Уильям Шекспир освещает проблему выбора, с которой мы сталкиваемся в начале путешествия – в буквальном или метафорическом смысле: какой курс мы возьмем? Будем ли мы плыть с приливом или дождемся наступления отлива?

В 2002 году Майк Роу совершил судьбоносный прыжок на S-образную кривую – извините за выражение – среди фекалий после внезапного выхода из строя канализации в Сан‐Франциско[13].

Тогда Майк вел программу Evening Magazine, которую сам он в 2020 году называл забавным и довольно банальным шоу на местном телеканале. «Обычно я проводил программу на винодельнях, художественных выставках или в ресторанах, – говорил он, – но мог отправиться в любое место в городе».

Один звонок от матери полностью изменил его планы. Пегги Роу звонила сыну, чтобы поговорить о его дедушке. Карлу Кнобелю, тому самому дедушке и мастеру с большой буквы, был 91 год. В детстве Майк жил с ним по соседству в округе Балтимор штата Мэриленд и во всем брал с него пример. «Твой дедушка не вечен, – сказала Пегги сыну. – Было бы здорово, если бы перед смертью он включил телевизор и увидел, что ты работаешь на настоящей работе».

Майк говорил, что его дедушка «мог разобрать и собрать часы с закрытыми глазами». Майк всегда хотел быть похожим на дедушку, но был скорее его неуклюжим помощником. Так, однажды за работой у дедушки он испортил бетонную смесь. В тот день это был его уже третий прокол. Тогда дедушка Майка сказал:

Карл Кнобель, дедушка и мастер на все руки, рассуждал как настоящий лидер разумного роста. Разговор с матерью о дедушке много лет спустя стал тем самым звоночком. Майк решил принять свою сущность. Он подумал: «Почему бы не вести программу из цеха на заводе, или со строительной площадки, или из канализации?» Тогда Майк обратился в городскую администрацию и получил разрешение на спуск под землю.

Вместе с оператором они следовали за опытным инспектором канализации по имени Жан Крус. Они на собственном опыте убедились, как опасна эта профессия, когда внезапно прорвало боковую трубу, которая соединяла жилые помещения с главной магистралью:

Другой телеведущий на месте Майка выбросил бы пленку, сжег одежду и искупался в отбеливателе. Майк же видел ситуацию по-другому: «Эти кадры попали в мою программу в виде короткого фрагмента под названием “Кто-то должен это сделать”. Конечно, меня уволили. Люди включают любимую вечернюю передачу, садятся за ужин. Они едят мясной рулет, а я ползу по реке из фекалий. Этот фрагмент не вписывался в формат шоу, но мне он очень нравился».

Майку разрешили сохранить отснятый материал. Немногие могли предположить, во что выльется это решение: Майк создал одно из самых рейтинговых реалити-шоу всех времен на десятки миллионов долларов. «Я показал отснятый материал телеканалу Discovery, – сказал он, – Discovery изменил название с “Кто-то должен это сделать” на “Грязная работенка”, и так начался новый этап моей карьеры. Мне было сорок два».

В этом шоу Майк не был наблюдателем; он принимал непосредственное участие в работе свиноводов, сборщиков убитых на дороге животных, специалистов по покрытию крыш горячей смолой, инспекторов канализации в прямом эфире, и все они отвечали на вопрос: «Как бы выглядел мир, если бы никто не выполнял эту работу?» Возможно, он также задавался вопросом, как бы выглядел мир, если бы никто не выполнял работу его деда.

Премьера «Грязной работенки» состоялась в 2005 году. Дедушка Майка был одним из зрителей. Это событие изменило индустрию реалити-шоу. Благодаря ему появились десятки подобных шоу о пилотах на Аляске, охотниках на аллигаторов и многом другом. Если бы не Майк Роу, мы бы не узнали телевидение таким, каким знаем его сейчас. Более значимой составляющей этой работы для Майка является тот факт, что она помогает изменить отношение людей к рабочим и фермерам, которые дают импульс развитию экономики, «работникам важнейших профессий, которые делают за нас всю грязную работу».

До того как репортаж в канализации привел Майка к трем номинациям на премию «Эмми», он следовал изменчивым путем: годы в строительстве («я был настоящим кошмаром на стройплощадке»), годы в опере, еще больше лет в роли ведущего в магазине на диване на канале QVC (его трижды увольняли) и множество небольших подработок на телевидении. Майк вспоминает: «С 1993 по 2001 год я менял работу порядка четырехсот раз: работал на каналах History, Nat Geo, Discovery, вел любые программы, в которые меня приглашали, снимался во всевозможных рекламных роликах, документалках, ток-шоу, пилотах».

Я не говорю, что нужно повторять этот сценарий, но когда вы окажетесь на стадии исследователя, вспомните о Майке Роу. До того как Майк попал в зону наилучшего восприятия в возрасте сорока двух лет, он занимался исследованиями в творческой форме. Эта идея и легла в основу популярного реалити «Грязная работенка».

Исследователь – это первая стадия на S-образной кривой обучения. Пункт назначения – это вершина S, путь к этой вершине – это кривая. Как исследователь, сначала вы потратите время на оценку потенциала различных кривых и принятие решения, на какую из них вы хотите совершить прыжок.

Сейчас я здесь.

Хочу ли я здесь находиться?

Стадия исследователя – это когда вы задумываетесь над пунктом назначения, даже если вам кажется, что пункт назначения сам выбрал вас, как это иногда бывает. Это когда вы проводите предварительную работу, прежде чем приступить к действиям, чтобы не оказаться на вершине S-образной кривой, которая вас вовсе не интересует.

Неспособность провести исследование и сделать осознанный выбор в жизни приводит к кризису четверти жизни, ее середины или даже на восьмом десятке. Вы можете довериться любому приливу, но разумный рост требует, чтобы и капитан, и потерпевший кораблекрушение самостоятельно выбирали себе корабль.

Что вы хотите исследовать? Вы спокойно отказались от мысли, что все еще можете изменить свою жизнь или научиться чему-то новому? Или у вас есть целый список идей, которые вам не терпится осуществить?

Возможно, вы задумываетесь о смене работы, хотите начать бизнес, жениться, завести детей. Или вы увлеклись идеей волонтерства, хотите сделать пожертвование в адрес благотворительной организации или просто планируете отпуск. Вы могли бы взять в руки гитару, освоить приемы игры на ситаре, танцевать чечетку для TikTok, ухаживать за садом, готовить или создавать кулинарные шедевры на летней кухне.

Возможно, вы хотите научиться инвестировать, найти подходящую религию, поклеить обои в комнате или обучить старого пса новым командам. Может быть, вы хотите что-то в себе улучшить – развить терпение и стать более внимательным, жизнерадостным или открытым. Все эти начинания сродни путешествиям: они не могут увенчаться успехом без капитана.

Исследование имеет ключевое значение для любого процесса, поскольку оно помогает нам выбрать один из поразительного множества возможных вариантов. Большинство из нас не страдают от недостатка возможностей. Избыток вариантов парализует и заставляет людей подвергать сомнению любые решения еще до того, как принять их. Несколько десятилетий назад в продуктовых магазинах продавалось около восьми тысяч товаров. Сегодня эта цифра увеличилась до сорока семи тысяч. Барри Шварц, профессор социологии в колледже Свартмор и автор книги «Парадокс выбора», объясняет, что «изобилие выбора может усложнить принятие решений», что приводит к бездействию или переносу принятия решений на более поздний срок из-за неопределенности и разочарования.

Если «вы принимаете решение из-за боязни выбрать что-то одно из огромного множества вариантов (Fear of Better Options), скорее всего, за вашим выбором последует разочарование, потому что вам кажется, что если вы выберете не лучшее, то лучшее ускользнет от вас навсегда»[14].

Если мы даже к выбору стирального порошка подходим чересчур рационально, неудивительно, что принятие сложных решений в отношении образования, карьеры и жизненных целей может привести к эмоциональному выгоранию. Существуют целые отрасли для того, чтобы помогать компаниям выбирать один вариант из множества возможных. Мы сами делаем выбор каждый день.

Взять, к примеру, покупку машины – для решения этой сложной умственной задачи необходимо взвесить все за и против. Что уж говорить, когда дело доходит до принятия особенно важных решений в отношении личной жизни или работы. Префронтальная кора, часть мозга, которая отвечает за выбор одного варианта из множества возможных, не обладает неограниченной вычислительной мощностью и не может бесконечно сопоставлять все, что мы могли бы сделать, с тем, что мы уже делаем. Для этого требуется огромное количество энергии. Чувствуете усталость? Опустошение? Это вполне закономерно.

Помимо этого, мы застываем в страхе. Изучение новой S-образной кривой обучения сопряжено с переживанием неопределенности. Мозг любит узнавать новое, но когда нового слишком много, лимбическая система, функция которой заключается в обнаружении угроз и реагировании на них, подает сигнал тревоги. Эта система отвечает за эмоции и интуицию и обычно называется рептильным мозгом.

Ответом организма на такие предупреждения системы являются стресс (за дело берется кортизол) и состояние повышенного возбуждения (спасибо адреналину), которые заставляют нас преувеличивать негативные последствия событий. «Зачем мне исследовать новую S-образную кривую? В жизни столько всего может пойти не так!» Негативная энергия и страх заставляют нас еще более осторожно относиться к риску. Чтобы защитить себя, мы отвергаем новое (это одна из причин, по которой рептилии не становятся великими руководителями), мы перестаем расти.

Понимание сущности S-образной кривой в целом снижает уровень беспокойства, страха, разочарования и нетерпения, подобно тому, как карта или навигатор помогает нам ориентироваться на незнакомой местности и чувствовать себя уверенно. Это осознание поможет вам стать исследователем и начать свое путешествие.

На этапе исследования все процессы протекают медленно. Это может быть неприятно, и вот почему:

• Время для нас как будто замедляется, когда фокус нашего внимания перемещается на что-то новое. Когда мы преимущественно заняты знакомыми задачами, нам кажется, что время проходит быстро. Нашему мозгу практически ничего не нужно обрабатывать и запоминать. Однако если мы делаем что-то новое, мозг записывает, создает воспоминания о новом опыте. Нам кажется, что время замедлило ход. Это знание частично объясняет, почему в детстве, когда все для нас было в новинку, нам казалось, что время шло медленнее, чем когда мы повзрослели, и мозг сжимает год обычной жизни в несколько запоминающихся моментов[15].

• Принятие решений – это тяжелая работа. Эта часть кривой может быть утомительной. Мы изучаем множество вариантов, чтобы решить, на какую S-образную кривую хотим запрыгнуть, будь то новая роль или новое поведение. Нужно проводить анализ одновременно с нашими обычными повседневными делами, и потому часто пребываем в состоянии когнитивной перегрузки. Это как стоять в пробке.

• Прогресс незаметен. Наш мозг только создает воспоминания и нейронные карты, они пока не готовы. Этот ключевой момент можно продемонстрировать при помощи одной простой аналогии. Я называю ее «кувшинкой обучения». Чтобы прорасти, плоды кувшинок, образующиеся из семян, пускают корни на илистом дне под водой. С самого дна сквозь воду к солнцу тянется стебель. Этим важнейшим первым шагам часто не придают значения – они скрыты под поверхностью и остаются незамеченными. Медленный процесс. Как только стебель достигнет поверхности, на нем появятся уникальные листья круглой формы, а затем и цветы. Тем временем корни уходят глубже в ил, выпускают все больше стеблей, листьев и цветов и формируют целую систему. Буквально так формируется и система нейронных сетей в нашем мозге. Процесс начинается с малого и протекает медленно, почти незаметно, но рост ускоряется по мере того, как развивается наше исследование. Подобно кувшинкам на воде, результаты нашего роста становятся заметными лишь со временем. Источник этого роста в мозге остается скрытым, словно корни, уходящие в самое дно. Но на поверхности мы все равно видим прекрасные цветы. Мы знаем, что развиваются и наши нейронные сети, потому что со временем начинаем замечать результат в жизни. Пока прогресс неочевиден, мы можем чувствовать неуверенность и беспокойство. Почему ничего не меняется? Возможно, у нас начнут опускаться руки. «Мне казалось, что я хочу этого, но, божечки мои, как это сложно!» Возможно, мы даже захотим пропустить этот этап. «Я хочу расти! Зачем мне тратить время на изучение?»[16] Чувствовать себя на дне – это нормально для исследователя. Простое понимание того, что математика S-образной кривой обучения диктует свои правила и какие-то процессы действительно должны казаться замедленными, может снизить уровень беспокойства и нетерпения. Принятие этой идеи позволяет нам сфокусироваться на активном исследовании новой S-образной кривой без разочарований и не отказаться от этой идеи, ведь результаты появятся не сразу.

Марко Трекроче, директор по информационным технологиям Four Seasons, – первый IT-директор этой международной сети отелей класса «люкс»[17]. На протяжении последних лет до того как занять эту должность, Марко часто менял работу. Он занимался разными частными контрактами, какое-то время работал в нескольких небольших предприятиях, но, по его словам, «все это было не то». Этот длительный период исследования был неудобным – медленным, – но в конечном счете плодотворным. Сеть Four Seasons попала в короткий список компаний, в которых Марко хотел бы работать.

Его первым начальником в Four Seasons был Джон Дэвисон, на тот момент финансовый директор. Джон не давил на Марко фразами типа «это нужно было сделать еще вчера», как это делают многие руководители, а призывал его не торопиться, знакомиться с компанией и сотрудниками, параллельно отмечая, что нужно сделать, и выстраивая план в своем темпе. В течение первых шести месяцев Марко налаживал контакты и начал помогать различным отделам и подразделениям сети в принятии важных решений в области IT. Затем появились наброски пятилетнего плана развития.

Одной из первых серьезных задач Марко был выбор нового программного обеспечения для отдела кадров. На момент его прихода в Four Seasons это решение обсуждалось уже больше года. Когда Марко взял на себя руководство, в компании четко прослеживалась тенденция выбора проверенной платформы. Марко же предпочел Workday, относительно новое ПО на основе облачных технологий. Four Seasons стала 178-м клиентом компании. Марко сказал:

Марко считает, что, когда в компанию приходит новый сотрудник, у него возникает ощущение, что «нужно действовать быстро, нужно проявить себя, нужно быстро меняться». Совет его руководителя Джона звучал иначе: «Не торопитесь, налаживайте контакты, знакомьтесь с людьми». Джон, на сегодняшний день генеральный директор Four Seasons и лидер разумного роста, понимал, что Марко находится в точке старта на кривой развития в роли IT-директора, и дал ему время побыть на стадии исследователя, даже если это означало, что он не сразу увидел результаты. Джон был уверен, что в илистом дне прорастут корни.

Чтобы решить, стоит ли и дальше исследовать какой-либо участок, исследователь должен ответить самому себе на эти семь вопросов.

Верю ли я, что смогу их достичь?

Писатель начала двадцатого века Невилл Годдард говорил: «Драма жизни – это психологическая драма, и автор ее – ваши убеждения. Ваши убеждения неизбежно управляют всеми вашими сознательными и подсознательными движениями и фактически диктуют ход событий»[18].

Наше отношение к цели, выражаемое фразой «если получится…», часто указывает на то, что мы считаем цель недостижимой и, что закономерно, не достигаем ее. Если вместо этого человек настроен оптимистично и говорит себе: «Я так счастлив, что у меня все получилось», как будто уже достиг желаемого результата, – он начинает верить, что даже самая смелая фантазия основана на зернышке истины. На стадии исследователя вы спрашиваете себя: «Могу ли я представить себя на этом месте?»

Иногда между мечтой и реальностью существует пропасть, которую нужно преодолеть. Мы знаем, что наши убеждения управляют нашим движением. Так что же мы можем сделать для того, чтобы «если получится» превратилось в «у меня получилось»? Хотя, бесспорно, некоторые цели недостижимы, мы располагаем почти неограниченными возможностями в этой жизни. Главное – верить и действовать исходя из собственных убеждений.

Еще раз процитирую Шекспира: «Делайте вид, что у вас есть добродетель, если ее у вас нет», или, перефразируя:  «Притворяйся, пока не добьешься своего».

В 2000 году Маркус Уитни переехал в город Нэшвилл штата Теннесси[19]. Ему было двадцать четыре года, он бросил Университет Вирджинии. «У меня был годовалый ребенок и беременная жена, и я работал официантом шесть с половиной дней в неделю, – сказал он мне. Его семья жила в крошечной комнатушке. – У меня не было большой свободы действий, мне ничего не давалось легко».

Однако у Маркуса была точка страта: «Когда мне было девять лет, мой покойный дядя Отис, который был программистом в IBM, подарил мне персональный компьютер PCjr… Я выучил язык программирования (BASIC) и освоил основные принципы работы компьютера». В детстве он мечтал стать программистом и считал, что эта мечта могла открыть перед ним путь к лучшей жизни.

Но прошло пятнадцать лет, и его навыки работы с компьютером совершенно устарели. Тогда Маркус начал читать книги по программированию в перерывах между работой в ресторанах. После двенадцатичасовых смен на работе он проводил еще четыре часа дома за компьютером. Он откликался на сотни вакансий, но без особого успеха. Было нелегко визуализировать цель, но почувствовав себя загнанным в угол, Маркус оставил позади множество ненужных рассуждений, которые мешали ему двигаться вперед. В своей книге Create and Orchestrate (с англ. «Создать и организовать») Маркус описывает, как ему удалось преодолеть стадию исследователя, которая отличается столь медленным течением:

Первый заказ как программист Маркус Уитни выполнил по бартеру. Его жене нужна была акушерка, а акушерке нужен был веб-сайт. На том и договорились. Год спустя, в 2001 году, Маркус устроился на свою первую работу в IT. В 2003 году он стал пятым сотрудником в компании, которая занималась рассылками по электронной почте, а позже была продана более крупной фирме. Клинт Смит, основатель компании и бывший руководитель Маркуса, хорошо его помнит: «Маркус всегда был на шаг или два впереди – поэтому именно он руководил всеми инженерными работами».

Несколько запусков, два провала, огромное желание, настойчивость – и двадцать лет спустя Маркус Уитни является основателем Jumpstart Nova, первого в Америке венчурного фонда, который занимается инвестициями в области здравоохранения темнокожего населения. Маркус – генеральный директор Health: Further, компании, которая оказывает консультационные услуги по вопросам стратегии в области здравоохранения, а также соучредитель и совладелец футбольного клуба «Нэшвилл» из одноименного города штата Теннесси, который выступает в высшей лиге.

Если мы готовы проделать тяжелую работу и изменить наши убеждения, мы начнем верить, что наша цель достижима[21]. Вера – это то, с чего начинается путь исследователя.

Существует ли простой способ понять, хочу ли я быть на этой конкретной S-образной кривой обучения? Если я решу остаться на этой кривой, будет ли мой темп на начальном этапе стабильным?

В 2019 году я решила, что хочу стать сильнее физически. Вариантов было много – я могла присоединиться к экспедиции на Эверест, стать бойцом смешанных единоборств в UFC или заняться бегом. Оставим в стороне вопросы целесообразности и реалистичности этой затеи (вряд ли вы можете представить меня в роли бойца UFC) и подумаем, есть ли простые способы понять, хочу ли я запрыгнуть на одну из этих кривых физического развития? Из всех трех вариантов бег, безусловно, самый простой. Я убедилась в этом лично. Я решила бегать пять минут в день в течение недели, чередуя тридцать секунд бега и тридцать секунд ходьбы.

Спустя неделю у меня было достаточно информации, чтобы понять, что я хочу запрыгнуть на S-образную кривую бега, и моей целью стало хотя бы один раз пробежать 5 км. После этого мне нужно было определить свой темп на начальном этапе и понять, как быстро я буду увеличивать время и дистанцию, которые пробегаю каждый день. Пять минут на первой неделе, десять минут на второй неделе, до пятнадцати минут на третьей неделе?

Для меня это было слишком амбициозно. Я хотела сформировать устойчивую и долгосрочную модель поведения, которое эволюционировало бы от сознательного, представляющего вызов, к естественному и автоматическому. Я остановилась на наращивании темпа небольшими шагами – каждый раз увеличивала время бега на десять секунд. Вполне приемлемый уровень усилий. Разум твердил: «Я могу это сделать! Я сделала это вчера!» – даже в те дни, когда мне хотелось просто свернуться калачиком в кресле с одной из наших кошек.

Мне потребовалось около восемнадцати месяцев, чтобы достичь вершины S-образной кривой бега на 5 км, но поскольку я поставила вполне реальную цель в точке старта и уверенно продвигалась вперед, я взяла эту высоту. Теперь я бегаю три раза в неделю. Эта затея переросла в автоматизм. Я больше не думаю о беге как о каком-то отдельном занятии. Я живу этим. Бег – это часть меня[22].

Найдите простые и легкие способы протестировать новые S-образные кривые обучения. Это кажется очевидным, но я обнаружила, что, когда мы чувствуем воодушевление на новые свершения, мы ощущаем необходимость сделать что-то действительно стоящее. Но когда нам нужно навести порядок в голове и освободить место для чего-то стоящего, мы понимаем, что это не так-то просто. Одно это осознание полностью выбивает нас из колеи. С чего вообще начать?

Начните с малого. Определитесь с ожиданиями на начальном этапе и установите шаги роста – пусть эти шаги будут настолько маленькими, что вы победите своего внутреннего прокрастинатора. Каждый пройденный этап – это и есть простой способ проверки. Смогу ли я подняться на вершину этой S-образной кривой? Смогу ли стабильно двигаться вперед в долгосрочной перспективе? Делайте крошечные детские шажки, один за другим.

Даррелл Ригби, специалист в области карьерного консультирования топ-менеджеров, знает, что тестирование на ранней стадии имеет важное значение для успеха любого крупного инновационного решения. Увлечение Даррелла инновациями обусловлено его учебой в Гарвардской школе бизнеса. Там Даррелл чувствовал себя лишним, «изгоем», как он сам говорит[23]. Он поступил в бизнес-школу сразу после университета, хотя большинство студентов в области менеджмента сначала устраиваются на работу в какую-нибудь компанию и уж потом поступают в бизнес-школу.

Даррелл перешагнул этот этап. Прохождение столь важной летней стажировки должно было стать для него серьезным испытанием, и все действительно складывалось не лучшим образом. Он был слишком молодым и неопытным стажером, и его уволили. Затем он взял перерыв. «Одна компания решила дать мне шанс», – сказал Даррелл. Речь идет о престижной консалтинговой компании в области менеджмента Bain & Company. В конце лета Дарреллу предложили работу. Сегодня он является партнером фирмы и возглавляет направление глобальных инноваций и практик гибкого управления.

На протяжении большей части своего пути в компании Даррелл находился в роли опытного исследователя. Его задача состояла в том, чтобы постоянно спрашивать себя: «Как мне сделать свою работу в Bain идеальной?» Шаг 1: изучить идею прорыва в работе. Шаг 2: испытать эту идею. Шаг 3: рассказать руководителям высшего звена об изменениях, которые он хотел бы внести. Компания приветствовала инновации, но нужно было аргументировать свою позицию.

Эти шаги помогли приобрести лидерские качества, необходимые для проведения исследований и испытаний. Например, пятнадцать лет назад Даррелл увидел возможность стать специалистом в области консультирования в вопросах инноваций. Он поделился этой идеей с комитетом управления Bain: «Я сказал: позвольте мне это сделать. Дайте мне шесть месяцев. Если ничего не получится, я с радостью найду другой вариант. Но если все получится, то мы создадим новую платформу, которая сможет принести пользу нам и нашим клиентам». Дарреллу дали добро.

На тот момент Даррелл был ведущим специалистом в направлении розничной торговли в Bain, и он решил заняться внедрением инноваций в предприятия розничной торговли, которые бы позволили бизнесу адаптироваться к новой реальности в условиях стремительного роста онлайн-продаж. Благодаря совместной работе с замечательными людьми (в их числе были Роб Марки и Джимми Аллен), которые были готовы финансировать идеи Даррелла и оказывать ему ощутимую поддержку, последний смог запустить эксперимент, завоевать доверие и в конечном итоге внедрить новаторские методы в деятельность компании Bain.

В процессе изучения лучших способов внедрения инноваций Даррелл узнал о подходе гибкого управления в отделах технологий, который практиковали многие предприятия розничной торговли[24]. Он вспоминает: «Сначала эта идея меня пугала. Не нравился мне весь этот сленг. Я не был уверен, что хочу изучать этот язык, но в конце концов решил, что должен это сделать».

Лидеры разумного роста охотно пробуют что-то новое и запрыгивают на новые S-образные кривые обучения, даже если такой прыжок сложно осуществить. Новая S-образная кривая Даррелла была посвящена тестированию гибкой методологии. С тех пор этот подход лежит в основе практически всех сфер деятельности в Bain[25]. Прошло уже сорок лет, а Даррелл все еще работает на работе мечты.

Известный специалист в области менеджмента и профессор Колумбийского университета Рита Макграт обнаружила, что основная проблема новых бизнес-проектов заключается в том, что непроверенные предположения воспринимаются как факты. Она объяснила мне, что бизнес-лидеры имеют склонность увлекаться проектами или даже зацикливаться на них, не задумываясь о возможных затратах и результатах[26]. «В интересах прибыли лидеры часто недооценивают сложность достижения цели и вместо холодных фактов руководствуются позитивным мышлением».

Такие исследователи не испытывают идеи. Когда на кону высокие ставки, особенно важно сначала провести тест с незначительным объемом обязательств – минимальными затратами, короткими сроками и релевантной метрикой – и только потом нырять в затею с головой.

В достаточной ли мере я знаком с S-образной кривой обучения, которую исследую, чтобы на ней ориентироваться? Есть ли на ней незнакомые участки, которые предстоит освоить?

Исследователи должны рассматривать возможности S-образной кривой как с точки зрения ознакомленности с ними, так и с точки зрения их новизны.

Приобретение ознакомленности помогает вам расслабиться и почувствовать себя в большей безопасности. Однако слишком высокий уровень ознакомленности может означать застой, а вот незнакомое в небольших количествах удивляет, восхищает и может помочь нам продвинуться в новых направлениях. Даррелл Ригби не был знаком с гибкой методологией, но он знал достаточно, чтобы проследить ее связь с другими областями и принять вызов. В больших количествах новизна и неопределенность порождают тревогу и страх.

Исследователи должны понимать, что в точке старта на любой S-образной кривой достижения достойной цели они будут испытывать некоторый дискомфорт, но не избыточный. Психологи используют термин «преждевременная когнитивная фиксация» для определения склонности людей и животных цепляться за знакомые убеждения, даже когда выявляются новые факты. Согласно одному недавнему исследованию, из примерно 6 200 отдельных мыслей, которые появляются у нас в течение дня, новые составляют лишь небольшой процент[27]. На когнитивном уровне мы редко исследуем новые маршруты.

Рассмотрим один эпизод, который иллюстрирует опасность этого явления. Перенесемся в Индию. Мы видим маленького слоненка. Его легко удержать на цепи, прикованной к небольшому столбу, вбитому в землю. Но почему взрослый слон весом под три тонны не срывается с этой цепи?

Слон находится в плену у преждевременной когнитивной фиксации: у меня не получилось сбежать тогда, не получится и теперь. Также и мы можем думать, что изучение чего-то нового – это препятствие, которое практически невозможно устранить. На деле это и не препятствие вовсе, а символический барьер, преодолеть который довольно просто.

В начале 2020 года я взяла интервью у Тары Суорт, нейробиолога и старшего преподавателя Высшей школы управления Слоуна при Массачусетском технологическом институте, бывшего врача-психиатра, которая сказала мне:

Научные исследования свидетельствуют о том, что существует оптимальное соотношение освоенных и новых знаний[29]. Брайан Уззи и Бенджамин Ф. Джонс, профессора Высшей школы менеджмента им. Келлога, проанализировали 17,9 миллиона научных статей за десять лет. Они обнаружили, что уровень цитирования научных статей, которые на 85–95 процентов были основаны на хорошо знакомых источниках и на 5–15 процентов на новых источниках, был в два раза выше. Этот вывод отражает общую тенденцию: люди хотят получать новые знания путем их выведения из уже имеющихся знаний.

То же самое и в музыке: когда автор книги «Хитмейкеры» Дерек Томпсон пытался выяснить, почему песни становятся популярными, он обнаружил, что «девяносто процентов из времени, которое люди посвящают прослушиванию музыки, они слушают песню, которую уже слышали»[30][31].

По тому же принципу строится повествование. Рассказы о путешествиях героев – от «Одиссеи» и до «Властелина колец» – настолько укоренились в нашем культурном сознании, что мы воспринимаем их как что-то обыденное и испытываем потрясение, когда режиссер отходит от привычной сюжетной линии. Это означает, что только в 10 процентах случаев мы слушаем новые песни и смотрим оригинальные фильмы. Немногие из вещей, которые нас окружают, на самом деле нам незнакомы.

Сделайте вывод на основе результатов этого исследования. Обладаете ли вы доступом примерно к 85 процентам знаний, необходимых для покорения вершины S-образной кривой, которую вы исследуете? Хватит ли вам как минимум 5–15 процентов новых знаний, чтобы стимулировать рост и развитие нейронных сетей мозга? Джейми О’Бэнион изучала возможность начать бизнес в косметической промышленности [32].

В ходе исследования она выяснила, что сфера была ей достаточно знакома. Ее отец, доктор Терри Джеймс, известный дерматолог, стал владельцем лаборатории, которая занималась производством косметических ингредиентов, еще когда Джейми училась в начальной школе.

Наука ухода за кожей была обычной темой для разговора в доме, где она провела детство. В подростковом возрасте Джейми сопровождала отца в деловых поездках в лаборатории и на производственные заводы Европы и Азии. Позже она какое-то время подрабатывала моделью и занималась разработкой продуктов и маркетингом в компании отца. Там она познакомилась с передовыми достижениями науки, поработала с учеными, визажистами, креативными директорами и специалистами в области брендов.

С индустрией красоты она была знакома не понаслышке. Но Джейми хотела открыть собственный бизнес. Для этого требовались новые знания, было необходимо развить новые навыки лидерства и управления. Джейми основала компанию BeautyBio, и благодаря сочетанию новых и уже имеющихся знаний ее вложения окупились.

В 2011 году в эфире шопинг-канала HSN компания Джейми представила продукт по уходу за кожей, который был распродан за считанные минуты.

В 2016 году компания представила запатентованный прибор с микроиглами, продажи которого принесли ей четыре миллиона долларов за двадцать четыре часа. Сегодня BeautyBio – это бизнес стоимостью более 100 миллионов долларов. Может показаться, что успех пришел к Джейми в одночасье, но ее путь исследования этой S-образной кривой начался еще в начальной школе. Она находилась в точке старта медленного роста на протяжении двух десятилетий.

Джейми успешно сочетала науку о косметических продуктах и непрерывные инновации, одновременно осваивая такие важные деловые навыки, как составление отчетов о прибылях и убытках. Она использовала имеющиеся знания, получала новые и в итоге добилась впечатляющих результатов на пути разумного личностного роста; вместе с ней по разумному сценарию развивался и ее бизнес. Является ли область знаний, которую вы собираетесь охватить, достаточно новой?

Подходит ли мне эта S-образная кривая обучения? Сочетается ли она с тем, как я вижу себя и как меня видят другие?

S-образная кривая, на которую стоит запрыгнуть, отражает систему ценностей человека, которым мы стремимся стать. Осмысление самого себя, изучение личностью собственных возможностей, которые пока не имеют очевидной связи с настоящим, – это увлекательный процесс. Можно даже сказать, достойный восхищения.

Но это также может означать, что наш привычный круг общения изменится. Окружающие нас люди, в том числе те, кто нам глубоко небезразличен, – семья, друзья, коллеги и сообщество – играют не последнюю роль в формировании нашей личности. Религиозная преданность – яркий тому пример. Если определенная религия занимает центральное место в культуре или истории вашей семьи, даже беглый взгляд на карту различных систем верований может вызвать негативную реакцию со стороны общества.

Освоить новую кривую обучения легче, если она соответствует вашим ценностям. Здесь, опять же, необходим баланс. Если новая S-образная кривая, которую мы исследуем, полностью отражает наши ценности на данный момент, потенциал роста может быть слишком низким. Но если кривая сильно отклоняется от первоначального положения, то цена становления новой личностью может быть слишком высокой. Я не утверждаю, что нужно отказываться от возможностей, когда эти возможности предполагают значительные расхождения. Но мы должны понять, не будет ли этот прыжок стоить нам важных отношений и нашего самоощущения.

Виктор Вутен – музыкант. Он бас-гитарист, участник группы Béla Fleck and the Flecktones, обладатель пяти премий «Грэмми». Первый концерт Виктора состоялся в составе коллектива из пяти братьев, Wooten Brothers Band, задолго до того, как музыкант вышел на сцену «Карнеги-холла». Виктору было шесть лет. «Я в группе с рождения», – говорит он. Старший брат Виктора начал играть на бас-гитаре, когда мальчику было два года. «Музыка – это язык, – утверждает Виктор, – образ жизни».

Сегодня Виктор играет на бас-гитаре, виолончели, контрабасе, гитаре, барабанах, клавишных и ударных инструментах. Он стал преподавателем музыки, затем продюсером, а после владельцем собственного независимого лейбла Vix Records. Мы можем ясно представить, как Виктор Вутен добивается успеха на любом музыкальном поприще.

Но мог бы он, к примеру, написать роман? Вы удивитесь, но он уже его написал. Главные герои Виктора, три музыканта, сражаются с врагом, который пытается уничтожить все музыкальные звуки в мире. Написание романа требовало освоения новых знаний, но творческая составляющая этого процесса и выбранная тематика гармонировали с личностью музыканта.

Тем не менее было бы, наверно, неожиданно и удивительно узнать, что Виктор изучает программирование. Это занятие не согласуется с тем, каким он предстает перед миром, в собственных глазах или в глазах других людей. Это не означает, что он не смог бы стать программистом, если бы захотел. Но он должен быть готов к возможным последствиям на эмоциональном, психологическом и социальном уровнях на фоне такого изменения личности. Свое популярное выступление на TEDx в 2019 году Виктор завершил словами: «Меня зовут Виктор Вутен. Я музыкант». Таким образом герой истории выразил свою личность.

Результат, который я получу, способен покрыть материальные и эмоциональные затраты на масштабирование на новую S-образную кривую?

Исследование связано с постоянным подсчетом затрат и выгод. Карен Картер начинала свою карьеру как стажер в химической компании Dow Chemical Company. Тогда девушка училась на первом курсе Говардского университета. Карен отчаянно хотела получить высшее образование, но понимала, что ее овдовевшая мать не могла позволить себе платить за все четыре года обучения. Пусть Карен и было тяжело одновременно работать и учиться, она была готова заплатить такую цену за осуществление своей мечты.

Она постепенно продвигалась вверх по карьерной лестнице. Сначала ей предложили должность в отделе кадров. Управление персоналом совершенно ее не интересовало. Она отказалась. Вице-президент по персоналу быстро дал Карен понять, что никто не спрашивал ее мнения. У девушки было только два варианта – либо заступить на эту должность, либо закончить карьеру.

Карен не испытывала энтузиазма по поводу освоения этой возможности, но потерять работу в Dow было бы безумием. Эта ситуация подтолкнула ее в нужном направлении. Карен оказалась в экосистеме, в которой ее потенциал был признан. Девушке периодически предлагали новые должности и опыт для личного роста. Кроме того, компания Dow инвестировала в рост Карен в самом прямом смысле: ей оплатили обучение в магистратуре.

Ее неохотное согласие на работу в отделе кадров ознаменовало начало карьеры, которую она и представить себе не могла: сегодня Карен Картер – главный специалист по персоналу и директор по интеграции Dow. Она описывает этот опыт как выход за пределы текущих возможностей.

Руководить работой персонала в компании, штат которой насчитывает более пятидесяти тысяч сотрудников, – это непростая, но плодотворная работа. Лидер разумного роста – это кредо Карен. Реальный рост невозможен в условиях комфорта. По мнению Карен, рост возможен, если жизнь человека переворачивается с ног на голову.

Точнее сказать не «если», а «когда». Человек совершает прорыв, когда срабатывает жесткий, но справедливый принцип «плати вперед»: 1) потерпи неудачу; 2) воспользуйся возможностью роста; 3) поделись ею с другими. Карен развивается сама, развивает своих людей, развивает компанию Dow.

Иногда мы не сами решаем запрыгнуть на S-образную кривую. Обстоятельства или другие люди, которые видят в нас потенциал, дают нам неожиданный толчок. Ход событий может быть спланированным или непредвиденным, вызывать восторг или страх, но вам все равно будет нужно решить, стоит ли запрыгнуть на определенную кривую. Даже если поначалу кажется, что ожидаемый результат не окупит затраченные усилия, если вы похожи на Карен Картер, вы найдете способ сложить цифры.

Отражает ли эта S-образная кривая обучения мое видение?

Исследователи, не пренебрегайте этим вопросом.

В 2007 году я посетила последнее занятие курса «Создание и поддержание успешного предприятия», который преподавал мой наставник, покойный Клейтон Кристенсен. Стоя за трибуной перед восьмьюдесятью лучшими и умнейшими молодыми выпускниками курса в свои последние минуты, он мог бы сказать многое.

Он выбрал тему создания и поддержания счастливой жизни. Он сказал: «Всего через несколько месяцев вы окончите Гарвардскую школу бизнеса и начнете карьеру, которую многие, включая вас самих, сочтут престижной, прибыльной и успешной. Но если вы также хотите жить долго и счастливо, вам нужно знать цель своей жизни».

Эта лекция в последний день занятий в конечном итоге превратилась в выступление на TEDx и книгу под названием «Стратегия жизни», в которой Клейтон делится следующей мыслью:

В конечном счете жизнь измеряется не работой, которую мы выполняем, не временем, которое мы вкладываем, и не результатами, которых мы достигаем. Мерой всему служат цели и действия, которые ведут нас в направлении наших самых искренних устремлений и ценностей, в которые мы глубоко верим.

Почти два столетия назад, всего в нескольких километрах от того места, где жил и работал Клейтон Кристенсен, Генри Дэвид Торо так описал время, проведенное на Уолденском пруду: «Я ушел в лес потому, что хотел жить разумно… Чтобы не оказалось перед смертью, что я вовсе не жил… Я не хотел жить подделками вместо жизни – она слишком драгоценна для этого».

S-образные кривые, которые ломают нас на эмоциональном, духовном или физическом уровне, могут помочь нам расти, но этот рост не будет разумным. Не всякий рост является плодотворным. Не все S-образные кривые ведут туда, куда мы хотим прийти. S-образные кривые обучения, которые мы исследуем и в конечном итоге выбираем, должны отражать мировоззрение человека, которым мы стремимся стать.

Так было и с Анджелой Блэнчард. Более двух десятилетий Анджела занимала пост президента и генерального директора крупнейшей некоммерческой организации по развитию общин в округе Хьюстон штата Техас, Neighborhood Centers (ныне BakerRipley), входящей в один процент лучших благотворительных организаций в Соединенных Штатах.

Анджела занималась в основном поддержкой «людей с низкими доходами, к которым в подавляющем большинстве относились недавно прибывшие иммигранты и люди других наций». Она помогала им найти жилье и работу и получить гражданство США. Анджела считает, что Соединенным Штатам повезло получить идеальных налогоплательщиков для местного бюджета.

Она стремилась помочь людям с адаптацией. «В центре моего внимания на протяжении последних десяти лет, – сказала мне Анджела, – был опыт людей, которые были вынуждены покинуть родные страны в результаты войны и влияния опасных явлений погоды»[34].

Анджела – опытный руководитель, который управлял бюджетом в 300 миллионов долларов, но она предпочитает описывать свою работу одним словом: служба. Ее главная цель и предназначение в этом мире – помощь тем, кто потерял все. Как старший научный сотрудник по международным и общественным связям Брауновского университета, Анджела заявляет, что она «одержима» идеей привлечения внимания общественности к историям иммигрантов.

«Истории этих людей должны напомнить нам о человечности, – говорит она, – потому что… Все мы, по сути, потерпели кораблекрушение, пытаясь во всем этом разобраться вместе». Анджела проживает свою жизнь, следуя принципам разумного роста, отчасти потому, что ее опыт и ее основные ценности полностью совпадают.

Может показаться, что Анджеле все далось легко. У нее сформировано такое четкое представление о собственной личности и ценностях, что стадия исследования вряд ли была сложной. Но оценивать, соответствует ли та или иная возможность нашим ценностям, обычно легко на словах и чрезвычайно трудно на деле.

Мы сложные существа, и наша система ценностей не всегда подчиняется простым правилам иерархии. У нас есть заявленные, озвученные публично ценности. Мои, например, заключаются в обретении мудрости (разумно применять знания), росте (подрасти на несколько сантиметров я уже не смогу, но зато я могу накапливать ресурсы и делать хорошие дела) и любви у Бога (жить по небесным законам) и людей (относиться к окружающим с уважением)[35].

Но у нас также есть скрытые или «теневые» ценности, которые спрятаны от глаз широкой публики. Мы живем и теми, и другими. Заявленные ценности могут выражать то, чего мы действительно хотим, но часто они выражают лишь то, чего, по нашему мнению, мы должны хотеть.

Например, мы могли бы публично выразить мнение – даже искреннее – относительно того, как высоко мы ценим командную работу, но тогда неизбежно возникает конфликт между командным духом и нашим стремлением к личному признанию, продвижению по службе или получению руководящей роли, которое этот дух подрывает. Исследователи должны признать тот факт, что хотеть чего-то можно по-разному. Можно стремиться к чему-то искренне и ставить это стремление выше других непризнанных ценностей, а можно «хотеть» чего-то просто потому, что так принято.

Исследователь должен глубоко копать в том, что касается теневых ценностей. Стремление к личному признанию, например, может быть связано с тем, что в детстве у человека не было выдающихся достижений и он не находил одобрения у окружающих. Так у него сформировались теневые ценности: необходимо ладить с одноклассниками, но быть уверенным в своей победе. Мы часто принимаем скрытые ценности по умолчанию. Они определяют наш выбор, но мы стараемся их скрывать, поскольку они социально менее приемлемы и продуктивны, чем наши заявленные ценности. Теневые ценности могут находиться в тени сознания, но проявляться в поведении.

Выявление теневых ценностей и устранение когнитивного диссонанса, вызванного сосуществованием двух противоречивых типов ценностей, имеют важное значение в исследовании. Теневые ценности появляются у нас всех – как защитная реакция. Но если такие ценности оставить без внимания, они могут перерасти в нечто, что будет препятствовать нашему росту и росту тех, кто нас окружает. Они подобны раковым клеткам и сорнякам; и то и другое растет за счет здоровых экосистем. Вполне понятно, что мы хотим, чтобы менее социально приемлемые ценности оставались в тени, и все же то, чего мы избегаем или даже от чего бежим, почти всегда является прекрасной основой для серьезного роста.

Знайте свои теневые ценности. Определите, какие черты вашей личности подпитывают их, или попробуйте установить, какие события вашей жизни послужили отправной точкой для формирования этих ценностей. Затем выведите их из тени. Так вы сможете одновременно воздать должное опыту, благодаря которому эти ценности сформировались, и уменьшить их давление на свою жизнь[36]. Обозреватель New York Times Дэвид Брукс так описывает парадокс роста с ориентацией на ценности:

Знаю ли я ответы на вопросы «зачем я живу» и «зачем совершать прыжок на новую S-образную кривую обучения»? Связаны ли ответы на эти вопросы?

В 1980 году Джон Макки стал соучредителем компании Whole Foods Market. Небольшой магазин здоровых продуктов SaferWay в родном городе Джона Остине штата Техас впоследствии превратился в гиганта органической пищевой промышленности. К 2000 году Whole Foods стала безусловным лидером на рынке здорового питания. Тогда же начала набирать обороты розничная торговля в интернете.

Компания Джона не отставала от новой реальности. Whole Foods приобрела бизнес по доставке витаминов по почте со штаб‐квартирой в городе Боулдере в штате Колорадо, чтобы, по словам Джона, сделать его «собственной платформой для электронной торговли». Он и его жена переехали в Колорадо, чтобы заложить основу для успешной реализации этой инициативы.

По возвращении в Остин год спустя Джона ждала неприятная новость: руководитель высшего звена, который исполнял обязанности Джона в его отсутствие, собирался вытеснить его с поста. Эту идею поддерживали и некоторые члены правления. Джон был единственным генеральным директором компании за всю историю ее существования, а теперь правление собиралось решить, не пора ли его отстранить от должности. «Я беспокоился о том, как пройдет встреча, потому что не знал, чем она закончится. Но я попал в этот бизнес, и это можно объяснить только наличием индивидуального духовного опыта. Я осознал, что моя высшая цель состояла в том, чтобы заниматься развитием компании Whole Foods. Момент для моего ухода был неподходящий».

Это прозрение стало ответом на вопрос «зачем». Тогда Джон понял, что Whole Foods для него – это больше, чем работа. Это было его целью. Джон пережил заседание правления. Он по-прежнему единственный генеральный директор компании, хотя прошло уже сорок лет. Но этот случай, когда он был так близок к увольнению, изменил его мировоззрение. С этого момента Джон задался целью стать более вовлеченным и сознательным лидером.

Спустя несколько лет после этих событий в письме для всех подразделений компании он объявил, что сокращает свою годовую зарплату до одного доллара и отдает свой портфель акций на благотворительность: «На данном этапе жизни я больше не хочу работать за деньги, я хочу работать ради удовольствия, ответить на этот порыв, который я так ясно чувствую собственным сердцем». Позже Джон установил максимальный предел зарплаты руководителей Whole Foods, создал фонд срочной помощи для нуждающихся сотрудников и начал финансировать некоммерческие организации, занимающиеся вопросами защиты животных, устойчивого сельского хозяйства и здорового питания.

Если речь заходит о подлинном росте, знать точный ответ на вопрос «зачем» необходимо. Вы осознаете цель своей жизни. Вы посвящаете время и усилия областям, которые способствуют достижению цели. И, когда вы вырастете сами, вы сможете помогать расти окружающим. Когда Джон сосредоточился на собственном росте, расти начали и его сотрудники, и компания. В 2000 году акции компании торговались по цене 5 долларов за штуку.

В 2017 году цена одной акции выросла до 42 долларов, а лидер розничной торговли Amazon собирался купить Whole Foods за более чем 13 миллиардов долларов. Джон Макки – хрестоматийный пример силы вопроса «зачем» в действии, даже несмотря на то, что герой истории был вынужден искать ответ на этот вопрос в критический, напряженный момент и в сжатые сроки.

Рассматривая новую возможность для роста, подумайте о том, что вами движет – зачем вы делаете то, что делаете. Как выразился американский писатель двадцатого века, поэт, эссеист и экологический активист Уэнделл Берри: «В мире полно мест. Зачем я здесь?»

Изучение моего «зачем» помогло мне осознать, что я не буду заниматься инвестициями до конца жизни. Эта мысль стала для меня настоящим откровением. Я хорошо разбиралась в торгах на бирже. Я могла бы построить достойную финансовую модель. Мне нравилось называть себя инвестором. Я чувствовала свою важность. Такой была моя личность.

Но я никогда не думала о рынке, когда в этом не было необходимости. Гораздо больше меня интересовали инвестиции в людей. Например, в 2002 году, еще будучи биржевым аналитиком, я прочитала статью Тома Питерса The Brand Called You, опубликованную пятью годами ранее. В то время начинала набирать популярность программа «Американский идол». Я решила начать одну из наших встреч по обучению для команды с разговора о том, что у каждого участника «Американского идола» был личный бренд – дива, большой ребенок, чудак. Затем я попросила каждого аналитика подумать о собственном бренде. Кого они представляли – финансовых брокеров, отраслевых экспертов, консультантов? Мне очень понравилось готовить эту презентацию. Я проводила каждую свободную минуту, размышляя об этих идеях и их значении для моих коллег. А мне за это вообще-то не платили.

Пять лет спустя я занималась инвестициями вместе с Клейтоном Кристенсеном и постепенно совершала переход к тому, чем я занимаюсь сейчас, на подсознательном уровне. В личной беседе директор по связям с общественностью Фонда ООН Хрисула Винегар сказала мне: «Вы не просто инвестируете в акции, вы инвестируете в людей и их мечты». В точку. Ответ на мой вопрос «зачем». На меня будто сошло озарение. Эта мысль отражает мою более глубокую цель. Когда я общаюсь с человеком, я хочу инвестировать в него свои ресурсы – чтобы он смог понять, кто он и кем может стать, не только в профессиональном, но и в личном плане, как отдельная единица.

Для тех, кто еще не знает ответа на вопрос «зачем», Саймон Синек составил превосходное упражнение[38]. Спросите людей, которые хорошо вас знают, что им в вас нравится и что для них значат отношения с вами. Если вы получите от них откровенные и прямые ответы, они помогут вам определить цель вашей жизни.

S-образная кривая обучения – это карта, которая в наглядной форме представляет вехи вашего пути роста, точки финиша и старта. Вы еще не знаете, останетесь ли вы на этой конкретной S-образной кривой, ведь есть так много возможных вариантов для исследования, но вы знаете, что выбираете рост.

Английский писатель девятнадцатого века Сэмюэл Джонсон сказал: «Польза путешествия – это возможность приспособить свое воображение под реальность, и, вместо того чтобы думать, каким все должно быть, видеть все так, каким оно есть». Так же и исследования помогают приспосабливать наши мечты и стремления под реальность, что делает достижение успеха более вероятным и не дает нам пуститься во все тяжкие под действием неосведомленного энтузиазма.

Тщательное исследование потенциала S-образной кривой поможет вам сделать правильный выбор, если ваша решимость пошатнется на этом пути. Эта мысль подводит вас к последнему и решающему набору вопросов исследователя: почему не эта S-образная кривая, почему не я, почему не сейчас?

Кажется, что это простые вопросы, но это не так. Разумный рост требует самоотверженности, дисциплины, упорного труда, ставит перед нами множество задач и проверяет наше терпение. Мы терпим неудачи, за которыми неизбежно следует разочарование. Но процесс исследования может защитить нас от более вероятных и менее желательных последствий, которые не являются результатом вдумчивых и преднамеренных действий.

Могу сказать по личному опыту. В жизни и карьере мне в какой-то мере благоволила судьба. Были и такие S-образные кривые, которые казались мне поистине проклятыми, отчасти потому, что я не проводила предварительных исследований. Одной из таких кривых было решение инвестировать в стартап по созданию журнала более десяти лет назад. Это была мечта моей подруги, а мне нравится вкладывать деньги в мечты и в друзей. Ее идея показалась мне перспективной, и я самозабвенно бросилась в точку старта. О новом журнале написали в New York Times, и в течение нескольких месяцев он собрал внушительную аудиторию – более ста тысяч подписчиков. Огромный успех.

Но не тут-то было. В своем энтузиазме запрыгнуть на эту кривую я совершенно забыла про должную осмотрительность – исследование, которого требует стратегия разумного роста и значение которого описано в этой главе. Несмотря на значительные финансовые вложения в проект, особого влияния на его течение я оказать не могла. Мы не составили бизнес-план («разберемся по ходу дела») и не выработали процесс принятия сложных решений.

А их было много: стратегическое направление, бюджет, наем персонала, обложка, тираж и многое другое. Мы не обозначили путь к прибыльности. У нас часто возникали конфликты, что негативно сказывалось на нашей дружбе. Финальной точкой наших отношений стали проблемы с деньгами: когда бизнес рухнул, умерла и дружба. Я потеряла не только друга, но и огромную сумму денег, из-за которой моя семья оказалась на грани разорения. Нам потребовалось несколько лет, чтобы оправиться.

Что еще хуже, этот эпизод сильно повлиял на мой брак. Муж всегда поддерживал меня и был моим главным советником, но в этом случае я не вводила его в курс дела до тех пор, пока не запрыгнула на кривую. Это стало огромной ошибкой, потому что сбор ресурсов – особенно нематериальных – в нашей экосистеме является важнейшим этапом заблаговременной подготовки в точке старта (подробнее об этом в следующей главе). Мой муж заметил некоторые предупредительные знаки, которые я беззаботно проигнорировала в энтузиазме и спешке. Другая подруга, которая должна была сыграть ключевую роль в этом стартапе, неоднократно говорила мне: «Тебе нужен четкий бизнес-план, особенно в отношении процесса принятия решений», но я упорно отказывалась ее слушать. Потребовалось некоторое время, чтобы реанимировать самые важные для меня отношения.

Из этой сокрушительной неудачи я вынесла ценный урок и сделала важные выводы – эта затея была колоссальным провалом, который затронул мои отношения и финансы, чувство собственного достоинства, пошатнул мою уверенность в себе. Одним из ее долгосрочных результатов стала эта книга. S-образные кривые – это вершины, а восхождение на вершины сопряжено с опасностями. Цель исследования состоит не в том, чтобы устранить эти риски; это было бы слишком амбициозно и, вероятно, невозможно. Но детальное исследование позволит снизить риски и создать оптимальные условия для роста.

Хотя мы можем масштабировать несколько S-образных кривых обучения одновременно, иногда нам приходится выбирать между ними, с чем нам также поможет исследование.

В 2015 году и мне пришлось сделать такой выбор. Реализация концепции S-образной кривой лидера мнений стала возможной в 2012 году, когда я опубликовала статью «Как совершить личный прорыв» в Harvard Business Review, а эта идея в процессе переросла в книгу. Я готовилась к ее изданию; открывались все новые возможности устных выступлений, рос спрос на коучинг. Бизнес-модель обретала форму.

Тогда же вместе с Кей Копловиц и Эми Уайлдштейн мы работали над созданием фонда для поддержки женщин-предпринимателей. Это была еще одна точка старта; мы бились в попытках найти правильную модель, чтобы преодолеть скептическое отношение к инвестициям в женский бизнес. Они были опытными партнерами – мне нравилось с ними работать.

Однако становилось очевидным, что мне нужно было сделать выбор.

Вариант А – сделать личный прорыв и построить бизнес.

Вариант Б – заниматься инвестициями с Кей и Эми.

Не то чтобы я не могла делать и то, и другое. Но, учитывая активное участие, которого требовал каждый из этих вариантов, было бы неразумно находиться в точках старта на этих двух кривых одновременно. Помню, как мы обсуждали этот важнейший вопрос с ответственным инструктором Филом Холбертоном. Фил сказал, что мне придется выбирать.

Я встрепенулась и ощетинилась. Я знала, что он был прав, но не хотела этого слышать. В течение почти года я продолжала попытки воплотить в жизнь обе мечты. Наконец, мягко вмешался мой муж, правдоруб: «Тебе нужно сделать выбор». Я прислушалась.

Фонд Кей и Эми – Springboard Growth Capital – успешно осуществляет свою деятельность и инвестирует в RealReal, Hint Water и другие компании. Работа фонда отвечает на мой вопрос «зачем» – инвестиции в людей. Это партнерство подходило мне по многим причинам. Я до сих пор чувствую легкую грусть, когда говорю об этом. Начался прилив. Корабль ушел, оставив на берегу мои желания. Я так и не взошла на борт. Но никто из нас не может заходить в каждый привлекательный порт.

Как только я приняла решение сосредоточить усилия на одном деле, а не распылять их по многим направлениям, я начала стремительно продвигаться по выбранной S-образной кривой. В последующие месяцы я встретила Эми Хамбл, которая в конечном итоге станет президентом компании Disruption Advisors. Мы вместе находимся на пути к тому, чтобы научиться инвестировать непосредственно в людей – это наша S-образная кривая обучения. Это прилив, с которым я выбрала плыть.

S-образная кривая обучения – это мощный инструмент, который поможет вам найти собственное местоположение на карте роста. На этой карте размещен крестик и надпись «Вы находитесь здесь». Подобно тому, как топографическая карта подсказывает вам, как будет выглядеть незнакомая местность, S-образная кривая обучения помогает вам более четко понять, какие шаги нужно предпринять для достижения поставленных целей – покорения вершины S-образной кривой.

На этом пути вы проходите множество этапов, которые отражают ваш прогресс. Независимо от того, с какой скоростью вы проходите стадию исследователя – она может длиться две недели или два года, – эта глава станет вашим руководством в этой точке цикла роста. Чем больше вы знаете об исследовании, тем выше ваш потенциал в области исследования.

Первый этап на S-образной кривой обучения – это исследование. Каждый сталкивается с необходимостью выбора нового курса. Исследование новых возможностей, первые шаги на пути к личностному и профессиональному росту – это не просто мыслительный процесс, это настоящая эмоциональная встряска.

Вы получите как положительные (радость от открытия, азарт от новых возможностей), так и отрицательные (дезориентация, беспокойство, подавленность, нетерпение) эмоции. Вы исследуете неизвестное и решите проблемы, связанные с неопределенностью. У вас возникнет много вопросов. Вы будете усваивать новые знания быстро, но процесс обучения будет казаться вам долгим. Это обычная история. Вам будет так некомфортно, что у вас может возникнуть желание все бросить или наоборот, побыстрее перешагнуть на следующий этап. Но не спешите – иногда нужно сделать шаг назад, чтобы потом сделать два шага вперед, и замедлиться, чтобы ускориться.

Наша жизнь нередко складывается из параллельных и взаимосвязанных S-образных кривых, но если вы запрыгнете на несколько кривых одновременно, вы не добьетесь успеха ни на одной из них. Рано или поздно вас накроет волной накопленного стресса. Залогом успеха на новых S-образных кривых является терпение и настойчивость.

Эта стадия разумного роста сопровождается множеством вопросов, которые помогут вам в исследовании. Задайте себе следующие вопросы, прежде чем запрыгивать на определенную S-образную кривую. Продолжайте задавать их на протяжении всего пути и по его завершении, и тогда вы сможете выявить закономерности и достичь успехов в будущих начинаниях.

• Поставленные цели достижимы? Верю ли я, что смогу их достичь?

• Легко ли испытать идею? Столкнусь я с трудностями при получении полезного опыта для принятия обоснованных решений и анализа достигнутого прогресса?

• Являются ли эти знания одновременно новыми и уже освоенными? В достаточной ли мере я знаком с S-образной кривой обучения, которую исследую, чтобы на ней ориентироваться, и есть ли на ней незнакомые участки, которые предстоит освоить? Найдите оптимальное соотношение между новыми и освоенными знаниями.

• Этот путь отражает мою личность? Подходит ли мне эта S-образная кривая обучения? Сочетается ли она с тем, как я вижу себя и как меня видят другие?

• Окупит ли ожидаемый результат затраченные усилия? Результат, который я получу, когда покорю вершину новой кривой, способен покрыть материальные и эмоциональные затраты? Этот путь соответствует моим ценностям? Отражает ли эта S-образная кривая обучения мое видение? Вступает ли эта идея в конфликт с моими теневыми ценностями? Этот путь ведет меня в направлении моих самых искренних устремлений?

• Знаю ли я ответ на вопрос «зачем»? Знаю ли я ответы на вопросы «зачем я живу» и «зачем совершать прыжок на новую S-образную кривую обучения»? Связаны ли ответы на эти вопросы?

Не в каждой луже может вырасти кувшинка. Растению нужны достаточно места, подходящая глубина, солнечный свет и питательные вещества. Так и человек всю свою жизнь пребывает в поиске благоприятных условий для роста – труда, в котором смогут прорасти корни и побеги новой S-образной кривой.

Найдите время для исследования и анализа в точке старта на новой S-образной кривой обучения. Составьте карту пути. Найдите подходящую возможность. Смело задавайте вопросы. Проявите принципиальность. Примите на себя роль исследователя.

Предприниматель Микейла Ульмер и ее компания по производству лимонада Me & the Bees – классический пример успешного стартапа. В начале 2020 года стоимость этой компании составила 13 миллионов долларов[39].

В 2009 году Микейла начала продавать лимонад, приготовленный по рецепту прабабушки. В его состав входил мед, собранный в городе Остине штата Техас. Она продавала лимонад у себя во дворе и на местных ярмарках. Вскоре и бар по соседству захотел продавать своим посетителям лимонад Микейлы. Производство лимонада достигло крупных масштабов. Ассортимент пополнялся новыми вкусами.

Шесть лет спустя Микейла совершила прорыв: она приняла участие в популярном реалити-шоу «В бассейне с акулами». Она успешно представила свой бизнес и получила инвестиции в размере 60 000 долларов от Дэймонда Джона. Компания Me & the Bees стремительно переместилась из точки старта в зону наилучшего восприятия. В следующем году Микейла заключила сделку на 11 миллионов долларов по размещению ее продукции в пятидесяти пяти магазинах сети Whole Foods Market. К 2019 году лимонад Me & the Bees можно было купить в пятистах магазинах.

Компания продавала более 360 тысяч бутылок в год. Микейла также занялась выпуском брендированных товаров – головных уборов, футболок, фирменного бальзама для губ и сумок с логотипами. Микейла активно поддерживает инициативы по спасению пчел и направляет 10 процентов от вырученных с продаж средств в свой фонд Healthy Hive Foundation, который занимается восстановлением популяции пчел в Америке[40]. В 2020 году Микейла опубликовала вдохновляющую книгу «Bee Fearless: Dream Like a Kid» («Будь бесстрашным: мечтай как ребенок»).

На тот момент ей было пятнадцать лет.

Она еще не получила право водить машину, но уже достигла головокружительного успеха и стала одним из 30 самых влиятельных подростков мира по версии журнала Time. Как такое могло произойти?

Пара пчелиных укусов подтолкнули Микейлу на этот шаг. Когда ей было четыре года, ее дважды за неделю ужалили пчелы. Родители понимали, что у девочки может остаться травма на всю жизнь, поэтому они научили ее не бояться пчел, а изучать их повадки. Микейла узнала, что пчелы играют важнейшую роль в нашей экосистеме, так как они опыляют пищу, которую мы едим. Она узнала о том, как сократилась численность пчел в США за двадцать лет[41]. Она основала компанию. Она не думала о боли от укуса. Она собирала данные.

Собиратель – это вторая стадия на S-образной кривой обучения. Исследователь использует умственные и эмоциональные способности, чтобы исследовать возможности. После выбора определенной S-образной кривой исследователь становится собирателем. Путь разумного роста на этой стадии предполагает сбор количественных данных, в основе которых лежат факты, и качественных данных, в основе которых лежит опыт. Так собиратель пытается понять, следует ли оставаться на выбранной S-образной кривой[42].

Может быть нелегко заметить прогресс. Эта стадия все еще протекает медленно. Успехи Микейлы впечатляли, но постепенно она достигла важного рубежа. На стадии собирателя человек начинает понимать, получает ли он в своей деятельности импульс, необходимый для дальнейшего роста. Об этом мы поговорим подробнее в следующих главах. А пока знайте, что постоянное отсутствие импульса на S-образной кривой свидетельствует об одном – настало время двигаться дальше.

Нежелание вкладывать свои ресурсы в новую S-образную кривую из-за риска понять спустя время, что на самом деле она нам не подходит или не перспективна, – это нормально и даже разумно. Но также верно и то, что к моменту взросления мы не решаемся даже подумать о S-образных кривых, которые могут быть нам доступны.

Мы смотрим на мир через призму опыта, который успели накопить, – находимся в плену у преждевременной когнитивной фиксации. Мы принимаем только заранее определенный набор фактов, согласно которым: 1) мы уже сталкивались с неудачей раньше; 2) мы, скорее всего, столкнемся с неудачей снова; 3) мы уже узнали все, что нужно, или все, что можно узнать. Восприятие становится реальностью, а рост заканчивается там, где начинаются гордость и тревога или, другими словами, страх неудачи и позора.

Когда мне было примерно восемь лет, в одной из комнат в доме бабушки и дедушки я увидела пианино и бабушкин самоучитель игры на пианино для взрослого. Днем она работала воспитательницей в детском саду, а ночью училась играть на пианино. Помню, мне казалось, что бабушка была очень, очень старой – ей тогда было чуть за шестьдесят. «Глупая бабушка», – думала я. Почему-то тогда у меня появилось убеждение, что учиться должны только дети – именно для этого они ходят в школу и берут уроки музыки.

К счастью, с тех пор мои представления о росте изменились. Профессор психологии Стэнфордского университета, ученый‐новатор Кэрол Дуэк впервые использовала термин «установка на рост». Тот факт, что вы читаете эту книгу, уже может говорить о том, что у вас есть установка на рост или вы бы хотели ее сформировать.

У большинства из нас есть установка на рост – до определенного момента. Исследования в области когнитивного развития детей позволяют Кэрол сделать вывод о том, что люди с «установкой на данность» считают, что они представляют собой известную величину[43]. Их интеллект и способности заранее предопределены – выше головы не прыгнешь. К тому же они не хотят выглядеть глупо. А люди с установкой на рост понимают, что талант и способности можно развить, если прикладывать усилия, учиться у хороших учителей и проявлять настойчивость. Они не считают, что все обладают одинаковыми исходными данными или что любой человек может стать Эйнштейном, но они верят, что каждый может стать лучше, если будет стремиться к этому.

Стадия собирателя помогает человеку понять, подходит ли ему выбранная кривая на определенном этапе жизни.

Четырехлетняя Микейла как раз занималась собирательством. Она собрала базовую информацию о пчелах и дополнила эту информацию жизненным опытом. Папа помогал ей на кухне и делился знаниями в отношении бизнеса. Мама помогала Микейле с продажами (еще один пример лидеров, поощряющих разумный рост). Собирайте больше информации. Полагайтесь на факты.

Дети прекрасно ориентируются на S-образных кривых, потому что незнание их не пугает. Для ребенка все незнакомо и существует для того, чтобы это открыть. Они склонны принимать импульсивные решения: слишком быстро переходят к действиям, жадно хватаются за каждую новую выдумку.

Родители Микейлы помогали ей продвигаться медленно, но верно. Она вышла из стадии собирателя в нужное время, попала в «бассейн с акулами» только тогда, когда была к этому готова. Участие в таком реалити – это серьезная заявка. Половине участников шоу не удается получить сделку[44]. Звездные инвесторы задают трудные вопросы. Они настроены скептически и критически относятся к конкурсантам.

Поэтому Микейла сначала обратилась с этой идеей к осмотрительным родителям и убедила их в том, что не нужно оберегать ее от разочарований. Несколько месяцев семья готовилась к шоу и репетировала выступление Микейлы. Сбор данных не прекращался ни на минуту.

Осмотрительность – это не страх. Осмотрительность – это сбор данных, поиск доказательств в пользу кривой, на которой мы находимся. Желание удостовериться, что мы собрали все необходимые сведения и что нас не ужалят, когда мы начнем набирать темп.

Когда я спросила Микейлу, на каком участке S-образной кривой обучения она находится, я ожидала услышать, что она почти взобралась на самую вершину, – учитывая успехи, которых она достигла. Но нет, она сказала, что до сих пор находится в точке старта и как раз готовится отправиться в зону наилучшего восприятия, где ей предстоит узнать еще много всего о пчелах и бизнесе. О жизни. «Я перехожу в выпускной класс. Меня переполняют чувства и мысли. Я должна понять, на что у меня есть время и что я хочу делать», – сказала Микайла. Она собиратель.

У детей можно многому научиться, особенно когда речь идет о сборе информации. Взрослые – хранители опыта: они тащат тяжелый багаж прошлых неудач и иногда даже успехов и опасаются подниматься на новые кривые. Ребенок, наоборот, собиратель опыта – он открыт всему новому, проявляет любопытство и интерес. Известный итальянский врач и педагог Мария Монтессори говорила: «Отношения ребенка с окружающим миром иные, нежели у нас. Ребенок впитывает окружающую среду. Он не просто запоминает то, что видит; все это становится частью его души»[45].

На стадии собирателя мы получаем предостерегающие знаки и обнадеживающие сигналы о том, растем ли мы на нашей кривой, нравится ли нам выбранный путь и хотим ли мы продолжать идти по нему. Мы собираем ресурсы и возможности их использования. Как и Микейла Ульмер, мы собираем эмоциональную и психологическую поддержку, а также опыт людей из нашего окружения (см. седьмую главу, «Экосистема»), точно так же как Микейла собирала его из кулинарного опыта отца, наставничества родителей в вопросах ведения бизнеса и рецепта прабабушки, ставшего семейным наследием.

Мы также собираем энергию для создания импульса. Рост может показаться медленным, но идея быстрого роста витает в воздухе.

Молодой отец отправил своим родителям видео, на котором их внук Бен учится кататься на велосипеде. В сообщении он написал: «Сначала у Бена не получалось, но потом удалось». Он объяснил, что учил сына три долгие недели, и ему казалось, что за это время они не сдвинулись с мертвой точки. А потом внезапно Бен оседлал велосипед и рванул так, как будто и не было ни одной из предыдущих неудач – даже той, что произошла всего пять минут назад. Все три недели Бен слушал наставления отца, наблюдал за братьями и друзьями, когда они катались на велосипедах, и тоже пытался ездить на велосипеде. Он собирал, обдумывал, обрабатывал факты, пытался сложить пазл. Рост происходил незаметно и постепенно. В этот день на поверхности воды появилась и распустилась кувшинка обучения. «Все вещи трудные, прежде чем они станут легкими», – говорил ученый и священник семнадцатого века Томас Фуллер.

Собиратели, словно дети, любопытны и наблюдательны, открыты новой информации и идеям. Они идут путем вопросов и ответов.

Давайте посмотрим на второго юного собирателя. Для натуралиста семнадцатого века Марии Мериан насекомые были одновременно и предметом восхищения, и первопричиной. Мария родилась во Франкфурте в 1647 году. Отец девочки умер, когда ей было три года. Ее мать снова вышла замуж. Отчим Марии – натюрмортист Джейкоб Маррель – признал превосходный дар ребенка к искусству и обучил Марию своему ремеслу[46].

Любимым предметом искусства Марии всегда были насекомые: она начала выращивать и изучать шелкопрядов, когда ей было тринадцать. В то время менее 15 процентов женщин в Германии умели читать, а Марии посчастливилось иметь доступ к книгам по естествознанию[47]. Она жадно впитывала знания и была превосходным собирателем, поэтому она собирала и изучала разных насекомых. В своих рисунках она запечатляла самые мелкие детали.

В начале семнадцатого века европейцы все еще поддерживали идеи древнегреческой философии о том, что насекомые зарождаются спонтанно из мусора, пылинок и грязи. Мария знала, что это было не так. Она изучала жизненные циклы экземпляров из своей коллекции насекомых в мельчайших подробностях.

Тем не менее работа Марии с насекомыми оставалась на втором плане. Прежде всего она вела жизнь женщины семнадцатого века. Мария вышла замуж за художника и воспитала двух дочерей; она готовила, убирала и шила. Давала уроки рисования дочерям богатых семей в Нюрнберге и приносила деньги в семью. Ее брак закончился разводом в 1692 году после долгой разлуки, что стало бы катастрофой для большинства женщин среднего возраста того времени, которые имели ограниченные экономические возможности и мало шансов на повторный брак.

Для Марии развод оказался как нельзя кстати. Мария и ее старшая дочь теперь кормили семью. Они получили право продавать свои цветочные натюрморты и достигли достаточной финансовой независимости. Мария расширила знания в биологии. Она стала общаться с другими натуралистами. Она приобрела известность в Голландии и Англии как ученый в области естествознания.

В возрасте пятидесяти двух лет, уже превысив среднюю продолжительность жизни по меркам того времени, Мария получила разрешение от городских властей Амстердама присоединиться к научной экспедиции в колонию Суринам для изучения растений и насекомых. Трудно переоценить это достижение. Мария продала более двухсот картин, чтобы обеспечить финансирование этого проекта. По итогам экспедиции в 1705 году Мария выпустила блестящее иллюстрированное издание о метаморфозах суринамских насекомых (Metamorphosis insectorum surinamensium). Важнейшая исследовательская работа. Первопроходцы ботаники, такие как Карл Линней (1707–1778), использовали это издание для идентификации более ста различных видов. Сэр Дэвид Аттенборо назвал вклад Марии «одним из самых значительных вкладов в развитие энтомологии за всю историю»[48].

Как и в случае с Марией Мериан, мы можем расти интуитивно, благодаря тяжелой работе или удаче, или сочетанию того и другого. Но для быстрого роста мы должны сочетать интуицию и анализ реального мира. Какие наблюдения можно сделать? О чем говорят данные, которые вы собираете?

Например, на стадии собирателя мы можем обнаружить, что для реализации инициативы потребуется больше времени, чем мы предполагали. Фактические вложения для достижения долгосрочных результатов, как правило, значительно превышают запланированные. Бесстрашные собиратели могут решить, что эта возможность достаточно ценна, чтобы вложить в нее ресурсы. Тринадцатилетняя Мария Мериан хотела узнать, откуда берутся бабочки. Она была готова положить жизнь на то, чтобы следовать по кривой, которая началась с гусеницы.

Практически любую вероятную S-образную кривую можно масштабировать, если мы готовы посвятить этому делу достаточно времени и усилий. Генри Дэвид Торо писал: «Стоимость вещи я измеряю количеством жизненных сил, которое надо отдать за нее – единовременно или постепенно».

Когда мы с семьей переехали в Виргинию, мы обнаружили, что у нас в саду буйно разрослись кусты ежевики. Мой муж, который все детство провел на ферме родителей, где они выращивали ягоду, начал ухаживать за этими кустами – обрезать, удобрять, восстанавливать их. Он собрал достаточно ежевики, чтобы приготовить варенье и напечь гору булочек, которыми мы поделились с друзьями и семьей. Он был крайне удивлен тому, насколько все это пришлось ему по душе (будучи подростком, он хотел поскорее вырваться с фермы), и решил серьезно заняться выращиванием ягод. Мог ли он позволить себе потратить на это время? Нравилось ли ему это занятие? Результат прохождения этой S-образной кривой был способен покрыть затраты усилий?

Он взвесил все обстоятельства и запрыгнул на более масштабную кривую обучения. Он мог бы позволить дикой ежевике заполонить участок. Вместо этого он ухаживал за кустами, высадил клубнику и малину. Теперь на нашем столе всегда есть домашние кукуруза, помидоры, салат и зелень. И не только на нашем – мы с удовольствием делимся этими дарами с друзьями. Наша лужайка покрыта полевыми цветами. S-образная кривая сада помогает моему мужу расти.

Собиратели должны стремиться выявлять доступные ресурсы, добывать и использовать их с нужной скоростью. Вот один из вопросов, которые мы должны задать себе: можем ли мы (и будем ли) собирать информацию и ресурсы, необходимые для ускорения роста на этой S-образной кривой?

Мария Мериан собирала ресурсы у научного сообщества своего времени, а также у проницательного отчима. Джейкоб Маррель отправлял ее в поле – в буквальном смысле – собирать цветы, которые он рисовал, и насекомых, которых она так любила. Ее экосистема поощряла любопытство и изобиловала навыками и ресурсами, которые Мария использовала в собственной работе.

В четыре года Микейла Ульмер вряд ли смогла бы самостоятельно вести бизнес. Но родители всегда помогали ей и поощряли ее. «Без подавления», – говорит Микейла. Ее план разворачивался в родном городе и был вдохновлен национальным праздником (днем лимонада) и перспективной школьной ярмаркой, в которой могли участвовать даже детсадовцы.

Прихожане церкви, которая находилась недалеко от дома Микейлы, покупали у девочки лимонад по дороге на службу. Благодаря местной пиццерии Микейла перешла с лимонада в бумажных стаканчиках на лимонад в бутылках. Ее младший брат с большим энтузиазмом дегустировал напитки. Для Микейлы и Марии главным ресурсом на стадии собирателя всегда были люди.

Если сравнивать рост на этом участке кривой с биологической системой кувшинки, можно сказать, что собиратель находится в пруду с большим количеством доступных ресурсов, но сам цветок еще не раскрылся. Скорость роста кувшинки зависит от способности кувшинки использовать ресурсы и пространства для роста в пруду, так называемой емкости. Под емкостью понимается совокупность таких факторов, которые влияют на рост и цветение, как кислород, углекислый газ, вода, питательные вещества, солнечный свет, пространство и т. д.[49]

Вы закончили исследование и теперь собираете данные, чтобы определить, можете ли вы задействовать доступные ресурсы. При достаточной емкости экосистемы пределы ресурсов не ограничены. Памэй Бэсси, главный специалист по обучению и директор, ответственный за проведение политики мультикультурализма и антидискриминации в Kraft Heinz, реализует инициативы по росту для почти сорока тысяч сотрудников компании. Она также является примером искреннего детского любопытства собирателя.

Карьеру Памэй определяет обучение на протяжении всей жизни: от Стэнфордского университета, в котором она изучала искусственный интеллект, до работы преподавателем в нескольких университетах, включая глобальную академию развития Джоша Берсина для профессионалов в области работы с персоналом. Памэй применяет весьма изящный подход к самостоятельному обучению: «Уже больше десяти лет я воплощаю личные проекты с учетом собственных интересов.

Мне интересно, во что верят люди, чему они поклоняются, что изучают».

Такой подход к обучению сформировался у Памэй после того, как она пережила один из самых тяжелых периодов в своей жизни, в 2009 году, и пыталась справиться с горем. Тогда она потеряла любимую бабушку. Тогда ее отец проиграл долгую борьбу с раком. И именно тогда она пережила предательство со стороны любимого человека. «Год был тяжелый. Я начала думать о том, как мне исцелиться от нанесенных ран».

Памэй не смирилась с отчаянием, она решила бороться. На целый год она сбежала от обыденности и занялась активным сбором информации о духовной культуре: «Мой личный проект поклонения, который длился 52 недели, – так описывает это время Памэй. – Я бывала в церквях и мечетях, синагогах и храмах, гостиных и подвалах. Я увидела множество священных мест по всему миру, от Саут-Сайда в Чикаго до Южной Африки, от Бразилии до Бруклина». Прорыв через поклонение? Именно. Памэй добавляет:

Увлечение Памэй переросло в книгу My 52 Weeks of Worship: Lessons from a Global, Spiritual, Interfaith Journey («Мои 52 недели поклонения. Уроки духовного, межконфессионального путешествия по всему миру»), журнал Navigating Sacred Spaces и выступление на TEDx с аналогичным названием[50].

Памэй привнесла искреннее детское любопытство и широкую сеть контактов на стадию собирателя и нашла множество гостеприимных и целебных экосистем: «Быть открытым для экспериментов, признавать, что ответы на вопросы можно найти в самых разных местах – в этом и кроется отгадка».

Поддерживать информацию в актуальном состоянии – это одна из задач собирателя. Долой все, что устарело, не приносит пользы, отвлекает и подрывает дух. Взрослые хотят освободиться от устаревших взглядов и вернуть себе более ранний и гибкий образ мышления, который превращает ребенка в «машину роста».

Способность собирать информацию так, как это делает ребенок, открыто и с оптимизмом, не восстановится автоматически, но существуют стратегии, которые помогут сдвинуться с места. Вот некоторые из них.

Ваше мышление формирует ваше будущее, но его окружают призраки прошлого. Британский нейробиолог Тара Суорт, о которой я уже писала в первой главе, «Исследователь», рекомендует нам познакомиться с этими призраками поближе. Как и великие духи в «Рождественской песни» Чарльза Диккенса, призраки прошлого помогут вам понять, почему у вас сформировалось определенное мышление. Тара считает, чтобы найти истину, нужно ответить на следующие вопросы[51].

Ответы на эти вопросы не только помогут определить шаблоны мышления, которые у вас сформировались, но и понять мир и найти свое место в нем. Спросите у людей, которым вы доверяете, какие фразы вы произносите часто и неосознанно.

Так вы сможете увидеть негативные и позитивные паттерны поведения. Например, дочь указала мне на то, что я часто говорю: «Я должна что-то сделать». И неважно, о чем идет речь – об отправке рукописи издателю, очень важном занятии, о сборе чемодана в отпуск или приятном времяпрепровождении. Я все равно скажу «должна». Такая тенденция может указывать на то, что в моей семье существовало убеждение, что мы не могли по-настоящему свободно выбирать из доступных возможностей. И у этого убеждения есть свои последствия.

Впрочем, здесь есть и положительный момент: недавно мой муж заметил, что, когда мне вкусно, я непременно об этом говорю (особенно когда готовит он или моя дочь). Моя мама всегда любила готовить. Она даже составила несколько сборников рецептов. Она выросла в южной части Аризоны и потому знает все о мексиканской кухне. Она потрясающе готовит фаршированный чили и тако! Еда – это мой язык любви.

Если сравнивать прошлое и настоящее, вы найдете причины, почему установка на рост из детства превратилась в установку на данность во взрослой жизни. Примерно так и выглядит внутренний анализ собственного взрослого «Я». Ответы на эти вопросы выведут подсознательные модели поведения, на которые вы запрограммированы, на поверхность, где вы сможете их проработать. Вы сможете понять, какие из ваших установок работают на вас, а какие против вас, научитесь принимать нужное и отсекать ненужное.

Вы – собиратель, который поддерживает знания в актуальном состоянии, освобождает место для нового и ликвидирует отжившие и совершенно ненужные вам идеи. Но признайте, что это не единовременное событие, а длительный и цикличный процесс.

На то, чтобы осознать и отпустить события из детства, которые оставляют отпечаток на личности, может потребоваться вся жизнь. Над этим действительно стоит поработать. Но не потому, что вы должны это сделать, а потому, что это нужно в первую очередь для вас самих.

Станьте человеком, который сам решает, куда и как вкладывать самые внутренние ценные ресурсы. Развивайте детское любопытство, но не распыляйте внимание на разные мелочи. Научный журналист Дэниел Гоулман пишет: «Связь между вниманием и достижениями практически всегда неочевидна, но она проявляется почти во всем, чего мы стремимся достичь»[52]. Сосредоточенное внимание позволяет успешно пройти этап сбора информации.

На стадии собирателя участвуют разные виды внимания. Иногда мы уменьшаем или увеличиваем масштаб, чтобы рассмотреть ситуацию издалека или вблизи. «Техника уменьшения масштаба, когда перед началом действий вы составляете карту всей территории и обращаете внимание на общие закономерности, а не на отдельные моменты, позволяет принимать решения с учетом общей картины действительности», – отмечает профессор Гарварда Розабет Мосс Кантер[53]. S-образная кривая обучения – это инструмент уменьшения масштаба. Эта кривая дает вам карту общей картины действительности.

Иногда вам хочется увеличить масштаб. Возможно, у вас нет понимания общей картины развития собственной личности, но, как говорит Розабет Мосс: «Вы разбираетесь в теме, обладаете широкой сетью контактов и даже острой интуицией. Эти качества часто проявляются в условиях интенсивных отношений». У вас уже есть что-то на примете: кто-то знает об открытой вакансии, кто-то из вашего окружения предлагает вам пройти курс или принять участие в семинаре. Сбор данных с увеличением масштаба позволяет найти детали, необходимые для понимания.

Один из самых эффективных способов сбора информации и поддержки ее актуальности – с увеличением масштаба – это создание карты действий (термин Тары Суорт), коллажа из фото, которые отображают ваши цели и мечты. Некоторые люди называют ее картой желаний или визуализации. Нам нравится термин «карта действий». Карта действий помогает нам сформировать установку на рост, как у ребенка. Как составить такую карту: во-первых, необходимо подобрать изображения, которые будут отображать ваши цели, – это поддержка информации в актуальном состоянии. Вы должны сказать себе: «Я хочу достичь этих целей. Я хочу запрыгнуть на эту S-образную кривую».

Во-вторых, образы, которые запечатлены в этих изображениях, не затрагивают сознательное мышление, но отпечатываются в подсознании, наш мозг не отфильтровывает и не игнорирует эту информацию. Изображения наполнены эмоциями и символами. Они вызывают больший отклик, чем список дел. В-третьих, карта действий привлекает такой ресурс, как избирательное внимание. Наш мозг постоянно отбирает (и отсеивает) информацию. Мы вовлечены в непрерывный процесс блокировки огромных объемов информации. Возможно, некоторая информация или новые знакомства могут помочь нам расти, но не в данный момент; мы их отсеиваем. Стоит человеку загореться идеей разбить садик, как он повсюду начнет видеть соответствующие возможности. Так работает и карта действий – она поможет вашему мозгу собрать всю необходимую информацию для того, чтобы вырастить замечательный сад.

В 2004 году я еще работала на Уолл-стрит, каталась из пригорода Бостона на Манхэттен и обратно и путешествовала по всему миру. Мне это нравилось, но я очень мало времени проводила дома. Помню, как к нам домой пришла моя дорогая подруга и профессиональный фотограф ЛаНола Кэтлин Стоун. Целый день она фотографировала нашу семью. Из фотографий того дня она создала красивую фотокнигу «Один день из жизни семьи Джонсон».

Для меня так много значат эти снимки, на которых я дома с детьми. Даже сегодня я храню пару фотографий среди книг в своем кабинете. Немецкий философ тринадцатого века Майстер Экхарт говорил: «Когда душа хочет что-то испытать, она выкидывает перед собой образ, а затем входит в него». Кажется, это не совпадение, что вскоре после фотосессии я совершила значительный прорыв в карьере, который позволил мне проводить больше времени дома. Фотокнига невольно стала картой действий.

Ваша карта действий не будет похожа на мою. Она не обязательно должна быть большой или выглядеть эстетично. Она может занимать всю стену или умещаться на экране телефона. Сегодня я веду карту действий в формате видеодневника с помощью мобильного приложения 1 Second Everyday. Из коротких видео я монтирую ролик о своих целях и мечтах. Если вы не готовы создавать целую карту действий, тогда остановитесь на одной цели, которой вы бы хотели достичь, найдите подходящее изображение и сохраните его на телефон или распечатайте.

Смотрите на это изображение каждый день в течение недели. Если вы подобрали правильное изображение, при взгляде на него вы будете чувствовать себя немного уязвленным. Это не Pinterest, а серьезная наука. Сбор образов усиливает приверженность S-образной кривой, а карта действий заставляет мозг собирать ресурсы, необходимые для того, чтобы действовать дальше.

Наш мозг не любит воспринимать обратную связь. Когда кто-то критикует наши обычные действия, нам кажется, что против нас ведут открытую войну. В своей книге On Combat («О сражении») Дейв Гроссман объясняет, что агрессия в межличностных отношениях представляет собой универсальную фобию (иррациональный, подавляющий, неконтролируемый страх)[54]. «Степень давления, когда источником стресса является человек, значительно выше, чем когда источником стресса являются случайные события, например, аварии на дороге».

Так вот, помимо того, что нам важно быть правыми (благодаря ощущению правоты количество адреналина и дофамина в мозге существенно увеличивается – подробнее об этом в следующей главе, «Акселератор»), нам также важно не получать негативную обратную связь, поскольку она может нас травмировать. Я думаю, что именно по этой причине нам нравятся биометрические системы. От них мы получаем индивидуальную обратную связь, но она не адресована нам лично. Эти системы помогают нам поддерживать ощущение эмоциональной безопасности.

Старое «Я» – цена нового, лучшего «Я». Мы расплачиваемся за новое «Я» готовностью учитывать мнения других людей. Обратная связь заставляет нас обратить внимание на то, чего мы не видим или не хотим видеть. Детям опять же это дано от природы. Пока взрослые обращают на них внимание, они готовы совершать ошибки, забывать выученное и не чувствуют за это стыда. Хотя дети порой не слышат наставлений и противятся идее дисциплины, они по природе своей стремятся понять, как и почему все работает так и не иначе, и как сделать так, чтобы у них все получилось. Ребенок самостоятельно формирует набор оптимальных практических методов.

Скотт Пульсифер выяснил мнения окружающих и извлек из этого максимальную пользу. Скотт является президентом Университета западных губернаторов, крупнейшего университета в Соединенных Штатах, обучение в котором проходит полностью дистанционно. До этого он руководил созданием стартапа в секторе электронной коммерции в Amazon.

В тот день Скотт должен был выступать перед Джеффом Безосом и руководителями высшего звена на ежегодном обзорном совещании уже во второй раз. За год до этого, когда Скотт только пришел в компанию, его отправили дорабатывать стратегический план и отчет по результатам работы. Он ожидал, что эта встреча закончится тем же. Джефф и его коллеги изучали отчет в течение часа, а Скотт просто сидел и ждал. Затем началась беседа. Джефф сказал, что подразделение Скотта было одним из трех подразделений Amazon с наихудшими показателями: «Семи из десяти клиентов не понравился наш продукт»[55]. Скотт морально готовился к увольнению.

Вот несколько мыслей, которые пришли ему в голову, пока он ждал этого тяжелого испытания:

Скотт отмечает, что именно эти мысли помогли ему справиться с тревогой. «К моменту начала совещания я расправил плечи, почувствовал уверенность, у меня в запасе были аргументы, хоть я и осознавал всю опасность ситуации».

Здесь представлены важные истины о получении обратной связи. Не стоит воспринимать чужие комментарии близко к сердцу. Они не ставят под сомнение нашу человеческую ценность. Мы должны понять, что неудача – это не конец. Мы должны осознать, что неудача может принести нам пользу и даже изменить весь ход событий, как это было в случае Скотта.

Его не уволили; его не отправили дорабатывать идеи. Джефф Безос одобрил план и стратегию Скотта и велел ему заняться их реализацией.

В следующем году он в корне изменил ситуацию, отчитываясь о результатах работы на регулярных встречах с Джеффом: «Каждый квартал у меня было два часа для консультации с самыми значимыми фигурами в Amazon». Мне думается, эта поддержка, эта обратная связь служат ему верой и правдой и по сей день.

Благодаря Скотту в Университете западных губернаторов обучается 130 000 студентов дневного отделения, в большинстве своем из малообеспеченных слоев населения. Заведение демонстрирует высокие показатели завершения образования.

Мы можем создать конвейер из конструктивной обратной связи, если будем возвращаться к людям, которые высказывают свое мнение в отношении результатов нашей работы, и благодарить их за личный вклад в наше развитие. Помните, что за обратной связью часто скрывается сообщение «вы важны для меня». Даже если комментарии приобретают конфронтационный характер, это значит лишь одно: человек готов вложить в вас свои ресурсы. Он помогает вам расти.

Мы получаем обратную связь, прорабатываем комментарии и возвращаемся с результатом – и это помогает другим людям чувствовать собственную ценность и мотивирует их продолжать инвестировать в нас. Знаете, как бывает: вы коллекционируете ракушки, и, если вашим друзьям где-то на глаза попадется ракушка, они обязательно прихватят ее для вас.

Единственное, что стоит отметить, – говоря о сложностях, которые мы испытываем при получении обратной связи, мы обычно имеем в виду негативные комментарии. Но получать положительные комментарии бывает не менее трудно. Вместо того чтобы просто ответить «спасибо» на комплимент, мы можем сильно смутиться. Я стараюсь записывать положительные отзывы, которые получаю, чтобы не забывать их.

Использование наших сильных сторон помогает нам быстрее подниматься по S-образной кривой. Иногда мы можем не замечать эти сильные стороны, поэтому найти человека, который сможет указать нам на них, – это настоящее везение. Используйте это знание[56].

Станьте опытным собирателем отзывов, если хотите убедиться, что вы на правильном пути. Как только вы вернете детскую непосредственность (и убедите людей, что не будете сводить с ними счеты), для вас распахнутся двери в мир обратной связи.

Разберем такой пример.

Совсем недавно редакторы Harvard Business Review любезно провели проверку нашего подкаста «Как совершить личный прорыв». Они выявили проблемные места на технической стороне и другие моменты, которые мы могли бы изменить или улучшить. Замечания были самыми разными: от необходимости улучшить качество звука до совершенствования техники ведения интервью и уточнения темы подкаста.

Сбор отзывов от редакторов был только первым шагом. Дальше нужно было действовать. Что касается качества звука, я не хочу и не буду изобретать велосипед. Это не та вершина на S-образной кривой, которую я бы хотела покорить. Поэтому я собрала необходимые ресурсы в виде людей, профессионалов в своей области – инженеров звукозаписи, – для которых звуковая инженерия – это дело жизни.

Но мне все же было нужно выделить общую тему подкаста и улучшить навыки интервьюирования. Я начала собирать примеры подкастов, идеальных с точки зрения повествования и подачи интервью. Я наняла консультанта, чтобы он помог мне применить техники ведения интервью в моем собственном подкасте. Я занималась голосовыми практиками с коучем. Я попросила нанятых инженеров звукозаписи дать мне обратную связь.

Сначала они сопротивлялись, но я не отступала. Затем последовала самая трудная и важная часть: я начала прослушивать свои более ранние интервью. Признаюсь, что, когда я только запускала подкаст «Как совершить личный прорыв», многие эпизоды я не прослушивала. Когда я наконец набралась храбрости и решила послушать записи, определить, на каком участке кривой ведения интервью я нахожусь, собрать данные, я повысила компетентность, мне удалось увеличить аудиторию. И по отзывам аудитории я поняла, что и другим людям помогла вырасти.

Я брала интервью у Сэнди Стеллинг в 2020 году (после получения обратной связи от HBR)[57]. Сэнди работает в авиакомпании Alaska Airlines уже двадцать два года. Она занимает должность вице-президента по стратегии, аналитике и трансформации бизнеса. Весьма символично. Сэнди много раз изменяла собственную карьеру, и ее история служит образцовым примером собирательства. Ведь именно этим собиратели и должны заниматься – собирать.

В старших классах Сэнди мечтала учиться в Академии военно-воздушных сил – пока не самый удачный экзамен по зрению не разрушил эту мечту. Но Сэнди не унывала. Физика и математика были ее сильными сторонами. Она получила высшее образование и устроилась в компанию Boeing на должность инженера по испытаниям систем, где проводила работы по обслуживанию воздушных судов и оборудования авионики, включая шасси, турбины реактивного двигателя, а также таинственные устройства, которые вы мельком видите в кабине самолета, когда заходите на борт. Авиационные технологии стали хорошим исходным пунктом, но не желанной целью карьеры.

Работа, которую она хотела получить в авиакомпании Alaska Airlines, требовала интенсивного сбора данных и ресурсов в точке старта в условиях ограниченности времени. Авиакомпания Alaska Airlines искала руководителя IT-проектов и возложила на Сэнди задачу внедрить компьютерные технологии для поддержки новых рейсов из Сиэтла в Тусон и Вашингтон. Сэнди взялась за ее выполнение. Она попросила предоставить ей контрольный список. Но никакого контрольного списка не было. Тогда Сэнди решила: «Нужно составить такой список. Нужно с этим разобраться».

В аэропортах много подвижных элементов – пилотов, самолетов, технического персонала, агентов по обслуживанию клиентов, – и эти подвижные элементы вскоре заняли центральное место в работе Сэнди: «Я просто хранила всю информацию авиакомпании, которую собирала, и эта информация складывалась в единую мозаику». Сэнди проработала три года в качестве руководителя проектов и пять лет в IT-отделе, а затем перешла в отдел обслуживания аэропорта (непредсказуемое развитие событий), где она занималась взаимодействием с клиентами.

В этом отделе Сэнди проработала еще пять лет и развила прекрасные навыки работы с людьми, а затем перешла в отдел технического обслуживания самолетов. Такому решению был удивлен даже вице-президент компании, который провел на посту тридцать лет. Он задал ей один вопрос: зачем? Ни один человек не захочет переходить в отдел техобслуживания. Сэнди ответила: «Меня попросили это сделать… А я хочу приносить пользу… Все бывает в первый раз».

Трансформация карьеры номер пять: исследования и разработки для клиентов. Сэнди самостоятельно написала должностную инструкцию и вступила в должность («я вижу пробел и могу его заполнить»). Три года спустя компания Alaska приобрела компанию Virgin America. Объединение компаний было бы невозможно без гибкости процессов и умения собирать данные. Над слиянием должна была работать Сэнди.

На вопрос о том, каким образом следует осуществить его, она получила такой ответ: «Вот вы с этим и разберетесь».

Сегодня Сэнди – вице-президент по стратегии, аналитике и трансформации бизнеса. Именно она разработала адекватные меры реагирования авиакомпании на кризис, вызванный инфекцией COVID-19: самый жестокий кризис, с которым когда-либо сталкивалась отрасль. Долгосрочную стратегию, над которой так усердно работала команда, пришлось трансформировать под давлением обстоятельств.

Но Сэнди знала все об авиакомпании Alaska Airlines от взлетно-посадочной полосы до высшего руководства. Данные и опыт, которые она собирала в течение двух десятилетий на различных ролях, сделали ее центральной фигурой в координации мер реагирования компании на пандемию. Она сказала команде управленцев: «Я знаю, что делать». И она действительно знала. В действиях Сэнди явно прослеживается подход собирателя: я смогу это сделать, я знаю, как это сделать.

Вести дневник показателей, которые мы для себя устанавливаем, – это всегда хорошая идея. Если мы будем ежедневно фиксировать нашу реакцию на людей и события в жизни, мы сможем понять, когда мы занимаемся саморазрушением и когда формируем установку на рост, как у ребенка.

Например, мне нравится находить лучший момент среди событий всего дня, а затем спрашивать себя, с чем связан этот лучший момент. Худшие моменты обычно связаны с всевозможными соревнованиями. Моим противником может выступать другой человек или даже я сама: образ человека, которым я, по моему собственному мнению, должна быть, или что я должна сделать. В конкурентных сценариях внутренние диалоги, как правило, носят негативный характер.

Я обнаружила, что худший момент дня для меня часто связан с тем, чего я не сделала, не пыталась сделать, потому что не верила в собственные силы. Ответы на поставленные вопросы помогли мне осознать эту причудливую мысль. Осознание – это всегда предпосылка к переменам.

А вот в лучшие моменты дня я обычно была полностью погружена в то, что делала; в диалоге с самой собой я использовала добрые и обнадеживающие слова. Я чувствовала себя уверенно. В жизни я все больше напоминала себе человека, которым стремилась стать (подробнее об этом поговорим в четвертой главе, «Метаморф»).

Собиратели ведут учет данных собственных исследований, чтобы не потерять информацию столь же стремительно, как она была найдена. Я выступаю за ведение такого дневника. В суете повседневной жизни человек может просто забыть о поставленных целях и достигнутом прогрессе.

Здесь-то и приходит на выручку дневник. Когда мы начинаем измерять и фиксировать прогресс, темпы совершенствования ускоряются, даже если мы отчитываемся исключительно перед самими собой. Бывший исполнительный директор компании GE и истинный виртуоз ведения дневников Боб Канкалози научил меня просматривать личные записи каждые тридцать дней.

Просмотр дневника позволяет мне выявлять модели и закономерности. И, что еще более важно, благодаря дневнику я начинаю замечать прогресс, которого не замечала раньше, а также наблюдаю психологический подъем после достижения результатов. Как писала Анна Франк, автор одного из самых известных дневников в мире: «Я могу избавиться от всего, когда пишу; мои печали исчезают, мое мужество возрождается». В адских условиях при оккупации нацистами Нидерландов Анна Франк черпала мужество в своем дневнике. И мы тоже можем черпать мужество в осознании прогресса на медленном участке у основания S-образной кривой.

Быть собирателем означает видеть себя человеком, который уже выбрал для себя идентичность, связанную с продвижением по S-образной кривой. Как исследователь, вы оценили свою личность. Вы определили, кем вы были в точке старта и кем хотели бы стать в будущем. Теперь пришло время признать свою новую личность, даже если она пока находится в стадии зарождения.

Простое грамматическое упражнение поможет вам в этом. Представьте, что ваша цель по S-образной кривой – завершить марафон. Вместо того чтобы говорить «я бегу», начните говорить «я – бегун». Использование существительного вместо глагола представляет собой «возможность стать человеком определенного типа», как утверждает профессор психологии Стэнфордского университета Грегори М. Уолтон.

Эту маленькую хитрость Грегори Уолтон называет психологической интервенцией. «Такие интервенции необходимы нам в повседневной жизни», – писал он в 2014 году. «Они помогают людям изменить определенный образ мышления и мирочувствования, который они формируют в течение жизни, помогают добиться успеха»[58].

Исследования Грегори показывают, что среди людей, которые описывают себя с помощью утверждения «я избиратель», явка на выборы на 11 процентов выше, чем среди людей, которые описывают себя с помощью утверждения «я голосую».

Человек, который говорит «я писатель», с большей вероятностью допишет книгу, чем человек, который говорит «я пишу». Как христианка, я нахожу силу в неоднократных призывах Иисуса Христа к «Я есмь»: «Я есмь пастырь добрый», «Я есмь хлеб жизни», «Я есмь живая вода». Чтобы рост был более разумным и быстрым, нам тоже нужно взывать к этому утверждению – так мы сможем самореализоваться. Вы пианист, вы бегун, вы собиратель.

Этот момент самореализации является одним из маркеров перехода от стадии исследователя к стадии собирателя. Маркус Уитни, программист-самоучка из главы «Исследователь», занимался исследованиями недолго. Он стремился к экономической мобильности. Он решил, что достигнет этой мобильности с помощью программирования. Его исследование, пусть и краткое, позволило ему понять, что он действительно хотел быть на этой S-образной кривой.

Так Маркус перешел на стадию собирателя, на которой он мог начать учиться, практиковаться и налаживать отношения с людьми, у которых он мог учиться. «Мне очень, очень повезло, – сказал он, – что у меня был дядя, который работал программистом». Он видел его, он представлял себя на его месте. «И который подарил мне компьютер, чтобы я учился». Маркус собрал доказательства того, что он может находиться на кривой компьютерного программирования. Он сказал себе: «Я программист». Так и получилось.

Пока мы собираем данные, новая идея или поведение находятся на испытательном сроке. Некоторые задумки мы попробуем осуществить не один раз, но в итоге откажемся от них. Даже то, чем мы в конечном счете решаем не заниматься, может способствовать росту.

Наши мечты, как и мечты Эрика Шуренберга, могут меняться со временем. В конце 1970-х годов Эрик бы точно удивился, узнав, что станет главой издательской компании Mansueto Ventures, выпускающей журналы Inc. и Fast Company. Сторонний наблюдатель может рассматривать карьеру Эрика как хрестоматийный пример продвижения по корпоративной лестнице: управляющий редактор журнала Money, затем главный редактор сети CBS MoneyWatch, позже президент и главный редактор издания Inc. Восходящая траектория. Но в 1978 году он вряд ли знал, что такое деловая журналистика. В то время Эрик был актером.

Будущий генеральный директор Inc. Эрик Шуренберг упоминается в старой театральной рецензии New York Times как один из вымышленных посетителей бара в спектакле, поставленном в небольшом театре в Нью-Йорке. Театр был вполне подходящей S-образной кривой для Эрика. Он с отличием окончил отделение театрального искусства в Брауновском университете и в течение шести лет уверенно продвигался в шоу-бизнесе. «Я хотел другого», – сказал мне Эрик, когда я брала у него интервью. Итак, он вернулся к точке старта, чтобы исследовать новую кривую.

Издательское дело было ему знакомо. Эрик так говорит о своей степени в области театрального искусства: «Я накопил не так много опыта актерского мастерства, но прочел много пьес. Помимо всего прочего, тот курс был литературным». Эрик вспоминает: «На отделении меня считали довольно хорошим писателем»[59].

Проведя небольшое расследование, он легко установил, что начинающие писатели получали работу после прохождения курса по издательскому делу в Рэдклифф-колледже. Эрик записался на курс. Он получил свою первую работу в издательском деле: начинающий писатель в Time-Life Books.

Может показаться, что профессия журналиста далека от профессии актера. Часто только в совокупности разрозненные способности могут стать объединяющим началом в деятельности собирателя. Когда звезда Эрика начала восходить в издательском мире, он обнаружил, что общается с наиболее влиятельными актерами на мировой арене. «Внезапно сократилось расстояние между мной и людьми, от которых зависит развитие экономики, и я начал разговаривать и встречаться с ними лично». Как-то раз Эрику довелось принять участие в конференции по финансовым вопросам уже в роли редактора издания Inc. Конференция проходила на той самой улице, где находился старый театр, на сцене которого он когда-то играл.

Но была и еще одна S-образная кривая, ожидающая своего часа, для которой Эрик собирал данные с детства. Он мечтал стать пилотом.

«Всю свою жизнь мой отец лелеял мечту стать летчиком, но обстоятельства сложились иначе», – сказал мне Эрик. Хотя отец Эрика так и не стал пилотом, он был поклонником авиации до такой степени, что прямо в доме построил полномасштабные действующие модели бипланов, несколько из которых теперь находятся в музеях. «В детстве я был настоящим фанатом авиации, – делится Эрик, – я был настолько увлечен этим направлением, что получил награду от библиотеки Цинциннати за свою коллекцию книг об авиации Первой мировой войны, среди них были даже книги с автографами пилотов, которым они были посвящены».

Шло время, и детская мечта о S-образной кривой авиации стала угасать. Эрик сказал: «Казалось, я мог бы пойти по пути моего отца: быть сторонним наблюдателем и почитателем». Когда я спросила, как же ему удалось осуществить свою мечту, Эрик научил меня основному принципу собирательства: «Я разбил большую цель на более мелкие достижимые цели. Самое сложное было начать, но как только я это сделал, у меня появился режим, что-то вроде военной летной подготовки, с контрольными сроками в календарном плане».

Эрик Шуренберг получил лицензию пилота в 2020 году. Это был крутой подъем по S-образной кривой. Эрик направил на эту цель значительные ресурсы. Но и его стремление было значительным. Одним из факторов, благодаря которому мечта воплотилась в жизнь, была взаимосвязь между его целью и основными ценностями.

Это решение далось ему с большим трудом. «Разве может желание научиться летать быть важным, если оно не является служением высшему благу?» – задавался вопросом Эрик. Вклад в развитие общества является основной ценностью для Эрика. Однако он отмечает, что ему было также важно оставаться верным себе. «Я знал, что моя жизнь будет неполной, если я не овладею этим навыком. Теперь, – заключает он, – когда я овладел этим навыком, я могу использовать его на благо общества».

Я бы добавила, что, если мы не делаем чего-то, чего искренне желаем, мы увядаем, а не растем. Пользы для общества от этого будет намного меньше. Некоторые S-образные кривые как качели – кидают вас то вверх, то вниз. И это не провал; это стадии исследователя и собирателя. Кто-то собирает модели самолетов, а кто-то собирает бабочек. Но даже те S-образные кривые, от которых мы в конечном счете отказываемся, могут способствовать нашему росту. Обучение не проходит впустую.

Как и Эрик, адвокат канадского происхождения Мари-Луиза Скафте с детства собирала данные о своей мечте летать на самолете. Ее вдохновлял отец, который какое-то время служил летчиком в Королевских военно-воздушных силах Дании, а затем стал пилотом коммерческой авиакомпании. «Я сидела в кабине вместе с отцом и наблюдала, – вспоминает Мари-Луиза. – Любовь к полетам даже заставила меня устроиться на работу стюардессой на неполный рабочий день, когда я училась в юридическом университете. В первые годы эту работу я совмещала с адвокатской практикой»[60].

Обстоятельства были против Мари-Луизы. «Меня не покидала мысль о том, что должна осуществить эту мечту», – обратилась ко мне героиня истории. Как человек, который принадлежит к двум расам, Мари-Луиза отмечает, что среди пилотов лишь шесть процентов приходится на женщин. Количество темнокожих женщин-пилотов составляет менее одного процента. «Я часто была первой и единственной во многих жизненных ситуациях», – говорит Мари-Луиза. Когда региональный тренер по плаванию сказал Мари-Луизе: «Черные не плавают», она перешла в другой клуб и стала единственной темнокожей женщиной в Канаде, выступающей на национальном и международном уровнях, равно как и в Корнеллском университете.

Она занимала должность вице-президента и главного юрисконсульта в самой крупной компании в сегменте морских перевозок контейнеров Cronos Limited в то время, когда доля женщин среди руководителей транспортных компаний и руководителей высшего звена составляла менее пяти процентов. Представителей меньшинств в этих профессиях было и того меньше. Пока окружающие твердили, что у Мари-Луизы ничего не получится, она собирала факты, которые говорили об обратном.

Мари-Луиза воспользовалась тактикой Эрика – она разбила S-образную кривую пилотирования на небольшие отрезки, достижимые цели, которые соединяли одну точку данных с другой: «Я начала с ознакомительных занятий в нескольких разных летных школах, чтобы найти подходящую.

Поскольку у меня было не так много свободного времени и я часто уезжала в командировки, мне нужна была школа и инструктор, который бы понял, что я – тот самый редкий человек, которому потребуется довольно много времени, чтобы осуществить задуманное». Спустя четыре года Мари-Луиза получила лицензию коммерческого пилота для полетов на многодвигательных самолетах. Этот путь был связан с высокими затратами времени и денег, а также с сильными переживаниями.

Эрик Шуренберг и Мари-Луиза Скафте – это мы с вами. У каждого из нас есть мечты, которые могли казаться окружающим неосуществимыми, безполезными. Возможно, мы и сами до конца не верили, что сможем воплотить их в жизнь. Мы не можем вернуться в детство, но, как показывает опыт, мы можем возродить в себе детскую любознательность и надежду, благодаря которым у нас появились эти мечты.

Иногда бывает трудно начать. Медленный темп в точке старта на новой S-образной кривой может отпугнуть нас. Но если мы уделим время исследованию, мы найдем подходящий вариант. Сбор количественных и качественных данных и ресурсов, а также избавление от лишнего груза, позволяют нам осуществить переход в зону наилучшего восприятия с сохранением импульса.

Мы записываем ответы на наши вопросы и отслеживаем достигнутый прогресс, каким бы незначительным и медленным он ни казался. Мы все еще можем скорректировать курс, если в ходе сбора информации для этого будут выявлены веские причины. Но наша цель состоит в том, чтобы действовать с должной осторожностью и руководствоваться детской любознательностью, которая не дает нам заблудиться.

И вдруг мы резко рванем вперед. Мы уже не думаем о маневрах, мы ускоряемся. Приближается конец взлетно-посадочной полосы. Мы готовы взлететь, подняться по этой кривой обучения, несмотря на волнение. Медленно, быстро, снова медленно – так и происходит рост. И сейчас мы набираем обороты.

Приготовьтесь к острым ощущениям.

Второй этап на S-образной кривой обучения – это собирательство. Как исследователь, вы использовали умственные и эмоциональные способности, чтобы исследовать многочисленные возможности. Вы решили, что определенная S-образная кривая заслуживает дальнейшего исследования, и попали на стадию собирателя. Вы собираете количественные данные на основе фактов, качественные данные на основе опыта и доказательства, которые подтверждают, что вы находитесь на правильной S-образной кривой (или опровергают выдвинутую гипотезу). Прогресс происходит, но его трудно заметить. Эта стадия протекает медленно.

Эта стадия в точке старта включает в себя восстановление способности вашего мозга собирать информацию так, как это делает ребенок: открыто, с оптимизмом. Однако она включает в себя такой большой объем новой информации, которую нужно обработать, и важных решений, которые нужно принять, что мозг просто не выдерживает такой нагрузки. Радость открытия быстро сменяется стрессом и тревогой. Адреналин и кортизол – основные гормоны стресса – делают задачу сортировки новой информации и принятия решений еще более сложной. Стадия собирателя заставляет вас задуматься о том, как новая S-образная кривая может повлиять на вашу личность. Рост в этой области может противоречить тому, как вас видят другие, или может не соответствовать тому, как вы видите самого себя. Вы испытываете стресс и желание вернуться к прежнему себе, даже если этот человек вам не нравится.

Как собиратель, вы определяете и собираете необходимые ресурсы. Затем вы освобождаете место для этих ресурсов, избавляясь от призраков сомнений. Вы формируете установку на рост, которая была заложена в ваше сознание еще в детстве. Воспользуйтесь этими советами, чтобы стать образцовым собирателем:

1. Проанализуйте собственное взрослое «Я» и воссоединитесь со своим детским «Я».

2. Будьте внимательны к мелочам и последовательно развивайте в себе детскую любознательность.

3. Станьте образцовым собирателем отзывов.

Подход к новым возможностям с искренним любопытством и сбор данных без всяких страхов и сомнений позволяет вам понять, ведет ли рост, пусть и медленный, к созданию импульса. Данные, которые вы собираете, говорят о том, что вы находитесь на правильном пути? Нужно ли изменить курс? Некоторые S-образные кривые как качели – то вверх, то вниз. И это не провал. Это стадия собирателя.

Вы здесь.

В зоне наилучшего восприятия.

Вы часто попадаете в эту зону неожиданно для себя. Вас уже не посещают такие мысли, как «у меня стресс» и «я не могу этого сделать». Это как ждать выздоровления от болезни – кажется, что силы возвращаются, но медленно, а потом в один день наступает облегчение. Замечать плохое гораздо проще, чем замечать хорошее.

Теперь, когда вы здесь, в вашем мозге происходит нечто удивительное: он меняется. Когда вы поймете, как и почему он меняется, вы начнете расти еще быстрее.

Наш мозг – это не просто процессор. Это механизм предсказания. И механизм этот непрерывно испытывает модели прогнозирования, которые управляют всеми нашими сознательными и бессознательными действиями, от нажатия клавиши до планирования на десятилетия вперед.

Для испытания модели прогнозирования требуется гипотеза: ожидания относительно перспектив. Если я прочитаю эту книгу, я стану умнее. Независимо от того, является ли ваше поведение осознанным или автоматическим, ваш мозг постоянно собирает данные для проверки гипотез. Что говорят мне органы чувств? Что подсказывает интуиция, нутро? Подтверждают или опровергают эти данные то, во что я сейчас верю?

Это и есть обучение. Когда мы учимся, в нашем мозге происходят физические изменения (это свойство человеческого мозга называется нейропластичностью). Удивительные клетки мозга, нейроны, обеспечивают связь между клетками. Место контакта между ними называется синапсом. Когда мы учимся, новые синапсы образуются между клетками, которые раньше не были связаны между собой. Считайте это сетевым взаимодействием в вашем мозге (– Привет, меня зовут Нейрон. – Шутишь? И меня так зовут.) Каждый раз, когда вы делаете вдох или думаете о чем-то, вы призываете нейроны и синапсы к действию.

Скорость, с которой устанавливаются синаптические контакты, зависит от того, как часто мы совершаем поступки, которые бросают мозгу вызов. Освоение новых знаний за пределами зоны комфорта требует дополнительных усилий, а умственные усилия способствуют более быстрому росту нейронов. Как сказал мне Терри Сейновски, профессор Института биологических исследований Солка в Сан-Диего: «Нужно подвергаться стрессу»[63].Стресс, которому мы подвергаемся при обучении, способствует созданию новых клеток и схем, которые наш мозг может использовать для прогнозирования.

Результаты предсказаний вызывают физическую реакцию – в частности, высвобождение дофамина, химического импульса, который заставляет нас испытывать восторг. Когда вы делаете прогноз и ошибаетесь, неоправданные ожидания приводят к снижению уровня дофамина. Вряд ли вы будете чувствовать себя хорошо, скорее даже наоборот – плохо. Если вы получаете то, чего ожидаете, уровень дофамина в мозге практически не повышается, но когда результаты превосходят ожидания, он значительно повышается. Как можно догадаться, мозг «каталогизирует» такие реакции и ожидает получить награду в виде дофамина.

Для человека, который попадает на новую S-образную кривую, привычен предсказуемый и невысокий уровень дофамина. У мозга есть собственные ожидания. Однако по мере того как вы, человек привычки, начинаете ощущать в себе силу дикого создания и становитесь исследователем, собирателем, отсутствие опыта отражается на модели прогнозирования в виде больших пробелов. Вы столкнетесь с неоправданными ожиданиями, когда будете пробовать что-то новое, а неоправданные ожидания – это всегда неприятно. Отчасти поэтому нахождение в точке старта на S-образной кривой кажется утомительным. Само время движется медленнее некуда.

Зона наилучшего восприятия, напротив, характеризуется все более точными (но не слишком точными) моделями прогнозирования, а также все более высоким уровнем дофамина в качестве награды. Это сюрприз, который вызывает волнение и ускоряет формирование нейронных связей. Дофамин быстро учит вас тому, какие средства эффективны для достижения целей, а какие нет. Связь между дофамином и развитием нервной системы подчеркивает удивительную пластичность нашего мозга. Мозг имеет способность меняться. Мы сами изменяем мозг.

Мы изменяем гипотезы. Мы добавляем новые данные. Мы добиваемся разных результатов. Мы выбираем разумный рост.

Акселерация – это третий этап на S-образной кривой обучения. Вы собрали необходимые данные и ресурсы, взяли курс на S-образную кривую и вошли в зону наилучшего восприятия. В ваших знаниях стало меньше пробелов, и вы хорошо понимаете, где именно они остались. Вы делаете сознательный, обдуманный выбор пути роста. По мере того как вы достигаете баланса между стрессом и ростом, этот выбор становится все более автоматическим. И это приносит удовольствие! Вы испытываете живительное чувство, когда преодолеваете трудности и самостоятельно принимаете решения.

Джереми Андрус – серийный предприниматель, генеральный директор компании Traeger Grills. Владельцы пеллетных грилей знают, что для готовки на этой установке не нужен ни уголь, ни газ. Даже дрова рубить не нужно. Пеллетный гриль был запатентован в 1986 году изобретателем-любителем Джо Трейгером, и впоследствии завоевал свою нишу.

Мы встретились с Джереми в конце 2019 года, у него тогда была особенно напряженная неделя[64]. Как-то вечером, часов в десять, когда он вернулся домой после делового ужина, жена Кристин спросила его, как прошел день. Он сказал: «День был сумасшедшим, хаотичным и трудным, но от этого не менее потрясающим. Я в восторге». Как по мне, так это и есть зона наилучшего восприятия.

Джереми тогда было сорок два, он добился головокружительного успеха в компании Skullcandy, которая занимается производством популярных наушников и аудиопродукции. Поначалу он скептически относился к работе в Traeger; у него не было опыта в сфере производства и продажи грилей. Но когда он начал собирать данные, то обнаружил нечто, что придало ему уверенности.

«Владельцы грилей от Traeger рассказывали о них с такой страстью, которой я никогда раньше не отмечал в отношении потребительских товаров, – вспоминает он. – Это был не просто лучший гриль в их жизни, это была лучшая вещь в их жизни»[65]. Однако, несмотря на магию бренда с двадцатисемилетней историей, бизнес не масштабировался. Это и возбудило интерес Джереми.

Вскоре стало ясно, почему компания Traeger не ускоряла темпы: вся ее деятельность обходилась дорого и была неэффективной. Компания все еще своими силами выполняла задачи, которые ее конкуренты передали на аутсорсинг много лет назад. Компания разработала сильный продукт и бренд, и пересмотр принципов работы должен был дать ей необходимый подъем.

Перед этой S-образной кривой было невозможно устоять. Джереми занял должность генерального директора. Он быстро понял, что проблемы, связанные с деятельностью компании, меркли на фоне проблем с ее корпоративной культурой. Компания была враждебно настроена к переменам. Один за другим сменялись генеральные директора (их было семь), и каждый из них терпел поражение в условиях токсичной культуры. Никому не удавалось изменить ситуацию, сложившуюся в компании. Джереми стал восьмым.

Нахождение в точке старта на кривой генерального директора компании Traeger было болезненным этапом. Первым шагом Джереми было выкупить контрольный пакет акций у акционера, который единолично завладел компанией в 80-х. Джереми сообщает: «Это был важный момент, который стал для нас праздником. Теперь каждый год мы отмечаем День независимости компании Traeger».

Вторым шагом была модернизация складов и передача грузовых перевозок на аутсорсинг. Джереми понимал, что такая модернизация предполагала увольнения, и мучился над этим решением. Как и следовало ожидать, он столкнулся со значительным сопротивлением со стороны старожил компании. Понятие «токсичная культура» окрасилось новым смыслом: «Я заехал на офисную парковку и увидел там несколько пожарных машин. Один из наших грузовиков горел. Мы не знали, чьих рук это дело, но это точно был поджог».

Джереми было жалко увольнять сотрудников, хоть это и было необходимо для модернизации и роста компании. Он знал, что для некоторых увольнения стали ударом. Он предлагал щедрые выходные пособия. Но устроить «барбекю» на парковке, спалить служебный грузовик – это было слишком. Компании Traeger требовалась серьезная реструктуризация, пока никто не пострадал. Он перенес головной офис из Орегона в Юту. За Джереми последовала только часть сотрудников.

Перенос офиса компании в Юту стал переломным моментом в зоне наилучшего восприятия. Он повлек за собой ускорение. Работа закипела. Продажи резко возросли. Культура наследия уступила место духу товарищества, в истории компании началась новая эра, в которой сотрудники готовили бургеры на грилях от Traeger прямо в головном офисе.

Когда Джереми стал гостем моего подкаста «Как совершить личный прорыв», его можно было назвать Сите (в переводе с исп. «семь»). Он провел семь лет на посту руководителя и увеличил выручку компании с семидесяти до пятисот миллионов долларов – и это был не предел![66] Джереми поделился собственным рецептом разумного роста: «Перезагрузитесь, рискните сделать крупную ставку и убедитесь, что ваша команда отражает масштаб вашего видения».

Я с удовольствием рассматриваю фотографии ракеты «Сатурн-5» 1969 года, которая сделала возможной высадку астронавтов на Луну. Подходящая метафора для S-образной кривой обучения. При всей изящности конструкции запуск ракеты «Сатурн-5» выглядел немного неуклюже – как будто в космос поднимается многоэтажное здание. Массивные двигатели первой ступени развивали тягу в семь с половиной миллионов фунтов, и ракете потребовалось всего двенадцать секунд, чтобы оторваться от земли – и это при весе более трех тысяч тонн[67].

Разгон начался только на высоте чуть более шестидесяти километров, когда заработали двигатели второй ступени, а первая ступень отделилась. Запуск ракеты уже не казался неуклюжим. Расход топлива для второй ступени был в тринадцать раз ниже, чем для первой, а скорость ракеты – в три раза выше.

На стадии акселератора в зоне наилучшего восприятия на S-образной кривой обучения мы оставляем позади неуклюжесть стадии исследователя и собирателя. Мы становимся все более продуктивными, компетентными и уверенными в себе. Двигатели второй ступени разгоняют нашу ракету дальше, мы получаем мощное ускорение.

Стимул к дальнейшему развитию и уверенность в результате – вот отличительные черты людей, которые находятся на стадии акселератора. И пример Джереми Андруса это доказывает.

«Мы играем по-крупному, – сказал он мне. – Мне нравятся проблемы, которые мы решаем, и я уверен, что мы сможем их решить».

Согласно теории самоопределения, в основе внутренней мотивации лежат такие потребности[68]:

Компетентность

Автономия

Родство

Эти потребности складываются в аббревиатуру КАР, которую легко запомнить.

Проведем аналогию. Аббревиатура «КАР» созвучна со словом «car», которое переводится с английского как «автомобиль». Выберите любимый автомобиль для продвижения по вашей S-образной кривой на стадии акселератора. Возможно, вы запрыгнете в новенький Lamborghini, Ferrari или Porsche. А может, вы предпочтете винтажный маслкар или большой внедорожник. Может, это будет Tesla или другой резвый электромобиль. Визуализируйте его.

Представьте себя за рулем этого автомобиля. Вы заходите в поворот – дух захватывает – на трассе вдоль океанского побережья. Головокружительные виды очаровывают. Педаль газа до упора. Вы вдыхаете соленый бриз и чувствуете аромат приключений.

Наслаждаться вождением вам позволяет сформированная компетентность. Вы уже не подросток, который только учится водить машину. Вы точно знаете, что нужно делать, и чувствуете себя уверенно за рулем.

В зоне наилучшего восприятия вы пребываете в равновесии: вы компетентны, и все становится проще, но не настолько, чтобы вам стало скучно или чтобы вы расслабились. Вы знаете то, что знаете. Вы хорошо понимаете, чего не знаете. Нахождение в зоне наилучшего восприятия связано со множеством сложностей, которые позволяют «натренировать» модели прогнозирования. Вот как Джереми Андрус комментирует ситуацию, сложившуюся в компании Traeger: «Все ли работает как надо? Нет. У нас тысяча проблем. Но у нас есть стратегия, и у нас есть невероятное сообщество людей, которые помогут нам решить эти проблемы».

Одной из таких проблем, с которой компания Traeger столкнулась в 2018 году, стало резкое повышение цен на сталь после введения новых тарифов на китайский импорт. Конкуренты с более низкими издержками начали вытеснять компанию. Темпы роста стали угрожающе медленными.

Компании предстояло сделать рискованный выбор: поставить ставку на брендинг и подчеркнуть качество продукции или затаиться и сократить расходы, чтобы не потерять проценты по долгам. Traeger могла выйти из игры победителем или потерять все.

Как настоящий акселератор, Джереми выбрал первый вариант. Он знал, что достаточно компетентен, чтобы справиться с кризисом, ведь однажды он уже бывал на такой S-образной кривой – когда работал в Skullcandy. Конкуренты компании вооружились аналогичными продуктами и модным брендингом и серьезно взялись за миллениалов. Расходы потребителей резко упали. «От состояния “белого каления” мы перешли к мучительному вопросу о том, как сохранить рост и прибыльность. И я не знал, что должно было помочь нам перезагрузиться».

Джереми точно знал, как поступить в случае с компанией Traeger. Именно тогда в ее ассортименте появились бюджетные грили-коптильни. И самое главное, что они были оборудованы модулями беспроводной связи Wi-Fi и Bluetooth. Идея была такова: установил и забыл. Traeger сделала ставку на технически грамотное население: людей, которые могли бы управлять грилем с помощью мобильного приложения[69]. «Запуск высокотехнологичного продукта по относительно низкой цене был огромным риском, – сказал мне Джереми, – но ориентация на нужды потребителей-миллениалов была тем самым риском, на который стоило пойти».

Джереми обладает качествами лидера разумного роста. Он не раз и не два ездил за рулем своего автомобиля по трассе, он знает, когда нужно нажать на газ, а когда на тормоз и как выбрать правильный курс. А еще он знает, что развитие компании Traeger невозможно без его собственного развития. Об опыте, полученном в Skullcandy, Джереми отзывается исключительно положительно. Он чувствует глубокую благодарность за то, чему там научился. «Я попадаю в невероятно сложные ситуации, но они не кажутся мне невыносимой ношей. Мне это даже нравится», – подводит итог Джереми.

Буква «А» в аббревиатуре КАР – это автономия, без которой невозможно представить акселератора. Автономия равна выбору. Мы самостоятельно управляем собой. Мы самостоятельно определяем свою жизнь. У нас есть право выбирать. Решительные акселераторы обретают автономию даже тогда, когда обстоятельства почти не оставляют выбора.

Давайте вернемся к Астрид Туминес, история которой изложена во введении. Даже в трущобах, где она провела детство, у нее был выбор. Монахини из местного городка устроили ее в школу, и она не упустила этот шанс. Она решила трудиться в поте лица. «В школьной библиотеке я брала такие журналы, как Time и Newsweek. Мне было совсем немного лет, когда я приняла решение, что перееду в Америку, буду жить в Нью-Йорке, работать в ООН – про эту организацию я узнала как раз из журнала». И она это сделала[70].

Астрид Туминес не родилась в семье, для членов которой получить американскую визу было плевым делом. Она никак не могла повлиять на иммиграционную политику США. Ее заявления на визу дважды отклоняли. «Вы молоды, бедны, – говорили ей. – Вы представляете для нас риск. Не приезжайте».

Астрид были нужны связи и знакомства[71]. Друзья и наставники помогли ей открыть двери, которые перед ней закрыли обстоятельства. Она нашла людей, которые могли поручиться за нее на собеседовании. С третьей попытки она получила визу. «В США я почувствовала невероятную свободу», – говорит она.

К счастью, автономия зависит не только от уровня свободы, которую нам дают другие люди. Если человеку посчастливилось жить в благополучных демократических странах, это еще не значит, что судьба будет благоволить ему. Автономия зависит и от нашей готовности действовать – к этому нас не должны принуждать обстоятельства – и отвечать за последствия своих действий. Астрид Туминес жила в трущобах в городке Илоило, и все же у нее получалось быть акселератором.

Иногда нашему автомобилю бывает нужна дозаправка. Лиз О’Доннелл, например, столкнулась с кризисом автономии, когда ее престарелым родителям потребовался особый уход[72]. Лиз занимает пост директора по контенту в Double Forte, агентстве по связям с общественностью, и является автором книги Working Daughter: A Guide to Caring for Your Aging Parents («Работающая дочь: руководство по уходу за престарелыми родителями»).

Из разговора с Лиз в 2020 году: «Я точно помню момент, когда ко мне пришла идея книги». Это произошло в один из дней отпуска, который она запланировала, чтобы посетить с мамой врача. «Отпуск» Лиз начался в шесть утра – с проверки электронной почты и ответов на рабочие сообщения. После она собрала двоих детей в школу. Затем наступил черед визита к врачу с мамой:

Лиз мечтала о карьере и строила планы на личную жизнь. На том этапе, когда она могла бы ускориться, ей банально не хватало времени, чтобы добиться карьерного роста и общения с семьей. Затем последовали еще более серьезные проблемы. У обоих родителей Лиз были диагностированы неизлечимые заболевания, в один и тот же день. Лиз откровенно рассказала о том, что она чувствовала в этот момент. «Я не могла принять этот факт, – вспоминает она. – Я была работающей мамой.

Все, что у меня было, – это время с моими детьми». Теперь же она столкнулась с ограничениями в плане выбора. Забота о больных родителях дорого обошлась Лиз, но возможность быть рядом с ними в конце их жизни покрывала все расходы. Осознание этой мысли и стало поворотным моментом. «Я подумала и решила, что единственный выход – пройти весь этот путь. Мне нужно было смириться с ситуацией и просто сделать это».

Лиз выбрала позицию «я это сделаю». С выбором пришла уверенность. В зону наилучшего восприятия невозможно попасть случайно. Этот выбор вы должны сделать сами. Прямо здесь. Прямо сейчас.

Лиз поняла, что у нее есть автономия, хоть и понять это было не так просто. Она села за руль своего автомобиля. Новая S-образная кривая обучения («я должна справиться, потому что никто другой не может»), которая не оставляла ей выбора, превратилась в S-образную кривую автономии («я выбираю быть рядом с родителями в конце их жизни»). Даже когда непредвиденные обстоятельства ограничивают нашу автономию, «мы можем принять две истины, – считает Лиз. – Первая истина гласит: это ад, и я не хочу этого делать. Вторая – я знаю, что это необыкновенный момент, и мне нравится, что я могу позаботиться о родителях».

Компании тоже могут ускоряться за счет автономии. Почти три десятилетия назад у инженеров индийской автомобильной компании Mahindra & Mahindra появилась идея создать настоящий внедорожник, Scorpio. Они воплотили эту идею в виде грубой глиняной модели и представили ее руководителям партнерской компании Ford, от которой ожидали получить поддержку и финансирование. Они хотели, чтобы компания взяла процесс под свой контроль и превратила идею внедорожника Scorpio в реальность. Модель произвела впечатление на представителей Ford. «Вице-председатель компании сразу же предложил нам помощь команды опытных инженеров», – вспоминает генеральный директор компании Mahindra & Mahindra Ананд Махиндра. Тогда в разговор вмешался председатель совета директоров.

Он сказал: «Нет, давайте вообще не будем посылать инженеров. Если мы это сделаем, Scorpio может стать копией Ford и стоить столько же. Если эти ребята действительно могут разработать автомобиль, который они нам представили, по той цене, о которой заявляют, то это мы должны у них учиться».

Ананд взял управление на себя. С момента выхода Scorpio на рынок было продано более полумиллиона автомобилей. Ананд придерживается такого мнения: «Я в долгу перед компанией Ford. Если бы нас не оставили наедине с нашими возможностями, всего этого бы не было.

Оглядываясь назад, я понимаю, что решение компании не быть нашим партнером на производстве Scorpio вывело нас на путь прочного и устойчивого прогресса. Признаюсь, я часто задавался вопросом, как бы все обернулось, если бы Ford сделала другой выбор. Что, если бы компания поддержала нас? Мы бы не смогли достичь тех результатов, которые имеем сегодня»[73].

Итак, акселератор обладает необходимыми навыками (компетентность), у него есть возможность делать выбор, и он выбирает находиться на определенной S-образной кривой (автономия). Остается буква «Р», которая означает родство – желание взаимодействовать с другими людьми, чувствовать принадлежность к социальной группе.

Приянка Карр и Грегори Уолтон провели исследование, которое демонстрирует силу родства[74]. Участники эксперимента встречались в группах, а затем разделялись и получали задание собрать пазл в одиночку. Одна группа, в которой было создано чувство психологического единства, должна была собирать пазл в команде. Членам этой группы сказали, что они получат «подсказку от другого участника». Второй группе ничего такого не говорили.

Все участники эксперимента, по сути, работали в одиночку, независимо от того, что им сказали. Но члены группы, которые ощущали связь друг с другом, проработали на 48 процентов дольше, решили больше задач и показали, что обладают более высокими показателями зрительной памяти. Кроме того, они чувствовали себя менее уставшими, лучше концентрировались, им понравилось работать над заданием[75].

Акселераторы работают вместе и, что не менее важно, чувствуют себя частью команды.

Заза Пачулия, двукратный чемпион НБА, не так давно завершил игровую карьеру. Он поделился со мной таким наблюдением: редкий новичок НБА мог бы вывести команду на первое место[76]. Новичок стремится проявить себя как личность, что плохо отражается на командной игре. Со временем большинство игроков начинают понимать, что успеха добивается не один человек, а команда. У команды больше шансов на победу.

Заза осознал этот факт в сезоне 2013–2015 годов, когда подписал контракт с «Милуоки Бакс». Его тренером был Джейсон Кидд, который завершил легендарную карьеру разыгрывающего защитника НБА и стал тренировать игроков совсем недавно. Некоторые эксперты называли Джейсона «худшим тренером НБА» после не самого удачного опыта в качестве главного тренера клуба «Бруклин Нетс»[77]. Джейсон прошел через неудачи на начальном этапе, продолжил путь и стал кандидатом на звание лучшего тренера 2015 года. Благодаря ему Заза и «Милуоки Бакс» вышли на новый уровень.

Джейсон научил Зазу «считывать» последовательность событий, которые должны произойти по ходу игры. «Невозможно предугадать, что произойдет на площадке, если не знаешь, как поведут себя игроки твоей команды, не знаешь их сильные и слабые стороны», – сказал мне Заза. Если, например, человек «не умеет прыгать», смысла в высокой передаче мяча просто нет. Низкая передача с врыванием в «краску» дает больше шансов забросить мяч в кольцо.

Игроки команды Зазы должны знать его сильные и слабые стороны, чтобы помочь ему играть наиболее эффективно. «Химия» в команде, о которой говорят Заза и другие спортсмены, в сущности, представляет собой потребность родства. Реализация этой потребности возможна при условии общей идентичности и личного знакомства с другими членами команды. Время в дороге (половина матчей проходит «на выезде») дает игрокам возможность узнать друг друга вне площадки. «Связи между людьми переносятся на площадку», – утверждает Заза.

Коллективное сознание – это основа биологии, ключ к сохранению человеческого вида, для которого так важно взаимодействие. Общая идентичность дает нам ощущение родства. Родство ускоряет рост. В рамках эпохального исследования 1995 года психологи Рой Баумейстер и Марк Лири пришли к следующему выводу: «Основным побудительным мотивом человека является желание чувствовать принадлежность к социальной группе, то есть устанавливать межличностные отношения и формировать привязанности»[78].

Установление межличностных отношений и работа в команде могут быть нелегкой задачей, когда индивидуальная самобытность, интересы и стимулы отдельного человека вступают в борьбу с коллективным сознанием, интересами и стимулами группы.

В 2018 году эксперт по разрешению конфликтов Донна Хикс стала участницей моего подкаста «Как совершить личный прорыв». Донна – ученый и специалист с международным опытом привлечения противоборствующих сторон к диалогу в самых острых конфликтах на Ближнем Востоке[79]. Она объяснила, что, когда другой человек видится нам преградой для удовлетворения собственных потребностей или интересов, в глубине души мы считаем, что он подавляет наше человеческое достоинство – как бы оспаривает наши внутренние ценности и принижает наши достоинства.

Ради нивелирования конфликта вы можете защитить достоинство другого человека путем укрепления родства. Для этого необходимо обменяться опытом (например, сыграть в одной команде) и сформулировать непротиворечащие друг другу цели (например, победить в чемпионате НБА)[80]. Обмен опытом с другим человеком позволяет нам ощутить прочную связь. Для осмысления чужого опыта мы используем ту же часть мозга, что и для осмысления собственного опыта[81].

При этом вырабатывается окситоцин – гормон, усиливающий способность к сопереживанию. Мы начинаем считать человека другом и вешаем на него соответствующий ярлык. Если у нас с человеком нет общих целей, мы воспринимаем его иначе и навешиваем ярлык врага. Враждебное мышление предполагает меньше эмпатии, меньше окситоцина, меньше родства. Оно нам не подходит. Где бы мы ни находились – в переговорном зале или в раздевалке, – для ускорения и сохранения импульса в зоне наилучшего восприятия нам требуется родство[82].

И последняя мысль в завершение круга по трассе уверенности: модель S-образной кривой обучения сама по себе повышает уверенность. Она показывает, на каком участке пути роста вы находитесь (компетентность), определяет вас как движущую силу вашего собственного роста (автономия) и позволяет вам найти общий язык с другими людьми (родство).

К + А + Р = Компетентность + Автономия + Родство = Уверенность.

Американская предпринимательница с мексиканскими корнями Эллен Беннетт начинала карьеру в качестве повара в ресторане. В 2012 году Эллен работала в ресторане, отмеченном двумя звездами Мишлен. Никто не знал, что двадцатичетырехлетняя девушка, которая жарила лук, мечтала о большем. Эллен получила лицензию на ведение бизнеса в Калифорнии и намеревалась открыть собственную компанию по производству одежды для поваров. «Все было так официально, по закону», – со смехом вспоминает она. Какой у нее был план? Да никакого. «У меня не было ни малейшего представления о том, когда, где и как я буду вести бизнес».

Но она знала наверняка, как шить фартуки и что фартуки, которые они носили на кухне, были отвратительны. «Я поняла, что наша форма была полным отстоем. Реально. Она ужасно сидела и одинаково плохо смотрелась на мужчинах и женщинах. Это был провал». Директор ресторана был с этим согласен. Поставщик предлагал ему закупить новые фартуки. Хотела ли новый фартук Эллен?

Вот так Эллен прошла путь от рядового повара до поставщика с контрактом на сорок фартуков. «Я убедила его прямо там, на месте, отдать мне этот заказ». Могла ли она в одиночку отшить первую партию в свободное от основной работы время? А она смогла. «Уж поверьте, я их сшила».

И они были ужасны.

Эллен продолжила мысль: «Директор ресторана сказал, что мои фартуки были полной лажей. У них даже лямки отваливались. Я чуть со стыда не сгорела. Я могла просто отказаться от этой затеи, извиниться и вернуть деньги. Но я решила взять ситуацию под контроль и все исправить. Так я и сделала».

Эллен вернулась за швейную машинку и сшила хорошие фартуки. Так и родилась компания. Менее чем за десять лет спонтанный стартап Hedley & Bennett вышел на стадию акселератора, чтобы продавать продукцию на миллионы долларов. Так выглядит зона наилучшего восприятия генерального директора, которому еще нет сорока. Эллен уверена в том, что производит качественный продукт, использует свою автономию, чтобы отвечать как за неудачи, так и за успехи, и помогает своим сотрудникам и своему бизнесу расти за счет родства и позитивного климата в коллективе.

На пути к успеху ей пришлось пережить несколько катастроф: горькое осознание того, что компания не успевает к сроку поставить крупную партию продукции, отчаянное признание ошибки перед серьезным заказчиком. Однако Эллен не унывает: «Оглядываясь назад, вспоминая шеф-повара и фартуки с отваливающимися лямками, я понимаю, что в тот момент взяла на себя ответственность. И эта ситуация помогла мне понять, что неудача – это всего лишь часть пути».

Предсказать исход этой истории до того, как Эллен Беннетт начала развивать бизнес и попала в зону наилучшего восприятия, было невозможно. Вспоминая крупный заказ, который она получила от важного клиента, девушка говорит: «Стресс был колоссальный.

Напряжение росло с каждой минутой. Я видела, что перед нами айсберг, но я не могла развернуть корабль». Теперь, когда Эллен находится в зоне наилучшего восприятия, ее модель прогнозирования стала более точной. Она чувствует себя более уверенно.

Уверенность дает вам ощущение, что вы контролируете ситуацию. У вас больше автономии. Вы – водитель в быстром автомобиле, нажимающий на педаль. Но даже если прогнозы не идеальны, ваша дорожная карта под названием S-образная кривая обучения дает вашему мозгу подсказку, как удержать то самое чувство железобетонной уверенности. Вы знаете, на каком участке кривой вы находитесь, и знаете, куда хотите прийти в итоге.

Одна из вещей, которую я поняла в процессе работы в финансовой сфере: если вы берете уверенный старт и не менее уверенно финишируете (в моем случае, принимаете правильные решения о покупке и продаже), то все недоразумения, возникающие на промежуточном участке, уладятся сами собой.

Средняя доходность фондового рынка в Соединенных Штатах с 1857 года составила пять процентов. Если бы тогда вы вложили 100 долларов, то сейчас у вас было бы 300 000 долларов.

Но давайте предположим, что вы не просто вложили 100 долларов и забыли об этих деньгах. Вместо этого каждые четыре с половиной года вы продавали акции перед тем, как уйти в отпуск на месяц, и покупали их обратно по окончании отпуска.

Если во время вашего отпуска рынок работал плохо, то средняя доходность по акциям составила бы девять процентов. Не так уж и много, если не учитывать, что мы говорим о сложном проценте. Теперь у вас на руках не много не мало 130 миллионов долларов[83]. А вот если рынок акций показал хорошие результаты, пока вы были в отпуске, средняя доходность составила бы один процент, при этом стоимость 100 долларов выросла бы всего до 800 долларов.

Майрон Скоулз, лауреат Нобелевской премии и экономист, который проводил это исследование, утверждает: «Все доходы объясняются хвостами – началом и концом периода. В середине много шума»[84].

Конечно, даже самый опытный инвестор не сможет точно рассчитать время покупки и продажи. Но давайте применим эту идею (в общих чертах) к нашему росту.

У каждой S-образной кривой есть начало, середина и конец: точка старта, зона наилучшего восприятия и точка мастерства. Разумный подход к росту означает управление всем циклом роста. Если мы правильно строим кривые, правильно выбираем начало (решения в точке старта) и конец (наши действия во время нахождения на стадии мастерства), то переход в зону наилучшего восприятия может произойти автоматически. Это не значит, что в середине пути не нужно работать.

Существуют стратегии, которые помогают извлечь максимальную пользу из нахождения в зоне наилучшего восприятия (этой теме посвящена следующая глава книги). Но вместе с тем многие вопросы, которые возникают на среднем участке кривой, решатся сами, и нам не останется ничего кроме как наслаждаться поездкой. Вспомните ракету «Сатурн»: после запуска двигателей второй ступени «Сатурн» разгоняется. Как только ракета преодолевает силу земного притяжения и выходит на орбиту, гравитационный потенциал Луны помогает ей сохранять импульс. Да, сложности на этом не заканчиваются, но тяжелый подъем позади, по крайней мере, до момента посадки модуля на Луну.

В предыдущей книге «Команда А» я рассказывала о том, как помочь отдельным сотрудникам на пути продвижения по S-образным кривым развития и построить высокопроизводительную инновационную команду. Я высказала мысль о том, что стандартная схема распределения людей по колоколообразной кривой выглядит следующим образом: 15 процентов команды находятся в точке старта, 70 процентов – в зоне наилучшего восприятия, и еще 15 процентов – на стадии мастерства. Таковы наши исходные условия[85].

А что, если применить подобную арифметику к каждому дню нашей жизни? Как будто каждое новое утро – это точка старта на S-образной кривой, а большую часть дня мы проводим в зоне наилучшего восприятия, где чувствуем собственную компетентность, автономию, родство, испытываем воодушевление. Вспомним слова Джереми Андруса об ускорении в Traeger: «Я все это обожаю. День был сумасшедшим, хаотичным и трудным, но от этого не менее потрясающим. Я в восторге».

Мы должны стремиться к тому, чтобы приблизительно 15 процентов каждого дня проводить максимально эффективно, автоматически выполняя свои функции, применяя освоенные методы. Еще 15 процентов приходится на точку старта, в которой мы решаем более сложные задачи и пытаемся справиться с тем, что вне нашей досягаемости. Пятнадцать процентов кажутся магической величиной. А ведь и на новой S-образной кривой значения распределяются следующим образом: 15 процентов на новизну и 85 процентов на ознакомленность (см. первую главу, «Исследователь»).

Нашей целью может стать нахождение в зоне наилучшего восприятия на протяжении большей части дня. Когда вы находитесь в этой зоне – будь то многолетнее стремление к росту или просто попытка максимально использовать потенциал одного дня, – вы можете проводить больше времени, пребывая в определенном состоянии, а не в процессе. Наслаждаться каждым мгновением. Почти три десятилетия назад Михай Чиксентмихайи опубликовал новаторскую работу под названием «Поток. Психология оптимального переживания»[86]. С тех пор концепция потока применяется к множеству ситуаций и состояний ума. И, по моему личному убеждению, нахождение в зоне наилучшего восприятия на протяжении некоторого времени в течение дня – это и есть эквивалент потока. Михай пишет:

Все хотят достичь контроля над собственной жизнью, но не всем это удается. Возможно, контроль ускользает от нас потому, что мы почти всегда смотрим вперед, пытаемся обеспечить контроль над будущими событиями, забывая о том, что происходит уже сейчас. Старайтесь извлекать пользу из каждого дня. Проводите бо́льшую часть жизни в зоне наилучшего восприятия – начните с малого, возьмите себе за правило делать это ежедневно. Завтрашний день ближе, чем кажется. Одно мгновение – и он станет сегодняшним.

Третья стадия S-образной кривой обучения называется стадией акселератора. Вы переходите в зону наилучшего восприятия, темпы роста ускоряются. Вы попали на эту стадию благодаря титанической работе, которую проделали в точке старта – а это и накопление первоначальных знаний, и сбор информации, и принятие решений. Первая стадия зоны наилучшего восприятия на S-образной кривой характеризуется растущей способностью человека добиваться больших результатов с меньшими усилиями. Ваш мозг строит более точные модели прогнозирования, вы испытываете подъем духа и готовы к запуску. От медленной стадии вы перешли к быстрой. Ваш темп движения по S-образной кривой заметно ускорился, но еще не достиг своего предела.

Этот этап разумного роста заключается в мотивации к росту и уверенности в том, что вы можете достигнуть желаемого. Согласно теории самоопределения, в основе такой мотивации лежат следующие потребности: компетентность, автономия и родство. Эти потребности складываются в аббревиатуру КАР, которую вы легко сможете запомнить.

• Компетентность. Теперь, когда вы перешли в зону наилучшего восприятия, ваша способность добиваться результатов растет. Вы начинаете ощущать равновесие: делать успехи в осуществлении цели становится все легче, но не настолько, чтобы вам стало скучно или чтобы вы впали в чувство самоуспокоенности. Сбор данных и решения, которые вы приняли в точке старта, улучшили способности вашего разума к прогнозированию. Теперь вы четко осознаете, каких результатов достигнете при решении новых задач.

• Автономия. Автономия способствует ускорению вашего роста. Обратите внимание, что автономия не имеет ничего общего с позицией «я один и делаю все сам». Под автономией понимается способность человека брать на себя ответственность, принимать решения и справляться с трудностями. Чувство автономии усиливается, когда вы делаете что-то важное, и ослабевает, когда другие выполняют работу или принимают ключевые решения за вас. Успешные акселераторы находят способы двигаться вперед даже тогда, когда обстоятельства почти не оставляют им выбора.

• Родство. Живая связь с чем-то большим, чем вы сами, – это третья составляющая принципа КАР. Родство включает в себя два измерения: взаимодействие с другими людьми (например, вы вносите личный вклад в разработку эффективной концепции, являетесь частью более крупного проекта) и принадлежность к команде или группе. Родство – это базовая потребность человека, которая позволяет сохранять импульс при продвижении по кривой. Подробнее об этом мы поговорим в седьмой главе, «Экосистема».

На стадии акселератора сложные ситуации приносят удовольствие, поскольку вы обладаете достаточными знаниями и ресурсами для того, чтобы осуществить задуманное. У вас все получается, и это нормально. Если вам кажется, что работа идет в тяжесть, а не в удовольствие, проявите настойчивость, чтобы сохранить импульс. Вы делаете сознательный выбор, и этот выбор – находиться и развиваться в зоне наилучшего восприятия, наслаждаться потоком.

Мария Мериан (натуралист семнадцатого века, о которой я писала во второй главе) восхищалась метаморфозами насекомых. В ее картинах запечатлены гусеницы, куколки и «крылатые жемчужинки», которые развиваются в естественных экосистемах.

Эта глава также посвящена метаморфозам, но речь в ней пойдет не о насекомых, а о человеческом сознании. S-образная кривая обучения меняет вас. Большая часть метаморфоз происходят в зоне наилучшего восприятия, и эти метаморфозы обычно вызывают интересные ощущения. К примеру, ваш продукт начинает поступать на полки магазинов, у вас становится все больше и больше клиентов, вы открываете собственное дело или получаете работу мечты. Но меняется не только это. «Выключитесь» из внешней суеты. Сконцентрируйтесь на том, что происходит внутри вас.

Ваша метаморфоза началась в точке старта. Неважно, как вы себя называете – бабочкой или кувшинкой, – смысл от этого не меняется. В какой-то момент вы начали верить в свой потенциал, верить в то, что сможете достигнуть поставленных целей. С каждым днем эта вера укреплялась.

Подобно гусенице, которая готовится к полету, или стеблю кувшинки, который тянется к поверхности пруда, от подножия S-образной кривой вы продвигались вперед, накапливая ресурсы и опыт. А потом вы внезапно набрали скорость. Все, что раньше казалось в новинку, превратилось в автоматизм. Зона наилучшего восприятия – это место преобразования личности. Теперь вы не просто «делаете» что-то, вы по-настоящему «живете» тем, что делаете.

Теперь вы метаморф.

Звучит как имя супергероя. Так оно и есть, ведь это слово отражает уникальную человеческую сверхспособность – разумно подходить к росту, каждый день становиться лучше, чем вчера. Метаморф располагает ресурсами и умеет грамотно их использовать, но у него все еще есть значительный простор для роста.

Мишель Маккенна, пожалуй, настоящий супергерой и ярко выраженный метаморф. Мишель занимает пост директора по информационным технологиям Национальной футбольной лиги[88].

До прихода в НФЛ Мишель была IТ-директором компании Constellation Energy, крупнейшего производителя электроэнергии в США. В 2012 году компания стала частью холдинга Exelon, лидера отрасли ядерной энергетики. Состоялась релокация офиса в Чикаго. «Я не хотела переезжать в Чикаго, – говорит Мишель, – но и искать другую работу я тоже не хотела».

Мишель помогло счастливое стечение обстоятельств. «Я большая поклонница спорта. Я зашла на сайт НФЛ, Fantasy Football, и в разделе контактов нашла ссылку на вакансии. Перешла по ссылке и увидела объявление о поиске IТ-директора. Точнее, там не было написано “IТ-директор”, но когда я прочитала описание вакансии, то поняла, что им нужен именно он».

Мишель должна была убедить представителей НФЛ, что им нужен директор по информационным технологиям, а не вице‐президент, как было указано в объявлении. Она отмечает: «Что было действительно необходимо, так это повысить класс должности. Компании был нужен не просто вице-президент, а старший вице-президент, человек, у которого будет место в правлении».

Шесть месяцев она моталась из Балтимора в Нью-Йорк, и наконец НФЛ приняла ее на работу. Комиссар НФЛ Роджер Гуделл поддержал ее кандидатуру. Мишель вспоминает: «Он все время повторял, что его голос уже был у меня в кармане и что мне оставалось заполучить голоса остальных. Никто в НФЛ не знал, чем занимается IТ-директор, потому никогда не сталкивались с такой должностью».

Как и следовало ожидать, к Мишель отнеслись скептически. Они сомневались в необходимости ее присутствия на совещаниях. Ей говорили что-то вроде: «Вы ведь должны поддерживать работу центра обработки данных и телефонной сети – зачем вы здесь?» Коллеги предрекали ей скорую отставку.

Но Мишель буквально сделала невозможное и триумфально разрушила барьер на пути к зоне наилучшего восприятия. Она создала сплоченную команду на основе родства. Она внедрила технологии следующего поколения, такие как GPS-устройства на инвентаре игроков, которые позволяли отслеживать их перемещения по полю. Может, Мишель и начинала работу в сфере информационных технологий, но в итоге она полностью преобразовала работу НФЛ. Мишель проработала в НФЛ восемь лет, казалось бы, какие еще возможности для роста у нее оставались? Но тут появился COVID-19. Профессиональный спорт вздрогнул. НФЛ приостановила сезон 2020 года в рамках борьбы с пандемией[89]. Команды распорядились, чтобы тренеры и агенты отменили все запланированные выездные игры.

При этом до драфта НФЛ, ежегодного события, трех дней, в течение которых команды борются за самых перспективных новых игроков, оставалось всего шесть недель. Высокие ставки. Аналитики делают прогнозы. Менеджеры команд разрабатывают стратегию. Болельщики ожидают увидеть пышную церемонию. Мишель и ее команда месяцами работали над организацией этого события для 200 000 с лишним болельщиков в Лас-Вегасе. А теперь она даже не могла выйти из дома.

В бизнесе, как и в футболе, иногда приходится действовать наугад. Мишель и старший вице-президент НФЛ Питер О’Райли объединили усилия, чтобы привлечь к обсуждению представителей всех подразделений лиги. Лучшие предложения поступили от младшего персонала (обычное дело для исследователей и собирателей). Но сотрудники в точке старта также нуждаются в руководстве. Прошло несколько дней, а решение так и не было принято. Это был звездный час Мишель – она как раз находилась в зоне наилучшего восприятия. «Стоп, – выступила она, – я знаю, что делать. Завтра в пять часов вечера у нас будет решение».

Они решили провести драфт в виртуальном формате. Поначалу эта концепция, мягко говоря, не понравилась главным партнерам. Участники драфта были расстроены, узнав, что «никакой красной дорожки не будет». Тренеры и генеральные менеджеры не хотели выходить на видеосвязь из своих домов. Они не хотели вести важные дела с помощью незнакомых технологий. Я поговорила на эту тему с Джейсоном Лихтом, генеральным менеджером «Тампы»: команды, которая в конце сезона 2020–2021 годов выиграла Суперкубок. Он сказал: «Как генеральный менеджер, я был страшно недоволен. Как я мог обойтись без моих агентов, без моих тренеров? Как я должен был заключать сделки в отношении игроков? Общаться с владельцами команд? А если бы свет отрубили?»

Мишель называет виртуальный драфт самым сложным проектом в ее карьере: «Максимально сжатые сроки и самые высокие ожидания. Провести это мероприятие оказалось не так сложно технически, нужно было лишь разобраться в этом вопросе. Но управление преобразованиями, оправдание ожиданий, задача поднять мероприятие на уровень, достойный НФЛ… Вот это был настоящий вызов». От преодоления этих трудностей Мишель получила колоссальное удовлетворение.

Результаты превзошли все ожидания: это была настоящая метаморфоза для Мишель и всей лиги. Виртуальный драфт оказался самым просматриваемым и, возможно, самым запоминающимся драфтом в истории НФЛ. Более восьми миллионов зрителей следили за мероприятием, миллионы из них застряли дома на карантине. Драфт получил отличные отзывы прессы. Трансляция такого масштабного события в прямом эфире – это настоящее безумие даже при самых благоприятных обстоятельствах.

Однако практически все представители индустрии согласились с тем, что она прошла с минимальными помехами со времен самой первой трансляции по телевидению в 1980 году. Нововведение пришлось болельщикам по душе. Игроки и аналитики участвовали в драфте прямо из дома, в кадре то и дело мелькали питомцы и дети. Люди увидели, что члены НФЛ тоже сидели дома, как и все остальные. Джейсон сказал, что это был самый психологически комфортный драфт за всю его карьеру генерального менеджера: «Я не отвлекался на всякие мелочи, на которые обычно отвлекается генеральный менеджер. Я был дома, в знакомой обстановке, в гостиной играли дети». Трудности, вызовы и выход за пределы текущих возможностей позволяют продлить время нахождения в зоне наилучшего восприятия на S-образной кривой.

Этот одиннадцатичасовой виртуальный драфт стал еще одной трансформацией для Мишель как для лидера интеллектуального роста, своеобразной микро-кривой в пределах зоны наилучшего восприятия на макро-кривой. Мишель использует ресурсы, от знаний в области логистики и технологий до капитала отношений, для собственного развития, развития своих сотрудников, развития НФЛ.

Чрезвычайная сложность и максимально сжатые сроки, в которые Мишель должна была справиться с этой задачей, требовали героического уровня сосредоточенности. Стремительный рост и преобразования на самом крутом участке кривой нередко сопровождаются потерей концентрации. Сосредоточенность на том, как, почему и в каком направлении мы пытаемся расти, поможет нам предотвратить эту потерю.

Основная тема книги – концентрация внимания (вопрос, ответ на который я искала последний год). Ведь без концентрации невозможен разумный рост. Часть моего пути по S-образной кривой обучения включает в себя развитие сети контактов и привлечение большего количества идей и возможностей.

В результате в мой мозг поступает больший поток информации. Большее количество информации – это хорошо: чем больше пруд, тем больше в нем кувшинок. Но такой расклад чреват драматическими последствиями: проработать все идеи не получится, вам придется выбирать что-то одно из великого множества. На борьбу со стрессом в результате когнитивной перегрузки, которая сопровождается тревогой, уходят все ресурсы нашего мозга.

В таких важных вопросах, как сохранение фокуса, метаморфам нужно действовать обдуманно. Иначе завершить трансформацию будет невозможно. «Сосредоточьтесь на положительных эмоциях, – советует эксперт по эмоциональному интеллекту Ричард Бояцис. – Вера в лучшее “активирует” парасимпатическую нервную систему, которую еще называют системой “отдыха и переваривания”»[90]. Медленный и ровный сердечный ритм высвобождает ресурсы, которые могут быть использованы для роста нейронов. Рост не должен быть туманной теоретической идеей. Он имеет конкретное воплощение в анатомическом строении мозга.

И наоборот, когда мы концентрируемся на негативных событиях, «активируется» симпатическая нервная система («борьба или бегство»). Задача этой системы – предупредить нас об опасности, подготовить нас к ответным действиям. Опасные ситуации заставляют нас быть внимательными, что, конечно, лучше, чем отсутствие концентрации, но наши нейронные сети быстрее развиваются тогда, когда мы во всем начинаем замечать положительные моменты.

Без достаточной сосредоточенности мы не завершим стадию метаморфа на S-образной кривой. Потеря концентрации – наш заклятый враг. У каждого из нас есть любимые занятия, которые служат отвлекающим фактором, но почти универсальным для всех является просмотр телевизора. Михай Чиксентмихайи отмечает: «Просмотр телевизора очень редко приводит к состоянию потока.

За работой люди достигают состояния потока, которое выражается в глубокой концентрации, комплексном и сбалансированном подходе к решению задач, чувстве контроля и удовлетворения, примерно в четыре раза чаще, чем при просмотре телевизора»[91]. Вот так. На работе с нами происходят самые значительные метаморфозы.

Даже кратковременная потеря концентрации приведет к тому, что мы потеряем управление и отклонимся от курса. Наши мысли материальны (по этому принципу и работает карта действий из второй главы). Потеря концентрации заставляет нас сойти с намеченного пути, запрыгнуть на другую S-образную кривую. Мы бесцельно блуждаем в лабиринте, попадаем в тупик.

Справедливости ради следует отметить, что отвлечься тоже бывает полезно. С точки зрения эволюции, отвлечение внимания – это механизм выживания: мозг пытается предупредить нас о каком-то неожиданном событии. Это будет кстати, если из леса выскочит дикий кабан и попытается на вас напасть. Но что-то подобное вряд ли произойдет в офисе. Отвлечение на работе, скорее всего, нарушит вашу концентрацию, истощит ваши ресурсы. И бояться вы будете не кабана, а дедлайна. Используйте эти практические советы, чтобы не попасть в капкан дедлайна и сохранить импульс на пути разумного роста.

В пятом эпизоде «Звездных войн» трехпалый мастер-джедай Йода учит Люка Скайуокера жить в настоящем моменте. Место действия: уединенное болото. Юный Люк стоит на руках; он покачивается, но сохраняет равновесие. Он должен уложить камни друг на друга с помощью телекинетической энергии, Силы. «Сконцентри-и-и-руйся!» – протягивает Йода. Люк теряет равновесие и падает в обморок. «Вдаль он смотрит… На горизонт, на небо, в будущее, – позже размышляет Йода. – Где бы он ни был, что бы ни делал, далеко всегда его разум».

Так и у обычного человека – его мысли бывают где-то далеко. Нужна практика. Мишель Маккенна не все задачи виртуального драфта воспринимала как нечто интересное и воодушевляющее, равно как и не всегда получала эмоциональную поддержку. Она ощущала себя родителем, чьи дети выросли и разлетелись кто куда. Словно она была совсем одна. Начало пандемии она действительно провела в одиночестве.

Днем решала главные организационные вопросы, ночью прорабатывала второстепенные детали. Нужно было собрать и разослать материалы для драфта почти двум сотням человек – участникам, тренерам (из колледжей и НФЛ), владельцам команд и генеральным менеджерам[92]. Вечера Мишель проводила среди коробок, бланков и почтовых отправлений. Она совершенно точно попала в капкан дедлайна. Позже приехал ее сын и взял отправку посылок на себя; друзья оставляли еду на крыльце. Рассылка материалов (и готовка) могли стать серьезным отвлекающим фактором. Одиночество тоже могло. Но Мишель жила настоящим. Она адаптировалась, делегировала полномочия, не сбилась с курса.

Другие задачи воодушевляли. На виртуальном драфте Мишель фактически выполняла функции режиссера ТВ-программ. Мероприятие проходило в прямом эфире. Она и подумать не могла, что когда-то будет направлять первую камеру, подготавливать вторую, решать на месте, кто и что появится на экране. К ее собственному удивлению, ей это нравилось. Размышления о том, на каком участке кривой она находится, привели Мишель на очередную микро-кривую.

Далек ли ваш разум? Вы двигаете тяжелые камни самокопания? Или отвлекаетесь на посторонние мысли? Определенно нет! Вы – метаморф, а метаморфы не останавливают продуктивный поток. Вы можете и будете сохранять концентрацию на настоящем моменте. Вы «поймаете фокус». У вас вырастут крылья.

Медитация помогает нам жить настоящим. И все же, по мнению Эллен Лангер, профессора психологии Гарвардского университета и опытного исследователя внимательности и осознанности, «медитация – это средство достижения осознанности; осознанность – это постоянное действие в моменте, образ жизни»[93]. Важно разграничивать эти два понятия. Медитация – это практика; осознанность – это нахождение в состоянии присутствия. Большинство из нас проводит бо́льшую часть времени в состоянии отсутствия. Эллен утверждает: «Состояние отсутствия не позволяет вам воспользоваться открывающимися возможностями. Ваши мысли где-то далеко, но вы этого не замечаете».

Пусть Йода и вымышленный персонаж, но его идеи вполне материальны. Мы сдерживаем собственные метаморфозы, когда пребываем в состоянии отсутствия, находясь при этом в собственном теле, проживая свою жизнь, моменты, которые нам уготовила судьба.

Эллен считает, что начать нужно с малого: просто уделяйте больше внимания людям и вещам, которые находятся прямо перед нами. По словам Эллен, мы развиваем осознанность, «просто замечая новые вещи». Учитесь видеть непривычное в привычном, новые знания среди уже накопленных. Только так вы начнете жить настоящим. Момент всему вас научит. И только так вы сможете выработать разумный подход к росту.

У меня в кабинете развешены ботанические иллюстрации, восемь штук. На них преимущественно изображена клубника. Во второй главе, «Собиратель», я уже рассказывала о том, что мой муж вырос на ферме в Мэриленде, где они с семьей выращивали ягоды. В нашем доме мы тоже выращиваем клубнику. Для меня клубника связана с чувством дома. Есть у нее и еще одно символическое значение. Клубника – это цельная ягода, она не разделена на части, как апельсин. Изображения клубники напоминают мне о том, что я не должна распылять внимание, должна сохранять фокус на том, что для меня действительно важно.

Некоторые слова, образы или идеи могут вызвать эмоциональное потрясение. Эмоциональные триггеры часто воскрешают застарелые травмы, которые занозой въелись в память. Тяжелые воспоминания причиняют боль. Особенно воспоминания из детства. Эмоциональные триггеры могут подорвать нашу уверенность в себе и сделать нас уязвимыми, вогнать в уныние и депрессию. «Я не могу перестать думать об этом», – так мы чувствуем.

За что бы мы ни брались на работе или дома, все у нас идет крахом, ведь этим мыслям мы отдаем весь разум, они отнимают у нас всю энергию. Мы не можем заснуть, не можем спать. Мы не можем проснуться. Триггеры могут прервать продвижение в зоне наилучшего восприятия и подорвать способность к становлению метаморфом. Триггеры особенно опасны тем, что прерывают метаморфозу, когда кокон, в котором находится куколка, уже начинает трескаться.

Разумный рост требует от нас отказа от моделей поведения, сформированных триггерами, таких как поиск успокоения через зависимость – от определенных действий, объектов, веществ. Часто триггеры связаны с теневыми ценностями, о которых мы говорили в главе «Исследователь». Этими ценностями мы обладаем от природы. Мы поддерживаем саму идею командной игры, но на самом деле стремимся победить любой ценой.

Например, триггером может выступать тот факт, что по завершении большого проекта, над которым мы усердно работали, мы не получаем похвалу – даже если никто не намеревался нас таким образом задеть или обидеть. Если признание личной победы не было нашей теневой ценностью, мы бы, скорее всего, просто пожали плечами и сказали: «Подумаешь, забыли поблагодарить». В противном же случае мы можем потратить часы, дни, даже недели, лелея обиду и размышляя о том, почему так случилось, разрабатывая план по устранению причин недовольства.

Я глубоко убеждена, что у каждого взрослого человека есть личный триггер. Многие из нас пережили жестокое обращение и пренебрежение в той или иной форме, осознаем мы это или нет. В памяти то и дело всплывают нерешенные вопросы. Если что-то вызывает у нас неприятные эмоции или воспоминания, важно признать чувства потери и боли. Нет ничего постыдного в том, чтобы переживать горе, совершать ошибки – прямо как дети. Эти навыки являются шагами на пути исцеления от травмы, а ключ к такому исцелению бывает очень непросто найти. Боль от неспособности выразить то, что мы чувствовали в момент травмирующего события, может быть пропорциональна силе триггера, который не дает нам жить полной жизнью в настоящем.

Чтобы справиться с этими эмоциональными ударами, я задаю себе такие вопросы: как бы отреагировало мое будущее «Я» (то есть человек, которым я стремлюсь стать) на эти события? Кем я хочу быть сейчас? Как бы на эту ситуацию отреагировал человек, которым я восхищаюсь? Если вы верующий человек, спросите себя, какой образ действий не противоречит вашей вере. Переосмысление ситуации, взгляд на нее под другим углом помогает мне выбрать правильный ответ.

Приведу два дополнительных способа для контроля триггеров. Во-первых, мне помогают мысли о трех вещах, за которые я благодарна прямо сейчас: клавиатура, на которой я печатаю, птичка, которая присела на кормушку за окном, и наша кошка Пенелопа, которая царственно восседает рядом с компьютером. Выражение благодарности активизирует парасимпатическую нервную систему и символизирует безопасность.

Вторая практика, которую я переняла у психолога Эммы Макадам, выражает схожую идею: нужно сосредоточиться на трех вещах, которые я вижу, трех вещах, которые я слышу, и трех вещах, которые я могу потрогать[94]. Спецназ физических чувств помогает контролировать рептильный, реактивный мозг. Такое осознанное поведение помогает мне (и может помочь и вам) жить настоящим, а не воспоминаниями.

Наконец, люди, которые говорят правду о нашей жизни (включая специалистов по психическому здоровью), могут помочь нам выявить причины появления эмоциональной реакции и выстроить план по проработке этих причин. Потребуется какое-то время, но в итоге мы сможем одержать победу над триггерами.

Подобно силе, которую набирает бабочка, чтобы выбраться из кокона, наше умение выявлять и контролировать триггеры поможет нам взлететь. Все это – метаморфозы.

Наше тело – это точильный камень для нашего разума. Здесь важно все: что мы едим, как спим, как поддерживаем физическую форму.

К примеру, еда служит строительным материалом для нашего мозга. Между кишечником и мозгом проходит множество нейронов. Мы то, что мы едим. Как сказал мне гуру здорового образа жизни Шон Стивенсон: «Еда – это секретное оружие». Мы знаем, что это правда, на уровне логики и интуиции. Но едим ли мы так, как будто знаем, что это правда? Еда может сделать нас сильными, однако слишком часто она делает нас слабыми.

Исследования, проведенные среди тюремных заключенных, показывают, что плохое питание с большей вероятностью станет причиной насилия, чем факт совершения насилия человеком в прошлом. Шон прямо заявляет: «О том, что человек агрессивен, можно понять по тому, что он ест»[95]. Правильное и здоровое питание может привести вас к уверенной победе. Ешьте как победитель.

На этом моменте моя двадцатилетняя дочь сказала бы, что нам нужно серьезно поговорить. Она часто замечает (а иногда говорит это прямо), что в состоянии стресса мой рацион более чем наполовину состоит из сладкого. Дома меня называют Коржиком из «Улицы Сезам», а чтобы получить такое прозвище, надо очень постараться. Если говорить о здоровом питании, то до победы в этом соревновании мне как до Луны.

Агония взрослой жизни заключается в том, что мы действительно хотим осуществить эти изменения, но чувствуем, что изменить сразу все правила игры у нас не получится. Мы погрязли в работе и стрессе. Мы ищем способы справиться с ситуацией, выжить. Мы не можем осуществить все изменения одним махом (да и кто может?), и от этого у нас опускаются руки. Итак, если вы похожи на меня и большинство людей, вы знаете, что должны и хотите питаться лучше, но вы ограничены во времени, вам мешают повседневные заботы.

Если преобразование рациона прямо сейчас кажется вам невыполнимой задачей, подумайте, какие небольшие шаги вы можете сделать в этом направлении? Что поможет вам запустить управляемую S-образную кривую для постепенного улучшения питания? Любое позитивное изменение, каким бы маленьким оно ни было, станет мощным толчком (как я уже писала в главе «Исследователь», все эти маленькие действия приобретают решающее значение на пути к изменениям) и освободит пространство для новых полезных привычек. Можно ведь съесть один свежий фрукт или овощ за день? Начните с малого.

Даже во сне можно учиться разумному росту. «Концентрация внимания на изучении какой-либо темы и сон – это волшебная комбинация, которая позволяет создавать новые синапсы», – утверждает Барбара Оакли, исследователь, автор популярных книг и онлайн-курса «Научитесь учиться», коллега Терри Сейновски (из третьей главы, «Акселератор»)[96]. Нейроны, «активированные» во время бодрствования, продолжают работать и во время сна. Именно поэтому вы просматриваете свою карту действий перед сном. Вы подготавливаете мозг к обучению во сне.

Не забывайте о физических упражнениях, необходимых для преобразования. В эксперименте, который провел Терри и его коллеги из Института Солка, сравнивались две группы мышей, активная и неактивная[97]. Скорость рождения новых нейронов в обеих группах была одинаковой. Но активные мыши учились быстрее и запоминали больше информации. Их нейронные сети развивались быстрее, а синапсы были прочнее. «Долговременная потенциация, – сказал мне Терри, – возможна благодаря физическим упражнениям»[98].

«Да» позволило нам начать движение в точке старта. Чем чаще мы говорили «да», тем больше возможностей нам открывалось. Но постоянное «да» поглощает импульс. Нам нужно научиться говорить «нет». Например, в последнюю неделю работы над этой книгой перед сдачей рукописи я не терялась и не испытывала раздражения (как это часто бывает), когда меня о чем-то просили. В основном, независимо от просьбы, я отвечала «нет». Когда я четко расставила приоритеты, боль, которую я обычно испытываю, когда говорю людям «нет», уменьшилась. Умение говорить «нет», не испытывая при этом муки совести, – это очень важный навык для каждого, кто хочет сохранить фокус и совершить преобразование.

Райан Вествуд понимает это как никто другой. Он предпринимал попытки заняться бизнесом с одиннадцати лет[99]. Как-то, вдохновившись заданием написать сочинение на тему «Почему я хочу стать предпринимателем», Райан наклеил ценники на свои любимые бейсбольные и баскетбольные карточки, договорился с владельцем местного магазина и разместил небольшой импровизированный стенд прямо в зале этого магазина. С продажи спортивных карточек Райан выручил около десяти долларов. «Я почувствовал какую-то магию», – вспоминает он. К сорока годам он создал и продал две компании.

Когда я беседовала с Райаном на нашем подкасте, он рассказал мне, что за время своей карьеры общался с тысячами предпринимателей и пытался узнать секрет их успеха. Особенно занимательной мне кажется его беседа с Эриком Морганом, тогдашним генеральным директором компании Workfront. Эрик сказал Райану: «Как только мы поняли, в чем заключается ключевое преимущество, на котором может строиться успех компании, мы сосредоточились на нем и сказали всему остальному “нет”»[100].

Райан последовал совету Эрика. Свой второй бизнес, компанию Simplus, партнера Salesforce, которая «предоставляла всевозможные решения и услуги на рынке», он превратил в компанию, которая сегодня предоставляет услуги в одном направлении. «Мы сказали “нет” всему остальному. Принятие такого решения требовало невероятной дисциплины, все это противоречило логике начинающего предпринимателя. Но благодаря концентрации внимания и выявлению нашего ключевого преимущества мы заключили контракты с крупнейшими компаниями мира».

Райан, прирожденный предприниматель, повсюду видит возможности S-образной кривой. Но, будучи лидером разумного роста, он знал, что для роста компании Simplus ему необходимо трансформироваться самому. На карьере Райана это отразилось следующим образом: «Я занимался только тем, было непосредственно связано с Simplus. Книга, подкаст и все остальное, что не имело отношения к продвижению компании, ушло на второй план»[101]. Сотрудники Simplus последовали его примеру.

Райан повесил в своем офисе табличку с надписью «Simplus». Во время совещаний он не раз указывал на нее и говорил: «Главное – это главное». Благодаря высокой концентрации вкупе с многочисленными «нет» Райан стал приверженцем разумного роста. Через пять лет компания Infosys купила Simplus за 250 миллионов долларов. Этот успех был для Райана не просто победой; он изменил жизнь многих его сотрудников. Продажа компании позволила семьям купить дома и осуществить другие мечты.

Такого рода сосредоточенность свойственна метаморфам. Невозможно осуществить трансформацию, если в зоне наилучшего восприятия постоянно отвлекаться на посторонние вопросы. Если мы не сможем сосредоточиться и сказать «нет» новым делам, мы рискуем стать человеком, которого Джордж Леонард, автор книги «Мастерство», называет позером. «Позер предпочитает видеть себя искателем приключений, любителем новизны и т. д. Но на самом деле, скорее всего, он ближе к тому психологическому типу, который Карл Юнг назвал puer aeternus, или “вечным ребенком”». Постоянно говорить «да» новизне – значит говорить «нет» мастерству и прощаться с возможностью становления метаморфом.

Вся сложность в том, что у нас есть веские причины говорить «да». «Да» способствует развитию отношений. Это важное слово в здоровой экосистеме. Но и «нет» тоже, хотя говорить его сложно. Если вы видите себя помощником по самой своей природе, считаете себя обязанным говорить «да», то такой отказ дорого вам обойдется в эмоциональном плане. Или если окружающие ожидают услышать от вас «да» – вам придется принять тот факт, что вы огорчите других людей, часто тех, чье одобрение для вас важно, или тех, в чьем одобрении вы по-настоящему нуждаетесь, например, начальника, влиятельного друга; вы, скорее всего, упустите хорошие перспективы. Умение говорить «нет» сопряжено с болезненными изменениями личности.

Наверное, именно поэтому мне так нравится легенда о Психее, покровительнице человеческой души в греческой мифологии. Героическое путешествие Психеи дает читателю бесценный урок: на пути к преобразованию человек сталкивается со множеством трудностей, преодолев которые он одержит заслуженную победу. Психея родилась смертной женщиной. После разлуки с мужем, богом Эросом, Психея получает от матери Эроса, Афродиты, четыре задания. Если Психея успешно выполнит эти задания, влюбленные воссоединятся. Поначалу Психею одолевает страх. Она боится, что у нее ничего не получится. Но ставка высока. Психея не собирается отступать.

В последнем задании Афродита поручает Психее отправиться в загробный мир, страшное и опасное место, и наполнить коробочку бальзамом красоты. Психея знает, что на своем пути она встретит людей, которые будут умолять о помощи и пытаться отвлечь ее. Психее обязательно нужно сказать «нет», если она хочет достичь своей цели. Психея одерживает победу.

Влюбленные воссоединяются и вместе летят на Олимп, где девушка становится богиней. Если мы хотим, чтобы наше «да» было чем-то большим, чем просто обязанностью, мы должны говорить «да» тому, что первостепенно (наши ценности, наш ответ на вопрос «зачем»), и научиться говорить «нет» тому, что вторично. Умение говорить «нет» – это неотъемлемая часть пути становления человека. Все люди учатся этому по-разному. Главное – освоить этот навык, ведь без него будет невозможен разумный рост.

Если мы хотим научиться летать, необходимо сохранять фокус.

Книга Ролло Мэй – ставшее классикой «Мужество творить» – повествует о конференции под названием The Sky’s the Limit («Предел только небо»), на которой выдающиеся деятели из самых разных областей изучали возможности человека.

Мероприятие оказалось скучным. Будущему человечества пели дифирамбы, но что касается его настоящего – никто не хотел брать на себя конкретные обязательства, в особенности финансовые. Не удалось договориться ни об одной новой инициативе. Конференция завершилась (к облегчению многих), но ее участники не достигли никаких существенных результатов[102].

Выражение «предел только небо» звучит красиво, но рост требует решения приземленных задач. Небольшая сила трения способствует движению. Было бы лучше назвать конференцию так: «Предел только небо (и гравитация)». «Творчество возникает там, где начинается борьба человека со всевозможными ограничениями», – пишет Ролло[103].

Оптимальное напряжение является залогом успешной трансформации с сохранением импульса в зоне наилучшего восприятия на S-образной кривой метаморфа. Разумеется, мы работаем над оптимизацией напряжения на всех участках кривой – если напряжение слишком высокое, его нужно понизить; если напряжение слишком низкое, его нужно повысить, – но в зоне наилучшего восприятия достигается равновесие.

У нас достаточно ресурсов, но не настолько много, чтобы не нужно было проявлять изобретательность – прилагать настойчивые и творческие усилия, выдвигать новаторские идеи. У нас достаточно опыта и возможностей для быстрого прогресса, но не настолько много, чтобы нам стало скучно. Нахождение в зоне наилучшего восприятия, использование всех открывающихся возможностей означает сохранение фокуса на балансе между силами, которые могут сделать продвижение по кривой слишком сложным или слишком легким.

На данном этапе мы находимся под влиянием стрессовых ситуаций[104]. Эми Арнстен, профессор нейробиологии Йельского университета, определила, что так называемый оптимальный уровень стресса, «эустресс», достигается при наличии в мозге необходимого уровня двух нейромодуляторов, дофамина и норэпинефрина[105].

Если уровень нейромодуляторов слишком низкий, никакие сигналы не передаются соседним клеткам, связи между нейронами не возникает. Если уровень слишком высокий, система дает сбой. Оптимальный уровень нейромодуляторов предполагает, что нейроны обрабатывают достаточное количество новой информации, а система функционирует исправно.

Каждый участок S-образной кривой обладает собственной ценностью. Мы можем получить импульс независимо от того, на каком из этих участков находимся в данный момент. Мы хотим попадать в зону наилучшего восприятия, ускоряться на пути к трансформации как можно чаще и находиться в этом состоянии как можно дольше – дело ясное. Именно на этом участке мы можем себя реализовать, выложиться по полной. Для этого нам нужно определить оптимальный уровень стресса.

Но давайте будем реалистами – перемены причиняют боль. Пусть мы жаждем роста, новизны и свободы передвижения, мы также жаждем исполнения желаний. Приобретение навыков, настойчивости, необходимых для разумного роста, далеко не всегда происходит естественным путем.

Английский поэт и философ Дэвид Уайт не без иронии отмечает, что «одной из удивительных способностей человека является его нежелание быть человеком». Дэвид имеет в виду все проявления нежелания строить карьеру, отношения, нежелание состояться как родитель, как лидер. Взрослая жизнь – это, в конце концов, тяжело.

Только вот чувство вины за свою человеческую природу вам ничем не поможет. «Сострадание к себе связано со способностью понимать и даже развивать чувство юмора по отношению ко всевозможным проявлениям нежелания. Выражать свое нежелание что-либо делать, предпринимать и позволять этому выражению трансформироваться в нечто совершенно иное», – считает Дэвид[106]. Это и есть метаморфоза. Примите всерьез собственное неприятие – не обязательно к самой идее перемен, но к той тяжелой работе, которой требуют перемены. Начните меняться.

Мой прапрадед, Эбенезер Брайс, жил в девятнадцатом веке. Он был судостроителем и иммигрантом из Шотландии. Он приехал в Америку совсем юным парнем в 1854 году, женился на Мэри Парк в столице штата Юта Солт-Лейк-Сити, создал большую семью. Через несколько лет после свадьбы Эбенезера попросили построить часовню в отдаленной долине. Строительство кораблей было его призванием, но тогда его просили построить совсем не корабль, и этот момент стал определяющим в его судьбе. Это и есть отличный пример оптимального напряжения – свободное сочетание накопленных и новых знаний, привычной жизни и чего-то неизвестного.

Часовня Пайн Вэлли, которую построил Эбенезер, до сих пор функционирует. Объект внесен в Национальный реестр исторических мест. Самое интересное, что эта часовня построена по принципу перевернутого корабля. Крыша часовни выглядит вполне обычно, а вот основание здания имеет форму корпуса корабля. Эбенезер Брайс был настоящим пионером, новатором и мастером личного прорыва.

После завершения строительства Эбенезер и его семья обосновались на территории современного национального парка Брайс-Каньон (названного в честь Эбенезера) в штате Юта. Брайс-Каньон – геологическое чудо, природный амфитеатр с красными скалами, который сам Эбенезер называл «адским местом, где можно потерять корову»[107]. Брайс-Каньон был совсем не похож на Глазго – в Глазго шел дождь, а там стояла засуха. Но Эбенезера и Мэри ничего не могло остановить. Они внедряли инновации, применяли накопленные знания в новых условиях. Они развивались, они приспособились. И расцвела страна необитаемая.

Со временем Брайсы основали одноименную общину в Аризоне, где и завершили свой вдохновляющий путь. Для меня золотые годы Эбенезера олицетворяют радость метаморфоз. Мой предок пережил полную трансформацию и из молодого шотландского кораблестроителя превратился в опытного американского пионера.

Гусеница превратилась в бабочку.

Четвертый этап на S-образной кривой обучения – это метаморфозы. Увлекательный этап, на котором у вас все получается; он протекает быстрее по сравнению с предыдущими этапами, вы испытываете прилив сил от сочетания вызова, продуктивности и роста. Так и ваш мозг – по мере совершенствования модели прогнозирования он переключается с задачи реагирования на стресс на задачу получения награды в виде дофамина. Все это происходит на уровне химических процессов. Стадия метаморфа на S-образной кривой включает в себя изменение идентичности. Фокус с того, что вы делаете (например, «я занимаюсь бегом»), смещается на то, что вы собой представляете (например, «я бегун»).

Эта стадия разумного роста требует высокой сосредоточенности и концентрации энергии. У метаморфа остаются сильный импульс и значительные возможности для роста. То обстоятельство, что у вас все получается, представляет собой парадоксальный вызов. Вам может казаться, что вы достигли поставленной цели, вам может захотеться перепрыгнуть на новую S-образную кривую, но сейчас самое время сосредоточиться и сконцентрировать свою энергию на поставленной задаче, чтобы осознать и направить свой рост. Чем лучше вы понимаете, как происходит рост, тем больше у вас возможностей влиять на него. Следующие точки фокусировки – методы концентрации энергии – помогут вам сохранить фокус и импульс:

• Первая точка фокусировки: жизнь в настоящем. У вас есть все необходимые ресурсы и компетентность, но для достижения успеха необходимо сохранять фокус на настоящем моменте и осознанно подходить к точкам фокусировки. Ускорить разумный рост можно, нужно всего лишь не отвлекаться на посторонние мысли. Поймайте фокус. Устремитесь ввысь.

• Вторая точка фокусировки: победа над триггерами. Боль или потеря, которые вы испытали – особенно в детстве, – вызывают неприятные эмоции и воспоминания, отвлекают ваше внимание. Эмоциональные триггеры подрывают вашу уверенность и делают вас уязвимыми, что сказывается отрицательно на темпах роста. Не игнорируйте триггеры, вы не сможете сдержать их разрушительную силу. Но вы можете одержать над ними победу. Успешные люди четко осознают свои триггеры, знают, как справиться с ними, избавиться от них, а также находят спасение и успокоение в достойных занятиях.

• Третья точка фокусировки: в здоровом теле здоровый дух. Сохранение фокуса в условиях волнений, воздействия отвлекающих факторов на данном этапе требует проницательности. Ваше тело – это точильный камень для вашего разума. Важна каждая деталь: что вы едите, как спите, как поддерживаете физическую форму. Здоровое тело помогает мозгу работать максимально эффективно.

• Четвертая точка фокусировки: умение говорить «нет». Высокий темп роста и отличные результаты этого этапа открывают массу новых возможностей. Многочисленные возможности отвлекают вас от главной цели. Новые возможности стоит рассматривать только тогда, когда они непосредственно способствуют достижению целей данной S-образной кривой. Все остальные возможности становятся отвлекающим фактором и замедляют темп роста, который вы набрали с таким трудом. Метаморф говорит «нет» отвлекающим факторам и «да» ускорению темпов продвижения по S-образной кривой.

• Четвертая точка фокусировки: поиск оптимального напряжения. Пусть вы мечтаете о беззаботных деньках, но ваш рост будет максимальным только в условиях оптимального напряжения: у вас достаточно ресурсов, но не настолько много, чтобы не нужно было проявлять изобретательность – прилагать настойчивые и творческие усилия, выдвигать новаторские идеи. У вас достаточно опыта и возможностей для быстрого прогресса, но не настолько много, чтобы вам стало скучно, вы перестали учиться и расти. Оптимальный уровень стресса устанавливается в условиях высокого уровня новизны, необходимой для исправного функционирования системы.

Используйте время, проведенное на этом участке кривой, по максимуму, поскольку именно здесь вы можете себя реализовать, выложиться по полной. Именно здесь происходит волшебство, и гусеницы становятся бабочками.

Эрик Ортон считал, что работать продюсером одного из театров на Бродвее – все равно что толочь воду в ступе. Чтобы свести концы с концами, когда одно из его шоу неожиданно закрылось, он брал подработки в сфере графического дизайна. Однажды вечером после работы Эрик проходил мимо пристаней вдоль берега Гудзона, где были пришвартованы небольшие яхты и парусники. На черной глади воды отражались огни, и эта картина захватила воображение Эрика. Он решил научиться ходить под парусом[110].

Жена Эмили подбадривала его. Эрик, Эмили и две их старшие дочери начали брать еженедельные уроки, семья буквально с головой окунулась в мир новых знаний. Позже они вступили в парусный клуб.

Когда Эрик смотрел на мерцающие огни на воде, он и подумать не мог, что вся его семья – жена, пятеро детей от шести до шестнадцати лет, младший из которых родился с синдромом Дауна, – на год оставит привычную жизнь на Манхэттене, чтобы поселиться на корабле и отправиться в плавание по Атлантическому океану.

Но они это сделали. После пяти лет практики все семеро членов семьи Ортон отправились на Карибы. Там они купили подержанную лодку длиной около десяти метров, которую назвали Fezywig и пришвартовали у берегов острова Святого Мартина в Карибском море[111].

Иногда S-образные кривые обучения уводят ваше судно в неизвестные воды. Не каждая S-образная кривая ориентирована на работу и карьеру. Иногда вы хотите развиваться вне работы.

Лодка Fezywig была небольшой: четыре маленькие каюты и две ванные комнаты под палубой были меньше, чем трехкомнатная квартира семьи в Нью-Йорке. Тем не менее, простояв на месте несколько месяцев, отремонтировав лодку и преодолев, как называет его Эрик, «крутой отрезок кривой обучения, когда мы поняли, как многого не знали и насколько амбициозной была наша цель», Ортон подняли парус и отправились в плавание.

Они собирались доплыть до Нью-Йорка. Ортоны совершили пробное плавание к островам Сент-Китс и Антигуа, а после отправились в большое путешествие на лодке Fezywig от острова Святого Мартина на север, мимо Виргинских островов, Пуэрто‐Рико, Багам. Они обошли Флориду, а затем двинулись еще дальше на север, вверх по Атлантическому побережью. Позади остались Каролинские острова, Чесапик, побережье Джерси.

Спустя шесть лет и почти четыре тысячи километров с момента первого урока плавания они увидели реку Гудзон и яркие огни Манхэттена. Проплыв от Карибских Нидерландов до статуи Свободы, Ортон причалили свой верный корабль Fezywig и отправились домой. Домой по знакомым шумным улицам, в ту самую квартиру, где их ждал покой и уют. Ортон пережили множество приключений и установили прочную связь с открытым морем и друг с другом.

Плавание не всегда было спокойным. Оказалось, что у Эрика морская болезнь. Эмили боялась глубины. Полоскать детские вещи в ведре и добывать пресную воду было тяжело. «Меня никогда не интересовали лодки, – сказала мне Эмили, – но жизнь под парусом стала моей мечтой». Порой было страшно. Порой перехватывало дыхание. Порой накатывала усталость. «Было сложно, – вспоминает Эмили. – Но мне нравится учиться». Эмили понимает, что такое разумный рост; они с Эриком – лидеры разумного роста в своей семье. Они растут сами, помогают расти детям, семье.

Благодаря этому путешествию через океан Ортоны достигли вершины S-образной кривой обучения, превратившись из пары, которая хотела научиться ходить под парусом, в настоящих мореплавателей. Хождение под парусом перестало быть для них просто навыком, который они пытались развить, или мечтой, которую они хотели осуществить. Это занятие стало (и до сих пор является) частью их жизни. Они написали книгу-бестселлер Seven at Sea: Why a New York City Family Cast Off Convention for a Life-Changing Year on a Sailboat («Семеро в море: почему семья из Нью-Йорка отказалась от привычного образа жизни ради года жизни под парусом»). Они добрались до вершины S-образной кривой – всей семьей освоили хождение под парусом. «Этого уже не изменить, – говорит Эмили. – И этого у нас не отнять».

Вполне естественно, что семья попала на стадию якоря на S-образной кривой. Вы не якорь, но ваше новое поведение закрепилось – «бросило якорь» – и стало частью вас, а чтобы произвести дополнительные значимые изменения, вам придется перейти на новую кривую обучения. Как только вы закрепите новые знания или навыки, вы начинаете им доверять. Вы доверяете своим собственным способностям.

Вы доверяете способностям своих людей и своей компании: вы плывете в одной лодке. И вы верите, что ваши достижения оправдают себя в долгосрочной перспективе, что оно того стоило. Стадия якоря – это короткий период отдыха и размышлений перед следующим прыжком.

Упорство и набитые шишки привели семью Ортон в зону наилучшего восприятия, родство и командная работа привели их в безопасную гавань, а доверие стало вознаграждением за труды. Эрик выводит такую формулу: «Предел мечтаний определяется уровнем доверия самому себе».

На верхнем изгибе S-образной кривой мы находимся на стадии мастерства. На смену усилиям приходит легкость. Навыки и поведение, которые мы приобрели совсем недавно, закрепляются, и то, что было новым и трудным, теперь дается легко, практически без усилий.

Путешествие окончено. Стадия якоря характеризуется стабильностью и уверенностью, которые мы приобрели, и снижением импульса при заходе в гавань. Мы достигли результатов, которых надеялись достичь, но наш потенциал для дальнейшего роста на этой кривой значительно уменьшился, и дальше прогресс идет медленно. Медленно, быстро, снова медленно – так и происходит рост.

Эрик Ортон сказал, что толок воду в ступе, потому что был подавлен, чувствовал себя неудачником, когда ценная возможность для его карьеры неожиданно пошла ко дну. Нахождение на стадии якоря ощущается иначе, сопровождается чувством достижения. Настало время сделать паузу и порефлексировать, осмыслить проделанный путь.

Давайте подведем итоги. Мы начали с возможности или даже возможностей и изучили потенциал одной или нескольких S-образных кривых обучения, ответив на семь вопросов из первой главы («Исследователь»). Какую цель мы преследовали? Определить, может ли вариант, который нас больше всего привлекает (или на котором мы были вынуждены остановиться), обеспечить разумный рост, который окупит наши затраты на его реализацию.

Мы все подсчитали. Поставленные цели достижимы? Легко ли испытать идею? Являются ли эти знания одновременно новыми и уже освоенными? Хотя большая часть затрат оценивалась качественно – до какой степени мне нужно измениться, чтобы стать тем, кем я хочу быть, – некоторые затраты можно оценить количественно, например, требуемые финансовые вложения или затраты времени.

Эмили и Эрик учитывали стоимость лодки, ремонта, жизни под парусом, время, на которое Эрик должен быть отказаться от профессиональной карьеры. Семья Ортон не богата. Родители не отдавали детей в школу, их обучением занималась Эмили. Однако Ортон хотели получить опыт, который бы изменил жизнь всей семьи. Примерно так выглядел диалог Эмили и Эрика, когда они обсуждали вопрос финансов:

«Мы пришли к выводу, что этого практически не может произойти, – сказала Эмили, – и мы еще достаточно молоды, чтобы начать все сначала, если это все-таки случится». Потенциальная выгода с лихвой окупала все затраты с точки зрения реализации цели, личного и семейного роста и последующих возможностей[112]. Ортоны решили действовать.

Если результаты ваших собственных исследований и сбора данных будут положительными и вы будете готовы взять на себя ответственность и проявить настойчивость, вы сможете преодолеть мучительные испытания в точке старта и попасть в зону наилучшего восприятия. Относитесь к росту разумно, и вы сможете сохранить фокус до момента завершения вашей метаморфозы.

Предпоследний день семьи на борту лодки запомнился Эрику Ортону таким:

Позвольте себе отпраздновать победу на стадии якоря. Мы меняемся, становимся другими людьми – это и есть маленькая победа. Социальный антрополог Фрэнк Э. Мэннинг утверждает: «Празднование победы – это неотъемлемая часть культурного опыта, это инструмент становления личности, формирования чувства цели»[113]. Празднование победы позволяет провести линию между старым и новым, помогает нам составить более полное представление о том, как далеко мы продвинулись.

Вспомним бывшего гендиректора компании Baxter Гарри Кремера (из введения), который сделал головокружительную карьеру и попал на стадию якоря[114]. Он не выдержал паузу, прежде чем вошел в неизведанные воды академической деятельности. Мне стало интересно, успел ли Гарри насладиться вкусом победы?

Он говорит, что успел, и это удивительная история. У него было шесть свободных недель до выхода на новую работу в Высшей школе менеджмента им. Келлога. И что вы думаете? Жена Гарри, Джули, сказала, что они полетят в Европу. С пятью детьми. Разного возраста. Младшему было три, старшему – шестнадцать. И они не собирались ехать на курорт, где все включено. Семья из семи человек прилетела в Париж и арендовала фургон. «Помните тот фильм с Чеви Чейзом, “Каникулы”? Не было ни маршрута, ни брони в гостинице. Мы не могли знать, куда приведет нас эта дорога», – поделился Гарри.

Спустя четыре недели путешествий дорога привела семейство в Рим. Это было не просто дорожное приключение, а праздник, колоссальный опыт, который укрепил семейные узы, – триумфальное завершение корпоративной карьеры Гарри.

Брайан Джеффри Фогг поддерживает идею празднования побед на стадии якоря даже на самой маленькой S-образной кривой. Брайан – ведущий ученый-бихевиорист, основатель и директор лаборатории дизайна поведения в Стэнфордском университете. Он занимается изучением причинно-следственной связи между эмоциями и привычками.

Брайан утверждает, что чувства первостепенны. Он не согласен с тем, что формирование новой привычки занимает двадцать один день, как принято считать, и эту теорию подтверждают обширные исследования и тренерская работа с более сорока тысячами человек в режиме реального времени[115]. Удовольствие и положительные эмоции играют немаловажную роль в системе вознаграждения мозга, и празднование победы позволяет зафиксировать эмоциональный подъем в памяти. «Привычки формируют эмоции», – считает Брайан.

Брайан рекомендует праздновать победу в трех точках, которые соотносятся с соответствующими участками на S-образной кривой. Определите новый навык (поведение), который хотите развить. Отпразднуйте победу, когда впервые примените этот навык (точка старта), отработаете его до автоматизма (зона наилучшего восприятия), полностью освоите его (точка мастерства). Ритуал празднования может быть самым незамысловатым – например, посмотреть в зеркало и сказать себе: «Это победа».

Иногда, особенно когда накрывает усталость, мы забываем, что хорошего сделали за день, каких успехов достигли буквально за несколько часов до сна. Мы отвлекаемся на самокритику, начинаем думать, что день прошел впустую. Не забывайте отмечать маленькие победы. Это еще один веский повод вести дневник.

Победа и поражение – понятия относительные. Если бы бегунья Сифан Хассан, которая завоевала золотую медаль на чемпионате мира 2019 года, пробежала дистанцию в десять километров за тридцать пять минут, она, вероятно, назвала бы это поражением. Если бы я пробежала дистанцию в десять километров за семьдесят пять минут, я бы назвала это победой.

Не забывайте, что каждый эксперт когда-то был новичком, совершал наивные ошибки: ронял в воду тросы для парусов или страдал морской болезнью в попытках освоить совершенно новые навыки. Вы набираетесь смелости и принимаете новый вызов, выходите за рамки возможностей, и такая смелость – это уже победа. Независимо от результата это повод для праздника. Разумному росту во многом способствует неудача, которую вы обращаете в свою пользу. Неудача перестает быть неудачей, как только она дает вам мощный толчок в развитии.

Это и узнал Глен Нельсон, когда набрался смелости и взял в руки блокнот. Глен – писатель в жанре нон-фикшн и куратор‐искусствовед. А еще он соучредитель и содиректор некоммерческого Центра искусств Святых последних дней (Center for Latter-day Saint Arts) в Нью-Йорке. Глен прославляет работы других творцов-Святых последних дней и создает благоприятную среду для творческого сообщества[116]. Художники, актеры, писатели, хореографы, композиторы, музыканты и драматурги съезжаются в Нью-Йорк на протяжении последнего века. Общая культура и вера делают их уникальной частью мира искусства Нью-Йорка.

Концепция центра пришла Глену в голову в конце девяностых. Он недавно выпустился из Нью-Йоркского университета и писал либретто для оперы, когда к нему обратилась молодой композитор, студентка Джульярдской школы, с простым вопросом[117]. Глен вспоминает: «Она готовила программу магистерского концерта и хотела исполнить хотя бы одно произведение композитора, разделяющего ее убеждения. Она спросила: “Где мне найти музыку, которая выразит мои убеждения?” Я ответил “нигде” ведь такой музыки просто не существовало».

Тогда Глен понял, что творцам из религиозной группы, к которой относился и он сам, было необходимо такое место, где они могли бы выражать свои убеждения, сохранять их для будущих поколений, воздавать дань произведениям искусства и более широкой культуре, которую они отражают, чтобы акцентировать самобытность этой культуры. Раз в Нью-Йорке не существовало такой экосистемы для развития и поддержки творцов движения Святых последних дней, Глен решил создать ее сам.

Вот и теперь, два десятилетия спустя, Глен и его содиректора активно продвигают работы творцов этого движения. В 2021 году они открыли первую частную галерею прямо напротив Джульярдской школы и Метрополитен-оперы.

И все это на фоне пандемии COVID-19 в 2020 году, которая приостановила их планы. Художественные галереи Нью-Йорка позакрывались. Глен простаивал в режиме ожидания, он застрял в своей квартире на Манхэттене. Поэтому он начал новую кривую обучения, которую посвятил искусству. «Я всегда хотел начать рисовать, – говорит он, – но я все думал, накручивал себя».

Бывает непросто поверить в то, что вы можете что-то сделать, особенно во взрослом возрасте. Во второй главе, «Собиратель», мы обсуждали, что ребенок с гибкой установкой на рост превращается во взрослого человека, закоснелого в своих убеждениях. Глен когда-то занимался танцами и растяжкой, а теперь он решил «растянуть» границы признанных способностей.

Глен купил замечательную книгу «Рисование правой стороны мозга» Бетти Эдвардс. Он читал эту книгу, выполнял из нее упражнения и вел дневник. Он поделился некоторыми из своих рисунков в блоге «Могу ли я рисовать, если думаю, что не умею рисовать?», так что вы легко можете отследить его успехи[118].

Проект завершился 2 апреля 2020 года – не прошло и двух недель с момента его запуска.

Первые два дня Глен испытывал неприятные ощущения, чувствовал смущение и страх, когда делился своими любительскими набросками. Он понимает, что ему не хватает терпения и внимательности, и с этой своего рода идиосинкразией ему приходится бороться в процессе обучения. «Я точно знаю, что для рисования мне нужно замедлиться и задействовать те части мозга, которые отвечают за измерение расстояния между предметами, а затем запечатлеть их на бумаге», – такая запись появилась в дневнике Глена на второй день эксперимента.

На следующий день он «начал задумываться о рисунках, которые хотел бы нарисовать в будущем». Всего за три дня Глен начинает думать о себе как о человеке, который рисует, а не как о человеке, у которого получаются одни каляки-маляки. На четвертый день он завершает упражнение и записывает в дневник: «В процессе я почувствовал себя настоящим художником». Я полагаю, именно тогда он попал в зону наилучшего восприятия на этой коротенькой S-образной кривой. Упражнения следующих нескольких дней ставили перед Гленом новые задачи, но он применял изученные приемы и старался преодолевать все связанные с этими задачами трудности. «Прежний я бросил бы эту затею после нескольких неудачных попыток», – писал он.

В блокноте почти не оставалось пустых страниц. Глен выразил опасение по поводу упражнения на портрет; первым заданием был автопортрет, и результат его огорчил: «Книга предупреждала меня, что я могу начать сомневаться в себе, и рекомендовала побороть эти сомнения». Так он и сделал. Не все получилось так, как он задумывал. «И все же, оглядываясь на первый автопортрет, который я написал всего неделю назад, я понимаю, что прошел долгий путь. Это должно придавать мне сил и уверенности». Он заключает: «Я совершил трансформацию».

Прилив «сил и уверенности» – это то самое чувство тихого торжества на стадии якоря, тот самый момент, когда мы празднуем переход от старого к новому. Если считать, что целью S-образной кривой Глена является постижение всех прелестей процесса рисования, то он все еще находится в точке старта, занимается сбором данных. Но он установил конкретные параметры для этой кривой: читать книгу, выполнять упражнения и вести дневник.

Пусть эта кривая обучения была короткой, но оттого не менее сложной. Глен одержал уверенную победу разумного роста. Какая разница, насколько мала или велика ваша S-образная кривая, если вы изменились? В сумме все эти точки, в которых вы «стаете на якорь», приводят к значительному росту.

Этта Кинг, волонтер, с которой мы работаем в Обществе милосердия, женской организации, поделилась похожим опытом, который она получила на занятиях по гравюре[119].

Она сомневалась, что ей стоило этим заниматься. В университете она попробовала себя в этом виде искусства, но не смогла воплотить в гравюре идеи, которые были у нее в голове. В конце семестра она сдала инструменты и решила на этом остановиться. Так часто бывает, когда мы пробуем что-то новое; именно поэтому мы исследуем и собираем данные. Некоторые S-образные кривые неспособны окупить ваши затраты в финансовом, эмоциональном или психологическом плане, и чем быстрее вы это поймете, тем лучше.

Двадцать лет спустя, несмотря на многочисленные обязанности в семье и на работе, Этта решила попробовать еще раз. Друг семьи и профессор искусства Даг Хаймс предложил ей записаться на его курс в Университете Южной Вирджинии. «Я напрочь забыла о том, насколько трудоемким был этот процесс. Порой я тратила больше часа только на то, чтобы привести в порядок чернила и рабочее место. Было трудно, очень трудно. На последнем проекте (как и в случае Глена, это был автопортрет) я хотела сдаться. Обычно я не берусь за работу, которую не могу выполнить идеально».

В точке старта Даг оказал Этте поддержку, которую оказывают все хорошие лидеры. Он был одновременно прекрасным инструктором и вдохновителем. Он не переставал повторять: «Главное – процесс, а не результат. Попробуйте снова. Здесь нужно доработать. Попробуйте еще раз».

Перфекционизм – враг разумного роста для многих из нас. Британский писатель и теолог Г. К. Честертон завещал: «Если что-то стоит делать, это стоит делать плохо». Если мы хотим раскрыть потенциал, мы должны набраться смелости и позволить себе быть несовершенными. Когда Этта переключила внимание с качества готового изделия на процесс, начались чудеса храбрости.

Она создала несовершенное произведение искусства, но при этом добилась прогресса, которого ей не удавалось достичь ранее, и ощутила совершенно новое чувство радости и свободы в процессе работы. Так Этта попала на стадию якоря. «Было здорово узнать, что я могу выполнять непростые задачи и что результат не обязан быть идеальным».

В своей книге 2006 года Savoring: A New Model of Positive Experience («Смакование: новая модель позитивного опыта») эксперты в области позитивной психологии Фред Б. Брайант и покойный Джозеф Верофф объясняют, что празднование достижений – это одновременно внутренний и внешний опыт[120].Признание наших заслуг другими людьми для нас очень важно, но еще важнее – это смысл, которым мы сами наделяем свои свершения, ценность, которую мы извлекаем из надежды, веры и усилий, затраченных, чтобы осуществить задуманное.

История Фреда о восхождении на вершину Сноумасс в Скалистых горах Колорадо на высоту чуть более четырех тысяч метров – прекрасный пример собственного признания успехов на стадии якоря. Фред уже два раза пытался совершить восхождение на эту гору, и обе попытки были неудачными. Он знал, что совершить такое восхождение он, возможно, сможет лишь раз в жизни. Наконец, добравшись до самой вершины, он остановился, чтобы перевести дух и полюбоваться захватывающим видом вместе с друзьями, а затем обнял и поблагодарил их за то, что они разделили с ним этот радостный момент.

Фред размышлял. Он вспомнил, как впервые решился на это приключение. Он думал обо всех тренировках, подготовке, картах, капризах природы, травме спины, которая чуть было не нарушила все планы, и неуемном страхе, что у него не получится добраться до вершины.

Испытания, с которыми он столкнулся, придали особое значение мечте, которую он откладывал на потом. Он представлял, как расскажет об этом восхождении семье и с гордостью вспомнит о нем спустя многие годы. Он точно знал, что этим достижением бы гордился покойный дедушка, любитель активного отдыха на природе.

Фред замедлился, чтобы насладиться моментом: запахом и вкусом холодного воздуха, ароматом хвои, звуком ветра и его дуновением, картиной, открывшейся перед его взглядом. Он запечатлел в памяти все детали, которые придавали всему смысл и помогали этот смысл усвоить. Это был тихий праздник в его душе, длившийся всего десять минут. Погода менялась. Настала пора спускаться.

Присутствие в моменте (даже в самом обыденном), «здесь и сейчас» на S-образной кривой приведет вас на стадию якоря. Когда вы окажетесь на этой стадии, уважьте себя – насладитесь моментом и найдите время, чтобы осознать, чего вы достигли.

Это ключ к признанию достижений. Это ключ к тому, чтобы поймать мгновение, переходное состояние, когда прошлое перетекает в настоящее, а настоящее обещает все, что может дать будущее. Сделайте паузу, чтобы зафиксировать эту победу в памяти.

«Постановка на якорь» – это повод для праздника, но не время беспредельного счастья. Удовлетворение от прибытия в гавань обычно сопровождается ощущением грусти оттого, что путешествие подошло к концу. Немного праздника, немного благодарности и немного печали – в этом и есть самый смак.

А еще мы можем чувствовать себя не в своей тарелке, немного потерянными без той структуры, которой требовала наша кривая обучения.

Дэн Пинк, автор многочисленных бестселлеров New York Times о бизнесе и человеческом поведении, резюмирует: «Капелька грусти в счастливом моменте еще никому не помешала. Лучшие концовки не делают нас счастливыми, а порождают более глубокие чувства. Неожиданный прилив озарения, мимолетный момент выхода за пределы чувственного опыта»[121].

На верхнем изгибе кривой обучения кувшинки разрослись по всему пруду; их корни устилают дно водоема. Великолепное зрелище цветения сопровождает запах гниения. Жизнь цветка быстротечна. Кувшинки покрывают весь пруд и не пропускают солнечный свет к корням. Почва истощена, обеднена питательными веществами, некогда богатые ресурсы исчерпаны. В этом пруду уже не смогут вырасти кувшинки. Но только посмотрите на эти цветы! Какой момент! Кто сможет пройти мимо такой красоты?

Приключение семьи Ортон под парусами прошло не так гладко, как могло показаться из первой части рассказа. Они причалили на Манхэттене посреди ночи и вернулись домой пешком. Они прибыли в порт на три недели позже, чем планировали. В ту ночь, которая должна была стать последней ночью семьи в море, ветер был сильным, а вода неспокойной. Они нашли убежище немного южнее места назначения.

В порту они пробили дно лодки. Вода быстро набиралась внутрь, а члены семьи лихорадочно вычерпывали ее из лодки. Лодку спасли и вытащили на берег, чтобы залатать дыру. Семи измученным морякам пришлось оставить свой парусник и арендовать внедорожник, чтобы добраться домой. В книге Эрик пишет: «Мы выехали на шоссе I-95, пересекли мост Джорджа Вашингтона, оказались на Бродвее и свернули на парковку у дома. Мы сидели в машине в тишине. Карина прочитала молитву за всех нас, а потом заплакала. Эмили тоже плакала, слезы беззвучно лились из ее глаз».

Семья вернулась на Fezywig, чтобы забрать вещи и отмыть ее. «Нам нужно было проверить, все ли с ней в порядке. Нам нужно было напомнить друг другу, что мы в порядке. Мы сочувственно погладили борт нашей лодки и сделали несколько фотографий. Она была хорошей. Мы с детьми пошли на причал, где любовались закатом».

Когда ремонт лодки закончился, семья отправилась вверх по Гудзону. Они сделали фотографии, но было уже темно и почти ничего не было видно. «Мы должны были запомнить этот момент, – пишет Эрик. – Эмили с детьми включили музыку и танцевали на палубе. Это был настоящий праздник». Они пришвартовались, а потом отправились домой пешком.

Заза Пачулия (из третьей главы, «Акселератор») достиг вершины спортивной карьеры и в S-образной кривой как чемпион мира 2017 и 2018 годов в составе «Голден Стэйт Уорриорз». После мучительных размышлений он принял решение отпраздновать это достижение уходом на пенсию. «Я хотел бы играть в баскетбол всю оставшуюся жизнь, – сказал он мне, – но это просто невозможно». А ведь у него было четверо детей от трех до двенадцати лет. Он играл еще до того, как они родились. Теперь он мог проводить больше времени со своей семьей. Заза был «благодарен за отличную карьеру, шестнадцать лет в игре», которая многое ему дала[122]. Он «бросил якорь».

Заза получил предложения о разных руководящих должностях в сфере управления от «Голден Стэйт Уорриорз». Все они казались интересными. Он подумал: «Почему бы не делать все сразу?» Именно этим и занялся Заза в первый год после ухода из игрового состава, в сложный сезон 2019–2020 годов в условиях пандемии. Он решил, что не хочет работать тренером, но продолжил исследования и сбор данных в области бизнеса. Заза применяет разумный подход к росту и, вероятно, пройдет несколько S-образных кривых, прежде чем покинет профессиональный баскетбол – если вообще покинет его.

На подкасте «Как совершить личный прорыв» я общаюсь с разными успешными людьми и не могу перестать думать о том, что многие из них являются иммигрантами (как Заза Пачулия) или детьми иммигрантов (Эрик Ортон – американец во втором поколении). На протяжении веков иммигрантов вынуждали покидать родные края, бежать от последствий войны, голода или экономического кризиса[123].

«Постановка на якорь» на новой земле знаменует конец путешествия. Возможно, иммигранты переживают всю остроту этого момента – сочетание праздника и печали – так же сильно или даже сильнее, чем кто-либо другой. Анджела Бланшар, всемирно известный эксперт по развитию местных сообществ из первой главы, «Исследователь», большую часть жизни работала с беженцами и иммигрантами. «На каждой вехе, – говорит она, – будет и благодарность, и скорбь».

Я потомок иммигрантов в США. Некоторые из моих предков по материнской линии были выходцами из Шотландии, например, Эбенезер Брайс. От отца мне достались корнуэльские корни (корнцы – потомки упрямых кельтов, которых давным-давно вытеснили на юго-запад Англии, в суровый край).

Мои корнуэльские предки покинули дома, когда растущее население истощило местные ресурсы. В девятнадцатом веке Корнуэлл, где долгое время добывали медь, был еще и мировым лидером в области технологий для защиты от затоплений, доставки воздуха и решения других жизненно важных задач в шахтах – не говоря уже о повседневной необходимости подъема на поверхность руды, добытой на глубине десятков метров под землей[124].

Хотя запасы меди Корнуэлла были истощены, спрос на нее за рубежом стремительно рос. Для знатоков своего дела, которые готовы были пересечь моря, открывались широкие возможности. В конце 1800-х годов двадцать и более процентов населения Корнуэлла эмигрировали каждое десятилетие. Конечно, они мигрировали в Соединенные Штаты, но кроме того – в Австралию, Южную Африку, Мексику и другие страны.

Благодаря им мир узнал технологию добычи полезных ископаемых, увидел методистские часовни и аутентичные кладбища[125]. Они привезли с собой рецепт корниш пасти, традиционных корнуэлльских пирожков. А еще шахтеры из Корнуэлла подарили Мексике и Новому Свету футбол[126].

Чтобы решиться на эмиграцию, нужно обладать убедительными расчетами. Цифры должны подтверждать, что остаться будет дороже, чем уехать. Постановка на якорь и сход на берег могут принести облегчение и радость, которые нужно отпраздновать, но также и горе, которое нужно пережить.

Я думаю о том, как, должно быть, скорбели, глубоко переживали тоску по дому, семье и друзьям мои корнуэльские предки. Но, возможно, обретя новый дом, они также праздновали, выражали благодарность в поклонении, пиная мяч, готовя пирожки или занимаясь привычными делами из жизни, которую оставили в другой стране. Они отмечали начало новой жизни, что было одновременно радостно и грустно – путешествие подошло к концу, якорь брошен.

Ортон продолжают плавание – возвращаются на Карибы и в Средиземное море. Занимаются скуба-дайвингом. Эмили и Эрик увлекаются серфингом. В 2018 году Эрик поднялся на гору Эль‐Капитан, отвесный гранитный монолит высотой девятьсот метров в национальном парке Йосемити. Дети ходят в школу, взрослые ходят на работу. Ортон празднуют привычный ритм жизни, обучения.

Мне нравится сравнивать S-образную кривую с волной: она вздымается, образует гребень, разбивается и омывает берег. Эту идею подкрепил мой разговор с Лэрдом Гамильтоном, американским серфером на больших волнах. Он сказал: «Каждая волна – это начало. Сначала ты ловишь волну, потом сходишь с нее – это конец. Каждая волна – это отдельная кривая обучения, ведь каждая волна по-своему уникальна. Вы перестаете быть просто человеком, вы становитесь частью океана… Ничто не сравнится с тем ощущением, которое испытывает человек, когда ловит волну»[127].

Океан завораживает. Мы можем часами наблюдать за тем, как он меняется. За каждой волной следует другая волна, а за ней еще одна. Как писал французский философ девятнадцатого века Андре Жид, «каждая прибывающая волна обязана красотой своих линий уходящей волне».

Так и с нашим ростом. Каждую новую кривую частично формирует и определяет предыдущая и последующая кривые. Мы бросили якорь. Мы можем ненадолго остаться в порту, но рано или поздно нам придется поднять якорь и продолжить плавание.

Следующий этап на S-образной кривой обучения – это стадия якоря. Подобно кораблю, входящему в гавань, стадия якоря знаменует ваше прибытие в точку мастерства. Здесь, на верхнем участке S-образной кривой, вы достигли своей цели. Ваше новое поведение закрепилось – «бросило якорь» – и стало частью вас. Вы быстро делаете прогнозы. Ваш опыт чаще соответствует ожиданиям вашего мозга. Вы знаете, что путешествие по S-образной кривой подходит к концу. Вы прибыли в конечный пункт.

Следуйте этим советам, чтобы обеспечить максимальный личностный рост.

1. Делайте паузы и рефлексируйте

Вы завершили путь роста, и это вызывает смешанные чувства: грусть и радость. Чувство удовлетворения смешивается с чувством сожаления. Вы дезориентированы, задаетесь вопросом, куда дальше пойдет ваша жизнь. Вы понимаете, что цели, которые вдохновляли вас на покорение этой высоты, больше не будут мотивировать вас на дальнейшие свершения. Вам не хватает прежнего чувства ориентации или прежней энергии. Сейчас самое время сделать паузу и поразмышлять о своем путешествии. Теперь, когда бурный рост позади, у вас есть уникальная возможность выявить закономерности, которые помогут вам в продвижении по новым S-образным кривым.

Планируйте время для паузы и размышлений с учетом значимости определенной кривой. Закрепляйте небольшие достижения в конце дня. Жизненные вехи (например, получение высшего образования, поступление детей в университет, повышение до руководителя компании) могут стать поводом для более длительной паузы. Проанализируйте этапы пути и определите факторы, которые препятствовали и способствовали вашему росту. Подумайте о принятых решениях и совершенных действиях. Какие из них ускорили рост? Что бы вы сделали по-другому? Найдите время, чтобы поразмышлять о значении этого опыта, признать, что вы «встали на якорь».

2. Отмечайте достижения

Вы сделали паузу и подумали над тем, чему научились и как выросли. Пришло время праздновать. У вас получилось! Насладитесь победой. Пусть каждое торжество соответствует случаю. Отмечайте маленькие победы на S-образной кривой в одиночестве (например, оставляйте записи в дневнике) или с любимыми людьми. Празднуйте большие победы на S-образных кривых с широким размахом – в кругу коллег, семьи или друзей. Так или иначе, празднуйте. Би Джей Фогг, ученый в области поведения человека, пишет: «Празднование – лучший инструмент для формирования позитивных эмоций, которые позволяют установить новые привычки».

3. Приготовьтесь к следующей S-образной кривой

Когда вы закончите отмечать победу, определитесь с тем, что вы будете делать дальше. Может быть, сейчас самое время вернуться к привлекательным возможностям, от которых вы отказались, чтобы не отвлекаться? Вы хотите совершить нечто радикальное вроде крутого поворота в карьере или переезда? Постановка на якорь дает вам стабильность и уверенность. Наметьте дальнейшие шаги в этой точке силы. Одна S-образная кривая перетекает в другую, а затем в третью. Поднять якорь!

Фейзи Фатехи находится на вершине карьеры и профессиональных достижений.

Фейзи – пионер компьютерной науки и один из изобретателей первой в мире промышленной системы баз данных реального времени (БДРВ)[128]. Во время работы инженером-программистом в компании Hewlett-Packard в 80-х он заложил основу для будущих программных приложений, способных отслеживать шаттл, движущийся со скоростью почти тридцать тысяч километров в час, или заключать безопасные сделки на бирже за пятьдесят микросекунд. А еще Фейзи – генеральный директор Corent Technology: платформы, которая представляет собой подрывную инновацию в области миграции и модернизации облачных вычислений. Фейзи утверждает, что эта платформа «в десять раз быстрее, лучше и экономичнее» по сравнению с решениями предыдущего поколения[129].

Путешествие Фейзи на стадию мастерства демонстрирует, как и наши предыдущие истории, что люди, стремящиеся к прогрессу и желающие раскрыть свой потенциал, – не простые любители-альпинисты. Они – восходители, которые стремятся покорить одну кривую обучения, отпраздновать победу, а затем взять курс на следующую S-образную кривую.

Восходитель любуется видом на вершине S-образной кривой обучения. Он определяет, на каком участке кривой рост был медленным, на каком участке рост был более быстрым, и какие результаты он имеет в конце пути. С этой точки обзора можно увидеть пройденный путь во всей его полноте, и перспективу, которой раньше не было. Он посвящает время анализу и празднованию достижения на стадии якоря и чувствует грусть, когда столь важное путешествие подходит к концу.

Куда идти дальше?

Ответ прост: найдите новую гору для восхождения. Чтобы снова ощутить импульс зоны наилучшего восприятия, нам нужно оказаться в новой точке старта. В этой главе мы обсудим непреложный императив – начинать новую S-образную кривую обучения по достижении пика кривой. Мы узнаем, почему опасно разбивать лагерь на вершине кривой обучения, которую мы уже покорили.

Мы обсудим, почему в некоторых случаях у нас не хватает духу продолжать делать то, что у нас здорово получается. Неважно, достигли ли мы максимального результата на S-образной кривой или были вынуждены сойти с дистанции из-за непредвиденных обстоятельств, мы должны спуститься и снова подняться. Понимание каждого этапа кривой позволяет взять вершину или переориентироваться, когда на пути встречается непреодолимое препятствие. Разумный рост требует четкого понимания того, когда вы собираетесь завершить цикл роста, а также смелости для нового восхождения. Вы – восходитель.

Фейзи Фатехи говорит, что уже с подросткового возраста он стремился узнать как можно больше. В начале карьеры он получил степень магистра бизнеса, работая в Hewlett-Packard. За время работы в компании Фейзи сменил семь команд: он занимался разработкой децентрализованной сети вычислений – системы электронных медицинских карт. Работа в каждой новой команде представляла собой отдельную S-образную кривую, которую ему предстояло покорить. Он поднялся на самый верх – мастерство – торжество победы – новое восхождение.

«Каждые два года я менял место работы. Я делал это добровольно, стремился к дискомфорту, а значит, личностному развитию и росту», – говорит Фейзи. Однако после четырнадцати лет работы в HP Фейзи обнаружил себя на вершине кривой, и двигаться дальше ему было некуда. «Я чувствовал себя слишком комфортно. Я всегда говорил себе, что, когда начинаешь чувствовать себя слишком комфортно, нужно двигаться дальше. Это как восхождение на гору: нельзя просто стоять в лагере. Вы можете отдохнуть. Вы можете осмотреться. Вы можете сделать глубокий вдох, перекусить. Но вы должны продолжать двигаться, иначе вы утратите бдительность».

В 1987 году Фейзи предложили совершить восхождение на вершину горы Уитни в Калифорнии, самую высокую гору в нижних сорока восьми штатах США. Это стало для него очередной точкой старта. Потребовались месяцы тренировок и подготовки. Опыт Фейзи служит уроком и раскрывает метафору, важную для всех восходителей на S-образной кривой:

С уходом из Hewlett-Packard Фейзи не просто потерял фондовые опционы; его доход сократился вдвое. Однако все это было ради цели – нового бизнеса, стартапа Jamcracker в области SaaS. Идея «программного обеспечения как услуги» намного опередила свое время. Коллеги считали его сумасшедшим, а он просто хотел учиться. Он слишком долго находился в зоне комфорта. Настало время спуститься с горы и покорить новую вершину.

Карьера британского нейробиолога Тары Суорт, о которой я писала в первой главе «Исследователь», наглядно демонстрирует задачи, которые встают перед восходителем[130]. «Я выросла на северо-западе Лондона, – рассказывает она, – была старшим ребенком в семье индийских иммигрантов первого поколения. Сколько себя помню, всегда хотела стать врачом». Жизнь Тары была предопределена с рождения. Она должна была стать врачом, соблюдать обычаи и разделять религиозные убеждения семьи, как велели того культурные традиции. Ее привлекала психиатрия и нейронаука: «Я хотела понять себя – кем я была на самом деле и кем бы могла стать, если бы была по-настоящему свободна в выборе».

Тара получила степень доктора медицины в Оксфордском университете и кандидата наук в области нейробиологии. Вместе с мужем они покинули Лондон и отправились исследовать мир: «Мы успели пожить в Австралии, на Бермудах и в Южной Африке. Этот опыт изменил мое мировоззрение и помог мне понять разные народы и культуры».

Тара преуспела в профессии психиатра, но чего-то ей не хватало. Ей хотелось «напрячь мозги и попотеть», как она сама говорит. В ее душе поселилась скука. Она переживала застой. «Я становилась все несчастней, была измучена. Я проводила долгие часы на работе, нагрузка была колоссальной. Я не могла отделаться от мысли о том, что не приношу реальную пользу пациентам».

Человек может перестать учиться и расти, но он никогда не будет этим доволен. «Основная задача человеческого мозга, – утверждает нейробиолог Дэниел Вольперт, – заключается в том, чтобы приводить силы в движение»[131]. Возможно, это чувство недовольства вам знакомо. Мне – так точно. Когда моя карьера биржевого аналитика подходила к концу, работа буквально кипела. Я работала как хорошо отлаженный механизм, но некоторые винтики уже начинали раскручиваться. Я еще не осознавала этого, но мое восхождение на гору Уолл-стрит было завершено. Я делала успехи в работе, но дальше расти было некуда.

Так же и Тара Суорт оставила медицинскую карьеру. Она так объясняет свой выбор: «Я взглянула на область психиатрии в перспективе ближайших тридцати или сорока лет и решила, что она не изменится». Тара чувствовала, что ее призвание заключается в чем-то другом, ее интересовало как психическое, так и физиологическое здоровье[132]. «Когда я все-таки уволилась, – вспоминает она, – заведующий отделением обратился ко мне с такими словами: “Ваш уход – настоящая потеря для нас, ведь вы могли выполнять свою работу даже с закрытыми глазами”. И если мне нужна была последняя причина, чтобы уволиться, то это была именно она».

Бесстрашные восходители не раз совершат сложное восхождение по S-образной кривой. Давайте посмотрим на вдохновляющий пример Шелли Арчамбо, руководителя предприятий информационных технологий. В 2013 году Шелли заняла второе место в списке самых влиятельных афроамериканцев в сфере информационных технологий по версии журнала Business Insider. В этот список она попала благодаря выдающимся заслугам в работе по реорганизации двух проблемных компаний, которые объединились под именем MetricStream, чтобы заняться разработкой ПО для корпоративного управления, управления рисками и соблюдения нормативных требований (GRC)[133].

Шелли стала первым гендиректором афроамериканского происхождения крупного стартапа в Кремниевой долине. В середине 60-х годов семья Шелли из шести человек переехала в пригород Лос-Анджелеса. Причиной переезда стали массовые беспорядки в городе Уоттс. Шелли была единственной темнокожей ученицей в классе. Когда семилетняя девочка шла в школу, дети и взрослые атаковали ее расистскими оскорблениями. Как-то на нее даже напали два одноклассника. «Мимо проезжали машины, но никто не остановился», – ровным голосом произносит Шелли[134].

Шелли столкнулась с препятствием в виде расизма, но все равно ставила перед собой амбициозные и конкретные цели на жизнь и карьеру. «Мне нравится состоять в клубах, – как-то раз сказала Шелли школьному психологу. – Программы по обмену, общество почета, скауты и все вот это. Когда-нибудь я их возглавлю». Бизнес, сказал ей психолог, очень похож на клуб – людей объединяет общая цель, которой они стремятся достичь. Тогда девочка ответила, что собирается заняться бизнесом. «Когда я поняла, что бизнесом управляют директора, я сказала, что стану директором. Такой наивной и смелой я была».

Вершина на кривой генерального директора – это высокая гора, подняться на которую можно только преодолев множество гор на пути. Шелли окончила Уортонскую школу бизнеса и уверенно продвигалась по карьерной лестнице в сфере продаж в IBM. Продажи не были конечной целью Шелли. «Я тщательно изучала путь человека, который занимал интересующую меня должность. Я начала с продаж, потому что каждый генеральный директор IBM начинал с продаж», – поясняет она.

Она продвигалась по служебной лестнице, и наконец заняла место директора в подразделении «IBM Азия» по работе с государственным сектором. «Я была первой цветной женщиной в IBM, которая отправилась в командировку за границу, – сказала она мне, – что было удивительно. На дворе стояли девяностые, а я все равно была первой».

Шелли знала, что работа в Азии станет изнурительным восхождением. Она собирала отзывы:

Несмотря на то что культурные убеждения служили предметом разногласий, Шелли Арчамбо развила это подразделение с многомиллиардным оборотом, выбила ему первое место по темпам роста за год. Кому-то этот подъем покажется значительным достижением, концом пути. Однако Шелли продолжала восхождение.

Остановка на большой высоте при восхождении смертельно опасна для альпиниста. На отметке в 8 000 метров начинается так называемая мертвая зона: участок горы, на котором тело и мозг в самом буквальном смысле слова начинают медленно умирать от недостатка кислорода.

На высоте более 8 000 метров человек расходует больше кислорода, чем поступает в организм – это состояние известно как аноксия. Даже при использовании дополнительного кислорода физическое истощение и спутанность сознания могут привести к серьезным последствиям и даже стать причиной смерти[135].

Обучение так же важно для человека, как кислород на большой высоте. Когда темп обучения замедляется, замедляется и наш рост. Обучение необходимо для дальнейшего развития (вспомните про такое свойство мозга из третьей главы, «Акселератор», как нейропластичность), особенно во взрослом возрасте. Ребенок с гибким мышлением, подобным губке, которая впитывает в себя все образы внешнего мира, превращается во взрослого человека, закостенелого в своих убеждениях.

Если мы перестаем использовать новые возможности для обучения, нейропластичность уступает место когнитивной ригидности. Как ни странно, пик S-образной кривой может казаться хорошим местом для остановки, несмотря на всю опасность такого намерения. Добраться сюда было непросто. У нас может возникнуть искушение остановиться на достигнутых результатах. Однако если мы остановимся, решиться на продолжение пути будет трудно, и наш изголодавшийся по обучению мозг начнет умирать.

Статья журналиста Баки Макмахона с блестящим названием Uh-Oh Here Comes the Easy Part («А вот и легкая часть») в журнале Outside рассматривает опасность, которая кроется в легкости. «Когда работа начинает казаться рутиной, бдительность человека ослабевает, он начинает делать ошибки, иногда терпит неудачи. Представьте себе туриста, который отправился на сафари и свалился в канаву у дороги, когда пытался заснять видео из поездки. Он усвоил важный урок: когда опасность миновала, надо быть начеку».

Скука – это одна из опасностей, которая поджидает вас на вершине. К таким опасностям относится и регресс. Вы можете начать делать плохо то, что научились делать хорошо. Новая информация, над получением которой вы так усердно работали шаг за шагом, уже усвоена, интегрирована в обширную нейронную систему мозга и закреплена в ней.

По мере продвижения по S-образной кривой вы отладили модель прогнозирования, определили подходящую степень новизны: достаточную, чтобы представить собой вызов, но не подавить стремление к росту. Так вы удовлетворяли естественное желание получения награды в виде дофамина. Поначалу вы получаете удовольствие, но со временем его становится все меньше. Модель прогнозирования начинает точно срабатывать в вашем мозге; все происходит ровно так, как вы того ожидаете. Вы рискнули и приняли правильное решение, но этого недостаточно, чтобы получать дофамин и дальше[136].

Застой может произойти на любом участке кривой – это факт. Некоторые S-образные кривые просто не дают тех возможностей, на которые мы рассчитывали. Прогресс медленный и непостоянный, а может, он вообще отсутствует; возможно, прогресс резко остановился, хотя мы еще не достигли цели. Однако наиболее вероятно, что застой произойдет на вершине кривой обучения. Мы бросаем якорь, мы радуемся, мы надеемся, что праздник никогда не закончится.

Нас можно понять. Кому захочется останавливать праздник, особенно если он в вашу честь? Вы выявили закономерности в обучении, активность рецепторов серотонина повысилась, настроение улучшилось. Уровень кортизола снизился, а с ним и уровень стресса. Решение совершить новое восхождение, снова стать исследователем может означать, что на смену удовольствию придет боль. Закончить праздник, чтобы вернуться к этому ощущению?..

Даже процесс празднования рано или поздно начинает надоедать, а сам праздник не может длиться вечно. Все положительные эмоции являются следствием импульса, полученного в точке старта. В точке мастерства нам обязательно станет скучно и беспокойно – это лишь вопрос времени. Мы снова хотим оказаться в зоне наилучшего восприятия, а для этого сначала нужно принять вызов новой точки старта.

В 1998 году Шелли Арчамбо уже понимала, что вряд ли окажется на вершине горы на кривой гендиректора в IBM. Поэтому она начала искать новую вершину для восхождения. Франшиза видеомагазинов Blockbuster – в то время они были буквально на каждом углу – искала человека, который бы возглавил проект по созданию сайта Blockbuster.com. По всему миру розничные продажи перемещались в онлайн.

Компания Blockbuster должна была идти в ногу со временем; ей нужен был лидер, чтобы создать дотком и запустить веб-сайт, который в конечном итоге стал бы платформой для просмотра фильмов. «Я подумала, что это идеальная возможность, которая приведет меня к должности генерального директора», – сказала мне Шелли. Она пришла в Blockbuster в 1999 году.

В июне 2000 года она уволилась. Почему? Потому что 2000 год стал годом, когда генеральный директор Blockbuster Джон Антико вошел в историю как руководитель, который отказался от покупки Netflix за 0,001 процента от текущей стоимости компании. Джон не понимал, какую ценность представляла компания Netflix, тогда еще только зарождающийся стартап. Шелли вспоминает: «Генеральный директор Netflix Рид Хастингс и его команда пришли и, по сути, предложили: “Давайте объединим Blockbuster, бренд, и Netflix, технологию, и завоюем этот мир”. Мой босс просто посмеялся и сказал: “Если этот стартап когда‐нибудь выстрелит, мы просто его купим”. Было очевидно, что компания просто не осознавала, куда все движется. Поэтому-то я и ушла».

Шелли спустилась с горы, так и не дойдя до вершины. Она вернулась в базовый лагерь, чтобы подготовиться к восхождению по новому маршруту. Ей было нужно перевести дух. В 2002 году она была снова готова покорять вершину. Ее цель осталась прежней – стать генеральным директором.

Худшее время для покорения мира технологий. Пузырь доткомов лопнул, индустрия технологий потеряла пять триллионов долларов. Компании банкротились одна за другой. Шелли была готова получить должность своей мечты как раз тогда, когда рынок заполонили директора, которые потеряли работу. Она поняла, что, если инвесторы считают, что компания добьется успеха, такая компания нанимает генерального директора с выдающимся послужным списком. Поэтому она решила: «Я возьму и починю то, что сломалось».

Она стала генеральным директором компании Zaplet, которая могла обанкротиться всего через пару месяцев. Она провела слияние Zaplet с MetricStream, еще одной небольшой убыточной компанией. С 2008 года MetricStream является мировым лидером в области GRC-решений. Шелли всегда была деятелем, восходителем, готовым начать путь у самого основания новой кривой, потому она и покорила вершину своей мечты.

Это было пятнадцать лет назад. Она до сих пор занимается восхождением. «Я нахожусь на стадии, которую называю второй фазой», – комментирует она. Шелли входит в состав советов директоров четырех корпораций (в том числе Verizon и Nordstrom), представляет некоммерческие организации, является автором мемуаров Unapologetically Ambitious («Беспардонно амбициозная»), получившие признание критиков. Ее неоднократный успех свидетельствует о том, что рост ведет к еще большему росту. Подходить к росту с умом – значит переходить от одного сложного подъема к другому.

Увлекательное исследование 2019 года, посвященное жизненному циклу генерального директора, описывает модель роста, стагнации и возможности повторного роста с течением времени[137]. Исследование анализирует ежегодные финансовые показатели более семисот руководителей компаний, входящих в индекс S&P 500, и выявляет отдельные фазы работы – от первых недель на посту до наиболее продуктивного времени.

Однако между этими двумя периодами руководители компаний столкнутся с серьезными препятствиями. Те, кто проведет на посту более одиннадцати лет, – как раз тогда и начинается наиболее продуктивное время – должны сначала преодолеть мертвую зону на пути к успеху. За покорением вершины S-образной кривой генерального директора, на что в среднем уходит шесть лет, часто следует период длительного застоя и посредственных результатов. Плато становится пропастью: многие руководители уходят или увольняются.

Наиболее продуктивное время для руководителей компаний начинается с сознательного и неоднократного перехода в точку старта на новых S-образных кривых: «Руководители, которые не впадают в чувство самоуспокоенности, обычно вступают в лучшие, плодотворные годы».

И, хотя с горы лучше спускаться самостоятельно, высока вероятность, что однажды вы окажетесь на обрыве и вас столкнут вниз. Редкий человек никогда не познает этот горький опыт. Некоторые из таких событий – это микротравмы, которые мы получаем ежедневно. Как правило, они связаны с расхождениями между тем, что мы намеревались сделать, и тем, что фактически удалось сделать. Другие события приводят к полному изменению парадигмы. Так, например, Лиз О’Доннелл (из третьей главы, «Акселератор») решила пересмотреть приоритеты, узнав, что родители смертельно больны и нуждаются в уходе в последние месяцы жизни.

Однако даже у подобной ситуации может быть положительная сторона. В 1998 году Дон Дж. Снайдер опубликовал мемуары под названием Cliff Walk: A Job Lost and a Life Found («Прогулка по обрыву: потерянная работа и обретенная жизнь») о незапланированном изменении парадигмы его карьеры, когда на смену интеллектуальному труду пришел физический[138]. В 1992 году Дон был профессором английского языка в престижном гуманитарном университете.

Он любил свою работу, а его любили студенты. Они с женой ждали четвертого ребенка и только что купили дом. Работа, ВУЗ и сообщество казались чем-то постоянным. Члены семьи Снайдер думали, что находятся на стадии якоря.

А потом Дона неожиданно уволили. В течение двух долгих лет он рассылал письма потенциальным работодателям в поисках университета, которому нужен был талантливый профессор английского языка в середине карьеры.

Но тщетно.

Никто не взял его на работу. Дон впал в депрессию. Он отстранился от семьи, от собственной жизни. Пришлось продать дом – никто и подумать не мог, что до такого дойдет. Семья жила на вырученные за дом деньги и на сбережения. Дон окончательно отказался от идеи работы в академической сфере, которая некогда была его мечтой, и устроился работать садовником на местном поле для гольфа.

Не такой уж плохой опыт: некоторый стресс, свежий воздух. Потом Дон устроился на стройку. Он ничего не умел. Работа строителем оказалась не такой простой, какой он ее себе представлял. Дон проникся уважением к мастерству тяжелого физического труда с присущей ему сложностью. Он прошел обучение, получил зарплату, получил удовлетворение, которое приходит с изучением и развитием новых компетенций. Дон сорвался с вершины на кривой академической деятельности, но это падение позволило ему снова начать расти. Однако подняться на новую гору можно было лишь с самого дна. Эту мысль ему помогла понять жена, Коллин Маккуинн, главный человек в его жизни. Цитата из книги Cliff Walk:

Теперь Дон удивляется, почему так много людей хотят заниматься исключительно интеллектуальным трудом. Майк Роу, тот самый Майк Роу из канализации в Сан-Франциско, согласился бы с этим. Высокооплачиваемые рабочие места пустуют, а студенты копят долги по учебе и выходят из университетов без необходимых знаний и навыков[140]. На S-образной кривой обучения нет четкого разделения между достижениями из областей интеллектуального и физического труда. Неважно, кто вы, откуда вы, где живете и чем занимаетесь – если вы хотите развиваться, S-образная кривая обучения вам подходит.

Интенсивная подготовка перед восхождением дает альпинистам преимущество, но им все же могут помешать несчастные случаи, травмы, болезни и прихоти погоды, которые делают дальнейшее продвижение опасным. Они могут так и не подняться на вершину, но они все равно остаются восходителями.

Так же и нас неожиданные причины сбивают с S-образной кривой еще до того, как мы достигаем вершины, даже если у нас есть большой потенциал для дальнейшего обучения. Мы достигли какой-то вершины, но не той самой вершины. Увольнения или сокращения, неудачный бизнес, личные проблемы (развод, болезнь, уход ключевого спонсора или любимого человека) заставляют нас отказаться от некогда перспективного восхождения.

Даже Фейзи Фатехи с этим столкнулся в свое время. В 1982 году он окончил Техасский университет со степенью бакалавра технических наук и мечтал о карьере в новом направлении, солнечной энергетике. Однако с работой в новых направлениях связаны определенные сложности. Фейзи вспоминает: «Как раз когда я окончил университет, правительство отменило все налоговые льготы.

Мои ресурсы были подорваны. В тот день умерла моя мечта стать инженером по солнечной энергетике». Потеря визы стала бы закатом его американской мечты. Нужна была новая точка старта. «Так что же делать иммигранту в погоне за счастьем, как зарабатывать на жизнь?» – прозвучал риторический вопрос.

На тот момент Фейзи уже сделал несколько значительных прорывов. В пятнадцать лет он уехал из Ирана и поступил в частную школу-интернат английского языка Леннокса Кука при Кембриджском университете в Великобритании. На следующий год ценой невероятных лишений родители обеспечили Фейзи возможность учиться в Соединенных Штатах – в престижной школе Джона Хана в Принстоне штата Нью-Джерси. Фейзи получил степень бакалавра технических наук.

Бам! И он летит вниз с обрыва.

В США тогда был разгар рецессии, найти работу по специальности в такой напряженной ситуации было трудно. «Я сменил около двадцати работ – и бургеры готовил, и на кассе стоял, и кейтерингом занимался, и управлением проектами – я брался за любое предложение».

Стремительный спуск также означал возвращение к академической деятельности: «Я случайно встретил друга, который подсказал мне, что рядом с Остином есть университет, Техасский университет в Сан-Маркосе штата Юго-Западный Техас, открывший факультет компьютерных наук, и им были очень нужны аспиранты. Я ничего не знал о компьютерных науках, но друг сказал, что университет был в таком отчаянии, что принимал всех подряд».

Когда Фейзи получил второе (и не последнее) высшее, его приняли на работу в компанию HP.

Альпинисты могут отказаться от восхождения, но не вы. Вас могут сбить с курса, но вы прокладываете новый. Вы выносливы, и эта выносливость обычно повышается по мере вашего продвижения на пути.

К своим двадцати с небольшим годам Астрид Туминес, девочка из трущоб городка Илоило, взяла множество вершин. Можно было бы обоснованно предположить, что она была выносливой. Все детство она пыталась выживать. У нее сложилось стойкое ощущение, что ошибаться нельзя. Астрид рассказала: «Я считала, что не могу совершать ошибки: одна ошибка, неудача – и я умру».

В конце 90-х, преследуя желание узнать больше о таинственном мире финансов, Астрид устроилась на работу в банк на Манхэттене. В этом ей очень помог русский язык, которым она свободно владела. Но потом рубль, как и другие валюты, рухнул, а вместе с ними канула в Лету и ее карьера. «Я наивно продолжала сидеть в офисе на Парк-авеню, когда какой-то сотрудник операционного зала подошел ко мне и сказал: “Немедленно покиньте офис”».

Каждому (и мне в том числе), кто пережил сокращение или увольнение, а это случалось и еще случится со многими из нас, и, возможно, даже не один раз, знакомо это чувство: шок в сочетании с замешательством. Астрид вспоминает, что испытала потрясение, испуг, пережила предательство. «Настоящая катастрофа. Эта ситуация подорвала мою уверенность и чувство собственного достоинства… Это было унизительно. Я собиралась навсегда забыть о мире финансов».

Астрид взяла себя в руки. «Я сделаю это. Я хочу узнать, как работают деньги». Она задействовала связи в отрасли и получила работу в страховом гиганте AIG. «Четыре года на Уолл-стрит были замечательными. Какое-то время я работала в сфере кредитных рисков, а затем занялась частными инвестициями», – вспоминает она.

Она потерпела неудачу, но не умерла. Астрид уволили, и это помогло ей смириться с неудачей. «Я поняла, что могу отпустить детский страх». Астрид продвигалась не только по разным S-образным кривым карьеры, но и по важной S-образной кривой эмоций. Постепенно она совершала переход от установки на выживание к установке на процветание.

Важна не высота горы на S-образной кривой. Дело не в громком имени – не обязательно покорять Эверест или Денали. Весь смысл в том, чтобы быть проводником на собственном пути разумного роста. Вы выбираете гору, которая представляет самую большую ценность для вас лично. Вы завершаете цикл роста, представленный восхождением: базовый лагерь, путь в гору, вершина. Только вы знаете, на какие горы подниматься.

Рассмотрим пример Андреаса Гоэльди и Беттины Хайн. В качестве декорации – швейцарские горы. Андреас и Беттина живут в городке Санкт-Галлен, что раскинулся между Боденским озером и Альпами. Отношения Андреаса и Беттины можно назвать крепким союзом. Беттина окончила Массачусетский технологический институт и высшую школу права, а после управляла двумя технологическими компаниями.

Андреас – соучредитель и член совета директоров нескольких технологических компаний со штаб-квартирами в Швейцарии, Германии и США. «В 90-х, когда мы только запустились, возник пузырь доткомов. А в 2000-х он лопнул». К 2004 году его компания вернулась к прибыльности. Как генеральный директор он добился значительного успеха.

Однако, как говорит сам Андреас, он «был глубоко несчастен»[141].

«Много времени я провел в размышлениях», – говорит он. Откровением в области разумного роста для него стало осознание факта, что его ответом на вопрос «зачем» были не вершины, а точки старта на кривой. Он утверждает: «Я до сих пор помню тот самый момент. Я шел по реке Лиммат, на которой стоит город Цюрих. Я помню то самое место, где меня посетило озарение. Я вдруг понял, что мне нравится начинать с нуля. С чистого листа».

Андреас Гоэльди – восходитель, который предпочитает медленный подъем на небольшую высоту стремительному восхождению на вершины. «Я скучал по тому времени, когда у меня ничего не было, – сказал он. – Только пара соучредителей и пустой офис». Из следующей главы вы узнаете, что экосистемы являются важнейшим фактором, который может способствовать или препятствовать росту.

Однако спуститься с вершины Андреасу было не так просто; это стало возможным благодаря сочетанию внутренней и внешней мотивации. Внутренний мотив Андреаса происходил от недостатка знаний и жажды острых ощущений от нового испытания, внешний – от отказа Беттины Хайн выйти за него замуж. Она знала, что он был несчастен. И она знала, что уйти будет трудно. «Я выйду за тебя, только если ты выполнишь три условия, – заявила она. – Первое – получишь водительские права. Второе – наймешь личного помощника. Третье – уволишься».

Андреас принял эти условия. Беттина была юристом по образованию и хотела оформить это соглашение в письменном виде (что было вполне закономерно). «Я решила составить своего рода контракт – только потому, что недавно закончила юридический факультет и хотела попрактиковаться. Но этот контракт нужен был нам обоим. Я знала, с каким трудом это решение далось Андреасу».

Андреас и Беттина поженились. Он открыл новую компанию, на этот раз в роли главного технического директора. «Несколько лет я занимал должность генерального директора компании со штатом в несколько сотен человек, а потом вернулся к ежедневному написанию кода».

Людей удивляло нестандартное решение, которое принял Андреас. Близкие же точно знали, что техническая должность и построение карьеры с нуля лучше отражает его понимание цели. Чтобы стать хорошим восходителем, человеку не нужно покорять все самые высокие вершины. Нам, как и Андреасу, нужно ответить на вопрос «зачем», чтобы получить более четкое представление о природе внутреннего восходителя. Беттина резюмирует: «За время предпринимательской карьеры я усвоила один урок: вам придется неоднократно совершать личный прорыв»[142].

Разумный рост означает спуститься с вершины горы до того, как к этому вас подтолкнет Вселенная – если можно контролировать этот момент. Для этого необходимо сформировать установку на рост и быть открытым для возможностей, выходящих за пределы вашей нормы, как когда графический дизайнер отправляется в море с молодой семьей или девочка из трущоб решает, что хочет выучить русский язык.

Если вы ходили в походы, то знаете, что во время спуска и подъема задействованы разные мышцы. Эта идея применима и к S-образной кривой. Вы можете спускаться вниз с самой вершины или развернуться, не дойдя до нее, потому что сами того захотели или в силу непреодолимых обстоятельств – все это не имеет значения. Восходители знают, что спуск отличается от подъема и что он по-своему труден.

Фейзи Фатехи остро ощутил последствия отказа от финансовых преимуществ в Hewlett-Packard, когда спустился вниз, чтобы исследовать новые S-образные кривые в стартапах. Шелли Арчамбо почувствовала разочарование от того, что не смогла достичь вершины на кривой в Blockbuster, поэтому ей нужно было найти другую гору, покорить которую у нее было больше шансов.

Андреас Гоэльди почувствовал облегчение, когда понял, что ему нравится находиться в точке старта и сошел с кривой, которая перестала его привлекать, чтобы начать карьеру технического директора с нуля. Тара Суорт отказалась от работы врачом, чтобы исцелить собственные раны. Астрид Туминес была слишком скромной, чтобы просить о помощи.

В одной из финальных сцен знаменитой фантастической трилогии «Властелин колец» Дж. Р. Р. Толкиен изобразил мудреца Гэндальфа, который изрекает глубокую фразу перед королем Арагорном, прежде чем навсегда покинуть мир смертных. Он провел Арагорна на скалистую гору, впереди оставалась еще половина пути. За ними простираются земли королевства Гондора, недавно освобожденного от хаоса и войны. Арагорн хочет, чтобы Гэндальф остался. Что станет с его преемниками, вопрошает Арагорн, если Гэндальфа не будет рядом, кто будет их направлять?

«Отврати взор от зеленого мира и посмотри туда, где все кажется бесплодным и застывшим», – говорит Гэндальф.

Арагорн смотрит. Там, на голом склоне, растет белое деревце – во всем мире не осталось больше таких деревьев. Эта сцена напоминает мне о том, что настоящие открытия случаются не на вершине горы, где кислорода в воздухе настолько мало, что дышать практически невозможно, а во время трудного и вдохновляющего подъема.

Шестой этап на S-образной кривой обучения – это восхождение: на нем вы принимаете решение покорить вершину. Восходитель посвящает себя обучению и личностному росту. Вы – не простой любитель-альпинист. Вы не ограничиваетесь прогулками на выходных и случайными походами. Вы покоряете горы. На этом этапе вам предстоит преодолеть множество микрокривых на протяжении жизни, посвященной восхождению на S-образные кривые.

Вид сверху: этот этап разумного роста характеризуется чувством удовлетворения от достижения вершины и желанием узнать, что будет дальше.

Восходитель стремится пройти одну кривую обучения, отпраздновать достижение, а затем спланировать следующий подъем по S-образной кривой. С вершины вы можете оглянуться назад и определить, на каком участке кривой рост был медленным, на каком – более быстрым, и узнать, как рост может остановиться теперь, когда вы сделали эту S-образную кривую частью своей личности. Восхождение характеризуется двумя параметрами.

Опасность остановки

На этом этапе вас поджидают такие опасности:

1. Свободное падение. Жизнь может неожиданно подставить вам подножку, когда вы впадаете в чувство самоуспокоенности, теряете бдительность или становитесь заложником непреодолимых обстоятельств. Достижение вершины горы, S-образной кривой, опасно потому, что именно на вершине вы начинаете проявлять беспечность. Когда вы поскользнетесь, споткнетесь на неожиданной проблеме, помните, что вы достигли какой-то вершины, но не той самой.

2. Мертвая зона. Пребывание на большой высоте смертельно опасно для человека, поскольку на вершине недостаточно кислорода для поддержания жизни. Застой может произойти на любом этапе, но здесь, на последней стадии роста, вы подвергаетесь наибольшему риску, потому что вы уже исчерпали потенциал роста на этой S-образной кривой. Награды в виде дофамина, которые вы получали в ходе совершенствования модели прогнозирования мозга, помогли вам подняться к этой точке. Теперь же, когда все происходит ровно так, как вы того ожидаете, вы не получаете никаких наград на уровне химических процессов. Уныние и скука заступают место интереса. Вам снова кажется, что время остановилось.

Обучение так же важно для человека, как кислород на большой высоте. Когда темп обучения замедляется, замедляется и наш рост.

Захватывающее восхождение

Разумный рост – это множество S-образных кривых, множество подъемов. Запланируйте следующий подъем на гору, пока вы не начали топтаться на месте, не споткнулись и не сорвались с вершины S-образной кривой, на которую взошли. Принимая решения о дальнейших шагах, помните о трех вещах:

1. Не каждый подъем можно завершить. Иногда восхождение срывается по не зависящим от вас причинам, например, у вас возникают проблемы на работе (сокращение, увольнение, неудачный бизнес) или в личной жизни (развод, болезнь, уход близкого человека или партнера). Обстоятельства могут заставить вас отказаться от некогда перспективного восхождения. Даже если вы не можете контролировать эти события, вы переживаете их как неудачу. Ваша мечта умирает, и это ощущается чрезвычайно болезненно. Проявите выносливость, и тогда вы сможете покорить новую вершину.

2. Спуститься, чтобы подняться снова. Установка на рост означает готовность спуститься с вершины и оказаться в точке старта на новой S-образной кривой. Во время спуска и подъема задействованы разные мышцы. Эта идея применима и к S-образной кривой. Успешный спуск позволяет совершить новый подъем и продолжить разумный рост.

3. Руководствуйтесь принципом созидания, а не конкуренции. Победитель всегда делает ставку на созидание, а не на конкуренцию. Настоящие открытия случаются не в те редкие моменты, когда вы покоряете вершину, а в процессе обучения и роста благодаря ежедневной кропотливой работе.

Важное путешествие подходит к логическому завершению. Что делать дальше? Ответ прост: взять новую высоту. Чтобы ощутить импульс зоны наилучшего восприятия, нужно снова оказаться в точке старта.

Теперь, когда мы досконально изучили S-образную кривую, разобрали каждую стадию роста по атомам, пришло время рассмотреть вопрос более комплексно. Предыдущие главы подготовили нас к этой, заключительной, главе, которая демонстрирует важность экосистемы роста.

Пруд с кувшинками – это уникальная экосистема, которая состоит из множества элементов: воды, почвы, солнечного света, питательных веществ, живых организмов (лягушек, черепах, змей, рыб, птиц). Все они находятся в сложной взаимосвязи: рыбы и черепахи находят тень и прохладную воду под кувшинками, обгладывают растения, таким образом продлевая время цветения кувшинок и высвобождая пространство для жизни.

Черепахи и лягушки греются на солнышке на поверхности кувшинок, лягушки с удовольствием поедают жуков, которые попали на территорию пруда. Возможно, пруд мог бы обойтись без змей (мое личное пожелание), но змеи не могут обойтись без пруда.

Мы, конечно, не кувшинки в пруду. Однако так же, как кувшинка неотделима от пруда, все мы живем, работаем и растем во взаимодействии с другими элементами экосистемы. Мы постоянно черпаем ресурсы из экосистемы S-образной кривой и вносим свой вклад в ее развитие.

Мы воспринимаем воздействие физических элементов окружающей среды на наш организм как должное. Солнечный свет служит тому доказательством. Он стимулирует выработку серотонина, недостаточный уровень которого связывают с развитием депрессий, и мелатонина, который поддерживает здоровый сон. Такая простая вещь, как окно, поможет вам создать идеальное место для работы, улучшить настроение, скрасить жизнь. Цвет стен также может улучшить настроение и повысить продуктивность. Окно – это хорошая инвестиция, смена краски – хорошая терапия.

Однако люди не похожи на краску. Нельзя просто заменить человека, чтобы улучшить настроение. Наша взаимосвязь с другими людьми, родство, о котором мы говорили в третьей главе, заставляет нашу экосистему работать.

Обратимся к примеру Флоренс Нолл Бассетт. На протяжении двух десятилетий Флоренс была творческой движущей силой дизайнерской компании Knoll Associates в Нью-Йорке, производящей офисную мебель, системы хранения, стулья, рабочие и письменные столы.

Флоренс Шуст родилась в 1917 году и была единственным ребенком в семье. Отец девочки был иммигрантом, работал инженером и пекарем. Он умер, когда ей было пять лет[146]. Когда Флоренс исполнилось двенадцать, умерла и ее мать. Женщина предусмотрительно назначила друга семьи, Эмиля Тессина, законным опекуном ребенка[147]. Эмиль взял Флоренс в поездку по северной части США, чтобы выбрать школу-интернат, в которой она могла бы учиться.

В школе Кингсвуда для девочек в Блумфилд-Хиллз штата Мичиган Флоренс обрела дом. Ее привлекли внешний вид здания и интерьер помещений, а также идея о том, что в школе учились ее единомышленницы, интересующиеся искусством, и талантливые преподаватели. В этом перспективном учебном заведении Флоренс могла продолжить образование и развить способности.

Эмиль Тессин был ключевым звеном в экосистеме девочки. Эмиль поощрял юную Флоренс к самостоятельному изучению школ и предоставил ей автономию в выборе. Она выбрала школу Кингсвуда не случайно. Исследование в точке старта позволило ей сделать осознанный и обдуманный выбор.

Школа Кингсвуда и Академия искусств Крэнбрука, одно из лучших учебных учреждений в области искусства, архитектуры и дизайна в США, недавно объединились. Новую школу спроектировал и возглавил Элиэль Сааринен, выдающийся участник движения «Искусство и ремесло» и влиятельный архитектор двадцатого века.

Глубокий интерес Флоренс к архитектуре и дизайну начал проявляться в живописных стенах Кингсвуда. Элиэль это заметил. Он и его жена Лойя заменили осиротевшей девочке родителей. Их дети, Пипсан и Ээро (последний сам стал известным архитектором), подружились с Флоренс. Семья забирала ее на летние каникулы. Они проводили свободное время в семейном доме в Хельсинки. Флоренс погружалась в искусство, архитектуру и культуру Европы. Элиэль и Ээро Сааринен стали неотъемлемой частью личной и профессиональной экосистемы Флоренс, ровно как и она для них. Благодаря покровительству семьи Сааринен, Флоренс получила возможность учиться у нескольких великих архитекторов того времени – Вальтера Гропиуса, Марселя Бройера, Людвига Мис ван дер Роэ[148].

Американский скульптор девятнадцатого века Харриет Хосмер считала: «В любой профессии главное – хорошее начало, с ним все сложится как надо. Я не знаю ни одного творца, который бы не связал восход своей звезды с покровительством благосклонного друга»[149]. Семья Сааринен внесла решающий вклад в экосистему Флоренс в юности. В 1941 году в возрасте двадцати четырех лет Флоренс Шуст, девушка с выдающимися способностями и прочной связью в экосистеме, отправилась в Нью-Йорк, чтобы стать архитектором.

К истории Флоренс мы вернемся очень скоро, но сначала обратите внимание на то, какую роль играет экосистема в каждой истории в этой книге. Некоторым людям, таким как Флоренс Нолл Бассетт, повезло попасть в водоем, богатый ресурсами, с высокой емкостью – несмотря на то, что она рано осталась сиротой. Ресурсы других людей, таких как Астрид Туминес из городка Илоило, были ограничены.

Все, что у них было, – это илистое дно пруда в бедном районе. Даже обладая выдающимися способностями и решимостью, Астрид Туминес не смогла бы вырасти без помощи со стороны. Никто бы не смог. Не только творцы ищут покровительства благосклонных друзей. Астрид нуждалась в помощи сестры, подростка, на плечи которого легла вся тяжесть ответственности за семью, и монахинь в том числе. «Ни один человек в этом мире не делает себя сам, – утверждает она. – Это огромное заблуждение».

Именно поэтому в заключительной главе мы говорим об экосистемах. Начнем с того, что экосистема дает нам для роста в зависимости от участка S-образной кривой, на котором мы находимся (о том, как развивать подопечных, мы говорим в конце каждого основного раздела). Затем мы рассмотрим экосистемы, которым обязаны своим появлением истории успеха на S-образных кривых, описанные в этой книге. Мы обсудим не столько то, что мы получаем от экосистемы, сколько то, что мы ей отдаем.

В разговоре о том, как мы учимся, совершаем прыжки и повторения, неявно подразумевается, что все эти действия относятся к добродетельным циклам роста. Анализ примеров показывает, что взаимодействие различных элементов экосистемы приводит к росту всех ее участников. Однако не все пруды такие. Застоявшийся пруд начинает цвести, в нем активно размножаются водоросли, которые выделяют опасные для людей и животных токсины. Этими водорослями питаются бактерии, которые уничтожают запасы кислорода, что приводит к гибели рыб и водных насекомых.

В результате запускается порочный цикл упадка. Рак – это еще один пример порочного цикла упадка, в котором неправильно функционирующие злокачественные клетки размножаются, препятствуя нормальному росту здоровых клеток, а также выделяют токсичные вещества, которые отравляют организм. В экосистемах человека также могут присутствовать токсичные элементы, обычно в виде людей, которые отравляют рабочую и бытовую среды недостойным поведением в своем стремлении расти за счет чужих достижений.

Говоря о тех, кто делает возможным наш рост, и признавая важность помощи другим, я явно выражаю свою позицию: эта книга о добродетельных, а не порочных циклах роста. Не о тупом, а о разумном росте.

В Нью-Йорке у взрослой Флоренс было несколько вариантов развития событий. Не так много, как мы могли бы подумать, – по крайней мере, на первых порах. Образование, опыт, широкая сеть контактов и другие достижения женщин были не особенно интересны большой экосистеме. В Америке 1941 года женщины не становились архитекторами, не становились дизайнерами. В лучшем случае они могли стать декораторами, да и то непрофессиональными. «Я не декоратор», – выучила Флоренс как скороговорку. Думаю, что состояние экономики и ситуация на рынке труда на фоне Второй мировой войны сыграли ей на руку и помогли получить работу в дизайнерской компании. Женщины, которые искали возможности для профессиональной реализации, неожиданно обрели их – пусть и временно. В послевоенное время ей бы вряд ли удалось сохранить место в компании, если бы не случайная встреча с Гансом Ноллом.

Ганс Нолл забрел на работу к Флоренс в поисках клиентов. Он был иммигрантом, который недавно приехал в Соединенные Штаты и основал мебельную компанию Hans G. Knoll. У Флоренс была автономия при выборе места работы, и она решила работать на Ганса. Они стали напарниками, а затем деловыми партнерами. Они обновили концепцию: соединили мебель Ганса и передовые идеи дизайна Флоренс. Компанию переименовали в Knoll Associates. В 1946 году пара поженилась.

Хотя об этой истории известно не так много, очевидно одно: Ганс признавал и высоко ценил вклад Флоренс. Он действительно осознавал всю ценность экосистемы. Его несколько необычное (для того времени) решение сделать жену руководителем компании наравне с собой, в некоторых вопросах и вовсе отдавая ей бразды правления, стало тем важнейшим элементом экосистемы, благодаря которому Флоренс реализовала превосходные творческие идеи. Мудрость при выборе человека, на которого и с которым мы будем работать, делового партнера, спутника жизни помогает нам создать экосистему, которая поддерживает рост всех ее участников.

В книге «Не бойся действовать. Женщина, работа и воля к лидерству» главный операционный директор Facebook Шерил Сэндберг пишет: «Я искренне верю, что самое важное решение относительно карьеры, которое принимает женщина, – будет ли у нее спутник жизни и кем будет этот спутник»[150]. Вопрос выбора правильного спутника жизни актуален не только для женщин. Уоррен Баффет говорит о важности этой идеи для всех нас: «Вы тянетесь к людям, воплощающим стиль мышления человека, которым бы вы хотели стать. Они помогут вам продвигаться в этом направлении. И самыми важными людьми в этом отношении являются наши супруги. Их значение в нашей жизни невозможно переоценить»[151].

Флоренс и Ганс были динамичным союзом. Одним из нововведений Флоренс стала студия Knoll Planning Unit. Студия оказывала услуги дизайна интерьера «под ключ» и тем самым установила новый стандарт в отрасли, согласно которому все элементы дизайна рассматриваются как единая композиция, а клиенту предоставляют целый пакет услуг.

Планирование пространства, подбор и расстановка мебели, освещение, ткани и цвета – все эти элементы сотрудники студии изящно вписывали в общую схему дизайна. Knoll Planning Unit вплотную приблизилась к реализации концепции «тотального дизайна» Флоренс, центральной идеей которой было удобство и комфорт для человека[152].

В 1955 году Ганс Нолл трагически погиб в автокатастрофе – всего через девять лет после свадьбы. Ему был сорок один год. Ээро Сааринен высоко ценил вклад Ганса в мир дизайна интерьера: «Ганс обращался с каждым сотрудником по-человечески. Он щедро дарил дизайнерам творческие идеи, поощрял новые начинания. Он не скупился на похвалу для сотрудников, но себе никогда не приписывал никаких заслуг, хоть и играл немаловажную роль в работе компании.

Мы надолго запомним его щедрость, энтузиазм, вдохновение и заботу о людях»[153]. Ганс Нолл создал среду, в которой его сотрудникам было комфортно развиваться. Они росли, а вместе с ними рос и бизнес.

После смерти Ганса Флоренс стала президентом компании, которую продала в 1960 году. В 1961 году она стала первой женщиной, получившей Золотую медаль Американского института архитекторов как промышленный дизайнер. Knoll Associates была ведущим домом дизайна во всем мире, который находился в зоне наилучшего восприятия и мчался вперед на полной скорости. Однако, возможно, Флоренс уже находилась на вершине своей S-образной кривой.

Она вышла замуж за Гарри Гуда Бассета и переехала в Майами, где стала частью новой экосистемы и окончательно обрубила концы, разорвав связи с дизайнерским сообществом Knoll Associates (некоторые члены этого сообщества, включая ее доброго друга Ээро Сааринена, ушли из жизни). Она стремилась к свободе, чтобы полностью сосредоточиться на своем ремесле – архитектуре и дизайне. Сегодня ее работы для дома Knoll хранятся в музеях и частных коллекциях. После ухода из компании до конца своей долгой и плодотворной жизни – она скончалась в 2019 году в возрасте 101 года – Флоренс умиротворенно работала над проектами для частных клиентов.

В точке старта на S-образной кривой мы не можем полагаться на случайное стечение обстоятельств или чудесное появление нужных людей в нашей жизни. Нам может повезти, но не менее вероятно, что нам придется самим делать свое счастье и применять стратегию. Если элементы экосистемы (особенно это касается людей) можно выбрать – нельзя пренебрегать этой возможностью. Формулируйте точные вопросы: кто и что поможет мне расти, в кого мне нужно инвестировать, как поддержать рост других людей?

Исследователи Карен Фингерман и Мелинда Блау сравнивают наши сети контактов с колонной людей: «Вы идете строем вместе с другими людьми, колонна растягивается на многие километры. Вы не знаете этих людей – они не члены вашей семьи, не близкие друзья – но они находятся рядом на определенном отрезке пути, и этому есть свои причины».

От нашей способности собирать колонну зависит все наше путешествие по S-образной кривой. Схожим образом и умение быть добрым попутчиком становится неотъемлемым условием разумного роста. «Колонны являются отражением истории и потенциала людей», – заключают они[154].

Изменения в экосистеме необходимы и неизбежны. Люди, которые поддерживали наш рост на стадии исследователя, могут утратить влияние или пропасть из вида на стадии акселератора. Людей, важных для нас на стадии собирателя, может не быть с нами на стадии метаморфа. На разных этапах кривой нам нужны разные типы отношений.

В точке старта мы ищем поддержки: учителя, тренеры, люди, которые говорят правду, помогают нам исследовать и собирать данные, чтобы определить, стоит ли нам продолжать движение по той или иной кривой. К таким людям относятся мать Флоренс или Эмиль Тессин, доброжелатели в лице семьи Сааринен, которые определили судьбу Флоренс. Нам нужны проводники, которые призовут нас действовать, дружески ободрят дальнейший прогресс, помогут подняться, если мы упадем, или взять новый курс.

В зоне наилучшего восприятия нам необходимо сохранять фокус. Рядом с нами должны быть люди, которые уважают растущую потребность в автономии, направляют нас по мере развития компетентности, духовного роста – такие, как Ганс Нолл. Лучший советник поднимет красный флаг и остановит гонку при необходимости – не для того, чтобы навредить нам, а потому, что превышение скорости (и потеря внимания) могут стать причиной аварии.

В точке мастерства рядом с нами должны быть люди, с которыми мы отпразднуем победу, когда «встанем на якорь», закрепим новое «Я» (надеюсь, именно таким человеком стал для Флоренс ее второй муж, Гарри Гуд Бассет, ведь Ганс не дожил до момента, когда она получала награды). Нам также нужны люди, которые подтолкнут нас двигаться дальше, быть более требовательными к себе – люди, которые помогут нам выбрать следующую гору и начать восхождение.

Гости моего подкаста неизменно произносят слова благодарности и признательности своим учителям за создание экосистем, в которых люди добиваются успеха и живут по принципам разумного роста.

Припоминаете Майка Роу, автора телепередачи «Грязная работенка» из первой главы, «Исследователь»? Майк никогда бы не решился спуститься в канализацию, никогда бы не предстал перед камерой, если бы не его преподаватель.

«В старших классах у меня был учитель музыки, мистер Кинг, который, в переносном смысле, взял меня за шкирку и изменил траекторию моего развития. Мистер Кинг когда-то был боксером». «Сила природы», как говорит Майк. За внушительной внешностью скрывался лидер разумного роста, который направлял новоиспеченных исследователей в точке старта и помогал им добиться успеха.

Больше всего меня удивило то, что Майк, будущий ведущий, который наработал тысячи часов на телевидении, заикался. Майк вспоминает: «Когда мистер Кинг понял это, он поставил меня петь соло, потому что люди не заикаются, когда поют»[155].

Затем Фред Кинг отправил его на прослушивание для школьной пьесы. «Дело было обречено, – замечает Майк, – я заикался и был стеснительным. Мне было неинтересно выступать на сцене. Однако учитель настоял, и я доверился ему. Это прослушивание стало одним из тех моментов, о которых я думаю: “Вот это было очень важно”. Мистер Кинг перенаправил меня. Он заставил меня задать самому себе вопрос: а что, если бы я был семнадцатилетним парнем, который не боится петь?»

Без Фреда Кинга не было бы «Грязной работенки», не было бы Майка Роу, харизматичного и неординарного исследователя реалити-шоу. Майк изменил экосистему увлечений, потому что мистер Кинг изменил экосистему одной маленькой школы в любом городке страны. Крепкая поддержка Фреда помогла Майку выбраться из скорлупы. Он изменил жизнь Майка, а Майк в каком-то смысле изменил мир.

Учителя, родители, коучи, коллеги, партнеры и руководители – все они могут быть (или не быть) лидерами разумного роста.

Только подумайте, что было бы, если бы родители Микайлы Ульмер научили девочку бояться пчел? Вполне закономерно для родителей, ребенка которых ужалили пчелы дважды за неделю. Однако они сохраняли трезвость ума. Они нашли время, чтобы рассказать дочери об экосистеме насекомых. Результатом такого подхода стала компания с многомиллионным оборотом.

Что было бы, если бы отчим Марии Мериан сказал: «Гусеницы – это ужасно. Займись уборкой. Женщины не рисуют».

Что, если бы первые тренеры команд НБА, в которые входил Заза Пачулия, – Док Риверс в «Орландо Мэджик», Джейсон Кидд в «Милуоки Бакс» – отстранили бы новичка-иммигранта, который не умел прыгать? Вместо этого, как и подобает лидерам разумного роста в любой отрасли, они заметили его потенциал, обучали и поддерживали его. Заза был неотъемлемой частью команды «Голден Стэйт Уорриорз», которая выиграла два чемпионата НБА.

Джейсон Лихт не забраковал идею Мишель Маккенны о проведении драфта НФЛ 2020 года онлайн. Он сказал, что это будет трудно. Он сказал, что времени очень мало. Однако он доверял Мишель, ИТ-директору НФЛ, а она доверяла ему. Они извлекли пользу из собственных ресурсов за счет той связи между людьми, которая стимулирует прорывы. Они создали подсистему, которой раньше не существовало: виртуальный драфт.

Эмили Ортон не сказала «найди настоящую работу» мужу Эрику, которого недавно уволили, когда он предложил взять детей и отправиться в море, хотя он не был прирожденным моряком. Он был графическим дизайнером с морской болезнью. Жизнь под парусом не была мечтой Эмили (хоть впоследствии и стала ей), но Эмили была вовлечена в эту идею, вовлечена настолько, что когда семья в буквальном смысле оказалась в одной лодке, Эмили провела в пути от Карибского бассейна до Нью-Йорка десять месяцев, а это суровое испытание даже для опытных моряков.

Босс Шелли Арчамбо в IBM не говорил: «Традиционная азиатская культура патриархальна. Вы слишком молоды и неопытны. Вы не сможете работать в Японии». Вместо этого он отметил качество, которое могло бы помочь Шелли преодолеть трудности: ее интеллект. Шелли Арчамбо, будущий директор подразделения «IBM Азия» по работе с государственным сектором и будущий генеральный директор MetricStream, начала свое восхождение, когда ее настойчиво и одновременно мягко подтолкнули к этому решению.

Что, если бы Ганс Нолл не уступил бразды правления жене – в то время, когда женщины редко играли ведущие роли в компаниях? Ганс признал потенциал жены; они работали вместе и создали новаторскую дизайнерскую компанию, в которой Флоренс в полной мере проявила свои таланты.

Помните Гарри Кремера, с которым мы познакомились в начале книги? На посту генерального директора компании Baxter International Гарри настойчиво и мягко подталкивал к развитию многих сотрудников. Но что было бы, если бы его собственный руководитель, который заботился об экосистеме, когда-то не сделал для него то же?

Когда Гарри только начинал свой путь в Baxter – молодой аналитик проработал в компании всего несколько месяцев, – его руководитель поручил ему провести расчет стоимости возможного приобретения компанией Baxter другой компании. Сколько стоила компания, которую они собирались купить? Сколько они должны были за нее предложить?[156]

По подсчетам Гарри, та компания стоила 50 миллионов долларов. Он подготовил отчет и передал его своему руководителю, Джерри, который сказал: «Впечатляет. Гарри, вы проделали отличную работу».

Гарри испытывал удовлетворение (и любопытство). Он спросил Джерри, знает ли он, сколько Baxter собирается предложить за компанию. Джерри ответил: «Мы предложим им 100 миллионов долларов». Тогда Гарри впал в ступор, ведь минутой раньше Джерри похвалил его отчет. Спрашивается, с чьей легкой руки за компанию собирались предложить 100 миллионов долларов?

Джерри ответил: «Так решили те ребята».

«Какие ребята?» – Гарри проявил настойчивость. Его руководитель перечислил несколько имен из главного управления. Это должен был быть президент подразделения. Если не он, то финансовый директор. Если не финансовый директор, то генеральный директор Вернон Р. Лукс.

«А если мы случайно встретимся?» – спросил Гарри.

«Гарри, все уже решено», – ответил Джерри.

Вы ведь не станете отрицать, что вероятность того, что младший аналитик Гарри Кремер встретится с Верноном, была крайне мала? «Чего не понимал Джерри… так это того, что, когда генеральный директор был в городе… каждое утро в семь утра он шел в столовую, чтобы съесть грейпфрут. Так что на следующее утро без четверти семь я уже был там, возле грейпфрутов».

Гарри увидел Вернона и сразу к нему подошел. Вы, наверное, уже поняли, о чем он хотел с ним поговорить. Гарри представился и завел ненавязчивый разговор, который плавно перетек на оценку стоимости компании. Вернону было интересно узнать, что думает о предложении его новый знакомый.

«Я сказал, что компания хорошая, но вряд ли она стоит больше пятидесяти миллионов долларов».

Вернон был заинтригован. Он хотел знать, на кого работал Гарри. Гарри работал на Джерри. «Берите Джерри, – скомандовал Вернон, – и поднимайтесь ко мне в офис к одиннадцати, мы все обсудим».

Гарри, Джерри и Вернон все обсудили. Компания пересмотрела предложение о покупке. Гарри снова испытал удовлетворение от того, что его идею высоко оценил умнейший человек, генеральный директор. Затем Вернон дал толчок Гарри: «Обязательно бросайте вызовы руководителям – какую бы должность вы ни занимали. Вы должны задавать вопросы. Бросайте им вызов».

Этот урок Гарри никогда не забудет. Не нужно рефлекторно, без раздумий соглашаться с решением начальника. Доверяйте себе и отстаивайте собственные идеи. Вернон хотел создать экосистему, в которой умных сотрудников не затыкают за пояс. Он хотел создать экосистему, в которой ценную информацию не пропускают мимо ушей, какую бы должность ни занимал сотрудник, который располагает такой информацией. Благодаря тому, что Гарри задавал вопросы руководителям, компания сэкономила 50 миллионов долларов, а будущий генеральный директор получил толчок к развитию на кривой.

Как сделать так, чтобы мы стали частью добродетельного, а не порочного цикла роста? Возьмем озеро Редфиш, расположившимся высоко в горном массиве Соутут в штате Айдахо. Этот нетронутый уголок природы служит домом для удивительной рыбы нерки[157]. Молодь нерки преодолевает многие сотни километров до Тихого океана – больше, чем любая другая лососевая рыба в Северной Америке.

Нерка проводит в Тихом океане от одного до трех лет, кормится, набирает вес и быстро растет. Затем, в середине лета, рыба традиционно начинает грандиозное путешествие в обратном направлении на нерест. Она возвращается в горы, уходя от хищников, преодолевая препятствия и головокружительный подъем на высоту порядка двух тысяч метров по рекам и бурным горным ручьям. Добравшись до Редфиша, самка нерки откладывает икру в гравии на дне озера, где когда-то началась и ее жизнь.

В отличие от многих видов атлантических лососей, тихоокеанский лосось перестает питаться, как только начинает путь домой. Самка тихоокеанского лосося теряет в весе около 30 процентов к тому моменту, когда достигает родных вод – если вообще достигает их[158]. Изможденная, истощенная, с потрепанными плавниками, самка откладывает яйца в гравий, накрывает их хвостом и умирает.

Большинство самок нерки погибают по пути в океан или по дороге домой. Однако независимо от того, откладывают самки икру или нет, каждая из них вносит свой вклад в экосистему. Хищники типа медведей вдоволь наедаются рыбы, накапливая жир, который помогает им пережить зиму. Нерка отдает питательные вещества своего тела горным водам, сравнительно бедной среде. Она умирает во имя потомства – мальков, которые питаются ее останками. Мертвая нерка обеспечивает животных и растения озера Редфиш питательными веществами.

Нерка является примером так называемого ключевого вида, с которым связано выживание, или воспроизводство, других видов.

Озеро Редфиш не может процветать без нерки, как и нерка не может выжить без ресурсов экосистемы: горных ручьев, нерестилищ, пищи для потомства[159].

Кувшинка – ключевой вид в экосистеме. Пруд и его окрестности не могут выжить без кувшинок. Головастики находят пищу и устраивают убежища в тени кувшинок. Головастики превращаются в лягушек. Лягушки греются на солнышке на поверхности кувшинок. Змеи охотятся на лягушек – и цикл этот неразрывен.

Такая взаимозависимость характерна и для компаний, которые следуют принципам разумного роста и считают себя экосистемой с взаимозависимыми человеческими единицами, а не разрозненными объектами, изолированными друг от друга, каждый из которых занимается исключительно своими делами. Такому принципу следует компания Apple. Гениальность Стива Джобса заключалась в том, что он основал пятую по величине корпорацию в мире, которая работает как небольшой стартап, где управленцы должны работать сообща, чтобы преодолеть разногласия и не зайти в тупик. Управленцы не могут работать в вакууме.

Например, ни один из старших вице-президентов подразделений Apple не отслеживает процесс разработки продукта от начала и до конца. Старшие вице-президенты из разных подразделений должны совмещать усилия. Социологи Джоэл М. Подольный и Мортен Т. Хансен пишут: «Множество горизонтальных зависимостей означает, что неэффективные отношения между коллегами… способны подорвать устойчивость не только отдельных проектов, но и всей компании. Одно гнилое яблоко действительно может испортить всю корзину. Следовательно, для того чтобы человек мог занять и сохранить позицию лидера в рамках своей должности, он должен быть высокоэффективным сотрудником»[160]. Другими словами, чтобы добиться успеха на руководящей должности в Apple, необходимо работать сообща (а не конкурировать) с коллегами и вносить свой вклад в экосистему.

Еще раз подчеркиваю: мы несем единоличную ответственность за принятые нами решения. Однако мы мало чего добиваемся без помощи внешнего мира. Всегда найдутся люди, которые помогут нам стать кем-то большим, – кем бы мы ни стали. И, по моему опыту, последний человек, которого мы благодарим, вполне возможно, и есть тот самый человек, который помог нам больше всего. Человек, которого мы воспринимали как должное, само собой разумеющееся, – на самом деле наша вода, наш солнечный свет.

Вы не можете расти без других людей, а другие люди не могут расти без вас. Есть люди, для которых вы являетесь ключевым видом. Вы участвуете в порочном или добродетельном цикле роста? Вам нужно больше ресурсов – времени, терпения, энергии, поддержки, – чем отводится на вашу долю, и вы оставляете бесплодную пустошь в экосистеме своим собратьям? Или вы вносите щедрый вклад в экосистему? Вы способствуете позитивному росту? Здоровье экосистемы зависит не только от того, что вы получаете, но и от того, что вы отдаете.

Джо Диспенза, автор бестселлеров New York Times, изучающий нейронауку изменений, напоминает нам: «Не работайте над отношениями. Работайте над собой, а вопросы отношений, то есть экосистемы, уладятся сами собой»[161]. Под «работой над собой» Джо не подразумевает работу исключительно в личных интересах.

Рассмотрим пример талантливого Эрика Бурша, который в 2017 занимал пост вице-президента по облачным вычислениям в крупнейшей издательской и маркетинговой компании Gannett Co., которая владеет флагманской газетой USA Today. Эрик руководил несколькими важнейшими командами технических специалистов и инженеров в технологическом подразделении Gannett. Он продвинулся по карьерной лестнице.

Его команды демонстрировали высочайшие результаты. Однако он находился в застое, его не покидало то самое ощущение, что он может выполнять свою работу даже с закрытыми глазами (мы обсудили такой «застой» ранее). Он исчерпал потенциал для обучения и роста на текущей S-образной кривой, ему было скучно, ему был нужен новый вызов.

Найти работу в другой компании было бы просто. Он обладал профессиональными качествами, которые высоко ценились на рынке, но Gannett казалась ему экосистемой комфорта. Он чувствовал себя как дома. Будучи грамотным исследователем, он искал такую работу, которая явилась бы вызовом и в которой он смог бы применять имеющиеся знания и получать новые. Работа была для него не просто заработком. Эрик хотел помогать другим расти так же сильно, как он хотел расти сам.

Он связался с Джейсоном Джедлински, который в то время был старшим вице-президентом Gannett по направлению потребительских товаров (сегодня он занимает аналогичную должность в Wall Street Journal). Эрик предложил Джейсону объединить проектные группы. Подобные внутренние слияния становятся причиной множества контр-продуктивных взаимоотношений, которые отравляют экосистему. Однако Джейсон считает, что Эрик не только применил в работе самый передовой опыт в области разработки программного обеспечения, но и использовал разумный подход при взаимодействии с людьми.

«Он помогал людям подниматься до нового уровня и делал это очень деликатно. Он никому не говорил: “Делайте так, как я сказал”. Он выделял время для определения стадии роста, на которой находился его коллега». Лидеры учатся, а вместе с ними учатся и их команды. «Более двух десятков сотрудников из этой команды в итоге получили повышение, и у нас был один из самых низких показателей текучести кадров в компании».

Я спросила у Джейсона, как он создавал среды, в которых происходил рост. Особенно меня интересовали сложные случаи, когда были задействованы разные экосистемы. Вот что он ответил: «Во-первых, помогите людям понять, как успешно влиться в работу». На момент, когда Эрик предложил группам объединиться, он уже прочно закрепился в экосистеме Gannett, но в культуре каждой компании есть субкультуры. Новой команде были нужны разумное руководство и время, чтобы втянуться. «Следите за тем, чтобы новые ткани культуры прижились, – советует Джейсон. – Не давайте дежурных советов недавно вступившим в должность руководителям, а принимайте конкретные практические меры. Во-вторых, уважайте навыки, опыт и идеи других людей, например таких, как Эрик». Эрик, в свою очередь, поясняет, что именно взаимное уважение и общие цели привели к ряду инноваций в платформе и технической архитектуре. «Все это стало возможным благодаря тому, что мы прислушались к идеям команды. Эти идеи органично вписались в контекст, позволили компании сэкономить сотни тысяч долларов и открыли для нее новые стратегические возможности».

В 2019 году конгломерат GateHouse Media приобрел компанию Gannett. Инновационная работа команды помогла сохранить десятки рабочих мест в компании после слияния. GateHouse использовала платформу Gannett собственной разработки (одна из новых стратегических возможностей, о которых говорит Эрик) для создания приложений и веб-сайтов для более чем пятисот газет в сорока девяти штатах. «Мы смогли найти убедительные доводы в пользу наших системы и сотрудников», – заявляет Джейсон.

Без Эрика успех был бы невозможен. Под руководством лидера разумного роста новые сборные команды стремились к сотрудничеству, а не конкуренции и контр-продуктивным взаимоотношениям. Заселение пруда растениями и рыбой создало совершенно новый мир, в котором могли процветать разные организмы. Джейсон вырастил Эрика, Эрик вырастил членов своей команды, а команда вырастила Gannett, а затем и GateHouse. Эти небольшие экосистемы, основанные на контактах между людьми, дают результаты, которые превосходят все ожидания.

В корпоративной среде существует устоявшееся клише: люди – главный актив компании. Однако Скотт Миллер другого мнения. Скотт – бывший директор по маркетингу FranklinCovey и ведущий самого популярного в мире подкаста о лидерстве On Leadership.

«Самым ценным активом компании являются отношения между людьми, – убежден Скотт. – Вы можете скопировать все: патенты, логотипы, технологии, цепочку поставок, совет директоров. Что вы не можете скопировать, так это то, насколько хорошо люди работают вместе, как они разрешают конфликты, как прощают друг друга, как их навыки компенсируют их недостатки. Люди не уходят с работы; они уходят от начальников, они уходят от корпоративных культур. Они не уходят от лидеров, которые их любят»[162].

Кто хочет видеть вас родителем, партнером, коучем, учителем, коллегой или руководителем, который следует принципам разумного роста?

Эд Катмулл, соучредитель компании Pixar, создал экосистему, почти столь же известную, как и компьютерные анимационные фильмы студии. Вопросом управления людьми он занялся случайно, в параллель с поиском возможности внедрить технологические инструменты в процесс производства мультфильмов. Эд своего рода ученый. Его интересовала тема укрепления связей и сотрудничества между людьми, он учился создавать высокоэффективные команды. Эта идея захватывала его воображение не меньше, чем новые технологии. Кинематографистам Эд стремился дать технологические инструменты, а членам команды Pixar – психологические, которые являются залогом успешной работы.

Он сосредоточился на найме квалифицированных специалистов, которые хотели расти, но нуждались в возможностях; экспертов он не нанимал. Он проверял рекомендательные письма новых сотрудников, но не назначал их на испытательный срок. Он вселял в сотрудников уверенность, демонстрируя собственную уверенность в том, что их навыки соответствуют их обязанностям.

Эд – руководитель, который считает, что люди достойны его доверия. Он знает, что доверие к людям порождает взаимное чувство – ответное доверие, а следовать за лидером, которому мы доверяем, вполне естественно. По его словам, в Pixar он много раз делился конфиденциальной информацией с отдельными людьми, но утечки такой информация в компании ни разу не было.

В экосистеме Pixar под его руководством сотрудники чувствовали связь друг с другом, были объединены общей целью. Они знали, что работа, которую они выполняют, представляет ценность, но еще большую ценность составляют они сами как люди. Эта идея укрепилась, когда наступил «поворотный момент в судьбе Pixar», как его называет Эд. В процессе производства «Истории игрушек 2» была допущена элементарная, но критическая ошибка: кто-то нажал не на ту кнопку. Резервное копирование совершить не удалось; возможно, процедура даже не запускалась. Речь шла не о технологическом сбое, а об ошибке оператора. Возможно, было допущено сразу несколько ошибок, и 90 процентов «Истории игрушек 2» были уничтожены. Тысячи часов работы пропали даром. Сохранить удалось лишь материал, который хранился на личном компьютере сотрудницы, работавшей на дому во время декретного отпуска.

Вы удивитесь, но инициировать разбирательство и искать виноватого компания не стала. «Мы должны нести ответственность за свои поступки, но не должны использовать ее как оружие против людей, – говорит Эд. – А это происходит часто». Идея, которую Эд стремился донести до сотрудников, заключалась в том, что в экосистеме Pixar люди следуют принципам высокой морали; сотрудники не должны бояться совершать ошибки, ведь некоторые неудачи в работе неизбежны. Работа представляет ценность, но еще большую ценность составляют люди. Мне очень нравится цитата из одного из замечательных анимационных фильмов Pixar «Рататуй», которая принадлежит Антуану Эго, ресторанному критику. Эта цитата с необычайной тонкостью передает образ того, что нам нужно от экосистемы, когда мы переходим на новую S-кривую, – этим она мне и нравится. Антуан мог уничтожить ресторан одним плохим отзывом и часто получал от этого удовольствие. Его боялись все. Ни один шеф-повар или метрдотель не хотел увидеть его на пороге. В конце фильма «новый» Антуан произносит:

Неудивительно, что, когда я попросила Эда одобрить приведенный выше отрывок для этой книги, он сказал мне: «Брэд Берд озвучил Антуана Эго. Он произносил эти слова. Можно ли отметить и его заслуги?»[163] Как и Ганс Нолл, Эд хочет отдать должное заслугам людей при любой удобной возможности[164]. Клейтон Кристенсен однажды сказал: «При условии грамотного подхода к делу, управление – самая благородная профессия». Эд Катмулл – благородный практик своего ремесла. Он – Создатель комфортной среды, а не критик людей. Эд помогает другим разумно подходить к росту.

В 1943 году, в разгар Второй мировой войны, Палата общин Великобритании обсуждала важный вопрос: архитектурный стиль.

Во время бомбежки в начале войны Палата общин была частично разрушена. Планировалось проведение реконструкции здания, в ходе чего разгорелись жаркие споры о том, стоит ли сохранять старый стиль архитектуры. Некоторые члены Палаты хотели изменить «прямоугольную форму состязательного характера» на форму полукруга или подковы – такие формы просматривались в некоторых других административных зданиях, – что, как считалось, способствовало бы укреплению духа сотрудничества.

Премьер-министр Уинстон Черчилль горячо отстаивал идею сохранения старого дизайна. Он настаивал (даже слишком) на том, что форма старой палаты «является воплощением двухпартийной системы», на которой основывается британская парламентская демократия. Его знаменитое утверждение гласит: «Сначала мы формируем здания, а после здания формируют нас»[165].

Я подозреваю, что Флоренс Нолл Бассетт была бы против идеи Уинстона Черчилля о сохранении состязательного характера Палаты общин. Однако она разделяла его точку зрения о том, что здание – это отдельная экосистема. Форма здания формирует мировоззрение людей, которые в нем работают.

Возможно, когда она принималась за творчество, она хотела, чтобы мы почувствовали нечто подобное тому, что почувствовала она, когда впервые увидела школу Кингсвуда для девочек, – сирота двенадцати лет, совершенно одинокая, на величественном пороге нового дома.

Связи между людьми важны для роста не меньше, чем отношения крыши, стен, окон и пола для формы и функции здания. Мы ведем целенаправленную и кропотливую работу по созданию экосистемы человека, которая будет вдохновлять тех, кто в ней живет и работает. Мы формируем ее, чтобы впоследствии она сформировала нас. Дэвид Уайт, английский и ирландский поэт из четвертой главы, «Метаморф», сказал, что наше наследие состоит в том, что мы оставляем после себя в «форме собственного отсутствия»[166].

Подобно воде в пруду, кислороду, солнцу (или даже змее), все мы играем в экосистеме отведенную роль. Мы вытягиваем ресурсы из экосистемы и питаемся ими. Однако нашим величайшим наследием станут собственные ресурсы, которые мы отдаем людям, чтобы поддержать их рост. Мы должны соблюдать баланс между тем, что берем, и тем, что отдаем, не лишая при этом возможностей других, не отравляя систему. Мы должны добавить света. Мы должны помогать расти молодым стебелькам.

Вы присоединяетесь к колонне и становитесь в ней одним из попутчиков на S-образной кривой – кто-то на день, кто-то на всю жизнь. Что вы оставите после себя, когда отделитесь от колонны?

Какую форму обретет ваше отсутствие?

S-образная кривая обучения находится внутри экосистемы. В последней главе мы рассматриваем место человека в экосистеме, в которой происходит рост. Человеку свойственно стремление к конкуренции и независимости. В этом стремлении мы часто забываем о том, что рост связан с ресурсами и отношениями, которые нас окружают и поддерживают. Скорость роста и успеха напрямую зависит от мудрости в подходе к культивированию отношений и практических ресурсов (например, технологий, инструментов), которые составляют экосистему.

Отношения. Многие важные отношения в вашей жизни возникают в среде, которую вы не выбирали. К таким средам относятся, например, семья, в которой вы родились, или друзья, с которыми вы познакомились в первой школе. Во взрослом же возрасте необходимо активно развивать долгосрочные отношения, которые помогут вам добиться успеха на S-образной кривой. Мы – все мы – живем, работаем и растем во взаимодействии с другими элементами, и все эти связи можно упорядочить.

Наши потребности зависят от участка кривой, на котором мы находимся. Экосистема должна обеспечивать разные уровни поддержки на разных стадиях S-образной кривой. В точке старта вам нужна поддержка: учителя, тренера и наставника. В зоне наилучшего восприятия вам нужна помощь, чтобы сохранить фокус. Вы развиваете высокую скорость и чувствуете себя уверенно, но вам все равно нужны люди, которые присмотрят за вами и поднимут красный флаг, чтобы остановить гонку, если вы наберете критическую скорость. В точке мастерства вам нужны люди, с которыми вы сможете отпраздновать победу, которые подтолкнут вас двигаться дальше.

Вы – ключевой вид. Вы не можете расти без других людей, а другие люди не могут расти без вас. Для них вы являетесь ключевым видом. Задайте себе следующие вопросы: я участвую в порочном или добродетельном цикле роста? Нужно ли мне больше ресурсов – времени, терпения, энергии, поддержки – чем отводится на мою долю, не оставляю ли я бесплодную пустошь в экосистеме своим собратьям? Или я вношу щедрый вклад в экосистему? Я способствую позитивному росту? Экосистема, которую вы формируете, зависит от того, что вы получаете и что отдаете.

По мере продвижения по S-образной кривой жизни вашим величайшим наследием станет поддержка роста других людей.