокинуть противника на настил, – сколько бы вы ни жали от груди!

Внешнее вращение плеч и трапеции также не задействуется. Как показывают исследования, трапеции куда лучше реагируют на прямые упражнения вроде шрагов, чем на становую тягу [13]. В лучшем случае вам грозит сутулость, в худшем – серьезная травма.

Одних приседаний с весом мало для максимального увеличения силы в приседе. Почему? Потому что в определенных фазах выполнения мы склонны ускоряться. Это взрывное движение придает нам импульс, помогая пролетать через самые сложные этапы вставания.

Если вы приседаете только с огромным весом и всего несколько раз, разовьется только предел силы. А как же силовая выносливость – способность прикладывать усилия на протяжении длительного периода времени?

В большинстве случаев полезнее уметь распределять силу, не расплескивая ее всю за 10 секунд. Мало кому из нас в обычных условиях придется встретиться даже с весом в 70 % от нашего одноповторного максимума (1ПМ).

Когда вы в последний раз имели дело с весом в 200 килограммов? Вы вряд ли сможете припомнить такой случай. Зато вам наверняка доводилось по несколько раз поднимать груз в 50 кг или передвигать мебель в неудобном положении.

Погоня за цифрами имеет смысл, только если это ваша истинная страсть или вам за это платят.

А ведь мы даже не коснулись таких вопросов, как бег на максимальной скорости, увеличение высоты прыжка, укрепление хвата, способность ощущать свое тело в пространстве и фокусировка сознания. Мы отбросим функциональность и станем гиперфункциональными.

Допустим, вы выполняете базу просто для увеличения общей силы и видите конкретный прогресс.

Еще вам нравится накачанный пресс, а потеря мобильности плечевого пояса вас не слишком заботит.

Ничего страшного: чтобы быть здоровым, не обязательно тренироваться как Бэтмен!

В конце концов, Бэтмен – вымышленный персонаж, сражающийся с уличной преступностью (и иногда с Суперменом). Вряд ли вы занимаетесь тем же. Вам не нужно прыгать на 15 метров с места или пробивать двери кулаком.

Все это справедливо.

Однако тренировки, нацеленные на всестороннее самосовершенствование, влияют на каждый аспект вашей жизни. Ваши сегодняшние возможности ограничивают ваш потенциал. Как говорится, делай то же, что и всегда, и получишь тот же результат.

Как описываемый мною формат тренинга может вам помочь?

Моя книга посвящена развитию не только тела, но и разума. Я хочу помочь вам научиться лучше концентрироваться, взять под контроль эмоции, укрепить память. Как вы сами поймете, тренировка тела идет рука об руку с тренировкой мозга – особенно если тренироваться функционально.

Результат не заставит себя долго ждать. Сосредоточенность повышает качество работы. Я бы не смог совмещать написание книги с ведением бизнеса и воспитанием дочери, если бы не мог выдавить из себя 10 тысяч слов за один присест. Этот навык стал для меня огромным преимуществом, и вы тоже можете его освоить – нужно просто сосредоточиться.

А насколько проще вам стало бы общаться с окружающими и налаживать личную жизнь, если бы вы перестали путаться в собственных словах! Какое бы вы производили впечатление, если бы обладали уверенностью в себе и остроумием?

Что если бы деловые идеи или новые интересные игры с детьми рождались у вас сами собой?

Я никогда не понимал, почему люди не тренируют ум так же, как тренируют тело. Мы ведь знаем, что мозг можно прокачать, знаем, как важны концентрация, способность решать задачи, хорошая память и эмоциональный интеллект. Почему мы не стараемся их улучшить?

Общее состояние организма также влияет на работу мозга. Каким бы острым ни был ваш ум, при нехватке энергии вы будете быстро уставать и страдать от низкой мотивации.

Популярно мнение, что дети гораздо активнее взрослых из-за большей плотности митохондрий. Митохондрии – своего рода крохотные электростанции, живущие в наших клетках и перерабатывающие глюкозу в аденозинтрифосфат (АТФ). Чем больше АТФ, тем больше энергии.

Неужели вновь обретенный юношеский задор не изменил бы вашу жизнь к лучшему?

Одна из причин, почему нам бывает тяжело показать свой максимум, – изнурительность движений. У нас все затекает и болит, и мы не в состоянии передвигаться с легкостью, присущей детям [14].

Не менее важно научиться правильно дышать, улучшая подачу кислорода в мозг и мышцы, – с ним мы становимся внимательнее, собраннее, энергичнее. И все это благодаря аэробному фитнесу, помогающему работе легких!

Статическое кардио особенно эффективно для увеличения левого желудочка сердца, что снижает сердечный ритм в спокойном состоянии, уменьшает риск множества заболеваний, а также помогает в целом чувствовать себя более расслабленно.

Ограничиваясь одним типом тренировок, мы лишаем себя всех этих преимуществ (и многих других).

Гормональные изменения от занятий спортом также заряжают нас энергией и мотивацией, помогают крепче спать. Все мы знаем, что спорт улучшает настроение и память.

Нельзя забывать и о силе. Умение оперативно задействовать двигательные единицы позволяет выполнять те или иные движения с быстротой и мощью. Как говорил Брюс Ли: когда оно понадобится, ты будешь готов.

Вы даже не представляете, насколько окрыляет это знание, дающее нам полную физическую свободу самовыражения.

Уметь делать выход силой, конечно, здорово, но еще более круто обладать взрывной силой и контролем над собственным телом, которые для этого требуются. Если вам удался выход, что еще вам по плечу? Такое сочетание мощи и координации может изменить все.

Если вы участвуете в соревнованиях, эти навыки тем более придутся ко двору!

Также отмечу, что подобные тренировки помогают предотвратить травмы и болезни. Мы уже обсудили, как современный образ жизни делает нас слабыми, напряженными, уязвимыми к физическим и психологическим недугам. Одно неверное движение, и нам грозит растяжение или надрыв сухожилия. Мы не должны рисковать здоровьем, нагибаясь за носками! Но отсутствие должных тренировок может привести даже к таким проблемам.

Все эти напасти усугубляются с возрастом. Например, слабая чувствительность к инсулину перерастает в полноценный диабет, а затуманенность сознания – в деменцию.

Взгляните на цивилизации прошлого – их старейшие члены были столь же сильны и активны, как их молодые соплеменники. Возраст не должен означать физическую и умственную немощь. Я не утверждаю, что какая бы то ни было программа может гарантировать, что вы не столкнетесь с этими проблемами, но шансы повысить вполне возможно!

Самый очевидный аргумент в пользу функционального тренинга в том, что однажды он может вам пригодиться. Возможно, вам придется от кого-то убегать или преодолеть некое препятствие. Или поднять дерево, придавившее вашего друга. А если на нас нападут инопланетяне, разве не классно будет стать лидером сопротивления?

И я с этим доводом согласен: готовность тела и разума ко всему на свете – отличная страховка. Однако даже если по ночам вы не задумываетесь о том, как выжить при зомби-апокалипсисе, в мире достаточно причин тренироваться так, как нужно.

Скорость, сила, крепость и готовность пригодятся в любой ситуации.

Если вы профессиональный спортсмен, тренер по силовым видам спорта или боец ММА, у вас тем больше поводов для того, чтобы тренироваться функционально.

Представители смешанных единоборств начинают уделять этому вопросу особенное внимание. Взять хотя бы Конора Макгрегора и его сотрудничество с тренером по движению Идо Порталом.

В клинче, когда вы пытаетесь пробить коленом в тело противника, каждая толика мобильности бедра может отделить точный удар от промаха. При грэплинге недостаток вращательной силы помешает вам опрокинуть соперника на канвас. Тренировка легких может помочь вам продержаться дольше, что особенно полезно после ударов по солнечному сплетению!

Баскетболисту, например, пригодится нарастить объем мышц и силу ног для высоты прыжка. Тяжелоатлетам и пауэрлифтерам будет полезно увеличить потенциальный объем работы для большей продолжительности тренировок на максимальных оборотах.

Спортсменам и тренерам топ-уровня необходимо знать разнообразные методики для достижения поставленных целей.

Здесь нужно вспомнить о таких понятиях, как направленность и эффект интерференции. На ум вновь приходят пловцы, не умеющие прыгать. Лучший способ освоить конкретный навык – отрабатывать конкретно его. Это так называемый принцип SAID (Specific Adaptations to Imposed Demands): специфическая адаптация к конкретным требованиям.

К нему мы будем возвращаться еще не раз. Чтобы стать лучше в том или ином аспекте, нужно просто его тренировать!

Составить гармоничную программу вам поможет разумное применение функциональных техник. Крайне важно подбирать эти упражнения с осторожностью, памятуя о главной цели – собственно подготовке к соревнованиям.

Что же касается всех остальных, полезнее всего быть разносторонним универсалом. Скорее всего, вам не удастся завоевать медалей в каждой из возможных олимпийских дисциплин, но стать сильнее 99,9 % людей [15] во всех категориях было бы отнюдь не плохо, верно?

Между навыками и свойствами есть большая разница. Существует вероятность, что у вас не выйдет поставить идеальный удар или толкнуть ядро на рекордное расстояние. Но если развить правильные характеристики – взрывную силу вращателей плеча и зрительно-моторную координацию, – у вас будет стартовое преимущество.

И применимо оно ко всем вашим занятиям.

Пришла пора спросить себя, зачем вы вообще тренируетесь. Если вас волнует только внешность, то вам будет достаточно стандартных билдерских программ и бро-сплита (замечу, что функциональный тренинг формирует выдающееся телосложение, недоступное большинству «качков»). Но если вы хотите, чтобы за вашим фасадом стояла настоящая физическая готовность, без креатива не обойтись. Чтобы открыть для себя мир, полный новых возможностей, вам предстоит стать лучшей версией самого себя.

Хотите быть здоровее, увереннее в себе, энергичнее, сосредоточеннее, сильнее и быстрее? Гиперфункциональный тренинг – то, что вам нужно.

В предыдущей главе я рассказал, почему обычные занятия в спортзале не помогают нам преодолеть долгие годы издевательств над собственным телом. Если я вас опечалил, могу только извиниться [16].

Но лучше пусть моя книга сделает это за меня. В ней я предлагаю вам выход под названием Гиперфункциональный Тренинг. Этот подход, в свою очередь, зиждется на фундаменте функциональных тренировок – модного, но расплывчатого понятия, о котором не пишет и не спорит только ленивый. В данной главе я распишу, что за ним скрывается.

Что же такое функциональный тренинг?

Самый простой ответ: это тренинг ради некоторой функции. Применительно к спорту это означает подстройку под требования конкретной дисциплины. Такой тренинг включает в себя не только прокачку нужных навыков, но и профилактику возможных травм путем развития проприоцепции, мобильности и координации. Эти аспекты – ключевые для большинства функциональных тренеров.

В этом смысле функциональный тренинг часто объединяет в себе специфику вида спорта и более общую физподготовку [17], служащую базой для развития конкретных умений.

Хороший тренер должен выдерживать тонкий баланс, нагружая подопечного таким образом, чтобы тот становился сильнее и при этом не переутомлялся. Упражнения должны дублировать движения, встречающиеся в дисциплине спортсмена, а «лишних» усилий быть не должно. Также важно не допустить затруднения моторики, но как этого добиться – вопрос дискуссионный.

Однако понятие функционального тренинга используется и применительно к тренировкам общего характера. Это может вызвать вопрос: зачем непрофессиональному спортсмену узкоспециальные тренировки?

Функциональные тренировки для любителей подразумевают отработку функций, нужных в повседневной жизни.

Все больше людей начинают интересоваться функциональным тренингом, потому что им недостаточно выглядеть привлекательно – они хотят восстановить технические возможности организма и вывести их на новый уровень. Вернуть то, что было утеряно, и открыть то, что было доселе не изведано.

Какими должны быть функциональные тренировки для обычного человека?

Одна точка зрения отражает «семь основных движений», описанных физиологом Полом Чеком:

– Толчок

– Рывок

– Присед

– Выпад

– Сгибание

– Скручивание

– Ходьба / бег

Довод заключается в том, что эти движения стали для нас ключевыми в ходе эволюции, и мы можем считать себя функциональными, если владеем ими в полной мере. Не умеешь приседать – тест провален. Не дотягиваешься до пальцев ног – печально. Не работаешь над вращательной силой – до свидания!

Этот список взят не из головы – Чек установил, что эти движения записываются нам на подкорку с самого детства и олицетворяют важные стадии нашего развития.

Впрочем, исчерпывающим его не назовешь. Например, выпады включают в себя выпад в сторону, иначе фронтальная плоскость вообще не задействуется. Некоторые исследователи также подразделяют толчки и рывки на вертикальные и горизонтальные.

Далее существует множество вариаций этих движений и производных от них. Как насчет перекатов? Или движений одной конечности вроде пинка? Движения тела можно классифицировать бесконечно.

Следует подчеркнуть и важность способности свободно переключаться между этими движениями – она достигается посредством гибридных тренировок (о них чуть позже) и так называемых animal flow – упражнений, имитирующих движения животных. Что если вам нужно выполнить присед и скручивание одновременно?

Вот для чего простому человеку нужны функциональная сила и работоспособность.

Полезные находки можно обнаружить и в «естественном методе» (la méthode naturelle) Жоржа Эбера. В начале XX века Эбер, будучи инструктором по гимнастике во французской армии, создал систему тренировок на основе движений коренных народов Африки. Увлекавшийся трудами Жан-Жака Руссо, Эбер полагал, что существовавшие на тот момент методики не способствовали гармоничному развитию силы и движения, и следовало обратиться к природе [18].

Эбер писал:

Еще одна известная цитата: «Будь сильным, чтобы быть полезным» [19]. Служа старшим офицером в городе Сен-Пьер, Эбер руководил спасением более 700 человек при извержении вулкана. Этот опыт показал ему, что атлетизм в сочетании с мужеством и альтруизмом необходим в любой критической ситуации.

Хотя эти концепции с трудом угадываются в самых распространенных формах тренировок настоящего, они оказали большое влияние на современников и потомков Эбера. Так, он был одним из первых, кто предложил использовать для тренировок полосы препятствий или le parcours. Звучит знакомо, не так ли? Многие идеологи тренировок движения также вдохновлялись его работами. Кроме того, Эбер активно агитировал за женский спорт!

Отголоски естественного метода не найти в бро-сплите или пауэрлифтерских программах, но в целом он переживает ренессанс. Все больше людей начинают отходить от базы и самолюбования перед зеркалом. Такие школы и методики, как гиревой спорт, калистеника, паркур, XMA (экстремальные боевые искусства), animal flow, MovNat, силовая гимнастика и другие, стремятся исследовать пределы человеческих возможностей. В совокупности я назвал бы их «движение за движение».

Наконец, есть собственно функциональный тренинг, ставящий целью укрепить координацию и моторику. Популярность каждого из этих подходов неуклонно растет, и стойки на руках, махи гирей и звероподобные движения успели заполонить YouTube и Instagram[20].

Что способствует их росту? Зрелищность. Очень занятно следить за людьми, разгуливающими с гирями, поднимающими грифы одной рукой, стоящими на голове и ползающими на животе подобно ящерицам. Это явно интереснее однообразных жимов и приседов!

Такие замечательные сайты, каналы и блогеры, как Павел Цацулин, Vahva Fitness, Red Delta Project, FitnesFAQs, Gymnastic Bodies, Breaking Muscle, ThenX, Пэт Макнамара, Идо Портал, Simonster Strength, Mark’s Daily Apple, Марк Уайлдмен, Athlean X и многие другие, неуклонно наращивают охваты благодаря своему вниманию к альтернативным формам тренинга и настрою на прогресс, который не измерить килограммами и сантиметрами [21]. Позволю себе упомянуть в этом ряду и свой канал The Bioneer. Вот уже 10 лет я развиваю собственный тренировочный стиль, исследуя различные стороны работы организма, и делюсь результатами со своей аудиторией. Судя по тому, что подписчиков набралось уже более 700 тысяч, все большему числу людей любопытны мои изыскания.

В то же время функциональные элементы все чаще встречаются и в атлетических программах. Такие тренировки включают в себя корректирующие и укрепляющие упражнения, нацеленные на восполнение пробелов в режиме, исправление диспропорций и компенсацию недостатка движения. Без знания анатомии здесь никуда.

Функциональный тренинг может быть представлен упражнениями для косых мышц живота вроде «дровосека» (тяга троса наискосок, напоминающая движение при рубке) или тяги к лицу для работы над тыльными дельтами, бегом для повышения выносливости или комплексными упражнениями с сэндбэгом (мешок с песком). Все они помогают развиваться более гармонично.

В «движении за движение» я вижу огромную пользу, однако в то же время меня беспокоит популярность стояния на мяче BOSU с легкими гантельками в руках. Маркетинговая привлекательность функционального фитнеса привела к тому, что множество организаций стремятся «примазаться» к его успеху, не привнося ничего нового и содержательного.

Мой подход к функциональному тренингу заключается в органичном сочетании различных методик для укрепления тела и духа. Комбинируя дисциплины, мы расширяем горизонт возможностей. Если выбрать верную модель движений изначально, корректирующие упражнения нам не понадобятся. Все инструменты уже под рукой – нужно просто ее протянуть.

В процессе вы поймете, на что способно ваше тело и насколько оно изголодалось по движению и познанию нового.

Вот в чем загвоздка: технически говоря, вы и так функциональны, то есть приспособлены к своему текущему образу жизни. Вы и так умеете делать все, что вам нужно, – вспомните принцип SAID.

С этой точки зрения маленький диапазон движения уже не кажется большой проблемой. Вы не умеете приседать, потому что в этом нет нужды. Ваши мышцы адаптированы к сидячему положению, поскольку на работе вы должны сидеть и отлично с этим справляетесь! Ваше тело оптимизировано для долгого сидения. Вы – сидячая машина.

Вот что такое функциональная адаптация.

Раз ваша главная функция – сидеть в кресле, то дополнительных тренировок вам и не требуется.

Но, как я уже говорил, я не хочу тренировать то, что я и так умею. Я хочу тренировать то, что мне пока недоступно, достигая новых вершин. Я хочу сбросить с себя все оковы.

Больше того, как когда-то Эбер и Аморос, я хочу соединить физическую тренировку с тренировкой мозга.

Часто под функциональными тренировками понимается реабилитация, восстановление утраченных базовых способностей. По-моему, это слишком скромная цель.

Вот почему моя система выходит за пределы функционального тренинга.

Вот что такое Гиперфункциональные Тренировки.

Если функциональность означает совокупность функций, которые от вас требует сама жизнь или любимый вид спорта, то Гиперфункциональность означает готовность делать больше.

Возьмем стойку на руках: у вас нет необходимости ею владеть. Это не функциональный, а Гиперфункциональный навык.

Тем не менее я нахожу это упражнение весьма полезным. Не просто потому, что это прикольно и этим можно впечатлить друзей на вечеринке, но и потому, что оно развивает мобильность плечевого пояса, проприоцепцию, мышцы туловища и многое другое, что может помочь вам подготовиться к непредвиденному. Сам процесс овладения этим умением пробудит спящие участки мозга и упростит ориентацию в пространстве под любым углом. А еще это замечательный способ самовыражения.

Зачем останавливаться на «достаточном»? Давайте стремиться к великолепию.

И не ограничиваться чисто физическими умениями – натренировать можно все, что пожелаете.

Иными словами, тренироваться Гиперфункционально – значит тренироваться, как Бэтмен.

Один из главных минусов сегодняшнего положения вещей – племенное сознание. У каждого подхода к тренировкам есть свои закоренелые фанаты, которые с радостью объяснят, почему их кунг-фу сильнее вашего.

Пауэрлифтеры уверены, что достаточно тягать железо. Некоторые из них даже заявляют, что присед и становая тяга делают вас сильнее во всех возможных аспектах и никаких дополнительных упражнений в поперечной плоскости вам не потребуется.

Бойцы ММА не сомневаются, что эффектные приемы шаолиньских монахов – фейк.

Кто-то влюбляется в гиревой спорт и решает, что польза плавания переоценена.

Но если тренироваться по одной программе, то ваше тело подстроится только под нее!

Это нормально для профессионального спортсмена, но полностью потенциал своего тела вы не раскроете. Не говоря уже о том, что так вам не подготовиться к многообразным и хаотичным испытаниям реального мира.

К примеру, занимаясь с гирей, вы размахиваете тяжелым объектом причудливой формы и нарабатываете баллистическую силу. Гиря может также применяться в метаболических тренировках и для укрепления «редких» групп мышц. Жим одной рукой в приседе включает в работу мышцы и паттерны, неиспользуемые в обычном приседе, а махи гирей, по замечанию Павла Цацулина, – ближайший аналог драки.

Все это очень здорово, однако у вас по-прежнему нет никакой необходимости привязываться к одному типу тренировок (чем грешат многие). Чтобы максимально прокачать свою силу в сагиттальной плоскости, на определенном этапе вам потребуется 48-килограммовая гиря, а найти ее не так-то просто. В общем, в этом отношении такого же прогресса, как с гантелей, вы не добьетесь.

Аналогичным образом калистеника превосходно развивает проприоцепцию, координацию, крепость вытянутой руки, мобильность и другие аспекты физической формы. Если вам удастся сделать настоящий горизонт, это будет означать, что вы полностью контролируете свой мышечный аппарат. Но, опять-таки, одной калистеникой не обойтись – особенно в нижней части тела, которой точно пригодится дополнительная нагрузка.

Итак, зачем ограничивать себя единственным вариантом? Почему не выделить лучшее в нескольких категориях и не развиваться равномерно? Вам незачем балансировать на мяче BOSU, ведь обычное приседание пистолетиком тренирует равновесие и силу ног нисколько не хуже!

И вновь процитирую Брюса Ли: возьмите лучшее, отбросьте бесполезное, добавьте свое.

Здесь начинается самое интересное, ведь нам доступен целый шведский стол чрезвычайно эффективных, но редко используемых в стандартных программах методик.

Мы можем заимствовать идеи и решения из нейробиологии, боевых искусств, танцев, трудов силачей прошлого, биохакинга, шаолиньской школы, легкой и тяжелой атлетики, паркура и не только. Почему бы не взять понемногу от каждой из этих прекрасных тренировочных моделей и не прокачать каждую из своих сторон?

Думаете, совмещать будет слишком сложно? Как мы увидим далее, с разумным подходом ваша программа будет «забита» не более любой другой [22].

Функциональный тренинг – термин, который часто понимается неправильно отчасти из-за своей природной расплывчатости и зависимости от контекста.

Соответственно, мои попытки внедрить гиперфункциональный тренинг также могут вызвать недоумение.

Поэтому я разработал систему, с которой разобраться во всем будет легче. Я уверен, что она может быть полезна тренерам и занимающимся при подборе подходящих упражнений и составлении программ.

Я также отвечу на популярную претензию к функциональным тренировкам – якобы они игнорируют закон направленности. Еще не забыли принцип SAID из предыдущей главы? Специфическая адаптация к конкретным требованиям – иначе говоря, чем больше вы отрабатываете конкретный навык, тем лучше он вам удается.

Эта система также является частью более глобального конструкта, который я называю Деревом Умений. Оно раскрывает пользу функциональных тренировок более полно, перенося их в плоскость личностного развития.

Но сперва о пирамиде ATSP.

Если лучший способ научиться отбивать мяч битой – собственно, замахиваться битой, то чем нам поможет функциональный тренинг?

Разве мах тяжелым предметом или махи c сопротивлением не проложат соответствующие нейронные связи?

Не стоит ли сделать ставку на общую физическую силу, тренируя сами навыки попутно?

Ответ: да, но с оговорками. Вам нужно вырабатывать правильную силу, и ровно то же касается кардио и мобильности. Присед и жим со скамьи не будут оптимальным выбором в нашем примере и принесут минимум пользы. Как же выбрать лучшие упражнения для поставленной цели?

Здесь вступает в дело пирамида ATSP:

– Физические качества (specific physical attributes)

– Характеристики (traits)

– Навыки и технические умения (skills and techniques)

– Профессиональный опыт (proficiencies)

Задача иерархии – отделить характеристики от навыков, а физические качества от профессиональных.

Продолжим с бейсболом: сам замах битой является навыком, основанным на технике. При этом навык сопровождается несколькими характеристиками, которые отличают двух одинаково технически подкованных спортсменов.

С какими же характеристиками связан замах? Прежде всего это взрывная сила при вращении, а также точность движений и зрительно-моторная координация. Не грех добавить и выносливость.

Можно прокачать каждую из этих характеристик и все равно оставаться худшим в мире бейсболистом, ведь их самих отнюдь не достаточно. А вот если вы уже умеете отбивать мяч, то правильное развитие поможет вам делать это быстрее, мощнее и стабильнее.

Точно также регулярные тренировки поспособствуют развитию упомянутых выше качеств. Машите битой каждый день – и обретете вращательную силу, которая пригодится, скажем, в единоборствах – для удара ногой с разворота.

В общем, здесь имеется и прямая, и обратная связь. Однако, выделяя и целенаправленно развивая характеристики, мы можем постепенно повышать сложность и открывать их новые неожиданные применения. Характеристики можно описать как множители силы. Множитель – то, что увеличивает выхлоп нашей работы. Например, молоток: попробуйте забить гвоздь кулаком – вряд ли у вас выйдет что-то путное. Но приложите ту же силу с молотком в руке, и результат получится совсем иным.

При одинаковой технике замаха мяч полетит тем дальше, чем больше взрывная сила.

Можно углубиться еще немного. Эти характеристики стоят на плечах индивидуальных физических качеств. Так, человеку, обладающему взрывной силой вращения, наверняка будут свойственны:

– Преобладание быстросокращающихся волокон

– Особенно развитые косые мышцы живота, передняя зубчатая мышца, ромбовидные мышцы

– Высокий уровень межмышечной и внутримышечной координации, необходимый для применения этой силы

Эти физические качества – конкретные свойства отдельных частей тела и возможные цели для наших упражнений. При составлении программы мы будем знать, на каких областях и группах мышц следует сосредоточиться.

В нашем случае для максимального прогресса следует согласованно тренировать три указанных мышцы во взрывной манере. Так наш спортсмен сможет прокачать силу, которая подчеркнет его технические умения.

Подойдет, к примеру, жим Паллофа или любое другое упражнение сходной направленности. Конечно, это лишь малая часть характеристик и навыков, нужных высококлассному атлету.

Здесь стоит рассмотреть включение в программу упражнений для развития мозга. Такие качества, как концентрация и ситуационная осведомленность, крайне важны в большом спорте. Для выступлений на оптимальном уровне бейсболист обязан обладать выдающейся реакцией, зоркостью и самоконтролем. Как мы увидим далее, тренируя исключительно тело и забывая о мозге, этого не достичь.

При помощи пирамиды ATSP мы можем определить идеальную методику для любого вида спорта или дисциплины, выделив ключевые навыки, качества и стоящие за ними физические свойства.

Рука об руку с физикой идут знания, которыми спортсмен руководствуется непрерывно, – от особенностей выполнения, скажем, левого хука до тонкостей правил его вида спорта и грамотного их применения. Этот аспект лежит за пределами компетенции функционального тренера, но входит в наше Дерево Умений.

Аналогичным образом тренировка тех или иных физических атрибутов – лишь один из нескольких компонентов. Никак не меньше они зависят от генетики, тогда как практика является важнейшим фактором формирования навыков. Однако, как по мне, во главе угла при функциональном тренинге должна стоять работа над физическими качествами. Обучение – краеугольный камень наших знаний.

И это относится не только к спорту. Какие качества могут помочь метателю ножей? Какие качества сделают нашу работу продуктивнее? Можно ли их улучшить?

При написании этой книги я должен был выдать большой объем текста в короткие сроки. Следовательно, мне нужно было поработать над таким навыком, как умение концентрироваться. Какие же физические качества ему соответствуют?

Я постарался развить переднюю поясную кору, своего рода диспетчерский центр головного мозга. Как показывают исследования, улучшить кровоток в данном отделе и, как следствие, пластичность способна медитация [23]. Об этом чуть позже.

Словом, знания крайне важны. Какие знания помогут вам в работе?

Можно развить идею, добавив в аббревиатуру еще пару букв: A(k)TSP(g). Буква G обозначает цели (goals), а K – знания (knowledge). Произнести ее не так-то просто, так что в дальнейшем я буду называть нашу пирамиду Деревом Умений.

Если вы уверены, что каждый из нас – кузнец своего счастья, то знаете, что цель становится ближе, когда определены необходимые для ее достижения навыки и характеристики.

Не спрашивайте, что вам нужно сделать. Спрашивайте, кем вам нужно стать.

Нужно ли вам стать добрее, терпеливее, сострадательнее? Эти качества пригодятся хорошему психологу и любому родителю.

Может, вам не хватает силы, стойкости перед лицом трудностей и разочарований? Выдержки, активности?

Какие вам нужны умения и знания?

Начав с постановки цели, вы можете выстроить маршрут и определить оптимальный метод тренировок.

На Дереве Умений можно увидеть и другие факторы, которые стоит принимать в расчет, – образ жизни, имеющиеся знания, генетика и даже питание.

Здесь я исхожу из посыла, что у вас есть цель или желаемая профессиональная квалификация. Очень многие видят в этом единственную задачу функционального тренинга и с недоумением смотрят на занимающихся с сэндбэгом.

«На что мне вращательная сила, я же не бейсболист?» – говорят скептики.

Как по мне, вращательная сила ничуть не менее важна, чем сила в приседе. Почему?

Да потому, что физические качества дают фундамент навыкам.

Даже не имея абсолютно никакого опыта игры в бейсбол, с вращательной силой вы сможете отбивать мяч гораздо лучше. Конечно, конкуренции настоящим бейсболистам вы не составите, но превзойти своего друга, не работавшего над этой характеристикой, вам будет несложно.

Попутно вы улучшите свой удар с разворота и правый хук. Опять же, мастером единоборств вы от этого не станете, но некоторую базу обретете.

Вращательная сила пригодится вам при открытии тяжелых дверей, перестановках мебели или дружеских борцовских поединках. А еще вы не надорвете спину, доставая пакет с мусором из корзины.

Так же и с любым другим физическим качеством.

Концентрация поможет вам в работе, спортивных или компьютерных играх, за рулем автомобиля. Взрывная сила ног позволит вам выше прыгать, быстрее бегать и лучше преодолевать барьеры.

Если у вас нет основной, любимой дисциплины, то логичнее всего постараться добиться достойного уровня в как можно большем количестве занятий.

Для обычного человека нет ничего полезнее.

И, конечно, напрашивается вопрос: в чем необходимость приседать со штангой в 200 кг? Сам по себе присед крайне полезен – он развивает большое количество качеств и атрибутов, имеющих множество других применений. Но здесь вступает в силу закон убывающей отдачи: сильно ли присед с грузом в 200 кг отличается от приседа с 180 кг? И как он вообще применим в реальной жизни?

Может, на этом этапе стоит сосредоточиться на каком-нибудь другом аспекте своей формы? Неужели это такая уж безумная мысль?!

Вот в чем состоит идея гиперфункционального тренинга и этой книги. В попытке обогатить методику тренировок для развития максимального количества качеств, чтобы вы могли быть конкурентны в любом виде спорта, легче восстанавливались после любой травмы, были более полезны в повседневной жизни.

Следовательно, в первую очередь нас интересуют упражнения и программы с наибольшим разнообразием полезных свойств, а от однонаправленных догматических методик мы отойдем – оптимального развития они нам не дадут. Также мы не будем излишне интересоваться цифровыми показателями, поскольку большое количество нагрузок со временем ударит по нашему здоровью.

Мы будем тренировать не только мышцы, но и когнитивные способности, мобильность, сердечную деятельность и многое другое.

Мы будем работать над собой, чтобы быть готовыми ко всему. Чтобы давать себе простор для маневра – делать что угодно, становиться кем угодно.

В этой главе я подчеркнул ценность функциональных и Гиперфункциональных тренировок. Они готовят нас к любым жизненным трудностям, делая нас гармонично развитыми атлетами и людьми в целом.

Но это не главная причина, по которой я тренируюсь подобным образом. Важность саморазвития – не основной посыл моего канала The Bioneer, хотя многим может так показаться.

На самом деле ценность такого тренинга заключается в самом тренинге. Почему? Да потому, что это круто!

Меня всегда поражало, что столь многие увлекаются боевиками и стрелялками, ведя при этом скучную монотонную жизнь. По-моему, каждому из нас не хватает толики кэмпбелловского «пути героя» [24]. Нам пошли бы на пользу небольшие испытания, некоторый экшн.

Лазая по веревкам, перепрыгивая через барьеры, стоя на руках, мы привносим в свою жизнь чуточку этого оживления, духа приключений. Каждая тренировка превращается в экзамен, требующий от вас силы, ловкости, находчивости, мобильности.

Исследуя пути к самосовершенствованию, вы ощутите себя Тони Старком, экспериментирующим в своей лаборатории.

Это интересно, это весело, это превосходное средство от многих современных недугов.

Результаты тоже будут великолепны! Я обожаю, когда меня просят помочь с переездом, – друзья знают, что я довольно силен [25]. И мне нравится внимание, которое привлекают мои стойки на руках и выходы силой.

Я тренируюсь, чтобы нам с Бэтменом было что обсудить при встрече.

Моя книга посвящена попытке скомпилировать мириады стилей для создания принципиально новой, истинно функциональной тренировочной методики. Прежде чем перейти к делу, давайте начнем с азов: что мы знаем о движениях нашего тела и наборе мышечной массы?

Как тренируется большинство людей? В чем ограниченность их подхода?

Из следующей главы вы узнаете, как совместная работа тела и мозга обеспечивает планирование и выполнение движений. Материал довольно глубокий и, строго говоря, необязательный к прочтению. Однако если вы хоть немного похожи на меня, то получите массу удовольствия. Лично мне кажется, что знать все это должен каждый – само это знание помогает увереннее двигаться. К тому же вы получите начальное представление о том, что мы раскроем в последующих главах. Так что приготовьтесь к минутке задротства – впереди их будет еще немало.

Мозг человека содержит порядка 86 млрд нейронов [26] и более ста триллионов синапсов, которые эти нейроны соединяют. Вместе они формируют сеть под названием коннектом, чем-то напоминающую интеллект-карту. Благодаря замысловатой структуре коннектома мозг и заслужил престижный титул наиболее сложно устроенного объекта, известного человеку.

Свой коннектом есть и у вас!

Каждая клетка или группа клеток в этой огромной сети соответствует определенному воспоминанию, ощущению, квале [27], части тела или движению. Они находятся в режиме ожидания, пока их не активизирует электрический сигнал, называемый потенциалом действия. В этот момент мы испытываем субъективное чувство, связанное непосредственно с запущенным нейроном. После этого потенциалы действия (или спайки) передаются близлежащим нейронам по синапсам подобно волнам, постепенно затихая.

Возьмем для примера подъем гантели на бицепс – одно из простейших упражнений, выполняемых в зале, – и посмотрим, как нейронная активность приводит к этому движению.

Принимая решение согнуть руку, вы запускаете в мозге рабочий процесс. Происходит это в задней теменной коре – тот же отдел связан с понятием свободной воли [28] (не пугайтесь, но психологи вообще-то сомневаются в ее существовании!).

Далее включаются базальные ганглии и большой мозг [29]. Ганглии участвуют в «выборе действия», помогая вам воплотить намерение в жизнь. Большой мозг считывает информацию, передаваемую органами чувств: где вы находитесь в пространстве и в каком положении. Затем эти данные поступают в премоторную кору, которая доводит движение до нужной точности. Другая задача премоторной коры – реакция на стимул, в частности, наша способность блокировать удары [30].

Благодаря этому процессу вам удается не вставать слишком близко к стене перед выполнением упражнения!

Тем временем мозжечок позволяет вам сохранять равновесие, считывая мышечную информацию (все та же проприоцепция). Он регулирует напряжение корпуса, чтобы мы могли стоять прямо. Это очень важно: для сгибания необходимо держаться ровно, не заваливаясь вперед.

Анализируя длину мышц и напряжение в бицепсе с помощью таких рецепторов, как мышечное веретено и сухожильный орган Гольджи, наше тело понимает, насколько тяжела гантель и сколько силы нужно приложить. От этой информации зависит интенсивность сигнала, передаваемого в бицепс. Без нее мы можем перестараться и остаться без зубов! Еще одна функция мозжечка – расчет времени, аспект физической формы, о котором часто забывают.

При более сложных движениях, особенно требующих участия двух рук, в работу вступает дополнительная моторная область. Данные о тысячах предыдущих повторений хранятся в процедурной памяти, раскиданной по ДМО и другим отделам мозга.

Однако главное действие осуществляет непосредственно моторная кора, буквальный пусковой двигатель. В этой части мозга сосредоточены моторные нейроны, соединенные с различными органами и частями тела подобно карте. Стимулируя те или иные нейроны, можно спровоцировать подергивание соответствующих мышц. И это научный факт, проверенный на пациентах во время операций на открытом мозге. Подав множество таких сигналов одновременно, можно даже превратить человека в марионетку.

Моторная кора размечена сходным образом с самим человеческим телом. Части тела, которые чаще всего используются совместно, «соседствуют» и в мозге, скажем, как пальцы и рука. При этом размер области мозга часто не соответствует размеру части тела и зависит от ее чувствительности и управляемости.

В подъеме на бицепс участвует множество частей тела – помимо самого бицепса, это предплечье и пальцы, а также ноги и корпус для сохранения ровного положения. Во время упражнения отвечающие за них нейроны «подсвечиваются» при активации спайком.

Эти сигналы идут по аксонам (отросткам) нейронов к позвоночнику, откуда нервный импульс передается в мышцы. Чтобы задействовать клетки мышечной ткани, сигнал проходит через нервно-мышечный синапс. В нашем случае, достигнув бицепса, он дает старт сгибанию.

Конечно, все это происходит за доли секунды, и мы даже не задумываемся о сложности процесса. Наше тело удивительно!

Примечание. Так устроены только сознательные действия. Не контролируемые нами рефлексы – например, коленный – называются моносинаптическими. Это значит, что ими управляет единственное соединение, и рефлекс представляет собой всего лишь реакцию на вводные данные.

Теперь, когда сигнал добрался до мышцы, он воздействует на мышечные волокна [31]. Каждое волокно является отдельной клеткой – миоцитом, способным резко «схлопываться» при стимулировании, как телескопический шест.

Клетки мышц состоят из многих тысяч удлиненных миофибрилл, образованных миозиновыми и актиновыми филаментами, – внешними и внутренними трубками нашего «телескопа». Химическая реакция заставляет миозиновый филамент втягиваться внутрь актина, сокращая длину миофибриллы. Когда сокращение миофибрилл происходит массово, сокращается вся мышца. Пучки миофибрилл называются саркомерами.

Каждая мышца составляется из сотен тысяч микроволокон, объединенных в группы – двигательные единицы. Управляет такой единицей (иннервирует ее) единственный нерв, который, в свою очередь, контролируется соответствующим мотонейроном в моторной коре.

Это означает, что нерв не может вызвать сокращение отдельной клетки – только двигательной единицы в целом. И это логично – было бы странно отводить нерв под каждое крохотное волоконце.

Сигналы, о которых мы говорим, бинарны: двигательная единица либо сокращается, либо нет. У них нет градации силы, нельзя ни сократить часть волокон в ДЕ, ни сократить их наполовину. Нельзя и задержаться в сокращенном положении – слишком уж оно мимолетно. Можно разве что контролировать определенную долю двигательных единиц в отдельной мышце.

Все благодаря порогу возбуждения мотонейронов – они активируются лишь при достаточно сильном сигнале. Если нейрон стимулирует соседний недостаточно сильно, сигнал обрывается (или нет – если тот чувствителен). А вот если нерв получает сигнал, допустим, сразу от трех других нервов, это может спровоцировать разрядку.

Итак, в зависимости от интенсивности посылаемого в бицепс сигнала, воспринимаемой нами как необходимое усилие, мы запускаем большую или меньшую часть двигательных единиц для сгибания руки. Подсчитано, что среднее количество ДЕ в бицепсе – 774, следовательно, под них выделено 774 мотонейрона в нашем мозге [32].

Отдельное сокращение клетки длится около сотни миллисекунд. Латентный период перед его началом длится 10 мс, а последующая фаза расслабления – порядка 60 мс.

Но если у мышечной клетки есть только два положения, и каждое сокращение занимает доли секунды, как нам удается держать гантели под углом в 90 градусов? Не должны ли наши руки взлететь и мгновенно обвиснуть?

Длительное сокращение достигается путем множественных микросокращений по всей мышце, идущих одно за другим. То, что мы воспринимаем как постоянное напряжение, на деле является быстрой пульсацией, не дающей гантели шанса упасть.

Представьте, что подбросили монетку в воздух и начали стрелять по ней из пулемета, чтобы удержать в воздухе. Такое сокращение называется тетаническим. Его механизм объясняет, почему мы чувствуем легкую вибрацию, беря в руки тяжелые предметы.

Из этого следует, что в каждый момент времени мы пользуемся лишь небольшой частью своей латентной силы. Даже выжимая свой одноповторный максимум, вы не сможете активировать каждую двигательную единицу единовременно. Если бы это было возможно, вы бы тут же обессилели, а длительность сокращения резко упала.

И какой же процент силы нам доступен? Среднему человеку – около 30 %, тренированному спортсмену – около 50 %.

В будущих главах мы рассмотрим ситуации, в которых сможем высвободить и большую долю этого латентного потенциала. Самым примитивным, популярным и наглядным примером можно считать электрошок. Если вам встречались фильмы, в которых герой получает сильный удар током (например, «Парк юрского периода»), вы видели, как его отбрасывает на несколько метров. Дело здесь не в каком-то «взрыве», а в том, что все мышечные волокна сокращаются одновременно. Ток активирует каждую мышцу, приводя к максимально возможному сокращению по всему телу. Полет обеспечивается внутренней силой человека, что демонстрирует, какая сила таится в наших мускулах.

Мышечные волокна можно поделить на три условных категории:

Тип I – медленные

Тип II-A – быстрые

Тип II–X[33]– сверхбыстрые

Волокна первого типа сравнительно медленные и слабые, но здорово сохраняют энергию. Волокна типа II-А быстрее и сильнее, но легко утомляются. Волокна типа II–X еще сильнее и еще менее выносливы. Если говорить конкретнее, быстрые волокна генерируют в 5–6 раз больше силы, а сверхбыстрые – в 20 раз больше, чем медленные[34].

Первый тип волокон – окислительный и характеризуется большей численной плотностью митохондрий, тогда как остальные два типа анаэробные, а значит, митохондрий в них меньше.

Хотя такое разделение может показаться исчерпывающим, в действительности существует целый спектр волокон – одни тяготеют к одному типу и одному краю спектра, другие к другому, а между ними находится множество гибридов.

Быстросокращающиеся волокна обладают взрывной силой, медленносокращающиеся более выносливы. Спринт и поднятие тяжестей требуют большего количества волокон типов II-A и II–X, ходьба и бег трусцой – волокон первого типа. Идти мы можем сколько угодно, а вот работа со штангой быстро изматывает.

Посредством тренировок мы можем преобразовать быстрые волокна в сверхбыстрые и стать тем самым сильнее и «взрывнее». По поводу преобразования первого типа в тип II-A и обратно ведутся споры. Доказательств существования такой возможности вполне достаточно[35][36], однако масштаб доступных преобразований еще предстоит выяснить.

У каждого из нас своя предрасположенность к тому или иному типу волокон, из-за чего одни дисциплины подходят нам лучше, другие – хуже. Соотношение быстрых и медленных волокон в мышцах также разнится и зависит от их использования. В бицепсе преобладают быстросокращающиеся волокна, так как он чаще применяется для ударных, краткосрочных усилий – в отличие, скажем, от пресса, который целыми днями без устали поддерживает позвоночник в нужном положении.

Двигательные единицы, как правило, состоят из волокон одного типа. Чаще всего ДЕ из волокон типов II-A и II–X крупнее и содержат больше клеток. При этом у них выше порог возбуждения – это означает, что слабый сигнал активирует меньшее количество двигательных единиц, причем те из них, что состоят из более медленных волокон. Сильный сигнал, напротив, задействует все самые маленькие ДЕ и многие из крупных.

Эта закономерность называется принципом Хеннемана: наше тело включает двигательные единицы в порядке возрастания и ровно столько, сколько необходимо для усилия.

Представьте себе стол, на котором лежит множество шариков. На них направлен вентилятор: включите слабый обдув – и самые легкие шарики укатятся; увеличьте скорость – и за ними последуют все остальные. Нельзя сдуть со стола тяжелые шарики раньше, чем легкие.

Важно это запомнить: чем меньше действие требует усилий, тем выше точность наших движений. Чем больше мы тратим сил, тем больше становятся «скачки».

Поднести ложку ко рту совсем несложно: это действие активирует совсем малое число двигательных единиц, и нам хватит совсем слабенького спайка. Но замените ложку на гантель, и с таким сопротивлением без мощного сигнала уже не обойтись.

Сокращения уменьшают расстояние между костями, закрывая локтевой сустав при помощи сухожилий. Информация о том, сколько необходимо приложить усилий, поступает в мозг в реальном времени.

Вот как работают наши мышцы. А теперь вопрос: как нам их натренировать? Как сделать их больше и сильнее? Или даже просто сильнее?

По правде говоря, ответ нам все еще неизвестен.

Во всяком случае, мы не обладаем стопроцентным представлением об укреплении мышц при любых обстоятельствах. Однако у нас есть понимание довольно многих механизмов роста, и мы знаем, как повысить его вероятность.

Как мы обсудили ранее, мы можем укрепить мышцы, повысив количество волокон типов II-A и II–X. Для этого нам нужно всего лишь помнить об уже знакомом принципе SAID (специфическая адаптация к конкретным требованиям). Если мы хотим прокачать взрывную силу, нужно тренироваться во взрывной манере.

Самые подходящие тренировки – плиометрические (например, отжимания с хлопками), баллистические (такие как махи гирей) и подъем тяжестей. Любопытно, что наше тело не различает силу и ускорение, для него это одна и та же нагрузка. В обоих случаях передается мощный сигнал, запускающий множество крупных двигательных единиц. Так что вы можете хоть отжиматься, подлетая в воздух, хоть выжимать 150-килограммовую штангу – так или иначе, концентрация волокон типа II–X начнет расти.

Не забывайте: можно развить лишь ограниченное количество II–X волокон, а большинство форм тренинга направлены на волокна типа II-A. Исключением служат упражнения со взрывным компонентом – скажем, рывок, толчок и жим с весом в 95 % вашего одноповторного максимума на четыре подхода.

К сожалению, при плиометрических упражнениях мы выжимаем из себя максимум лишь считаные доли секунды, а потому у нас мало времени для формирования «мостика» между актином и миозином. Это значит, что мышцы пребывают в активном состоянии недостаточно долго для оптимизации сигнала к росту. Соответственно, работа с тяжелыми весами обычно применяется для массонабора и увеличения силы – она запускает более крупные двигательные единицы, образуя больше волокон второго типа.

Большинство ученых выделяют три основных стимула, ответственных за гипертрофию:

– Механическое напряжение

– Повреждение мышц

– Метаболический стресс

Механическое напряжение

Механическое напряжение – напряжение, ощущаемое при помощи механорецепторов и сенсорных нейронов. При сильных сокращениях мышц происходит выброс факторов роста, таких как миокины [37]. Вместе с сотнями других пептидов они влияют и на работу множества систем, участвуя, к примеру, в окислении жиров [38]. Вот почему мышцы считаются выделительными органами. Фу, скажете вы. На самом деле это лишний раз показывает, насколько все в организме взаимосвязано.

В общем, напряжению мышцы сопутствует ее рост. Даже простейшие сокращения способствуют гипертрофии.

Повреждение мышц

Повреждение мышц происходит при микротравмах мышечных волокон. Представьте, что натягиваете резинку, пока она не начинает понемногу трескаться. Ваше тело принимается чинить пораженную ткань, добавляя ей плотности, чтобы уменьшить риск будущих травм. Основной урон мышцам наносится в эксцентрической фазе упражнений – той, в которой мышцы удлиняются. Так, при сгибании рук с гантелями эксцентрической фазой считается разгибание рук, при подтягивании – опускание корпуса. Замедление или добавление веса на этом этапе помогает ускорить рост мышц.

Метаболический стресс

Наконец, третьим элементом гипертрофии является метаболический стресс. Когда вы делаете подход из 12 подъемов гантели на бицепс, благодаря расширению одних сосудов и сужению других кровь поступает в мышцу вместе со стимулирующими рост метаболитами. Сокращение мышцы приводит к обтурации – блокированию и застаиванию крови. Благодаря этому мышца буквально купается в факторах роста и увеличивается за счет клеточного отека (и, возможно, других механизмов).

Здесь стоит отметить, что существует две различных формы гипертрофии – контрактильная (миофибриллярная) и неконтрактильная (саркоплазматическая). Относительно важности такого разделения ведутся дискуссии, однако по своей сути миофибриллярная гипертрофия подразумевает рост объема миофибрилл, а саркоплазматическая – «набухание» мышц. Во втором случае в мышцах копятся жидкость и гликоген, из-за чего они выглядят более крупными без прироста сократительной способности. Тем не менее это может привести к повышению силовой выносливости путем расширения энергетического потока при длительной анаэробной активности (как, например, многоповторные упражнения со штангой или прогулка с тяжелыми пакетами из магазина).

По имеющимся данным, на метаболический стресс влияет прежде всего концентрическая фаза упражнений, в которой мышцы сокращаются под нагрузкой. Чем больше повторений вы выполняете, тем сильнее прилив крови и метаболитов.

И что же дальше?

Ну хорошо, мы искупали мышцы в каких-то там гормонах, – как это приводит к изменению их формы?

Тело реализует изменения посредством изменения экспрессии генов (об этом дальше). Оно призывает клетки закачивать больше белка в миофибриллы, что, помимо прочего, делает их толще. Постепенно эти миофибриллы начинают делиться, из-за чего клетка становится еще крупнее. Этот процесс способствует как визуальному увеличению мышц, так и приросту сократительной силы.

Напомню, что волокна второго типа сильнее влияют на размер, чем волокна первого типа, – это одна из причин, по которой для желающих нарастить мышцы взрывной тренинг предпочтительнее статического кардио.

Как же наше тело перестраивает мышечную структуру? Благодаря так называемой экспрессии генов. Данный термин обозначает переменчивую природу ДНК – различные части ДНК активны в различное время. ДНК напоминает гигантский алфавит, а экспрессия генов – «зачеркивание» тех или иных букв для написания слов. Из-за нее клетки в нашем организме могут вести себя столь по-разному, хотя и состоят из одной и той же ДНК.

Также это способ запоминания – благодаря экспрессии клетка знает, как ей себя починить и стать крупнее. Содержащаяся в ДНК наследственная информация преобразуется в синтезируемый белок, с помощью которого образуются и восстанавливаются ткани. За это отвечает РНК (рибонуклеиновая кислота). Матричная (или информационная) РНК переносит «план» из ДНК в рибосомы, служащие машинами по производству белков.

Внутри клеток каждого человека прячутся его бесчисленные альтернативные версии. Открыть эти «параллельные реальности» возможно путем тренировок. Этот вопрос изучает эпигенетика.

Как ни удивительно, но эпигенетические изменения можно даже передать потомкам, а растерять их почти невозможно. Если когда-то в прошлом вы могли похвастаться недюжинной силой, то вам не составит большого труда вернуть форму в будущем [39]!

В общем и целом гипертрофия не происходит благодаря увеличению количества мышечных волокон, что называется гиперплазией. На самом деле сама возможность такого процесса все еще подвергается сомнениям.

Одно популярное (правда, жестокое) исследование показало, что мышечную гиперплазию могут спровоцировать экстремальные условия. В ходе эксперимента ученые подвешивали птиц за крылья и оставляли на несколько дней, что приводило к повышению численной плотности волокон [40]. Другое исследование 1999 года продемонстрировало гиперплазию в организмах профессиональных пауэрлифтеров, пользовавшихся стероидами [41]. Доподлинно неизвестно, как такие опыты повлияют на обычного человека, – очевидно, что если мы хотим стать сильнее, то думать следует о другом.

Занятия спортом также повышают экспрессию андрогеновых рецепторов, делая их более восприимчивыми к анаболическим гормонам вроде тестостерона и гормона роста [42].

При достаточной стимуляции клетки-сателлиты [43] «жертвуются» мышечным клеткам, что также способствует синтезу белка, повышая потенциал мышц к росту.

Что крайне важно, мышечные клетки могут содержать больше одного ядра [44]. Поскольку ядра содержат ДНК, без них рост невозможен. Правда, область действия (так называемый мионуклеарный домен) у ядер таких клеток ограничена. Чем крупнее клетка, тем больше ядрам приходится «присматривать» за своим доменом и заботиться о синтезе белка. По достижении определенного уровня гипертрофии клетке необходимо увеличение числа мионуклеусов для преодоления «потолка».

Являясь эпигенетической адаптацией, мионуклеусы не пропадают даже при долгом простое без тренировок. Точно неизвестно, сколько именно они держатся, но ученым пока не удалось установить срок их жизни – потенциально он бесконечен. Это еще одна причина, почему бывшим спортсменам легче вернуть утраченные мышцы [45].

Наконец, тренировка с утяжелением провоцирует нейронные адаптации. Мы уже обсуждали, как наше тело задействует двигательные единицы посредством тренировок, и чем больше тренировок, тем больше этот процесс оптимизируется.

Благодаря нейронным адаптациям (например, улучшению скорости кодирования [46] и повышению числа ацетилхолиновых рецепторов [47]), мы можем даже увеличить свою силу без физического укрупнения мышц. Но, конечно, в идеале нам стоит стремиться и к тому и к другому.

Подведем итог: чтобы нарастить мышцы, вам следует подвергать их напряжению, провоцировать микротравмы и обеспечивать приток метаболитов, тратя при этом множество физических и моральных сил.

Однако растут мышцы отнюдь не в спортзале, а дома, во время отдыха, когда происходит повышающая регуляция синтеза белка. Этот двойной удар – ключевой фактор гипертрофии: тренировки служат стимулом, но сам рост происходит в период восстановления.

Если заниматься по несколько часов каждый день, не давая мышцам отдохнуть, вы только их истощите и растеряете большую часть силы и даже размера.

Здесь стоит упомянуть анаболизм – стадию, на которой наш организм производит максимальное количество тестостерона, гормона роста, ИФР‐1 и других стимулирующих гормонов. Если вы потребили достаточный объем белка, он расщепится до аминокислот, используемых для восстановления и роста мышечной ткани.

Противоположный процесс называется катаболизмом, при котором тело находится в возбужденном состоянии и сосредоточено на физической нагрузке и распаде тканей. Это две части одного целого, как инь и ян, – для оптимальной работы и прогресса нужны обе.

Нельзя сказать, что они бинарны: скорее мы все время балансируем где-то на стыке этих состояний, и уровень нашего анаболизма в тот или иной момент зависит от бесчисленного множества переменных – даже времени суток и нашего настроения. Об этом мы еще поговорим.

Наш анаболизм находится на максимуме сразу после занятий спортом, после еды и во время отдыха и сна. Пик катаболизма приходится на саму тренировку и периоды, когда мы напряжены, голодны или только проснулись.

В сытом (или постпрандиальном) состоянии отмечается повышающая регуляция белка mTOR (мишень рапамицина млекопитающих). Она, в свою очередь, приводит к повышению концентрации гормонов вроде ИФР‐1, управляющих ростом и пролиферацией (размножением путем деления) клеток.

Получается, что еда и сон играют ключевую роль в росте и восстановлении – к этому мы еще вернемся. И чем сильнее повреждения мышечной ткани и ваша усталость, тем дольше вам следует восстанавливаться.

Ничего себе, сколько информации! У вас не закружилась голова?

Даже если так, теперь вы достаточно информированы, чтобы понимать, почему различные подходы к тренингу ведут к различным адаптациям.

Но как же устроены самые популярные современные методики? Как бодибилдеры становятся такими огромными? Как пауэрлифтеры выжимают и тянут настолько тяжелые штанги?

До встречи в следующей главе!

Как я уже отмечал, с имеющимися тренировочными методиками нам не удастся максимально раскрыть свой потенциал. И дело не только в том, что многие из нас не занимаются спортом вообще.

Почти все посетители спортзала тренируются по лекалам бодибилдинга или пауэрлифтинга. Большинство программ в интернете основаны либо на базовом комплексе из трех упражнений, либо на дилетантских советах по накачке бицепсов.

В этом нет ничего плохого: эти методики могут многому нас научить, и полноценная программа точно будет включать в себя их компоненты. Однако этого недостаточно.

Учителя говорят, что школьное расписание часто задерживает детей в развитии, не давая углубляться в темы, интересные им самим. С тренировками то же самое, но только хуже. Вы готовитесь к экзамену, который вам никогда не придется сдавать, разве что на соревнованиях по пауэрлифтингу или культуризму.

Такой тренинг ограничивает возможности вашего организма, и вы никогда не узнаете, каково это – обладать настоящей силой, мобильностью, энергичностью.

Эта глава посвящена подробному разбору господствующих тренировочных стилей. Мы рассмотрим их в прямой связи с физиологическими открытиями, сделанными нами ранее, и вынесем ценные уроки.

И, конечно, поймем, чего им не хватает.

Качаем мускулы: бодибилдерский стиль

Современные билдеры предпочитают упражнения, направленные на одну мышцу и одну амплитуду движения. Многие из таких упражнений относятся к изолирующим или односуставным, то есть включающим в работу единственный сустав.

Примеры:

– Сгибание рук с гантелями

– Разгибание рук в кроссовере

– Пуловер

– Разведение рук

При каждом из них наше тело остается статичным, и только один-два сустава движутся под сопротивлением. Упражнения часто выполняются в сидячем положении с использованием тренажеров, которые задают точную траекторию.

Такой тренинг сфокусирован на отдельной мышце – бодибилдер полностью ее выматывает, при этом обеспечивая максимальный приток метаболитов. Возьмем сгибание рук с гантелями: задействован исключительно локтевой сустав, а напряжение концентрируется в бицепсе.

Упражнение выполняется с относительно скромным весом (60–70 % от 1ПМ [48]), большим числом повторений (10–15) и непрерывным напряжением. Непрерывное напряжение подразумевает, что сустав не разгибается полностью, а мышца находится под давлением на протяжении всего сета. Получается эффект «пампа».

Ближе к двенадцатому подходу спортсмен истощает большую часть своих мышечных волокон, заставляя включаться крупные двигательные единицы. Кровь не успевает отливать от мышцы, и та «купается» в метаболитах. Результатом служат временное набухание мышцы и последующая саркоплазматическая гипертрофия.

Бодибилдеры делают ставку на подобные упражнения, дополняя их более комплексными, многосуставными – различными видами приседа и жима для увеличения общей силы.

Почему они не применяют жим и присед в качестве основных средств для набора мышечной массы? Как раз из-за их комплексной структуры: тот же присед требует, чтобы множество отдельных мышц работали в унисон. Во-первых, приседать до полного отказа попросту опасно (при комплексных упражнениях нужно ограничиваться техническим отказом), а во‐вторых, присед не гарантирует предельной нагрузки ни на одну группу мышц. Присед активирует квадрицепсы, заднюю поверхность бедра, ягодицы, мышцу, выпрямляющую позвоночник, пресс и не только. Если, скажем, мышцы задней поверхности бедра утомлены на 60 %, а квадрицепсы наполовину, то вряд ли вам удастся еще хотя бы одно повторение. Совокупной силы вашего тела будет недостаточно, чтобы присесть, сохраняя вменяемую технику.

В то же время ни одна из мышечных групп не загрузится до отказа – соответственно, рост не будет максимальным. Кроме того, поскольку задействованы несколько групп мышц, а в верхней точке суставы полностью разгибаются, кровь вместе с метаболитами не локализуется в одной области, а значит, метаболический стресс не достигает пика.

Для дополнительной стимуляции гипертрофии культуристы используют методы, условно называемые интенсивными.

Первым собрал эти техники воедино медиамагнат и основатель Международной федерации бодибилдинга и фитнеса Джо Вейдер, обозначивший их как «Принципы тренировок Джо Вейдера». Вейдер пристально наблюдал за работой звезд золотого века бодибилдинга, пришедшегося на 1950–1970-е годы, – Фрэнка Зейна, Серхио Оливы, Франко Коломбо и, разумеется, Арнольда Шварценеггера. В тот период культуризм переживал волну популярности (в значительной степени благодаря самому Вейдеру) и еще не пал жертвой повального увлечения стероидами (хотя они понемногу и начали проникать в большой спорт).

К интенсивным методам относятся:

– Дроп-сеты

– Комби-сеты

– Негативы

– Суперсеты

– Форсированные повторения

– Частичные повторения

– Читерские повторения

– Предварительное утомление

Эти методики помогают спортсмену тренироваться уже после отказа, а значит, провоцируют дополнительный прирост мышц.

Дроп-сеты

Каждый из этих методов я расписывать не буду, вся информация доступна в интернете. Но вот о дроп-сетах немного поговорю: этот универсальный инструмент отлично иллюстрирует подход в целом и может применяться для разнообразных целей.

Дроп-сет подразумевает, что вы выполняете подход до отказа, после чего как можно быстрее снижаете вес и продолжаете упражнение.

Таким образом вы сохраняете напряжение в мышце, даже когда не можете выжать ни одного повторения со стандартным весом. Так можно довести подход до тридцати, а то и более повторений, при этом стартовая нагрузка обеспечивает достаточный уровень повреждения мышц.

Понижать вес можно сколько угодно раз: например, можно выполнять обратную «лесенку» с гантелями, начиная с 25 кг и доходя хоть до пяти. К концу упражнения сил на 10-килограммовые гантели уже не остается.

Помните, мы обсуждали важность восстановления? Чем интенсивнее тренировка, тем больше времени нужно на отдых.

И (удивительно, правда?) наши методы делают тренировки весьма интенсивными!

Бодибилдерские тренировки требуют длительных перерывов между занятиями, посвященными отдельным группам мышц. Программа, построенная по такому принципу, называется бро-сплитом.

Классический сплит предусматривает работу над одной, двумя или тремя группами мышц в рамках одной тренировки. Это позволяет насытить каждое занятие до предела и одновременно с этим максимизировать время восстановления отдельных мышц.

Пример такой программы:

Качественно составленный сплит разводит сходные группы мышц как можно дальше друг от друга. Скажем, грудь и трицепсы часто задействуются в одних и тех же упражнениях, а потому следует оставлять между ними хотя бы сутки.

Иногда профессионалы заходят еще дальше: занимаются дважды в день и выделяют тренировки под предплечья и зубчатые мышцы или удваивают нагрузку на те или иные группы.

Индустрию здоровья и фитнеса в ее современном виде во многом сформировал Арнольд Шварценеггер. Своими фильмами, такими как «Качай железо» и «Терминатор», а также бесчисленными фотосессиями для журналов, он показал важность физической силы целому поколению.

В общем, мы многим обязаны золотому веку бодибилдинга и лично Арни – в том числе и стереотипным образом качка, который применяет бодибилдерские наработки, не заботясь ни о функциональности, ни о научной обоснованности.

Проблема в том, что менее искушенные посетители спортзала доводят концепцию изоляции до абсурда. К тому же они уделяют чрезмерное внимание эстетике, забывая о том, что важно для истинного культуриста, – баланс и детали. «Пляжники» зачастую игнорируют трицепсы и широчайшие мышцы (они не секси), зато усиленно напирают на грудь, бицепсы и пресс. Пропуск дня ног стал мемом!

К чему это приводит? К непропорциональной и перекошенной фигуре. Как мы отмечали в первой главе, накачка «фасада» за счет менее приметных мышц лишь усугубляет проблемы, вызванные сидячим образом жизни.

Все чаще выходят исследования, доказывающие, что недельный цикл отнюдь не оптимален для роста мускулов [49]. Вероятно, одним из ключевых факторов гипертрофии является общий объем тренинга за неделю/месяц.

Еще один популярный вариант сплита, известный как PPL (Push, Pull, Legs – жим, тяга, ноги), подразумевает группировку всех видов жима, всех видов тяги и всех упражнений на ноги. Эта идея вполне логична, так как можно посвятить целый день мышцам, используемым одновременно. Например, в жиме лежа работают грудь, плечи и трицепс, а в жиме над головой – плечи, грудь и трицепс.

PPL можно выполнять дважды в неделю, выделяя каждой группе мышц по два занятия. Допустим, вот так:

Примечание: подобный недельный блок также принято называть микроциклом. Микроцикл – минимальная составная «единица» программы, не считая отдельной тренировки.

Существует точка зрения, что культуризм представляет собой полную противоположность функциональному тренингу. Фактически в последние годы ведется дискредитация бодибилдинга как вида спорта и тренировочной методики.

К сожалению, тренировка мышц в изоляции не развивает межмышечную координацию и силу, из-за чего некоторые видят в бодибилдинге наименее функциональный тип тренинга. В действительности мы редко используем одну мышцу отдельно от других. Открывая дверь, мы применяем локти и плечи, а иногда еще и легонько вращаем бедрами. Сравните, к примеру, с подъемом на бицепс – мы сидим на месте, выполняя сгибания только в локтевых суставах.

К тому же тренировки с небольшими весами не приводят к приросту волокон II–X типа или прогрессу по части нейротрансмиссии, достаточным для раскрытия максимальной силы. Во всяком случае, взрывной силы, требуемой в начальной фазе упражнений.

Нельзя забывать и о популярности анаболических стероидов. Стероиды стимулируют или усиливают эффекты анаболических гормонов вроде тестостерона и гормона роста, помогая при восстановлении и наращивании мускулов за счет общего здоровья. Вместе с пампингом и потреблением протеина в промышленных масштабах они позволяют бодибилдерам достигать чудовищных, практически нечеловеческих размеров. К несчастью, федерации мало что делают для их искоренения, продолжая награждать спортсменов за объем вместо эстетики и не устраивая полноценных тестирований на допинг. Эта проблема существовала не всегда: для многих культуристы золотого века все еще являются примерами для подражания, образцами гармонии размера и симметрии.

По этой причине советы бодибилдеров подвергаются сомнению: ну конечно, высокоинтенсивные тренировки с недельным циклом работают – ты же стероидами обкололся! Гарантий, что те же методы подойдут обычному человеку, нет [50].

Из-за всего этого имидж культуристов сильно страдает. Популярно мнение, что они обязаны своими чересчур огромными, нефункциональными телами исключительно большим объемам препаратов. За их «дутыми» мускулами якобы не скрывается реальной силы. Также люди часто задаются вопросом, какая мотивация скрывается за преследованием спортсменами этих идеалов.

Эти обвинения не лишены правды, но мне все же хочется встать на защиту бодибилдинга (возможно, я слегка предвзят – прежде чем перейти к более функциональным методикам, я много лет занимался культуризмом и был очень доволен).

Прежде всего я развенчаю миф о том, что прокачка несократительных частей мышцы путем саркоплазматической гипертрофии не имеет смысла. Я часто слышу, что бодибилдерские мышцы «ненастоящие» или «дутые».

Бодибилдеры очень сильны. Франко Коломбо, один из лучших друзей Арни, на пике формы считался одним из сильнейших людей на планете. Он играючи взрывал грелки силой легких и отрывал от земли заднюю часть автомобиля. Культуристы бронзового и серебряного века могли похвастаться еще более впечатляющими достижениями, но о них мы поговорим позже.

Выполняя упражнение до отказа, вы истощаете самые маленькие двигательные единицы и вынуждаете организм подключать более крупные и сильные ДЕ. Это означает, что десять повторений весом в 70 % от 1ПМ будут очень похожи на одно повторение с максимальным весом. Конечно, атлеты становятся сильнее.

Пампинг и работа над объемом способствуют и выносливости. Увеличение запасов гликогена в мышечных клетках и другие адаптации (к примеру, рост числа капилляров, насыщающих мышцы кровью) повышают способность распределять силу на длительный срок. Все по принципу SAID: чем дольше ваши подходы, тем дольше вы можете работать с тяжестями.

Какое умение полезнее в повседневной жизни: поднять очень тяжелый груз, но один раз, или поднимать груз полегче, но многократно? Я обеими руками голосую за второй вариант.

Наконец, изолирующие упражнения для укрепления конкретных мышц могут пригодиться любому – главное использовать их в комплексе с другими методами. Так, занятия на квадрицепс-машине помогут увеличить скорость спринта, а жим ногами улучшит присед. Элитные культуристы, как никто другой, понимают важность поистине сбалансированного телосложения, не оставляя без внимания ни один мускул.

Безусловно, бодибилдинг не лишен минусов, и универсализма он вам не добавит. Однако не спешите сбрасывать его со счетов – как мы увидим далее, ему, как и каждому тренировочному стилю, есть что предложить.

Бодибилдинг – дело хорошее, но если ваша цель – развить максимальную силу, то пауэрлифтинг предпочтительнее. Под максимальной силой понимается общий объем энергии, которую вы способны вложить в одно движение. В случае пауэрлифтинга этими движениями являются:

– Жим лежа

– Присед

– Становая тяга

Выполняя жим, вы ложитесь на скамью с закрепленной над вашей головой штангой, снимаете ее, опускаете на грудь и выпрямляете руки до предела. Тем самым вы тренируете грудь, трицепсы, плечи и кор.

При приседе вы располагаете гриф штанги на плечах, а затем опускаетесь, соблюдая четкую вертикаль, – будто садитесь на стул. Ноги расставлены на ширину плеч, при этом они не должны отрываться от земли. Движение продолжается, пока ягодицы не достигнут нижней точки из возможных (по-английски это называется ass-to-grass, что-то вроде «задницу в пол». После этого вы выпрямляетесь, вновь становясь прямо, – повторение закончено. Спина должна оставаться ровной, взгляд – прямо перед собой.

Перед тем как делать становую тягу, вы кладете штангу на пол. Бедра отставлены назад, колени слегка сгибаются, хват прямой [51]. Задача – полностью выпрямиться, чтобы гриф висел на руках прямо перед вами. Позвоночник должен оставаться в нейтральном положении, округление или отклонение ведет к травмам. После этого происходит обратное движение, и штангу кладут обратно. Направлена становая тяга на нижнюю часть спины, трапеции, ноги, корпус и силу хвата.

Поскольку три этих упражнения требуют слаженной работы большого числа мышц, они считаются составными или многосуставными. Так как выполняемые нами движения (присед, жим и сгибание – три из семи «основных движений» из главы 1) применяются и за пределами спортзала, эти упражнения можно назвать функциональными. Они превращают наше тело в единый механизм. Базовые упражнения, требующие объединенной силы различных мышц, извлекают из нас больше энергии и позволяют управляться с большим весом.

Для тех, кто стремится стать сильнее, пауэрлифтинг – настоящая находка!

Логично, что нам следует увеличить вес для каждого повторения. Вместо 70 % 1ПМ на 8–15 повторений мы будем устанавливать вес в 80–90 % 1ПМ на 1–4 повторения. Больше повторений мы из себя не выжмем.

В принципе, мы можем даже рассчитать оптимальное количество повторений для каждого веса по таблице Прилепина:

Существуют и другие методики подсчета, но в общем и целом идея такова: больше веса – меньше повторений.

Работа с 90-процентным весом позволит улучшить нейронную активность для эффективной активизации волокон, ускорить рост волокон II–X типа, вывести на новый уровень механическое повреждение и мышечный стресс. Короче говоря, этот вид тренировок идеален для развития максимальной силы и мощного рывка.

Конечно, вы можете нарастить силу и с весами, близкими к вашим 1ПМ. Такие повторения потребуют приложения максимальных усилий, но ваш темп неизбежно замедлится, а значит, эффективного развития взрывной мощи не получится.

Также нужно заметить, что данный стиль чрезвычайно интенсивен и утомителен для нервной системы – без длительных перерывов не обойтись. Нередки и травмы, вызывающие откаты и мешающие прогрессу. По этой причине большинство тренеров советуют подопечным выставлять вес в 75–85 % от их 1ПМ, регулируя количество подходов и повторений соответствующим образом. Ставить личные рекорды рекомендуется в самом начале занятия, хотя и на этот счет есть альтернативные мнения.

А еще пауэрлифтеры дольше отдыхают между подходами, чтобы восстановиться полностью. Если у бодибилдеров отдых составляет в среднем от 30 до 90 секунд, то у пауэрлифтеров – от двух до пяти минут и даже больше!

Силовое троеборье становится все популярнее среди завсегдатаев спортзала, тогда как бодибилдинг будто бы выходит из моды (но это смотря в какой уголок интернета заглянуть). Начинающие обычно тяготеют к программам наподобие StrongLifts 5x5 – три тренировки на все тело в неделю, пять подходов по пять повторений.

В большинстве таких программ упражнения слегка варьируются с учетом различных групп мышц, помогая прорабатывать мышцы во многих положениях и под многими углами.

Пример программы StrongLifts 5x5:

Примечание: программа должна включать в себя разминку, чаще всего в форме разогревочного сета с минимальным весом (например, пустым грифом). Так вы сможете отработать движение, «подсветить» нейронные связи и подпитать мускулы кровью.

Помимо работы с весом в 80–90 % от 1ПМ, есть и другие способы стать сильнее, и нам есть что в них почерпнуть.

Метод динамических усилий

Метод динамических усилий (он же сопряженный метод) связан со школой «Вестсайд Барбелл» [52]. Его идея состоит в том, что в тренировках взрывной силы сопротивление можно заменить ускорением.

Наша нервная система не видит разницы между взрывной силой и взрывной скоростью, помните? Отличия могут прочувствовать кости и соединительные ткани. С точки зрения мозга подъем веса в 50–70 % от 1ПМ на предельной скорости [53]– то же, что и обычный подъем 80–90 %. Эта компенсаторная акселерация дает возможность отказаться от максимальных весов.

Многие тренеры сочетают классические упражнения с динамическими для достижения наилучших результатов.

Частичные повторения

Альтернативная стратегия – применение частичных повторений: поднимать нужно вес, превышающий ваш максимум, однако с неполной амплитудой. Отличный пример – становая тяга в силовой раме. В начале движения гриф находится на стойке, где-то на уровне коленей. Таким образом, преодолеть придется совсем небольшое расстояние, возможно, даже пару десятков сантиметров. Выполняя упражнение не полностью, вы можете справиться с весом значительно выше предельного.

У метода имеется множество довольных поклонников, включая блогера Alpha Destiny.

Частичные повторения крайне эффективны, поскольку позволяют укрепить хват и мышцы-стабилизаторы. Они способствуют и росту уверенности в себе без риска для здоровья. В общем, организм привыкает к таким нагрузкам, и ему будет куда проще перенести их, когда дело дойдет до полноценных упражнений.

Существует даже теория, что данный вид тренинга может «переписать» механизмы мышечного отказа. Механизмы полагаются на информацию от сухожильного органа Гольджи, который фиксирует усталость или повреждения. Впрочем, подтверждения этим данным ученые пока не предоставили.

Уровень сопротивления можно контролировать и посредством резинок и цепей. Например, при выполнении приседа с цепями цепи коснутся пола (тем самым облегчая груз) в нижней точке.

Как мы увидим в следующей главе, аналогичные методы применяли и силачи прошлого, не заставшие современный пауэрлифтинг.

Хотя эти стратегии и выглядят перспективно, они направлены в первую очередь на высококлассных спортсменов, а остальным лучше сделать ставку на прогрессивную перегрузку. Это краеугольный камень силовых упражнений, фундамент вашего развития.

Говоря простым языком, прогрессивная перегрузка – повышение сложности упражнений по мере привыкания к ним организма. Если долгое время приседать с весом 120 кг на 4 повторения, вы неизбежно достигнете точки, когда это станет легко. Скорее всего, ваш одноповторный максимум вырос до 150–160 кг, поэтому можно смело вешать на штангу еще 10 килограммов.

Или же, если вы стараетесь наработать силовую выносливость, увеличьте число повторений в подходе (скажем, с четырех до пяти). Добравшись до 130 кг, вы сможете вновь откатиться до 4 повторений.

Самый знаменитый пример прогрессивной перегрузки нам подарил легендарный Милон Кротонский, знаменитый атлет, живший в VI веке до н. э. Шестикратный олимпийский чемпион запугивал своих противников, поедая сырое мясо прямо у них на глазах. Рассказывали, что Милон демонстрировал силу, держа в руке гранат, который соперники должны были отобрать. Он не просто не отдавал им плод, но и умудрялся при этом его не повредить.

В детстве Милон тренировался с теленком на плечах, который со временем превратился во взрослого быка. Вместе с теленком вырос и сам Милон, обретший невиданную силу благодаря прогрессивной перегрузке.

Преодоление застоя

Развитие новоиспеченных пауэрлифтеров чаще всего происходит плавно и без сбоев, однако рано или поздно они достигнут своего первого застоя – повысить силовые показатели будет уже не так просто.

Судя по всему, адаптации к физическим нагрузкам свойственна цикличность. Постепенно увеличивая силу, следует делать небольшие перерывы, а затем возобновлять прогрессивную перегрузку в надежде на улучшение результата перед очередным плато [54]. Очень многие программы строятся вокруг данной идеи. Целью на макроцикл (период тренировок, делящийся на мезоциклы и микроциклы) часто является выход на пик формы перед соревнованиями. Такой подход называется периодизацией [55].

Доподлинно неизвестно, почему прирост силы не может идти линейно, но я полагаю, что это связано с нейронными адаптациями. Моя дочь, учась ползать, подбиралась все ближе и ближе к цели, но потом словно застревала на целые недели. Для заинтересованного родителя это настоящая пытка!

Плато – естественная, обязательная часть процесса обучения

Как пишет Норман Дойдж в своей замечательной книге «Пластичность мозга», прорыву в усвоении нового навыка предшествует период закрепления. Плато – естественная, обязательная часть процесса обучения. Когда моя дочь научилась вставать на четвереньки, она довольно долго «цементировала» вновь проложенные нейронные пути посредством миелинизации и других инструментов. Это было необходимо – без закрепления она не смогла бы научиться поднимать руку из этого положения.

Преодолевать застой можно и по-другому – к примеру, подолгу не увеличивая вес, в нужный момент делать более резкий скачок. Перед каждым новым шагом фиксируем прогресс.

Также атлету может быть полезно размышление над своими слабостями и пробелами. В какой именно фазе движения он испытывает трудности? Или, может, у него нелады с дыханием? В таких ситуациях стоит обратиться к специализированным тренировкам [56].

Многие пауэрлифтеры свято верят, что полноценную программу можно построить на одной только базе. Как вы узнали из первой главы, я с этим ничуть не согласен!

База покрывает три из семи основных движений – а как же оставшиеся четыре?

Проблема кроется в том, что популяризаторы того или иного направления склонны преуменьшать или вообще игнорировать его минусы, и их последователи попадают в ловушку. Те, кто всю жизнь тренируется одним и тем же образом, просто не способны признать, что это время можно было потратить с большей пользой. Многие пауэрлифтеры даже доказывают, что базовые упражнения прибавляют силы каждому вашему движению, – конечно же, это не так.

База действительно сделает вас крепче во многих отношениях. Но как она поможет вращательной силе? Да никак.

Если попросить пауэрлифтера отжаться на одной руке, большинство не справится с этой задачей. Не потому, что этот «навык» они не освоили, и не потому, что они слишком много весят (если они могут выжать 150 кг над головой, то должны и приподнять часть массы своего тела одной рукой). На самом деле они попросту не работали над косыми мышцами и не привыкли опускать плечи во время упражнений. Они также не умеют группироваться в горизонтальном положении. В общем, они недостаточно сильны.

То же можно сказать и о силе выпрямленной руки, вращательной силе плеч, силе грудной клетки и других качествах, не покрываемых чисто лифтерскими программами.

И мы даже не касались проприоцепции, мобильности, выносливости, равновесия, относительной силы… Мне встречались даже культуристы и пауэрлифтеры, неспособные подняться по лестнице без одышки!

Некоторые называют присед не иначе как «Его Величеством» и считают самым функциональным упражнением, однако к заслуженности королевского титула есть вопросы. Конечно, сама траектория движения весьма фундаментальна, но что насчет экстремальной перегрузки? Это точно не естественные условия. Вообще непонятно, как можно взвалить на плечи такой вес без специальной стойки, так что вряд ли наши предки сталкивались с подобными задачами. И не сказать, чтобы нам приходилось часто приседать во время занятий спортом.

Даже если древние люди приседали с грузом на плечах, то он явно не мог быть сбалансирован так же идеально, как современные грифы и блины.

А вот прыжок с одной ноги предпочтительнее и для спортсменов, и для охотников-собирателей, и для любого из нас. Равно как и резкая смена направления или быстрые сгибания.

Я не утверждаю, что присед бесполезен или что нарабатывать силу таким образом бессмысленно. Но важно помнить, что базовые упражнения были специально отобраны учредителями конкретной дисциплины, и нельзя считать их волшебной формулой по достижению всестороннего результата, как это делают некоторые завсегдатаи спортзала.

Мне не кажется, что прокачка максимальной силы с помощью базы имеет большую ценность для непрофессионала, чем любой другой описанный мной аспект физической формы. Скорее даже наоборот.

Пауэрлифтинг и бодибилдинг способны многому нас научить, но это лишь один элемент пазла.

Ключи к гармоничному развитию нужно искать не здесь, и для начала мы отправимся в прошлое.

Бодибилдинг и пауэрлифтинг – дисциплины физической культуры в широком ее понимании. Физическая культура – движение, видящее в развитии тела самоцель, а не просто средство для достижения спортивных или военных результатов.

Сейчас флагманскими считаются именно два упомянутых направления, а вообще история физической культуры берет начало по меньшей мере в XIX веке в Германии, Великобритании и США. За это время физкультура претерпела ряд изменений, и целые тренировочные школы канули в Лету.

Однако интерес к их возрождению силен как никогда.

Я уверен, что нам было бы полезно взять на вооружение очень многие подходы и методики, популярные среди силачей прошлого, культуристов бронзового и серебряного веков и даже мастеров древних боевых искусств. Более того, с их помощью можно заполнить пробелы современного фитнеса.

Это истинно функциональный тренинг.

Человечество занимается спортом с незапамятных времен.

Конечно, изначально силовые тренировки проводились несознательно – просто жизнь древнего человека была полна тяжелых испытаний. Приходилось бегать, сражаться, карабкаться, и сила и выносливость формировались сами собой. О том, почему такой тренинг полезен и сейчас, мы еще поговорим.

Пожалуй, самое раннее подобие культуризма и пауэрлифтинга можно отыскать в античности, во времена уже знакомого нам Милона Кротонского. Греки классического периода стремились к идеальным, почти супергеройским пропорциям, воплощенным в статуях.

Тогда же возникли первые спортзалы, гимнасии – буквально «места, где обнажаются» [57].

Занятия спортом по-прежнему являлись сугубо средством для достижения цели, вплоть до победы на Олимпиаде. При этом забота о здоровье все же считалась важным делом.

Сократ говорил: «Человек не имеет права пренебрегать физическими тренировками. Было бы безобразием по собственному незнанию состариться так, чтобы даже не видеть по самому себе, каким способно быть человеческое тело в полноте своей красоты и силы [58]».

В общем, физическая культура родилась примерно тогда.

Перенесемся в будущее, в эпоху, когда начинался расцвет физической культуры.

Под «силачами прошлого» обычно понимаются атлеты начала XX века, выполнявшие восхитительные трюки на потеху публике, – Артур Саксон, Джо «Могучий Атом» Гринштейн, Максик и многие другие. Бодибилдинга, пауэрлифтинга и тяжелой атлетики как олимпийского вида еще не существовало, равно как и спортивных журналов. До стероидов и других стимуляторов также было еще далеко.

В те годы физические тренировки еще не стали популярным хобби, так что подвиги этих гигантов впечатляли еще больше. На фоне современников они напоминали сверхлюдей, и многие из их рекордов все еще не побиты. Отчасти потому, что такие упражнения сейчас не применяются – атлетам прошлого было привычно поднимать тяжести одной рукой, а строгой техники они отнюдь не придерживались.

На первых Олимпиадах современности спортсмены состязались вольным стилем в поднятии гантелей и толчке одной рукой. Стандартизация началась только в 1920-х, когда были введены жим над головой, рывок и толчок, а от одноручных дисциплин было решено отказаться. Троеборье существовало до 1972 года [59], когда из программы был исключен жим.

Когда жим над головой исчез из официальных соревнований, он будто бы исчез и из большинства тренировочных программ. Но кто сказал, что он не может иметь ценности для нас с вами?

При подъеме тяжестей «как угодно» спортсмен должен поднять над головой два любых снаряда любым удобным ему способом. Так, упражнение состоит не только из идеального выполнения некоего движения, но и включает задачку на изобретательность.

Как правило, атлет сначала выполняет выкручивание, держа штангу одной рукой и как бы под нее подсаживаясь, а затем переходит к несению гири свободной рукой.

Это движение во многом направлено на косые мышцы, располагающиеся сбоку живота и поддерживающие корпус при наклонах и скручиваниях. В силовом троеборье они почти не используются, а многие бодибилдеры вообще принципиально их игнорируют – чем крупнее косые мышцы, тем шире талия.

Неудивительно, что рекорд в этом упражнении по-прежнему принадлежит Артуру Саксону, поднявшему над головой штангу весом в 152,4 кг и гирю весом в 50,8 кг. Саксон также удерживает рекорд по выкручиванию штанги одной рукой – 168 кг. Поднять такой груз, пусть даже и в своеобразной технике, – уму непостижимо.

При выкручивании атлет фиксирует снаряд в одной руке и подсаживается под него

Поймите правильно, я не пытаюсь принизить достижения современных стронгменов – во многих отношениях они значительно сильнее силачей прошлого. Просто Саксон и его современники обладали видом силы, который сейчас никто и не пытается обрести и который был нами утерян.

Современные соревнования заключаются в подъеме максимального веса двумя руками – от толчка до лог-лифта. В таких условиях победителя, то есть самого сильного участника, вычислить легко. Еще это зрелищно и выгодно для бизнеса.

Силачей прошлого отличает то, что они были не спортсменами, а артистами. И это важно, потому что их задачей было развить силу, которая впечатлила бы несведущего зрителя. Сохранять равновесие, держа штангу одной рукой, – что может быть круче?

И хотя это в первую очередь шоу, мне не кажется, что этот навык бесполезен. В реальном мире умение выжать максимум силы из одной руки, сохраняя полный контроль над всем телом, даже полезнее, чем выжать максимум из двух. Нам крайне редко приходится иметь дело с длинными, прямыми, идеально симметричными объектами. Гораздо чаще встречается необходимость, скажем, разложить коляску одной рукой, держа ребенка в другой.

Упражнения, выполняемые одной рукой или с неравномерным распределением веса, требуют активизации косых мышц на противоположной стороне корпуса, чтобы не допустить заваливания под нагрузкой.

Такая сила имеет множество применений и за пределами спортзала. Вам когда-нибудь доводилось тащить тяжелый чемодан через весь аэропорт или сажать на плечо ребенка? Умение держать баланс точно пригодится и на разнообразных спортивных площадках. Например, борцу будет гораздо проще устоять на ногах, когда он умеет переносить вес на одну сторону, сопротивляясь усилиям противника. Очень многие приемы заключаются как раз в том, чтобы лишить соперника баланса, «перекрутить» его тело и уложить на настил.

Специалисты уверены, что крепкость мышц кора способствует быстрым и мощным движениям конечностей. Словами Стюарта Макгилла: проксимальная жесткость усиливает дистальный атлетизм.

Такие движения называются антилатеральными сгибаниями – то есть вы не даете гравитации наклонить вас вбок в области поясничного отдела позвоночника. Это понятие лишь недавно вошло в моду среди функциональных тренеров, которые берут на вооружение куда менее яркие методы тренировок вроде боковых наклонов с гантелями. Получается, силачи начала прошлого века намно-о-ого опередили свое время! Устойчивости корпуса вообще уделяется огромное внимание в функциональном тренинге, так что мы еще вернемся к этой теме в будущих главах.

Если выкручивания и доношения отошли на задний план, то олимпийское двоеборье из рывка и толчка по-прежнему практикуется. Обе эти дисциплины предусматривают перенос максимального веса на максимальное расстояние, а значит, отлично подходят для состязаний. Что интересно, оба упражнения по своей сути плиометрические, так как состоят из резкого выброса силы из фиксированной позиции. Рывок и толчок – крайне взрывные движения, задействующие все тело, а потому с большей вероятностью разовьют волокна типа II–X, чем более медленные пауэрлифтерские упражнения. Впрочем, несмотря на все свое великолепие, они ограничены одной лишь сагиттальной плоскостью.

Выкручивания – лишь один из примеров забытого искусства силачей столетней давности, которое могло бы пригодиться нам сегодня. Не меньшее внимание они уделяли силе хвата.

Многие из атлетов обладали предпринимательской жилкой и делали целые состояния на продаже брошюр и книг с указанием методов, благодаря которым они (якобы) обрели свою богатырскую силу. Одни часто подчеркивали важность и пользу мощного хвата [60] и рекомендовали упражнения вроде сминания газет или поднятия тяжелых книг одними пальцами. Другие советовали развивать предплечья, закрепляя какой-нибудь тяжелый предмет на конце швабры и удерживая ее в равновесии за другой конец.

Сила хвата являлась еще одним ключом к успеху выступлений. Атлеты иногда приглашали зрителей подняться на сцену и попытаться воспроизвести их подвиги – попытки, разумеется, были неудачны.

Однако, желая удостовериться, что доброволец не справится, они прибегали к жульничеству, ведь если бы кто-то случайный мог повторить их достижения, их карьере пришел бы конец. Для этого шоумены брали более толстые грифы для штанг и гантелей: даже обладай зритель достаточной силой для выполнения выкручивания и жима над головой, это не важно, ведь оторвать снаряд от пола он не сможет.

До логического предела эту хитрость довел Томас Инч, создатель «Неподъемной гантели». С этой гантелью, будто вышедшей из легенд о короле Артуре, не смогли бы сладить и большинство современных стронгменов. Весила она 78 килограммов, диаметр ручки составлял 6 сантиметров.

Сила хвата высоко ценилась и в другие исторические эпохи на разных концах света. Возьмем самураев, которые понимали важность силы хвата и особенно силы мизинцев.

Отсечение мизинца было одним из самых страшных наказаний для самурая. Почему так? Потому что без мизинца ему было бы гораздо труднее обращаться с катаной. В сумме мизинец и безымянный палец ответственны за 34–67 % общей силы хвата. Без них выбить меч из рук оппонента становится куда проще.

Это может показаться неожиданным, но если задуматься, то все логично, ведь рука устроена как единая функциональная единица. Большой палец называют противопоставленным потому, что он противопоставлен мизинцу. Сжимая кулак, вы замыкаете его большим пальцем.

Даже совсем немного изменяя манеру своего хвата, вы можете значительно изменить его силу. Так, вы сможете ухватить гриф куда сильнее, если вытянете большой палец и обернете им остальные.

Кроме того, таким образом вы провоцируете активацию новых мышц. Например, располагая костяшку мизинца на перекладине, а не держась одними пальцами, вы задействуете широчайшие мышцы при подтягивании. Держа гантели в руках, вытянутых вдоль туловища, просуньте мизинцы дальше для более эффективной тренировки хвата.

Еще один артист с недюжинной силой хвата и пальцев – Джон Холтум, «Король пушечных ядер».

Родившийся в 1845 году, Холтум прославился умением ловить выпущенные из пушки ядра голыми руками. Как-то раз неудачный трюк стоил ему трех пальцев! Но нашего героя это не остановило, и выступления он продолжил.

Еще один популярный номер среди циркачей прошлого распространен и сегодня – сгибание гвоздей пальцами при помощи одной силы воли. Также могли использоваться подковы, сковороды и другие металлические предметы.

Хотя все эти аттракционы рассчитаны на публику, это не единственная их функция. Даже если вам не удастся согнуть гвоздь, списывать со счетов силу хвата не стоит – как показывают исследования, она коррелирует с продолжительностью жизни и ее качеством в пожилом возрасте [61].

Если вы работаете над бицепсом, вам просто необходимо работать и над хватом – это касается и любителей, и профессионалов. Сила хвата дарит вам полный контроль над снарядом. Не развивая хват, вы никогда не раскроете свой потенциал. Больше того, укрепив его, вы наверняка улучшите свои результаты в каждом упражнении.

Когда мозг ощущает, что вы недостаточно крепко что-то держите, он не позволяет вам приложить максимум силы.

Повторюсь, сила хвата напрямую влияет и на нашу повседневную жизнь. Вещи вокруг нас крайне редко имеют форму гантели – гораздо чаще мы имеем дело с неудобной мебелью, беспокойными детьми, спортивной формой товарищей по тренировкам. В дикой природе нам пришлось бы поднимать валуны и лазать по деревьям.

Пусть сила хвата и односторонние упражнения и полезны, но, по-моему, стронгмены прошлого века могут предложить и более полезный урок. Я говорю об укреплении связи мозга и мышц.

Для этого силачи прошлого прибегали к двум методикам: контролю над мышцей усилием мысли и изометрическим упражнениям.

Начнем с изометрии, так как она проще для восприятия.

Изометрические сокращения – сокращения, не приводящие к движению. Поднимая груз и удерживая его на вытянутой руке, вы создаете изометрические сокращения в нескольких группах мышц. Длина мышц при этом никак не изменяется в отличие от концентрических (укорачивающих) и эксцентрических (удлиняющих) сокращений. Упражнения, в которых вы держите сустав в одной позиции с сопротивлением, считаются статическими.

Также принято выделять изометрически-статические упражнения. Здесь вы пытаетесь поднять или выжать неподъемный объект – сокращаете мышцы с намерением осуществить движение, но сделать этого не можете. Мышцы не сокращаются и не удлиняются.

Допустим, вы лежите под штангой весом в 300 кг и прикладываете всю свою силу, чтобы оторвать ее от стойки, – это изометрически-статическое упражнение. К тому же типу относятся попытки согнуть железный прут – наследие силачей прошлого.

Можете поучиться и у легендарного индийского борца Великого Гамы – тот, говорят, пытался валить голыми руками деревья.

Подобные сокращения эффективны благодаря усилению нейронных импульсов, активирующих нужные мышечные волокна. Чем чаще вы тренируетесь таким образом, тем больше пробудите скрытых резервов.

Как это работает?

В сущности, изометрически-статические упражнения напоминают попытку выжать 110 % от своего 1ПМ. Как и при разовом максимуме, вам потребуется выложиться без остатка, – разница в том, что без движения вы сможете держать это напряжение дольше.

Возьмем для примера одну из олимпийских дисциплин – рывок. Без выдающейся силы он вам не покорится. Однако приложение максимума сил требуется лишь на начальном этапе движения – после этого на первый план выходят инерция и техника.

Даже при разовом жиме лежа относительная нагрузка на каждую мышечную группу варьирует по ходу упражнения: в одной точке вы извлекаете больше силы, чем в другой. Даже если бы это было не так, подход все равно занимает не больше пары секунд.

А вот при удержании штанги максимальный выброс силы можно продлить (рекомендуемая длительность повторения 6–10 секунд). Также можно направить усилие на конкретную мышцу, как это делают бодибилдеры для стимулирования гипертрофии. Снова вспоминаем принцип SAID и делаем вывод, что такие упражнения способствуют активизации двигательных единиц.

Выполняя баллистические изометрические упражнения, вы добавляете «взрывной» элемент. Попробуйте резко и мощно упереться в стену или дерево, а затем удержаться в таком положении, либо приложите несколько таких усилий подряд.

Из всех атлетов, занимавшихся по такой методике, самой интригующей фигурой является Александр Засс. Во время Первой мировой войны служивший в русской армии Засс попал в лагерь для военнопленных. Рассказывают, что он убегал оттуда четырежды! При помощи своей невероятной силы рук он разорвал сковывавшие его цепи, раздвинул прутья оконной решетки и выскочил в тюремное окно в последний раз. Засс пытался гнуть железо, пока его тело не адаптировалось к нагрузке и не научилось гнуть его по-настоящему.

После войны Засс начал гастролировать под именем Удивительного Самсона, разрывая цепи и поднимая тяжести уже для развлечения публики. Он нашел и иное применение своей силе, выступая в качестве борца.

Ключом к системе Засса служат как раз изометрические упражнения вкупе с тренировками кистей.

Среди других подвигов Самсона – прогулки с роялем, пианисткой и балериной (одновременно!) на плечах, ловля вылетающих из пушки девушек и забивание 12-сантиметровых гвоздей ладонью. А еще на войне он вынес раненую лошадь с поля боя.

Спустя сто лет на программу Стэна Ли «Сверхлюди» пришел современный силач Деннис Роджерс. Несмотря на свою не слишком внушительную внешность, Деннис может претендовать на титул сильнейшего человека в мире вне зависимости от весовой категории. Он без видимого труда скручивает сковородки и разгибает подковы, попутно зарабатывая продажей полных изометрических упражнений программ. Как выяснили ученые в программе, Деннис способен задействовать огромную долю своих двигательных единиц, чем и объясняется необычайная для его скромных габаритов сила.

Конечно, изометрические упражнения – не панацея, поскольку их эффект ограничен: прирост силы фиксируется исключительно в пределах 30 градусов от положения сустава. Получается, что для полноценной проработки амплитуды (скажем, подъема на бицепс) нужно поочередно удерживать гантели или штангу как минимум в трех позициях.

Квази-изометрия была придумана в России, и относительно недавно. Этот метод (или группу методов) под условным названием «Система» применяют мастера единоборств, а заключается он в крайне медленном выполнении упражнений. Как правило, используются упражнения со своим весом вроде подтягиваний или отжиманий, а одно повторение занимает от 30 секунд до минуты.

Эта разновидность изометрии великолепно подходит для развития нейромышечной связи. В отличие от классического варианта, сконцентрированного на достижении максимума силы, квази-изометрия сводится к задействованию идеально рассчитанного количества двигательных единиц. Мы пробуждаем только те двигательные единицы, которые необходимы для следующей толики движения. – точность и четкость против грубой мощи.

Такая техника не дает нам спешить на том или ином отрезке – проскочить мертвую точку за счет инерции уже не получится, ведь полная сила нужна в каждый момент. Например, выполняя присед в квази-изометрической технике, вы ощутите максимальную нагрузку при начале подъема.

Замедленные движения помогают и отточить технику. Приседая, вы сможете внимательнее следить за положением спины и чувствовать, какие мышцы работают в какой фазе. Вы также сможете удостовериться, что упираетесь на пятку, и узнать, как положение ног влияет на упражнение.

Заодно можно отработать и уверенное, неглубокое дыхание при напряженном корпусе.

Еще лучшего контроля над движениями можно добиться, попробовав пассивную квази-изометрию. Это означает, что вы постараетесь напрягать исключительно мышцы, используемые в конкретный момент, ровно настолько, насколько это необходимо, и максимально расслаблять все остальное тело. Подчеркнем: активная квази-изометрия подразумевает сокращения во всем теле для поддержания напряжения.

Польза медленных повторений не ограничивается тренировками с сопротивлением. Если вам не удается замах клюшки или боксерский джеб, попробуйте рассмотреть каждый элемент движения под микроскопом, чтобы найти ошибку и исправить ее.

Но не забывайте, что квази-изометрия подходит не для всех видов тренировок: с гирями и сверхтяжелыми весами ее лучше не практиковать.

Еще один способ укрепления нейромышечной связи – научиться запускать мышцы произвольно.

Ярче всего это умение демонстрировал Макс Зик [62], немецкий силач, родившийся в 1882 году. Как утверждается, в детстве он сильно болел [63], но занятия с легкими весами и упражнения для «контроля над мышцами» помогли ему достичь выдающейся физической формы. Макс стал настолько силен, что мог 16 раз поднять над головой мужчину на 20 кг тяжелее себя!

В своей книге «Мускульный контроль» Максик подробно описывал, как научился расслаблять и напрягать отдельные мышцы. Он мог заставить сгибатели запястья выпрыгнуть из руки, не потревожив окружающие мышцы, или сократить половину прямых мышц живота. Также его отличал редкий навык контроля над лопатками.

Зик считал, что секрет такой поразительной силы кроется не только в умении извлекать усилия из той или иной мышцы, но и в умении расслаблять ее антагониста.

Как правило, при поднятии штанги на бицепс трицепс также слегка сокращается, создавая дополнительное сопротивление. Соответственно, бицепс в этой паре является агонистом, а трицепс – антагонистом. Научившись контролировать позыв трицепса к сокращению, теоретически возможно прикладывать еще больше силы.

Вы наверняка умеете сокращать бицепсы, не двигая при этом руками. А теперь попробуйте сделать то же самое с мышцами предплечья. Сможете ими «поиграть», не активируя другие мышцы?

Если у вас не выходит, измените «запрос» – представьте, что держите в руках апельсин и пытаетесь его выжать, не шевеля пальцами. Видите сокращения?

С достаточной практикой и правильными сигналами вы способны обрести подобную власть и над рядом других мышц. Свой метод Максик вместе с другом и коллегой Франком Сальдо продвигали под брендом «Максальдинг».

Уровень вашего контроля будет зависеть от того, как активно вы пользуетесь конкретной группой мышц. Видели, как Терри Крюс [64] танцует грудными мышцами? Он умеет так делать, потому что долго и усердно тренировал соответствующую зону и учился ею управлять. Ваш бицепс состоит из 53 двигательных единиц – здесь вопрос не в том, сможете ли вы двигать мышцей, а в том, какую ее долю сможете контролировать.

Доводилось ли вам слышать, что вы удачнее получаетесь на фото с одного ракурса и хуже с другого? Есть версия, что наличие «рабочей стороны» связано с тем, что мышцами одной стороны лица мы владеем лучше (у правшей обычно правая, у левшей левая). В общем, ваша мимика, обаяние и привлекательность зависят от мышечного контроля!

Еще один человек, доведший владение мышцами до совершенства, – Эрик Вайс, он же Гарри Гудини. Уроженец Будапешта стал мировой звездой благодаря своим трюкам с освобождениями. Еще он умел принимать мощнейшие удары в живот и задерживать дыхание под водой (до 5 минут). Поговаривают даже, что, проглотив замок с ключом, Гудини мог отпереть его внутри и отрыгнуть уже в открытом виде [65]!

Многие из его номеров строились на нейромышечной связи. Перед тем, как его заключали в кандалы, Гудини якобы напрягал отдельные мышцы, чтобы рука стала больше, а затем расслаблял их, спокойно успевая освободиться в установленное время. Способность держать удар и отрыгивание предметов также свидетельствуют о недюжинной силе брюшных мышц и контроле над ними. Некоторые биографы даже предполагают, что первому из этих навыков эскаписта учил Джозеф «Могучий Атом» Гринштейн, а второму – Максик.

Меня восхищает, что, просто обретя контроль над своим телом, мы можем впечатлять окружающих и казаться им почти небожителями. Волшебство какое-то!

Хотя идеи Максика, безусловно, интересны, сегодня они почти забыты. Можно предположить, что дело в их ограниченной относительно других тренировочных стилей пользе, но нет. Практических применений за пределами зала у них хоть отбавляй.

К примеру, бодибилдеры часто упоминают нейромышечную связь. При этом они имеют в виду контроль над тем, какие мышцы активнее всего работают при выполнении упражнения. Качая грудь при помощи отжиманий на брусьях, нужно слегка наклоняться вперед, иначе большую часть нагрузки возьмет на себя трицепс. Работая над трицепсами с верхним блоком, напротив, корпус необходимо держать ровно и неподвижно, иначе упражнение по сути превратится в скручивание.

Лишь ощущая нагрузку на мускулы, культуристы могут быть уверены, что доводят механическое напряжение и рост мышц до предела [66]. Арнольд Шварценеггер рассказывал, что во время подъема штанги или гантелей на грудь фокусировал внимание на бицепсах, представляя, как они набухают и заполняют собой все помещение.

Точно так же нейромышечная связь помогает и в функциональных тренировках, обеспечивая соблюдение техники. Давая мысленные команды, такие как «не отрывать пятки от пола», вы удостоверитесь, что работают в первую очередь мышцы задней поверхности бедра и ягодицы, а не квадрицепсы.

Если в стойке на руках без опоры (ее мы еще обсудим) вы теряете равновесие, то проблема, возможно, в недостатке ментальной концентрации на напряжении корпуса. Один верный сигнал может отделять успех от неудачи.

Изменение запроса может принести и другие плюсы. Некоторые инструкторы, наблюдая за подопечным на скамье для жима, подбадривают того: «Представь, что пробиваешь штангой потолок!» Иногда такой установки достаточно, чтобы добавить взрывной мощи.

Правильный настрой и фокус могут вывести на новый уровень работу мускулов, принести победу в матче, уберечь от травм. Слушать свое тело – важнейший совет, который я могу дать любому спортсмену.

Несмотря на все заслуживающие внимания приемы и хитрости, главное, чему они могут нас научить, – общий подход к тренировкам и физической культуре.

Атлетов прошлого отличало всестороннее развитие – они могли не только поднимать тяжести, но и показывали чудеса ловкости (кувырки, перевороты, стойки), катались на роликах на руках, забивали пальцами гвозди. Они работали над каждым элементом физической подготовки.

Основоположником современного бодибилдинга часто называют Евгения Сандова (он же Юджин Сэндоу), который одним из первых начал включать в свои выступления демонстрацию самого тела. Его эксперименты помогли сформировать сегодняшнее отношение к здоровью и занятиям спортом. Без Сандова свет не увидел бы журнал Men’s Health (к счастью или к сожалению)!

Эти легенды достигли уникальных результатов, исследуя новые грани своего потенциала и вдохновляя окружающих своим творческим взглядом на возможности организма. Они сделали фитнес увлекательным и модным.

Так почему же мы должны ограничиваться приседом и накачкой бицепсов?

Так же как мы учимся у силачей прошлого, они учились у своих предшественников. Тренируясь с популярными сегодня гирями, стальными битами и сэндбэгами, они намного опередили свое время.

Эти снаряды прошли долгий путь к славе, и сейчас видео тренировок с гирей заполонили YouTube и Instagram[68] благодаря ее универсализму и природной притягательности.

Нельзя назвать это пустым капризом моды: гири действительно предлагают уникальный подход к функциональному тренингу. Возможности их применения не знают границ, особенно в сочетании с булавами, сэндбэгами, медболами и другими нестандартными снарядами. Работая с этими средствами правильно, вы станете сильнее в тех аспектах физической формы, которые иначе могут остаться незамеченными. Это еще один ключ к раскрытию нереализованного потенциала.

Гиря представляет собой тяжелое железное ядро с плоским основанием и рукояткой наверху. Из-за необычной формы центр тяжести гири смещен и приходится не на ручку, так что ее можно использовать для создания рычага или переносить вес на предплечье. А еще ручка помогает выполнять махи, которые составляют главную ценность гири.

Махи позволяют нам привнести инерцию, крутящий момент и разнообразные углы сопротивления. С ними занятия становятся гораздо ярче, динамичнее и богаче.

Масса гирь традиционно измеряется в пудах (16,38 кг). Самые распространенные гантели весят 16, 24 или 32 кг, но встречаются и более крупные экземпляры.

Новичкам рекомендуется начинать с гирь, масса которых составляет порядка 15 % от массы тела, более опытным спортсменам – 30 %. Однако в целом, как и в случае с гантелями, исходить следует из ваших задач.

Некоторые историки находят истоки гиревого спорта еще в Древней Греции, где применялись утяжелители, называвшиеся галтерами. Внешне они мало напоминали современные гири – с тем же успехом их можно считать прародителями гантелей. Впрочем, в отличие от гантелей, галтеры предназначались в том числе и для размахивания.

Более близкие аналоги можно было найти в России XVIII века, где крестьяне использовали гири при взвешивании зерна. Позже, когда гири взяли на вооружение русские силачи, их стали производить специально для этой цели.

На Западе их внедрили знакомые нам атлеты прошлого, а нынешний гиревой ренессанс можно приписать Павлу Цацулину – писателю, фитнес-тренеру и вообще крутому мужику.

Как и многие другие инструменты, любимые силачами столетней давности, гири помогают нам прокачаться с не самых очевидных сторон. Если штанги и гантели, как правило, движутся по предсказуемым, ограниченным траекториям, гири постоянно меняют позицию и угол наклона.

Это вынуждает наше тело адаптироваться к внезапным переходам, сохраняя напряжение корпуса. Необходимо демонстрировать одновременно мобильность и устойчивость плеч, а также силу в любом положении. Гиря считается функциональным снарядом, поскольку упражнения воспроизводят наши движения в реальной жизни и спортивных играх.

Гири особенно любимы представителями единоборств – махи по своей структуре похожи на борьбу с противником, требуя как мощи и баланса в корпусе и бедрах, так и реагирования на изменения в прикладываемой силе.

Сначала рассмотрим мах, который часто называют главным упражнением с гирей. В первую очередь он направлен на сгибание-разгибание тазобедренного сустава и функциональную силу «задней цепи». В начальном положении расположите ноги на ширине плеч, а гирю – на полу перед собой. Слегка присев, переместите таз назад и поднимите гирю двумя руками, как при становой тяге. Спину держите прямой.

Поднимая вес, направьте бедра вперед, чтобы распрямить корпус. Гиря автоматически проследует вперед и вверх, положение рук не меняется. При правильном выполнении гиря должна пройти по дуге, зависнув в районе плеча – лишь там ее настигнет гравитация. Помните, что участие плеч и рук должно быть минимальным, нагрузку должны брать на себя бедра.

Когда гиря начнет опускаться, вновь наклонитесь вперед и согните колени, дав гире пройти между ног к вам за спину (в первый раз это может быть страшно). Инерция ослабнет, когда ваши руки коснутся ног. В конечной точке гиря сама собой качнется в обратную сторону подобно маятнику – поднимайте ее заново.

В связи с силой притяжения и формой гири каждое повторение получается уникальным. За равновесие отвечают ваши ноги и корпус, не дающие телу заваливаться вперед или назад под действием инерции. Вы как бы боретесь с весом, из-за чего упражнение становится куда увлекательнее и динамичнее, чем обычная становая тяга.

По своей природе махи гирей являются баллистическим упражнением. Поскольку вы стараетесь выполнять их в как можно более взрывной манере [69], махи требуют большого числа быстрых волокон, даже несмотря на малый вес снаряда. Во время маха мы используем ягодичные мышцы, крупнейшие в организме, по прямому назначению – для движения вперед. Неудивительно, что махи помогают улучшить результаты в тяге, приседе, беге на короткие дистанции и прыжках в высоту.

Среди любителей гири способность махов содействовать множеству, казалось бы, несвязанных между собой движений, известна как What The Hell Effect – нифига-себе-эффект!

Благодаря своей циклической, непрерывной структуре упражнение прекрасно подходит для долгих подходов, тренирующих выносливость. Можно даже использовать его в качестве кардио с сопротивлением: одновременно тренировать мышцы и сердце и сбрасывать лишний вес.

Эта универсальность – один из главных факторов внезапно возросшей популярности гири. Многие начали применять большие сеты из разных махов для сжигания жира и укрепления корпуса и ягодиц. Высокоинтенсивные тренировки весьма эффективны в данных отношениях.

Еще одно замечательное упражнение с гирей – турецкий подъем. В нем вы лежите на спине, держа гирю на вытянутой вверх руке, и поднимаетесь при помощи трех оставшихся конечностей.

Я не буду описывать технику выполнения подробно – скажу лишь, что такой подъем требует недюжинной устойчивости плечевого пояса и сильных мышц корпуса. Также он предусматривает совместную работу мышц, расположенных диагонально, и скоро мы это обсудим.

Еще один популярный вид работы с гирями – просто взять по одной в каждую руку и пройтись. Упражнение так и называется – проходка. Самый распространенный тип проходки называется «прогулкой фермера», так как фермерам часто приходилось (и иногда приходится) преодолевать большие расстояния с тяжестями в руках. Выполнять проходки можно и с другим инвентарем (например, с трэп-грифом), но гири благодаря удобному расположению ручки – оптимальный выбор.

В ряде отношений это самое функциональное упражнение из всех существующих, ведь мы занимаемся аналогичной деятельностью чуть ли не каждый день – скажем, носим сумки с продуктами. Ходьба с утяжелением укрепляет бедра и корпус, а также улучшает равновесие. Уже через несколько метров вы почувствуете нагрузку на трапеции и кисти рук. Трапеции необходимо поддерживать в полуактивном состоянии: не полностью расслаблять, но и не поднимать плечи.

Как и мах, прогулка фермера превосходно сжигает жир, а сложность выполнения можно повышать, увеличивая время, скорость или дистанцию, а не только вес.

Можно сделать задачу еще труднее, взяв только одну гирю, – тогда в работу включаются еще и косые мышцы живота. Идея такая же, как и при других упражнениях с неравномерной нагрузкой из прошлой главы, – борясь с гравитацией, мы стараемся не завалиться вбок.

Уникальные свойства гири делают этот снаряд чрезвычайно гибким. Нимб, восьмерки и другие упражнения тренируют корпус и плечи так, как никогда не смогут штанги и гантели.

Если хотите узнать о тренировках с гирей больше, YouTube вам в помощь.

Если гири уже успели стать привычным зрелищем в Instagram[70] и на YouTube, то занятия с битами и булавами остаются как бы в андеграунде. Однако тяжелые биты, как и гири, – крайне полезный инструмент, и к тому же крайне древний.

Булава служит символом силы с древнейших времен, о чем свидетельствуют мифы о Геракле и шумерское сказание «Эпос о Гильгамеше», одно из древнейших сохранившихся литературных произведений.

Тренировки с этими снарядами в современном виде пришли к нам из Персии и Индии. Персидские борцы стиля кушти развивали силу с помощью тяжелых бит, а индийские солдаты тренировали ловкость и мобильность при помощи булав под названием гада еще в начале XIX века[71]. Дислоцировавшиеся в Индии британские солдаты оценили достоинства снаряда и познакомили с ним Европу.

Сегодня выделяется несколько типов булав, каждый из которых имеет свои преимущества. Булавы в британском стиле, как правило, сделаны из дерева, довольно мало весят и используются в паре. Стальные биты и дубины намного тяжелее и применяются подобно гире. А еще есть мейс (палица), центр тяжести которого расположен еще дальше от рук, на конце длинной рукояти.

Работа с тяжелой битой во многом напоминает работу с гирей. Смещенный от ручки центр тяжести создает рычаг, увеличивая сопротивление, которое вам приходится преодолевать. Ощущаемая нагрузка динамически меняется с изменением положения биты в пространстве. Менять можно и хват, а вместе с ним и плечо рычага.

Своеобразное устройство стальной биты требует приложения значительной силы даже для обыкновенного маха. Само удержание летящей биты – не такая простая задача и эффективный метод тренировки хвата. Прежде чем взять в руки биту, убедитесь, что поблизости нет ваших товарищей по залу!

Если главным упражнением с гирей являются махи, то с булавой первенство принадлежит вращениям за головой. Траектория движения напоминает нимб – булава крутится вокруг головы, корпус остается ровным. Сперва возьмите снаряд двумя руками, держите его перед собой окончанием вверх. Затем заводите булаву за одно плечо концом вперед, переносите руки над головой и выводите булаву из-за второго плеча.

Вращение укрепляет плечелопаточный комплекс и мышцы, обеспечивающие плечевую стабильность. Давление, ощущаемое в высшей точке движения, способствует преодолению сутулости, полученной нами за долгие часы сидения. Если вам трудно поднять руки вверх, то вращения – отличный путь к восстановлению мобильности (начинать, конечно, следует с небольшого веса).

Во многих из упоминаемых мною упражнений предусматривается не допускающая наклонов группировка кора, помогающая развить вращательную силу. Биты и булавы (в меньшей степени гири) обладают неповторимым свойством – в отличие от 99 % стандартных упражнений, они не сжимают суставы, а растягивают их, тем самым предотвращая многие проблемы.

Гири и булавы имеют и массу других применений – даже привычные упражнения станут функциональнее и динамичнее, если заменить ими гантели.

Например, тяжелоатлетический жим из приседа – берите гирю (или две) на грудь и поднимайте над головой. В позиции на груди гирю можно держать даже долгое время: локоть согнут, а центр тяжести покоится на уровне плеч. Запястья при этом выпрямлены и не разогнуты на полную.

В таком положении можно выполнять приседания, выпады и другие упражнения на ноги. Скажем, кубковые приседания с одной гирей в двух руках перед собой. Так или иначе, фронтальная нагрузка активирует квадрицепсы сильнее, чем при обычных приседаниях. Упражнение приобретает антифлексионный характер – то есть вес будет клонить вас вперед, а вы должны держать позвоночник прямо. Огрехи в технике работы с большими весами часто ведут к травмам, тогда как упражнения с гирей могут иметь профилактический эффект.

Гири можно применять и во взрывной манере, выполняя рывок или толчок. При толчке подъем веса осуществляется за счет силы ног, а не рук – гиря позволяет отточить этот прием без лишнего риска.

Вращения гири над головой, на мой взгляд, невероятно круто смотрятся. Однако занятия с гирей – гораздо более тонкое искусство, чем может показаться на первый взгляд. Тренинг с гирей открывает целый мир техник и методик, каждая из которых обладает своими плюсами.

Так, в стиле hardstyle («жесткий стиль») основное внимание уделяется объему напряжения мышц в каждой из фаз упражнения. Данный подход был разработан советским спецназом в дополнение к боевым тренировкам по карате годзю-рю.

Различие стилей заключается в поведении тела: в нашем случае оно должно стать мобильным и расслабленным, а не жестким и напряженным. Здесь прослеживается явное влияние годзю-рю – наносящий удар каратист должен оставаться мягким и текучим до контакта, когда происходит сокращение и он становится тверд как камень [72]. Hardstyle-тренировки даже называют «боевым искусством с гирей» [73].

Непосвященному наблюдателю может показаться, что махи в стиле hardstyle ничем не отличаются от обычных, на деле же главное в них – переход между жестким и мягким состояниями. Большую часть движения спортсмен держится расслабленно, в ключевой момент извлекая максимум энергии и помогая снаряду взлететь в воздух. Не менее важно дыхание: для обеспечения дополнительной стабильности позвоночника и достижения предела силы выдох и сокращение производятся синхронно. Опять-таки, это напоминает ката из карате, где в момент контакта звучит боевой клич киай [74].

А теперь возьмем соревнования по гиревому спорту, где атлеты стараются раскачать гирю подобно маятнику – чем плавнее движения, тем меньше расход энергии. Этот метод идеален для кардиотренировок или подъема на время, но не для достижения предела силы. Это не преимущество и не недостаток – обе школы имеют право на жизнь.

Развивая нейромышечную связь, мы способны добиться впечатляющих результатов в контроле над мышцами. Таким образом, одно и то же движение может заиграть новыми красками, если вы лишь немного измените ментальный запрос.

На самом деле система тренировок, объединяющая сразу несколько указанных методик воедино, уже существует. Имя ей кроссфит.

Как кроссфит укладывается в современную физкультурную парадигму?

Движение было основано Грегом Глассманом в 2000 году. В нем совмещаются разнообразные дисциплины и упражнения, многие из которых направлены на большое количество повторений.

Среди них становая тяга, подъем медбола на грудь, воздушные приседания, киппинг-подтягивания, лазанье по канату, ровный бег, ходьба на руках. Желающие попробовать могут начать посещать ближайший кроссфит-зал или выполнять тренировку дня, опубликованную на сайте www.crossfit.com. В день написания этих строк ее программа включала в себя подъем медбола и отжимания с подходами на 24–21–18–15–12–9–6–3 повторений. Предпочтительный вес медбола – 6 кг для женщин и 9 кг для мужчин. Занимающиеся дома могут выполнять упражнения с канистрой или другим подручным предметом.

В другой раз вас будет ждать забег на полтора километра, а потом становая тяга, подъемы корпуса и вышагивания на платформу (по 50 повторений). Встречаются и другие (иногда необычные) сочетания функциональных упражнений на время или число подходов.

Самые успешные представители движения ежегодно принимают участие в CrossFit Games, всемирных состязаниях по множеству дисциплин, требующих от спортсменов всесторонней физической подготовки. В программу могут входить бег, лазанье по канату, ходьба на руках, подъем тяжестей, плавание и вообще все что угодно. Победитель получает звание Сильнейшего человека на земле.

У такой системы есть не только плюсы, но и минусы. Скептики отмечают, что выполнение технических элементов до отказа, особенно на поздних этапах состязаний, когда атлет уже устал, часто ведет к травмам.

Движения вроде киппинг-подтягиваний намеренно жертвуют техникой в пользу интенсивности, из-за чего полученные результаты едва ли перенесутся на другие упражнения. Также принято критиковать устаревшую установку «тренируйся до упада», произвольное построение тренировок дня и минимальное обучение, необходимое для получения сертификата кроссфит-инструктора.

Аргументов в поддержку кроссфита при этом не меньше. В реальном мире накатившая усталость не всегда означает, что испытание позади. Бэтмену недостаточно отбросить тяжелый ящик – он должен догнать злоумышленника на крыше, победить его в рукопашной и лишь затем разбить ящик о голову бедолаги.

В общем, истинная функциональность подразумевает способность продолжать, когда сил уже не осталось. Тренинг на износ меняет вашу психологию.

Долгие подходы могут стимулировать полезные адаптации – увеличение плотности капилляров, ускорение саркоплазматической гипертрофии, укрепление сердечно-сосудистой системы, снижение процента жира. Адептов кроссфита привлекает его сложность, требующая работы всего организма. А как он влияет на фигуру! Многие представители кроссфита выглядят как бодибилдеры, но при этом их тела куда функциональнее.

Конечно, некоторые лица, называющие себя кроссфит-инструкторами, – откровенные дилетанты, но то же касается и любого другого фитнес-направления. Многие тренеры, обладающие глубокими познаниями в области физиологии, без ума от этого вида спорта.

При этом, если вы хотите продлить срок службы организма, тренироваться нужно осторожно. Можно добиться схожих результатов и без тягания тяжелых предметов, когда силы на нуле, – например, простая калистеника предпочтительнее лишних повторений на многосуставных упражнениях. Вообще, отказ от калистеники и демонстрации максимума силы в жиме и тяге накладывает на кроссфит ограничения. Не уделяется внимания и мобильности, как и многим другим аспектам физической формы. Кроссфит делает серьезную ставку лишь на узкий круг дисциплин, и если вас привлекают именно они, то пожалуйста. В конце концов, кроссфит – это вид спорта, а значит, он по определению предлагает некий фиксированный набор упражнений.

Хотя его ориентации на разностороннее развитие можно поаплодировать, одного кроссфита здесь недостаточно.

Связка объединяет несколько упражнений в единое беспрерывное движение. Такой цикл можно составить не только для гири, но и, скажем, для медбола (об этом в следующей главе).

Сложности связкам придают переходы между упражнениями, прокачивающие равновесие и функциональную силу. Выжимать гирю, стоя на одном колене, само по себе непросто, а если в это положение переходить напрямую из маха, вашему телу неизбежно придется учиться новому.

Связки – подвид так называемых гибридных упражнений. Если гибриды состоят из двух и более упражнений, то связка требует по меньшей мере трех.

Один из самых популярных примеров – мэнмейкеры. В начальной фазе вы отжимаетесь с гантелями в руках, затем поочередно тянете гантели к корпусу, в прыжке переносите ноги выше (как при берпи) и наконец выполняете выброс гантелей из седа.

Более продвинутые варианты могут включать тягу к подбородку, жим над головой, выпады на одно колено с гантелей на вытянутой руке, переход в кубковый присед и подъем. Та же последовательность повторяется и для второй руки.

Связки и гибриды – функциональные методы тренинга, освобождающие нас от заученных шаблонных движений. За пределами спортзала мы не попадаем в ситуации, в которых вынуждены выполнять строго определенный ряд действий по несколько раз. Менять одно положение тела на другое нам приходится куда чаще.

Став отцом, я нередко держал Эмми в одной руке, а другой открывал багажник, доставал коляску и пробовал ее разложить. Подобные действия нагружают мышцы-стабилизаторы, в то же время требуя легкости движений при переходе.

Наше тело подвергается испытаниям, которые нельзя предугадать, и слабейшие стороны вашей формы могут проседать.

Так как связки отличаются сложным построением, важно не пропустить момент, когда силы уходят и сопротивление становится чрезмерным. Новичкам необходимо присутствие тренера.

Связки с гирей, получившие распространение в последние годы, отчасти вдохновлены йогой – в ней взаимоотношение статики и движений играет не меньшую роль. Это ярчайшее подтверждение того, что интернет является плавильным котлом, в котором смешиваются разнообразные школы и методики, образуя бесчисленное множество замечательных новых комбинаций.

Эффективность связок и гибридов кроется в том, что вы соединяете несколько движений воедино. С ними ваша тренировка будет меньше похожа на спорт и больше – на тяжелый труд. И это прекрасно!

Мы часто слышим легенды о самураях и спартанцах, но не стоит забывать и о других крепких представителях человечества – фермерах.

Они не всегда выглядят брутально и внушительно, но также могут похвастаться недюжинной силой. И это касается не только тех, кто пашет в прямом смысле. Не все работники физического труда выглядят как профессиональные спортсмены, но тяжелая работа помогает им развить выдающуюся силу хвата, связок, костей и духа, а также выносливость, устойчивость к травмам и умение держать равновесие. Возьмем для примера копание ямы, состоящее из сотен похожих, но не абсолютно идентичных повторений. Каждое из них включает подъем земли посредством рычага, поворот корпуса с грузом в руках, отброс этого груза и мощное движение, загоняющее лопату обратно в землю. В процессе яма становится все глубже, вынуждая работника менять позицию и иногда горбиться. И все это на свежем воздухе и под солнцем.

В спортзале не происходит ничего похожего, несмотря на весь доступный там инвентарь, и никакая программа не воспроизведет подобный «подход» длиной в целый день. Однако снаряды со смещенным центром тяжести и необычные связки позволяют хотя бы к нему приблизиться.

Связки можно выполнять и в паре, передавая или бросая гирю партнеру, тем самым развивая баллистическую силу и тайминг и придавая тренингу игровой компонент. Так же, как и в некоторых других формах тренинга с гирей, вам приходится гасить скорость снаряда, укрощая его.

Жонглирование гирей, как правило, осуществляется в одиночку – гиря при этом отпускается в высшей точке маха и перехватывается другой рукой. Кто-то может даже перевернуть ее или подкрутить, прежде чем вновь поймать.

Занимаясь жонглированием, необходимо взвешивать риски и выгоду. Чтобы когда-нибудь перейти к таким сложным движениям, следует начать с азов, иначе путевка в травмпункт вам обеспечена.

Надеюсь, эта глава помогла вам проникнуться преимуществами гири. Популярность этого снаряда совершенно заслуженна, и он может стать важнейшим кирпичиком для вашего прогресса. Если вы стремитесь сделать тренировки более функциональными, просто добавьте в них немного непредсказуемости и хаоса вместе с описанными мной приемами. Сила хвата и улучшенное равновесие не повредят никому.

Но мы коснулись лишь малой доли инструментов, пользующихся спросом у функциональных тренеров и атлетов. В следующей главе мы обсудим, почему не стоит проходить мимо медболов и сэндбэгов.

Благодаря своей способности к развитию практичной силы для реальной жизни гири оккупировали спортзалы по всему миру и стали любимым снарядом функциональных тренеров, готовящих своих подопечных к состязаниям.

Конечно, это далеко не единственный «альтернативный» инструмент, который можно встретить в зале. Скорее всего, слыша слова «функциональный тренинг», вы представите скорее медбол, сэндбэг или даже покрышку – их популярность также неуклонно растет. Подходят ли они вам? Что нового может предложить сэндбэг относительно гири?

В этой главе мы рассмотрим инвентарь, который многие ассоциируют с функциональными тренировками и который применяется для укрепления мышц-стабилизаторов и обретения динамической силы в дополнение к традиционным спортивным методикам.

Здесь я обмолвлюсь о существующих противоречиях. Подбрасывание медбола выглядит зрелищно, а потому тренеры и залы могут на этой зрелищности навариться. Прежде чем начать подбрасывать медбол, стоя на одной ноге, поймите, есть ли в этом польза. Иначе это просто глупо.

Существование подобных практик бьет по имиджу функционального тренинга, особенно в кругах людей, не до конца понимающих это явление. Главное в работе с покрышками и сэндбэгами – твердо осознать их преимущества.

Вновь процитирую Брюса Ли: возьмите лучшее, отбросьте бесполезное, добавьте свое.

Покрышка – один из самых впечатляющих функциональных снарядов. Как правило, она тракторная, а потому монструозного размера. Задача спортсмена – перевернуть или выжать эту покрышку [75].

Переворачивание (или кантование) покрышки уникально тем, что это движение полностью концентрично – то есть бицепс сокращается во время переворота, но ни на одном этапе не удлиняется под нагрузкой, ведь поднятая покрышка просто падает на землю.

Автор «Самой спортивной книги мира», путешественник и тренер Росс Эджли рассказал, как накачал огромные бицепсы, ежедневно работая с покрышкой и обойдясь при этом без переутомления и травм. Эджли прибег к тренировкам с покрышкой, готовясь к показательному выступлению, – на протяжении суток он карабкался по веревке и суммарно преодолел высоту, равную высоте Эвереста (8848 метров)! Вместе с гигантскими банками он обрел выдающуюся выносливость и работоспособность.

Основная доля микронадрывов и повреждений приходится на эксцентрическую фазу движения, однако концентрическая фаза производит достаточно напряжения и метаболического стресса. По этой причине Росс смог накачать мышцы и набрать нужную форму, не беспокоясь о том, что травмы станут препятствием на его пути [76].

Другие распространенные упражнения:

– толчки покрышки в сторону напарника или стены

– фронтальные приседания с покрышкой, оторванной от пола

– жим покрышки ногами

При необходимости можно добавить снаряду веса, попросив напарника встать или надавить на него. Или, если вам хочется выпустить пар, можно кидать покрышку как можно дальше.

Другое популярное упражнение – удары кувалдой. Надо сказать, что кувалда – превосходный инструмент для баллистического тренинга, задействующий множество мышц одновременно и быстро сжигающий калории. При всех своих плюсах этот метод довольно травмоопасен, так что прибегайте к нему с осторожностью.

Сэндбэги представляют собой тяжелые брезентовые мешки с песком. Принцип работы тот же, что и с гирями и булавами, но не совсем: центр тяжести здесь переменный. При выполнении рывка, вращения торса (с переносом сэндбэга с одного бока на другой) или обратного выпада (мешок при этом идет на сторону передней ноги), песок будет перетекать внутри снаряда.

Если вы когда-нибудь пробовали поднимать брата/сестру или друга/подругу над головой [77], то вы знаете, что это сложнее, чем кажется. Все потому, что, в отличие от штанги, живой человек может изворачиваться, а его вес распределен неравномерно [78]. Сэндбэг – такой же «несговорчивый» снаряд, и двух одинаковых повторений у вас не получится.

Из-за своеобразной формы держать сэндбэг приходится особым, не слишком удобным способом. Например, во время фронтальных приседаний (сэндбэг держится на вытянутых руках, как в кубковых приседаниях из прошлой главы) вес отстоит далеко от ягодиц из-за крупного размера сэндбэга. Похожий, но менее сильный эффект дают приседания Зерхера с грифом штанги на сгибах локтей.

Положение сэндбэга вынуждает спортсмена больше напрягать позвоночник, чтобы не допустить крена и округления спины, которое может привести к повреждению. Такая нагрузка может показаться опасной, но фактически все наоборот. Внимание к позвоночнику поможет вам предотвратить травму спины при приседаниях, становой тяге или переезде.

Главное, убедитесь, что соблюдаете технику выполнения и выбираете подходящий вес.

Еще один плюс сэндбэга – то, что он мягкий и податливый, а значит, с ним можно позволить себе ошибки, которые с другими снарядами чреваты переломами. Сэндбэг подстраивается под вас: можно спокойно положить его на плечи, спину или колени, используя в качестве утяжелителя во время тех или иных отжиманий.

Так как объем песка внутри мешка ограничен, сэндбэг прекрасно подходит для динамичного и драйвового функционального тренинга. Перенагружать его было бы контрпродуктивно.

Сэндбэг открывает путь к движениям, не ограничивающимся сагиттальной плоскостью [79], и это просто чудесно. Скажем, в упражнении «дровосек» спортсмен машет мешком по диагонали от плеча к противоположному бедру, развивая вращательную силу и укрепляя косые мышцы живота.

А если вы вдруг подумали, что сэндбэг – какая-то очередная новомодная блажь, то вы не правы – у снаряда богатейшая история. Мешки применялись атлетами (чаще всего борцами) сотни, а то и тысячи лет. Их обожали силачи прошлого века, и есть данные, указывающие, что с мешками занимались еще древнеегипетские солдаты.

Медболы также изобретены далеко не вчера – об этом свидетельствуют изображения персидских борцов 3000-летней давности. Говорят, что и Гиппократ набивал шкуры животных и советовал пациентам бросать изготовленные им мячи в оздоровительных целях. Похожими снарядами пользовались и римские гладиаторы.

Весят медболы довольно много, иногда (но не всегда) к ним приделывают две ручки. Некоторые мячи слегка отскакивают от поверхностей, другие же гасят силу ударов. Так или иначе, дизайн медбола способствует тому, чтобы его бросали в стену или о землю, тренируя ускорение. Напоминает компенсаторную акселерацию из четвертой главы: с какой скоростью и силой вы можете метнуть мяч?

Удар медбола о пол из-за головы – еще одно взрывное всестороннее упражнение. Толкание и броски с разворотом подключают поперечную плоскость, в которой тело скручивается. Тренировки с этим снарядом не только замечательно развивают силу и сжигают калории, но и развлекают.

У медбола есть и другие назначения. Можно применять его как нестабильную поверхность для отжиманий или утяжелитель при скручиваниях, а можно махать им из стороны в сторону подобно сэндбэгу. Правда, его небольшой вес означает, что для гипертрофии и повышения максимума силы есть более подходящие средства.

Наконец, некоторые тренеры используют для развития кора и проприоцепции фитболы и балансборды. Такой подход получил название тренировок на нестабильной поверхности.

Фитбол – по сути, огромный надувной мяч, на который спортсмен может опираться. Например, поставить на него руки при отжиманиях на трицепс или ноги при отжиманиях с наклоном.

В отличие от обычной скамьи, фитбол привносит в привычные упражнения элемент неустойчивости, вынуждая спортсмена активировать мышцы кора и стабилизаторы плеч, бедер и кистей.

То же происходит и при занятиях на балансборде – планке с роликом под низом. Мяч BOSU выглядит как полфитбола, а если его перевернуть, он тоже может применяться как балансборд. С тем же успехом можно взять обычную доску и положить ее на теннисный мяч или банку колы.

Эти тренировочные методы вызывают закономерные вопросы, ведь заниматься с гантелями на нестабильной поверхности просто-напросто опасно. Одно неверное движение, и вы вылетите на несколько недель, а то и месяцев.

Поэтому такие поверхности не подходят для занятий со свободными весами. Больше того, тело просто не сможет извлечь достаточное количество силы, не имея подходящей опоры. Это снижает потенциал к адаптациям, а с ним и выхлоп от тренировки.

С учетом ограниченности времени, проводимого в спортзале, разве можно считать стояние на мяче с легкими гантелями оптимальным занятием?

Еще одна проблема в том, что такие движения не воспроизводят ситуации, с которыми мы сталкиваемся в реальном мире. Земля или пол у нас под ногами могут оказаться неровными, но чтобы нестабильными? Редкие исключения – скейтбординг и прыжки по камням через ручей, но ведь это происходит не каждый день.

Конечно, поскольку нас интересует гиперфункциональный тренинг, нам стоит выходить за пределы практичного. Опять-таки, вряд ли древние люди часто тягали 100-килограммовые валуны. Наша цель – достичь необычайной физической формы, и стандартным функционалом здесь не обойтись.

Можно предположить, что такое балансирование помогает развить равновесие и проприоцепцию, и чем оно сложнее, тем больше эффект.

Проприоцепция – способность нашего тела ощущать себя в пространстве посредством мышечной информации о сокращениях и растяжениях.

К органам-проприоцепторам относятся:

– Мышечные веретена – рецепторы, фиксирующие изменение длины мышц. Зная длину каждой мышцы, мозг создает виртуальный образ всего тела и определяет положение конечностей.

– Сухожильные органы Гольджи сообщают нам о переменах в напряжении мышц. Их мы уже обсуждали в главе о силовых тренировках. Органы Гольджи помогают предотвращать травмы, а заодно и замеряют силу, необходимую для того или иного действия, – именно благодаря им мы не отрываем ручки от дверей и рассчитываем точные движения при упражнениях.

– Тельца Пачини располагаются в коже и реагируют на изменения давления. Они сообщают нам о текстуре и температуре предмета, а также показывают, к примеру, куда приходится наш центр тяжести.

Проприоцепторы работают в связке с органами чувств, помогая нам двигаться и соблюдать равновесие. Так, когда глаза и вестибулярный аппарат информируют нас, что мир накренился на 30 градусов, мышцы корпуса и шеи объясняют, что это мы совершаем наклон. В противном случае тело могло бы подумать, что падает, и принять соответствующие меры.

Проприоцепция – ключевой элемент нейромышечной связи. Чтобы лучше управлять мышцей, сначала необходимо ее прочувствовать.

Многие тренеры рекомендуют такие тренировки в целях реабилитации, особенно старшему населению, испытывающему проблемы с балансом (часто результат неправильного образа жизни). Балансборд может помочь восстановить стабильность голеностопа после растяжения связок при подворачивании. В обоих случаях тренировки на нестабильной поверхности способствуют улучшению проприоцепции сухожилий, улучшая равновесие и предотвращая новые повреждения. Такое применение данного метода вполне разумно и полезно.

Однако из восстановительных тренировок он просочился и в мейнстрим. Раз стояние на доске выглядит круто, то неизбежным образом оно стало встречаться и в обычном спортзале.

К сожалению, исследования не выявили пользы балансборда для здорового человека. Тренировки на нестабильной поверхности никак не отразились на подверженности профессиональных спортсменов травмам [80].

Стояние на доске нагружает в первую очередь мышцы голени, отвечающие за пронацию и супинацию стопы. У большинства из нас они развиты и так, а потому значение тренировок сильно снижается [81].

Примечание: подобный эффект может быть достигнут при помощи подвесных строп наподобие TRX. Они крепятся к точке над головой и используются для поддержки рук или ног при упражнениях вроде отжиманий или тяги. В залах, позиционирующихся как подходящие для функционального тренинга, они весьма популярны.

Я же этот метод не рекомендую. В следующей главе мы поговорим о гимнастических кольцах, способных выдерживать вес всего тела при отжиманиях на кольцах и аналогичных движениях. Бренды вроде TRX выкачивают из вас деньги – за громкое имя вы платите в три раза больше, чем заплатили бы за кольца в любом магазине. Не ведитесь на рекламу!

Если тренировки с нестабильной поверхностью не подходят для улучшения равновесия и проприоцепции, что же нам делать? Я приведу несколько примеров в следующей главе, включая калистенику и упражнения на одну ногу. Напомню, что стабильность корпуса можно обеспечить и при помощи неравномерных нагрузок.

Как ни удивительно, не менее полезны по этой части и упражнения на шею. Почему так? По имеющимся данным, выпрямление шеи способствует проходимости сигналов в центральной нервной системе. Это своеобразное шоссе, по которому сигналы попадают из мозга во все прочие части тела и наоборот.

В то же время мышцы шеи играют важную роль в определении положения тела в пространстве. Чтобы сориентироваться, наш мозг связывает данные, поступающие от органов чувств и шеи.

Чем ровнее шея, тем лучше наше равновесие и работа организма в целом. У головы и шеи имеется механизм, обеспечивающий стабильность зрения при содействии глазных мышц. Например, при приземлении после прыжка наша голова по инерции летит вперед, прежде чем вновь зафиксироваться. Также сильная шея позволяет голове не запрокидываться назад при беге.

Логично, что именно в шее наибольшая плотность мышечных веретен.

Это лишь один пример взаимосвязи глаз и головы. Шея помогает следить за предметами и окружающим миром: вы можете убедиться в этом, выполнив небольшой эксперимент.

Держите шею ровно, смотрите вперед. Положите руку на затылок и подвигайте глазами влево-вправо – вы почувствуете движение мышц шеи. Эти мышцы, называемые ременными, сокращаются в предчувствии поворота головы.

Как говорит тренер и приверженец тренировок шеи Майк Гиттлсон, куда идет голова, туда идет все тело.

У таких тренировок есть и масса других плюсов. Шея часто игнорируется при работе над кором, хотя она может даже придавать дополнительный крутящий момент при занятиях гимнастикой. Не стоит забывать о том, что она предотвращает сотрясения, гася часть ударов в голову. Звезды кино тоже стараются накачать шею, чтобы казаться крупнее и брутальнее.

Так что вместо стояния на мячах BOSU займитесь лучше шеей: воспользуйтесь головной лямкой и подвесьте к ней утяжелитель. Это еще один малоизвестный инструмент для функционального тренинга, заслуживающий вашего внимания.

Можно прибегнуть к изометрическим сокращениям, оказывая сопротивление рукой, или сгибать шею, приложив к голове блин. Иногда тренеры делают упор на сгибания и разгибания, но вытягивание, втягивание и повороты не менее важны. Начинайте с малой нагрузки и постепенно ее повышайте.

Применение альтернативных снарядов – одна из ключевых черт функционального тренинга. Эластичные ленты помогают развить мобильность, а при необходимости обеспечивают сопротивление. Их уникальность состоит в том, что сопротивление увеличивается пропорционально силе натяжения. Благодаря этому свойству ленты можно изменить привычную по занятиям с гирями и гантелями амплитуду движений.

Блочные тренажеры позволяют спортсмену жать или тянуть подходящий ему вес. На них можно выполнять как бодибилдерские изолирующие упражнения, так и более динамичные движения. Можно имитировать «дровосека», знакомого нам по сэндбэгу, или удары кувалдой по шине, если ни того, ни другого под рукой нет. Беритесь за висящую на уровне плеч рукоять и рубящим движением тяните ее наискосок, выкручивая корпус и бедра.

В отличие от тренировок с кувалдой, сэндбэгом или булавой, угол сопротивления окажется у вас за спиной: блок придется тянуть вниз и вперед. Если махать булавой по той же траектории, сила притяжения будет сама тянуть ее вниз, из-за чего активироваться будут не те мышцы. Блоки и резинки чрезвычайно полезны, так как могут быть зафиксированы по-разному, а значит, их можно подстраивать под нужды конкретного упражнения. «Дровосек» с блоком задействует косые мышцы живота, бедра и кор.

Благодаря этим характеристикам блочный тренажер может использоваться и в восстановительной физкультуре. Скажем, тяга к лицу позволяет наладить функцию плеч за счет внешнего вращения, которого нам отчаянно не хватает в жизни. Это прекрасное противоядие от нашей постоянной сутулости. Стоя перед тренажером, потяните рукоять на уровне головы, разводя локти на уровне плеч и сводя лопатки [82].

На другом конце спектра вы найдете, пожалуй, старейший снаряд в истории – валун! Сегодня для тренировок, как правило, применяются валуны шарообразной формы под названием «камни Атласа». Они нечасто встречаются в спортзалах, но как нельзя лучше подходят для тренировки задней цепи и хвата. Чтобы поднять такой камень, вам придется округлить спину, но так как ваше туловище будет как бы его обволакивать, риск травмы минимален.

Камни Атласа, которые часто можно увидеть на соревнованиях стронгменов, отлично развивают силу для «реального мира» и способность поднимать объекты неудобной формы без держателей и ручек. Поднятие камней на колени точно облегчит обращение с другими тяжестями.

Это далеко не все. Болгарский мешок представляет собой тяжелую сумку, которую можно тягать за лямку подобно гире. По виду он больше похож на сэндбэг, по функционалу – на гирю, совмещенную с медболом. Это означает, что ее очень приятно метать.

Надеюсь, что в этой главе мне удалось достаточно полно осветить вращательную силу, баллистические упражнения и другие связанные понятия. Теперь вы сами сможете оценить плюсы каждого из снарядов и решить, какой из них встроить в свою программу.

Хотя сэндбэги и медболы имеют массу положительных свойств, главное в тренировках отнюдь не снаряд! Я имею в виду, что при разумном подходе функциональным снарядом может стать что угодно.

Как-то раз я выкладывал в своем канале видео о занятиях со стулом. Берите стул за ножки, поднимайте его над головой и опускайте, как будто собираетесь бросить оземь (только вовремя остановитесь). Или же держите стул на вытянутой руке как можно дольше для тренировки предплечья. Существует бесконечное множество способов применения стула, небольшого столика или лампы. Сэндбэг можно заменить мешком цемента или удобрений. Тягать можно и старую мебель.

Короче говоря, старайтесь мыслить нестандартно и помните, что тратить кучу денег на инвентарь совсем необязательно.

Перечисленные мной снаряды во многих отношениях превосходят более распространенные, и это иронично, ведь многие из них в ходу многие века и тысячелетия.

С ними мы можем развить аспекты физической формы, которые не покрывают привычные методы. Они представляют ценность не только для серьезных спортсменов, но и для каждого из нас.

Как раз сегодня мне привезли панели и стойки для забора, а также несколько мешков с цементом. Я поднимал мешки подобно сэндбэгу и взваливал их на сгибы локтей, как при тяге Зерхера.

Для этого я должен был напрячь мышцы кора во избежание скругления и травм и держать спину всю дорогу от грузовика до дома.

Панели я взваливал на одну сторону, зубчатые мышцы выступали в роли стабилизаторов. Опять же, по дороге мне приходилось нагибаться, чтобы не задеть ветви деревьев, и протискиваться через узкие проходы. Хват, конечно, при этом тоже пригодился.

Интерес к функциональному тренингу помог мне подготовиться к задаче из реального мира, в отличие от подъема гантелей на бицепс и приседа. Благодаря достаточным физическим данным я смог не выставить себя козлом и не требовал, чтобы доставщик таскал все в одиночку. А еще я мог не волноваться, что какой-нибудь очень сильный воришка украдет мои стройматериалы.

Это лишь один пример того, как функциональная сила влияет на нашу жизнь – не только предотвращая травмы, но и расширяя диапазон доступных нам действий. Чем мы сильнее и гибче, тем меньше у нас беспокойств.

Справиться можно с чем угодно!

Такие тренировки на пользу любому. Один из моих клиентов постарше часто падал, пока я не прописал ему «прогулку фермера». Укрепление бедер позволило ему свести частоту неприятных происшествий к минимуму.

Описанные мной движения представляют собой даже большую ценность для профессиональных спортсменов. Если вдуматься, то «дровосек» с сэндбэгом или метание медбола очень похожи на подачу в бейсболе или теннисе. Все эти движения полагаются на так называемый эффект серапе[84].

В каждом из них мы поворачиваем корпус, задвигая одно плечо назад и выдвигая противоположное бедро вперед. Эта позиция напрягает множество мышц по всему телу для извлечения максимальной силы. Попробуйте сами: делая замах правой рукой, вы автоматически тянете плечо назад и выставляете левое бедро.

Это анатомически оправдано. Вместе ромбовидные, косые мышцы и передняя зубчатая мышца образуют широкий крест, формой напоминающий накидку серапе. Мышцы соединяются по диагонали, что доказывает важность вращательных движений для человеческого организма.

Контралатеральные движения встречаются нам постоянно: взять хотя бы обычную ходьбу. При каждом шаге опорная нога отводится назад, а противоположное ей плечо идет вперед.

Сходные паттерны мы применяем и когда открываем двери или швыряем камни. Как вы узнаете из следующей главы, даже наша нейронная система «прошита» соответствующим образом.

Эффект серапе заметен в самых разнообразных видах спорта. Так, боксеры и ММА-бойцы при помощи обычного джеба готовят почву для мощного кросса. Удар набирает силу, когда боец заводит плечо назад и выворачивает бедро. Такие комплексные движения называются кинетическими связками.

Освоивший эту функцию тела профессиональный боксер способен выбросить удар силой до 5000 ньютонов! Это больше, чем давление лежащего 500-килограммового груза на землю. Ударом ноги можно сгенерировать еще больше силы – до 9000 ньютонов[85]! Эффект серапе объясняет и то, как бейсбольные питчеры бросают мяч со скоростью свыше 150 км/ч, – наше тело воистину обладает громадной силой.

Достичь этой силы можно при помощи альтернативных инструментов и разумного составления программ.

Впрочем, опасно думать, что «по-другому» всегда означает «лучше», а отработка непривычных движений предпочтительнее работы с весами. Хотя гиря и предпочтительнее, сходного эффекта можно добиться и при помощи классических снарядов. Снаряд – не главное, главное – настрой и нацеленность.

Отказ от трэп-бара в пользу покрышки не принесет дополнительной пользы при выполнении становой тяги. Больше того, уменьшив вес и подняв зону хвата дальше от земли, мы сведем некоторые положительные свойства упражнения на нет. Для внесения разнообразия и азарта это неплохо. Что поделать, некоторым просто нравится тягать тяжеленные шины!

Необходимо твердо осознавать, чем нам может помочь тот или иной вид тренинга, и прибегать к нему именно ради этого. Вращения с сэндбэгом, взрывные движения с медболом и гирей, прогулки под нагрузкой могут значительно повлиять на вашу физическую подготовку.

Видя пробелы каждой методики, вы сможете заполнять их при помощи заимствований из других подходов. Так вы станете настоящим универсалом (и создателем уникального стиля), а ваше тело заживет полной жизнью.

За это я и люблю связки с гирями и йогу с атлетическими булавами (детище Саммер Хантингтон) – они соединяют в себе лучшие черты двух школ, образуя новые, еще более функциональные подходы.

Мыслите свежо! Включайте креатив! Вдохновляйтесь миллионами доступных техник.

Какой же снаряд лучший из всех? Ваше собственное тело. В последующих главах вы научитесь управлять этим снарядом и узнаете, как обрести потрясающую силу, ловкость и мобильность.

Мы с вами успели рассмотреть очень многое – от жонглирования гирей до работы с кувалдой. Думаете, это все? Как бы не так. Мы еще не изучили одно из главных и самых ценных фитнес-направлений – калистенику.

Калистеника, или упражнения с собственным весом, подразумевает любые упражнения, в которых спортсмен преодолевает сопротивление своего тела.

Нервная система не отличает гантель от гири, а гирю от руки. Сопротивление есть сопротивление, сила есть сила. С помощью гравитации и собственного веса можно очень даже неплохо прокачаться.

Но калистеника – нечто гораздо больше, чем удобный способ тренировок без инвентаря, ведь она помогает стать хозяином своего тела. Занятия с собственным весом повышают относительную силу: при неизменном весе вы выведете на новый уровень свою скорость, ловкость, взрывную мощь и не только.

Небольшое сопротивление позволяет тренироваться, принимая трудные позы и отрабатывая более сложные паттерны движения. Освоив калистенику, вы можете достичь грации, достойной сверхчеловека.

Хотя тренировки с собственным весом могут включать в себя «продвинутые» калистенические движения, более базовые упражнения крайне важны для вашего физического развития. К ним относятся отжимания, присед, подъем корпуса и подтягивания прямым и обратным хватом.

Это универсальные упражнения, признанные всеми учителями физкультуры, армейскими инструкторами и тренерами. Их можно дополнить другими движениями, направленными на менее развитые области тела:

– Индийские приседания, выполняемые на пальцах ног и развивающие квадрицепсы

– Подъем на носках

– Отжимания щучкой, выполняемые под наклоном и нагружающие плечи

– Обратные отжимания со скамьи на трицепс [86]

– Подъем ног из положения лежа

– «Супермен» – поднятие головы и ног для выпрямления позвоночника

Этот список можно продолжать еще долго.

Совместив все эти упражнения, можно задействовать множество различных групп мышц. Благодаря простоте и почти полному отсутствию риска они превосходно подходят для метаболических жиросжигающих тренировок. Также они подходят новичкам и тем, кто хочет улучшить форму и рельеф без увеличения массы.

Конечно, проблема в том, что уровень сопротивления в калистенике ограничен: при отжиманиях вы поднимаете лишь 60 % собственной массы, тогда как силовой атлет способен выжать с лавки около 200 % или даже больше. В общем, предельной силы с ней не достичь.

Каково же решение?

Их даже несколько:

– Выполнение огромного количества повторений

– Переход на унилатеральные (односторонние) упражнения

– Удлинение плеча рычага

– Взрывные тренировки

Проще всего – больше тренироваться.

Почти все калистенические упражнения выполняются с закрытой кинетической цепью, то есть ваши конечности находятся в статичном положении и не двигаются. Несмотря на то что рассчитаны они сразу на несколько групп мышц, их травмоопасность крайне низкая. Есть и возможность изоляции.

Из-за этого ключевые упражнения с собственным весом идеально подходят для развития силовой выносливости, а отчасти даже для гипертрофии. При занятиях до отказа они стимулируют саркоплазматическую гипертрофию не хуже интенсивных бодибилдерских тренировок: приток крови и метаболитов к мышце повышается, включаются в работу более крупные двигательные единицы.

По легенде, уже знакомый нам индийский борец Гама практиковал невероятно долгие подходы: по 5000 приседаний и 5000 отжиманий!

Такие подходы ассоциируются и с тюремными тренировками, ставшими популярными благодаря знаменитостям вроде Чарльза Бронсона. В своей книге «Фитнес в одиночной камере» Бронсон рассказал, что в заключении отжимался по 2000 раз в день [87].

Высокообъемный тренинг применялся и культуристом золотого века Томом Платцем, известным как обладатель самых сильных ног. Чтобы достичь такого результата, он выполнял жим ногами по сто повторений за подход с постепенным повышением веса. К концу тренировки он делал несколько таких подходов с весом в 100 кг. Само собой, это не считается калистеникой, но ее принципы сохраняются: закрытая кинетическая цепь и сравнительно малый вес. Приседания с собственным весом работают точно так же.

Майк Тайсон накачал гигантские ноги, приседая за лежащими на полу картами. Конкретная цель вроде этой повышает фокус, помогая направить усилия более точечно. Геймификация тренировок пойдет на пользу каждому.

Выполнение сотен отжиманий за раз помогло мне развить грудные мышцы и получить силу, которая перенеслась и на другие движения вроде жима. Именно так я тренировался в 13 лет, еще плохо понимая, что к чему. Уверен, это дало мне базу для будущих успехов в зрелом возрасте.

Каков же минус таких тренировок? Они невыносимо скучные! К тому же они не подходят для всестороннего развития, как и все прочие рассмотренные нами отдельные формы тренинга. Хотя калистенические упражнения сложные и многосуставные, они также ограничены сагиттальной плоскостью.

Мы должны искать пути к усложнению и повышению разнообразия наших занятий. И в этом сила занятий с собственным весом: работая с низким сопротивлением, вы способны производить непростые действия с большой точностью, иногда будто нарушая законы физики.

Нам уже встречались многие колоритные персонажи: индийские борцы и стронгмены столетней давности, древнегреческие философы и военнопленные.

Однако едва ли хоть одно имя всплывает в разговорах о феноменальных проявлениях человеческой силы столь же часто, как имя Брюса Ли. Брюс Ли прославился своими фильмами, в которых познакомил западного зрителя с восточными единоборствами, а также разработкой боевого стиля джит кун-до, вдохновившего современные ММА.

Философия и харизматичность помогли Брюсу покорить мир, но не меньшую роль в этом сыграли его физические данные и способность самовыражаться через них. Его тело было так вычерчено, что напоминало анатомический атлас, – это означает, что в его организме было всего лишь около 6–8 % жира.

Впрочем, больше всего поражало его умение с удивительной скоростью наносить удары руками и ногами, породившее кучу мифов. Говорят, что пальцем он мог пробить полную банку газировки. Иногда Брюс давал человеку монету, отходил и просил зажать ее в кулаке, но пока тот ее зажимал, Брюс неуловимым движением успевал эту монету подменить. А еще он якобы без труда держал на вытянутой руке 32-килограммовые гантели.

Вопрос, где правда, а где вымысел, до сих пор не дает публике покоя и обсуждается на многочисленных интернет-площадках. Факт остается фактом: Брюс обладал такой силой, что легенды о ней рождались сами собой.

Каков же источник этой силы? Думаю, что ответ связан с впечатляющими достижениями Брюса, в первую очередь – с отжиманиями на двух пальцах.

Название говорит само за себя: Брюс отжимался, опираясь лишь на большой и указательный пальцы одной руки.

Разумеется, это требовало незаурядной силы пальцев, но столь же важной была сила и стабильность кора.

Мы уже касались стабильности, так как она имеет самое прямое отношение к функциональному фитнесу. Сам термин часто понимается неверно. Стабильностью называется способность держать ту или иную часть тела в неподвижном положении. Скажем, если вы вытянете руку вбок и будете сопротивляться чужим попыткам ее опустить, уровень вашего сопротивления зависит от стабильности плеча.

При отжиманиях на пальцах Брюс Ли полагался на косые мышцы живота, борющиеся с вызванной неравномерностью опоры вращательной силой.

При опоре на левую руку гравитация будет выкручивать тело в противоположную сторону. Напрягая мышцы верхней части тела, Брюс Ли во время упражнения держал корпус четко параллельно полу. Вот она, стабильность.

В предыдущей главе мы узнали, как упражнения вроде «дровосека» развивают вращательную силу и мышцы, отвечающие за эффект серапе. Здесь мы используем те же самые мышцы для предотвращения движения, и за стимул отвечает только наше тело.

Такие упражнения называются антиротационными.

Стабильности кора способствует и односторонняя прогулка фермера. В этом случае мы не даем телу нагнуться вбок, тем самым выполняя антилатеральные сгибания.

Антифлексионные упражнения мы также встречали – напомню, они направлены на удержание позвоночника ровным, не давая ему согнуться вперед и вниз, как при кубковых приседаниях. Противодействие разгибанию называется антиэкстензией.

Отжимания на двух пальцах отлично демонстрируют, как усложнить упражнения с собственным весом – сделать их унилатеральными. Таким образом мы не просто добавляем упор на стабильность, но и помещаем на одну руку груз весом в 60 % от массы тела, удваивая напряжение и провоцируя гипертрофию.

То же касается приседаний на одной ноге и подтягиваний на одной руке.

Еще одним популярным номером в репертуаре Брюса был «флаг дракона». Верхняя часть туловища фиксируется каким-либо якорем (чаще всего штанга или сама скамья), а нижнюю часть спортсмен должен поднимать и опускать с выпрямленными ногами. В начальном положении ноги смотрят в потолок, в конечном – должны быть практически параллельны полу, плечи все это время остаются неподвижны. При этом всеми силами необходимо не допускать выгибания спины под весом ног и эффекта рычага.

Как все это связано с молниеносными ударами Брюса? Что нового предлагает антиэкстензия?

Приглядитесь: туловище Брюса находится в постоянном напряжении, а руки и ноги выбрасываются с огромной силой.

Умение сохранять напряжение корпуса – неотъемлемый элемент мощного удара. Представьте, что бьете кого-то доской с вбитым гвоздем на конце. Наверняка это больно.

А теперь представьте, что бьете кого-то гвоздем, вбитым в гибкую ветку. Больно, но уже не настолько. Все потому, что часть прикладываемой силы отводится на сгибание ветки и не доходит до цели. К тому же полет гвоздя по траектории замедлится.

Дело не только в этом: при сокращении мышц сила направляется в обе стороны. Некоторый процент энергии выделяется на движение кора, и конечность ее недополучает.

Способность держать напряжение фундаментальна для работы организма, строящегося из множества кинетических цепей. Кинетическая цепь – система, состоящая из звеньев и суставов и позволяющая прикладывать силу. Например, подъемный кран собран из длинных металлических секций, связанных шарнирами. Если хотя бы одна часть крана разболтается, он утратит свою способность поднимать грузы.

Наша цель – сделать так, чтобы ни одна часть нашего тела не болталась [88].

На самом деле это не совсем правда. Под одним из моих видео на смежную тему многие писали, что постоянное напряжение контрпродуктивно. Мастера единоборств советуют бить хлыстообразным движением, оставаясь при этом расслабленным и «текучим». Спортсменам следует растягивать свое тело, как будто тетиву лука, чтобы в полной мере задействовать эффект серапе из прошлой главы.

Некоторые спрашивали, не уменьшит ли тренировка стабильности кора их мобильность и ловкость.

Стабильность кора не подразумевает, что вы полностью костенеете. Она подразумевает, что вы можете закостенеть по желанию. Дополним инструкцию из предыдущего абзаца: оставаться расслабленным и «текучим» нужно до момента удара, когда производится сокращение и тело напрягается и становится жестким. Так можно передать наибольшее количество извлеченной энергии. Если вам кажется, что вы уже где-то это слышали, то мы говорили примерно о том же в параграфе о hardstyle-тренировках с гирей.

Благодаря тому же навыку Брюс мог применять свой коронный прием, однодюймовый удар, от которого добровольцы отлетали на пару-тройку метров [89]. Такого эффекта он достигал посредством вращения бедра, энергия от которого передавалась в кулак.

Секрет успеха этого удара заключался в стабильности кора, наработанной, по крайней мере отчасти, при помощи упражнений со своим весом – одноручных подтягиваний и флага дракона. С одной стороны, они улучшают проприоцепцию и мышечный контроль, а с другой – менее травмоопасны из-за небольшого веса. Сгибания позвоночника с утяжелением не рекомендуются практически никогда [90].

Еще одно культовое упражнение с антиэкстензией было придумано легендой фитнеса Джеком Лалэйном (род. 1914). Лалэйн активно популяризировал физические тренировки, открыл один из первых спортзалов и изобрел целый ряд тренажеров – в том числе машину Смита, кабельный кроссовер и тренажер для разгибания ног.

При этом он, пожалуй, наиболее известен другими достижениями. В 40 лет он проплыл вдоль моста Золотые Ворота с 64-килограммовым грузом. В 41 год он преодолел около 2,5 км от острова Алькатрас до Рыбацкой пристани с закованными в наручники руками. В шестьдесят Лалэйн повторил заплыв в наручниках, но в этот раз еще и тянул за собой 450-килограммовую лодку.

Сейчас же я хочу рассказать об отжиманиях Лалэйна, которые выполняются с вытянутыми вперед руками – с полом при этом могут соприкасаться только пальцы. Они требуют недюжинной силы не только от плеч и пальцев, но и от кора – без этого поясницу не удержать. А если вы хотите подчинить свое тело по-настоящему, научитесь выполнять отжимания Лалэйна на одной руке.

Похожего результата можно добиться с гимнастическим роликом, особенно если выполнять упражнение из положения стоя. В этот снаряд я влюбился, посмотрев фильм «Великолепный», где мастерство владения роликом демонстрирует Джеки Чан.

Возможно, лучшее упражнение с антиэкстензией – «полое тело». Ложитесь на спину и напрягайте мышцы так, чтобы плечи и ноги отрывались от земли: единственной точкой контакта станет низ спины. Руки держите по бокам, а если хотите усложнить задачу, вытяните их за головой.

Таким образом вы научитесь напрягать корпус и проложите дорогу к более сложным калистеническим упражнениям. Заодно вы накачаете поперечные мышцы живота, способствующие сохранению плоского живота и стабильности позвоночника.

Вам кажется, что такой уровень стабильности нужен только бойцам? А вот и нет: вы прибегаете к антиротации всякий раз, когда открываете дверь. Знакомый нам по шестой главе фермер также должен сопротивляться вращению, например при копании. И уж, конечно, каждый спортсмен был бы рад увеличить вырабатываемую бедрами силу и скорость рук.

Начав работать над стабильностью кора, я обнаружил, что значительно прибавил почти во всех отношениях. Прогресс был особенно очевиден при отжиманиях с хлопками. Раньше мне не удавалось выполнять их без провисаний, а приземление было столь резким, что я всерьез боялся получить хлыстовую травму. Мне не удавалось выжать максимум из рук и ног, и моей технике не хватало ни четкости, ни изящества.

Теперь, когда я могу держать корпус в полном напряжении, я выгляжу гораздо сильнее, мощнее и атлетичнее.

Даже при том, что Брюс Ли и сам демонстрировал чудеса физической подготовки, он наверняка восхитился бы некоторыми мастерами работы с собственным весом, зайдя в сегодняшний Instagram[91].

Они могут сначала выполнить медленное отжимание в стойке на руках, а потом сделать горизонт (он же планш) – расположить тело параллельно полу с ногами в воздухе. Все так же, не касаясь ногами пола, они могут отжиматься – даже с хлопками за спиной. Я серьезно, соцсети забиты подобными видео.

Такие люди будто не подвержены действию гравитации и кажутся едва ли не супергероями.

Давайте изучим эти упражнения и раскроем их секреты.

Начнем с очень узнаваемого элемента – стойки на руках, а также ее вариантов, отжиманий в стойке и стойки на одной руке.

Существует два варианта стойки – строго вертикальный и так называемый банан. Банан выполнять проще, а потому начинать принято именно с него.

Позвоночник в банане выгнут, а ноги как бы свисают за головой, и при взгляде сбоку человек напоминает банан (что же еще?). В таком положении куда легче балансировать, но плечи и кор тренируются с меньшей эффективностью. Да и прогресса с бананом достичь сложно – на одной руке так не постоишь.

В ровной стойке все ваши суставы опираются друг на друга: запястья находятся прямо под плечами, плечи – под бедрами. Но для этого нужно сперва прокачать мобильность плечевого пояса и стабильность кора.

Здесь мы и ощутим пользу от упражнений на сгибание и антиэкстензию. Вниз головой вам будет трудно измерить положение ног относительно остального тела, но позволив себе согнуть ноги, вы уйдете в банан. Умея напрягать нужные мышцы в обычном положении, вы сможете сделать то же и вверх тормашками.

Я считаю стойку на руках одним из лучших проприоцептивных упражнений – в этом аспекте она гораздо полезнее занятий на балансборде. Вашему телу придется разучить совершенно новую, незнакомую позу, и для сохранения равновесия потребуется полная концентрация. В конце концов, о проприоцепции верхней части тела часто забывают.

Примечание: для максимального эффекта попробуйте выполнять эти упражнения с закрытыми глазами – так вам придется на 100 процентов довериться вестибулярному аппарату и проприоцепции. Перед этим убедитесь, что в случае чего приземление будет мягким!

Также стояние на руках повышает мобильность кистей и силу плечевого пояса, а в будущем сделает доступнее более сложные движения. Вот что мне нравится в калистенике: чем вы сильнее и чем больше вы умеете, тем больше перспектив перед вами открывается.

Я обещал рассказать об упражнениях, которые сделают вас похожими на супергероя. Прошу любить и жаловать – Его Величество Горизонт!

Едва ли среди доступных человеческому телу позиций найдется что-то более впечатляющее.

В полном горизонте спортсмен находится в положении для отжиманий, но его ноги при этом висят в воздухе. Иными словами, весь вес тела ложится на руки, а само оно будто парит параллельно полу – зрелище невероятное.

Ключ к успешному выполнению планша – сила вытянутой руки и контроль над лопатками, которые мы еще не обсуждали в прошлых разделах.

Упражнение можно выполнять и на согнутых руках, но это намного проще. В полном горизонте руки остаются абсолютно прямыми, локти полностью разогнуты. Чтобы не падать, необходимо слегка клониться вперед, тем самым нагружая бицепсы и заставляя их играть роль стабилизаторов. Одновременно с ними работают и задние дельты, и лопатки. Кор должен оставаться в напряжении, чтобы ноги не опускались, а поясница не провисала. Подготовиться к этому вам поможет «полое тело» и фронтальные приседания.

Сила прямой руки зависит не только от разогнутых локтей, но и от работы лопаточных мышц, отвечающих за протракцию (разведение лопаток при выдвижении рук вперед). Развитая протракция добавляет мощи удару, но полезна во всех видах спорта, способствуя профилактике травм бицепса. Пауэрлифтеры смогут избежать целого ряда повреждений, распространенных при становой тяге.

На мой взгляд, освоение горизонта – своего рода дипломная работа в области физиологии и фитнеса. Нельзя просто взять и выполнить горизонт с нуля, ведь он требует терпения, осторожности, хорошей проприоцепции и понимания биомеханики. Уроки, выученные в этом процессе, обязательно перенесутся и на другие упражнения [92].

Преждевременные попытки встать в горизонт без укрепления локтей и бицепсов грозят тендинитом и надрывами. Не забудьте и о контроле над лопатками, иначе все ваши усилия окажутся тщетными. У меня ушло добрых два месяца, чтобы понять, что мои руки разогнуты не полностью. Также вам пригодится сила и гибкость запястий.

Вам предстоит пройти множество этапов. Начните с поз «лягушка» и «ворон» и продолжите отжиманиями в псевдопланше. В первом случае вы будете удерживать свой вес на руках – сперва со слегка согнутыми локтями, а затем с полностью выпрямленными. Отжимания в псевдопланше выполняются с руками, расставленными в районе бедер, и наклоном вперед. В высшей точке движения полностью разогните локти и разведите лопатки. Тем самым вы увеличите нагрузку на бицепс – как минимум это полезный метод профилактики травм, даже если акробатство не для вас.

Со временем вы будете готовы к закрытому планшу (он же горизонт в группировке) и отжиманиям в этой позиции с согнутыми коленями. Дальше можно будет перейти к планшу с разведенными ногами, уменьшающими длину рычага. Тогда и только тогда, спустя месяцы или даже годы практики, вы сможете штурмовать полный горизонт.

Фактически такая прогрессия – аналог прогрессивной перегрузки из тренировок со свободными весами, перенесенный на почву калистеники.

Сила отдельной ноги – еще один момент, часто остающийся в тени, но отлично раскрытый в калистенике. Хотя вертикальный прыжок из положения стоя востребован в легкой атлетике, в реальности мы редко к нему прибегаем – в отличие от прыжка с одной ноги. К тому же мы отталкиваемся одной ногой при беге и многих других движениях.

Механика двух прыжков во многом отличается. Нам приходится не только извлекать силу из одной ноги, а не из обеих, но и распределять вес для сохранения равновесия. Стабильность бедра, голени и колена в таких условиях важна как никогда. Равно как и проприоцепция, необходимая для баланса.

Для развития такой стабильности, мобильности и силы подходят приседания пистолетиком – то есть на одной ноге, пока другая вынесена вперед параллельно полу. Это чрезвычайно трудное для выполнения упражнение требует выдающейся мобильности голени, без которой вы обязательно завалитесь назад в нижней точке. В идеале нужно свести к минимуму скругление спины, несмотря на соблазн. Недостаточная мобильность голени часто выступает источником травм и сдерживающим фактором, так что к ней стоит приглядеться.

Также для выполнения пистолетика с полной амплитудой вам понадобится гораздо больше силы, чем для обычного приседания, в том числе силы кора для равновесия.

Как и прочие калистенические упражнения, правильный пистолетик послужит отменным трюком для вашей вечеринки. Разучивать их стоит хотя бы ради этого!

Для тех, кому нравятся занятия с собственным весом, существует множество других усложненных упражнений. Вот некоторые из них:

– Высокий угол (V-Sit): вы сидите на руках с ногами, задранными вертикально вверх. Это движение требует развитой депрессии лопаток (опускания плеч), а также силы и гибкости мышц кора. Для начинающих есть более простой вариант – обычный уголок, для продвинутых спортсменов – параллельный угол (манна), при котором ноги смотрят за спину. В манне также понадобится депрессия лопаток

– Передний вис: держась за турник прямыми руками, вы должны расположить тело параллельно земле. Контроль над лопатками пригодится и здесь, но на этот раз в виде ретракции – отведения плеч назад

– Выход силой: подтягивание, переходящее в отжимание. Редкий пример упражнения, в котором сочетаются тяга, жим и переход между ними. Оптимальная техника подразумевает глубокий хват, позволяющий спортсмену полностью контролировать свое движение, не полагаясь на инерцию

Это лишь немногие примеры из впечатляющего арсенала представителей калистеники. И это мы даже не упомянули довольно распространенный флажок или малоизвестные отжимания дракона. Калистенические упражнения часто можно свободно комбинировать между собой: скажем, высокий угол может перейти в стойку на руках, а стойка на руках – в планш. Почти каждое из них можно дополнительно усложнять: стоять можно и на одной руке, в планше можно отжиматься. В интернете даже ходят видео людей, умеющих делать горизонт на пальцах [93]!

Уличный воркаут – популярный подвид калистеники, включающий в себя многие ее элементы и чаще всего практикуемый на спортплощадках. В него входят разнообразные стойки и целое созвездие ярких, динамичных элементов, выполняемых на турнике. Выступления коллективов вроде Barstarzz привлекают толпы зрителей – в программах сочетаются передний вис и выходы силой, взрывные подтягивания с перекрутом на 360 градусов и «ласточки» (аналог переднего виса, но здесь руки вытянуты за спиной). Есть и упражнения попроще – «лучник», «печатная машинка», «металлист».

Само собой, многие из них берут начало в спортивной и воздушной гимнастике [94], а потому могут разбавляться кульбитами, сальто и прочими акробатическими элементами. Все эти упражнения требуют необычайной силы кора, точности движений и координации. Попробуйте целый день поработать над сальто назад, и наутро вы ощутите, насколько нагрузился ваш пресс!

Плиометрика – еще один раздел продвинутой калистеники. Методика заключается в обилии взрывных движений, упоре на цикл растяжения-сокращения и работе с быстрыми мышечными волокнами. Мы уже говорили о плиометрике применительно к гирям и медболам, тогда как в калистенике спортсмен, как правило, запускает в воздух самого себя. Среди примеров: отжимания с хлопками, подтягивания с хлопками, приседания с выпрыгиванием.

Термин «цикл растяжения-сокращения» описывает способность организма сохранять эластическую энергию при удлинении мышц. Ранее мы обсуждали эффект серапе, взаимосвязь растяжки и увеличения силы, но не менее важна скорость сокращений и удлинений – «скорость загрузки». Чем быстрее переход между удлинением и сокращением, тем больше силы можно вложить в движение.

Это хорошо заметно, если сравнить прыжок из приседа с прыжком с контрдвижением (то есть с подседом). В первом случае вы просто вылетаете из нижней позиции со взрывной силой. Во втором – производите замах руками, приседаете и только тогда выпрыгиваете.

Все дело в различной продолжительности нахождения мышц в «активном состоянии». Между актиновыми и миозиновыми элементами проложены мостики, которые позволяют филаментам телескопически сокращаться, и более длительное использование мышц обеспечивает лучшее сцепление. Именно поэтому прыжок с замахом из подседа значительно выше, чем обычный прыжок из приседа [95]. В общем, эластическая энергия особой роли не играет.

Желающим исследовать вопрос глубже советую рассмотреть концепцию шокового тренинга. Вам придется не просто выполнять контрдвижение, но и «гасить» контакт. Подходящий пример – прыжки в глубину, состоящие из спрыгивания с определенной высоты, приземления и мощного прыжка вверх. Оптимальная высота – метр, а на земле не стоит задерживаться дольше, чем на 0,2 секунды. Увеличивать высоту рекомендуется лишь самым опытным спортсменам, так как нагрузка при этом составит порядка 300–400 % от собственного веса.

Такие упражнения полезны еще и потому, что запускают миотатический рефлекс, вызывающий сокращение мышцы при ее растяжении. Этот же рефлекс проявляется, когда врач стучит молоточком по вашему колену, и он же помогает автоматически сохранить равновесие, когда вы начинаете падать.

Миотатический рефлекс относится к моносинаптическому (двухнейронному) типу. О том, что это означает, можно было узнать из третьей главы.

Со временем центральная нервная система научится «предугадывать» сокращения мышц при растягивании, что приведет к росту взрывной силы. Волейболистам, участвовавшим в одном исследовании, удалось увеличить высоту прыжка на 14 (!) процентов.

Можно сказать, что упражнения с собственным весом – стандартный метод тренировок. Практически каждый знает, как выполнять подтягивания и отжимания. И это никак не снижает их ценность, а скорее наоборот. Эти упражнения подходят не только для развития относительной силы, но и для высокообъемных тренировок – благодаря небольшому весу и закрытой кинетической цепи.

Но наши тела способны и на большее. Изменение длины рычага, применение односторонних упражнений, добавление «взрывного элемента» – с ними калистеника может сделать нас похожими на супергероев.

Опять-таки исключительно калистеническими методами функционального совершенства не достичь. Зато можно достичь выдающейся силы ног, силы выпрямленной руки, улучшенного равновесия и проприоцепции – многие из не покрытых другими видами тренинга аспектов.

С калистеникой можно стать быстрее, мощнее, динамичнее. Наш снаряд здесь – собственное тело, и более уверенное владение им помогает и в повседневной жизни, и в спорте.

В следующей главе мы продолжим развитие этой идеи и рассмотрим нечто совершенно новое и любопытное. Такого в обычном спортзале вы не увидите [96].

Я впервые заинтересовался физкультурой, наблюдая за… ежом Соником. Звучит, должно быть, странно, ведь между жимом штанги и компьютерной игрой про супербыстрого антропоморфного ежа лежит целая пропасть.

Но меня полностью захватила его скорость и свобода движений. Игра представляла собой гигантскую песочницу, где навыки управления и владение законами физики позволяли выделывать немыслимые кульбиты и исследовать новые локации.

Как я осознал со временем, были и другие источники вдохновения. Меня также покорил фильм Джеки Чана «Кто я?», и я скупал все диски с его работами, какие мне только попадались. По тем же причинам я обожал комиксы про Человека-паука, чьи движения были недоступны любому другому персонажу.

Что придает нам силу и мобильность? Я полагаю, что локомоция, то есть передвижение. Мы недостаточно сильны, чтобы поднимать крайне тяжелые предметы (часто ли это приходилось делать первобытному человеку?), и не настолько выносливы, чтобы выдержать долгую схватку (почти любая драка длится не дольше пары минут, а естественный отбор не поощряет постоянную агрессию). Получается, что наши мышцы предназначены для бега, ползания, карабканья и плавания.

Чем лучше мы владеем собственным телом, тем больше мы владеем и окружением, и тем свободнее мы двигаемся. Сила в движении, а движение есть свобода. Движение может и должно приносить радость [97].

Поэтому растущий интерес к тренировкам самого движения вполне оправдан. Эта мода штурмует мир фитнеса и меняет наши представления о силе и здоровье.

Она придает и новые оттенки понятию «функциональность».

Как отмечалось уже в первой главе, мы почти перестали двигаться. Сидя в одной и той же позе, мы пользуемся лишь малой долей способностей нашего тела. Мы меняем среду обитания так, чтобы не приходилось даже плечом повести, что уж говорить о беге, прыжках или лазанье.

Эти движения заложены в нас самой природой, и мы должны ими владеть.

Прирост мышц не имеет смысла, если мы сидим на месте, и гиперспециализация физических упражнений здесь не поможет.

Те же идеи транслирует король «культуры движения» Идо Портал. Портал, наиболее известный как тренер звезды ММА Конора Макгрегора, собрал значительную паству в интернете. Вам также могли попадаться его видео с демонстрацией искусства флорейо.

Ключевая концепция в философии Идо заключается в том, что движение – цель, а не просто средство ее достижения.

Вместо работы над мышцами он делает ставку на действия и умения. Ему все равно, сколько вы жмете и есть ли у вас кубики, – главное, чтобы вы могли выполнять планш, вставать в мостик и ползать как ящерица.

Навыки и движения в арсенале Портала происходят из разнообразных источников – из единоборств (чаще всего капоэйры) и танцев, из калистеники и йоги. Объединенные изящными переходами, они образуют плавные бесшовные связки (флоу). Все это выглядит как размеренный, расчетливо выстроенный танец.

Сила и физическая мощь Идо видны невооруженным взглядом. Многие из его выступлений включают в себя стойки на одной руке и отжимания вниз головой – медленные и с полным контролем.

Так как Идо нигде не публиковал свою программу, а занятия с ним стоят целое состояние, мы можем лишь цепляться за крохи информации в его интервью и постах.

Идо не одинок в своем внимании к движению – многие другие представили свои системы, основанные на тех же принципах. Одна из самых известных – Animal Flow, детище Майка Фитча, в котором упор делается на движения, подсмотренные в мире животных. Три главных позиции – «обезьяна», «краб» и «зверь», но вся соль заключается в переходах между ними. Как и в случае Идо, процесс напоминает хореографические номера на земле.

GMB – аналогичная школа с программой под названием «Элементы», построенной на базе «звериных» упражнений. Позы «медведь», «обезьяна», «лягушка» и другие выполняемые на четырех конечностях движения можно так же свободно комбинировать.

Еще одна программа, «движение 20X», разработана под брендом VAHVA Fitness. Ее ключевая черта – важная роль фристайла и широкий набор движений от ползающего крокодила и гусиного шага до «горилльих» прыжков. Стремясь к по-настоящему разностороннему развитию, родоначальник VAHVA Fitness Ээро Вестерберг сочетает такой фристайл с более традиционной силовой калистеникой.

MovNat концентрируется на естественных человеческих движениях – «крокодилов» здесь заменяет метание копья и лазанье по деревьям. Но об этом в следующей главе.

Как и другие, еще более зрелищные формы функционального тренинга, тренировки движения привлекательны и с чисто эстетической точки зрения, они свежи и приносят кучу удовольствия.

К сожалению, некоторая размытость данной темы осложняет ее раскрытие. Многие тренеры, читая эти строки, наверняка задаются вопросом, чем все это может помочь их клиентам.

Читайте дальше!

В целом эффект от подобных занятий сходен с эффектом от уже знакомых нам гибридных упражнений и связок с гирей: они заставляют нас принимать позы, в которых мы никогда не оказались бы, если бы работали со штангой и гантелями. Большинство видов силовых тренировок, и даже калистеника, строится по фиксированным шаблонам на основе повторений и чаще всего не выходит за пределы одной плоскости.

Связки с гирей отчасти решают эту проблему, не ограничиваясь отдельными упражнениями и укрепляя мышцы и связки в переходных фазах. Тем не менее движения производятся в относительно предсказуемом порядке и чаще всего по прямой.

В жизни мы движемся не так, как в спортивных состязаниях или схватках.

Тренировки движения опираются на импровизацию, приспосабливание и вечный творческий поиск. Они подразумевают самовыражение посредством новых незнакомых движений и силу в неудобных позах. Можно понять, почему такой подход привлекает спортсменов вроде Конора Макгрегора, который умеет наносить мощные удары из тяжелых положений, заставая противника врасплох. Владение весом на небольшой высоте от пола – отличный способ натренировать сопротивление при грэпплинге.

Для нас с вами польза также имеется.

Один из самых неожиданных плюсов таких тренировок я обнаружил, присматривая за дочерью. Бывало, что я позволял себе расслабляться и закрывал один глаз, а другим следил за тем, как она играет с кубиками. Вдруг ей взбредало в голову помчаться на кухню или потянуться за чашкой, забытой мной на подоконнике.

В такие моменты у меня были считаные секунды на то, чтобы избежать катастрофы. Здесь находит применение навык резкого вставания из самых разнообразных поз – то быстро поднимаясь с колен, то бросаясь в погоню ползком, переходящим в бег.

Гантелями такое не натренируешь. И чтобы достичь такого уровня, вам придется забыть о базовых концепциях прогрессивной нагрузки.

Свободное переключение между позами и движениями только поощряется. Возможность следовать собственной интуиции очень освежает – правда, гипертрофия будет ограничена.

Такие упражнения можно использовать для развития силы, ведь они требуют значительного напряжения в груди, плечах, трицепсах и корпусе. С достаточным расстоянием, временем выполнения или количеством повторений сила должна вырасти. Animal Flow и GMB неплохо разделяют сложные составные движения на более простые, подходящие для многоповторного выполнения.

Однако, тренируясь таким образом, вы упустите саму суть.

Секрет успеха тренировок движения заключается в переходах от крокодила к медведю, от медведя к крабу, и так далее. Сила движения – как раз в самом движении.

Это еще и замечательный способ профилактики травм, превосходящий работу над каждым аспектом мобильности по отдельности. Ваш организм готовится к любой неожиданности.

Передвижение на четырех конечностях

Животные движения обладают и другими, более узкоспециальными преимуществами.

Многие из этих локомоторных паттернов ставят нас в положения, непривычные современному человеку, но вполне ему доступные. С эволюционной точки зрения мы слезли с деревьев не так уж и давно, а потому забывать о передвижении на всех четырех конечностях пока не стоит.

Становясь на четвереньки, мы снимаем часть напряжения на бедра, освобождая их и придавая им большую мобильность. В то же время растет нагрузка на руки, что делает упражнение подходящим для всего тела. Мышцы корпуса выравниваются и напрягаются, тем самым ставя новую задачу перед позвоночником [98].

Упражнения наподобие крокодила, медведя или краба относятся к контралатеральному типу – они задействуют крестообразные мышцы, которые мы упоминали в разделе про эффект серапе. Асинхронное движение двух сторон тела требует когнитивных усилий, а потому помогает улучшить координацию и контроль над мышцами, необходимый для множества других активностей. В конце концов, именно ползая, дети постепенно учатся ходить.

Если передвигаться исключительно симметричным образом, в мозге укореняются соответствующие шаблоны, тогда как многие другие движения утрачиваются. Так формируется билатеральный дефицит – то есть мы теряем некоторый процент силы, пользуясь конечностями одновременно. Поскольку использование обеих сторон тела требует особенных усилий, наш одноповторный максимум при жиме одной рукой выше половины одноповторного максимума при стандартном двуручном жиме (при одинаковом вращательном моменте и абсолютном равновесии).

Разделение конечностей – важный этап на пути к полному раскрытию силы и ловкости!

К сожалению, тренировки движения часто сводятся к ползанию и другим упражнениям в непосредственной близости от земли. Для максимизации пользы занятия должны включать карабканье, вис, брахиацию (раскачивание), восхождения на двух ногах, манипуляции с предметами и плавание. Это прекрасно осознает Идо Портал, внедряющий все эти движения в MovNat, равно как и создатели VAHVA Fitness.

Но эти элементы отсутствуют во многих других методиках, в том числе и в йоге. Мобильность плечевого пояса не может быть полноценной без виса и раскачиваний – перекос в сторону толчковых и жимовых движений приведет к дисбалансу.

Если вы считаете, что раскачивание на турнике – только для детей, то вы заблуждаетесь: это превосходный способ прокачать плечевую мобильность, силу тяги, стабильность кора, хват и многое другое. Разве есть более первобытное занятие, чем качаться, как обезьяна на ветвях? Где-то рядом тренировки с гимнастическими кольцами и лазанье по канату.

Скалолазание – еще одна совершенно естественная дисциплина, оказывающая положительное влияние на вашу форму и здоровье сразу по нескольким параметрам.

Смена высоты обязана присутствовать в полноценной программе тренировок движения. Профессиональные спортсмены уделяют ей большое внимание – например, делая выпад, чтобы достать теннисный мяч, или ныряя в трубу на полосе препятствий, – и мы должны следовать их примеру. Идеальная среда для таких занятий должна напоминать как раз полосу препятствий, где есть где ползать, на чем висеть и через что прыгать.

Паркур

С еще одним подвидом тренировок движения вы наверняка знакомы – это паркур. Паркурщики, или трейсеры, – это те ребята, которые бегают по крышам, прыгая с одной на другую, перескакивают через барьеры… словом, напоминают настоящего Человека-паука.

Паркур – практика, напрямую завязанная на окружающей обстановке. Цель спортсменов – найти наиболее эффективный способ движения.

По крайней мере, так было вначале. Со временем паркур разделился на две вариации – собственно паркур и фриран. Если паркур заключается в красивом и эффективном преодолении некоего маршрута, то фриран включает в себя акробатические элементы, помогающие исполнителю самовыражаться. Короче говоря, фриран – это паркур с сальто.

Эта эволюция – довольно интересный момент, на котором я хочу остановиться.

По мере роста популярности паркура появлялись все новые техники и ветви. Например, лондонские трейсеры делали ставку на рассчитанные прыжки, «европейцы» во главе с Олегом Ворславом включали креатив [99]. Его видео – действительно уникальное зрелище. Вот он падает на перила и прокручивается под ними, а вот он уже бежит по стене где-то под потолком.

Подобно различным диалектам одного языка, тренировки движения разошлись под влиянием различий в культуре и условиях среды.

Изобретателем паркура считается Давид Белль, чья концепция «искусства перемещения» (l’árt du déplacement) была отчасти заимствована у самого Жоржа Эбера с его «естественным методом». Как я писал во второй главе, работавший инструктором во французской армии Эбер внедрил тренировки на полосе препятствий, или le parcours. Отец Белля Раймон в период службы обучился эффективным техникам ухода от погони, которые позже передал Давиду.

В подростковом возрасте Давид обожал играть со своим другом Себастьеном Фуканом [100]. Они гонялись друг за другом по городу, находя все новые изящные способы преодоления препятствий [101].

Словом, истоки паркура следует искать в работах Жоржа Эбера, также вдохновившего MovNat и современные функциональные тренировки в целом. Вот что я понимаю под культурой движения.

Сегодняшние трейсеры выполняют трюки, казавшиеся невообразимыми еще лет десять назад. В частности, фрираннеры комбинируют элементы вроде опорного прыжка «Кинг-Конг» и «кошачьего захвата» (cat leap), сальто и перевороты из гимнастики и удары из XMA (extreme martial arts – экстремальные боевые искусства). XMA, взявшие за основу самые зрелищные акробатические элементы ушу, – еще один вид, собравший серьезную фанатскую базу в интернете.

«Верного» способа движений и тренировок не существует.

В этом и заключается сама суть философии движения. Вопрос, как нужно учиться двигаться, в корне неверен: пробуйте разное, импровизируйте, экспериментируйте с темпом и высотой. Пользуйтесь тем, что успели изучить, и добавляйте новое. Так вы изобретете собственный уникальный стиль.

Тренировки движения предлагают массу преимуществ, во многих отношениях у них в принципе нет границ. Отсутствие сдерживающих факторов и изменчивость позволяют сочетать полезные свойства силовых тренировок и работу над мобильностью, подстраивая их под ваши личные нужды. Такие занятия заимствуют «лучшие» движения из большого количества стилей и методик, рождая нечто новое и часто прекрасное.

Но, как нам уже известно, идеального тренинга не существует.

Прежде всего текучесть и непостоянность тренировок движения означают, что для развития максимума силы они не подходят. Здесь нет аналогов жима лежа, которые увеличили бы силу толчка и плотность костей, и не очень понятно, как их можно было бы вписать в естественный поток движений. Остается лишь заниматься со штангой параллельно.

Если Идо Портал делает акцент на важности виса, работе ног в паре и манипуляций с предметами, Animal Flow и GMB эти моменты игнорируют, тем самым игнорируя целые группы мышц и диапазоны движений. На земле бицепсы и широчайшие мышцы не накачать, то же касается и йоги.

Вот почему такие тренировки необходимо сочетать с другими подходами, направленными на выносливость сердечно-сосудистой системы, внимание и взрывную силу. При этом они являются замечательной площадкой для приложения многих освоенных нами навыков и умений.

Многие темы, которые мы уже успели обсудить, связаны с движениями тела – кажется, что это его главная эволюционная задача. Но так считают отнюдь не все.

В своей книге «Библия функционального тренинга» Гвидо Брушия отмечает, что важно отделять функции отдельной мышцы или системы от выполняемых ими действий. Действие короткой приводящей мышцы – приведение бедра (движение по направлению к телу), тогда как одна из ключевых функций – обеспечение стабильности при ходьбе.

Проследив исходный функционал мышц и мышечных групп, мы можем тренировать их более целенаправленно, с учетом вызовов, которые ставит перед нами мир.

Почему бы не вернуться к самым истокам? Можно ведь проследить все этапы эволюции человеческого движения и проанализировать каждую из многочисленных мышечных систем.

Что ж, именно этим и занимаются герои нашей главы.

При обсуждении почти любых форм тренировок движения часто звучит мысль о том, что заниматься нужно босиком или в очень легкой обуви. Я согласен: это оптимальный вариант для любых функциональных тренировок.

Тренировки босиком обладают целым рядом полезных для нашего здоровья и физического развития свойств. Купив пару легких кроссовок, вы сделаете первый шаг к обретению функциональности. Обувь брендов вроде Feiyu и Vivobarefoot обеспечивает гибкость и естественное положение стопы (то же, что и при ходьбе босиком), в то же время защищая вас от порезов и прочих опасностей. Девяносто процентов моей обуви относятся к этой категории.

Большинство людей предпочитают носить большие ботинки с толстой подошвой, которые ограждают их от камней и лежащего на улицах мусора, приподнимая пятку над землей.

Прозвучит драматично, но тем самым мы отрываемся от своих корней и теряем один из основных источников проприоцепции. Это, в свою очередь, приводит к мышечной и нервной атрофии, а также потере силы, равновесия и продуктивности.

Если бы вы бегали по лесу босиком, ваши ноги помогали бы вам сохранять баланс. Пальцы могут сходиться и расходиться, стопа – во все стороны. Стопы принимают форму земли, предотвращая растяжение лодыжек, обычное при ношении обуви с толстой подошвой.

Подстраиваясь, ноги собирают ценную информацию, передаваемую мозгу. Мышечные веретена, тельца Пачини и сухожильные органы Гольджи определяют особенности рельефа, позволяя телу приспосабливаться и избегать падений.

Ноги сообщают, что земля скользкая, мягкая или твердая, тем самым влияя на наши движения.

Вполне возможно, что элементарный переход на облегченную обувь предотвратит многие травмы среди пожилого населения.

Спортсменам тренировки босиком помогут обрести лучшее сцепление и стать атлетичнее.

Для этого следует проводить больше времени в интересных местах, а не на голом ровном городском асфальте.

Ваши ноги напрямую участвуют в генерации силы, которую вы передаете земле. Когда я говорю, что тренировать нужно вообще все, я имею в виду и пальцы ног. Длинный сгибатель большого пальца – мышца, обеспечивающая упор в пол при беге и прыжках. Исследования показали, что направленные на эту мышцу тренировки увеличивают высоту прыжка, скорость бега, равновесие и не только [102]. Занятия в обуви с толстой подошвой не дают вам даже пользоваться этой мышцей, не то что развивать ее.

Длинный сгибатель пальцев соединяется с четырьмя другими пальцами и поддерживает свод стопы. Правильное положение позволяет извлечь мышцам задней цепи больше силы. Ягодичные мышцы – крупнейшие в организме и потенциально самые сильные, но постоянный наклон вперед не дает нам выжать из них максимум.

Пальцы также улучшают сцепление с дорогой при беге, реагируя на изменения ландшафта в реальном времени для предотвращения падений.

Представьте, насколько эти свойства значимы для канатоходца или трейсера, бегущего по перилам.

Думали, тема закрыта? Как бы не так.

Обычная обувь изменяет саму биомеханику нашего бега. Структура подошвы вынуждает нас бежать с пятки, из-за чего почти всю силу удара о землю берет на себя обувь.

Это противоречит нашей природной склонности наступать на подушечку стопы, которой по-прежнему следуют представители индейских племен. Лучше всего это заметно у тараумара: бегуны из этой народности, живущей на северо-востоке Мексики, славятся умением преодолевать по 700 километров за 48 часов [103]!

Тараумара бегают либо босиком, либо в очень тонких сандалиях – считается, что этот фактор помогает им нейтрализовать негативные последствия длительных забегов и защитить колени. Это не только уменьшает шанс заработать серьезное растяжение или надрыв, но и заставляет колено и лодыжку работать подобно пружине, располагая их прямо под центром тяжести.

Конечно, эти нечеловеческие способности можно приписать образу жизни, который строится вокруг бега на длинные дистанции. Однако наше тело приспособлено для длительного бега босиком, а тяжелая обувь, понятное дело, нарушает основы нашей биомеханики [104].

То же происходит и при выполнении многих упражнений в спортзале. Например, приседания в кроссовках с толстой пяткой очень мало напоминают приседания босиком. Разница еще заметнее при приседаниях пистолетиком.

В кроссовках с толстой пяткой приседать на одной ноге гораздо проще: все потому, что с таким углом стопы ваше тело само клонится вперед, из-за чего вы не столь зависимы от подвижности голеностопа, и вам проще сопротивляться заваливанию назад. К тому же большая часть нагрузки передается от ягодиц квадрицепсу.

Итак, тренировки босиком в естественной среде обогащают ваш чувственный опыт, стимулируя нервную систему и развивая мышцы-стабилизаторы стоп, лодыжек и ног.

Но эти преимущества распространяются и на все остальное тело.

Возьмем, к примеру, лазанье по деревьям – отличный способ прокачать силу бицепсов, широчайших мышц и хвата. Подтягивания на ветке несравнимо эффективнее подтягиваний на турнике, ведь ни один подход не похож на предыдущий: у каждой ветви особая толщина и угол наклона. Руки могут находиться на разной высоте: одна будет обхватывать более толстый участок, другая слегка опустится под вашим весом [105].

Это делает адаптацию невозможной, так как каждая тренировка будет проходить немного по-другому. Если вам когда-то придется подтянуться на краю скалистого утеса, вы будете гораздо более подготовлены.

То же можно сказать и про подъем бревен и валунов, и про карабканье вверх-вниз по склону. Даже если у вас поблизости нет леса или парка, эту непредсказуемость можно имитировать в домашних условиях. Так, при помощи простого полотенца, намотанного на перекладину, легко экспериментировать с разными хватами: предлагаю вам испробовать 15 вариантов. Взяв на вооружение такой стиль тренировок, вы поймете, что возможности безграничны.

У тренировок на улице есть и другие плюсы. Воздействие солнечного света способствует выработке витамина D, обладающего массой полезных свойств. Он укрепляет кости, повышает сопротивляемость иммунной системы и выработку тестостерона, улучшает кровоток и не только. Витамин D служит ключом к правильному гормональному балансу и причиной того, почему люди, проводящие много времени на свежем воздухе, как будто никогда не болеют.

Также это объясняет (по крайней мере, отчасти), почему уровень тестостерона у современных домоседов ниже, чем у их отцов или дедов.

Дневной свет помогает регулированию биологических часов, служа внешним датчиком, сообщающим нашему телу текущее время суток. Большинство из нас проводят дни в изоляции под искусственным светом, из-за чего нам сложнее засыпать ночью.

Но что если день пасмурный? Оказывается, это тоже нам на пользу! Воздействие холода – стрессор, создающий непродолжительную нагрузку на иммунную систему, тем самым повышающий ее устойчивость в долгосрочной перспективе. Иными словами, пережитый острый стресс защищает нас от будущих атак. Исследования показывают связь регулярного холодного душа со снижением числа взятых больничных [106].

Холод провоцирует выброс тестостерона, ускоряет метаболизм, улучшает терморегуляцию и даже предлагает своего рода «дискомфортный тренинг». Мы настолько привыкли к сытости и теплу, что тяжело переживаем даже малейшие неудобства, а вот отжимания на снегу или бег по грязи способны нас закалить. Это мы еще обсудим.

Прыгнув в ледяное озеро, вы получите холодную «шоковую терапию» и тренировку на все тело, а также активируете так называемый нырятельный рефлекс [107]. Попадание холодной воды на лицо задействует специальные рецепторы, снижая частоту сердечных сокращений на 10–25 % и усиливая приток крови к жизненно важным органам. Селезенка сокращается, выпуская большое количество крови и меняя внутреннее давление.

Сымитировать рефлекс можно, просто плеснув водой себе в лицо, – это отличный способ проснуться и разогнать туман или протрезветь после нескольких порций алкоголя.

Что самое главное, этот рефлекс демонстрирует, что наше тело для этого создано. Оно обладает множеством функций, невостребованных из-за ограниченного образа жизни.

Даже у самой буйной растительности имеются положительные свойства. Само нахождение на природе снижает давление и уровень стресса, повышая креативность и способность к решению задач. Скорее всего, это связано с ролью ресурсов и укрытий на ранних этапах нашей эволюции.

Данный тип естественного движения лежит в основе еще одной системы тренировок – MovNat. Методика MovNat была разработана Эрваном Ле Корре, а ее название происходит от слов movement naturel, что в переводе с французского означает, собственно, естественное движение. Эрван, еще один поклонник идей Жоржа Эбера, сформулировал суть MovNat так:

Важнейшими принципами естественного движения он считал практичность и приспособляемость.

Прежде чем прийти к собственному стилю, Эрван много лет занимался паркуром. И вновь мы видим взаимосвязь различных интерпретаций «функциональности».

С философской точки зрения MovNat близок учению Идо Портала и Animal Flow, но меньше концентрируется на плавности переходов и больше – на лазанье по ветвям и метании камней. Интерес к подражанию животным почти отсутствует, в отличие от исследования возможностей человеческого организма.

Фактически MovNat в значительной степени состоит из карабканья по деревьям, ныряния в воду и перебрасывания палкой вместе с партнером на бегу. Это выглядит не столь артистично, как движения Идо Портала, но здорово помогает в развитии зрительно-моторной координации, проприоцепции и полезных паттернов движения вроде хождения по бревну и залезания на препятствия.

Одно из главных достоинств тренировок движения – их влияние на подвижность.

Подвижность не всегда синонимична гибкости, как думают многие. Если гибкость – способность тела принимать то или иное положение без посторонней помощи (или с ней – как, например, при растяжке ноги, закинутой на бревно), то подвижность означает свободу движения. Какие позиции доступны вашему телу?

Подвижность – один из ключевых факторов изящности и плавности движения. Зачастую недостаточная подвижность сдерживает прогресс начинающих спортсменов-любителей.

Зависит подвижность от силы мышц и контроля над ними. К примеру, для выполнения высокого угла гимнасту нужна недюжинная компрессионная сила, чтобы согнуть торс и бедра и задрать ноги как можно выше. Даже самому гибкому человеку без нее не обойтись.

Как стать подвижнее? Больше двигаться!

Принимая те или иные позиции, вы постепенно приучаете тело уверенно себя в них чувствовать. Чем чаще вы это делаете, тем проще процесс вам дается и тем больше амплитуда выполнения.

Это вполне логично, поскольку нашу подвижность во многом ограничивает нервная система. Долгие годы, проведенные почти без движения, ограничивают наш диапазон. При попытке коснуться пальцев или выполнить глубокий присед вам мешают не укороченные сухожилия и не слабые мышцы: ваше тело самопроизвольно напрягается, стараясь не допустить травмы. Подобно миотатическому рефлексу, ограждающему нас от падений, этот рефлекс пытается предотвращать слишком сложные движения.

Это превосходно расписал Павел Цацулин в своей книге «Растяжка расслаблением». Начинается книга с вопроса: если вы можете отвести любую ногу на 90 градусов, то что мешает вам сесть в полный шпагат? Ноги ведь не связывает соединительная ткань.

Единственное препятствие, не дающее вам выполнить поперечный шпагат, – сокращения тела, вызванные его желанием защитить вас от травмы.

Получается, что заставлять себя принимать неудобные позы и задерживаться в них – не слишком эффективный подход. Гораздо лучше двигаться естественно, включая эти позы в более сложные паттерны, правильно дыша и концентрируясь на самовыражении, а не на растущем дискомфорте. Мастерам единоборств и танцорам удается поддерживать мобильность благодаря тому, что такие позиции естественным образом вписаны в привычные последовательности. Тренировки должны строиться по тому же принципу.

Именно так мы развиваем и утрачиваем диапазон движений – в зависимости от окружающей среды и внешнего давления. Именно так доисторический человек научился лазить и бегать. И именно так вы забыли, как стоять прямо.

Вам также следует сосредоточиться на активной растяжке, не включающей внешнее сопротивление. Например, простое поднятие ноги на максимальную высоту в специфической позе поможет развить силу соответствующих мышц и обрести полноценный контроль над этим движением. Небольшое утяжеление – например, использование легкой гири в поперечном шпагате – послужит вам толчком в желаемом направлении.

Пассивная растяжка также не лишена пользы. Просто опуститесь до точки, в которой вы испытываете минимальный дискомфорт: это поможет организму привыкнуть к этому положению и понемногу подавить противоборствующие рефлексы.

Вы можете насладиться пассивной растяжкой, меняя позу во время работы или чтения. Слегка потянитесь, а затем попытайтесь сосредоточиться на своем деле.

По словам тех, кому довелось потренироваться с Идо Порталом, он первым делом заставляет новых учеников включать в распорядок дня «мертвый вис» (обычный вис на вытянутых руках) и глубокий присед. Начинать предлагается с семи минут виса и тридцати минут сидения. Это действительно очень полезно, а главное, доступно каждому.

Сидение на корточках – еще одно действие, которое должно быть доступно любому. Даже если вы умеете приседать до упора с тяжелой штангой, совсем не факт, что вы сможете спокойно сесть на корточки без отрыва пяток и надолго остаться в этом положении, скажем, болтая с друзьями.

Однако именно в такой позиции мы отдыхали бы в диких условиях – стульев-то у наших предков не было. Мы уже рассматривали негативные последствия сидячего образа жизни, и лучшим противоядием, как ни странно, является сидение на корточках.

Присед не только удерживает корпус в напряжении (с этим вариантом может поспорить разве что отсутствие спинки у стула), но и предотвращает неестественное искривление позвоночника, вызванное сидячим положением.

Такое положение позволяет нам гораздо глубже дышать, не сжимая брюшную полость, из-за чего диафрагма опускается ниже. Также, по мнению некоторых ученых, сидение на корточках представляет собой оптимальный способ похода в туалет. Оно позволяет кишечнику эффективнее опорожняться, позволяя нам избежать ряда осложнений в будущем.

В мире, построенном вокруг сидения на стуле, человека, сидящего на корточках, могут счесть сумасшедшим (один из побочных эффектов чтения моей книги). Тем не менее вам ничто не мешает включить глубокий присед в свой распорядок дня и время от времени обращаться к нему во время чтения, игр или разговоров.

Пассивный и активный стретчинг – полезные инструменты (почитайте еще про PNF), но одних глубоких движений и изучения пределов вашего диапазона движений может оказаться достаточно. Более того, ходьба крабом значительно веселее для большинства людей, чем двухминутное растягивание рук за головой.

Примечание: статической растяжки перед силовой тренировкой следует избегать. Большинство экспертов сходятся во мнении, что она может снизить производительность мышц и увеличить вероятность травм из-за нарушения защитных механизмов.

На мой взгляд, истинная цель полнофункциональной комплексной программы тренировок должна заключаться в том, чтобы учиться двигать телом так, как будто оно представляет собой «единую мышцу». Синхронное использование всех частей тела для достижения одной биомеханической цели.

И что бы вы думали? Моя концепция не так далека от истины, как может показаться!

Хотя формально мы состоим из отдельных мышц, на деле все они состоят из одной соединительной оболочки, называемой мышечной фасцией, или миофасцией. И это лишь одна из форм фасции, встречающейся по всему телу.

Если вам доводилось готовить мясо, вы могли заметить, что оно покрыто тонкой пленкой: это и есть та самая фасция! Физиологи и врачи на протяжении сотен лет игнорировали ее, отметая, как что-то маловажное. Дело в том, что увидеть фасцию можно далеко не всегда, поскольку она состоит в основном из воды и практически исчезает при препарировании тела. Леонардо да Винчи, впрочем, это не обмануло, и он включал фасцию в свои анатомические эскизы.

Этот эластичный слой соединительной ткани состоит из коллагена. Роль фасции заключается в обволакивании и фиксации мышц и органов в их полостях, равно как и костей, клеток и практически всего остального. Фасция не просто облегает тело снаружи подобно комбинезону – она вплетается и внутрь мышц, органов и клеток, иногда даже трансформируясь в отдельные структурные элементы, такие как сухожилия и апоневрозы.

Вязкая мембранная сеть обеспечивает напряжение по всему телу, помогая удерживать все на своих местах. Это свойство определяет фасцию как структуру на основе тенсегрити [108], что применимо и ко всему телу. Представьте палатку: она держится в статичном положении благодаря постоянному напряжению отдельных противостоящих деталей. Такая конструкция позволяет фасции распределять удары и энергию по всей поверхности, тем самым сводя к минимуму ущерб, вызванный падением.

Таким образом, гибкость фасции в значительной степени способствует гибкости человека в целом, при этом напряжение в одной области затрагивает отдаленные части тела. Но это еще не все.

Мышечная фасция содержит большое количество эластиновых волокон, обеспечивающих эластичность и дополнительный отскок энергии при беге или прыжках.

Что действительно примечательно, так это тот факт, что мышечная фасция содержит кровеносные сосуды, гладкомышечные клетки и даже сенсорные рецепторы. Фактически фасция не уступает сетчатке в плотности рецепторов сенсорных нервов или даже превосходит ее [109]: в ней в шесть – десять раз больше нервных окончаний, чем в мышцах.

Судя по всему, фасции могут играть ключевую роль в формировании силы, ловкости и умения держать равновесие. Один из важных путей – фасциальная передача силы. Фасция облегчает взаимодействие удаленных групп мышц, и сокращение одной области стимулирует сокращение другой [110].

Более того, эта передача поддается тренировкам. Клетки-фибробласты выступают в роли архитекторов, путешествуя по фасциальной системе и производя необходимый коллаген, коллагеназу (фермент, расщепляющий коллаген) и другие химические вещества, которые помогают строить и перестраивать фасцию. По словам Тома Майерса, этот процесс позволяет фасции укрепляться в ответ на определенные сигналы стресса и давления. Иначе говоря, фасция может уплотняться по определенным направлениям, соединяя мышцы, которые часто используются в тандеме.

Также есть версия, что у мышечной фасции есть дополнительная функция – передача электрических сигналов между группами мышц и нервными окончаниями. Она может даже в некоторой степени объяснить «эффект облучения» (тот факт, что сознательное сокращение одной мышцы вызывает реактивное напряжение окружающих мышц). Хотя это также может быть связано с непосредственной близостью и взаимосвязью нейронных связей в мозге.

Вполне возможно, что фасция – одно из древнейших защитных приспособлений человеческого тела, позволявшее нам перемещаться и спасаться от хищников еще до появления нервной системы.

И это лишь малая доля возможностей мышечной фасции – многого мы еще не знаем.

У нас недостаточно информации, и я пока не могу давать практические советы по прокачке фасции. Так или иначе, фасция очень хорошо реагирует на тренировки с использованием самых разных движений. Чем больше вы двигаетесь, тем более гибкой и податливой будет фасция, тем меньшее напряжение вы будете испытывать и тем больший контроль вы будете иметь над всем телом. Фасция работает лучше всего, когда увлажнена, вода делает ее губчатой и эластичной. Движения в разных направлениях, по-видимому, способствуют обретению гибкости, тогда как отсутствие движения может привести к нарастанию косности и жесткости.

В то же время движение по нескольким «векторам» потенциально может тренировать и укреплять в направлениях, непокрытых в традиционной модели мышечно-сухожильных блоков. Мы должны тренировать всю систему, а не отдельные мышцы.

В конце концов, фасция повсюду, и она способна двигаться так, как не могут наши фиксированные мышечно-сухожильные единицы. Фасция обладает потенциалом к бесконечному обновлению и разнообразию. Если придерживаться исключительно линейных движений, таких как сгибания рук и приседания, то окружающая фасция будет развита значительно хуже по сравнению с фасцией, находящейся рядом с ней. Нетрудно предположить, что это может привести к дискомфорту и ограниченному прогрессу.

В книге «Тренировка фасций: системный подход» Билл Паризи и Джонатан Аллен даже предполагают, что фасции могут отвечать за «силу фермера», которую мы обсуждали ранее. Фермеры столь сильны благодаря тому, что укрепляют соединительную ткань под нетипичными углами посредством субмаксимальных нагрузок с неповторяющимися движениями.

Фасция поблагодарит вас и в том случае, если вы будете выполнять каждое подтягивание по-разному. Тренировка, состоящая из последовательности непредсказуемых движений, идеально подойдет для укрепления фасции.

Наконец, фасция предлагает еще один пример того, насколько наше тело умеет адаптироваться. Тренировка конкретных движений может оказаться полезнее, чем просто наращивание необходимых мышц, она также может помочь развить ткани между этими мышцами для лучшей координации. Как говорит Майерс, тело реагирует на запросы.

Как, я надеюсь, стало понятно из этой главы, многие из наших физических ограничений вытекают из предсказуемого и «безопасного» характера окружающей нас среды. Предоставляя организму более разнообразную, хаотичную и живую информацию, мы можем заставить его прогрессировать в большем количестве направлений и пользоваться преимуществами его природной приспособляемости.

Однако нам следует остерегаться перекоса: «естественное» не всегда означает «лучшее». Мы не должны романтизировать жизнь наших далеких предков в ущерб нашему нынешнему образу жизни.

Потому что ключевое слово здесь – «приспособляемость».

Не существует одного единственно верного способа передвижения, и на протяжении всей нашей эволюции мы адаптировались к различным типам движений. Мы спускались с деревьев, жили в горах, плавали, а теперь сидим за компьютерами. Это не недостаток нашей биологии, а невероятный пример оптимизации. Наши тела удивительны в своей способности к адаптации, равно как и наш мозг.

Просто взгляните на мокен, племя, которое получает большую часть пищи из Андаманского моря. Дети мокен умеют видеть под водой, буквально сгибая хрусталики глаз, чтобы противостоять преломляющим свойствам воды. Кроме того, они могут сужать зрачки до абсолютного предела, доступного человеку. Мокен всех возрастов невероятно здорово плавают, что роднит их с «морскими цыганами» из народа баджо, живущего на Филиппинах, в Малайзии и Индонезии. Баджо без труда задерживают дыхание на срок до 13 минут, ныряя на глубину около 60 метров. Это происходит благодаря замечательным свойствам их селезенки.

Опять же, это лишь очередная адаптация, не более и не менее «правильная», чем наша с вами конфигурация. У нас нет чудо-селезенки, потому что она нам не нужна.

Нервная система, казалось бы, устроена таким образом, чтобы адаптироваться к любому сценарию, в каком бы она ни оказалась. То есть теоретически вы могли бы взять свою нервную систему и поместить ее в тело другого животного, и она в какой-то степени адаптировалась бы к мускулатуре, размеру и весу этого животного.

(Это всего лишь мысленный эксперимент, такая трансплантация добром точно не кончится.)

Доказательством этого являются исследования, в которых мозг обезьяны подключался к роботизированным конечностям. Со временем обезьяна осваивала новые конечности и управлялась с ними не хуже, чем со своими собственными. У нее формировались новые нейронные связи, и в конечном итоге обезьяна пользовалась механическими конечностями для чистки апельсинов и поднимания предметов [111].

Весь вопрос в том, какие вводные данные подать в нервную систему, чтобы добиться оптимальных результатов. К сожалению, большинство из нас не кормит нервную систему ничем новым, но это не значит, что мы должны жить исключительно прошлым.

Первобытному человеку едва ли приходилось поднимать что-либо тяжелее 50 кг и уж точно не выжимать от груди 150 кг. И, честно говоря, я не могу придумать обстоятельства, которые заставили бы нас ходить на руках.

Что поражает меня больше всего, так это наша способность адаптироваться к столь разнообразным требованиям. За ней скрывается огромный потенциал к развитию через занятия спортом и ответ на вопрос: на что еще способно наше тело?

Мне мало «лишь» естественного движения, меня интересует движение сверхъестественное. Усвоение уроков из истории – один из необходимых шагов к моей цели.

Здесь мне хочется обмолвиться, что современные люди не так уж и плохи.

Мы часто пеняем на относительное отсутствие движения, ужасное питание и крайне напряженный образ жизни. Собственно, это сделал и я в первой же главе. Конечно, у нас есть потенциал для роста, и это хорошо заметно.

Но у этой медали есть и обратная сторона.

Представьте, что едете по автостраде. Это чрезвычайно сложная задача, которая требует от вас пристального внимания к окружению, а вместе с тем вам приходится управляться с рулевым колесом, педалями и рычагом переключения передач. Вашему мозгу приходится подстраиваться под неестественно высокую скорость и сохранять концентрацию часами напролет.

Хотите верьте, хотите нет, но похожую проблему ставят перед нами и компьютерные игры.

Играя в футбол и подобные игры, мы бросаем себе физический и моральный вызов, вынуждающий нас одновременно демонстрировать множество различных навыков в конкурентной среде. А топовые спортсмены на пике формы регулярно бьют свои и чужие рекорды, бегают быстрее, прыгают выше и плавают дальше, чем кто-либо до них.

Все больше и больше людей начинают увлекаться спортом и достигают потрясающих результатов. Трейсеры выкладывают видео, на которых они делают сальто, прыгая по крышам; штангисты-любители в свободное время поднимают веса, которые век назад становились бы новыми мировыми рекордами.

Благодаря интернету и накопленным человечеством познаниям мы стали более образованны во многих темах и областях. Путешествия дарят нам громадный опыт. Переключаясь между социальными сетями, мы потребляем огромные объемы информации о мире.

Мы куда лучше понимаем свое тело и имеем доступ к лекарствам, которые продлевают нашу жизнь далеко за естественные пределы. Мы переносим болезни и травмы, которые еще несколько десятилетий назад были бы смертельными. Многие из нас дополняют свой рацион полезными питательными веществами и придерживаются диеты и образа жизни, укрепляющих здоровье мозга и тела.

Да, конечно, мы слишком много времени проводим сидя. Мы едим много сладостей. Но не все так плохо: во многих аспектах мы просто красавчики. Ключ к успеху в том, чтобы брать все лучшее из прошлого и настоящего, полностью раскрывая наш потенциал.

Что вы понимаете под тренировками? Для меня тренировка – систематическое применение усилий с целью развития желаемых качеств или навыков.

В связи с этим меня по-настоящему поражает, что столь немногие из нас тренируют свои когнитивные способности так же активно, как физические. Исходя из системы ATSP, которую я изложил в главе 2, совершенно очевидно, что мы можем улучшить свои спортивные данные и качество повседневной жизни, развивая умственные способности и качества.

Почему в эпоху, когда мозг часто превосходит силу, мы тратим огромные суммы на абонементы в спортзал и проводим бесчисленные часы, тягая штангу, но ничего не делаем для тренировки мозга?

Почему у нас есть «день ног», но нет «дня мозга»?

Память поддается тренировкам ничуть не хуже силы. Наработать концентрацию можно так же, как нарабатывается подвижность. Развить эмоциональный интеллект не сложнее, чем научиться стоять на руках.

Эти навыки посодействуют вашему личному прогрессу больше, чем любые другие. Мозг, как бесконечно сложную мышцу, можно прокачать.

Только представьте, какие перспективы перед вами откроются!

Тренировка тела и тренировка мозга неразрывно связаны между собой. Заниматься ими по отдельности практически бессмысленно.

Я убежден, что ученым не удастся создать настоящий «общий» искусственный интеллект, пока они концентрируются на бестелесных программах. По-моему, решение будет заключаться в том, чтобы дать этой искусственной форме жизни тело, в котором можно жить, и среду, которую можно осваивать, пусть даже они будут виртуальны.

Все потому, что функция мозга, по-видимому, неотделима от функции тела. И если это правда, то эта информация может послужить ключом к улучшению наших когнитивных способностей и объяснению важности этих тренировок.

Возможно, лучшей демонстрацией взаимосвязи разума и тела является относительно новая, но успевшая набрать популярность теория воплощенного познания. Эта теория предполагает, что многие аспекты нашего познания закладываются в нашем физическом опыте. Эта тема обширна и состоит из множества более мелких идей, но особый интерес для меня представляют языковая обработка и ее роль в более глобальных когнитивных процессах.

Эту мысль довольно сложно передать, но попробуйте задуматься: как ваш мозг «понимает» язык? При изучении нового языка вы используете уже знакомый вам язык в качестве ориентира, переводя новые слова. Но ведь когда вы учили свой родной язык, опираться вам было не на что.

Если родной язык – наш язык программирования, то что является машинным кодом?

Другими словами, как мыслят люди, которые не владеют ни одним языком?

Одно время философы и психологи называли этот гипотетический базовый код мыслекодом, или ментализом. Этот термин служил заглушкой для будущей рабочей теории, способной объяснить, как именно мы придаем словам значение.

Воплощенное познание дает другое объяснение: мы обретаем понимание слов на основе нашего опыта и взаимодействия с миром. В общем, из нашего сенсомоторного опыта.

Это означает, что, когда кто-то рассказывает вам о своей прогулке по лесу, вы и сами в какой-то степени «переживаете» эту историю, вспоминая, как чувствовали холод или ощущали хруст веток под ногами.

По большей части это визуализация, но эти переживания также могут принимать проприоцептивную или слуховую форму.

Конечно, это не значит, что для понимания вам нужно было что-то увидеть или совершить. Наш мозг достаточно развит, чтобы конструировать новые впечатления на основе всевозможных отсылок.

Эта теория помогает ответить на многие вопросы. Например, она объясняет, почему мы так ярко представляем себе героев и сцены из читаемых романов [112]. Или почему мы так часто используем метафоры при описании абстрактных чувств и понятий. Она может даже объяснить особенности нашей жестикуляции!

Возможно, мы даже проследим ход этой эволюции, глядя на происхождение языков. Согласно теории «знаковой прогрессии» Дэниела Эверетта, первые письменные языки начинались с указаний, которые превратились в пиктограммы, за ними последовали символы. С этого момента для полноценного языка не хватает лишь грамматики и синтаксиса.

Указание в данном случае – это просто знак (естественный или нет), предоставляющий дополнительную информацию (как, скажем, дым указывает на огонь). Пиктограмма – более сложный элемент, так как она может представлять что-то отсутствующее или несуществующее и имитировать этот объект. Пример – рисунок человека. Наконец, символы могут олицетворять объекты или идеи без очевидной связи между внешним видом или звучанием символа и изображаемым предметом. Это делает символ гораздо более мощным инструментом.

К чему вы прибегнете, пытаясь общаться с кем-то на иностранном языке? Большинство будет либо указывать на объекты, либо пытаться показать их значение жестами.

Таким образом, даже имея дело с такими, казалось бы, абстрактными концептами, как жадность или математика, мы, вероятно, осознаем их благодаря своему физическому опыту. Смогли бы вы понять математику, не имея непосредственного знакомства с понятием количества?

Наша способность добавлять эти уровни абстракции, конечно же, абсолютно человеческая черта, а управляют ею преимущественно недавно развившиеся префронтальные области мозга.

Существует множество доказательств существования воплощенного познания. Когда мы читаем или слышим речь, сенсомоторные части мозга активизируются почти так же, как если бы мы лично выполняли или переживали описанное [113].

Теория также может объяснить, почему важная роль мозжечка в ряде когнитивных задач становится все заметнее. Мозжечок – небольшой отдел, и неслучайно его название означает «маленький мозг» (латинский термин cerebellum придумал, кстати, сам Леонардо да Винчи). Как вы, возможно, помните из третьей главы, мозжечок отвечает за восприятие проприоцептивной информации и ее применение для подготовки к движению.

Тот факт, что мозжечок участвует в познавательной деятельности, предполагает, что, даже сталкиваясь с концепциями более высокого уровня, такими как философия, мораль или теоретическая физика, мы все равно связываем их с нашим собственным физическим, телесным опытом [114].

Как показывают опыты, премоторная кора «загорается» при выполнении когнитивных задач. Обратите внимание, что она отвечает и за наш встроенный «физический движок». Мы обладаем интуитивным пониманием законов физики, которое позволяет нам предсказывать движение окружающих объектов, как если бы мы играли в видеоигру. Конечно же, понимание это появилось под влиянием нашего собственного взаимодействия с миром – вероятно, именно поэтому детям нравится крушить башни из Lego даже больше, чем строить их.

Больше того, наше понимание физики и биомеханики растет всякий раз, когда мы качаемся на турниках, спускаемся с горки или делаем колесо. Получаемая при этом информация используется при принятии решений, необходимых для того, чтобы поймать мяч, и даже при размышлениях о, казалось бы, чужеродных абстрактных понятиях.

Возможно, все совсем не так. Повторюсь, это всего лишь мои предположения, исходящие из существующих теорий. Тем не менее эти рассуждения выглядят довольно логично и объясняют очень многое. Как по мне, существует достаточно доказательств того, что наше мышление в весьма значительной степени связано с нашим телесным опытом.

Эта теория не просто интересна сама по себе, но дает и некоторое представление о том, как мы можем тренировать мозг для улучшения концентрации, скорости обработки данных и вычислительной мощности.

Это возможно благодаря явлению, называемому нейропластичностью (или пластичностью мозга).

Приспособляемость – суперсила нашего вида. Человеческие детеныши крайне уязвимы и недоразвиты по сравнению с животными других видов. Из-за дальнозоркости они не видят предметы в считаных сантиметрах перед собой, и им требуются месяцы, если не годы, чтобы освоить базовые движения вроде ходьбы.

Почему? Одна из самых распространенных версий состоит в том, что мы настолько умны, что нам нужно дополнительное время, чтобы котелок заварил. В «готовом виде» наш мозг и, следовательно, наш череп был бы слишком велик для рождения.

Но это лишь одно из объяснений (движущая сила эволюции вполне могла бы просто увеличить выходное отверстие, а размер мозга лишь коррелирует с интеллектом). Другое заключается в том, что мы рождаемся относительно недоразвитыми, чтобы иметь возможность адаптироваться к окружающей среде. Это придает человеческим детям уникальную способность подготовиться к многочисленным проблемам, с которыми они столкнутся. По этой причине наш вид обладает уникальным потенциалом к культурным изменениям и развитию.

Подумайте сами: ваш мозг и тело почти не отличаются от мозга и тела первобытного человека. Единственная разница – среда, в которой вы родились и которая превратила вас в нечто гораздо более интеллектуальное, хотя в какой-то мере и менее развитое физически. А мощный мозг, в свою очередь, наделяет вас способностью изменять окружающую среду вокруг себя!

Разве вы сменили бы вид, если бы могли?

Младенцы с невероятной скоростью овладевают речью, учатся ходить и усваивают бесчисленные идеи и понятия. Моя семнадцатимесячная дочь Эмми узнает новые слова каждый день, и это поразительно! В ее присутствии приходится подбирать выражения с особой осторожностью.

Эта пластичность – особенность человеческого мозга, которая сохраняется и во взрослом возрасте, пусть и в замедленной форме, – выделяет нас среди всех остальных животных.

Она подразумевает, что мы можем увеличить и укрепить мозг, нарабатывая определенные навыки. Тренировки мозга подчиняются тому же принципу, что и тренировки тела: принципу SAID.

Если вы хотите лучше считать, занимайтесь математикой.

Если вы хотите улучшить внимание, работайте над ним.

Вот почему у лондонских таксистов самый крупный гиппокамп – область мозга, хранящая маршруты и другую географическую информацию. Ежедневно преодолевая огромные расстояния по огромной дорожной сети, водители буквально качают эту область мозга как мышцу [115]. Этот эффект прослеживается в самых разнообразных дисциплинах: например, у виолончелистов уплотнились участки нейронных связей, соответствующие кончикам пальцев левой руки.

Подобно тому, как размахивание бейсбольной битой может развить навыки и физические свойства, которые перенесутся на другие виды спорта, развитие областей мозга, отвечающих за одну задачу, в конечном счете приведет к прогрессу в других сферах.

Например, как стало известно, обучение музыке способствует развитию зрительных способностей, скорости когнитивной обработки и многих других качеств [116]. В то же время игра в динамичные шутеры вроде Call of Duty может улучшить быстроту принятия решений и остроту зрения [117]. Научившись вовремя определять, кого из врагов расстреливать в первую очередь, не забывая при этом переключать оружие, вы лучше подготовитесь к принятию других, не менее сложных решений в реальном мире.

Все это означает, что мы можем в определенной степени «выбрать» желаемый мозг, всего лишь сосредоточив внимание на конкретных навыках и соответствующих областях мозга. Вы сами являетесь творцом своего мозга!

На протяжении всей этой книги я искал упражнения с максимально возможной отдачей, которые позволили бы развить наибольшее количество навыков и физических качеств. Свои выводы я приберегу для последней главы, а пока лишь обмолвлюсь, что этот список будет состоять в основном из сложных, комплексных упражнений.

Мы можем применить ту же логику к тренировке мозга. Какие виды тренировок дадут наилучшие результаты? Какие упражнения для развития мозга представляют наибольшую ценность?

Как ни удивительно, ровно те же сложные движения будут занимать верхние строчки и этого рейтинга.

Это неспроста: как мы установили, наш мозг формируется в ходе физического взаимодействия с миром, и практика определенных навыков может расширить соответствующие его участки. Отсюда следует, что комплексные упражнения должны улучшать нашу способность обрабатывать и понимать концепции.

Сложные движения, такие как «ползущий крокодил», жонглирование, танцевальная хореография, боевые искусства и многие другие, требуют огромного объема оперативной памяти. Эти занятия предлагают мультисенсорный опыт, и для них мы должны сохранять полную концентрацию внимания. Это как допинг для мозга! Совершенствование замаха в гольфе, планша или удара ногой с разворота требует тонкой настройки нейронных связей посредством постоянных проб и ошибок, улучшающих пластичность мозга.

Возможно, это один из ключевых факторов, повлиявших на столь уникальный ход эволюции человеческого мозга. Встав на две ноги и открыв бесчисленное множество новых способов применения своих конечностей, мы создали стимул для увеличения пластичности. Как кто-то заметил, люди – единственные животные, способные подражать представителям почти любого вида.

Давно известно, что аэробные тренировки (длительные пробежки или прогулки) чрезвычайно полезны для мозга. Они повышают выработку BDNF (нейротрофического фактора мозга), что, в свою очередь, приводит к повышению пластичности мозга. Это довольно логично, учитывая, что бег обеспечивает больший приток крови к мозгу. С эволюционной точки зрения длительная пробежка позволяет изучать и сохранять в голове новые места «на будущее». Способность покрывать большие расстояния, знакомясь при этом с разнообразным рельефом, могла послужить еще одним фактором, стимулировавшим развитие мозга.

Исследования также показывают, что силовые тренировки улучшают другие когнитивные способности, в том числе ассоциативную память и исполнительные функции [118]. Возможно, это связано с ростом инсулиноподобного гормона IGF‐1, участвующего как в гипертрофии, так и в образовании новых мозговых клеток и синапсов. Сочетание аэробных упражнений и силовых тренировок дает двойную пользу.

Но кажется, что наиболее фундаментальный рост происходит благодаря комплексным движениям. Упражнения, включающие балансирование, асинхронные движения конечностей и манипуляции с предметами, увеличивают размер базальных ганглиев, что может оказывать прямое влияние на концентрацию внимания, зрительно-пространственную обработку и другие функции [119].

Исследования Трейси и Росса Эллоуэй показывают, что лазанье по деревьям, ползание по бревнам и бег босиком значительно улучшают нашу оперативную память. Кажется, MovNat на правильном пути! Примечательно, что все эти занятия мы обожали в детстве и, естественно, практиковали бы их и в дикой природе [120].

Все они требуют от нас обработки информации в мозжечке и двигательных областях с одной стороны и в префронтальной коре с другой – в этом и кроется их польза.

Похоже, что объединение этих двух типов навыков играет важную роль в самых глубинных изменениях. Задачи, совмещающие проприоцепцию с планированием, ориентацией и расчетом, обеспечивают превосходную умственную тренировку, которую невозможно получить, сидя перед компьютером. Еще один прекрасный пример из исследования Эллоуэев – серфинг: спортсмен должен не только сохранять равновесие на доске, но также обращать внимание на набегающую волну и принимать оптимальное положение, чтобы ее поймать [121].

Помните, я советовал не торопиться выбрасывать балансборд? Вероятно, он полезнее для вашего мозга, чем для стабильности лодыжек. Жонглирование во время балансирования – одно из самых близких к серфингу занятий, доступных в комфорте собственного дома.

Однако вы можете спокойно придерживаться «крокодилов» и «медведей». Оказывается, «четвероногие» движения не менее здорово подходят для «развития когнитивной гибкости» и «оптимизации положения суставов» [122].

Каков вывод? Наша нервная система устроена так, чтобы облегчить сложное движение в хаотичной среде, где нас на каждом шагу подстерегают как опасности, так и возможности. Решение монотонных задач перед компьютером и близко не стоит – какими бы забористыми эти задачи ни были.

Чтобы получить молодой и гибкий мозг, вы должны использовать свое тело в полной мере.

С моей стороны было бы упущением не указать на то, что существуют и другие формы «сложного движения». Не все из них включают в себя прыжки и ползание, как Человек-паук. Яркий тому пример – письмо от руки.

Вы не ошиблись. Это умирающее искусство является прекрасным образцом чрезвычайно сложного движения, неподвластного ни одному другому биологическому виду. Просто подумайте о бесчисленных нервных путях, необходимых для выведения каждой буквы и соединения ее с другими в плавном потоке. Представьте, насколько точно должны сокращаться крошечные мышечные волокна предплечий, чтобы надавить на бумагу с правильной силой, под правильным углом и по правильной траектории. И учтите, что все это мы делаем неосознанно, проговаривая текст про себя!

Это замечательная тренировка премоторной коры головного мозга, которая играет ключевую роль в целом ряде разнообразных задач. Мы уже знаем, что эта область мозга используется для выполнения физических расчетов, но она важна и для речи и даже понимания языка.

Рассмотрим случай, описанный в книге Нормана Дойджа «Пластичность мозга». Некий мальчик страдал от проблем с пониманием языка, письмом и связностью речи. Он посещал специальную школу Эрроусмит, основанную Барбарой Эрроусмит-Янг, где ему дали задание обводить предметы на детализированных изображениях. Благодаря этому мальчик быстро обрел способность говорить длинными предложениями, эффективно общаться с другими и в целом более бегло изъясняться.

Крайне печально, что дети по всему миру больше не оттачивают точные, артикулированные движения. Взрослые практикуют рукописное письмо еще реже, ведь большинство из нас предпочитает печатать.

Игра на пианино и в «Операцию», раскрашивание и шитье – все эти занятия пойдут вам на пользу.

Как и письмо слабой рукой.

В наши дни очень немногие тратят время на равномерное развитие обеих рук – и тем не менее я верю, что это чрезвычайно полезно.

В спорте это качество даст вам огромное количество дополнительных возможностей: вы сможете бросать мяч и пробивать мощный хук любой рукой. В тренажерном зале амбидекстрия поможет вам добиться более пропорционального телосложения, поскольку с ней вы сможете обеспечивать с обеих сторон равный контроль (и извлекать равную силу) при сгибании / жиме / тяге.

Амбидекстрия может оказаться полезной и при обращении с предметами.

Сама попытка добиться двуручности может спровоцировать рост пластичности (как-никак это чрезвычайно трудный физический навык), а также утолщение ключевых отделов мозга, таких как мозолистое тело.

Мозолистое тело – толстый пучок нервов, соединяющий полушария мозга, и, вполне возможно, может являться ключом к их равномерному развитию. Исследования мозга Эйнштейна показали, что у него было очень плотное мозолистое тело, что, возможно, способствовало его изобретательности.

Хотя это всего лишь косвенное свидетельство, многие известные творцы были амбидекстрами – помимо Эйнштейна, это как минимум Бен Франклин и Леонардо да Винчи. Никола Тесла, судя по всему, стал амбидекстром сознательно: «Сейчас я амбидекстр, но когда-то был левшой, а моя правая рука была относительно слаба».

Когда-то вера в то, что амбидекстрия может быть полезна, уже была популярна. В начале XX века Хьюлингс Джексон основал Общество амбидекстральной культуры для продвижения «двоемозгия» и содействия прогрессу человечества.

Соглашусь, что этот вопрос довольно спорный. Высказываются опасения, что на деле тренировка амбидекстрии может привести к ряду проблем. Однако, как мне кажется, это беспокойство основано на ошибочном прочтении исследований, связывающих амбидекстрию с проблемами развития, такими как заикание. Более вероятно, что в некоторых случаях задержки развития приводят как к амбидекстрии, так и к другим дисфункциям.

Этой версии есть доказательства. Джоанна Барбара Саттлер в своем обзоре научной литературы заявляет:

«Систематические обследования второй группы испытуемых неизменно выявляли перинатальные церебральные нарушения. В статье обсуждается тезис о том, что недостаточное насыщение мозга кислородом в перинатальном периоде жизни влияет преимущественно на функцию доминантного полушария головного мозга, ответственного за выбор ведущей руки».

В общем, маловероятно, что развитие амбидекстрии приведет к когнитивному дефициту. Все как раз наоборот! Лично я практикую амбидекстрию уже более десяти лет без каких-либо серьезных побочных эффектов.

Так, о чем это я…

Как тренируется амбидекстрия? Я рекомендую побольше писать недоминирующей рукой. Так вы как минимум получите те же преимущества, что и от любого очень требовательного двигательного навыка, а также наработаете мелкую моторику. Дополнительную пользу можно получить, обратив письмо себе на пользу – например, начав вести дневник.

Переносятся ли эти свойства на другие навыки? Став отцом, я был весьма удивлен, когда узнал, что малыши не могут как следует чистить зубы, пока не научатся писать. Именно это занятие помогает формированию мелкой моторики, так что мой ответ на вопрос – да!

(Вы, должно быть, уже догадались, что еще одним упражнением на амбидекстрию является чистка зубов неудобной рукой.)

Еще одно замечательное исследование, подчеркивающее важность физических качеств в реализации когнитивных функций, показало, что спортсмены (в частности, борцы) способны находить иной путь к решению проблемы и добиваются при этом лучших результатов.

Выполняя мысленное вращение физических объектов, элитные борцы задействовали двигательные области активнее, чем контрольная группа (которая, предположительно, больше полагалась на зрительные процессы). Используя эту стратегию, борцы оказались гораздо лучше в заданиях на мысленное вращение [123].

Но это не означает, что не существует сценариев, в которых нам может пригодиться усиленная визуализация. Больше того, многие задачи требуют от нас визуализации объектов и мысленного манипулирования ими. Помимо этого, мы используем визуализацию при решении различных задач, навигации и не только. Большая часть наших мечтаний и творческих планов принимает форму визуализации.

Мы уже обсуждали мозг Эйнштейна, говоря о роли мозолистого тела, но у него были и другие интересные особенности. В частности, у Эйнштейна были крупные нижние теменные доли. Эти участки мозга связаны с пространственным и математическим мышлением, и, возможно, именно им ученый был обязан своим богатым воображением [124].

Данная версия вполне согласуется с тем, что нам известно достоверно. Эйнштейн совершил открытие, которое позже стало специальной теорией относительности, когда работал в патентном бюро. Известно, что однообразная работа такого рода активирует сеть отделов мозга, называемую «сетью пассивного режима работы» или «сетью воображения».

Вот как Эйнштейн описывал визуализацию своей идеи и интуитивное осознание устройства Вселенной:

«Если я преследую луч света со скоростью c (скорость света в вакууме), то я должен наблюдать такой луч как застывшую в пространстве электромагнитную волну. Однако, согласно уравнениям Максвелла, застывших электромагнитных волн не бывает. С самого начала мне было интуитивно понятно, что с точки зрения такого наблюдателя, все должно происходить по тем же законам, что и с точки зрения наблюдателя, покоящегося относительно Земли. В противном случае у движущегося наблюдателя была бы возможность определить, что он находится в состоянии равномерного движения. Можно заметить, что в этом вопросе уже содержится зародыш теории относительности [125]».

Лично я в восторге от идеи, что наш мозг обладает такой мощью, что позволяет нам постигать законы, определяющие движение планет и звезд, на уровне интуиции.

Обратите внимание, что подобные рассуждения происходят в сети пассивного режима и в лобных долях, развившихся относительно недавно, они подпитываются активностью в сенсомоторных областях.

Этот пример показывает, что иногда для решения проблемы нужен другой подход к мышлению. В случае Эйнштейна – своего рода визуальная, математическая интуиция.

Могу вас порадовать: навыки визуализации вполне поддаются тренировкам. Например, улучшить пространственное восприятие вам могут помочь компьютерные игры или техника под названием «поток образов».

Закройте глаза, а затем позвольте воображению пробудить любой образ по его усмотрению. Не напрягайтесь, просто позвольте картинке прийти самой. Описывайте вслух все, что видите, и проговаривайте все происходящие изменения.

Эта стратегия, придуманная Вином Венгером, помогла многим людям значительно улучшить остроту своего «мысленного взора». Также здесь может пойти на пользу развитие оперативной памяти, о которой мы вскоре поговорим.

Есть и другие рабочие техники. Например, можно практиковать мысленное вращение объектов, находящихся в поле вашего зрения, представляя, как они будут выглядеть под разными углами.

Если вы планируете наращивать сенсомоторные части мозга, стоит уделить внимание и функциям высшего порядка в передней части мозга. Наша префронтальная кора дает нам способность строить планы, рассуждать и оперировать сложными идеями. Благодаря ей мы можем добавлять уровни абстракции, а также манипулировать данными. К сожалению, мы часто пренебрегаем использованием этих навыков, как и остальной частью нашего мозга.

Мне понравилось решение, описанное в книге Кэла Ньюпорта «Глубокая работа», – вид медитации, называемый «продуктивной медитацией». Он предполагает выделение определенного периода времени для решения конкретной проблемы. Это не традиционная форма медитации, которая ассоциируется у нас с покоем (подробнее об этом в следующей главе), а скорее целенаправленное усилие в сторону концентрации внимания на конкретной задаче.

Также я предлагаю свой вариант, который я называю медитацией «о большой идее». Ее цель – поиск решения огромной, возможно даже неразрешимой проблемы, требующей творческого подхода. Этим вы буквально «растягиваете» границы своего мозга и учитесь мыслить нестандартно. Я занимаюсь этим с раннего детства, и это на самом деле очень интересно.

Например, я пытаюсь придумать объяснение феноменам, о которых читаю в научных журналах, или найти удовлетворительный ответ на вопросы о рождении Вселенной или природе сознания. Обычно, конечно, без особого успеха, но иногда я ловлю себя на том, что достигаю доступных мозгу пределов, и именно здесь, я считаю, у нас имеется возможность для роста.

Так мы можем учиться «думать масштабно» в различных областях, устанавливая сложные неочевидные связи. Некоторые идеи в этой книге родились именно так.

Как программисту, мне нравится размышлять, как бы я написал то или иное приложение, что особенно полезно, поскольку помогает структурировать идеи.

В других случаях я думаю о более скромных вещах. Мне нравится представлять, каким был бы мой собственный фильм о Джеймсе Бонде. А еще у меня в голове расписано около сотни выпусков комикса про «Железного человека»[126]!

В большинстве случаев мозг совмещает зрительную, слуховую и моторную информацию для формирования связной картины, которую можно использовать для рассуждений, мечтаний и решения проблем.

Скорее всего, так же работает память. Гиппокамп хранит большую часть наших воспоминаний в виде своеобразного каталога. Закодированные воспоминания, тесно связанные со многими другими областями мозга, воспроизводятся путем пробуждения испытанных при соответствующем событии чувств – по одному или по цепочке. Когда вы вспоминаете класс, в котором учились в детстве, ваш мозг подсвечивает участки зрительной коры, ответственной за распознавание запахов грушевидной коры и другие области.

Эта способность вызывать информацию и манипулировать ею в «визуально-пространственном блокноте» называется нашей рабочей, или оперативной памятью. Оперативная память содержит информацию, операции с которой мы проводим в текущий момент. Отсюда и название!

Также рабочая память позволяет нам удерживать в голове номер телефона, пока мы ищем ручку, чтобы его записать, или производить перенос при арифметических вычислениях. Все та же рабочая память помогает и при запоминании позиций всех фигур на шахматной доске или положения наших партнеров в игровых видах спорта. Рабочая память делает возможным плавное перемещение в пространстве, храня воображаемую модель нашего окружения и устраняя необходимость видеть все и сразу.

Но она ограничена лишь несколькими (порядка 7 +/– 2) битами информации. То есть гипотетически при поиске ручки человек с небольшой оперативной памятью сможет запомнить только пять цифр, а тот, у кого она развита лучше, – девять. Обойти эту проблему возможно, например, повторяя цифры (чтобы продлить срок хранения) или объединяя их. Скажем, если память вмещает только пять букв, можно попробовать запомнить сразу пять слов, состоящих из букв. Шестерку и тройку можно записать как одну единицу: 63. Коды можно не считать, так как их мы можем извлечь из долговременного хранилища, – с ними мы сталкивались достаточно часто, чтобы сформировались нервные пути.

Однако с точки зрения мультисенсорной природы рабочей памяти этого объяснения недостаточно. В конце концов, если наша картина мира строится путем сочетания чувств, чему равен «бит» информации?

Проиллюстрирую свою мысль на примере шахмат вслепую, в которых участники делают ходы, не видя фигур и не прикасаясь к ним. Получается, что им приходится держать в голове всю доску! Что, не впечатляет? А как насчет сеанса одновременной игры в такие шахматы? Александр Алехин как-то раз сыграл вслепую двадцать шесть партий, выиграв шестнадцать, пять сведя к ничьей и проиграв лишь пять!

Как тебе такое, Шерлок Холмс?!

Мы уже поняли, что оперативную память можно прокачать с помощью «четвероногих» упражнений и балансирования, но игры вроде шахмат развивают ее не хуже. Есть и другой вариант – форма тренировки мозга, известная как Dual N-Back.

Dual N-Back – одна из немногих головоломок, польза которой научно доказана. Задача игрока – наблюдать за рядами цифр или букв по мере их появления в сетке и реагировать, когда символ или позиция повторяется. Загвоздка в том, что повторения идут не одно за другим, а отстоят на N ходов друг от друга. Видели ли вы эту букву два хода назад? А что было три хода назад?

Рабочая память тесно связана с вниманием и концентрацией, а способность фокусироваться на умственном опыте может являться сдерживающим фактором. Это может объяснить, по крайней мере отчасти, как эффект от упражнения может перенестись на целый ряд других видов деятельности.

Удивительно, но в этот список входят и физически сложные задачи. Оперативная память не только поможет вам правильно разделить счет или уследить за товарищами по команде, но также способна напрямую привести к непосредственному улучшению физической формы. Как показало одно исследование, тренировка внимания и рабочей памяти с помощью видеоигры Musical Catch позволила улучшить скорость ходьбы участников возрастом от 60 до 80 лет [127].

Правда, гарантировать, что вы сможете одновременно сыграть двадцать шесть партий в шахматы с завязанными глазами, я все же не смогу.

Пластичность мозга демонстрирует, что он способен адаптироваться к потребностям так же, как и тело. Более того, мозг гораздо пластичнее тела: скорее всего, мы пока не раскрыли и малую долю его потенциала. Именно такая адаптация дарит слепым людям повышенный слух, наращивая соответствующие области мозга, чтобы компенсировать атрофированную зрительную кору.

Еще более невероятный пример – пациенты с гемисферэктомией (люди, которым удалили половину мозга), сохранившие большую часть своих когнитивных функций. Это возможно благодаря тому, что оставшееся полушарие берет на себя задачи удаленного. Так как переносятся целые функции мозга, требуется огромное количество переналадок.

Такая пластичность полностью оправдывает тренировку мозга, позволяя нам придавать ему нужную форму, будто при лепке. Но вот в чем вопрос: что делать со всеми открывающимися возможностями? Как нам повысить пластичность мозга и как нам гарантировать, что тренировки повлияют на него именно так, как мы этого хотим?

Существуют две преобладающие точки зрения касаемо природы интеллекта. На протяжении многих лет под влиянием идей психолога Говарда Гарднера считалось, что существует несколько «типов» интеллекта. По Гарднеру, человек может, допустим, обладать математическим интеллектом, но не обладать лингвистическими способностями. Некоторые пункты классификации Гарднера звучали откровенно странно, например «натуралистический интеллект».

Как бы там ни было, теория Гарднера вдохновила создание многочисленных тестов на интеллект, ориентированных на одну из этих отдельных областей. При этом обнаружилось, что между оценками в этих тестах существовала вполне четкая корреляция. То есть тот, кто хорошо разбирался в математике, с большей вероятностью имел достойные лингвистические навыки. Это привело к выводу, что должен существовать некий всеобъемлющий общий интеллект, подпитывающий каждую из этих сфер. Общий интеллект был назван G-фактором, и уже именно его измеряют многие сегодняшние тесты.

Имеется множество доказательств существования и «модульного», и общего интеллекта. Мы видим, что определенные навыки хранятся в определенных участках мозга, что соответствует модульному подходу. Но мы также знаем, что интеграция этих разрозненных областей также чрезвычайно важна.

Кто же прав?

И что такое G в G-факторе?

По-моему, следующий ответ может удовлетворить оба лагеря:

G = Пластичность + Обучение

Если вам посчастливилось иметь пластичный мозг, вы сможете лучше развивать отдельные участки мозга и связи между ними. Возможно, один тип мышления будет развит лучше, чем другой, но если вы исключительно талантливы в одной области, есть вероятность, что вы способны учиться и расти – и достичь уровня выше среднего и в других сферах.

Таким образом, наблюдается корреляция между различными подмножествами интеллекта и общей универсальностью умственных способностей.

Вот почему я называю пластичность суперсилой – это то качество, которое поможет вам приобрести другие качества быстрее и эффективнее.

Имея подходящие возможности, среду для развития и пластичный мозг, вы сможете быстро улучшить как индивидуальные навыки, так и общий уровень. При правильном обучении вы сможете стать лучше в любой отдельно взятой сфере и эффективнее пользоваться любой хранимой информацией.

Если нейропластичность – суперсила, то как нам ее прокачать? Какая стратегия будет оптимальной для приобретения новых навыков и изменения структуры нашего мозга?

В общем и целом суть пластичности проста и может быть обозначена одним правилом:

Именно этот закон позволяет гибкому мозгу развивать необходимые ему навыки. Благодаря ему мы учимся ходить и говорить, читать и писать, а при желании можем научиться программировать или ходить на руках.

Это простой, но чрезвычайно мощный алгоритм.

Если вы последовательно выполняете два действия и возвращаетесь к этому шаблону снова и снова, в конечном итоге у вас сформируется связь между этими двумя действиями.

Точно так же, если вы будете слышать колокольчик всякий раз, когда кто-то угощает вас вкусной едой, у вас разовьется физиологическая реакция на звон, как показали знаменитые опыты Павлова.

Одновременно с этим у вас в мозге расширяется нейронная сеть – дендриты одного нейрона достигают аксона другого, формируя синапс (соединение). Вот почему вы не можете услышать буквы «А, Б, В», не продолжив мысленно «Г, Д, Е». Вы слышали этот ряд стимулов так много раз, что вся группа нейронов срабатывает без каких-либо сознательных усилий с вашей стороны.

Именно так мы осваиваем новые навыки: посредством многократного механического выполнения паттернов движения, связывающих нейроны. Новые нейронные паттерны записываются в вашей ДНК, и процедурная память будет сохранена [128].

Чем чаще вы повторяете это действие, тем сильнее будет соответствующая связь. Произойдет миелинизация – это означает, что аксоны покроются миелиновой оболочкой, которая обеспечивает защиту и ускоряет распространение сигналов. Со временем вы сможете выполнять все шаги почти инстинктивно. Как говорил Брюс Ли: «Удар наносится сам собой».

Но если практика прекратится, связь постепенно ослабнет, и со временем вы можете полностью забыть движения. Нейроны, которые не взаимодействуют, друг от друга отдаляются.

Точно так же формируются и нежелательные привычки (так называемая негативная пластичность). Тем же законом объясняется и некоторая ограниченность в нашем движении. Если вы будете симметрично шевелить руками, через какое-то время их нейронные отражения соединятся. Из-за этой образовавшейся «паутины» вам станет сложнее производить мощные движения руками поодиночке – та самая негативная пластичность.

Данному процессу сопутствует действие химических веществ, называемых нейромедиаторами, или нейротрансмиттерами. Они попадают в мозг из синаптических везикул (крошечных «мешочков» с химическими веществами), находящихся в терминалях аксонов (отростков нейронов). Когда потенциал действия передается от одного нейрона к другому через синапс, из этих мешочков высвобождаются химические вещества, которые оказывают влияние на окружающие сети. Эти нейромедиаторы корректируют поведение близлежащих нейронов, взаимодействуя с ними через рецепторные участки, которые получают определенные химические вещества и реагируют на них.

Таким же образом с нейронными сетями могут взаимодействовать и другие химические вещества, в том числе гормоны, вырабатываемые во всем организме, а также потребляемые перорально питательные вещества и лекарства.

Мы обсудим нейромедиаторы подробнее в следующей главе, а пока ограничимся вот чем: некоторые из них выступают в роли вознаграждения за положительный опыт и, следовательно, способствуют образованию новых связей в мозге [129].

Один из ключевых нейромедиаторов в этом процессе – дофамин [130]. Этот «гормон вознаграждения» тесно связан с мотивацией. Он вырабатывается в огромных количествах, когда мы работаем над достижением цели (которая поддерживает нашу мотивацию) или имеем дело с новыми и интересными стимулами. Когда все складывается удачно, дофамин помогает стимулировать образование новых связей. Дофамин тесно связан с нейротрофическим фактором BDNF, который, как мы знаем, является ведущим модулятором пластичности.

Это происходит каждый раз, когда мы выполняем то или иное действие. Готовясь к удару в гольфе, вы сначала представляете желаемую траекторию, а затем выполняете замах. Если результат соответствует вашим ожиданиям или превосходит их, высвобождаются положительные гормоны и укрепляются нервные пути, которые привели вас к этой точке.

Но если удар выходит неудачным, выделяется другой нейрохимический и гормональный коктейль. Имела место ошибка прогнозирования, и теперь впрыскиваются вещества, повышающие ваше внимание и бдительность, тем самым помогая вам выполнить новое движение более эффективно. Нервный путь, который привел к неправильному замаху, скреплен уже не так прочно.

Вот почему так приятно заниматься тем, что у вас и так хорошо получается, а то, что дается вам непросто, вызывает раздражение. Не останавливайтесь: путем бесчисленных повторений вы проложите глубоко укоренившиеся нейронные маршруты и будете становиться все лучше [131].

Представьте себе маленького ребенка, который учится стоять. Он или она упадет тысячи раз, и каждый раз мозг сохраняет эти данные. Каждое небольшое подергивание мышечного волокна, помогающее им не упасть, немного приблизит их к успеху в следующий раз.

Эта нейронная основа объясняет модель наработки двигательных навыков, предложенную П. Фиттсом и М. Познером в 1967 году и до сих пор популярную в спортивной психологии. Модель предусматривает три этапа:

– Когнитивный

– Ассоциативный

– Автономный

По сути, вначале каждый новый навык требует больших сознательных усилий и внимания, в конечном итоге (когда проложены нужные нейронные связи) становясь чем-то обыденным.

Повышение нейропластичности может помочь нам развить интеллект во многих областях. Однако даже само понимание природы пластичности упрощает обучение новым навыкам. Как при помощи этой информации улучшить свои результаты в спортзале и в жизни?

Во-первых, механизмы нейропластичности подчеркивают важность внимательного отношения к нашим занятиям. Полезные химические вещества будут не столь эффективны, если вы отвлекаетесь. Во-вторых, не менее важен цикл обратной связи при изучении новых навыков. Эти факторы подтверждают, что мозг обожает учиться, и объясняют, почему компьютерные игры вызывают такую зависимость.

Павел Цацулин называет этот процесс «смазкой нервов»: каждое новое повторение все больше совершенствует нервные пути.

Многие силовые упражнения Павел рассматривает как навыки. Это касается сравнительно простых движений, таких как подтягивания. Углубляя нервные пути, вы можете выполнять все более эффективные повторения, а также оптимизировать выбор двигательных единиц под конкретную задачу.

Классический силовой тренинг с механическим напряжением и повреждением мышц уменьшает количество возможных повторений. Хорошенько поработав, вы берете целую неделю на восстановление, и все повторяется.

Почему бы не перевернуть эту идею с ног на голову? Почему бы не делать несколько подходов от трех до пяти подтягиваний каждый день? К концу недели у вас могут накопиться сотни повторений, а мышцы останутся целы.

Эта стратегия имеет еще больше преимуществ применительно к более сложным для освоения движениям. Прекрасный пример – стойка на руках. Я отрабатывал ее по несколько раз в день, если не был травмирован. Таким образом мое тело смогло отточить обработку проприоцептивной информации в положении вниз головой. Со временем я научился лучше выравнивать свой центр тяжести и располагать суставы, а также обнаруживать мельчайшие перекосы и корректировать их с помощью крошечных сокращений. Но мне еще есть куда расти!

Также стоит поговорить о еще одном инструменте обучения: визуализации. Как мы узнали из предыдущей главы, использование мысленного взора подсвечивает области мозга, совсем как при реальной деятельности. Из этого следует, что укреплять нейронные связи можно даже посредством «виртуальных» прогонов. Исследования недвусмысленно показывают, что прокручивание в голове танцевальных шагов или ударов в гольфе укрепляет соответствующие нейронные сети, благодаря чему мы лучше запоминаем информацию.

Норман Дойдж приводит несколько любопытных примеров применения этого навыка. В частности, он рассказывает историю Натана (Анатолия) Щаранского, советского диссидента и правозащитника, в 1977 году несправедливо осужденного за шпионаж. Сидя в одиночной камере, Щаранский, чтобы не сойти с ума, играл вслепую в шахматы с самим собой. К моменту освобождения уровень его игры вырос до такой степени, что Щаранскому удалось победить тогдашнего чемпиона мира Гарри Каспарова. Рюдигер Гамм, известный как «человек-калькулятор», научился быстро считать при помощи одной лишь мысленной практики.

Мы даже можем улучшить свою моторику, просто наблюдая за чужой работой (любители комиксов здесь вспомнят Таскмастера, он же Надсмотрщик или Бригадир). За это отвечают зеркальные нейроны, которые активируются, когда мы наблюдаем за кем-то другим. Возможно, именно поэтому нам нравится смотреть, как танцуют другие.

Чтобы получить еще больше пользы от наработки навыка, попробуйте более эффективно распределить ее в течение тренировки или целого дня.

Интервальное обучение – популярный инструмент для запоминания фактуры. Он предусматривает последовательное изучение одного и того же материала в три захода с двумя десятиминутными перерывами. Такой метод значительно улучшает запоминание по сравнению с попыткой усвоить все за один присест той же продолжительности [132] и, по-видимому, способствует перемещению данных в долговременную память. Вероятно, это связано с тем, что перерыв дает нервным путям время вернуться в состояние покоя перед повторной активацией. В общем, так вы проходите урок три раза вместо одного.

Ту же идею можно применить и к физическим тренировкам – скажем, стойку на руках можно сделать в начале, в середине и в конце занятия.

Так как задействование двигательных единиц – ведущий фактор развития максимальной силы, вы можете надеяться даже на ее увеличение. Но это лишь моя гипотеза.

Все эти стратегии призваны помочь нам реализовать возможности естественной пластичности нашего мозга. Но ведь было бы еще круче, если бы мы могли повысить пластичность, которая позволила бы нам без особых усилий кодировать больше информации. Если она поддается тренировкам, то как нам ее натренировать?

Как и во всех подобных случаях, секрет в том, чтобы просто пользоваться ею почаще.

Концентрацию химических веществ, отвечающих за пластичность, можно повысить множеством способов. Например, при помощи ряда ноотропов, таких как гриб львиная грива или треонат магния [133]. Жирные кислоты омега‐3 также прекрасно влияют на нейропластичность, ну а сон абсолютно необходим: во время отдыха происходит реорганизация мозга и консолидация памяти. Повысить пластичность может даже гарнитура с технологией tDCS (транскраниальная стимуляция постоянным током), которая пропускает через мозг небольшие разряды, чтобы увеличить потенциал покоя нейронов в определенных областях мозга [134]. И, как мы уже обсуждали, бег увеличивает BDNF, особенно в гиппокампе (тогда как тренировки с отягощением приводят к увеличению количества IGF‐1).

Но самый простой и эффективный способ сделать мозг пластичнее – продолжать учиться и напрягать его. Как нам известно, изучение новых паттернов движения приводит к высвобождению BDNF, который используется для формирования и совершенствования необходимых нейронных паттернов. Этот белок необходим для процесса познания, и поэтому без него нам не обойтись.

Чем больше BDNF, тем легче узнавать новое. Освоение нового языка, основ программирования или музыкального инструмента могут помочь вам повысить пластичность и тем самым ускорить дальнейшее обучение.

Означает ли это, что ваши показатели в жиме лежа могут возрасти от изучения нового языка? Насколько мне известно, исследований на этот счет не проводилось, но это, безусловно, разумная гипотеза. Однако мне кажется, что в первую очередь имеет место обратная связь: это лазанье по ветвям деревьев, как и другие упражнения, поможет вам быстрее учить новые языки.

Замечательно, что повысить плотность нейронных связей мозга могут и компьютерные игры [135]. И удивляться тут нечему, ведь они симулируют пребывание в новой среде и требуют от вас все большего числа двигательных навыков по мере изучения входных данных (уже скоро вывести их пользу на новый уровень может виртуальная реальность).

Подобно балансированию и танцам, это мультисенсорный процесс обучения, требующий постоянного совершенствования и идеально подходящий для возбуждения дофаминергических путей. Самое волшебное в видеоиграх то, что в каждой новой игре вам приходится осваивать особые навыки и законы.

Уверен, уже скоро VR с головой окунет нас в новые миры с новыми правилами и станет идеальной площадкой для тренировки мозга.

Мультисенсорные задачи могут даже объяснить высокопластичную природу детского мозга. Некоторые ученые предполагают, что наблюдаемая у младенцев невероятная нейропластичность является следствием критического периода, имеющего определенные границы. По достижении этой границы мозг взрослого человека продолжит учиться, но гораздо медленнее.

Но я не считаю, что это окно возможностей закрывается навсегда, – на мой взгляд, пластичность зависит от контекста. Представьте себя новорожденным в мире, где все незнакомо. Вы не узнаете окружающих предметов и вообще не понимаете, что такое «предметы». Вам только предстоит узнать, что звуки и изображения очень часто связаны друг с другом. Вы не способны хоть сколько-нибудь уверенно поднести собственную руку к лицу, и даже пищеварение вызывает трудности.

Каждое взаимодействие представляет собой чрезвычайно богатый поучительный опыт, охватывающий ВСЕ органы чувств.

Стоит ли удивляться, что в таких условиях мозг буквально наводнен химическими веществами, способствующими познанию?

Вероятно, мозг взрослого человека обладал бы такой же пластичностью, если бы мы только смогли забыть все, что знаем об окружающей среде, физике и собственном теле.

Опять же, возможно, в будущем мы сможем использовать VR для погружения в столь же незнакомые миры и радикально изменить уровень своей нейропластичности. А до тех пор лучшее, что мы можем сделать, – это продолжать учиться, продолжать исследовать [136] и продолжать двигаться.

В предыдущей главе я осветил роль, которую мозжечок и моторная кора (области мозга, связанные с движением) играют в мышлении высшего порядка. Мы увидели, что в основе нашей способности рассуждать лежит опыт перемещения по миру, и что практика сложных движений может улучшить рабочую память и умение творчески решать проблемы. Есть версия, что мозжечок участвует в формировании идей и построении планов благодаря своей способности предсказывать и уточнять модели поведения. Эта важнейшая роль может объяснить, почему мозжечок содержит порядка 69 млрд нейронов – сравните с примерно 16 млрд нейронов коры головного мозга.

Высокоуровневые навыки, конечно же, тоже подлежат тренировке. Целенаправленная практика любого из них может «нарастить» соответствующие области мозга, что, в свою очередь, позволит нам лучше овладеть этими навыками. На секунду вернемся к иерархии ATSP: согласно ей, конкретные физические характеристики служат фундаментом для наших умений и навыков. Нельзя сказать, что «игра на музыкальных инструментах лежит в одной области мозга, а рисование в другой», – все куда более тонко. Музыкальные способности определяются многими чертами, такими как креативность, чувство ритма и слух, каждая из которых «хранится» отдельно. Размер и эффективность соответствующих участков мозга при этом являются атрибутом. Мы можем дополнять уроки музыки другими занятиями, тренируя, например, распознавание тональности.

Что куда интереснее, так это то, что таким образом мы можем изменить свое мышление. Диапазон и разнообразие образов мышления людей абсолютно удивительны. Когда я узнал, что не у всех, оказывается, есть внутренний голос, я был в шоке: мой-то никогда не затыкается! Или же, вспоминая положение предметов в комнате, я вызываю в памяти «снимок» этой комнаты, тогда как мой друг в такие моменты обращается к своего рода «ассоциативному массиву». То есть он запомнил элементы в виде списка и расположение каждого из них по отношению к другому.

Возможно, эти различия в некоторой степени генетические. А возможно, они подкрепляются моей многолетней привычкой писать по 10 тысяч слов в день и математическим образованием. Исследования показывают, что письмо активирует области мозга, связанные с речью (зона Вернике и зона Брока) и визуализацией. Писатель представляет то, о чем хочет написать, а затем выливает мысли на бумагу [137]. По одной из гипотез, именно поэтому многие авторы склонны рассказывать о собственном опыте.

Развитие таких навыков, как письмо, устная речь, программирование и математика, оказывает серьезное влияние на наше мышление. Все эти инструменты предоставляют нам средства абстрагирования – способность систематизировать абстрактные концепции и манипулировать большим количеством данных, чем было бы доступно без них. Программирование представляет собой разговор с компьютером на понятном ему языке ради создания приложений и обмена данными. Математика позволяет нам задуматься о рождении Вселенной.

Одно впечатляющее исследование объясняет, как все это стало возможным. В нем шимпанзе учились обозначать сходные и различные предметы при помощи бирок. Скажем, чашка и груша получали разные бирки, две чашки – одинаковые. Лишь усвоив символическое представление, шимпанзе смогли рассматривать отношения более высокого уровня. В частности, они научились понимать, что пары чашка-чашка и чашка-груша отличаются друг от друга [138].

Как сказал профессор когнитивной философии Энди Кларк: «Опыт работы с внешними метками и ярлыками позволяет мозгу решать проблемы, уровень сложности и абстракции которых в противном случае поставил бы нас в тупик».

Могут ли регулярные занятия письмом, программированием или математикой помочь вам мыслить глубже? Или находить более тонкие подходы к решению проблем? Или предвидеть все варианты развития ситуации? Я однозначно обязан своими предпринимательскими успехами такому типу мышления – во всяком случае, отчасти.

Развитие других навыков приносит другие преимущества. Согласно исследованию из журнала Neuropsychologia [139], профессиональные музыканты демонстрируют лучшую скорость и точность в тестах Струпа и Саймона, что предполагает более качественную когнитивную обработку. А огромное количество полиглотов утверждают, что на разных языках «думают по-разному».

Возможно, нам всем следует задуматься о типах когнитивных навыков, которыми мы восхищаемся и которые хотели бы проявлять, и о том, как именно нам их обрести. Изучение музыки, письма, живописи, языков, математики может иметь большое преимущество в будущем.

Что самое приятное, сегодня этот вид обучения гораздо доступнее, чем когда-либо, благодаря огромному количеству интернет-ресурсов. Буквально каждый может пройти онлайн-курс или попробовать учиться с помощью приложений вроде Brilliant. Появляются мощные инструменты, позволяющие одному человеку добиться серьезных результатов и внести значительный вклад в ряде областей. Взять хотя бы игровые движки и бесплатные трехмерные ресурсы, с которыми инди-разработчики выпускают весьма успешные игры, конкурирующие с блокбастерами от огромных студий. 3D-печать, мощное программное обеспечение для редактирования, краудсорсинговые платформы и множество других инструментов оказывают схожее воздействие на самые разные сферы. Прямо на наших глазах появляется новый человек эпохи Возрождения, цифровой полимат.

Освоение новых навыков не только дарит вам новые полезные способности, поддерживает и развивает вашу нейропластичность, но и совершенствует ваше мышление. С таким подспорьем ваш интеллект может расти экспоненциально.

Понимая, насколько тесно переплетены разум и тело (и то, как эта связь питает нашу пластичность), вы должны догадываться, насколько вредным может быть малоподвижный образ жизни.

Отсутствие какого бы то ни было обучения представляет собой не менее серьезную проблему. Вероятно, оно даже объясняет многие проблемы, которые в настоящее время связываются со старением.

Помните мой пример с познающим мир новорожденным, чей мозг наводнен полезными химическими веществами? Дети продолжают учиться в ускоренном темпе еще много лет. После того как они освоили базовые умения, такие как ходьба и речь, им только предстоит разобраться в нюансах социальной динамики. Они пойдут в школу и начнут изучать математику и естествознание, а на каникулах впервые увидят новые города и страны с другим климатом.

Они будут играть в футбол, ходить на карате, а родители заставят их заниматься иностранным языком или учиться музыке.

В подростковом возрасте они, возможно, станут меньше времени уделять конкретным предметам, но все равно продолжат углуб-лять полученные знания. Они будут накапливать новый опыт, водя машину, испытывая первую любовь и съезжая из родительского дома. Они могут присоединиться к университетской сборной по гребле или обнаружить в себе страсть к танцам.

Процесс продолжается и после того, как мы заканчиваем учебу и устраиваемся на первую работу. В конечном итоге мы, как правило, определяемся с компанией или отраслью и остаемся там навсегда. Со временем мы можем взять на себя больше ответственности, но повседневная работа наверняка превратится в рутину.

Родительство поначалу увлекательно и ново, но для многих из нас оно станет последней глобальной переменой, пока дети не вырастут и не уйдут из дома. К тому моменту мы уже слишком устали, чтобы заниматься греблей или танцами. Мы меняем место жительства в последний раз и предпочитаем видеться со старыми друзьями, а не заводить новых.

Вечера проходят на диване. Наше новогоднее намерение выучить немецкий язык отходит на задний план и забывается. Знакомая история.

Постепенно мы теряем гибкость, и нам становится все сложнее осваивать новые навыки. Нам все труднее менять свое мнение по какому бы то ни было вопросу, даже если это пошло бы нам на пользу.

Ситуация ухудшается с возрастом. Старые травмы напоминают о себе все чаще, заставляя прибегать к компенсаторным моделям движения. Годы сидения за компьютером ссутулили нашу спину, а приседания стали очень далеким воспоминанием. В конце концов мы начинаем сознательно минимизировать количество перемещений. Друзья и родственники тоже не молодеют, и наше с ними общение сходит на нет.

Количество поступающей в мозг информации снижается по мере того, как наши глаза становятся слабее.

В конце концов мы уходим на пенсию, и если в этот период не начать активно искать новые задачи, жизнь станет опасно «комфортной».

Стоит ли удивляться, что ключи теряются все чаще? Что копятся боли и недомогания? Что вам трудно сохранить бодрость после обеда?

Но для вас еще не слишком поздно! Начав больше двигаться, вы сможете вернуть себе пластичность, которая у вас когда-то была. Вернувшись к учебе, вы пробудите свой разум и откроете ему дорогу к новым возможностям.

Не стойте на месте – продолжайте двигаться.

Вы можете быть настоящим гением или величайшим спортсменом в мире, но если ночью вы буквально разваливаетесь на части, этот огромный потенциал вам не раскрыть.

Умение контролировать свой ответ на любую ситуацию крайне важно, и именно здесь в игру вступают нейротрансмиттеры, а также различные вегетативные функции человеческого тела, такие как дыхание и частота сердечных сокращений.

Здесь нам снова встречается взаимосвязь мозга и тела, ведь физическое состояние оказывает огромное влияние на образ мышления и умонастроение.

Осознав, как именно ваше тело влияет на ваш разум и работоспособность, и решив вернуть себе контроль, вы сделаете первый шаг к «физическому интеллекту».

Клэр Дейл и Патрисия Пейтон определяют физический интеллект как способность чувствовать и регулировать химический баланс и другие факторы, которые могут влиять на психическое состояние, настроение и продуктивность. Это понятие тесно связано с понятием «интероцепция», то есть способность «ощущать» собственное телесное состояние.

Эта практика существовала под разными именами на протяжении веков. Вполне возможно, что именно она является ключом к раскрытию нашего скрытого потенциала и обретению полного самообладания.

В любой момент времени состояние нашего тела находится где-то в спектре между двумя противоположностями: «бей или беги» и «отдохни и перевари». Эти два состояния также называются симпатическим и парасимпатическим, поскольку индуцируются симпатической и парасимпатической ветвями вегетативной нервной системы соответственно.

Реакция «бей или беги» – состояние физиологического возбуждения, возникающее в моменты сильного стресса. Мы часто думаем о нем как о чем-то негативном, но на самом деле острый стресс может быть очень ценным инструментом. При опасных ситуациях организм увеличивает выработку катехоламинов, таких как дофамин, норадреналин (норэпинефрин) и адреналин (эпинефрин), а также других нейромедиаторов, таких как кортизол.

Эти химические вещества относятся к нейромедиаторам возбуждающего типа, что означает, что они повышают вероятность срабатывания нейронов. Таким образом, мозг оживает благодаря дополнительной электрической активности, и мы испытываем повышенную внимательность, а также ускорение мыслей, сосредоточенных на потенциальных опасностях. В то время как активность некоторых областей мозга увеличивается, высшие когнитивные процессы, обрабатываемые префронтальной корой, почти полностью отключаются. Совсем не время мечтать о летних каникулах или планировать следующую презентацию!

Эти нейротрансмиттеры также помогают вам лучше запомнить предстоящие события, чтобы вы могли избежать подобных неприятностей в будущем.

Тем временем по блуждающему нерву передаются сигналы, увеличивающие частоту сердечных сокращений и дыхания, чтобы доставить больше крови и кислорода туда, где они необходимы. Повышение давления усилит приток крови к мышцам и мозгу, тогда как пищеварительная и иммунная системы будут временно подавлены.

Увеличивается и вязкость крови, стимулируя ее свертывание в случае травмы. Зрачки расширяются, чтобы пропускать больше света, а мы испытываем ощущение «туннельного зрения». Может даже показаться, что время немного замедлилось.

В общем, то, что мы называем стрессом или страхом, во многом является нашей суперсилой.

Как сказал герой сериала «Доктор Кто» в одном из эпизодов:

Дай-ка я расскажу тебе о страхе. Твое сердце бьется так сильно, что я чувствую это через твои руки. Через твой мозг проходит так много крови и кислорода, что они работают как ракетное топливо. Прямо сейчас ты можешь бежать быстрее, сражаться упорнее, прыгать выше, чем когда-либо в жизни. Ты настолько сконцентрирован, что можешь замедлить время. Что плохого в страхе? Страх – это суперсила, твоя суперсила. В этой комнате есть опасность, и знаешь что? Эта опасность – ты. Чувствуешь?

С другой стороны, есть состояние «отдохни и перевари», в которое мы входим, когда очевидной опасности нет.

В этот момент дыхание и сердцебиение замедляются. Мозговая активность снижается и становится менее сосредоточенной. Оставаясь в пассивном режиме, мы с большей вероятностью можем замечтаться или задуматься о своем дне. Организм же приступает к восстановлению тканей, наращиванию мышц и перевариванию пищи.

Хотя основным нейромедиатором, вырабатываемым парасимпатической нервной системой, является возбудитель ацетилхолин, парасимпатические состояния также могут сопровождаться выбросом гормонов «хорошего самочувствия» – серотонина, мелатонина, окситоцина и анандамида.

Мышечный тонус снижается, и вы, возможно, захотите вздремнуть после обеда.

Но было бы ошибкой думать об этих состояниях, как о бинарных или взаимоисключающих. И запускаются они не исключительно по очереди – в ответ на лесные пожары или сытные сэндвичи. Миллион различных факторов постоянно подталкивает нас немного ближе к тому или иному концу спектра.

Одна из самых страшных и самых распространенных болезней нашего времени – хронический стресс. Реакция «бей или беги», о которой мы только что говорили, служит мощным инструментом борьбы с прямыми, непосредственными угрозами. На ранних этапах эволюции это означало бы сражения с хищниками и опасные восхождения.

Однако сегодня многие из стоящих перед нами проблем носят вялотекущий, долгоиграющий характер: безденежье, противный начальник, работа, которую вы считаете унизительной, проблемы в отношениях. Даже немытая посуда!

Все эти неурядицы вызывают стресс низкого уровня и мешают вам полноценно войти в состояние отдыха и переваривания. Не забывайте, что стресс делает с вашим организмом: он подавляет пищеварение и иммунитет, повышает кровяное давление, вызывает тревожные мысли. Когда это растягивается на дни, недели и месяцы, он может привести к серьезным рискам для здоровья.

Кроме того, есть физиологические факторы, которые подталкивают нас то в одну, то в другую сторону.

Например, питание.

Съедая полную тарелку углеводов, мы повышаем уровень сахара в крови и вводим в свой организм аминокислоту под названием триптофан. Триптофан, содержащийся в большинстве углеводов, не переваривается и вместо этого проходит через гематоэнцефалический барьер, где под действием фермента триптофангидроксилазы превращается в 5-гидрокситриптофан. Тот, в свою очередь, преобразуется в серотонин с помощью фермента декарбоксилазы ароматических аминокислот [140]. Серотонин, как вы помните, – «гормон хорошего самочувствия». Он помогает нам чувствовать себя бодрыми и счастливыми, а также выступает в роли тормозного нейромедиатора, снижающего активность мозга (в конечном итоге серотонин становится мелатонином, гормоном сна, из-за которого мы часто чувствуем себя такими уставшими после еды). Короче говоря, мы более парасимпатичны, когда находимся в постпрандиальном, то есть сытом состоянии.

И наоборот, когда уровень сахара в крови очень низкий, происходит выброс кортизола, что приводит к реакции на стресс. С эволюционной точки зрения вполне логично, что голод будет провоцировать поиск пищи.

Вот почему мы часто испытываем беспокойство и нервозность, долго оставаясь без еды. Именно поэтому голодные люди так раздражительны.

Наше самочувствие складывается из бесчисленного множества мелких факторов. Один из них – время суток, связанное с количеством солнечного света. Свет повышает уровень кортизола (его недостаток вызывает выработку мелатонина) и аденозина, который копится в мозге в течение дня и снижает нашу активность, готовя нас ко сну. Кофеин же подключает симпатическую нервную систему, связываясь с аденозиновыми рецепторами и блокируя этот тормозящий эффект.

Точно так же изменить нашу нейрохимию могут социальные сигналы, равно как и погода, окружающие звуки, водный баланс, питание, кишечные бактерии и многое другое.

Одна из составляющих физического интеллекта – понимание простого факта, что у вашего напряжения, злости или грусти может быть причина, не имеющая ничего общего с видимыми внешними проблемами.

Прежде чем запаниковать и допустить ошибку или накричать на близкого человека за предполагаемую оплошность, задумайтесь – возможно, вы просто слишком устали, проголодались или беспокоитесь о чем-то постороннем. Затем спросите себя, как можно это исправить, перенастроив обмен веществ и вернувшись к идеальному равновесию.

Так же, когда кто-то кричит на вас, подумайте, не виновата ли в этом жара.

Все это демонстрирует тесную связь между физическим и эмоциональным интеллектом. Эмоциональным интеллектом называется наше восприятие собственных эмоций и эмоций других людей. Считается, что он не менее (а во многих отношениях даже более) важен, чем IQ.

В конце концов, высокий эмоциональный интеллект помогает убеждать других, продавать им товары и идеи, завоевывать их расположение. Он помогает сохранять твердость духа в трудные времена и не поддаваться волнению во время собеседований или напряженных соревнований. Это чрезвычайно ценный навык, позволяющий нам помогать окружающим справляться с трудными эмоциями и раскрывать в каждом лучшие качества. Все великие лидеры – мастера эмоционального интеллекта.

Бодибилдеры и пауэрлифтеры наверняка знакомы с такими понятиями, как катаболизм и анаболизм.

Катаболизм – это состояние, при котором организм сжигает жир и расщепляет ткани, чтобы использовать их в качестве топлива. Максимальный катаболизм наблюдается, например, во время тренировки и ранним утром.

Анаболизм – это, напротив, состояние покоя, когда мышечная ткань восстанавливается, обеспечивая гипертрофию. Таким образом, наращивание мышечной массы представляет собой двухфазный процесс: разрушения мышечной ткани недостаточно, если не уделять столько же времени ее восстановлению. Для каждого действия должно быть равное противодействие. Мы кратко касались этого вопроса в главе 3.

Эти состояния во многом определяются АМФ-активируемой протеинкиназой (AMФK) и мишенью рапамицина у млекопитающих (mTOR). Физическая активность создает аденозинмонофосфат (АМФ), побочный продукт энергетического процесса (о нем в следующей главе), который активирует фермент АМФК. АМФК снижает синтез белка, ингибируя mTOR. Мишень рапамицина у млекопитающих отвечает за повышение уровня IGF‐1 и других анаболических соединений, которые поддерживают синтез белка. Эти вещества регулируются и другими факторами, например особенностями нашего питания.

Другие процессы связывают анаболизм с нашей симпатической реакцией и наоборот. Например, низкий уровень сахара в крови увеличивает уровень не только кортизола, но и миостатина – вещества, которое используется для разрушения мышц. Кортизол также имеет отрицательную корреляцию с тестостероном: чем больше в вашем организме кортизола, тем меньше в тот же момент тестостерона. Инсулин, который растет вместе с уровнем сахара, способствует наращиванию мышечной массы и сам по себе является анаболическим гормоном.

Катаболические состояния являются симпатическими, анаболические – парасимпатическими, а сон – наиболее анаболическое состояние из всех.

Бодибилдеры и прочие спортсмены стараются добиться как можно большего анаболизма во время отдыха, тогда как катаболизм резко возрастает непосредственно во время тренировок. Управление этим процессом осуществляется путем изменения параметров диеты, сна и тренировок – поддержания уровня сахара в крови, обеспечения достаточного отдыха и тщательно выверенного расписания приемов пищи.

Но вот о чем часто забывают, так это о важности менталитета и правильной реакции на стресс. Ведутся серьезные дискуссии о том, действительно ли можно применять термин «перетренированность» по отношению к спортсменам-любителям. Ведь если профессионалы могут тренироваться по пять часов в день, как можно перегрузиться, ходя в зал раз в неделю?

Такое выгорание предлагается называть недостаточным восстановлением или чрезмерным напряжением. Оба варианта имеют смысл, если учесть, что среднестатистический человек испытывает большое количество хронического стресса в повседневной жизни, а профессиональные спортсмены и отдыхают как профессионалы.

Если вы постоянно травмируетесь на тренировках или вам кажется, что они приносят лишь утомление, возможно, это потому, что вы не расслабляетесь по-настоящему и не позволяете себе восстановиться. Если вы совмещаете занятия спортом с долгими поездками в офис, утомительной работой и кучей домашних дел, вам необходимо учитывать сумму всех этих факторов. Если вы проводите вечера за напряженными видеоиграми, отдых полноценным не получится!

А если вы не можете заснуть из-за круговорота мыслей, это еще хуже. Даже свет мобильного телефона прямо перед сном вызывает выброс кортизола – как раз в тот момент, когда ваш мозг должен быть переполнен тормозящими нейрохимическими веществами и анаболическими гормонами.

Это одна из причин, по которым шаолиньские монахи используют медитативные практики вроде цигуна для восполнения своей энергии и восстановления тела за пределами тренировок. В этом они видят воплощение баланса инь и ян.

Нам всем было бы полезно взять на вооружение такую точку зрения.

Наше настроение и психическое состояние управляются не только физическими факторами. Не менее важно то, на чем мы сосредоточиваемся и о чем думаем.

В предыдущих главах я описывал, как наше мышление и восприятие основываются на физическом опыте. То есть когда вы думаете о плохом, с точки зрения физиологической реакции это почти так же плохо, как если бы это плохое происходило на самом деле.

Опасности не обязательно быть реальной, чтобы мысль о ней влияла на ваше психическое и физическое состояние.

Представьте на мгновение, что разбиваете лагерь посреди густых джунглей и сидите у костра. Вы даже не подозреваете, что в кустах сидит тигр, выжидающий удачного момента для броска. Заслышав шорох, вы мгновенно фокусируетесь на шуме. Все вокруг как будто замолкает, а ваши волосы встают дыбом.

В одном сценарии вы правильно понимаете, что рядом тигр. Запускается самая мощная в вашей жизни реакция «бей или беги»: сердце выпрыгивает из груди, а к горлу подступает тошнота от страха и паники – это означает отток крови из органов пищеварения, а сама кровь при этом окисляется из-за учащенного дыхания.

В другом случае вы предполагаете, что за этим звуком стоит ваш друг, возвращающийся после стирки одежды в реке. Никакой панической реакции нет.

Реальность в обоих этих сценариях одна и та же – вся разница в вашей голове! Но физиологически разница огромна.

Наша реакция складывается из огромного множества нюансов. Она может быть более мягкой, если вы верите в существование тигра, но почему-то не думаете, что он на вас нападет. А если вы вдруг страдаете от серьезной тигрофобии, реакция будет куда острее. Правда, тогда я ума не приложу, зачем вам вообще соваться в джунгли!

Дело в том, что мы часто представляем себе тигров там, где их нет, и поэтому находимся в постоянной панике. Люди, которые особенно склонны к тревожным мыслям, визуализируют наихудшие сценарии на протяжении всей своей жизни и, таким образом, находятся в состоянии физиологического возбуждения постоянно.

Это не означает, что данный тип умеренного стресса плох по определению. Оптимальное количество эустресса (то есть позитивного стресса) вполне может стать положительной мотивирующей силой, побуждающей нас завершать свои проекты и оплачивать счета в срок.

Как и в большинстве случаев, главное – баланс и приспособляемость.

Понимание этих механизмов дает нам возможность вернуть себе контроль над своей жизнью. Один из самых популярных психотерапевтических методов – когнитивно-поведенческая терапия или КПТ. Цель этого вмешательства – продемонстрировать человеку силу мысли и научить его эту силу контролировать. Такая терапия может помочь человеку преодолеть ограничивающие убеждения и даже тревожные расстройства вроде фобий и ОКР.

Многие из подобных стратегий относятся к категории «когнитивной реструктуризации». Это пример «метапознания» (мышления о мышлении, осознания осознания, знаний о знаниях), целью которого является устранение негативных моделей мышления и установка более позитивных механизмов копинга (преодоления трудностей). Для этой цели обычно используются два приема:

– Анализ размышлений

– Экспозиция (проверка гипотезы)

Допустим, у вас есть страх публичных выступлений. Для начала опишите поток мыслей, которые приходят к вам в таких ситуациях:

Я облажаюсь!

Все будут надо мной смеяться!

Я забуду, как дышать.

Мне нечего сказать.

Затем необходимо установить вероятность такой ситуации, а также того, насколько печальной она будет на самом деле.

Например: действительно ли слушатели смеются над спикерами, которым приходится нелегко? Большинство людей достаточно сострадательны, чтобы вежливо дождаться, пока вы закончите. Даже если кто-то засмеется, будет ли это так ужасно? Зачем вам беспокоиться о том, какое впечатление вы производите на столь невоспитанных людей?

Вам действительно нечего сказать? Если так, то почему вас попросили выступить? Видите ли вы сами ценность в информации, которой собираетесь поделиться? Если да, то почти наверняка она окажется полезна хотя бы одному человеку, и в этом случае эффект от вашей речи будет положительным.

Экспозиция заходит еще дальше и заставляет вас взглянуть своим страхам в лицо. Больше того, вы столкнетесь с наихудшим сценарием из возможных. Другими словами, вам придется взойти на сцену и произнести провальную речь, намеренно заикаясь. Вставьте между предложениями двухминутную паузу, и вы увидите, что реальность не так плоха, как вы думаете, и негативные последствия, скорее всего, будут стремиться к нулю.

Конечно, если вы боитесь высоты, гипотезы лучше не проверять.

Это чрезвычайно мощный инструмент. Многие из нас не могут реализовать свой потенциал из-за застенчивости и отсутствия коммуникабельности. Заводя разговоры с незнакомцами и ведя себя как можно более нелепо, вы в конечном итоге выработаете иммунитет к этому страху. Представьте, насколько харизматичным и уверенным в себе вы способны стать!

КПТ часто сравнивают с программированием, где большое внимание уделяется формулированию и выражению мыслей в виде предложений. Однако я считаю, что КПТ может выиграть от внедрения воплощенного познания – она станет еще эффективнее, если мы применим мультисенсорное представление ситуации и позволим себе пережить эмоции по-настоящему. Нам не придется подниматься на сцену, чтобы прочувствовать этот момент и осознать, что на самом деле все не так уж и плохо, особенно на фоне всех неприятностей, которые вы себе навыдумывали.

Самураи часто размышляли о смерти.

Визуализация может даже помочь снизить чувствительность к вызывающим огромный стресс мыслям и идеям. Рассказывают, что самураи часто размышляли о смерти, чтобы преодолеть любой страх перед ней.

Когда кто-нибудь спросит, о чем вы думаете, скажите, что медитируете над концепцией смерти, как древний самурай.

Плюс миллион очков крутости.

Вы можете использовать визуализацию для преодоления страха высоты – представьте себя над обрывом и осознайте, что люди не падают просто так.

Спортсмены и люди, выполняющие ответственную работу, могут извлечь из подобных стратегий огромную выгоду и потенциально достичь любого желаемого психоэмоционального состояния.

Вернемся к более «физиологическим» подходам. Еще один способ вернуть контроль над собой – практика дыхания и медитации.

Например, «коробочное дыхание» (также известное как квадратное, дыхание 4–4–4–4 и под множеством других названий) – техника, используемая в йоге и тренировках «морских котиков» для достижения спокойствия под давлением. Попробуйте сами:

– Делайте вдох в течение 4 секунд

– Удерживайте воздух 4 секунды

– Выдыхайте на протяжении 4 секунд

– Задержите дыхание на 4 секунды

Пожалуй, никто в мире не достиг такого контроля над вегетативной нервной системой, как Вим Хоф. Он разработал технику дыхания, применяемую в сочетании с визуализацией и воздействием холода и вызывающую сильную симпатическую нервную реакцию. Эта реакция позволяет ему демонстрировать сверхчеловеческую силу, преодолевать боль и переносить экстремальные температуры. Виму принадлежит множество мировых рекордов, в том числе рекорд по восхождению на вершину Эвереста на высоту 8848 метров в одних шортах и обуви. Еще он смог пробежать марафон по сорокаградусной намибийской пустыне, не выпив ни капли воды. Хоф и его последователи участвовали в эксперименте, в котором им вводили бактериальные токсины, и смогли предотвратить появление симптомов простуды и гриппа[141].

Самое замечательное в том, что освоить метод Вима Хофа, состоящий из контролируемой гипервентиляции, глубокого выдоха и задержки дыхания, может кто угодно[142]. Метод работает за счет снижения концентрации углекислого газа и, соответственно, повышения уровня pH крови. Это, в свою очередь, не позволяет клеткам «разгружать» свои запасы кислорода, активируя сходное с гипоксией состояние. Тем самым мы запускаем стрессовую реакцию, которая способствует высвобождению противовоспалительных цитокинов для борьбы с симптомами простуды и отеками. Последующая задержка дыхания восстанавливает уровень CO₂ и позволяет крови вернуться в нормальное состояние.

Как ни удивительно, но Вим не первый человек, использующий подобную технику. Основным источником его вдохновения послужила медитация Туммо, которая может применяться для произвольного повышения температуры тела.

Существует целый ряд вариаций на эту тему, и все они строятся на двусторонней взаимосвязи между физиологией и психологией. Вы можете как регулировать свое дыхание силой мысли (через блуждающий нерв), так и изменить свое мышление посредством дыхания. Наилучшие результаты достижимы при одновременном выполнении обоих этих действий [143].

Помогает нам в этом, конечно, медитация. Я уже рассказывал вам о некоторых альтернативных формах медитации, таких как медитация «о большой идее» и самурайская медитация на тему смерти, но большинство людей ассоциируют этот термин скорее с такими практиками, как медитация осознанности, трансцендентальная медитация или «памятование о дыхании».

Здесь наша цель состоит в том, чтобы на чем-то сосредоточить разум. В трансцендентальной медитации мы сосредоточиваемся на мантре, просто повторяя одно и то же слово или звук снова и снова. В медитации осознанности можно отстраниться от своих мыслей и понаблюдать за ними непредвзято или же выполнить своего рода «сканирование тела», расслабляя мышцы одну за другой. «Памятование о дыхании» предполагает, разумеется, концентрацию внимания на дыхании.

Лично мне принесли наибольший успех созерцательные практики. Это подвид медитации, предполагающий сосредоточение на какой-то внешней точке – например, на свече, колышущемся на ветру дереве или журчащем ручье.

Другие формы медитации, такие как тайцзи (который может как служить средством медитации, так и иметь боевое и другие применения), главным образом фокусируются на движениях. Это так называемая динамическая медитация.

Во всех этих примерах цель заключается в том, чтобы сосредоточить или очистить разум. В любом случае, это упражнение на умственную дисциплину, которой мы уже касались, может помочь укрепить переднюю поясную кору – часть мозга, отвечающую за направление и удержание внимания.

Какая в этом польза? Мы можем просто решить не зацикливаться на негативе и не отвлекаться на внешние факторы. Получается, медитация может помочь вам дольше концентрироваться на задаче, активнее заниматься спортом или даже заблокировать физическую боль или эмоциональное потрясение.

Многие находят медитацию успокаивающим занятием, так как она обычно сочетается с природными пейзажами, размеренным дыханием и расслабленными позами – все это способствует умственному отдыху и выработке умиротворяющего нейрохимического коктейля.

Если же вас интересует развитие концентрации и контроля над эмоциями, вы можете прибегнуть к любой последовательной практике, предполагающей поддержание внимания; особенно внимания, обращенного внутрь.

Например, устный счет, который я уже не раз предлагал, способствует лучшему контролю над эмоциями и даже борьбе с депрессией! Это происходит благодаря дорсолатеральной префронтальной коре, играющей ключевую роль в формировании оперативной памяти [144] и работе исполнительных функций. Иными словами, устный счет, как и прочие формы медитации, учит нас выбору модели взаимодействия с эмоциями и обращению своего внимания внутрь себя. Исследователи отмечают, что эти факторы открывают путь к новым формам лечения нервных расстройств, а значит, могут оказаться полезны для спортивных психологов.

Что уж говорить о нас с вами.

То же касается и медитации о большой идее и продуктивной медитации Ньюпорта. И та и другая требуют сосредоточения, а потому могут быть в равной степени полезны для достижения ясности ума.

Директивные формы медитации могут привести и к многим другим глубоким изменениям по всему мозгу, включая повышение IQ и укрепление нейронных связей [145].

На другом конце спектра находятся недирективные методики – к ним относятся попытки просто расслабиться и разрешить мыслям свободно приходить и уходить. Словом, позволить разуму блуждать. Одним из примеров является медитация Acem, разработанная в Норвегии в 1966 году. Доказано, что она активирует сеть пассивного режима работы (уверен, вы помните, что эта сеть отвечает за воображение), а не просто расслабляет или включает монотонные задачи. Медитация Acem сочетает в себе медитативный звук со «свободой от психологических установок».

Оказывается, предоставив мозгу свободу следовать своими собственными нейронными путями посредством ассоциаций, мы помогаем ему сортировать мысли и воспоминания, – что-то похожее происходит, когда мы видим сны. Это может привести к совершенствованию структуры гиппокампа и других областей мозга и, следовательно, к повышению эффективности нейронов и улучшению установления новых связей между разрозненными идеями.

Согласно исследованиям, люди, практикующие данный стиль свободной медитации [146], демонстрируют большую изобретательность и целенаправленное поведение. И у меня есть подозрение, что мы лишь начинаем догадываться, какие применения могут быть у подобной «альтернативной» медитации [147].

Вы можете обрести контроль над своим психическим и эмоциональным состоянием, применяя медитацию, дыхание и КПТ, но какова конечная цель этой практики? Каково «идеальное» психическое состояние и существует ли оно?

Есть популярное мнение, что ответом на этот вопрос является состояние потока – настоящий святой Грааль для спортивных психологов и тренеров.

Термин «состояние потока» введен психологом Михаем Чиксентмихайи в 1975 году и описывает феномен, который в тот или иной момент испытывало большинство из нас, – ощущение, что вы на 100 процентов поглощены задачей, до такой степени, что все посторонние мысли и отвлекающие факторы будто тают. Если оно приходит во время спортивных состязаний, вам может показаться, что время замедляется, а вы сами двигаетесь с необычайной грацией и точностью. Или же вы садитесь писать и совершенно теряете счет времени, сохраняя концентрацию на долгие часы и не выходя на воздух. А во время музыкальной импровизации у нас создается ощущение, будто мы транслируем музыку, исходящую откуда-то извне.

Заглянув внутрь мозга, мы увидим, что в такие моменты префронтальные области практически затихают, а области мозга, отвечающие за мгновенные решения, активизируются. Это явление называется преходящей гипофронтальностью. Многие видные эксперты полагают, что именно таким образом мы входим в поток.

Однако мне кажется, что это упрощение. Я не верю, что можно выделить один-единственный паттерн мозговой активности, ответственный за поток, – скорее есть лишь наиболее эффективные паттерны для той или иной задачи.

Больше того, для многих форм потока префронтальная кора необходима. Например, у рэперов во время читки флоу [148] наблюдается активация медиальной префронтальной коры, отвечающей за внутреннюю генерацию идей [149]. Отсюда следует, что при читке и, скажем, во время серфинга задействуются совершенно разные участки мозга. Возможно, префронтальная кора лишь «притворяется» спящей, так как для выполнения поставленной задачи требуется небольшая ее доля. На самом деле она просто используется рационально.

Уже всем известно, что небылицы о стопроцентном раскрытии потенциала нашего мозга – не более чем лженаука. Ни один из участков мозга не закрыт.

При этом мы действительно не используем весь мозг одновременно: нашего энергетического запаса хватает лишь для активации 3 % вещества мозга в любой момент времени. Этот ресурс ограничен, и когда он распределяется между 20 различными видами деятельности, снижение производительности неизбежно [150].

Для понимания работы мозга этот момент ключевой. Говоря о нейротрансмиттерах и мозговых волнах (которые являются лишь паттернами электрической активности мозга), мы имеем в виду эффекты, влияющие на определенные области. Вы могли слышать о том, что специалисты по медитации входят в «тета-ритм», – так вот, это всего лишь означает, что в этом состоянии находятся некоторые участки их мозга.

Многие авторы описывают состояние потока как «высший предел» человеческих возможностей [151], и легко понять, почему. Когда вы, находясь за рулем, разговариваете по телефону через гарнитуру, вы можете подумать, что эффективность вашего вождения от этого ничуть не снижается. На самом же деле вероятность попадания в аварию возрастает в четыре раза, так как не все ваше внимание направлено на текущую задачу. В состоянии потока вы вовлечены на все сто и, таким образом, можете направить на решение стоящего перед вами вопроса все доступные ресурсы.

Даже когда мы не говорим вслух, наш внутренний монолог, отвлекающие мысли и стимулы могут иметь такой же пагубный эффект – вот почему мы не всегда работаем по максимуму.

Состояния потока не только позволяют нам действовать на пике возможностей, но и кажутся практически медитативными. Полностью фокусируясь на чем-то одном, вы можете испытать своего рода «смерть эго» – чувство, что вы существуете только в этот самый момент. Многие находят этот опыт почти эйфорическим.

Как же войти в состояние потока? Есть несколько стратегий и советов. Один из таких советов – убедитесь, что уровень поставленной задачи вам впору. Если ее сложность видится вам небольшой, у вас не будет достаточной мотивации, чтобы полностью сосредоточиться. И напротив, если сложность слишком высока, есть риск, что вы опустите руки и сдадитесь.

(рисунок: ось x – сложность, ось y – навыки, flow – поток)

Вот почему лучшим компьютерным играм свойственна устойчивая кривая сложности, идеально соответствующая нашему прогрессу в освоении нужных двигательных навыков и понимания правил и механики игры. Это «золотая середина», когда дело касается быстрого обучения и оптимальной производительности.

В то же время состояние потока более вероятно, если задача сама по себе приносит удовлетворение. Опять же, это видно на примере компьютерных игр с приятными звуковыми эффектами и головокружительными сценами, полностью захватывающими наше внимание. Попробуйте войти в состояние потока, заполняя скучную таблицу!

Состояние потока часто пролегает ровно посередине между стрессом и спокойствием – все потому, что напряженные или опасные ситуации требуют нашего безраздельного внимания. Адреналин и кортизол помогают нам обратить внимание на окружение или проблему, но также могут вызывать «скачку идей» и тревогу. В стрессовые моменты нужно уметь воспользоваться этим возбуждением, сохраняя спокойствие и концентрацию.

Чего следует избегать, так это полноценной реакции «бей или беги», которая приводит к полному отключению префронтальной коры. Именно она мешает нам произносить речи и заставляет нас забывать свои реплики в пьесе – этот эффект иногда называют «самонанесенной префронтальной лоботомией». Вот почему я не верю, что версия с преходящей гипофронтальностью объясняет все.

Мы же пытаемся насладиться преимуществами интенсивной концентрации и драйва, не допуская негативных последствий вроде беспокойства и психического срыва.

Можно прибегнуть к таким техникам, как упоминавшееся выше коробочное дыхание, используемое «морскими котиками». Могут оказаться эффективными и другие психологические и физиологические приемы. Доктор Энди Морган из Йельской медицинской школы установил, что мужчины, тренировавшие психологическую стойкость в условиях экстремального стресса, производят большее количество нейропептида Y (NPY) и дегидроэпиандростерона (ДГЭА). ДГЭА интересен тем, что может смягчать воздействие кортизола на гиппокамп, а значит, даже в условиях сильного стресса у вас останется доступ к своим воспоминаниям и задумкам. При этом ДГЭА является нейростероидом, повышающим возбудимость нейронов. NPY же помогает минимизировать влияние норадреналина на префронтальную кору.

Один из моих любимых приемов для сохранения собранности и спокойствия – «широкоугольное зрение». Эта практика, известная у коренных американцев как «совиные глаза», представляет собой овладение периферическим зрением. Она также находит применение в некоторых боевых искусствах, среди военных и специалистов по выживанию.

Перестав фокусироваться на одной точке и попытавшись охватить все окружение, вы повысите объем поступающей визуальной информации, а вместе с тем и объем рабочей памяти, выделенной на «текущий момент». Этот процесс также вызывает умеренную парасимпатическую реакцию (поскольку мы склонны сосредоточиваться, находясь в опасности, и наоборот), помогающую нам оставаться спокойными.

Широкоугольное зрение создает иллюзию замедления времени точно так же, как и само состояние потока. Отчасти это объясняется увеличением угла обзора (как при езде на просторе, когда скорость движения кажется вам пониженной), а отчасти тем, что данные с периферии доходят до мозга на 25 % быстрее, чем с фокальной точки. Периферийное зрение помогает нам с равновесием и проприоцепцией, давая нам «чувство места». С расширением поля внимания вы даже сможете больше слышать, ведь эти чувства связаны в мозге теснейшим образом.

Попробуйте воспользоваться широкоугольным зрением во время следующего спарринга или игры в теннис и проверьте, поможет ли это вам успокоить рефлексы. Также можно использовать гавайскую медитацию хакалау.

Опять же, важно помнить, что ни одно состояние мозга нельзя обожествлять. У меня есть ощущение, что состояние потока пытались превратить в товар и продавать как панацею от любых проблем – от депрессии до плохой спортивной формы. Не забывайте, именно эустресс мотивирует нас погашать долги. Более того, расслабленное состояние ума и блуждание мыслей зачастую ведут к открытиям (как это произошло с Эйнштейном) и помогают нам лучше структурировать идеи, воспоминания и планы.

Потеря самоощущения не решает проблемы, а лишь позволяет их избегать.

Каждое психическое состояние имеет свою ценность, и по-настоящему оптимизированный мозг может легко переключаться между ними, обеспечивая должную производительность в любой ситуации.

Еще один увлекательный пример влияния мозга на нашу физиологию – «истерическая сила». Вам точно приходилось слышать истории о том, как матери поднимают машины, чтобы спасти своих детей. Возможно, все дело в огромном всплеске адреналина, позволяющем им задействовать значительно больше мышечных волокон. Этим же могут объясняться легенды о скандинавских берсерках.

У всей этой интероцепции и физического интеллекта есть и другая цель – повышение психологической выносливости и стойкости.

Попросту говоря: когда вам приходится нелегко, вы сдаетесь или идете вперед?

Это еще одна «суперчерта», которая может помочь развить многие другие черты.

В конце концов, именно преодолевая боль и дискомфорт, мы можем тренироваться в полную силу и достигать вершин своего потенциала. По этой причине развитие психологической стойкости является одним из приоритетных направлений развития во многих армиях мира. «Морские котики» подвергают себя суровым испытаниям, таким как «адская неделя», наполненная изнурительными тренировками в суровых условиях, практически без еды и сна.

Логично, что, демонстрируя упорство и качественную физподготовку в самых тяжелых обстоятельствах, вы будете готовы показать их и в реальных боевых сценариях.

Этому же аспекту уделяли особое внимание спартанцы, тренировавшиеся босиком, голодными и с минимумом отдыха. Возможно, именно выработанный дух помог спартанской армии сформировать такую устрашающую репутацию.

Бывшие спецназовцы, в числе которых писатель Дэвид Гоггинс, подчеркивают важность психологической устойчивости для всех нас и делятся приемами, которые помогают проходить любые проверки на прочность. Среди этих приемов, например, разбиение задач на удобоваримые части («съедение слона по кусочкам») или вход в другое мощное психическое состояние, называемое нереактивным.

Но по большей части эта тренировка состоит из нелюбимых или неприятных занятий, во время которых все ваше естество умоляет вас остановиться. Дело в том, что большинство из нас живет чрезвычайно комфортной жизнью, особенно по сравнению с нашими дикими предками. Нам редко приходится сталкиваться даже с малейшими колебаниями температуры. А теперь представьте, что вам нужно выследить добычу во время грозы, обнаженным и босиком!

Стоит ли удивляться, что мы стали такими чувствительными?

Мы, как и наши толстые питомцы, одомашнились.

Хотя дичать обратно совсем необязательно, вам может быть полезно время от времени хотя бы немного выходить из своей зоны комфорта. Это дополнительное преимущество тренировок на открытом воздухе и принятия холодного душа – еще одна причина рассмотреть эти методы.

Только представьте, как здорово, когда вас ничуть не беспокоит легкий озноб, небольшой голод и прочий дискомфорт.

Стремясь «взломать» психические состояния, все большее число людей начали экспериментировать с классом препаратов, называемых ноотропами, или «умными наркотиками». Это стимуляторы когнитивных функций, действующие как «стероиды для мозга», а их состав может варьировать от безвредных питательных веществ вроде омега‐3 до микродоз наркотиков класса А вроде ЛСД. Ходят слухи, что многие из первых лиц Силиконовой долины и других ведущих предпринимателей тайно употребляют умные лекарства, такие как модафинил – отпускаемый по рецепту препарат от нарколепсии [152].

Модафинил – один из наиболее близких реально существующих аналогов вещества NZT из фильма «Области тьмы» [153]. Механизм его работы до конца не изучен, но, по-видимому, он действует через нейромедиаторы орексины, поддерживающие бодрствование, и дофамин.

Многие из первых лиц Силиконовой долины и других ведущих предпринимателей тайно употребляют умные лекарства.

Словом, модафинил – стимулятор, действующий как более мощный кофеин и вместе с тем улучшающий внимание, рефлексы, память и бодрствование. Многие другие стимулирующие ноотропы (например, аддералл и пирацетам) пользуются популярностью у студентов и активно обсуждаются в интернете. Сам кофеин – тоже своего рода ноотроп.

Существуют и другие классы ноотропов, многие предпочитают употреблять препараты, высвобождающие тормозные нейромедиаторы. Таким образом они надеются уменьшить тревожность и одновременно повысить творческий потенциал. Среди таких веществ – L-теанин (содержится в зеленом чае наряду с кофеином) и гораздо более мощный 5-HTP (прекурсор серотонина).

Работает ли это? Хотя эти вещества могут обеспечить краткосрочное повышение концентрации и выносливости, в общем и целом я считаю, что все это пустые обещания. Помимо значительных моральных и социально-экономических последствий (умные наркотики создают несправедливое преимущество и побуждают нас работать на уровне, который мы вряд ли можем поддерживать, и это лишь две самых очевидных проблемы), мне видится, что их использование просто неразумно.

Еще раз: идеального состояния мозга не существует. И нейротрансмиттеры не сводятся к формулам вроде «дофамин = сосредоточенность, серотонин = счастье», каждый из них обладает множеством вторичных и третичных эффектов. Например, невозможно повысить серотонин отдельно от мелатонина, что приводит к вялости и сонливости.

Аналогичным образом увеличение дофамина обычно также увеличивает уровень кортизола и норадреналина, тем самым вызывая беспокойство и проблемы с пищеварением. И, несомненно, существует бесчисленное множество воздействующих на мозг нейромедиаторов и гормонов, которые нам только предстоит открыть.

«Оптимального» состояния мозга не бывает. Вы можете принять модафинил для улучшения концентрации, но при этом наверняка снизятся ваши творческие способности. И что делать тогда? Принять что-нибудь тормозящее, чтобы снова расслабиться? Вряд ли можно назвать это нормальным или здоровым циклом.

Каждое из этих веществ ведет себя по-разному в зависимости от части мозга, на которую они направлены. Я бы сравнил их прием с попыткой починить хрупкие часы с помощью молотка – мы просто не располагаем необходимым объемом знаний и достаточно точными инструментами для эффективного управления химией мозга.

И это я даже не касался более насущных вопросов. Употребление многих из этих препаратов может привести к привыканию и зависимости из-за того, что мозг регулирует количество соответствующих рецепторов. Кроме того, некоторые из них доступны исключительно у нелегальных или не внушающих доверия продавцов, что само по себе огромный риск.

Существуют ли другие способы улучшить работу мозга с помощью добавок? Ну конечно! И некоторые из них весьма эффективны, но эти ноотропы направлены на поддержку естественных функций мозга и обычно содержатся в естественных источниках.

Например, список полезных для мозга свойств жирных кислот класса омега‐3 практически бесконечен. Настолько, что не употреблять их – почти безумие.

Омега‐3 встраиваются в стенки клеток головного мозга, что помогает улучшить их проницаемость, а также ускорить синаптические передачи. Помимо этого, омега‐3 управляют балансом кислот омега‐6, которые, в свою очередь, уменьшают воспаление. Этим они могут радикально улучшить качество жизни многих из нас, рассеивая «мозговой туман», который зачастую вызван как раз воспалением мозга, а иногда и устраняя аффективные расстройства.

Вместе с тем омега‐3 улучшают миелинизацию [154], которая, как вы помните, помогает защитить нервные пути и является одной из ключевых составляющих нейропластичности. Также эти жирные кислоты обладают нейропротекторным действием.

А как насчет коктейля из лютеина и зеаксантина? Их комбинация может повысить эффективность митохондрий, что увеличит уровень вашей энергии. Еще, как показывают исследования, они способствуют росту нейропластичности у младенцев. Более того, было доказано, что потребление лютеина и зеаксантина увеличивает скорость визуальной обработки – зрительно-моторная реакция стала быстрее на целых 10 процентов [155]. Этот фактор может дать огромное конкурентное преимущество спортсменам!

Не менее положительно это сочетание влияет на пространственную память, мышление и многое другое [156]. Любопытно, что эти исследования проводились на молодых и здоровых участниках. Прием лютеина и зеаксантина не просто привел необходимые показатели в норму, но и довел их до сверхнормального уровня.

Креатин, который спортсмены принимают для повышения силовой выносливости, улучшает и когнитивные функции. По-видимому, питательные вещества, способствующие пластичности нейронов, не подлежат исчислению.

Однако гнаться за каждым питательным веществом с потенциально обнадеживающими характеристиками – напрасная затея. Этот упрощенческий подход скорее разорит вас, чем принесет реальную пользу! Вы можете добавить некоторые из предложенных мной препаратов, но куда лучше просто составить разнообразную и питательную диету.

Если вы надеетесь проглотить чудо-таблетку и тут же познать тайны Вселенной (или хотя бы логику фондового рынка), вы будете сильно разочарованы. Самые эффективные ноотропы не сделают из вас нового человека – с ними вы останетесь самим собой, просто лучшего образца.

Эффективная работа мозга подразумевает способность свободно переходить от одного психического состояния к другому, когда того требует ситуация. Быстрых решений не существует, но лучшее понимание устройства мозга в сочетании с разумными практиками может сыграть важную роль в вашей жизни.

Возможно, однажды с должными тренировками и новыми знаниями мы сможем по щелчку пальцев переключаться между режимом берсерка и абсолютной безмятежностью шаолиньского монаха. А пока нам это недоступно, лишняя капелька концентрации и спокойствия ничуть не повредит.

Если вы, человек, у которого все всегда получается, решили бы применить каждый метод тренировки, предложенный в этой книге, то вы стали бы быстрее, изобретательнее, внимательнее, сильнее, ловчее… просто лучше.

Но даже если вам это удалось, и даже если не принимать в расчет технику и опыт, все равно нет гарантии, что вы будете всегда и во всем превосходить окружающих. Это потому, что есть еще один жизненно важный ингредиент, который нельзя не учитывать, – энергия.

Энергия – главный множитель силы. Как бы сильны и резки ни были ваши удары, вы проиграете любой бой, если перегорите к третьему удару. Невероятная концентрация – это замечательно, но если вы способны поддерживать ее не дольше двух минут, то толка от нее немного.

Таким образом, энергия – еще одна суперчерта, которой нужно посвятить часть наших тренировок.

Чтобы решить проблему с энергией, нам нужно еще разок окунуться в мир биологии и химии. На этот раз мы рассмотрим энергообеспечивающие системы организма.

Вообще говоря, в организме действуют три разные энергетические системы:

– Анаэробная алактатная (креатинфосфатная, фосфагенная, АТФ-КФ)

– Анаэробная лактатная (гликолитическая, лактацидная)

– Аэробная (кислородная)

Как следует из названия, первые две системы анаэробны, то есть не требуют участия кислорода, в отличие от последней.

Один из самых распространенных мифов касаемо этих систем – то, что они работают строго по отдельности (мы уже не раз встречали это ошибочное представление, говоря о других процессах в человеческом мозге и теле). На самом деле ваше тело постоянно использует все три системы для управления различными процессами.

При этом может быть полезно рассматривать их в спектре, сравнивая их применение для стимулирования интенсивных движений.

Предположим, вы пустились в спринт. Сначала ваше тело запустит креатинфосфатную систему. При этом происходит расщепление АТФ, хранящегося в мышцах. АТФ – это аденозинтрифосфат, «энергетическая валюта» жизни. Организм преобразует это топливо в полезную энергию, расщепляя его на АДФ (аденозиндифосфат) и Ф (фосфат), в результате чего энергия и высвобождается.

Этот крайне скоротечный процесс обеспечивает немедленный прилив энергии, подпитывающей быстросокращающиеся мышцы для осуществления быстрых и мощных движений. Однако запас АТФ в мышцах резко ограничен и заканчивается примерно через три секунды под нагрузкой.

К счастью, организм имеет возможность перерабатывать часть затраченных Ф и АДФ обратно в АТФ. В этом нам помогает креатинфосфат, который выделяется преимущественно почками. Используя креатин, организм способен проявлять максимальную мощность в течение еще 8–10 секунд. Именно поэтому мы потребляем креатин в форме добавки!

Что же происходит по истечении этих 11–13 секунд, если бег продолжается? Чтобы поддерживать приток энергии, в этот момент организм переключается на лактатную систему. Она немного медленнее и не столь эффективна в плане энергоподачи, но все же вполне пригодна для резких размашистых движений.

Лактатная система работает посредством гликогенолиза и гликолиза, расщепляя хранящийся в мышцах и печени гликоген на глюкозу, затем пируват и АТФ. Глюкоза при этом может извлекаться и из крови. В процессе образуется ряд побочных продуктов, таких как лактат и ионы водорода. Раньше считалось, что именно молочная кислота (то есть лактат) создает ощущение жжения в мышцах во время интенсивной физической активности. Однако теперь мы знаем, что это ощущение спровоцировано главным образом действием ионов водорода, подавляющих анаэробное производство АТФ и тем самым мешающих сокращению мышц, одновременно повышая кислотность крови.

Бедный лактат, на который сыплются все шишки, на самом деле полезен, поскольку в печени он снова превращается в пируват, а затем в глюкозу. Тренировки могут повысить эффективность этого процесса, однако он все равно останется медленным, а потому мы наблюдаем насыщение крови лактатом по мере продолжения нагрузки. И хотя накопление молочной кислоты коррелирует с болезненными ощущениями в мышцах, оно не является их источником. Еще повышенная кислотность вызывает у нас тошноту, когда мы себя перегружаем.

В какой-то момент, который может настать через 30 секунд или три минуты, лактата становится слишком много, и организм вынужден обратиться к третьей, аэробной системе – по крайней мере, ненадолго.

Аэробная система – самая медленная из трех и не подходит для взрывных движений, однако, являясь наиболее эффективной, она способна стабильно поставлять энергию в течение длительного периода времени.

Аэробная система работает за счет использования энергии, запасенной в форме жиров, – их необходимо доставить в мышцы и расщепить кислородом. Из-за этого дыхание становится тяжелее, сердцебиение ускоряется, а мы снижаем скорость, сохраняя устойчивый темп до конца бега. Аэробная энергетическая система снабжает преимущественно медленно сокращающиеся волокна и может действовать бесконечно. К ней мы обращаемся, скажем, во время марафона. Ее же наше тело использует, чтобы оставаться в вертикальном положении в течение дня или чтобы за завтраком подносить ложку ко рту.

Для тренировки каждой из энергетических систем подходят различные типы тренировок. Бег на длинные дистанции и другие упражнения на выносливость принято называть аббревиатурой LISS, что расшифровывается как «низкоинтенсивные кардиотренировки с постоянным темпом». Как правило, они проходят на уровне нагрузок с 70 % от максимального сердечного ритма и ниже.

Возможно, вы уже заметили некоторую корреляцию между тремя энергетическими системами и тремя типами мышечных волокон. И правда, при аэробной деятельности задействуются преимущественно медленно сокращающиеся волокна, и наоборот.

Те, кто стремится похудеть, часто стараются оставаться в 70-процентной «зоне жиросжигания», где аэробная система потребляет жир в качестве топлива, сжигая его напрямую. Однако в последнее время эта стратегия все чаще критикуется: многие тренеры полагают, что высокоинтенсивные интервальные тренировки (HIIT) гораздо эффективнее.

В HIIT чередуются периоды интенсивных анаэробных упражнений и периоды активного восстановления. Прекрасный пример данного подхода – популярный «Протокол Табата», в котором спортсмены выкладываются на полную на протяжении 20 секунд, после чего 10 секунд отдыхают. Так, вы можете 20 секунд выполнять махи гири на максимальной скорости в течение двадцати секунд, а затем 10 секунд отдыхать, или же бежать спринт 20 секунд и трусцой десять.

Другой вариант – бежать в полную силу в течение 30 секунд, а трусцой минуту.

Этот тип тренировок отлично подходит для сжигания жира, поскольку интенсивные вспышки быстро истощают доступную энергию в мышцах и кровотоке. Из этого следует, что последующий расход энергии зависит исключительно от запасов жира. Более того, после тренировки гликоген необходимо восстанавливать, что порождает так называемый эффект дожигания. Если вкратце, по завершении цикла HIIT ваш метаболизм еще некоторое время остается ускоренным, а значит, общий дневной расход калорий будет выше, чем с одними аэробными тренировками.

Само по себе восстановление тела до «состояния перед тренировкой» требует энергии. Этот процесс ускоряет метаболизм посредством EPOC – избыточного потребления кислорода после тренировки.

Конечно, переоценивать силу эффекта дожигания не стоит: он длится не дольше двух-трех часов после тренировки [157] и мало влияет на состав вашего тела [158]. С точки зрения снижения веса и эстетики, реальным преимуществом высокоинтенсивных тренировок является то, что они предлагают все те же преимущества, что и LISS, но в более сжатые сроки. Тем не менее результат зависит от множества других факторов, в том числе от интенсивности занятий. И должен отметить, что при правильном выполнении HIIT – очень жесткая штука. В конечном итоге вы выбираете между длительной пробежкой и доводящим до тошноты спринтом.

Но высокоинтенсивные интервальные тренировки также эффективны с функциональной точки зрения. Было доказано, что они увеличивают объемную плотность митохондрий, тем самым помогая вам производить больше энергии [159]. Этот процесс может обратить вспять некоторые негативные изменения, связанные со старением, – HIIT даже называют «источником молодости». Обе формы тренировок на выносливость позволят достичь цели, но HIIT все же оптимальнее.

Одно исследование даже продемонстрировало, что HIIT полезны для многочисленных когнитивных навыков, включая зависящие от гиппокампа обучение и память, – аналогично аэробным тренировкам [160].

И LISS, и HIIT улучшают МПК [161]– показатель того, сколько кислорода человек может потреблять за одну минуту. Высокое максимальное потребление кислорода подразумевает большую аэробную способность, так как с ним вы сможете доставлять энергию туда, где она наиболее необходима.

Менее очевидный метод повышения выносливости и МПК – это тренировка самих легких. Делать это можно, работая над межреберными мышцами и диафрагмой, которые сообща помогают расширять и сжимать легкие. Попробуйте дыхание через соломинку или ТДМ – тренировку дыхательных мышц.

Аналогичный эффект могут оказать тренировочные маски[162], которые немного затрудняют дыхание во время тренировки, что означает, что вашим легким приходится работать интенсивнее. Это может способствовать адаптации, благодаря которой доставка кислорода станет эффективнее, когда аппарат не используется.

Разумеется, ношение маски ограничит вашу способность поднимать тяжелые веса и в конечном счете снизит интенсивность тренировки, поэтому к этой технике следует относиться с осторожностью. Также вы можете практиковать ТДМ, когда не работаете, – это может быть полезно для когнитивных функций, поскольку улучшает кровоснабжение мозга.

Еще один потенциальный плюс от сниженного потребления кислорода во время тренировки заключается в том, что это мотивирует организм более эффективно его использовать и лучше переносить накопление CO₂ в крови. Достичь этого можно и с помощью других практик, таких как задержка дыхания. Патрик МакКион рекомендует[163] некоторым спортсменам практиковать задержку дыхания после выдоха во время бега. Она вызывает значительное повышение CO₂ и снижение насыщения крови кислородом. Это может быть полезно, к примеру, спринтерам, для которых подача кислорода действительно может быть ограничивающим фактором, хотя метод, безусловно, экстравагантный. Данный тип тренировки также может повысить количество эритропоэтина (ЭПО) и эритроцитов, хотя эта адаптация кратковременная и быстро проходит.

Сопротивляемости углекислому газу содействует и метод, пришедший из йоги, – крайне поверхностное дыхание, не полностью удаляющее воздух из легких.

Между тем LISS особенно эффективны для укрепления сердца и повышения Qmax (максимального ударного объема). Тренировка сердечного ритма в более низком темпе гарантирует, что у него есть время полностью расслабляться между ударами, что означает, что вы сможете накачать его, как и любую другую мышцу [164]. А вот высокоинтенсивные тренировки заставляют сердце как бы подергиваться, что не стимулирует гипертрофию в достаточной мере. В общем, сосредоточение на стабильной работоспособности при частоте сердечных сокращений (ЧСС) не более 90 % от максимальной – лучший способ укрепить сердце и снизить частоту пульса в состоянии покоя. Это потому, что каждый удар способен «мобилизовать» больше крови по всему телу.

Если же вы хотите укрепить сердце при помощи интервальных тренировок, воспользуйтесь свойством, называемым «инерция». По окончании тренировки ваш пульс снижается до состояния покоя не сразу, и вам требуется некоторое время, чтобы достичь равновесия. Так что, если вы работаете на уровне в 85–90 % от максимальной ЧСС, а затем идете на прогулку, ваш пульс еще некоторое время будет находиться где-то в районе 65–80 %, что хорошо подходит для усиления сердечной мышцы. Таким образом, продолжительные периоды отдыха во время HIIT могут вылиться в дополнительные преимущества.

Более низкий пульс в состоянии покоя имеет массу плюсов для здоровья. Он не только приводит к снижению кровяного давления, но и помогает нам чувствовать себя спокойнее в течение дня. Как вы могли сами догадаться, это происходит благодаря связи между нашими внутренними органами и нейромедиаторами через блуждающий нерв.

В наши дни кажется, что едва ли не у каждого имеется нехватка энергии. Мы просыпаемся уставшими, чувствуем, что сил на занятия спортом не остается, даже с трудом поднимаемся по лестнице. Для решения этой проблемы многие готовы на все – в том числе глотать таблетки.

А вот попробовать просто улучшить свою физическую форму мы часто забываем! Повысив эффективность доставки кислорода и энергии в те части тела, где они необходимы, вы тут же почувствуете себя более живыми. Так как намного больше кислорода и крови будет поступать в мозг, вы тут же почувствуете себя бодрее, внимательнее и сконцентрированнее.

С учетом того, что LISS и HITT предлагают совершенно разные выгоды, я считаю, что оптимальным решением для большинства людей будет объединение двух этих методов. Так вы сможете улучшить такие показатели, как объемная плотность митохондрий, МПК и частота сердечных сокращений в состоянии покоя, а также подготовить организм к любым испытаниям на выносливость. Разнообразив тренировки, вы бросите вызов каждой из энергетических систем.

Комбинированный подход становится все популярнее среди представителей видов спорта на выносливость. В частности, «поляризованная тренировка» предполагает разделение режима на низкоинтенсивные и высокоинтенсивные занятия в соотношении 80:20. Для большего эффекта к ним добавляется небольшая пороговая тренировка.

Если хотите добиться дальнейшего улучшения физической формы, обратите внимание на анаэробный порог.

Анаэробный порог – это точка, в которой происходит переключение с преимущественно аэробных процессов на преимущественно анаэробные. Этот момент напрямую связан с количеством и эффективностью митохондрий в ваших клетках. Приятная новость заключается в том, что возможно натренировать свой анаэробный порог до такой степени, что вырастет и максимальная скорость вашего бега, и ваша способность ее удерживать. Ну или вы сможете удерживать крышу рушащегося здания достаточно долго, чтобы все могли выбраться (я часто прокручиваю в голове подобные сценарии – не знаю, что со мной не так).

Сделать это просто. Найдите свой анаэробный порог и бегайте на этом уровне. Бег в таком ритме иногда называют темповым, и он служит прекрасным способом развития выносливости.

Хотя рассчитать ваш текущий анаэробный порог можно долгим и изнурительным образом (покрыв как можно большую дистанцию за полчаса и определив среднюю скорость), однако можно и просто отметить момент, в который вам становится трудно говорить. Это так называемый разговорный тест, применяемый фитнес-тренерами по всему миру.

Лактатный порог часто считают синонимом порога анаэробного – функционально они схожи, но на самом деле они немного отличаются. Термин «лактатный порог» описывает момент, когда накопление лактата начинает превышать скорость, с которой организм может его выводить. Здесь стоит еще раз подчеркнуть, что организм не использует одновременно только один источник энергии. На деле же имеет место спектр, в котором доля анаэробных энергетических процессов постепенно растет, и в какой-то момент это становится невыносимо.

Любопытно, что разные типы упражнений имеют разный лактатный порог, это связано с варьирующим соотношением волокон в мышцах. Так, ваш лактатный порог при беге может быть выше, чем при плавании.

Пороговые тренировки помогают не только оптимизировать выработку энергии, но и подавить вызывающие усталость метаболиты. В результате они повышают уровень работоспособности, который вы можете поддерживать бесконечно.

Однако сейчас популярно мнение, что подход с использованием преимущественно порогового тренинга ошибочен. Бегуны иногда называют это «черной дырой», то есть тренировка проходит в одном темпе, с преодолением как можно большего количества «мусорных» километров. Бен Гринфилд [165] и другие авторы предполагают, что ошибка заключается в фиксации только на одной энергетической системе. Многие считают, что это ведет к перетренированности и долгосрочным проблемам со здоровьем, чему есть множество подтверждений.

Вот почему поляризованные тренировки строятся вокруг золотой середины. LISS должны носить строго аэробный характер и не представлять большой сложности, чтобы обеспечить быстрое восстановление. Это особенно важно, если мы хотим совместить кардио с тренировками на силу и мобильность (как мы и делаем). Считается, что идеальная доля пороговой тренировки в общем занятии составляет порядка 5 процентов.

Аналогичным образом слишком частые HIIT-тренировки могут оказаться слишком утомительными для организма. Это как раз тот случай, когда больше не означает лучше. Подобная критика звучит и, например, в адрес кроссфита.

Вы наверняка заметили, что все эти формы тренировок выигрывают от возможности наблюдать за собственным пульсом. Если вы хотите по-настоящему раскрыть все преимущества LISS для снижения веса или HIIT и пороговых тренировок для повышения производительности, то без пульсометра вам не обойтись. Нагрудные приборы предпочтительнее – они значительно точнее, чем те, что носят на запястье, так как меньше подвержены искажающим факторам вроде сокращения мышц.

Короче говоря, это еще один пример ценности интероцепции как инструмента повышения работоспособности. Наладив эффективное управление энергетическими системами и научившись считывать физиологические сигналы к повышению или понижению нагрузки, вы сможете тренироваться гораздо более эффективно.

Но что, если вас не интересует бег на длинные дистанции, а вы просто хотите подольше тягать тяжелые веса? В этом случае вам понадобится работоспособность, то есть способность продлевать приложение усилий, выполнять больший объем работы во время каждого занятия и полностью восстанавливаться к следующей тренировке.

На работоспособность влияет широкий спектр различных факторов, которые выходят далеко за рамки чистой аэробной подготовки. Отчасти она связана с митохондриями, МПК и лактатным порогом, но не только – также учитываются кровоснабжение мышц (высокообъемный тренинг увеличивает кровоток в определенных мышцах), запасы гликогена и психология (в частности, психологическая устойчивость).

Важную роль играет даже экономичность движений, а также активация мышечных волокон. Задействуя мышцу, не тратите ли вы лишнюю энергию на слишком сильное сокращение окружающих мышц? Оптимальна ли ваша техника?

Кроме того, мышцы участвуют в улучшении кровообращения. Мышечно-венозная помпа – это механизм, заставляющий мышцы функционировать как миниатюрные сердца: сжимать внутренние вены, тем самым повышая давление для улучшения кровообращения и увеличивая подачу крови к сердцу. Расслабление мышцы, напротив, вызывает падение давления и приток большего количества крови в мышцу.

Существует бесчисленное множество переменных, влияющих на нашу способность выполнять то или иное движение в течение длительного времени. Вместо того, чтобы сосредоточиваться на выносливости в целом, иногда имеет смысл сосредоточиться на самих движениях. Полагайтесь на принцип SAID: если хотите тягать штангу дольше, просто делайте это дольше. Другими словами, вместо прогрессивной перегрузки и увеличения веса повысьте количество повторений с тем же весом, когда вам станет легче.

Важно понимать, что интенсивность не равна скорости. Вы можете проводить пороговую тренировку с высокой интенсивностью, добавляя сопротивление и поддерживая максимальное усилие. По сути этим вы превратите тренировку с отягощением в разновидность кардио – нужно лишь правильно подобрать вес.

Если вес слишком велик, вы, скорее всего, дойдете до отказа, даже не начав развитие выносливости. В противном случае повторяющиеся движения под большой нагрузкой могли бы спровоцировать травму. А вот со средним весом вы можете расширить диапазон повторений и бросить вызов своим энергетическим системам, повышая лактатный порог и другие полезные свойства.

Такие снаряды, как гири и боевые канаты, идеально подходят для такого рода тренировок, поскольку обеспечивают необходимое сопротивление. Боевые канаты – толстые и тяжелые веревки, которыми можно многократно ударять о землю. Это позволяет вам прикладывать столько силы, сколько вы считаете нужным, во взрывной манере или найти ритмический рисунок, который вы сможете поддерживать дольше. Как бы там ни было, они позволяют вам повысить устойчивость к сердечно-сосудистым проблемам без какого-либо риска повреждений.

И наоборот, сгибания рук с большим количеством повторений вряд ли будут тренировать сердце в достаточной мере, поскольку требования, предъявляемые к телу при использовании более легкого веса и изоляции лишь нескольких мышц, гораздо ниже. Это одна из причин, по которым ЧСС марафонца будет куда ниже, чем у бодибилдера. Правда, отжимания и другие сложные движения с собственным весом с закрытой цепью более эффективны, поскольку заставляют сердце работать интенсивнее, распространяя кровь по всему телу. Высокообъемные отжимания или приседания вполне можно рассматривать как форму кардио.

Обратите внимание, что от типа тренировки будет зависеть способ кровоснабжения организма и то, какие группы мышц работают больше всего. Так как определенные метаболиты и скопление крови способствуют гипертрофии, вы можете добиться повышения выносливости и роста мышц одновременно. Варьирование выполняемых кардиоупражнений гарантирует вам высокую работоспособность при выполнении широкого круга упражнений.

Так, вы можете посвятить тренировку мышцам плеч, а затем выполнить добивку с боевыми веревками, которая вызовет в этой области эффект пампинга, вместе с тем сжигая калории и повышая вашу работоспособность.

Отмечу, что существует потенциальная проблема увеличения объема медленно сокращающихся волокон там, где вам нужна взрывная сила, но это мы обсудим в следующей главе.

Так мы плавно подошли к метаболическому тренингу, в котором такие упражнения, как отжимания и махи гирями, перемежаются с короткими интервалами для достижения еще большей выносливости и снижения веса. Цель – просто обеспечить недостаточное восстановление; частота сердечных сокращений остается повышенной, а различные энергетические процессы подвергаются испытанию.

Коротко говоря, если выполнение ста отжиманий повышает работоспособность и отчасти выносливость, то выполнение 10 подходов по 20 отжиманий с перерывами по 30 секунд или минуте – еще более сложная задача на выносливость, которая к тому же защищает ваши мышцы от переутомления. А переключаясь между отжиманиями и множеством других движений (подтягивания, махи гирей, прыжки в группировке) и поддерживая максимальную производительность в течение 30 секунд за раз, вы значительно ускоряете метаболизм.

Качественно построенная программа может обеспечить дополнительную нагрузку на сердце посредством своеобразного «шунтирования». К примеру, чередование упражнений для верхней и нижней части тела (отжимания/приседания) заставит сердце гонять кровь то вверх, то вниз по телу. Чем усерднее работает сердце, тем эффективнее система кровообращения будет доставлять топливо по назначению.

Напоминаю, энергетическая эффективность отдельных мышц (определяемая плотностью митохондрий, типом волокон и кровоснабжением) поддается тренировкам. Тренируя все тело с упором на выносливость, мы сможем обеспечить комплексное развитие метаболизма и энергоэффективность. Ограничиваясь упражнениями на время, этого не добиться.

Можно ли сказать, что метаболический тренинг превосходит долгую пробежку? Нет, это вопрос предпочтений и ваших личных целей. Однако у него есть дополнительные плюсы для нашей гиперфункциональной подготовки.

Это потому, что метаболический тренинг позволяет сочетать тренировки на выносливость с движениями, которые дают и другие преимущества. Так, включив в свою программу махи гирей, «ползущего крокодила» и прогулки с неравномерной нагрузкой, вы сможете прокачать выносливость, а заодно и стабильность корпуса, работу бедер, силу хвата, подвижность и многое другое.

Конечно, всегда следует взвешивать риски, связанные с выполнением любого упражнения в утомленном состоянии. Разумный выбор упражнений также приветствуется!

Несмотря на все вышесказанное, занятия с применением любого из этих методов в конечном итоге помогут вам увеличить выхлоп от всех остальных стратегий, описанных в этой книге. Больше объема – больше результатов. И, как вы скоро увидите, нам предстоит многое преодолеть.

Мы почти у цели. Мы обсудили практически все существующие тренировочные методики. Мы познакомились с самураями, шаолиньскими монахами, военнопленными, индейцами, великими шахматистами, популярными паркурщиками, пауэрлифтерами, «моржами», искателями приключений, силачами прошлого и не только.

Каждому из них есть что предложить, и, объединив концепции из всех этих разрозненных сфер, мы можем разработать действительно всеобъемлющую тренировочную стратегию, которая разовьет все самые важные качества и способности. Таким образом, мы сможем по максимуму реализовать свой потенциал и открыть для себя новые невероятные возможности.

Но разве это не… слишком? Как вообще составить такую программу? Где же найти время для отдыха? В конце концов, Бэтмена же не существует!

А как насчет злого и страшного эффекта интерференции?

Не волнуйтесь. У меня есть план!

Я не предлагаю вам посвящать целый день пауэрлифтингу, следующий – двигательным тренировкам, затем бодибилдингу и спринту. Хотя, справедливости ради, подобное совмещение возможно, если вы хотите заниматься двумя или тремя дисциплинами с взаимодополняющими или противоположными преимуществами.

Вместо этого я предлагаю просто выбирать лучшие упражнения из всего спектра и объединять их в чрезвычайно функциональные тренировки. Вместо трех бодибилдерских упражнений на мышцы груди мы можем вставить одно бодибилдерское, одно пауэрлифтерское и одно ориентированное на движение. Это позволит нам одновременно нарабатывать максимальную силу, внутримышечную координацию, силовую выносливость и гипертрофию, воздействуя на одну и ту же область и накапливая полезный эффект.

Итак, мы будем заниматься не больше и не меньше, чем раньше, – мы просто выбираем из более широкого диапазона вариантов.

Отсюда следующий вопрос: имея настолько большой выбор, как определить «лучшие» упражнения?

Здесь вновь приходит на помощь пирамида ATSP. Если цель в том, чтобы выжать максимум из своего физического потенциала, следует выбирать упражнения, которые принесут наибольший выхлоп, то есть развивают больше всего атрибутов и/или навыков.

В общем, «самые ценные» движения из различных дисциплин.

Хотя на самом деле упражнения не поддаются исчислению, в предыдущих главах я отмечал те, что подходят нам лучше всего. Вот некоторые примеры, вокруг которых можно построить достойную функциональную программу:

Хочу подчеркнуть: это всего лишь пример. Список ни в коем случае не исчерпывающий. Книга и так достаточно длинна, а потому я не вдавался в подробности каждого удивительного упражнения. К тому же то, что подходит одному человеку, может не подойти другому. Тем не менее чем больше из них вы возьмете на вооружение, тем ближе вы будете к тому, чтобы стать поистине гиперфункциональным.

С другой стороны, нет необходимости включать все перечисленные упражнения. Их полезные свойства часто пересекаются, и выбор я предоставляю вам. Вы можете просто решить, что та или иная методика не для вас, и заменить ее какой-нибудь собственной находкой.

Особое внимание следует уделять упоминавшимся мной суперчертам, позволяющим развивать многие другие черты и качества. Все пункты, которые в той или иной форме связаны с работоспособностью, нейропластичностью или умственной выносливостью, должны считаться высокоприоритетными.

Slowcomotion (от slow controlled motion – медленные контролируемые движения) – название, которое я дал новому методу тренировок, с помощью которого я развиваю силу и контроль над мышцами под непредсказуемыми углами и, таким образом, прокачиваю как можно больше черт и атрибутов. Не могу сказать, что в методе есть какое-то великое новшество, – просто он включает то, что мне нравится и что пошло мне на пользу.

Иногда я называю его метруд – медленные и трудновыполнимые движения.

Метод предусматривает чрезвычайно медленную отработку опорно-двигательных функций в свободном стиле ради укрепления связи мозга с мышцами, стабильности кора, выносливости, мобильности и не только.

Четыре основные категории (разделение не строгое):

– Наземные метруды

– «Двуногие» метруды

– Метруды с карабканьем

– Метруды с манипуляцией

Для примера рассмотрим наземные метруды. Здесь мы будем выполнять движения вроде «ползущего крокодила», но с абсолютным контролем и осознанностью, как при квази-изометрии. Полностью напрягите корпус и как можно медленнее выставите вперед одну руку, перенесите на нее свой вес, а затем снова напрягитесь, передвигая другую руку и ногу вперед, все это время не отдаляясь от земли.

Не забывайте дышать (поначалу это непросто).

Ваши точные движения должны отличаться разнообразием – попробуйте, скажем, чередовать ползание по-медвежьи с какими-либо видами отжиманий, сохраняя при этом напряжение в мышцах.

Вы можете начать с медленных отжиманий Лалэйна и перейти от них к отжиманиям лучника, и все это не повышая темп. Если достигнете достаточного уровня силы и мышечного контроля, можете даже подняться в стойку на руках.

Я считаю, что это не просто чрезвычайно «ценная» форма тренинга, а еще и полезный обучающий инструмент для иллюстрации многих пройденных нами концепций.

Вот как это работает.

В главе 5 я рассказывал, как силачи прошлого развивали нейромышечную связь, выжимая из себя больше силы и учась сокращать отдельные мышцы.

Дойдя до главы о продвинутой калистенике, мы начали видеть ценность подобного уровня осознанности. Например, при выполнении планша вам необходимо развести лопатки и напрячь корпус, а таз в идеале слегка подогнуть к животу. Попросите обычного человека сделать то же самое, и он лишь взглянет на вас с недоумением.

Вот что такое сенсомоторная амнезия…

Эти знания важны, а умение управлять всем своим телом может сделать каждое ваше движение более мощным и изящным. Это касается и куда более простых движений – так вы не позволите талии провисать или плечам опускаться при обычных отжиманиях. Знакомое движение теперь выполняется с большей жесткостью, в результате чего рабочая сила увеличивается в большем количестве областей и положений.

Те же осознанность и контроль можно перенести на бесчисленное множество других видов деятельности, наращивая силу, надежность и свободу самовыражения, содержащиеся в каждом движении. Так, используя эффект серапе при нанесении удара, вы будете сокращать вращательные мышцы и стабилизаторы и активно расслаблять мышцы-антагонисты.

Вот чему учит slowcomotion. Замедляя сложные движения и ставя себя в невыгодные положения, вы вынуждены прислушиваться к своему телу и вносить небольшие корректировки для поддержания баланса. Вы становитесь сильнее там, где наиболее уязвимы, и учитесь производить мощные движения в любой позиции.

Конечно, медленные контролируемые движения стоит практиковать и в других положениях, иначе гармоничного развития организма не достичь. Хотя наши движения можно классифицировать по-разному, я считаю лучшим способом сосредоточить внимание на формах локомоции и манипуляциях.

– Ползанье

– Карабканье

– Ходьба

– Манипуляции

Метруды с карабканьем включают, например, подтягивание на турнике и удержание себя в данной позиции. Примите устойчивое положение, а затем медленно переместите одну руку, чтобы перелезть через перекладину. Учитесь поворачиваться на 360 градусов, вытягивать руки, выполнять передний вис и подтягиваться на одной руке. Сначала многие из этих действий могут быть вам не по плечу, но по мере накопления опыта вы начнете чувствовать себя все увереннее.

Можно и поэкспериментировать с другими формами медленного лазанья. Например, подойдите к какому-нибудь ограждению, возьмитесь за него обеими руками и упритесь в него ногами, оторвав их от земли. Теперь напрягите корпус и попробуйте, не торопясь, перемещаться вверх или вбок или даже перебраться через перила.

При правильном выполнении вы будете будто парить в воздухе – как какой-нибудь супергерой.

Теперь о ногах. Вы будете практиковать медленную ходьбу на корточках, утиную ходьбу, приседания (обычные, индийские, казачьи) и ходьбу выпадами. Цель состоит в том, чтобы двигаться легко и во всех диапазонах, сохраняя при этом напряжение.

Манипуляции с внешними предметами проводятся под субмаксимальной нагрузкой посредством изящных, контролируемых движений в положении стоя, на корточках или даже сидя.

Помните, я предлагал вам тренировки со стулом? Попробуйте взять его за нижнюю часть ножки и осторожно поднять в воздух. Потом направляйте его вперед, опускайте, водите им по кругу. При этом можно упереться в стену, оказывая давление со стороны собственного тела. А сможете ли повторить эти действия, ползя по балке?

Тренируйтесь с осторожностью и не спеша. Многие мышцы, которые вы будете активировать, скорее всего, не просыпались годами. Будьте готовы просыпаться с болью! Также будьте осмотрительны, занимая позиции, которые могут вызвать защемления и другие подобные проблемы. Если не уверены, придерживайтесь уже знакомых движений – спокойно переключайтесь между ними.

С другой стороны, двигаясь в такой манере, вы ограничите повреждение фасции. Не сомневайтесь: если текущие представления о фасции верны, то она может послужить мощным способом прироста силы.

Тренируясь с собственным весом или минимальным утяжелением, вы также снизите вероятность получения травмы. Как я уже говорил в предыдущей главе, я считаю, что наша сила и мощь в первую очередь предназначены для движения. Крупнейшие мышцы нашего тела – ягодицы, квадрицепсы, широчайшие, грудные мышцы – играют в движении ключевую роль. Данная форма тренинга призвана научить вас проявлять силу и контроль, в каком бы положении вы ни оказались. Она должна помочь вам пробудить связь со своим телом и увеличить объем поступающей информации.

Чтобы сделать этот стиль тренировки еще совершеннее, попробуйте такие методики, как взрывная плиометрика (в устойчивых позициях), в которой медленный темп перемежается короткими рывками, или, как я ее называю, «антигравитационная» изометрия.

«Антигравитационная» изометрия подразумевает положения, из которых вы физически не можете поднять свое тело. Например, одноручные отжимания в псевдопланше или попытки «сжать» землю как при разведении гантелей. Я прозвал эти приемы «Дрожь земли» и «Крушитель», потому что они заслуживают самых крутых имен [166]!

Таким образом вы используете землю и вес собственного тела, прикладывая максимальное усилие. По сути, вы пытаетесь выполнить калистенические движения, которые вам неподвластны, со временем это может привести к необходимой для успешного выполнения адаптации. Пробуйте выполнять горизонт на одной руке, пока не научитесь! Эти упражнения прекрасно сочетаются и с моими метрудами.

Я воспринимаю slowcomotion как универсальное средство для отработки углов и положений, с которыми не справляются даже самые функциональные движения. Вкупе с выделенными мной движениями этот метод сделает вашу форму еще совершеннее.

Однако, как и во всех остальных случаях, необходимо прислушиваться к своему телу, чтобы не переусердствовать. Вы не привыкли удерживать свой вес в таких положениях, поэтому соблюдайте осторожность – адаптация требует времени.

На этом этапе я хотел бы представить еще одну концепцию, связанную с системой ATSP, – недостающие атрибуты. Это физические качества, которые не рассматриваются в большинстве тренировочных программ и не развиваются в ходе обычной жизнедеятельности. Даже сосредоточив внимание на наиболее ценных и универсальных упражнениях, мы рискуем не охватить каждое из этих качеств.

Прекрасным примером может служить вращение плеч кнаружи, которое, к сожалению, часто забывается, что особенно прискорбно, учитывая, что большинство из нас проводят 90 % своего времени сгорбившись. Мы проводим долгие дни за компьютером и в телефонах, после чего идем в спортзал и там вновь клонимся вперед. Если же мы тянем снаряды назад, то обычно делаем это, сгибая локти или задействуя широчайшие мышцы.

В общем, даже несмотря на то, что тяга блока к лицу – очень узкоспециальное упражнение с узким кругом преимуществ, оно все равно чрезвычайно ценно, потому что преимущества эти трудно найти где-либо еще. Присмотреться к нему стоит каждому.

То же касается и мобильности грудного отдела позвоночника, особенно когда дело доходит до экстензии (разгибания). Опять же, большинство из нас проводят весь день сутулясь и редко испытывают необходимость откинуться назад. В нашем списке есть несколько упражнений, которые могут решить эту проблему (скажем, индийские приседания). Выполнить несколько мостиков точно не помешает [167], мой любимый – понте из капоэйры [168]. Как говорится, ты молод настолько, насколько молод твой позвоночник!

Понте способствует еще и проприоцепции, мобильности плеч и запястий, силе кора, и это далеко не все!

Другой пример недостающего атрибута – сила прямых рук, которую можно прокачать посредством отжиманий в псевдопланше (для тех, кто пока не готов к полноценному горизонту). А как насчет силы икр? Упражнений, направленных на икры, у нас не так много, а потому мне нравятся прыжки на прямых ногах. Вся сила при этом исходит от икр! Подъемы на носки также подойдут, если прыгать вам негде.

В список можно включить и отжимания на пальцах для развития их силы (отжимания Лалэйна заодно помогут укрепить руки). Отжимания на костяшках укрепляют кости кистей, что просто необходимо для бойцов. Многим было бы неплохо потренировать и шею с применением сопротивления рук.

Если у вас есть хоть немного тренерского опыта, возможно, вы сейчас в замешательстве. Это ж сколько зайцев нам предстоит поймать! Как в таких условиях обеспечить прогрессирующую перегрузку? Как можно развить какую-то одну черту, когда существует так много факторов?

Об этом я говорил в предыдущей главе. Если движение слишком сложное, оно просто не позволит вам утомить какую-либо группу мышц. «Ползущий крокодил» не сделает ваши грудные мышцы гигантскими, потому что вы устанете, прежде чем дойдете до точки, когда это станет возможным. Или начнет провисать ваш корпус. Или «умрут» ваши плечи.

Мы не можем лазать по канату «на объем», потому что рано или поздно неизбежно соскользнем и заработаем травму.

Итак, как же нам упорядочить этот хаос?

Ответ прост. Помещайте самые сложные и требовательные упражнения в начало программы, а те, что попроще, – в конец. Здесь используется подход, аналогичный обратной пирамиде, разве что концентрируемся мы на трудности и утомлении нервной системы, а не только на весе (хотя это все еще важный фактор).

Начать занятия можно с силовых упражнений вроде приседаний или жима лежа, или с чего-то более комплексного, например с ползания или прогрессий горизонта. Затем перейти к упражнениям среднего уровня, таким как отжимания на одной руке или сведения рук в кроссовере. Закончить можно интенсивными отжиманиями и ударами по груше.

Все многосуставные, многоплоскостные и крайне тяжелые упражнения идут в начало. Все, что полегче, изолированное или с замкнутой цепью, оставляем напоследок и применяем с высоким объемом.

Завершающие движения будут казаться сложнее из-за усилий на раннем этапе, но риск травм выше не станет. Более того, мы сможем бросить вызов телу как с помощью мощных, требовательных движений, так и с помощью большого числа повторений и упражнений, направленных на адаптацию.

Еще один мощный инструмент.

В главе 4 я упоминал дроп-сеты как метод преодоления отказа при тренировках с отягощениями – поддержание постоянного напряжения в целевой мышце способствует гипертрофии. Нужно просто снижать вес каждый раз по достижении отказа и продолжать упражнение.

Что ж, оказывается, можно делать то же самое, используя несколько паттернов движений.

В механическом дроп-сете вы просто меняете точную механику движения посреди подхода, когда достигаете отказа. Можно, допустим, выполнять столько отжиманий, сколько сможете, а затем, когда продолжать уже не получается, переключаться на отжимания с колен.

Хотите сосредоточиться на развитии силы пальцев, но беспокоитесь, что отжимания на пальцах не позволят вам нарастить грудные мышцы? Обойти эту проблему можно, выполняя отжимания на пальцах и переходя на обычные отжимания при отказе.

Существует и множество других примеров: список упражнений, подходящих для убийственного дроп-сета, практически бесконечен. Например:

Изометрический жим от груди (6 секунд) > жим лежа (80 % 1ПМ) > отжимания с хлопками > отжимания на одной руке > «крокодил»

Выполняйте каждое упражнение до отказа, сводя паузу между ними к минимуму. Отдохните полноценные три минуты, а затем стартуйте заново. Предупреждаю, будет жестко. Я называю этот сет «перчаткой». Все внимание сосредоточено на одной группе мышц, перерывов нет. А вот отдых между раундами должен быть продолжительным (не меньше трех минут).

Если вашим главным приоритетом является повышение выносливости, то, конечно, вы можете воспользоваться советом из предыдущей главы и построить план метаболической тренировки, направленной на множество различных черт и качеств. Почему бы не начать тренировку с нескольких «перчаток» и не закончить ее метаболическим сетом?

В общем, объединить несколько атрибутов и разработать программу, которая одновременно сложна и безопасна, можно по-разному.

Следующий вопрос – как распределить эти тренировки по неделе. Мы обсуждали сплит жим-тяга-ноги, бро-сплиты и программы «на все тело». Спешу вас заверить, что все вышеперечисленное прекрасно ложится на наш кросс-модальный подход. Можно строить тренировки из упражнений, нацеленных на одну группу мышц, как в примере выше, а можно тренировать все тело с несколько меньшей интенсивностью, но с большей частотой. Или же применить PPL-подход, разделив упражнения на жимовые, тяговые и упражнения на ноги.

Лично я предпочитаю более всеохватывающие программы. Многие из включаемых мной движений по своей природе являются комплексными и многоплоскостными, а потому концентрация на отдельной части тела будет ограничена. Просто убедитесь, что оставляете достаточно времени для восстановления, и всегда прислушивайтесь к своему телу.

Иногда я делаю тренировку на все тело, но с определенным акцентом. Это может быть круговая тренировка, но с несколькими видами жима или с упором на стабильность корпуса. Я называю такие тренировки фокусными.

Умственным тренировкам стоит выделить отдельный день. Конечно, это лишь один из вариантов – можно и начинать утро с медитативных практик и решения мысленных задачек. Или же включить умственную тренировку в общее занятие – скажем, жонглирование или квази-изометрию как форму активной медитации. Медитация сканирования тела может помочь настроиться перед тренировкой и «проверить» мышцы как бы в рамках быстрого техосмотра.

Можно даже решать уравнения прямо во время тренировки!

Либо, как вариант, если вы периодически берете недельный отдых от спорта (стоит делать это примерно раз в полтора месяца, чтобы обеспечить полное восстановление), вы можете целиком посвятить это время тренировкам мозга. Этот же метод хорошо работает и с мобильностью.

Не беспокойтесь, я не забыл ни про интерференцию, ни про спецификацию.

Эффект интерференции означает лишь то, что при тренировке в разных модальностях один тип тренировки часто «мешает» другому. Это распространенный аргумент среди противников функционального тренинга, что уж говорить о гиперфункциональных тренировках!

Простейший пример – тот факт, что тренировки на выносливость и силу друг с другом не вяжутся.

Бег на длинные дистанции приводит к падению уровня сахара в крови, из-за чего растут кортизол и миостатин и падает тестостерон. Из-за этого вы, скорее всего, потеряете часть мышц в результате тренировок. Также тренировки на выносливость увеличивают долю медленно сокращающихся мышечных волокон в ногах, что не в интересах бодибилдеров или пауэрлифтеров, поскольку такие мышцы не только медленнее сокращаются, но и имеют меньшие размеры.

Увеличение же мышечной массы контрпродуктивно, если вы хотите бегать как можно дольше, не перегорая.

Короче говоря, организм пытается адаптироваться сразу к двум вещам!

Эффект наблюдается и в других формах. Еще в самой первой главе я ссылался на исследование, согласно которому пловцы не могут прыгать так же высоко, как нетренированные люди, – просто потому, что они привыкли использовать свои ноги строго определенным образом.

Возможно ли поддерживать два конкурирующих нервных пути? Конечно! Есть много людей, которые очень хорошо владеют двумя инструментами. Если бы пловцы тренировались еще и как прыгуны в высоту, они бы наверняка превосходно прыгали.

Однако они, вероятно, никогда не не достигнут уровня тех, кто посвящает себя исключительно прыжкам. Помимо всего прочего, у профильного прыгуна в высоту просто будет больше времени для тренировки одного-единственного движения.

Итак, нам всем следует заняться чем-то одним, верно?

Как бы не так!

Во-первых: непрофессиональным спортсменам пора перестать думать о том, чтобы быть лучшим в одном деле. Для большинства из нас быть лучшим просто не имеет смысла. Конечно, гоняться за цифрами по-своему весело, но при этом вы упускаете из виду общую картину.

Вам действительно необходимо быть сильнейшим пауэрлифтером в своем зале? Ценой всего остального?

Стоит отметить и то, что существует множество аспектов, в которых противоположные методики дополняют друг друга: даже тренировки на выносливость и бодибилдинг!

Например:

– Тренировки на выносливость снижают частоту сердечных сокращений в состоянии покоя, что способствует анаболизму

– Тренировки на выносливость значительно повышают работоспособность, помогая вам тренироваться дольше

– Тренировки на выносливость и бодибилдинг улучшают кровоснабжение мышц

– Укрепление мышц повышает эффективность бега и, следовательно, помогает бежать дальше

– Тренировки на выносливость сжигают жир, делая мышцы более рельефными

– Оба типа тренировок увеличивают плотность костей, особенно в нижней части тела

Кроме того, оба вида тренинга предлагают бесчисленные адаптации, которые никак друг друга не перекрывают. Так, вы можете ускорить активацию мышечных волокон, поднимая тяжести, и это не окажет никакого негативного влияния на вашу способность бегать марафоны. Также известно, что высокообъемные тренировки с умеренным весом и замкнутой цепью могут повысить эффективность митохондрий в быстросокращающихся волокнах.

В общем, организм будет уникальным образом адаптирован к задачам повышения выносливости и увеличения мышечной массы. Есть целый ряд исследований, в которых участников делили на три группы: одной назначали тренировки на выносливость, второй – силовые тренировки, а третьей – смешанные. В итоге последняя группа все равно набирала массу. В одном из таких экспериментов участникам предлагалось либо кататься на велосипеде для повышения выносливости, либо крутить изокинетический тренажер для увеличения силы крутящего момента, либо делать и то и другое. Поначалу комбо-группа шла на равных с конкурентами как в приросте выносливости, так и в приросте силы. Впоследствии ее члены все же отстали, хотя и продолжили прогрессировать в обеих областях, пусть и более скромными темпами.

Какой из этого вывод? «Одновременные тренировки могут замедлить нормальную адаптацию к обеим программам». Логично, так оно и есть! Но для подавляющего большинства из нас это отнюдь не минус, потому что мы имеем шанс стать одновременно сильнее и выносливее.

Это же замечательно! Проблема подобных исследований в том, что они, как правило, пишутся с точки зрения профессионального спортсмена. Для нас же с вами просто-напросто нецелесообразно добиваться телосложения профессионального бодибилдера. Если вы и достигнете такого размера, то вас ждет одышка при каждом подъеме по лестнице. Огромные габариты затрудняют передвижение, а для того, чтобы быть конкурентоспособным на соревнованиях, необходимы стероиды.

С другой стороны, среднестатистическому человеку не следует стремиться и к форме представителей видов спорта на выносливость, таких как Мо Фара. Фара – невероятный атлет, но при этом он чрезвычайно стройный и легкий, его вес составляет порядка 58 килограммов. Ему будет трудно побороть мужчину стандартной комплекции, а его взрывная скорость, вероятно, не очень велика. Более того, чтобы выйти на его уровень, вам придется бегать столько, что серьезные травмы почти неизбежны.

Вы можете тренироваться, совмещая методики, и при этом оставаться намного сильнее и выносливее большинства людей. Вы сможете догнать уходящий автобус, а если будет нужно, сразитесь с медведем в лесу. Для меня совершенно очевидно, что именно сбалансированное телосложение предпочтительно для обычного человека.

Авторы описанного выше исследования добавляют: «Степень замедления прогресса, вероятно, зависит от характера и интенсивности составленной программы тренировок».

Это еще один момент, который мне хотелось бы подчеркнуть: при грамотном построении своих занятий вы сможете обойти многие ограничения. Например, мы видели, что полезные адаптации, полученные благодаря тренировкам на выносливость, метаболической подготовке и кардио с отягощениями, не оказывают ни малейшего отрицательного влияния на прирост силы.

В этой книге я рассказал вам не одну историю о людях, демонстрировавших чудеса силы и выносливости. Как насчет Росса Эджли, пробежавшего марафон, таща за собой автомобиль? Или невероятных заплывов Джека Лалэйна? Или безумных результатов Тома Платца в жиме ногами? Тренировки такого рода имеют место и в кроссфите.

Тем временем спортсмены-силовики подтверждают, что путем тренировок можно добиться и невероятных размеров, и невероятной силы. Ютубер Jujimufu сложен, как бодибилдер, но при этом выполняет разнообразные сальто и акробатические этюды. Силачи старых времен в своих выступлениях балансировали на руках и показывали разные впечатляющие трюки.

Существуют и другие обходные маневры. Так, благодаря эпигенетике нам известно, что, однажды достигнув определенного уровня силы или выносливости, при необходимости мы сможем вернуться к этой точке с меньшими трудозатратами. Это означает, что вы можете посвятить несколько месяцев наращиванию силы и массы, а затем на некоторое время сосредоточиться на другом навыке. Затем, совместив оба вида тренировок в своем режиме, вы добьетесь прекрасных результатов в обеих областях.

На моем сайте (www.thebioneer.com) представлены обучающие программы, призванные помочь читателям совершенствоваться одновременно в нескольких сферах. Программы получают отличные отзывы, и я сам следую тем же рекомендациям уже много лет. Если вы не умеете писать планы тренировок и хотите получить готовый, попробуйте один из моих. Эксперименты и индивидуальная подгонка приветствуются. Мы ведь все разные!

Наконец, многие виды тренинга в принципе не оказывают негативного влияния ни на какие другие. Ни одна из следующих активностей не вызовет эффект интерференции, а во многих случаях даже поспособствует развитию в рамках выбранного вами вида спорта, будь то марафон или культуризм. Однако большинство спортсменов и обычных людей эти дисциплины почему-то игнорируют.

– Тренировка силы хвата

– Медитация

– Тренировка мозга для лучшей концентрации внимания, оперативной памяти и т. д.

– Мобильность

– Сила прямых рук и другие необычные формы силовых тренировок

– Амбидекстрия

– Сила и подвижность стопы

– Дыхание

– Скорость визуальной обработки

И это далеко не все!

Уж точно я считаю, что каждый должен потратить хотя бы некоторое время на тренировку своего мозга. Надеюсь, я сумел вас в этом убедить.

Я также надеюсь, что смог доказать вам ценность универсальных, всеобъемлющих тренировок. Выбирая лучшее из различных областей спорта и фитнеса, вы можете стать именно тем, кем хотите быть, и раскрыть свой потенциал на сто с лишним процентов.

Тренировки не должны ограничиваться сугубо «базой» или накачкой мышц для привлечения внимания. Я верю, что занятия спортом способны расширить наши горизонты, и нам нужно этим пользоваться.

В этой книге я попытался проиллюстрировать, что любая граница между тренировкой тела и тренировкой мозга на самом деле произвольна. Любые тренировки развивают нервную систему; они все посвящены одной большой пластичной штуке у нас в голове.

Из-за этого имеет смысл подходить к любому режиму тренировок последовательно, не проводя различий между разумом и телом.

Я рекомендую вам рассматривать свою программу тренировок как часть трансформации образа жизни в целом.

Попытки «привести себя в форму» часто терпят неудачу, потому что рассматриваются как некое отдельное усилие, которое мы пытаемся привязать к своему насыщенному и беспокойному образу жизни. Я потерял счет тому, сколько людей с энтузиазмом просили меня расписать им план тренировок, но уже через несколько недель напрочь о нем забывали. Так происходит почти всякий раз, когда мне за это не платят.

Почему? Потому что они не в форме не просто так! Причина заключается в том, что они переутомлены, перенапряжены и перегружены. Если вы, приходя домой вечером, заваливаетесь на диван перед телевизором, это потому, что у вас недостаточно энергии.

Проблема не в нехватке времени, как думают многие (если только вы не можете поклясться, что в этом году не посмотрели ни одного сериала). Проблема в том, что энергия – ресурс ограниченный. Вы не можете просто добавлять и добавлять новые занятия, не исчерпав в конечном итоге силы.

Если вы и так утомлены, с чего вы взяли, что можете просто начать тренироваться по четыре часа в неделю? Добавьте к этому время на поездку в спортзал, душ, стирку формы и даже энергию, необходимую, чтобы настроиться на тренировку.

Если вы действительно хотите стать более здоровой версией себя, вам нужно взглянуть на свой текущий распорядок и расчистить место для спорта. Возможно, вам придется отказаться от неких обязательств или даже от хобби.

Либо же можно изучить энергию как «суперчерту». Как именно вам улучшить сон или снизить стресс, чтобы высвободить больше энергии для тренировок? Вернуть часть энергии можно путем медитации.

Наконец, можно встроить тренировки в свое расписание таким образом, чтобы вы могли развиваться, не делая ничего лишнего. Как по мне, именно этот вариант обладает наибольшим преобразовательным потенциалом.

Таким образом, я считаю, что нам следует внести в наш образ жизни несколько корректив, которые пойдут на пользу нашим тренировкам и другим сторонам жизнедеятельности.

Большинству людей крайне желательно носить «босоногую» обувь. Начинайте потихоньку, особенно на асфальте. Но время пробудить ваши ноги уже настало!

По возможности тренируйтесь на открытом воздухе.

Холодный душ полезен по многим параметрам.

Улучшение сна должно стать вашим приоритетом.

Эти простые изменения послужат базой для развития огромного количества других полезных качеств.

Рассматривая вопрос о приеме добавок, мы вновь поставим во главу угла максимальную отдачу. Витаминным комплексам и питательным веществам, оказывающим благотворное воздействие на мозг и тело, несть числа. Стараться объединить их все – что с помощью диеты, что в виде таблеток – мартышкин труд. Гораздо лучше рассмотреть добавки, которые оказывают положительное влияние сразу по нескольким параметрам.

Вот некоторые вещества, которые, по моему мнению, соответствуют этому критерию:

– Витамин D

– Омега‐3 жирные кислоты

– Лютеин + зеаксантин

– Креатин

– Магний

– Витамин C

– Ашваганда

Тем не менее лучшее, что вы можете сделать для своего рациона, – просто начать потреблять как можно более здоровую, разнообразную и богатую питательными веществами пищу. Эффект, который этот шаг окажет на вашу энергичность, восстановление и даже силу, трудно переоценить.

Если при чтении вы обнаружили, что многих из перечисленных в книге вещей не хватает в вашей программе, то… ну конечно, обнаружили! Наши тела предназначены для постоянного движения и эволюционировали соответствующим образом. Мы бегали по лесным тропам, лазали по деревьям, бросали камни, плавали, дрались. Мы играли, танцевали, жгли костры и готовили. Даже болтая друг с другом, мы приседали. Остальное время мы спали или, по крайней мере, были расслаблены. Мы не проводили долгие часы в напряженном сидячем положении.

Лучшие спортсмены мира тренируются несколько раз в день. Военные по долгу службы отжимаются и подтягиваются от заката до рассвета.

Сорок минут в тренажерном зале с этим не сравнятся. Сорок минут в тренажерном зале не компенсируют ущерб, нанесенный десятилетиями сидения по 9–10 часов в день, – ни с механической, ни с психологической, ни с метаболической точки зрения.

В действительности вам следует тренироваться или отдыхать постоянно. Или, во всяком случае, вы должны все время двигаться и напрягать свой мозг. Необязательно сильно – даже лучше, если это не так.

Мы склонны выкладываться в тренажерном зале по полной, потому что за этот короткий промежуток времени пытаемся компенсировать практически полное отсутствие активности в обычной жизни. Это все равно что попытаться уместить недельный двигательный цикл в несколько часов.

Разумеется, это часто ведет к повреждениям.

К сожалению, так выглядит реальность для большинства из нас. Если вы занимаетесь не физическим трудом, о постоянном движении можно забыть. Начав приседать прямо в офисе, вы рискуете остаться без работы.

Одно из возможных решений – применение микротренировок.

В последнее время микротренировки становятся все популярнее. И популярность эта заслуженна: они могут быть значительно увлекательнее и практичнее по сравнению с более длительными тренировками. При этом они не менее эффективны.

Если вы знаете, как быстро спровоцировать реакцию, качественную тренировку можно вместить в каких-то 10–15 минут. Чтобы вызвать гипертрофию бицепсов, хватает одного хорошего дроп-сета. Три подхода по сто отжиманий за 10 минут вызовут рост и повысят работоспособность ваших грудных мышц.

Трижды пожав свой одноповторный максимум после нескольких разминочных подходов, вы сможете увеличить максимальную силу.

Табата – высокоэффективный метод повышения выносливости и плотности митохондрий, для которого хватит и 4 минут!

Такой тренинг имеет целый ряд функциональных преимуществ. Разбивая тренировки на несколько коротких занятий, вы фактически вызываете повышение метаболизма при каждом подходе. Вы ведь помните, что эффект дожигания сохраняется в течение двух-трех часов после высокоинтенсивной тренировки?

Одновременно с этим вы неоднократно повышаете анаболизм и синтез белка, ускоряя мышечный рост, а также улучшаете кровоснабжение мозга и нейропластичность.

Выполнение нескольких микротренировок в день идеально подходит и для развития мобильности, поскольку в этом деле не так-то легко переусердствовать. Оно идеально подходит для «смазывания нервов» при выполнении тонких низкоинтенсивных упражнений вроде стойки на руках или жонглирования. Формат хорош и для экспресс-медитации и вычислений в уме.

Основная загвоздка здесь – душ. Разве три тренировки в день не означают и три похода в душ? Скажу так: если вы тренируетесь на улице и без верха, то это необязательно. Проблему можно смягчить, делая тренировки очень короткими. Проблема не возникает и в случае упражнений на подвижность или мысленных вычислений (если от счета в уме вы потеете, советую вам немного расслабиться).

Эти микротренировки длиной в 10–20 минут можно использовать в дополнение к более длительным тренировкам, а можно вместо одной тренировки, с тем же объемом работы, но разбитым на более мелкие части. У микротренировок есть и приятный бонус в виде возможности полностью восстанавливаться между упражнениями, благодаря чему становится проще посвящать каждому из них максимум усилий и оттачивать технику.

Существует несколько способов логичной разбивки. Если вы работаете по комплексной программе на все тело, то почему бы просто не поделить каждое занятие на отдельные тренировки для толчков, тяг и ног? Если вы предпочитаете сплит, выберите три разных жима, три разных тяги и три упражнения на ноги и тренируйте их по отдельности.

Звучит утомительно, не так ли?

Как ни парадоксально, на самом деле это далеко не так. Больше того, чем активнее вы двигаетесь и чем активнее задействуете свой мозг, тем вы энергичнее. Конечно, это вдвойне верно в комплексе с расслабляющей медитативной практикой, неделями отдыха, отличным сном и питанием.

Но даже просто двигаясь на всем протяжении дня, вы можете получить столько энергии, сколько и представить не могли.

У многих из нас бывало: планируем вечернюю тренировку, а когда доходит до дела, мы ее откладываем. Почему? Потому что чувствуем вялость и усталость, и сама мысль о движении кажется нам совершенно чуждой. Дело в том, что мы весь день были статичны. Нам не приходилось напрягать мышцы или даже прислушиваться к проприоцептивным сигналам. Наши мышцы как бы отключились, и нам тяжело собрать достаточно энергии, силы и координации, чтобы вернуть их к жизни.

В результате такого небрежения в мышцах образуется слабое остаточное напряжение, которое со временем приводит к утрате сознательного контроля над ними. Создатель методики соматического обучения Томас Ханна называет это «сенсомоторной амнезией».

А вот если вы целый день двигаетесь, проблема исчезает – по сути, вы постоянно разогреваетесь (правда, краткая разминка все же рекомендуется для активации соответствующих путей и настройки соединительной ткани).

Вы не запускаете двигатель непрогретым, а просто переключаете свое внимание на что-то другое.

Еще одна стратегия для «пробуждения» мышц перед мини-тренировкой – так называемая пандикуляция[169].

Вам точно доводилось видеть, как кошки и собаки просыпаются после глубокого сна – они и не думают разминаться. Вместо этого они долго потягиваются и зевают – это и называется пандикуляцией.

По-видимому, пандикуляции имеют явную цель – снять остаточное мышечное напряжение и вместе с тем возобновить поток сенсорных данных. Мы делаем то же, когда зеваем, – на самом деле мы пандикулируем дыхательные мышцы! Аналогичную технику можно применить и для других частей тела: при этом возникает ощущение, будто вы зеваете грудью или ногами.

Освоив этот прием, вы сможете пользоваться им для увеличения запаса энергии, силы и проприоцепции перед всплеском активности. Разминку он не заменит, но зато поможет вам гораздо быстрее почувствовать себя «готовым к работе».

Вооружившись этой точкой зрения, вы сможете рассматривать свои тренировки как набор взаимозаменяемых частей.

Вместо того, чтобы писать план тренировок, попробуйте составить список конкретных качеств, которые вас интересуют. Над чем вы хотите поработать? Какие атрибуты важны лично для вас и ваших целей? Выберите упражнения и методики, которые способствуют развитию физических показателей, связанных с этими атрибутами.

Затем возьмите каждый из этих «кирпичиков» и тренируйте их либо по одному, либо объединяя в более длительные тренировки. Если вы тренируете каждый из них оптимальное количество раз в неделю, не имеет значения, как они сгруппированы.

В то же время можно обеспечить дополнительный прогресс при помощи того, что я называю «побочными тренировками». Я перерыл весь интернет в поисках подобного подхода и, к своему удивлению, ничего не нашел.

Побочные тренировки подразумевают, что мы должны стремиться превратить свои повседневные занятия в возможности для развития. Определив качества, которые нам хотелось бы поднять на новую ступень, мы начнем видеть возможности, открывающиеся нам в обычной жизни.

По сути, так мы меняем свою среду, а она в конечном итоге формирует нас. К этой теме я скоро вернусь.

Как и любому занятому родителю, мне не хватает времени, чтобы начинать день с упражнений на мобильность и десятиминутной медитации. Все эти программы утренних тренировок выглядят очень заманчиво, но лишь в теории. Вместо этого мое утро посвящено играм с дочерью и готовке завтрака, после чего я приступаю к работе. Я обожаю такую жизнь и не променяю ее ни на что, однако у меня почти не остается времени на что-либо еще, и к началу работы я подхожу с тремя часами динамичных игр за спиной.

При этом нет причин, по которым нельзя совмещать игры и спорт! Когда Эмми хочет, чтобы я за ней гонялся, я гоняюсь за ней по дому по-медвежьи или по-крокодильи. Когда я кипячу чайник, а она сидит на своем стульчике, я сжимаю эспандер. Иногда я спонтанно делаю стойку на руках, которую Эмми сопровождает криком «ввелх толмаськами!», после чего сама изображает собаку мордой вниз (она куда гибче, чем я).

Когда Эмми просит нарисовать кота, я делаю это левой рукой, а когда она хочет пособирать LEGO, я играю с ней в глубоком приседе.

Такие возможности предоставляют не только детские игры. Почему бы не поделать подъемы на носки, пока ждете автобус на остановке? Как насчет пятиминутной медитации или десятка приседаний в душе? Почему бы не сбегать в магазин вместо того, чтобы идти пешком?

Я провожу небольшой сеанс открытой медитации и краткую растяжку, стоя под душем. Я всегда чищу зубы левой, неудобной рукой.

Роняя что-то на пол, поднимите это ногами или присядьте за ним пистолетиком. Почему бы не выполнить пассивную растяжку за просмотром телевизора?

Мой единственный совет – вносите такое количество дополнительной активности в свой распорядок с осторожностью. Скорее всего, вы к такому не привыкли, и попытка ускоренной адаптации может привести к травме. Повторюсь: двигайтесь маленькими шажками и слушайте свое тело.

Эта мысль идет красной нитью через всю книгу. Не забывайте, что, хотя первые изменения в мышцах проклевываются уже через 8 дней, структура сухожилий начинает трансформироваться через два месяца. Поторопившись, вы наверняка что-нибудь повредите [170].

Что касается умственных тренировок, то к ним можно отнести все что угодно, лишь бы был правильный настрой. Помните, как нахождение идеального уровня сложности активирует состояние потока? В случае повседневных задач сложность устанавливаете вы сами – на основании собственных стандартов.

Вместо того, чтобы писать заметки абы как, старайтесь писать их как можно более красивым почерком и как можно быстрее.

Читая Эмми книги Доктора Сьюза, я пытаюсь делать это как можно быстрее и с как можно меньшим количеством ошибок (все-таки это не скороговорки [171]). В результате беглость моей речи значительно повысилась, что особенно заметно по моим видео на YouTube.

Прямым следствием стало развитие моего онлайн-бизнеса и, возможно, даже сама эта книга. Видите, как тренировки создают возможности? И насколько действенно изменение настроя и среды вокруг вас?

Приложив правильные усилия, вы сможете научиться чему угодно, и это сделает вас лучше во всем.

Если вы действительно хотите измениться, измените свое окружение.

Надеюсь, что своей книгой я смог продемонстрировать вам чрезвычайную приспособляемость нервной системы и человеческого организма.

Взять хотя бы тараумара, которые способны пробежать свыше 500 километров за двое суток; или детей из народа мокен, меняющих форму хрусталиков своих глаз. Посмотрите, насколько современный человек отличается от своего доисторического предка с когнитивной точки зрения, несмотря на абсолютное биологическое сходство при рождении.

Вспомните обезьян, которые адаптировались к роботизированным конечностям настолько, что стали воспринимать их как неотъемлемую часть себя. Или пациентов, которые приспособились к жизни без половины мозга!

Скажу так: не существует человека «в естественном состоянии» – есть лишь человек приспосабливающийся.

Романтические представления об оптимизированном для нашей биологии образе жизни я считаю ошибочными. Популярная идея о необходимости возврата к своим корням, к более «естественному» образу жизни, предполагает наличие некой последовательности в нашей истории. В действительности же нам довелось обитать в бесчисленном множестве сред, к каждой из которых нам приходилось адаптироваться. Мы жили на деревьях, в пещерах, на открытых пространствах, у моря, а теперь еще и на стульях.

Ни одна из этих сред не была идеальной, а наш нынешний образ жизни не является «неправильным».

Но многие из нас не отдают себе отчета в том, как окружающая среда нас формирует. Таким образом, мы теряем право выбирать, кем хотим быть, и непреднамеренно закрываем глаза на большую часть своего потенциала.

Если мы хотим делать больше и быть лучше, нам нужно себя переопределить. Чтобы это сделать, мы должны осмыслить свою цель.

Мы способны на большее, чем сидеть сиднем.

Если мы желаем добиться реальных изменений, нам следует изменить свое непосредственное окружение так, чтобы адаптация выходила за рамки «тренинга».

Занимаясь отжиманиями два дня подряд, мы беспокоимся, что можем перегрузить грудные мышцы. Но почему-то нас ничуть не беспокоит, что для перемещения своего веса нам приходится пользоваться ногами 24 часа в сутки, 7 дней в неделю. Почему? Потому что наши тела адаптировались к этому требованию. Для нас это норма.

Как я писал ранее, это может даже объяснить, почему у детей такой невероятно пластичный мозг. Их бросили в чужой, совершенно незнакомый мир, и у них нет иного выбора, кроме как адаптироваться. Так начинается период самого активного развития в нашей жизни.

Три часа занятий спортом в неделю – слабая замена такому масштабному погружению. Вы можете спровоцировать небольшие перемены, но при этом останетесь адаптированы к текущей среде и распорядку дня.

Но сделайте этот вызов частью своего окружения, и тогда невероятные перемены станут возможны. Что, если бы вы, хотя бы время от времени, переносили вес тела на руки? Что, если бы вы регулярно задумывались о космосе [172]?

Как мы знаем, иногда достаточно изменить запрос. Запрос может представлять собой попытку читать быстрее и лучше, увидеть больше или прочувствовать работу мышц во время ходьбы.

Двигаясь в течение всего дня, делая сознательный выбор в пользу активности и продуктивности, ставя себе все новые задачи и усиливая сопротивление, вы меняете форму своего общения с окружающим миром и то, как он структурирует ваши разум и тело.

Мне нравится представлять, как могла бы выглядеть идеальная среда для максимизации потенциала нашего тела. Что, если бы мы не подстраивали мир под себя, а создали среду, которая предлагала бы больше задач, игр и возможностей для творческого самовыражения?

Один из простых примеров – стол для работы стоя. А что, если бы вместо лестницы у нас была веревка? Что, если бы для открытия дверей нам требовалась недюжинная сила? Что, если бы ваш будильник требовал от вас решения логических задач?

Что, если бы ваш дверной проем был настолько низким, что вам приходилось бы преодолевать его ползком?

Забавный мысленный эксперимент, верно? Я условно называю его механизмом содействия адаптации [173]. Такая среда не только спровоцировала бы физические изменения посредством препятствования нашему движению, но и автоматически повысила бы нашу нейропластичность.

Конечно, чтобы мы оставались по-настоящему пластичными, окружающее пространство должно постоянно меняться!

Я не могу пойти на столь экстремальные меры, потому что у меня есть жена и дочь, которые и без того считают меня психом. Однако некоторые шаги организовать легко – например, установить перекладину в дверном проеме и брусья для отжиманий в кабинете. Подобные маленькие напоминания о необходимости двигаться могут играть важную роль.

Что еще более важно, вы должны изменить свое взаимодействие со своей средой, сохраняя мотивацию к тренировкам и исследованию своих движений.

Если у вас все получится, вы получите шанс преобразить работу вашего тела и разума. Разве есть форма самовыражения чище этой?

Вот в чем вопрос: кем вы хотите стать?

Вы познакомились с людьми, умеющими плавать под водой по несколько минут, и с людьми, сбегавшими из тюрьмы, согнув железные прутья. Вы видели, как пушечные ядра ловят голыми руками. Встречали мастеров, способных разыгрывать по несколько шахматных партий одновременно… в своей голове. И это и близко не предел: границы наших возможностей поистине фантастичны.

Я не предлагаю вам опробовать каждую стратегию и каждый совет из этой книги. Я даже не говорю, что вам обязательно следует применять более двух-трех типов тренировок из перечисленных мной. Идея в том, чтобы вы выбрали варианты, наиболее подходящие вам и вашим целям.

Совсем не обязательно идти по проторенной дороге – вы можете проложить свой собственный путь.

Почему бы не создать что-то совершенно новое на основе имеющихся методик?

Те, кому это удается, меня по-настоящему вдохновляют. Это те, кто изучает возможности своего тела и находит новые яркие способы этот потенциал воплотить, – все эти Олеги Ворславы, Идо Порталы, Джеки Чаны, Брюсы Ли, Александры Зассы и Гарри Гудини.

Даже сейчас у вас есть возможность предложить то, чего мир доселе не видел.

А пределы нашего сознания изучены еще меньше. Только сейчас мы начинаем осознавать пластический потенциал нашего серого вещества и его способность к изменениям и росту.

Как же изменить свое восприятие, перекроить организацию своих мыслей и усилить способность к реакции и концентрации? Какие новые открытия мы могли бы сделать, какие новые идеи могли бы прийти нам в голову? Исследования показывают, что возможно даже обучиться такому навыку, как синестезия (способность воспринимать несколько чувств в комплексе). Что, если бы Эйнштейн играл в шахматы с завязанными глазами? Что бы он сотворил, еще больше развив свою рабочую память?

Ваше высокопластичное и умеющее приспосабливаться тело позволяет вам стать тем, кем вы захотите. Позволяет тренироваться как супергерой, раздвигая границы возможного.

Мне мало стать сильнее и быстрее. Я хочу научиться двигаться по-другому, и я хочу думать по-другому.

Вот чем для нас могут стать «тренировки». Это нечто гораздо большее, чем просто способ сохранить здоровье или повод для хвастовства в интернете. Тренировки должны служить личным инструментом, при помощи которого мы выражаем себя и выходим за рамки привычного. Вот что такое гиперфункциональность.

Вам не обязательно применять каждую идею из этой книги. Если вы по-прежнему хотите придерживаться часовых тренировок, я пойму! Думаю, большинство из вас так и сделает. Но я надеюсь, что вы, по крайней мере, рассмотрите возможность тренинга по нескольким методикам. Или задумаетесь о том, чтобы развивать не только свое тело, но и свой мозг.

Возможно, вы просто переосмыслите само понятие тренировки и что ей поддается.

Надеюсь, что этой книгой я смог продемонстрировать богатство доступных вариантов. Теперь вам предстоит выбрать варианты по вкусу и решить, кем вы собираетесь стать.

Вот почему я считаю, что человеческое тело – это последний рубеж.