Пламя войны однажды разожжённое в чужом доме может перекинуться и на твой, стоит перемениться ветру. Война домов в разгаре, и теперь уже альянс Летящих готовится нанести свой удар. Топи Тлат’нока - место, где встретили смерть тысячи разумных из разных миров, где в стылой воде в бок о бок лежат звездолет и парусник с поднятыми парусами. Мир, где безжалостные охотники выискивают пищу для своего заснувшего в недрах мира хозяина, а несчастные, которым повезло выжить, просто пытаются пережить ещё один день. Именно там состоится финальная битва этой воины, которая решит кому остаться и властвовать в Двойной спирали, а кому уйти, сложив свои знамена под ноги победителей
Лось, сотканный из теней, со всех ног бежит по небу, цепляя звезды верхушками рогов. За ним несется стая облачных акул, норовя вцепиться в ноги благородного зверя, обездвижить, задержать. Лесной великан тревожно ревет, высоко вскидывает задние копыта, шарахается из стороны в сторону и, наконец, пропадает за горизонтом… Я с трудом просыпаюсь, медленно выныривая из своих ночных видений, словно ловец жемчуга, рискнувший погрузиться слишком глубоко.
Ну и бред. Провожу ладонью по лицу, прогоняя остатки сна, принесшего вместо облегчения лишь усталость и головную боль. С трудом встав, направился на выход, по пути натянув на себя спортивные шорты. В последнее время мой дом стал слишком многолюден и приходится хотя бы минимально соблюдать приличия. Короткая пробежка вдоль острова прогонит сонную хмарь. Немного ускориться, выбежать на линию прибоя. Ступни слишком глубоко уходят в песок. Может, проложить беговую дорожку? Хотя нет, не хочу. Пусть мой дом будет максимально близким к чистой, нетронутой природе, без лишних следов цивилизации и чужого присутствия.
Коралловые черепахи, ползущие из океана на берег, едва завидев возможную угрозу, тут же пропали, создав вместо себя иллюзию обросших водорослями камней, но, разглядев меня получше, снова деловито поползли вперед. Уже успели привыкнуть… Возле мангровой рощи к моему забегу присоединился десяток фей. Проказницы принялись на лету вплетать белый цветок в мои волосы. Радуются обретенному дому и свободе. Если бы еще он был постоянным! Я б тогда переселил сюда их всех, но это место существует, лишь пока жив его владелец, а ставить в зависимость от своей жизни всю колонию — неправильно. Я и так всеми ими безумно рисковал во время путешествия по Бездне, да и не только ими…
Еще чуть ускориться, пытаясь оставить позади не самые приятные воспоминания. Феи, отстав, юркнули назад в рощу, а я с разбега прыгнул в море. Десяток сильных гребков позволяют выйти на глубину, набрать побольше воздуха и нырнуть. Рука почти сразу касается дна — немного не рассчитал, надо было сначала отплыть подальше. Продолжаю скользить в водяной толще вдоль лениво шевелящихся волн песка, уходя все дальше от солнечного света. Выпустить воздух из легких. Теперь он мне не нужен, даже без водной формы. После завершения большой печати духов для меня открылось много интересных способностей, и эта одна из них.
Активатор послушно откликается на зов, проявляясь в руке. Применить, и рядом возникает
Ноги взбивают воду за спиной, руки вытянуты вперед, сложены вместе лодочкой. Море вокруг бурлит, тело, ускоряясь, устремляется вперед. Обращение к сродству со стихией. Вода послушно откликается на мой зов, обволакивает словно вторая кожа, я чувствую ее циркуляцию и природную мощь, проснувшийся неудержимый поток подхватывает меня и несет в себе, мне нужно его лишь направить. Самфурин, радостно пискнув, принял мой вызов. Ударив хвостом, рванул вперед во всю силу перекатывающихся под гладкой кожей мышц. Серебристый бок мелькнул мимо меня, но поток, что я оседлал, уже разогнался и извиваясь, стрелой пронзает изумрудную толщу. Я чувствую чуть вдали течение и вливаюсь в него, придавая себе дополнительное ускорение. Теперь уже моему напарнику приходится меня догонять, что не так-то просто. Но он не сдается, пусть обогнать у него и не выходит, приятель все же плывет рядом. Гордость не позволяет ему проиграть безплавниковому жителю суши.
Думаю, если запустить трансформацию, я смогу плыть еще быстрее, но это пока ни к чему. Поворачиваю к берегу, мы и так отплыли достаточно далеко, начали чувствоваться притяжение дома и невидимые барьеры его границ, пусть и заметно расширившихся с увеличением острова.
Я вынырнул на поверхность почти у самого берега, в гонке с самфурином мы умудрились обогнуть мыс, и теперь оказались с другой его стороны, где я с удивлением увидел небольшой кораблик, приставший к берегу, и несколько людей возле него.
Мэтью Колахер, успешный биржевой аналитик, вместе со своей семьей наконец-то стоял на твердой земле, радуясь уже одному этому факту, что, впрочем, совершенно не мешало ему озираться вокруг с явным недовольством. Три дня шторма, грозившего потопить их небольшое судно, и так прибавили немало седых волос на его и без того почти лысую голову. Пора заменить неприятные воспоминания чем-то более подходящим.
— Ну и где мы находимся? — он грозно посмотрел на капитана прогулочной яхты, нанятой им для небольшого отпуска с семьей, чтобы похвастаться перед Мадлен его новыми финансовыми возможностями.
— Понятия не имею, сэр.
Невысокий старик в капитанской фуражке тревожно оглядывался по сторонам. Последние три дня их чуть не угробили, еще бы немного, и все оказались на морском дне. Но опаснее всего было в начале первых суток: шторм разошелся так, как в их местах никогда не бывало. Высокие, гороподобные волны, с длинными ломающимися гребнями, с легкостью перехлестывали через борт яхты, а временами, казалось, поднимались чуть ли не до кончиков мачт. Пена широкими плотными полосами срывалась с поверхности воды и уносилась ветром. Море поседело, став абсолютно белым. Их крохотное на фоне разбушевавшейся стихии суденышко болталось как щепка, несомая стихией, в принципе не обращавшей внимания на работу двигателей. Яхта то задирала в небо нос, то обрушивалась вниз всем жалобно трещащим корпусом, чудом не разлетавшимся на отдельные куски. И то, что они смогли выжить, вовсе не заслуга его мастерства, а промысел морских богов.
Теперь же, когда они наконец добрались до суши, моряк пытался понять, куда их занесло. Тридцать лет за штурвалом, он думал, что успел изучить всё, что находится в Бархатном море, все его десятки островов, от больших до малых. И все же сейчас был готов поклясться своей капитанской фуражкой, что никогда не был на этом. Незнакомые пальмы с широкими раскидистыми листьями, отливающие синевой кусты, усеянные мелкими красными ягодами, — таких растений он раньше вообще не видел. Это его пассажирам невдомек, что подобное не росло на побережье, но он это знал точно. А эта странная буря? Никакие прогнозы погоды о ней не предупреждали, как и приборы на корабле. Она просто внезапно наступила, словно море решило, что давненько не показывало людям свою силу. Теперь бы понять, куда их занесло. Станция связи не работала, навигационная система выдавала полную дичь, стрелка компаса вертелась по кругу, а секстант показывал совсем не ту высоту солнца, которая должна была быть. Даже древняя радиостанция все время молчала — в эфире стояла полная тишина. И это пугало. На ум шли старые морские легенды про корабли, попавшие во внезапный шторм, после которого их никто и никогда не находил…
— Ой, пап! Смотри, туземец!
Кристина, старшая дочь нанимателя, указала на выходящего из воды на берег загорелого светловолосого парня с хорошо сложенной фигурой, также с интересом смотревшего на них.
— Я — Мэтью Колахер, это моя семья, — толстяк обвел рукой стоящих за его спиной людей. — Мы попали в шторм и немного заблудились. Вы не могли бы сказать, где именно мы находимся? — громко и четко произнес он. — Вы понимаете меня?
Подойдя ближе, раздраженный мужчина почти крикнул свой последний вопрос в лицо невозмутимому парню, так как тот продолжал молча рассматривать их.
— Может, он назириец? — пролепетала Кристина и попыталась срочно вспомнить школьные уроки. — Как же там было… Ва дие фа ное…
— Назовите положение вашего мира в Радуге миров и общепринятое имя вашей цивилизации, — скучающе выдал юноша на их родном языке без малейшего акцента.
— Чего?..
Биржевой аналитик потрясенно уставился на дикаря, пытаясь осознать, что вообще такое ему сейчас сказали.
— Может, вы используете асгардскую систему координат? — почти с надеждой уточнил туземец. — На какой ветви Великого древа расположена ваша планета? Какой номер листа?
Глава семьи обескуражено застыл, не зная, что сказать.
— Ваша цивилизация освоила технологию звездных перелетов, вступила в контакты с какими-либо межзвездными сообществами? Орден Порядка, Техносы? Вы вообще вышли за пределы собственного мира?
Вопросы сыпались один за одним, и с каждым последующим задававший их парень скучнел, под конец полностью потеряв интерес к беседе. Прервавшись на полуслове, он махнул капитану в белоснежной фуражке.
— Ты — за мной, остальные оставайтесь здесь. Вглубь острова заходить запрещаю, но можете устроиться в тени деревьев.
После чего быстро пошел по тропинке, петляющей между пальм. Владелец яхты с сомнением глянул на Мэтью, не уверенный, стоит ли оставлять своих беспокойных пассажиров одних, и биржевой аналитик, скрывая свой страх, крикнул на него:
— Чего стоишь? Догоняй!
Парня с плавными, хищными движениями профессионального охотника шкипер догнал шагах в ста от берега, когда тот любезно остановился его подождать.
— Капитан Роджерс, — представился, приподняв фуражку за козырек.
— Рэн, — ответил ему юноша, в ожидании изучавший небольшую шишку, поднятую с земли. — Хозяин этого места. А теперь послушайте меня, капитан, и, прошу, максимально серьезно отнеситесь к моим словам.
Он отбросил шишку, и взгляд его пронзительных серых глаз был суров, но на их дне плескалось сочувствие, заставившее напрячься как бы не сильнее.
— Вам очень не повезло, вы со своим кораблем попали в Море Неожиданностей или Блуждающее море. Я не знаю, слышали ли в вашем мире что-то о нем, но я поясню, с чем вы столкнулись. Это пространственная аномалия, созданная одной из богинь Хаоса — Аори, вершительницей свободы. Много веков назад в каком-то далеком мире она заметила море, которому было слишком тесно в отведенных границах, и оно постоянно сдвигалось, постепенно перемещаясь по всей планете. Ей понравился такой неукротимый дух и нежелание соблюдать общепринятые рамки. И она сделала так, чтобы это море могло путешествовать по всей Радуге миров, становясь на время частью других морей и океанов. Иногда бывает, что при переносе из мира в мир оно что-то захватывает с собой, например, корабли, людей, морских животных, рыб и так далее… Думаю, вы хорошо помните недавний шторм, они всегда бывают при переходе из одного мира в другой, а потом у вас пропала связь…
— Я до сих пор не понимаю, как мы выжили во время того светопреставления, сэр, — капитан от услышанных новостей снял фуражку и теперь нервно теребил ее в руках. — «Лидия» — маленькая прогулочная яхта, не предназначенная для большой воды, а тут эти волны… Они должны были не раз утянуть нас на дно, разбить корпус или опрокинуть судно.
— Море Неожиданностей никогда не убивает тех, кто в него попал, — с легкой улыбкой покачал головой необычный юноша. — Но мы отвлеклись, а у меня на сегодня еще много дел. Итак, продолжим. Вы сейчас в другом мире, в каком, понятия не имею. Мой дом, этот остров, привязан к Морю и перемещается вместе с ним, но контролировать его или управлять этим процессом я не могу. Также я не могу помочь вам вернуться домой, ибо не знаю, где тот находится, как не могу и заставить Море повернуть вспять. И еще много чего не могу. Вы с пассажирами попали в тяжелую ситуацию, капитан. Так что вам понадобятся вся ваша сила и мужество, чтобы попытаться выжить. Более подробно на все ваши вопросы ответит Валли. А вот и он…
Рэн указал на немного нескладного робота,появившегося на повороте.
— Валли, это капитан Роджерс, вверяю его твоим заботам. В лодке на берегу есть и другие люди, проведешь для них инструктаж, я предоставляю им всем ограниченный гостевой доступ на двадцать часов.
— Я вас понял, хозяин, — быстро ответил робот, после чего подъехал к капитану. — Прошу уточнить ваш статус и количество ваших спутников. Нуждается ли кто-то из вас в медицинской помощи? Ваше транспортное средство, в каком состоянии оно находится и нуждается ли в ремонте?
Дроид старательно забрасывал шкипера вопросами, но хозяин острова, усмехнувшись, почти сразу его перебил:
— Расспросишь его по дороге. А после опроса отведешь капитана к Магнусу и его людям, пусть пообщается, для него это будет полезно, — приказал он роботу. После чего, махнув рукой на прощанье капитану, направился по тропинке дальше в лес.
Медж, выйдя из двери на песчаном берегу, неспешно направился к маяку, полной грудью вдыхая теплый морской воздух. Солнышко в небе, лазурная высь, облака. Хорошо. Возле недавно установленного среднего жилого модуля, служившего гостевым домом, он увидел группу моряков с затонувшего корабля. Бедолаг дней шесть назад прибило к острову Рэна, и теперь тот пытался придумать, куда бы и как их отправить. Сейчас матросы во главе с Магнусом, сгрудившись в кучу, что-то активно обсуждали с седым мужчиной в капитанской фуражке, что со встревоженным лицом вслушивался в их слова. А Валли, стоявший рядом, послушно переводил все, что говорили друг другу люди.
«Надо же, как жизнь-то забурлила на острове в последнее время!» — хмыкнул про себя Медж и, весело прибавив шагу, повернул вслед за тропинкой в горку.
Рэна он нашел в беседке. Друг меланхолично потягивал вино из стеклянного бокала и задумчиво смотрел на морскую гладь в ожидании назначенной встречи.
— Привет, — кот мимоходом кивнул, сгреб со стола кувшин и щедро плеснул во второй бокал, разом опустошив глиняный сосуд наполовину. — Чем занимаешься?
— Пытаюсь напиться, — легкомысленное пожатие плечами и еле заметный салют бокалом вместо нормального ответа.
— И как, получается? — хмыкнув, поинтересовался тигролюд, поводя носом над краем стекла и пробуя напиток. Вкусный, тонкие, слегка резкие ноты черного сандийского винограда, отдаленные отзвуки персика и пряностей. Такое вино нужно смаковать, а не пытаться залить им глаза. Для этого намного лучше подошел бы их зеленый эль.
— Плохо, — бокал был с грустью отставлен в сторону. — Совсем не берет. Проклятая регенерация, я уже трезвею быстрее, чем напиваюсь. С таким же успехом я мог бы пить простой виноградный сок, — друг продолжал валять дурака, талантливо делая вид, что не понимает, зачем на самом деле к нему почти каждый день таскается старый котяра.
— Ты вообще собираешься заниматься делами? — осторожно поинтересовался Медж, пододвинув кувшин поближе к себе. Этому напитку стоит уделить более пристальное внимание.
— Не хочу, — буркнул Рэн, продолжая смотреть на море. — Надоело все. Игра, Совет Старших, Шепчущий с его Змеями, альянс, дела клана — вся эта муть и трясина… — он безразлично махнул рукой. — А знаешь, что хуже всего? Меня до сих пор не отпустила она.
— Кто — «она»? — осторожно уточнил повидавший немало дерьма на своем веку кот, прянув ушами и оставив в покое кувшин с вином.
— Бездна, — тоскливый тон, резанувший слух, и пустота в глазах, разглядывающих неведомую даль, уже были совсем не притворством. — Снится, зовет, мне снова кажется, что я там, что мы с Мистрой по-настоящему так и не выбрались оттуда. Что я вот-вот проснусь, и вокруг снова будет Ад. Проклятая преисподняя, что давит, душит, выпивая из тебя все соки и силы! Знаешь, друг, у каждого из нас есть свой предел, и там я не просто нащупал, но и далеко заступил за свой… Такое просто так не проходит. Я не могу, как заводная кукла, по щелчку чьих-то пальцев вскочить на ноги, едва ключ сделает пару оборотов в механизме, и начать весело танцевать да распевать песенки… Я устал, и мне плевать на все. Со временем, может, я и приду в себя, но пока не хочу видеть никого и ничего.
— Понимаю… — кивнул Медж, невольно качнув головой.
Он даже не представлял, что именно пришлось пережить напарнику, что смогло настолько выбить его из колеи. И, пожалуй, даже близко не хотел испытывать нечто подобное сам. Хотя без ухода Нии с Эрмисом тут явно не обошлось. Хоть Рэн и отказывается об этом говорить, но все же в первые дни после возвращения, пока они были рядом, он был более стабилен.
— У тебя здесь многолюдно, — задумчиво протянул тигролюд, решив сменить тему.
— Да, сегодня новеньких принесло, будь они неладны, — было видно, насколько неохотно мысли друга возвращаются к текущим делам. — Не дом, а проходной двор. Я этих-то, — он кивнул в сторону гостевого дома, — не знаю куда девать, а теперь новые приплыли, на прогулочной яхте, которая утонет от первой большой волны.
— И что думаешь делать? — с интересом спросил Медж.
— Да не знаю я, — раздражено ответил Рэн, наконец выпив свое вино. — Координаты родных миров никто из них не знает, а даже если б и знали, что бы мне это дало? Тащить их в Город-в-Пустоте и там нанимать звездолет, способный к дальним перелетам? Даже если не учитывать стоимость подобного, кто мне его без поручителя даст? Ну а дальше, что у нас еще остается? Межмировой портал? Это даже не смешно, проще вернуться к варианту со звездолетом, у портала стоимость расчетов, материалов и количество потребляемой энергии такие, что можно не один десяток тысяч рабов выкупить и подарить каждому по земельному участку.
— И что ты надумал? — котяра едва заметно улыбнулся: все-таки это его друг, и никакая гребаная Бездна не смогла его испортить или изменить! Ему даже в голову не пришел самый простой и привычный способ, каким бы эту проблему решило большинство Игроков — смерть или невольничий рынок.
— Думал рыбакам купить большую моторную лодку или небольшой корабль, разобрать его и по частям перенести сюда. Но тут буквально сегодня приплыла эта яхта с новыми гостями. Я думаю попросить туристов захватить с собой и первый «улов» Блуждающего моря: все-таки шесть здоровых мужчин — немалое подспорье в путешествии, которое может привести куда угодно.
— Разумно, — одобрил Медж. — Главное им оружия побольше выдели и питьевой воды с едой.
— Само собой, — пожал плечами хозяин острова.
— Кстати, ты не говорил… — тигролюд с облегчением снова потянулся к кувшину с вином, а вылив остатки в бокал собеседника, с удивлением заметил, что сосуд снова полон! Заинтригованный, забыл, что хотел спросить, принюхался и обнаружил — напиток изменил свой вкус и цвет, став «Золотым Тусенским»! Дорогущим вином, которое он пил всего два раза в жизни.
Он с удивлением молча посмотрел на Рэна, и тот без слов понял его вопрос:
— Да пей уже! — весело улыбнувшись, приглашающе махнул рукой. — Это Бесконечная Чаша. Хотя по форме, скорее, кувшин. Напиток в нем меняется в зависимости от пожелания того, кто из него пьет. Случайный трофей, захваченный среди прочего в кузнице Гефеста.
Радостный рык, непроизвольно вырвавшийся из горла, показал, что какая-то часть зверолюда была не против отправиться хоть в Бездну ради подобной награды. Полностью осушив бокал, опустил его на стол, довольно крякнул и спешно наполнил заново, пока божественный нектар не сменился.
— Надо почаще к тебе в гости заходить, — заключил он, с любовью погладив холодный бок кувшина. И лишь затем вспомнил, что хотел спросить: — Ты хоть одну ступень сумел взять там, в Бездне, или всё Шепчущий себе прибрал? Просто как Мастер Войны я должен учитывать твой текущий уровень, это важно для планирования рейдов. И что мне говорить остальным при заключении соглашений и возможном распределении добычи? — короткий кивок на Медальон, скрывавший всю информацию о своем владельце. — Да и в целом для себя хочу понять, насколько сильно я от тебя отстал.
Старое соревнование, начатое ими еще в Клинках Арендейла, длилось уже не один десяток лет. И хоть Медж понимал, что со своим двадцатым уровнем заметно уступает нынешнему лидеру клана, все же, если отрыв не слишком велик…
— Шесть, — спокойно ответил Рэн, с улыбкой глядя на друга. Он ждал этого вопроса, было лишь вопросом времени, когда тот его задаст. И ради этого момента стоило тянуть, разжигая любопытство тигролюда.
— Чего шесть? Шесть тысяч эмбиента? — непонимающе уточнил Меджех.
— Мне дали шесть уровней после того, как я вернулся в Радугу миров, — отчеканил человек, глядя на обалдевшего кота.
— Сколько? — ошарашенно переспросил тот, на что Рэн, явно наслаждаясь моментом, провел рукой по зеркальной поверхности Медальона Игрока, и на ней проступили витки лестницы силы, двадцать восемь из которых гордо светились, заполненные собранной энергией.
— Тебя же должно было накрыть с головой потоком эмбиента! — всполошился опытный хаосит, с опаской глядя на весело взирающего на него собеседника.
Шесть полководческих уровней — это же целое море силы! Да что же за рубилово происходило там в Бездне⁈ И как вообще его напарник может что-либо соображать и с кем-то вменяемо разговаривать? Раз он получил все одним махом, то ему должно было так прилететь по мозгам, что только и оставалось бы в Тихом Доме рычать связанным, напрашиваясь на очередную дозу парализатора… Или все-таки наг предвидел подобное и заранее выдал что-то из приемов высокоранговых, иной раз справляющихся и не с такими массами смертей?..
Насмешливый взгляд серых глаз понимающе наблюдал за внутренними метаниями напрягшегося тигролюда. Все его тревоги были очевидны и в обычном случае обоснованы, поэтому, не став долго мучить друга, молодой полководец успокаивающе повел рукой:
— Мне в качестве бонуса за закрытие ступеней, скажем так, особо изощренным способом, выдали защиту от всех негативных воздействий эмбиента. Видимо, Владыке Хаоса я пока нужен живой и сохранивший разум, — пояснил Рэн, пожав плечами. — Ты же помнишь, я рассказывал про дополнительные сферы, выдаваемые за сильных противников, убитых при переходе на новый уровень? Вместо обычной ерунды в виде нескольких мусорных карт или временного повышения какого-нибудь параметра? Так вот, мое предположение, что чем значительнее твое свершение, принесшее новую ступень, тем выше награда, можно считать подтвержденным. И дополнительные сферы при этом — еще не предел.
«В бездну такие свершения!.. хм, м-да… они и так там…»
— И надолго твоя защита? — уточнил Медж, невольно задумавшись, каким образом можно использовать эту способность лидера клана.
— Навсегда, — ответил тот спокойно. — Одна единственная награда сразу за все.
— Зато какая! — ухмыльнулся расслабившийся кот, снова потянувшись к кувшину. Такие новости однозначно надо запить. — М-да, она одна стоит любых возможных наград, дающихся за повышение уровня… И даже любого количества сфер силы. Сферы что? Их и купить в крайнем случае можно, если прожить достаточно долго. А вот невосприимчивость к эмбиентовой эйфории дает принципиально новые возможности. Не надо бояться незаметно сойти с ума. Или словить кровавый приход в бою, потеряв контроль над собой. Не надо после серьезных битв запираться в клановом доме, месяцами просиживая штаны в комнатах медитации, или тратить редкие зелья очищения, срочно приводя мозги в порядок, чтобы поскорее вступить в новый бой. Трезво мыслить, планируя свои и чужие действия, а не глотать все подряд, чтобы сбить волны кайфа, бушующие в крови. Да это… — он неопределенно махнул лапой.
— Знаю, — согласился Рэн. — Подарок шикарный, гораздо лучше всего того, о чем мы могли мечтать раньше.
— Ты уже распределил сферы? — уточнил тигролюд, задумавшись над новыми сведениями.
Шесть рангов, да еще и этот красавец… — рука сама любовно погладила бок кувшина. За такой приз можно было бы и рискнуть, отправившись в Бездну… Хотя нет, глядя на напарника, оно того все же не стоит. Лучше продолжить возвышаться здесь, в привычной вселенной, пусть и медленней.
— Пока нет, — человек кивнул на разбросанные листки на столе. — Прикидываю, просчитываю как лучше. Кстати, достижение получил, причем редкое, — он показал на отметку на Медальоне. — Я даже не знал, что такое есть, — на ободке виднелся необычный белый символ в виде шара, разрезанного черной молнией. — «Совершивший невозможное» называется.
— И что дает? — с интересом уточнил Медж, постаравшись припомнить, видел ли подобный знак хоть раз у кого-нибудь. Вообще, сами достижения и способы их получения всегда представляют интерес, особенно такие, о которых ты раньше не слышал.
— Увеличивает шанс получения редких и уникальных карт, — ответ еще сильнее заинтересовал кота, хотя казалось, куда уж больше.
— И как его получить? — быстро уточнил он, сразу оценивая, какие возможности оно открывает. На ассортимент магазинов и карточных домов, принадлежащих Игрокам, это достижение не повлияет, как и на аукционы. А вот Дары Владыки, шанс встретить что-то стоящее в Лавке Карт, карты случайного выбора… да мало ли где еще этот шанс может сработать! Даже обычная, но уникальная карта может оказаться полезнее пары примитивных серебряных, чья ценность для Игрока с обширным арсеналом уже заметно снижена.
— Дважды удивить бога, — ответил Рэн, сразу разрушив мечты тигролюда когда-либо подобное достижение получить. — Кстати, — переключился он на новую тему, — мне в последнее время такая муть снится, что хоть зелья бодрости глотай, чтоб не спать, — вспомнив свой утренний сон, друг поморщился, но тут же оживился: — Прикупи мне в Двойной Спирали ловец снов, будь добр, только чтобы настоящий, рабочий был. Ты же, вроде, водил знакомство с владельцем лавочки, торгующей подобными штуками.
— Не поможет, — ухмыльнулся Медж. — Ты тут в своем отшельничестве, похоже, пропустил главную новость Двойной Спирали.
— Это какую же? — подозрительно прищурился напарник.
— Хозяйка Облачного замка вернулась. Про них лет четыреста никто не слышал, все думали, что девицы сгинули с концами, а тут объявилась новая. И почти сразу устроила войну снов за прежние владения фат.
— Вот дура, — не выдержав, Рэн вскочил со скамейки. — Ее же прибьют!
— Э, друг, тут все не так просто, — на тигриной роже появилась многозначительная ухмылка. — Уж кто-кто, но новенькая точно не дура: смогла заручиться поддержкой сразу двух Владык Снов. То ли потребовала от них помощь, оживив старые союзы, то ли пообещала расширить их владения, поделив территории врагов. А может все и сразу или что-то третье, не знаю. Главное другое, сейчас вся Радуга миров не может нормально спать по ночам, — тут улыбка котяры стала и вовсе неприлично широкой, будто всеобщие проблемы — результат его лап и хвоста.
— Неожиданно, — Рэн с удивлением качнул головой. Услышав подробности, он чуть расслабился, но садиться на прежнее место не стал. — Мистра показала себя в Бездне достойной уважения, но такая резкость и непримиримость ей были как-то не свойственны. А тут сразу война… Жаль, что на этом поле боя я ей ничем помочь не могу. Потому, видимо, она и не позвала. Надеюсь, потому…
— Господин, — Валли, выехавший из зарослей, окружавших беседку, торопливо подъехал к хозяину. — Ваши гости нарушают правила и не слушаются меня. Учитывая их статус, я не могу применить к ним меры физического воздействия, а на мои слова они отказываются реагировать. Нужно ваше вмешательство.
Рэн, устало вздохнув, посмотрел на Меджа. Тот развел лапы в стороны:
— Иди уже и напомни гостям, кто хозяин в этом доме.
Еще один недовольный вздох, согласный кивок и решительный шаг к столу. Недолгое шуршание бумаг и к заместителю главы клана отправляется стопка листков — приятельская беседа на этот раз закончилась до обидного быстро.
— Держи, передашь их моему секретарю в здании Совета Старших, она знает, что делать дальше.
Медж, согласно угукнув, взглянул на верхний лист.
«Именем Совета Старших, я, Хранитель традиций, уполномоченный судья Трибунала, рассмотрев дело…»
— Ты их хоть читаешь? — уточнил он у лидера, убирая листки в сумку. — Прежде чем вынести решение?
— Не особо, — беззаботно махнул рукой тот, направляясь на выход. — Так, пробегаюсь по верхам, чтобы знать, в чем суть дела. Самое главное — это заключение советника, приставленного ко мне Шепчущим. Он уже лет двести варится в этой каше, он же и готовит решение с учетом интереса Змей, альянса и моей возможной выгоды, всегда соблюдая букву закона. Мне остается лишь утвердить приговор.
Старый кот невольно качнул головой и, спохватившись, крикнул уже в спину почти скрывшемуся в зарослях человеку:
— Ты хоть на открытие придешь?
— Конечно, — донесся до него ответ.
И тигролюд облегчено выдохнул.
Просьбу Саймиры он выполнил — сумел вытащить Рэна из его берлоги. Друг почти не вылезал из дома с момента, как выбрался из Бездны, заставляя их беспокоиться. Не то чтобы такое поведение представляло из себя нечто особенное: психика хаоситов, конечно, покрепче будет, чем у прочих разумных, но и она не всякий груз вынести может. Откат, если удается выжить в особо серьезной заварушке, как раз обычно и проявляется равнодушием и желанием забиться куда-нибудь поглубже. И беспокоить таких Игроков не принято, а то может выйти себе дороже. Так что какое-то время у Рэна будет, прежде чем его начнут дергать все подряд. А пока, никаких срочных дел — и постепенно он придет в норму.
Сунув документы в сумку, Медж встал и, слегка покачиваясь, направился к арке перехода в Двойную Спираль. В отличие от Рэна, у него еще много дел: тренировки с новичками, потом совместные бои звезд — нужно выстроить координацию и поддержку в бою, на Румии они справились, но до идеала еще далеко. Затем подгонка карт и амуниции к новым заданиям с учетом особенностей Игроков и нарезка задач командирам звезд. Да и Саймире нужно помочь, та совсем забегалась за последние дни. Со дня на день состоится открытие «Старого Хмеля», первого их собственного заведения, где, помимо прочего, будет продаваться и сваренный Проводниками эль. Хотя то, кто на самом деле варит это пиво, так и останется секретом.
— Папа, смотри, она как настоящий человек, только крошечная и с крыльями, — Кристина, зажав между пальцами фею, с удивлением рассматривала малышку, возмущенно верещавшую на нее.
Ее отец, стоящий рядом, в это время протирал платком вспотевшую голову, думая, куда идти дальше. Он не собирался слушаться приказов какого-то странного дикаря, что неизвестно куда увел за собой их капитана, или тем более неожиданно прикатившего обратно примитивного робота, что-то нудно вещавшего о правах и ограничениях временных гостей.
Он с детства привык брать судьбу в свои руки и, выждав полчаса, решил направиться вглубь острова на разведку. Должно же тут быть какое-то поселение, а в нем и связь, и администрация. Он привез на эти примитивные острова свои деньги, так что о том, чтобы клиент был доволен, местные должны заботиться в первую очередь. А не указывать ему тут! Дочь, заскучав на пустом берегу, тоже увязалась за ним. Ничего, заодно и поучится.
Немного проблуждав, они вышли на поляну, окруженную кустами с красными ягодами, в центре которой расположилось небольшое раскидистое дерево, украшенное цветными нитями, осколками стекла и еще какими-то безделушками. Попытке приблизиться к нему как раз и помешало это странное создание, трепыхавшееся сейчас между пальцев дочери. Оно, что ли, эти украшения с берега и притащило? Какое убожество…
— Отпусти ее, — голос, раздавшийся сзади, заставил Мэтью нервно вздрогнуть и оглянуться. За его спиной стоял все тот же юноша, встретивший их у моря.
— Ах вот ты где! — толстяк даже встрепенулся, увидев его, и, сделав шаг назад, потянулся за чем-то к себе в карман.
— Если ты ее сейчас не отпустишь, я отрежу тебе руку, — спокойно произнес туземец, повернувшись к дочери, но его тон был таким, что та, не раздумывая, отпустила фею. Малявка, встрепенувшись, сразу же упорхнула прочь, напоследок погрозив кулаком, ну да и черт с ней.
— Теперь слушай меня сюда, — Мэтью не собирался мириться с угрозами и вытащил из кармана небольшой серебристый пистолет, направив его на местного. — Ты немедленно отведешь меня к своему начальству в город, деревню, поселок, что тут есть на этом чертовом острове, и мы свяжемся со спасателями. За что-то же я плачу эти долбаные налоги! Ты понял меня⁈ И не смей цепляться к моей дочери!
Абориген устало качнул головой:
— Это так глупо, что даже смешно. Вы в моем доме, здесь я хозяин, и при всем вашем желании вы не сможете причинить мне вреда, но если вздумаете использовать оружие против меня, вы погибнете. Запомните это и не рискуйте своей жизнью понапрасну. — Затем голос стал жестким, не допускающим даже мысли, что его обладателя могут ослушаться: — Ступайте на берег и четко соблюдайте озвученные Валли ограничения. Хотя теперь вы и не сможете нарушить установленные границы.
Из-за спины туземца, все также разгуливавшего в одних старых шортах, неожиданно вышла пара человекоподобных роботов, заставивших глаза толстяка широко распахнуться, а руку с пистолетом дрогнуть. Выглядели те… внушительно. Полицейские, а может, и вовсе военные модели. Пару раз демонстративно щелкнув шокерами, они встали по бокам аналитика с дочерью.
Парень, безнадежно махнув рукой на наконец-то готовых его слушать незваных визитеров, со вздохом добавил:
— Идите к своему капитану, он вам все объяснит. И прощайте, надеюсь до вашего отплытия вас больше не увидеть.
— Валли, — он посмотрел на робота-дворецкого, — сопроводи этих людей на берег и проконтролируй, чтобы они больше здесь ничего не натворили. Их гостевой статус отменен, право находиться на острове ограничено их зоной прибытия и двадцатью шагами вокруг нее. Для капитана Роджерса действуют прежние правила.
— Я понял вас, хозяин, — пропиликал робот, после чего, развернувшись вокруг своей оси, направился к Метью.
Магнитный захват выдернул пистолет из вспотевших рук, после чего синяя искра разряда появилась на свободном манипуляторе.
— Не заставляйте меня применять силу и следуйте вперед.
Сдавленная ругань за спиной, визгливый голос девчонки, но Рэна это все уже не интересовало, он торопливо шел, направляясь к дому.
Ну что, пора определяться…
Без особого воодушевления окинул взглядом разбросанные на столе листки. Где-то внизу у кромки воды визгливо крикнула чайка. Наверное, отстаивает свою находку. В последние дни, даже успокоившись после шторма, волны активно подкидывают на берег всякую всячину, вот птицы и ищут, чем бы поживиться.
Ветерок, игриво заглянув в беседку, принес терпкий запах водорослей и соли. Пожалуй, это мое любимое место в доме. С моря веет прохладой, сиреневое в последние дни солнце неспешно опускается в водную гладь. В интересный мир, похоже, прибыло погостить Блуждающее море… Вечернее затишье после жаркого дня, благодать… Самое время для неспешных мыслей и спокойного принятия решений. Двойная Спираль все более настойчиво напоминает о себе — Книга разрывается от писем. Медж и Саймира взяли на себя бо́льшую часть текущих дел, но все равно постоянно находится что-то, требующее утверждения лидера клана. От любопытства же пройдох из других Домов им и вовсе меня не оградить. А есть еще руководство альянса, Совет…
Надоело, если честно. Очень хочется забить на все, открыть, как Стаф, свою лавку, торговать какой-нибудь мелочевкой и спокойно лет двести пожить в свое удовольствие. В обнимку с любимой встречать рассветы и провожать закаты, пить вино…
Неожиданно над ухом гаркнул надтреснутый бас:
— У трона будешь желания высказывать и сопли разводить! А трусливые бабы, что пришли задницы по лавкам просиживать да про тяжелую судьбу скулить, сдохнут у подножия лестницы силы, затоптанные другими. Ты — Игрок! Воин, что жив, лишь оттачивая свое мастерство! Хочешь, чтоб было по-твоему — подыми свой тощий зад и обгони других на пути к престолу Владыки. Тогда загадаешь свое ценное желание и будешь заниматься, чем захочешь, получив бабу, остров и похмелье по утру. — И потом еще какое-то невнятное бурчание под нос, явно что-то нелестное то ли про причины, то ли про причиндалы.
В первый момент я чуть было не подпрыгнул, ища пробравшегося ко мне наглеца. А потом иронично усмехнулся:
— Отличная мотивирующая речь, Тай. Сразу напомнила сержанта-наставника из Академии Железных клинков.
— Тебе удалось, — рассеяно кивнул я, закончив раскладывать листки по стопкам. И отодвинул их на край стола.
Три стопки листков, три возможные пути дальнейшего развития. Заглядывать в них мне уже не особо-то и надо, я и так помню все написанное наизусть: не зря последнюю декаду не расставался со свитком нага по базовым способностям людей. А также тщательно изучил пару личных дневников полководцев из схрона, служившего домом Ние, взвесил все скудные слухи, что удалось собрать о новых навыках, введенных в Игру после Фестиваля, и неоднократно обсудил с Тайвари перспективы усиленных вложений в те или иные способности.
Поломать голову было над чем. Десятилетия назад я выбрал для себя стиль боя, а с ним — и порядок распределения сфер силы, которого придерживался до последнего времени. Главным я всегда считал успеть среагировать раньше врага: обнаружить, напасть издалека, увернуться от ответного удара и, если не вышло, суметь его пережить. Классическое поведение для Игрока-заклинателя. А это значит — усиленная скорость реакции, неплохая выносливость, развитие интеллекта, улучшение взаимодействия с призванными существами и эмпатия, чтобы не попасть в засаду, заключив контракт с подвохом. Я выжил. И даже стал полководцем. А это говорит о том, что подобная стратегия мне подходит. Не без огрехов, конечно, но в общем и целом работает.
Все изменилось в последнюю пару лет. С одной стороны, Шепчущий втащил меня на совершенно иной уровень Игры, туда, где ставки между главами кланов и альянсов так высоки, что даже не снилось простому Игроку. На устранение конкурентов здесь тратятся не просто десятки и сотни тысяч дайнов, а редчайшие карты и уникальные возможности. И к задаче привлекаются лучшие боевики со звездами поддержки. В такой ситуации оказаться в ближнем бою один на один с наиболее неудобным для тебя противником — вполне реальная перспектива, к которой надо быть готовым. Да и без интриг сильнейших, Плетельщица Судеб регулярно подкидывала мне разборки врукопашную с кем-нибудь по-настоящему серьезным.
С другой стороны, она же подарила мне шанс резко стать сильнее. Благодаря великим эликсирам, выпитым накануне Турнира тысячелетия, а также тому, что сумел найти там сам, Средоточие тела у меня теперь развито так, что не стыдно потягаться с любым клановым поединщиком. Одни только двадцать пунктов выносливости чего стоят! А ведь я могу похвастаться также дюжиной силы и еще лучше развитой скоростью реакции, не считая прочих усилений.
Но это же привело меня и к текущей проблеме выбора дальнейшего пути. Если раньше ветвь разума у меня была развита в среднем в два раза сильнее тела, то теперь ситуация обратная, почти один к полутора в пользу физических возможностей.
Но теперь-то мне что делать?
Новые реалии моих возможностей надо учитывать. Будет глупостью просто тупо вливать все свободные сферы силы в разум, чтобы выправить баланс и вернуться на прежний путь развития, похоронив появившиеся преимущества. Их надо встроить в тактику боев и эффективно использовать. Отсюда и родились три новые возможные для меня пути развития.
Первый остается по сути прежним — путь полководца: упор на стратегическое мышление и сильный отряд с поддержкой собственных карт. Это означает развитый интеллект, аналитические способности, справляющийся с нагрузкой мозг, быстрая реакция вкупе с предвидением и усиленная связь с призванными существами.
Второй прямо противоположный — активное использование моих новых возможностей и ставка на себя как боевую единицу. Можно продолжить вкладываться в тело, став эдаким бойцом-одиночкой, способным соло разбираться с драконами и личами, а клан и отряд станут для меня лишь поддержкой, загонщиками при главном охотнике. Когда-то я считал, что такое для меня в принципе недостижимо, но теперь все не так очевидно: Ринору, Щит Рассвета, броня рыцаря Пылающего солнца — уникальные предметы, которые почти невозможно найти, а тем более купить. Как и секретные техники боевых искусств, переданные мне Чжу Энном и духом Красного Дракона. Плюс легендарные карты оружия и доспехов, плюс сферы, полученные от великих зелий, что идут сверх условного лимита улучшения характеристик, плюс финансы, позволяющие применять дорогущую боевую алхимию и нанимать лучших учителей…
Тогда во главу угла выйдут еще бо́льшая сила, выносливость, скорость реакции и интуиция. Правильно подобранные частные усиления, способные дать нестандартные возможности и удивить врага. Например, умение глотать зелья бочками, в том числе заранее.
Также, возможно, стоит развивать Берсеркера, отлично показавшего себя во время боя с демоном-змеей на площади возле Коллекции. Да и на дуэли, подстроенной Ящерами, без него я бы не справился… Возросшие сила с выносливостью сделают способность еще более мощной. Вложить в нее сфер шесть-семь, чтобы полностью контролировать свою ярость, а после выплеска силы оставаться на ногах и даже какое-то время адекватно действовать. Например, отойти на безопасное расстояние, а не валиться под ноги недобитков-врагов, переживших вспышку моего неистовства. Или все-таки дорезать ублюдков. Тогда этот навык станет частью моего активного арсенала, на него можно будет рассчитывать в своих планах с самого начала, а не оставлять, как сейчас, в качестве оружия последнего шанса.
Берсеркер — моя уникальная расовая способность, эдакий туз в рукаве, о котором никто, кроме меня, не знает. И в нужном времени и месте он может смертельно удивить даже более опытного противника, оказавшись той самой гирькой на весах судьбы, решающей, кому жить, а кому умереть.
Путь воина. Да, я чувствую, что смогу по нему пройти. Непривычные, но весьма заманчивые перспективы.
А третий путь — результат резкого взлета, заставившего меня оказаться без поддержки наставника и сильного клана среди хищников самого высокого полета. И тут у меня одна задача — выжить. Поэтому этот вариант для себя я назвал стратегией выживания. В отличие от пути бойца, стремящегося победить врага в личной схватке, она ставит целью справиться с любыми неожиданностями, которые мне могут подкинуть конкуренты, союзники, судьба, мой любящий развлечения бог или недавно появившиеся кровные враги. Сначала пережить «сюрприз», унести ноги, а потом уже, по мере сил и возможностей, разделаться с обидчиком. А, в идеале, и вовсе не вляпываться в неприятности.
Здесь нужны выносливость со всем спектром частичных усилений, типа костей и связок, сопротивляемость ко всему на свете: ядам, магии, менталу, оглушению. Бешенная реакция и регенерация. Звериная интуиция. Хорошо развитые органы чувств. Умение распознавать иллюзии. И Берсеркер, но именно как последнее средство.
И как показывает практика, прямых путей у игрушек Смеющегося Господина не бывает. Планы, особенно исключающие риск, слишком часто идут лесом. Карты подводят, заранее подготовленные пути отхода не срабатывают, у противников оказывается по десять тузов в рукаве, а путь домой — слишком долгим и извилистым. И что-то подсказывает мне: дальше будет так же.
Возможно, во мне сейчас говорят уставшие душа и тело, но чем дольше думаю, тем больше склоняюсь к последнему варианту своего развития…
Но прежде, чем окончательно выбрать будущий путь, надо решить неожиданно вскрывшуюся проблему. Буквально дыру в моих способностях. В крайнем рейде меня чуть не добили. И не только могущественный Страж Врат, тут было бы понятно и почти не обидно, а банальные склянки с зельями. Если б не помощь Мистры, то даже выбравшись из Акш’дхара, я мог развалиться на части из-за них.
Так что, какой бы путь я ни выбрал, почки и печень явно нуждаются в модернизации. Сейчас мне стоит в первую очередь бояться не открытых боев, а яда в бокале или интоксикации от выпитой алхимии, которая может угробить не хуже какой-нибудь отравы, если пить зелья много и часто. А рейды, да и бои, как выяснилось, могут длиться порой очень долго, гораздо дольше, чем ты рассчитывал. И тогда выпитый не вовремя десятый пузырек регена, оказавшийся несовместимым с залитым в себя накануне комплексом эликсиров усиления, неожиданно сведет тебя в могилу, притом надежнее меча или заклинания врага.
Кивнув сам себе, прикрываю глаза и отпускаю сознание. Медальон Игрока перед внутренним взором как символ пройденного пути, разум начинает скользить вперед… и знакомая пустота окружает меня. Напротив висит мое тело, рядом с ним — целая гирлянда сияющих огоньков сфер силы. Шесть ступеней, восемнадцать сфер. И все это необходимо разумно распределить.
Средоточие тела, первым я касаюсь его. Три сферы, как и решил, отправляются в эту ветку: две в печень и одна в почки. Это повысит скорость очистки организма и вывода токсинов, а также сопротивляемость ядам.
Окинув взглядом все вложенные сферы и немного полюбовавшись ставшим даже каким-то более здоровым телом, переключился на Средоточие разума. На фоне первой ветки оно теперь выглядит немного бледно. А ведь значительную часть в нем составляет ненужное мне теперь, и даже вредное самосознание! Шестнадцать сфер из сорока шести. Бесполезный в моей ситуации барьер, на который я потратил столько сил. Маленькая плотина, которую строил столько лет в попытке защитить свое «Я» от поглощения безумием эмбиента, теперь оказалась просто не нужна, ведь потока, который мог смыть мою личность, больше нет. И из барьера она превратилась в тюрьму, мешающую моему развитию… Также бесполезна и вторая часть возможностей самосознания — от внешних воздействия на разум меня теперь ограждает щит Древних…
С сожалением осмотрев висящего в пустоте «себя», мысленно вздохнул: все это богатство можно было бы вложить в Средоточие разума гораздо более эффективно. А потом с некоторой самоиронией хмыкнул — с моей бурной жизнью не прошло и года, как мне уже второй раз подряд нестерпимо хочется изменить принятые решения. Правда, с эмпатией я тогда немного погорячился: ситуация со щитом разума частично разрешилась, да и возможность более гибко управлять призванным отрядом, а особенно находить общий язык со своим драконом, немалого стоит. Может, и в отношении самосознания мое мнение еще изменится. Хотя вряд ли.
Насколько мне удалось понять юлящего изо всех сил хозяина Дома Чаш, раз за Игру перераспределить уже вложенные сферы силы как-то можно, но как именно, выспросить у него так и не получилось. Еще один предмет для разговора с нагом, когда тот все-таки состоится. Шепчущий уже второе письмо прислал, весьма осторожно поинтересовавшись, когда я смогу его навестить. В первый раз, дня четыре назад, сообщение змея было скорее формальным, этакое нейтральное приветствие с завуалированным согласием пообщаться, особенно, если у меня к нему есть вопросы или предложения. Так что ту встречу я отложил с чистым сердцем. Но теперь уже нагу от меня явно чего-то нужно, так что бесконечно откладывать свой визит к главе альянса нельзя. А значит, следует быть максимально к нему готовым, и наконец выбрать путь, по которому хочу идти.
Встряхнувшись, отогнал в сторону посторонние мысли и вернулся в реальный мир. Солнце успело соскользнуть за горизонт, утянув за собой дорожку нежащихся на волнах сиреневых бликов. Сумерки неспешно выползали из-под кустов и обступали беседку. Еще чуть-чуть, и захочется зажечь лампу…
Как же хорошо вот так вот сидеть, вдыхать остывающий воздух, радоваться послушному, здоровому телу. Просто быть… А для этого надо оставаться живым.
Взгляд вновь уперся в исписанные стопки листов.
Решено. Стратегия выживания.
Сила будет, где не хватит ее — помогут друзья и соклановцы. Отряд мне достался удачный, если развивать его с умом, то из него в любом случае выйдет толк. Карты, артефакты, знания и навыки — все придет со временем, перейдет из количества в качество. В первую очередь надо сосредоточиться на индивидуальном выживании. Пока ты жив, все можно исправить, и любой бой не будет проигран до конца.
— Если когда-нибудь я смогу завершить Игру, попрошу Смеющегося Господина создать тебе отдельное тело и предоставить возможность самой стать Игроком, — буркнул я, недовольный сказанным под руку. — Поля битв усыпаны телами неудачников, пытавшихся ухватить все и сразу. Нельзя быть одинаково сильным во всем, лучше выбрать одно направление и идти к вершинам в нем, чем размазаться по всем сферам, и в итоге оказаться слабым везде.
Аргумент, на который мне тоже нашлось, что возразить:
— У меня нет таких ресурсов, как у него. На мои интересы не работает целый Дом, я не глава клана, веками собирающего секреты Игры и умеющего создавать великие зелья.
Я недоверчиво покачал головой. Звучит красиво, но до этого заманчивого будущего еще надо дожить.
Перед моим мысленным взором возникли строчки первого списка, с галочками и крестиками напротив каждой.
Тайвари ненадолго прервалась, проверяя, успеваю ли за ее мыслью, и я согласно кивнул. Да, в таком варианте я не смогу использовать Берсеркера не задумываясь в середине боя, но надежным козырем в рукаве он останется.
Тут я был полностью согласен со своей помощницей. Интересно, а синергия способностей бывает? Ни разу про подобное не слышал, но было бы неплохо. В нашем мысленном списке появилась еще одна колонка с цифрами, и Тай перешла к следующему пункту.
Третий список и вереница огоньков, ждущих своей очереди.
— Если бы у тебя была такая возможность, ты бы меня и вовсе удалила, оставшись в теле одна, — хмыкнул я.
«
— И, тем не менее, я все еще жив, как и ты, — развеселился я. Меня забавлял этот разговор, как и уютное ворчание подруги: чувствовалось, что она уже отошла от шока первых дней.
Замечание я привычно проигнорировал, поэтому разговор продолжился, подходя к своему логическому завершению.
— А также сохранится и усилится моя зависимость и потребность в тебе, — улыбнулся я про себя.
— Ну хорошо, хорошо. Дай мне подумать.
В принципе, Тай предложила достаточно гармоничное объединение намеченных мною вариантов, при этом даже несколько выравнивая возникший дисбаланс в сторону тела. Но не все мне нравилось. Да и Средоточие духа она оставила совсем без внимания. А ведь здесь у меня теперь красота, развивать которую появился смысл. Завершенная Большая печать духов, переливаясь цветами и силой, вольготно раскинулась в ауре, похожая на четырехлистный клевер, окруженный кругом из медленно меняющихся и перетекающих друг в друга символов на языке-без-начала, где каждый из лепестков воплощал свое направление: Воду, Землю, Огонь и Воздух.
Вода, появившаяся первой, наполнена силой бога и буквально сверкает и переливается синевой. Отвечающий за нее аспект заполнен на семьдесят процентов. Водяной клинок, ударивший по мне, сможет разве что нанести неглубокую рану и сломать пару ребер, а не разрежет на два кровоточащих куска. Все эти гейзеры, сосульки, да мало ли чего еще, водное направление изобилует атакующими заклинаниями. Наиболее распространенные из них теперь не несут для меня серьезной угрозы, достаточно накинуть какой-нибудь доспех, чтобы полностью нивелировать возможный урон. Сюда же в копилку водяная форма и способность пользоваться подводными потоками.
Земля, ну здесь у меня все не так радужно: скромные, по сравнению с Водой, пятьдесят процентов не перевалили планку, позволяющую сродству с основными стихиями влиять на отряд. А ведь до нее осталось так немного! И все же, по сравнению с тем, что было раньше, весьма, весьма недурно. Завершенная печать дала немного, земная твердь самая тяжелая в управлении стихия. Хотя возможность почувствовать, есть ли поблизости подземные пустоты, может когда-нибудь и пригодиться.
Воздух, все те же пятьдесят процентов. Результат благословения духа и выпитого Эликсира четырех стихий. И тоже немного не хватает до критичного порога. Результат появившейся связи со стихией — возможность попросить ветерок донести до меня дальний звук или запах. Или отогнать прочь ядовитые испарения.
А вот и огненный аспект, внезапно разделивший первое место среди стихийных. И здесь у меня все тоже весьма занимательно: сам оттенок силы ярко-алый с золотым отблеском, а на кончике лепестка сверкает символ изначального огня, оставленный на мне Гефестом. Знак, чем-то похожий на тот, что у меня в водном аспекте, где текла, меняя форму и цвет, печать Каратуана. Такие же щупальца-язычки, только направленные в одну сторону. Семьдесят процентов защиты от воздействия силы Огня — это внушительная цифра. С учетом доспехов, щитов и возможных усилений, есть хорошая вероятность пережить парочку по-настоящему серьезных ударов. Но тут все зависит от удачи и ситуации на поле боя. Если будет твориться нечто похожее на наш с нагом поход в Бездну, когда в ход одновременно шли десятки заклинаний со всех сторон, то уцелеть там… все же больше шансов с подобной защитой, чем без нее. А ведь есть еще и возможность управлять любым окружающим огнем! Либо, потратив все накопленные печатью силы, и вовсе ненадолго получить полный иммунитет.
С Хаосом все понятно: шесть огоньков, тридцать процентов от прямого воздействия первоосновы на меня. Новая звездочка, взамен утраченной в сердце Коллекции, сверкает, переливаясь, на подаренном Владыкой кольце, как награда за спасение Румии. В принципе, справедливо. Хотя жаль впустую потраченную карту и огонек, ушедший на ее усиление. Но тут сам дурак, мог бы и предвидеть, что подобную дверь от воздействия магией наверняка прикроют. Да и наплевать, главное что жив. Плюс наконец-то раскрыл для себя еще один секрет кольца. Если внимательно рассматривать его, погрузившись в свой внутренний мир, то можно увидеть и тот самый вопрос, что тогда стучался в разум и был отринут в спешке, и возможность потратить оставшиеся звезды на усиление любой карты или себя.
Свет. Дар Эррубиэля, переливающийся в районе правой руки, сделал меня полностью невосприимчивым к любому его враждебному проявлению. Как и говорил Восьмикрылый, Свет умеет быть щедрым.
И Тьма. Вот она преподнесла мне неожиданный и крайне неприятный сюрприз. Когда я, немного отдышавшись после Бездны, впервые взглянул на Средоточие, то обнаружил не полный ноль, как всегда, а странный символ, больше похожий на черную кляксу, сухо сообщивший о себе, что это знак повышенного урона от любого темного воздействия. При этом, сколько бы я ни проверял, никаких новых включений в своей ауре я так и не нашел.
Испытанного шока мне тогда хватило, чтобы забыть о лени, остаточной слабости и нежелании никого видеть, быстро собраться и срочно отправиться в Дом Чаш. Сочувствующий взгляд Хозяина и долгая траурная тишина заставили сердце упасть, а надежду получить ответ, в чем дело и с какой стати я не вижу конкретных показателей, умереть, корчась в муках. С
Впрочем, зная свою слабость, всегда можно быть готовым к ней. Хотя Тьма коварна и изменчива: яды, проклятья, основанные на ней, никогда не бьют прямо, в отличие от Света, не терпящего компромиссов и уловок. Надо бы дать Саймире задание поискать карты временного сопротивления всем стихиям и первоосновам, сделав особенный упор на Тьму. С другой стороны, информация о том, что я побывал в Бездне на пару с нагом, похоже, уже просочилась, так что подобное мое желание защититься от ее обитателей никого особенно не насторожит.
— Пусть Бездна и оставила мне напоминание о своей ненависти, но лучше выбрать одну сторону и быть другом ей, чем пытаться угождать всем. И получать по шее от обеих, — возразил я, постаравшись удержать невозмутимое выражение лица. А потом продолжил мысленную ревизию себя.
Ментал. Здесь у меня со времен получения Абсолютного Щита Разума все без перемен. Ни я ни на кого толком воздействовать не могу, ни они на меня. А ведь я до сих пор хочу стать сильным эмпатом, пример Шепчущего к этому буквально подталкивает, пусть мне и не сравниться никогда со старшими расами, и тем более с Владыками мыслей. Но несмотря на сложности, Великое зелье духовного роста я выбрал все равно: не принеся новых сфер силы непосредственно, но увеличило потенциал развития моего Средоточия разума, особенно его ветки эмпатия — телепатия — гипноз, позволяя вложить большее количество сфер, прежде чем они потеряют свою эффективность. Уже сейчас за счет повышения базовых склонностей имеющиеся сферы приносят больше пользы. Если я приопускаю щит разума. Было бы неплохо иметь для такого случая и собственную сопротивляемость, но она у меня сейчас далеко не на первом месте. И еще долго не будет.
Пора решать, завтра открытие Старого Хмеля, бара крафтового пива, которым все эти дни занималась Саймира. Надо ее поддержать в столь важный для нее день. Хотя, пожалуй, мне даже самому стало интересно, что же у нас из всего этого выйдет.
Изначально Хмель задумывался просто как вложение средств и связей, которые я стребовал с нага, и как запасной выход для Проводников на рынок алкоголя Двойной Спирали, если клан когда-либо разорвет соглашение со Змеями. Но пока все накидывали идеи, как именно завлекать и развлекать посетителей, чем кормить-поить и как при этом не разориться, успели незаметно для самих себя прикипеть душой к новому делу. Так что вместо очередной безликой едальни родилась идея уютного бара с особой атмосферой ненавязчивых развлечений и привкусом дальних странствий. Ведь мы же все-таки Проводники Хаоса. Кто еще кроме нас побывает в самых дальних уголках игрового поля и даже за его пределами, принесет оттуда редкие деликатесы, необычные развлечения — и поделится всем этим с гостями?
Заодно исподволь зароним мысль, что Игра — это не только эмбиент, но и открытие для себя нового и неизведанного. Это, кстати, была рекламная фраза из подготовленного мне Саймирой на утверждение проекта. Вообще, анир подошла к новому бизнесу очень серьезно. Сейчас Двойная Спираль, конечно, немного отошла от удара Тайвериса по Форлейгу, но аукаться он будет еще долго. Цены на многое выросли, кланы стали прижимистее, Игроки — беднее. Какие-то заведения закрылись, какие-то сменили владельцев. И начинать новое серьезное дело в такой ситуации было… несколько рискованно.
Но наша девочка провела анализ рынка, вытащила откуда-то статистику, в том числе и по другим мирам, и с уверенностью заявила, что если правильно выбрать формат заведения, то условия для нас сейчас чуть ли не самые выгодные.
Она предложила из выкупленного для нас нагом здания разорившегося салона создать не очередной дорогой ресторан, а более доступный и понятный бар. Выпивка, закуска к ней, немного простой, но добротной еды. При этом, как ни странно, по ее словам, бар будет конкурировать не с другими едальнями да уличными разносчиками, а с элитными ресторанами и иными дорогими развлечениями, которые многим стали не по карману. Хаоситы на все, что не связано с войной и выживанием, стали тратить меньше. «Королевский» бордель, ставки на гладиаторов, казино… да почти весь квартал Черных Фонарей, Горячие источники, даже Дом Чаш с его блюдами со всей вселенной — все они в той или иной мере лишились заметной части своих клиентов. А чтобы вынужденные отказаться от привычных развлечений Игроки потянулись именно к нам, надо дать посетителям то, что они не найдут больше нигде.
И идею того, что будет изюминкой заведения, предложил, как и следовало ожидать, Медж. Известный любитель выпить и крупный ценитель хороших напитков. Он как-то раз уговорил нашего слугу-винодела сварить партию пива с добавками из тех растений, что выросли в моей оранжерее. Результат оказался неожиданно неплох, даже продавать его не стали, по своим разошелся. Вот кот и стал экспериментировать со всем, что нам досталось от Клеопатры. А тут еще феечки зачем-то притащили после работы несколько семян домой. К «дереву Жизни». Оно уже пошло в рост и стало потихоньку наполнять силой полянку вокруг себя. И выросшие там растения приобрели весьма интересные свойства. Зеленый эль с вкраплением толики силы «пальмовой шишки» получился самым забористым и густым.
Поэтому наш бар не будет просто торговать всем алкоголем подряд, заодно потихоньку проталкивая на рынок классический рецепт Клана хмелеваров и конкурируя с Шепчущим, а сосредоточится на новых вариациях древнего напитка. Которые в сети Змей продаваться не будут в принципе.
А чтобы развлечь посетителей и задержать их подольше, я разрешил пожертвовать клановым секретным местом отдыха, оставив там лишь бармена, тихую музыку да джакузи. Полупрозрачные танцовщицы, дискотека, бильярдные столы, голопроекторы и прочие увлечения первых Игроков отправились на второй этаж, расширенный пространственными архитекторами Города-в-Пустоте. Оттуда же анир притащила инфокристаллы с фильмами и несколько игровых автоматов на пробу. В отдельной комнате повесили экран, транслирующий состязания по взрывболу. Планируется проводить среди гостей регулярные конкурсы рассказчиков баек, состязания в дартс случайным метательным оружием из карт и прочие подобные затеи из родных миров Саймиры, Вика и Лесли. Гиилом обещал притаскивать мясо с интересных Осколков, предлагая самым опытным Игрокам угадать, из чего на этот раз сделаны шашлыки…
В общем, в бар вложились в нашем клане если не все, то многие. И что меня особенно порадовало — старички тоже начали подтягиваться. Это чуть ли не первое совместное дело, которым они занимаются сами, а не по моему приказу. Так что на открытии Старого Хмеля я должен быть обязательно. А стоит мне официально появиться на людях, чую, дела и встречи, что я так долго откладывал, потребуют своего.
Не затягивая более, я вгляделся в Медальон и провалился в ничто. Сферы одна за одной вставали на запланированные места. Три в Берсеркера, одна в Кровь оборотня. Две в глаза. По одной в кровеносную систему и развитие мозга. Три в интеллект, две в интуицию… Да! Долгожданная способность таки открылась! Тогда еще одна в интуицию и последняя — в предвидение.
Ну вот и все, дело сделано. Теперь нужно адаптироваться к новому телу и освоить открывшиеся способности, но у меня для этого время будет. Наш клан считается выполнившим все свои обязательства перед альянсом по участию в текущей войне, и теперь я имею право решать, принимать Проводникам предложенную работу или же отказаться. А и то и вовсе могу выбрать собственную цель, лишь согласовав ее с руководством. И никаких приказов отправить своих бойцов в пекло, будто они чужое «мясо». А значит и мне не придется соваться следом, выбирая, их жизни или моя.
— Я должен понять, что это такое и какие возможности открывает, прежде чем решать, стоит или не стоит его развивать. Так уже было с Берсеркером: сначала он показался мне опрометчивым выбором, ведущим к последнему бою или просто пустой трате сфер, а в итоге спас жизнь. И да, предвидение не заменит мне тебя, Тай. Я ценю твою помощь и советы. Ты не раз и не два вытаскивала меня на волоске от смерти. Но и пренебрегать чем-то, даже толком не понимая, что именно оно мне дает, глупо. Боевым пророком мне, понятное дело, не стать. Те, по легендам, могли творить чудеса на поле боя, просчитывая ход сражений едва ли не до их начала. Но с другой стороны, даже предвосхитить возможный удар может оказаться полезным.
Я откинулся назад, голова слегка кружилась, картинка перед глазами расплывалась и взгляд было трудновато сфокусировать. Раньше Возвышение проходило почти незаметно, но тогда и сфер было меньше, и я был только в начале своего развития.
Выехавший из кустов Валли издал короткую звуковую трель, привлекая к себе внимание.
— Хозяин, один из вновь прибывших очень настойчиво просил о встрече с вами. Выяснив суть вопроса, я счел возможным привести его сюда. Готовы ли вы его выслушать, или мне отвести посетителя обратно на берег?
В принципе, время есть. После проведенных изменений лучше немного посидеть, постепенно адаптируясь к улучшениям. Так что почему бы и нет. Послушаем, чего там хочет капитан Роджерс. Все-таки ему завтра предстоит самый сложный в его жизни поход.
— Приведи, — отдаю команду своему дворецкому, потянувшись за кувшином и двумя бокалами для вина. Такие разговоры лучше вести не на сухую.
Валли выехал из-за кустов, и, на удивление, следом за ним шел вовсе не капитан, а толстячок, еще днем угрожавший мне пистолетом. Подойдя ближе, он, старательно контролируя голос, произнес:
— Сэр, я хотел бы принести вам свои извинения за недавнюю грубость, — последний шаг Мэтью, приведший его под крышу беседки, оказался коротковат, и он застыл в не самой удобной позе. — Теперь я немного больше разобрался в произошедшем и понимаю, что должен быть благодарен вам за то, что вы нас оставили в живых и разрешили, пусть и на время, стать гостями вашего дома.
Толстяк старался говорить степенно и размеренно, но его высокий голос неприятно ввинчивался в уши. Окинув критическим взглядом бледное, одутловатое лицо, выставленный вперед подбородок, приподнятые брови и застывшие напротив карманов брюк руки, я непроизвольно хмыкнул. А он неплохо держится для того, кто по-настоящему напуган и не находит себе места от тревоги.
— Извинения принимаются, — ответил я, отсалютовав бокалом с вином. — Вы можете присесть и спросить то, что вас волнует. Постараюсь по мере возможности помочь и ответить.
— Спасибо.
Сглотнув, мужчина присел за стол и поправил бесполезный теперь браслет связи. Чтобы его немного успокоить, я придвинул ему бокал с вином.
— Угощайтесь, это немного уменьшит волнение и поможет собраться с мыслями.
— Благодарю.
Мэтью, подхватив бокал, одним залпом его выпил. И, набравшись храбрости, наконец посмотрел на меня прямо.
— Скажите, каковы наши шансы выжить после того, как мы покинем это место?
Я неопределенно пожал плечами, даже не зная, что толком сказать. Никогда о таком не думал.
В принципе, с такой оценкой перспектив я плюс-минус был согласен, поэтому и озвучил цифры вслух.
Колахер от услышанного невольно отшатнулся, а потом понуро качнул головой.
— Я думал, у нас на успех хотя бы процентов пятнадцать будет…
— Увы, — я невольно развел руками. — Море Неожиданностей путешествует не только по обитаемым мирам, вполне возможно оно сейчас находится на планете, где полностью отсутствует разумная жизнь. Плюс нельзя исключать, что оно может переместиться туда, где обитают нечеловеческие расы, а они, как правило, агрессивно настроены к существам нашего вида, особенно беззащитным. А еще надо помнить про всевозможные болезни. Какая-нибудь безобидная для местных бактерия или микроб могут оказаться смертельно опасными для вас при контакте, или атмосфера планеты окажется непригодной для дыхания. Ну а даже если вам сильно повезет, и вы встретите людей, они могут просто перебить вас из желания завладеть вашими вещами или в силу того, что вы друг друга не поймете. Максимально высокие шансы на выживание у вас, если встретите представителей высокоразвитого общества. Но цивилизации такого типа достаточно редки в Радуге миров. В общем, если повезет, то сможете выжить. Во всяком случае, тогда при встрече вас, скорее всего, не убьют, а хотя бы попытаются понять, кто вы и что здесь делаете. Валли перед отплытием выдаст вам памятку с рекомендациями по выживанию.
— Я понял вас, сэр.
Мэтью, опустив голову, смотрел на свои ноги, мрачно обдумывая то, что услышал.
— Я хотел вас попросить о другом, но сначала должен спросить. У вас когда-либо были дети, сэр?
И, увидев отрицательный кивок головой, продолжил говорить:
— Ты их любишь больше себя и готов сделать все, чтобы они остались живы. Я прошу, если это возможно, оставить мою дочь Кристину здесь. Она девушка не глупая, красивая, вы сами могли видеть ее в лесу. Она могла бы быть для вас полезна в любом качестве: служанки, домохозяйки или наложницы, как вы сами того пожелаете.
— Неожиданно, — я приподнял бровь, не зная, что сказать на это, слегка растерявшись. — Вы, ее отец, готовы так запросто отдать ее неизвестно кому…
— Я аналитик, — устало вздохнул мужчина, привычно протерев лысину платком. Всю жизнь я работал с фактами, просчитывал риски, анализировал вероятности, предсказывал наступление тех или иных событий. В тридцать из младшего брокера я стал начальником отдела, в тридцать восемь — получил признание как финансовый аналитик, в сорок пять стал партнером одной из крупнейших брокерских контор нашего региона. Всю жизнь я работал с цифрами и данными, и главное, чему меня научила жизнь — это то, что нельзя игнорировать реальность, ее нужно принимать такую, какая она есть, не приукрашивать, не подстраивать под свое видение и желания, только голые факты. И я понимаю, что выжить у нас шансов практически нет. Какие бы планы ни строили Роджерс и те рыбаки, им не суждено сбыться, а раз так, я как отец должен сделать все, чтобы мой ребенок выжил. Вы хороший человек, я умею разбираться в людях, а значит и моей девочке будет лучше с вами, чем со мной. И не важно, что я чувствую и как к этому отношусь, я хочу, чтобы она была жива.
— Что ж, я впечатлен. Вы храбрый человек.
Чтобы взять паузу на размышления, я налил в бокал себе еще немного вина. Девчонку придется оставить. Саймиру не обрадует ее присутствие, но в нашем баре не помешает еще одна официантка. Пару месяцев подучить, стереть воспоминания о моем острове и пускай отрабатывает билет на свободу. Лет через десять можно будет переправить в какой-нибудь безопасный мир, где она заново сможет начать свою жизнь. А вот ее отец… Это гораздо интересней, он сумел меня удивить.
Возможно, стоит написать нашему Мастеру Чаш и Весов и попросить встретиться с ним.
— Ступайте. Валли отведет вас назад. Свой ответ я сообщу утром.
«Звездный странник» наконец вышел из долгого прыжка в обычное пространство. Трехкилометровая металлическая игла зависла в безбрежной пустоте, далекие огоньки звезд мигнули, подтверждая отключение единого силового щита, один из множества шлюзов раскрылся. Никем не замеченная, оттуда вынырнула юркая крылатая тень. Не теряя времени, она сориентировалась по звездам, выбрала ближайшую и, не дожидаясь, пока вызванные прибытием огромного корабля-носителя потоки успокоятся, скользнула в подпространство.
Колосс Техноцентра, убедившись в отбытии пассажира, восстановил щит. Начался обратный отсчет перед очередным прыжком. Черное тело иглы пошло мелкой рябью — и исчезло, вернувшись на проторенную галактическую трассу. «Странника» впереди ждало еще много запланированных остановок.
Вскоре на дальней орбите небольшой планеты появился немало повидавший на своем веку, но все еще крепкий шаттл. На бронированном борту, горя красными мазками голограммы, красовался клич стаи, а чуть ниже — более скромный символ гильдии наемников.
Капитан отдал приказ подойти ближе к цели и выпустить зонды-разведчики. Шаттл не был исследовательским судном, но сенсорным оборудованием был оснащен отменным. Сканеры, антенны, приемники дальней связи — все ожило и начало внимательно всматриваться в окружающий мир…
Через два часа Триш, вторая в стае, подошла к вожаку и осторожно коснулась пальцами плеча.
— Нужно готовиться к высадке.
Регарт нервно дернул плечом, наконец отведя взгляд от экрана, на котором, плавно поворачиваясь к ним дневной стороной, висела планета назначения. Непрерывно сменяющиеся столбцы данных на соседних экранах, графики активности, основные показатели — все в норме, как и стандартный отклик космического маяка-регистратора.
У него неприятно засосало под ложечкой, как не раз бывало перед грядущими неприятностями. Он чувствовал себя молодым неопытным вожаком, ведущим свою стаю в ловушку. Только упорно не мог понять, где она… А еще эти сны! Точнее один и тот же, настойчиво повторяющийся из раза в раз. Огромные желтые глаза, наблюдающие из темноты, неотрывно и злобно. Он ходил к толкователю снов, и тот уверенно ответил, что за ним следит какой-то могущественный и опасный враг, однозначно желающий зла, а через эти видения волчьи боги предостерегают его от возможной беды. Регарт внял совету старца и попытался найти либо обмануть своего врага: старался вычислить слежку, путал следы, менял сектора и идентификаторы… Только вот взгляд никуда не пропал…
— Ты уверена в заказчике? — спросил он помощницу, хотя заранее знал, что та скажет. Он сам тщательнейшим образом проверил информацию о нанимателе, изучил контракт, помнил все до мельчайших деталей. И все же ему нужно было услышать это еще раз.
Триш недоуменно пожала плечами, но послушно ответила на вопрос.
— Все чисто. Белый контракт, никаких подводных камней, имя нанимателя известно, все проведено официально через биржу гильдии. С заказчиком тоже все в порядке. Корпорация «Терраформ», я пробила их по базе, там абсолютно не к чему придраться.
Встретив требовательный взгляд вожака, волчица продолжила:
— Занимаются восстановлением экосистем планет, участвуя в совместных проектах. Сорок два завершенных крупных контракта. Недавно прошли проверку Ордена Порядка и получили лицензию открытого мира, дающую доступ к технотоварам высокого класса, продукции двойного назначения и звездолетам. Поэтому теперь решили шагнуть дальше и заняться самостоятельным восстановлением целых планет, видимо, для последующей перепродажи под колонизацию.
Интуиция Регарта молчала и он, кивнув, сделал нетерпеливый жест рукой продолжать.
— Наш заказ простой, но жирный — провести зачистку одиночных техноруин. Они сбросили видеофайлы, я их изучила. Обычный заброшенный колонизационный аванпост. По предварительной оценке, мы можем столкнуться с продолжающими оборонять периметр сторожевыми дроидами, охранными турелями и силовыми излучателями, плюс, возможно, попадутся заминированные участки — на видео попала пара неопознанных знаков на прилегающей территории. Заказчик жалуется на устойчивые помехи в той области, мешающие работе его автоматики. Уровень технологий аванпоста примерно девятый, принадлежность к определенной цивилизации установить не удалось. Скорее всего, алиманцы, они лет семьсот назад весьма активно развивались в этом секторе. В любом случае, с нашим снаряжением мы этот мусор зачистим за пару недель. А платят за работу весьма щедро. Сто тридцать тысяч универсумов, плюс все, что найдем в руинах, наше. Кроме научных записей и данных. Я три процента от контракта Кесу заплатила, чтобы он не передал его другим.
Вожак задумчиво кивнул. Вроде бы тоже все в порядке…
Стая больше не могла сидеть без дела. Деньги, полученные за предыдущий контракт, давно проедены, часть вложена в закупку вооружения и модернизацию корабля, остальное ушло на уплату взносов. И все же… Этот проклятый взгляд, с ненавистью наблюдающий за ним, не давал ему покоя.
Впрочем, сейчас вся Радуга миров видит во сне какую-то чушь, да и никому серьезному за последнее время Регарт дорогу не переходил. Несколько рядовых контрактов на охрану и зачистку… И только один из заказов вызвал некоторые подозрения: очень уж выгодными были следующие пара предложений от сторонних клиентов, сделанных его стае. Он от них тогда отказался, опасаясь, что так недавний заказчик пытается подчистить следы, но потом все затихло. Претензий к качеству работы стаи быть не могло: они сработали идеально, не оставив никого кроме трупов, нужную легенду обеспечили и заказчика не выдали.
Да и в самом деле, небольшой, впавший в немилость своего правителя клан нагов на планете деградировавших фанатиков, сохранивших замшелые традиции старой крови и непомерную спесь, но растерявших большую часть технологического наследия их цивилизации. Кому он вообще сдался? Очередная политическая грызня. Никто с той отсталой планеты просто не мог выследить стаю на просторах Радуги миров. Для этого нужны выход на межгалактический уровень, огромные связи и деньги. Намного бо́льшие деньги, чем возможная сумма заказа за все кланы этого захолустного угла вместе взятые.
И все же, когда начались эти сны, они затихли, как и положено волкам, стремящимся сбить врагов, идущих по следу. Занялись кораблем, вооружением, тренировками. Только вечно отлеживаться нельзя: волкам нужно есть, а наемники без дела порой опаснее для самих себя, чем враги…
Последний раз окинуть взглядом отчеты зондов и аппаратуры слежения: база заказчика, его корабль на стационарной орбите, целевые руины.
— Спускаемся на планету, — отбросив сомнения, Регарт отдал команду пилоту. — Бойцам предбоевая тревога. Подготовить технику к высадке.
Огненная стрела, сорвавшись с небес, стремительно неслась к земле. Шаттл, войдя в атмосферу, начал слегка маневрировать, корректируя курс на посадочную площадку.
— Сигнал пеленга от базового лагеря «Терраформа» получен, — доложил пилот своему вожаку. — Ориентировочное время прибытия двадцать две минуты.
— Свяжись с ними, — приказал капитан, — и выведи картинку на главный монитор.
Пилот понимающе кивнул и быстро отстучал пальцами по кнопкам пульта, активируя связь. Несколько секунд ожидания, и на экране высветилось заспанное лицо л’мура. Удивлено хлопнув круглыми глазами, он несколько запоздало уточнил:
— Чем могу помочь?
Регарт быстро оценил того, с кем говорит: обычная, чуть потертая униформа, эмблема корпорации с цветком лигийского мака выглядит ничуть не новее самой одежды, ни страха, ни беспокойства, абсолютно стандартная реакция и поведение. Все это он считал буквально за половину вдоха.
— На вашем космодроме еще корабли или наземная техника есть? — уточнил он. — Мы должны учесть это при посадке, чтобы ничего не повредить.
— Да, шлюпка и грузовой посадочный модуль, — связист корпорации удивленно почесал подбородок. Потом, сообразив, в чем дело, быстро добавил: — Но вы не беспокойтесь, у нас площадка достаточно большая и хорошо освещена, просто идите по сигналу.
— Хорошо, — Регарт кивнул и отключил связь. Все что ему нужно, он уже узнал.
— Прибываем, — доложил пилот вожаку. — Начинать посадку?
— Подожди.
Наемник подозрительно всмотрелся в изображения, передаваемые ближайшим разведывательным зондом. Черная посадочная площадка, выложенная металлическими плитами и освещенная линиями желтых огоньков, яркая оранжевая шлюпка, кичащаяся свежей краской, стандартные формы грузового работяги-модуля. На границе поля вышка связи, пара жилых боксов, небольшой электрокар, стоящий рядом с вышкой. Вдали около складов виднеется грузовой шаттл с опущенной аппарелью. Три крупных ангара для техники. Хорошо живут экологи, Регарт с завистью вспомнил и новенький звездолет на орбите. Хотя, если корпорация решила заняться восстановлением целых планет, дела у нее явно идут в гору. Ничего подозрительного, и все же…
— Провести сканирование, — приказал он.
Пилот удивленно дернул ухом, но аппаратуру запустил тут же. От зависшего в воздухе корабля побежали потоки частиц, пронзающие металл и материю, послушно докладывая своим хозяевам все, что сумели найти.
— Пять живых объектов, — ткнул пилот в сторону жилых корпусов и стоящей рядом вышки связи. — Вооружений и защитных сооружений не обнаружено, два автоматических грузовых кара и несколько роботов-погрузчиков. В ангарах разнокалиберные летательные аппараты, немного, помещения заполнены в лучшем случае на треть.
— Беспечно, — старший волк даже качнул головой, нервно облизав клыки. — Могли бы пару защитных турелей и поставить. Оборудование у них наверняка дорогущее, один шаттл чего стоит. Какой-нибудь пират залетит и все.
— Видимо, еще не успели, — задумчиво предположила Триш. — Они ведь здесь относительно недавно. Да и планета далека от привычных трасс, что пиратам здесь делать?
— Хорошо, садись, — приказал вожак.
Пилот послушно кивнул и начал постепенно снижать мощьность двигателей.
Дальше началась рутина. Встреча. Краткое знакомство. Косые взгляды дежурных на высокотехнологичные доспехи и оружие. Выделение сопровождающего и места в ангаре. Бойцы стаи выгрузили тяжелую технику, запустили в сторону руин мелких наземных и воздушных роботов на разведку. Скачали у экологов все собранные по цели данные. Обсудили прогноз погоды и маршруты движения их автоматики. Отправили в гильдию подтверждение об успешном прибытии и начале работ. От комнат в жилом корпусе отказались, вернувшись после первого суетного дня на корабль.
А ночью на черно-матовой поверхности металлических плит, которыми была выложена взлетно-посадочная площадка, ярко вспыхнула лиловым светом магическая печать, словно капкан ждавшая все это время, когда неосторожный зверь, наконец, опустит на нее лапу. Сила печати ударила вверх, сквозь броню шаттла и доспехи дежурных. Продавив сопротивление родового алтаря, лиловые лучи коснулись всего живого, парализуя тела, оглушая разум. На засидевшемся в каюте Регарте вспыхнул его личный амулет. Возникший вокруг тела купол света попытался защитить от атаки, но буквально через миг истаял, не в силах справиться с напором силы, ударившей по нему. Еще в паре кают сработали амулеты личной защиты, но никто не смог устоять против подлого и внезапного нападения. Наемники один за другим повалились на пол, почти сразу теряя сознание. Искин корабля тоже молчал, уйдя на перезагрузку. Магическая атака была идеально синхронизирована с хакерской.
— Просыпайся уже.
Резкий сильный запах ударил по ноздрям, прогоняя темноту, в которой тонул его разум. Он осторожно приоткрыл глаза, пытаясь разглядеть, кто к нему обратился. Все плыло и вращалось, темнота накатывала волнами, не желая отпускать сознание, но постепенно мир вокруг обретал резкость. В пяти шагах от него на перевернутом ящике сидел какой-то змеелюд. Наг, молодой, по крайней мере зрелости точно не достиг — чешуя зеленоватая, без золотистого отлива. В цивильной одежде, без брони и оружия. Отставив на соседний ящик кружку, из которой пил, незнакомец устроился поудобнее и почти с улыбкой посмотрел на него.
И вожак отчетливо понял, чьи глаза ему снились по ночам.
— Очнулся, — с удовлетворением констатировал их обладатель. — Молодец. Объяснять, почему тебя и твоих людей ждет крайне мучительная смерть, нужно? — уточнил он.
Регарт тянул время, изображая тяжелое головокружение, одновременно пытаясь оглядеться по сторонам. Его руки и ноги были зажаты в кандалы и пристегнуты к металлическим балкам, уходящим вверх до самой крыши здания. Вся его стая была закована схожим образом и расставлена по кругу внутри ангара.
— Эй, не отвлекайся! — отвешенная с помощью телекинеза оплеуха, чувствительно прилетев по лицу, заставила вновь поднять глаза на сидящего напротив нага. — Все равно вырваться не получится, даже не пытайся. Ну, или пытайся, это ничего не изменит. На тело наложен паралич, ты можешь лишь вертеть головой и говорить. Итак, повторяю свой вопрос: объяснять, за что тебя и твою стаю казнят, нужно?
— Тот клан нагов, что мы зачистили больше года назад, — нехотя выдавил из себя Регарт, опустив взгляд.
— Молодец, — улыбнулся змеехвостый и снова отпил из кружки. — А раз такой умный, то почему не провел полную проверку цели контракта? Чтобы избежать того, что весьма скоро с тобой произойдет.
— Мы провели, — буркнул наемник, отчетливо понимая, что молчать уже смысла нет: тот, кто все это провернул, наверняка умеет получать информацию. — Там был обычный клан из захолустного мирка затворников, ни серьезных контактов в Радуге миров, ни по-настоящему опасных магов. Осколок старой межзвездной империи, но эти сами отступили на задворки, еще до полного поражения в войне. Потомки старшей крови, оборвавшие почти все связи и отказавшиеся от технического прогресса. Считали, что если вернутся к истокам, то справятся с вырождением правящей расы, поднимут рождаемость и обретут былое величие… Как бы там ни было, задание сложным не было. Да, хорошая защита поместья, но нам должны были помочь ее пройти. А там местные с мечами и горстка средних магов против технооружия. Нужно было их устранить, оставив четкий след инопланетного вторжения — напрямую заказчик сам атаковать не мог. Какие-то местные разборки, как я понял. Или вовсе предостережение своим, чтобы показать, как опасно вести дела с внешним миром.
— Как вы попали на планету? — деловито уточнил наг, наблюдая за своим пленником. — Звездолет или помощь Хозяина Дорог и Перекрестков?
— Нам открыли прямой переход по Метке пути, — ответил волк, неплохо разбиравшийся в самых разных способах быстрого перемещения, богатый опыт сказывался.
— Понятно… — задумчиво протянул змеелюд. — Хотя я с самого начала был уверен, что без помощи Игроков тут не обошлось. Но ими я займусь позже.
Он в самом деле собирается разобраться с хаоситами? Этими неуловимыми ублюдками с базой в домене их бога⁈
— Ты кто вообще такой?.. — затравленно рыкнул Регарт. — И что тебе от нас надо?
— Ой, забыл представиться, — наг плотоядно улыбнулся, взмахом руки отбросив пустую кружку. — Я думаю, прозвища для тебя будет достаточно. Шепчущий. Крайне опасный разыскиваемый преступник, подлежащий немедленному уничтожению. Массовый геноцид, межмировой терроризм, призыв темных богов… За любую информацию Орден Порядка готов выплатить вознаграждение… Дальше цитировать надо или все остальное сам вспомнишь?
Наемник тоскливо мотнул головой.
— Не надо.
Он помнил розыскной лист, давно уже висевший среди заказов в свободном доступе. Сумма контракта его откровенно потрясла, но когда он вчитался, за кого именно ее предлагают… Хаосит, массовый убийца, демонолог и людоед… там список преступлений был такой, что даже самые матерые из известных ему маньяков выглядели на фоне Шепчущего почти невинными детьми.
— И те наги… — не сумев справиться с голосом, еле выдавил он.
— … были моей семьей, — ровно закончил Шепчущий. — Понятное дело, они не очень афишировали свое родство со мной, но это не отменяет кровных уз, и меня крайне расстроила их внезапная смерть. Настолько, что я даже поклялся найти и наказать всех, кто в этом виноват. Вы, кстати, попались первыми. С истинными заказчиками я в итоге сам разберусь. Посредника уже ищут, а дальше останутся лишь те, кто помог вам преодолеть защиту поместья. Хотя о них мне ты сам весьма скоро расскажешь: наверняка видел тех, кто открыл вам дорогу на той стороне, а дальше ниточку я размотаю сам. Кстати, должен признать, ты был весьма осторожен, пришлось повозиться, чтобы пригласить вас сюда.
— Но как ты нас нашел? — Регарт до последнего пытался понять, в чем он ошибся.
— О, было весьма непросто вас вычислить, — усмехнулся наг, явно наслаждаясь моментом. — Моим специалистам пришлось хорошенько потрудиться и провести не один десяток ритуалов поиска, пока они не обнаружили то, что искали. Ты знал, что в фамильных драгоценностях нагов бывают специальные тайнички с образцами крови их слуг? Очень удобный фокус для ритуала.
— Я же сказал ничего там не брать… — стон вырвался сам собой. — Тупые твари.
— И все же один из твоих не устоял, сорвал со своей жертвы весьма дорогую тиару и кольцо, а потом, выждав время, вынес за пределы защиты родового алтаря, чтобы продать. Дальше отследить того, кто это сделал, и выяснить, к какой команде наемников принадлежит, оказалось совсем не сложно.
Шепчущий развел руками. В принципе, дальнейшие пояснения не требовались, Регарт последующую цепочку действий представлял себе отлично. Не понимал только, чем смогли подкупить экологов, столь крупную организацию, да еще на самом взлете.
— Нас будут искать! И Лигийские Маки сдадут тебя с потрохами, когда их прижмут. «Терраформу» хана — гильдия не простит ему такой подставы, сообщит в Орден Порядка, тот начнет проверку…
— И не узнает ничего, — спокойно закончил наг. — Вы прилетели, разместились, а потом приступили к работе. Но вам крупно не повезло: после зачистки охранного периметра аванпоста вы проникли внутрь… но кто ж знал, что главный компьютер базы, потеряв дальнейшую возможность ее защищать, запустит программу самоуничтожения и подорвет ядерный реактор? Керосы в начале своей звездной экспансии были крайне подозрительны по отношению к чужим расам, опасаясь утечки технологий и своих секретов. Их базы всегда самоликвидировались в случае захвата. Проверка Ордена Порядка это подтвердит, корпорация выразит свои сожаления… и потребует компенсацию от твоей гильдии: была небольшая недоступная для обработки территория, а теперь «Терраформу» больше десяти лет зачищать обширную область от радиоактивного заражения. А ведь за ваш профессионализм поручились…
Ползучий гад осуждающе покачал головой, а челюсти волка сжались, чуть не кроша зубы в пыль. Он не просто жизни решил забрать у стаи, но и опорочить ее имя, подонок. Не бывать такому!
— Не получится, — яростно прорычал пленник. — Записи многочисленных камер… при проведении зачисток, они обязательно включены, данные архивируются и подаются в бортовой компьютер шаттла, черный ящик бесследно не взломать. А без них ни в какую зачистку руин никто не поверит. И сам факт, куда именно мы приземлились, тоже уже зафиксирован, корабль вам не переместить и не уничтожить.
— Ой, не волнуйся, — беспечно махнул рукой Шепчущий. — Все будет: и записи, и вы, доблестно марширующие в руины, машущие всем руками на прощание. Это будут ваши тела, просто уже не вполне живые, и управлять ими будут совсем другие существа, но эти детали для тебя не важны. Тебя ждет увлекательная ночь, наполненная болью и смертью. Кстати, ты, как вожак, умрешь самым последним, сможешь проводить воем каждого из своих друзей. А мне пора. Я бы с удовольствием насладился всем, что скоро произойдет, но дела требуют моего личного присутствия в другом месте.
Подставленная спина уходящего врага требовала вгрызться в шею, но кандалы держали крепко, даже удесятеренной отчаяньем силе мышц зверолюда было не одолеть металла и проклятого оцепенения.
— Мастер Баграш, они в вашем полном распоряжении, — отвесив неглубокий поклон, Шепчущий удалился, небрежно откинув по пути крышку коробки, доверху наполненной кристаллами душ.
Высокий костлявый человек в черной тоге довольно размял пальцы. Высшему ритуалисту редко выпадала возможность решить столь сложную, можно сказать, ювелирную задачу. Меж тем, материал очень, очень хорош: живучий, с прочными духовными и кровными связями, со всеми представителями единого социума в одном месте, без обычных при захвате потерь. И недостатка в источниках силы не будет.
Его исследования однозначно продвинутся этой ночью.
Двойная Спираль встретила привычным шумом и многоголосьем. Пришлось потратить Дорогу домой, чтобы успеть вернуться к сроку, но оставшееся в душе удовлетворение полностью окупало дорогую трату. Наконец первые из тех, кто напал на его род, получили свое. Пусть инструмент, пусть всего лишь жалкие наемники, но и этот шаг частично унял боль, терзавшую его последнее время.
Поверхность мостовой привычно пружинит под хвостом, слуги и рабы снуют по своим делам, стараясь держаться подальше от Игроков. Хотя рабов в последнее время стало поменьше. Закрома Гильдии Работорговцев еще не успели заполниться после Фестиваля, муравьи в этом плане оказались бесполезны, а питомники на Форлейге перестали исправно поставлять свой товар, особенно как следует обученный. И быстро поднять рождаемость рабочей силы не так-то просто — нужна еда, а пострадавшие земли надолго отравлены ядом. Так что всё придется восстанавливать равномерно, что особенно сложно сделать, когда разные производства находятся в руках разных кланов, установившиеся торговые связи нарушены и воцарился хаос, ведь каждый пытается урвать сохранившиеся ресурсы именно себе. Заставить Игроков договариваться относительно мирно Совету всегда было непросто, а уж во время войны это и вовсе неподъемная задача.
Впрочем, после приведения Румии в порядок, эту проблему на время можно будет решить. Добить остатки мутантов, провести очистку от радиации пригодных для ведения сельского хозяйства территорий, и до нового Фестиваля перебоев с продовольствием, скорее всего, не будет. А там и на Форлейге бо́льшая часть земель будет приведена в порядок.
В привычный гомон улиц вплелись звуки далекой музыки и песен. Шепчущий почти добрался до нужного места, осталось только дойти до конца квартала и повернуть за угол.
На этот раз, встряхнувшись волнами привычных изменений, Город Сумерек создал вместо ручейка разбегающихся улиц весьма просторную площадь. Газовые фонари с голубыми язычками пламени, мягко светящиеся оранжевым артефактные сферы, несколько скромных клумб пунктиром по центру и даже небольшой фонтанчик, кажется, посвященный кому-то из подручных Хозяина Удачи. Витрины, витрины, витрины, которым посчастливилось на этот раз смотреть на площадь, а в самом дальнем ее конце, с угла, — столики, зонтики и помост с музыкантами.
Можно считать такую удачу в первый же день работы нового заведения хорошим знаком.
Наг, привычно скрытый чужой личиной, неспешно двигался, огибая прохожих и осматриваясь по сторонам. Площадь перед «Старым Хмелем» шумела и гремела, нанятые музыканты вовсю наигрывали что-то веселое, зазывалы, разрывая глотки, приглашали всех на церемонию открытия, девчонки-официантки в коротких платьицах разносили среди толпы собравшихся Игроков дегустационные стаканчики с разнообразными напитками, и то, с какой скоростью большинство хаоситов их опустошало, показывало, что эль получился на славу. Да, Саймира хорошо постаралась, занимаясь рекламой, не пожалела дайнов на все ее возможные виды, умудрившись даже сделать массовую рассылку всем представителям альянса Летящих, пообещав скидку в десять процентов до окончания войны. Кстати, надо узнать, кто из старших офицеров их блока ей в этом помог — только у них есть соответствующий доступ к командным терминалам.
Толпа росла, гудела, и все ждали одного. Начала. Что ж, пора обрадовать и врагов, и союзников. Он двинулся вперед, выполняя свою часть сделки. Ползти было непросто, и он небрежным жестом сбросил маскировку, вызвав удивленные вскрики. По вмиг образовавшемуся коридору, он быстро добрался до входа в бар, перегороженному красной лентой. Заметив его появление, к крыльцу подошли улыбающаяся Саймира, Меджех и сосредоточенный Рэн. Обмен короткими приветственными кивками, и было решено начинать.
Глава Проводников вышел на полшага вперед, музыка смолкла и уверенный голос человека легко заставил обратить на него все взоры.
— Куда ведут все дороги Игры? — удивленное молчание начало растекаться над площадью. Выдержав короткую паузу, Рэн хмыкнул: — Конечно же, в Двойную Спираль. А что хочется сделать любому Игроку, вернувшемуся домой?..
Шепчущий слушал своего протеже, не столько вникая в слова, сколько наблюдая за ним самим. Речь однозначно писал не сам, чувствуется участие анир и, скорее всего, кого-то еще. Надо бы узнать, кто там у них такой обученный появился. Говорит гладко, явно готовился, при этом выглядит уверенно и достаточно расслаблено, даже позу выбрал вполне профессионально. Но все-таки его истинное отношение выдают быстрая мимика и мелкая моторика, особенно у левой руки. Видимо, была сильно повреждена, и мозг еще не поверил до конца в ее восстановление, вот контроль и ослаблен. Небольшое волнение, в принципе понятное. Подавленная неприязнь, скорее всего, ему не нравится развлекать публику — похоже, действительно, именно на его участие в открытии не рассчитывали и речь подстроена под психотип кого-то другого. Раздражение, ожидаемое для восстанавливающегося Игрока, но чистой злости нет, это хорошо, очень хорошо. Грусть?
Наг задумался. Нестандартная эмоция для того, кто вернулся из Бездны. Он был готов обнаружить ярость, гнев, особенно, если б Рэн узнал об участии Нии, признаков чего, к счастью, не видно. Но грусть? Кого он мог там потерять или кому сочувствовать? В остальном общее состояние союзника можно признать удовлетворительным. Вон, даже делами бара немного заинтересовался. И начал нормально соображать: догадался же предложить провести запрошенную встречу во время открытия «Старого Хмеля», чтобы заманить на мероприятие его лично вместо формального представителя клана и показать всем максимально наглядно, под чьим крылом находится заведение. Пусть даже ему и пришлось пораньше выбраться из своего личного дома ради этого.
Рэн, завершив речь, сделал шаг назад, освобождая место, и взмахом руки предложил высказаться партнеру. Что ж, можно и сказать пару слов, пообещав снабжать бар своими лучшими винами и, разумеется, легендарным элем.
— Я рад приветствовать всех в «Старом Хмеле», живом воплощении того, что ничто не исчезает навечно! Подлец Тайверис, нанеся свой удар, думал, что навсегда оставит Двойную Спираль без доброго алкоголя, и мы все будем давиться простой водой…
Смешки полетели над хорошо разогретой толпой, благосклонно внимающей хвалебной оде вину…
Ножницы, громко щелкая, перерезают алую ленту, словно пуповину у ребенка, отпуская таверну в новую жизнь. Наг прополз вперед в широко распахнутые двери, и, повернувшись к Рэну, стоящему чуть в стороне, спросил:
— Поговорим?
— Прошу.
Переговорный кабинет раскрыл свои двери. Наг с любопытством огляделся и сразу понял, что этой встречи ждали и к ней готовились: широкая кушетка вместо одного из кресел, на столике кружка горячего молока с едва уловимым запахом меда, приглушенный свет и тихая музыка. Рэн, приоткрыв небольшую шкатулку, достал пять бронзовых мартышек. Одна закрывала ладошками глаза, вторая уши, третья рот, четвертая удерживала над головой бронзовый купол, а пятая, выставив руки перед собой, внимательно смотрела вперед. Хозяин кабинета по очереди коснулся каждой из статуэток тонким металлическим прутом, покрытым сложной резьбой, и при прикосновении у каждой из мартышек зажглись разными цветами глаза.
— Теперь мы можем разговаривать спокойно, — Рэн сел в кресло напротив удобно устроившегося гостя и приглашающим жестом указал на блюдо с легкими закусками и вазочку с печеньем.
— Позволь сначала оценить, — попросил наг. — Разговор у нас предстоит крайне щепетильный и не предназначенный для чужих ушей.
Дождавшись утвердительного кивка, он вытащил хрустальную пластину из поясного кармана и наклонился к артефактам.
«Мощно», — понял он сразу, едва увидел исходящий от статуэток магический фон. В пределах десятка шагов, повторяя очертания комнаты, создавалось искажающее поле, полностью исключающее любые способы получения информации, закрывая даже тонкий слой от возможных духов-разведчиков или шпионов. Звуковые, световые волны гасились, а астральные связи растягивались и бесконечно замедлялись в барьере, неспособные вынести ничего за пределы защиты. Каждая из статуэток отвечала за свой аспект, а все вместе они были дорогим и крайне сложным комплексом артефактов, обеспечивающим не только сохранение информации, но и физическую защиту тех, кто под их присмотром ведет переговоры. Интересно, где и как подобное смог раздобыть Рэн? Артефакт явно старый. Неужели успел добраться до хранилищ Арсенала Акш’дхара?
— Любопытно, — убрав Зеркало Чистоты, он одобрительно кивнул и снова посмотрел на хозяина кабинета.
Поза слегка напряженная, но достаточно открытая, дыхание ровное. А вот взгляд слишком внимательный. Ожидает или желает конфликта?
— В первую очередь, хочу сказать, что я искренне рад тому, что тебе удалось вернуться и вытащить Владыку мыслей. При этом глубоко сожалею, что не смог переместить вас в Радугу миров вместе с собой и вам пришлось выбираться самим. Думаю, у тебя ко мне накопились вопросы и претензии, и отчасти они справедливы. Но произошедшее случилось не по моей воле. И не по моей вине. Это война, и трюк с изгнанием я предвидеть не смог. Все произошло настолько быстро, что я не успел ни помешать изгнанию, ни вовремя активировать амулет Водоворота миров. Клянусь, — под рукой нага возникла Книга, на которую он положил руку, — что сделал все возможное в тот момент, чтобы забрать тебя и Мистру с собой, а после того как это не удалось, предпринял все от меня зависящее, чтобы попытаться вернуть вас из Бездны.
Рэн скосил взгляд на Книгу, скептически поджал губы и неохотно кивнул.
— Может, расскажете, как вы смогли это сделать, если погрузились в долгий сон? Нииш, ваш Мастер над Словами, сказал, вы заснули сразу, как вернулись.
Легко качнув головой, змей пояснил:
— Не совсем. В первую очередь я отправился в Дом Чаш и успел выйти на контакт с Домом Похоти, вручив им амулет Водоворота миров. Они должны были передать его тебе. Но потеряли твой след возле накрытого плотоядным туманом осколка Света.
Человек молчал, нахмурив брови, а Шепчущий его не торопил. Пусть думает. Как-то еще получить информацию о том, где они с Мистрой были, наг не мог, если б не пытался их спасти в тот момент. Другое дело, что это не отменяет самого главного — все предпринятое не помогло. Но за тем он сейчас и здесь, чтобы сгладить острые углы. Слишком дорого ему обошелся рейд, чтобы позволить себе терять что-то еще.
— Вы могли не задерживать меня около Врат. Тогда бы, возможно, нам удалось уйти всем вместе, — Рэн ненадолго прикрыл глаза, явно возвращаясь мыслями в тот тяжелый момент, но его голос, хоть и был полон горечи, уже не звенел твердостью стали.
Шепчущий виновато развел руками:
— В бою всего не предусмотришь. У меня были хорошие шансы уничтожить защитника Врат, облегчив твою задачу.
Убедившись, что повисшая тишина перестала быть такой тягостной, наг вкрадчиво спросил, потянувшись за чашкой с молоком и медом:
— Как вы оттуда выбрались?
— Старые пути, — чуть подумав, ответил Рэн.
— Они еще сохранились? — удивление было столь сильным, что заставило дыхание сбиться с успокаивающего ритма. Впрочем, более яркое проявление эмоций, похоже, уже не помешает. — А где ты сумел найти обол, чтоб заплатить Лодочнику за себя и Мистру?
— У каждого из нас свои секреты, владыка. Позвольте мне сохранить свои, — голос стал суше, а сам собеседник чуть отклонился назад.
Похоже, передавил. Переход к доверительному тону стоило чуть отложить.
— Что ж, ты на это имеешь полное право, — утвердительный кивок и легкое пожатие плечами. Чуть сместить корпус, частично копируя позу человека, но сделав ее более открытой. — Я хотел бы еще кое-что уточнить: на руинах Акш’дхара с вами встретился один из моих слуг, передав на хранение весьма ценную для меня вещь, меч Тахалота, Стража внешних границ. Я хотел бы узнать, где сейчас он.
— Меча, переданного нам Саравати, больше нет, — уверенный, спокойный ответ.
Пришлось избавиться, догадался наг, понятливо кивнув. В принципе, ожидаемо. Защита не могла вечно сдерживать мощь оружия и метку Исшахара, наложенную на него. День, максимум два, а дальше… Таскать с собой нечто, способное привлечь внимание Владыки Дома Боли, находясь в Бездне, просто глупо.
— Демоны смогут до него добраться? — уточнил Шепчущий, прикидывая варианты. Меч Тахалота — грозное и крайне опасное оружие, не хотелось бы, чтобы оно вновь оказалось в руках его врагов.
— Вряд ли, — качнул головой Рэн. — Во всяком случае, со своей стороны я сделал все, чтобы этого не произошло.
Ага, оставил в том храме… Разумный выбор. Что ж, жаль, что этим оружием не удалось завладеть, но главное, оно не досталось и его врагам. Такой результат, в принципе, тоже неплох. То, что Рэн с Нией вообще оттуда выбрались, само по себе настоящее чудо, и с мечом или без, уже дело десятое. Человек ему по-прежнему нужен. Девчонка же однозначно чем-то важна Владыке Игры, а переходить дорогу богу, чьим слугой являешься, явно не самая лучшая мысль.
Правда… он рассчитывал, что все закончится несколько иначе. Без Книги снов Ния стать полноценной фатой не могла, а значит — и получить завершенную защиту разума. Нахождение в Бездне, среди бесконечных эманаций боли, отчаянья и ярости, должно было сильно ослабить восприимчивую к ним менталистку. И тогда, стоило б им выбраться, девчонка с радостью приняла его помощь в снятии легших на нее обетов. А проще всего это сделать, если переложить их на другого. Ну а разделаться с новой фатой ему бы уже ничто не помешало, как и вернуть себе регалии до того, как змеиные боги узнали бы о его проступке.
Но жизнь снова внесла коррективы в его планы. Ния не только справилась с выпавшими на ее долю испытаниями, но и крайне быстро раздобыла Книгу, судя по развязанной ею войне снов. Неужели все-таки добралась до Книги Тота? Он и упомянул-то ее лишь для того, чтобы показать, насколько безнадежной будет попытка самостоятельно вернуть себе завершающий символ власти. Как бы узнать?..
— Есть ли еще что-либо важное, что ты должен мне сообщить о нашем рейде? Возможно, способное повлиять на нас обоих уже здесь, в Радуге миров? Или полезное, касающееся враждебных нам демонов?
Рэн задумался, крутя в руках чашку с зеленым чаем. Ему наверняка найдется, что вспомнить, дорога сквозь ад в принципе не может быть простой. Но вот о чем он согласится рассказать…
— Про демонов не могу сказать ничего особенного, кроме того, что они за нами там гонялись. А про Радугу миров… если только тот факт, что в нее рано или поздно вернется Дворец Коллекционера. Кстати, Саравати нам там здорово помог. Я бы хотел попросить, чтобы вы передали ему мою благодарность. Жаль, я не смог донести проклятый меч до вас, как он просил. Хотя и так он, на мой взгляд, заслуживает награды: ваш трофейщик сделал все, что мог, и даже больше, — полководец уважительно склонил голову, признавая заслуги чужого офицера.
Наг, задумавшись, провел рукой по подбородку. В принципе, мальчишка прав: даже такой результат уже немало. Наградить? Несомненно. Можно подарить ему если не свободу, то хотя бы бытие. Сейчас оно — короткая награда за самые сложные задания. Теперь же у него будет право все свободное время, пока он мне не нужен, жить за пределами карты, наслаждаться курортами или развлечениями по своему выбору. Такое решение будет вполне оправданным и повысит мотивацию для всех остальных.
Или можно даже приблизить его освобождение. Так-то трофейщик давно уже заслужил право на еще одну жизнь, но пусть сначала найдет и подготовит себе преемника. Это будет справедливо, ведь он не смог выполнить его приказ до конца, а значит и награду получит чуть позже. При этом работать будет еще старательнее. Да, не стоит торопиться, надо все хорошенько обдумать.
— Благодарность передам, — кивнул с одобрением Шепчущий. — Саравати обязательно получит от меня подобающую награду, ему понравится. А что с его снаряжением, которое он вам дал? — небрежно поинтересовался, наливая себе еще теплого молока. — Среди предметов, оставленных вам, были и весьма ценные.
Рэн пододвинул вазочку с цветочным медом.
— Оно или использовано, или осталось у Мистры, она его подобрала, так как лучше во всем этом разбиралась. А потом исчезла в тот же миг, как мы оказались в Радуге миров. У меня же были зелья, эликсиры и прочие стимуляторы, осталось немного, но я готов все вернуть.
Наг слегка потер ногтевые пластины, переходящие в когти, проверяя, не нагрелись ли. Спрятанные под ними руны работали не хуже камней истины в перстнях и браслетах, но при этом были гораздо менее заметны. Не врет, пусть и не говорит всей правды. За все время беседы парень еще ни разу не позволил себе солгать. Похвально, что он по-прежнему воспринимает его всерьез, как и его возможности понять и установить истину.
— Оставь себе, — безразлично махнул рукой, немного устало улыбнувшись. — Это такие пустяки. Хвала Хаосу, что ты вообще сумел выжить.
На несколько секунд установилось молчание, в котором каждый перебирал свои мысли.
— Что ж, твои обязательства я признаю полностью выполненными. Очередь за мной. То, что отложили до достижения целей рейда, будет выведено в отдельные обязательства Дома Змеи и со временем исполнено. Финансовая поддержка проектов Проводников, пока ты согласен и дальше оставаться моим союзником в Совете, доступ на рынок зелий, Румия. Договор по рейду, я думаю, можно закрыть, — произнес наг, внимательно посмотрев на Рэна, и тот согласно кивнул. — Давай перейдем к твоим делам. Ты знаешь, что тебя ищут?
— Кто? — сразу подобрался тот.
— Дом Ярости, — Шепчущий пожал плечами, так как ответ был очевиден. — Скорее всего, Алый Господин. У них там осталось совсем немного знаковых фигур, а Тенрахк так и продолжает танцевать в пламени… Мои шпионы донесли, что демоны весьма активно интересуются полководцем, использующим стихийный отряд, а также Владычицей мыслей, сопровождавшей его. Это лишь вопрос времени, когда они выйдут на тебя. Не Ящеры, так кто-то другой, даже наши союзники по альянсу, сообщат им о тебе. Многие видели тип твоего отряда во время боев на Румии.
— Как я понимаю, — чуть задумавшись, уточнил Рэн, — что-либо с этим сделать невозможно?
— Боюсь, что да, — кивнул наг, наслаждаясь молоком, которое пил небольшими глотками. — У любого действия есть последствия, ты сыграл в игру по высшим ставкам, будь готов принять результат. Но ты ведь и не собирался искать друзей в Бездне. Если бороться с Тьмой — то лишь вопрос времени, когда у тебя в Аду появятся враги. Правда, не думаю, что тебе стоит всерьез опасаться Дом Ярости в ближайшие годы. У них сейчас такое количество проблем, что сколько-нибудь серьезные ресурсы на уничтожение тебя они выделить не смогут. Да и мы не в Бездне, а в Радуге миров, тут у них сильно ограничены возможности. Просто проявляй разумные меры осторожности, и при принятии решений учитывай, что Дом Ярости хочет твою голову.
— Учту, — кивнул Рэн, размышляя о чем-то своем.
Наг мысленно усмехнулся. Он не собирался специально подставлять своего помощника под проблемы, но на их пути они неизбежны. Он же позаботится, чтобы человек приходил за помощью в их решении именно к нему. Его агент должен всегда помнить, кто готов его поддержать и кому он обязан.
— Но есть и приятные новости, — чуть выдержав паузу, продолжил говорить Шепчущий. — Мой корабль, который был послан к твоей родной планете, прибыл назад и привез информацию, которую нужно обсудить. Если ты не против, дальнейшую встречу предлагаю провести у меня, кое-что нужно видеть собственными глазами. И да, захвати с собой Меджа: для него, как вашего Мастера Войны, тоже есть кое-что интересное.
Зеленая звезда постепенно приближалась, разрастаясь на экране. Корабль-разведчик нага осторожно подбирался к планете, словно ассасин к своей жертве. И у него были все основания для скрытности. На орбите Неи оказалось неожиданно многолюдно: гроздь транспортных кораблей зависла возле вытянутой, словно свеча, слегка выпуклой орбитальной станции, меж тремя лунами сновали десятки грузовых шаттлов, к астероидному поясу отправлялись неспешные автоматические корабли-добытчики, над освещенными солнцем материками мелькали искорки спутников, чуть вдали прямо на орбите кипела стройка — недостроенный каркас и всего несколько центральных модулей не позволяли понять, что это будет, но сооружение обещало стать внушительным.
— Астромаяк, — уточнил наг, указав на уже завершенную станцию лазерной указкой, — построен относительно недавно, меньше шести лет назад. Скорее всего, именно на его сигнал и прибыл основной флот.
— Откуда он взялся? — непонимающе спросил я, оторвав взгляд от глубин космоса. — Ведь анталы прибыли к нам с помощью межзвездного портала.
— Это был только передовой отряд, — не согласился со мной Шепчущий. — Точнее, не совсем передовой. Насколько удалось узнать, сначала прибыли маги, именно они усыпили вашу богиню и установили метку для открытия портала. Потом появились ударные боевые соединения, которые подавили сопротивление тенейцев вокруг зоны высадки. Но когда плацдарм был готов, провести сколь-либо значимую часть своих сквозь портал они не успевали. Гражданская война складывалась для проигравшей партии анталов крайне неудачно: объединившиеся соперники давили на всех фронтах, а ресурсы и энергия таяли на глазах. Поэтому население, не задействованное в обороне или захвате вашего мира, погрузили в транспортники и отправили в глубокий космос с приказом искать подходящие для колонизации планеты и параллельно ждать сигнала маяка с Неи, который указал бы цель для прыжка.
Изображение на экране сменилось, показывая ночную сторону планеты.
— И вот они прибыли. По крайней мере, первая волна, — наг обвел указкой космические корабли. — Два тяжелых транспортника, три десятка средних и, — он указал на восемь алых точек, — военные корабли. Два крейсера поддержки и сопровождения, один корабль-носитель, четыре эсминца разных классов и звездный дредноут. Часть кораблей повреждены, дредноут и вовсе нуждается в серьезном ремонте, но все же еще вполне боеспособен, ну и плюс москитный флот. Примерно две сотни различного типа машин от истребителей до торпедоносцев. Сколько еще кораблей откликнется на сигнал астромаяка и когда прибудут, неизвестно… Это первая из плохих новостей, которую я вынужден сообщить. Сам понимаешь, наличие таких сил поставленную тобой задачу существенно усложняет.
— Понимаю. И сколько всего анталов прилетело? — я с неприязнью кивнул в сторону кораблей.
— По расчетам моих аналитиков, около ста — ста двадцати тысяч. В основном женщины и дети, но есть и армейские части с боевой техникой, — для ответа пришлось пролистать несколько таблиц и отчетов, но много времени это не заняло.
— Серьезно, — я невольно качнул головой и сложил ладони домиком, глядя на висящий на орбите флот.
М-да, задачка… Когда я жил на родной планете, пусть и не видел многого, про выход в космос речи, вроде бы, еще не шло. Отец бы обязательно упомянул о подобном. Да и когда пятьдесят больших циклов назад Нея была в Игре в виде Осколка, Компас обозначал степень развития технологий на планете заметно ниже уровня, требуемого для создания астромаяка. Хотя… если изгои привезли с собой необходимые данные для его строительства, то им не было нужды развивать всю науку до соответствующего уровня. А еще техномагия может неадекватно оцениваться, уходя больше в магию, чем в технологию…
Но не это сейчас главное.
— Хотелось бы уточнить, вы сказали, что богиню Нею усыпили?
Шепчущий, дававший мне время осознать и оценить неожиданный технический прогресс захватчиков, хмыкнул и пожал плечами.
— А как иначе они смогли бы вторжение осуществить? — хвост раздраженно пошел волною, ища и не находя устраивающего его места. — Богиня, да на своей территории, пусть молодая, пусть неопытная, — это все равно грозная сила. Ей в своем мире подвластно абсолютно всё: ведь именно ее силой вся жизнь там и сотворена. Бороться с нею без поддержки иных высших сущностей — то же самое, что драться с целой планетой, победа возможна лишь при условии полного истребления всего живого. К тому же, если для хозяйки все будет складываться совсем плохо, она может, пусть и ценой частичной потери репутации, попросить о помощи других богов своего направления. Кстати, она у вас принадлежит к аспекту Жизни, а пара-тройка таких богов, объединившись, все это, — он неопределенно махнул в сторону экрана, — смели бы просто одним усилием воли. В общем, без устранения единственной богини-хранительницы захват мира принципиально невозможен.
Наг резким движением отложил указку в сторону, а из его последующих слов я неожиданно понял причину змеиного раздражения: похоже, он просто завидовал, что не сам сотворил подобное:
— Анталы весьма креативно решили стоящую перед ними проблему, банально усыпив Нею. Ведь смерть бога, да еще от рук смертных, никогда не проходит бесследно. Кто-нибудь из коллег обязательно явится разбираться в случившемся, и как высшие сущности наказывают весь народ виновного, думаю, тебе известно. А сон, пусть и долгий… он не привлекает внимания. Что именно маги анталов использовали, мне установить не удалось. Но самое главное то, что они сумели это сделать. И это подводит нас ко второй сложности.
Вид планеты из космоса исчез, а вместо нее возникло схематическое изображение фигурок людей, расцвеченных разными цветами.
— Талантливые одаренные, а не просто разумные, способные к магии, — наг обвел указкой самую большую группу, — около пяти тысяч, достаточно большой процент от общего числа всех местных анталов. Видимо, перед бегством отбирали самых перспективных. Подмастерья, маги, — лазерный луч отмечал все новые фигурки людей, — наконец, магистры, — указка уткнулась в небольшую группку, примерно человек в сорок. — И архимаги, — два красных человечка расположились в самой верхней части экрана. — Все вместе — это сила, причем серьезная. А с учетом того, что маги обычно живут долго, многие из них прошли сквозь тяжелейшую техномагическую войну, сумели выжить и, наверняка, передали свой опыт ученикам. Кроме того, среди них нашлись умельцы, способные усыпить настоящую богиню в ее собственном доме.
Наг на секунду замолчал, после чего качнул головой.
— Честно говоря, я думал, будет проще. Но воевать с такой цивилизацией, пусть и неполноценной, вернее, осколком изначальной, тяжело. У них сохранились знания, технологии и даже частично вооружение из родного мира. Дай им лет сорок-пятьдесят, и я даже не представляю, что можно будет против них предпринять, не уничтожив при этом всю планету.
— А если попытаться поднять восстание? Дать тенейцам нормальное оружие, перебросить инструкторов, подключить ассасинов для устранения вражеских магов? — предложил я, наблюдая за цветными колонками на экране. — У тенейцев были свои шаманы и говорящие с духами, если их найти…
— И это вскрывает перед нами третью проблему, — не дал мне закончить мысль Шепчущий.
Изображение снова сменилось, и пред нами предстала тенейка в коричневой тоге, простых сандалиях на босу ногу и с серебристой сеточкой на коротко остриженной голове, явно проступающей сквозь пушок волос. Наг, порывшись в столе, выставил передо мной деревянную шкатулку, из которой извлек сеточку, очень похожую на ту, что я увидел на незнакомой девушке.
— Это подавитель мозговой активности. Уже несколько поколений устанавливается всем тенейцам с шести лет в обязательном порядке, по сути превращая их в послушных и исполнительных биороботов, неспособных к критическому мышлению, сложной деятельности и самостоятельному принятию решений. Плюс артефакт подавляет агрессию и, разумеется, содержит механизмы контроля и дистанционного уничтожения подконтрольного объекта. Снять, не убив носителя, невозможно. Также, — картинка сменилась на обычный сельский пейзаж, отличающийся от прочих лишь небольшими ажурными вышками, торчащими тут и там, — подавитель привязан к излучателям, анталы не поленились их построить во всех заселенных районах. Стоит тенейцу выйти из области покрытия контрольных вышек, его ждет мгновенная смерть. Или одна команда с центрального пульта — и освобождать больше некого, Рэн. Это открывает перед нами четвертую и, к счастью, последнюю глобальную проблему. — А есть и не глобальные? — горько хмыкнул я, размышляя над услышанным. Планы по всеобщему применению пут подчинения вместо дорогих единичных рабских ошейников обсуждались еще в доме деда. Только тогда это были скорее мечты. Сейчас же они воплотились в реальность.
— Есть, — ответил не сразу наг, перебирая в уме сопутствующие миссии неурядицы. — При проведении разведки мои люди засветились: для сбора информации они захватили одного из местных магов, старались все сделать аккуратно, но в ходе допроса… В общем, смотри сам:
На экране возникло изображение седого сутулого мужчины с остекленевшим взглядом, размеренно выдающим информацию на поставленный вопрос.
— … Владыка Гаспар отвечает за магию Ментала, он владеет дополнительными стихийными аспектами: Вода, Огонь и немного Земля. Госпожа Карамина владеет магией Тьмы и Смерти, она очень сильна, многие считают, что она еще и демонолог, но это не было доказано…
На миг мужчина прервался, закашлявшись. Внезапно его тело затряслось, выгнулось дугой, глаза засветились. По коже хлестнули искры электроразрядов, выпущенных охранниками… и безобидно стекли, словно вода. Старого колдуна покрыла святящаяся рябь, защищая и поднимая в воздух, насколько позволяли цепи на руках и ногах, рот раскрылся в безмолвном крике, будто тот кричал, но слова его звучали совсем на другом плане… А затем тело резко опало вниз, будто невидимый стержень, удерживавший его до этого в воздухе, внезапно пропал.
— «Последняя воля», — прокомментировал увиденное наг. — Волшебник каким-то образом сумел активировать ее, несмотря на все блокировки, артефактные цепи и узы подавления, наложенные на него. Редкое и сложное заклинание, мои люди не ожидали, что старик-погодник с рангом подмастерья может владеть чем-то подобным. Возможно, это была заранее вложенная заготовка, созданная кем-то более сильным. Не знаю, выяснить невозможно — в соответствии с заранее выданными мною инструкциями, тело было немедленно уничтожено. Что именно сообщил маг своим, узнать также не удалось. Но сразу после инцидента активизировался флот на орбите, попытавшись устроить из космоса блокаду района планеты, над которым проходил допрос. К счастью, мой корабль смог покинуть звездную систему никем не замеченным и доставить собранную информацию мне. Правда, обратный путь прошел не без приключений: слепой прыжок переместил моих разведчиков в невообразимую даль, а ведь и сам твой мир весьма отдален от обжитых систем… В итоге, сложностей у них хватало, но, главное, свою задачу они выполнили.
Поплотнее уложив на полу кольца хвоста, наг впервые за весь разговор потянулся к чайнику и налил себе пряного травяного сбора.
— В общем, первичный расклад по силам врага я тебе дал. А вот что со всем этим делать, я пока не знаю, — задумчиво протянул змей и откинулся на спинку широкого кресла. — Если бы задача стояла просто в уничтожении, то проблемы как таковой бы и не было. У меня есть парочка восхитительных болезней, подарок от Чумной Госпожи. Кстати, весьма высоко оценившей наши с тобой действия в Бездне. Распространить заразу в принципе не сложно. Даже при наличии магов болезни выкосили бы от шестидесяти до восьмидесяти процентов населения планеты, осталось бы лишь добить выживших. Но ты же понимаешь, кто умрет первым. Тратить усилия на спасения рабов во время эпидемии никто не будет. Сделать что-то настолько избирательное, чтобы мор ударил по одним, оставив в живых других, почти невозможно — слишком схожая у ваших видов биология, вирус может легко мутировать. С другими вариантами тотального уничтожения примерно та же проблема. Еще у меня были неплохие связи с рядом демонических Домов, как ты знаешь, можно было бы попробовать использовать их как внешнюю силу. Но после того как я был объявлен Врагом Бездны, любые контакты с демонами для меня теперь, увы, стали невозможны.
На мой немой вопрос Шепчущий безразлично махнул рукой:
— Это было в принципе ожидаемо. Ни одно действие не обходится без последствий. А учитывая все сделанное нами, это должно было произойти. Странно только, что они так долго тянули. Даже забавно, за всю историю Бездны кого-либо Врагом объявляли лишь трижды, и это были либо величайшие из смертных, великий архимаг и заслуживший особое внимание своего бога паладин, либо полубог. А теперь и меня поставили с ними в один ряд. Ситуация довольно любопытная, но все крайне усложняющая. Ни я с демонами, ни они со мной отныне сотрудничать, торговать либо как-то еще взаимодействовать не могут. Разумеется, еще они объявили весьма приличную награду за мою голову, а Владыка Дома Боли Исшахар даже пообещал выполнить любую личную просьбу того, кто меня убьет. Так что ты сейчас разговариваешь, наверное, с самой дорогой головой в этой вселенной.
Наг немного грустно усмехнулся.
Змей не зря прожил каждое из своих столетий. Он играл как дышал. Даже не так. Он дышал так, как желал. Поэтому за этой легкой самоиронией в принципе не было видно даже краешка испытываемых им истинных чувств.
Получением столь высокого, но абсолютно ненужного титула он как раз Рэну и был обязан. Если бы тот не умудрился каким-то образом развоплотить Бесформенного, то все запланированные в этом рейде потери демонов удалось бы спокойно списать на рядовой конфликт интересов. Дом Ярости влез в вотчину Хаоса, получил ответный удар, погиб один из столпов. Неприятно, но уже не раз происходило.
Только все пошло совсем не по изначальному плану. Сады Безумия и Столбы Крика, штурм Акш’дхара, взаимное истребление легионов Домов Боли и Ярости, Дикая охота и гибель Азамая с Тахалотом. Вынужденный шантаж Королевы Грехов на общем фоне уже так, просто вишенка в коктейле… Какая-то непонятная воронка поступков и действий, в которую он попал, буквально засасывала его в себя, вынуждая делать все, чтобы банально выжить и выполнить задуманное. И как итог, он — Враг Бездны. Враг Ордена Порядка, Враг Радуги миров, где за его головой охотятся буквально все, от Лиги охотников на монстров до ассасинов и наемников. Да он уже даже толком не представлял себе количество тех, кто хочет его убить! И хуже всего, это не единичные враги, убив которых можно решить проблему, это организации, где смерть одного почти ничего не меняет. Такое впечатление, что на него ополчился весь изведанный мир.
А если вспомнить еще и про врагов в Двойной Спирали, то с таким количеством недругов, возможно, вообще не стоит заканчивать Игру: за пределами Города Игроков ему теперь банально не прожить и пары дней. Идеальное убежище на Беренхеле еще не готово: из-за вероломного уничтожения его родной крови оказалось, что ему некого привести на Змеиный архипелаг правителями создаваемого государства. Столь важную роль нельзя доверять непроверенным нагам, но, хочешь не хочешь, придется подбирать кандидатов из других кланов. А значит, пока он не отомстит и не вычислит в своем мире всех предателей расы до последнего, не сможет двигать проект дальше. Богам Беренхеля после долгого забвения нужны правильные последователи, прислушивающиеся к мудрым словам Шепчущего. Разумеется, это будут представители других рас, а не дети Великой матери, но ценные разумные нуждаются в защите и мудром руководстве старшей крови. Пока же без молитв и веры не будет должной силы у богов, не будет и абсолютной защиты у него…
И единственная надежда осуществить свои планы связана с крохотным яйцом, ждущим его в инкубаторе родного дома. Рядом с юной богиней, под защитой Сета и Сеттис, он сможет без страха смотреть в будущее. А пока… он остался без привычного и удобного инструмента решения проблем, исправно служившего ему не одну сотню лет. И не ясно, удастся ли его заменить. Хвала Хаосу, что контракт на устранение той ведьмы, погубившей капитана Нагльфара, он успел заключить до повторного заседания совета лордов Ада! Странно то, что оно произошло так внезапно, буквально через пару дней после возвращения Рэна. Но что вызвало его, почему именно тогда было принято решение объявить его врагом Бездны, а не после гибели Бесформенного, он не знал. Но очень хотел узнать…
Загнав поглубже ненужные сейчас эмоции и мысли, Шепчущий как ни в чем ни бывало продолжил рассуждать о способах решения задачи по освобождению народа Рэна.
— В принципе, в этой ситуации любое привлечение внешних сил опасно, — просвещал меня наг. — Слабые банально не справятся с таким количеством магов, да и еще при поддержке вооруженной технооружием армии и звездного флота, а сильные… Во-первых, их еще надо найти, затем заинтересовать. А что, кроме самой планеты, можно предложить, чтобы кто-то согласился отправить войска в такую даль и начать войну, у меня идей нет. Я думал попытаться использовать против анталов тех, с кем они воевали в своем родном мире. Навел справки, нашел их родную цивилизацию в Радуге миров… но тут все сложно, Рэн. Их противники с удовольствием придут за головами поработителей твоего мира, но боюсь, что в результате одно рабское ярмо лишь сменится на другое. Ситуация с ними мало отличима от попытки привлечения посторонних внешних сил.
Экран вновь включился, показав страницы информационных таблоидов. Замелькала заранее нарезанная подборка кадров нескольких не самых приятных миров, какие-то заявки и торговые предложения, впрочем, ничего мне не говорящие. Я не стал пытаться разобраться и вопросительно уставился на собеседника.
— Цивилизация анталов колонизировала несколько миров, но они обладают лишь условно подходящей биосферой, жизнь на них не слишком приятна. Изначальный же мир анталов, как и вся его звездная система с освоенными планетами, серьезно пострадал во время конфликта, и победители тоже были бы весьма не против сменить планету на более комфортную и не столь загаженную. Перед бегством изгои постарались как можно сильнее отомстить врагам и чуть было не уничтожили весь мир, подорвав геобомбы. К счастью, им это не удалось, но сама экосфера изначальной планеты теперь в ужасном состоянии. И стоит живущим там указать на чистый девственный мир, они вряд ли захотят его покинуть…
Внимательно все выслушав, я согласно кивнул. Новые хозяева будут ничуть не лучше старых. У них даже кровь та же самая, а потому и замашки, скорее всего, окажутся схожи.
— У вас есть хоть какой-нибудь план?
— Есть, — чуть прикрыв веки, ответил наг. — Он идеально вписывается в те задачи, которые ты поставил передо мной. И, самое главное, по моим оценкам, он вполне осуществим, пусть и с трудом. Но требует времени и тщательной подготовки.
Дурацкие таблицы пропали, и комнату осветило новое изображение. Казалось, с высокой скальной гряды, в центре которой выделялся характерный горный пик, веяло свежим холодным воздухом, а еле ощутимый аромат знакомых трав придавал ему легкую горчинку. Хотелось вдохнуть полной грудью, любуясь увенчанной белоснежной короной вершиной, густой зеленью лесов у подножия и прозрачным до звона небом…
— Священная гора Эшаран, — прошептал я, сразу узнав великое место. В детстве мама мне не раз показывала ее изображение и рассказывала связанные с нею предания.
В центре горы находится огромный грот, из которого берет исток великая река Тенагури, омывающая своими водами весь центральный континент. По легендам, именно там отдыхает богиня, когда устает наблюдать за миром и людьми, живущим в нем.
Сухой голос нага выдернул меня из воспоминаний, разбив гипнотическое очарование момента:
— Место силы, именно в нем сходятся лей-линии, разносящие потоки Жизни по всей планете. А еще, по совместительству, ложе Неи. Именно в этом месте маги анталов усыпили богиню, заодно отгородив ее от внешнего мира, потому-то она и не вмешалась при нападении чужаков на ее творения. Если ее разбудить, уверен, все происходящее в мире ей сильно не понравится… У нее как раз таки хватает и сил, и средств, чтобы разобраться с захватчиками, не уничтожив полпланеты вместе с твоими сородичами. Не справится сама — позовет собратьев по аспекту. Один Великий Гилареш все эту шушеру просто сметет одним своим взглядом, банально остановив в них жизнь. И это идеальный вариант, но…
— Да говорите уже скорей! — не выдержал я, вскочив с кресла.
Наг ненадолго прикрыл глаза.
— Анталы тоже не идиоты, — тихо признал змей, — они не хуже нас с тобой понимают, кто несет для них основную угрозу, и очень хорошо позаботились о том, чтобы сон Неи не прервался никогда. Мои люди не успели получить изображение крепости, так как узнали о ней только из допроса старого мага. И все же, по его словам, это нечто весьма впечатляющее, полностью перекрывающее вход в пещеру. Перед гротом выстроены стена и три линии обороны, датчики наблюдения, охранные дроиды, турели системы контроля и наблюдения, различные типы щитов от техногенных до магических, весь спектр ловушек. Мои аналитики составили весьма подробный перечень того, что могло быть использовано при постройке Цитадели Покоя и ее защите, учитывая примерный уровень технологий и магических знаний анталов. Можешь почитать.
Наг придвинул ко мне стопку листов, и мне показалось, что это не бумага шуршит, а сотни злобных далеких голосов на все лады изрыгают проклятья. Опытный змей понимающе усмехнулся и кивнул.
— Да, ты весьма впечатлишься. Плюс сверху крепость прикрывают остатки недавно прибывшего флота, дредноут вообще постоянно весит над этим местом на геостационарной орбите. Сама область вокруг горного хребта полностью закрыта от любых посещений, туда не попасть без особого пропуска, территория огорожена и плотно патрулируется. В крепости, как я предполагаю, мощный гарнизон с магической поддержкой, плюс возможно наличие планетарных порталов для переброски подкреплений в случае необходимости. Я бы такое точно установил, и думаю, что они меня не глупее. Задача, конечно сложная, особенно в связи с удаленностью твоего мира и отсутствием возможности действовать в нем напрямую, и все же это, на мой взгляд, наиболее приемлемый вариант. К тому же, среди вороха плохих новостей, которые я вывалил на тебя, есть и одна хорошая.
Шепчущий, приоткрыв поясной карман, достал бронзовый колокольчик, покрытый толстым слоем зеленой патины, и аккуратно положил на стол передо мной. Язык голосистого инструмента был обмотан мягкой тряпицей и расперт отполированными плашками черного дерева.
— У меня уже есть средство, способное развеять сон богини, и оно сейчас перед тобой. Вещь редкая, созданная еще Древними. Видишь, там, на ободке, бегут письмена с характерными черточками вокруг слов и слогов? Они значат следующее: «При звоне моем просыпается все». Артефакт одноразовый, зона действия небольшая, примерно десять шагов, но при применении он способен развеять заклинание сна любой силы и природы. Осталось лишь придумать, каким образом его доставить к ложу Неи и применить. Возьми, — наг пододвинул колокольчик ко мне через стол, — думаю, ключ к пробуждению богини должен быть у тебя. К тому же тебе, как носителю крови ее созданий, будет проще почувствовать, где именно находится ее проекция на тварный мир или обнаружить ее материальное воплощение и отличить его от неизбежных обманок.
Я только открыл рот, чтобы напомнить про всем известное правило Игры, запрещающее хаоситам посещать родные миры, как нетерпеливый жест прервал меня на вдохе.
— Запрет на возвращение домой можно отменить или приостановить на время. Это лишь вопрос цены и знаний.
Небольшой инфокристалл, пролетев по воздуху, лег рядом с колокольчиком на стол.
— Здесь вся информация, собранная моими людьми, — пояснил Шепчущий и веско добавил: — Посмотри, почитай, возможно, у тебя появятся какие-то идеи. Я в свою очередь тоже буду думать, что можно предпринять. Нужен план, а также ресурсы и союзники, способные помочь в его осуществлении. Нужно думать, Рэн. Объект сложный и непростой, с наскока эту проблему не решить. Зато можно легко все испортить.
Проникнувшись, я серьезно кивнул, а затем спросил:
— Как давно к вам поступила эта информация, до нашего рейда в Бездну или после?
— До, — спокойно ответил наг. — Я счел разумным сообщить эту информацию лишь после возвращения из Бездны. В этом случае можно спокойно действовать без оглядки на возможных врагов, а поражение… мертвым дела живых уже мало интересны. Без закрытия Огненных врат что-либо предпринять для освобождения твоего родного мира, Рэн, у меня не хватило бы ни времени, ни ресурсов. Не было бы самой возможности. Так что в Бездне ты сражался не только за Румию, но и за Нею. А пока предлагаю наше совещание по спасению твоего народа завершить и вернуться к насущным вопросам. Я хочу пригласить сюда Меджа, пока он не истребил все запасы спиртного, и обсудить текущие дела. Как ты помнишь, у нас все еще идет война с Домом Ящеров, а я бы хотел ее поскорее завершить.
— На альянс Летящих и блок Ящеров была применена древняя
Медж рядом со мной непроизвольно подобрался, я тоже задержал дыхание. Никогда не слышал о подобной карте, но вряд ли этот сюрприз принесет нам что-то хорошее.
— Жаль, что мы не пошли на мировую, — продолжал хмурый наг, — когда после изгнания Ящеров с Румии Газарах начал намекать, что готов завершить войну досрочно, закрепив текущее положение дел. Но время, как казалось, работало на нас, и мы не стали с этим спешить. А теперь это уже невозможно. Никакие карты приостановления или прекращения конфликта, локальные или глобальные, работать не будут. И война не остановится, пока кто-то не одержит верх. А это либо уничтожение Знамени центрального Дома одной из сторон, либо гибель не менее половины Игроков, что входили в противоборствующие блоки на момент применения Последнего рубежа, включая лидера центрального Дома и трети его старших офицеров, либо захват не менее восьмидесяти процентов территорий, контролируемых неприятелем на момент изменения правил войны. В случае успеха проигравший блок распускается, его члены утрачивают все очки влияния, что будут заработаны в этом витке Игры, а треть всей собственности в Двойной Спирали переходит победителям. Часть бойцов всех кланов блока, даже тех, что вышли из него до разрешения конфликта, случайным образом уничтожается.
Шепчущий замолчал, давая нам осознать услышанное. Чтобы было проще, он отдал приказ тактическому столу, и тот высветил описание стандартной карты объявления войны и Последнего рубежа. Я несколько раз перечитал, чем
Убедившись, что мы прониклись серьезностью ситуации, лидер альянса перешел к конкретике.
— Как вы понимаете, наиболее выполнимый вариант победы — через контроль территорий. Поэтому теперь главная цель альянса — захват и удержание Внутренних миров. Наше положение на Румии устойчиво, Ящеры же из-за провала при нападении на город Выживших понесли серьезные потери и, главное, рассорились с Охотниками. Из-за неудачно складывающейся экспансии их позиция в Топях сейчас крайне ненадежна: они смогли закрепиться лишь на нескольких
Над столом возникла проекция пары небольших медленно вращающихся шаров: одного грязно-зеленного и второго, почти полностью покрытого молочно-белой дымкой. Вокруг висели несколько вырванных со своих мест континентов — Центральные миры, выкупленные Ящерами на Великом Аукционе.
— Адский Морозильник контролируют сразу несколько различных групп кланов, Ящеры всего лишь одна из них. У толстошкурых на Ломиоре есть небольшой форт, занимающийся заготовкой и разведкой ресурсов, его можно будет снести одним ударом. Центральные же миры в этом витке Игры из-за увеличения площади Осколков относительно малочисленны и, по данным моих разведчиков, либо бедны, либо сложны для разработки и зубасты. Ящеров заинтересовали лишь некоторые из них и в их защиту они пока серьезно не вкладывались. Альянсу будет достаточно получить контроль над одним или двумя.
Изображение сменилось, белый шар и фрагменты миров пропали, а интересующая нас планета приблизилась.
— По нашим сведениям, все серьезно охраняемые владения Ящеров в Топях Тлат’нока ограничиваются тремя укреплениями. Усиленный форт в зоне отбытия, — лазерная указка отметила на проекции планеты небольшой красный огонек. — Еще один защищает второстепенную точку господства, — указка коснулась новой отметки на карте, — расположен примерно в сорока тысячах шагов от первого. И наконец, цитадель в зоне прибытия. По сути, это все, что у них есть на планете сейчас и что они действительно контролируют. Возможно, существует еще несколько полевых лагерей, протянутых цепочкой от цитадели к фортам, но эти данные пока не проверены. Насколько мы знаем, Ящеры постоянно предпринимают попытки восстановления ухудшившихся отношений с Охотниками и стремятся провести переговоры с их Старшими по расширению доступной для освоения территории, но пока ничего у толстошкурых не вышло. Стоит нам смести это, — наг махнул рукой в сторону красных точек, горящих на карте, — и война будет почти завершена.
Лидер альянса хищно прищурился, изображение Топей слегка приблизилось, став крупнее.
— Мы ударим отсюда, — его указка уперлась в одну из зон прибытия, что находилась примерно в трехстах тысячах шагов от контролируемой Ящерами территории. — Это владения Керумера или, как его еще называют, Змея Бурь. Он один из семи Первых, древнейших частичек Тлат’нока, отделенных Спящим богом в самом начале, и фактически правящих этим континентом. Тварь опасная, насколько нам известно, владеет стихиями Воды и Воздуха, по силе примерно равен архидемону, но точный уровень мощи, а также доступные ему возможности слабо изучены. В основном наша информация опирается на доклад одного единственного разведчика, сумевшего выжить после встречи с ним, и сведения обитающих в этом секторе суров.
Я вчитался в текст, появившийся рядом с не самыми четкими изображениями местности и потенциального противника, а также бегло пробежал по истории столкновения с ним.
Потоки воздуха отбросили попавшего под удар разведчика-маасари далеко в сторону, он сумел спрятаться, выжить, а после повстречать местных поисковиков, что поделились более подробной информацией. Как удалось выяснить, змей редко выползает за добычей сам, предпочитает отправлять подконтрольных ему Старших и простых Охотников. Видимо, ему удобнее забирать часть собранной энергии у них, чем гоняться за отдельными смертными самому. На поселения Выживших нападает не часто, вероятно, нуждаясь в длительном отдыхе для восстановления сил. Характер у Керумера оказался весьма неуживчивый. С равными ему по статусу и силе тварями он никогда не объединялся: и к себе никого не приглашал, и сам на чужих землях не появлялся.
Территория, контролируемая Первым, достаточно обширна и разнообразна, насколько это вообще возможно в Топях. Та зона прибытия, что выбрал наг, не слишком загажена местной живностью и растительностью. Из-за природы Змея Бурь самые крупные из диких зверей предпочитают держаться от этих земель подальше. Глубоких рек и омутов мало, так что и водных тварей типа донника или болотного аллигатора будет не много. Измененных миазмами Спящего бога растений, конечно, хватает, но по крайней мере ходячих деревьев и прочей подвижной флоры можно не опасаться, а все остальное поддается зачистке. Нежить… ну, нежити везде полно.
Наг, видя, что я закончил читать, подтвердил мои выводы:
— Соседние сектора контролируют Сак Вак, он же Большой Земляной Червь, Мертвый Носорог и Кору-Кору, Великий Жужжащий, как его еще называют. В совместных действиях никто из этой четверки замечен не был. Обычные Охотники, как оказалось, тоже разобщены и на зов тех, кто подчиняется другим Первым, не приходят. Точных подтверждений нет, но множество косвенных признаков указывает, что между главными тварями перманентный тлеющий конфликт и грызня за ресурсы. Поэтому есть достаточно высокий шанс, что соседи откажут Змею в поддержке или запоздают с нею, когда мы начнем вторжение. Кроме того, нам удалось наладить первичный контакт с поселениями Выживших на этой территории, что также весьма немаловажный фактор.
Я, прикинув в уме ранее известные мне данные о местности, уточнил:
— А где примерно находится Осколок, через который мы раньше попадали в этот мир?
Наг, чуть подумав, отметил на проекции планеты небольшой квадрат. И он, что любопытно, находился как раз на территории Змея Бурь, почти на самой ее границе. Интересно. В свое время у меня были неплохие контакты с местным разведчиком-поисковиком. Да и убежище, показанное им, тоже может оказаться полезным, если будем в тех местах.
Медж, также внимательно рассматривавший карту, хмуро покачал головой:
— Как бы эта тварь, — он кивнул в сторону проекции парящего змея, — не смела силы альянса первым же ударом. Местность открытая, защиты от диких зверей никакой, плюс нежить. Воды полно, пусть и мелкой, а Керумер именно ею и управляет. Если же он нас на стадии развертывания накроет еще и ураганом, то потери будут катастрофические.
Шепчущий одобрительно кивнул:
— А еще он может использовать подконтрольных ему Охотников и местную живность для согласованных ударов по нам, — дополнил он анализ тигролюда. — Не волнуйся, мы все учли. Змей Бурь — тварь, конечно, неприятная, опасная, но против трех тысяч Игроков при поддержке двух дюжин полководцев и парочки владык он мало что сумеет поделать. Нам есть, чем его встретить, альянс готов выложиться ради столь важной миссии.
Изображение местности побледнело, а поверх лег план операции со схемами и сводными таблицами.
— Сразу после высадки начнется возведение полевых укреплений с помощью фортификационных карт и клановых карт
М-да… Я разглядывал таблицы с характеристиками подготовленных для операции карт, артефактов и уникальных ресурсов, что планировалось применить в момент прибытия, и поражался масштабу подготовки. Да, я всегда знал, что война — дело дорогостоящее, и великие кланы не просто богаты, а обладают широчайшим арсеналом средств, видел личные возможности Шепчущего, но чтобы столь глобальные расходы неслись ради одного сражения… В Клинках Арендейла подобного и близко не было.
Наг меж тем продолжал знакомить нас с прогнозами военных аналитиков:
— Скорее всего, главную сложность для нас на первом этапе будут представлять массовые атаки контролируемой Первым живности, что весьма опасна из-за среды обитания. Магически измененные и мутировавшие твари могут преподнести пару сюрпризов, но, с другой стороны, это всего лишь неразумные звери, а их уничтожение на стадии развертывания позволит нам впоследствии действовать гораздо свободнее. Охотники, в том числе и старшие, тоже подтянутся, но постепенно — принятые меры не позволят им быстро переместиться и напасть всем вместе. Сражение же с самим Змеем Бурь во время строительства укреплений не ожидается, эта тварь старая, умная и понапрасну рисковать своей шкурой вряд ли захочет. Поначалу, столкнувшись с новой угрозой непонятного, но потенциально высокого уровня, он, скорее всего, просто отступит и затаится где-нибудь в глубинах своей территории, чтобы понаблюдать и разобраться в ситуации. Недавнее фиаско Ящеров, кстати, нам тут только на руку — порождения Тлат’нока стали гораздо осторожнее. А увидев и прочувствовав нашу полную силу, Керумер может и вовсе пожелать дождаться нашего ухода: Охотники достаточно умны и знают, что их мир включен в Игру не навсегда. Но в любом случае, за уничтожение твари Альянсом назначена награда в пятьсот тысяч дайнов и пять золотых карт боевого класса, включая две полководческие. Как, кстати, и за Мертвого Носорога.
Наг выразительно глянул на меня, явно давая понять, кому именно эта информация предназначена.
— Кстати, после того, как закрепимся на планете, в ходе подготовки к нападению на Ящеров будет разрешена свободная охота на отродья Спящего. Младшие оцениваются от десяти до пятнадцати тысяч, прошедшие перерождение — от двадцати до пятидесяти, обычные Старшие — от шестидесяти до ста. Думаю, для твоего клана, Рэн, это должно представлять особый интерес, ведь именно истреблением чудовищ и их промыслом вы и планируете заниматься. Считай, убьешь двух зайцев: и эмбиент с дайнами от Владыки сможешь получить, и альянс в награду тебе пластинок отсыплет.
— Зачем это нужно? — чуя подвох, уточнил я. — Ведь это прямой вызов остальным Охотникам. Особенно Первым.
— А все так и есть, — спокойно пожал плечами наг. — Мы должны показать свою силу и готовность сражаться и убивать. Лишь в этом случае отродья, — наг кивнул в сторону мира болот, — воспримут нас всерьез. Они должны уяснить, что служители Хаоса — это не корм, которым они за долгие века привыкли видеть смертных, а сила, способная брать то, что посчитает нужным. Наша цель — добиться нейтралитета со стороны Мертвого Носорога, — щелчок кнопки, и проекция громадного существа целиком заполнила пространство над столом. — Сейчас, когда Кору-Кору разорвал отношения с Домом Ящеров, он остался единственным из Первых, кто разрешает толстошкурым размещать лагеря на своей территории. В отличие от соперников, мы не будем просить или пресмыкаться, а придем и сметем все возможные преграды, заодно покажем остальным, что их ждет, если вздумают нам мешать. Если эта тварь, — наг ткнул в сторону покрытого водорослями и мхом мертвого гиганта, возвышающегося над болотами, — почувствует угрозу себе или своей свите, Ящерам очень скоро перестанет быть комфортно на его территории. Первый скорее сам избавится от них, чем позволит прийти в свой дом полноценной войне.
— А если в ответ на вторжение вожаки Охотников объединятся и ударят по нам все вместе? — мрачно спросил Меджех.
— Вряд ли, — пожал плечами наг. — Мы не представляем для них настолько глобальную угрозу. Скорее, остальные попытаются под шумок захватить власть над Охотниками попавших под удар соседей — съесть подранка из числа своих вполне в их духе. К тому же, часть фактов указывает на то, что Первые волей Тлат’нока более-менее привязаны каждый к своей территории. Такой вывод сделали наши аналитики, и я склонен с ними согласиться. Ведь основная цель создания отродий — собирать силу страданий и смертей разумных для Спящего.
Наг задумчиво покрутил в руках указку, и вернул общую схему высадки.
— Теперь поговорим о вашей роли во всем этом. Вы, конечно, можете отказаться, Проводники Хаоса внесли свой вклад в победу в текущей войне сполна. Но я наоборот рекомендую вам присоединиться к операции в Топях. Более того, помня о соглашении оказывать вашему клану всю возможную поддержку, я выбил для вас право одними из первых вступить в этот мир, — наг указал на зону прибытия.
— И первыми же в нем погибнуть, — не удержавшись, фыркнул Медж. — Нашему клану неплохо и на Румии. У нас есть право свободной охоты. Сами выбираем уровень опасности и время рейдов, с полным восстановлением между ними. Эмбиента и трофеев достаточно, чтобы в стабильных условиях тренировать молодняк. И работы нам хватит надолго — ведь установление контроля над главными ульями на остальных континентах не планируется.
Легкая вопросительная интонация в конце была воспринята хозяином встречи правильно, и тот медленно прикрыл глаза, подтверждая.
— Так зачем нам нести повышенные риски? — старый кот благодарно кивнул, оценив, что с ним поделились закрытой информацией, но все равно продолжал отстаивать жизни своих бойцов. — Зачем соваться в это гиблое место, которое все Игроки полвека обходили десятой дорогой?
Шепчущий, дав полностью высказаться моему Мастеру Войны, снисходительно усмехнулся и покачал головой:
— Во-первых, на Румии теперь тоже все будет не так просто — Ящеры начнут вырезать наших везде, и отряды, бродящие вне укреплений, попадут под удар первыми. А во-вторых, риски в Топях не настолько велики, как разведчики Осколков привыкли считать. Все-таки между Игроком-одиночкой и полномасштабным рейдом крупнейших кланов большая разница. Про противодействие местным обитателям я уже рассказал. Подготовка к противостоянию с нашими соперниками будет на том же уровне. Взорванные кристаллы гибельного света не только избавят нас от ближайших Охотников, но и вызовут эфирную бурю. В сочетании с
Медж, выслушав отповедь, удержал лицо и лишь кивнул, продолжая требовательно смотреть на нага.
— Да, несомненно, риск будет, и не маленький. Война есть война, — философски пожал плечами змеелюд. — В ней всегда кто-то гибнет, но в этом случае потери вряд ли превысят десять-пятнадцать процентов от общего числа личного состава. В первой волне отправятся примерно шестьсот бойцов, которые и начнут первоначальное закрепление на местности и развертывание полевых лагерей. Они первые примут удар, но им же достанутся основная добыча и эмбиент.
— И сколько его там будет? — не выдержав, перебил уже я. — За не имеющих разум его не начисляют. Разве что только одиночные Охотники, не уничтоженные взрывом кристаллов, подвернутся под руку.
Немного потянув с ответом, наг прошипел:
— Ну как сказать, не будет… — короткий приказ тактическому столу, и тот высветил решение, принятое советом альянса, с подсвеченным нужным пунктом. — Над зоной прибытия первая волна использует одну из карт развития территорий —
— Позволяет получать эмбиент за убийство любой живой твари в области действия, — не раздумывая, ответил я.
— Все верно, — подтвердил проведший не одну военную кампанию хаосит. — В течение двенадцати часов любое убитое нами крупное живое существо, вне зависимости от наличия разума, принесет не только дайны, но и эмбиент. Кроме того, сами монстры — это отличные охотничьи трофеи, за магически измененные экземпляры можно выручить немало. А самое главное, те, кто первыми рискнет вступить в новый мир, прокладывая дорогу нашему альянсу, как и положено в таких случаях, получат повышенный коэффициент при распределении добычи и приоритет при ее выборе, — небольшая пауза… и видя, что в наших глазах не отразилось должного восторга, пояснение для недогадливых: — Я, думаю, каждый из вас представляет, что это будет значить в случае успешного захвата планеты, когда начнется большая дележка территорий…
М-да, а вот это уже по-настоящему серьезный куш. Единолично получить во владение ключевую точку господства с ее землями у нас, разумеется, не выйдет, не доросли Проводники до подобного. Но если объединиться с одним или двумя такими же некрупными кланами… Статус владельца территории, очки влияния на Великом Аукционе вдобавок к тем, что полагаются за факт моего чемпионства на турнире — это уже предмет для торга при заключении союзов. Считай, заявка на переход в следующую лигу, одна небольшая, но весьма значимая ступенька вверх.
— Сколько всего кланов будет участвовать в первой волне? — уточнил я.
— Десять, — не задумываясь ответил наг. — И если бы не твои заслуги при уничтожении Врат, про то, чтобы Проводники оказались среди них, не могло бы быть и речи. Ты не пришел на совет альянса, поэтому не видишь всей картины и не можешь оценить, насколько выгодно идти в первых рядах, какая борьба за место там развернулась. Я тоже в то время спал, но Никрис отлично справился с подготовкой всей операции, мне оставалось лишь утвердить общий план и доработать детали. И поверь, мне пришлось немало постараться, чтобы выгрызть для вас это право. Прыгнуть в Топи все вместе мы не сможем, поэтому и воспользоваться Полями охоты всем желающим не удастся — в мире Тлат’нока действует ограничение, установленное Ящерами на перемещение Игроков. Одновременно в него могут прийти не более шестисот бойцов, после чего возникает барьер, препятствующий появлению новых хаоситов любыми способами. Вновь проход будет доступен только спустя шесть часов.
— Дом Змеи будет участвовать? — даже не скрывая своих сомнений, поинтересовался я.
— Разумеется, — буркнул наг. — У нас много бойцов, нуждающихся в развитии. И чтобы окончательно тебя убедить, сообщаю: я сам лично возглавлю первую волну. Еще вопросы и сомнения есть?
Все, на что меня хватило, — это неопределенный жест рукой, который можно было трактовать как пожелаешь. Слишком большое количество деталей, которые надо одновременно учесть, странное, непривычное чувство подвешенности в пустоте, большая ответственность, причем не столько за себя, сколько за других… Мне однозначно надо было подумать.
— Такую информацию, — Медж ткнул в карту, — в секрете не удержать, обязательно произойдет утечка, а там пара ядерных фугасов, закопанных в точке прибытия, и от нас останется одна шикарная воронка.
— Разумные слова, — кивнул наг. — Но ты же понимаешь, что мы тоже не идиоты и предусмотрели любое развитие событий. Выбранная зона прибытия не маленькая, пусть и вытянутая довольно узкой полосой, всю ее не заминируешь. А конкретная назначенная точка входа известна очень ограниченному кругу лиц. Разведчиков с маяком для проверки и привязки Компасов, портальных врат и карт массового переноса отправлено будет несколько, в разные места. И даже если Ящеры кого-то из них заметят, учитывая специфику этого места, им будет весьма непросто быстро подготовить ловушки, особенно незаметно. Наблюдатели у нас там есть.
После высадки мы внимательно обследуем место закладки будущей цитадели. Конечно, возможны разные неожиданности, это война, но задача хорошего полководца как раз и состоит в том, чтобы их максимально предусмотреть. Над местом прибытия, как я говорил, разразится эфирная буря, так что призвать нам на головы кого-либо из внешних миров у тостошкурых не получится. Чтобы избежать проблем с возможными сюрпризами, будут применены
До начала вторжения осталось около декады. Информация о точном времени до всех кланов, предположительно участвующих в операции, будет доведена за десять часов до ее начала. Координаты прыжка — непосредственно перед ним самим. Перемещаться будем все одновременно, чтобы Ящеры не успели отреагировать и не выбрали часть установленного лимита переходом своих бойцов, ослабив наш рейд. Выбранная зона прибытия расположена недалеко от свободной ключевой точки господства, так что как закрепимся, захватим ее и получим все бонусы, положенные владельцу территории. Думаю, вы должны оценить уровень доверия, который я оказываю вам, раскрывая так много важных деталей.
— Благодарю, — склонил я голову в формальном поклоне. — Сколько еще будет полководцев и владык в первой волне?
— Девять полководцев, четверо высокоуровневые, остальные примерно равны тебе, — ответил Шепчущий. — Из владык буду один я.
— А что по снабжению? — деловито уточнил Медж, изучая карту с учетом новых вводных. — И что с путями отхода?
Изображение над столом сменилось, и перед нами предстали подробные условия.
— Что-то придется оплатить самостоятельно, что-то закупит альянс. — Наг ухмыльнулся: — К нам недавно присоединилось несколько небольших торговых кланов, а еще Землеройки решили купить себе нейтралитет, и их плата за выход из войны весьма своевременно влилась в общую казну. На каждого из бойцов будет выдан комплект первоклассных боевых коктейлей с минимальными побочками и набор сильных лечебных и восстановительных зелий, — тактический компьютер подсветил нам нужный список. — Еще выдадут мази для защиты от местных насекомых из расчета на трое суток и право закупиться ими дополнительно на общем складе: тут важна не столько стоимость, средства-то дешевые, сколько возможность срочно снабдить всех бойцов необходимой защитой. Всем раненым и покалеченным в боях восстановление также оплатит альянс.
Карты и расходники будете приобретать за свой счет. Учитывая развертывание Полей охоты, думаю, это вполне справедливо. Экипировкой обеспечиваете себя тоже самостоятельно, с учетом обстановки. Соответственно все, что сумела добыть первая волна — делится исключительно среди первопроходцев. Потом к вам присоединяется вторая волна и так далее. Когда откроется свободная охота, выплаты за убитых демонов — после предоставления доказательств смерти. Что касается второго вопроса: ограничение, установленное Ящерами, мешает только перемещению на планету. Отход в соответствии со стандартными правилами Игры и договора о совместном рейде. Решайте.
— Владыка, мы можем с нашим лидером обсудить все услышанное и немного подумать? — попросил крайне сосредоточенный Медж.
— Разумеется, — великодушно кивнул наг. — И ему, и тебе как Мастеру Войны, есть над чем поразмышлять. Но ответ на мое предложение сообщите не позднее, чем через десять часов. Чтобы в случае отказа я успел решить, кого взять вместо вас и как удобнее распорядиться открывшейся возможностью.
В комнате совещаний ненадолго повисла многозначительная тишина, которую, казалось, заполнило шуршание песка в перевернутых склянках часов.
— Понимаю, — подтвердил я и, призывая Книгу, быстро уточнил: — Стандартной клятвы не сообщать полученную информацию никому, кроме тех, кто и так уже ею владеет, достаточно?
— Вполне, — Шепчущий перекинул в инфокристалл несколько общих таблиц с правилами дележа трофеев, снабжения бойцов и списком обязанностей участвующих в рейде кланов и протянул его мне. — Можете включить в число допущенных к информации Саймиру, это для нее. Думаю, она окажется весьма полезной при обсуждении, толковая девочка. А здесь, — он достал еще один кристалл, — более подробная информация о планируемом рейде для тебя с Меджем. При обсуждениях прошу использовать ту же защиту, что и в комнате переговоров, для предотвращения возможной утечки. Про Последний рубеж и его эффекты тоже пока не распространяйтесь.
— Хорошо, — пообещал я, после чего, положив руку на Книгу, начал быстро проговаривать уже не раз произнесенные слова: — Я, Рэнион, лидер клана Проводники Хаоса, обязуюсь…
— Надо соглашаться, Рэн, — устало рыкнул Медж, после чего встал, чтобы размять затекшие лапы. — У нас четыре уже сбитых и подготовленных звезды, прошедших через зачистку Муравейника и крупные сражения на Румии: разведчики Ирарфа из наших старичков, достаточно сильные боевики Скэра из новеньких, не особо уступающая им звезда Ульфреда и неплохо сработавшаяся команда Беддина, пусть они и не дотягивают до средних уровней. Но и другие звезды, хоть и менее опытны в масштабных столкновениях, могут работать под прикрытием ветеранов. Вторая наша звезда младших в Сентварке оставалась в резерве, но сам факт того, что они выбрались без потерь, когда инсекты напали на оперативный штаб Лирины, говорит о многом. Оставшиеся старички под командованием Аваякса, конечно, те еще индивидуалисты и одиночки, но опыт разведчиков Осколков многого стоит. Сборную звезду хоть что-то из себя представляющих Игроков, пришедших в клан за последнюю четверть года, я видел только в условиях обычной зачистки, но их вместе с Аваяксом можно взять как группу поддержки и прикрытия, поставив во второй эшелон. Тренировочную звезду, в которой мы по очереди потихоньку прокачиваем совсем уж нулевых новичков и собирателей, разумеется, в серьезную заварушку брать не стоит, но ее командиру, Мастеру первых шагов, можно было бы и подкинуть дополнительного эмбиента. Тогда вместе с нами тремя и телохранителем Саи как раз заполним все сорок мест, выделенных на наш клан.
Это хороший шанс показать себя и заслужить для Проводников славу тех, кто достаточно силен, чтобы идти первыми в новый мир. Рубилово, конечно, будет жесткое, особенно вначале, пока не возведут полевые укрепления. Но, как наг и сказал, это война. Одни умрут, чтобы другие стали сильнее. Мы ведь и на Румии постоянно смотрим смерти в глаза, хоть и стараемся свести риск к минимуму, а уж в новых условиях… Тут же руководство альянса подстелило соломки, где возможно, при этом у нас хорошие шансы не только прилично заработать, но и поднять по уровню за короткое время, а для новичков — по два-три. Наш клан слишком высоко взлетел, толком не оперившись, поэтому надо как можно скорее подтягивать собственные силы к новому уровню, а то разорвут. Да и нашим принципам это не противоречит, уничтожать злобных тварей и демонов — разве это не то, чего мы хотели, выбирая новый путь для развития?
Друг за прошедший год, взвалив на себя лямку Мастера Войны, заметно изменился. Стал жестче, требовательнее, и к себе, и к остальным. Да и Книга учителей, ведущая путями Безликих, свою роль тоже однозначно сыграла.
— Я не верю нагу, — ответил я, помассировав переносицу.
Откинув голову назад, прикрыл глаза, прервав внутренний диалог с Тайвари, и постарался сосредоточиться на постоянно ускользающем ощущении.
— Не то, чтобы он сказал сегодня хоть слово неправды. Проверить я, конечно, не могу, но подозрения такого у меня не возникает. Другое дело, что практически уверен — дела обстоят не совсем так, как он старается показать. Только в чем именно, я, драть его демоном, понять никак не могу. А еще… Я чуть не сдох в Бездне, отправившись вместе с ним. До этого был Беренхель. Перед ним — паучья банка из спятивших демонов и духов. И каждый раз, как только получаю заслуженные барыши и хочу пустить их в дело, начав действовать самостоятельно, этот змей пытается накинуть на меня новый поводок. Или отправить умирать вместо себя, при этом выбирая все более интересные и экзотичные способы. В последний раз меня чуть не поглотили целиком, Медж, практически сожрав душу вместе с телом. И стоило мне только чудом выбраться, к тому же без помощи нага, как он снова пытается встроить меня в свои планы, опять за меня решает, как мне лучше поступать и действовать. И это тогда, когда у нас и без него все совсем неплохо.
Старый кот сел напротив меня верхом на стул, сложил свои толстые лапы на спинке и очень серьезно посмотрел мне в глаза.
— Предвидение заработало?
Я утвердительно кивнул, а потом наоборот пожал плечами.
— Не знаю. Зудящее ощущение несоответствия и какой-то… пустоты. Вряд ли оно должно работать именно так. Как из всего этого получить хоть какой-то толк?
Медж нахмурился.
— А с интуицией что? Есть ли предчувствие опасности… неминуемой ошибки… смерти…
В каждую сделанную паузу он наблюдал за мной, а я… просто опять пожал плечами.
— Уже хоть что-то, — вздохнул друг и, встав, отошел к проектору с наизусть выученными таблицами.
Мы все какое-то время молчали, переваривая собственные мысли. Но время не бесконечно, и решать все равно придется.
— Не хочу терять своих людей. Ния… ушла. Найти новых кандидатов в клан возможно, но кто поручится, что это не будет шпион, шкатулка с закладками или просто хорошо притворяющийся ублюдок? — я наконец-то сказал это вслух. — Сейчас у нас есть пусть и не особо сильный, но в будущем вполне работоспособный отряд. Потеряем «пятнадцать процентов личного состава»… — перед глазами сама собой встала равнодушная рожа рассуждающего о чужих смертях змея, — … кем мы их заменим?
— Я понимаю тебя, — тихо кивнула Саймира, сидевшая рядом. — Но… разве не глупо будет не воспользоваться результатами тех усилий, что ты уже приложил? Наших общих усилий? Медж не вылезает с тренировочных полигонов и из рейдов по Румии, обкатывая и сбивая звезды. Старики терпят новые правила и, как они говорят, «смерть дела Ул’гана». Но, пусть и неохотно, выполняют твои приказы. Новички пашут, боясь не угодить тебе. Мы вкладываемся в подготовку бойцов, как не каждый младший Дом себе позволяет. Пока, с трудом и большим напрягом, клан сводит концы с концами, но стоит сбавить темп и не получить очередную прибыль… Боюсь, если вовремя не пустить в ход меч, который ковали все это время, он просто развалится. Все должны чувствовать, ради чего стараются.
Голос Сай был выверено спокойным, но в его глубине тоже чувствовались первые отблески стали. Не той, что представляет собой волю идти по жизни дальше, в какое бы дерьмо не макнула судьба, это было и раньше. А звон боевой стали, убивающей врагов и друзей. Анир тоже меняется на своем пути, идя рядом с нами.
— Совместное дело, большой общий рейд, заткнет глотки всем, кто сплетничает, что ты слишком мало уделяешь своего времени клану, почти не участвуя в общих делах. Все не только услышат об очередном личном подвиге своего лидера, но и сами увидят результат, когда Проводники вровень с Великими Домами войдут в новый мир. Да и старики, по-прежнему скулящие о старых временах, наконец заткнутся, лично пощупав, чего мы, все вместе, смогли достичь.
Я неохотно кивнул. Завуалированный упрек, что я почти всю работу с моральным духом клана повесил на хрупкие плечи Мастера Чаш и Весов, был справедлив. Хотя, если честно, девушка лишь наблюдала и подсказывала, направляли же настроения в нужное русло в основном Медж и Ирарф, принявший пост Мастера Слов. Жаль что Скэр, самый сильный боец в клане после нас с котом, на эту роль не подходит — все-таки он наемник, который рано или поздно вернется в свой Дом.
Получив мое, пусть и однобокое, согласие с озвученным утверждением, девушка оживилась, привычно соскользнув в свою стихию:
— Ты знаешь, что место во второй партии на десять бойцов продается кланам за сорок тысяч дайнов? И без выдачи дополнительного снаряжения от альянса. При этом их поправочный коэффициент при дележе добычи будет всего 1,2.
— А у нас сколько? — уточнил я, пропустив при изучении кристалла эту цифру.
— Если пойдем первыми, то удвоенный, — торжествующие улыбнулась Саймира. — Такой только у нас и у Змей. И действовать он будет на всю полученную в ходе захвата Топей добычу. Это признание ваших заслуг при закрытии Врат и неоценимой помощи всему альянсу.
Я неопределенно повел плечом, даже не зная, что сказать. Хорошо, конечно. С удовольствием взял бы и больше, только вот платить головами за дайны не горю желанием. Увидев, что я снова нахмурился, Сай неправильно поняла причину:
— Понимаю, ты зол на нага и у тебя есть все основания для этого. Если хочешь, можешь в этом во всем просто не участвовать, оставшись дома на острове. Мы придумаем с Меджем, что сказать остальным. Старые ранения, разум, нуждающийся в восстановлении после прилива эмбиента…
Вскинув голову, остановил ее взглядом::
— Хорош лидер, отсиживающийся дома, когда его клан завоевывает новый мир! — подобный удар по самолюбию я себе позволить не мог.
Медж, все правильно поняв, довольно хмыкнул и хлопнул меня по плечу.
— Узнаю своего друга! Я так понимаю, можно приступать к планированию предстоящей битвы? — И, дождавшись утвердительного кивка, развернул передо мной тактический планшет. — Пока до конца не ясен полный состав остальных участников, но наше место будет здесь, — он ткнул в одну из трех желтых точек, расположенных в луче условной звезды, изображающей будущий укрепрайон. — Полевых лагерей планируется пять, каждый из них будет прикрывать по сотне бойцов, еще сотня в резерве. Сразу после перемещения предлагаю развернуть полевой госпиталь, трофейная штабная палатка из Сентварка для этого отлично подойдет, она зачарована на совесть, — Медж довольно оскалился, гордый своей добычей. — Она же послужит нам временным складом. А вот своих фортификационных карт у нас нет, остается рассчитывать на то, что сотворит альянс. Нам же, если что, придется поработать ручками и призванными существами, задание как раз для звезд поддержки. Жаль, что нельзя использовать технооружие…
— А смысл от него? — буркнул я. — После боев за Врата у нас все равно почти не осталось боеприпасов, а само оружие нуждается в обслуживании, кое-что и в ремонте. Да и маловато его для такой крупной операции.
— Ну, не совсем так, — довольно хмыкнул друг, потянувшись к кувшину с вином. — Или совсем не так. Я тебе раньше не говорил, хотел сделать сюрприз. Сейчас с оружием у нас как раз все в полном порядке. И патронов, и стволов вполне хватает, даже на сторону можно излишки продать. — И заржал: — Ты бы хоть иногда ходил по клановому дому дальше своего кабинета и Зала встреч, тогда бы знал про появившийся арсенал.
— У нас есть арсенал? — изумлению моему не было предела.
Обвел обоих взглядом, но эти паразиты молчали. Наконец Саймира кивнула и, изобразив великую обиду, недовольно шикнула:
— Теперь есть. Надо было внимательнее читать мои отчеты, тогда бы знал, на что мы тратим дайны, — и, не выдержав, тоже широко улыбнулась.
Веселящийся кот добил:
— У нас их даже два. Одного не хватило.
Одним рывком встав из-за стола, он потянул меня за собой, прочь из кабинета, едва дав собрать комплект артефактных обезьянок. Сам же прихватил кувшин с вином.
Тяжелая дверь, повинуясь ключу главы клана, послушно щелкнула замком и грузно отъехала в сторону, открывая проход в неожиданно просторное помещение. Лампы вспыхнули. Плотные штабеля ящиков, составленные бесконечными рядами, заполняли склад целиком, упираясь в потолок. Медж, подойдя к одному из запыленных контейнеров, откинул крышку вверх, и оттуда показались завернутые в специально пропитанную бумагу тяжелые магазинные винтовки, новый взмах лапы — и из-под крышки выглянули головки минометных снарядов. В следующем штабеле оказались пулеметные ленты, масляно блеснувшие при свете фонаря, а рядом с ними стоял, блестя треногой, явно недавно перебранный зенитный пулемет, намекая на содержание следующего ряда.
— Откуда все это? — ошарашенно спросил я.
— С древнего запечатанного склада на Румии, — хмыкнул котяра, по-детски радуясь моему удивлению. Небось, чувствует себя отомщенным за тот разговор про шесть новых уровней. — Случайно нашли. Кстати, как раз благодаря твоей тактике налаживания контактов с местными. Один дед вспомнил о старой военной базе после того, как мы подлечили его внука. База попала под удар в самом начале вторжения Сеятеля, а потом инсекты там все заразили какой-то особо ядреной отравой. Но мы все равно решили заглянуть. Немного повозились, разгоняя споры, подчистили там все… На поверхности мало что уцелело, а вот под землей было уже поинтереснее. Кстати, с этим нам хорошо помог Скэр. В общем, мы нашли подземные хранилища с вооружениями на целую войсковую бригаду. Бетон, пластик и сталь вполне все сберегли. Правда, за столько лет что-то вышло из строя, даже несмотря на смазку, но большую часть вполне можно будет пустить в дело после расконсервации и проверки. А кое-что можно и восстановить… ну, ты знаешь, как.
Я согласно кивнул, вспомнив про Искру Творца.
— Сейчас все это богатство потихоньку перебирают наши мастера. С Карлом и Кейном они, конечно, не сравнятся, но с этим делом справятся. Так что после отмены запрета на техно мы сможем организовать оборону нашего сектора в Топях, опираясь на этих красавцев, — он кивнул в сторону пулеметов. — А там еще и мин полно, даже ракеты есть и пара сборных платформ на воздушной подушке.
— Планируешь организовать в болотах собственный полноценный лагерь? — заинтересовался я.
— А почему нет? — пожал плечами Медж. — Добра там хватает. За столько-то веков Спящий чего только не натаскал из разных миров. Наверняка там есть, чем поживиться. Тем более, мы там будем не сами по себе, а опираясь на альянс. Если Ящеры таки падут, начнется дележка их бывших владений, и мы сможем себе что-то приличное отхватить.
— Интересно, — задумавшись над словами друга, я принялся барабанить пальцами по крышке ближайшего ящика с оружием.
Какой-нибудь корабль с грузом редких металлов мог бы разом решить все финансовые проблемы клана, позволив, наконец, действовать самостоятельно, а не только опираясь на поддержку нага. И пусть Охотники демонами на самом деле не являются, их так Игроки по привычке называют, но для меня они мало отличимы от тварей бездны, пускать их под нож я готов без всяких колебаний.
В душе, правда, до сих пор сидит застарелый страх перед ними, взращенный годами рейдов, когда мы старались, не привлекая внимания, тихо как мыши добраться до бывшего дома демонолога, и там, забившись в подвале, напряженно ждали перезарядки Компаса… Но после Бездны страх как-то опал, я сражался с демонами на равных и убивал. Они так же смертны, как и любые другие враги, просто чуть сильнее и опасней. Эти твари такие же. И, как правильно сказал мой друг, именно для противостояния подобным отродьям, отравляющим жизни разумных, мы и начали все это, прокладывая новый путь…
Мои размышления неожиданно прервал бумажный журавлик, возникший в воздухе. Он плавно спланировал в протянутую руку и, едва коснувшись пальцев, развернулся в конверт, на котором алела тяжелая сургучная печать. Осторожно коснувшись ее пальцем, скривился от болезненного укола — капелька крови впиталась в магическую вязь, скрывавшую за собой письмо. Я быстро развернул белоснежный листик бумаги и вчитался в его содержимое. После чего посмотрел на Меджа с Саймирой.
— Мне придется покинуть вас на день, срочные дела.
— Турух? — уточнила анир, узнав знакомый герб на письме.
— Он самый, — согласно кивнул. — Дела Лиги, которые нельзя отложить. Начинайте подготовку к рейду. Медж, уверен, ты знаешь, что нужно делать. И направь официальное согласие Шепчущему. Через день я присоединюсь к вам.
— Все в порядке? — быстро крикнул мне друг, пока я не скрылся в коридоре.
— Более чем! — радостно ответил я и направился к двери, ведущей в Двойную Спираль.
— Итак, господа, все вы знаете, зачем мы здесь собрались. Прошу высказать ваше мнение.
Закончив говорить, Турух опустился в свое кресло и обвел взглядом присутствующих. Почти половина кресел вокруг круглого стола пустовала, некоторые занимали ментальные проекции их владельцев. Вживую на заседании присутствовало лишь восемь из сорока действующих членов Капитула братства, остальные воспользовались Ключом.
— Позвольте мне начать первым.
Сэр Гавейн с трудом смог встать со своего места и затем, гордо вскинув голову, оглядел всех присутствующих:
— Я против. Я согласен с тем, что мы допускаем в наши ряды демонов, оборотней и даже вампиров. Как правило, это приносит хороший результат. Думаю, все присутствующие помнят слова отца Келебрина Стального Молота: «Пусть одни твари рвут других, лишь бы их становилось меньше». Мы много лет следовали этому принципу, иногда ошибки случались, но они никогда не были критичными. А все в силу того, что ни один из них никогда не входил в этот совет. Никогда! — громко выделил последнее слово старый рыцарь. — И это позволяло нам избегать действительно серьезных ошибок и предательств. Я понимаю, этот молодой человек, — сухая рука указала на проекцию парня, висящую посреди круглого стола, — сделал очень много. Невероятно много! Я восхищен тем, что ему удалось! И с уверенностью могу сказать, что убийство Бесформенного — это подвиг. Но впустить его в верховный орган Лиги, усадить за круглый стол? — сэр Гавейн неверяще качнул головой. — Такого не было раньше, и я не допущу этого теперь. Выплатите награду, дайте деньги, артефакты, оружие, алхимию, что там еще… но нельзя делать хаосита одним из руководителей Лиги. Это будет прецедент. Дадим слабину, и через сто, двести лет здесь, в Капитуле, будут одни оборотни и вампиры с демонами и прочими монстрами, для истребления которых Лига и была создана. Эти твари могут жить веками и ждать столько же. Меч, созданный смертными для защиты себя, не должен быть отдан в руки бессмертных. Я все сказал.
— Я тоже против.
Сэр Эктор поднялся сразу, едва сэр Гавейн, закончив свою речь, опустился в кресло. Быстро вскочив, хранитель традиций торопливо зачастил, словно опасаясь, что ему не дадут высказать мысль до конца: все уже давно выучили наизусть его однообразные аргументы.
— Я не учитываю внешнюю сторону происходящего, хотя и разделяю опасения сэра Гавейна. Но есть традиции, внутренние протоколы, испытания, в конце концов, которые должен пройти и преодолеть новичок, чтобы стать хотя бы кандидатом в рыцари Лиги. Не выдержан десятилетий ценз в качестве обычного охотника и пятилетний в качестве оруженосца. Ладно, допустим, это еще хоть как-то можно признать малозначимым для достойного кандидата в рыцари. Но вы ведь собираетесь посадить его за Круглый стол! Как насчет испытаний для более высоких должностей? Где необходимый опыт работы знаменосцем или посвященным, который на практике доказал бы, что этот брат готов тратить свое время и силы, должным образом занимаясь порученным делом? При этом не просто преследовать свои цели, охотясь на тварей, а заботиться об интересах Лиги. Готов ли кандидат к ответственности, возлагаемой на маршала или комтура, что формируют Капитул? Имеет ли необходимые знания?
Сделав небольшую паузу, разнервничавшийся хранитель традиций взял себя в руки и уже гораздо спокойнее закончил:
— Достоин или нет этот юноша, — очередной взмах руки в сторону проекции Рэниона, — стать одним из нас, можно определить только как следует изучив его действия на практике. Я требую, чтобы все формальности были соблюдены, а его кандидатура в члены Капитула была рассмотрена позже, по итогам испытаний. Пусть проявит себя в качестве рыцаря, потом ночь в Часовне Отчаяния, чтобы удостовериться в силе его духа, Дорога Мужества, чтобы проверить воинские навыки, и в конце — прения с изъявившими желание участвовать в них членами совета.
— Да не нужен ему весь этот бред, — буркнул, не вставая, сэр Готфри.
— Сэр Готфри! — возмущенно одернул его сэр Эктор. — Наши традиции, они священны! Это узы, что связывают нас всех, помогают не забыть кто мы, к чему стремимся и чему служим.
— А еще они не должны быть кандалами, мешающими развитию и постижению нового, — уверенно ответил маршал. — И если для достижения наших целей в этот совет нужно принять упыря, тролля, оборотня, да хоть гуля, я с радостью первый обниму его. Взгляните на этот стол, на пустые кресла. Наш совет уже лет сто не был в полном составе. Мы стали похожи на безумных стариков, спорим, рассуждаем, следим за соблюдением регламентов, забыв, чему мы на самом деле должны служить. И отвергнуть парня, совершившего ТАКОЕ, по надуманным формальным предлогам, я не позволю.
— Вы не понимаете…
— Нет, это вы не понимаете! — взревел, вскочив, сэр Готфри. — Парень завалил Бесформенного окончательно и бесповоротно! Этой твари больше нет! Ни вы, ни я, ни кто-либо в прошлом не сумел этого сделать. Да мы даже мечтать о подобном не могли. А он сделал, прошел путь, на который мы и встать не осмелились. И вместо благодарности мы сидим, скулим как жалкие псы, завидуя чужой силе и славе. Я говорил с ним, я испытал его, и я утверждаю, что он достоин сидеть за этим столом даже больше, чем некоторые из здесь присутствующих.
— Это вы о ком говорите⁈ — закричал сэр Эктор, потянувшись к рукояти меча.
— Спокойно, господа. Я не спорю с тем, что вы сказали, сэр Готфри, Лига должна двигаться вперед, — сэр Хельмут, привстав, заговорил размеренно и веско, стараясь разрядить обстановку. — Но кто может ручаться за то, что Рэнион не является агентом Владык демонических Домов или проводником воли темных божеств? Да, Ключ проверил, что данный брат не адепт Тьмы, но это не означает, что он не может с ними сотрудничать. Он уже служит одному из наших извечных врагов, Повелителю Игры. Кто знает, может, среди его хозяев числятся и другие. И даже убийство Бесформенного, безусловный подвиг, не спорю, но все же… это могло бы быть чьим-то ходом в большой игре. Мы знаем, что на Румии хаоситы сражались в основном за свои интересы, а не ради спасения мира. Весь этот конфликт, связанный с открытием Врат, вообще во многом стал следствием их внутренних разборок и войн. К тому же, как мы знаем, кандидат весьма плотно сотрудничает с Шепчущим, входит в его ближайшую свиту. Этот змей опасен, коварен и умен, не зря он один из наиболее разыскиваемых преступников во вселенной. И если принять в Капитул его протеже… Кто может гарантировать, что Рэнион не будет служить Шепчущему или иным неизвестным нам силам?
— Господа, — громко прервав спор, Турух взял себе слово. — Прежде, чем выдвинуть данного кандидата на рассмотрение, я получил такие поручительства, которыми сложно пренебречь. Он не служит запретным силам или темным богам и, думаю, никто из присутствующих не сможет поставить это под сомнение.
— И кто же предоставил вам подобные доказательства? — с ухмылкой спросил сэр Эктор. — Смеющийся Господин?
— Отец Света.
Тишину, вмиг задавившую все обсуждения и шепотки, можно было почувствовать кожей. Ни движения, ни вздоха. Сэр Хельмут даже забыл сесть, так и застыв над креслом.
По взмаху руки прочистившего горло архимага изображение обсуждаемого кандидата пропало, а на освободившемся месте возник слепок ауры Рэна.
— Прошу взглянуть на его правую руку, — попросил Турух, — и увидеть силу, бушующую в ней, а также символ того, кто ее оставил. Если Он доверил Рэниону такую мощь, то кто я такой, чтобы сомневаться в Его решении?
— Это невозможно… — сэр Гавейн, ярый противник монстров в совете, несколько секунд неверяще смотрел перед собой, затем откинулся на спинку кресла, ссутулившись, и опустил голову. — У меня больше нет сомнений или возражений.
— Я свои также снимаю. Не мне спорить с Его волей, — сэр Хельмут, замолчав, осенил себя символом Паладиуса. — Могу я уточнить, — он указал на Руку Света, — он получил это там, в Бездне?
— Да, — кивнул маг. — Хотя, как недавно выяснилось, он и раньше был отмечен Его символом и волей.
— Тогда больше вопросов у меня нет, — быстро произнес комтур «Белой розы», одного из самых сложных для взаимодействия регионов влияния Лиги.
— Еще у кого-то они остались? — спросил Турух, обведя взглядом присутствующих. И, услышав в ответ лишь почтительную тишину, громко произнес: — Прошу приступить к голосованию.
— Двадцать два голоса «за». Двое «против». Решение принято, — подвел итог Тималох, выступавший секретарем собрания.
— Господа! — сэр Эктор, поспешно встав из-за стола, быстро заговорил, пока остальные не успели разойтись или не отключили свои ментальные проекции. — Мы решили отойти от традиций, приняв в наши ряды того, кто не прошел по всей лестнице рангов, подняв кандидата сразу на четыре ступени. Что раньше было недопустимо. Отказались от ученичества, ночи бдения, остальных испытаний. Хорошо. Да будет так. Я согласен. Но тогда пусть хотя бы посвящение в рыцари кандидат пройдет в Зале Памяти, пусть предшественники решат, достоин ли он быть среди нас…
— И что меня там ждет? — с сомнением уточнил я, разглядывая пустоту уходящего в темноту коридора.
Когда получил письмо архимага, сообщающее о том, что он и еще несколько уважаемых членов Лиги предложили расширить мою награду за выполненную миссию, и для этого нужно представить меня Капитулу братства, речь шла, как я понял, скорее о формальности. Сейчас же меня начали одолевать сомнения. Ввели какое-то дополнительное испытание перед посвящением в рыцари, хотя я это звание должен был получить и так, за сам факт завершения задания. Что еще они придумают, куда пошлют? И стоит ли это все того?
— Ничего такого, что угрожало бы твоей жизни, здоровью или разуму, — успокаивающе ответил Турух. — Мне удалось обойти многие лишние формальности и традиции, но полностью отказаться от них нельзя. Иначе это поставило бы под сомнение твою готовность быть одним из нас и служить делу Лиги на столь высокой должности, как комтур «Двойной Спирали». Посвящение же в рыцари, проведенное по древнему канону, покажет соответствие твоих убеждений духу Лиги. Тебе нужно всего лишь пройти по этому коридору и дать ответ на один простой вопрос. От которого и будет зависеть, состоится посвящение или нет. Но это все, что я могу сказать сейчас. А теперь иди! Я уверен, у тебя все получится, — довольный маг ободряюще хлопнул меня по плечу, после чего шагнул назад и прикрыл за собой дверь.
Странно это все… Из простой формальной процедуры посвящение в рыцари внезапно стало чем-то бо́льшим и значимым. Прислушавшись к интуиции и не получив никаких подсказок, я пожал плечами и решительно направился вперед. Чем быстрее пройду коридор, тем скорее закончу со всеми заморочками.
Звук шагов гулко отражался от пустых стен, начало пути утонуло в темноте так же, как и его конец, что и не думал приближаться. Я неопределенно хмыкнул: любят же в Лиге играться с расширением пространства! Идти становилось невыразимо скучно, вроде и важный момент, но я ощущал лишь глухое раздражение от происходящего… Неожиданно задумался: а сколько было в моей жизни таких шагов, когда я раз за разом ломал себя, заставляя идти вперед, к цели, даже если та была совсем не видна? И когда я сделал тот, самый первый и, наверное, самый важный?
…Врата Хаоса. Они звали, переливаясь и мерцая в десятке шагов от меня. Вначале они показались мне миражом, обманом зрения после уроков боли и послушания, где мне методично калечили тело и ломали волю. Профессионально делали из меня послушную куклу, для которой главная радость в жизни — умереть ради господина, приняв на себя проклятия и смерть предназначенные ему… А что хуже всего, тот огрызок человека, который от меня планировали оставить, из-за насильственной привязки до конца своих дней должен был искренне любить того, кто обрек его на эту участь!
Как же я ненавидел их всех! Я не сделал никому ничего плохого. Просто хотел жить. В конце концов, мой отец ведь был с ними одной крови! Но со мной обращались хуже, чем с рабом-тенейцем, и я желал хотя бы сдохнуть на зло им всем. Только проклятый ошейник не давал сделать даже этого… И тут это нечто, зовущее к себе, обещающее перемены, силу, власть, еще какую-то чушь… не их я искал, когда нырнул головой вперед в радужную дымку, надеясь, что это не сон и не очередная проверка…
А чего я хотел?
Наверное, легкой смерти. А в идеале — чтобы не было так, как сейчас.
Потом были и другие шаги. Память услужливо разворачивает картины прошлого, того, которым я не горжусь и не хочу вспоминать. Будни собирателя и копателя, в них не было ничего особенного, но был бесхитростный юнец, считавший, что боги избрали его спасителем своего мира. Великие мечты и идущая кругом голова от развернувшихся перспектив: власть, могущество, возвращение на Нею, и я, в блеске славы, изгоняющий захватчиков в ту бездну, из которой они пролезли в наш дом… Наивные грезы глупого мальчишки.
Потом отрезвляюще тяжелые будни и понимание, насколько невозможный, почти недостижимый путь мне предстоит пройти, чтобы однажды оказаться на той самой вершине. И сколько для этого потребуется веков… Тогда я и заключил свой первый контракт с демонами. И был счастлив, увидев головы своих родственников у моих ног. Была ли это месть? Да. А еще справедливость. Судьба никогда не настигнет палачей, если не взять ее в свои руки и не направить в нужную сторону.
Еще шаг. Мне кажется, я уже несколько часов бреду по этому однообразному коридору и лишь воспоминания составляют мне компанию. Ну что ж, не самое худшее общество. Хотя мое бытие наемником я хотел бы забыть как страшный сон. Стыд за те дни готов обглодать меня до костей. И теперь, после Чертогов разума, помнить приходится все до последнего часа. Смерть, кровь, алкоголь, чтобы залить муки совести, а потом и зелья забвения, когда алкоголь перестал справляться.
Шагать стало труднее… Воспоминания прошлого начинают давить, лишая сил, вызывая апатию и равнодушие, мешающие идти вперед… Одни бои сменяются другими, отчаянье и непонимание того, что делать дальше, что вообще меня ждет. Я не хотел такой жизни. И все же не мог вырваться из этого проклятого круговорота рейдов и смертей.
Эйрен. Именно она тогда стала для меня спасительным лучом, показала, что можно жить по-другому. Пытаться бороться за себя вопреки всему и всем, к чему-то стремиться… И тот рейд… Тот, что должен был стать для нас последним, после чего мы хотели выйти из Клинков. И потому нас и оставили прикрывать отход, сейчас я это понимаю весьма четко. Какая-то тварь нас сдала!
На секунду я замер. Стало невыносимо тяжело дышать. Груз прошлого продолжал давить, несмотря на прошедшие годы и новые узелки судьбы, бередя раны в душе… И все же, лезвия воспоминаний уже не так остры, как на Турнире тысячелетия, испытание разума сумело многое изменить, драконы памяти получили свою жертву, а я — прощение, хотя бы от самого себя. И право жить дальше. Мой разум больше не зияет провалами разбитых зеркал, я знаю, что сделал немало плохого, но ведь было же и хорошее!
Решившись, я шагнул вперед, вновь двинувшись по этому нескончаемому коридору.
Черные Пески. Ю-мари. Беренхель. Если бы не я, та бесконечная бойня живых и мертвых продолжалась бы до сих пор. А скольких еще успела бы убить Ундина? И что случилось бы, если б я не остановил демона у священной Чаши с кровью Аредиуса на Суде богов? Ответ очевиден: тот мир бы пал. А Румия и мой поход в Бездну? Без меня наг бы не справился, а я отлично видел, что происходит с обрушенными туда мирами… Мысли о последнем рейде заставили меня болезненно скривиться: воспоминания были еще слишком свежи, и все же… Я там был, ступил туда, откуда почти нет возврата, и сделал это не ради денег, власти, уникальных вещей, а в первую очередь ради спасения тех, кто сам не может себя защитить.
Трудно мне как-то… Ноги продолжают нести вперед, а память раз за разом поднимает картины прошлого. Чаще всего болезненные или тяжелые, редко мелькает что-то светлое. Старые друзья, новые враги всплывают из глубин разума, чтобы затем тут же исчезнуть, уступив место очередным волнам воспоминаний. Они бьются о мою душу, как растревоженный бурей океан, разлетаясь брызгами недодуманных и неоформленных мыслей. Последние годы были и вовсе безумными, бесконечные испытания Игры и самой жизни, хотя и теплые чувства появляются чаще, но их приходится беречь пуще любых сокровищ, так легко их выстудить и потерять…
Да когда же этот путь прекратится⁈
Окончательно выдохшись, опустошенный, я яростно тряхнул головой, прогоняя очередные образы прошлого. Надоело! Я должен завершить все как можно скорее и вернуться к подготовке нового рейда, а не заниматься бесконечным самокопанием. Может, повернуть назад, плюнув на все эти титулы, звания… Разве их я хотел? Нет. Ответ пришел мгновенно. А зачем я тогда продолжаю идти вперед, почему не сдаюсь? А вот тут уже так быстро понять себя не получилось. Пришлось снова замереть, чтобы найти ответ, к чему же я иду.
Я не ищу пустых титулов и новых регалий, плевать на них. Но мне нужны возможности, которые они дают. Чтобы влиять на события и судьбы, чтобы суметь помочь тем, кому это возможно, и не оставлять в беде тех, кто не способен защитить себя сам. Я не безупречный рыцарь с картинок и легенд прошлого. Но четко понял одно: добро должно быть с кулаками, справедливость и милосердие — в каждом из нас, а чтобы правда восторжествовала, иногда судьбу надо брать в свои руки, не доверяя ее никому другому. И мои руки точно не хуже рук тех, кто голосовал сегодня на совете. Во всяком случае, никто из них никогда не спускался в Бездну и не сражался с Бесформенным. А значит, и право быть одним из них я имею.
Что-то внезапно изменилось. Приподняв голову, я с удивлением увидел, что перешагнул порог, выйдя из проклятого коридора в наполненный теплым светом зал. Его стены были покрыты искусными фресками, разворачивающими картины прошлого Лиги, а в центре стоял небольшой алтарь с серебристым мечом. И больше ничего и никого.
Я с любопытством огляделся по сторонам, не зная, что делать дальше. Взгляд невольно зацепился за ближайшие фрески. Сцены битв, реалистичные в своей неприглядности, передающие обнаженные чувства и непреклонную волю их участников. Поверженные демоны, убитые драконы, пожарища и болота. Бескрайние поля, заваленные телами до самого горизонта. Проснувшееся любопытство не давало оторваться, заставляя переходить от одной картины к другой. Битвы менялись, как и миры, в которых они проходили. Победы, поражения — стены честно раскрывали перед зрителем свершившуюся историю. А это, кажется, одно из сражений за Огненные врата: торжествующие легионы демонов маршируют сквозь алую пелену, вступая в захваченный мир — и тела защитников, не сумевших их остановить, под копытами завоевателей. Люди, антропоморфы, дриады и даже наги… чуть вдали виднеются крохотные отряды отступающих защитников, ищущих спасения в радужных порталах.
— Тот день чуть не стал концом всего, — мрачный голос раздался из-за спины. Я мгновенно развернулся и обнаружил рядом с собой полупрозрачного великана, превосходящего меня ростом раза в три. Застыв неподвижно, он с печалью в глазах смотрел на картину, перед которой я остановился. — Три четверти братьев пало в тот день. Мы сделали все, чтобы их остановить, но… — призрак печально качнул головой, — … в тот раз этого оказалось мало. Очищающие почти перестали существовать, все разваливалось, рассыпалось… Это было так тяжело, мучительно наблюдать. Я бесконечно винил себя тогда. В итоге я больше не смог вести Лигу дальше и отдал это право тем, кто достоин…
Не зная, что сказать, я замер перед великаном. Томительное молчание не думало прерываться, и в какой-то момент я все же тихо произнес:
— Бесформенного больше нет. Вечный Привратник мертв. Павшие отомщены.
— Я знаю, малыш, — бывший глава Лиги, устало улыбнувшись, сделал шаг ко мне. — Умирая, я дал себе обещание, что еще увижу тот день, когда кто-то из братьев покончит с этой тварью и я смогу поприветствовать его среди нас. Мое ожидание завершено. Теперь я могу покинуть этот мир, но прежде чем это сделать… — могучая рука подхватила меч с алтаря, лезвие клинка сверкнуло в падающем сверху луче света… и коснулось одного моего плеча, а затем второго.
— Я, Саттур Марох, великий магистр Лиги, заявляю всем и каждому, что ты достоин быть одним из нас!
Громоподобный глас исполина разнесся по залу. По левую и правую руку от него возникли шеренги призраков, что, глядя на меня, все как один, молчаливо склонили головы в поклоне равному, а потревоженные пылинки взметнулись и затанцевали в расширившемся столбе света.
— Теперь ты рыцарь Лиги. Более того, ты достоин служить примером и вести за собой других рыцарей! В знак этого я дарую тебе герб и право на личное знамя, — великан сорвал со своего пальца тяжелый перстень, вмиг ставший материальным, и протянул его мне. — Надень и носи с гордостью и честью. Отныне ты сэр Рэнион Бесстрашный!!!
Последние слова эхом отразились от стен, Саттур радостно улыбнулся мне и его фигура начала исчезать, сливаясь со светом, а тени прошлого вновь отступили, растворившись в стенах.
— Будь достоин… — тихий шепот прощальных слов. И я снова один.
Хотя нет, на одной из стен появилась новая картина: горящий Акш’дхар, легионы мертвых на улицах города, демоны, сцепившееся друг с другом, беснующаяся в небе Дикая охота. И яркий столб Света возле Огненных врат, рвущийся к небесам…
«Что ж, кажется, и я что-то оставил на память для потомков», — невольно улыбнулся я.
Пора.
— Саттур Марох наконец-то обрел покой, — сэр Эктор, хранитель традиций Лиги, со светлой печалью склонил голову, отдавая дань уважения герою прошлого. — Мне казалось, этот день не наступит никогда. И когда-нибудь нам придется изгнать его призрак, чтобы он, утратив разум и память, не стал опасен для остальных… Теперь можно перестать ежегодно обновлять печати на Зале Памяти.
— Ему пришлось долго ждать. И все же этот момент наступил, — Турух отвел взгляд от проекции на столе. — Он один из нас, и не важно, жив он или мертв, пока еще была хоть какая-то возможность, надо было дать ему шанс уйти достойно, завершив все дела. Чтобы Река душ приняла его легко и не была сурова. Он заслужил это.
Архимаг, кивнув сам себе, довольно погладил бороду. А потом хитро глянул на своего самого упрямого оппонента в совете:
— Кстати, Саттур не просто посвятил Рэниона в рыцари, а сразу сделал его знаменосцем, подняв еще на один ранг. Так что теперь от звания комтура его отделяет всего одна ступень, а не четыре. Почти все, как ты хотел, сэр Эктор, можешь вносить запись о введении его в Капитул Лиги со спокойной душой.
— Думал, все будет несколько проще. Всего лишь пройти по коридору и ответить на один вопрос, а в итоге, чувствую себя, будто из меня снова вытащили душу и кое-как запихали обратно.
Я сделал большой глоток из винного бокала и с сомнением посмотрел на перстень, подаренный призраком великана.
Уставший Турух присел в кресло напротив, тоже налив себе немного вина. Он невольно засмотрелся на драгоценный символ, что юноша так небрежно крутил в руках. В золотой оправе печатного кольца сверкал алый камень, что отныне хранил герб хаосита: черную поверхность монолитных врат разрезал золотистый луч света. Символ подвига, совершенного им.
— Я понимаю, — вздохнул архимаг. — Это был непростой для всех нас день, но он был очень важен. Лига должна меняться, трансформироваться, сохраняя свою суть и цель, для которой была создана. Нельзя отвергать возможные перемены, они неизбежный спутник развития. Традиции, правила, безусловно, важны, ибо позволяют сохранять устои братства, но при этом устаревшие требования не должны мешать Лиге расти и приспосабливаться к новым условиям. И сегодня был создан прецедент, очень важный и, самое главное, нужный.
Глава Лиги, сделав неразличимо быстрый пасс пальцами, заставил появиться в воздухе череду изображений. Ткнув в первое попавшееся, он увеличил портрет.
— Рульф Серебряный Клык, вожак клана белых волков, один из достойнейших членов Лиги. По сути, он живое воплощение наших идеалов и принципов. Во главе своего отряда зачистил больше трех тысяч оборотней, не умевших контролировать свою звериную суть, убил безумного «Короля ликантропов», распространявшего заразу с ошеломляющей скоростью, снял проклятье Гнилолесья… Я мог бы весь вечер перечислять его свершения, и этого времени нам бы все равно не хватило. Отличный боец и опытнейший военачальник, практически, готовый маршал братства. И тем не менее, из-за старых традиций он не может войти в Капитул, звание рыцаря — его потолок. Ди, Келар, Тузер, Шаливар… — новые портреты подплывали ближе и раскрывались, повинуясь воле мага. — Это достойнейшие из братьев, доказавшие свою преданность Лиге в сотнях битв на протяжении веков. Но из-за таких, как Эктор, мы не могли принять их в совет. А теперь ты открыл дорогу для всех них, создав Прецедент. Ты совершил Деяние, значимость которого оспорить невозможно. Благословение же Паладиуса, про которое ты рассказал сэру Готфри, доказывая, что не служишь Тьме, и вовсе лишило противников твоего вступления в совет всех аргументов. Посвящение в Зале Памяти было последней попыткой тебе помешать. Но я знал, что ты справишься.
Турух, отсалютовав мне бокалом, сделал глубокий глоток и удовлетворенно кивнул.
— Ты говорил, что для тебя время дорого, поэтому предлагаю вернуться к делам. Сегодня же Орден Порядка, Синдикат Убийц, а также биржа наемников в Городе-в-Пустоте получат официальное уведомление о том, что ты теперь рыцарь и комтур Лиги. И любые действия, направленные против тебя, находятся под запретом. С Орденом Порядка мы сотрудничаем достаточно давно, так что с их стороны для тебя проблем быть не должно. В случае нарушений, совершенных тобой, они обязаны официально известить нас. Мы рассмотрим все детали, связанные с обвинением, на заседании Капитула и в случае признания твоей вины сами же и накажем. С Синдикатом Убийц ситуация несколько отличается и напоминает скорее вооруженный нейтралитет. Мы с ними достаточно долго вели войну, почти два века взаимно истребляя друг друга, что стоило и Лиге, и Синдикату немалого количества жизней, в итоге нам пришлось договориться о ненападении. С биржей наемников ситуация примерно та же. Официально заказ на устранение тебя они принимать не будут. Это, конечно, не помешает разместить заказ на твое убийство, скажем так, в частном порядке. В Городе-в-Пустоте хватает посредников. И все же, часть возможных угроз от тебя это отведет. Одно дело убить никому неизвестного хаосита, другое — пытаться устранить рыцаря Лиги и члена совета. На такое не каждый решится.
— А что с теми нападениями, что уже были? — уточнил я, размышляя над услышанным.
— Здесь у меня для тебя есть хорошие новости. Нам удалось определить заказчиков нападения в кафе. Ты с ними, скорее всего, не знаком.
В воздухе над столом возникла проекция двухголового огра, угрюмо смотрящего перед собой.
— Братья Балтон, более восьми сотен лет занимаются в Городе-в-Пустоте различными сомнительными делами, выполняя поручения для всех, кто достаточно богат, чтобы оплатить их услуги. У их «фирмы» очень богатый опыт в исполнении щекотливых заказов, а для себя они и вовсе расстарались. В другой раз найти истинного виновника бы не вышло, но тут, на твою удачу, сложилось сразу несколько факторов. Благодаря твоей нестандартной метке, на которую не было рассчитано ни оборудование, ни комплекс маскирующих и очищающих заклятий, мы смогли задержать исполнителя по горячим следам. В итоге тот сдал посредника слишком быстро для такого рода случаев. Это позволило подключить ряд заинтересованных лиц и даже кое-кого из Семей города. Когда же стало ясно, что, возможно, удастся прищучить братьев, к делу подтянулись все, кто имел на них зуб. В итоге вина огра Балтон и Балтон доказана.
С рабочего стола к нам слетела небольшая папка, в которой я обнаружил решение суда. Хозяин же кабинета продолжал раскрывать подробности истории, отвлекая меня от занимательного документа.
— Ты им не так давно здорово насолил, сорвав крупный заказ, связанный с пробуждением великого огненного духа в одном отдаленном мире, чем их крайне расстроил, оставив без гонорара и серьезно подмочив репутацию: как же, третий невыполненный контракт за все время существования компании. Такое они не прощают. Но достать тебя в Двойной Спирали почти невозможно, а вот в Городе-в-Пустоте — другое дело. Из канцелярии мэра им намекнули про неуживчивого хаосита, владеющего ценной недвижимостью. Граждан города как бы не принято убивать, но в твоем случае братья решили пойти на риск, особенно, когда опознали в тебе того самого человека, что помешал им с выполнением контракта. Смерть Игрока легко списать на внутренние разборки, а дальше им оставалось лишь завладеть ключом от дома. В морге уже ждали их люди. В общем, месть и компенсация убытков в одном флаконе. Они давно хотели заполучить собственную недвижимость под представительство конторы, а тут такой шикарный вариант, как Дом Тайн… Тебя вели с первых минут появления в городе, и когда представился подходящий момент, атаковали. Все было выполнено достаточно хорошо, но кроме недооценки твоих сил они сделали еще одну серьезную ошибку — не учли, что ты охотник Лиги, а мы нападения на членов братства не прощаем.
Взгляд архимага стал холоднее пустоты, что окружала город, даже меня пробрало, хотя я и не думал никогда причинять вред кому-либо из Очищающих.
— К сожалению, самих братьев взять не удалось, их успели предупредить, и они сбежали из города сразу после того, как мы взяли посредника. По факту нападения состоялся суд, — Турух кивнул на папку у меня на коленях, — Лига приняла в нем участие вместо тебя. Братьям Балтон было предложено явиться на него и опровергнуть предъявленные им обвинения. Конечно, в суде они так и не появились и были признаны виновными в попытке убийства члена Лиги и уважаемого гражданина Города-в-Пустоте. — Обе головы огра приговорены к смерти, а вся принадлежащая им собственность, включая денежные средства — конфискованы. После выплаты пострадавшим во время нападения и компенсации издержек Города на восстановление разрушений, все оставшееся будет передано тебе. Правда, там останется не так уж и много: при побеге братья Балтон успели обналичить счета и прихватить все самое ценное с собой, но как минимум права аренды на их офис, мебель, офисная техника и прочее, — Турух, перелистнув несколько документов в папке, указал мне на небольшой перечень, — переходят в твою собственность. Рекомендую нанять хорошего детектива для поиска другого ценного имущества. Уверен, тут еще есть что поискать.
— Может, подскажете, к кому обратиться? — поинтересовался я. — Деньги мне сейчас не помешают.
Собеседник задумался на секунду, а затем из стола по щелчку пальцев вылетела небольшая визитка, покрытая серебристым тиснением.
— Одиссей Фокс, один из лучших в своем деле. К тому же для членов Лиги делает хорошую скидку. Можешь связаться с ним.
— Спасибо, — кивнул я, убрав кусочек пластика в карман.
— Теперь что касается Саймиры, — Турух печально качнул головой. — Здесь все сложно. К сожалению, сама она не смогла нам подсказать, кому могла перейти дорогу, а отследить хотя бы исполнителя у нас не вышло. Все было сделано очень профессионально: письмо самоуничтожилось, установить, кто создал ментальный конструкт, не удалось. Скорее всего, маг, сотворивший его, в Городе-в-Пустоте просто не проживает. Все как-то странно и очень запутанно. Возможно, таким образом пытались атаковать тебя, нанеся удар по близкому для тебя человеку, более уязвимому по сравнению с тобой. Убийство дорогого сердцу существа — это боль, дезориентация, нежелание жить дальше. Хороший шанс достать того, кто для тебя пока неуязвим. Сложно сказать наверняка, но я думаю, заказчика атаки нужно искать в Двойной Спирали.
Я задумчиво покивал. Пока вопросов больше чем ответов. Может, Турух прав, и просто целились в меня, а попали в нее? Те же братья-огры, особенно если следили давно. Про мою неуязвимость к менталу они знать не знали. Рекламка-маркер на разбор корреспонденции из ящика могла неделями лежать в доме, а независимый исполнитель все это время ждал сигнала. Страницы злосчастного письма, по словам Ррау, были пустыми, значит ментальный конструкт, подвешенный на анир во дворе дома, был универсальным и самостоятельно подстраивался под жертву. А еще услуги по уничтожению нового хозяина Дома Тайн могли быть давным-давно оплачены другими претендентами на владение, а исполнитель только сейчас смог выполнить заказ…
— Что ж, с этим все, — напомнил о себе Турух, привлекая мое внимание. — У тебя еще есть вопросы?
— Да. Саймира обращалась через вас за помощью к демону-очищающему, чтобы тот помог разыскать меня в Бездне, у Проводников перед ним остался незакрытый долг. Мы планируем совершить вылазку в Топи Тлат’нока, призвать его там. Заодно я просмотрел единую книгу заказов Лиги по этому региону, и там обнаружилось одно необычное поручение — узнать судьбу или спасти крейсер Ордена Порядка, который может оказаться на этой планете: Спящий бог переносит туда корабли и не только их со всей вселенной. Только просто так принять это задание нельзя, какой бы ранг в братстве у тебя ни был, требуется разрешение от руководства. Да и подробности в книге не раскрыты. Не могли бы вы уделить немного своего времени и рассказать…
Турух нетерпеливо махнул рукой, останавливая меня.
— Я понял. Дай подумать… — он огладил бороду, что-то вспоминая. — Да, было нечто подобное. Планета Хищных Туманов, да? Интересное место… И крайне опасное, судя по слухам.
По взмаху руки на полке книжного шкафа появился весьма объемный том, спустя секунду он взлетел в воздух и плюхнулся на журнальный столик перед архимагом. Тот принялся быстро переворачивать страницы, иногда пропуская целые разделы, пока не замер над одним листом, заполненным мелким убористым шрифтом.
— Вот. Действительно, у нас есть один очень старый заказ, размещенный Орденом Порядка, даже не заказ, а скорее просьба. С настолько расплывчатыми вводными, что мы даже не пытались этим заняться. Примерно лет двести назад у них при проведении исследования отдаленного сектора галактики пропал крейсер дальней разведки «Небесный сокол». Спустя сорок лет после пропажи была случайно найдена капсула-маяк, сброшенная с корабля в момент исчезновения — капитан приказал отстрелить дублирующий черный ящик. После расшифровки его данных ученые отметили странные изменения пространства и времени, происходившие вокруг «Сокола». Так как ни записей о повреждениях, ни обломков найдено не было, комиссия сделала вывод о принудительном переносе. Было высказано несколько различных предположений о его природе, но ни одно из них не привело к обнаружению крейсера. По одной из версий ученых, некоторые внешние признаки аномалии, поглотившей крейсер, соответствуют порталу Спящего бога, с помощью которого он переносит жертв в свой мир.
Попросив у меня описание Топей Тлат’нока, маг сверил его со страницами своей книги.
— Да, похоже, этот твой мир и Планета Хищных Туманов — одно и то же место, «Сокол» теоретически может быть там. Тогда к особенностям задания. Орден просил нас, если это возможно, установить судьбу корабля и его экипажа, в этом нет ничего необычного. Тонкость в том, что большая часть членов исследовательской команды во время разведки находилась в капсулах криосна и, возможно, они еще живы, если корпус крейсера остался герметичен, ресурс жизнеобеспечения там огромный. Поэтому-то задание и нельзя принять в автоматическом режиме: необдуманные действия в случае обнаружения цели могут привести к гибели экипажа, спасатели должны как минимум пройти необходимый инструктаж и иметь возможности эвакуировать капсулы или разбуженных сотрудников Ордена. Да и сам корабль… — тут архимаг немного замялся, но потом, критически оглядев меня, все-таки продолжил: — Орденцы опасаются утечки своих секретов и технологий и хотели бы его уничтожить, если не удастся вернуть. Эту часть поручения кому попало не выдашь, но тебе я доверяю, ты не станешь подвергать разумных ненужному риску. А так, Хранители равновесия готовы щедро заплатить за возвращение либо уничтожение «Небесного сокола» и спасение его экипажа. Ты ведь сможешь доставить суров с той планеты, если их найдешь?
Дождавшись моего кивка Турух встал и, подойдя к стене, открыл проявившийся сейф, откуда извлек синий диск с эмблемой Ордена Порядка. Несколько нажатий в разных местах — и у него в руках уже две одинаковые копии.
— Это карта-ключ, которая откроет тебе путь внутрь «Сокола», а также с ее помощью ты сможешь запустить программу самоликвидации корабля, если это потребуется. В нем содержится подробная инструкция, ознакомься с нею в обязательном порядке, чтобы не вызвать непредвиденных последствий.
— Главное, чтобы корабль не взорвался вместе со мной, стоит мне
— Не должен, — качнул головой Турух. — Представитель Ордена отдельно заверил меня в этом. Для получения награды проведешь фиксацию обнаружения корабля и его самоуничтожения с помощью своего медальона охотника Лиги, а также вернешь ключ-диск мне или заказчикам.
— А какова награда? — закономерно заинтересовался я. В принципе, задание интересное. Кроме того, раз мы все равно окажемся в Топях, то дополнительных рисков оно, вроде бы, не несет. А на корабле с помощью Скэра можно будет разжиться стандартным, но весьма полезным полевым снаряжением, раз Орден Порядка все равно решил его уничтожить. Главное не лезть в архивы данных и режимные хранилища, да и вообще держать ученого-рэбера на коротком поводке, а то будет как с Сеятелем инсектов, или же этот подозрительный ключ настучит на меня своим хозяевам…
— Пятьсот тысяч универсумов, — охотно ответили мне. — Сумма приличная, но сам понимаешь, насколько сложно нам было ее получить. Даже просто попасть в вотчину Спящего бога уже очень непросто. Но главная проблема — выбраться обратно. Искажающее поле вокруг планеты мешает любым попыткам как спуститься на поверхность, так и взлететь с нее. Имей это ввиду, когда будешь планировать спасение экипажа. Потому ни Орден, ни Лига за все эти годы даже не пытались что-либо предпринять в этом направлении. Да и потом, лазить в поисках корабля по болотам, кишащим отродьями Тлат’нока и всевозможными мутировавшими тварями, не зная даже толком, есть ли там корабль или нет, а тем более обыскивать ради этого целую планету… Сам понимаешь, задача выглядит весьма сомнительной. Но может, повезет тебе. Благо, проблем с доступом к миру у тебя нет. Кстати, о деньгах…
Чуть прокашлявшись, Турух встал передо мной и, заложив руки за спину, торжественно произнес:
— От имени Лиги я признаю выполненным твой контракт на закрытие Огненных врат и уничтожение Бесформенного. Выполненным полностью и абсолютно безукоризненно, с последующей выплатой положенного вознаграждения.
На стол предо мной легла небольшая черная карточка с символом Лиги.
— Двести тысяч универсумов, как я и обещал. По этой карте ты сможешь получить свои деньги в любом из банков Города-в-Пустоте или оплачивать с ее помощью покупки.
— Хорошо, спасибо, — довольно кивнул я, убирая карточку к себе в сумку.
Наконец-то тактика диверсификации начинает приносить свои плоды. Благодаря взаимодействию с Лигой я смог получить не только уникальное снаряжение и качественные зелья, что помогли выжить в Бездне, но и дополнительные деньги за выполнение того же задания, что было уже оплачено нагом. Приятно.
— Прежде чем вас покинуть, если позволите, у меня есть к вам еще одна небольшая просьба. Мне нужен выход на мастера-артефактора высочайшего класса, лучше всего на кого-то из посвященных богу Даралайну, в идеале, одного из его учеников. Во время боев в Бездне мне достались кое-какие артефакты, и не все из них у меня получилось распознать. Хотелось бы получить по ним информацию и, возможно, на их основе создать что-то для себя. Это возможно?
— С этим сложно, Рэн, — архимаг, снова устроившийся в кресле, откинулся назад и задумчиво прикусил ус. — Я так понимаю, тебе нужен мастер уровня «Творец», а таких ну очень мало. Даралайн берет в ученики только дварфов, а те…— он качнул головой, — либо завалены заказами на сотни лет вперед, либо к ним не подступиться обычным смертным. Гайвар, Рудомур — с этими богами еще сложнее. Один потребует такую плату, внеся которую ты вряд ли сможешь остаться рыцарем Лиги. Там, только чтобы тебя услышали, нужно гекатомбы из разумных жертв сложить, не говоря уже о том, чтобы он что-то сделал или дал разрешение своим ученикам тебе помочь. А Рудомур, он пропал, и давно не отвечает на обращенные к нему мольбы. Без благословения же бога-творца даже лучшие из обычных, пусть и гениальных кузнецов что-то великое для тебя сковать не смогут. Впрочем…
Маг в задумчивости уставился в потолок, а его руки по привычке вытянули из кармана трубку.
— Есть у меня один давний знакомый, который мог бы с этим помочь, но тут без гарантий. Ни деньги, ни сила, ни что-либо из материального ему уже не нужны. И он сам решает, хочет или нет браться за заказ. Я могу лишь попросить его о встрече с тобой, а там уже как получится. Но в этом случае, Рэн, я буду вынужден просить тебя о взаимной услуге. Возможно, мне скоро понадобится твоя помощь в одном непростом деле. Заранее скажу, оно полностью соответствует духу Лиги и не противоречит твоей природе служителя Хаоса.
— Договорились, — согласился я, вставая и протягивая руку. — К сожалению, мне действительно пора. Мой клан сейчас очень нуждается в присутствии своего лидера.
— Ты должен был помешать ему и не позволить стать членом Капитула.
Мерное пощелкивание чешуек непрерывно перетекающего с места на место хвоста не давали сосредоточиться на собственных мыслях, против воли заставляя следить за бронированной волной мышц.
— Ты обещал не допустить этого.
Сухой вкрадчивый голос тихим эхом отражался от стен пустой переговорной комнаты, давил на плечи невысказанным раздражением и неизвестностью будущего.
— Я сделал все, что мог, — сэр Эктор беспомощно развел руками. — Я был уверен, что меня поддержат. Законы и традиции Лиги подобного не допускали. Перед советом я успел переговорить с рядом его членов и получил от них необходимое понимание и поддержку. Озвучил мысли о том, что хаосит в Капитуле Лиги неизбежно приведет к ухудшению отношений с Орденом Порядка и Содружеством Прогрессивных Миров, к общему падению репутации братства, и множеству других последствий… У архимага было только восемь голосов, не считая его самого. С таким раскладом я бы смог не допустить принятия нового кандидата в члены совета. Но… — на секунду хранитель традиций замолчал, собираясь с мыслями, — но, к сожалению, предоставленные Турухом аргументы оказались слишком убедительны. Сэр Рэнион совершил Деяние, подвиг, абсолютная важность которого для Радуги миров просто неоспорима… это восхитило и впечатлило многих. И я был к этому готов. У меня были возражения, которые на тот момент мне казались железными… — он снова замолчал, а после, стыдясь самого себя, опустил голову.
«Отец всеблагой, прости меня за то, что сейчас происходит!» — мысленно простонал старый рыцарь.
— Дальше! — рявкнул наг, теряя терпение, и с такой силой сжал кольца хвоста, что даже прошедший сквозь многое охотник непроизвольно сглотнул.
— Подготовленное мной возражение, что хаосит может быть тайным агентом запретных сил, вместе с неисполнением им обязательных требований и традиций склоняли чашу весов в нужную сторону, что позволяло если не окончательно отвергнуть его кандидатуру, то хотя бы на длительный срок отложить вступление Рэниона в Капитул… — привычно сбился на многословную скороговорку Сэр Эктор. — Там бы я со временем придумал что-то еще, когда блеск совершенного подвига поутихнет, это было бы проще, да и жизнь Очищающего всегда полна превратностей… — под конец собеседник нага говорил уже совсем тихо, с трудом выдавливая слова, борясь с собой и своим стыдом, не желая продолжать, но…
Немигающий молчаливый взгляд Шепчущего, буквально буравящий его, без всяких напоминаний подсказал,
— Сэр Рэнион отмечен Паладиусом, он несет отголосок Его силы, что опровергло любые подозрения в сотрудничестве с демонами или темными богами. Благодаря этому глава братства все же смог вынести кандидатуру охотника на голосование: Отец никогда бы не обратил свой благосклонный взор на того, кто служит Тьме или иным запретным силам. Оспорить это было абсолютно невозможно, а отвергать того, кто был отмечен самим Отцом… — Сэр Эктор качнул головой. — Смертный не может ставить себя выше бога, и если человека принял Он, то кто мы такие, чтобы его отвергать? — постаравшись дать как можно более обтекаемый ответ, хранитель традиций Лиги горько усмехнулся: — Я все еще пытался воспрепятствовать, затребовав хотя бы старый ритуал посвящения. Был шанс, что воля сэра Рэниона не столь тверда. Страхи и сомнения присутствуют в каждом из нас, а многолетнее служение Хаосу могло их многократно усилить… Я наделся, что путь до Зала Памяти сломает его, не позволив переступить порог, но похоже, того, кто шагал дорогами Ада, не смутить прогулкой по аллеям воспоминаний. Он сумел пройти посвящение в рыцари, и даже был произведен в знаменосцы, приняв герб из рук самого Саттура.
Сэр Эктор замолчал, затем, решившись, поднял взгляд на нага и спросил:
— Я не понимаю, зачем вы так препятствовали этому назначению? Ведь Рэнион входит в ваш ближний круг, его принятие в Капитул Лиги даст ему большие возможности и силу.
— С-слишком большие, — прикрыв глаза, с легким шипением отвил наг, думая о чем-то своем.
'Мои фигуры должны двигаться туда, кудая́их направляю, и делать то, что от них ожидается. Не выходя при этом за рамки отведенных им ролей и пределов допустимых возможностей, чтобы оставаться послушными и управляемыми.
А Рэн в последние годы набрал многовато силы. Чемпион турнира, член Совета Старших, свой личный дом, свой клан, пивоварня и недавно открытый бар. Подобное любому может вскружить голову. Да, почти все это человек получил с его помощью, но слишком уж быстро. Недостаточно времени и неразрешимых сложностей на пути, чтобы его инструмент привык обращаться к нему за советом и указаниями. Слишком велик личный вклад. А это порождает излишнюю самоуверенность и манеру полагаться на собственные силы. Все эти элементы, вместе и по отдельности, — ведут к превращению в самостоятельную фигуру, что способна не только двигаться туда, куда он хочет ее направить, но и принимать собственные решения. Со временем у человека неизбежно появятся те или иные контакты с другими значимыми силами в Двойной Спирали, и возможно, даже союзники. Уже сейчас голос Рэна в Совете Старших больше не принадлежит нагу безоговорочно, остались лишь совместные дела. А потому обязательно найдутся те, кто попытается склонить его на свою сторону.
Если тенденция с быстрым ростом продолжится, то совсем скоро, через десяток-другой лет, его помощник сможет просто выйти за рамки шахматной доски, перестанет быть фигурой и попытается сам стать игроком, что управляет другими и контролирует события. А вот это ему уже совсем не нужно, и даже в чем-то может быть опасно: слишком уж отличаются их принципы и виденье мира… '
Мысли ненадолго отвлекли его от беседы, поэтому сэр Эктор позволил себе еще один вопрос.
— Если он вам настолько мешает, то почему вы сами его не устраните? На игровом поле это сделать намного проще.
— Устранить? — ухмыльнулся наг. И отрицательно качнул головой.
Да, это может решить определенное число проблем и уберет часть потенциальных угроз, но лишит гораздо большего количества возможностей. И создаст такое количество новых проблем, что… он невольно вздохнул, просто представив дальнейшее развитие событий.
'Нет, дело вовсе не в свеже слепленном клане юных паладинов, что пытается создать Рэн. Пока что тот не заслуживает и плевка в его сторону. Даже ради одной виманы, отданной им Рэну, можно было бы их всех спалить в топке войны и благополучно забыть, попутно прибрав все ценное имущество. Только не для того он столько вложил в человека. И даже не опасение разгневать Владыку Игры является препятствием для устранения. Да, не стоит трогать Его любимые игрушки и пытаться за Него решать, кому жить, а кому умереть… Но можно ведь не подстраивать смерть, а наоборот, дать многое, слишком многое: возможности, рискованные, но сулящие уникальную выгоду пути, уверенность в себе и цель, ради которой не жаль и собственной жизни. И не его будет вина, что игрушка оказалась недостаточно хороша, чтобы выдержать, не сломаться под собственным выбором… Так он и планировал поступить, если понадобится.
Его останавливала невозможность просчитать последствия. И месть влюбленной, нет, любящей женщины, шагнувшей за Рэнионом даже в Бездну. Если к сонму его врагов прибавится Хозяйка Грез и Кошмаров… А ведь она может обо всем узнать, а узнав, ни за что не простит и начнет мстить. Учитывая же ее силу и обретенную Книгу снов, ему будет лучше не засыпать никогда, иначе рано или поздно она его достанет. И в таком случае смерть покажется ему наградой и желанным избавлением, по сравнению с бесконечным потоком ужасов, боли и кошмаров, создаваемых разгневанной смертью любимого фатой.
— Ступай, — он махнул рукой Очищающему, терпеливо ждавшему его решения. — Ты не справился со своим заданием. Я дам знать, когда для тебя найдется новое.
Сэр Эктор, через силу поклонившись, опустил голову и, ссутулившись, побрел к двери. Было видно, насколько рыцарю Лиги противно все происходящее сейчас: его гордость, его честь были растоптаны, а дух сломлен.
«Лучше б ты присматривал за собственными детьми, — подумал наг, провожая взглядом уходящего охотника на монстров, — а не бесконечно копался в пыльных архивах. Глядишь, и не допустил бы того, что дочь связалась не с теми людьми, влюбилась, а после, стремясь спасти любимого, украла из папиной библиотеки старый том. И произнесла слова призыва».
Чумная Госпожа прислала в подарок змею контракт на душу девчонки еще до объявления того врагом Бездны, и он воистину оценил столь широкий жест. В отличие от остальных правителей Бездны, она всегда умела быть щедрой, как на болезни для смертных, так и на награду для тех, кто сумел добиться ее благосклонности. Начавшаяся в Акш’дхаре чума, принесенная туда ее зараженными созданиями и осевшая на Полях Ярости, сумела впечатлить даже эту искушенную в интригах и чужих страданиях богиню…
«Что ж, события ускоряются, а цена поражения неумолимо растет», — наг заставил себя оставить в стороне мысли о приятном и вернуться к главному. Думая над своими грядущими перспективами, он все отчетливее понимал, что эта война может стать для него последней.
Все его тщательно взлелеянные планы на годы, на века, да что там, тысячелетия, катятся в Бездну. Ему могут просто не дать их осуществить, слишком много врагов, слишком много кинжалов нацелено ему в спину. И слишком велика цена, назначенная за его голову; если бы эта голова не была его собственной, он бы уже начал думать, как ее заполучить… А все из-за принятых решений, верных, необходимых, но неизбежно тянущих за собой последующие.
Возвращение Знамени Дома — и непримиримое противостояние с Орденом Порядка, награда за голову, путающая планы и делающая ненадежным каждый новый шаг. Принятый вызов пройти проверку на право вести дальше Игру от Смеющегося Господина, уничтожение Змееедов, удар по верхушке Ящеров, наказание за предательство Летящих — и первый шаг к тому, чтобы стать лидером альянса, без возможности отойти в сторону в этой войне. Участие в Турнире тысячелетия с двойной оглушающей победой — и выбившая почву из-под хвоста весть об уничтожении родного клана. Не пройди он испытание Господина, как и в каких условиях узнал бы о случившемся, неизвестно. Но месть стала неизбежна. Как результат — Бездна. Он идет против воли своих богов, возвращая в мир регалии фат. Ухватившись за возможность продолжить столь дорого обошедшийся ему рейд, идет вслед за путеводным клубком Смеющегося бога — и череда случайностей делает его Врагом Бездны. Это не просто добавило в длинный список еще одного, пусть и могущественного врага, а лишило привычного, почти универсального инструмента решения многих проблем…
Каждый раз он получает многое, но после каждой победы новые трудности требуют еще больше сил, ресурсов, воли для их преодоления. Насколько еще хватит его запаса прочности? Сможет ли он выплыть из затягивающего его водоворота? И это еще слухи о награде от Исшахара не разошлись по Двойной Спирали, у альянса еще есть общий враг, а у него самого союзники, готовые биться в одном строю. Но когда весть доберется до всех, слишком многие захотят получить награду лордов Ада и милость сильнейшего темного божества. И тогда устоять ему будет ох как не просто…
Он с сожалением качнул головой. Если б знал, чем все обернется, то послал бы в Бездну и Румию, и Ящеров с их Огненными вратами, дал бы пасть этому миру и распасться альянсу Летящих. Да, толстошкурые захватили бы власть в Двойной Спирали на ближайшие пару столетий и принялись бы охотиться за ним по всему игровому полю. Но можно было бы отсидеться, выждав время, — Вигри вон сколько веков успешно прячется ото всех и вся… А как же месть? Боль в руке напомнила о ней. А его мечта о звездной империи от края до края? Хотя, все это еще может быть… с юной богиней, что будет расти, раскрывая свой потенциал на Беренхеле.
Зря он, конечно, так рано привлек к себе внимание своих богов, сейчас совсем не подходящее время. Но и отказаться от награды он не мог, как и запросить какую-либо ерунду. Даже мысль о том, что спасение Белой Змеи можно приравнять к чему-то простому и обыденному — оскорбление змеиных богов. Кроме того, упусти он свою выгоду, показал бы себя недостойным сыном Великой матери и навсегда лишился божественного покровительства… Что ж, значит, надо сосредоточиться на мести. Завершив ее, он сможет получить защиту от внешних угроз, купив ее в обмен на Скрижали. А дальше вновь вернется к осуществлению своей мечты. Если выживет.
Он встряхнул головой, прогоняя мысли. Пора действовать. Рейд скоро начнется, и даже если это его последняя война, он проведет ее так, чтобы запомнили на века.
До меня доносится очередной раскат грома. Море бушует, окружив остров широким потемневшим кольцом бури.
Передо мной — полмира ярящейся стихии.
Недавно улучшенное зрение выхватывает далекие детали, заставляя голову кружиться от небывалой четкости открывшихся видов. Обостренное обоняние уже улавливает новые нездешние запахи. И вся моя суть поет с морем в унисон, сливаясь с ним, наслаждаясь величием происходящего.
Я вижу, как тяжелые водяные туши, в прожилках пены, необоримо воздвигаются, нарастая острыми белыми вершинами, и почти ощущаю вес каждой из них. Вместе с ними всей массой срываюсь вниз, сшибаюсь грудь о грудь с соседями. Глаза разбегаются, пытаясь проследить за всеми волнами сразу, но каждая катится в свою, только ей известную сторону, появляясь, исчезая или неожиданно сливаясь с другой. Кажется, море само не знает, куда ему двигаться, а потому застряло, в нетерпении бурля на одном месте. Гневаясь. Порождая неумолчный рев сотен слившихся воедино голосов.
Ветер, вторя общему настрою, срывает с вытянувшихся пиков пенные гребни, размазывает в водную пыль. Но небо не принимает безумие волн. Низкие, брюхатые тучи, глубокого серого-сиреневого цвета застыли над морем его неподвижным отражением. Даже буре не сдвинуть с места их тяжелую завесу. И только редкие просветы меж облаками позволяют дню заглянуть к нам, убедиться, что мир по-прежнему на месте…
Но это все там, вдали.
К острову волны идут строем. Приближаясь, поднимаются, выгибаются горбом. Тянутся вершинами к мелким букашкам на берегу, грозя накрыть, погрести под собой. Утащить. Жадно втягивают у подножия воду, едва не обнажая дно… но так и не разбиваются о берег.
Я плавал здесь не раз, тут мелко. Но приближаясь к берегу, воинственные великаны будто проваливаются в раскрывшуюся глубину. Вместо того чтобы закрутиться полупрозрачной бочкой и взорваться фонтаном брызг, взлетающим ввысь, они сглаживаются, упокаиваются. Исчезают… И к моим ногам доходит лишь ленивое шевеление воды да мерное дыхание вечного океана.
На земле же царят тишь и покой. Лишь ветер временами просыпается, разбуженный громом, но тут же засыпает. Мой остров будто оградили невидимые ладони богини, не пускающие ее разыгравшееся творение на сушу…
Впервые я увидел, как Море Неожиданностей путешествует из мира в мир, всего пару малых циклов назад. Раньше мне не приходилось проводить на своем острове столько времени разом, вот и не заставал подобного зрелища. Но даже теперь, на третий или четвертый раз, оно продолжало завораживать. Тянуть к себе, манить. Хотелось бросить все и войти в воду хотя бы по колено, вслушаться в стихию. Узнать, куда теперь она держит путь…
Глубоко вдохнув, урвал солено-горький глоток неистовой свободы и повернулся к морю спиной. Интересно, капитан Роджерс с моряками успели покинуть границы живой аномалии или вместе с бурей отправились в новый, уже третий для них, мир?
Спрыгнув с камня, обогнул парочку выбравшихся на самый берег пальм и оказался у края небольшой лагуны с широкой, выгнутой полумесяцем полоской песка, особенно яркой на фоне зеленого ковра травы. На противоположной от меня стороне Алакастро нежил свое бронированное брюхо на кварцевой перине, лениво шевеля кончиком хвоста в воде, а на приподнятой кисти его лапы сидела одна из моих отрядных Фей. С такого расстояния не было слышно ни слова, но моя связь с призванными существами позволяла ощущать: малышка хвастается своими приключениями в Бездне. И дракон был настолько увлечен рассказом, что не обращал внимания даже на бурю, что звала его танцевать в облаках. Он неподвижно лежал на земле и лишь следил, чтобы разряды молний, полирующих его чешую, исправно сбегали в воду.
Иронично хмыкнув — хоть кому-то мои недавние приключения понравились — направился к увитой плющом пагоде Колодца духов. Отряд я призвал для дела и сейчас решил проверить, как оно продвигается. Утром специально принес от воды широкий плоский камень, еще помнящий бесконечный бег волн, и установил его перед входом в башенку. На него — обитую бархатом коробочку, из которой во все стороны тут же вырвался яркий живительный свет, смешавшийся с легким бризом. Камень фей выплеснул накопленную магию в мир, отразившись на экране Компаса малым местом силы. Из леса тут же примчалась стайка излишне любопытных обитательниц пространственного кармана Хмелеваров, пришлось даже прикрикнуть на них, отгоняя от уплаченной ранее дани.
А вот суровые Хозяйки Стихий лишь еле заметно кивнули, признавая источник годным, и приступили к выполнению задания. Их неподвижные фигуры, с головы до ног укутанные в балахоны, до сих пор нависали плоскими тенями над ослепительным светом, а над головой каждой разноцветными всполохами трепетали тонкие крылышки Фей. Ведуньи сосредоточенно творили свою ворожбу, четыре крохи помогали им вытягивать магию из камня Жизни, а остальные их товарки, за исключением одной-единственной болтушки, старательно наполняли алтарь проскользнувшими мимо рук Хозяек остатками энергии.
Использовать уникальный в своем роде ресурс для восстановления численности и боеспособности отряда меня заставил приближающийся рейд. Изначально я планировал дать погибшим бойцам появиться самостоятельно, благо алтарь с его Хранительницами и даже Фей наг, как и обещал, сберег. Часы же быстрого хода времени ускоряли любые процессы на моем острове на треть, а Зал отдохновения помогал вернуть свою силу одному подотряду, размещенному в нем. Жаль, Кубок чемпиона в данном отношении оказался бесполезен — на скорость восполнения подотрядов он никак не влиял. Но и так получалось весьма неплохо.
Полностью уничтоженные Большие элементали воды восстановились первыми и сейчас все трое радостно гоняли волну в заливе. Огненных фейри я оставил в Зале отдохновения, желая дать им как можно больше времени, чтобы успела сформироваться новая Королева роя взамен погибшей. Важную малявку, павшую вместе со всеми духами в Бездне, было откровенно жаль: она так старалась, училась командовать своими недалекими, увлекающимися подданными, усердно тренировала свои ментальные способности… Но бессменной владычицей так и не стала. До тех пор пока Королева не разовьется до конца, ее суть не будет привязана к карте усиления подотряда, и лишь когда это случится, она сможет возвращаться после смерти тела, как существа из личных карт призыва. А значит, в этот раз из роя будет выбрана новая Королева и ей придется набираться сил, опыта и эмбиента с самого начала.
В отрядной очереди восстановления сейчас у меня стояли Гранитные элементали. Двое Каменюк даже умудрились выжить, пройдя Ад вместе с нагом, и могли заслуженно гордиться тремя звездами, остальные же восемнадцать погибли. На их место пришли новые, но пока не все — пятерых не хватало. Хоть и жаль терять возможный опыт в предстоящих сражениях, без части Землянок в первые дни рейда вполне можно было бы и обойтись, но проблемы нагнали меня с неожиданной стороны.
Главная ценность большинства отрядов — их алтарь, если он, конечно, у полководца имеется, и мой совсем не исключение. Любые усиления источника и пристройки к нему значительно увеличивают возможности всего отряда, но в то же время они и наиболее уязвимы. В отличие от усилений бойцов — всех этих мечей, доспехов и даже новых имен, улучшения алтаря безвозвратно теряются с его уничтожением. А у меня их, благодаря победе в Турнире тысячелетия, теперь немало, и потеря Колодца стала бы весьма болезненным ударом. Поэтому я столько и вложил в его защиту, приобретя Каменных великанов. Выходить на поле боя без них — неоправданный риск, а с ними-то как раз и наметились неожиданные проблемы.
То, что защитники алтаря просели по здоровью после штурма Акш’дхара, меня поначалу не удивило, ведь то сражение было без преувеличения грандиозным. Я даже не стал ставить их первыми в очередь для лечения. Но когда более-менее отошел после возвращения из Бездны и, наконец, занялся своим отрядом вплотную, то поместил их на время в Зал отдохновения. Эта постройка должна была не только ускорять появление новых бойцов, но и восполнять силы и здоровье выживших. Только даже спустя декаду отметки стражей на вкладке отряда продолжали еле теплиться. Тогда у меня закрались первые нехорошие подозрения, но я все же решил заняться великанами позже, думая, что восстановлю их при помощи отрядных заклинаний очищения и лечения. Только вот, призвав отряд для проверки перед рейдом, был поражен видом несчастных защитников.
Массивные туши будто оплыли, темный прежде гранит болезненно резал взгляд цветом пепла, камни, формирующие тела великанов, потрескались, местами выкрошились, а мох и пучки травы, покрывавшие их плечи и спины, высохли и осыпались невесомой трухой. При каждом движении стражей раздавался подозрительный треск, а сами великаны стали крайне медлительными и неповоротливыми. Руны, связавшие существ с алтарем, из непрерывных дорожек вязи и вовсе превратились в дробный пунктир и были видны лишь местами, а значит, и способность защитников переводить весь урон с алтаря на себя могла пострадать.
Что сумело довести Каменных великанов, с их повышенной прочностью и устойчивостью к магии, до подобного состояния, я себе даже представить не мог. К моему удивлению, на этот счет меня просветила одна из ведуний. Из ее рассказа следовало, что почти все время штурма демонической столицы они с Колодцем, его стражами и Феями были под защитой Сферы Абсолюта, поэтому в бою не пострадали. А вот марш по узкой долине от портальной арки к Разлому Тысячи Криков и потом до города обошелся великанам очень дорого. Баньши из Мертвого легиона постоянно накладывали на них всевозможные заклятья и темные благословения, чтобы увеличить скорость передвижения и позволить медлительным стражам, несущим алтарь, не отставать от основной армии. Это злобным плакальщицам удалось, но все их чары принадлежат стихии Смерти, а потому несовместимы с жизнью. Пусть элементали и гораздо более устойчивы к подобным воздействиям, но столь долгий контакт с силами из-за кромки истощил даже их внутреннюю суть.
Рассказ меня, мягко говоря, не обрадовал. Но, как недавно сказал на нашей встрече Шепчущий, ни одно действие не обходится без последствий. Если это было неизбежной платой за возможность сохранить Колодец и его улучшения… мне придется ее принять и постараться исправить то, что можно.
—
В итоге Феям, специализирующимся на рассеивании вражеских чар и исцелении союзников, удалось пересилить воздействие Смерти, но для этого помимо групповых заклятий пришлось сфокусировать
Эх, мне бы еще один алтарь. Судя по описанию, Феи могут иметь свой собственный, походный. Но где его взять? Сменить защитников на Стражу источника? Но она на порядок слабее Каменных великанов и без специальной пристройки, которой у меня, кстати, нет, переносить алтарь не сможет…
Поломав голову так и этак, вспомнил наставления Искароса и решил рискнуть использовать камень фей. Только не встраивать его в Колодец духов в качестве дополнительного источника маны, как планировал раньше, а попробовать заменить им природное место силы в надежде, что незначительный отток энергии не вызовет сильного отката в развитии камня.
И у меня получилось!
Убедившись, что Хозяйки стихий могут черпать силу из него напрямую, скрепя сердце… отпустил двух печальных великанов. А ведуньям приказал призвать на их место новых. Так оказалось проще и эффективнее. Как поведал мне мастер-наставник, Хранительницы Колодца могут не просто вырывать арканом заклятья случайных диких духов из мест их обитания и на время боя воплощать в нашей реальности, но и находить конкретные сущности, подходящие для того, чтобы занять освободившиеся места в моем отряде. Особенно, если обряд будет проводиться в месте силы. Правда, даже так процесс может оказаться весьма не быстрым.
Время шло, ведуньи напряженно застыли, крылья фей пульсировали в такт с невидимым биением силы камня на рукотворном алтаре, а я ощущал разлитое вокруг дыхание Жизни. Так как довольно долго ничего не происходило, я со скуки решил полюбоваться перемещением Моря Неожиданностей в новый мир, а когда вернулся, почувствовал неуловимые изменения. Недовольное ворчание… будто кто-то разбужен рано утром… мимолетное и неожиданно сладкое течение бесконечных мгновений… неудержимость каменной лавины, перемежающейся неторопливым прорастанием корней… и ликование.
Берег неожиданно ударил меня в ноги, будто при землетрясении, Гранитные элементали заволновались, хотя до этого, застыв плотным частоколом, исправно изображали из себя каменную гряду. Алакастро отвлекся от рассказа и приподнял свою усатую голову на длинной шее, взглянув в нашу сторону. Водянки наоборот отхлынули прочь. А я, напряженно осмотревшись, увидел, как меж Колодцем и ленивым прибоем песок заструился двумя водопадами, проваливаясь в возникшую трещину, следом хлынула соленая вода, еще более размывая получившиеся края… А потом вся эта густая масса вспучилась пузырем и начала расти.
Казалось, даже ветер замер в любопытстве. Волны приносили все новый песок, тот рос темным комом, пока не начал отваливаться огромными пластами. Под ними, мокрый и грязный, поблескивал острыми гранями гранит. Морская вода шустрыми ручейками стекала с широких плечей, а два небольших зеленых огонька буравили меня взглядом с высоты…
Первый Каменный великан откликнулся на зов.
— Ну что ж, — довольно потер я руки, — начало положено!
Получив от меня подтверждение, Хозяйки стихий начали формировать следующий призыв, а я залюбовался своим отрядом. Пусть карты улучшений для него найти посложнее, чем для многих иных, но его возможности мне однозначно по душе. Хотя, тут, конечно, сыграл свою роль еще и серебряный ранг ведуний. То, что обычный начинающий полководец позволить себе просто не может. Поднять все подотряды на уровень серебра, чтобы перевести уже саму карту отряда на этот ранг, удачливому и старательному Игроку удается в среднем ближе к его собственному рангу владыки, чтобы уже за этим последним рубежом поднимать подотряды до золота.
Собирать звезды для подотрядов непросто, а еще сложнее — их удержать. Если бы прогресс до следующего ранга не терялся при гибели бойцов, то эмбиента, собранного полководцем на своем пути к рангу владыки, хватило бы, чтобы поднять до серебра свой отряд раза четыре, а то и пять. Но неизбежные смерти в бою, а то и на жертвенном алтаре заставляют возвращаться к самому началу. Вернее, к началу текущего ранга. Вот и у меня сейчас все элементали, пришедшие на смену погибшим, не имеют ни одной звезды. А их для Воплощения Стихий надо целых десять, и каждую последующую получить сложнее предыдущей. Поднять ранг всего отряда очень тяжело.
И было бы совсем невозможно, если б Игра не предоставляла послабления и всевозможные лазейки, свои для каждого типа отряда.
Так, у нежити при смерти отдельных бойцов или даже при уничтожении целого подотряда накопленный эмбиент теряется не весь, а частично достается другим выжившим единицам. Потому-то наг особо и не жалел своих Скелетов или Призрачных всадников.
Люди все накопленные звезды и эмбиент теряют полностью, но если в подотряде сохранилось достаточно опытных бойцов, то цена получения новичками более низких, по сравнению с ветеранами, звезд заметно снижается. Также, при наличии соответствующего улучшения, возможно получение следующего ранга не только подотрядами, но и отдельными бойцами. В этом случае, при смерти улучшенных бойцов, наиболее опытные из выживших автоматически производятся в этот ранг при следующем призыве отряда, тут самое главное сохранить сам подотряд.
У животных, насколько я помню объяснения Искароса, возможно пополнение не только за счет прихода новых существ на место погибших, но и порождение другими членами стаи. Тогда молодые бойцы наследуют часть опыта своих родителей. Правда, как это выглядит на практике, мне до сих пор непонятно, не мелких же детенышей в бой посылать. Но когда они успевают вырасти? Возможно, на плане вечной охоты, с которого они приходят на смену погибшим, время течет иначе…
Впрочем, есть и относительно общие для всех типов отрядов способы сохранения эмбиента и поднятия ранга. Это и всевозможные варианты придержать ценный подотряд, чтобы не выпускать его на поле боя, вроде моего Зала отдохновения или универсального Резерва. И разные способы воскрешения погибших бойцов с сохранением опыта или передачи его другим. И банальное наделение подотрядов звездами и даже сразу целыми рангами с помощью специальных карт, как я поступил с Хранительницами Колодца.
Все, разумеется, имеет свои тонкости и особенности. Здесь необыкновенно ценным становится опыт, накопленный старыми кланами и передаваемый при воспитании молодых полководцев. Или карты знаний, делящиеся принципами и секретами Игры. Мне же со своими элементалями придется разбираться самостоятельно. Их особенность на первый взгляд кажется относительно скромной: возможность набирать звезды, не ограничиваясь лимитами и требованиями ранга.
Но если задуматься…
Она приводит к тому, что мне не обязательно добиваться того, чтобы
Я, можно сказать, с любовью оглянулся на сосредоточенных ведуний и вспомнил принесенную ими из Бездны звезду. Уникальное событие. Ведь обычно получение опыта подотрядами, чей ранг превышает ранг отряда, — прекращается. Но не в случае Воплощений Стихий! Это позволит мне собирать звезды для Фей и Хозяек, обычно не покидающих защиты алтаря, не дожидаясь повышения ранга отряда. И более того — получить серебряный отряд до того, как
А вот и зов от Алакастро… Легок на помине.
Собеседница его покинула и присоединилась к остальным на крыше пагоды. Значит, закончила свой рассказ. Ну что ж, послушаем, что желает сказать великий дракон. Кстати, Феи заработали в недавнем рейде целых две звезды, наг основательно нагрузил их работой. Да и Карта временного объединения отрядов, доставшаяся Шепчущему при разделе трофеев Змееедов, наверняка сыграла свою роль, сделав весь добытый эмбиент общим и позволив бойцам защиты и поддержки получить от него свою часть. А демонов в Акш’дхаре змей покрошил изрядно…
Надо мной зависла увенчанная рогатой короной морда, ветер рядом с переставшим сдерживаться повелителем гроз царапал песком кожу, трепал одежду и бросал в лицо волосы. И только длинные голубоватые усы как всегда спокойно парили сами по себе, не обращая внимания на стихию. Недовольство. Разочарование.
Шквал эмоций, еще не улегшихся после услышанной истории, сбивал с ног похлеще воздушных ударов.
«Мелкий смертный. Ты посмел сунуться в иную вселенную. Унося мой договор с Хаосом с собой…»
Так и думал, что дракону не понравилось бы, если б его часть сгинула в Бездне. Но я даже не предполагал, что сама карта чемпиона была под угрозой.
Печать Хаоса исправно передавала мне чувства-образы откликнувшейся на призыв части великой сущности, но в них творился такой кавардак, что вычленить что-то одно и понять было крайне сложно. Дракон вздохнул, придавил меня волной снисходительности, придержал танцующий вокруг ветер… и свои эмоции. Понимать его сразу стало легче.
«Ты не призвал меня ни разу! Я не увидел великого сражения… Зачем, как ты думаешь, я дал тебе право обращаться ко мне?..»
— Я опасался причинить необратимый вред…
Желтые глаза презрительно сощурились, перечеркнув вертикальные щелки глубоких зрачков, а подбородок взлетел вверх, еще больше вытягивая шею.
— Там был другой полководец. Он союзник. Но это только пока. Нельзя раскрывать свои лучшие козыри бездумно, — проговаривал мысли я как можно четче. — А наг справился и сам. Зачем тратить свои силы, когда за тебя задачу может выполнить другой?
По мере того, как я говорил, давление недовольства спадало, и где-то на задворках даже затеплились крохи одобрения.
«…бездумно? Скрыть…»
Ветер снова взметнулся ввысь, но теперь он не хлестал меня. Эмпатия неожиданно окунула меня в океан веселья и подозрительно ехидного предвкушения.
«Хорошие приключения… и верные решения, раз вернулся… — неужели меня одобрили? и, быть может, даже согласятся немного расширить силы, предоставленные в мое распоряжение?.. — Но я их не видел», — припечатало меня.
Дракон взмахнул крыльями, заждавшиеся потоки подхватили могучее тело и под треск молний вознесли в вышину, на встречу с танцующей бурей путешествующего Моря.
«Посмотри карту…» — донеслось с усмешкой, затихая.
Проклятый, самодовольный, древний ящер. Думающий только о себе. И своем драгоценном развлечении. Зачем я только призвал его! Хотел проверить, все ли в порядке после Бездны, и на тебе, получил…
«
Алакастро, что б ему… интересно было, явил свою благосклонность, расширив возможности дарованной мне карты. И вручив мне «белого слона».
Глубоко вдохнув, заставил себя успокоиться и как следует проанализировать новый расклад. Да, цена призыва всего отряда теперь выросла, составив вместо сорока единиц сорок одну. Казалось бы, незначительное на общем фоне изменение, но именно этой толики силы Хаоса мне может и не хватить в решающий момент. До «улучшения» я мог призывать свое войско на целые сутки четко раз в пять дней. Или два раза чуть меньше чем на семь часов в сумме, можно было даже растянуть до десяти часов, но тогда уйдет больше времени на восстановление. Это все, разумеется, без учета чемпиона — он требует дополнительных сил и на призыв, и на поддержание его присутствия в реальности. Теперь же при двух последовательных призывах у меня будет только шесть часов или девять, если потрачу дополнительные полсуток позже.
А что дает
Глаз дракона позволяет Алакатро появиться мгновенно по мысленной команде или самостоятельно, отследив нужный момент. То есть мне как минимум теперь не придется помещать его карту в Активатор и тратить время на его призыв. А это… может быть интересно. Особенно, если через «глаз» удастся общаться с самим драконом и отдавать ему распоряжения заранее. Тут главное — предельно четко их сформулировать, помню я, как эта древняя сущность любит издеваться над держателем его карты, выполняя приказы
Хм, может, и зря я так сильно разозлился. Если же этого шпиона (или правильнее, надсмотрщика?) удастся перемещать отдельно от остального отряда, то и вовсе можно придумать немало интересных тактических ходов. Только бы дракон опять не начал мне потом пенять, что его лишили развлечений… Как все-таки с ним сложно…
Неспешно бредя в сторону алтаря, я криво усмехнулся и оглянулся на еле заметное завихрение воздуха, следующее той же дорогой — мое новое пополнение отряда. С паршивой овцы хоть шерсти клок. Даже если реальной пользы от Глаза будет не много, он все равно представляет собой целый один пункт хорошего отношения ко мне великого дракона. Теперь, в случае его сильного недовольства мною, карта чемпиона не исчезнет без предупреждения, а сначала лишится своего улучшения.
На изрытом первым призывом берегу тем временем неспешно набухал еще один песчано-грязевой пузырь. Отлично, дело пошло веселее, видимо, Хозяйки стихий нащупали нужный подход к духам Земли… Теперь осталось призвать пятерых Гранитных элементалей и не забыть отдать приказ провести Ритуал сокрытия перед отзывом отряда, чтобы в следующий раз тот появился сразу под отводом глаз. В Топях это от внимания Охотников, скорее всего, не спасет, да и с сильнейшими местными хищниками может не сработать, но не сбивать же из-за этого руку!
— О, мои любимые!
Счастливо улыбнувшись, астролог запустил пальцы в небольшую коробочку со сладостями и, вытащив кусочек шоколада, без раздумий забросил себе в рот, чисто по-детски замерев на несколько секунд, наслаждаясь вкусом.
— Спрашивай, — произнес он, наконец открыв глаза и посмотрев на стоящего в шаге от него юношу, что преподнес ему угощение.
— Что мне нужно знать, отправляясь в рейд? — тихо поинтересовался тот, глядя на старика без привычного предубеждения.
Вкус шоколада еще гулял во рту, разум, прибывая в эйфории, легко переступил грань бытия, и губы старца начали изрекать первые слова…
— «Когда друг заговорит, твою волю нарушив, позволь ему то, что он просит. Что желаешь найти, скрывается перед глазами. Ищи это среди людей, а не болот».
Сознание постепенно начало возвращаться к неизменному обитателю площади Туманных Звездочетов, обрывки видений будущего, сбывшиеся пророчества, линии вероятностей вновь обрушились на его рассудок. На время отодвинутые, они снова стали давить на него всей своей неизбежностью, раздирая разум неисчислимым множеством вариантов. Позабыв сказанные секунды назад слова и потеряв интерес к юноше, астролог шагнул вперед, громко выкрикнув:
— Бойтесь железных воронов, одетых в стальные перья! Не верьте их словам, несущим лишь раздор и печали…
Проводив взглядом сумасшедшего звездочета, сочувственно покачал головой. Что ж, часть дел, намеченных на сегодня, выполнены, но оставшиеся не ждут. Задач в списке еще много, а времени до начала рейда все меньше, все-таки я слишком засиделся у себя на острове, а потом закрутился с подготовкой в клане.
Ноги на автомате несли меня вперед, не мешая голове думать. Сегодня в Двойной Спирали многолюднее, чем обычно: сотни Игроков снуют по торговым рядам, закупая все необходимое перед очередным разведрейдом или боевой вылазкой, докупая различные припасы и продовольствие, ремонтируя снаряжение или забирая готовые заказы. Война Домов всегда заставляет шустрее шевелиться и вступивших в нее и, казалось бы, вовсе непричастных, а тут еще и свалившееся как снег на голову ужесточение правил противостояния, которое участникам так и не удалось сохранить в секрете — первые слухи уже поползли…
Длинная очередь возле лавки со всякой всячиной заставила на секунду замереть, а затем искать путь в обход. Двое Игроков деловито складывали наполненные какой-то жидкостью баки в походные сумки, рядом стояли штабелями ящики, и, учитывая количество товаров, напарники явно закупались на весь клан.
Хозяин, выставив на прилавок последние из канистр, снял табличку с полки и вместо последней двойки перед нулем пририсовал пятерку, вызвав возмущение толпы.
— Вы совсем охренели?!! — взревел здоровяк-аспараи, стоявший первым в очереди. — Это второе повышение за день!
На что продавец лишь виновато развел руками. Исследование мира Подвесных Мостов, утонувших в сонном мареве Паразита, шло весьма активно, хоть и с переменным успехом. Но для любой, даже самой короткой, вылазки в это спящее хищное царство требовались зелья ментальной устойчивости или сильнейшая защита от коррозии для механоидов. Лаборатории крупнейших кланов не справлялись с резко возросшим спросом… либо специально придерживали стратегический товар. Вот хаоситам попроще и приходилось искать альтернативные варианты. Например, сок «хмельных» деревьев, найденных на нескольких далеких Осколках, хоть и давал более слабый эффект, ослаблял концентрацию и внимание, в целом с задачей справлялся. Но и тут начались проблемы: в добавок к сезонности продукта Ящеры два дня назад нанесли серьезный удар, уничтожив с десяток относительно крупных рощ…
Впрочем, меня сейчас это слабо волновало. Даже до активации
А вот и Лавка Карт. Я не был здесь со времен подготовки к рейду в Бездну. Обычные карты, размещенные на первом этаже, доступном для всех, меня не интересовали: все необходимое Саймира с Меджем и офицерами звезд уже согласовали и поручили помощникам закупить сразу на весь клан, включая и меня. Но есть кое-что, для них недоступное. Второй этаж, магазин для полководцев, а самое главное — располагающийся в нем шкаф для идущих дорогой Хаоса. Быстро поднимаюсь вверх по лестнице, и дверь, закрытая для обычных Игроков, послушно распахивается передо мной, звякнув колокольчиком и заставив встрепенуться гремлина-слугу, стоящего возле шкафов с картами.
— Чем я могу помочь повелителю? — этот казался не таким напыщенным, как те зеленые коротышки, что принимали меня здесь ранее.
— Помощь пока не нужна, — жестом руки остановив смотрителя этажа, я быстро подошел к шкафам, выискивая заранее намеченные карты.
Следующие —
И последнее из запланированного:
Так, с картами усиления все. Сложив свои грядущие покупки на прилавок гремлина, я прошелся по остальным рядам, вдруг появилось что-либо интересное.
Откровенно неудачные либо очень специфичные полководческие карты… отрядные заклинания, кратные или слишком дорогие во всех смыслах… улучшения для простых смертных бойцов… различные варианты кровавых жертв для демонов… О, руны! Раньше они мне были неинтересны, так как элементали не пользуются в бою оружием и доспехами, но с Рунным кругом появилась возможность применять их на всех сразу.
Бо́льшая часть карт, призывающих руны, лежали на полках вперемешку, и только несколько групп составляли осмысленные цепочки, формируя слова. «Бдительность», «бесшумный полет», «устрашающий рев», даже серебряное есть — «выносливость скакуна», жаль, у меня нет верховых подотрядов. «Бдительность», с учетом того, что придется какое-то время охранять базовый лагерь, а потом и форт, возможно и стоит взять, хотя именно отряд в качестве дозорных я вряд ли буду использовать… Разочарованный готовыми вариантами, решил перебрать руны-«слоги», благо, учился в Школе основ на Симонике и с принципами чтения и построения рунных вязей был знаком. К сожалению, доучиться у магов не удалось, а ведь там оказалось на удивление много полезных знаний даже для неодаренного. Ну-ка, что у нас получается? «Геста», «Джара»… Вот эти две точно беру! Собрать четырехсложную «регенерацию», да еще серебряную, точно стоит попробовать. Можно было бы взять основу от слова «меткость», но это обычная карта, ради одного применения стараться и тратить дайны не стоит. А вот это что-то интересное… В первый раз слышу про составные слова в рунистике, наверное, это особенность Игры. Или какая-то иная школа рунной письменности. Согласно описанию карты, она содержит первое слово из фразы «Три дара Жизни». Каждое слово действует в свой черед, давая разные усиления, причем весьма полезные, но применить рунную цепочку можно только после ее полного завершения. Стоит рискнуть, к тому же это тоже серебро… А больше ничего подходящего и нет.
Пока возвращался к стойке с кассой, по привычке рассматривал выставленные на продажу карты и неожиданно остановился возле одного из шкафов, даже не сразу поняв, что меня заинтересовало.
Добавив новые покупки в стопку к отобранным ранее, закончил со шкафами, открытыми для всех, и подошел к тому, чье содержимое было скрыто легким золотистым свечением. Его полки доступны лишь избранным, идущим дорогой Хаоса: Игрокам, отмеченным черным огнем в уголке своих карт. Ну, или золотым, как у меня. Надеюсь, благосклонность Владыки выражается не только в виде скидки на «общие» карты, но и на содержимое закрытой секции, ведь для каждого оно свое… Посмотрим, повезет ли мне на этот раз.
С момента обретения шлема полководца, если не считать самого первого дня с особыми дарами Повелителя Игры, я смог подобрать подходящую мне карту лишь однажды. В Книге мастеров за все прошедшее время тоже не появилось ничего интересного или полезного конкретно для меня. Зато Неиссякаемый ларец ресурсов позволил собрать уже небольшую коллекцию ингредиентов, необходимых для воплощения различных чертежей, в ней есть даже парочка очень редких, поэтому от карты какой-нибудь новой постройки или пристройки для своего отряда я бы точно не отказался. Итак, что у нас здесь?
Зеленый служитель, зыркнув на мою руку с кольцом Владыки, отпер для меня заветные дверцы, золотое сияние погасло, и я непроизвольно присвистнул. В шкафу появились новые полки! С личными, а не только отрядными или полководческими картами. Да и на старых местах неожиданно щедрое на ценные карты обновление. Может, это из-за нашего с нагом визита в Бездну? Или новая отметка на моем Медальоне сыграла свою роль?
Первой в глаза бросилась карта
Интересно. Необычно. Но и почему бы и нет? Послать одну из клановых звезд на поиск, и уже дальше смотреть, что из этого выйдет. Не обязательно самому мотаться по всему игровому полю, ведь подсказки, ведущие к сокровищу, могут быть разбросаны по разным мирам. Карта серебряного ранга, значит там не должно быть смертельно опасных испытаний или угроз — нечто вполне выполнимое для Игроков начиная с десятой ступени. И у нас как раз есть звезда «старожилов», что предпочитают бродить по Осколкам, а не заниматься клановыми делами. Стандартная карта знаний такого уровня гарантирует наличие как минимум одной золотой и четырех редких серебряных карт, здесь же говорится про «легендарное сокровище» и необходимость выполнить целую цепочку заданий, так что добыча обещает быть богатой. Однозначно берем. Жалко, что карта не уникальна и копий может быть несколько. Ну что ж, риск присутствует всегда и во всем.
Так, что там у нас дальше.
Что там еще?
Так, что там у нас дальше?
Следующая карта тоже была золотой.
М-да, стоит снабдить любой подотряд таким оружием, и неразбериха в рядах противника обеспечена. И ведь действует не только на разумных существ, а на любых живых сознаний…
Долго крутил карту в руках, с трудом заставив себя вернуть ее на полку. Остальные карты на ее фоне смотрелись откровенно блекло. Нет, были среди них и интересные, но все они мне не подходили. А вот последняя из доступных — карта временного подотряда
Призывает три десятка злобных водных духов, выглядящих как черная лошадь с длинной гривой из спутанных водорослей. По крупу и вместо обычного хвоста извивается костистый плавник, который на глубине превращает задние конечности в мощный рыбий хвост.
Быстрый мобильный подотряд, с повышенным сопротивлением к родной стихии, способный передвигаться в воде и на суше, во втором случае, правда, не отходя далеко от источников воды. На земле Кельпи могут насылать морок, выдавая себя за обычных лошадей и вызывая дезориентацию у внушаемых существ, поднимать от водной поверхности густой туман и атаковать физически. А при погружении на достаточную глубину раскрываются их магические умения: почти идеальная маскировка в водных потоках, опутывание цели резко разрастающейся гривой и создание разрушительных струй воды хвостом.
Такой подотряд было бы не жаль включить и в основной состав. А учитывая, что коняшки отлично сочетаются с Воплощениями Стихий, то все заклинания, творимые Феями, будут действовать на них в полном объеме. Карта серебряная, кратная. Всего три применения, но я не знаю, бывают ли вообще бесконечные карты временных подотрядов. А еще интересно, действуют ли на них карты, восстанавливающие заряды? В любом случае, ее я однозначно беру, а подобные тонкости выясню на практике, если смогу найти нужные улучшения.
Окинув напоследок взглядом полки, задумчиво снял с подставки карту Боевого клича и, посомневавшись, все же решил ее купить. Точно пригодится в Топях, а потенциально — и в будущем. Да и Медж скоро тоже возьмет ранг полководца, возможно даже в грядущих боях. Тогда это заклинание сможет сыграть и в качестве усиления его отряда. Я был почти уверен, что ему достанется нечто вроде Верной стаи или другого воинства природного типа.
Ну вот и все. Быстро подхожу к прилавку, выкладывая перед гремлином отобранные для покупки карты. Он внимательно оглядел их, проверил что-то в одном из своих талмудов и после быстрого перестука костяшек на крохотных счетах, озвучил:
— С учетом вашей скидки, двести тридцать тысяч четыреста пятьдесят дайнов.
— И моя скидка составляет… — уточнил я, приподняв бровь.
— Тридцать процентов, — пожав плечами, как на нечто само собой разумеющееся, сообщил гремлин и указал кривым пальцем на кольцо Владыки Хаоса.
Ожидаемо, хотя и немного разочаровывает. Как я и подозревал, скидка рассчитывается от имеющихся огоньков, а не ото всех когда-либо заработанных. Но даже с нею быть полководцем очень дорого: одна закупка перед рейдом, и вся прибыль за два малых цикла работы пивоварни ушла за лежащую на прилавке стопку карт. А ведь большая часть всего этого, по сути, будет потрачена на один бой! М-да, лучше о таких вещах просто не думать… Я невольно качнул головой, вспоминая, сколько мне прошлому потребовалось бы рейдов по Осколкам, чтобы заработать такие суммы.
Ладно, хватит бессмысленных мыслей. Карты в Книгу и на выход, у меня на сегодня еще есть дела. Нащупать рычажок на ручке двери, перекинуть его против часовой стрелки, толкнуть створку, сделать шаг — и я возле входа в Лавку Карт, в бурлящей толпе Игроков, миновав первый этаж. Перед мысленным взором тут же вспыхнул символ Книги, закрытой золотым замком, отражая попытку кражи. Кто-то из «коллег», снующих в общей массе спешащих хаоситов и слуг, решил попробовать поживиться за счет полководца. Видимо, еще в общем зале отслеживал тех, кто поднимается по лестнице, ведущей наверх, а потом поджидал меня здесь. Значит, вор как минимум как-то узнал об особенностях второго этажа либо и вовсе действует по поручению того, кто вхож туда лично.
Новая попытка, с тем же результатом. Но неудачливый воришка на этом не остановился. Соткавшаяся из воздуха рука попыталась добраться до моей сумки Игрока и, едва коснувшись кожи дракона, ярко вспыхнула, осыпавшись черными хлопьями. Защита от взлома и чужих рук, установленная нагом на свою бывшую сумку, сработала исправно. Не останавливаясь, обвожу взглядом всех вокруг, пытаясь вычислить похитителя, но безрезультатно. Игроки, как и слуги, продолжают деловую суету, не отреагировав на происходящее, и вор, затесавшийся среди благонадежных покупателей, никак себя не выдал. Что ж, будем считать, разошлись краями: мошенник только что потерял сразу три весьма дорогостоящих заклинания Кражи с ограниченным числом попыток. Видимо, не ожидал, что у меня на Книге установлена длительная защита, а не разовая, потому и решил рискнуть дважды. Я как раз обновил ее перед серьезным рейдом. Ну а сумка у меня и вовсе шикарна…
Лавируя в толпе, запахнул плащ Совиного Крыла, активировав ускользающий взгляд и маскировку, и под их защитой в пару движений включил многогранник из сокровищницы Герлоха.
Из сутолоки, надменно кривя рожу, выбрался опрятный карлик в просторной хламиде и деловито продолжил путь на другую сторону площади…
Лавка Мастера ритуалов встретила тишиной и запахом благовоний. Пришлось несколько минут подождать, прежде чем хозяин, отозвавшись на мелодичный перезвон входного колокольчика, появился из глубин мастерской.
— Повелитель Рэнион, — он почтительно склонился предо мной.
— Мастер Нирис, — обозначил в ответ приветственный поклон и торопливо перешел к делу: — Что с моим заказом?
До начала рейда оставалось все меньше времени, и перед мысленным взором так и стоял циферблат часов.
— Я сделал все, что мог, — седой карлик виновато приложил руки к груди и суетливо поправил съехавшую линзу, вернув ее на лоб, — но вы дали слишком мало времени. И вещи, с которыми вы просили поработать, они выше пределов моего мастерства. Это…
— Я знаю, — мягко, но непреклонно перебил я. — Заказ непростой, и все же, вы сумели сделать хоть что-то?
— Да, — кивнул Мастер и выложил на стол броню рыцаря Пылающего солнца. — С этой частью вашего заказа оказалось проще всего. Я проверил комплект на наличие посторонних включений, следящих меток, отложенных проклятий, возможных ловушек и мин, и не нашел ничего. Возможно, они и присутствуют, гарантий я дать не могу, но те исследования, что мне известны, ничего не выявили. Кроме того, я наполнил чары кирасы силой, а также восполнил ее запасы материи эриумом, — он указал на две золотистые слегка выступающие пластины на спине. — Этот материал из всех известных в наше время наиболее близок по составу к льдистой стали и подошел для ее самостоятельного восстановления в случае повреждений. Материал из редких, дорогой, алхимически измененный, вам повезло, что он оказался у меня в наличии. Так же я обработал всю броню драконьим маслом, отпугивающим большинство диких животных, как вы и просили. Комплект полностью пригоден к ношению и готов к бою.
— Прекрасно, — кивнул я, обрадованный результатом.
Следующим на прилавок лег Щит Рассвета.
— Здесь все сложнее, повелитель. Я попытался разобраться, но… — тут Мастер ритуалов просто развел руками, — этот артефакт выше моего понимания. Щит закрыт, он просто не позволил мне себя изучать, скрыв структуру вложенных в него чар, свою основу и материал, из которого он создан. И с этим я ничего поделать не смог.
В принципе, чего-то похожего я и ожидал, поэтому упрекать мастера Нириса не стал. Щит Рассвета хорошо умеет хранить секреты, и свои, и чужие.
— Единственное что я смог, это восполнить запасы энергии, используемой щитом. И вышло это весьма недешево. Ваше снаряжение, повелитель Рэнион, выйдет весьма дорогим в эксплуатации.
На это я мог лишь пожать плечами. Не дороже жизни, а экономить на защите — верный путь в могилу, где тебе уже больше ничего не нужно.
— И последнее.
На стол легли пустые ножны и полоска зачарованной кожи для оплетки рукояти меча.
— Я все сделал по чертежам, которые вы мне прислали. На ножны пошла кожа скального дракона и орихалк, послуживший основной для чар сокрытия ауры и магической силы оружия, а также маскирующих его форму. Оплетка связана с ножнами ритуалом подобия и позволит поддерживать этот эффект в радиусе пары шагов от них, даже когда меч будет вынут. Степень подавления примерно на уровне шестидесяти процентов, если оружие в неактивной фазе. Это максимум того, что я смог сделать, учитывая доступное время. В последующем, я думаю, ножны можно доработать и довести эффект подавления и сокрытия процентов до восьмидесяти, нанеся дополнительные руны и усилив каркас.
— Хорошо, — кивнул я, рассматривая новые ножны для Ринору. Я, в принципе, не собирался демонстрировать его наличие перед другими Игроками, но если это все же произойдет, дополнительная маскировка не помешает.
— Это все, — закончив говорить, Мастер посмотрел на меня. — За весь заказ с вас сто двенадцать тысяч семьсот дайнов с учетом работы и использованных мной материалов.
Тяжело вздохнув, я начал выкладывать на стол золотистые пластинки. Как же все дорого…
— Сури, — Медж сурово посмотрел на невысокую девушку — летучую мышь, заранее виновато опустившую голову от его серьезного тона. — Главное не увлекайся, я тебя прошу. Твоя задача не прямое участие в бою, ты — наши глаза и уши в тех случаях, когда обычное зрение призванных существ не справляется. Твоя роль в этом случае — только разведка, контроль обстановки и выдача целеуказаний. Держись максимально высоко, не забывай обновлять маскировку.
Девушка послушно кивнула.
— Если же тебе и придется ввязаться в сражение, то только в качестве нашей летающей ударной силы, будешь доставлять «подарки» особо проблемным гостям. Здесь также главный приоритет — твое выживание. А значит, внимание, сосредоточенность и маскировка. Если почувствуешь жажду, у тебя во фляжках свежий запас крови. Моя девочка, — старый кот, подойдя ближе, осторожно приподнял подбородок вилле и погладил ее по голове, тон стал мягким, но остался по-прежнему уверенным: — Я понимаю, ты волнуешься, это твой первый серьезный рейд. Просто делай все, как мы учили, и постарайся выжить.
Сури благодарно кивнула, взмахнула крыльями, взлетела под потолок и, вцепившись когтями в балку, повисла вниз головой, решив немного вздремнуть. Впереди сложный день, ей потребуется максимум сил.
Медж, еще раз взглянув на девушку, качнул головой и пошел дальше. Сури была всего второго уровня, жуткая трусиха, но от запаха крови теряла контроль над собой и впадала в раж. При этом у нее огромный потенциал, в будущем она могла бы стать высококлассным разведчиком, и тигролюд очень хотел, чтобы вилла пережила грядущий рейд.
— Крог, — он подошел к человекокроту, замершему с любимой лопатой возле рюкзака. — Сразу как прибываем, призываешь всех своих существ и начинаешь тянуть сеть окопов вокруг штабной палатки. Я уточнил по составу почвы: глина вперемешку с камнями, они справятся. Потом в соответствии с выданным тебе планом, если не будет корректировок, размещаешь блиндажи. Тут тебе помогут остальные свободные члены вашей звезды. Слушайся своего командира, но если у него не будет времени проверять и принимать твою работу, не нервничай и не суетись: у тебя есть задание на всё начало операции, ты знаешь, что делать. Главное, не пытайся рыть сам, твои призывы справятся быстрее, для тебя их достаточно закупили. Ты же используй свое чувство земли и направляй их, у тебя отличный эмпатический контакт с родственными видами.
— Хорошо, — невысокий имвуку с очками-линзами на глазах нервно кивнул и неохотно убрал лопату в рюкзак. — Я сделаю, как сказано, и не буду глубоко закапываться.
Медж одобрительно рыкнул и усмехнулся.
— Как закончишь, поможешь парням в сборке наблюдательных вышек, — продолжил он инструктировать, накидывая излишне тревожному Игроку заданий с запасом, — потом укрытия для штаба и полевого склада.
— Я все понял, — расслабившись, ответил Крог и поправил лямки рюкзака, демонстрируя готовность приступить к работе прямо сейчас. — Я не подведу.
— Знаю, — серьезно кивнул Мастер войны, хлопнув бойца-строителя по плечу.
Направившись вперед, Медж хотел сказать пару ободряющих слов Саймире, что стояла возле штабелей с ящиками и что-то активно писала себе в электронный блокнот, но та раздраженно отмахнулась. Кот же наоборот довольно кивнул.
Пробежавшись взглядом по залу, еще раз выцепил самые яркие группы. Аваякс со старыми товарищами-проводниками расслабленно травил байки, привалившись спиной к перилам и попинывая сумку у ног. Ирарф выглядел излишне спокойным, выдавая свое напряжение, но он с его разведчиками выдержал десять часов в одноместной палатке, и даже не ругался потом, вернув всех сквозь разворошенный улей в целости и сохранности. Справится.
А вот Скэр… он опять закопался в вещах, перепроверяя, все ли взял, и не обращал внимания даже на членов своей звезды. И все это вместо того, чтобы выполнять работу Старшего тренера, которой сейчас, кстати, тигролюд вместо него и занимается.
Хлопнула входная дверь и в холле показался сосредоточенный Рэн. Окинув всех собравшихся цепким взглядом, он моментально нашел своего заместителя и коротко кивнул.
Нервно крутанув головой, Медж еще раз оглядел столпившихся у выхода из кланового дома суров и напряженно сглотнул, вглядываясь в их лица. Сколько из них вернется сюда через пару дней, а кого он больше никогда не увидит?.. Он их готовил, учил, ходил с ними в рейды, но… это проклятое «но»… Этого всегда мало. Что ж, если они погибнут, так пусть хоть за что-то стоящее, пытаясь стать достаточно сильными, чтобы открыть для себя и других новый путь, вместо кровавой резни и вечной погони за эбмиентом.
Слова самоутешения, но почему-то легче от них не становится.
Пора. Подхватив тяжелый баул и забросив его себе за спину, Медж коротко свистнул. И первым направился к двери, ведущей наружу. За ним потянулись остальные, провожаемые взглядами портретов на стене.
— Быстрее. Быстрее.
Встречающий в Доме Змеи чуть ли не за шкирку подтолкнул очередного Игрока к массивной колонне из черного мрамора, не позволяя надолго задерживаться в начале холла, и прижал руку гостя к чешуйкам молочно-золотой кобры. Страж Дома, открыв свои зеленые глаза, выдохнул на посетителя облачко золотистого сладковатого дыма, заставив закашляться. Внезапно голова кобры метнулась, извернувшись, и исторгла в спину проверяемому еще одну струю яда, что смыла с него сразу три метки контроля и наблюдения. Астральные паразиты остались корчиться на плитах пола.
— Следующий! — орет безымянный ю-а-нти, хватая за руку нового Игрока.
Для Проводников Хаоса и еще двух других Домов рейд в Топи должен был начаться именно из кланового дома Змей. Портальный зал с Вратами был открыт и подготовлен к перемещению больших партий разумных с самого утра. В течение всего дня члены рейда подтягивались, проходя сквозь дверь с изображением атакующей кобры и, проверенные, размещались в просторном холле, готовые к длительному ожиданию. Но Большие портальные врата были неожиданно открыты намного раньше срока, и сейчас, подобно змее, засасывали в себя вереницу Игроков, выплевывая их уже в новом мире. Это изменение Шепчущий внес, когда последний боец появился на точках сбора, чтобы сломать планы Ящеров. Те наверняка караулили противников на нижней площадке, желая щедро одарить их отложенными проклятьями, следящими метками и всем тем, чем так щедро изобилует Игра. Их же сейчас «развлекали» бойцы альянса из второй и третьей волн, отвлекая на себя внимание и убеждая, что срок еще не наступил…
— Ай!
Очередной хаосит резко дернулся, когда его окатило облаком яда, а с его руки соскользнул золотистый паук, упавший на пол и начавший судорожно сучить лапками, медленно растворяясь.
Вода вперемешку с грязью хлюпает под ногами, большой баул летит в кучу таких же, горой высящихся возле вымпела с оскаленной пастью волка, гербом нашего Дома. Вернувшись к чаше с путеводным огнем, служившей маяком для портальных врат, быстро сориентировался по цепочке подчиненных интенданта, что словно муравьи циркулировали по территории будущих укреплений, и направился к ближайшей площадке сбора стройматериалов. Их несли с собой все участники первой волны, как и общерейдовые припасы, но те собирают около запланированных складов.
Быстро открыв сумку, начал выкладывать ящики с камнями, песком, раствором, заговоренными травами, частями магических тварей и Хаос знает чем еще. Сумок Игроков, подобных моей, даже в альянсе весьма немного, поэтому мне и пришлось нести в своей львиную долю общего имущества, распределенного на наш клан. Гора ящиков со всем необходимым для начала строительства укреплений росла… и тут же уменьшалась: карта Строительства, что постепенно преобразовывала территорию вокруг себя, уже была активирована.
Земля бурлила и дрожала, зыбкое марево вокруг острова, выбранного в качестве базового лагеря, становилось плотнее, строительные материалы, жадно поглощаемые картой, становились полевыми укреплениями, небольшой вал рос, постепенно окружая берега просторного острова и неспешно одевался в камень… Кажется, все. Последний из штабелей с деревянными кольями лег в кучу к остальным, чтобы через час превратиться в укрепленную ограду или усилить собой защиту вала… Пора направляться к своим.
Я еще оглядывался по сторонам, чтобы проверить, как идут дела на других участках обороны, когда в воздухе над лагерем возникло сверкающее веретено, что начало стремительно кружиться, набирая обороты. От него во все стороны полетели острые шипы, что должны были накрыть собой всё в области действия артефакта. Я едва успел вскинуть Активатор, как по конструкту уже нанесли удар: веретено, не успев сделать и нескольких оборотов, внезапно сжалось, сдавленное невидимой силой, чтобы затем лопнуть, осыпавшись вниз грудой металлических осколков.
Но я отчетливо понял: трех-четырех часов на развертывание сил, обещанных нагом при планировании, у нас не будет. Все уже началось.
— Что по потерям? — прошипел Шепчущий, не отводя глаз от тактического экрана на своем Компасе владыки.
Поверх подробной карты местности отражались данные о текущей обстановке: загорались отметки сторожевых тотемов, сверкали маркеры расставляемых ловушек и голубые конусы защитных полей. Бежали цифры заполнения карт строительства материалами. Постепенно проступали треугольные контуры базовых лагерей, соприкасаясь вершинами… Все должно выстроиться в единый комплекс, создавая синергию чар, усиливая, защищая и дополняя друг друга, закладывая надежную основу для будущего преобразования в форт.
Контроль формирования единого защитного контура — сложный, кропотливый процесс, он требовал полного сосредоточения и внимания к деталям.
— Бирвис! — рявкнул наг, активировав артефакт связи. — Вы сместились на два градуса. Ты куда, тупой меховой мешок, установил рунную плиту? Из-за тебя весь западный сектор может «завалиться», потеряв устойчивость.
— Владыка, но там вода, — почти сразу прозвучал растерянный ответ. — Нет надежной поверхности. А вкапывать сваи долго, и под плитой в щите останется дыра…
— Преобразуй воду отвердителями! — раздраженно прорычал наг. — Для чего вам их выдали? И верни плиту на позицию согласно изначальному плану.
— Я понял, все исполню. Но промоина слишком большая, моих запасов энергокристаллов не хватит, чтобы закрыть ее всю.
— Тебе пришлют еще! — отрезал наг и отключился.
Офицеры оперативного штаба работали вовсю, командуя установкой комплекса штабных палаток и подключая необходимое оборудование. Остальные на бегу, по щиколотку в грязи и воде, умудрялись руководить бойцами первой волны, отдавая приказы. Невидимая паутина, что будет управлять структурой рейда, разворачивалась буквально на глазах. Наг чувствовал себя дирижером оркестра, состоящего из сотен разнообразных инструментов, и его задача — чтобы каждый из них правильно сыграл свою партию в нужный момент.
— Двое погибших, четырнадцать раненых, — последовал запоздалый доклад, и Шепчущий не сразу понял, что ему сообщают.
Немного, им повезло. Веретено Смерти могло бы причинить значительно больший вред, успей оно раскрыться полностью или сделать еще хотя бы десятка два оборотов. Мина-ловушка Древних, почти необнаружимая стандартными и не очень методами поиска, особенно в неактивном состоянии. На нее не действует Абсолютный запрет технологий, да и Большой пробой истощить не может, ведь в ней нет маны… Скорее всего, закладки активировали сразу же, едва Ящеры убедились, что вторжение началось. Интересно, где эту прелесть сумел найти Газарах? По сведениям разведки, ничего подобного в Топи не доставлялось. А тут такой сюрприз. Старый ящер еще полон секретов, видимо, понимая, что стоит на кону, он решил растрясти личную кубышку.
— Владыка! — разбрызгивая грязь, к лидеру рейда подбежал еще один офицер. — Группы-обманки, переместившиеся на другие точки, чтобы отвлечь Ящеров, попали под схожие удары, не задело только одну звезду. Похоже, заминированы все вероятные места высадки в этой зоне прибытия. Среди разведчиков большие потери — одиннадцать бойцов погибло, половина получила ранения разной степени тяжести.
— Я понял. Пусть отступают, — кивнул наг, снова возвращаясь к тактическому экрану для контроля обстановки.
На войне без потерь не бывает. Нити Веретена Смерти прошивали большинство стандартных защит, создаваемых картами обычного и серебряного рангов, золотые тоже не всегда справлялись, не говоря уже про материальные защитные костюмы и доспехи, что обычно носят Игроки. Так что то, что хоть кто-то из разведчиков выжил, уже весьма неплохо. И говорит о высоком классе посланных им бойцов, сумевших или выйти за пределы области удара, или уничтожить конструкт Древних до того, как тот распустит свою пряжу.
Так, а это что-то интересное… На экране замелькали сотни оранжевых восклицательных знаков, означавших повреждения создаваемых картами конструкций, но при этом — ни одной отметки врага. Переключив режим Компаса, наг высветил изображение, транслируемое оком
На груды ящиков, возводимые постройки, слуг и Игроков с небес сыпался настоящий дождь из бледно-зеленых семян…
Град из тугих многослойных шаров обрушился на землю абсолютно внезапно. Часть семян застряла в густой плотной вязи единой завесы, только начавшей разворачиваться над нашим базовым лагерем. Часть соскользнула по личным щитам и локальным защитным полям, установленным над наиболее важными объектами. Но часть, успев прорваться, упала на землю. И не только.
Нечто округлое с тихим всплеском шлепнулось рядом со мной в лужу, моментально намокло и, раскрывшись, исторгло из себя темно-зеленую массу, начавшую стремительно втягиваться в илистую землю. Я отреагировал почти мгновенно, успев ударить
Бросил быстрый взгляд по сторонам, пытаясь оценить обстановку. Крики, вопли, слуги мечутся под обстрелом, часть Игроков палят в воздух, сжигая прорвавшиеся сквозь завесу то ли местные искаженные семена, то ли биологическое оружие инсектов. Другая часть бойцов призывает стационарные купола для гражданских либо борется с растительностью на земле, спасая от растворения и пожирания лагерное имущество и друг друга, если доспехи оказались уязвимы к подобной органике.
Эдак за десять минут такой атаки мы останемся без наиболее массовых и применяемых карт!
Темно-серая дымка
— Не понимаю, да откуда они берутся?!! — взгляд нага бегал по тактическому экрану.
Неизвестная дрянь превращала четко спланированную акцию в абсолютный хаос: по лагерю метались сотни суров, спасаясь от угрозы, запасы материалов уничтожались, гибли только начавшие возводиться постройки, несли потери слуги и даже Игроки. А они не могли найти источник заразы, сыпавшейся им на голову!
—
— Щиты полевых лагерей пропускают шары, когда те теряют скорость, то есть сами по себе они не воспринимаются завесой как источник угрозы, — отчет аналитика по другому каналу. — Версия привнесенного биологического оружия отложена как наименее вероятная. Прорабатывается вариант с представителем местного биома…
Раз пока не удается найти источник проблемы, будем разбираться с последствиями.
— Примените
— Принято, — порхавший рядом заместитель быстро подлетел к офицеру, за которым был закреплен рейдовый набор карт. Тот тут же открыл раздел Книги с погодными картами, и уже через несколько секунд высоко над лагерем начали, завывая, закручиваться потоки воздуха, отклоняя, разбрасывая по окрестностям продолжавшие падать на лагерь семена и сметая призванные кем-то Облака пепла и Великий стальной рой.
Потоки ветра усиливались, они дули все более яростно, при этом опускаясь все ниже, буквально начав взбивать плотную взвесь щита, окружавшего лагерь.
— Владыка! — обеспокоенный крик заместителя, парившего за пределами штабной платки, заставил нага отвлечься.
Взглянув на изображение, передаваемое Небесным наблюдателем, он без слов понял причину паники. Шквал, бушевавший в вышине, начал менять свое направление. Потоки ветра, пробужденные заклинанием, готовились обрушиться на лагерь, который были призваны защищать. Причем настолько стремительно и быстро…
— Демоны ада! Отменяй заклинание!!! — проорал наг, осознавая, что сейчас произойдет.
Человек-мотылек стремительно вскинул Активатор. Вспышка света — и ничего! Карта послушно ушла в откат, но заклинание, созданное ею, словно обрело свою волю и решило поквитаться с создателем. Потоки ветра буквально рухнули вниз, на лагерь, наполненный Игроками.
Первые порывы ветра я встретил, находясь шагах в сорока от позиций Проводников. Как лидер клана я должен быть со своими людьми, руководя обороной, но для этого мне надо сначала оценить ущерб, нанесенный всему нашему «лучу» биобомбами, или чем там еще были эти проклятые шары. По мне, так они больше всего напоминали семена, разносимые ветром, отправленные в полет заранее и скоординировано обрушенные нам на голову.
На задувший ветерок, едва коснувшийся моей головы, я даже внимания не обратил. Ну, ветер, ну да, дует. Лишь ускорил шаг, возвращаясь, хотя двигаться быстро по этим болотистым местам, да еще прожаренным и протравленным кислотой, было не так-то просто. Наш северный базовый лагерь были назначены защищать сразу три клана, наименее опытных и боеспособных из участвующих в первой волне, но компенсирующих это за счет своей суммарной численности. Поэтому суеты из-за неожиданного и необычного нападения хватало: Игроки, пытающиеся вернуться к первоначальному плану и наверстать отставание, пострадавшие слуги, которых то ли лечить, то ли проще сразу отозвать, подпорченные грузы, что нужно перетряхнуть на предмет затаившейся заразы, спешно возводимые зачарованные палатки — и зеленая гадость, бурлящая на земле. Последнюю активно заливали огнем и кислотой, стремясь нейтрализовать. Каждый занят своим делом: кто-то стреляет, кто-то убегает, а кто-то умирает — вспышка Активатора одного из бойцов рядом со мной подарила быструю смерть несчастному слуге, попавшему под удар вместе с хищным лишайником.
Ветер начал дуть всерьез, когда я дошел до своих. Медж успел развести бурную деятельность в нашей зоне ответственности, несмотря на прошедший «град». Быкоголов с аспараи, кряхтя, поднимали наблюдательную вышку, собранную на земле, ее необходимо было установить и закрепить. Саймира, вооружившись картой
Часть Игроков контролировала окружающие болота и небо. Подброшенная вверх девчонка-вилла, активно работая крыльями, поднялась уже над вставшей-таки на ноги наблюдательной вышкой, а Крог, несмотря на творящийся бедлам, продолжал командовать вгрызшимися в землю призывами, создавая траншеи согласно плану и рвы перед ними. Сам, правда, тоже не удержался и взялся за лопату, совместно с пятеркой личных зверей выкопав нехилую яму под свое убежище.
Я был почти доволен, когда очередной порыв ветра неожиданно ощутимо толкнул меня в спину, да так сильно, что едва удержался на ногах. И ветер лишь продолжал набирать силу. Глянул в небеса, рванные из-за разошедшегося магического вихря… и интуиция ткнула меня под ребра. Не раздумывая, заорал:
— Все в укрытие! — и рванул к яме Крога, толкая к ней любого, кто подворачивался под руку.
А следом на мой командирский коммуникатор пришел приказ-предупреждение.
Саймира непонимающе озиралась по сторонам, когда Медж, мгновенно оценивший обстановку, без лишних слов взмахом лапы забросил ее в яму. Следом за ней полетела пара новичков. Остальные, получив наглядный пример, без дальнейших подсказок, начали прыгать следом.
Тренировки на арене не прошли зря. Мы успели буквально в последний момент, вповалку, слоями, лишь бы вовремя. Я прыгнул последним, упав на быкоголова, придавившего собой еще кого-то.
— Давай родной, — шепнул я Щиту Рассвета, —
И тот мгновенно откликнулся, создав прозрачную полусферу, засветившуюся солнечным светом. Золотистый купол начал быстро расти, за несколько секунд накрыл собой всю яму и, упершись в ее края, в один миг затвердел. А следом все загрохотало.
Порывы ветра, что до этого лишь пробовали нас на вкус, теперь обрушились вниз на лагерь, словно дикие псы, снося и разбрасывая все на своем пути: песок, камни, растительность… в вперемешку со слугами, Игроками и имуществом, доставленным из Двойной Спирали. Все это было опрокинуто, изломано и разбросано по земле, чтобы через миг вновь оказаться поднятым и обрушенным вниз. По щиту несколько раз что-то с силой ударило, проверяя на прочность, но сквозь поднявшуюся пыль было не разглядеть, что или кто стучит…
Подо мной кто-то стонал. Крог, придавленный в самом низу, едва дышал, с натугой втягивая воздух. Из другого угла неслась приглушенная ругань. А ветер тем временем лишь набирал обороты, и казалось, ничто не найдет на него управы. Но нашли.
Артефакт медленно истаивал в руке нага. Крохотный погодный шар, творение Древних, пара оборотов на ободке которого создавали вокруг любую желаемую погоду. Дождь, снег, облачность или, как сейчас, абсолютно безветренный ясный день, которого Топи с их вечным маревом и туманами, наверное, не видали со времен появления Спящего… Разовый простенький артефакт, сумевший превозмочь волю Змея Бурь, рассеять заклинание, перехваченное им после отмены карты, и спасти несчастный лагерь от полного уничтожения.
«Значит, Первый все же решил посетить нас лично… — Шепчущий, наблюдая за исчезновением шара, что был старше всей этой вселенной, мысленно анализировал произошедшее. — Неожиданно и прекрасно».
Все-таки Ящеры сделали свой ход. Возможно, их отношения с Охотниками и ухудшились после того провала, но вот информация о том, что последующие переговоры толстошкурых со Старшими не удались, явная деза. И наг теперь точно знал, кто из его шпионов «не совсем его».
В принципе, чего-то похожего он и ожидал, несмотря на поступавшие успокаивающие доклады, но все же надеялся, что Керумер прибудет несколько позже… Теперь осталось лишь дождаться остальных гостей, и можно будет начинать следующую часть плана. А пока…
— Доложить о потерях, — коротко приказал он маасари, парившему рядом. Штаб, в отличие от неразвернутого лагеря, был прикрыт надежным стационарным щитом, навредить которому ветер не смог.
Стихает. Щит Рассвета, снова сделав созданный купол полупрозрачным, позволял мне наблюдать за тем, что творилось наверху.
Ураган успокаивался. И расставался со своей добычей. По поверхности купола пробарабанил град упавшей откуда-то сверху щебенки. Следом посыпались колья для рва, и парочка из них, будто стрелы, отправленные рукой гиганта, воткнулась в землю совсем рядом с ямой. Напоследок, раненой птицей рухнув прямо на купол, нас накрыло рваное полотнище с волочащимися за ним обломанными стойками. Где-то за завалом раздался приближающийся к земле истошный крик… и резко оборвался. Карты полета в Игре — большая редкость.
Наконец порывы ветра смолкли. Золотистый купол, укрывавший нас, начал осторожно стягиваться к центру. Смахнув с себя мусор и камни, просыпавшиеся мне на голову, едва исчезла удерживавшая их преграда, я осторожно приподнялся, а затем полез прочь из ямы. Оказавшись наверху, помог выбраться быкоголову, на которого свалился сверху, и махнул ему, чтобы тот занялся остальными. Сам же, спрятав в сумку артефактный щит, оценивал обстановку.
Непосредственной угрозы прямо сейчас нет: заклинание Воздуха рассеялось без следа, а местная «живность», если и была в округе, либо разбежалась от неожиданного буйства стихии, либо попряталась. На Компасе тоже чисто. Зеленую дрянь из семян, по большей части, тоже сдуло. А вот с остальным все далеко не так радужно. Вышка, палатка, все то, что мы едва успели возвести, унесено ветром лишь Хаос ведает куда. Зато чуть вдали виднелась смятая бочка полевой кухни. Из кучи досок и камней, когда-то бывших ровными штабелями материалов для строительства лагеря, торчала чья-то нога. По всей территории были разбросаны обломки и мусор, который придется сначала расчищать, прежде чем что-либо заново возводить. Полный хаос.
Артефакт-коммуникатор, активировавшись, потребовал отчета о состоянии дел, и я несколько секунд пытался подобрать фразы, не состоящие из ругательств.
— Это все? — офицер из штаба, заслушав доклад, быстро добавил: — У вас дела еще относительно неплохи. Ближайший к вам клан вообще сдуло, разбросав по всем Топям. Пока их не соберем, вам придется принять их участок, расширив свою зону ответственности, и помочь Щитам Валора, им сильно досталось. Выбита почти половина бойцов, восемь тяжелых, пара погибших. Одни они могут не справиться. Обновленную тактическую схему обороны северного базового лагеря я вам чуть позже сброшу.
И, не дожидаясь моего ответа, прервал связь. Я обвел взглядом слегка обалдевшего Меджа, напряженных командиров звезд и рядовых бойцов, выжидательно смотрящих на меня. Прокашлялся и произнес:
— У меня для вас есть новости, и они вам, скорее всего, не понравятся.
Я быстро анализировал ситуацию, одновременно прикидывая и свои собственные ближайшие действия, и приказы, которые стоит отдать клановцам.
Наша задача — быть готовыми к тому моменту, когда враг нанесет следующий удар. А он будет, я в этом абсолютно уверен. Теперь главное понять, чего стоит ждать. Будут ли это Ящеры или нам пока противостоит лишь хозяин здешних мест со своей свитой? Хотя, лучше готовиться к худшему, и то, что враг пока не проявил себя, не означает, что его нет. А потому, приказ всем: дополнить защиту, рассчитанную на волны диких животных, той, что будет эффективна в противостоянии с другими Игроками.
А что с моими собственными картами? Самая сильная моя связка «выживание», как я ее для себя назвал, с легендарным доспехом и ограниченным во времени, но крайне эффективным золотым щитом, а также Дланью бога, дающей три мгновенья полной неуязвимости, — привязана к
Наши бойцы, растянувшись редкой цепочкой, пытались расчистить территорию от мусора, трупов и прочих обломков. Три тела Игроков лежали чуть в стороне, прикрытые брезентом. Только ядовитый камыш, густой порослью окружавший точку прибытия, колыхался как ни в чем не бывало, стойко выдержав ураган.
Четверо бойцов Эфирота, подбежавшие с носилками, прервали нерадостные мысли.
— Куды ложить?
— Туда, — кивнул я, указав на яму Крога, укрытую зеленоватым защитным куполом, поставленным Скэром, и превращенную во временный лазарет. В него стаскивали всех тяжелораненых бойцов нашего «луча». Альянс, а вернее, Змеи, выдали весьма обширный набор лечебных зелий, а также в последний момент расщедрились на восстановительный артефакт площадного действия для каждого базового лагеря. У нас оказалось наилучшее из готовых убежищ, поэтому его тут и разместили.
Носильщики, благодарно кивнув, сгрузили своих и быстро умчались за следующими.
Лишившись зачарованной штабной палатки, нам пришлось изменить план работ по строительству укреплений. Крог, забросив траншеи, согнал всех своих существ на рытье центрального укрытия, а звезды поддержки срочно собирали балки и доски, готовясь превратить обе ямы в блиндажи, а потом, в идеале, в доты. Я послал бойца пробежаться по территории нашего укрепрайона, в надежде найти палатку, уж больно та была хороша, но не факт, что нам так повезет. Больше я рассчитывал на
— Все-таки слуг надо прикупить, — запыхавшаяся Саймира, сортировавшая вместе с остальными материалы, тяжело вздохнув, остановилась рядом. — Хотя бы для таких ситуаций, для экономии времени и сил.
— Нам много чего нужно прикупить, вот только средств на все сразу не хватает, — пожал я плечами.
Вскинув Активатор, запустил вверх
— Сури, опиши, что ты видишь вокруг себя, куда тебя занесло? И не истери, активируй Компас, все делаешь последовательно, как я тебя учил…
Медж, сидевший рядом, сейчас пытался понять, где наш разведчик. Глаза и уши клана, закинутая в какие-то заросли, упорно отказывалась оттуда вылезать, даже чтобы просто сообщить обстановку.
— Так, я понял, какие-то грибы невкусные. Уже легче. Ты можешь оттуда выбраться?
Кот, теряя терпение, тяжело вздохнул, когда в воздухе раздался крик, заставивший всех встрепенуться.
— Смотрите! Вода отходит, — Джилл, стоявшая в дозоре, оказалась ближе всех к камышам, и сейчас тыкала пальцем в сторону топей. Опыт проводника по Осколкам не пропьешь, на всю жизнь приручает быть внимательным к деталям.
Болотная жижа, окружавшая остров, с хлюпаньем и вонью медленно отползала назад, обнажая дно, а на ее место, словно заполняя пустоту, начал прибывать густой, темно-желтый туман, явно пытающийся что-то или кого-то скрыть. В принципе, логично. Вода и воздух — основы силы местного хозяина, и, кажется, он решил познакомить нас со всеми их аспектами. Первый Охотник, да еще на своей территории, он должен быть силен, иначе бы его давно сожрали.
Теперь осталось лишь явиться Ящерам, и весь первоначальный план можно окончательно посылать к демонам.
— Выставляем барьер, активируем Столбы чистоты.
Коммуникатор выдает указания штаба, я дублирую, напряженно глядя на обнажившееся брюхо топей, покрытое илом и тиной. Серебристые столбики вгрызаются в почву, вырезанные на светлом металле руны, вспыхивают одна за одной, и клубы тумана, истощаясь, рассеиваются шагах в десяти от них. А как бы действовал я? Мысль лихорадочно кружит в голове. Да так же: цель в стационарной позиции, хорошо вооружена, но скована, и отступить не сможет. Сначала расчистить проход — сделано, вода отошла. Следом — маскировка. Туман, окруживший точку прибытия, абсолютно непрогляден за чертой барьеров. А дальше — пробный удар чем-то, чем легко пожертвовать, чтобы выявить огневые возможности противника, заставить частично растратить запас карт, досрочно активировать защитные барьеры и разрядить ловушки. Которые лично мы, кстати, пока почти и не ставили, так как в тех местах до урагана ходили наши бойцы, устанавливая внешние заграждения.
Из грязной тины, покрывавшей дно болота, пробив слой грязи, показалась рука, затем вторая, уцепившаяся за камыши, а следом выполз и их хозяин — черное полусгнившее тело, рот, раскрытый в вечном крике, пустые глазницы. Остатки одежды лохмотьями свисают с плеч. Мертвец, шатаясь, пытается стоять на едва держащих его ногах. Шагах в пяти от него из грязи начало выкарабкиваться новое тело, почти утратившее плоть. Практически голый скелет с жалкой прядью волос на лысом черепе. Выстрел из арбалета разнес черепушку, и кости, наполовину вылезшие из грязи, в нее же и вернулись. А над болотами разнесся звук рога. В глазницах зомби вспыхнул синий огонек, и он, уже более осмысленно, шагнул в нашу сторону…
Вот и первая волна. Я почему-то думал, что это будут дикие твари, обитающие в Топях, а не мертвецы. Но кто-то решил по-другому. Впрочем, так даже и логичнее — популяцию живности восстановить гораздо тяжелее, чем толкнуть в бой мертвые кости.
Взмах топора рассекает тело на две половинки. Шаг вперед и быстрый удар по диагонали — лезвие с чавканьем врубается в плоть. Пинок ногой отбрасывает мертвяка назад, сбивая с ног следующего, бредущего за ним.
— Встать в строй! — громкий рык заставил быкоголова, недовольно фыркнув, шагнуть назад.
Сверху капает
— А эмбиента они дают многовато, для такой-то рвани, — Медж метким броском кирпича разнес голову очередному скелету и вгрызся в яблоко, зажатое в другой руке. — И что дальше? — вопросительно посмотрел он на меня.
— Ждем, — пожал плечами я в ответ.
Ни хрена не видно. Кондор, до того, как его сожрала какая-то тварь, ничего кроме тумана, окружавшего наш лагерь, показать не смог. Присутствие жизни тоже молчало, показывая лишь мелкую живность в камышах. Копии магического шара Гаинарского дозора, курсирующие в тумане, время от времени показывали кособокие фигуры пробудившейся нежити, но их облезлые рожи мы и так наблюдали рядом с барьером.
— Из штаба указаний новых нет, так что придерживаемся старого плана. Отстреливаем местных мертвяков и возводим полевые укрепления, благо, мы успели разгрузить далеко не все наши сумки.
Земля у нас за спинами бурлила, вскипая и изменяясь. Карта полевого лагеря пожирала стройматериалы, постепенно преобразуя пространство вокруг себя. Пока обходились тем, что щедро принес нам ветер: обломки досок, раздолбанные ящики, камни, кирпичи, — все летело в центр преобразования, стаскиваемое Игроками отовсюду, пока их товарищи сдерживали лезущих на берег мертвецов.
Редкая цепочка лучников и арбалетчиков действовала не слишком эффективно, и время от времени зомби выходили на берег, пробираясь к лагерю меж рядами не до конца завершенных заграждений. Тогда в дело вступали рукопашники, добивавшие их. А чтобы мертвяки не были слишком шустрыми, Серебряный дождь их стреноживал, ослабляя. Но главное, мы сумели выиграть время. Не знаю, что там планировал враг, но эта атака желанного результата не принесла, лишь дала нам перегруппироваться и продолжить возведение базы под форт. Всего двадцать минут, и все же — это целых двадцать минут, позволившие перевязать раны, привести в порядок себя, а самое главное — через час, даже меньше, у нас будет первое укрепление, созданное картой развития территории.
Жалко, что враг это понял слишком быстро.
— Как там Сури? — уточнил я, одновременно выстрелив из арбалета. Болт снес мертвецу голову, и я почувствовал легкое прикосновение эмбиента к Медальону. Непривычно, но это лучше кружащей голову эйфории.
— Жива, хвала Хаосу, — Медж, доев яблоко, запустил огрызком по очередному мертвяку, показавшемуся из тумана. — Я приказал ей продолжать сидеть там, куда ее забросило. Толку тут от нее сейчас… Сожрут без дела и пользы.
— Согласен, — кивнул я, взводя тетиву, и новый бронебойный болт сам скользнул на ложе из колчана. — Тут скоро будет жарко. Все отходим назад! — крикнул я бойцам прикрытия. — Стягиваемся к центру лагеря. Не знаю, что там приготовил враг, но лучше пусть вторую волну встречают карты, а не мы! Отходим!
Приказ дублируется командирами звезд, а на берегу, сразу за витками колючей проволоки, стали возникать мои существа.
Призванные из карт существа возникали одно за другим, сменяя Игроков, отходящих за их спины.
— Медж, засеивай, быстро! — приказал я своему Мастеру Войны, и рявкнул в переговорник: — Начинаем выставлять ловушки!
Команда улетела через амулет связи лидерам звезд, и над позициями тут же раздались их зычные голоса, отправляющие заклинателей за спины товарищей, временно выводя тех из боя.
— Думаешь, пора? — с сомнением хмыкнул Медж, вглядываясь в туман. Его усы топорщились, чуткий нос морщился, принюхиваясь, а глаза напряженно выискивали признаки новой волны. — А если это снова обманка и мы растратим мины на пустышки или протухших мертвяков вроде этих? — кот кивнул в сторону очередного зомби, уныло бредущего к берегу.
Может, я и в самом деле тороплюсь? На миг задумавшись, прислушался к себе, ведь кроме завываний ветра, подозрительно похожих на змеиное шипение, нет никаких реальных предпосылок активировать новую линию обороны. Но интуиция буквально скребла душу, говоря, что пора. И даже немного поздно.
— Действуй, — коротко велел я, и Медж, дисциплинировано кивнув, полез в сумку.
Пара заклинателей из ближайших звезд, методично двигаясь вдоль линии заграждений, приближались к нам, прикрываясь тушами призванных существ. Вот они в очередной раз вскинули Активаторы, вспышка, и в центре болот возникает
Одна за другой ловушки появлялись перед нашим периметром обороны: ловчие силки, огненные ямы, спящие лезвия, всевозможные лозы и мины. Вот, наконец, из лап Меджа вылетел длинный желтый кристалл, обвитый металлическими полосами. Ведомый небольшим жезлом в руке тигролюда, он взлетел над камышами, чтобы спустя миг лопнуть, разбрасывая во все стороны сотни крохотных стеклянных капсул. Стоит наступить на любую из них, и раздастся взрыв, способный убить или оторвать конечность. Усовершенствованное Заруханское взрывчатое стекло, которое я в свою бытность разведчиком Осколков так ненавидел… Запреты, выставленные перед боем, не касаются алхимии, а Дом Змеи щедро открыл участникам первой волны доступ в свои арсеналы, выдав боеприпасы даже сверх оговоренного, так что нам есть, чем порадовать тварей и кроме карт.
Следующий кристалл взлетел над болотами, перекрывая соседний сектор, а я все колебался, не зная, что предпринять. Карта Блуждающих огоньков ждала своего часа в Активаторе, но использовать ее сейчас или чуть позже, когда сумеем хотя бы понять, с кем имеем дело?.. И, словно в ответ на мой вопрос, в центре окружавшего нас тумана, взбудоражив его, мелькнула огненная вспышка первого взрыва. Затем еще одна и еще… Треск хлопков сработавших стекол зазвучал буквально отовсюду.
— Приготовиться! — заорал Медж, и, опережая его крик, на берег вылез здоровенный краб, густо облепленный водорослями и илом.
Бронированный переросток, угрожающе раскрыв клешни, рванул на берег. Сухой щелчок арбалетной тетивы, и болт, ударив по панцирю, рикошетом отлетел в туман. А каменный краб, даже не обратив внимания на мелкий раздражитель, продолжил бежать вперед, чтобы получить
Только за первым крабом показался второй, а за ним третий. Черной змеей вперед рванула здоровенная мокрица, попытавшаяся обвить стоявшего в центре обороны Ужаса Битв. Северный варвар, хекнув, замахнулся и снес полморды прикинувшемуся дрейфующей кочкой крокодилу. А Королевский грифон, с яростным клекотом спикировав вниз, выхватил из обнажившегося после отлива ила извивающуюся ужом аморфную тварь и утащил пытавшегося незаметно прокопаться за линию баррикад «червяка» на насест из досок… на время оголяя свой участок обороны и доставив противника прямо к нам в тыл. Надеюсь, пернатый его там добьет. Окружающая же остров завеса вспухла новыми тенями, двинувшимися к нам и безошибочно находящими прорехи в недостроенных баррикадах.
— Разогнать туман картами ветра! — мой приказ дублируют командиры звезд, и из грязно-желтой пелены тут и там начинают вылетать выдранные заклятьями тяжелые неопрятные клочья, неохотно рассеиваясь.
Только обычные карты не справляются с задачей: вяло откусывая небольшие куски, они создают небольшие «проталины», но те быстро зарастают, сам же ветер вязнет в тумане, моментально затихая. А вот непроглядная хмарь наоборот активизировалась: клубится, выплевывает отростки — и уже спустя пару ударов сердца снова напирает на Столбы чистоты.
Но даже этих секунд нам хватило. Черные маслянистые блики на панцирях, спинах и щупальцах, узор перетекающей чешуи, узнаваемая форма клешней и еле заметное марево отводящих взгляд иллюзий… Марширующие лапы и оскаленные морды, на миг отчетливо показанные шарами-разведчиками Гаинарского дозора…
Медж все понял едва ли не быстрее меня и заорал:
— Рэн, призывай отряд! Мы их так не удержим, слишком растянуты из-за чужого участка.
— Сейчас! —
Вновь вскинуть Активатор для следующего шага.
— Воплощения Стихий, придите на мой зов!
Медж, облегченно вздохнув, криком и жестами погнал Игроков из прикрытого отрядом полководца центра на фланги, размещая звезды плотнее друг к другу.
Треск ломаемых деревянных «ежей», хлюпанье волочащейся по вязкому илу колючей проволоки, рык и повизгивание наступающих на «вороньи лапы» тварей… Демоны ада, да сколько же вас⁈
Где-то сбоку, закрытая от меня спинами призванных существ, матерится Нола, командуя своей урезанной звездой поддержки. Что они делают на передовой⁈ Перед наполовину разрушенными заграждениями второй младшей звезды, управляемой Вургом, резко взбивают грязь, срочно разрастясь и топорщась во все стороны длинными шипами, заросли железного кустарника, рядом возникает стена кровавого бамбука, оплетенного колючими лозами… Раз в ход пошли засеянные на экстренный случай семена, дела у них дрянь. Направляю в их сторону
Перезарядить Активатор, одновременно запрыгивая на завал из стройматериалов, чтобы хоть как-то видеть происходящее… У Вурга прорыв, Нола с Тимом подтянулись на помощь, но долго они не продержатся. Книга, быстрей!
Прозрачные крылья взбили воздух. Главное не подниматься высоко, чтобы не врезаться в наши же щиты, восстановленные над лагерем. Земля медленно уплывает вниз, еще пара секунд, полтора десятка шагов под ногами, еще чуть-чуть… теперь хоть видно все поле боя и можно и руководить, и быстро помогать своими картами. Пара мгновений для оценки. У остальных звезд все относительно хорошо, мои элементали тоже пока справляются, став эдакой стеной-волноломом на острие «луча», разбивающей и перемалывающей ползущие из тумана полчища живности. Потерь пока нет, хотя пара раненных у Вурга успела возникнуть: Ксефон, быкоголов, наглотавшись черного яда, бессмысленно водил перед собой руками, явно ничего не видя, а его напарник-хонн пытался вынуть из бока острый шип, пробивший доспех, попутно откупоривая бутылку антидота.
—
Что у соседей? Взгляд в сторону Щитов Валора, и почти сразу следует команда:
— Саймира, Ульфред со своми, быстро выдвигайтесь на помощь наемникам!
Тем приходилось туго. Дикая Свора это тебе не мертвая плоть камней или текучесть воды, животные, даже магические, по сравнению с элементалями слабее и уязвимее. Отряд Эфирота был призван почти одновременно с моим, но к этому времени оказался уже изрядно потрепан. Еще держались
— Сай! Выпускай Шум-Шума! — командую я.
Гигантский воздушный элементаль плюс пятерка опытных бойцов с хорошим набором карт должны помочь устоять Щитам. И все равно их сил мало. Но это все что у меня есть, итак с кровью отрываю от своих. Только если наемники не устоят, вся эта масса ударит по нам, а мы растянуты на два участка.
Надеюсь, Ррау присмотрит за анир…
Задавив не вовремя поднявшее голову беспокойство, вернул взгляд к своему «личному» участку обороны.
Громадная клешня, выстрелившая из тумана, разнесла наполовину разломанную баррикаду и сомкнулась на Ужасе Битв, легкое усилие — и мощный маго-механический голем, столько раз выручавший меня в бою, разрезан пополам как пустая консервная банка.
Это еще что такое⁈
Я едва успел вскинуть Активатор, как ответ на мой незаданный вопрос пришел сам собой. Из желтой мути вынырнуло нечто похожее на скалу с восемью колоннообразными ногами. Размером с трехэтажный дом. Здоровенная тварь с клешнями и, как выяснилось, хвостом, удар которого расколол одного из Гранитных элементалей. Пара огненных заклинаний и электроразряд оставили на пришельце лишь легкие подпалины. Резко развернувшись боком, тот вновь со всего размаха ударил хвостом, буквально разнеся на куски еще парочку элементалей и Нефритового голема, метавшего заклинания из-за их спин.
В образовавшуюся брешь, словно натренированные штурмовики, рванули сразу десяток тварей… чтобы оказаться смытыми превратившимся в бурный поток Водным. Трепыхание, бульканье, острые лезвия сжатых струй, впитавших во время рывка грязь и мелкие камни… Кто-то догадался кинуть в элементаля пару бутылок с сильнейшим ядом… С «десантом», считай покончено, только вот ходячей скале нет дела до ручейков, гремящих у ее подножия.
Слишком близко к нашим, сильнейшие из карт не применить, но… Нога-колонна делает очередной шаг, и взрытая десятками лап и ног земля идет трещинами. Паутина разломов разбегается во все стороны, почти задевая укрепления, заставляя пятиться назад Гранитных элементалей и убираться прочь призывы. Дрожь будто отряхивающейся тверди… вырванные из нее с мясом валуны, обтекая грязью, взмывают в воздух… другие уходят вглубь, выворачиваясь из-под каменных лап… Скалоног шатается, неловко переступая, но тут же, взревев, будто горный обвал, возвращает себе равновесие, с силой придавливая центральные камни. Но этих потерянных мгновений хватает, чтобы
Вот только ходячая скала почему-то не желала подыхать.
С наполовину стесанным панцирем, трещинами по всей туше, с текущими из них ручьями густой жижи, заменяющей кровь, в объятии жалящих языков пламени, что не потухнут, пока не спалят всю плоть, — древняя тварь, напружинившись, разорвала колючку, будто простую паутинку, и рванула вперед, вырываясь из области действия заклинания. Неожиданный прыжок шагов на десять, кусок панциря, размером с хорошую ванну, рушится на разломанные доски, ноги шатаются, подкашиваясь, но тварь все еще жива и очень зла. Шваркнув хвостом и подняв заслонившую обзор тучу брызг, скалоног нанес размашистый удар клешней, в этот раз сумев задеть парочку зазевавшихся Игроков, разлетевшихся в стороны, словно куклы. Вторая клешня выстрелила вперед, попытавшись разрезать пополам Меджа, рванувшего к прорвавшемуся в глубь укреплений врагу. Старый кот коротким нырком ушел вперед, увернувшись от атаки,
Я отвел в сторону Активатор, с заготовленной Зеленой дланью и переключился на то, что происходит на берегу. Линия заграждений разрушена, Жернова надо немедленно остановить, а то они уже подбираются к создаваемому картой территории базовому лагерю. А еще… Книга, Активатор. Желтые клубы
Шум-Шум пока справляется, воронка торнадо взбивает пространство вокруг себя, засасывая и разламывая на куски все то, что стремится вылезти на берег. Щиты Валора, получив передышку, снова тащат к нам своих раненых бойцов… Предупреждение из штаба запоздало зудит в переговорнике:
— Осторожно! Появились крупные дикие существа с высоким магическим потенциалом. Несмотря на высокий уровень угрозы, экономно применяйте карты золотого и серебряного ранга. Это не последняя ожидаемая волна.
Вскинув взгляд на окружившее лагерь поле тумана, зацепил краем глаза, как мне показалось, новые крупные тени, движущиеся из глубины. Приказал стрекозе приподняться, чтобы определить их количество… Соткавшуюся из воздуха чернильно-фиолетовую молнию я даже не заметил.
Удар об землю выбил из легких воздух, доспех смягчил удар, но несколько натужных вдохов я просто лежал на земле, приходя в себя. Сверху по мне прилетел новый удар. Ведомая чужой волей магия попыталась сжать мое тело, скомкать, разломать… — и пропала, поглощенная Аурой с Пирамидой, что на этом полностью исчерпали себя. Кувырком откатываюсь в сторону, вскакивая на ноги. Иллюзии, созданные
Вскидываю Активатор. Где же враг? Да не видно ничего, проклятая стена тумана, окружившая нас, скрывает все. Из завесы внезапно вынырнула голова гигантского варана, обдала кислотой из пасти моего элементаля и тут же нырнула назад, получив парочку запоздалых ударов, почти не причинивших вреда. Так не пойдет! Они ж эдак нас просто перебьют по одиночке, а мы даже не узнаем, куда бить в ответ, разве что случайно зацепим чем-то площадным: проклятый туман, словно надежный щит, скрывает в себе тварей, защищая их от поисковых заклинаний, буквально глуша и растворяя чары в себе.
Шум-Шум неожиданно опал, словно раненый воин, напоследок тяжело выдохнув столб ветра, унесшийся в строну болот, и осел, оставив соседей без поддержки. А если так? Компас желаний. Я быстро вытаскиваю из сумки творение Великого Механика. Поиск носителей силы, уровень — не ниже старшего демона, задать. Создавший стену тумана выставил защиту от сил Хаоса, но мог ли он брать в расчет тебя? Попытаться стоит. Золотая стрелка безостановочно скользит по кругу, не в состоянии сделать выбор. Слегка изменить настройку: добавить в условие живых существ, еще немного ожидания — и яркая полоска металла начинает передвигаться скачками, то укорачиваясь, то удлиняясь. Мне нужен ближайший! Золотая стрелка послушно замирает, указывая в туман. Красная и черная мгновенно приходят в движение, догоняя товарку, и, чутко вздрагивая, рассказывают о ближайших опасностях и наиболее скрытном пути… Улыбка расползается по моему лицу.
Вы хотели поохотиться на нас, атакуя из безопасности тумана, безнаказанно расстреливая, словно кроликов в лесу? Что ж, посмотрим, что вы почувствуете, когда начнется охота уже на вас! Задача была бы идеальна для Меджа — вылазка в тыл врагу как раз по его профилю, диверсанта и тайного убийцы, но… Компас желаний не настроен на него. Когда старый кот разберется с ним и вникнет в тонкости управления, будет слишком поздно. Нас почти не останется.
— Медж! Принимай командование на себя!
Переключить свой артефакт связи в режим автономного поиска, теперь мой заместитель сможет и отдавать приказы командирам звезд, и получать распоряжения от штаба. Приказать отряду занять глухую оборону на своем участке, поддерживая друг друга и подлечивая по необходимости. Сменить изрядно просевший доспех.
— Площадными заклинаниями вглубь не бейте!
Кисея тумана окружает меня, окутывая обманчивой безопасностью. Звуки боя пропали, видимость — не более трех-пяти шагов. Под ногами что-то трещит, хлюпает, подошвы то и дело соскальзывают с панцирей дохлых крабов. Несильный хлопок ощутимо встряхнул ступни — и я запоздало вспомнил про взрывчатые стекла. Хорошо, что золотой доспех они пробить точно не смогут. Компас желаний, сверка: враг сместился шагов на десять вправо, меня пока не обнаружили, скорректировать маршрут.
Мой бег сквозь туман и камыши продолжается. Зомби с распахнутым ртом запутался в ядовитых лозах и обессилено машет руками. Не видно ни зги, я бегу почти наугад, ориентируясь лишь на движение стрелок. Мертвая змея, живой краб — не вы моя цель. Еще десяток ударов сердца, и я вываливаюсь в свободное от тумана пространство, где в широком круге замерло нечто похожее на тень, парящую шагах в пяти над землей, что буквально вибрирует от пульсирующей в ней силы. Размазанная в пространстве, словно клякса, тень тянула энергию в себя, преобразуя, направляя и вплетая в заклинание, готовое вот-вот сорваться и пронзить пространство. Черная змея Аспида рассекла воздух, перечеркнув тварь, и та взорвалась, выбросив из себя всю накопленную силу. Мощная волна всколыхнула туман, заросли камышей моментально увяли на десятки шагов во все стороны, вспыхнул на миг Щит Рассвета, отражая удар…
— И что это было? — удивленно уточнил я, глядя на дюжину трупов вокруг себя, медленно рассыпающихся в прах: сила взрыва, разогнавшая туман, приоткрыла то, что он хранил.
Компас снова в моей руке, золотая стрелка вновь бежит по кругу в поисках ближайшего носителя силы. А вот и он, этот уже дальше. Ну, ничего, мне не сложно подойти и самому.
Я взмываю в прыжке. Лезвие Аспида выстреливает вперед, целясь в бронированную шею варана. Острый шип меча легко прокалывает кожу, резко отвожу руку в сторону, и божественный металл непринужденно вспарывает чешую, вгрызается вглубь, оставляя широкую рану, из которой потоком хлещет кровь. Варан, зашипев, дергается назад, стремясь скрыться в зарослях. Приземлиться перекатом, встать на ноги — и
Продолжаем забег. Компас, поиск. Новый враг. Мощный взрыв выбивает землю из-под ног. Сверху падает грязь, камыши и тина. Пытаюсь встать, сбрасываю с себя мертвое тело. Хочу отряхнуть забрало, но то очищается само. Нужно бежать. Туман скрывает не только врагов от нас, но и меня от Охотников. Черная стрелка опять удлиняется, показывая, что меня пока потеряли. Хорошо. Чем больше я здесь выбью тварей, тем проще будет парням там. Сорок шагов, тридцать. Резко в сторону. Чертов попрыгунчик замер, явно готовит удар. Нужно ускориться. Злость росомахи буквально гудит в голове, мешая думать, зато мышцы наливаются силой, я чувствую источник угрозы, но, скалясь, бегу прямо на него. Проклятый наг, чертов Медж и Саймира, и я дурак, что позволил себя уговорить! Нельзя верить змею и его поганым планам, они всегда идут наперекосяк. А вот и ты!!! Я буквально врываюсь на небольшой пятачок, очищенный от тумана. Эти твари всегда разгоняют его вокруг себя перед атакой, видимо, он как-то мешает им творить заклинания.
Мы ударили практически одновременно. Небольшой зверек, похожий на тушканчика-переростка, держал в лапах наливавшийся холодом жезл и что-то быстро рисовал перед собой, создавая прямо в воздухе многолучевую звезду взмахами кисточки на хвосте. Плеть вспорола воздух. Тварь, поняв все, успела повернуть жезл. Наконечник Аспида уже пробил ей грудь, когда вражеский артефакт полыхнул белым. Волна ледяного пара хлынула вперед, чтобы упереться в золотистое сияние, расходящееся от Щита Рассвета.
Готов. Взгляд скользит по телу мертвого врага. Я пытаюсь найти нечто, с помощью чего они создают эти островки чистого воздуха посреди тумана. Не обнаружил ничего, кроме пары баклажек с каким-то зельем и жезла, из которого тушканчик и пальнул по мне.
— Медж, что у вас?
Туман вновь заволакивает небо над головой, но пока есть окно, есть и шанс докричаться до своих.
— … Все пло… периметр ва………ться. Надо…отс…
Да демоны ада… Гореть тебе в аду, чешуйчатая тварь! Книга, вкладка полководца… и приказ Хозяйкам стихий спустить заготовленный
Еще раз взгляд под ноги на мертвого врага. Достать компас. А вот и новая цель. Устранить ее и отходить к своим. Связь в опять затянувшемся тумане отсутствует полностью, может, там, на берегу, наших уже добивают, пока я геройствую тут один.
— Первый, я прошу вас ввести в бой основные силы. Вы же видите, враг почти повержен, осталось лишь добить.
Сабраг Железный Клык указал лапой на зеркало всевиденья, где четко отображалось все происходящее на поле боя. Тонкая цепочка Игроков, окружавшая пятерку недостроенных базовых лагерей, во многих местах уже была прорвана. Часть хаоситов отступала, пятясь к штабу, не в силах выдержать напор Диких с одновременными атаками Охотников под прикрытием стены тумана. Да, огрызаясь, нанося и неся потери, часть отрядов еще продолжали держаться, пытаясь все же возвести укрепления… Но дезорганизация нарастала, паника уже стучала в головах и сердцах большинства, еще одно усилие, еще один удар — и они побегут. Как опытный полководец, видевший сотни боев, Сабраг буквально чувствовал это.
— Победа близка. Отдайте приказ ударить малой свите, выпустите на поле боя остальных Старших, и уже вечером вы будете пировать телами ваших врагов.
— Победа, говоришь, близка? — золотой змеиный череп, через который поддерживалась связь с Керумером, на миг замолчал, передавая лишь завывание ветра, прежде чем резкие слова раздались вновь: — Тогда почему на поле боя нет твоих? Я уже потерял семерых Старших Охотников. А вот погиб и еще один… Ты хочешь победить, воюя моими зубами и клыками. При этом ничем не рискуя
— Если вы усмирите устроенную альянсом эфирную бурю, я сразу же отменю вызванный картами Хаоса Астральный шторм и открою портал для наших ударных отрядов, — с трудом сдержав гнев, рыкнул Сабраг. — Я сам пойду во главе них! Прошу лишь поддержать наш удар, введя в бой дополнительные силы. Это позволит минимизировать потери, уменьшив риски для всех нас.
— Эфирную бурю… — протянул голос из черепа, взвешивая просьбу ящера.
— Первый, я не понимаю ваши сомнения. Если бы мы не предупредили вас о начале вторжения, указав точное место, где будет нанесен удар, вас бы смогли застать врасплох, притом в одиночку. Мы же помогли подготовить засаду, привлекли союзников… — Сабраг кивнул в сторону высокой четверорукой женщины, больше похожей на малахитовую статую, нежели человека, все это время молча стоявшую в стороне, — … и сейчас лишь продолжаем развивать согласованный план.
— А что скажет наша гостья? — просвистел череп, явно обдумывая сказанное полководцем Ящеров.
— Мне все равно, — пожала плечами та. Отливающая зеленью худощавая фигура на миг пришла в движение и снова замерла. Синие глаза со скукой смотрели вперед, явно не интересуясь ничем из происходящего, пальцы спокойно сжимали длинный молочно-нефритовый посох. Вдруг вторая пара рук ожила, молниеносным движением отрывая от пояса один из черепов и подбрасывая в воздух… и где-то там среди тумана появился еще один Жнец. Закончив свое действо, гостья вновь посмотрела на ящера.
— Кто-то смог убить двух моих Жнецов. Я хочу его голову.
— Она ваша, — щедро отдал не принадлежащее ему Сабраг. — Но что вы скажете, госпожа? Вы поможете нам при завершающем ударе?
Та, чуть подумав, неспешно кивнула.
— Я помогу.
Воля отца ее отца должна быть исполнена, хранитель Скрижалей должен умереть. Пока остальным богам на Беренхеле не вернули утраченные ключи, все еще можно изменить. Достаточно лишь убить того, у кого они сейчас хранятся, и пускай таблички и дальше себе лежат где-то в отдаленном тайнике. Миссионеры Немерона, созданные из сильных светлых душ, уже начали распространять новую религию среди людей, уничтоживших его аритшеев. Его сила еще пропитывает этот мир, а старые ритуальные предметы и алтари до сих пор щедро разбросаны по Беренхелю. Смертным осталось лишь принять в свое сердце нового бога и владыку, пусть и под другим именем — и мир вновь станет его. Могущество магов ничто по сравнению с силой бога. Но для этого должен пасть Шепчущий, ушлый змей, который хочет преподнести кормушку Немерона другим богам. Этого нельзя допустить. Поэтому, когда посланники Ящеров пришли в храм отца ее отца, их выслушали и решили помочь против общего врага.
Нидейлина, дочь мятежного сына бога, была отправлена Немероном за душой и головой нага. Ее волей воскресли мертвые, ей подчиняются Жнецы, сейчас атакующие лагерь хаоситов. И ей будет принадлежать голова и душа нага, когда наступит
— Я утихомирил бурю, — гораздо тише прежнего произнес череп. — Пускай ваши выдвигаются сюда.
Портальная арка, замаскированная в отдалении от места боя, засветилась, и точно такая же ожила в цитадели Ящеров, приглашая войти в себя замершие в ожидании отряды.
— А что насчет малой свиты и Старших? — уточнил Сабраг. Каждый из этих «демонов» по силе не уступал, а то и превосходил среднего полководца. — Их помощь оказалась бы очень кстати. Наг пока так и не ввел в действие Мертвую армию…
— Они прибудут, — буркнул череп. — Вместе со мной.
Долбаные камыши, проклятый туман! Я, кажется, совсем заблудился. Карта на Компасе Игрока показывает лишь беспросветную мглу, даже ранее исследованные области скрыты, не говоря уже о союзниках и врагах. Сам я, следуя за «попрыгунчиками», столько раз кидался из стороны в строну, что совсем потерял направление. Мне срочно нужно к своим, только понять бы, куда идти. Оглядываюсь по сторонам. Стрелки Компаса желаний как сумасшедшие мечутся по кругу…
О! Замерли. Нового врага мне нашли. Прекрасно, родные, спасибо за помощь, цель зафиксирую. Но сейчас мне бы лагерь альянса найти… я должен успеть защитить свой клан. Золотая стрелка, реагируя на мой мысленный посыл, нервно дергается, не в состоянии принять решение.
Без Нии, отлично управляющейся с подобными артефактами, приходится поднапрячься, очищая разум от посторонних мыслей и сиюминутных порывов. Четко представить себе размазанную восьмиконечную звезду с волнистыми лучами — символ Хаоса, дополнить его фигурками существ разных рас, совместить… Запустить поиск, немного выждать… Отдаленный взрыв всколыхнул облако тумана, сверху посыпались грязь и мелкие ошметки, в небе что-то громко завыло… Поиск завершен, золотая стрелка уверенно показывает влево, где встроенный детектор магии зафиксировал ближайшую и наиболее крупную группу источников сил Хаоса. Значит, нам туда. Кстати, судя по Компасу, не так уж и далеко я отошел от своих, всего шагов двести…
Но сначала надо все же прибить ту гадину, оставлять живого врага за спиной не лучшая идея. Красная стрелка указывает на противника, до него всего шагов пятьдесят, да и двигается он в сторону наших… Что ж, решено, им и так сейчас нелегко, а эта тварь явно готовит новую атаку.
Собраться. Рывок. Выпитый флакон с зельем бодрости летит в сторону, а тело, получив новый заряд сил, перебирает ногами еще быстрее. Сорок, тридцать, двадцать шагов… я преодолеваю их за несколько секунд, и это с учетом скользкой грязи, проклятых камышей, трупов и демоновых мин. За спиной что-то запоздало взрывается, обдавая спину россыпью осколков. Десять… Я буквально влетаю в начавшее очищаться от бесконечной хмари пространство.
Скелет, слегка обтянутый кожей, в ветхом, некогда роскошном одеянии, расшитом золотыми нитями, неторопливо водил перед собой посохом, разгоняя стену тумана. Глаза, горящие зеленым, как мне показалось, удивленно вытаращились на меня. Мертвяк явно не ждал гостей. А дальше уже привычная связка: удар Аспида с выбросом вперед, перекат и активация Щита Рассвета, в тот же миг создавшего свой магический купол. Стрела праха, ударившая в золотисто-алую поверхность полусферы прямо передо мной, черной копотью осыпалась вниз. Лич, задергавшись, попытался нанести повторный удар, но с наконечником Аспида во лбу долго не повоюешь. Кости с сухим стуком падают в грязь: до этого мертвый маг парил над землей, видимо, так сподручнее было разгонять завесу, не отвлекаясь на препятствия… Вместе с останками вниз упал и посох, который скелет сжимал в руках.
Подойдя ближе, качнул головой. Жезл светился тем же грязно-желтым светом, что и призванная хмарь вокруг. Теперь понятно, как вы расчищали этот долбаный туман перед своими магическими атаками — похоже, срабатывало какое-то заклинание-ключ, заранее вложенное в посох творцом завесы. Причем это марево снова мгновенно схлопнулось, не позволив мне связаться со своими. А если так?..
Я быстро вытащил из сумки Стекло Зрящего, монокль, найденный в инструментах Гефеста, и изучил сквозь него медленно затухающую деревяшку, лежащую у ног. Чисто, можно брать. Странно, эти посохи или жезлы были у всех уничтоженных мною Охотников, но ни на одном не оказалось индивидуальной привязки или защиты от чужих рук. Обычно жезл — это основной инструмент мага, проводник его силы, который защищают едва ли не так же старательно, как себя самого, а тут… Такое впечатление, что эти артефакты просто раздали как пулевики со склада, едва ли не перед самым боем. Впрочем, наплевать, главное, воспользоваться посохом, даже активированным, у меня так и не получилось.
Деревяшка летит в сумку к остальным трофеям. О! Кажется, что-то интересное! Из вороха костей показался медальон на толстой золотой цепочке. В центре — крупный синий камень в оправе из орихалка. Накопитель маны, и вот он уже защищен. Монокль показал алые нити, словно змеи окружающие медальон и готовые вцепиться в руку всякого, кто посмеет его взять. Лезвие меча даже слегка встряхнуло при прикосновении к оправе. Опасная цацка, подхваченная клинком, отправляется в хрустальный куб, а тот — в спецкарман сумки. Задержка всего секунд на пять, но даже она может стоить кому-то жизни, так что вперед. Словно в подтверждение моей мысли над головой что-то снова пророкотало, после чего последовал взрыв…
Ускоряясь, бегу сквозь туман, время от времени сверяясь со стрелками. Мне показалось или источников силы стало больше? Может, нашим наконец подкрепление подошло из штаба? Или новых существ призвали, потому что их совсем прижали?.. Оставшиеся шаги я преодолел буквально одним прыжком, пробил стену тумана и вырвался из плотной серо-желтой взвеси на чистый воздух, опять оказавшись в высоких камышах. Продолжаю нестись вперед и вылетаю на открытое пространство… чтобы увидеть чуть ли не прямо перед собой выстроившийся походной колонной отряд Ящеров.
Я не знаю, что меня спасло… скорее всего, они просто не ожидали встретить хоть кого-то, а может, сказалась скорость реакции или то, что Активатор у меня уже был готов и заряжен лучшими из ударных карт. Кто-то даже попытался поднять свой активатор, когда по ним в упор ударило
По мне ударили в ответ, когда я собирался применить третью из своих карт — земля буквально вздыбилась вокруг, выплевывая из себя сотни копий. Меня ударило по руке, в бок… сверху лопнул обсидиановый шар, разбрасывая на десятки метров вокруг острые куски камней, пробарабанивших по доспеху со щитом, не добившись толку. Взрыв Звезды всколыхнул землю далеко впереди и сразу за ним. Ящеров накрыл
Способность доспеха Темного охотника, применить. Резкий толчок, земля уносится из-под ног, и я словно ракета улетаю назад в сторону тумана, из которого вылетел несколько секунд назад, оставляя раненых и убитых за спиной…
— Повтори, СКОЛЬКО вы успели потерять? — от услышанного Сабраг даже привстал в седле и поднял лапу, приведя свой отряд в повышенную готовность. Они уже почти завершили окружение укреплений Летящих. Четыреста Игроков, разделенных на отряды по сорок бойцов, сейчас ожидали, когда Охотники Керумера расчистят им проходы в туманной завесе, чтобы одним рывком выйти на дистанцию удара и смести врага. А тут такое…
— Тридцать один боец мертв. Младший полководец, повелитель Гаспер, погиб вместе с ними. Шестеро тяжелораненых. Мы не можем продолжать движение и атаку оставшимся составом, нужно восполнить потери, получив подкрепление из резерва.
— Что произошло? — запоздало уточнил командующий силами Ящеров в Топях, пытаясь осознать произошедшее. Похоже, враг как-то сумел засечь их выдвижение. Но Сабраг лично заранее расчистил воздух и землю, позаботившись о любых возможных наблюдателях. Тогда что?..
— Концентрированный удар золотыми картами, — пришел ответ, заставивший напрячься еще больше. — Я не видел, кто именно нас атаковал, так как был в арьергарде, благодаря чему и уцелел. Но судя по мощи карт, на нас напал кто-то весьма серьезный, возможно даже полководец с личной звездой или владыка. Ментальная атака по площади, несколько Столбов Света, Звезда Шатры, Лезвия Смерти и что-то еще. Причем
— Это мог быть наг? С какой-нибудь редкой наградой для Чемпиона турнира?
— Я не знаю, — последовал ответ, не принесший никакой ясности.
И что делать? Если это Шепчущий лично, то одним отрядом он не ограничится. А вот если послал кого-то из своих помощников, то, скорее всего, просто желает запугать их, потянув время… В любом случае надо поторопиться и объединить силы.
— Да когда же наконец нам дадут пройти сквозь демонов туман?!! — не выдержав, рявкнул он.
— Кто-то убил предназначенного вам хозяина ключа, — запоздало ответил золотой череп, передавая слова Керумера. — Сейчас к вам двигается ближайший, чтобы открыть проход.
Проклятая гадина! Командующий, не выдержав, скрипнул зубами. Змей Бурь так и не явился самолично, как обещал, предпочтя вместе с ближней свитой понаблюдать за началом боя из-за спин Игроков, не рискуя показываться в первых рядах. Понять бы, кто там в этой наведенной им завесе сумел перебить стольких Охотников и, самое главное, как сумел их найти. С задержкой столкнулся не только Сабраг: еще шесть отрядов Ящеров замерли без возможности двинуться вперед. Не является ли эта помеха звеньями той же цепи? Это напрягало, заставляя сомневаться в своем следующем ходе. Все ли он верно рассчитал?.. И все же, ставка сделана, нужно довести партию до конца.
— Ждем, — коротко скомандовал он своим. Без ключника они могут вечность блуждать в этом искажающем направления тумане, и так и не найти выход.
— Владыка, — Жарегар, старший полководец пострадавшего отряда, напомнил о себе. — Что нам делать?
— Бойцов на замену вашим ждать долго. Соберите карты погибших, сколько сумеете унести, поставьте Метку. Отряди одного бойца с ранеными к вратам и оттуда в цитадель. Сам с остальными идешь к четвертому отряду, будешь атаковать с ними, — последовал приказ.
— Слушаюсь.
Связь пропала, а Сабраг напряженно продолжил вглядываться в вязкое марево, ожидая, когда откроется проход.
— Держать периметр! Отсекай тех, кто обходит справа, не дай им зайти в тыл, — рыкнув команду, Медж оставил звезду Беддина оборонять медленно зарастающий проход и рванул к следующей части формирующегося вала, ставшего для них настоящим спасением.
Тигролюд легким прыжком вскочил на ступеньку бруствера, венчающего вершину насыпи, за отсутствием еще не «выросшего» здесь мерлона, укрылся за тушей Гранитного элементаля и, выглянув из-за каменной ноги, спустил тетиву. Иглощуп, слишком неосторожно вылезший из тумана, получил разрывную стрелу в грудь и разлетелся на куски, разбрасывая во все стороны розовые потроха. Быстро окинуть ближайшее поле боя глазами
— Успел?
Фарут, ухмыльнувшись, оскалил зубы и довольно кивнул.
Пару секунд выждать… Медж быстро обвел небольшой лагерь взглядом засевшей на вышке птицы-разведчика. В центральном укрытии пульсирует наконец-то сформировавшийся алтарь творения, жадно преобразуя материалы и ускоренно завершая создание защитного вала, что сейчас спасал им жизни, а также параллельно формируя первые лагерные постройки. Пятеро Игроков непрерывно стаскивают к алтарю все доступные ресурсы, благо их пока хватает. Главный схрон еще только намечен, а вот северо-восточная вышка завершена уже на две трети. Когда сформируется полностью, заклинания, выпущенные с ее площадки, станут более мощными и дальнобойными, это позволит удерживать сразу весь сектор силами одной звезды. В пусть и недостроенном, но уже ускоряющем регенерацию лазарете, больше нет мест. Крог у входа пытается заставить своих выживших существ создавать подобия двухъярусных нар, но получается не очень: и призывы не самые подходящие, и контузия призывателя сказывается. Не поместившихся раненых приходится класть в старую яму-лазарет, там хотя бы крыша есть, и к ней продолжают подтаскивать все новых. Не все успевают уйти из-под ударов скрывающихся среди обычных диких зверей Старших Охотников, но им хотя бы еще можно помочь… В отличие от тех, кто сложен в углу под белой тканью.
Резкий щелчок, мощный импульс, и Гранитный элементаль, прикрывавший северо-западную часть вала, разлетелся на куски, не выдержав попадания магического заряда. Оставшиеся от него обломки осыпались вниз, смешавшись с камнями внешнего склона стены, которую дух земли до того защищал… Демонов щелкунчик! Достать бы тебя, но проклятый туман скрывает тварь надежнее любого щита.
Уже троих элементалей выбил, и через минут пять убьет еще одного, если ничего не предпринять. Долго сдерживавших волны врагов Водянок они уже потеряли, еще до того, как отступили внутрь периметра лагеря. После того как рухнули Столбы чистоты, глушащая магию хмарь добралась до самых его границ, заполнив собой все видимое пространство, и лишь внутри лагеря ее еще не было:
— Медж! — отчаянный крик Саймиры заставил кота вскинуться.
Резко крутанув головой Ворона, так и не поднявшегося со строящейся вышки, он заметил девчонку, укрывшуюся за частоколом на вершине полностью сформированного участка вала. Не раздумывая, быстрыми прыжками понесся к ней, уворачиваясь от попадающихся на пути Игроков, понимая, что анир напрасно истерить не будет. Ноги, едва касаясь ступеней в земляном склоне, вынесли его наверх… и Мастер Войны замер, не зная, что делать дальше.
Из тумана на них выползала гидра, маленькая такая, размером с пятиэтажный дом. Темно-зеленая шкура источала тьму, что буквально обволакивала собой все тело твари, клубясь и пульсируя. Похоже на какой-то магический щит, и сдается, пробить эту защиту будет весьма непросто. Пять голов, каждая размером с небольшую телегу, хищно оглядывались по сторонам. Одна из них ощерила пасть, показав клыки размером с руку тигролюда, и резко выдохнула в сторону лагеря. Зеленая струя густого дыма не долетела до вала шагов семь, осев тяжелыми каплями на землю, и та попросту вскипела, растворяемая то ли ядом, то ли кислотой.
— И что будем делать? — командир Щитов, оказавшийся на стене лишь на секунду позже Меджа, озабочено почесал подбородок. — У меня, конечно, осталось сколько-то золотых карт и стопка серебряных, но ничего, способного убить эту тварь.
— В рукопашную пойдем, — пожал плечами тигролюд, прикидывая, что из его арсенала может помочь. — Мне главное до нее добежать, а там подрезать лапы да вспороть брюхо… и никакая регенерация не поможет, если порезать тело на куски, поотрубать головы и пробить сердце.
Тем временем на берег вслед за гидрой полезли и другие твари.
— Нужно подчистить мелочь, чтобы не путалась под ногами, пока я буду кромсать гидру, — сказал он Эфироту, раскрывая сумку, и полководец решительно кивнул, призывая Активатор.
Многоголовая тварь не спешит, явно придерживаемая чьей-то волей, да и щелкунчик не наносит свой удар, тянет, бережет заклинание на более приоритетную цель, нежели очередной элементаль. Ну да Миражи его обломают.
— Учитель, можно я с тобой? — быкоголов, избавившийся от ослепившего его яда, перекинул тяжелый топор из руки в руку и просяще глянул на тигролюда, но тот отрицательно качнул головой.
— Не потянешь, Ксефон, просто погибнешь зря.
Кажется, все. Над полем грядущей схватки внезапно зависла тишина, словно каждая из сторон боялась ее спугнуть, такая хрупкая, такая вязкая… Громкий хлопок, всколыхнувший туман, заставил всех невольно вздрогнуть. Окровавленное тело, вылетевшее из камышей, ударилось об земляной вал. Приглядевшись, кот опознал разрубленного Охотника-тушканчика, все еще сжимающего жезл в уцелевшей руке… И в тот же миг все закрутилось, словно кто-то нажал на спусковой крючок. Твари, накопившиеся возле гидры, рванули к валу, насаживаясь на вкопанные под углом колья и перелезая их по еще дергающимся трупам. Пятиглавая громадина, сделав несколько шагов, заревела, запрокинула головы и потянулась вперед, готовясь залить все ядом. Медж, спрыгнув, устремился к ней, а Игроки, собравшиеся на земляном валу, разом вскинув Активаторы, нанесли удар, расчищая ему путь…
Огненная стена покатилась вперед, перемалывая и сжигая все, до чего могла дотянуться. Кислотные ямы, Ледяные молнии, Ослепительный свет и раскидавшая миньонов Керумера Невесомость — в ход пошло всё, сберегаемое именно для такого момента. Не убьют гидру — и всем конец. Тварь разметает вал в пару ударов и зальет лагерь ядом изнутри, обрушив и без того хрупкую линию обороны, а дальше мелочь, продолжавшая бесконечным потоком лезть из тумана, добьет тех, кто не успеет убежать. Впрочем, и бежать тоже не получится. Из этого тумана живым никто не выберется, заплутает, потеряется и, рано или поздно, будет съеден.
Он должен убить этого монстра, нет, обязан. Удар, прыжок, еще удар, сместиться влево, пригнуться, пропустив над собой веер брызг, прыгнуть вперед и полоснуть когтями мокрицу, плюнувшую в него кислотой. Мигнуть, миновав сразу целое скопление окружающих гидру тварей, и снова устремиться к цели, слившись с силуэтами прущих напролом зверей. Хлопок ледяной гранаты превращает сразу парочку болотных жуков в застывшие статуи, резкий уход вправо — и рядом взрывается кислотный шар: кто-то из Игроков на стене неосторожно применил заклятье рядом с ним. Да чего же ты не плюешь⁈ Он держит специально под эту атаку свое следующее перемещение. Не хочешь попасть по своим? Странно, многоголовая зверюга уже давно должна была выдохнуть облако яда, замерев на миг и дав ему время…
В круговерти боя он ненадолго упустил ее из виду. Вскинув голову, попытался определить, куда сместилась гидра… и не нашел ее. Ее просто не было. Он недоуменно повел головой по сторонам, на ходу полоснув змею, попытавшуюся вцепиться ему в ногу, когда услышал рядом знакомый голос:
— Не помешаю?
Медж оглянулся и увидел Рэна, пинком ноги отправляющего в туман мелкого варана, целившегося тигролюду в спину.
— А где гидра? — недоуменно выдохнул он, отметив краем глаза, что друг перемазан в грязи и крови с ног до головы, но кровь — чужая.
— Себе забрал, — недоуменно пожав плечами, ответил тот и развалил своим мечом-плетью надвое очередного жука. — Забавный зверек, думаю, пригодится. У меня как раз одна клетка в
Рядом с ними воздвигся огромный холм слизи и раззявил пасть. Медж вскинул Активатор, но короткий окрик «свой» остановил его. Слизень-пожиратель, все это время охотившийся в тумане, показался хозяину и радостно навалился колышущейся массой на окружающую фауну.
— Может, потом поговорим, в более спокойной обстановке? — предложил, воспользовавшись образовавшейся заминкой, Рэн и, не дожидаясь ответа, рванул к лагерю.
Коту оставалось лишь следовать за командиром.
Взбежать по еще формирующемуся покатому валу высотой всего шагов пять или шесть было не сложно. Спрыгнуть внутрь, оглядеться по сторонам. А внутри, оказывается, полно народу! Причем половина лиц мне не знакомы.
— Рэн! — Саймира, спрыгнув со своего места, подлетела ко мне. — Ты жив!
— А что, были сомнения? — я тяжело вздохнул, прогоняя навалившуюся усталость. — Если б я погиб, то и элементали пропали бы.
— Знаю, — подруга виновато отвела взгляд, но потом снова жадно оглядела меня. — Но ты мог быть ранен. Потерять подвижность…
— Я выжил в Бездне, — ответил, качнув головой, — здесь проще.
Потом прижал палец к губам девушки, помешав ей говорить.
— Это кто? — кивнул в сторону незнакомцев. Это точно были не бойцы Эфирота. — И что они делают здесь? Какова обстановка, где наг, что со связью и штабом?
Вопросы сыпались один за одним. Разобраться надо было во всем, здесь и немедленно.
Медж вслед за мной преодолел вал, быстро сплюнул на землю и коротко произвел доклад по обстановке:
— Полный кирдык. Связь отсутствует как таковая, то ли заглушили, то ли накрыли штаб. Последний приказ, что дошел до нас, был все тем же — удерживать периметр и ждать подкреплений. Но периметр прорван уже давно, эти, — он кивнул в сторону незнакомцев, — наши соседи, прикрывавшие северо-западный луч. Потеряв возможность держать оборону, они отступили, были заморочены обступившим туманом и вылетели на этот лагерь. Вернее, часть вылетела, остальные потерялись в дороге. Я временно от твоего имени присоединил их к нам, лишние руки и Активаторы при обороне не помешают. С базовым лагерем, я думаю, ты и сам все видишь. По запасам боевых карт… думаю, растрачено от сорока процентов до половины. С лечебными зельями и картами ситуация хуже, но пока раненых за грань не пускаем.
— Почему не отступил? — уточнил я, укладывая в голове новую расстановку сил.
— Не было смысла, — пожал плечами напарник. — Мы держались весьма неплохо, в отличие от соседей. Охотники почти не доставали, элементали неплохо сдерживали мелочевку, а когда у соседей рухнул фронт и на нас навалились, внезапно выяснилось, что бежать нам уже некогда, да и некуда.
— Ну, значит, побежим сейчас, — устало подытожил я, на ходу цедя флакон с зельем бодрости.
— Зачем? — непонимающе спросил мой заместитель. — Тут есть хоть какие-то укрепления, вышки, почти достроен лазарет. Скоро стены замкнутся, что усилит все наши карты, а алтарь творения можно будет переключить в режим ремонта, материалы еще остались. С тобой и твоим отрядом мы сможем продержаться еще три часа, и тогда придет вторая волна наших.
— Ящеры, — коротко бросил я, и старый кот вздрогнул, словно от удара ножом.
— Ты уверен? — сипло спросил он, надеясь, что есть хоть малейший шанс, что он ослышался.
— Я их видел своими глазами, — мрачно ответил я. — И даже положил один из отрядов. Во всяком случае, живых после моего удара там точно немного. Но это не отменяет самого факта, что они здесь. И они нас ждали. Это все — западня, Медж. Останемся дальше, цепляясь за стены, — и все сдохнем. Нужно бежать.
— Куда? — тигролюд обвел лапой все доступное ему пространство. — Везде туман.
— Ну, думаю, с этим я смогу помочь.
Приоткрыв сумку, под взглядами собравшихся вокруг Игроков, вытащил оттуда целую охапку посохов и жезлов.
— Твои ведь могут работать с такими магическими предметами? — уточнил я у Эфирота, что все это время внимательно слушал наш разговор. Насколько я помнил уроки Искароса, Шаманы Верной Стаи могли использовать внешние артефакты и культовые атрибуты, если те подходили им по своей природе. Была надежда, что и шаманы Дикой Своры на такое способны.
— Да, — полководец уверенно кивнул. — Глава шаманов.
— Идем к нему, — одобрительно кивнув, нашел взглядом Тотем чистоты и развернулся в нужную сторону, поясняя на ходу: — Охотники с помощью этих палок разгоняли туман. И один как раз спешил к Ящерам, одновременно отодвигая завесу, небось, собирался открыть дорогу для них прямо к нам. Надеюсь, твой шаман найдет подходящий ему посох и сможет проделать нечто похожее, только уже для нас. Я запомнил точку, где положил тот отряд тостошкурых, и смогу ее снова найти даже в тумане. Такую брешь они быстро не закроют, это наша возможность выскочить из западни. Только бегом. Время дорого, главное не упустить шанс, пока он еще есть.
Старый шаман, зажав в руках выбранный посох, несколько секунд сосредоточенно смотрел на него под напряженными взглядами обступивших его Игроков, затем пару раз взмахнул резным навершием… и клубы тумана в десятке шагов от вала расступились в стороны.
— Вперед!
И кавалькада из более чем сотни Игроков рванула прочь из почти достроенного лагеря. Остаться за зачарованными стенами никто не захотел, понимая, что это — смерть. Часть раненых срочно поставили на ноги, использовав неприкосновенный запас из самой сильной алхимии Змей, и теперь они скрипели зубами, сдерживая стоны боли. Остальных напоили зельями типа Ложной смерти и «Бревна», привязали к призванным ездовым существам товарищей и взяли с собой в виде обездвиженного груза. Их судьба в этом рейде им больше не принадлежала.
Бойцы разных кланов и рас напряженно вглядывались во враждебную завесу, особенно те, что уже однажды в ней побывали, не веря в свои шансы пройти ее насквозь без потерь. Но все они признали своим вожаком одного единственного человека и следовали за ним, погружаясь в грязно-серую ватную тишину.
Глава шаманов, сидевший на Камнероге, ненадолго раздвигал ее, временно расчищая путь, стараясь не упустить из вида всадника на Туманном льве. Тот сжимал в руках Компас, от которого зависело всё. Выживут ли они — или нет.
— Владыка Шепчущий, я думаю, вам стоит взглянуть.
Наг, отвлекшись от тактического экрана Компаса, быстро подполз к высшему ритуалисту, склонившемуся над кипящим котлом. Тот, как истинный мастер своего дела, был сведущ во многих аспектах магического искусства, охотно исследуя и применяя любые из них, не взирая на ограничивающие стереотипы морали и незыблемую зашоренность академических догматов. И сейчас его подход показывал свою эффективность: неаппетитное варево злорадно надсмехалось над потугами противника уничтожить всех воздушных разведчиков, исправно показывая место высадки альянса с высоты птичьего полета.
В испарениях котла было отлично видно, как туманная дымка, все это время окружавшая возводимые лагеря непроходимой стеной, потеряла свою целостность, изъеденная новыми чарами. Сквозь нее к позициям обороняющихся с разных сторон потянулись небольшие туннели и проколы, создаваемые Охотниками, в которые один за другим втягивались ожидавшие за пределами завесы отряды Ящеров. Крохотные черные точки, обозначавшие Игроков, отчетливо проступали в серой дымке, будто бусинки нанизываясь на нити проходов, и постепенно замирали, достигая противоположного их конца, скапливаясь перед тонкой полоской нетронутого тумана, явно ожидая подходящего момента.
— Синхронность операции нарушена, — осуждающе качнул головой наг. — Я ожидал от подчиненных Газараха большего. Часть отрядов уже внутри, другая же до сих пор держится у внешней границы, в операциях подобного уровня такая несогласованность просто недопустима.
— Ваши слуги изрядно сократили количество ключников, — пожал плечами Баграш Затворник, словно оправдывая Ящеров. — Отсюда и задержка с выходом на позиции для заключительного удара. Но я вас позвал не из-за этого. Взгляните-ка сюда…
Он указал на один из коридоров-туннелей в туманной стене, и только теперь наг обратил внимание, что, в отличие от остальных, этот проход начинается изнутри, а не снаружи.
— Кто-то из ваших, видимо отчаявшись совсем, решил попытаться прорвать блокаду, — прокомментировал увиденное темный маг. — Судя по всему, они смогли не только завладеть одним из ключей, но и воспользоваться им.
— Можно узнать, сколько их и кто это? — уточнил наг, косясь на туманную зыбь, колышущуюся над варевом. Мерзкая бурда кипела и булькала, источая почти невыносимую вонь, сухо трещали пожелтевшие кости, горевшие под котлом, выведенная подсыхающей кровью фигура связывала их с разложенными на земле засушенными и свежими конечностями и органами… Жуткая древность и атавизм. Но порой старая полузабытая магия из прошлого, вроде зельеварения, в его изначальной, дремучей форме, могла творить настоящие чудеса там, где пасовало современное волшебство.
Несколько пасов руками над кипящим котлом, туманная дымка уплотнилась и слегка увеличилась в размерах, и в ней загорелись десятки живых самоцветов, обозначавших союзных Игроков, каждый из которых сиял своим индивидуальным цветом с добавлением разных оттенков. Наг быстро принялся их считать: восемь, двенадцать, семнадцать, двадцать один, сорок четыре, сто тридцать два… и среди всего этого созвездия выделялся один, буквально переливавшийся от наполнявшей его силы. Яркие чистые краски основных стихий бурлили, сливаясь воедино и слепя глаза, а сквозь это буйство, почти невидимая на их фоне, вилась красно-золотая нить благословения дракона. Такое необычное сочетание трудно пропустить, и оно закономерно привлекло взгляд мастера-ритуалиста: тот склонился к котлу и легким движением когтистых пальцев приблизил изображение этого «самоцвета» к себе.
— Кажется, я догадываюсь, кто это, — задумчиво пробормотал себе под нос Шепчущий.
Подобную ауру он уже видел буквально полдюжины дней назад в Малой совещательной комнате своего кланового дома. Рэн снова пытается идти вопреки задуманным им планам. Впрочем, зная тот уровень информации, что для человека доступен, вполне логично, что тот отказался смиренно умирать.
— Много, — прошипел наг вслух, нервно дернув хвостом. — Скорее всего, объединились остатки сразу нескольких кланов, державших северный и северо-западный лучи.
Ритуалист, наконец отвлекшись от разглядывания необычной ауры, согласно кивнул:
— В этих секторах, кстати, перебили наибольшее количество Жнецов и Охотников, — уточнил чародей. — Потому и отряды противника к ним движутся самыми последними.
«И я почти уверен, кто именно „порезвился“ в тумане, — подумал Шепчущий. — Тот, кто сумел выжить в Бездне, вполне мог устроить и охоту на Охотников, прикрывая своих».
— У меня все готово, могу начинать в любой момент, — спустя четверть часа снова нарушил напряженную тишину Баграш. — Я завершил расшифровку чар Керумера и могу внести свои поправки в них. Но боюсь, ушедшие на прорыв разделят свою судьбу с теми, для кого вы приготовили эту ловушку.
— У нас есть время? — уточнил наг, оценивая картину целиком.
— Немного.
Тонкие коридоры-туннели буквально испятнали всю туманную стену словно черви-древоточцы. Перемычки со стороны лагеря альянса пока еще стояли, но были готовы пасть в любой момент, выпуская скопившиеся в проходах отряды. И только смерть владеющих ключами Охотников помешала Ящерам начать действовать прямо сейчас: несколько последних тоннелей еще продолжали расти в тумане, выводя бойцов на позиции.
Вражеский владыка решил бороться до конца, даже несмотря на некоторые задержки в исполнении плана. Похвально, он всегда уважал в Ящерах эту их упертость, но сейчас она сыграет с ними злую шутку. Хотя, ну как они могут отступить? После оглушительного поражения на Румии им просто необходим хоть какой-то весомый успех. И они серьезно постарались, чтобы его себе обеспечить. Сначала в результате великолепной работы их шпионов, переигравших контрразведку альянса, толстошкурые получают сведения о новых планах Летящих, в том числе ключевые детали операции по нападению на Топи, а главное — планируемое место высадки. Затем им удается в кратчайшие сроки заручиться поддержкой Керумера и привлечь еще кого-то со стороны. При этом, филигранно обыграв собственную неудачу с нападением на город Выживших, они создают видимость серьезного ухудшения отношений с Охотниками, куда более серьезного, чем есть на самом деле, и активно готовят ловушку для бойцов альянса, тратя редчайшие артефакты из своих запасов. И даже применение Последнего рубежа ничего не изменило, лишь заставило еще сильнее вкладываться в предстоящее сражение.
И после всего этого — отступить всего лишь из-за небольшой задержки⁈ Да ни за что! Ведь они не понимают главного — что лишь следуют сценарию, написанному для них нагом.
Все это изначально была долгая игра, наконец-то принесшая свои первые плоды. Шепчущий решил, что ему нужна хотя бы часть Топей, еще по результатам Великого аукциона. И начал готовить план. Тот не раз менялся, ведь изначально змей не собирался лично участвовать в войне Домов, затем многое переиначивший Турнир тысячелетия, внезапно открывшиеся Огненные врата, Последний рубеж… Но он все время, подстраиваясь, шел к намеченной цели. Пришлось кое-кем пожертвовать из своих, загодя готовя канал для слива сведений. Тирана, прекрасно сыгравшая порученную роль, завербовала кротов в альянсе и продала полученную информацию Инею, а тот преподнес ее Газараху. Одновременно с этим сам наг руководил подготовкой операции вторжения внутри альянса, проследив, чтобы все ключевые фигуры поняли и
Сложнейшая, тончайшая партия, один из этапов которой он сейчас и наблюдал. Ящеры даже так до конца и не поняли, почему для атаки были выбраны именно владения Керумера… А ведь могли бы догадаться, хотя… вряд ли, слишком мало информации у них было.
Стоит отдать должное Алу, легкого пути ему по Реке душ. Джун помог змею завести немало новых полезных связей, и как раз знакомство с Баграшем Затворником позволило реализовать данный план.
Сбор информации о Первых начался еще тогда, когда Топи Тлат’нока вошли в Игру в виде Осколка. Великий Жужжащий, Мертвый носорог… Их сила, особенности характера, доступные для применения высшие чары… По каждому повелителю Охотников был создан индивидуальный портрет. Керумера выбрали не из-за его якобы конфликта с Ящерами, а из-за особенностей используемых им чар. Стену тумана, блокирующую либо ослабляющую любые посторонние магические силы, он уже применял в прошлом. Дважды. Так он уничтожал армии других Первых, что вторгались на его территорию, постепенно истощая, изолируя врагов, а потом нанося завершающий удар.
Дальше все было проще. Просчитать действия противника, обладая такой информацией, несложно. А чтобы избежать развития других сценариев, было решено временно подавить подвластные Керумеру стихии разовым заклинанием и воздвигнуть Шпиль Стихий — когда тот вознесется к небу, бури вперемешку с грозами враг уже гарантированно создать не сможет. И ему придется полагаться только на Стену тумана. К счастью, Ящеры изначально готовились к реализации схожего плана. Да и что им оставалось? Отказ от боя за мир стал бы для них полной утратой авторитета. После такого от них начали бы разбегаться собственные бойцы. Атаковать в лоб хотя бы частично защищенную позицию чревато потерями, и еще неизвестно кто кого забодает в открытом бою, ведь неизвестно, как много секретов хранят в своих закромах древние Дома и сколь многими решатся пожертвовать. Тут надо рисковать, а Газарах от подобного уже давно отвык. Это тебе не муравьишек тысячами вырезать. Поэтому наиболее надежный и безопасный план — подавляющая магию завеса, на которую альянс делает ставку, ловушки, несколько волн, истощающих силы врага, и затем добивающий удар при поддержке Керумера. Ясная и очевидная победа. Сценарий, который желал и подготовил для них он.
Отвлекшись от своих мыслей, наг вновь посмотрел на котел.
— Ну, давай же, скорей! — змей невольно подгонял скопище цветных огоньков, рвущихся сейчас к границе внешнего круга, видя как неудержимо растут туннели-коридоры, через которые пробирались к внутренней границе отряды Ящеров. Один туннель уже готов, осталось еще два, и те всё удлинялись. Отряд Рэна, словно соревнуясь с противниками в скорости, двигался навстречу как раз между ними. Остальные же враги уже заняли свои места, изготовившись для удара.
— Что мне делать, если ваши не успеют выскочить за пределы тумана? — уточнил ритуалист, вместе с нагом напряжено глядя внутрь котла.
Тот лишь пожал плечами.
— Используем план Б. Начинайте действовать сразу же, как только эти тоннели будут завершены, — он кивнул вниз.
Мой лев высоким прыжком перемахнул связку металлических кольев, лишь Хаос ведает как оказавшихся здесь. Чуть задержаться, поджидая остальных, чтоб не налетели на преграду. Медж, несущийся следом на своем ирбисе, не снижая скорости, нагнулся, выдернул прутья и по-хозяйски забросил к себе в сумку. Снова посылая льва вперед, оглянулся назад на прыгающих, ползущих или бегущих на всевозможных ногах и лапах ездовых существ. Лягушки, гусеницы, демонические жеребцы и броненосцы — тут собрались все. Во главе кавалькады — Камнерог с шаманом на спине, что сжимал онемевшими руками жезл Охотника. Взмахом руки указал ему направление, в котором нужно разгонять туман. Тот понимающе кивнул, закостенело повернулся всем корпусом, и разрыв в плотной кисее, что формировался передо мной, начал неторопливо заворачивать влево.
И… о чудо! Вдали я наконец вижу чистое от тумана пространство. Выбрались!!! Невольно заорав от счастья, пришпориваю своего льва. Тот, явно устав от демоновых топей, уже сам ускорившись, рванул вперед. Светлое окошко в проклятом мареве все ближе, кажется, еще чуть-чуть и смогу до него дотянуться рукой… но тут туманные стены, сдерживаемые магией шамана, буквально обрушиваются на проход, отрезая нас от выхода.
Серо-желтая взвесь, клубясь, течет в нашу строну, мгновенно заполняя еле держащийся коридор, обдает лицо своим гнилостным запахом. Тут же становится плотнее, заставляя скакунов притормозить против нашей воли. Я буквально кожей чувствую, как она делается все гуще, тверже. Темнее. Под моими коленями перекатываются напряженные мышцы льва, с трудом переставляющего лапы. Завеса буквально обволакивает нас собой, поглощая. Голова колонны увязает в ней, словно жуки, оказавшиеся в банке с сиропом.
— Рэн!
Слышу крик Саймиры позади. Оглядываюсь назад и с трудом различаю, как шаман, едва видимый в размывающей все мгле, раз за разом машет посохом, а потом бессильно качает головой.
Ринору возникает в моей руке, едва я принимаю решение. Клинок с тихим шипением выскальзывает из ножен, рукоять приятно холодит руку. А следом вал огня обрушивается вперед, буквально прожигая себе путь сквозь проклятую черно-серую взвесь. Пламя с гулом катится вперед, и туман, перед которым спасовали заклятья из карт, распадается обугленной дымкой, столкнувшись с первородным огнем…
Проход открылся всего шагах в тридцати передо мной, и, радостно взревев, мой лев преодолел их четырьмя большими прыжками. Медж через секунду оказался рядом, отряхнулся всем телом и довольно оскалил клыки:
— Я не знал, что ты так можешь, друг! — крикнул он, позволяя Ледяному барсу наконец-то сбросить скорость.
— И не должен был знать, — угрюмо ответил я себе под нос, оглядываясь по сторонам.
Надо понять, где мы. Кажется, вышли достаточно точно. Да, вон там пропалины от пожара, а вон и воронка, оставшаяся от Столба Света. Место схватки с Ящерами оказалось левее всего шагов на двести — двести пятьдесят. Только вот зеленые черепа на Компасе не горят. Видимо, выжившие успели позаботиться о картах погибших. Учитывая, сколько эмбиента влилось в мой Медальон, их было не мало. Жаль. Впрочем, не время жалеть о трофеях. Сохранить бы свое.
Для этого надо срочно решать, куда двигаться дальше, а с этим были определенные проблемы. Об окружающей обстановке я не знал совсем ничего: всех наших разведчиков Ящеры успели зачистить, и призывать новых не имело смысла — то, что на них охотилось, наверняка было еще здесь. Хотя…
— Где там наша Сури? — спросил я у Меджа, остановившего ирбиса рядом и пересчитывавшего ездоков, выныривающих из тумана.
Тот неопределенно ткнул пальцем куда-то вперед. Наши глаза и уши, так и не выбравшись из кустов, все же вела наблюдение за обстановкой вокруг, и, судя по ее докладам, ничего опасного рядом замечено не было. Что ж, не имея других вариантов, будем использовать этот.
— Медж, запускай наземную разведку, двигаемся в ту сторону, — приказал я, выставляя на Компасе у всех направление общего движения.
Тот понимающе кивнул и рыкнул:
— Заодно Сури с собой подхватим. Пригодится еще мелкая. — А затем с намеком прищурился: — Это здесь ты отряд толстошкурых положил?
Прикинув, что всё содержимое Книг выжившие унести с собой не могли, окинул придирчивым взглядом своих привычно занимающих оборонительную формацию бойцов. И утвердительно кивнул.
— Отряди звезды старичков проверить ловушки. Если там чисто, пройдем мимо.
— Какая мощь! — Баграш невольно качнул головой, с уважением глядя на то, что было зажато у него в руке. Песочные часы в оправе из черных костей… очень, очень редкая вещь. — Владыка Шепчущий, вы уверены, что готовы потратить ЭТО на столь рядовой конфликт? Я не представляю, откуда вы взяли их, но признаюсь честно, за все века, прожитые мной, видел подобное лишь трижды.
— Действуйте, — махнул рукой наг.
Первоначально он планировал уморить всех Ящеров в тумане. Чары ритуалиста-чернокнижника уже изменили его структуру, и тот медленно и неотвратимо пожрал бы всех оказавшихся внутри. В том числе и союзников по альянсу. Парой-тройкой Игроков, рыскающих в завесе, пусть даже достаточно сильных, еще можно было бы пожертвовать, но потерять почти полторы сотни… это слишком много. Неприемлемо.
Пришлось реализовать запасной план. Колба с сухим треском лопнула, выпуская томящиеся у нее в плену песчинки, и те, тонко свистнув, канули в котел. Туманная дымка завесы по краям слегка изменила свой цвет, став молочно-белой. Затворник, склонившись над кипящим варевом, что-то быстро зашептал, а затем стал совершать суетливые ломаные пассы руками, постепенно замедляющиеся и становящиеся более плавными. Пожелтевшие пальцы скользнули над котлом, осторожно коснулись висящей над ним дымки, и та, последовав за его руками, вытянулась жгутами, что соединились в центре, переплелись и образовали некое подобие восьмерки. Баграш, чуть задержавшись, надрезал ногтем запястье, и на колдовской узел капнула капля крови, запечатавшая чары волей и плотью ритуалиста.
— Готово, — с трудом проговорил он севшим голосом, глядя на символ бесконечности, парящий над варевом. — Но это сдержит их лишь на время. Сутки, двое, максимум три дня. Со временем они смогут вырваться из временной петли, как только найдут и разрубят узел, созданный мной.
— Этого будет достаточно, — прошипел наг, думая о чем-то своем. — Через сутки здесь будут основные силы альянса, через двое мы закончим возводить усиленный форт, на третьи здесь будет вся наша армия и завершенная цитадель. Их будет кому встретить.
Яркая вспышка огня чуть не опрокинула котел, часть молочно-белой стены ловушки времени буквально испарилась, и из нее на свободу вырвались десятки ярких огоньков, упорхнувших за пределы видимого поля.
Ритуалист задумчиво потер лоб, удивленно уставившись на произошедшее, и парой взмахов руки залатал возникшую прореху.
— Я не знаю, что произошло, — не дожидаясь вопросов, пояснил он. — Это магия высших порядков, ее могло разрушить или повредить лишь нечто, превосходящее ее.
— Кажется, я догадываюсь что, — проскрипел наг раздражено.
Перед его глазами возник тактический экран Компаса владыки, отражая текущую обстановку. Керумер, вместе со своей свитой до того паривший в стороне, пытаясь разобраться в происходящем, все-таки среагировал на вырвавшихся из временной петли хаоситов и двинулся им на перехват. Еще бы: столько свежей плоти, наполненной силой, столько раненых, все побывали в бою, а значит, измотаны и растеряли часть своих карт! Удобная цель и легкая добыча. Змей Бурь явно решил взять то, что само просилось в зубы, а потом убраться назад, в глубь болот, из которых выполз, бросив Ящеров на произвол судьбы. Тварь явно успела понять, что что-то пошло не так, раз утратила контроль над собственным заклинанием.
Но в эти его планы придется внести небольшую корректировку.
— Хотреш, начинай, — твердо приказал Шепчущий в крохотный кристалл, висевший на груди.
Пришло время реализации второй части плана «Тройной капкан». Сейчас с изнанки мира начал выплывать в обычную реальность подпространственный пузырь, в котором все это время ожидали своего часа две сотни лучших воинов альянса во главе с Мастером Чаш и Весов и пятеркой полководцев усиления. Их главная цель сейчас плавно смещалась к отряду Рэна, но время еще было. Керумер медлил, обеспокоенный срывом плана боя. Осторожный змей опасался возможной засады, и не зря. Только промедление играет сейчас совсем не в его пользу…
Наг улыбнулся, наблюдая за тем, как задуманное им еще до похода в Бездну начинает воплощаться в реальности. Сколько вложений, столько усилий, это был колоссальный труд, лишь теперь начавший давать свои результаты. Чего стоило только замаскировать отсутствие Хотреша, обманув глаза наблюдателей! Пришлось потратить одного из дублей Древних: все это время кукла «аватара» мелькала в Двойной Спирали, выполняла основные обязанности торговца и даже участвовала в заседаниях Совета. Идентичная аура, полный набор знаний и умений оригинала, абсолютная маскировка, способная выдержать даже короткий взгляд бога. И никто ни на миг не заподозрил, что хозяин все это время таился в засаде, ожидая этой команды, а вместе с ним — избранные две сотни воинов, сейчас якобы участвующие в зачистке остатков мутантов и демонов, не сумевших вовремя убраться с Румии.
При этом трусоватый свинолюд должен был проникнуть в Топи самостоятельно, руководствуясь лишь составленными для него и Никриса инструкциями и правильно подогретыми интересами — ведь реализовывать эту часть общего плана не самым надежным союзникам пришлось одним из-за долгого сна, сморившего уставшего змея. И они справились, сделав все именно так, как он и задумывал — вот где проявилось настоящее мастерство Шепчущего!
«Ну, давай же!» — он невольно поторапливал проклятый артефакт, не спешивший выныривать из подпространства со своим грузом.
Керумер вновь начал движение к отряду Рэна, сейчас ставшего невольной приманкой для Первого Охотника. Искушение оказалось слишком велико, именно оно не давало Змею Бурь покинуть поле битвы без трофеев. И это было отличным шансом для Хотреша нанести внезапный удар. Расчетливый свин в эту возможность вцепился мертвой хваткой: убийство одного из правителей земель Спящего принесет ему не только эмбиент с дайнами от Смеющегося Господина да редкие ингредиенты с тушки, плюс возможность первым разграбить логово твари, но и повысит его долю при последующем разделе территорий. Пусть. Главное чтобы сделал свое дело. Чья голова, того и трофеи. Старая истина.
Рэн со своими бойцами свернул в сторону, меняя направление движения. Их явно кто-то предупредил о преследователе. Так, нужно слегка скорректировать движение артефакта с засадным отрядом — он должен возникнуть со спины Охотника.
Началось! Змей, ускорившись, рванул вперед, оставив позади свою свиту, явно собираясь сожрать всех Игроков один. Чуть позади в реальности начал проявляться подпространственный пузырь. Любопытно, что в итоге получится. Жаль, не удастся досмотреть до конца. Браслет связи настойчиво мерцал красным, сигнализируя о том, что все готово к реализации третьей части плана, и там медлить нельзя. Досадливо сморщившись, он отдал соответствующий приказ:
— Передаю командование.
Лакраш, все это время скрывавшийся в облике одного из младших офицеров, подтверждающе кивнул. На браслете талантливого заместителя наяды Эноны, главы боевитого клана, присоединившегося к Летящим после турнира, высветились командные коды.
Для всех Игроков, оставшихся в зоне высадки, туман, скрывавший окружающее пространство, постепенно стал исчезать, растворяясь в потоке времени вместе со всеми, кто в него попал. Еще час или два — и бойцы альянса смогут действовать полноценно, не оглядываясь на противника. А пока строительство должно быть продолжено. В центре уже создано сердце форта с алтарем творения, и как только все базовые лагеря будут завершены, можно будет сразу начать их объединение и преобразование в единый форт. Нужно подготовиться к появлению пополнения через пару часов, расчистить территорию, заняться ранеными… Дел полно.
— Мастер, — передав командование, наг поторопил Баграша, с интересом изучавшего котел, что уже начал постепенно остывать. — Нам пора.
Ритуалист с сожалением вздохнул, наблюдая за все еще мерцающей временной петлей.
— Что-то не так? — настороженно спросил наг у мага.
— Заклятье, оно словно ожило, — чуть задумавшись, пояснил тот. — Кто-то вмешался в задуманное и созданное мною. То, что было временным, стало постоянным, то, что должно было быть на поверхности, сейчас уходит на дно. Река времени… ее потоки словно расступаются, постепенно в себе растворяя и мое заклятье и тех, кто оказался им пленен.
— То есть завтра или через два дня нам их не ждать? — уточнил наг, размышляя над услышанным. Повелитель Игры снова вмешался в задуманное им, никто иной это быть не мог.
— Нет, — ответил колдун, внимательно наблюдая за поверхностью котла. — Ни сегодня, ни завтра, ни, возможно, даже через сто лет.
— Жаль, — чуть пожал плечами наг.
Он рассчитывал на возможные трофеи и эмбиент от смерти Ящеров, особенно владыки Сабрага. Что ж, не все и всегда идет по плану. Но это мало что меняет для него здесь и сейчас.
— Нам пора, — вновь настойчиво повторил сказанное ранее. — Нас уже ждут.
Ритуалист согласно кивнул, наконец оторвав взгляд от котла. Он достал из глубокого кармана своего балахона старый бронзовый диск, подбросил его, и тот послушно замер в воздухе, зависнув на уровне груди. Несколько четких отрывистых пасов руками, оставляющих слабо мерцающие линии. Керумер весьма вовремя утихомирил эфирную бурю, создававшую помехи для дальних переходов, так что можно было обойтись привычными путями, не используя более опасные варианты. Бронзовая поверхность потемнела, провалилась внутрь себя, начала разрастаться вширь — и малые врата переноса раскрылись. Баграш приглашающе махнул рукой.
Наг, благодарно кивнув, прополз первым, а прибыв, огляделся по сторонам, проверяя все ли в порядке.
Расписанный необычными рисунками и символами шатер был полон людей и Игроков, под ногами хлюпала кровь, в воздухе висел дым от сожженных тел и благовоний. Не в силах вырваться наружу, он клубился вверху, под самой крышей, постепенно густея. Крики жертв, речитативы заклинаний. Два десятка прислужников, замерших на концах сложной многолучевой звезды, без устали трудились, готовя призыв. На алтаре в центре тускло светились и время от времени лопались кристаллы душ, и им на замену сразу же летели новые. Сила копилась и нагнеталась, неспешно перетекая в парящую над алтарем страницу из Книги Смерти. О, это будет воистину Великий призыв! Шепчущий предвкушающее оскалился.
— Хозяин, — Саа-Шен, подойдя ближе, низко поклонился. — У нас все готово.
— Молодец, — наг довольно хлопнул того по плечу. — Хорошая робота. Я смотрю, время изгнания пошло тебе на пользу. Ты стал думать и действовать так, как престало змеям. Держи, заслужил.
Достав из поясного кармана, он протянул ю-а-нти перстень Тот-Амона.
И младший змеелюд не смог сдержать радостный вскрик. Это даже больше, чем он мог мечтать! Это было не просто кольцо, не просто право повелевать младшей кровью и шанс на милость Сета, а признание того, что его вновь видят в качестве преемника лидера клана, обещание скорого возвращения домой. Конец изгнания, снова достойная жизнь одного из офицеров Дома. И шанс поквитаться со всеми врагами… Но не сейчас. А пока он своими глазами увидит реализацию плана, для воплощения которого ему пришлось сделать столь много…
Это было по-настоящему трудно. Рискованная игра, требующая стальных нервов и холодной головы. Сначала контролировать Тирану — Шепчущий до последнего опасался, что та предаст. Затем передать Ящерам по другому, им же созданному каналу информацию о точной дате высадки, причем так, чтобы они сразу поверили. Саа-Шен многое бы отдал, чтобы увидеть лицо Инея, когда тот узнает, что сведения, сообщенные им Газараху, стали причиной катастрофического разгрома Ящеров! И поймет, что те сделают с ним за это. Уж доказательства того, что слуга Ледяного Господина работал на альянс Летящих им предоставят своевременно. Это почти наверняка или разрушит их союз или серьезно подточит. Во всяком случае, верить высокомерному владыке Ящеры после этого точно не станут.
Ну, а теперь… Ритуалист, пришедший вместе с Хозяином, занимает место в центре магической фигуры перед алтарем. Жертвенный нож раз за разом опускается вниз, пронзая тела рабов и пленников, которых почти сразу оттаскивают прислужники, приводя новых. Мольбы, надрывный плачь, стоны и вопли, пропахший кровью воздух и чад от жаровен, но самое главное — страница из Книги Смерти полыхает во всю, переполненная жертвенной силой. И это тоже часть его заслуг, вернувших ему место в Доме. Это он вместе с пятеркой бойцов незаметно пробирался по Топям к выбранной для пробуждения точке, он нашел и проверил идеальное место для ритуала, без малейшей ошибки воздвиг маскировочный шатер, сейчас экранирующий все, что происходит внутри него, и подготовил все необходимое для начала призыва. И очень скоро увидит его результат.
Кровь и жизни жертв, энергия из кристаллов душ — все это смешивалось и переплеталось. Ведомая волей Высшего мастера ритуалов, сила бурным потоком вливалась в свиток, пробуждая начертанные на нем слова. Венчающие фразы заклинания, гортанный крик, нож снова падает вниз, пронзая тело юной принцессы, словно олицетворяющей собой красоту, молодость и власть. Заклятье вспыхнуло, пробуждаясь, получив необходимую силу. Зеленый могильный свет ударил из свитка вверх, пробив маскировочную завесу, чтобы затем с небес рухнуть назад, к земле, разбившись на сотни зеленоватых лучей.
Жизнь тянется к жизни, смерть к смерти — основы основ. Но можно их смешать, и тогда уже жизнь пробудит то, что давно мертво. В темных глубинах топей Тлат’нока сгинуло неимоверное множество кораблей и моряков, что когда-то бороздили на них моря и океаны. Все они нашли свою смерть здесь. Смерть жестокую, болезненную, многие так и не обрели покой, копя в себе ненависть и силу. И теперь наг дал им шанс поквитаться, отомстить за отнятую жизнь.
Из глубин болот начали всплывать зеленоватые силуэты кораблей, обросшие водорослями, покрытые тиной. Благодаря чарам Книги Смерти они, пусть и на время, снова становились тем, чем были когда-то. Могучие дредноуты сурово топорщились в стороны стволами орудий: сотни лет назад в Топи провалилась целая эскадра, часть флота открытого моря, вышедшая в поход и так и не вернувшаяся назад. Тогда Охотники пировали неделю, истребляя несчастных моряков, не понимавших, что происходит…
Один за другим корабли выныривали на поверхность темных вод, последним свое место в строю занял красавец линкор, гордость флота Его Величества Кайзера со своим адмиралом на борту. Именно для его пробуждения умерла пару минут назад гордая принцесса, легшая на жертвенный алтарь ради спасения своего рода. У всякой армии должен быть свой предводитель, и наг его флоту мертвецов дал, тщательно подобрав правильную жертву, на предсмертный зов которой не смогла не откликнуться душа гениального адмирала. Сотни зеленых огоньков метались в зарождающейся над Топями буре — и спускались на мокрые палубы: пробужденные вместе с кораблями, души вновь становились экипажами своих кораблей. А в общий ряд вставали все новые и новые суда: старинные парусники хлопали на ветру раздувшимися парусами, крохотные баржи и могучие пароходы терлись боками, зеленой стрелой в небе пронесся космический корабль, неведомо когда нашедший здесь свою смерть.
Большая ловушка, созданная здесь Мертвым Носорогом, стоила жизни тысячам людей и десяткам кораблей, собрав их все здесь, в одном месте, вместо того, чтобы разбросать по всей территории его владений. Удобно для сбора жертв, но за такую беспечность ленивый Первый очень скоро заплатит свою цену. Ящеры, опасаясь возможного удара со стороны Летящих, попросили повелителя Охотников на время боя помочь им с охраной цитадели. Ну что ж, посмотрим, как он справится с тем, что к ним идет…
— Пора, — скомандовал наг, до этого молча лицезревший флот мертвых, и, повинуясь его команде, светящийся зеленым адмирал молча крутанул штурвал, посылая свой линкор вперед. Он четко чувствовал: то, что когда-то погубило его флот, очень близко, и судьба дала ему шанс поквитаться за все. И он его не упустит.
Каждая чешуйка длинного извивающегося тела дрожала в такт закручивающихся вокруг потоков ветра и кипящей в душе злости.
«Тупой корм! Жалкие смертные, чье предназначение состоит лишь в том, чтобы служить пищей для высших. Да кем они себя возомнили?!!»
Раздражение от происходящего давно уже переросло в гнев. Это давило, мешая думать, буквально требуя выхода для той клокочущей ярости, что сейчас бушевала внутри Змея Бурь. Заставляла немедленно извернуться и не раздумывая вцепиться зубами в ближайшую подвернувшуюся добычу.
И все же осторожность удерживала древнего Первого от поспешных шагов. Что-то пошло не так. Заклятье, созданное им, перестало подчиняться его воле. Оно изменилось, трансформировалось в нечто иное, не поддающееся даже его пониманию… И что стало с теми, кто вошел в Стену тумана? Он попросту не ощущал их в этом слое реальности, словно хаоситов нет и никогда не было. А чутье подсказывало, что больше он их и не увидит. Опыт требовал от него отойти, укрыться вместе со свитой в своем логове, выждать время и посмотреть, что будет дальше. Тактика, не раз и не два приносившая ему победу. В конце концов, Игроки здесь не навсегда, в отличие от него.
И, возможно, он бы так и поступил, если б не тот отряд одаренных смертных, на последних секундах появившийся из туманной завесы. Впечатляющей силы удар открыл им путь, и кавалькада Игроков, вырвавшись на простор, двинулась прочь от точки прибытия Летящих, спеша вглубь его владений. Много раненых, некоторые даже не в силах сидеть на ездовых существах и безвольными куклами привязаны к их спинам, чтобы не выпали по дороге. Еще одна западня?.. Но он чувствовал боль, исходящую от десятков разумных, страх, усталость. Грязные изломанные доспехи, повязки, почерневшие от крови… Он видел много солдат, оказавшихся после тяжелых боев посреди Топей, и все они ощущались так же… Нет, такое не сыграть.
А значит, и у тех, кто именует себя Летящими, тоже не все в порядке, раз кто-то из них настолько отчаялся, что решился прорывать периметр стены. Видимо, сумели раздобыть выданный одному из Охотников ключ и, что удивительно, разобраться, как его применять. Что ж, добыча сама просится в пасть. Не отказываться же от столь лакомого куска! Больше сотни жизней, тела, насыщенные энергией Хаоса, измененные, преобразованные. Улучшенные. Не жалкие тушки простых обывателей, что обычно попадают сюда, питая Спящего, а настоящие воины, маги, одаренные своим богом. Та самая добыча, что и требуется для личного роста и изменения. И упустить такое…
— Оставайтесь здесь, — приказ свите следует, едва он принял решение.
Один удар в спину, чтобы положить их всех — и сразу же вглубь болот, в логово, где его уже не достать, оставив Ящеров с их врагами и дальше вести свою бессмысленную войну.
Вслед ему дохнуло скрытое недовольство и подавленное чувство голода. Улучшенную плоть и силу жаждали все, слишком уж редко они здесь встречались. И все же пойти напрямую против его воли никто не осмелился.
Тело скользит вперед, чешуйки привычно меняют цвет, подстраиваясь под окружающую обстановку, делая его почти незаметным, несмотря на более чем внушительные размеры. И все же хаоситы его засекли. Сначала, ускорившись, попытались уйти в сторону, затем, поняв, что убежать уже не успеют, замерли, выстроившись на небольшом островке в некое подобие защитного строя. Шестьдесят Игроков, встав плотным полукругом, вскинули Активаторы и приготовились к бою. Раненых соратников и ездовых существ поместили внутрь, оставив еще десяток бойцов прикрывать формацию с тыла. Несколько каскадов разноцветных вспышек применяемых карт прокатились по рядам добычи… Боевые жрецы Хаоса явно не собирались отдавать свои жизни просто так, склонившись перед его величием. Опытные бойцы, и, что важнее, способные на неприятные сюрпризы! Он хорошо помнил ту вспышку бушующего огня, разорвавшего туманную завесу. Эта мощь, эта первобытная сила — была способна ранить или даже убить его. И кто-то из тех, что сейчас замер на островке с оружием в руках, ею явно владеет… Опасно, а рисковать он не хотел.
На секунду он замер, чтобы принять решение, а затем его хвост, удлиняясь, потянулся к земле. Керумер вытянулся вертикальной звенящей струной, балансируя и словно танцуя на кончике хвоста. Глубокий вдох, низкий, скорее ощущаемый, нежели слышимый звук — и исполинское тело начало вибрировать, притягивая к себе разлитые в пространстве потоки силы. Змей не торопился, остановившись за пределом действия большинства заклинаний, применяемых Игроками. Их действие жестко ограничено расстоянием, превысив которое, те мгновенно рассеиваются, не долетев до цели. Поэтому для обычных Игроков он сейчас попросту неуязвим.
Воздушные потоки, призванные им, кружась и завихряясь, свивались вокруг, разгоняемые его волей. Затем к тугим жгутам ветра присоединились струйки воды, вытянутые из ближайших болот, все вместе порождая то ли диковинный шар силы, то ли гигантский клубок прозрачных злых змей. И этот ураган вокруг него только набирал свою мощь… Кажется, кто-то из противников сумел понять,
Он уже изготовился рвануть вперед, когда почувствовал, как за его спиной разрывается пространство, и по оставленной им позади свите кто-то стремительно наносит десятки, если не сотни, разнообразных магических ударов. Свет, Тьма, Хаос и проявления стихий — все это одновременно безжалостно било по парящим в воздухе Старшим.
Вздрогнув, забился объятый синим пламенем Летающий Спрут, изогнувшись, взвыла Магара Сладкоголосая Смерть, пожираемая десятками теневых червей, пустой оболочкой рухнул вниз навсегда утративший разум и волю к жизни Чистильщик… Собиратель Ужасов… Ходящий по Снам… Его свита, его дети, те, кого он взращивал веками, сейчас гибли один за другим под атаками сотен Игроков.
Ловушка. Засада.
Он рванул к небесам, забыв про все. Главное — спастись самому. Но тут позади раздался громогласный рев дракона, что заставил непроизвольно вздрогнуть, пробуждая смутные воспоминания из прежних времен, тех, что случились с ним еще до становления Первым. Смущающие, обескураживающие. Напоминающие о бытии Великим Змеем, ужасающей битве среди звезд и жестоком поражении… о жалком огрызке тела, провалившемся сквозь изорванное заклинаниями пространство, осознании себя в этом мире, бессилии и принятии частички Спящего… Прочь! Он хочет жить. Пусть и слабым Первым в Топях.
— Ну, куда же ты, старый враг⁈
Взрыв был чудовищным по силе. Потоки воздуха в одном порыве буквально снесли перед собой все: земля, вода, камыши… казалось, само небо рухнуло на землю, а затем все это перемешалось, поднялось обратно и снова полетело вниз. Водяные струи, тонкие, словно волос, и упрятанные в толще воздуха, хлестнули в разные стороны, прошивая и разрезая все, чего касались. Камень, землю, доспехи. Плоть.
Крики раненых и молчание убитых перекрывали даже завывание ветра. Сияние Щита Рассвета маяком в царстве безумия несло надежду. Моя рука буквально прикипела к металлу, пока сила, пульсируя, перетекала в щит из дарованного Эррубиэлем источника, и, похоже, лишь это позволяло удерживать золотистый купол, окружавший нас, давая шанс пережить удар Керумера.
Чертова! Тварь!
Разросшийся щит отчаянно вгрызался в рыхлую, пропитанную водой почву, каким-то чудом сумев частично преобразовать ее в твердь, помогая мне устоять и выжить тем, кто успел укрыться за моей спиной. Это тоже стало дополнительным камнем на чаше весов противоборствующих стихий. Но даже так они были готовы в любой момент качнуться не в нашу пользу.
— Дай мне расправиться с ним! Прожарить его тухлый хвост!
Простой вопрос, заставивший гордого дракона, представшего перед моим мысленным взором, дернуться и вскинуть голову вверх… а после неуверенно опустить.
Щит Рассвета постепенно истаивает, уменьшаясь, до конца выплеснув все лишь недавно восполненные в Двойной Спирали силы.
Я быстро оглядываюсь по сторонам. Стоны, ругань, зов о помощи из дальнего бочага на той стороне болота. Резкие окрики иногда противоречивых команд. Потери… сжав зубы, я признал их терпимыми. Но это только первый удар. И нам еще надо снова собраться всем вместе. А клятый Змей рванул в самые небеса — похоже, готовит какую-то новую заковыристую атаку. И разбегаться бессмысленно: поодиночке он нас перещелкает как семечки.
Надо пресечь бестолковые метания.
— Верховым, собрать тех, кого отнесло взрывом. Первой линии — ставить все имеющиеся щиты, особенно, стационарные. Второй линии — подлатать раненых. Достаем все свои козыри и заначки, отложенные на потом — «потом» наступило. Медж, устанавливай лечебный артефакт от альянса и запускай на максимум. Эфирот, у твоих Шаманов есть что-нибудь массовое для движения по воде?
Валорец, отвлекшись от командования своими, покачал головой:
— Маны не хватит. Но у меня есть
Благодарно кивнув, вскинул свой Активатор:
— Я выиграю нам время. — И громко для всех: — Отец Битв смотрит на нас и не оставит своим благословением! Его вороны станут нашей тенью. Усладим его взор достойной схваткой, ведь трусов среди нас нет. Храбрые будут пировать в палатах воинов, а если выживут, то станут еще сильнее. Когда мы завалим Змея, то будем гордиться таким трофеем всю свою жизнь!
Воплощения стихий возникли передо мной мрачной молчаливой стеной, словно предчувствуя решающую битву. Водные элементали расплескались волнами и слились с темной водой топей, отправившись выручать моих раскиданных соратников. Каменные стражи поставили пагоду Колодца в центре острова, рядом с бережно установленным Меджем артефактом походного лазарета и сомкнулись над обоими, привычно защищая и Хозяек стихий с Феями. Гранитные же элементали, насколько смогли, опустили алтарь вглубь земли, а потом тяжеловесно зашагали прочь — формировать самую первую линию обороны. Будут своими телами разбивать режущие потоки ветра.
Но главное — со вскинутого Активатора, с громким ревом, рванул, воплощаясь, мой чемпион.
Дракон с мрачным торжеством взревел.
По Керумеру, продолжавшему набирать высоту, ударил целый пучок молний, заставивших Первого дернуться от боли и потерять сразу с десяток чешуек. Тот, на миг застыв в воздухе, нанес ответный удар. Мощный поток хлесткого тяжелого дождя отбросил назад Алакастро, который, почти рухнув на землю, в последний момент спланировал, коснувшись воды кончиками крыльев, и вновь устремился в небеса, повторно ударив молниями. Воздух вокруг обоих неистовствовал, буквально разрываясь на части, не зная, кому из двух могучих противников служить, и пронзительно белел тонкими разлетающимися струями.
С трудом отведя взгляд от происходящего в небесах, быстро осмотрел своих бойцов. Игроки собирались, восстанавливая строй. Тут и там загорались пленки щитов, светились золотом доспехи. Эфирот призвал свою, пусть и потрепанную, Дикую Свору. Таргон, полководец северо-западных, даже тяжело раненый, вызвал свой летающий отряд. Правда, без защиты стен базового лагеря против Змея Бурь тот может оказаться не особо полезным, но, если повезет, поддержит нас заклинаниями… Точно, вон какая-то воздушная завеса начинает закручиваться у нас над головами.
Я удовлетворенно кивнул, а в небесах раздался новый рев и вспышки молний подсветили облака — бой старших сущностей продолжался, давая нам время.
Неожиданно ожил артефакт-коммуникатор и на командной частоте послышалось:
— Это Хотреш, все кто меня слышит, повторяю, это Хотреш. Мы действуем против ближней свиты Керумера и против него самого. Всем отрядам, что меня слышат, приказываю выдвигаться на соединение со мной. Координаты отражены на ваших Компасах.
Что за бред? А он здесь откуда… Да, впрочем, наплевать. Медж, услышавший то же самое, недоуменно посмотрел на меня. Эфирот, стоявший рядом, сразу призвал Компас, где четко отразились белые огоньки союзников на северо-восток от места нашего выхода из тумана. Снова что-то загрохотало: Алакастро явно собирался дать Керумеру серьезный бой, игнорируя ограничения своей карты. Старая вражда змей и драконов сейчас играла нам на руку, придавая моему чемпиону дополнительную мотивацию.
— Что будем делать? — Эфирот, как и Медж, выжидательно посмотрел на меня, очередной раз негласно подтверждая мое лидерство. Таргон же был не в том состоянии, чтобы принимать какие-либо решения. Вся гребаная ответственность опять легла на меня.
Идти на соединение с Хотрешем, фактически навстречу Керумеру, под его непрерывными атаками — ради надежды получить поддержку от наших. Или остаться здесь, дав бой и пытаясь выжить. Других вариантов нет: нет безопасных мест в этих бесконечных болотах… И что же мне выбрать?
— В бездну чужие драки! У нас почти половина раненных, и предпринимать очередной отчаянный марш-бросок, практически исчерпав карты, — я качнул головой, — безумие. Пускай справляется сам. Планируя эту миссию, они должны были понимать, с чем столкнутся, и наверняка соответственно подготовились. А у нас сейчас одна задача — выжить и сберечь своих людей.
Медж согласно кивнул, Эфирот вместо ответа просто свернул Компас и отдал стоявшей рядом с ним наемнице короткий приказ:
— Призывайте дальнобойных существ.
Я, раскрыв Книгу, стал заряжать еще активными картами Активатор, когда в ней появилось новое письмо. Лакраш, принявший командование над рейдом альянса по воле Шепчущего, сообщал, что завеса тумана рассеяна, а основные нападающие уничтожены, и приказывал всем кланам вернуться на свои позиции, чтобы завершить строительство базовых лагерей, так как для воплощения форта все остальное уже готово.
Кажется, придется менять планы.
На миг я задумался, как теперь лучше поступить, но стоило мне оторвать от Книги взгляд, как под удивленный вскрик ближайшего бойца увидел оскаленный череп, вынырнувший чуть ли не из-под земли и рванувший ко мне. Не долетев пары шагов, он, проигнорировав мой кувырок в сторону и пару чужих заклинаний, что выцвели и пропали от простого соприкосновения с ним, начал стремительно обегать меня по кругу. За ним несся другой череп, раскрывший рот в вечной ухмылке, между ними, громко звеня, виднелась тонкая металлическая цепь.
Удар Аспида разнес первую мертвую голову на осколки. Новый удар — и лезвие меча отлетело от тонкой металлической цепи, как ни в чем не бывало змеившейся в воздухе… Пространство вокруг начало стремительно меняться, все заволокло черно-зеленой дымкой, и я оказался в сфере, внезапно начавшей падать куда-то вниз, уволакивая меня за собой.
Нидейлина удовлетворенно улыбнулась. Свою жертву она получит. Владыка будет доволен. И пусть добраться до того, у кого хранятся Скрижали, не удалось, но душа смертного, сумевшего их добыть, — тоже ценная добыча. В этой ситуации достать Шепчущего не получится: враг надежно защищен, а возможные союзники оказались бесполезны. Но голова убийцы ее отца послужит ей утешительным призом, а душа дерзкого человека, заслужившего метку Немерона, умерит гнев Владыки Смерти за то, что миссия не удалась.
Она привычно провела рукой, нащупав единственный из оставшихся черепов. Он сейчас является ключом и одновременно якорем для Храма Костей, ее личного домена, в котором ей никто не помешает разделаться с врагом.
Сфера дождя пульсирует над алтарем, притягивая всю доступную в окрестностях влагу, чтобы флот мертвых мог плыть. Под днищем призванных кораблей должна быть хотя бы крохотная лужица воды, которой они будут касаться, и тогда для них не будет преград.
Уже скоро. Шепчущий с волнением обнюхал воздух языком. Для строительства цитадели, защищающей зону прибытия, Ящеры выбрали хорошее место: сухой остров среди бесконечных болот, преобразованный картами развития территорий в небольшое горное плато и затем укрепленный с помощью магии и технологий высокоразвитых миров. А прямо перед крепостью возвышался хозяин этих мест — Мертвый Носорог.
Здоровенная туша больше сотни шагов высотой, вся покрытая водорослями и тиной, под которой угадывались остатки былой брони. Когда-то штурмовые камнероги прокладывали путь легионам империи Альсаран. Под их ударами падали стены и рушились города, творения магии и высшей алхимии буквально растаптывали армии тех, кто пытался противостоять шагу легионов, стойко выдерживая удары чар и залпы стрелометов. Прочная шкура, усиленная броней, могучий организм, уверенно справляющийся с ранами и болезнями. Казалось, ничто не могло их сокрушить, пока враги не начали буквально выбрасывать могучих гигантов из реальности в подпространство, используя магию переноса. И теперь одна из легенд прошлого мрачно пялилась вперед пустыми белками глаз, став вместилищем для одного из Первых.
— А свиту он созвать не успел, — задумавшись, пробормотал наг. — Видимо, оставил охранять границы территорий. Не ожидали Ящеры, что последует удар изнутри. Что ж, так даже проще, не будут Старшие мешаться под ногами.
— Мы можем попытаться спеленать его ноги, — предложил Баграш, изучая мертвого гиганта. — Оковы земли или Каменная твердь.
— Ни к чему, — качнул головой Шепчущий. — Он к этому готов. Его главный аспект — Земля, а также частично Смерть. Мы можем раньше времени выдать себя. Пускай свое слово скажет наш флот, не зря же мы вложили столько сил в его создание.
И словно услышав его, призрак адмирала нанес первый удар. Залп крупнокалиберных орудий всколыхнул воздух, тяжелые болванки снарядов рванули из стволов и, оставляя бледно-зеленый след, полетели к своей цели. Но только лишь над кораблями появились первые дымки выстрелов, Мертвый Носорог устремился вперед. Тяжелые ноги-колонны с грохотом сотрясали землю, гигантское тело с неожиданной для его размеров скоростью, все ускоряясь, неслось навстречу флоту. План Первого был прост и понятен: выждав залп, он намеревался врезаться в центр вражеского флота и уже там показать, кто владыка здешних земель. Слишком долго перезаряжаются столь грозные орудия смертных. Павшие раз вновь станут пищей!
Ящеры в цитадели тоже не сидели сложа руки. Над флотом вспыхнула
Носорог продолжал приближаться. Туша в десятки тысяч тонн набирала разгон, могучие конечности, оставляя глубокие вмятины, несли тело вперед, магия усиливала его защиту, земля волнами колыхалась под ногами, а рог пульсировал энергией Смерти. Взмах головой, и от него разлетелась волна зеленого света — и сразу несколько кораблей рассыпались в прах под тоскливый вой их мертвых экипажей.
Его пытались остановить. Призрак адмирала пустил вперед самые бесполезные на его взгляд корабли — шхуны, баркасы, безоружные пароходы, спрятав за ними могучие туши дредноутов и броненосцев, еще не сказавших своего слова. Камнерога пытались задержать, сбить его разгон. В бок отважно врезался, разлетевшись на части, крохотный буксир. Прогулочная яхта, увернувшись от рога, врезалась гиганту прямо в голову, и двое, державших штурвал, счастливо улыбнулись, прежде чем исчезнуть. Небольшой парусник выстрелил в бок из пары мелкокалиберных пушек, даже не сумевших пробить броню, чтобы тут же растаять во вспышке святого огня, ударившей из цитадели, а затем могучий пароход, развернувшись боком, стал поперек пути того, кто когда-то его погубил.
Наг буквально чувствовал всепоглощающую ненависть, что бушевала на поле битвы. Тысячи погибших, так и не обретших покой. Да плевать они хотели на попытки Ящеров их изгнать! Сам этот мир служил для них якорем, пропитавшись смертью миллионов разумных, и сейчас вся эта кипящая злоба за неотмщенные смерти наконец получила выход. Он видел, как по носорогу ползают фигурки оживших мертвецов, рвущих его бронированную шкуру голыми руками, не обращая внимания на раскрывшиеся в небесах Врата смерти, что должны были их манить, обещая утешение и покой. Они не слышали их зов, слишком велика была их ярость…
А Газарах, или кто там сейчас сидит в цитадели, серьезно потратился. Они явно ждали его: столько хорошо подобранных связок ударных карт и уникальных артефактов, рассчитанных на армию Смерти. Ну что ж, он дал им ее, правда, не совсем ту, что они ожидали. Пускай растратят свои карты и силы, прежде чем он пошлет в бой уже свои отряды…
Носорог завяз, его бег почти остановился. Сотни кораблей, ставших на его пути, жертвуя собой, выиграли главное — время и возможность для маневра. Массивные туши дредноутов и линкор, мрачно взиравшие, как гибнут их малые собратья, наконец сказали свое слово, обойдя Первого по бокам и взяв его в полукольцо. Тихо поскрипывая, развернулись башни главных калибров, ударив практически в упор. Массивные болванки, призванные проламывать борта и палубы стальных гигантов, врезались в бок и ноги. Голова камнерога резко дернулась, и во все стороны полетели осколки костей и ошметки плоти. Массивная нога подломилась, больше не способная выдерживать колоссальный вес, навылет пробитая одним из снарядов. Пластины брони, покрытые древними символами, не справившись с градом ударов и бронебойными снарядами, осыпались с тела…
Первый, поняв, что его вместилище не выдержит нового залпа, яростно взревел и вскинул разбитую голову к небесам. Его рог засветился, посылая вокруг множество ярких волн могильно-зеленого цвета, хлестнувших по окружавшим властителя территории кораблям… и те начали опадать, рассыпаясь в прах, из которого вернулись благодаря силе чар страницы великой Книги. Казалось, еще миг, и древний Охотник одержит победу, а затем восстановит свою плоть, но… Яркий синий росчерк — и с небес сломанной птицей рухнул космический корабль, дальний разведчик, однажды отправившийся в полет в поисках новых миров, но нашедший лишь свою смерть на дне Топей. Он не нес на себе оружия, ведь его создатели верили в доброту и милосердие разума. Он сам стал оружием, нанеся последний удар. Череп носорога, и без того пострадавший от выстрелов в упор, от столкновения с космическим кораблем разлетелся на мелкие куски. Черно-зеленая масса, бывшая когда-то мозгом, кости черепа и, самое главное, рог — все это раскидало в разные стороны.
— Приготовиться, — скомандовал наг.
Архиличи, и без его команды бывшие наготове, резко вскинули руки, когда из туши поверженного гиганта выскользнуло нечто, едва уловимое для глаз, и дернулось в сторону, пытаясь сбежать. Крохотный белоснежный мотылек мчался, спасая свою жизнь. Вместилище разрушено, а его сущность сейчас крайне уязвима. Возникшую перед ним ловушку он успел заметить в последний миг, прянул в сторону, изменил форму, попытался соскользнуть на астральный план… но багряные нити продолжали все туже сплетаться, окружая его. Он боролся, вспышка света, еще и еще. Одна часть нитей истаяла, но на их месте возникли новые, перекрывая пути бегства. Он воззвал к создавшему его, но не услышал ничего кроме тишины. Кто-то закрыл для него даже этот путь. Возникшая вокруг него клетка из костей стала лишь завершающей точкой. «Угнетение», «поглощение», «таяние сил». Руны, вырезанные на пожелтевших костях, вместе составляли слова силы, полностью лишая его воли и вытягивая энергию.
Окончательно обессилив, он упал, поддавшись навалившемуся на него сну.
Клетка, поднявшись в воздух, быстро помчалась к творцам заклинания, незаметно скрывшись в покрытом мхом и лишайником холме.
— Это твое, — наг протянул клетку с заточенным в ней Первым Баграшу, и тот, приняв ее, довольно кивнул.
— Плата принята, договор исполнен. С вами приятно сотрудничать, Владыка Шепчущий. Но должен заметить, что вы идете на большой риск. Спящий однажды может проснуться, а затем поинтересуется судьбой своих детей.
— Тогда ты будешь первым, к кому он придет, — наг кивнул на клетку.
— Я лишь получил плату за свои услуги, — пожал плечами ритуалист. — Не я разрушил вместилище и не я затем пленил, эта другая степень рисков. Тлат’Нок придет к тому, кто это все организовал.
— Тогда пускай встанет в очередь, — раздраженно прошипел наг, отведя на время взгляд от тактического экрана.
Баграш понимающе кивнул.
— Мне пора. Думаю, здесь вы уже справитесь без меня, — он взглянул на остатки флота мертвых, вновь продолживших движение к цитадели Ящеров. — И хотя с вами было приятно сотрудничать, прошу ближайшие пару сотен лет меня больше не тревожить. Вы стали слишком опасным партнером. В качестве небольшого подарка от себя, а также благодарности за понимание, на прощание я кое-что вам расскажу. Я связывался с Чумной Госпожой и смог узнать интересующие вас подробности об объявлении врагом Бездны. К сожалению, этот приговор отменить нельзя, но, помня о той работе, что вы проделали для нее, в своей милости она решила разъяснить, почему было собрано внеочередное собрание лордов Ада. Его провели по настоянию Дома Ярости, которым были предоставлены доказательства того, что именно ваши слуги были причастны к обрушению Черных кузниц Шалвахора. Это стало последней каплей. Никто и никогда за все века существования Бездны не наносил ей подобный ущерб. Уничтожение Врат, окончательная гибель их Привратника, а затем разрушение Кузниц. Гадание на костях Аида однозначно подтвердило слова Алого Господина, связавшего ваших слуг с поведением окончательно спятившего бога, уничтожившего свой домен.
— Какие еще слуги? Какой, в бездну, Шалвахор⁈ — наг непонимающе смотрел на ритуалиста, на миг забыв даже о бушующей вдали битве.
— Те двое, что сопровождали вас при штурме Акш’дхара, — подсказал Баграш. — Владыка мыслей и полководец-хаосит, именно они как-то сумели пробудить остатки личности сумасшедшего кузнеца, а тот уже лишь Тьма ведает почему решил обрушить Кузницы в пламя Бездны. Это слишком серьезный удар, нанесенный по интересам всех, такое не прощают. И не забывают.
— Демоны ада! Да не приказывал я им трогать Кузницы! — ошеломленно прошептал наг, понимая, что это уже никого интересовать не будет.
Господин всегда в ответе за действия слуг, а демоны в прошедшей операции главным видели явно его. И все это укладывается в единую канву произошедшего.
— Владыка, — голос Саяра, короля личей, на миг отвлек его от ошеломительных новостей, заставив отбросить мысли о Рэне и Бездне на потом. События на поле боя требовали его внимания.
Баграш Затворник, качнув головой, достал из кармана плаща старый бронзовый ключ, сунул его в возникшую в воздухе замочную скважину и, поплотнее прижав к себе клетку со спящим пленником, отправился домой наслаждаться тишиной, покоем и новыми упоительными экспериментами.
Остатки флота двинулись вперед, бой с Мертвым Носорогом отнял посмертие у многих, но еще не у всех. Снова заворочались тяжелые стволы, и новый залп сотряс Топи. Напитанный Смертью металл снарядов вспорол воздух, чтобы удариться в светящийся купол, окруживший цитадель.
—
— Ожидаемо, — пожал плечами наг.
Но даже такой щит подобный обстрел долго не выдержит, еще десяток-другой залпов, и снаряды начнут бить уже по каменным стенам и башням цитадели, кроша и разрывая все, что окажется внутри них. Гораздо интереснее, что теперь предпримут Ящеры? И здесь ли Газарах? Первый Охотник пал, могучий союзник потерян, цитадель, если ничего не предпринять, тоже скоро падет. Самое время на сцене появиться лидеру клана и вывести свои армии вперед.
Сообщение от Хотреша заставило на миг переключиться, а затем раздраженно смахнуть письмо рукой. Трусливый торгаш вопит, что ему, даже со взятыми с собой силами, нужна поддержка. Керумер почему-то отказывается подыхать, а отряды союзников, каким-то чудом оказавшиеся рядом, не хотят ему подчиняться, предпочитая заботиться о своих жизнях. Тупой идиот, привыкший лишь считать деньги и слишком глубоко погрузившийся в управление финансами. Взлетев высоко, он забыл, что деньги — лишь ресурс, а не самоцель, и теперь теряется в прямой схватке.
Да наплевать. Керумер никогда не являлся приоритетной целью. Выживет он или погибнет, на общую картину это все равно не сможет повлиять. Зная характер твари, если сумеет пережить бой, забьется в свое логово и до нового Парада миров даже носа оттуда не покажет… А вот и Ящеры, наконец, дали свой ответ! Из башен цитадели ударили яркие солнечные лучи, пронзившие окружавший поле битвы мрак и тяжелые свинцовые тучи. Словно световые мечи, они уперлись в призраки кораблей, круживших вокруг крепости, и призрачная плоть, пробужденная колдовством, начала таять, плавиться, как свеча, оказавшаяся слишком близко к очагу.
—
Корабли спешно маневрировали, пытаясь уйти от вездесущих лучей, нестройно рявкали пушки, стремясь напоследок хоть как-то укусить, но флот погибал, и его адмирал это понимал. Луч света вскользь прошелся по линкору, и палуба, покрытая броней, внезапно утратила монолитность, а находящийся на ней экипаж, моряки и офицеры, просто истаяли, канув в небытие. «Тайзеринг», бронепалубный крейсер, исчез, попав в перекрестье сразу двух лучей. От «Борея» пропала сначала половина, и он успел под конец выстрелить из кормовых орудий… Флот немертвых проживал свои последние мгновения. Корабли снова становились тленом, а души отважных моряков возвращались в Реку Жизни. Что ж, ему тоже пора, но напоследок хочется погромче хлопнуть дверью…
Тяжелый атомоход, державшийся все это время позади флота, услышав приказ, начал медленно всплывать к поверхности из глубин, где он все это время ждал своего часа. Один за другим откидывались люки главных шахт, и свет увидели тупые головки ракет, веками спавшие внутри ракетоносца. Проворные пальцы капитана бегали по светящимся огонькам пульта управления, вводя необходимые ключи и относительные координаты. То, что служило для сдерживания войны в его родном мире, все же будет использовано в бою. Годами подлодка несла службу в глубинах океана как неотвратимый меч, что неминуемо покарает за удар по его создателям, но пришло ее время расстаться со своим арсеналом.
На флагмане скрестились сразу три луча, и неповоротливый линкор, не сумев избежать удара, начал стремительно таять вместе с остатками экипажа и его командиром, гордо вскинувшим голову, чтобы увидеть, как вдали одна за одной взлетали к небу тринадцать огненных стрел.
Тяжелые межконтинентальные ракеты, призванные сокрушать города, уничтожать горные массивы, сотрясая континенты, разом ударили по цитадели Ящеров, выпустив заложенную в них мощь. Вспышки взрывов зажгли само небо, взрывная волна заставила застонать, кажется, весь мир, потревожив континентальную плиту. Обеспокоено заворочался в глубинах Топей Спящий, попытавшись приоткрыть глаза.
— Хорошая работа.
Именно ю-а-нти, найдя тот могильник кораблей, решил исход данного боя. А потому честно заслужил право добавить каплю своей крови к тем, что оставил на подлинной странице Книги Смерти наг, привязывая ее к себе перед тем, как на время отдать во власть ритуалиста. Повинуясь совместной воле змеелюдов, восстал мертвый флот, и часть собранного им эмбиента сейчас щедро вливалась в Медальон помощника лидера клана. Сверкающие в экстазе глаза с вертикальными щелками зрачков, сжатые кулаки и до крови закушенная губа в попытке удержать контроль. Тихо испаряются подвески на браслете ментальной стойкости, одна заполненная ступень вечной спирали сменяется другой… Упоительный полет по лестнице силы завершился вспышкой, когда количество отметок на медальоне достигло двадцати двух, готовя его к появлению шлема полководца.
Убедившись, что ю-а-нти выдержал еще одно негласное испытание, наг довольно улыбнулся. Они сегодня собрали щедрый урожай голов Ящеров. Хорошо бы теперь узнать, кто возглавлял оборону цитадели. Может, пора вычеркнуть еще одно имя из тетради смерти? И, возможно, вписать туда еще одно. Но это позже, а пока и насущных дел хватает.
— Ну и где это мы?
Черно-зеленая дымка, заполнившая все вокруг, начала рассеиваться, и первой сквозь нее проступила ухмыляющаяся рожа парящего черепа, что отделил меня от своих. Злорадствующая костяшка тут же разлетелась от удара Аспида на куски, вызвав целый мини-обвал из похожих черепушек, кем-то заботливо сложенных в пирамиду. Хм-м, ну и приветствие… Легкий пинок отправил в полет костяной «мячик», подкатившийся к ноге, сам же я закрутил головой по сторонам, пытаясь понять, куда меня занесло. И вообще, что это такое было там, в Топях.
— Об этом я и сам догадался, без тебя, — раздраженно отмахнулся от помощницы. — Хоть какие-то выводы по месту у тебя есть?
В ответ тишина, такая же, что и царила вокруг. Лишь ощущение ломоты в висках от явно что-то натужно просчитывающего симбионта. Ну да ладно, дополнит мои выводы, если что.
Даже с моим улучшенным зрением разглядеть что-либо сквозь заливавшую все тьму удавалось плохо, редкие же призрачные огоньки, тлеющие тут и там на разной высоте не помогали, а наоборот — активно мешали, создавая слепые пятна засветки.
Кости. Они были повсюду: и истончившиеся, пожелтевшие от времени, и прочные, молочно-белые, словно лишь еще вчера служившие живым. Сцепившиеся в молчаливой хватке руки образовывали стены, длинные берцовые кости, тесно переплетенные между собой, составляли пол и потолок, выдернутые из тел позвоночники, сцепляясь обломанными ребрами, прогибались под многотонным весом, выполняя функции балок, ребра каких-то гигантов служили арками дверей, а вставленные повсюду черепа мрачно пялились по сторонам, светя синими огнями из глазниц. И все это загробное великолепие формировало кривоватый коридор, вызывающий безотчетную тревогу, страх и немедленное желание броситься вперед в поисках выхода.
Кого-то более впечатлительного это могло бы, пожалуй, и пронять. Но не меня, и не после Бездны. Там я видел целые поля костей, покрывавшие все обозримое пространство от горизонта до горизонта, а тут… Ну, кости, ну, черепа. Гораздо важнее те, кто это все построил, а не то, какие материалы они использовали. Что беспокоило меня значительно сильнее, так это поведение карт.
— Уже заметил? Здесь твоя сила почти бесполезна, хаосит. Это Храм Костей, вотчина истиной Смерти. И лишь она в нем властвует, — голос ледяным ветром обдал меня в спину… Холодный, властный и чудовищно искаженный, будто сотканный заново из скрежета костей и воя обреченных душ.
— Я с тобой знаком? Кто ты и чего тебе от меня нужно?
Вместо ответа, резко обернувшись, я услышал лишь безликий смех, прокатившийся волной по пустому коридору, удаляясь.
«
Теперь понятно, зачем были нужны разговоры: усыпить бдительность, отвлечь, дожидаясь, пока жертва ослабнет, незаметно для себя теряя жизненную силу и, самое главное — время, когда еще можно что-то серьезное предпринять. Для того же здесь и аура страха. Заставить бездумно ломиться вперед, напарываясь на ловушки и тратя силы на преодоление препятствий.
«Хвост обезьяны»? Подобную тактику, точнее, одну из ее вариаций, иногда применяли Игроки во время турниров. Очень даже похоже… Только я не собираюсь куда-либо идти, не имея цели и тупо подставляясь под удары врага — здесь-то пока ничего не происходит. Надо постараться выбить противника из привычной колеи. Что у меня есть?
Мысленно перебрав все свои возможности, достал из сумки поделку учеников Древних. Браслет из зеленого стекла тут же плотно обхватил запястье, холодя руку собранными отголосками Смерти, но все же возвращая часть потерянных сил. Цепь духов приготовил, но пока оставил про запас — выжидать, оставаясь на одном месте, тут явно не стоит. Немного поколебавшись, открыл Книгу. Пусть это и храм мертвых, но может сработать.
За спиной появилась серая дымчатая фигура. Пару раз дернулась, будто ее кто-то грубо потянул за плечо, а потом
С уважением кивнув соратнику, приказал наложить на меня
Понять бы еще, с кем конкретно имею дело… Тварь наверняка сейчас затаилась, наблюдая за мной. Да и сомневаюсь, что многочисленные черепушки, воткнутые в стены коридоров и потолки, служат лишь для освещения. Кстати… Наконечник Аспида, сорвавшись, выстреливает вперед, разнося ближайший костяной шар, сверкающий синими огоньками глаз. Значит, на уже призванное оружие ослабляющее воздействие храма не действует или действует слабо. Целиком, конечно, полагаться на оружие, призванное из карт, все же не стоит, но лучше с ним, чем без него…
Плеть вихрем прошлась вдоль коридора, разнося на куски костяные светильники, что так любезно сами себя подсвечивали в темноте.
— Ты думаешь, это тебе поможет? — всепроникающий голос снова гремит в пустоте коридора.
— Ну, раз это вызвало твой интерес, то вполне возможно, что да.
Пузырьки, вытащенные из пояса, с глухим звоном летят на пол. Эликсиры воздействуют на мое тело, а не на пространство вокруг, значит, должны работать без потерь.
Может, стоит попробовать?.. А почему бы и нет?
— Как там сейчас поживает Немерон? — насмешливо крикнул я. — Наверное, тоскливо воет, скучая по кровавым полям Беренхеля. Где он еще столько корма найдет?
Ответ сразу же прогрохотал по пустому коридору, заставив дрожать даже кости, из которых тот был сложен:
— Как смеешь ты, жалкая тварь, даже произносить имя Владыки! Тем более говорить подобное. За это ты будешь вечно мучиться…
Ага, уже легче, хотя бы определились, с кем примерно имеем дело: привет от старых врагов. Следующий шаг — узнать имя текущего противника. Оно может дать очень многое: возможные границы личной силы, доступные для призыва слуги, излюбленные заклинания или имеющиеся артефакты и личное оружие. В свое время я немало времени потратил на то, чтобы собрать всю возможную информацию о Немероне и его ближней свите. Библиотека Лиги, хранилища информации Клуба Собирателей Сокровищ и даже подборка книг из Дома Змеи, доступ к которой в свое время любезно открыл для меня наг. И, сдается мне, что мой враг именно из тех, кто стоит совсем близко к ступеням трона. Это не какой-нибудь мелкий прислужник или сборщик жизней. Костяной маг? Не то. Жнец — тоже. Наличие своего личного домена само по себе уже говорит об очень многом. А кто у нас там есть в ближнем кругу?..
Мысли лихорадочно кружатся в голове, в то время как тело напряженно замерло посреди пустого коридора. Кстати, беседу все же стоит поддерживать — мне нужно время, чтобы подумать. Про что там сейчас речь?.. О, мне все еще продолжают описывать те немыслимые кары, что вот-вот обрушатся на мою бедную голову! Правда, начинают потихоньку выдыхаться.
— … Твоим глазам безумные сестры покажут все ужасы вселенной, твой разум рассыпется на куски и будет собран заново, став частью мозаики страха. Тебя…
Какая бурная реакция на имя Немерона! Тут либо что-то личное, либо безумное желание выслужиться… Надо бы раскачать противника посильнее, раз он ведется на подначки. Можно даже не придерживаться логики и смысла — чем бредовей и оскорбительнее, тем лучше.
— Слушай, ну хватит пугать. Не сильно-то я и обидел твоего хозяина. Ну ладно бы там был кто-то воистину великий, вроде Паладиуса или Смеющегося Господина, а так… Ну, подумаешь, мелкий местечковый паразит, даже недостойный называться богом. Обычный вампир, обожравшийся на вере и жизнях аритшеев, которых он благополучно всех и уморил. А потом даже после их смерти заставил трупы сражаться с пришлыми чужаками, устроив бесконечную бойню. Чем, кстати, нарушил главный закон собственного аспекта — прервав естественный ход вещей. Мертвое должно оставаться мертвым, а жизнь принадлежит живым. Души же должны, искупив вину или отслужив за награду, возвращаться в Реку Жизни. Именно за соблюдением этого закона он и должен был следить, а нарушив, утратил право называть себя богом, став обычной, пусть и сильной, тварью, живущей за счет чужих жизней и силы. Таких, кстати, полно во вселенной, и как бы они себя ни называли, но ничего истинно божественного в них нет.
Беседа не мешала мне думать о главном, не атакуют — и прекрасно. Сейчас время играет не только на врага, но и, как ни странно, на меня. Тайвари моими устами такие беседы может вести часами, почти не отвлекая моего внимания.
Гават? Приходящий в Ночи. Высокая тварь, смесь человека и летучей мыши, чьи когти одним взмахом могут оборвать связь души и тела. Повелитель могильной стражи легиона мертвых. Не похоже. Ему подчиняются мелкие кровососущие твари, подобные ему самому и способные на время объединяться, формируя более сильных существ, при этом в записях не было ничего про его умение оживлять старые кости. Я же вспомнил зомби, убитых мною в Топях, и магов с деревянными посохами, разгоняющими туман. Теперь понятно, откуда в болотах взялись столь крепкие и богатые эмбиентом мертвяки. И кем были призваны. А то я все удивлялся, как Керумер сумел поставить себе на службу оживших мертвецов, да еще и сохранив тем память и магический дар.
Кто еще? Наман во время восстания изрядно подсократил ближнюю свиту своего папаши, за что ему хвала и отдельное спасибо. Поэтому список возможных противников не так уж и велик. Нала? Плетельщица Саванов и Хозяйка Курганов. Она у нас вроде отвечает за неупокоенных мертвецов, неся им шанс на спасение и искупление. В боевых действиях участия не принимала, тихо занимаясь рукоделием и почти устранившись от дел старшего брата. Такая столь бурно заступаться за него не стала бы. Нимбр, тот да, воин, и отличается некоторой горячностью. Но не в его стиле прятаться за чужими спинами, он почти наверняка атаковал бы сам, благо, и сражаться, и воевать умеет — характер не тот, чтобы разводить какие-то игры… Тогда кто? Фолок? Марутар? Бишу… Все не то. Ничего из того, что я о них помнил, не подходило под то, с чем я столкнулся.
Коридор вздрогнул, а кости под ногами зашевелились, то ли пытаясь сбить меня с ног, поставив на колени, то ли и вовсе расступиться, отказываясь держать меня на себе.
— Ты… Ты смеешь сомневаться в божественной власти Владыки?!! Какой нарушенный закон⁈ Да он заботился об аритшеях… Немерон в своем праве — Беренхель его исконная вотчина. И вообще, не тебе судить о делах Бессмертных, ты должен лишь подчиняться и принимать их волю!
— Почему не мне? — не выдержав, вмешался в беседу уже я сам. — Мне дарован разум, чтобы искать и постигать суть вещей, мне дарована воля, чтобы самому искать дорогу в жизни, и мне дарована душа, чтобы нести ответственность за пройденный мною путь. Это основы основ, то святое обещание, данное Прародителями при сотворении вселенной, и не какому-то мелкому божку подменять их, коверкая обещанное. Я сам решаю, кому мне молиться, кому подчиняться и как мне жить. И я сам несу за это ответственность.
— Ты не можешь, не имеешь права так говорить…
Спорит глупо, слишком эмоционально и вопреки логике, почти забыв, зачем и для чего мы здесь собрались. Как маленький ребенок, пытающаяся что-то доказать. Стоп, ребенок! Подождите-ка, у взбунтовавшегося сына ведь была дочь, как там ее звали? Нелина… Нидейлина, кажется. А ведь личный домен Намана как раз таки и был Храмом Костей! В нем он, кстати, и прикончил двух из трех своих братьев, что пришли за его головой. А вот о его дочери почти не было информации. Даже в архивах Лиги лишь краткое упоминание имени. И, вроде бы, что-то про ее специализацию — костяной кукольник. А что? Вполне подходит. От поделок в виде костяных големов перейти к управлению и контролю оживших мертвецов вполне логично.
Попробовать?
— Нидейлина, ты представляешь, насколько было бы больно Наману узнать, что его дочь служит тому, против кого он восстал?
— Не смей даже имя его произносить, убийца!!!
Это раньше я считал реакцию на Немерона бурной? В этом вопле было столько силы и гнева, столько ярости и боли, что казалось, будто все вокруг — стены, пол, потолок — разделились на отдельные кости и висят в пространстве только благодаря этому крику. Умолкнет он — и все посыпется в бездну.
Ну вот ты и попалась! И что это нам это дает? Да в принципе, немало. Мы с симбионтом знаем, с кем имеем дело, где мы находимся и чего примерно ожидать от врага. Неопытная полу- или даже всего на четверть богиня, что пока никак не проявила себя в божественных делах и не участвовала в сражениях. Теперь понятно, почему она затаилась, предпочитая не показываться лично, и ждет, когда я вконец ослабну, полагаясь на силы и ловушки созданного отцом храма. Осталось реализовать полученную информацию.
Хреново, но все же немного времени я выиграл. Все-таки привычка все свое носить с собой иногда бывает очень полезной. Правда, голову занимали совсем другие мысли.
В любом случае я не собирался затягивать бой до момента, когда обессиленный свалюсь на пол храма. Нужно понять, что делать дальше. Искать Нидейлину, чтобы попытаться ее убить? Но где? И как? Это место ее силы. Сами стены будут защищать свою хозяйку. И даже если смогу найти и прикончить ее, что это для меня изменит? Наман тоже в свое время пал, но это никак не отразилось на созданном им храме. Если не сумею выбраться отсюда, то просто сдохну в обнимку с трупом врага, что в мои планы совсем не входит. Тогда логичнее всего попытаться уничтожить сам храм. Уверен, в процессе разрушения Нидейлина сама себя проявит, едва поймет, что я собираюсь делать. Любой подпространственный карман или личный домен, не привязанный к реальному миру, создается за счет источников силы, удерживающих его каркас. Все эти кости и черепа как раз таким каркасом и являются, но чтобы их удерживать, нужны источники силы, и немало. А если их найти и разрушить, то вся эта хрень, по идее, должна вывалиться обратно в реальный мир.
Что ж, ориентировочный план есть, и как его реализовывать я даже примерно представляю.
Сумка, скрытый карман. Достать Компас желаний, внести изменения в условия поиска с учетом специфики этого места. Стоит сделать упор на аспект Смерти, но оставить в параметрах и другие возможные источники силы. Грамотный артефактор любую энергию сможет изменить или направить так, как посчитает нужным, а это место создавал полубог, явно владеющий этим ремеслом. Взглянуть на Компас, все-таки понизить чувствительность к источникам Смерти, так как буквально все это место ею фонит, а прибор должен реагировать лишь на самые мощные всплески, а не на каждую костяшку в стене. Готово.
Я снова взглянул на стрелки, и улыбка сама собой скользнула по лицу: Буквально в двадцати шагах что-то испускало столь мощные волны силы, что ошибиться было невозможно.
Шаг вперед, затем еще один вдоль пустого коридора, сложенного из костей мертвецов. Аспид в одной руке, Компас в другой. Из стены внезапно высунулась прозрачная рука, попытавшись выдернуть у меня Компас, но тут же получила мечом и рассыпалась на туманные ошметки. Быстро, но недостаточно. Обычный человек даже не заметил бы этой попытки, лишившись ценного инструмента, только я уже давно совсем не обычный смертный. Продолжаем движение вперед.
Нидейлина замолкла, явно наблюдая за мной. Девчонка, видимо, раньше не сталкивалась с подобным артефактом, поэтому и попыталась им завладеть, чтобы представлять себе, что же именно я задумал. Пяток шагов — и коридор начинает заворачивать вправо, уводя от истинной цели. Похоже, меня собираются погонять по кругу, медленно отнимая жизнь, как у глупого ишака, бегущего вперед за морковкой и не понимающего, что у этой дороги не будет конца. Нет уж, я пойду прямо к цели.
Удар Аспидом в форме меча, и багровое лезвие клинка отскакивает назад, оставив на стене глубокую царапину. Хм-м… Короткий приказ, и белые ленты
— Тролли — одни из самых стойких к воздействию магии созданий во вселенной, а их кости хорошо выдерживают даже самое сильное физическое воздействие.
Не выдержала, снова решила поболтать.
Я окинул взглядом стену, перекрывавшую мне путь. Наман, похоже, перебил целое племя троллей, чтобы создать эту преграду: в переплетении виднелись как кости крупных особей, так и совсем малышей. Мое оружие почти не смогло оказать на них воздействия. Да и не для того оно предназначено, если честно. Проверять же атакующие заклятия, пусть и воплощенные силой Хаоса, смысла и вовсе нет.
Пока я размышлял, часть царапин успела исчезнуть. Чем-то это напоминало нашу с Мистрой попытку пробиться сквозь дверь, ведущую к сердцу Коллекции. Но тогда у меня не было Ринору, меча богов для богов, даже имя которого звучит как «Сокрушающий Преграды», подобные препятствия как раз по его части. Хотелось не раскрывать силу моего оружия до встречи с Нидейлиной, но без него сейчас та и вовсе может не состояться.
Взмах возрожденного Гефестом меча — и ставшее тяжелым по моему желанию лезвие уходит глубоко в толщу стены, рассекая до того почти несокрушимые кости. Новый замах… Я рублю быстро, сначала по диагонали, потом несколько прямых ударов по бокам. Пинок ногой — и костяшки, не успевшие срастись, отлетают вглубь образовавшейся дыры. Ринору слегка гудит в руке — остаток той вибрации, что помогла ему разрушить преграду. А вот его собственный резерв скоро покажет дно, слишком много сил ушло на то, чтобы вырваться из ловушки Керумера.
Из стены выныривает скелет с ржавым мечом и щитом в руках. Удар, Аспид как травинку срезает его оружие, попутно рассекая щит на две половины. Шаг вперед, новый удар, и расколотая голова падает на пол вместе с телом. За первым почти сразу следует новый костяной солдат, явно пытаясь меня задержать. Этот даже проявиться полностью не успел, мой меч разделил его на две половины, одна из которых так и осталась в стене. Костяные шипы ударили на пятом скелете, что нелепо махал передо мной бердышом. С треском, ломаясь, бело-голубые пики попытались проткнуть мой бок и перегородить проход. Тускло сверкнув, исчез доспех Темного охотника, неплохо послуживший еще в Топях, а затем шипы уперлись в кирасу брони рыцаря Пылающего солнца. Льдистая сталь стойко выдержала атаку, а Ринору расчистил мне путь сквозь костяной частокол.
Компас, сверить маршрут. Очередной коридор снова уводит влево в попытке укрыть от меня источник силы. Ну ничего, творение Великого Механика так просто не обмануть. Мельница богов, показанная нагом. Руки мелькают, все ускоряясь, прорубая божественным металлом путь. Костяное крошево разлетается во все стороны, сочетание Аспида и Ринору оказалось практически идеальным, я словно буря прокладывал себе путь сквозь лес костей. Опять призрачные руки, сразу несколько десятков одновременно попытались меня ухватить. При этом два черепа каких-то тварей под потолком широкого холла выдохнули клубы зеленого дыма, и полупрозрачный металл брони начал шипеть от ядовитых паров, осевших на него. Прыжок вперед, круговой удар и резкий взмах руки. Подброшенный на миг Аспид еще парит в воздухе, а сорванный с пояса Молот Каруна раскалывает один из источников чадящего дыма, что оказался не столь прочным, как кости троллей. Новый круговой удар, расчистка пространства и резкий прыжок вверх. Сплетенный из багровых лепестков пламени клинок сменяет плеть, и тяжелый черный наконечник клюет второй череп в лоб, разнося гаденыша на мелкие куски.
Приземлиться перекатом, усилить мышцы, воззвав к сродству со зверем, и рвануть к нужной стене, пока пространство впереди свободно.
Изменение я ощутил и сам, запнувшись на внезапно ослабевших ногах, когда до стены оставалось всего пару рывков, даже в глазах на миг потемнело. Но это не помешало мне взмахом меча прорубить дыру в стене между двумя колоннами.
И, сжав зубы, ворваться в небольшой зал, в центре которого на пыльном пьедестале лежала усохшая голова дракона. Гордые рога спилены или обломаны, прочная кожа высохла и истончилась, чешуя местами отвалилась, зубы выбиты, а веки зашиты грубыми стежками. При этом голова не ощущалась мертвой. От нее исходил едва видимый зеленоватый свет, закручивавшийся в тонкую воронку и уходящий куда-то вверх.
Взмах руки, и воздух рассекает кинжал, сверкнув алым огнем на рукояти. Попав точно в лоб дракона, ритуальный клинок глубоко вошел в кость, тут же нагрелся, переполняясь, и рубин начал быстро пульсировать, поглощая льющуюся вовне силу…
Не получается!
Костяной шар, паривший перед ней, отражал истинную картину всего происходящего внутри Храма Костей. Голова Кахаранна умирала. Сила дракона много лет придавала устойчивость этому месту, служа одним из якорей, скрепляющих каркас и поддерживающих домен. Сейчас же энергия утекала стремительным ручьем, причем не питая храм, а всасываясь в проклятый артефакт, и ей никак не удавалось перехватить этот поток… А если так?.. Нет, не успела!.. Всё. Добытый отцом много сотен лет назад в ходе поединка трофей, превращенный в уникальный полуживой артефакт, безвозвратно утрачен…
Нидейлина зло прикусила собственную губу, борясь с нарастающим гневом. Ей нужно успокоиться. Как же ей не хватает
Еще раз: успокоиться, сосредоточиться.
Это место — источник ее силы, ее личный домен, созданный отцом и перешедший к ней по праву крови. Он служит только ей, отдавая все имеющиеся ресурсы в ее полное распоряжение. Она может, нет, должна победить здесь. Враг, убийца ее отца… она обязательно с ним справится. И его тело займет место на пьедестале вместо головы Кахаранна!
Ярко-алый огонек, лишь ненадолго задержавшись, снова продолжил движение, в этот раз нацелившись на сердце Аметеи, Хозяйки Золотого леса. В ответ холодные руки стремительно мелькают, пробуждая стражей храма и настораживая ловушки. Ей еще не доставало сил и опыта, поэтому то, что должно возникать по одной мысли владыки домена, приходилось активировать в ручном режиме. Касание двух пальцев к резным костям, и затаившиеся в клетке Могильные черви ползут вперед, готовясь встретить незваного гостя. Дробный стук ногтем наполняет силой ловушку. Похоронный колокол своим заунывным звоном должен погасить ментальным ударом сознание чужака, дав шанс добраться червям до его плоти. Хорошая связка… не принесшая результата.
Огромные черви еще трепыхались, обезглавленные, на полу, а чужак вновь продолжил движение, даже не обратив внимания на голос спрятанного в стене артефакта. Просто проделал дыру в полу коридора и легко спрыгнул вниз. Он все ближе к сердцу. Девушка, шипя проклятия, сплюнула капли крови, заполнившие рот, и начала перестраивать коридоры, создавая новое препятствие для пленника храма.
Ей не хватало наработанных навыков, да и личная сила заметно уступала мощи отца, это она отчетливо понимала. А еще враг двигался хаотично и непредсказуемо, то и дело меняя направление движения и обходя самые эффективные ловушки, будто чувствуя их заранее. При этом его разнообразное оружие позволяло ему прорубать себе путь, не обращая внимания на препятствия, возводимые ею. Если хотел, чужак ломился прямо сквозь укрепленные стены, игнорируя залы и коридоры, прокладывая дорогу сквозь толщу плоти храма.
Пора.
Двое преданных древних колдунов, едва очнувшись, замерли возле сердца королевы дриад. Сине-зеленое пламя напитало стены непреклонностью могильного порога, а четверо Рыцарей Смерти в зачарованном снаряжении перекрыли единственный вход в жертвенный чертог своими щитами… Но смертный, опять сумев как-то их почувствовать, неожиданно впился отросшими когтями в стену, вскарабкался вверх, прорубив потолок, прошел по пустому залу и свалился сверху, обойдя ловушку ритуального круга, выставленного Нидейлиной перед проходом к источнику.
Приземлившись словно кот, человек взорвался вихрем движений. Фигуры магов сложились сразу, парализованные прикосновением когтей. Короткий обмен ударами с рыцарями — и каждое, даже самое легкое касание насылало на высохшие фигуры жадное, будто живое пламя, и этот страшный огонь не удавалось сбросить или погасить. Пара растерянных вдохов — и на пол рухнули обгоревшие кучи костей.
Кинжал с размаху впивается в одеревенелое сердце, одиноко лежащее на алтаре, и с урчанием голодного вампира поглощает силу, чтобы через пару десятков секунд поделиться ею с проклятым мечом…
Стены, коридоры, переходы, лестницы и провалы. Бесконечные кости, сложенные в преграды либо бряцающие оружием. Твари из самых дальних, затхлых дыр вселенной.
Стрелки компаса — золотая, красная, синяя и снова золотая. На черную смотреть бесполезно, меня видят в любой части храма. И снова коридоры… Все это на фоне неизбежно убывающих сил и попыток сберечь заряд и одновременно подпитать силой меч первых богов…
Приказ — и пленка
Компас, сверка. Очередной источник уже совсем рядом. Стена впереди идет волной, явно что-то пытаясь выдавить из себя. Похоже, мои действия уже начали сказываться на этом месте. Жаль, что и мне достается от него. Ноги подрагивают, в голове шумит. Очередной пузырек с зельем бодрости летит вниз, но уже почти не помогает.
— Может, разойдемся миром? — крикнул я вверх. Слабая, конечно, надежда, но все же… — Я не желаю ни тебе, ни твоему хозяину зла, а на Беренхеле просто отрабатывал контракт. У меня нет Скрижалей, и моя смерть ничего не изменит ни для тебя, ни для Немерона.
— Ты умрешь! — почти истеричный вопль пронесся по коридорам храма.
— Идиотка. Что тебе даст моя смерть? Я же, если не выпустишь меня, наследство твоего батюшки постараюсь раскурочить максимально. Сомневаюсь, что ты сама сможешь хоть что-то приблизительное создать. Или хотя бы починить. Силенки не те. Была бы посильнее, уже давно атаковала сама, а не пряталась за костяными куклами и мертвецами.
Ну что ж, нет так нет, вперед. Стена передо мной, наконец, разошлась, разродившись очередным защитником храма, и оттуда показалось нечто слишком большое для комнаты, в которой я стоял. Очередной монстр, на этот раз фонящий демоничекой энергией, попытался пролезть в дыру, оказавшуюся слишком узкой дли него. Кинжал клюнул его в темечко, поглощая жизнь, в то время как Ринору прокладывал для меня проход совсем рядом.
Новый коридор, сверка с компасом. Ого! Нидейлина опять начала играться с перестройкой пространства, заодно пустив в ход иллюзии. В проделанном мной проломе отчетливо виднелись сразу несколько лестниц, коридоров и проходов, уводящих в разные стороны. Пытается запутать, только без толку. Корона Первого царя, да ничто не скроется от его глаз! Иллюзии, созданные девчонкой, спадают словно пелена с глаз, и я вижу стремительно уменьшающуюся дыру в стене, а за ней — спуск прямо к источнику силы. Прыжок вперед, парой ударов меча раскидать почти соединившиеся кости. И новый забег по уходящим в пол ступеням, последние шагов пять я кубарем преодолел, скатившись по практически ровной поверхности. Рухнуть в кучу костей, провалившись в нее по пояс. Пытаюсь выбраться — не получается. Кучи костяшек засасывают не хуже зыбучих песков, утягивая вниз с каждым движением.
Ловушка, ну куда же без них. Удар мечом вертикально вниз, Пламя Олимпа волной расходится от клинка, сжигая кости, в которых я почти утонул, за пару секунд погрузившись практически по шею. Шаг вперед, надо выбираться из этой могильной западни.
С трудом выдирая ноги из тяжелого липкого пепла, я бреду вперед, буквально прожигая себе путь в том, что когда-то было кучей костей, чтобы наконец упереться в нечто похожее на бортики бассейна или стенки неглубокого колодца, из которого я наконец-то смог вылезти в нормальную комнату.
Новый флакон с зельем. С трудом встать, опираясь на меч. Компас, сверка. Уже недалеко осталось. Покрепче сжав рукоять, обратиться к Ринору, чтобы почувствовать, сколько в нем осталось силы. Мало. Прожигание прохода в костяной ловушке дорого мне обошлось. Вынуть рубин и вставить его в центр бронзовой ладони, прижать к рукояти. «Перелить», — короткая команда, и я чувствую как сила, собранная в камне, перетекает в меч. Мне еще не удалось разобраться со всеми трофеями из мастерской бога-кузнеца, но пока одними из самых полезных и простых в опознании оказались его инструменты, спасибо карте
Немного становится легче, выпитое зелье все же сделало свое дело. Тошнота отошла, мир в глазах перестал крутиться. Пора двигаться, я и так сделал непозволительную паузу, дав хозяйке этого места подготовиться.
Речитатив заклинания я услышал, едва перешагнул сквозь очередную дыру в стене. Идти обычными путями не наш метод. Эти пути, усилиями Нидейлины, все время пытаются завести меня в могилу.
Открывшаяся картина напоминала праздник в видениях безумца. В воздухе прямо посреди пустого зала сами собой вспыхивали магические символы, отбрасывая искажающие пространство отблески на стены. «Дорога», «путь», «проход»… эти я узнаю… еще, кажется, «награда» и «служение», но незнакомых гораздо больше. А еще руны будто текут, незаметно меняясь, подстраиваясь друг под друга, но при этом изменяя и свой смысл. Похоже, поняв, что не справляется сама, дочь Намана решила призвать союзников, но я тут как тут! Золотистый стержень плазменной мины из снаряжения Очищающих, что так неплохо показало себя в Склепах Беренхеля, влетел в самый центр пляски колдовских огней. Пусть я не умею сплетать или изменять магические потоки, но основное знаю четко — это очень тонкая работа, и любой всплеск энергии способен ее загубить. Что уж говорить о взрыве. Хорошо, световые фильтры шлема мгновенно подстроились, а то ходить бы мне ослепшим, несмотря на зажмуренные веки.
Оглядываюсь по сторонам. Мне туда, вон за те обломки стены.
Двенадцать плит, установленных под углом, испускают зеленые лучи, удерживая в центре нечто маленькое и очень яркое, дергающееся на пересечении потоков, словно птица в клетке. Больше никого, даже странно. Я только приготовился к хорошей драке, даже пару флаконов зелий выпил, хотя они скоро уже у меня из ушей литься начнут. Видимо, Нидейлина, перестав верить в силу собственных протухших солдат, хотела заручиться поддержкой извне и опоздала, точнее, я помешал. Шаг к ближайшей плите, Ринору гудит в предвкушении, рука размахивается для удара…
— Не смей!!! — крик разносится по залу. — Я выпущу тебя отсюда, открою проход домой!
Ну уж нет, нагляделся я уже на ее ловушки. В очередную сам добровольно не войду! Только когда буду уверен, что контролирую ситуацию.
В центре могильно-зеленых лучей трепыхалось крохотное золотистое создание, похожее на фей, живущих у меня на острове, но от него исходил свой собственный, едва видимый свет. Кукольное личико искажено в муках боли, а в глазах застыло отчаянье. Лишь боги знают, сколько лет эта кроха мучается здесь, служа живой батарейкой. Использовать ее для подзарядки меча? Ну уж нет! Взмах Ринору раскалывает первую из плит с начертанными на ней символами силы. Зал ощутимо встряхнуло, я же нанес новый удар, затем еще и еще. Идя по кругу, я разрушал темницу духа, и на пятой плите пленник, торжественно заверещав, сам вырвался из пут. Громко пискнув, он выпустил луч света из сложенных вместе ладошек, и тот огненной спицей унесся куда-то вглубь храма, а странное существо яркой искоркой рвануло в предыдущий зал, юркнув в почти открытый Нидейлиной портал. И надежно закрыв его за собой.
Я, растеряно качнув головой, проводил взглядом упорхнувшего светлячка, так до конца и не поняв, что за портал то был: очередная ловушка или настоящий выход? Вновь по привычке достал Компас, чтобы проверить, куда мне дальше идти. И с удивлением обнаружил шагах в сорока от себя два ярко полыхающих источника силы, находящихся буквально на вытянутой руке друг от друга. Но до того их не было видно! Столь мощное сияние я бы точно не смог не заметить. Выходит, они были как-то скрыты, и лишь разрушение, вернее, освобождение ближайшего источника силы сорвало ту завесу. Учитывая же, как старательно ее защищали, сумев спрятать даже от Компаса желаний, скорее всего, это центр силы всего домена либо нечто очень важное для хозяев этого места. А значит…
Я прислушался к себе: силы остается все меньше, тело плохо слушается, пожалуй, еще на один бой меня хватит, но вот потом… Или рискнуть и долбануть еще один вспомогательный источник, ослабляя врага, попутно подзарядив щит и меч? Сомневаюсь, что у Нидейлины собственных силенок много. Пока все, что она применяла в бою — лишь старые заготовки ее отца. Хотя, даже их на меня хватило бы с лихвой до похода в Бездну. И что бы я тут делал со своими картами, отрядом и даже Алакастро? Вывод очевиден — просто сдох.
Нужно решать, время дорого, а в моем случае — бесценно.
Нидейлина вздрогнула от звука лопнувшего зеркала призыва. Откат от сорванного заклятия ощутимо ударил по тонкому инструменту, расколотив его на сотни осколков. Не получилось. Она снова опоздала, пускай и всего на пару десятков секунд. Но разве важно, на сколько? Ведь главное — успела или нет.
Вождь звездных духов Риу-Риу, много лет назад плененный и заточенный отцом, теперь на свободе, упорхнув к своим, к тем, кого она пыталась призвать, открыв дорогу к храму и пообещав свободу их вождя в обмен на смерть чужака. Против сотен звездных духов, способных лишь одним усилием мысли сжигать пространство вокруг себя, чужак бы точно не выжил. Он и так плох. Черепа, размещенные в стенах, послушно показывали все, что видят их пустые глазницы, человек уже перестал их колотить на своем пути, экономя время и силы. И сейчас он, пусть медленно и пошатываясь, но идет к новой цели, что б его демоны взяли! А может?..
Призвать помощь из Бездны? Нидейлина на секунду задумалась, и отрицательно качнула головой. Времени уже нет. Чужак направился к центральному чертогу. Да и ритуал для призыва кого-то серьезного нужно готовить днями, контролируя каждую мелочь, а какой-нибудь инфернальный мусор, типа кровавой гончей или суккуба, ничем ей в этой ситуации не поможет. Ее враг их прикончит, даже не замедлив шаг.
И что тогда? Вот что конкретно ей сейчас делать? Она растерялась, банально не зная, за что браться, в ее жизни еще ничего подобного не происходило. Те враги, что оказывались здесь, как правило, послушно умирали, побродив недолго по коридорам храма-ловушки. Были те, кто пытался бороться, но их силы в этом месте не значили ничего — здесь царствовала лишь Смерть и ее воля. Но чтобы вот так⁈ Она горестно всхлипнула… Мысли мешали, путали, воруя драгоценные секунды, тонким ручейком убегавшие от нее, а враг идет не спеша, едва переставляя ноги, время от времени глотая свои проклятые зелья, но идет! Будь он проклят! Уже вошел в проход, ведущий к сердцу Храма Костей, что проплавлен в толще стен прощальным ударом вождя Риу-Риу… И, опаленные звездным огнем, кости не желают смыкаться, затягивая дыры в стенах, не слыша ее воли и команд, скрывая от ее глаз происходящее внутри… И стражи словно уснули, практически половина домена, лишившись источников силы, сейчас не подчинялась ей. А своей маны для прямого управления слугами ей банально не хватало.
Тридцать шагов, двадцать пять… Не видя противника, ей приходилось отсчитывать их мысленно. Она лихорадочно пробежалась глазами по всем залам, остановившись на мастерской зачарований, где взгляд зацепился за скипетр молочно-белой кости с навершием в виде головы змеи. Одно прикосновение им, и любой смертный умрет, упав к ее ногам бездыханным трупом. Никакие артефакты или уловки ему не помогут. Ей нужен лишь один шанс — просто дотронуться скипетром до незащищенной кожи, а дальше лучшее творение ее отца свое возьмет само.
Нидейлина, задумавшись лишь на миг, подхватила оружие с пьедестала и решительно пошла в алтарный зал, куда сейчас неторопливо брел ее враг.
Мощная вспышка света на миг скрыла от глаз все, а следом двери из голубоватых костей троллей с полосами из орихалка разлетелись на куски. И почти сразу по залу рассыпались прозрачные серебристые лучи, рассеивающие любые чары. Чуть засветившись, исчезли бледно-зеленые линии на полу, дернувшись, замерли установленные по углам статуи, и лишь утопленный в пол бассейн с кипящей кровью продолжал шипеть и плеваться, разбрасывая во все стороны капли крови, стекавшие сразу же назад. Едва угасло сияние лучей, как по залу разлетелись сотни радужных шаров, лопавшихся от любого соприкосновения с материей. Игрок явно не хотел рисковать перед финальным боем. Даже поглощение магии не может сработать мгновенно, высосав силу из заклинаний шестого ранга.
Осторожный шаг вперед. Перешагнув через порог, человек быстро огляделся по сторонам. Просторный зал напоминал бы баню или даже скорее городские термы, если б не пара столбов в центре, на которых покоились две головы с гримасами боли и отчаянья, застывшими на высохших лицах. Из их перекошенных ртов бесконечным потоком стекали вниз крохотные капли крови, накапливавшиеся затем в бурно кипящем бассейне. Нидал и Намир, двое братьев, пришедших сюда по воле Немерона, чтобы остановить и покарать взбунтовавшегося брата. Проиграв поединок, они украсили своими головами его коллекцию трофеев.
Кровавый голем, вырвавшийся из глубины бассейна, ударил стремительно и внезапно. Два алых луча скрестились на нарушителе границ священных покоев. Он не должен был успеть, не должен был их даже заметить, не то что среагировать на атаку, но наполненные мощью божественной жертвы заклятья, способные испепелить на месте каменного дракона, отразились от зеркальной поверхности выставленного Игроком щита и ударили в потолок, практически его обрушив. И сразу ответная атака — поток огня, сорвавшись с меча, ударил по голему, заставив закипеть кровь, составляющую его основу. Барьер, возникший перед хранителем алтарей, хоть и не задержал поток пламени, но сумел его ослабить. Если б клинок был заряжен полностью, то на том бой и подошел бы к концу, но заемной силы смертных и старших сущностей хватило лишь, чтобы заставить вскипеть поверхность божественного ихора — и опасть, не сумев сделать ничего больше.
Не дожидаясь результата, Игрок дернулся в сторону, уходя с линии возможной ответной атаки. Страж зала не разочаровал: кипящая кровь, вытянувшись в форме хлыстов, принялась стегать по врагу. Алые капли, словно острейшие мечи, полосовали все перед собой, стараясь добраться до живой плоти, но человек, явно не новичок в подобных схватках, стремительно от них уходил. Его тело, размазавшись кляксой в воздухе, успевало уворачиваться от большинства ударов, остальные принимая на щит или отбивая клинком. Голем не сдавался, все увеличивая темп. Новые кровавые хлысты сменяли обрезанные, вместо двух уничтоженных возникало сразу четыре.
Ни одно живое существо не выдержало бы такого темпа. И вот один из хлыстов дотянулся до наплечника, оставив едва видимую полоску, из которой брызнули капли крови. Броня выдержала, ослабила удар, не дав срезать руку по плечо, но новые удары сдерживать стало сложнее. И на ноге спустя миг возникла новая рана, заставившая чужака захромать. Почуяв, что враг уже не в силах держать прежний темп, Кровавый страж, вздыбившись, создал сразу дюжину хлыстов, готовясь нанести одновременный удар, вложив в него всю свою мощь. Человек, видя, что ему не уйти, сжался, словно готовясь принять смерть.
В какой момент в его руке возникла крохотная белая сфера, не смог бы сказать никто. Но когда хлысты скрестились на уязвимом теле сметного, та лопнула, обдав голема волной белоснежного дыма. И даже божественная кровь не смогла устоять перед воздействием сферы Абсолютного холода — гордости лично Инея и всего его Дома, созданной с помощью высшей алхимии из всевечного льда.
Лишь на краткий миг алая поверхность стража застыла, покрывшись ледяной пленкой, но этого хватило, чтобы Игрок прыгнул вперед, частично преображаясь, становясь наполовину человеком, наполовину львом. Его руки ощетинились когтями, ударив по кровавому стражу и разбив застывшую фигуру, что осыпалась красными брызгами. Пролетев сквозь кровавую завесу, чужак уже был готов нанести финальный удар сразу с двух рук, разнося застывшие на пьедесталах головы божественным оружием… Но застыл в воздухе, не дотянувшись до них считанных сантиметров.
Костяные стены, раздавшись в стороны, приоткрыли путь хозяйке храма, только что пожертвовавшей сразу двумя малыми источниками силы, ради нескольких мгновений безвременья для своего врага.
Шаг изящной ножки, голова змеи стремительно срывается с жезла, чтобы ужалить в открытую рану на ноге. Девушка расслабленно замерла, удовлетворенно наблюдая, как ее недруг, почти победив, стремительно умирает у нее на глазах.
— А ты был хорош…
Самый опасный из всех врагов, что встречался в ее молодой жизни.
— Твоя голова украсит коллекцию отца, а твое оружие пополнит мой арсенал.
Кожа чернеет, глаза вот-вот выпадут из орбит, дыхание почти неслышно. Могучее тело борется, но ничто не в силах остановить саму Смерть. Соперник был уже почти мертв, она слышала, как замолкает стук его сердца, и напоследок решила спросить:
— Ну как, тебе нравится мое гостеприимство?
Острая сталь, коснувшаяся ее шеи, принесла ответ, прозвучавший из-за спины.
— В целом неплохо, но мне встречались места и похуже. Брось жезл.
Секундное промедление, и тот падает на пол вместе с ее рукой.
— Как?!!
Этот вопрос вырвался у нее вместе с криком боли.
— Нет, не то, — голос за спиной сух и насмешлив. — Сначала ты должна ответить на мой вопрос — зачем? Зачем мне тебя оставлять в живых?
Несмотря на боль, пожирающую тело, Нидейлина попыталась что-то сказать, но разум просто отказывался верить в реальность происходящего. Она не могла проиграть!!!
Зазвучавший вновь голос развеял все сомнения в реальности происходящего.
— Дам подсказку — служение. То единственное, что может спасти тебе жизнь.
— Рабство?!! Да как ты смеешь!!!
Ее крик оборвал тонкий ручеек крови, начавший стекать по горлу от легкого нажатия клинка.
— Это оружие богов, созданное ими для убийства себе подобных. Если я нажму посильнее, ты умрешь, а потом я раскурочу все, до чего сумею здесь дотянуться. Утратив источники силы, храм вывалится в нормальное пространство, притянувшись к любому достаточно большому куску материи, словно металл к магниту. А оттуда сила Хаоса вновь вернет меня в Двойную Спираль. Ты же будешь мертва, окончательно и бесповоротно, оставшись гнить в этой куче костей. Кстати, а ты знаешь, что если бессмертный погибает от оружия богов, то он исчезает окончательно и бесповоротно, даже тени души не остается в этом мире? Такова плата за бессмертие.
Она этого не знала. Испуганно вздрогнув, девушка вызвала новый ручеек крови, стекший под тунику.
— Впрочем, это лирика и пустые слова. Ведь главное, мы должны определиться, что с тобой делать дальше. А пока ты думаешь, ответь мне на небольшой вопрос: почему дочь бесстрашного мятежника служит его врагу? Немерону?
— Он пообещал, если я буду ему служить, то он освободит от служения отца…
Тихий ответ разнеся по храму, заставив удивленно хмыкнуть врага за спиной.
— Но он же мертв уже две с половиной сотни лет!
— Нет, не мертв. Немерон обещал вернуть отцу собственную волю и освободить от охраны Скрижалей в Склепах Беренхеля. Оставалось еще пятьдесят лет моего служения, и мы были бы свободны. Если б не ты!..
— Молчать!!! — резкий окрик заставил ее вздрогнуть и проглотить горькие слова. Боль в руке вновь напомнила о себе.
— А где ты была все эти годы? Восстание Намана завершилось две тысячи лет назад.
— Спала, — ответ прозвучал, вызвав еще больше вопросов. — Отец перед последней битвой оставил меня в убежище, запечатав заклятьем, пообещав разбудить, когда победит. Печать спала, истратив вложенную в нее силу, я пробудилась, попыталась выжить и познать себя и свою силу… Наделала глупостей, привлекла внимание Немерона, вернее, его слуг. Они достаточно быстро нашли меня. Он предложил мне прощение, а после — служение в обмен на освобождение отца. После передал Храм Костей…
— Видимо, без библиотек и изрядно подчищенный от всего, что могло бы раскрыть тебе правду, — задумчиво проговорил хаосит за спиной. — Храм почти наверняка был завязан на создавшего его или того, кто был ему дорог. Никто другой управлять этим местом не смог, потому его и отдали тебе… Хотел уточнить, а в Топи ты прибыла за мной или искала нага?
— Шепчущий, — буркнула в ответ она. — Скрижали у него. Ты просто подвернулся под руку, оказавшись более доступной целью.
— Понятно, — в ответ хмыкнул враг. — Все-таки в приоритете был не я. И это радует. А теперь вернемся к главному вопросу беседы. Ты хочешь жить?
— Я уже служу Немерону, и даже смерть отца от твоей руки не отменяет мой долг.
— Это кто тебе такую глупость сказал? — ей показалось или незнакомец даже слегка рассмеялся. — Служения без платы не бывает. И если тот, с кем ты заключила договор, не в силах предоставить обещанного в качестве награды, то ты свободна от любых обязательств. И даже вправе требовать нечто, равноценное тому, что тебе полагалось за прошедшие годы службы. Это истина, и неважно, с кем ты заключила сделку. А все иное ложь. Обман. Поэтому тебя и направили за головой нага как глупого самоубийцу, которого не жаль. Достигнет цели — прекрасно, а если погибнет сам, то и наплевать. А самое главное, тебя обманули дважды.
Рука в латной перчатке поудобнее перехватила ее тело, заодно сжимая обрубок, чтобы меньше вытекало крови, после чего пленитель равнодушно продолжил:
— В Склепах Беренхеля не было твоего отца, там была лишь живая кукла с его сердцем и разрушенным огрызком сути, пустое ядро души, без намека на остатки памяти и личности. Подавив восстание, Немерон сделал из него жестокий пример, и поначалу даже не скрывал судьбы зачинщика бунта. Такое уже не восстановить. И даже отслужи ты весь срок, тебе бы не смогли вернуть настоящего отца, в лучшем случае отдали бы его безвольную марионетку, тупо выполняющую твои приказы. А скорее всего, тебя готовили на его место. Собрали бы вместе отца и дочь, как раз шутка в стиле твоего деда.
— Ты врешь!!! — ее голос прозвучал словно лавина, сорвавшаяся со склона горы. Ее отец… ее мечта снова увидеть его и обнять… она помнила поглотившую ее боль, когда узнала, что его больше нет. Все это не могло быть ложью. Она отказывалась в это верить!..
Пустота. Одиночество. Надежда. Все… Все было напрасно…
— Глупостей делать не будешь? — уставший голос уточнил за ее спиной.
— Клянусь… — равнодушно уронила она.
— Повернись.
Осторожно обернувшись, она увидела Игрока, сжимавшего в руке клинок, изуродовавший ее храм. Чуть приподняв правую руку, он быстро заговорил:
— Клянусь говорить правду и ничего кроме правды, и да будет Свет свидетелем моих слов.
На его руке, разгораясь, проступил символ Паладиуса, и Нидейлина почувствовала присутствие бога, сейчас внимающего словам человека. Хаосит, посмотрев ей в глаза, тихо заговорил:
— Я не убивал твоего отца. Там, в Склепах Беренхеля, я встретил нечто с его сердцем в груди и серпами Немерона в руках, которые их создатель позже пытался подсунуть мне. Твое служение закончилось в тот миг, когда это создание погибло.
Чужак, опустив руку, снова посмотрел на нее, и громко спросил:
— Ты готова служить мне или хочешь и дальше прислуживать убийце твоего отца? Я жду. Смерть во имя этого труса и обманщика или служение мне, чтобы, набравшись сил и ума, когда-нибудь поквитаться с той тварью, называющей себя богом. Решай, здесь и сейчас.
Медж, сидя на поваленном бревне, неспешно потягивал курительную трубку, прихлебывал вино из стоявшего рядом кувшина и слушал друга.
— … Я еще когда решил идти коридором, проплавленным «светлячком», понял, что средств слежения у нее там нет. Черная стрелка компаса, помогавшая в Топях прятаться от врагов, сразу вытянулась, а до этого постоянно вращалась показывая что за мной наблюдают. Понятно, что центральный алтарь охраняют по максимуму, и схватка выйдет жесткой. Поэтому решил подстраховаться, использовав двойника, а чтобы он не рассыпался через пару минут и мог действовать максимально эффективно, наложил на него все камни-усилители, что выросли в моем Саду камней под воздействием Дара небес. Время дождаться активации карты, замедлившейся под усилением, у меня было — специально еле переставлял ноги перед входом в тоннель.
Напарник бездумно покрутил в руках свою порцию «лекарства», глядя куда-то в пустоту, и продолжил:
— Дальше было проще: Амулет темного гостя, соскользнуть в тень двойника, фактически использовав его не только как громоотвод, но и в качестве носильщика. Правда, чуть не вывалился обратно, когда тот вышибал дверь, такая мощная вспышка была. Потом, когда они со стражем зала воевали, я осторожно перемещался из тени в тень, подбираясь к источникам силы. Ну а затем…
Рэн, припав к кувшину с вином, сделал большой глоток и надолго замолчал. Напряжение прошедшей схватки все никак не отпускало.
Он появился в Топях меньше часа назад, благо Храм Костей сохранил четкую настройку на мир, из которого его выдернула Нидейлина, оставалось лишь найти эхо сработавшего переноса и, ориентируясь на него, вернуться к месту нападения Керумера. Где он и встретил Меджа с частью клана, отказавшихся далеко уходить, и размышлявших над тем, как бы им открыть проход в то пространство, куда затянули их лидера. И готовых подстраховать его по возвращении.
— Хвала Хаосу, эта дура не успела задуматься, почему это я, в смысле двойник, в последней атаке ринулся на голема с когтями ассирэя, а не с мечом, которым все это время сражался. В прочем, на это и был расчет: я уже успел заметить, что она быстро теряется в случае неожиданных изменений, и постарался не дать ей времени размышлять, что и куда пропало.
— А как ты выдержал откат от уничтожения копии? — уточнил старый кот. Сделав долгую затяжку, он задумчиво выдохнул пару колечек дыма, прищурился и рефлекторно дернул ухом, отбрасывая пришедший на ум вариант. — Всегда недолюбливал подобные карты за их проклятую отдачу, что ломает тебя не хуже удара вражеского заклятья, да еще и в самый неподходящий момент, — проворчал он сплевывая.
— Да отозвал просто, как только вышел на дистанцию удара, — пожал плечами Рэн, любуясь клубами табачного дыма, медленно растворяющимися в воздухе. — Потому и не словил откат конкретно за смерть призыва. А остальное сняла заранее активированная
Тигролюд внимательнее глянул на Рэна и понимающе качнул головой: ему тоже больше нравилась честная сталь, открытый поединок, где в схватке сходится мастерство и талант противников, а не вот это вот все. Но теперь и ему самому приходится идти этим путем. А отрицать эффективность такого оружия просто невозможно.
— А если б ты не успел? Вот шарахнула бы она чем-то запредельно мощным, пробив защиту, и корчился б ты, не в силах продолжать бой.
— Активация неуязвимости у
Медж ухмыльнулся и одобряюще кивнул. Под довольное урчание, глоток вина провалился в горло, согревая тело изнутри… и выталкивая на поверхность вопрос, мучавший его все это время:
— Не понимаю зачем тебе эта стерва? Прикончил бы ее там, в храме, или здесь, когда она вернула тебя в Топи…
Раздражение, или, возможно, интуиция, топорщило его шерсть на загривке и не хотело отступать, возвращая власть с таким трудом достигнутому умиротворению.
— А как бы я вернулся назад? — последовал меланхоличный ответ, пока взгляд задумчиво провожал темно-серые облака, лениво ползущие по небу. — Я уже был почти мертв. Мне оставалось от силы минут десять, максимум пятнадцать. Эликсиры уже не помогали, печень просто не справлялась с интоксикацией, и даже если продолжать глушить алхимию, эффекта было б ноль. Убивать девчонку не было смысла: храм, он есть, он существует в независимости от того, жива его хозяйка или мертва. Я видел еще как минимум четыре источника, до которых банально не успевал дойти: сил просто не хватило бы. И даже сумей я разрушить все источники силы, что дальше? Даже если б домен начал разваливаться на куски сразу, лишь Хаос ведает, сколько это заняло бы времени и когда он выпал бы в нашу реальность. Часы, дни, годы… а у меня был лишь десяток минут.
Медж передернул плечами, представив себя на месте друга. Но потом заметил, что тот рассказом… наслаждается. Отпускает пережитое, упиваясь ощущением жизни и мгновениями временной безопасности.
— Да и не забывай, кто был моим врагом. Дочь Намана, бессмертная, пускай далеко и не сильнейшая среди них, но все же входившая в свиту Немерона. И прикончи я ее в домене отца, еще неизвестно, какие были бы последствия. Тут и высшие посмертные проклятия, благо, силы вокруг нее хоть отбавляй, и немедленная весть деду, со всеми подробностями боя. Единственный шанс для меня оставался — это не просто убить, а победить так, чтобы выжить в конце самому. Не хотелось сдохнуть возле трупа врага… Поэтому ее клятва служения и подчинения была единственным выходом. Но такой вассалитет — а Паладиус стал свидетелем наших слов, и он же будет следить за исполнением клятвы обеими сторонами — подразумевает не только права господина, но и обязанности для него. Он не вправе убить доверившегося ему из простой прихоти или гнева… А по-другому доверять я ей не мог: даже если б она открыла для меня портал добровольно, как бы я проверил, куда тот ведет? В общем, сложно все, Медж, и Нидейлина с нами надолго.
— Сложная партия.
Старый кот, не удержавшись от тяжелого вздоха, серьезно кивнул, признавая аргументы друга. В этой ситуации даже победить казалось за гранью возможного: убить бессмертную на территории ее личного домена уже звучит как сказка. А победить, заставив поверженного врага еще и служить тебе — это вообще наивысшая грань мастерства, о которой он до этого момента даже не задумывался.
— И что теперь ты думаешь с ней делать? — уточнил он, прикидывая, какие перспективы открывает им наличие у лидера клана такого вассала.
— Пока не знаю, — пожал плечами тот, потянувшись к кувшину с вином. — Нидейлина сильна в ритуалистике, прикладной артефакторике, и разумеется, имеет склонность ко всему, связанному со смертью: некромантия, управление мертвыми и так далее. Но тут, правда, особых чудес ждать не стоит, ее никто толком не учил, так, скорее основы управления и контроля доступны, плюс дар, доставшийся от отца, позволяет неосознанно взаимодействовать с аспектом. Также не забывай, у нее все еще сохранился, пусть и потрепанный, личный домен и неразграбленная часть арсенала храма. В целом, уже не мало. Ну и как приятный бонус — все это потерял Немерон, а друзьями с ним мы уже никогда не будем. И то, что среди его слуг стало на одного меньше, не может не радовать. Кстати, нагу нужно будет доложить, что за его головой приходили и что мы доблестно победили убийцу. Будем надеяться, он подобного не спустит и тоже что-нибудь устроит этой твари в ответ.
Ближайшая бронзовая статуя девушки-воительницы неожиданно ожила. В густых зарослях что-то зашуршало. Копейщица единым текучим движением, почти без замаха, отправила свой снаряд на звук. Короткий свист воздуха, и трава разлеглась в стороны, открывая извивающуюся черную жирную многоножку, ростом мужчине по пояс. И ведь так неслышно подобралась! Наколотая, словно бабочка на иголку, она извивалась изо всех сил, пытаясь избавиться от копья. Бронзовая девушка не дожидаясь, пока враг освободится, метнулась к нему, и замахнулась своим небольшим круглым шитом, стремясь отрезать острой кромкой щелкающую жвалами голову. Блики пробежали по изящной полуобнаженной фигуре…
Медж и Рэном, отставив на время кувшины, с ленивым любопытством наблюдали за процессом, не желая мешать Ноле наслаждаться новым телом. Вернее, телами.
— А что у вас?
Кот неопределенно пожал плечами. Ему не хотелось отрываться от зрелища и возвращаться к текущим делам, но после небольшой паузы все-таки стал рассказывать:
— Хотреш обосрался. Он едва сумел зачистить ближнюю свиту Змея, когда на него обрушился Керумер. Твой дракон того успел слегка потрепать, но все же Первому, да в собственном мире, он явно был не соперник. По засадному отряду пару раз серьезно прилетело, свин начал истерить, упустил контроль над управлением боя и не выставил вовремя общие щиты. В итоге после воздушной волны половину отряда разбросало по болотам, а Керумер, получив пару серьезных ран, решил больше не рисковать и вышел из боя. Хотреш, кстати, теперь во всю обвиняет нас в срыве операции, упирая на то, что мы не двинулись к нему на помощь.
— Он совсем идиот⁈ — изумился Рэн, недоверчиво глянув на заместителя. — У нас вообще изначально стояли совсем другие задачи. И требовать от нас участия в незапланированных боях за пределами укреплений, да еще и с толпой раненых за спиной и пустыми Книгами, мог только псих.
— Думаю, это и так все понимают, — пожал плечами недовольный тигролюд, — но Хотреш — Мастер Чаш и Весов всего альянса, старейшина. И его слова повесомее моих… Зато с твоим появлением, — Медж криво усмехнулся, — свин просто утрется. Обвинять в трусости чемпиона Турнира тысячелетия и равного ему члена Совета Старших уже совсем другой коленкор. Так что перетопчется, толстобрюхая тварь, не будет ему козла отпущения в виде Проводников.
Выслушав рассуждения напарника, глава клана согласно кивнул.
— Сами-то как? Тяжело пришлось?
— Да ничего особенного… — легкомысленно махнул рукой вмиг успокоившийся кот. — Крупные твари, получив свободу после бегства Керумера, в основном предпочли удрать или затаиться, дезориентированная же мелочь для нас не проблема.
Рэн, с легкой улыбкой, недоверчиво покачал головой: бойцы звезд, оставленных Мастером Войны подле себя, насторожены и четко следят за обстановкой, среди них появилось несколько новых раненых, а Ноле даже пришлось воспользоваться своим козырем, пока они все дожидались его. Но его друг справился, они его дождались. Ну а то, что старый котяра привычно притворяется, что ему все нипочем… Рэн усмехнулся и, подтрунивая над заместителем, заметил:
— Тогда нужно было попробовать отследить Керумера до его логова. Он ранен, потерял немало сил… А чья голова — того и трофеи, да и награда от альянса нам бы не помешала.
— Уже, — к удивлению человека последовал спокойный ответ. — Сури «зацепилась» за Змея и теперь следует за ним: Керумер, отступая, пролил немного крови, и наша красавица сумела ее попробовать, встав на кровавый след. А заодно уничтожила все остальное. В течение суток она сможет чувствовать того, чью кровь поглотила, где бы он ни спрятался и как бы ни маскировался. — Злорадный смешок и краткое, но емкое дополнение: — Кстати, охотники и наблюдатели, пущенные по следу Первого Хотрешем, свою цель потеряли.
Медж выглядел кране довольным и безумно гордым за свою воспитанницу, и я ему даже немного позавидовал.
— Действительно, интересно… — я перестал воспринимать охоту на Первого как просто шутку и задумался всерьез. — Керумер сейчас раненный, потерял всю ближнюю свиту и явно растратил силы в бою. Он весьма интересная, а самое главное, уязвимая цель.
Я посмотрел на друга, и тот, поняв все без слов, кивнул:
— Как только Сури доберется до логова, она даст сигнал и выставит Метку пути.
— Нужно собрать наших… — начал планировать я, но тигр меня резко перебил.
— Пойдем вдвоем! — твердо сказал он. — Мы с тобой опытные воины, справимся и выживем там, где погибнет большинство наших бойцов. Лакраш приказал всем кланам вернуться на свои позиции. Проигнорировать его требование, да еще тогда, когда Хотреш мечтает свалить вину за свои потери на нас, будет глупо.
Мне было что возразить на это. Я не собирался мчаться сломя голову и прямо сейчас затевать новый бой, а после прибытия третей волны альянса у нас бы появилось возможность заняться свободной охотой… Но слова сумасшедшего пророка с площади Туманных Звездочетов невольно вновь прозвучали в моей голове. И я согласно кивнул, хлопнув Меджа по плечу.
— Хорошо, пойдем вдвоем. Да и тебе уже давно пора получать новый ранг. В нашем клане не хватает еще одного полководца.
Не успел я договорить эти слова, как перед лицом возник бумажный журавлик, превратился в запечатанный алой печатью конверт и упал мне на колени. Одновременно в коммуникаторе прозвучал голос Лакраша:
— «Всем лидерам кланов и старшим боевым офицерам прибыть на совещание в штаб к шестнадцати часам».
Дела-дела, будь они неладны! Никогда не дают насладиться покоем и тишиной.
— Пошли, — встав, я потянул за сбой Меджа, — начальство желает явить свой гнев и обрушить милость, не стоит заставлять его долго ждать.
14.08.2025 г. г. Солигорск