⠀⠀
Существуют тёмные миры, где живут многочисленные расы демонов, светлые миры, где обитают люди и высшие существа, чей век долог а силы безграничны, и есть серые миры, где первые и вторые ведут бесконечно долгую войну друг с другом. И когда нарушается хрупкое равновесие, между мирами начинают появляться разломы, позволяющие его обитателям путешествовать между ними.
Все тексты вычитаны.
⠀⠀
v 1.0: создание fb2, вычитка, редактура, оформление — Corvus
v 1.1: унификация иллюстраций — Corvus
⠀⠀
Существуют тёмные миры, где живут многочисленные расы демонов, светлые миры, где обитают люди и высшие существа, чей век долог а силы безграничны, и есть серые миры, где первые и вторые ведут бесконечно долгую войну друг с другом. И когда нарушается хрупкое равновесие, между мирами начинают появляться разломы, позволяющие его обитателям путешествовать между ними.
За двадцать лет наш мир привык к разломам, люди научились бороться с ними. Но близится день, когда через сотни тысяч врат единовременно хлынет армия голодных демонов, чтобы стереть города с лица земли и пролить реки крови. За помощью люди обратились к высшим светлым существам, но те способны лишь подготовить их к неизбежному.
⠀⠀
Москва, Лубянская площадь, пятнадцатое августа, десять часов утра
По десятому этажу главного здания НИИ Разлом шла пара крепких мужчин. Сотрудники учреждения, попадающиеся на пути, спешили уступить дорогу или скрыться в ближайшей двери, едва увидев чёрную униформу. Мужчины подошли к лифту, ведущему на один этаж выше. Один из них вставил специальный ключ в замочную скважину на панели и посмотрел в камеру. Спустя несколько секунд дверь с шипением открылась, пропуская их в просторный лифт, обитый прочным белым пластиком.
— Денежки, денежки, — потёр руки первый, заходя в лифт. — Давненько я так крупно не выигрывал.
— Тебе просто повезло, — хмуро ответил второй, заходя следом. Он нажал единственную кнопку на металлической пластине, и лифт начал подниматься.
— Конечно, повезло, как без этого, — улыбнулся тот. — Случайные гости в тёмных мирах не выживают. Шанс — один на миллион.
— Да это может быть смазливая баба, живущая в борделе последние лет десять.
— Не важно. Ставка была на то, что случайный гость выживет, и мы его сегодня встретим. А баба там или нет, и какая у неё судьба — дело десятое.
Второй мужчина, поставивший половину месячной зарплаты на то, что выживших не будет, промолчал. Ставка была сделана больше года назад, когда выяснилось, что в одном из тёмных миров затерялся случайный гость. Такие обычно погибали в течение нескольких дней, максимум месяца, но находка всех удивила, так как на тот момент кристалл показал, что гость провёл в тёмном мире девять лет. Это была громкая новость, взбудоражившая весь институт. Многие считали это ошибкой или погрешностью измерений, но вот прошёл год, а чёрный кристалл по-прежнему показывал наличие гостя. Те, кто ставил на то, что он вернётся живым и невредимым, готовились сорвать неплохой куш, так как почти все делали ставку на обратное.
На особом этаже мужчин встретил старший научный сотрудник в белом халате, с планшетом в руках.
— Вовремя, — устало бросил учёный военным. — Процесс эвакуации начнётся через пятнадцать минут.
— Саныч, не переживай, не первый раз, — улыбнулся тот, что ставил на положительный исход.
Второй кивнул, одной рукой поправляя на поясе дубинку-электрошок, а второй — кобуру с ножом, напоминающим мачете.
— Много сегодня вернувшихся было? — догадался мужчина, с сочувствием глядя на учёного.
— Четверо, — отозвался Саныч, направляясь к дверям в главную лабораторию. Поколдовал с панелью, приложил руку на считывающее устройство. — Вчерашняя смена премию получила за одного из вернувшихся.
— Слышали, — кивнул военный. — Месячный оклад получили. А кто был?
— Говорят, что эксперт молний. Едва не оставил весь верхний этаж без электричества.
Мужчины вошли в просторное помещение, в центре которого находился постамент с тёмным, почти чёрным кристаллом, около метра в высоту. Аппаратура вокруг него мерцала индикаторами.
— Самый чёрный мир, который я видел, — сказал учёный. — Потребовалось почти четыреста дней, чтобы пробиться внутрь.
Процесс возвращения людей из дальних и ближних миров проходил обыденно. Сейчас он уже не вызывал интереса ни у учёных, ни у прессы, ни у простых обывателей. За два десятка лет многие воспринимали и существование иных миров, и неминуемый конец света как данность. Первые годы, когда мир только начал трещать по швам и возникали разрывы в ткани пространства, стали для всего человечества серьёзным испытанием. Сложная ситуация едва не закончилась ядерной войной, но каким-то чудом всё устаканилось. Но с того момента мир больше никогда не был прежним, как раз из-за тёмных миров и их обитателей.
Ожидая, когда эвакуационный механизм выдернет из тёмного мира несчастного, застрявшего там на долгие десять лет, мужчины разглядывали большие кристаллы, расставленные вдоль стен лаборатории. Больше всего среди них было кристально чистых образцов, молочного и бежевых цветов. Но встречались и более тёмные, с красными и синими оттенками. Годных миров, куда люди уходили в поисках силы, было около семидесяти, и чем светлее кристалл, тем больше шанс вернуться оттуда живым. При этом как бы ни был серьёзен риск, не иссякал поток желающих отправиться в неизведанные миры, тёмные и кровавые. Даже самые подготовленные мужчины и женщины редко возвращались, всегда рассказывая ужасные истории.
Светлая точка в чёрном кристалле начала мерцать в такт биения сердца. Учёный, которого военные назвали Санычем, устало прошёл к приборам, производя только ему понятные манипуляции.
— Если это будет девка из борделя демонов, ни копейки тебе не заплачу, — сказал хмурый охранник, щёлкнув застёжкой кобуры с электрошокером.
Светящаяся точка начала мерцать всё чаще, а затем вспыхнула. Послышался треск и звон раскалывающегося кристалла, и на платформу гулко рухнул мужчина, материализовавшись прямо в воздухе. Ни одежду, ни другие предметы из иных миров при экстренном возвращении перенести было нельзя, поэтому все выходили обнажёнными. Появившийся мужчина был изрядно лохмат. На спине и руках незаконченная татуировка, кто-то пытался изобразить крылья из разных знаков и закорючек, но не доделал работу.
— Ну и вонь, — брезгливо произнёс менее удачливый военный. — Эй, парень, ты как? Слышишь нас?
— Тащите его уже в отдел дезинфекции, — поторопил военных Саныч. — Провоняет всё здесь.
Лохматый парень, оказавшийся довольно молодым, лет двадцати пяти, промычал что-то нечленораздельное. Из стерильного пакета военные достали особый белый халат и сноровисто надели на парня. Подхватив его под руки, подняли и потащили к выходу из лаборатории. В это время туда заходила бригада уборки с пластиковыми пакетами, щётками и ручными пылесосами, чтобы полностью очистить площадку от осколков ставшего бесполезным кристалла. Двое мужчин и девушка с интересом посмотрели на парня, затем до них донёсся неприятный запах, и они скривились, спеша быстрее пройти мимо. Саныч же прошёл к компьютеру, чтобы сохранить видеозапись процесса экстренной эвакуации и составить отчёт для руководства. До конца его смены оставался час, и он был рад тому, что за это время больше никто не собирался возвращаться. Следующая партия должна была подоспеть только завтра к вечеру. Огоньки в нескольких светло-молочных кристаллах, стоявших на отдельной подставке, только начинали разгораться.
Через западный выход из лаборатории можно было попасть в широкий светлый коридор, ведущий в секцию дезинфекции. Для тех, кто не мог самостоятельно двигаться после возвращения, была предусмотрена медицинская каталка с ремнями.
— Молодой, — сказал один из военных, укладывая парня на каталку. — Сколько же ему было, когда он в тёмный мир попал?
— Надо будет послушать, что там было, — ответил второй. — Посмотреть запись, когда его расспрашивать будут.
— Доброе утро, — раздался приятный женский голос со стороны коридора. — Это тот самый, из тёмного мира?
Военные синхронно обернулись, глядя на светловолосую девушку, выглядящую не старше двадцати пяти лет. Красивое лицо, ровные линии скул и выразительные голубые глаза. Чтобы прямые светлые волосы не падали на лицо, она использовала широкий серебряный ободок. При этом волосы девушка уложила так, чтобы в глаза не бросались слегка удлинённые и заострённые уши. Завершало образ длинное светлое платье, подчёркивая стройную фигуру.
— Да, госпожа Иена, — кивнул один из военных. — Только что эвакуировали из тёмного мира. Я такой чёрный кристалл не видел никогда.
— Как и я, — кивнула девушка, мило улыбнувшись. — Хотела взять осколок для коллекции.
— Хотите, я принесу? — спросил первый из военных. — Надо поспешить, пока не всё упаковали.
Все посмотрели в сторону двери в лабораторию и не заметили, как за спиной девушки вырос лохматый парень, ловко схватил её, чтобы не вырвалась и прижал к шее широкий нож с пояса одного из военных.
— Длинноухая шлюха, — хриплым, тяжёлым голосом выдал парень. — Говори, сколько вас здесь и кто главный!
— Что? — удивилась девушка, совсем не испугавшись, даже когда холодный металл ножа надавил на шею.
— Говори! Иначе перережу горло от уха до уха и сделаю из твоего языка красный галстук.
Военный, лишившийся ножа, запоздало положил руку на пустую кобуру.
— Что происходит? — раздался громкий голос, тяжёлый и властный.
Воздух в помещении потяжелел и стало трудно дышать, а у крепких мужчин едва не подкосились ноги. На мраморный пол со звоном упал нож, а следом за ним и лохматый парень.
— Что случилось? — по коридору в сторону лаборатории шёл высокий, стройный мужчина лет тридцати. Белоснежный костюм-тройка, в руках трость с серебряным набалдашником в виде сферы. Как и у девушки, прямые светлые волосы у него спускались ниже плеч.
— Ничего, — девушка обернулась, посмотрела на бессознательного парня. — Ещё один несчастный вернулся из тёмного мира. Я говорила тебе о чёрном кристалле.
— Точно, — словно вспомнил этот факт, сказал красивый мужчина, посмотрев на парня, как на насекомое. — Он тебя испачкал. Почему он так смердит?
— Мы как раз вели его на дезинфекцию, — в разговор влез один из военных, успевший подобрать нож и вооружиться дубинкой-электрошокером. — Сейчас его отмоют и посадят в изоляционный бокс. Вы же знаете, как это бывает, когда кто-то возвращается из далёкого и тёмного мира. Нужно несколько дней, чтобы человек пришёл в себя.
— Всё так, брат Ёр, — улыбнулась девушка. Она прошла к нему навстречу и взяла за руку. — Я хочу кусочек чёрного кристалла. Пойдём, поможешь мне выбрать самый красивый осколок.
Мужчина вздохнул, бросил ещё один взгляд на парня и дал себя увести. Военные выждали, пока за колоритной парочкой закроется дверь в лабораторию, и облегчённо вздохнули. Один осторожно потряс лохматого парня за плечо, держа наготове электрошок, но тот и не собирался просыпаться.
— Привязывать надо было, — сказал он напарнику. — Этот злопамятный… нам ещё припомнит.
Второй военный хмуро кивнул, взглядом показал на парня. Он думал о том, что совершенно не заметил, как у него стащили совсем не маленький нож. В итоге несчастного подняли, положили на каталку и повезли дальше по коридору.
⠀⠀
Глубоко вдохнув, я задержал дыхание на несколько секунд, затем медленно выдохнул. Воздух был необычно чистым, без посторонних запахов и сырости. Чувство, что чего-то не хватает, как назойливая мошка не даёт покоя. Сидя на мягкой кровати, я сделал ещё один долгий вдох через нос, улавливая запах яблока и банана. Рядом с кроватью как раз стояла тележка на колёсиках, где в глубокой чашке лежали сочные фрукты, несколько самых разных конфет, пачка солёных и пряных картофельных чипсов. От одной мысли о них текли слюнки, несмотря на то, что неплохо позавтракал час назад.
В маленькой светлой палате, куда меня поселили, не было окна, и это напрягало. Светлая панель со шторкой, имитирующая оное, никуда не годилась. От этого неестественного света было ещё хуже. Я заметил, как возле двери из слегка матового стекла остановился профессор в белом халате, что-то сказал охраннику и вошёл. Он улыбнулся, поймав мой взгляд, помахал рукой. Я тоже поднял руку, приветствуя его.
— Василий Романович, — говорил он мягким, располагающим голосом, — как себя чувствуешь?
— Неплохо, — ответил я. — Движения не хватает. Пройтись бы немного.
— Завтра переведём тебя в сектор реабилитации, — сказал профессор. — Стандартные процедуры. Там и спортивная площадка подходящая, и тренер хороший, и учебные классы. Не стоит выпускать человека в большой мир, пропустившего так много — слишком большой шок. Поверь мне, за двадцать лет многое поменялось.
Я пожал плечами, как бы говоря, что никуда не тороплюсь. Если им так нравится, могу просидеть в этой палате целый месяц.
— Давай ещё раз пробежимся по основным пунктам, — сказал он, включая экран большого чёрного планшета. Я и не думал, что компьютер может уместиться в таком маленьком приборе. Будущее. Оно немного пугало. — Когда и как ты попал в разлом?
— Ехал в школу, — ответил я, повторяя эту историю, наверное, в седьмой раз. — Это был ноябрь. Мне как раз через неделю должно было исполниться четырнадцать. И вместе со мной в тот день в салоне троллейбуса ехало двадцать четыре человека. Шесть подростков моего возраста, трое детей, женщины, мужчины, пожилая пара…
Я помнил каждого из той большой и шумной компании. Со временем лица начали забываться, как и голоса, но слишком медленно.
— Это был двухтысячный год? — уточнил профессор, стуча пластиковым карандашом по экрану планшета.
— Ноябрь двухтысячного, — кивнул я.
— Очень странно, — в который раз повторял он. — Для тебя прошло ведь чуть больше десяти лет, правильно? Где тогда потерялось ещё десять?
— Где-то так, — я снова пожал плечами. — Там было сложно считать года. Вечно пасмурный мир, где дожди могут идти месяцами. Влажность и духота.
Я сделал ещё один глубокий вдох, подождал пару секунд и с шумом выдохнул через нос.
— Твои попутчики? — он поднял на меня взгляд. — Можешь не говорить, я понимаю, что это тяжело.
— Все погибли, — ответил я. — Большая часть в первые дни. Нам не повезло выйти недалеко от логова пятнистых собак, а троллейбус не хотел ехать дальше без электричества.
— Помнишь номер троллейбуса? — задал он неожиданный вопрос.
— Четырнадцатый, — не задумываясь ответил я.
Он снова принялся стучать карандашом по планшету, затем что-то вспомнил и показал на брошюру, лежащую на кровати.
— Что думаешь? — спросил он.
Я улыбнулся, посмотрев на книжицу с картинками, написанную то ли для детей, то ли для дикарей. В дюжину страниц там рассказывалось, как в далёком двухтысячном году по всему миру начали появляться разломы, в которые затягивало людей, машины и животных. Всё, что попадало внутрь, исчезало бесследно. Учёные долго не могли понять, что это такое и как поступить. Такие участки пытались огораживать, но разломы существовали всего несколько дней, после чего закрывались, чтобы открыться ещё где-то. В один из таких и угодил троллейбус, следующий по четырнадцатому маршруту. А потом из разломов начали появляться разные существа, по большей части опасные хищники и злобные демоны. Догадываюсь, какая паника была. Если в такой разлом с той стороны вошёл бы отряд пепельнокожих палачей, они бы залили улицы любого города реками крови.
— Занятная книжка, — улыбнулся я. — Особенно про апокалипсис смешно написано. Ваши светлые господа не говорят, когда он случится? Точную дату не называют?
— Никто не знает точной даты, — он или не уловил сарказм в моём голосе, или решил не обращать на него внимания. — Но мы готовимся встретить его. Прикладываем все силы.
— Лучше бы дали почитать книжку о том, что изменилось в мире за последние двадцать лет. Изменились ли границы стран, кто сейчас президент, была ли большая война? А ещё меня интересует, появились ли летающие машины? Давно хотел пролететь над городом на такой, посмотреть на него с высоты птичьего полёта…
— Завтра в учебном классе всё расскажут, — он улыбнулся. — Машин летающих не изобрели ещё. Боюсь огорчить, но, кроме микроэлектроники, никаких чудес. Космос не покорили, зависимость от нефти и угля не победили.
— Жаль, — вполне искренне расстроился я.
— Но у меня есть и хорошая новость, — сказал профессор. — Мы нашли твоего отца. Он был рад узнать, что с тобой всё в порядке. Карантин продлится ещё неделю, но можешь сейчас написать ему письмо.
— Подожду, когда смогу обнять лично, — я опустил взгляд. — Не знаю пока, что написать. Но двадцать лет… ему уже пятьдесят пять…
— Отдыхай и ни о чём не переживай, — сказал профессор вставая. Всё что хотел, он увидел и записал в планшет. — Если что-то захочешь, просто скажи. В соседней комнате сейчас отдыхает сорокалетний мужчина. Он вернулся из серого мира и первое, что попросил, принести ему шоколадное мороженое. Говорит, что мечтал о нём все десять лет. А о чём ты мечтал?
— О, у меня были более приземлённые желания, — ответно улыбнулся я. — Мечтал о хорошем ноже из качественной стали и ботинках на толстой грубой подошве.
Профессор кивнул и вышел из маленькой комнатки. С первого взгляда понятно, что он хороший человек, чья работа заключается в том, чтобы оценивать душевное состояние вернувшихся из других миров.
«Придётся мне немного поиграть по вашим правилам, — подумал я, бросив короткий взгляд в сторону камеры наблюдения, висевшей в углу под потолком. Я до последнего момента надеялся, что беда обойдёт наш мир стороной, но не случилось. — Ничего, ещё есть время подготовиться».
Я чувствовал, что где-то рядом притаилась парочка длинноухих светлых тварей, подглядывающих за мной через экран монитора. Это как зуд между лопаток. Взяв из тарелки большое красное яблоко, я повалился на кровать и уставился в потолок.
⠀⠀
Учебный класс для тех, кто вернулся из дальних миров, больше походил на комнату младшеклассников. Много постеров самых разных городов и машин, портреты узнаваемых людей. В центре комнаты шесть одноместных парт, как в школах США, полотно проектора вместо доски. Рядом с кафедрой учителя стопка разноцветных брошюр, а на отдельную тумбу поставили старенький магнитофон. Матовые окна настоящие, но сквозь них не видно даже очертаний города. Одно ясно, мы находились где-то высоко, может, на десятом или даже на пятнадцатом этаже.
На первое занятие пришло шесть человек, включая меня. Все в одинаковых белых пижамах, на ногах мягкие тапочки. Две приятные женщины лет тридцати пяти, мужчины совсем немного старше. На меня косились с удивлением, скорее всего, из-за возраста. Один из мужчин, выглядевший не так хмуро как остальные, подошёл ко мне.
— Случайный турист? — спросил он. — Пётр, будем знакомы.
— Василий, — сказал я, пожимая протянутую руку. — Я в школу ехал, когда нас в разлом забросило.
— Бывает, — он нахмурился, но быстро подобрел и снова улыбнулся. — Без подготовки там тяжело. Я, когда уходил, твоего возраста был. И сынишке пять лет исполнилось. Я с ним вчера по видеосвязи разговаривал. Вымахал амбал, хочет в военное училище поступать и по моим стопам пойти. Но десять лет — это много. Второй раз я на такое не рискнул бы пойти.
В комнату вошла красивая женщина в белом халате. Лет сорок на вид, лицо приятное, длинные прямые тёмные волосы.
— Доброе утро, — поздоровалась она. — Рассаживайтесь по местам, сейчас начнётся урок.
Один из мужчин громко хмыкнул, всем видом показывая своё отношение к подобному, но говорить ничего не стал, важно сев за парту.
— Вас ждёт семь занятий, затем небольшой экзамен, и сможете вернуться домой, — сказала женщина. — Я проведу шесть из них. Меня зовут Ольга Ивановна. Как и вы, я провела десять лет в отдалённом светлом мире, поэтому хорошо понимаю, что чувствует вернувшийся. Вас здесь собрали не из прихоти, а из-за мер предосторожности. Кто скажет, почему так?
На секунду повисла пауза. Пётр поднял руку.
— Каждый, кто проходит через разрыв в пространстве, получает уникальную случайную способность мира, в который попадает. И чтобы сохранить её навсегда, нужно прожить там не меньше десяти лет. Мэджик.
Он щёлкнул пальцами, с электрическим треском рассыпая на парту яркие искорки.
— Всё верно, — кивнула Ольга Ивановна. — Некоторые особенности могут быть весьма опасными для окружающих, поэтому вы все проходите карантинные мероприятия, в том числе социальные. Вы ведь не знаете, что пять лет назад все государства мира приняли закон об ограничении и сдерживании людей, получивших необычные способности, пересекая границы миров. Завтра я расскажу вам о прецедентах, когда одарённые становились причиной гибели сотен и даже тысяч ни в чём не повинных людей.
Она обвела всех взглядом, остановилась на секунду на мне.
— Вы все, кроме нашего юного друга, подписали контракт с государством, — сказала она. — Благодаря новому закону, он довольно сильно изменился. В частности, теперь он не временный, а постоянный.
— Нас уже обрадовали, — сказал тот самый хмурый мужчина, сидевший в центре комнаты. — Что конкретно там поменялось?
— Об этом мы сегодня и поговорим, — кивнула женщина и голос её стал холодным и тяжёлым. — Но перед этим хочу сказать, что ситуация в мире изменилась ещё сильнее, чем положения в контракте. Разломов становится больше, они чаще появляются в крупных городах, и с каждым разом количество жертв увеличивается.
В общем, первое занятие длилось часа три и было скучным. Ольга Ивановна рассказывала о новом законе, который накладывал на одарённых кучу ограничений. Они вполне могли жить как обычные граждане, но использовать силу разрешалось только во время чрезвычайных происшествий. Первые полгода им предстояло провести на военной базе, а уже потом разрешат вернуться по домам. Когда же появится очередной разлом, и оттуда полезут злобные представители иных миров, их позовут поучаствовать. И чтобы они совсем не расслаблялись, Ольга Ивановна рассказала, что за последние полгода погибло очень много одарённых. Она назвала несколько имён, ничего мне не говорящих, но остальные прониклись и помрачнели.
Я нисколько не удивился, когда после занятия все пошли в спортзал, а меня попросили остаться. К Ольге Ивановне присоединился профессор, который навещал меня в карантине, и какой-то военный тип суровой наружности, без отличительных знаков. Переставили парты, чтобы сесть полукругом передо мной.
— Василий Романович, — начал профессор, — давай без хождения вокруг да около. Мир сейчас находится в тяжёлой ситуации, и чтобы предотвратить грядущую катастрофу, нужны одарённые люди, вернувшиеся из дальних миров. У нас не хватает специалистов, выживших в серых, а особенно в тёмных мирах. Демоны теснят нас по всем фронтам. Раньше случайных людей, таких как ты, мы не привлекали, но ситуация изменилась.
— Кирилл Николаевич, — перебил его военный, — сам же сказал, без хождения вокруг да около. А короткая версия звучит так, что Василий Молотов будет призван на службу в соответствии с законом о Чрезвычайной ситуации. Либо стандартный контракт, как и у всех остальных, либо тюрьма для одарённых. Поганое место, куда лучше не попадать.
Я с интересом посмотрел на собравшихся. Чтобы поставить меня перед фактом, что так просто отсюда не выпустят, достаточно было одного военного. Они или хитрят, или недоговаривают что-то.
— Да я не против, — пожал плечами я к большому облегчению собравшихся. — Помогу чем могу.
— Какой дар ты получил, пересекая границы миров? — спросила Ольга Ивановна.
— Самый обыкновенный, — я развёл руками. — Искры из глаз рассыпать не могу, как и плеваться огнём или кислотой. Но я знаю двенадцать основных языков демонов, четыре мёртвых и семь диких наречий. Могу провести душевную беседу с любым разумным существом, кто в наш мир войдёт. Буду уговаривать их вернуться обратно в свой мир.
— То есть, это не боевое умение? — уточнила она.
— Нет, — виновато ответил я.
— Как же ты смог выжить в тёмном мире десять лет? — в голосе военного звучало недоверие. — Там с людьми не церемонятся.
— Правду говорите, — кивнул я. — Меня тоже хотели сожрать, приготовили большой медный котёл, но я смог убедить их этого не делать. Повезло.
— Это самый глупый дар, о котором я слышал, — сказал военный.
— Не скажи́те, — не согласился я. — Вот если бы я лучи смерти из глаз пускал, меня бы убили и съели. Многие на той стороне думают, что если съесть кусочек врага, то приобретёшь частичку его силы. А меня они уважали, потому что я им книги старые читал вслух. Видели бы вы глаза шамана, когда я им надпись с древнего алтаря прочёл. Бедный старикан две недели отходил.
— Бред какой-то, — нахмурился он.
— Почему именно бред? — вставил профессор, задумавшись о чём-то, словно поймал хорошую мысль. — У вас же сидит в клетке та страшная женщина, можно посмотреть на эту необычную способность. Помните, господин Ёр упоминал, что на языке этих демонов, кроме них, никто не говорит?
Военный думал несколько минут, хмуря брови и постукивая пальцем по столешнице. Ольге Ивановне, судя по взгляду, было просто любопытно, но не больше. Если она не врала и действительно вернулась из другого мира, то интересно, какой силой обладала?
— А ещё господин Ёр говорил, что это очень опасный демон, — сказал военный. — Ему стоило немалых усилий поймать её живой.
— А я бы посмотрел, — сказал я. — Если она разумна и умеет разговаривать, конечно. С животными находить общий язык у меня плохо получается.
— Разумна, — кивнул он. — Хорошо, можно посмотреть. Только имейте в виду, что там особая зона.
Последнее он сказал, обращаясь не только ко мне. Встав, он первым вышел из класса. Мы прошли по знакомому коридору, мимо поворота карантинного отделения, и остановились у лифта. Проход охраняли двое мужчин в чёрной форме, с короткими автоматами в руках. У каждого на поясе висел хороший нож и странного вида дубинка, резиновая с металлическими шипами и заклёпками. На меня они посмотрели странно, но при виде военного, подобрались, вытягиваясь в струнку и делая вид, что заняты важным делом.
Чтобы спуститься на нужный этаж, обозначенный как «П4», военный использовал пластиковую карточку и приложил ладонь к специальной панели. Выход на нужный уровень охранялся более тщательно. Дежурившие там военные держали в руках серьёзные винтовки, а коридор перекрывался двумя решётчатыми дверями. Каждый прут решётки в моё запястье толщиной. Под потолком что-то тихонько гудело, возможно вентиляция, так как я чувствовал лёгкое движение воздуха.
Бетонный, ничем не примечательный коридор напоминал подземный бункер. Скорее всего, его строили ещё в те времена, когда самой большой угрозой была ядерная война. Под потолком мерцали тусклые лампочки, пахло пылью и едва заметной сыростью. Если не знать дороги, то легко заблудиться. Хорошо, что нам далеко идти не пришлось, каких-то несколько поворотов, коротких проходов, и мы остановились у тяжёлой металлической двери. Ещё один пост охраны. Парням, дежурившим в подобном месте, можно было только посочувствовать.
За тяжёлой дверью оказалась тёмная комната, разделённая пополам решёткой из знакомых толстых прутьев. Такая же дверь на массивных петлях с узкой щелью для подноса с едой. Один поднос как раз стоял у решётки. Заключённый почти ничего не съел, лишь поковырялся в содержимом пластиковой ложкой и бросил это занятие. Военный включил рубильник на стене и под потолком загорелась тусклая длинная лампа, как в коридоре. Теперь можно было увидеть женщину, сидевшую на узкой лавке и смотревшую на нас.
— Жуть, — сказала Ольга Ивановна, не решаясь подойти ближе.
У пленницы было вполне человеческое лицо, самое обыкновенное, молочный цвет кожи и щуплое телосложение. Но с непривычки страшно, когда на тебя смотрят белые глаза с маленькой чёрной точкой в центре. Радужка у этих демонов имела белый цвет, поэтому издали её не разглядеть, в отличие от чёрной точки зрачка.
— Что от неё хотите? — спросил я, проходя ближе к решётке. — Выпытать что-то или просто для опытов держите?
— Господин Ёр хотел узнать, сколько их, — сказал военный, положив мне руку на плечо. — Не подходи близко.
— Это не опасно, — улыбнулся я. — И если не подходить, то как поговорить?
Я помахал рукой женщине, но без результата. Если бы не камера под потолком и не свидетели, с ней можно было бы серьёзно поговорить. Но в текущей ситуации нужно быть предельно осторожным.
— Это дами, очень умные демоны и проводники великой силы, — сказал я, сделав ещё один шажок к решётке.
— Господин Ёр называл её также, — кивнул военный. — Говорил, что она крайне опасна. Схватит через решётку и голову оторвёт.
— Вы зря переживаете, — отмахнулся я. — Мне в своё время повезло прожить в храме демонов дами много лет. Даже подружился с верховной жрицей, Беатой. Ненасытная женщина. Нет, не в том смысле. Просто она хотела как можно быстрее узнать содержимое всех древних книг, что хранились под храмом. А этих книг там столько, что за всю жизнь не перечитать.
Я не стал говорить, что военный даже близко не представляет, насколько опасна та, что сидела сейчас в клетке и с безразличным видом наблюдала за нами. Я был уверен, что она могла убить всех нас за несколько секунд, и решётка ей нисколько бы не помешала.
— Они мне даже знак дружбы на спину поставили, — добавил я, задирая рубашку пижамы, чтобы продемонстрировать знаки сначала людям, а потом пленнице. Уж больно кровожадная аура начала разливаться вокруг, когда я упомянул храм и жрицу Беату. Едва я показал ей татуировку, как кровожадная аура моментально исчезла.
Повернувшись к пленнице, не заметил, чтобы что-то изменилось, разве что взгляд стал слегка любопытным.
— Люди слишком опрометчиво входят в Вашу камеру, — сказал я на языке дами.
Не самый сложный язык среди прочих, но прелесть его в том, что, кроме этих белоглазых демонов, на нём никто не разговаривал. Каждый звук, который они произносили, нёс в себе частичку силы, суть которой я не понимал, поэтому называл магией. И каждый раз, когда я разговаривал на этом языке, у них лица вытягивались от удивления.
— Прошу простить, что заговорил первым, — продолжил я. — И простите моё любопытство, но как умудрились оказаться здесь? Вытащить Вас отсюда будет непросто.
— Светлоликий лорд, — она показала пальцем в потолок, — оказался слишком силён. Неожиданно было увидеть здесь такого, как он. Это наталкивает на плохие мысли.
Голос у женщины был мягким и звучал так легко, что я понимал смысл ещё до того, как она заканчивала произносить очередную фразу. При этом, когда она говорила, разделяющее нас пространство слегка дрожало. На моей памяти такое могла проделывать только упомянутая Беата. Это очень редкий дар. Верховной жрице подобное давалось ни разу не легко, в отличие от сидевшей в камере женщине.
— Да, я заметил, — кивнул я. — Поэтому вытащить Вас будет не так просто. Дождусь, пока он уедет и что-нибудь придумаю. Через шахту лифта можно легко пробиться, но вот решётки в узких коридорах напрягают. Не знаю, рухнет потолок или нет, если я их выламывать начну.
— Я вижу, что рисунок на твоей спине не закончен, — сказала она, не обратив внимания на мои слова.
— Немного, — сказал я поморщившись. — Люди, стоящие позади, эвакуировали меня не в самый подходящий момент. Ещё бы года четыре…
— Там ведь нет символа чёрного солнца? — спросила она, заранее зная ответ.
Чёрное солнце — один из главных знаков, которые я должен был получить, но не успел. Готовился к этому почти год и, когда отправился в древнюю крипту, где устроили логово смердящие, даже не так, невероятно зловонные твари, меня выдернули домой. Я хотел рассказать об этом, но женщина остановила властным жестом, взглядом показывая на людей, стоявших позади.
— У светлоликого лорда есть фиал с моей кровью, — сказала она с печалью в голосе. — Он легко найдёт меня, как бы далеко я ни убежала.
— Вместе мы разберёмся с этой ушастой тварью. По внешнему виду не скажешь, но я очень сильный. Это правда…
— Я верю, но не связывайся с ним сейчас, — перебила она меня, и пространство вокруг нас ещё больше задрожало. — Я отдам тебе свой символ чёрного солнца. Для маленького человека он будет великоват, но ты справишься. Взамен попрошу позаботиться о моих детях, когда встретишь их.
— Не дурите, — быстро сказал я. — Просто подождите немного, и я Вас отсюда вытащу. Пару дней…
Пространство уже не вибрировало, а гудело на высокой ноте. Моих спутников позади сдавило с такой силой, что они не могли пошевелиться. Вроде бы они что-то кричали, но голоса тонули в этом гуле. Жалобно скрипнула железная дверь, придавленная силой.
— Я бы послушала, как ругались и спорили старейшины, — мечтательно улыбнулась она. — Любопытно, что убедило их нанести этот узор на спину человека. И Беата…
Не заметил, когда она исчезла с лавки, но в это же мгновение её рука скользнула в просвет решётки, хватая меня за шею. Больно ударившись лбом о металлические прутья, я увидел белые глаза очень близко перед собой. Она провела ладонью по моему лбу, убирая лохматые волосы, и коснулась его своим. Беата говорила, что я должен получить чёрное солнце как минимум с шестью лучами, чтобы не испортить символ на спине. У неё самой было всего пять лучей, поэтому она и не могла поделиться им со мной. Ей требовалось ещё несколько лет, чтобы открыть шестой луч. Надеюсь, что эта женщина сейчас не испортит старания последних семи лет.
Я почувствовал поцелуй холодных губ, затем металлический вкус крови, от которого по телу пробежала волна жара. Она прокусила себе язык и даже не поморщилась. Отпустив меня, женщина отступила на шаг, едва заметно улыбнулась. Чёрных точек в глазах уже не было, они полностью исчезли, оставив только белый фон.
— Зачем? — произнёс я, борясь с захлестнувшими эмоциями. — Я бы вас вытащил. Обязательно вытащил…
Сделав ещё пару шагов назад, она села на узкую лежанку, глядя с усталостью и облегчением. Я же почувствовал, как под левой лопаткой вспыхнула боль, как от раскалённого клейма. Показалось, что оно погружается глубже, отчего вся левая сторона тела превратилась в один большой сгусток боли. Я боролся с ней несколько секунд, затем закричал, обессиленно падая на колени. В эту секунду сдерживающая нас сила исчезла. Послышалась ругань военного, затем накрыла волна опаляющего жара, исходящая от Ольги Ивановны. Всё, что происходило дальше, прошло как в тумане. Военный ругался с профессором, Ольга Ивановна кричала на них обоих, охрана у дверей в подземную камеру пыталась понять, что вообще происходит и почему дверь выгнуло и покорёжило так, что она с большим трудом открылась. За всем этим сумбуром от глупых людей ускользнула важнейшая деталь происходящего. Всё ещё сидевшая на лавке женщина из рода дами была мертва. Она смотрела в пустоту перед собой и, казалось, улыбалась с насмешкой. Чтобы понять, насколько невосполнима и огромна эта утрата, люди должны были услышать её голос и на себе почувствовать, как дрожит от него пространство, как отзывается на это каждая клеточка твоего тела. Народ дами подобное всегда приводило в оцепенение и трепет.
Я смутно помню, как мы поднимались на лифте обратно на карантинный этаж. Всё было как в тумане. В бреду я видел светлоликую ушастую тварь в белом платье, но сил протянуть руки и свернуть ей шею не было. В голове мелькали обрывки мыслей, многие из которых требовали разрушений и крови. Им вторил тихий голос разума, говоривший мягким голосом Беаты, что странная женщина из подвала права, что мне нужно пройти ещё большой путь, чтобы собрать достаточно силы. От этого было ещё более обидно и гадко на душе.
⠀⠀
Кирилл Хворостов шёл по узкому коридору карантинного отделения следом за светлоликой Иеной, глядя, как покачиваются её бёдра, как легко и изящно она ступает по земле. Многие мужчины в институте считали эту женщину привлекательной и даже соблазнительной, но лично ему она никогда не нравилась. В отличие от старшего брата, господина Ёра, Иена всегда была вежлива в общении с людьми, но в её словах и жестах не было тепла. Профессору, неплохо разбирающемуся в человеческой психологии, иногда казалось, что светлоликие брат с сестрой просто не видят в людях разумных существ. Своим высокомерием они могли заморозить половину города.
Остановившись у одной из комнат, Иена дождалась, пока профессор откроет перед ней дверь, мягко улыбнулась ему и вошла первой.
— Уже второй раз человек, выживший в тёмном мире, привлёк моё внимание, — сказала она, глядя на лохматого парня, лежащего на кровати. — Что с ним?
— Физически он полностью здоров, — сказал Кирилл Николаевич. — Доктор считает, что это просто воздействие магии и очень скоро он придёт в норму.
— Демоны дами говорят на языке грязной магии, которая может убить слабого человека, — сказала Иена. — И он действительно с ней разговаривал?
— Выглядело именно так.
— Жаль, очень жаль, что тёмный мир принёс нам такой бесполезный дар, — покачала головой светлоликая Иена.
— Это не совсем так, — не согласился профессор. — Можно ведь поговорить с демоном, когда…
— Нам нужно не говорить с ними, — Иена повернулась к мужчине, одарив красивым, но холодным взглядом, — а уничтожить. Всех до единого. Когда демоны начнут полномасштабное вторжение в этот мир, чтобы залить его кровью, вы планируете разговаривать с ними? Если этот юноша выжил в течение десяти лет в тёмном мире благодаря умению разговаривать с демонами, то для нас, как и для вас, он абсолютно бесполезен.
Потеряв к лежащему на кровати парню интерес, женщина вышла из комнаты. Профессор Хворостов посмотрел на него, покачал головой и вышел следом.
⠀⠀
В себя я пришёл довольно неожиданно. Судя по тусклому искусственному окну, наступил вечер. Минут через двадцать, как я встал с кровати и принял душ в узкой кабинке, примчался местный доктор. Проверив моё состояние, он ничего не сказал и исчез так же неожиданно, как и появился. Зато накормили шикарным ужином, с десертом в виде кусочка шоколадного торта. Утром следующего дня разбудили вовремя, принесли завтрак, но на занятия не пригласили. Это наталкивало на самые неприятные мысли, и я уже начал думать о побеге и глубоком подполье, но часам к одиннадцати пожаловал интересный гость. Это был мужчина лет сорока пяти, полностью лысый, с небольшой бородкой и усами русого цвета. Одет в костюм с галстуком, за деловым взглядом скрывается любопытство.
— Василий Молотов? — спросил он.
— Всё так, — я сидел на кровати в позе лотоса и решил не вставать.
— Слышал, что тебя вчера чуть-чуть демоны не сожрали, — он улыбнулся, находя этот факт забавным. Пройдя к кровати, положил на край спортивную сумку. — Директор сказал, чтобы духа твоего тут больше не было, во избежание проблем. Да, забыл представиться, Дмитрий Игоревич Лопатин, начальник отдела исследований пространственно-временных структур.
— Вам не говорили, что это странное и смешное название?
— Так мы называем разломы, ведущие в другие миры, — ничуть не смутился он. — Наш отдел изучает не только их, но и демонов, и всё, что может помочь в день икс. Люди, вернувшиеся из тёмных миров нам очень нужны, но их всех обычно вербуют военные.
Из любопытства я заглянул в сумку, где лежали тёмно-синие джинсы, рубашка с коротким рукавом и пара крепких кроссовок.
— Документы тебе сделают через три недели, пока походишь со справкой, — он показал взглядом на сумку. — В правом кармашке. Не потеряй.
— И что, прямо так отпускают? — спросил я, решив не тянуть время и сбежать отсюда, пока представилась возможность. Чем дальше я сейчас буду от этого здания, тем лучше, поэтому принялся переодеваться. И об этом говорило даже не предчувствие, а здравый смысл.
— Ты про закон, появившийся пять лет назад? — Дмитрий хитро улыбнулся. — Не переживай, ты ведь из тёмного-претёмного мира вышел? С демонами разумными жил несколько лет, повадки их знаешь, так?
— Так, — кивнул я.
— Как я уже сказал, нам подобные специалисты крайне необходимы, — он чиркнул ладонью по подбородку, показывая, как сильно. — Формально мы работаем на правительство, так что всё законно. Нас часто привлекают для расследования убийств, тёмных ритуалов, похищений, людоедства и всего другого, что связано с демонами. Особенно опасны те, кто прячется под видом обычных людей. Таких в последнее время в столице слишком много. Но главная проблема в том, что большинство демонов по-русски не разговаривает. Чтобы добиться от них внятных ответов, нужно идти на поклон в НИИ, договариваться со светлоликой Иеной, чтобы уделила пять минут своего драгоценного времени. А ты, как я правильно понял, язык демонов понимаешь.
— Не язык, а больше двух десятков языков, включая мёртвые и редкие наречия. И что, мне тоже контракт надо будет подписывать, как у военных?
— Нет, у нас всё проще. Напишешь заявление о желании поступить на службу, заполнишь анкету и письменное согласие на допуск к государственной тайне. Никогда не хотел посвятить жизнь науке?
— Нет, я в школе спортом хотел заниматься, у меня даже разряд был по самбо. Всё, я готов.
Пару раз топнув ногой в кроссовке, я понял, что за десять лет отвык от хорошей и мягкой обуви. Интересно, как они с размером угадали?
— Тогда пошли, прокатимся на машине кое-куда. Сумку бери, пригодится.
На знакомом лифте мы спустились на первый этаж, спокойно миновали пункт охраны и вышли на улицу. Я даже остановился на минуту, глядя на поток машин, разворачивающихся на площади, на окружающие нас дома. Полной грудью вдохнул давно забытые городские запахи. А ещё немного сбивало с толку обилие людей, входящих и выходящих из высоченного здания НИИ. Дмитрий Игоревич подогнал машину прямо ко входу. Это был красивый внедорожник, высокий и выглядевший солидно, с просторным салоном и электронной приборной панелью.
— Хорошая машина, — я с любопытством принялся разглядывать салон. — Дорогая?
— Не дешёвая, — улыбнулся он. — На такую в обычном научном отделе не заработаешь, но у нас служба связана с больши́м риском, поэтому и зарплаты выше. Там, в бардачке, мой старый телефон, я вчера сим-карту купил для тебя, пользуйся, не стесняйся.
Пока машина тронулась, я достал из бардачка чёрный телефон со стеклянным экраном. Как планшет у профессора, только в миниатюре.
— А как пользоваться?
— Да там всё просто, кнопку сбоку нажми, он включится, — не отрываясь от дороги, сказал Дмитрий. — Снизу две кнопки, зелёная — звонить, красная — звонки сбрасывать. А остальное не трогай пока. С такими телефонами и трёхлетние малыши разбираются, так что осилишь, не переживай.
Пока я разбирался с этой хитрой штукой, машина выехала на широкий проспект и помчалась на запад.
— Я твоё личное дело почитал, — сказал Дмитрий. — Ты же с отцом жил?
— Да, мы с ним вдвоём жили, — кивнул я.
— После того, как ты пропал, он женился во второй раз. В две тысячи третьем году. У него сейчас семья, жена и две дочери. Младшей — десять лет, старшей — шестнадцать. Твои сводные сёстры, получается. Мы сейчас как раз к нему домой едем, я уже звонил, предупредил. Ты поговори с ними… В общем, не знаю, как сложится, но если что, то можешь у меня пожить. Квартира большая, есть свободная комната, не переживай. А вот про общежитие, гостиницу или прочее, даже не думай, мой тебе совет. Людей, которые только что вернулись оттуда, одних оставлять не рекомендуется. Срывы и острые психозы, даже попытки суицида.
— Я слишком себя люблю, чтобы на подобное разменивать жизнь, — отозвался я, пытаясь понять, как работает телефон. Нашёл записную книжку с десятком номеров, включая сотовый телефон Дмитрия и номер со странной надписью «контора». — Занятная штука…
Надо сказать, что Москва за двадцать лет изменилась. Не так кардинально, как может показаться, но существенно. Появилось много жилых высоток, заменивших старые пятиэтажки, в том числе и в нашем спальном районе. Я даже испугался, что и наша с отцом двушка уже не на четвёртом этаже, а на каком-нибудь десятом или пятнадцатом. Но нет, старые домики стояли всё там же, разве что прилегающую территорию облагородили, построив детские и спортивные площадки.
Дмитрий Игоревич ориентировался по электронной карте на приборной панели. Она показывала схему города и маршрут жирной жёлто-зелёной линией. Смотришь на неё и веришь, что попал из дремучего прошлого в будущее. У нас о таком только мечтали. Интересно, а автопилоты на машинах уже есть и не отобрали ли роботы у таксистов работу?
— Вы подождите у подъезда час, — попросил я, когда машина остановилась напротив нашего подъезда. — Я не буду задерживаться, наверное.
— И зря. Вы за час и не поговорите толком. Давай так, я сейчас в контору поеду, а ты позвони, как освободишься. Здесь ехать двадцать минут, плюс-минус, в зависимости от пробок на дороге.
Он ободряюще хлопнул меня по плечу, показал большой палец. Странный дядька, но сразу видно, что добрый. Я вышел из машины, захватив спортивную сумку, где оставался запечатанный комплект белья и мягкое полотенце. Всё моё имущество на данный момент. Не густо, ничего не скажешь. Интересно, есть ли где-нибудь могилка с моим именем, или отец никогда не терял надежды? Глубоко вздохнув, направился к подъезду. Входная дверь должна была запираться на кодовый замок, но кто-то подложил пластиковую бутылку под неё, чтобы не закрывалась.
Поднявшись на четвёртый этаж, я остановился перед нужной квартирой. Раньше здесь была старенькая дверь, обитая тёмным дерматином, а сейчас установили железную, с деревянными вставками и аж тремя замочными скважинами. Пару раз вздохнув, позвонил. Сердце быстро колотилось и никак не хотело успокаиваться. Буквально через несколько секунд дверь открыла приятная женщина лет сорока пяти, в домашнем летнем халате.
— Здравствуйте, — улыбнулся я. — Меня зовут Василий, я… Роман Игнатьевич дома?
— Василий? — уточнила она, затем отступила. — Проходи, мы как раз о тебе говорили.
В коридоре появился отец, сильно постаревший, но улыбающийся всё так же, как и двадцать лет назад. Из-за его спины выглянула красивая девочка лет десяти.
— Привет… — всё, что я смог произнести, так как в горле встал ком, а глаза защипало.
⠀⠀
Москва, двадцать четвёртое августа, восемь часов вечера
Августовский вечер выдался жарким. Сидя на качелях детской площадки, я думал о том, что хорошо возвращаться домой. От этого на сердце становится тепло и приятно. Я не видел отца десять лет, а он меня все двадцать. Признаюсь, что был рад его новой семье, красавицам дочкам и умнице жене. Меня встретили тепло, накормили и расспросили, как добрался. Долго удивлялись, что мне всего двадцать четыре года. Отец даже прослезился, чего за ним я не замечал раньше. Мы с ним выпили по тридцать грамм дорогого виски за встречу и несколько часов просто разговаривали. Мне вполне искренне предлагали остаться, даже раскладушку нашли, но я отказался. Им вчетвером в двухкомнатной квартире тесно, и я не хотел мешать. Наврал, что мне и квартиру уже выделили служебную, и с работой у меня всё отлично, и зарплата большая. Пообещал приехать в следующие выходные.
На дороге к дому сверкнули фары знакомого чёрного внедорожника Дмитрия Игоревича. Подхватив сумку, направился к нему.
— Как прошло? — спросил он, когда я сел в салон.
— Хорошо. С отцом поговорил, с сёстрами познакомился. Великие демоны, как же хорошо, что вернулся.
— Какие планы на ближайшее будущее?
— До апокалипсиса я абсолютно свободен, — я улыбнулся. — Рассказывайте, что у вас за работа такая? Завтра выходить?
— Работа не самая обычная, но интересная и увлекательная, — сказал он, трогая машину с места. — Рассказывать не буду, покажу. У нас очередное ЧП. Когда сюда ехал, мне сообщили, что в одной из квартир на юге Москвы нашли убитую семейную пару. Кровь ещё не высохла, часа не прошло с момента убийства. Похоже, что ими демон полакомился. Как всегда, в доме паника, жители требуют, чтобы демона изловили как можно скорее. Такие, что людей жрут, самые неприятные из всех. Может, повезёт и мы его по горячим следам найдём.
Дмитрий Игоревич открыл окно и закрепил на крыше синий проблесковый маячок. Включив сирену, мы помчались по дороге, проигнорировав красный сигнал светофора.
— С демонами дрался когда-нибудь? — спросил он. — Хотя вопрос странный, учитывая, что ты десять лет в тёмном мире прожил.
— Было дело. Пистолет дадите?
Я видел, что у него под пиджаком было что-то, напоминающее кобуру большого пистолета. Если даже научные работники разъезжали с оружием, то ситуация в столице и впрямь не самая хорошая.
— Молодёжь, вам бы только пострелять, — он хмыкнул. — Потом, когда на стрельбище покажешь, что можешь в мишень попадать, а не себе в ногу. Только учти, что если попадётся какой-нибудь шибко разумный демон, то огнестрельное оружие на него может не подействовать. Где-то семь лет назад они начали какую-то магию использовать, что их пули брать перестали. Первое время таких было мало, а теперь каждый второй. Стреляешь, пули всмятку, а им хоть бы хны.
— Символ отражения, — сказал я, глядя в окно.
— Что? — не понял Дмитрий.
— Эта штука, которая их от пуль и стрел защищает, называется символом отражения.
— Откуда знаешь?
— Есть среди демонов энтузиасты, кто прыгает по разным мирам через разломы. Опасное занятие, чаще всего самоубийственное, но смельчаки находятся. Когда символ впервые появился, они обрадовались и принялись по мирам скакать, распространяя его. Как лесной пожар, расползся он по всем тёмным и не очень закоулкам. К нам такие тоже приходили.
— Ничего не понял.
— Не обращайте внимания, — я не стал вдаваться в подробности. — Можете считать, что это магия. Слабенькие демоны всего пару выстрелов выдержат, а потом символ сдуется. А вот сильные могут долго сопротивляться. Холодным оружием их надо бить, мечом или копьём.
— Да, — он невесело согласился, бросил на меня короткий взгляд. — Только демоны проворнее и сильнее человека.
Глядя в окно, я подумал, что совершенно не жалею о том, что переводил с мёртвого языка древние свитки и книги для храма. Даже если это принесёт огромные беды и печали, оно того стоило.
Конец августа выдался жарким, но к вечеру духота рассеивалась. Немного напрягал запах выхлопных газов, особенно когда едешь в плотном потоке машин. И если бы не проблесковый маячок на крыше, мы бы толкались в огромной пробке не меньше часа, а так — домчались за пятнадцать минут. Когда свернули с дороги в тихий дворик спального района, на столицу опустились сумерки. Ещё полчаса и окончательно стемнеет. Я уже и забыл, как много света бывает в городах. Мимо тебя постоянно проносятся машины, слепя фарами, уличное освещение, яркие вывески магазинов. Кажется, что не осталось ни одной непроглядной тени, где может притаиться хищник или злой демон, но это чувство обманчивое, дающее ложное ощущение безопасности. Ещё я обратил внимание, что людей на улице становится меньше. Что-то витало в воздухе, какая-то общая тревожность. Горожане спешили поскорее вернуться домой, где-то рядом женский голос звал сына с детской площадки.
У второго подъезда старенькой пятиэтажки стояла карета скорой помощи, рядом две машины полиции и чёрный микроавтобус с затенёнными стёклами. На переднем сидении последнего расположился немолодой мужчина, куривший и разговаривающий по телефону.
— Кто-то из одарённых? — спросил я у Дмитрия Игоревича, показывая на него.
— Скорее всего, — кивнул он, останавливая машину прямо посреди дороги, так как свободного места на парковке не осталось. — На случай массового прорыва демонов или если попадётся кто-то очень сильный.
Только когда мы вышли из машины, я заметил ещё несколько чёрных внедорожников, припаркованных в конце двора. Вряд ли одинаковые машины с затенёнными стёклами и странными номерными знаками принадлежали жильцам дома. У подъезда нас встретил невысокий упитанный мужчина в костюме, но без галстука.
— Вадим Петрович, — поздоровался с ним Дмитрий Игоревич. — Что-то серьёзное случилось? Ваши криминалисты уже приехали?
— Всё как обычно в таких случаях, — он махнул рукой, как бы говоря, что это обыденное дело, когда демоны людей едят. — Криминалисты в квартире работают. Второй этаж. Демон проник в квартиру через окно и убил семейную пару. Проходите, полковник вас ждёт.
Уже втроём мы вошли в подъезд с узкими лестницами. На первом же пролёте стояла парочка колоритных парней, в необычной экипировке. Тёмный камуфляж, пластиковые щитки на коленях и локтях, грудь тоже прикрыта чем-то похожим. В руках копья с широким лезвием и распоркой, чтобы удержать навалившуюся тяжёлую тушу, но в подъезде с таким оружием не развернуться. Скорее всего, они это тоже понимали, поэтому у каждого на поясе висел удобный тесак с широким лезвием. Если сталь хорошая, то за такой в тёмном мире можно было золота выторговать по весу, а может, и больше.
Дмитрий Игоревич военных знал, пожал руки, проходя мимо. У квартиры топтался полицейский в форме, но внутрь заходить не спешил. Упитанный Вадим что-то сказал ему и нас пропустили без вопросов. Квартира была небольшой двушкой, с крошечной прихожей и такой же кухней. В большой комнате работала пара криминалистов и пожилой мужчина в гражданской одежде, но мне показалось, что он тоже из полиции.
— Долго вы, — сказал нам полицейский, пожимая руку Дмитрию ну и мне заодно.
— Простите, отвык от этого жеста, — извинился я за то, что слишком сильно сжал его ладонь.
— Лев Ильич, знакомьтесь, Василий Молотов, — Дмитрий Игоревич положил мне руку на плечо. — Недавно вернулся из тёмного мира, где прожил десять лет. Он у нас большой специалист по языку демонов.
— Андреев Лев Ильич, — мужчина пару раз сжал кулак, слегка поморщился. — Полковник полиции.
— Приятно познакомиться, — я не стал занудствовать и разъяснять, что демонических языков много. — А вы демонов живьём берёте?
— Бывает, — Лев Ильич кивнул. — Чаще всего ранеными. Здоровья у них много, так просто помирать не хотят. На нашем языке говорит один из десяти, в лучшем случае. И все как один рассказывают, что беженцы, что случайно в наш мир попали, что долго живут здесь и проблем никому не доставляют. Мы их всех в НИИ отправляем.
К нам подошёл один из криминалистов, колоритный мужчина в очках и медицинских перчатках, испачканных кровью. Собственно, мы беседовали не в самой приятной обстановке. В центре комнаты на мягком ковре лежало тело крепкого мужчины. Ему едва не отрубили голову, распоров шею. Кто-то ударил его кухонным ножом, но очень сильно. Крови много, в отличие от следов. Несколько росчерков красных капелек попало на мебель и телевизор.
— Скорее всего, били кухонным ножом, — подтвердил мою догадку криминалист, проследив за нашими взглядами. — Наотмашь, не очень аккуратно. Был бы нож потяжелее, остался бы без головы. Его супруга там, во второй комнате. До вскрытия судить не берусь, но выглядит так, как будто ей аккуратно вырезали печень.
— Не вовремя вернулся с работы и прервал чью-то трапезу, — сказал Лев Ильич, имея в виду мужчину.
— На окнах решёток нет, — заметил Дмитрий Игоревич, пройдясь по комнате, оценивая положение тела, и порядок. — Драки не было, застигнут врасплох.
— Женщину убили тем же способом, что и мужчину, — эксперт чиркнул ребром ладони по горлу. — Орудие убийства пока не нашли.
Дмитрий Игоревич заглянул в соседнюю комнату, слегка поморщился.
— В убийстве есть что-то особое? — спросил Дмитрий Игоревич. — Раз вы сюда лично приехали, то что-то должно быть.
— Просто был неподалёку, — полковник посуровел. — Осматривали остатки разлома. Да и надоел этот демон, пожиратель печени. Никак его не поймаем. Его спугнула их дочь. Вошла, увидела тело, подняла крик и выбежала в подъезд. Окно в спальне открыто, а здесь всего второй этаж. Соседей уже опрашивают.
— А самого демона она видела? — спросил я.
— Мельком, — он кивнул. — Невысокий и худощавый, как подросток, только лицо некрасивое и испачканное кровью. Одет в джинсы и толстовку с капюшоном.
— Всё понятно, — я посмотрел на тело мужчины. — Вы говорите, что похожие случаи в районе были?
— Были, — спокойно ответил Лев Ильич. — Дней десять назад в соседнем квартале, в квартире на третьем этаже нашли два трупа с вырезанной печенью и отрезанными головами. Выглядело похоже. Пять дней назад, уже с другой стороны спального района, на втором этаже. Семья из четырёх человек. И ещё мигранта, работающего в местном торговом центре, нашли в овраге с дырой в животе.
— Нехорошо, — я нахмурился. — Убивает без необходимости.
— Если это один и тот же демон, а не разные, — сказал Дмитрий Игоревич, возвращаясь к нам. — Их может быть несколько. Мы таких ловили уже. Они на подростков похожи телосложением, но проворные, как кошки и сильные, как медведи. Один такой дверь у машины оторвал и в меня бросил. Хорошо, что от людей их можно отличить по страшному лицу.
— Да, есть такое, — кивнул я. — А те двое с копьями, что топтались на лестничном пролёте, никуда не ушли? Можно их позвать?
На меня посмотрели немного странными взглядами.
— Те, кого Вы описали — это кинийцы, — сказал я. — Нет, не из Кении, а из Ки́на. У них образ мышления как у детей десятилетних, поэтому они все вредные и наглые. Думать не любят, начнёшь с ними спорить, они обязательно в драку полезут. Этот, что людей убивает, живым не дастся и придётся ему голову открутить. Они когда убивать начинают, то остановиться не могут. И разобраться с ним надо, оставлять нельзя.
— Думаешь, что он где-то рядом? — спросил Дмитрий Игоревич.
— Само собой.
Дмитрий кивнул и вышел из комнаты. Не прошло и минуты, как к нам присоединился один из военных с копьём. На тело мужчины с разрубленной шеей он посмотрел хмуро. Второй военный заглядывал к нам из коридора. В квартире сразу стало как-то тесно.
— Можно копьё и меч? — я протянул руку. — Длинновато…
Копьё с широким наконечником было не меньше двух метров в длину. Древко удобное, хорошо лежит в руке. Тесак мне тоже понравился, в меру длинный, увесистый, раны должен оставлять страшные. Таким голову с плеч снять легко, в отличие от кухонного ножа. Перехватив копьё и уперев древко в пол, я двумя ударами тесака укоротил его вполовину. Военный посмотрел на меня недовольно, но я жестом остановил его, возвращая тесак.
— Так, надо занять удобные позиции, — я вышел в коридор. — Ты, становись сюда.
Поставив второго военного у выхода из прихожей, я показал в сторону кухни. Планировка в квартире была такой, что из прихожей узкий коридор вёл на кухню, с боковой дверью в большую комнату, откуда выглядывал Дмитрий Игоревич. Я приложил палец к губам, глядя на военного, затем показал на антресоль, расположенную на потолке коридора, у входа на кухню. У нас в квартире такая же была. Узкий ящик, высотой около пятидесяти сантиметров и глубиной немногим больше метра.
В два шага оказавшись в проходе крошечной кухни, я примерился к обрубку копья, перехватил его поудобнее. Широко размахнувшись и едва не перевернув кухонный стол, со всей силы воткнул острие копья в антресоль. Из небольшого ящика раздался душераздирающий вопль и копьё едва не вырвало у меня из рук. Затем ещё один крик, загремели кастрюли, что-то разбилось.
— Ага, попал! — обрадованно сказал я, улыбаясь военным и Дмитрию Игоревичу, сжимающему в руках громоздкий чёрный пистолет. Сверху послышался хрипящий звук, снова звякнули кастрюли. Копьё в руках ещё раз дёрнулось, ударив меня в ладони, но не сильно.
Минут десять в квартире царила тишина. Все ждали, пока демон в маленьком ящике на потолке издохнет. Как выяснилось чуть позже, хозяева хранили там пару старых кастрюль, эмалированный таз и столовый сервиз, превратившийся в груду осколков. Затем была целая эпопея с тем, чтобы достать его оттуда. Худощавое тело, даже по меркам кинийцев, перенесли в большую комнату, где на ковре расстелили пластиковый мешок для тел. Несчастных хозяев квартиры к этому времени уже увезла скорая помощь. Посмотреть же на демона пришли почти все из полиции и спецслужб, кто был во дворе или на лестничной клетке. Льву Ильичу пришлось разгонять любопытных зрителей, и просить помощника, чтобы никого постороннего не пускал.
Кинийцы — многочисленная раса демонов, вспыльчивых и склочных, которых многие недолюбливали. Работали они из рук вон плохо, поэтому допускали их только к строительству, где нужно было что-то носить, копать или рубить. При этом они были совсем не кровожадными, хотя и любили драки и потасовки. Если в городе где-то шла шумная драка, в семи случаях из десяти в ней принимали участие эти низкорослые и худощавые демоны, издалека похожие на подростков. При росте около ста сорока сантиметров они неплохо бегали, прыгали и обладали недюжинной силой. У нас в храме жила община кинийцев из пяти мужчин и четырёх женщин, следивших за садом и чистотой прилегающей территории. Внутрь храма их не пускали, чтобы ничего не стащили или не разбили, но жрицы и стражники всегда относились к ним терпимо. Помню, как весело было над ними подшучивать. Когда рассердятся на тебя, то крикнут что-нибудь обидное и убегают, чтобы не получить по шее от стражи. Не пройдёт и двух часов, а они уже забывают обо всём и едва завидев, бегут навстречу, чтобы поделиться какой-нибудь хорошей новостью. Со мной они всегда разговаривали охотно. Говорили, что у меня речь на их родном языке получается красивая, как песня, и её можно слушать бесконечно. Пусть жизнь у кинийцев непростая, редко можно увидеть их унывающими.
Заручившись помощью криминалиста, я стащил с худощавого демона модную толстовку с капюшоном. Удар копья пришёлся ему в область правой груди, пробив лёгкое. Когда он дёргался, то только углубил рану, поэтому сложно сказать, отчего умер быстрее, от удушья или от потери крови.
— Молодой, — сказал я, глядя на него. — Что же случилось, раз он людей начал убивать?
— Страшные они, — сказал Дмитрий Игоревич.
Я спорить не стал. Впалые глаза, широкий приплюснутый нос, кривые острые зубы и тонкая линия губ. С непривычки их действительно можно посчитать некрасивыми и даже уродливыми. Кожа у них грубая с многочисленными наростами и тёмная, как после хорошего загара. Нужно пожить рядом с ними всего год, чтобы понять, что всё не так страшно. Мы для них, наверное, тоже не эталон красоты.
Перевернув тело на бок, я посмотрел на спину, думая, зачем ему поедать печень убитых? Едят они мало и то же самое, что люди, считают мясо деликатесом и очень любят пряности, любые, даже самые острые.
— Вот, — я ткнул в поясницу демону. — Дмитрий Игоревич, видите? Это тот самый знак отражения, о котором я говорил.
На пояснице убийцы было выжжено клеймо в виде грубого символа, отдалённо похожего на сложный иероглиф.
— Знакомый символ, — сказал криминалист. — Чаще попадаются в виде шрамов, но бывают и наколки. Чтобы выжигали, вижу впервые.
— Получается, что тех, кто с таким символом ходит, пули не берут? — спросил Дмитрий Игоревич.
— Только если это разумный демон, умеющий использовать силу… то есть магию, — кивнул я.
— А на людях работать будет? — уточнил он со странной интонацией.
— Не, — я улыбнулся. — Если бы всё было так просто, мирозданию пришёл бы каюк. Я увидел всё, что хотел. Этого уносите, а я устал. Поехали уже домой.
Посмотрев на полицейских, я опомнился.
— Простите, храмовые привычки, — я вздохнул. — Пойду на кухне посижу.
— Мы не нужны больше? — спросил Дмитрий Игоревич у полковника, положив мне руку на плечо.
— Нет, демона поймали и это большой успех. Хорошо, что он не выскочил оттуда, как чёрт из табакерки.
— Завтра заглянем к вам, привезём отчёт, — Дмитрий ещё раз пожал руку полковнику, и мы направились к выходу.
Не знаю почему, но сегодня я порядком утомился. Вроде бы и не делал ничего такого. Может, это всё из-за переживаний и встречи с отцом. На улице к этому времени окончательно стемнело. Полиция не спешила убирать оцепление, а из окон домов за всем происходящем во дворе наблюдали встревоженные люди. Исчезла машина с одарённым. Мы тоже задерживаться не стали. Дорогу до дома Дмитрия Игоревича я не запомнил. Жил он где-то ближе к центру, с южной стороны. Чтобы заехать в тесный двор самого обычного многоквартирного дома, нужно было воспользоваться электронным пультом, открывающим массивные ворота. Даже с учётом того, что посторонние сюда не заезжали, на небольшой стоянке во дворе оставалось всего одно свободное место.
— Тяжёлый день, — согласился Дмитрий Игоревич, молчавший всю дорогу. — Говорят, после возвращения, в ритм обычной жизни нужно вкатываться постепенно. Ты как?
— Устал немного. Чувство такое, что усну, едва до кровати доберусь.
— Комната твоя должна быть уже готова, — он улыбнулся.
Жил Дмитрий на третьем этаже. Едва мы поднялись, дверь квартиры открыла красивая женщина лет сорока пяти. Тёмные волосы, мягкие черты лица и очень добрая улыбка.
— Дима, привет, — она поспешила обнять его, поцеловать в щёку. — Обещал ведь приехать пораньше.
— Привет, — он приобнял её за плечи, поворачивая ко мне. — Знакомься, Василий Молотов. Моя супруга, Валентина Евгеньевна.
— Очень приятно, — сказал я немного озадаченно. Почему-то думал, что он живёт один.
— Мы бы ещё задержались на пару часов, если бы Василий не отличился. Я тебе потом расскажу, что он учудил.
— Проходите, — сказала Валентина Евгеньевна, подталкивая супруга в квартиру. — Обязательно мойте руки. Василий, здесь тапочки. В ванной комнате два синих полотенца — твои. Мыло и шампунь бери любые, какие больше понравятся. Ужинать будете?
— Я только чаю попью и спать, — сказал я. — У папы плотно поужинал.
— Тогда можешь смело принимать душ, — она показала на дверь. — Твоя комната в конце коридора, справа.
— А я бы поел, — сказал ей Дмитрий Игоревич.
— Через пять минут всё будет, — улыбнулась Валентина и упорхнула в сторону кухни.
— Большая квартира у вас, — сказал я разуваясь.
— От родителей Валентины досталась. В правой комнате наш сын жил до восемнадцати, а потом он решил стать самостоятельным. Закончил академию МВД и ушёл по контракту в серый мир. Три года уже там. Ты не стой, иди в душ, а потом приходи пить чай.
Квартира у Дмитрия Игоревича была четырёхкомнатной и необычно просторной. Если по уму разделить комнаты и немного поменять планировку, то из неё можно было бы сделать аж две трёхкомнатные квартиры. Чего только стоят просторная ванная комната и огромная кухня, играющая роль столовой.
Постояв минут пять под горячем душем, я окончательно размяк. Добравшись до комнаты, лёг на кровать и моментально уснул, забыв про чай. Мне снился храм, огромное многоуровневое каменное строение, просторные площади и сады. Во внешнем уровне посетителей всегда много. Беата, верховная жрица, выделяла жителям города самую большую площадь для рынка. Там всегда было шумно и пахло уличной едой. Я часто выбирался на эту площадь, чтобы побродить между лотками, купить что-нибудь вкусное, послушать сплетни и слухи, стекающиеся сюда со всей империи. Во сне мне как раз привиделась эта площадь, заполненная торговыми лотками, но пустая и тихая.
Открыв глаза, я сел на кровати, сбрасывая одеяло. Дверь открылась, и в комнату заглянул Дмитрий Игоревич.
— Проснулся? — спросил он. — Отлично, а то чуть завтрак не проспал. У нас сегодня будет тяжёлый день, впрочем, как и всегда. Надо по магазинам прошвырнуться, купить тебе пару современных и модных нарядов. Что?
— Вы мне сейчас одну очень наглую особу напомнили, — широко улыбаясь, сказал я. — Которая меня также будила и модные наряды сватала. Только вместе с ней в комнату врывались ещё пять девиц, абсолютно уверенные, что я не в состоянии самостоятельно одеться.
— Ну, — он ухмыльнулся, — у нас слуг нет, не по карману они. И чтобы Валю не сердить, десять минут у тебя.
Большой стол накрыли на кухне, поставив красивый заварочный чайник, булочки, аппетитные сырники и молочную кашу. Дмитрий Игоревич завтракал плотно, выбрав обычную гречку с котлетами. Я же взял манную кашу, она мне всегда нравилась, и в другом мире её очень не хватало.
— Как спалось? — спросила Валентина Евгеньевна.
— Хорошо. Спасибо за гостеприимство.
— Пожалуйста, — она улыбнулась. — Отвык, наверное, от нашей еды?
— Пока в карантине сидел, успел немного освоиться. Разница только в том, что там продукты непривычные, а блюда те же самые. Мясо дорогое, но много рыбы и овощей. Ещё с солью проблема, она там дорогая, поэтому и продукты хранить сложно. Не успел что-то сразу съесть, и это очень быстро испортится.
— Дима говорил, что ты был в са́мом тёмном мире? — спросила она.
— Не знаю, что насчёт «са́мого», но да, люди там не жили. Мир, где живут и люди, и демоны, называется серым, и в зависимости от соотношения, он может быть светлее или темнее. Есть и светлые миры, такие как наш. Хотя стараниями длин… Не переживайте, мы с Дмитрием Игоревичем постараемся, чтобы он не потемнел.
— Уж постарайтесь. Ещё чаю?
— Спасибо.
— И не задерживайтесь сегодня, — вспомнила она важное. — Приготовлю вам очень вкусный ужин. Нужно отметить возвращение Васи.
— Сделаем всё от нас зависящее, — уклончиво ответил Дмитрий Игоревич, поймав строгий взгляд супруги.
Несмотря на громкое название отдела исследований пространственных чего-то там, а также важную работу, своего здания у них не было. По словам Дмитрия, их небольшой коллектив работает в здании главного управления МВД, на Петровке. Туда мы с утра пораньше и направились, потратив на дорогу около получаса. Времени было с запасом, поэтому сильно не спешили.
— Василий, — спросил Дмитрий Игоревич, когда мы стояли в пробке на мосту, — а как ты того демона мелкого нашёл? Откуда знал, что он в том ящике прячется?
— Заметил отпечаток ладони рядом с ручками. Я же говорил, что они своеобразно мыслят. Пока девушка бегала по подъезду и звала на помощь, он спокойно вымыл руки на кухне, вытер их полотенцем, я его видел в большой комнате, и решил спрятаться.
— Почему сразу не сказал, что он там?
— Он вполне мог понимать наш язык. А вооружённый даже обычным кухонным ножом, киниец, зажатый в угол, способен серьёзно порезать несколько человек. Я уже говорил, что среди них убийцы редко встречаются, но если случилось и его поймали, исправить уже не получится. Проще сразу прибить. В тёмном мире городская стража с ними даже не возилась. Поймают на месте преступления и сразу голову снимают. Повторюсь, что событие это редкое. Украсть что-нибудь для них так же естественно и легко, как драку затеять, но убивать они не любят. Надо на эту тему с каким-нибудь высоким начальником поговорить.
В управлении МВД утром было необычно тихо. Мы вошли через главную проходную, где мне выдали бейдж на шнурке, где я был изображён лохматым и угрюмым. Фотография точно из карантина в НИИ, но я тогда был в пижаме, а на фото щеголял в костюме с галстуком. Мы поднялись на четвёртый этаж, в один из неприметных кабинетов, на двери которого даже таблички не было.
— Здесь у нас главный офис, — сказал Дмитрий, пропуская меня в кабинет. — С утра все должны быть на месте.
— Здравствуйте, — поздоровался я с двумя мужчинами, работающими за компьютерами в просторном кабинете.
Рабочих столов, кстати, было пять, тесно расставленных по кабинету. На каждом столе большой и тонкий монитор, много разной бумаги, папки, фотографии и прочее. Беспорядка нет, но до него осталось совсем немного.
— Знакомься, — Дмитрий Игоревич показал на мужчину, выглядевшего моложе тридцати, худощавого и высокого. — Леонид Егоров, наш старший научный сотрудник.
Одет он был в синие брюки и рубашку. Пиджак висел на спинке соседнего стула, вместе с галстуком.
— Герасимов Миша, — Дмитрий показал на второго мужчину, лет тридцати семи. В противоположность первому, он был невысоким и плотным, скорее всего занимался бодибилдингом или просто любил поднимать тяжести. Волосы тёмные, коротко стриженные, на носу очки в тонкой металлической оправе. — Наш специалист широкого профиля. Собирает и классифицирует всю информацию о демонах. Если будет приставать с расспросами, разрешаю сразу бить по шее. Миша, ты меня понял?
— Да понял я, — проворчал тот низким голосом, но на меня посмотрел с большим любопытством.
— Василий Молотов, — Дмитрий представил меня. — Вернулся из самого страшного и тёмного мира, куда попал в четырнадцать лет.
— Привет, — Леонид поднял руку.
— Занимай тот стол, — сказал Дмитрий Игоревич. — Подождём начальство.
— Оно уже собралось, — подсказал Леонид. — С утра что-то обсуждают интересное. Даже генерал Новиков приехал.
— Тогда подождём. Миша, ты анкеты и бланки для Василия приготовил?
— Приготовил, — он продемонстрировал пухлую папку, потянулся и положил на стол, который мне выделили.
Пока начальство совещалось, я углубился в заполнение анкеты. Вопросы довольно любопытные, иногда даже смешные. Затем зазвонил телефон на столе Дмитрия Игоревича. Он долго слушал, что-то уточнил и повесил трубку с хмурым выражением лица.
— Леонид, на стройке метро в районе станции Академической нашли четыре трупа пропавших накануне рабочих. Обглоданы едва ли не до костей. Бери усиленный наряд и езжай туда. Если что-то серьёзное, то сразу звони. Мы дождёмся, когда совещание закончится, и присоединимся к тебе.
— Хорошо, — Леонид встал, стянул со стула пиджак.
— Собаки это демонические, — сказал Михаил. — В том районе жители многоэтажек жаловались, что по ночам видят на стройке каких-то крупных монстров.
— Записи с камер есть? — спросил Дмитрий. — Так достань. Что головой мотаешь? Если отсюда не сможешь это сделать, езжай в управление метростроя. У них камер на каждой стройке по десятку.
— Сейчас всё сделаю, что сразу ругаться? — он уставился в монитор и принялся быстро стучать по клавиатуре. — Всё равно ничего путного эти камеры не покажут…
— Дмитрий Игоревич, а не маловат отдел на такой огромный город, как Москва? — спросил я, оторвавшись от анкеты.
— Если ты имеешь в виду, что нас на все вызовы не хватает, то да, маленький. А вообще, в каждом районном отделении полиции есть оперуполномоченные, занимающиеся такими вопросами. Они должны нам всю информацию по демонам отсылать, когда им об этом напоминаешь. Нас привлекают только, когда проводят масштабную силовую операцию или когда местные не справляются.
— В прошлом месяце только в столице демоны убили почти четыреста человек, — сказал Михаил. — Это получается по дюжине каждый день.
— Это очень много, — ответил на мой вопросительный взгляд Дмитрий Игоревич. — В начале года было в десять раз меньше. Может показаться, что цифра маленькая, но информация просачивается в интернет, и люди паникуют. Боятся выходить по ночам из дома и шарахаются от каждой тени. Паршиво то, что всё это будет только усугубляться. В начале месяца разлом открылся прямо посреди торгового центра. Оттуда выскочил полуголый демон с серой кожей, владеющий телекинезом или чем-то похожим. Полторы сотни пострадавших и тридцать убитых. И такое происходит по всему миру.
— У меня есть записи с камер, — сказал Михаил, но поймав взгляд начальника, насупился и уткнулся в монитор, продолжая что-то печатать.
Нас побеспокоили минут через сорок. Незнакомый полицейский в звании капитана заглянул в кабинет и попросил пройти в большой зал совещаний. Он находился на третьем этаже и к нашему приходу народу там было много. Ряды стульев почти все заполнены полицейскими и людьми в гражданском, в конце зала на возвышении стоял красивый массивный стол для выступающих или начальства. Я заметил с краю полковника, с которым мы вчера пересекались. А ещё было два генерала и какой-то важный тип в костюме, скорее всего, одарённый.
Дмитрий показал взглядом на пустые места в предпоследнем ряду у центрального прохода.
— Чувствуешь накал в воздухе? — спросил он. — Ставлю рубль, опять что-то случилось.
— Согласен, — кивнул я, пытаясь разглядеть лица генералов, но издалека было плохо видно.
Минут через пять свободных мест в зале осталось совсем мало и двери закрыли. Гомон голосов постепенно стих.
— Прошу внимания, — голос полковника, усиленный микрофоном. — У нас откровенно плохие новости, поэтому прошу слушать внимательно. Товарищ генерал.
— Новости действительно не радостные, — сильным голосом произнёс генерал, сидевший рядом с ним. — Есть все основания ожидать в самое ближайшее будущее массового появления разломов в больших городах. С завтрашнего дня армия и полиция страны будет переведена на усиленное несение службы, и как только разломы начнут появляться, будет объявлен режим чрезвычайной ситуации. До населения эту информацию доведут в шесть часов вечера. По оптимистичным прогнозам, у нас есть неделя, чтобы подготовиться. В худшем случае будет два или три дня. Начальникам отделов приказываю довести эту информацию до подчинённых и проследить, чтобы во время ЧП все были на своих местах и максимально готовые к появлению демонов. Если повторится ситуация четырнадцатого года, жертв будет очень много.
По залу прошёл короткий ропот и снова воцарилась тишина.
— НИИ Разлом предоставит всех своих специалистов для решения этой проблемы, но не жертвуя безопасностью других городов. Они будут работать в районах самой высокой активности демонов…
Я немного отвлёкся от речи генерала, следя за мужчиной в костюме. От него исходила странная аура, холодная и колючая. Если раньше он сидел с безразличным видом, то сейчас разглядывал собравшихся в зале. Неужто меня почувствовал? Я улыбнулся, поймав себя на этой мысли. Ну пусть попробует, поломает голову.
— Василий, — Дмитрий Игоревич наклонился ко мне, отвлекая от разглядывания одарённого. — Ещё вчера я поделился с полковником информацией о символах отражения и своими мыслями на этот счёт. В свете текущей ситуации это может оказаться полезным. Напиши доклад на эту тему, мы его позже руководству представим от твоего имени. За такое можно премию хорошую получить.
— Не, мне не интересно доклады писать, — отмахнулся я. — Всё, что знал, уже рассказал, что писать-то?
Дмитрий Игоревич покачал головой, но говорить ничего не стал. Генерал как раз закончил выступление и слово взял полковник Андреев.
— Есть свежая информация по поводу невосприимчивости демонов к огнестрельному оружию, — сказал он, делая небольшую паузу. — Наш исследовательский отдел отличился. Как мы и предполагали, это магия, завязанная на демонических символах. Тот, который разумные демоны используют сейчас, называется символом отражения. Когда они клеймят себя или наносят его на тело иным способом, то становятся неуязвимыми к огнестрельному оружию. И самое неприятное, что знания о символе быстро распространяются. Во время предстоящего ЧП мы наверняка столкнёмся с его массовым использованием. Нужно быть к этому готовыми.
По залу снова пошёл ропот, но стих так же быстро, как и начался.
— Можно как-нибудь нивелировать этот… «символ»? — спросил генерал. — И Вы точно уверенны, что таких демонов будет много?
— Мы работаем над этим, — уклончиво ответил полковник, но по тону было ясно, что положительного ответа у него нет. — А насчёт второго вопроса, то это очень вероятно. За последний год число демонов, которых не берут пули, значительно увеличилось. Буквально вчера мы обезвредили одного людоеда, у которого этот символ был выжжен клеймом. Таким нехитрым способом они могут создать сильную и неуязвимую армию всего за пару дней.
Тут я с полковником был полностью согласен. Татуировки наносить долго, да и рисовать умели далеко не все демоны. Клеймить друг друга гораздо проще, быстрее и дешевле. Странно, что мне подобное раньше в голову не приходило.
После выступления полковника совещание надолго не затянулось. Генерал говорил о координации с военными, МЧС и аварийными службами города. Приказывал, чтобы эти самые службы не выезжали в опасные районы без подкрепления.
В кабинет мы вернулись в глубокой задумчивости. Что было на уме у Дмитрия Игоревича, сказать сложно, но я думал об отце и его новой семье.
— Интересно, откуда у них эта информация? — говорил Михаил, тоже присутствовавший на совещании. — Вот как они узнают, что скоро начнут массово открываться разломы?
— Спроси об этом, когда в следующий раз заглянешь в НИИ, — посоветовал Дмитрий. — Мне тоже интересно.
— А что насчёт знака отражения? — Михаил на язвительный тон начальника внимания не обратил. — Почему я о нём не слышал?
Пока старшие беседовали, я вернулся к заполнению анкеты. Подумал, что в крайне странный отдел меня запихнули. Вроде бы важным делом они занимаются — исследуют разломы, демонов и всё прочее, но тут всего трое работников было до моего появления. Как я уже замечал, им даже приходится ютиться в здании МВД. У нас в храме было нечто похожее, когда нужно было устроить пару родственников старейшин, а свободных должностей не оставалось. Помню, как меня первое время удивляли все эти важные персоны, занимающие посты с громким названием, но никчёмным содержанием. Может и здесь сработали для галочки, чтобы было? В любом случае мне это только на руку.
Довольно неожиданно в кармане завибрировал телефон, отчего я едва не подпрыгнул. Послышалась простенькая и противная мелодия. Включив его, я не сразу сообразил, кто звонит и что делать. Прочёл сверху надпись «Папа», вспоминая, что он мне на телефон свой номер записывал.
— Да, папа, привет, я слушаю, — сказал я в трубку.
— Вася, привет, — прозвучал голос отца. — Тут пришла красивая девушка зеленоглазая, тебя ищет.
— Девушка? — удивился я.
— На вид лет восемнадцать, зовут Дарьей.
— Вот теперь совсем непонятно стало. Она далеко? Можешь дать ей трубку?
— Сейчас.
Послышались приглушённые голоса, затем ещё что-то странное и в трубке раздался женский голос, приятный даже с учётом, что говорили с сильным акцентом.
— Если хочешь увидеть своих родных живыми, приходи домой. Приходи один.
— Оу, полегче, подруга, — ещё более удивлённо, чем минуту назад сказал я. — Ты кто? Я тебя знаю?
— Буду ждать до захода солнца, — сказала она и положила трубку.
Я вопросительно и недоумённо посмотрел на телефон, неспешно убрал его обратно в карман.
— Отлучусь ненадолго, — сказал я вставая. — Отец звонил и девчонка какая-то. Не пойму только, что у них случилось. Здесь поблизости можно такси взять? И ещё, одолжите денег на поездку, пожалуйста.
— Может, отвезти? — спросил Дмитрий Игоревич.
— Нет, не надо. Я туда и обратно.
— Сейчас вызову такси, — сказал Михаил, доставая сотовый телефон.
— Уверен? — Дмитрий достал из бумажника несколько купюр, протянул мне. — Точно ничего серьёзного не случилось? Вид у тебя хмурый.
— Я всегда так выгляжу, — отмахнулся я.
— Заказал, — Миша улыбнулся, чиркнув что-то на листе и протягивая мне. — И даже оплатил, так что можешь пользоваться моей добротой. Через пять минут у здания остановится жёлтая машина с этим номером.
— Спасибо, я…
— Езжай, раз надо, — сказал Дмитрий Игоревич. — Если что-то случится, я тебе позвоню или заеду, если ещё дома будешь.
Я кивнул и вышел в коридор. В голове промелькнула мысль, что впервые с момента возвращения меня оставили без присмотра. Необычное чувство, но странный звонок всё испортил. Какой-то знакомый специфический акцент был у той девушки по имени Даша. Вряд ли это длинноухие меня раскрыли. Они уж точно не стали бы ехать к отцу, чтобы со мной встретиться. Может, это кто-то из тёмного мира? Врагов у меня там осталось немало, но как они узнали про отца? Здесь я пока дорогу никому перейти не успел. Правду говорила Беата, что плохая примета убивать кинийцев. Проблемы будут сыпаться как из рога изобилия.
Пока я прокручивал возможные варианты, успел выйти на улицу. В этот самый момент к зданию подъехало жёлтое такси, о котором говорил Михаил. Я назвал адрес, усаживаясь на заднее сидение. Водитель, хмурый мужчина азиатской наружности, неразборчиво ответил, что именно туда мы и едем. Интересно, откуда Миша мой старый адрес знает?
Такси, кстати, по городу промчалось легко, пользуясь выделенной полосой и обгоняя машины, толкающиеся в пробках. Центр столицы в этом плане был себе верен. Не знаю, кто те смельчаки, кто приезжает сюда на собственном авто. Его тут и поставить негде, и дорога занимает раза в два больше времени. Дмитрий Игоревич на эту тему жаловался, но пересаживаться на общественный транспорт или не хотел, или не мог.
Когда мы добрались до дворика нашего дома и остановились напротив подъезда, я прислушался, но опасности поблизости не заметил. Было как всегда тихо, на детской площадке под присмотром родителей играла малышня, на лавочке, радуясь тёплому августовскому дню, отдыхали старушки. Таксист хмуро поблагодарил за поездку, подождал, думая, что я ему сейчас чаевых отсыплю. Когда же я вышел, он только вздохнул и умчался по новому вызову.
Не став тянуть время, я быстро поднялся на четвёртый этаж, нажал кнопку дверного звонка. Пришлось подождать почти минуту, прежде чем дверь открылась и на пороге появилась высокая, красивая, но сердитая девушка. Приятное глазу летнее платье, длинные волосы стянуты шнурком в хвост, лёгкий макияж подчёркивает выразительные зелёные глаза.
— Привет, — сказал я, не обращая внимания на длинный кухонный нож, направленный в мою сторону. — Это ты мне по телефону угрожала?
— Я, — кивнула она, жестом показывая, чтобы проходил в квартиру.
— С моими родными всё в порядке?
— Спят, — бросила она, опасно вытягивая нож перед собой. — Не делай резких движений.
— Спокойно, я обувь сниму. Могла бы тоже разуться. Давай на кухне поговорим.
Я прошёл на кухню, мельком заглянув в большую комнату. На диване спала Зинаида Алексеевна, жена папы и, получается, моя мачеха. В квартире же было неестественно тихо, чувствовалось присутствие знакомой магии. Я мог бы развеять чары, но пусть лучше родные поспят немного, им спокойней, и мне.
— Неплохо, кстати, по-русски говоришь, — сказал я. Пройдя к газовой плите, поставил чайник на большую конфорку. — Ну, чего от меня хочешь?
— Чтобы ты маму вернул, — с угрозой в голосе сказала она. Хотя я догадался с первого взгляда, кто это был.
— С
Она молча смотрела на меня, забыв о том, что держит перед собой нож на вытянутой руке. Я за это время насыпал в обе кружки растворимый кофе, добавил сахар. Чайник как раз успел закипеть. Скорее всего, кто-то его пил до моего прихода. Не она ли часом?
—
—
—
Требовательно протянув к ней руку, забрал нож и убрал его на подставку. Вернувшись за стол, пару раз вздохнул, собираясь с мыслями, и рассказал всё с того момента, как верховная жрица Беата отправила меня в крипту. По правде говоря, за эти несколько дней почти ничего не произошло, поэтому рассказ получился коротким.
—
—
—
—
—
Стянув рубашку, я повернулся к ней спиной. Пространство вокруг вибрировать перестало. Что я могу сказать, девчонка очень одарённая, хотя и слабовата. Чтобы стать такой же, как та женщина в подвале, ей нужно ещё лет сто копить и совершенствовать силу.
—
Обернувшись, я посмотрел на хмурую девушку, уставившуюся в пол. Губы плотно сжаты, кулаки стиснуты так, что костяшки пальцев побелели.
—
Девушка мотнула головой.
— Тебя как зовут? Я Василий.
— Дарья, — буркнула она.
— Будем знакомы, — я пододвинул кружку с кофе поближе к ней.
Дами никогда не называют настоящие имена посторонним. Они верят, что в именах содержится много силы, поэтому и знают их только близкие члены семьи.
— Что, мир? — уточнил я, надевая рубашку. — Надеюсь, ты сейчас не будешь бросаться из крайности в крайность и пытаться забрать символ?
— Я не глупая и знаю, что означают рисунки на твоей спине, — сказала она, всё ещё глядя на свои туфельки.
— Думаешь, что человек их не достоин или оскверняет?
— Раз мама отдала тебе солнце, значит, это не так, — она посмотрела холодно, поджала губы.
— Хорошо, что ты вменяемая. А то бывали случаи, когда шибко умные жрицы на меня с кулаками бросались.
— Я не жрица, — фыркнула она. — Не хочу ею быть. И если ты хочешь обзываться, я тоже так могу.
— Нет, прости, обзываться не буду. И если с этим мы разобрались…
Я встал, поправил рубашку, прошёл к ней, протянул руку, чтобы помочь подняться и крепко обнял. Заработал болезненный тычок кулачком под рёбра, но не обратил на это внимания. — Прости меня. Прости, что не смог её спасти. Такие, как она, не должны погибать в светлом мире, заключённые в клетках на потеху ушастым тварям. Она побоялась, что я полезу её спасать и…
Я заработал ещё один удар острым кулачком под рёбра, отпустил её.
— Раз обещал, то присмотрю за вами… то есть за тобой. Правда, у меня пока нет ни денег, ни жилья и с работой непонятно. Но это всё мелочи, прорвёмся как-нибудь. И не надо так хмыкать, это некрасиво. Вы давно здесь, в этом мире?
— Почти восемь лет.
— Проездом? Понятно. Знаешь, где будет выход в нужный мир? А живёте где?
— Квартиру снимаем на окраине города. Мне не нужна помощь, я сама справлюсь.
— С ушастым лордом, когда он за тобой придёт, справишься? — ухмыльнулся я.
— А сам? — не менее язвительным тоном спросила она.
— Легко. По мне не скажешь, но я очень сильный. Приходится им быть, чтобы нести на спине знак. Иначе он бы раздавил меня, как мошку. Не буду говорить, что я старше и положение занимаю выше, чем ты. Скажу лишь, что такова была воля твоей мамы. Она отдала жизнь за это. Если ты не ценишь этого, не чтишь её волю, можешь уходить.
Она вдохнула полную грудь воздуха, чтобы высказать мне всё, что думала, подождала пару секунд и шумно выдохнула через нос. Одна из вредных привычек всех высокородных дами. Высокопоставленные жрицы в храме подобное делали очень эффектно, когда понимали, что ты прав, но не хотели это признавать. Я до сих пор думаю, что они тренируются перед зеркалом по много часов, чтобы этот долгий вздох выглядел естественно и красиво.
— Пока не откроется проход в тот мир, куда вы хотели уйти с мамой, я присмотрю за тобой. Если не станешь доставлять мне проблем. У меня их и без этого полно.
— Хорошо, — сказала она, всем видом показывая, что ей эта затея совершенно не нравится.
Мне затея нравилась ещё меньше, чем этой девчонке, но не приведи великие демоны она попадёт в руки ушастого лорда. Если она только заикнётся, что я получил нечто настолько могущественное, как символ чёрного солнца, он всё сделает, чтобы стереть меня с лица земли. А воевать с целым миром я пока не готов.
— Давай будить моих родных, — в итоге сказал я. — У меня для них нерадостные вести. Скоро в городе будет шумно и опасно. Куда бы вас всех спрятать на это время?..
⠀⠀
Среди всех тёмных рас, демоны дами больше других предрасположены к магии. Но даже так, сильные маги у них встречаются крайне редко. То ли они силу не спешат развивать, то ли это зависит от таланта, но подавляющее большинство может использовать лишь несколько примитивных умений. Самой распространённой и лёгкой в освоении была усыпляющая сила. Почти любой взрослый дами мог усыпить несколько человек или слабых демонов, а верховные жрицы проделывали это в масштабе городской площади и тысяч разумных.
Дарья как раз использовала немного демонической силы, развеивая сонные чары. Чтобы не пугать родных, мы с ней вышли на лестничную клетку и поднялись на пролёт, встав у окна.
— Значит, ты почувствовала маму? — спросил я, глядя в окно. — И просто пришла сюда с требованием её отдать? Я таких наивных и глупых девушек последний раз видел только… нет, не помню когда.
— Сам ты глупый, — обиделась она. — Мама сюда… Я была уверена, что она вчера приходила в эту квартиру. Очень слабый и едва различимый след, но я его уловила. Поднялась, чтобы проверить, и столкнулась с рыжей девочкой, как раз выходившей оттуда.
— Высокая, десять лет на вид, рыженькая и красивая? — уточнил я.
— Она, — Дарья кивнула. — Я спросила, не было ли у них вчера гостей, и она сразу о брате рассказала, который из тёмного мира вернулся. Что его Василий зовут и он с демонами умеет разговаривать.
— Помню, хвастался вчера, — я улыбнулся, вспоминая, с каким живым интересом меня слушала сестрёнка. — Отца, надеюсь, не сильно напугала?
— Не сильно.
— Ладно, ругать не буду, хотя стоило бы. Пойдём, надо поговорить с отцом.
Мы спустились к квартире, позвонили. Дверь открыла Зинаида Алексеевна, удивилась, увидев меня.
— Здравствуйте, а папа дома? — спросил я.
— Дома, — она отступила, чтобы мы смогли войти. — Плохо себя чувствует. Проходите.
— Простите, что не предупредил, что приеду, просто у меня новости не самые приятные.
— Пустое, — она остановила меня. — Не обязательно предупреждать, приходи в любое время. Роман, Василий пришёл. Вы обедать будете?
— Будем.
— Тогда мойте руки и подождите в большой комнате.
— А где… сёстры мои младшие? — полюбопытствовал я.
— Гуляют, — Зинаида Алексеевна улыбнулась. — Последние летние деньки перед школой. Вера к однокласснице убежала, а у Кати сегодня собрание в институте, встреча с куратором группы.
— Да, она же на первый курс поступила, — вспомнил я. — Папа хвастался, что иностранные языки ей легко даются.
Из большой комнаты выглянул папа, удивлённо посмотрев на меня и Дарью.
— Пап, привет, — я поднял руку. — Плохо себя чувствуешь?
— Что-то голова кружится, — он посмотрел на Дарью, как будто что-то пытался вспомнить. — Переработал, наверное. Проект надо сдавать, а его ещё не тестировали и дорабатывать придётся в три смены.
Отец у меня работал программистом на удалёнке; как он объяснял — писал программы для мобильных телефонов. Звучало круто, хотя я почти ничего не понял из объяснений.
— Да, забыл представить — это Даша. Мы с ней только что познакомились, но я знал её маму. Так, об этом потом, давайте я сначала вам новости последние расскажу, это важнее.
— Покушайте сначала, — сказала Зинаида Алексеевна из кухни. — Через две минуты всё уже будет готово.
В общем, родителей я "обрадовал" после обеда. Рассказал, что в городе введут режим чрезвычайной ситуации, что будут открываться разломы, из которых толпами попрут демоны. И выходило так, что всё это начнётся как раз в первых числах сентября, сорвав начало учебного года.
— На совещании сказали, что сегодня вечером по новостям объявят, — говорил я. — Но они не знают, насколько масштабным будет прорыв демонов. Может десяток разломов, а может, и пару сотен.
— В прошлый раз, когда такое было, очень долго со всем справлялись, — хмуро сказал отец. Зинаида Алексеевна тоже выглядела встревоженной. — Демоны разбежались по городу и попрятались по всем щелям. До сих пор выловить всех не могут, а прошло уже лет семь.
— Много жертв было?
— Очень много, — сказал он. — По всему миру. Если я правильно помню, Париж тогда вышел на первое место по числу жертв среди гражданского населения. Что-то у них там серьёзное произошло. Или военные не были готовы, или появился очень сильный демон, с которым долго не могли сладить. После того дня поток людей в другие миры значительно увеличили, но возвращаться они будут только к двадцать пятому. Хорошо бы до этого времени дожить. Прошлые два года были тихими, о демонах даже говорить перестали на время, а в этом году в январе началось и только усиливается. Ничего, я думаю, что пересидим дома эти дни, а потом всё наладится.
— Ты у нас большой оптимист, — едва заметно улыбнулась Зинаида Алексеевна, погладив его по плечу.
— Насчёт этого можете даже не переживать, — уверенно сказал я. — Пока я с вами рядом, никакие демоны будут не страшны. Посидим хоть неделю, хоть целый месяц, еды бы хватило.
— Точно, — опомнился папа. — Если вечером объявят, ажиотаж в магазинах будет. Надо сейчас закупиться. Поедешь со мной по магазинам?
— Вряд ли, — я поморщился. — Меня могут на работе потерять. Вот, стоило только вспомнить.
Я вынул из кармана зазвонивший телефон. Меня как раз искал Дмитрий Игоревич.
— Слушаю, шеф, — сказал я в трубку.
— Ты уже освободился? — уточнил он.
— Ага. Буквально только что пообедал.
— Я тогда за тобой заеду. Надо станцию метро обследовать. Леонид звонил, говорит, что-то непонятное там происходит. Буду у тебя через десять минут.
Убрав телефон, я виновато посмотрел на папу.
— Уже потеряли. Мы с Дашей сейчас убежим по делам, но будем держать вас в курсе событий. Только вы сами не проморгайте момент, когда всё начнётся. Запритесь дома и дождитесь меня.
— Хорошо, хорошо, — кивнул папа. — Спасибо, что предупредил.
Выйдя на улицу, мы с Дарьей прогулялись до ближайшей лавочки. Погода радовала. Хотелось плюнуть на всё и прогуляться по какому-нибудь парку. Помню, мы с парнями из класса часто бегали в парк неподалёку. Посмотреть бы, как сильно он изменился за два десятка лет.
— Квартира твоя далеко? — спросил я.
— В двух кварталах отсюда, — она показала на север. — Тринадцать.
— Что? — не понял я.
— На символе чёрного солнца у мамы было тринадцать лучей.
— То есть, у меня там?.. — я показал себе за спину. — Очуметь. У верховной жрицы было пять лучей.
— Он маме достался от наставницы, — пояснила она. — А той, от её наставницы.
— И с такой штукой она не смогла одолеть какого-то длинноухого чёрта? — удивлённо произнёс я, доставая телефон. — Хреново. Выходит, что тот действительно силён. Тут записная книжка есть, напиши адрес и ещё свой номер телефона добавь. С деньгами у тебя как?
— Мама оставляла немного, на месяц должно хватить. Просто аренда очень дорогая, мы давно хотели съехать, но маме тут удобно было. До работы пешком пару минут…
— Ну, держись, не раскисай, — я подсел ближе, хотел приобнять за плечо, но она показала кулак, обещая стукнуть, если полезу обниматься. — Я вижу, что у тебя есть знак, скрывающий силу. Но он простенький и работает криво. К примеру, любой достаточно сильный ушастый или демон, если подойдёт близко, сразу почувствует, что ты не человек. А когда станешь чуточку сильнее, то вообще перестанет работать. Но тебе повезло, я знаю символ, сквозь который даже тот светлоликий лорд ничего не увидит. Я с ним сталкивался и, как видишь, в полном порядке.
— Ты человек, — резонно заметила она.
— Вот и ты, сидя со мной в обнимку, ничего не чувствуешь, хотя и высокородная дами. Да ладно скрывать, я же вижу. Нужна иголка и чернила хорошие. Ну и ещё пара особых ингредиентов, но я уже знаю, где их достать.
— Не нужны мне никакие символы, — она с силой сунула мне телефон в руки.
— Ты когда-нибудь была в великом храме?
— В Хуме.
— Вот! Мы с тобой немного разминулись. Если вы тут восемь лет, то ушли примерно за год до того, как я туда попал. Хотя, там десяток лет где-то потерялся, поэтому судить не берусь. Так вот. Ты верховную жрицу когда-нибудь воочию видела? А теперь представь картину: верхние этажи храма, куда посторонних не пускают. Там даже уборку проводят старшие жрицы, которые это занятие терпеть не могут. И по этим коридорам бежит верховная жрица Беата, пытаясь догнать парня, и требует, чтобы он ей татуировку сделал. Ругается, грозит страшными карами, что запрёт его в подвале и сто лет оттуда выпускать не будет. Твоя мама это имя упоминала, кстати. Может, и ты Беату знаешь?
Дарья посмотрела на меня недоверчиво.
— Если бы не моя способность читать старые книги, то старейшины бы мне глаза выжгли за то, что посмел не только увидеть обнажённую спину Беаты, но и прикоснуться к ней. Вон, мой начальник едет. С нами прокатишься. Только, пожалуйста, изобрази дурочку. Так проще, когда тебя за идиота держат.
Во двор как раз въехал внедорожник Дмитрия Игоревича, сверкая синим проблесковым маячком на крыше. Подхватив Дарью под локоть, я направился прямо к нему. Хорошо, что высокородных дами правильно воспитывали, а то я давно бы получил по шее. Им с самого раннего возраста внушают, что нельзя спорить с теми, кто выше тебя по положению. Иерархия у них лежит в основе семьи, общества, религии, да и вообще везде, где пытаются ужиться друг с другом больше двух разумных.
— Знакомьтесь, это Даша, — представил я девушку. — Я сегодня приглашён к ней домой на ужин.
— Да? — Дмитрий с интересом посмотрел на девушку. — Очень приятно. Придётся огорчить Валентину. Она звонила, предупредила, что уже готовит праздничный ужин.
— Согласен, что нехорошо получается, но я очень обязан Дашиной маме и обещал приглядеть за её дочуркой несколько дней. Пока не исчезнет угроза, о которой сегодня на совещании говорили.
— Хорошо, если это важно, — сказал он. — Но сейчас надо торопиться. Леонид звонил, сказал, что лично видел несколько больших демонических собак.
— А чем я помогу? — удивился я. — Собаки, особенно демонические, разговаривать не умеют. Тут нужны военные специалисты, способные выпускать струи огня из ладоней.
Это поставило Дмитрия в тупик. Он задумался, какой аргумент выбрать, чтобы убедить меня поехать с ним.
— Посмотреть, конечно, можно, — я картинно засомневался, посмотрел на Дашу, затем на машину Дмитрия. — Хорошо, я поеду, но только вместе с Дарьей.
— Это может быть опасно для девушки, — мне показалось, он удивился такой просьбе.
— А меня, значит, не жалко? Ну спасибо.
— Всё, что связано с демонами, подразумевает под собой государственную тайну.
— Что там секретного в этих собаках? — не понял я. — Большие, пятнистые, дурно пахнущие, со страшной мордой. Живут и охотятся в стаях. Если человек к ним на обеденный стол попал, то от него мало чего останется, обглодают до костей. Нет, мне такое не интересно. Они бегают быстро и кусаются больно.
— Девушка, милая, это может быть очень опасно. Может быть, вы с Васей встретитесь вечером?
— Демонические пёсики, — Дарья захлопала ресничками, — наверное, миленькие. Я бы посмотрела.
Хорошо, что я за машину держался, а то упал бы. Едва сдержал смех, так невинно это было произнесено. И если бы не сильный акцент, было бы ещё смешнее.
— Ну вы… как дети, — Дмитрий посмотрел на нас.
— Да мы шутим, Дмитрий Игоревич, — я всё же рассмеялся. — Мы даже из машины выходить не будем, так как страшно. Я в тёмный мир когда-то попал на троллейбусе, в большой и шумной компании. Мы вывалились как раз рядом с логовом демонических пятнистых собак, недалеко от Звонкой пещеры. Они тогда многих убили, и с того времени я их не люблю. Но помогу вам, чем могу.
Даша на всякий случай кивнула, соглашаясь с моими словами.
— Так бы сразу и сказал, — он покачал головой. — Если тяжело, оставайтесь, пусть военные разбираются. Это их компетенция опасных монстров ловить. Глупая затея была с самого начала.
— Мы поедем, — я открыл дверь, помогая Даше сесть на заднее сидение. — Посмотрим со стороны. Может, посоветую что-нибудь. Поехали?
Я уселся на заднее сидение, улыбнулся Дарье. Дмитрий посмотрел на нас, проворчал что-то про беспечных молодых людей и принялся разворачивать машину.
— А что, много там военных будет? — спросил я.
— Отряд особого назначения для борьбы с опасными демонами, и кто-то из одарённых. Надеюсь, что он будет достаточно сильным, чтобы справиться с парочкой собак.
— Они и слабаков привлекают?
— Всех, чьи способности могут убивать демонов. Действительно сильных способностей очень мало. В основном это огонь или молнии. С последними всё очень плохо, так как они электрические поля нарушают и выводият из строя всё, что к розетке подключается. А ещё умения эти громкие и неуправляемые толком.
— А какое самое странное умение вы видели? — заинтересовался я.
— Самым сильным одарённым считается Хватов Иван Сергеевич. Я видел, как он демонов взглядом плавит. Они от одного его взора начинают пузыриться и растекаются, как воск на сковородке. Одни белые кости остаются… Жуткое зрелище.
— Ага, — согласился я. — Интересно, в каком мире он такую способность получил? В светлом?
— В сером, вроде бы. По мне, так огненные умения из всех самые эффективные. Живая плоть огня боится. Ты не встречал демонов, которым огонь не вредит?
— Нет, таких не встречал, но слышал, что бывают. А что за стройка, куда мы едем?
Как объяснил Дмитрий, в столице строили ещё одну кольцевую линию метро, так как предыдущая уже не справлялась с потоком пассажиров. Москва стремительно росла, и даже демоны не могли остановить этого. Кто-то думал, что столицу защищают гораздо лучше, чем мелкие удалённые города, где про одарённых только слышали, но никогда не видели. Были случаи, когда демоны полностью разоряли небольшие сёла и подворья, не способные защитить себя. Поэтому люди тянулись в столицу или её города спутники.
Стройка рядом с метро протянулась на добрых два квартала. Окружал её высокий забор, над которым возвышались стрелы кранов, каких-то непонятных агрегатов и двухэтажные бытовки строителей. У въезда на стройку собралась знакомая компания машин с затенёнными стёклами. Поодаль, на небольшой площади с памятником, толпились зеваки, держа в руках телефоны.
— Что они делают? — спросил я, показывая на толпу молодых людей с телефонами в руках.
— Снимают, — ответил Дмитрий Игоревич, даже не глядя в их сторону. — Чтобы выложить всё в интернет.
— Ага, — я посмотрел в их сторону, ничего не поняв из объяснения.
Мы въехали за высокий забор, скрывший от взглядов зевак строительную площадку и что-то похожее на новый вход в метро или подземный переход. Рядом с ним выстроились военные в знакомых чёрных комбинезонах и тактических шлемах. В руках громоздкие чёрные автоматы с фонариками и подствольными гранатомётами. Возле бронеавтомобиля стойка с длинными копьями. Суеты не видно, но чувствуется напряжение, витающее в воздухе. Когда мы развернулись на небольшой площадке, рядом с бытовками строителей, группа военных из семи человек направилась к спуску в метро.
— Здесь будете? — спросил Дмитрий Игоревич.
— Да, — я показал на военных. — А эти, что, в метро пошли?
— Выглядит именно так, — кивнул Дмитрий, посмотрев вслед военным.
— Глупое решение, — я покачал головой. — Вы же говорили, что Леонид видел несколько собак, так? А там, где две, их легко может оказаться и десяток. Они же стаями живут, предпочитая тёмные пещеры.
— Местные жители говорят именно о парочке собак, — сказал он. — Военным специалистам виднее. Они уже отстреливали их раньше в метро, знают, что делают.
— Ну… дело ваше, — я удивлённо посмотрел на спуск в метро. — Я тогда с теми парнями поговорю, а Даша в машине посидит.
— Хорошо, — согласился Дмитрий, выходя из машины.
Я сразу приметил знакомую парочку военных, оставшихся у бронеавтомобиля. Как раз у одного из них я накануне брал копьё. Он меня тоже узнал, когда мы мимо проезжали. На другой стороне стройки, рядом с начальством или кем-то важным, я заметил Леонида. Как раз к ним и направился Дмитрий, поправив кобуру пистолета под пиджаком.
— Посиди в машине немного, — тихо сказал я Дарье. — Если повезёт, достану пару нужных ингредиентов и сделаю тебе лучший во всех известных мирах защитный символ. Я на полном серьёзе говорю, что он тебе нужен. Видишь того олуха, который по сторонам озирается? Это одарённый, пересекавший границу миров. Если уж он смог почувствовать присутствие демона поблизости, то это значит, что твой защитный символ почти не работает.
Я вынул из кармашка переднего сидения пластиковую бутылку с водой. Кто-то не допил половину, забыв про неё. Выйдя из салона, свернул пробку и вылил содержимое. Принюхался, довольно отмечая, что посторонних запахов не было.
— День добрый, — я подошёл к знакомым военным. — А вас что, в подземелье не пустили?
— Привет, — тот, кому я копьё сломал, пожал мне руку. — Нет, нас оставили на тот случай, если оттуда кто-нибудь вырвется.
— А, понятно, — улыбнулся я. — Не одолжите на полчасика тесак. Удобное у вас оружие, здоровское.
— Опять демон где-то поблизости притаился? — подобрался он.
— Не, день же, собаки днём в пещерах сидят. Не любят они солнышко и тёплую погоду. Я так, на всякий случай. Когда в руках хорошее оружие, чувствую себя уверенней.
— Пойдём, — он тоже улыбнулся, направившись к бронемашине.
Поднявшись в салон, он пошумел чем-то, погремел немного и вышел с новеньким тесаком. Широкое лезвие и удобная рукоять, я взвесил его в руке, взмахнул пару раз. Этакий большой нож, с клинком сантиметров пятьдесят и удобной рукоятью. К тесаку шли обычные ножны из прочного пластика и синтетический ремень с креплением.
— Пользуйся, — сказал военный.
— Насовсем отдаёте? — не понял я.
— Бери, — он махнул рукой. — Сейчас добрый клинок полезней любого автомата. Если успеешь им воспользоваться.
— Спасибо, — я был тронут таким подарком и принялся затягивать ремень на поясе джинсов.
— Аркадий.
— А я Василий, — я изловчился пожать ему руку, держа во второй и пояс, и тесак.
— Ребята говорили, что ты из тёмного мира пришёл? — спросил он. — В научном отделе работаешь?
— Всё так. Я все языки демонов знаю и переводчиком работаю, если так можно выразиться.
— Полезный навык, — рассмеялся он. — С собаками тоже говорить можешь?
— Нет, только с разумными демонами. Пятнистых собак, если это они, даже не приручают. Дурные они и злобные слишком. Зубами этот пластиковый щиток у вас на коленке прокусят легко. Пойду прогуляюсь. А за тесак спасибо.
Аркадий поднял руку, как бы говоря, что ему не жалко. Я же бросил взгляд на Дмитрия Игоревича, увлечённо разговаривающего с полковником из местного отделения полиции. Пока они были заняты, направился к спуску на новую станцию. Как раз рядом с ним стоял одарённый, нахохлившийся, как мокрый воробей. Пытался голову в плечи втянуть и постоянно озирался по сторонам. Невысокий крепкий мужчина, лет сорока. Мне не понравилось выражение его лица. То ли превосходство в нём сквозило, то ли брезгливость ко всему происходящему и окружающим людям. Прислонившись к бетонной колонне будущего входа в метро, он зыркал по сторонам, иногда бросая взгляды в сторону спуска.
— Добрый день, — поздоровался я, подходя ближе и опуская ладонь на рукоять тесака, удобно устроившегося на поясе. Когда оружие под рукой, чувствуешь себя намного уверенней.
— Приветствую, — он осмотрел меня с ног до головы, обратив внимание на тесак.
— Я из тёмного мира пришёл совсем недавно. Вижу, что вы тоже получили дар.
— Слышал о молодом парне, получившем бесполезный дар понимать язык демонов, — сказал он. — Военные судачили об этом всю дорогу. Как он копьё сломал и карлика убил, прятавшегося на потолке.
Он покривил губами.
— А Вы в каком мире были? — заинтересовался я. — В сером?
— У нас его называют Альбион, — охотно похвастался он. — Оттуда к нам пришли госпожа Иена и господин Ёр.
— Название у Великобритании тиснули. Но я понял, что это очень светлый мир. А дар какой получили в подобном мире?
— Могу управлять молнией, почти как Зевс, — не без хвастовства сказал он.
— Ого, — я только покачал головой. — Ну, удачи Вам. Пойду полюбопытствую, что там внизу.
— Я бы на твоём месте не ходил, — он хмыкнул, затем поёжился. — У меня предчувствие хорошо развито из-за дара редкого. Где-то рядом сильный демон притаился. Может, это из-за собак.
— Вы их видели?
— Если бы я их видел, то поджарил бы до хрустящей корочки, — он сжал кулак. — Нет, я не спускался. Там от меня… не развернуться там толком.
Я улыбнулся и, пока не смотрел мой начальник, поспешил вниз по ступенькам. Отделочные работы здесь ещё не проводили, поэтому вокруг было грязно и много строительного мусора. По потолку длинного подземного перехода тянулся толстый кабель со строительными лампами. Нагнувшись у очередной кучи строительного хлама, я поднял два обрезка арматуры, сантиметров пятнадцать каждый. Кто-то заострил их, чтобы удобнее было вбивать в стены или ещё для каких-то целей. В куче мусора таких лежало много, некоторые даже с приваренными кольцами на концах. Будь они полегче, я бы взял больше, а так — и парочки хватит.
Спуск на станцию охраняла пара полицейских, держа короткие автоматы в руках и внимательно следив за чем-то внизу. Их тревогу можно понять, так как на площадке перед спуском было всё заляпано кровью. Казалось, что сюда притащили несколько тел, а потом разорвали на куски и употребили в пищу. Демонические пятнистые собаки метили территорию, особенно у входа в логово, поэтому в воздухе пахло так, что в горле вставал ком. Запах очень сильный и свежий.
— Много людей собаки загрызли? — спросил я, подходя к полицейским. Они меня даже не заметили, пока я не заговорил.
— Вчера четверых и ещё ночью пять человек из ремонтной бригады, — сказал один из полицейских. — Эй, посторонним сюда нельзя заходить.
— Спокойно, — я продемонстрировал меч на поясе. — Я этот… кинолог, специалист по собакам.
— Чего? — не понял полицейский. На вид он был не старше меня.
Второй полицейский, крепкий и высокий мужчина за тридцать, решил промолчать, больше следя за подъёмом, чем за нами.
— Того, — я показал два стержня из арматуры, которые взмыли с моей ладони и зависли в воздухе. — Магия, слышали о таком?
— Слышали, — парень кивнул, с интересом глядя на летающие обрезки арматуры. — Простите, не узнали. А военные только спустились, Вы их догоните.
Эскалаторы ещё не построили, поэтому на станцию можно было спуститься по бетонным ступеням, тянувшимся справа и слева коридора.
Не люблю пятнистых собак, и ни за что не спустился сюда, если бы не ингредиенты для символа. Даже тот олух, сравнивающий себя с Зевсом, способен почувствовать Дарью. Надеюсь, за время моего отсутствия на площадке не появится никто из ушастых. Слабенькая защита девушки их уже не обманет.
Тихо ругаясь и недобрым словом поминая демонических собак, обожающих жить в пещерах, я спускался на станцию. Два штыря из арматуры послушно плыли по воздуху над головой. Беата говорила, когда у меня появится символ чёрного солнца, подобные трюки проделывать будет не сложнее, чем почесать себя пониже спины. Что там какие-то две железки? Было такое чувство, что я легко могу обрушить своды тоннеля. Поскорее бы попался кто-нибудь действительно сильный, чтобы проверить символ. Проблема в том, что пока я не освоюсь, хорошо бы не оторвать самому себе руку или ногу. В голове сразу всплыли наставления Беаты, её мягкий голос, повторяющий, что нужно тренировать контроль. Мы не виделись всего пару недель, а мне уже хочется, чтобы она пригласила меня на вечернее чаепитие, чтобы просто посидеть на балконе с видом на город и поболтать о всякой ерунде. К кому мне теперь идти за советом?
Взъерошив волосы и выкинув ненужные мысли из головы, я вышел на станцию, озираясь по сторонам. Почему-то думал, что здесь будет темнее. Потолки и стены выглядели очень странно — как соты в улье. Скорее всего, их только подготавливали к отделочным работам, о чём говорили высокие стопки мраморных плиток, мешки с цементом и прочий строительный материал. Пахло пылью, сыростью и какой-то химией, едва не перебивавший вонь пятнистых собак. Гнетущую тишину нарушало едва слышное жужжание или гудение.
Военных на станции я не заметил, скорее всего, они ушли в один из тоннелей. Над моей правой ладонью начал формироваться небольшой зеленоватый светлячок. Один из самых первых и старых символов, которые прочёл в великой библиотеке. Утраченные знания древних, непонятные и странные. Из путанного описания символа я смог понять лишь, что их использовали как сторожевые сигнальные огоньки, если предстояло путешествие по опасным местам или во время охоты. Полупрозрачный огонёк над ладонью замерцал, увеличиваясь до размера виноградины, поднялся выше и метнулся в сторону дальнего левого тоннеля.
— Там, значит, — тихо произнёс я и побежал в ту сторону.
Появились лёгкий азарт охоты и предвкушение славной добычи.
С пятнистыми псами я уже сталкивался. В холке они доходили взрослому человеку до пояса. Внешне сильно напоминали гиен: передние лапы длиннее задних, морды короткие, мощные челюсти, способные перекусить самую крепкую кость. Уши круглой формы, короткие пушистые хвосты. Охотятся чаще всего стаей, предпочитая слабую добычу, но с голодухи могут сожрать и более крупного сильного демона. Чертовски злобные, практически не приручаемые. Поэтому в тёмном мире их не жаловали. Демоническими же называли за то, что они обладали силой. Эти хитрые собаки могли сливаться с окружающей обстановкой, будь то густой лес или серая бесплодная равнина. А ещё, могли на короткое время становиться проворными и невероятно сильными. Я лично видел, как такая собака с цепью на шее, тащила за собой каменный блок, к которому её приковали.
То, что светлячок показал мне правильное направление, стало понятно очень скоро. Пятнистые собаки не любят свет, поэтому уже метров через пятьсот начали попадаться испорченные стойки освещения и разбитые лампы. Они не смогли добраться до пары светильников на потолке, но всё остальное поломали и погрызли основательно. Как их током не поубивало — загадка.
Пройдя ещё пятьсот метров, я услышал приглушённые выстрелы. Поднажав, побежал в ту сторону, едва не переломав ноги в полумраке. Тоннель в этом месте довольно сильно изгибался и как раз в центре поворота я заметил крупную серую собаку, тащившую за ногу одного из военных. Нас разделяло метров сорок, не больше. Слышалась человеческая ругань вперемешку с собачьим рычанием. Свистнул один из обрезков арматуры и через секунду собаку отбросило от человека на несколько метров.
— Живой? — я добежал до военного, отползшего к стене.
— Живой, — тот с хрустом расстегнул один из карманов на липучке, доставая оттуда синтетический ремень, бинт в упаковке и ещё что-то.
Трясущимися руками он нащупал пластиковую ампулу, зубами сорвал колпачок и воткнул в бедро, немного выше рваной раны. Точнее, ран было несколько. Злобная собака неплохо погрызла ему ногу, наверняка сломав голень. Нижняя часть чёрной штанины выглядела плачевно и быстро пропитывалась кровью.
— Жгут, — он протянул мне ремень.
Я посмотрел на неподвижно лежащую собаку, затем в сторону поворота тоннеля. Поганое место — ни впереди, ни позади ничего толком не видно. Из освещения осталась одна-единственная лампа, висевшая под потолком у поворота впереди. Нагнувшись к раненому, помог затянуть ремень на бедре, останавливая кровотечение.
— А где остальные?
— Нас трое было, — он поморщился. — В засаду попали. Там логово, дальше. Они в большом служебном помещении прячутся.
— Ну вы даёте, — я тихо выругался.
— Они как из воздуха появились.
Оглянувшись, я заметил что-то мелькнувшее в полумраке тоннеля. Второй кусок арматуры свистнул, послышался звук удара и жалобный скулёж. И ведь я даже не видел крупную собаку, крадущуюся по тоннелю к нам, пока железный стержень не пробил ей грудь.
— Я сейчас, — сказал военному.
Вынув пластиковую бутылку из кармана, подошёл к первому из пятнистых псов. Морда у него была в крови, зубы кривые и страшные. Из раны в боку ещё сочится кровь. Подставив бутылку, поморщился, глядя, как в неё стекло лишь несколько густых капель. Пришлось идти ко второй собаке, ведь ещё была жива и слабо шевелилась. Обнажив тесак, рубанул ей по шее, чтобы не мучилась. Оружие оказалось достаточно острым, так что я едва не отрубил ей голову. И крови-то нужно было совсем немного, но кажется, что руки я испачкал больше, чем в бутылку набрал. Затем обратной стороной тесака выбил пару клыков, спрятав их в карман.
Из крови пятнистых собак получалась отменная сажа для символов. Можно было бы ещё жира и сала немного взять, но возиться с этими дурно пахнущими собаками не хотелось. Потом не отмоешься от запаха.
— Ты как? — спросил у военного, возвращаясь к нему.
— Держусь, — он успел перезарядить пистолет, из которого безрезультатно стрелял по собаке. Если он её и ранил, то не сильно.
Из глубин тоннеля доносилось едва уловимое рычание и какая-то возня. Воображение рисовало, как стая собак подкрадывается к повороту. Я уже хотел их хорошенько напугать, но со стороны станции замелькали лучи фонариков и к нам выскочило четверо военных. Двое сразу заняли позицию, чтобы отстреливать собак, если они ринутся по тоннелю к нам, третий поспешил на помощь раненому.
— Вы как умудрились разделиться? — спросил я у четвёртого, скорее всего, старшего в команде.
— Ты кто? — спросил он. Хорошо не додумался фонариком в лицо посветить.
— Кинолог, блин! — едва не выругался я. — Слежу за популяцией демонических собак в тоннелях. Слышите? Рычат, предупреждают, чтобы не совались дальше. Их там как минимум дюжина, поэтому советую уходить, и чем быстрее, тем лучше.
— Юра? — спросил старший у того, кто склонился над раненым.
— Носилки нужны, — отозвался тот.
Я всё же выругался, подумав, что придётся тащить военного на себе или при помощи силы, но у военных нашлись носилки, в виде плотной ткани со множеством ручек. Они погрузили товарища, и без лишней суеты мы сбежали. Повезло, что собаки преследовать не стали, то ли побоявшись, то ли посчитав, что двух человек им на обед хватит. Знакомая парочка полицейских, охраняющих подъём, заметно помрачнела, увидев раненого военного. Один даже затвором автомата щёлкнул, направляя его вниз, словно со станции сейчас ломанутся толпы демонов. До ночи им ничего не угрожает, но с наступлением темноты двух человек будет недостаточно, чтобы сдержать проголодавшихся собак.
С возвращением военных наверху стало шумно. Я от всего этого хотел самоустраниться, но меня перехватил взволнованный и очень сердитый Дмитрий Игоревич. Просто выглядел я не очень опрятно, руки испачканы в крови едва ли не до локтей, на рубашке несколько красных пятен, а запах исходил такой, словно я с собаками обнимался.
— Василий, — Дмитрий посмотрел на меня строго, — зачем ты на станцию спускался? Ты в порядке?
— Случайно вышло, — я поправил пластиковую бутылку, выпирающую из кармана. — А когда переоденусь и приму душ с душистым мылом, сразу приду в норму.
— Ну и видок, — к нам подошёл Леонид и тот полковник из полиции, с которым разговаривал Дмитрий.
— Леонид, кстати, там внизу не меньше дюжины пятнистых собак, а не парочка, — укоризненно сказал я. — И тебе крупно повезло, что ты остался жив, увидев их. На будущее, если жизнь дорога, не стоит спускаться в подземелье, где у них логово. Это легко можно узнать по непередаваемому запаху, которым они территорию метят.
— Дюжина? — уточнил полковник, затем сурово посмотрел на Леонида и Дмитрия.
— Я видел только двух, — сказал Лёня. — И следов внизу почти нет. Ни помёта, ни прочего. Дюжина собак должна была сильно наследить. Может, Василий ошибается?
— Вы когда-нибудь сталкивались с пятнистыми собаками? — спросил я, обводя всех взглядом. — Понятно. Стойте тут, никуда не уходите.
Я заметил командира из отряда военных, спускавшихся в метро, рядом с одарённым.
— Вниз не пойду, — говорил маленький Зевс. — В узком пространстве не развернуться толком.
— На вашем месте я бы его вниз не брал, — сказал я, останавливаясь рядом и обращаясь к военному, проигнорировав одарённого. — Шарахнет молнией и спалит все лампочки и ваши фонари, оставив без света. Если только вы с факелами не собираетесь туда спускаться. Можно Вас на пару слов?
Не дожидаясь ответа, развернулся и зашагал обратно к начальству. Хотелось уже разделаться со всем и заняться важными делами. Нет, сначала принять душ и переодеться, а потом уже к делам.
— Вы же специалисты, — говорил полковник Дмитрию. — Должны обеспечить.
— Отвлеку буквально на минуту, — влез я. — Насчёт демонических пятнистых собак. Там, где видели их больше одной за раз, можете смело предполагать, что их не меньше десятка. И охотиться на них в пещерах и тоннелях лучше с военным огнемётом, от него толку будет больше, чем от автоматов. Вы их сейчас потревожили и можете не сомневаться, что к ночи они найдут другое место для логова. В полумраке пятнистые собаки могут сливаться с окружением, как те хамелеоны, и пока тебе ногу не откусят, не узнаешь, что они рядом. Ну, или по запаху их найти можно. Если тоннели перекрываются, то очень советую запереть этот участок метро на пару недель, чтобы они от голода издохли. Или водой затопить под потолок. А если тоннели перекрыть не получится, то… не знаю, чем помочь. Минируйте проходы к станциям, волчьи ямы копайте. Когда еды много, они быстро плодятся. Шумные поезда их отпугнут на какое-то время, но скоро они к ним привыкнут.
— У меня всё, — я ещё раз обвёл взглядом озадаченных мужчин. — Дмитрий Игоревич, можно домой съезжу, переоденусь? Меня в таком виде в такси пустят?
— Уверен, что их там дюжина? — спросил полковник.
— Можете отправить кого-нибудь пересчитать, — я пожал плечами, за что заработал сердитый взгляд.
— Леонид, — Дмитрий обратился к нему, спеша разрядить обстановку, — отвези Василия и пулей обратно. Иван Денисович, надо связаться с руководством метрополитена. Они обещали перекрыть этот участок…
Пока я ходил за Дарьей и смывал с рук запёкшуюся кровь, Леонид подогнал машину к выходу со стройки. Это был неприметный с виду чёрный седан. Проблескового огонька, как у начальника, у него не было, поэтому ехали мы не спеша и правила дорожного движения не нарушали. За всю дорогу никто не проронил ни слова, чему я был только рад, размышляя о том, как может измениться привычный для человека мир. Десяток пятнистых собак в столичном метро сильно не расплодятся, маловато их для этого, но проблем доставят немало. А вот если во время ЧП из разломов к нам в гости придут ещё несколько дюжин псов, тогда станет действительно весело. Лучший дом для них, чем подземелье под городом, и не придумать. Пройдёт совсем немного времени и вытравить их оттуда будет почти невозможно. Дмитрий говорил, что в столице демоны убивают по десятку человек в день. Надо бы уточнить, сколько жителей просто пропадает бесследно. Уверен, что каждую ночь собаки кого-нибудь, да утаскивают. Тех же бомжей на теплотрассах уже наверняка всех сожрали. Учитывая, что разломы в мире появляются двадцать лет, не исключено, что в метро давно поселилось несколько стай пятнистых собак, выходящих ночью на охоту. И сидят они там тихо, как мыши в погребе, утаскивая зазевавшихся и глупых людей. Военные их наверняка отстреливают по одной, может, по парочке особей, но это, как пытаться вычерпать реку ведром.
Дарья действительно жила в том же районе, где и мы с отцом, буквально в десяти минутах ходьбы. По меркам Москвы нас можно назвать соседями. Лёня прощаться с нами не стал, высадив во дворе типичной старой застройки и молча укатил обратно. Не пойму, обиделся он на меня или сам по себе угрюмый парень? Но ему действительно повезло увидеть собак и остаться живым. Может, их что-то или кто-то спугнул?
Двухкомнатную квартиру семья дами снимала на втором этаже старого дома. Оплачена она была на два месяца вперёд, но следовало в течение ближайшей недели заплатить ещё, чтобы хозяин не начал искать новых жильцов.
Мебель в квартире относительно новая, но дешёвая на вид. Простенькая вешалка для одежды в коридоре, в большой комнате раскладной диван, заменяющий кровать и старая, видевшая ещё фараонов, тёмно-вишнёвая стенка со стеклянными створками и парой таких же полочек. При этом видно, что в квартире пытались создать уют.
— Я сразу в душ, — сказал я, сбрасывая кроссовки в коридоре. — И всю одежду надо бы сразу в стирку. У вас машина стиральная есть?
— В ванной, — сказала Даша.
— Демоны! Я совсем не подумал, во что можно переодеться.
— У меня есть запасное платье.
— Очень смешно, — хмыкнул я, затем вздохнул, проводя ладонью по лицу. — Что за день такой…
— Можешь взять одежду брата, — сжалилась надо мной Дарья. — Тебе должно подойти. Я выберу что-нибудь.
— Где он, кстати?
— Его убили, — последовал лаконичный ответ. — Когда маму поймали, он с ней был.
— Прости. Я… пойду в душ, а то пропахнет тут всё этими собаками…
Стиснув зубы, я вошёл в ванную комнату, обставленную так же просто, как и вся квартира. Тут даже вместо ванной хозяева установили душевую кабину, чтобы освободить немного места. Скинув одежду, запихнул всё в громоздкую стиральную машину. В большом зеркале над раковиной отразился крепкий телом жилистый парень, лохматый и угрюмый, словно задумал что-то недоброе. Да уж, хороших зеркал в тёмном мире не хватало. Я попытался повернуться, чтобы посмотреть через зеркало на знак под левой лопаткой. Тот, наконец, обрёл чёткую форму, став похожим на солнце в фазе затмения. От него действительно исходило тринадцать волнистых лучей, протянувшихся к соседним символам, чтобы оплести их. Не думал, что знак сформируется так быстро.
Тёмно-синий спортивный костюм, подобранный Дарьей, был великоват на пару размеров, но на эту мелочь я не стал обращать внимания.
— Я запустила стирку, — сообщила Даша, вернувшись в большую комнату.
Летнее платье она сменила на удобное домашнее, распустила тёмные волосы и убрала линзы. Идеально белая радужка глаза, как и у её мамы, указывала на чистокровную родословную линию. Таких, в тёмном мире называли высокородными.
— От них глаза устают, — сказала Дарья, видя мой взгляд.
— Красивые, вот и засмотрелся, — сказал я, демонстрируя бутылочку с кровью и два отмытых клыка. — Нужны чернила, иголки и сажа.
— Всё тут, — она прошла к старому шкафу, открыла створку буфета. — Мама купила всё необходимое. Удивлялась, что здесь подобное стоит очень дёшево. Баночка превосходной сажи обошлась ей всего в сто рублей. Стаканчик дешёвого кофе в магазине стоит примерно столько же.
Чтобы не портить белую скатерть на столике у окна, я использовал старый железный поднос, надраенный до зеркального блеска. Баночка чернил, сажа, набор иголок, хорошая бумага, мягкое стальное перо на длинном карандаше и полтора бутылька с медицинским спиртом. Понравились мне и огнеупорный керамический тигель для химических опытов, и ручная газовая горелка. Тут даже был маленький напильник, чтобы немного сточить зубы пятнистых собак. Для нанесения символа требовалась не эмаль, а то, что находилось под ней. Пока я точил зуб, смешал немного крови демона с сажей и вручил любопытной Дарье, чтобы растирала до однородной массы.
Рецепту особых чернил для нанесения символов меня научила лично Беата. Процесс долгий и кропотливый, но так как у нас почти всё было под рукой, то управились за час.
— Старый символ придётся сводить? — спросила Дарья, неуютно ёрзая на стуле.
— Тебе повезло, — важно сказал я. — Его можно использовать как часть нового. У меня такой же стоит на правой лопатке. Даже не знаю, как он преобразится, когда до него лучи чёрного солнца доберутся. А может, и не доберутся. Вот, смотри, что получилось.
Я продемонстрировал чернила в маленькой скляночке.
— Тёмные какие-то, — недоверчиво сказала она. — У мамы всегда светлее получались.
— Может, из-за ингредиентов? — я посмотрел сквозь чернила на окно. — Вроде всё как обычно. Проверим. Используй силу.
Я капнул немного чернил в огнеупорную чашку, пододвинул к ней. Дарья посмотрела на чёрную капельку прищуренно, и та вспыхнула голубым огнём. Буквально за десяток секунд магический огонь оставил от чернил маслянистую сажу.
— Работает — констатировал я, стирая сажу со дна чашки пальцем и вытирая о салфетку.
— Уверен, что он мне нужен? — спросила она.
— Мне что, каждый раз рубашку снимать, показывая символы на спине, чтобы сомнения твои развеивать? У меня отменная память на символы. Да я всего пару раз ошибался.
Я выдал самую располагающую улыбку, на которую был способен.
— Оголяй правую лопатку. Можешь, вон, на диван ложиться. Я сегодня только контур нанесу, а основной тон и прочее на завтра оставлю. Кстати, у тебя в холодильнике что-нибудь есть? Я, после пробежки по тёмным тоннелям проголодался.
— Можно заказать на дом, — виновато сказала она. — Я ничего не готовила. Как-то не до этого было.
— Ладно, я сейчас насчёт ужина договорюсь, — взяв со стола телефон, набирал по памяти номер Дмитрия Игоревича. Ответил он почти сразу. — Это Василий.
— Узнал, — голос у начальника был уставший.
— Что, всё плохо с собаками? — с сочувствием в голосе спросил я.
— Хорошего мало. Говорят, что тоннели полностью перекрыть нельзя. Систему вентиляции и технических проходов нужно перекрывать вручную. То есть туда должна пойти бригада рабочих и всё закрыть.
— Хреново, — согласился я. — У меня к Вам разговор серьёзный, а тут как раз ужин праздничный срывается. Может, мы с Дашей к Вам приедем в гости?
— Приезжайте, — он наверняка улыбнулся.
— На такси?
— Уговорил, заеду за Вами в семь часов вечера. Только не убегай больше никуда. Договорились?
— Договорились.
Я улыбнулся Дарье, убирая телефон. Она уже ослабила завязки платья, чтобы оголить верхнюю часть спины, при этом смотрела на меня, как на маньяка. Тяжело с высокородными дами, сначала строят из себя недотрогу, а потом бегают за тобой с ножом по всему верхнему ярусу храма в порыве ревности. Пусть они очень похожи на людей, но различий много, если копнуть глубоко.
Дарья — очень красивая девушка, с молочного цвета кожей и выразительным взглядом. Кого-то она мне напоминала внешне, но я никак не мог вспомнить, кого именно. Символов у неё на спине было всего несколько, что неудивительно, учитывая возраст. Наверняка мама постаралась, создав основной контур и несколько базовых знаков, из которых девушка будет черпать силу. Беата говорила, что символы, они как ключики к тайнам мироздания. Если очень просто пересказать её путанные объяснения и старые сказки, то разумные демоны, люди, светлоликие ушастые твари — все они использовали силу, черпая её из пространства, что находится вне миров. Чем могущественнее способность, тем больше нужно усилий, чтобы достать её оттуда. Символы работали как ключи к дверям, за которыми всё это пряталось. Нужно было просто открыть их и взять столько, сколько пожелаешь. А так как мироздание всегда стремится к разумному балансу и равновесию, то и на символы накладывались многие ограничения. К примеру, несколько умений я мог использовать лишь на сотую долю одного процента от их истинной мощи. Если приводить аналогию, то я мог только посмотреть в замочную скважину, за которой пряталась нужная сила. И символ чёрного солнца позволит мне открыть эти двери.
Помню, как мы с Беатой мечтали о двух великих символах, которые станут доступны при шести лучах чёрного солнца. Четыре луча нужны для поддержания баланса и лишь два станут ключами к силе. А при тринадцати лучах, я смогу использовать аж девять символов. От одной этой мысли, у меня мурашки бежали по спине и рукам. Хорошо, что я человек не жадный, но запасливый и переписал на спину всё, до чего смог дотянуться в великой библиотеке. Когда чёрное солнце зажжёт хотя бы шесть из них, я этого ушастого лорда сотру в порошок, вместе с его сестрицей. Но до этого времени надо быть осторожным и не привлекать внимания. Слабоват я пока.
Вздохнув, я посмотрел на спину Дарьи, провёл ладонью по нежной коже, отчего она вздрогнула.
— Красивые символы, — сказал я, — но слабенькие. Хочешь, я тебе великий символ разрушения нанесу, как у Беаты? Будешь врагов своих в кровавый кисель…
— Не хочу, — недовольно отозвалась она. — И вообще, ты меня щупать будешь или символ рисовать?
— Вредная ты девушка, — улыбнулся я, беря в руку иголку и склянку с чернилами. — Будет больно.
— Я знаю, — хмуро сказала она.
Не стал говорить вслух, что она неплохо держится для того, кто потерял брата и маму. И без подсказки видно, что держится из последних сил, так как старшим по положению язвит. Посмотрев на баночку, прикинул, что чернил у нас хватит не только на символ сокрытия, но и на хорошую защиту.
⠀⠀
Ужин в гостях у Дмитрия Игоревича прошёл изумительно, несмотря на то что я сидел за столом в спортивном костюме, а Дарья была бледной и болезненной на вид. Но ни первое, ни второе не помешало нам наесться до отвала и приятно провести вечер. Не испортили настроение даже новости по телевизору, где взволнованный диктор сообщил о предстоящем ЧП и ограничениях для граждан.
Разговоры за ужином вели самые разные, не касающиеся демонов и разломов. К примеру, поговорили о начале учебного года. Дмитрий Игоревич интересовался, не собираюсь ли я возобновить учёбу и поступить в какой-нибудь институт. Не знаю, почему эта тема его так заинтересовала, но меня подобная перспектива не прельщала вовсе. Он же не отступал, любопытствуя, распространяется ли мой дар на человеческие языки. Супруга Дмитрия говорила что-то на французском, но я не понял ни слова, что их немного огорчило.
Поздно вечером, когда был съеден десерт и выпито по несколько кружек чая, мы с Дмитрием Игоревичем уединились в гостиной. Уставшую и клевавшую носом Дарью я отправил спать, разрешив занять мою кровать. Валентина Евгеньевна её весь вечер пыталась разговорить, подкладывая на блюдце сладкий домашний десерт, отчего Даша добрела и рассказывала, что я действительно знаком с её мамой, что она нигде не учится и не работает и что она очень благодарна за гостеприимство.
— С собаками в метро так и не разобрались? — спрашивал я, сидя в кресле напротив кофейного столика. Удобно, когда у тебя большая квартира и можно организовать такой вот уголок для вечерних бесед.
— Военные прислали одарённого с клаустрофобией и боязнью темноты, — проворчал он. — Какой от него толк, если он в метро спускаться наотрез отказался. Говорил, что где-то рядом сильный демон и надо вызвать подкрепление. А когда приехала ещё пара одарённых, время было упущено. Собаки сбежали через какие-то шахты на оранжевую ветку и растворились в метро. Недалеко от комнаты, где у них логово было, нашли останки тел. Как минимум четыре десятка человек. Теперь нас обвиняют в том, что научный отдел прозевал угрозу. Требуют срочного решения, до того как собаки начнут жрать пассажиров на станциях.
— Ну, решение есть, — задумчиво ответил я. — Только оно многим не понравится. Я как раз это хотел обсудить. В том смысле, что нужно поговорить с кем-нибудь высокопоставленным, кто может принимать действительно серьёзные решения, брать на себя ответственность и кто способен послать ушастых светлых господ, обитающих в здании института.
— Послать господина Ёра? — удивился Дмитрий. — Не думаю, что на это отважится даже президент. Они не только живут в здании института, но и поддерживают в рабочем состоянии лабораторию перемещения между мирами. Госпожа Иена выращивает кристаллы, и без её помощи мы просто не сможем никого отправлять в другие миры. Только если искать случайные разломы, в большой надежде, что через десять лет там откроется проход обратно. А шанс такого исхода стремится к нулю. Ты должен понимать, насколько сейчас они важны для мира. Ты же читал, как работают кристаллы, которые они выращивают?
— Читал, — немного слукавил я, так как о сущности кристаллов знал ещё со слов Беаты. — Разломы хаотичны, появляются, где им вздумается и также внезапно исчезают. К тому же они ведут только в одну сторону и куда именно ты попадёшь, предсказать невозможно. Это может быть светлый мир, тёмный или даже мёртвый. А может, тебя выкинет посреди океана, на радость акулам. А кристаллы, они могут переносить только живую плоть, но способны забросить тебя именно туда, куда нужно и потом вырвать из этого мира обратно. В самый неподходящий момент.
Последнее я произнёс недовольно, вспоминая, как меня вырвали из крипты, куда я с таким трудом проник.
— Я выразился не совсем правильно, — продолжил я. — Не нужно светлых господ посылать в прямом смысле. Дело в том, что способ выведения злобных собак из подземки им не понравится. Нужно будет сказать им «нет», и всё.
— Что за способ? — заинтересовался он.
— А об этом я расскажу сразу тому, кто сможет отказать ушастым и показать им, что они не хозяева этого мира, а гости, которые помогают. Не переживайте, даже если вы в них плевать будете, они никуда не уйдут.
— Хорошо, есть у меня такой человек, о котором ты говоришь, — кивнул Дмитрий. — Только я прошу, в присутствии господина Ёра, не говори о длине их ушей, они этого не любят. Он ведь не только важный гость, но и очень сильный. Боюсь, что ему простят несчастный случай, если он вдруг не рассчитает силу.
— Намёк понял, — кивнул я. — Обещаю его не сердить.
— Насчёт встречи и твоего предложения, — вернулся он к важной теме. — Постараюсь всё организовать как можно быстрее, но не уверен, что получится. Руководство сейчас занято подготовкой к вторжению демонов.
— А это вторая тема, о которой я хотел поговорить. Я не великий специалист по разломам и не знаю, что будет, но предчувствие подсказывает, что ничего хорошего не случится. Не думаю, что от меня будет толк во время массового появления разломов. Только если появится сговорчивый демон.
— Наш отдел уже определили в штаб чрезвычайных ситуаций, — сказал он. — И ты себя недооцениваешь. Не все выходцы из серых миров умудряются столкнуться с сильными или необычными демонами, не говоря уже про тех, кто возвращается из светлого. Последние демонов видели либо здесь, до отъезда, либо уже после возвращения.
— Я так и понял, что отвертеться не получится, — вздохнул я. — Хорошо. В штаб, так в штаб.
— Семьи всех сотрудников института и особого отдела полиции будут эвакуированы на военную базу. Это недалеко от Москвы. Чтобы мы могли сосредоточиться на работе и не волноваться за родных.
— Хорошее предложение. Поговорю с отцом насчёт эвакуации. А можно мне в гостиной постелить на диване?
— Валентина уже в гостевой комнате постелила, — он почему-то тихо рассмеялся. — Там у нас двуспальная кровать для гостей.
— Ой, боюсь Дарья меня стукнет, едва я об этом заикнусь. И Вы зря улыбаетесь.
Ещё один тяжёлый день. Второй раз подряд я уснул, едва добравшись до кровати. В этот раз мне снился какой-то заграничный город, где я разминулся с отцом и никак не мог до него дозвониться. Почему-то был уверен, что без меня он потеряется и пропадёт. И чтобы найти его, я постоянно прыгал в открывающиеся разломы, каждый раз попадая в центр этого злосчастного города.
Дарья утром выглядела на удивление бодрой и здоровой. Даже словом не обмолвилась, что контур татуировки причиняет сильную боль. Морщилась украдкой, когда думала, что её никто не видит. Мы плотно позавтракали, затем заказали такси и отправились к ней домой. Я с трудом смог уговорить Дмитрия Игоревича дать мне время до обеда, прежде чем явиться на работу. Сказал, что одежда, испачканная вчера должна как раз высохнуть после стирки. И пока мы ехали домой, Даша научила меня пользоваться приложением по вызову такси. Удобная штука, хочу сказать. Там не только можно было заказать машину, но и посмотреть карту города, если заблудишься. А ещё она сказала, что у меня телефон отстойный. Мне показалось, что у неё не лучше, но она относилась к нему очень бережно, говоря, что я ничего в этом не понимаю.
Со второй частью татуировки и заполнением контура я провозился до часу дня. Едва успел, как начал звонить шеф, говоря, что у них опять что-то случилось и требуется помощь специалиста. Чтобы я не копался, прислал за мной Леонида. Он не только был хмур с утра, но и ворчал всю дорогу, что потратил пять тысяч, чтобы вывести из машины запах, который я туда затащил. Из его ворчания я выяснил, что они вместе с Михаилом успели получить по шее от Дмитрия Игоревича за то, что недооценили собак и не решили этот вопрос раньше, хотя знали о нём. Обоих лишили какой-то премии, на которую Лёня очень рассчитывал. Не стал ему говорить, что сам в Москве на птичьих правах, без документов, денег и одежды. Как в том старом анекдоте, дали оружие и выгнали на улицу со словами "теперь крутись как хочешь".
Всю дорогу я думал о том, что деньги мне нужны. Отвык я от них, живя в храме. Там бы я смог заработать хотя бы самым примитивным, помогая демонам писать и читать письма. В отличие от нашего мира, школы там были только при храме и исключительно для высшего общества. Простым смертным достаточно уметь отличать золотые монеты от серебряных и считать хотя бы до пяти.
Вместо офиса на Петровке Леонид повёз меня на запад столицы, к современным небоскрёбам. Их начали строить незадолго до того, как стали появляться разломы, и я попал в тёмный мир. Сейчас этот район выглядел завораживающе красивым. Я как-то пытался объяснить демонам, что можно построить здание высотой в сотню метров из стекла и стали, но надо мной только смеялись. Говорили, что из такого количества железа можно оружия очень много наделать и разбогатеть. Никто в здравом уме не станет строить из него дом, тем более такой большой.
В новом районе я ещё не был, поэтому с интересом крутил головой, разглядывая зеркальные облики зданий. По краю просторной площади, словно боясь заезжать на неё, выстроились полицейские машины, пожарные, кареты скорой помощи, пару бронеавтомобилей и военных автобусов. Леонида тоже на площадь не пустили, поэтому пришлось нам прогуляться пешком в сторону автобусов. А ещё вокруг царил ажиотаж. Как-то многовато людей собралось для очередного происшествия с демонами. Между машинами сновали полицейские и военные, несли пластиковые щиты и какие-то непонятные конструкции. Двое мужчин в камуфляжной форме устанавливали на треногу крупнокалиберный монструозный пулемёт, ещё парочка подносила ручные гранатомёты. Можно было подумать, что они ждут, что прямо в центре площади с минуты на минуту откроется разлом и оттуда полезет армия демонов.
Дмитрий Игоревич, как всегда, был в центре событий, общаясь с начальством в лице военного генерала и двух полковников из полиции. Они стояли как раз за автобусом.
— День добрый, — поздоровался я, поздно заметив, что Леонид умудрился испариться. — Вызывали?
— Василий, вовремя, — обрадовался Дмитрий, представляя меня остальным. — Василий Молотов, наш специалист по демонам. Я вам о нём говорил. Василий, сегодня нам как раз понадобится твой дар убеждения. Видишь это стеклянное здание?
Он показал на небоскрёб, от которого нас отгораживал автобус.
— Вижу.
— Примерно час назад в холл здания ворвался крупный человекоподобный демон и устроил там погром, — сказал Дмитрий. — Разбил всё, до чего смог дотянуться и теперь сидит у стоек ресепшена. То ли он не знает, что дальше делать, то ли думает, как на верхние этажи прорваться. Там сейчас много людей застряло, и мы опасаемся их эвакуировать.
— Предлагаете просто попросить его сдаться? — уточнил я.
— Что угодно, — ответил генерал низким властным голосом. Такой же голос был у главного старейшины, который меня недолюбливал и норовил голову открутить. Необычное совпадение. — Нужно из здания его вывести. Нефёдовы говорят, что это кто-то очень сильный и легко его не взять. Зная их, они такой пожар устроят, что здание вспыхнет как свечка. С другого конца Москвы будет видно.
Судя по тону генерала, что-то ему во всём этом не нравилось, но я так сразу не разобрал, что именно.
— Поговорить можно, — уверенно сказал я. — Только вы его опишите, чтобы я представлял, с кем дело иметь предстоит.
Военный посмотрел на полковника из полиции.
— У нас их дьяволами называют, — сказал тот. — Двухметровый, кожа бронзовая или даже красная. Рогатый и мускулистый, вылитый Диавол, как его описывают в книгах.
— Ага, — сказал я, глядя на них удивлённо. — Этих типов я знаю. Только они, как бы это сказать помягче, недоговороспособны. Если это кто-то действительно сильный, то ему ваши помощники не нужны, он самостоятельно здание уронит себе на голову. Здесь вам только светлоликий Ёр поможет. Наверное.
— Господин Ёр занят, — хмуро отозвался военный. — Нефёдовы уверяют, что уделают демона, если он на площадь выйдет. В любом случае у нас тут пять одарённых, справятся.
— А выманить его? — спросил я, но увидел кислое выражение лица полицейского.
— Василий, — Дмитрий взял меня под локоть и повёл в обход автобуса. — Они уже пытались его выманить и потеряли шесть человек, включая одарённого, оказавшегося рядом, когда всё только случилось. Демон силён, умён и хитёр. Что-то кричит постоянно, кидает обломки мебели так, чтобы вход в здание перекрыть. Если прорвётся на верхние этажи, то станет совсем плохо.
— Может, он сам в шоке от того, в какое место странное попал, — заметил я.
— Может, и так, — согласился он, говоря немного тише, чтобы не подслушивали. — Военные готовятся к штурму, надеясь, что здание не сильно пострадает, как и люди, которые заперты на верхних этажах. Они бы уже всё тут разнесли, а потом оправдывались, что другого выхода не было, что это всё сопутствующие жертвы, как у них обычно бывает. Я же предложил поговорить с этим демоном. Хуже ведь не будет от попытки контакта, а если удастся выманить его под открытое небо, ещё лучше. На нас в последнее время и полиция, и военные смотрят как на аппендицит, причём воспалившийся, понимаешь, о чём я говорю? Им проще любую проблему решать силой, а не разбираться в причинах и что-то там исследовать.
— Понимаю, — улыбнулся я. — Сейчас этот козломордый демон не просто выйдет, а выскочит из здания. Только нужно, чтобы меня прикрыли. Не хочется попасть ему под горячую руку.
— Прикроют, — с небольшим облегчением сказал он. — Я уже договорился. Ты прости, что в такие опасные ситуации втягиваю.
Мы вышли из-за автобуса к машинам, где стояло пятеро колоритных одарённых. Трое мужчин и две женщины. Одежда самая обычная: летние платья, брюки да рубашки. Возраст от тридцати пяти и до пятидесяти. Мужчина лет тридцати пяти и женщина его возраста — вполне заурядны и вряд ли обладают большой силой, на них можно не обращать внимания. Ещё двое — супружеская пара лет пятидесяти, напротив, излучают ауру силы и наверняка опасны. Скорее всего, о них говорил военный, упоминая пожар. Последний из группы — высокий жилистый мужчина лет сорока, как притаившийся хищник, неплохо скрывает силу. Этот, наверное, самый опасный из всех, раз я его оценить не могу.
Многие наивно полагают, что достаточно просто пересечь границу миров и ты станешь магом, способным управлять огнём и молнией, овладеешь силой телекинеза или каким-нибудь уникальным даром, способным убивать всё живое одним взглядом. Боюсь их разочаровать, но это далеко не так. Дар ты получишь в любом случае, но если у тебя слабая воля и характер, то это может быть что-то совершенно бесполезное. К примеру, человек может получить способность видеть в темноте, бесконечную выносливость или возможность насыщаться солнечным светом вместо привычной еды. Но даже если тебе повезло, и ты получил способность управлять огнём, её необходимо развивать. Судя по семейной паре, от которых исходила убийственная аура, тренируются они много и часто.
По выражению лиц одарённых можно было сразу понять, как они относятся к идее разговора с опасным демоном. Самые молодые, вообще, выглядели так, словно им не терпится сразиться с демоном. Может, не сталкивались ещё с кем-то достаточно сильным, раз так в бой рвутся? Я их кислые лица просто проигнорировал.
Дмитрий без лишних слов вручил мне громкоговоритель и пожелал удачи. В качестве поддержки со мной отправился тот самый высокий мужчина, скрывающий силу. Я так и не смог понять, что он об этом думал, так как эмоции он прятал не хуже.
— Близко надо будет подходить? — всё, что спросил он.
— Нет, — я продемонстрировал рупор, — встанем так, чтобы я его услышал, и всё. Дать бы ему телефон сотовый и научить пользоваться, было бы проще.
Мужчина хмыкнул, но говорить ничего не стал. Мы трусцой пробежали через площадь к одному из трёх высоченных зданий. Стеклянные витрины первого этажа здесь были выбиты, а внутри всё выглядело так, словно тут порезвилась стадо носорогов, переломавших всю мебель и посбивав мраморные плиты с колонн. Заметил я и тела, лежащие поломанными куклами, разбросанные по всему первому этажу. Тел двадцать, не меньше. Людей в полицейской форме я тоже увидел. В отличие от остальных, этих демон потрепал гораздо сильнее, поотрывав руки и головы. Ну и кровищи вокруг было неприятно много.
— Там он, чувствуешь? — я показал вглубь зала, где стояли стойки ресепшена.
— Там, — согласился мой напарник, осторожно выглядывая из-за колонны.
— Кстати, я Василий.
— Евгений, — бросил тот, следя за залом. — Маришку жалко…
Последнее он произнёс холодно и так, что демону я не завидую, когда он на площадь выйдет. Тело одарённой женщины без головы я заметил как раз недалеко от ресепшена. Там же были знакомые копья, прислонённые к массивным столам. Демону наше оружие явно приглянулось.
Я пару раз кашлянул, нажал кнопку на рупоре.
—
Краснокожие и рогатые демоны были настолько воинственные, что не торговали даже с Великим храмом. Пару раз в год они собирали войско, чтобы пограбить города на окраине северных пустошей, но получали по рогам. Жрицы говорили, что во время каждого набега они уводили жителей с собой, превращая их в рабов. Называли краснокожих исключительно кровожадными дикарями. Что касается коз, то в тех краях водились своеобразные, уродливые и глупые создания, которыми торговали на рынке у храма. И насколько я знал, это было очень обидное ругательство.
—
Я удивился тому, что он принял меня за Дами. Вроде бы я неплохо скрываю силу, и он не должен был ничего уловить.
—
Послышался смех демона, говорящий, что на такую простенькую провокацию он не клюнет.
— Умный, — сказал я Евгению. — И злой.
С той стороны прилетел офисный стул, разбившись о колонну, за которой мы прятались.
—
—
—
—
Со стороны ресепшена послышался рёв, затем хруст ломаемой мебели. Я жестом показал Евгению, что пора убегать и подал пример, помчавшись через площадь к автобусам. Со стороны здания полыхнула вспышка силы и у входа, где мы стояли пару секунд назад, прогремел взрыв. По толстым стёклам небоскрёба над входом разбежались трещины, а где-то они даже со звоном осыпались. Когда же мы добежали до автобуса, справа от него заработал крупнокалиберный пулемёт на треноге. Не ожидал, что он так оглушительно грохочет, пришлось уши зажать ладонями.
Развернувшись у автобуса, заметил у входа в здание огромного, не меньше двух с половиной метров ростом, краснокожего и рогатого демона. Тело не мускулистое, а скорее поджарое, отчего он казался тощим при своих габаритах. Изодранные серые штаны, очень похожие на шаровары, жилетка из шкуры, в руках знакомые копья, позаимствованные у полиции. Я видел, как крупнокалиберные пули высекли искры из асфальта, прошлись по демону, выбили и раскрошили часть бетонной колонны у входа. Демон взревел, не понеся урона, вскинул руку с копьём. К пулемёту присоединились автоматные очереди, почти неслышные на фоне грохота.
— Ложись! — я схватил подбежавшего Дмитрий Игоревича, опрокидывая на землю.
От оглушительного взрыва, накрывшего пулемёт на треноге, у меня зазвенело в ушах. Затем ещё один взрыв опрокинул бронеавтомобиль, превратив его в груду искорёженного металла. Я ждал, что сейчас достанется автобусу, но в дело вступили одарённые. Подняв голову, увидел, как демона скрыл поток огня, но он почти сразу выскочил из него, побежав вдоль здания к супружеской паре. Меня в своё время учили драться на копьях и метать их, поэтому знаю, насколько это непросто. Нужна определённая сноровка и сила в руках, чтобы запустить копьё хотя бы метров на двадцать. Демон же совсем немного сбавил скорость и умудрился метнуть одно из копий в одарённого, промахнувшись совсем немного. Хороший бросок, учитывая, что их разделяло метров сорок.
Взревев, демон бросился в ту сторону, уворачиваясь от очередной струи огня. Он хотел взорвать мужчину, как сделал это с машиной, но то ли промахнулся, то ли что-то заставило его промахнуться. Взрыв прогремел метрах в двадцати позади мужчины, к которому присоединилась его супруга. Она выставила руки перед собой, и демон резко замедлился, словно угодил в густой кисель. От очередного потока огня увернуться он уже не смог. Его рёв можно было услышать даже на нашей стороне площади. Я уже думал, что несчастного поджарят до хрустящей корочки, но огонь неожиданно исчез. Обожжённый демон рухнул на колени, продолжая сжимать копьё в руках. В это время что-то хлопнуло и женщина, сдерживающая демона, отлетела на несколько метров, словно пропустила невидимый удар. Я не совсем понял, что происходит и почему одарённый не захотел поджаривать краснокожего.
«Хотят взять живым? — пришла мысль. — Очень неразумная идея».
В этот момент позади демона появился Евгений с копьём в руке и сильным ударом проткнул его насквозь в районе груди. Демон начал заваливаться вперёд, но упасть ему помешало остриё копья. Так он и замер, стоя на коленях, напоминая пришпиленного иголкой жука. И вот тут я заметил что-то блестящее, висевшее у краснокожего на шее, на шнурке. Подскочив, я помчался в ту сторону едва ли не быстрее, чем убегал от разъярённого демона.
Обгорел краснокожий знатно. Огонь полностью слизнул короткие чёрные волосы, обуглив безрукавку и штаны. В воздухе смешался запах палёной шерсти и плоти, но я на это не обратил внимания. Подбежав к поверженному демону, схватил небольшой прозрачный кристалл, висевший на кожаном шнурке. Сорвать не получилось, поэтому пришлось воспользоваться тесаком, чтобы срезать его. Хорошо, что одарённый не стал поджаривать демона и не испортил эту дорогую вещицу.
— Молодой человек положил глаз на мою добычу? — позади раздался мужской голос.
Обернувшись, я увидел одарённого, управлявшего огнём. Лицо самое обычное, как и одежда, голос сильный, уверенный.
— А что? — я зажал кристалл в кулаке, спрятав руку за спину. — Я его первый нашёл.
Мужчина требовательно протянул руку.
— Да вы даже не знаете, что это такое, — возмутился я.
— Энергетический кристалл, — спокойно ответил он. — Судя по цвету, паршивого качества.
— И знаете, как его использовать? — не сдавался я. — Зачем он Вам? К тому же это я демона вытащил из здания. Так бы легко вы его не взяли.
Мужчина сделал ладонью жест, показывая, чтобы я отдал кристалл. Рядом с ним встала его супруга, бросив на меня недовольный взгляд, и скрестила руки на груди.
— Забирайте, — проворчал я, неохотно отдавая кристалл. Смерил эту парочку взглядом исподлобья, развернулся и зашагал обратно к автобусу.
Тихо ругаясь на языке краснокожего демона, послал эту парочку одарённых в объятия владыки Мертока, который со дня на день должен заглянуть в гости. Вот пусть сами с ним разбираются. Хрен я помогать стану. Да, я злопамятный. На кой чёрт ему вообще сдался энергетический кристалл?
— Падла, — выдал я, с шумом выдохнув через нос, как это делали высокородные дами. Если бы я знал, что у краснокожего есть такая вещица, я бы его лично прихлопнул прямо в здании и рассказал бы остальным, что уговорил совершить ритуальное самоубийство.
Дмитрий Игоревич перехватил меня на полпути к стоянке, где пожарные тушили горящий бронеавтомобиль. С этой стороны хорошо видно, что взрывом выбило стёкла не только у ближайших машин, но и часть окон у автобуса. Им бы стоило поторопиться, пока в небоскрёбе не вспыхнул большой пожар. Одарённый ещё первым потоком огня задел часть мебели, разбросанной у входа.
— Каждый раз, когда смотришь на эту… магию, не перестаёшь удивляться, — сказал Дмитрий. — Повезло, что этот демон был не так силён, как думали военные.
— Повезло, — кивнул я, всё ещё недовольный тем, что мне не достался кристалл.
— Демон сказал что-нибудь интересное?
— Кстати, да. Пообещал, что очень скоро сюда прибудет армия таких же, как и он, во главе с вождём по имени Мерток. Нет, о нём я никогда не слышал. В тёмном мире, где я жил, эти красные были существенно ниже ростом и не такие сильные. Этот тип говорил на одном из диких наречий и наверняка пришёл очень издалека.
— Думаешь, что, когда массово начнут открываться порталы, оттуда выйдет армия таких же демонов?
— Да, но вряд ли таких же сильных, как этот, — я поморщился. — Не каждый рогатый носит на шнурке энергетические кристаллы. Может, это был кто-то из вождей или шаманов. В любом случае у него была татуировка в виде символа отражения. И если они все с такими щеголяют, то ничего хорошего это не сулит.
— Чёртовы символы, — нахмурился Дмитрий. — Это же бред какой-то.
— А этого заберут? — я показал в сторону демона. — Вскрытие сделать, там, опыты провести.
— Заберут, — кивнул Дмитрий, показал в сторону начальства и первым зашагал к ним. — Мы живыми демонами занимаемся, а мёртвыми целый институт. У них там комната есть, где в баночках хранятся внутренние органы, глаза и даже головы демонов. Целая коллекция за двадцать лет накопилась. Хочешь, свожу на экскурсию?
— Спасибо, не надо, — я поморщился, представляя эту картину. — Это ещё не все плохие новости. Рогатый говорил что-то про слияние миров. Слышали об этом?
— Господин Ёр называл это концом света.
— Всё им концы мерещатся, — я фыркнул. — Это катаклизм, когда два мира объединяются в один. В архивах Великой библиотеки есть упоминание об этом. В старых свитках написано, что мир во время слияния преобразуется. Там, где был лес, раскинется пустыня, а на месте озёр появляются незнакомые города, населённые иными существами. Неизменными остаются только очертания великих морей, хотя наводнений и всего прочего не избежать. Даже горы и те могут меняться.
В общем, военным и полиции было сейчас не до нас, поэтому Дмитрия Игоревича выслушали, похвалили и разрешили заниматься своими делами. Иными словами, попросили не мешать. На меня они внимания вовсе не обратили, чему я был только рад.
Пока Дмитрий решал какие-то вопросы и ходил смотреть на поверженного демона, я прогулялся по площади, посмотрел со стороны, как экстренные службы работали в холле небоскрёба. Чтобы не пугать людей во время эвакуации, или из-за чего-то другого, но сначала было решено убрать трупы, поэтому на площадь пропустили сразу десяток спецмашин и карет скорой помощи. Эвакуации я так и не дождался. Дмитрий умудрился найти меня в этом сумбуре и сказал, что надо заехать в офис на Петровке.
— Василий, — спросил он, когда мы выехали за оцепление и неспешно ехали по мосту, так как Дмитрий не стал включать проблесковый маячок, — а бывают ещё какие-нибудь символы? Такие же, как и отражение.
— Бывают, — я листал в телефоне ленту новостей, где бурно обсуждали текущие события. Под громкими заголовками вставляли картинки самых разных демонов, в том числе и довольно безобидных. — Чаще всего усиливающие. Для демонов это дорогое удовольствие. Мастер символов в тёмном мире может зарабатывать столько, что можно в золоте купаться.
— И всё-таки, что такое эти символы? Как обычный рисунок может заблокировать летящий на бешеной скорости снаряд и обладающий огромной силой? Это нелогично.
— Кто вам сказал, что он что-то блокирует? — я посмотрел на него. — Да чёрт его знает, если честно, как он работает. Но символ точно ничего не блокирует, потому как тратит мизерное количество сил. Этот краснокожий рогатый демон мог целый день стоять, с любопытством наблюдая, как вы в него стреляете. В описании к символу говорится, что он разворачивает силу, направленную на тебя. Чем больше воздействие, тем легче обратить его вспять.
Пришлось схватиться за рукоять над дверью, так как внедорожник довольно резко остановился. Ехавшие позади машины разразились недовольным гудением.
— Что случилось? — спросил я.
— А ведь точно, — Дмитрий Игоревич посмотрел на меня, как будто только что открытие сделал. — Сила — это векторная величина. Если магия каким-то непостижимым образом разворачивает этот самый вектор, то летящий снаряд разбивается сам о себя. А я всё думал, почему у пуль, после столкновения с демоном, такая странная смятая или раздробленная форма. Всё потому, что там не один вектор, а куча всего намешано, крутящий момент и… кхм.
Он поймал мой непонимающий взгляд, откашлялся.
— В общем, это вполне возможно, — подытожил он.
— Учитывая, что символ работает и без вашего одобрения? — съязвил я, не удержавшись.
— Это не одобрение, — он улыбнулся, трогая машину с места и снова вливаясь в поток. — Это нечто большее. Если эта теория окажется верна, то мы можем совершить большой прорыв в науке. Это если учёные смогут понять сам принцип, провести пару опытов, сделать правильные выводы и привести доказательство. Тот, кто подобное провернёт, может считать, что Нобелевская премия по физике у него уже в кармане. Вот ты знаешь, что есть такие частицы, которые притягиваются, если ты их отталкиваешь и наоборот? Чем сильнее ты их толкаешь, тем больше они сопротивляются. Идут споры, что эти частицы могут двигаться гораздо быстрее скорости света. Правда, для этого частицы нужно хотя бы найти и зафиксировать. Пока это только теория.
— Словом «магия» гораздо проще всё это объяснить. Не нужно никаких формул и доказательств. Хотя у магии тоже есть ограничения, которые нельзя обойти.
— Надо подкинуть одному моему знакомому эту идею и поймать демона с таким символом. И ты зря смеёшься.
Дмитрий улыбался так, словно уже сделал открытие и готов идти получать премию. Не видел его ещё таким довольным. Демоны, даже просвещённые, к подобному относились гораздо проще. Если что-то работает, то незачем искать объяснения, почему так происходит. Уверен, что любой демон, посмотревший видео на телефоне, заявит, что это какая-то магия иллюзий и даже разбираться не будет, как она работает.
— Точно, — вспомнил я. — Дмитрий Игоревич, а сколько стоит планшет с большим экраном, на котором можно видео смотреть?
— Цены разные. Если что-то хорошее искать, то довольно дорого.
— А моей зарплаты хватит? Хотел купить один. Не займёте денег на него до зарплаты?
— Держи, — он протянул мне пластиковую карточку в ладонь размером. — Код лёгкий — две девятки, две восьмёрки. Со всей этой суматохой забыл отдать. Аванс в размере первой зарплаты. Карточка моя, так что не потеряй, потом вернёшь.
— За это спасибо, — благодарно кивнул я, повертев карточку.
— В руки никому не давай, код не говори, а то украдут деньги. И смотри не попадись на уловки телефонных мошенников. Тебе ещё подобные не звонили? Держи.
Он протянул мне раскладную обложку, как раз по размеру подходящую под такие карточки.
— Когда паспорт сделают и другие документы, откроем тебе счёт в банке и личную карту оформим. У нас нынче даже срочные документы делают не быстрее двух недель. Бюрократы. А без документов тебя как будто и не существует вовсе.
Я согласно кивнул, убирая кошелёк с карточкой в карман.
— Ты не думай, что тебя вытащили и бросили на произвол судьбы. У военных механизм отлажен, а для меня это первый опыт. Я несколько раз отправлял запросы на сотрудника с опытом проживания в серых или тёмных мирах, но не уверен, что их читали, а не выбрасывали сразу. А тут случилось неожиданно.
— У Вас отлично получается, — я улыбнулся.
— Надеюсь, что так. Кстати, ты сможешь точно вспомнить разговор с краснокожим демоном? Нужно сделать отчёт для начальства.
В офисе я проторчал до шести часов вечера, составляя отчёт под руководством Михаила. Он оказался человеком увлечённым и дотошным, мы с ним часа полтора смотрели самые разные записи того, как люди сталкивались с краснокожими рогатыми демонами. А ещё он попросил научить его паре фраз, которые поймут демоны, и не станут его есть. С этим проблем не возникло, я записал для него простенькие слова на самом распространённом языке демонов. Если переводить на русский, то она означала: «Я служу Великому храму, во имя исполнения пророчества Амны». Врагов у храма существенно меньше, чем друзей, поэтому есть шанс, что разумные демоны жрать Михаила после этих слов не станут.
Чтобы добраться домой, пришлось вызывать такси, так как Леонид до сих пор не вернулся с места крупного ЧП, а Дмитрий отчитывался перед начальством. Он забегал на пару минут, сказал, что я могу ехать домой и снова умчался. Я вызвал машину через приложение в телефоне, не без труда его осваивая. Когда же выходил на улицу, столкнулся у входа с парочкой одарённых, присутствовавших на ЧП. Мужчина и женщина, оба в возрасте около тридцати пяти лет. Они кого-то ждали, разговаривая рядом у минивэна с затенёнными стёклами. Меня сразу узнали, и женщина ринулась наперерез.
— Что? — спросил я, когда она преградила мне путь.
— Ты же из тёмного мира и без боевых способностей? — спросила она таким тоном, как будто знала ответ.
— Всё так.
— Я вижу у тебя татуировки есть, — она показала взглядом на короткий рукав рубашки, из-под которого выглядывал край незаконченной татуировки. — А такой есть?
Она подтянула просторный рукав блузки, демонстрируя татуировку на плече.
— Занятный символ, — удивился я, увидев рабское клеймо.
— Он ни разу не занятный!
Зло произнесла она, не размыкая зубы.
— Не хотел обидеть, — я примиряюще поднял руки. — Знаю, что это за символ и что он делает. У меня такого нет.
— Ты ведь жил среди демонов?
— В Великом храме, слышала о таком?
— Слышала, что там белоглазые правят, — кивнула она, но почему-то сердито. — Значит, ты служил им по собственной воле?
— Сначала боялся, что сожрут, уж больно лица у них были… вот как у тебя сейчас, — хмыкнул я. — А потом проникся и даже подружился со жрицами…
Я шагнул назад, чтобы она не засветила мне кулаком в глаз. Удар был умелый, хорошо поставленный, но недостаточно быстрый, чтобы попасть по мне.
— Ксюша, остынь, — мужчина положил ей руку на плечо. — Что ты пристала к парню? У него нет боевого умения.
— Он служил им по своей воле, — зло произнесла она, сверля меня взглядом.
— Опять хочешь поспорить на тему выбора и обстоятельств? — спокойно спросил он, наверняка не первый раз сталкиваясь со вспыльчивым характером подруги.
Я догадываюсь, почему кто-то решил поставить ей клеймо. Просто женщина была красивой. Длинные светлые волосы, выразительные глаза. Думаю, что лет десять назад она выглядела ещё прекрасней. Ну, и голос приятный.
—
Последнее я добавил на русском языке и ловко обошёл немного побледневшую женщину. Такие знаки, как у Ксюши, были описаны в очень старых свитках, содержание которых демоны давно и прочно забыли. Не думал, что в серых и тёмных мирах подобное встречается. Я бы побеседовал с тем, кто такие узоры умеет наносить. Это ведь не просто татуировка, она содержит в себе силу. Открыв дверь такси, я оглянулся.
— Могу убрать клеймо, если оно тебя напрягает, — сказал я. — Потом, как-нибудь.
Кивнув мужчине, я сел в такси, привычно называя адрес. Даже не услышал, что таксист сказал в ответ. Вспомнился момент, когда впервые попал в Великий храм. Меня ведь тоже продали, если говорить прямо. Один ушлый староста получил за мою голову золота больше, чем стоила вся его деревня. Не удивительно, что возвращаться туда он не стал, купив дом в городе и открыв продовольственную лавку. Мне тогда уже было шестнадцать, и я неплохо разбирался в устройстве тёмного мира. Но верховная жрица Беата смогла меня удивить, рассказав много всего интересного.
Домой к Дарье я добрался в хорошем настроении, вспоминая проведённое в тёмном мире время. Даже потеря кристалла уже не вызывала приступов злости. Чёрт с ним, с этим стариканом и его женой. Надо будет, ещё достану.
— Привет, — поздоровался я, когда Даша открыла дверь. — Неважно выглядишь.
Дарья выглядела ещё более болезненно, чем вчера. Белая радужка на фоне покрасневших глаз смотрелась более жутко, чем обычно. Лёгкая испарина на лбу, пижама местами промокла от пота. Запасного ключа от дома у неё не было, а свой она отдавать не хотела. Сказала, что сделает копию, когда в магазин пойдёт.
— И что за взгляд странный? — спросил я, заходя в квартиру. — Иди, ложись в кровать. Я сейчас руки помою и сделаю тебе чаю с мёдом.
— Я ужин приготовила, — устало сказала она. — У меня аппетита нет, а ты покушай.
— Не стоило напрягаться… Ты что, в магазин ходила?
— Нет, заказала доставку продуктов.
Пришлось едва ли не насильно укладывать Дашу в кровать, говоря, что я самостоятельно могу наложить себе поесть и даже посуду сам помою. Там, где я нанёс символы, кожа покраснела и сильно припухла, поэтому у девушки подскочила температура. Она сама додумалась выпить лекарство от простуды, поэтому ещё держалась на ногах, а не свалилась без сил. После ужина я удобно устроился в кресле у телевизора в большой комнате, пересказал ей события дня. Даша попала в наш мир, когда ей было одиннадцать лет и никогда прежде не видела краснокожих демонов, но знала, что они очень злобные и сильные. Говорила, что её мама могла бы его легко прихлопнуть, как назойливое насекомое.
Я занял кровать в малой комнате, полистал немного новости в бесконечной ленте на телефоне и легко уснул. Как только Даше станет лучше, можно будет пройтись по магазинам, накупить всего нужного. Если Дмитрий Игоревич меня снова не вызовет на какое-нибудь происшествие с демонами. Он мне даже приснился ночью, звонил, говорил, что демоны в городе рынок открыли и надо срочно туда ехать. Я долго не мог понять, зачем мы туда должны поехать, ведь продукты уже купили.
Проснувшись, я потянулся, беря телефон с тумбочки. На экране показывало два часа ночи и звонил как раз Дмитрий Игоревич.
— Алло, — сонно произнёс я.
— Началось, — с той стороны послышался взволнованный голос Дмитрия. — Канада, США и Мексика. Первый канал включай, там сейчас экстренные новости, или в интернете посмотри.
— Я только уснул, — проворчал я. — Может, они подождут со вторжением хотя бы часов пять?
— Волна разломов движется от восточного побережья к западному, причём очень быстро, — сказал Дмитрий. На заднем фоне послышался голос его супруги, спрашивающей что-то про личные вещи и документы. — Если динамика продолжится, то до Сахалина они доберутся часам к четырём ночи и уже в семь начнут открываться в Москве. И утром ты мне будешь нужен. Я сейчас повезу Валентину на военную базу, могу твоих родных захватить.
— Не надо, мы справимся, — я всё же сел, провёл ладонью по лицу. — Запрёмся дома. Не нужно приезжать.
— К семи часам ты мне будешь нужен в штабе, на Петровке.
— Обязательно буду, — пообещал я. — Спасибо, что предупредили.
Убрав телефон, зевнул, едва не вывихнув челюсть. Сон никак не хотел отпускать. Одевшись, прошёл в большую комнату. Даша включила ночник, посмотрев почему-то с тревогой.
— Намечается большой бардак, — сказал я, включая телевизор.
По первому каналу показывали какой-то город в США. Трансляция велась с борта вертолёта, кружившего над одноэтажной застройкой. В углу экрана красовался логотип одного из крупных новостных агентств и время, 19:20. Довольно светло, кстати, для вечера. Изображение приблизилось к какой-то заправке, где бушевала пара знакомых краснокожих демонов, переворачивая машины. Один из них умудрился найти где-то металлический штырь и насадить на него чью-то голову. Тел вокруг мало, в отличие от пятен и луж крови. Изображение сменилось, теперь показывали улицу города с крыши здания. Кто-то снимал трясущимися руками, так как картинка дрожала и прыгала из стороны в сторону. Внизу двое военных в камуфляжной форме и с огнемётами в руках перегородили улицу. Они выпускали длинные струи огня, не подпуская близко парочку краснокожих демонов. Несколько рогатых лежало на земле, поджаренных до хрустящей корочки. Из-за машины высунулся третий военный с тубусом гранатомёта. Прицелившись, он точно запустил снаряд в нишу между зданиями, где притаились демоны. Жахнуло так, что все окна в радиусе двадцати метров выбило. Но при этом парочку демонов разорвало на куски.
Изображение снова сменилось и теперь показывали набережную перед океаном. Пальмы, жёлтый песочек, люди бегущие в сторону города. Кто-то глупый снимал момент, как от песка вверх взметнулась узкая светлая линия, которая почти сразу почернела и оттуда кубарем вылетел небольшой демон, похожий на гаргулью. Он громко заверещал, пытаясь отползти подальше от разлома. В это время оттуда выпрыгнул крепкий рогатый демон в грязных шароварах, сжимающий в руках короткое копьё с узким жалом. Следом за первым появилось ещё несколько, и вертикальная полоса исчезла. Демоны огляделись, пытаясь понять, куда угодили. Вышедший первым подошёл к верещащей гаргулье и хорошенько пнул её, гаркнув, чтобы не лежала на песке, а искала остальных.
Видео уменьшилось до маленького квадратика, оставшись на экране. Сейчас там показывали какой-то район одноэтажной застройки, горящие дома и длинную пробку из машин. Полиция, стреляющая из пистолетов и винтовок по демонам, но без особого результата. На главном экране появилась студия новостей и какой-то взъерошенный мужчина в рубашке. Он посмотрел куда-то в сторону, затем на стопку из нескольких листов.
— Как видите, — сказал он в камеру, — вторжение демонов началось с восточного побережья США и Канады. Мы получаем данные, что демоны появляются и в Мексике, и в Бразилии. На территории России и Европы массовых разломов пока не фиксируют, но в центре по чрезвычайным ситуациям сообщили, что к утру они будут уже в Москве.
Я выключил звук, поворачиваясь к Даше.
— Прогуляемся к моему отцу, — сказал я. — Пригляди за моими родными, пока я буду занят в городе. Просто запритесь в квартире и не высовывайтесь оттуда, пока я не приеду. Сил у тебя хватит, даже в таком состоянии, но я думаю, что они не будут связываться с высокородной Дами, даже такой молодой. Город большой, им и без тебя будет чем заняться.
— А ты? — спросила она, усаживаясь и подтягивая одеяло к подбородку.
— Пока не знаю. Поеду в какой-то штаб, посмотрю, что там происходит. Собирай вещи, а я пока отцу позвоню. Хорошо, что здесь идти десять минут.
Беата рассказывала, что краснокожие демоны когда-то пришли в её мир так же, как сейчас вторгаются в наш. Большой армией вломились в дальние земли, где жили слабые демоны, не способные дать отпор. Варвары несчастных либо убили, либо поработили, основав несколько крупных поселений. Более чем уверен, что дами пытались выбить захватчиков, но потерпели неудачу. Краснокожие жили как кочевники и когда на новом месте жить становилось сложно, они дожидались удобного момента и перемещались из одного мира в другой, прыгая наугад. Смелые и глупые. Их не пугала перспектива попасть в мёртвый мир, где выжить будет ещё сложнее, чем в предыдущем.
То, что я видел по телевизору, заставило меня улыбнуться. Вряд ли краснокожие догадываются, что их армия будет так сильно рассеяна по всем континентам нашего мира. В этом случае всё, что они могут сделать — это посеять хаос и убить очень много людей. Даже если бы они вышли все в одном месте, не уверен, что в мире с подобной глобализацией они бы смогли основать поселение и жить. А в текущей ситуации об этом даже речи не идёт. Незавидная судьба для таких, как они. Мне их даже стало немного жаль. И я догадываюсь, кто их подставил, решив немного запугать умных людей, живущих в далёком и богатом мире, попутно уничтожив целый род злобных краснокожих демонов.
⠀⠀
Когда мы с Дарьей вышли на улицу, шёл третий час ночи. Раньше даже в такое позднее время в тихом спальном районе можно было услышать пьяную ругань, рёв мотоциклов, гоняющих по пустынному проспекту, лай собак и ещё множество ночных звуков, присущих любому мегаполису. Сейчас же нас накрыла неестественная тишина, словно город вымер. Люди по ночам перестали оставлять включённым свет в квартирах, боясь, что это привлечёт демонов. На окнах первых этажей всё чаще попадались железные решётки, а двери в подъездах меняли на бронированные. И страшно то, что опасения людей были в какой-то мере оправданы. Я не видел, но что-то подсказывало, что рядом находится опасный и голодный хищник. Вряд ли это разумный демон, скорее всего, какой-нибудь монстр из разряда низших, но плотоядных существ.
Отца я успел разбудить, поэтому в квартире на кухне горел свет. Встречал он нас встревоженным и каким-то несобранным.
— Папа, привет, — я прошёл в квартиру, помогая Дарье с вещами. — Зинаида Алексеевна, доброй ночи.
— Ой, не знаю, — вздохнула женщина, стоявшая в коридоре, — в Москве ночи давно перестали быть добрыми. Хорошо, что добрались без приключений.
— Даша себя плохо чувствует, — сказал я. — Приглядите за ней немного. Мне будет спокойней, что вы все вместе. Па, ты продукты купил?
Зинаида Алексеевна взяла Дарью под руку и увела в большую комнату.
— Вчера успел, — сказал он. — Весь балкон заставили, так как в тёмной комнате уже места нет. На осадном положении месяц просидим.
— Вот и хорошо. Если что-то понадобится, мне говори, я куплю и привезу. Пойдём на кухню посидим. Мне до утра куковать, пока шеф за мной не приедет. Маленький телевизор посмотрим.
— А во сколько всё начнётся? — опомнился отец. — Мне надо за Верой сходить. Она у школьной подруги ночевать осталась.
— Говорят утром, часов в семь, но может жахнуть в любой момент. Демоны же не на электричке сюда едут. Звони ей и родителям подруги, буди всех, я сейчас за ней схожу. И очень прошу, не выходите из квартиры, пока всё не уляжется.
— Ночь же на дворе, — нахмурился он. — Опасно ходить вот так. На собрании жильцов участковый выступал, говорит, что только в августе в нашем районе пропало пятнадцать человек. Просил по ночам не гулять.
— Я десять лет в тёмном мире прожил, — ободряюще улыбнулся я. — Любого демона в бараний рог скручу в самом прямом смысле слова. Только не говори, что подруга Веры живёт на другом конце города.
— В двадцать первом доме, — он показал в сторону бульвара, тянущегося вглубь спального района. — Рядом с магазином на углу, где мы конфеты покупали.
— Знаю, где это, — кивнул я. — Квартира какая? Звони им, скажи, что сейчас брат Веру заберёт.
— Восемнадцатая, пятый этаж.
Наш район я прекрасно знал, и спустя десяток лет мог пройти по нему с закрытыми глазами. Кратчайший путь до нужного дома и магазина на углу пролегал через сквер и пару детских площадок. Можно и по бульвару пробежаться, но это большой крюк, поэтому выбрал первый вариант. Если честно, я не люблю темноту, а ещё тесные и мрачные помещения. Раньше постоянно думал, что во тьме кто-то прячется, готовый напасть, стоит только ослабить бдительность. Наставник, учивший меня обращаться с оружием и драться на кулаках, любил повторять, что этот тип страха можно преодолеть верой в себя. Тот, кто сильнее, не станет прятаться и сразу даст понять о своём присутствии и намерении. Скрываются только слабые и если не дать застать себя врасплох, то ничего они тебе сделать не смогут.
Как раз думая, чтобы меня не застали врасплох, я выскочил на дорожку рядом с детской площадкой и нос к носу столкнулся со странной компанией. Троица подростков тащила куда-то десяток огромных пакетов с продуктами. Один из них как раз потерял связку бананов и пытался поднять её, не выпуская пакеты из рук. Они меня тоже заметили, но врассыпную не бросились, напротив, делая вид, что заняты очень важным делом. Выглядели они при этом уморительно, все в толстовках с капюшонами, на лицах медицинские маски. Так и не определишь, что перед тобой демоны.
— Ага, попались, — сказал я на языке кинийцев, сразу поняв, кто передо мной.
— Попались, господин дами, — закивал один из них. — Как есть попались.
— Вы где столько продуктов разом взяли? — прищурился я. — Стащили где-то?
— Купили, — в разговор влез второй, точнее, вторая, так как это был девичий голос. Она вытащила из огромного кармана на животе длиннющий кассовый чек и протянула его мне. — В магазине, там.
Я так и представил эту тройку с тележкой в супермаркете.
— Три подростка в два часа ночи в магазине? — я едва не рассмеялся. — Они полицию должны были вызвать.
— Тётка Марина, нам всегда продаёт, — сказала девушка.
— А деньги на продукты где взяли?
— Стащили в метро, — первый наверняка расплылся в улыбке под маской. Слово «метро» в их языке не было, поэтому он назвал его очень смешным аналогом подземного города. — Человек глупый много выпил и уснул.
— А господин дами тут откуда? — заинтересовался третий. — Тут только строгая жрица с дочкой живут.
— Дурак! — девушка отпустила пакеты и выдала тому хороший подзатыльник.
— Я знаю о них, — я улыбнулся. — Вас самих тут много?
— Нас двое! — важно сказал третий, покосившись на подругу и потирая место ушиба. — Не больше двух.
— Для двоих много продуктов взяли. Чёрт, некогда мне, а поговорить с вами нужно. Мелкие, вы денег заработать хотите? Много денег.
— Хотим, — быстро сказала девушка. Третий и самый глупый из них что-то проворчал, но девушка его пнула по коленке.
— Сегодня, после восхода, в город войдут краснокожие варвары, — сказал я. — Вы им не попадитесь, а то прибьют. Лучше посидите дома… или там, где прячетесь, и не выходите пару дней. А как только всё закончится, мы поговорим о работе. Где вас искать?
— Мы в старом доме живём, — девушка показала на запад. — Оттуда люди уехали, а мы живём.
— Далеко?
— Не-а, — она мотнула головой.
— Ладно, бегите домой и будьте осторожны.
— Вы тоже, — сказала девушка. — Тут паукан злой живёт, мешает нам в лавку за едой ходить.
— Большой? — уточнил я, на что все трое дружно закивали. — Не было печали. Вы знаете где его логово?
Троица снова закивала.
— Потом покажете, и я его прибью, чтобы не мешал.
⠀⠀
Троица кинийцев, Москва, три часа ночи
Мужчина обвёл троицу взглядом и поспешил куда-то вглубь парка, где совсем не было света. Вместе с ним исчезло давящее присутствие, от которого сам воздух становился тяжёлым. Так умели только высокородные дами. Они одним своим голосом могли заставить оцепенеть любого, поэтому убегать от них было бессмысленно.
— Дед, — спросил младший, — откуда ты узнал, что это дами?
— Высокородный, — поправил самый старший в троице. — Татуировки видел?
— Нет, не заметил.
— Дурень, — дед, перехватил удобнее пакеты. — Не копайтесь, нам ещё бежать далеко и второй раз в лавку за продуктами идти. Пока деньги на магической плашке не закончились.
Молодой подобрал выпавшую из пакета гроздь бананов и попытался впихнуть её обратно.
— Значит, старейшина говорил правду, — сказала девушка. — Что скоро будет много разломов.
— Может, найдём какой-нибудь и прыгнем? — спросил младший.
— Ага, и окажешься в городе краснокожих варваров, — фыркнула девушка, глядя в ту сторону, где скрылся дами. — Они с тебя кожу снимут и барабан сделают.
— Я маленький для барабана. И ты зря ему сказала, где мы прячемся.
— Вспомни, что мама говорила, — девушка посмотрела на него сочувствующим взглядом, как на самого недалёкого в их семье. — Хочешь хорошо жить — нужно работать на дами. А этот высокородный очень красиво на нашем языке говорит. Пойдём, надо старейшине всё рассказать. И про краснокожих.
Подхватив пакеты с земли, троица поспешила на запад, вглубь спального района. Их народ был сильный и выносливый, если бы в лавке продавались сумки большего размера, не рвущиеся на части от лёгкого прикосновения, им бы не пришлось бегать всю ночь. Старейшина потратил очень много сил, чтобы разгадать магию денежной плашки и узнать в каком порядке нужно нажимать секретные символы, чтобы она работала. Пока магия не исчезла, им нужно было купить много всего, начиная от еды и заканчивая полезными товарами. Жаль, лавки одежды не работали по ночам. Молодая девушка из рода кинийцев больше других походила на людей, поэтому с восходом солнца хотела пойти купить одежду, невзирая на ворчание старейшины. Но вот слова высокородного дами и его предупреждение подействовали гораздо лучше. Мама рассказывала ей, что краснокожие варвары никогда не любили кинийцев, предпочитая убивать, а не возиться с ними. Всё потому, что рабы из них выходили скверные.
⠀⠀
Нужный дом я нашёл без труда, как и квартиру на пятом этаже. Дверь мне открыл сонный мужчина в спортивных шортах.
— Здравствуйте, я за Верой пришёл.
— Василий? — спросил он, отступая в сторону, чтобы я смог войти. — Она сейчас выйдет, ты проходи, не стой в коридоре.
Мужчине было на вид меньше тридцати. Крепкий, сразу видно, что много тренируется или серьёзно занимается спортом.
— Вы простите, что так поздно, просто утром в городе будет шумно. Смотрели новости по телевизору?
— Нет ещё, — он провёл рукой по волосам. — Это с тем ЧП связано, что обещали накануне?
— Да. Будут вторгаться большие демоны, краснокожие и рогатые. Вы на улицу не выходите, пока армия и полиция с ними не разберётся.
— Вера с Таней весь вечер тебя обсуждали, — он улыбнулся. — Что ты в тёмном мире прожил десять лет. Страшно было там?
— Первое время, — кивнул я. — Меня съесть хотели, рядом с алтарём древнему божеству, а я надписи прочитал, и очень удивил шамана. Повезло.
Он тихо рассмеялся, посмотрел в сторону комнаты, откуда доносились голоса девочек.
— Говорят, семьи учёных и военных эвакуируют куда-то за город, — спросил он тихо, чтобы не слышали в комнате.
— Вроде как. Но мы будем дома сидеть, ждать, пока всё закончится. Меня ж военные к себе не взяли, посчитав бесполезным в бою с демонами. Да Вы особо не переживайте, демонов будет совсем немного. Так, людей напугать и постращать, чтобы сговорчивей были. Они военным даже не противники.
— Мы всё, — из комнаты вышла Вера с рюкзачком в руках.
Следом выглянула её одноклассница, девочка лет одиннадцати. Посмотрела на меня любопытным взглядом.
— Не выходите из дома и всё будет хорошо, — повторил я, когда Вера надела туфельки и вышла на лестничную клетку. — Вы живёте очень высоко для демонов.
— Это будут такие же монстры, как сегодня в Москва-Сити? — спросил он, на что я кивнул. — Хреново.
Провожать нас не стали. Мы с Верой вышли на улицу, где почти ничего не изменилось. Всё та же нервирующая тишина, но мне показалось, что в домах прибавилось светлых окон.
— Папа говорит, что по ночам гулять нельзя, страшные демоны сожрут, — сказала Вера, беря меня за руку.
— Он прав, по ночам теперь гулять слишком опасно. Тут рядом завёлся злой паука́н, который как раз очень любит людьми закусить.
— Кто? — она рассмеялась. — Паукан?
— Он самый. Не бойся, я его скоро найду и лапы повыдёргиваю.
— А фото на телефон сделаешь? — заинтересовалась она. — Я в классе хвастаться буду.
— Если он не страшный, то сделаю.
— Зачем он мне нужен, если не страшный, — она посмотрела на меня как на глупого. — Ну, пожалуйста.
— Я подумаю.
— А если на нас сейчас демоны нападут? — спросила она. — Хотя бы тот самый паукан.
— Не нападут, они меня боятся.
— Это потому что у тебя меч есть? — она посмотрела на пластиковые ножны.
— Боятся, потому что сильный.
— А кто им об этом сказал? — Вера заулыбалась, крепче сжимая мою ладонь.
Я приложил палец к губам, показывая, что лучше не привлекать внимание громким разговором. Так мы и шли до нашего дома, стараясь держаться в свете тусклых уличных фонарей. К нашему возвращению в доме горело уже довольно много окон. Как выяснилось, отец позвонил председателю домового комитета, чтобы тот предупредил жителей. В каждом подъезде был ответственный за входную дверь, запирающуюся на мощный засов. Бронированная дверь — не самое эффективное средство защиты, когда демоны могли влезть в окно квартир, но кто бы спрашивал моё мнение. В нашем подъезде на окнах именно первого этажа решётки были, но такие, что краснокожим демонам их оторвать не составит труда.
Ближе к утру новостные программы начали транслировать происходящее в Японии, а потом и на восточных рубежах России. Страшные кадры старались не показывать или накладывали размытие, но при желании всё это и даже больше можно было увидеть в интернете. Я думал, отец у Веры телефон заберёт, но он сказал, что она всё равно в записи посмотрит, если захочет. Зинаида Алексеевна с ней просто поговорила и уложила спать, попросив до утра телефоны и планшеты оставить в покое. Дашу разместили в гостиной на раскладушке, и она крепко спала, разметав по подушке волосы. Пришлось родным немного соврать, сказав, что у Даши радужка глаз с детства очень светлая и она этого стесняется, поэтому постоянно носит контактные линзы. Попросил, чтобы не сильно пугались, если вдруг застанут её в таком виде.
Дожидаясь рассвета, сидя на кухне, я в который раз поражался интернету. В нём можно было найти практически любую информацию. О тех же демонах там собрали не одну энциклопедию. По большей части писали нелепицу, делая основной упор на неразумных существах. Подавляющее число монстров я в глаза никогда не видел и даже в книгах упоминания не встречал. Кстати, про кинийцев статья была, глупая и несуразная, а вот о белоглазых дами я упоминаний не нашёл.
Возвращаясь к нападению демонов: в крупных городах к их приходу успели подготовиться. Военные перекрыли дороги, организовав участки обороны и нагнали немало тяжёлой техники. Порадовало первое же видео, когда рядом с танком открылся разлом, откуда выскочили краснокожие демоны и тут же получили фугасный снаряд в подарок. Не знаю, успели ли военные сами испугаться, но сработали быстро. Взрыв демоны не пережили, что добавило людям энтузиазма и оптимизма. Плохо, что разломы открывались хаотично, на широких проспектах и в тёмных закоулках между домами. Краснокожие хотя и злобные, но не глупые и будут стремиться объединяться в группы и наводить ужас на местных обитателей.
Если бы демонам кто-то рассказал, в какое странное и многолюдное место попадут, они бы ни за что не решились на вторжение. Когда волна разломов миновала Индию и Китай, стало понятно, что она выдыхается. Огромную армию демоны просто не способны прокормить, поэтому вряд ли их наберётся больше нескольких тысяч. А размазанные тонким слоем по нашему миру они не представляли большой угрозы. Удивляло только одно — немалое количество демонов, способных управлять силой. Как раз они и доставляли людям больше всего проблем.
Утром, когда мимо нашего двора промчался БТР, громко ревя двигателем, позвонил Дмитрий Игоревич. Сказал, что за мной уже приехала машина. Предупредив отца, чтобы звонил, если всё будет плохо, я вышел в подъезд. Откуда-то сверху слышался стук молотка. Похоже, что кто-то решил заколотить дверь, на всякий случай. На первом этаже под лестницей дежурил кто-то из жильцов, удобно расположившийся на раскладном стульчике. Рядом стояла табуретка, играющая роль столика и нехитрый завтрак в виде яичницы с беконом и бутерброд с сыром. Это был мужчина лет тридцати пяти, самого обычного вида, одетый как охранник из магазина.
— Куда?! — он встал, заметив меня. — Новости не смотрел? Сейчас Москву демоны штурмом брать будут.
Я обратил внимание на помповое ружьё, прислонённое к стеночке.
— На работу, — вздохнул я, демонстрируя тесак. — За мной БТР прислали.
— Да? — он удивился. — Тогда иди, раз надо. Кстати, не слышал, скоро нападут?
— С минуты на минуту должны быть, — ответил я. — Насчёт штурма Вы погорячились, но будет шумно…
— Сергей Иванович, — на лестнице послышался женский голос и из ближайшей квартиры вышла красивая женщина с большим кофейником в руках. — Кофе готов.
— Здравствуйте, — я поспешил спуститься к двери, чтобы не толкаться на узкой лестнице.
— Доброе утро, — пожелала она, потом опомнилась, подумала, что оно не такое уж и доброе.
— Татьяна, спасибо большое, я сейчас — парня выпущу, — мужчина засуетился, сдвинул тяжёлый засов на двери. — Ну, будь осторожен.
— Вы тоже, — улыбнулся я.
Когда дверь закрылась, я услышал звук лязгнувшего засова и приглушённый голос женщины, предлагающий Сергею Ивановичу подключиться к её интернету, чтобы быть в курсе последних новостей. Во дворе утром было необычно тихо. Всё свободное место на проезжей части перед домом занимали машины, иногда припаркованные так плотно, что непонятно, как они собираются выезжать. Из первого подъезда соседнего дома вышел парень с сумкой через плечо, идущий на работу или учёбу, так как выглядел он слишком беспечно. Как раз мимо него проехала чёрная бронемашина с надписью «полиция», на которую он даже внимания не обратил.
Полицейские обогнули двор и остановились рядом с нашим подъездом. За рулём сидел парень лет двадцати трёх, а на пассажирском сидении удобно устроился знакомый мне мужчина с редким именем Аркадий. Это он подарил мне тесак, висевший сейчас на поясе. Оба в чёрных боевых комбинезонах, на головах береты со значком щита и меча.
— Привет, — я удивился такой неожиданной встрече.
— Привет, — Аркадий потянулся, чтобы открыть пассажирскую дверь позади.
Стоило сесть в салон и тяжёлая, громоздкая машина зарычала двигателем и плавно покатила к выезду с площадки перед домом. Водитель умудрился зацепить неаккуратно припаркованную малолитражку, но сделал вид, что не заметил.
— Мы сейчас на Петровку, в штаб полиции, — сказал Аркадий. — Кстати, спасибо, что парня нашего спас, не успели тебя поблагодарить.
— Да я ничего не успел сделать, он этих собак сам из пистолета перестрелял.
— Ага, — полицейский хитро улыбнулся.
— Как он?
— Врачи обещают ногу спасти, но хорошим танцором ему уже не быть, — сказал Аркадий. — Не хочешь к нам в подразделение перевестись? Примем без вступительного экзамена. Зарплата не хуже, раз в год отпуск и ведомственный санаторий.
— Не, мне в научном отделе неплохо, — рассмеялся я.
Он ничего не сказал, но взгляд бросил многозначительный. Мы выскочили со двора на широкий и удивительно пустой проспект. Я ещё никогда не видел, чтобы такие широкие улицы Москвы были пустыми. Думал, что даже во время наступления конца света москвичи будут куда-то торопиться и сигналить выскочившим на дорогу демонам, чтобы не мешали. Буквально через пару кварталов выяснилось, почему проспект оставался пустым. Его перегородили военные, установив пару БТР и какой-то лёгкий с виду танк. Когда мы проезжали мимо, один из военных что-то доходчиво объяснял водителю дорогой иномарки.
Чем ближе мы подъезжали к центру, тем больше становилось заслонов на дорогах. Пропускали только машины экстренных служб и скорую помощь, но на боковых улочках мелькали гражданские, не зная, как проехать мимо заграждений. Вот кто мне объяснит, куда они торопятся в такое время? Когда же мы подъезжали к Малому Каменному мосту в центре, над городом зазвучала сирена. Где-то недалеко прогремел взрыв, затем ещё один.
— Успеем, — сказал наш молодой водитель.
— Жми на газ! — я подался вперёд. — Надо проскочить этот участок.
Я переживал вовсе не из-за того, что стали появляться разломы, а потому, что это происходило как-то неестественно и одномоментно. Как будто кто-то щёлкнул переключателем и десятки разломов разом вспороли ткань мироздания. Обычно, когда они появляются рядом, возникает чувство покалывания на спине, как от мурашек, но сейчас меня словно разрядом тока ударило. Защитный символ предупредил, что поблизости притаилась опасность. А ещё через секунду всё внутри сжалось и накатило чувство, когда стоишь перед обрывом, от чего перехватывает дыхание. Где-то рядом появился кто-то очень сильный и опасный.
Мы без задержки проскочили Малый Каменный мост, спеша к Большому. Военные здесь не стали возводить баррикады и плотно перекрывать улицу, довольствуясь парой бронеавтомобилей и тяжёлым оранжевым грузовиком коммунальных служб. Я посмотрел в сторону парка, где у остановки в беспорядке стояли брошенные машины, внедорожники и даже городской автобус. Из-за машин нам наперерез выскочил упитанный мужчина в дорогом костюме. Бежал он тяжело, размахивая руками, пытаясь привлечь внимание. Броситься под колёса он не успевал, но что-то кричал. Следом из-за автобуса выскочил двухметровый краснокожий демон, метнув в убегающего копьё.
Я не заметил, попал ли демон в несчастного, так как в нас что-то врезалось с огромной силой. Бронированная машина пролетела по воздуху не меньше десятка метров, тяжело упала и принялась кувыркаться. Последние двадцать метров мы просто скользили на крыше, пока не врезались в ограждение у тротуара. Когда же мир перестал вращаться, греметь и скрипеть металлом, послышалась тихая ругань Аркадия.
— Все целы? — спросил он.
— Говорил мне папа, что пристёгиваться надо, — заохал я, пытаясь сориентироваться. Я успел использовать пространственный символ защиты, но даже так меня неплохо покидало по салону.
— Олег, ты как? — Аркадий потряс водителя за плечо, тот застонал и закашлялся так, словно хорошенько приложился грудью о руль.
— У вас связь со штабом есть? — спросил я, пытаясь наклониться, чтобы выглянуть наружу из немного смятого окна. — Хорошо бы они прислали кого-нибудь из одарённых.
С того места, где лежала наша машина, был виден Малый Каменный мост и группа военных, мимо которых мы проезжали. От остановки их отделяло метров сто. Я не увидел, из чего они стреляли, но одна из машин рядом с автобусом взорвалась так, что у неё двери вылетели. Взрыв не оставил ни одного целого стекла у всех машин, стоявших вокруг, а в небо взвился чёрный столб дыма. Я мельком подумал, что хорошо, если взрыв застанет демона врасплох, но военные на подобное не рассчитывали, поэтому выдали ещё два залпа. Могу поклясться, что видел минимум двух краснокожих между машинами, которых накрыл очередной взрыв.
Не знаю, сообразил ли сильный демон, откуда исходит угроза, или ему просто не понравились люди на мосту, но он решил сначала избавиться от них. В нескольких метрах над мостом появилась чёрная точка и резко увеличилась в размерах, создавая полупрозрачную тёмную сферу. Так же стремительно, как и появилась, сфера сжалась, сминая две бронемашины и полдюжины людей в один большой ком. Умение было настолько сильным, что фонарные столбы согнулись, как скрепки, а один даже вырвало с корнем.
— Василий, там сумка с ГМ, — сказал Аркадий. — Под сиденьем.
— Надо подождать, — тихо сказал я. — Не шевелитесь.
Из-за горящего автобуса выскочил краснокожий демон, голый по пояс и сжимающий в руке знакомое копьё с узким наконечником. Проревев что-то, он затряс оружием, озираясь по сторонам. Выждав немного и поняв, что стрелять в него не собираются, он обернулся, наверняка что-то говоря. Спустя несколько секунд из клубов чёрного дыма вышел второй демон. На голову выше первого, он был одет богаче, в пышные штаны, похожие на восточные шаровары и чёрную накидку. На поясе кинжал с изогнутым лезвием, рукоять отделана золотом и драгоценными камнями. Обменявшись парой фраз, демоны побежали к высоким жилым домам через дорогу, посчитав их хорошим укрытием.
— Пронесло, — тихо произнёс я.
Самый центр города, с видом на Кремль, естественно, что военных здесь было много. Мы ещё из машины не успели выбраться, а на большом мосту загрохотал гусеницами танк. Со стороны парка к горящим и сильно дымящим машинам бежала группа военных. Ещё один отряд спешил к нам от набережной. Пришлось постараться, чтобы выползти из машины. Затем мы вместе с Аркадием вытащили молодого водителя. К этому времени до нас добежала первая группа военных. А ещё из-за танка очень опрометчиво выскочила машина полиции с включёнными проблесковыми маячками. Развернувшись недалеко от нас, она высадила одарённого, одетого в полицейский комбинезон из плотной ткани. От крепкого мужчины, выглядящего внушительно, исходила аура силы, колючая и угрожающая. Он не был достаточно силён, чтобы одолеть демона с кинжалом, но вряд ли понимал это. Судя по тому, что смотрел в сторону жилых домов, манёвр краснокожих он видел, но не спешил бежать следом.
— Я с этим, который в накидке, сталкиваться не хочу, — сказал я. — Пусть с ним танк воюет.
— Знаешь кто это? — Аркадий гремел чем-то, копаясь в сумке, которую-таки достал из машины.
— Понятия не имею, — я поморщился. — Но силён. Если демон одарённого почует, мало нам не покажется. Вот как бы ему сказать, чтобы не пыжился так, пока рогатый не вернулся? Может, машину заберём и в штаб?
— Приказ был доставить тебя туда, — сказал Аркадий, начав вытаскивать из сумки небольшой ручной гранатомёт, но в последний момент передумал.
Он на минуту отошёл к военным, чтобы уточнить насчёт пострадавшего водителя. Как выяснилось, под мостом, где они перекрывали набережную, пряталась машина скорой помощи. Ещё до того, как она появилась, Аркадий нагло позаимствовал патрульную машину у одарённого, и мы просто сбежали. В центре города военных и полиции и так было столько, что они смогли бы раскатать армию демонов, заявись они все разом. Они перекрыли каждый перекрёсток, площадь и даже узкие улочки между зданиями, чтобы не пролез ни один демон и ни один разлом не остался незамеченным. Только с западной стороны от Кремля я насчитал пятерых одарённых. Хорошо бы они так южную часть столицы защищали, где остались мои родные.
За оставшуюся дорогу мы так и не встретили ни одной разборки с демонами, лишь пару раз где-то вдалеке гремели взрывы. И уже подъезжая к зданию МВД, мы остановились, чтобы пропустить колонну из двух десятков грузовиков с военными. Они мчались куда-то на восток столицы, сопровождаемые патрульными машинами.
Солнце только начало подниматься над Москвой, и день обещал быть жарким во всех смыслах. На улице перед зданием МВД не осталось свободного места от машин и полицейской спецтехники. Нелепо выглядели две машины такси без водителей, застрявшие на обочине. Кто-то, не церемонясь, сдвинул их подальше, чтобы не мешались, изрядно помяв бока и бамперы. Аркадий же не успокоился, пока не проводил меня к дверям научного отдела, и не сдал с рук на руки Дмитрию Игоревичу.
— Как добрался? — спросил начальник, выходя из-за стола и пожимая мне руку. Помимо него в комнате был только Михаил, как всегда, стучавший по клавиатуре и щёлкающий мышкой компьютера.
— Столкнулись с очень сильным демоном у Каменных мостов, — сказал я. — А как у Вас?
— Только что очередное совещание закончилось, — он показал на свой стол и пару свободных стульев. Было видно, что Дмитрий провёл бессонную ночь. — У нас всё неплохо, по сравнению с США. К прибытию демонов подготовиться успели почти везде. С востока новости идут обнадёживающие, но хорошего всё равно мало. Демонов оказалось меньше, чем мы думали, но больше, чем хотелось бы. Как и предупреждали, разломы открываются ближе к крупным городам, а где-то их вообще не видели.
— Дайте угадаю, среди всех разломов нет ни одного, ведущего в обратную сторону, так?
— Точно, я тоже на это внимание обратил, — он кивнул.
Дверь открылась, и в кабинет заглянул мужчина в гражданской одежде.
— Дмитрий Игоревич, Вас на совещание вызывают.
— Иду, — Дмитрий махнул рукой. — Я насчёт твоей просьбы с нужным человеком поговорил и получил добро. Если к вечеру ситуация хотя бы немного нормализуется, мы встретимся с ним. А сейчас можешь Мишу подоставать, он покажет, что было на восточных рубежах и в Японии.
Дмитрий встал, забрал со стола папку с документами и поспешил выйти.
— Всю ночь и утро совещаются, — сказал Михаил, посмотрев на меня из-за монитора. — Я тут со вчерашнего дня сижу. Задержался немного и застал начало.
Синяки под глазами говорили, что он действительно не спал всю ночь.
— А что в Японии было? — уточнил я.
— Какой-то особо злобный и сильный демон уронил два небоскрёба, и целый квартал разрушил, пока его не успокоили. Вмешалась светлоликая госпожа. У них начальник научного отдела — женщина, красивая. Японцы в ней души не чают. Кофе будешь? Можно и энергетик, но их больше одного в сутки лучше не пить, а я уже два употребил.
— Давай кофе.
Минут сорок мы с ним смотрели самые разные видеоролики, где крупный красный демон в доспехах бушевал в центре Токио. Может, это был тот самый владыка, о котором говорил вчерашний гость? Конкретно этот демон был чертовски силён, и ушастая победила его отнюдь не легко. Когда же они в пылу схватки уронили небоскрёб, я даже присвистнул. Всё это происходило с рассветом, так что можно было увидеть масштаб действа во всей красе.
— Интересно, а наши… светлоликие будут за столицу драться? — спросил я.
— Не хочется в Москве видеть такие разрушения, — Михаил покачал головой. — Поэтому, надеюсь, что настолько же сильные демоны к нам на огонёк не заглянут.
— Так я же говорю, что мы с особо злобным и сильным демоном столкнулись, когда сюда ехали, — напомнил я. — Он меня не почуял и обошлось без драки.
— Что, прямо такой? — он удивлённо показал на экран, куда вывел нечёткое изображение краснокожего демона в доспехах.
— Он умеет управлять пространством, — важно сказал я, поднимая указательный палец.
— И? — Миша посмотрел недоумённо.
— Темнота ты, — фыркнул я. — Это как телекинез, только даже не в гигантских, а в колоссальных масштабах. При большом желании он тоже может уронить пару небоскрёбов. Может быть, не так эффектно, как эта парочка порезвилась в Токио.
— Что же ты сразу не сказал, — с укоризной посмотрел Михаил. — Пойду шефу скажу. Он просил предупреждать о подобном.
Миша встал и поспешил выйти из кабинета. Я же решил позвонить отцу, пока выдалась спокойная минута. Ответил он сразу, прямо на первом гудке.
— Да, Вася, слушаю, — голос бодрый и спокойный.
— Как у вас дела?
— Нормально. Подруга твоя спит. Её даже сигнал воздушной тревоги не разбудил. А вот Вера с Катей стоят с телефонами у окна. Говорят, что не каждый день в столицу демоны заглядывают. Буквально десять минут назад они по нашему двору бегали. Четыре огромных красных монстра метались из одного угла в другой, не зная, куда деться. Потом что-то увидели на проспекте и туда умчались. Вера подсказывает, что с ними были две большие серые собаки.
— Не слышал, чтобы они собак разводили или приручали, — сказал я задумчиво. — Что там?
На заднем фоне послышались взволнованные голоса сестёр.
— Громыхает что-то неподалёку, — сказал папа.
— Наверное, военные демонов крошат. Я ещё позвоню позже, как освобожусь.
Я нажал кнопку завершения звонка, когда в кабинет заглянула незнакомая женщина из числа одарённых. Выглядела она довольно молодо для тех, кто провёл минимум десять лет в другом мире. Я бы дал ей лет тридцать, или даже меньше.
— Все на совещании, — сказал я, когда она обвела помещение задумчивым взглядом.
— Василий Молотов? — она остановила взгляд на мне.
— Он самый.
Женщина заулыбалась, впорхнула в помещение. Красивая, умело пользующаяся макияжем, карие глаза, волосы короткие, светло-каштановые.
— Оксана Юрьевна, — она протянула ладонь для рукопожатия.
Она что-то сказала на незнакомом языке и ослепительно улыбнулась.
— Ничего не понял.
— Это самый распространённый язык в светлых мирах, — пояснила она. — Я его преподаю в академии, где мы подготавливаем кандидатов на путешествие в другие миры.
— Вы бы ещё это туристической поездкой назвали, — улыбнулся я. — Нет, мне такое не нужно, я уже достаточно языков знаю.
— А нам нужен, — важно сказала она. — Преподаватель любого распространённого языка тёмных демонов. В серых мирах без него очень сложно освоиться.
— Нет, спасибо, мне и в научном отделе неплохо.
— Так это не просьба, — ещё шире заулыбалась она, — а приказ.
— С этого и надо было начинать, — в тон ей ответил я. — Я бы сразу тебя послал, и мы не тратили бы время друг друга.
— Что?
— Что?
Мы встретились примерно одинаковыми недоумевающими взглядами. Мне почему-то сразу стало понятно, что эта женщина очень любит командовать мужчинами. Её выдавала манера речи и жесты. Только Оксане очень далеко до высокопоставленных жриц из храма, те ей уроки могут давать, как помыкать и приказывать мужчинам. Я подобное нормально воспринимал только от одной женщины, которая одним своим голосом могла заставить дрожать пространство вокруг. Не то чтобы было страшно, просто всегда пробирало до глубины души, до мурашек.
— Василий, обязанность всех, кто побывал в других мирах, сделать всё от них зависящее, чтобы защитить людей здесь, — перешла она на серьёзный тон.
— Я туда уходил не по своей воле. Да и вернулся, тоже.
— Да, сейчас не самый подходящий момент, чтобы поговорить об этом, — сказала она. Посмотрела на меня многозначительным взглядом, словно не могла решить, оскорбиться и рассердиться, обидеться или отложить всё на потом. — Приятно было познакомиться.
— Взаимно, — хмыкнул я, когда она вышла в коридор. — И что это было?
Михаил вернулся через десять минут, хмурый, словно успел получить по шее. Сказал, что шеф недоволен и приказал написать отчёт о краснокожих демонах, чем мы с ним и занялись.
⠀⠀
То же самое время, городской парк у реки
Два краснокожих демона, промокших, грязных и покрытых сажей, притаились в высоком кустарнике, не просматриваемом со стороны широкой серой дороги. Один из них сжимал в руке золотой кинжал с кривым лезвием и прислушивался к чему-то, закрыв глаза. Второй пытался нарубить веток с листвой, чтобы сделать укрытие менее заметным. Спасаясь от громыхающей повозки, обладающей невероятной разрушительной силой, им пришлось пересечь каменную реку вплавь. Несколько слабых людей пытались помешать им, но были безжалостно убиты.
— Никого рядом нет, — тихо сказал шаман, опуская руку с кинжалом, стараясь не показывать усталость. — В пределах дневного перехода нет ни вождя, ни шаманов, никого!
— Это очень странное и плохое место, — сказал второй демон, принёсший много веток. — Эти каменные дворцы, полные людей, железные повозки… Надо уходить домой.
— Надо вернуться, — сказал шаман, не обращая внимания на слова самого младшего из своих учеников. — Предупредить остальных.
— Женщины? — встрепенулся тот, бросая ветки на землю.
— Их никто не пустит в разлом без приказа вождя или моего слова, — сказал шаман. Он хотел снова поднять кинжал, но остановился. Эта магия отнимала слишком много сил. И без неё он прекрасно знал, что в пределах дневного перехода нет не только его старших учеников, но и ни одного крупного разлома, ведущего в обратном направлении. Он стиснул рукоять кинжала, затем вернул его на пояс, чтобы не бороться с искушением. — Нужно найти проход, пусть даже крошечный, но ведущий в тёмный мир. Или найти дами, у них на разломы особое чутьё.
— Вряд ли в таком месте живут белоглазые, — сказал ученик шамана и замер, так как недалеко что-то загрохотало.
Демоны прислушались, но грохот исчез так же внезапно, как и появился. Пару минут было необычно тихо, лишь ветер шелестел листвой пышных деревьев.
— Когда стемнеет, нужно будет уходить отсюда, — сказал шаман. — За город. Можно пойти вдоль реки.
— Учитель, — молодой демон хрустнул ветками, усаживаясь на землю, — Вы же говорили, что где-то рядом прячутся мелкие крысы из Ки́на. Они ведь всегда крутятся рядом с белоглазыми.
— Не всегда, — шаман нахмурился, опуская руку на кинжал. — К тому же он не рядом, а довольно далеко отсюда. Я не буду тратить силы, чтобы найти его.
— Я могу попробовать, — решительно сказал молодой демон. — Ведь это лучше, чем просто убегать за город и надеяться, что рядом откроется разлом.
— Подождём ночи, — сказал шаман. — Не забывай, что нас ищут.
⠀⠀
Не знаю, зачем меня так срочно хотел видеть шеф, если за целый день мы с ним перебросились всего парой слов. Где-то в здании шло бесконечное совещание штаба по чрезвычайной ситуации, и Дмитрий Игоревич возвращался оттуда всего трижды. Мы с Михаилом успели составить никому не нужный отчёт о краснокожих демонах, и маялись бездельем, смотря новости о вторжении демонов. Волна разломов едва смогла докатиться до Лиссабона, прежде чем исчезнуть. Западной Европе в этом плане повезло больше остальных, так как они успели подготовиться к нашествию, которое оказалось очень слабым. В Мадриде открылось не больше десятка разломов, и демонов просто смели, не оставив ни единого шанса.
Самой большой проблемой к вечеру оставались демоны, появившиеся либо на окраине городов, либо за их пределами и успевшие разбежаться в разные стороны. Я даже не представлял, каким образом военные будут их вылавливать по лесам и болотам. А в городах их очень быстро изведут, учитывая колоритную внешность и злобный характер. По новостям же заранее объявили об успехах операции по защите страны. Выступал высокий военный чин, обещавший перебить всех демонов чуть ли не в ближайшую неделю. Но на всякий случай продлили режим ЧС на несколько дней и ввели комендантский час.
— Василий, — меня окликнул голос Дмитрия Игоревича. — Василий?
Я оторвался от экрана компьютера, посмотрев на начальника. Михаил показал мне один занимательный форум, где был модератором. Самые разные люди там обсуждали одарённых и их способности. Кто-то пытался подсчитывать убитых ими демонов, не понимая, что дело не в количестве, а в качестве оных. Можно убить десять тысяч слабых или неразумных демонов, и проиграть тому же краснокожему, умеющему манипулировать пространством. Как раз об этом я и написал в главной ветке обсуждения и смотрел, как быстро увеличивалось количество сообщений и мыслей людей на этот счёт.
— Что? — озадаченно спросил я.
— Пойдём, познакомлю тебя кое с кем, — сказал Дмитрий, выглядевший уставшим.
— Вам бы выспаться, шеф, — высказал вслух мои мысли Михаил. — Пользы будет больше, чем от уставшего.
— Ты отчёт по демонам составил? — спросил у него начальник.
— Конечно, — Миша продемонстрировал пластиковую папку. — С картинками.
Дмитрий Игоревич хотел махнуть на него рукой, но подумал и папку забрал, сунув её под мышку. Мы с ним поднялись на один этаж, где было заметно оживлённее, чем на нашем. В одном из кабинетов без таблички на двери нас ждал генерал из полиции, листая какой-то отчёт или доклад.
— Алексей Ильич, — сказал Дмитрий, представляя меня. — Это Василий Молотов. Генерал Зотов, наш с тобой самый главный начальник.
Говоря о начальстве, Дмитрий как-то упоминал министра МВД. Разве не он должен быть «самым главным»?
— Проходите, садитесь, — сказал генерал, показывая на стол для совещаний. Он выглядел внушительным мужчиной, невысоким и коренастым, почти полностью седым. — Дмитрий Игоревич говорил, что у тебя есть предложение, как избавиться от демонических собак в метро.
— Пока они не начали доставлять много проблем, способ есть, — кивнул я.
— Проблем они уже доставили столько, что метро можно закрывать, — тяжело сказал генерал.
— Так два дня только прошло, — удивился я, посмотрев на Дмитрия Игоревича.
— Они успели сожрать ремонтную бригаду на Проспекте Мира, а потом перепугать ещё две возле Преображенской площади, — ответил за него генерал. — Люди боятся спускаться в метро и если бы не нападение краснокожих демонов, то они сегодня бы устроили массовую забастовку.
— Далеко убежали, — прикинул я. — Почти на другой конец Москвы.
— Ближе к делу, — поторопил меня генерал.
— Я предлагаю, чтобы пятнистых собак ловили демоны. Кинийцы, если быть точнее. Невысокие разумные демоны, достаточно сильные и ловкие. У нас… в тёмном мире, где я жил, их нанимали охотиться на собак в пещерах, когда тех становилось много.
Достаточно было посмотреть на лица мужчин, чтобы понять, что они думали по этому поводу.
— Вы поймите, кинийцы людей не едят и не убивают, — быстро добавил я. — Они вообще довольно мирный народ. Да, Дмитрий Игоревич, бывают среди них преступники, но среди людей убийцы встречаются чаще, чем среди них. Кинийцев в Москве живёт не меньше десятка, а может, гораздо больше, и что, много от них проблем? Да вы о них слышите, только когда очередной подросток с ума от безысходности или по глупости сходит и начинает на людей нападать. Если мне не верите, что они вменяемые, позовите любого одарённого, кто в сером мире был, он подтвердит, что эти мелкие хулиганы нормально живут в городах людей, если там нет длинноухих. Это светлоликие их определили в разряд демонов из-за способности использовать тёмную энергию. Они всегда сеют раздор и разжигают войны в серых мирах, пытаются отделить людей от всех остальных.
Я замолчал на минуту, чтобы не наговорить лишнего.
— Действительно, необычная идея, — генерал посмотрел на Дмитрия Игоревича.
— Вам решать, — сказал я. — Если хотите, то ловите собак и прочих монстров в метро собственными силами.
— И как ты с ними хочешь договариваться? — спросил генерал Зотов.
— Договориться с ними не сложно. Я в Москве неделю, но уже знаю, где живёт парочка кинийцев. Можно с ними поговорить и если они согласятся, то завтра, максимум послезавтра они всех соберут. Готов организовать их в отряд и отправить ловить собак. Ту стаю, которая сейчас по метро бегает и ищет, где им логово лучше устроить, они за неделю найдут и перебьют, гарантирую. Нужно их только вооружить, доспехи подобрать и пропуска оформить, чтобы они в метро смогли нормально войти.
— И всё? — ухмыльнулся генерал. — Только пропуска оформить?
— Ну, не всё так просто, — добавил я. — Надо бы их жильём обеспечить и платить нормально. Тысяч по двести за голову каждой демонической собаки пообещать, они их быстро всех переловят.
— А краснокожих демонов они поймать смогут? — спросил Дмитрий.
— Нет, — я рассмеялся. — Вы их переоцениваете. Какую-нибудь мелочь, живущую в столице и питающуюся людьми, поймают, но не больше. Ну, и главная проблема — это светлоликие. Они демонов воспринимают только в одном виде — в мёртвом. И им эта затея очень не понравится. Кстати, вы можете попросить их самих спуститься в метро и ловить собак.
В помещении повисло молчание. Генерал задумчиво сверлил взглядом нас, а Дмитрий Игоревич, в свою очередь, косился на меня, как бы говоря, что я должен был его предупредить насчёт гениальной идеи натравливать демонов друг на друга.
— Пять дней у вас, — в итоге сказал генерал. — Пока в столице режим ЧС. Будут результаты, будем говорить об этом серьёзно. Дмитрий Игоревич, раз это ваше предложение, тебе всё организовывать.
— Люди нужны, — сказал Дмитрий. — Своими силами не справимся.
— Людей дам, — кивнул генерал. — Подпишу приказ о расширении полномочий вашего отдела и выделю двух людей из особого отряда, чтобы присмотрели за демонами. Докладывать об успехах или неудачах операции будешь непосредственно мне. Зайди завтра утром, всё будет готово.
Когда мы вышли в коридор, Дмитрий Игоревич взял меня под локоть, отводя к окну в тупике этажа, подальше от посторонних ушей.
— Надо было мне сразу сказать об этой идее, — он строго посмотрел на меня.
— Думал, что ваше начальство сначала будет спорить и ругаться, потом откажет, но в итоге всё равно придёт к этому решению, — сказал я. — Так сильно собаки прижали?
— На совещании докладывали, что на поиски собак, загрызших ремонтную бригаду, выслали группу из пяти человек, включая одарённого. Группа пропала через сорок минут, как вошла в тоннель. Как будто испарилась или в разлом угодила. Сверху спустили приказ, разобраться с проблемой в метро любыми средствами и в кратчайшие сроки. Хоть армию туда спускай и масштабную облаву устраивай. А тут ещё и демоны краснокожие норовят разбежаться по всей стране.
Он устало провёл рукой по волосам.
— Вам надо выспаться, — сказал я. — А утром с новыми силами за работу. С кинийцами я всё решу сегодня же, а завтра будем организовывать маленькую облаву. И если в метро завёлся кто-то страшный, они об этом узнают и где его логово, покажут. Они хорошие охотники, так что результаты будут, не сомневайтесь. Нам ещё премию дадут за эту гениальную идею.
— Генерал согласился только потому, что мы за эту неделю потеряли уже семь одарённых, — сказал он. — Это очень много.
— Дмитрий Игоревич, — я серьёзно посмотрел на него. — В других мирах одарённые, владеющие сильной магией, считаются едва ли не богами. Их любят правители, обожает народ, они богаты и знамениты. Всё потому, что только они могут противостоять демонам. А у нас неплохо обходятся и без одарённых. Пара гранатомётов и танк на поле боя заменят любого из них. Но светлоликие, наверное, вам все уши прожужжали, что нужно отправлять к ним как можно больше людей, сотни и тысячи, чтобы защитить этот мир. Не находите это странным?
— Не вижу ничего странного, — он положил мне руку на плечо. — Мы двадцать лет боремся с демонами и армия не всегда эффективна. Танк не запустишь в метро, чтобы он нашёл пару собак. Да и в многоквартирном доме не всегда удобно использовать гранатомёт. Ты сейчас домой? Тебя подвезти? Кстати, как ты нашёл этих… кинийцев?
— Случайно встретил на улице, — честно признался я. — Они в магазин за продуктами ходили.
Он покачал головой, наверняка не поверив, но настаивать не стал.
— Не сожрут, когда ты к ним договариваться пойдёшь? На танке будет неудобно.
— Если вы так намекаете на одарённых, спасибо, не надо, — ничуть не обиделся я. — Не сожрут. Если кинийцы их почувствуют, то могут испугаться и сбежать. Пусть ваши люди лучше город прочёсывают и краснокожих ловят.
⠀⠀
То же самое время, в кабинете генерала Зотова
Дождавшись, когда подчинённые из научного отдела уйдут, генерал вынул простенький сотовый телефон из ящика стола и по памяти набрал номер. Пришлось подождать, пока на той стороне возьмут трубку.
— Васильев на связи, — раздался сильный голос.
— Слушай, Семён Романович, а ты знаешь таких демонов, кенийцев, вроде бы? Ты же в сером мире жил, встречал их?
— Пакостные коротышки, — Васильев хмыкнул в трубку. — Встречал.
— Где и как? Опиши кратко.
— Невысокие, на подростков похожи по телосложению, но сильные, людям могут фору дать в драке. Жили в нашем городе общиной человек пятьдесят. Точнее, демонов, так как у них шаман свой был, он же староста. Работать не любят, воруют постоянно, дерутся, пакостный народец. Если бы не охота, померли бы все от голода или бы выгнали их местные. Они пауков в Высохшем лесу ловили, паутину собирали, ну и дичь разную на продажу. В общем, пользы было больше, чем вреда.
— Пауков? — уточнил генерал.
— Так точно, — Васильев рассмеялся, — размером с собаку. Шустрые твари, людей жрали даже на полях, прячась в высокой траве. Ядом парализуют и утаскивают в лес. Глава города нанимал кинийцев, чтобы несчастных спасти, кого жалко было потерять. Не крестьян, естественно. Я с коротышками в лес ходил, когда племянника главы пауки утащили. Чуть не помер там.
— А если они в нашем метро собак ловить будут? — спросил генерал.
— Тогда собак станет меньше, — Васильев наверняка пожал плечами. — Если их жрать можно, то коротышки их изведут, а шкурами на рынке торговать будут. Товарищ генерал, мы же говорили на эту тему. Я в тоннели не полезу. Не развернуться мне там в полную силу: сожрут.
— Лезть не надо, — сказал генерал Зотов. — Но работа у меня для тебя есть, повышенной важности. Я на Петровке, жду тебя через час.
⠀⠀
Москва, десять часов вечера, промышленная зона у Ленинского проспекта
Притаившись за большими металлическими ящиками, заполненными самым разным хламом и ржавым металлоломом, Родион Денисович вжался в землю, надеясь, что гул от электроподстанции скроет его присутствие. Ему было неприятно находиться рядом с большими источниками электричества, не говоря уже о том, чтобы использовать силу. В хаосе электромагнитных полей, его молния могла ударить куда угодно, или просто взорваться в руках, оставив неприятные ожоги. В таких местах он чувствовал себя беспомощным и беззащитным. Нажав кнопку на рации, Родион Денисович понял, что успел спалить её, когда атаковал демонов на стоянке.
Услышав знакомую речь и заметив мелькание фонариков, Родион обрадовался. На Москву опустилась ночь, а промзона освещалась так скупо, что в тёмном костюме его можно было заметить, только если наступить. Выждав минуту и поняв, что демоны ушли и не собираются убивать появившихся людей, он встал.
— Я здесь! — крикнул он, привлекая внимание и выходя из-за укрытия.
— А демоны что? — к нему подбежал совсем молодой парень с тяжёлым автоматом на ремне и большим фонарём в руках.
— Ушли, — недовольно сказал Родион Денисович. — Дальше, на юг.
Недалеко послышались крики военных, нашедших что-то интересное.
— Догоним? — с азартом охотника спросил парень, светя фонарём в ту сторону.
Родион протянул руку, положив её поверх фонаря и опуская к земле.
— Нужны ещё люди. Нас не хватит, чтобы их взять. Там демон, класса абсолют, с ним только светлоликий Ёр справиться может. Или телами его закидывать, пока он не выдохнется.
Хорошо, что в темноте никто не видел его бледное лицо.
— Надо со штабом связаться, — сказал Родион Денисович, пару раз сжав кулак, чтобы не дрожали руки.
К ним подбежал ещё один парень с гранатомётом в руках.
— Что там за крики? — спросил его первый.
— Там… тела…
— Живые есть?
Парень с гранатомётом отошёл в сторону и его вырвало. Родион промолчал, сглотнув ком в горле. Он знал, что за большими цистернами, в свете прожектора находилось огромное кровавое месиво из людей, ящиков и бочек. Казалось, что огромный демон схватил людей и всё, что попалось под руку, и сжал в ладони, в один бесформенный комок из мусора и человеческих тел. Там, среди дюжины тел военных, были двое одарённых, гораздо сильнее и опытнее его. Ещё вчера они хвастались силой, говорили, что будут убивать демонов, пока не устанут, только вышло всё наоборот. Родиону повезло, что он был уже не так молод и не мог угнаться за остальными. Когда они перемахнули через забор, он пошёл искать проход и замешкался, что спасло ему жизнь. Умение повелевать молнией, как это делал Зевс, позволяло ему чувствовать демонов, владеющих силой. В тот момент, когда он пробрался сквозь брешь в заборе, ему показалось, что на той стороне появился самый могущественный противник, с которым он когда-либо сталкивался. Это длилось всего несколько секунд, но оставило неизгладимое впечатление.
— Надо срочно связаться со штабом, — сказал Родион Денисович. — Скажите им, что здесь демон, класса абсолют, и что у нас большие потери.
⠀⠀
Ночь в начале сентября выдалась прохладная и необычно тёмная. Небо затянули тучи, скрыв звёзды, заметно пахло дождём. После дневных событий в спальном районе было ещё тише, чем накануне, почти как на кладбище. Или это я выбрал маршрут по самым тёмным и нелюдимым подворотням. Вечером я поговорил с отцом и сёстрами, узнал, что в нашем районе собираются сносить старые пятиэтажные дома, чтобы возвести на их месте жилые высотки. Часть домов уже выселили, но строительство почему-то затягивалось. Вера говорила, что старые дома считались гиблым местом, куда даже мальчишки из её класса не бегали играть. Как я понял, там и поселилась троица кинийцев.
Дойдя до старого сквера, откуда открывался вид на далёкую и хорошо подсвеченную стройку, я остановился и прислушался. Одна из дорожек, ведущих вглубь сквера, тонула в темноте. Как раз оттуда что-то выскочило, и в свет тусклого уличного фонаря выбежала фигура в толстовке с капюшоном. Сегодня на ней не было маски, поэтому я сразу узнал вчерашнюю знакомую. Невысокая девушка, красивая и очень похожая на человека, что для кинийцев большая редкость. На вид лет шестнадцать, но вполне может быть, что она в два раза старше. Просто они стареют не совсем так, как люди, хотя живут примерно столько же.
— Господин дами, господин дами! — она помчалась навстречу, едва не врезавшись в меня.
— Привет, — я поднял руку, улыбнулся и только потом заметил что-то странное. — Что случилось?
Даже при тусклом уличном освещении было видно, что у девушки левая сторона лица сильно покраснела, а под глазом наливался свежий синяк.
— Рогатые, — сказала она, шмыгнув носом. — Старосту нашего убить хотят, а мы без него пропадём. Как есть пропадём все.
— Много их? — уточнил я.
— Двое, — она опустила голову, пряча лицо под капюшоном. — Они жрицу дами ищут.
— Зачем им жрица? — удивился я, подумав, что Дарью они вряд ли могли почувствовать. — Или знак ещё силу не набрал?
— Знак? — девушка снова посмотрела на меня.
— Не обращай внимания. Пойдём, разберёмся с этими демонами. Я как раз к вам в гости шёл, чтобы поговорить со старостой. Ты чего?
У неё задрожали плечи, словно она собирается расплакаться. Шагнув к ней, приобнял за плечи, затем погладил по голове.
— Убили кого-то? — уточнил я, на что она мотнула головой.
— Не ходите к нам, — тихо сказала она. — Они что-то нехорошее задумали и убьют Вас.
— Это вряд ли. Я им сам рога в обратную сторону сверну. Ты от них сбежала?
— Приказали привести жрицу, — сказала девушка тихо. — Я им говорила, что не знаю, где она живёт, а они не поверили. Но её и правда дома нет. Я стучала в дверь, никто не открыл, а потом меня злая женщина прогнала.
— Пойдём, — сказал я ободряюще. — Показывай дорогу.
Мы прошлись по тёмной аллее, где половина фонарей была разбита, а остальные светили так тускло, что только мешали. Несколько домов, которые собирались сносить, стояли в хорошем и тихом месте, на краю сквера и далеко от шумного проспекта. Они имели общий двор и совсем не выглядели заброшенными. Припаркованные машины под окнами, чистая и аккуратная площадка перед домом. О том, что люди здесь не живут, говорило только отсутствие света в подъездах.
— Где сейчас рогатые? — спросил я. — Там?
Я показал на дальний подъезд третьего дома. Оттуда тянуло чем-то неприятным, словно демоны установили сигнальные или защитные чары.
— Кстати, тебя как зовут? Только коротко, без упоминаний семнадцати поколений предков.
— Кити, — почему-то смущённо сказала она. Вот и пойми этот народ. То они плачут и в глазах дикий страх, а через секунду уже смущаются.
— Красивое имя, — я едва сдержал улыбку. К кошкам оно не имело никакого отношения и на языке кинийцев означало «любопытная». — Старосту вашего спасу, не переживай. Пойдём, только под горячую руку не попади и впереди меня не стой. Хорошо?
— Хорошо, — закивала она.
— Да, оружие у тебя есть какое-нибудь? Я своё не взял, а возвращаться далеко.
Кити оттянула воротник толстовки и вынула из-за пазухи здоровенный японский нож с двадцатисантиметровым лезвием. Протянула мне.
— Обниматься с тобой больше не буду, — сказал я, взвешивая нож в руке.
— Почему? — не поняла она, затем догадалась и расплылась в улыбке, дёрнув больной щекой, и похлопала себя по груди. — Он же в ножнах, не порежет.
Наставник в храме говорил, что если предстоит серьёзная драка и есть лишняя минута, то нужно хорошенько размяться. Лучшие из воинов погибали, когда их в самый неподходящий момент подводила сведённая болью мышца или растяжение. Но что-то драться на мечах с крупными и не по-человечески сильными демонами совершенно не хотелось. Нож взмыл с ладони и завис в воздухе на расстоянии вытянутой руки. Неприятно, когда он перед тобой маячит, но так удобнее управляться с ним.
Я чувствовал, что символ чёрного солнца уже дотянулся до ближайшего узора под лопаткой. Это был ключ к способности, очень похожей на телекинез. Базовое умение, которое мог освоить любой одарённый. Считалось, что чем ярче твой талант в магии, тем проще управлять предметами на расстоянии. У слабых демонов от перенапряжения кровь шла носом, когда они пытались поднять мраморный блок весом всего в пару тонн. Беата проделывала это играючи, просто водила пальчиком, и огромные каменные блоки и многотонные куски колонн послушно плыли по воздуху в указанном направлении. К моему стыду, она освоилась с этим символом гораздо быстрее. На её фоне я до сих пор неуклюжий, как боксёр в перчатках, пытающийся жонглировать дорогими фарфоровыми вазами.
Краснокожие демоны меня давно заметили, так как на третьем этаже на секунду ярко вспыхнула искорка силы и сразу исчезла. К этому добавилось неприятное чувство, что кто-то наблюдает за мной из тёмного окна. Достав карманный фонарик, позаимствованный у папы, я направился к тёмному подъезду. Массивная железная дверь, слегка скрипнувшая в ночной тишине, запиралась на засов, вырванный из креплений. Похоже, что незваные гости не стали дожидаться приглашения войти. В подъезде чисто, ни мусора, ни грязи. Кинийцы чистоплотный народ, несмотря на образ жизни. Убираться они не любят, но в их жилище никогда не бывает беспорядка.
Когда я поднялся на второй этаж, в квартире напротив лестницы послышался какой-то шум. В свет фонарика неожиданно шагнула крупная фигура краснокожего демона, голого по пояс и в драных штанах. Не знаю, что он хотел сделать, но я среагировал быстрее. В воздухе свистнуло и японский нож по самую рукоять вошёл в лоб демона. Тот с удивлением посмотрел на меня, затем смешно скосил глаза на рукоять ножа, пару раз дёрнул головой и только потом обмяк. С противным звуком нож вышел из головы демона, позволяя ему свалиться на пол.
— Не пугай так, — тихо сказал я.
И удар, и звук падения в пустом коридоре, показалось, прозвучали слишком громко и гулко. Пришлось спешить на третий этаж, не давая второму демону опомниться. Он ждал меня в такой же квартире, напротив лестницы. Дверь была приветливо распахнута, а в глубине квартиры горел свет. Полы в коридоре укрыли сразу двумя толстыми паласами, вкусно пахло едой. Планировка привычная, сначала идёт дверь в ванную, короткий коридор с ещё одной дверью и кухня. В пару шагов я оказался у входа в большую комнату. Сложно не заметить крупного краснокожего демона, стоявшего в центре скромного помещения. Он был настолько высок, что едва не царапал изогнутыми рогами потолок. Изрядно побитая и порванная накидка, знакомые шаровары. Он ждал появления дами, разлив в воздухе незнакомую магию. Совершенно не хотелось знать, что он планировал сделать, поэтому снова свистнул нож, за долю секунды преодолел разделяющее нас пространство и замер напротив лба демона. От столкновения двух сил клинок завибрировал и слегка загудел.
— Ух ты, — удивлённо произнёс я, перешагивая порог комнаты.
— Ты кто?! — немного нечленораздельно прорычал демон, напрягаясь изо всех сил, но остановить нож не мог. Лезвие медленно приближалось к его лбу, завибрировав ещё сильнее, собираясь расколоться на мелкие осколки.
— Не напрягайся так, — я погрозил ему пальцем.
Краснокожий начал опускать руку к кинжалу, висевшему на поясе, но я успел первым. Кинжал выскочил из ножен и метнулся ко мне, больно ударив в ладонь, а в следующую секунду демона отбросило назад. Сила удара была такой, что японский нож вошёл в кирпичную стену по самую рукоять, пригвоздив голову рогатого.
— Кити, — не сводя взгляда с демона, я положил любопытной девушке ладонь на макушку. Она выглянула из-за моей спины, осматривая помещение. — Просил же не лезть вперёд.
— Он мёртв?
— Мертвее не бывает. Здравствуйте, почтенный.
Последнее я адресовал старому кинийцу, сидевшему на потрёпанном диване у дальней стены помещения.
— Здравствуй, — кивнул староста. — Никогда не встречал прежде, чтобы человек говорил на нашем языке. Да ещё так складно.
— Вот, хоть кто-то не называет меня дами, — сказал я и поёжился, так как зачерпнул слишком много силы. Приходилось напрягаться, чтобы ненароком не снести пару несущих стен и не обрушить дом на голову. Не ожидал увидеть здесь того самого краснокожего, способного управлять пространством. — У вас все целы? Рогатые никого не убили?
— Все целы, — подтвердил староста. — Риму, ленивый мальчишка, выходи. Надо убрать тела, чтобы кровью всё вокруг не залили.
Из маленькой комнаты выглянул молодой киниец, огляделся, икнул, увидев пришпиленного к стене краснокожего. Я согнул указательный палец, как будто подзывал нож, и он со скрипом вышел из стены, освободив крупного демона. В квартиру из коридора заглянули несколько низкорослых кинийцев. Пока двое вытаскивали из комнаты демона, схватив его за руки и за ноги, третий поспешил с тряпкой к стене. Пришлось ему брать табуретку, чтобы достать до пятна и стереть следы крови, точнее, немного размазать её.
Кити легко переставила громоздкое и тяжёлое кресло, чтобы я смог сесть напротив дивана. Я успел осмотреть комнату, обставленную старой мебелью, ставшей ненужной для переехавших людей. Над потолком на проводе без цоколя висела обычная лампочка. Интересно, это они сами додумались до такого или подсказал кто-то? А ещё окна в комнате плотно занавесили, чтобы с улицы свет не был виден.
— Что они хотели? — спросил я, показывая на дверь.
— Искали госпожу дами из храма, чтобы она нашла для них проход, — сказал староста. — Говорили, что им надо вернуться.
— Когда-нибудь жадность и желание пограбить соседа станут для них фатальными, — сказал я. — Не знаю, что насчёт всего племени, но конкретно этот род себя уже угробил. Туда им и дорога. Я смотрю, вы неплохо устроились прямо в центре крупного города, а здесь демонов не любят.
— Не любят, — согласился старейшина. — Но жить здесь хорошо. Всё есть, большие дома, много еды.
В квартиру потянулись любопытные кинийцы, решив послушать из коридора, о чём идёт разговор. Кити на несколько секунд выходила, чтобы раздать пару указаний и снова вернулась. Скорее всего, она была родственницей старейшины, раз так свободно хозяйничала в квартире.
— А когда эти дома снесут, что будете делать? — спросил я. — Да и зимой тут холодно, отопления ведь нет.
— Не первый год мы здесь, — тон старосты звучал так, словно для них подобное вообще не проблема.
— С удовольствием бы послушал, как вы тут столько лет жили, но в другой раз. Давайте о важном поговорим. Вы сейчас в городе живёте незаконно. Причём так, что любой полицейский бросится вас сначала убивать, а потом уже будет узнавать, что вы тут делаете. Как я уже говорил, не любят люди демонов. Надо это исправлять. Я вашей общине предлагаю поработать на городские власти. Нужны охотники, извести пятнистых собак в метро, ну и в городе их ловить, чтобы людей перестали жрать. За головы любых демонических тварей городские власти будут щедро платить.
— На город всегда работать хорошо, — кивнул староста. — Среди нас много охотников, да и молодёжь быстро учится. Мы согласны, если светлые не вмешаются.
— Со светлыми я разберусь, но главу полиции города надо удивить, чтобы они вас на работу взяли. Нужно в ближайшие дни поймать как можно больше собак в метро. Их там целая стая в дюжину голов. Сколько вас в общине живёт, сколько можете выставить охотников?
— Тридцать шесть нас, — сказал он. — Восемь охотников и трое молодых.
— Неплохо, три дюжины, думал, что будет меньше. Сделаем так: завтра я за охотниками заеду, и мы отправимся к… городской страже, возьмём у них оружие, копья хорошие, ножи, мечи и всё, что понадобится. Они охотникам выпишут пропуска, чтобы в городе и в метро вас не останавливали. Если хорошо постараетесь, то я договорюсь, чтобы вашей общине выделили большой тёплый дом и пропуска для всех остальных.
— Дело, — кивнул староста.
В коридоре послышался гомон недовольных голосов. Кити встала, вышла из комнаты и почти сразу вернулась с подносом. На нём стояли две кружки и сладкие булочки из супермаркета. В кружках был приторно-сладкий фруктовый кисель. Не знаю, что они туда добавляли, но кисель можно смело ложкой есть.
— А ещё кинийцы в городе живут? — уточнил я. — Кроме вашей общины.
— Живёт обособленно несколько семей, — он посмотрел на Кити.
— На севере, на самой окраине города, — подсказала она.
Со старостой мы разговаривали где-то час. О проблемах общины он не рассказывал, но и так понятно, что жилось сложно. Оказывается, мама Дарьи пару раз им помогала, поэтому староста отзывался о ней очень хорошо. Самым сложным моментом были первые несколько лет, когда община только формировалась. Старые и более опытные кинийцы учили жить тех, кто только попал в город. Доставали для них одежду, рассказывали, где и как добывать пропитание. Главной по закупкам у них была Кити, больше всех похожая на человека и знающая на русском языке несколько десятков слов.
Чтобы не раскрывать их место жительства, было решено встретиться с охотниками утром возле сквера. Провожать меня вышли все. В отличие от людей, они неплохо видели в темноте. Я мог только слышать гомон голосов и взрослых, и детских, со стороны подъезда и ближайших балконов. Кити порывалась проводить меня до дома, но я сказал, что доберусь сам. Уверен, что она всё же проследует тайком, чтобы узнать, где живу.
О трофее в виде дорогого кинжала я вспомнил только, когда поднимался по лестнице в нашу квартиру. Необычная и ценная вещица. Сложно сказать, усилитель это или какой-то особый инструмент для более тонкого использования силы демона. Я в подобном почти не разбираюсь, поэтому решил его спрятать. Потом, когда будет больше свободного времени, что-нибудь придумаю. У отца взял прочный пластиковый кейс от ноутбука, хорошенько упаковал кинжал и оставил на антресоли возле кухни. С папой на эту тему поговорил, он сказал, что я могу ни о чём не беспокоиться, последний раз хлам оттуда доставали несколько лет назад, поэтому никто его брать не будет.
Спать пришлось в комнате на полу, рядом с раскладушкой Даши. Устал немного, поэтому на неудобства даже внимания не обратил. Дарья порывалась уступить место, но я сказал, что пару дней могу поспать и так. Тем более, надо было рано вставать. Утром же, приняв душ и плотно позавтракав, спасибо Зинаиде Алексеевне, я убежал по делам. Зная кинийцев, можно было не сомневаться, что на место они придут ещё засветло, поэтому стоило проследить, чтобы ничего с ними не случилось. Позвонив Дмитрию Игоревичу, предупредил, где буду его ждать, и попросил сразу приезжать на автобусе.
Утром у выхода из сквера меня ждали десять кинийцев. Выглядели они, как группа подростков лет одиннадцати-двенадцати. Греясь в лучах утреннего солнца, скинули капюшоны толстовок. Все поголовно лохматые, волосы тёмно-коричневые или чёрные. Посторонний человек друг от друга их отличить сможет лишь по цвету толстовок. Действительно, ни одной одинаковой я не увидел.
— Привет, — поздоровался я, подходя к ним.
— Здравствуйте, господин дами, — поздоровались они невпопад.
— Зовите меня Василий. Я не дами, а человек.
— А знаки у Вас из храма, — заметил один, показывая на короткие рукава рубашки.
— Потому что занимаю высокое положение в храме, но при этом человек. Кто имеет опыт охоты на пятнистых собак, поднимите руки.
Ровно половина из них подняла руку, остальные пожали плечами, как бы говоря, что это совсем не достижение.
— В метро все были? Большие и шумные поезда видели? Хорошо.
— А из какого Вы города? — спросил один, выглядевший немного старше остальных.
— Из Хумы.
— Великий храм Хумы, — обрадовался он и стукнул в плечо второго. — Мы там жили. Вместе на торговой площади продавали шкуры.
— А я каменщиком работал, — сказал третий.
Первый говоривший задвинул товарища, выходя вперёд:
— Кто сейчас старостой в общине?
— Старик седой, вечно с кривым посохом ходит, которым бьёт неразумных охотников. Я с ним не знаком, но кинийцы из храма его дядькой Ро называли.
— Дядька Ро — мой дед, — заулыбался тот. — Жив ещё, значит. Хорошо.
— Ты как здесь оказался? Мог бы по его стопам пойти, старостой стать.
— Случайно, — он развёл руками. — Угодили в разлом, когда на собак у руин Серого леса охотились. Вот с ним. А в старосты я не гожусь, магической силы нет.
Его друг кивнул, подтверждая слова.
— Давайте подождём вон там, — я показал на ряд лавочек, затем оглянулся в сторону пустого проспекта. Движение в городе обещали открыть через три дня, поэтому сейчас было непривычно тихо и безлюдно.
За полчаса, что мы ждали, по проспекту минимум четыре раза промчалась карета скорой помощи, один БТР и пара машин полиции. Я же рассказывал благодарным слушателям о городе Хума и Великом храме. Спрашивал, не хотят ли они вернуться, если появится такая возможность. Отказались буквально все, даже внук старосты общины Хумы. Говорили, что здесь гораздо интереснее жить, хотя и опасностей много. А если с работой всё наладится, и городская стража перестанет за ними бегать, то наступит самая настоящая счастливая жизнь.
Дмитрий Игоревич заехал за нами на полицейском автобусе, в компании с одарённым из числа полицейских. Первым из автобуса вышел как раз полицейский, обычный с виду мужчина, без особых примет. Сильного человека в нём выдавал уверенный взгляд и манера держаться.
— Точно, — он улыбнулся, посмотрев на группу охотников, — коротышки, как есть коротышки.
— Не хорошо дразниться, — улыбнулся я, пожимая ему руку. — Василий. Вы с ними встречались?
— Встречался. И даже на охоту ходили вместе. Васильев Семён Романович, будем знакомы. Нет, я не дразнюсь, фамилия действительно такая.
К нам присоединился Дмитрий Игоревич. Он с интересом посмотрел на охотников, хотел поправить кобуру с пистолетом под пиджаком, но не стал.
— Парни, вы на северном наречии говорите? — спросил Семён Романович у охотников, говоря на одном из языков демонов. Раньше я с этим языком не сталкивался, но, как это всегда бывало, легко понял и даже сильный акцент уловил.
Охотники переглянулись, затем вопросительно посмотрели на меня.
— Не говорят, — ответил я вместо них. — Вы это наречие в тёмном мире выучили?
— В сером, — ответил он. — Меня занесло в большой торговый город с труднопроизносимым названием на их языке. Ульбек, не слышал о таком?
— Нет, не доводилось. В общем, Дмитрий Игоревич, охотники согласились ловить собак в подземке. Только у них с русским языком всё плохо. Собеседников нормальных нет, вот и не учили. Только надо бы их экипировать. Вы на их обувь посмотрите. В такой по метро особо не побегаешь.
Обувь охотники носили по принципу "что смогли найти". Кроссовки, не всегда одинаковые, летние ботинки и даже сандалии. Что-то грубо зашито, что-то вообще напоминало работу Франкенштейна.
— С этим будет проблема, — задумчиво сказал Дмитрий. — Маловаты они для спецодежды. Если только детский мир ограбить.
— Чёрт, не подумал об этом вчера, — нахмурился Семён Романович. — Дайте минуту.
Он достал телефон, долго листал записную книжку, затем нажал кнопку звонка.
— Это Васильев, — он бросил взгляд поверх моего плеча на охотников. — Мне нужна крепкая военная обувь, комбинезоны и защитная экипировка для охоты на демонов. На дюжину человек. Да, как у них, только детского размера. Нет, я не шучу, мои бойцы метр сорок ростом и выглядят не старше одиннадцати лет. Нужно через час. Тогда поторопись.
Он повесил трубку.
— Генерал вчера помощницу назначил, — пояснил он. Судя по его тону, он или успел с помощницей поссориться, или просто не испытывал к ней симпатии. — Сказал, что специалист по решению любых вопросов. Вот пусть и крутится. За час она, конечно, не успеет. Хорошо, если к завтрашнему дню всё достанет. Сегодня они в таком виде смогут поохотиться?
— Охотиться можно и голым, — сказал я. — Смогут, иначе не вызвались бы. Не на людей же им в этом рассчитывать.
— И что, с голыми руками на них пойдут? — прищурился Семён.
— Парни, оружие покажите, — попросил я.
Охотники дружно полезли за пазуху, оттягивая ворот толстовок, как это делала Кити. Группа подростков с ножами и хмурыми лицами выглядела довольно жутко. Проняло всех, даже водителя автобуса, который потянулся, чтобы двери в салон закрыть.
— Внушает, — сказал Семён Романович, примиряюще поднимая ладони. — Моя промашка с одеждой. Завтра всё будет. А оружие и всё остальное уже ждёт их на месте.
— Хорошо бы так, — сказал я, попросив охотников оружие спрятать.
— Вредный ты человек, Василий, — Семён Романович совсем не обиделся, но галочку для себя поставил.
— Жизнь такая, — я развёл руками. — Едем?
Дальше тянуть время смысла не было, поэтому мы погрузились в автобус и направились на северо-восток столицы. Водитель, немолодой усатый полицейский, на кинийцев косился с опаской, но говорить ничего не стал.
Ехать пришлось долго, почти час. Если бы не перекрытые наглухо дороги, которые пришлось объезжать, добрались бы гораздо быстрее. Повезло, что в пробках не пришлось стоять. Охотники эту поездку восприняли спокойно, кто-то даже умудрился проспать всю дорогу. А посмотреть было на что. Я специально искал следы вчерашней атаки на город и их было много. Где-то сгорело несколько машин, недалеко от центра в хлам разгромили магазин с огромными витринами, а у одной огромной многоэтажки из стекла и бетона повыбивало почти все окна с той стороны, где она выходила на проспект. Видно, что бой здесь шёл нешуточный. Специфические следы пожара говорили, что в здании порезвились одарённые, способные управлять огнём. Возможно, постаралась та злобная семейная парочка, что сражалась с краснокожим демоном накануне.
Остановились мы недалеко от станции метро Сокольники. Если бы Дмитрий Игоревич не подсказал, я бы её и не узнал, так сильно всё вокруг изменилось. Полиция и военные перекрыли площадь и выставили ограждения, оставив свободным лишь небольшой участок перед входом в метро. Людей, кстати, было немного, в отличие от разной техники.
— Друзья, не разбегайтесь, — сказал я охотникам. — Побудьте пока рядом со мной, чтобы людей не нервировать лишний раз. Задачу все помнят? Надо собак ловить, а не гулять по метро, иначе не заплатят. Подойдите к делу серьёзно.
— Поймаем, — сказал внук старосты. — На две группы поделимся, чтобы быстрее было. А если вместе идти, то мешать друг другу будем. Нам бы копья и арбалеты. Ещё сети прочные нужны и топоры, чтобы колья для ям наделать.
— Придётся вам обойтись без арбалетов, — сказал я. — И без волчьих ям, а то людей в них угодит больше, чем собак. А хорошие копья сейчас достану. И ещё, если найдёте злобного демона, с кем справиться не сможете, возвращайтесь и зовите меня. Военные уверены, что кроме собак там ещё кто-то есть. Я буду ждать у входа в метро.
Кинийцы дружно закивали, но с таким видом, что доверия не вызывали. На площадке перед метро, тем временем, Дмитрий и Семён Романович беседовали с кем-то из военных. Рядом стояли специфические длинные ящики с копьями и ещё куча разного снаряжения.
— Может, их в магазин какой-нибудь отвезти? — спросил Дмитрий Игоревич, когда я подошёл к ним.
— И день придётся потерять. Будьте уверены, что, попав в магазин и услышав о халяве, они передерутся друг с другом, испортят кучу одежды и до вечера ничего не выберут. Они не только выглядят как подростки, но и образ мышления у них соответствующий. И раз старосты рядом нет, придётся брать всё в свои руки. Да, они перед охотой никогда не едят, только воду пьют, поэтому вечером их надо хорошенько накормить. С этим справитесь?
— Накормим, — заверил меня Семён Романович.
Где-то полчаса ушло на то, чтобы организовать охотников, выдать им копья, большие ручные фонари и классические тесаки, которым пользовался спецназ. Оружию, тем более такому хорошему, кинийцы обрадовались больше, чем дети подаркам на Новый год. Я проводил их до спуска на станцию и пожелал удачной охоты. Надеюсь, что они не растеряли навыки за то время, что живут в большом городе.
Выйдя на солнышко, уселся на ближайший ящик, борясь с желанием скинуть рубашку и позагорать. Яркого и тёплого солнышка в другом мире очень не хватало. Дожди в Хуме лили постоянно, часто затапливая нижнюю часть города. Я долго привыкал к высокой влажности и духоте.
— Думаешь, справятся? — рядом сел Дмитрий Игоревич.
— Не сомневайтесь, — ответил я. — Лучше скажите, как дела в городе и в стране, в целом?
— Больших жертв среди гражданских нет. В отличие от четырнадцатого года, мы были готовы. В прошлый раз демоны начали выпрыгивать из сотен разломов прямо в конце рабочего дня, в самый час пик. Я тогда ехал домой из центрального офиса и видел, как толпы людей бежали по улице, спасаясь от демонов.
— А кто был? Тоже армия краснокожих?
— Самые разные демоны, с крыльями и без, монстры, похожие на крупных ящериц и собак. Они были словно обезумевшие, бросались на людей без разбору и не пытались спрятаться. Помнишь, ты говорил мне о странностях? Тогда был как раз такой день.
— Разломы открывались по всему миру или только в Москве?
— По всему северному полушарию.
— Обычно животные опасаются подходить к разломам, — сказал я. — Только если нет иного выхода и им грозит смерть. Я с массовым бегством зверей через разломы не сталкивался, но читал, что перед слиянием миров открывается много разломов. Может, звери чувствуют это и спасаются бегством, как крысы с тонущего корабля.
— Хорошая гипотеза, — согласился он. — Я разговаривал с начальством, просил, чтобы они взяли живыми несколько краснокожих демонов. Может быть, что их миру тоже грозит слияние. Тот демон в Москва-Сити говорил как раз об этом, помнишь?
— Кстати, да, — я посмотрел на начальника. — Хорошо бы узнать, говорил он о нашем мире или о своём. Чёрт, надо было подумать об этом раньше…
— Мне удалось вчера переброситься парой слов с госпожой Иеной, — добавил Дмитрий Игоревич. — Спросил её мнения о слиянии миров, и она категорически уверена, что в ближайшее время нашему миру это не грозит. Сказала, что ткань мироздания сильно страдает из-за большого количества разломов, но время ещё есть. И ещё упомянула, что теперь наш мир открыт для самых дальних миров, откуда могут приходить более злобные и сильные демоны. Слышал что-нибудь об этом?
— Пусть сначала объяснит, что такое «дальние» в её понимании. Расстояние в этом вопросе — понятие весьма условное. Или пусть расскажет, как определяет, будет слияние или нет. Кстати, а где Семён Романович?
Я решил сменить тему, так как одно упоминание светлоликой начало раздражать. Стоило шефу их вспомнить, и уже настроение начало портится.
— Разговаривает с кем-то из руководства метро, — сказал Дмитрий, показывая на ряд машин. — Я на пару часов отлучусь, если что-то случится, звони.
— Хорошо.
Я проводил начальника взглядом, затем снова облокотился спиной о ящики. Закрыв глаза, попытался выгнать мысли о светлоликих из головы, но не получилось. Высшая раса, правящая десятками, если не сотнями светлых миров. Только им известны секреты разломов и перемещения между мирами. Они настолько дорожат знаниями, что готовы убить себя, лишь бы не выдать их. В этом длинноухие ещё более фанатичны, чем в стремлении уничтожить все «тёмные» расы. Насколько же далеко простирается их эго, если своих миров мало, и они суют длинные уши к соседям? Неужто не понимают, что их слишком мало, чтобы контролировать все миры? Может, поэтому они обратили свой взор на людей? Используют нас как инструмент, от которого легко можно избавиться, когда он станет ненужным. И пока они не поняли, какую ошибку совершили, заглянув в наш мир, надо с ними разобраться.
— Или уже поняли? — спросил я сам у себя, не открывая глаза.
⠀⠀
То же самое время, центр Москвы, НИИ Разлом
— Господин Ёр, — следом за светлоликим лордом бежал полный человек в костюме. — Подождите, господин Ёр.
Остановившись, лорд снисходительно посмотрел на человека.
— Это они? — спросил мужчина в костюме, показывая на два чёрных пластиковых мешка, лежащие поверх каталки. Военные, сопровождающие груз, решали, как лучше поместить их в лифт, так как в горизонтальном положении они не проходили.
— Те самые демоны, о которых вы говорили, — спокойно сказал лорд. — Я позаботился о них.
— Это прекрасные новости, господин Ёр, — облегчённо выдохнул человек. — Никто не ожидал, что такие сильные демоны окажутся в столице.
— Количество воинов не всегда решает. Как и оружие, способное порождать разрушительные взрывы, эффективно только в прямом столкновении. Даже среди демонов попадаются умные индивиды, способные доставить огромные неприятности. Вы столкнулись лишь с дикарями, напуганными и мечущимися по городам, не зная, что делать. В ином случае разрушений и жертв было бы несравнимо больше. А вашим людям… одарённым, не хватает опыта. По-моему, я уже об этом говорил.
— Говорили, господин Ёр, — подтвердил человек.
— Иена уже подготовила большой кристалл, чтобы переместить в иные миры десятки человек за один раз. Подготавливайте больше людей, умных, сильных и талантливых, тогда подобные вторжения будут не страшны. Меня ждут дела.
— Конечно. И спасибо Вам.
Военные, долго не думая, просто согнули тела демонов, чтобы они поместились в лифт и осталось место для лорда Ёра. Все вместе они поднялись на несколько этажей в закрытую лабораторию, куда людям заходить было запрещено, поэтому лорду пришлось лично укладывать тела демонов на каталку и везти их по длинному коридору.
— Брат, ты вернулся, — из лаборатории вышла Иена, как всегда прекрасная и улыбчивая. Она поспешила к Ёру навстречу, чтобы обнять его и поцеловать в щёку.
— Пришлось постараться, чтобы найти их, — сказал лорд. — Пойдём, тебе надо на это взглянуть.
Тела демонов в пластиковых мешках отвезли в ближайшую комнату, похожую на операционную. Яркая лампа, металлический стол для вскрытия тел, стеллаж с инструментами и большой ящик для отходов, больше в комнате ничего не было. Лорд Ёр взмахнул рукой и пластик на одном из тел лопнул. Крупный краснокожий демон проплыл по воздуху, чтобы гулко упасть на разделочный стол.
— Кто-то из их шаманов, — сказал Ёр. — Довольно сильный. После смерти прошло часов восемь.
— То есть, его убил не ты? — спросила Иена, с интересом разглядывая мускулистое тело.
— Кто-то проломил этой парочке головы и сбросил в котлован стройки метро. Когда я появился, они были уже холодные.
Ёр вытянул ладонь над телом и живот демона вздулся.
— Подожди, — сказала Иена.
Взяв с подставки для инструментов большой скальпель, она одним движением вспорола живот в этом месте. Из разреза показался небольшой светящийся кристалл, покрытый слизью.
— Если бы не он, — сказал Ёр, когда камень взмыл в воздух и замер, слабо мерцая, — я бы их не нашёл. Люди говорят, что демон мог управлять пространством, но убили его метательным оружием.
— Значит, он был не так силён, как о нём говорят, — улыбнулась девушка.
— У меня плохое предчувствие. Проверь его. Ведь не просто так тело пытались спрятать и даже кристалл не забрали.
— Только если тебе так интересно, — Иена прошла вдоль тела, пристально разглядывая его. — Я посмотрю. Краснокожие дьяволы редко обладают большой силой.
Подвязав рукава платья выше локтей, она воспользовалась тем же скальпелем, чтобы вырезать демону глаз, затем вскрыть шею и удалить язык. Дольше всего она возилась с грудной клеткой, добираясь до сердца. Последним этапом она отпилила половину рога демона. Ёр был гораздо сильнее сестры и неплохо разбирался в силе живых существ, но что делала Иена, он никогда не понимал. У неё был особый дар, о существовании которого знали только старейшины их рода.
— Сильный, — сказала девушка, держа на ладони большое сердце демона. — Как минимум на уровне второго старейшины. Магия уже начала менять его внутренние органы и дошла до рогов. Ещё немного и он бы переродился в кровавого дьявола. Хорошо, что его убили.
— Ты уверена? — немного удивлённо спросил Ёр. — Сила второго старейшины, не круто ли для обычного красного демона?
— У него сквозная рана головы, — сказала девушка. — Копьём или мечом сложно ударить так точно и сильно. Скорее всего, метнули тяжёлый кинжал. У него есть знак, защищающий от метательного оружия, значит, его убил одарённый, чья способность управлять предметами сильнее, чем контроль пространства. А что второй?
Девушка прошла ко второму пластиковому мешку, распорола его, посмотрев на уродливое лицо молодого демона. В его лбу отчётливо виднелась рана от очень тонкого клинка.
— Способный демон, — сказала она, оглядев тело и заглянув в рот убитому. — В будущем он тоже мог стать кровавым дьяволом. Кто-то из людей оказал нам большую услугу. Ты меня слушаешь, брат Ёр?
Лорд стоял у тела шамана с задумчивым видом.
— Способность управлять предметами стоит на две ступени ниже контроля пространства, — сказал он. — Может, его застали врасплох? Нашли спящим?
— Он сопротивлялся, — сказала Иена. — Глаз полон крови, а это говорит о том, что он сопротивлялся изо всех сил.
— Тогда мне нужен этот человек, — холодно сказал лорд Ёр. — Нужна его способность. Она не может быть слабее звёздной… Ты пропустила человека с таким даром обратно в этот мир?!
Лорд резко развернулся, и его глаза полыхнули холодным голубым пламенем.
— Брат Ёр, — Иена мило улыбнулась. — Я бы обняла тебя и успокоила, но у меня руки в крови демона. Поверь мне, через кристаллы возвращения люди со звёздным талантом не проходили уже года четыре. Либо старейшины стали более тщательно отбирать кандидатов, либо талантливых людей становится всё меньше. Этот человек мог вернуться через разлом. К тому же почему ты решил, что это обязательно человек, а не белоглазый демон.
— Дами не владеют подобной силой. Их удел — чистая магия. Это либо ещё один демон, либо человек. Если первое, то убить его будет непросто.
— Сильного демона ты бы обязательно почувствовал.
— Я хочу эту силу! — Ёр стиснул зубы с такой силой, что вздулись желваки.
— Ты забываешь, что дар может прогрессировать, — напомнила Иена. — Может, кто-то из людей смог прорваться на новый уровень. Найти камень у какого-нибудь демона и стать сильнее. А на этой парочке он просто испытывал новую силу.
— А ведь ты права, — лорд встрепенулся, расправил плечи, став выглядеть ещё более властно, чем обычно. В его глазах полыхнул огонёк силы. — Пойду его искать, а ты… сделай с ними что-нибудь.
— Оставь мне камень, — попросила она. — Из этого шамана выйдет превосходный кристалл, тёмный, как сама ночь.
⠀⠀
Греясь на солнышке, я внезапно поёжился, словно налетел холодный порыв ветра. Обычно так бывает, когда рядом появлялся кто-то сильный, но сейчас защитный символ молчал. Странное ощущение, непривычное. Продолжая сидеть на ящиках, я делал вид, что отдыхаю, прислушиваясь к потокам силы. Где-то минут десять ничего не происходило. Рядом крутилась тройка одарённых, не считая Семёна Романовича, но близко не подходила. Думаю, что им приказали следить за охотниками, чтобы те не выкинули какой-нибудь фокус. Я долго пытался придумать, что могли бы сделать такого кинийцы, чтобы их посчитали угрозой, но в голову так ничего и не пришло. Если начнётся большая заварушка, они даже драться ни с кем не будут, просто сбегут.
Пока ничего не происходило. Я хотел позвонить домой, но у выхода из метро послышались голоса военных. Охраняющие выход люди засуетились, из дверей вышли трое низкорослых охотников. Двое несли копьё, на которое нанизали пару больших собачьих голов, третий нёс в руках грязные шкуры, распространяя вокруг такое зловоние, что военные спешили отойти подальше от входа и от них.
— Удачно поохотились? — спросил я, подойдя к ним. — Зачем ты эти шкуры сюда притащил? Надо было закопать их поглубже.
— Продам, — заявил тот, бросая добычу на землю. Странно, что охотники совсем не испачкались в крови.
— Это не мы их убили, — пояснил один из них. Они бросили копьё с головами на землю. — Тела переломаны сильно, шкуры целы, а крови нет. Скорее всего, паукан их поймал. Там следов очень много, стая большая проходила недавно, но мы дальше не пошли, страшно.
К нам подбежал Семён Романович, за которым шёл хмурый человек в деловом костюме.
— Что же они так смердят? — Семён поморщился, достал платочек и приложил его к носу. — Охотники все целы?
— Целы, — сказал я. — Говорят, что нашли следы большой стаи.
— Отлично, — он посмотрел на спутника, который тоже закрывал нос платком, глядя на собачьи головы с отвращением. — Видите, Николай Петрович, собак они перебьют и очень скоро. Можете успокоить своих людей.
— А тела они не нашли? — спросил мужчина, имея в виду пропавших ремонтников. — Надо бы родным что-то отдать.
— Нет, — я покачал головой. — Но там внизу есть какой-то очень злой демон, которого боятся даже собаки. Наверняка он убил группу военных вместе с одарённым. Охотники могут попробовать демона поймать, но его голова будет стоить гораздо дороже, чем собачья. Риск слишком высок.
— Заплатим, — заверил меня Семён Романович, довольный таким началом. — Пусть не сомневаются.
— Хорошо бы, — сказал я. — Сейчас спущусь, поговорю со старшим. Пообещаю ему золотые горы и, надеюсь, не обманете. Да, если ваша помощница может решить любую проблему, отправьте её ограбить детский спортивный магазин. Надо будет охотников переодеть, когда они из подземелий выйдут, сами видите, как эти собаки пахнут.
— Это не сложно, — он показал на высокое стеклянное здание позади выхода из метро. — Здесь есть большой торговый центр, спортивный клуб и магазин. Переоденем твоих охотников и помоем как следует.
Он улыбнулся, затем стал серьёзным, подходя ближе.
— Только я бы не советовал тебе спускаться, — тихо сказал он. — Коротышки проворны, в отличие от людей. Если почуют опасность, то сбегут, оставив тебя наедине с демонами.
— Буду предельно осторожен, — пообещал я, не став говорить, что он плохо знает кинийцев. Либо же его не сильно уважали в их общине.
Семён посмотрел на выход из метро с таким видом, словно не станет спускаться ни за какие деньги. Поморщился и махнул рукой, как бы разрешая мне делать всё, что взбредёт в голову. Мне же пришлось уговаривать охотников, чтобы оставили головы и шкуры у входа, что в здравом уме их никто не утащит и их награду себе не присвоит.
Что-то подсказывало, что кровососущие демоны, способные ловить и жрать пятнистых собак, не самые добрые из существ. Если это такие же монстры, как жили в Сером лесу, то по доброй воле я бы с ними сталкиваться не стал. С другой стороны, хотелось проверить силу открывшегося знака и щедрость людей, когда они увидят, какие твари обитают в подземке. Ну и престиж охотников надо немного поднять, чтобы начальство было сговорчивей.
С этими мыслями я взял из ящика пару тесаков, большой фонарик и направился к спуску в метро.
⠀⠀
Непривычно спускаться в пустое метро, когда тебе навстречу не идёт поток пассажиров, а к платформам не подходят шумные поезда. Больше всего напрягает давящая тишина и гулкое эхо шагов. Кинийцы на подобное не обращали внимания; спокойно шли впереди и о чём-то тихо разговаривали. Их товарищи ждали нас на краю платформы, в сторону движения поездов от центра города. Один держал в руках большой фонарь, направляя луч света в тоннель.
— А где остальные? — спросил я.
— Ушли в другую сторону, — ответил тот, что держал фонарь. — Даррак думает, что логово должно быть там, куда движется воздух. Но следы ведут туда, а там паукан.
Он показал в тоннель, куда светил фонариком.
— Ничего не понял, — честно признался я. — Ладно, давайте поищем пауков проверенным способом. Надеюсь, что он большой и хотя бы немного магический, так его будет проще найти.
Я поднял ладонь, создавая маленький огонёк. Охотники зашептались, с любопытством глядя на необычную магию.
— Он показывает, где прячутся дикие животные или опасные существа, — сказал я. — Если кто-то из вас предрасположен к магии, могу научить им пользоваться. Но для этого мне нужна кровь собак и их клыки. Кровь можно собрать сюда.
Я протянул им пустую пластиковую бутылку из-под воды. Старший в группе отвернул крышку, принюхался и одобрительно кивнул. Огонёк над ладонью дрогнул, поплыл в сторону тоннеля и медленно растаял.
— Заметили, как сильно мерцал? — спросил я. — Значит, там кто-то опасный, причём очень близко. Пойду первым.
Я спустился с платформы и направился вглубь тоннеля, для уверенности удобнее перехватив тесак. В тоннелях пахло сыростью, и специфической химией, которой обрабатывали шпалы. Вокруг чисто, и о том, что рядом могут быть собаки, говорили лишь сорванные со стен светильники. Причём они срывали не всё подряд, а выборочно, то ли проверяя свои силы, то ли пытаясь оценить, насколько изменится освещение, если убрать парочку назойливых светляков. За пять минут, что мы медленно продвигались вперёд, я насчитал таких два десятка. При этом кое-где поломанные светильники аккуратно сняли, оставив торчать оголённые провода. Скорее всего, здесь прошла ремонтная бригада, следом за которой отправили одарённого.
— Дверь, — привлёк моё внимание один из охотников.
Я чуть не прошёл мимо неприметной железной двери, спрятавшейся в нише. Света вокруг много, а дверь хорошенько заперта, поэтому и не обратил на неё внимания. Если бы здесь обосновались собаки, то было бы всё наоборот. На всякий случай я ещё раз вызвал магический светлячок. Едва поднявшись над ладонью, он метнулся в сторону двери, разбиваясь о неё. Приложив палец к губам, жестом показал охотнику, чтобы тот открыл дверь. Один из символов на спине немного потеплел, или мне это просто показалось. Как я уже говорил, чтобы использовать магию, мне не нужно было черпать и копить силу, достаточно сосредоточиться и открыть дверь, за которой она хранилась. Сейчас как раз появилось чувство, что я могу дотронуться до любого объекта в пределах пятнадцати метров, стоит только протянуть руку. Вместе с этим накатил жуткий приступ клаустрофобии, когда стены и потолок давят на тебя всей своей массой.
Дверь открылась легко, даже не скрипнув. За ней оказался короткий коридор, выходящий в тёмное помещение. Охотник, стоявший справа от меня, направил туда луч фонаря, вырывая из темноты что-то жуткое. Из маленького помещения, заставленного каким-то непонятным оборудованием, на меня смотрел монстр, чья голова походила на человеческую, если не считать огромный зубастый рот. Круглое белёсое тело напоминало раздувшегося толстяка. Четыре неестественно длинные конечности, похожие на руки. Я такого уродца никогда прежде не видел. Монстр показался неуклюжим и медлительным, но при этом он жрал собаку, измазав лицо в крови. Хорошо, что я успел подготовиться, поэтому схватил монстра, пытаясь сжать его.
— Бей паукана! — крикнул старший из охотников и ловко метнул тяжёлое копьё в проход.
Монстр дёрнулся, но уклониться не смог, и копьё с широким наконечником проткнуло пузатое тело насквозь. Он заревел на высокой ноте, отчего заложило уши, но в него воткнулось уже второе копьё. Третий охотник умудрился промахнуться, но этого было достаточно. Я читал в той книге, откуда почерпнул символ, что чем большей магической силой обладает существо, тем меньше воздействия на него можно оказать. А конкретно этого монстра я смог лишь немного замедлить. Как скользкий угорь, он начал вырываться из захвата. Потянувшись к копьям, застрявшим в теле монстра, я рванул их в разные стороны. Монстр издал ещё один вопль, быстро оборвавшийся. С противным звуком копья разорвали его на две части, выплеснув на землю противного цвета кровь и склизкие внутренности.
— Ну и страшный он, — сказал я, опасливо оглядываясь. Крик пузатого демона наверняка перепугал всех собак в радиусе пары километров. И если они не глупые, то должны были бежать без оглядки ещё дальше.
Старший из охотников первым вбежал в помещение, чтобы проткнуть голову дёргающегося монстра и только после этого успокоился. Помимо недоеденной собаки в помещении лежало несколько тел людей, похожих на высохшие мумии. Один из них в комбинезоне полиции, остальные с жилетами работников метро.
— Людей доел совсем недавно, — сказал я, наклонившись над телами. — Опоздали немного…
Глаза остекленевшие, мутные, на шее следы от острых зубов, резавших плоть, как бритвы.
— Надо отнести тела людей наверх, — сказал я, поморщившись от неприятного запаха, исходящего от собаки и внутренностей монстра. — И голову собаке отрежьте.
— Она ещё тёплая, — сказал старший охотник. — Только убил.
Перехватив тесак с пояса, он выбил собаке четыре клыка, спрятав их в карман джинсов. Затем в пару сильных ударов отрубил шею и печально посмотрел на срез, едва сочащийся кровью. Я же прошёл к монстру, поставив рядом фонарь. Вблизи он выглядел ещё более противно, чем издалека. Наставник в храме рассказывал, что в телах сильных монстров могут образовываться энергетические кристаллы, но я не чувствовал ничего подобного. То ли монстр был не очень сильным, то ли он для этого был слишком разумным.
— Этого бы тоже вытащить, только без слизи, — добавил я. — Пойдёт в зачёт. Уверен, городские власти, когда увидят такое, станут платить охотнее.
— Господин Дами! — в комнату вбежали два охотника из группы. — Там что-то странное и страшное в тоннеле.
— Как есть страшное, — подтвердил второй, крепче сжимая копьё.
— Монстр какой-нибудь? — я показал на тело, снова открывая доступ к символу. — Такой?
— Нет, не монстр, дыра. Большая и чёрная.
— Разлом?
На мой вопрос один закивал, а второй отрицательно замотал головой.
— Далеко?
— Там, за поворотом.
Тоннель в этом месте совсем немного изгибался и уходил вниз, ограничивая видимость. Вместе с охотниками мы прошли всего метров сто, когда далеко впереди появилось нечто очень странное. Дорожка светильников на стенах обрывалась, словно там тупик, но стоило подойти ещё немного ближе и стало понятно, что именно перекрывало тоннель. Это была огромная чёрная сфера, матовая, от которой не отражались лучи фонариков. Она впитывала свет, как чёрная дыра и от этого казалась жуткой. Знак на спине, предупреждающий о появлении разломов, молчал.
— Видели такое раньше? — спросил я.
— Нет, — охотники замотали головой, стараясь держаться от этой штуки подальше. Они даже встали за моей спиной, выглядывая с опаской.
— И я не видел… Сделаем так: берите тела людей, монстра и голову собаки, и несите наверх. И скажите… а, чёрт, вы же не говорите на русском.
— Я знаю несколько слов, — сказал старший из отряда.
— Если это разлом, то скоро здесь будет шумно. Шеф говорил, что в последнее время стабильных разрывов пространства всё меньше и за каждым они гоняются, чтобы собрать побольше данных. Ладно, я с вами пойду наверх, поговорю с Семёном. Отправь кого-нибудь за второй группой, пусть возвращаются и ждут меня в автобусе, на котором мы приехали. И сидите там, а то попадёте людям под горячую руку.
Охотники закивали и поспешили выполнить поручение, чтобы быстрее убраться от этой странной чёрной штуковины. Я ещё раз оглянулся, посмотрел на неё. Вроде не так уж и страшно, но поворачиваться спиной не хотелось.
У нас получилось утащить всё за один раз, включая голову собаки и тело длиннорукого монстра.
На поверхности, при свете солнца он предстал во всей красе. Размером с очень упитанного человека, килограмм под сто пятьдесят, он выглядел неприятно. Кожа белёсая, сквозь которую просвечивают синие вены, длинные руки с четырьмя пальцами. Тело пузатое, говорящее, что недостатка в еде он не испытывал. Где-то я слышал, что пауки могут лопнуть, когда слишком много едят. Так вот, этот самый монстр выглядел именно так, словно готов был лопнуть в любой момент. Копья разорвали его не очень аккуратно, освободив внутренности. Мы с Семёном Романовичем смотрели на него брезгливо, а вот пару человек с менее крепкой психикой — вырвало.
— Страшная тварь, — сказал Семён Романович. — Никогда не видел таких прежде.
— Это она убила одарённого и рабочих, — сказал я. — Из его логова все тела забрали, но могут быть ещё. А что касается собак, то за день охотники всё метро не прочешут, но следов много и выследить их можно.
— Неплохо, — в итоге сказал Семён, затем посмотрел на часы. — Начальство будет довольно. Так, время обеденное. Как смотришь на то, чтобы подкрепиться?
— Рано, — хмыкнул я. — Мы там странную штуку нашли, чёрный шар, размером с тоннель. Я такое первый раз вижу. На разлом не похоже. Хотел Дмитрию Игоревичу звонить, чтобы приехал и посмотрел.
— Чёрный шар? — Семён озадаченно посмотрел на вход в метро. — Не сталкивался и не слышал о таком. Может какой-то разлом, из которого такие твари лезут?
Он показал взглядом на тело монстра.
— Может быть. Что будем делать? Я охотников отпускаю? Ваш водитель их обратно отвезёт?
— Да, неудобно с ними получилось. Но если сюда учёные набегут, станет не до охотников. Будем считать, что на сегодня они сделали достаточно. Завтра решим и с экипировкой вопросы, и с оплатой.
— Хорошо, пойду поговорю с ними.
Охотников долго собирать не пришлось, первая группа и так была на поверхности, а вторая вернулась буквально за десять минут. Те, кто ходил в сторону центра, нашли много следов и не только собачьих, но никого не поймали. С водителем автобуса договорились сразу. Он не был в восторге от того, что придётся везти демонов без сопровождения, но спорить не стал. Я даже хотел поехать вместе с ними, но позвонил Дмитрий Игоревич и приказал дождаться его. Пришлось пообещать кинийцам, что заеду вечером и расскажу, как их работу оценили власти города. Подумал, что надо бы заскочить в большой магазин, купить продукты для общины. Надо только узнать, какие магазины работают во время ЧП. У Дмитрия Игоревича машина большая, много всего в багажник влезет.
Едва автобус уехал, на площадке появилась та троица одарённых, что следили за нами издалека. Обычные с виду мужчины, все старше сорока, одеты в военный камуфляж. Увидишь таких в толпе и не обратишь внимания. Оказывается, я их немного недооценил. Не знаю, какими умениями владели, но в плане силы они могли дать фору многим одарённым, с которыми я сталкивался до этого. Разве что тот мужчина, что прикрывал меня в Москва-Сити, мог соперничать с ними. Пока Семён решал вопросы по поводу разлома в подземке, я расположился недалеко от машин, чтобы понаблюдать за площадкой со стороны, не привлекая внимания.
Достав телефон, хотел позвонить домой и увидел пять пропущенных звонков от Дарьи. Стоило набрать нужный номер, и она сразу ответила.
— Даша, привет, что случилось?
— Я звонила, но ты был вне доступа, — сказала она. Голос мне показался странным, слегка взволнованным. — Хотела спросить, ты когда домой приедешь?
— Пока не знаю. У нас тут много всего непонятного творится. Но если что-то случилось, буду только через час. Я сейчас на другом конце Москвы.
— Нет, ничего серьёзного, просто… я хотела с тобой поговорить.
— До вечера терпит? — уточнил я.
— Да, ещё есть время. Тогда до вечера.
— Постой, у вас точно всё в порядке? Как родители и сёстры мои? Из дома не выходили?
— Нет, с этим всё хорошо, мы сейчас телевизор смотрим. Просто я… предчувствие у меня нехорошее, не могу описать словами. Если что-то случится, я ещё позвоню.
Она первой повесила трубку. Я вопросительно посмотрел на телефон, не совсем понимая, зачем она звонила пять раз и что хотела сказать. Может, хочет домой вернуться, раз в столице относительно спокойно? Вот что за манера у девушек такая? Почему сразу нельзя всё сказать?
Пока я думал, под каким бы предлогом сбежать, к станции начали стягиваться дополнительные силы полиции, военных и учёных. За каких-то десять минут на тесной площадке перед входом в метро стало не протолкнуться от людей, больших ящиков с оборудованием, катушек с кабелями и прочим барахлом. Люди работали слаженно и без суматохи, видно, что не в первый раз занимаются подобным. Пока одни разгружали оборудование, большая группа учёных готовилась отправиться в метро, в сопровождении той самой троицы военных.
Дмитрий Игоревич примчался в числе последних. Пробежался по площадке перед станцией, долго говорил с группой из полиции и Семёном, только потом подошёл ко мне. Выглядел он взъерошенным и каким-то несобранным.
— Не пойму, что говорит Семён Романович о разломе в метро, — сказал он, усаживаясь рядом со мной на ящики.
— Вам надо на это посмотреть.
Я попытался как можно более точно описать то, что увидел. Дмитрий выслушал внимательно, покачал головой.
— Нет, с такой штукой не сталкивались. А что демоны мелкие говорят? Где они, кстати?
— Домой отправил. Они тоже с таким не встречались раньше. Говорят, что надо бы держаться от этой штуки как можно дальше. У меня нет желания спускаться туда второй раз, но я схожу с вами.
— Хорошо, — он встал. — Да, забыл сказать, как здесь разберёмся со всем, давай в офис заедем, есть разговор важный.
— Светлоликие так и не разрешили привлекать демонов к работе? — спросил я, думая, что дело в этом. Просто взгляд у начальника был странным.
— Нет, — он улыбнулся. — Дело касается их, но не в том ключе, что ты подумал.
Учёные решили идти одной большой группой. Дюжина рабочих с оборудованием и кабелями, десяток взволнованных студентов в белых научных халатах и ещё столько же специалистов разом выдвинулись к станции. Я видел, что они успели рассмотреть убитого монстра и головы собак, поэтому выглядели слегка напуганными, даже при поддержке трёх одарённых и десятка военных. Как рассказывал Дмитрий Игоревич, пока мы спускались вместе с остальными, подземные разломы встречаются один на тысячу случаев и всегда «жили» как минимум сутки. В таких случаях учёные никогда не упускали возможность собрать побольше данных и провести несколько экспериментов. Что касается чего-то необычного или нового, то это всегда вызывало огромный интерес. Я сначала удивлялся, что они примчались так быстро, но группа учёных уже второй день ждала подобный случай. Они едва ли не в машинах сидели, готовые отправиться по первому звонку.
Спускаясь по неработающему эскалатору, я слушал взволнованные разговоры студентов, обсуждающих разломы и демонов, которые напали на город. Вроде бы они не первый раз проходили подобную практику. В их руках мелькали небольшие камеры и фотоаппараты, кто-то нёс несколько прожекторов на штативах. В отличие от них, военные и несколько работников метро перспективе столкнуться с разломом и демонами совсем не радовались.
Военные на станции сориентировались быстро, выставили оцепление у каждого из тоннелей, затем развернули небольшую металлическую лестницу, чтобы учёным не пришлось ломать ноги, прыгая с платформы. Старший провёл инструктаж, чтобы студенты и рабочие слушали военных специалистов, к демонам и разлому близко не приближались и в случае опасности не создавали панику.
Чтобы избежать неожиданностей, на разведку пустили двух солдат и одарённого, а затем неспешно выдвинулись остальные, растянувшись длинной колонной. Я успел объяснить военным экспертам, в какой тоннель нужно идти. Сказал, что где-то через километр они увидят открытую дверь в служебное помещение, где прятался монстр и осталась тело собаки, затем ещё метров через сто будет чёрная сфера.
Идя второй раз по тоннелю, я сразу заметил, что воздух перестал двигаться. Не знаю, как здесь работает вентиляция, но в прошлый раз я чувствовал поток воздуха, а сейчас его не было. Когда мы прошли метров пятьсот, колонна сбавила ход и начала останавливаться. Послышались голоса старшего научного сотрудника и военных. Что произошло, стало понятно довольно быстро. Стоило пройти ещё немного и впереди показалась чёрная сфера, такая же, как и в прошлый раз.
— Мы только половину пути прошли, — негромко сказал я Дмитрию и Семёну. — Логово той твари впереди.
— Хочешь сказать, что оно движется? — спросил Дмитрий, показывая на чёрную сферу.
— Похоже на то…
Учёные уже начали устанавливать стойки с ярким освещением, просили работников метро, чтобы подключили их к сети.
— Действительно, необычное явление, — сказал Дмитрий, проходя вперёд.
— Я туда не пойду, — Семён Романович скрестил руки на груди. — Не нравится мне она.
— Мне тоже, — согласился я.
На несколько минут перед сферой развернулась бурная деятельность. Учёные отошли от неё метров на пятнадцать и только потом начали устанавливать оборудование. Пара самых смелых специалистов уже ходила непосредственно рядом со сферой, глядя на показание приборов в руках. Я же чувствовал нарастающее напряжения с каждой минутой. Находиться рядом хотелось всё меньше и меньше. Словно духота в помещении, откуда хочется поскорее сбежать на свежий воздух.
Довольно неожиданно по сфере пошла рябь, как по воде. Учёные засуетились, на всякий случай отойдя подальше. Я не видел лиц военных, но думал, что они тоже хотели уйти отсюда и чем быстрее тем лучше.
— Мне кажется, или она стала больше? — спросил Семён Романович.
— Она за час проползла метров шестьсот, — сказал я. — Значит…
— Десять метров в минуту, — подсказал Дмитрий Игоревич.
— Мы здесь уже минут десять, и она пока не двигалась, — я сделал пару шагов назад.
— Друзья, предлагаю подняться на поверхность и поговорить там, — негромко сказал Семён.
Голоса учёных усилились, так как по сфере снова пошла рябь.
— Поддерживаю, — согласился Дмитрий.
Мы дружно развернулись и поспешили обратно к станции. Я пару раз оглядывался, но сфера и не думала двигаться, находясь всё там же, перед стойками ярких прожекторов. Когда впереди показалась платформа, мы, не сговариваясь, перешли на бег и остановились, только когда выскочили из дверей станции под яркое сентябрьское солнце. У меня аж мурашки побежали по спине и рукам от накатывающего липкого страха. Семёна тоже пробрало, а вот Дмитрий Игоревич держался не в пример лучше. Может, потому, что не был одарён силой.
— Всё, я больше туда спускаться не буду, — сказал Семён. — Ни за какие деньги. Я не знаю, что это, но…
— Жутко, — кивнул я.
— Точно, — он поёжился. — Сюда надо госпожу Иену пригласить. Говорят, она на разломах помешана.
— С этим проблема, — Дмитрий посмотрел на нас взглядом заговорщика, затем осмотрелся. — Давайте поговорим у меня в офисе.
— Согласен, — кивнул Семён. — Чем дальше я отсюда, тем лучше. У меня задание только за охотниками присматривать, а остальным пусть ваш отдел занимается. Или эти.
Семён Романович кивнул на человека в белом халате, спешащего к входу в метро. Мы прошли за оцепление к стоянке и поехали в центр города. Дмитрий даже проблесковый маячок включил, чтобы нас не останавливали на каждом пропускном пункте.
— Что у вас произошло? — спросил Семён.
— У меня была назначена встреча с господином Ёром, — сказал Дмитрий. — На Лубянской площади в здании НИИ. Как раз по поводу охотников хотел договориться, но вместо этого я побеседовал с Корниловым.
— Начальник лаборатории по перемещениям в другие миры? — уточнил Семён.
— Можно и так назвать, — улыбнулся Дмитрий, но быстро стал серьёзным. — Он рассказал, что пару часов назад господин Ёр ругался с сестрой. Причём так, что стены тряслись. Затем они вошли в лабораторию, принесли с собой два кристалла и упорхнули в другой мир, одна одежда осталась. А кристаллы почти сразу рассыпались.
— Почему? — не понял Семён.
— Потому, что если уйти в другой мир через кристалл, то тебя можно вернуть с его помощью. Эвакуировать.
— А, туплю, — кивнул он. — Но я не понял, зачем они ушли? Что сказали?
— Ничего не сказали, никого не предупредили, просто ушли. Я бы не придал этому значения, мало ли им приспичило, или у них вахта закончилась, и меняются они, но мне знакомый позвонил из Берлина. В их лаборатории такая же ерунда произошла. Оба европейских куратора просто взяли и ушли, ничего не сказав. Догадайся когда?
— Одновременно с нашими, — вставил я.
— В десятку, — кивнул Дмитрий. — Я попросил Корнилова связаться с другими лабораториями, узнать у зарубежных коллег, что происходит.
— Бегут они, — хмыкнул я. — Как крысы с тонущего корабля. Прогрызли в нём дыру, падлы, и сбежали.
— Или же они предчувствуют то «слияние», о котором говорил краснокожий. И ещё эта штука странная в метро.
Дмитрий замолчал, хмуро глядя на дорогу.
— Начальство в курсе? — спросил Семён.
— Пока нет. Надо сначала с Корниловым поговорить. Мы сейчас к нему едем. Если подтвердится, то значит…
— Ага, — Семён Романович задумался о чём-то. — Но почему не предупредили и ничего не сказали? Странно. Что-то здесь не сходится. Может, ты прав и у них ротация?
Дальше ехали молча, промчавшись по пустым улицам, иногда разгоняясь до ста пятидесяти километров в час. Перед зданием НИИ на Лубянке были установлены настоящие баррикады и заграждения из бетонных блоков, мешков с песком и оранжевых грузовиков с водой. Даже пару танков установили так, чтобы простреливать прилегающее пространство. На мой взгляд, зря они так старались, учитывая, кто жил и работал в здании. Хотя в текущей ситуации, мера предосторожности лишней уже не выглядела.
Мне было любопытно посмотреть на лабораторию и кристаллы, но вместо этого мы поднялись на офисный этаж. Профессора Корнилова ждать не пришлось, он появился буквально через минуту и принял нас в своём рабочем кабинете. Находясь на карантине в здании, я с ним не пересекался ни разу. Приятный на вид мужчина лет пятидесяти, белый халат, очки, тёмные волосы слегка тронуты сединой.
— Геннадий Александрович, удалось что-то узнать? — спросил Дмитрий.
— Я получил ответ от трёх лабораторий, — голос у Корнилова был приятный, почти лекторский. — Абу-Даби, Оттава и Мумбаи утверждают, что их кураторы тоже покинули наш мир в одно и то же время. Причин отбытия никто не назвал. Другие лаборатории пока молчат.
— Очень похоже на эвакуацию, — сказал Дмитрий Игоревич.
— Поспешную, — кивнул Корнилов. Сняв очки, помассировал переносицу. — Я взял на себя смелость подняться на их этаж. Не скажу, что там разгром, но саженцы кристаллов разбиты, а в личной лаборатории госпожи Иены полный бардак. Она очень дорожила саженцами и не могу представить, что могло заставить её погубить их. И ещё работы по большим кристаллам почти завершились. Без неё мы не сможем закончить проект.
— Когда планируете ставить высокое начальство в известность? — спросил Семён Романович.
— Не будем создавать панику. Выясним, что происходит, получим отчёты от других лабораторий и будем думать, что делать. Надеюсь, что вы понимаете, какие последствия могут быть у поспешных решений?
— Всё прекрасно понимаем, — сказал Дмитрий. — Подождём, пока ситуация не прояснится.
На площадку перед зданием НИИ мы спускались молча. Пока шли к машине, Семён Романович закурил, о чём-то глубоко задумавшись. Дмитрий Игоревич предложил подбросить нас до Петровки, тем более что здесь было рукой подать.
— Дмитрий Игоревич, пока такая неопределённость, можно я в гости к кинийцам заеду? Надо бы продуктов купить на три дюжины человек… точнее, демонов. И ещё поговорить с ними не помешает.
— Езжай. Машину с водителем выделю.
— Помощницу мою возьми, — сказал Семён. — Ей всё равно придётся эти вопросы решать, пусть сегодня начинает. Сейчас позвоню ей.
Возле здания на Петровке всё было, как и накануне, разве что машины такси убрали. Штаб по чрезвычайной ситуации работал в том же режиме, поэтому в коридорах было шумно. Пока шеф ушёл уточнять ситуацию в городе, а Семён ждал помощницу, я заглянул в наш кабинет. Как всегда, застал там Михаила, только в этот раз притихшего, словно что-то произошло. Войдя в дверь, я резко нырнул вниз, делая шаг вперёд. Над моей головой мелькнула рука, пытавшаяся внезапно схватить меня за шкирку.
— Ксюша, оставь, — послышался знакомый мужской голос.
Я успел сделать пару шагов вглубь кабинета, спокойно выпрямился, поправил воротник и повернулся.
— Ну и злобная же ты, — сказал я, глядя на красивую женщину, носившую рабское клеймо на плече. — Я тебе ничего не сделал, а ты руки распускаешь.
— Сам ты злобный, — она смерила меня холодным взглядом. — Просто хотела тебя встряхнуть немного.
— Давайте, пока я вас сам не встряхнул, вы уйдёте, — сказал я, облокачиваясь о стол.
— Прости Ксению, — сказал её спутник. — Она последние несколько дней не в духе.
— Я заметил.
— Ты говорил, что можешь убрать татуировку с её плеча, — сказал он, жестом остановив Ксению. — Я заплачу, если поможешь.
— Это не только татуировка, но и магический символ, — я поднял указательный палец, пытаясь выделить значимость этого, но никто не оценил. — Дело не в самом рисунке, а в том, что кроется за ним. Если его повредить, это убьёт носителя. Даже отсечь руку выше знака не поможет. Говорят, что если погибнет хозяин раба, то и все, кого он клеймил, тоже умрут. Не уверен, что это работает на разные миры, но проверять не хочется.
— Вот что я говорила? — женщина посмотрела на спутника. — Он слишком много знает об этих знаках. А это секрет гильдии работорговцев. Они все, как он, ходят татуированными.
— Хотя в нашем мире тоже были рабы и большая гильдия, зарабатывающая на них, они подобных символов не знали, — отмахнулся я. — Просто клеймили несчастных огнём. А насчёт символа, то я много чего знаю. Прочёл несколько старых книг на древнем и забытом демоническом языке. Вполне может быть, что в вашем мире эти знания не забыли и передают из уст в уста.
— Но убрать его можно? — вернул разговор в прежнее русло мужчина. Мне он понравился, рассудительный и умный.
— Я могу знак испортить, чтобы он перестал быть таковым и превратился просто в татуировку, а затем выжечь краску под кожей. Убрать знак нужно, чтобы его нельзя было восстановить. В общем, останется некрасивый шрам.
— Уж лучше шрам, чем это, — серьёзно сказала женщина, накрыв татуировку ладонью и с силой сжав.
— Мы заплатим, — повторил мужчина.
— Тогда записывайте, что нужно достать, — сказал я, загибая пальцы. — Чернила любые, чёрные или синие, для исправления татуировки, спирт медицинский, несколько иголок и газовая сажа очень хорошего качества. А ещё вам понадобится огнеупорный керамический тигель в виде чашки и пестик, чтобы пальцем всё не перемешивать. С этим у вас проблем возникнуть не должно, а вот два особых ингредиента достать будет сложно. Один из них у меня есть и вам, можно сказать, повезло. Второй ингредиент — это кровь сильного демона, свежая, одного стакана хватит. Разумные демоны не подойдут, если это только не краснокожий шаман. Можете поохотиться на пятнистых собак в метро или поискать в городе крылатых демонов, которые с краснокожими пришли. И ещё, кровь обязательно должна быть красной.
— Я всё запомнил, — мужчина быстро стучал пальцем по экрану телефона, записывая ингредиенты.
— Насчёт оплаты поговорим, когда вы всё достанете.
— Собаки разве сильные демоны? — спросил он.
— Нет, не очень. Здесь работает принцип, чем сильнее демон, тем лучше будет результат. Если достанете плохую кровь, то процесс будет очень болезненный и не факт, что получится так, как нужно.
— Скажи номер телефона, — попросил мужчина. — Я позвоню, когда всё достанем.
Записав номер, гости попрощались и ушли. Я же повернулся к Михаилу, светящемуся от любопытства.
— Они тебя тут с самого утра ждут, — сказал он. — А что хотят, не говорили.
— У девушки на плече рабское клеймо, — сказал я, усаживаясь за свой стол. — Неприятные воспоминания из прошлого.
— И для этого кровь демона нужна? — заинтересовался он, передвигая стул поближе к моему столу. — Будешь зелье варить, как алхимик?
— Чернила для татуировки.
— Слушай, Василий, — он заговорил тише. — А можно я на эту тему научную статью напишу? О магических знаках.
— Нельзя. Это большой секрет. В тёмном мире тебя могли убить только за то, что ты узор татуировки увидел, не говоря уже о том, чтобы понять смысл того или иного знака. Это как пойти к длинноухим и попросить научить тебя путешествовать между мирами. Хорошо, если они тебя просто выслушают и пошлют, а не прибьют на месте.
— А если это может помочь человечеству? — спросил он. — Всё равно не расскажешь?
— Это скорее приблизит его гибель, — рассмеялся я. — Но кое-что сделать можно. Только об этом надо с Дмитрием Игоревичем говорить. Не смотри так, если он даст добро, будет тебе научная статья. Только сейчас немного не до этого. Хорошо бы наш мир вообще уцелел.
Пока я пересказывал Михаилу о странной штуке, которую мы нашли в метро, появилась помощница Семёна Романовича. Я думал, что она будет из числа одарённых, но ошибся. Это была красивая женщина лет тридцати пяти, в тёмно-синем костюме. Взгляд строгий и цепкий, длинные тёмные волосы аккуратно уложены и закреплены ободком.
— Василий Молотов? — спросила она. — Меня зовут Светлана Матвеевна.
— Очень приятно, — я встал, а Михаил поспешил занять своё место и спрятаться за монитором. Даже пригнулся, чтобы его видно не было.
— Прошу ознакомиться с приказом, — она подошла, вынула из папки листок и протянула мне. — Тебя назначили моим помощником в отдел по работе с демонами.
— А у нас есть такой отдел? — я удивлённо посмотрел на неё, затем на лист, оказавшийся приказом. В ответ на мой взгляд Михаил развёл руками и мотнул головой, показывая, что не имеет понятия. — Шеф в курсе моего назначения?
— Дмитрий Игоревич сказал, что старший научный сотрудник, Василий Молотов, введёт меня в курс работы нового отдела.
— Кто бы меня ввёл в этот курс, — отозвался я.
На минуту в комнате повисло молчание. Я пробежал взглядом по листу. Не всё из написанного понял, но получалось, что Дмитрий Игоревич приказывал создать новый отдел и назначить его руководителем Соколову Светлану Матвеевну.
— Я слышала, что вы собираетесь сейчас навестить группу демонов, которые будут работать в метро и охотиться на опасных животных? — уточнила она, нарушая молчание.
— Есть такие планы. Нужно только дождаться человека от Семёна Романовича, который должен помочь с этим делом.
— Я и есть тот самый человек, — подсказала она. Судя по голосу, её новое назначение не радовало или же было что-то ещё, о чём я пока не знал.
— А у него тогда какая должность?
— Это неважно, — отрезала она.
— А мне кажется, что начальство само не понимает что хочет. Ладно, можно и так.
— Я могу поехать с Вами, чтобы оценить, с чем придётся работать? — спросила она.
— Если у Вас есть машина, — кивнул я, подумав, что если она будет работать с демонами, то можно её с ними познакомить уже сейчас. Пусть посмотрит, как живёт община кинийцев.
Как выяснилось, машина у Светланы была даже больше, чем у Дмитрия Игоревича. Необычно видеть хрупкую женщину за рулём огромного внедорожника. Хорошо, что водила она не в пример мягче и спокойнее, чем шеф. Пока мы ехали на юго-запад столицы, я немного рассказал о кинийцах, как они живут в серых и тёмных мирах и каких проблем от них можно ожидать. Светлана оказалась человеком внимательным, умеющим слушать и задавать правильные вопросы. До нового назначения она работала в министерстве госбезопасности руководителем отдела, как-то связанного с демонами, который почти в полном составе взяла с собой. Так что на неё сейчас работало около десяти человек, половина из которых сейчас занималась поиском экипировки маленького размера для охотников.
— Нашли уже, — говорила она, когда мы ехали по проспекту в сторону знакомого парка. — Завтра утром должны в столицу доставить из области. Для Суворовских училищ столько всего делают, что можно и тысячу охотников экипировать. Но удивительно, что демонов в столице больше тридцати, да ещё и в одном месте. Надо их расспросить, как они камеры наружного наблюдения обманывают.
— А как насчёт еды? Продуктовые магазины сейчас работают? И ещё денег бы выделить, чтобы они смогли покупать всё необходимое.
— Поход по магазинам, да? — она бросила на меня задумчивый взгляд. — Пусть список составят, что им нужно на несколько дней, вечером всё привезут.
— У них грамотный только староста, но мы что-нибудь придумаем. Здесь нужно повернуть направо.
Встреча Светланы Матвеевны с кинийцами прошла весело. Сначала познакомил её со старостой, представив как большого городского начальника, способного решить все проблемы общины. Беседовали мы где-то полтора часа, пили сладкий кисель, ели булочки с яблочным повидлом. Затем Светлана прошла по дому, познакомившись не только со взрослыми кинийцами, но и с любопытными детьми. Ей даже подарили браслет, сплетённый из разноцветных шнурков.
Возвращаться в офис со Светланой я не стал, сказав, что побуду здесь ещё какое-то время. Уезжала она в глубокой задумчивости, пытаясь скрыть, что слегка поражена увиденным. Мне показалось, что впечатление друг о друге и у неё, и у старосты сложились положительные. Она даже пообещала, что кинийцы смогут жить в тех домах, что занимают сейчас. Вроде бы сможет договориться, чтобы старые пятиэтажки не сносили и не отключали от электричества и канализации. Посмотрим, во что всё это выльется.
— Она странная, — сказала Кити, встав рядом со мной.
— Почему? — уточнил я, провожая взглядом выезжающую со двора машину.
— Не владеет силой, не благородного происхождения, но говорит с тобой без почтения.
— А что сама? — улыбнулся я. — С высокородными дами нельзя первой заговаривать.
— Мы ведь обнимались, значит, уже друзья.
— Тогда, подруга, — я положил ладонь ей на макушку, — кто из твоих друзей знает, где в этом районе паукан живёт? Я сегодня одного такого видел, шибко страшный оказался. От таких надо сразу избавляться. И ещё, мне нужны будут два клыка пятнистых собак. У охотников должны быть, видел, как они крутились у собачьих голов.
— Я сама знаю, где у него логово.
— Не сомневаюсь, но зови кого-нибудь из мужчин.
Она вздохнула и ушла к дому. Я же достал сотовый телефон, набрал номер Дмитрия Игоревича. Повезло, что он был не на одном из бесконечных совещаний и ответил почти сразу.
— Да, Василий, слушаю, — голос у начальника был крайне странный, но я значения этому не придал.
— Шеф, помните монстра, такого, с длинными руками и толстым телом. У нас в районе живёт похожий и людей по ночам жрёт. Кинийцы с ним связываться не хотят, боятся. Нужно несколько сильных людей, можно с оружием. Вряд ли у этого демона есть символ отражения.
— Я сообщу об этом военным, — сказал он голосом, лишённым эмоций.
— Шеф, что случилось? — я тоже стал серьёзным. — Если нужна помощь, только скажите, я сейчас буду.
— Всё хорошо. Ты… езжай домой к родным. Два дня выходных тебе положено.
— Дмитрий Игоревич, при всём уважении, но мне ни отпуск, ни выходные не нужны. Говорите уже, что происходит. Это связано с той штукой, что мы в метро нашли?
С той стороны повисла тишина, две минуты долгого молчания. Вроде бы я слышал голоса на заднем фоне, какие-то непонятные звуки.
— Их уже несколько десятков по всему метро, — сказал Дмитрий Игоревич. — И не только в Москве. Ты знаешь, что это такое?
— Я же говорил, что первый раз сегодня увидел.
— Да, уже, одну минуту, — сказал он явно не мне. — Василий, я позвоню позже, как освобожусь.
С той стороны послышались голоса, и он повесил трубку.
— А как же паукан? — спросил я, глядя на телефон.
Со стороны дома ко мне уже спешила Кити с внуком старосты. Пришлось их огорчить, что охотиться на монстра будем в другой раз. Я бы и сам его мог прибить, но хотелось, чтобы это сделал кто-то из одарённых. Не только мне, но и им нужно знать, насколько такие странные демоны сильные и быстрые. Ещё в метро мне показалось, что магия его почти не берёт, поэтому интересно, переживёт ли он очередь из автомата.
Кити стукнула кулачком в бок охотника, отняла у него пару собачьих клыков и с улыбкой вручила мне, словно это был подарок. Охотники успели почистить и обточить клыки, чтобы смотрелись красиво. Может, бусы хотели сделать, или что-то похожее. А ещё эта парочка кинийцев напросилась проводить меня домой. Всю дорогу весело щебетали, обсуждая, как охотники ходили по метро и что у них теперь хорошее оружие. Как я понял, копья и тесаки они возвращать не собирались.
К моему возвращению, дома царила странная атмосфера. Я ещё из коридора заметил лёгкий бардак в большой комнате. Встречала меня Дарья, бодрая и полностью здоровая.
— Я же просил носить контактные линзы, чтобы моих родных не пугать, — я с укоризной посмотрел на неё.
— От них глаза болят, — она виновато опустила взгляд и опомнилась. — Да и не важно это. Надо уходить. Не уверена, что у меня получится так же хорошо, как и у мамы, найти подходящий разлом, но я постараюсь. Их сейчас будет очень мало, поэтому надо бы начать искать прямо сейчас. На машине это сделать быстрее и проще, можно за один день объехать…
— Стоп, стоп, — остановил я её. — Дарья, объясни так, чтобы я тебя понимал. Папа, привет. Я целый день по городу мотаюсь и даже поесть не успел, пару булочек перехватил, и всё.
— Сейчас всё будет, — сказал он, выходя из большой комнаты и направляясь на кухню. — Руки помыть не забудь.
— Зачем нам искать разломы? — спросил я у Даши.
— Ты разве не чувствуешь? — она пристально посмотрела на меня. — Ваш мир умирает. Он уже разрушен и его не спасти. Несколько дней осколки будут держаться вместе, а потом распадутся на части.
— Во-первых, — я перешёл на язык дами, — с чего ты это взяла, а во-вторых, не пугай моих родных.
Я улыбнулся сёстрам, выглядывающим из комнаты, помахал им рукой. Мы так и топтались в коридоре. Даша взяла меня за руку, потянула на балкон. Вид из нашего окна открывался на дом, стоящий напротив. Она показала на небо.
— Я ещё днём почувствовала что-то неладное и тебе позвонила. Скажи, что ты видишь?
Я посмотрел в ту сторону, но ничего не заметил. Обычное вечернее небо, солнце только начало клониться к закату.
— Ничего. Небо, крышу дома.
— А я вижу огромную чёрную трещину, протянувшуюся оттуда, — она сделала движение рукой с севера на юг, — туда. Это как трещина в кувшине с водой. Границы мира разрушены, и он погибает.
Она пыталась вложить в слова больше магии, чтобы я хотя бы смог понять то, что она видела, но ей не хватало опыта. Воздух вокруг задрожал, слегка зазвенели стёкла. Беата как-то рассказывала, что белые глаза дами могут видеть гораздо больше, чем глаза людей, демонов или светлоликих.
— Они все же пробили брешь в нашем мире, — тихо сказал я, крепко сжимая ладонь Дарьи.
⠀⠀
Два часа спустя, здание НИИ на Лубянской площади
Дмитрий Игоревич Лопатин тихо сидел за длинным столом, глядя на лица участвующих в видеоконференции людей. Два десятка окошек, подписанных названиями лабораторий по всему миру. Кого-то из этих людей Дмитрий неплохо знал, кого-то видел впервые. Ещё один большой экран отображал четыре окошка с президентом, премьером и двумя генералами. Инициатором экстренного совещания стала Япония, от которой выступала светлоликая Лиа, прекрасно говорящая на японском языке. Переводчик в наушнике Дмитрия только что закончил говорить, сам удивившись тому, что сказал.
— Вы же говорили, — первым молчание нарушил глава крупнейшей в мире лаборатории, расположенной в США, — что до дня икс как минимум несколько лет. Не конкретно Вы, а наши кураторы. Как так получилось, что внезапно… что этому миру осталось несколько дней.
— Я не знаю, — сказала красивая светловолосая женщина. Она выглядела болезненной и медленно говорила, словно очень плохо себя чувствовала. Кто-то тщательно замазал синяки на её лице, заклеил небольшим пластырем рану над левой бровью. Было видно, что сражение с краснокожим демоном в Токио далось ей отнюдь не легко. — Миру нанесены критические повреждения, и он рассыпается на части. Пока медленно, но скорость обрушения будет нарастать.
— Госпожа Лиа, мы поняли серьёзность ситуации, — сказал представитель США, в этом году исполняющий обязанности генерального секретаря организации, связывающей в единую сеть все лаборатории мира. — Что мы можем сделать, чтобы выйти из текущего кризиса?
Насколько понял Дмитрий Игоревич, Лиа была единственной представительницей светлой расы в их мире. Ему казалось, что осталась она вовсе не потому, что это был приказ или ей не хватило сил сбежать, а что-то связывало её с этим миром сильнее, чем страх за собственную жизнь.
Директор лаборатории в Бразилии всплеснул руками, даже смахнул папку со стола, но голос его слышен не был. Представитель США даже не обратил внимание на это.
— Шанс всё исправить ещё есть, — сказала светлоликая. — Лаборатория в России поймала белоглазого демона. Их называют дами, они проводники силы. Лорд Ёр хвастался, что поймал могущественную жрицу и что он может заставить её говорить.
Собравшиеся перевели взгляд на окошко с изображением Корнилова. Под иконкой загорелся зелёный огонёк, дающий слово представителю России.
— Действительно, светлоликий лорд Ёр поймал одного из них, — кивнул Корнилов. — Женщину с белыми глазами. Только я боюсь огорчить Вас, буквально несколько дней назад произошёл несчастный случай, и демон погиб.
— Он не говорил мне, что жрица умерла… — госпожа Лиа нахмурилась, ненадолго задумалась, затем встрепенулась. — Ёр допрашивал её и убил? Есть записи этого разговора?
— Записи есть, но звук испорчен. Дело в том, что один из наших сотрудников обладает уникальным даром, он понимает разные языки демонов и может с ними говорить. Как раз во время этого разговора произошёл странный случай, и женщина погибла. Я смотрел видео, во время их разговора слышен только гул, словно кто-то специально испортил запись.
— Что она ему сказала?! Это важно, — светлоликая даже привстала на секунду, но быстро опустилась, вспомнив о ранах, и побледнела ещё больше.
Корнилов посмотрел на Дмитрия Игоревича. Через секунду на стол лёг сотовый телефон, послышались длинные гудки.
— Да, шеф, — раздался в трубке голос Василия.
— Мы сегодня днём встречались с Геннадием Корниловым, он тебе пару вопросов задаст, я громкую связь включил, — сказал Дмитрий.
— Хорошо, время есть.
— Василий, вспомни, ты разговаривал с белоглазой женщиной в подвале, что она тогда сказала?
— О, неожиданный вопрос, — его голос стал удивлённым. — Зачем это Вам сейчас понадобилось? Но если интересно, то мы просто обменялись любезностями. Она попросила позаботиться о её дочери, я согласился.
Корнилов вопросительно посмотрел на Дмитрия, но тот лишь развёл руками.
— Даша? — Дмитрий Игоревич вспомнил имя девушки, о знакомстве с матерью которой говорил Василий.
— Точно, — судя по тону, он улыбнулся. — Вы очень догадливы. Раз я ваше любопытство утолил и был очень откровенен, скажите, почему этот дурацкий вопрос вас заинтересовал именно сейчас? Тут до конца света два дня осталось.
— Ты уже в курсе? — спросил Корнилов. — Откуда?
— Даша рассказала. Мы планируем найти какой-нибудь разлом и прыгнуть наугад. Это опасно, но другого выхода нет. Поэтому я и удивился, что вы о её маме вспомнили именно сейчас.
Послышался голос говорившей на японском.
— Госпожа Лиа спрашивает, этой девочке что-нибудь известно про символ затмения? — сказал Корнилов, так как голос переводчика звучал только в наушнике.
— Госпожа? — Василий снова удивился. — Выходит, кто-то из длинноухих остался, чтобы посмотреть на агонию этого мира. Передавайте ей привет.
— Подожди, Василий, — поспешил сказать Дмитрий. — Госпожа Лиа говорит, что этот мир можно спасти.
— Врёт, — флегматично заметил Василий, словно потерял к этому разговору интерес. — Или заблуждается, выдавая желаемое за действительное.
— Она снова спрашивает о символе затмения, — перевёл её слова Дмитрий. — Известен ли он Даше?
— Дмитрий Игоревич, я знаю очень много символов, даже больше, чем верховная жрица в Великом храме города Хума, но о символе затмения никогда не слышал. Что?
На заднем фоне послышался девичий голос, пытающийся что-то сказать. Василий возразил, что осталось всего два дня и это ничего не изменит. Госпожа Лиа снова заговорила на японском.
— Василий, госпожа Лиа сказала, что в текущей ситуации разломы не могут появляться и ты зря тратишь время, — перевёл её слова Дмитрий. — Она говорит, что едет к тебе и будет в Москве завтра. Есть способ спасти этот мир.
— И вы ей верите? Она в этом что-то понимает?
— Сказала, что может тебя удивить, если ты её хотя бы выслушаешь, — сказал Дмитрий.
— А я вот ей не верю ни на грамм, — ответил Василий. — Но подумаю над её словами на досуге, если не найду даже самый маленький разлом.
Телефон показал красный экран завершения разговора. Дмитрий Игоревич выдохнул, проведя тыльной стороной ладони по лбу.
— Прошу тишины, — сказал представитель США, хотя микрофоны у всех были выключены.
Дмитрий обратил внимание, что госпожа Лиа встала, что-то сказав своей помощнице. Та поспешила взять её под руку, уводя от экрана. Он уже знал, что в лаборатории Корнилова остались нетронутыми одиннадцать светлых и девять серых кристаллов. То есть спастись бегством из гибнущего мира могли лишь двадцать человек. При этом по словам госпожи Лиа, через двадцать часов и они станут бесполезными. Дмитрий подумал, что это может быть хорошим предметом для торга, если Василий не найдёт разлом и не покинет гибнущий мир раньше.
⠀⠀
Сидя на лавочке и греясь в лучах утреннего солнца, я смотрел на мирно пасущихся коров и парочку лошадей. С этого места открывался прекрасный вид на бескрайнее поле и далёкий лес. Погода радовала чистым небом и лёгким тёплым ветерком. Пахло цветами, скошенной травой и чем-то ещё, давно позабытым, но очень приятным. Рядом на лавочке сидела Дарья, положив голову на моё плечо и тихо спала. Вчера вечером, до наступления комендантского часа, нам удалось покинуть столицу, несмотря на то что военные перекрыли почти все дороги. Мы пару часов катались по большому кольцу, резонно полагая, что разломы появляются в местах скопления людей. Потом всю ночь колесили по области, но не нашли даже слабого намёка на разрывы в пространстве.
Двадцать лет прошло, а папа так и не научился водить машину, считая это занятие очень опасным. Хорошо, что Зинаида Алексеевна в этом плане куда предусмотрительней. Оказывается, у неё был большой семиместный минивэн, на котором они всей семьёй ездили в прошлом году на Чёрное море. Уже под утро, когда начало светать, она сказала, раз мы не знаем, куда ехать, то можно заглянуть в гости к её родителям и немного отдохнуть. Предложила после обеда рвануть на юг, там тоже много больших городов и если постараться, то мы как раз успеем искупаться в море. Только перед долгой дорогой ей надо было хорошенько выспаться.
Позади послышалось кудахтанье кур и женский голос, отвлекая меня от тяжёлых мыслей. Я посмотрел на экран телефона, показывающий половину одиннадцатого.
— Что там? — Дарья крепко сжала мою руку. Она села, немного потянулась и потёрла уставшие глаза.
— Гости, — тихо сказал я, глядя на север, откуда доносился приближающийся гул.
К нам на большой скорости приближался серый вертолёт. Не прошло и минуты, а он уже завис над деревней, выбирая место для посадки. В итоге решил садиться на поле, которым я любовался.
— Уверена, что хочешь пойти со мной? — спросил я.
— Глупый вопрос, — Дарья посмотрела взглядом высокородной дами. Иногда забываешь, что она одна из них.
Вертолёт тем временем приземлился, распугав коров. Я такой не видел никогда, с виду пассажирский, но хищной формы, как бывает у военных. Моя одежда немного испачкалась, поэтому я был в брюках и рубашке отца, напоминая офисного клерка. Столько дней прошло с моего возвращения, а я так и не добрался до хорошего магазина одежды. Даже деньги с карточки Дмитрия Игоревича не потратил.
Стоило вспомнить шефа, как он вышел из вертолёта, помахав нам рукой. Я ему звонил где-то час назад и не ожидал увидеть так скоро. Всё утро думал о том, что делать, даже голова разболелась. Даша говорила, что в Москве часто появляются разломы, и она почти всегда ощущала их где-то рядом, но за последнюю неделю не почувствовала ни одного. Удивлялась этому, говоря, что этого не может быть. И ночью старалась изо всех сил, пытаясь найти их, но без результата. Сдаётся мне, не зря светлоликие так поспешно сбежали.
Боялись, что не успеют?
Вместе с Дашей мы прошли по узкой тропинке к полю и поспешили к вертолёту. Ей приходилось придерживать подол платья, борясь с порывами ветра. Дмитрий Игоревич что-то крикнул, но я не расслышал. Он подал руку, помогая Даше подняться в салон. Я ожидал увидеть кого-то из одарённых, но внутри было пусто. Дмитрий поднялся последним, закрыл дверь и что-то сказал в гарнитуру.
— Лучше пристегнуться, — крикнул он, показывая на мягкие пассажирские сидения.
Внутри шум двигателя и лопастей вертолёта был не такой громкий, но Дмитрий Игоревич всё равно протянул нам с Дашей такие же гарнитуры, как у него.
— В прошлый раз были зелёные, — сказал он, показывая пальцем на свой глаз.
— Контактные линзы, — пояснил я.
— Да, необычно… Но как же твои родные? Точно не хочешь отправить их в другой мир?
Вертолёт поднялся и заложил крутой вираж, направляясь на север. В иллюминатор я увидел отца, вышедшего из дома. Мы с ним на эту тему успели поговорить. Я попросил подождать немного. Если длинноухая попытается нас обмануть, к вечеру вернусь, и мы поедем дальше на юг.
— Отправить их в случайный серый мир?.. — я покачал головой. — Вы же сами говорили, что они перенесут только тело, без одежды и всего прочего. За отца я бы не переживал, но сёстрам там делать нечего, особенно в таком виде. А что, светлых кристаллов не осталось?
Дмитрий развёл руками.
— Их было всего десяток, — сказал он. — Шесть серых мы смогли спасти, а за остальные была настоящая драка.
— Понятно. А как обстановка в городе?
— Никто не знает, что конец света уже наступил, — Дмитрий Игоревич грустно улыбнулся. — Метро не работает, поэтому в городе мёртвая пробка с самого утра. Люди спешат на работу, навестить знакомых и родственников, просто погулять в парке, пока хорошая погода. Свободно передвигаться можно только на вертолёте.
— Светлоликая приехала?
— Ночью, — он кивнул. — С целой делегацией. Про тебя долго расспрашивала, а потом заперлась в лаборатории госпожи Иены и не выходит. Слова никто не вытянул, что она хочет и какой у неё план.
— Для достижения своих целей они легко пожертвуют целым миром. Я сталкивался с ними однажды. Они приходили, чтобы проверить собственные силы. Двое парней и девушка, все моложе двадцати, под присмотром пары наставников. Спалили два больших города, убив десятки тысяч невинных жителей. Мужчин, женщин, детей, всех, кто попадался под руку. Опьянели от вкуса крови и настолько обнаглели, что направились к Великому храму в городе Хума. Помню их надменные лица, высокомерный взгляд, словно перед ними кучка насекомых. Требовали подать им верховную жрицу, чтобы молодёжь могла сразиться с ней, потренироваться и испытать свои силы. Но когда Беата вышла поприветствовать их, сразу сбежали, поджав хвост.
Я с силой сжал кулаки, борясь с нахлынувшими эмоциями. Дарья положила ладонь поверх моей руки.
— Всё хорошо, — я улыбнулся ей, затем посмотрел на Дмитрия Игоревича. — Мы с Беатой и жрицами из храма поехали в сожжённые города и насмотрелись такого, что мне целый год кошмары снились. Я на девяносто девять процентов уверен, что гибель нашего мира — это их рук дело. Поэтому не верю, что светлоликая хочет спасти нас. Скорее всего, преследует корыстные цели.
— Но ты хочешь с ней встретиться, — вставил Дмитрий.
— Если перед гибелью мира я сверну ей шею, мне будет не так обидно помирать.
— Можно и так, — почему-то согласился он. — Но перед этим выслушай, что хочет сказать. Вдруг она на самом деле знает способ спасти этот мир.
Я промолчал, уставившись в окно. Утром Дарья сказала, что огромные трещины покрыли уже всё небо и скоро даже люди смогут увидеть их. Не знала только успеют ли они удивиться этому зрелищу. Не верю, что существует сила, способная склеить разбитый мир.
Дмитрий Игоревич ничуть не лукавил, когда говорил, что Москва встанет в мёртвой пробке. Никогда не видел столько машин в одном месте. В центре города, казалось, они не ехали, а просто стояли. Лишь несколько улиц оставались свободными, где их перекрыли военные, как возле НИИ. Вертолёту едва хватило места, чтобы сесть на площади перед высоким зданием. Внутри же нас встречала целая делегация во главе с начальником лаборатории Корниловым.
— Хорошо, что вы смогли добраться так скоро, — сказал он, делая приглашающий жест в сторону лифтов. — Госпожа Лиа уже несколько раз жаловалась, что у нас не осталось времени.
Я взял Дашу за руку, подтягивая ближе, так как она привлекала слишком много внимания. Несколько японцев в строгих костюмах смотрели на неё как-то недружелюбно, в отличие от их спутниц, одетых в традиционные кимоно. Женщины эмоции скрывали куда лучше. Один из гостей, немолодой лысоватый японец что-то сказал, обращаясь ко мне, затем посмотрел на Корнилова.
— Господин Никайдо хочет поговорить с Вами, когда всё закончится, — перевела его слова одна из женщин в кимоно.
— Если буду в настроении, — отозвался я, оглядывая просторный холл. Одарённых видно не было, но ощущалось присутствие кого-то сильного и незнакомого.
— Я бы тоже хотел поговорить с тобой, — тихо сказал Корнилов. Мы остановились напротив дверей лифта, и он приложил ладонь к сканеру. — В лабораторию кристаллов посторонним нельзя заходить, поэтому с вами пойдёт только переводчик. Не знаю, что они задумали, но я могу настоять на присутствии моего человека.
— Не нужно, — я жестом остановил его, пропустил Дарью в лифт и остановился на секунду. — Очень надеюсь, что у неё есть план.
— Они привезли с собой несколько ящиков, — так же тихо сказал он, бросив короткий взгляд на японцев. — Думаю, что там кристаллы.
Я кивнул и вошёл в лифт. На панели было всего три кнопки со стрелочками, чтобы не ошибиться. Женщина в кимоно нажала на самую верхнюю и с опаской отступила в сторону от нас. Уставилась в пол, чтобы не встречаться взглядом с Дарьей. Странно, что я в этот момент совершенно не нервничал. Устал немного из-за бессонной ночи. Знак чёрного солнца на спине вытягивал последние силы. Казалось, что стоит закрыть глаза и я в тот же миг усну.
Двери лифта открылись, явив просторный коридор и высокую, красивую женщину лет двадцати восьми. Ходили слухи, что все длинноухие женщины переставали стареть в этом возрасте. В тёмных мирах говорят, что светлоликой красотке, стоявшей перед тобой, может быть лет семьдесят или даже девяносто. Девичий голос, нежная кожа без морщин, ясный взгляд, но внутри холод и тьма. Я даже не мог сказать, что она думает, так как её лицо больше походило на изящную маску, вырезанную из белого мрамора.
Женщина заговорила сначала на незнакомом языке, посмотрела на нас, затем перешла на японский.
— Госпожа Лиа рада видеть Вас, — перевела её слова японка, говорившая с сильным акцентом. Кимоно мешало ей нормально ходить, поэтому она засеменила вперёд, спеша встать рядом с хозяйкой.
— Это вряд ли, что рада, — сказал я. — Давай ближе к делу. Ты сказала, что сможешь удивить меня. И если умеешь говорить на любом из языков демонов, можно обойтись без переводчика.
— Госпожа сказала, что владеет несколькими языками низших рас, и сожалеет, что не может говорить на языке дами, как это делали Вы, — перевела японка. — Она удивлена, что на подобное способен человек. Прошу, проходите в лабораторию, там вы всё увидите и узнаете.
Лиа повернулась к нам спиной и спокойно пошла по коридору. Мне захотелось нажать кнопку лифта и поехать обратно, но Дарья взяла под локоть, чтобы не думал сбежать. Посмотрела строго, показала подбородком в сторону коридора.
— Я не капризничаю, просто она мне не нравится, — вздохнул я. — Она ранена после боя с краснокожим владыкой, но даже в таком состоянии сильнее меня. Обидно это признавать. Не уверен, что, открыв второй символ, смог бы потягаться с ней на равных. А ведь раньше думал обратное.
— У тебя ещё будет возможность открыть их девять, — напомнила она.
Проворчав на языке демонов всё, что думаю о длинноухой и этом месте, я шагнул в коридор. Под лабораторией подразумевалась пустая комната, в центре которой установили кадку с песком и кристаллом, очень похожим на прозрачный кварц, только высотой минимум в метр. Лиа провела по нему ладонью, задержалась на секунду.
— Я произнесу сейчас очень опасные слова, за которые в светлых мирах вас сразу убьют, поэтому будьте аккуратней, — сказала светлоликая Лиа, говоря на одном из самых распространённых языков демонов. Он был несложен в освоении, поэтому в девяти случаях из десяти в тёмных мирах говорили именно на нём. — Между нами и белоглазыми демонами, взявшими имя богини Дами, идёт долгая война, растянувшаяся на тысячи лет. Всё потому, что дами владеют силой, нарушающей законы мироздания. Мы не пришли к согласию, поэтому белоглазые ушли в тёмные миры, а мы остались в светлых. Никто уже не помнит, что наши предки жили в мире. А ведь богиня Дами — та, которой светлоликие когда-то поклонялись.
— Ближе к делу, — сказал я. — Мне всё это не интересно.
— Ты куда-то спешишь? — она оторвала взгляд от кристалла и посмотрела на меня. Вот сейчас я поверил, что ей может быть больше лет, чем кажется со стороны.
— Ты сказала, что этот мир можно спасти, — я попытался сказать это как можно более спокойно. — Как?
— Ты молод, но я чувствую в тебе силу, — сказала она, проигнорировав мой вопрос. — Скрываешь её более умело, чем эта девочка. А ещё хвастался, что разбираешься в знаниях лучше, чем верховная жрица в главном храме.
— Прочёл пару умных книжек, — сказал я. Если бы не общение с Беатой, то я бы не смог так долго смотреть этой женщине в глаза. Взгляд у неё был властным, от него мурашки бежали по коже.
— Скажи мне девочка, он, правда, так силён, как думает о себе? — она перевела взгляд на Дашу.
— Он сильный, — едва заметно кивнула Дарья, выдержав её взгляд и крепче сжав мой локоть.
— В тебе течёт чистая кровь дами. Через пять лет будет ли он сильнее тебя?
— Он и сейчас сильнее, чем я буду через пять или даже десять лет.
— Я знаю восемь миров, где стоят великие храмы дами, — она обвела нас взглядом, словно оценивала товар на витрине. — Из какого пришли вы?
— Город Хума, — ответила за меня Дарья.
— Да, место хорошее, — она ехидно рассмеялась, — мокрый лес, вечный смрад и сырость. Одежда уже на пятый день начинает смердеть, словно разлагается. Её невозможно просушить на солнце, потому как светило выглядывает из-за туч пару раз в год. Но в Хуме построен второй по величине храм среди тёмных миров, знакомых мне.
— Была там? — догадался я, крепко сжимая кулак.
— Встречалась с нашими шпионами из числа старейшин дами, — спокойно сказала она и властным жестом остановила меня. — Всё, хватит разговоров. Выбор очевиден, и он гораздо лучше, чем я думала. Это хорошо.
Она обратилась к переводчице, долго говоря на японском. Доверительно положила руку ей на плечо и тепло улыбнулась. Японка внимательно слушала, затем что-то ответила и несколько раз поклонилась. Развязав небольшой тряпичный мешочек на поясе, она вынула самый обыкновенный перочинный нож. Открыв, положила его на ладони и протянула светлоликой. Лиа придирчиво осмотрела лезвие, затем взяла нож и несколько раз чиркнула себя по запястью, оставляя неожиданно глубокие порезы. Гарантию даю, что перерезала сухожилия, но не обратила на это внимания. Слегка дёрнув бровью, она протянула руку над кристаллом, обильно проливая на него кровь. Переводчица ахнула, но удержала себя от того, чтобы броситься на помощь светлоликой.
— Я хочу спасти этот мир, и ничто другое меня не интересует — сказала Лиа на языке демонов. — Причины вам знать не обязательно. Девочка дами, мне нужно совсем немного твоей крови, иначе этот кристалл не наберёт нужный цвет.
Красная кровь, льющаяся на прозрачный кристалл, не оставляла следов, моментально впитываясь. Внутри начала появляться белёсая дымка, придавая ему молочный оттенок. Лиа протянула нож нам, но я придержал Дарью за руку.
— Не верю тебе, — сказал я.
— Когда я потеряю сознание, камень внутри станет белым, как самые лёгкие облака на летнем небе, — сказала Лиа. — Нужно немного крови дами, чтобы он почернел. Я хотела использовать его на этой девочке, чтобы она вернулась в тот миг, когда прибыла в этот мир, затем нашла меня. Мы смогли бы побороться за него и попробовать спасти. Символ затмения может запечатать любой мир изнутри или снаружи, но быть запертым здесь вместе с братом и сестрой из дома Азара слишком опасно. Иена найдёт способ сбежать даже из безвыходной ситуации или просто уничтожит всё вокруг.
Лиа слегка пошатнулась, выронив перочинный нож, но устояла на ногах.
— Вместо нас это сделаешь ты, — она показала на меня пальцем и ядовито улыбнулась. — Запечатаешь этот мир снаружи. Это можно сделать из храма в городе Илуна. Верховная жрица дами обязательно знает, как туда попасть. В городе найди Иринэ из дома Эервен, скажи, что тебя прислал Рири и она поможет, сделает всё, что ты скажешь. Успеешь за пять лет, и этот мир никогда не увидит Иену. Но даже если опоздаешь, я продолжу то, что ты начал. Эту магию я могу применить лишь единожды и когда внезапно лишусь её, сразу пойму, что случилось. Ну и напоследок скажу…
Она снова пошатнулась и использовала какую-то странную силу. Кровь из раны побежала активней, словно внутри заработал маленький насос.
— В храме Илуны обязательно узнают, что кто-то использовал запрещённую магию. Это вызовет искажения и нарушит правильное течение времени. Они будут искать виновного и постараются уничтожить не только его, но и оба мира, запятнавших себя этой магией. Как я уже говорила, у нас есть соглядатаи даже среди дами в вашем любимом храме, я лично получала от них отчёт каждые полгода. Надеюсь, тебе хватит ума молчать о том, что здесь произошло.
Мы молча смотрели друг на друга. Она быстро бледнела и держалась только на силе воле. Камень же продолжал впитывать кровь, наполняясь молочным туманом.
— Зачем вы явились в этот мир? — спросил я, догадываясь, какой будет ответ.
— Всё ради него, — она показала на кристалл. — Это очень хороший мир, богатый и щедрый. Лишь один из десяти тысяч миров может породить такой исключительно чистый кристалл. Наш император очень боится внезапной смерти, если ты понимаешь, о чём я говорю. Иена из дома Азара сейчас очень зла, и это греет мне душу. Она была уверена, что смогла забрать его с собой.
— Души у тебя нет, — сказал я. — Ни у кого из вашей расы. Её отрезают вместе с пуповиной при рождении.
— Ты умеешь красиво говорить, — она с любопытством посмотрела на меня. — Жаль, что мы не встретились раньше…
Она обессиленно опустилась на пол, вцепившись бледной рукой в край кадки. Переводчица бросилась к ней, успев порвать кимоно и сделать несколько повязок.
— Она разрушила твой мир, а ты пытаешься спасти её, — сказал я женщине.
— Госпожа Лиа не такая, — ответила та, по-моему, даже не поняв, в чём я её обвиняю.
— Василий, — Даша подняла с пола перочинный нож. — Пожалуйста, спаси мою маму и брата. Я сделаю, всё что угодно, просто спаси их.
Я не успел схватить её за руку, а она уже чиркнула себя ножом по запястью и зашипела от боли.
— Глупая девчонка! — выругался я. — Она же сказала, что нужно немного крови. Палец бы порезала или ладонь.
— Так быстрее, — роняя слёзы, улыбнулась Дарья. Она вытянула руку над кристаллом.
Красный ручеёк крови мгновенно впитывался, превращаясь в чёрные клубы, и словно чернила начал окрашивать кристалл.
— И как он работает? — зло спросил я. — Где у него кнопка?
— Я думаю, что достаточно положить на него руку, — сказала Дарья. — Постой, он ещё не потемнел.
— Чёрт бы вас всех побрал! — выругался я. — Особенно этих длинноухих тварей! Ненавижу!
По-моему, я ругался сразу на трёх языках, включая язык дами. Несколько выражений были настолько крепкими, что на щеках у Дарьи проступил румянец.
— Рану зажми, — зло сказал я. — Выше пореза и крепче. Подожди, помогу.
— Потом, — она остановила меня взглядом, зажимая порез на руке. — Со мной всё будет хорошо.
Я с опаской покосился на ставший абсолютно чёрным кристалл. Я о них вообще ничего не знал и прикасаться к этой штуке не хотелось. Не было полной уверенности, что светлоликая Лиа не обманула нас. С насмешкой подумал: позволит ли она перелить себе человеческую кровь? Хотя какая сейчас разница? Тут миру остался день, максимум два перед тем, как он разрушится. Интересно, как это будет выглядеть?
Переводчица успела замотать рану светлоликой, но не остановила кровь. Она попыталась поднять её и сразу поняла, что не сможет. Вскочив, выбежала из лаборатории за помощью.
— Ладно, пусть будет по-твоему! — зло сказал я, глядя на бледное лицо женщины. — Если обманула, я тебя на том свете достану.
Кристалл на ощупь оказался неожиданно тёплым, а внутри клубилась непроглядная тьма. Я перевёл взгляд на Дарью, но вместо неё на меня смотрел крепкий парень четырнадцати лет, одетый в тёплую куртку и джинсы. Тёмно-русые волосы подстрижены на модный спортивный манер. За плечами серый рюкзак с учебниками, тетрадками и сменной одеждой для физкультуры. Он смотрел на меня сонно, держась за поручень. Чем он недоволен и почему с утра пораньше у него такое кислое выражение лица? И почему за стёклами позади него непроглядная чернота?
⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ Конец первой части.
Глядя на отражение в стекле, я не сразу осознал, что происходит. Будто во сне… Повернулся, удивлённо осматривая салон троллейбуса, неосознанно сделал два шага и замер. Я хорошо помнил всех этих людей! Двух сестёр, обучающихся в медицинском вузе, пожилую пару, провожавшую в школу внука, грубую женщину, опаздывающую на работу. В центре салона стоял бородатый упитанный мужчина, читающий книгу. Я даже помнил, как его зовут и что на самом деле он очень добрый и храбрый. А вот рядом с ним парень в кожаной куртке и вязаной шапке. Этого надо придушить сразу, как выпадет удобный случай.
— Чертовщина, — раздался мужской голос. — Что такое?
В этот момент салон ощутимо тряхнуло. Я попытался схватиться за поручень, но промахнулся. Троллейбус рухнул с небольшой высоты в воду, подняв тучу брызг. Меня подбросило, с такой силой ударяя головой о край люка, что из глаз посыпались искры. Вроде бы я сбил кого-то с ног, падая обратно и больно приложился спиной обо что-то твёрдое. В этот момент салон наполнился гомоном десятков голосов, удивлённых и напуганных. Громче всех ругался бородатый мужчина, пытавшийся сорвать специальный молоток, чтобы разбить стёкла и выбраться из быстро тонущего в болоте троллейбуса. Я почувствовал на лице что-то тёплое и липкое, оно заливало глаза. Меня кто-то толкнул, переворачивая на бок, а сил подняться и пошевелиться не было. Мир вокруг поплыл, затем резко потемнел и я провалился в темноту.
Бред в горячке — странная штука. Ты вроде спишь, но иногда слышишь, что происходит вокруг, видишь обрывки картин, чувствуешь холод и нестерпимый жар. В голове то вспыхивала, то угасала единственная мысль, чтобы мы как можно быстрее уходили из болот и не приближались к пещерам, где жили пятнистые собаки. Первыми они обязательно сожрут тех, кто не может долго бежать. Затем будут идти по нашему следу, постепенно настигая остальных. А я ведь крепкий парень, хорошо плаваю, быстро бегаю, меня они не догонят и не съедят. Находясь в полусознательном состоянии, я всё бежал и бежал от этих страшных тварей, больше похожих на гиен, чем на собак. Они преследовали меня даже во сне, подкрадывались и рычали, клацали челюстями и с хрустом грызли кости.
Первый раз на короткий миг я проснулся ночью, или поздно вечером, так как вокруг была темнота и свет исходил только от костра. Сильно пахло дымом и болотом. Кто-то спорил, кричал и ругался, говорил, что надо бросить больного, потому что иначе погибнут здоровые. Неприятный мужской голос убеждал других, что собаки скоро догонят нас и всех сожрут. Странно, что меня больше беспокоило то, что рядом тихо плакала женщина. Я хотел её успокоить, сказать, что всё будет хорошо. Последний раз я так плохо чувствовал себя, когда болел гриппом и температура подскакивала до сорока градусов. Сильно хотелось пить и повернуться, так как в лопатку больно упирался острый камушек.
Второй раз я проснулся от того, что рядом кто-то был. Мне снились большие пятнистые собаки, поэтому я не сразу понял, кто рычал. Костёр давно прогорел, а вход в расщелину светился серым дневным светом. Звук ливня, и журчание воды напомнили, что я очень хочу пить. А ещё силуэт большой собаки, скалящей пасть и с опаской заглядывая в расщелину. В голове мелькнула мысль, что пусть она меня уже сожрёт, чтобы не сниться больше. Устал я от них.
— Господин дами, господин дами, — надо мной склонился кто-то небольшой, со страшным лицом, но добрым взглядом. — Вы проснулись? Вам надо пить лекарство. Болезнь уходит, надо пить.
Я скосил взгляд на потолок из веток, обмазанных высохшей глиной. Рядом на верёвочке висела медная лампа, над которой плясал крошечный огонёк, едва разгоняющий темноту в доме.
— Где все? — с трудом шевеля губами, спросил я.
— Все дома, — улыбнулся киниец. — Жена моя и дочки. Как есть, все дома.
Кто-то помог мне приподняться, чтобы я выпил из глиняной чашки горький отвар. В глаза бросились небольшие шкуры, туго перетянутые шнурками и сложенные в дальнем углу. Как раз на нескольких выделанных шкурах я и лежал, поэтому было мягко и тепло. Пахло только едкой химией, но терпимо. Напившись и упав обратно на шкуры, я на секунду закрыл глаза и крепко уснул. Впервые за всё время болезни мне не снились собаки. Вместо них какая-то женщина диктовала мне цифры, а я пытался их записать, путался, зачёркивал и снова записывал на клочке бумаги. Почему я никак не мог их запомнить?
Резко проснувшись, я с шумом выдохнул, прогоняя неприятный сон. По крыше дома барабанили крупные капли дождя. Давно приметил, что чем крупнее дождь, тем быстрее он заканчивался. А судя по тому, что слышалось с улицы, этот ливень должен был иссякнуть уже давно, но либо не хотел, либо не знал правил.
— Господин дами, — ко мне подсела женщина из рода кинийцев. Самое обычное для них грубое лицо, тяжёлые брови и жёсткие тёмные волосы. Демон в чистом виде. — Как вы себя чувствуете?
— Василий я, не дами. По глазам не видно?
— Видно, — согласилась она. — Эй, Ки́рин, неси отвар, господин дами проснулся.
Приняв вертикальное положение, я осмотрелся. Обстановка в доме напоминала хижину местного траппера, промышляющего шкурами и целебными травами. На собак они охотятся редко, только если последних становится слишком много. Мебели в хижине нет, и взрослые, и дети спят на полу. Как раз парочку детей лет семи я заметил в дальней части помещения, рядом со стопками шкур. Они во что-то тихо играли, раскладывая красивые камешки разной формы и размеров. Причём шкуры делились на маленькие, сложенные для продажи и большие, явно собачьи, предназначенные для хозяев дома.
— Долго я болел? — спросил я, коснувшись тугой повязки на голове. Рана сразу отдала резкой болью, отчего я поморщился.
— Четыре дня, — к нам подошёл охотник, протягивая кружку с ещё тёплым отваром. — Плохо выглядите.
— И чувствую себя так же, — я приложился к кружке, проглотив всё в пару глотков. — Вы где меня нашли?
— В расщелине между большими камнями, — он махнул рукой в сторону окна. — День пути.
— А других людей рядом не было? — спросил я. — Может быть, тела?
— Нет, никого, — он покачал головой. — Гиблые там места, опасные. Собак много, рыба хищная и крикуны. Никто туда далеко не заходит.
Охотник вернулся к верстаку для разделки туш, играющему сейчас роль кухонного стола. Набрал из закопчённого котелка немного каши в миску.
— Вам надо восстановить силы, — сказал он. — Вы быстро идёте на поправку, поэтому нужно кушать.
— Спасибо, — я благодарно кивнул. — Здесь где-то рыбацкий город должен быть, на краю болот.
— Есть такой, — он показал в сторону дальней стены. — Два дня пути. Вы туда путь держали и заблудились?
— Нет, мне в Хуму надо.
— Хума далеко, — удивлённо сказал он. — Торговый караван нужно ждать. Они мимо ходят. В конце сезона дождей пойдут.
— А ты дорогу знаешь?
— Знаю, — он поморщился, покачал головой и погрустнел. — Мы ходили с караваном туда, шкуры продавать, травы лекарственные. Большой город и храм красивый. Но далеко, как есть далеко. Долгий путь.
— Вы мне помогли, за что я вам очень признателен. Золота только у меня с собой нет, чтобы отблагодарить.
— Господин дами — важный человек, — заметил он. При этом слово «человек» произнёс в том смысле, что я являюсь важной персоной, а не представителем расы людей. — А мы простые охотники.
— И всё-таки, почему дами? Или у меня цвет глаз белый?
— Зелёный, — сказал он. — Но на языке дами говорят только они. Там, в расщелине, вы говорили тихо, а всё вокруг дрожало, как будто старшая жрица молитву на площади читает. И сегодня ночью тоже говорили.
— Не напугал вас?
— Кушайте, — сказала женщина. — Иначе сил выздороветь не будет.
Супруга охотника взяла у меня миску, перемешала ложкой сладкую кашу с кусочками жёсткого мяса и снова вернула. Я уже и забыл, какой противный вкус у местной дичи, но с голоду съел всё и даже добавку. Спать больше не хотелось, но и сил не было даже встать. Пришлось лежать до самого вечера, глядя в потолок. Мысли в голове крутились самые дурацкие. Снова я не смог спасти людей, попавших вместе со мной в тёмный мир. Ведь в прошлый раз удержался за поручни и отделался лишь испугом, ни одного синяка не заработал. Странно только то, что тогда воды в болоте было гораздо меньше и троллейбус даже на колёса встал. К первой мысли добавилась вторая, говорившая, что зря я беспокоюсь о таких людях, которые посмели оставить меня на съедение собак. Подумали, наверное, что пока они больного парня есть будут, другие смогут уйти дальше.
Эти мысли не давали мне покоя до самого вечера, поэтому мне снова снились собаки. Они плохо пахли, рычали и щёлкали зубами. А может, дело было в том, что меня укрыли собачьей шкурой, чей запах не смогла убрать даже едкая химия.
Во второй день я чувствовал себя значительно лучше, голова почти не кружилась, и жар отступил. Оказывается, рана на лбу воспалилась, пока мы из болот выбирались. Супруга охотника снимала повязки, чтобы обработать рассечение. Запретив себе думать о людях, пришедших со мной в этот мир, я долго размышлял о дами и том, что слышал охотник, когда нашёл меня. Все дами говорят на языке магии, но заставить дрожать пространство вокруг могут только жрицы и старейшины рода, имеющие особый символ над правой лопаткой. Без него ты хоть наизнанку вывернись, магии в словах не хватит на то, чтобы повлиять на мир. Этот символ послушницам в храме наносили первым, ещё в юном возрасте и это определяло будущую судьбу жриц. Если они к четырнадцати годам могли раскрыть весь его потенциал, то был большой шанс войти в узкий круг помощниц верховной. Мне этот знак наносила лично Беата. Говорила, что он либо убьёт человека, либо сделает его сильным. Но сейчас, глядя на плечи, я не видел привычных символов и становилось как-то грустно. Чувствовал себя голым и беззащитным.
Лёжа целый день и изнывая от безделья, начинаешь замечать самые разные мелочи. К примеру, охотник каждые два часа уходил, чтобы проверить шкуры. Он выделывал их в одной из пещер, обрабатывал едкими ингредиентами, часть которых добывал в холмах у болота, а часть наверняка покупал у проезжих торговцев. Пахли шкуры после этого скверно, но даже в Хуме местные кинийцы делали ничуть не лучше. После такой первичной обработки любая кожевенная гильдия охотно их покупала. Особой популярностью пользовались нежные и мягкие на ощупь шкуры болотных крыс, вырастающих с большую кошку размером. Как раз их промыслом и занималась семья кинийцев, живущих в этой глуши. Супруга охотника работала с уже обработанными шкурами, подрезала их, связывала особым образом, чтобы не портились. Дочки ей помогали, плели шнурки и верёвочки, что-то скоблили и резали.
Наблюдая за тихой семьёй охотника, я никак не мог понять, что же было странного. Может, тишина в хижине? Обычно дети производят довольно много шума, играют, смеются, задают тысячу разных вопросов в час. Но в хижине охотника было тихо, как в склепе. Девочки иногда играли, раскладывая камешки, смеялись так, чтобы не было слышно. Меня это сильно насторожило. Чтобы кинийцы целый день работали, не отвлекаясь на отдых, должно произойти что-то нехорошее. А супруга охотника, которую звали Фильви, за целый день на полчаса не присела, постоянно возилась со шкурами, что-то клеила, мастерила или плела с дочками шнурки из жил.
Причина такого странного поведения кинийцев прояснилась на третий день. Ко мне начали возвращаться силы, и я планировал после обеда встать и походить вокруг дома. Просто не мог больше лежать. Думая о каше с кусочками мяса водоплавающих крыс, я почувствовал приближение сильного демона. У меня ведь не было нужного знака на спине, но я с полной уверенностью мог сказать, что к дому шёл разумный демон, владеющий магией. В этот момент в дом вбежал охотник, работавший на улице. Одного его взгляда хватило, чтобы дочки юркнули под стопку из собачьих шкур. Супруга охотника поспешила накрыть их ещё одной шкурой и с тревогой посмотрела в окно.
— Кто там? — спросил я, пытаясь сесть.
— Лежите, господин дами, — женщина уже оказалась рядом со мной, опуская обратно. Она подтянула ещё одну шкуру, чтобы накрыть меня с головой. — Если они Вас найдут, то могут испугаться и убить.
— Да я их сам… — я попытался сесть, но женщина из рода кинийцев была гораздо сильнее меня, даже будь я полностью здоров.
— Всё будет хорошо, — тихо сказала Фильви, приложив палец к губам.
— Эй! Выходи, мелкий крысёныш, — послышался громкий голос со стороны улицы, а в дом что-то врезалось. Часть стены хрустнула, а с крыши посыпались ветки. Снаружи говорили на наречии, распространённом на юге. Говор специфический, как у рыбаков.
Кирин успел нырнуть под разделочный стол, чтобы спрятать под ветками охотничий нож и короткое копьецо. Жестом показав, что с ним всё в порядке, он вышел на улицу.
— Господин Кнут рано пришёл, как есть рано, — сказал он.
— Будешь указывать господину?! — ещё один голос, но уже с сильным северным акцентом.
— Шкуры готовы? — голос первого раздался уже близко к входной двери.
Фильви успела накинуть на меня шкуру, но это была очень глупая маскировка. Я чувствовал, что у меня ноги торчали из-под шкур и со стороны входа это прекрасно видно.
— Половина шкур уже высохла, — говорил охотник Кирин. — Остальные мокнут. Ещё восемь дней надо.
— Долго ждать, — недовольно сказал главный. — Четыре дня тебе. Не будет шкур, на рынок поедут твои девчонки, в качестве товара. А это кто?
Бандит шагнул на порог дома, сразу меня заметив.
— Человек, — сказал Кирин. — Я нашёл его в болотах. Он ранен сильно в голову и спит всё время.
Невидимая сила легко сбросила меня со шкур.
— Какой хилый и маленький человек, — сказал демон.
Я не успел разглядеть, кто это был. Меня бросило сначала к нему, а затем швырнуло в стену дома. Хорошо, что жилище охотника было хлипким и я благополучно пробил стену спиной, вылетев под дождь. Я почему-то не почувствовал падение на землю, так как мир вокруг потемнел и сразу расцвёл маленьким оранжевым огоньком лампы. Голова гудела, как медный котёл, по которому лупят молотком. Сильно болело плечо и рёбра.
— Давненько меня не били, — охнул я.
— Они пришли рано, — Кирин помог мне сесть на полу. — Шкуры ещё не готовы.
— Беата говорила мне, что хвастаться нехорошо, но я их… наизнанку выверну, — я стиснул зубы, так как рёбра отдали резкой болью.
В маленьком жилище царил полный бардак и разорение. Не было ни дорогих шкур, ни дешёвых, а с верёвок сорвали не до конца высохшие лечебные травы. Чувство такое, что, если бы разделочный стол не лишился ножки, уволокли бы и его. Унесли даже шкуры, на которых я спал, а лежать на полу было неприятно.
— А где Фильви и девочки? — спросил я.
— Взяли в залог, — хмуро ответил охотник, сжимая кулаки.
Я положил ему руку на плечо.
— Не знаю, что они о себе возомнили, но урок я им преподам, — ободряюще сказал я. — Придётся идти на крайние меры. Завтра. Сегодня надо выспаться. Мне нужна будет сажа с котелка или из костра и чернильные корешки, я их видел на верёвках в доме, наверняка поблизости растут. Ещё свежая смола с деревьев, чтобы рисунки лучше держались на коже.
— Хорошо, — он кивнул.
— Я бы их раньше… Не переживай, всё будет хорошо. Я печать усиливающую поставлю, и мы с ними поговорим завтра. Далеко они лагерь разбили?
— Полдня пути.
— Далеко, — недовольно произнёс я. — Разбуди меня утром.
Выпив отвар, оставшийся с утра, я довольно быстро уснул. В голове немного прояснилось, словно мне именно и не хватало встряски, что устроили бандиты. Нет, физически лучше чувствовать себя я не стал, но ушла хандра. Мне бы только до храма добраться и знаки на спине восстановить.
⠀⠀
Бодро шагая по дороге, я радовался тому, что дождь перестал лить. Мне не доводилось бывать в джунглях Амазонки, но думаю, что они должны выглядеть так же, как этот мокрый лес, растущий на краю болот. Вокруг необычно много зелени, высокие и толстые деревья, в воздухе столько сырости, что можно душ принимать. Папоротник в рост человека скрывает всё, что находится дальше пары метров от дороги. Из-за крон деревьев невозможно увидеть небо или солнце и невыносимо много насекомых.
Если говорить о местных болотах, то в прошлый раз я добрался аж до рыбацкой деревни, в двух днях пути отсюда дальше на юг. Меня там встретили холодно, приняв за сообщника длинноухих, поэтому хотели убить и съесть. Еле отбрехался, что беженец, что попал на юг случайно, что едва не слопали злобные собаки. В общем, у рыбаков я провёл два сезона дождей, научился ловить и разделывать болотную рыбу, охотиться на съедобных змей. Местные, вообще, ели всё, что умело плавать или быстро бегать. Знали тысячу способов поймать и приготовить рыбу. Но жить в этой глуши было невыносимо, если ты не демон с толстой серой кожей и острыми зубами, которыми так легко дробить чешую рыбы. После двух сезонов я чётко для себя решил, что жить в болоте не хочу, и пошёл искать крупный город. Ох, сколько же воспоминаний нахлынуло о странствиях по всему югу, сколько городов и деревень я повидал. Долгие странствия закончились в Хуме лишь через два с половиной года. По неосторожности забрёл в один городок, выращивающий зерно и овощи, а их глава сразу прикинул, кому и почём меня можно продать. Нет, в этот раз подобный путь я проделывать не хочу. Лучше сразу попасться на глаза Беате. Ну а дальше посмотрим, что делать и как быть.
Из тёплой зимней одежды на мне остались только джинсы и футболка, а всё остальное, включая обувь, сгинуло в болоте. Идти по старой размокшей дороге босиком неприятно, но выбора не было. Хорошо, что я спортом усердно занимался в школе и даже разряд по самбо получил. Быть хилым и слабым в этом мире плохо, сразу сожрут. Только за последние дни я сильно похудел и едва на ногах стоял. Кирин смотрел на меня и глазам своим не верил, когда я шёл по дороге уже четыре часа, не зная усталости. Всё дело было в знаках, которыми я покрыл руки от плеч и до самых кистей. Чернила вышли плохие и грубые, но это даже лучше, проще будет их смыть. А пока знаки действовали, я мог даже бежать, но не хотел тратить сил больше чем нужно. Один из знаков на предплечье брал силу взаймы у тела, так что следующие несколько дней я буду напоминать варёный овощ и хорошо бы успеть всё сделать за сегодня.
—
Воздух вокруг немного завибрировал, но быстро успокоился. С веток и листьев ближайших деревьев сорвалась влага, пролившись на нас небольшим дождём. Кирин ещё раз утром проверял и сказал, что у меня на спине никаких рисунков и знаков нет. Странно, что я чувствовал силу и даже мог сотворить голубой защитный огонёк без основного символа. Утром с большим трудом поднял огромный булыжник с расстояния в десять метров. Прежняя сила ощущалась очень слабо и настолько необычно, что я не мог подобрать слова, описывая ощущения. Беата ведь говорила, что символы, наносимые на тела дами — это не просто татуировки и рисунки. Может, я мог использовать их потому, что знал нужный узор и как с ним взаимодействовать?
Существует несколько типов знаков, одни работают сами по себе, как тот же символ отражения, другие являются ключами и открывают доступ к силе. Есть ещё и третий тип, такой как символ чёрного солнца, заставляющий правильно работать первые два. Но если нанести их неподготовленному человеку, то он может просто не выдержать и умереть. Жрицы в храме тренируются долгие годы, нанося их один за другим, не спеша, и правильно оценивая собственные силы. Один из последних символов, который Беата нанесла мне на спину, расширял восприятие, улучшая реакцию. Проще говоря, я мог следить за падением капли воды с крыши и в это время подумать о вечном и даже помедитировать немного. Поток времени превращался в густое желе, сквозь которое нужно было пробиваться. Плохо, что двигаться в этот момент нельзя, чтобы не заработать растяжение или не сломать себе что-нибудь. Я к этому символу почти месяц привыкал.
Я остановился, глядя, как капли воды, срываются с листьев ближайших деревьев. На долю секунды они замерли в воздухе и начали медленно опускаться. Умение работало правильно, но при этом концентрация утекала, как песок сквозь пальцы. Я смог удерживать это состояние всего несколько секунд, прежде чем голова закружилась и пришлось постоять с закрытыми глазами, чтобы прийти в себя.
— Всё нормально, — сказал я Кирину. — Далеко ещё идти?
— Почти пришли, — он показал на дорогу, затем перевёл палец на юг. — Большой лагерь там. Дождёмся темноты?
— Не нужно, — я посмотрел на подсохшие знаки на руках. Они работали сами по себе, усиливали одарённого, увеличивали реакцию и концентрацию. С их помощью я мог спокойно жонглировать огромными булыжниками, не прикасаясь к ним. Но рисунки нужно было смыть к вечеру, чтобы они меня не убили. — Я пойду по дороге, а ты прячься в зарослях.
— Оружие? — он протянул мне нож и копьё.
— Сегодня обойдёмся без него. Жаль, что у тебя арбалета нет или лука, но на кучку бандитов меня одного вполне хватит.
Улыбнувшись охотнику, я зашагал по дороге. Если присмотреться, то можно было увидеть широкие следы от колёс. Дождь не успел их смыть, значит, совсем недавно тут проходила гружёная телега. Иногда в грязи можно было увидеть следы сапог. Живущие в мокром лесу бандиты и не думали прятаться, чувствуя себя вольготно. От жителей рыбацкого городка я часто слышал рассказы о бандитах, но сталкиваться не приходилось. Грабить на юге можно было только торговые караваны, но занятие это не столько опасное, сколько глупое, так как торговцы сюда заезжали раз в пару месяцев. Торговцы, имеющие смелость заходить так далеко на юг, обязательно нанимали сильных одарённых, так что на месте бандитов я бы поостерёгся. А вот охотников, таких как Кирин, они наверняка держали в кулаке, собирая с них дань. И раз они вчера так торопились, скоро к ним должен был приехать скупщик.
Минут двадцать я спокойно шёл по дороге, уходящей всё дальше на юг, в самые дебри мокрого леса. Да и дорогой петляющую полосу размокшей земли назвать можно с большой натяжкой. Именно из-за обилия грязи торговые караваны заходили на юг только между сезонами дождей.
— Стой! — позади меня раздался голос, говорившей на местном диалекте. — Заблудился?
Вдоль дороги ко мне шёл высокий и худой демон с серой кожей и неприятным лицом. Острые акульи зубы, маленькие уши и жёсткие чёрные волосы. Обычный житель рыбацких деревень юга. Чтобы со стороны дороги его не было видно, он соорудил накидку из веток и листьев, набросив её поверх одежды из грубой ткани. В петле на поясе боевой топор, поверх которого он положил руку.
— Целый день маемся скукой, — ещё один голос раздался с другой стороны. — И тут такое развлечение само пришло.
Выглядела парочка почти одинаково. Скорее всего, дозорные, охранявшие дорогу. Я подождал, пока они подойдут ближе. Да, выглядят жутко, особенно если никогда раньше таких не видел. А улыбка у них больше похожа на оскал, демонстрирующая острые зубы. Их называли «Ат-анак», переводя это, как «рыбак». Но на самом деле, на древнем языке это было бранное слово, означающее «поедающий рыбу». Больше половины всех жителей южного континента были именно они. Даже в Хуме, находившейся далеко на севере, их очень много.
— Что за оборванец? — с удивлением спросил первый, затем начал поворачивать голову, словно хотел посмотреть себе за спину, как сова. Раздался громкий, неприятный хруст и он мешком повалился в дорожную грязь.
Я перевёл взгляд на второго. Тот даже не понял, что произошло, глядя на товарища. Его голова дёрнулась, неестественно повернулась, и шея хрустнула так же легко, как и первая. Была бы рядом Беата, я бы сам получил по шее или долго выслушивал нотации, что нельзя так просто убивать даже бандитов. Она бы заставила их ползать на брюхе и понять, что зря они связались с храмом. После встречи с ней бандиты сами бежали бы в сторону каменных рудников, желая поработать на благо страны. Но у меня не было ни настроения, ни возможности возиться с ними. Сил, что я позаимствовал, хватит на пару часов.
От передового дозора до лагеря было около километра. Я почему-то думал, что это будет горстка бандитов, но увидев высокий частокол, окружающий небольшой лагерь, сильно удивился. Выходит, жили они здесь давно и никого не боялись, даже наместника. Целая деревня, расположившаяся очень компактно. Около десятка домов из веток и глины, навесы от дождя и большой общий костёр в центре, где они собирались по вечерам. Я почувствовал минимум трёх одарённых, пару слабаков, как тот, что приходил вчера и кого-то средней силы.
— Может главарь? — спросил я сам у себя, шагая к воротам.
Обладая средней силой магии, можно стать очень богатым и уважаемым демоном в любом крупном городе. Если он подался в бандиты, то это либо разыскиваемый преступник, либо идиот. Но и в первом, и во втором случае, он мне не соперник. Главное — первым вывести из игры именно его, пока не понял, что к чему.
Странно, что ворота никто не охранял. Я спокойно подошёл, толкнул маленькую дверцу сбоку, заходя в лагерь. В нос ударил запах дыма и отхожего места. Внутри лагерь бандитов показался ещё больше, чем снаружи. Тесновато немного, но всё равно впечатляет. Даже площадка большая есть, вместившая пару громоздких телег и крытый фургон. Увы, в этом мире не было лошадей, а крупный рогатый скот никто в здравом уме не станет запрягать в повозки и телеги. И похоже, что в центре лагеря происходило что-то интересное, так как вокруг собралось минимум два десятка серокожих рыбаков.
— Что? — стоявший ближе всего к входу в лагерь бандит оглянулся, удивлённо посмотрев на меня. С хрустом шейных позвонков его голова повернулась под неестественным углом, и он мешком упал на землю.
Был бы на моём месте одарённый, способный управлять огнём, он бы за пару секунд превратил лагерь в огромный костёр, убив всех гораздо быстрее и мучительней. Мне же приходилось хватать несчастных за шею, это требовало особой сноровки, но почти не тратило силы. Но к гордости ат-анаков надо сказать, что шея у них гораздо крепче, чем у людей. Руками такую не свернуть при всём желании.
Я действовал максимально быстро, поэтому на меня обратили внимание, только когда с десяток бандитов повалились на землю. Когда оставшиеся поняли, что происходит, поднялся крик, все бросились врассыпную, пытаясь спрятаться в домах. Я успел поймать нерасторопного немолодого воина, сломав ему сначала ногу, а потом и шею. Зато стало понятно, почему они собрались на площадке перед домами. Рядом с крытым фургоном там стоял светлокожий торговец в богатой одежде. На походном столике перед ним лежали знакомые шкуры, какие-то камни, золотые и серебряные украшения. Охранял торговца средней силы одарённый, которого я почувствовал ранее. Он правильно оценил, от кого исходит угроза и что творится вокруг, так как я успел свернуть шею ещё двум бандитам, думающим, что они смогут спрятаться от меня в ближайшем доме. Светлокожий одарённый, очень похожий на человека, загородил торговца, откидывая полы длинного халата. В воздух взвилось пять небольших метательных ножей, размером в ладонь. Они картинно описали полукруг, и все разом метнулись ко мне. Со стороны это выглядело очень даже красиво и заняло около секунды, но за это время я успел понять, что влип в серьёзные неприятности, переоценив свои скромные силы. Этот телохранитель мастерски владел летающими ножами, как их называли в тёмном мире. Я даже знал, из какой гильдии он выходил и что под пышной причёской прячутся короткие ветвистые рога, прижатые к голове.
Вскинув руки навстречу летающим ножам, я попытался перехватить их. Будь у меня половина знаков на спине и символ чёрного солнца, я бы сделал это легко и непринуждённо, но сейчас смог схватить только два ножа из пяти. Подумал, что сейчас почувствую, как оставшиеся обжигают прикосновениями, впиваясь в тело, но в этот момент ножи легко обогнули меня и с едва слышным звуком рассекаемого воздуха, ушли вверх. Два оставшихся ножа задёргались, как мухи, попавшие в паутину. Рогатый демон пытался отнять их, но у него не получалось. Секунд пятнадцать мы боролись, затем он бросил эти попытки и примиряюще поднял руки.
Ножи замерли и неспешно пролетели ко мне, ложась в ладонь. Красивое оружие и очень дорогое, выполненное в форме перьев. Качественное железо в тёмном мире ценилось на вес золота, а эти ножи не просто выглядели красивыми, но и имели правильную форму, удобную для любого мастера, способного управлять предметами на расстоянии. Над моей головой свистнуло и один из оставшихся под контролем демона ножей метнулся в сторону ближайшего дома. Я только сейчас заметил, что оттуда в меня целились из арбалета. Летающий нож пробил голову глупому демону, так и не успевшему прицелиться.
— Юный господин, — одарённый, выглядевший как человек, ещё выше поднял руки, показывая, что не собирается со мной сражаться. — Прошу простить за грубость. Просто это было неожиданно, и я атаковал инстинктивно.
Стараясь, чтобы руки не дрожали, я на ватных ногах прошёл ближе к столу. Одарённый это заметил, но виду не подал.
— Скупаете краденное? — спросил я, подойдя ближе и подумав, что мне крупно не везёт с того момента, как я вернулся в тёмный мир. А ведь в прошлый раз всё было куда проще.
— Я просто телохранитель этого уважаемого торговца, — доброжелательно улыбнулся демон.
В отличие от других, его раса давала гораздо больше одарённых. У них даже гильдия была, предоставляющая услуги наёмников и убийц, устраняющих конкурентов. Храм с ними не ссорился только потому, что считал их работу полезной для страны. Точнее, местный император им покровительствовал и просил храм не вмешиваться.
Торговец, уроженец центральных земель, нахмурился, но благоразумно промолчал.
— Меня зовут Кан, — представился демон и бросил взгляд на ножи в моей руке.
— Торговцы? — я пристально посмотрел на него, затем показал на клетки, расположенные в дальней части лагеря. Рядом мелькнул кто-то из бандитов и один из ножей Кана метнулся в ту сторону, насквозь пробив несчастного в районе груди. Не знаю, как он это сделал, даже не глядя в ту сторону. Я осторожно положил два отобранных ножа на стол. — И живой товар тоже покупаете?
— Ни в коем случае, — сказал телохранитель, разглядывая рисунки на руках. — Мы часть торгового посольства из столицы, просто заглянули в этот лагерь наёмников, услышав, что они готовы продать много всего за небольшие деньги. Могу я узнать, откуда этот молодой господин? Может быть, у нас много общих связей и знакомых?
— Захаживал я как-то в вашу гильдию, — неспешно сказал я, изучая его лицо. Справа за домами закричал ещё один демон, которого догнал летающий нож. — Эти бандиты напали на меня и ограбили. А ещё похитили семью моего помощника.
— Негодяи! — Кан наигранно всплеснул руками. — Позвольте мне самому с ними расправиться. Лично выпотрошу как рыбу, если они занимаются работорговлей и грабежом. Мы честные торговцы и с такими дел не имеем. Нас обманули, поверьте. За нас может поручиться глава гильдии, Гамеш.
— Бандитов бы надо убить, — согласно кивнул я и немного поёжился от его доброжелательной улыбки.
— Наше торговое посольство держит путь в город Ниин, — сказал он, взмахнув рукой. Один из слабых одарённых, который прятался на другом конце лагеря, исчез. Либо он внезапно изучил умение телепортации, либо его настиг летающий нож. — Позвольте сопроводить вас туда и познакомить с главой.
Я только сейчас понял, что говорю с рогатым демоном на их родном языке, поэтому торговец и хмурил брови, не понимая, о чём идёт речь и почему крики бандитов вокруг как-то резко обрываются. Наёмники и убийцы своему языку посторонних не учили. Как-то раз в гильдии я неосторожно похвастался этим умением перед их главным и на меня долго косились, предполагая, что я полукровка. Глава гильдии даже приходил в храм, чтобы поговорить обо мне с Беатой.
— Прости, — сказал я, стараясь говорить виновато. — Я должен как можно быстрее прибыть в Хуму и не могу задерживаться даже на один день. Скажи, ты видел семью моего помощника? Они из Кина, их легко узнать.
— Видел, — он кивнул и показал в дальнюю от входа сторону. — Под навесом в той стороне. Я управлюсь быстро, юный господин, не извольте беспокоиться.
Демон был относительно молод, не старше двадцати пяти лет, но умён. Глаза ясно-зелёного цвета говорили о чистой родословной. Он властным жестом остановил торговца, чтобы тот не ляпнул ничего лишнего.
— Лезь под стол, — сказал он холодным тоном, — чтобы не задел. Мне за твою голову отчитываться перед главой посольства.
Торговец кивнул, проворно ныряя под стол. Пара летающих ножей исчезла со столешницы, чтобы присоединиться к своим братьям. Для рогатого не было проблемой управлять пятью ножами разом. Я думаю, что он мог бы перебить всех бандитов, включая парочку слабых одарённых, используя только несколько серебряных монет со стола.
— Могу я узнать имя юного господина? — спросил демон.
— Василий, — ответил я, шагая к низким навесам, где держали супругу охотника и его дочерей.
— Никто прежде не мог забрать у меня нож, — в его голосе промелькнула какая-то довольная нотка. — Ваше умение контроля впечатляет. Что ж, кто ещё остался?..
У дальней стены частокола бандиты построили низкие навесы, под которыми хранили строительные материалы и всё, что не жалко было оставлять в сырости. Туда они бросили немного пожелтевших листьев и мелких веток, чтобы женщине с детьми не пришлось спать на земле. Не знаю, зачем бандитам клетки для рабов, но хорошо, что их не посадили туда.
— Фильви, привет, — я улыбнулся женщине. — Как вы, не пострадали?
— Мы в порядке, — она кивнула, посмотрев в сторону центральной площадки, откуда раздавались крики.
— С бандитами я разобрался, больше они вас не побеспокоят. Надо только подождать, пока рогатый Кан закончит.
— А Кирин? — спросила она.
— Нормально с ним всё, — я нашёл небольшой ящик, усаживаясь и вытягивая ноги. — За забором прячется.
Надо отдать должное Кану, справившемуся с бандитами в лагере за пару минут. Оставшийся одарённый не смог ему ничего противопоставить и умер довольно быстро. Мне никогда прежде не доводилось видеть, как работает наёмный убийца, управляющий летающими кинжалами. Он владел какой-то магией, способной чувствовать разумных на небольшом расстоянии от себя, иначе не объяснить то, как он смог быстро всех найти. А ещё было любопытно: сколько отсыпали золота торговцы, чтобы нанять в телохранители кого-то его уровня? Или же это было прикрытием, а на самом деле рогатый Кан охотился на кого-то в этих краях.
Когда шум в лагере стих и воцарилась мёртвая тишина, Кан вышел к навесам, демонстративно держа руки за спиной.
— Достопочтенный Василий, — он коротко поклонился. — Я закончил.
— Спасибо, мы в долгу перед тобой.
— Прошу простить за любопытство, но могу я узнать о рисунках на руках? — спросил он. — Это ведь знаки усиления и контроля?
— Знаешь о них? — удивился я, посмотрев на рисунки. Даже Беата о них не знала, пока я не откопал их в пыльных книгах на самых дальних полках библиотеки.
— Слышал о подобном. Молодой господин сам их нанёс? Не продаст ли он их мне? Назовите цену, я готов хорошо заплатить.
— Ваша гильдия запрещает продавать такие символы, — сказал я.
— Гильдии не обязательно знать всё, что происходит вокруг, — парировал он и голос стал слегка жёстче.
Я спокойно выдержал его взгляд. Потёр ладонью чернила, которые уже начали крошиться.
— Знаки могут сделать тебя раза в два сильнее, а это очень много, — серьёзно сказал я.
— И всё же, — не сдавался он, — у подобного обязательно должна быть цена.
— Мы направляемся в Хуму. Как только я улажу свои дела в столице, то загляну в гильдию. Если мы встретимся там, то я подумаю над ценой. В любом случае без ведома главы продавать символы я не стану.
Холодное лицо Кана снова просветлело, и он даже улыбнулся. Похоже, что ответ ему понравился. Для них гильдия не просто место, где можно заработать немного денег, а дом, где они жили и куда возвращались после выполнения заданий.
— Путь в столицу не близкий, утомительный и опасный, — сказал он, жестом обводя лагерь. — Позвольте сопровождать достопочтенного мастера Василия в столицу. На дорогах полно разного сброда, о котором Вам не нужно будет беспокоиться. Я полностью оплачу все расходы на путешествие и переправу через Изумрудную реку. К тому же так Вы привлечёте гораздо меньше внимания.
Последнее Кан добавил с довольной улыбкой. Да, он прав, говоря о лишнем внимании.
— Хорошо, — немного неохотно согласился я. — Но скидку я делать не буду. И если глава вашей гильдии откажется, знак ты не получишь.
— Дайте мне время до заката, я отведу торговца в лагерь и вернусь. Я дал слово, что с ним ничего не случится. В благодарность за это я найму выносливого мула для фургона. Он ведь Вам приглянулся?
— Я подожду, — вздохнул я, понимая, что отделаться от этого типа не получится. Но так попасть в столицу будет даже проще.
Кан поклонился и поспешил вернуться к торговцу. На меня уже накатывала усталость и нужно было спешить.
— Фильви, — повернулся я к женщине. — Твой супруг прячется где-то недалеко, позови его. Есть у меня к вам предложение, как благодарность за то, что спасли на болоте.
⠀⠀
Кан, второй мастер летающих ножей, у выхода из лагеря лесных бандитов
— И мы оставим там фургон? — спросил торговец, спеша за телохранителем. Ему пришлось бежать, чтобы поспевать за его широкими шагами. — Зачем нужно было убивать нашего мула?
— Хочешь, тащи фургон сам, — бросил Кан, погружённый в свои мысли. — И скажи спасибо, что остался жив.
— Понимаешь, что мы потеряли очень много денег? Ты видел, сколько там товара? Глава посольства будет вне себя от ярости.
— Ты идёшь слишком медленно, — Кан остановился, дожидаясь ленивого торговца. Посмотрел на него так, что немолодой мужчина, много повидавший на своём веку, побледнел. — Все вы умеете лишь считать золото, поэтому не видите дальше собственного носа. И если бы я не обещал главе, что буду прилежно выполнять работу телохранителя, я бы тебе голову оторвал и бросил тут. Поэтому мы сейчас побежим обратно в лагерь, и если отстанешь, то я скажу твоему хозяину, что ты потерялся в лесу. А если заикнёшься про деньги ещё раз, вырву язык.
— Я всё понял, — быстро закивал торговец, боясь этого тихого и малоразговорчивого демона до глубины души. За долгую дорогу, занявшую больше ста дней, тот проронил едва ли десяток слов, и лучше бы он и дальше молчал, а не говорил такие страшные вещи. У торговца даже коленки начали трястись, глядя в ясно-зелёные глаза молодого мужчины.
Кан смерил его презрительным взглядом и побежал по грязной дороге. Не быстро, чтобы торговец не отстал и не потерялся. Глава гильдии Гамеш как-то упоминал, что скоро в столицу должен прибыть мастер знаков, но Кан и не думал, что встретит его так далеко на юге. Бандиты наверняка застали мальчишку врасплох, ударив по голове и ограбив. Ему повезло, что они не стали убивать мастера, наверное, посчитав его мёртвым. Только за одно это каждому из шайки бандитов следовало вспороть брюхо и оставить умирать. Но это заняло бы слишком много времени, а надо было спешить.
У рогатого Кана мурашки бежали по рукам, когда он вспоминал замысловатые узоры на руках юного мастера. Владея ничтожной личной силой, при помощи этих знаков мальчишка смог отнять два ножа у мастера. Глава Гамеш обязательно публично выпорет Кана, когда узнает о подобном. Но если эти знаки смогут сделать его в два раза сильнее, усилив концентрацию, он с улыбкой на лице готов был вытерпеть и порку, и недовольство главы. Кроме Кана в гильдии никто не мог управиться с пятью ножами одновременно, поэтому владыка Гамеш обязательно отдаст символы ему. Нужно будет только получить согласие жриц дами. Но раз владыка пригласил такого умелого мастера, значит, был уверен, что это согласие он получит.
Широко улыбаясь и чувствуя себя мальчишкой, получившим в подарок свой первый летающий нож, Кан бежал по дороге, едва не забыв о торговце.
⠀⠀
Рогатый Кан почти не оставил после себя беспорядка, и единственное разрушение было вызвано тем, что кто-то из одарённых попытался швырнуть в него большой камень, но угодил в стену главного дома. До самого вечера охотник Кирин и его супруга ходили по лагерю, собирая всё, что можно было выгодно продать или обменять. Дороже всего ценилось добротное оружие, украшения, серебряные и золотые монеты. Не забыли они и о ценных шкурах, которых бандиты натащили столько, что можно было отдельную телегу для них брать. Но я больше всего радовался удобному фургону, защищённому от дождя плотной, непромокаемой тканью.
Когда знак усиления окончательно выветрился, я расположился в просторном фургоне на шкурах, собираясь поспать. Сил не было даже рукой пошевелить. Хорошо, что Фильви успела застелить всё мягкими шкурами. За то, что они с супругом спасли меня, я предложил им переехать в столицу, разграбив стоянку бандитов. По пути или уже на месте они смогут всё это продать и на вырученные деньги обосноваться там. Может, им даже хватит, чтобы купить небольшой дом на окраине. В крайнем случае я попрошу Беату добавить им немного денег. Кирин умеет выделывать шкуры и уж точно не пропадёт в городе.
Изначально я планировал взять только фургон и поехать налегке, но раз добавился ещё один попутчик, то можно смело брать телегу, которую потащит Кирин. Я уже говорил, что лошадей в этом мире нет, поэтому телеги и повозки таскали сами демоны. Сил им для этого хватало с лихвой. Низкорослые кинийцы могли спокойно тащить полную товаров телегу целый день, не говоря уже о более крупных демонах, таких, как рыбаки.
Кан, в компании крепкого серокожего демона появился за час до захода солнца. Оба уставшие, словно бежали всю дорогу, боясь опоздать. В лесу в это время быстро темнело, но мы всё же потратили этот час, чтобы отойти от стоянки бандитов как можно дальше. Неразговорчивый мул согласился тащить фургон до ближайшего торгового города на севере болот всего за четыре серебряные монеты и еду. Деньги небольшие, примерно недельный заработок простого рабочего в столице, или двухдневное жалование городского стражника, но на юге за эти деньги можно было семьёй прожить целый месяц.
Думая о долгом путешествии в столицу, я вспоминал всё, что знал о государственном устройстве тёмного мира. Как лоскутное одеяло, королевство было поделено на княжества, чаще всего состоящие из одного большого торгового города и десятка мелких деревень. Болота, где почти круглый год шли дожди, находились на самой южной окраине королевства, за которым простирались дикие и опасные земли, полные хищных демонов. С одной стороны, жить на границе хорошо. Лорд этих земель не жадный, простой люд не грабит, живёт тихо, ловит рыбу. С другой стороны, из центра новости сюда шли долго, вместе с торговыми караванами. К тому же в мокрых лесах и на болотах постоянно плодились разные твари, которые время от времени жрали местных жителей. Здесь даже была своя гильдия охотников на монстров, отгоняющая подальше от городов тех же пятнистых собак. Ну, и главным минусом жизни в этой глуши была скука. Я к концу первого сезона дождей едва с ума не сошёл от однообразных дней, наполненных сыростью и рыбьими потрохами. Подумывал пойти охотиться на диких животных, но меня подняли на смех, сказав, что человека съедят в первый же день. Люди слабые, не владеют магией, много спят и быстро устают. Тут они были полностью правы. Неприятно видеть, как какой-нибудь тощий демон может тянуть сети целый день и лишь проголодается, в то время как ты руки до кровавых мозолей сотрёшь за два часа.
То, что в тёмном мире не любят людей, я понял сразу, как попал в деревню рыбаков, но в полной мере ощутил это, отправившись на север. Можно даже старую пословицу перефразировать, что чем дальше на север, тем злее демоны. Буквально все думают, что люди приносят только несчастья, что они пособники длинноухих, что их надо есть, чтобы стать сильными. Даже кинийцы к людям относятся с опаской, считая, что лучше от них держаться подальше, чтобы избежать проблем. По-моему, они единственные, кто не гонялся за мной с топорами и вилами. Иногда удавалось выдать себя за демона, такого как Кан или торговец из северных земель, и немного заработать, но чаще всего меня вычисляли сразу.
В общем, о втором путешествии на север я думал, как о не самой приятной прогулке. Пытался выкопать из глубин памяти разные полезные мелочи, расположение крупных дорог и городов. Я много думал о том, как меня встретят в храме и что я скажу Беате, когда увижу. Она ведь не узнает меня и первое время будет считать маленьким и гадким человеком, владеющим очень полезным для всех дами даром. Не забыть бы о тех старейшинах, шпионящих на длинноухих. Не зря же мне о них говорила Лиа.
Лёжа в фургоне, я думал обо всём подряд, лишь бы мысли не возвращались к большой проблеме, оставшейся в родном мире. Сейчас отец наверняка переживает обо мне. Если получится запечатать родной мир, я не увижу его снова, не увижу сестёр. Надо только успеть за десять лет, пока они не вздумали использовать тот самый кристалл и не эвакуировали меня во второй раз. Вот это будет уже не смешно. Интересно, а есть ли символ или знак, способный защитить от силы кристаллов? Так как никого, кроме Беаты, я к своей спине не подпущу, придётся ждать.
Сегодняшний день выжал меня как лимон и надо бы запомнить, что опасно применять столько символов разом, пока на спине не появится знак контроля. Размышляя о дальних уголках библиотеки, куда не успел добраться в прошлый раз, я уснул. Мне снился берег Чёрного моря, где мы с отцом когда-то давно отдыхали. Я видел на берегу большой минивэн, Зинаиду Алексеевну и сестёр, радостно бегущих к воде. Отец возился у машины, разбирая вещи. Он не торопился, словно ждал ещё кого-то.
⠀⠀
Границей между дождливым югом и плодородными центральными землями являлась Изумрудная река. Невероятно огромная и полноводная, она разделяла не только равнину, но и крупнейшие в империи провинции. Если на южном берегу жили исключительно ат-анаки, то в северном городе преобладали тощие демоны, издалека похожие на людей, но выглядевшие болезненными и измождёнными. Себя они именовали Чжу, что на их языке означало «великий». Самые слабые среди прочих демонов, но при этом злобные и вредные.
Два города, стоявшие на берегах реки, друг напротив друга, назывались просто Северный и Южный Талк. Товары между ними возили на плоскодонных вёсельных лодках самых разных размеров. В своё время мне повезло переправиться вместе с торговым караваном, возвращавшимся с юга. В то время сезон дождей уже закончился, и переправа была оживлённой, а сейчас по реке сновали только маленькие узкие лодочки. Мы вышли к реке рано утром, выбравшись из мокрого леса на равнину и впервые увидели солнце, выглянувшее из-за туч. Восхитительное и завораживающее зрелище. Не знаю, с чем было связано, но дожди в этом регионе шли по вечерам и ночам, а днём можно было увидеть не только солнце, но и голубое небо.
— Переправимся после полудня, — сказал Кан, глядя на реку и солнце. — Через торговую палату будет быстрее и дороже.
Мы стояли у западных ворот, ожидая, пока стража начнёт пропускать гостей в город. Стена в этом месте была не меньше шести метров в высоту, хотя угрозу для жителей представляли только дикие животные. Если я не ошибаюсь, то Южный Талк был крупнейшим и богатейшим городом в провинции, но наместник здесь не жил.
— Слушай, Кан, а на каком берегу больше одарённых живёт? — спросил я. — Слышал, что в Талке большая гильдия наёмников, но не уточнял, на севере или на юге.
— На том берегу, — он кивнул в сторону реки. — А зачем молодому господину наёмники? Меня вполне хватит, чтобы сопроводить Вас в Хуму.
Я немного сдвинулся на лавке возницы, показывая ему, чтобы поднимался. Вокруг собралось немало демонов и не хотелось кричать о своих планах. Кан посмотрел на закрытые ворота, затем легко поднялся в фургон, усаживаясь рядом.
— Видишь ли, — задумчиво начал я, пытаясь собрать в кучу мысли, посетившие меня ночью, — я немного поиздержался в дороге, к тому же ограбили бандиты. Не хочу появляться в Хуме в подобном виде, поэтому планирую задержаться в Талке на пару дней и немного заработать.
— Заработать? — не понял он.
— Хочу продать кое-что. Для этого мне понадобятся иглы, чернила хорошего качества, сажа, флакон свежей крови сильного демона и крепкое вино. Ещё ступку с пестиком нужно взять. Сгодится любая, даже самая дешёвая. В городе наверняка есть лавка алхимика, они вечно что-то варят, используя кровь как основной ингредиент, так что проблема будет только с хорошими иглами. Они не должны тупиться и быть достаточно тонкими, чтобы не страдало качество.
— Качество знаков? — уточнил Кан.
— Всё верно, — кивнул я. — Хочу продать пару символов, для которых не нужно разрешения главы гильдии. Это сущий пустяк, не являющийся тайной. Уверен, что в этих краях о хороших символах никогда не слышали и любой одарённый, увидев их, непременно захочет купить. Но даже если не получится, то мне всё равно понадобятся эти ингредиенты. Рисунок, который я обещал мастеру Кану, состоит из девяти символов и нужно их правильно подобрать и распределить. Это займёт несколько дней, и я подумал, что проще заняться подбором в дороге, так как в Хуме я буду занят.
Кан задумался, провёл пальцами по гладко выбритому подбородку. Я видел, как утром он доводил маленький нож до бритвенной остроты, используя короткий жёсткий кожаный ремень.
— Для начала зайдём в отделение нашей гильдии, — продолжил Кан, бросив короткий взгляд на телегу кинийцев.
Кирин умудрился соорудить из жердей и большого куска ткани навес, защищающий от дождя и ветра. Получился аналог фургона, только гораздо ниже по высоте. Сейчас оттуда выглядывали любопытные лица Фильви и девочек. Они ещё никогда не видели города с двухэтажными домами, черепичными крышами и каменными улицами. Дороги здесь мостили крупным булыжником, а сотни маленьких каналов отводили дождевую воду, чтобы город не сползал в реку. Именно из-за системы каналов в городе не пахло нечистотами. Архитектура, что на южном, что на северном берегу, напоминала китайскую. Обилие колонн, крыши в форме лодочек, широкие двери. Рыбаки не владели мастерством резьбы по дереву, но пытались копировать соседей с северного берега, чтобы их город выглядел так же богато.
Очередь перед воротами заволновалась и немного качнулась. Кан спрыгнул с фургона и направился к нашему мулу, чтобы объяснить дорогу. В основном в город шли местные рыбаки, тащившие телеги со свежей рыбой, дичью и фруктами. Им нужно было успеть сбыть скоропортящийся товар на рынке, и все спешили попасть туда как можно скорее. Были и такие, кто шёл налегке, собираясь найти работу в городе или же пересечь реку и уйти в богатые центральные земли. Заметил я и парочку кинийцев из числа охотников, мелькающих в толпе. Они успели поговорить с Кирином и обменяться последними новостями.
У ворот появилась городская стража: крепкие серокожие демоны в чешуйчатых доспехах, с широкими бронзовыми мечами на поясе. Пока одни открывали ворота, другие допрашивали тех, кто пытался войти в город без товара или телеги. Переправа через реку не работала в полную силу, поэтому пускали не всех. При этом на группу кинийцев они не обратили внимания, когда те прошмыгнули в ворота мимо очереди.
Я посмотрел на кожаные сандалии, которые мне подарила Фильви. Скучая в дороге, она умудрилась сшить добротную обувь. Мы знакомы не так давно, но я уже был уверен, что эта семейка не пропадёт в любом городе. Я видел у них в одной из больших шкатулок набор перьев для письма. Делали их из маховых перьев крупных болотных птиц, высоко ценившихся в центральных и северных провинциях. Фильви говорила, что знает, как подготовить перья к продаже, правильно очистить, закалить и даже заточить. А ещё она делала отменного качества кисточки для письма тушью, при этом не умея читать или рисовать. Я им сразу сказал, что будет лучше довезти подобный товар до Хумы, там он стоит в несколько раз дороже, чем на юге.
В ворота города мы прошли без лишних вопросов и досмотра. Кан сунул под нос одному из стражников табличку гильдии, и нас сразу пропустили. Если не ошибаюсь, табличка у него была серебряной, что говорило о высоком положении.
Здесь нужно сделать отступление, упомянув, что в империи есть гильдия наёмников, предоставляющая самый широкий спектр услуг. Но рогатые демоны, такие как Кан, в неё никогда не входили и вряд ли когда-нибудь войдут. Рогатые слишком гордые, чтобы работать на кого-то, кроме себя, поэтому создали собственную гильдию. Цены у них были выше, но и работу они делали качественней, особенно если требовалось кого-то устранить. В столице ходили слухи, что раньше конкурирующие гильдии были на ножах, частенько проливая кровь друг друга, но в последние годы страсти немного улеглись. Я особо их делами не интересовался, так как дами предпочитали работать с обычными наёмниками, считая тех более адекватными.
Не знаю, почему в храме недолюбливали рогатых. За те дни, что мы шли на север в компании Кана, я не мог сказать о нём ничего плохого. Злобных взглядов он не бросал ни на меня, ни на кинийцев, предпочитая молчать. Мы с ним особо не разговаривали, так как чаще всего он витал в облаках и в наши разговоры не лез. Время от времени Кан тренировал умение управлять летающими ножами, но только когда мы разбивали лагерь на ночлег. Меньше него за это время говорил разве что мул, которому уже заплатили, и он спешил побыстрее довезти нас до нужного места и вернуться домой. Придётся на другой стороне реки нанимать ещё одного, но это не проблема. Работа мула не сложная, если ты крепок телом и вынослив, как демон, поэтому в любом городе нанять их проще, чем найти телегу или повозку, которую они будут тянуть.
Кан вёл нас куда-то в центр города, что заняло почти час. С утра пораньше на улице было немноголюдно, но шумно. Телеги и повозки гремели колёсами, спеша в сторону рынка. Мулы толкались, сыпали бранью на нерасторопных конкурентов, пытались одними из первых пробиться к площади. Чтобы они не создавали пробок и не перегораживали дороги, городская стража гоняла тех, кто разгрузился, а самых нерасторопных била деревянными дубинками по спине.
Кан неплохо ориентировался в городе, поэтому сразу выбрал одну из тихих боковых улиц и спешил, словно опаздывал. Кирин едва поспевал за нами и чуть не потерялся на большом перекрёстке.
Конечной точкой маршрута стал богатый постоялый двор. Мы заехали в широкие ворота и припарковались на пустой площадке позади здания. Мул уже знал, что обратно мы не поедем, поэтому едва поставив стопоры на колёса, чтобы фургон не покатился, пожелал удачи и убежал. Если повезёт, сможет найти торговца, которому срочно нужно на юг.
— Мы здесь будем, — сказал Кирин, показывая на телегу и фургон. — Деньги тратить на дорогие комнаты неразумно.
— Можете ночевать в фургоне, вас никто не прогонит, — сказал им Кан, затем обратился ко мне: — Пока есть возможность, нужно отдохнуть с дороги. До полудня я постараюсь достать всё, что нужно для работы.
— А это точно постоялый двор? — спросил я, показывая на большое двухэтажное здание. Со стороны могло показаться, что внутри никого нет, но я чувствовал около десятка одарённых.
— Здесь останавливаются все, кому нужны услуги нашей гильдии, — пояснил он.
Здание внутри мало походило на постоялый двор, так как в просторном холле посетителя встречала стойка управляющего или администратора. Три плотно закрытые двери, нет лестницы к жилым комнатам на втором этаже, совсем не пахнет едой или вином. Тут даже атмосфера ощущалась настолько тяжёлой, что любой путник, случайно забредший в поисках ночлега, сразу сообразит, что ему тут не рады. А ещё едва заметно пахло благовониями, отгоняющими насекомых. Встречал гостей немолодой мужчина в просторной одежде из дорогой ткани. Густые тёмно-коричневые волосы неплохо скрывали витые рога. Увидев Кана, он едва заметно кивнул ему, затем посмотрел на меня, оценив странную одежду и сандалии.
— Достопочтенный Тамир, — Кан приветствовал его особым жестом, сцепив пальцы в замок, поднимая их на уровень подбородка, — рад снова видеть Вас.
— Мастер Кан, — он ответил тем же приветствием. — Не думал, что вернётесь так скоро. Торговое посольство должно быть ещё на пути в Илуну. Что-то случилось?
— Я встретил молодого мастера и обещал помочь ему добраться до Хумы. Уважаемый Василий — это мастер Тамир, глава отделения нашей гильдии в Южном Талке.
— Приятно познакомиться, — сказал я на их родном языке, чем немало удивил хозяина постоялого двора. — Всё так, как сказал мастер Кан. Я спешу в столицу по очень важному делу, но решил задержаться в городе на пару дней.
— Эм, — он посмотрел на Кана, затем на меня.
— Позвольте Василию отдохнуть с дороги, — сказал Кан. — Мы несколько дней шли по мокрому лесу, а это очень утомительное занятие. И накормите его помощника с семьёй.
— Этих? — Тамир показал себе за спину, имея в виду кинийцев во дворе. — Кхм, простите.
Хозяин постоялого двора использовал немного силы, и из подсобного помещения тут же выскочила красивая девушка в длинном платье прислуги.
— Лина, помоги молодому господину смыть дорожную грязь и проводи в восьмую комнату, — сказал он.
— Не беспокойтесь, молодой мастер, — сказал мне Кан, — я сейчас же отправлюсь закупать всё необходимое.
Я краем глаза заметил, что Кан сложил пальцы в странный знак, что-то показывая Тамиру. Хозяин постоялого двора слегка окосел, затем посмотрел на греющую ушки девушку и нахмурил брови. Та заулыбалась, подхватила меня под руку и потянула к двери во внутренние помещения гильдии.
— Господин Василий неплохо говорит на нашем языке, — улыбнулась она.
Не стал говорить, что при ней моё имя не называли, а я вообще рот не открывал. К тому же она была одной из одарённых, кого я почувствовал раньше. На вид не старше восемнадцати лет, поэтому сила ещё не полностью раскрылась. Она провела меня в комнату с большой бочкой, наполненной тёплой водой, где вкусно пахло маслом для тела и мылом. При этом я заметил, что девушка как-то странно держала меня под руку и бросала косые плотоядные взгляды. А улыбка такая, словно готова наброситься прямо здесь.
— Я правила знаю: сначала мыться, только потом в бочку, — сказал я ей, высвобождая руку. — Помогать не надо, сам справлюсь.
— Юный гость — такой шутник, — она посмотрела на меня с улыбкой. — Кто бы в здравом уме стал бы напрашиваться, чтобы помочь Вам помыться.
— А взгляд у тебя говорит об обратном, — я не без труда развернул её, выставляя за дверь, от греха подальше. Какая-то она странная, то строит глазки, то смотри так, как будто прикидывает, выживу ли я, если стукнет со всей силы.
Не дав девушке времени подумать над этим, я быстро закрыл дверь и задвинул засов. Меня в этот момент больше волновала мысль о том, чтобы скинуть одежду и хорошенько помыться. После долгой дороги и постоянных дождей окунуться в бочку с тёплой водой было настоящим блаженством. За такую роскошь на постоялых дворах брали минимум две серебряные монеты. А если учитывать мыло и масло для тела, то не хватит заработка мула, тащившего наш фургон через всю провинцию. Пока есть возможность, нужно пользоваться. И хорошо бы узнать, вкусно ли здесь кормят.
Когда я хорошенько вымылся и окунулся в бочку, засов на двери сам по себе сдвинулся, и в комнату заглянула Лина.
— Мастер Тамир передал чистую одежду, — сказала она. Бросив на ближайшую лавку стопку одежды, она одарила меня колючим взглядом и едва не хлопнула дверью.
Любопытно, зачем её поставили работать прислугой? Сначала на руке виснет, что для воспитанной девушки неподобающее поведение, а потом сердится. А если её кто-нибудь из заказчиков пониже спины ущипнёт, и она его ненароком пристукнет, кто будет виноват? Но все эти мысли я быстро выкинул из головы, наслаждаясь тёплой водой, которая очень быстро остывала, не позволяя клиенту сидеть в бочке слишком долго.
Одежда, что передал мастер Тамир, была такой же, как и у наёмников гильдии. Просторные штаны из плотной ткани, рубашка, широкий пояс и накидка, походившая на халат. Всё в чёрном цвете, кроме тёмно-серой накидки с длинными и широкими рукавами. К халатам и поясам в этом мире тяготели, как в древней Азии. Богатого демона всегда можно отличить по количеству и качеству ткани. Ну и по обуви, с которой тут была настоящая беда. Глядя на кожаные сапожки, хотелось бежать обратно к болотам, чтобы найти нормальную обувь на толстой подошве. В той обуви, что мне предложили, спокойно можно ходить только в помещении.
Выйдя из банной комнаты, я никого не застал. Прошёл по пустому коридору, заглянул в пару помещений по пути, но все словно вымерли. В холле тоже никого не было, что для подобного заведения странно. Чтобы не таскаться с грязной одеждой, решил оставить её в фургоне. У бандитов в лагере Кирин нашёл небольшой удобный сундук, который я приспособил для личных вещей. Сейчас там хранился только кошель с медными и серебряными монетами. Или бандиты оказались бедными, или Кирин нашёл ложный тайник, но там было всего восемь серебряных монет и пару десятков меди. Я хотел всё ему отдать, но он и слушать не стал, со скрипом согласившись взять половину. То же самое он думал и о товаре, который вёз, рассчитывая отдать большую часть выручки от продажи.
— Фильви, — я заглянул в фургон, помахал рукой девочкам. — А где Кирин?
— Ушёл на рынок, — сказала она. — Костры в городе разводить нельзя, поэтому он сказал, что достанет еду.
— Чёрт, а Кирин мне сейчас очень нужен, — я показал на свой сундучок. — Да, вас же обещали покормить. Никто из постоялого двора не приходил?
— Никто не приходил, — она покачала головой, передавая мне сундук.
— Нехорошо. Не люблю, когда свои обещания не выполняют. Лучше не обещай, если не можешь или не хочешь делать.
Открыв сундук, я забрал кошелёк с монетами и положил туда старую одежду. У Кирина в телеге хранились кольца, цепочки и прочие драгоценности, но менять их на золото была та ещё морока. Стража может всё отнять, приняв тебя за бандита с большой дороги. Не докажешь ведь, что это честно заработанное, точнее, честно отнятое.
— У него оставалась немного чернильных орехов и сажи, — я посмотрел на Фильви, но та лишь покачала головой. — Понятно. Тогда придётся идти за особым ингредиентом самому. До обеда ещё часа полтора, успею обернуться. Как раз подумаем насчёт обеда.
— Хорошо, — она кивнула, убирая сундук на место.
— Чуть не забыл, мне нужна будет кисточка малого размера, для письма. Ты мне их показывала, помнишь? Нет, не сейчас, потом, когда вернусь. Всё, не скучайте и никуда не уходите. Может, с Кирином на рынке пересечёмся.
Можно было и Кана попросить достать последний ингредиент, но не хотелось раскрывать все секреты. Ещё по пути на постоялый двор гильдии я приметил нужную лавку. Если дело выгорит, то сегодня я разбогатею и на дорогу до Хумы хватит с лихвой. Думая о больших деньгах, я сунул кошелёк за пазуху и зашагал к калитке у ворот.
⠀⠀
Сорок минут спустя, отделение гильдии Серебряной луны
Мастер Кан вошёл в просторный холл гильдии, неся в руках резные деревянные шкатулки, покрытые дешёвым лаком. Покупки обошлись не так дорого, как он думал утром. Большая часть серебра ушла на бронзовые иглы — длинные, острые и тонкие, имеющие специальное утолщение, чтобы было проще держать. Продавец обещал, что они почти не будут тупиться и для мастера символов станут лучшим инструментом.
Едва Кан вошёл в холл, там появился мастер Тамир, как будто специально ждал его.
— Удачные покупки? — спросил глава отделения гильдии.
— Более чем, — Кан поставил шкатулки на стол, открыл. — Инструменты не идеальные, но лучшее, что можно достать в этом захолустье.
— Зря недооцениваешь провинцию, — Тамир осторожно вынул длинную иглу. — Ты так и не сказал, что за человек пришёл с тобой.
— Василий — самый удивительный мастер символов, которого я когда-либо встречал, — сказал Кан. — Даже не представляю, какой великий демон способен воспитать в ученике подобный талант в столь юном возрасте.
— Мастер символов? — в голосе главы отделения послышалось недоверие.
— Вы ведь смогли оценить крошечную силу молодого мастера? — Кан улыбнулся и отработанным движением кисти положил на стол один из своих ножей. — При помощи символов он смог отнять у меня два летающих ножа. Даже старший наставник на такое не способен. На молодого мастера действительно напали бандиты, откуда он получил шрам на лбу. И он пришёл с ними разобраться. Нанёс знаки концентрации и усиления на руки и спокойно бы смог их всех убить, но судьба свела нас в тот день.
— Отнял два ножа?
Тамир был немолод и давно отошёл от заказов, но до сих пор неплохо владел летающими ножами. Он мог одновременно контролировать сразу три клинка и знал, как трудно отнять у настоящего мастера даже один из них. А Кан считался гением, так как мог контролировать сразу пять ножей и делал это искуснее других.
Не спеша Кан поведал о том, как торговцы завели его в лагерь бандитов, чтобы скупить дешёвый товар. Как он впервые встретился с Василием и как согласился сопроводить его в столицу.
— Ты хочешь, чтобы он нанёс тебе символы? — догадался глава отделения и посмотрел на него ещё более удивлённо.
— Молодой мастер Василий сказал, что для этого нужно разрешение главы гильдии, — Кан улыбнулся. — Наверняка это те самые особые символы, о которых упоминал глава Гамеш.
— Слышал об этом, — кивнул Тамир. — До меня доходили новости, что они достанутся только достойнейшим воинам. Рах, мой лучший мастер, собирался отправиться в столицу, чтобы побороться за эти символы.
— Рах — слабак, — спокойно сказал Кан. — Если его предел три ножа, то ему нечего там делать.
— Важно не количество, а концентрация и умение мастера управлять ими. Постой, но зачем тогда иглы и эти ингредиенты?
— Молодой мастер хотел продать несколько простых символов, — немного слукавил Кан. Несмотря на хорошие отношения между ними, он не спешил рассказывать всё. И без этого сказал достаточно, чтобы этот старый и хитрый демон был ему должен.
— Что за символы? — заинтересовался Тамир. Он использовал силу, чтобы позвать Лину, сплетничающую о чём-то со старшей подругой на втором этаже.
— Он не сказал, — Кан развёл руками. — Но заверил, что мы будем сильно удивлены.
— Не ожидал, что этот молодой человек — ученик великого мастера символов, — Тамир покачал головой. — Ты должен был сразу рассказать, кого сопровождаешь в столицу. Я бы отправил весточку главе.
— Не нужно. Пусть это будет неожиданностью.
— Боишься, что глава отправит доделывать задание, которое ты получил, — хитро улыбнулся Тамир. — Хорошо, я не стану сообщать ему об этом сразу. Подожду, пока вы пересечёте реку и уедете достаточно далеко на север.
Из коридора в служебную часть постоялого двора выглянула любопытная Лина, не забыв сначала улыбнуться Кану, а уже потом вопросительно посмотреть на главу.
— Позови мастера Василия, — сказал Тамир. — Скажи, что я приглашаю его отобедать с нами.
Лина кивнула, развернулась чтобы уйти, даже сделала шаг, но остановилась. Запустив руку в потайной карман наряда помощницы, она выудила связку ключей, с удивлением посмотрев на неё.
— Что? — спросил Тамир.
— Нет, ничего, — девушка улыбнулась и умчалась в сторону служебных помещений.
— Двоюродная племянница, — сказал глава отделения, посмотрев на Кана. — Осталась сиротой, после набегов краснокожих дикарей. Хочет работать на гильдию, но ей не хватает характера.
Мужчины посмотрели в сторону служебных помещений. Оба использовали особый навык, чтобы проследить, как девушка пробежала сначала в банную комнату, затем помчалась к лестнице на второй этаж.
Кан не стал говорить вслух, что именно по этой причине в гильдии не приветствовались родственные связи начальства и подчинённых. Когда младшие ученики не пытаются выслужиться, не чувствуют давления жёсткой конкуренции, то они редко вырастают хорошими воинами. В гильдии Серебряной луны умение исполнять поручения ценилось даже выше, чем талант и сила.
Промчавшись по второму этажу, девушка сбежала по лестнице и выскочила в холл. Слегка приподняв подол платья, она побежала мимо мужчин к выходу во двор.
— Лина, — остановил её Тамир, — ты ведь проводила гостя в комнату, как я приказал?
Девушка остановилась, втянула голову в плечи, опуская взгляд.
— Где молодой мастер Василий? — тяжёлым голосом спросил глава отделения гильдии.
— Я не знаю, — тихо ответила Лина. — Он мылся в банной комнате.
— Два часа назад. Я просил присмотреть за ним, чтобы он постоянно был в поле твоего зрения. Это гильдия наёмников, а не бордель, постороннему опасно находиться здесь без присмотра. К тому же он важный гость мастера Кана. Но вместо того, чтобы выполнить поручение, ты сплетничала с Натин, так? Связалась с этой женщиной, хотя ничего о ней не знаешь!
— Поищу его на улице, — сказал Кан, закрывая шкатулки и забирая их с собой.
Кан понимал, что провинившемуся сначала объясняют, что он сделал не так, а потом наказывают. И чтобы девчонка легко отделалась, он поспешил выйти во двор. Но если с молодым мастером что-нибудь случится… он будет невероятно зол!
Тамир проводил взглядом мастера из центрального отделения, затем посмотрел на девушку.
— Ты ещё не работаешь на гильдию, но уже порочишь нашу репутацию, — глава отделения едва не побагровел от злости. Кровь прильнула к голове, отчего рога стали обжигающе горячими. — Скажи мне, ты не способна выполнить такое простое поручение или же считаешь, что я лишь сотрясаю воздух, когда отдаю приказы?
— Это моё упущение, — тихо сказала девушка.
— Не знаю, мог ли я дать более простое поручение? Разве что принести воды или убрать мусор со двора?
— Что случилось? — в холл заглянула упомянутая женщина по имени Натин. Высокая и красивая, с приятными глазу формами, тёмными как сажа волосами и ясно-зелёными глазами. Поймав на себе рассерженный взгляд главы отделения, она выставила перед собой ладони. — Мастер Тамир, клянусь, я ничего не успела сделать, чтобы рассердить Вас.
Следом за женщиной в холл вошёл молодой мужчина, немного сонный и взъерошенный, тоже почувствовавший недовольство мастера. Он на ходу застёгивал ремень с летающими ножами.
— Эта неспособная девчонка позорит нашу гильдию, — зевнул мужчина. — Теперь перед мастером из столицы.
Наёмники одновременно посмотрели в сторону прохода во двор, так как там появился хмурый Кан.
— Супруга помощника молодого мастера говорит, что он ушёл на рынок, чтобы что-то купить к обеду. Я пойду на запад вдоль реки, отправьте кого-нибудь к восточным рынкам.
Кан широким шагом пересёк холл и вышел на улицу.
— Позови… — Тамир посмотрел на двоюродную племянницу и резко повернулся. — Рах, собери всех, кто сейчас отдыхает в гильдии. После кровавой бойни, что вы устроили накануне, гильдия наёмников очень зла на нас. Найдите молодого мастера Василия быстрее, чем это сделает Кан, иначе мы потеряем лицо. С ним ничего не должно случиться, иначе всех отправят так далеко на юг, что мы будем счастливы брать заказы на потрошение рыбы.
— Пройдусь на восток, — сказала Натин, коснувшись потайного пояса под платьем, где хранила летающие ножи. — Как выглядел молодой мастер?
— Как человек лет пятнадцати, зелёные глаза, тёмные волосы, — сказал Тамир и бросил короткий взгляд на Лину. — Должен быть одет как младший послушник.
— Вряд ли наёмники станут устраивать беспорядки на южном берегу, — сказала женщина и направилась к выходу на улицу.
⠀⠀
— Долго ещё выбирать будешь? — раздался над головой голос помощника торговца.
— Четыре серебряных монеты, и я её куплю.
— Девять монет, — в который раз повторил крупный мужчина из рода рыбаков, продемонстрировав острые зубы. — Бери или уходи.
— А поменьше есть? — улыбнулся я ему.
— Это самая маленькая, — он протянул руку.
Я вздохнул и положил ему на ладонь маленькую серую косточку, размером с указательный палец. Это была отменная кость сильного хищного демона, содержащая внутри крошечные кристаллики силы. В столице такая кость стоит в несколько раз дороже, но там хотя бы есть гильдии, которым подобный товар нужен. А за Изумрудной рекой вряд ли есть демон, кому интересны эти кристаллы.
— А клыки пятнистых собак есть?
— По одной серебряной монете за зуб, — сказал он.
— Дам две, за самый большой.
— Большие по четыре, — он убрал косточку в коробку и поставил на витрину за прилавком.
— Показывайте, — снова вздохнул я. — Обдираловка.
Маленькую лавку, торгующую редкими товарами и ингредиентами, я нашёл совершенно случайно. Здесь продавали почти всё, что можно было добыть на южных болотах, включая энергетические кристаллы, похожие на те, что носил на шнурке краснокожий демон. Отдельную витрину занимали коробочки с разной травой, кореньями, мхом, ядовитыми ягодами и ещё более опасными грибами.
Сейчас, пока мимо не проходили торговые караваны, направляющиеся на север, в лавке было тихо. Я бы и хозяина заведения не увидел, если бы не покупатель, скупающий оптом кровавые камни. Красные мутные камешки делали из крови демонов и использовали в микстурах и прочей ерунде, производимой местной медициной. А ещё из них можно было делать отличные чернила для символов. Я бы их тоже прикупил про запас. Хозяин хвастался, что это камни из крови вожака болотных крикунов. Это не просто сильный демон, похожий на обезьяну, он ещё и довольно разумный, чтобы представлять угрозу для охотников или наёмников.
Пока помощник продавца искал клыки, я прошёл вдоль прилавка, разглядывая кровавые кристаллы. Покупатель выглядел как типичный житель севера — крупный человекоподобный демон. С широким носом, густой шевелюрой и кабаньими клыками. Кулаки у него в размер моей головы, поэтому было смешно наблюдать, как он огромными пальцами аккуратно разгребает маленькие кровавые камни.
— Камни отменного качества, — в который раз повторил хозяин лавки, бросив на меня взгляд, показывающий, чтобы я убирался и не мешал ему.
— Маленькие какие-то, — недоверчиво говорил покупатель, явно сбивая цену. Терпения ему было не занимать, так как они торговались ещё когда я только заходил в лавку.
— Наш мастер специально делает их такого размера, чтобы было удобнее пользоваться, — заискивающе улыбнулся хозяин лавки.
— Уважаемые, — влез я. — Давайте я для вас проведу оценку кровавых камней, а вы мне выделите один или два из них. Не подумайте плохого, я лучший на юге оценщик. Моими услугами даже благородные дами не брезгуют пользоваться.
— А речная рыба по городу пешком ходит, — отмахнулся продавец, так как терпение его постепенно иссякало, чего и добивался покупатель. — Малец, не мешай уважаемым людям, пока я не рассердился.
— Постой, — покупатель остановил его жестом. — Мне интересно. Давай парень, оцени.
Толстым пальцем он отделил от кучки камней один, подталкивая ко мне. Ловко схватив камушек, я взвесил его на ладони, используя капельку силы. Любая жрица дами могла проверить силу демонической крови, когда зажигала на ладони особое пламя. Но в данном случае мне подобное не требовалось. Я понял, что камень весьма паршивого качества, едва коснулся его.
— Спасибо, но мне такие и даром не нужны, — улыбнулся я, положив камень обратно на прилавок. — Торгуйтесь дальше. Эй, уважаемый, где клыки собак? Я тороплюсь.
— Бесполезный мальчишка, — фыркнул хозяин, привлекая внимание помощника. — Что вообще в Талке делают люди? Гони его отсюда, чтобы не мешал.
Хозяин лавки выругался, говоря на родном для всех ат-анаков языке.
— Никакого уважения, — вздохнул я. — Ничего ведь сделать не успел, зачем сразу злиться? Я же не говорю, что кровавые камни у вас дрянного качества. Скорее всего, разбавляете кровь сильного демона козьей. В столице за такое вас бы в сырую яму посадили — подумать, чтобы впредь покупателей не обманывали.
— Да ты… вообще, — продавец оскалился. — Нацепил на себя тряпки наёмников и важничаешь. Хорошо! Если не докажешь, что камни плохого качества, мой помощник тебе ноги сломает.
Я даже не заметил, как помощник хозяина оказался позади, хватая меня за ворот и легко отрывая от земли. Видно, что он подрабатывает охранником, так как в нём чувствовался маленький отголосок силы. Он развернул меня лицом к себе, очень удачно, чтобы я хорошенько пнул его в пах. Демон скривился, но меня не выпустил. Оскалившись, демонстрируя акульи зубы, он замахнулся второй рукой, но в это время над моим ухом что-то свистнуло. Длинное, узкое лезвие чиркнуло его выше локтя, оставляя глубокий ровный разрез, затем резко развернулось и ужалило в бок.
Упав на пол, я откатился, чтобы меня ненароком не задело, и быстро вскочил на ноги, собираясь выбежать на улицу.
— Какая скучная лавка, — раздался приятный голос.
В помещение важно вошла красивая женщина в светло-бежевом платье с широким синим поясом. Пояс она носила так, чтобы подчеркнуть соблазнительные формы. Женщина наверняка использовала дорогое масло, чтобы даже в такой сырости длинные чёрные волосы остались блестящими и прямыми. Зелёные глаза с презрением посмотрели на несчастного помощника хозяина, который пытался зажать сразу две раны, на руке и в боку. Раны не смертельные, но неприятно кровоточащие. Если бы женщина хотела, то убила бы рыбоголового быстрее, чем он что-либо понял.
— Спасибо, уважаемая, — я сложил руки в почтительном жесте, как это делал Кан. — Мы с хозяином лавки поспорили о том, что его кровавые камни плохого качества.
— Да я… — начал было хозяин, но перед его глазом замер летающий нож, с интересным треугольным лезвием.
— Не надо слов, — женщина посмотрела на него и приложила пальчик к губам. Её взгляд сместился на оптового покупателя, отчего тот слегка побледнел и отвернулся в другую сторону, словно ему очень интересен товар на дальней витрине. Убедившись, что хозяин всё понял, она улыбнулась мне. — Продолжай.
— В общем, — я пару раз кашлянул, — мы поспорили, о качестве кровавых камней.
Подойдя к прилавку, я взял один из камней, положил сверху серебряную монету и нажал до хруста. Стряхнув с монетки прилипшие красные крошки, собрал всё в кучку и использовал силу, чтобы поджечь её. Вспыхнул небольшой тёмно-красный огонёк, который сначала взметнулся, но быстро опал и затрещал.
— Ну вот, — довольно сказал я. — Кровь сильного демона в камне есть, но её ничтожно мало. Разбавили какой-то дрянью и выдают за исключительный товар. Заявить бы на тебя главе города, но время тратить не хочу.
Женщина подошла, лукаво улыбнулась и взяла под руку. Вроде бы тот же самый жест, что исполнила Лина в гильдии, но меня мурашки пробрали. А от взгляда и улыбки можно было растаять. Я даже ущипнул себя, подумав высвободить руку, но она так ловко её держала, что любая попытка выглядела бы грубой. Беате бы поучиться, как мужчин надо соблазнять, а не бегать за ними с ножом по верхним этажам храма. Стоило вспомнить Беату, и немного отпустило.
— Ещё раз спасибо, что помогли, — я выдал самую невинную улыбку, на которую был способен.
— Зажигать демонический огонь могут только дами, — она легонько коснулась указательным пальчиком моего носа. — Ты меня удивил.
— О, у меня ещё много скрытых талантов, — важно ответил я.
— С удовольствием послушаю о них, — кивнула женщина, захлопав ресничками. — Не проводишь меня на постоялый двор Серебряной луны? Мы можем поговорить там.
— С удовольствием, только мне надо клык забрать, который я купил.
— Не беспокойся, — мягко сказал она. — Тебе скоро всё принесут.
Она обернулась и посмотрела на торговца. Не видел выражения её лица в этот момент, но хозяин лавки побледнел и отшатнулся, едва не сбив спиной стеллаж с товарами. Летающий нож исчез так же внезапно, как и появился, а женщина повернулась ко мне с той же очаровательной мягкой улыбкой, что и раньше.
— Меня Василий зовут, — представился я.
— Натин, — сказала она. — Но ты можешь звать меня Тина.
До здания гильдии мы шли неспешно, словно парочка на прогулке. Натин интересовалась, что молодой человек, вроде меня, делает в городе. Удивлялась желанию отправиться в столицу и долго расспрашивала, кого я знаю и когда в последний раз был там. Когда мы проходили по двору гильдии, мне пришлось извиниться, чтобы отлучиться на пару минут и забрать у Фильви кисть для письма. Застал в фургоне Кирина, успешно раздобывшего корзинку фруктов и двух жареных кур, размером напоминавших больших голубей. Они приглашали меня на скромный обед, и я бы остался, но Натин так и ждала меня во дворе. Попутно мне вручили три шкатулки с ингредиентами, которые принёс Кан. Жаль, косточку сильного демона не удалось достать, но демонстрацию можно провести и без неё.
В холле гильдии было оживлённо. Я застал там сразу четырёх наёмников, беседующих о чём-то с управляющим.
— Мастер Василий, — управляющий обрадовался, увидев меня. Прошёл немного на встречу. — Вы должны были предупредить, что собираетесь в город, я бы выделил кого-нибудь для сопровождения. На узких улицах здесь легко заблудиться.
— Я просто забегал в лавку, чтобы присмотреть пару ингредиентов для символов. Не думал, что нарвусь на злобного продавца. Спасибо госпоже Натин, что помогла.
— Рыбоголовые перестали уважать гильдию, — сказала она. — Какой-то мелкий лавочник грозился покалечить Василия за то, что он усомнился в качестве его товаров.
Натин совсем не хвасталась, что помогла и не жаловалась на торговца, она просто констатировала проблему, с которой следовало разобраться.
— Мне всё ещё нужны кое-какие ингредиенты, — напомнил я. — Я не мог просить мастера Кана их купить, так как он бы не смог их правильно подобрать. Раз всё остальное уже куплено, то можно мне занять одну из комнат, чтобы подготовить демонстрацию защитных символов? Это займёт полчаса.
— Конечно, — управляющий показал в сторону служебного коридора. — Прошу.
— И ещё: вы обещали накормить моего помощника с семьёй, — напомнил я.
— Натин Вас проводит, а я займусь этим прямо сейчас.
Мне выделили небольшую комнату, скорее всего, переговорную, с удобным столом и парой кресел. Пока я раскладывал содержимое шкатулок, полюбовался на набор тонких иголок. Не лучшие из всех, с которыми я работал, но достаточно неплохие. Длина хорошая и в пальцах держать удобно. Пока отложил их, решив начать с чернил. Для временных знаков не требовались особые ингредиенты, хватило бы и обычной краски, но она плохо держалась на коже, растекалась и смазывалась.
Пока я возился с чернилами, заметил, что в холле гильдии прибавилось одарённых. Те, кого я почувствовал утром, подходили со стороны улицы. Странно, вроде бы они отдыхали на втором этаже, зачем уходили? Может, обедали где-нибудь поблизости? Время как раз подходящее.
— Проверим.
Закатав левый рукав, я взял кисточку и провёл несколько линий. Чернила на кожу ложились хорошо, быстро подсыхая. Увлёкшись и подумав, что пара лишних символов не помешает, остановился, только когда добрался до плеча. И сразу по телу начало разбегаться знакомое чувство силы. Не переборщить бы, как в прошлый раз. Выждав немного, провёл ладонью над рисунком, подсушивая его тем самым огнём, который могли использовать только дами. Не знаю, откуда у меня взялась эта способность, но, когда Беата показывала, я смог повторить с первого раза, сильно удивив её. Может, она связана с тем, что я мог говорить на их языке?
Хорошенько промыв кисточку и ступку с пестиком, оставил всё сохнуть на столе. К этому времени в просторном холле собралась вся гильдия, что-то оживлённо обсуждая. Был тут и Кан, беседовавший с управляющим.
— Простите, что так долго, — сказал я и немного подтянул рукав, чтобы все могли увидеть первые символы. — Увлёкся.
На мне скрестились взгляды тринадцати зеленоглазых демонов. Смотрели с любопытством и лёгким недоумением. Для такого захолустья необычно много наёмников. Две женщины, включая Натин. Не знаю, чем гильдия здесь занимается и хватает ли всем работы?
— Я всего пару раз видел работу мастера символов, — сказал управляющий отделением. — Будет любопытно. Да, приходил торговец, принёс купленный товар.
Он сделал жест в сторону стойки администратора. Десяток простеньких деревянных коробочек, в которых лежали знакомые косточки демонов, собачьи клыки и даже несколько больших кровавых камней. Не так уж и много, чтобы откупиться. Действительно, жадный до мозга костей лавочник.
— Должно хватить, — сказал я, закрывая коробочки. — Чтобы не затягивать, давайте перейдём к демонстрации. Я бы хотел уже завтра продолжить путь в столицу, поэтому хорошо бы всё сегодня закончить. Продам вам два символа из разряда защитных. Первый — очень простой и активен всегда, даже когда вы спите. Не нужно использовать силу, он всё сделает сам. Символ защищает от дистанционного оружия. Есть у кого-нибудь арбалет или лук?
— У меня есть арбалет, — сказал глава отделения гильдии.
Пройдя за стойку, он наклонился и вынул из специальной потайной секции ручной арбалет, плечами очень похожий на лук. Грубая работа, даже спусковой механизм в виде длинного рычага.
— Встану вот сюда, — я показал в сторону стены. — Просто стреляйте в меня. Если переживаете, можете не целиться в голову или грудь. Не надо снимать наконечник, с ним даже лучше.
Надо отдать должное мастеру Тамиру. Он даже глазом не моргнул, приняв мои слова за истину. С пяти шагов навёл на плечо арбалет и почти сразу выстрелил. С глухим металлическим стуком болт ударился в невидимую стену в паре сантиметров от плеча и упал на пол.
— Как-то так, — сказал я, глядя на удивлённые лица. — Если у кого-нибудь есть летающий нож, который не жалко испортить и затупить, то он может метнуть его в меня, не сопровождая силой.
Мастер Тамир передал арбалет одному из подчинённых, затем показал ладонь, на которой лежал небольшой летающий нож. Не заметил, когда он успел его достать. Со скоростью не меньшей, чем арбалетный болт, нож выстрелил в меня, со звоном ударился в невидимую стену, но не отскочил, а просто упал на пол.
— Это символ отражения, — сказал я, подбирая с пола нож. — Второй символ, который я продам, называется «сопротивление». Работает схожим образом, но устаёшь от него быстрее. Если кто-то попытается схватить вас при помощи силы, то знак помешает. Не заблокирует атаку, но значительно её уменьшит. С ним вас никогда не застанут врасплох и не свернут шею внезапной атакой. Можете попробовать схватить меня или попытаться вырвать из рук летающий нож.
Я зажал между пальцами продолговатый нож, выполненный в форме острого листа, и вытянул руку перед собой. Почувствовал, как мастер Тамир попытался забрать его, но символ ему помешал, не дав сконцентрировать силу в одной точке.
— Мастер Кан, попробуйте, — сказал глава отделения, делая приглашающий жест.
Кан вышел вперёд, протянул руку. Его попытка была сильнее, я буквально почувствовал, как он хочет вырвать нож. С тем же успехом ещё несколько наёмников попытались забрать оружие. Я с улыбкой наблюдал, как на их лицах появляется недоумение и удивление.
— Видите? — спросил я, обводя всех взглядом. — Знак мешает сконцентрироваться. Пока я держу нож, даже глава гильдии его не сможет отнять. Прошу.
Я подбросил клинок, и он тут же метнулся к Кану, зависнув перед ним.
— Это простые символы? — с очень странной интонацией произнёс мастер Тамир.
— Самые простые, — закивал я. — Всего два знака размером с блюдце. Лучше наносить их на спину, но можно и на живот.
Я снова подтянул рукав, показывая рисунки.
— Символ отражения продам по сотне серебряных монет, а сопротивление достанется вам за двадцать пять золотых. Всё вместе обойдётся в тридцать золотых монет, что немного дешевле, чем по отдельности.
Одна золотая монета весом в три грамма менялась на четырнадцать серебряных. В зависимости от провинции этот курс варьировался, но не сильно. Всё зависело от того, есть ли у наместника свободное серебро или нет.
— Уважаемой Натин я сделаю скидку вполовину, — сказал я.
— А я согласна, — задумчивое выражение лица наёмницы осветилось улыбкой.
Четыре сотни монет — огромная сумма и я очень надеялся, что такие деньги у наёмников найдутся. Но продавать дешевле не могу, иначе символы просто потеряют ценность. Беата как-то говорила, лучше вовсе не продавать, чем делать это почти даром.
— Нужна тихая комната с кушеткой, — сказал я. — И час времени, чтобы приготовить чернила.
— Это подождёт, — остановил меня Тамир. — Сначала нужно пообедать. Стол уже накрыли. Наши мастера пока подготовят деньги и тело к нанесению символа.
— Только маслом натираться не надо, — поспешил сказать я.
Краем глаза я заметил, как пара мужчин, стоявших ближе всего к дверям, тихо выскользнули на улицу. Натин и вторая женщина из числа наёмников поспешили к дверям в служебные помещения.
— Молодой мастер, Вы уверены, что эти символы не являются тайными знаниями? — спросил Тамир, когда мы пошли к правой двери, ведущей в просторный обеденный зал. Мастер Кан последовал за нами, сложив руки за спиной. — Они совсем не выглядят простыми. Не будет ли у нас проблем с дами из-за них?
— Во-первых, Вам просто не с чем сравнивать, а во-вторых, это не их символы. Если дами будут спрашивать или что-то требовать, просто покажите им рисунки, и они отстанут.
— Могу я спросить, почему у самого мастера Василия нет символов? — полюбопытствовал Кан.
— Потому что я ещё очень молод и слаб для этого. Я знаю только одного мастера, который может нанести их на мою спину, не испортив. Когда-то я дал слово, что только он, точнее, она, будет их наносить.
— Ваша наставница? — заинтересовался Тамир.
— Можно и так сказать.
⠀⠀
Всего день пути на север от Изумрудной реки и мокрые леса сменяются дождливыми равнинами. Ещё одно неприятное место, которое я не любил, оставившее плохие воспоминания. Постоянные дожди делали равнину труднопроходимой, и чтобы хоть как-то наладить сообщение севера с югом, пару сотен лет назад император приказал проложить каменную дорогу. Стройка века, по-другому её и не назвать. Я читал в старых книгах, что сюда сгоняли рабов и преступников, чьи кости легли в основание дороги вместе с камнем, щебнем и песком. Сколько лет прошло, а она практически не испортилась и до сих пор являлась крупнейшей жизненно важной артерией империи, вдоль которой демоны возводили города и деревни.
Как я уже говорил, на равнинах жили не самые приятные из демонов, называющие себя чжу. Злобные и кровожадные, они обладали тщедушным телосложением, по сравнению с другими расами, выглядели вечно больными и измождёнными. Думаю, что в этом виноваты дожди, которые могли идти месяцами и сырость, расползающаяся отсюда по всему континенту.
Ровно посредине, между Изумрудной рекой и столицей раскинулся город Ичжу, что переводилось, как «Самый великий». У меня с ним было связано несколько болезненных воспоминаний, поэтому хотелось пройти мимо, но следовало узнать местные новости, немного заработать и пополнить припасы в дорогу. Сырую воду в этом мире спокойно могли пить только рыбаки, поэтому приходилось запасаться дешёвым алкоголем и местным аналогом кваса. На мокрых полях демоны чжу выращивали зерно, похожее на рис, из которого делали неплохое вино. Некоторые сорта высоко ценились по всему континенту, и даже храм дами закупал вино именно здесь, но пили его по праздникам или значимым событиям.
— Василий? — на моё плечо легла ладонь Натин. — Почему твой взгляд стал суровым?
— Не суровым, а хмурым, — ответил я, глядя на дома пригорода Ичжу. — Это личное, не обращай внимания.
В Южном Талке наш отряд пополнился двумя демонами и повозкой, больше похожей на коробку с колёсами. Молодой демон по имени Рах, лучший ученик и воин отделения, решил отправиться в столицу, чтобы поговорить с главой по поводу символов. Он всерьёз собрался соревноваться с лучшими бойцами гильдии за право их получить. Второй попутчицей стала Натин. Эта красивая и коварная женщина о своих планах говорила коротко, что давно хотела вернуться в столицу и что мы станем неплохой компанией. На символы она не претендовала, заверив мужчин, что текущая сила её устраивает полностью.
Кан нашёл выносливых мулов, согласившихся везти нас аж до Хумы. Каждому за это обещали две золотые монеты, что довольно щедро за подобную работу. Мулы это понимали, стараясь изо всех сил. Одному мулу я платил из собственных денег, чтобы он тащил телегу кинийцев, а то низкорослый Кирин не поспевал за нами.
Компания подобралась неплохая. С такой не страшно было путешествовать по дорогам империи. Малоразговорчивые мужчины меня не беспокоили, в отличие от Натин, которая решительно не хотела ехать в своей повозке. Если честно, мне её компания нравилась, о чём она прекрасно знала. И собеседница из неё неплохая. Если бы ещё ни попытки меня соблазнить. Будь я старше года на четыре, и она бы уже затащила меня в свою постель, а так, ей больше нравилось подшучивать надо мной, вгоняя в краску.
— Расскажи, — она посмотрела вполне серьёзно. — Если это тебя тревожит, может, я смогу дать пару советов.
— В этом городе живёт один чжу, который когда-то… навредил моей наставнице, — немного слукавил я. — Я тогда клятвенно обещал, что сверну ему голову при встрече.
— Да? — её взгляд сверкнул, а на лице появилась улыбка. — В чём тогда проблема? Хочешь, я оборву его жизнь?
— Сомнения меня гложут, — ответил я.
— Бывает, что обида со временем тускнеет, — сказала она. — Как и желание кого-то убить. Но если ты дал себе слово, то его нужно сдержать. Это закалит характер и научит тебя не сыпать бездумно обещаниями и клятвами. Кто этот глупец?
— Он занимает высокую должность в торговой палате.
— Серьёзный враг, — согласилась Натин. — Но устранение таких приносит особое удовольствие.
— Или большие проблемы. Если он умрёт, когда мы будем в городе, все сразу поймут, кто это сделал. Не хочу быть тем, кто станет причиной ссоры гильдии с торговой палатой.
Она заулыбалась, но говорить ничего не стала, похлопала по подушкам рядом с собой. Я сделал вид, что не заметил, рассматривая приближающийся город. Половина пути до столицы практически была пройдена, что вызывало самые разные чувства.
Ичжу, стоявший прямо на каменной дороге, не имел стен, поэтому пригород довольно сильно разросся. Наш отряд заметили ещё издалека, и уже в пригороде на дорогу выбегали худощавые демоны, предлагая остановиться на их постоялом дворе, купить дорогое вино, зерно и мясо. Была даже одна полуодетая девушка, предлагавшая услуги борделя и купален с горячей водой. Кан, возглавляющий отряд, на навязчивый сервис внимания не обращал. На одном из перекрёстков свернул на восточную улицу, ведущую к главной городской площади и дорогим постоялым дворам.
Проезжая мимо площади, я заметил помосты, скупо сколоченные из досок. Дерево в городе на равнине стоило дорого, но на подобном развлечении не экономили. На одном из помостов можно было заметить плаху в виде круглого пня. Из-за моросящего вторые сутки дождя сложно сказать, казнили кого-то недавно или только собирались. Как на мясном рынке здесь разделывали несчастных, продавая всем желающим куски плоти. Больше всего горожан собиралось в те дни, когда в руки властей попадали одарённые из светлых миров. В такие моменты за каждый кусочек шла ожесточённая торговля.
О том, что в этом городе не всё ладно, говорило и то, что здесь не жили кинийцы. В крупных городах постепенно отказывались от традиции людоедства и поедания разумных, а в Ичжу это были настоящие праздники. Не люблю я этот народец, отсыревший и прогнивший до глубины души. В столице их тоже не особо жалуют, но Император на многое закрывает глаза, так как они следят за состоянием дорог и делают неплохое вино.
Поднявшись на место возницы, я увидел два трёхэтажных постоялых двора, конкурирующих между собой. Как братья близнецы, они стояли друг напротив друга на широкой улице. Быстроногие мальчишки за пару медных монет сообщают им, когда по дороге идёт богатый караван или путешествует кто-то знатный, поэтому и у правого двора, и у левого уже стояли работники, приветственно махая нам платочками. А то, что наш отряд не бедный, можно было понять по тому, что его охраняло сразу два демона из гильдии Серебряной луны. Кан почти не раздумывая выбрал левый двор, к большой радости первых, и разочарованию вторых.
— Добро пожаловать, дорогие гости, — к фургону подскочил то ли хозяин постоялого двора, то ли управляющий. Парочка слуг успела поставить специальные ступеньки, чтобы нам было проще спуститься.
Я вышел первым, подал руку Натин. Управляющий раз десять успел поклониться ей, не обратив на меня особого внимания. Наверное, подумал, что она тут старшая. Собственно, увидев выражение лица наёмницы, я бы тоже так подумал. Она картинно обвела двор взглядом, остановилась на слугах постоялого двора и только потом на хозяине.
— На два дня мы снимем верхний этаж, — властно сказала она. — Подготовьте купальню, ужин и проследите, чтобы нас не беспокоили.
— Как прикажете, госпожа, — поклонился немолодой щуплый демон, очень похожий на человека, тяжело болеющего и страдающего. — У нас уже всё готово, не нужно ничего ждать. Прошу, прошу.
Он поспешил к входу на постоялый двор, где нас встретило богатое убранство, чистота и запах благовоний. К Натин тут же подошла женщина, держа на подносе несколько особых кувшинчиков.
— Какое вино предпочитаете? — спросил хозяин. — Сладкое, терпкое или тёплое пьянящее? У нас большой выбор.
Натин посмотрела на меня, изобразив сомнение.
— Какое из них тёплое? — спросил я, затем взял указанный кувшинчик и слегка пригубил. Это было именно то вино, которое покупал храм. — Это подойдёт.
Натин протянула руку, забирая кувшинчик, пригубила, затем довольно покачала головой.
— Хорошее вино, — согласилась она. — Подайте обед в гостиную на нашем этаже. И проводите моих помощников, чтобы они не заблудились.
Последнее она сказала, показав на семью кинийцев, удивлённо разглядывающих интерьер постоялого двора.
— Конечно, — если хозяина просьба поселить в дорогих комнатах кинийцев и удивила, то виду он не подал. Он махнул рукой помощникам, чтобы шевелились. — Прошу простить за любопытство, но я слышал, что по нашей дороге путешествует великий мастер символов. Может быть так, что?..
— Это мы, — кивнула Натин, направляясь к лестнице.
Слухи опережали нас буквально на пару дней. Так уж получилось, что в одном из маленьких городов, в двух днях пути от Изумрудной реки я продал пару символов, чтобы заплатить за постоялый двор и нужные припасы. После этого нас встречали в каждом следующем городе примерно так же, как и здесь. Я переживал, что эти слухи рано или поздно доберутся до столицы и до храма дами, поэтому попросил Натин сыграть роль мастера символов. Обещал за это десять процентов с прибыли. Рогатые посовещались и решили, что так будет даже проще, но очень просили не продавать символ сопротивления обычным наёмникам, с которыми у Серебряной луны в последние годы были натянутые отношения.
Пока слуги накрывали на стол в гостиной на третьем этаже, я подготовил чернила и нанёс Кану несколько временных символов на левую руку. Это было уже в третий раз и, надеюсь, в последний. Довольно сложно подобрать рисунок для одарённого, чью силу я не мог оценить в полной мере. В итоге выбор пал на пять основных усиливающих форм и одну поддерживающую.
— Получилось неплохо, — сказал я, заканчивая с рисунком. — До вечера можешь тренироваться и осваиваться, но потом надо смыть.
— Хорошо, — Кан кивнул, разглядывая рисунки.
— Основной узор нанесу на спину. Скопировать его сможет только верховная жрица дами, но вот испортить — кто угодно, разбирающийся в теме. Советую показывать символы только тому, кому доверяешь, как себе.
— Я понял, — он снова кивнул с таким видом, что никого и близко не подпустит к своей спине.
— Ну и последнее, — я макнул кисточку в кружку с водой, чтобы смыть чернила. — Временные символы в несколько раз слабее постоянных. Если тебе будет тяжело с этими, придётся уменьшать силу ещё больше, чего не хотелось бы допускать. Уйдёт самый лучший из символов. В общем, сейчас ты должен полностью чувствовать силу и контроль, чтобы потом не оказалось, что рисунок пришёлся тебе не по размеру.
— Мужчины? — в комнату заглянула Натин. — Обед подан.
Она с любопытством бросила взгляд на руку Кана, но он опустил её, пряча рисунки.
— После обеда надо сходить в лавку алхимика, — сказал я, убирая склянки в большую шкатулку. — Докупить кое-что.
— Возьмите с собой Раха, — сказал Кан. — И не затевайте драк с наёмниками.
Кормили на постоялом дворе вкусно, подавали рыбу и мясо птицы, приготовленные десятью разными способами. А вот к вину за обедом никто не притрагивался, довольствуясь компотом из сушёных фруктов.
Путь до самой крупной лавки алхимика в городе нам любезно подсказал глава постоялого дома и даже выделил одного из помощников, чтобы проводить. Хорошо, что моросящий дождь пошёл на убыль и едва накрапывал. Живя в постоянной сырости, местные давно обзавелись особыми накидками и широкими шляпами из тростника. Были в тёмном мире и зонты, но слишком тяжёлые и очень неудобные. Обычно их использовали богатеи, за которыми бежали слуги, прикрывая тех от дождя.
Проходя мимо площади, можно было увидеть демонов, сооружающих лавочки для важных гостей. Кто-то из городской стражи подгонял их и ругался так, что я его слышал даже на другом конце площади.
— А что планируется? — спросил я у молодого демона.
— Большой праздник, — он показал на помост. — Городской лорд купил двух светлых прихвостней. Вы очень вовремя приехали, завтра днём их будут казнить.
— И продавать плоть, — добавил я.
— Конечно, — закивал тощий демон, не распознав мой сарказм. — Можно будет купить кусочек. Говорят, что один может огонь призывать. Если печень отведать, то можно не только здоровье поправить, но и сил набрать.
— Понятно, не продолжай, нам не интересно, — сказал я, удержавшись, чтобы не отвесить ему оплеуху, так как говорил он с большим предвкушением. — Другие значимые новости были?
— Кроме… — он посмотрел на Натин. — Помимо светлых прихвостней лорд купил женщину с белыми волосами, очень красивую. Вроде как её мир светлоликие разрушили, и она к нам через разлом пришла. Жуткие вещи рассказывала, будто целый мир сожгли огнём.
— Вот в это верю охотно, — отозвался я. — Но почему говоришь, что «купил» и что значит «вроде как»?
— Девушка эта на наших языках не говорит, но хорошо, что рядом дами были, они её понимали.
— Да? — я посмотрел на него. — Что за дами?
— Старейшина вместе со жрицей из столичного храма.
— Уверен?
— Да, — он не понял моего удивления. — В наряде их, глаза белые, страшные.
— Старейшины редко храм покидают, нельзя им. Может, это кто-то из помощников жрицы?
— Я не знаю, — он замотал головой. — Назывался старейшиной. Они на площади выступали, когда со светловолосой говорили. У них с городским главой свои дела, я об этом ничего не знаю. Лорд у работорговцев её купил, всё равно она на нашем языке не говорит, толку никакого. Может, её тоже завтра продадут на площади.
— Ладно, не продолжай, — я поморщился, зашагав быстрее.
Лавка алхимика располагалась недалеко от главной дороги, в десяти минутах ходьбы от центральной площади. Обычное с виду двухэтажное здание, где желающие могли приобрести не только лекарственные травы и коренья, но и всевозможные микстуры от хворей и болезней. Стоили они дорого, поэтому демоны предпочитали не болеть. Продавец же, сонного вида ат-анак, встречал нас с лёгким любопытством.
— Добро пожаловать в мою лавку, — он жестом пригласил нас к прилавку. — Чего желаете.
— Приветствую, уважаемый, — я протянул ему листок. — Мне нужны вот эти травы.
— Лепестки цветов… корень водянки, кора суховика, плоды дикой колючки, — он пробежал взглядом по листу. — Всё есть. С корнями водянки будьте осторожнее, они в этом году особо жгучие уродились. Бородавки сводят, но оставляют сильные ожоги.
— Спасибо, буду предельно осторожен.
Пока рыбак ушёл искать нужные ингредиенты, сверяясь с книгой учёта, я осмотрелся.
— Бородавки? — спросила Натин.
— Да, надо одну большую свести, — кивнул я, чиркнул ладонью по горлу. — Ну и лекарство от простуды сварить для дочек Фильви. Что-то они сопельки распустили и чихают.
— Знаешь рецепт отвара от простуды? Алхимики хранят его в большой тайне.
— Читал как-то книгу на эту тему, — ответил я. — Это не совсем лекарство будет, а укрепляющий отвар, почти как чай с малиной и мёдом.
— Малиной? — не поняла она.
— Это редкая и очень вкусная ягода. У вас слишком сыро и она не растёт.
Хозяин лавки принёс травы в маленьких мешочках с завязками.
— Помечать что и где нужно? — спросил он. — Одна серебряная монета за услугу.
— Дорого берёте, — я улыбнулся. — Не нужно, разберусь. Бумагу мою верните.
— Конечно, — он неохотно вынул большой лист, который ещё можно было использовать. — С Вас двенадцать серебряных монет за всё.
— Держи, — я положил на стол золотую монету. — Сдачи не надо.
Демон ловко сцапал монету, осмотрел её придирчиво и с большим удовольствием спрятал под прилавок. Больше в городе мне было делать нечего, поэтому мы направились обратно на постоялый двор. Я не знаменитый шпион, но если кому-то станет интересно, то хозяин алхимической лавки подтвердит, что мы заходили к нему за травами от простуды и бородавок. Коварно улыбаясь, я едва не потёр ладони. Натин взяла меня под руку, шагая рядом.
— Что-то придумал, чтобы отплатить обидчику? — тихо спросила она. — У тебя был как раз такой взгляд.
— Есть несколько идей, — кивнул я. — Рассказывать не буду, не проси, но от возмездия он не уйдёт.
— Я вовсе не любопытная, — слукавила она, почти не стараясь прятать любопытство в голосе. — Хотела сказать, что это хорошо, что ты решил не идти против своего слова.
Мне порой казалось, что она не просто следит за мной, а подмечает каждую мелочь, каждое слово или жест, а потом всё тщательно записывает в маленькую тетрадку. Чем больше мы общались, тем более странной она мне казалась. Жесты, взгляды, проскакивающие фразы, иногда она очень напоминала высокородную дами. Кто-то может принять такое поведение за высокомерие, но это совсем не так.
К нашему возвращению, на постоялый двор заглянули интересные гости. В сопровождении нескольких стражников появилась та самая парочка дами, о которых упоминал слуга. И обстановка в холе стояла какая-то напряжённая. Я незаметно толкнул локтем в бок Натин.
— Если они будут грубо себя вести, можешь давить на них, — шепнул я ей, говоря на языке наёмников.
Встревоженный хозяин постоялого двора поспешил к нам навстречу, едва увидел.
— Госпожа мастер, — торопливо начал он, — простите, что беспокою Вас, но у жрецов из храма дами возникли какие-то вопросы к мастеру символов.
Натин посмотрела на жрецов взглядом абсолютного безразличия. Не уверен, что смогу скопировать подобный взгляд, тут надо долго тренироваться.
— Какие вопросы у храма к гильдии Серебряной луны? — спросила она.
Дами, скорее всего, не ожидали, что вопрос коснётся гильдии наёмных убийц, поэтому в их поведении проскользнула неуверенность, что не укрылось от Натин. Я уже догадался, что они хотят, и подготовил два десятка оправданий, но ни одно из них не понадобится.
— Не к гильдии, — сказала женщина. — К мастеру символов.
Выглядела дами лет на сорок, белая радужка глаз, лицо самое обычное. Светлое платье жрицы можно было легко узнать, как и специфическую серую накидку с просторными рукавами. Чёрный поясок расшит золотыми нитями, указывая на высокое положение жрицы, на шее золотая цепочка с кулоном, выставленная напоказ. Мужчина рядом с ней выглядел странно. Белые одеяния, серая накидка, как и у жрицы, только немного обрезанная. Чёрный поясок, без золотых нитей.
— Задавайте свои вопросы, — позволила им Натин, делая очень высокомерный жест ладонью. Будь здесь кто-нибудь из старших жриц храма, они бы обиделись.
— Изучение и использование символов находится в ведении храма дами, — сказала женщина. — До Ичжу дошли слухи, что на юге появился мастер, продающий символы всем желающим за тридцать золотых монет.
— И что же хотят жрицы храма? — спросила Натин. — Тоже получить эти символы? Приходите завтра с золотом и учтите, скидок я не делаю.
— Ты слишком наглая, женщина, — вставил мужчина.
— Верните храму всё, что заработали, собирайтесь и езжайте в столицу, — сурово произнесла жрица. — Там решат, что с вами делать. Иначе наместник императора будет вершить закон.
В помещении повисла тишина. Стражники смотрели то на Натин, то на дами, прикидывая, справятся ли они с двумя демонами из гильдии Серебряной луны. Похоже, их об этом не предупреждали. Рах даже не пытался скрывать, что не будет хорошо себя вести, картинным жестом откинув полы накидки и демонстрируя шесть летающих ножей в петлях на поясе. Старшая жрица дами могла бы дать ему отпор, но не обычная городская стража, которая хорошо умела гонять по улицам бедняков и попрошаек.
— Скажи им, что если они представляют волю храма, то пусть покажут силу голоса, — сказал я на языке наёмников.
Натин посмотрела на меня холодно, резко взмахнула рукой, как бы говоря, чтобы не лез в разговор. Повернувшись к дами, она снова обожгла их взглядом.
— Если вы представляете волю храма, покажите нам силу голоса дами, — холодно попросила Натин.
На лестнице появился Кан, удивлённый происходящим в холле. Он обратил внимание на позу Раха, но демонстрировать оружие не было смысла, оно зависло в воздухе над ним, угрожающе направленное на дами и городскую стражу. Мне показалось, что каждый нож уже нашёл свою цель и только ждёт команду, чтобы оборвать их жизнь. Дами это тоже заметили, немного занервничав. Жрица откашлялась, вышла вперёд.
—
Пространство вокруг слегка завибрировало, как будто на низких частотах заработала колонка. Наёмники и стража слегка напряглись, так как все знали, что бывает, когда звучит голос дами.
Не ожидал услышать ключевые слова первой из молитв, которым учили послушниц в храме. Любой дами, имеющий на спине нужный символ, мог заставить дрожать пространство, стоило ему произнести простые на первый взгляд слова. Всего молитв было шесть, и четыре из них я когда-то мог прочитать. Старшие жрицы в храме могли прочесть только три, а Беата умудрилась осилить их все. Чтобы понять, насколько это сложно, надо сказать, что при чтении третьей молитвы все разумные существа вокруг испытывали невыносимую боль, а при четвёртой открывалось кровотечение из глаз и ушей. Если читать её достаточно долго, слабые демоны падали замертво. О пятой и шестой я сказать ничего не могу, так как не слышал их лично, а Беата не любила об этом рассказывать.
— Ещё раз предлагаю отдать всё заработанное незаконным путём золото и отправиться в главный храм, где будет решена ваша судьба, — сказала женщина, вырвав меня из размышлений.
— Золото хотите? — спросил я на общем языке, чтобы понимали все. — Но вы ведь не показали силу голоса. Чтобы получить одеяние старшей жрицы, которое ты носишь, нужно свободно читать третью молитву. Продемонстрируйте её, тогда поговорим и о золоте, и о храме.
— Того, что я показала — достаточно, — она пыталась говорить властно, но до старших жриц ей было далеко. — Никто не вправе ничего требовать от храма.
— Думаю, что ты когда-то давно была послушницей, но сбежала, или тебя просто выгнали, — продолжил я. — Поэтому ты должна знать, насколько старшие высокомерны. А ещё они любят читать третью молитву, стоит только попросить и ни одна не откажет. Вижу по лицу, что знаешь, почему так. Молитва причиняет боль всем, кто её слышит.
— Что за чушь?! — женщина нахмурилась, а вот её спутник заметно напрягся.
— И ещё один большой недостаток, — продолжил я. — У каждой старшей жрицы есть особый кулон, который она носит на шее. Не понимаю, почему ты упустила эту деталь, заменив его безделушкой, так образ был бы более полным. Отсюда у меня несколько вопросов к вам. Где жрица и старейшина, живущие в Ичжу и кто ещё участвует в этом балагане с переодеванием? Храм очень ревностно относится к своей репутации и крайне строг к тем, кто её порочит.
— Ты очень смелый, чтобы наговаривать на храм и очень глупый, раз решился на подобное, — сказала женщина.
— Ну так накажи меня за дерзость, — расплылся я в улыбке. — Призови силу храма или используй голос. Я обычный… не одарённый мальчишка. Любая старшая жрица убьёт меня лишь движением мизинца. Только у простой послушницы нет знаков силы на спине, не положены они ей по статусу.
— Достаточно, — она подняла руку, смешно хмуря брови. — Лорд города накажет всех вас…
— А что лорд города? — раздался холодный голос Натин. Она положила ладонь на моё плечо, отодвигая немного в сторону. — Напомни, какой закон Империи мы нарушили, чтобы лорд города обратил на нас внимание? Или ты возомнила себя его правой рукой? Что он скажет, когда узнает, что ты не просто поссорила его с гильдией Серебряной луны, а развязала кровавую вражду?
— Вы оскорбили храм дами, — не думая сказала белоглазая женщина.
— Ну так накажи моего слугу, — Натин спокойно посмотрела на неё. — Силой голоса, как это делают жрицы дами. Или ты действительно ничего не можешь и лишь выдаёшь себя за одну из них?
В помещении на несколько секунд повисло ещё большее напряжение. Натин красивым жестом откинула полог накидки, показывая два блестящих летающих ножа, выглядывающих из складок пояса. Городская стража неуютно зашевелилась, стараясь держать руки подальше от оружия. И вот тут женщина, выдававшая себя за жрицу, сделала большую глупость. Она обернулась к капитану стражи, ища поддержку. Надо отдать ему должное, соображал он быстро и сделал единственно верное решение, чтобы избежать драки. Он шагнул вперёд и со всей силы влепил кулаком в челюсть женщины, отбрасывая её на пару метров. Думаю, что металлические заклёпки на перчатке удачно сломали той челюсть, чтобы она уже не могла говорить ни на языке дами, ни на общем, чтобы выдать сообщников. Вторым ударом он свалил мужчину, заехав ему кулаком в висок и, по-моему, убив на месте.
— Ах вы! — рявкнул он. Посмотрел на женщину, убедился, что она не собирается очнуться, затем перевёл взгляд на мужчину. — Морочить мне голову вздумали?! Тащите их к лорду!
Капитан взглядом показал стражникам на тела. Несчастных схватили за руки и ноги и спешно уволокли на улицу.
— Прошу простить за беспокойство, госпожа, — сказал капитан, обращаясь к Натин. — Мы не знали, что они выдавали себя за жрецов. Лорд города во всём разберётся.
Капитан городской стражи оглядел слуг, посмотрел на хозяина постоялого двора, находившегося в большом шоке от всего произошедшего. Кивнув, словно запомнил всех, он вышел из помещения.
— Никогда бы не подумала, что дами, способные призвать силу голоса, могут быть не связаны с храмом, — сказала Натин. — Ты неожиданно много о них знаешь.
— В книге читал, — сказал я и направился к хозяину постоялого двора. — Уважаемый, всё в порядке?
— Да, — он посмотрел на меня взглядом, словно не понимал, что вокруг происходит. — Наверное…
— Сейчас стража добежит до городского лорда, расскажет ему всё, и он пошлёт её обратно, чтобы устранить свидетелей, — сказал я. — Ты жить хочешь?
— Конечно, — он закивал, косясь то на меня, то на наёмников. Больше всего внимания привлекали ножи Кана, кружившиеся над его головой.
— Тогда посылай всех своих помощников в город, пусть они рассказывают всем встречным, что городская стража поймала в вашем заведении двух дами, которые выдавали себя за служителей храма. Что это были бандиты и только благодаря городской страже их и поймали. Всё понятно?
— Понятно, — он закивал ещё быстрее. — Сейчас пошлю помощника.
— Чем больше людей отправишь, тем лучше. Нужно, чтобы слухи дошли до городского лорда как можно быстрее.
Хозяин постоялого двора засуетился, поспешив в соседнюю комнату, чтобы раздать распоряжение работникам.
— Слухи — это неплохо, — сказала Натин.
— В каждом крупном городе есть дами из столичного храма, — я показал на лестницу, ведущую на верхние этажи. — Ни один лорд, находясь в здравом уме, не станет ссориться с храмом. Однажды такое закончилось большим кровопролитием и только вмешательство Императора спасло жизнь наместнику.
— Было такое, — кивнула она. — Лет двадцать пять назад, ещё во времена деда нынешнего императора. Тоже в книге читал?
— Наставница рассказывала, — честно признался я. — Неужто за двадцать пять последних лет никто не ссорился с храмом?
— Таких больших ссор не припомню, — Натин задумалась. — Ну, а на мелкие никогда не обращала внимания. Дами время от времени любят показать, что с ними не стоит ссориться. Не так давно верховная жрица приходила к нам в гильдию, чтобы побеседовать с главой. Я в то время была в столице и видела всё своими глазами. Это было страшно.
Мы вернулись в большую гостиную, где обедали совсем недавно. Туда же заглянул Кирин, любопытствуя, что произошло на первом этаже.
— Кирин, ты вовремя, — я поманил его. — Сейчас дам тебе трав, чтобы лекарство для дочек сделать. Нужно будет воду в маленьком котелке вскипятить и повесить его над огнём так, чтобы она не кипела, но была очень горячей. Брось в воду травы и подожди, пока вода не изменит цвет на насыщенный тёмно-коричневый и дай остыть. Пусть пьют тёплым, когда приготовишь, и перед сном. Ну и с Фильви можете сами выпить немного, хуже не будет. И ещё, пока будешь этим заниматься, попроси подать мне горячее вино, которое подавали на обед. Одной чашечки хватит, но его должны хорошо подогреть.
— Схожу за вином, — сказал Рах, поймав взгляд Натин.
Я выложил мешочки с травами на стол и развязал. Выглядели корешки и цветочки точно так, как описывалось в книге. Минут десять возился, чтобы разделить их на ровные порции. Натин с большим интересом наблюдала за тем, как я готовлю травы. Но вторую часть приготовлений я показывать не стал. Когда Кирин убежал готовить отвар, забрал горячее вино и заперся у себя в комнате. Осторожно размял ядовитый корень в алхимической ступке, затем там же полил его горячим вином и посыпал крошкой из толчёного кровавого камня. Всё это нужно было, чтобы корешок выделил одну капельку ядовитых веществ. Сам по себе этот корень был очень горьким и жгучим, и чтобы отравиться насмерть, нужно съесть чайную ложку, что сложно. Но после обработки он выделял растительный яд, противоядия от которого не было.
В одной из книг, хранившихся у дами, я прочёл много всего интересного о ядах. Самым действенным способом отравления был укол острыми шипами дикой колючки. Внутри они имели полость, в которую можно поместить капельку любого яда, если правильно их надрезать. Когда я всё рассказал Беате, она не на шутку рассердилась. Она уже знала о моей исключительной памяти на прочитанное, но всё же книгу забрала. Потребовала, чтобы я никому об этом не рассказывал и не касался подобной темы впредь.
Лорд города появился поздно вечером. Приехал в компании двух телохранителей, крайне сильных демонов. Оба уроженцы юга, человекоподобные, с грубыми чертами лиц. Кожа имела бронзовый оттенок, почти такой же, как у кинийцев. Судя по чертам лиц, что-то общее у них есть. Сам же лорд был чистокровным чжу, только из-за образа жизни выглядел не так болезненно, как другие и даже казался слегка упитанным. Для разговора с нами он поднялся в гостиную на третьем этаже, оставив слуг и телохранителей в холле. Хозяин постоялого двора лично подавал им дорогое вино, но они отказались.
— Приветствую, госпожа мастер символов, в моём городе, — лорд вольготно устроился на стуле, напротив Натин. Звали его Талчжу, что переводилось как «предводитель великих» и было, скорее всего, псевдонимом. — Могу я узнать Ваше имя?
— Зовите меня Натин, — улыбнулась она, спокойно разглядывая лорда. Жестом попросила меня наполнить её чашку подогретым вином. — Чем обязана визиту лорда?
Кан и Рах сейчас находились в соседней комнате и использовали толику силы, чтобы следить за лордом и его телохранителями.
— Это мой ученик, — она поймала взгляд лорда в мою сторону. — Весьма одарённый парень. Мы с ним направляемся в Хуму, чтобы предстать перед главой нашей гильдии.
— Те, кто идёт в Хуму, не будут скрываться от храма дами, — заметил лорд. Он налил себе вина, выпил немного, довольно покачал головой.
— Зачем же нам скрываться от храма? — удивилась Натин. — Мы с дами никогда не ссорились. По старому договору каждый мастер символов должен представить храму свои работы. У нас от них тайн нет, поэтому было удивительно увидеть здесь тех переодетых дами, выдававших себя за жрецов. Вы тоже попали на их уловки?
— К сожалению, да, — он кивнул. — Они появились в конце прошлого сезона дождей, представили доказательства, что пришли из столицы. Проблем не доставляли, поэтому и претензий к ним у меня не было. Это мой недогляд, что такие, как они, потревожили уважаемого мастера.
— Обычно храм самостоятельно решает такие вопросы. Отправьте весточку в столицу, и они пришлют кого-нибудь, чтобы забрать их.
— Боюсь, что капитан городской стражи перестарался и зашиб дами. Мужчина уже умер, а женщине осталось недолго. Но тела их мы передадим храму.
Натин махнула рукой, как бы показывая, что их судьба ей не интересна.
— Мастер Натин, — лорд слегка подался вперёд. — Вы правда продаёте символ, способный защитить от метательного оружия? Странно ведь, что гильдия Серебряной луны занимается подобным.
— Символ защищает от стрел, арбалетных болтов или дротиков, но не остановит летающий нож, если вы об этом. Символ не может противостоять оружию, если оно под контролем одарённого. Но это ничуть не уменьшает его значимость и полезность. С ним можно не бояться выстрела в спину отравленным болтом из арбалета. Сотня серебряных монет не такая большая сумма за подобную защиту.
— Скажу больше, — лорд покачал головой, — это скромная сумма. А другие символы вы продаёте? Может быть, усиливающие?
— О других символах вам нужно говорить с главой гильдии, — она развела руками. — Таковы правила. Из столицы слухи до вас дойдут очень скоро, если такие символы мы станем продавать. Нужно ведь согласовать их с храмом дами.
— Хорошо. Тогда могу я купить символы защиты для себя, сына и телохранителей?
— Конечно, — Натин кивнула. — Я могу зайти к вам завтра. Но за это я попрошу о маленьком одолжении.
— Что хочет мастер? — лорд сделал вид, что удивился просьбе.
— Хочу увидеть беловолосую женщину, с которой беседовали дами. Любопытно посмотреть на демона из другого мира.
— Да, красивая женщина, — он покивал, — необычная. Она не говорит ни на одном из знакомых мне или моим подданным языках.
— Меня всегда привлекало что-то необычное и странное. Считайте это прихотью.
— Женщина из другого мира живёт в моём доме, вы увидите её завтра, — подытожил глава города. Он ненадолго задумался, затем встал. — Ещё раз прошу простить моих подчинённых за доставленные неприятности. Я пришлю завтра своего помощника.
Глава города кивнул Натин и вышел из комнаты. Со стороны лестницы послышался голос хозяина постоялого двора. Он что-то уточнил, затем начал сыпать лестью, говоря, что городу очень повезло, что у него такой замечательный лорд.
— Зачем тебе эта девушка? — спросила Натин.
— Просто любопытно, — я сел на свободный стул. — Хочу посмотреть на каком языке она говорит.
Подумал, что, когда доберусь до храма в столице, этого лорда обязательно сдам. Наглый он и скользкий тип. Не может быть, чтобы без его ведома убрали жрицу из храма. Будь он не причастен к этому, то сильно нервничал бы, выгораживал себя. Странно, что не боится последствий.
На время выкинул его из головы, занимаясь своими делами. Приготовил чернила для завтрашнего дня и очень осторожно выпарил вино из ступки, чтобы собрать белый порошок с едкого корня. Боялся, что ничего не получится, так как не было опыта опробовать рецепт раньше, но яда оказалось неожиданно много. Не знал, что делать с таким количеством, поэтому большую часть просто сжёг, оставив пару крупинок. Если надрезать шарик колючки, то получался небольшой тайник для яда, который всегда под рукой. Нужно только в воду его не уронить по глупости.
Когда закончил с делами, наступила ночь. После купания в тёплой воде, я уснул, едва добрался до кровати. Дорога сильно утомляет, даже когда ты путешествуешь в просторном фургоне. По-моему, мне даже не снилось ничего. Но это и к лучшему, так как городок на пути в столицу в прошлый раз оставил после себя лишь неприятные воспоминания.
Посыльный от лорда примчался рано утром, часа через полтора после восхода. Мы позавтракать не успели, а он уже потребовал как можно скорее явиться к главе города. Пришлось Натин ставить его на место, посредством спускания с лестницы, доходчиво объясняя, что ему не по статусу требовать что-либо. Посыльный оказался глупым, поэтому сразу убежал жаловаться и, когда мы уже заканчивали завтракать, появился ещё один, но уже гораздо вежливей. Как он объяснил, сегодня лорд планировал казнить приспешников светлых, поэтому с символами нужно было разобраться как можно быстрее, чтобы не заставлять толпу на городской площади ждать.
Как не сложно догадаться, жил глава города в огромном доме, с видом на городскую площадь. Прогулка от постоялого двора до его резиденции заняла меньше пяти минут. Зато мы посмотрели, как на площади выставляли оцепление из городской стражи и заканчивали последние приготовления к большому празднику. Городским богачам сегодня может крупно повезти, и они смогут урвать немного плоти тех, кому не повезло попасть из светлого мира в тёмный и угодить в самый мерзкий из городов на равнине.
Прогуляться мы решили всей компанией, за исключением кинийцев. Кан ещё с самого утра выглядел довольным и задумчивым больше обычного. Он вчера в полной мере смог контролировать узор, и на его лице читалось предвкушение. Судя по его взглядам в сторону Раха, за эти символы он будет драться насмерть. Более молодой и не такой одарённый наёмник с юга это понимал, надеясь, что в столице повезёт не только Кану, но и ещё кому-нибудь, возможно, даже ему. Что касается Натин, то сложно было понять, о чём она думала. Со стороны казалось, что она просто наслаждается приятным тёплым днём и с интересом разглядывает площадь.
Поместье лорда охранялось всего парочкой городских стражников, и только по их присутствию можно было судить о статусе дома. Это был просто большой двухэтажный дом, протянувшийся на треть площади. Маленькие окна, самый обычный для местной архитектуры фасад, без колонн и балкона. Рядом с поместьем не было даже сада или беседок. Встречал нас пожилой слуга, сразу проводивший к светлой гостиной, где глава города в обычные дни принимал важных гостей.
— Лорд Талчжу ожидает вас, — кивнул слуга.
— Мы подождём здесь, — сказал нам Кан, бросив короткий взгляд на дверь соседней комнаты, за которой находились телохранители лорда.
Натин показала пальчиком в потолок, когда слуга отвернулся, затем сказала что-то одними губами, но я не разобрал. Кан согласно кивнул, показывая знак Раху.
— А что там? — спросил я на их языке и на мне встретились три недовольных взгляда. — Вряд ли они говорят на вашем языке.
Все трое наёмников посмотрели на меня осуждающе, как на глупого юнца, не знающего элементарных вещей и того, как нужно себя вести.
— Там пара наёмников, скрывающих своё присутствие, — пояснила Натин, затем приложила пальчик к губам. Подтолкнув меня в гостиную, она вошла следом.
Глава города в компании сына пил сладкий согревающий отвар, по вкусу и запаху очень похожий на травяной чай. Аромат в помещении стоял такой, что в носу свербило. Одна из традиций местных демонов. Может, они поэтому и выглядели вечно больными, потому что пили эту отраву целый день.
— Лорд Талчжу, приветствуем вас, — Натин сложила руки в почтительном жесте, и я поспешил повторить за ней. — Простите, что задержались, нужно было подготовить чернила для символов. Они должны быть свежими, а их изготовление не терпит суеты.
— Это я должен быть благодарен вам, мастер Натин, что согласились прийти сегодня ко мне, — улыбнулся глава города. Все лорды в этом были похожи, вроде говорят что-то уважительное, но звучит как-то неприятно. Специально он интонацией так слова выделяет, чтобы звучало двояко, или это просто привычка?
— Ваш ученик смотрит на моего сына так, словно пытается понять, встречал его раньше или нет, — заметил лорд, говоря вроде шутливо, но в голосе едва заметно проскальзывал металл.
— Он просто поражён нарядом Вашего сына и украшениями, — Натин коротко стукнула меня в плечо, чтобы не пялился на парня. — Он всю жизнь прожил в мокрых лесах далёкого юга и впервые покинул их. Мы знаем, что у Вас мало времени перед праздником на городской площади, поэтому давайте перейдём сразу к делу. Сколько символов вы хотите купить, четыре?
Говоря о сыне лорда Талчжу, то он выглядел лет на восемнадцать, такой же упитанный, как и отец, одетый очень богато, с золотым перстнем на правой руке. Мне почему-то, казалось, что он должен выглядеть гораздо старше. Неужто два года, через которые мы должны встретиться, так сильно изменят его? Лицо очень харизматичное, с острым носом, тонкими губами и впалыми глазами. Улыбка, как у змеи, холодная и злобная. Может быть, я плохо его разглядел в прошлый раз, хотя запомнил на всю жизнь. Лампы тогда горели очень тускло… Выходит, что отец назначит его на очень высокую должность в торговой палате. А я всё гадал, почему молодой мужчина добился таких невиданных высот там, где крутятся огромные деньги. Это даже хорошо, что мы сегодня встретились.
— Да, — говорил глава города, отвечая на вопрос Натин, который я пропустил. — Сколько это будет стоить? Двадцать монет золотом?
— Четыреста серебром, — сказала Натин, показывая мне, чтобы устанавливал всё необходимое на стол. — Не нужно их менять на золото. Нам ведь придётся чем-то заплатить за услуги постоялого двора и редкие ингредиенты.
Я едва удержался, чтобы не хмыкнуть, так как курс обмена у лорда был грабительским.
— Двадцать золотых и вам не придётся платить за ночь на постоялом дворе, — он небрежным жестом бросил кошель с монетами на стол, поближе ко мне.
Этого всё равно было мало, но кошелёк я взял, сунув его за пазуху. Лорд на это внимания не обратил, а вот его сын фыркнул.
— Хорошо, — нехотя согласилась Натин. — Нужна тихая светлая комната и стул без спинки. Чем раньше начнём, тем быстрее закончим. Но перед этим я хочу увидеть беловолосую девушку.
Сын лорда бросил на отца странный взгляд, словно тот распоряжался его вещью, но глава города на это не обратил никакого внимания. Он использовал немного силы, чтобы дотянуться до помощника.
— Можно воспользоваться этой комнатой, — сказал лорд. — Никто вашей работе мешать не посмеет. Первым символ получит мой сын, затем я. Нам нужно оказаться на площади вовремя. Когда мои телохранители получат символы, обязательно присоединяйтесь к нам.
Дверь в помещение открылась, пропуская старого слугу лорда. Он вёл красивую высокую девушку, едва ли старше меня. Голубые глаза, прелестное лицо и белые как снег волосы. Ни одной тёмной прядки или крупинки, даже брови и ресницы белые. Но при этом кожа обычная, с ярким ещё не сошедшим загаром. Одели девушку в приятное глазу платье и традиционную накидку с пышными рукавами. Руки сковали за спиной в специальные кандалы, чтобы не могла использовать силу. На лице пара ссадин и некрасивый синяк на скуле, но взгляд решительный, ещё не сломленный.
Беата рассказывала, что ещё до того, как она стала верховной жрицей, в тёмный мир приходила белая фурия, беловолосая женщина, принёсшая с собой немало бед. Она едва не перевернула с ног на голову дворец Императора, в одиночку разогнав всех его телохранителей и только вмешательство наставницы Беаты, предыдущей верховной жрицы, остановило гостью из другого мира. Это юное беловолосое создание на сильную одарённую не тянуло совершенно.
— Василий, — я вышел немного вперёд, чтобы встать перед ней, и ткнул себя большим пальцем в грудь. — Ты скажи хоть что-нибудь, чтобы я понял, на каком языке говорить.
Она нахмурилась и оскалилась. Демонстративно щёлкнула зубами, показывая, что может укусить.
— Зовут тебя как? — произнёс я на одном из языков, на котором в этом мире никто не говорил. Таких я знал с десяток, если исключить наречия диких демонов. — Только не говори, что ты не демон и общего языка мы с тобой не найдём.
Натин подошла к девушке, ловко схватила её за подбородок, не дав пустить в ход зубки. Заглянула ей в глаза и так же быстро убрала руку.
— Не трогай меня! — выдала девушка, едва не зарычав.
— Зовут тебя как? — повторил я, пробуя на вкус новый язык. До того, как она произнесла эти несколько слов, я и не предполагал, что знаю его. Это было как озарение, от чего у меня мурашки побежали по рукам и спине.
Девушка резко обернулась ко мне, взгляд её стал слегка удивлённым.
— Ладно, потом поговорим, — сказал я, спиной чувствуя колючий взгляд семейки лорда. — Когда вытащу тебя отсюда, расскажешь, откуда пришла. Не бойся, с этими людоедами не оставлю, даже если придётся их всех убить.
Повернувшись, шагнул ближе к Натин и тихо зашептал на языке гильдии, чтобы не подслушивали. Она внимательно выслушала, кивнула.
— Лорд Талчжу, пусть ваш сын готовится, — сказала Натин, обращаясь к лорду. — Символ будет нанесён на спину. По традиции посторонним не дозволено смотреть на процесс, поэтому Вам придётся подождать снаружи комнаты.
— Я так и планировал, — кивнул он. — Пока отдам пару распоряжений слугам.
— И ещё кое-что, — сказала Натин, подойдя чуть ближе к столу и положив руку на коробочку с иглами. — Озвучу это предложение только один раз. Другого шанса у Вас не будет, как бы вы не настаивали и не просили. Время на раздумье — ровно столько, сколько я буду наносить рисунок на спину Вашего сына. Я могу продать вам очень редкий и могущественный символ, защищающий от огня. Ни один одарённый, владеющий огнём, не сможет ничего сделать вам. Даже опалить волосы на голове, не говоря уже о чём-то другом. Этот символ не запрещён храмом дами, но лучше будет, если о нём никто не узнает. Он слишком могущественен, и белоглазые могут посчитать несправедливым, что кто-то владеет им. Отдам Вам символ в обмен на беловолосую девушку.
— Такой же, как используют высокородные жрицы дами? — прищурился лорд.
— Лучше, — вставил я. — Гораздо лучше и могущественней. Чтобы его использовать, не нужно владеть силой. Наставница испытывала его на мне. Он защищает практически от любого огня.
— Что ж… — начал было лорд, собираясь явно поторговаться.
— Один символ, — отрезала Натин. — Одна девушка, один символ. Вам или вашему сыну. Если найдёте ещё одну с белыми волосами, приводите её в Хуму, я подумаю, чтобы продать второй.
— Отец! — сын лорда вскочил, но Талчжу остановил его властным жестом.
Среди одарённых было много тех, кто использовал огонь, поэтому данный символ был бы желанным для кого угодно и даже для Императора. Правда, его быстро запретили бы, как нарушающий баланс между одарёнными и храмом дами.
— И он действительно защищает от огня? — в голосе лорда слышалось недоверие.
— Ещё одно сомнение в моих талантах, и я уйду, — сказала Натин таким тоном, что даже я ей поверил.
— Не хотел обидеть уважаемого мастера, — быстро сказал Лорд. — Дайте мне время подумать.
— До того момента, как я закончу символ на спине вашего сына, — повторила Натин. — И пусть эта девушка посидит здесь, пока вы думаете.
О последним я Натин не просил, но был согласен с таким решением.
— Хорошо, — кивнул лорд, проигнорировав взгляд сына.
— Снимай одежду, парень, — сказала Натин сыну лорда. — Не трать моё время.
⠀⠀
Лорд Талчжу, поместье у площади
Выйдя из гостиной, лорд столкнулся с парой наёмных убийц. На лорда они не обратили никакого внимания, тихо разговаривая на своём языке. Оба уверенные в себе и сильные, несмотря на возраст. Свои специфические накидки они подвязали так, чтобы любой желающий смог посмотреть на знаменитые летающие ножи, закреплённые на поясах. Знающие демоны говорили, что эти ножи могли найти жертву даже в закрытой комнате без окон.
Пройдя по коридору, лорд поднялся на второй этаж, где его ждали наёмники из городской гильдии, которую он подкармливал. И судя по тому, что в комнате царила тишина, а сами наёмники изо всех сил скрывали своё присутствие, молодых убийц с первого этажа они боялись.
— Что скажете? — спросил лорд, усаживаясь в кресло.
— Не нужно с ними ссориться, — сказал глава гильдии, демон из рода ат-анаков, владеющий силой огня. — Слабаков не поставят охранять мастера символов. Боюсь, что в случае проблем, они вырежут всю городскую стражу и половину нашей гильдии, а ваши телохранители им не ровня.
— Я не об этом, — остановил его лорд, прекрасно понимая, что наёмные убийцы крайне опасны, чтобы ссориться с ними. — По поводу символа защиты от огня, что думаете?
Комната над гостиной имела одну особенность, а именно слуховое окошко, чтобы слышать обо всём, что говориться внизу.
— Не слышал никогда, что такие символы существуют, — тихо сказал второй наёмник, немолодой мужчина из рода чжу. — Но, если бы у меня была беловолосая девушка, я бы её обменял на такой.
— Символ всегда можно проверить, — сказал первый, поднимая руку и собираясь зажечь на ладони огонь, но в последний момент передумал. — Десяток рабынь не стоят такого символа.
— Зачем она им? — спросил лорд. — Почему мастер решила обменять её на что-то столь значимое. Только потому, что девка приглянулась её ученику?
— Да какая разница?! — едва не всплеснул руками глава гильдии наёмников. — Берите символ, не думайте. Это шанс, который боги посылают раз в жизни. Или позвольте мне выкупить девушку. Готов отдать за неё пятьсот золотых. Она ведь вам досталась всего за пятьдесят.
— Тысячу, — сказал второй наёмник.
— У тебя столько золота нет! — едва не крикнул глава гильдии.
— Займу в гильдии, — хищно улыбнулся тот.
— Хочешь получить защиту от огня и занять моё место? — глава гильдии оскалился, демонстрируя острые зубы.
— Уймитесь, — властно сказал лорд. — Я не стану её продавать вам. Если кто-то и получит символ, то только я, это ясно?
Наёмники насупились и замолчали.
— Ты проверял девушку? — спросил лорд у главы гильдии.
— Нет у неё никаких особых сил, — отмахнулся ат-анак. — В пищу она не годится. Только как развлечение для мужчин. Мордашка у неё красивая и волосы необычные.
— Лорд, — сказал второй наёмник, — из-за этих дами лучше будет не отказывать Серебряной луне. Пусть лучше у них останутся хорошие воспоминания о встрече с Вами. Они ведь едут в столицу и будут встречаться со жрицами из храма. Эта тема в любом случае всплывёт и будет лучше, если они замолвят за вас словечко. Отдайте им девушку и заплатите щедро за символ защиты. Ну, а если он не будет работать, Вы всегда можете отправить в столицу посыльного, обвинить их в шарлатанстве и обмане. Тогда храм дами встанет на нашу сторону и не станет их слушать.
— В кои-то веки дельная мысль, — согласился лорд. — Но сколько им заплатить?
— Пятьсот золотых будет мало за символ, но достаточно, чтобы выказать уважение.
— Слишком расточительно, — поморщился лорд. — Пусть будет сто золотых монет, как широкий жест от меня. Она ведь не просила золота, только девушку.
Глава гильдии наёмников покачал головой, подумав, что лорд слишком жаден. Когда-нибудь эта жадность навлечёт на него большие проблемы. Если бы он не погнался за выгодой и не затеял грязную игру с храмом дами, ничего бы не случилось.
«Пора бежать из этого города, — подумал немолодой ат-анак. — Лучше затеряться в Талке, чем сложить голову здесь. Я слишком много знаю…»
⠀⠀
Пока сын лорда города стягивал дорогой наряд, я разложил всё необходимое на столе.
— Не шевелись, — предупредила его Натин. — Иначе испортишь рисунок. И терпи, будет больно.
Парень ничего не ответил, засопел недовольно. Я же вынул из шкатулки жёлтый листок, на котором вчера нанёс нужный символ и протянул его Натин.
— Держи, — сказал я на языке гильдии. — Назвалась мастером, значит, надо соответствовать. Я буду наносить, а ты запоминай последовательность и смотри, как правильно прокалывать кожу. У меня почти с первого раза правильно получилось, поэтому справишься.
— Не поняла, — она посмотрела на рисунок, затем на меня.
— Это очень простой символ, — терпеливо пояснил я, намечая иголкой размер будущего рисунка на спине. — Если ты его нанесёшь правильно, то он будет работать ничуть не хуже, чем у меня. Хотя испортить его довольно сложно.
— Ты просто так отдаёшь мне этот секрет? — удивилась она.
— Да какой же это секрет, — я уже начал наносить первые штрихи, быстро работая иголкой. — Ерунда. Чтобы работал, достаточно нанести его любым удобным способом. Некоторые особо дикие демоны делают такие символы в виде шрамов или выжигают раскалённым клеймом. Я бы дал тебе на семейке лорда потренироваться, но это будет долго, а мы спешим. Не желаю в этом городе задерживаться.
— Глупое решение — отдать кому-нибудь подобное, — почему-то недовольно сказала она.
— Могла бы порадоваться, — я бросил на неё короткий взгляд и улыбнулся. — Ладно, не думай обо мне плохо. Продать надо этот символ. Чем быстрее мы это сделаем, тем больше заработаем. Хочу для этого вашу гильдию привлечь. У вас почти в каждом городе есть свои демоны, пусть они слух пустят, что Серебряная луна в столице учит любого одарённого наносить символ отражения за…, скажем, за пятьсот золотых монет. Сумма большая, но желающие найдутся. Умение ведь быстро окупится, если продавать его по сотне серебряных монет. Деньги от обучения можно поделить поровну между гильдией и мной.
— Василий, я не понимаю, — она быстро сложила листок, убирая его в складку пояса. — Зачем учить кого-то, если это может делать гильдия.
— Давай, пока я буду наносить символ, ты подумаешь над этим. Только исключи из размышлений вариант, в котором я делаю большую глупость.
Несколько минут, пока я работал над символом, в помещении было тихо. Беловолосая девушка сверлила меня взглядом, неуютно ёрзая, словно хотела что-то сказать. На сына лорда при этом косилась с ненавистью.
— Символ отражения может нанести кто угодно? — спросила Натин. — Просто скопировав его с уже готового рисунка?
— В точку, — кивнул я. — Даже Кирину это под силу, хотя он обычный охотник.
— А другие символы? Сопротивление или защита от огня?
— Нет, — я покачал головой, — не всё так просто. Эти работать не будут, если их просто скопировать. Тут нужно знать правила и порядок активации. Эти символы я никому не отдам. Как и те, что сделают Кана в два раза сильнее. А вот на отражении можно и нужно заработать, пока он не обесценится. Рано или поздно какой-нибудь пытливый демон скопирует его себе и будет удивлён тому, что он работает.
— Я поняла, не продолжай, — сказала Натин. — Надо поговорить об этом с главой гильдии.
— Вот и я о том же…
Достав дикую колючку, я надавил на неё, чтобы увеличить разрез и показались два белых кристаллика. Опустив иголку в стакан с водой, зачерпнул капельку и растворил яд. Рисунок на спине парня был почти закончен и осталось нанести последний штрих. К этим людоедам и мучителям у меня не было ни малейшей жалости, даже рука не дрогнула. Я бы и лорда приморил, но тогда это будет выглядеть слишком подозрительно. Пусть он поживёт, пока к нему в гости из храма не заглянет пара старших жриц.
— Закончили, — сказал я парню, возвращая Натин испачканную в чернилах иглу. — Можешь одеваться и звать лорда Талчжу.
Парень повёл плечом, поморщился и принялся одеваться. Одарил нас взглядом маньяка, который обиды не прощает и молча вышел. Пока не пришёл его отец, я взял свободный стул, сел напротив беловолосой девушки.
— Меня Василий зовут, — представился я.
— Зои, — сказала она. — Ты из какого царства? Хорошо говоришь на икке.
— Нет, я не из твоего мира, но тоже попал сюда не по своей воле.
— Ты ведь не заодно с ними, — сказала она, посмотрев на меня с надеждой во взгляде. — Если поможешь сбежать отсюда, то я в долгу не останусь.
— Как раз этим и занимаюсь. Выкуплю тебя у местного лорда, если он согласится на сделку. Только ты от меня не убегай, а то опять окажешься у работорговцев или в большом котле. Не зная местного языка, далеко не уйдёшь. Здесь на день пути в любую сторону одни болота и гиблые места, полные плотоядных монстров. Пришедших из других миров обычно клеймят, как рабов или едят. Местные верят, что, съев кусочек гостя из другого мира, можно стать сильнее. Мы с тобой поговорим и всё обсудим, но позже. Тогда и расскажешь, из какого мира пришла. Если в храме о нём слышали, то есть неплохой шанс вернуться домой.
Она понятливо закивала, хотела ещё что-то сказать, но я приложил палец к губам, взглядом показывая на дверь. Стоило вернуться к столу, и в гостиную вошёл лорд Талчжу.
— Уважаемая мастер, — он доброжелательно улыбнулся, — я принимаю ваше предложение об обмене. Беловолосая девушка попала ко мне случайно и не стоила больших денег, поэтому я посчитал, что обмен будет немного неравнозначным, поэтому добавлю от себя сто золотых монет. А также я распоряжусь, чтобы хозяин постоялого двора не брал с вас ни монеты за комнаты и услуги. Оставайтесь в городе столько, сколько хотите.
— Мы спешим в столицу, — сказала Натин, делая жест в сторону стула. — И только необходимость пополнить припасы привела нас в Ичжу.
— Если не секрет, скажите, зачем вам эта девушка? Она ведь даже не знает местных языков.
— Хочу сделать из неё служанку, — спокойно сказала Натин. — Мне нравится её необычный внешний вид.
— Как пожелаете, — он стянул халат и рубашку, демонстрируя крепкое тело. Выглядело так, словно он любит тренировки с оружием, поддерживая себя в хорошей физической форме.
— Символ защиты состоит из пяти знаков, — сказал я, тщательно протирая иглы кусочком мягкой тряпочки. — После его нанесения в течение нескольких дней Вы будете чувствовать себя плохо, как при лихорадке, но потом всё быстро пройдёт. На площади присутствовать сможете, но вечером обязательно пораньше ложитесь спать, а завтра не вставайте. Советую никому не показывать символы, так как их могут испортить те, кто разбирается в теме. Пусть об этом знают только доверенные люди.
— У моего ученика более ловкие пальцы, — сказала Натин. — Чтобы процесс не затянулся до вечера, он нанесёт основную часть рисунка, а я уже закончу работу.
— Символ начнёт действовать сразу? — спросил лорд, садясь на стул.
— Сразу, — ответил я. — Он отнимает много сил, поэтому не злоупотребляйте им. Потом, когда поправитесь и восстановите силы, проверите, как долго сможете находиться в огне. Символ предоставит достаточно времени, чтобы добраться до повелителя огня и свернуть ему шею, или сбежать, если силы будут не на вашей стороне.
Лорд прекрасно понимал, что это не абсолютная защита и у неё есть недостатки, поэтому говорить ничего не стал. Хотя мог поворчать, что мы обещали совсем не то, что вышло на самом деле.
В общем, со знаком защиты я возился долго, почти два часа. Утомился так, что руки тряслись, но рисунок получился хорошим, даже обидно, что достался такому, как Талчжу. Лорд при этом ни разу не поморщился, как будто ему не татуировку делают бронзовыми иглами, а лёгкий массаж. Пока я возился, Натин избавила Зои от оков, жестом показывая, чтобы сидела тихо и не мешала.
— Готово, — подытожил я, убирая иголки. — Не мочить, не чесать, не тереть минимум пять дней. Спать на животе, пока болезнь от принятия силы не уйдёт. Можете проверить её сейчас, но не перестарайтесь, а то свалитесь и пропустите праздник на площади.
— Всё правильно, — кивнула Натин, отвечая на взгляд лорда, и погладила меня по плечу. — Зовите телохранителей. Хочется побыстрее закончить.
— Может, подать обед? — спросил он.
— Нет, сначала работа, — Натин покачала головой. — И золото.
— Здесь сто двадцать монет, — Лорд положил на стол увесистый кошель. — Я оставлю для Вас лучшие места на площади. Приходите, когда закончите. Такого в центральной империи больше не увидишь.
— Не сомневаюсь, — наёмница улыбнулась.
Талчжу быстро оделся и вышел из комнаты.
— Сама нанесу символы на его телохранителей, — сказала Натин, слегка сжав моё плечо. — Не перенапрягайся ради них. Выглядишь уставшим.
Я пару раз сжал кулак и поморщился от боли в пальцах. Умудрился натереть мозоль иголкой. Натин взглядом показала на Зои. На тонких запястьях у девушки остались неприятные синяки от колодок.
— Лорд оказался жадным, но на обмен согласился, — сказал я, усаживаясь рядом с ней на стул и глядя на входную дверь. — Думал, что будет торговаться.
— Ты говорил, что я смогу вернуться домой.
— В теории, — я слегка кивнул. — Если в храме знают мир, откуда ты родом, то можно нанять их, чтобы нашли проход обратно. Только проблема в том, что тебя может закинуть на другой конец света, откуда до твоего дома тысячи дней пути. Помнишь, как в этом мире оказалась?
— Мы ехали к дяде в гости, — сказала она. — А потом лошади испугались и понесли прямо сквозь лес, я ударилась головой, а очнулась уже на равнине…
— Много обещать не буду, но помогу тебе добраться до храма в столице. А там уже сама будешь договариваться с жрицами. Сможешь заплатить за их услуги, они попробуют найти разлом, ведущий в твой мир. В крайнем случае в столице сможешь найти работу, только для начала язык выучить надо. Крепись, я в этом мире десять лет провёл и первые два с половиной года были очень сложными. Меня трижды хотели съесть демоны, била городская стража, обманывали купцы, а сколько раз едва не загрызли дикие животные и вспоминать не хочется. При этом я неплохо говорил на всех местных языках. Без этого не протянул бы и пару месяцев.
— Я справлюсь, — решительно заявила Зои.
— Это хороший настрой, — согласился я. — Посиди немного, мы закончим и вернёмся на постоялый двор. Пообедаем и отправимся в столицу.
— А там, — она показала в сторону стола и Натин, с сомнением разглядывающую бронзовые иглы, — что ты делал?
— Продавал символы, — я встал, так как в комнату вошёл один из телохранителей лорда.
Чтобы долго не возиться с телохранителями, я решил позвать обоих разом. Места в комнате хватало, да и с помощью Натин мы управились быстрее. Даже уставший, я закончил со своим символом быстрее, но и наёмница отстала не сильно. Оказывается, у неё очень ловкие пальцы и сам рисунок получился ровным, почти без изъянов.
Задерживаться в поместье не было смысла, поэтому мы поспешили вернуться на постоялый двор. На площади к этому времени началось главное действо, а именно казнь. Мы вышли на улицу в тот самый момент, когда подручный лорда отрубил одному из несчастных голову. По-моему, это была женщина, судя по длинным волосам. Лорд Талчжу лично поднял отрубленную голову повыше, демонстрируя ликующей толпе. Со стороны дальних улиц, там, где мы шли, деревянные платформы было прекрасно видно.
— Казнят преступников? — спросила Зои, старавшаяся держаться поближе ко мне и с опаской поглядывая на толпу горожан.
— Гостей из светлого мира, — ответил я. — Таких же, как и мы. Сейчас их порубят на части и будут продавать.
— Зачем? — не поняла девушка и посмотрела таким наивным взглядом, что хотелось за голову схватиться.
— Очень вкусные мы для местных, — пояснил я. — Ты меня не слушала, когда я об этом говорил?
— Подумала, что преувеличиваешь…
Зои вцепилась в мой рукав, с ужасом глядя, как палач поднимает высоко над головой отрубленную руку. Я решительно шагал вперёд, стараясь не смотреть в центр площади. Сейчас лорд заберёт себе самый вкусный кусочек, возможно, даже печень, чтобы съесть её сырой прямо на глазах толпы. А потом будет хвастаться, что именно это позволило ему овладеть силой, защищающей от огня. Наёмники гильдии Серебряной луны относились к подобному зрелищу равнодушно, не проявляя никакого интереса. Кан, идущий впереди, разгонял нерасторопных горожан, чтобы не путались под ногами.
Мы успели пообедать на постоялом дворе, собраться в дорогу, а толпа на площади и не думала расходиться. Казалось, что сейчас должно начаться самое интересное. Видя моё хмурое настроение, Натин взяла сборы в свои руки, и уже через полчаса мы направились на север, выбрав тихие узкие улочки. Хозяин постоялого двора не понимал, почему мы уезжаем вечером, и предлагал провести ещё ночь у него в гостях. Обещал шикарный ужин и много вина. Я не стал жадничать и вспоминать городского лорда, поэтому честно заплатил золотом, тем более сейчас его хватало. Наши мулы знали, что мы торопимся, поэтому весь предыдущий день отсыпались и сейчас бодро тянули повозки на север.
До самого вечера я пребывал в скверном расположении духа. Лёжа в фургоне, тщетно пытался бежать от воспоминаний. Компанию мне составила Натин, позволив Зои ехать в своей повозке. Вручила большой охотничий нож, чтобы девушке было спокойней, но поехать вместе со мной не дала. Сама же за всю дорогу не проронила ни слова, лишь загадочно улыбалась, ловя мои взгляды.
Проснувшись утром, почувствовал себя гораздо лучше, несмотря на отвратительную погоду. Дождь лил как из ведра и шумел, разбиваясь о ткань фургона. Он начался ещё ночью, поэтому мулы спали под фургоном, установив его на небольшой возвышенности, чтобы их не затопило. Костёр разводить было расточительно, поэтому все довольствовались сухим и холодным завтраком, благо у нас оставалась много всего вкусного. Затем, весь долгий день мы двигались на север. Если я правильно помнил, то до следующего города на пути в столицу будем добираться как минимум два дня.
— В вашем мире у многих белые волосы? — спросил я.
— Нет, это наша семейная черта, — ответила Зои, блаженно вытянувшая ноги и удобно сидевшая на шкурах. Она спала в повозке Натин, а там это можно делать только сидя. Может, поэтому наёмница предпочитала просторный фургон? — Только наша.
За полдня пути я успел поведать ей, в какое «прекрасное» место она угодила, о разных местных традициях и о том, что чужаков здесь не любят, особенно если они похожи на людей. Зои можно было принять за человека, так как сходство удивительное, но в ней чувствовалась демоническая сила, как и во всех обитателях тёмных миров. О своём она, кстати, рассказывала неохотно. Я понял только, что у них там дремучий феодализм, королевства и маленькие княжества, постоянно воюющие друг с другом посредством мечей и магии. Одарённые назывались мудрецами, а разнообразие рас и всевозможных монстров поражало воображение. Настораживало, что они не знали о существовании других миров и с разломами никогда не сталкивались. Если это правда, то дорогу обратно найти ей будет очень непросто, если вообще возможно.
— Значит, ты мастер символов, а их нанял для охраны? — спросила Зои, поглаживая небольшую мягкую шкуру, под которой прятала охотничий нож.
— Всё гораздо сложнее, но в целом так и есть, — сказал я.
— А почему эта женщина на меня постоянно так холодно смотрит?
— Считает, что я заплатил за тебя слишком много, чтобы спокойно расстаться в столице. Говорит, что это глупый порыв души, даже если я сына лорда люто ненавижу.
— Я с ним ещё поквитаюсь, — сказала Зои, нащупывая рукоять ножа и крепко сжимая. Лицо стало на секунду холодным и решительным. — Обязательно.
— Не думай об этом. Через тридцать дней он умрёт от растительного яда. Две недели, и он сляжет с лихорадкой, как от простуды, а потом медленно умрёт ещё дней за пятнадцать. Он людоед, живущий по закону сильного. Считает, что если сильнее, то имеет право убить тебя и съесть.
Зои пару раз кивнула и надолго задумалась, уйдя в себя. Мы ехали почти час, думая каждый о своём. У меня было время хорошенько её рассмотреть. Выглядела… лет на пятнадцать. Лицо красивое, кисти рук аккуратные, без мозолей. Ещё вчера ногти у неё были криво обломаны, а сегодня выглядят подточенными. Сразу видно, что дочка богатого человека. Волосы необычайно белые, я такие не встречал никогда. Их бы хорошенько помыть, и они засияют во всей красе. Я догадывался, какие мысли сейчас крутились в её голове.
— Нам не обязательно расставаться в столице, — довольно неожиданно сказала Зои, поворачиваясь ко мне. — Ты можешь меня нанять, как помощницу или… ну… прислугу.
— И что ты умеешь? — улыбнулся я.
— Читать и писать умею, а ещё одежду шить и в тканях разбираюсь.
— На местных языках читаешь и пишешь? — уточнил я, на что она насупилась.
Зои уже знала, что на её языке в этом мире никто не разговаривает. Я бы даже сказал, что о таком странном языке никто не слышал никогда. А странный он был тем, что в отличие от большинства демонических наречий, обладал большим словарным запасом. Мне не нужно было долго подбирать слова, чтобы выразить любую мысль, пришедшую в голову.
— Я знаю, как прислуживать благородному господину, — сказала она.
— Вот это — полезное умение, — кивнул я. — Местные — довольно дикий народ. И кровать за тебя не заправят, и завтрак тёплый подать не смогут. А уж про то, чтобы правильно одеть господина и речи не идёт. Думаю, что во дворце правителя или городского лорда ты бы показала себя с лучшей стороны. Только проблема есть одна — я тебя как раз у такого лорда и выкупил.
— Я не про кого-то говорю, — она посмотрела на меня сердито. — И не про местных лордов, а про тебя.
— Мне помощник не нужен, — ответил я. — А прислуга тем более. Я собираюсь работать в храме дами, а там с этим полный порядок. На верхних этажах жрицы любую служанку научат, как надо угождать благородным господам.
Снова повисло молчание. Есть у меня мысль, куда её пристроить, но интересно, до чего она додумается.
— Я могу быть твоим телохранителем, — важно сказала она.
— Вот сейчас удивила — я рассмеялся. — Будешь окружающих ножом пугать?
— Мне нужно два года… даже полтора, чтобы стать сильной. Сильнее, чем кто-либо в этом мире.
— Это вряд ли. Я и сам через пару лет буду очень сильным, а ещё через пять смогу примерить на себя ярлык «самый». Не уверен, что смогу потягаться с верховной жрицей, но её вообще можно вынести за скобки. Когда она не в духе, даже длинноухие бегут прочь. Я бы с удовольствием взял тебя с собой, да только в храме нельзя находиться посторонним. Но это не значит, что не могу тебе помочь. Ты уже познакомилась с семьёй Кирина? Их телега едет последней. Хочу, чтобы они открыли лавку в городе. Если всё сложится удачно, то будут торговать шкурами и разной всячиной, что добывают кинийцы в столице. У Фильви неплохо получается делать перья и кисточки, так что не пропадут. Стартовый капитал я им дам и защиту от городской стражи и бандитов обеспечу. Можешь пожить вместе с ними, поработать в лавке, как раз и язык подучишь. Буду к вам заглядывать время от времени, когда верховная жрица разрешит храм покидать.
Я бросил ей небольшой сладкий фрукт, по вкусу похожий на яблоко.
— Максимум, что я могу сделать — это пристроить тебя в столице, — сказал я. — Кирин и его супруга очень добрые для демонов. Они мне жизнь спасли. Но бизнес вести у кинийцев получается из рук вон плохо, так как они слегка наивные в этом плане. Как раз и присмотришь за ними, чтобы не разорились через полгода.
И снова молчание. Зои насупилась, обидевшись на меня. Я действительно считал, что ей будет лучше пожить в городе, в тихой торговой лавке. Демоны падки на необычную внешность и придётся просить гильдию Серебряной луны, чтобы присмотрели за девушкой, пока я буду занят.
— А что там? — спросила Зои, отвлекая меня от размышлений. — Я чувствую кровь, пропитанную магией, слабую и прогорклую. Зачем она тебе?
Я открыл крышку сундучка, вынул первый попавшийся кровавый камень. Не лучшего качества, но и не такой уж и плохой.
— Это кровавые камни, — пояснил я. — Их делают из крови сильных демонов.
— Зачем? Их используют как деньги или закуску, когда проголодаешься?
— Нет, их не едят, — я рассмеялся. — Наверное. Никогда не задумывался над этим. Их применяют в алхимии, варят эликсиры и микстуры. Кровь в обычном виде быстро портится, а камни хранятся очень долго. Я же использую их для чернил. Символы, о которых я рассказывал, без крови демона будут очень слабыми, а могут и вовсе не работать.
— Вводить себе кровь демона под кожу — глупая затея, — брезгливо поморщилась она.
— Нет, ты не поняла. Из крови и других ингредиентов я делаю сажу, то есть часть пигмента, помимо самих чернил. Иначе рисунок будет блёклым и через пару лет потеряет всю силу, если она там будет.
— Так бы сразу и сказал, — кивнула она. — И чем лучше кровь, тем сильнее символы, правильно?
— Всё так. Эти кристаллы слишком слабые для меня, но их качества достаточно, чтобы делать те символы, которые я продаю. Для себя же буду искать кровь самого сильного демона, обитающего в этом мире. Огромные змеи, у которых тело толщиной с этот фургон, вместе с колёсами. Убить таких крайне сложно, а кровь трудно обработать, чтобы получить кровавый камень, красный и прозрачный, как кристалл. В храме дами хранится один такой… или два, я точно не помню.
— А если я дам тебе сильную кровь? Гораздо сильнее, чем у любых змей или владык демонов, обитающих в этом мире. Если возьмёшь меня с собой и поможешь найти дорогу домой.
— Говорил же, что надо спросить в храме, знают ли они о твоём мире. Если о нём никогда не слышали, то нужный разлом просто не смогут найти. Не прыгать же тебе наугад в первый попавшийся. Хотя меня больше интересует вопрос, где ты собираешься достать нужную кровь?
— Я могу почувствовать особых монстров на большом расстоянии, — сказала она. — Или определить, сильный ли был демон, когда увижу его кровь. И если для сажи много не надо, то могу дать свою. Но ты должен поклясться, что будешь использовать её только для себя.
— Определять силу крови я тоже умею. И у тебя она недостаточно сильная, даже для самого простого символа.
— Что бы ты в этом понимал, — фыркнула она.
Пересев к пологу фургона, Зои осторожно выглянула наружу. Убедившись, что за нами никто не подглядывает, села поближе ко мне.
— Подвинься, — попросила она.
— Ты с ним поаккуратней, — я с опаской отодвинулся, когда она достала большой охотничий нож. Подумал, что надо серьёзно поговорить с Натин на эту тему.
Зои аккуратно уколола большой палец, надавила, чтобы на нём собралась капелька крови.
— Чувствуешь? — довольным голосом спросила она.
— Что?
— Силу крови, — вздохнула Зои, посмотрев на меня, как на недалёкого. — Сделай свою сажу и проверь, раз хвастался, что умеешь.
— Это не так просто…
— Вечно у тебя что-то непросто и трудно, — язвительно произнесла она. — Незачем тогда было хвастаться?
Она собралась сунуть порезанный палец в рот, но я остановил её руку.
— Обычно кровь можно проверить в демоническом огне, — сказал я, зажигая на пальце небольшой голубой огонёк. — Чем ярче горит, тем больше в нём магической силы. И…
Огонёк на пальце затрещал, колыхнулся в сторону Зои, затем раздалось резкое и громкое «пуф» и салон потонул в ослепительно голубом огне. Пологи фургона взметнулись, выпуская пламя наружу. Секундой позже в салон вошёл Кан, глядя на ошарашенного меня и ещё более удивлённую Зои. Она принялась ощупывать голову, пытаясь понять, опалило ли пламя белые волосы.
— У нас всё хорошо, — сказал я Кану, делая жест ладонью. — Не мешай.
— Хорошо, — он ещё раз осмотрел салон, обратил внимание на нож рядом с девушкой, затем вышел, чтобы догнать убегающего мула.
— Дурак, — Зои посмотрела сердито и отодвинулась к выходу из фургона, подальше от меня.
— Неожиданно, — всё, что смог сказать я. — Зои, я тебя прошу, никому больше не показывай свою кровь.
— Как будто я собиралась, — ехидно ответила она, облизнув порезанный палец. Мне показалось, что рана сразу затянулась.
— Даже не знаю, как из этой крови сажу сделать и выживет ли счастливчик, кому достанется такой символ, — очень тихо сказал я.
Беата говорила, что кровь разумных редко бывает достаточно сильной, чтобы её использовать в чернилах. Дело в том, что в ней не накапливается магия, в отличие от крови монстров. Вот она удивится, когда узнает. Хотя нет, зная верховную жрицу, я ей о таком говорить не буду. По крайней мере, ближайшие несколько лет, пока наши отношения не наладятся, как в прошлый раз.
⠀⠀
Хума — столица империи и величественный город, протянувшийся на десятки километров и поделённый на шесть главных районов. Центральный занимал огромный храм из тёмного камня, где жили дами. На площади перед ним хватало места, чтобы вместить всех жителей города, собравшихся послушать молитву верховной жрицы. Говорили, что эта молитва не просто вдохновляла демонов, но и излечивала болезни. Когда в городе свирепствовали эпидемии, горожане шли к храму и просили верховную о милости. В такой день воздух на площади гудел, донося её голос до каждого, и заставлял дрожать само пространство.
В северном районе города жил император с семьёй и чиновники, обеспечивающие процветание всей империи. Посторонних на территорию северной части города никогда не пускали, но там были одни из лучших питейных и развлекательных заведений во всей столице. Оставшиеся четыре района, два на востоке и два на западе, делили между собой крупные кланы демонов, торговые, ремесленные и гильдии наёмников всех мастей.
Каждое утро перед воротами в город собирались телеги и повозки, везущие в столицу продовольствие и товары со всех окраин огромной империи. Иногда колонна гостей растягивалась на несколько километров. Те, кто не успел пройти в ворота к вечеру, останавливались на ночлег в четырёх городах-спутниках Хумы. Как раз там располагались крупные склады, а торговцам, везущим товары, свои услуги предлагали десятки постоялых дворов, борделей и кабаков.
Гильдия серебряной луны пользовалась в столице хорошей репутацией, поэтому в город нас пропустили без очереди и досмотра. Один из важных офицеров лишь бегло осмотрел повозки, делая вид, что исполняет свои обязанности и разрешил проезжать. Его нисколько не удивили кинийцы в нашей компании, а вот Зои приглянулась, и он даже сыпал комплиментами в её адрес.
В Хуме я прожил достаточно долго, чтобы разбираться в хитросплетениях улиц, помнил десятки полезных лавок и заведений, но сейчас сильно удивился. Город немного отличался от того, каким я его запомнил. Взгляд то и дело цеплялся за незначительные детали и странные вывески. Прошло ведь десять лет, а это немалый срок, может, поэтому всё так сильно и изменилось?
Я сильно нервничал, думая о том, как попаду в храм, что скажу жрицам и Беате. Не хотелось бы повторять всё то, с чего мы начинали в прошлый раз, а сразу перейти к конструктивным взаимоотношениям. Всю дорогу до гильдии Серебряной луны я ёрзал на месте возницы, волнуясь и вытирая о штаны предательски вспотевшие ладони. Зои к большому городу отнеслась очень спокойно, разглядывая каменные дома и улицы с любопытством, но не более. Её не впечатлил ни храм, видневшийся из любой части города, ни архитектура. Даже фонтаны, встречавшиеся на улицах, не вызывали у неё восторга, в отличие от Фильви и её дочек, которые подобного никогда прежде не видели.
— Василий, — сидевшая рядом Натин положила ладонь поверх моей, — тебе не обязательно спешить. Можешь отдохнуть в нашей гильдии несколько дней, прежде чем идти в храм. Глава гильдии сходит с тобой, поддержит во время разговора с верховной жрицей. Мы ведь столько дней в пути, разумно будет отдохнуть, прежде чем решать дела.
— Нет, я и так слишком долго шёл сюда. Не могу терпеть. Боюсь, что эти несколько дней я просто не усну и предстану перед жрицами храма не в лучшем свете.
— Спешка никогда не приводит ни к чему хорошему, — наставительно сказала она.
Мы как раз подъезжали к огромному каменному дому гильдии. Это был юго-восточный район, самый тихий из всех. Сюда демоны шли лишь затем, чтобы нанять мастеров Серебряной луны или посетить крупнейшее в империи отделение гильдии наёмников, расположенное немного севернее. Демоны здесь редко открывали лавки, так как тихие улочки не способствовали торговле. А вот знать любила этот район, как раз по этой самой причине. Я помнил здание немного не таким, какое оно предстало сейчас. Парадные полотна из красной ткани с изображением серебряной луны, стяги и украшение на фасаде. Вокруг необычно много рогатых демонов, таких как Кан и Натин. Все зеленоглазые, с пышными причёсками, прячущими витые рога.
Я уже говорил, что слухи бежали впереди нас, поэтому у входа в гильдию заметил кого-то из важных персон. Это можно было определить по роскошной одежде и по тому, что вокруг увивалось несколько помощников.
— Глава гильдии Гамеш, — подсказала Натин.
Да, это был тот самый демон, с которым я когда-то встречался, но сейчас он выглядел необычно молодо. В прошлый раз мне показалось, что ему было под пятьдесят, а сейчас нас встречал крепкий привлекательный мужчина лет тридцати. Расшитый серебряными нитями тёмно-синий наряд, широкий пояс, в котором он обязательно прятал летающие ножи. Огненно-рыжие волосы и сильный взгляд. Первым с ним успел поздороваться Кан, идущий впереди отряда, затем Рах. Оба сложили руки в почтительном приветствии, сцепляя пальцы и поднимая их на уровень подбородка.
Глава гильдии дождался, пока я спущусь из фургона и подам руку Натин. На неё он бросил очень странный взгляд, но я решил не придавать этому значения. Затем я помог спуститься Зои, с которой всё обсудил заранее и она обещала не доставлять хлопот.
— Добро пожаловать, — сказал мне глава гильдии, говоря на распространённом языке демонов, так как сразу признал во мне человека. — Много слышал о молодом мастере символов, но не думал, что он действительно так молод.
— Здравствуйте, — я ответил на языке гильдии, немало удивив Гамеша. Он удивлённо и немного смешно посмотрел на меня, затем на Натин. — Спасибо, что принимаете у себя. И огромное спасибо Вашим подчинённым, сопровождавшим меня в столицу. Без них это путешествие было бы опасным и долгим.
— Не стоит благодарить за это, — он широко улыбнулся, делая жест в сторону лестницы в здание. — Давай поговорим за хорошим вином и закусками.
— Я дал слово наставнице, что когда появлюсь в Хуме, то сразу зайду в храм дами, — сказал я. — Не хочу нарушать его, поэтому после обеда я отправлюсь туда. У нас не так много времени, и я не знаю, как сложится разговор в храме, поэтому давайте сразу перейдём к делам, так как их скопилось много за время путешествия в столицу. Если есть небольшая светлая комната, где нам не помешают, мы можем поговорить там. И мне нужен будет мой сундук с инструментами.
— Я принесу, — сказал Кан, направляясь к фургону.
Гамеш посмотрел на Натин, на что та едва заметно кивнула и ответила виноватым взглядом.
— Не принято говорить сразу о делах, — немного недовольно сказал глава гильдии. — Только в качестве исключения. Прошу.
Натин слегка сжала мой локоть, намекая, что я неправ и поступаю грубо. Высокопоставленные члены гильдии, вышедшие встретить нас, бросали на меня колючие взгляды. Вот, умудрился испортить первое впечатление. Теперь будут думать, что я наглый, невоспитанный и неблагодарный. Но это я переживу.
Следом за главой гильдии мы прошли в здание, поднялись на второй этаж в удобную комнату без мебели. Рогатые демоны предпочитали сидеть и лежать на мягких подушках самых разных форм и размеров. Иногда они устанавливали в комнате низенький столик, чтобы вести беседы, но не в этот раз. Зои, кстати, в комнату не пустили, в отличие от Натин и попросили подождать в соседней комнате.
— Я много слышал о мастере символов, — сказал Гамеш, удобно расположившийся на больших подушках и поставив локоть на специальную подставку. — Что он молод, но способен наносить великие символы, о которых никто в столице и не слышал прежде. Не то, чтобы в столице, во всей империи о таких никогда не слышали. Откуда же юный мастер прибыл?
— С юга, — уклончиво ответил я. И так понятно, что я пришёл из другого мира, но он наверняка хотел узнать про таинственную наставницу. — Мне нужно было в столицу, и я договорился с Каном, что если он меня проводит, то продам ему символы концентрации и могущества. Это сделает его раза в два сильнее сейчас и даст большой толчок для будущего развития. Насколько большой, не могу сказать, не было случая проверить. Эти символы не связаны с храмом дами и теми, что они используют, поэтому проблем быть не должно. Но в любом случае они ревностно относятся к подобному, и чтобы не нарушать баланс, я продам только один набор символов. Может быть, через год или полгода я продам ещё один, но надо сначала обговорить всё с верховной жрицей.
— Да, к балансу силы храм относится ревностно, — Гамеш улыбнулся подобранным мною словам. — Хорошо, что в столь юном возрасте ты понимаешь это. А что насчёт символов отражения и…
— Сопротивления, — подсказала Натин.
— Насчёт первого можете не беспокоиться, госпожа Натин Вам всё объяснит. Мы… я и гильдия Серебряной луны неплохо заработаем на этом. С сопротивлением сложнее, но я непременно получу разрешение на его продажу у верховной жрицы.
— Тогда мы можем помочь друг другу, — деловито сказал Гамеш. — Ты откроешь лавку символов в нашем районе, а мы окажем всю доступную помощь. Получишь полное покровительство Серебряной луны.
— Обязательно подумаю над этим. Золото лишним не бывает, но сейчас меня заботит лишь слово, которое я дал наставнице. Что касается цены за символы Кана, то я прошу за них услугу. Я немного заработал по пути сюда и хочу купить скромную торговую лавку для моих помощников, семьи кинийцев. Денег должно хватить на покупку небольшого здания в западном районе, но жить там сложно, поэтому прошу гильдию присмотреть за ними, пока буду занят в храме.
— Говоришь так, словно это займёт какое-то время, — он задумчиво погладил подбородок.
— Так и есть, — я кивнул. — Полгода, может, чуть больше.
— Присмотрим за ними, — согласился Гамеш. — Это сущий пустяк. И лавку они могут открыть на окраине нашего района. Здание подходящее у нас есть.
— Только если я его куплю, а не в долг.
— Конечно, — он улыбнулся. — Поговорим о покупке здания, когда ты освободишься. Обещаю продать его за столько, сколько у тебя сейчас золота в наличии. Это хорошее здание, большое, расположено удачно.
— Спасибо, — вполне искренне сказал я. — Ваше предложение о лавке символов меня заинтересовало. А теперь, чтобы не тратить время, так как это потребует несколько часов, я займусь работой. Вы же не против, чтобы символ получил Кан? На мой взгляд, он идеальный кандидат. Да и рисунок мы уже подобрали.
— Нет, я не против. Кан талантлив и один из сильнейших в гильдии. Да, я хотел бы узнать насчёт символа защиты от огня. Может, мы сможем купить один?
— Один уже есть в этом мире, — с сомнением в голосе произнёс я и картинно задумался. — Он принадлежит лорду города Ичжу. Но если с ним что-то случится и символ пропадёт, то я продам ещё один кому-нибудь, возможно, даже гильдии Серебряной луны.
— О, — многозначительно произнёс Гамеш, хотел ещё что-то сказать, но поймал взгляд Натин и промолчал.
— Как бы всё ни сложилось, я продам вам символы сопротивления в любом количестве. Они довольно дорогие, но эффективные. Госпожа Натин расскажет об этом лучше.
— Я уже получил отчёт от главы отделения города Талк, — сказал он. — И даже опробовал символ лично.
Скорее всего, он имел в виду кого-то из членов гильдии, обогнавших нас по пути в столицу. Из-за фургона и телег мы медленно ползли на север, а быстроногие и выносливые демоны могли преодолеть этот путь гораздо быстрее.
В комнату заглянул Кан, держащий в руках мой сундучок.
— Кан, ты вовремя, — сказал Гамеш. — Выбери любую комнату и пусть мастер Василий нанесёт тебе обещанные символы. Не затягивайте, так как я бы хотел с ним ещё поговорить. Нет, уважаемый Василий, я не отправлю тебя в храм голодным. Час на обед ничего не решит.
Судя по тону главы, спорить с ним было бесполезно.
⠀⠀
Гильдия Серебряной луны, два часа спустя
Слушая подробный рассказ Натин, глава гильдии удивлялся всё больше. Особенно его поразил листок, на котором был изображён символ отражения. Натин уверяла, что лично нанесла несколько символов по дороге в столицу и они работали так же, как и у мастера Василия. Идея обучать нанесению этого символа главу не порадовало, но причины были понятны и молодой мастер действительно был прав, говоря, что очень скоро он обесценится.
— Он так ничего и не рассказывал о своей наставнице? — спросил Гамеш. — Почему он поехал один? Что ему нужно в храме?
— Ни словом не обмолвился, — Натин покачала головой. — Говорил о ней всегда уважительно и так, словно ждёт встречи, не сейчас — в ближайшем будущем. Василий гораздо умнее, чем хочет казаться и плохо это скрывает. Думаю, что символы, что он показал, это как росток болотного пожирателя, робко показывающегося над поверхностью воды. А там, под водой, не осталось места от корней, растущих не одну сотню лет. Ты ещё не слышал, что говорит Кан, описывая шесть знаков, которые мастер Василий ему подобрал. Он едва смог осилить шесть из девяти, но это уже сделает его гораздо сильнее. А ещё Кан теперь умеет отбирать летающие ножи у другого мастера. Говорит, что пока один, но как только символы лягут, сможет отнять два.
— Василий очень чисто говорит на нашем языке, — заметил глава гильдии. — У него зелёные глаза, но нет рогов. Может, полукровка? Ты ведь говорила, что он умеет пользоваться летающими ножами.
— Вполне возможно. Он много знает о гильдии и наших умениях.
— Остаётся узнать, что он ищет в храме и какое слово дал наставнице.
— Отправь кого-нибудь проследить за ним.
— Естественно, — улыбнулся Гамеш.
— А что с тем мастером символов, которого ты ждал? — спросила Натин.
— Шесть дней назад явился, — поморщился глава гильдии. — Поставил жизнь на то, что не существует символов, способных отражать летящие предметы и мешать контролю.
— Понятно, — женщина мягко улыбнулась. — Что решил с Талчжу?
— Если этот глупый лорд и его сын посмели обидеть наставницу мастера Василия, то их судьба будет печальной, а жизнь короткой.
— Говори уже проще, что защита от огня нам нужна. Пошли кого-нибудь из первой дюжины. Может, стоит отправить Кана, проверить новые символы.
— Хорошая мысль, — согласился глава гильдии. — И ещё, сестрёнка, прошу, не уезжай в ближайшее время из столицы. Работы прибавилось, да и советов твоих часто не хватает.
— Только если ты перестанешь пытаться найти для меня мужа, — сказала она.
— Обещаю, — улыбнулся Гамеш. — Пойдём, надо распорядиться насчёт обеда, мастер Василий закончил работу.
⠀⠀
Попасть в храм дами мог любой житель столицы, но желающих всегда было мало. Всё дело в скверном нраве белоглазых жриц, встречавших гостей. Если они считали, что ты обратился с глупой или неуместной просьбой, то тебя ждало наказание. Заходя в храм, нужно помнить, что жрицы не исцеляют болезни, ничего не покупают, не продают и не читают молитвы. Поэтому чаще всего в храм приходили члены городских гильдий, чтобы договориться о взаимовыгодных делах. Но если ты пришёл сообщить о разломе или о гостях, что пришли в этот мир, то тебя не только благожелательно встретят, но и хорошенько наградят.
Поднимаясь по ступенькам храма, я в который раз поражался, как демоны смогли построить что-то настолько огромное и величественное. С самого высокого шпиля главного здания открывался прекрасный вид на город, даже на императорский дворец, отгороженный от остальных районов стеной и высокой живой изгородью. Только подниматься туда тяжело и долго, преодолевая сотни каменных ступеней.
Желающие посетить храм, попадали в просторный и светлый зал, стены и полы которого были выполнены из светлых оттенков мрамора. Каменные лавочки, кадки с красивыми цветами, белые и синие полотна слегка трепещут на лёгком сквозняке под потолком.
— Большое здание, — тихо сказала Зои, поднимая голову и пытаясь увидеть потолок.
— Не маленькое, — кивнул я. — Там дальше столько коридоров и комнат, что можно заблудиться. А ещё тут подвалы и склепы спускаются на четыре уровня под землю. Внизу огромная библиотека, где пылятся древние книги и свитки. Я поговорю насчёт тебя с верховной, но не уверен, что она согласится. Если прогонит, придётся тебе пожить в торговой лавке какое-то время.
— Я поняла, — сказала Зои. Не знаю, как я позволил себя уговорить взять её с собой.
В конце зала стояла длинная деревянная стойка, за которой всегда дежурила одна из старших жриц. Светлое платье, серая накидка и поясок, вышитый золотыми нитями. На шее длинная цепочка с амулетом в виде символа власти. Это не просто украшение, а небольшой усилитель. Жрицы проходили суровое испытание, чтобы заполучить его.
Старшую жрицу, что дежурила у стойки, я не помнил. Немолодая женщина, белоглазая, волосы тёмно-коричневые. С первого взгляда понятно, что не из числа высокородных. Последние редко появлялись за стойкой, только если их отправляли дежурить сюда за какую-нибудь провинность.
— Добрый день, — поздоровалась жрица на общем языке и даже улыбнулась. Обратила внимание на дорогой наряд Серебряной луны, который мне дали в гильдии и едва ли не потребовали, чтобы я его надел. — Что привело этого юношу и его спутницу в храм дами?
— Дело у меня срочное и важное, поэтому хочу поговорить с верховной жрицей, — сказал я на языке дами.
Жрица уставилась на меня, не понимая, чему удивляться больше, тому, что я требую верховную жрицу или тому, что человек говорит на языке дами.
— Верховная жрица слишком занята, чтобы встречаться с посторонними, — сказала она на общем. — И не говори больше на языке дами. На первый раз я тебя прощаю.
— Почему вы думаете, что можете запретить мне? — удивился я, а пространство вокруг слегка задрожало.
Две молоденькие послушницы, работающие в зале, повернулись в нашу сторону, с интересом наблюдая за нами. Подумали, наверное, что старшая жрица решила наказать наглых посетителей.
— Потому что слова имеют силу, — сурово сказала белоглазая женщина и пространство завибрировала сильнее.
— Конечно, имеют, — согласился я. — Это только глупые послушницы станут произносить их бездумно.
— И глупые юноши, думающие, что всё понимают. Особенно когда их ещё не водили в склеп прародительницы, чтобы показать священные таблички.
Я обернулся к Зои, хотел сказать, чтобы отошла к дверям, пока мы беседуем, но девушка с любопытством смотрела на нас, не испытывая никакого дискомфорта. А ведь пространство начало слегка гудеть, так как жрица вспомнила третью молитвы. Специально использовала слова, несущие двойной смысл.
— Давайте не будем затевать ссору, — сказал я. — В склепе я не был, таблички не видел, но уверен, что всё написанное там — истинная правда.
Я лукавил, так как Беата водила меня в склеп, чтобы я мог прочесть молитвы с четвёртой по шестую. Но если вспомню об этом, ничем хорошим этот разговор не закончится. Странно, что я сейчас не испытываю дискомфорта, а ведь в прошлый раз долго тренировался, чтобы выдержать подобный разговор. Даже помню имена двух наставниц, занимавшихся со мной. Все послушницы в храме их боялись, а я ходил на эти занятия с большим удовольствием. Они умели объяснять, как сила рождается из слов и как она взаимодействует с пространством вокруг нас. Без их наставлений я бы на четвёртый уровень никогда не прорвался.
— Может быть, в качестве исключения, вы позовёте верховную жрицу, — добавил я, так как пространство вокруг начало опасно гудеть и ещё немного в таком духе, и мы весь храм поставим на уши. Ох и влетит нам за это от Беаты. Послушницы, к примеру, уже сбежали, поняв, к чему всё идёт. — Ведь есть малый шанс, что у меня действительно важное дело к ней, а вы препятствуете. Не говорите потом, что старшая сердится на вас несправедливо.
Я дружелюбно улыбнулся, не обращая внимания на бушующую вокруг силу. Если жрица захочет, то эта сила обретёт форму и нас с Зои размажет тонким слоем по мраморному полу.
— Кто повышает голос в храме? — раздался властный голос и нарастающий гул моментально исчез. Неожиданно наступила звенящая тишина, в которой отчётливо можно было услышать, как хлопает растянутая под потолком ткань.
Из бокового выхода в зал шагнула молодая женщина, выглядевшая не старше двадцати пяти лет. Изящное лицо высокородной дами, чёрные волосы, падающие на плечи, холодный взгляд, не обещающий ничего хорошего тем, кто посмел её потревожить.
— Госпожа, — старшая жрица низко поклонилась высокородной. — Этот юноша искал Вас, говоря, что у него важное дело.
Я даже не обратил внимания на то, что старая карга свалила всю вину на меня. Я смотрел на парадный наряд верховной жрицы, расшитый золотыми нитями. О статусе молодой женщины говорил серебряный изящный ободок на голове, с крупными драгоценными камнями.
— А где Беата? — выдал я и тут же закрыл рот ладонью.
— Что опять натворила эта несносная девчонка? — строго спросила верховная жрица. — Я же запретила ей выходить в город. Беата!
Молодая женщина обернулась к проходу, откуда вышла. Я мог поклясться, что сейчас передо мной стояла та самая женщина, которую поймал длинноухий лорд. Это точно была она, но моложе лет на двадцать.
— Беата! — повторила верховная жрица.
Из прохода выбежала стройная девушка лет пятнадцати. По возрасту ей положено носить одеяния послушницы, но она была в одежде младшей жрицы.
— Я не виновата, — сразу выпалила девушка, ещё не зная, за что будут отчитывать. Она выдала невинную и очаровательную улыбку, бросив на Зои любопытный взгляд.
— Не виновата? — повторила верховная. — Этот юноша назвал твоё имя.
— Первый раз его вижу, — заявила Беата.
Верховная жрица смерила её строгим взглядом, затем повернулась к нам и прошла навстречу.
— Так зачем ты повышал голос в моём храме? — спросила женщина, глядя на меня. — Для твоего возраста это…
Она не договорила, посмотрела странно, затем подошла вплотную, нависая надо мной.
— Человек?
— Человек, — ответил я, даже не подумав, что говорю на языке дами.
— Где-то я тебя видела, — она положила руку мне на макушку и пристально посмотрела в глаза. — Как тебя зовут?
— Василий, — я улыбнулся почти так же невинно, как Беата. Честно признаюсь, стало как-то неуютно и страшно. — Мы точно не встречались, я бы запомнил.
— Странно, — она повернула мою голову в одну сторону, затем в другую, пытаясь вспомнить, где меня видела. — Так зачем ты пришёл?
— Хочу работать на храм, — сказал я. — У меня редкий дар, я могу читать на древних языках.
— Полезное умение и крайне нужное храму, — задумчиво согласилась она, не отпуская мою макушку. — Может, я тебя и найму, если скажешь, кто отдал тебе символ чёрного солнца и сколько на нём было лучей.
⠀⠀
⠀⠀ Конец первого тома
⠀⠀
⠀⠀
⠀⠀
Василий возвращается в тёмный мир, попав в прошлое, но не в знакомое и привычное, а в странное и опасное время. Ему придётся разбираться с расколом в храме демонов и становиться сильнее.
⠀⠀
— Откуда у тебя символ чёрного солнца? — повторила верховная жрица, глядя мне в глаза. Её лицо было так близко, что я мог разглядеть края белой радужки.
В этот момент я понял, что надо врать. С виду она может и красивая молодая женщина, но без зазрения совести оторвёт голову любому, посягнувшему на секреты храма. А люди, по мнению местных демонов, очень близки к светлоликим.
— Какой символ? — я картинно удивился. — Ничего не брал у уважаемой дами. Если у меня что-то есть, принадлежащее храму, то только по недомыслию.
— Спину покажи, — её взгляд стал слегка прищуренным. Она смотрела мне в глаза оценивающе, словно проверяя, вру я или нет.
— Да я бы с радостью, но Вы меня держите.
Верховная жрица посмотрела на Зои поверх моего плеча.
— Беата, проводи девушку в одну из свободных комнат и предупреди Ми́ке, что это моё распоряжение.
Беата, будущая верховная жрица и сильнейшая дами, которую я знал, сейчас выглядела не старше меня. Этот факт никак не хотел укладываться в голове. Будь неладна светлоликая и её бракованная магия. Я Беату прекрасно знаю, её характер, повадки и мог бы с ней легко договориться. Но что делать с её предшественницей, обладающей даже большей силой и чёрным солнцем в тринадцать лучей? Странно, что имея такую силу, она вообще покинула храм.
— Хорошо, — Беата бесцеремонно взяла Зои за руку и потянула в сторону прохода, откуда вышла минуту назад.
Но как бы то ни было, Беата в образе юной девушки выглядела очень мило. Пальцы верховной жрицы чуть сильнее стиснули мою голову.
— Дорна, а ты поговори с мужчиной из Серебряной луны, что прячется у входа в зал. Скажи ему, что эта пара — теперь забота храма.
— Да, госпожа, — немолодая жрица подтянула подол платья и едва не бегом поспешила к выходу из зала.
— А мы с тобой пойдём и серьёзно поговорим.
Верховная убрала ладонь с моей макушки, чтобы взять под руку. Молча мы прошли через весь зал к незаметному проходу, ведущему на верхние этажи. Им пользовались только жрицы, так как мужчинам нельзя было подниматься выше первого этажа храма. Что касается мужчин, то в храмовом комплексе жили только старейшины, а мужья и сыновья жриц селились в северо-западном квартале города. В храм они не ходили, и даже садом занимались кинийцы. Но при этом почти не встретишь жрицу старше двадцати пяти, у которой нет мужа и пары детишек. Дами ценили семейные узы и любили жить большими семьями. Их родной город располагался в двух днях пути на север от Хумы, но я всего пару раз посещал его, так как Беата не любила возвращаться туда.
Мы прошли по второму этажу храма к лестнице на третий, куда могли заходить только старшие жрицы. Заниматься уборкой они не любили, но этаж всегда содержали в идеальной чистоте. Правое крыло было отдано под спальни, левое — под комнаты отдыха, обеденный зал и рабочие кабинеты. Как раз в один из таких кабинетов меня проводила верховная жрица. Удобное помещение с широким окном, массивным столом и книжными шкафами. Заумные книги на старом языке, которые с большим трудом читали дами, стояли в том же порядке, в каком я их застал, впервые посетив кабинет Беаты. Потом ещё долго избавлялся от старой писанины, заполняя полки более полезными книгами.
Верховная показала мне на один из свободных стульев.
— Рассказывай, кто передал тебе символ. И показывай спину. Да не так, олух. Одежду снимай. Нет, не всю, только спину оголи.
Она закатила глаза от моего возмущённого и смущённого взгляда. Нет, рассказывать ей правду я не стану. Пока не узнаю, почему она покинула храм, имея такую силу, да ещё и захватила с собой детей. Может, бежала от чего-то?
— На юге, недалеко от деревни рыбаков, я встретил дами, — сказал я, стягивая накидку и спуская дорогой халат так, чтобы оголить спину. — Она меня спасла, если быть точнее. Когда узнала, что я умею читать на всех демонических языках, то посоветовала прийти в храм. Сказала, что здесь хранится много старых книг, которые ждут перевода. Даже показывала мне одну.
— Да? — заинтересовалась верховная, пристально изучая мою спину. — Как выглядела?
— Книга?
— Женщина, — она больно ткнула меня пальцем в лопатку, где должен был находиться символ чёрного солнца. — Одевайся. Как выглядела женщина?
— Белые глаза, как у Вас, платье похожее, но она выглядела старше. У неё книга о символах была любопытная…
— Она называла имя?
— Книги?
— Я тебя сейчас больно стукну, — пообещала верховная.
— Нет, та женщина ничего не говорила о себе, — я развёл руками, едва не выронив из рук пояс. — Мы всего несколько дней жили в пещере на болоте, читали книгу, а потом она пропала, как будто и не было. Накануне вечером она сказала, чтобы я шёл в храм, так как очень нужен здесь. Говорила, что мне будут хорошо платить за работу и вообще.
— Что ты заладил, книга, книга, — она поморщилась. — Как называлась? Книга, не женщина.
— А, — я быстро закивал, стараясь не улыбаться. — Парящие облака и каменные водопады.
— Как? — лицо верховной резко посерьёзнело.
— Облака и водопады, — повторил я. — Глупое, кстати, название. Облака ведь летают над землёй, зачем их называть «парящими»?
Верховная встала, спешно прошла к шкафу и облегчённо вздохнула, когда нашла книгу в кожаном переплёте. Это была та самая книга, о которой я говорил. Дами смогли перевести лишь начальные страницы, откуда почерпнули два самых сильных символа. На самом деле, они были посредственными, но кто бы им об этом рассказал.
— Простите, — сказал я, так как женщина на несколько секунд ушла в раздумья. — Меня зовут Василий, я родом из далёкого мира, где никогда не слышали ни о тёмных расах, ни о светлых. Могу я узнать имя уважаемой дами?
— Тэя, — сказала она. — Верховная жрица Тэя.
Она вернулась к стульям, показала мне книгу, открыв её на первых страницах, где изображался начальный символ парящего облака.
— Эта книга?
— Та самая, — кивнул я. — У меня исключительная память на всё прочитанное. В этой книге говорится о пяти символах парящих облаков, каждый из которых в десять раз сильнее предыдущего. Первый наносят жрицам, когда они заканчивают базовое обучение, второй — через три года после этого, а третий — тем, кто может использовать усилители. Четвёртый и пятый могут взять только воины, кто не способен принять более могущественные символы.
— Четвёртый и пятый? — уточнила верховная.
— Ну да. Там дальше, через несколько страниц.
⠀⠀
⠀⠀
Когда-то давно эти символы использовали только жрицы, которые не планировали подниматься по карьерной лестнице. И так выходило, что они брали первые три формы, поэтому остальные и забылись. А сейчас эта ерунда считалась чуть ли не самой страшной тайной храма, которую позволялось наносить на спину исключительно верховным жрицам. Видели бы они, как рыдала Беата, когда узнала, что существует множество великих символов, а на её спине из-за этой дряни почти не осталось свободного места. Но в любом случае, пятое парящее облако делало её в сто раз сильнее, что поразило Беату не меньше.
— Покажи, — верховная переставила второй стул вплотную к моему, усаживаясь рядом и протягивая книгу. — Только осторожно, книга старая и гораздо ценней, чем твоя голова.
— Как скажете, — я не стал спорить, листая до нужной страницы. — Вот третий символ, он в десять раз сильнее второго. А вот тут — четвёртый, и он во столько же раз сильнее третьего. Пятый и последний символ. Он довольно размашистый, но тут есть оговорки, как его правильно наносить, чтобы сэкономить место. Здесь написано, что есть символы гораздо сильнее, поэтому…
⠀⠀
⠀⠀
— Я ничего не вижу, — оборвала меня Тэя.
— Потому что это древние руны, а вы их читать не умеете. Дайте мне перо и бумагу, я набросаю то, что вижу.
Следующие двадцать минут я выводил на листе волнистые знаки, связанные друг с другом цепочками рун, больше похожие на закорючки. С каждым парящим облаком символ становился более плотным и непонятным.
— Написано, что очень важна последовательность нанесения и вливания энергии в каждый символ, — сказал я, заканчивая узор. — Ну и ещё несколько пометок, чтобы уместить этот громоздкий символ рядом с соседними. К примеру, говорится о каменных водопадах, которые часто мешают, но их можно обойти.
⠀⠀
⠀⠀
Тэя нетерпеливо посыпала мелким песочком на бумагу, чтобы чернила не расплылись, стряхнула и принялась внимательно изучать.
— И ты помнишь всю книгу наизусть? — спросила она.
— Конечно, — не без гордости заявил я и даже нос задрал едва не к потолку. — Там дальше ещё два десятка разных символов. К примеру, один «заглушает» пространство, не даёт одарённым использовать силу. Второй не позволит выбрать вас в качестве цели для применения любого точечного умения. А с помощью третьего можно раздавить противника, как самый мягкий и сочный фрукт, невзирая на его силу, пусть даже это будет царь светлоликих. Последний — самый могущественный, но там нужно знать какую-то пятую молитву, чтобы направить силу голоса против врага, но в книге о ней нет ни слова.
— И рисунок можешь в точности воссоздать?
— Обижаете, — я бросил перо в чернильницу.
Насчёт последнего я не врал, но, чтобы добиться подобного, тренировался под руководством Беаты несколько лет. Каждый символ, найденный в старых книгах, рисовал несколько сотен раз, пока не получалось правильно. Всякую ерунду помнил плохо, но вот полезные и великие символы мог начертить, даже если меня посреди ночи разбудят.
Верховная засуетилась, прошла к двери, затем вернулась, чтобы поставить книгу обратно на полку, снова направилась к выходу и остановилась.
— Яви силу голоса, — попросила она.
— Зачем?
— Прекрати задавать вопросы и просто делай, что говорят, — сказала она, как строгая наставница.
— Значит, Вы берёте меня на работу в храм? — заулыбался я, даже потёр ладони. — Но только не одного, а вместе с сестрой Зои.
— Она тебе такая же сестра, как я родная тётя, — отмахнулась верховная. — Хорошо, пусть остаётся, не смотри так. Храм не место для посторонних, ты это скоро и сам поймёшь. А теперь давай, яви силу голоса. Ты делаешь это без нужного символа на спине, значит, сил должно хватить.
— На что? Хорошо, хорошо. У меня просто практики не было, поэтому плохо получается.
Пространство вокруг слегка завибрировало. Можно было увидеть, как по поверхности чернил в баночке побежали круги.
— Отлично, — она кивнула. — Пойдём. На работу я тебя беру, но ты должен запомнить и выполнять несколько правил. Это храм, а не гильдия наёмников или что-то ещё, что может прийти в твою голову. Здесь даже Император говорит вполголоса.
Она сделала приглашающий жест к выходу из кабинета. Поправив накидку и пояс, я вышел следом за ней в коридор.
— Правила простые, — сказала Тэя. — Голос без разрешения не повышать, с молодыми послушницами не заигрывать, беспрекословно слушаться… только меня, но и старших жриц не сердить, если они что-то попросят сделать. И не ходи по храму, а то случайно зайдёшь в спальню или купальню жриц, и они прибьют тебя ненароком.
Тэя умело использовала силу слов и, пока мы шли в комнату собраний, по этажу прошёл едва слышный гул. Беата собирала старших жриц тем же способом, только делала это громче, особенно когда была не в духе. Старшие в храме занимались важной работой: вели бухгалтерию, руководили хозяйственными делами, договаривались с городскими властями и гильдиями о поставках товаров и продовольствия. Какую-то часть работы выполняли старейшины, но за ними обязательно кто-то присматривал из старших жриц. В общем, скука смертная, вгоняющая в тоску и уныние. Беата от этой работы бегала как могла, и в те дни, когда она сводила расходы и прибыль храма, к ней боялись приближаться даже подруги и вечно ворчливые старейшины.
Старших жриц в храме насчитывалось чуть больше дюжины. Большинству давно перевалило за сорок лет, но они крепко держались за свои места, считая, что жить в храме лучше, чем в тихой провинции. Рутина и бумажная работа их тоже утомляла, поэтому больше всего они любили гонять молоденьких жриц или заниматься обучением послушниц.
Ждать старших жриц пришлось минут пять. Приятно было видеть знакомые и помолодевшие лица. Особенно порадовали две женщины лет тридцати, совсем недавно поднявшиеся на эту ступень. Это было видно по новеньким платьям, блестящим кулонам и важному внешнему виду. Сёстры близняшки, не из числа высокородных, но сильные и талантливые. Зная местную кухню, можно не сомневаться, что более старшие женщины гоняли их, сваливая самую неприятную и тяжёлую работу. Не любят высокородные таких выскочек, особенно если те талантливее.
— Что вы копаетесь? — недовольно бросила верховная, глядя на жриц. — Потом будете делить места.
Судя по тому, что женщины засуетились, занимая места на длинных лавках перед кафедрой, Тэю они боялись. Секунд за десять все расселись, и повисла тишина. На меня смотрели удивлённо и с любопытством.
— Знакомьтесь, это Василий, — Верховная положила ладонь мне на плечо: — С сегодняшнего дня он будет работать помощником хранителя книг в архивах и подчиняться непосредственно мне. Я поручила ему работу, важную для всего храма. Серна, выдашь ему одежду второго старейшины, а то от его чёрного наряда у меня глаза болят. Эва, а ты проследишь, чтобы послушницы и младшие жрицы не докучали ему, и чтобы сам Василий не подходил к их спальням. Потом покажешь ему этажи храма, чтобы не заблудился случайно. У меня сейчас много дел, поэтому до вечера Василия нужно занять учёбой. Хочу понять, может ли он напитать силой кристаллы света. Кто этим займётся?
Тэя обвела взглядом жриц, остановившись на незнакомой мне пожилой женщине. В моём взгляде отразилась тоска.
— Рена и Дейри, — в итоге раздался голос верховной, назвав двух жриц, тех самых сестёр, с которыми я когда-то занимался.
Я удивлённо посмотрел на верховную. Думал, что она отдаст меня на растерзание кому-то из более взрослых и опытных жриц. Она поймала мой взгляд, едва заметно прищурилась, как бы спрашивая, что меня удивляет.
— И последнее, — Тэя обвела старших жриц долгим взглядом. — Если с Василием что-то случится, именем богини клянусь, что наряжу всех вас в платья послушниц и загружу самой грязной работой в храме до конца ваших дней.
Произнесено было так, что даже у меня мурашки побежали по спине. Довольно серьёзное обещание, чтобы игнорировать его. Беата жриц тоже стращала, обещая отрывать головы самым непонятливым. Я поэтому из подвалов библиотеки и не выбирался первое время, боясь попасть под горячую руку кого-то из белоглазых женщин. Они меня так запугали, что потом долго отходил. Вот и сейчас старшие жрицы смотрели то на меня, то на верховную, не понимая, почему им грозят такими страшными карами.
— Люди — существа хрупкие, в отличие от вас, — пояснила Тэя, видя взгляды подчинённых. — Никаких наказаний без моего ведома. Поэтому в ваших интересах, чтобы не только жрицы, но и старейшины как можно быстрее это поняли. На этом всё. Карна, ты мне нужна, остальные могут быть свободны.
К нам поспешили подойти Рена и Дэйри.
— Госпожа Тэя, — сказала Дэйри, — упражнение со светящимися кристаллами… Что именно Вы имели в виду?
— Василий, — Тэя посмотрела на меня. — Ты умеешь вливать энергию в предметы, как это делают жрицы храма?
— Нет, — соврал я. — А что, жрицы делают это как-то по-особенному?
— Дэйри тебя научит, — улыбнулась мне верховная и холодно посмотрела на женщин. — Хочу, чтобы к вечеру он имел полное представление об этом процессе. Ясно?
— Всё понятно, — вступилась за сестру Рена, обладающая более жёстким характером, но тщательно скрывавшая его. — Расскажем и научим.
Уверенности в её словах было маловато, но верховную это устроило. Она жестом отослала нас, чтобы не мешали. Сёстры переглянулись, пришли к какому-то согласию и синхронно взяли меня под руки с двух сторон.
⠀⠀
Тэя, верховная жрица храма дами
Сёстры подхватили хитро улыбающегося Василия под руки, чтобы не сбежал, и повели к выходу из храма. Остальные жрицы расходились неспешно, недоумевая, что сейчас произошло.
— Кто этот человек? — к верховной жрице подошла Карна, хранительница символов. Женщине было около сорока лет, но, из-за невысокого роста и худенькой комплекции, она выглядела моложе. — И почему ты отдала его глупым сёстрам? Только потому, что он их знает?
— С чего ты взяла, что он знает «глупых» сестёр? — с едва заметной улыбкой спросила Тэя. Она тоже заметила, что равнодушное выражение лица Василия сменилось улыбкой, когда в комнате появилась эта парочка.
— С первого взгляда понятно.
— Нет, он их не знает, — верховная покачала головой. — Сёстры талантливы, обладают большой силой, и он это почувствовал.
— И как же? — удивилась Карна.
— Не важно. Пойдём, хочу тебе кое-что показать.
Тэя не стала говорить, что символ чёрного солнца позволяет парню управлять не только голосом, но и чувствовать силу в окружающих. А сёстры в этом плане выделялись на фоне немолодых жриц, рвущих жилы ради карьеры.
Женщины неспешно прошли к кабинету верховной. Тэя жестом показала хранительнице, чтобы та занимала место за её столом. Положила перед ней чистый лист, поставила чернильницу.
— Нарисуй мне символы парящих облаков, хранительница, — попросила Тэя. — Как можно точнее.
— Может, я схожу за записями? — спросила Карна, явно не ожидая такой просьбы. — Если нужно точнее…
— Рисуй, — властно сказала верховная.
Хранительница символов подтянула рукава платья, ещё раз посмотрела на начальницу и взялась за перо. Рисовала она не так быстро, как Василий, но аккуратно. Тэя следила за её движениями, порядком нанесения рун, отмечая, что молодой парень делал это точно так же, но более уверенно.
— Ошиблась, вот тут, — Тэя показала пальцем на сплетение рун.
— Да? — Карна едва ли не носом уткнулась в рисунок, пытаясь понять, что сделала неправильно.
— Вот, — рядом с листком лёг ещё один, но более чёткий и в несколько раз сложнее по форме. — Этот нарисовал Василий. По памяти. Я могу судить только о первых трёх знаках, выполненных идеально, в отличие от твоего рисунка. А остальное — это четвёртый и пятый уровень парящего облака.
— Да? — второй вопрос хранительницы звучал ещё более удивлённо.
— Ты спрашивала, кто этот человек, — напомнила Тэя. — Я не знаю. Но он говорит на языке дами лучше, чем половина старших жриц. А ещё разбирается в символах и врёт, что ничего не знает о чёрном солнце. Символ действительно пока не виден, но он есть, я чувствую это.
— Чёрное солнце? Но он же человек.
— Который умеет читать на языке древних. Я думаю, что он пришёл из другого храма. Или сбежал, что более вероятно, потому как на месте другой верховной жрицы, я бы его никогда не отпустила. Хотя если учесть чёрное солнце, то вряд ли сбежал.
— Не проще допросить? Надавить хорошенько, и он всё расскажет.
— Надавить? Да он на меня смотрит без страха во взгляде. Император и тот глаза отводит.
— Не боится, потому что глупый, — сказала Карна. — Надавить можно по-разному.
— Зачем портить отношения, если он сам пришёл? Нет, пусть всё остаётся как есть. Потому что к своей спине я не подпущу того, кто обижен или затаил на меня злобу.
— Ты… Вы в своём уме? — спросила Карна, сразу догадавшись, что имеет в виду верховная.
— Можешь нанести мне этот символ? — спросила Тэя, показывая на листок.
— Ключи нужны, — недовольно сказала хранительница, принявшись снова изучать сложный рисунок. — Порядок надо знать и… нет, я не возьмусь.
— А если будешь знать все ключевые точки и порядок?
— Тогда возьмусь, но не знаю, получится ли.
Тэя с шумом выдохнула через нос, потому что хранительница не видела очевидного. Взяв у неё перо, она провела поверх символа облаков три линии.
— Это колонны на моей спине, — сказала она. — А ведь кто-то настаивал, чтобы знаки легли плотнее, так как это сэкономит место.
— Забыла, — изумлённо сказала хранительница. — Совсем забыла. Но что получается?..
— Василий сказал, что парящее облако можно уплотнить, если что-то будет мешать. Скажи мне, ты сможешь что-то уплотнить из тех символов, в которых разбираешься?
— Можно меньше сделать, жертвуя качеством. Нет, я даже не слышала о таком… Так вот зачем ты отправила его с сёстрами.
— Сядь, — властно сказала Тэя. — Я тебя прошу, не делай удивлённое лицо и не бегай вокруг него кругами, когда он за полдня научится зажигать светящиеся кристаллы.
— Ты думаешь, что он уже это умеет?
— Уверена. Ты когда последний раз слышала городские слухи? Например, о том, что с юга в столицу едет какой-то невероятно могущественный мастер символов из гильдии Серебряной луны. Что он всем подряд продаёт символ, отталкивающий летящие предметы. Не делай такое лицо. В городе об этом уже три дня сплетничают. Беата сбежала вчера, надеясь перехватить мастера, чтобы он научил её новому символу. Мне на неё лично глава гильдии жаловался. Правда, говорят, что это женщина, но что-то подсказывает мне, что этот могущественный мастер сейчас дурит голову сёстрам. Если он проходил обучение в другом храме, то это для него сущий пустяк.
Говоря «другом», Тэя имела в виду храмы за пределами этого мира, но говорить вслух подобное не стала.
— А он… его… — Карна показала в сторону двери, но не смогла найти слов.
— Вот ты и проследи, чтобы с ним ничего не случилось. Ты же у нас хранительница символов, значит, будешь отвечать за него головой. Если он сможет нанести мне парящие облака, то пусть делает что хочет и притворяется кем угодно. Да, поговори с хранителем книг, чтобы не препятствовал парню.
— Нужно приставить кого-нибудь? Там ведь немало секретов, которые не должны покинуть храм.
— Приставить кого? — Тэя едва руками не всплеснула от недальновидности своей старой наставницы. — Того, кто умеет читать на древнем языке, чтобы он проверял, какую книгу берёт Василий?
— Но так ведь нельзя, — хранительница в который раз опустила взгляд на символ. — Мы о нём ничего не знаем. Он только появился, а ты… хотите, чтобы он к вашей спине прикоснулся?
Тэя не стала говорить, что её не покидало чувство, словно она знает этого парня, хотя не видела его никогда. Что-то в нём притягивало молодую женщину, но что именно, она сказать не могла.
— Мы задыхаемся в этом храме, — сказала Тэя. — Теряем силу и знания. Интриги старейшин, проталкивающих наверх своих дочерей, приведут лишь к тому, что через несколько поколений уже никто не сможет осилить даже четыре молитвы. И что останется делать? Снизить планку, как мы это делали много раз? Чтобы выступить против старейшин, мне нужна сила.
— Но если с Вами что-то случится?
— Тогда моё место займёт Беата. Она обладает нужным характером, чтобы основательно встряхнуть храм. Ступай, Карна, проверь, всё ли у нас есть для нанесения новых символов. Будь готова помочь мне и никому не говори об этом. Если не сегодня, то в ближайшее время, когда он научится зажигать светящиеся кристаллы. Силы голоса у него достаточно для этого.
— Старейшины будут в ярости.
— Главное, чтобы я не была в ярости, иначе мало им не покажется. Позови Беату, хочу с ней поговорить.
⠀⠀
Сёстры Рена и Дейри долго вели меня по коридорам храма, напоминающим лабиринт со множеством ответвлений и тупиков. Так и держали под руки, одним своим видом распугивая жриц, неосторожно вставших на пути. Чтобы понять, какую странную и сложную задачу поставила перед ними верховная, нужно углубиться в процесс обучения жриц в храме. К примеру, послушницы становились младшими жрицами, когда могли овладеть силой голоса и прочесть вторую молитву. Им на спину наносили особые символы, чтобы было проще управлять голосом. Это не так просто, как может показаться на первый взгляд. Обычно младшими жрицами становились годам к восемнадцати. Затем они учились ещё четыре года, чтобы стать полноправными жрицами, способными превращать силу голоса в оружие. Тогда их спина пополнялась ещё несколькими символами, атакующими и защитными. И вот годам к двадцати пяти они были готовы для серьёзного обучения, что определяло их будущее. Манипуляция силой — одно из самых сложных направлений, которое давалось только талантливым и одарённым женщинам, таким как сёстры, сопровождающие меня сейчас.
— Сюда, — меня пропустили в просторную комнату с небольшими столиками и лавками для учеников.
Дейри подвела меня к дальнему столу, на котором лежало несколько мутных кристаллов.
— Ты неплохо говоришь на языке дами, — сказала она. — Умеешь направлять силу в голос?
— Умею, — кивнул я. — Немного. Оно само так получается.
Пространство вокруг слегка завибрировало, но быстро успокоилось. На мне скрестились два задумчивых и слегка удивлённых взгляда. Я ещё в прошлый раз обратил внимание, что они красивые женщины, только тогда им было за сорок, а сейчас нет и тридцати. Когда я с ними всерьёз познакомился, то жил в храме уже года три, то есть сейчас они выглядели на пятнадцать лет моложе. Храм тогда не мог раскрыть их талант из-за скудного набора символов. Они застряли в этом маленьком классе, способные читать четвёртую молитву, едва ли не единственные из всех старших жриц. Нет, в этот раз я не дам пропасть их таланту впустую. Ведь я знаю не только все прежние символы на их спинах, но и те, которые подойдут им больше всего.
Я посмотрел на руки, по которым бежали мурашки от мысли, как высоко могут подняться сёстры. До верховной им далеко, всё-таки они не так талантливы, как Беата, но смогут стать её старшими помощницами и опорой.
— И что ты улыбаешься? — строго спросила Рена. — Думаешь, всколыхнул слегка воздух — уже стал великим старейшиной?
— Нет, — не в силах спрятать улыбку ответил я. — Простите. Просто я рад, что со мной занимаются такие талантливые и красивые жрицы, как вы. Кстати, вы очень похожи друг на друга, может быть, вы сёстры?
— Сейчас это не имеет значения. И называй нас наставницами…
— Мы сёстры, — Дейри остановила Рену. — Скажи, ты умеешь вливать силу голоса в предметы? Делать так, чтобы она не разливалась вокруг, а концентрировалась в одной точке?
— Не пробовал, — я мотнул головой.
— Тогда слушай внимательно и смотри, — Дейри взяла один из кристаллов. — Когда чистая сила попадает внутрь кристалла, он светится, вот так.
Кристалл в её руке начал светиться. Удобная штука, когда ночью под рукой нет масляной лампы или свечки. Я с таким по подземному хранилищу книг бродил, так как библиотекарь запрещал заходить туда с огнём в руках. Не давал пронести даже безопасный масляный фонарь со стеклянной колбой.
— Нельзя направлять сам голос в кристалл, — говорила Дейри, объясняя принцип, — он треснет или даже взорвётся в руках. Нужно, чтобы голос перешёл в силу, и уже её сконцентрировать в одной точке, в самой глубине кристалла.
Я уже когда-то говорил, что сложные символы нужно не только правильно нанести на спину, но и пропустить сквозь них силу, чтобы они заработали. Нужно было активировать кровь демона, но сделать это так, чтобы она не убила. Поэтому в империи демонов так высоко ценятся мастера символов. Каждый может достать нужные ингредиенты и нанести красивый узор, но он останется лишь рисунком, если не «зажечь» его. Поэтому к своей спине я не хочу допускать никого, в ком не уверен так, как в себе. Даже хранительница символов в храме, лучшая среди других, могла ошибиться. Придётся немного подождать, пока Беата не станет сильнее. Хорошо бы это случилось как можно раньше.
— Чтобы лучше чувствовать голос, есть несколько упражнений, — теперь говорила Рена, объясняя, как не только направлять голос в силу, но и управлять ею. — Когда читаешь вторую молитву, нужно всем телом почувствовать дрожь пространства, понять, как оно откликается на голос. Если не получится, можно наносить временный символ концентрации, он отнимает много сил, но с ним ты почувствуешь прогресс быстрее.
Обычно жрицы занимаются около года, чтобы уверенно зажигать кристаллы. Сейчас я думал о том, нужно ли торопить события и демонстрировать это умение сразу. Так я привлеку слишком много внимания, но если долго ждать, выгадывая подходящий момент, то старшие жрицы успеют испортить спину Беаты никчёмными символами. Не идти же мне к ней в комнату со словами: «Не позволяй старшим наносить тебе символы, иначе потом будешь жалеть». Надо искать к Беате подход через верховную, а для этого с ней нужно наладить хорошие отношения. Я ведь обязан ей символом чёрного солнца.
— Ты нас слушаешь? — прищурилась Дейри.
— Конечно, — закивал я. — Вы очень хорошо объясняете. Могу я попробовать?
— Эти кристаллы очень дорогие, чтобы пробовать, — она покачала головой. — Научись сначала концентрировать силу голоса в одной точке, а уже потом будешь тренироваться на кристаллах.
— Сестра, — Рейна коснулась её плеча. — А он знает молитвы? Без второй нам никак не обойтись.
Они посмотрели на меня вопросительно, на что я широко улыбнулся и мотнул головой. Послышался вздох, и они пустились в пространные объяснения того, что есть молитвы и как они проявляют силу голоса.
Возвращаясь к вопросу, что делать дальше, я думал о том, сколько у меня времени. Надо ещё каким-то образом выяснить у верховной, о каком храме говорила светлоликая и как туда попасть. Чтобы спасти родной мир, нужно хорошенько подготовиться.
— Тебе понятно, почему так важно направлять силу голоса в одну точку? — спросила Дейри.
— А о каком символе концентрации вы говорили? Я в книге читал, что такой символ позволяет управлять десятком потоков силы одновременно. К примеру, можно зажечь все кристаллы на этом столе разом.
— Нет, таких не бывает, — сказала Рена. — Символы позволяют лучше чувствовать голос, но не больше.
— Странно, — удивился я. — Как не бывает, если я о нём читал. В книге о символах.
Я наносил этот символ одним из последних, поэтому мало практиковался и очень поздно понял, насколько он нужный и полезный. В этот раз сделаю так, чтобы он встал рядом с чёрным солнцем. Если я прав, то тогда смогу управлять не одним, а сразу несколькими великими символами одновременно.
— Зажечь два кристалла — это как произнести два слова одновременно, — наставительно сказала Рена.
Я показал пальцем на кристаллы, лежащие на столе учителя. Один из них ярко вспыхнул и начал тускнеть, но не погас. Затем замерцал кристалл, лежащий рядом. Мерцание переросло в мягкое свечение, и почти сразу загорелся ещё один. Оказывается, зная принцип, можно контролировать аж три камня и без символа на спине. Четвёртый я осилить не смог, так как концентрация выскользнула, как скользкий угорь из рук.
— Ух ты, — тихо произнёс я, так как сёстры посмотрели на меня таким поражённым взглядом, что стало как-то не по себе. — Не думал, что получится с первого раза. Вы очень хорошо всё объясняете и…
Женщины подплыли ко мне, поднимая с лавки. Рена ловко распутала пояс, а Дейри уже стянула накидку с плеч, чтобы посмотреть на мою спину.
— Да нет там ничего, — попытался сказать я, но хватка у них такая, что не вырваться при всём желании. — Был бы у меня тот символ, я бы их все за один раз зажёг, наверное. Кстати, подарите кристалл, чтобы ночью светить. Удобная штука.
Дейри даже провела ладонью по моей спине, чтобы убедиться, что там действительно ничего нет.
— В какой книге ты читал об этом? — спросила Дейри.
— В книге парящих облаков, что хранится в кабинете верховной жрицы.
Сёстры переглянулись и отпустили меня, чтобы я смог вернуть одежду в прежний вид. И взгляд красноречивый, словно знали, что верховная что-то скрывает от них.
— Хотите, я для вас его перепишу, когда в следующий раз читать буду?
— Нет, не хотим, — хмуро ответила Рена, хотя взгляд говорил об обратном.
— Никто не узнает, — улыбнулся. — Давайте сделаем так, вы мне кристалл подарите, который ярко светит в темноте, а я для вас символ перепишу.
Они посмотрели на меня, затем переглянулись.
— Это секреты храма, — в итоге сказала Рена. — Нехорошо, когда их знает посторонний.
— Мне эту книгу сама верховная показывала, — я пожал плечами. — Только просила никому об этом не говорить.
— Нет, — последовал ещё один ответ, но очень неуверенный.
— Дело ваше, — я развёл руками. — Наставницы, а могу я вас попросить проводить к моей подруге? Верховная об этом не упоминала, но я приехал не один. Вроде бы её где-то в крыле послушниц разместили. Хочу её проведать. Мы же можем вместе на ужин пойти?
— Надо бы перерыв сделать, — согласилась Дейри.
— Только сначала зажги ещё раз пару кристаллов, и пойдём искать твою подругу, — добавила Рена.
— Без символа сложно, — я посмотрел на стол с кристаллами, зажигая три ближайших, как в прошлый раз. Поморщился, пытаясь сохранить концентрацию подольше, но продержался всего секунд десять.
С сёстрами мы провели в классе уже часа три, поэтому, когда вышли, солнце начало клониться к закату. Послушницы и младшие жрицы заканчивали работу в храме и спешили на ужин. Вечером им предстоял час занятий с наставницами, потом немного свободного времени перед сном. В храме всегда скучно, ничего не меняется годами, поэтому многие предпочитают гулять в саду или выходить на торговую площадь, чтобы со стороны посмотреть на городскую суету прилегающих к храму улиц. Раз в неделю девушкам разрешали посещать родных, живущих в городе, или встречаться с парнями. Потом старшим приходилось проводить воспитательную работу, публично наказывая тех, кто не умеет себя вести в городе. Меня первое время вообще не выпускали за пределы храма. Только когда я пообещал Беате, что сбегу, она разрешила гулять под присмотром кого-то из старших жриц.
Зои поселили в одной из дальних комнат на этаже послушниц. Интересно, как мне её навещать, если мне к этому крылу храма даже приближаться нельзя? Молодые девушки дами при виде старших наставниц разбегались в разные стороны, спеша спрятаться в своих комнатах. Просто вид у сестёр был такой, что я бы тоже сталкиваться с ними не рискнул. Об этом надо будет поговорить с верховной. Думаю, она пригласит меня на разговор уже сегодня, поэтому стоит поговорить с Зои и хорошенько подкрепиться.
⠀⠀
То же самое время, где-то в дальних помещениях храма дами
По пустому коридору неспешно шла пара пожилых старейшин, сопровождаемых юной послушницей, внучкой одного из них. Посещать храм в такое время им запрещалось, поэтому мужчины старались не привлекать внимание и выбрали самый тихий служебный коридор. Солнце неумолимо клонилось к закату, и жрицы спешили в трапезную, чтобы не только утолить голод, но и обсудить последние слухи.
— Сюда, — послушница указала на неприметную дверь и низко поклонилась.
Проходя в помещение, один из стариков погладил девушку по голове и улыбнулся. Он рассчитывал, что скоро она займёт высокое положение в иерархии храма. Помимо целеустремлённости, девушка обладала большим талантом. Её хвалили наставницы, ставя в пример сверстницам. Лишь одна молодая жрица своим духовным развитием затмевала достижения послушницы, но этого монстра никто всерьёз не сравнивал с обычными дами. Всего за год нахождения в храме она умудрилась стать младшей жрицей и прогрессировала невероятно стремительно.
Небольшое помещение, куда вошли старики, напоминало тихую комнату отдыха с удобными, мягкими стульями и широким окном, выходящим на запад. Здесь уже собралось несколько мужчин и женщин. Старейшины щеголяли в белых накидках с серыми узкими поясами. Женщины же носили более широкие пояса, насыщенного чёрного цвета и расшитые золотыми нитями.
— Прошу, главный старейшина, — одна из старших жриц сделала приглашающий жест к большому креслу, стоявшему во главе стола.
— Я уже слышал, что Тэя опять что-то учудила, — сказал он и недовольно поморщился. — Что на этот раз?
Мужчина сел, неспешно поправил наряд и посмотрел на собравшихся.
— Она привела в храм человека, — сказала одна из старших жриц.
— Зачем? — последовал лаконичный вопрос, так как жрица не спешила продолжать, считая уже сказанное большой проблемой.
— Мы не знаем, — ответила вторая, самая пожилая в храме. Старческие морщины покрывали некогда красивое лицо. Старейшина помнил её прекрасной и сильной женщиной, которая стремилась занять должность верховной жрицы, но так и не смогла.
— Верховная сказала, что он будет работать помощником хранителя книг в подвалах храма, — подсказала первая. — Это мальчишка лет тринадцати, может, четырнадцати, в одеждах гильдии Серебряной луны.
— Человек?
— Без сомнения, — кивнула пожилая жрица. — Но главное не это. Верховная клялась именем богини, что переоденет всех старших жриц в послушницы, если с ним что-нибудь случится. Прозвучала очень серьёзная клятва, поэтому я и решила, что она что-то задумала. Это совсем не простые угрозы. Если с мальчишкой действительно что-то случится, ей придётся либо уйти в изгнание, либо исполнить клятву.
— Среди старших жриц есть те, кто её поддерживает, — сказал пожилой старейшина. — Без поддержки она долго не протянет.
— Помните, она обещала перевернуть храм с ног на голову? — вставил более молодой старейшина. — Может, она всё же решилась на такой шаг. Устранит всех старших жриц и поставит на их место лояльных дами. Тогда старейшинам будет сложнее влиять на неё и на храм.
— Ты не видишь картину целиком, — не согласился главный старейшина. — Она сильна и одарена богиней, молода и наивна, но отнюдь не глупа. Назначить человека помощником хранителя книг — это может показаться странным поступком, но я вижу её насквозь. Тэя сделала это специально, чтобы мы начали действовать, и тогда у неё появится повод обвинить нас в чрезмерном вмешательстве в дела храма. Она никогда не откажется от тех, кто поддерживает её в совете старших жриц, и от доверенных хранителей. А вот вы уже трясётесь за свои места и скоро начнёте поступать опрометчиво и глупо. Запомните, нам не следует подыгрывать ей в этом спектакле. Не обращайте внимание на этого человека и её провокацию. В крайнем случае, можно встретиться с главой гильдии Серебряной луны и высказать ему наше недовольство.
— Да, я тоже так думаю, — сказала третья из старших жриц, молчавшая всё это время. — Пусть человек спускается в подвалы, если верховной так хочется. Нам нужно лишь запастись терпением, и когда он навлечёт на свою хозяйку большие проблемы, воспользоваться удобным случаем. Не будем же обращать на них внимания, но стоит проследить, чтобы с человеком ничего не случилось. Я уже поговорила с младшими жрицами, чтобы они избегали человека. Вы поговорите с послушницами и остальными, чтобы у Тэи не было возможности сместить всех нас. Скоро состоится совет храма, и тогда мы поднимем вопрос о том, что верховная даёт недопустимые в её положении клятвы. Она не имеет права ставить под угрозу благополучие храма, а без старших жриц храм придётся разгонять. Не думает же она, что справится со всем в одиночку?
На несколько минут в помещении повисла тишина. Все хотя и были согласны со старшей жрицей, но понимали, что верховная в своём праве. Если бы у старейшин была достойная кандидатура, они бы уже сместили своевольную и упрямую верховную жрицу.
— А что Беата? — спросил главный старейшина.
— Эта девчонка ещё хуже, чем Тэя, — поморщилась пожилая жрица. — Непослушная и неуправляемая. Единственное её достоинство — это целеустремлённость. Она хочет обогнать Тэю и отнять у неё статус самой молодой верховной жрицы. Можно сыграть на этом и помочь девочке. Но для этого нужно время, хотя бы несколько лет. Я поговорю с предыдущей хранительницей символов. У неё остались старые записи, и если сделать так, чтобы они попали в руки Беаты, девочка будет обязана нам.
— Тогда остановимся на этом, — сказал старейшина. — На игры Тэи не обращаем внимания и делаем вид, что ничего не произошло. То, что она делает сейчас, больше похоже на детские шалости, чтобы разозлить нас. Поэтому не перестарайтесь с упрёками во время следующего совета. Лучше сосредоточьте внимание на Беате. Когда она будет способна занять место верховной, тогда и мы будем думать, что делать дальше. Но если Тэя начнёт своевольничать ещё больше, сразу ставьте меня в известность. Тогда я уже буду говорить с хранителем рода.
— Так и поступим, — согласилась пожилая жрица, показывая мужчинам, что не только они имеют право решающего голоса.
Сейчас идея о том, чтобы поставить на место верховной молодую женщину, уже не казалась удачной ни жрицам, ни старейшинам. Они думали, что смогут давить на неё, направлять в нужную им сторону, пока она молода и наивна, но всё оказалось не так просто. Родители воспитали Тэю так, что давить на неё можно было только с позиции силы, а таковой старые жрицы похвастаться не могли. Но хуже всего, что храм сейчас находился в состоянии раскола. Если собравшиеся здесь винили в этом молодую верховную жрицу, то те, кто поддерживал её, винили как раз стариков, прозябающих в болоте устаревших традиций и ритуалов.
⠀⠀
Первый день в храме закончился необычно тихо. Мы с Зои провели вечер вместе, поужинали в трапезной для послушниц и погуляли в саду под присмотром одной из жриц. Немного удивляло то, что белоглазые женщины не пугали Зои, как и перспектива пожить какое-то время в маленькой келье. Она говорила, что это лучше, чем сидеть в подвале у Талчжу. На её месте я бы остался с кинийцами, если им действительно выделят большой дом. А ещё за ужином она ни разу не подняла тему возвращения домой и не просила, чтобы я как можно быстрее поговорил со жрицами насчёт её мира.
В отличие от Зои, меня поселили этажом выше, в скромную, но уютную комнату, рассчитанную на одного человека, точнее, дами. Крошечное окно выходило на сад и здания, где жили и работали мужчины. Лёжа на кровати, я долго не мог уснуть, глядя на ночное небо сквозь окно. Совсем не так представлял я себе возвращение в храм. Если честно, я почти ничего не знаю о том, что происходило в тёмном мире в то время, когда Беата была младшей жрицей. Она почему-то об этом вспоминала всегда неохотно, уходя от прямых ответов и меняя тему каждый раз, когда разговор заходил о предыдущей верховной жрице или обучении в храме.
Дами ничем не отличались от людей, когда вопрос заходил о том, чтобы занять высокую должность и зарабатывать как можно больше золота. Чем выше твоё положение, тем больше у тебя родственников, привыкших жить на широкую ногу. Старшие жрицы и старейшины пользуются богатством и авторитетом храма в своих целях, воруют, берут взятки и очень любят власть. В прошлый раз я попал в храм не в самое лучшее для него время. Всегда считалось, что дами — самые могущественные демоны в тёмном мире, но за многие века они почти полностью растеряли силу. Думаю, именно по этой самой причине лорд Талчжу осмелел настолько, что позволил себе играть с храмом в очень опасные игры.
Погрузившись не в самые приятные воспоминания, я не заметил, как уснул. Из-за всех этих мыслей мне снилось бескрайнее и тёмное болото. Я бесцельно брёл в темноте, увязая всё глубже. С каждым шагом вытаскивать ногу из тёмной воды становилось труднее, и очень скоро я начал тонуть. Когда вода сомкнулась над головой, кто-то больно толкнул меня в бок.
— Просыпайся, — послышался недовольный женский голос.
Видя, что я просыпаюсь неохотно, она потянула тонкое одеяло, в которое я завернулся, сбрасывая его на пол. Ночи в тёмном мире влажные и душные, а утро всегда холодное, поэтому, когда вспотеешь ночью, просыпаться неуютно. Потерев ушибленное плечо, я сел, хмуро и сонно глядя на немолодую и сердитую жрицу. В комнату заглянула ещё одна, помоложе, с любопытством посмотрев на меня. Я уже потянулся к силе, чтобы поучить их манерам, но запоздало вспомнил, что для этого не хватает символов на спине.
— Что вы от меня в такую рань хотите? — проворчал я, усаживаясь обратно на кровать и поднимая промокшее за ночь одеяло.
— Тебя ждёт верховная жрица, — женщина показала на серую одежду младшего старейшины, сложенную на единственном стуле. Отойдя в сторону, она пропустила в комнату Зои с маленьким ведёрком и полотенцами.
— Приведи себя в порядок, — добавила она властным тоном.
— Как скажете, — я замахал рукой, как бы говоря, что она может идти. Жрица даже опешила от такой наглости, не зная, что сказать. — Что, хотите посмотреть, как я моюсь?
Шумно выдохнув через нос, она развернулась и вышла из комнаты. Зои озадаченно проводила её взглядом, затем посмотрела на меня, показывая ведёрко.
— Я так и не поняла, что они хотят, — сказала она. — Мыть что-то надо?
— Не что-то, а кого-то, — вздохнул я, с силой проводя ладонью по лицу, прогоняя остатки сна. — Верховная хочет меня видеть. И раз тебя позвали, планируют что-то интересное.
— Меня позвали?
— Не в том смысле. Вода холодная?
— Ага, — Зои кивнула, опуская ведёрко передо мной. Показала на мокрое от пота одеяло. — Плохие сны?
— Не помню уже. Как у тебя дела?
Я взял жёсткое полотенце, смочил в холодной воде и принялся обтираться.
— Не думала, что девушки здесь встают так рано, — она улыбнулась. — Мы уже и позавтракать успели. Давай помогу. А купальни здесь есть?
— Для старших жриц и высокородных дами, — сказал я. — Проще в город ходить. Здесь недалеко есть отличные купальни. У послушниц и простых жриц денег всегда мало, но они копят, чтобы посетить это прекрасное заведение, купить масло для тела и волос. Потом важно ходят по коридорам храма и благоухают на зависть другим. У нас с тобой денег много и будет ещё больше, когда я смогу отсюда выходить. А пока мне придётся в тазике мыться. Послушницам в этом плане легче… в общем, увидишь всё сама.
— Ты же говорил, что женщины здесь умеют прислуживать, — хмыкнула Зои, вооружившись сухим полотенцем, но таким же колючим. — Что моя помощь тебе не понадобится. Думала, что тебя здесь встретят как императора или хотя бы кого-то из его близких родственников.
— Императора встретили бы не лучше, — не согласился я. — Разве что комнату выделили бы не такую маленькую. Да он бы и сам не пошёл сюда добровольно, так как прекрасно знает скверный характер местных жриц.
— Зачем тебе этот храм? Хочешь что-то украсть или вернуться домой с их помощью? Зеленоглазые демоны к тебе относились гораздо лучше. Мог бы с ними остаться. Просто… мне кажется, белоглазые женщины смотрят на тебя как-то недобро. Чувство такое, что замыслили тебя съесть. Сначала откормить, а потом сожрать.
— Не думай о плохом, — я встал, направился к одежде старейшины. — Они просто пока не знают, какое счастье попало к ним в руки. Ничего, очень скоро поймут, тогда и на руках носить будут и пылинки сдувать…
Я замер, так как Зои обняла меня сзади, стиснув так, что не вздохнуть. Чисто технически она тоже демон. Хотя выглядит как человек, но в физическом плане заметно сильнее. Я почувствовал, как она дрожит.
— Василий, только не оставляй меня, — тихо сказала она. — Мне очень, очень страшно.
— Ты чего так внезапно решила расклеиться? — спросил я. Пришлось постараться, чтобы освободиться и повернуться к ней. Протянув руку, большим пальцем стёр слезинку, побежавшую у неё по щеке. — Всё будет хорошо. Не сразу, но обязательно. Если тебя кто-то обидел, сразу говори, я с ними сегодня же разберусь.
— Мне всю ночь снилось, как они меня едят. Смотрят белыми глазами и едят, а я ещё живая.
— Это всё из-за духоты и влажности, — ободряюще улыбнулся я, осторожно погладив её по голове. — Скоро уже сезон дождей. Мне тоже первое время кошмары снились.
Я посмотрел в сторону двери, чувствуя, что в коридоре нетерпеливо топталась одна из жриц. Если не успею переодеться, то потащат в одной набедренной повязке.
— Всё будет хорошо, — повторил я.
Всё-таки кто-то из жриц утром успел напугать девушку. Догадываюсь, что находиться в обществе не самых дружелюбных демонов и при этом не знать их языка — это очень тяжело. А дами на тебя действительно смотрят так, словно думают, как лучше разделать и сожрать. Есть у Зои черта, присущая всем благородным особам — смотреть прямо в глаза собеседнику и окружающим, даже если они демоны. Жриц дами подобное всегда выводило из себя.
Зои вроде бы немного успокоилась и взяла себя в руки. Смутилась из-за секундной слабости, даже хотела что-то сказать, но в последний момент передумала. Я едва успел переодеться, как вернулась та самая старшая жрица, что будила меня. Осмотрев с ног до головы, пришла к выводу, что я выгляжу достаточно хорошо, чтобы предстать перед верховной, и приказала следовать за ней.
— Меня зовут Карна, — представилась жрица, важно шествуя по этажу, провожаемая взглядами молодых женщин. — Хранительница Карна или госпожа Карна.
— Василий, — ответил я. — А Вы хранительница чего?
— Символов.
Хранительница символов — высокая и уважаемая должность в храме. При Беате эту должность занимала совсем другая женщина, что не удивительно. Любая верховная будет ставить на эту должность только самую доверенную дами. И неважно, если та будет разбираться в символах хотя только на базовом уровне. Хранительница Беаты, к слову, с символами была знакома только формально. Она больше времени уделяла административной работе, хотя женщиной была не глупой и талантливой. Сейчас она должна быть среди молодых жриц. Может, в скором времени её назначат наставницей Беаты, и дальше они будут идти вместе.
Думая над тем, что надо бы найти будущую помощницу Беаты, я прозевал момент, когда мы оказались у лестницы на этаж верховной жрицы. Выше находились её личные покои, комнаты отдыха и медитаций. Никто в здравом уме не станет беспокоить её на этом этаже, кроме хранительницы.
— Головой не крути, — строго сказала Карна. — И молчи, пока верховная с тобой сама не заговорит.
Оглянувшись, она бросила взгляд на одну из старших жриц, то ли следившую за нами, то ли просто случайно оказавшуюся поблизости. Не дав той возможности подойти и поздороваться, Карна начала подниматься по лестнице. Я же, напротив, улыбнулся и помахал рукой любопытной женщине и только после этого поспешил следом за хранительницей.
Оказывается, десять лет назад в храме было довольно много жриц, о которых я ничего не знаю. Той, что следила за нами, было около тридцати пяти лет, и я должен был её застать. Быть старшей жрицей в этом возрасте — большое достижение, что же случилось, что она внезапно исчезла?
«Знал бы, что так произойдёт, не слез бы с Беаты, пока не выведал всё о прошлом», — тайком вздохнул я.
Этаж верховной жрицы был небольшим, всего на шесть помещений. Вид на город отсюда открывался изумительный, особенно с южного балкона. Мы прошли в одну из гостиных, в светлое помещение с мягким диваном, кушеткой и чайным столиком. Беата любила читать книги в тишине и часто уединялась здесь, хотя были помещения и получше. Как раз сейчас госпожа Тэя читала книгу, сидя на кушетке, демонстрируя нам босые до щиколоток ножки. Хранительница на подобное посмотрела неодобрительно, но говорить ничего не стала.
— Карна, ты всё приготовила? — не отрываясь от чтения, спросила Тэя.
— Всё готово, госпожа, — коротко поклонилась хранительница.
— Неси всё сюда.
— Но…
— Сюда, — повторила верховная, добавив в голос властных ноток.
— Как прикажете, — Карна кивнула и поспешила выйти из комнаты.
— Проходи, Василий, — Тэя отложила книгу и посмотрела на меня. — Мог бы сразу сказать, что умеешь направлять силу голоса в кристаллы.
— Вы меня переоцениваете, — произнёс я как можно более скромно.
— Исходя из того, что я успела увидеть, вряд ли, — она холодно улыбнулась. — Так и не скажешь, кто отдал тебе символ чёрного солнца?
— Всё ещё не понимаю, о чём вы говорите.
— А я не понимаю, зачем ты всё усложняешь.
Повисла небольшая пауза. Тэя просто смотрела на меня, а я на неё. Высокородную дами всегда выделяет взгляд. Белая радужка без единого тёмного пятна. Порой кажется, что такие глаза способны светиться в темноте, как у кошек, но это не так. Ночью дами видят ненамного лучше людей. Ещё надо сказать, что Тэя — привлекательная женщина, даже красивее Беаты, если оценивать лишь внешние данные. Правильные черты лица, мягкие изгибы бровей. Картину портил только холодный взгляд, словно она смотрела на тебя через кристалл, не выпуская наружу ни одной эмоции. Там, в подземелье, когда она отдала мне чёрное солнце, её взгляд был более тёплым и глубоким.
— Или ты думаешь, что я слишком молода для верховной жрицы? — теперь голос Тэи звучал с угрозой.
— Ни в коем случае, — быстро сказал я, так как пространство вокруг начало наполняться силой. — Уверен, что такое высокое положение зависит не от возраста или родословной.
Снова повисла пауза. Тэя смотрела на меня так, что хотелось плюнуть на всё и просто рассказать правду. Едва удержался, даже жарко стало немного.
— Ты мне врёшь, а я этого не люблю, — произнесла она, прожигая во мне взглядом дыру. — Давай заключим небольшую сделку. Ты ответишь всего на один вопрос, а я разрешу и дальше морочить мне и окружающим голову. Но если планируешь меня обмануть, то лучше не соглашайся на сделку и иди, занимайся своими делами. В моём храме огромное хранилище старых и пыльных книг, если они тебе любопытны, читай сколько влезет. Я даже могу выделить тебе комнату рядом с хранилищем, чтобы не ходить каждый день через весь храм.
— Я согласен, — осторожно сказал я. — Мне скрывать особо нечего.
— Уверен? — её взгляд из угрожающего на секунду стал лукавым. — Соврёшь мне — я тебя убью. Я вижу, что ты это заметил.
Тэя обвела помещение взглядом, имея в виду разлитую вокруг силу. Беата как-то упоминала, что если ты талантлив, то можно почувствовать, когда тебе врут. Дами ведь говорят на языке магии, даже когда просто беседуют друг с другом. При этом она сокрушалась, что подобного не умеет, и приходится старейшин и жриц просто запугивать, чтобы не смели обманывать.
— Спрашивайте, — сказал я как можно более спокойно, не совсем понимая, что от меня хочет верховная жрица. Если угрожать, то это можно делать и по-другому, гораздо более эффектно.
— Насколько хорошо ты разбираешься в символах дами? — спросила она и улыбнулась, видя мой озадаченный взгляд. — Ты прав, мне до сих пор любопытно, кто отдал тебе символ чёрного солнца, но это может подождать.
Я на минуту задумался, глядя на верховную жрицу. Была бы на её месте Беата, она бы уже схватила меня за грудки и трясла до тех пор, пока у меня голова не отвалилась, либо пока я не рассказал всё, что знаю.
— Будь у вас на спине свободное место, то я бы мог прямо сейчас нанести символ разрушения, который требует шесть лучей чёрного солнца, чтобы полностью раскрыть себя. При этом не знаю, насколько сильным может стать владелец символа — не представилась ещё возможность посмотреть. В книге написано, что сила будет сопоставима с божественной. Если спускаться с недосягаемых небес на землю, то я могу нанести около десятка символов для одного или двух лучей чёрного солнца, каждый из которых гораздо могущественней, чем парящие облака в их завершённом виде. А ещё я знаю символ, делающий владельца неуязвимым к таким слабым умениям, как те самые парящие облака или каменные колонны.
Тэя улыбнулась, показала пальчиком на свободный стул и место рядом с кушеткой.
— Как тебе спалось в храме? — спросила она как ни в чём не бывало. — Жрицы не доставляли проблем?
— Нет, всё отлично.
— А что за девушка пришла с тобой? У неё необычная внешность.
— Выкупил её у лорда Талчжу, — признался я. — Она из другого мира пришла, поэтому ни на одном из местных языков не говорит. Хочу попросить, чтобы её поселили в соседнюю с моей комнату, чтобы не доставляла вам проблем.
— Да, вчера наставница послушниц жаловалась на неё, — кивнула верховная. — Я подумаю над твоей просьбой.
— Спасибо. Я обещал помочь найти разлом в её мир. А из-за необычной внешности боюсь оставить одну, сожрут ведь. И сейчас я говорю абсолютную правду.
Во взгляде верховной мелькнуло что-то странное, возможно, скрытая улыбка. Она сделала жест пальцем, как бы показывая, чтобы я отвернулся к окну. Пока я наблюдал за пасмурным утренним небом, сзади послышался шорох одежды.
— Посмотри, — сказала Тэя.
Верховная жрица спустила накидку и платье так, чтобы оголить спину. Одной рукой поддерживая одежду у груди, второй она убрала длинные волосы. Жест настолько соблазнительный, что у меня даже во рту немного пересохло. Но это быстро прошло, так как намётанным глазом я выхватил символ чёрного солнца пока ещё с семью лучами, парящие облака и каменные колонны, стоявшие так же близко друг к другу, как и у Беаты. Разницы с тем, что я когда-то видел, почти не видно.
— Вы только недавно стали верховной жрицей? — спросил я.
— Минул только один сезон дождей, — она кивнула. — Что скажешь? Всё действительно очень плохо?
— Хорошего мало, — задумчиво сказал я, изучая узоры. — Я бы даже сказал, что всё настолько плохо, насколько может быть.
— Но?.. — она слегка повернулась, чтобы бросить на меня взгляд.
— Но кое-что можно сделать, — вздохнул я. — Только прошу, не говорите об этом никому.
— Само собой, — ответила она отворачиваясь. — Старейшины и старшие жрицы не рады, что я стала верховной. Не рады настолько, что планируют от меня избавиться. И ты станешь их целью, если они узнают, что можешь сделать меня сильнее.
— Всё так плохо? — повторил я её вопрос, даже тон получился похожим.
— Хорошего мало, — передразнила она меня. — Но если перестанешь хвастаться всем подряд, у нас есть шанс побороться с ними…
Со стороны двери кто-то ахнул, словно привидение увидел. Мы одновременно посмотрели на вернувшуюся хранительницу. Она держала в руках большую шкатулку, богато украшенную резьбой и золотом.
— Госпожа Тэя, — произнесла она так, словно я собираюсь наброситься на верховную жрицу.
— Оставь всё на столе и ступай, — сказала Тэя спокойным голосом.
— Но госпожа…
Магия, витавшая в воздухе, немного потяжелела, отчего я неуютно заёрзал на стуле. Хранительница это тоже почувствовала, поэтому быстро прошла к столу, осторожно опустила на неё шкатулку и бросила на начальницу умоляющий взгляд. Не увидев поддержки и понимания, она едва заметно вздохнула и неохотно покинула комнату.
Встав, я быстро прошёл к столу, заглянул в шкатулку. Внутри лежали знакомые иглы из золота и редкого белого металла. Когда их смешивали, то получали хрупкий, но очень твёрдый сплав. Если всё сделать правильно, то такие иглы почти не тупились и работать ими было одно удовольствие. Хранительница успела подготовить склянку с чернилами. Не поскупилась и сделала столько, что можно было десяток символов нанести, а ведь чернила быстро портятся.
«Значит, были уверены, что я смогу нанести нужный символ уже сегодня», — подумал я, окуная иголку в чернила. Слегка размешав содержимое склянки, достал иголку, посмотрел на насыщенный цвет капельки чернил, затем зажёг небольшой огонёк, ярко вспыхнувший и поглотивший всё без остатка.
— Ты и демонический огонь способен создавать? — пытаясь скрыть удивление, спросила Тэя. — Кто, отец или мама были из рода дами?
— Отец у меня человек, без вариантов, — улыбнулся я. — А маму я не помню, она умерла, когда я был маленьким. Но на фотографиях у неё зелёные глаза.
В языке дами не было слово «фотография», поэтому я произнёс его как «картина».
— Картины можно подделать, — сказала Тэя.
Вернувшись к стулу, я ещё раз оглядел спину верховной жрицы.
— Чтобы старейшины доставляли Вам меньше проблем, я нанесу все нужные символы сейчас. Парящие облака лягут без потери качества, но места для великих символов осталось мало. Один хорошо ляжет на левое плечо, но придётся сместить его на ключицу. Зато лучик чёрного солнца пойдёт именно туда, когда появится. Второй великий символ можно расположить в нижней части спины, тоже слева. И пока он, как и верхний, не получит лучик солнца, больше к Вашей спине лучше не прикасаться.
— Что это за символы?
— Атакующий и защитный. Когда чёрное солнце полностью раскроет их потенциал, Вы станете невероятно сильной.
— Расскажи о символе разрушения, которому нужно аж шесть лучей.
— Я сейчас коснусь вашей спины, начну размечать контур облака, — предупредил я.
Осторожно протянув руку, я коснулся нежной кожи Тэи, чуть выше чёрного солнца. Сел удобнее, выбирая иглу для контуров.
— Символ разрушения? — повторила она после короткого молчания.
Едва я сел за работу, Тэя использовала разлитую в помещении магию, чтобы подпереть дверь в комнату. Если в такой момент нас кто-нибудь застукает, то меня точно прибьют. Касаться спины верховной жрицы было строжайше запрещено. Это было что-то сродни табу. Если любого, посмотревшего на спину, ждала неминуемая немедленная смерть, то коснувшийся так легко не отделается. Надеюсь, что Тэя доверяет хранительнице.
Я почему-то думал, что верховной понадобится больше времени, чтобы морально подготовиться. Беата две недели ходила злая, пугая жриц, когда раздумывала над тем, могу ли я увидеть её спину или нет. Она даже пристукнула одного из старейшин, неудачно подвернувшегося под руку. Выходит, что обстановка в храме или вокруг него сейчас действительно крайне плачевная, раз Тэя подпустила к себе человека, пришедшего в храм буквально вчера. Даже я к своей спине так просто никого не подпущу, а для неё это во много раз тяжелее. Остаётся только завидовать и восхищаться её выдержкой и силой характера.
— Чтобы символ разрушения работал, нужны вспомогательные руны, а для них не осталось места, — неохотно сказал я. — А ещё для них нужны четыре луча чёрного солнца, что очень расточительно. Наносить его можно только на спине, чтобы с солнцем была крепкая и прочная связь. Ко всему прочему нужно легко произносить слова шестой молитвы, чтобы активировать его. Сложно выбрать между шестью символами и одним. В первом случае ты будешь чуть слабее, но более универсальным в бою. Во втором — более сильным и сможешь победить даже бога, если столкнуться с ним лицом к лицу.
— Что бы ты выбрал? — спросила Тэя.
— Первый вариант. Я живу среди смертных и не собираюсь становиться убийцей богов. Что, если врагов много, а ты можешь сделать только один, пусть и очень сильный удар?
Снова повисло молчание. Лишь изредка слышался звон иголки, касающейся края чернильницы. Кропотливая работа, когда нужно быть максимально сосредоточенным, всегда пролетает быстро. С облаками и защитным символом я возился часа три, не меньше. Погода за окном хмурилась, лёгкий дождь успел начаться и закончится, отчего воздух стал неприятно влажным.
Добравшись до вершины плеча, я остановился.
— Перерыв пару минут, — я потянулся до хруста в суставах. — Пальцы затекли. Будьте осторожнее с символами облаков. Теперь им лучше не открывать двери и окна, а глупых демонов бить только в том случае, если хотите пришибить с одного удара. Стать сразу на два порядка сильнее — это хорошо, но нужно научиться эту силу контролировать. Что касается защитного символа, то он уже работает и будет мешать всем, кто попытается использовать против Вас направленную магию. А когда до символа доберётся чёрное солнце, то никто просто не сможет применить против Вас силу. Нельзя будет схватить, поразить молнией или мечом. Он сделает вас практически неуязвимой, поэтому никому о нём не говорите.
— Ты можешь записать этот символ на бумагу?
— Он очень подробно расписан в одной книге, которая наверняка хранится в библиотеке храма. Я найду её для вас и переведу. Могу, конечно, и по памяти всё сделать, но вряд ли у Вас каждая вторая жрица имеет на спине символ чёрного солнца. А без него защита не так эффективна. Есть аналоги гораздо проще и не такие требовательные к владельцу.
— Значит, моему чёрному солнцу нужны ещё два луча? — задумчиво произнесла Тэя. — Они могут и не появиться никогда.
— У Вас огромный потенциал, — я добавил в голос уверенности. — Не сомневайтесь, чёрное солнце на Вашей спине способно и на большее.
— Знаешь, для парня четырнадцати лет ты слишком умный, — она повернулась, придерживая платье у груди. Но даже от вида ключиц и очень соблазнительной впадинки у меня кровь прильнула к щекам.
Видя моё смущение, она улыбнулась:
— Справишься с последней частью?
Тэя провела пальчиком по ключице к плечу, немного покрасневшему от нанесённого символа. Рисунок уже начал припухать и наверняка горел так, что на стенку хотелось лезть. Они ведь использовали очень чистую кровь демона. Будь на её месте простая жрица, не уверен, что она была бы ещё жива.
— Справлюсь, — решительно кивнул я, разминая пальцы. Неуютно, когда на тебя пристально смотрят во время работы. Поняв, что меня смущает, Тэя довольно улыбнулась, но голову повернула в сторону книжной полки. — Я же предупреждал…
Невидимая сила с хрустом раздавила громоздкое кресло о стену как раз под книжной полкой. Хорошо, что каменные стены здесь достаточно толстые, а то появилась бы ещё одна дверь в помещение.
— И что, атакующий символ будет сильнее этого? — спросила она, словно ничего и не произошло.
— Нет, в физическом плане с облаками ничего не сравнится, — сказал я, не зная, как бы положить левую руку так, чтобы было удобно работать. — Но от великого символа защититься гораздо труднее.
— Расслабься, — сказала Тэя, даже не глядя на меня. — Я тебя не укушу.
— Знаете, мне это сейчас очень напоминает общение самки и самца богомолов.
— Поясни, — она бросила на меня косой взгляд, обещающий стукнуть, если я скажу что-нибудь скабрезное.
— В том смысле, что сразу после… брачных игр самка откусывает избраннику голову.
Тэя посмотрела на меня, затем рассмеялась, едва не потеряв платье, прижимаемое к груди. Пришлось подождать, пока она успокоится, и пару раз глубоко вздохнёт.
— Ты слишком молод, — загадочно улыбнулась она. — Но это поправимо, в отличие от символов на моей спине. Не бойся, голову я тебе отрывать не стану. Не сегодня.
⠀⠀
⠀⠀
— Спасибо, успокоили, — ехидно отозвался я и показал взглядом на рисунки, выглядывающие из-за плеча. — Ещё час, как минимум. В общем, насчёт этого символа. Он не такой грубый, как облака, но крайне эффективен в сражении с одарёнными…
Я настроился на рабочий лад, положил ладонь на её оголённое плечо. Кожа у молодой женщины уже горела, значит, стоило торопиться. Обругав себя за спешку, я принялся быстро наносить контур. Нужно было ограничиться всего одним великим символом, а второй нанести недели через две. Но прерываться было поздно, так как половина второго рисунка была уже готова.
⠀⠀
Тэя, верховная жрица дами, два часа после полудня
— Готово, — Василий рукавом вытер пот со лба, всё ещё сжимая в пальцах иголку для нанесения символов. Учитывая, сколько работал и как много символов нанёс, он почти не испачкал чернилами пальцы. К тому же, чтобы так ловко управляться с третьей, особой иголкой, нужно было долго упражняться и обладать огромным терпением и усидчивостью.
Тэя опустила взгляд на ключицу, разглядывая вытянутый узор, напоминавший лезвие кинжала. Из того, что она могла видеть собственными глазами, молодой парень аккуратно наносил символы не только на бумагу. Хранительнице стоило бы поучиться у него.
— Нужно обработать кожу, чтобы не воспалилась.
— Карна всё сделает, — сказала верховная жрица, рассеивая силу в помещении и открывая дверь. Она не хотела показывать слабость, хотя всё тело горело, а знаки болели так, словно их прижигали горячим железом. — Можешь идти отдыхать. Ты ведь ещё не обедал.
— И даже не завтракал, — Василий аккуратно протёр иглы и сложил их обратно в шкатулку, кроме последней, с которой дольше всего работал. — Можно я возьму ненадолго? И ещё чернила заберу. Всё равно испортятся завтра.
— Бери, — согласилась Тэя. — Только рассчитывай силу чернил.
— Само собой.
В это самое время в комнату вошла упомянутая хранительница, неся в руках поднос с медными чашками и чайником. Василий успел спрятать иголку и чернила за поясом, поэтому довольно улыбался. Было видно, что он устал, осторожно касаясь пальца, где натёр кожу до волдыря.
— Пусть Эва проводит Василия, — сказала верховная жрица, чувствуя наставницу послушниц в коридоре.
— Конечно, — Карна опустила на стол поднос и поспешила увести парня.
Тэя же повалилась на кушетку, чувствуя, что силы её покидают. Мысли разбежались в разные стороны, и она начала проваливаться в сон, но что-то прохладное коснулась её плеча, там, где символы горели больнее всего.
— Вы слишком торопитесь, госпожа Тэя, — говорила Карна, протирая символы особым отваром, снимающим боль и воспаление. — Я не вижу, чтобы он что-то испортил, но эти символы на плече выглядят подозрительно.
— Она испортила мальчишку, — сказала Тэя, закрыв глаза.
— Кто?
— Думаю, что верховная жрица другого храма, у которой он учился. Она не оставила в нём ни капли страха.
— Он был груб? Мне его наказать?
— Нет, ни в коем случае, — Тэя хотела подняться, но хранительница удержала её. — Пусть делает что хочет. Оно горит, Карна, нет сил терпеть…
Тэя застонала с силой зажмурившись.
— Сейчас всё пройдёт, — хранительница ещё раз обмакнула тряпочку в отвар и принялась протирать покрасневшую кожу. — Ваше тело сопротивляется, чувствуя сильную кровь демона.
— Чёрное солнце горит, — повторила Тэя, не слыша, что говорит её старая наставница, — словно чувствует новые символы. Оно их хочет…
Опаляющий жар накатил на верховную жрицу с новой силой, и она провалилась в беспокойный сон.
⠀⠀
Изрядно уставший, но довольный проделанной работой, я добрёл до кровати. Старшая жрица куда-то сильно торопилась и не бежала по коридорам только из-за высокого положения. Она даже не стала провожать меня до самой двери, молча сбежав, едва мы дошли до нужного коридора. Но я на это не обратил внимания, думая о том, что делать дальше. Если бы верховная жрица Тэя не почувствовала чёрное солнце, то я бы сейчас только добрался до библиотеки и знакомился с угрюмым хранителем. Пришлось бы изображать кипучую деятельность и откапывать из-под толстого слоя пыли старые книги. Может, такая спешка и к лучшему. Насколько я понял, Тэя сейчас наставница Беаты, и лучшего способа нам сблизиться не найти.
— Василий? — в комнату без стука вошла Дейри, одна из жриц, с которыми я вчера учился зажигать светящиеся кристаллы. Она придержала дверь, пропуская в комнату сестру. Рена благодарно кивнула, сказав что-то одними губами.
— Наставницы? — удивился я, усаживаясь на кровать.
— У нас сегодня занятие, ты не забыл? — спросила Дейри.
— Должно было начаться сразу после обеда, — подтвердила Рена, демонстрируя глубокую миску и кувшин. — Мы узнали, что ты сегодня не заходил в трапезную.
— Точно, — кивнул я. — Забыл. Мы сегодня с верховной жрицей переводили книгу с великими символами и немного увлеклись. Оказывается, там столько всего интересного написано.
Сёстры уже знали, что я могу читать на древнем языке, поэтому верховная и пригласила меня в храм. Рена поискала взглядом, куда можно было поставить миску, и нахмурилась. Ну да, комната мне досталась без письменного стола. За мебель можно было принять только длинный сундук и стул рядом с окном. В итоге, миску она поставила на подоконник. Я успел заметить, что мне принесли кусочки тушёной курицы со сладкими овощами. А так как по комнате сразу поплыл приятный аромат, от которого побежали слюнки, то это наверняка блюдо из трапезной старших жриц. Только для них в пищу добавляли дорогие специи, острые и пряные. Следом на подоконник поставили кувшинчик со сладким ягодным компотом, обожаемым всеми жрицами храма без исключения.
Поставив еду, старшие жрицы переглянулись и подошли ближе к кровати, едва не нависая надо мной. Посмотрели сверху вниз.
— Ты вчера говорил о кристаллах, — начала Рена. — Они очень редкие, и самый дешёвый стоит около двадцати золотых монет. Храм не может позволить себе тратить столько золота, чтобы у каждой жрицы был свой кристалл. Но мы с Дейри подумали, что тебе нужно больше тренироваться…
— Да, — подхватила Дейри, так как сестра слегка замялась, подыскивая подходящие слова. — Талант нужно развивать. Не каждая жрица в храме может так легко зажигать кристаллы…
Они снова переглянулись, словно обменивались мыслями. Рена распустила шнурок небольшого тряпичного кошелька, висевшего на поясе, и протянула мне.
— И это вовсе не из-за того, что ты предлагал в обмен символы из книги верховной жрицы, — сказала Рена.
— Всё верно, — кивнула её сестра, — совсем не из-за символов и книги. Мы просто хотели поддержать талантливого парня. У жриц… точнее, у талантливой молодёжи в храме должен быть наставник, без этого никак, и мы хотели предложить тебе стать нашим учеником.
— Мужчинам в храме живётся непросто, — продолжила Рена. — Но если мы будем наставницами, то младшие жрицы побоятся тебя задирать.
Проще смутить каменную дверь в храме, чем старших жриц, но сейчас сёстры старательно прятали волнение, глядя на меня. Я развязал мешочек и вытряхнул на ладонь большой кристалл. Думаю, что этот образец стоит гораздо больше, чем упомянутые двадцать золотых монет. Большие кристаллы гораздо требовательны к владельцу, но и светили не в пример ярче мелких собратьев.
— Спасибо большое, наставницы, — улыбнулся я им. — Теперь я смогу больше тренироваться.
— Не переусердствуй и не сломай его, — предупредила Рена. Глазки у неё сверкнули в предвкушении.
— А вы не слишком поспешили? Ведь я только вчера пришёл в храм, а вы уже хотите стать моими наставницами.
— Не думай об этом, — сказала Дейри. — Верховная жрица тебе благоволит и назначила на высокую должность помощника хранителя, поэтому мы и не сомневаемся.
— Тогда у меня есть для наставниц ответный подарок. Мы с верховной жрицей перевели почти всю книгу с символами, и я нашёл два особых, которые подойдут вам больше всего. Это контроль и сила. С ними вы легко сможете зажигать одновременно по десять кристаллов. А символ могущества, который я нашёл, впечатлил даже госпожу Тэю. Она приказала нанести его себе на спину как можно скорее. Едва не поругалась из-за этого с хранительницей символов.
— Да? — Рена задумалась. — И ты его запомнил?
— Обижаете. У меня исключительная память на всё прочитанное. Была бы здесь бумага и перо, я бы нарисовал его.
— Одного рисунка мало, — наставительно сказала Дейри мне, затем посмотрела на сестру, как будто они об этом спорили недавно.
— Конечно, недостаточно, — согласился я. — Нужны ключи, чтобы правильно активировать символ. Ну, и хорошие чернила, насыщенные богатой кровью могущественного демона, тоже не помешают. В этих символах совсем немного ключевых точек, я их все запомнил, не переживайте.
— Ты уверен, что сможешь его нарисовать правильно? — спросила Рена.
— Уже нарисовал, и верховная жрица меня хвалила. Сказала, что как только старшие жрицы узнают, какой это могущественный символ, то они устроят кулачные поединки за право обладать таким же.
Сёстры задумались, отошли к двери и зашептались. Я же прошёл к окну за тарелкой и уселся на стул, решив пообедать, так как потом не будет времени. Жаркое из курицы оказалось изумительно вкусным, пряным и немного сладким из-за овощей. Расправился с ним за пару минут, пока Рена и Дейри отчаянно спорили о чём-то.
— Как насчёт учебной комнаты? — спросил я, облизывая деревянную ложку. — Кто из жриц в здравом уме решит перед ужином пойти туда? Это же скучнейшее… точнее — этому так сложно учиться, что жрицы боятся туда идти. Там нам никто не помешает. Я нарисую символ, расскажу про ключевые точки, а там уже сами решайте, нужен он вам или нет.
— Добром это не кончится, — сказала Дейри.
— Если вы не будете трепать языком, — парировала её сестра и посмотрела на меня.
— Нем как эта курочка, — я показал на последний кусочек в тарелке. — Спасибо за угощение, было очень вкусно.
Женщины снова зашептались, но я смог расслышать только отдельные слова. В итоге, они пришли к мысли, что и сами достаточно опытны в нанесении символов, чтобы посвящать в этот секрет ещё кого-то. Они ведь обучают умению вливать силу в предмет, а значит, с ключевыми точками символов работают лучше других.
Не прошло и нескольких минут, а мы уже шли по коридору, огибая храм по кругу, чтобы выйти к молитвенным комнатам и учебным классам. Как я говорил, по собственному желанию молодые жрицы и послушницы ни за что не пойдут в это крыло храма. К тому же до ужина они будут заняты работой и уборкой. Почти весь путь мы прошли, не привлекая внимания, но у самых классов нам навстречу вышла старшая жрица, носившая на груди связку серебряных ключей в большом кольце. Конкретно эту женщину я не знал, так как хранительницей кладовых при Беате была совсем другая старшая жрица.
Здесь нужно сказать пару слов о хранительнице кладовых. Она отвечала за хранение почти всего, что храм покупал, начиная от ткани, из которой шили наряды жриц, и заканчивая овощами для трапезной. Живущим в храме женщинам всегда что-то нужно. Немного ткани, нитки, иголки, кожаные шнурки для ремонта сандалий, корешки для отвара от простуды и прочее, прочее. С этими вопросами шли именно к ней, оставляя серебро в виде взяток или оказывая ответные услуги. Никто в храме не будет ссориться с хранительницей кладовых, потому как твоя жизнь после этого может стать очень тяжёлой.
Вышедшая нам навстречу хранительница выглядела лет на сорок пять, почти как строгая учительница, только скушавшая лимон.
— Уважаемая хранительница Серна, — сёстры склонили голову в знак приветствия, хотя были равны ей по положению в храме, и это было совсем необязательно.
— Наставницы Рена, Дейри, — Серна едва заметно кивнула. — Я как раз искала вас. Вы сейчас заняты?
— У нас учебное занятие, — быстро нашлась Рена, положив ладонь на моё плечо.
Серна на меня даже не посмотрела.
— Я хотела предупредить вас, что госпожа Тэя приказала использовать последний кристалл крови большого змея, — сказала хранительница кладовых. — Его ещё утром забрали из сокровищницы. Кристалл покупали через мою семью, и я помню, насколько большим он был. Его должно хватить минимум на десять символов. Сейчас начнётся голосование за то, кто получит символы из оставшихся чернил.
— Спасибо, что предупредили, — благодарно склонила голову Рена. — Но у нас распоряжение от самой госпожи Тэи, чтобы мы занимались с Василием.
— Понимаю, — сказала Серна. — Я могу поддержать вас во время голосования, ведь наши семьи давно знакомы. Легко смогу убедить старших жриц, чтобы вы получили по одному символу.
— Большое спасибо, хранительница Серна, но мы уже получили по символу совсем недавно, — улыбнулась Рена, слегка стиснув моё плечо. — Мы не можем идти вперёд старших.
— Но мы очень благодарны Вам за предложение, — добавила Дейри.
— Чернила такого качества появятся ещё не скоро, — хранительница посмотрела на сестёр как на маленьких девочек, которым требовалось разжёвывать простые в понимании вещи. — Подумайте как следует. С помощью них можно нанести даже парящие облака. Вы ведь хотели получить их. Карна должна мне услугу, и я могу попросить её о трёх облаках, если вы понимаете, о чём я.
Надо сказать, что это предложение сестёр проняло. Получить три облака могла только верховная жрица, но я более чем уверен, что среди старых жаб есть такие, кто носит этот символ тайком. Вряд ли хранительница кладовых была так щедра и любила сестёр, в отличие от неё не имеющих знатного происхождения. Боюсь представить, что она может попросить взамен этой услуги. Тут надо десять раз подумать, прежде чем давать ответ.
— У нас есть время подумать? — спросила Рена, словно читая мои мысли. — Мы обещали верховной, что научим этого мужчину вливать силу в кристаллы, а это не так просто.
— Пустые занятия, — пренебрежительно изогнула бровь Серна, всё ещё продолжая игнорировать меня. Даже ни разу не взглянула. Дэйри положила мне ладонь на макушку, немного наклоняя голову, чтобы не пялился на старшую жрицу. — Найдите меня сегодня до вечерней молитвы. Такая удача выпадает крайне редко. Кто знает, когда в храме в следующий раз появится кровь великого змея. Сейчас у нас нет денег, чтобы купить нечто подобное.
Едва заметно кивнув, она поспешила к главной лестнице, боясь опоздать на раздачу символов.
— Высокомерная и двуличная… — начала было Рена, но сестра успела ткнуть её пальцем в бок, показывая на меня взглядом. Рена посмотрела на меня и тихо вздохнула. — В здравом уме она никогда бы не стала делиться с нами чернилами для символов. Никогда. Только если не подмешает в них яд. Ну что ты сердишься? Наш ученик должен знать, что от этой женщины стоит держаться подальше.
— Раз надо, буду обходить стороной, — быстро закивал я, пряча улыбку.
— Серна была одной из тех, кто голосовал против госпожи Тэи, когда решался вопрос новой верховной жрицы, — пояснила Дейри.
— В какой-то мере вы должны быть ей благодарны, — я слегка подтолкнул сестёр в сторону учебного класса. — Чем меньше вам досталось слабых и никчёмных символов, тем больше места для могущественных и полезных. Зачем вам парящие облака? Есть символы гораздо сильнее. Или у вас есть чёрное солнце, как у госпожи Тэи?
— Это очень редкий символ, и его нельзя получить с помощью чернил, — наставительно сказала Дейри. — Чёрное солнце проявляется само.
Если быть точнее, то после особого ритуала, но об этом постороннему никто не расскажет. Не думаю, что наставницы сами знали, как его проводят и что для этого нужно.
— Тогда и переживать не надо, — улыбнулся я.
Я сегодня порядком утомился, и пальцы болели так, что с трудом сгибались, но нужно было потерпеть. Нельзя полагаться лишь на верховную жрицу, тем более, когда многие настроены против неё. Нужны сильные союзники, такие как Рена и Дейри. Чернил у меня хватит, чтобы нанести им не по одному, а по два хороших символа. Через месяц, когда они их освоят, я посмотрю, как вытянутся лица других старших жриц. Они ведь как та лягушка на дне колодца, судят о мире, видя лишь маленький кусочек неба над головой. Думают, что несколько старых символов и есть та сила, которой когда-то управляли дами.
Войдя в учебный класс, я хорошенько закрыл дверь, чтобы нам не мешали.
— Уважаемые наставницы, — я посмотрел на них, вынимая из-за пояса склянку с чернилами и золотую иглу. — За то, что я перевёл книгу, госпожа Тэя сделала мне небольшой подарок. Если честно, то она уже получила символ, который хотела, и подарила мне остатки чернил с кровью великого змея…
Когда нужно, жрицы дами умеют двигаться быстро, им даже платья не мешают. Я увидел лишь размытые силуэты, а они уже держали меня за руки, Дейри за правую, а Рена за левую.
— Нельзя ничего красть в храме, — хмуро сказала Рена. — Тем более у верховной жрицы.
— Я не крал, — сказал я, но судя по взгляду они не поверили. — Говорю же, она разрешила мне их взять. Ну сами подумайте, зачем ей столько чернил? Здесь же на троих хватит.
— Ох, — Рена подняла глаза к потолку, — совет старших жриц будет в ярости…
— Чернила всегда готовят с запасом, — пояснила Дейри для меня. — Чтобы после верховной символы могли получить старшие жрицы. Здесь же…
Она не стала продолжать, наверное, подумав, что я ничего не пойму, а объяснять слишком долго.
— Я знаю, что для чернил использовали очень редкую кровь, — сказал я. — И они очень быстро портятся. Конкретно эти не доживут и до утра, поэтому мы их сейчас и используем. Не переживайте, никто не узнает. Если очередь наставниц в самом конце, то мне от этого становится очень грустно. А я ведь такой прекрасный символ сегодня нашёл. Уж лучше вы его получите, чем та же хранительница кладовых.
На меня посмотрели так, словно собрались больно бить. Так мы и смотрели друг на друга почти минуту.
— Надо дверь запереть, — первой сказала Дейри, поняв, что сердитыми взглядами меня не напугать. Отпустив мою руку, она ушла к двери, подыскивая, чем можно её заблокировать.
— Хорошо бы успокаивающий отвар сделать, чтобы кожа не воспалилась, — сказал я.
— Это не проблема, — Рена забрала у меня склянку с чернилами и только после этого отпустила. — У меня есть запас нужных трав. Дейри, где у тебя бумага? Нужно торопиться, пока старшие не хватились чернил, не разнесли храм по камешку и не похоронили нас под обломками.
— Без книги будет сложно, — сказала Дейри, проходя мимо нас к столу, где хранила бумагу. — Ох, испортим и чернила, и спины…
— Не говори под руку, — вставила Рена. — Справимся. Если там ключей не больше, чем в парящих облаках. На уроках наставница Карна хвалила, говоря, что у меня получится их нанести, если руки дрожать не будут.
— Можно обойтись и без бумаги, — я поднял руку, привлекая внимание сестёр. — Я сам нанесу эти символы вам.
— Не говори чушь, — Рена перестала изучать чернила и повернулась ко мне. — Это не так просто, как может показаться. Вряд ли ты даже близко понимаешь, как это делать правильно.
— Ну, верховная жрица Тэя не жаловалась, — под их взглядами я пожал плечами. — И госпожа Карна ничего не сказала. Думаю, что она даже ничего не поняла из этих рисунков и вряд ли сможет повторить. А пока вы будете учить ключи, чернила десять раз испортятся. Мне и так понадобится часа три в лучшем случае, так что давайте не тратить время. Кхм, уважаемые наставницы, вы это чего? Я не виноват, она сама попросила…
⠀⠀
Чтобы испытать собственные силы или потренироваться, я всегда ходил на «вечную» стройку, что находится позади главного здания храма дами. Кто-то из верховных жриц ещё полвека назад решил возвести малый храм и сделать усыпальницу, но затея оказалась слишком сложная и пожирающая золото просто в немыслимых объёмах. Не удивительно, что стройка сначала затянулась, а потом и вовсе перешла в фазу вялотекущей возни. За пятьдесят лет дами успели возвести лишь фундамент и основание для будущего здания, а сейчас всё окончательно замерло.
— Уважаемые наставницы, — я вздохнул, когда разлитая вокруг магия бесследно растворилась, — вы делаете всё не так. Символ концентрации, что у вас на спине, он не для того, чтобы зажигать по три кристалла за раз и радоваться этому. Это боевой символ, предназначенный для дуэлей с более сильным и многочисленным врагом. Вы должны научиться контролировать не только собственную силу, но и голос противника. Представьте, что он взял стрелу, а ваша задача её отнять, а не помешать выстрелить.
Мы расположились в большой каменной беседке с видом на стройку, спасаясь от тёплого дождя. Сезон тёплых дождей должен вот-вот начаться, и этот был первой ласточкой, предупреждением, что скоро в городе будет сыро и влажно.
— Тебе надо самому попробовать, тогда поймёшь, что это совсем не просто, — сказала раскрасневшаяся наставница Рена. Дейри согласно закивала, устало опуская руки.
— Я бы попробовал, — ответил я сёстрам, — но у меня на спине нет символов. Вообще никаких, если Вы не забыли. Давайте ещё раз. Наставница Дейри, теперь Вы читайте третью молитву, а наставница Рена будет черпать из неё силу.
— Может, прервёмся? — с надеждой в голосе спросила Рена.
— Нет, — непреклонно отрезал я, игнорируя их взгляды.
Дейри пару раз глубоко вздохнула и начала читать третью молитву. Пространство вокруг задрожало, а ближайшие к навесу капли дождя разбивались в мелкую водяную пыль.
— Что они пытаются сделать? — спросила Зои, сидевшая на лавке рядышком.
— Тренируются. Я показываю им особый способ управления силой, чтобы врасплох не застали, и во время сражения они могли получить преимущество. Дами ведь управляют магией посредством голоса. Когда они говорят, чистая магия разливается вокруг, создавая запас энергии, из которой они могут черпать силу. Может показаться, что это неудобно и медленно для серьёзного сражения, но это обманчивое чувство. Они могут использовать всю эту силу разом, просто выплеснув её на противника. Можно и без голоса подобное провернуть, но тогда быстро устаёшь, так как тратишь собственную силу, как это делают обычные одарённые.
— Ничего не поняла, — честно призналась она.
— Как бы проще объяснить?.. — я задумался, глядя, как Рена пытается совладать с магией, создаваемой голосом сестры. — Одарённые используют собственные силы, чтобы создать огонь. Чем больше они их черпают, тем быстрее устают. А дами просто говорят, и магия рождается сама. Они могут создавать тот же огонь, пока не охрипнут. Десяток одарённых успеют два раза выдохнуться и будут валяться без сил, а дами даже не вспотеют.
— Так не бывает, — сказала Зои. — Магия не берётся из ниоткуда. Может, она исходит из их крови?
— Если не бывает, то что ты сейчас видишь?
— Они устали, — улыбнулась она.
— Из-за контроля. Вместо того, чтобы брать окружающую силу, они черпают её из собственных резервов, о которых…
Я повернулся к сёстрам, наблюдая, как разлитая в воздухе сила начала скапливаться вокруг Рены. Сёстры смотрели на это, не веря своим глазам. Чтобы рассеять собранную силу, Рена выплеснула её под дождь, направив в огромный блок мрамора весом не меньше тридцати тонн. По площадке разнёсся звук глухого удара, сбрасывая с крыши потоки воды. Мне показалось, что тяжеленный блок немного сдвинулся.
С момента, как я нанёс на спины сестёр нужные символы, прошла неделя. Три дня они ходили по храму как привидения, раскрасневшиеся от температуры и борясь с сильной слабостью. По-хорошему, им бы полежать в кроватях эти три дня, но они не хотели давать повод старшим жрицам думать, что им досталось много символов. А то, что пропавшие чернила использовали сёстры, в храме догадались довольно быстро. Старшие ведь не глупые и не первый день на свете живут, чтобы сложить два факта. Да достаточно было просто посмотреть на болезненный вид сестёр, и сразу становилось понятно, что они использовали чернила с сильной кровью демонов.
Можно даже не говорить, что поступок сестёр и верховной жрицы сильно огорчил всех остальных. Тэя была вправе распоряжаться чернилами так, как считала нужным, могла даже их вылить, но тут дело было в старых традициях. Верховная жрица всегда делилась с остальными чернилами, и это уже стало неписаным правилом. А в тот день она сделала это молча, не посоветовавшись с другими и даже не предупредив — вот что выводило старших из себя. Но при этом они могли только шептаться за нашими спинами и шипеть вслед. Боюсь, что если ничего не изменить, то в самое ближайшее время сёстрам жить в храме станет немного тяжелее. Взять хотя бы хранительницу кладовых, которая едва горящими искрами из глаз не сыпала, когда видела их. Даже здороваться перестала. Мы сегодня с ней столкнулись по пути на стройку, и она нас просто проигнорировала.
Рена и Дэйри понимали, к чему всё идёт, поэтому начали серьёзно тренироваться, едва уверенно встали на ноги. И мне пришлось немного ускорить развитие событий и взять их тренировки в свои руки. Они ещё долго бы радовались тому, что зажгли по три светящихся кристалла разом, но никогда не догадались об истинном значении символа концентрации, который я им нанёс на спины.
В общем, семь дней в храме прошли очень тихо, если смотреть на поверхность, но под гладью воды всё бурлило и кипело. Я только вчера узнал, как именно старые жабы разделили чернила между собой. Рене и Дейре действительно хотели отдать один символ, на чём настаивала хранительница кладовых. Кстати, они почти точно знали, сколько там оставалось чернил. Видать, Карна смогла оценить новые символы на спине верховной и прикинуть, сколько для этого понадобилось краски. Нехорошо, что она этим поделилась с остальными, это говорило не в пользу её преданности верховной.
Отрывая от мыслей о прошедшей неделе, ко мне подбежала улыбающаяся Рена. Обняла ладонями мои щёки.
— Не знаю как, но это действительно работает, — сказала она, поцеловав меня в лоб.
— Конечно, это работает, — проворчал я, пытаясь высвободиться. — И вы должны это освоить так, чтобы научить других. Символ контроля должен быть у каждой жрицы, вместо знака мудрости, который им наносят сейчас. Он лучше во всех аспектах.
— А второй символ? — уточнила она.
— Нет, он только для старших жриц, — я потёр лоб тыльной стороной ладони. — Или для тех, кто умеет работать с усилителями.
— Удивительно, что такие могущественные символы были скрыты в книге у верховной, — сказала Дейри. — Под самым носом.
— Потому что написаны на древнем языке, — сказал я. — Вчера в подвале я нашёл ещё пару книг, в одной упоминаются вспомогательные символы, во второй — какие-то непонятные схемы. Через месяц переведу и что-нибудь полезное для вас выберу. Но только при одном условии: свои спины никому, кроме меня, не показывайте и не доверяйте. У вас не так много свободного места, чтобы разменивать его на всякую ерунду. И никаких второсортных облаков, ясно?
— Слышала бы тебя хранительница символов, — покачала головой Дейри.
— За то, что она сделала со спиной госпожи Тэи, её пороть надо, — поморщился я. — Согласны с моим условием или нет?
— Я согласна, — быстро сказала Рена, успевшая почувствовать силу нового символа. — И Дейри тоже будет не против.
— Тогда второй вопрос. Мне нужно выйти из храма в город, чтобы найти подходящие ингредиенты для чернил. Кровь великого змея не обещаю, но что-нибудь хорошее подберу.
— Так в чём проблема? — не поняла Рена. — Мы можем прогуляться и сегодня.
— Надо с верховной на эту тему поговорить. Хорошо бы вообще с ней поговорить, а то за семь дней она меня ни разу к себе не пригласила.
— У тебя запросы как у первого старейшины.
Мы посмотрели в сторону храма, откуда к нам бежала молодая жрица с зонтиком. Добежав, она поклонилась старшим.
— Простите, что отвлекаю от занятий, но госпожа Тэя просила срочно привести Василия, — сказала она.
— Что-то случилось? — уточнила Рена с едва заметной тревогой в голосе.
«Неужто переживает за меня?» — улыбнулся я про себя.
— Пришёл кто-то важный из гильдии Серебряной луны, — сказала жрица. — Они выглядели рассерженными и попросили Василия позвать. Госпожа Тэя пригласила их для разговора, а у неё с утра плохое настроение.
— Может, не идти? — спросила Рена у сестры. — Прикроем до вечера?
— Нет, всё хорошо, — я встал. — Будет шанс выпросить разрешение выйти в город. Зои, ты мне нужна будешь, не исчезай внезапно. Подожди меня в комнате.
— Хорошо, — она понятливо кивнула.
До храма пришлось пробежаться, чтобы окончательно не вымокнуть. Молодая жрица проводила меня до рабочего кабинета Тэи, рядом с которым дежурила хранительница символов Карна. Меня она встретила хмурым взглядом, жестом отослав жрицу. Ничего не сказав, открыла дверь в кабинет, подтолкнув меня внутрь, чтобы не топтался на пороге.
Атмосфера в кабинете верховной висела напряжённая, до магии дело не дошло потому, что Тэя либо уважала главу гильдии, либо не хотела ссориться с ними. Собственно, в гости к ней заглянули лично Гамеш и госпожа Натин. Не ожидал её здесь увидеть, поэтому удивился.
— Василий, — Тэя сделала жест в сторону гостей. — Гильдия Серебряной луны думает, что я удерживаю тебя здесь насильно, пытаю и плохо обращаюсь.
— Мастер Василий, — гости встали, сложив руки в почтительном жесте гильдии.
Я поспешил ответить тем же, уважительно поклонившись.
— Добрый день, — я подошёл ближе. — А что случилось?
— Прошло много дней, — сказал Гамеш на общем языке, чтобы не проявлять неуважение к хозяйке храма. — Мы хотели тебя увидеть, но жрицы в храме не желают разговаривать на эту тему. Поэтому пришлось прийти самому.
Тэя выглядела бледной и уставшей, как будто она только легла спать, а её снова разбудили и подняли из кровати.
— Уважаемый Гамеш, меня здесь не пытают, даже, наоборот, обращаются очень хорошо, — сказал я, не решаясь садиться на один из свободных стульев. — Госпожа Тэя наняла меня для очень важной работы. Я так сильно увлёкся, что не заметил, как эти дни прошли. Хотел сегодня попросить у неё выходной, чтобы сходить в город за покупками и навестить гильдию. Вы очень вовремя пришли.
— В город ни ногой, — отрезала Тэя. — Если что-то нужно, жрицы всё купят.
— Вот поэтому мы и пришли, — сказал Гамеш недовольно.
— Вы для начала с гильдией наёмников разберитесь, — сказала она. — Кто устроил резню позавчера у рынка? Ко мне приходил лорд города, просил, чтобы я повлияла на ваши гильдии. Василий, слышишь? Пока они воюют с наёмниками, чтобы близко к ним не подходил.
— Это было всего лишь недоразумением, — поморщился Гамеш. — Они напали первыми, после того как мы отказали им в продаже символа отражения.
Тэя посмотрела на меня так, что по спине пробежал холодок.
— Это что-то меняет? — спросила она у главы Серебряной луны. — Василий — человек, он молодой и слабый. Пока он не выполнит работу, я не стану рисковать и отпускать его в город.
— Мы уже обо всём договорились с наёмниками и лордом города, — сказал Гамеш. — Больше подобного не повторится. Если беспокоитесь за безопасность Василия, то я приставлю к нему двух своих лучших воинов.
— Нет, — в голосе Тэи послышались властные нотки, а воздух слегка задрожал.
— Госпожа Тэя, очень прошу, — я сложил руки в том же почтительном жесте, ладонь поверх кулака, и повернулся к ней. — Мне действительно нужно кое-что купить для работы.
— Видите? — Тэя посмотрела на Гамеша, кивая в мою сторону. — Ничего с вашим мастером символов здесь не случится.
Последнее она произнесла язвительно, покривив губами. Я посмотрел на неё умоляюще, что не укрылось от Натин, тайком улыбнувшейся.
— Хорошо, — сдалась Тэя. — Через полчаса у выхода из храма его должна ждать пара ваших лучших воинов. И если с головы Василия упадёт хотя бы один волос, я буду очень зла.
— Я сам подожду его у выхода, — довольно улыбнулся Гамеш. — Спасибо, что приняли и выслушали нас.
Пришлось немного подождать, пока гости уйдут.
— Госпожа Тэя, вы неважно выглядите, — сказал я, убирая лишний стул. — Прошло семь дней, новые символы всё ещё беспокоят?
Верховная промолчала, сверля меня взглядом. Хорошо бы понять, о чём она в этот момент думала.
— Чёрное солнце, — в итоге сказала она. — Горит необычно сильно.
— Не стоило мне наносить сразу три символа, простите, — сказал я виновато.
— Зачем тебе в город? — сменила она тему. — И зачем надо было продавать эти символы зеленоглазым убийцам? Утром приходил глава гильдии наёмников, требовал, чтобы храм разобрался с ними.
— Это очень простые символы, доступные любому демону, даже не одарённому силой. Их всего четыре, но я показал только первый. Хочу, чтобы эти символы добрались до других тёмных и даже до серых миров. Нужно сделать так, чтобы храмы дами, ныне разрозненные и слабые, снова объединились. Это очень долгий план, рассчитанный на десяток лет, и я Вам о нём обязательно расскажу.
В комнату заглянула хранительница символов.
— Карна, найди Рену и скажи, чтобы она сопровождала Василия во время прогулки по городу.
Хранительница кивнула и поспешила выполнить поручение.
— Выглядит так, словно обиделась, — сказал я.
— Ей сильно досталось из-за чернил, что ты утащил для своих наставниц, — сказала Тэя, слегка сдвинув брови к переносице, что должно было означать недовольство. Да уж, со стороны это должно выглядеть так, что чернила сёстрам отдала сама Тэя.
— Сегодня в городе я достану нужные ингредиенты и сделаю чернила лучше, чем из крови великого змея. Они будут более чистыми и качественными. Если старшие жрицы хотят только чернил, они их получат. Хватит всем, это я могу обещать. Скажите, в храме есть кто-то, кто умеет запускать слухи? Вот что я думаю…
⠀⠀
Верховная жрица Тэя, полдень, зал собраний
Дожидаясь, пока соизволят прийти старшие жрицы, Тэя думала о разговоре с Василием.
— Оказывается, этот парень может быть безжалостным, — тихо произнесла она, улыбнувшись своим мыслям.
План, который предложил Василий, был груб и имел много недостатков, но при этом был настолько же коварен, насколько и прост в исполнении. В иных обстоятельствах Тэя ни за что бы не согласилась на него, но сейчас… сейчас он казался ей не таким уж и плохим. Возможно, она даже внесёт в него несколько изменений, чтобы нивелировать недостатки.
Показывая своё отношение к верховной, старшие жрицы не спешили собираться. Даже те, кто поддерживал и симпатизировал ей, явились с большим опозданием. Но Тэя не расстроилась и не рассердилась, думая над надвигающейся бурей. В скором времени ей всё же удастся встряхнуть храм, сбить с него старую пыль и вывести разжиревших клопов.
— Эва, подойди, — попросила Тэя, когда в помещение вошла наставница послушниц и младших жриц.
Наставницу Тэя знала хорошо, как и её характер. Когда верховная ещё была послушницей, Эва уже воспитывала девочек, впервые попавших в храм. Наставница не была высокородной, так как её отец когда-то работал простым плотником, но сейчас она занимала одну из высоких должностей и обладала большим авторитетом. Тэя нисколько не удивится, если среди молодых жриц нет ни одной, кого бы в своё время не порола эта добрая с виду женщина, выглядевшая лет на сорок пять.
— Госпожа Тэя, — Эва поклонилась, понятливо кивнула, увидев короткий жест, и подошла ещё ближе.
— Ты доверяешь мне? — напрямую спросила верховная жрица. — Если я скажу, что мои поступки направлены исключительно на благо храма и восстановление его могущества.
— Конечно, я всецело доверяю Вам, — кивнула наставница.
— Ты лучше кого-либо из нас знаешь, кто из послушниц и младших жриц талантлив и кто в будущем проявит себя. С этого дня усиль контроль над ними. Я запрещаю всем талантливым девушкам получать символы без моего ведома и одобрения. Даже если тебе придётся каждый вечер осматривать спины всех девушек и выгонять из храма провинившихся. Донеси до них серьёзность моих слов. Те, кто уже ждёт получение символов, пусть не беспокоятся. Я встречусь с каждой и приму решение.
— Я всё поняла, — сказала Эва. — А что делать с теми, у кого нет таланта и нет стремления?
— За ними можешь особо не следить, — сказала Тэя. — Но будет лучше, если они не станут портить спины больше, чем следует по правилам храма. Очень скоро ты поймёшь, зачем это нужно. Просто доверься мне.
— Я прослежу за перспективными девушками, — серьёзно сказала наставница, а в её глазах вспыхнул холодный огонёк.
Эва была одной из тех, кто соблюдал правила, даже если они шли вразрез с её личными убеждениями. Теперь можно было не сомневаться, что будущие жрицы десять раз подумают, прежде чем идти к высокопоставленным родственникам за внеочередным символом. Многие думали, что чем раньше они получат могущественный символ, тем выше поднимутся в иерархии храма, поэтому их родственники платили немалые взятки за чернила и работу.
— Вечером поговори с наставницей Реной о новом символе контроля, который поможет тебе в работе с послушницами, — ещё тише добавила Тэя, так как в комнату начали заходить старшие жрицы.
Эва поклонилась и прошла к месту в первом ряду. Тэя же обратила внимание, что старшие жрицы вошли одновременно. Показывали, что только что совещались о чём-то, поэтому и опоздали.
Тэя лениво смотрела, как немолодые женщины рассаживаются. Когда движение в комнате прекратилось, повисла тишина. Старшие жрицы смотрели на верховную, она изучала их, уделив каждой немного времени. Молчание затягивалось, и самые сообразительные начали неуютно ёрзать на своих местах.
— Поднимите руки, у кого на спине прорезалось чёрное солнце, — негромко сказала Тэя, но в повисшей тишине все её прекрасно услышали. — Кто эта счастливая жрица? Смелее. Мне что, раздеть вас и самой посмотреть?
Последнее прозвучало довольно грозно, и воздух в помещении на секунду задрожал, но быстро успокоился. И снова повисла тишина.
— Что, нет таких? — обведя взглядом женщин, уточнила Тэя. — Странно. Мне все уши прожужжали, что вы не поделили чернила с кровью змея. А ведь большинство символов бесполезны, если рядом нет чёрного солнца. Хочешь сказать что-то, Ориана? Не сдерживай себя.
Под взглядом верховной поднялась одна из пожилых женщин, сидевшая в окружении самых недовольных жриц.
— Прошу верховную жрицу не сердиться, — мягко сказала Ориана, на что Тэя улыбнулась про себя. — Появление чернил с такой сильной кровью — очень редкое событие. За последние семь лет подобное случалось лишь трижды. У каждой из нас есть свободное место на спине, куда мы надеемся когда-нибудь поместить тот или иной символ. Что касается меня, то я хочу лишь дойти до понимания пятой молитвы, а без символа «прозрение» это сделать невозможно.
— Добавь, что невозможно с твоим талантом, — ядовито улыбнулась Тэя. — Я прочла её, будучи лишь младшей жрицей, а на моей спине был только символ «понимание». Но раз вы мечтаете заполнить место на спинах и желаете лишь чернил, то они у меня есть. Только что приходил глава гильдии Серебряной луны. Далеко на юге, в окрестностях города Илуна они убили очень сильного демона. Им повезло добыть кровь, по чистоте не уступающую великому змею. Три кристалла, которые я купила за свои личные сбережения. Наставница Рена направилась к ним, чтобы совершить сделку. Я хотела отложить эти кристаллы до лучших времён, но раз вы так хотите, то сегодня будет сделана первая часть чернил.
Собравшиеся жрицы зашептались, но быстро затихли.
— Чернила будут готовы сегодня, как только вернётся Рена, — продолжила Тэя. — Их получат все старшие жрицы, кроме наставниц Дейры и Рены, а также кроме наставницы Эвы, разочаровавшей меня тем, что не может уследить, чтобы младшие жрицы не выходили в город без разрешения и присмотра. Я ведь просила, наставница Эва, тщательнее следить за этим!
Воздух в помещении снова угрожающе задрожал, откликаясь на недовольство верховной.
— Все остальные, — Тэя немного успокоилась, снова обведя ленивым взглядом собравшихся, — получат чернила. Имейте в виду, они быстро портятся и могут убить. Они предназначены только для присутствующих здесь. Если узнаю, что кто-то из жриц умер, не справившись с силой демонической крови, то лично испорчу всё, что намалёвано у вас на спинах, и выгоню из храма.
⠀⠀
Нам повезло, что дождь быстро закончился, и к тому моменту, как мы с Зои вышли из храма, от него остались лишь огромные лужи. Глава гильдии Серебряной луны ждал нас недалеко от входа в храм, у огромной мраморной лестницы. Выглядел он довольным, беседуя с госпожой Натин.
— Добрый день, — поздоровался я, когда мы подошли. — Спасибо, что очень вовремя заглянули в храм. Я как раз хотел посетить гильдию.
— Неплохо выглядишь, — улыбнулся Гамеш, бросая взгляд на наставницу Рену, идущую рядом. Мы беседовали на языке гильдии, поэтому она бросала на нас любопытные взгляды. — Для человека, который провёл более семи дней в компании белоглазых дами.
Он жестом показал в сторону лестницы, как бы приглашая меня на разговор, и первым начал спускаться. Натин подхватила Зои под руку, улыбнулась ей и направилась следом за нами.
— В храме встретили тебя, как полагает? — полюбопытствовал Гамеш. — Верховная жрица едва не прожгла нас взглядом, когда всплыло твоё имя.
— Встретили хорошо, даже лучше, чем я рассчитывал. Но работы предстоит много.
— Это обязательно? — уточнил он. — Работать на храм? В последнее время у них большие проблемы с золотом. Не листал их учётные книги, но и без этого могу сказать, что они едва сводят концы с концами.
— Хотите сказать, что много не заплатят?
— Древняя мудрость гласит, что уже оказанная услуга не нуждается в оплате, — он лёгким движением чиркнул ребром ладони по горлу.
— Нет, оплата в золоте мне не нужна, — я улыбнулся.
— Тогда опасаться стоит вдвойне, — он покачал головой. — Если уж тебя не выпустили из храма без сопровождения. Но ты можешь в любой момент рассчитывать на нашу помощь и поддержку. Только дай знать, и мы придём.
— Спасибо, я ценю это. Скажите, а как у гильдии дела?
— Мы пока дважды смогли продать умение наносить символ отражения, но скоро в столицу прибудут ещё мастера, тогда и разбогатеем, — он довольно потёр ладони. — Да, я слышал, что лорд Талчжу, получивший от тебя символ защиты от огня, внезапно скончался.
— Да? Что случилось?
— Отравился человеческим мясом, — он слегка развёл руками, как будто это не такая уж и редкость. — Говорят, боль от этого была настолько невыносимой, что он вспорол себе брюхо, вытащил кишки и умер.
— Неприятная смерть…
Я слегка поморщился. Что-то быстро с ним разобралась гильдия. Или они специально так показывают, насколько им защитный символ нужен? Лорд — не самый простой демон в империи. Мало того, что его охраняют круглосуточно, так ещё и особая служба императора явится, чтобы проверить, кто покушался на власть в лице лорда города. Буду думать, что Гамеш знает, что и как делает.
— Его место готовится занять наследник, но он мучается лихорадкой уже несколько дней, продолжил глава гильдии. — Как думаешь, выживет?
— Лихорадки на болотистой равнине дело привычное, — отозвался я. — Но они коварны и могут легко убить. Они медленно сжигают тело, и никакие лекарства не способны принести облегчения.
Мы спустились к главной площади, сейчас абсолютно пустой. Я показал жестом на центральный выход, ведущий к южному району.
— Раз символ защиты от огня ушёл из этого мира, то может появиться ещё один. Не хотите купить его?
— Хочу, — не стал ходить кругами Гамеш. — Какой бы ни была цена.
Последнее говорило как раз о том, что глава гильдии готов отчаянно торговаться.
— Мне нужно купить кое-какие ингредиенты в лавке алхимика и торговой палате. Они обойдутся где-то в пятьдесят золотых монет. Если добавите к этому несущественную услугу, то я сегодня же нанесу символ вам или тому, на кого вы укажете пальцем.
— Считай, что мы уже договорились. Что же я должен сделать для тебя?
— Я слышал, что члены гильдии Серебряной луны на днях вернулись с юга и продали верховной жрице дами несколько кристаллов демонической крови высшего качества.
— Да? — он слегка удивлённо посмотрел на меня.
— Точно, точно, — закивал я. — А ещё я слышал, что вашим подчинённым повезло сразить невероятно сильного демона, которого местные зовут Болотным пожирателем. Вы ведь не будете хранить это втайне от любопытных жриц дами, которые придут уточнить, откуда у вас такая редкая кровь и есть ли ещё немного?
— Зачем же нам это скрывать, — понятливо кивнул он, — всё расскажем как есть. Не помню только, осталась ли у нас ещё эта кровь.
— А это большой секрет главы гильдии, — улыбнулся я. — Кровь ведь может стоить несколько тысяч золотых монет, поэтому не каждому по карману. Возможно, у вас и есть ещё немного, никто не знает.
— Откуда же у верховной жрицы такие деньги, чтобы купить кровь? — задал он очень хороший вопрос, о котором я как-то не подумал сразу.
— Может, это ответный жест за оказанную услугу? Или же это она рассказала, как убить монстра и как получить редкую кровь. Я вам сейчас открою большую тайну, но есть очень могущественные символы, которые можно нанести только с помощью этой крови. Может, кому-нибудь такой понадобится, и он захочет купить у вас немного. На мой взгляд — это довольно выгодная сделка.
Почти квартал мы шли молча. К примеру, даже пять тысяч золотых монет — это уже не просто огромная, а колоссальная сумма, которую способны собрать лишь несколько демонов во всей империи, включая императора. В здравом уме никто не будет тратить так много на какой-то символ, даже если он сделает тебя очень сильным. Как по мне, так это было неплохим прикрытием. Сильная кровь демонов была нужна только дами, а так как у храма денег всегда было мало, то на тех же великих змеев охотились крайне редко и только по прямому заказу с предоплатой. Алхимики довольствовались более дешёвой и лёгкой в получении кровью.
— Да, хотел ещё кое-что продать сегодня, — вспомнил я. — Символ, который может скрыть силу одарённого демона. Это не будет работать против дами, но вот остальные не почувствуют, даже если демон с таким символом заберётся к ним под кровать.
— Да? — Гамеш посмотрел на меня, пытаясь скрыть удивление и ещё какую-то эмоцию.
Проблема любого наёмного убийцы из гильдии — это то, что их можно почувствовать на расстоянии. Даже я, не имея нужных символов на спине, мог сказать, что где-то недалеко есть пара зеленоглазых убийц, умело скрывающихся от наших взглядов. Этот символ для них будет гораздо ценнее, чем защита от огня.
— Есть две проблемы с ним, — добавил я, сначала дав главе посмаковать эту новость, а потом добавив туда ложку дёгтя. — Как я уже говорил, дами будут чувствовать этот символ. Поэтому вам придётся договариваться с верховной жрицей насчёт него. Вторая проблема в том, что я не знаю, как он будет работать на демонах… гильдии Серебряной луны. Эффект может быть очень мал или же, напротив, слишком силён. Я не могу экспериментировать, так что продам его только один раз. Оплату возьму по результату. Минимум двадцать золотых монет, чтобы окупить стоимость чернил и работы, если символ не будет действовать. В удачном случае он будет стоить полторы тысячи золотых монет.
— Это большая сумма, — заметил Гамеш, но взгляд показывал, что этот символ он хочет и обязательно получит. Даже поторговаться не предложил. За эти деньги уже можно было купить большой дом практически в любой части города, и ещё останется на соседние два. Чтобы проще понять размер суммы, то городской стражник в среднем получал от пятидесяти до семидесяти золотых монет в год, что считалось хорошим заработком.
— Мне сейчас не нужно столько золота разом, — сказал я. — Оставлю эту сумму в гильдии. Может, мне в скором времени понадобится несколько услуг, которые сможете оказать только вы. Будем считать, что я просто храню эти деньги у вас и обещаю не забирать больше ста монет за сезон дождей. Но это всё при условии, что верховная жрица разрешит вам использовать данный символ.
Сезон дождей в тёмном мире длился почти четыре месяца, а год состоял как раз из трёх сезонов.
— Натин получит этот символ, — серьёзным тоном сказал глава гильдии. — А защита от огня достанется мне. Я сейчас вернусь в храм дами, чтобы решить этот вопрос с верховной жрицей. Как только закупите всё необходимое, ступайте в гильдию, буду ждать вас там.
— Но символ может и не заработать, — напомнил я.
— Я понял, — сказал он и слегка улыбнулся. — Но рассчитываю на твоё мастерство.
Показав какой-то жест Натин, он ушёл в обратном направлении. Надо сказать, что она весь наш разговор прекрасно слышала. Отпустив руку Зои, женщина взяла меня под локоть, мило улыбнувшись.
— Куда отправимся для начала? — спросила Натин. — Здесь неподалёку есть лавка алхимика, которую поддерживает торговая палата. Думаю, что там найдётся всё, что тебе нужно.
— Веди, — согласился я, как раз и направляясь туда.
Я не горел желанием продавать символ скрытности гильдии Серебряной луны, но хотел проверить, как он будет работать на ком-то, кроме дами. Если всё будет удачно, нанесу его Зои. Что-то подсказывает, что очень скоро она станет слишком заметной. Не зря же говорила, что через полтора года получит большую силу. Учитывая её кровь, это может быть опасным для девушки. А ещё надо будет кое-что важное проверить сегодня.
Когда глава гильдии ушёл, почти сразу рядом с нами появились двое крепких зеленоглазых мужчин в неприметной одежде. Один зашагал впереди, разгоняя горожан, хотя этого и не требовалось, так как позади нас шла наставница Рена, не очень довольная тем, что мы болтаем на языке гильдии. Она одним своим взглядом обращала идущих навстречу демонов в бегство. Ещё немного, и начнёт силу использовать. Наставница опередила Зои и взяла меня под вторую руку. Посмотрела, как Натин едва не прижимается к моему плечу грудью, и одарила её холодным взглядом.
— Вижу, что хорошо говоришь на их языке, — сказала Рена, а в её голосе проскочили нотки ревности.
Со стороны, наверное, казалось, что женщины меня куда-то ведут, а не наоборот.
— Мне надо купить в лавке алхимика ингредиентов на сорок больших порций чернил. Надеюсь, старшая наставница поможет, — улыбнулся я ей.
— Зачем так много? — удивилась она. — Это же будет очень дорого.
— Так надо, — уклончиво ответил я, не став говорить, что этого может и не хватить.
Я только приблизительно оценивал силу крови Зои и не был уверен, что даже такого количества хватит, чтобы развести всего одну капельку крови. Одной большой порции чернил обычно хватало на пять символов, если работать аккуратно и экономно. Часть я отдам верховной, немного уйдёт на символы для Серебряной луны и для самой Зои. Остальное придётся вылить, отчего сразу становилось грустно. Готовые чернила портились быстро, а кристаллизовать всего одну капельку крови просто невозможно. Надеюсь, Зои не сильно рассердится, если я уколю её пальчик и возьму всего одну капельку. Да, она хотела, чтобы я использовал её только для себя, но всего одной капли хватит, чтобы расписать меня с головы до пят. А символы надо наносить постепенно, иначе тело просто не выдержит.
Торговая палата — одна из самых влиятельных и богатейших гильдий империи. Ходили слухи, что в их подвалах скопилось столько золота, что рядом с Хумой можно построить ещё один город, больше и величественнее. Они бы и столицу подмяли под себя, если бы не император. Действуя по принципу «разделяй и властвуй», он следил, чтобы никто в империи не получил власти больше чем нужно. В любом случае, если требовалось что-то купить или продать, следовало идти в торговую палату. Даже если у них чего-то не было в наличии, то обширная сеть магазинов и лавок по всей империи позволяла достать нужное в кратчайшие сроки. Не сомневаюсь, что у них в запасе есть даже кристаллы крови великого змея. Держат их на случай, если у храма дами появится немного свободного золота.
Лавка алхимика, о которой говорила Натин, относилась как раз к торговой палате, что можно было понять из знака в виде весов рядом с названием. В моё прошлое посещение тёмного мира, гильдия алхимиков и торговая палата вели настоящую войну друг с другом. Первые пытались сохранить цеховые секреты, вторые хотели подмять под себя немалый рынок отваров, зелий и лечебных порошков. Была у меня когда-то мысль продать им пару рецептов из старых книг, найденных в закромах храма, но не сложилось. В то время в мир пришли длинноухие, добравшиеся аж до столицы, и только благодаря Беате их удалось прогнать. После этого император стал очень щедрым, и вопрос с содержанием храма временно отпал.
Лавка алхимика представляла собой двухэтажный магазин в китайском стиле, с множеством ящичков, заполненных сушёными травами и корешками, с полками, на которых стояли глиняные бутылочки с лекарственными микстурами и огромной витриной, где хранилось то, ради чего я и пришёл сюда. Наша странная компания сразу привлекла внимание хозяина лавки, выскочившего навстречу. Это был представитель северных народов, здоровенный демон весом под сто пятьдесят килограмм с кабаньими клыками. Скорее всего, кто-то из его родственников или знакомых покупал кровавые кристаллы на юге, в лавке, где я познакомился с Натин.
⠀⠀
⠀⠀
— Добро пожаловать, высокородная дами, — пробасил он на общем языке, обращаясь к наставнице Рене. Правильно оценил её наряд и амулет на груди. Рена высокородной не была, но поправлять его не стала. — Что привело Вас в мою лавку?
Хозяин покосился на Натин, то ли узнав её, то ли догадавшись, из какой гильдии она выходила. В его взгляде мелькнула тревога, но быстро исчезла.
— Нужна основа для чернил по рецепту храма, — сказала Рена. — Неси всё, что есть.
— Уже несу, — хозяин кивнул и умчался в сторону подсобного помещения.
— Они смешивают чернильные корешки и древесный сок кетта, — пояснила Рена для меня. — Варят его хитрым способом и добавляют какой-то тайный ингредиент. Чернила получаются очень хорошие, яркие и не выцветают, но дорогие из-за редкости кетта. Эти деревья встречаются только в диких паучьих лесах на севере.
Беата рассказывала, что раньше они пользовались подобными чернилами, но потом добыча смолы кетта как-то резко оборвалась. Вроде бы краснокожие демоны поселились на границе диких лесов, а торговать с ними можно было только рабами и только в одну сторону. Они даже золото не брали, считая его проклятым металлом. В любом случае, это хорошо — не придётся тратить уйму времени на чернила.
Хозяин вернулся буквально через пару минут, неся десять непрозрачных глиняных бутылочек на подносе. В каждой миллилитров по двести, если я не ошибаюсь. Поставив всё на прилавок, он протянул одну Рене.
— Только вчера приготовили, — расплылся в улыбке клыкастый демон. — Спрос в последние дни взлетел.
— С чем связан ажиотаж? — спросила Рена, беря бутылочку и осторожно открывая пробку. Протянула мне.
— Вы не слышали? — удивился тот. — В городе открылись две лавки, где всего за сто серебряных монет можно получить символ отражения, защищающий от стрел и метательных копий. К нам приходил хозяин одной, мастер символов, демонстрировал. Я в него копьё метнул, а ему ничего не сделалось…
Он снова посмотрел на госпожу Натин и замолк.
— Верховная знает об этом, — шепнул я Рене и добавил уже громче. — Это хорошие чернила. Берём всё. Почём они?
— Четыре золотые монеты за большую порцию, — на лицо продавца вернулась деловая улыбка.
— Не дороговато ли? — прищурилась Рена. — Было же две монеты?
— Спрос большой, — виновато развёл руками клыкастый.
Натин даже бровью не повела, хотя платить предстояло ей. Цена и правда была завышенной, но качество чернил мне понравилось.
— Берём, — сказал я. — Все десять и ещё столько же, если есть.
— Есть, — быстро добавил демон. — Сейчас всё будет.
— Ещё покажите косточки демонов, самые дорогие что есть, и семена ночной красавицы.
— Косточки есть, — замялся торговец, — а дурманящих разум семян нет. Император запретил торговать ими в городе.
— Жаль, — вздохнул я. — Тогда несите чернила и косточки.
Хозяин радостно закивал, предвкушая выгодную сделку, и умчался в подсобку. Натин и Рена посмотрели на меня примерно одинаковыми взглядами, собираясь прочесть лекцию по поводу семян, являющихся сильным наркотиком, но промолчали. В этот момент в лавку вломилась пятёрка взволнованных демонов из гильдии наёмников. Узнать их принадлежность не составляло труда, так как все были одарёнными и носили одинаковые накидки с известной символикой. Двое из компании выделялись особенно сильно. Давненько я таких не встречал. Коренастый «ёжик» совсем немного не дотягивал до уровня Кана, до того как тот получил от меня символы усиления.
Ёжики, как я их называл, были одной из малочисленных рас демонов, живущих на западе от Хумы. Кожа с серым оттенком, красные зрачки тёмных глаз и острые костяные наросты на голове. Наростов у них обычно было около десятка, но довольно длинных, сантиметров пятнадцать-двадцать. Жёсткие волосы издалека похожи на колючки, отчего я и прозвал их ежами. Завершали образ острые как кинжалы зубы и тонкая линия губ.
⠀⠀
⠀⠀
То, что гости были необычными, Натин заметила первой, слегка сдвинув полы накидки, чтобы открыть пояс, где прятались летающие ножи. Рена тоже почувствовала силу этой пятёрки, но смотрела на них скорее презрительно, чем с опаской. Я же потянул за руку Зои, чтобы она встала у дальних витрин и не попала под горячую руку.
— Хозяин! — заревел ёж. Увидел на стойке бутылочки с чернилами и хотел было подойти, но путь ему преградила Рена. Фыркнув, он сделал пару шагов назад и потерял к ней интерес. — Хозяин!
— Я уже здесь, — клыкастый демон выскочил из подсобки со второй порцией чернил и маленькой шкатулкой. Поставив товар рядом с нами, он поспешил к новым посетителям. — Чего изволите?
— Чернила давай, — сказал ёж, демонстрируя несколько золотых монет в пальцах. — Сегодня нам предстоит разговор с Серебряной луной и надо успеть купить символы…
Второй по силе наёмник толкнул его в плечо, взглядом показывая на Натин. Видать, тот был настолько сильно увлечён идеей, что не обратил внимание на привлекательную женщину, носившую на голове платок, чтобы скрыть витые рожки. Сейчас её выдавали только ярко-зелёные глаза, если не считать того, что она, как и наёмники, распространяла вокруг ауру сильного одарённого.
— Вам придётся подождать, — не замечая всего этого, сказал хозяин лавки. — Госпожа дами купила все чернила, и вторая партия будет готова только завтра…
В этот момент помещение резко наполнилось силой. Ёжик оказался то ли глуп, то ли взвинчен до предела, поэтому не раздумывая использовал силу. Я в последний момент подумал, что хорошо будет, если он владеет не огненной стихией, так как быть поджаренным в небольшой лавке — не самая лучшая перспектива. У меня ведь даже защитного символа ещё нет.
— Похоже, тебя ещё никто не учил манерам, — раздался голос наставницы Рены, и пространство вокруг вздрогнуло, как от сильного удара.
У меня на секунду всё перед глазами поплыло, и пришлось напрячься, чтобы удержать Зои, решившую потерять равновесие. Давно я не видел сердитых старших жриц дами. Всего секунда, и невидимая сила схватила ёжика и скрутила как мокрое полотенце. Послышался противный хруст костей и раздираемой плоти. Несчастного демона поломало так, что некоторые кости проткнули серую кожу, а на пол полилась тёмная, почти серая кровь. Сила, которую зачерпнул ёжик, моментально растворилась, и в помещении повисла тишина. Наёмники замерли, боясь пошевелиться, а хозяин лавки успел нырнуть под прилавок.
Когда сила наставницы иссякла, тело ёжика с неприятным чавкающим звуком повалилось на пол, обильно разливая вокруг серую кровь. Секунд тридцать ничего не происходило, затем Рена повернулась ко мне, посмотрев удивлённо.
— Так, — я пару раз громко кашлянул и посмотрел на молодого ат-анака, теперь уже самого сильного из наёмников. — Уважаемые, берите своего товарища и несите его к городской страже. Скажите, что он убился, пытаясь напасть на жрицу дами.
— Живо! — поторопила их наставница Рена. Её голос прозвучал довольно громко, отчего пространство в помещении снова вздрогнуло, но уже не так сильно. Даже флаконы с микстурами на полках зазвенели совсем тихо.
Ат-анак всё понял и, ничуть не смущаясь, легко подхватил тело товарища за одежду и поспешил к выходу из лавки.
— Госпожа Натин, — я передал ей с рук на руки Зои.
— Голова немного закружилась, — виновато сказала Зои, неуверенно стоя на ногах.
— Так бывает, — улыбнулась ей Натин, вряд ли поняв, что та говорила, но посочувствовав.
Я же прошёл к Рене, задумчиво смотрящей на пятно крови. Осторожно подёргал её за рукав.
— Наставница Рена, — тихо сказал я на языке дами, — я вам ещё не рассказывал про символ разрушения. Он называется «кровавый цветок». Вы пока не используйте его без необходимости.
— Придержать хотела… — тихо сказала она.
— Великие символы так не работают, — почему-то виновато сказал я. — А если бы у вас чёрное солнце было на спине, вы бы их всех в один узел завязали.
Проблема была не в том, что она раздавила глупого наёмника, а в том, что сделала это очень легко. Так бывает, когда привыкаешь к слабым символам и используешь слишком много «голоса» для более могущественного. Это хорошо, что она всё в помещении не раздавила вместе с ёжиком.
— Чернила?! — опомнился я и с большим облегчением увидел, что они так и стояли на прилавке целые и невредимые. — Госпожа Натин, давайте уже расплатимся и в гильдию, а то сейчас здесь будет шумно, когда городская стража прибежит.
— Хозяин, — повысила голос Натин, — неси коробку для чернил, мы торопимся.
⠀⠀
По пути в гильдию Серебряной луны Натин решила показать лавку, где сейчас хозяйничала семья кинийцев. Это было большое двухэтажное здание, удачно расположившееся на перекрёстке. Широкие окна на первом этаже уже начали переделывать в витрины, чтобы привлекать потенциальных покупателей. Сейчас там стояла всякая ерунда, что мы вывезли из лагеря бандитов. А чтобы покупателям и горожанам было понятно, чья это лавка, над входом повесили вывеску, изображающую полнолуние.
На первом этаже полным ходом шёл ремонт. Несколько мужчин и пара женщин пытались превратить просторную гостиную комнату в полноценную лавку. Оповещая хозяина о новых посетителях, над дверью звякнул колокольчик. Рабочие из числа зеленоглазых демонов даже не посмотрели в нашу сторону.
— Закрыто, закрыто ещё, — выскочила из соседней комнаты высокая и красивая девушка в платке и домашнем платье.
— Привет, — улыбнулся я знакомой девушке по имени Лина. — Ты как здесь оказалась?
Увидев меня, она замерла, словно не веря своим глазам, затем посмотрела на госпожу Натин и Рену. Это была племянница начальника южного отделения Серебряной луны. За всю дорогу на север Кан и Натин о ней почти не вспоминали, а вот молодой Рах отзывался пренебрежительно.
— Дядя отправил в столицу, — ответила Лина, поправив платок. — За твоей лавкой присматривать.
— Как продвигается ремонт? — спросила Натин, оглядывая помещение.
— Ещё день нужен. Но товаров всё равно нет для торговли. А эти мелкие…
Лина осеклась, поймав хмурый взгляд Натин.
— Мастер Кирин глупостями занимается, — поправилась она. — Если только они не хотят открыть лавку для кинийцев, потому как никто другой эту ерунду покупать не станет.
Она даже руки на груди скрестила, показывая свою позицию.
— А что это за лавка? — спросила у меня Рена, так как разговор шёл на языке гильдии.
— Моих друзей…
— Лавка принадлежит тебе, — поправила Натин. — А мастер Кирин с супругой просто управляющие.
— У тебя есть дом в столице? — удивилась Рена, с ещё большим изумлением разглядывая помещение. Двухэтажный дом почти в центре города, да ещё и на границе престижного района стоил огромных денег. — Чем торгуешь?
— Пока не знаю, — отозвался я, решив с ними не спорить. — Но кое-какие мысли на этот счёт у меня есть. А где Кирин?
— Там он, — Лина показала на дверь в соседнюю комнату.
— Я на минуту, — улыбнулся я женщинам, высвобождая руку.
Соседнюю комнату решили оставить как жилое помещение, где можно отдохнуть, пообедать или заключить крупную сделку в домашней атмосфере. Сейчас же здесь находились двое низкорослых мужчин, сидя на стульях с высокой спинкой, и пили знакомый сладкий кисель. Если Кирин до сих пор не сменил одежду охотника на что-то более презентабельное, то его собеседник выглядел богатым и успешным жителем столицы, по меркам кинийцев.
— Мастер Василий! — обрадовался Кирин, соскочив со стула. — Вы пришли!
— Заглянул, чтобы посмотреть, как у вас дела, — улыбнулся я, говоря на их родном языке. — Как у Фильви дела, как девочки?
— Всё хорошо, — он пару раз довольно кивнул. — Как есть хорошо. И дом уютный нашли, и лавка большая.
— А Вы, уважаемый? — я посмотрел на гостя, показавшегося мне знакомым.
— Староста Ро, — сказал он со значением. — Глава нашей общины в столице.
— Рад познакомится. Я Василий, друг Кирина и Фильви. Они помогли мне на юге, и я решил оказать им ответную услугу в столице. Надеюсь, Вы не будете их обижать?
— Своих не обижаем, — сказал он, изучая меня умным взглядом.
Выглядел староста на сорок, но наверняка был старше как минимум лет на десять. А ещё в нём совсем немного чувствовалась сила, что для кинийцев большая редкость. Я его хорошо знал, так как через пятнадцать лет он по-прежнему будет занимать должность старосты кинийцев Хумы. Это очень почётная должность, и обязанностей у него всегда много. Даже лорд города, когда ему требовалась помощь низкорослых охотников, приходил именно к нему, в бедный западный квартал.
— Я услышал, что кто-то из наших открыл большую лавку, — сказал Ро. — Пришёл посмотреть, как на самом деле.
Кирин при этом довольно заулыбался, то ли радуясь своей значимости, то ли высокому положению торговца.
— Кирин — охотник, — сказал я, усаживаясь на свободный стул. — Достойный сын Кина. Мы открыли хороший магазин, только товаров у нас нет. Возможно, у общины кинийцев есть что-то подходящее, что можно выставить на продажу. Мы готовы брать всего одну седьмую часть от суммы сделок. Только товар должен быть действительно хорошим. К примеру, очень скоро в столице взлетит цена на некоторые травы и корешки. Кирин, ты же знаешь, как выглядит дикий редис? У него очень жгучий корень, от которого слёзы из глаз бегут.
— Знаю, — закивал охотник.
— Я дам тебе пять золотых монет, чтобы ты купил у старосты эти корешки. Они должны быть не меньше моей ладони. По одной серебряной монете за два корешка. Или тридцать корешков за одну золотую монету.
— Так я сам соберу, — подскочил он, словно собрался бежать за ними прямо сейчас. — Тут их в округе много растёт.
— Ты мне нужен будешь в городе, — успокоил я его. — Вы с Фильви эти корешки должны очистить и высушить, чтобы влага ушла, но они не загнили. А ещё мы купим у общины кинийцев глиняные бутылочки для микстур и воск для запечатывания. Штук пятьдесят для начала будет достаточно.
— Найдём, — кивнул староста Ро, отвечая на мой взгляд. — И товары для продажи.
— Вот и хорошо, — подытожил я. — Кирин, ты шкуры уже продал?
— Староста Ро хотел их купить, но денег не даёт, — сказал он.
— Договоримся, — сказал староста, думая о том, что надо бы быстрее отправить своих на поиски дикого редиса. Шкуры принесут ему гораздо меньше прибыли, чем эта непыльная работа. Нужная трава очень напоминала обыкновенный хрен, только растущий в очень влажном климате. От этого корешки получались большими, невероятно жгучими, но совсем не ядовитыми. Кинийцы иногда использовали их как приправу к жёсткому мясу дичи, которое без приправ есть было просто невозможно.
— Рад был с Вами познакомиться, — я встал. — Уважаемый Ро, скоро я передам Кирину ещё список трав, которые планирую купить. Заглядывайте к нему время от времени.
— Рад был познакомиться, мастер Василий, — он тоже встал.
В самой лавке к этому времени ничего не изменилось. Рабочие продолжали собирать прилавок, Рена о чём-то разговаривала с Натин и Линой. Скучала одна лишь Зои, разглядывая улицу сквозь витрину.
— С делами здесь я разобрался, — сказал я женщинам. — Лина, значит, глава гильдии назначил тебя присматривать за лавкой?
— Назначил, — закивала она.
— Хорошо. Тогда проследи, чтобы кинийцы не тащили сюда разное барахло на продажу. Если продавать, то только что-то стоящее.
— Я им так и сказала, — она показала на вход в соседнюю комнату.
— Со старостой Ро не ругайся, а то тебя подкараулят на улице и опрокинут сверху ушат с… чем-нибудь неприятно пахнущим. Натин, я попросил Кирина купить нужные травы и склянки для микстур. Выдай ему десять золотых монет. Обещаю, что это последние траты на сегодня.
— А что нужно было купить? — заинтересовалась Лина. — Десять золотых — это очень много. Я могу помочь.
— Обязательно, но потом. Наставница Рена, мы с Зои в гильдии Серебряной луны застрянем до самого вечера. Вы можете вернуться в храм, а когда солнце начнёт садиться, заберёте нас.
— Составлю вам компанию, — строго сказала она. — Боюсь оставлять наедине с… ними.
Она посмотрела на Натин так, словно та планировала что-то сделать со мной, едва мы останемся наедине. Я лишь махнул на них рукой, подхватил коробку с чернилами и направился к выходу.
В гильдии нас встретили очень дружелюбно, организовав большой обед, на котором присутствовали самые значимые демоны Серебряной луны. Угощали разными деликатесами, которые оценили все, даже наставница Рена. Но больше всего ей приглянулось сладкое вино. В храме вино пили редко и только по праздникам, поэтому она с большим удовольствием опрокинула пару стаканчиков. К концу обеда у неё даже щёки немного порозовели. Я же вина избегал, так как предстояло работать со сложными символами.
После обеда мы с Зои уединились на втором этаже. Пришлось настоять, чтобы наставница не пошла с нами, едва не поругался с ней. Помогла Натин, уведя её для приватного разговора. Что касается крови, то Зои легко согласилась с моими доводами и разрешила взять одну капельку. Ей тоже было любопытно, как я буду её использовать и как готовят особые чернила, дающие силу демонам.
Чтобы смешать кровь с чернилами, нужно было «превратить» её в особую сажу. А так как сила крови была невероятной, пришлось использовать пару косточек демонов, купленных в лавке алхимика. Сам процесс затянулся на целый час. Я долго смешивал чернила, израсходовав весь объём и при этом взяв совсем немного получившейся сажи. Взял бы чуть больше, и пришлось бы покупать ещё пару литров чернил.
Глава гильдии немного задержался, но явился довольным переговорами с верховной жрицей. Передал мне письмо от неё, написанное символами старого языка дами. Там было сказано, что меня ждёт серьёзный разговор и хорошая порка, если доводы о появлении очередного могущественного символа не будут убедительными. Чтобы хотя бы немного её успокоить, я отправил наставницу Рену в храм с десятью порциями чернил, которые уместились всего в три большие склянки. Надеюсь, что этот урок старшие жрицы запомнят надолго.
С символом защиты от огня проблем не возникло. Гамеш принял его легко, даже не поморщился, хотя сила чернил была немного выше, чем нужно. Я его предупредил, что придётся пару дней полежать в постели, пить горячие укрепляющие отвары и не использовать силу. Пока я наносил символ скрытности для Натин, он успел сбегать на задний двор и убедиться, что защита прекрасно работает. Я такого довольного и счастливого зеленоглазого демона видел всего второй раз. Первым был Кан, когда получил заветные символы.
С рисунком на спине Натин тоже получилось всё так, как нужно. Ещё не закончив с символом, я уже мог почувствовать, как её присутствие постепенно тает. Когда же он встал окончательно, заняв довольно много места под правой лопаткой, в плане силы она полностью растворилась. Сейчас я мог ощутить только присутствие самого рисунка. Подобное было доступно лишь старшим жрицам и верховной, но, на всякий случай, я сказал Натин, что её может «почувствовать» любая жрица дами. Не нужно им знать, что этот символ гораздо сильнее и лучше, чем они себе представляют.
Последним этапом стал символ скрытности для Зои, и с ним возникли небольшие сложности. Я как раз разложил на столе инструменты и сжёг в демоническом пламени немного чернил, оставшихся после символа для Натин. Тем же образом обжёг иглу, хорошенько прокалив её. Дами почти никогда не использовали серебро в иглах, так как от демонического огня оно темнело. То же самое случалось и с другими металлами, кроме бронзы и золота.
— А символы точно будут работать? — спросила Зои, с сомнением и лёгкой тревогой наблюдая за моими манипуляциями. Я как раз вскрыл новую порцию чернил и хорошенько размешал их. — В них ведь моя кровь.
— Хороший вопрос, — задумчиво произнёс я, посмотрев на чернила. — Если быть точнее, то там не кровь, а сажа, в которой остались частички силы, так что работать должно. У жриц дами был когда-то старый ритуал, по которому они делали чернила и добавляли немного своей крови. При этом наносимый символ работал.
— А сейчас они так не делают?
— Нет. Даже не знаю, почему. Накидку и платье дами можно полностью не снимать. Ослабь пояс и спусти платье так, чтобы оголить спину.
Я отвернулся к двери, продолжая размешивать чернила длинной иголкой.
— А когда ты себе будешь символы наносить? — спросила Зои, шурша одеждой. — Ты ведь о них много всего знаешь.
— Если бы я мог достать до собственной спины, уже нанёс бы что-нибудь, — улыбнулся я.
— Я могу помочь с этим.
— Когда наносишь символ, нужно использовать магию. От простых рисунков толку немного.
Послышался печальный вздох. Я обернулся, глядя на Зои. Она смутилась так, что меня вогнала в краску.
— Мама говорила, что нельзя портить кожу, — сказала она печально.
— Это мир демонов, — ответил я. — Здесь по-другому нельзя. Либо ты сильный, либо тебя сожрут. А так как сильными нам с тобой быстро не стать, придётся быть незаметными. В книге говорилось, что этот символ может спрятать любую силу, даже божественную. Если не собираешься всем подряд показывать спину, то его никто и не увидит.
— Знаешь, ты очень грубый, — проворчала она. — Нельзя такое говорить девушкам.
— Прости, ляпнул, не подумав.
— Если другого выхода нет, — она немного ослабила хватку на платье, чтобы оно скользнуло с плеч, открывая спину.
Символ скрытности был не самым сложным из тех, что я знал. Потребовалось минут сорок аккуратной работы, чтобы полностью нанести его. Зои перенесла это стоически, морщилась от боли, но мне показалось, что думала она совсем о другом. Я же ничего странного во время создания символа не заметил. Ключи зажигались как и положено, краска под кожей не сгорала и не оставляла разводов. Когда используешь слабую кровь, то ключи могут просто не активироваться, а если слишком сильную, то останутся ожоги.
⠀⠀
⠀⠀
В гильдии мы провели ещё около часа, пили чай с главой, поговорили о планах на будущее и на лавку, где сейчас шёл ремонт. Он хотел, чтобы я остался и нанёс несколько защитных символов, но пора было возвращаться в храм, тем более за нами вернулась Рена. На город опускались сумерки, и снова начал моросить тёплый дождь.
— Может, останешься у нас? — в который уже раз спрашивал Гамеш, когда мы прощались, стоя на лестнице у здания гильдии. — Не сейчас, а вообще. Заработаем гору золота, станем сильнейшей гильдией империи. Будем ходить на приёмы во дворец правителя, смотреть на кислые рожи лордов.
Эка он ловко связал меня и гильдию. Дескать, достижения гильдии будут и моими в том числе. Это подкупает, и начинаешь задумываться, а не взяться ли за дело всерьёз.
— Не сейчас, — я виновато посмотрел на него. — Сильнейшей гильдией вы обязательно станете, я помогу. Но мне нужно завершить работу для храма. Это и в моих интересах. У дами огромная библиотека, где спрятаны великие знания десяти тысяч миров.
— Ого, — он хитро улыбнулся.
— Это я образно говорю, — я тоже улыбнулся. — Скоро снова загляну в гости, если сможете достать немного семян ночной красавицы, о которых я говорил.
— Достать можно, — он поморщился. — Но это поганая штука, поверь мне.
— Я знаю. Но она позволит нам заработать немного золота. Сделаю из них такое зелье, что перед вашей гильдией кулачные бои устраивать станут, чтобы его заполучить. Семена ведь только в сыром виде ядовиты.
— Пятнадцать дней, — сказал он. — Дорога до Зумана и обратно.
— Слушайте, — вспомнил я. — А что по поводу гильдии наёмников? Сегодня они очень хотели купить чернила для символа отражения.
— Да, — его улыбка стала хищной. — Они ведь думают, что символ может остановить летающие ножи.
— А вы им разве не говорили?
— Зачем? Умные поймут сами, а глупым поможем мы.
— Ну… Так, я ничего не слышал и ничего не знаю. До свидания.
— До свидания, мастер Василий, — он сложил руки в уважительном жесте и хитро улыбнулся.
Надеюсь, глава гильдии знает, что делает, и не перестарается. Если война гильдий не успокоится в скором времени, к этому привлекут храм. А жрицы не станут разбираться, кто прав, а кто виноват — достанется всем.
Обратная дорога в храм мне не запомнилась. Накинув плащи от дождя, мы спешили по узким улочкам к центру города. Площадь перед зданием храма была сделана так, чтобы даже в самые сильные дожди на ней не скапливалась вода, поэтому её мы пересекли легко. У наставницы Рены были какие-то срочные дела, поэтому она оставила нас сразу в просторном холле.
— Утомительный день, — сказал я Зои. — Как себя чувствуешь?
— Знобит немного, — сказала она, кутаясь в плащ. — Из-за дождя.
— Ложись сегодня спать пораньше. И помни, что символы на спине нельзя мочить несколько дней. Если будут беспокоить и болеть, то говори сразу. Я постараюсь достать нужных трав для успокаивающего отвара. Хотя если сегодня старшие жрицы будут изводить чернила, то трав на всех не хватит.
Из коридора, ведущего в сторону служебных помещений храма, вышла жрица и направилась прямо к нам, словно специально ждала. Одна из тех, о ком я ничего не знал. Лет тридцати, внешне хотя и привлекательная, но взгляд немного отталкивающий. То, что она из числа высокородных, можно было понять не только по чертам лица, но и по одежде. Платье и накидка сшиты из дорогой и мягкой на ощупь ткани, какую могли позволить себе только старшие жрицы или кто-то очень богатый из знати дами.
— Василий, — она обратилась ко мне на общем языке, — тебя искала госпожа Серна. Следуй за мной.
Я улыбнулся Зои, произнёс одними губами, что загляну к ней попозже. Чтобы не ходить по храму в мокром плаще, отдал ей. Верховная всё же пошла на уступки и позволила Зои перебраться на этаж жриц, в одну из комнат по соседству с моей.
Не знаю, что так внезапно понадобилось от меня хранительнице кладовых, но вряд ли что-то хорошее. У меня с собой был маленький кошелёк с десятком золотых монет, который мне вручила Натин. Может, по этому поводу меня и вызывали? Я ведь сегодня потратил немало золота, и это вполне могло дойти до старших жриц.
Следом за высокородной я прошёл в рабочую часть храма, где как раз располагались кладовые. Затем по узкой лестнице мы спустились в полуподвальный этаж в маленькую каморку, где работала Серна, ведя учёт всего, что поступало к ней на хранение. Я часто захаживал сюда в прошлое посещение храма. Хранительница называла меня разорителем, так как мне постоянно нужно было что-то редкое и дорогое, особенно если это касалось новых символов, которые я откапывал в глубинах библиотеки.
Серна рабочий кабинет держала в идеальном порядке. Самые дорогие товары она хранила как раз здесь, на полочках, протянувшихся вдоль стен, и в массивных сундуках в дальнем углу помещения. На столе в центре комнаты можно было заметить весы для взвешивания монет или редких ингредиентов. Отдельно стояли маленькие склянки с чернилами и набор игл для символов. Не такой дорогой, как использовала верховная жрица, но тоже неплохой. Рядом с чернилами я заметил книгу парящих облаков, обычно стоявшую в кабинете у верховной.
— А чем это вы тут занимаетесь? — спросил я на языке дами.
Хранительница кладовых сидела за столом в глубокой задумчивости и даже не заметила, как мы вошли. Вид у неё, как всегда, был недовольный, словно верховная поймала её на недостаче.
— Прояви уважение, — провожавшая жрица попыталась отвесить мне подзатыльник, но я ловко пригнулся, и удар прошёл над головой.
— Сивита, оставь, — произнесла хранительница кладовых.
— Серебряная птичка, значит, — улыбнулся я, переведя имя с древнего языка дами, за что заработал сердитый взгляд.
— Острый на язык мужчина, — сказала Серна. — Это даже хорошо. Наставница говорила мне, для того, чтобы наносить символы на спину, нужна уверенность. Малейшие колебания, и рисунок будет испорчен, как и судьба жрицы.
Хранительница кладовых пододвинула к краю стола книгу и поставила рядом склянку с чернилами.
— Ты нанесёшь мне символы из этой книги, — сказала она, холодно глядя на меня. Мало того, что взгляд уже пугающий, из-за чёрных точек зрачков, так ещё и смотрела она как-то недобро.
— А зачем Вам? — спокойно уточнил я. — Без чёрного солнца они бесполезны.
— Не будут работать в полную силу, — поправила она, — но отнюдь не бесполезны. К тому же мне не нужны такие, как у верховной. Сделаешь, как у глупых сестёр. Два символа мне и два ей.
Серна показала взглядом на помощницу.
— Что-то не хочется мне попасть под горячую руку госпожи Тэи, — сказал я, — когда она узнает, что кто-то взял книгу из её кабинета.
— Моё покровительство для тебя будет более выгодным, чем у бесполезных наставниц, — сказала Серна. — Даже верховная ничего не сможет тебе сделать.
Я посмотрел на спокойную как удав хранительницу кладовых. Что-то неожиданно быстро она всё поняла. Либо она очень умная и смогла сложить пару очевидных фактов, либо кто-то проболтался на мой счёт. К тому же всего две дами могли спокойно войти в кабинет верховной и взять оттуда книгу.
— Нет, я откажусь, — сказал я. — Вас как раз двое, справитесь и без меня. Чернила, я смотрю, достали хорошие, иголки удобные, зачем вам Василий?
— Я знала, что ты так ответишь, — произнесла она, и пространство в помещении слегка задрожало. — Плохо, что мы не договорились. Сивита, спрячешь его в бочку и вывезешь за город. Сбросишь в логово пятнистых собак.
— Вы это… полегче, — быстро сказал я, так как пространство задрожало ещё сильнее. — Тэя ведь вас действительно в послушницы переоденет…
— Тэя не узнает, — сказала Серна. — Ты просто сбежал, может, обратно в гильдию убийц. Ну, и платье послушницы меня не пугает. Не верю, что Тэя может почувствовать твою смерть, но проверять не буду…
Свет как-то резко потемнел, и навалилась тяжесть, от которой стало трудно дышать. На долю секунды мне показалось, что я могу этому сопротивляться, но без символов бороться со старшей жрицей было равносильно попытке ладонями остановить водопад. Навалившаяся тьма сжала так, что не пошевелиться. Я провалился в бессознательное, так как не чувствовал ни боли, ни чего-то другого. В какой-то момент послышался странный звук барабанящей по дереву воды. Нарастающий шум ливня и звук грозы.
Дёрнувшись, я стукнулся головой обо что-то и только потом понял, что меня-таки засунули в тесную бочку, что не пошевелиться. Но то ли я сильно дёрнулся, то ли так было запланировано, но кто-то столкнул бочку, и мир в кромешной темноте завертелся. Прокатившись немного, я рухнул с высоты. Удар выбил воздух из лёгких, а головой я умудрился вышибить крышку бочки. Из глаз брызнули слёзы вперемешку с разноцветными искрами. А ещё я заметил, как кто-то рядом распространяет силу голоса. Почему-то в этот момент представил, как меня сейчас сбросят с высоты в логово пятнистых собак, возможно, даже вместе с бочкой.
— Вылезай, — послышался знакомый голос помощницы Серны.
— Никого нет дома! — крикнул я в ответ, пытаясь высвободить затёкшие руки. По шее надо дать тому, кто упаковывал меня.
— Выбирайся, ничего я тебе не сделаю, — в её голосе появилась насмешка. — Что?
— Застрял, — проворчал я.
Она хмыкнула, наклонилась, ухватила меня за ворот и вытащила, едва не порвав ткань. Место, где я очутился, было очень странным. Какой-то навес у дороги, где можно переждать дождь или развести костёр, не боясь, что его зальёт вода. А воды вокруг было много, так как дождь лил стеной. Свет маленького фонаря, закреплённого на небольшой телеге с бочками, очерчивал ровный прямоугольник под навесом. Попытка встать привела к тому, что затёкшие ноги прошибло электрошоком.
— И что случилось? — растирая затёкшие ноги, спросил я. Заметил в телеге рядом с бочками двух молодых жриц со свёрнутыми шеями. — Где мы, кстати?
— В полутора часах пути на запад от Хумы, — отозвалась Сивита. Она села на край телеги и о чём-то задумалась.
— Ага, по пути в деревню охотников, живущих рядом с землями пятнистых собак, — сказал я.
— Бывал в этих краях? — она бросила на меня любопытный взгляд.
— Слышал, но бывать не доводилось.
Судя по виду, Сивита ехала в телеге под громоздким и тяжёлым зонтом, но всё равно умудрилась промокнуть. А девушки промокли до нитки. Хорошо, что площадку под навесом построили так, чтобы вода не заливала.
— Давно таких сильных дождей не было, — сказала жрица, бросив взгляд на стену воды. — Ты доверяешь наставницам, которым символы наносил?
— Доверяю, — осторожно сказал я.
— Это хорошо, — она снова кивнула. — Они должны были уже догнать нас. Здесь дорога одна, не заблудятся.
Сила голоса вокруг постепенно рассеялась, и я смог почувствовать ещё один отголосок, где-то далеко. Не прошло и минуты, как в темноте появилась точка света, быстро приближающаяся. Почти сразу под навес вбежала наставница Рена, промокшая до нитки и умудрившаяся испачкаться в грязи.
— Василий, живой!
Сила голоса быстро заполнила пространство под навесом, разбивая в водяную пыль крупные капли дождя, бегущие с крыши. Я не успел сказать, чтобы она сбавила обороты, а меня уже заключили в объятия, едва не переломав рёбра. В это время под навес шагнула Дейри, идущая под зонтом и держащая в руке уличный фонарь, едва тлеющий, так как масло внутри почти закончилось.
Сивита подняла руки, как бы говоря, что не собирается с ними драться.
— Вы как здесь оказались? — с трудом я смог освободиться, чувствуя, что ещё немного, и буду такой же мокрый, как и Рена. Вода с неё бежала ручьями.
— Послушница предупредила, — сказала Дейри, не спуская взгляда с Сивиты, — что тебя позвала к себе хранительница кладовых. А потом мы узнали, что её помощница решила ехать куда-то на ночь глядя. Хорошо, что стража подсказала, куда вы направились.
— Нет, сердиться не надо, — быстро сказал я, перехватив руку Рены.
— Они что, сами себе шеи свернули? — Рена показала на тела.
— Девочек жаль, — сказала Сивита, — но я им не доверяла.
— Что вообще происходит? — Рена ладонью стёрла воду с лица, затем с шумом выдохнула через нос. — Мы о самом плохом подумали.
— И были почти правы, — сказал я.
Беседовать, когда вокруг шумел дождь, было сложно, но мне удалось пересказать произошедшее. Лица наставниц при этом стали немного пугающими.
— Вырву ноги тебе, — сказала Рена, глядя на спокойную Сивиту, — а потом старой жабе Серне.
— Ну, во-первых, мой отец заставит вас пожалеть об этом, — сказала она. — А, во-вторых, это самая глупая идея, которую могла придумать только ты.
— Вы знакомы? — спросил я у Дейри.
— Вместе были послушницами, — неохотно сказала наставница.
— Надо рассказать госпоже Тэе, — Рена бросила суровый взгляд на Сивиту, скрестив руки на груди, чтобы не пустить в ход кулаки. — Она разберётся, кому и что оторвать в первую очередь.
— Нет, Серебряная птичка права, — сказал я, на что Сивита слегка поморщилась. — Это не самая лучшая идея. Госпожа Тэя дала серьёзное обещание разобраться со всеми старшими наставницами, если со мной что-то случится.
— Но ведь не случилось, — подметила Рена.
— Спорное утверждение. У меня шишка на голове с кулак размером.
Ноги держали плохо, поэтому я прошёл к бочке и осторожно уселся на неё. Хорошо, что не задохнулся, пока путешествовал в ней. Посмотрел наверх, так как дождь внезапно решил перестать шуметь. Стало как-то непривычно тихо, если не считать звуки льющейся с крыши воды.
— Есть у меня подозрение, — продолжил я, — что кто-то среди старших жриц ведёт подрывную деятельность. Очень хочет, чтобы в храме случился кризис.
— Чего? — не поняла Рена. — Взорвать храм?
— Нет, это образно, — я поморщился, так как сложно было подобрать нужные слова на языке дами. — Давайте, пока дождь затих, обратно вернёмся. Мне надо с мыслями собраться и подумать.
Все трое посмотрели на меня одинаковыми взглядами, говорящими, что я ещё слишком мал, чтобы думать. Ну да, у одной в голове только членовредительство, а мотивы другой мне совершенно непонятны. Зачем она сестёр предупредила и почему пошла против хранительницы кладовых?
Идти обратно пришлось долго. Дождь за это время успел дважды усилиться и ослабнуть. А ещё я умудрился вымокнуть до нитки. Тяжёлый зонт было проще выбросить, чем тащить с собой. В какой-то момент я просто бросил его на телегу, поняв, что толку от него мало. Пригород Хумы встретил нас тишиной и неярким светом редких уличных фонарей. Ночью в такую погоду даже стража старалась меньше выходить на улицу. Только у городской стены мы столкнулись с ними. Четвёрка крепких демонов в плащах, при оружии, а в руках яркие фонари. Городские ворота ведь на ночь закрывали, поэтому странно, что они дежурили снаружи. Наверное, увидели огонёк на телеге и поспешили выйти. Слегка бледный капитан стражи едва ли не лично поспешил открыть створку ворот, чтобы пропустить телегу, стараясь на глаза дами не попадаться. Я уловил бормотание одного из ат-анаков в страже, говорившего на родном наречии. Он жаловался на беспокойных белоглазых женщин, гуляющих «туда-сюда» в такую непогоду, да ещё и ночью.
Храм к нашему возвращению спал, и лишь несколько жриц дежурили на первом этаже и у выхода во внутренний двор. Молодые послушницы довольно часто сбегали посреди ночи, чтобы встретиться с возлюбленными в городе или в мужской части храма, поэтому основные выходы запирали, а в длинных коридорах, ведущих во внутренний двор, всегда кто-то дежурил. Мы не стали ломиться в храм, решив укрыться на складе у вечной стройки. Я выдохнул с большим облегчением, когда попал под крышу, спасаясь от дождя. С нас на каменный пол ручьями бежала вода. Фонарь, с которым нас на дороге догнали сёстры потух ещё по пути, а тот, что был закреплён на повозке едва держался, масла там почти не оставалось, и огонёк едва тлел.
Телега удачно прошла в двери склада. Пока Дейри устанавливала её так, чтобы не мешала, я прошёл по помещению и с облегчением уселся на стопку облицовочной мраморной плитки. У меня даже плаща не было, хотя и он не сильно помог бы. Женщины от своих плащей избавились сразу, повесив их так, чтобы вода немного стекла.
— Ну и что будем делать? — спросила Рена.
— Лучше спроси, почему Серебряная птичка решила нам помочь? — заметил я. — Могла ведь меня убить, сбросить к пятнистым собакам или сдать охотникам, что там живут.
— Не называй меня так, — сказала она. — Иначе попрошу наставницу Мике выпороть тебя за неуважение к старшим.
— Мы ещё посмотрим, кого пороть надо, — встала на мою защиту Рена. Упёрла руки в боки, посмотрела на неё хмуро. Мне показалось, что ещё немного, и пространство вокруг начнёт дрожать.
— Рена… Наставница Рена, не сердитесь.
Наставница смерила взглядом бывшую подругу и прошла ко мне, чтобы сесть на соседнюю стопку отделочной плитки. Скрестила руки на груди, ожидая рассказа. Снаружи послышался звук усиливающегося дождя.
— Мы пока обратно шли, — сказал я, нарушая тишину, — мне в голову несколько мыслей нехороших закралось. К примеру, велика вероятность, что утром госпожа Тэя узнает, что старая жаба, хранительница кладовых, пригласила меня на разговор, после чего я исчез. А потом найдутся свидетели, что вот эта дурочка срочно куда-то уехала посреди ночи. И придётся верховной разбираться со старшими жрицами. Не отдадут они свои амулеты просто так, будут драться за них. А учитывая силу верховной, ничем хорошим для старших жриц это не закончится.
— Кто-то расколоть храм хочет? — спросила Дейри. — Думаешь, хранительница Серна?
— Не исключено. Но вполне может быть, что она сейчас не спит, ждёт, пока к ней Сивита вернётся. Надо проверить, если Серна приморит помощницу, значит, это она. А если нет, то утром крик должна поднять хранительница символов.
— Карна? — удивилась Рена. — Нет, не поверю.
— А как ты думаешь, откуда у Серны книга из кабинета верховной жрицы? — спросил я. — Она сама прошла в кабинет госпожи Тэи и нашла нужную на полочке? Что сейчас в храме происходит, забыла? Все старшие заняты чернилами, которые очень быстро портятся.
На секунду снова повисла тишина, которую нарушил короткий смех Сивиты.
— Парень умеет думать головой, — сказала она. — В отличие от вас. Был бы у меня такой талант к голосу как у вас, я бы уже была подле верховной.
— Но его нет, — язвительно сказала Рена.
— Нет, — печально согласилась Сивита. — В любом случае, парень прав. Книгу принесла хранительница Карна. Они с Серной беседовали в кладовой почти полчаса, но о чём, я не знаю. Уходила же Карна очень довольная собой. Улыбалась, думая, что её никто не видит.
— Значит, это она? — нахмурилась Рена.
— Полной уверенности нет, — Сивита развела руками. — Проблема в том, что хранительница Серна говорила мне, что надо убедить Василия нанести нам символы, как у вас с Дейри. При этом, пригласив его в кладовую, она не упрашивала и не уговаривала. Услышала отказ и сразу решила избавиться. Это странно даже для неё. И она обязательно ждёт меня, чтобы избавиться так же, как и от парня. Серна никогда и ни за что не откажется от своего положения, хотя и говорит об обратном.
— Вот, — Дейри кивнула, глядя на неё. — Всегда ведь умела хорошо думать, а связалась с этой старой жабой.
Огонёк в лампе замерцал, готовый погаснуть в любой момент.
— Давайте решать, что будем делать, — сказал я.
— Я бы всё рассказала верховной, — высказалась Рена, на что Сивита всплеснула руками, имея в виду недальновидность подруги.
— И ещё надо как-то объяснить смерть двух младших жриц, — напомнила Дейри, показывая взглядом в сторону телеги.
— Серну придётся убрать, — сказала Сивита. — Только у меня сил не хватит.
— Зато у меня хватит, — сказала Рена, сжимая кулак. — От тела избавишься сама. И от тех, что на телеге. Обязательно было?..
— Обязательно, — ответила ей Сивита.
Такой уж тёмный мир. Иногда забываешь, что живёшь бок о бок с демонами.
— Так, — я поднял руку, привлекая внимание женщин, — Сивита, ты занять должность хранительницы кладовых сможешь? Ты ведь её помощница и в делах разбираешься.
— Это должность для старших жриц, — она покачала головой. — У меня не получается работать с усилителем.
— А если я тебе нужные символы на спину нанесу, и максимум дней за десять ты сможешь спокойно читать третью молитву?
— Старейшины будут совещаться дней двадцать, — задумчиво произнесла она. — Если я попрошу отца, то он затянет этот процесс. Да, вполне. Если я смогу повысить силу голоса, то эту должность заберу. Гарантирую.
— Только доверия к тебе нет, — сказала Рена.
— Я символ наставника нанесу, если она согласится на моё предложение.
— Что за символ? — спросила Рена, и на меня уставились три вопросительных взгляда.
— Не слышали о нём? Вы что, историю храма не изучали? Если коротко, то раньше наставница из числа старших жриц выбирала себе помощницу и преемницу. И чтобы та её не приморила раньше срока, как вы хотите поступить с Серной, наносился символ. Если наставник умирал до того, как убирал символ, то он портил всё, что нанесено на спине ученика. Иными словами, если я умру, то Сивита потеряет всю силу и больше никогда не сможет её получить.
— Нет, — Сивита даже подалась назад. — Я такой на свою спину нанести не дам.
— Тогда пойдёшь следом за Серной, — сказала Рена, и голос прозвучал так холодно, что можно было сразу поверить, голову наставница ей оторвёт без малейшего колебания и зазрения совести.
— Я же его спасла, — Сивита ткнула пальцем в мою сторону.
— А я дам тебе силу, которой ты никогда не сможешь достичь самостоятельно, — добавил я. — Древние символы сделают тебя сильнее, чем все старшие жрицы храма, вместе взятые. За исключением Рены и Дейри, так как они уже эти символы получили.
— А «наставника» они тоже получили? — спросила Сивита.
— Нет, — я улыбнулся. — Им я доверяю. Решай быстрее, пока огонёк лампы не погас. Лет через пять, а может, и раньше, я уберу символ, обещаю.
Сивита даже зарычала, оскалившись, и принялась тихо ругаться. Для жриц дами символы на спине были важнее жизни. Смерти они боялись меньше, чем лишиться их.
— Хорошо, хорошо, — сдалась она. — Я согласна.
— Дейри, беги к верховной жрице, скажи, что я очень, очень сильно прошу её дать тебе порцию чернил. Уверен, что она сохранила немного. Если будет спрашивать, ссылайся на меня, говори, что ничего не знаешь, что Василий снова что-то удумал, и твердит, что делает это на благо храма.
— Хорошо, — Дейри кивнула и направилась к выходу. Остановившись, она повернулась и посмотрела на сестру. Дождавшись кивка, захватила плащ и вышла под дождь.
— У меня с собой был набор иголок, — я посмотрел на Сивиту. — Дорогой набор. И ещё золото.
Она вынула из-за пояса продолговатый деревянный футляр и подошла, чтобы отдать его мне. Следом вручила тряпичный мешочек с монетами.
— Забыл сказать Дейри про масло для фонаря, — опомнился я.
— Проще это сделать у меня в комнате, — сказала Сивита. — Это здесь недалеко. Мне надо одежду сменить. Да и тебе бы не помешало.
— Ночь слишком короткая, — вставила Рена. — Может, сначала с хранительницей разобраться и от тел избавиться?
— Тела спрячу, — Сивита отмахнулась. — Но я не хочу, чтобы он прикасался к моей спине грязными руками.
Огонёк лампы последний раз вспыхнул и потух. Пришлось нам наощупь выбираться со склада под дождь и бежать в сторону храма. Женщины сразу отправили меня переодеваться и мыть руки, сказав, что зайдут за мной, как только разберутся с хранительницей кладовых.
⠀⠀
Жрица Сивита, храм, глубокая ночь
Прогулка под тёплым дождём не доставила радости Сивите, но в текущей ситуации на это она даже не обращала внимания. Она просто не могла поверить в то, что наставница задумала убрать её. Серна ведь долгие годы получала золото от семьи Сивиты за право учиться, чтобы в будущем занять это место. Но чтобы так, разменять её на какие-то личные амбиции — это выводило молодую женщину из себя. Лучше бы она последовала совету отца и отравила старую жабу. Если бы знала, что всё придёт к такому, то не пожалела бы золота и купила самый лучший яд, растворяемый в дорогом вине.
Сивита завидовала сёстрам Рене и Дейри, не отличающихся высоким происхождением, но имевших огромный талант в понимании силы голоса. Особенно тому, как легко они стали старшими жрицами, наперекор воле старейшин. Но умение читать третью молитву, никогда прежде не прикасавшись к усилителям, заткнуло все недовольные рты. Кто бы знал, что верховная уже подсуетилась и купила их лояльность. Теперь, когда слухи о новых и невероятных символах, найденных в архивах храма, стали правдой, это не казалось странным.
— Правда, что этот парень лично наносил вам символы? — спросила Сивита у старой подруги.
Когда они ещё были послушницами, разница в положении или таланте не играла никакой роли. Сивита всегда старалась держаться поближе к бойким сёстрам, не дававшим в обиду себя и подруг. Это было не только удобно и выгодно, но и с какой-то стороны приятно. Все подруги детства высокородной Сивиты были склочными, расчётливыми и невероятно скучными. Она никогда так не радовалась, как в компании Рены и Дейри, когда они дрались со старшими послушницами или сбегали из храма в город. Плохо, что судьба развела их сразу после того, как они шагнули на ступень выше. Родители устроили Сивиту в ученицы хранительницы кладовых, а сёстры стремительно взлетели до недосягаемых для их возраста высот, став старшими жрицами.
— Сама увидишь, — сказала Рена. — Даже не так. Скоро ты почувствуешь на себе, что значит нести на спине великий символ. Только ради этого чувства можно свернуть шею всем старым тварям, задумавшим навредить Василию.
— А что это за символы? — заинтересовалась Сивита. — Парящие облака?
— Нет. Один защитный, а второй атакующий. Василий говорит, что они предназначены для сражений с одарёнными. Если кто-то сильный попадёт в этот мир через разлом, мы сможем с ним разобраться.
«А также с неугодными старейшинами или старшими жрицами, — подумала Сивита. — Это умно, начать с подобных символов».
Женщины остановились напротив главной кладовой, где обычно работала Серна. Сивита не могла почувствовать начальницу, в отличие от подруги. Рена приложила палец к губам, показывая, чтобы та отошла в сторону от двери. Пару раз глубоко вздохнув, Рена толкнула дверь, заходя в помещение.
— Ступени, ведущие в усыпальницу богини, будут покрыты твоей кровью, — негромко произнесла Рена.
Сивита почувствовала короткую и слабую вспышку силы, даже пространство вокруг не задрожало. Зато из кабинета послышался хруст ломаемого дерева и что-то ещё, незнакомое, но неприятное. Вытянув шею, молодая жрица заглянула в помещение, увидев лишь обломки стола и бесформенную фигуру хранительницы кладовых, чьё светлое одеяние быстро пропитывалось кровью.
— Перестаралась, — недовольно сказала Рена. — Не стой там. Давай её во что-нибудь завернём, чтобы кровью всё не залила.
— В сундук, — быстро сказала Сивита, заходя в комнату. — Ф… действительно перестаралась.
Сивите на секунду стало страшно от увиденной картины. Она и не представляла, что старшую жрицу, имевшую на спине несколько защитных символов, можно так быстро и легко убить. Она видела тренировки хранительницы, когда та получила на спину пару символов из особого списка верховной. Тогда несколько приглашённых из гильдии наёмников ничего не могли с ней сделать, а она легко швыряла их, не обращая внимания ни на огненные техники, ни на воздушные. В тот день Сивита очень хотела когда-нибудь стать такой же сильной и могущественной. Сейчас же она спешно пыталась упаковать искорёженное тело своей наставницы в громоздкий сундук, но думала лишь о том, что скоро получит символ, позволяющий ей прикоснуться к третьей молитве.
Вытирая испачканные в крови руки о край одеяний Серны, Сивита лишь брезгливо поморщилась. Посмотрела на разбитый стол. Следовало собрать важные бумаги, пока до них не добрался кто-то из числа старших жриц, которых верховная назначит сюда на первое время.
— Могла бы стол не ломать, — недовольно сказала Сивита.
— Как получилось, — отозвалась Рена. — Комната запирается?
— Да, — Сивита показала связку ключей с шеи наставницы. — До утра никто не придёт, но я успею раньше, если тот парень не станет тянуть и побыстрее нанесёт мне нужные символы.
— Василий его зовут, — Рена хмуро посмотрела на неё. — И если задумаешь что-нибудь против него, то ляжешь в соседний сундук. Не посмотрю, что мы старые подруги.
— А он… Василий знает много символов? Ну, кроме таких.
— Говорил, что пару десятков знает, и что подбирать надо индивидуально.
— А если моя сестра тоже согласится принять на спину символ наставника? — уточнила Сивита. — Она тоже очень талантлива. Мне с Василием об этом поговорить?
— С ним…
Сивита кивнула. Из всего, что она увидела и услышала, стало понятно, что сёстры не только не стоят над Василием, но и почти ничего не знают. От пришедших мыслей у неё по спине побежали мурашки. Если она сможет занять место хранительницы кладовых, то для Василия станет гораздо полезнее, чем старшие наставницы, обучающие молодых жриц.
«Папа, мама, у вас ещё будет повод гордиться своей старшей дочерью», — Сивита коварно улыбнулась, пока этого не видела глупая Рена.
⠀⠀
Добравшись до кровати, я устало повалился на неё, даже не снимая одежду. Из-за мокрого наряда второго старейшины, сохнущего на спинке единственного в комнате стула, воздух был немного сырым. Ночь оказалась длиннее, чем планировал. Пока я переодевался, Рена успела разобраться со старой хранительницей, а Сивита переодеться в сухое платье. Затем мы ждали Дейри, вернувшуюся взъерошенной от общения с сонной, а оттого вредной верховной жрицей. Чернила Тэя выдала, но попросила зайти утром и объясниться, куда я их потратил и к чьей спине решил прикоснуться в этот раз.
На нужные символы для Сивиты у меня ушло около часа. Под пристальным взглядом наставниц я нанёс на её спину два символа. Не стал наносить третий, так как чернила были слишком сильными для простой жрицы. Первый должен был расширить её восприятие и помочь быстрее осилить третью молитву. Вторым был символ наставника. Когда-то давно я обещал Беате, что никогда и ни при каких обстоятельствах не буду наносить символы подчинения на спины жриц дами. Да и к «наставнику» она относилась с неприязнью. Просила использовать его лишь в самом крайнем случае, когда не было другого выхода.
Закрыв глаза, я провалился в короткий сон. Мне снился дождь с грозой и странные образы, тонущие в темноте. Они ходили вокруг, как хищники. Стоило ослабить бдительность, и один прыгнул на меня, повалив на спину и усевшись верхом. Я безуспешно пытался вырваться, чувствуя, как тяжело становится дышать.
Открыв глаза, я увидел девушку, сидевшую на мне верхом и довольно улыбавшуюся. На вид лет пятнадцать, с едва заметным румянцем на щеках. Она всегда так улыбалась, когда получала то, что хотела. И в простеньком платье младшей жрицы она смотрелась необычно. Судя по тому, что я всё прекрасно видел, утро наступило уже давно.
— Проснулся, наконец, — сказала она, глядя на меня сверху вниз. — Значит, ты тот самый парень, который умеет читать на древнем языке и знает тысячу древних символов?
— Ага, это я, — попытка пошевелиться ни к чему не привела, так как она сидела очень хитро, зажав мои руки коленями.
— Значит, ты мне поможешь, — нагло заявила она.
— Чем? — спросил я, заранее зная ответ.
— Стать самой сильной верховной жрицей, конечно же, — она ещё шире заулыбалась. — Наверняка есть символы, способные сделать меня сильнее, чем вредная Тэя.
— А ты смелая, раз называешь верховную жрицу просто по имени.
— А ты наглый, — парировала она. — Тэя едва не закипает, когда вспоминает твоё имя. Вчера, кстати, раз десять вспомнила. И сегодня пару раз. Ну что, поможешь мне с символами? А я тебе с библиотекой. Я деда Тима знаю лучше других.
— При одном условии, — сказал я.
— Ну давай попробуй, — она скрестила руки на груди. — Что хочешь?
— Кроме меня никто не должен прикасаться к твоей спине. Ни хранительница символов, ни даже Тэя.
— И всё? — она посмотрела удивлённо.
— Нет. А ещё ты должна сама научиться наносить символы. Я когда-то обещал, что к своей спине подпущу только одну жрицу.
— Хочешь, чтобы это была я? — уточнила она. — Договорились.
Беата ловко слезла с меня и уселась на край кровати, разглядывая комнату.
— Могла бы днём прийти, — сказал я, садясь и разминая затёкшие руки. Всё-таки не стоило спать в одежде.
— Днём нельзя, — Беата улыбнулась. — Днём тебе достанется от Тэи, потом ещё занятия со старшими, некогда. Завтра, когда девчонки пойдут в город, у нас будет свободное время. Ты пока подумай, какой символ мне нанести первым. Точно, забыла сказать, я могу четвёртую молитву читать.
— Для начала надо узнать, насколько сильно тебе испортили спину наставницы. Что там у тебя из символов сейчас?
— Только «понимание» и контур для каменных колонн.
— Ох, только не колонны, — застонал я. — Что вы к этим посредственным символам прицепились?
— Потому что других не знаем, — заметила она. — Сейчас покажу.
Она принялась развязывать пояс, чтобы спустить платье с плеч. Немного смутилась, бросив на меня взгляд. Оголив плечо и лопатку, она показала небольшой знак «понимания», который позволял использовать силу голоса. Рядом кто-то наметил каменные колонны, но нанёс только внешний контур, что было вполне поправимо.
— Надеюсь, ты проснулся, — со стороны двери раздался знакомый голос, и в комнату вошла сердитая верховная жрица. — Так…
— Ой, — только и сказала Беата, покраснев до кончиков ушей и быстро подтягивая платье.
⠀⠀
Тэя смотрела на нас секунд пятнадцать, дёрнула бровью, стараясь сохранить самообладание. Не стоит забывать, что ей и двадцати пяти нет, а в этом возрасте девушки бывают вспыльчивы. Только в случае верховной жрицы всё может закончиться глобальными разрушениями храма.
— Через двадцать минут чтобы был у меня в кабинете, — сказала Тэя, поджала губы и вышла из комнаты, аккуратно закрывая дверь.
Беата принялась спешно подтягивать пояс и поправлять одеяние младшей жрицы.
— Тебе сколько лет? — спросила она.
— Четырнадцать.
— Я старше, — не видел её лица, но, судя по тону, она довольно улыбнулась. — Беата меня зовут.
— Василий.
Она закончила возиться с поясом, встала, прошла в центр комнаты и обернулась.
— Значит, мы договорились? — спросила она.
— Договорились. Удивительно, что девушка в твоём возрасте может читать четвёртую молитву.
— Тэя в пятнадцать смогла прочесть пятую, — сказала Беата. — У меня пока не получается, но очень скоро я её догоню. Ну, а ты сам? Мужчины редко могут прочесть даже вторую, но девочки сплетничали, что в зале у входа в храм ты с Дорной поспорил. Жаль, мы с наставницей опоздали.
— Я в этом не силён, если честно.
Когда-то давно я пробовал прочесть пятую молитву, а потом неделю лежал пластом. Это было за год до того, как я покинул храм. И если Тэя смогла прочесть её в пятнадцать лет, то страшно представить, насколько она талантлива. Всегда думал, что это Беата монстр, но, оказывается, она тоже стремилась кого-то догнать.
— Мне на занятия нужно бежать, — Беата хитро прищурилась, глядя на меня. — Потом у нас уборка в архивах, но после обеда я тебя найду.
Девушка помахала ручкой и умчалась, почему-то очень довольная собой. Проводив её взглядом, я прошёл к стулу с одеждой. Как и ожидалось, за ночь она не высохла. Во втором комплекте одежды я спал, поэтому выглядел помятым и взъерошенным. Наспех приведя себя в порядок, я заглянул в гости к Зои. После нанесения символа она выглядела слегка болезненной и температурила. Попросил её сегодня отдохнуть и уже второй раз пообещал достать лечебный отвар. Постоянно ведь повторяю, что если не собираешься делать или не можешь, то лучше не обещать.
В кабинет Тэи я заглянул ровно через двадцать минут, как она и просила. Надо сказать, что на этаже старших жриц было необычно тихо. Дорвавшись до хороших чернил, вряд ли они ограничились одним рисунком, поэтому несколько дней будут отходить. Я бы пошутил, что на четыре дня храм можно закрывать на карантин.
Едва я подошёл к кабинету, дверь сама открылась, приглашая меня войти.
— Доброго утра, — бодрым голосом пожелал я. У дами такого приветствия не было, но они всегда улыбались, когда подобное слышали.
— Для кого-то оно доброе, не сомневаюсь, — ехидно заметила Тэя. — Проходи, не стой в дверях. Садись.
Дверь за мной закрылась, и на неё легла сила, чтобы любопытные не подслушивали.
— Я понимаю, что ты парень бесстрашный, но не надо переходить границы, — сказала она.
— Как раз об этом и подумал, когда проснулся и увидел Беату. Она пришла требовать от меня символы. Вы думаете, что я могу её обидеть? Да она сама кого хочешь обидит. А как чёрное солнце получит, от неё и старшие жрицы по коридорам убегать начнут.
— В одежде спал? — спросила Тэя.
— Устал вчера и вырубился, едва до кровати дополз.
— На кого чернила потратил?
— Дал Сивите шанс добраться до четвёртой молитвы, — сказал я.
— Сивита… А, это ученица хранительницы кладовых. Смотри, как бы потом тебе не досталось от Серны. Она женщина злопамятная. Но выбор всё равно странный, она же без таланта. Зачем?
— Кстати, Сивита же из числа высокородных, почему у неё на спине почти ничего нет? Думал, что будет похожая картина, как у Вас.
— Сложно сказать. Может, на мелочи не хотела размениваться. Жрицам положено три обязательных символа, а остальное уже по их усмотрению. Что нанёс?
— Символ с пафосным названием, — я улыбнулся. — «Лестница в небо» называется. Для того, чтобы третью молитву читать и усилители использовать.
— И что, любая жрица без таланта сможет освоить усилитель? — слегка удивилась Тэя.
— Конечно, — я кивнул. — Но, в любом случае, это лишний символ, занимающий важную часть спины. На его место можно поставить активный символ, защитный или контроль. Поэтому лучше, если жрицы сами дойдут до понимания усилителей и третьей молитвы.
— Знаешь, сколько таких среди жриц в храме? — спросила Тэя, покачав головой. — Которые сами могут понять, как правильно произносить слова силы. Единицы. Но если сразу все дойдут до этого уровня…
Она замолчала, с трудом переваривая услышанное. И Беата так же на меня смотрела, когда я откопал этот символ в архиве. Разница между старшей жрицей и обычной довольно высока, и если они все сразу поднимутся, то храм внезапно станет самой могущественной силой не только в империи, но и во всём тёмном мире.
— Давайте подождём и посмотрим, как справится Сивита, — предложил я. — У неё довольно много свободного места на спине, и от лестницы не будет большого вреда.
— Но ты говорил о четвёртой молитве? — вспомнила Тэя.
— По сравнению с наставницей Реной, у Сивиты действительно слабый талант, но это не значит, что он отсутствует. Нужно только подобрать правильный символ, чтобы он раскрылся. Таланты ведь бывают разные. Кто-то силён в атакующих символах, кто-то в концентрации и управлении голосом.
— Не торопись раздавать эти символы, — она ненадолго закрыла глаза, собираясь с мыслями. — И запиши его так, чтобы я поняла. Пора бы тебе уже начать составлять книгу с нужными и полезными символами.
— Я так и планировал, — кивнул я. — Беата согласилась учиться, и постепенно мы с ней напишем нужный справочник.
— Хорошо, я с ней сегодня поговорю и расписание поменяю, чтобы с тобой было время заниматься.
— Я только в символах силён, — сразу предупредил я. — Ничему другому научить не смогу.
— Она по-прежнему будет моей ученицей, если ты об этом. У Беаты огромный талант, и нужно направить его в правильное русло. Поэтому советуйся со мной, если соберёшься дать ей какой-нибудь символ. И чтобы никаких могущественных и атакующих, пока ей не исполнится шестнадцать.
— Полностью с Вами согласен, — я пару раз кивнул.
— Возьми за правило ставить меня в известность, когда в следующий раз будешь раздавать символы жрицам, — строго сказала она. — Я терплю тебя только потому, что это…
Она попыталась подобрать слова, но не получилось.
— Тогда Вам нужно решить, кто из жриц получит два символа «огненного колеса». Я его ещё не испытывал, но точно могу сказать, что для этого нужно читать третью молитву. Может, кто-то из жриц сейчас подобрался к нужному уровню, но места среди старших для них нет?
— Что за символ?
— Боевое огненное умение. Одна, а лучше две жрицы должны его получить. Как я понял, в храме нет стражи, поэтому нужно найти кого-то подходящего на эту должность, кому можете доверять.
— А Рена и Дейри? — спросила она.
— Жаль растрачивать их талант на подобное, — честно признался я.
Второй раз верховная жрица задумалась сильнее.
— Сбил с настроя, — недовольно сказала она спустя минуту.
Встав, она обошла стол, чтобы нависнуть надо мной. Вздохнула, затем протянула руки, поднимая меня за грудки. Легко оторвала от пола, чтобы заглянуть в глаза.
— Какого демона ты раздаёшь налево и направо великие символы?! — прорычала она. — Тем более посторонним гильдиям. Знаешь, что будет, если это дойдёт до императора и его прихлебателей? Запру в подвале, чтобы и носа оттуда не показывал.
Опустив меня на пол, перенесла руки мне на шею, словно планировала задушить, но боролась с этим искушением.
— Даже лучшие чернила подобного не стоят, — сказала она и больно щёлкнула меня по лбу. — Я бы показала, как зла на тебя сейчас, но боюсь, что не переживёшь этого.
— Простите, — виновато сказал я. — Думаю, что об этом никто не узнает. Не мог же я чернила просто так, из воздуха достать. Сам знаю, что нехорошо разбрасываться такими символами, но они достались хорошей женщине, которая меня однажды спасла от разъярённого торговца.
— Хорошая женщина и гильдия Серебряной луны — понятия несовместимые. Это как называть пятнистых собак милыми щеночками. Но чернила и правда были отменными. Для Беаты такие же достать сможешь?
— Для неё смогу, — кивнул я. — А что, Гамеш ничего не предложил взамен?
— Предложил, — сказала она. — Но я бы ему отказала, если бы не знала, что ты всё равно символ им отдашь.
— А можно я сегодня в лавку алхимика схожу? Надо купить трав нужных, а то после вчерашнего у хранительницы кладовых вряд ли что-то осталось.
— Загляни сначала туда, раз тебе Сивита теперь должна. Может, у неё что-то да осталось. Или список составь — я отправлю кого-нибудь из жриц.
— Только туда и обратно, — я посмотрел жалостливым взглядом.
— Как же с тобой тяжело, — сдалась она. — Хорошо, туда и обратно. Рену с собой возьми, одного не пущу.
— Тогда я побежал?
— Подожди, хочу, чтобы ты посмотрел, — она сделала знакомый жест пальцем, чтобы я отвернулся к окну. Пока я разглядывал пасмурное небо, сзади послышался шорох одежды. — Скажи, что с чёрным солнцем?
Я обернулся, посмотрел на знакомый узор. Свежие рисунки пока ещё были яркими, а кожа гладкой, без красноты и воспалений.
— Хорошо легли, — сказал я, изучая новые символы. — И поздравляю с двумя лучами чёрного солнца. Почему-то к защитному символу один тянется более охотно. Ещё дней десять, и зацепит его.
— Хорошо, — с облегчением вздохнула она. — Ты обещал рассказать, как ими пользоваться.
— Как только лучи солнца до них доберутся, — я заметил кое-что странное. — Тут ещё что-то. А можете пониже показать? В смысле, рисунки в нижней части спины. Мне кажется, или чёрное солнце сожрало один символ, который был открыт?
Я подсел ближе, сдвигая ткань платья, чтобы лучше рассмотреть. Луч чёрного солнца, который раньше захватывал один из символов, стал ярче и толще, а рисунок, наоборот, поблёк и выглядел так, словно его надкусили по краям.
— А что снизу было? Я такой и не помню.
— Защитный символ «сомнение», — подсказала она. — Он одним из первых открылся. И что значит «сожрало»?
— Ну, чёрное солнце его словно высасывает. Я о таком не слышал никогда. Символ уже испорчен настолько, что не будет работать. Может, солнцу краски не хватает, чтобы лучи протянуть?
— А остальные символы? — заволновалась Тэя.
— Нормально с ними всё, — я пробежал взглядом по рисункам на спине. — Только один страдает почему-то. Но это даже хорошо. Мы на его место что-нибудь более полезное нанесём. Тем более, там уже есть луч чёрного солнца. Действительно, странно получается…
Тэя подтянула платье, чтобы накинуть его обратно на плечи.
— Можешь идти, — сказала она. — Посети наши кладовые и выбери всё, что нужно. Скажи хранительнице, что это моё распоряжение. И если там уже ничего не осталось, можешь сходить в город, но только в компании наставницы Рены. Кстати, найди её и скажи, что я хочу с ней поговорить.
В коридоре до сих пор было тихо. Вместо вездесущей хранительницы символов там дежурила незнакомая жрица, удивившаяся, увидев меня. Ей я и передал просьбу верховной срочно найти Рену. Чем быстрее они поговорят, тем быстрее я смогу сходить в лавку алхимика. На сто процентов уверен, что в кладовых уже ничего нет. Зная финансовое состояние храма, вряд ли они станут держать большой запас трав. Но, чтобы не сердить Тэю ещё больше и проверить кое-что, я всё же направился в сторону кладовых.
Ещё на подходе к комнате, где меня вчера оглушила Серна, я заметил суетившихся послушниц, выносивших оттуда обломки мебели. Несколько девушек в возрасте пятнадцати-шестнадцати лет провожали меня любопытными взглядами, кто-то даже строил глазки.
— Шевелитесь, — послышался голос их наставницы, вышедшей из кладовой. — Где стол? Грана, где, я спрашиваю, стол?
Наставница выглядела чуть старше двадцати лет, но не узнать её было сложно. Когда я уходил из храма, она руководила ремесленными мастерскими. Под её руководством мужчины делали мебель и посуду, а девушки и женщины шили наряды и платья, вышивали золотом пояса для старших жриц. Думаю, что сейчас она ученица у наставницы, перенимает её опыт не только в мастерстве, но и в управлении послушницами. И судя по тому, как девушки забегали, когда она на них прикрикнула, получалось у неё хорошо.
— Ты чего улыбаешься? — строго спросила она, увидев меня.
— Рад видеть Вас в добром здравии, наставница Мейлир, — сказал я.
— Зеленоглазый парень, о котором предупреждала наставница Эва, — прищурилась она, скрестив руки на груди. — Действительно, неплохо говоришь на языке дами. Пришёл, чтобы отвлекать девушек?
— Рядом с кладовыми? — удивился я. — Я за травами для наставниц Рены и Дейри.
— Бесполезно, — Мейлир поморщилась. — Всё утро жрицы бегают по поручению своих наставниц, но трав для успокаивающего отвара не осталось. Сивита даже сорвалась на кого-то…
Осёкшись, она посмотрела на меня, словно не понимая, с чего это решила поболтать и даже поделиться последними новостями. А дело было в том, что дами тоже нравилось, когда кто-то красиво говорил на их языке. Они, конечно, не кинийцы, но красивую речь тоже любят, если застать врасплох.
Мы одновременно посторонились, отойдя к стене, так как мимо спешно прошла важного вида жрица лет сорока. На нас она бросила лишь короткий взгляд. Дойдя до распахнутой двери главной кладовой, она спокойно вошла внутрь.
— Милая Сивита, — послышалось оттуда, — а где хранительница Серна?
— Хранительница плохо себя чувствует, — раздался уставший голос Сивиты. — Лекарственных трав нет. Совсем нет. Последние два корешка и несколько лепесточков забрала ученица наставницы Орианы. И даже от простуды трав нет. Всё выгребли.
— Но…
— Ничего не осталось! — повысила голос Сивита. — Простите за это.
— Тогда не буду вас отвлекать от работы.
Жрица вышла из кладовой, прошла пару шагов, затем удивлённо оглянулась. Подумав немного, она поспешила к выходу из коридора, снова не обратив на нас внимания. Наверняка побежала в город, в лавку алхимика, чтобы купить нужные травы там.
— Кто это? — спросил я.
— Помощница наставницы Стерел, — сказала Мейлир.
— А она кто?
— Казначей. Если ей отказали, то трав действительно нет.
— Согласен, — я покивал, посмотрев на приветливо распахнутую дверь. — Пойду поздороваюсь.
— Ага, удачи, — Мейлир улыбнулась и быстро опомнилась. — Будешь приставать к послушницам — получишь по шее.
— А если они ко мне?
— Тогда они получат, — согласилась с доводом она. — Или оба.
— Намёк понял.
Я поспешил к открытой двери. Если вчера вечером в центре комнаты стоял массивный стол, то сегодня его уже не было. Понятно, что за обломки выносили из комнаты девушки. Вместо него кто-то поставил два ящика, разложив на них дорогую по местным меркам бумагу, счёты и знакомые весы, но уже с одной помятой чашей.
— Успокаивающих кожу трав нет, — не глядя в мою сторону, сказала Сивита, читая то ли отчёт, то ли список. Вид у неё был болезненный.
— Может, пару дней отдохнёшь? — спросил я.
— Некогда, — она подняла взгляд на меня. — Надо бумаги привести в порядок.
Со стороны сразу было заметно, что она получила символ, отчего плохо себя чувствует. Думаю, что жрицы, заходившие сегодня, сразу понимали, что произошло, и очень скоро об этом будет знать весь храм. Хороших чернил было немного, поэтому старшие жрицы со своими ученицами вряд ли стали бы делиться, а завистников среди дами не меньше, чем среди других демонов.
— Ладно, приготовлю и на твою долю, — сказал я. — Планирую в лавку алхимика сходить в городе.
— Бесполезно, — она ухмыльнулась. — Если там что-то и было, то всё уже раскупили.
— Посмотрим. Но кладовую травами пополнить надо. Всё, что нужно, я достану, а ты проследи, чтобы ничего не испортилось. Сезон дождей начинается, а сырость для трав губительна. Поэтому надо в ближайшее время привести кладовую в порядок. Просушить, всё, что покрылось плесенью, выкинуть, и вообще.
— И этот командует, — она посмотрела на меня взглядом опытного кладовщика, к которому пришёл грузчик с советом.
— Понял, приставать не буду. Тогда мне нужна будет помощь с медными котелками, тарой для микстур и хорошей печкой. Надо отвар для воспалённых символов сделать, ну и внутрь тебе что-нибудь употребить не помешает, а то не уснёшь.
Сивита отложила отчёт, накрыла его папкой, чтобы не видно было, что именно читает.
— Мэй! — крикнула она.
— Что? — в кладовую заглянула Мейлир.
— Василий хочет микстуру какую-то сварить, — сказала Сивита. — Поможешь ему.
— Сейчас? — она посмотрела на меня прищуренно.
— После полудня, — сказал я. — Если будете где-нибудь недалеко от мастерских, я Вас найду.
— Хорошо. А сейчас выходи, стол несут.
Последнее Мейлир добавила для Сивиты. По идее, они были примерно равны по положению, но работники кладовых пользовались большим уважением, чем те, кто работал в мастерских.
Пришлось немного подождать, пока Рена поговорит с верховной и пока получит нужные указания на мой счёт. Утром она выглядела немного задумчивой, пока мы спускались по лестнице и огибали храм, не проронила ни слова.
— Что беспокоит? — я не выдержал первым.
— Чернила, которые я принесла вчера в храм, — сказала она. — Старшие ведь их все уже извели?
— Думаю, что уже к вечеру ничего не осталось, — кивнул я.
— Но что они нанесли себе на спину? — она посмотрела на меня. — Может, нужно было им сказать, чтобы не торопились?
— Ты же сама видела, как сильно они хотели чернила. Вот они их и получили, пусть радуются и сами решают, что делать, не маленькие. Беата… В общем, им повезло, что Тэя имеет огромный запас терпения. Я бы на её месте давно устроил старым бабкам разнос, чтобы не лезли туда, куда не следует. Судьбу храма решает верховная жрица, и её воля должна быть исполнена без рассуждений и споров. А старшие только упрёки высказывают и претензии предъявляют. Пусть потом локти кусают из-за собственной глупости. Серна ведь догадалась, что к чему.
— Другим жрицам ты поможешь, как нам с Дейри?
— По-моему, об этом уже говорил, — я улыбнулся ей. — Я ведь для этого и пришёл, чтобы помочь. А с теми бабками, что сидят наверху, сделать это будет трудно. Они как клещи впились в тело храма и высасывают из него последнюю кровь.
— Не говори так, словно всё знаешь, — она покачала головой. — Для каждой из нас храм — это жизнь.
— Конечно.
Я не стал спорить и говорить, что дами, как и люди, живут по-разному. Кто-то ютится в маленьком доме большой семьёй и, кроме дешёвых овощей, ничего не может себе позволить, а кто-то обедает из золотых тарелок и пьёт дорогущее вино. Очень многие зациклились на своей исключительности только потому, что родились в знатной семье. Помнят ли они, что их предки были выдающимися дами, строившими храм и силой завоёвывающими авторитет в тёмном и недружелюбном мире? И что они делают сейчас, чтобы соответствовать предкам?
Мы вышли на территорию сада, размокшего после дождей. Невысокие раскидистые деревца, ухоженная живая изгородь и клумбы с цветами, не боящиеся обилия влаги — всё это было заслугой большой семьи кинийцев, живущих в храме очень давно. Среди сородичей из города они пользовались большим уважением. Каждая молодая женщина была рада стать женой парня из храма дами. А также любой парень из городских трущоб будет рад взять в жёны девушку из местной семьи.
Увидев пару кинийцев, делающих насыпь рядом с деревом, я помахал им рукой, привлекая внимание. Они переглянулись, посовещались, и один побежал к нам. Парни, выглядевшие довольно молодо, порядком извозились в грязи, поэтому закатали штаны до колен и со стороны выглядели очень смешно.
— Доброе утро Вам, уважаемые дами, — поздоровался парень, говоря на общем языке не так уж и плохо.
— Привет, — я ответил на языке кинийцев. — У меня к тебе важное дело. Сбегай в западный район и найди старосту Ро. Скажи ему, что Василий, друг охотника Кирина, просит встретиться с ним в лавке алхимика, что принадлежит торговой палате. У меня для него деловое предложение.
Я протянул ему серебряную монету.
— Так я уже бегу, — он сцапал монетку, оглянулся на своего товарища и помчался по краю сада в сторону выхода с площади.
— Что? — я посмотрел на Рену. — Хорошие ведь ребята. Если нужно кому-то в городе письмо передать или сообщение, то можешь смело просить об этом их.
Она покачала головой, улыбнулась и показала на выход с площади.
До лавки алхимика мы шли неспешно, просто гуляя. Хотелось посмотреть, насколько отличался город от того, каким я его запомнил. Если учитывать время, когда отправился в гробницу, то получалось, что последний раз я видел эту улицу двадцать лет спустя. Знакомые лавки и дома стояли всё там же, только вывески были другие. Было так же и много тех, кто не переживёт ближайшие десять лет. К примеру, большая лавка, продающая глиняную утварь. Не помню, чтобы такая была на углу, недалеко от храмовой площади.
Когда до нужного здания оставался один квартал, мы услышали шум и крики горожан. Что-то громко бухнуло, как будто кто-то разбил большую телегу об угол здания. Выйдя из-за поворота на торговую улицу, мы стали свидетелями большой драки. Несколько кинийцев сошлись в кулачной потасовке с тремя ат-анаками. Несмотря на рост и телосложение, кинийцы теснили более крупных противников. Пока один коротышка бросился под ноги рослому рыбаку, второй прыгнул на него сверху и принялся молотить кулаками. Один из ат-анаков уже лежал без сознания под телегой, разломав её своим телом.
— Что не поделили? — спросил я у клыкастого уроженца севера.
— Дикие южане впервые пришли в столицу, — отозвался тот. — Стали задирать мелких, не зная, что они старосту сопровождают. Думают, если у себя могут обижать кинийцев, то и здесь им это сойдёт с рук.
Судя по тому, что я видел, охрану староста подбирал из самых бойких соплеменников, умеющих, а главное, любящих почесать кулаки.
— Стража, стража! — закричал кто-то, когда на углу появилась пара городских стражников, одетых в лёгкие доспехи, с короткими дубинками в руках.
Кинийцы, завидев стражу, оставили несчастных рыбаков и бросились врассыпную. Пока стражники добежали, возмутителей спокойствия и след простыл.
— Расходитесь! — рявкнул один из стражников, как раз из рода рыбаков. — Не толпитесь, пока дубинами всех не разогнали!
Собравшаяся толпа зевак попадать под горячую руку стражи не хотела, поэтому разошлась почти так же быстро, как и кинийцы. Заметив нас с Реной, стражник немного поумерил пыл и осторожно подошёл.
— Приветствую уважаемых дами, — сказал он. — Простите, что доставили вам проблем.
— Ничего страшного, — сказала Рена. — Мы только подошли полюбопытствовать.
— Они хотели обидеть старосту Ро, — вставил я, показывая на несчастных. Двое рыбаков пытались привести в сознание товарища, которому наверняка сломали нос в драке.
— Глупцы, — криво ухмыльнулся стражник, растягивая старый шрам на щеке. — Мы с ними поговорим.
Мне показалось, что я где-то этого ат-анака видел, но сразу вспомнить не смог. Взяв под руку Рену, потянул в сторону лавки алхимика.
Внутри здания было необычно тихо. Продавец и охранник из числа одарённых следили за парой кинийцев, с любопытством разглядывающих витрины.
— Приветствую, — увидев нас, хозяин лавки обрадовался, поспешив навстречу. — А мы как раз новую партию чернил изготовили. Отменного качества.
— В другой раз, — остановил я его, протягивая листок со списком трав. — Что из этого есть в наличии?
— Сейчас всё узнаю, — он коротко поклонился и поспешил за прилавок.
— Староста Ро, — я же прошёл к кинийцу. — Хорошо, что Вы пришли так скоро.
— Был неподалёку, — сказал он.
— Как дела с корешками?
— Всё собрали и даже больше. Нам лишние были не нужны, всё отдали Кирину.
— Хорошо. У меня ещё работа есть, хорошо оплачиваемая. Цветочки, корешки и кора дерева. В этой лавке найдётся всё, но вряд ли в нужном количестве. А вашим охотникам сходить в Мрачные леса на западе труда не составит.
— Сходить можно, — он кивнул. — Но у торговой палаты ведь свои сборщики трав есть, они могут всё собрать лучше, чем охотники.
— Вряд ли лучше, — не согласился я. — Дело даже не в том, что они возьмут больше золота за эту услугу. Я бы лучше вам заплатил столько же. Просто не хочу, чтобы они знали, что я собираю и в каком количестве. Иначе и нужных цветов в лесу не останется, и вам будут мешать. Они же жадные до безобразия.
Главным критерием, по которому я обратился именно к кинийцам, было то, что они возьмут за эту работу гораздо меньше, чем те же сборщики гильдии алхимиков. Они могут её сделать не так качественно, но если увлекутся, то ингредиентов соберут даже больше чем нужно. Ничего особо сложного там не было, лишь кора щитовидного дерева, белые цветы с ярко-жёлтой сердцевиной, а ещё высокая трава с мелкими фиолетовыми цветочками. Последняя начинала цвести как раз между сезонами дождей, и сейчас самое время её собирать, пока долгие ливни всё не смыли.
⠀⠀
⠀⠀
— Соберём всё, что нужно, — сказал старейшина Ро.
На его попечении был не один десяток семей охотников, которым в большом городе особо нечем заниматься. Заказы от лорда Хумы поступали не так часто, чтобы можно было спокойно жить на заработанное, поэтому они крутились как могли. Я всегда считал, что с ними лучше поддерживать хорошие отношения, чем плохие. Собственно, с этим были согласны и дами, и лорд города, и даже император, делающий немало поблажек для кинийцев. Проще говоря, все старались их использовать к своей выгоде.
— Уважаемый, — к нам подошёл хозяин лавки с листком. — Всё из указанного есть. Вам это обойдётся в семь золотых монет. В шесть, с учётом скидки.
Об этом я и говорил. Лекарственную траву покупать в лавке алхимика было невероятно дорого. А я ведь заказал не так уж и много всего. Шесть золотых — это плата за полтора месяца работы городского стражника. На эти деньги можно было прокормить пару семей охотников, о которых я говорил. Возвращаясь к текущему вопросу, скажу, что дами пользовались отваром трав с лёгким антисептическим эффектом. А так как не только дами скупали их у алхимиков, то цена всегда кусалась. Следуя руководству из старых книг, мы с Беатой нашли похожий рецепт, ожидая, что результат будет таким же, но всё оказалось даже лучше.
Немного купленных трав я отдал старосте Ро, чтобы им было проще понять, что нужно собирать. Объяснил, как должны выглядеть те или иные цветочки и кора дерева, и где их лучше искать. Расплатившись из тех денег, что у меня оставались от посещения гильдии Серебряной луны, я отдал старосте оставшееся, как задаток. Рена лишних вопросов не задавала, хотя ей было любопытно, что я делаю. Сказала только, что я сорю золотом, словно не знаю его цену. Зато я поинтересовался, получают ли жалование старшие жрицы. Как выяснилось, обычным жрицам не платили, обеспечивая всем, что нужно для жизни в храме, а вот старшим выделяли аж две золотые монеты в месяц. Как я понял, сёстры золото отдавали семье, редко оставляя себе немного, или меняли у хранительницы кладовых на что-нибудь полезное и дефицитное.
Чтобы приготовить отвар, я заглянул в одну из мастерских дами, став свидетелем серьёзного упадка. Маленькая комната, где варили зелья и готовили разные микстуры, выглядела настолько бедно, что я едва не прослезился. Пара медных котелков, чашки и сосуды разной степени помятости, что-то уже прохудилось, а что-то едва дышало. Пришлось повозиться, чтобы растопить старенькую печку, нагреть воду и подготовить ингредиенты. Травы пришлось долго растирать в ступке или просто измельчить ножом, поэтому провозился я пару часов, пропах дымом, испачкался в саже и умудрился порезать все пальцы, пока кромсал жёсткую кору щитовидного дерева. Но усилия не пропали даром, и отвар получился скверно пахнущим, но насыщенным и густым. Прямо с медным котелком я отправился гулять по храму, так как не нашёл подходящую тару.
Первой на очереди была Сивита, работавшая всё там же, в кладовой храма. Не знаю, что можно так долго делать, но, когда я заглянул, она что-то считала и записывала данные в толстую книгу учёта. Выглядела Сивита при этом так, что хотелось взять её и насильно уложить в кровать. На лбу проступили капельки пота, лицо бледное, синие круги под глазами. Вошёл я без стука, за что заработал сердитый взгляд.
— Что? — спросила она, откладывая перо в сторону.
— Как дверь закрывается? — спросил я, пытаясь найти засов.
— Сверху есть задвижка.
— Точно, — я увидел нужный язычок засова и запер дверь, чтобы не мешали. Пройдя к столу, продемонстрировал котелок. — И ещё кружка нужна.
Она потянулась не глядя, вынула откуда-то из-под стола большую глиняную кружку и поставила на стол. Посмотрела вопросительно.
— Это особый отвар, по моему рецепту, — сказал я, похлопав ладонью по ещё горячему котелку. — Снимает воспаление и боль после нанесения символов. Будет сильно щипать, но через полчаса почувствуешь большое облегчение. Вечером перед сном ещё раз надо протереть, и утром будешь как новенькая. А вот тут лечебный порошок.
Я продемонстрировал большой мешочек из очень плотной ткани. Потряс немного, затем насыпал несколько щепоток в кружку.
— Зальёшь горячей, почти кипящей водой, подождёшь, пока немного остынет, и выпьешь сразу после еды. Ты обедала?
— Нет, — она с сомнением посмотрела на котелок, затем на кружку.
— Вот и сходи сейчас в столовую, попроси горячей воды. Пока будешь обедать, травы успеют завариться. Это средство от лихорадки. Я за него шесть золотых отдал.
Второй взгляд на кружку был уже не таким подозрительным.
— Показывай спину, символы протирать буду. И платок давай, у меня запасного нет.
Сивита устало вздохнула, собралась что-то сказать, затем принялась развязывать пояс. Вручила мне платок из мягкой ткани с вышивкой в уголке. Я его смочил прямо в котелке, потряс в воздухе, чтобы остудить. По комнате сразу поплыл горький травяной запах. Символы на спине у Сивиты воспалились, заметно покраснев. Нужно было ей оставаться в постели, а не работать в маленьком и душном помещении. Но это поправимо.
— Будет щипать, — предупредил я, протирая покрасневшую кожу. — Смывать не надо. И не затягивай с отваром. Если разболеешься, то пролежишь в постели с лихорадкой не меньше недели. А за это время выяснится, что хранительница кладовых пропала и нужно срочно искать ей замену. Нет у нас времени, чтобы болеть, тебе ещё третью молитву освоить надо. Слова знаешь, или подсказать?
— Знаю, — отозвалась она.
— Попроси наставниц Рену или Дейри помочь, если не будет получаться. Всё, я ушёл, вечером загляну, чтобы ещё раз символы протереть.
Вернув платок, забрал котелок и направился к двери. Потянулся, чтобы открыть засов, но остановился и обернулся.
— Я знаю два символа подчинения, способных заставить кого угодно делать то, что мне нужно, — сказал я. — И ещё рабский знак, самый поганый из всех. Символ «наставника» на их фоне можно считать благодатью, особенно зная вашу натуру. Только не сильно заблуждайся на мой счёт, я вовсе не добрый. Говорил уже, что мне нужен лояльный хранитель кладовых. Поэтому пей отвар, отлежись один день, а потом с новыми силами за работу. Ты должна забрать эту должность себе. Если что-то будет нужно, обращайся, я помогу.
Развернувшись, я открыл дверь и вышел в коридор. Была ещё одна должность при храме, заполучить которую хотелось даже больше, но к казначею так просто не подойти. За то время, что я сейчас живу в храме, я её даже не видел ни разу. Надо бы поговорить с верховной жрицей, но как бы подступиться? Думая над этим, я прогулялся в трапезную, игнорируя насмешливые взгляды обедающих девушек, получил у работников кухни кружку с горячей водой и отправился к Зои. Я-то с самого утра весь в делах, а вот девушке в храме было скучно. Но ничего, это мы тоже поправим, так как уже в самое ближайшее время работы будет много.
Выслушав мои мысли на этот счёт, Зои посмеялась, сказав, что ещё немного, и простая уборка будет казаться неплохим развлечением.
Чтобы не откладывать важный вопрос, пока старшие жрицы болели и не покидали свои комнаты, я направился в гости к верховной. Снова не застал хранительницу символов на этаже. У кабинета Тэи дежурила всё та же молодая жрица, что и утром.
— На этот этаж нельзя приходить без разрешения и сопровождения, — сказала она, глядя на котелок в моей руке.
— Пусть заходит, раз пришёл, — дверь в кабинет слегка приоткрылась, и оттуда послышался голос верховной жрицы. Говорила она негромко, но мы всё прекрасно слышали.
Жрица почему-то посмотрела удивлённо, но в сторону отступила, пропуская к двери. В кабинете, помимо Тэи, находилась незнакомая старшая жрица, ровесница сестёр Рены и Дейри. А я-то думал, что это только они молодые и талантливые, успели так рано подняться до положения старших жриц.
— Если пришёл мешать или жаловаться, попрошу наставницу Эву тебя наказать, — сказала Тэя, читая какой-то листок, который ей передала та самая старшая жрица. Судя по скверному настроению, ничего хорошего там написано не было. Отложив лист, она подняла взгляд, посмотрев на котелок. — Это что-то новенькое. Судя по тому, что пахнет отвратительно, это не еда из трапезной.
— Отвар коры дерева и цветов из Мрачного леса. Снимает боль и воспаление после нанесения символов. Отличное средство. А ещё у меня есть лекарство от лихорадки. Ингредиенты обошлись в шесть золотых, имейте в виду. В кладовых храма пусто, и надо бы сделать запас таких трав, пока они недорогие. К концу сезона будут стоить раза в три дороже.
Старшая жрица дописала что-то на листочке, но так как верховная не прочла предыдущий, просто отложила его в сторону. Повернувшись, она посмотрела на меня. Я же обратил внимание на кулон в виде весов, выполненный из золота. Не думал, что казначей храма будет такой молодой.
— Стерел, дай ему шесть монет, — сказала Тэя. Она посмотрела в сторону двери, и через секунду в кабинет вошла дежурившая в коридоре жрица. — Возьми у Василия котелок и пройди по спальням старших жриц. Протри воспалившиеся символы, а то их стоны мешают мне работать.
— Остаток верни, — я протянул ей котелок.
Казначей с явной неохотой вынула из тряпичного кошелька шесть монет и положила на стол. В её осуждающем взгляде на верховную жрицу читалось, что старшие могли бы и потерпеть.
— У храма ведь есть связи с гильдией алхимиков и торговой палатой? — спросил я, забирая монеты и положив на их место мешочек с молотыми травами. — Это лекарство от простуды и лихорадки. А ещё эти травы отлично снимают усталость от длительной болезни и позволяют быстрее встать на ноги. Нужно всего-то заварить пару щепоток в горячей, но не кипящей воде, дать остыть и пить два раза в день. Травы для этого средства не дорогие, но знать об этом никому не надо. На этом можно неплохо заработать, если алхимики или торговая палата смогут в полной мере распробовать и оценить лекарство.
— Недорогие — это сколько? — спросила казначей.
— В этом мешочке десять серебряных монет. Даже если по одной монетке продавать за порцию, будет выгодно. Но думаю, что цена быстро взлетит. Можно хотя бы продавать для того, чтобы отбить стоимость трав для храма.
— Подумаем над этим, — сказала Тэя.
— А это для Вас, — я положил на стол бумажный конвертик, пододвинув поближе к ней. — Способ приготовления тот же, только настаивать нужно дольше и не забыть процедить. Снимет усталость и ощущение болезни от активности чёрного солнца. И последнее. Я хотел провернуть это через гильдию Серебряной луны, но так как у храма с золотом проблемы, то лучше уж вам заработать немного. Говоря проще, я скоро сделаю пилюли, на короткое время усиливающие одарённых минимум в два раза. Опасное средство с кучей побочных эффектов, но крайне действенное. Дами его принимать бессмысленно и вредно для здоровья, а вот остальным вполне подойдёт.
— Откуда рецепт? — спросила Тэя.
— В одной старой книге нашёл. У вас в подвале целая полка с такими.
— Увеличить силу одарённого в два раза — это как-то слишком, — сказала она.
— Ничего страшного не случится, гарантирую, — уверенно заявил я. — Ну и последний, самый важный вопрос: почему храм не продаёт символы для одарённых? Это же золотая жила. К примеру, есть простой символ концентрации, помогающий одарённому чуть проще и лучше использовать силу. Мастера символов империи продают его аналог по тридцать или сорок золотых монет за штуку. А наш будет гораздо лучше, так как мы можем зажечь кровь демона в символе, понимаете, о чём я?
— Символы дами не подходят для одарённых, — нахмурилась Тэя. — К тому же это не то, чем можно торговать.
— Я же говорил, что знаю несколько символов, которые подойдут любому демону, даже кинийцу, если он умеет огонь призывать или молнии с небес. У одарённых демонов ведь какая главная проблема? Они не умеют правильно концентрировать силу. Даже крошечную помощь они будут воспринимать как великий дар и нести нам своё золото. Да, традиции и устои предков заставляют вас думать, что любой рисунок на спине священен. Но это не так. Есть символы дами, открывающие доступ к великой силе, а есть руны и узоры для простых демонов. При помощи символов я могу любого посредственного одарённого ат-анака сделать самым могущественным колдуном в столице. Только делать этого я не собираюсь. Зачем одарённым столько силы? Они будут счастливы получить маленькую руну концентрации и понесут в храм золото. Двадцать или тридцать золотых монет за один символ. Демоны со всей империи потянутся в столицу, чтобы получить такой.
— Ты слишком просто смотришь на это, — не согласилась Тэя, а вот казначей серьёзно задумалась.
— Дело ваше, — я поднял руки, показывая, что не собираюсь спорить. — Хотите, проведу демонстрацию? Можете пригласить кого-нибудь из верхушки гильдии наёмников. Желательно огненного мага, чтобы наглядней было. Но если у храма достаточно золота и без этого, то ни на чём не настаиваю. На этом у меня всё. Могу я идти?
Тэя поморщилась, потёрла лоб, на несколько секунд закрывая глаза. Она протянула мне конверт с травами.
— Завари их для меня, — попросила она.
— Через час принесу. Спасибо, что выслушали.
⠀⠀
В рабочем кабинете верховной жрицы
— Это он? — спросила Стерел, показывая взглядом на дверь, когда парень вышел.
— Он, — Тэя улыбнулась. — Всего четырнадцать лет. Был бы он старше…
— Ну-ка, с этого места поподробнее? — заинтересовалась казначей.
— Было бы проще с ним сладить, — Тэя не обратила внимания на интонацию старшей подруги.
— Плохо, что он не дами, — сказала Стерел. — Хотя на нашем языке неплохо говорит. Так что, госпожа верховная жрица, почему храм не оказывает таких ценных и высокооплачиваемых услуг?
— Наверное потому, что никто не знает ни одного простого символа, что мог бы подойти обычным одарённым, — тем же тоном ответила Тэя.
— Хороший ответ, — согласилась казначей. — В том смысле, что ты понимаешь, в каком положении сейчас храм. Он держится только за счёт пожертвований богатых семей, которым наше положение выгодно, чтобы продвигать таких как Сивита. Может, стоило принять предложение Императора?
— В болото императора и его семью, — недовольно процедила Тэя. — Или пятнистым собакам на растерзание. Много нам нужно золота?
— Чтобы подняться с земли или пережить ещё один сезон дождей? — уточнила казначей, приподняв брови. Затем улыбнулась. — Тысячи две нужны прямо сейчас. И это я ещё не дошла до отчёта Серны, где она перечисляет, чего из обязательного нет в кладовых.
— Раз ты вспомнила хранительницу кладовых, то Василий обещал поднять силу Сивиты до третьей, а может, и до четвёртой молитвы.
— Неплохо, — удивилась Стерел. — Как?
— Не благодаря травке уж точно, — Тэя ткнула пальцем в мешочек. — Какой-то забытый символ, позволяющий менее одарённым жрицам пробиться к третьей молитве, жертвуя частью свободного места на спине.
— Насколько большой частью? — спросила казначей. Она поддела пальцем кулон в виде весов. — Тяжеловат он для меня, сама понимаешь.
— Не спросила о размерах. Надо посмотреть на результат Сивиты, прежде чем бросаться вперёд сломя голову. Может, ты и без него прорвёшься. Сейчас Василий вернётся с отваром, поговори с ним.
— Золото, Тэя, золото, — напомнила казначей. — Не уходи от темы. Где его брать будем? Даже мальчишка это понимает, а он тут всего неделю. Хотя для этого достаточно посетить трапезную.
— Остановись, — подняла руку Тэя. — Обернётся нам это золото большими проблемами.
— Сытыми и проблемы встречать проще, — не согласилась Стерел.
— Хорошо, раз тебе так интересно, то напиши приглашение для глав гильдий, торговой палаты и лорда города. А ещё пригласи своего знакомого из наёмников.
— Тридцать золотых и ни медяком меньше, — вставила казначей, потирая руки. — Стой, а чернила? Сколько будут стоить чернила, и какого качества они должны быть?
— Этот вопрос решается легко, — попыталась остудить пыл подруги Тэя. — Меня же больше беспокоит то, как бы остудить деятельность Василия, чтобы он ещё чего-нибудь не придумал полезного. Мы с тем, что уже есть, разобраться не можем. К тому же сейчас не самое удачное время, чтобы поднимать шум.
— Так в чём вопрос? — удивилась Стерел. — Отдай на растерзание наставнице Эве, пусть загрузит его учёбой. Чем ещё мужчины занимаются? Пусть Василий оружием учится владеть, он с виду крепкий. Забыла золотое правило всех наставниц? Чтобы девушки не сходили с ума от безделья, займи их учёбой или работой, чтобы некогда было думать о глупостях.
— Согласится ли? — задумалась Тэя.
— Видать, всё очень плохо, — казначей рассмеялась. — Ты же верховная, просто прикажи.
— А если сбежит? — в голосе Тэи промелькнула тревога.
— Раз сам пришёл, то не сбежит, — уверенно сказала Стерел. — Хорошо, если боишься давить, тогда действуй с умом. Познакомь его с Беатой. Если она вцепится, то у парня и минуты свободной не будет, чтобы о глупостях думать. Что?
— Они уже познакомились. И боюсь, как бы хуже от этого не стало. У нас времени только до того момента, пока старшие жрицы символы переваривают. Карна две книги стащила из кабинета, меня не предупредив. Знаешь, что в них? Символы гнева, к которым мы целое столетие не прикасались.
— Уверена? — посерьёзнев, спросила казначей.
— Я ожидала чего-то подобного, поэтому и заметила отсутствие книг. На второй полке, третья книга справа. Утром её там не было. Я выходила в обед из кабинета на десять минут и, когда вернулась, она снова стояла на своём месте. Только мы с Карной знаем, что это за книга и какие символы там записаны.
— Может, сейчас пройтись по спальням старших и проверить, пока они их не освоили? И отвар им зря дала, лучше бы они помучались, раз на такое решились.
— Нет, — Тэя холодно улыбнулась. — Пусть всё идёт так, как они задумали. Они же не глупые, чтобы всем сразу узоры гнева нанести. Василий говорил, что один из великих символов, которые он нанёс, защитит меня от любого воздействия силы. А когда до него доберётся луч чёрного солнца, гнев старух будет уже не страшен. Если они замыслили устроить раскол, то нужно разобраться со всеми разом, а не ловить по одной.
— Но наставница Карна… — Стерел хмуро опустила взгляд.
— Дней десять в запасе у нас есть. К тому же я предупредила Рену, чтобы не спускала глаз с Василия. Если они совсем выжили из ума, то могут попытаться убрать его. Как только попробуют, в порошок сотру! Но, может быть, его план сработает, и они одумаются. Хотя зная старух, я в это не верю. Обида будет такой, что их вой в императорском дворце услышат.
— Поясни.
— Я хочу твою старшую сестру привлечь, — сказала Тэя. — Она же из Хумы ещё не уехала?
— Пока ещё в столице живёт, — кивнула казначей. — Но ты же знаешь, в каких отношениях она со старейшинами.
— Пригласи её сегодня после заката. У меня есть кристалл крови великого змея, на чёрный день оставляла, для Беаты. Карна и Серна о нём не знают. Но раз такое дело, можно его использовать. Я хочу отдать твоей сестре символ огненного колеса.
⠀⠀
Трапезная для жриц в храме представляла собой просторное помещение с длинными столами и лавками. Из-за размера заметно не хватало освещения, поэтому в пасмурный день места́ рядом с выходом на кухню всегда тонули в полумраке. Здесь обычно садились послушницы и младшие жрицы, зажигали масляные лампы, чтобы не кушать в темноте.
С утра пораньше меня снова навестила Беата. Хорошо, что я успел проснуться и переодеться, когда она нагло вломилась в спальню. Сказала, что сегодня нас ждёт какое-то важное занятие и надо успеть позавтракать. Что именно планировалось, она пока не знала, но, по её словам, намечалось нечто увлекательное и полезное. Я спорить не стал, так как накануне до глубокой ночи разговаривал на эту тему с верховной. Тэя была не в восторге от моей идеи, говорила, что я сильно спешу, но разрешение дала и пообещала, что всё устроит.
Когда же мы спустились в трапезную, я застал там Зои в большой компании послушниц под руководством Мейлир. Беата говорила, что у них сегодня какая-то работа в мастерских храма. Я планировал взять Зои с собой, чтобы не скучала, но так даже лучше. Поймав мой взгляд, она слегка улыбнулась, как бы говоря, чтобы не переживал.
— То есть, ты выкупил её у лорда и решил взять с собой в храм? — уточнила Беата, когда завтрак уже подходил к концу, как и мой короткий рассказ о знакомстве с Зои. — Зачем?
— Не хотел бросать на произвол судьбы, — сказал я. — Она же пропадёт, не зная местных обычаев и языка.
— Зря переживаешь, — Беата сделала большой глоток из кружки с тёплым компотом. — Если она так ведёт себя в окружении дами и спокойно завтракает, то уж точно не пропадёт. Глупый поступок с твоей стороны. Как говорится, у всех свои причуды.
— И почему твой голос звучит так, словно это что-то нехорошее? — уточнил я.
Мы посмотрели в сторону группы послушниц, которые уже закончили завтрак и дружно поспешили следом за наставницей. По-хорошему, Беате следовало бы сейчас быть с ними, но она носила платье младшей жрицы. То есть ей всего лишь нужно получить пару символов на спину, и она станет полноправной жрицей храма. По понятным причинам Тэя с этим не спешила, что Беату огорчало.
— Ты знаешь, какое у нас будет занятие? — спросил я.
— Нет, наставница Дейри не говорила. Отправила будить тебя, сказав, что до обеда нужно всё успеть.
— У нас будет занятие по нанесению символов, — сказал я, откладывая ложку. Каша из крупной и жёсткой крупы была безвкусной, и если бы не сладкие тушёные овощи, то есть это было бы невозможно. — Мне нужен символ «понимания». Желательно, сегодня. А ещё лучше, прямо сейчас.
— Ну у тебя и запросы с утра пораньше, — удивилась Беата.
— Чернила я достал, на маленький символ хватит. Иглы тоже есть. Вот что я вчера набросал, посмотри.
Я протянул Беате листок с нужным символом. Рисовал так, как когда-то она передавала его мне. То есть, с пометками, где вливать силу и как правильно замкнуть, чтобы не испортить.
— Светящиеся кристаллы зажигать умеешь? — уточнил я, вытряхивая из тряпичного мешочка кристалл, подаренный сёстрами.
— Умею, — не отрываясь от изучения рисунка, она ткнула пальцем в кристалл, и он слегка засиял.
— Должно хватить. Видела когда-нибудь, как наносят символы?
— Один раз.
— Нужно прокалывать кожу так, чтобы чернила попали под неё, но не слишком глубоко. Иголки достаточно острые и имеют правильную форму, что уже упростит работу.
Я достал продолговатую шкатулку, продемонстрировал универсальную и самую простую в использовании иглу.
— Держать надо таким образом, а вот так нужно прокалывать кожу, — я коснулся остриём иглы подушечки. — Делаешь быстрые движения, нанося контур, а потом заполняешь пробелы. Лишние чернила сразу убирать не нужно, если они не начнут размазываться по коже, иначе расход будет очень большим.
— Не знаю, справлюсь ли, — она с сомнением посмотрела на иголку и несложный рисунок.
— Наставница Дейри поможет и подскажет. Самым сложным моментом для тебя будет активировать «ключ», то есть влить силу в рисунок в нужном месте и в нужное время. Когда кровь демона в чернилах активируется, ты это сразу увидишь, символ станет ярким и насыщенным.
— А откуда у тебя чернила? — спросила она.
— Остались от вчерашней работы. А вот и наставница. Пойдём, сегодня предстоит много работы.
Разговор с верховной вчера касался символов и обучения Беаты. У Тэи был припасён крошечный кристалл из крови великого змея, которого хватило буквально на одну порцию чернил. Когда после работы в склянке остались чернила, я подумал, что пора бы мне самому получить базовый символ. Я и без него мог обходиться, но это как рубить дрова топором, когда у тебя только одна рука. Вроде и можешь обращаться к силе голоса, но чувство такое, словно не хватает чего-то важного.
С наставницей Дейри мы прошли к учебным комнатам, где обычно занимались послушницы. Ещё в коридоре услышали девичьи голоса, что-то воодушевлённо обсуждающие. Недалеко от двери, подслушивая разговоры в помещении, стояла женщина лет сорока пяти. Располагающее лицо, но строгий взгляд, от которого неосознанно начинаешь говорить тише. Тёмно-коричневые длинные вьющиеся волосы стянуты в хвост, а одеяние старшей жрицы сидит настолько идеально, что хочется поправить собственный наряд. Даже то, как она подвязывала расшитый золотом чёрный пояс, говорит о большом старании и желании выглядеть безупречно.
— Наставница Эва, — поздоровалась Дейри, слегка склонив голову, выказывая уважение.
Услышав голоса в коридоре, девушки в учебной комнате затихли. Не заметили, как их подслушивала старшая наставница. Послышался шум сдвигаемых скамеек, словно они спешно рассаживались по местам.
— Доброго утра, — пожелал я, поклонившись вместе с Беатой.
— Здравствуйте, — наставница Эва обвела нас взглядом, зацепившись за то, как я неаккуратно завязал пояс, а наряд второго старейшины вообще выглядел помятым. Беата в этом плане могла подавать пример прилежности и аккуратности. — Всё подготовили и проверили?
— Всё готово, — кивнула Дейри, протягивая наставнице листок. Продемонстрировала небольшую сумку, висевшую у неё на плече. — Госпожа Тэя лично проверила чернила и дала разрешение.
— Первый символ, — Эва посмотрела на неё, затем на нас, — понимаете, насколько это важно?
— В полной мере, — сказал я. — Символ «понимания» имеет всего один ключ, поэтому всё сделаем в лучшем виде. Ожогов и шрамов у них не останется.
— Размер символа? — спросила она у Дейри, но та посмотрела немного непонимающе.
Как я понял, наставница Эва не была посвящена в то, что я мастер в нанесении символов. Скорее всего, Тэя сказала, что Дейри будет обучать нас этому важному умению. Не знаю, была ли ученица у нынешней хранительницы символов. По идее, это её обязанность наносить первый символ молодым девушкам, изъявившим желание стать жрицами. Теперь понятно, почему я не увидел в глазах наставницы Эвы радость от этого события.
— Мы не будем увеличивать символы, — подсказал я. — Так иногда поступают из-за неопытности, делают символы крупнее, чтобы не ошибиться. Или когда рисунок слишком сложный, и хранительнице символов недостаёт мастерства, чтобы нанести его аккуратно. Но у нас всё получится.
Выдержав паузу, Эва кивнула и первой вошла в учебное помещение. Столов в нём не было, только длинные лавки, на которых сидели послушницы, внимая словам наставников. На первом ряду скамеек чинно сидели шесть девушек лет четырнадцати или даже тринадцати. Глазки у них сверкали, так как сегодня они должны будут получить первый и один из самых важных символов. Можно было легко почувствовать нетерпение, витавшее в воздухе.
Пока наставница Эва приступила к чтению длинной лекции о том, что значит для всех дами символ «понимания», Дейри пригласила одну из послушниц на последний ряд, где установили два стула и низенький столик для материалов.
— Для этого символа не нужна сильная кровь, — сказал я Беате, усаживаясь на стул для мастера. Послушница же быстро распустила пояс, садясь на второй стул и оголяя верхнюю часть спины. — Обычно считают по количеству открываемых «ключей», чем их больше, тем сильнее должна быть кровь демона. Нужно, чтобы кровь не выгорела полностью, когда активируешь её пять или шесть раз подряд. Ну и форму чернила сохраняют тем лучше, чем качественнее основа. Наставница?
Дейри вынула из сумки несколько флаконов со специальной обеззараживающей настойкой, шкатулку с иголками, большую склянку с чернилами и несколько мягких платочков. Я проверил, иголки были правильно заточены и хорошо лежали в пальцах.
— Чернила проникают под кожу, когда ты вынимаешь иголку, а не втыкаешь её, — сказал я, демонстрируя иглу. — Символ должен быть вот здесь. Я обычно размечаю ключевые точки, чтобы узор не искривился. Сверяйся с рисунком на листе и начинай вот с этого края. Не забудь протереть настойкой руки, а затем кожу, где будешь наносить рисунок. Смотри внимательно, первый я нанесу, остальные на тебе. Буду работать медленно, чтобы было понятнее. Наставница Дейри…
Я едва не сказал "смотрите и учитесь". Да, они с сестрой проходили практику и наносить символы умели, но только такие простые, как «понимание».
— Хорошо, — Дейри кивнула.
С простым символом я справился быстро, хотя и старался не спешить, показывая, как это делать правильно. Даже позволил Беате зажечь «ключ», чтобы она поняла принцип. Символ почти сразу стал немного ярче, а кожа вокруг ещё сильнее покраснела. Хорошенько протерев платочком готовый рисунок, я поднял руку, привлекая внимание наставницы Эвы. Она как раз рассказывала о силе голоса и том, что пройдёт не один сезон дождей, прежде чем девушки научатся правильно использовать полученный символ.
Эва подошла, внимательно изучила готовую работу.
— Хороший символ, — подтвердила она, бросила на меня короткий взгляд, как будто не ожидала, что работа получится такой аккуратной.
У Беаты, кстати, символ «понимания» был такой же аккуратный, как этот, а вот у сестёр с небольшими изъянами. То ли хранительница символов спешила и наносила рисунок неаккуратно, что очень вряд ли, то ли доверила эту работу своей ученице. Как я говорил, им тоже на ком-то нужно тренироваться, и послушницы из бедных и незнатных семей были лучшими кандидатурами для подобного. Девушки, сидевшие на первом ряду, заулыбались, глядя на подругу.
Беата волновалась, но работала аккуратно и осторожно. Мне почти не пришлось подсказывать, так как у девушки был огромный талант к нанесению символов. Думаю, что через год она заткнёт за пояс текущую хранительницу символов не только по знаниям, но и по умению наносить сложные узоры.
По-моему, я устал больше, чем Беата, наблюдая за её работой. Когда последняя из присутствующих послушниц получила нужный символ, наставница закончила читать бесконечную лекцию и отправила их в комнаты, чтобы отдохнули день. Редко, но случалось так, что послушница не могла принять символ даже со слабой кровью демона. До летального исхода доходило ещё реже, но, в любом случае, несчастные долго болели, и после этого им редко наносили другие символы.
— Беата, ты молодец, — к нам подошла наставница Эва, — символы получились хорошими. Сказала бы, что из тебя получится замечательная хранительница символов, но знаю о твоих амбициях. Василий, не буду спрашивать, кто тебя учил, но получилось неплохо. Хочешь стать хранителем символов? Эту должность мужчины никогда не занимали, но я вижу, что у тебя есть талант к этому.
— Спасибо, но я не планирую подниматься так высоко, — сказал я.
Если переводить её похвалу на нормальный язык, то она предупреждала, что занять эту должность мне не дадут, как бы хорош в этом я ни был. Эта должность только для дами и только для старшей жрицы. Старейшины из числа мужчин максимум могут занимать хозяйственные должности, такие как работа библиотекарем или кладовщиком.
Наставница Эва бросила взгляд на листок с рисунком символа и ушла.
— Услышать похвалу от наставницы — большая редкость, — улыбнулась Беата. — Как я справилась?
— Нормально.
— Нормально? — удивилась она. — И всё? Ты видел, что наставница меня хвалила?
— Будешь учитывать, что я доверяю тебе свою спину? — уточнил я, ослабляя пояс. — У тебя хорошо получается, когда не спешишь. Увлекаясь, не забывай про активацию «ключа». И постарайся не разливать чернила, у меня их совсем немного.
— А эти? — она показала на оставшиеся чернила.
— Слабоваты будут, — я поставил на столик небольшую склянку с чёрными блестящими чернилами. Даже по цвету они отличались от тех, что использовали для послушниц.
В отличие от дами и других демонов, люди хуже переносят чернила, содержащие сильную кровь. Может, это всё из-за того, что в нас изначально нет магической силы? Уже и забыл, что в прошлый раз символ «понимания» мне нанесли простыми чернилами, такими, как послушницам только что. Вроде бы я плохо их перенёс, болел несколько дней, лёжа в маленькой комнате рядом с хранилищем книг в подвале. Спасибо библиотекарю, а то помер бы.
Пока Беата наносила символ, я успел обрадоваться, что это не так уж и больно. Но когда она дошла до момента активации, спину обожгло, словно раскалённым клеймом прижгли, даже слёзы из глаз брызнули. При этом боль растеклась по всей спине, и тело начало гореть. Не помню, чем всё закончилось. Вроде бы Беата успела нанести символ до того, как я отключился. И почему-то, только когда я провалился в темноту, в голове мелькнула мысль, что надо было начать с чернил из слабой крови демонов, чтобы постепенно приучить тело к подобному стрессу. Это называется жадность — требовать для себя сразу крови великого змея.
В беспамятстве я провалялся до следующего утра и чувствовал себя так плохо, что все предыдущие болезни казались лёгкой простудой. Вроде бы ко мне заглядывала Тэя, чтобы проведать и чем-то напоить, после чего я благополучно проспал ещё сутки, а весь следующий день болел, не в силах встать с кровати. Меня в этот день навещали и наставницы, и Беата, и даже встревоженная Сивита заглядывала на минуту. Сказала, чтобы я не вздумал помирать, потому что иначе она меня и там достанет. Но при этом не просила убрать символ наставника, что уже хорошо. А ещё надо поблагодарить Зои за то, что ухаживала за мной эти дни.
Более-менее сносно я почувствовал себя только на третий день. Спина всё ещё болела, но лихорадка ушла. Каждое утро я пил отвар из целебных трав, которые отдал верховной. Тэя наказала Беате следить за этим, поэтому очередным утром она пришла с большой тарелкой завтрака и кружкой с уже готовым отваром. От неё я узнал, что старшие жрицы, дорвавшиеся до чернил, вернулись к своим обязанностям ещё вчера вечером. Тогда же они и узнали о пропаже хранительницы кладовых. Сивита пришла к верховной, сказав, что несколько дней не видела наставницу и решила заглянуть в её спальню. Там она нашла кулон старшей жрицы и связку серебряных ключей, с которыми Серна не расставалась даже ночью.
После завтрака я решил проводить Зои в трапезную, так как у неё намечался ещё один рабочий день в мастерских. Она не говорила, чем занимается, но было видно, что подобная работа ей нравится. Пока она на скорую руку завтракала, я выпил пару кружек компота, пытаясь стереть привкус лечебных трав с языка. За три дня он так прочно въелся, что любая пища приобретала этот незабываемый горький вкус.
— Видел бы ты, как много шума это наделало, — улыбнулась Беата, рассказывая о пропаже хранительницы кладовых. Зои умчалась относить посуду и спешила догнать послушниц под присмотром наставницы. Как она умудряется находить общий язык со всеми, для меня оставалось загадкой. — Оставить серебряные ключи и уйти Серна просто не могла. Всем понятно, что с ней кто-то…
Беата на секунду замолчала, когда мимо прошла группа младших жриц, закончивших завтрак. Ей досталось несколько холодных взглядов. Этим девушкам было от восемнадцати до двадцати лет, и очень скоро они должны были стать полноправными жрицами.
— Подруги? — уточнил я. — Вы же вместе учитесь?
— Учимся, — отмахнулась Беата. — Было бы у Тэи больше свободного времени, не пришлось бы. Да, в общем, о хранительнице сейчас много слухов ходит. Думаю, что если в ближайшие несколько дней её не найдут, то будут новую выбирать. Поэтому на этаже старших жриц сегодня шумно. Должность-то высокая, и желающих её занять немало.
— А как же Сивита? — уточнил я.
— Ей для этого надо третью молитву читать. Кстати, Тэя тебе о занятиях не говорила? Раз ты символ «понимания» получил, то сегодня с нами будешь заниматься. Она поручила мне проверить, насколько хорошо ты владеешь силой голоса. Ты же третью молитву и без символа читал, значит, сейчас будет ещё легче. Как раз увидишь кислые рожи тех девушек, что мимо проходили. Они-то вторую осилить никак не могут, а тебе всего четырнадцать.
Уметь читать молитвы — это не только способность произнести нужные слова. Когда поднимаешься на определённый уровень, нужно уметь сопротивляться силе голоса. К примеру, третья и четвёртая молитвы вызывают физическую боль. При большом желании произнести их могут и простые жрицы, но при этом пострадают сами. Я пока не знаю, почему сила голоса перестаёт воздействовать на тебя, когда становишься сильнее. Если Беата говорит, что может читать четвёртую, значит, она может выдержать эту силу, даже если молитву будет произносить Тэя. А вот старшие жрицы, добравшиеся только до третьего уровня, будут страдать от сильной боли и даже могут умереть.
Занятия для жриц, практикующих силу голоса, проходили всегда в большом молитвенном зале на первом этаже. Это было огромное помещение, слегка уступающее размерам зала посетителей. Здесь также нет перекрытий этажей, и если поднять голову, то можно увидеть свод храма, длинные полотна ткани на широких балках под потолком и обилие разноцветных лент. Мне всегда было любопытно, как их туда крепили. В любом случае, заставить их трепетать, как от сильных порывов ветра, мог только голос верховной жрицы. Пару раз я был этому свидетелем, когда Беата молилась здесь в одиночестве. Пространство вокруг неё не дрожало, даже, наоборот, было тихо, но вот ленты под потолком трепетали, готовые сорваться в любой момент. Пугающее и завораживающее зрелище.
В молитвенный зал мы попали в числе последних. К этому времени около двадцати девушек уже собрались у огромной статуи Первой Верховной жрицы. Там, на постаменте, крепилась мраморная табличка со словами второй молитвы. Любой в храме мог прийти сюда и прочесть её. Самые простые на первый взгляд слова, обращённые к покровительнице дами, первой из них, что ступила в этот мир и основала великий храм. Печально, что имя её не сохранилось. Копаясь в архивах, я несколько раз встречал упоминание об этом моменте, но нигде не было имени. Все называли эту женщину Верховной жрицей. Не знаю, почему, но сейчас, глядя на статую, мне кажется, что это та самая богиня по имени Дами, которой когда-то поклонялись не только белоглазые демоны, но и светлоликие.
Решив взглянуть на статую поближе, я прошёл прямо к ней. Со стороны собравшихся девушек послышался ропот: «Снова пришла, мешает только…» Если твоё положение зависит от силы, то таланту обязательно будут завидовать. А там, где зависть, всегда есть место недовольству и даже ненависти. Встаёт извечный вопрос: «Почему она, а не я?» Среди собравшихся я не заметил ни одного доброго или хотя бы уважительного взгляда. Беата к этому относилась спокойно.
— Зеленоглазый парень, — сказала одна из младших жриц, важно стоявшая рядом с табличкой молитвы, — это о тебе говорили младшие, получившие символ «понимания»?
— Скорее всего, — ответил я.
Судя по поведению девушки, вторую молитву она смогла осилить и ждала лишь наставницу, чтобы продемонстрировать. Её подруга, стоявшая недалеко, шевелила губами, читая с мраморной таблички и слегка морщась, понимая, что слова ей даются с большим трудом. Обе девушки — красивые и стройные, на полголовы выше остальных. И осанка у них правильная, и черты лица аристократические.
— Пришёл, чтобы получить наставления по второй молитве? — видя мой взгляд в сторону статуи и таблички, спросила она. — Для парней в твоём возрасте подобное будет непросто.
— Может, он и первую не в состоянии прочесть, — рассмеялась девушка из их компании, выглядевшая моложе всех.
— Мужчины не способны управлять силой голоса, — вставила третья.
— О том, кто способен, а кто нет, вам бы лучше помолчать, — осадила их Беата.
— А тебе нужно учиться уважать старших, — сказала первая и посмотрела на меня. — Не слушай этих дур. Мужчине вполне подвластна сила голоса, нужно только больше уделять время учёбе. Если, конечно, ты не такой монстр, как некоторые. Мы можем тебя поучить.
Беата фыркнула, демонстративно отворачиваясь. Хотя она и ученица верховной, в физическом плане она сильно уступает старшим девушкам. У неё пока нет ни одного символа, чтобы преобразовать силу голоса в магию. Девушки спокойно относятся к её колкостям и не поколотили только потому, что боятся рассердить верховную.
— Ты ведь знаешь, что не нужно произносить слова молитвы, чтобы призвать силу голоса? — спросила девушка. Пространство вокруг слегка вздрогнуло, откликаясь на её голос. — Некоторые слова несут в себе больше силы, некоторые — меньше, поэтому мы учимся правильно их произносить.
— Конечно, я об этом знаю, — улыбнулся я, пытаясь придать голосу больше важности и уверенности.
Обычно, когда слышат такой тон, сразу понимают, что ты ничего не смыслишь в обсуждаемой теме и хвастаешься. Чтобы не огорчать их, я даже гордо выпрямился, подбоченился, выставив вперёд ногу. Как же старшим не подшутить над младшими, когда те приходят на подобное занятие впервые. Вот и девушки вокруг заулыбались, предвкушая хорошую шутку. Беата снова фыркнула, но говорить ничего не стала. Хочет, чтобы я заработал пару шишек и набрался опыта в общении со старшими? Вполне в её характере.
— Чтобы быстрее научиться этому, — сказала девушка, — призови силу из слова «камень».
Последнее слово она произнесла на древнем языке дами. Надо пояснить, что оно имело несколько значений, в зависимости от того, какой смысл в него вкладывать. Для незнающих или непонимающих послушниц со стороны всё звучит просто и понятно, но если вкладывать силу в голос, то ничего хорошего из этого не выйдет. Беата как-то упоминала, что пока у тебя нет чёрного солнца на спине и один из его лучей не проник в символ «понимания», то не стоит говорить на древнем языке, используя при этом силу голоса.
— Думал, что шутки у вас не такие злые, — искренне расстроился я. — Хотя бы предложили спеть в унисон, чтобы мой голос потерялся на фоне других. Это довольно забавно, когда ты поёшь, но не слышишь себя. Пытаешься петь всё громче и громче.
Я улыбнулся, вспомнив знакомство с младшими жрицами в прошлый раз.
— Петь? — на меня посмотрели как на недалёкого. — С тобой? Возомнил себя кем-то особенным? Гляньте, что за дурак.
— Сама такая, — обиделся я, так как она подобрала очень неприятное слово. — Не нужно произносить слова, смысл которых не знаешь. Ты на старом языке читать не умеешь, поэтому и смысл слов не понимаешь. Я бы посмотрел, кто тут дура.
Девушка нахмурилась, затем попыталась сцапать меня за грудки, но я сделал шаг назад, и она ухватила только воздух. Со стороны младших жриц раздались смешки. Сделав быстрый шаг навстречу, она снова попыталась схватить меня, но не получилось. А так как дами немного быстрее и сильнее человека, то от третьей попытки я уклониться смог в самый последний момент. Так получилось, что на очередном замахе она умудрилась заехать мне тыльной стороной ладони прямо в глаз, сбивая на пол. Я заметил, как между нами появилась Беата, ловко засадив кулаком обидчице в челюсть. С криком «драка!» на Беату бросилась ещё парочка младших жриц, за что одна получила кулаком в глаз, а вторая отделалась пинком по коленке. На секунду мне показалось, что сейчас развернётся побоище старших против сердитой Беаты, но вмешались сообразительные девушки, хватая за руки несдержанных подруг.
— Наставница идёт, — послышался взволнованный голос. — Всем достанется из-за вас!
Чьи-то сильные руки подняли меня с земли. Это оказалась невысокая девушка с родинкой на щеке.
— В порядке? — спросила она.
— Нормально…
В этот момент в зал вошла старшая жрица, с которой я когда-то поспорил, впервые войдя в храм. Если не ошибаюсь, звали её Дорна. Помню, Тэя приказывала ей поговорить с кем-то из Серебряной луны, сопровождавших меня. Видя старшую жрицу, младшие заволновались, начали собираться вокруг, оттесняя нас с Беатой в задние ряды. Она умудрилась отделаться небольшой ссадиной на скуле и синяком на костяшках правой руки.
Оттеснённый за спины младших жриц, я плохо видел, но показалось, что Дорна выглядела сердитой. То, как она шла, как держала под мышкой книгу, предупреждало, что лучше под горячую руку ей не попадать. Надеюсь, это не из-за драки, а то действительно попадёт всем, без разбора.
— Вечером в коридоре младших жриц, — послышался голос обидчицы, у которой наливался синяк на скуле. — Придёте извиняться. Не увижу вас сегодня, пеняйте на себя.
— Отвали, — процедила Беата. — Пока по-хорошему прошу.
Девушки встретились взглядами, высекая искры, и отвернулись друг от друга. Почти синхронно достали платочки. Младшая жрица прикрыла синяк на скуле, чтобы наставница не увидела. Беата протянула мне свой и показала на глаз, чтобы я последовал примеру старшей.
— Ты наставницу Дорну не серди, — шепнула мне на ухо Беата. — Я слышала, что ей чернил не досталось, поэтому она последние дни злая ходит и на младших срывается. Пока старшие лежали в постели, Тэя назначила её дежурной на первом этаже храма, а туда отправляют только за провинности или когда больше некого поставить.
Насчёт чернил я не совсем понял, так как Тэя говорила, что они достанутся всем, кроме наставницы Эвы. Я больше поверю в то, что старухи, пользующиеся большим авторитетом и уважением, отняли чернила у Дорны, чтобы им больше досталось. Может, она должна была кому-то услугу или золото.
Пройдя по залу к статуе, Дорна остановилась, обвела собравшихся девушек взглядом, на секунду задержалась на нас с Беатой.
— Надеюсь, вы не забыли, что сегодня проверка ваших способностей? — произнесла старшая жрица. — Все, кто сегодня смогут внятно прочитать молитву с этой таблички, будут допущены до экзамена. Через десять дней вы сможете стать полноправными жрицами и получить три основополагающих символа. Для этого, помимо чтения молитвы, вы должны продемонстрировать умение чистописания, чтения, знания истории храма и понимания простых символов. Советую постараться, так как в этом году все жрицы храма могут получить особый символ, который позволит им овладеть третьей и даже четвёртой молитвой.
Я немного удивлённо посмотрел на Дорну, а по группе девушек прошёл ропот. Не поторопилась ли Тэя с этой новостью? Я же говорил ей, что будет лучше, если жрицы сами дойдут до понимания третьей молитвы и сэкономят место на спине.
— Тихо! — рявкнула Дорна, обрывая взволнованные голоса. — Советом храма было решено тщательнее следить за ходом экзамена. Не думайте, что простое знание второй молитвы может сделать вас жрицами. И новый символ получат только лучшие ученицы, у кого есть наставник.
Одна из младших жриц незаметно дёрнула меня за рукав. Это была та, которая помогла подняться мне с пола. Она кивнула в сторону одной из девушек, кому Беата поставила синяк под глазом. Та погрозила мне кулаком и сверкнула злобным взглядом.
— До полудня мы должны успеть, — сказала Дорна. — Сегодня, рядом со строительной площадкой, будут демонстрировать новый боевой символ. Можете посмотреть на это со стороны. А теперь, кто способен прочесть вторую молитву без запинок, выходите по одной. Следующий раз у вас будет возможность сдать экзамен только в конце сезона дождей. Беата, выходи и продемонстрируй остальным, как она должна звучать. А вы все внимательно слушайте и запоминайте. И чтобы никаких блеяний. Ваш голос должен звучать сильно и уверенно!
Наставница говорила всё верно, так как отличие второй молитвы от первой было в том, что слова звучали громче и уверенней. Будущих жриц учили мгновенно высвобождать большие объёмы магии. Если ты уловил суть, то тебе достаточно произнести всего несколько слов, чтобы стереть в порошок почти любого противника. Или же секунд за десять накопить столько силы, чтобы сровнять с землёй большой каменный дом.
Беата читала молитву по памяти, произнося слова правильно. С каждым звуком вокруг разливалось всё больше магической силы, но пространство дрожало едва заметно. Мастерство как раз и определялось тем, чтобы создать как можно меньше шума. Я даже засмотрелся, чувствуя, как эта вибрация проникает в тело.
— Ну чего? — тихо спросил я, так как меня снова подёргали за рукав.
— Не ходи вечером, — шепнула мне невысокая девушка с родинкой на щеке. — Лара обычно остывает за пару дней и уже не такая злобная, как обычно. Она обязательно позовёт подруг, и вам достанется.
— Не страшно, я тоже подруг позову, — улыбнулся я, говоря так же тихо.
Молитва закончилась, и магическая энергия начала постепенно рассеиваться.
— Вот так должна звучать образцовая молитва, — довольно сказала наставница Дорна. — Кто готов повторить?
Одной из девушек, стоявших в первом ряду, ткнули пальчиком в спину, отчего она выскочила вперёд, ойкнув. Послышались смешки, а меня снова дёрнули за рукав.
— Если пойдёте, дайте знать, — улыбнулась она. — Мы с девочками давно хотели дать им по шее, но нас меньше, а у Лары есть знакомые жрицы. Если там Беата будет, старшие не станут вмешиваться.
— Я подумаю.
Она оттянула немного щёку с родинкой, показывая зубки. Сверху, следом за клыком была прореха.
— От них досталось, — сказала она. — Кто-то из старших покрывает Лару, поэтому ей ничего не будет, даже если она вас побьёт и об этом узнают. Старшие девочки давно думают, как бы с ней разобраться.
Мне бы ещё пару знаков на спине, сам бы с ними разобрался. Но проблема в том, что я ещё от предыдущего знака не оклемался полностью. Нагрузка на тело и без этого довольно серьёзная, чтобы рисковать. Один маленький символ я могу наносить раз в две недели, а большой — не чаще раза в месяц. Выходит, что до полного восстановления сил понадобится где-то года полтора, а то и два. Но я ведь могу начать с самых полезных и уже через пару месяцев не буду уступать обычным жрицам, а в конце следующего сезона дождей обгоню старших. Кто бы мне дал столько времени спокойно пожить. Сам виноват, что развёл бурную деятельность.
Наблюдая за тем, как неумело младшие пытаются произносить слова силы из второй молитвы, я думал, что можно сделать в текущей ситуации, не привлекая сестёр и Тэю. Поставить на место Лару и её подруг стоило до того, как они успеют напакостить по-крупному. И через десять лет младшие жрицы в храме не были добрыми и пушистыми, но драк со мной никогда не затевали и с символами древнего языка не шутили. Что же случилось за эти десять лет, что храм изменился? Неужто Тэя оторвала голову всем самым злобным старшим жрицам и старейшинам, после чего ушла в изгнание? Ту же Дорну я не помнил. Даже не знал, что была старшая жрица, обучавшая управлять силой голоса. Через десять лет этим будут заниматься Рена и Дейри.
Подёргав за рукав девушку, я поманил её пальцем, показывая на ухо.
— Передай Ларе, что мы с Беатой испугались и вечером придём извиняться, — тихо сказал я. — Помогать нам не нужно, мы сами прекрасно справимся. Но за предложение спасибо, я это запомню.
— Наставницу Рену хочешь позвать? — спросила она. — Тех, кто жалуется наставникам, никто не любит. Мама говорила, что нужно уметь самим решать такие проблемы, иначе уважать никто не будет.
— А таких уважают, кому двадцать скоро, а они четырнадцатилетних задирают? — спросил я.
— Поэтому младшие должны уважать старших, — веско сказала она. — Но я передам. Если им достанется от наставницы, тоже хорошо.
— Как у тебя со второй молитвой? — спросил я, решив перевести тему.
Девушка сделала жест ладонью, показывая, что не очень хорошо.
— Есть небольшая хитрость, чтобы быстрее её освоить, если ты слова помнишь. Читая их с таблички, обязательно ошибёшься. Отвернись от неё и читай по памяти, громко и уверенно, как будто сто раз это делала и сейчас демонстрируешь мастерство. Если не испугаешься, то сама удивишься, как всё легко получилось.
— С чего ты взял? — спросила она. — Сам-то вторую произнести можешь?
— Легко. Но если не веришь мне, можешь спросить у Беаты, она тоже скажет, что читать с таблички не нужно.
На мраморной табличке всё было написано верно, но некоторые слова имели двойное значение. Тот, кто оставил это послание, не только прекрасно разбирался в особенностях языка дами, но и хотел дать потомкам хороший урок. Недаром экзамен проходил именно в этом зале, и наставницы никогда не запрещали девушкам читать с таблички.
Каждая из присутствующих младших жриц захотела выйти и продемонстрировать умение и понимание силы голоса, поэтому экзамен немного затянулся. Лара и её подруги сдали его без проблем, как и большая часть присутствующих. Девушка с родинкой, чьё имя я так и не спросил, моему совету последовала и, к собственному удивлению, молитву прочла без запинки.
Время как раз приближалось к обеду, и в соседних коридорах стало как-то слишком шумно. Оказывается, молодые жрицы и послушницы спешили выйти на задний двор к вечной стройке, чтобы понаблюдать за демонстрацией боевого символа. Подобное происходило не часто, поэтому все хотели увидеть это собственными глазами. Наша группа не стала исключением. Беата подхватила меня под руку и потянула в ту сторону. Оглянулась пару раз, убедившись, что старшие за нами не погнались.
— Совсем обнаглели, — сказала она. — А жрицами станут, всех, кто им сейчас отпор даёт, изведут. Когда стану верховной, таких и близко к храму не подпущу. А этих на юг отправлю, пусть там с рыбаками спят в обнимку.
— Если бы всё было так просто, — сказал я. — А если у них родители знатные или среди старейшин заседают? Или из числа тех, кто золото даёт храму, чтобы жрицы здесь с голоду не померли. Откажешь, и чем кормить будешь своих подопечных, во что одевать?
— У императора попрошу, — проворчала она. — Пусть платит.
Мы вышли на улицу вместе с потоком молодых жриц. На площадке позади храма уже не было свободного места. До вечной стройки отсюда было метров пятьдесят. Чтобы зрители не подходили слишком близко, жрицы выставили оцепление. Я, наконец, смог увидеть немало мужчин дами, собиравшихся со стороны сада. Судя по пёстрой одежде, там были не только работающие в храме, но и те, кто жил в городе.
— Туда, — я показал Беате место, откуда открывался отличный вид на строительную площадку.
Едва мы пробились к первым рядам, как толпа расступилась, так как к нам навстречу вышла Рена. Ни слова не сказав, она подцепила меня под вторую руку и повела дальше, к знакомой беседке, где сейчас находилась Тэя, Карна и женщина тридцати лет, носившая имя супруги Зевса. Что любопытно, Гера на языке дами звучало примерно как «любящая жена».
Чуть поодаль от беседки кто-то установил несколько высоких скамеек, на которых расселись старшие жрицы и несколько старейшин. Скамейки установили так, чтобы со стороны храма не бросаться в глаза. Повезло, что сегодня не было дождя, хотя это вряд ли бы кого-нибудь остановило.
— Долго, — сказала нам Тэя, когда мы вошли в беседку и поклонились. — Я же послала за вами.
— Никого не видели, — сказала Беата. — Мы в молитвенном зале были.
— Василий, подойди, — попросила верховная.
Сегодня Тэя выглядела величественно, излучая ауру силы. Я чувствовал это едва ли не физически, а значит, чёрное солнце успело добраться до защитного символа. Вот теперь ей можно в одиночку выходить против всех старух, сидящих сейчас на скамейках неподалёку и прожигающих нас взглядом. То, что их не пустили в беседку, уже говорило о многом. Рена, кстати, оставив нас, убежала обратно к оцеплению, наводить порядок.
— Что с глазом? — спросила Тэя. — Беата, вы что, подрались?
— Ни с кем мы не дрались, — Беата фыркнула и отвернулась, делая вид, что толпа у храма её занимает больше. Сказано было таким тоном, что вопросов о драке можно было больше не задавать.
Я тихонько рассмеялся, развёл руками.
— Разберёмся с этим сегодня, — сказал я, игнорируя взгляд Геры.
Гера выглядела лет на тридцать и не входила в число жриц. В том плане, что, когда нас познакомила Тэя, она носила обычное платье дами. В целом, это была странная женщина, но имеющая смелость спорить с верховной жрицей. Она долго не могла поверить, что молодой парень, к тому же не дами, знает великие символы и умеет их наносить. Тэя даже выставила меня за дверь на десять минут, чтобы с глазу на глаз поговорить с ней. Чуть позже я узнал, в чём была проблема. Почти все символы на спине Геры были испорчены, причём очень старательно, со знанием дела. Когда-то у неё были парящие облака и несколько атакующих символов, но их выжгли, оставив некрасивые шрамы. Единственное, что не стали трогать — это символ понимания и малый знак, позволявший ей не дать себя в обиду, если пристанут обычные демоны или слабые одарённые.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила Тэя. — Надо было предупредить, что кровь демона на тебя плохо влияет.
— Сейчас уже всё хорошо. Ещё день, и приду в норму. А Вы не слишком торопитесь со всем этим? Наставница утром поведала младшим жрицам, что скоро всем желающим будут раздавать символы, какие получила Сивита. Ещё и демонстрации устраиваете.
— Не торопимся, а подгоняем, — улыбнулась Тэя. — Чтобы начать менять храм, нужно избавиться от тех, кто будет мешать. Не всем грядущие изменения придутся по душе. Не будем затягивать с демонстрацией. Насколько могущественный символ огненного колеса? Этот камень подойдёт, чтобы продемонстрировать? Или взять побольше?
Тэя показала на блок, недалеко от которого тренировались сёстры. Чуть поодаль стоял ещё один, трёхметровый куб мрамора, немного погрузившийся в сырую землю. Думаю, что весил он не меньше семидесяти тонн. Даже не представляю, как его сюда притащили и, главное, зачем? Кто-то пытался подложить под него ствол дерева, чтобы он меньше погружался в землю.
— Если хотите кого-то удивить, то лучше использовать камень побольше, — сказал я. — Поднимите его повыше, а госпожа Гера может использовать на нём огненный символ.
Чтобы не превратить всё вокруг в огненное море, нужно было использовать мишень, Тэя всё правильно оценила. Да и размер камня был неважен, но ей хотелось проверить, насколько сильными стали парящие облака.
Она встала, неспешно прошла по беседке мимо нас с Беатой. Показала пальчиком на большой блок мрамора.
— Он кажется тяжёлым, — произнесла она, чтобы задействовать немного силы.
Блок с громким чавкающим звуком и хрустом дерева оторвался от мокрой земли, легко взмывая в воздух.
— Не разгоняйте его сильно, а то не остановите, — предупредил я, не зная, как будет звучать слово «инерция» на языке дами.
Блок неспешно проплыл по площадке в нашу сторону, затем изменил траекторию и начал подниматься выше.
— Легко, — покачала головой Тэя, поведя пальчиком, и каменный блок начал слегка вращаться.
Глядя на эту картину, у меня мурашки побежали по спине. Теперь целесообразность стен вокруг городов вставала под большой вопрос. Думаю, что Тэя легко могла запустить этот камешек метров на пятьсот, разломав на части городскую стену, а потом устроить из этой самой стены каменный дождь, сровняв небольшой город с землёй. Когда чёрное солнце проникало в этот символ, размер и вес предмета, который он мог поднять, переставали иметь большое значение. И ни один демон, не важно, насколько он будет одарён, не способен защититься, если его схватит Тэя. Она его просто раздавит в кровавую кашу.
— Ты говорил, что это не самый сильный символ? — спросила она, наверняка думая о том же, что и я.
— Так и есть, — ответил я. — Если только Вы не собираетесь становиться строителем. Простите, это нервное. Госпожа Гера?
— Можешь звать меня старшей сестрой, — промурлыкала Гера, взяв меня сзади под руку и чмокнув в щёку.
Как оказалось, она могла призвать силу четвёртой молитвы простыми словами. Понятно, почему старшие жрицы решили сесть подальше от беседки. Я бросил взгляд на хранительницу символов, спешащую покинуть беседку. Выглядела она так, словно у неё резко и очень сильно заболел зуб.
Отпустив меня, Гера вышла под открытое небо и посмотрела наверх. Куб мрамора вспыхнул, а нас обдало жаром, словно мы стояли рядом с открытой топкой печи. Огонь начал разгораться и подниматься выше, разливая вокруг волны опаляющего жара. Я отступил под навес, не сильно любопытствуя, что происходило наверху, а вот Тэя смотрела с интересом, прикрывая лицо рукавом накидки. Старшие жрицы тоже поспешили закрыть лица, так как жар стал практически невыносимым. Послышалось яростное гудение и завывание.
— Достаточно, — сказала Тэя.
Огонь над строительной площадкой исчез так же внезапно, как и появился. Раскрасневшаяся от жара Гера вошла под навес, довольная собой. Края её платья слегка дымились. Удивительно, что она волосы не опалила. Площадку перед беседкой обдало порывом раскалённого воздуха, когда мраморный куб начал быстро опускаться. Тэя всё-таки не рассчитала инерцию и не смогла остановить его вовремя, поэтому все семьдесят тонн с глухим «бум» рухнули в мокрую землю, ощутимо встряхнув беседку. Послышалось шипение, и нас снова обдало порывом горячего воздуха. Блок увяз сантиметров на тридцать и слегка наклонился. Пока я разглядывал его, Гера умудрилась чмокнуть меня в другую щёку и взять под руку.
— Так с кем, говоришь, ты подрался? — спросила она, и взгляд приторно добрый. Она осторожно коснулась пальчиком моей щеки, отчего синяк под глазом отдал резкой болью.
— Вот, а Вы мне не верили, что даже один единственный символ может быть сильнее, чем размалёванные спины старших жриц, — сказал я, пытаясь высвободить руку, но не получилось. В отличие от госпожи Натин, этой женщине в глаза смотреть было откровенно страшно. — Там ещё немного места осталось для защитного символа. А потом надо подумать, где нанести вспомогательный, тогда легко сможете в одиночку соседнее государство захватить.
— Зачем тебе соседнее государство? — вполне искренне не поняла она. — Там же одни дикари живут.
— Это я образно выразился, оценивая Вашу силу.
— Значит, у вас только что занятие было? — спросила она, бросив короткий взгляд на Беату, оценивая ссадину у неё на скуле. — Вряд ли это были послушницы, скорее, младшие жрицы.
— Экзамен у них был, — подсказала Тэя, подходя к нам. — Дорна оценивала способность младших жриц читать вторую молитву.
— Дорна? — на лице Геры появилось странное удивление.
— Кстати, она проверила, как Василий освоился с символом понимания? — спросила Тэя у Беаты.
— Нет.
— Я же просила, — начала сердиться Тэя. — Где она?!
Взгляд женщин упал на лавки старших жриц.
— Может, придержите их, госпожа Тэя, а я разом накрою? — спросила Гера.
По мне, так помощь верховной в этом и не требовалась вовсе. Но Гера верно подметила, старые жрицы после демонстрации о чём-то оживлённо совещались. Тэя почти минуту смотрела в ту сторону, борясь с искушением, затем покачала головой.
— Подождём, — сказала она. — Меня сейчас больше занимает вопрос, что с символом понимания у Василия, и кто такой смелый среди младших жриц?
— Я сам во всём разберусь, — сказал я, пытаясь высвободить руки, так как меня держали уже с двух сторон.
В сторону беседки, огибая мраморный блок, спешно шла молодая жрица, слегка приподняв подол платья, чтобы не мешал.
— Госпожа Тэя, — добравшись до беседки, жрица поклонилась. — Его Императорское Величество был впечатлён и просил встретиться с ним.
— Здесь был Император? — удивился я и обязательно закрыл бы себе рот ладонью, за несдержанность, но меня по-прежнему держали за руки.
— Дами очень давно утратили огненные техники, — сказала Тэя, ничуть не рассердившись на то, что влез. — Если бы он узнал, что мы их вернули и ничего ему не сказали, то огорчился бы. Пусть ждёт, я сейчас к нему подойду.
— Всё поняла, — жрица ещё раз поклонилась и поспешила в обратном направлении.
Я и забыл, что многие техники были утеряны, в том числе огненные. Но в прошлый раз они не вызвали столько волнения. Не помню, общалась ли Беата по этому поводу с Императором или нет.
— Чем ещё хвастаться? — спросила Тэя у меня. — Чтобы каждые десять дней не бегать и не успокаивать Его Величество.
— В старых книгах написано, что стражи храма должны владеть символами огня, молний, железного песка и парящими облаками. Огонь хотя и самый сильный навык, но не всегда полезный. Пока врага в головешку превратишь, сам можешь обжечься. Все эти символы предназначены для войны с простыми демонами. Против одарённых и длинноухих, если они полезут в этот мир, есть более эффективные.
— Понятно, — кивнула она. — Пойду обрадую Императора. Гера, присмотри за ним, чтобы второй глаз не подбили.
⠀⠀
Отбиться от навязчивого внимания Геры удалось не с первого раза. Она никак не хотела отпускать меня, говоря, что у нас будет что обсудить, когда вернётся Тэя. Мне же не хотелось втягивать старших в мелкие разборки с младшими жрицами, поэтому, когда кто-то из старших жриц отвлёк её внимание, пригласив на приватный разговор, нам с Беатой удалось улизнуть из беседки.
— Что думаешь? — спросил я у Беаты, когда мы шли к храму.
— А что думать? — не поняла она. — Это потрясающий символ. Огонь же тысячу лет как забыт, а тут такое представление. Я тоже такой хочу.
— Тебе он не подойдёт, да и спрашивал я не об этом. Что думаешь насчёт всего происходящего?
— Не совсем понимаю, о чём ты.
— Ты знаешь, за что Геру выгнали из храма?
— Нет. Девочки не сплетничали на этот счёт, а старшие никогда не рассказывали подробностей. Повторяют только, чтобы не были такими, как она, и всё.
— Видишь ли, Гера владеет силой четвёртой молитвы. Без серьёзной причины таких не выгоняют и символы на спине не портят. А госпожа Тэя вернула её обратно, да ещё и символ могущественный отдала. Сдаётся мне, что она провоцирует кого-то или же усиливает напряжение между жрицами. Плюс слухи, что теперь почти любая жрица может получить символ и легко подняться над другими. Боюсь, что ничем хорошим это не закончится.
— Когда ты так говоришь… — Беата обернулась и бросила взгляд на беседку и старших жриц, всё ещё сидевших на скамейках и что-то обсуждающих.
— Как думаешь, к кому лучше пойти за информацией?
— Больше всех знают обычно жрицы, которые за младшими приглядывают. Они самые главные сплетницы в храме.
— Нет, нам не сплетни нужны, а правда. Поэтому мы пойдём к тем, кто знает больше всех — в кладовые.
— Да? — Беата посмотрела с сомнением.
— Любая жрица, которой нужно что-то особое из кладовых, не будет это просить сразу. Сначала заведёт разговор о чём-нибудь, начнёт издалека. А так как они все страшно утомляют хранительницу кладовых, очень занятую женщину, то слушать она может только самое полезное и интересное из того, что происходит в храме.
— То есть, собирает сплетни?
— Нет, не сплетни, — я улыбнулся. — Полезные и важные сведения. К тому же до вечера и обещанного разговора по душам с младшими жрицами осталось не так много времени. Нам надо успеть раздобыть чернила для временных символов. Как раз будет повод прочитать тебе лекцию и показать, как они работают.
Беата спорить не стала, так как из-за сказанного у неё самой загорелись глазки. В храме ведь редко происходит что-то значимое и интересное. В принципе, за чернилами можно было бы прогуляться и к лавке алхимиков или в гильдию Серебряной луны, но я решил зайти в гости к Сивите. Не хотелось сердить Тэю, да и в кладовых храма наверняка найдётся тушь для письма нужного качества, в крайнем случае, можно её доработать немного. Хотелось, конечно, поговорить ещё с Реной и Дейри, но они как сквозь землю провалились.
В длинном коридоре, рядом с кладовыми, было необычно тихо и пустынно. Сивита работала в каморке хранительницы, открыв дверь, чтобы впустить в помещение свежий воздух.
— Привет, — первым поздоровался я, заходя в комнату. — Ага, мы вовремя заглянули.
На большом столе, сменившем предыдущий, Сивита установила масляную горелку и пузатый медный чайник. В тарелке рядом лежал пирог с мясом, поэтому в кладовой аппетитно пахло.
— Простите, что отвлекаем, — сказала Беата, незаметно стукнув меня кулачком в бок, чтобы проявил больше уважения.
Я показал Беате взглядом на стул, а для себя пододвинул к столу деревянный ящик.
— Думал, что третью молитву тренируешь, а ты снова работаешь, — сказал я, открыв крышку чайника, и едва не обжёгся.
— Уже, — Сивита на мою наглость внимания не обратила, достала из-под стола глиняную кружку и поставила рядом со мной. — Вчера вечером смогла прочесть.
Она помолчала, ненадолго задумавшись. Я же налил в кружку горячий настой тонизирующих трав, который дами пили вместо чая. Настой неплохо бодрил, если не пить его слишком много. Переборщишь вечером и до утра не уснёшь, проверено неоднократно. Жаль, с сахаром в тёмном мире было сложно. Местные сахарные корешки есть могли только демоны со стальным желудком, а мёд тут был невероятно дорог. Чаще всего демоны использовали сок чёрного дерева, который нужно долго варить, чтобы получить сладкий сироп. Вот его уже можно встретить почти в любой сладкой выпечке, особенно в Хуме. Им разводят напитки, делают особый сорт самогона. Дами этот сироп почему-то недолюбливают, предпочитая приторно-сладкие сушёные фрукты, из которых в том числе варят свой знаменитый компот.
— Поздравляю, — улыбнулся я, беря из тарелки кусочек пирога. — Старших обрадовала?
— Все были заняты, но утром я рассказала об этом госпоже Тэе и наставнице Эве. Ешь, не смотри так. Беата, ты тоже не стесняйся.
Беата, кстати, на мою наглость смотрела осуждающе. Сивита достала вторую кружку, поставила перед ней.
— Спасибо, — поблагодарила она, наливая себе немного настоя.
— Видела демонстрацию нового символа? — спросил я у Сивиты.
— Столб пламени, едва не разогнавший облака над Хумой? Видела, как и все жители столицы. Не знаю, почему тебя это так взбудоражило. Меня вот это нисколько не радует.
— Почему? — наигранно удивился я, довольно покачав головой от вкуса пирога. Хорошее мясо — большая редкость, особенно в храме, так как золота у них всегда мало для подобных деликатесов. — Хороший ведь символ, впечатляющий.
— Ты недавно в храме, поэтому не понимаешь, — она пригубила настой трав. — Сёстры могли бы и объяснить.
— Всё дело в Гере? — спросил я, на что она кивнула. — За что ей выжгли символы на спине? Храм ведь на пустом месте не станет разбрасываться такими талантливыми жрицами, как она.
— Ты слишком хорошего мнения о нас, — Сивита рассмеялась. — Но ты прав, Гера была талантлива. Ещё до двадцати, будучи младшей жрицей, могла читать четвёртую молитву. Предыдущая верховная жрица взяла Геру в ученицы, рассчитывая, что она когда-нибудь сменит её. К тому же перспективная и талантливая девушка выходила из хорошей, правильной семьи. В то время госпожа Тэя только попала в храм, ей было лет тринадцать.
Сивита посмотрела на нас, как будто решала, рассказывать или нет. В итоге кивнула сама себе, наверное, подумав, что это не такая уж и большая тайна.
— Если вкратце, — сказала она, — то храм оказал Императору огромную услугу. Даже я подробностей не знаю, но храму заплатили очень много. Наставницу Серну не впечатлишь золотом, но даже она произносила слово «много» с волнением в голосе. Верховная отправила свою ученицу, чтобы забрать золото из дворца. Гера лично получила его от казначея императора и доставила в храм. Когда же старейшины в присутствии верховной открыли сундук, он был пуст.
Я покачал головой, представляя лица старейшин и старших жриц. А ещё лицо Геры, когда она обнаружила пропажу. Почему-то ни секунды не сомневался, что она золото не брала.
— Скандал вышел знатным, — кивнула Сивита, видя задумчивость на моём лице. — Старейшины жаждали крови, но, благодаря усилиям верховной, Геру просто выгнали, испортив символы.
— Не все, — добавил я. — Оставили два, очень важных. Почему?
— Смотришь в корень, — сказала она. — Всё благодаря верховной жрице, которой пришлось пойти на какие-то уступки или договорённости, о которых я могу только догадываться. А через месяц верховная передала чёрное солнце Тэе. Внезапно для всех. Передала самым неприятным образом…
— Ценой жизни, — понимающе кивнул я.
— Всё так, — сказала Сивита. — По сути, у старейшин не было выбора, и они признали госпожу Тэю новой верховной жрицей. Но уверена, что они долго не думали и сразу согласились. Тэя прекрасный кандидат на эту роль, даже лучше, чем Гера.
— Любопытно, — протянул я. — Но ведь всё не так просто? Я прав?
— Отец говорил мне, — сказала Сивита неспешно, подбирая слова, — что семьи некоторых старейшин и старших жриц внезапно начали сорить золотом. Кто-то делал это осторожно, а старейшина Орфа, без зазрения совести и не скрываясь, купил в Хуме несколько домов, недалеко от храма.
Беата со стуком поставила кружку на стол.
— Когда стану верховной, — пообещала она, — то пару старых голов я обязательно оторву. Не понимаю, почему наставница их терпит?
— Потому что всё гораздо сложнее, чем ты себе представляешь, — Сивита улыбнулась: — Чтобы воплотить задуманное в жизнь, нужно вырезать половину знати. Скажи мне, Беата, сколько талантливых жриц, таких, как ты или Тэя, вышли не из высокородных семей? Таких, кто легко читает четвёртую молитву, будучи в возрасте послушницы?
— Достаточно будет только пары старых голов, чтобы вразумить остальных, — не согласилась с доводами Беата.
— Голов чьих-то матерей, отцов, сестёр или любимых бабушек, — сказала Сивита. — Не смотри так на меня, это не я придумала. Но ты можешь не переживать, храм будет залит кровью гораздо раньше, чем ты думаешь. Максимум завтра старшие жрицы решат, что верховная получила слишком много власти, что новые символы опасны, если они их не контролируют. Пойти против воли старейшин и вернуть Геру — это серьёзный шаг, за который я могу только уважать твою наставницу. В свете событий, я бы тоже не отказалась от огненного символа. И надеюсь, что всё обойдётся малой кровью.
Она взяла кусочек пирога и принялась с аппетитом кушать. Я догадывался, что Геру за что-то наказали, но не думал, что всё так запутано. За присвоение золота храма старейшин нужно было бить по рукам и как можно сильнее. Интересно, как они умудрились его умыкнуть из-под носа Геры? Кажется, я начал лучше понимать, почему через десять лет в храме не будет больше половины старших жриц и старейшин. Та же Сивита наверняка последовала бы за хранительницей кладовых, так как слишком много знала.
— Ты пришёл за чем-то конкретным? — спросила Сивита, решив сменить тему на что-нибудь более приятное.
— Да, мне нужна тушь для письма и кисточка. Хочу нанести себе пару временных символов, чтобы поговорить с Ларой и её подругами. У нас с Беатой вечером назначена встреча с младшими жрицами.
Сивита коснулась своего глаза пальчиком, как бы уточняя, что послужило причиной будущей встречи.
— Планирую их хорошенько припугнуть, — кивнул я.
Судя по взгляду Сивиты, она поставила себе маленькую галочку, чтобы не забыть поговорить с младшими жрицами об их поведении. Мне показалось, что имя Лара было ей знакомо.
— Что за временные символы? — спросила она. — Не слышала о подобном.
— Это своеобразный костыль, который придумали древние. С их помощью можно пользоваться магией, не прибегая к силе голоса. Когда тратишь собственную энергию, быстро устаёшь, но иногда бывает так, что какой-то символ крайне необходим, а на спине его нет.
На меня посмотрели с удивлением, Беата даже про кусочек пирога в руке забыла.
— Хорошо, неси бумагу и всё необходимое, покажу пару полезных символов и принцип работы.
Если попытаться объяснить временные символы простыми словами, то лучше всего подошёл бы термин магической печати. Их нельзя просто скопировать или нанести обычному демону или человеку, от этого они работать не будут. Создавая печать, нужно вложить в неё немного силы. Теперь, когда у меня на спине есть символ «понимания», делать подобное стало гораздо проще.
— Два простых символа, — говорил я, показывая рисунки на жёлтом листе. Бумагу Сивита принесла самую дешёвую и грубую, которую потом наверняка можно было отмыть от туши и использовать снова. — Этот позволяет удерживать любой предмет на расстоянии. С помощью него можно что-то взять и бросить в обидчика. Можно даже его за голову схватить и сломать шею. А вот этот — позволяет толкнуть любой предмет. Можно дверь выбить или стол опрокинуть. Если очень сильно постараться, то можно и в стене дома дыру пробить, но сил это потребует столько, что я бы не советовал так напрягаться.
Я начал наносить на предплечье первую из печатей.
— Оба символа имеют два ключа, — сказал я. — Внешний и внутренний. Ты сразу почувствуешь, если всё делаешь правильно.
— Много таких символов? — спросила Сивита, рисуя на втором листе, повторяя за мной.
— Много. Но если вы не знакомы с принципом работы постоянных, то и временные лучше не использовать. Надо тренироваться и привыкать к каждому. Эта пара — самые безобидные, поэтому можете тренироваться. Только не доводите себя до изнеможения, это вредно для здоровья. Внешний контур готов. Я сейчас просто использую силу, и он становится тяжёлым, это можно почувствовать. Вот ещё один недостаток, его нельзя использовать во время дождя. Как только рисунок будет нарушен, всё, сила уйдёт.
— А если использовать стойкие чернила? — спросила Сивита. — Которые плохо смываются с кожи.
— Проблема в том, что их как раз и нужно смыть через пару часов, как нанёс. Иначе они вытянут из тебя всю силу. Я специально использую тушь, которая на коже через некоторое время начинает крошиться и осыпаться. Даже если потеряю сознание от истощения, они не убьют. Лучше всего их нанести на руку, например, на предплечье и тыльную сторону кисти, чтобы быстрее сошли. Подождём, пока высохнут.
Я посмотрел на первый символ, получившийся неплохим. Тушь была как раз подходящей, не самого лучшего качества, быстро подсыхающая. Следующий час я рассказывал о временных символах, показывал, как они работают. Беата даже нанесла один и разбила кружку Сивиты, пытаясь взять её при помощи силы. Нужно было видеть, как загорелись глаза девушки, когда она впервые использовала силу. Пришлось взять с неё клятвенное обещание, что она эти символы будет использовать только в моём присутствии. Беата ведь невероятно сильна и вспыльчива, если будет неосторожной, то может убить кого-нибудь ненароком. В отличие от неё, Сивита подобное прекрасно понимала, так как у неё на спине был похожий символ. Их наносили девушкам через год после становления полноправными жрицами.
Небольшую вспышку силы со стороны центра храма почувствовали все. Тема нашего разговора перескочила с временных на постоянные символы, и я как раз делился хитростями, как проще и быстрее наносить их на спину.
— Что там? — спросила Беата, глядя в сторону центральной части храма.
— Верховная сердится, — тихо сказал я. Сейчас только у Тэи достаточно силы, чтобы её голос был слышен во всём храме.
— Оставайтесь здесь, пока всё не уляжется, — сказала Сивита серьёзным тоном. — Василий, насколько сильны эти временные?..
Мы одновременно обернулись к входной двери, где в проёме стояла хранительница символов. Карна выглядела так, что будь у меня пистолет, я бы за ним потянулся. В глазах у неё мелькала какая-то смесь безумия и помешательства. Страшно до жути.
— Госпожа Карна? — Сивита всё прекрасно поняла, но виду не подала. Обойдя стол, она встала между нами и хранительницей. — Вы меня ищете?
— Нет, — она словно только сейчас заметила Сивиту. — Ищу Беату и этого мальчишку. Идите за мной.
— Прошу простить, — вставила Сивита, — но они помогают мне в кладовых. Это просьба верховной жрицы. Как только они освободятся, то сразу найдут Вас.
Похоже, что Карна не ожидала такого ответа и немного опешила. Не привыкли старшие жрицы, чтобы им отказывали, поэтому и теряются, услышав подобное.
— Неважно, что им поручили, — сказала хранительница символов. — Сейчас они нужны мне.
— Госпожа Карна, я Вам их не отдам, — голос Сивиты стал твёрже. Высокородные дами умели говорить так, что спорить с ними сложно. — Позже, когда мы закончим, они найдут Вас сами.
— Похоже, что ты не понимаешь, девочка, — голос Карны стал тяжёлым, а пространство вокруг дрогнуло, — у этого парня на спине чёрное солнце, которое определит будущую верховную жрицу.
Невидимая сила сдавила всех в помещении, не давая пошевелиться. Даже имея временные символы, один из которых должен был меня защищать от подобного, я не мог ничего сделать. И всё-таки я упустил момент, когда стоило нанести Сивите что-нибудь из хорошей защиты, как у Рены и Дейри.
— Вы упускаете из вида маленькую деталь, — сказал я. — С чего Вы решили, что чёрное солнце у меня есть? Беата видела мою спину, ничего похожего там нет и в помине.
— Тэя говорит, что чувствует его, а значит… Не важно, что думаешь, ты отдашь его. Будешь умолять, чтобы его забрали.
— Лучше отступите, — сказала Сивита. — Иначе мой отец так испортит Вам жизнь, что сами будете молить о смерти. Как и ваша семья, госпожа Карна.
Сивита молодец, вложила в обычные слова силу третьей молитвы и попыталась оттолкнуть Карну, но та лишь пошатнулась. Хранительница обязана была иметь на спине немало защитных символов, так как в её обязанности входило хранить секреты и быть готовой к тому, что их могут попытаться забрать силой. Карна такой прыти и наглости от простой жрицы не ожидала, её лицо исказила ярость. Она взмахнула рукой, и Сивиту отбросило с такой силой, что по пути она сломала стол и с хрустом влетела в большой сундук.
Пространство в помещении снова вздрогнуло, так как в бой пошла Беата. Она просто пыталась произнести слова четвёртой молитвы, чтобы посеять хаос в скопившейся вокруг силе. А ещё она умудрилась использовать временный символ, отчего Карна вздрогнула, словно пропустила сильный удар в корпус. Но всё же они находились в разных весовых категориях. Беате требовалось ещё несколько лет, чтобы понять, как работает сила голоса и как правильно ею манипулировать. Если бы Карна пришла сюда, чтобы убить нас, она бы сделала это очень быстро, но никому из присутствующих она не хотела навредить, что играло нам на руку.
Довольно неожиданно разлитая в помещении сила исчезла, словно её и не было. На лице хранительницы символов отразилось изумление и непонимание.
— Кто здесь? — произнесла она, пытаясь призвать ещё немного силы, но безрезультатно. На моей памяти провернуть подобное могла только Тэя, но это была не она.
— И Вы заодно с ними, наставница Карна, — в коридоре раздался голос Дейри. В нём слышалась печаль, смешанная с горечью обиды.
Короткая вспышка силы подхватила немолодую хранительницу символов и скрутила, отрывая от пола. Раздался противный звук ломающихся костей, после чего тело Карны упало на пол.
— Вы очень вовремя, наставница Дейри, — сказал я, дрогнувшей рукой смахивая капельку пота со лба.
— Госпожа Тэя попросила последить за Карной, — сказала она, заходя в кладовую. — Сивита, ты в порядке?
Вспомнив о жрице, я поспешил к ней на помощь, поднимая из обломков мебели.
— Живая, вроде, — охнула та, опираясь на моё плечо. — А где Рена?
— Вместе с Герой отправилась к старейшинам.
— Это плохо. Кто тогда остался с госпожой Тэей?
— Вряд ли ей понадобится наша помощь, — вставил я, усаживая Сивиту на стул. — Только мешаться под рукой будем.
— Василий, вы с Беатой сейчас пойдёте в гильдию Серебряной луны и будете сидеть там, пока в храме не восстановится порядок, — сказала Дейри тоном, не терпящим возражений. — Госпожа Тэя сказала, что наша главная задача — защитить вас. К ночи всё решится, я думаю.
— Только в храме, но не за его пределами, — вставила Сивита. — Ты уж будь добра, защити его.
— Надо ещё Зои забрать, — вспомнил я.
— Она сейчас с послушницами, — сказала Дейри. — Пока я вывожу вас из храма, наставница Эва присмотрит за ними. Не бойся, ничего с ней не случится.
— Значит, старшие жрицы всё же решили сменить госпожу Тэю? — уточнил я.
— Они нарушили старые запреты и нанесли себе символы гнева в надежде, что смогут её одолеть.
— Вряд ли бы у них получилось, даже если бы Тэя сейчас не обладала двумя великими символами, — сказал я.
Со стороны центра храма снова потянуло силой, только на этот раз очень неприятной.
— Сивита? — спросила Дейри.
— Со мной всё будет в порядке, идите, — она посмотрела на разбитый стол и поморщилась от боли в пояснице. — Опять стол сюда нести…
Я взял Беату за руку и повёл к выходу, стараясь не смотреть на тело хранительницы. В коридоре у кладовых было тихо, а вот у выхода слышались громкие голоса.
— Выйдем в сад через служебные помещения, — сказала Дейри, показывая в обратном направлении.
— Я слышала от наставницы о символах гнева, — сказала Беата и взяла меня под руку, когда мы пошли следом за Дейри. — Она говорила, что они очень страшные и опасные, поэтому запрещены.
— Лично не сталкивался, только читал. Не переживай, Тэя с ними легко справится.
Мы выскочили на лестницу, ведущую к большому складу, куда привозили всё, что покупал храм. Отсюда товары и продукты расходились по кладовым или шли сразу на кухню, поэтому в просторном помещении всегда было шумно. Вот и сейчас несколько торговцев помогали мужчинам дами разгрузить телегу с овощами, напоминающими капусту, и мешки с мукой. На нас они внимания не обратили, а почувствовать, что творилось в центре храма, были не способны.
⠀⠀
Храм дами, этаж старших жриц
Вспоминая разговор с Императором, Тэя неспешно листала книгу символов о парящих облаках. Разглядывая древние руны, она размышляла о том, как лучше поступить. С одной стороны, этот наглый демон дал понять, что его сильно заинтересовала вновь обретённая сила дами, а с другой — он сетовал на то, что с каждым годом ему всё сложнее и сложнее поддерживать храм материально.
«Думаешь, освободил храм от налогов, и уже сделал всё, что мог?» — Тэя закрыла книгу, сдвинув её на край стола.
Император намекал, что неплохо бы храму не просто защищать империю от вторжений из других миров, но и участвовать в местных войнах. Думает, что, имея таких сильных союзников, он легко может подмять под себя весь континент. Те же серокожие дикари с далёкого востока давно требовали обратить на себя внимание, совершая всё более наглые вылазки вглубь империи.
«Хочешь превратить нас в свою наёмную армию? — подумала Тэя. — А не треснет ли рожа от наглости?»
Тэя набрала полную грудь воздуха и с шумом выдохнула через нос. Она специально вспоминала наглое лицо императора, чтобы рассердиться. А ещё лица его помощников, прячущих улыбки и смотрящих на верховную жрицу высокомерно. Один лишь лорд города смотрел на Тэю серьёзным взглядом, показывая, что сделать ничего не может.
Закрыв глаза, Тэя вернулась к той встрече в комнате старейшин дами. Из окна здания мужчин открывался прекрасный вид на стройку и место проведения демонстрации.
— Что хочет сказать этими словами Император? — спросила Тэя, спокойно глядя на высокого и крепкого телом демона.
Императору было около тридцати лет, он был высок даже для представителей своей расы. Грубая кожа с бронзовым оттенком, строгие черты лица, из-под чёрных кудрявых волос едва заметно выглядывают острые рожки. По меркам дами его нельзя было назвать привлекательным, но придворные женщины из того же рода, что и сам Император, отзывались о нём как о красавчике. При этом взгляды женщин говорили, что они не лукавили, а действительно так думали.
— Хочу сказать лишь то, что сказал, — улыбнулся Император. — Наш мир находится очень далеко от великого пути, и гости заглядывают нечасто. На моей памяти, все, кто приходил, были настолько слабы, что с ними могла бы разобраться моя личная гвардия.
— Даже я помню, как в этот мир приходили светлоликие, — сказала Тэя. — Моя бабушка погибла, защищая империю. Если Вы считаете, что Ваши подчинённые, гвардия, гильдия наёмников или кто-то ещё способен противостоять вторжениям, я предоставлю им все условия для этого.
— Это хорошее предложение, — кивнул Император, говоря как бы в шутку, и даже слегка рассмеялся. — Если воины не будут закалять свой характер в сражениях, они станут слабыми и бесхребетными. Поставьте меня в известность, когда в этот мир вторгнутся светлоликие. Хочу лично убедиться, что они сильны так, как о них говорит храм.
— Непременно, — сказала Тэя, вставая. — Только не забудьте, что не храм появился в городе Хума, а город вырос вокруг храма. С Вашего позволения.
Тэя едва заметно кивнула, обозначая уважение Императору, и вышла из комнаты. Она властным жестом остановила старшую жрицу Ориану, отвечающую за связь с императорским дворцом. Если за долгое время, что Ориана занимала эту должность, дворец перестал уважать и бояться дами, то её давно пора было сменить кем-то более вменяемым…
Ещё раз вспоминая тот разговор, Тэя не рассердилась, а улыбнулась. Правда, увидевший эту улыбку испугался бы и бежал без оглядки. Она уже знала, как привести дворец императора в чувство, и от этого становилось приятно на душе.
Отрывая верховную жрицу от кровожадных мыслей, дверь открылась, и в кабинет вломились старшие жрицы, держа в руках громоздкие усилители голоса. В наследство от первых жриц дами храму достались не только молитвы и книги, но и старые артефакты. Большая каменная табличка, весившая не меньше сотни килограмм, отполированный и покрытый рунами шар из светлого мрамора и прочие предметы, пылившиеся в закрытой кладовой на этаже старших жриц. С помощью одного из них, хранившегося в спальне Тэи, она читала молитву поддержки для горожан, собиравшихся на площади по большим праздникам. В руках старой Орианы как раз был он — длинный каменный посох, прикасаться к которому имела право только верховная жрица.
— Вижу, что вы пришли не с добрыми намерениями, — спокойно сказала Тэя, — но из вежливости спрошу, что случилось? Санна, эта каменная плита не тяжеловата для тебя?
Тэя обвела взглядом пять немолодых женщин, подумав, что они выглядят очень смешно. Она бы рассмеялась, если бы не серьёзность ситуации. Подумала, что если бы не их жалкий вид, то она бы сию же секунду превратила этих дур в кровавую кашу.
— Совет жриц и старейшин решил освободить тебя от должности верховной жрицы, — сказала Ориана, выходя немного вперёд, слегка стукнув основанием посоха об пол.
— Единогласно, или среди вас остались здравомыслящие? — уточнила Тэя.
— Сомневающихся было не так много. Сегодня ты отдашь символ чёрного солнца Беате и уйдёшь из храма.
— Всего два уточнения, — сказала Тэя. — Верховной жрицей станет та, кто в силах проявить чёрное солнце на спине и полностью прочесть шестую молитву. А совет старших жриц и старейшин может решать, кто станет верховной, только в одном случае — если таких женщин будет две. Беата на это пока не способна. Неужто вы собираетесь поставить несмышлёную девочку на место верховной жрицы?
Ориана открыла рот, пытаясь что-то сказать, но не смогла произнести ни звука.
— Это всего лишь сила пятой молитвы, а вы уже испугались? — удивилась Тэя. — Вы же испортили спины символами гнева, единственными, которые можно использовать, когда звучит пятая молитва, что же вас так напугало? А, не хватило времени на практику. Поспешили. Пока вы пытаетесь совладать с символами и не можете понять, почему они не работают, я напомню, что любую жрицу, прикоснувшуюся к запретным знаниям, следует убить. Желательно выжечь всё на спине, пытать два дня, чтобы другим неповадно было, и убить из милосердия. По-моему, так говорится в своде правил храма? Поправьте, если я ошибаюсь. Мике, куда же ты?
Одна из жриц, лет сорока, попыталась выйти из кабинета, но двери и не думали поддаваться. Она даже попыталась выбить их плечом, отчего по кабинету разнёсся глухой звук удара.
— Снимайте платья и показывайте спины, — Тэя встала, обвела гостей кровожадным взглядом. — Я не стану вас пытать, просто убью на месте.
Жрицы заволновались, отступая к дверям. Они даже раскраснелись, пытаясь выдавить из себя хотя бы единственный звук, чтобы зацепиться за него и активировать символы гнева.
— Какие же вы глупые, — Тэя едва не закатила глаза от вида старых жриц. — Отпустите, наконец, усилители, они же вам мешают использовать символы.
Первой догадалась Ориана, отбросившая в сторону посох, и в следующую секунду помещение взорвалось. Сила запретных символов в одно мгновение превратила всё, что находилось в комнате, в мелкие обломки. Стол, высокие шкафы с книгами, мягкая кушетка, на которой Тэя любила отдыхать, деревянными осколками они брызнули в разные стороны. Медный кувшин и таз для омовения рук превратились в искорёженные куски металла. При этом грохот взрыва был совсем не оглушительным, но острые осколки неплохо испортили платья старших жриц. У кого-то сквозь порезы даже кровь проступила. Единственной, кто совершенно не пострадал, была Тэя, спокойно стоявшая над грудой обломков от стола.
— Это было неожиданно, — удивлённо произнесла Тэя, затем опустила взгляд на обломки, пытаясь найти хоть что-то, что осталось от очень важной для всех дами книги. — Ты хотя бы представляешь, что наделала? Ты уничтожила книгу парящих облаков, не говоря уже о важных документах, что хранили многие поколения верховных жриц. Похоже, что я переоценила вас.
Пространство в помещении слегка вздрогнуло, и Ориана, закатив глаза, замертво повалилась на пол.
— Ну, раз уж вы тут всё уже разломали, то, прошу, не сдерживайтесь, — обратилась Тэя к остальным. — Давайте я вас потороплю.
Старшая жрица, стоявшая второй, схватилась руками за голову, издала беззвучный крик боли и упала рядом с Орианой.
— Видите? — спросила Тэя. — Чтобы убить кого-то, не обязательно разрушать всё вокруг. Не могу себе представить, что творится в ваших пустых головах, если вы ставите собственные интересы выше благополучия храма. Что для вас великий храм?
Ещё одна женщина, державшая в руках большой мраморный шар, уронила его на пол и вскинула руки. Тэя ощутила, как мимо пронеслась огромная сила, огибая её, как вода огибает камень посреди реки. Когда эта сила врезалась в стену позади верховной, храм слегка вздрогнул. Тэя запоздало подумала, что если бы такая сила бросила её в стену, то, возможно, она бы этого не пережила. Защитный символ в нижней части спины слегка потеплел, как бы намекая верховной, чтобы она не заигрывалась.
Двух немолодых женщин, отдавших храму больше тридцати лет жизни, смяло, бросая в сторону груды обломков шкафов и разорванных книг. Последняя из жриц отчаянно замахала руками и спешно принялась стягивать платье, не с первого раза сумев распутать чёрный пояс, вышитый золотыми нитями.
— Мике, зачем ты пошла у них на поводу? — спросила Тэя, глядя, как по испуганному лицу старшей жрицы бегут слёзы. — Запугали?
Женщина быстро закивала, сбросив платье и поворачиваясь спиной. Плечи у неё слегка дрожали. Тэя знала, как выглядят символы гнева: некрасивые, словно копошащиеся черви, глодающие кожу. У Мике таких не было. Либо она так и не решилась, испугавшись, либо на неё всерьёз и не рассчитывали, зная слабый характер. У Мике, как и положено для старших жриц, символы были нанесены аккуратно и разбиты на три основные группы, как было принято ещё лет семьдесят назад. Этот способ нанесения считался устаревшим, так как позволял вместить на три рисунка меньше обычного. Но даже так, свободного места у неё на спине было больше, чем у верховной жрицы, что вызывало лёгкую зависть.
— Успокойся и можешь говорить, — сказала Тэя. — Кто ещё из старших жриц испортил спину запрещёнными знаками?
— Я не знаю, — выдавила женщина, пытаясь зажать глубокий порез на плече, неприятно кровоточащий.
— Если исключить тех, кому я доверяю, остались трое. Дорна?
Тэя наклонилась к одному из тел, чтобы оторвать длинную полоску ткани от подола платья. Подойдя к Мике, она принялась наматывать ткань поверх раны.
— Нет, нет, Дорна не могла, — сказала жрица. — Она была против этой затеи и сказала, что будет сидеть в подвале, пока госпожа Тэя за ней не спустится.
— Так и сказала? — удивилась Тэя и даже рассмеялась. — Тогда ещё две.
— Они пошли за Герой, — тихо сказала Мике.
— Как я и думала.
— А хранительница Карна?
— А что Карна? — Тэя хмыкнула. — Зная её, она не станет портить себе спину. Разберусь с ней позже.
За то, что хранительница взяла без спроса книгу с запрещёнными символами, её ждало только одно наказание. Она знала слишком много, чтобы просто выгнать. Максимум, что Тэя могла сделать для своей наставницы и учительницы — это попросить старейшин лишить её языка, всех символов на спине и отправить на север, доживать свой век дома, но под надзором жриц из храма. Но вряд ли Карна согласится на подобный исход.
Тэя посмотрела на Мике, слегка приобняла её за плечи. Немолодой жрице не хватало характера для подобной должности, но она была одной из немногих, кто сам дошёл до понимания третьей молитвы.
— Пути назад больше нет, — сказала Тэя, говоря больше для себя, чем для неё. — Глупые старые жабы уничтожили бесценные книги. Теперь либо храм выживет, либо погибнет, став марионеткой императора. Нам нужно сделать всё, чтобы защитить храм.
— Можете на меня положиться, — сказала Мике немного дрогнувшим голосом.
Тэя кивнула, затем подняла с пола посох верховной жрицы. Использовав немного силы голоса, всё ещё разлитой в помещении, она пропустила её сквозь посох. Пространство вокруг недовольно задрожало и заворочалось.
— Всем жрицам и послушницам, — произнесла Тэя, чувствуя, как сила волнами разбегается от неё. — В храме мятеж, поэтому приказываю всем оставаться в спальнях до особого распоряжения. Ответственным за порядок на этажах проверить, чтобы никто не покидал своих комнат, и запереть все входы и выходы.
Отпустив силу, Тэя прислонила посох к стене и на секунду прислушалась.
— Мике, проследи, чтобы двери храма оставались закрытыми. Никого не впускать и не выпускать, кроме Геры, Рены и Дейри. Как только они появятся, сразу отправь ко мне.
Тэя бросила взгляд на разгром в комнате, проигнорировав тела старших жриц, и решительно вышла в коридор. Начало было положено, и оставалось идти только вперёд. Старейшины и благородные семьи дами, живущие в столице или в их родном городе на севере, будут в ярости. Для начала следовало найти Дорну, чтобы не сидела в подвале, а помогала.
— Надеюсь, у вас всё в порядке, — сказала она, имея в виду не только Василия, но и Геру.
⠀⠀
Примерно то же самое время, мужская часть храма, зал старейшин
— И что, этот символ работает как пятая молитва? — с удивлением спросила Гера.
— Нет, — Рена покачала головой. — Он не заглушает силу голоса, а позволяет забрать её. То есть я не дам тебе возможности собрать достаточно силы, чтобы зажечь большое пламя.
— Я могу говорить очень быстро, если надо, — сказала Гера, использовав совсем немного силы, чтобы пространство вокруг дрогнуло, но, к большому удивлению женщины, оно почти сразу успокоилось.
— А я не буду брать эту силу по частям. Это сложно объяснить, но чем больше ты будешь говорить, тем больше я заберу. Тебе не хватит контроля, чтобы разделить силу голоса на части.
— Этот любопытный символ, насколько он большой?
— В мою ладонь, — Рена продемонстрировала ладонь, слегка раскрыв пальцы. — Где-то так.
— Большой, — Гера огорчённо покачала головой. — Но место ещё есть…
Женщины прервались, так как пожилой мужчина, привязанный к стулу, замычал, пытаясь что-то сказать. Как и все мужчины, он не был сильным, хотя имел могущественные символы на спине. Вот только в присутствии Рены он не смог ничего сделать и так испугался, что сдался без сражения.
— Сиди уже смирно, — отмахнулась Гера. — Мы услышали всё, что ты хотел нам сказать. Всей правды от тебя не дождёшься, поэтому просто помолчи.
— Уверена, что всё случится сегодня? — спросила Рена.
— Ты же сама слышала, что говорил этот выживший из ума старик, — Гера с трудом подавила желание подойти к нему и хорошенько стукнуть.
Женщины одновременно повернулись к окну, выходящему на главное строение храма, откуда потянуло отголоском силы.
— Госпожа Тэя сердится на кого-то, — сказала Рена с тревогой в голосе.
— Выходит, что старик Орфа не врал нам и действительно задумал устроить раскол храма. Что ты мычишь? Хочешь дать своему маленькому мятежу другое название?
Дверь в небольшой зал для совещаний старейшин распахнулась с такой силой, что едва не вылетела, повиснув на одной петле и сильно перекосившись. Секундой позже в помещение вошла старшая жрица Найра, держа в руках слегка изогнутый меч с лезвием из голубоватого металла. Гарда меча была обильно украшена золотом и драгоценными камнями, как и сама рукоять. Следом вошла её сестра, держа в руке серебряный амулет на длинной цепочке.
Гера даже ничего не успела сказать, как что-то с силой ударило её, отбрасывая на несколько шагов. Комната резко наполнилась силой, а пространство вокруг вздрогнуло и загудело, как медный котелок, по которому ударили молотом. Упав и сбив по пути несколько стульев, женщина врезалась в стену. Понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя. Где-то мелькнула мысль, что это слишком долго и, застав врасплох, старшие жрицы добьют её одним ударом. Она могла бы использовать огненную силу, чтобы превратить комнату в большую топку, но побоялась задеть Рену. Послышались ещё один удар и грохот разбивающегося вдребезги стола, затем всё внезапно затихло.
Рывком сев, Гера едва не упала обратно, так как голова закружилась.
— Не говори ничего, — послышался голос Рены. — Не нужно устраивать пожар.
Гера с большим трудом поднялась и схватилась за бок, так как глубокий вдох отдал резкой болью в рёбрах. Посмотрев в сторону двери, она увидела окровавленные тела старших жриц, лежащих в неестественных позах. А ещё она заметила опрокинутый стул, к которому был привязан старейшина Орфа. Удар, отбросивший Геру, свернул ему челюсть и сломал шею.
— Всегда знала, что эта семейка сумасшедшая, — сказала Гера. — Ты их?..
— Да, — Рена кивнула, хмуря брови.
— Что это у них было? — Гера прошла к телам, глядя на них уже равнодушно, а ведь когда-то она ненавидела этих старух за то, что они громче всех кричали о её наказании. Подняв меч и амулет, Гера продемонстрировала их подруге. — Говорят, в хранилище императора есть артефакты, защищающие от огня. Если это они, то быстро же мятежницы с ним договорились.
— Слушай, — Рена подошла к ней. — У тебя совсем не осталось свободного места на спине?
— Полторы ладони, — спокойно ответила Гера, разглядывая артефакты. — Василий говорил, что ещё один, максимум два символа сможет нанести. Надо успокоить мужчин и найти кого-нибудь, чтобы прибрался здесь.
— Если будет выбор, какой символ нанести на оставшееся место, попроси у Василия «кровавый цветок». Отсюда до Северного Брейма четыре дня пути. У нас мало времени, чтобы подготовиться, пока новости доберутся туда и вернутся с семьями старших жриц.
— Вряд ли они сразу побегут в Хуму, — не согласилась Гера. — Им нужно будет поспорить друг с другом пару дней и подготовиться к долгому путешествию. К тому же, зная их, у меня нет уверенности, что они побегут на тебя с кулаками, а не попытаются для начала договориться. Но ты права, нам нужно подготовиться и как следует их встретить. Будь уверена, своими жизнями они дорожат и будут трястись от страха, думая, кого послать в столицу, чтобы успокоить госпожу Тэю.
⠀⠀
Жители столицы пока ещё не подозревали, что происходит в великом храме, поэтому на улицах было привычно шумно. Демоны всех мастей спешили по своим делам, кричали, продавая закуски с лотков или зазывая посетителей в лавки. Городская стража гоняла бездомных и нищих, чтобы не собирались в центре города.
Дейри проводила нас прямо до здания гильдии Серебряной луны и умчалась обратно, наказав сидеть здесь и не бегать по городу без присмотра. Когда мы поднялись к дверям гильдии, нас уже ждал лично глава Гамеш, удивлённый и обрадованный внезапным визитом.
— Мастер Василий, — он приобнял меня за плечи, — не ожидал увидеть Вас сегодня. Стоило предупредить, и мои подчинённые встретили бы вас у лестницы храма. В городе нынче неспокойно.
Последнее он добавил только из вежливости, так как никто в здравом уме не станет сердить жрицу дами, носившую чёрный с золотым пояс.
— Выдалось немного свободного времени, и я решил потратить его с пользой, — сказал я. — Хотел поговорить о паре выгодных дел, к тому же я обещал нанести несколько символов «сопротивления».
— До вечера не так много времени, — он посмотрел на небо, прикидывая, когда будет заходить солнце.
— Так мы никуда и не торопимся. Сможете приютить нас на несколько дней?
— Конечно, — он обрадовался ещё больше. — Проходите. Расскажете всё после ужина. А где ваша беловолосая спутница?
— Зои осталась в храме, наставница не отпустила. А это Беата, моя подруга и ученица.
Мы говорили на языке гильдии, поэтому Беата ничего не понимала, с любопытством разглядывая зеленоглазых демонов и здание гильдии. Улыбнулась, когда я взял её под руку.
— Я провожу вас, — Гамеш широким жестом пригласил нас входить.
Обернувшись, я бросил взгляд в сторону центра города. С такого расстояния невозможно уловить отголоски силы, но мне показалось, что я почувствовал Тэю.
— Как думаешь, быстро всё закончится? — спросила Беата, когда мы вошли в просторный зал гильдии.
— Не знаю. Может, затянется на несколько дней. В любом случае, без дела мы сидеть не будем.
— Что задумал? — заинтересовалась она.
— Мы будем зарабатывать для храма золото, точнее, подготавливать почву для этого. Предчувствие у меня такое, что Тэя очень скоро поссорится со всеми высокородными семьями дами. Вспомни, что говорила Сивита — без их поддержки храму придётся туго.
Гамеш не понимал, о чём мы шепчемся, но, обернувшись, посмотрел так, как взрослые смотрят на подростков, задумавших какую-то шалость. На его лице появилась довольная и немного хищная улыбка.
⠀⠀
То же самое время, город на торговом тракте между Хумой и Изумрудной рекой
Стоя на груде обломков некогда большого и красивого каменного дома, высокая женщина осматривала городскую площадь. Сильный ливень скрывал прилегающие к площади дома, частично или даже полностью разрушенные. Если смотреть с высоты птичьего полёта, то могло показаться, что по городу с юга на север прошёл великан, разрушая всё на своём пути, размахивая огромной каменной дубиной.
Резким движением женщина сбросила с головы капюшон плаща, открывая вид на белые волосы, без единой серой пряди. Плащ из плотной ткани промок насквозь, и толку от него было уже не так много. Женщина прислушалась, но не уловила ни одного отголоска силы. Те из демонов, что были поумнее, уже сбежали, остальные лежали на площади в глубоких воронках или под обломками зданий на прилегающих улицах.
— Мерзкая погода, — сказала женщина, проведя ладонью по лицу. На вид ей было около тридцати лет, но если заглянуть в глаза, то сразу становилось понятно, что внешность обманчива.
Посмотрев вниз, женщина убрала ногу с головы неприятного на вид зубастого демона. Выглядел он плохо, но цеплялся за жизнь, не собираясь помирать. Наклонившись над демоном, она заглянула ему в глаза.
— Значит, он её продал? — спросила она, говоря на языке жителей холмов с сильным акцентом.
На соседней улице послышался хруст камня, и большой двухэтажный дом начал разваливаться на куски. Из-за шума ливня было плохо слышно, но с той стороны кто-то кричал, призывая бежать отсюда как можно скорее.
— Кому её продали? — женщина ещё сильнее наклонилась над демоном, чтобы лучше слышать.
Говорил демон неразборчиво, используя непонятные слова, но женщина поняла, что беловолосую девушку глава города продал какому-то вельможе, сорившему золотом. Он упоминал много охраны и ещё что-то непонятное. А ещё он постоянно повторял слово «Хума». Плохо, что это был единственный демон во всём городе, умеющий говорить хотя бы на одном из языков, понятных женщине. Да и то, словарный запас зубастого был скуден и заимствован из какого-то родственного языка.
— Кто такой Хума? — спросила она.
— Там, там! — демон попытался показать взглядом на север. — Дорога, город правителя.
Тихо выругавшись, женщина встала, проклиная тёплый, неприятный ливень, мерзких местных жителей и свою вспыльчивость. Следовало лучше следить за этим демоном, и он мог бы сойти за переводчика или проводника. Успокаивало только то, что если этот мог говорить на языке жителей холмов, то обязательно найдутся другие.
Выбросив из головы несчастного демона, она начала спускаться с завалов здания, поскользнулась и едва не полетела кубарем. В последний момент ухватилась рукой за обломок стены. Наконец, выбравшись на ровный участок улицы, она посмотрела на грязные, порванные сапоги.
— Почему в этом проклятом мире нет лошадей?! — зло сказала она, затем вздохнула и зашагала на север. Вроде бы в той стороне была витрина лавки, торгующей разным барахлом. Гнев постепенно уходил, уступая место чувству усталости и голоду. — Надеюсь, что эта Хума не в двух неделях пути отсюда. И в следующий раз надо сначала хорошенько выспаться, покушать, а уже потом разговаривать с дикарями.
⠀⠀
— Это неплохой способ тренировки, — говорил я Беате. — При работе с символами ошибаться нельзя. Упустила малейшую деталь, не активировала нужный ключ вовремя, и всё — загубила часть спины. Исправлять символы крайне сложно, а если контуры замкнуты, тогда просто невозможно. Тщательней растирай.
Мы сидели в небольшой гостиной комнате, пили вкусный фруктовый напиток и готовили чернила для символов. Глава гильдии ещё в прошлый раз сделал большие запасы кровавых камней и чернильных корешков, поэтому дело спорилось.
— Никогда не думала, что бывают символы, не связанные с силой голоса, — сказала Беата, смешивая в ступке сажу из крови демона с чернилами.
— Их совсем мало, в отличие от тех, что используют дами. Да и наносить их можно не только на спину, но и вообще куда угодно, даже на пузо. При этом есть и такие, что не имеют ключей, поэтому им не нужны ни кровь демона, ни редкие ингредиенты для чернил. Эти символы можно нанести любым способом, даже выжечь клеймом.
— А как древние их придумывали? — спросила она. — Как они додумались до того, сколько нужно ключей, какой формы будет рисунок и где он должен располагаться?
— Есть у меня теория, что все простые символы — это руны древнего языка. А ключи активируют их так же, как вы вкладываете силу в голос, когда говорите. Думаю, что когда-то очень и очень давно дами говорили языком магии не так, как вы сейчас. Каждая произнесённая фраза могла устроить лесной пожар, а небольшой монолог стереть с лица земли средних размеров город. Мы же сейчас просто записываем эти фразы на спину, чтобы удобнее было использовать в нужный момент.
— Странная теория, — она подняла на меня задумчивый взгляд. — Тогда им пришлось бы почти всегда молчать. Если голос слишком сильный — это ведь тоже плохо.
Я закончил рисовать символ «сопротивления» и протянул ей листок.
— Размер — один к одному. А что насчёт моей теории, то есть косвенное подтверждение. Я могу говорить на любом языке демонов, и даже несмотря на то, что у меня отменная память, запомнить сложный рисунок на половину спины, с тремя дюжинами ключей активации, просто невозможно. А я его помню так, что могу сейчас нарисовать без единой ошибки и помарки. Глава Гамеш, заходите, у нас всё готово.
Было уже поздно, и солнце село около часа назад, но время, чтобы нанести пару символов, оставалось. Глава гильдии заглянул к нам в компании немолодого зеленоглазого демона, чьё лицо было расчерчено длинными шрамами. На следы когтей это не походило, скорее на росчерки острого меча или кинжала. Вряд ли он сам себя так разукрасил. Больше походило на результат пыток или вымещение злости. Беата тоже оценила его лицо и поморщилась.
— Снимайте рубашку и садитесь, — я показал мужчине на стул, вручил Беате набор иголок, затем сел рядом с главой гильдии. Сам не заметил, как перешёл на язык гильдии Серебряной луны.
— Твоего золота, мастер Василий, у нас накопилось уже больше трёх тысяч монет, — сказал Гамеш с лёгкой улыбкой. — Мастера́, которые хотят купить умение наносить символ отражения, до сих пор стекаются в столицу. Гильдии тоже удалось заработать на этом, поэтому я могу рассчитаться с тобой уже сегодня.
— Я же говорил, столько золота разом мне пока не нужно. Его и хранить негде, и потратить не на что. Вы же не против, чтобы оно у вас полежало немного?
— Кто же откажется хранить чьё-то золото? — он рассмеялся, посмотрел на Беату, которая с сомнением сверялась с рисунком, чтобы начать наносить контур.
— Она справится, — обнадёжил я его. — Но золота действительно много… Я что хотел обсудить: в храме сейчас решается вопрос о том, чтобы продавать простые символы одарённым демонам. Выбор будет большим, как и цены на эти услуги.
— Дами? — Гамеш с удивлением посмотрел на меня. — Делиться символами? Я охотнее в пятилетнюю засуху поверю.
— Такого, как я отдал мастеру Кану, они продавать не станут, но это не значит, что среди символов не будет ничего полезного. Вот Вы, что бы хотели купить у храма? Что для бойцов гильдии Серебряной луны самое критичное на данный момент? Количество летающих ножей, сила броска, дальность?
Глава задумался ненадолго, посмотрел на немолодого воина, с интересом слушающего наш разговор.
— Самое важное и нужное, — сказал воин, — чтобы рука была твёрдой. Не важно, двумя летающими ножами ты владеешь или тремя, нужно, чтобы они попадали точно в цель.
— За это отвечает символ «контроля». Он позволяет лучше концентрироваться на любом умении, будь то огонь, молния или летающие ножи. У мастера Кана среди прочих есть такой символ. Вырванный из связки, он будет не так силён, но поможет лучше контролировать летающие ножи. Это хороший символ, поэтому дешевле пятидесяти монет его не продадут. А если совместить его с небольшим усилением, то монет за сто, примерно.
— Дороговато выходит, — сказал Гамеш.
— Вам просто это нужно почувствовать на себе, тогда и поймёте, что ради такого пару сотен монет не жалко.
— И продавать они эти символы будут всем желающим? — спросил он.
— Всем, без исключения. Храм не интересуют разборки Серебряной луны с гильдией наёмников. Я хочу попросить Вас устроить встречу с главой гильдии наёмников, с городским лордом или начальником городской стражи, а также с представителем торговой палаты, кто отвечает за их защиту и безопасность. Каждому из них, или кому-нибудь из их доверенных демонов, я нанесу любой символ по их желанию в качестве демонстрации того, что будет продавать храм. Вам тоже достанется символ, или даже та пара, о которой мы говорили.
Собрать столь уважаемых людей вместе мог только Гамеш. Можно было бы подождать, пока в храме всё успокоится, но что-то подсказывало, что надо торопиться и не откладывать этот вопрос.
— Хорошо, — сказал глава гильдии. — Лорд города вечно занят делами, поэтому не уверен, что получится пригласить его завтра. Да и остальных придётся уговаривать.
— Можно и послезавтра, — согласился я. — Как раз успею свои дела завершить.
— А что насчёт императорской гвардии? — уточнил он. — Среди них много богатых и влиятельных демонов, детей лордов и родственников наместников.
— Нет, — я покачал головой. — Мороки много, да и жадные они слишком. С гильдиями проще и выгоднее иметь дело. Да, могу я попросить о небольшой услуге?
— Конечно, всё что угодно для мастера Василия.
— Мне нужно передать письмо для верховной жрицы. Можете отправить кого-нибудь? Но передать его нужно из рук в руки.
— Я сам схожу, — сказал он, забирая сложенный особым образом лист. — У меня были дела в городе. Проблема в том, что ночью двери храма всегда закрыты. Можно и сегодня передать, но не хочется лишний раз сердить дами.
— Меня вполне устроит, если письмо дойдёт до верховной и завтра утром, — подумал, что слишком быстро он согласился всё сделать сам. Подобное всегда настораживает.
— Хорошо, — кивнул он и показал взглядом на Беату.
Я поспешил ей на помощь, запоздало подумав, что стоило проконтролировать весь процесс. Как бы она не испортила символ — это будет крайне неприятно. Но Беата молодец, успела обозначить контур будущего символа и думала над тем, как бы ей начать его заполнять.
— Не буду вам мешать, — сказал Гамеш. — Гостевые комнаты уже готовы. Попросите любого, кого увидите, и вас сразу проводят.
Он кивнул и вышел из комнаты.
— Лучше начинать отсюда, — я показал на самый широкий участок символа. — Не торопись сильно.
— Что он хотел? — спросила Беата, говоря на языке дами. Взяла толстую иглу с особой заточкой кончика, чтобы больше краски проникало под кожу.
— Мы говорили насчёт продажи символов. Если мне удастся убедить демонов, что новые символы им крайне необходимы, храм быстро разбогатеет и без помощи высокородных семей дами. Так у них будет меньше возможностей давить на Тэю, а у неё будут развязаны руки, чтобы раздать пару отрезвляющих оплеух.
— А если она будет против продажи символов?
— Тогда придётся искать другие способы заработать. Ты не отвлекайся. Завтра начну тебя учить наносить сложный символ, состоящий из восьми ключей. Хотелось бы получить другой, но ты его сейчас не осилишь.
— То есть ты себе хочешь символ? — уточнила она. — Ты же только получил недавно и в кровати три дня провалялся.
— Дней десять тебе будет нужно, чтобы его выучить, а может и больше, из-за всего происходящего. Так что тело успеет отдохнуть.
— А мне символ?
— Мала ты ещё для серьёзных символов.
— Говорит парень моложе меня, — хмыкнула она.
— У меня выхода нет. Стой! Рядом с контурами рисунка чернила надо наносить аккуратнее, а то испортишь. Всё, не отвлекайся. Закончишь — поговорим. А насчёт символа, то я нанесу тебе первый из великих, когда разрешит госпожа Тэя.
— Тогда и я, — она демонстративно обиделась, — нанесу тебе символ, когда Тэя разрешит.
Дальше Беата работала молча, аккуратно заполняя чернилами символ. Затем зажгла его, довольно наблюдая, как он становится ярче и насыщенней. Гамеш для своих подчинённых достал неплохую кровь демона, как минимум в пару золотых за кристалл.
Уже поздно вечером мы с Беатой расположились в тихой спальне на третьем этаже гильдии и просто болтали о всякой ерунде до полуночи. Она вскользь интересовалась, кто учил меня символам и сколько же мне было лет, чтобы к четырнадцати я мог спокойно наносить любой, даже самый сложный из них.
Несколько следующих дней мы с Беатой провели в здании гильдии. Я учил её наносить сложный символ из разряда атакующих умений, завязанный на чёрное солнце. Он был немного слабее того, что я нанёс Тэе, но Беата пока была не готова его повторить. Но и этого мне хватит, чтобы в случае необходимости разобраться со средней силы одарённым демоном, к тому же будет возможность удивить гильдию Серебряной луны.
Гамеш появился только к вечеру третьего дня, обрадовал, что ему удалось договориться с другими главами гильдий, назначив собрание в доме лорда города. Что касается письма, то он передал его непосредственно верховной жрице, правда, пришлось ждать её у входа в храм, так как внутрь никого не пускали. Он пока не понял, что произошло в храме, но, судя по хитрому взгляду и правильным вопросам, догадывался.
Утром следующего дня к нам заглянула Дейри с письмом от Тэи. Выглядела она бодрой и даже улыбалась. Я встретил её перед зданием гильдии.
— Как дела в храме? — спросил я, разворачивая письмо.
— Это не тема для простой беседы, — сказала она, наблюдая за зеленоглазыми демонами у входа в здание и на площади перед ним. — Но пока всё хорошо. Госпожа Тэя назначила Сивиту хранительницей кладовых. Если считать вместе с ней, то сейчас в храме осталось семь старших жриц. Завтра пройдёт большое собрание старейшин, где будут решать вопрос, что делать дальше.
— А из Северного Брейма никто ещё не приехал? — уточнил я, имея в виду город, где жили дами.
— Даже если будут сильно торопиться, к собранию не успеют. Потом их встретим. Что?
Я протянул короткое письмо, подписанное верховной жрицей. Там было написано: «Можешь делать всё, что задумал».
— И что ты задумал? — уточнила Дейри с лёгкой тревогой в голосе. — Надеюсь, не уехать? Появился внезапно, поднял столько шума и… Ты серьёзно?
— Нет, конечно, — я едва сдержал улыбку. — Куда же я сбегу? Боюсь, что меня местное население сожрёт с потрохами.
— Вот, — быстро сказала она. — В храме безопаснее, и к тебе относятся хорошо…
Она немного не договорила, глядя на почти исчезнувший синяк у меня под глазом.
— Тогда мне сегодня нужна будет помощь наставницы, — сказал я. — Надо будет впечатлить пару глав гильдий и лорда города. Пойдём, расскажу всё за завтраком. Перед важным мероприятием у нас ещё час в запасе.
⠀⠀
В прошлое посещение тёмного мира мне не доводилось бывать в доме главы города. С самим лордом я был знаком, но только благодаря Беате, и мы лишь обменивались любезностями, когда он заглядывал в храм дами для разговора с верховной жрицей. Это было незадолго до того, как меня вернули в родной мир. С другими лидерами гильдий, если не считать Серебряной луны, я не встречался, хотя главного наёмника издалека видел несколько раз.
Дом лорда города являлся образцовым жилищем демона, занимающего столь высокое положение. Я таких богатых домов и не видел никогда. Обилие золота просто поражало, стоило лишь войти в просторный холл. Думаю, что сделано это специально, чтобы впечатлять гостей и настраивать их на нужный лад. А ещё поразили картины тушью, висевшие так, чтобы не сразу бросаться в глаза. Если гость ждал лорда в холле, то мог подойти и полюбоваться.
Гамеш подгадал так, чтобы прийти на собрание последним, но не опоздать. Сегодня он выбрал роскошный наряд из дорогой ткани рубинового цвета, с золотым узором в виде демонического змея, охваченного всполохами огня. Мне он тоже предлагал похожий наряд, но я решил остаться в скромной одежде младшего старейшины дами. Встречавшие нас слуги лорда почтительно кланялись Гамешу и Дейри, приглашая к лестнице на второй этаж.
Лорд встречал нас в коридоре, рядом с просторной светлой гостиной. Я почему-то думал, что лорд столицы империи должен выходить из того же рода демонов, что и Император, но он был северянином. Крепкий телом, широкоплечий, но не очень высокий, он производил сильное впечатление. Длинные нижние клыки, как у кабана, выглядывают сантиметра на четыре. Клыки имели здоровый светлый цвет, показывающий, что их хозяин хорошо питается и ведёт правильный образ жизни. Говорят, что богатые демоны покупали у алхимиков особый порошок, отбеливающий клыки. Если начинать им пользоваться ещё лет в двадцать, то они оставались белыми до глубокой старости. Глаза у него были карими, но с лёгким золотистым оттенком. Выглядел лорд города лет на тридцать пять, может, чуть старше. Звали его Балму, и он выходил из рода старых правителей севера, владевших почти всей этой территорией ещё до того, как здесь появился храм дами.
— Мастер Гамеш, — лорд коротко кивнул ему, затем Дейри. — Уважаемая дами.
— Спасибо, что согласились всё организовать, господин Балму, — Гамеш почтительно сложил ладони, как было принято в гильдии Серебряной луны.
— Лорд Балму, — Дейри склонила голову.
— Услышав от главы Серебряной луны о том, что храм планирует продавать символы могущества, я не поверил сразу, — сказал лорд, бросив на нас с Беатой заинтересованный взгляд. — Это настоящее событие. Когда я встречался с госпожой Тэей, она даже словом не обмолвилась.
— Такие планы у храма давно, но не было подходящего случая, — уклончиво сказала Дейри. — Это мои ученики, Беата и Василий.
— Необычное имя, — он посмотрел на меня так, словно знал о том, что именно я являюсь мастером символов Серебряной луны. — Ты из другого мира?
— Всё так, — сказал я, повторяя приветственный жест Гамеша. — Рад познакомиться, лорд Балму.
— Прошу, — он сделал приглашающий жест, пропуская нас в гостиную.
В просторной светлой комнате нас ждало пятеро демонов, один из которых носил доспехи капитана городской стражи. Ат-анак, которого я уже третий раз встречаю за последнее время. Может показаться, что все рыбаки на одно лицо, но это не совсем так. Я прожил в деревне на болотах достаточно, чтобы уметь отличать их друг от друга. Так вот, конкретно этот ат-анак встречал нас ночью во время ливня, когда мы с наставницами и Сивитой возвращались в столицу. Не думаю, что он так стремительно сделал карьеру.
Из торговцев и наёмников я никого не знал, но отличить их друг от друга было просто. Торговой палатой заведовал ещё один клыкастый северянин, а вот главой наёмников был представитель чжу, болезненного вида демон. При этом на Гамеша он смотрел злобно, даже не пытаясь скрывать отношение к Серебряной луне. Выходит, что через десять с небольшим лет его сменит на посту кто-то другой. Может, это случится и гораздо раньше.
Собравшиеся встали, приветствуя Дейри. Лорд Балму дождался, пока все рассядутся, а сам остался стоять у стола.
— Спасибо, что пришли сегодня, — сказал он, посмотрев на мужчин. — В последнее время в Хуме растёт противостояние гильдий из-за символов, что привёз мастер Серебряной луны с далёкого юга. Меня эта ситуация начинает утомлять, глава Инчжу, глава Гамеш. Пока неприязнь не переросла в откровенную войну, пора это прекращать.
— Гамеш нарушает договор о балансе сил, — сказал глава наёмников, скрестив руки на груди. — Они всё чаще берутся за выполнение наших заказов.
— Серебряная луна имеет право брать любые заказы, даже на сбор дров для жителей столицы, — сказал лорд города. — У них те же права, что и у вашей гильдии. Разговор сейчас не об этом. Вы же сами говорили, что вся проблема в символах, которыми злоупотребляет Серебряная луна. В скором времени у вас появится возможность сравняться с ними, так как храм дами изъявил желание продавать символы силы всем желающим. И сегодня они здесь для того, чтобы продемонстрировать нам возможности этих самых символов.
— Надеюсь, они будут так же могущественны, как и те, которыми пользуется Серебряная луна, — сказал глава наёмников с лёгким скепсисом в голосе. Он, как и все чжу высокого положения, взял себе очень интересный псевдоним. С их языка это имя переводилось как «странный великий» и было созвучно Ичжу, названию их родного города. В общем, очень тонкая игра слов, понять которую могли только представители расы чжу.
— Храм сегодня бесплатно нанесёт по одному символу для каждой гильдии и для лорда города, — сказала Дейри. — Можете выбрать один из трёх: защитный, усиливающий или улучшающий концентрацию.
— А можно получить все три? — спросил глава торговой палаты. — Чтобы лучше понять силу каждого из них.
Дейри задумалась, не зная, что ответить. Рассказывая о своей задумке, я не подумал, что они захотят всё сразу.
— Можно и все три нанести, — сказал я. — Но тогда придётся доплатить по пятьдесят золотых за каждый символ.
— Сколько? — Инчжу аж подпрыгнул на стуле. — Откуда у обычных наёмников столько? Храм дами думает, что мы купаемся в золоте, а работаем, чтобы развеять скуку?
— Вы получаете символ не на один день, а на всю жизнь, — сказал я. — В цену входит не только работа мастера, но и стоимость ресурсов.
— Кто вообще этот сопляк? — нахмурился он.
— Советую относиться с бóльшим уважением к моим ученикам, — прищурилась Дейри, и от неё заметно потянуло холодом. — Никто вас не заставляет покупать что-либо. Если не хотите, то довольствуйтесь бесплатным. Храм может передумать и вообще отказаться от этой затеи.
— Торговая палата купит все три символа или больше, если есть ещё, — спокойно сказал глава торговой палаты.
— Как и городская стража, — добавил лорд Балму.
— Вам просто некуда девать золото, — процедил глава наёмников. — Так и быть, я заплачу́. Надеюсь, символы будут того стоить.
— Для этого и нужна была демонстрация, — сказал я, не ожидая, что они согласятся заплатить сразу. — Если вы все согласны, то это займёт немного больше времени, чем планировалось. Кто будет первым?
— Торговая палата, — сказал лорд города. — А я пока поговорю с главами гильдий наёмников.
Пока я готовился и раскладывал на столе чернила и иголки, Дейри сидела с очень задумчивым видом. Придя к какому-то решению, она встала, взяла меня под локоть и отвела к окошку, чтобы пошептаться. Хотя присутствующие торговцы при всём желании не смогли бы понять язык дами.
— Что это за символы? — спросила Дейри.
— Я же говорил, самые простые из всех. Защитный позволит выиграть несколько секунд в противостоянии одарённых. Он слегка мешает сконцентрироваться, и противнику придётся потратить больше времени и усилий, чтобы нанести удар. Ну а два остальных не увеличат силу одарённых, а лишь слегка облегчат работу с ней. Любой из символов, что используют дами, многократно могущественней.
— Но триста золотых… — она бросила короткий взгляд на торговца, снявшего рубаху и оголившего спину.
— Вообще-то, четыреста, — поправил я. — Гамеш заплатил ещё вчера. И то, что они согласились так быстро… не продешевил ли я?
— Продешевил? — Дейри протянула руки, чтобы схватить меня за ворот одежды и слегка встряхнуть, но передумала. — Это же… столько золота разом. За такую цену ожидаешь, что это будет что-то сродни «кровавому цветку».
— Если бы я решил продать кому-то символ «кровавого цветка», то отдал бы его тысяч за двадцать, не меньше. А тут жалкие пятьдесят монет.
Дейри как-то странно кивнула и решила вернуться к столу.
— Уважаемый Ненхи, — обратился я к главе торговой палаты. — Мы бы хотели увидеть золото до того, как закончим работу.
— Конечно, — кивнул он, ничуть не обеспокоенной такой мелочью, как сотня золотых монет. — Здесь ровно сто.
Он отвязал от пояса один из увесистых мешочков и бросил его на стол. Таких кошелей у него было штук семь. Если они все с золотом, то можно только позавидовать богатству торговой палаты.
Три символа, которые я подобрал из одной старой книги, были несложными как по форме, так и по способу активации. Они были из той же книги, откуда я брал рисунки для Кана. Когда-то давно я их тестировал на себе, используя как временные символы, и не заметил, чтобы они сделали меня сильнее. В отличие от символов дами их можно было наносить на любую часть тела, и я тогда подумал, что не стоит пренебрегать даже небольшим усилением, но в итоге был разочарован. Улучшение контроля силы оказалось настолько незначительным, что смысла в нём просто не было. Чёрное солнце могло заменить тысячи, если не десятки тысяч таких вот символов, поэтому даже если я бы покрыл себя татуировками с ног до головы, то всего один великий символ, в который проникло чёрное солнце, затмевал всё это многократно. То же самое касалось и защитного символа, и всех остальных. В совокупности они могли дать простому демону, такому как Кан, значительное усиление, но для дами оказались бесполезны, так как они использовали иной принцип взаимодействия с магией.
На три символа, нанесённых на спину охранника главы торговой палаты, я потратил час. Всего четыре ключа активации, после которых он максимум пару дней проведёт с повышенной температурой.
— Напутствие всегда одно, — сказал я, протирая иглы особым отваром трав, чтобы убрать грязь, следы чернил и крови, — несколько дней не мочить, не чесать и желательно хорошо отдохнуть. Ну и не показывайте эти символы никому. Тот, кто разбирается в подобном, легко может испортить их, даже не касаясь.
— Спасибо, мастер Василий, уважаемая дами, — сказал глава торговой палаты. — Мы изучим эти символы и примем решение в ближайшие несколько дней.
— Можете сразу обращаться в храм дами, если решите купить ещё несколько, — сказал я.
Торговцы распрощались и вышли из гостиной, куда тут же вошла одна из служанок, чтобы принести настой тонизирующих трав, которые пили дами.
— Символы действительно несложные, — сказала Дейри, заглядывая в кошель с золотом, и даже высыпала на ладонь несколько монет. — Если учитывать корявую форму и длину линий… Думаешь, они ещё придут?
— Будем надеяться, что придут. Серебряная луна до сих пор в восторге от символа «сопротивления», хотя он такой же слабый, как и эти три. Я бы за такую цену их не купил, но наёмникам виднее. Чтобы стать чуточку сильнее, можно потратить пятьдесят золотых.
— Для многих это просто неподъёмная сумма. Не знаю, сколько бы мне понадобилось времени, чтобы накопить пятьдесят монет.
Дейри задумчиво опустила монеты обратно в кошель и бросила его на стол.
⠀⠀
Ненхи, глава торговой палаты, недалеко от городских стен города Хумы, три часа после полудня
Пара мулов, работающих на торговую палату, остановила богато украшенную повозку рядом с дорогой. Пока один спешил открыть дверь, второй уже устанавливал подножку. Покинув дом лорда, глава торговцев и начальник службы безопасности сразу направились на юг, за город, чтобы проверить, как поведут себя символы.
— В той стороне есть хорошая открытая площадка, — сказал один из мулов, показывая вдоль городской стены.
Ненхи посмотрел на дома пригорода, тянувшиеся вдоль дороги. Можно было бы отъехать от города подальше, но погода портилась, и скоро должен был начаться тёплый ливень.
— Ждите здесь, — сказал он мулам, и первым зашагал в указанную сторону.
Начальник службы безопасности торговой палаты был довольно молодым демоном, одарённым не только силой, но и правильным складом ума, чтобы заполучить эту должность. Насколько знал Ненхи, он управлял силой огня, хотя ни разу не демонстрировал весь свой потенциал. Точнее, из тех, кто видел всю его силу, никто не выжил.
— Ходят слухи, что глава Серебряной луны получил очень могущественный символ, защищающий его от огня, — сказал Ненхи.
— А распускают слухи его же подчинённые, — фыркнул Ус. Его имя было довольно длинным, как и положено демонам с востока, но он не был против, чтобы окружающие сокращали имя до двух букв. — Почти уверен, что эти слухи правдивы, учитывая, как часто он посещает храм дами и как часто они заходят к нему в гости. Этот полукровка с зелёными глазами, но свободно говорящий на языке дами, Вы заметили? Старшая жрица назвала его своим учеником.
— Разузнай о нём всё, что сможешь, — сказал Ненхи. — Только действуй осторожно, чтобы не сердить Гамеша. Глава Серебряной луны — злобный и злопамятный ублюдок. Гильдия наёмников гораздо более многочисленна, но ничего не может с ним поделать. Скоро дойдёт до того, что они будут бояться свободно ходить по столице.
— Хорошо, — понятливо кивнул Ус.
Мужчины неспешно дошли до небольшого пустыря у изгиба стены. Вокруг рос густой зелёный кустарник, скрывая от посторонних глаз несколько шалашей из веток и груду мусора, оставшуюся от бездомных. Из одного шалаша выглянул тощий ат-анак, испуганно посмотрел на приближающихся гостей и дал дёру, выскочив с обратной стороны. Едва не споткнувшись и не полетев кубарем, он помчался в сторону спуска к сточной бурной реке, вытекающей из города.
Глава торговой палаты остановился на краю лагеря, а его помощник прошёл на несколько шагов дальше. Остановившись, Ус повёл плечом, за которым прятались символы. Один из шалашей бездомных вспыхнул яростным пламенем, очерчивающим ровный круг. Лужи рядом с пожаром тут же зашипели, выпуская небольшие потоки пара. Ненхи закрыл рукавом лицо, спасаясь от опаляющего жара. Так же внезапно, как и появился, магический огонь исчез, оставив после себя высокий костёр из шипящих сырых веток. Ненхи ждал ещё одной попытки демонстрации магии, чего-то масштабного, накрывающего всю площадку целиком, но Ус стоял неподвижно, задумчиво глядя на костёр. Так прошло несколько долгих минут, и глава торговой палаты уже начал волноваться, но Ус развернулся и зашагал навстречу.
— Что случилось? — спросил Ненхи. — Символы не работают?
— Нет, наоборот, — Ус пару раз сжал кулак. — Просто я почувствовал огонь…
— Почувствовал? — не понял Ненхи.
— Это необычное чувство, его не описать словами. Как будто я всю жизнь ходил с повязкой на глазах и только сейчас снял её. Я боюсь сейчас использовать всю силу, чтобы Вы не пострадали, но и без этого могу сказать, что стал сильнее.
— Что насчёт символов? Они стоят своих денег?
— Я бы сказал, что их сложно оценить в золоте. Но если бы я сейчас столкнулся с собой прошлым, то победил бы за десять вдохов. Чтобы полностью оценить полученную силу, мне нужен соперник, умеющий призывать огонь. И ещё: все старшие охранники, защищающие офисы во всех крупных городах, трое моих помощников и группа охотников должны получить такие же символы во что бы то ни стало. Если дами внезапно передумают их продавать, это будет огромной потерей. Вам и Вашим сыновьям они бы тоже не помешали.
Ненхи никогда прежде не видел Уса настолько воодушевлённым, с горящим взглядом и излучающим ауру силы. Глава торговой палаты не понимал, что тот хотел сказать словами «почувствовал огонь», но вспомнил довольное лицо главы гильдии Серебряной луны. Этот прохвост знал всё с самого начала. Может, поэтому его подчинённые и не боялись затевать конфликты с более многочисленной и могущественной гильдией?
— Хорошо, я распоряжусь, чтобы твои подчинённые получили эти символы.
Глава торговой гильдии бросил ещё один взгляд на горящий шалаш и направился обратно к повозке. Он не знал, что в сотне метров от них, ниже по течению сточной реки, лежат несколько полностью обгоревших тел бездомных, включая несчастного ат-анака, который, сам того не подозревая, принёс к ним огненную бомбу.
⠀⠀
Несколько дней спустя, храм дами, кабинет верховной жрицы, полдень
С самого утра Тэя в компании Стерел изучала доходную книгу храма, решая, на чём можно сэкономить и где взять деньги. Будучи послушницей, о должности верховной жрицы она думала совсем по-другому. Ей казалось, что верховная вершит судьбу храма совсем иначе, разговаривает с императором и торговыми гильдиями, отправляет по всей империи жриц, чтобы держать руку на пульсе событий, и вступает в битву с сильными демонами или светлоликими, вторгающимися в тёмный мир. Но она и подумать не могла, что самым сложным в положении верховной жрицы будет поиск денег, чтобы храм банально не помер с голоду. Император оказался ещё бо́льшей сволочью, чем она думала, старшие жрицы — настоящими змеями, норовящими укусить побольнее, когда ты этого не ожидаешь. Торговцы и главы гильдий — это просто жадные твари, не желающие выделить храму даже десять серебряных монет в сезон дождей за защиту города.
Глядя на страницы доходной книги, почти все исписанные красными чернилами, Тэя всё чаще задумывалась о том, чтобы устроить в столице небольшой апокалипсис, приводя её жителей в чувство. Светлоликие не появлялись в этом мире всего десяток лет, а населяющие его демоны уже забыли о существовании храма дами и его цели. Да и разломы в последнее время появлялись всё реже. Даже краснокожие дикари с далёкого севера не спешили нападать на империю, чтобы дами могли вступиться и доказать свою полезность. Единственное, за счёт чего пока держался храм, были пожертвования высокородных семей из Северного Брейма.
— Сокращать количество жриц мы не будем, — сказала Тэя сама себе.
— А я бы выгнала половину послушниц из тех семей, что откажут в поддержке храму, — сказала казначей.
— Храм всегда принимал девочек, даже когда не нуждался в поддержке, — сказала Тэя. — Сколько нужно золота прямо сейчас?
— Как минимум, тысяча, если учесть те три сотни, что оставил Василий накануне. Если сейчас не заключить договор на поставку продовольствия на весь сезон дождей, то придётся покупать его на местном рынке в полтора раза дороже. А ещё нужна ткань для одеяний послушниц и жриц. Наставница Эва предупредила, что забрала последний рулон со склада. Или же нам просто закрыть глаза на то, что жрицы будут ходить с заплатками на одежде.
Тэя поморщилась, глядя на строчки со стоимостью ткани и ниток. Одна одежда разоряла храм, не говоря уже о всякой необходимой мелочи и обуви, которая буквально горела на ногах жриц.
— Дейри, заходи, — сказала Тэя, направляя немного силы, чтобы открыть дверь в кабинет.
— Простите, что отвлекаю, — старшая жрица вошла, оглянулась в коридор и прикрыла дверь, чтобы стоявшая там женщина не подслушивала. — Дорна передала письма от торговой палаты и городского лорда. Посыльные, ожидающие ответа, уже второй день дежурят на лестнице храма.
— Пока не приедет посольство из Северного Брейма и не озвучит своё отношение к мятежу старших жриц, пусть сидит в Серебряной луне, — сказала Тэя, имея в виду Василия.
— Комнату для нанесения символов уже приготовили, — вставила Стерел.
— Да, я была там и принесла ингредиенты для символов. Василий купил их вчера в торговой палате. А ещё он отдал почти сотню золотых монет старосте общины кинийцев.
— Сорит золотом, — неодобрительно покачала головой казначей. — Я бы послушниц отправила в западные леса траву собирать, чем платить кинийцам такие деньги.
— А ещё он просил передать это, — Дейри прошла к столу и положила три увесистых кошеля и стопку писем.
Стерел сразу сцапала кошели, заглянула внутрь, взвесила в руке и довольно заулыбалась.
— Вопрос с поставками еды можно вычёркивать, — сказала она.
— Как у него дела? — спросила Тэя.
— Выглядел довольным, как и Беата, — улыбнулась Дейри. — Она показывала мне мозоли на пальцах от игл и жаловалась, что Василий слишком требовательный. Сегодня его снова позвал в гости лорд города.
— Пойдёшь с ним, — сказала Тэя. — И дай понять лорду, что не стоит оказывать слишком большое влияние на парня. Скажи ему, что я могу рассердиться. Да, когда пойдёшь, предупреди Дорну, пусть пошлёт кого-нибудь в квартал кинийцев за старостой Ро. Давно пора поговорить с ним.
— Хорошо. У меня ещё просьба…
— Постой, — Тэя жестом остановила её и приложила палец к губам.
На севере, там, где находился дворец Императора, появился колоссальный источник силы. Настолько огромный, что у верховной жрицы перехватило дыхание.
— Слышите? — шёпотом спросила Тэя, чувствуя, как внутри всё холодеет.
— Нет, что случилось? — Дейри напряглась, видя взволнованный взгляд верховной.
На несколько секунд в помещении повисла тишина, даже Стерел перестала скрипеть пером и прислушалась. Со стороны приоткрытого окна донеслось далёкое «бум».
— Светлоликие? — спросила Тэя. Она никогда не сталкивалась с ними лично, лишь слышала от мамы и наставницы, что они невероятно сильные и могущественные. — Мне нужен посох. Дейри, он в моей спальне. Стерел, передай Эве, чтобы собрала послушниц в одном месте, и пусть Рена ей поможет.
Со стороны окна раздалось ещё несколько «бум», и снова повеяло огромной силой, которую почувствовали уже все присутствующие.
⠀⠀
Присцилла Асгейл, полдень, дворцовая улица
Шагая по широкой улице, вдоль которой тянулись двухэтажные каменные дома, Присцилла думала о том, что этот мир её порядком утомил. Она никогда не видела таких дождливых и сырых стран, где тёплый дождь мог идти несколько дней подряд. А так как тёплая вода охотно испарялась, влажность была такой, что иногда становилось трудно дышать.
До крупного города, именуемого Хумой, она добралась вчера поздно вечером, уставшая настолько, что едва хватило сил найти постоялый двор. Повезло, что в заведении прилично кормили и имелась купальня, после посещения которой она чувствовала себя заново родившейся. Всё-таки ей было не двадцать лет, и долгие пешие переходы сказывались на женщине не самым лучшим образом, тем более, когда приходилось спешить.
Надо сказать, что город совсем не впечатлил Присциллу, даже улицы дворцового квартала. Богато одетые демоны всех мастей важно ходили по улицам, спеша по своим делам или просто делая вид, что чем-то заняты. За последние дни она смогла найти лишь одного демона, умеющего разговаривать на языке жителей холмов, да и то знающего всего сотню слов.
— Надо было взять его с собой, — задумчиво произнесла она, подходя к огромным кованым воротам, отделяющим город от дворца.
Ворота во дворец охраняли несколько демонов в плотных непромокаемых накидках поверх доспехов. Сегодня дождя не намечалось, к большой радости стражи. Один из них, увидев беловолосую женщину, поспешил к ней, заквакав на местном языке.
— Я ищу девушку с такими же светлыми волосами, — сказала Присцилла, показывая на свои волосы. — Конечно же, ты меня не понимаешь.
Демон снова заквакал, жестом прогоняя женщину, видя грязную дорожную накидку.
— Похоже, придётся поговорить с вашим царьком.
Присцилла повела руками, сбрасывая накидку и разгоняя по телу кровь. Пару раз сжала кулаки. Ей достаточно было взглянуть на стражника, и тот странно сжался. В крупном клыкастом демоне что-то хрустнуло, и он повалился на землю. Ещё двоих буквально смело с дороги, отбрасывая на несколько десятков метров. Набрав полную грудь воздуха, Присцилла медленно выдохнула, затем зашагала к воротам, которые начали изгибаться от её приближения. Со скрипом и звуком лопающегося металла они начали открываться, напоминая лепестки раскрывшегося бутона. Женщина не чувствовала рядом ни одного сильного существа. Этот мир был слишком отсталым, чтобы хоть что-то ей противопоставить. Она с печалью подумала, что если бы только местные жители умели говорить на языке разумных существ, всё было бы гораздо проще.
Чтобы Присциллу услышали местные, она использовала немного силы, сровняв с землёй небольшое каменное здание, метрах в сорока от ворот. И чтобы царь этого мира проснулся, она ударила сверху, отчего по территории дворцового комплекса разнеслось оглушительное «бум», наверняка выбив несколько стёкол в главном здании.
— Что за убогая архитектура? — поморщилась Присцилла, разглядывая вытянувшийся трёхэтажный дворец.
Убогие шпили и широкая крыша со странными скатами выглядели совсем не величественно. Местные демоны даже не удосужились покрасить дворец в яркие краски или покрыть золотом крышу. Хотя сад и ухоженные дорожки, присыпанные гравием, женщине понравились.
Присциллу заметили сразу, и со стороны главного здания к ней уже бежал какой-то слабый демон, повелевающий молниями. Оглушительно громыхнуло, и ослепительно яркая молния метнулась от него в сторону неспешно идущей женщины, но на полпути молния просто исчезла, растворившись в водовороте бушующей вокруг силы.
— Гостей следует встречать дружелюбно, — сказала Присцилла, и на глупого демона сверху обрушился невидимый удар, впечатав того в землю на несколько метров.
Новое «бум» вышло даже громче, чем предыдущее, а ударная волна стукнула женщину по пяткам. Присцилла была слишком рассержена долгим пешим путешествием, чтобы сдерживаться. В это время из главного входа во дворец высыпало не меньше десятка демонов с оружием в руках. Они пытались понять, что случилось и кто наведался к ним в гости. Но вместо того, чтобы вступить с незваным гостем в диалог, они предпочли бросить в неё несколько слабеньких огненных шаров. Присцилла лишь вздохнула, глядя на огненную технику дикарей. Ей даже ничего не нужно было делать, чтобы огонь безвольно погас в воздухе. Продолжая идти к ним навстречу, она думала, нужно ли разрушать половину дворца, чтобы к ней, наконец, отнеслись серьёзно.
Когда идёшь по широкой дороге к дворцу, то обязательно обращаешь внимание на интересное здание по левую руку. Это было странное сооружение, издалека напоминавшее гигантскую беседку, крышу которой поддерживали каменные колонны. Потянувшись, Присцилла вырвала одну из колонн, с трудом подняв её на таком расстоянии. Пришлось немного напрячься, чтобы запустить колонну в сторону собравшихся у входа во дворец демонов, немного остужая их пыл.
Колонна как тяжеленный снаряд ухнула с высоты, придавив кого-то из нерасторопных демонов. Удар был такой силы, что крыльцо буквально взорвалось, а с фасадной стороны здания выбило все стёкла. Огибая здание, в сторону Присциллы нёсся целый отряд демонов, размахивая оружием. Она лишь взмахнула рукой, разбрасывая их в разные стороны как игрушечных деревянных солдатиков. Хватило всего одного слабого удара, чтобы они уже не смогли подняться.
— Начинаю сомневаться в разумности местного правителя, — недовольно сказала Присцилла.
Она не показала и сотой доли своих способностей, лишь играясь с дикарями. Умный правитель уже должен был понять, что с ним хотят разговаривать с позиции силы. Вместо этого рядом с дворцом начали появляться демоны, решившие взять беловолосую женщину числом. В её сторону снова полетели молнии, огненные шары и куски мрамора. На всё это Присцилла даже не обратила внимания. Она отломила ещё одну колонну, разрушив часть огромной беседки, и собралась запустить прямо в здание, но в этот момент со стороны искорёженных ворот потянуло странной силой. Потеряв к демонам у дворца всякий интерес, Присцилла обернулась, но никого не увидела.
«Всё-таки в этом мире есть кто-то сильный?» — подумала она, глядя на пустую улицу.
Присцилла успела пройти лишь половину пути и стояла почти точно между воротами и просторной площадью перед зданием дворца. Тем временем пауза затягивалась, а демоны продолжали засыпать женщину ничтожной магией. Присцилла слегка наклонила голову, когда почувствовала вспышку силы где-то в конце улицы. Кто-то явно давал ей понять, что спешит на праздник, и просил проявить терпение.
— Я подожду, — сказала она, продолжая разглядывать ворота.
Со стороны дворца раздалось ещё одно «бум», не очень громкое, но обдавшее женщину порывом воздуха. Это должно было остудить голову одному из демонов, попытавшемуся использовать зачатки пространственной магии. Нет, вряд ли бы он смог даже приблизиться к защитному полю Присциллы, но его сила жужжала над ухом как надоедливое насекомое.
Ждать пришлось дольше, чем показалось изначально, и Присцилла даже подумала, а не пойти ли навстречу хозяину силы, заинтересовавшей её. Наконец, огромная сила вспыхнула где-то совсем рядом, и в воротах появилась изящная фигура женщины в светлом платье с пышными рукавами. Она неспешно шла, опираясь на высокий посох, словно на прогулке. Подхватив одну из каменных колонн, Присцилла запустила её точно в гостью, но на полпути колонна отклонилась и с грохотом врезалась на каменный забор, пробив в нём огромную брешь. Пролетев через улицу, колонна вошла в каменный дом, основательно разрушив фасад и подняв клубы пыли. При этом женщина с посохом этого словно и не заметила, продолжая спокойно идти по дорожке.
— Ух ты, — улыбнулась беловолосая женщина, скрестив руки на груди.
Пришлось подождать немного, пока наглая особа с посохом подойдёт поближе. К большому удивлению Присциллы, это была молоденькая женщина, не старше двадцати пяти лет, красивая и явно благородная, учитывая осанку и взгляд. А вот глаза её немного пугали, так как были белыми, за исключением маленькой чёрной точки зрачка. При этом Присцилла никак не могла сосредоточиться на хрупкой фигуре, чтобы схватить её. Как скользкий угорь в бурной реке, в магическом плане силуэт молодой женщины постоянно ускользал.
Поравнявшись, белоглазая улыбнулась Присцилле и что-то сказала, отчего пространство вокруг вздрогнуло, а защитное поле, пропитанное магией, едва не рассеялось.
— И тебе того же, — сказала Присцилла, с интересом изучая белоглазую и жалея, что оказалась в этом мире без своего любимого меча. Хотя в этой ситуации она бы не отказалась даже от простенького силового оружия.
Ещё раз улыбнувшись, белоглазая направилась к дворцу, цокая каменным и наверняка очень тяжёлым посохом по брусчатке дороги. При этом демоны у дворца забегали, замахали руками, явно обрадовавшись появлению этой женщины.
— Ну, можно и с этого начать переговоры, — сказала Присцилла и направилась следом за белоглазой. Кровь в жилах немолодой женщины продолжала «кипеть», распространяя вокруг силу, делая защитное поле меньше в размерах, но более плотным и концентрированным. — Однако, в этом мире всё-таки есть что-то любопытное.
⠀⠀
Верховная жрица дами, площадь перед императорским дворцом, полдень
Чувствуя спиной огромное давление силы, Тэя неспешно шла к дворцу. Охрана императора и несколько его приближённых махали руками, обрадовавшись появлению верховной жрицы, но чем ближе она подходила, тем более напряжёнными становились их лица. Тэя пока не знала, чем они умудрились рассердить гостью из другого мира, очень похожую на беловолосую девчонку, которую за собой таскал Василий. При этом сила этой женщины столь велика, что Тэя не была уверена, что сможет с ней справиться, даже имея на спине великие символы, один из которых слегка обжигал, предупреждая хозяйку об опасности.
Дойдя до разрушенной мраморной лестницы, Тэя оглянулась на беловолосую женщину, спокойно идущую следом. Она жестом попросила её подождать немного, на что та пожала плечами, как бы говоря, что никуда не торопится.
— Госпожа жрица! — заголосил управляющий слугами дворца, выглядывая из-за спины капитана императорской стражи. — Спасите нас!
Тэя перевела взгляд на каменную колонну из церемониальной беседки, разрушившую мраморную лестницу и раздавившую пару нерасторопных слуг императора. Чуть поодаль, в небольшой воронке, наполненной окровавленным мраморным крошевом, угадывались очертания тела ещё кого-то из знати, носившего богатые одежды.
— Что случилось? — задала Тэя самый глупый вопрос, на который была способна. Едва сдержала улыбку, видя лица стражи и управляющего. — Спускайтесь, чтобы мне не кричать.
— Может быть, В…Вы подниметесь к нам? — спросил управляющий дрогнувшим голосом.
Капитан стражи оказался более смышлёным. Поправив богатые одежды и меч на поясе, он ухватил под локоть упирающегося мужчину и направился к Тэе, стараясь сохранять самообладание.
— Так что же у вас случилось? — повторила Тэя, когда мужчины спустились, с опаской косясь на беловолосую гостью.
— Эта женщина внезапно напала на дворец, — пролепетал управляющий, пытаясь прятаться за спиной капитана.
— Это-то я вижу, — спокойно сказала Тэя. — Вы думаете, я глупая?
— Ни… ни в коем случае, — выдал тот, утирая пот на бледном лице. Он не был одарённым, в отличие от капитана и ещё парочки высокопоставленных чиновников, стоявших у самого здания, поэтому не мог чувствовать волны силы, распространяющиеся от гостьи. — Просто она внезапно напала на дворец и начала всё вокруг крушить.
— Вы спрашивали у неё о причинах такого поведения?
— Нет. Мы просто не успели. Вы должны спасти нас и защитить Его Императорское Величество!
— Держите себя в руках, — спокойно произнесла Тэя, видя, что ещё немного, и истерика управляющего перерастёт в нечто большее. — Накануне Император сказал мне, что хочет воспитать своих подчинённых, закалить их в серьёзном сражении с сильными демонами, пришедшими в наш далёкий мир, до которого никому нет дела. Вот я и пришла полюбопытствовать, как успехи у лучших и сильнейших воинов Его Императорского Величества.
— Прошу простить, госпожа Тэя, — сказал капитан стражи, — но никто из нас не в состоянии что-либо противопоставить силе этой женщины.
— Возможно, вы приложили мало усилий?
— Лорд Румон пытался и потерпел неудачу, — капитан бросил короткий взгляд на воронку, присыпанную мраморным щебнем. — Он был сильнейшим.
— Пока Император не посчитает нужным вас остановить и не решит, что вы окончательно закалились в сражении, я подожду там, рядом с церемониальной беседкой.
Тэя развернулась, чтобы пойти в ту сторону, слегка улыбнулась и кивнула беловолосой женщине.
— Вы не можете нас бросить! — едва не срываясь на писк, загомонил управляющий замком. — Вы должны защитить нас.
— Должна? — Тэя остановилась, повернулась, чтобы бросить на него презрительный взгляд.
Этот демон, вечно вылизывающий сапоги императору и лордам, приближённым к нему, был ей омерзителен. Он ещё ни разу не проявил должного уважения, когда она посещала дворец, чтобы встретиться с Императором. В последний раз она едва сдержалась, чтобы не вбить поглубже в его голову высокомерный взгляд.
— Храм дами защищает тёмный мир от кровожадных существ, вторгающихся через разломы, — сказала Тэя. — Но мы не личная стража Его Императорского Величества. Или ты хочешь сказать, что эта женщина кровожадный монстр? Если бы она начала рушить город и сеять хаос, я бы подумала именно так.
— Несколько дней назад кто-то разрушил город Ичжу, — сказал капитан императорской стражи. — Посланник говорил как раз о беловолосой женщине.
— Весь город? — приподняла бровь Тэя.
— Нет. Только дом наместника и прилегающие здания, — признался тот.
— Я не хочу советовать, — задумчиво сказала Тэя, — но тебе не кажется странным, что, пока мы болтаем, этот червь мог уже десять раз спросить, что рассердило беловолосую госпожу и почему она решила выказать недовольство именно императору?
Капитан стражи обернулся к управляющему, посмотрел на него грозно, но тот подходить к беловолосой женщине явно не собирался. Капитан схватил его за шкирку и толкнул по направлению к гостье, которую разговоры вокруг уже начали утомлять.
— Госпожа, — управляющий рухнул на колени, бледнея ещё больше, — скажите, что или кто Вас рассердил? Может быть, это всё большое недоразумение?
Беловолосая бросила на него испепеляющий взгляд, сказала что-то на непонятном языке, затем на ещё одном, грубом, который Тэя когда-то слышала, но не смогла вспомнить, где именно.
— Я… я не понимаю, — промямлил управляющий.
Колонна, раздробившая лестницу, зашевелилась, хрустнув мрамором.
— Не буду вам мешать, — сказала Тэя, собравшись уходить, но на пороге дворца появилась высокая фигура двоюродного брата Императора.
Приподняв полы роскошной одежды, высокий демон сбежал по лестнице. Тэя заметила в проёме ещё пару любопытных лиц благородных демонов, приближённых к Императору. Возможно, и он сам был там, подслушивая разговоры с помощью магии, которую чувствовала не только верховная жрица, но и беловолосая гостья.
— Госпожа Тэя, — поспешил сказать двоюродный брат Императора, — прошу, не уходите. Его Величество просил разобраться с…
Он посмотрел на любопытное лицо беловолосой женщины и осёкся.
— Разобраться с текущей ситуацией, — обтекаемо закончил он. — Он обещал заплатить Вам любую сумму.
— Храм дами — не наёмники на службе империи, — сказала Тэя. — Передай это Его Величеству. Надеюсь, что он поймёт это как можно быстрее. Лучше молчи, если не собираешься сказать что-нибудь полезное в данной ситуации. Не думаешь же ты, что мне достаточно одного взмаха руки, чтобы решить эту проблему? Если мы начнём сражение здесь, от дворца мало что останется. Как и от большей части города.
— Прошу, не отказывайте в помощи, — серьёзно попросил мужчина.
— Перед тем, как я хотя бы что-нибудь сделаю, хочу быть уверенной, что Его Величество извлечёт из сегодняшнего случая урок. И что он больше не будет задумываться о том, что обязанности храма дами может выполнять кто-то из его помощников, возомнивший себя невероятно могущественным демоном.
— Всё так, как Вы говорите, — сказал двоюродный брат Императора, почтительно сложив руки, как это делали простые жители города, обращаясь к верховной жрице.
Обведя взглядом собравшихся, Тэя повернулась и подошла к гостье из другого мира. Воздух вокруг потяжелел, заставляя отступить к лестнице тех, кто не обладал силой верховной жрицы.
— Такого роста, — Тэя показала ладонью на уровне подбородка, затем коснулась волос и показала на волосы женщины. — Зовут её Зои.
Глаза гостьи резко расширились, затем сузились в две угрожающие щёлочки. Тэя показала пальцем в направлении высокого шпиля храма дами.
— Выходит, ты её знаешь, это хорошо. Пойдём.
Самым простым жестом Тэя показала следовать за ней и спокойно зашагала к искорёженным воротам. Витавшая вокруг магия начала рассеиваться, и стали слышны громкие голоса слуг во дворце, доносившиеся из разбитых окон. Со стороны улицы тоже слышались крики стражи, пытавшейся разогнать любопытных горожан. Когда женщины миновали воронку, в которой лежало раздавленное тело богато одетого демона, в проёме ворот появились две фигуры в одеждах храма дами. Не узнать их было просто невозможно, так как у одной волосы были белыми, а второй носил одежды старейшины.
Тэя даже не успела ничего сделать, как позади вспыхнула сила, и беловолосая женщина размытой тенью метнулась в ту сторону.
— Глупый мальчишка, — простонала Тэя, вкладывая в голос как можно больше силы, хотя её вокруг и так было предостаточно.
Тэя умела двигаться быстро, подталкивая себя в спину, но за беловолосой угнаться не смогла. Разделяющее до ворот расстояние та преодолела за несколько секунд, едва не врезавшись в девушку, заключая её в объятия. Тэя задержалась лишь на мгновение, вставая перед Василием и загораживая его от беловолосой женщины.
— Неожиданно, — сказал Василий, выглядывая из-за плеча Тэи.
— Скажи мне, за каким демоном вы сюда пришли? — недовольно спросила Тэя, вытянув руку, чтобы он не обошёл её.
— Как раз за этим и пришли. Я не сразу понял, о ком именно говорила Зои…
⠀⠀
— Знаешь, кто это? — спросила Тэя, распространявшая вокруг ауру силы.
Я ещё на другом конце города смог почувствовать, когда она активировала силу, задействовав чёрное солнце. С одной стороны — это было пугающе, а с другой — волнительно. Раньше я такое испытывал только рядом с Беатой. И ещё один раз в подвале, когда впервые увидел Тэю.
— Понятия не имею, — честно признался я, посмотрев в сторону дворца, рядом с которым валялось что-то непонятное. А ещё в глаза бросилось некогда большое здание недалеко от ворот, лежащее сейчас в руинах. — Это Вы тут?..
— Она, — сказала Тэя. — Эта женщина очень опасна.
Беловолосая женщина выпрямилась и посмотрела в нашу сторону, затем подвинула Зои себе за спину, не взирая на её сопротивление и возмущение. Со стороны это наверняка смотрелось смешно. Тэя и эта женщина стояли друг напротив друга, закрывая нас с Зои. И атмосфера начала накаляться, так как Тэя зашептала слова, разобрать которые я не мог. Она вроде бы говорила на языке дами, но смысл слов от меня ускользал.
— Уважаемая госпожа, — я всё же умудрился выглянуть из-под руки Тэи, обращаясь к беловолосой. — Могу я узнать имя старшей? Вы, наверное, старшая сестра Зои?
— Ты говоришь на языке Первого царства? — удивилась она. — Из какого ты города?
— Я не из вашего мира, — честно признался я. — Но свободно говорю на языке любого царства. Не будете против, если мы с госпожой Тэей пригласим вас на обед? То здание, позади нас, самое высокое в городе — это храм дами, а госпожа Тэя там верховная жрица.
— Бабушка Присцилла, — Зои подёргала женщину за рукав. На первый взгляд, я бы дал женщине лет тридцать, и для бабушки она выглядела довольно молодо.
— Хорошо, — в итоге сказала женщина. — Зови меня госпожа Асгейл.
— Что она говорит? — спросила Тэя, не сводя с неё взгляда.
— Согласилась на моё предложение пообедать в храме, — сказал я. — Если я правильно понял, то она бабушка Зои.
Тэя строго посмотрела на меня, как бы говоря, что это моя вина, что притащил с собой Зои и навлёк на храм немалые проблемы.
⠀⠀
Час спустя, верхние этажи храма дами
Принимать гостей Тэя решила в одной из гостиных на её этаже. Это была уютная комната с чайным столиком, парой мягких диванов и окном, выходящим на императорский дворец. Беата эту комнату тоже любила, так как здесь нас никто не беспокоил. Пока мы с Тэей обсуждали насущные дела в рабочем кабинете, и я пытался понять, что произошло рядом с дворцом, Зои с бабушкой почти час беседовали в гостиной наедине. Когда же мы поднялись туда, они неспешно пили чай с очень вкусным мясным пирогом. Сейчас госпожа Асгейл больше походила на высокородную даму, умело скрывающую эмоции. От неё уже не исходили кровожадные потоки силы, но не покидало чувства опасности, словно находишься в одной клетке с хищником.
Пока на несколько минут в комнате повисла тишина, я поухаживал за Тэей, налил ей чаю, подал кусочек пирога.
— Зачем надо было нападать на императорский дворец? — спросила Тэя.
— Это был самый быстрый способ найти мою подопечную, — ответила госпожа Асгейл.
— А город Ичжу?
Я удивлённо посмотрел на Тэю, затем на госпожу Асгейл, но вопрос перевёл.
— Если это тот город, стоящий посреди затопленной равнины, то там была пролита капелька крови Зои, — как само собой разумеющееся, сказала она. — К тому же они посмели продать её как вещь. Если бы я могла достать их из могилы, порвала бы в клочья ещё раз.
— Надеюсь, теперь вы вернётесь в свой мир? — уточнила Тэя.
— Если вы умеете открывать разломы в нужном направлении, то непременно.
Они встретились взглядами, высекая искры.
— А как Вы попали в этот мир? — спросил уже я. — Слышал, что разломы иногда чудят, и вошедшие в одно время могут выйти с разницей в несколько дней.
— Нет, — госпожа Асгейл покачала головой. — Уже позже мы нашли место, где пропала Зои…
Зои положила ладонь поверх её руки. Госпожа Асгейл слегка вздохнула и пустилась в путаный рассказ, как отправилась в погоню за внучкой. Оказывается, она спокойно отдыхала у себя дома в столице их королевства, когда примчалась охрана девушки и сообщила о чрезвычайном происшествии. Госпожа Асгейл сначала оторвала пару голов нерадивых охранников, а потом поставила половину города на уши, чтобы собрать выдающихся учёных, разбирающихся в разломах. Было потрачено очень много ресурсов и каких-то магических камней, но в итоге им удалось вновь открыть разлом, но настолько слабый, что в него мог пройти лишь один человек. Боясь, что разлом не выдержит, Присцилла решила пойти одна и даже не стала брать с собой оружие или иные магические предметы. Вышла она удачно — прямо в лагере работорговцев, где когда-то побывала Зои.
С помощью жестов и пинков госпожа Асгейл смогла узнать у несчастных, где они видели девушку с такими же белыми волосами. Последний выживший из работорговцев проводил её до города Ичжу, где она случайно нашла какого-то бедолагу, знающего несколько слов на языке горцев, и уже от него узнала судьбу Зои. С вопросами и претензиями она пришла к временному наместнику, но вместо объяснений её попытались убить.
— Когда она говорит, что пришла с вопросами, думаю, что было примерно так же, как и с императорским дворцом, — сказала Тэя. — Переведи ей, что император и родственники убитых лордов так просто подобное не оставят.
Слова Тэи вызвали у госпожи Асгейл лишь улыбку.
— Мальчик, завтра мы с тобой сходим к вашему Императору, и я как следует извинюсь, — сказала она так кровожадно, что было непонятно, переживёт ли эту встречу сам император.
— Ещё раз пустишь в ход силу без причины, убью, — пообещала Тэя очень спокойным тоном.
— Вот это уже серьёзный разговор, — покивала она, затем хмыкнула, откидываясь на спинку дивана. — Если бы хотела, убила бы их всех быстрее, чем они что-либо поняли. Как же мне, по-твоему, нужно было показать им серьёзность своих намерений? Уговорами?
— Сразу поссориться с императором огромной империи — отличная идея, — язвительно произнесла Тэя, затем стала серьёзней. — Что планируете теперь делать? Только без разрушений городов и массовых убийств.
— Через два года найдём портал и покинем этот мир, — сказала она. — К тому времени наша кровь станет достаточно сильной, чтобы найти дорогу домой. Если эти два года вы будете присматривать за нами, то обещаю, что проблем мы не доставим.
Зои кивнула и посмотрела на меня немного грустным взглядом.
— Только если обещание, которое вы даёте, прозвучит так, чтобы я в него поверила, — сказала Тэя.
Госпожа Асгейл слегка покривила губами, посмотрела на Тэю, потом на меня.
— Хорошо, — она подняла правую руку. — Силой крови семьи Асгейл клянусь быть благодарным гостем в этом доме и защищать его как свой.
— Конечно, — недовольно произнесла Тэя, — предлагает мне разгребать проблемы с Императором, которые она заварила. Скажи, что я разрешаю им остаться на эти два года. Но они не должны нарушать правила храма. Пока отдыхай, но через два часа ты мне будешь нужен.
Тэя встала и вышла из комнаты. Я же неуютно заёрзал на диване под взглядом госпожи Асгейл.
— Значит, Вы бабушка Зои? — спросил я. — Вы очень молодо выглядите.
— Двоюродная бабушка, — сказала Зои. — Семья Асгейл — стражи крови, а бабушка…
— Это не важно, — Присцилла жестом остановила внучку. — Сейчас я рядом, и теперь всё будет хорошо. Зои сказала, что тебя зовут Василий. Ты точно не из нашего мира? На языке Первого царства говоришь лучше жителей столицы.
— Не только говорю, но могу писать и читать, — признался я. — Такой дар получил, пересекая границу миров.
— Не ври бабушке Присцилле, — прищурилась она. — Пересекая границы миров, дар могут получить только те, в ком нет искры. В тебе она есть, яркая, как и в юной верховной жрице Тэе. Кто она для тебя?
— Наставница, — осторожно сказал я.
— Ты станешь таким же сильным, как и она?
— Надеюсь, что гораздо сильнее.
— Хорошее качество, — улыбнулась госпожа Асгейл. — Ты не думай, я знаю, что такое благодарность, просто не привыкла выражать её. Так откуда ты знаешь наш язык?
— Не только ваш, а любой демонический язык. Говорю же, такой у меня дар. А что за искра? Никогда о таком не слышал.
— Представь, что внутри разумных существ, кроме самых неразумных демонов, есть неосязаемая сфера, мы её называем Тун. С помощью неё можно призывать магию в виде огня, молнии или просто управлять предметами на расстоянии. Чем она больше, тем сильнее магия. Сферы Тун нет разве что у жителей дальних и диких миров. Когда они проходят через разломы, то мироздание, стремясь к равновесию, одалживает им такую сферу. Внутри твоей есть яркая искра, а это значит, что ты не мог получить её взаймы.
— Бабушка хочет сказать, что ты одарён собственной, а не заимствованной силой, — сказала Зои. — То есть она была у тебя ещё до пересечения границы миров.
— Ничего не понял, — признался я.
— Ты спрятал силу Зои, поэтому я не смогла найти её, когда вошла в этот город, — сказала госпожа Асгейл. — За это хвалю. Умное и правильное решение. Но почему ты не прячешь свою искру за этой защитой? Всегда найдутся завистники, которые захотят забрать её или просто убить тебя.
— А её можно забрать? — удивился я.
— Встречал ли ты мужчин или женщин с пшеничным или золотым цветом волос и длинными кончиками ушей?
— Таких встречал, — кивнул я.
— Они ищут и крадут искры у самых сильных существ, — сказала она и зло прищурилась. — Разоряют целые миры ради них.
Судя по голосу, светлоликие успели насолить миру, где жила Зои.
— Конечно, такой далёкий и слабый мир, как этот, вряд ли привлечёт их внимание, — сказала она. — Но на твоём месте я бы искру спрятала. По крайней мере, до того момента, пока не станешь таким же сильным, как наставница. Она сможет дать им отпор, заставить уважать и держаться от себя подальше, но длинноухие могут соблазниться и прислать за искрой много сильных воинов. Их алчности нет предела.
— Спасибо за предостережение, — искренне поблагодарил я. — Мне пока рано наносить серьёзный символ скрытности, но как только я стану сильнее, обязательно поставлю его. Кстати, если он работает, хотите, и Вам его нанесу?
— Насчёт «кстати», — она подалась немного вперёд. — За то, что испортил спину го… внучке, оторвать бы тебе голову. Но я понимаю, что это было необходимо, поэтому сержусь не сильно.
— За это спасибо, — улыбнулся я.
— Я подумаю над твоим предложением, — сказала она, снова откидываясь на спинку дивана.
Я потянулся за куском пирога, не тронутым Тэей, и замер. В голову залетела странная мысль, закружившись, вытесняя все остальные.
— Зои, можно тебя на пару слов? — сказал я. — Госпожа Асгейл, простите, мне нужно бежать по делам.
Она сделала жест ладонью, как бы говоря, чтобы поступал, как считаю нужным, и не обращал на неё внимания. Мы с Зои вышли в коридор и прошли немного до просторного окна.
— Меня немного напрягли слова твоей бабушки, насчёт символа скрытия, — сказал я. — Думаю, что надо бы мне его нанести одним из первых. Но у меня в запасе нет сильной крови для чернил. Могу я взять у тебя крошечную капельку, буквально на кончике иглы?
— Я не против, — сказала она. — Но, если я пролью хотя бы немного, бабушка Присцилла это почувствует и очень сильно рассердится. Нужно с ней поговорить и объяснить. Это будет непросто.
Она посмотрела в сторону двери.
— Надо рискнуть, так как выхода всё равно нет, — неохотно признался я. — Не хочется идти на поклон к торговцам, которые могут заломить за кровавый кристалл космическую цену.
Зои кивнула, и мы пошли сдаваться госпоже Асгейл. Её реакция была немного не такой, как я ожидал. Думал, что бабушка рассердится и устроит нам разнос, но она выслушала удивительно спокойно.
— Проливать кровь строжайше запрещено, — сказала она, обращаясь к Зои. — Ты уже не маленькая девочка, чтобы не понимать причины этого. Вспомни книги о смутных временах и судьбу своих предков.
— Но ведь дедушка Пайрон отдал её почти всю, чтобы победить в последней войне, — сказала Зои.
— Тогда под угрозой исчезновения была вся наша семья, — возразила госпожа Асгейл. — Так что даже и не думай нарушать правила, иначе я очень сильно рассержусь. Василий, тебя это тоже касается. Это не просто запрет, это принципы нашей семьи.
— Не буду настаивать, — я примиряюще поднял руки. — У меня есть немного золота, попробую поискать кровавые кристаллы у местных торговцев. Спасибо, что объяснили.
— Значит, ты всё же решил скрыть свою искру? — спросила она, слегка меняя тему, и улыбнулась. — Мои слова напугали тебя? Не бойся, длинноухие хотя и страшны, но они малочисленны, и в мириаде миров встретить их — большая редкость. Тем более в таком далёком мире.
— Время от времени они появляются здесь, — сказал я. — Храм дами защищает этот мир как раз от их вторжений. Длинноухие приходят сюда, как на полигон, чтобы отточить свои навыки и опробовать силу. Сжигают города…
— Да? — заинтересовалась госпожа Асгейл. — Теперь понятно, почему молодая верховная жрица так сильна. У меня есть опыт общения с ними, и, если они сунутся сюда в ближайшие два года, я их с удовольствием встречу.
В её голосе зазвучали кровожадные нотки.
— Выходит, стремишься стать таким же сильным, как она, чтобы защищать этот мир? — спросила она, слегка прищурившись.
— Как бы Вам сказать, — я на секунду задумался, подбирая слова. — Длинноухие собираются уничтожить мой родной мир, и я должен стать сильным, чтобы их остановить. Можно сказать, что я пришёл сюда, чтобы получить силу для этого.
— Уничтожить целый мир? Вижу по твоему лицу, что не врёшь. Много крови тебе нужно, чтобы стать сильнее?
Я поднял на неё взгляд.
— Если сила тебе нужна, чтобы сражаться с ними за свой мир, мы поделимся кровью, — серьёзно сказала она. — Только это будет непросто для одного маленького человека. Остановить их, я имею в виду.
— Обещаете никому не говорить? — спросил я.
— Не нужно лишних клятв, мы никому не скажем, — госпожа Асгейл посмотрела на Зои, и та решительно кивнула.
— Я собираюсь проникнуть в их мир и разрушить храм, с помощью которого длинноухие путешествуют по мирам. Не знаю, надолго ли их это задержит, но сделаю всё, чтобы так просто они ничего не починили.
На меня посмотрели очень странными взглядами, в которых мелькало и удивление, и недоверие.
— Сколько крови тебе нужно? — повторила госпожа Асгейл. Не уверен, что она поверила насчёт того, что я смогу попасть в мир светлоликих. — Мне нравится твоя решительность. Если ты собираешься сражаться с длинноухими, мы поможем.
— Спасибо. Для красителя мне нужно совсем немного, буквально капельку на кончике иглы. Я смешаю кровь с особыми ингредиентами, затем сожгу в голубом огне. Если возьму больше, то придётся разводить в целой бочке с чернилами, иначе меня это убьёт.
— Займёшься этим сейчас?
— Нет, нужно пару дней, чтобы подготовиться. Я сейчас схожу, соберу ингредиенты и поговорю с Беатой. Хотите на процесс посмотреть?
— Посмотреть будет любопытно, — кивнула госпожа Асгейл.
— Тогда пойду готовиться, — я поспешно откланялся и сбежал, подумав, что им нужно побыть вдвоём.
Пока шёл по пустому коридору верхнего этажа, мысль, залетевшая в голову недавно, окончательно сформировалась и требовала реализации. Поэтому первым делом я заглянул в рабочий кабинет Тэи, где застал её в компании Рены.
— Василий, ты рано, но это даже к лучшему, — сказала Тэя, приглашая меня к столу. — Раз уж вы с Беатой вернулись в храм, то я отправила весточку в торговую палату, что сегодня продам им несколько символов. Рена сейчас как раз будет заниматься чернилами, поможешь ей.
— Да там чернила — самые простые, и кровь демона подойдёт любая. Наставница Рена, я найду Вас, но чуть позже, у меня важное дело к госпоже Тэе.
— Хорошо, — Рена понятливо кивнула. — Я буду в алхимической лаборатории. Знаешь, где это?
— Ага, найду Вас.
Я проводил Рену, закрыл за ней дверь и спешно прошёл к столу верховной жрицы.
— Госпожа Тэя, я знаю, что нанести туда, где чёрное солнце пожирает символ, — сказал я. — Можно посмотреть, что там сейчас и сколько ещё ждать придётся?
Она посмотрела на меня так, словно я к ней с непристойным предложением пришёл. Молчание немного затянулось, поэтому я пару раз кашлянул.
— Я подумал, что Вам просто необходим символ сокрытия. Он будет прятать Вашу силу от всех, пока не пустите её в ход. С ним Вы сможете подойти на расстояние вытянутой руки к длинноухим светлым господам, и они ничего не заметят. Мне такой символ тоже очень нужен, а то все подряд в меня пальцем тычут и говорят, что я одарён и скоро стану невероятно сильным.
Не знаю, прав я или нет, но вполне может быть, что Тэя бежала из тёмного мира, преследуемая длинноухими. У меня едва не вылетело из головы то, что в храме есть предатель, который может сообщить хозяевам, или уже успел это сделать, что дами начали восстанавливать прежнюю силу. С новыми символами Тэе убегать вряд ли придётся, но лишней эта предосторожность не будет.
— Символ прекрасно работает и без чёрного солнца, но если он будет открыт, даже не знаю, какую силу обретёт.
— Крови демона для чернил всё равно нет, — сказала Тэя. Сила её голоса заполнила кабинет, подпирая двери.
— Будет, — пообещал я, отворачиваясь к окнам. — Через два или три дня достану немного. На пару символов должно хватить.
— Опасно наносить символы так часто, — сказала она. — Понимаю твою спешку, но не одобряю. Только если ты не собираешься через год сбежать из храма. Или через два года…
— Нет, настолько сильно я не спешу. И даже если Зои попросит, я с ней не уйду. Если Вы об этом…
— Можешь повернуться.
Я подошёл ближе, чтобы рассмотреть место, где раньше был символ. Никогда не думал, что чёрное солнце может поглощать их таким образом. Кожа на этом месте окончательно просветлела, но соседние символы остались нетронутыми, что удивительно.
— Тесновато, — задумчиво сказал я, — но поместиться должно. Как только Беата выучит нужный символ, сразу и нанесём. И лучше не затягивать, пока у чёрного солнца есть аппетит. Может, оно ещё что-нибудь поглотит из ненужного.
Я едва не сказал, что у Беаты оно подобный аппетит не проявляло. Думаю, что это из-за потенциала всего в пять лучей, в то время как у Тэи их будет аж тринадцать. Даже мурашки по спине бежали от того, насколько сильной она могла бы стать, если бы с самого начала получила великие символы.
— Если следующий символ перенесёшь так же, как и предыдущий, валяясь в постели, — Тэя бросила взгляд поверх плеча, — то следующий получишь только через полгода.
— Зря переживаете, я отлично себя чувст… хорошо, — сдался я под её взглядом. Тэя была достаточно серьёзной, чтобы не спорить с ней. — Пойду помогать наставнице Рене.
— Завтра приедут посланники из Северного Брейма, — сказала она. — Проведи день в компании наставниц и не ходи по храму один.
— Нам как раз нужно было позаниматься, — сказал я. — Обещаю быть осторожным.
⠀⠀
Такого наплыва одарённых демонов я просто не ожидал. Для оказания услуг по нанесению символов храм решил использовать одно из просторных помещений, попасть в которое можно было с торца здания. Раньше это был склад для ненужной мебели и всякой-разной мелочи, но всего за пару дней дами умудрились переделать его в настоящую мастерскую татуировок. Вход от рабочей части отделили старенькими разномастными ширмами, расставили стулья и даже одну кушетку принесли. Когда же мы с Беатой и Реной пришли туда, то столкнулись с толпой из трёх десятков демонов, не все из которых были из торговой палаты, так как стояли обособленно. Пришли даже демоны из Серебряной луны, то ли любопытствуя, что будет происходить, то ли решив получить пару символов. А так как все собравшиеся были из числа одарённых, то и атмосфера вокруг царила соответствующая.
В помещение демонов пока не пускали, заставляя ждать на улице под присмотром старшей жрицы Дорны. Она ходила по площадке, иногда отвечала на вопросы собравшихся и бросала строгие взгляды на самых нетерпеливых.
— Неплохо, — сказал я, выглядывая из дверей храма на улицу. — Реклама удалась. Беата, будешь помогать с первым символом. Ты его запомнила?
— Не только его, но и второй, — сказала она, глядя из-за моего плеча. — Много пришло…
— Наставница Рена? — спросил я.
— Ничего сложного не вижу, — она коснулась сумочки на поясе, где лежали рисунки, подготовленные мною ещё накануне. Скучая в Серебряной луне, я успел их зарисовать и даже сделать подробное описание. — Практика нужна.
Помимо нас в комнате хозяйничали три жрицы лет тридцати. Я их знал и помнил не только имена, но и какие символы когда-то наносил на их спины. Сейчас они выглядели немного взволнованными, расставляя чернила и наборы для нанесения символов по столикам. Получить важную работу, тем более приносящую доход храму, мечтала каждая жрица. Это ведь не только способ самим заработать, но и возможность повысить положение их семей.
— Они будут учиться наносить простые символы? — уточнил я, бросив в их сторону взгляд.
— Да, могу за них поручиться, — сказала Рена. — Каждая хотя бы по разу наносила символ понимания послушницам.
— Надо уточнять, что нанесли и при этом ничего не испортили, — улыбнулся я. — Хорошо, запускаем первого. Я буду наносить символы, а вы смотрите и запоминайте. Как вы сказали, в них ничего сложного нет, но испортить можно, если работать неосторожно.
Первым в комнату едва ли не ворвался невысокий пузатый ат-анак, спешащий получить символ. Выглядел он взволнованным, с бегающими глазками, словно пытался запомнить всё, что видит. А когда вокруг него собрались жрицы, наставница Рена и Беата, втянул голову в плечи, словно боялся, что его сейчас есть начнут. Странный он был для рыбака.
— Какой символ хотите получить? — спросил я. — Пятьдесят золотых монет за штуку, но не больше трёх. Деньги вперёд.
— А гарантии? — спросил он, переводя взгляды с одной жрицы на другую и прижимая к груди тряпичный кошель.
— За гарантиями — к мирозданию, — сказал я. — Символы будут работать в зависимости от вашего потенциала и способностей. Великим демоном не сделают, но помогут стать сильнее. Не тяните время. Какой символ хотите?
— А можно весь комплект? — он неохотно протянул кошель, расставаясь с ним, как с великим сокровищем. Если учесть, что там полторы сотни золотых монет, то для конкретно этого демона так оно и было.
— За весь комплект получите символ отражения в подарок.
— Это тот, который заставляет стрелы от тебя отскакивать?
— Он самый. Снимайте куртку и поворачивайтесь лицом к стене, — я посмотрел на жриц и перешёл на язык дами. — Первый символ — самый простой в исполнении. Его можно просто нанести и активировать, когда он будет полностью готов. С формой нельзя ошибаться, поэтому аккуратнее с линиями контура.
Работать с символами — муторное и утомительное занятие. Каждый демон, пришедший сегодня в храм, хотел получить все символы разом, несмотря на высокую цену. Хорошо, что женщины, которых подобрала Рена, умели работать с иголками и чернилами, хотя и делали это грубовато. Защитный символ они освоили быстро, стоило только показать пару раз. Со вторым неплохо справлялись Беата и сама Рена, так что мне оставалось только завершать работу третьим символом. До вечера мы смогли принять около десятка посетителей, чем привели в восторг казначея. Стерел приходила, чтобы посчитать и забрать золото, взвешивая едва ли не каждую монетку. При этом глазки у неё горели так, что становилось немного страшно. Надеюсь, что я не призвал в этот мир демона жадности.
Вечером, когда мы собрались устроить перерыв на ужин, пришла наставница Гера, сказав, что меня срочно ищет Тэя. На этом работу на сегодня решили закончить, хотя собравшихся на улице одарённых было столько, что впору открывать круглосуточный салон. В любом случае, для Беаты это отличная тренировка. У неё уже неплохо получается, и если так пойдёт дальше, то дней через пять я смогу получить долгожданный символ, а может, и два сразу.
— Что-то случилось? — спросил я, когда мы направились не к лестнице на верхние этажи, а к выходу из храма, ведущему на задний двор к вечной стройке.
— Император приехал, — сказала Гера. — Примчался в сопровождении помощников и кучи охраны ещё час назад.
— Ругается и требует?
— Точно, — Гера улыбнулась. — Именно в таком порядке, но негромко, чтобы не сердить госпожу Тэю. А если серьёзно, то хочет знать, почему храм не разобрался с гостьей из другого мира и кто ответит за разрушения во дворце.
— Что говорит госпожа Тэя? — полюбопытствовал я.
— Что храм начинать войну с соседним миром не намерен, и что Император с его лордами сами виноваты в случившемся. Госпожа Тэя сказала, что оттуда может прийти ещё кто-то очень сильный, с вопросами, что случилось с беловолосыми женщинами. И раз всё произошедшее — недоразумение, то ставить под удар храм и город Хуму она не собирается.
— Иными словами, предложила Императору умыться?
Гера мой вопрос проигнорировала, и мы почти минуту шли молча, огибая стройку.
— Ты говорил с беловолосой. Что, демоны в их мире и правда могут открывать разломы в наш? — спросила она.
— Не по щелчку пальцев, но могут, насколько я понял.
— Эта женщина действительно сильна, — Гера покачала головой и слегка поморщилась. — Когда она рядом, у меня такое чувство, что нет даже призрачного шанса победить. И если в их мире таких много, то от этого становится ещё более неуютно.
— И Император хочет с ней поговорить? — догадался я. — Надеюсь, не будет ставить условия и грубить.
Мы прошли мимо беседки рядом со стройкой и двинулись к зданию мужчин. После всего произошедшего в храме здесь было необычно тихо. У мужчин дами с силой голоса ладилось гораздо хуже, чем у женщин. Не знаю, с чем это было связано, но до третьей молитвы они добирались так же редко, как и обычные жрицы до четвёртой. Иными словами, среди всех старейшин только двое или трое могли похвастаться силой третьей молитвы и боевыми символами на спине. Я до сих пор носил одеяния второго старейшины, что означало, что я на пути к силе третьей молитвы, но пока не добрался до неё.
Для разговора с храмом Император приехал не один, а в компании десятка очень сильных демонов. Думаю, что это были лучшие из всех его приближённых. Я бы сказал, что это впечатляющее зрелище, но на фоне госпожи Асгейл они терялись, а их сила казалась настолько незначительной, что можно было не обращать внимания. При этом не все из свиты Императора это понимали. Какой-то наглый представитель расы «ёжиков» вышагивал недалеко от входа в здание, гордо расправив плечи. Да и в нашу сторону он смотрел холодно, с едва заметным вызовом.
— Не пойму некоторых демонов, — тихо сказал я, когда мы проходили мимо. — Вроде всю жизнь живут в этом мире и должны знать, насколько сильны дами, но всё равно выделываются.
— За последние столетия мы многое растеряли, — сказала Гера. — Особенно в силе.
— Ничего, через пару недель я тебе защитный символ нанесу, а на оставшееся место улучшение концентрации. Всего пара великих символов, и ты их всех вместе взятых в порошок стереть сможешь.
— А с беловолосой потягаться? — заинтересовалась она.
— Ну… — я задумался, затем виновато посмотрел на неё. — Без чёрного солнца — не вариант. Да и символов побольше нужно.
— Если будет возможность, спроси, много в их мире таких же сильных, как она.
— Достаточно знать, что где-то есть мир, в котором живут длинноухие, многие из которых так же сильны, как госпожа Асгейл. Целый огромный мир. Но есть и такие, кто превосходит её и даже госпожу Тэю. Пока превосходит.
Если чёрное солнце Тэи продолжит пожирать слабые символы, освобождая место для новых, то она сможет стать настолько сильной, что страшно представить.
Мы прошли в здание, поднялись на второй этаж в просторную комнату для переговоров с видом на храм. Было немного неуютно и волнительно, что заметила Гера, положив мне ладонь на плечо и ободрительно сжав. Заходить в помещение она не стала, пропустив вперёд и закрывая за мной дверь.
— Госпожа Тэя, Вы хотели меня видеть? — я вежливо поклонился, делая вид, что не знаю, что за важный гость сидит за столом, справа неё. Говорил специально на распространённом языке демонов.
— Василий, проходи, — она сделала властный жест, приглашая меня к столу. — Его Императорское Величество хотел поговорить с нашей гостьей.
Госпожа Асгейл сидела слева от верховной жрицы, спокойно глядя на императора. Ни трепета, ни уважения во взгляде, такое чувство, что перед ней сидел обычный торговец.
— Ваше Величество, — я сделал удивлённое лицо, снова кланяясь и приветствуя его жестом гильдии Серебряной луны.
— Ты тот самый юноша, что имеет дар к языкам? — спросил император.
— Тот самый, — скромно признался я.
Вблизи Император выглядел внушительно, этакий двухметровый амбал с кудрявыми жёсткими волосами, из-под которых выглядывают короткие острые рожки. Говорят, что раньше у этой расы рога были большие, но с каждым поколением становились всё меньше и меньше. Он был одарён не только сильным телом, но и магическими способностями, впечатляющими для жителей тёмного мира. Всё дело в том, что он с самого детства сидел на допинге в виде настоек редких трав, внутренностей великих демонов и, главное, кристаллов костного мозга. Имея столько ресурсов, даже самый слабый одарённый мог стать великим магом, а Императора никак нельзя было назвать заурядным. В общем, это был огромный демон, внушающий трепет не только своим видом, но и магической силой. Точнее, внушающий всем тем, кто никогда не сталкивался с силой Тэи или госпожи Асгейл.
Как я понял, Император уже знал о причинах недовольства госпожи Асгейл. Не знаю, что рассказала ему Тэя, но с моей помощью он выразил чувство сожаления, что всё так произошло. Предложил загладить вину, пригласив гостей из другого мира пожить во дворце или же в его тихом загородном имении. Искренне огорчился, услышав отказ, и попросил подумать над предложением ещё раз. А ещё он осторожно рассыпал комплименты, удивляясь силе и красоте Присциллы.
— Когда всё успокоится, дней через десять, я устрою большой приём в честь прихода высоких гостей в этот мир, — сказал Император. — С нетерпением буду ждать Вас и Вашу подопечную.
— В этом нет необходимости, — сказала Присцилла. — Мы не хотим афишировать своё присутствие в этом мире.
— Ваша скромность может соперничать только с Вашей силой, — сказал он. — Я не приму отказа. Жаль, что нас разделяет языковой барьер. Мне было бы очень любопытно послушать о величии вашего мира и поделиться богатой историей нашего. Госпожа Тэя, спасибо, что приняли и позволили поговорить с госпожой Асгейл.
— Обязанности храма — следить за гостями из соседних миров, — сказала Тэя.
Мы поспешили встать следом за императором.
— Буду ждать вас на праздничном ужине, — сказал он госпоже Асгейл и вышел из комнаты.
Мне казалось, что он должен был выказывать недовольство разрушениями во дворце и убийством высокопоставленных демонов, но ничего подобного не произошло. Напротив, Император словно пытался произвести на Присциллу хорошее впечатление. Да и судя по виду, он нас ещё навестит, может быть, гораздо раньше обещанного ужина.
— И что, он даже ругаться не будет? — спросил я, возвращаясь за стол.
— Пока не увидит в этом личную прибыль, не будет, — сказала Тэя. — Теперь надо быть вдвойне осмотрительней. Тебе особенно.
— Почему?
— Потому что он не говорит на языке другого мира. Ещё раз повторяю, не ходи по храму один, пока всё не успокоится. В храме ещё слишком много тех, на кого Император имеет влияние. Ради золота многие уже продали ему душу, а кого-то он просто держит за горло. И в город будешь выходить только в сопровождении Рены или Дейри.
— Хорошо, — я не стал спорить, не совсем понимая, что за противостояние у них с Императором. Во время правления Беаты он был более сговорчивым, а после появления светлоликих стал очень щедрым.
— Ты ужинал? — спросила Тэя.
— Не успел. Только начали, а тут император приехал.
— Поужинай со мной, — попросила она.
Попросила вроде бы обычно, но в голосе что-то промелькнуло. Может, накопившаяся усталость от свалившихся проблем, от мятежа старших жриц, вообще, от всего происходящего вокруг.
— Хорошо, — легко согласился я. — Могу хорошее вино заказать. В гильдию Серебряной луны привезли несколько кувшинов отличного вина как раз из Ичжу. Сейчас кого-нибудь из кинийцев отправлю. Они ребята быстроногие…
— Не сегодня, — сказала она, направляясь к выходу из комнаты. — Проводи госпожу Асгейл и через полчаса найди меня на третьем этаже. Мне надо успеть поговорить со старейшинами.
Мы с Присциллой проводили её взглядами, затем переглянулись.
— Сильная девушка, — сказала Присцилла. — Я о характере.
— Согласен. Что? Я ведь серьёзно.
Скорее всего, дело было в моём возрасте, потому как она смотрела на меня, как на несмышлёного юношу.
— Что-то ещё планируется? Сложно белоглазых понимать, когда не знаешь языка.
— Вроде бы на сегодня всё. Я провожу Вас.
Мы прошли по зданию, спустились во двор. Император и его свита уже умчались, но их место постепенно занимали повозки, телеги и целая толпа гостей. Я даже удивился, увидев такое большое количество дами, не носящих одежды храма. Они шумно разгружали повозки, о чём-то громко разговаривали. Отдельно стояла группа немолодых мужчин и женщин, беседовавших со вторым старейшиной. Мне показалось, что они приехали раньше, но из-за Императора и его охраны им пришлось ждать на соседней улице.
Оказывается, я сегодня неплохо устал, так как мне понадобилась минута, чтобы понять, что приехало обещанное посольство из Северного Брейма. И так как их вечером не ждали, то никто не встретил подобающим образом. А ещё я запоздало подумал, что они могли спокойно остановиться в городе, в северо-западном районе, где жили дами. Там ведь было несколько больших постоялых дворов, способных их всех вместить. Но вместо этого они спешили поскорее добраться в храм, о чём говорили уставшие мужчины, тянувшие телеги и повозки.
— Неплохо, неплохо, — раздался позади нас мужской голос, говорящий на языке дами. — Получить одежды второго старейшины в таком возрасте — это отличный результат. Радует мысль, что скоро появится ещё один первый или даже великий старейшина…
Со стороны стройки к нам шёл высокий, красивый и подтянутый мужчина лет тридцати. О высоком положении говорили не только богатые одежды, но и походка, а также взгляд. В этом высокородные мужчины дами от женщин почти не отличались.
Мужчина подошёл ближе и посмотрел на нас удивлённо. Наверное, только сейчас заметил цвет моих глаз. Да и госпожа Асгейл удивила его не меньше. А вот мне то, как он нас разглядывал, не понравилось.
— Тимир, ты вовремя, — со стороны повозок к нам спешно шла немолодая женщина лет пятидесяти. Ещё одна представительница богатого рода. На груди у неё висела золотая цепочка с большим кулоном, слегка напоминающим усилитель старших жриц. На голове популярный среди дами серебряный ободок, но украшенный крупными тёмно-синими драгоценными камнями. — Тэя сейчас в здании мужчин. Тут только что был Император, ты с ним разминулся буквально на несколько минут.
— Мама, постой, — остановил он женщину. — Смотри, человек в одежде второго старейшины, правда, необычное зрелище?
Теперь на мне скрестились уже два изучающих взгляда. Я, кажется, начал вспоминать, почему не понравилась поездка в Северный Брейм с Беатой.
— А что удивляетесь? — уточнил я на языке дами. — Здесь на углу такую одежду продают. Красиво же на мне смотрится, правда? Если хотите такую же, готовьтесь заплатить десяток золотых монет. К тому же вам следует проявлять больше уважения и не называть верховную жрицу просто по имени.
Последнее я неосознанно произнёс с лёгкой угрозой в голосе, что не укрылось от этой странной парочки.
— Гадкий человек, вздумал мне указывать? — холодно произнесла женщина, не стесняясь вкладывать силу третьей молитвы в голос, отчего пространство вокруг слегка задрожало.
Мне на плечо легла ладонь госпожи Асгейл, создавая очень странный барьер между нами и разлитой в воздухе силой. Третья молитва мне была не страшна, как и ей, но барьер удивил. Женщина же не сдерживалась, поэтому то, как вздрогнуло пространство вокруг нас, услышало всё посольство, и шум с той стороны затих. Все удивлённо смотрели в нашу сторону, пытаясь понять, что произошло.
Я хотел сказать ещё что-нибудь язвительное, а может, и обидное, но в это время из здания вышла Гера. Она прошла к нам, холодно посмотрела на парочку гостей.
— Если собралась использовать силу голоса на территории храма, изволь переодеться в платье жрицы, — сказала Гера.
— Лучше беспокойся о том, чтобы с тебя его не сняли, — так же холодно ответила женщина. — Второй раз.
— Обязательно, — кивнула Гера. — Предупреждаю один раз, повысишь голос в храме — лично тебя выставлю.
— Я бы решила всё так, как предписывают предки, — женщина покривила губами, — но сейчас не до этого. Тимир, нам пора.
Посчитав разговор законченным, женщина направилась к зданию, откуда вышла Гера. Мужчина пожал плечами и направился за ней следом.
— Кто эта смелая женщина? — спросил я. — Если ей взбредёт в голову вызвать Вас на дуэль, она сильно удивится, но пожалеть о поспешном решении не успеет.
— Когда-то она была старшей жрицей, — Гера покачала головой. — Но ушла после смерти моей наставницы.
— Думаешь, госпожа Тэя может попросить её вернуться?
— Скорее, она сама напросится.
— А что её сын? — спросил я. — Мне этот высокомерный тип не понравился. К тому же как-то недобро он на Вас смотрел.
— Тимир — тот ещё поганец, — она произнесла не совсем то слово, которое хотела. — Поэтому я переживаю за госпожу Тэю.
— Почему?
— Потому что он её жених. Думала, что он не выдержит столько лет и возьмёт в жёны кого-то другого, но силы воли ему не занимать.
— А сколько лет Тэе… госпоже Тэе? — с тревогой в голосе спросил я.
— Через десять дней исполнится двадцать четыре.
Мы ненадолго прервались, так как толпа дами из посольства смотрела на нас как-то недружелюбно. То ли мы с госпожой Асгейл им не понравились, то ли Гера у них вызывала резкое чувство изжоги.
— Наставница Гера, а можно попросить Вас об услуге?
— Можно, — улыбнулась она.
— Если госпожа Тэя будет всё ещё здесь через полчаса, встретьте меня на этом месте.
— Хорошо, — Гера кивнула. — Пойду посмотрю, чтобы верховная жрица не принялась выкидывать гостей из окон.
Она поспешила к зданию, чтобы опередить группу немолодых дами и старейшину, что встречал их.
— Вижу, что происходит что-то необычное, — сказала госпожа Асгейл, убирая ладонь с моего плеча. На месте дами, спешащих на встречу с верховной жрицей, я бы вёл себя гораздо скромнее, а не бросал в нашу сторону неприветливые взгляды.
— Зои не рассказывала Вам о мятеже, что вспыхнул тут на днях?
— Из её слов я мало что поняла.
— В общем, это всё ерунда на фоне второй большой проблемы. Тот мужчина с наглым взглядом — это жених верховной жрицы. И приехал он с одной целью, падла.
— М? — она посмотрела на меня хитрым взглядом.
— Не нравится он мне, — ответил я. — Высокородный засранец.
— Пойдём, расскажешь всё по пути.
Я ещё раз бросил взгляд на здание, затем решительно развернулся и направился к храму, не замечая улыбки госпожи Асгейл. Не знаю, что её насмешило, но этот тип мне действительно не понравился.
⠀⠀
Стоя рядом со зданием мужской части храма, я наблюдал за неспешной разгрузкой телег, приехавших вместе с посольством. Руководила работой Сивита, делая пометки в журнале и указывая мужчинам, куда нести тюки и катить бочки. Как я понял, гости решили приехать не с пустыми руками, а захватить с собой обещанные товары для храма, кое-что из продовольствия и материалы для учебных мастерских. Сам процесс разгрузки меня интересовал мало, в отличие от крепкого мужчины, приехавшего с телегами. Он был одет в лёгкие доспехи и вооружён коротким копьём с широким наконечником. Всего же охранников посольства было шестеро, из которых я знал двоих. Мужчины стоически боролись с духотой, но снимать доспехи не спешили, скинув только плащи.
Ни один бандит, находясь в здравом уме, не станет нападать на торговый караван дами, но вот диким животным и неразумным демонам на подобные условности плевать. Тем более, когда путь занимает несколько дней по безлюдным и опасным землям. По себе знаю, что на бескрайней равнине ночевать под открытым небом страшно. На севере диких зверей не меньше, чем на юге, и без охраны просто не обойтись. Будь ты хоть трижды могущественным демоном, но когда на тебя неожиданно прыгнет плотоядная крыса размером с большую собаку, то даже пискнуть не успеешь. На моей памяти, одному старейшине такая тварь горло разорвала, когда он отошёл от лагеря по нужде всего на пятьдесят шагов.
В целом же, дами были неплохими воинами — быстрыми, ловкими и достаточно сильными. Из оружия предпочитали копьё или топор, но щитов не носили. Что касается мужчины, за которым я наблюдал, он был тем, кто учил меня сражаться копьём, владеть кинжалом и просто драться на кулаках. В физическом плане люди слабее дами, поэтому мне приходилось вкалывать и тренироваться до седьмого пота, чтобы эта разница не казалась критической. Хорошо, что он приехал так рано. Надо обязательно попросить Тэю снова назначить его моим наставником.
— Василий, — от мыслей о тренировках меня отвлёк голос Тэи. Она спускалась с крыльца в компании Геры. — Что случилось, и к чему такая спешка?
Пару минут назад я попросил Геру предупредить верховную, что мне надо с ней срочно поговорить. Надеюсь, не перестарался, так как вид у Тэи был несколько недовольным. Хотя последнее могло быть из-за общения со старшими из посольства.
— Как что? — удивился я. — Вы хотели со мной поужинать, вот я и пришёл.
— Что? — она посмотрела на меня, затем перевела взгляд на Геру.
— Поужинать, — повторил я. — Не беспокойтесь, я уже обо всём договорился. Управляющая столовой обещала подать роскошный ужин в гостиную на третьем этаже. Сегодня её помощники купили на рынке превосходное мясо, овощи и какие-то редкие специи. Сказала, что давно не получала столько денег на продукты, и спрашивала, не заболела ли госпожа Стерел.
Теперь удивлённо на меня смотрела не только Тэя, но и Гера.
— Они же обещали приехать только завтра? — я показал на окна здания. — Мне непонятно, зачем так торопиться, чтобы примчаться поздно вечером и сразу насесть на верховную жрицу. Дайте им возможность подумать над тем, что хотят сказать. К тому же у Вас сегодня был не самый простой день. Вы хотя бы обедали?
Гера закивала, соглашаясь с моими доводами. Тэя вздохнула, собираясь возразить, но в последний момент передумала.
— Хорошо, — сказала она. — Поужинать действительно не помешает. Гера, предупреди старейшин, что мы продолжим разговор завтра утром.
— С удовольствием, — улыбнулась та и поспешила ко входу в здание, пока верховная не передумала.
— Пойдём, — Тэя показала жестом в сторону храма. — Расскажи, как всё прошло с символами. Большой спрос? Кто-нибудь жаловался?
— Всё прекрасно. Одарённые несут деньги, расталкивая друг друга, чтобы успеть первыми. К вечеру очередь протянулась от храма до южного выхода с площади. Думаю, что самые нетерпеливые прибегут завтра с рассветом. Кстати, у Беаты отлично получаются простые символы, как и у наставницы Рены. Только они обе испачкались в чернилах до самых локтей. Но ничего, практики в ближайшее время будет много…
⠀⠀
За несколько дней моего отсутствия в храме произошло много изменений. К примеру, меня переселили на этаж старших жриц, в комнату хранительницы символов. Учитывая высокую должность хозяйки, спальня имела три полноценных помещения, включая рабочий кабинет и хранилище книг. Последнее помещение Карна переделала в уютную гостиную, где можно было отдохнуть, почитать что-нибудь или поболтать с кем-то в тихой обстановке. Что касается спальни, то в ней заменили всю мебель, без исключения. Думаю, это сделали вовсе не потому, что мне было бы неприятно спать на старой кровати, а из-за того, что искали тайники, разобрав мебель на щепки. Рабочий кабинет тоже прошерстили, но хорошо, что не сломали ничего.
В общем, проснувшись рано утром, я почти час посвятил работе, закончив описание нескольких символов для будущих жриц. Надо отдать должное Карне, письменные принадлежности у неё были отменного качества. Там же я нашёл два набора для нанесения символов и несколько кровавых кристаллов, хранившихся про запас.
Вспоминая вчерашний ужин с Тэей, я понял, что мне надо как можно быстрее становиться сильнее. Сейчас уже вопрос стоял не об одном символе, а сразу о трёх, которые нужно было получить ещё вчера. Кто же знал, что в храме всё так быстро завертится, не давая времени продохнуть. В прошлый раз мне казалось, что за целый год в храме вообще ничего не произошло. Тогда монотонная жизнь жриц совершенно не менялась на протяжении долгих дождливых сезонов.
С мыслями о том, что сегодня нам с Беатой нужно хорошенько позаниматься и поработать, я вышел в коридор и нос к носу столкнулся с Дорной. Она и ещё несколько жриц с утра пораньше приводили в порядок комнату напротив моей. Сквозь открытую дверь можно было видеть, как жрицы передвигают две кровати, пытаясь установить их так, чтобы оставалось побольше свободного места для остальной мебели. Всё-таки здесь жили старшие жрицы, и, в отличие от младших, у них в комнатах было всё, чтобы спокойно проводить время за чтением книг или за чашечкой горячего напитка.
— Доброе утро, наставница Дорна, — поздоровался я.
— Василий, — она коротко кивнула, глядя в сторону лестницы, словно ждала кого-то.
— Хотел сказать Вам спасибо, что поддержали верховную жрицу.
— За это не надо благодарить, — ответила женщина, бросив на меня короткий взгляд. — Я сделала то, что следовало.
Я слышал от Тэи, что Дорна побоялась пойти против старших жриц, получивших запретные символы, но и отказалась выступить на их стороне. Пока в храме шёл мятеж, она спустилась в подвальное хранилище книг и просто ждала, чем всё закончится. Побоялась попасть под горячую руку верховной жрицы. Но, в любом случае, Тэя этот поступок оценила, сказав, что нужно иметь достаточно храбрости, чтобы отказать, глядя им в глаза. Дорна была не самой одарённой старшей жрицей, поэтому её чаще всего отправляли дежурить на первый этаж или проводить скучные обязательные занятия с младшими. Никакой конкретной должности при этом не занимала, и считалось, что она может помогать понемногу всем. Чаще всего выходило так, что на неё сваливали рутинную работу, которая не приносила никакой прибыли. Интересно, удивились ли старые жабы, когда услышали отказ? Дорна им так и сказала, что подождёт в подвале, пока верховная будет отрывать им головы.
Вчера мы с госпожой Тэей беседовали насчёт младших жриц, которым давно пора подняться на ступеньку выше. Я планировал сегодня вечером нанести им нужные символы. А ещё она сказала, что будет плохо, если молодые жрицы станут сильнее, чем старшие, поэтому последним надо подобрать несколько подходящих символов. И начать она хотела с Дорны, когда я достану чернила нужного качества. Говорила, что лояльность нужно поощрять.
Со стороны лестницы появилась госпожа Асгейл. Сопровождающая её молодая жрица постоянно оглядывалась, чтобы убедиться, что беловолосая женщина следует за ней.
— Доброе утро, госпожа Асгейл, — поздоровался я.
— Василий, — она кивнула. — Хорошо, что ты здесь. Я не совсем понимаю, что они от меня хотят.
Мы одновременно посмотрели на наставницу Дорну.
— Госпожа Тэя просила, чтобы эту женщину и ту девочку поселили в этой комнате, — сказала Дорна, показывая на спальню за своей спиной. — Сказала, что опасно оставлять их на этаже жриц.
Я подумал, что с характером жриц дами они действительно могли нарваться на хорошую драку с Присциллой и получить по шее.
— А это этаж старших? — уточнила госпожа Асгейл, когда я перевёл ей слова наставницы.
— Всё верно. Сюда могут заходить только старшие жрицы, даже для уборки.
Мы посмотрели на молодую жрицу, с любопытством разглядывающую коридор. Из комнаты выглянула ещё одна с деревянным ведёрком и тряпками.
— Только сейчас старших почти не осталось из-за мятежа, — добавил я. — Но это отлично, что вы будете жить здесь. Моя комната напротив.
— У тебя золото есть? — неожиданно спросила она.
— Есть, — немного удивлённо ответил я.
— Много?
— Не жалуюсь.
— Если пригласил Зои пожить в храме, то должен обеспечить её всем необходимым. Это же столица, значит, здесь должны быть подходящие лавки и мастерские. Ты знал, что у Зои нет даже хорошей обуви?
— Всё понял, — кивнул я. — Сегодня у меня очень много важных дел… Хорошо, после обеда. Утром магазины всё равно закрыты.
— Вот и хорошо, — хмурый взгляд женщины сменился мягкой улыбкой.
— Прошу меня простить, я побегу решать срочные проблемы, а потом сразу зайду за вами сюда.
Пока меня не взяли в оборот прямо здесь, я помчался к лестнице. Надо было найти Беату, успеть позавтракать и заглянуть в мастерскую символов, пока одарённые демоны не решились пойти на штурм храма. Я планировал позаниматься с Беатой, но можно было и пройтись по магазинам. Нет, сначала зайду в гильдию Серебряной луны за золотом и телегой. Знаю я, как высокородные женщины ходят по магазинам, особенно если кто-то за них платит.
Помчавшись в сторону коридора младших жриц, я запоздало подумал, что Тэя предупреждала первое время не ходить по храму одному. И, как всегда бывает, её слова оказались пророческими, так как почти сразу мне навстречу вышли три знакомые младшие жрицы. Выскочили из-за поворота, как будто всё утро караулили.
— Василий, — обрадовалась самая высокая из них, Лара, если я правильно помнил имя. Это с ней Беата едва не подралась.
— Как же вы не вовремя, — вздохнул я. — Давайте на вечер всё перенесём, а?
Девушки посмотрели на меня, но ничего не сказали, затем переглянулись словно в нерешительности. Когда молчание немного затянулось, одна из них толкнула Лару локтем, чтобы не робела.
— Мы… это… хотели прощения попросить, — сказала Лара, натянуто улыбнувшись. Её подруги быстро закивали. — Случайно получилось тебя в глаз стукнуть, прости.
— Ага, — я удивлённо посмотрел на них. — Я особо и не сержусь, с кем не бывает. Повздорили и разошлись, оставшись каждый при своём. Если всё, то я побежал, надо Беату найти до завтрака.
— Постой, — поспешила сказать Лара. — Ты только скажи потом, что мы помирились.
— Кому?
— Всем скажи, — заюлила она, на что её подруги закивали ещё активней.
— Старшие узнали? — догадался я. Девушки рассказывать ничего не спешили, но недовольно засопели. — Хорошо, если поможете мне, будем считать, что ничего не было. И ещё, с древним языком больше не шутите, особенно над младшими.
— Не будем, — Лара отозвалась хмуро, как нашкодивший ребёнок, получивший нагоняй от взрослых, но так и не понявший, что сделал большую глупость. — Чем помочь надо?
— Вы слышали про старейшин, что вчера приехали из Северного Брейма?
— Слышали, — кивнула Лара. — Девушки об этом вчера говорили.
— А про род Мэй что можете сказать?
— У меня бабушка из этого рода, — сказала она. — Мэй — одна из самых богатых семей дами. У них много торговых лавок и в Северном Брейме, и в столице.
— Торговцы, значит?
— Не только. Они скот выращивают и зерно, а ещё золото взаймы дают, поэтому их даже лорд провинции уважает.
— Ко всему прочему ещё и ростовщики, — закивал я. — А о Тимире что-нибудь слышали?
— Который наследник рода? — уточнила она. — Говорят, что он одарён и мог бы спокойно стать первым старейшиной, но храм ему не интересен.
— И всё?
— Нет, есть ещё слухи, но о них так просто не рассказывают, — Лара оглянулась, так как в коридоре становилось шумно и из комнат начали выходить младшие жрицы.
— Ладно, потом вам скажу, чем можете помочь. Сейчас я шибко занят.
— Ты только не забудь сказать, что мы помирились, — быстро добавила она, так как я уже собирался идти дальше, но в последний момент остановился.
— Раз уж так всё сложилось, — я посмотрел на них. — Найдите после обеда наставницу Дорну и скажите, что я включил вас троих в тот список, о котором говорила верховная жрица.
Махнув им рукой, поспешил дальше по коридору. Странной это вышла встреча. Старшие обычно редко вмешивались в разборки между девушками, предпочитая, чтобы они сами решали подобные проблемы. Но так даже лучше, а то напрягает ходить по коридорам в крыле послушниц, постоянно оглядываясь. Эти высокородные девушки хотя и обладали скверным характером, но при этом были талантливы. В последнее время с подобным у дами большие проблемы, чтобы так просто разбрасываться. Я, когда только услышал, как она читает вторую молитву, сразу понял, что и третью она осилит, поднявшись на ступень старшей жрицы. А если немного подтолкнуть, то сделает это в ближайшие несколько лет.
Беату утром я застал в прекрасном расположении духа. Она как раз выходила из комнаты, когда я появился. Пока мы шли в столовую, я рассказывал планы на сегодня, но она только кивала, витая в облаках. Лишь слегка заинтересовалась, когда речь зашла о прогулке по магазинам. Причина такого поведения выяснилась совсем скоро. Как оказалось, приехавшее вчера посольство привезло ей подарки и письма от родителей. Иногда забываю, что Беата тоже из числа высокородных, поэтому родители у неё не бедствовали. Правда, лет через десять она с ними будет не в ладах, но сейчас она радовалась письмам даже больше, чем дорогим подаркам.
Возле столовой я заметил невысокую девушку из числа младших жриц, ту самую, у который был конфликт с Ларой. Мне показалось, что она именно нас и ждала, потому что обрадовалась и первой поспешила навстречу.
— Привет, — поздоровался я.
— Привет, — она улыбнулась, бросила на Беату какой-то странный взгляд с толикой зависти.
— Ты не знаешь, что случилось с Ларой и её подругами? — спросил я, показывая в сторону упомянутых девушек, уже завтракающих в своей компании. — Столкнулся с ними утром, а они как-то странно себя вели.
— Видела, — кивнула она и хмыкнула. — Старших они чем-то рассердили. Вчера к ним в комнату наставница Рена приходила, потом наставница Гера, а последней — госпожа Сивита. Жаль, подслушать не удалось, что они натворили. Надо девочек поспрашивать, может, кто-то что-то видел или слышал. Это хорошо, что им попало. Пока старшие не сменят гнев на милость, они будут вести себя тихо, как примерные послушницы.
— Понятно.
— Садитесь с нами завтракать, — она показала на стол рядом с окнами, за который рассаживались девушки.
— В другой раз, — извинился я, к большому её разочарованию.
— Вы же постоянно одни садитесь. Вместе же веселее.
— Сказали же, в другой раз, — вставила Беата и сама потянула меня к столам в дальней части зала, где обычно завтракали взрослые жрицы, не желающие ни с кем разговаривать с утра пораньше.
Взрослые женщины на нас покосились, но прогонять не стали. Одна даже головой покачала и бросила лукавый взгляд. Ну да, парень и девушка примерно одного возраста, не желающие завтракать в компании друзей. Вообще-то, я был единственным парнем в зале, но кого это волновало.
— Слушай, — спросил я, наклоняясь к Беате, — не боишься, что стащат подарки от родителей? У вас ведь двери на этаже не запираются.
— Я их обычно Тэе отдаю на хранение, — сказала она, затем кивнула на пятнышко от чернил у меня на тыльной стороне ладони. — А ты чем с утра занимался?
— Вспоминал два основных символа, которые наносят молодым жрицам. Первый для них полноценный боевой символ, а также кое-что для быстрого развития. Сегодня вечером нанесём их девушкам из твоей группы, кто вторую молитву уверенно читает.
— А мне? — заинтересовалась она.
— Для тебя они слабоваты будут. Мы с тобой пойдём по пути великих символов. Вокруг того места, где должно будет проявиться чёрное солнце, нанесём два атакующих, два защитных и два вспомогательных символа. Лучи солнца их свяжут в особый узор, сделав невероятно сильными. Но есть один маленький нюанс.
Я поднял руку, так как глазки у девушки засверкали в предвкушении.
— Ты должна будешь получить чёрное солнце, но не от наставницы Тэи. Придётся самой создать его, а это значит, надо научиться читать шестую молитву и посетить склеп первой верховной жрицы.
В прошлый раз так и случилось. Тэя исчезла, не оставив чёрное солнце преемнице, поэтому Беате пришлось добывать его самостоятельно. Задача почти невыполнимая, и до неё это происходило едва ли не сотню лет назад, но Беата справилась. Плохо, что она никогда не рассказывала, как именно добилась подобного. Знаю только, что это как-то связано с шестой молитвой. Я думал, что Тэя сможет пролить на это свет, но вчера она вообще ничего не сказала. Юлила, уходила от темы и просто улыбалась, но даже не намекнула, как это можно сделать.
— Я справлюсь, — решительно заявила Беата. — С чего начнём?
— Для начала тебе нужно узнать у Тэи всё, что касается чёрного солнца. Потом как-то получить у неё разрешение на посещение склепа и научиться читать последние две молитвы. С этим я тебе не смогу помочь, но символы мы начнём наносить заранее. У тебя есть три дня, включая сегодняшний, чтобы показать мне, что ты запомнила великий символ, над которым мы работали в Серебряной луне.
— Так я его уже выучила.
— Вечером продемонстрируешь. Давай, завтракаем быстрее, у нас ещё море работы и прогулка по городу. Кстати, ты знаешь что-нибудь о женихе Тэи?
— О Тимире? Почему спрашиваешь?
— Просто любопытно. Тэя о нём отзывается исключительно хорошо, но мне он не понравился с первого взгляда.
— Я не так много знаю, — она поковыряла ложкой в каше, выбирая кусочки мяса и сладких овощей. — Они с раннего детства знакомы. Их родители договорились о свадьбе, ещё когда Тэе было года два.
— Но он же старше?
— И что такого? — не поняла Беата, загибая пальцы. — Видный жених, красивый, богатый, влиятельный, в политику храма не лезет. К тому же род у него крепкий, из которого вышло несколько верховных жриц. Если бы Тэя так рано сама верховной не стала, у неё бы уже несколько детишек от Тимира было. И почему ты уверен, что она должна о нём плохо говорить? Он что-то тебе сделал, кроме того, что не понравился?
— Нет, вроде ничего такого… — нахмурился я и принялся есть кашу. Сегодня она была гораздо вкуснее, чем вчера.
Пару минут мы молча завтракали. Беату новости о новых символах обрадовали, поэтому она быстро всё съела и ёрзала на стуле, собираясь бежать к Тэе и требовать, чтобы та срочно пустила её в склеп, где всем желающим символы чёрного солнца раздают.
— А у тебя жениха нет? — спросил я.
— Нет, нет, — Беата замахала руками, даже поёжилась. — Года три ещё есть, пока родители подыскивать подходящую кандидатуру не начнут. Ты долго жевать будешь? Сам же говорил, что работы полно.
Беата была права, поэтому я быстренько закончил с завтраком, и мы побежали зарабатывать деньги для храма, попутно тренируя умение наносить символы. Сегодня одарённых демонов было не меньше, чем вчера. Все без исключения просили именно три символа разом, а вот платили кто чем может. Один работник городской стражи умудрился притащить целый сундук с мелкими разменными серебряными монетами, которые меняли на золото — двадцать пять к одному. А учитывая вес одной монеты, где-то полтора грамма, то вышло больше пяти с половиной килограмм. К серебру, кстати, казначей храма отнеслась с большей радостью, чем к золоту.
В обед работу над символами пришлось прекратить, к большому недовольству демонов. Девушки, работавшие под руководством наставницы Рены, с третьим из них самостоятельно справиться пока не могли. Зато до обеда по храму разлетелся интересный слух. Ещё и полдень не наступил, а все уже знали, что избранные младшие жрицы сегодня получат сразу два новых и невероятно могущественных символа. Ажиотаж вышел ничуть не меньше, чем среди одарённых. Но самое смешное было в том, что многие уже действующие жрицы бегали по коридорам, не зная, кому дать взятку, чтобы заполучить их. Не обошлось и без вмешательства посольства. Пока мы работали, пара старух, в том числе и мама Тимира, несколько раз отвлекали Рену, пытаясь побольше разузнать о новых символах и кто их будет наносить, так как хранительница Карна погибла во время мятежа. Мне все эти слухи пересказала Дейри, с утра занимавшаяся обучением младших жриц и заглянувшая к нам перед обедом.
О прогулке по магазинам много рассказывать не буду, но в этот день я потратил почти годовой заработок обычного городского стражника. Узнав, что я плачу́, отличились буквально все, включая Беату и Присциллу. И это они надо мной ещё сжалились, так как могли бы потратить раза в два больше. Я вообще не знал, что некоторые виды ткани, из которых шили исподние рубашки, стоят так дорого. При этом Зои в мастерских заказала только хорошую обувь, а одежду собиралась пошить сама, для чего купила целый набор начинающего портного. Но время мы провели отлично и нагулялись так, что ноги гудели.
⠀⠀
Нанесение первых серьёзных символов младшим жрицам — событие не самое уникальное, поэтому редко привлекало к себе внимание, но сегодня на него пришли посмотреть многие, в том числе и верховная жрица. Пришлось подыскивать большой учебный класс, чтобы вместить всех желающих, и зажигать яркие масляные лампы. Пока мы с Беатой и Реной готовили чернила, пришла наставница послушниц Эва, затем Дорна и Гера в сопровождении Тэи. Последними запустили семь девушек из той группы, что сдавала экзамен на чтение второй молитвы. Надо сказать, что они едва не светились от предвкушения. Для многих дами получение символов было чуть ли не смыслом жизни, поэтому, когда речь заходила об уникальных образцах, они едва контроль над собой не теряли.
Когда все расселись, выступила Тэя, рассказав об ответственности и новом этапе в жизни девушек. Когда они становились полноправными жрицами, то получали не только первый боевой символ, но и кучу обязанностей. Они должны были найти себе наставницу из числа старших жриц и перенять у неё знания и профессию, как это делала, например, Сивита. С них снимались обязанности по уборке храма, но добавлялись новые, гораздо более ответственные. В общем, речь получилась мотивирующая, хотя и немного наивная. В конце Тэя предоставила слово мне, как переводчику древних текстов, где и были найдены новые символы.
— Если коротко, — я не ожидал, что нужно будет что-то рассказывать, поэтому немного растерялся, — то это стандартные символы, которые должны получать все молодые жрицы. Как я понял, они были забыты, и храму пришлось выбирать вместо них не самые подходящие. Первый символ — боевой, превращающий силу голоса в смертоносные воздушные лезвия. Он проще того, что храм использовал раньше, легче в освоении и более эффективен как раз для молодых жриц. Через пару дней, как вы придёте в себя, научу им пользоваться. Учтите, что его нельзя применять неосмотрительно, потому как не получится пришить отрезанную руку, ногу или голову подруге, кому вы решите продемонстрировать символ. Правила в этом плане очень строгие: покалечите кого-то на территории храма или убьёте, что более вероятно — вам испортят символы и отправят домой.
Я посмотрел на Тэю.
— Прослежу, чтобы никаких поблажек не было, — сказала она. — Использовать силу голоса в храме разрешено только старшим жрицам.
— Второй символ, — продолжил я, — поможет вам легче концентрироваться на силе голоса. Это нужно для учёбы и пригодится в будущем, когда получите более могущественные и убийственные умения. Поэтому в ближайший год вам нужно будет научиться направлять силу голоса и зажигать кристаллы, как при работе с усилителями. Если сможете делать это с закрытыми глазами, то у вас появится право получить символы войны и защиты.
— Не нужно забегать вперёд, — осадила меня Тэя.
Если верховная посмотрела строго, то глазки у остальных присутствующих загорелись. Особенно у старших жриц, которые уже умели работать с усилителями.
— Простите, увлёкся. Тогда последнее и самое важное — у вас не должно быть никаких посторонних символов. Не нужно засорять спину парящими облаками или каменными колоннами с водопадами. Во-первых, они подойдут не каждой жрице, а во-вторых, они далеко не самые сильные.
— Василий, спасибо, — сказала Тэя, затем посмотрела на наставницу Дорну. — Определились с очерёдностью?
Дальше всё было просто: я наносил символы, а наставницы за этим внимательно наблюдали. Вообще-то, это совсем не просто, попытаться запомнить сложный рисунок даже с тремя ключами, поэтому я особо не переживал. Вряд ли старшие сейчас бросятся сами наносить новые символы знакомым и родственникам. Все подобные рисунки считались храмовым секретом, в который были посвящены лишь верховная жрица и хранительница символов. Может, поэтому они и не сохранились, когда в храме решили резко сменить руководство, как это случилось недавно? Я обещал верховной, что в ближайшие несколько дней всё подробно опишу, зарисую и поставлю на полочку в кабинете Тэи. Даже название для книги придумал: «Начертание символов для чайников». А потом, когда появится новая хранительница символов, то уже она сделает копию или даже две и спустит их в архивы храма, в подвал, куда я за столько дней так и не наведался.
⠀⠀
Кабинет верховной жрицы, три дня спустя, два часа после полудня
— Вы могли бы уже поговорить нормально. Сколько дней прошло, а вы виделись всего два раза.
— Мне сейчас совсем не до этого, — честно призналась Тэя, глядя на немолодую женщину, когда-то занимавшую высокий пост среди старших жриц. — После всего случившегося слишком много вопросов требуют внимания. Не хочу пускать всё на самотёк.
— Удели Тимиру хотя бы пару часов, — не сдавалась женщина. — А то складывается впечатление, что он приехал поддержать в трудную минуту, а ты его избегаешь. Пригласи сюда, поужинайте вместе, поговори, поделись проблемами. Тимир умный мужчина, у него обязательно найдётся решение для многих проблем. Если храму сейчас нужны деньги, то наша семья поможет, ты же знаешь.
— Я сама найду его сегодня или завтра, — уклончиво сказала Тэя. — К тому же на этот этаж нельзя подниматься мужчинам.
Сказав последнее, Тэя посмотрела в сторону двери. В кабинет заглядывала жрица, дежурившая в коридоре и следившая, чтобы никто не мешал важному разговору. Она что-то сказала одними губами, но Тэя сразу не разобрала. В любом случае, верховная жрица была рада, что появилась возможность закончить разговор, сославшись на дела.
— Мне сейчас нужно будет решить пару важных вопросов, — сказала Тэя. — Я обязательно поговорю с Тимиром, но позже. Прошу, не торопите меня.
— Хорошо, — женщина понимающе кивнула и встала. — Мы никуда не торопимся, но не стоит тянуть до конца сезона дождей. Дай мне знать, когда у тебя будет время. Я всегда могу поделиться с тобой своим опытом.
— Конечно.
Тэя прекрасно знала, чего та добивалась, но не могла пойти навстречу. Правила говорили, что покинувшая храм женщина уже не могла вернуться. Сейчас все старшие жрицы поддерживали исключительно Тэю, поэтому у старейшины семейства Мэй не было влияния. Она не могла вернуть должность в обход верховной, как бы сильно этого ни хотела и сколько бы золота ни заплатила. Вопрос даже не в том, что представительница рода Мэй поддержала бы любое начинание Тэи, а в том, что пора было немного обновить храм, выставив из него ворчливых стариков, крепко вцепившихся в устои и традиции.
Выходя из кабинета, бывшая старшая жрица едва не столкнулась в дверях со взволнованной Беатой, тащившей за руку Василия. Тэя едва не закрыла ладонью глаза, подумав, что они появились очень не вовремя. Молодёжь на гостью даже внимания не обратила, проскользнув в кабинет. Василий едва успел дверь закрыть, когда Беата силой потянула его к столу.
— Наставница Тэя, Вы должны это видеть! — выпалила Беата.
— Вы же должны заниматься в это время дня, — строго сказала Тэя, глядя на них.
— Мы занимались, — закивала Беата. — Учили новый символ. Вася, не стой, снимай накидку.
Парень вздохнул, стянул через голову ремешок большой сумки для книг и письменных принадлежностей и вручил ей. Ворча что-то на незнакомом языке, он слегка ослабил пояс, затем ловко вынул руки из рукавов одеяний, оголяя торс. Беата тут же повернула его спиной к Тэе.
— Видите? — спросила она. — Я лично наносила ему символ понимания. И где он? Куда делся?! Так ведь не бывает.
— Вижу, — сказала Тэя, глядя на абсолютно чистую спину парня.
Когда Василий слёг с лихорадкой, Тэя лично протирала обезболивающим настоем чёткий и яркий рисунок. Она протянула руку, касаясь спины в том месте. И только сейчас Тэя поняла, что совершенно ничего не чувствует. Василий постоянно источал ауру силы, а присутствие чёрного солнца, очень знакомое и яркое, часто сбивало с толку. Иногда казалось, что рядом не молодой парень, а умудрённая опытом и невероятно сильная наставница, когда-то передавшая Тэе чёрное солнце. Сейчас же Василий казался совсем обычным парнем, не одарённым силой человеком.
— Дай руки, — быстро сказала Тэя, а её голос дрогнул.
Развернув парня лицом к себе, крепко сжала его ладони. Закрыв глаза, она попыталась понять, что произошло, и с большим облегчением вздохнула. Чёрное солнце было на месте, всё такое же горячее и могущественное, как и раньше, только спрятавшееся очень глубоко. Оно словно бы само почувствовало верховную жрицу и с любопытством выглянуло из-за укрытия.
— Что случилось? — спросила Тэя, не спеша отпускать ладони Василия. — И рассказывая, используй силу голоса, поднимая её от первой молитвы ко второй и дальше.
— Понятия не имею, — признался парень, а пространство вокруг слегка дрогнуло, откликаясь на его голос. — Я вчера чернила новые делал и решил их проверить. Нанёс на предплечье маленький защитный знак, состоящий из одного ключа. Как и положено, зажёг его, проверил, что работает. А когда утром встал, то рисунок пропал. Вот.
Василий показал взглядом на покрасневшую и слегка вздувшуюся кожу на предплечье. Тэя давно обратила на это внимание, но не поняла, зачем ему нужно было нечто подобное. Да и сам рисунок ей был совершенно незнаком.
— Подумал, что чернила не могли так просто пропасть, — продолжил Василий, говоря уже с силой четвёртой молитвы, — попросил Беату посмотреть на спину. Почему пропал символ понимания — я не знаю. Никогда о таком не слышал и не сталкивался.
— Сила голоса хорошая, — оценила Тэя. — Даже чище, чем у Беаты. Пятую молитву читай.
— Я не умею, — виновато сказал Василий.
Судя по взгляду, парень действительно этого не умел. Тэя знала, что для его возраста уметь подобное практически невозможно, но на всякий случай спросить стоило.
— Сила пятой молитвы в том, чтобы контролировать окружающие голоса, — сказала Тэя. — Когда читаешь её, никто кроме тебя не сможет произнести ни слова. Обычно тем, у кого есть чёрное солнце, это даётся легко.
Тэя улыбнулась, видя озадаченный взгляд парня, и отпустила его ладони. Она первый раз сталкивалась с тем, что кто-то мог читать четвёртую молитву без символа понимания. Да даже вторая молитва с большим трудом давалась только самым талантливым, не говоря уже о чём-то большем. Протянув руку, она взъерошила его волосы, так как он слишком глубоко ушёл в своим мысли.
⠀⠀
— Ты сказал, что чернила готовил, — оживилась Тэя. Показала какой-то знак Беате.
— Я же обещал нанести Вам символ скрытности, — сказал я, снова надевая рубаху старейшины и накидку. Подтянул пояс, едва не выронив кошель с десятком золотых монет. — А ещё подготовил два символа для Дорны и один для себя. Беата его уже выучила.
Забрав у Беаты сумку, я вынул большую склянку с чернилами и протянул верховной жрице. В этот раз они получились непроглядно чёрные, словно поглощали окружающий свет. Хорошо, что Зои и её бабушку поселили рядом со мной. Вчера вечером они пришли в гости, чтобы выпить чаю и просто побеседовать, а закончилось всё тем, что я показывал им, как готовлю сажу для чернил. Зои решила, что это любопытно и занимательно, поэтому уколола пальчик и пролила на сажу не одну, а сразу пять или даже шесть капель. Ох, сколько я потом провозился, чтобы очистить сажу и получить нужную консистенцию для чернил. Едва не спалил всё и не устроил пожар в комнате.
— Проверял именно эти чернила, — сказал я, кивая на склянку с чернилами. Вынул из сумки коробочку с иглами, принадлежавшими когда-то хранительнице символов. — Надеюсь, это не пресловутые исчезающие чернила.
— Таких не бывает, — сказала Тэя. — Если ты зажёг ключ, и он не спалил символ вместе с кожей, то всё должно работать. Может, сделал что-то не то?
— Обижаете, — сказал я и потёр ноющую кожу на предплечье. Рисунок исчез, а рана от татуировки осталась и болела.
— А Василий мне один символ обещал, — вставила Беата, когда пауза немного затянулась. — Для контроля голоса, и чтобы лучше училась.
— Это можно, — Тэя посмотрела сквозь чернила на свет.
— Воздушные лезвия тоже не помешали бы…
— Нет, — в один голос с Тэей сказал я. — Рано ещё.
Беата насупилась, посмотрела на нас обжигающим взглядом, но Тэя на подобное даже внимания не обратила. Верховная уже вскрыла баночку, макнула туда самую тонкую иглу, чтобы подцепить капельку чернил. С негромким «фух» вспыхнуло демоническое пламя, едва не достав до потолка, без остатка слизнув чернила с иглы.
— Не слишком сильные? — спросила Тэя. — И ты нормально их перенёс?
— Не совсем нормально, — я снова потёр предплечье. — Да, я тоже думаю, что они слишком сильные получились, но развести больше просто невозможно. Вчера пытался несколько раз, испортил две склянки чернил, много сажи и ещё кучу дорогих ингредиентов. Дело в том, что они получились не сильнее тех, что из крови змея делают, но при этом качественно чище. Как будто там примесей посторонних меньше. В демоническом огне всё сгорает без следа.
— Да, работать будут, но не уверена, что ты переживёшь символ даже в пять ключей.
— Других чернил у меня нет, — я развёл руками. — А брать те, что используют младшие жрицы — нельзя, они уже на четвёртом полностью выгорят.
— Кстати, сколько ключей нужно для твоего символа? — с сомнением спросила она, затем посмотрела на Беату.
— Девять, — ответила она за меня. — И ещё четырнадцать.
— Сколько?! — удивлённо произнесла Тэя. — У тебя кожа сгорит. Забудь. До двадцати пяти лет никаких символов выше десятого ключа.
— Его можно в два захода нанести, — сказал я. — Он ровно пополам делится. Поболеть придётся, но ничего страшного не будет.
— Ты хотя бы представляешь, что значит четырнадцать раз зажечь кровь демона под кожей? Два будет этапа или три — не так уж и важно. Уверен, что твоё тело это выдержит?
— Вы сначала решите, что делать с исчезающими символами, — сказала Беата. Умница, решила поддержать меня, так как Тэя начала сердиться. — Наставница, Вы же говорили, что без символа «понимание» наносить остальные нет смысла. А у Васи он пропал.
— Да, надо бы вернуть его на место, — согласилась Тэя. — Если он снова не исчезнет, тогда подумаем насчёт других. И ещё, ты вчера чернила приготовил? Значит, завтра к обеду они уже испортятся, так?
— Думаю, что раньше. Поэтому давайте мы с вашего символа скрытности начнём. К тому же надо показать Беате, как правильно наносить великие символы. Тут одного знания, что и как делать, недостаточно. Нужно чувствовать рисунок. Насчёт отвара для кожи, чтобы немного снять боль и воспаление после нанесения символа, я договорился ещё утром с наставницей Реной. Накануне на склад храма пришла первая партия трав от кинийцев, и можно их опробовать уже сейчас. Уверен, что в ближайшее время эти травы станут самым востребованным товаром у Сивиты.
Символ сокрытия, который я собирался нанести Тэе, отличался от того, что получили Зои и Натин. Это была разновидность великих символов, включающая в себя аж семь ключей. Не знаю, зачем они все были нужны, но я решил, что раз есть возможность, будем гулять на все деньги. В старой книге говорилось, что этот символ может взаимодействовать с чёрным солнцем, поэтому я когда-то и нанёс его на спину, по принципу: «Чтобы был».
Работать с великими символами — это совсем не то же самое, что наносить одарённым демонам всякую ерунду. Нужно не только знать правильную последовательность, но и учитывать фактор того, как узоры на спине реагируют на нового соседа. Когда спина пустая, как в нашем с Беатой случае, можно не сдерживаться, но, когда для символа остаётся крошечное пространство размером с твою ладонь, нужно тщательно следить за тем, что делаешь. Беата суть уловила, но сказала, что не смогла бы повторить подобное без тренировки. Сверяясь с моими записями, она кивала, но во взгляде всё же мелькнуло сомнение. Тэя же новый символ восприняла нормально, лишь изредка морщилась, когда я зажигал очередной ключ. В итоге сказала, что у меня лёгкая рука и что с прошлого раза я стал лучше.
Затем пришла очередь Беаты. Странно было видеть её чистую спину, не испорченную дрянными символами. К тому же она ещё растёт и к двадцати годам станет выше на целую голову. Нужно это учесть, понимая, что символ немного растянется. Поэтому мы с Тэей и были против того, чтобы наносить что-то серьёзное. Маленький знак контроля голоса, который встанет ровно под символом понимания, пойдёт ей только на пользу. Мне бы тоже не помешало подождать год, пока плечи не станут шире, но хотя бы два символа нужно получить пораньше.
— И зачем нужен этот небольшой символ? — спросила Тэя, наблюдая за моей работой.
— Беата будет лучше чувствовать собственный голос. Простыми словами не объяснить. Дами говорят языком магии, но как измерить её силу? Вы это объясняете талантом, чем он больше, тем сильнее магия. Символ не наделит Беату пониманием сути процесса, но со временем она почувствует, что силу призывать становится проще. У вас подобный рисунок на спине тоже есть, только он предназначен для послушниц и для верховной настолько незначительный, что им можно и пренебречь. Надеюсь, чёрное солнце его тоже сожрёт, чтобы заменить на что-нибудь полезное.
— Не знаю, может, тебя это и радует, — Тэя покачала головой, — но меня пугает тот факт, что подобное может произойти. Не случится ли, что чёрное солнце решит «съесть» все символы с моей спины?
— Я думаю, что оно просто не может реализовать весь свой потенциал, поэтому и пытается найти выход из ситуации, даже таким странным образом. Ничего, я знаю столько великих символов, что у него лучей не хватит свой голод утолить. Обожрётся и подавится.
Затем пришла моя очередь. Беата долго примерялась, чтобы символ встал на прежнее место, обвела контур и только после этого начала неспешно наносить рисунок. Тэя внимательно следила за её работой, не вмешиваясь и не подсказывая, хотя могла это сделать лучше. Мне даже казалось, что она бы хотела нанести его лично, но сдерживалась. Сейчас её больше интересовало моё состояние, особенно когда Беата зажгла символ. Да, это незабываемое чувство, как будто к спине прикладывают раскалённый утюг, отчего бросает в жар.
— Ну как? — Беата осторожно протёрла тряпочкой спину, убирая лишние чернила.
— Вроде нормально, — я повёл плечами и покрутил шеей. — Жжётся только, но чувствую себя отлично. Может, ещё один символ? Тот самый, с семью ключами?
— Только один за раз, — отрезала Тэя, забирая у Беаты иглы и склянку с чернилами. — Посмотри, нет ли у него жара и не собирается ли он потерять сознание. У меня руки горячие.
Беата обошла стул, положила ладонь мне на лоб, затем коснулась щёк.
— Вроде нормально, — передразнила она меня.
— Жалко будет, если снова пропадёт, — сказал я.
— Беги, найди наставницу Дорну и передай, что я хочу её видеть, — сказала Тэя. — Пока чернила не испортились, и пока Василий в состоянии их использовать.
Беата посмотрела на меня с сомнением, но умчалась выполнять поручение. Тэя же принялась обжигать иглы в демоническом огне, убирая остатки чернил и крови. В отличие от меня, огонь у неё получался ярким и насыщенно-голубым.
— Ты уже знаешь, что твоё чёрное солнце решило спрятаться? — спросила Тэя. — Когда ты только пришёл в храм, я его сразу почувствовала, а сейчас оно спряталось глубоко внутри.
— Ничего такого не замечал. Даже странно.
— И всё-таки, кто тебе его передал? — серьёзно спросила она. — Я знаю, что это стоило жизни предыдущему владельцу. Когда оно проявится на твоей спине, ты тоже сможешь подобное почувствовать.
На несколько минут в комнате повисла тишина.
— Мой мир хотят разрушить светлоликие, — сказал я. — Один ушастый лорд сумел поймать верховную жрицу дами и запереть её в подвале. До сих пор не могу понять, зачем ему это было нужно и почему она не обрушила всё здание себе и ему на голову. Я хотел спасти её, но она решила иначе.
— Он был силён, этот лорд? — спросила Тэя.
— Чертовски силён.
В языке дами не было чертей, поэтому я использовал похожее слово, означающее дикое и безумно сильное тёмное божество.
— Это хорошо, что чёрное солнце досталось тебе, а не им, — сказала Тэя. — И хорошо, что оно научилось скрывать свою силу. Или это ты?..
— Оно, — я улыбнулся.
Тэя произнесла несколько слов, но я не смог разобрать ни одного. При этом я был уверен, что она говорит на языке дами, а под левой лопаткой, где должно находиться чёрное солнце, что-то кольнуло.
— Это слова шестой молитвы, — сказала Тэя. — Без неё чёрное солнце будет неполноценным. Может, поэтому оно и не проявляется, потому что пока ты не способен её произнести? Когда тебе исполнится восемнадцать, я отведу тебя в склеп первой верховной жрицы. До этого времени постарайся, чтобы о нём никто не узнал. И с Беатой об этом меньше болтайте, особенно в трапезной за завтраком.
Я жестом показал, что буду держать рот на замке, и даже ключ выброшу. Интересно получается: кто-то следит и подслушивает за нами, а потом докладывает всё верховной? Может, та самая улыбчивая жрица, косившаяся на нас весь завтрак.
— Не забудь, что завтра ты обещал научить молодых жриц пользоваться символом воздушных лезвий, — с лёгкой насмешкой в голосе сказала Тэя. — Говорил так, словно у тебя самого этот символ на спине лет десять.
— Нет, такого не было, — сказал я и снова закрыл рот ладонью, едва не ляпнув, что был похожий, великий символ «рассечения», состоявший аж из пятнадцати ключей. Беате пришлось повозиться, чтобы нанести его. Он занимал много места на спине, но компенсировал это тем, что входил в пятёрку самых сильных.
Положение спасла Беата, вернувшаяся в компании Дорны. С символами для наставницы пришлось провозиться около полутора часов, а потом я сослался на усталость и сбежал в свою комнату. И так сегодня наговорил лишнего, а ведь обещал молчать, пока не верну прежнюю силу. Вот тогда можно будет поговорить по душам с Тэей и узнать у неё, что за секрет такой есть в храме, с помощью которого можно попасть в мир светлоликих.
Чернила, напитанные силой крови Зои, я перенёс как-то слишком легко. Болела лишь кожа, но при этом не было ни температуры, ни усталости. Поздно вечером в гости заглянула Тэя проверить моё состояние и даже приготовила жаропонижающий отвар из тех трав, что я как-то давал ей. Вечером она ничего не спрашивала, но при этом хитро улыбалась. А вот Беата слегла с температурой, о чём я узнал только на следующее утро. Разболелась не сильно, даже порывалась пойти со мной на занятия, но Тэя настояла, чтобы она этот день провела в кровати.
Для меня же утро началось с прогулки на стройку, где должно было состояться занятие с новоиспечёнными жрицами. Они, как и положено, болели три дня, не в силах встать с кровати, но уже к утру четвёртого выглядели полностью здоровыми и отдохнувшими.
— Я проверяла, символы легли хорошо, без воспалений и отёков, — говорила наставница Рена, идущая вместе со мной в сторону строительной площадки. — Они пока ещё яркие и блестящие. Сложно их было наносить?
— Практика нужна, — уклончиво ответил я.
— Так у нас этой практики последние дни столько — продохнуть некогда.
— Метишь на должность хранительницы символов?
— Было бы неплохо, — Рена рассмеялась, словно это хорошая шутка.
Память на символы у неё действительно была лучше, чем у сестры, да и работала с иголкой она не в пример аккуратнее. Но до уровня хранительницы ей ещё несколько лет нужно было учиться.
— Если госпожа Тэя разрешит, могу тебя потихоньку учить. Знаю несколько книг из хранилища, как раз для начинающего подойдут.
— Не так уж и сильно я хочу эту должность, — задумчиво ответила она, но явно лукавила. — Я поговорю с ней. А книги на древнем языке? Учить его придётся? Хорошо, не смотри так, поговорю с верховной.
Мы как раз подошли к площадке рядом с огромным мраморным блоком. Из-за дождей с него уже давно сошла копоть от демонстрации огненной техники. Земля вокруг размокла, и блок потихоньку начал утопать. Нужно было пару брёвнышек под него положить, а то уйдёт в землю — придётся откапывать. Девушки ждали нас в нетерпении, демонстрируя новенькие платья жриц и накидки, хотя сегодня с утра было сухо, и дождь обещал пойти только к вечеру.
Нас встретили пожеланиями доброго утра и скромными улыбками. Издалека, со стороны беседки, за нами наблюдали несколько жриц, решивших оценить новые символы собственными глазами. Старшим наверняка было тоже любопытно, но наблюдать за нами они могли лишь из окон храма или здания мужчин. Наверняка так оно и было, потому как я спиной чувствовал пристальные взгляды. Не нравилось мне такое внимание, и так уже весь храм знал, что это именно я наносил новые символы, которые откопал в архивах храма. Именно поэтому Рена или Дейри эти несколько дней ходили за мной хвостиком, отгоняя настырных жриц. Это пока ещё никто не видел новое умение в действии, поэтому и ажиотаж был небольшим.
— Не будем терять времени, — сказал я, желая сбежать отсюда как можно быстрее. — Вы получили первый активный символ и должны его освоить, чтобы понять, способны ли управлять силой голоса. Каждый рисунок на вашей спине подобен ключику, открывающему ту или иную способность. Говоря проще, вы уже умеете и можете разрезать любую вещь или врага на расстоянии шагов в пятьдесят. Просто у вас пока недостаёт практики. Именно с неё вы и начнёте.
Я сразу заметил длинные жерди, о которых говорил вчера. Подняв одну, прошёл по грязи к блоку мрамора, втыкая её в землю рядом с ним. Вернувшись, показал жестом в ту сторону.
— Ещё раз повторяю, ничего не нужно придумывать или изобретать, вы уже способны разрезать эту жердь на части. Призовите силу второй молитвы, произнеся одно или два слова, затем представьте, что эта сила собирается в острое лезвие меча или серпа, кому что удобно вообразить. Затем нужно лишь представить, что и где вы хотите этим лезвием рассечь, а символ на спине всё сделает сам.
Я показал в сторону жерди, где почти сразу послышалось глухое «теньк», и сантиметров десять от верхнего конца отлетело в сторону. Именно о таком эффекте я и подумал, как будто кто-то взмахивает острым мечом, отсекая верхушку и оставляя чистый косой срез. Я почти минуту смотрел на жердь, затем очень осторожно отступил на шаг назад. Последний раз я так легко прикасался к силе ещё в тёмном мире до возвращения домой. У меня даже мурашки побежали по телу.
⠀⠀
Отступив ещё на пару шагов, я изо всех сил старался сохранить спокойствие. Это было как-то слишком неожиданно. Обернувшись, посмотрел на девушек. На их лицах было лишь предвкушение, и, похоже, никто не придал случившемуся значения, даже наставница Рена.
— Постарайтесь никому ничего не отре́зать, — сказал я, пытаясь сохранить уверенность в голосе. — Ширина воздушного лезвия около полуметра, и если кто-то будет стоять рядом с жердью, то легко можете его покалечить. По-хорошему, вам нужно научиться контролировать размер воздушного лезвия, но это потом. Площадка большая, поэтому ставьте жерди подальше друг от друга. Ваша задача сейчас — отрезать от них кусочки шириной в ладонь. Или хотя бы просто рассечь пополам, если совсем получаться не будет.
— Ясно, — закивали девушки.
— Тогда вперёд, — я показал в сторону жердей. — Наставница Рена, присмотрите за ними, чтобы не поубивали друг друга.
— Василий, а можно вопрос? — вставила девушка, которой старшие выбили зуб. Я так и не узнал, как её зовут. — А это и правда сильный символ? Мне кажется, он… не впечатляющий, что ли.
— Во-первых, его назначение не впечатлить тебя, а научить пользоваться боевыми символами. Во-вторых, если тебе что-то кажется, то это не обязательно так и есть на самом деле. Не тяните время. До обеда вы должны хотя бы один разрез сделать. Кто не успеет, будет неделю помогать с уборкой самой младшей группе послушниц.
— А что ты раскомандовался-то? — проворчала она.
— Я разрешила, вот и командует, — сказала Рена, скрестив руки на груди. — Если придумает ещё более неприятное наказание, то я проконтролирую, чтобы оно было исполнено. Или вы думаете, я тут с вами до вечера стоять буду?
Подгонять девушек не требовалось. Они и сами спешили освоить новый навык, поэтому торопливо разбирали жерди, затем топали в новых сапожках по грязи, чтобы установить мишень не слишком далеко от брусчатки дорожки.
— Хороший символ, — негромко сказала мне Рена. — Можно снять голову с любого демона, тот и глазом не успеет моргнуть.
— Хороший, — согласился я, — но есть нюанс. Даже несколько. Он разбивается о защиту и очень плохо справляется с артефактами. Только если застать врага врасплох, можно отрезать ему что-нибудь. Против слабых демонов будет работать, но против сильного противника лучше использовать кровавый цветок. Он как раз и нацелен на взлом защиты.
— Я запомню, — кивнула она.
— Есть ещё великий символ рассечения, — добавил я, наблюдая за девушками. — Без чёрного солнца он будет работать так же, как и этот. Но если будет открыт, то сможет порезать на мелкие ломтики вон тот мраморный блок. Напомните мне потом, чтобы нанёс вам с Дейри символ защиты. Воздушные лезвия против него будут бессильны.
— Хорошо.
— Я сегодня планировал прогуляться в торговую палату, поговорю с их лидером насчёт крови гигантского змея.
— После обеда, — сказала она, глядя на безуспешные попытки девушек направить силу голоса. Когда ты ещё ни разу не использовал активный символ, то понять принцип довольно сложно.
— Я с госпожой Асгейл схожу, — добавил я. — Мне ещё нужно в свою лавку зайти — проверить Кирина, и в гильдию Серебряной луны. Сплошная беготня. А ты за девушками присмотри.
— Тогда с Дейри пойдёшь, — отрезала она. — Или после обеда. Госпожа Тэя приказала глаз с тебя не спускать.
— Пойду тогда с Дейри поговорю.
— Стоять! — она ухватила меня за плечо и показала на девушек. — Кто первой из них справится, та и пойдёт искать Дейри.
Планы посетить Серебряную луну у меня были давно, но сбежать из храма я хотел совсем по другой причине. Нужно было кое-что проверить по поводу силы голоса, но сделать это так, чтобы в храме ничего не узнали. Я доверяю сёстрам и Тэе, но будет лучше, если они пока останутся в неведении.
— Может, никто из них и до обеда не управится, — сказал я, используя капельку силы голоса.
Рена бросила на меня косой взгляд, но говорить ничего не стала. Я же подхватил с земли маленький камень и бросил в сторону мраморного блока. Сосредоточился, наблюдая, как он медленно летит, слегка вращаясь. Сейчас концентрация давалась необычно легко, и если бы шёл дождь, то я мог бы наблюдать за отдельными падающими каплями. Выходит, что как минимум три символа, которые когда-то были у меня на спине, работали в полную силу.
Подавив желание попытаться поднять мраморный блок, как это сделала Тэя, я перевёл взгляд на новоиспечённых жриц. Они все использовали силу голоса второй молитвы, поэтому вокруг царил настоящий хаос. Никто не понимал, что они мешают друг другу и говорить нужно как можно тише. Не обязательно заполнять всё пространство вокруг силой, достаточно всего одного слова, чтобы исполнить задуманное.
Одна из жердей, стоявшая недалеко от моей, щёлкнула, и невидимое лезвие срезало верхушку, сантиметров десять. Затем щёлкнуло ещё раз, и ещё… Невидимый клинок принялся методично рубить жердь, отсекая по пять или десять сантиметров за раз.
— Лара — отлично! — похвалила её наставница Рена. — Уловила суть? Если есть вопросы, задавай.
— Нет, мне всё понятно, — Лара едва сдерживалась, чтобы не расплыться в улыбке и не запрыгать от радости как маленькая девочка. — Я ещё одну жердь возьму.
— Чуть позже, — сказала Рена. — Я хочу поговорить с наставницей Дейри, но не могу отойти. Она сейчас наверняка в одном из учебных классов.
Лара понятливо закивала и направилась к храму. Не побежала, как это сделала бы послушница, а просто пошла, лишь немного ускорив шаг, чтобы быстрее обернуться и успеть ещё потренироваться до обеда. Девушки, у которых пока ничего не выходило, смотрели ей вслед с лёгкой завистью. Обычно на понимание процесса использования силы уходило полдня, но Лара справилась минут за десять, что можно смело считать хорошим результатом. Я когда-то учился на другом умении, поэтому сидел почти целый день, пытаясь сломать ненавистную жердь силой мысли. А всё оказалось куда проще.
Ждать Дейри пришлось где-то полчаса, за которые никто из девушек так и не освоил воздушные лезвия. Наставница к прогулке отнеслась с большим интересом, прочитав лекцию о том, что в городе развелось много бандитов и не стоит мне гулять одному. Лучше, конечно, сидеть в храме, но, если нужно, обещала с радостью составить компанию в любое время. Её даже не смутило, что я иду в город вместе с госпожой Асгейл.
Зои с бабушкой проводили время в своей комнате и были чем-то увлечены. Сначала госпожа Асгейл отказалась, но, когда я упомянул торговую палату, передумала.
— Вижу, что символ скрытности работает, — сказала она, когда мы вышли на просторную площадь перед храмом. — Сейчас искра внутри тебя ощущается очень слабо. Могущественные демоны и длинноухие на подобное даже внимания не обратят. Я так и не смогла понять, как это работает. Простой рисунок на спине, обладающий такими возможностями, можно считать настоящим сокровищем. В Первом царстве за него отсыпали бы немало золота. Особенно наёмные убийцы и тайная служба правителя.
— Хотите, и Вам его нанесу?
— Скажи, почему белоглазые им не пользуются? Кроме верховной жрицы, получившей его вчера. Я даже подумала, что она ушла куда-то из храма, но увидела её утром и сильно удивилась.
— Пользуются, — протянул это слово я. — Просто тот, что был у верховной до этого — очень слабый и бесполезный. Почти у каждой старшей жрицы такой есть, даже у наставницы Дейри, что сопровождает нас. На самом деле, она немного сильнее, чем кажется на первый взгляд.
— Да? — госпожа Асгейл заинтересовалась, бросила короткий незаметный взгляд. — Тогда я не против. Когда сможешь нанести этот знак? Опять нужна будет кровь?
— Сегодня вечером у меня как раз будет свободное время. Все ингредиенты есть, нужна только капля крови. Из одной капли чернил много получается, но проблема в том, что они долго не хранятся.
— Да, я заметила, что ты обжигаешь кровь демоническим огнём, насильно высвобождая силу. Научишь меня делать чернила и символ скрытности?
— Если только вы умеете создавать демонический огонь.
— Я знаю несколько способов заставить кровь отдать всю свою силу. Обжигать её для этого не нужно.
— Даже не знаю, будет ли работать…
Мы вышли на широкую восточную улицу и направились в сторону гильдии Серебряной луны. Если идти из центра, то на пути будет немало лавок и мастерских, торгующих всем полезным для наёмников. Мечи, кинжалы, слабенькие артефакты и даже яды — всё это можно было приобрести здесь.
— Госпожа Асгейл, — сказал я негромко, — хочу попросить Вас о небольшом одолжении. Используйте немного силы и попробуйте поймать и обездвижить меня. Хочу проверить, как работает мой защитный символ.
— Твоя наставница не рассердится? Кстати, почему ты их так называешь?
— Они учили меня использовать силу голоса. А незаметно силу Вы использовать можете, пусть даже и немного?
Я почувствовал, как от Присциллы потянуло силой, отчего внутри всё напряглось. Она взяла меня под руку, продолжая идти как ни в чём не бывало.
— Меньше такого количества — не могу, — сказала она, и давление сразу исчезло. — Твой символ — очень хороший, почти как у верховной жрицы. Он не даёт мне коснуться тебя. Любопытно…
Дейри подхватила под вторую руку, с интересом посмотрев на меня, затем на госпожу Асгейл.
— Что происходит? — спросила наставница, используя совсем немного силы голоса.
— Мы просто любопытствуем.
— Тогда вам нужно делать это тише, — она показала взглядом на троицу одарённых, убегавших от нас и нырнувших в ближайшую подворотню.
Из окон ближайшей лавки выглянуло несколько демонов, пытаясь понять, что произошло. Увидев беловолосую женщину, один даже в лице изменился и поспешил закрыть ставни на витрине. Я заметил, что с того момента, как мы вышли на восточную улицу, уже привлекали много внимания. А ещё позади нас, в конце улицы, мелькала городская стража, не спеша приближаться. Но несмотря на это, прогулка получилась отличной. Может, из-за погоды. В Хуме ведь когда дождь не идёт, то уже неплохо.
В гильдию Серебряной луны мы заглянули всего на пару минут. Гамеша не оказалось на месте, но его помощник передал мне плотный свёрток, так сильно залитый воском, что не промокнет, даже если его в воду бросить. Предупредил, чтобы я пользовался содержимым очень аккуратно, так как это был товар высшего качества. Обещанные семена ночного цветка. Демоны к наркотикам относились как и люди, но конкретно эти семена были строжайше запрещены из-за невероятно сильного эффекта у одарённых. В наркотическом угаре одарённые могли впасть в бешенство и крушить всё вокруг, пока окончательно не обессилят. А наутро их ждало жуткое похмелье и ломка. За распространение семян на территории империи любого демона ждала суровая кара, а за употребление могли продать в рабство или наложить огромный штраф.
Мои надежды на то, что Дейри оставит нас в гильдии до вечера, а сама вернётся в храм, не оправдались. Наставница серьёзно решила не выпускать меня из поля зрения, поэтому проверить, что же произошло утром, так и не получилось. Но если госпожа Асгейл говорила, что её сила не сработала, то это немного успокаивало. У меня когда-то на спине был тот же символ, что я нанёс Тэе. Понять бы, проникло в него чёрное солнце или нет. В итоге пришлось плюнуть на проверку, отложив её на более подходящее время.
Лавка Кирина с прошлого посещения заметно изменилась. Закончился ремонт, на полках и витринах появился самый разнообразный товар, начиная от поделок кинийцев и заканчивая письменными принадлежностями. Отдельной батареей стояли керамические бутылочки и флаконы, покрытые глазурью. Работу низкорослых кинийцев можно было сразу узнать, так как ни одного одинакового флакона среди представленных я не увидел.
За прилавком скучала знакомая зеленоглазая девушка, перед которой парил простенький летающий кинжал, вращаясь то в одну сторону, то в другую. Посетителей она явно не ожидала, так как едва концентрацию не потеряла, когда над дверью звякнул колокольчик.
— Добрый день, — поздоровалась она, выдав очаровательную, но совсем неискреннюю улыбку. — Чего желаете?
— Привет, — я показал на полки с разномастным товаром. — Посетителей мало?
— Заходят иногда, — она пожала плечами.
— И пока работы нет, тренируешься? — я протянул руку, показывая на кинжал.
— Чтобы без дела не сидеть…
Кинжал взлетел над моей ладонью, зависнув остриём вниз, немного покрутился по часовой стрелке, затем резко развернулся и выстрелил в потолок, глубоко вонзаясь в деревянную балку. Лина подняла на кинжал печальный взгляд, затем посмотрела на меня обиженно.
— Что, неужто не хватит силы вытащить его?
— Я же не мастер, — насупилась она. — Даже Рах не вытащит, хотя строит из себя владыку кинжалов. За него же не уцепиться теперь…
На лестнице в соседнем помещении послышались шаги, словно кто-то быстро сбежал на первый этаж. Секундой позже в комнату заглянул Кирин, увидел меня и расплылся в улыбке.
— Привет, — поздоровался я. — А я в гости, решил проверить сушёные корешки.
— Добрый день, мастер Василий, — он быстро закивал, показывая на боковую дверь. — Они уже давно высохли, как есть высохли все. Горькие до слёз и злые.
— Хорошо, что горькие, — рассмеялся я. — Ты всё приготовил для будущего лекарства?
— Староста Ро всё привёз. И вчера приходил, жаловался, что плохо всё продаётся.
— Продажи поправим — это не главное сейчас. Пойдём, посмотрим, что за оборудование он достал. Госпожа Асгейл, мы где-то час или два будем заняты, можете в гостиной отдохнуть.
— Заняты? — уточнила она, с интересом разглядывая товары магазина.
— Будем зелье двойной силы варить. Это такая штука, которая позволяет одарённым выходить за пределы своих способностей в ущерб здоровью.
— Хочу на это посмотреть, — заинтересовалась она. — В тебе необычно много талантов.
Наставница Дэйри тоже решила полюбопытствовать, что я задумал, поэтому следующий час мы сидели в гостиной, растирали сушёные корешки местного аналога хрена и дружно роняли слёзы. Я думал, что когда процесс перейдёт к варке концентрированного настоя, женщины сбегут, но терпения им было не занимать. Госпожа Асгейл даже силу использовала, чтобы принудительно проветривать комнату, а то мы бы реально задохнулись. У меня от ядовитого запаха глаза покраснели до того, что слёз больше не осталось. Кирин держался лучше всех, замотав лицо платком, и спокойно варил корешки на медленном огне до состояния густой кашицы. Дейри шутила, что эта дрянь даже для яда не годится, так как никто в здравом уме не станет её есть.
Последним этапом приготовления стало добавление семян ночного цветка. Это были орешки размером с ноготь, внутри которых находились маслянистые ядрышки. Я лично растёр одно в специальной ступке и смешал в нужной пропорции с кашицей из корня. В книге было сказано, что острый корень усиливал эффект семян, при этом почти полностью убирая наркотический эффект. Сначала эту смесь хотели использовать как сильное обезболивающее, но потом выяснили, что она может быть и неплохим стимулятором.
В первой, пробной партии, у меня вышло около двадцати пилюль размером с семечко. Я взял всего четыре штучки, засыпал в один из флаконов, покрытых глазурью и хорошенько запечатал.
— Остальные разложи в флаконы по две, — сказал я Кирину. — Запечатай и хорошенько залей воском, чтобы запах не просачивался. Горькие корни убивают микробов, и в запечатанном состоянии пилюля может храниться довольно долго.
— Кого убивают? — уточнил он.
— Грязь, что скапливается в пилюле во время приготовления. Выстави на полку с ценником в десять золотых за флакон. Получается, что одно семечко и два горьких корешка дикого редиса потянут на сто золотых.
— Если ещё покупать будут за такую цену, — сказала Дейри. — И эти семена что-то мне напоминают. Как они называются?
— Неважно, — я передал свёрток Кирину. — Спрячь и никому не показывай. Семена сами по себе ядовиты, поэтому смотри, чтобы любопытные дочки до них не добрались. Будешь готовить пилюли по этому рецепту, как только предыдущие раскупят. Одно зёрнышко — двадцать пилюль.
— Я понял, — Кирин сунул свёрток за пазуху дорогого наряда торговца, пропахшего диким редисом.
— Как только корни будут заканчиваться, покупай их у старосты Ро.
— Уверен, что проблем с этим не будет? — спросила наставница Дейри. — Ты просто приготовил корни дикого редиса, добавил что-то и ждёшь, что это будут покупать по десять золотых за пару пилюль?
— Я этот рецепт уже проверял когда-то, так что работать будет. А насчёт второго вопроса, то мы сейчас пойдём его решать в торговую палату…
В этот момент в комнату осторожно заглянул Гамеш. Оглядел всех, затем улыбнулся и вошёл.
— Не знаю, что вы готовите, но глаза режет не только у меня, но и у всей улицы, — сказал он. — Даже у здания гильдии пахнет. Уважаемая старшая жрица. Госпожа…
Последнее он адресовал госпоже Асгейл, при этом посмотрел как-то странно. В пару шагов оказался у стола, изящно поклонился.
— Позвольте представиться, Гамеш, глава гильдии Серебряной луны. Очарован и поражён в самое сердце…
— Госпожа Асгейл не говорит на языках этого мира, — вставил я.
Присцилла хотя и не знала, что сказал Гамеш, но по тону всё поняла и благожелательно улыбнулась.
— Василий, — Гамеш наклонился ко мне и зашептал, — представь меня ей. Только добавь красок, чтобы я смог произвести впечатление.
Чтобы представить главу Серебряной луны, понадобилось всего несколько минут. Я ещё добавил, что гильдия помогла нам с Зои в первые дни, проводила в Хуму и укрыла ненадолго, когда в храме начались беспорядки.
— Гильдия убийц, значит? — уточнила Присцилла, протягивая руку Гамешу. Тот не растерялся и умудрился несколько раз поцеловать её пальчики. — Глава говорит на языке горцев?
— Только несколько слов, — сказал Гамеш с сильным акцентом.
Пока у них завязался разговор, мы с Кирином вышли в торговый зал, чтобы посмотреть, куда лучше поставить глиняные флаконы с пилюлями. И нашему взору предстала забавная картина, как Лина пыталась вытащить летающий кинжал из деревянной балки под потолком, стоя на прилавке. Кинжал так плотно засел в дереве, что она могла повиснуть на нём, а он даже не шелохнулся.
— Слезай уже со стола, — улыбнулся я. Кинжал с хрустом вышел из дерева, пролетел по комнате и лёг в мою ладонь. — Не рассчитал немного силу.
Лина спрыгнула со стола, забрала кинжал и принялась разглядывать режущую кромку. Судя по тому, как ловко двигалась девушка, тренируется она не только владеть летающим оружием.
— Это из-за символов ты такой сильный? — спросила она, пряча кинжал в широком поясе. — В гильдии говорят, что рисунки, которые дами продают, делают тебя гораздо сильнее. Ругаются, что белоглазые цену задрали до небес, но ходят, друг у друга золото занимают, чтобы заполучить их. Даже Рах сложную работу решил взять ради этого.
— На начальном этапе, когда только учишься, символы помогут, — кивнул я. — Если в лавке к концу сезона дождей торговля пойдёт и всё наладится, а ещё если Кирин на тебя жаловаться не будет, то я подумаю, чтобы нанести их тебе.
Сто пятьдесят золотых — непомерно большая сумма для обычной девушки. Даже для племянницы главы южного отделения гильдии достать столько будет непросто.
— Продажи? Ты видишь, что они натащили в лавку?! Кому это, кроме самих кинийцев, нужно?
— Ну так прояви смекалку, заинтересуй посетителей, сделай что-нибудь. А то сидишь, в ножички играешь. Узнай хотя бы, какой товар нужен жителям района, и закажи его у старосты Ро. Имей в виду, чем раньше получишь нужные символы, тем быстрее начнёшь развиваться.
— Я поняла, — сказала Лина. — Есть кое-какие мысли, надо только со старостой поговорить, когда он приедет.
— Ещё кое-что. Сегодня Кирин приготовит особые пилюли для одарённых. Будете продавать их по десять золотых за пару штук. Поговори с главой, чтобы охрану магазина усилил. И место для флаконов подбери так, чтобы не стащили.
Из гостиной вышла Дейри.
— Сказали, что мы можем идти к торговцам сами. Или у тебя ещё дела в этой лавке?
— Нет, мы закончили. Странно, госпожа Асгейл хотела ведь к торговцам заглянуть. Предупрежу, что мы вернёмся за ней позже.
Прогулка в торговую палату прошла успешно. Мы даже попали на приём к главе, поговорили с ним о редких пилюлях и о том, что они будут продаваться в лавке Кирина. Чтобы торговцы могли убедиться в эффективности средства, оставил им флакон с образцами. Когда-то мы с Беатой продали палате рецепт этих пилюль. Не знаю, сколько она получила золота, но торговцы тогда сильно поднялись. Развели такой ажиотаж, что в округе разом исчез весь дикий редис. Демоны ведь или с соседями воюют, или убивают друг друга, поэтому средство, которое может сделать тебя в два раза выносливей, всегда будет пользоваться спросом. Пройдёт немного времени, и его станут покупать охотники на диких демонов. Нам тогда с Беатой было не до пилюль и возни с ними, но в этот раз я рецепт так просто не отдам.
Когда мы снова посетили лавку Кирина, то ни Гамеша, ни Присциллу не застали. Как сказала Лина, они о чём-то договорились и ушли почти сразу после нас. Я ведь так и не успел рассказать главе Серебряной луны, чтобы был осторожен. Надеюсь, что он не пропустил слухи о том, как госпожа Асгейл заглянула в гости к Императору.
В храм вернулись уже во второй половине дня, успев всего за минуту до начала тёплого ливня. Ещё на подходе к площади начал накрапывать тёплый дождик, поэтому пришлось торопиться, чтобы не промокнуть. Мы едва забежали по главной лестнице под навес, как с неба обрушились потоки воды. С высоты входа в храм было прекрасно видно, как быстро пустели прилегающие улицы.
— Ты где будешь обедать? — спросила Дейри. — На этаже старших жриц есть небольшая гостиная с видом на сад, приходи туда через полчаса. В общей трапезной ты привлекаешь к себе слишком много внимания.
— Договорились.
Дейри кивнула и поспешила в сторону трапезной, чтобы забрать обед. Как я говорил, для старших жриц готовили отдельно и гораздо вкуснее, чем для всех остальных. В принципе, я был не против пообедать в компании сестёр. Надо только Беату проверить. Надеюсь, она не обидится на меня, что целый день гулял по городу без неё.
В коридоре, ведущем к спальням младших жриц, было тихо, так как в это время они либо занимались, либо работали в мастерских. Старшие не любили, когда девушки болтались без дела, и могли наказать, если встречали в такое время в коридорах. О старших я вспомнил как раз потому, что, едва попав в коридор, услышал громкие голоса. Несколько девушек то ли о чём-то отчаянно спорили, то ли ругались. Я даже шаг сбавил, когда проходил рядом с дверью в спальню, откуда доносился скандал. Почувствовал, что девушки даже силу голоса использовали, что уже было плохо. Подобное дежурная по этажу должна была сразу почувствовать. Провинившихся будет ждать не самое приятное наказание в виде уборки территории вокруг храма.
Голоса мне показались знакомыми, особенно когда один внезапно сорвался на крик, а потом и на визг. Я не успел отскочить от двери, когда та резко распахнулась, и в коридор вылетела Лара, умудрившись врезаться в меня и едва не сбить с ног. Я развернулся на месте, пытаясь сохранить равновесие, а вот девушка споткнулась и растянулась на полу.
— Что за?..
Я не успел договорить, так как что-то наискось легонько чиркнуло меня по спине, пройдясь от правого плеча к пояснице. Втянув голову в шею, я резко развернулся, чувствуя, что двигаться стало как-то необычно легко. Заметил в дверях взъерошенную девушку в одеянии жрицы. Взгляд бешеный, волосы едва дыбом не стоят, а сила голоса мечется вокруг, не зная, где найти выход. Я успел шагнуть вправо, загораживая собой Лару, чувствуя, как по животу ниже солнечного сплетения прошла ещё одна невидимая плеть, рассекая одежду с необычайной лёгкостью.
Будь на моём месте верховная жрица, она бы использовала пятую молитву, заставляя замолчать всех вокруг и не давая использовать силу голоса. А я такого не умел, да и времени особо думать не было — всё произошло буквально за несколько секунд.
— Замри! — сказал я, встречаясь с девушкой взглядом. Пространство вокруг слегка вздрогнуло, когда наши голоса столкнулись. Наставил на неё палец. — Только подумай о том, что собираешься сделать, и я тебя на́ голову укорочу.
Она стиснула зубы, инстинктивно оскалившись. Взгляд метнулся от меня к Ларе, и в следующий момент её голова завалилась назад, снятая с плеч невидимым, но очень острым лезвием.
— Я предупреждал, — тихо сказал я, чувствуя, как дрожат руки. — Лара, ты в порядке?
— Нет, — послышалось сзади, затем она зашипела и застонала.
Я попытался подтянуть разрезанный пояс, но безрезультатно. Стоял как перед баней в распахнутом и порезанном одеянии старейшины. Решив, что одежда подождёт, наклонился к девушке. Лара с силой сжимала правое плечо, обильно кровоточащее. От боли она даже побелела, выходит, была задета кость.
— Крепче рану зажимай, — сказал я, затем подхватил её на руки.
Пока я бежал по коридору к лестнице, на этаже появилась пара младших жриц и послушниц, пытавшихся понять, что происходит. Странно, что до сих пор не появилась дежурная по этажу. А ещё хорошо, что я не полетел по лестнице кубарем, пока спешил в лазарет. Больничным покоем в храме заведовала статная жрица с выдающимися формами и приятным голосом. В прошлом у нас были прекрасные отношения, и странно, что я до сих пор не заглянул к ней в гости. Я помнил её на двадцать лет старше и удивился, насколько же она была красивой в молодости. Точнее, ей сейчас было около двадцати пяти лет, и она совсем недавно надела платье жрицы. Все её звали исключительно Мики, но на самом деле имя у неё было существенно длиннее.
— Сюда, сюда, — Мики показала на свободную высокую кушетку. — Наставница только вышла… ох ты…
Голос у Мики, как оказалось, ещё в молодости был мягким, что немного не соответствовало характеру. Она уже распарывала рукав на платье Лары, глядя на глубокий порез, кровоточащий уже не так сильно.
— Зашивать и фиксировать… — сказала она сама себе и убежала в смежную комнату.
— Перепугала меня, — сказал я, глядя на рану и разводы крови на платье. — Маловат порез для такого количества крови.
— На тебя посмотрю, когда… — Лара зашипела как кошка, но только для того, чтобы не разрыдаться. Здоровой рукой размазала слёзы, бегущие из глаз.
— Сами виноваты, что довели девчонку.
— Что бы ты понимал, — рассердилась Лара. — Психованная дура сама вломилась к нам…
Из смежной комнаты вернулась Мики с большой сумкой лекарств. Положив её на столик рядом с кушеткой, она посмотрела на меня, на следы крови, оставшиеся на распахнутой одежде. Я запоздало запахнул полы наряда, чтобы не светить набедренной повязкой.
— Ранен? — спросила она.
— Нет.
— Врачевать умеешь?
— Нет.
— Тогда чего здесь стоишь? — Мики пару раз махнула на меня рукой и посмотрела на Лару. — Платье снимешь, или рукав резать?
— Режь, раз уж начала, у меня ещё есть.
— Богатенькие вы, — хмыкнула Мики и принялась кромсать ножом рукав платья.
Я поправил порезанные одежды старейшины, держащиеся на лоскутах, затем вышел в коридор. Постояв немного, запустил руку за пазуху, ощупал живот. Если бы не защитный символ, меня бы разрезало на две части, или даже на четыре, если учитывать удар по спине. Не знаю, что у них там случилось, но на моей памяти это впервые, когда молодые жрицы решают проблемы таким способом. Лара ведь сама могла оттяпать сопернице голову, но не стала.
Я постоял немного у лазарета, подумал, что для начала неплохо бы переодеться, и уже направился к лестнице, когда там появилась Тэя. Успел только руку поднять в приветственном жесте, а она уже добралась до меня с таким видом, что сейчас бить будет.
— В порядке? — выпалила она уже после того, как запустила руки мне за пазуху. Окончательно порвала край одеяний, пытаясь понять, откуда у меня следы крови.
— Нормально всё, — я показал взглядом на лазарет. — Девчонки что-то не поделили. Особо отмороженная Ларе руку порезала сильно, а я ей голову оттяпал…
— Это она тебя? — уточнила Тэя, разворачивая меня, чтобы посмотреть на спину. Заглянула в прореху и ахнула.
— Что? — отозвался я, пытаясь повернуть голову как филин.
— Символ понимания пропал! — она потёрла пальцем след от рисунка, который отдал неприятной болью. Кожа в том месте ещё не успела зажить. — Со мной пойдёшь.
Пока мы поднимались на этаж старших жриц, я не заметил, чтобы в храме было шумно, но со стороны спален послушниц ощущалось присутствие силы голоса. Уже в кабинете верховной я вкратце рассказал о прогулке по городу и о скандале в одной из спален девушек, случайным свидетелем которого стал. Меня немного отпустило, но руки всё ещё тряслись. Тэя, видя это, вышла из комнаты и вернулась через пять минут с бутылкой вина. Налила мне в кружку и проследила, чтобы всё выпил. На голодный желудок сладкое креплёное вино легло хорошо, даже как-то слишком.
— Всё сделал правильно, — сказала Тэя, решив налить и себе вина, но при этом лишь пригубила, сделав маленький глоточек. — Но непростительно замешкался. Мы с Герой уже успели проверить новый символ, что ты нанёс этим девчонкам. Очень простой и очень опасный. Та самая Лара, о которой ты говорил, при мне разрезала бревно толщиной с тебя. С первого раза, без тренировки, смогла рассечь его до середины, а со второй попытки поделила на четыре части. И тебя должно было порезать так же…
— Должно было, — кивнул я, чувствуя, что захмелел. — Повезло, наверное.
— Повезло, — согласилась она, глядя на меня проницательно. — У тебя есть символ защиты, который исчез так же, как и тот, что Беата нанесла накануне. По-другому объяснить это я не могу. А ещё символ скрытности и, как минимум, воздушные лезвия. Многовато для парня четырнадцати лет. Знаешь, что я об этом думаю?
— Что я гораздо старше?
— Нет, — она даже рассмеялась. — Сколько тебе было лет, когда нанесли первый символ? Десять? Ещё меньше?
— Не рассказывайте об этом никому, — попросил я.
— Хорошо, — легко согласилась она. — Но храм не спрячешь в городе. Об этом всё равно скоро узнают.
— Я буду осторожен.
— Иди отдохни хорошенько, — сказала она. — Завтра мы с тобой ещё поговорим.
— Хотел попросить, — вспомнил я. — Вместе с караваном пришёл мужчина по имени Зот, я слышал, что он умелый воин. Может ли он позаниматься со мной?
— Да? — она удивлённо посмотрела на меня. — Как раз думала о том, чем тебя занять, чтобы сил не оставалось на всякие глупости и прогулки по городу. Обещаю, что этот мужчина с тобой позанимается, с большим удовольствием и энтузиазмом. Прямо с завтрашнего дня и начнёт.
— Спасибо, — я встал немного неуверенно, пытаясь запахнуть порезанный наряд старейшины.
Не думал, что вино так сильно ударит в голову. Вроде и выпил не так много. Может, из-за того, что ничего не ел с самого утра? Или вино оказалось слишком крепким. Мысли немного путались, но до комнаты я дошёл без приключений. Повалившись на кровать, немного полежал, глядя в потолок, потом плюнул на всё и уснул. Уже утром узнал последние новости от Беаты, принёсшей завтрак прямо ко мне в комнату. Оказывается, во вчерашней разборке девушка, которую задирали высокородные, умудрилась не только ранить Лару, но и снести половину головы её подруге. Пришлось старшей наставнице Эве собирать всех младших жриц и послушниц, чтобы вбить в их голову простую истину, что дами не должны использовать силу голоса против себя и своих сестёр. Меня, кстати, вообще не вспоминали.
Наверное, я единственный в храме, кому было жаль глупую девушку. Не знаю, случайно ли она так поступила, в порыве гнева или долго планировала, но это было настолько глупо, что даже слов не подобрать. В любом случае, порефлексировать над произошедшим мне не дали, так как после завтрака у меня была тренировка с Зотом, после которой я едва добрался до своей комнаты и попал в лапы сестёр Рены и Дейри. Они провели для меня индивидуальное занятие по управлению силой голоса, а потом мы вместе отправились в “лавку символов”, так как посетителей было слишком много, и они уже начали строить палаточный городок на площади перед храмом. Закончился же день глубокой ночью, за справочником символов, куда я решил записать всё то, что нанесу Беате в ближайший год. Хотел сказать, что эти символы достанутся нам обоим, но не было уверенности, что они не исчезнут так же, как и предыдущие.
⠀⠀
Два года спустя, окрестности Хумы, охотничий домик общины кинийцев
После сезона тёплых дождей в тёмном мире наступало короткое лето. Пара жарких и душных недель, когда всё вокруг расцветало: деревья, кустарники, полевые цветы и даже лилии на болотах. Мне это время всегда нравилось, в отличие от местных жителей, которые готовы были мокнуть под дождём, лишь бы не обливаться потом в жару, и прятаться в тени, боясь выходить на солнце. А сегодня с утра погода была просто великолепной: лёгкий ветерок, редкие облака и бездонное голубое небо.
По-моему, только в это время года днём можно было разглядеть малую луну, которую называли Илуной. Все демоны, независимо от расы и положения, рассказывали своим детям сказку, что так звали злую богиню, которая заточила их в этом мире и накрыла сверху покрывалом из плотных дождевых облаков. А чтобы демоны не сбежали, богиня неусыпно наблюдала за ними сверху, двигаясь вслед за солнцем. В империи демонов сразу несколько городов носили это имя. Считалось, что богиня к их жителям будет относиться более благосклонно и не станет насылать беды и болезни больше, чем того требуется.
— Очень странная сказка, — сказала Зои, шагающая немного впереди и наслаждающаяся прекрасной погодой. — Богиня — злая, а города в честь неё называют.
— Её знают не только в этом мире, — добавил я. — Почти пришли, вон домик видно.
Мы почти дошли до небольшого домика, который использовали кинийцы, охотившиеся на диких и опасных животных в окрестностях столицы. Посторонние сюда не забредали, так как низкорослые охотники этого не любили и могли поколотить незваного гостя. Столичные кинийцы, в отличие от родственников, живущих в глубинке, кулаки почесать любили.
— А где ещё? — Зои обернулась и лучезарно улыбнулась. — У вас дома?
— Нет. Есть мир, где большой город назван в её честь. Мне нужно попасть туда и устроить масштабную диверсию.
— Что устроить?
— Не обращай внимания.
— Это такой праздник, раз масштабный?
— Что-то вроде, — рассмеялся я.
Всё она прекрасно понимала и лишь смеялась надо мной.
Зои и в четырнадцать лет выглядела красивой, но к шестнадцати буквально расцвела. Мужчины дами не бегали за ней только потому, что до дрожи в коленках боялись Присциллы. Бабушка Зои к подобному вниманию относилась крайне ревностно, разрешая ей общаться только со мной. Боялась, что какой-нибудь малолетний ловелас украдёт сердце девушки. Но, если честно, Зои ещё ни одному парню или мужчине не уделяла знаков внимания. Чаще всего она их просто игнорировала и спокойно могла поговорить только с Зотом. А так как с моим наставником до этого хорошо побеседовала Присцилла, то скорее он её избегал, а не наоборот.
Возле дома на лавочке сидела парочка знакомых охотников, которые обрадовались, увидев нас. Даже побежали немного навстречу.
— Добрый день, мастер Василий, — поздоровался тот, что был постарше.
— Как есть добрый, — закивал его напарник. — Погода, смотрите, какая хорошая.
— И вам доброго дня, — поздоровался я. — Сегодня не помешаем?
— Никак не помешаете, — кивнул старший, затем опомнился и принялся мотать головой. — Мы уже в город направлялись, остановились только отдохнуть немного и в доме прибраться.
— Спасибо. Передайте старосте Ро, что он обещал кору дубовую достать, но что-то тянет.
— Будет кора, — заулыбался младший и быстро прикрыл рот ладонью. — Пора нам.
Он засуетился, подхватил огромную сумку, больше него размером, и помчался по дороге, пока старший искал взглядом палку или ещё что-нибудь, чем можно огреть напарника. В итоге просто побежал следом, грозя ему кулаком.
— Они забавные, — сказала Зои, провожая их с улыбкой.
— Есть немного. Подожди, я первый войду. Дом ведь на отшибе стоит.
Зои пожала плечами, пропуская меня вперёд.
— Всё в порядке, проходи, — позвал я, открывая окна, чтобы впустить в помещение больше света.
Охотничий домик построили в одну комнату, разделив маленькой перегородкой на рабочую зону и жилую. Было видно, что охотники здесь переночевали, позавтракали и успели основательно прибраться до нашего прихода. Интересно, как догадались, что мы появимся? Может, кто-то быстроногий успел сюда раньше нас, чтобы предупредить их?
Пока я раскладывал на столе нужные инструменты и чашечку с заготовкой для чернил, Зои прошла по комнате, с любопытством заглядывая в горшочки и ящики. Можно было бы этим и в храме заняться, но кровь у девушки уже начала набирать силу, поэтому приходилось уходить от города, чтобы не будоражить демонов и дами.
— Можно было еды взять, одеяло и устроить пикник, — сказала Зои, подходя к столу.
Уколов пальчик, она капнула кровь на сажу.
— Беата обидится, — я принялся быстро растирать порошок, добавив заготовку для чернил. — Хорошие будут. Смотри, как цвет меняют. Когда блестящие получаются — это хорошо.
— Ты ведь её любишь, — сказала Зои.
— Что? — я поднял на неё вопросительный взгляд, не отрываясь от процесса, чтобы не испортить чернила.
— Говорю, что ты Беату любишь, — сказала она, глядя мне в глаза. — Ты на неё постоянно смотришь как… ну… сразу понятно становится. Да ещё два года назад было понятно. Только она этого не замечала.
— А сейчас замечает? — улыбнулся я.
— Будем учитывать, что вы вчера целовались под лестницей, думая, что вас никто не видит?
Я говорить ничего не стал, так как Беата вчера получила долгожданный символ и едва рёбра мне не переломала в порыве эмоций, бросившись обниматься. Она сегодня с нами и не пошла, потому как температурила. Чернила с кровью Зои нормально переносить мог только я. Если можно назвать «нормальным» то, что происходило. Тэя, Беата, сёстры Рена и Дейри — все они болели как минимум два дня, получив новый символ. При этом качество чернил было просто отменным. Великий змей, кровь которого считалась лучшей в тёмном мире, по сравнению с Зои был жалким дождевым червём.
— Может, отправишься с нами? — спросила Зои, нарушая молчание и скрип пестика, растирающего сажу. — Будешь у нас самым могущественным заклинателем и чародеем. Я бы этого очень хотела, да и бабушка Присцилла тоже…
— Ответ будет примерно таким же, как если бы я попросил тебя остаться.
— Если ты попросишь, я останусь, — так тихо сказала она, что я почти не расслышал.
— Бабушке своей об этом расскажи… Так, готово. Если сейчас колодец заполним, то мне на год должно хватить. Может, больше, смотря, насколько чёрное солнце прожорливо.
— Дурак, — она стукнула меня в плечо.
— Что? — не понял я, потирая ушиб.
— Ничего.
— Я же вижу, что обиделась. Прости, если сказал что-то не то.
Она насупилась, вздохнула пару раз, затем улыбнулась.
— Снимай куртку, покормим твоего внутреннего демона.
— Как-то многозначительно прозвучало.
— Лучше молчи, — предупредила она, вооружаясь связкой из трёх особых игл.
Мы так и не смогли понять, почему исчезают символы с моей спины. При этом кровь великого змея исчезала без последствий, а вот кровь Зои что-то делала, отчего просыпались символы, которые были у меня в прошлой жизни. Сейчас уже почти все открылись, и я чувствовал себя таким же сильным, как и в то время, когда покинул тёмный мир. А на прошлой неделе Присцилла объявила, что скоро они с Зои уедут. Силы их крови теперь достаточно, чтобы открыть проход в родной мир, используя какой-то ритуал. Меня они с собой звали, но сильно не настаивали. Так вот, опасаясь, что это случится со дня на день, мы с Зои торопились, облюбовав домик охотников. Она сама нанесла мне символ, очень похожий на пустой колодец с треугольной крышей. Сейчас, когда символ немного стабилизировался, она заполняла пустое место внутри него чернилами, которые подпитывали чёрное солнце. Можно было бы выбрать и другой способ, но не глядя я мог «зажечь» только чернила внутри колодца.
Сидя на табуретке, подставив спину солнцу из окошка, я думал о том, как быстро пролетели два года. Столько всего произошло за это время. Так сильно лихорадило храм и всю столицу.
Год назад у Тэи родился сын от Тимира. Этот прохвост действительно не интересовался ни политикой, ни делами храма, поэтому Тэя с ним виделась всего пару раз за сезон, когда он приезжал в столицу по торговым делам. Одного не отнять, этот мужчина умел зарабатывать деньги, причём в таких масштабах, что мог бы лично содержать храм. Отношения у нас с ним сохранялись нейтрально деловые, но это исключительно из-за моей вредности.
Что ещё значимого произошло? Зная, что мне предстоит, я вкалывал и тренировался в разы больше, чем раньше. Добрался до самых дальних архивов и едва не доконал хранителя книг, заявив, что не буду читать всякую ерунду, что находится на первых полках в самом начале. Вроде и прошло столько времени, а я только начал набирать ту силу, которую хотел, и работы ещё предстояло много. Да, забыл сказать, меня официально назначили хранителем символов. Первым в истории храма мужчиной на этой должности. Тэя собрала старших жриц и заявила, что если найдётся кто-нибудь, кто разбирается в теме лучше меня, то пусть приходит и покажет мастерство. Рена же пошла ко мне в ученицы и сейчас активно изучает древний язык, который даётся ей с огромным трудом.
— Я закончила, — сказала Зои, бросая иголку в чернильницу. — Колодец подновила и заполнила до краёв. Как опустеет, приходи в гости, снова его наполню.
Последнее она произнесла почему-то язвительно.
— Спасибо, — я улыбнулся ей.
— Если хочешь отблагодарить, то давай сегодня ещё погуляем. Боюсь, что бабушка уже завтра решит возвращаться. Давай хотя бы до той рощи цветущей дойдём.
— Полтора часа туда топать. И в город потом вернёмся только к закату.
— Ты торопишься куда-то?
— Нет. Гулять так гулять. Сейчас соберу только всё и лишнее сожгу.
— Не болит? — спросила она, коснувшись ладонью спины. — Так много чернил за раз использовал.
— Всё отлично, — немного слукавил я, так как спина горела, но показывать слабость я не собирался.
Пара минут ушла на то, чтобы прибраться за собой и сжечь в демоническом огне остатки чернил. Когда мы уже собрались уходить, я почувствовал нечто странное и смутно знакомое. Я остановил Зои перед дверью и приложил палец к губам.
— Тсс. Слышишь?
Она мотнула головой и прислушалась.
— Посидим тут пару минут, может, пронесёт.
— А что там? — шёпотом спросила Зои, напрягшись, поймав мой взгляд.
— У нас с тобой символы скрытности, вряд ли заметят. Хотя…
Я посмотрел на керамическую ступку, где пару минут назад горело демоническое пламя. К нам на огромной скорости что-то приближалось. Какая-то давящая сила, от которой перехватывало дыхание. Сначала эта сила была в виде яркой точки, потом распалась на несколько горячих огней.
Отойдя подальше от двери, я загородил Зои. Как раз в этот момент дверь открылась, и снаружи потянуло той самой знакомой силой.
— Не стреляйте, свои! — крикнул я на русском языке.
Дверь открылась шире, и на порог шагнул высокий мужчина, выглядевший лет на тридцать, может, немного старше. Одет в камуфляж, на руках боевые перчатки с обрезанными пальцами, на поясе короткий меч. Следом в дом заглянула женщина, его ровесница. Я как раз вспомнил, где их видел. Через двадцать лет, в Москве, перед большим стеклянным зданием. Это был тот самый семейный подряд Нефёдовых, огненных магов, отжавших у меня энергетический кристалл. Я им это до сих пор простить не могу.
— Свои? — знакомым, решительным и мужественным голосом спросил он.
— Из Москвы, — подтвердил я. — Василий Молотов, а это — Зоя.
— Удивительное дело, — он хохотнул. — Тамар, слышишь, москвичи здесь. Вам лет сколько?
— Шестнадцать нам, — быстро сказал я, всё так же загораживая Зои. — Мы тут два года.
— А нас как узнал? — спросил он.
— Почувствовал, — честно признался я. — Я немного телекинезом владею. Могу предметы небольшие перемещать по воздуху и сильных демонов чувствую. Ну и людей.
— Ещё люди здесь есть?
— Нет, мы одни на всю округу.
— Здесь побудьте, — сказал он и вышел из дома.
— Как будто мы сбежать можем, — язвительно произнёс я.
— Кто это? — тихо спросила Зои.
— Длинноухие. Не пугайся, может, всё обойдётся. До драки не хочу доводить, у тебя защитный символ слабый, поэтому можешь пострадать, если мы разойдёмся. Но если что, я их уделаю.
— Ага, — тихо сказала она, а голос дрогнул.
Я почувствовал, как Зои слегка сжалась, пытаясь спрятаться за моей спиной. Нет, в обиду я её не дам, даже если там кто-то очень сильный. А там, за дверью, был действительно кто-то уровня светлоликого Ёра. У меня даже мурашки побежали по спине, когда попытался оценить эту силу.
Где-то через минуту один из двух светлоликих начал быстро удаляться, направляясь к Хуме. Не знаю, что они задумали, так как силу не скрывали, и Тэя уже о них знала. Очень надеюсь, что она будет здесь как можно быстрее. В дверь тем временем снова вошёл мужчина.
— Всё нормально, — сказал он. — Эвакуируем вас. Вы домой хотите?
— В Москву? — уточнил я.
— Нет, — он даже рассмеялся. — До Москвы вам ещё восемь лет ждать надо. Раньше не эвакуируют. Но ждать не в этой дыре, набитой демонами, а в светлом мире. Там цивилизация.
— Мир светлоликих?
— Он самый. Там людей с Земли много, из Москвы, Токио, Нью-Йорка, Мадрида. Да почти из всех столиц мира. Нашего мира, имею в виду.
— А здесь вы за нами? — я специально задал идиотский вопрос, чтобы показаться глупым, поэтому мужчина и засмеялся.
— Нет. Сам не знаю, зачем мы здесь. Светлоликий Или́р прибежал утром, собирайтесь, говорит, срочно вылетаем. А куда и зачем, не сказал. Но им виднее. Выходите, познакомлю вас.
Я крепко сжал ладонь Зои, затем показал на дверь.
— Всё будет хорошо, доверься мне, — шепнул ей. — Главное, не подавай вида, что знаешь их. Если длинноухий не ворвался сюда сам, значит, символ скрытности работает.
— Хорошо, — Зои закивала, позволив вывести себя на улицу.
Помимо парочки Нефёдовых, перед охотничьим домом стояли ещё двое людей испанской наружности. Собственно, они и переговаривались на испанском или каком-то похожем языке. Светлоликий — высокий мужчина с длинными жёлтыми волосами и серебряным ободком на макушке, смотрел в сторону города и, кажется, пребывал в каком-то сомнении. На нас он бросил лишь короткий взгляд и потерял всякий интерес.
— Вижу, что хорошо одеты, — сказал Нефёдов, изучая нас. — Удачно устроились?
— Демоны уважают одарённых, — ответил я. — Можно работать и неплохо жить.
— Можно, — кивнул он. — Пока они тебе нож в спину не всадят и не сожрут. Они же все уверены, что, если съесть кусочек одарённого человека, можно часть его силы забрать.
— Да мы в курсе уже, — поморщился я. — Видели, как они людей едят.
— А ты откуда из Москвы?
— С Ленинского проспекта, — почему-то соврал я.
— А мы из центра. По заданию партии здесь. Оттачиваем мастерство, так как демоны в наш мир лезут и сожрать его хотят. Вы в разлом угодили?
— Да. По пути в школу. Зои не говорит на русском, она…
— Из Красного мира, — сказал на хорошем русском языке светлоликий, продолжая смотреть на город. — Один из серых миров, где живут и люди, и демоны. Война там идёт не одну тысячу лет.
— Господин Илир говорит почти на любом светлом языке, — почему-то с гордостью сказал Нефёдов. — Дар необычный у него.
— Очень полезный, — согласился я.
Присцилла рассказывала, как они отнимают все мало-мальски полезные и сильные дары у людей и демонов. Поэтому ни за что и никогда не стану ему говорить, что у меня тоже полезный дар, только распространяющийся на языки демонов.
— А на языке Красного мира господин говорит? — спросил я.
— Говорю, — ответил за Нефёдова Илир. — Хотя в том мире и преобладает язык демонов над светлым. Даже люди там общаются на тёмном языке. Не нравится мне это…
— Тёмный язык? — спросил я, но Нефёдов остановил меня жестом. Обратился к испанцам на их языке, спросил, выслушал ответ. — Что-то в городе происходит.
Светлоликий достал из-за пазухи прозрачный кристалл размером с яблоко, и разом влил в него столько сил, что у окружающих едва искры с волос не посыпались. Испанцы на пару шагов отпрыгнули, не ожидая такого. Я на всякий случай тоже сделал испуганный вид и немного отошёл. В трёх шагах от светлоликого появилась вертикальная линия разлома, начавшая расходиться в разные стороны. От неё потянуло чем-то очень неприятным.
— Готовьтесь уходить, — сказал светлоликий.
Я, наконец, услышал, как со стороны города донёсся оглушительный хлопок. Секундой позже до нас добралась сила голоса Тэи. Это точно была она, говорящая на языке шестой молитвы. А ещё там была Присцилла, которую почувствовала Зои.
— Идут! — повысил голос Илир.
Над землёй я заметил парящую фигуру, мчащуюся к нам. В ней угадывались очертания высокого светловолосого мужчины. На полпути он замер, и до нас снова долетела волна силы, вдавливая в землю. У Зои даже ноги подкосились, поэтому пришлось придержать её за локоть. Мне показалось, что блондин сможет уйти. Илир даже использовал какую-то незнакомую силу, ярко вспыхнувшую сначала над нашими головами, а уже потом на полпути к убегающему светлоликому. Но нет, ещё раз прозвучал голос Тэи, и длинноухий взорвался, превращаясь в большое красное облачко.
— В портал! — скомандовал Илир, и непреодолимая сила подхватила нас с Зои, бросив в узкую полосу разлома.
⠀⠀
⠀⠀ Конец второго тома
⠀⠀
⠀⠀
⠀⠀
Приключение Василия в тылу врага. Ему предстоит навести шорох в столице светлоликих, переиграть оракула и сделать что-то с храмом пространства и времени.
⠀⠀
Рухнув в бездну, я успел прижать к себе Зои, чтобы не потерять.
Рукотворные разломы изнутри я ещё не видел. Мы просто падали куда-то секунд двадцать, а перед глазами мелькали разноцветные огоньки проносящихся мимо миров. Затем последовала яркая вспышка, и нас грубо выбросило на светлый мраморный пол. Слева послышалась ругань Нефёдова, справа тихо говорили на испанском, судя по тону, тоже ругались.
— В порядке? — спросил я у Зои.
— Голова кружится, — тихо сказала она, не спеша открывать глаза.
Оглядевшись, я увидел светлоликого Илира — единственного, кто стоял на ногах. И как бы странно это ни прозвучало, но его лицо было тёмным от гнева. Ноздри раздулись, брови сошлись у переносицы, губы сжаты в тонкую полоску, а на скулах проступили желваки. Если он сейчас выплеснет свой гнев, то всё живое вокруг превратится в кровавую кашу. Резко развернувшись, он направился к арке выхода с площадки. Окружавшие нас люди и светлоликие бросились в стороны, спеша уйти с его пути.
Выбросило нас в просторном помещении, где не было ничего, кроме белого и серого мрамора. Полы, стены, потолок купола и арки выхода на улицу — всё было сделано из холодного камня. Я помог Зои сесть.
— Скоро пройдёт, — послышался голос Нефёдова, успокаивающего супругу.
Женщину рвало на мраморный пол. Судя по всему, перед путешествием между мирами она ничего не ела, но желудок всё равно пытался вывернуться наизнанку. Испанцы тоже выглядели не очень, но приходили в себя гораздо быстрее.
Окружавшие нас люди в белых просторных одеждах поспешили на помощь Нефёдовой, кто-то направился к испанцам, а к нам с Зои шагнула пара длинноухих. Одного взгляда на неискренние улыбки хватило, чтобы понять, что они скорее скалятся, как акулы перед завтраком. Я почувствовал лёгкое прикосновение силы и немного напрягся. Мужчины были похожи: одинаковые одежды, напоминающие индийские, причёски и даже манера держаться. Просторные шаровары и мягкие тапочки, рубаха до колен с вырезом на груди и что-то напоминающее сюртук, тоже длинный, ниже колен, с застёжками спереди по всей длине. С определением возраста — сложно, но мне показалось, что один был гораздо старше. Как раз на лице старшего отразилось несколько эмоций: удивление, вопрос и разочарование. Он даже улыбаться перестал. Что-то шепнув напарнику, он развернулся на полпути и поспешил следом за Илиром.
Длинноухий что-то сказал, но я не понял ни слова. Нам на помощь пришёл Нефёдов, говоря на их языке с сильным акцентом и жестикулируя, дополняя малый словарный запас. Разговор вышел короткий, после чего светлоликий бросил на нас ещё один взгляд и направился на выход. Точнее, посмотрел он на Зои, оценив привлекательность девушки.
— Вам в карантин сейчас надо, — сказал Нефёдов. — Это в зоне людей с Земли, не переживайте. Там наши, из России работают, всё объяснят и покажут. Кстати, запоздало, но будем знакомы. Николай, а это моя супруга — Тамара. Мы здесь почти два года, с самого начала, можно сказать. Первая волна.
Он улыбнулся, словно это хорошая шутка. В это время к нему присоединилась Тамара, бледная как стена.
— Каждый раз так, — сказала она. — Тяжело через разломы проходить. Не привыкну никак.
— А вы неплохо держитесь, — добавил Николай. — Может, из-за возраста. Пойдёмте, по пути всё объясню.
Когда мы выходили из здания, внутрь забежала группа людей с тряпками и вёдрами. Говорили они на каком-то незнакомом языке, смеялись и шутили.
— Эти не наши, — сказал Николай, заметив мой взгляд. — Из другого светлого мира. Можно сказать, что дикари. У них там глубокое средневековье и феодализм.
Я чуть не сказал, что и местные светлоликие недалеко ушли. Только у них феодализм правильный, добрый, который должен победить, захватить и поработить всех плохих. Из каменного здания с куполом мы вышли в центре квадратной площади внутри дворца или чего-то очень похожего. Этакий внутренний дворик, только очень большой. Недалеко от нас стояло несколько людей из числа сильных одарённых, с короткими мечами на поясе. Я сначала подумал, что они ждут своей очереди на перемещение, если зал позади нас является своеобразным местом для открытия разломов.
— Охрана, из числа наших, — сказал Николай, махнув им рукой. — Раз в неделю у каждого из первых трёх групп дежурство либо здесь, либо в городе.
— А что за город? — уточнил я.
— Илуна, столица, — он довольно покачал головой. — Считай, что вам повезло оказаться в столице всех светлых миров. Но вы это и сами скоро поймёте.
— Мы сейчас в пригороде, — поправила его Тамара. — До города около часа пешком идти. Но туда просто так попасть нельзя, только по особому пропуску.
— Вы только сразу во всё не пытайтесь вникнуть, а то голова кругом пойдёт, — рассмеялся Николай, придержав супругу под локоть. — Нам вон в тот проход сейчас. Там научный отдел и больница. А там — общежитие.
Как я уже говорил, мы находились в центре какого-то дворца, построенного в форме большого квадрата с площадкой в центре. И людей вокруг было как-то неожиданно много, в отличие от длинноухих, которых я и не увидел вовсе, если не считать тех, кто встретил нас.
Под научным отделом и больницей Николай подразумевал длинный коридор, вдоль которого тянулись просторные комнаты и проходные залы. Поразило убранство и богатство дворца. Почему-то, попав внутрь, мне сразу представилась картина, как революционеры свергают царя, вламываются в его дворец и приспосабливают для своих нужд. Просто людей вокруг было много, кто-то расставил дорогие стулья с роскошной обивкой в коридоре, а на огромных резных дверях повесили таблички на трёх языках с названием кабинетов. Ковровая дорожка была изрядно вытоптана, но беспорядка я не увидел. Напротив, всё содержали в идеальной чистоте.
— Вам сюда, — сказал Нефёдов, показывая на одну из массивных резных дверей. — Я предупрежу коменданта, что подобрали новеньких.
Ободряюще улыбнувшись, он хлопнул меня по плечу и повёл супругу дальше. Меня так и подмывало развернуться и тихо сбежать.
— Ни стражи позади, ни охраны, даже странно, — сказал я Зои. — Высадили на конечной, и крутись как хочешь…
— Одарённых вокруг как-то слишком много, — сказала она. — Неуютно.
— Потому что каждый из людей, кто прошёл через разлом, получает искру. Помнишь, что Присцилла рассказывала?
Насчёт «неуютно» Зои была права. Все, кого я видел, даже те, кто мыл полы в мраморном зале, были одарёнными. Приходилось напрягаться, чтобы отстраниться от их присутствия. К примеру, прямо над нами, скорее всего на втором этаже дворца, было не меньше десятка очень сильных одарённых, расположенных в строгом порядке. Может, там учебный класс или спальня?
— Ну, давай посмотрим, что тут и как, — сказал я, открывая дверь с табличкой «Приёмное отделение». — Будем считать, что мы тут проездом. Посмотрим город, посетим достопримечательности, полюбуемся храмами и свалим. Иначе Тэя и Присцилла сговорятся и ворвутся сюда с ноги, чтобы привести светлоликих в чувство.
— Хорошая мысль, — улыбнулась Зои. — Бабушка меня обязательно найдёт, даже здесь.
За дверью оказалось просторное светлое помещение, почти без мебели. Скорее всего, раньше тут была гостиная или комната отдыха, о чём говорили пятна на паркете. Сейчас сюда принесли громоздкий стол, пару высоких кушеток и дорогую ширму, на полотне которой был изображён водопад и птицы. За столом работал немолодой мужчина в белом халате, он что-то писал толстым пером, скрипящим так, что слышно было от входа.
— День добрый, — поздоровался я на русском. — Туристов принимаете?
— Проходите, — сказал он, показывая на пару табуреток у стола. — Новенькие? Из России?
— Туристы мы. Случайно угодили в разлом два года назад, и нас в тёмный мир забросило. А сегодня нас спасли. Какой-то высокородный с именем Илир.
— Господин Илир? — доктор посмотрел удивлённо. — Значит, прошли через «несчастный случай»? В каком именно мире до этого жили?
— Знаем только, что он тёмный, — я пожал плечами.
— Так и запишем. Зовут вас как?
— Василий Молотов, а это Зои Асгейл. Она из Красного мира, знать бы, что это…
— Красные — это группа миров, где нет баланса, и рождаются одарённые среди людей. То есть получившие дар, не проходя через разлом. Редкий случай. Давайте по порядку: возраст, какую силу получили, пройдя через разлом, и адрес в родном мире?
— Адрес вам зачем?
— Раз в пару месяцев туда уходит группа светлоликих, поддерживая связь между мирами. Чтобы ваши родственники не переживали, мы сообщим им. Можете даже письмо написать.
— Может, проще самим вернуться?
— Не проще. Во-первых, перемещение требует очень дорогих и редких ресурсов, а во-вторых, вне родного мира надо прожить не меньше десяти лет. Возвращаться раньше — опасно. Вы потеряете дар, что приобрели, к тому же это может убить.
— А вы так и не представились, — вспомнил я.
— Прошу простить, вечно забываю, — взгляд у мужчины был немного уставший. Он потёр глаза. — Никушин Валерий Петрович, заведую карантинным отделением. Это для тех, кто только попал в другой мир. Положено ждать две недели, пока определят, какой тип дара у прошедшего через разлом и не опасен ли он для окружающих. Вам это не грозит, раз в тёмном мире прожили аж два года.
Пока нас расспрашивали, удалось выяснить, что Валерий Петрович был не только начальником карантинного отделения, но и одним из врачей. Работал ровно два года, попав сюда в числе первых. Когда в нашем мире объявились светлоликие, они сразу предложили отправлять к ним людей для получения дара и обучения тому, как противостоять нашествиям демонов. Людям это понравилось, и всего за пару месяцев процесс поставили на поток. Желающих было так много, что людям во дворце не хватало места, и они селились в домах на прилегающих улицах. На данный момент насчитывалось около трёхсот человек только с Земли и ещё столько же из дюжины светлых миров. А вообще, в мире Илуны людей было много, едва ли не столько же, сколько светлоликих господ. Длинноухие не любили выполнять чёрную или тяжёлую работу, предпочитая нанимать слуг. Выбирали обычно из людей, получивших какой-нибудь слабый дар и не представляющих угрозу. Они готовили для господ еду, убирались, стирали одежду и строили дома.
— То есть, можно тут спокойно жить и работать, ожидая эвакуацию? — уточнил я.
— Не совсем так, — покачал головой Валерий Петрович. — Наш мир и верховный правитель светлоликих заключили договор. Они помогают нам стать сильнее, учат использовать магию, а мы воюем вместо них с демонами. Точнее, помогаем в войне, так как любой светлоликий гораздо сильнее и могущественней обычных людей. Если хотите вернуться домой, придётся работать. Тебе, по крайней мере. Спутницу твою никто в Красный мир возвращать не будет. Нет у них между собой договоров.
— А остаться я могу? После десяти лет, имею в виду.
— Не получится. Рождённые в нашем мире будут возвращены обратно ровно через десять лет, вне зависимости, в какой мир были распределены или попали случайно. Тебя из тёмного мира тоже бы забрали через восемь лет. Сам не знаю, как это работает, проверять не приходилось, но из других светлых миров люди уходят обратно ровно через десять лет. Просто исчезают на ровном месте, одна одежда остаётся. Они говорят, что механизм эвакуации работает автоматически.
— Понятно, — сказал я. — Значит, работать и ждать эвакуации?
— Раз вы уже опытные путешественники по мирам, то многое и сами знаете. Если что-то непонятно, спрашивайте, отвечу. А пока думаете, расскажу о правилах, которые следует неукоснительно соблюдать. Первое и самое главное — не использовать силу одарённого без разрешения старших. И не покидать территорию базы. Тех, кто не желает или не может работать здесь, отправляют на одну из пограничных застав ближайшего серого мира. Там тоже есть наши люди, сдерживающие натиск демонов. Я там был пару раз, и, признаюсь, это не самое приятное место. Вам очень повезло попасть сюда, поэтому советую держаться за выпавшую удачу двумя руками и не упустить её.
Валерий Петрович ещё немного рассказал о правилах, сводящихся к двум основным принципам: проблем окружающим не доставлять и беспрекословно слушаться начальство. Исходя из его речи, сразу становилось понятно, что нам очень повезло оказаться здесь, но при этом тут мы никому и даром не нужны. Лишние проблемы и головная боль для начальства. Нас было проще выслать куда-нибудь в серый мир, где мы принесём больше пользы, оттачивая силы в бесконечной войне с демонами. В итоге, нам вручили письмо для коменданта общежития и отпустили на все четыре стороны.
Выйдя в коридор, я ненадолго остановился, посмотрел на письмо, затем на двери в кабинет.
— Что он сказал? — спросила Зои.
— Какой хитрый человек, — задумчиво произнёс я. — Пока умничал, успел карточки заполнить, при этом начал писать на нашем языке, но, увидев, что я наблюдаю, закончил на незнакомом. Или же это для светлых господ — наименование "новых блюд"? Не понравилась мне пометка «перспективный». Как он это оценил и что имел в виду?
— Вася, — Зои подошла ближе, переходя на шёпот. — Они не должны…
Я приложил палец к губам, понимающе кивнув. Присцилла рассказывала, что длинноухие приходили в их мир за древней кровью, рискуя своими бесценными жизнями, погибая, но всё равно пытаясь заполучить хотя бы немного. Даже не представляю, что будет, если они узнают правду о Зои. К тому же её кровь должна пробудиться со дня на день, и это меня напрягало. Хотя мы и говорили на языке Первого царства, не стоило обсуждать важные вещи прямо посреди коридора.
— Пошли искать общежитие. Там будем думать, что делать дальше.
Комендантом общежития оказался мужчина за тридцать лет, выходец из нашего мира и довольно сильный одарённый. Я бы сказал, что на данный момент он был самым сильным из тех, что встречались в этом мире, если не считать длинноухих. Не знаю, почему он занимал именно эту должность, а не участвовал в набегах на тёмные миры, но впечатлился. Нас он встретил дружелюбно, рассказал, что свободных комнат почти не осталось, но нам крупно повезло. Меня уже потихоньку начало бесить то, что все вокруг постоянно говорили о нашем везении, но сдержался. Комендант показался мне хорошим человеком, и не хотелось с ним ругаться.
Комната нам досталась крошечная, куда едва смогли вместить две кровати и пару тумбочек, сколоченных на скорую руку. Вот и всё, больше никакой мебели. Даже вместо сундука для одежды был грубый короб, прятавшийся под кроватью.
— Повезло так повезло… — сказал я, оглядывая каморку. — Хорошо, хотя бы окно есть.
— В храме комнаты лучше, — Зои села на жёсткую койку, слегка поморщилась.
— Потому что народу меньше. Ладно, план у нас простой: найти моего информатора, узнать, как светлоликие перемещаются между мирами, и заполучить кристалл, который был в руках у лорда Илира. После этого будем думать, как устроить большой праздник и вернуться домой.
Зои отстранённо кивнула. Я сел рядом, слегка толкнул её плечом.
— Мы здесь не задержимся. При первой возможности отправлю тебя обратно в тёмный мир.
— Уйдём только вместе, — сказала она. — Я помогу, хотя страшно… Не могу им в глаза смотреть. Кажется, что они поедают тебя взглядом.
— Люди со слабым даром им не интересны. У тебя как с телекинезом? Это самый бесполезный дар из всех возможных, и вряд ли на него позарятся.
Я вынул из-за пояса летающий нож, подаренный Гамешем. Он был так впечатлён тем, как ловко я ими управляю, что подарил набор, называемый «три сестры». Три почти одинаковых ножа, сделанных так, чтобы не создавать шум и не вращаться в полёте. Изящная и очень дорогая работа. Последние полгода я их почти постоянно ношу с собой в особом кожаном чехле за поясом. Нож неспешно поднялся и завис над моей ладонью.
— Только если совсем немного, — Зои повторила жест, и нож медленно поплыл к ней. Я почувствовал, как она пытается забрать его.
— Отлично, этого должно хватить. Интересно, а тут в ходу золото из других миров?
Убрав кинжал, я вынул кошель с двадцатью золотыми монетами. Знал бы, что мы в путешествие отправимся, взял бы больше.
— Золото везде в ходу, — наставительно сказала Зои. — Даже у нас можно менять монеты по весу.
В дверь громко постучали. Я быстро спрятал золото, поправил пояс и открыл дверь. На пороге стоял парень, или скорее молодой мужчина лет двадцати семи. Похож на военного или кого-то из спецслужб. Одет почти в такой же комбинезон, как у Нефёдовых, только невзрачного серого цвета.
— Привет, — он приветственно поднял руку, но посмотрел немного удивлённо. — Не ожидал, что вы такие молодые. Меня зовут Рома, я командир шестого отряда, вас распределили ко мне, поэтому будем знакомы.
— Василий, — ответил я. — Моя подруга, Зои.
Быстро они, мы едва успели заселиться.
— Уже вся база знает, что лорд Илир притащил из тёмного мира двух людей, тем более, из Москвы. Такое нечасто происходит, поэтому новость громкая. Пока ждал, когда вас из карантинного отпустят, успел с Николаем поговорить. Только он не сказал, что вы такие молодые. Хотя бы шестнадцать есть?
— Только недавно исполнилось, — кивнул я.
— Отлично. Ну что, если после перемещения плохо себя чувствуете, можете отдыхать. Но если на ногах стоите, то надо бы устроить вам экскурсию по базе.
— Я за экскурсию. А то вокруг столько всего странного.
Роман оказался человеком деятельным и словоохотливым. Вместе с ним мы прошли по общежитию, то есть по западному крылу здания. Узнали, что на первом и втором этажах жили люди, перемещённые специально для того, чтобы получить дар и научиться управлять им. Выше жило начальство базы или те, в ком проснулся чрезвычайно сильный или редкий дар. Что касается светлоликих, то во дворце жили трое старейшин, какой-то важный лорд, контролирующий всю деятельность людей, и пятеро подростков, от шестнадцати до восемнадцати лет. Последние проходили учёбу вместе с людьми, ожидая, пока в них проснётся магия. Точнее, это Рома так думал, а вот я был уверен, что они просто ждали кого-нибудь с подходящим, редким или уникальным даром, чтобы отжать его. Не зря же доктор нам рассказывал, что не все люди, попавшие в карантин, оттуда выходят. Редко, но бывает, что они просто не могут справиться с полученными способностями и умирают. То, что умирают, я не сомневался. Но совсем по другой причине.
Прогулялись до учебных классов, где прибывшие изучали устройство миров, основы магии, местный язык и всё остальное, чтобы спокойно прожить здесь десять лет. Затем шли несколько спортивных помещений, заменивших собой бальный и тронный залы. В одном из залов я заметил группу парней и девушек в серых комбинезонах. На вид около двадцати пяти лет, горящие взгляды, а лица такие, словно они попали в сказку и вот сейчас начнутся обещанные приключения. Старший товарищ объяснял им что-то, демонстрируя деревянный меч. Но интерес вызвали не они, а пятеро светловолосых парней. Светлоликие, молоденькие, лет по шестнадцать, даже в серых комбинезонах они выглядели более величественно. Как высокородные дами на фоне группы кинийцев. Высокомерные взгляды, одинаковая вышколенная поза ожидания. Даже деревянные мечи они держали одинаковым хватом, под строго выверенным углом.
Мы бы прошли мимо, но наставник группы заметил нас и вышел наперерез.
— Рома, привет, — поздоровался он, бросил на нас с Зои любопытный взгляд. — Новенькие?
— Только что переместились. Николай с Тамарой вытащили их из тёмного мира.
— Однако, — удивился тот. — Тёмный мир — это сильно. Долго там продержались?
— Два года, — ответил я на его взгляд.
— Вижу, парень ты крепкий, — он оглядел меня сверху вниз. — Холодным оружием владеешь?
Я шагнул чуть в сторону, чтобы загородить Зои и встать как раз напротив длинноухого парня, решившего подойти к ней. При этом встал я так, чтобы оказаться с ним нос к носу, отчего ему пришлось делать шаг назад. Если бы не я, он бы успел схватить Зои за руку. Или хотя бы попытаться, ведь Зои так просто не далась бы.
— Тебя манерам не учили? — спросил я у него на самом распространённом языке демонов. — Нельзя девушек хватать за руку, так можно и ушей лишиться.
Он смешно наморщил лоб. Парень выглядел даже моложе меня. Лицо юноши, голубые глазки, светлые длинные волосы, так и хочется врезать ему по роже.
— Учили, — ответил парень, говоря на демоническом с акцентом. — Ты с ней? Красивая, необычная.
Я слегка прищурился, спокойно выдержав его взгляд. Наглый он, даже слишком. Смотрит на тебя как представитель высшей расы на дикаря, только научившегося брать в руку палку. Он что-то сказал на языке светлоликих.
— Господин Кир спрашивает, откуда вы? Говорит, что у вас странная одежда, — перевёл Рома.
— До господина он не дорос ещё, можешь так и передать, — ответил я.
— Кхм, Василий, — Рома шагнул поближе, взял за локоть и чуть отвёл в сторону. — Я понимаю, ты парень горячий, в тёмном мире два года жил и много демонов разных повидал, но не надо ссориться со светлоликими. Они не просто хозяева этого мира, они могущественные маги. А ещё злопамятны, капризны и со скверным характером.
— Если бы я хотел отношения с ним испортить, уже врезал бы по морде. Если ты их язык знаешь, попроси, чтобы держался от меня и от Зои подальше.
Рома неодобрительно покачал головой. Светлоликий пацан сказал что-то ещё, то ли недовольный, что его игнорируют, то ли просто нетерпеливо.
— Ну вот, — сказал Рома. — Он уже недоволен тем, что ты слишком высокомерен для человека. Спрашивает, не хочешь ли провести с ним спарринг.
— Так и спрашивает? — приподнял я бровь.
— Ну, не совсем так, — Роман улыбнулся. — Говорит, что если преподать урок, то это пойдёт тебе на пользу. Чтобы уважал тех, кто сильнее.
— Есть у вас тут копьё или длинная палка? — спросил я.
— Есть, — меня услышал военный, которого Рома так и не представил. — Среднее или большое?
— Среднее.
Услышав согласие, длинноухий улыбнулся Зои, затем поспешил к своим. Наши парни и девушки тоже заволновались, предвкушая что-то интересное, быстро освобождая площадку в центре зала.
— Тебе бы переодеться, — сказал Рома. — В этом наряде неудобно будет.
— Нормально, — я подтянул пояс, покрутил плечами.
— Имей в виду, что светлоликие быстрее и сильнее людей. В физическом плане это сильно заметно. Они хотя и худощавые все, как будто их не кормят, но сильны, на себе проверял. Вижу, что ты парень крепкий, буду за тебя болеть.
Он хлопнул меня по плечу, жестом приглашая Зои отойти к остальным.
— Спасибо, — я взял копьё, взвесил в руке. Длина самая подходящая, на две ладони меньше моего роста. Баланс тоже неплохой.
Можно сказать, что я впервые в жизни выхожу драться против светлоликого, пусть и в учебном поединке. Будь у меня сейчас настоящее копьё, или бы мы дрались насмерть, ни секунды бы не сомневался. Если они здесь, чтобы получить дар, убивая ради этого, то я готов был душить их голыми руками.
Как говорит Зот, у меча никогда не будет преимущества перед копьём, ни в скорости, ни в силе. Если тебя не ограничивает окружающее пространство и не приходится драться в плотном строю, копьё будет лучшим выбором. Он вообще был помешан на копьях и посохах, считая меч странным оружием, сложным в обращении и имеющим массу недостатков.
Тренировок с сильным и быстрым противником у меня было много, и не только в последние два года. Ушастый парень вполне мог удивить скоростью и гибкостью, но поражение не страшило. Важнее то, что я хотя бы приблизительно смогу понять, насколько они опасны в ближнем бою. К примеру, светлоликий Кир не стал опрометчиво бросаться вперёд. Дождался, пока я встану в стойку, спокойно оценил, с насмешкой улыбнулся. Он сделал короткий выпад, отбивая копьё в сторону, проверял, насколько крепко я держу оружие. Дальше всё произошло быстро. Я специально не стал вкладываться в то, чтобы удержать копьё, и когда оно начало уходить в сторону, Кир это заметил. Наверняка подумал, что получил достаточно времени, чтобы провести атаку, ударить меня по рукам или даже по голове. Ему нужно было сделать всего два шага, чтобы достать меня, но он успел сделать только один.
Со стороны всё выглядело так, словно он ударил мечом по копью, отбив его в сторону, и сразу прыгнул вперёд. Только он не рассчитал, что копьё успеет вернуться. Я даже плечи и корпус подключил, немного разворачиваясь, чтобы поймать его. Коротко свистнуло, и деревянное копьё со всей силы угодило ему в скулу, чуть ниже уха. Замах был коротким, но копьё едва не сломалось, а светлоликого парня отбросило на шаг, роняя на пол. Классический обманный приём, которым Зот всегда показывал, что не стоит рассчитывать отбить оружие мастера в сторону и получить преимущество. Если бы он стоял сейчас на моём месте, и если ставил такую цель, он бы убил парня, ударив точно в висок.
На несколько секунд в зале повисла тишина, как будто никто не ожидал от меня такой прыти. Странно, что никто из друзей длинноухого парня даже не дёрнулся в попытке помочь или просто узнать, всё ли с ним в порядке. Кир же встал на четвереньки, тряхнул головой, затем подобрал меч, поднимаясь. Вот теперь взгляд у него стал злобным, таким, какой ожидают все, кто знаком с истинным нутром светлоликих.
— Не напрягайся так, — сказал я на языке демонов, чувствуя, как он собирается использовать силу. — Это всего лишь учебный поединок, а у палки в моих руках нет глаз.
Он молча ринулся в атаку, нанося несколько сильных ударов, намереваясь отклонить в сторону учебное копьё и скользнуть по нему лезвием, чтобы добраться до моих пальцев. Пару раз наше оружие встретилось, затем Кир прозевал очевидный выпад и пропустил тычок в живот. Удар недостаточно сильный, чтобы сбить с ног демона или светлоликого, но неприятный.
Светлоликий пацан быстро отступил на несколько шагов, поморщился и потёр ушиб, затем что-то сказал, развернулся и ушёл к своим. Самым приятным было то, что на скуле и под глазом у него уже наливался здоровенный синяк.
— Отлично! — ко мне подошёл Роман, довольно улыбающийся. — Не знаю, как ты это делаешь, но моё тебе уважение. У нас ведь их никто и коснуться не может.
— Что он сказал? — спросил я, возвращая учебное копьё и пару раз сжав кулак. Значит, светлоликие примерно так же сильны, как и дами. Некоторые демоны посильнее будут, но человека эти точно превосходят.
— Сказал, что проиграл сейчас, но в будущем обязательно победит.
— Идём дальше?
— Конечно, — заулыбался Рома, подмигнув военному и парням, что занимались с ним.
Их наставник смотрел на меня задумчиво. Надеюсь, додумается до того, чтобы поменять меч на копьё. С длинным древковым оружием против сильного демона у тебя хотя бы есть шанс уцелеть, а мечом ты ему ничего не сделаешь.
— Ты неплохо на языке светлых говоришь, — сказал я.
Мы вышли из зала и попали в богатый коридор. Большие картины в позолоченных рамках, толстый ковёр на полу, статуи полуобнажённых девушек из тёмного мрамора. Судя по всему, посторонних сюда не пускали, или же за пару лет эта часть дворца не успела потерять богатый вид. Казалось, что в любой момент навстречу может выйти лорд этих земель или его супруга в изысканных одеждах и в сопровождении многочисленной прислуги.
— Он не сложный, — ответил Рома. — Год обычно нужен, чтобы освоить, а я тут в два раза дольше. Людей ведь много из разных стран, и чтобы все подряд языки не учить, проще на одном остановиться. И нам проще, и светлоликим. Здесь кабинеты начальников боевых групп и тех, кто отвечает за управление базой.
— Начальник карантина говорил, что люди и вне дворца живут.
— Живут. Если в первые три группы пробьёшься, проявишь себя или силу большую покажешь, то за это хорошо платят. Можно позволить себе дом в аренду взять, вместе с прислугой, личным поваром и даже собственной каретой. Но только за городской чертой. В столицу людям заходить можно, если это с работой связано, но жить там нельзя. Но это и к лучшему. Здесь спокойней.
— Понятно. Слушай, а род светлоликих Ирвин или Эрвин ты знаешь?
— Эервен?
— Точно!
— Очень влиятельный род, — он задумался. — Да, ты с ними уже должен был познакомиться. Лорд Илир как раз из их числа. Это тот, кто вытащил вас из тёмного мира.
Мы спустились в столовую, прошли мимо группы японцев то ли собирающихся в рейд, то ли уже вернувшихся оттуда. Выглядели они хмуро и воинственно, вооружённые узкими короткими мечами. Роман приветливо кивнул их старшему, и мы пошли дальше к стойке раздачи. Кормили здесь отменно: много мяса, курятины, овощей, разных салатов и даже экзотических фруктов. Взяв всего понемногу, мы сели за небольшой столик в центре зала. Не люблю сидеть в самом центре на виду у всех, но Рома почему-то специально выбрал это место. Он пару раз оглянулся, словно искал или ждал кого-то.
— В общем, — сказал он, — у меня группа из восьми человек. Те, кто живёт здесь всего три месяца. Непуганые новички, другими словами. В серьёзные рейды мы пока не ходили, но демонов видели и даже подраться с ними успели. Две недели назад экзамен закончился. Мы на заставе в сером мире сидели, защищали большой город от нападения серокожих варваров. Чтобы я на вас рассчитывал, должен знать, какой силой обладаете.
— Рассчитывать можешь только на меня, — сказал я. — Зои с вашей конторой вообще ничего общего не имеет. Её даже эвакуировать не будут и в родной мир не отправят. А я телекинезом владею. Немного, но достаточно, чтобы пару демонов убить.
Деревянная ложка, лежащая на столе, поднялась и зависла над моей ладонью. Этот фокус я мог проделывать даже без использования силы голоса.
— Метатель или проводник?
— Чего? — не понял я.
— Можешь метать в демонов стрелы или замедлять врагов и поднимать тяжёлые объекты?
— Первое.
— Неплохо, — он покивал. — Хорошее умение.
— А сам каким даром владеешь?
— Могу схватить демона и сжать очень сильно, — он сжал кулак, как бы демонстрируя умение.
— Если это управление пространством, то очень редкое умение. По крайней мере, в том мире, где мы жили.
— Редкое, — согласился он. — Только слабоватое. Могу только с одним противником справиться. Есть тут человек из Штатов, вот он половину этой комнаты может раздавить об пол или в большой ком собрать. Он глава первой группы. Взлетел по карьерной лестнице от обычного сержанта до помощника начальника экспедиции из США.
Пару минут мы были заняты обедом. За это время я не увидел и не почувствовал присутствия ни одного светлоликого. Людей же было много, даже как-то слишком.
— И всё-таки любопытно будет попасть в город светлоликих, — сказал я, пробуя местный напиток, в котором плавали кусочки фруктов. На компот похоже не было, но вкусно. — Пройтись по улицам, посмотреть архитектуру.
— Ничего интересного там нет, — отмахнулся Рома. — Они хотя и высшие существа, но живут обычной жизнью.
Дальше я этой темы старался не касаться, чтобы не выглядеть подозрительно. Прогулка по «базе» заняла ещё час. Последним пунктом прогулки мы посмотрели на оружейную комнату, а затем прошли на склад, где нам выдали пару серых комбинезонов и прочную обувь. Завершая экскурсию, вновь вышли на площадку в центре дворца, где к этому времени собралась целая толпа. Я сразу и не понял, с чем это связано, а Рома лишь улыбался, говоря, что будет интересно.
Где-то через пятнадцать минут ожидания в каменном здании с куполом вспыхнул яркий источник силы, постепенно становящийся неприятным. Если подбирать аналогию, то ощущения были такие, словно в чистый пруд начали сливать сточные воды. Первый признак, что очень скоро рядом появится разлом. Действительно, в этот самый момент по площадке прошла лёгкая вибрация и тут же исчезла. Собравшийся народ заволновался. Рядом с нами пристроилась группа нетерпеливых европейцев, вытягивавших шею и порывавшихся подойти ближе. Наконец, из здания вышел высокий светлоликий в белом одеянии. Длинные светлые волосы, ниспадающие на плечи, на поясе меч с рукоятью, украшенной драгоценными камнями. Какой-то мощный артефакт, но с большого расстояния я не смог разобрать, к какому классу он относится.
Собравшиеся люди приветствовали его радостными возгласами. Были бы шапки на головах, их бы бросали в воздух.
— И что это? — уточнил я у Ромы.
— Рейд второй команды, — сказал он с улыбкой. — Они уже третий раз вламываются в далёкий тёмный мир. Пытаются достать какой-то артефакт пространственный. Видишь, как улыбается? Значит, всё удачно прошло.
Из здания вышла группа европейцев в серых комбинезонах, с большими заплечными рюкзаками. Появление людей вызвало ещё большую радость.
— Вижу, что удачно пограбили, — согласился я, прикинув размер рюкзаков и то, что тащили их с большим трудом.
— Это лишь приятный бонус, — сказал Рома. — Если им удалось достать артефакт, то всё, что добыла группа, будет разделено между ними.
— И они это с собой на Землю заберут?
— Нет. Но жить в этом мире с золотой монетой в кармане лучше, чем без оной. Бесплатно здесь дают только еду и одежду. Всё остальное придётся покупать на личные сбережения. В том числе и хорошее оружие.
— Мародёры, — сказал я для Зои, говоря на её родном языке. — В масштабах бесчисленного количества миров.
Она закивала, крепче сжимая мою руку. Несколько крепких мужчин с рюкзаками за спиной выглядели так, словно прошли через огонь, немного подкоптив одежду и слегка опалив волосы. У одного клапан рюкзака до сих пор дымился. Вряд ли ведь просто пришли и ограбили какой-нибудь город в тёмном мире, они наверняка его сожгли или основательно разрушили. Радость людей вокруг мне была понятна, но разделить её с ними я не мог. Вспомнился сожжённый город недалеко от Хумы. При этом там и грабить было нечего. Светлоликие просто тренировались, проверяли, хватит ли им сил сжечь целый город.
— Как часто в рейд ходите? — спросил я.
— Команд много, поэтому каждый день кто-то идёт на ту сторону. Если это ещё неизвестный мир, то идут на разведку. Главная охота идёт за артефактами и энергетическими кристаллами. Если это серый мир или белый, то с людьми на той стороне пытаемся договориться.
— Много таких баз, как эта?
— О таких больших, как наша, я не слышал. Маленькие точно есть, в других городах. Люди с Земли оказались настолько деятельными, что всё вокруг — это плод наших усилий. Нам даже дворец выделили.
— Давно хотел спросить, кто такой щедрый? Император?
— Дом Азара.
Роман сделал жест, показывая, что поговорим позже. Группа европейцев как раз направилась к северному проходу во дворец, и Рома поспешил следом за ними. И ведь люди с Земли даже не подозревают, чем в итоге всё закончится для их родного мира. Их просто используют, как резиновое изделие номер два, и выбросят, когда перестанут быть нужными.
Поймав спиной чей-то взгляд, я неосознанно оглянулся. Толпа вокруг начала постепенно расходиться, и тот, кто следил за нами, на секунду проявил себя.
— Давай вернёмся в комнату, — сказал я. — Надо переодеться, а то мы привлекаем слишком много внимания.
На нас действительно косились. Думаю, что они впервые видели одежды старейшины дами, но мне не понравился взгляд длинноухого, вышедшего из разлома со второй группой. Мне показалось, что эти одежды он знал. Надо было сначала переодеться, а уже потом идти на экскурсию. Обругав себя за неосмотрительность, я поспешил вернуться в нашу комнату.
Одежда, которую носили люди на «базе», была сшита из грубого и плотного материала. Покрой с виду самый обычный, но не для жителей иных миров. К примеру, в комбинезоне имелись карманы как наружные, так и потайные внутренние, а на коленках и локтях ткань усилена вставками из грубой кожи. Я переоделся первым, переложил летающие ножи в наружные карманы, во внутренний убрал кошель с золотом. Свою одежду свернул и спрятал в ящик под кроватью.
— Побудь здесь, — попросил я Зои. — Обойду дворец и вернусь. Хочу проверить, как много у нас свободы и можно ли выходить за пределы дворца. Дверь никому не открывай.
— Я справлюсь, — улыбнулась она.
Из того, что я уже успел заметить, во дворце совершенно не было охраны. Стража дежурила только на улице, рядом с «домом разломов» и у выходов из дворцового комплекса. Выглядело так, что всем плевать, чем другие занимаются. Пройдя по коридорам третьего этажа, а затем по второму, я постоянно сталкивался с праздно шатающимися людьми, просто отдыхающими в проходных комнатах или о чём-то болтающих друг с другом. Зато в спортивных залах постоянно кто-то занимался, как и в учебных классах западного крыла дворца.
Парадным входом во дворец являлось северо-восточное крыло, выходившее на просторную площадь и роскошный сад. При этом в здание можно было свободно войти и выйти, никто тебя не останавливал, но охрана в виде нескольких одарённых присутствовала. Они скорее следили за порядком, чтобы не было драк, а не за тем, кто входит или выходит через парадные двери. Как раз на широкой мраморной лестнице я заметил Николая Нефёдова в компании незнакомого мужчины и решил подойти поздороваться.
Погода, кстати, была прекрасной. Яркий солнечный день, постепенно клонившийся к закату, чуть больше двадцати градусов тепла, и лёгкий ветерок. Никакой удушливой влажности, запаха воды и дождя. Пахло цветами, прогретым на солнце мрамором и ещё чем-то вкусным, едва уловимым. Сейчас бы покрывало найти и на солнышке погреться. Поставил себе галочку: позвать Зои на пикник, как только представится случай.
— Ещё раз добрый день, — поздоровался я, подходя к мужчинам.
— Василий, — кивнул мне Николай. — Знакомься — Вадим, он из моей группы.
— Будем знакомы, — Вадим пожал мне руку. Выглядел он лет на тридцать, жилистый и подтянутый, явно бывший или даже действующий военный.
— Очень рад.
— Как устроились? — спросил Николай. — Мы как раз тебя с подругой обсуждали.
— Хорошо. Нам комнату дали двухместную, очень удобную.
— У нас правило, — уточнил Николай, — пары селят вместе, в двухкомнатные апартаменты. Остальным приходится ютиться в комнате на четверых или даже шестерых. Или вы не пара?
Он хитро улыбнулся.
— Нет, вы всё верно сказали, — я попытался добавить в голос смущение. — А почему Вадима не было с вами?
— Я же говорил, — Николай слегка поморщился, объясняя не только мне, но и другу, — лорд Илир прибежал утром, взбудораженный, словно его пчела в причинное место ужалила. Торопился бежать в ваш тёмный мир, едва своего друга не забыл.
— Да, лорда Бали жалко, — кивнул Вадим, затем посмотрел на меня. — Кто его так мог?..
— Не знаю, — я развёл руками. — Может, кто-то из охраны императора. Это такой огромный демон, под два с половиной метра, с большими рогами и копытами. Интересно, куда лорд Илир так спешил? В нашем тёмном мире ничего интересного и нет вовсе.
— Он не сказал, — Нефёдов покачал головой. — Может, хотел быстрее лорда Азара какой-нибудь артефакт достать.
— Это тот, который вернулся только что? — я показал в сторону дворца.
— Он самый. Десять минут назад приехал кто-то из высоких лордов, я его даже не видел никогда. Вон его карета. Так этот самый лорд по лестнице даже не взбежал, а взлетел, едва двери не выбил, так торопился. Это может значить только одно — они нашли что-то весьма ценное и полезное.
— Только нам об этом знать не положено, — рассмеялся Вадим. — Вон ещё едут.
По дорожке вдоль зелёного парка ко дворцу неслась карета, запряжённая четвёркой лошадей. Громко цокая копытами по мостовой, лошади домчались до мраморной лестницы, тяжело дыша и фыркая. Из богатой белой кареты вышла девушка лет двадцати, в белом платье. Красивая, с прямыми длинными волосами, кого-то мне смутно напоминающая. Слегка приподняв подол, она поспешила ко входу во дворец, проходя недалеко от нас, так что я смог в полной мере оценить, насколько светлоликая была сильна. Пара старейшин, что встречала нас у разлома, даже близко не стояла рядом с ней. Их уровень силы можно было бы сравнить с послушницей дами на фоне верховной жрицы.
— Кто это? — спросил я, удивлённый, что светлоликие девушки могут быть настолько сильными в таком возрасте. Или же она просто выглядела гораздо моложе, чем была на самом деле.
— Не знаю, — Николай снова развёл руками. — Видел как-то, но имени не знаю.
— Кто-то из высоких лордов, — сказал Вадим. — От неё веет опасностью, подсказывая, что лучше держаться на расстоянии. Она тебя зашибёт движением мизинца и не заметит. Ты, как новенький, имей в виду, лучше от них держаться подальше. Пусть лучше этим командир отряда занимается.
— Очень смешно, — фыркнул Николай, отвечая на улыбку друга. Я шутку не понял, поэтому промолчал.
Мы постояли немного, наблюдая, как карета отъезжает на небольшую стоянку под навес. Кучер и слуга на багажной полке одеты прилично, но это были не светлоликие. Вот бы с ними поговорить и узнать, как они в город попадают. Пропуска у них именные, карточки или ещё что-то?
— Я смотрю, у вас тут… как бы сказать… у людей свободного времени много, — я показал на отдыхающих под тенью деревьев или просто гуляющих.
— Это тебе кажется, — сказал Николай. — Кого старшим у вас назначили?
— Романа.
— А, шестой отряд, — он кивнул. — Новички. Вот у кого свободного времени нет, так это у них. Он тебе ещё расписание покажет. Там и десяти минут нет, чтобы в туалет сбегать. Учёба, тренировки, отработка магии, изучение светлого языка. Не переживай.
Он похлопал меня по плечу.
— Пойду прогуляюсь по дворцу, пока время есть, — сказал я, понимая, что они хотят поговорить о чём-то личном.
— Только на третий этаж в северное крыло не ходи, — предупредил Вадим. — Пока высокие гости не уедут.
Минут сорок я гулял по дворцу, пытаясь понять, следят за мной или нет. В итоге пришёл к выводу, что никому до меня нет дела, особенно когда я ничем не выделяюсь среди сотен таких же людей. Даже на возраст никто внимания не обращал.
Вернувшись в жилую часть, спокойно вошёл в спальню, отмечая, что Зои дверь так и не закрыла. Она даже переодеваться не стала, оставаясь в лёгком платье послушницы дами.
— И чем это ты занималась, пока я?..
Только войдя, я заметил, что в левом углу маленькой комнаты был гость. Он сидел на полу, прислонившись спиной к стене и вытянув ноги. Старший из той парочки длинноухих, что встречал нас совсем недавно. Он мутным взглядом смотрел в пустоту перед собой, а из носа и глаз у него бежали струйки крови. Кровь, кстати, неестественно быстро застывала, превращалась в какую-то субстанцию, похожую на мокрый песок, и сыпалась ему на грудь, пачкая белые одежды.
— Он меня узнал, — немного отстранённо сказала Зои. Она смотрела на него голодным взглядом и время от времени облизывала губы. — Почувствовал силу крови и захотел её.
Присцилла показывала мне, как извлекать силу из крови, не сжигая её в демоническом пламени. После извлечения кровь всегда превращалась в тот самый серо-бурый песок, неприятный на вид и на ощупь. Судя по бледному и похудевшему лицу длинноухого, крови в нём оставалось совсем немного.
Закрыв глаза ладонью, я тихо выругался, второй рукой нащупал засов на двери, задвигая его.
— Двери нужно было закрыть, — сказал я.
— Не подумала, — отозвалась Зои. — Прости.
Этот светлоликий был не самым сильным из их братии, но, наверняка, мог расправиться с любым из одарённых на базе. Только хотел спросить, чем она его приголубила, превратив в овощ, но в это время в дверь постучали. Я едва не подпрыгнул от неожиданности. Стащив покрывало с ближайшей кровати, накинул поверх ушастого и жестом показал Зои, чтобы не стояла посреди комнаты с видом оголодавшего вампира. Мне показалось, что она слегка захмелела. Глазки, по крайней мере, блестели.
Приложив палец к губам, убрал засов и выскользнул в коридор, быстро закрывая за собой дверь.
— Привет, — сказал я на языке демонов, совершенно не ожидая увидеть ту самую светлоликую девушку, что примчалась на белой карете. Вблизи она казалась довольно милой, если не обращать внимания на убийственно холодный взгляд.
Позади девушки стоял парень, которому я оставил синяк на половину лица. При этом выглядел он хмурым, словно успел получить по шее.
— Привет, — ответила она на том же языке, говоря без акцента, словно сама вышла из тёмного мира. — Значит, это ты тот самый человек, кто ударил моего кузена?
— Вообще-то, твоего кузена ударила палка, но так вышло, что в тот самый момент я держал её в руках. Чистая случайность или даже совпадение.
Девушка улыбнулась краешком губ.
— Будешь его учить, — сказала она. — И бить до тех пор, пока не научится держать в руках меч.
Парень при этом опустил взгляд и насупился.
— Заманчивое предложение, но я откажусь.
— Почему? — спокойно спросила она, глядя в глаза. Она была примерно моего роста, но смотрела так, словно на полголовы выше.
— Не хочу. Он мне не нравится.
— Я заплачу́. Золотом или кристаллами.
— Нет, — отрезал я, а девушка даже бровью не повела. На её лице ни один мускул не дрогнул. — Хотя… Меня из тёмного мира спас лорд Илир из рода Эервен. Хотел ему спасибо сказать. Ты его знаешь?
— Знаю. Можешь даже не волноваться, его такие мелочи не заботят, ни твоё спасение, ни благодарность за это.
— Уверена?
— Более чем. Илир мой старший брат. Если возьмёшься учить бездаря, что стоит позади меня, я сделаю так, что он получит благодарность за твоё спасение.
— Так ты тоже из рода Эервен? — удивился я, затем изобразил деловую улыбку. — Слышал о вашей семье только хорошее. Меня Василий зовут.
Если эта девчонка была из рода, откуда должен выходить мой информатор, с ней определённо нужно наладить отношения. Вряд ли я смогу добиться того, чтобы она меня в гости позвала, но, может быть, через племянника удастся узнать об этом роде побольше.
— Меня зовут Иринэ из дома Эервен, — сказала она.
Наверное, всё из-за Зои, но я совершил грубую, непростительную ошибку, и только спустя несколько секунд это осознал. Дело в том, что я удивился, и она это поняла. Её взгляд резко изменился, отчего у меня внутри всё сжалось, а на спине выступил холодный пот. Повернувшись к кузену, она что-то сказала на светлом языке. Парень резко развернулся и помчался по коридору так, что пятки сверкали. Затем Иринэ посмотрела сквозь меня на дверь. Зои добивала несчастного светлоликого медленно и почти незаметно, но если прислушаться, то можно было уловить отголоски чистой силы, явно не принадлежащей человеку.
Мог поклясться, что она уже заготовила удар, способный взорвать всё это крыло дворца.
— Дело в том, что меня прислал Рири, — быстро сказал я, собираясь добавить силу в голос. — Мне сказали, что Иринэ из дома Эервен поможет…
Впервые в жизни видел, как сердитое выражение лица и взгляд, говорящий, что готов убивать, так быстро менялся на встревоженный, почти испуганный. Она даже неосознанно ахнула и быстро прикрыла рот ладонью, смутившись. Наставила на меня палец, сверкнув взглядом, чтобы я молчал.
— Не ожидала, что это может произойти так… неожиданно, — Иринэ шагнула ко мне, отчего пришлось отступить и прижаться спиной к двери. Она вроде бы взяла себя в руки, но взгляд оставался тяжёлым, словно я ей сейчас какую-то очень плохую новость сообщу. — Два правила — нарушишь их и пожалеешь. Первое — не говори мне, что будет или может случиться. Никаких вероятностей, возможностей и прочей ерунды. Я не хочу знать ни о чём, что может случиться позже, чем через час. Второе — забудь имя, которое назвал только что, и не произноси его больше. Не играй с этим. Всё ясно?
— Ясно, — быстро закивал я.
— Поговорим в комнате, — она посмотрела на дверь за моей спиной.
— Нет. Лучше где-нибудь в более подходящем…
— Как скажешь, — она хмыкнула. — Если сможешь сам спрятать тело старейшины Килма, то я не переживаю. Или ждёшь, что это сделает ведьма из Красного мира? Не знала, что они способны на подобное.
Мы несколько секунд смотрели друг другу в глаза. Я сдался первым, уже второй раз тихо выругавшись.
— Ты просто сумасшедший, раз привёл кого-то вроде неё в этот мир, — добавила она, язвительно улыбнувшись. — Молчи, ничего не хочу знать. Решай, нужна моя помощь со старейшиной или нет?
— Нужна, демоны бы тебя побрали! — яростным шёпотом сказал я. Открыв дверь, шагнул в комнату, пропуская следом светлоликую. Затем выглянул в коридор, проверив, что там никого нет. — Я ещё не решил, можно ли тебе доверять.
Она обернулась, посмотрела на меня как на идиота, затем на летающий нож в моей ладони, фыркнула и прошла к ближайшей койке мимо Зои, осторожно, чтобы не коснуться девушки.
— Он мне никогда не нравился, — сказала светлоликая, бросив на фигуру под покрывалом короткий взгляд. — Слишком заносчивый. Итак, пока ведьма занята перевариванием старейшины, скажи, что ты задумал? Говори коротко и только о конечной цели.
Я посмотрел на Зои, но она пребывала в отрешённом состоянии, вытягивая силу из крови старейшины. Не знаю, дышал он ещё или уже нет, но под покрывалом слышалось тихое шуршание песчинок.
— Мне нужно запереть один мир, чтобы туда никто не мог попасть, — сказал я. — Вроде бы это можно сделать из храма в Илуне, наложив особое заклинание на что-то.
— Не на что-то, а на передающий кристалл. Чтобы запечатать мир, окончательно и бесповоротно, нужно особое заклинание, которое знает только оракул. Это будет несложно. Я могу организовать встречу с оракулом, и она собственноручно запечатает любой мир, на который ты укажешь пальцем. Проще простого.
Я удивлённо посмотрел на светлоликую. Не думал, что всё будет так легко. Вряд ли она сейчас пыталась меня обмануть. Если минуту назад она была настроена серьёзно, то сейчас с облегчением вздохнула и слегка расслабилась, с любопытством разглядывая Зои. А ещё я заметил глубокие следы от ногтей у неё на ладони левой руки.
— А если сделать это, не ставя в известность ни оракулов, ни кого-либо ещё? — спросил я.
— Только если ты знаешь это заклинание, что вряд ли.
— Ты меня недооцениваешь.
— Да ну?! — она удивилась, подалась вперёд, а глазки заблестели. Она несколько секунд смотрела на меня, потом опомнилась. — Не задавать вопросы, не задавать вопросы… Сделать всё тайно будет гораздо сложнее. Я бы сказала, почти невыполнимо. Какой мир ты хочешь запечатать?
— Тот, откуда пришли люди, живущие сейчас во дворце.
— Да, это логично, стоило догадаться, — на её лице мелькнула непонятная эмоция. — Это очень перспективный мир. Яркий, насыщенный и многообещающий. В нём заинтересованы три влиятельных дома, в том числе и мой. Не ставя в известность оракула и служителей храма, шансов почти нет. Даже если тайком провести в храм, тебя будут ждать у самого входа. Скажи, ты уверен, что не хочешь довериться оракулу? Не отвечай, почему и зачем, просто скажи, уверен или нет?
— Я хочу сделать всё тайно, затем вернуться в тот мир, откуда нас забрал твой старший брат.
— Почему всё всегда должно быть сложно? — недовольно спросила она сама у себя, затем добавила что-то на светлом языке, скорее всего, нецензурное. — Если Великие дома внезапно потеряют перспективный мир, они обрушат свой гнев на храм, а тот, в свою очередь, обратится к оракулу. Она знает не только то, что произойдёт в ближайшие десять лет, но и каждую дату любого происшествия. Как давно ты попал в тёмный мир, где тебя нашёл брат?
— Прошло чуть больше двух лет.
— Торопишься вернуться обратно?
— Не особо, — кивнул я, понимая, о чём она говорит.
— Да, наивно было полагать, что всё будет так легко, — сказала она сама себе. — Они не отдадут этот мир, слишком много на него потратили ресурсов и усилий.
Зои, так и стоявшая в проходе, пошатнулась и едва не упала. Я успел подхватить её и уложить на свободную кровать.
— Этот сам пришёл, — сказал я, показывая на тело под покрывалом.
— Когда кто-то проходит через разлом, в этот момент о нём можно узнать очень много. Наверное почувствовал ведьму и решил забрать её себе. Вряд ли он с кем-нибудь собирался делиться, поэтому можешь не переживать. Но тебе стоит быть осторожным в такой компании. Я могу спрятать её у себя в поместье.
— Она останется со мной, — отрезал я, затем положил ладонь на плечо Зои, чтобы не поднималась. — Лежи пока.
— Мне нужно будет немного времени, — сказала Иринэ. — Несколько дней, чтобы узнать, что сейчас происходит в храме, и встретиться с оракулом. Попытаюсь выяснить, знает ли она о нашем маленьком заговоре. Вы появились очень не вовремя. Высокие дома Азара, Эервен и Мин грызутся за тот самый мир, о котором идёт речь. Надо подождать, пока страсти утихнут. Азара хотят отправить туда ещё двух посредников и мастера кристаллов. Не знаю, когда будут открывать проход, но до этого момента попасть к связующему кристаллу не получится.
— То есть просто поехать на твоей карете к храму и запечатать кристалл у нас не получится?
— Я же говорила, что они будут нас там ждать. Исходи из того, что Оракул знает, когда кристалл будет испорчен. Она не всеведущая и может не знать, кто в этом участвует и как именно это будет сделано. Нам придётся столкнуться с силой, всегда опережающей нас на один шаг. Мы можем попробовать её перехитрить, но это будет непросто. В теории есть несколько способов победить того, кто знает будущее, но в том и проблема, что это лишь теория. Запасись терпением и жди.
— Долго ждать? А если времени не останется?
— Скажешь мне об этом, когда такое время наступит. Тогда будем пробиваться в храм с боем. Не хочу, чтобы это стало последним, что я сделаю в жизни, — она покривила губами, представив подобное. — Надеюсь, что вам жизни важны так же, как и мне, поэтому не наделаете глупостей.
— А с ним что? — я показал на тело старейшины.
— Меня больше занимает другое, — Иринэ холодно улыбнулась и показала пальцем в пол. — Если в том мире навсегда застрянут дети рода Азара, то это будет настоящим подарком для нас. Ради этого стоит постараться.
Тело старейшины слегка приподнялось, отрываясь от пола и стены. Невидимая сила начала оборачивать его покрывалом, сжимая под огромным давлением. Его беззвучно смяло до размера большого арбуза и продолжало спрессовывать. Я совершенно не чувствовал, как она использует силу. Ни единого намёка, ни малейшей искорки магии. Выглядело так, словно мёртвый старейшина был противен мирозданию, и оно само решило разобраться с ним.
— Следи, чтобы она не сожрала ещё кого-нибудь, — сказала Иринэ. Встав, поправила платье. — По крайней мере, предупреди, чтобы я смогла прикрыть вас. И не попадайтесь на глаза моему брату. Давай поговорим в коридоре.
Она посмотрела на Зои без негативных эмоций, как на полезный, но очень опасный инструмент. Выйдя в коридор, придержала дверь, чтобы туда выплыл шар из покрывала. Дождалась меня и поманила ближе.
— Будь осторожен с ведьмой, — тихо сказала Иринэ. — Если ты не знаешь, с кем связался, я тебе доходчиво объясню, но позже. Сейчас будут делить тот мир, который ты хочешь закрыть, и мне нужно присутствовать. Пусть торгуются, тратят силы и ресурсы, нам это только на руку.
Кто-то захотел выйти из комнаты недалеко от нашей, но Иринэ придавила дверь силой.
— Ведите себя тихо и не высовывайтесь, пока я не разузнаю обстановку вокруг храма и оракула. В любом случае, сначала мне нужно с ней встретиться.
— Не боишься, что она тебя вычислит? Если она знает будущее и всё такое.
Светлоликая не ответила. Развернувшись, она зашагала по коридору. То, что осталось от старейшины, поплыло следом за ней. Её нисколько не волновало то, что за нами наблюдало несколько человек с разных концов коридора, боявшихся подойти. Да я и сам вспотел, так как даже с символами защиты непросто находиться рядом с таким огромным источником силы. Это не девушка, а настоящий монстр. Поспорить с ней мог разве что лорд Ёр, и то вряд ли. За весь разговор она ни разу не ослабила контроль над силой. Захоти я воспользоваться ситуацией и напасть, не уверен, что успел бы.
«И что теперь? — подумал я, возвращаясь в комнату, чтобы не столкнуться с любопытными людьми в коридоре. — Бежать или ждать?»
Я мог бы попытаться тайком попасть в город и добраться до храма. Но что если там меня уже ждёт этот пресловутый оракул? Догадываюсь, что он знает о будущем оттуда же, откуда и я.
— Ты как? — спросил я у Зои, которая уже сидела на кровати с таким видом, словно ничего и не произошло.
— Прекрасно, — улыбнулась она. — Моя кровь окончательно пробудилась. А кто была та девушка? И почему ты её не убил?
В голосе Зои почему-то промелькнула ревность. Или мне это просто показалось?
— Она тот самый связной, о котором я говорил. Она поможет добраться до храма и кристаллов, связывающих миры. Только нужно подождать.
— Ты ей доверяешь?
— Не очень.
— Если будет нужно, скажи, и я её убью. Точнее, скажи, когда будет пора.
— Ты носик-то не задирай, — рассмеялся я, усаживаясь рядом. — Она чертовски сильна. Гораздо сильнее, чем Присцилла.
— Я заметила, — кивнула Зои. — Мама говорила, что мы должны убивать их, как только увидим. Не раздумывая и не сомневаясь. Но вокруг их как-то слишком много.
— А ещё в часе ходьбы на севере — целый город, где они живут.
— Устроим большую диверсию? — заинтересовалась она. — Мне надо силу испытать, ближайший город подойдёт.
— Никаких испытаний, пока мы храм не найдём, — осадил я её. — Вот как доберёмся до него, так и пошумим в полную силу.
Я подумал, что один мир спасти — это слишком мало. Хорошо бы весь храм на воздух поднять. И сделать так, чтобы не отстроили.
⠀⠀
Проснувшись утром, я пару минут лежал на узкой и жёсткой кровати, разглядывая потолок. Сквозь приоткрытое окно, в тесную комнату проникал свежий утренний воздух, доносились щебетание птиц и далёкие голоса людей. В такое время ты должен осознавать, как же прекрасна жизнь в светлых мирах, но всё было несколько иначе. Одна мысль о том, что предстоит, нагоняла тоску, поэтому вставать совершенно не хотелось.
Я скосил взгляд на соседнюю кровать, до которой можно было дотянуться рукой, так близко она стояла. Не то чтобы мне неловко было спать в одной комнате с красивой девушкой, просто в голове сумбур. Я или краснею как мальчишка, стоит бросить неосторожный взгляд в ту сторону, или ловлю себя на недостойной мысли, что добром это не кончится. Сегодня ночью проснулся от громких голосов на улице и долго не мог уснуть. Чувствовал себя самцом чёрной вдовы. Когда Зои спала и не могла контролировать кровь, то становилась похожей на хищника. Символ скрытности пока ещё работал, но очень скоро кровь пересилит, и не только я перестану спать по ночам, но и половина дворца длинноухих.
Кровать Зои была пуста, так как она успела встать на час раньше, почти с рассветом. И вторая проблема, над которой я думал, заключалась в том, что, сожрав старейшину, Зои перестаралась. Поглотила силы больше, чем могла удержать. Это не страшно, так как лишнюю можно было просто выплеснуть. Только в её случае, этого хватит, чтобы снести до основания дворец, где мы жили. Не хотелось бы раскрывать нашу силу так рано — светлоликие этого могут не оценить.
Отбросив грустные мысли, я встал, заправил кровать и успел одеться до того, как дверь в комнату приоткрылась, пропуская Зои. В сером комбинезоне и с полотенцем в руках она выглядела очень мило.
— Ужас, — сказала она, поймав мой взгляд, и поёжилась. — Настоящий кошмар.
— Это не кошмар, а общежитие, в самом худшем его проявлении.
— В храме было лучше, — она прошла к окошку, открывая его шире и выглядывая наружу.
— Дай мне пару дней, — сказал я, вставая и забирая со спинки кровати полотенце. — Даже если придётся кого-нибудь убить, мы отсюда свалим.
Я вышел в коридор и направился в сторону уборных. Огромный и богатый дворец светлоликих мог похвастаться десятком спален и дюжиной гостевых комнат, бальными залами и картинной галереей, но он не был предназначен для такого количества жильцов. На нашем этаже было четыре одноместных уборных, перед которыми в любое время суток стояла очередь, особенно по утрам. А вчера вечером засорилась одна из женских, и на этаже едва не случился скандал, который пришлось разруливать коменданту. Про банную комнату лучше и не вспоминать, чтобы настроение окончательно не испортилось.
— Василий, — меня окликнул Роман, старший шестой группы, в которую меня распределили. Он как раз шёл по коридору и, судя по всему, ко мне. — Ты что, только встал?
— Только проснулся, — кивнул я. — Плохо спал ночью. Кошмары и всё такое.
— Понимаю, — он немного смягчил строгий взгляд и тон. — У нас занятия с самого утра, военная дисциплина, понимаешь? Ладно, не переживай, на зарядку и пробежку опоздал, но после завтрака у нас занятия по физической подготовке. Приставлю к тебе Сергея в качестве старшего товарища. Он тебя и будить будет, чтобы на занятия не опаздывал и… Что это?
— Взятка, — я сунул ему в руки монету. — Золото, чистой пробы, неразбавленное. Почти четыре грамма. Бешеные деньги в тёмном мире.
Рома вздохнул, потёр лоб. Я ухватил его под локоть, подводя к ближайшему окну. Очередь в уборные начиналась чуть дальше и, судя по количеству сонных парней и мужчин, ждать придётся не меньше получаса.
— Слушай, — сказал я, — как здесь можно быстро заработать много денег? Прям очень много, чтобы дом снять поблизости и не торчать в этом общежитии имени великого демона Азра.
— Не шути так над домом Азара, — сказал он. Посмотрел на монету и сунул мне её в нагрудный кармашек. — Чтобы заработать хотя бы немного, нужно быть уверенным, что ты сможешь продержаться в тёмном мире пару дней. А для этого необходимы долгие и упорные тренировки.
— Я два года в тёмном мире прожил, — напомнил я.
— И мог бы спокойно войти в замок или во дворец местного главного демона, чтобы прогуляться по его сокровищнице?
— Ну…
— Демоны из твоего тёмного мира смогли убить одного из могущественных лордов, соратника самого Илира, — добавил Рома.
— И всё же, — настоял я. — Чтобы я понимал, насколько всё сложно, объясни. Представь, что ты самый великий во всех мирах колдун и волшебник, как бы ты заработал денег здесь?
— Только чтобы ты понимал, — сдался он. — Способов несколько, но все они связаны с походами в тёмные миры. Оттуда можно принести золото, артефакты или важные сведения. Можно отправиться на заставу в сером мире и принять участие в сражении с демонами. Платят за это немного, но риски гораздо меньше. Ну или устроиться на работу здесь. Если знаешь светлые языки, тебя могут нанять как переводчика.
— Понятно, — я кивнул. — Следующий вопрос: как попасть в тёмный мир? Билеты на автобус нужно брать? Или тут разломы есть стабильные в обе стороны?
— Так просто не объяснишь. Если не вдаваться в подробности, то у каждой великой семьи есть свой участок миров. Тебе нужно заручиться поддержкой любой из них, и тогда появится шанс попасть в рейдовую группу или же на передовой аванпост. Только для этого ты должен быть действительно великим колдуном.
Рома рассмеялся.
— Нас поддерживает дом Азара, поэтому есть шанс попасть в тёмный мир где-то через полгода. Если покажем себя с лучшей стороны, — добавил он. — А для этого нужно тренироваться. Дар, что ты получил, пройдя через разлом, можно и нужно развивать, как мышцы или умение играть в шахматы. Чем больше тренируешься, тем сильнее становишься.
— То есть, чтобы разбогатеть, нужно грабить тёмные миры?
— Если упрощать, — кивнул он.
— И больше никак?
Роман посмотрел на меня многозначительным взглядом.
— Спасибо, — я показал на очередь, увеличившуюся ещё на трёх человек. — Надо торопиться, пока ещё больше людей не проснулось.
— Мы будем в учебном зале на втором этаже в западном крыле. Не опаздывай. И девушку свою бери, чтобы она без дела не маялась.
Легонько стукнув меня кулаком в плечо, Рома направился дальше по коридору, огибая очередь и здороваясь с кем-то из знакомых. Встав в числе последних, я подумал, что грабить тёмные миры — не лучшая идея. Да, я могу обойтись без жертв, сразу прийти к любому правителю или хозяину земли, попросить золото и вернуться, но смущало несколько нюансов. К примеру, что делать с теми, кто пойдёт вместе со мной? С людьми я бы ещё как-нибудь общий язык нашёл, но вот светлоликие не поймут ни мою силу, ни могущество Зои. Они нас просто прихлопнут или дождутся, пока мы вернёмся, и возьмут числом уже здесь. Придётся просить помощь и деньги у Иринэ. Для неё ничего не стоит снять нам какой-нибудь дом, недалеко от дворца. А ведь мог бы сразу об этом попросить. Так всегда, дельные мысли приходят только по утрам.
— Будет непросто, — сказал мужчина, стоявший передо мной в очереди. Бородатый и коренастый, в простой майке и с белым полотенцем через плечо, он выглядел очень смешно.
— Без переводчика лезть опасно, а Даня ушёл в рейд ещё три дня назад и пока не возвращался, — согласился с бородатым ещё один мужчина лет тридцати пяти, выправкой очень напоминающий военного. — Даже не знаю, как выкручиваться будем. Может, передадим эту работу второй группе? А ещё лучше — первой.
— Передаст он, — хмуро произнёс бородатый. — На нас её свалили не просто так, и отказаться возможности нет.
— И Коля захворал, — добавил военный. — Ты его видел? Краше в гроб кладут. Ещё пара-тройка переходов, и можно списывать парня.
Мужчины замолчали, а атмосфера вокруг немного потяжелела.
— Уважаемые, — влез я. — Случайно подслушал, что вам переводчик требуется. Для какого дела, если не секрет?
Они обернулись, смерили меня примерно одинаковыми взглядами.
— Я два года прожил в тёмном мире, пока меня светлоликий Илир не вытащил, — важно сказал я. — Знаю несколько тёмных языков и готов предоставить вам свои услуги.
— Мы в такой далёкий тёмный мир идём, что лучше тебе и не знать, — сказал бородатый.
— Постой, — военный положил ему ладонь на плечо. — Ты как раз из того мира, где лорд Бали погиб?
— Точно, — я кивнул. — Там такие жуткие демоны живут, что они лорда Бали просто взорвали и светлоликому Илиру пришлось бежать без оглядки.
— Значит, ты не из робкого десятка, парень, — прищурился военный. — В какую группу распределили? Или оставили, пока не подрастёшь?
— Из шестой группы я. А кто из светлоликих с вами идёт? Может, сам лорд Илир?
— Скажешь тоже, — военный рассмеялся. — Он такими пустяковыми делами не занимается. Сами идём, без присмотра старших.
— Да? — заинтересовался я, а в голову пришла любопытная идея. — А как разлом между мирами открывать будете?
— Мы бы рассказали, но это лишнее, — бородатый недовольно посмотрел на друга. — Чтобы с нами пойти, тебе разрешение нужно. От твоего командира, от старшего инструктора и от начальника базы. Чтобы они подтвердили твою полезность. Нам проще без переводчика пойти, чем балласт брать, от которого проблем будет больше.
— А если достану нужные бумаги, возьмёте? Когда уходите-то?
— Поздно вечером идём, — сказал военный. — На закате. Если хотя бы от начальника базы разрешение достанешь, то приходи.
Бородатый толкнул его в плечо, считая это не лучшей идеей. Мне же было жутко интересно, как они планировали между мирами перемещаться без светлоликих. Допустим, туда их могли забросить, но как вернуться?
— Ты лучше расскажи, парень, как в тёмном мире жил? — сказал военный, решив не сердить друга. — Пока мы в этой очереди со скуки помираем. Меня Вячеслав зовут, а этого ворчуна — Семён Ильич.
Разговор с мужчинами вышел интересный. Оказывается, они из четвёртой группы и срочно уходили на задание, потому что кто-то где-то облажался, и им нужно было решать большие проблемы. Мне был интересен сам механизм перемещения между мирами и то, сколько они на этом зарабатывали. По сухому рассказу выходило, что денег на этом не наживёшь, если не заниматься грабежом. А четвёртую группу к лакомым мирам, где можно было взять что-то ценное, пока не подпускали.
Приведя себя в порядок, мы с Зои неспешно пошли завтракать. Идти на тренировку с шестой группой не хотелось, тем более, голова была забита совсем другими вопросами. Встреча с Иринэ оказалась слишком неожиданной, и нужно было ещё раз встретиться, чтобы утрясти массу вопросов. Жди теперь, пока она соизволит вновь появиться. Может, она сейчас с Императором встречается и решает, что со мной делать, а может, её уже оракул вычислил и приморил. Зои была согласна с первым вариантом, считая, что длинноухим нельзя доверять. С того момента, как у неё проснулась кровь, она выглядела менее напуганной и уже не шарахалась от каждой тени светлоликих. Мы утром видели одного из них, и Зои смотрела на него как сытый тигр на упитанного кабанчика.
В общем, я окончательно пришёл к выводу, что мне надо встретиться с Иринэ, поэтому начать решил с её кузена. Только искать его не пришлось. Мы ещё завтракать не закончили и только думали, кого бы расспросить насчёт длинноухих, а он сам появился в столовой, наделав немало шума. Нужно было видеть, как люди его встречают, как спешат уступить место или просто сказать пару приветственных слов. Он же быстро осмотрелся и почти моментально нашёл нас взглядом. Учитывая внешность Зои, это было нетрудно. Подошёл, сказал что-то на светлом языке.
— Привет, — сказал я на тёмном, показал на свободный стул. — Садись, позавтракай с нами.
Он дёрнул глазом, вокруг которого расплылся синяк, уже потихоньку исчезающий. Здоровья у них много, судя по всему. Порывшись за пазухой, парень вытащил небольшой пухлый конверт, протянул мне.
— Сестра передала, — сказал он на тёмном языке.
Не прощаясь, он развернулся и направился к выходу, игнорируя внимание людей.
— Эффектно появился, — шепнул я Зои. — Специально ведь. Даже знаю, как он нас тут нашёл.
Когда мы только вошли в столовую, нас караулил парень лет двадцати. Меня он не узнал, но увидев Зои — обрадовался и умчался к главной лестнице на верхние этажи. Да уж, тяжело быть обладателем настолько выделяющейся внешности. Живя почти десять лет в храме демонов дами, я привык постоянно быть в центре внимания, и пора от этого отвыкать. Не знаю, что творится в светлом мире, но мне это уже не нравилось. Пока мы заканчивали завтракать, за нами наблюдали буквально все, разве что пальцем не показывали. Перешёптывались, что-то азартно обсуждали или просто глазели, но подойти решился только один японец, плохо говорящий на английском. Пришлось жестами объяснять, что мы хотим спокойно позавтракать и ему хорошо бы побыстрее оставить нас в покое. Что касается письма, то распечатать в такой обстановке я его не решился. А так как во дворце уединиться негде, пришлось топать обратно в комнату.
В пухлом конверте из плотной и жёсткой бумаги было что-то твёрдое. Надписей на лицевой стороне нет, обратная же запечатана красным воском. Печать большая, изображающая ромбовидный кристалл и какие-то мелкие символы. Внутри послания, к нашему удивлению, лежала деревянная лакированная плашка, толщиной сантиметра полтора. Не знаю, можно ли её назвать шкатулкой, но она открылась, стоило надавить на маленькую кнопочку. Внутри, в углублении из мягкой выделанной кожи, лежала большая монета из кроваво-золотого металла, в центр которой был впаян маленький ромбовидный кристалл. С обеих сторон монеты, по кругу, бежали незнакомые символы. Учитывая цепочку, эту штуку следовало носить на шее.
Письмо написано хорошими чернилами, блестящими и не маркими. Почерк красивый, хотя руны демонического языка вызывали улыбку. Знаков препинания в демоническом не было, как и слов, определяющих будущее или прошедшее время, но если переводить, то получалось следующее:
— Что значит «старший символ рода»? — спросил я у Зои, разглядывающей подвеску или кулон.
— Он может символизировать твою принадлежность к роду или же то, что можешь говорить от его имени. Мой отец выдаёт похожие символы приближённым, кто уезжает далеко, на границу или в другие земли.
— Лучше бы она золото передала, — проворчал я, свернув письмо и убрав его в шкатулку. — На амулет не похоже, но силу лучше сквозь него не пропускай.
— И не собиралась, — слукавила она, возвращая монету.
— Она ещё пишет, чтобы внимания не привлекал, юмористка. На двадцать дней залечь на дно? Да мы в этом общежитии с ума сойдём.
Я внимательно осмотрел монету с кристаллом, трижды удостоверился, что это не магический артефакт. Даже пропустил сквозь него капельку силы, отчего в центре кристалла появилась маленькая светящаяся точка, быстро растаявшая.
— Надо бы проверить, что он может…
— Василий, — привлекла моё внимание Зои.
— Я помню, — не отрывая взгляд от монеты, сказал я. — Есть у меня задумка, как тебе помочь. И подарок светлоликой будет как раз кстати. Пойдём прогуляемся.
За пару дней, что мы жили во дворце, о том, как функционирует «база», узнать много не получилось. Со слов ребят из шестой группы, командование состояло из семи человек, представляющих разные страны мира. Все важные решения принимались путём голосования, а так как без разногласий не обходилось, споры и дебаты иногда выходили очень жаркими. Каждый из «начальников» хотел получить для своих людей максимум помощи от светлых, поэтому дрались буквально за каждую комнату в общежитии, за каждый комплект одежды и то, как часто группы разных стран будут уходить в тёмные миры. Любопытно, что Америку и их союзников поддерживал дом Эервен, а Россию и Китай — дом Азара. Светлоликий лорд Ёр и его сестрица, с которыми я столкнулся в Москве, как раз выходили из дома Азара. При этом никто из тех, с кем я разговаривал, не знал, какой род более могущественный, но все соглашались, что между ними идёт серьёзное противостояние. Погибший лорд Бали был как раз из семьи Азара, из-за чего у Илира возникли большие проблемы. Странно, что нас с Зои не допрашивали в связи с произошедшим. Посчитали, что хватит показаний Нефёдовых?
Стоя перед дверью в кабинет начальника российской части «базы», я думал о том, как бы меня не посчитали шпионом и предателем. Глубоко вздохнув, я толкнул дверь, входя в небольшое помещение. За столом, рядом с ещё одной дверью, скучала женщина лет тридцати пяти, читая какую-то книгу или справочник.
— Доброе утро, — поздоровался я. — Я к Троицкому, по важному делу.
— Максим Артёмович занят, — женщина посмотрела на меня взглядом опытного секретаря.
— По телефону разговаривает?
— Шутник, — она закрыла книгу. Если все люди во дворце ходили в одинаковых костюмах, то она была в приятном глазу приталенном платье. — Молотов Василий Романович, так?
— Всё верно, — улыбнулся я. — А это Зои.
Женщина посмотрела на нас строго, не разделяя мой энтузиазм.
— Если у вас есть какие-то вопросы, то их нужно решать с непосредственным руководителем, — сказала она. — А уже он будет их обсуждать с Максимом Артёмовичем в рабочем порядке.
Я подцепил золотую цепочку на шее, вытягивая кулон с кристаллом. Надо сказать, что женщина удивилась, но виду не подала.
— Посидите там, — она показала на стулья у противоположной стены. В кабинет начальника вошла без стука. Не прошло и минуты, а она уже появилась, придержала дверь, взглядом показывая, чтобы не мешкали.
Кабинет начальника был обставлен строго, но очень лаконично. Скорее всего, раньше это был рабочий кабинет хозяина дворца или кого-то из управляющих делами. Массивный стол поставили так, чтобы свет из окна падал прямо на него. Окно, к слову, выходило во внутренний двор и было освещено почти в любое время дня. Чтобы яркое солнце не слепило, его закрывали лёгкие занавески. К массивному столу приставили ещё один, для четырёх человек. Мне понравились стулья с высокой резной спинкой и обитые дорогой тканью.
Троицкий — мужчина лет сорока, взгляд цепкий и внимательный. Мне он чем-то генерала из полиции Москвы напомнил.
— Доброе утро, — поздоровался я. — Простите, что отвлекаю, но у меня важное дело.
— Излагай, — он сделал приглашающий жест. — Знак рода покажи.
Я снова вынул за цепочку монету, продемонстрировал. Ему хватило одного взгляда.
— Заручиться поддержкой одного из великих родов — неплохое достижение для парня твоего возраста. Я читал отчёт о вашем прибытии. Там сказано, что ты владеешь телекинезом.
— Всё так, никакой великой силы, — кивнул я, понимая, к чему он клонит. Из чехла в нагрудном кармане вышел летающий нож, сделал пару кульбитов в воздухе и нырнул обратно. — Но управляю очень ловко. Могу демону с пятидесяти шагов в глаз вогнать.
— Неплохо, — не слишком впечатлённый данным умением, кивнул он.
— Я слышал, что сегодня наша четвёртая группа пойдёт в какой-то тёмный мир, при этом без сопровождения светлоликого. Они искали переводчика.
— Всё так. Тринадцать дней назад туда отправился на разведку светлоликий Рольф. Раз не вышел до сих пор, то наверху считают, что у него повреждён путевой кристалл. Было решено отправить группу для разведки и эвакуации. Дом Эервен хочет забрать эту работу себе?
— Нет, нет, — сказал я. — Я как раз переводчик. Мы с Зои два года прожили в тёмном мире и неплохо говорим на самых распространённых языках демонов. Я хочу отправиться туда и помочь найти светлоликого Рудольфа.
— Рольфа, — поправил Троицкий. Он немного удивился и задумался ненадолго. Наверняка сейчас перебирал варианты того, зачем это дому Эервен и что за игру они затеяли. — Хорошо, переводчик группе действительно нужен. Только учтите, молодые люди, что не все тёмные миры одинаковы. Тот, куда собираетесь, населён крайне враждебными демонами. Вы должны быть уверены, что сможете постоять за себя.
— Мы уверены, — сказал я. — Спасибо, что разрешили. Если можно, не говорите никому о нашей связи с домом Эервен. Хотя бы ближайшее время.
— Я здесь два года и понял одно — чем меньше суёшь нос в дела лордов этого мира, тем спокойнее живётся.
— Полностью с Вами согласен, — я кивнул. — Нам нужен будет какой-то документ, чтобы к четвёртой группе временно присоединиться?
— Нет, я предупрежу старшего. Людмила выпишет вам пропуск на склад, чтобы смогли подобрать снаряжение для работы.
На этом мы и распрощались. Секретарь выдала готовый рукописный бланк с подписью, и мы отправились на склад. Если группа собиралась посетить тёмный мир, да ещё и с переводчиком, то следовало выбрать обычную одежду, что мы с удовольствием и сделали. Что-то утомили меня серые однообразные комбинезоны, мелькавшие вокруг. После переодевания мы выглядели как обычные торговцы, не слишком богатые, но и не бедные. Добротная ткань, хорошая обувь и несколько кошелей на поясе, чтобы любой встречный сразу догадался, кто перед ним. Дополнительно взяли две сумки с сухим пайком на три дня. Мы с Зои сошлись во мнении, что после посещения тёмного мира одежду можно не сдавать и ходить по дворцу именно так.
С Романом мы пересеклись ближе к обеду. Я думал, что обрадуется, что сбагрил проблему на четвёртую группу, но он огорчился и пообещал всё уладить. Что именно имел в виду, так и не сказал. Мы с Зои до вечера почти ничем не занимались, прогулялись в саду перед дворцом, посмотрели на пруд с серебряными и красно-золотыми рыбками. Забавно, что перед прудом дежурил слуга, следивший за тем, чтобы люди не кормили рыб. Там даже табличка была, изображающая отрубленную руку, бросающую крошки хлеба в водоём.
В каменное строение во внутреннем дворике дворца мы пришли немного раньше четвёртой группы. В разгар дня на площадке всегда было многолюдно, но ближе к закату вокруг бродила лишь охрана. Разгоняя мрак, в большом зале горело несколько масляных ламп, а атмосфера стояла такая, словно мы на кладбище заглянули. Первым в зал пришёл молодой старейшина длинноухих, встречавший нас несколько дней назад. Выглядел он взъерошенным и несобранным, но старался не подавать виду. Я думал, что им вообще не интересно, кто приходит в светлый мир и кто уходит, но, как оказалось, они не только следили, но всё подробно записывали в большой журнал. Жаль, общего языка с длинноухим найти не удалось, так как он не говорил ни на языках демонов, ни на русском.
Четвёртая группа появилась за двадцать минут до заката. Четверо мужчин и две женщины. За исключением бородатого и военного, все в возрасте около тридцати лет. Не знаю, какими способностями они владели, но на сильных одарённых не тянули. А один парень, самый молодой в команде, выглядел так плохо, что становилось не по себе. Бледный, с синяками под глазами. Ему бы в кровати лежать и силы восстанавливать, а не по тёмным мирам шастать.
— Привет, — я помахал им рукой, подходя ближе. — Костюмы у вас хорошие, на бандитов похожи.
— Вызвался всё-таки, — бородатый неодобрительно покачал головой. — Чтобы не было лишних вопросов — я старший в четвёртой группе. Почему не пришли на брифинг?
— А он был? — удивился я.
— Нет, мы просто собрались с утра пораньше и спонтанно решили пойти на прогулку в мир демонов. Ладно, поговорим ещё об этом. Если бы не начальство, я бы предпочёл идти без вас. В общем, никакой самодеятельности на той стороне. Мои приказы выполнять быстро и беспрекословно. Это ясно?
— Ясно. Нет, Зои на русском языке не говорит, к сожалению. Но вы не переживайте, она сможет за себя постоять.
На лице бородатого можно было прочитать всё, что он думает по этому поводу.
— Время поджимает, — сказал военный, придя нам на помощь. — Николай, ты как, готов?
— Не готов, — проворчал парень болезненного вида. — Я вообще не хочу туда лезть, не говоря уже об этих… проходах.
— Надо, Коля, — веско сказал четвёртый из парней, положив ему руку на плечо. — Считай, что последний раз. А потом до конца срока будешь на лавочке в парке отдыхать и пением птичек наслаждаться.
— Или меня через год в серый мир сбагрят, — проворчал он. — Чтобы глаза не мозолил и казённую похлёбку не жрал.
— Да ты много не съешь, — рассмеялся его друг, но как-то неискренне.
Я заметил в руках Николая вытянутый кристалл в ладонь размером. Непроглядно чёрный, но по форме похожий на тот, что использовал лорд Илир.
— Не хочу, — Николай сунул кристалл в руки другу и направился к выходу. — Лучше сразу в серый мир…
— Коля, подожди, — одна из девушек поспешила за ним следом.
— А в чём проблема? — спросил я, не совсем понимая поведение парня.
Длинноухий, наблюдающий за нами, шумно захлопнул журнал и хмуро направился на выход, тихо ругаясь на своём языке. Бородатый тоже выругался, но более понятно и ёмко. Если переводить поток нецензурной брани на нормальный язык, то он считал, что если сразу не заладилось, то ничего хорошего из их затеи не выйдет.
— Проблема в том, что проход открыть надо, — как-то флегматично сказал Вячеслав. Вечером, в одежде охранника каравана или наёмника средней руки, он ещё больше походил на военного. Стоял, как будто лом проглотил и смотрел специфически. — Даже если есть путевой кристалл, нужно обладать особым талантом, чтобы активировать его. У Николая неплохо получалось. По нему не скажешь, но он может разом выплеснуть огромное количество силы.
— У него из-за этого такой болезненный вид? А можно на кристалл посмотреть поближе?
— Сергей, — он поманил парня, тихо беседующего со второй из девушек. — Потом будете болтать. Путевой кристалл отдай.
Мне в руки лёг кристалл продолговатой формы, сантиметров пятнадцать в длину. Непроглядно чёрный и холодный. Я продемонстрировал его Зои, но она покачала головой, как бы говоря, что видит подобную диковину впервые.
— Даже как-то не верится, что такая маленькая штука может открыть проход в другой мир, — сказал я.
— Тут есть хитрость, — улыбнулся Вячеслав. — У нас под ногами зарыт или просто спрятан огромный кристалл, открывающий разломы. А эти крохи что-то вроде карты с координатами. Когда тёмный мир недалеко от нас, то и размер путевого кристалла будет небольшим. Чем дальше, тем он должен быть больше. Чтобы в наш родной мир попасть, нужен камень в метр высотой. При этом разлом будет настолько слабый, что перейти может лишь один человек, без металлических предметов. Представь себе, сколько усилий приложили светлоликие, чтобы переместить сюда несколько сотен людей.
— Представляю, — кивнул я, не став умничать и спорить. — Он чёрный, потому что в тёмный мир ведёт?
— Да. От цвета мира зависит прозрачность путевого кристалла.
Странно. Тот кристалл, с помощью которого лорд Илир вытащил нас сюда, был светлым, если я всё правильно запомнил.
— Зои, — я передал ей кристалл. — Чтобы разлом открыть, длинноухий в похожий много энергии за один раз влил. Раз у тебя лишняя завалялась, попробуй использовать. Только осторожно, не сломай, а то прибьют…
Я не успел договорить, а посреди зала вспыхнула линия разлома. Он сформировался почти моментально и загудел на низкой ноте. Зои широко распахнула глаза, явно не ожидая такого эффекта, и быстро сунула кристалл обратно мне в руки. От близости к разлому у меня мурашки побежали по рукам.
В это самое время в зал вбежал растрёпанный светлоликий старейшина, излучающий силу, словно собрался воевать с кем-то. Увидев нас, перешёл на шаг, как-то странно глядя на разлом.
— Долго он продержится? — спросил я у военного, протягивая ему кристалл.
— Вещи не забываем! — Вячеслав посмотрел на парня с девушкой, показывая на заплечные сумки, сложенные на полу. — Что? А, разлом — минут пять будет активен. Он сейчас в обе стороны работает, так что осторожнее, смотрите, чтобы оттуда никто не пролез.
Не прошло и минуты, а в зал уже вбегал Семён Ильич вместе с девушкой, но без Николая. Судя по всему, они так и не смогли его уговорить.
— Откуда? — спросил старший четвёртой группы.
— Это мы отличились, — сказал я. — Если у вас свои правила и посторонним открывать разломы нельзя, то можно подождать, пока он сам закроется.
— Повторить сможете? — уточнил он.
— Легко.
— Тогда вперёд, — Семён Ильич обратился к военному. — Слава, проверь площадку. Если что, ныряй обратно. Отсчёт — тридцать секунд.
Тот кивнул, пробежал к разлому и, ничуть не сомневаясь, нырнул внутрь.
— Все готовы? — Семён Ильич обвёл взглядом группу, затем посмотрел на нас. — Уходим на три дня. Точно уверены, что готовы?
— Нормально всё, — ответил я. Что-то недооценил я «переизбыток» силы, о которой говорила Зои. Этак она не только дворец может разрушить, но и всё в радиусе пары километров.
— Кристалл не потеряй, а то обратно не вернёмся, — он жестом показал своим ребятам на разлом, затем махнул нам и обратился к светлоликому на их языке.
Взяв Зои за руку, я шагнул к разлому, чувствуя, как немного сосёт под ложечкой. На сей раз неприятных ощущений от перемещения между мирами было меньше, но не хочется испытывать подобное часто. Есть в этом что-то противоестественное, нарушающее законы мироздания. Оступишься на полшага, и бесконечность тебя поглотит. По-моему, в скандинавской мифологии что-то такое было. Боги путешествовали между мирами, используя дорогу вне времени и пространства. Главное правило — не сходить с тропы.
Разлом выбросил нас прямо в ночь. Я даже растерялся на секунду, не понимая, почему так темно. Бледная убывающая луна на небе света почти не давала, поэтому звёзды мерцали особенно ярко. А ещё дул пронизывающий холодный ветер. Следом за нами из тёмной полосы разлома вышел Семён Ильич.
— Бдительность не теряйте, — сказал он. — Проход могут почувствовать местные. Будем надеяться, что господин Рольф поблизости, и мы уйдём уже утром.
Разлом за нашими спинами дрогнул и начал закрываться. Скорее всего, старейшина, оставшийся с той стороны, что-то с ним сделал. Я притянул к себе Зои, чтобы не споткнулась в темноте.
— Вот и пригодилось умение, — сказал я на языке дами.
Силы использовал самую малость, поэтому пространство не отозвалось привычной вибрацией. Над моей ладонью появился небольшой голубой огонёк, сначала едва заметный.
— А можно не привлекать лишнего внимания? — к нам шагнул Семён Ильич.
— Диких животных и сильных одарённых поблизости нет, — сказал я. — Это дорожный огонёк — особая магия. Синий огонь ночью видно только шагов за пятьдесят, поэтому опасность он почует раньше, чем нас заметят. Он реагирует на любых живых существ, если в них есть хоть капля силы. Кстати, светлоликого Рольфа поблизости нет.
— Я тоже никого поблизости не чувствую, — сказал Вячеслав. — Кроме этого светляка, опасностей нет.
— Он не опасен, — улыбнулся я.
— Мне сила подсказывает обратное, — не согласился он, затем посмотрел на командира. — Отойдём в сторонку или тут до рассвета посидим?
— Здесь. Дежурим по двое, меняемся каждые два часа. Сергей, Светлана, вы первые.
— Прохладно тут, — сказал я, снимая сумку со спины и доставая пару одеял. Одно постелил на землю, вторым мы с Зои укрылись от ветра.
— Почему сразу не сказали, что можете путевыми кристаллами пользоваться? — спросил Семён Ильич.
— Да мы не в курсе были, что можем, — ответил я. — Вы лучше скажите, почему ваш господин Рольф не может сам отсюда уйти?
— Потому что путевые кристаллы разрушаются через пять дней после активации, — сказал он, доставая одеяло из своей сумки. Ветер действительно продувал так, что стоять в полный рост было холодно. — А он здесь почти две недели. Возможно, нашёл что-то ценное и решил не уходить, зная, что за ним пошлют команду.
— Понятно, — сказал я. — А может, он уже того — без головы где-нибудь отдыхает?
— Не говори чушь, — отмахнулся Семён Ильич. — В этом мире нет никого, кто бы мог что-то противопоставить господину Рольфу.
— А если толпой навалились? Молчу… Мы точно вышли там, где надо? Может, мы на другом конце местного континента.
— Путевые кристаллы работают с точностью до километра, — подсказал военный. — Мы должны быть где-то в двадцати километрах западнее от большого торгового города. Наша цель — попасть в город, найти информатора и выяснить судьбу господина Рольфа.
— Да вас же раскусят, едва к городской стене подойдёте, — сказал я. — Вы же на демонов совсем не похожи.
— Мы уже там были, две недели назад. В этом мире встречаются люди. Немного, насколько я знаю. И к ним относятся терпимо, особенно если они могут за себя постоять.
— То есть, это серый мир?
— Тёмный, как кристалл. Но людей здесь встретить можно. Особенно в том городе, куда мы идём.
— Понятно. Но неожиданно.
— Проблема в том, что местные не говорят на языке светлых, тем более на русском. В ходу какой-то
— Довольно распространённый тёмный язык, — кивнул я. — Знаю его. Мне всегда было интересно, почему миров бесчисленное количество, а языков всего несколько десятков? При этом парочка настолько распространена, что тебя могут понять почти везде.
— Никто не знает, — он развёл руками. — Путевой кристалл не потеряйте, а то сами застрянем здесь и будем ждать следующую команду эвакуации. У нас есть семьдесят два часа.
— Говорили же, что пять дней?
— Бывает, что кристаллы рассыпаются раньше. Может, господин Рольф не смог вернуться как раз по этой причине. Нам нужно уложиться в три дня, чтобы не застрять. На всякий случай.
— Когда наша очередь дежурить? — уточнил я.
— До утра лучше отдыхайте. Нам завтра топать как минимум пятнадцать километров.
Я крепче прижал Зои к себе, чтобы было теплее.
— Ты как? — тихо спросил у неё. — Легче стало?
— Немного. Кристалл забирает неожиданно много силы крови. Это очень опасно для тех, кто не умеет её использовать. Даже не вздумай делать это без меня.
— Как скажешь.
— Я не шучу. Кристалл забирает больше, чем нужно. Разлом уже открылся, а он хотел взять ещё. Если не умеешь контролировать силу крови, то он может вытянуть её всю. Пугающая, но удивительная магия.
Так мы и сидели до рассвета. Я даже прикорнул на час, пропустив момент, когда начало светать. Зато сразу стало понятно, что мы находимся посреди бескрайней равнины, серой и голой. Где-то вдалеке виднелось несколько скрюченных деревьев и холмы. Куда ни посмотри, везде серость, как будто мир потерял краски. Даже солнце, медленно поднимающееся над горизонтом, было блёклым и холодным. Мы быстро позавтракали сухим пайком, запили водой из оловянных фляг, обтянутых кожей, и направились на восток, прямо навстречу поднимающемуся солнцу.
Мне ещё вчера это операция по спасению показалась странной. Непонятно, зачем такой большой группой нужно было идти в тёмный мир, чтобы спасти обычного светлоликого, даже не лорда? И почему их отпустили без сопровождения? Но на эти вопросы ответы мне давать не спешили. Группа явно что-то недоговаривала. Семён Ильич тихо шептался со своими, а парень по имени Сергей и девушки косились в нашу сторону так, как будто они тут где-то клад закопали и не хотели, чтобы мы о нём узнали. Они даже готовы были пожертвовать здоровьем товарища, не отошедшего от предыдущего похода в тёмный мир.
Идти пришлось долго, часов пять, пока серую равнину не перечеркнуло что-то отдалённо похожее на дорогу. Ещё через час мы прошли мимо небольшой деревни на пять домов. Демоны, издалека похожие на людей, провожали нас встревоженными взглядами. Когда на горизонте мелькнула высокая каменная стена, нас с Зои догнал Семён Ильич.
— В прошлый раз мы платили золотом, чтобы войти в город, — сказал он, протягивая мешочек, в котором звякнули монеты. — Здесь не только на проход, но и на продовольствие, если застрянем. Постарайся не отдать всё сразу.
— Хорошо, — я привычным движением сунул мешочек за пазуху. — Интересно, откуда они столько камня нашли, чтобы стену возвести? И зачем им тут стена?
— Кто бы знал, — отозвался Семён Ильич, прикладывая ладонь к глазам, чтобы лучше рассмотреть далёкую стену. — Что она говорит?
— Зои говорит, что это очень странный мир, — перевёл я её слова. — Какой-то неполноценный. У неё опыт путешествия ограничивается только тёмным миром, где мы жили до этого, но она уверена, что с этим что-то не в порядке.
Семён Ильич промолчал, хмуро глядя на далёкую городскую стену. Я пожал плечами, как бы говоря, что меня это интересует не так уж и сильно. Пару минут мы шли молча, думая каждый о своём.
— Такие называют «миром с дырой», — в итоге сказал он. — Их можно встретить в одном случае из пары сотен.
— Первый раз о таких слышу.
— Он тесно связан с несколькими мирами по соседству. Разломы появляются очень часто, есть даже более-менее стабильные. Но из-за этого всё вокруг вот такое, блёклое и безжизненное. Я здесь третий раз и ещё не видел ни одного яркого цвета.
— Заметил, — согласился я. — Понятно, откуда тут люди. А чисто технически этот мир можно уже назвать серым?.. Понятно.
Я примиряюще поднял руки. Дальше шли молча, почти два часа. Утомительное занятие — топать пешком по серой равнине. Ещё пару раз попадались подворья, на которые без слёз и не взглянешь. Даже какая-то скотина была в виде свиней и серых упитанных птиц.
Город, о котором говорилось, больше напоминал крепость с каменной стеной и насыпью. Из-за стены даже крыши домов не видно. Дорога в город была абсолютно пуста, а у массивных ворот дежурили вооружённые человекоподобные демоны. Я таких никогда прежде не встречал. Лица грубые, как у чертей, кожа бледно-серая, чёрные жидкие волосы. В руках стражники сжимали копья, а под тёплыми накидками проглядывали кольчуги из крупных звеньев, но сплетённых в несколько слоёв. Нас они не испугались, спокойно ожидая, пока подойдём.
— Приветствую, — я вышел вперёд, вместе с Семёном Ильичом, старавшимся держаться чуть позади.
— Снова люди, — сказал один из стражников. Он носил более дорогие доспехи и короткий меч на поясе. Говорил он действительно на распространённом у демонов языке, но с сильным акцентом. — Тебя раньше не видел. Беловолосую не видел.
— Мы тут проездом, — сказал я. — Пополним припасы и уйдём дальше.
— Покупать будете? — уточнил он.
— Ну да, — не понял я его интерес.
— Тогда проходите, — он махнул рукой в сторону приоткрытой створки ворот. — Проходите покупать.
Видя интерес другого стражника и чувствуя напряжение Семёна Ильича, стоявшего позади, не стал удивлять местных знанием их языка. Обернувшись, жестом показал группе на городские ворота.
— Тут какая-то торговля идёт, и они всех покупателей бесплатно пропускают, — сказал я.
— Что за торговля? — уточнил Семён Ильич, слегка отпуская контроль над силой.
Надо сказать, что стражник это чувствовал не хуже меня. Он тоже был одарён, из-за чего, наверное, и дослужился до этой должности. При этом демон мог спокойно раскидать всю четвёртую группу в одиночку. И если у ворот дежурил кто-то настолько сильный, то в городе должны жить настоящие монстры. Опять же, возможно, по этой причине светлоликий Рольф предпочёл действовать тайно.
— Понятия не имею, чем тут торгуют. Стражники плохо на
— Я в курсе, — Семён Ильич кивнул. — В городе силу применять нельзя, так говорил господин Рольф. Он не хотел связываться с каким-то местным владыкой, но утверждал, что смог бы его одолеть.
Пройдя сквозь ворота, мы попали на неширокую улицу, дома́ на которой стояли так, чтобы в случае необходимости здесь можно было устроить дополнительную линию обороны. Ещё в нашем тёмном мире богатый город от бедного можно было отличить наличием и качеством брусчатки. Так вот, здесь улицы были вымощены камнем отменного качества. Это немного контрастировало с общим видом города, переживающим не лучшие времена. Но демонов на улице как-то слишком много. Были тут и рогатые, и хвостатые, и даже какие-то уродцы с крыльями как у летучих мышей. Пока мы шли к центральной площади, пару раз видели людей, старавшихся держаться небольшими группами. У всех взгляды серьёзные и какие-то угрюмые. Стражи такой, как у ворот, тоже много.
— Там, за углом, — шепнула мне Зои, показывая взглядом на проулок, — прячется кто-то очень сильный.
— Почему «прячется»? — улыбнулся я. — Может, он там живёт. Я тоже почувствовал. Странный город, у меня от него мурашки по спине.
Я был согласен с Семёном Ильичом, когда он говорил о серости мира. Я такого никогда прежде не видел. Жители могли бы занавески цветные на окна повесить или цветочки посадить, а то свихнуться можно от мрачных цветов. Я бы в таком месте жить не смог.
Не доходя до центральной площади совсем немного, я уловил то, чего совсем не ожидал. Встал как вкопанный, с удивлением глядя вдоль улицы, уходящей на запад города. Вдалеке виднелись дома богатого района. Высокие, с крупной серой черепицей на крышах.
— Что там? — Зои проследила за моим взглядом, и от неё повеяло силой.
— Там кто-то четвёртую молитву читает… — удивлённо сказал я. — Слышишь, как жалобно пространство дрожит?
— Не слышу, но верю, — она слегка стиснула моё предплечье.
— Что случилось? — нас догнал Вячеслав, идущий последним, замыкая группу.
— Ничего, — я улыбнулся. — Хотел с Зои поговорить с глазу на глаз. Дайте минуту, мы вас догоним.
Вячеслав посмотрел в сторону богатого квартала, но, судя по выражению лица, ничего не почувствовал. Кивнув, он двинулся за остальной группой.
— Зои, присмотри за ними, — тихо сказал я ей. — Боюсь одних оставлять. Если без них вернёмся, будет совсем плохо. Я узнаю, что там происходит, и сразу вернусь.
— Может?..
— Может, у меня воображение шалит из-за этого странного мира. Я пробегу по улице и сразу вернусь.
Вынув из-за пазухи два кошеля, один с монетами, второй с путевым кристаллом, отдал их Зои. Пока на нас не смотрели, я пробежал к угловому дому и помчался по улице, пытаясь определить, откуда исходит сила четвёртой молитвы. Не ожидал, что в таком месте встречу кого-то из дами. Непонятно только, зачем понадобилось использовать так много силы. Вряд ли они меня почувствовали.
Пробежав несколько кварталов, я остановился напротив большого дома, напоминающего таверну или питейное заведение. Сила четвёртой молитвы почти полностью рассеялась, но я был уверен, что исходила она отсюда, со второго этажа.
— С дороги! — меня едва не сбил широкоплечий рогатый демон, выходящий из здания. Неуверенной походкой он направился к выходу из квартала. Его одежда когда-то была богатой и даже изысканной, но сейчас пестрела заплатками и жирными пятнами. — Жалкие люди…
— Может, и жалкие, — согласился я, говоря на языке дами, чтобы почувствовать силу голоса. Подумав немного, пересёк двор, заходя в здание. — Не мешай.
Ещё один крупный демон, работающий вышибалой или охранником, попытался встать у меня на пути, но невидимая сила вдавила его в угол, где он до этого прятался. На его лице отразилось удивление и ещё какая-то эмоция, не разобрать. Он пробулькал что-то нечленораздельное, вроде как извинился.
В просторном зале питейного заведения царил полумрак, пахло чем-то кислым и горьким. Гомон голосов, говорящих на разных демонических языках. На моё появление никто даже внимания не обратил. Из одарённых я мог выделить только невзрачного демона, работающего за барной стойкой, и охранника. А вот на втором этаже был кто-то очень сильный, но не дами. Лестница на второй этаж находилась слева от входа. Сделано было так, чтобы демонам побогаче, кто мог заплатить за дорогие вина и еду, не приходилось идти через весь зал. По лестнице как раз сбегала молодая женщина, привлекательная, в белом фартуке и с подносом в руках. Она улыбнулась мне и бросила на охранника сердитый взгляд, чтобы не корчил рожи и не пугал посетителей. Пробежав мимо меня, она оставила в воздухе едва уловимый приятный пряный аромат.
Неспешно поднявшись по лестнице, я попал в небольшой зал, более светлый и уютный, чем на первом этаже. Посетителей тут было меньше, как и громких пьяных голосов. Я почти сразу заметил сидевшего за дальним столиком мужчину с длинными чёрными волосами. На глазах повязка из лёгкой ткани, позволявшая ему видеть происходящее вокруг и скрывать цвет радужки. Специально сидел так, чтобы видеть лестницу. Заметив меня, он и бровью не повёл, продолжая беседовать с товарищем. В отличие от дами, второй мужчина носил серый плащ с капюшоном, который не снимал даже в помещении. Но по тому, как он сидел, как держал глиняную кружку с вином, я сразу догадался, кто это был. Именно он источал убийственно опасную ауру, из-за которой посетители второго этажа старались держаться от парочки подальше.
— Интересная компания подобралась, — сказал я на языке дами. — Богиня пространства и времени была бы удивлена, увидев детей своих, пришедших к пониманию и мирно беседующих.
Ключевые слова пятой молитвы дались тяжело. Мало практики. Не хотел мой разум воспринимать всё, что было записано на каменном саркофаге в усыпальнице Первой жрицы. Хотя я прекрасно помнил все до единой руны, осознать их не мог. Они просто не складывались в слова и фразы. Тэя говорила, что понимание придёт со временем, просила набраться терпения. Возможно, стоило начать с беседы, узнать, что происходит и к чему эта встреча, но в тот момент, когда я увидел мирно беседующего дами и светлоликого, у меня внутри что-то переклинило. Прежде чем понял, что происходит, я уже использовал два великих символа.
Погрузившийся в звенящую тишину зал словно застыл. В мою сторону повернулись все, в том числе и светлоликий. Какой-то демон за ближайшим столиком пару раз открыл рот, пытаясь что-то сказать, но не смог произнести ни звука. Гулко звякнула упавшая кружка.
— Всегда считал глупым занятием разговоры во время сражения, — произнёс я. — Но иначе никак. Нет, длинноухий, этим ты меня не зацепишь.
Послышалось жужжание, и перед светлоликим в воздухе вспыхнула красная линия, огибая его так, как будто он находился внутри вытянутой защитной сферы. Ещё одна линия перекрестила первую, но с тем же успехом. Я буквально чувствовал, как великий символ рассечения пытается пробиться сквозь эту защиту. Белоглазый мужчина успел стащить повязку и открыть рот, но его голова уже отделилась от тела, падая на пол. Случайно его зацепил. Просто он сидел как раз на линии атаки и не пригнулся вовремя. Длинноухий скинул капюшон, открывая вид на светлые волосы. Губы плотно сжаты, глаза превратились в две щёлочки. Не знаю, какой силой он владел, но пару раз спину обожгло в том месте, где должен был находиться защитный символ. А ещё как минимум три великих символа на этого типа не подействовали.
Магической энергии вокруг было столько, что можно весь квартал разнести. Она концентрировалась в одной точке, и мне это очень не нравилось.
— Сдохни уже, — добавил я, вкладывая силу в самое неприятное слово на языке дами, означающее смерть.
Светлая кожа длинноухого начала быстро покрываться тёмными пятнами и трещинами, затем он как-то странно дёрнулся и рассыпался ворохом дымящейся серой пыли. При этом пыль и сизый дым оставались в защитном поле, теперь больше напоминающем яйцо.
Тыльной стороной ладони я вытер пот со лба. Руки немного дрожали. Всё произошло слишком быстро и неожиданно. Оглядевшись, я посмотрел на демонов, успевших спрятаться под столы и отгородиться от меня скамейками.
— Сидите тихо, — сказал я, говоря на языке демонов. Голос немного дрогнул, поэтому получилось не совсем угрожающе, но на это никто внимания не обратил.
Пройдя к столу, я посмотрел на тело мужчины из рода дами. Он носил самые обычные одежды, такие же серые, как и весь этот мир. Тихо ругаясь на самых разных демонических языках, я быстро проверил складки его одежды, пояс, заглянул за пазуху. При нём был только небольшой тряпичный кошель с парой монет и крошечным, но высококачественным энергетическим кристаллом. Ни кулонов, ни цепочек, ни перстней, какие носили старейшины храма.
Символом рассечения я распорол его одежду на спине, быстро пробежал взглядом по символам. Нет, он был явно не из тёмного мира, откуда вышли мы. Сама манера нанесения рисунков была другой, но я узнал их все. К тому же они наносились зелёными чернилами, что было странно. Я коснулся одного из них, и вся спина мужчины начала покрываться волдырями и шрамами, словно на неё плеснули очень сильную кислоту. Теперь никто не сможет узнать, что было нанесено на его спину, даже если очень сильно этого захочет.
Послышался шорох песчинок, и потянуло запахом сажи. Я оглянулся на медленно тающий защитный барьер светлоликого. Это была очень странная, но невероятно сильная магия. Прощупав слегка дымящуюся одежду, я сразу нашёл два тряпичных и один кожаный кошель. Ещё моей добычей стали два золотых перстня и браслет. Больше в колючем песке ничего не было, зато рядом нашлась серая сумка, стоявшая под столом в ногах светлоликого. Внутри я нашёл несколько свёртков из грубой ткани, в одном из которых проглядывало что-то золотое, непонятной формы. Подумав, что лучше не копаться в содержимом прямо здесь, я повесил сумку на плечо и направился к лестнице. Возле спуска остановился, ещё раз оглядел помещение, но демоны из-под столов выбираться не собирались.
— Вы ничего не видели, — произнёс я на языке демонов.
Пугать их было лишним, так как наше короткое противостояние с длинноухим наверняка почувствовали даже на другом конце города. Да и сейчас воздух едва не искрился от разлившейся вокруг магической энергии. Бросив ещё один взгляд на дальние столики, я с силой сжал зубы и сбежал по лестнице. Думаю, мне ещё влетит от Семёна Ильича за то, что ушёл без разрешения.
⠀⠀
В отличие от людей, каждый демон с рождения связан с магией. Кто-то в большей степени, кто-то совсем немного и может лишь чувствовать её присутствие. Именно поэтому произошедшее в питейном заведении должны были почувствовать во всём городе. Когда я выбежал из него на улицу, она была абсолютно пуста. Самые смелые из тех, кто жил поблизости, выглядывали из окон домов, пытаясь понять, что случилось. Я провозился не менее десяти минут, пока шарил по карманам убитых, но стража всё ещё не появилась. И пока не примчались отвечающие за порядок и безопасность в городе, я поспешил покинуть улицу. Меня всё равно сдадут посетители или тот же вышибала, но пока они подумают, стоит ли со мной связываться, пока будут искать, мы успеем убраться из этого мира. Может, просто сбежим, используя путевой кристалл.
Четвёртая группа и Зои ждали меня за площадью, у входа на торговую улицу. Семён Ильич едва взглядом не испепелил, когда я добежал до них. Вячеслав даже ладонь ему на плечо положил и что-то сказал, чтобы он не сильно сердился.
— Простите, — сказал я виновато. — Так получилось.
Сумку на моём плече они сразу заметили, но вопросы задавать не стали. Семён Ильич просто развернулся и зашагал по улице.
— Больше убегать не будешь? — уточнил Вячеслав. — Мог бы предупредить.
— Спонтанно получилось. Заметил лавку интересную и решил кое-что купить.
— Что именно? И откуда деньги?
Я продемонстрировал ему золотую монету из нашего тёмного мира.
— Потом расскажу, — уклончиво сказал я. — Вам не стоило обо мне волноваться. Это же большой город, тут стражи много, порядок кругом. К тому же я знаю местный язык.
— А мы — не знаем, — напомнил он. — В этом городе не так безопасно, как ты думаешь. Здесь недалеко кто-то очень много силы использовал, почувствовал? Недалеко от площади, где ты потерялся.
— Нет, даже не заметил, — я сделал удивлённое лицо, беря под руку Зои. Улыбнулся ей, показывая, что всё отлично. Она слегка покачала головой, намекая, что я поступил опрометчиво. Или же сердилась из-за того, что не взял её с собой.
— Потом это обсудим, — он показал взглядом вперёд.
Как уже говорил, вспышка силы взбудоражила город, и прохожих на улицах поубавилось. Оставшаяся позади площадь практически опустела. Те, кто поумнее, сразу смекнут, что лучше переждать, пока всё уладится. Живущие в нашем тёмном мире демоны знали, что там в любой момент могли появиться светлоликие и устроить настоящий хаос и бойню, поэтому, если где-то мелькала сила в колоссальном масштабе, все старались как можно быстрее спрятаться. Что касается местных, то не зря же они возвели такую огромную стену вокруг города. От светлоликих она не спасёт, но даст немного времени жителям.
Дальше мы шли молча, спеша как можно быстрее покинуть пустую улицу и не привлекать внимания стражников. Семён Ильич уверенно свернул в один из тихих переулков, и мы оказались перед старым одноэтажным домом, зажатым с двух сторон более высокими и новыми. Это была лавка с небольшой витриной, заполненной сущим хламом. Семён Ильич спокойно вошёл внутрь, жестом показывая, чтобы мы не топтались на улице и поспешили следом.
Внутри лавка выглядела ещё более старой, чем казалась снаружи. В главной комнате пахло трухлявым деревом, сырой кожей и плесенью. Но пыли и грязи на полу и прилавке я не заметил, как и продавца. Чтобы он появился, пришлось пару раз постучать по прилавку. От сильных ударов Семёна Ильича старый прилавок едва не развалился, зато стало понятно, какой силой он обладает. Довольно редкий дар, физически усиливающий демона или человека. Когда они используют магию, то их тела́ приобретают твёрдость камня. Если он добежит до тебя и стукнет по голове, мало не покажется.
Пришлось ждать несколько минут. За это время я успел рассмотреть хлам на витрине. Там лежало всё подряд — от старых сапог и залатанной одежды до деревянных тазов и железных скоб для бочек. К большому удивлению, нашёл ступку и пестик из светлого мрамора. Отличный образец для растирания трав и корешков. У меня была получше, но и этой пользоваться не побрезгуешь, и даже наоборот.
Наконец, дверь за прилавком жалобно скрипнула и в помещение вошёл старый демон с лицом синего ящера. Испещрённая глубокими морщинами кожа, глаза впалые и слегка блёклые, спина сгорбленная. Он был из тех демонов, что внешностью мало походили на людей. Я таких раньше не встречал, даже сегодня в городе не сталкивался.
— Что за шум? — просипел он на квакающем и шипящем языке.
— Добрый день, — поздоровался я, чувствуя, как неохотно голосовые связки выдают нужные звуки. — Простите, что побеспокоили.
Дед прищурил один глаз, чтобы лучше рассмотреть меня вторым. Им же он обвёл остальных, слегка задержавшись на Зои.
— Старый Ква впечатлён, что человек знает его язык, — сказал дед. — А ещё он не рад видеть людей, что снова пришли.
⠀⠀
⠀⠀
— Говорит, что не рад вас видеть, — перевёл я для Семёна Ильича.
— Да, мы знаем, что это ворчливая ящерица, — сказал он. — Спроси, знает он что-нибудь о Рольфе и появлялся ли тот здесь с прошлого раза.
— Вы знаете что-нибудь о… — я попытался найти подходящее слово, но не смог. В языке ящеров не было ничего похожего на «светлоликого». — Мы ищем длинноухого, что был тут в прошлый раз. Слышали о нём что-нибудь?
— Был здесь, — сказал дед. — Портит настроение старого Ква. Хочет купить что-то в городе, но прячется, боится владыку. Ушёл утром за покупкой.
Врать смысла я не видел, поэтому перевёл всё как есть. Лицо Семёна Ильича впервые за операцию немного просветлело. Он попросил у старого Ква подождать Рольфа в одной из комнат, на что ящер легко согласился и проводил в самую дальнюю комнату, больше похожую на подсобное помещение. Плесенью и сыростью там пахло гораздо сильнее, чем в главном зале, а из мебели были только две низкие лавки и вёдра. У нас с собой были одеяла, поэтому проблем с этим не возникло. То же самое касается и запахов, так как первым делом мы открыли небольшое окно, выходящее на стену дома, стоявшего за лавкой.
— А на каком языке Вы говорили со старой ящерицей? — к нам с Зои подсела подруга Сергея, Светлана. Приятная девушка лет двадцати семи, с очень живым и любопытным взглядом. Давно я подобного не встречал.
— На квангонском, — пошутил я и слегка рассмеялся. — Если честно, то не знаю, как называется. Он сложный лишь в произношении, пять минут поговорил — и связки разболелись.
— Ты в следующий раз предупреждай, если убегать будешь, — тихо сказала она с укоризной и покосилась на старших, что-то обсуждающих у окна. — Вам лет сколько?
— Шестнадцать нам.
— Взрослые уже, — заметила она, но я не понял, к чему это было. — А вы в нашу команду не хотите перевестись из шестой? Там ведь одни новички, которым в другие миры только через полгода разрешат ходить, в лучшем случае. А мы на хорошем счету, и работы у нас много. Вы же опытные путешественники по тёмным мирам, зачем прозябать и тратить талант на слабые группы?
Последнее добавила с очень хитрой интонацией. Я улыбнулся, подумав, что она бы ещё нас на слабо взяла.
— Ваш командир вряд ли этому обрадуется, — сказал я. — Каждый раз смотрит так, как будто по шее дать хочет.
— Он строгий, но справедливый, — кивнула Светлана. — И он обязательно обрадуется.
— Сомневаюсь. В любом случае, спасибо за предложение.
— Если откровенно, то это из-за путевых кристаллов, — призналась она. — Людей, кто может их использовать, очень мало. Таких обычно первые группы вербуют. Только у них работа слишком сложная для шестнадцатилетних ребят. Постоянно кто-то раненый возвращается. Или не возвращается вовсе. А у нас больше курьерские поручения или разведка. Мы уже миров десять разных повидали за то время, как Землю покинули.
— Мы подумаем, — уклончиво ответил я.
— Главное, чтобы вы понимали свою ценность, — улыбнулась она. — А то другие группы будут голову морочить, думая, что вы наивные новички.
Она встала и вернулась к Сергею. Я же, пока усаживался на одеяле поудобнее, вкратце пересказал её слова Зои. Сел спиной к остальным, чтобы спокойно заглянуть в трофейную сумку.
— Думаешь, стоит присоединиться? — спросила она, тоже заглядывая в сумку. — Они ведь слабые.
— Не нужно всех мерить по себе, — отозвался я. — Нет, я пока ещё не решил, что буду делать. Нам как-то двадцать дней нужно переждать. В шестой будет проще, но надо бы сделать так, чтобы они нас не доставали. А ещё лучше — отделаться от всех. Что это?
Я осторожно сдвинул ткань с одного из странных предметов. Оказалось, это какой-то каменный идол, частично покрытый золотом и драгоценными камнями. Небольшой божок в виде человекоподобного ящера сидел в странной позе, выставив руки так, словно что-то держал.
⠀⠀
⠀⠀
Во втором свёртке был каменный стержень, испещрённый древними символами. Я прочёл парочку, но ничего не понял. Кто-то восхвалял прародителя, давшего жизнь народу глубин.
— Похоже на артефакт, — оценила Зои. — Кончики пальцев покалывает, когда касаешься. Кровь реагирует. Но что он делает и как работает, я не знаю.
— На артефакт похоже, — согласился я, заворачивая ткань обратно. — Эти три лучше не трогай. Они длинноухому принадлежали, и их могут узнать наши попутчики. Вернёмся — переплавлю.
— Это тоже артефакт, — она ткнула пальцем в браслет. — Очень странный. Папа говорил, если кровь сама хочет слиться с предметом, то это могущественный артефакт, который обязательно очень дорого стоит. И который лучше не трогать, если не знаешь, как использовать. Жалко будет, если переплавишь.
— Посмотрим, — кивнул я. — Надо только выбраться из этого города спокойно. Не нравится он мне. Странный.
— Почему?
— Демонов сильных много. И не таких, как в нашем мире жили, а действительно сильных. Я, пока по улицам бегал, заметил несколько серьёзных аур.
— И что странного?
— Ты город со стороны видела? Бедный он слишком для такого количества могущественных демонов. Не дыра, конечно, но даже Хума побогаче будет. Они же как пауки в банке должны были друг друга поубивать. Мир этот, как говорит командир, с дырой, а значит, отсюда можно легко уйти. Хотя бы туда, где этой серости нет. Знаешь, что он мне напоминает? Трактир на перекрёстке трактов, что соединяют крупные королевства. Буквально в квартале от нас на доме примечательная вывеска на трёх языках, подсказывающая, что это бордель.
— Когда ты это говоришь… — она слегка задумалась.
— И наши что-то знают об этом и молчат, — тихо добавил я.
Звякая монетами, вытряхнул содержимое из трёх кошелей. Помимо серебряных и золотых монет, нашёл ещё пару энергетических кристаллов отменного качества. Таких чистых я ещё никогда не видел. Они могут стоить очень много. Знающие люди и демоны, работающие с артефактами, могли бы отвалить за подобные гору золота, тысячи по три или четыре за каждый. Их я убрал в отдельный мешочек, который спрятал за пазуху к летающим ножам. Можно сказать, что план минимум мы выполнили и деньги будут, если найдём того, кто эти кристаллы купит.
И вновь потянулось ожидание. Запертые в маленькой комнате все откровенно скучали, ходили из угла в угол, выглядывали в окно, болтали о чём-то незначительном. К нам с расспросами не лезли, но взгляды бросали. Поужинали сухим пайком, начали думать, как разместиться в маленькой комнате на ночлег. Солнце начало садиться, и серый мир за окном постепенно темнел, нагоняя жути.
В комнату вернулся Вячеслав, ушедший на разведку минут двадцать назад. Вид у него был какой-то встревоженный. С командиром они отошли к окошку, чтобы пошептаться.
— Рядом кто-то сильный, — тихо сказала мне Зои. — Его что-то скрывает, но я чую отголосок сильной крови.
— Я ничего такого не уловил. Мы с ним справимся?
Зои на секунду задумалась, посмотрела на потолок, затем кивнула. Если не считать дами, то по-настоящему сильные демоны в тёмных мирах встречались редко, как и уникальные умения. На моей памяти было несколько индивидов, способных побороться на равных со старшей жрицей из храма или даже с кем-то из светлоликих. Вспомнить хотя бы того демона, едва не разрушившего половину Токио.
Когда я встал, чтобы предупредить старших о демоне, дверь в комнату открылась и на порог шагнул хозяин лавки. Старый Ква осмотрел нас, затем сделал шаг в сторону, пропуская богатого чёрта, почти такого же, какой стоял на воротах в городе. Тёмно-серая кожа, лицо грубое и красные огоньки глаз. Есть и рога, выходящие из верхней части лба и смотрящие вверх. Толстые ногти на пальцах больше напоминают когти, аккуратно подточенные. Завершали образ раздвоенные копыта. Не знаю, был ли у него хвост, очень уж он напрашивался.
Богатый демон не использовал силу, но аура от него исходила величественная, как от лорда светлоликих. Он обвёл взглядом помещение, посмотрел на старших, стоявших у окна, затем на Сергея и девушек, сидевших рядом с ним. Что-то отметив про себя, он перевёл взгляд на нас с Зои.
— Я владыка Танис, — сказал он, неплохо говоря на языке красного мира, то есть на языке Зои. — Рад видеть молодых господ из красного мира в моём городе. Прошу простить, что не встретил лично, виновные уже наказаны.
⠀⠀
⠀⠀
— Кхм, — я пару раз кашлянул. Неуютно, когда на тебя смотрит демон с красными глазами и внешностью племянника дьявола. — Меня зовут Василий, а это Зои. Не думал, что здесь слышали о красных мирах.
Действительно, владыка Танис говорил на довольно сложном языке свободно и почти без акцента. Это и вызвало замешательство, которое он заметил. Из-за страшного лица сложно понять, улыбался ли он, или это его естественное выражение.
— Даже в этом захолустье иногда появляются люди с сильной кровью, — улыбка владыки стала шире, больше походя на оскал. — Я пришёл, чтобы извиниться за действия своих подчинённых. Они слишком долго следили за одним из пожирателей, пытаясь узнать причину его появления здесь. Если бы я знал о Вашем визите, разобрался бы с ним раньше.
— Ничего страшного, он не доставил много проблем, — сказал я.
— Эти люди, что собрались в комнате, — сказал владыка, даже не глядя в их сторону, — приходили вместе с ним в прошлый раз. Где вы их встретили?
— В соседнем мире. Они вызвались показать нам местные достопримечательности.
— Скорее, они собирались подать Вас к столу пожирателя, — добавил он, слегка прищурившись.
— Могу я попросить не трогать их в этот раз? — уточнил я. — Они ещё должны показать нам дорогу обратно.
— Конечно, — легко согласился владыка Танис. — Вы сказали о достопримечательностях, неужто прослышали про аукцион, который я собирался провести сегодня?
— В том числе, — не моргнув глазом соврал я. — Мы надеялись, что встретим здесь кого-нибудь, разбирающегося в артефактах.
Улыбка владыки стала ещё шире, а глазки загорелись, в прямом смысле этого слова. Красные огоньки в глазницах заплясали, становясь ярче, что смотрелось ещё более жутко.
— Демоны из многих миров приходят на мой аукцион как раз потому, что здесь живут лучшие знатоки артефактов, — сказал владыка Танис. — Позвольте лично проводить вас. Выделю лучшую ложу и оценщика.
— Было бы здорово, — согласился я. — Дайте нам пару минут, чтобы собраться.
— Конечно, — он кивнул, бросил ещё один взгляд на людей, развернулся и вышел из комнаты. Старый Ква засеменил за ним, закрывая дверь.
Я прислушался, пытаясь понять, не собирается ли кто-нибудь сравнять дом с землёй, похоронив нас под обломками. Но вроде бы атаковать внезапно никто не собирался.
— Что это было? — спросил Вячеслав, нарушив тишину.
— Владыка города, — ответил я. — У меня для вас две новости, хорошая и плохая.
— С плохих обычно начинают, — сказала Светлана. — Нас так в институте учили.
Она смутилась, когда на неё посмотрели все, включая Зои.
— В общем, плохая новость в том, что владыка знает, что вы пришли сюда вместе со светлоликим Рольфом. Они его тоже ищут.
— Этот демон очень силён, — сказал Вячеслав. — Нам с ним не справиться.
— Путевой кристалл? — Сергей поднял руку.
— В городе использовать нельзя, — отрезал Семён Ильич. — А про Рольфа он что сказал?
— Имени его они не знают, просто старательно ищут. Вроде даже какие-то подвижки есть.
— Что насчёт хорошей новости? — спросил он.
— Владыка знаком с кем-то из красного мира, откуда родом Зои. Он думает, что она благородных кровей, поэтому не только не будет нас убивать, но ещё и пригласил поучаствовать в каком-то аукционе. Отказать ему я побоялся. Рольф, случаем, не собирался посетить аукцион? Может, поэтому он в этом мире задержался?
— Не знаю, — Семён Ильич ответил как-то быстро, явно не искренне. Он на несколько секунд задумался, затем посмотрел на Вячеслава. — Надо было уходить сразу, как только почувствовали слежку. Хорошо, будем играть по их правилам, но при первой же возможности уходим. Чтобы успешно уйти, нужно использовать путевой кристалл в полутора километрах от городской стены.
— И что, это действительно хозяин города? — спросил у меня Вячеслав.
— Он не уточнял, — я пожал плечами. — Представился владыкой, но глава города или нет, я не знаю. А почему в городе нельзя открыть разлом?
— Потому что можно забрать часть города с собой. Путевые кристаллы хорошо работают только на открытых пространствах, а когда рядом что-то есть, то возможны сбои.
Владыка города и ещё пара демонов из его рода ждали нас на улице. Солнце уже село, и город постепенно погружался во мрак, поэтому подчинённые Таниса держали в руках громоздкие фонари. Один даже нацепил фонарь на жердь и поднял повыше, чтобы освещать окружающее пространство. Ещё с десяток стражников топтались на абсолютно пустой улице, и лишь где-то у выхода на площадь мелькало несколько фонарей.
В отличие от меня и Зои, все остальные в компании могущественных демонов чувствовали себя крайне неуютно. Девушки так вообще старались быть незаметными. Но и я бдительности не терял. Защитный символ даст мне немного времени, чтобы произнести пару фраз. А какой из символов использовать, я уже решил. О силе Зои я могу судить только по тому, что демонстрировала Присцилла. Ей, чтобы оторвать глупому демону голову или снести с дома крышу, не нужна ни подготовка, ни накопление силы. Она делала это мгновенно.
— Скажите, владыка Танис, что Вы знаете о дами, который был вместе с пожирателем? — спросил я, надеясь, что этим термином он не назвал белоглазого демона.
Мы прошли всего метров тридцать по направлению к площади, а стража как бы невзначай разделила наш отряд так, чтобы рядом с владыкой остались только мы с Зои.
— Он в нашем городе не первый раз, — сказал владыка. — Появляется только во время больших торгов и всегда приносит что-то уникальное. Этого белоглазого прозвали «Коллекционером». Каждый раз, когда проходит слух о его участии в аукционе, сюда стекаются влиятельные и могущественные демоны со всех ближайших миров. И в этот раз тоже не обошлось без важных гостей.
Он хитро улыбнулся, бросив на нас косой взгляд.
— Это из-за пробоины в ткани мира? — спросил я. — В том смысле, что сюда легко попасть и так же легко уйти.
— Дыра в этом мире огромна, — согласился он. При этом не сказал «в нашем» или «в моём», а использовал отстранённое слово, разделяя себя и этот мир. — Когда-нибудь она поглотит мир целиком, но пока помогает выжить, как бы странно это ни показалось.
— А ещё дами в этом мире появлялись? Может, они живут где-то поблизости?
— Пару раз приходили белоглазые женщины, с лицами, покрытыми татуировками. Даже кисти рук несли какие-то символы. Их приводил Коллекционер. Они ничего не купили, ничего не сказали. Молчаливые женщины. За всё время, что я за ними наблюдал, не произнесли ни слова. Прямо как госпожа Зои.
Владыка снова скосил на неё взгляд, но ничего не добавил. Мы дошли до площади и свернули на север, к большим трёхэтажным зданиям. Я обратил внимание на группу минотавров, топтавшихся рядом с местной гостиницей. Увидев лорда, они приветствовали его короткими поклонами.
— Никогда не видела демонов с головами быков и коров, — шепнула мне Зои.
— Будьте осторожны, — сказал владыка Танис, — их очень легко оскорбить подобным сравнением. Хотя по мне, в этом нет ничего зазорного — быть похожим на любое животное, будь то корова или собака. Эти быки — торговцы. Наши соседи, то есть те, к кому ведёт стабильный разлом. Главный источник золота и продовольствия. Если нужно продать энергетические кристаллы — они лучшие покупатели.
Чуть дальше можно было увидеть ещё несколько групп, спешащих к большому зданию. Были здесь и люди — самые слабые среди прочих, старавшиеся держаться обособленно. Чем ближе мы подходили, тем больше ярких фонарей освещали улицу. При этом их свет был серо-оранжевым, грязным и неприятным. Меня подмывало спросить, почему аукцион проводится ночью, но я промолчал. А ещё было интересно, нам просто повезло или кто-то специально выбрал этот день, чтобы мы отправились сюда за Рольфом. Может, он ждал встречи с Коллекционером ради странной штуки, что я нёс в сумке?
Как я понял, аукцион планировали провести в доме владыки. Сложно назвать это здание величественным, но внутри всё выглядело богато и даже вычурно. Много золота и серебра, гобелены на стенах, вазы, скульптуры. Несколько комнат, сквозь которые мы прошли, больше напоминали музейные залы. Я так увлёкся, разглядывая обстановку, что не заметил, как пропали наши товарищи из четвёртой группы.
— Не беспокойтесь, — ответил владыка на мой вопрос. — Они просто подождут в одной из гостевых комнат. Я бы советовал не доверять им. Чем меньше они узнают о том, что происходило в торговом зале, тем вам будет спокойней. Прошу сюда.
Он пропустил нас в комнату, напоминающую музейный склад. Всё свободное пространство было заставлено тумбами и витринами, в которых хранились драгоценные украшения, изысканное холодное оружие, книги и прочее, прочее, что хоть как-то связано с силой. Единственным свободным местом был стол, укрытый мягкой бледно-зелёной тканью. За столом работал ящер, очень похожий на старого Ква. Когда мы вошли, он вертел в руках небольшой диск, испещрённый множеством незнакомых рун, не относящихся к демоническому языку.
— Мой лучший оценщик, — представил его владыка Танис. — Мастер Кве.
⠀⠀
⠀⠀
— А старик Ква, случаем, не его родственник? — я едва сдержал улыбку.
— Мастер Ква — его отец, — понимающе кивнул владыка. — Будьте с ним осторожны. К его рукам липнет всё, что плохо лежит. После разговора с ним обязательно проверьте содержимое кошельков и наличие колец на пальцах. И не показывайте то, что не собираетесь оценивать или продавать. Мастер Кве, это мои личные гости, прояви к ним уважение и не вздумай ничего стащить.
Последнее Владыка добавил на местном языке демонов.
— Мастер Кве рад знакомству с гостями владыки, — сказал ящер, ловко пряча диск за пазухой.
— Держу его только из-за особого дара, — сказал владыка Танис. — Не знаю никого в этом мире, кто бы разбирался в артефактах лучше него. Оставлю вас ненадолго, надо подготовить всё к аукциону.
Владыка коротко кивнул и вышел из комнаты. Ящер же смотрел на нас пристально, словно мы ему сейчас подарки дарить будем. Поставив сумку на стол, я положил перед ним браслет светлоликого. Возможно, он принадлежал тому самому Рольфу, которого искала четвёртая группа. В любом случае от украшений лучше было избавиться здесь, обменяв на золото. Как я уже понял, в тёмном мире или в светлом, золото всегда ценилось, не важно в каком виде.
Синее недоразумение по имени Кве ловко сцапало его обеими руками, поднёсло к левому глазу, затем к правому. Я не чувствовал, чтобы от ящера тянуло силой, но он что-то делал, отчего вокруг амулета появилось едва заметное свечение.
— Безделушка создаёт огненную птицу, — сказал мастер Кве. — Маленькую, но очень горячую. Пятьсот монет.
Он попытался убрать браслет под стол, но в последний момент опомнился и неохотно положил его обратно.
— А эти? — я положил на стол два золотых перстня.
Мастер Кве проверял их так же смешно, как и браслет. Подцеплял пальцем, подносил к каждому глазу, пытаясь что-то разглядеть внутри. Первый был с большим тёмным камнем, грубо огранённым. На нём мастер снова использовал слово «безделушка» и оценил в сто монет, что, на мой взгляд, было очень мало. Перстень создавал магическую удавку, тихую и незаметную. В нашем тёмном мире за него могли заплатить гораздо больше.
— Кольцо со знаком тайны, — сказал мастер Кве, едва взяв второй перстень в руки. — Скрывает владельца от посторонних взглядов. Тысяча монет — хорошая начальная цена.
Он покосился на украшения, затем на меня, как бы спрашивая, будут ли ещё интересные предметы на оценку.
— Хорошо бы он сказал, как это делает, — улыбнулась Зои, забирая кольца и браслет со стола, пока я вытаскивал из сумки идола, завёрнутого в ткань. — Полезное умение, нам бы пригодилось.
Идол действительно был каменным, украшенный драгоценными камнями и золотыми пластинками. Божок-ящер, сидящей в странной позе и вытянувший перед собой руки. В них как раз помещался стержень, испещрённый древними символами. Как художественная работа — грубовата, но драгоценных камней не пожалели, к тому же это был настоящий артефакт. Мастер Кве осторожно взял его, сунул под свой стул. Что-то скрипнуло, щёлкнуло, затем ящер выпрямился и вопросительно посмотрел на меня.
— И? — спросил я, когда пауза слегка затянулась.
Он пару раз забавно моргнул, немного несинхронно, затем снова полез под стол и выудил откуда-то маленькую шкатулку, открыл. Пятнадцать сантиметров в длину и где-то по пять в высоту и ширину, внутри обитая бархатом. На дне шкатулки в особых креплениях лежали три самородка причудливой формы, размером с грецкий орех каждый. Примечательно то, что это были самородки кроваво-оранжевого золота. Из такого же металла была сделана монета, которую мне передала Иринэ. Продемонстрировав содержимое, мастер Кве закрыл шкатулку и подтолкнул её к нам.
⠀⠀
⠀⠀
— Не понял, — сказал я.
Ящер подтолкнул шкатулку ещё ближе к нам.
— Ценное золото, — сказал он. — Очень ценное.
Встав, он отодвинул стул, сложил руки в молитве, затем вытянул их над головой. Сделав шаг, мастер Кве солдатиком рухнул в небольшой люк в полу, находившийся как раз под его стулом.
— Не понял, — повторил я. Обойдя стол, посмотрел на квадратный люк, уходивший куда-то в темноту. Он был настолько мал, что у меня едва могла поместиться туда голова, а этот синий клептоман проскользнул без проблем. — Это что сейчас было? Он нас ограбил?
— Поменялся, — Зои это почему-то развеселило. Она взяла шкатулку со стола, ещё раз заглянула внутрь. — И почему это должно быть ценным?
— Я его сейчас оттуда достану, — начал сердиться я, закатывая рукава. — Как он туда вообще поместился?
Зои же залилась смехом, глядя, как я сдвигаю стол, чтобы заглянуть в люк.
⠀⠀
Примерно то же самое время, западное крыло дворца
Владыка Танис вошёл в гостиную, жестом отослав помощника, пытавшегося что-то сказать всю дорогу. Закрыв двери, он бросил плащ на ближайшее кресло. Находившиеся в помещении демоны терпеливо ждали. Кто-то сидел с равнодушным видом, а кто-то неуютно ёрзал на кресле.
— Удалось узнать, что стало с телом пожирателя? — спросил владыка, пройдя к самому большому креслу в комнате, но садиться не стал. Положив руки на высокий подлокотник, он оглядел собравшихся.
— Ничего нового, — ответил глава стражи, выходивший из той же расы, что и владыка. Лицо у него было более грубым, а цвет глаз тёмным, почти чёрным, а не красным, как у чистокровных. — Он просто распался сырым и вонючим пеплом. Мои люди опросили гостей аукциона, но никто не встречал ничего подобного прежде. Это связано с силой крови, других мыслей у меня нет.
— Связано, — кивнул владыка. — Как ты и говорил, это парочка аристократов из красного мира. Молодые, глупые, но пугающе сильные. Беловолосая, скорее всего, из высшей знати, а парень — её телохранитель. Почувствовал опасность и быстро ликвидировал. А всё потому, что ты слишком долго тянул.
— Нужно было узнать, что пожиратели забыли в этом мире. Не зря же один из них встречался с Коллекционером. А если завтра их нагрянет десяток?
— А зачем они пошли к старому Ква? — спросила женщина в дорогих одеждах, сидевшая в самом дальнем и тёмном углу. Свет в комнате был выставлен так, чтобы не падать на неё, поэтому в темноте были видны лишь красные огоньки глаз.
— Молодёжь нашла странных проводников для путешествия, — поморщился владыка, не обратив внимания на осведомлённость женщины. — Люди. Может, не обошлось без вмешательства пожирателя, который хотел полакомиться знатью красного мира. Или же люди просто пытаются зарабатывать золото.
— У нас кто-нибудь остался, кто знает дорогу в красные миры? — спросила женщина.
— Вот ты и узнай, — строго сказал владыка Танис. — Поговори с главой гильдии и торговцами, что пришли сегодня. Щедро заплачу любому, кто знает дорогу.
— А хорошенько расспросить людей? — женщина сделала движение рукой, хватая невидимого собеседника за горло.
— Не хочу сердить молодых аристократов. Они вряд ли обрадуются, когда узнают, что единственные, кто знал дорогу до их дома, внезапно исчезли. Сама посуди, если люди будут чаще приводить аристократов и торговцев из красного мира сюда, то можно сохранить им жизнь.
— Эти аристократы путешествуют из праздного любопытства, или?.. — уточнила женщина.
— Искали мастера, кто разбирается в артефактах…
Владыка Танис крепче стиснул спинку кресла, так как здание ощутимо вздрогнуло. Тихо выругавшись, он выбежал в коридор и помчался к комнате оценки. Он был одним из самых могущественных демонов в этом мире, но при этом ему крайне не хотелось сердить молодых гостей. Даже находясь на расстоянии вытянутой руки, он не чувствовал в них силу. Это могло означать только одно — она просто выходила за пределы его понимания. Простому телохранителю понадобилось всего несколько секунд, чтобы превратить в кучку пепла длинноухого пожирателя, чувствовавшего себя спокойно и вольготно в доме владыки. От одного осознания этого факта Танису становилось не по себе. Возможно, это был инстинктивный страх, говорящий хищнику, что появился кто-то гораздо сильнее, и лучшим решением будет отступить.
⠀⠀
— Василий, — с укоризной сказала Зои. — Оставь.
— Я только проверил, как глубока эта нора. Может, он на дне сидит.
— И как, глубока?
Я насупился, глядя на отверстие в полу. Квадратный лаз спускался на пять метров под землю, затем резко менял направление, уходя на восток.
— Тебе так нужен этот странный идол? — она положила ладонь мне на плечо.
— А он мог бы сказать, что это была за штука, а уже потом стащить?
— То есть, тебе просто любопытно? — Зои улыбнулась.
Дверь в комнату открылась, и на пороге появился владыка Танис. Выглядел он не злым из-за того, что я использовал силу, а взволнованным.
— Что случилось? — спросил он.
— Мастер Кве, этот синий клептоман, стащил моего идола, — с обидой в голосе, сказал я. — Схватил его и нырнул в эту дыру.
На лице владыки появилось удивление и даже изумление. Он прошёл по комнате, заглянул в отверстие.
— Прошу, не волнуйтесь насчёт этого, — сказал он. — Может, он просто переволновался. У них это бывает. Ещё до конца аукциона я верну вам идола. Как он выглядел?
— Мастер Кве? Синий, на ящерицу похож…
— Идол, — терпеливо пояснил владыка Танис, пропустив мимо мой сарказм.
— Ящерица в миниатюре, украшенная золотыми пластинами и драгоценными камнями. И ещё жезл в руках.
— Я обязательно накажу мастера Кве, — пообещал он. — Этот лаз ведёт в его комнату. Аукцион скоро начнётся, и, в качестве извинений, можете купить любую вещь, я всё оплачу.
— А можно продать вот это? — на стол снова легли золотые украшения светлоликого. — Только инкогнито, чтобы никто не узнал, кто хозяин этих вещей. Этот синий… мастер Кве оценил их в пятьсот, сто и тысячу монет…
Я вкратце пересказал слова ящерицы владыке.
— Конечно, — кивнул он, собирая украшения в большой кошель с пояса. — Вещи крайне интересные, и торг будет. Те же быки выложат пару тысяч за огненную птицу. Они питают особую страсть к подобным артефактам. Я вас провожу.
Владыка Танис лично проводил нас через всё поместье, чтобы подняться по неприметной лестнице на второй этаж. Пройдя ещё немного, можно было попасть на балкон ярко освещённого бального зала, переделанного для проведения аукциона. Внизу можно увидеть небольшие овальные столики, изысканные стулья и сцену, часть которой отгородили плотной тканью. По-моему, это было единственное место во всём мире, не кажущееся серым. Напротив, здесь преобладали более яркие цвета: красные, золотые и совсем немного синих. На балконе тоже был столик, стоявший так, чтобы прекрасно видеть сцену, но не бросаться в глаза со стороны зала.
Сказав что-то слуге, владыка откланялся и умчался отбирать нашего идола у мастера Кве. Судя по тому, как неспешно собирались гости, аукцион начинаться не спешил.
— Желаете поужинать? — спросил слуга, самый обычный и невзрачный демон. Он очень походил на человека, если не обращать внимания на маленькие рожки и приплюснутый нос. — Вино?
— Пока ничего не нужно, — я сделал жест, показывая, чтобы он нас не беспокоил. Тот всё сразу понял и занял место за дверью, на случай, если нам что-то понадобится.
Несколько минут мы разглядывали зал, в который неспешно заходили гости самой разной наружности и комплекции. Появились и люди, занявшие два крайних стола.
— Ты спрашивал о дами, — сказала Зои, с интересом разглядывая зал. — Когда-нибудь встречал тех, что не из твоего мира?
— Не встречал, но слышал. По идее, раньше все дами жили в одном мире, а потом расселились по разным. Хотелось бы узнать, как они живут сейчас, воюют ли со светлоликими и помнят ли древние символы. Кстати, а у тебя с силой как? Выплеснуть ещё надо?
— Надо бы, — кивнула она. — Путевой кристалл съел немного сил, но лучше от лишних избавиться. Я вспомнила, что у нас дома было всего три артефакта, которые не стыдно в руки взять. А здесь только у одного светлоликого больше.
Зои пустилась в рассказ, как отец водил её к чародею, показывая, как тот работает над артефактами. В их мире люди могли делать лишь простенькие защитные кольца или амулеты. Всё остальное попадало к ним либо через разломы, либо было создано очень давно. В городе Хума тоже встретить артефакты было сложно. Что-то хранилось в сокровищнице императора, что-то гуляло по чёрному рынку, но я на подобное практически не обращал внимания. Всегда считал, что толку от безделушек нет никакого. А ещё они требовали слишком много силы, даже для самых обычных чар.
Минут через двадцать гости в зал начали заходить активнее. Появилась делегация минотавров. Все косматые, рогатые и шумные — настоящие варвары, хотя одеты прилично. Главным у них был крепкий мужчина очень важного вида, мордой лица напоминающий бизона. Огромные золотые перстни на пальцах было видно даже с балкона. Заметив кое-что интересное, я прильнул к перилам.
— Зои, позови слугу, — попросил я, разглядывая колоритную группу торговцев.
Сначала подумал, что это люди, так как бо́льшая часть из них была в плащах с капюшонами, но старший решил подойти к быкам и снял его. Это был демон с лысой головой, покрытой маленькими наростами разной формы. Если бы не это, я бы принял его за человека.
— Что изволит господин? — рядом появился слуга.
— Вон та группа и лысый, видишь? — я показал в их сторону.
— Вижу, — кивнул тот.
— Кто это?
— Сейчас узнаю, — он развернулся, чтобы убежать.
— Постой. Хочу узнать о них как можно больше, но осторожно, не поднимая шума.
Слуга ещё раз кивнул и умчался.
— Ты их знаешь? — спросила Зои, подсаживаясь поближе.
— Двоих. Мне когда-то очень повезло не попасть к ним в руки. Это работорговцы. Колоритный пузан, он в нашем мире рабов скупал, такого не забудешь. А вон тот парень, рядом с ним… Помнишь, я рассказывал, что попал в тёмный мир вместе с другими людьми. Нас был целый… много, в общем, человек двадцать. И он единственный, кому я всегда мечтал свернуть шею.
В прошлый раз его сожрали пятнистые собаки, но слишком поздно. Если бы не он, возможно, в тот раз выжил бы ещё кто-нибудь кроме меня. А в этот раз он добрался аж сюда. Я не уточнял и целенаправленно не искал, но с юга в Хуму не доходили слухи, что в болотах нашли людей. Может, они, как и я в прошлый раз, пошли дальше на юг и угодили в рыбацкую деревню ат-анаков. Оттуда в центр империи добраться сложно, если не знаешь местных языков и дорогу.
Ждать пришлось минут десять. За это время в зале не осталось ни одного свободного места. Слуги спешили внести стулья, чтобы расставить их вдоль стен. Кто-то пытался спорить, доказывая свою значимость или богатство, чтобы ему предоставили столик, но распорядитель в зале был строг и непреклонен.
Зои тронула меня за локоть, привлекая внимание. Я оглянулся, заметив в дверях гостью. Это была женщина из того же рода, что и владыка, одетая во всё чёрное. Из украшений только серебряный ободок, закреплённый на рогах, чтобы редкие длинные волосы не падали на лицо. Пугающе улыбнувшись, она подошла к столику, занимая место так, чтобы из зала её не было видно.
— Что вы хотели узнать о торговцах за вторым от сцены столиком? — спросила она.
— Они тут что-то покупают или продают?
— И то и другое.
— Я знаю, что они работорговцы. Думал, что сегодня будут продавать только артефакты.
— Они продают особый товар, — женщина бросила на них задумчивый взгляд. — Одарённых, иногда очень сильных. Клеймят их особым образом, чтобы не взбунтовались против хозяев. Во многих мирах работорговцев не хотят видеть, поэтому они приходят сюда. Как и их покупатели. Вон те крысы как раз приехали сюда за этим.
Она показала на группу богатых демонов, низкорослых и каких-то дёрганых. Занимая место за одним из первых столов у сцены, они не могли спокойно сидеть, отчаянно спорили о чём-то, жестикулировали и пили вино из больших кружек. На крыс они, кстати, похожи не были.
— Это их дело, — сказал я. — Меня интересует человек в серой куртке и плаще. Чтобы не ошибиться, могут ли слуги узнать его имя?
— К таким, как они, редко испытывают симпатию, скорее, наоборот, — женщина говорила неспешно. Огоньки в её глазницах мерцали, и сложно сказать, смотрит она на меня вопросительно или же пытается что-то оценить.
— Ну да, симпатию я к нему точно не испытываю…
— Дин, я хочу поговорить с мастером Адофом, — женщина подняла руку, и слуга, подслушивающий нас у двери, побежал по коридору к лестнице на первый этаж.
Достав из мешочка на поясе небольшой круглый диск, она положила его на стол, накрыла ладонью. Слуга тем временем добрался до зала и пробежал к лысому, беседовавшему о чём-то уже с быками. Сказав что-то, слуга поклонился, протягивая тому какой-то предмет.
— Госпожа Кри, безумно рад слышать Вас, — раздался над столом приглушённый голос. — Надеюсь, мои подарки пришлись Вам по душе?
— Как зовут человека в твоей компании? — без предисловий спросила женщина. — В сером плаще.
— А, малец Ник, — сказал он. — Толковый человек, головастый. Обладает уникальным навыком, может усыпить кого угодно, даже великого червя пожирателя. С ним наши дела пошли в гору. Но законов мы не нарушаем, Вы же меня знаете.
Женщина, которую работорговец назвал Кри, посмотрела на меня, как бы спрашивая, утолил я любопытство или нет.
— Где его нашли? — спросил я. — Это было два года назад?
— Полтора, — голос работорговца. — На болотах в одном из жутких миров.
— Этот человек был один?
— Он умудрился продать нам четверых людей, — работорговец наверняка улыбался. — Одним из которых был сильный огненный колдун.
— Жуткий — это мир, в котором живут дами? — уточнил я.
На этот раз последовала небольшая пауза. Госпожа Кри слегка подалась к перилам, чтобы посмотреть на лысого работорговца сверху.
— Адоф, не серди меня, — сказала она негромко.
— Да, да, это был мир белоглазых, — неохотно признался тот. — Мы проходили мимо и не хотели задерживаться. Люди сами упали в наши руки, я не прикладывал к этому никаких усилий, клянусь богами Камы.
— Что стало с людьми? — холодно спросил я.
— А что с ними может стать? — он хмыкнул, услышав глупый вопрос. — Мы их продали в одном из миров Зелёных гор. Даже не помню, в каком точно. Госпожа Кри, если этот малец кому-то доставил неприятности, я готов всё возместить.
Я встал, глядя в зал. Высоковато, чтобы спрыгнуть вниз, поэтому лучше было воспользоваться лестницей.
— Адоф, не вздумай исчезать без моего разрешения, — голос женщины оторвал меня от кровожадных мыслей. — После торгов мы с тобой поговорим.
— Госпожа Кри…
Что он сказал дальше, я не услышал, так как она убрала ладонь с диска и спрятала его обратно в мешочек на поясе.
— Прошу не гневаться, — попросила она негромко и довольно мягко. — Гости аукциона и так взволнованы случившимся днём. Сейчас уже начнутся торги. Несмотря на профессию, слова Адофа имеют вес.
Она имела в виду, что он человек слова, если подобное сравнение к нему было применимо. Лично я бы ему не поверил, даже в вопросе времени суток.
— Я отвернусь, а они сбегут…
— Никто не сбежит, — пообещала госпожа Кри. — Я решу этот вопрос. Наслаждайтесь аукционом.
Впервые за время разговора она хищно улыбнулась, слегка обнажив клыки. Пробрало до мурашек. Я мог бы поспорить, что она была сильнее владыки Таниса. Не так, чтобы я с ней не справился, но драться не хотелось. А ещё можно с полной уверенностью сказать, что эта парочка могла бы потягаться со светлоликим Рольфом. Понятно, почему он не хотел с ними связываться.
Голоса в зале начали стихать, когда на сцену поднялся ещё один красноглазый демон.
— Хороший артефакт, — сказала Зои, не понимающая, о чём мы говорили, так как разговор шёл на местном языке. — Который голос на расстояние передаёт. Что решили с тем человеком, которого ты узнал?
— Подождём окончания аукциона, — недовольно сказал я. — А потом я его найду и голову оторву. И дружкам его.
⠀⠀
То же самое время, на первом этаже дворца, в комнате подготовки лотов аукциона
Владыка Танис, устроившись на стуле, бегло просматривал отчёт о количестве золота, заявленного гостями аукциона. Чтобы избежать недоразумений, каждый из приезжих торговцев оценивал своё состояние в золотых монетах весом по пять грамм. И если бы не мелкие неприятности, владыка пустился бы в пляс от сумм, записанных в отчёте. Этот сезон сулил огромную прибыль, как золотом, так и редкими артефактами.
— Владыка, — голос помощника отвлёк его от мыслей о золоте. — Вернулся посыльный начальника стражи. Говорит, что старый Ква исчез, а в лавке не осталось ничего ценного.
— Пусть перекроют выходы из города и проверят каждый дом, — недовольно сказал Танис. — Могут делать, что хотят, но пусть найдут мне этих двух синих уродцев! Тысячу монет тому, кто их поймает.
— Будет исполнено, — помощник кивнул и вышел из комнаты.
Тихо вздохнув, Владыка убрал лист с суммами в тубус для хранения свитков. Позади него, за толстым пологом ткани, ведущий уже начал представлять первый лот. Одно из колец, которое хотели продать молодые аристократы из красного мира. Заклинание скрытности было просто великолепным и отлично подходило для разогрева гостей.
— Танис? — в комнату заглянула Криста. Вошла, осмотрелась. — Как идут дела?
— Если не считать, что поганец Кве и его отец Ква сбежали, то всё отлично, — сказал он. — Лично выпотрошу, когда поймаю. Или на цепь посажу.
— Ты сам дал им слишком много свободы, — она улыбнулась. — У меня ещё одна новость. Она касается твоего приятеля Адофа и его шайки.
— Опять затеяли с кем-то из гостей драку?
— Нет. Они умудрились продать в рабство знакомых той самой парочки, у которой твои синие помощники стащили артефакт.
Танис закрыл глаза ладонью, пытаясь вспомнить, не убивал ли в последнее время приспешников богов, решивших отомстить ему.
— Я попыталась убедить их подождать до конца аукциона, но, судя по взгляду парня, он убьёт их раньше.
— Передам им, чтобы тихо ушли…
— У меня есть предложение получше, — сказала Криста. — Дадим Адофу шанс вернуть проданных обратно. Как раз к следующему аукциону он успеет обернуться. Будет повод молодым аристократам из красного мира снова нас посетить. Возможно, они привезут несколько кровавых кристаллов на продажу. Ты ведь для этого искал выход в красные миры?
— Хорошо. Бери Адофа за жабры и договаривайся. Если станет упрямиться, оторви кому-нибудь из его подчинённых голову.
— Это обязательно, — улыбнулась Криста. — Я даже знаю, кому именно. А ты поговори с гостями о кровавых кристаллах. Заинтересуй, как ты это умеешь. И не забудь про артефакт, который у них украли.
Улыбка с лица Таниса исчезла, сменившись недовольной гримасой. Одно радовало, торги в зале шли очень активно и, может быть, юные аристократы удовлетворятся золотом и забудут про артефакт и синекожего Кве.
⠀⠀
Поместье владыки Таниса, глубокая ночь
До первого нападения демонов на Землю Сергей Зайцев служил в столичной милиции, в специальном отряде быстрого реагирования и, можно сказать, встретил их в числе первых. Их в тот день подняли по тревоге и отправили в самый центр, где в одном из гипермаркетов открылся разлом. Столько крови и убитых он никогда прежде не видел, а растерзанные тела до сих пор снились ему в кошмарах. Рогатые и клыкастые демоны, невероятно сильные и быстрые, швыряющие в людей огненные шары и молнии, справиться с ними было непросто. Из отряда в живых тогда осталось меньше половины бойцов.
Когда встал вопрос о командировке в другие миры, Сергей сразу вызвался добровольцем. Пройдя серьёзный отбор, он смог попасть на главную базу в светлом мире, чем гордился. Ему повезло получить довольно сильную способность поджигать любой предмет в поле зрения. Светлоликие говорили, что подобное встречается редко и это гораздо лучше, чем просто запускать струи огня. Правда, этот дар вытягивал много сил, но во время практики в сером мире, когда они защищали самую настоящую крепость и отражали волны рогатых демонов, умение показало себя с лучшей стороны.
— А господин Рольф точно появится на этом аукционе? — спросила Света, отрывая Сергея от размышлений. Виктория, пользуясь моментом, спала, устроившись на одном из кресел в углу комнаты. — Он же о нём говорил, когда оставался?
— Скорее всего, — кивнул Сергей. Язык светлоликих ему давался лучше подруги, которая за столько времени так и не научилась понимать беглую речь и разные акценты. — Говорил, что здесь появится что-то особенное и очень редкое, что должно поднять его положение в доме Азара.
— И местный король об этом знает? — уточнила она.
— Что ты постоянно ходишь вокруг да около, — поморщился Сергей. — Говори уже как есть.
— Я считаю, что, пока нас за «мягкое» не взяли, надо уходить, — сказала Светлана. В отличие от друга, к военным и полиции она отношения не имела. Называла себя учёным, но до путешествия между мирами работала лишь старшим лаборантом в каком-то НИИ. — Тем более, что нас никто не охраняет.
Они одновременно посмотрели в сторону широкого окна, выходящего на главную улицу. Сейчас проём был закрыт тяжёлыми шторами, но Сергей проверял, что при желании окно можно легко выбить.
— И что дальше? — спросил Сергей. — Как Васю с Зоей будешь вытаскивать? Если ты сбежишь, их как раз и возьмут за то самое мягкое. Подождём их и будем думать, как уходить. Всё равно путевой кристалл у них.
— Господин Рольф говорил, что он не должен попасть в руки местного царя.
— Владыки, — поправил Сергей. — Если они Зою за аристократку из Красного мира приняли, то с ними всё будет хорошо. А может, она действительно из высшего общества, и на аукцион кто-то из её мира пришёл.
Слухи о красивой беловолосой девушке быстро разбежались по всей базе, и Сергей не смог обойти их стороной. Он специально ходил посмотреть на неё издалека, ведь в Красных мирах, как и в Серых, тоже жили люди, только, в отличие от других, рождались уже с даром, как демоны. Зоя ему понравилась с первого взгляда, было в ней что-то аристократическое и возвышенное. Василий это, похоже, даже не замечал.
— И что будем делать? — снова спросила Светлана.
— Что ты у меня спрашиваешь? — вздохнул Сергей. — Семён Ильич?
— Ждём, — отозвался командир группы, сидевший за столом с закрытыми глазами. — И меньше болтайте в присутствии Василия и его подруги. Они работают на дом Эервен и не так просты, как может показаться. Великие дома светлоликих открыто друг с другом не воюют, но слухи ходят самые нехорошие.
— Почему думаете, что они «не просты»? — спросила Светлана. — Дети ведь совсем, и умения у них такие себе. Телекинез — он же бесполезен, по большей части.
— Потому что символы рода не раздают кому попало, — отрезал командир. — И сюда они могли прийти за тем же, зачем и господин Рольф. Вернёмся на базу — будете оба учить тёмные языки. Полтора часа каждый день, вместо послеобеденной тренировки.
— Их же два десятка, — возмутилась Света.
— Ещё три сильных демона появились, — сказал Вячеслав Иванович, обладающий превосходным чутьём на магию и демонов. — В общем счёте, уже двадцать один. Светлоликого Рольфа среди них нет.
Ненадолго в комнате повисло молчание. Сергей бросил взгляд на поднос с едой и кувшином вина. Брать еду, принесённую демонами, никто не спешил, но пахла она очень аппетитно.
— А что насчёт ребят? — спросила Светлана.
Вячеслав Иванович промолчал, прислушиваясь к чему-то. Своими мыслями он пока поделился только с командиром. Имея прекрасное чутьё на любую магию, демонов и одарённых, он совершенно не чувствовал силу в Василии и Зое, словно они были самыми обычными людьми. На ум ему приходило только то, что они либо владеют артефактами, скрывающими силу, либо обладают особым умением. А ещё Вячеславу казалось, что перед ним вовсе и не люди. Когда он использовал свой дар в полную силу, ему виделось, что за личинами подростков скрывается кто-то невероятно могущественный и страшный.
Дверь без стука открылась, и на пороге появился невысокий темноволосый парень, с косым рваным шрамом на щеке. Невзрачная, но удобная для долгих походов одежда и крепкая обувь, на плечах непромокаемый плащ. Он поднял руку и что-то сказал на незнакомом языке.
— Мы не говорим на тёмных языках, — сказал Вячеслав Иванович, стоявший ближе всего.
— Русские? — удивлённо приподнял брови парень, говоря на русском языке. Затем добавил пару тяжёлых слов, не веря своим глазам.
— Из Москвы, — кивнул Вячеслав Иванович, удивившись не меньше.
— И я из столицы, — парень заулыбался, проходя в комнату. — Николай, будем знакомы. А я тут два года и… и что, вы все из Москвы?
— Долго объяснять, — сказал Вячеслав.
— А мне говорили, что вы из числа проводников, что гостей из Красного мира водите, — он обвёл взглядом всю компанию, на секунду остановившись на девушках и помахав им рукой. — Мне как раз проводник нужен. На двух человек билеты до Москвы, будьте любезны.
Он рассмеялся, похлопав себя ладонью по бедру.
— Только в светлый мир, — сказал Вячеслав. — Уйдём, когда закончим здесь дела.
— Это долго? — уточнил Николай, становясь серьёзным. — Может, всё и обойдётся, но хотелось бы смыться отсюда как можно раньше. Хорошо бы до конца аукциона уже убыть.
— Ты говорил о гостях из Красного мира, видел их?
— Видел, — он кивнул и слегка поморщился. — В ВИП-ложе. Блондинка и парень с ней. Владыка вокруг них едва не на цыпочках ходит. Кто они вообще?
⠀⠀
То же самое время, бескрайние подземные пещеры
Три синекожих ящера неспешно взбирались на высокий уступ в самой большой пещере на ближайшие десятки километров. Лёгкий сквозняк, приносивший с собой запахи горькой воды, говорил о близости к тёплым подземным источникам. Несмотря на размер, в пещере было много света от десятков жаровен и факелов, сжигающих кровь камня. И чем выше поднималась тройка ящеров, тем отчётливей слышались ритмичные удары. Кто-то, не жалея сил, лупил в огромный барабан, бой которого разлетался по всем окрестным пещерам, созывая подземных жителей на главную площадь.
Когда ящеры поднялись на уступ, их взорам открылась центральная площадь подземного поселения. От неё во все стороны разбегались узкие улочки, огибая каменные дома. И буквально всё свободное пространство было заполнено ящерами, стоявшими плечом к плечу, забравшихся на балконы домов и каменные уступы. Огромное и живое синее море, ощетинившееся острыми копьями с каменными наконечниками.
Бой барабана стих, но в подземном городе не сразу воцарилась тишина. Далёкое эхо ещё отзывалось гулкими ударами и криками.
— Бог-предок снова с нами! — повысил голос вождь, вышедший на край уступа. Он поднял высоко над головой кулак, в котором был зажат небольшой каменный стержень, испещрённый древними символами.
Одновременно с этим воздух в нише под уступом задрожал и начал стремительно темнеть, несмотря на яркий огонь церемониальных жаровен. С громким гудением из земли поднялся вертикальный разлом. Ящеры на площади оживились и стоявшие в первых рядах бросились к нему, чтобы успеть войти раньше других. Барабан снова ожил, застучав быстрее, подгоняя море синих ящеров.
Вождь устало уронил руку, но остался стоять. Повернувшись к спутникам, он хищно улыбнулся, демонстрируя ряд острых зубов:
— Бог-предок снова с нами, — повторил он негромко. — Как же давно эти пещеры не слышали звуков боевых барабанов. Больше мы не будем голодать.
— Мы нашли богатые земли, — кивнул старый ящер, кожа которого имела уже не такой насыщенный цвет, как у молодых сородичей, но зубы его по-прежнему были острыми. — Бог-предок приведёт нас прямо в их центр.
⠀⠀
Демоны не менее азартны, чем люди, поэтому аукцион начался бойко. Кольцо скрытности, принадлежавшее светлоликому, вызвало такой ажиотаж, что в зале едва не вспыхнула драка. Глава коротышек, которых госпожа Кри назвала крысами, обещал прикончить всех быков, если они посмеют перекупить кольцо. В итоге цена артефакта взлетела сначала до двух тысяч, затем до трёх и остановилась, совсем немного не дойдя до четырёх. Покупателями, к моему удивлению, стали люди, сидевшие в конце зала и старавшиеся не привлекать к себе внимания.
Кольцо с магической удавкой почти никого не заинтересовало и продалось за сто пятьдесят монет. Что касается браслета, то он действительно понравился быкам, и они отчаянно торговались с крысами, которые назло им взвинчивали цену. В итоге они забрали его за две тысячи, оставшись очень довольными.
Ажиотаж при продаже барахла светлоликого стал понятен, когда начали выставлять остальные артефакты. К примеру, изысканный нож, не требующий заточки, способный рубить железные прутья и легко пробивать доспехи. Вещь красивая, но бесполезная, так как лезвие у ножа было около десяти сантиметров. Им только перья подтачивать, а не доспехи вскрывать. Перстень со светящимся камнем, по свойствам очень напоминающий фонарик, мне понравился больше, от него хотя бы толк есть. Продавали даже банку с колонией крайне ядовитых гусениц. Достаточно было капли их крови, чтобы убить любого демона. За них немного поторговались работорговцы, забрав за две сотни золотых монет. И таких вот бесполезных артефактов продавали десятка два. Среди всего разнообразия я мог выделить только парочку занимательных, но не более.
Когда я уже думал, что ничего хорошего так и не появится, на продажу вынесли пару коротких мечей из губительного железа. Демон, ведущий аукцион, уверял, что это железо оставляет незаживающие раны. Иными словами, железо препятствовало регенерации тканей, а кровь не свёртывалась, и даже пустяковый порез мог стать фатальным, если рану не прижечь. За них торговались бойко, не хуже, чем за артефакты светлоликого.
Интерес у публики вызывали и древние реликвии, особенно если это было что-то золотое. Почти за три тысячи монет был продан золотой кинжал для жертвоприношений. Им было убито несколько десятков тысяч демонов, и, по словам ведущего, кинжал приобрёл способность уничтожать души убитых, чтобы они никогда не перерождались. Мы с Зои тайком зевали, так как время перевалило за три часа ночи. Я даже хотел поспать немного, но демоны в зале так шумели, что не уснёшь при всём желании.
Последним этапом аукциона стала продажа рабов. Очень будничное мероприятие. Сначала ведущий объявлял имя демона или человека, а потом объяснял, почему за них не стоит переживать. Почти все были злобными преступниками, проданными в рабство за убийства, грабежи и прочее, за что их следовало бы прибить на месте. Думаю, что говорили об этом специально, чтобы покупатели знали, с кем будут иметь дело. Ну а на сцену же выходили вполне обычные демоны, прилично одетые, упитанные и довольные жизнью. Одарённые, обладающие силой огня или молнии, умеющие взрывать своих врагов или травить их. Нет, серьёзно, какой-то невзрачный на вид демон мог создавать вокруг себя зловонное и крайне ядовитое облако. Ведущий радостно говорил, что его можно отправлять на переговоры к конкурентам.
Лояльность всех рабов обеспечивал особый символ, связывающий их с будущими хозяевами. Точно такой же символ был у женщины, которую я встречал в родном мире. Не удивлюсь, если узнаю, что её продала именно эта шайка работорговцев примерно на таком же аукционе. По этой самой причине и хотелось прибить их. Нет, сначала узнать, где они древний символ нашли, а уже потом отвинтить головы.
Когда продавали очередного убийцу, приговорённого к смерти в семи мирах, на балкон заглянул владыка Танис. Сказал, что торговцы уже оплатили товар и золото ждёт нас в его кабинете. Это было интереснее, чем следить за торгами, поэтому мы сразу согласились составить ему компанию и не ждать окончания аукциона. Он лично проводил нас по второму этажу в одну из роскошных комнат, предложил выпить и ничуть не огорчился отказу. Нам только вина не хватало, чтобы уснуть на ходу. Аукцион длился почти всю ночь, и я нисколько не удивлюсь, если через час уже рассвет наступит.
— Здесь, — владыка показал на небольшой сундук, стоящий на столе. — Ваше золото, за три артефакта. Для начинающих торговцев — это отличный результат. Впервые на моей памяти кто-то смог заработать так много, только появившись на моём аукционе.
Сундук был не самым большим, сантиметров тридцать на двадцать, обитый железными пластинами, чтобы не развалился. Внутри лежали большие золотые монеты, судя по виду — новенькие, недавно отчеканенные. С одной стороны изображён профиль кого-то, напоминающего Таниса, с другой — несколько древних рун, означавших могущество и богатство.
— За вес и качество мои помощники ручаются головой, — сказал владыка. — Могу слитками дать, но по опыту скажу, что монеты ценятся выше. Пять тысяч шестьсот монет, за вычетом доли аукционного дома.
Я ради интереса приподнял сундук и впечатлился. Весил он килограмм тридцать, не меньше.
— А что насчёт идола? — спросил я.
У владыки от этого вопроса слегка дёрнулся глаз.
— Мастер Кве сбежал, — неохотно признался он. — Не знаю, что взбрело в голову этому ящеру. Переверну весь город, если нужно. День, максимум два, и его поймают. Его ждёт серьёзное наказание, будьте уверены. Я уже распорядился, чтобы подготовили комнату. Люди, что сопровождали вас, остановятся на постоялом дворе рядом с площадью.
— У нас всего два дня было на посещение этого мира, — сказал я, закрывая крышку сундука и запирая на специальные защёлки, чтобы не открылась случайно. — Нет времени на отдых.
— Жаль, очень жаль, — сказал он, при этом ничуть не расстроился. — Я хотел о многом с вами поговорить. К примеру, о взаимовыгодном обмене. Слышал, что в красных мирах умеют делать кровавые кристаллы. Здесь они пользуются огромным спросом. Я могу найти покупателей, которые заплатят гораздо больше, чем за обычные артефакты.
— Имеете в виду кристаллы, что делают из крови неразумных демонов? — уточнил я.
— Именно. У нас никто не умеет извлекать кровь так, чтобы сохранить в ней силу.
— Заманчивое предложение. И как часто здесь проходят аукционы?
— Циклы разломов сейчас стабильны, — он довольно улыбнулся. — Каждые сорок четыре дня открываются проходы в шесть ближайших миров, откуда приходят главные покупатели и продавцы. Советую прийти немного раньше, чтобы было время уладить формальности и оценить качество товара.
— Я понял. Если достану кристаллы, то дней через сорок загляну в гости. Главное, чтобы вы нашли тех, кто может заплатить за них. В нашем мире за кристаллы тоже готовы отсыпать много золота.
— Вряд ли больше, чем здесь, — он прошёл к окну, выходящему в город и занавешенному плотной тканью, чтобы с улицы не было ничего видно. — Я знаю о вашей… проблеме с работорговцами и уже поговорил с мастером Адофом. Он согласился отправиться в миры Зелёных гор, чтобы вернуть четырёх людей, что продал там полтора года назад. Дорога туда и обратно займёт как раз сорок дней, если им повезёт с проводником и разломами. А также идол, который забрал Кве, будет ждать вас здесь.
Выходило неплохо, даже как-то слишком хорошо, чтобы быть правдой. Чувствовался подвох, но я пока не мог понять, в чём именно он заключается.
— Хорошо. Постараюсь достать кровавые кристаллы, но есть одно условие…
Я не договорил, так как почувствовал искажение, похожее на открытие разлома, но какое-то странное. Потянуло со стороны улицы, куда выходило окно. Владыка Танис это тоже почувствовал, даже сдвинул штору, чтобы выглянуть наружу. Я уже говорил, что одарённые могут почувствовать разломы, если те окажутся близко. Это не самое приятное чувство, так как в горле встаёт ком, накатывает тошнота и что-то сродни лёгкому недомоганию. Подобное я как раз испытывал сейчас, но не мог сказать, в какой стороне источник, но в том, что он был огромным, не сомневался.
Владыка нахмурился и спешно вышел из кабинета. Можно было почувствовать, как он ещё в коридоре использовал силу, то ли давая сигнал своим подчинённым, то ли подготавливая какую-то магию.
— Не к добру это, — сказала Зои, пройдя к окну. — Тревожно стало вдруг.
— Согласен, что не к добру. Всё, что нужно, мы узнали, золото заработали, хватаем его и делаем ноги. Надо только наших найти…
Последнее я добавил на языке дами, чтобы поднять сундук телекинезом. Таскать за собой тридцатикилограммовый ящик очень неудобно. Мы уже собрались уходить, когда дверь в кабинет открылась, и на пороге встала невзрачная женщина лет тридцати. Бледная кожа, длинные спутанные русые волосы, падающие на плечи, вокруг глаз размазана чёрная тушь, что смотрится жутковато. Одета в серую тунику не по погоде, а в левой руке здоровенный нож, больше походивший на мачете.
Женщина сделала пару шагов так быстро, что я мог увидеть лишь размытый силуэт. Только что она стояла на пороге, а в следующую секунду уже в центре комнаты.
— Замри, — быстро сказал я на языке дами. — Даже не думай пошевелиться.
Пространство в помещении ощутимо задрожало, так как я и не пытался сдерживаться. Но даже так удержать женщину было непросто. Первый раз видел, чтобы сила не хотела касаться кого-то, как будто у невзрачной женщины несколько слоёв защитных символов на спине. Я даже не смог в полной мере оценить, схватил её или нет. Нет, вроде сработало. Ткань туники замерла, словно пропитанная лаком, как и спутанные волосы женщины. Она, кстати, на сдерживающую силу внимания не обратила, стоит, разглядывает нас хмуро.
Зои подняла руку, направляя на неё ладонь, но я успел придержать её.
— Постой. Вдруг она мимо проходила.
— Вася, иногда я просто поражаюсь твоей способности оценивать ситуацию, — сказала Зои. — Слепому понятно, что она именно нас искала. У неё нож в руке и взгляд страшный. Наверняка те самые работорговцы подослали. Надо было их ещё в зале прихлопнуть.
— Подосланный убийца не стал бы так нагло вламываться и ножом размахивать. Хотя с последним ты права.
Я осторожно шагнул к женщине, сдвинул рукав туники на левом плече, из-под которого выглядывал знакомый символ. Нож в её руке слегка дрогнул, когда она крепче сжала рукоять. Как она с таким необычным даром вообще умудрилась в рабство угодить?
— Слушай, давай договоримся, — сказал я женщине. — Ты на каком из демонических языков говоришь?
— Хозяин Ник умрёт, и я вместе с ним, — сказала она с сильным акцентом, говоря на одном из малоизвестных языков демонов. — А мне — нельзя.
— Понятно, что нельзя, — недовольно сказал я, чувствуя, как она борется с удерживающими чарами. — Я бы этому Нику не только голову, но и кое-что другое оторвал. Только некогда мне с тобой возиться, чувствуешь, что снаружи происходит? Давай так, я с тебя сейчас рабский символ сниму, а ты нам мешать не будешь, хорошо?
— Хорошо, — как-то очень легко согласилась она. Не поверила.
— У рабских символов есть два огромных недостатка, — произнёс я, ткнув пальцем в рисунок. — Во-первых, их легко можно перехватить. Достаточно дорисовать совсем маленькую часть, смешать чернила со своей кровью и всё, любой раб станет твоим. Скорее всего, так вас и продают друг другу, символ всё разрастается и разрастается, меняя хозяев. А во-вторых, эти символы можно разрушить. Правда, останется грубый шрам, но с этим ничего не поделаешь. Автор книги, в которой я читал об этом, упоминал о самых отмороженных племенах, где этот символ на лицо наносили. Чтобы сбежавший раб ослеп в процессе удаления символа. Предупреждаю сразу, рука может не слушаться некоторое время. Будет больно.
Сильнее надавив на рисунок, я влил немного силы, зажигая его особым образом. Именно по этой причине я предупреждаю всех, чтобы не показывали символы кому попало. Если настоящий мастер, разбирающийся в теме, будет знать форму символа, где и как он нанесён, то сможет легко испортить. С дами такой фокус не пройдёт, по крайней мере, без их желания, а всем остальным нужно быть осторожными.
Кожа на предплечье женщины начала плавиться как воск, к которому приложили раскалённую ложку. Гера рассказывала, что это очень болезненный процесс, который едва не стоил ей жизни, но и символов на спине у неё было больше. Стоявшая же передо мною женщина даже в лице не изменилась, разве что бледная кожа стала ещё более белой, да правый глаз пару раз дёрнулся.
— Вот и всё, — сказал я, глядя на некрасивый шрам, как от ожога. Кожа вокруг уже начала быстро краснеть. — Символ сгорел вместе с кровью хозяина. Хорошо бы мазь лечебную на рану наложить, чтобы не воспалилась. Дней за десять всё должно полностью пройти, но шрам останется. Что там в книге было сказано? Чтобы проверить, достаточно назвать имя.
Не знаю, на каком принципе работал символ, да и случая испытать не представилось. В книге о рабских символах описывался сдерживающий приказ, нарушение которого влекло за собой суровое наказание. Заключался он в том, что у раба отнимали имя и нарекали другим. Хозяину достаточно было назвать настоящее имя раба, и того настигала сильная боль. Даже пометка была, что нельзя произносить имя слишком часто, чтобы не убить несчастного.
— Ты хотя бы имя своё помнишь? — спросил я, за что заработал холодный взгляд.
— Меня зовут Айн Ханна! — произнесла она так веско, что я сразу в это поверил. Она с силой стиснула зубы, отчего вздулись желваки, но не из-за моего вопроса, а ожидая неминуемую боль.
Каждый раз, когда слышишь новый язык демонов, в голове что-то щёлкает, и на несколько секунд теряешься, пытаясь понять, что происходит. В этот раз всё было даже хуже, чем обычно, так как я просто потерялся и даже не заметил, как Зои успела подхватить меня под локоть, чтобы не упал. Слова незнакомого языка эхом звучали в голове, постепенно затихая и становясь всё тише и тише.
Я тряхнул головой, сбрасывая оцепенение, и встретился взглядом с бледной женщиной. Она повела плечами, медленно переложила нож из левой ладони в правую, легко разрушая сдерживающую магию. А потом Айн Ханна улыбнулась, и это было уже не страшно, а по-настоящему жутко. Даже не могу сказать, почему нас так пробрало. Вокруг Зои вспыхнул водоворот силы, и если бы не странная устойчивость женщины к магии, то её бы уже размазало о противоположную стену комнаты.
Сделав шаг назад, Айн Ханна попыталась вернуть лицу прежнюю невозмутимость, но не получилось. Она продолжала улыбаться, не в силах остановиться. Отступая шаг за шагом, словно боясь повернуться к нам спиной, она вышла в коридор, тихо прикрыв за собой дверь.
— Надо уходить, — сказал я и поёжился. — И чем быстрее, тем лучше.
С улицы слышались далёкие крики, а со стороны центральной площади раздался приглушённый взрыв. Пройдя к окну, я выглянул наружу. Со второго этажа поместья хорошо просматривался центр города, южная часть которого уже полыхала. Горело не меньше двух десятков домов, при этом так ярко, что и рассвет был не нужен. Из центра в нашу сторону бежали местные жители, а какой-то демон, встав у выхода с площади, поливал её струями огня с двух рук, как из военного огнемёта. Я почти минуту смотрел на эту картину, прежде чем опомнился.
Теперь подгонять нас уже не требовалось. Забрав сундук, мы выскочили в коридор и побежали к лестнице западного крыла. Поместье владыки к этому моменту наполнилось гомоном голосов, доносящихся с первого этажа. Какой-то горластый демон кричал, что нужно срочно бежать из города, и первым подал пример, выскочив на улицу. Меня же за руку тянула Зои, уверенно выбирая направление. Спустившись на первый этаж, мы почти сразу оказались рядом с гостевыми комнатами, в одной из которых в полном составе отдыхала четвёртая группа. Лица у всех кислые и встревоженные, так как шум вокруг постепенно нарастал.
— И чего вы тут сидите? — спросил я, глядя на них с порога. — Делаем ноги, пока есть возможность. Аукцион решил внезапно закончиться, так как в городе происходит что-то непонятное и очень нехорошее.
— Светлоликого Рольфа не видел? — спросил Семён Ильич. — А это что?
— Светлоликие сегодня ещё не попадались, — мотнул я головой, проходя в комнату следом за Зои. За мной же неспешно вплыл сундучок с золотом, парящий в метре от земли. — Это я на аукционе пару колец продал. Видели бы вы, как демоны за них торговались…
В это время в коридоре шарахнуло с такой силой, что посуда на столе подпрыгнула, а окна с северной стороны здания наверняка вылетели. Очень надеюсь, что это Ханна успела добраться до работорговцев, чтобы попрощаться перед уходом. Одновременно с этим кто-то вошёл в гостевую комнату прямо сквозь окно. Звон стекла был заглушён яростным визгом, так как гость умудрился запутаться в толстой шторе, сорвав её с окна. Следом за первым ворвался второй гость, синекожий ящер, очень похожий на мастера Кве, только одетый в плотную тунику и сжимающий в руках копьё с каменным наконечником.
⠀⠀
⠀⠀
Не знаю, почему он выбрал меня целью, но это даже хорошо. Заверещав ещё громче, чем первый, он метнул копьё, угодив точно мне в грудь. Послышался звук удара камня о камень, и копьё отскочило, упав на пол.
Ящер успел выхватить из-за пояса кинжал, но вспыхнул как факел, и его тут же вышвырнуло из комнаты в окно, выбив остатки рамы. Пока он летел, я успел заметить ещё с десяток ящеров, бегущих в нашу сторону, потрясая копьями и факелами. На полпути к дому что-то упало на них сверху, с хрустом раздавив о каменную мостовую.
— Света, стол! — крикнул Семён Ильич.
Невидимая рука подхватила верещащего ящера, копошащегося в шторе, и выбросила в окно. Громоздкий дубовый стол, сбросив с себя посуду и поднос с едой, пролетел по комнате и закрыл оконный проём. Вячеслав Иванович уже занял позицию рядом с нами, держа в руке короткий меч.
— Я не в курсе, что происходит, — быстро сказал я, поймав взгляд командира, — но продолжаю настаивать, что нам стоит уходить. И чем быстрее, тем лучше.
Со стороны улицы потянуло силой, затем послышался специфический визг десятков, если не сотни голосов ящериц. Стол, закрывающий окно, оставил небольшой просвет сверху, сквозь который можно было увидеть яркие всполохи огня. И почти сразу столешницу пробило ещё одно копьё с каменным наконечником. Я взял Зои за руку, чтобы она не выпускала пока силу. Было у неё намерение пустить её в ход, но боюсь, что многие в этом доме подобного не переживут.
Можно было услышать, как в соседнюю комнату вломилась пара ящериц, войдя сквозь окно. Послышался женский крик, довольно резко оборвавшийся. Да и крики из коридора продолжали нарастать. Я смог разобрать слова на разных демонических языках, призывающих бежать к северным воротам.
— Можно подняться на крышу и открыть разлом прямо там…
— Никаких разломов в центре города, — отрезал Семён Ильич, остановив меня жестом.
— Сильные демоны, что приходили на аукцион, дружно бегут в ту сторону, — сказал Вячеслав, показывая в сторону двери. — И бегут очень быстро.
— Идём. Ты первый, за тобой Сергей, я замыкаю. Василий, брось это здесь.
Семён Ильич показал на парящий в воздухе сундук.
— Он мне не мешает, летает себе, никого не трогает.
— Тогда постарайтесь не отставать, — недовольно произнёс он.
Дальше всё было как-то сумбурно. Мы выбежали в коридор, оттуда в сад прямо сквозь выбитое окно напротив нашей комнаты. При этом гости аукциона покидали дом дружной толпой. Кто-то не хотел ждать в коридоре и выходил в сад через окна, как и мы. Освещения вокруг было достаточно, чтобы разглядеть, как демоны бегут в сторону одной из улиц, ведущих на север. А ещё я заметил, что на улочке, обходящей поместье, вспыхнула драка. Парочку стражников теснили несколько крупных ящеров. Вот это уже посеяло настоящую панику, хотя среди гостей аукциона было немало сильных одарённых. Какой-то торговец умудрился швырнуть в сторону той улицы огромный кусок каменной ограды, едва не зашибив стражу.
Мы очень удачно вышли из дома, так как перед нами оказалась группа минотавров, нагруженная сумками и тюками. Они ревели на родном языке, призывая глупых варваров и людей уйти с их дороги. Понимая, что быки пробьют дорогу к выходу, за ними пристроилась группа людей из серого мира, таща с собой вещей не меньше, чем их рогатые конкуренты. Ну и мы отставать не стали, помчавшись за ними следом.
Не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что горит уже бо́льшая часть города. За нашими спинами поднималось такое зарево, что ночью всё было видно почти как днём. А ещё кто-то запускал в небо потоки пламени, защищая дом владыки. Не знаю, кто напал на город и сколько их было, но судя по размаху и тому, как быстро всё разворачивалось, пришла целая армия.
⠀⠀
⠀⠀
Мне в такой жуткой и необычной ситуации бывать ещё не приходилось, поэтому бежал я как от пожара, едва поспевая за минотаврами. Они легко пробивались сквозь толпу, расталкивая нерасторопных демонов, удачно расчищая дорогу. За весь путь нам навстречу попался лишь один отряд стражи в количестве пяти демонов, бегущих к центру города. На нас они даже внимания не обратили.
Долгая пробежка по ночному городу закончилась у северных ворот, одна из массивных створок которых была распахнута и сломана в двух местах. Наверняка выбил кто-то нетерпеливый. Мы промчались через ворота, оказавшись перед огромной равниной, тонущей в темноте. Но при этом она пугала гораздо меньше, чем пожары позади. Плохо, что дорогу освещали всего несколько фонарей сразу за воротами и ещё парочка метрах в тридцати впереди. Туда мы и побежали, чтобы не топтаться у выхода из города.
В паре сотен метров от ворот вспыхнул разлом в виде высокого багряного пламени. Бегущие впереди нас демоны, не сговариваясь, ринулись в ту сторону, но разлом исчез буквально через тридцать секунд, как появился. Вячеслав, идущий впереди, резко свернул с дороги и почти сразу остановился. Мы с Зои догнали его, переводя дыхание. Думал, что пробежка дастся ей тяжело, но она неплохо держалась.
— Пойдём без света — ноги переломаем, — сказал Вячеслав.
— А со светом будем как приманка для демонов, — сказал тяжело дышавший Семён Ильич. — Так пойдём, скоро светать начнёт.
Мы почти одновременно посмотрели в сторону городской стены. Домов за ней видно не было, но вот пожары в центре города полыхали знатно. Из ворот выбегали уже не только гости аукциона, но и горожане.
— Эгей! — откуда-то из темноты дороги вынырнула фигура в сером плаще и с большой дорожной сумкой на плече. — Нашёл вас! Чего вы так долго?
Я что-то не сразу сообразил, что он кричал на русском языке. Было достаточно темно, чтобы разглядеть его лицо, но я уже знал, кто это был. Семён Ильич поднял руку, привлекая его внимание.
— Вовремя, — встретил он парня. — Решил с нами уйти?
— Решил, — заявил тот. — Видели ящериц? Кто знает, что происходит? Наши дёру дали, даже золото за товар у лорда забрать забыли.
— Не в курсе, — сказал командир. — Если с нами решил идти, то не отставай. Нужно от города отойти подальше.
— Как скажете, — не стал спорить он. Приветственно поднял руку, улыбнувшись Зои, и с удивлением посмотрел на парящий в воздухе тёмный силуэт сундука. — Главное — подальше и побыстрее убраться из этого мира.
Показывая пример, Вячеслав первым двинулся на запад в кромешную темноту. Он использовал какую-то силу, но что именно она делала, я сказать не мог. Остальные потянулись за ним, уходя всё дальше от дороги и демонов, что спешили по ней на север.
— Шеф говорил, что это самый безопасный рынок в пределах сотни миров, — язвительно сказал парень, легко двигавшийся в темноте недалеко от нас с Зои. — Сдадим товар, срубим лёгких денег.
— Ты в каком мире жил? — спросил Сергей.
— Да ни в каком, — парень хмыкнул. — Прыгали из мира в мир, нигде дольше одного сезона не задерживаясь. Шеф, как только разлом видел, прыгал не раздумывая. Один раз чуть не угробил нас, выбросив посреди озера. Все вещи утопили, пока до берега добрались. Но вот в светлом мире бывать не доводилось. Наши ведь из демонов, и их там сразу на фарш для котлет пустят. Даже в серых мирах небезопасно, поэтому мы в основном по тёмным ходили. Полтора года водим этот караван.
Он рассмеялся одному ему понятной шутке. Я шёл немного позади, прикидывая, как бы его тут прикопать. Или же дождаться, пока он в светлый мир к длинноухим попадёт, и сдать как работорговца и пособника демонов? С такими обычно разговор короткий — пустят в расход без зазрения совести. К тому же дар у него редкий, никто сомневаться не будет. Даже символ, который мне оставила Иринэ, не придётся в ход пускать. Но при этом лично хотелось ему шею свернуть. Если бы не четвёртый отряд, я бы уже давно использовал великий символ рассечения. Интересно, а он сам-то знает, куда его ведут?
Где-то двадцать минут мы шли быстрым шагом, стараясь не свернуть шею в темноте. Но при этом ушли не очень далеко, и, если оглянуться, можно было увидеть зарево горящего города. А ещё минут через десять начало светать, или же глаза просто привыкли к темноте, когда серую равнину освещает только свет звёзд. Словоохотливый парень по имени Николай успел познакомиться с девушками из отряда, рассказывая, как он с торговцами пришёл в этот мир. Говорил, что ждали нужный разлом почти две недели, находясь в соседнем мире. Даже успели подраться с кем-то из демонов, пытавшихся их ограбить.
— Хорошо, что в этом мире живности почти не осталось, — говорил Николай голосом знающего человека. По мне, так он просто красовался и хвастался перед другими. — Хищники издохли все от голода. А то наша прогулка вышла бы не такой весёлой.
Светало уже заметно быстрее, и можно было разглядеть равнину, убегающую вдаль. А ещё стало понятно, что кроме нас на запад никто бежать не собирался. Николай и тут проявил осведомлённость, говоря, что где-то на севере от города находится один из крупнейших и постоянно действующих разломов. Я же понять не мог, как может существовать такой мир, в который можно было прийти по своему желанию и уйти, когда тебе вздумается.
Николай немного сбавил шаг, чтобы поравняться с нами. Улыбнулся доброжелательно. Рассвело уже достаточно, чтобы рассмотреть его лицо. Мне оно запомнилось совсем не таким, более молодым и злым. Сейчас же он обзавёлся рваным шрамом на щеке, уверенным взглядом и обманчивой добродушной улыбкой. Только в глубине глаз мелькало что-то холодное, неприятное. Он словно оценивал тебя, прикидывая, за сколько можно продать на рынке. Взгляд сверху вниз, затем обратно, на секунду задержавшись на кистях рук.
— Вы что, правда из Красного мира? — спросил он, говоря на самом распространённом языке демонов. — Никогда прежде бывать там не приходилось.
— Правда, — буркнул я, стараясь игнорировать его, чтобы не врезать по наглой роже. — Зои говорит только на языке Первого царства.
— А ты её переводчик? — уточнил он.
— Не важно.
— Удобное умение, — он показал на сундук, летящий следом за нами. — Интересно, а ехать верхом на нём можно?
— Можно.
— Тебе не говорили, что ты недружелюбный? — улыбнулся он.
Я вопрос проигнорировал, подумав о странной женщине по имени Айн Ханна. Она называла его хозяином, но он делает слишком удивлённое лицо сейчас. Неужто не он послал её к нам? Пару минут мы шли молча. Я ненадолго задумался, строя планы на сегодняшний день, в основном коварные.
— Василий, — меня окликнул Сергей, даже тронул за плечо. — Где Николай?
— В смысле? — я оглянулся и, к большому удивлению, парня в приметном плаще и с большой сумкой на плече не увидел.
Наш отряд так и шёл на запад, город почти скрылся из вида, но с той стороны виднелись высокие клубы дыма. Позади нас шёл Семён Ильич, замыкая отряд, но он и сам оглядывался, пытаясь понять, куда делся внезапный попутчик.
— Он же рядом шёл только что, — сказал Сергей.
— Стоим! — повысил голос Семён Ильич.
Отряд остановился, собираясь в тесную группу и оглядываясь по сторонам. Сколько ни смотри, а серая равнина была пуста. За укрытие можно было принять лишь низенький сухой кустарник, росший клочками.
— Он же только что тут был, — сказала Светлана. — Я видела…
Вячеслав Иванович тоже покачал головой, как бы говоря, что не знает, куда делся парень.
— Мне кажется, мы достаточно далеко от города отошли, чтобы путевой кристалл использовать, — сказал я. — Может, не будем топать все двадцать километров, а? Мы ночь не спали и побегать успели по горящему городу.
— Действительно, — вставил Вячеслав. — Думаю, правилами можно пренебречь. Николая я не чувствую, но рядом кто-то точно есть.
На минуту повисло молчание. Мы продолжали разглядывать равнину, но лично я ничего не чувствовал. Подняв ладонь, я призвал голубой огонёк, который начал медленно подниматься, замер, а затем поплыл в сторону города, откуда мы пришли.
— Огонёк говорит, что в той стороне кто-то есть, — сказал я. — Но проверять не хочется.
— Хорошо, — немного неохотно согласился Семён Ильич. — Плохо будет, если господин Рольф придёт на старое место, ожидая эвакуации.
— Туда идти километров пятнадцать, — напомнил Вячеслав.
— Уходим, — сказал командир. — Пусть дальше этим вторая команда занимается.
Зои вынула из-за пазухи путевой кристалл, и почти сразу в пяти метрах от нас вспыхнула вертикальная линия разлома. Светлана поморщилась, предвкушая путешествие сквозь него. Уходили почти в том же порядке, как и появлялись здесь. Сначала Вячеслав, затем Сергей с девушками. Когда мы только попали в этот мир, Семён Ильич объяснял, что последним уходит тот, кто открывал разлом. При этом путевой кристалл уничтожался, закрывая его за собой.
— Пока никто не смотрит, можешь выплеснуть лишнюю силу, — я обвёл рукой равнину. — Зрителей нет. Даже самому интересно стало, насколько ты сильная.
— Уже не надо, — она улыбнулась, поймав мой взгляд. — Я же говорила, что эти кристаллы очень прожорливы. А насчёт зрителей ты не прав, я чувствую пролитую кровь того парня, с которым у тебя вражда. Вон, смотри.
Она показала в сторону от разлома. Посреди поля стояла знакомая невзрачная женщина в той же серой лёгкой тунике и со спутанными русыми волосами. В одной руке она сжимала длинный нож, в другой за волосы держала голову Николая. Я крепче сжал ладонь Зои, чувствуя, как мурашки побежали по спине. Клянусь, несколько секунд назад в том месте никого не было, но стоило Зои показать пальцем, как я её сразу увидел. Нет, я очень сильный и многое повидал, но конкретно эта женщина меня пугала. Было в ней что-то неправильное, нехорошее и жуткое.
— Уходим, — тихо сказал я, не сводя глаз с женщины. — Видит великая богиня, лучше тебе держаться подальше.
Последнее я сказал на языке дами, отчего воздух вокруг отозвался знакомым гудением. Это придало немного мужества. Мы же с Зои быстро шли к разлому, который недовольно отозвался на силу голоса и слегка задрожал. Первым туда влетел сундук с золотом, затем уже мы. Короткое чувство падения в пустоту, сопровождаемое яркими вспышками, и нас встречает прохладный мраморный зал. Гулкое эхо от гудения разлома, стоны Светланы, которую успокаивает Сергей, и тихая ругань Вячеслава Ивановича. С лёгким порывом ветра разлом позади нас схлопнулся, и неприятные чувства сразу исчезли.
Я использовал немного силы, потянув на себя сундук, над которым уже склонился знакомый длинноухий старейшина, пытающийся понять, как он открывается. Он смешно попытался схватить сундук за ручку, но не успел. Звякнув и заскрежетав металлическими полосами по мраморному полу, сундучок проскользил ко мне и поднялся в воздух.
— Кто мне скажет, что он хочет? — спросил я, ленивым взглядом окатив длинноухого, выдавшего недовольную тираду на их языке. Он имел наглость использовать силу, пытаясь отнять сундук, но безрезультатно. Слабоват он для этого.
— Там что, золото? — спросил Сергей, помогающий подняться Светлане.
— Золото, — не сводя взгляда с длинноухого, ответил я. — Моё личное золото. У него что, сканер есть, как он узнал?
— Золото надо сдать, — сказал Сергей. — Такие правила. Твою долю тебе потом вернут.
— Рожа у него лопнет, моё золото забрать.
Длинноухий ещё что-то сказал, и пространство портального зала начало наполняться силой. Он мог пыжиться сколько угодно, так как символ на моей спине защищал от подобного. Насчёт Зои не скажу, но Присцилла умела ставить неплохой барьер. Затем длинноухий ткнул в меня пальцем и перевёл его вниз налево. Опустив голову, я столкнулся взглядом с Айн Ханной, сидевшей на полу и обхватившей мою ногу. Попытка высвободиться ни к чему не привела. При этом на незваную гостью все смотрели с большим удивлением.
— Старейшина Ольгарт говорит, что нельзя забирать аборигенов из тёмных и серых миров, — перевёл его слова Сергей.
— Сам он абориген, — машинально отозвался я. — Она сама прилипла, я не виноват. Ногу отпусти.
Айн Ханна, напротив, стиснула ногу так, что едва не сломала. Прижалась щекой к штанине.
— Ты очень наглый, для человека, — тихо сказала она, говоря на родном языке. — И ты мне должен.
— Я наглый?! — едва не взорвался я. — И кто кому должен, нужно посмотреть. Какого демона ты тут вообще делаешь?
В это время в здание уже вбегала охрана из числа людей с Земли. В этот раз это были китайские специалисты. Они додумались использовать какую-то сдерживающую силу, пытаясь накрыть сразу всю площадку, но подействовало только на четвёртую команду, ещё не отошедшую от перемещения.
— Так, пока я действительно не взорвался, — я набрал полную грудь воздуха и выдохнул через нос, как делали все высокородные дами. — Сергей, скажи этому… старейшине, что золото я ему не отдам. А будет продолжать тянуть сундук на себя — я его отпущу, и по инерции он этим ящиком по роже получит.
Подцепив шнурок на шее, я продемонстрировал длинноухому знак, который мне передала Иринэ. С золотом действительно не хотелось расставаться. Надеюсь, на старейшин этот знак повлияет так же, как и на людей. Длинноухий, кстати, разразился очередной тирадой, но, увидев знак, замер на полуслове. Добавив что-то, он махнул рукой, бросил странный взгляд на сундук с золотом, резко повернулся и направился к выходу. Давящая сила в просторном зале моментально рассеялась. Китайские специалисты проводили старейшину удивлёнными взглядами, затем посмотрели на нас и, сложив руки в почтительном жесте, поспешили следом за ним.
— Что он сказал? — спросил я в наступившей тишине.
— Я не понял, — озадаченно ответил он. — Не знаю этого слова.
Мы снова посмотрели на Айн Ханну, всё так же держащую меня под коленку. Она слегка наклонила голову, с любопытством глядя вслед старейшине.
⠀⠀
Первым немую сцену в здании разломов нарушил командир четвёртой группы. Семён Ильич помог молчаливой девушке из команды — взял её под руку и повёл к выходу. Следом направился Вячеслав Иванович, бросив лишь короткий взгляд на Ханну.
— Вам теперь в карантин надо, — сказал Сергей. — Наверное.
Улыбнувшись нам, он поспешил догнать Светлану, неуверенно идущую к выходу. Подхватил её под локоть и что-то шепнул на ухо.
— И почему ты морщишься? — спросил я у Айн Ханны. — Они хорошие люди.
— Рука болит, — отозвалась она, легко вставая. Прижала левую руку к телу и ласково погладила правой, как бы уговаривая, чтобы не болела сильно.
После бессонной ночи, пробежки и путешествия через разлом, толковых мыслей в моей голове не было. От идеи сдать эту нахалку светлоликим я сразу отказался. Если необычное сопротивление магии у Ханны — это дар, то такого щедрого подарка длинноухим я делать не собираюсь.
— Пойдём, полечим твою руку, — в итоге сказал я и зашагал к выходу, подумав, что решу эту проблему, когда хорошенько высплюсь.
Разница во времени между мирами была заметна невооружённым взглядом, так как из разлома мы вышли поздним утром или даже ранним днём. Солнце давно поднялось над горизонтом и уверенно двигалось к зениту. Отличная летняя погода, не жаркая, но приятная. После серого мира, в этом — небо кажется необычно голубым и ярким, как и солнце, трава и буквально всё, что попадалось на глаза. Голову даю на отсечение, что одежда, в которой мы были в том мире всего пару дней, потеряла насыщенность цветов и стала блёклой и серой.
Мы быстро прошли через двор, заполненный людьми. Наверное, многие, почувствовав появление разлома, поспешили сюда, чтобы встретить вернувшуюся команду. Были тут и люди из России, из Китая и Японии, а также представители европейских стран. Нас провожали удивлёнными взглядами, перешёптывались, разве что пальцами не показывали. Айн Ханна и Зои на это особого внимания не обращали, а мне было неуютно. А ещё люди с любопытством смотрели на небольшой сундучок, плывущий за мной по воздуху словно воздушный шарик.
— Ты хотя бы понимаешь, в какой мир угодила? — спросил я, когда мы заходили в крыло дворца, где располагалось карантинное отделение.
— Всё равно, — она флегматично пожала плечами. — Лучше скажи, кто тебя учил нашему языку? Очень хорошо говоришь, как будто родился на Родрике.
— Дар у меня особый, могу говорить, читать и писать на любом тёмном языке.
— Да? — судя по тону, она не поверила. — Как скажешь.
Мы вошли в нужное помещение со знакомой табличкой карантинного отделения. Внутри, кроме доктора, никого не было. С утра пораньше он пил что-то похожее на кофе и читал громоздкую книгу.
— Доброе утро, — поздоровался я.
— Василий Романович, — доктор Никушин закрыл книгу, сдвинул её на край стола. — Как ваше первое задание в тёмном мире? Из четвёртой группы никто не пострадал? Не удивляйтесь, база маленькая, слухи и новости быстро распространяются. Группы, уходящие в другие миры на задания, вызывают особый интерес. Кстати, что это?
— Сундук, — не глядя в ту сторону, отозвался я. — А это Айн Ханна. У неё ожог на руке. Найдётся у Вас мазь целительная или какой-нибудь порошок?
— Пусть садится вот сюда, — он показал на стул без спинки. — Удобное умение, носить за собой вещи, но на базе использовать силу запрещается.
— Он очень тяжёлый. Ханна, садись на стул, доктор твою руку осмотрит.
В языке Айн Ханны не было слова «доктор», поэтому пришлось использовать подходящее, означающее знахаря или лекаря.
— Откуда вы родом? — спросил Никушин.
— Из Родрика, — ответил за неё я. — Не знаю, где это, но думаю, что очень далеко. Потому что говорит она на очень редком языке. Скажите, здесь же вроде нормально относятся к людям из серых миров?
— Нормально, — кивнул он. — Если они никому не мешают и приносят пользу. Остальных сразу отправляют обратно или в одну из пограничных крепостей.
— Понятно.
— Вид у вас помятый, — сказал доктор, посмотрел на меня, затем на Зои.
— Ночь не спали. Бегали по горящему городу, спасаясь от армии ящериц.
Приподняв край рукава туники Ханны, он посмотрел на сильно покрасневший шрам, оставшийся на месте рабского символа. Я и не думал, что ожог будет таким сильным. Видать, какие-то особые чернила работорговцы использовали, чтобы так глубоко и прочно въелись.
— Необычный ожог, — сказал он, осмотрев руку, затем направился к большому шкафу в углу кабинета.
— Если лечебной мази нет, то хотя бы обезболивающее пропишите.
— Обижаешь, Василий Романович, — он открыл створку, доставая из шкафа глиняный горшок литров на пять. — На базе, где большая часть одарённых имеет огненный дар, ожоги и связанные с ним поражения тканей — наша главная проблема. Великий дом Малон готовит отличные мази и зелья. Они занимаются целительством. А вот с общей медициной тут всё плохо.
Поставив горшок на стол, он достал небольшую деревянную баночку с крышкой. Деревянной же ложкой с длинной ручкой набрал в неё немного светлой мази и вернулся к нам.
— Раз в два часа можно мазать, — сказал он, осторожно размазывая мазь по шраму. — Должно помочь. До выздоровления желательно не мочить.
Айн Ханна со скепсисом посмотрела на мазь, но промолчала.
— Могу я попросить о небольшом одолжении? — спросил доктор Никушин.
— Конечно, — кивнул я.
— Можно взглянуть на символ рода Эервен? Много слышал о нём, но видеть не доводилось.
Я вынул монету с кристаллом на шнурке, продемонстрировал ему. Доктор прищурился, пытаясь лучше разглядеть символ, почти минуту изучал его, затем пару раз кивнул.
— Необычная вещица, — сказал он. Вручил баночку с мазью Ханне. — Как закончится, заходите ещё.
— Валерий…
— Петрович, — подсказал он.
— Скажите, есть на базе кто-то, кто знает обо всём вокруг? Общежитие здесь отменное, но я хочу снять дом поблизости, купить пару вещей для себя и Зои, и вообще. Слышал, что те, у кого достаточно золота, с комфортом живут поблизости. Я даже не знаю, к кому обращаться. Да и с местным языком у нас троих туго.
— Посоветовать — могу, — кивнул он. Вернувшись к столу, он достал листок и что-то быстро написал. Подождал, пока чернила высохнут, и протянул мне. — Это один из работников склада, зовут его Михаил. Если нужен человек, который всё знает, то идут к нему. Он здесь с самого основания базы.
— Спасибо.
— Обращайтесь в любое время, — он выдал вполне искреннюю, а не дежурную улыбку.
На складе мы уже были, поэтому дорогу нашли легко. Встречал нас завхоз, и, судя по доброжелательному отношению, он тоже знал о наличии у меня символа рода. А я ведь просил начальника, чтобы не рассказывал какое-то время никому об этом. В любом случае, это было нам на руку. Для той же Ханны следовало подобрать незаметную одежду, чтобы она не выделялась и не смущала мужчин лёгкой туникой. И пока она переодевалась, мы с Зои расположились в коридоре.
— Она не сказала, зачем за нами пошла? — спросила Зои. Она сидела рядышком, облокотившись на моё плечо.
— Я пока не расспрашивал. Поговорю, когда насущные проблемы решу и хорошенько высплюсь. Но если её тут одну оставить, она может такое учудить, что мало никому не покажется. Я не против, чтобы она тут беспорядок устроила, но ведь на нас всё свалят. Мы её привели, нам и отвечать.
— От неё будет очень много проблем, вот увидишь, — сказала Зои.
Дверь на склад открылась, выпуская мужчину лет сорока. Тёмные волосы, карие глаза и большой приплюснутый нос, притягивающий взгляд. Колоритная личность, учитывая, что одет он был в одежду почти такую же, как и у меня, изображая торговца средней руки.
— Доброе утро, Василий, Зои, — он крепко пожал мне руку. — Наслышан и удивлён. А это?..
— Кошелёк, — отозвался я, не глядя на сундук. Думаю, сегодня меня этим вопросом успеют утомить.
— Михаил Игнатьевич, к вашим услугам, — представился он. — Валерий Петрович пишет, что вам нужна особая помощь. Только для начала, не сочтите за грубость, но я слышал, что у вас есть знак дома Эервен. Могу я на него взглянуть? Только из любопытства.
— Есть, — я снова вытащил монету, продемонстрировал ему и спрятал обратно. — Что, об этом уже все на базе знают?
— Исключительно все, — он заулыбался. Сел на скамейку рядом с нами, огляделся, но в коридоре почти никого не было. — Все, кто долго на базе живут, стараются не сердить светлоликих господ. У них своя борьба за власть и богатства, и нам, простым людям, в неё не стоит лезть. Кто этого не понимает, очень быстро оказывается где-нибудь в сером мире, на границе людей и демонов. Крепости, где постоянно идёт война — ужасное место, поверьте мне на слово.
— Понятно, можете не продолжать, — поморщился я. Посидели, называется, две недели незаметно.
— Так какого рода вам нужна помощь? — уточнил он, говоря деловым тоном.
— Хочу золото поменять на местные монеты, дом снять поблизости от базы и переводчика нанять, кто на языке светлоликих хорошо говорит.
Михаил покосился на сундук, улыбнулся своим мыслям.
— Ничего сложного не вижу, — сказал он. — Начать можно с обмена золота.
— Сколько местные монеты весят? И какой курс обмена золота на серебро?
— В этом мире в ходу три вида золотых монет: четыре с половиной, двенадцать и двадцать пять грамм, — сказал он. — У серебряных есть ещё половинки, по два грамма. Если упрощать, то серебро к золоту меняют двенадцать к одному, по весу.
Мы на секунду прервались, так как из склада вышла Айн Ханна. В сером военном комбинезоне она смотрелась совсем невыразительно, что радовало, так как будет привлекать меньше внимания.
— Насчёт переводчика, — продолжил Михаил, — готов предложить свою кандидатуру. За две мелкие золотые монеты в день могу поработать не только переводчиком, но и мастером на все руки. Полный рабочий день, без выходных и больничных.
— Дорого берёшь, — я хмыкнул. — Пятьдесят монет в месяц, если мне не придётся тебя искать для очередного поручения.
— Договорились.
— А как же работа на складе? — уточнил я.
— Обойдутся и без меня. Я во второй группе когда-то был и во время очередной вылазки получил травму. Если работать не буду, отправят в серый мир. А так, работать за золото гораздо приятнее, чем за еду.
Он улыбнулся так, что я сразу понял, работать на «базе» у него желания ещё меньше, чем у меня. Была в этой эмоции какая-то скрытая обида то ли на светлоликих, то ли на людей из родного мира.
— Тогда пошли менять золото, — сказал я вставая. — Ханна, отлично выглядишь. И будет хорошо, если не собираешься доставлять нам неприятности.
Айн Ханна сделала странный жест ладонью, возможно, показывая, чтобы я не переживал по этому поводу.
Обменный пункт, если его так можно было назвать, находился почти в сорока минутах пешей прогулки по направлению к городу Илуна. Как я уже говорил, погода с утра радовала, и если бы не усталость, то прогулка вышла бы изумительной. Михаил по дороге рассказал о том, что почти весь пригород был занят как раз людьми из самых разных миров, способных платить за комфортную жизнь рядом со столицей. Оказывается, светлоликие господа неплохо на этом зарабатывали. Благородные дома буквально дрались друг с другом за землю с юга от столицы, чтобы построить там домик и сдать его в аренду людям. А дома, которые тут стояли раньше, успели выкупить, превратив в пансионы.
— Вот к примеру, — говорил Михаил, показывая на один из богатых домов с пристройкой в виде конюшни, — такие как мы, другие люди, что могут жить тут только десять лет. Мы зарабатываем золото, ходим в набеги на тёмные миры, а потом, через десять лет, тебя отсюда просто вышвырнут, голым. Проще говоря, ты работаешь на светлоликих просто за еду. Всё, что останется после тебя, они поделят между собой. Идеальный бизнес.
— А дети? — уточнил я.
— Нельзя. С этим очень строго. Женщины тут пьют особую микстуру, чтобы не забеременеть. А если такое случится, то их сразу вышвыривают через разлом. И такое не только с теми, кто с Земли, но и со многими другими. Десять лет, и пошёл вон.
— Тогда зачем золото тебе?
— Чтобы провести это время с комфортом, — сказал он, как само собой разумеющееся. — Когда у тебя в кармане есть пара монет, то жить становится легче. Можно пить дорогое вино, посещать купальни, обедать в ресторане, а не в столовой.
Нужно сказать, что пригород Илуны был гораздо богаче, чем центр и жилые кварталы Хумы. Дома здесь выглядели более роскошными, возле каждого обязательно небольшая лужайка или даже настоящий сад. Торговые лавки выглядели так, что страшно заходить, так как цены в подобном заведении наверняка соответствуют богатому внешнему виду. Людей вокруг много, даже слишком, а вот светлоликих, праздно шатающихся по этому кварталу, я не заметил. Они либо ехали верхом, либо их везли в каретах.
Мы остановились у большого здания, похожего на ломбард. Вывеска демонстрировала стопку монет, несколько колец и браслетов.
— Ломбард принадлежит роду Эервен, — сказал Михаил. — Мне доводилось менять здесь золотые украшения на монеты. Курс — грабительский, но выгоднее, чем через скупщика на базе, работающего на род Азара. Покажи им символ рода, тогда с обменом не обманут.
Внутри здание действительно напоминало ломбард. Витрина с самыми разными украшениями, стойка скупщика, сразу два охранника на лавочке у выхода. Охрана, кстати, серьёзная, хотя и из числа людей. В лавке уже кто-то был, менял несколько золотых колец на небольшие монеты. Пришлось подождать немного, пока пара мужчин в серых военных комбинезонах пересчитают монеты, что-то уточнят у торговца и уйдут. Говорили они на немецком языке, явно недовольные обменом.
За стойкой приёмщика сидел дружелюбного вида светлоликий. Светлые волосы буквально зализаны, чтобы открыть лоб и длинные уши. Я бы дал ему лет сорок, или около того. И если бы не пришёл сюда с Михаилом, то развернулся бы и ушёл. Не внушал доверия дружелюбный настрой торговца. Сразу видно, что обманет.
Чтобы не тянуть с этим, первым делом я вытащил символ рода, продемонстрировал торговцу. Надо было видеть, как уходит улыбка с его лица. Выглядел он так, словно к нему говорящая лошадь пришла, золото менять.
— Скажи, что нужно поменять золотые монеты по самому лучшему курсу, который он способен нам выставить, — попросил я Михаила. — И если у него не будет нужной суммы, то пусть поменяет столько, сколько есть.
Как оказалось, Михаил на языке светлых говорил бегло, хотя и с заметным акцентом. Продавец выслушал его, затем ещё раз обвёл всю компанию взглядом и предложил подождать в особой комнате, куда подали вино и закуски. Забрав сундук, он удалился, а телохранители, не сговариваясь, заперли двери в ломбард, повесив табличку «переучёт».
После ночного приключения мы неплохо проголодались, поэтому закуски поделили на троих, учитывая Айн Ханну, и быстро проглотили. Вино пил только Михаил, да и то, позволив себе лишь один кубок. Ждать пришлось долго, не меньше получаса. Я едва не уснул, удобно устроившись на мягком диване. В итоге ушастый появился с тем же сундучком, слегка взмокший и серьёзный.
— Говорит, что обменял всё, что было, — перевёл его слова Михаил. — Они комиссию пятнадцать процентов берут, чтобы золото сдать на монетный двор…
— Что? — спросил я, видя странное выражение лица Михаила.
— Говорит, что четыре килограмма золотых монет — это комиссия.
— Ну да, где-то так и должно быть, — ответил я, заглядывая в сундук.
Внутри лежали уже не ровные и новенькие монеты весом по пять грамм, а россыпь более сплюснутых, изображающих какого-то правителя. Среди мелких попадались и большие монеты, с непонятными надписями и даже рунами по краям. Ещё один профиль местного императора, но уже другого, старого, с крючковатым носом.
— Он говорит, что это самый лучший курс обмена, и если брать меньше, то только в убыток для дома Эервен.
— В убыток — не надо, — сказал я, закрывая крышку, и вспомнил кое-что интересное. — Спроси у него насчёт кровавого золота. Оно похоже на то, из которого сделан символ рода. Насколько высоко оно ценится?
После перевода лицо длинноухого вытянулось ещё больше. Он даже платочек достал из рукава, чтобы промокнуть лоб и виски.
— Говорит, что все сделки с мрачным золотом ведёт только управляющий, — перевёл Михаил. — Он только слышал, что за грамм дают полкило обычного золота или даже больше. Всё зависит от качества и примесей.
— Хорошо. Скажи, что мы благодарны за обмен и заглянем к нему снова.
Светлоликий вышел лично провожать нас. Довёл до двери, пожелал хорошего дня. Даже на летающий сундук не посмотрел, словно не считал его содержимое ценным. Интересно, сколько же в их закромах золота, раз они так легко поменяли почти тридцать килограмм монет?
— Теперь можно искать дом, — сказал я, когда мы вышли к дороге. Солнце поднялось уже высоко, и дико хотелось спать.
— Ну… в любом случае надо идти в агентство… то есть в местную гильдию. Есть тут контора, ведущая учёт домов, сдающихся в аренду. Там всё будет зависеть от того, сколько ты готов платить за дом. Плату берут только за полгода, но с этим проблем точно не будет.
Он посмотрел на сундук, оценивая количество золота. Айн Ханна этот взгляд поймала и слегка прищурилась. Она хотя и не понимала, о чём мы говорим, но видела золото, когда я сундук открывал. Надеюсь, не пристукнет. Или же это она сама нацелилась на золото?
⠀⠀
Полтора часа спустя, ломбард дома Эервен
Перед зданием ломбарда остановилась дорогая карета, запряжённая четвёркой лошадей. Из неё вышел высокий парень двадцати лет. Длинные светлые волосы были стянуты в хвост коротким шнурком. Только по одежде можно было сказать, что он представитель одного из великих домов. Оглядев улицу и людей, спешащих по своим делам, парень улыбнулся и направился ко входу. Его появление уже почувствовал управляющий, услужливо распахнувший двери.
— Добрый день, господин Клауд, — поклонился управляющий.
— Что случилось? — без предисловий спросил парень, проходя сквозь помещение и направляясь в гостевую комнату. — Ты отвлёк меня от важного мероприятия.
— Час назад приходил юноша, человек из дворца Азара. У него был первый символ рода.
— Символ Азара? — удивился парень.
— Нет, нашего рода.
Клауд остановился прямо перед дверью в комнату, посмотрел на управляющего, отчего тот даже попятился.
— Чей знак? Тебе хватило ума проверить?
— Конечно, — быстро сказал немолодой мужчина. — Это был посланник госпожи Иринэ.
— Сестра что-то задумала? — удивился он. — Насколько я знаю, ей сейчас не до игр с роднёй. Что хотел посланник?
— Он обменял почти тридцать килограмм золотых монет. Выбрал почти весь наш запас. Нужно будет ехать на монетный двор…
— Тридцать килограмм, — парень лишь хмыкнул, а затем его глаза слегка сверкнули. — Надеюсь, ты вытянул меня не только ради этого?
— Ни в коем случае, — повторил управляющий, открывая перед господином дверь и пропуская в комнату. — Просто он обмолвился о продаже мрачного золота. Узнавал курс, по которому мы могли бы купить его. Обещал скоро вернуться. Я подумал, что это был некий аванс…
— Так, — Клауд нахмурился.
Пройдя к окну, он выглянул наружу, но только для того, чтобы хорошенько подумать. Глядя на суету людей, он перебирал разные варианты того, как и где младшая сестра могла найти мрачное золото. Тридцать килограмм действительно могли быть лишь авансом, потому что Иринэ не стала бы размениваться на мелочи.
— Почему её люди пришли ко мне? — Клауд повернулся к управляющему. — Да, её же нет в городе, а управляющая сейчас занята. Но всё равно, идти ко мне — это странно. Может, это из-за старшего брата? Что же ты задумала, гадкая сестрёнка? Решила провести мрачное золото в обход старших?
Управляющий ломбардом терпеливо ждал, не спеша прерывать размышления молодого господина. Он знал, что не стоило высказывать свои мысли и ни в коем случае нельзя давать оценку ситуации. Сам Клауд мог говорить о сестре и брате любые гадости, но услышав от кого-либо неуважение в их сторону, мог убить на месте. Если, конечно, это не был кто-то из другой великой семьи, с кем не стоило связываться без поддержки старших.
— Сделаем так, — вернулся к реальности Клауд. — Я пришлю сюда пару охранников из своей гвардии и золото. Пару сотен килограмм, на случай, если они придут ещё ради обмена. И если этого не хватит, сразу посылай за мной и укажи нужную сумму. Второе — найди мне этого человека. Но осторожно, чтобы никто не узнал, что я им интересуюсь.
— Всё сделаю, — кивнул управляющий.
— Не зря же она ездила в замок Азара… — задумчиво протянул Клауд. — И не затягивай. Нужно разобраться с этим, пока сестры нет в Илуне.
— А если они придут сюда с мрачным золотом? — уточнил он.
— Немедленно посылай за мной. Я предупрежу хозяйку дома, что ты можешь искать меня для срочного дела.
⠀⠀
Контора, занимающаяся сдачей жилья в аренду, находилась в пяти минутах ходьбы от ломбарда. Это был небольшой, узкий двухэтажный дом, зажатый между роскошными особняками на главной улице. Чем ближе мы подходили к городу, тем плотнее стояли дома. Уже здесь они выстроились в сплошную линию, превращая улицы в своеобразный лабиринт с высокими стенами. Людей тоже было много, но не с Земли, а из разных светлых миров. Большим спросом у них пользовались лавки, продающие всякую всячину, мастерские портных и обувных дел мастеров.
Мне шум вокруг не нравился, так как на нас косились и провожали взглядами. Здесь уже пару раз попадались светлоликие, разглядывающие нашу компанию. Зато я узнал, что не у всех длинноухих большой запас магических сил. Да, на фоне людей они выделяются, но я знаю несколько не самых сильных демонов, которые могли бы с ними легко справиться. А вот хозяин ломбарда был силён. Настолько, что ему и охрана особо не нужна. Он был примерно того же уровня, что и старейшина во дворце Азара. Странно, что подобный персонаж работает в простом ломбарде и улыбается людям, зашедшим продать дешёвое колечко или цепочку.
Возвращаясь к конторе, куда мы попали, то это оказалось странное заведение. Встречал нас напыщенный человек, не стесняющийся показывать окружающим, что богат и занимает высокое положение. Он даже разговаривал так, словно ты ему должен. Михаил снова выступил в качестве переводчика, но я его заранее попросил, чтобы не рассказывал лишнего, особенно о символе рода Эервен.
Пару минут Михаил с ним беседовал, и за это время мне дважды хотелось подойти и врезать этому напыщенному типу по роже. В итоге он соизволил взять большую амбарную книгу и углубиться в список свободных домов.
— Спрашивает, какой суммой мы располагаем, — сказал Михаил.
— Скажи, что мне нужен дом на три спальни, чтобы там была кухня, ванная комната, гостиная и обязательно рабочий кабинет.
— Прислуга?
— А что, сдаётся в аренду вместе с домами?
— За золото тут всё сдаётся, — многозначительно сказал Михаил. — Можно и самим набрать, но выйдет дороже. По местным правилам заселяться в большие дома без прислуги нельзя. Либо с собой приводи столько, сколько хозяин укажет, либо бери уже с прислугой. Отдельно платить им не надо, всё входит в стоимость аренды.
— Мне всё равно, главное, чтобы дом был хороший и недалеко от базы.
— Есть четыре варианта, — сказал Михаил. — Самый дешёвый — восемьсот золотых монет за год. Только там две хозяйские спальни, но есть ещё пара свободных комнат для гостей. Две служанки, отвечающие за чистоту в доме, и садовник, приходящий два раза в неделю. Дом двухэтажный, очень хороший, я его со стороны видел. Просто там по соседству живёт вторая группа.
— Давай так, у меня сейчас свободными где-то пять тысяч монет. Учитывая твою долю и расходы, думаю, тысячи три можно потратить.
— Знаешь, Василий, это очень большие деньги. Я бы даже сказал, огромные. Вторая группа, в которую я когда-то входил, лишь в складчину может собрать тысячу золотых за год. А это шесть человек, которые в серьёзные рейды ходят как минимум раз в месяц, а иногда и чаще. И у них остаётся не так много после оплаты жилья. Уверен, что хочешь потратить подобную сумму на обычный дом?
— Учитывать, что я плачу тебе по пятьдесят золотых в месяц? В нашем тёмном мире столько зарабатывали за год. И это считается неплохим заработком.
— Я понял, — он примиряюще поднял руки и принялся что-то объяснять управляющему.
Переговоры длились минут десять, после чего нам выписали какую-то бумагу, поставили печать, расплавив немного красного воска. Сама услуга стоила аж две средних золотых монеты, что, на мой взгляд, было слишком дорого. Вот кому бы я вообще не платил, так это напыщенному типу, провожавшему нас уже не высокомерно, а задумчиво. Дом же нам обошёлся ровно в три тысячи за год, но платить нужно было не в конторе, а лично в руки хозяину. Собственно, туда мы и направились, только не пешком, а наняв карету. Устал я по пригороду пешком ходить, поэтому легко согласился, чтобы нас отвезли по нужному адресу всего за какие-то жалкие три серебряные монеты.
Дом, который нам посоветовали, находился совсем рядом с базой, буквально на соседней улице. И, говоря «дом», я немного лукавил, так как это был настоящий трёхэтажный особняк, с небольшим садом на заднем дворе и парой пристроек. Встречала нас служанка из числа людей, одетая в строгое тёмно-синее платье. Открыла дверь, едва мы подошли к дому. Наверное, увидела из окна, как рядом останавливается карета.
Впечатление особняк оставлял положительное. Дом красивый, ухоженный и чистый. Складывается впечатление, что здесь жил кто-то очень богатый, но поиздержавшийся в последнее время. Как будто удачливый торговец разорился и продолжал жить по инерции, но деньги стремительно заканчивались, и ему, немыслимое дело, пришлось начать экономить. Нет, до того, чтобы продавать что-то дорогое из дома, не дошло: присутствуют и картины на стенах, и ковры, и даже позолоченные подсвечники, но ощущение некой запущенности не покидало.
Служанка проводила нас в роскошную гостиную, эффектно распахнула шторы, впуская в комнату солнечный свет и открывая вид на ухоженный сад. Думаю, что это заранее подготовленное представление, чтобы впечатлить гостей. Но мне понравился и сам жест, и вид, открывающийся из просторных окон.
Не прошло и минуты, как в гостиную вошла женщина из числа светлоликих. Длинные светло-русые волосы, изящный серебряный обруч, удерживающий причёску, и красивое платье. Складывалось впечатление, что она ждала гостей, успев переодеться. Возраст женщины определить сложно, но я отметил морщинки в уголках глаз и губ, а ещё лёгкую, почти незаметную седину в волосах. На пальцах левой руки два золотых перстня, один с красным камнем, второй выполнен в виде печатки.
Вот когда жалеешь, что не знаешь язык светлоликих. Михаил с ней разговаривал в почтительном тоне, продемонстрировал бумагу, что нам выписали в конторе. В это время в гостиную вошла ещё одна служанка, чуть старше, принесла серебряный поднос с чашками и сладким, ароматным горячим напитком, напоминающим какао.
— Спроси, не говорит ли она на каком-нибудь из тёмных языков, — тихо сказал я Михаилу. Он бросил на меня странный взгляд, словно этот вопрос мог оскорбить хозяйку, но всё же спросил.
Хозяйка дома посмотрела на меня слегка прищуренно. Взгляд очень специфический, как у одарённого, который побывал во множестве передряг и битв.
— Откуда ты узнал? — спросила она на языке демонов. На нём обычно говорили жители Хумы и ближайших тёмных миров, когда не могли сразу найти общий язык.
— Что именно? — уточнил я. — Если о знании языка, то это не догадка, а скорее надежда. И очень хорошо, что она оправдалась.
— Обычно у людей нет столько золота, чтобы заплатить за этот дом, — сказала светлоликая.
— Считайте, что я необычный человек.
— Это я вижу, — она улыбнулась краешком губ. — Если хотите жить здесь, то правила очень просты. Когда будете покидать дом, я хочу увидеть его таким, каким он выглядит сейчас. За этим будет следить старшая из служанок. В моё отсутствие — она хозяйка дома и вправе решать все сложные вопросы. Если хотите, чтобы вам готовили еду, продукты покупайте самостоятельно или оставьте ей золото на эти расходы. То же самое касается и всего остального. Советую внимательно относиться к её словам, особенно когда она говорит, что нужно что-то купить.
— Золото не проблема.
Сундук, стоявший рядом, взлетел и аккуратно опустился на стол. Несколько манипуляций с защёлками, и все в помещении смогли увидеть золотые монеты разного размера, заполнявшие его. Для неподготовленного и неискушённого человека — зрелище впечатляющее.
На то, чтобы разложить на столе стопки с монетами, потребовалось довольно много времени. Затем светлоликая достала из кошеля на поясе кусочек синего сургуча, расплавила его в руках, капая на лист договора, и прижала перстнем с символом семьи. Дописала несколько строчек красивым размашистым почерком. Ещё какое-то время потратили, чтобы найти, куда сложить золото. В итоге выбор пал на громоздкий резной сундук. Когда светлоликая высыпала туда золото, то выглядела так, словно уже знала, как им распорядиться. Точнее, она как будто планировала расплатиться по долгам.
Одна из служанок, что встречала нас, успела нанять для госпожи карету. Михаил уехал вместе с ней, сказав, что по пути нужно заехать в ту же контору, где мы были недавно, и ещё что-то дооформить. Взял на всякий случай немного золота, пообещав отчитаться за каждую монету. Что касается нас с Зои, то любопытство победило, и прежде чем отправиться спать, мы устроили небольшую экскурсию по дому. Служанка, говорящая только на языках светлого мира, провела нас по всем комнатам, начиная с кухни первого этажа. Что я могу сказать? Дом был шикарным, рассчитанным на семью в пять или шесть человек, не считая прислуги. Четыре хозяйские спальни, две гостевые, рабочий кабинет, обставленный именно так, как нужно, просторная столовая, кухня, кладовые — дом был просто огромен. В Хуме его бы назвали небольшим дворцом.
Пока мы гуляли по дому, управляющая прислугой умудрилась приготовить обед, от которого никто отказываться не стал. Всё было настолько вкусно, что я на радостях выделил ей пятьдесят золотых монет на продукты. Надо было видеть лицо немолодой женщины лет сорока, когда в её руки лёг увесистый кошель. Так как Михаила рядом не было, пришлось объяснять жестами, зачем я даю так много.
Айн Ханна за всё время так и не произнесла ни слова. Пообедала с нами и тихонько испарилась. Была у неё необычная способность оставаться незаметной. Стоило на секунду отвернуться, и всё, она сразу куда-то пропала. Надеюсь, что не на кухню за ножом. Когда мы осматривали дом, она как-то странно смотрела на большие разделочные ножи. В общем, я с ней так и не поговорил.
С Зои мы немного прогулялись по саду, чтобы не ложиться спать сразу после еды. Зои, как оказалось, та ещё сорока. Пока я бушевал в комнате оценщика, когда ящер стащил мой идол, она умудрилась присвоить несколько небольших артефактов в виде шести золотых колечек, спаянных вместе короткой цепочкой. Странная штука получилась, похожая на подвеску. Зои говорила, что у неё от колечек кончики пальцев покалывает, а значит — это сильный артефакт. Тем более, никто и не заметил, что она его стащила. Но главное, за что я её мог только хвалить, она умудрилась забрать то самое кровавое золото, что дал нам ящер в обмен на идола. Шкатулку выкинула и носила самородки в кошеле за пазухой, вместе с колечками, кстати.
— Тяжёлые, — сказал я, изучая самородки кровавого золота. Размером они были с небольшой грецкий орех, но жалко, что не монолитные. Грамм по сто пятьдесят каждый, не меньше. — Учитывая цену этого золота, мы с тобой сказочно богаты. Можно половину города купить. Будет наш с тобой запас на чёрный день.
— А похвалить? — улыбнулась она.
— Умница, что додумалась их взять, — я погладил Зои по голове, отчего она заулыбалась. — Нужно только спрятать их.
Я посмотрел в сторону дома. Мы сидели в самом конце сада, в тени небольшого дерева, и из окон дома трудно было разглядеть, что мы делаем. Уверен, что за нами сейчас наблюдал кто-то из служанок. Может, это в их работу входило, а может, шпионили на хозяйку. Чтобы не увидели сокровища в наших руках, я спрятал самородок в кошель, привычным движением сунул за пазуху к поясу, чтобы не выпал.
— Глупый ящер отдал нам такое сокровище в обмен на простую статуэтку, — сказал я. — Хорошо иметь дело с дикарями, ты им стеклянные бусы, а они тебе золото.
— Иметь что-то очень дорогое — опасно, — сказала Зои. — Так говорил отец. Когда золото переходит из рук в руки, оно ведь не расскажет, кому принадлежало раньше и каким образом попало к новому хозяину. Он называл его молчаливым убийцей.
— Поэтому мы его никому показывать не будем. Деньги у нас есть, а когда вернётся Иринэ, попросим ещё. Нам вообще здесь лучше не задерживаться. Доберёмся до цели и сбежим домой.
— Одобряю, — она кивнула. — Когда исполнишь задуманное здесь, я отведу тебя к нам домой, познакомлю с родителями. Нет, нет, не смотри так, раз втянул меня в это приключение, то обязан лично проводить домой. Отказа не приму и смертельно обижусь, если бросишь.
— Ты так и не сказала, кто твои родители? Может, твой отец — король.
— Сам увидишь, — она рассмеялась и посмотрела лукаво. — Но, если хочешь, можешь называть меня принцессой.
— Хорошо бы мне твои родители голову не открутили, что втянул в «приключения», — проворчал я. — Если у них такой же характер как у Присциллы.
Зои толкнула меня в плечо, наигранно обидевшись. В саду мы просидели ещё час, а потом усталость взяла своё. Я не люблю большие и роскошные спальни, поэтому выбрал угловую комнату на третьем этаже. Потратил немного времени, чтобы сделать временный тайник для кровавого золота, и лёг спать. Рухнул на кровать и моментально уснул. Вымотался за последние дни. Мне снилось, как я бесцельно брожу по ночному городу, ищу пропавшую Зои, а потом появляются злобные синие ящеры, на которых я набросился с кулаками. Лупил их изо всех сил и кричал что-то, а они в ответ кусались и верещали.
Проснувшись, уставился в потолок, не сразу поняв, где нахожусь и что происходит. Во сне умудрился скинуть с себя одеяло и разбросать подушки. Судя по ярким солнечным лучам, заглядывающим в комнату сквозь слегка сдвинутую штору, утро давно наступило. Получается, что я проспал весь вечер и ночь.
— Чёрт, даже здесь меня достанут, — проворчал я, усаживаясь на кровати и растирая лицо ладонями.
В комнату без стука вошла Айн Ханна, неся в руках медный таз и кувшин с водой. Пока я спал, она смогла помыть и привести волосы в порядок и смыть чёрную тушь с глаз. Теперь выглядела как вполне обычная женщина лет тридцати, если с ней при этом взглядом не встречаться.
— Чего тебе от меня нужно? — спросил я, подвинув к себе табуретку для тазика. Подставил руки под холодную воду. — Только давай серьёзно и в двух словах.
Айн Ханна при этом даже бровью не повела. Помогла мне умыться и протянула полотенце. Пока я вытирал лицо, прошла с тазиком к окну, распахнула его, пуская в комнату прохладный утренний воздух, и просто выплеснула воду. Хорошо, что окно выходило в сад, а не на главную улицу.
— Хочешь, я тебе золота дам? — спросил я. — Много, для простого человека. И даже договорюсь, чтобы тебя со следующей группой забросили в серый или тёмный мир.
Она посмотрела на меня холодным взглядом. Как раз об этом я и говорил, что её можно принять за обычного человека, если в глаза не смотреть.
— Ты делаешь что-то только ради золота? — спросила она. — Что, если дам столько, что не сможешь унести? Ты, твоя подруга и даже все те люди, что вокруг тебя, не смогут унести.
— Надо внести небольшую ясность, — сказал я, показывая пальцем в пол. — Чувствуешь гостей?
Айн Ханна коротко кивнула. На первом этаже, скорее всего, в столовой или малой гостиной, сейчас находилась парочка светлоликих. Одна из них — хозяйка дома, а со вторым я ещё ни разу не сталкивался, но он был силён.
— Видишь ли, я заглянул в этот мир, чтобы кое-что совершить, что может стоить мне жизни. Точнее, то, что я задумал, приведёт хозяев этого мира в такую ярость, что страшно представить. Поэтому очень прошу, не мешай. Дважды просить не буду, предупреждаю сразу.
— А если помогу? — спросила она.
— Тем, что мешать не будешь, уже поможешь, — отмахнулся я.
Айн Ханна ещё несколько секунд смотрела на меня, затем кивнула и вышла из комнаты, забрав тазик с кувшином. Это хорошо, что у меня нервы крепкие. Если бы она вот так вломилась в комнату молодого светлоликого лорда, то ему бы не только тазик с кувшином понадобился, но и чистые штаны.
Как я уже сказал, с утра пораньше в гости ко мне заглянула хозяйка дома в компании парня лет двадцати. На вид молодой, но сила в нём чувствовалась огромная. Если они сейчас скажут, что обманули с арендой дома, прибью, а тела закопаю в подвале. Ожидая меня, они пили тот самый очень вкусный напиток, напоминающий какао.
Гости моему появлению обрадовались, но вставать не спешили. Я молча прошёл к столу, уселся на свободный стул, нагло взял булочку и свободную чашку, куда налил тёмно-кремового цвета напиток.
— Доброго утра, — первой поздоровалась женщина.
— Доброго, — согласился я, откусывая от булочки. — Если Вы так и будете заявляться без приглашения, то я хочу своё золото обратно. Буду искать другой дом.
— Прошу простить нас за неожиданный визит, — сказала она. — Я лишь пришла проверить, всё ли в порядке у постояльцев и не требуется ли что-либо.
— У нас всё отлично, спасибо за беспокойство.
— Не ждать же нам под дверью, пока ты проснёшься, — заметила она, сразу поняв причину моего недовольства.
Странно, что на мою наглость они так легко реагируют. Это уже настораживает.
— Это лорд Клауд Эервен, — представила женщина своего спутника. — Тебе надо было сказать, что владеешь первым символом рода. Я бы сделала большую скидку на аренду.
— И что молодому лорду нужно? — пришло время удивляться мне.
— Ты вчера менял золото в моей лавке, — сказал парень, неплохо говоривший на тёмном языке. Примерно так же, как и Иринэ. Их специально тёмным языкам обучают, или это семейное хобби такое?
— Было дело, — кивнул я. — Привёз немного золота из рейда в тёмный мир. Или он серый, я точно и не скажу.
— Это меня интересует мало, — сказал парень, подавшись чуть вперёд. — Но ты упомянул, что у тебя есть мрачное золото, так?
— Я не говорил, что оно у меня есть. Просто полюбопытствовал, сколько оно стоит, вот и всё.
— С чем же связан такой интерес?
— В том мире, откуда я золото привёз, демоны проводили аукцион. Среди разных товаров был самородок кроваво-красного золота, что вызвало большой ажиотаж. Мне стало интересно, сколько оно могло стоить. Я ведь мог его купить там и продать здесь.
— Что за мир? — парень почему-то напрягся.
— Понятия не имею. Знаю только, что там пропал господин Рольф и нас отправили его искать. Меня, вообще, наняли как переводчика, так как я местные языки знаю.
— Я понял, — он кивнул, узнав имя Рольфа. Это было сразу видно. — Насколько большой самородок?
— Навскидку — грамм сто, сто пятьдесят…
— Сколько? — парень аж вскочил. — Кто его купил? Говори!
— Спокойней, лорд Эервен, — я поднял руки, как бы говоря, что ничего утаивать не собираюсь. — Проблема в том, что его как раз никто и не купил. Во время аукциона на город напали синекожие ящеры, и нам пришлось спасаться бегством. Когда мы выбежали за ворота, полыхала половина города. Демоны, участвовавшие в торгах, разбежались в разные стороны. Думаю, что и тот, кто продавал самородок, тоже сбежал. Увы, я не знаю, кто это был, так как продавец имя не называл.
Парень плюхнулся обратно на стул, поморщился и ненадолго задумался. Женщина же спокойно пила какао, слегка улыбаясь. Выглядела она при этом как довольная кошка. Точнее, как преданный подчинённый, угодивший хозяину и ожидавший, что его похвалят.
— Спасибо, что рассказал, — Клауд посмотрел на меня. — Я передам сестре, что она сделала отличный выбор, доверив тебе символ рода. Если станет что-то известно, особенно о том, что другие дома отправляют туда отряды для поиска мрачного золота, сообщи мне. Можешь передать эту информацию через Литу. Я буду щедро платить за неё и разрешу менять золото на тех же условиях, что род Эервен получает от королевской семьи.
Последнее он сказал немного нескладно, долго подбирая слова, но я его понял. Не прощаясь, он встал и вышел из комнаты. Было заметно, что спешил.
— Я живу здесь неподалёку, — сказала женщина, которую молодой лорд назвал Литой. — Можешь в любой момент беспокоить меня через старшую служанку. И не только, чтобы поделиться информацией. Если что-то понадобится, дай знать. У меня обширные связи в столице и за её пределами.
— Хорошо, — легко согласился я.
Было видно, что она хочет ещё что-то спросить, но не стала. Допив сладкий напиток, она удалилась не прощаясь, как и молодой лорд. Я же откинулся на спинку стула, глядя на дверь. Не пойму, что это они так переполошились из-за кусочка кровавого золота? Но одно ясно, с ними теперь нужно быть очень осторожным. Я перевёл взгляд на Айн Ханну, сидевшую на месте Литы. Она сцапала одну из булочек, быстро откусила от неё кусочек и бросила на меня взгляд хищника, который своей добычей делиться не собирается. Ещё немного, и зарычит. Я подтолкнул к ней тарелку с оставшимися булочками, поставил чистую чашку и налил какао.
В комнату заглянула одна из служанок, которой я жестами смог показать, что неплохо бы подать завтрак. Вроде бы она поняла меня правильно. Где Михаил, когда он нужен? Надо было вчера сказать ему, чтобы занимал одну из свободных гостевых комнат на втором этаже.
Через пару минут к нам присоединилась сонная Зои, и почти сразу подали завтрак: омлет, молочную кашу и очень вкусный хлеб. Вроде бы миры разные, а вкусы у светлоликих почти как у людей. Разве что сладкое они любят больше, так как почти всё имело сладковатый привкус, включая омлет.
— Кто приходил? — спросила Зои, когда завтрак подошёл к концу. Быстрее всех с ним справилась Ханна, умудрившись съесть всего, и по две порции. Думал, что не влезет, но она меня удивила.
— Светлоликие. Гоняются за кровавым золотом. Кстати, не говори о нём никому, хорошо?
— Хорошо, — согласилась она. — Какие планы на сегодня? Надо бы во дворец зайти в нашу комнату, вещи забрать.
— Да. И пройтись по магазинам, то есть, заказать у местного портного пару добротных нарядов. Только не как в прошлый раз, когда вы с Беатой чуть не разорили меня.
— Тебя не разоришь, — она слегка рассмеялась. — У тебя необычная способность зарабатывать золото. Можно назвать это удачей.
Дверь в комнату распахнулась как-то резко, отчего Айн Ханна напряглась. Мне даже показалось, что она сейчас что-то метнёт в гостя.
— Беда! — с порога выпалил запыхавшийся Михаил. — Шеф, беда!
— Я уже понял, — вздохнул я, показывая ему на свободный стул. — Что стряслось?
— Прости меня, — он сел за стол и со всего маху стукнулся о него лбом, отчего чашки слегка подпрыгнули. — Всё из-за моего длинного языка. Расслабился…
— Говори уже, — махнул рукой я, думая, что сильнее меня уже не удивишь.
— Мы по старой памяти с командиром второй группы болтали, — сказал он и поморщился. — Я сказал, что работу нашёл и буду зарабатывать больше, чем он, но без риска. Слово за слово, вскользь упомянул, как мы золото меняли. Без цифр и имён, я ещё пока в своём уме, чтобы подобное держать за зубами. Но про дом сказал. Всё равно это не большой секрет, скоро вся база будет знать, так как по этой улице наши постоянно ходят.
Он немного замялся, затем вздохнул.
— Я взболтнул о кровавом золоте, — признался он. — Понятия не имею, что это такое, первый раз от тебя услышал. В общем, через час во дворец ворвался лорд Азара. Лично. Я ещё никогда не видел, чтобы он так спешил куда-то. А потом меня начальник базы пригласил на встречу с ним. Лорд Азара меня за грудки взял, от земли оторвал, чтобы в глаза заглянуть, и вкрадчиво спросил, что мне известно о кровавом золоте…
— Понятно, — сказал я, чувствуя, как к дому приближается ещё одна зловещая аура светлоликих.
Новый гость был не просто могущественный, а как все, с кем я сталкивался до этого, вместе взятые. С ним даже лорд Илир из семьи Эервен вряд ли бы мог поспорить. Михаил его тоже почувствовал и даже побледнел немного. Бросил взгляд на дверь в соседнюю комнату, собираясь сбежать.
— Сиди уже, переводчик, — сказал я. — Язык без костей.
— Да не знал я! — всплеснул он руками и насупился. — Что их это так будоражит?
— Ханна, посиди в соседней комнате и на глаза лорду не показывайся. Зои, ты тоже жди в соседней комнате. Вряд ли до драки дойдёт, иначе бы он уже этот дом с землёй сровнял. Давайте, не сердите меня.
Пришлось строго посмотреть на девушек, чтобы они встали и вышли в соседнюю комнату. Я же подумал о лорде Азара, которого помнил по нашему миру. Вроде бы звали его Ёр. Учитывая, что встретимся мы только через двадцать лет, то ему сейчас должно быть около десяти или пятнадцати лет. Может, это кто-то из его семьи, отец, старший брат или дядя. С хозяином дворца, где сейчас располагалась «база», мне ещё встречаться не доводилось. А то, что это был именно он, у меня сомнений не возникло.
⠀⠀
Лорд Азара вошёл без приглашения, даже не обратив внимания на служанку, не успевшую открыть перед ним дверь. Хорошо, что двери не запирали после ухода предыдущих гостей, а то пришлось бы приглашать мастеров для ремонта. Было у меня желание встретить высокого гостя сидя, но решил не сердить его раньше времени. Он ведь поэтому и не сильно сдерживался, чтобы мы его почувствовали заранее и успели испугаться. Обычно так Беата делала, когда наведывалась в гости к провинившимся жрицам.
Лорд Азара являл собой классический образ высокородного светлоликого. Стройный, подтянутый блондин с волевым лицом и строгим взглядом. Волосы длинные, туго стянутые на затылке в хвост. Дорогой наряд из светлой ткани, но украшений нет, ни перстней, ни колец. Но это всё меркнет перед огромной давящей силой, которая исходила от лорда. По-моему, он для этого ничего не делал, просто силы в нём было столько, что она просачивалась, если можно употребить такую аналогию.
— Доброе утро, — поздоровался я на тёмном языке, подумав, что этот тип тоже может говорить на нём.
Ожидания не оправдались, так как и Михаил, и Лорд посмотрели на меня вопросительно.
— Великий лорд Йорах, глава дома Азара, — представил его Михаил. Затем сказал что-то лорду, упомянув моё имя.
Йорах прошёл к столу, подвинул для себя один из стульев. Я последовал его примеру, усаживаясь напротив.
— Я слышал, что парень из людей светлого мира отправлялся искать Рольфа, — сказал лорд через Михаила. — Представлял тебя старше.
— Группе нужен был переводчик, а я как раз знаю несколько тёмных языков, — я добавил немного скромности в слова.
— Не по поручению ли дома Эервен ты посещал тот мир? — прищурился лорд Йорах. — Слышал, ты привёз оттуда много золота.
— Просто повезло поучаствовать в аукционе и продать колечко, захваченное из тёмного мира, откуда меня спас Лорд Илир. И чтобы не ходить вокруг да около, Вы ведь пришли, чтобы узнать о кровавом, то есть о мрачном золоте?
— Продолжай, — кивнул светлоликий.
— На аукционе, который устроили демоны, продавали в основном артефакты и рабов, но был и странный лот, который привлёк моё внимание. Самородок мрачного золота примерно такого размера, грамм на сто пятьдесят. Только купить его никто не успел, так как на город напали синекожие ящеры и нам пришлось спасаться бегством.
— Кто его продавал? — он задал тот же вопрос, что и молодой лорд из дома Эервен.
— Очень сильный демон, которого все остальные боялись. Белоглазый дами. Имя не успел спросить, но вроде бы его звали Коллекционером.
Я заметил, как оживился лорд, услышав это имя. Голову даю на отсечение, что светлоликий Рольф, которого все разыскивают, искал в том мире как раз кровавое золото. Может, по заданию самого Йораха. В целом же, это была хорошая идея, столкнуть лбами великие дома в том мире, чтобы здесь мне проблем не доставляли.
— Ты видел Коллекционера? Это точно был дами?
— Видел, — кивнул я, не совсем понимая, к чему он это спросил. — Мужчина с белыми страшными глазами.
Лорд что-то проворчал на светлом языке, но Михаил переводить это не спешил. Добавив что-то, он просто встал и ушёл.
— И что это было? — спросил я у Михаила. — Что он говорил-то?
— Сказал, что это лишь обострит противостояние между домами, но он рад подобному, — перевёл Михаил. — А ещё ругался на ящеров.
— Вот, а ты переживал, — спокойно сказал я. — Лорд вполне вменяем. Так, у нас сегодня были большие планы. Надо забрать с базы наши вещи и пробежаться по магазинам. В пригороде есть хорошие портные?
— Что? — Михаил отвлёкся от мыслей и посмотрел вопросительно. — А, да, конечно.
— Тогда, вперёд — будем тратить моё золото, пока осталось. Кстати, можешь занимать свободную гостевую комнату на втором этаже.
Пересказывать события дальнейшего дня не буду, но мы неплохо прогулялись. Зашли во дворец Азара, где жизнь кипела, забрали наши с Зои вещи. Затем наняли карету и до самого вечера гуляли по городу, умудрившись потратить почти две сотни золотых монет. Но при этом заказали много всего, в том числе, хорошую обувь и одежду на всех троих, включая Айн Ханну. Она за весь оставшийся день так и не проронила ни слова. Пугала окружающих сердитым взглядом и едва не довела Михаила до инфаркта. Затем был праздничный ужин в новом доме и приятный вечер в компании Зои.
Решив, что лучше пока не привлекать лишнего внимания, несколько дней мы провели дома. Михаил каждый день наведывался на базу, чтобы держать руку на пульсе, но о нас почти не вспоминали. Четвёртая группа проходила реабилитацию и восстановление после посещения тёмного мира и готовилась к следующему заданию, а шестая группа продолжала тренировки.
Казалось, что жизнь наладилась и можно спокойно дождаться возвращения Иринэ. Девять дней всё было необычно тихо, и даже слежка за домом не напрягала. Слежку, кстати, обнаружила Айн Ханна. Сказала, что наблюдают сразу три группы, не связанные друг с другом, но знающие о присутствии конкурентов. Даже предложила убрать их и оставить там одни головы, чтобы другим неповадно было. Пришлось объяснять, что так мы только лишнее внимание привлечём.
Из значимых событий могу отметить только мою прогулку на карете вокруг столицы. Захотелось посмотреть, насколько большой город светлоликих. Да, это была долгая поездка, стоившая две золотые монеты. Илуна в полной мере оправдывала название столицы светлых миров, так как была огромна. С Москвой её не сравнить, но город Хума вполне мог разместиться в любом из семи районов Илуны. Жалко, что из-за старой городской стены нельзя было посмотреть на архитектуру столицы, а из пригорода не были видны ни дворец, ни храм, ни другие достопримечательности.
На десятый день своеобразного отпуска к нам в гости заглянул друг Михаила. Я застал их в малой гостиной на втором этаже. Точнее, о госте мне сообщила Ханна, сказав, что приехал очень подозрительный тип. Насчёт последнего она могла дать фору кому угодно, так как за эти дни всё ещё не сказала, что ей от меня нужно. Ханна как бы невзначай взяла на себя роль охраны дома и следила за всем, что происходит не только снаружи, но и внутри. Служанки мне на неё жаловались, дескать, она их пугает злобными взглядами.
— Добрый день, — поздоровался я, заходя в гостиную.
— Василий, как раз о тебе вспоминали, — сказал Михаил. — Знакомься, это мой друг, Александр Петрович. Мой бывший начальник смены в отделе снабжения.
— Официально тебя никто не увольнял, — сказал ему немолодой мужчина лет сорока. Лицо обычное, ничем не примечательное, русые непослушные волосы, а вот руки крепкие, мозолистые ладони и сильные пальцы. Сразу видно, что много тренируется с оружием. Он посмотрел на меня. — Будем знакомы.
— Будем, — согласился я, проходя к столу.
— Саша делится со мной новостями с базы, пока я тут прохлаждаюсь, — улыбнулся Михаил. По правде говоря, он лукавил, так как почти каждый день базу посещал и был в курсе всех слухов и сплетен. Может, не хотел говорить об этом другу? — Кое-что интересное случилось, что тебе нужно знать.
— Вторая команда собирается в тот мир, где вы синих ящеров гоняли, — сказал Александр. — Комплект боевого снаряжения получили утром.
— Вообще-то, не мы их, а они нас гоняли, — заметил я. — В городе было с десяток таких демонов, которые в одиночку сильнее, чем вся ваша вторая команда. Так что им надо быть осторожными.
— С этим проблем не будет, так как с командой идут два бойца лорда Азара. Его личные гвардейцы и телохранители рода. Сильные ребята.
— Светлоликие? — уточнил я, на что Михаил кивнул.
— Путевые кристаллы растут десять дней, плюс-минус немного, — сказал Александр. — Как раз новые созрели, ведущие в тот мир, и командование сразу группу отправило.
— Да ради бога, — отмахнулся я. — Меня это каким боком касается?
— Я краем уха слышал, что они боятся, как бы ты туда не отправился, — сказал он. — Даже план придумали, как тебя убрать.
— В смысле? — удивился я. — Мне тот мир и даром не сдался. Пусть идут, вперёд и с песней, как говорится. Можно им как-нибудь передать, что я самоустранюсь и без их помощи?
— Приказ лорда Азара, — немного виновато сказал Александр. — Командир базы отказать ему не может. Ты же ещё в шестой группе состоишь, формально. Было принято решение отправить группу на практику, в крепость одного из серых миров. Лорд Азара лично печать поставил на приказ.
— Практика? — я поморщился. — Надолго?
— Путевые кристаллы живут около шести дней, — сказал он.
Теперь стало понятно, зачем к нам в гости заглянул этот самый Александр. Командир базы портить отношения с лордом Азара не может. Но и с семьёй Эервен ссориться ему тоже не с руки, так как эта семья поддерживает европейские и японские команды, имея такое же влияние, что и Азара. А так, отправят меня на пару дней в Тьмутаракань, чтобы глаза не мозолил, пока они кровавое золото ищут. Не самое плохое решение с их стороны.
— Кому бы эта практика была нужна, — проворчал я.
— Есть ещё пара любопытных новостей, — вспомнил Михаил, то ли решив сменить тему, то ли спеша поделиться ещё неприятными новостями. — Сразу из трёх соседних серых миров пришли отчёты, что их массово штурмуют синекожие ящеры. В одном мире даже крепость разрушили, где две команды из наших сидели. Из Европы, если быть точным. Буквально вчера вечером очередная команда экстренно вернулась.
Михаил посмотрел на друга.
— Видел их, — кивнул тот. — Все в крови и копоти, жуткая картина. Двое из шести человек погибли, трое ранены. В лазарете сейчас работа кипит.
— Надеюсь, меня с шестой группой не туда отправят? — уточнил я.
— Точное место проведения практики знает только командование, — поспешил сказать Александр. — Нет, конечно, никто в здравом уме не станет отправлять зелёных новичков в мясорубку. Но не переживай, разговор шёл о каком-то мире, где почти всегда спокойно. Демоны там давно бросили попытки выселить людей, поэтому не практика будет, а небольшой отпуск.
— И часто тут проблемы с ящерами? — спросил я.
— На моей памяти это впервые, — сказал Михаил. — Чтобы так сразу в несколько миров какие-то демоны вторгались, да ещё и большой армией — я о таком даже не слышал. Надо старожилов поспрашивать из серых миров, что тут почти десять лет живут. Саша говорит, что база из-за этого на ушах стоит.
— С серыми мирами у светлоликих договор о защите, примерно как с нашим миром. Только эти совсем близко расположены, в отличие от Земли.
— Да, было бы удобно, если бы путевые кристаллы к нам вели, — согласился Михаил. — Такой обмен опытом можно было бы устроить. Мы им блага цивилизации, электричество и прочее, а они нам магию.
— Вместе с демонами, — вставил Александр.
В гостиную заглянула одна из служанок.
— Говорит, что гости пришли, — перевёл Михаил.
Пришлось идти встречать. Под гостями подразумевался Роман, командир шестой группы. Выглядел он хмуро, скорее всего, из-за командировки, о которой мне только что поведали.
— Зайдёшь? — спросил я, показывая на дверь.
— Да, хорошо устроился, — он улыбнулся, затем посерьёзнел. — Времени нет. Нас экстренно отправляют в серый мир, поддержать гарнизон одной из крепостей. Там наши парни и девушки, с Земли. Говорят, что на многие миры синие демоны нападают, и все свободные команды по крепостям разбрасывают, чтобы быть готовыми к большим проблемам.
— Надолго отправляют? — уточнил я.
— Выдали стандартный путевой кристалл. Такие обычно шесть дней работают. Уходим ровно через час, так что надо торопиться. Ты всё ещё к нашей команде приписан, поэтому командир приказал тебя брать с собой.
Я посмотрел в сторону дворца Азара, который с нашей улицы был прекрасно виден. Чёрт меня дёрнул вообще вспомнить о кровавом золоте. Сидел бы сейчас тихонько, в ус не дул.
— Там не так уж и опасно, — сказал Роман, расценив моё молчание как неуверенность. — В крепости должен быть один светлоликий. Может, мы демонов даже близко не увидим. Посидим тихо, как мыши в погребе, и поедем домой. Всё ради практики.
— Конечно, ради неё, — отозвался я. — Хорошо. Через час буду в зале разломов.
— Дорого обошёлся дом? — спросил Рома, бросив взгляд на ближайшие окна. — Или оплатили покровители?
— Заплатил из личных сбережений, — сказал я. Вопрос прозвучал вполне обычно, без подвоха, поэтому я не видел смысла врать. — Три тысячи золотых монет отдал.
— Сколько?! — Рома уставился на меня удивлённым взглядом.
— Дорого, — согласился я. — Время поджимает. Через час в зале разломов.
Оставив удивлённого Романа на улице, я вернулся в дом, столкнувшись с Айн Ханной. На днях мы ей красивое платье купили, но она предпочитала военный комбинезон с базы. Понравился он ей тем, что там и кармашков много, и удобный он, в отличие от платьев. Никак не удавалось уговорить её переодеться, чтобы она своим внешним видом не напрягала.
— Меня отправляют в серый мир на практику. Хотят, чтобы я демонов посмотрел и себя показал.
— Зачем? — не поняла она.
— Так надо. В общем, для тебя отличный шанс сбежать отсюда. Можешь в сером мире тихо раствориться и…
— Когда? — уточнила она.
— Есть полчаса, чтобы собраться.
Она кивнула и поспешила к лестнице, бесшумно взлетев по ней. Интересно, как она умудряется ходить по паркету в тяжёлой обуви бесшумно? Я же поднялся в гостиную, где всё ещё беседовали два товарища. Новость о таком скором отбытии в серый мир они восприняли почти одинаково.
— Неприятное место эти крепости, — сказал Михаил, на что Александр согласно закивал. — И командировки обычно длятся по несколько месяцев. Но если вам путевой кристалл дают, считайте, что повезло. Шесть дней пролетят очень быстро, не успеете опомниться, как уже домой пора возвращаться.
— Если не геройствовать и технику безопасности не нарушать, то ничего плохого не случится, — сказал Александр. — Утомительно только в плане силы. Я от истощения месяц отходил, хотя мы в крепости всего три дня просидели. Может, ты демонов и не увидишь вовсе. Есть парочка тихих мест, где местные демоны боятся с людьми связываться…
Зои новость о ещё одной прогулке в тёмный мир восприняла буднично. Сказала, что это отличный способ неплохо провести время. Ну да, так и вижу прогулки под ручку по крепостной стене, когда снизу бушует море злобных демонов. В любом случае оставлять её без присмотра я не собирался. Если светлоликие прознают о её родословной, боюсь даже представить, что тут будет.
Сборы в дорогу много времени не заняли. Не знаю, куда именно нас посылали, поэтому стоило подготовиться, взять немного золота и провизии, что не испортится за день. А ещё я взял пару склянок с основами для чернил, кисточки и набор иголок. Мало ли, может, удастся заработать немного, продав пару символов. Михаила я назначил ответственным за дом. Была мысль, что в наше отсутствие сюда обязательно заглянут любопытные незваные гости в поисках кровавого золота, но я его неплохо спрятал буквально три дня назад. Найти можно, только если капитально всё разбирать, вскрывать паркет и ломать мебель. А вот сундук с обычным золотом стоял на самом видном месте в рабочем кабинете. Там осталось довольно много, но не рассовывать же мне монеты по всем щелям?
В разгар дня во дворце было шумно. Слухи о нападениях синекожих ящеров всех взбаламутили, даже парочку светлоликих, попавшихся на глаза. Как говорил Роман, все свободные команды разом отправляли на практику в серые миры, поэтому на площадке в здании разломов было не протолкнуться. Люди с дорожными сумками и во всеоружии терпеливо ждали своей очереди на перемещение. Лица у всех серьёзные, лишних разговоров никто не ведёт. Когда мы заходили внутрь, там как раз открылся слабенький разлом, куда спешно вошла группа японцев. Едва последний из них растворился в вертикальной полоске света, старейшина светлоликих тут же проход захлопнул. Ещё надо сказать о старейшинах. На подмогу оставшемуся прибыл ещё один. Это был старик очень неприятной наружности, но совсем не казавшийся сильным. Я бы его щелбаном прибил как в прямом, так и в переносном смысле. Старик что-то писал в большой учётной книге, в то время как тот наглый тип, что хотел у меня золото забрать, закрывал разломы.
Группу Романа я заметил сразу. Она состояла из шести человек, не считая нас с Зои. Четверо парней и две девушки, что соответствовало общему соотношению мужчин и женщин на базе. Все в возрасте двадцати пяти-двадцати семи лет. Подтянутые, спортивные, но слишком серьёзные. Я заметил, что каждый на поясе нёс короткий меч в ножнах.
— Всем привет, — поздоровался я, подходя к ним. — Наша очередь когда?
— Две группы впереди, — сказал Роман, показывая на людей, одетых так же, как и все, в серые военные комбинезоны. — Минут двадцать ещё.
Айн Ханна успела рассмотреть всех в нашей команде, сделала какие-то выводы. Бросив взгляд на оружие на поясе у девушек, она тихонько пристроилась позади меня. Зои коснулась моего плеча, показывая в сторону центральной площадки. Туда как раз вышла очередная группа из числа европейцев или американцев. Невысокий парень крепкого телосложения вышел вперёд, сжимая в руке знакомый продолговатый кристалл. Можно было почувствовать, как он использует силу, довольно много для человека, отчего побледнел немного. В центре площадки неохотно поднялась вертикальная линия разлома. Выждав секунд тридцать, отряд поспешил внутрь, и, как только последний исчез, старейшина закрыл проход.
— А у нас кто проход открывает? — спросил я у Романа.
— Вика на тестах неплохие результаты показывала, — он показал на девушку с короткими тёмными волосами. За длинной причёской в условиях местной базы ухаживать было затруднительно, поэтому девушки старались стричься короче.
Мне хватило одного взгляда на Вику, чтобы оценить уровень её силы. Портал она, может, откроет, но только один раз. Честно говоря, в шестой группе сильных одарённых не было. Даже если они обладали какой-нибудь уникальной способностью, то всё упиралось в скудный личный запас сил.
— Давай кристалл, — я протянул руку. — Сам открою разлом.
Роман бросил взгляд на Вику, затем вынул из внутреннего кармана серый кристалл и протянул мне. Только забрать я не успел, так как его цапнула Зои. Посмотрела на меня сердитым взглядом.
— Ты обещал, — прищурилась она.
— Хотел попробовать, как с кристаллом будет работать сила голоса.
— Отличное место, чтобы показать всем это умение, — согласилась она, быстрым взглядом показав на старейшину светлоликих.
— Я могу делать это незаметно… Хорошо, не сердись.
Тем временем ещё одна группа, состоящая из мужчин лет сорока, открыла портал. Эти больше походили на опытных путешественников, не первый раз идущих в тёмный мир. Уходили слаженно и несли на спинах увесистые дорожные сумки. Кристалл у них был непроглядно чёрным, а старейшина не спешил закрывать разлом, выждав почти две минуты. Если с той стороны их холодно встретят, была возможность нырнуть обратно.
— Что известно о том мире, куда мы идём? — спросил я.
Рома покачал головой, как бы говоря, что ничего не знает. Он парень ответственный и должен был уточнить, но раз не получилось, значит, не было времени собрать информацию. Его могли позвать к начальству пару часов назад и поставить перед фактом. Всё это мне очень не нравилось. Было какое-то неприятное предчувствие, но высказываться вслух я не стал. Если через десять дней не вернётся Иринэ, сам пойду искать храм и устрою там большой разгром. Пока меня ещё в какую-нибудь авантюру не втянули.
Более молодой старейшина замахал на нас руками, чтобы не задерживали остальных. На меня он старательно не обращал внимания. В центре зала уже вспыхнул разлом, сформировавшись гораздо крупнее и устойчивей, чем те, что открывали до нас. Зои лишь хмыкнула, спрятав кристалл за пазуху.
Подав пример, Роман первым поспешил к разлому. Остальная команда ушла дружно, не толкаясь, чётко зная, кто за кем идёт. Следом за ними нырнула Айн Ханна, и последними мы с Зои. В этот раз перелёт был очень коротким. Если мы проносились через темноту, то я этого не заметил. Сверкнуло всего пару раз, и мы выпали на просторной каменной площадке. Я зажмурился от яркого и горячего солнца. Воздух вокруг был раскалён, словно мы попали в парилку. Короткий миг тишины, и на нас обрушивается гомон десятков голосов. Радостных голосов и звучащих с большим облегчением.
Привыкнув к яркому свету, я приложил ладонь козырьком к глазам, чтобы солнце не слепило. Вышли мы на небольшой площадке, находящейся в центре крепостного двора. В Хуме нет каменных крепостей, поэтому видеть подобное не доводилось, но первое впечатление было именно таким, словно мы попали на крепостной двор. Самое примечательное, что нас окружали люди. Много людей, может, под сотню — сложно сосчитать, когда они плотно стоят вокруг, на лестницах, ведущих на высокую стену, да и на самой стене их немало. Несмотря на жару, многие в стёганых куртках, поверх которых носили кольчуги или пластинчатые доспехи. Много оружия, в основном копья да топоры, но встречаются и мечи. И вся эта толпа постепенно движется в сторону стены, обтекая площадку разлома.
В какой-то момент звук голосов стал резко усиливаться, словно спала последняя защита, отгораживающая нас от окружающего пространства. И вот тут площадку накрыло нечто невообразимое. Я никогда не попадал в ситуацию, когда вокруг гремит и звенит, а сотни глоток надрываются, перекрикивая друг друга, чтобы их услышали. Я даже оглох на некоторое время, а Зои зажала уши ладонями. Нам пришлось потесниться, так как мимо пробежало несколько людей с носилками. Несли раненых, одному из которых разворотило половину головы, и вряд ли он был ещё жив.
Плохо, что люди в доспехах прибывали, и на площадке как-то резко стало тесно. Боясь, что люди в доспехах нас просто сомнут и затопчут, я использовал силу голоса, формируя защитный купол. Первый раз его использовал, хотя выучил и нанёс на спину очень давно. Но получилось именно то, что нужно.
— Теснее становись, — крикнул я, пытаясь докричаться до Романа и команды. Замахал руками, показывая, чтобы становились ближе ко мне.
Защитники крепости удивлённо влипали в невидимую стену. Кто-то даже стучал по ней оружием, то ли проверяя на прочность, то ли просто из любопытства.
— Какого чёрта происходит? — я ухватил Романа за руку, разворачивая к себе. — Отдохните пару дней вдали от светлого мира, говорили они, так? Тихая и спокойная практика?
— Говорили, что здесь будет тихо, — крикнул он. — Кто же знал…
— Уходим обратно?
— Нельзя. Камень не выдержит, нужно, чтобы остыл.
Я выругался, но голос потонул в окружающем хаосе.
— И что делать? — спросил я.
— Нужно найти командующего крепостью.
В защитный купол сверху что-то гулко ударило и отскочило в сторону. Затем ещё несколько раз. Стоявший рядом с куполом мужчина в стёганой куртке и кольчуге что-то крикнул, и начали появляться большие щиты, сколоченные из досок, которые люди поднимали над головами. А с неба уже бодро сыпались камни размером с кулак. Одному воину в металлическом шлеме такой прилетел по голове, оставив здоровенную вмятину. Тот втянул голову в плечи и поспешил укрыться под ближайшим щитом. А вот парню лет пятнадцати, стоявшему перед нами без шлема, крупный камень пробил голову. Я даже развернул Зои к себе, чтобы не смотрела на эту картину.
— Я вашего лорда, когда вернусь… — прорычал я, чувствуя, как накатывает ярость.
Рядом с куполом из толпы вынырнуло несколько человек, покрытых сажей и выглядящих как пожарные, тушившие склад с покрышками. А ещё потянуло удушливым запахом. Высокую стену перед нами обдала волна пламени. Били снизу, поэтому люди дружно нырнули за зубцы стен, спасаясь от огня.
— Ханна, — я положил женщине ладонь на плечо. Она успела позаимствовать у кого-то из отряда короткий меч. — Из-под купола не выходи.
Камни с неба сыпаться стали реже, зато прилетел здоровенный булыжник, угодив в один из деревянных щитов, разбив его и опрокидывая людей. Шарахнуло так, словно что-то взорвалось, но из-за плотной толпы сложно было сказать, как сильно досталось несчастным, угодившим под камешек. Зато на главной лестнице стены появился кто-то в дорогих пластинчатых доспехах и надраенном до зеркального блеска шлеме с конским хвостиком. Защитники крепости старались расступиться на узких ступеньках, пропуская его. Это был мужчина лет сорока, лицо мокрое от пота, волосы слиплись, что не удивительно, учитывая жару и стёганую куртку, которую он носил под доспехом. Я поманил его жестом, чтобы он входил под защитный купол. Говорил он на одном из светлых языков, поэтому я ничего не понял, но, судя по тону, он был рад нас видеть. Рома что-то спросил, показывая на стену, и получил очень простой и лаконичный ответ.
И без подсказок было понятно, что мы в полной заднице. Со стороны площадки был виден край зубцов напротив лестницы, над которым время от времени появлялись синие демоны-ящеры, размахивающие дубинами и копьями. Один здоровенный демон умудрился перепрыгнуть зубцы и ударом дубины свалить несколько людей. Его тут же насадили на копья, дружно подняли и перебросили обратно через стену, откуда уже лезла ещё парочка таких же. Защитники продолжали подходить к площадке. Если враг прорвётся на стену, то ему придётся штурмовать здание, вламываясь в крошечный проход. Но что-то подсказывало, что ящеров и это не удержит. Стену ещё пару раз окатили огнём, по-моему, кого-то даже подпалив.
Вроде бы Рома говорил, что здесь должен быть светлоликий, но он либо прятался, либо просто сбежал. Я чувствовал лишь одного одарённого, использующего силу где-то на стене, метрах в пятидесяти от нас.
— Что он говорит? — я подошёл к Роману. — Давно осада началась, и кто нападает?
— Синие ящеры, — сказал Рома. — Штурмуют часа три.
— Много демонов?
— Говорит, что до горизонта. И если в таком темпе пойдёт, то ещё через два часа защищать стену будет некому.
— Светлоликий где? — спросил я. — Где та группа, что должна быть здесь?
— Светлоликий убит, — хмуро ответил Роман. — А из наших, что были тут, в строю остался только один. Ещё двое ранены.
— Просто прекрасно, — всплеснул я руками.
Сверху снова начали сыпаться камни, раза в два активней, чем в прошлый раз. Они забарабанили по деревянным щитам и куполу над нашими головами. Командир военных втянул голову в плечи, затем посмотрел удивлённо наверх.
— И у ящеров полно одарённых, так? — уточнил я.
— Несколько огненных магов и тех, кто швыряет в нас камни, — перевёл слова командира Роман.
Я снова выругался. Если командир не врал про ящеров, говоря, что их «до горизонта», то и с помощью шестой группы у местных шансов мало. Точнее, шансов у них нет вовсе.
— Рома, слышишь меня? — я ухватил его за локоть, пока он ничего не учудил. — Дели свою группу на две части, чтобы силы равны были. Пусть командир вас на левую и правую сторону стены ведёт, а я в центре оборону займу. И пусть каждому шлем выдаст, а то без головы останетесь, если камень прилетит. К самой стене близко не подходите.
Я показал пальцем на гребень стены, где появился ещё один синий ящер. Двухметровый, мускулистый, прикрывающий щитками брони плечи и грудь. Его тут же проткнули копьями с двух сторону, но он был слишком тяжёл и успел вцепиться в один из зубцов.
— Силу не жалейте. Нужно выиграть немного времени.
Насколько я понял, стена уходила дальше внутреннего двора, но как далеко, сказать сложно.
— Хорошо, — Рома кивнул.
Командир, услышав, что помогать ему будут, просветлел лицом и принялся что-то объяснять, показывая на стену.
— Ханна, — я привлёк её за руку, заглянул в глаза. — Остаётесь здесь с Зои. Встанете вон там, под навесом, и будете меня ждать. Если всё станет совсем плохо, я со стены спущусь, и мы быстро отсюда побежим.
— Это опустошители, — сказала мне Ханна. — У людей на стене нет шансов. Если они открыли проход в этот мир, то его уже не спасти.
— Что за опустошители? — я остановился на секунду.
Группа Романа уже поспешила к лестнице. Защитники в доспехах и со щитами в руках поспешно расступались, давая им подняться, приветствовали радостными криками и потрясали оружием.
— Вечно голодное и бесчисленное племя варваров. Они опустошают миры, поедая жителей, людей, демонов, им всё равно, лишь бы плоть была. И их нельзя остановить.
— Это просто они ещё не встречались с дами, — сказал я. — Если бы в Хуму заглянули, их бы так встретили, что… Ладно, долго объяснять. Зои из поля зрения не выпускай, и из-под навеса не выходите. Ей падающие камни не страшны, а вот тебе голову могут раскроить. Зои, иди сюда…
Минута ушла на то, чтобы объяснить всё Зои и попросить остаться под навесом, где пряталось ещё несколько людей. Сказал, что она может бить всех, чтобы близко не подходили и не мешали.
Плохо, что лестница наверх была узкой. Пришлось постараться, чтобы сначала пробиться к ней, а потом подняться. Зато сразу стало понятно, что крепость расположилась между обрывом и холмами, заросшими зелёным кустарником. Дорога — одна, упирающаяся как раз в крепость. Она изгибалась, обходя ближайший холм, за которым скрывалась из виду. И синих ящеров действительно было столько, что они больше походили на живое море. Штурмовали без лестниц, карабкаясь друг по другу и по стене не хуже заправских альпинистов. Думаю, что скоро тел под стенами будет столько, что они смогут взбираться по ним, как по кургану. Жуткая картина, прямо до мурашек. Особенно видя раненых и окровавленных людей, отчаянно защищающих гребень стены от карабкающихся ящериц. При этом демоны вопили и верещали так, что уши закладывало. Единственный одарённый, оставшийся на стене, поливал нападающих потоками огня, но на ящериц это почти не действовало. Синекожие твари просто не горели, а одарённому не хватало силы, чтобы дольше поддерживать пламя и зажаривать их до хрустящей корочки.
Группа Романа разделилась и уверенно двигалась в разные стороны от центральной лестницы. Кто-то из них использовал силу, чтобы смахнуть несколько ящеров, умудрившихся вскарабкаться на зубцы стены и отмахивающихся от людей здоровенными дубинами.
В центральной части стены было ещё хуже, так как именно здесь рос живой курган, по которому карабкались нападающие. Высота стен — метров двенадцать, но для них это не было проблемой.
— Какого демона я в это ввязался? — сказал я на языке дами, чтобы пробудить побольше силы.
Пространство вокруг задрожало, испугав людей. Не знаю, сталкивались ли они когда-нибудь с силой дами, но вокруг меня довольно быстро образовалась просторная площадка. Да, совсем забыл, что я использовал силу третьей молитвы, а это значит, что люди не только чувствовали, как дрожит пространство, но и испытывали резкую боль, как будто в их тела вонзаются сотни острых иголок. При этом ты точно знаешь, откуда эта боль исходит, поэтому люди подались в разные стороны, едва не сталкивая своих товарищей со стены.
— Одни проблемы с вами, — сердился я. — И светлоликие, чтобы они все разом облысели!
Воспользовавшись моментом, когда от стены отошли люди, на зубцы вскарабкалось несколько ящеров, победно заревев. Даже зная их язык, я не мог перевести то, что они орали. Похоже, просто кричали изо всех сил, наводя ужас на врагов и придавая себе мужества. Но радость от того, что стена осталась без защиты, была недолгой. Невидимая сила рассекла их в районе груди, разрезая невероятно легко. Разрубленные тела начали падать, заливая тёмно-синей, почти чёрной кровью тех, кто карабкался следом. Это был великий символ рассечения, сложный по форме и количеству элементов, обладающий огромной разрушительной силой, которую сложно описать словами. Он совершенно не ограничивался обычными разрезами, которыми я пользовался. И когда в символ проник луч чёрного солнца, он раскрылся в полной мере, способный концентрироваться в одной точке.
Там, где секунду назад были ящеры, начал формироваться небольшой вихрь. Хаотичные потоки ветра метались из стороны в сторону и закручивались в спирали. Острые потоки, добирающиеся до зубцов стены, оставляли на них неглубокие росчерки, иногда откалывая кусочки от камня. Набрав силу, вихрь над стеной загудел и рухнул вниз. Послышался неприятный звук, как будто сотни острых ножей кромсают жёсткую неподатливую кожу. Крики ящеров на какой-то момент усилились, переходя на визг, но очень быстро стихали. А вихрь воздушных лезвий продолжал набирать силу, становясь больше и уже захватывая десяток метров перед стеной. Я подошёл ближе к стене, но из-за толщины зубцов сложно было сказать, что творится внизу. Думаю, что вихрь рубил наседающих ящеров на куски. Они шли такой плотной толпой, что задние ряды буквально вдавливали передние в своеобразную мясорубку.
— Лучше бы вам бежать без оглядки, — сказал я, продолжая говорить на языке дами.
И ведь самое неприятное в происходящим то, что я не чувствовал расхода сил. Несколько сотен ящеров превратились в кровавый фарш, а я потратил сил ровно столько, сколько требовалось на произнесение десятка слов. Рождение магии из слов сегодня давалось удивительно легко. Может, всё потому, что я не пытался сдерживаться?
Метрах в пятидесяти от стены, прямо в центре армии ящеров, начал формироваться ещё один вихрь. Со стены было прекрасно видно, как воздушные потоки шинкуют тела синих демонов, снося им головы и разрубая тела вместе с оружием. Страшная картина, если подумать. Ещё два похожих вихря буквально разделили наступающих на несколько колонн. Надо отдать должное вождям или командирам ящеров, довольно быстро сообразившим, что происходит нечто нехорошее и незапланированное. Не знаю, как они передавали команды друг другу, но синее море качнулось сначала вперёд, затем назад, и ящеры побежали. Они даже верещать начали по-другому, уже не так злобно, как раньше.
Подойдя к просвету между зубцами, я попытался посмотреть, что происходит справа и слева вдоль стены. Там ящеры карабкались наверх более успешно, поэтому и отступали не так охотно как центральная часть. В этот момент что-то свистнуло и ударило меня в районе правой ключицы. С каменным стуком эта штука отскочила и упала за стену. Что-то похожее на продолговатый каменный шип. Если его в меня запустил одарённый из числа синекожих ящеров, то его можно было только похвалить за меткость и мастерство. Но до гильдии Серебряной луны им всё равно далеко. Ведь важно не только метнуть во врага оружие, нужно сопроводить его при помощи силы, чтобы символ отражения не сработал. Хорошо, что защитных символов у меня на спине не меньше, чем атакующих, но плохо, что чёрное солнце успело добраться лишь до половины их них.
⠀⠀
Командир шестой группы, Игнатьев Роман
Двигаясь сквозь толпу защитников крепости, Роман думал, как его угораздило попасть в такую непростую ситуацию. Командир базы обещал, что они неплохо проведут несколько дней в самой спокойной крепости из ближайшей сотни миров, потренируются использовать силу и вернутся, заработав несколько баллов. Но то, что разворачивалось вокруг, нельзя было охарактеризовать словами «безопасно» и «спокойно». Буквально рядом с ним молодому парню с копьём в руках огромный синий ящер размозжил голову дубиной. И плевать, что самого ящера проткнуло не меньше пяти копий, ему это не мешало размахивать дубиной, ломая оружие людей и круша головы.
Рома использовал силу воздушного тарана, ударяя ящера изо всех сил, и того буквально смело, запуская в полёт как из катапульты. Ещё одному синему демону достался похожий удар, когда только его страшная голова появилась над зубцами стены. Нападающему свернуло шею, раздробив страшную пасть и отправив в такой же полёт, как и предыдущего.
— Маша, помоги на правом участке, — Роман схватил за плечо испуганную девушку, вцепившуюся в ремешок сумочки. — Только аккуратно, не задень никого. Маша!
Девушку пришлось встряхнуть, чтобы слегка привести в чувства. Над стеной, яростно вереща, в воздух поднялось сразу два ящера. Невидимые руки скрутили их, ломая кости и едва не разрывая на части. Затем в воздух взмыл ещё один нападающий, которого постигла та же участь. Дмитрий, в отличие от девушки, был собран и методично выхватывал ящериц, взбиравшихся на стену, ломал их и сбрасывал обратно. Из всей команды ему достался самый слабый и почти никчёмный дар, но при этом он умудрялся делать больше, чем все остальные вместе взятые. За пару минут он задавил уже с два десятка демонов.
Маша, наконец, кивнула, но посмотрела на Рому с ужасом в глазах. Она вытянула руку в сторону стены, и с той стороны громыхнула молния.
— Не распаляйся, — Рома сжал её плечо. — Бей по одному, как только они будут подниматься на стену.
Подав пример, он махнул рукой, и ещё один ящер, выглянувший между зубцов, получил таранный удар и улетел вниз со сломанной шеей. Люди с оружием, собравшиеся вокруг, одобрительно зашумели, но их голоса тонули в визге ящеров. Сквозь зубцы Роман видел, как много их собралось внизу. Казалось, что их там не меньше десятка тысяч. И если они будут упорствовать, то люди просто выдохнутся быстрее, чем демоны отступят. А ещё камни, сыпавшиеся сверху. Ещё один молодой, но крепкий телом парень получил удар камнем по голове и просто свалился со стены. Его место тут же занял бородатый мужчина, поднимая над головой деревянный щит из грубых досок.
Ударила молния, поразившая ещё одного синего демона, показавшегося над стеной. Смешно взмахнув руками, он рухнул назад, падая на своих соплеменников.
— Рома! — Дмитрий подошёл к Роману, одновременно с этим успев свернуть голову ещё одному демону. Складывалось чувство, что они поставили лестницы с той стороны и лезли уже буквально один за одним. — Рома. Я штук двести задушу, может, триста, а потом выдохнусь. Ты видишь, сколько их там?!
— Кристаллу нужно четыре часа, а лучше все восемь, чтобы остыть, — сказал Роман, понимая, к чему клонил Дмитрий. — Иначе он просто взорвётся.
— Мы столько не протянем.
— Надо постараться. Меньше слов, больше дела!
— А может, Маша что-нибудь масштабное запустит?
Роман лишь отмахнулся, загораживая девушку от стены. Она могла устроить дождь из молний, но лишь два раза. Да, может быть, пару сотен демонов она сожжёт за раз, но что делать дальше? Внизу их куда больше. Нужно было тянуть время и продержаться хотя бы до вечера. Тогда будет возможность открыть разлом и сбежать обратно. Если уж они умудрились убить светлоликого и почти всех людей, что были с ним, шестой группе здесь просто нечего делать.
Демоны, карабкающиеся на стену, заголосили на другой манер, меняя тональность криков, и один из них, уже взобравшийся на стену, спрыгнул обратно, чудом избежав таранного удара, который Роман заготовил для его. Люди на стене, наконец, смогли плотнее встать к зубцам. Самые смелые уже выглядывали наружу.
— Дрогнули! — сказал Дмитрий. — Дрогнули и отходят! Поживём ещё!
Резкое отступление демонов сопровождалось громкими криками людей. Те, кто ещё не успел подняться на стену и толпился во дворе, поддержали это дружными криками. С высоты Рома прекрасно видел, что поток людей почти иссяк, и площадка снизу была заполнена лишь на две трети. Грубо говоря, защитников осталось всего пара сотен.
— Рома! Кристалл. Он же у беловолосой Зои, так?
— Так.
— Я за ней.
Дмитрий ломанулся сквозь толпу защитников крепости, спеша к центральной части стены и спуску на центральную площадку.
— Рома, — Мария посмотрела на командира глазами, полными ужаса.
— Всё будет хорошо, — он обнял её за плечи, затем прижал к себе.
Кто-то из защитников крепости уже звал товарищей, чтобы оказать помощь раненым. А раненых вокруг оказалось как-то слишком много, как и крови. Зубцы стен так и вовсе были обильно залиты тёмно-синей кровью демонов.
— Там, — Мария показала взглядом в сторону центральной части стены. — Там кто-то использовал зловещую магию. Очень страшную.
— Я знаю, — Рома кивнул. — Пока мы не выберемся отсюда, не поднимай эту тему, хорошо?
Роман посмотрел сквозь зубцы стены, как синекожие демоны отступают к холму. На паническое бегство это не было похоже, скорее, на временное отступление, слишком уж дружно они шли, неся в руках по несколько копий и дубинок, подхваченных с земли.
Защитники крепости немного расступились, пропуская мужчину в богатой одежде, но с коническим шлемом на голове и с небольшим щитом в правой руке. Выглядел он бледным и уставшим.
— Вас сюда загнали, или вы с кристаллом пришли? — спросил он вместо приветствия, говоря на русском. — Инглиш?
— Русские мы, — сказал Роман. — С путевым кристаллом пришли.
— Слава богам, — вздохнул мужчина, вручая щит одному из защитников.
Он стянул шлем, затем толстый подшлемник, но отдавать не стал, зажав под мышкой. На улице было очень жарко, поэтому волосы у мужчины слиплись от пота. Лицо и лоб покрыты сажей, которую он размазал рукавом дорогого наряда.
— Эти синие твари уже третий раз идут на штурм, — сказал мужчина. — Первый раз неплохо отбились, а вот во второй пришлось туго, когда светлоликому господину Тулу голову камнем раскроило. Жить хотите — берите шлем, без него никак. И ещё, они не горят.
Он продемонстрировал большую вмятину на своём шлеме.
— Чуть шею мне не сломало. Ладно, давайте в тень, жарко здесь. Часа два у нас есть, пока они снова не пошли в атаку.
Мужчина направился к центральной лестнице, заметно хромая. Было видно, что потерял много сил. Кто-то из защитников хотел прийти ему на помощь, но он лишь отмахнулся.
— Мы ведь можем уйти сегодня же? — тихо спросила Мария.
— Можем, — ответил Роман, ловя на себе взгляды мужчин, собравшихся на стене. Они выглядели уставшими, но не павшими духом. Наверняка думали, что с приходом подкрепления им всё же удастся отстоять крепость даже перед бесчисленными ордами синекожих демонов.
⠀⠀
— Духота, — я смахнул проступивший на лбу пот.
По спине тоже бежали капельки пота, но прохладнее от этого не становилось. Мы сидели в небольшом помещении крепости с видом на главную стену и изнывали от жары. Думаю, что в тени было градусов тридцать пять, а на солнце вообще лучше не выходить. Голубое небо, без малейшего намёка на облака, обещало жаркий день. Сквозь узкие бойницы, играющие роль окон, проникал горячий воздух, приносивший с собой запахи гари.
— Знаю, как ты относишься к символам, но всё же предлагаю нанести несколько полезных, — говорил я, разложив на столе склянки с заготовкой для чернил. — У Зои такие есть, и у меня. Один из них способен отразить любые снаряды… камни, падающие на голову, стрелы, ножи, да что угодно. Чтобы тебе было спокойней, знай, что я лучший мастер символов во всех мирах. Хочешь, временный нарисую. Он сотрётся часа через три.
Айн Ханна посмотрела на меня недоверчиво, затем на склянки и ступку с пестиком.
— Есть ещё особый символ концентрации. Неважно, какой у тебя дар, но этот символ сделает его сильнее. Проверено многократно. Настаивать не буду, но учти, что шальным камнем даже могущественного светлоликого пришибли. Сама же говорила, что тебе помирать нельзя. А раз так, то глупо пренебрегать защитой, какой бы она ни была. А символ отражения — лучший в своём роде.
Ханна неохотно кивнула.
— Куда эти символы нанести, решай сама, — сказал я. — Можно на плечо, даже на запястье. Но на руки нежелательно тем, что там их испортить легко. Я бы советовал на спину нанести, под правую лопатку.
— На спину, — сказала Ханна.
— Тогда посмотри, чтобы никто не мешал и не подглядывал, пока я чернила буду делать.
Айн Ханна кивнула, встала и вышла в узкий коридор. Я же взял ближайшую склянку, отмеряя нужное количество сажи. Ингредиентов для чернил у меня оставалось совсем мало, и следовало бы докупить всё необходимое, но я пока не знал, есть ли в светлом мире лавки алхимиков, торгующие костями сильных демонов.
С момента нападения синекожих ящеров на крепость прошло около часа. Чтобы не толкаться во дворе под палящим солнцем, я нагло вломился в крепость и отвоевал небольшую комнату на верхнем этаже. Попутно пришлось отгонять от Зои одного парня из шестой команды. Он всё переживал, что она путевой кристалл потеряет или сломает, если прямо сейчас соберётся убегать. Нужно было выждать минимум четыре часа, а лучше все восемь, иначе кристалл мог просто взорваться. Роман же пока беседовал с людьми, что находились в крепости вместе со светлоликим. Точнее, беседовал только с Иваном, единственным оставшимся в строю. Двое из его товарищей были серьёзно ранены, но всё ещё находились в крепости, надеясь, что кто-то придёт и эвакуирует их отсюда.
Что касается меня, то я был настолько зол, что едва не рычал на всех подряд. Может, поэтому меня пока не трогали, давая время успокоиться. Из комнаты, где мы отдыхали, была видна часть дороги за стеной и большой участок, залитый тёмно-синей кровью, где порезвился символ рассечения. Таких же участков было ещё два, не считая кровавого месива под стенами. Если бы не это, ящеры уже бы взяли крепость и двинулись дальше, к небольшому городу, расположенному буквально в километре на запад.
— Зои, — я протянул ей ступку. — Ты говорила, что можешь контролировать, сколько силы будет в капельке крови?
— Надо пробовать, — сказала она. — А сколько нужно?
— Раз в двадцать меньше того, что мы использовали в прошлый раз.
Она уколола пальчик, роняя на сажу капельку крови.
— Обычные ведь символы, можно и без этого обойтись, — сказала она, глядя в ступку, затем протянула мне.
— Обойтись не получится. Символы концентрации требуют хорошей крови, чем качественнее, тем лучше результат.
Минут пять ушло на то, чтобы всё хорошенько растереть и смешать. Чернила получились тёмные и как раз с нужным количеством силы. Раньше Зои была настроена категорично, чтобы кроме меня никто не использовал её кровь, но потом к этому добавились Беата и Тэя. Странно, что сейчас не спорила. Наблюдала с любопытством за процессом и трескала яблоки.
С водой в крепости была настоящая беда, особенно с питьевой. От кислого вина мы отказались, но вот сочные фрукты, похожие на яблоки, пришлись очень кстати. Ханна где-то умудрилась здоровенную корзину с фруктами стащить, так что до вечера нам должно хватить, даже если ими друг в друга бросаться.
— Обработать инструменты нечем, — проворчал я, обжигая иглы в голубом демоническом пламени. — Ханна, заходи!
За то время, что мы сидели в маленькой комнатке, нас никто не спешил беспокоить. Со стороны улицы слышались громкие голоса людей, говорящих на незнакомом языке. Пока была возможность, защитники крепости сколачивали из досок большие щиты и какие-то странные конструкции, похожие на переносные навесы. Я когда только поднимался на верхний этаж, успел посмотреть, как в сторону города тянулись повозки с ранеными. Судя по доносившемуся далёкому лошадиному ржанию, процесс этот ещё не закончился.
Как сказала Айн Ханна, команда Романа отдыхала на этаж ниже нас, поэтому на лестнице выставили пост охраны. Пока она готовилась и снимала куртку комбинезона, я постоял у бойницы, разглядывая далёкий холм, на котором ящеры выставили дозор. А ещё заметил, как к месту, где их сородичей покрошило, потянулась вереница воинов, собиравших останки. Делали они это странно, просто хватали, кто что мог утащить, и бежали обратно.
— Что ты говорила насчёт этих ящериц? — спросил я у Ханны. Обернулся, когда она распускала ленту, обтягивающую грудь.
— Опустошители миров, — сказала она. — Многочисленная раса, пожирающая всё на своём пути: животных, людей, других демонов. Они живут быстро, около пятнадцати лет, и чем больше пищи вокруг, тем быстрее плодятся. Путь торговцев рабами к Зелёным холмам пролегает через пару миров, где почти никого не осталось. Пустые поселения и целые королевства, разорённые этими ящерами ещё до моего рождения. На центральной площади одного из таких городов есть курган из костей и черепов, поднимающийся выше домов и городских стен. Вряд ли там раньше жило столько людей, чтобы хватило сложить его. Жуткое зрелище.
— Догадываюсь, что жуткое, — сказал я, примеряясь к её спине и прикидывая, куда лучше нанести первый символ.
— Демоны, живущие в Зелёных холмах, помнят, как двадцать лет назад к ним приходили опустошители, — продолжила Ханна. — Они отбились только потому, что им на помощь пришли белоглазые демоны. Им удалось запечатать разломы в мир опустошителей.
— Дами? — удивился я, нанося контур первого рисунка. — Эти могут.
Кожа у Айн Ханны была бледной, как будто она никогда не загорала. Несколько косых шрамов, перечеркнувших спину, возможно, от плётки или чего-то похожего.
— Они говорят, что перед тем, как разломы были запечатаны, на них шла орда ящеров тысячу раз по тысяче голов. Их было так много, что они не могли прокормиться и бежали вперёд, подгоняемые голодом.
— В старых сказках всегда преувеличивают количество врагов, — хмыкнул я. — Но даже если их здесь пара десятков тысяч, то у такой маленькой крепости, как эта, мало шансов уцелеть. Ещё любопытно, почему крепость стоит в таком странном месте?
Работая над символом, я смог немного отвлечься и подумать. И ситуация, в которую мы угодили, не радовала. Что-то подсказывало, что ящеров за холмом гораздо больше, чем мы себе представляем. Чтобы обойти крепость, им нужно было либо соваться в обрыв, либо карабкаться по горе слева. Первый вариант плох тем, что склон там слишком крутой и выбираться будет непросто. А вот по холму пройти можно, но это займёт слишком много времени. Этак армию в десять тысяч голов они будут переводить несколько дней. Если не считаться с потерями, то лучшим вариантом было пробиться через крепость. Если бы это был красный мир, то можно было бы рассчитывать на местных одарённых, но в серых люди с даром к магии не рождались. Что касается обычных людей, то их было много для такой маленькой крепости, а значит, что это подкрепление из города. Ещё на один, максимум два штурма их хватит, а потом защитников просто не останется.
Чтобы нанести три символа, понадобилось минут сорок. Я уже заканчивал работу, когда на стене началось оживление. Послышались крики людей как снаружи крепости, так и внутри.
— Что там? — спросил я у Зои, нанося последние штрихи символа концентрации.
— Ящеры на холме, — сказала она, глядя через бойницу. — И на дороге.
— И двух часов не прошло, — недовольно сказал я. — А нам нужно выиграть время до вечера. Ханна, я сейчас зажгу кровь в чернилах, чтобы активировать символ. Будет неприятно. Всё, можешь одеваться.
Пока я убирал иголки и склянки в сумку, шум на улице усилился. Ханна успела одеться как раз за минуту до того, как в нашу комнату заглянули Роман и лохматый одарённый, которого звали Иван. Следовало бы помыть инструменты и склянки от чернил, но, как я уже говорил, с водой было туго.
— Василий, — Роман покосился на Ханну, окатившую его колючим взглядом. — Ты как, пришёл в себя?
— Я никуда и не уходил, — я убрал ступку в сумку. — Хорошие новости есть?
— Кроме того, что нам дали два часа передышки, хорошего ничего нет, — вставил лохматый Иван.
— Сможешь ещё раз использовать то масштабное умение, что их напугало? — спросил Роман. — У Ивана Ивановича есть пара энергетических кристаллов.
— Остались от светлоликого, — сказал он, положив на стол два довольно крупных кристалла. — Можно было бы не тратить силы и сбежать, но есть проблема. Под крепостью установлен усилитель для путевых кристаллов. Отойдём дальше двухсот метров и всё, вернуться уже не получится.
Судя по тону и взгляду, это он говорил для Романа. Неужто они подумали, что проще взять ноги в руки и побежать вглубь территории? Рассчитывают, что демоны завязнут в городе и дадут им несколько часов?
— Вот, а говорили, что хороших новостей нет, — проворчал я. — Вы местных-то обрадовали, что им жить осталось до вечера?
— В этом нет нашей вины, — возразил Иван.
— Мы вернёмся в светлый мир, — сказал Роман, — предупредим лорда Азара о проблеме, и он отправит сюда кого-нибудь очень сильного, чтобы разобраться с ситуацией.
— Через десять дней, когда вырастет новый путевой кристалл. За это время ящеры сожрут все ближайшие города. А так как кристаллы живут около шести дней, то какой смысл возвращаться в этот мир снова?
— Что предлагаешь? — спокойно спросил Иван. Он сел за стол, взял яблоко из глубокой тарелки. — Мы можем и не дожить до вечера. Если убегать на равнину, то застрянем здесь навсегда. Останемся в крепости — придётся драться с демонами. Выбор невелик.
Он откусил от большого яблока почти треть и принялся с аппетитом жевать.
— Я бы их сам зажарил, — сказал он с набитым ртом, — но ящериц огонь не берёт.
— У нас из массовых умений почти ничего нет, — добавил Роман. Взгляд у него был хмурым. — Только дождь из молний, который Мария может использовать два раза. Опыта в этом у неё нет, и насколько эффективно умение против демонов, сказать сложно.
— Как отреагируют местные, когда увидят, что вы убегаете через разлом? — спросил я.
— Подумаем об этом через шесть часов, — отмахнулся лохматый Иван.
Со стороны дороги, ведущей к крепостной стене, послышался звук грома. Несколько громких разрядов, эхом отразившихся от холмов.
— Хорошо, — я взял оба энергетических кристалла. Использовать их бесполезно, но можно было выгодно продать. — Как и в прошлый раз, постарайтесь, чтобы ящеры не забрались на стены. Я возьму на себя центральный участок. Если повезёт, отпугнём их снова.
В том, что ящеров удастся отогнать ещё раз, я сомневался. Если бы они испугались, то не стали бы нападать так скоро.
— Мы здесь побудем, — сказала мне Зои. И взгляд красноречивый, язвительный.
Ну да, я ей запрещаю силу использовать, чтобы светлоликие ничего не заподозрили, а сам пару часов назад не только силу голоса демонстрировал, но и один из сильнейших символов. И как только мы вернёмся, всё это обязательно дойдёт до светлоликих.
Шум с улицы постепенно нарастал, но криков демонов я не слышал. Во время штурма два часа назад они так орали, что собственных мыслей слышно не было. Сквозь бойницу было видно, как море синекожих ящеров встало на дороге, немного не доходя до участков, где бушевал символ рассечения. Не стоит их пока радовать тем, что я могу докинуть символ и до того места, где они сейчас стоят.
Роман сбежал первым, спеша раздать приказы команде. Я тоже собрался уходить, но лохматый Иван жестом показал, что хочет что-то сказать. Он дождался меня в узком коридоре.
— Необычная у тебя сила, — сказал он, глядя с любопытством. — Бойцы говорят, что воздух вокруг дрожал, а их тела словно сотни пчёл жалили. Я почувствовал, как зарождается магия, как она бушует, но у неё не было источника, словно она взялась из ниоткуда. Наставник говорил, что так могут только белоглазые демоны, которых зовут дами.
— Первый раз слышу о подобном, — я сделал удивлённый вид.
— Рома тоже об этом говорил. Что вы с подругой можете использовать только телекинез.
— Говори уже прямо, а то я ничего не понимаю.
— Год назад нас сюда отправили за ненадобностью. Здесь ведь два времени года: удушливое лето и ледяная зима. Летом ещё хорошо, но вот зимой… Тебе ведь покровительствует один из великих домов, так? Мне нужна маленькая услуга. Хочу остаться в светлом мире и готов за это заплатить чем угодно. Мы тут золото собрали и кое-какие артефакты. Если всё это добро пронести через разлом и удачно обменять, можно откупиться. Наставник говорил, что всего пара тысяч монет, и тебя больше ни в одну крепость не отправят. А мы собрали гораздо больше. Хотели на пятерых поделить, но теперь разделим только на двоих.
Я в этом мире пару часов, а уже каждый встречный знает, что мне великий дом светлоликих покровительствует. Либо сам Роман, либо кто-то из команды разболтал.
— Понятно, — кивнул я. — А твои друзья раненые?
— Витя не выживет, ему кишки копьём перемешали. А Светлану обожгли так, что… ей уже не до золота и прочего.
— Всё ясно. Я поговорю с лордом, когда вернёмся. И чтобы у нас был шанс, нужно продержаться ещё шесть часов. Поэтому помоги ребятам на стене.
— Конечно, — он улыбнулся. — Хотя толку от меня там немного.
Я постоял немного в коридоре, глядя, как он спускается по лестнице. Странный и неприятный тип. И взгляд такой, что спиной лучше не поворачиваться.
— Как же вы меня достали, — процедил я. Казалось бы, испортить настроение сильнее уже нельзя, но окружающие доказывали обратное.
Тихо ругаясь и думая, как бы их всех здесь оставить, а самому вернуться, я поспешил по коридору к узкой лестнице, пока ящеры не начали очередной штурм.
⠀⠀
То же самое время, коридор третьего этажа крепости
Выглянув из-за двери, Айн Ханна посмотрела вслед Василию. Проведя в компании работорговцев немало времени, она неплохо выучила язык далёкого светлого мира. Ник считал забавным, что мог общаться с ней так, чтобы окружающие ничего не понимали. Зная его прогнившее нутро, Ханна могла сказать, что он специально учил её, чтобы в один прекрасный день приказать перерезать всем им глотки, а они бы этого даже не поняли.
Ханна поняла не всё, о чём Василий говорил с одарённым, но суть уловила. Пробежав по коридору, она выглянула на лестницу. Удушающая жара, накрывшая этот мир, постепенно отступила, сменяясь лёгким холодом. Мир вокруг начал бледнеть, теряя яркие краски. С того момента, как с её плеча исчез рабский знак, прятаться в тенях стало так же легко, как и раньше. Ханна сбежала по лестнице, ловко проскочив мимо мужчины в кольчужном доспехе, охраняющего подъём на верхние этажи крепости. Глупые люди обычно не видели дальше собственного носа, и обманывать их было очень легко. Всех, кроме беловолосой девушки, всегда замечавшей Ханну, как бы хорошо она ни пряталась. И ещё длинноухого мужчины, заходившего в гости к Василию десять дней назад. Но этого можно было не считать, так как назвать его нормальным — язык не поворачивался.
Ханна пробежала по первому этажу крепости к ещё одной лестнице, ведущей в подвальные помещения. Несколько людей, одетых в разномастные доспехи, ожидали свою очередь подняться на стену и женщину просто не заметили, хотя ей пришлось расталкивать их локтями, чтобы пройти дальше. Даже в прошлом, когда Ханне не было и двадцати лет, ей не удавалось так легко двигаться в тенях. Если ещё утром всё было как обычно, то сейчас она шла, не встречая сопротивления, и каждая тень готова была распахнуть для неё свои объятия. Ханна вытянула кинжал из ножен у одного из воинов, а он на это не обратил никакого внимания. Если это заслуга символов, о которых говорил Василий, то Ханна обязана была узнать их секрет.
Сбежав по крутой винтовой лестнице, Ханна остановилась на площадке второго подземного этажа. Маленькая масляная лампа на стене едва разгоняла темноту и при всём желании не могла вырвать женщину из объятий тени. Лохматый мужчина, от которого неприятно пахло гарью, снял лампу со стены и оглянулся, поднимая её повыше. Убедившись, что на лестнице никого нет, он запустил руку за пазуху и выудил тряпичный кошель с большим железным ключом внутри. Механизм неприметной двери на лестничной площадке был хорошо смазан и тихо щёлкнул открываясь.
Шагнув вперёд, Ханна резким движением всадила кинжал в основание шеи мужчины, ударяя сверху вниз. Подтолкнув в проём двери, она быстро выхватила из его руки лампу, чтобы не разбил и не устроил пожар. Мужчина смог пройти два шага, затем гулко рухнул как срубленное дерево. Ханна бросила быстрый взгляд на лестницу, затем вошла внутрь крошечной комнаты, прикрыв за собой дверь. Размер помещения едва позволил мужчине упасть, не ударившись головой о стоявшие друг на друге ящики и сундуки. Больше всего комната напоминала склад, который недавно ограбили, оставив только самое бесполезное и ненужное барахло. Большой кучей в углу лежали кожаные сандалии, скатанные особым образом плащи и одеяла. В другом углу осталась пара десятков шлемов, аккуратно сложенных. Пахло же в комнате горькой пропиткой для кожи и чем-то едким, отчего начинало щипать в глазах.
Поставив на высокий ящик лампу, Ханна огляделась. Почти на самом видном месте стоял небольшой вытянутый сундук, в котором, ожидаемо, были золотые и серебряные монеты. В уголке, в бархатном мешочке лежали драгоценные камни, зловеще сверкнувшие в тусклом свете лампы. Ханна пока не знала, что планировал Василий в мире длинноухих, но золото лишним точно не будет. Чем быстрее он разберётся со своей проблемой, тем быстрее сможет помочь ей.
Минут десять у женщины ушло на то, чтобы соорудить мешок из кожаных ремешков и двух больших плащей. Высыпав в него золото, она туго стянула горловину, перевязала несколько раз и, взвалив его на плечо, вышла из комнаты. На мужчину, заливающего кровью полы в помещении, она даже не обратила внимания. Не забыв запереть дверь, повесила ключ на стену, под лампу.
Даже с мешком на плече Ханна не привлекла ни одного взгляда нескольких десятков людей, находящихся в главном зале крепости. Они были слишком увлечены предстоящим штурмом, а стоявший на узкой лестнице мужчина в кольчуге вежливо уступил дорогу. Неосознанный поступок, о котором он забудет уже через несколько минут.
Войдя в нужную комнату на верхнем этаже, Ханна почти сразу столкнулась взглядом со светловолосой Зои. Прохладный мир тени растаял, как лёгкая дымка под резким порывом ветра. Снова навалились жара и невыносимая духота, а мир приобрёл яркие и сочные цвета. Зои вопросительно приподняла брови, глядя на женщину специфическим взглядом. Она словно спрашивала: «Кого ты пытаешься обмануть?»
— Откуда же вы такие молодые и сильные взялись? — спросила Ханна, проходя к столу, и со звоном монет опустила на него мешок.
Что этой девушке, что Василию на вид было не больше шестнадцати лет. По меркам многих миров они считались взрослыми, как и на родине Ханны их бы уже допустили до обряда посвящения. Но всё же, обладать подобной силой в таком возрасте — удивительно для людей.
Пройдя к узкой бойнице, Ханна посмотрела на стену. Странно, что за это время опустошители не начали штурм, продолжая топтаться у холма. Зато их стало значительно больше, и если так пойдёт дальше, то они начнут занимать место уже на холме. Ханна даже улыбнулась, представив, как синекожие ящеры изнывают под палящими лучами солнца. Даже если они не горели в огне, то вряд ли хорошо переносили жару, иначе их шкура имела бы совсем другой цвет.
На стене, недалеко от главной лестницы, Ханна заметила фигуру Василия. Она знала, что он сдерживался, когда пару часов назад обрушил на головы ящериц могущественную магию. Это было понятно всем, кто мог почувствовать источник, откуда приходила сила, и сопоставить это с результатом. В тот момент, когда пространство над стеной начало жалобно стонать, Ханне показалось, что синекожих демонов просто размажет по земле от самой стены и до холма, откуда они выходили.
— Надеюсь, ты понимаешь, что этот мир обречён, — тихо сказала Ханна.
⠀⠀
Находиться под палящим солнцем было ещё хуже, чем в душном помещении. Не понимаю, как местные могут выдерживать подобное, да ещё и в доспехах. Скорее бы уже солнце скрылось за высокими холмами.
— И чего вы ждёте? — спросил я, приложив ладонь к глазам, чтобы лучше рассмотреть армию демонов.
Синекожих ящеров собралось уже столько, что им становилось тесно на дороге. Наконец, они ожили, но двинулись не к стене, а к холму слева от крепости. Попёрли толпой, едва не толкая друг друга. По склону, заросшему мелкой травой и сухим кустарником, они карабкались на четвереньках, с проворством горных обезьян. Странно, что при такой сноровке они ещё вчера не предприняли подобный манёвр. При этом на крепостной стене повисла тишина, так как все удивлённо таращились на ящеров.
Холмы рядом с крепостью стояли плотно, и дороги там не было, большая армия просто не могла подняться и спуститься так, чтобы не убиться. Но ящеры демонстрировали удивительную сноровку и ловкость, почти такую же, как и при осаде крепостной стены. Даже не сорвался никто, пока преодолевали препятствие. Досталось и соседнему холму, чуть более крутому, но всё ещё проходимому.
Пока люди находились в лёгком шоке, я сбежал со стены и поспешил к зданию крепости. С противоположной стороны стена была совсем невысокая и выходила на дорогу, спускающуюся к городу. Мне хотелось оценить, как далеко ящерам нужно пройти по крутому холму, чтобы спуститься на дорогу, обходя крепость. И что теперь нужно сделать, чтобы остановить голодных ящеров? Обрушить им на головы эти самые холмы?
Ко мне на балкон забежало несколько защитников крепости, в том числе кто-то из офицеров. Судя по взглядам, они тоже прикидывали возможность обойти крепость. И ничего хорошего во взглядах людей не было. Кто-то уже бежал к конюшне, чтобы предупредить горожан о приближающейся угрозе. А городок внизу был настолько беззащитным, насколько мог быть. Ни стены вокруг, ни частокола, дорога широкая, не перекрыть, и даже простую баррикаду не возвести.
Набрав полную грудь горячего воздуха, я с шумом выдохнул и направился обратно к городской стене. Все мысли, что мне приходили в голову, больше напоминали план по самоубийству. Даже если бы я знал, где находится разлом, через который ящеры приходят в этот мир, то это бы не сильно помогло. Не умею я закрывать разломы, как это делают светлоликие. Беата когда-то рассказывала, что если сделать это насильственно, то может произойти взрыв, способный уничтожить даже такой большой город, как Хума.
Чтобы обойти крепость, ящерам понадобилось около часа. Первые добравшиеся до дороги помчались к виднеющемуся вдалеке городу, не став ждать собратьев. Нам же оставалось безучастно наблюдать за этим, так как идти наперерез лавине демонов было слишком опрометчиво. В таком ключе прошёл ещё час, затем второй, третий. Я ещё постоял на главной стене, глядя на нескончаемый поток ящеров, ожидающих свою очередь, чтобы взобраться на холм. Там, на подъёме, уже не осталось зелёной травы, всё было вытоптано когтистыми лапами. Сложно было сосчитать, сколько тысяч уже обогнуло холм, но внизу их осталось так же много, как и несколько часов назад.
Когда я возвращался в комнату на третьем этаже, солнце коснулось холмов. Защитники крепости готовили жаровни и связки факелов, чтобы освещать стену ночью. В их лица я старался не вглядываться, чтобы настроение не испортилось окончательно. Признаюсь, я бы предпочёл, чтобы ящеры продолжали убиваться о стену. И плевать, что пришлось бы демонстрировать силу перед Романом и его товарищами. Таким беспомощным и неспособным повлиять на происходящее я себя давно не чувствовал. К этому времени они уже заняли город, и думать о том, что там происходит, не хотелось. По словам Романа, который долго беседовал с командиром крепости и местным князем по совместительству, ниже по дороге был ещё один город, гораздо более крупный. Там даже стена была в виде частокола и небольшой ров. Полдня пути и почти двадцать тысяч жителей.
К моему приходу девушки успели подготовить скромный ужин. Пресная каша с кусочками сладковатых овощей, а ещё жареное мясо, сильно пахнущее дымом. Кусок в горло не лез, но я немного поел, подумав, что следующий случай может представиться не скоро. А ещё духота с закатом не спешила отступать.
Ящеры на штурм так и не пошли. Когда наступила темнота и стены осветило несколько жаровен и факелов, пришёл Роман с командой. Угрюмые парни и девушки, в глазах которых читалось только одно желание — поскорее свалить из этого страшного места. Наш уход был громким событием, на которое решила посмотреть половина крепости, в том числе и князь. Провожали молча, что напрягало.
— Восемь часов уже прошло? — спросила одна из девушек, в темноте я так и не разобрал, кто именно.
— Почти, — ответил Роман. — Разлом открывать опасно только первые четыре часа, так что всё будет нормально.
Площадку в центре крепости освещала жаровня, установленная у главной лестницы, и большой масляный фонарь у сооружённого днём навеса. Света они давали немного, поэтому было жутко. И надо учесть, что со стороны стены слышались далёкие голоса ящеров, до сих пор продолжающих штурмовать холм. Может, они в темноте прекрасно видели, я точно не знаю, но костры они не жгли, довольствуясь светом звёзд.
Зои вышла немного вперёд, и в центре площадки начал подниматься разлом. Девушки уже вздохнули облегчённо, когда разлом схлопнулся, обдав нас порывом ветра.
— Что случилось? — я подошёл к Зои. — Кристалл?
— В порядке, — она продемонстрировала продолговатый кристалл. — Такое чувство, что кто-то разлом силой закрыл.
— То есть нас не пустили обратно? — уточнил я, сразу вспомнив кислую рожу старейшины светлоликих.
— Похоже на то, — Зои кивнула. — Сейчас ещё раз попробую.
— Подожди, — я остановил её. — Рома, похоже, нас обратно не пускают. Ещё пробуем? Кристалл не взорвётся?
— Нет, не надо, — поспешил сказать он. — Так бывает. Может, в это время с той стороны уже открыт разлом в другой мир, и чтобы они друг другу не мешали, один закрыли. Надо подождать.
— Сколько?
— Ещё минимум часа четыре, — говорил он вроде уверенно, но мне показалось, что этого он не знал наверняка.
Чтобы не испортить кристалл, ждать решили до раннего утра. И это была крайне неприятная ночь. По-моему, в крепости никто так и не смог уснуть. Время от времени до нас долетали крики ящеров, то ли дерущихся друг с другом, то ли просто высказывающих недовольство. Один раз крепость даже подняли по тревоге, так как рядом со стеной начали замечать ящеров. Но это был не штурм. Синекожие демоны шли к стене за останками своих сородичей, порубленных символом рассечения ещё днём. Я всего один раз поднимался на стену, чтобы посмотреть на эту картину, после чего запретил себе выходить из крепости до рассвета.
Утром ситуация с открытием разлома повторилась. Он начал формироваться, и его почти сразу закрыли с той стороны. Путевой кристалл при этом покрылся трещинами и стал выглядеть так, как будто готов в любой момент рассыпаться. Мораль шестой команды это подкосило знатно. Рома старался своих товарищей подбадривать, половину отправил на дежурство, наблюдать за ящерами, остальным приказал отсыпаться, так как они за всю ночь глаз не сомкнули. А ящеры и не думали заканчиваться. Они всё так же нескончаемым потоком штурмовали холм. Мне показалось, что на дороге их стало больше, чем вчера. А ещё среди них появилась пара сильных одарённых.
Я почти час наблюдал за демонами, сидя на высоком ящике. Солнце медленно поднималось над холмами, и становилось жарко.
— Будешь? — рядом уселся Роман, протягивая глиняную бутыль с вином.
— Нет, — я покачал головой. — Настроение ни к чёрту.
— А я выпью, как раз по этой причине, — он пригубил прямо из горла. — Отличное вино!
— Слушай, там же вроде демоны живут, с той стороны холмов.
— Живут, — кивнул Рома. — Князь говорит, что раз в пару лет они пытаются штурмовать крепость, но особо не усердствуют.
— Не пойму тогда, почему ящеры в эту сторону идут, а не в другую? Или в ту сторону такой же поток прёт, как и к нам? Тебе не кажется, что их стало больше?
— Стало, — сказал Роман. — Вчера они вон у того большого камня стояли, а сейчас метров на сто ближе к стене. Маша говорит, что там кто-то сильный появился. Как бы снова не пошли на штурм…
Я с последним был согласен. Выглядело так, словно они собираются штурмовать стену.
— Слышишь? — я вскочил с ящика, оглядываясь на центральную площадку крепости.
Внизу уже формировался разлом, неспешно поднимаясь из камня. Вертикальный столб света неприятного багряного цвета. В голове мелькнула мысль, что если сейчас оттуда полезут ящеры, то это будет уже не смешно. Но ожидания не оправдались, так как из разлома вышли двое мужчин в знакомых серых комбинезонах. Огляделись, что-то прикидывая. Мы поспешили к ним, едва кубарем не полетев с лестницы.
— Свои, не стреляйте! — крикнул я, так как мужчины напряглись, а воздух вокруг начал угрожающе искрить. — Свои!
Вроде бы помогло. Один из них приветственно поднял руку.
— Шестая группа? — спросил он, говоря на русском с небольшим акцентом.
— Это мы, — сказал Рома, показывая серебряный значок с непонятными символами. — Я командир шестой группы, Игнатьев Роман.
— Синие ящеры поблизости есть?
— В наличии, — вставил я, показывая в сторону стены. — До горизонта. Горы штурмуют, обходя крепость. А вы тут?..
Мужчины переглянулись, и один тут же нырнул обратно в разлом.
— Как раз из-за них пришли, — сказал мужчина. — Собирайтесь, сейчас нужно будет уйти. Иначе застрянете тут навсегда.
— А что?..
— Второго шанса не будет, — перебил он, оглядывая площадь и защитников крепости. — Этот мир сейчас заблокируют.
Уговаривать никого не требовалось. Сначала я понял, что бегу в сторону крепости, а потом уже до меня начали доходить слова мужчины, так и стоявшего возле разлома. На третий этаж я взлетел пулей, перескакивая по три узкие ступеньки за раз. Добежав до комнаты, где мы отдыхали, с облегчением обнаружил там девушек. Открывшийся разлом они прекрасно видели и пытались понять, что происходит.
— Уходим, — быстро сказал я. — Наши пришли. Говорят, что мир сейчас заблокируют.
Зои посмотрела удивлённо, затем кивнула и поспешила к выходу. Айн Ханна, вряд ли понявшая, что я сказал, тоже кивнула, на всякий случай. Сцапала из глубокой тарелки несколько яблок, сунула их за пазуху, затем вытащила из-под стола заплечный мешок, в котором что-то подозрительно звякнуло. Я ещё вчера его заметил, но было как-то не до этого.
Когда мы спустились во двор, из разлома вышла парочка светлоликих. Они аккуратно несли подставку со здоровенным кристаллом, высотой сантиметров семьдесят. Внутри мутного кристалла клубилось что-то похожее на дым или туман. Ещё я заметил третьего человека в сером комбинезоне, что-то объясняющего Роману, в руку которого вцепилась Мария. Вид у них был такой, что я немного напрягся.
— Что случилось? — спросил я, когда мы подбежали. — Уходим или нет?
— Стоять! — мужчина, разговаривающий с Ромой, поднял руки, и я почувствовал, как нас от разлома отделила невидимая стена. Она попыталась оттеснить нас, но мы с Зои не сдвинулись ни на миллиметр, а вот Рому с девушкой оттолкнуло на пару шагов.
— Что такое? — не понял я.
Со стороны крепости уже бежала остальная шестая группа. Совсем забыл, что Роман отправлял их спать. И выглядели они немного комично. Так торопились, что просто похватали вещи и помчались к разлому, словно он вот-вот закроется.
— Господин Альбе сказал, чтобы все, кто был в этом мире, оставались здесь же, — сказал мужчина.
— В смысле? — не понял я, затем посмотрел в сторону первых двух людей, что вышли из разлома. Они сейчас отгоняли защитников крепости, расчищая площадку, чтобы светлоликие могли установить кристалл. — Мир же сейчас заблокируют, так?
— Всё верно, — сказал мужчина. — Мир будет закрыт на «выход», поэтому вас эвакуируют стандартным образом в конце срока службы.
— Что он говорит? — я повернулся к Роману.
— Приказывают здесь остаться, — севшим голосом сказал он.
— Это я понял. Что про «выход» он пытается сказать?
— Значит, что войти в этот мир будет можно, а выйти нельзя, — пояснил мужчина.
Можно было почувствовать, как светлоликие использовали силу, торопясь активировать кристалл. Не знаю, какую магию они использовали, но ощущалась она крайне неприятно. У меня даже мурашки побежали по спине.
— Вы же закрываете нас вместе с этими ящерами, — сказала Мария. — Нас же убьют.
— Так приказал господин Альбе, — повторил мужчина сильным голосом. Скорее всего, это был военный, так как говорил он в приказном тоне, не терпящем возражений. — Приказано всем, кто был в этом мире, ждать стандартной эвакуации.
Как ни старался военный, но отодвинуть нас с Зои от площадки с разломом не мог. Надо отдать ему должное, он был силён и мог бы в одиночку справиться со всей шестой командой. Нет, тут не совсем его заслуга, а слабость последних, но это не важно. Один из светлоликих увидел, что на площадке собираются использовать много силы, и поспешил на помощь, что-то грозно говоря. Давление резко усилилось, и Роману с его группой пришлось отступить ещё на несколько шагов, не говоря уже о защитниках крепости, которые давно разбежались.
Не знаю почему, но до меня до сих пор не доходило, что хотят сделать с этим миром светлоликие. Я никак не мог взять в толк, как именно они хотят его заблокировать и зачем им понадобился этот странный кристалл. Но одно мне было ясно — нас пускать обратно не собирались.
— Насчёт нас с Зои понятно, но чем вам свои же не угодили? — спросил я. — Вы там в своём уме? А ты лучше рот закрой.
Я наставил палец на светлоликого, который начал соответствовать этому слову и побледнел. И он, и человек пытались что-то сказать, открывая рты, но звуков не было. Над площадкой повисла неестественная тишина, нарушаемая лишь слабым гудением разлома.
Светлоликий, пришедший на помощь человеку, был слаб по меркам своих же длинноухих сородичей. Он напрягался изо всех сил, но не мог даже вздохнуть. В тишине послышался противный хруст, и светлоликого смяло, а его тело неестественно повисло в воздухе.
Я плохо осознавал, что в этот момент говорил, но слова произносил быстро, словно перебирал их. Военному, что стоял рядом со светлоликим, просто свернуло голову, и он повалился на землю. Досталось и его товарищам, спешащим к разлому. Мне было не до них, так как главным противником являлся второй длинноухий, возившийся с кристаллом. Он пытался воспламениться или запустить какую-то очень сильную огненную технику. Перед ним в воздухе вспыхивали и тут же гасли десятки огоньков. Символ рассечения уже разрезал его в сотне местах, растерзав одежду, но он этого и не замечал, словно его тело не имело физической формы. По этой же причине я не мог раздавить его, как его дружка. А ещё нужно было следить за тем, чтобы столкнувшиеся силы не добрались до разлома и тот не схлопнулся. Непростая ситуация.
В моём арсенале был великий символ огня, но пользоваться им я не умел. Зато можно было почувствовать, как чёрное солнце обжигает спину. Может, в этот момент оно пыталось добраться до символа, так как резкая боль прошла от лопатки к пояснице. Светлоликий, вокруг которого плясало уже под сотню огоньков, больше походил на бесплотную тень или мираж.
— Гори, гори же, — повторял я, собирая больше силы.
Образ длинноухого стал ярче, а затем просто лопнул, и в небо ударил столб пламени, обдав жаром. Пришлось закрывать лицо рукавом, чтобы не опалило. Всего несколько секунд, и площадка снова погрузилась в тишину. Осталась лишь сила, рождённая моими словами, и магия Зои, накрывшая куполом разлом.
— Ты, когда сердишься, — сказала Зои, — делай это аккуратнее. Надо уходить, и чем быстрее, тем лучше.
Мы одновременно посмотрели на кристалл, готовый выпустить силу, находящуюся внутри под огромным давлением. Глубоко вздохнув, я провёл ладонью по лицу. Резко развернувшись, подошёл к Роману и его группе. Выглядели они так, словно на пир демонов попали в качестве главного блюда.
— Вот эти длинноухие твари, — я ткнул пальцем в сторону лежащего окровавленного тела, — решили оставить нас здесь умирать. Просто отдать на съедение синекожим ящерицам. Если вы хотите исполнить приказ, можете оставаться, а я возвращаюсь. Только решайте быстрее, разлом ждать не будет.
— Надо вернуться, — сказал Роман, бросив взгляд в сторону кристалла.
— Тогда делайте удивлённые лица, — сказал я, обводя взглядом группу. — Когда вас будут спрашивать, что случилось и где светлоликие твари, говорите, что ничего не знаете. Они отправили вас в разлом, а сами остались здесь, чтобы что-то сделать с кристаллом. Это ясно?
— Ясно, — кивнул Роман, отвечая за всех.
— Имейте в виду, если скажете что-то лишнее или упомянете моё имя, они вас убьют. За то, что вмешались в войну великих родов. А если не убьют, то, клянусь всеми богами, уговорю лорда Илира открыть разлом в этот мир и вышвырнуть вас сюда. Считайте, что меня в этом мире вообще не было. А если был, то настолько незаметно, что вы меня даже не видели.
— Мы поняли, — сказал Рома, затем посмотрел на своих товарищей. — Мы ничего не видели и просто сбежали, когда появился разлом. Маша, Дмитрий?
— Всё так, — кивнул тот парень, что переживал за путевой кристалл.
— Уходим, — я подхватил под руку Зои, и мы побежали к разлому.
Не знаю, что ждало нас с той стороны, но стоило быть готовым любой неожиданности. Короткая вспышка, и удушающая жара сменилась прохладой и тенью. После яркого слепящего солнца потребовалось несколько секунд, чтобы разглядеть привычный зал, откуда люди уходили на задания в другие миры. В зале было шумно и многолюдно. На большой тележке в него вкатывали два больших кристалла, наполненные серой дымкой.
— Не стойте у прохода, — к нам подбежал незнакомый мужчина, пытаясь взять за локоть, чтобы отвести в сторону, но перед ним материализовалась Айн Ханна. Ловко шлёпнув его по руке, она что-то сказала, затем подтолкнула нас с Зои в сторону, чтобы мы не мешали остальным.
Из разлома уже выходила шестая группа. Последним шёл Роман, и ему повезло, так как проход закрылся буквально за ним. Или же это сделала Зои, я не понял, так как вокруг был такой сумбур, что и не разобрать. К нам тут же подскочил знакомый светлоликий старейшина, что-то быстро говоря и показывая на то место, где секунду назад был разлом.
— Рома, что он хочет? — спросил я.
— Спрашивает, где господин Альбе, — сказал Роман.
Что он сказал старейшине, я не знаю, но тот посмотрел удивлённо, затем в буквальном смысле слова схватился за голову. Пробежав сначала к тому месту, где был разлом, он остановился и бросился к своему напарнику, едва не сбив парочку военных по пути.
— Сказал, что они отправили нас через разлом, а сами осталась, — пояснил Роман. — Я поговорю ещё с ребятами, не беспокойся. Спасибо, что вытащил оттуда. Да, надо отметиться в карантинном. Вы с нами?
— Хорошо бы понять, что происходит. Идите, мы вас догоним.
Несмотря на кажущийся сумбур, люди на площадке работали слаженно. Я заметил группу, в которую входила парочка Нефёдовых. Они тоже сопровождали двух светлоликих и готовили знакомый мутный кристалл. Тамара и Николай нашему появлению обрадовались, помахали рукой. Надо сказать, что внимания мы привлекали много, поэтому стоило поспешить и освободить площадку для следующих групп. У выхода из здания мы нос к носу столкнулись с Михаилом, которого то ли не пускали внутрь, то ли он сам не рвался посмотреть на разломы.
— В порядке? — он поспешил к нам навстречу. — Как командировка? Говорят, что во многих ближайших серых мирах сейчас настоящий ад.
— Что конкретно? — спросил я, жестом показывая, что можно отойти в сторонку, чтобы не мешать у входа. — Что за ажиотаж, и зачем все эти большие кристаллы?
— Говорят, что синие ящерицы ломятся во все миры в таком количестве, что не остановить, — сказал он. — Уже десяток крепостей разрушили. Погибло несколько светлоликих, пытавшихся их остановить.
Михаил огляделся, боясь, что нас подслушают, и заговорил очень тихо.
— Оракула привлекли, — сказал он почти шёпотом. — Он приказал блокировать все миры, куда ящеры вторглись. Кристаллы для этого и нужны. Они выход из мира закроют. Ящеры туда попадать смогут, но останутся навсегда, как в большой мышеловке.
— Они же сожрут всех в этих мирах, — удивился я. — Светлоликие в своём уме?
— В своём, — сказал Михаил серьёзно. — Раз решили делать так, значит, другого выхода не было. Я почти ничего не знаю, что наверху решили, но им виднее. Слухи ходят, что это… звездец космического масштаба.
Он посмотрел на Зои, сдержавшись, чтобы не ругаться.
— Император армию хочет задействовать, — добавил Михаил ещё более тихо. — В общем, здесь не место, чтобы об этом говорить. Вам достаточно знать, что последние два дня на базе все сидят как на пороховой бочке — ждут, когда рванёт.
— Из-за синекожих ящериц? — уточнил я.
— Из-за них, — кивнул он. — Сегодня лорды приедут сюда, чтобы обсудить, что делать дальше. А вам в карантинное отделение надо, отчитаться о пребывании в другом мире. К тому же, Василий, ты что, до солнца дорвался? У тебя лицо сгорело, шея и руки.
Я посмотрел на покрасневшие кисти рук. Лицо щипать начало ещё ночью, а кожу стянуло так, что улыбаться больно.
— Облезать будешь, — улыбнулся Михаил. — Ничего, у Петровича мазь есть от ожогов, на все случаи жизни.
В здании позади нас открылся разлом, так как потянуло неприятной силой. И закрываться этот разлом не спешил. Пока мы шли к карантинному отделению, он становился более устойчивым и стабильным. Я представил, как в разлом заходят светлоликие, неся в руках прозрачные кристаллы. Идея с мышеловкой для армии синекожих ящеров была неплохой, если не думать о жителях несчастных миров. А ещё о тех демонах, которые используют разломы для путешествия между мирами. Что с ними станет, если они случайно угодят в один из них, откуда уже нельзя выбраться?
Желание добраться до храма в Илуне и сровнять его с землёй стало ещё более навязчивым. И времени на это оставалось всё меньше. Сдаст меня шестая группа светлоликим, к гадалке и местному оракулу можно не ходить. Но оставить их в том мире я просто не мог. Тогда бы чувствовал себя ещё более паршиво, чем сейчас. До сих пор перед глазами стояли лица мужчин, защищающих крепость. Лицо князя, смотревшего на нас таким взглядом, словно знал, чем всё закончится. От всего происходящего глубоко внутри просыпалась такая злость, что если в ближайшее время её не выплесну, то взорвусь на тысячу маленьких злых демонов.
⠀⠀
То, что Михаил подобрал нужное слово, описывая происходящую ситуацию, стало понятно, когда мы попали в карантинное отделение. Людей там было столько, что не протолкнуться. Много раненых, просто потрёпанных или сильно измождённых. Не только русскоговорящие команды, но и иностранцы. Чтобы справиться с наплывом людей, Валерию Петровичу помогали ещё человек пять, но и они не успевали оказывать первую помощь. Много раненых было с ожогами, а колотые или резаные раны отходили на второй план. Один мужчина, лишившийся руки, терпеливо ждал своей очереди, хотя выглядел бледным как стена. Группа Романа ожидаемо оказалась в числе последних и просто ждала в коридоре, никуда не торопясь. Поняв, что таким темпом с доктором я поговорю только к вечеру в лучшем случае, махнул рукой на правила и отправился домой.
Когда мы выходили из дворца, стали свидетелями любопытной картины. На трёх каретах приехала дюжина светлоликих, одетых так, словно собрались в поход по тёмным мирам. Издалека сложно было сказать точно, но мне показалось, что их вполне бы хватило, чтобы столкнуться с армией ящеров лицом к лицу. Во дворец группу вёл какой-то напыщенный лорд, пытающийся выглядеть важно на их фоне.
Дома за день нашего отсутствия ничего не успело измениться. Прислуга встретила радушно, обещала подать поздний завтрак в самое ближайшее время и подготовить банную комнату. Пока я переодевался, успел полюбоваться на себя в зеркало. Как и говорил Михаил, лицо, шея и кисти рук у меня сгорели знатно. Учитывая, что я в том мире всего один день пробыл — неплохое достижение. А ещё появился странный ожог на спине в виде волнистой линии, похожей на луч чёрного солнца, огибающий невидимые символы, спеша добраться до цели в районе поясницы. На ощупь он не выделялся, но болел знатно.
Как раз когда я пытался рассмотреть спину, в комнату постучала Зои. Слегка смутилась, увидев меня с обнажённым торсом, затем улыбнулась, демонстрируя баночку с мазью, которую доктор давал Ханне.
— Надо ожоги от солнца обработать, а то заболеешь и сляжешь с лихорадкой, — сказала она.
— И ещё одну штуку на спине. Проходи.
— Ханна говорит, что ей помогает.
— Говорит? — удивился я.
— Можно понимать друг друга и без слов, — улыбнулась Зои. — Сильно болит? Просто ты хмуришься постоянно. Если что-то беспокоит, поделись со мной.
Она усадила меня на стул у туалетного столика.
— Смеёшься? — я обернулся. — Интересно, что же может меня беспокоить?
— Совсем не смеюсь, — она повернула мою голову обратно и принялась наносить мазь на шею. — Понимаю, что у тебя важная миссия, но такими темпами ты ничего не добьёшься. Папа говорит, что к любому сложному делу, даже к войне, нужно подходить решительно, а не хмуро. Имею в виду, что не нужно себя изводить тем, что не под силу изменить. Уверенно иди к своей цели и не оглядывайся.
— Не переживай, я в полном порядке.
— Правда?
— Правда. Но хочется побыстрее со всем разобраться и свалить отсюда.
Зои положила ладонь мне на макушку, слегка взъерошила волосы. Я посмотрел на неё в отражении зеркала, на что она улыбнулась.
— Давай лицо помогу намазать, — сказала она.
Как оказалось, мазь неплохо снимала боль. Надо бы Михаила отправить в карантинное отделение за добавкой, чтобы без дела не маялся. Ну и информацию собрать, что происходит и что планируют светлоликие. Может, на фоне общего хаоса удастся пробраться в храм.
Когда Зои закончила с мазью и ушла, напомнив про поздний завтрак, в комнату заглянула Айн Ханна. Посмотрела на меня так, словно мы с Зои здесь целовались, и она нас застала врасплох. Продемонстрировала необычный заплечный мешок. Пройдя по комнате, опустила его на кровать, развязав стягивающий шнурок. Моему взору предстала груда золотых и серебряных монет, а ещё пара кубков, украшенных драгоценными камнями.
— Давай делиться, — сказала она.
— Чем? — уточнил я, надевая чистую рубашку из безумно дорогой, но приятной на ощупь ткани.
— Проблемами, — пояснила она. — Если ты в этом мире, чтобы кого-то убить или что-то украсть, то я могу сделать это быстро и незаметно.
— Ты бы сначала сказала, что тебе от меня нужно, — я прошёл к мешку с монетами. Неплохой улов получился. Не так много, как я вынес из мира с дырой, но тоже внушает. Тэя бы обрадовалась, если бы ей столько золота внезапно свалилось в руки. — Если это срочно, то сразу тебя огорчу, потому что не знаю, как надолго тут застряну.
— Ты был работорговцем? — в лоб спросила она. И взгляд такой, недобрый.
— Я мастер символов. Любых символов, даже тех, которые используют торговцы живым товаром и служители разных культов, приносящих в жертву своих пленников.
— Правда, — она кивнула. — На работорговца не похож.
— Зачем тогда спрашиваешь? — я едва руками не всплеснул. — В храме я жил. В огромном архиве, где очень много умных книг про символы. Были ещё трактаты о травах и кореньях, старые сказки, алхимические рецепты и прочее, прочее. Дар у меня, позволяющий не только говорить на языках демонов, но и читать на них.
Помолчали. Айн Ханна смотрела на меня почти минуту. Сложно сказать, о чём думала, так как на её лице не дрогнул ни один мускул.
— Есть демон, к которому рабским символом привязаны тысячи жизней, — сказала она. — Можешь сделать так, чтобы он умер, а они не последовали за ним?
— Сложный вопрос, — я задумался. — В принципе подобное возможно, но есть куча нюансов. К примеру, есть ли у этого демона татуировки в виде необычных символов?
— Есть, — сказала она.
— Нарисовать можешь? Хотя бы приблизительно. Пойдём, у меня в кабинете бумага и чернила есть.
Кабинет, где можно было спокойно поработать, чтобы никто не отвлекал, находился недалеко от спальни. Я успел навести там порядок, опробовать местные чернила и даже соорудить тайник. Вручив Ханне лист жёлтой бумаги и перо, посмотрел, как она выводит размашистый символ.
— Я понял, можешь не дорисовывать, — сказал я. Забрав у неё листок, сложил несколько раз, затем порвал на кусочки и бросил в мраморную ступку. Бумага почти сразу вспыхнула. — Разорвать связь можно, если демона предварительно обездвижить, чтобы нанести ещё два узора. Работы на полчаса, после чего ему смело можно будет откручивать голову.
— Сможешь лишить его голоса, как сделал это недавно? — спросила Ханна.
— Легко.
— Тогда я помогу тебе, — сказала Ханна серьёзно, — а ты поможешь мне убить демона.
— Я уже говорил, что поможешь тем, что не будешь мешать…
— Стукну, — предупредила она, сжимая и демонстрируя кулак.
— Если у тебя такая большая проблема, — сказал я, показывая на сгоревшую бумажку. — То советую отправиться в город Хуму, в храм дами. Можешь упомянуть моё имя, и жрицы помогут твоего демона и обезопасить, и наизнанку вывернуть. Говорю же, я могу тут застрять на год.
Она потянула левый рукав, продемонстрировала мне.
— И что это должно мне сказать? — вздохнул я.
Ханна посмотрела на руку, словно что-то неожиданно вспомнила, затем подтянула правый рукав.
— Если не доверяешь, можешь оставить знак, — сказала она.
— Вот ведь, — я хотел провести ладонью по лицу, но вовремя вспомнил, что Зои нанесла мазь, от чего кожу неприятно стянуло. — Ты сама могла видеть, что светлоликие умеют путешествовать по мирам. Прыгают туда-сюда как блохи по собаке. И они допрыгали до моего родного мира. Мне нужно сделать так, чтобы они не могли туда попасть. Вот ты знаешь, как это сделать?
Она задумалась, затем слегка покачала головой.
— Нужно попасть в главный храм, самое охраняемое место в этом мире, если не считать местный дворец. Потом следует найти кристалл или что-то там такое, что указывает им дорогу в мой мир. А затем на эту штуку нужно наложить сложное заклинание, которое я знаю только как символ, наносимый на спину в виде татуировки. Вот, я тоже считаю, что это ни разу не легко.
Я хмыкнул, видя её взгляд.
— Меня светлоликие даже в город не пустят, не говоря уже о том, чтобы разрешить войти в храм, в святая святых их возможности путешествия по мирам. Едва они о моём желании узнают, то убьют на месте. Не только меня, но и всех, кто со мной связан или даже просто разговаривал когда-то. На всякий случай. Я сейчас пытаюсь наладить отношения с одним из великих домов, но что-то подсказывает, что уже… наладил так, что со дня на день придёт какой-нибудь лорд всесильный и попытается нас убить. Тогда останется только прорываться к храму с боем. А у меня даже плана отхода на этот случай нет. Нужно хотя бы кристалл путевой достать, желательно в тот самый дырявый мир, где мы встретились. Ты можешь достать путевой кристалл в тот мир? Про это я и говорю, что единственное, чем ты можешь помочь — это не мешать. Одно неосторожное действие, и мы в такой заднице окажемся, что… даже не знаю, что придётся делать.
Я всё же всплеснул руками, поняв, что наговорил лишнего. Устало плюхнулся в кресло. Подумал, а не плюнуть ли на завтрак и завалиться спать, пока есть возможность и за нами никого не отправили.
— Остаётся только помочь, — в итоге сказала Айн Ханна. — Мешать не буду.
— Вот за это спасибо, — сказал я.
— Ты использовал много сил и устал. Лучше будет поспать до вечера. Что?
— Мысли мои читаешь.
В общем, я решил, что выспаться не помешает. Тем более, если наше пребывание в светлом мире скоро прервётся, когда слухи о том, что я прибил пару светлоликих, доберутся до лорда Азара. Насчёт Романа и его друга я не сомневался, эти не проболтаются, а вот девушки выглядели так, что надави чуть сильнее, и сразу во всём признаются. Плохо, что чёрное солнце не все символы раскрыло, зато умудрилось наполовину опустошить колодец на спине. Там чернил было столько, что на пару великих символов хватило бы.
Ожидания неприятностей не оправдались. Я неплохо выспался, проснувшись только к ужину. Судя по сонному лицу Зои, она тоже успела поспать. А вот Ханна выглядела так, словно ничего и не произошло. Не удивлюсь, если выспаться она успела ещё ночью в крепости. Михаил днём ходил во дворец и принёс целую гору новостей. Мы с ним поэтому и засиделись до глубокой ночи.
По слухам, что смог собрать Михаил, ящеры напали на восемь миров, разрушив все до единой крепости светлоликих. Они каким-то образом появлялись в пределах пары километров от них, поэтому начальство думало, что это связано с устройствами, которые использовались для точного позиционирования разломов. Чтобы путевые кристаллы всегда приводили в одно и то же место, светлоликие использовали особую магию, и, скорее всего, эта магия как-то привлекала разломы, открываемые ящерами. Было решено пожертвовать этими мирами и закрыть их на выход. Проблему ящеров это не решит, но сильно сократит их численность и выиграет время. Я бы на месте светлоликих действовал по-другому. У них есть сотни, если не тысячи невероятно сильных одарённых, можно было бы ящеров просто перебить, а потом войти в их разлом и устроить погром уже там. Нет, длинноухие трусливо прячутся, запирают миры, обрекая их жителей на смерть. Зачем они вообще воздвигали крепости и помогали этим мирам, если в случае опасности бросили на произвол судьбы? Вспоминая моменты, как светлоликие приходили в тёмный мир, где я жил в храме дами, становилось непонятно, откуда у них столько наглости при общей трусости.
Хорошей новостью за вечер стало то, что во время обороны крепостей погибло шесть светлоликих, не считая ту парочку, что приморил я. Никто не мог сказать, когда они теряли так много за один раз. На мой взгляд, это говорило о том, что серьёзных войн светлоликие не вели уже много лет, ожирели, стали неповоротливыми и трусливыми. Ещё лучше, если бы они перестали быть такими сильными. Может, стоило пустить слух, что они пожирают людей, забирая у них дар к магии? Вряд ли в это сразу поверят, но осадок останется обязательно. Вопрос в том, как сделать это тихо, чтобы ко мне не пришла тайная служба Императора? И не помешает ли это выполнению моего плана?
За ночь ничего не изменилось. В дверь дома никто не ломился, напротив, в квартале было необычно тихо. Утром же мы успели позавтракать, решая, чем заняться сегодня, когда появилась незваная, но долгожданная гостья. Она заглянула в гостиную, опередив испуганную служанку. Красивая девушка двадцати лет с длинными и прямыми светлыми волосами. Длинное платье с едва заметным голубеньким рисунком, серебряный ремешок, подчёркивающий стройную фигуру. Михаил, когда её увидел, подскочил, едва стол не опрокинув. И взгляд такой, как будто к нам в гости страшный демон заглянул. А вот Айн Ханна, сидевшая напротив нас с Зои, даже ухом не повела, неспешно попивая сладкий напиток и поедая ароматную выпечку. Я заметил, что Ханна любила всё сладкое и вкусное. Всегда завершала плотный завтрак десертом, смакуя и наслаждаясь каждым кусочком.
— Доброе утро, — поздоровался я, вставая и приветствуя гостью на тёмном языке.
Иринэ обвела взглядом собравшихся в гостиной людей, затем показала пальцем наверх и молча вышла из комнаты. Михаил тут же оказался рядом, хватая меня за локоть.
— Ты знаешь, кто это?! — яростно зашептал он.
— Знаю, — кивнул я. — Но любопытно послушать, что о ней говорят. Потом расскажешь.
Михаил отрывисто кивнул, провожая странным взглядом, сомневался, что я уже вернусь. Что касается Иринэ, то она ждала меня в кабинете, неожиданно свободно ориентируясь в доме. Когда я вошёл, сидела за столом и что-то писала на белой дорогой бумаге.
— Просила же не выделяться некоторое время, пока меня не будет, — не отрываясь от письма, сказала она.
— Тогда незачем было давать символ рода, при виде которого окружающие ведут себя странно.
— Как крайний аргумент, — она всё же посмотрела на меня. — Нужно было использовать его, когда слова уже не помогают, а не тыкать им в лицо всем подряд. Я три жалобы получила от старейшин и одну от дома Азара. Одни просят соблюдать правила и не проносить опасные артефакты через разломы, а вторые едва ли не обвиняют в краже мрачного золота.
— И причём тут я? — придвинув свободный стул от окна, сел поближе к столу. Писала Иринэ на светлом языке, хотя и непонятно, но красивым почерком. — Никакие артефакты я через разломы не проносил.
— Те самые, которые обменял в тёмном мире на сундук золота, — напомнила она, пространно взмахнув пером.
— А, эти, — я пару раз кивнул. — Колечко у меня было редкое, но совсем не опасное. И вообще, всё это клевета и зависть.
— Зависть, — согласилась она. Обвела пальчиком лицо, как бы спрашивая, что случилось.
— На солнце обгорел, — проворчал я. Мазь помогла совсем немного, и краснота уходила неохотно.
Иринэ улыбнулась, возвращаясь к письму.
— Хорошо, давай о важном — о мрачном золоте, — сказала она. — Меня отец вернул в столицу в такой спешке, что я три дня провела в карете. Братец собирает золото, опустошив казну собственного дома на сотню килограмм, и занял ещё столько же у старшей сестры. И ведь взял столько, что мне уже не занять в случае необходимости. Можно к маме или к отцу обратиться, но тогда придётся делиться, чего делать не хотелось бы.
— Сдалось вам это золото, — фыркнул я. — В общем, дело было так…
Пока она выводила ровные и красивые строчки в письме или послании, я пересказал краткую версию приключений в мире с дырой. Рассказал ту же самую версию, что и лорду Азара.
— Слышал, что они отправили в тот мир одну из сильнейших команд и несколько человек из личной гвардии лорда, — закончил я.
— Отправили, и те едва ноги унесли, — сказала Иринэ. — Подробностей не знаю, поэтому тебе нужно всё выяснить и мне рассказать.
Она подняла на меня взгляд, оценивая, как я отнесусь к такого рода просьбе или приказу.
— Поделюсь, если узнаю, — кивнул я.
— Я успела прочесть отчёт о том, что с тобой произошло, — сказала она. — Имей в виду: во дворце Азара есть тетрадка с твоим именем на обложке. В ней много всего написано интересного. Тебе любопытно?
— Если только немного, — слукавил я, неуютно заёрзав на стуле.
— Немного, да? Там сказано, что ты провёл в тёмном мире два года и прекрасно говоришь как минимум на пяти языках. Для человека — это необычное достижение.
— Память хорошая.
— А ещё там сказано, что твоя подруга легко справляется с путевыми кристаллами. Кстати, вторая жалоба от старейшин пришла как раз по этому поводу. Учитывая, что она кровавая ведьма, это совсем не странно для меня и тебя, а вот у остальных это вызывает ненужное любопытство. Ведьма опустошила два ведомых кристалла. По взгляду вижу, что ты даже не понимаешь, что это и почему старейшины пишут мне слёзные жалобы. Предупреди, чтобы она так больше не делала.
Голос у Иринэ был спокойный, но холодные нотки иногда проскальзывали.
— Хорошо. А что по поводу нашего дела? Подвижки есть?
— Были неплохие подвижки, пока ты не влез, — на её лице появилась хищная улыбка. — Но это того стоило, чтобы увидеть рыдающую Лани.
— Кто такая? — спросил я после небольшой паузы. Иринэ закончила с письмом, довольно посмотрела на результат.
— Моя подруга детства, — сказала она. — Шесть дней назад она потеряла способность творить очень редкое и значимое заклинание. Потерять дар и не стать оракулом — огромная потеря для дочерей из любого рода. А если ты третий по линии наследования императорской крови, тогда и подавно.
Что-то такое мне говорила та длинноухая, отправившая меня в прошлое. Дескать, использовав один раз это заклинание, она потеряет способность сотворить его снова и сразу об этом узнает.
— Поправь, если я ошибаюсь, — начал я. — Выходит, что эта Лань отправила кого-то в… вниз, вместо себя?
— Да говори уже смело, нас никто не подслушивает, — отмахнулась Иринэ. — Вокруг дома мои люди, и они предупредят, если кто-то вздумает мешать или подслушивать. Тем более, когда ты упоминаешь Лани и говоришь «отправить», то есть только одно действо, которое подходит под эти слова.
— И ты думаешь, что это из-за меня? — уточнил я.
— Ну, не из-за меня же, — рассмеялась она. — А если серьёзно, то нашествие синих ящеров на ближайшие миры всколыхнуло светлую столицу так, что волна накрыла дворец. Император отправился в гости к оракулу и…
Улыбка на лице Иринэ стала ещё шире. Она подняла палец, как бы показывая важность момента.
— Оракул не знает ни о причинах, ни о последствиях, — сказала Иринэ. — Этого нет в её линии будущего. Я знаю только одного человека, способного создать события, находящиеся вне ведения оракула.
— Бред, — фыркнул я. — Может, это кто-то другой, попавший в такую же ситуацию, что и я.
— Ты думаешь, что кристаллы, способные отправить в прошлое любого желающего, продаются в городских лавках?! — она почему-то рассердилась, но быстро взяла себя в руки. — Сейчас ни в храме, ни во дворце нет ни одного. А тот, что появится, испортит жизнь Лани. Поэтому не говори глупости.
— Хорошо, — согласился я. — Тогда как ты себе представляешь, что я могу организовать нашествие орд демонов на десятки миров разом? Это что такое нужно сделать, чтобы сотворить подобное?
— Это ты плохо представляешь себе, как работают факторы воздействия и… не важно. Оракул уже настороже и будет искать все возможные несовпадения, проверять их и сравнивать. Всё, что выпадет из нормы, вызовет подозрение, и в таком случае за дело возьмутся палачи Императора. Говорят, что оракула видели вчера во дворце Азара.
Иринэ показала в сторону дворца, играющего роль базы для людей.
— Она как паук, улавливающий дрожание паутины, будет подбираться всё ближе и ближе, пока не вонзит в тебя свои клыки. К тому же стараниями Лани появился кто-то, кто знает, чем всё закончится.
— А выяснить, кто это, и устранить? — спросил я.
— Это не так просто, — Иринэ покачала головой. — Подозревай всех, кроме меня. Текущих друзей и врагов. Не доверяй никому и о каждом думай так, как будто они всё знают.
— Это ведь случилось несколько дней назад?
— Правильно, — она снова улыбнулась. — Раз нас с тобой ещё не навестили палачи, значит, источник знает не всё. Но выполнить задуманное теперь будет сложнее. Как и в прошлый раз, предлагаю подумать над тем, чтобы пойти к оракулу и попросить закрыть любой мир, на который ты укажешь пальцем. Поверь мне, она сделает это с радостью.
— А потом эти самые палачи оторвут мне голову.
— Не исключено, — Иринэ кивнула.
— Что-то для плохих новостей ты выглядишь слишком довольной. И подозрительно откровенна.
— Не вижу повода печалиться, — она пожала плечами. — Открою большой секрет, чтобы понял, насколько откровенной я могу быть. Помнишь, ты передал мне привет от Рири? Есть три имени, включая это. В первом случае я бы просто помогла тебе золотом, советом, связями, но не стала бы заходить слишком далеко. Во втором — то же самое, только я бы уже рискнула собственной жизнью, чтобы помочь. Ну и Рири, старший из всех. Он может появиться лишь раз в моей жизни и обязательно принесёт плохую весть или проблему, для решения которой не жалко пожертвовать всем. У меня было время подумать над этим, пока я тряслась в карете, чтобы навестить подругу Лани. Не знаю, с какой проблемой столкнулся Рири, но я рада, что для её решения нужно лишь запечатать один единственный мир.
— А потом не выйдет как в той сказке, где мальчик слишком много знал и его пришлось скушать? — уточнил я.
— И всё-таки ты ничего в этом не понимаешь, — Иринэ улыбнулась. — Для меня ты ценней живым и здоровым. Убить тебя может только собственная глупость. Даже после того, как дело будет сделано.
Я посмотрел недоверчиво, копируя манеру Айн Ханны. Иринэ это только повеселило, но довольно быстро она взяла себя в руки и посмотрела уже серьёзно.
— Тебе не обязательно это понимать, — сказала она. — Способность сотворить то заклинание, которого лишилась Лани, всё ещё при мне. А раз так, то сюда тебя отправила не я, что ставит меня в тупик и рождает внутри смешанные чувства. Но об этом поговорим в другой раз. Запомни, с этого момента для всех остальных мы заняты поиском мрачного золота. Это хороший повод и для символа, что я дала тебе, и для всего остального. Ни у кого, даже у папы, не возникнет вопросов ко мне. Хорошо бы ещё найти хотя бы немного мрачного золота.
— Зачем оно вообще нужно? И почему все высокородные, едва слышат это словосочетание, теряют волю?
— Потому что каждый грамм — это уважение, власть и богатство. Мрачное золото используется для выращивания путевых кристаллов. Ради пятидесяти грамм и ещё одной грядки великие семьи пойдут на любое преступление, а ради сотни грамм развяжут войну. Хорошо бы достать немного, для правдоподобности, но будем исходить из того, что есть. Скажи, за каким демоном ты пошёл менять золото к моему брату?
— Как будто я знал, что он владелец того ломбарда, который мне посоветовали.
— Логично, — она ненадолго задумалась.
— У меня ещё осталось золото и немного драгоценных камней. Если и у тебя есть ломбард поблизости, могу поменять.
— Иди к брату, — она махнула рукой. — Не зря же он собрал столько золота. Но потом. Сейчас для тебя есть работа.
— Работа?
— Ты хочешь попасть в храм, и я знаю, как тебе помочь. Сколько я ни думала, других вариантов пока не вижу. К тому же тебе сейчас нужно покровительство, чтобы лорд Азара не отправил тебя в какой-нибудь серый мир и не запечатал там. Не знаю, кто постарался, оракул или соглядатай Лани, но лорд Азара вчера приказал запечатать все миры, куда вторгались синие ящеры. При этом он отдал особый приказ не возвращать людей из некоторых. Признаюсь, я рада, что тебе повезло выйти, иначе мне бы пришлось тебя вытаскивать.
— А это возможно, если мир запечатан?
— Возможно, — она поморщилась. — Сложно и невообразимо дорого. У меня столько золота и влияния нет, поэтому я бы просто ушла в тот мир, и уже отец бы поднял половину империи на уши, чтобы вытащить нас.
— А покровительства дома Эервен недостаточно, чтобы Азара отстали от меня?
— Для этого тебе нужно познакомиться с папой. И поверь мне, до этого лучше не доводить. Есть способ гораздо проще и выгодней. За тебя должен поручиться один из торговых домов. Лучшим вариантом будет дом Ночи, Fána Nórë.
Последнее она произнесла на языке светлых, но я вряд ли смог бы повторить подобное без тренировки.
— Вчера они пришли к нам в поисках проводника, — продолжила она. — У них заказ на сопровождение важной персоны в глубины тёмных миров. Отец нашёл для них пару толковых ребят, кто путешествовал в ту сторону и знает дорогу, но есть проблема. Заказчик собирается заключить сделку с одним из владык демонов. Нужен хороший переводчик, кто говорит хотя бы на нескольких тёмных языках, чтобы не возникло проблем.
— А что, разве проводники не владеют местными языками, раз знают туда дорогу?
— Доверия к ним нет, — пояснила она. — Но это не самое важное. Знаешь, кто заказчик?
— Откуда мне, — вздохнул я.
— Оракул. Она хочет, чтобы дом Ночи проводил её приближённого, с головы которого не должен упасть ни один волос. Поэтому вместе с вами отправится отряд храмовой стражи и пара моих ребят. За безопасность можешь не переживать, приоритеты своим я расставила правильные. В случае проблем они будут защищать тебя, а не посланника оракула. Работа простая и безопасная. Покажешь себя с лучшей стороны — получишь от торгового дома Ночи пропуск в город и их покровительство.
— Уверена, что это хорошая идея?
— Другой у меня нет. Но мы можем подождать пару месяцев, пока подвернётся что-то более подходящее. Как только ты вернёшься, я лично провожу тебя в храм, чтобы ты понял, насколько твоя затея безрассудна. Может, когда познакомишься с оракулом, изменишь своё мнение о том, как проще и лучше запечатать нужный тебе мир.
— Хорошо, — сдался я под её взглядом. — Я из одного мира едва ноги унёс, а тут опять куда-то идти. Зачем оракулу этот владыка?
— На этот вопрос может ответить только она. Но я думаю, что это всё из-за нашествия ящеров. Кровавую ведьму с собой брать будешь?
— Буду.
— Тогда собирайтесь, — сказала Иринэ. Она достала из тряпичной сумочки небольшой тубус и убрала в него письмо. — В столице бы ей лучше не появляться, чтобы не узнали, но вряд ли храм отправит с вами кого-то, кто сможет её раскрыть.
Вот и поговорили. Перспектива тащиться в какой-то очень далёкий мир в компании светлоликих меня не прельщала, но попасть в храм, хотя бы в роли туриста, многого стоило. Я ведь до сих пор не знал, что это за храм, где он находится, как попасть внутрь и хорошо ли он охраняется? С момента, как попал в светлый мир, к главной цели почти не приблизился. Больше всего напрягало то, что к проблеме оракула прибавилась ещё одна. Вряд ли светлоликие отправили в прошлое первого попавшегося, поэтому нужно быть настороже.
Зои новость о том, что нам снова придётся гулять по тёмным мирам, обрадовала. Она засияла, как будто я ей о празднике рассказал, где будут подарки дарить. Так и сказала, что ей нужно десять минут, чтобы быть готовой к новым приключениям. Айн Ханна к этому отнеслась равнодушно. Ей-то не привыкать по тёмным мирам бегать, в отличие от нас с Зои. Вообще, после недавних откровений она была скупа на эмоции. Обычно косилась злобно на Михаила и всех окружающих, а тут словно подменили.
Михаилу я говорить ничего не стал. Не исключено, что он докладывает обо всём начальству базы, поэтому пусть побудет в неведении. Не знаю, почему он так боялся, что предпочёл спрятаться в саду. И пока мы собирались, Иринэ успела поговорить со всей прислугой в доме. Девушки, кстати, как и главная кухарка, выглядели взволнованными и совсем немного напуганными. Надо потом будет обязательно расспросить Михаила, с чем это связано. По мне, так Иринэ вполне адекватная девушка — не ругается, не грубит и не кричит ни на кого.
Через двадцать минут мы дружно вышли из дома, готовые к новым «приключениям», как говорила Зои. Во дворе нас ждала роскошная карета и охрана в виде четырёх длинноухих всадников. Сильные ребята, способные дать по шее любому, кто решит побеспокоить высокородную девушку. Стоит сказать, что карета Иринэ не только выглядела роскошной, но и была таковой внутри. На мягких сидениях, при желании, можно было спать, выдвинув специальное крепление, чтобы не упасть ночью. О последнем говорили и мягкие подушки, укрытые покрывалом. Пахло же в повозке сладковатыми духами. Когда я садился внутрь, охранники на меня смотрели так, словно я собирался приставать к госпоже. Один даже за короткой дубинкой потянулся, проверяя, на месте ли она. Ещё надо упомянуть, что с нами ехала помощница Иринэ, светлоликая женщина лет тридцати пяти. На мой взгляд, для защиты госпожи хватило бы только её, так как эта женщина могла всю охрану раскидать, не сильно устав. В итоге, даже в просторной карете стало немного тесно, благо мы с девушками смогли уместиться на одной стороне, а светлоликие — напротив нас. И всю дорогу эта самая помощница сверлила нас взглядом.
«Чёртовы светлоликие!» — думал я, когда мы ехали в сторону столицы. Сложно сказать, зачем им нужны помощники из числа людей, если они обладали такой огромной силой.
В город карета въезжала по выделенной полосе, если это можно так назвать. Чтобы попасть в Илуну, люди выстраивались в очередь, двигающуюся неспешно, словно никто никуда не спешил. Через южные ворота везли в основном товары, производимые за городом, но что именно, разглядеть не получилось. Карета Иринэ через ворота пронеслась, не сбавляя скорости.
Не скажу, что архитектура столицы поражала, но уже от самой стены дома в городе строили трёхэтажными, стоявшими практически плечом к плечу. Сразу становилось понятно, что места в городе мало и каждый свободный участок старались использовать с максимальной выгодой. А так как южные ворота выходили на пригород, где жили люди, то и первые кварталы были заполнены всевозможными торговыми лавками. Не ошибусь, если светлоликие со всего города ходили сюда за покупками. Об этом говорили хотя бы грузовые повозки и роскошные кареты, ожидающие клиентов.
Покидая торговый квартал, карета пронеслась мимо поста стражи, следившей, чтобы люди не заходили слишком далеко и не беспокоили горожан. Светлоликие, кстати, вставать рано не любили, поэтому на улицах я их почти не встречал. А вот люди, спешащие обеспечить уют господам, напротив, спешили по делам. Если сравнивать с Хумой, то здесь жили не в пример богаче. Идеально чистые улочки, цветочки в кадках, занавески на окнах, а не глухие ставни, защищающие, в том числе, и от грабителей.
В какой-то момент узкая улица с плотно стоящими друг к другу домами сменилась широким проспектом и роскошными особняками. Мы двигались прямо к центру города, и с каждым кварталом дома становились всё богаче и больше. За двадцать минут мы проехали мимо двух парков и миновали огромную площадь с фонтаном. Учитывая плотность застройки на окраине, странно, что в центре было так много свободного места.
— Впечатлён? — спросила Иринэ, с улыбкой наблюдая, как я разглядываю город из окна кареты.
— Немного, — не стал лукавить я.
— Сейчас справа появится храм.
Она могла и не говорить, так как храм я увидел сразу. Огромное сооружение, возвышавшееся над городом. Просторная площадь перед ним, залитая утренним солнечным светом, была абсолютно пуста. А вот архитектура знакомая. Понятно, откуда позаимствовали идею дами, построив храм в Хуме. Только здесь он был побольше и гораздо величественней. Мы обогнули площадь по прилегающей улице и двинулись на запад.
В итоге получилась почти полуторачасовая прогулка. Если бы мы не делали крюк через центр города, вышло бы гораздо быстрее. Но главное я увидел. От городских ворот до храма можно добраться где-то за час, если сил не жалеть. Стража в центре города присутствует, поэтому попасть на площадь незаметно можно только ночью, если она плохо освещается, что вряд ли. А если начать прорываться с боем, то уже через пару минут на площади соберётся вся знать светлоликих и сотрёт любого незваного гостя в порошок. Да, ещё бы не забыть про храмовую стражу, о которой упоминала Иринэ.
Торговый дом Ночи занимал целый квартал на западе города. Свою территорию они огородили высоким забором и внутрь посторонних не пускали. Даже нашу карету ненадолго остановили. Я услышал голоса на светлом языке, но о чём говорили, так и не понял. Затем мы проехали ещё немного и остановились напротив роскошного дома, напоминающего дворец в миниатюре. Большие окна, фасад с колоннами и лестница из светлого мрамора — всё в наличии.
Встречал нас упитанный светлоликий, не обделённый силой. Богатые одежды, но волосы необычно тёмные для высокородного. На вид около сорока пяти лет, лицо доброе, располагающее, цепкий взгляд. Я встречал подобных, только злобных демонов, пытающихся выглядеть добрыми. Такому палец в рот не клади, откусит до локтя. Иринэ он приветствовал горячо, успел поклониться и едва не поцеловал руку, но она ловко уклонилась от этого жеста. И в сторону Зои этот тип бросил неприятный взгляд, отчего мне его пристукнуть захотелось. Поставил себе задачу как можно скорее купить нужные ингредиенты и сделать что-нибудь с защитным символом Зои. Пока не знаю, как его можно усилить, но что-нибудь придумаю. Найду кого-нибудь для экспериментов.
Для беседы нас проводили в роскошную гостиную, являющуюся переговорной, подали знакомый горячий напиток, напоминающий какао. Здесь его подавали более насыщенным, нежели готовила старшая горничная у меня дома, да и на вкус он оказался приятнее и слаще. Пока беседы велись на светлом языке, я успел насладиться напитком и разглядывал комнату. Потом мужчина куда-то умчался, едва не бегом.
— Василий, — сказала Иринэ, пересаживаясь ближе ко мне, чтобы говорить тише. — Если мы заручимся поддержкой торгового дома Fána Nórë, то у тебя появится пропуск в город. Всем встречным будешь показывать его, а не символ нашей семьи. Во-первых, внимания это привлекать не будет, а во-вторых, врагов у тебя станет в несколько раз меньше. Даже лорд Азара ссориться с Fána Nórë не станет. Взамен же они будут подкидывать работу, но не обременительную. Об этом я поговорю с их главой.
— И что нужно будет делать? Работать здесь переводчиком? В столице встречаются демоны, которые на местном языке не говорят?
— Не язви, — спокойно сказала она. — Особенно в присутствии господина Фэна. Не каждый день ему переводчики редких языков требуются.
— А чем торговый дом занимается? — уточнил я, как-то неуверенно глядя в ту сторону, куда ушёл господин Фэн. — Торгует с тёмными мирами?
Я посмотрел удивлённо, когда она кивнула и жестом показала, чтобы не задавал лишних вопросов. Не думал, что светлоликие торгуют с демонами. Обычно они не утруждают себя даже разговорами, приходят и отбирают всё, что нужно.
Ждать пришлось минут пять. Мы даже какао допить не успели, когда господин Фэн вернулся в компании невзрачного человека. Разговор шёл оживлённо, опять на светлом языке. Во время этого разговора Иринэ передала главе торгового дома письмо, которое писала у меня в гостях. Затем мы отправились во внутренний дворик здания, где было знакомое строение для разломов, только в миниатюре. Небольшой мраморный зал с высоким куполом и колоннами по периметру. Рядом уже стояли две колоритные группы, готовые к путешествию. Одну я узнал сразу. Это была та самая четвёрка из сопровождения Иринэ. Была бы моя воля, не брал бы их с собой. Но сколько ни думал, так и не нашёл повод отказаться от навязчивой услуги. Немного поодаль от них расположилась группа людей в количестве шести человек. Точнее, пяти человек и одного демона, очень похожего на остальных. Он даже рога спилил и носил несуразный головной убор, чтобы пеньки спрятать, хотя это и не нужно было, так как ни у кого на площадке не было сомнений в его принадлежности к демонам.
Последней из здания с противоположной стороны вышла группа светлоликих из храма. Четверо мужчин, одетых в удобную походную одежду, и девушка лет двадцати, скрывающая лицо под плотным плащом с низким капюшоном. Иринэ её узнала и быстро шагнула ко мне, беря под руку.
— Близко к ней не подходи и не заговаривай ни в коем случае, — прошептала она.
— Хорошо, — кивнул я. — Тем более, я ваш язык не знаю.
— Зато она неплохо говорит на тёмном.
— Ты её знаешь?
— Наша с Лани подруга детства и нынешний оракул.
— Кто? — я удивлённо посмотрел на Иринэ, на что она незаметно ткнула меня пальцем в бок, чтобы не делал такое лицо.
— Госпожа Ива. Не обманывайся видом милой девушки. Повторюсь, держись от неё подальше.
— Я понял. Мы такой здоровенной компанией в разлом пройдём? Выдержит?
— Это уже задача господина Фэна, — сказала Иринэ, возвращая себе невозмутимый вид. — Лёгкая работа, не переживай. Но подругу взял зря.
Отпустив мою руку, Иринэ направилась к проходу, откуда мы вышли на площадку. Её место тут же заняла Зои, подхватив меня под руку.
— А что было? — тихо спросила она.
— Подругу встретила. Это будет посложнее, чем прогулка в крепость, поэтому постарайся, чтобы тебя не раскрыли.
— Как скажешь. А путевой кристалл дадут? Я могу разлом открыть.
— Старейшины на тебя жаловались, — осадил я её энтузиазм. — Говорят, ты два кристалла какие-то опустошила.
— Заметили, да? — она вздохнула. — Они были очень вкусные.
— Очень смешно. Всё, нас подслушивают.
Отряд из храма успел поговорить с господином Фэном и первым вошёл в здание разлома. Следом последовали люди, подхватив с земли заплечные мешки с вещами. Командир охраны, которую нам выделила Иринэ, посмотрел в нашу сторону красноречивым взглядом, показывая, что ему это нравится ещё меньше, чем нам. Когда мы входили в зал, в центре уже открылся багряный разлом.
На этот раз полёт через пустоту был долгим и неприятным. Вышли мы в холодный ливень, который после тёплого солнышка светлого мира показался почти ледяным. Мне даже на секунду почудилось, что мы снова вернулись в Хуму, так как с неба вода падала в виде огромных капель. Разломы подобную погоду не любят, поэтому едва нас выбросило, он просто схлопнулся. А воды, на земле вокруг, было сантиметров пятнадцать.
Не знаю, с чем связано, но люди путешествия через разлом переносили плохо. Наши проводники буквально в воде лежали, пытаясь прийти в себя от затяжного прыжка. Один лишь демон из их команды выглядел нормальным, пытаясь поднять повыше вещи сразу всей группы, чтобы не промокли. Мы с Зои поспешили им на помощь, поднимая на ноги. В шуме дождя я слышал, как кричат светлоликие из храмовой стражи, показывая в сторону небольшой возвышенности. Как я понял, мы вышли посреди холмистой равнины, похожей на неаккуратно застеленное покрывало, отчего вода в низины быстро прибывала.
— Прекрасное начало путешествия, — ворчал я, поднимая сразу двух тощих мужчин, у которых ноги плохо слушались.
Ещё двоим помогла Зои, а последнего из воды вытянула Ханна, поднимая за шкирку. Пока мы барахтались в воде, светлоликие уже поднимались на возвышенность, скользя в грязи. Заметив что-то вдали, они обрадовались и поспешили в ту сторону, совершенно не заботясь о нас. Разве что осталась пара ушастых из охраны Иринэ, но помогать нам они не спешили.
В общем, на небольшую возвышенность мы поднялись с большим трудом и измазавшись в грязи. Зато стало понятно, что обрадовало светлоликих. Примерно в полукилометре от нас виднелся небольшой домик. Главное, стоял он высоко и имел крышу, что было кстати. Это оказался загон для животных, очень похожих на баранов. Светлоликие, не церемонясь, выгнали их под дождь, придавая ускорение пинками самым нерасторопным. Таща туда людей, я думал, что, если они нас не пустят, я их сам выставлю тем же способом, и пинков пропишу. Обошлось без драки. Загон оказался не очень большим, но места хватило всем. Пахло внутри непередаваемо, но было сухо, несмотря на не самую прочную крышу.
— Надо бы огонь развести, но хвороста я не вижу, — сказал я, снимая промокший и грязный плащ, прикидывая повесить его на одну из балок.
Светлоликие о подобном тоже думали, так как один пытался сложить из нескольких камней от стен какую-то несуразную конструкцию. Не прошло и пяти минут, как стопка камней вспыхнула и без топлива. С той стороны сразу потянуло теплом, но пахнуть в загоне стало ещё более противно.
— Так и представляю, как мы явимся в гости к местному владыке, пропахшие таким прекрасным ароматом, — ворчал я, вешая плащи Зои и Ханны, отгораживая для нас маленький уголок. Получилось неплохо, если не считать того, что с плащей на пол лилась вода, смешиваясь с навозом. Достать-то мы их успели сразу после подъёма на возвышенность, но могли и не заморачиваться, так как вымокли настолько, что в плащах уже не было необходимости.
Светлоликие, возможно, думали о том же, тихо переговариваясь на светлом языке. Одна только светловолосая девушка выглядела довольной. Она, в отличие от остальных, с самого начала была в непромокаемом плотном и тяжёлом плаще, поэтому почти не промокла.
— Опять до города топать целый день, — добавил я, усаживаясь на заплечную сумку. — Если дождь сегодня закончится.
— В этом мире нет городов, — послышался женский голос. Плащи немного сдвинулись, явив любопытное лицо двадцатилетней светловолосой девушки. На языке красного мира она говорила свободно, почти без акцента. — Здесь никто не живёт.
— И барашки завелись от сырости, — я хмыкнул. — Если есть скот, значит, есть и демоны, кто его выращивает.
— Их выращивает Fána Nórë, — сказала она, с любопытством разглядывая нас.
Не стал спорить и говорить, что ради пары десятков барашков прыгать так далеко никто не станет.
— Просто любопытно, кого рекомендовала Иринэ, — сказала девушка, отвечая на мой взгляд. — Она бы точно не стала давать символ рода простому человеку, поэтому стало интересно, что в тебе особенного.
— Особенного ничего нет, — спокойно ответил я. — Просто повезло найти немного мрачного золота, вот и всё.
Упоминание мрачного золота на неё совершенно не подействовало.
— И ты знаешь много языков демонов? — уточнила она. — И на этом языке говоришь так, как будто родился и вырос в красном мире. Я была в одном из них несколько раз. Удивительное место и очень красивое. Правда, время я выбрала неудачное. Шёл большой траур, королевский род прервался, так как единственный наследник исчез. Ну да, ну да… А на языке дами ты не говоришь?
— На языке дами могут говорить только они, — сказал я. — Его нельзя выучить.
— Жаль, — она вполне искренне огорчилась. — Точно! Там был не наследник, а наследница. Как же её звали?.. Как птичку, жёлтенькую такую, с синими крылышками. Зани… Зи… Зои.
— Лучше скажите: если в этом мире никто не живёт, выходит, что нам ещё через разломы прыгать? — я решил сменить тему, от греха подальше.
— Проводники говорят, что восемь разломов нужно пройти, — она едва заметно поморщилась. — Далеко.
— Далеко, — согласился я. — И сколько это займёт времени?
— Они обещают доставить нас туда за шесть дней.
— Ближний свет, — проворчал я. — Надо тогда одного из барашков зажарить в дорогу.
— Они очень вкусные, — закивала она. — Попрошу кого-нибудь.
Светловолосая девушка шагнула назад, задёргивая плащи как шторку. Затем послышался властный голос. Я посмотрел на Зои, столкнувшись с холодным взглядом.
— Я её съем, — очень тихо, почти одними губами сказала она. Точнее, пообещала таким тоном, что я бы на месте этой девушки уже начал переживать.
— Вот этого не надо. По крайней мере сейчас.
Зои что-то проворчала, но я не разобрал. Она попыталась удобнее устроиться на заплечной сумке, поёжилась, хотя из-за огня, что зажгли светлоликие, в загоне стало тепло. Знал бы, что так произойдёт, остался бы в светлом мире и, пока оракул шляется не пойми где, наведался в храм. Права Иринэ, надо держаться от этой девушки подальше.
⠀⠀
Ливень, обрушившийся на холмистую равнину, начал стихать спустя час, уступив место порывистому ветру. Наши проводники, едва успевшие прийти в себя, торопились, поэтому пришлось спешно покидать укрытие. И единственная, кого всё происходящее радовало, была оракул. Пока мы пытались просушить вещи, она была занята чем-то непонятным. Сначала что-то перекладывала в небольшой заплечной сумке, затем забрала у одного из охранников очень длинный отрез белой ткани и принялась обматывать голову и шею. Минут за пять соорудила что-то наподобие тюрбана бедуина с шейным платком, легко поднимающимся на лицо и защищающим от ветра и песка. При этом она мечтательно улыбалась, предвкушая хорошую прогулку и путешествие в целом.
Дожидаться окончания дождя не стали. Проводники пошептались, посмотрели какие-то карты, собравшись в уголке так, чтобы никто не видел, затем пришли к выводу, что мы опаздываем. Следующий час наш немаленький отряд быстрым шагом двигался по раскисшим от дождя холмам и мокрой траве. Борясь со встречным пронизывающим ветром и моросящим дождём, мы спешили на восток. Мне было любопытно, как люди путешествуют по мирам, не обладая способностью чувствовать разломы. Наши проводники, к примеру, сверялись с какой-то картой и записями, шли уверенно и даже воодушевлённо. Сложно понять, как они ориентировались, но время от времени демон из их компании рассыпал белый порошок, закрывая его плащом от порывов ветра, и так определял, куда нужно идти.
— Что вы такие угрюмые? — с нами поравнялась госпожа Ива. Спустила с лица платок и, подавая пример, слегка улыбнулась.
— Да вот, думаю, как мы такой толпой будем идти по тёмным мирам. Нам сказали, что нужно поговорить с владыкой демонов, но будет ли он рад, когда к нему заявится целая армия светлоликих?
— Хорошее замечание, — она покивала. — К тому же дом Эервен подобрал для нас не самых толковых проводников. Сильно удивлюсь, если они смогут найти нужную дорогу.
Подняв левую руку и слегка подтянув рукав, она показала на плетёный браслет из цветных шнурков, в котором был закреплён продолговатый и слегка прозрачный тёмный камень. Внутри можно было увидеть маленькие синие и зелёные вкрапления, похожие на звёзды в ночном небе. Я такой видел впервые.
— Вам Иринэ дала такие же? — спросила госпожа Ива.
— Нет, — я покачал головой. — Что это?
— Когда проходишь через разлом большой группой, есть шанс, что он выбросит тебя в любом месте, в случайном из миров. Особенно если торопить разломы, как это делают проводники дома Эервен. Я и без них могу найти дорогу, но няньки…
Она кивнула подбородком в сторону одного из храмовых стражников, немолодого мужчину лет пятидесяти.
— Да, звёздные камни, — вспомнила госпожа Ива, снова демонстрируя браслет. — Они защищают от неожиданностей внутри разломов. Я знаю, что у дома Эервен есть два таких камня.
— Если их всего два, — я хмыкнул, — то вряд ли бы их дали таким, как мы.
— Они же сами редко куда-то ходят, поэтому могли бы дать. Пожадничали.
Сунув руку под плащ, она вынула два плетёных браслета с такими же камнями, как у неё.
— Потом отдадите, — сказала она, протягивая браслеты. — Что? Как я буду общаться с владыкой, если переводчик внезапно окажется в сотнях или даже тысячах переходов от места назначения?
— У вашей охраны есть такие же?
Видя, что я колеблюсь, она насильно сунула мне браслеты в руку.
— Им-то зачем? — не поняла госпожа Ива. — Если они заблудятся, то родственники вернут их в любой момент, тем же самым образом, как людей из разных миров возвращают домой спустя десять лет.
Я представил, как в подвале благородных домов есть склад с большими кристаллами, с помощью которых можно вернуть потерявшихся важных членов семьи. Это очень даже удобно, если прыгаешь наугад и исследуешь далёкие миры. Когда знаешь, что тебя в любом случае вернут, можно не переживать. Если только несчастного не сожрут демоны или он не погибнет каким-нибудь глупым образом. Может замёрзнуть насмерть где-нибудь в горах или утонуть в озере. Путешествия по мирам опасны тем, что сложно предсказать, куда тебя закинет очередной проход.
— Звёздные камни находят внутри разломов, — сказала госпожа Ива. — Размером с виноградину, иногда самой причудливой формы. Они стоят гораздо дороже, чем кусочек мрачного золота. Если вдруг увидишь что-то такое, проходя сквозь разлом, протяни руку и возьми. За нахождение звёздного камня человек может стать полноправным подданным империи и жителем столицы.
Вернув платок на лицо, она ускорила шаг, догоняя храмовую стражу. Зои забрала у меня один браслет и посмотрела на необычный камешек. Как я уже сказал, он был тёмным, почти чёрным и слегка прозрачным, но при этом внутри видны яркие зелёные и синие вкрапления песчинок.
— У нас в сокровищнице есть два таких, — сказала она. — Папа купил у путешественника, уверявшего, что нашёл эти камни между мирами, когда проходил через разлом. Говорил, что там была целая россыпь таких камней, но он успел взять только два. Ему никто не поверил, но заплатили хорошо. Это не артефакты, просто красивые камни, в которых нет никакой силы.
— Напрягает меня эта толпа длинноухих, — я оглянулся. — И эта… предсказательница. Готов сундук с золотом поставить на то, что с одним из разломов по пути возникнет какая-нибудь проблема.
Не думаю, что оракул стала бы нас обманывать, но мотивы были непонятны. Откуда у неё запасные браслеты с очень редкими и дорогими камушками, и почему она решила отдать их нам? Может, действительно переживает, что останется без переводчика? На всякий случай браслет я надел. Видя моё настроение, Зои заулыбалась, цепляя на руку свой браслет.
— С золотым ободком смотрелся бы красивее, — сказала она, демонстрируя его.
— Осторожнее, чтобы не заметили, — я поймал её за руку, взглядом показывая на охрану, которую дала Иринэ. — У меня складывается стойкое ощущение, что они с нас взгляд не спускают. Даже по нужде не отлучиться. Ханна, слышишь, не нравятся мне эти навязанные длинноухие.
— Убрать их? — тихо спросила она, чуть ускорившись, и зашагала рядом. — Могу сделать это незаметно.
— Нет. Но бдительности не теряй.
Она кивнула и поправила сумку, в которой несла большой нож, стащенный с кухни. Надо бы купить ей хороший охотничий нож или кинжал с ножнами.
Спустя ещё полчаса пути на восток проводники остановились на очередном ничем не примечательном холме. Вид с него открывался изумительный. Зелёные холмы до горизонта и ни единого намёка на деревья. Крупных животных не видно, но разная мелочь в виде грызунов попадалась часто. А ещё много небольших птиц, появившихся после дождя. Интересно, почему в этом мире никто не живёт? Судя по увиденному, земля тут плодородная и погода не такая холодная. Странно это.
Проводники опустили громоздкие сумки на мокрую траву и принялись ходить по холму кругами, рассыпая какой-то странный порошок. Если бы не порывистый холодный ветер, найти нужную точку у них получилось бы быстрее. С любопытством за ними наблюдали только мы и оракул, а вот светлоликим подобное было совершенно неинтересно. Они уже готовились попасть в следующий мир, поэтому разминались. Кто-то даже магию использовал, словно проверяя, не исчезла ли она.
Спустя пару минут, когда место для разлома было найдено, проводники начали сыпать порошок более активно. К белому добавился красный и даже чёрный. Со стороны это выглядело забавно, так как они едва ли хоровод водить не начали. Их движения походили на какой-то ритуал, глупый и несуразный, но с каждым взмахом, когда в воздух взлетала очередная порция порошка, неприятное чувство близости разлома только усиливалось.
— А ваши?.. — я посмотрел на Ханну, наблюдавшую за светлоликими и лишь изредка поглядывавшую на людей. — Точнее, работорговцы, по мирам путешествовали таким же образом?
— У них была карта разломов, — сказала она. — Они часто возникают в одном и том же месте. Жадные торговцы ставят лагерь и просто ждут, пока разлом появится сам. А эти торопятся. Подкармливают разлом толчёным камнем из того мира, куда он ведёт. Такой камень всегда стоит дорого, а торговцы никогда и никуда не спешили.
Люди перестали ходить кругами и отступили подальше в тот самый момент, когда появился разлом. Он вспыхнул, с неприятным хрустом разрывая ткань пространства. Самый классический разлом, из тех, что часто появлялись в тёмном мире. В отличие от создаваемых светлоликими, эти вели только в одну сторону, и чтобы понять, в какую именно, демон из группы людей принялся рассыпать ещё немного толчёного камня. Серый порошок заклубился и двумя струйками потянулся к вертикальной полосе багряного света.
Ещё одно отличие от рукотворного разлома состояло в том, что проходить сквозь него было легче. Так как защитный камень Ханне не достался, на всякий случай я подхватил её под руку, когда мы проходили в разлом. Полоса света поглощала тебя ещё до того, как ты до неё доходил, и почти сразу выбрасывала на той стороне. Ни чувства падения, ни вспышек перед глазами, лишь лёгкая дезориентация. А ещё перепад температур, так как вышли мы под палящее солнце, клонившееся к закату. Под ногами хрустнул песок, в носу защипало от сухого воздуха. Но всё это отошло на второй план, так как рядом мелькнула вспышка силы. Я притянул к себе Зои, собираясь создать защиту, но магия была направлена не на нас.
Ярко-жёлтый мир вокруг резко набрал красок, и я смог увидеть несколько демонов в серых одеждах, напоминающих халаты. Скорее всего, местные жители, находившиеся поблизости, почувствовали разлом и, к своему несчастью, решили посмотреть, кто из него выйдет. Сейчас храмовая стража или охрана дома Эервен заметит, что они используют магию, и закопает их под ближайшим барханом.
— Жарко, — сказала Зои, ладонью прикрывая глаза от солнца.
— Ханна? — я оглянулся.
— Я ещё здесь, — она тронула меня за другое плечо. — А вот длинноухих и людей нет, только она.
Оглянувшись, я заметил госпожу Иву, с любопытством разглядывающую демонов. Она даже помахала им рукой. При этом рядом не было ни разлома, ни людей из числа проводников, ни светлоликих. Я точно помню, что длинноухие входили в него перед нами.
— Они собираются напасть на нас? — спросила Зои.
— Похоже на то, — вздохнул я. — Госпожа Ива, не могли бы вы подойти?
К демонам на ближайшем бархане добавилось ещё несколько, вооружённых короткими луками и копьями. Лица у всех закрыты платками. Чтобы показать решительный настрой, демоны выпустили несколько стрел, воткнувшихся в песок у наших ног.
— Это Xarath'kur, — сказала светлоликая, подойдя к нам. Мне показалось, что под платком она улыбалась. — Пустынные бандиты. Ловят людей и слабых демонов в пустыне и продают на рынке в Горячем Камне.
Демоны, успевшие окружить нас, не спешили приближаться, пытаясь понять, кто оказался перед ними. Учитывая символы сокрытия, выделялась лишь Ива, но и она умело прятала силу. Для песчаных охотников мы сейчас представляли лакомую добычу, саму просившуюся в руки.
— До города отсюда далеко? — спросил я.
— Не знаю, — она развела руками. — Но там нас будет ждать разлом в следующий мир.
— Не смотрите так, я всего лишь переводчик, — сказал я, когда на меня посмотрели так, словно должен немедленно разобраться с возникшей проблемой.
— Хочешь, чтобы я решала, что делать? — она почему-то удивилась, ткнув себя пальчиком в грудь. — Это будет забавно. Тогда предлагаю, чтобы они нас поймали и отвезли на рынок в Горячий Камень. А там покажем им нашу силу и освободимся.
— Понятно, можете не продолжать, — сказал я. — Вот где ваша охрана, когда она нужна, где проводники? Куда они делись?
— Я же говорила, разломы не любят, когда через них проходит так много одарённых. Остальные могут быть где угодно…
Пустынные охотники пришли в движение и начали спускаться к нам, азартно улюлюкая и размахивая оружием. Я насчитал четырнадцать демонов.
— Зои, как можно аккуратнее убери тех, что бегут с твоей стороны холма, а я займусь остальными. Просто хватай и швыряй их подальше.
— Хорошо, — она азартно потёрла ладони.
— Ханна, вон тот, с мечом на поясе, наверняка главный. Он нужен живым.
Мне не нужно было говорить на языке дами, чтобы использовать немного силы. Я уже собирался сбить парочку самых прытких демонов воздушным тараном, но в это время позади что-то оглушительно бабахнуло и нас едва не опрокинуло взрывной волной. Затем площадку между барханами накрыл поднятый взрывом колючий песок. Я машинально успел схватить Зои и Иву, подтягивая их ближе к себе и создавая плотную защиту. По невидимому куполу что-то застучало, послышался громкий шорох песка. Меня этому трюку научила Тэя. Нужно было представить, что с помощью телекинеза хочешь поднять большой круглый предмет, в центре которого находишься. Если сосредоточиться и правильно всё рассчитать, эта сила создаёт непроницаемую преграду, плотность которой зависит от того, насколько тяжёлый объект ты собрался поднимать. Учитывая, что Тэя могла оторвать от земли камень весом под сотню тонн, преграда получалась невероятно прочной. Я же столько сил тратить не собирался, но от колючего песка и ещё одного взрыва, если он последует, это должно защитить.
— Не получилось, — послышался удивлённый голос Зои.
— Практиковаться нужно больше, — заметила госпожа Ива, произнося это наставительным тоном.
Клубы песка в воздухе начали редеть, и стало видно, что верхняя часть бархана позади нас исчезла вместе с бандитами, которые по ней бежали. Пропали и демоны, бежавшие с другой стороны. Эти, наверное, просто сбежали, скрывшись в облаке песка.
— Я же просил просто швырять их, а не взрывать, — я посмотрел на Зои.
— Так и хотела сделать, — она всё ещё выглядела удивлённой.
— Пока я защиту не убрал, попробуй вон ту странную чёрную штуку достать из песка.
На спуске с бархана в пятнадцати метрах от нас что-то чёрное застряло в песке, похожее то ли на обломок копья, то ли на какую-то жердь. Можно было увидеть, как проседает песок в радиусе двух метров вокруг обломка, затем на том месте появился песчаный гейзер, взметая в воздух тонны песка. Хорошо, что ветер дул в другую сторону, а то нас бы накрыло с головой. Но и так пыли поднялось столько, что пришлось стоять пару минут как в плотном тумане.
— Ты же говорила, что умеешь пользоваться силой.
— Умею, но не получается, — она развела руками. — Надо у бабушки Присциллы спросить, что делать.
— Чтобы её спросить, надо домой вернуться, а мы в какой-то дыре застряли, — недовольно сказал я. — Ладно, придумаем что-нибудь. Но силу пока используй очень аккуратно. Ничего не говори.
Последнее я сказал Иве, отпуская её руку и убирая защиту. Это хорошо, что после перехода мы были в плащах, а то пришлось бы вытряхивать песок из-за шиворота и из каждой складки одежды. Да и так нас неплохо присыпало. Зои успела капюшон от плаща накинуть, а у меня волосы теперь грязные от песка. А ещё было жарко и душно. Мокрая одежда, испачканная пылью, быстро подсыхала, становясь неприятно серой.
На ближайшем бархане появилась Айн Ханна, таща правой рукой за шкирку демона. В левой руке она сжимала изогнутый клинок в дорогих ножнах, с рукоятью, украшенной золотом и драгоценными камнями. Предмет статуса, показывающий, что владелец — богатый и уважаемый демон. Я даже не заметил, когда она успела сбежать и как за такое короткое время умудрилась поймать главного. По песку она двигалась на удивление легко, как и скользила вниз по бархану.
— Живой? — спросил я, когда она подтащила демона.
— Живой, — она опустила платок с его лица.
Это оказался красивый мужчина лет тридцати. Лицо немного обветрено и приобрело бронзовый оттенок от постоянного нахождения на солнце, но всё ещё выглядело немного аристократически. Не все длинноухие могли похвастаться такой приятной глазу внешностью. Единственное, что немного портило картину — небольшие рога, загнутые вверх и слегка выглядывающие из-под тюрбана.
Я склонился и похлопал демона по щекам, приводя в сознание. Ханна вырубила его ударом в челюсть, поэтому в себя он пришёл, но сфокусировать взгляд на мне сразу не смог. Глаза у него, к слову, были небесно-голубые.
— Охотники? — спросил я у него на языке, с которого «Xarath'kur» переводилось как «Охотники пустыни».
— Kyth'zorin, — ответил он.
— Крыльев я у вас что-то не вижу, — хмыкнул я. — Вы здесь ловите тех, кто из разломов выходит?
— Встречаем всех, — кивнул он и на секунду болезненно зажмурился.
— Нет, это не работорговцы, — ответила на мой укоризненный взгляд Ханна. — Обычные бандиты. Ловят всех подряд и сдают местному лорду за вознаграждение. Другим способом прокормиться в пустыне сложно.
— До города далеко? — спросил я.
— К закату можно дойти, — он указал на север. — Если верхом.
— Проводишь нас до города, и сделаем вид, что ничего не случилось. Договорились?
— Договорились, — он хотел кивнуть, но вспомнил, что ему Ханна чуть челюсть не свернула. Наверняка отделался неприятным сотрясением. Как она ему зубы не выбила, большой вопрос.
— Ханна, — попросил я.
Она отпустила его ворот и убрала нож от ключицы. Подняв с земли, придержала под локоть, так как мужчину качнуло.
— Что? — спросил я, когда Зои подошла и накинула мне капюшон от плаща на голову.
— Сгоришь, — сказала она. — Но я мазь взяла. Там немного осталось, поэтому будь аккуратен.
— Платок бы, — я посмотрел на демона. — Тебя как зовут?
— Кит, — ответил он.
Здесь надо пояснить, что под словом «Кит» он имел в виду огромного монстра, плавающего в море и выглядевшего действительно как кит. Слово на их языке было длинным и звучным, но я его сначала перевёл, а уже потом попытался озвучить.
— Понятно. Летающие охотники, с главой по имени Кит. Веди уж.
Подняться на бархан оказалось не так просто, как выглядело со стороны. Песок в этих краях был рыхлый и норовил уйти из-под ног, заставив тебя лететь кубарем обратно. Зато с высоты было прекрасно видно, в какое дивное место мы угодили. Если предыдущий мир радовал зелёными холмами, то этот был покрыт жёлтыми. Куда ни глянь, кругом один песок. Зато за холмом обнаружился небольшой лагерь с палатками и просторным загоном для верблюдов. Это мы удачно вышли, прямо под носом у местных бармалеев. Понятно, почему они появились так быстро. Мне показалось, что лагерь тут стоит не меньше недели.
Навстречу нам выбежал пожилой демон, бухнулся на колени и запричитал что-то о том, что они готовы выкупить господина за золото и драгоценные камни. Но при этом взгляд такой наглый и хитрый, какой может быть только у демона, задумавшего тебя обокрасть, когда ты уснёшь. С ним говорил лично Кит. Я расслышал лишь обрывки разговора и приказ сворачивать лагерь. Столкнувшись с серьёзным противником, песчаные охотники разбежались и залегли за гребнями ближайших барханов. Наверняка рассудили, что мы долго у них не задержимся и рано или поздно уйдём. Бросать имущество, палатки и верблюдов никто не хотел, без них в пустыне просто не выжить. Кстати, о верблюдах, они были огромные, метра три в высоту, с учётом двух горбов. Каждый такой должен весить не меньше тонны, и было их около двух дюжин на одиннадцать демонов. Точнее, демонов было изначально пятнадцать, но четверых взорвала Зои.
Пока сворачивали лагерь, мы сидели под небольшим навесом, обедая необычными жёсткими фруктами, пресной кашей и вяленым мясом. Перед нашим появлением демоны как раз собирались пообедать, что оказалось очень кстати. Вместо воды у них была какая-то горькая и тёплая бурда, крепостью градуса три или четыре. Кит говорил, что сырую воду лучше не пить, если ты не верблюд. Забыл сказать, что в лагере был колодец. Не знаю, насколько глубокий, но воду оттуда черпали мутную и грязную. Давали ей немного отстояться и поили верблюдов. Собирая лагерь, демоны решили основательно вычерпать колодец, затем закрыть его деревянным щитом и тканью, оставив небольшой навес, чтобы проще было найти, когда вернутся сюда.
— И часто вы встречаете гостей из других миров? — спросил я у Кита, сидевшего рядом с нами. Синяк на скуле у него расплылся и выглядел болезненно.
— Хорошо, если они приходят раз в десять дней, — сказал Кит, нарезая красно-жёлтые фрукты ломтиками. Воды в них немного, зато они были приторно-сладкими. — Разлом в этом месте открывается часто, но не всегда из него кто-то появляется. Плохо, если ждать приходится двадцать дней. Мы можем сняться со стоянки и уйти, чтобы пополнить припасы. А здесь до города больше дня пути, если пешком идти и дорогу знать. Верная смерть для любого. Иногда, возвращаясь, находим людей и демонов у колодца. Мы поэтому еды немного оставляем всегда.
Я посмотрел на Иву, подумав, что, если бы тут была Иринэ, я бы ей всё высказал по поводу лёгкой прогулки по мирам. Окажись мы где-нибудь в паре километров отсюда или просто не встреть этих бандитов, то померли бы от жары и жажды. Интересно, как проводники хотели вести нас дальше? Пришлось бы ждать под палящим солнцем пару часов, пока откроется очередной разлом?
— Ханна, меч ему верни, — попросил я. — Приметная и бесполезная вещица. Видишь, как жалобно смотрит?
Кит смотрел совсем не жалостно, а скорее огорчённо. Ханна спорить не стала, протянув ему меч. В Хуме одни только ножны и рукоять можно было продать за круглую сумму и жить десяток лет ни в чём себе не отказывая. А за сам меч отсыпали бы гораздо больше. Мне же золото сейчас было ни к чему, у меня в рабочем кабинете лежал мешок монет, которые сложно потратить, не привлекая много внимания. Кит мечу обрадовался, едва не обняв его.
— А город, Горячий Камень, там тоже разломы появляются?
— Что? — Кит удивлённо посмотрел на меня, убирая меч. — Горячий Камень на юге. Это мёртвый город.
— Мёртвый?
— Там больше ста лет никто не живёт. Гиблое место. Когда-то он был цветущим и красивым, но пустыня его поглотила. Разлом там есть, коварный, съедающий всех, кто подойдёт слишком близко.
— Нам как раз туда и надо, — сказал я ему, затем бросил взгляд на госпожу Иву, которая лакомилась сладкими фруктами, не обращая на нас внимания.
— Туда идти дольше, сегодня до заката и завтра до полудня.
Он встал и широким шагом ушёл к большим тюкам, в которые превратилась его палатка. Кит был одарённым демоном, гораздо сильнее, чем любые путешественники из нашего мира, с которыми я сталкивался на базе. За всех говорить не буду, может, там настоящие монстры есть, но мне пока такие не попадались. Надеюсь, что он никакую глупость не сотворит, пока будет вести нас в мёртвый город.
— У них очень странные лошади, — сказала Зои, показывая взглядом на загон.
— Это не лошади, — я улыбнулся. — Верблюды. Они могут долго обходиться без воды и питаться жёсткой, бедной на влагу растительностью пустыни. Я с ними тоже не сталкивался, видел на картинках. И кто бы сказал, что они ревут таким дурным и противным голосом.
— Голос у них точно противный, — согласилась она, косясь на этих великанов с опаской.
Сёдла у верблюдов находились между горбов, на высоте выше моей головы. Это не маленькие приземистые лошадки аборигенов. Даже породистые лошади мира Илуны уступали им в габаритах.
— Светлоликая госпожа, не просветите нас насчёт дороги? — спросил я. — Песчаные бандиты говорят, что Горячий Камень, куда нужно идти — это мёртвый город, и разлом там опасный. Вы уверены, что в следующий раз мы не окажемся посреди заснеженной равнины или в болоте, где живут только плотоядные демоны?
— Можешь звать меня Ива, — спокойно ответила она. — Пока мы не вернёмся в Илуну. Иринэ ведь говорила тебе, кто я?
— Называла оракулом. Только я не слышал, чтобы светлоликие поклонялись богам, а тем более, чтобы кто-то делал предсказание от их имени.
— Боги здесь ни при чём, — она улыбнулась. — Оракулы — это те, кто в обмен на кое-что очень ценное для себя получают способность предсказывать будущее.
— Если они обладают таким замечательным даром, то нельзя бы заранее говорить, что нас ждёт? И насчёт Мёртвого… то есть Горячего Камня, вы ошиблись.
— Не веришь? — её взгляд стал лукавым.
— Верю, но хотелось бы получить больше практической пользы от такого редкого и полезного дара.
— Ещё больше? — она слегка наклонила голову. — Могу точно предсказать, как мы вернёмся в Илуну.
На минуту повисло молчание, нарушаемое только противным голосом верблюдов, то ли протестующих, что их нагружали тюками, то ли требовавших больше воды.
— И как же? — все же спросил я, когда Зои незаметно ткнула меня пальчиком в бок.
— С помощью путевого кристалла, — охотно ответила Ива. Она подтянула дорожную сумочку и погладила её. — У меня их два, на всякий случай.
Я махнул рукой, решив не разговаривать с этой наглой особой. По взгляду вижу, что она над нами издевается. Лагерь к этому времени был почти полностью разобран. Казалось, что песчаные бандиты никуда не спешили, но при этом работали слаженно. Последним элементом они убрали навес над нами и скатали жёсткое одеяло, на котором так удобно было сидеть.
Забраться на спины верблюдов — можно смело назвать небольшим подвигом, но это было не самым страшным. Хуже всего то, что дорога предстояла долгой и утомительной. Корабли пустыни по рыхлому песку шли уверенно, но неспешно, словно никуда не спешили. Время от времени кто-то из демонов, ехавший впереди растянувшегося каравана, спешивался и шёл пешком. Мне казалось, что это бесполезное занятие и так он ноги разминает, но остальные спешиваться не спешили. Пару раз, когда участки барханов внезапно уступали место ровной пустоши, нам попадались полуразрушенные дома и какие-то постройки, от которых остались лишь куски стен. Иногда в таких местах росли небольшие скрюченные деревца с бедной листвой и колючие кустарники. Такие своеобразные проплешины в пустыне тянулись примерно на километр, затем снова переходя в высокие барханы.
На ночлег мы остановились, когда солнце начало клониться к закату. Подгадали выйти как раз к ровному участку пустыни с несколькими разрушенными домами, точнее, полуразвалившимися стенами. Ночь в этих краях наступала стремительно и была неприятно холодной. Глава песчаных бандитов выдал нам громоздкую лампу с треснувшим стеклянным колпаком и небольшой запас вонючего масла, пообещав, что его хватит до самого утра. А ещё выделил несколько тёплых одеял, чтобы мы не замёрзли насмерть. Странно, что демоны палатки ставить не хотели, заночевав прямо на вещах. А так как доверия между нами не было, пришлось Ханне дежурить первую часть ночи, а мне вторую, встречая рассвет. И если Ханна и Зои могли прижаться ко мне и укрыться покрывалом, то Иве пришлось заворачиваться сразу в три тёплых одеяла и спать сидя, прислонившись спиной к куску полуразрушенной стены. При этом трудности оракул переносила стойко, не жаловалась, даже находила в этом что-то позитивное. Иногда улыбалась своим мыслям, словно строила планы на ближайший день, которые обязательно должны увенчаться успехом.
Кит не врал, когда говорил, что до мёртвого города мы доберёмся к полудню следующего дня. Как не обманывал с тем, что пустыня не закончится и город она почти полностью поглотила. Когда барханы начали уходить и впереди показалось что-то похожее на разрушенные стены домов, я не придал этому значения. Но мы всё шли, а развалины не приближались. Просто они оказались гораздо больше, чем могло показаться с самого начала. Тем, что мы увидели издалека, оказались части городской стены, возвышавшиеся над песком на несколько метров. И в центре стены зияла огромная дыра. Караван постепенно сбавил ход и остановился как раз перед проломом. Идти дальше никто не хотел, ни демоны, ни верблюды, на которых они ехали.
— Нам точно туда надо? — спросил я у Ивы.
— Скорее всего, — как-то флегматично ответила она.
Мы стояли в разломе, глядя на крыши домов или того, что от них осталось. Толщина городской стены была метров шесть, не меньше, а насчёт высоты сказать сложно из-за песка. Но если перед нами были крыши хотя бы двухэтажных домов, то стена возвышалась метров на десять.
— Гиблое место, — послышался в давящей тишине голос Кита. — Разлом там, у дворца владыки.
Я тоже мог почувствовать отдалённый отголосок разлома, но идти к нему почему-то не хотелось. Со мной такое впервые. Смотришь на город и понимаешь, что входить на его территорию не хочешь. Первой пример подала Ива. Поправила заплечную сумку, перекинула через плечо связанные хитрым образом одеяла и направилась к спуску.
— Спасибо, что проводили, — сказал я Киту, протягивая самый маленький из энергетических кристаллов, что были у меня. — Держи.
Знаю, что они бандиты, но оказавшиеся в нужное время в нужном месте. И едой они с нами поделились, и одеяла тёплые дали в дорогу. Мало ли, может, ещё раз в этом мире окажемся. Драгоценными камнями никого не удивить, как и золотом, а вот энергетические кристаллы в далёких мирах высоко ценятся. Демоны умеют накапливать в них силу, а потом высвобождать в нужный момент. Одновременно батарейка и усилитель. Чем чище кристалл, тем больше можно поместить силы и легче её оттуда высвобождать. Иногда такой прикручивают к артефакту, но в принцип работы я не вникал. Жаль, люди подобного не умеют, я пытался пару раз, но заканчивалось всё расколотыми кристаллами, которые обошлись Беате в круглую сумму. После этого она меня к ним не подпускала. А вот зачем они светлоликим, я пока не знал, но думал, что это как-то связано с путешествиями между мирами.
Кита такой подарок сильно удивил. Он, словно не веря своим глазам, посмотрел на кристалл, затем на меня.
— Бери, мне не жалко, — отмахнулся я. Взвалил потяжелевшую сумку на плечо. — За платок спасибо.
Кит мне утром длинный платок подарил, чтобы я его повязал как тюрбан. В нём было не так жарко, как под капюшоном плаща. Хотя кожа вокруг глаз всё же болела от нахождения на солнце.
— Мы отойдём на север, — сказал он, пряча камень в маленький мешочек, который носил на шее, на коротком шнурке. — Постоим там до следующего утра и вернёмся сюда. Если у вас ничего не получится, проводим в большой город на севере.
— Договорились.
Развернувшись, я поспешил следом за Ивой, успевшей не только спуститься с насыпи у стены, но и добраться до крыши какого-то большого здания. Если в здании пусто́ты сохранились, и её сейчас зыбучий песок поглотит, будет печально. Попробуй потом объясни в Илуне, куда мы дели оракула. Можно, конечно, сказать, что мы разминулись и нас закинуло в пустыню, а её мы в глаза не видели, но боюсь, что нам не поверят. Половина светлоликих видела, как она нам с Зои браслеты со звёздным камнем давала.
До дворца местного правителя мы дошли без приключений, хотя песок под ногами угрожающе шуршал, а со стороны домов слышалось, как что-то осыпается. Ветра, кстати, в городе практически не было, но при этом дворец с южной стороны был капитально занесён песком, едва не под крышу. С севера можно было увидеть пустые и тёмные оконные провалы. Над центральной частью всего комплекса возвышался пузатый купол, где и находился разлом. Ива добралась до дворца первой, остановившись рядом с балконом, который раньше возвышался над городом, а сейчас медленно погружался в песок. Светлый мрамор балкона неплохо сохранился, в отличие от стен дворца. Несколько разноцветных кусочков на стенах указывали на то, что раньше тут была мозаика или что-то похожее.
— Жутью веет от этого разлома, — сказал я, подходя к Иве.
— Потому что он постоянный, — задумчиво отозвалась она, глядя в непроглядную темноту дворца.
Песка внутри было много, до самого дверного проёма, но ни остатков мебели, ни разнообразной утвари, вообще ничего. Думаю, что, когда дворец покидали, отсюда забрали всё, что можно было унести, включая двери вместе с косяками.
— Когда разлом долго активен, он начинает пожирать любую жизнь, — добавила она. — Поэтому живые существа чувствуют опасность и стараются держаться от таких мест как можно дальше.
— И что, он появился прямо посреди дворца? Никто не пробовал его закрыть?
— Когда его открыли с той стороны, здесь уже была пустыня, — она почему-то улыбнулась. — И этому миру очень повезло, что песок решил поглотить город. Демоны, живущие здесь, думают, что это катаклизм и беда, но, на самом деле, это спасло им жизнь. А вот те, кто открыл разлом, могли бы и закрыть его за собой. Мерзкие твари.
Последнее она произнесла с презрением. По-моему, это была первая негативная эмоция за всё путешествие.
— Зато теперь у нас есть кратчайшая дорога в отдалённые от Илуны миры, — на её лицо вернулась улыбка. — Проводники дома Эервен будут добираться неделю, а мы будем на месте уже завтра. Смелее, опасности нет ни с этой стороны, ни с той.
Ива направилась в темноту, вынув из сумочки знакомый светящийся кристалл. Под её ногами песок на мраморном полу противно скрипнул, и этот звук эхом отразился от голых стен. Она неплохо ориентировалась внутри дворца, долго шла по узкому тёмному коридору, затем спустилась по лестнице на второй этаж и двинулась вглубь дворца. Зои крепко держала меня под руку, с опаской озираясь по сторонам. Пару раз по пути попадались пустые постаменты, где раньше стояли статуи или большие каменные вазы. Пугала не темнота и тишина, а ощущение пустоты, словно вокруг действительно не осталось ничего живого.
Миновав очередной коридор, мы неожиданно вышли в огромный зал. Из-за темноты я не мог сказать, насколько он большой, овальный он или квадратный. В центре, между колонн, поддерживающих свод, находился гудящий разлом. Вертикальная багряная полоса, освещающая раскрошившийся мраморный пол в радиусе пары метров.
— С той стороны ещё один мёртвый город, — сказала Ива, решительно направившись к разлому. Я и сказать ничего не успел, а она уже растворилась в темноте, забрав с собой крошечный источник света.
И снова короткое падение в темноту. В этот раз накатило чувство, как будто ты прыгаешь со второго этажа на твёрдую землю. Короткий миг падения, и удар по пяткам, возвращающий тебя к реальности. Пришлось постоять несколько секунд, чтобы привыкнуть к новой обстановке. Я оказался в небольшой комнате, где царила разруха. Мебель переломана, на полу осколки фарфора и витражных стёкол, дверной проём справа капитально завален мусором и ещё обломками мебели. Попасть в комнату можно было только через окно. Оглядевшись, я сразу понял, что рядом никого нет.
— Чёртовы разломы! — в сердцах сказал я. — Зои! Ханна!
— Я здесь, — послышался голос Айн Ханны со стороны заваленной двери.
— А где мы? — голос Зои прозвучал тоже со стороны дверного проёма, но откуда-то сверху. — Где разлом?
— Выбираемся на улицу, там разберёмся. Никто не замурован? Госпожа Ива?
— Она на улице, — подсказала Ханна, заглядывая в мою комнату сквозь щели в завале.
В общем, угодили мы в трёхэтажный каменный дом, один из многих, плотно стоявших на узкой улочке. Мне повезло оказаться на втором этаже прямо над небольшим козырьком, поэтому спуститься было не сложно. Девушки просто вышли сквозь проём окна или витрины, так как первый этаж дома представлял собой торговую лавку. Узкая улочка, мощёная хорошим камнем, убегала в две стороны от нас.
— Ещё один мир с дырой? — спросила Зои, подходя ко мне и показывая на небо.
Вопрос был не праздным, так как небо закрывали тяжёлые серые тучи, отчего всё вокруг теряло насыщенность.
— Не похоже, — я показал на обломки двери в соседний дом и зелёную траву, растущую прямо на груде мусора рядом. В отличие от мира с дырой, здесь цвета не казались блёклыми. — Тут просто пасмурно.
На ступеньках лестницы, через два дома от нас, сидела госпожа Ива, разглядывая верхние этажи ближайших зданий и саму улицу, словно пыталась сориентироваться.
— Я знаю этот мёртвый город, — сказала Ханна. — Большой и пустой. Если идёшь к мирам Зелёных Гор или обратно, обязательно попадёшь сюда. Торговцы часто путешествуют этой дорогой.
— Понятно, — сказал я, жестом показывая в сторону оракула.
Когда мы подошли, она листала маленькую записную книжку. Я заметил ровные строчки на светлом языке и неплохие наброски домов и городских улиц.
— Мы там, где надо? — уточнил я.
— Определённо, — кивнула она. — Нам нужно выйти на центральную площадь и пройти по северной улице девять кварталов.
Оторвавшись от записей, она, как и Зои, показала на небо.
— Осталось понять, где здесь север и в какой стороне центр города, — Ива постучала пальчиком по одному из рисунков, изображающему обломанную каменную стелу. — Может, забраться на крышу одного из домов?
— Ханна, ты в этом городе была? Где здесь центр?
— Там, — она показала дальше по улице.
— Центр — в той стороне, — сказал я Иве. — А где разлом, через который мы прошли? Закрылся?
— Он в восточной части города, — сказала она, убирая записную книжку в сумку. — От центральной площади нужно идти по главному проспекту, и не ошибёшься. Только обратно мы пойдём другой дорогой, чтобы не возвращаться в пустыню. Всего один переход, и уже можно использовать путевой кристалл.
— Что? — я посмотрел на протянутую ладонь.
— Я ногу подвернула, — неохотно призналась Ива и насупилась.
Я помог ей встать, но на силе воле она прошла лишь несколько шагов и едва не упала, запрыгав на одной ноге. Не знаю, что на меня в этот момент нашло, но злость накрыла такая, что даже в глазах потемнело. Мне эта прогулка по тёмным мирам с самого начала не понравилась, и чем дальше мы уходили, тем больше недовольства скапливалось внутри. Даже захотелось придушить Иву и с чистой совестью пойти обратно. В глубине сознания понимаю, что это всё полная ерунда и мелкие проблемы, но на фоне неприязни к светлоликим просто переклинило. Бросив свою сумку на землю, я повернулся к Ханне.
— Нет, ты не подойдёшь, прибьёшь ещё… — поморщился я. — Зои, иди сюда.
— Вася, у тебя лицо ещё более красное, чем было. Хочешь, мазью намажу?
Судя по взгляду, она понимала, что покраснел я вовсе не из-за солнца.
— Ударь меня, — попросил я, касаясь левой щеки.
— Зачем? — не поняла она. — Ой, нет, это глупая идея.
— Так надо.
— Не поможет ведь, — как-то странно сказала она.
Ещё раз посмотрев на меня, Зои вздохнула. Я не увидел замах, почувствовал только, как щёку обожгло, а в голове зазвенело, и улица перед глазами поплыла. Это была пощёчина, но учитывая, насколько у неё тяжёлая рука, получилось очень больно.
— Лучше бы я Ханну попросил, — зажмурившись, сказал я, пытаясь прийти в себя.
— Полегчало? — с сочувствием в голосе спросила она.
— Нет. Стало только хуже.
К злости добавилась боль и чувство раздражения. Взгляд Зои говорил, что она предупреждала.
— Если нужно, я тоже могу стукнуть, — послышался робкий голос Ивы. Не знал, что она может говорить в такой манере. Здесь талант нужен, чтобы звучало не фальшиво. — Говорят, что у меня хорошо получается.
— Лучше молчи, — сказал я. — И так нервы ни к чёрту, а тут ещё сплошь мёртвые города и…
Набрав в грудь побольше воздуха, я с шумом выдохнул. Пройдя к ней, повернулся спиной. Ива портить моё настроение ещё сильнее не собиралась, поэтому позволила нести себя на закорках. Кстати, она оказалась довольно лёгкой для двадцатилетней девушки.
Минут двадцать мы молча шли в сторону центра города. Ощущение такое, словно на кладбище попали: ни писка крыс, ни чириканья птиц. Мрачная атмосфера. Зато погода не подкачала. Несмотря на пасмурное небо и скрывшееся за облаками солнце, день выдался тёплым. Лёгкий ветерок с едва уловимым запахом пыли. Странно оказаться в большом каменном городе, где ничем не пахнет. В той же Хуме есть парочка настолько смердящих кварталов, что слабым людям и впечатлительным демонам лучше не заходить. И я совсем не про ремесленную улицу кожевников.
— Хочешь, расскажу историю города? — спросила Ива. — Раньше это был светлый мир, населённый людьми.
— Не интересно.
— И как-то раз посреди крупных городов начали открываться разломы, из которых появилась армия синекожих ящеров, — не услышав меня, продолжила она. — Это ведь не красный мир, где каждый второй человек обладает даром от рождения, почти как демон. Люди здесь жили слабые, как и их правители.
— Потом демоны съели всех людей и сдохли с голоду, — проворчал я.
— Армия ящеров задержалась здесь ненадолго и ушла дальше. Куда именно они шли и какую цель преследовали, никто не знает, но край этой армии около тридцати или сорока лет назад зацепил миры Зелёных Гор. После этого ящеров никто не видел, до недавнего времени. И таких, как этот мир, очень много. Где-то людей почти не осталось, а где-то они сумели спрятаться и выжить.
Мы дошли до широкого проспекта, ведущего к центру города. Половина домов здесь была разрушена, словно кто-то хотел перегородить проход, создав высокие завалы. Пришлось делать небольшой крюк и обходить по соседней улице.
— Оставаясь в городе, ящеры открыли около пятнадцати проходов в соседние миры, — продолжила Ива. — Никто не знает, какой магией они пользуются, но разрывы не затягиваются даже спустя столько лет. Закрыть их можно, если сделать это одновременно с двух сторон. Именно поэтому так сложно остановить их войско. Мало дойти до разлома, откуда они выходят, нужно нырнуть туда и заблокировать его изнутри. Даже если попытаться запечатать мир, то это не даст никому из него выйти, но они по-прежнему смогут заходить внутрь.
— А нельзя собрать сотню сильных магов из числа светлоликих и разбить эту армию? — спросил я. — Неужто сотни не хватит, чтобы раздавить каких-то ящериц?
— В храме Илуны хранятся записи о сорока тысячах только светлых миров, — сказала она. — И мы должны помогать им всем?
— Хотя бы ближайшим.
— У Илуны нет ближайших миров, — её голос стал наставительным. — Мы как огромный корабль спускаемся по великой реке. Раз в несколько десятков лет причаливаем к берегу, чтобы поделиться знаниями с теми, кто живёт поблизости. Уже скоро мы поплывём дальше, и те миры, до которых можно было добраться с помощью путевых кристаллов, станут недосягаемо далеки. Поэтому мы стараемся не вмешиваться в дела людей или демонов, что живут поблизости.
— Как же тогда объяснить, что демоны, живущие в том мире, откуда нас с Зои вытащили, знают о вас несколько сотен, если не тысяч лет?
— А, группа миров, в которых находятся храмы белоглазых Дами, — она, скорее всего, закивала. — Какую бы аналогию использовать?.. Представь, что наш корабль тащит их за собой на привязи. Непосвящённому человеку понять это сложно, но поверь, я сейчас очень близка к истине.
— И ты так спокойно об этом рассказываешь человеку? — ехидно заметил я.
— Почему нет? — удивилась она. — В моих словах нет тайны, и об этом все знают. Как ты думаешь, почему мы не можем легко открыть проход в твой родной мир и не пользуемся для этого путевыми кристаллами?
— Почему же тогда для нашего мира сделано такое большое исключение? — спросил я. — Если мы от вас так далеко, зачем лорд Азара отдал целый дворец рядом со столицей, чтобы поселить в нём несколько сотен людей из нашего мира?
— А вот на этот вопрос я ответ не дам, — твёрдо сказала она. — Скажу лишь, что таких, как ваш мир, невообразимо мало. Из сорока тысяч записей, о которых я говорила, лишь две могут посоперничать с вашим в уникальности. Лорд Азара лично заинтересован в его изучении. Он получил на это одобрение у Императора, поэтому и отдал свой дворец под нужды людей.
Хотелось сказать, что это просто верх лицемерия длинноухих. Втереться в доверие людей, а потом уничтожить целый мир ради одного кристалла.
— Говоря о нашествии ящеров, — продолжила Ива, — кое-что мы можем сделать, чтобы помочь светлым мирам в этой области. Ты спрашивал, может ли знание будущего быть полезным. Так вот, владыка демонов, к которому мы идём, сыграет ключевую роль и станет решением проблемы с синекожими ящерами. Когда Илуна отправится дальше, они уже не будут представлять угрозу для светлых миров.
Думаю, что император светлоликих не стал бы так просто отправлять настолько ценного подданного, как оракул, в подобную экспедицию. Непонятно только, почему они решили помочь с их политикой невмешательства? Недоговаривает госпожа Ива об основных мотивах. Точнее, о них она вообще ничего не сказала. Зная прогнившую натуру длинноухих, уверен, что они и не почешутся, если проблема не будет касаться их лично.
— Хорошо, — сказал я, перехватив её удобнее, и даже шаг ускорил.
— Что именно «хорошо»? — уточнила она.
Я вопрос проигнорировал. Главное я услышал. Не знаю, какую цель преследуют светлоликие, но если они остановят нашествие ящеров, то я готов потерпеть. Даже помогу немного. Только потом, когда вернёмся в Илуну, обязательно просверлю в вашем светлом корабле пару дыр. А ещё лучше — взорву храм. Нужно только узнать, как они попадают в Хуму, если нам придётся срочно убегать.
⠀⠀
Когда Айн Ханна рассказывала о жутких картинах мёртвых городов, я представлял всё несколько иначе. Выходя на центральную площадь с узкой боковой улочки, можно было увидеть огромную стелу из красного мрамора. В прошлом она должна была возвышаться метров на пятнадцать, но сейчас была сломана почти у основания. Падая, это громадина перечеркнула площадь, разрушив чашу фонтана и мраморные ступени, ведущие к величественной арке главного проспекта. Но поражало вовсе не это, а гора костей высотой с двухэтажный дом и расползшаяся едва ли не на треть площади. При этом сама площадь была чистой, если не считать разбросанных камней и мелкого мусора. Ящеры как будто специально убрали всё лишнее и выложили курган из костей. Напоминало какой-то жуткий ритуал.
Площадь мы обходили по краю, стараясь как можно быстрее проскочить открытый участок. Северная улица, о которой говорила Ива, представляла собой некогда богатый квартал, полуразрушенный и основательно разграбленный. Имея под рукой стабильный разлом, ведущий в большой город, демоны не упустили возможности и унесли отсюда всё, что представляло хотя бы какую-то ценность. Странно, что отряды мародёров до сих пор не бродят по округе в надежде найти то, что проглядели остальные.
— Почему нет мародёров? — спросил я у Ханны, идущей рядом. — Торговцы же проходят через город, поэтому о нём должны знать.
— Здесь небезопасно, — ответила она. — Говорят, что разломы перестали пускать тех, кто брал вещи у мёртвых. Они просто исчезали и не выходили с той стороны. Никто из тех, кого я знаю, не решался проверить этот слух на себе.
— А какой дорогой работорговцы обычно ходят?
— На запад от центральной площади. Мы всегда старались покинуть город как можно скорее. Многие разломы ведут в места, где ждёт только смерть.
— Как в ту же пустыню, — кивнул я. — Надеюсь, светлоликая госпожа знает, куда ведёт нас.
Пройдя ещё несколько кварталов, мы свернули в неприметную подворотню, похожую на каменный мешок с клочком неба над головой. Разломов поблизости не было, в отличие от неприятного чувства, что за тобой следят.
— Надо подождать, — сказала Ива, когда я помог ей сесть на ступеньки рядом с заваленным проходом в один из жилых домов. — Разлом появляется несколько раз в день и очень быстро исчезает. Нужно успеть прыгнуть в него, иначе придётся ещё ждать. Не сомневайся, я знаю дорогу. Моя наставница оставила очень подробные записи. Если повезёт, то разлом в нужный нам мир откроется в ближайшее время. В противном случае придётся сидеть здесь до утра. Можно пойти ещё одной дорогой, но это большой крюк через густой, непроходимый лес.
— В ближайшее время, это когда? — уточнил я, на что оракул развела руками. — Понятно.
Я прошёл к Зои, успевшей постелить два одеяла на ступеньки соседнего дома. Ханна снова куда-то пропала. Вроде была рядом, складывала сумки, а стоило на секунду выпустить из поля зрения, как она исчезла. Интересная особенность, полезная для убийцы и диверсанта. Надо будет расспросить подробнее, когда представится случай.
Пока я разглядывал окружающие дома, Ива сняла сапожок и длинный чулок с больной ноги. Полила из фляги немного на стопу, аккуратно протёрла платочком и нанесла мазь из маленькой серебряной баночки. Судя по наливающейся опухоли, лодыжку она потянула знатно. Даже со стороны было заметно, как припухло вокруг и уже покраснело. Через пару часов появится синяк.
От пустынных бандитов у нас остался запасной длинный отрез светлой ткани для тюрбана, из которого вышла отличная повязка. Нужно было только разрезать правильно.
— Давай помогу, — сказал я, подходя к Иве. — И ногу повыше надо поднять, чтобы отёк меньше был. Хорошо бы ещё лёд приложить.
— У меня мазь хорошая, — сказала она, позволив, чтобы я наложил повязку. — Через пару дней пройдёт.
— А магии целительной нет?
— Такой не бывает, — улыбнулась она. — Магия может только разрушать.
— Я всё не могу понять, почему ваш Император отправил такого важного для себя человека в тёмные миры? Точнее, важного светлоликого. Не по должности оракулу по мёртвым городам шастать. Это вполне мог выполнить любой из лордов. Тот же Азара или Эервен, они бы любого владыку демонов уговорили помочь, и он бы им ещё должен остался. Демоны по большей части глубоко патриархальны и женщину… девушку могут просто не выслушать. А чтобы на него надавить, у нас сил маловато будет. Или это предсказание такое? Зайди в гости к великому демону, и проблема сама рассосётся?
Ива промолчала. Протянула мне маленькую заколку, чтобы зафиксировать повязку.
— Если нам в тёмном мире куковать неделю, пока не появится храмовая стража, лучше скажи сразу. У меня с собой немного золота есть, можно будет тихий домик арендовать.
— Чем быстрее встретимся с владыкой, тем лучше, — сказала она. — Ждать никого не придётся.
— Пусть так. Если что, Зои его просто взорвёт. Сапог надевать обратно не надо, он уже не налезет.
Минут через двадцать вернулась Ханна. Выглянула со второго этажа дома, прямо над нами. Перебравшись наружу, легко спрыгнула.
— Тихо вокруг, — сказала она. — Ближе к центру города кто-то есть, возможно, торговцы. По крышам туда не пройти, но мы им точно не интересны.
— Здесь воды где-нибудь набрать можно? — спросил я. — Хотя бы умыться и пыль смыть. Или она тут отравлена?
— Не знаю, но лучше не рисковать…
В этот самый момент послышался хруст, и прямо в закутке, где мы сидели, появился разлом. Просто вспыхнул, как будто кто-то щёлкнул выключателем.
— Не вовремя, — проворчал я, запихивая разложенные вещи обратно в сумку. — Ханна, хватай оракула и прыгай в разлом. Я сумки возьму. Зои, не отставай.
Я схватил все наши сумки в одну руку, Зои в другую и побежал к разлому, который уже замерцал, планируя исчезнуть так же внезапно, как и появился. Ханна успела сцапать Иву и нырнула в разлом как раз следом за нами.
Наверное, из-за спешки и сумбура, из разлома мы вылетели кубарем. Я повалился на сумки, а сверху на меня приземлилась Зои. Послышались проклятия со стороны Ивы, и разлом позади схлопнулся. Выкинуло нас в горах, на просторную площадку рядом с обрывом. Прямо перед нами была насыпь из камней, скатившихся сверху, чуть дальше виднелась тропа или что-то похожее. Встав, я огляделся, задрал голову, посмотрев на неестественное светло-фиолетовое пасмурное небо.
— Ну что опять? Если и ты ногу подвернула, я вас обеих не унесу.
Даже не заметил, когда Айн Ханна успела вцепиться в мою ногу, схватив так, что ни вырваться, ни убежать. И взгляд у неё такой, словно она привидение увидела.
— Ива! — повысил я голос.
— А что Ива? — отозвалась она, сидя на большой сумке и потирая ушибленную коленку. — Скалы, фиолетовое небо, мы именно там, где надо. По дороге наверх будет горная деревня, где правит владыка Малеф.
— Что за манера хватать за ногу? — сказал я Ханне, пытаясь поднять с земли. — Даже если этот мир крайне опасен и здесь живут злобные демоны, то после мёртвых городов я буду рад их видеть. Ну же, Ханна, соберись.
— Ты должен спасти их, — сказала она.
— Кого? — на всякий случай уточнил я.
— Всех их.
— Только не говори, что здесь живёт тот самый работорговец, владеющий тайной запретных символов. Что, правда? Ну, так в чём проблема? Мне нужно будет немного свежей крови демона, клыки, хорошая сажа и чернильные корешки. Можно будет обойтись только кровью и клыками, так как заготовка для чернил у меня есть, но не хотелось бы тратить на работорговца такой хороший материал. Как только найдём нужные ингредиенты, свяжем твоего демона и испортим всё, что у него на спине намалёвано.
— Правда? — спросила она с какой-то детской наивностью.
— А зачем усложнять? Надо будет только с охраной разобраться, если она есть.
— Я разберусь.
— И работорговца, конечно же, зовут Малеф? — уточнил я, на что она кивнула. — Да уж, везёт нам, как утопленникам.
Ханна взяла себя в руки, отпустила мою ногу, встала и посмотрела вверх по склону, куда уходила дорога. При этом радужка её карих глаз начала медленно меняться на фиолетовую, очень напоминающую цвет местного неба. Подняв сумки, она первой направилась к большим камням, преграждающим проход. Сидеть на краю обрыва смысла не было, поэтому я снова взгромоздил Иву на спину, и мы направились вверх по дороге. То ли от постоянных прыжков по мирам, то ли от высоты, но на тело навалилась усталость. Из-за плотных туч сложно сказать, сколько сейчас времени, но мне показалось, что солнце клонилось к закату.
— Ты знаешь, что люди не умеют менять цвет глаз? — сказала Ива, удобно устроившаяся у меня на спине.
— Может, и умеют, — отозвался я. — Ты же не всех людей видела.
— Не всех, — согласилась она. — Но цвет глаз — это как цвет волос, его нельзя менять по желанию, и он не зависит от настроения. Малышка Зои — человек, хотя многие из зала Мудрости со мной бы поспорили, утверждая, что способности и дар не передаются от родителей к детям. Начали бы выдвигать теории, что в их роду обязательно должны быть демоны.
— А светлоликие к кому себя относят?
— К иным, — ответила она. — На данный момент известно о трёх таких расах: дами, светлоликие и… не важно. Встретить третью расу ныне нельзя.
— И почему Ханну нельзя отнести к тем же «иным»?
— Потому что это понятие более глубокое, чем простое умение изменить цвет радужки или способность избегать магии.
Пару минут мы шли молча. Зои наверняка слышала, что говорила Ива, так как шла в паре шагов позади. Надеюсь, у неё не возникла мысль съесть оракула прямо сейчас.
— А что такое «однокрылая бабочка»? — спросила Ива. — И почему она «пылающая»?
Хорошо, что я под ноги смотрел, а то упал бы от такого неожиданного вопроса.
— Лучше Вам этого не знать.
— Почему? — в её голосе звучало любопытство.
— Потому.
— Но интересно же.
— Это такой подарок, — ответил я. — Который дарят болтливым девушкам.
— Не люблю подарки, — призналась она. — Мне никогда не дарили ничего хорошего. Вообще никогда.
Подниматься по крутой дороге, зажатой между скалами, было не так просто. Мешал встречный ветер, иногда налетающий такими порывами, что едва не сбивал с ног. Если солнце двигалось к закату, что очень вероятно, то стоило найти какую-нибудь пещеру для ночлега.
— А почему бабочка однокрылая? — спросила Ива, нарушая молчание. — Она же летать не сможет.
— Это старая магия, могущественная, но глупая, — ответил я. — Мужчина и женщина, решившие связать свои судьбы, наносили себе символы однокрылых бабочек. Это несло глубокий смысл, говорящий, что вместе они могут летать, а поодиночке погибнут. А глупый этот символ только потому, что, когда один из супругов умирал, второй сгорал от лихорадки и жара буквально за пару дней. Поэтому бабочка называется пылающей. Редко, но бывает так, что женщины умирают во время родов. И что, дети останутся сиротами только потому, что их родители связали свои судьбы? Или мужчина мог глупо погибнуть на охоте или на войне. Понимаю, что скорбь и всё такое, но если их детям всего год отроду или два, что делать?
— Глупый символ, — согласилась Ива. — Но он бы прижился в Илуне. Да, определённо стал бы самым востребованным. Чтобы супруги не травили друг друга, деля наследство или в погоне за властью. И убрать его нельзя?
— Силы на это хватит только у верховной жрицы дами, — ответил я, не став уточнять, что дело не столько в силе, сколько в понимании оной. Для того, чтобы легко стирать символы, связанные кровью, нужно уверенно читать шестую молитву.
— И ты хочешь подарить мне этот символ? — лукаво спросила она.
— Я, если ты не заметила, молчал.
Нужно быть не в своём уме, чтобы связать себя с такой, как она, подобным символом. Уж лучше использовать обычный рабский знак, делающий всё то же самое, только эффективнее и не убивая хозяина при смерти подчинённого. Ива ведь не глупая девушка, какой хочет казаться. Если она что-то говорит, к этому не стоит относиться легкомысленно.
До города мы шли часа три, поднимаясь всё выше в горы. К концу дороги я так вымотался, что готов был заночевать за первым попавшимся большим камнем у дороги. Зои тоже шла тяжело, и время от времени от неё тянуло силой, словно она подгоняла себя. Не показывала усталости только Ханна, идущая так, словно хорошенько отдохнула и только что вышла на лёгкую прогулку. Чем выше мы поднимались, тем у́же становились ущелье и дорога. Когда между отвесными горами осталось метров пятнадцать, за очередным поворотом появилась городская стена. Не очень высокая, всего метров шесть, но она полностью перегораживала ущелье. Темнело быстро, поэтому ворота были закрыты, но то ли для поздних гостей, то ли специально для нас приоткрыли калитку. Пара крепких мужчин, вооружённых короткими копьями, ждали прямо у стены. Возможно, они неплохо видели в темноте, так как ни лампы, ни стойки с факелом рядом не было.
Ханна ускорилась, чтобы первой подойти к ним. Она что-то тихо сказала, затем жестом остановила одного из мужчин, хотевшего забрать у неё сумки. Зато калитку для нас открыли шире, чтобы можно было спокойно войти в город. Для горной деревушки поселение было слишком велико. Скорее, это был настоящий город. Я немало удивился, увидев длинную улицу, уходящую наверх, и аккуратные одноэтажные домики. Со стороны подъёма и не скажешь, что сразу за стеной горы расступаются, образуя большую чашу, укрытую от ветра и посторонних глаз. Из-за позднего времени горожан на улице совсем мало, но во многих окнах горит свет и слышатся приглушённые голоса. Может, из-за особенностей застройки или расположения самого города, но дым из печных труб и отверстий для очага поднимался, а не заполнял улицы.
Айн Ханна в городе ориентировалась, пройдя сначала по главной улочке немного вверх, затем свернула на одну из боковых. Когда мы добрались до большого дома на окраине, окончательно стемнело. У дверей нас уже ждала статная женщина в шерстяном платье и таком же платке на плечах. Обрадовалась, увидев Ханну, и поспешила обнять её.
— Проходите, проходите, — она жестом пригласила нас в дом.
Сразу за хлипкой дверью начиналась гостиная с массивным столом из тёмного дерева и парой лавочек. В углу помещения, в плетёной корзине лежала светлая пушистая шерсть, с которой работали до появления гостей. Из прохода в дальние комнаты, сдвинув занавеску, появилась девочка лет десяти с тарелками и кружками. Улыбнувшись нам, подбежала к столу, чтобы всё расставить.
— Гостевая комната, — сказала хозяйка, показывая на проход. — Я провожу, чтобы вы смогли оставить вещи.
Под гостевой подразумевалась небольшая квадратная комната, разделённая на две зоны. Две трети занимал деревянный подиум, приподнятый сантиметров на тридцать. На нём уже лежали три матраса и высокая стопка шерстяных одеял. В помещении было тепло по сравнению с улицей, но деревянные ставни на небольшом окошке не внушали уверенности, что так будет до самого утра.
Хозяйка и две её дочери, десяти и одиннадцати лет, внешне очень походили на Ханну. Та же бледная кожа, самые обычные черты лица, карие глаза и русые волосы. У каждой был шерстяной платок с уникальным рисунком из широких разноцветных линий. Нас они встретили тепло, накормили горячим ужином в виде овощного рагу и терпким, но приятным на вкус травяным чаем с молоком. А ещё хлеб у них был необычным, из коричневой муки. Бутерброды с местным сыром получились особенно вкусными.
Подъём в горы утомил всех, поэтому едва мы добрались до гостевой комнаты, свалились без сил. Ханна говорила, что в городе безопасно и можно спокойно выспаться. Сама же она осталась в гостиной, чтобы поговорить с хозяйкой, которую звали Ийши. Ханну же она называла сестрой Ан. Уже засыпая, я подумал, что не поговорил с Зои, чтобы она ночью не успела добраться до светлоликой.
За ночь так ничего и не случилось, хотя я просыпался пару раз от звуков, доносившихся с улицы. То камень где-то упадёт, то животное какое-то жалобно заблеет вдалеке. Утро же выдалось прохладным, поэтому одеяла оказались как раз кстати. Хотелось укрыться с головой и поспать до самого обеда, но пришлось вставать. После вчерашней прогулки ноги у меня гудели как после изматывающей тренировки. Сегодня на спине Иву я таскать не собираюсь. Надо стул подходящий найти, пусть на нём катается. Она, кстати, спала беспокойно, но даже не проснулась, когда я вставал. А вот Зои — ранняя пташка. К этому времени успела не только переодеться и умыться, но и помочь с приготовлением завтрака.
Завтракали плотно, отварным мясом, очень нежным и вкусным, и жирной кашей из того же коричневого зерна, из которого пекли хлеб. Ещё были маленькие варёные яйца, которые имели странный вкус и очень нравились дочкам хозяйки. Ханна появилась только к концу завтрака. Как всегда невозмутимая, со взглядом фиолетовых глаз, которые со вчерашнего дня стали ещё ярче. Не удивлюсь, если они светятся в темноте, как у кошки. Позавтракав, она убежала, сказав, что нужно закончить пару важных дел перед тем, как выдвигаться дальше.
Если говорить об Иве, то к утру щиколотка у неё сильно распухла, а тёмный синяк указывал на серьёзное растяжение. Она крепилась, стараясь не унывать, но уже не так уверенно, как накануне. За завтраком слегка поковырялась в еде, но почти ничего не съела.
— Хочу вернуться к вчерашнему вопросу, — сказал я, подсаживаясь ближе к Иве. — Уверена, что местный владыка сможет помочь? И если может, то чем именно? Мне кажется, что демон, живущий в горах, в бедном городке, может над нами только посмеяться.
— Надо с ним поговорить, — сказала она.
— Это я уже слышал. Видишь ли, по словам Ханны, твой владыка — это злобный демон, работорговец, с которым мне нужно свести счёты. Именно поэтому важно знать, чем он может помочь, прежде чем мы свернём ему шею.
— Не знаю я! Не знаю!
Она внезапно рассердилась, но быстро взяла себя в руки. Добавила что-то на светлом языке, затем вздохнула.
— Придушила бы того, кто ящеров с поводка спустил так не вовремя, — сказала она. — Он всё испортил, всё смешал в кучу. Чем дальше, тем больше изменений… Мне просто надо поговорить с местным владыкой, а потом делайте, что хотите.
— Это новый оракул сказал? — уточнил я.
— Ха! — она язвительно хмыкнула. — Чтобы стать оракулом, нужно пролить кровь. В том смысле, что лишиться возможности управлять силой.
Она подняла ладонь, над которой появилось несколько зелёных светлячков, закружившихся в причудливом хороводе. Можно было почувствовать, как рождается магия, почти как от слов, произносимых дами. Светлячки вспыхнули и рассыпались ворохом крошечных зелёных искорок.
— Всё, что могу сейчас — это читать осколки разбитого будущего. Я — как помутневшее зеркало, переставшее показывать отражение.
Она замолчала, поджала губы. Ещё раз протянула ладонь вперёд, схватила запястье второй рукой. Снова вокруг начала разливаться магия, немного сильнее, чем в прошлый раз. Светлячки над ладонью появлялись быстрее, но тут же вспыхивали ворохом искорок. Опустив руку, она помрачнела.
— Эти синие ящеры прогрызли десятки дыр вокруг Илуны, — неохотно сказала Ива. — Если двинуться дальше вглубь миров, они разорвут все проложенные связи. Всё настолько плохо, что император позволил… позволил заглянуть в будущее одному из приближённых. Тот увидел сотни, тысячи смертей и почти полное уничтожение одного из великих домов Илуны.
Я чуть было не сказал, что это отличные новости.
— Что ещё увидел этот приближённый? — спросил я. — И, если он знает, что произойдёт, не делает ли это его оракулом?
— Ты меня не слышишь, или ты просто глуп? — она смерила меня таким взглядом, что можно было и обидеться.
— Тогда объясни так, чтобы понял даже такой дурак, как я.
— Ладно, — она попыталась удобнее устроиться на лавке, поморщилась, когда пошевелила больной ногой. — Чтобы заглянуть в будущее, нужно владеть особой магией. Если использовать её не для себя, а для кого-то, то он просто увидит кусочек будущего, и всё. Только то, что будет происходить вокруг него. Глупая и бессмысленная трата ресурсов.
Она положила руку на стол, ладонью вверх. Над ней снова вспыхнул зелёный светлячок.
— А если использовать эту магию для себя, то получаешь возможность не только увидеть будущее, но и время от времени заглядывать в него. Если только оно не будет испорчено. Да, ты правильно мыслишь, любой, кто владеет этим заклинанием, может стать оракулом и получит эту способность. Я? У меня особый талант, я могу заглядывать очень далеко. Гораздо дальше, чем моя наставница и предшественница. Эти олухи? Они будут ещё две недели скакать по мирам, пока не поймут, что карта у проводников устарела. Викар будет в ярости. Это капитан храмовой стражи. Сложно сказать. Может и убьёт их, у него скверный характер. Не знаю, так далеко не вижу. Слишком долго объяснять. Доказать? Легко. Испуганная кошка, священное животное, смерть которой будет иметь печальные последствия для тебя. Лучше не проверять и отпустить её. Ты хочешь, чтобы я несколькими словами объяснила, как реагирует мироздание на разных идиотов, решивших, что они умнее, чем оно? Ещё глупые вопросы будут? Конечно, убьют, что же ещё. Как только вы вернётесь в Илуну. Потому что Зои не умеет использовать силу, а тем более скрывать её. Есть такой закон, запрещающий приводить кровавых ведьм в Илуну, как и не приводить разумных, способных сопротивляться воздействию магии. Неужто у тебя нет ни одного нормального вопроса?
Она даже руками всплеснула. На минуту над столом повисло молчание.
— Нет, своё будущее я не вижу, — ответила Ива на вопрос, который ещё не успел сформироваться в моей голове, но должен был прозвучать примерно так. — Теперь понятно, в чём разница между оракулом и тем, кто увидел частичку будущего? Задавай уже вслух, я мысли читать не умею.
Огонёк над ладонью Ивы вспыхнул в последний раз и рассыпался яркими искорками. Она пару раз сжала кулак.
— Перед тобой величайший дар мироздания открылся, а ты задаёшь дурацкие вопросы, — язвительно сказала она.
— И своё будущее ты не видишь? — спросил я.
Ива улыбнулась, показав пальчиком в потолок.
— Ладно, демоны с этим всем. Вернёмся к тому, с чего начали. Что такого увидел приближённый императора, что тебя отправили в эту дыру? Местный владыка знает какое-то особое заклинание, способное извести всех ящеров разом или закрыть те проходы, что они открыли? Или же он может созвать на совет владык всех ближайших миров и собрать огромную армию, чтобы расправиться с ящерами?
Моё предположение рассмешило Иву. Она так искренне смеялась, что и мы с Зои неосознанно улыбнулись.
— Конечно же, нет, — сказала она, утерев проступившую слезинку в уголке глаз. — Он знает причину, из-за которой всё началось. Устранив эту причину, мы избежим кризиса, всё очень просто.
— Так бы сразу и сказала, — кивнул я. — Значит, как только он эту причину назовёт и удовлетворит твоё любопытство, я могу с ним разобраться?
— Как только я с ним поговорю, делай всё, что хочешь, — сказала она. — Этот мир с фиолетовым небом нашла моя наставница. Согласно её записям, здесь живут опасные демоны, способные сопротивляться воздействию магии. Если ты не лорд Азара, то сражаться с ними будет не просто, но ты можешь рискнуть.
— Не боишься, что я втяну тебя в разборки с этими опасными демонами?
— В том будущем, что видел приближённый к императору, я узнаю причину появления ящеров, но заплачу за это жизнью. Я погибну здесь вместе с охраной и проводниками. В живых останется лишь переводчик, который доставит важные сведения в Илуну. Кризис будет решён, все счастливы, столица спасена и сможет двигаться дальше вглубь миров. Такой ответ тебя устроит? Теперь отстанешь от меня?
— Нет, не отстану. Мысль какая-то на языке крутится, ухватиться за неё не могу.
Я задумался, пытаясь собрать в кучу всё, что она наговорила.
— То есть, когда мы вернёмся в Илуну, нас уже будут ждать с нужной информацией, так?
— Так, — кивнула она.
— Вася, — впервые за весь разговор сказала Зои, внимательно слушавшая нас. — Она же сказала, что как только мы вернёмся, нас убьют.
— Точно, — вспомнил я и посмотрел на Иву. Оракул снова показала пальцем в потолок и язвительно улыбнулась. — Подставили нас, да? А если мы не вернёмся после того, как ты всё рассказала?
Ива лишь пожала плечами, но во взгляде читалось, что мы вернёмся, что бы ни случилось.
— А почему не послали кого-то другого, кто мог бы добыть эту информацию? — задумался я. — Зачем отправлять целого оракула? Очень полезного и нужного, способного читать будущее и прочее, прочее. Отправили бы кого-нибудь менее ценного.
— Вывод только один — это я. — Сказала Ива, ткнув большим пальцем себя в грудь. — Я та, кто виновата в бедах Илуны. Не представляю, что могла сделать такого, чтобы меня решили устранить. Даже обидно, ведь была предана императору больше других.
Судя по тому, что это её не сильно расстроило, она об этом давно догадалась. Если бы меня вот так на убой отправили, я бы обиделся. Если эти сведения так важны для всего мира Илуны, не логичнее ли было отправить за ними того же лорда Азара? Вместе с гвардией. Он бы легко взял за жабры местного владыку. Вместо этого они решили устранить оракула, что, на мой взгляд, странно. А может, она просто слишком много знает?
В дом заглянула Айн Ханна. На шее у неё был шерстяной платок, такой же, как и у хозяйки дома, но с рисунком в виде более тонких линий.
— У нас всё готово, — сказала она, затем обвела комнату взглядом, наверное, почувствовав тяжёлую атмосферу.
— Можно выдвигаться к дому работорговца? — спросил я.
— Кровь демона, — напомнила Ханна. — Мы поймали одного.
— Точно!
На улице нас ждало несколько мужчин, скорее всего, охотников, о чём говорили короткие луки из витых рогов и метательные копья. Выглядели они уставшими, словно всю ночь бегали по горам за демонами, но при этом остались довольны результатом. Вместе мы обошли дом, поднимаясь на небольшое возвышение к просторному сараю, откуда доносилось угрожающее шипение.
— Самый сильный демон, которого можно встретить в этих горах, — сказала Ханна, открывая дверь в сарай и заходя первой. — Охотникам повезло, даже если они знали, где его логово.
В небольшом строении на жёсткой соломе лежала большая кошка с пушистым хвостом. Серый с чёрными пятнами окрас, почти два с половиной метра в длину. Лапы у неё были размером с голову охотника, не говоря уже о когтях и клыках. Пугающее животное. А учитывая, что воздух вокруг слегка дрожал от магии, кошку можно было смело причислять к демонам. Чтобы она не использовала магию, один охотник держал её за шкирку. Даже учитывая, что они её крепко связали, охотник ни на секунду не терял бдительности.
Увидев нас, кошка угрожающе зашипела, выпустив из передних лап длинные когти.
— Священное животное? — спросил я.
— Да, — кивнула Ханна. — В последнее время их стало мало, и они уходят дальше в западные горы. Ты говорил, нужна свежая кровь. Это хозяйка клыкастой скалы, самая сильная из них.
Последнее она произнесла с болью в голосе.
— Да мне нужно всего двадцать капель, — сказал я, в мыслях нехорошим словом вспоминая Иву. — Не нужно её убивать. А клык можно любой, даже очень старый. Может, у охотников есть бусы с клыками?
— Есть, — кивнул один из охотников, вынимая из-за пазухи кожаный мешочек. Внутри лежал изогнутый клык, сантиметров пятнадцать длиной.
— Тяжёлый, — я взвесил клык в ладони. — Отлично, тогда я начну делать заготовку для чернил, а вы возьмите у неё двадцать капель крови. Только ёмкость нужна чистая, чтобы грязь и мусор не попали.
— Я сама этим займусь, — сказала Ханна, и в её голосе слышалось облегчение.
— А погладить можно? — спросил я у неё. — В том смысле, что прикоснуться к священному животному, чтобы перед другими хвастаться.
— Можно, — кивнула она, зыркнув на охотника, чтобы тот не улыбался.
На подготовку чернил ушло около часа. Я никуда не спешил, тщательно растерев и смешав ингредиенты. Добавил демонической крови, оказавшейся отменного качества, даже лучше, чем у великого змея, за которым охотились в тёмном мире Хумы. За такую кровь не стыдно было в драку влезть со жрицами, чтобы выбить немного для себя. Даже как-то жалко стало тратить её на работорговца.
Ива с любопытством наблюдала, как я готовлю чернила, как получаю сажу в демоническом пламени. Не удивили её ни сам набор инструментов, включающий в себя небольшую ступку с пестиком, ни иголки для нанесения символов, которые я проверял. Вроде бы ей полегчало после того, как выговорилась, поэтому сейчас сидела с лёгкой улыбкой на лице. Понять бы, о чём она в этот момент думает. Неужто не пугает перспектива оказаться убитой ради сведений? И не горит внутри обида на сородичей, так нехорошо распорядившихся её жизнью?
В гости к владыке мы отправились где-то за час до полудня. Пасмурное фиолетовое небо и не думало радовать нас солнышком, было слегка прохладно и ветрено. Для Ивы нашли большой стул, который парил над землёй на высоте десяти сантиметров. Сил это отнимало совсем немного, но я больше радовался тому, что не пришлось тащить её на спине. Со стороны же это, наверное, выглядело необычно и смешно одновременно. Ива тоже не ударила в грязь лицом, сидела как принцесса, с прямой спиной, бросая холодные взгляды на горожан, попадающихся на пути. Стянула волосы в хвост, перехватив их серебряным шнурком, открывая вид на удлинённые и заострённые ушки. Для полноты картины не хватало лишь красивого платья.
— Имейте в виду, — говорил я, когда мы вышли на главную улицу, двигаясь к скале, к которой был пристроен дворец владыки, — перед тем, как я лишу голоса этого демона, надо спросить его насчёт синих ящеров. Ну и сделать так, чтобы охрана не напала на нас.
— Охрана не нападёт, — сказала Айн Ханна. — Главное, чтобы он молчал.
— Замолкнет, не сомневайся. С ним много рабов связано?
— Все, кто живёт здесь и в городах у подножья гор, — сказала она.
— Прямо все? — мне стало как-то неуютно.
— Все, — подтвердила она.
— А что с его родственниками и приближёнными? Стража и тому подобное? Когда он от старости помрёт, кто символ примет?
Ханна не ответила, лишь посмотрела очень серьёзным взглядом.
— Ты не сомневайся, у меня получится. Портить символы я умею… да.
В своих силах я был уверен, но прозвучало с сомнением. Просто обычная авантюра внезапно обрела огромную ответственность. Этот владыка косточкой от рыбы подавится, и всё, пара городов вымрет в прямом смысле слова. Может, у него сердце слабое или ещё какая-нибудь болезнь. С медициной в тёмных мирах не очень, и если демон доживал до сорока, то он уже был стар, а в пятьдесят его можно было считать одним из старейшин рода.
— Я в тебе не сомневаюсь, — ответила Ханна.
Мы почти прошли через весь город, приближаясь к дворцу. Обычное двухэтажное здание, протянувшееся метров на пятьдесят вдоль скалы. Наверняка часть комнат просто вырублены в камне. Здесь на окнах хотя бы стёкла есть и даже витражи, в отличие от маленьких домов местных жителей. Стражи как таковой нет, лишь пара мужчин с оружием, примерно в такой же одежде, как и те, что стояли у городских ворот. На нас они вообще внимания не обратили, словно и не было никого. Даже отвернулись, демонстративно не замечая.
— А правителя предупредили, что мы идём? — заволновался я. — А то вместо разговора сразу в драку…
— Предупредили, — Ханна распахнула двери во дворец, решительно заходя первой.
Внутри дворец оказался богатым, даже роскошным по сравнению с жизнью простых горожан. Ковровые дорожки, резная мебель, обитая дорогой тканью, блеск золота. Встречал нас огромный зал, где гости могли впечатлиться богатством местного владыки и даже подождать, пока он соизволит их принять. С дворцом лорда Азара в Илуне сравнивать было бы глупо, там даже в нынешнем виде он был многократно богаче. Единственный недостаток — слишком мрачно, на мой взгляд. Свет в помещение проникает только через окна фасадов, а в самом здании мрак разгоняют лишь лампы да редкие позолоченные подсвечники. То же самое можно сказать и о коричнево-красных цветах обивки мебели, ковров и всего прочего. Мне бы в таком угрюмом месте жить было бы неуютно.
Я заметил несколько стражников, мелькнувших на балконе второго этажа, за главной лестницей. Они подали какой-то странный знак и нырнули обратно в темноту. А у прохода вглубь дворца на первом этаже показались две юные девушки, судя по платьям, из прислуги. Их взгляды почему-то были полны испуга.
— Пустовато для дворца, — сказал я, оглядывая просторный зал, и помахал девушкам. — Зои, подождёшь здесь?
— Нет, хочу посмотреть на это, — она с любопытством разглядывала убранство дворца.
Ива была права, с Зои происходило что-то очень странное. Даже с учётом символов сокрытия, что были у неё на спине, я мог почувствовать, как она поглощает окружающую магию. Этакий магнит, стягивающий на себя все потоки, мимо которых проходит. К примеру, двери во дворец были защищены какой-то магией, которая едва не испортилась, когда мимо прошла Зои. И голову даю на отсечение, что после этого она стала работать хуже.
Не ожидая приглашения, мы поднялись по лестнице, ведущей на второй этаж. Орнамент на широких дверях в главный зал изображал горную деревушку и восходящее солнце. Открылись двери почти без усилий, пропуская нас в длинное помещение с мраморными колоннами, в котором явно не хватало освещения. Как-то не так я себе представлял встречу с владыкой. Вспомнился императорский дворец в городе Хума, где зал для приёма посетителей был ярким и торжественным. Здесь же мы словно в подземелье попали. Несколько масляных ламп освещало дорогу к массивному трону, ещё несколько висело позади оного, чтобы не слепить владыку, но его было прекрасно видно. Точнее, не видно, так как трон был пуст.
Воображение рисовало самых разных демонов, огромных и неповоротливых, напоминающих свиней, зубастых ат-анаков, рогатых минотавров и прочих уродцев. Мы прошли едва ли не до самого трона, остановившись там, где заканчивалась ковровая дорожка. Сам трон поставили на небольшое возвышение так, чтобы правитель даже сидя был выше присутствующих в зале гостей и подданных.
Неприметная дверь сбоку от трона открылась, откуда вышел энергичный мужчина в тёмной, но изысканной одежде. Широким шагом он прошёл к трону, привычным движением откинул полы короткой накидки или мантии и уселся на бархатную подушку. На вид ему было лет сорок, очень похож на человека, но то, что это демон, было сразу понятно. За долгую жизнь в Хуме я по одному взгляду мог определить, демон передо мной или человек. Кожа бледная, но при этом он выглядел пышущим здоровьем и внутренней энергией. С таким видом он любую медкомиссию пройдёт за пару минут. Владыка слегка поднял руку, и из-за трона вышла женщина. Мне казалось, что кроме нас в тронном зале не было никого. Если в магическом плане владыка выделялся, пусть и слабо, то присутствие женщины я не ощутил. Она наклонилась к нему, что-то тихо сказала на ухо.
— Гости? — произнёс правитель на местном языке. — Из светлого мира Илуна? Даже так? Светлые ко мне давно не заходили. С чем пожаловали?
Мужчина перевёл взгляд на нас.
— Владыка Малеф, — представила его женщина, оставшись стоять справа.
— Светлоликая госпожа Ива из Илуны, — я встал чуть ближе к стулу.
— Я думала, что их не осталось, — тихо произнесла Ива, сверля взглядом владыку.
— В смысле? — так же тихо уточнил я.
— Понятно, почему мы не вернёмся, — сказала она. — Не трать время, спроси его о ящерах.
— Кхм, владыка Малеф, у светлых миров возникли проблемы с синекожими ящерами, которых ещё называют «опустошители миров». Мы пришли, чтобы спросить, не знаете ли вы, что послужило причиной их появления. Много лет о них ничего не было слышно, а сейчас они опустошают ближайшие миры.
— Опять? — он произнёс это с пренебрежением и ещё какой-то негативной эмоцией. — Я же помогал тёмным мирам, объяснял, показывал. Теперь пришли светлые. Только для вас это будет дорого. Очень дорого.
Он обвёл нас взглядом, остановившись на Зои.
— Говорит, что помогал тёмным мирам раньше, — сказал я Иве, не сводя с него взгляд. — Вроде это было лет тридцать назад или даже раньше?
— Они бессмертны, — сказала Ива. — Ему может быть сто, а может, и пару тысяч лет. Но об этом потом. Чем он может помочь?
— Нам бы хотелось узнать о причинах активности ящеров и каким образом вы можете помочь, — сказал я. — Это чтобы обсудить цену.
— Цену обсуждать не нужно. Ящеры перестанут вас беспокоить, это уже решено. Сегодня я отдам приказ, и их снова запрут там, где они сейчас. Взамен я заберу эту прекрасную светловолосую девушку. Не думал, что увижу такую сильную кровь…
— Так, уважаемый, — остановил я его. — Ещё раз спрашиваю, почему ящеры разбушевались и как ты собираешься помочь?
Владыка поднял руку, и из-за колонн как из ниоткуда появилась стража. Такое чувство, что местные умеют телепортироваться.
— Значит, не договорились, — проворчал я. — Ханна, твой выход.
— Дай мне несколько секунд, — послышалось из-за спины. — Хочу посмотреть ему в глаза.
Она вышла из-за моей спины, встав немного впереди. Мне показалось, что воздух в помещении слегка похолодел, а свет ламп, и без того неяркий, стал ещё более тусклым.
— О, Ханна, — удивился владыка, развалившийся на массивном троне. — Давно не виделись. Мне кажется, я отправлял тебя по важному делу, зачем вернулась? Вряд ли всё уже сделано… И я запретил использовать силу, как ты смогла… дами? Ты привела сюда дами?!
Он резко выпрямился и напрягся.
— Всем сохранять спокойствие! — громко произнёс я на языке дами, и зал погрузился в неестественную тишину. Перестали шуметь даже масляные лампы. — Работает комиссия по незаконному нанесению запрещённых символов!
Я смог разглядеть только размытую тень, когда Ханна метнулась в сторону трона. Похоже, что владыка собирался сбежать, вот только ему помешала та самая женщина, что стояла рядом с троном. Она успела положить ладонь ему на плечо, не дав вскочить с трона. Я уже хотел использовать силу, чтобы придержать охрану, стоявшую рядом с колоннами, но они и не думали шевелиться, глядя в сторону трона.
Казалось, что Айн Ханна врежет владыке кулаком в челюсть или поприветствует его ударом ноги, но нет, она стащила его с трона, схватив за сапог. За пару секунд две женщины уложили Малефа лицом в пол, хорошенько зафиксировав. Знакомым кухонным ножом Ханна вспорола его наряд от шеи и до самой поясницы. И всё это произошло в кромешной тишине. Не было слышно ни хруста разрезаемой ткани, ни звука падения владыки с трона.
Не став дожидаться приглашения, я удобнее перехватил сумку с чернилами и побежал к возвышению. Даже в неярком свете ламп был виден сложный рисунок, полностью покрывающий спину мужчины.
— Ну, Ханна… могла бы сказать, что не всё так просто, — произнёс я на языке дами, разливая вокруг больше магии, так как мужчина сопротивлялся. Вряд ли бы он смог пробиться через пятую молитву, но не хотелось рисковать. Мало ли что он мог выкинуть. — Спокойно, я разберусь.
Я жестом показал Ханне, что всё в порядке. Она не понимала, что я говорю, но наверняка догадалась по интонации, что не всё хорошо. А хорошего было мало, так как рисунок на спине у владыки был невероятно сложным. В книге он описывался совсем не так. Тут даже аналогию приводить сложно. Это как сравнивать каракули ребёнка с батальным полотном профессионального художника. Общая концепция была понятна, но разобраться в хитросплетении узоров сразу не получилось.
— Как любит повторять Беата, испортить можно всё что угодно, — сказал я, доставая склянку с чернилами и иголки. Зубами вытащил нужную, так как руки были заняты.
Бросив сумку к трону, уселся верхом на спину мужчины, показывая, чтобы Ханна срезала остальную одежду.
— Это сюда, а… это что? — я провёл пальцем по одной из линий, выходившей из главного узора. — Неважно, тебя закрасим, через тебя пропустим водопады, а это просто сожжём. Погнали.
В голове сразу всплыла самая старая книжка, где описывался обратный процесс, восстановления испорченного или утраченного символа. Косноязычным и некрасивым языком автор пытался донести, как связаны друг с другом разные формы одного и того же узора. С этого я и начал. Первый рисунок должен был нарушить общую форму, а его активация — разрушить узор. Уже это должно было испортить любой символ, даже самый сложный, но лучше перебдеть, чем недооценить коварство демонов, живущих не одну сотню лет, если верить Иве.
Почти час я портил рисунок на спине мужчины, зажигая ключи и наблюдая, как новые узоры сливаются с тем, что было нанесено. Заметил то, что он обновлял рисунки несколько раз. Где-то чернила были тёмными, а где-то немного выцвели. Интересно, кто ему эту процедуру проводит? Кроме дами такого никто не умеет, но вряд ли для этого он бы посещал Хуму. Скорее всего, связался с кем-то из ближайших храмов, где жрицы плохо разбираются в сложных символах, но могут вернуть цвет уже нанесённым. Хотя если он так бурно отреагировал и слово «дами» произнёс со страхом, то это могут быть и не они.
Владыка подо мной пытался высвободиться, немного ёрзал, но женщины крепко держали его за руки, уперев плечи в пол, едва не вывихнув суставы. Помешать мне таким образом он не мог, напротив, чем кривее я наносил линии, тем было лучше.
Когда главная работа была закончена, я использовал силу, чтобы сжечь весь рисунок. Как и в случае с Ханной, кожа начала плавиться, краснея, но волдырями не покрывалась. Зато это было очень больно, так как владыка задёргался и быстро потерял сознание. Когда же его спина превратилась в оплывший и некрасивый кусок кожи, я смахнул капельки пота со лба. Вытер иголку о дорогую ткань одежд владыки и убрал в сумку.
— Ещё рисунки на его теле есть? — спросил я у Ханны. Она что-то ответила, открывая рот, но не издавая звуков. Отрицательно мотнула головой. — Тогда он готов.
Разлитая в воздухе сила пятой молитвы начала рассеиваться, превращаясь в самую обычную магию. Ничего плохого в этом не было, если никто не собирался колдовать в зале. За пару часов она выветрится, не оставив после себя даже следа.
— Испортил с гарантией, — сказал я женщинам, смотревшим на оплавленную спину владыки как-то странно. — Но можете проверить, если способ есть. Я с такими сложными символами ещё не сталкивался. Думал, что это будет просто рабский знак, а тут… такое. Предупреждать надо. Да, если вы ему голову хотите отрезать, то я прошу, когда он в себя придёт, спросите сначала про синих ящериц. Его даже пытать не надо, спина болеть будет очень сильно. Что ещё?
— И что теперь? — спросила Ханна.
— У меня спрашиваете? — удивился я. — Вы как в той песне: «Мне вчера дали свободу, что я с ней делать буду?»
Впервые, как использовал пятую молитву, я посмотрел в зал. Зои помахала мне рукой и улыбнулась, показав большой палец. Ива, явно из природной вредности, тоже показала большой палец, но улыбка у неё была язвительная. Кто бы мне сказал, что теперь делать?
⠀⠀
Поднявшись, я подхватил сумку, убирая иголку и склянку с оставшимися чернилами. Бросил ещё один взгляд на спину уже бывшего владыки и слегка поморщился. Надеюсь, что здоровья ему хватит и он выживет, чтобы ответить на пару вопросов. Чтобы не мешать Айн Ханне, спустился в зал к ожидающим меня девушкам. Охрана к этому времени успела испариться. Кто мне скажет, куда они могли исчезнуть, если ни одни двери, ведущие в зал, не открывались? Может, в колоннах ниши есть, с тёмной стороны? Как бы сказала Тэя, если бы была здесь: «Тебя сейчас интересует только это?» Многое бы отдал, чтобы получить от неё совет, как поступить в текущей ситуации. Глубоко внутри я уже смирился с тем, что Ива никому ничего не расскажет потому, что живой не уйдёт. Но чем ближе дело подходило к развязке, тем больше сомнений было на этот счёт. Беата бы ей шею свернула без зазрения совести, расспросила как следует и пристукнула.
— Отлично поработал, — улыбнулась мне Зои. — Ты когда силу голоса используешь, в груди перехватывает.
— Перехватывает — это не совсем то слово, которым можно описать возникающие внутри чувства, — хмыкнула Ива. — Точнее, одного слова слишком мало.
— Не буду спорить, сам сталкивался пару раз, и всегда это было… необычно и пугающе. Лучше скажи, что это за тип? На человека очень похож, но при этом напрашивается назвать его демоном.
— Это из-за отголоска внутренней силы, — сказала Ива. — Их родной мир именуется «Морра», и к зависти людей, демонов и иных рас, они не стареют, не болеют и их очень сложно отравить. У нас их именуют обладателями идеального тела. Единственный недостаток — посредственная сила.
— Умом тронуться можно, если не стареть и день за днём наблюдать одну и ту же картину мира, — я посмотрел в сторону трона. Женщины решили унести куда-то владыку, скрывшись за неприметной дверью, откуда он выходил в зал. — Интересно, сколько он в этих горах живёт? Надо будет у Ханны спросить. Да, насчёт синих ящеров узнать ничего не получилось. Очнётся — спросим. У светлоликих с бессмертными жителями Морры вражда?
— Они винят нас в гибели их мира, — сказала Ива.
— Не удивительно, — я огляделся. — Нам что, так и торчать тут? Или в дом вернуться, где мы ночевали? Эй, тут кто-нибудь есть?!
Из боковой двери в левой части зала выглянули те самые девушки, которых я видел у входа во дворец. Быстрым шагом они прошли к нам, бросив пару взглядов в сторону трона. На вид им было лет по восемнадцать, красивые и улыбчивые, но взгляд хитрый, почти как у молодых жриц в храме. Платья необычные, с широкими рукавами, подпоясанные выше талии, чтобы подчеркнуть грудь. При этом шея закрыта почти до подбородка, что, по меркам моды Хумы, считалось признаком скромности. Именно так было положено одеваться благородным девицам знатного происхождения. В общем, эти девушки на прислугу не походили, хотя и украшений у них я не увидел. Ни цепочек, ни колец, ни браслетов.
Остановившись перед нами, они синхронно поклонились.
— Где мы можем подождать, пока Айн Ханна занята?
— Мы проводим, — они показали в сторону двери, откуда появились. Затем посмотрели удивлённо, когда стул Ивы приподнялся над полом и начал поворачиваться. Быстро опомнившись, поспешили показать дорогу.
За дверью оказался узкий тёмный коридор, заканчивающийся гостиной с удобной мягкой мебелью и парой чайных столиков. Возможно, важные гости владыки ждали его появления здесь, а потом могли незаметно появиться в тронном зале. Не люблю комнаты без окон, но здесь хотя бы было несколько изящных ламп, дававших достаточно света для подобного помещения. Ещё я обратил внимание на небольшую решётку над полом, откуда тянуло тёплым воздухом. Изящная конструкция с рычажком, чтобы при желании закрыть поток воздуха, если станет слишком жарко. Рядом с ней специально оставили немного свободного места.
Пообещав принести фрукты и напитки, девушки умчались через вторую дверь, ведущую в ещё один тёмный коридор.
— Мрачный дворец, — сказал я, усаживаясь в кресло. — Масла для ламп не напасёшься освещать каждый уголок.
— Скорее всего, они неплохо видят в темноте, — сказала Зои, занимая диван у чайного столика, так как Ива выбрала второе кресло. — Масло в лампах странное, шипит громко. А что за рисунок на спине владыки ты сделал? И почему его охрана не стала мешать?
— Не сделал, а испортил. Говорил же, что он работорговец. У него очень сложный символ был, с помощью которого он контролировал и стражу, и людей вокруг. А когда владыку перестают бояться, то его место тут же занимает более страшный и сильный демон. Но это уже проблемы местных. Нам же нужно решить, что делать дальше. У кого какие предложения?
Зои подняла руки, как бы говоря, что снимает с себя ответственность за принятие любых решений.
— Чтобы решить, что делать дальше, нужно понять, какие цели ты перед собой ставишь, — заметила Ива.
— Цели? — я задумался. Почему-то сейчас вспомнилась Иринэ, отправившая нас в это увлекательное путешествие. — Цели простые…
Дверь в комнату открылась, и вошли две очаровательные девушки, очень похожие на тех, что нас сюда привели, но лет по четырнадцать. У них даже одежда была почти такой же. В руках у девушек были серебряные подносы с разнообразными фруктами. Одна поспешила поставить поднос на чайный столик, а вторая прошла ко мне.
— Спасибо, — я взял с подноса тёмно-фиолетовый продолговатый фрукт, очень напоминающий сливу как по внешнему виду, так и по вкусу. Внутри должна была быть косточка, но кто-то заботливо её убрал.
Вторая девушка уже оказалась с другой стороны от моего кресла. Взяла с подноса большой красный фрукт, ловко снимая с него толстую кожуру. Внутри была мякоть, похожая на творожную массу, слегка розовая и пахнущая как перезрелый банан.
— Простите нас, мы не знаем имени владыки, — сказала та, что держала поднос.
— Василий. И я не владыка.
— Лорд Василий? — уточнила она.
— Нет.
— Князь?
— Мастер, можете называть меня мастер Василий, — сказал я, принимая из рук второй девушки розовую кашицу на лепестке кожуры. На вкус фрукт напоминал помесь перезрелого банана и киви. Очень вкусно и необычно. В Хуме подобная экзотика не росла. — Поставь его на тот столик, я сам могу поесть… Спасибо.
Девушка уже протягивала второй лепесток с кусочком мякоти. И если бы я его не перехватил, она бы сунула его мне прямо в рот. Я посмотрел на Зои, взглядом показывая, чтобы помогла, но она меня демонстративно проигнорировала, пробуя тот же фрукт.
— Красавицы, у нас важный разговор, — сказал я, добавляя в голос строгости, как будто разговаривал с младшими жрицами из храма. Те, если не чувствуют строгости, могут из тебя верёвки вить. — Спасибо, что принесли фрукты, но оставьте их на столике и ступайте на занятия или чем вы в это время обычно занимаетесь.
Девушка с подносом печально вздохнула, причём так, что я едва не разрешил им остаться и продолжать кормить меня фруктами с рук.
— Лепестки тоже очень вкусные, — подсказала вторая. — А Вы правда можете стирать символы?
— Могу…
Она уже подтягивала левый рукав, оголяя плечо немного выше локтя и демонстрируя небольшой символ. Я всегда думал, что знаю очень много символов и неплохо в них разбираюсь, но подобный видел впервые. Если вспомнить рабский символ Айн Ханны, то выглядело так, словно его наносили поверх вот такого, закрашивая большую часть. Понятно, почему он тогда показался мне странным. Если работорговцы думали, что смогут испортить этим предыдущий, то они сильно заблуждались. И очень странно, что их поделка работала.
— Стереть можно, но останется некрасивый шрам, — сказал я. — И будет сильно болеть несколько дней…
Со стороны двери послышались какие-то непонятные звуки, как будто кто-то провёл ногтями по дереву. Девушки встрепенулись, подтянулись и выскочили из комнаты, даже забыв оставить второй поднос.
— Странные фрукты, — сказала Зои, — но вкусные. А вот эти, зелёненькие, сладкие и острые одновременно.
Я вынул из складок пояса платок, вытер пальцы.
— О чём мы говорили? Точно, о планах. Надо подождать, пока бывший владыка в себя придёт, и поговорить насчёт…
Дверь в комнату снова открылась, пропуская в комнату двух девушек. Платья, как и у предыдущей пары, волосы уложены так же, но выглядели они лет на двадцать пять и двигались более плавно. Одна несла медный чайник литра на два с половиной, вторая — серебряный поднос с кружками и баночками.
— Живительный настой для владыки Василия, — сказала вторая, потеснив поднос с фруктами и поставив чайные принадлежности.
— Да не владыка я. Ничем не владею, царства своего нет, даже гильдию не возглавляю. Мастер я. Мастер символов, если быть точным.
На меня посмотрели так, словно я зря умничаю, так как они лучше знают, что говорят. Первая девушка уже засыпала немного сушёных трав в заварочный чайник с маленьким носиком и залила сверху горячей водой.
— Аромат очень знакомый, — сказала Ива, вряд ли понимая, о чём мы говорим, но с интересом наблюдая за девушкой с чайником. — Попроси, чтобы мне налили.
По комнате действительно поплыл аромат травяного чая. Мне он был незнаком, и я бы не назвал его очень вкусным.
— Знаешь, что это такое? — спросил я у Ивы.
— Тра́вы иш, — пояснила она. — Великий дом Малон закупает их в одном из серых миров, путь к которому знают только они. И тайну хранят так, словно там богатейшие во вселенной золотые прииски. Храм оракула получает немного каждое новолуние. Остальным приходится идти на аукцион и тратить тысячи золотых монет за пятьдесят или сто грамм. Травы иш имеют сильный целительный эффект, омолаживающий и укрепляющий здоровье. Говорят, что после пары чашек тебя не коснутся болезни в течение полугода.
— Говорят?
— Пока ещё никто этот слух не опроверг, — улыбнулась Ива, наблюдая за тем, как заваривали чай.
Девушки работали увлечённо, не обращая на нас внимания. Зои трескала фрукты, решив попробовать всё необычное и незнакомое. Минут через пять мне вручили высокую чашку с настоем, но не горячую, как следовало бы ожидать, а слегка остывшую.
— Живительный настой нельзя пить горячим, — сказала одна из девушек. — Но можно добавить специй, чтобы он стал согревающим.
— Травы иш? — уточнил я.
— Их выращивают на северном плато, — кивнула она. — Трудность в том, чтобы правильно высушить травы, иначе они потеряют живительную силу.
На вкус настой напоминал терпкий травяной чай. Надеюсь, что он хотя бы отчасти такой полезный, как о нём говорят. Ива его пила, едва не зажмурившись от удовольствия.
— После сырости и сухой пустыни нужно обязательно выпить две кружки, чтобы не болеть, — сказала девушка.
— Как определила, где мы побывали?
— Это легко. Следы колючего песка всё ещё остались на одежде. Он смешался с грязью, что въелась в ткань.
Дверь снова открылась, и в комнату вошла Айн Ханна. Огляделась, увидела чайник и одобрительно кивнула.
— Малеф до вечера в себя не придёт, — сказала она. — Как закончите пить настой, посетите горячие купальни и переоденьтесь. Мы примем вас здесь с радушием.
Она посмотрела на девушек, едва заметно сдвинула брови к переносице, затем вышла. Девушки переглянулись, заулыбались. Одна жестом показала, чтобы я не тянул и пил настой, вторая долила горячей воды в заварочный чайник, добавив ещё щепотку трав.
Я решил, что после тяжёлой дороги можно немного отдохнуть. Услышав про купальни, да ещё и горячие, захотелось быстрее избавиться от мелких и колючих песчинок под одеждой. Зои и Ива подобное предложение восприняли с не меньшим энтузиазмом. Особенно Зои, лукаво интересуясь, а не практикуют ли здесь совмещать мужские и женские купальни. И хорошо, что она на местном языке не говорила, чтобы поделиться этой замечательной идеей с девушками.
Таким вот нехитрым образом важный разговор был отложен на неопределённое время. Ива его начинать не спешила, поэтому я тоже решил, что можно поговорить уже после того, как я пообщаюсь с бывшим владыкой Малефом.
После живительного настоя и сладких фруктов я чувствовал прилив сил и бодрости, поэтому по дворцу шёл как на экскурсии, с интересом разглядывая тёмные коридоры и комнаты. Экономя масло для ламп, освещение зажигали только в самых важных помещениях. При этом, сколько я ни старался, не мог разглядеть слуг. Мне казалось, что во дворце их всегда должно быть много, но мы прошли его насквозь, но так никого и не увидели. Зато стало понятно, что дворец уходит в скалу гораздо глубже, чем это кажется со стороны. Будь рядом Айн Ханна, я бы обязательно спросил, а не жили ли их предки в пещерах, раз имеют к ним подобную страсть. Или же это из-за владыки Малефа? Может, его народ живёт исключительно в пещерах или под землёй?
Не знаю, как была устроена местная система вентиляции, но работала она неплохо. Когда находишься в замкнутых пространствах, кажется, что воздух должен быть затхлым, но по дворцовым коридорам почти везде гулял едва заметный сквозняк. Пока мы шли, направление движения воздуха поменялось несколько раз. Я специально обратил на это внимание, так как чем глубже мы уходили внутрь горы, тем теплее становилось.
— Горячий источник из недр горы, — сказала одна из девушек, когда мы остановились рядом с приоткрытой дверью, за которой слышался плеск воды. Вторая пригласила Зои и Иву идти дальше, к следующей двери в конце коридора. — Вода в большом бассейне снимает усталость и боль, заживляет раны, но находиться в ней долго нельзя. Когда в солёном запахе воды появится горький вкус, значит, пора выходить.
Она пропустила меня внутрь, где как по волшебству зажглись лампы. Первое помещение напоминало раздевалку с мраморной лежанкой, на которую постелили мягкие одеяла. Очень похоже на стол для массажа.
— Я помогу, — сказала девушка, отвечая на мой вопросительный взгляд. Потянулась, чтобы распустить пояс. — Смыть дорожную пыль, снять усталость…
— Замри! Спасибо за предложение, но я сам справлюсь.
Она посмотрела на меня странным взглядом, не понимая, почему я её останавливаю. На секунду задумалась, затем опомнилась, словно догадалась.
— Ириша, — позвала она, и в комнату тут же впорхнули знакомые девушки, которые приносили фрукты. Влетели, как будто за дверью караулили. — Поможете владыке в купальне.
— Хорошо, — заулыбались они и тем же движением, что и старшая, потянулись развязывать пояса.
— Так, — я добавил в голос силы, отчего пространство едва заметно задрожало. Надеюсь, что это их пыл немного остудит. — Не нужна мне помощь. Всё, кыш отсюда, а то я сейчас очень сильно рассержусь.
Обычно подобное всех пугает, но только не этих наглых девиц. Они посмотрели на меня печально, с лёгкой обидой. Старшая кивнула, сделала неопределённый жест ладонью. Вся троица поклонилась и вышла в коридор.
— Я спокоен, — тихо произнёс я, чувствуя, как горят щёки, а сердце быстро стучит. — Беата узнает — голову открутит.
Вспомнил картину, когда Беата гонялась за мной по верхнему этажу храма с ножом, и немного отпустило. Шагнув к проходу, откуда слышался плеск воды, осторожно заглянул туда, ожидая увидеть ещё кого-нибудь, но там оказалось небольшое помещение, отделанное светлым мрамором. Из дальней стены выходил жёлоб, по которому в маленький бассейн текла вода. Из этого помещения можно было пройти в ещё одно, более тёмное, уже с большим и тихим бассейном. Внутри тепло, даже немного жарко и едва заметно пахнет солью.
Быстро раздевшись, я оглянулся к двери, спиной почувствовав взгляд. Нет, вроде дверь закрыта, и никто не заходил. Но это чувство быстро прошло, стоило встать под струю прохладной воды. Смыв пыль с тела и песок из волос, ощущаешь себя заново родившимся. А если ещё можно посидеть в горячем источнике, то это настоящее блаженство. Вода в источнике была горячей, почти обжигающей, из неё не хотелось выходить, но где-то минут через десять к запаху соли добавился ещё один, противно-горький. Что ни говори, а местный владыка неплохо устроился. В огромном и богатом дворце лорда Азара в Илуне даже близко не было такой прекрасной купальни.
Вернувшись в раздевалку, распаренный и довольный, я обнаружил, что мою одежду стащили, оставив на её месте тёмный наряд, отдалённо похожий на тот, что носил Малеф. Ткань дорогая, но мрачного тёмно-синего цвета, даже исподнее и сорочка. Жаль, зеркала не было, чтобы оценить со стороны. Чувствовал себя тёмным властелином после посещения бани.
У выхода из купален меня ждала та самая женщина, которая шептала что-то на ухо владыке. Чем-то она походила на Ханну, но черты лица были жёстче, а взгляд строже. Именно так обычно выглядели старшие жрицы в храме. На вид лет тридцать пять, волосы тёмные, но не чёрные, стянутые в тугой хвост.
— Меня зовут Мирейн, — она коротко поклонилась.
— Василий, — я ответил ей тем же.
— Госпожа Ханна говорила, что у тебя были вопросы. Я отвечу на все.
— Ничего такого, чтобы прям покоя не давало. Вопрос у меня только к владыке. Если он не помрёт.
— Малеф крепче, чем кажется, — сказала она. — К утру придёт в себя, чтобы с ним серьёзно поговорить.
— Не сбежит? От одарённого всего можно ожидать.
— Не сбежит, — спокойно сказала она. Но в глубине голоса что-то промелькнуло, отчего сразу хотелось верить, что владыка не сможет сбежать, даже если очень сильно этого захочет.
— А мои спутницы ещё в купальне? — я посмотрел вдоль пустого коридора.
— Им нужно больше времени. Пока они заняты и обед ещё не подан, могу показать дворец. Или проводить в спальню, если дорога утомила и хочется отдохнуть.
— Дворец я бы посмотрел, хотя он мрачный и на подземелье больше похож. Только почему тут так тихо? Такое чувство, что во дворце вообще никого нет.
— Дальше по коридору, рядом с колонной, видишь? — спросила она, даже не поворачиваясь в ту сторону.
Я посмотрел на колонну метрах в пятнадцати от нас.
— Ничего не вижу.
— Смотри внимательней, — подсказала она.
Недалеко от колонны на стене висела лампа, поэтому коридор в том месте был хорошо виден. Я ещё раз оглядел колонну. Свет падал так, что она отбрасывала узкую полоску светлой тени. Чем дольше я всматривался, тем больше казалось, что в тени кто-то стоит. Я потёр глаза тыльной стороной ладони и, когда убрал руку, увидел знакомую четырнадцатилетнюю девушку в красивом платье, стоявшую у колонны. Она мой взгляд поймала и осторожно помахала рукой.
— Работать во дворце могут только те, кто умеет быть незаметным. Или те, кого Малеф приглашал для развлечений, но их я уже отпустила.
— У Ханны есть такой талант, — улыбнулся я, — быть незаметной. Стоит отвернуться, а она уже пропадает куда-то.
— У госпожи Айн Ханны действительно большой талант. Что показать первым?
— А у Малефа есть рабочий кабинет и какая-нибудь тайная библиотека? Или это слишком нагло с моей стороны?
— Нам туда, — она жестом пригласила меня следовать за ней.
— Да, ещё любопытно, а почему владыка живёт в горах, в маленьком городке? Ханна говорила, что у подножья есть ещё несколько городов. Он здесь от кого-то прячется?
— Чтобы всё контролировать, — сказала Мирейн. — Ему не нравится, когда происходит что-то, о чём он не знает.
— Непонятно, как это связано?
— Здесь, в горах Ракку, юноши и девушки с двенадцати лет учатся быть незаметными, обращаться с оружием и раскрывают дар сливаться с тенями. Многие из тех, кто живёт в предгорьях или в долинах, мечтают, чтобы их дети поселились здесь. В горах растут целебные травы, есть горячие источники, укрепляющие тело, сюда приходят торговцы из других миров.
Я думал, что мы пойдём куда-то вглубь горы, в тёмные и мрачные коридоры, но вместо этого Мирейн вела меня на третий этаж, в фасадную часть дворца. И снова за всю дорогу я никого не заметил, хотя время от времени Мирейн бросала красноречивые взгляды в ниши у колонн или в сторону распахнутых дверей пустых помещений. Кабинет владыки занимал угловое помещение с широкими окнами, выходящими на город. Внутри всё лаконично, чтобы ничто не отвлекало от работы. Широкий стол, письменные принадлежности, коробочки для писем — сразу видно, что Малеф любил порядок. В углу помещения высокая тумба с необычным квадратным сундуком, рядом книжные полки. Примечательно, что для гостей не предусмотрены стулья. Да и пространство перед столом не располагало к приёму посетителей.
— Я могу посмотреть книги? — спросил я у Мирейн, вставшей недалеко от двери.
— Как пожелаешь, — она сделала широкий жест. Надеюсь, что этим она хотела сказать, чтобы я не стеснялся.
Первые две книги, приглянувшиеся мне дорогой обложкой, были исписаны ровными строчками на непонятном языке и скорее напоминали личный дневник с пометками на полях. Затем шла странная сказка на очень грубом демоническом языке, написанная волнистыми закорючками. Я таких в библиотеке дами видел немало. Сколько их ни читал, но добрыми называть такие — язык не поворачивался.
Пролистав все книги, я понял, что ничего интересного в них нет. По крайней мере, на понятных для меня языках. В необычном по форме сундуке хранилось золото и немного драгоценных камней.
— А тайник? — вспомнил я.
— За книгами, — подсказала Мирейн.
Переложив книги на стол, я действительно нашёл за ними потайной ящик, размером в ладонь. Открыть сразу не получилось, так как изнутри его держал металлический штырь. Пришлось его согнуть и что-то внутри сломать, и только после этого извлечь из стены коробочку. Внутри лежал звёздный камень, такой же, как нам дала Ива. Это немного разочаровало. Я думал найти книжку по символам, которые использовал Малеф, или хотя бы какие-нибудь заметки.
— Дорогой камень, — я продемонстрировал его Мирейн. — Спрячу обратно. Надо только с запорным механизмом что-то сделать.
— Можешь оставить себе.
— У меня такой уже есть, а вот Ханне подарить можно, — я продемонстрировал ремешок с камешком. Мой был раза в два меньше, чем камень Малефа. — Может кто-нибудь в городе сделать такой ремешок? Я заплачу за работу.
— Сделаем, — она взяла камень, убрав его в кошель на поясе.
— Жаль, что ничего интересного не нашлось, — сказал я. — Что ещё можно посмотреть?
Мирейн подняла руку, затем открыла дверь в коридор. Послышался тихий неразборчивый женский голос. Я вытянул шею, чтобы посмотреть, кто пришёл, но в проёме никого не заметил.
— Пусть подождут в тронном зале, — сказала Мирейн. Посмотрела на меня, оглядела с ног до головы, кивнула, оставшись довольной увиденным. — Прибыли торговцы, и нужно их встретить.
— Подожду здесь, старые сказки почитаю, — я показал на стопку книг на столе.
— Прости, я неправильно выразилась. Их нужно встретить тебе.
— Мне?
— Госпожа Ханна говорила, что в мёртвом городе вы разминулись с какой-то группой торговцев, скорее всего, это были они. Раз в два месяца в соседнем мире появляется разлом, позволяющий провести в горы Ракку большой караван. Торговцы такой случай никогда не упускают, особенно в это время года. И всегда привозят хорошую ткань, специи, мыло и ещё много полезного.
— Не совсем понимаю, причём тут я?
— В последнее время торговцы становятся всё более жадными, а Малефа это не сильно беспокоило, — всё в той же непрошибаемой и спокойной манере сказала она. — Сейчас в хранилище у нас много золота и драгоценных камней, но вряд ли так будет всегда. У них всего три дня, пока разлом не закрылся. Встреть их в тронном зале, поторгуйся.
Я посмотрел на неё. Неужто так сложно сказать, что им сейчас некого посадить на трон? Понимаю, что у них сейчас бардак, но почему она сама не могла это сделать? При этом Мирейн смотрела на меня так, что если я сейчас откажусь, то торговцев вообще никто не встретит.
— Хорошо, можно глянуть, что за торговцы такие, — сдался я под её взглядом. — И что вы… мы им продаём? Травы иш?
— Покупают много всего, но приезжают только ради них. В этом году травы хорошо росли, мы собрали богатый урожай, можно будет выменять много нужного.
— Учитывая цену, купить можно весь караван, включая лошадей или верблюдов, на которых они приехали, — улыбнулся я. — Большой у вас запас? Который для обмена приготовили.
Мы вышли из кабинета и направились к ближайшей лестнице.
— Для продажи готово девяносто плиток, — сказала она. — Если будет очень нужно, то можно взять из запасов дворца. Мы можем обойтись и без трав в ближайшем сезоне.
— Девяносто плиток — это уже много, так что обойдёмся ими. Можно принести одну, чтобы оценить?
Спрашивать, сколько они весят в граммах — бесполезно, так как даже в Хуме у каждой расы демонов была своя мера весов.
— Можно, — кивнула она.
Чтобы попасть в тронный зал, пришлось делать небольшой крюк по второму этажу. Мирейн было важно, чтобы мы появились из той же двери, откуда совсем недавно выходил владыка. Из рабочего кабинета проще было просто спуститься по главной лестнице, но я умничать не стал. В гости к владыке заглянуло шесть демонов, двое из которых выглядели очень знакомо. Красные огоньки вместо глаз, сморщенная тёмно-серая кожа, рога и жидкие волосы. Выглядела эта парочка точно так, как владыка в том мире, где я получил три самородка кровавого золота и где впервые столкнулся с синекожими ящерами. Ещё двое выглядели практически как люди, если не считать коротких рожек. Ну и последние, самые уродливые из всех, мордой лица похожи на гиен, если бы те собирались трансформироваться в человека, но застряли на половине пути. Я с такими и не сталкивался никогда, даже не слышал, чтобы подобные водились в тёмных мирах.
Я постарался сесть на трон как можно более важно, скопировав Малефа, когда он встречал нас.
— Владыка Василий! — произнесла Мирейн, проигнорировав мой косой взгляд.
— Торговец Хилкет, к Вашим услугам, — вперёд вышел красноглазый, неплохо говорившей на местном языке. — А владыка Малеф?
— Выдохся владыка, вышел весь. Что не понятно? Я за него.
— Прошу простить за грубость, — он согнулся в поклоне.
Я обратил внимание, что торговцы одеты в чистую и богатую одежду. В такой путешествовать невозможно. Наверное, успели переодеться перед встречей. Кто-то появился позади трона и передал Мирейн брикет с травами, а уже она протянула их мне. Травы были спрессованы в кругляш, весивший грамм сто. У меня в голове защёлкал калькулятор, прикидывая общий вес трав, если таких брикетов было девяносто штук. Знать бы ещё, как к этому объёму относиться. Если верить Иве, на аукционе в Илуне за них давали и по тысяче золотых, что очень дорого. Скорее всего, продавали их существенно дешевле, не говоря уже про закупочную цену.
— Хилкет, так? — уточнил я, помахав брикетом и видя его жадный взгляд на этот кругляш. — Вы ведь приехали ради них?
— Травы иш желанный товар во многих мирах, — кивнул он.
— Почём мы их продаём? — спросил я у Мирейн.
— Двадцать золотых за одну плитку.
— Сколько?! — я удивлённо посмотрел на неё. Выходило как-то слишком дёшево, если только эти золотые монеты не весили грамм по двадцать. — Хилкет, покажи мне монеты, которые вы привезли.
Торговца просьба ничуть не смутила. Он потянул завязки кожаного кошелька на поясе, достал пару золотых монет. Из-за ближайшей колонны вышел стражник, словно из воздуха появился. Забрал монеты и передал их Мирейн, а уже она отдала мне. Монеты были небольшие, почти как лепесточки в Хуме, то есть весили в лучшем случае грамма три, или даже два.
— Это шутка? — я посмотрел на неё, затем на торговца.
— Хорошая цена, — Хилкет явно не понял, что меня удивило.
— Ты думаешь, что в горах Ракку есть плантации, где круглый год растут редкие целительные травы? Нет, мы их по крупицам собираем, по одному листику. А в этом году неурожай, гусеницы, заморозки ранние и вообще. Знаешь, сколько владык просят поделиться с ними целебными травами? И какие-то жалкие двадцать монет. Даже на вес золота продавать их в убыток.
Если девять килограмм целебных трав — это хороший урожай, то выходило, что торговцы приезжали и за более мелкими партиями. Странно, что Малеф продавал их дёшево.
— За плитку мы будем брать три её веса в золоте, — подытожил я. — Мирейн?
— Я поняла, — она кивнула. — Три веса в золоте.
— Это немыслимо! — торговец едва не взвился. — Владыка Малеф…
— А ну, цыц! — повысил я голос, затем добавил пару слов на языке дами, используя силу третьей молитвы.
С молитвой я, возможно, немного переборщил, так как пространство в мраморном зале угрожающе задрожало, а все, кто не мог сопротивляться магии, испытали боль. Уродливые демоны из числа торговцев заметно побледнели даже в тусклом свете ламп.
— Травы иш мало, — сказал я серьёзно и даже слегка угрожающе, копируя манеру голоса Беаты, когда она была недовольна лордами города Хума. — Всем желающим не хватит. И если в следующем году будет неурожай, то цена может взлететь ещё. Даю вам время подумать до завтрашнего вечера.
От одной мысли о том, что травы попадут к светлоликим, хотелось душить этих торговцев. И первые, и вторые на этом неплохо наживутся, даже если я сейчас задеру цену ещё в три раза.
— Ступайте, — сказал я, решив закончить с ними побыстрее, чтобы не рассердиться ещё больше. — Готовьте к продаже товары, что привезли.
Торговцы попятились и поспешили покинуть зал.
— Я не перегнул? — спросил я у Мирейн, сетуя на вспыльчивость.
— Нет, всё прошло замечательно, — впервые за время нашего знакомства она слегка улыбнулась.
— Тогда посоветую взять золото из хранилища и смело идти покупать у них всё, что вам нужно. Но цена на их товары должна быть такой же, как и обычно, или дешевле. Если вздумают продавать что-то дороже, просто не покупайте. Золото им будет нужно, чтобы купить побольше трав. И даже если они задумают давить на вас тем, что ничего не купят и просто уйдут, то я готов выкупить весь запас целебных трав. Но до этого не дойдёт.
— Почему ты в этом уверен?
— Я просто длинноухих вспомнил. У них все лорды и их родственники как на подбор с лицами неопределённого возраста. Привыкли ваши травы пить, покупая их за крошки со стола. И отказаться от такого блага им будет очень сложно. Вот увидите. Если ничего не купят или им золота не хватит сейчас, то очень скоро прибегут, торговаться будут, упрашивать. Не уступайте им ни медяка.
— Так и поступим, — сказала она. — Пойдёмте, владыка Василий, покажу Вам кое-что интересное.
И ведь не скажешь по голосу, шутит она или серьёзно говорит. Ладно, я с торговцами начудил, поэтому можно и потерпеть.
Чтобы посмотреть что-то «интересное», пришлось идти вглубь дворца, в тёмные коридоры, вырубленные в скале. Не знаю, что за термальные источники были под дворцом, но грели они неплохо. Напрягала только темнота и замкнутое пространство. Мирейн даже пришлось брать со стены яркую лампу, чтобы я мог видеть, куда мы идём. Пару раз свернув и спустившись по лестнице, мы оказались в широком коридоре, освещённом гораздо лучше, чем на верхних уровнях дворца. Из глубин коридора тянуло магией.
Дверей в проходах не было, поэтому, заглянув в один, я увидел большой и ярко освещённый мраморный зал. Два десятка парней и девчонок в возрасте лет тринадцати, одетые в невзрачные тёмные одежды, рассредоточились по залу и тренировались. Мне сразу вспомнилась секция по самбо, куда я ходил в детстве. Молодёжь отрабатывала захваты, удушающие приёмы и коварные удары. У кого-то в руках был деревянный нож. Следили за ними трое мужчин. Двое ходили по залу и давали наставления молодёжи, а третий сидел на стуле и использовал силу, чтобы удерживать тех, кто пытался ударить манекен рядом с ним. Со стороны выглядело странно, к нему подходила очередная пара, он хватал их с помощью магии и ждал, пока они вырвутся и нанесут удар по манекену. Судя по уставшему виду молодёжи, тренировались они уже продолжительное время. Кто-то на ногах держался из последних сил.
Мирейн тронула меня за плечо, взглядом показывая дальше по коридору, откуда магией тянуло значительно сильнее.
— Живее, бестолочи, — послышался голос, говорящий на местном языке с сильным акцентом. — Боритесь!
Следующее помещение было почти таким же большим, только занимались там всего пять человек, под руководством настоящего рогатого демона. Трое юношей и две девушки, лет шестнадцати, пытались сделать то же самое, что и молодёжь в соседней комнате. Разница только в том, что рогатый демон был невероятно силён. Он одновременно удерживал всех пятерых, вольготно расположившись в мягком кресле, смотревшемся в спортивном зале неуместно. Рядом с ним стоял чайный столик с простеньким заварочным чайником и высокой чашкой.
— Госпожа Мирейн, — он поспешил встать. — Я слышал от мелких, что наверху происходит что-то грандиозное и пугающее.
— Василий, знакомься, это Прат. Он занимается с одарённой молодёжью. Пять лет назад Прат попросил нас об услуге и сейчас выплачивает долг.
— Как всегда жестоки в словах, — ничуть не обиделся демон, расплывшись в жуткой улыбке.
— Намёк понял, — кивнул я, — ни о чём просить не буду.
— Правильно, пацан, — демон засмеялся, но, поймав строгий взгляд женщины, стал серьёзней.
— Василий лишил Малефа силы, — сказала Мирейн.
— Даже так? — Прат погладил подбородок. — Молодец, парень. Малеф задержался на этом свете. Значит, вы решили посмотреть на школу? Надо было рано утром приходить, когда здесь была старшая пятёрка. Скоро не я их, а они меня изматывать будут.
— Можно мне попробовать? — спросил я, показывая взглядом на молодёжь. — Удержать их.
— Они ещё не выдохлись, — Прат сделал широкий жест, и сдерживающая магия пропала, освобождая парней и девушек. — Так что будь осторожен.
Молодёжь заинтересовалась, пытаясь сохранить серьёзное выражение лиц, но любопытство их так и распирало.
— Замри, — сказал я на языке дами.
Сковывающий символ сработал, как и положено, захватив всю группу. Я прислушался к ощущениям, чтобы понять, каким образом они освободятся.
— Они стараются? — спросил я у Мирейн через минуту.
— В том и проблема, что только стараются, — ответила она.
Ещё минуту они боролись, но я едва ли что-то смог понять. В итоге я покачал головой, отпуская их.
— У Айн Ханны это получилось легко, — огорчённо сказал я. — Подумал, что и они смогут.
Прат хрюкнул, пытаясь сдержать смех, затем быстро зажал рот ладонью.
— Госпожа Айн Ханна особенная, — не убирая ладонь, произнёс он. — Не стоит её сравнивать с другими.
— Продолжайте занятие, — сказала ему Мирейн. — Василий, не будем им мешать.
— Заходи вечером, — Прат улыбнулся, затем изобразил, как будто что-то выпил из маленькой чашки.
Мы вышли в коридор и двинулись дальше, к лестнице, уходившей ещё ниже.
— Сильный демон, — сказал я, оглянувшись. — Не представляю, что такого могло случиться, чтобы ему понадобилась посторонняя помощь.
— Ситуации бывают очень разные. Не всё можно решить грубой силой.
— Долго ему ещё долг отдавать?
— Долго, — ответила Мирейн. — Не беспокойся за него, он здесь прекрасно живёт. Иногда даже слишком.
Последнее она сказала так, словно он недавно что-то натворил, за что был наказан.
— А почему школа для молодёжи находится под дворцом? Не мешает владыке?
— Малеф приказал построить дворец над школой. Я же говорила, он старался всё держать под контролем. Это он «нанял» Прата и несколько человек, чтобы обучение стало лучше.
На уровне ниже было ещё много залов, в которых молодёжь постарше учили драться на кулаках и с оружием в руках. Мне продемонстрировать умение обращаться с копьём не дали. Мирейн сказала, что если я хочу получить пару ударов палкой, то она может сама это сделать и без всяких демонстраций. Обидно, конечно, но настаивать я не стал. С копьями здесь тренировались только парни, и двигались они неплохо. У девушек основным оружием был короткий меч, напоминавший большой нож.
Уйти глубже нам не дала одна из девушек, работающих во дворце. Как сказала Мирейн, их можно было отличить по красивому платью. Девушка важно сообщила, что обед готов и его уже вот-вот начнут подавать. В любом случае, экскурсия получилась занимательной. Пока мы поднимались во дворец, Мирейн рассказала, что молодёжь у них учат не только сражаться, но и обучают грамоте. А с недавних пор ввели уроки демонического языка, распространённого в ближайших мирах.
После купален Зои и Ива выглядели так, что глаз не оторвать. На щеках румянец, волосы расчёсаны и уложены в аккуратную причёску, а у Ивы ещё глаза подведены тушью, что делало их более выразительными. Ну, и дорожные наряды они сменили на красивые платья, пусть и тёмного цвета.
Обедали тихо, в нашей маленькой компании. Затем отдыхали в просторной гостиной, делились впечатлениями о местных горячих источниках. В присутствии Ивы я не стал рассказывать о том, что находится на нижних уровнях дворца. Мало ли, вдруг светлоликие задумают какую-нибудь гадость против жителей этого мира. Вместо этого я читал девушкам сказку из книги в кабинете владыки. Написана она была на старом демоническом языке и повествовала о древних богах, живших среди демонов.
Айн Ханна за весь оставшийся день появилась только один раз, уставшая и загруженная какими-то проблемами. На мой совет пойти и хорошенько выспаться лишь улыбнулась. Выяснив, что у нас всё прекрасно, она снова исчезла, пообещав разбудить рано утром.
Спальни нам выделили отдельные, с видом на город, на третьем этаже дворца. Мне досталась шикарная комната с огромной кроватью, где можно было спокойно втроём разместиться. Но на роскошь я сейчас внимания не обратил, стоял у окна, разглядывал город и думал о сегодняшнем дне. Должны ли были жители города и обитатели дворца на радости оттого, что смогли освободиться от рабского символа, устроить праздник? Может, слухи об этом не успели разойтись и веселье нас ещё ждёт? Разве что свет горел почти во всех окнах домов. Но людей на улице я почти не видел.
— Вася, ты ещё не спишь?
Я обернулся, увидел Зои. Она улыбнулась, быстро вошла, закрывая за собой дверь. Продемонстрировала свою дорожную сумку.
— Страшно одной оставаться, — сказала она. — Можно я с тобой посплю?
— Что? — я пару раз моргнул, пытаясь перестроить поток мыслей. — А, ты об этом…
— Жуткое место этот дворец, — Зои поёжилась. — Кругом эти девицы в одинаковых платьях, и с лицами, лишёнными эмоций. Прячутся в тенях как пауки, ожидающие жертву.
— Я уже понял, что это какое-то умение особое, — кивнул я. — Они это называют «слиться с тенями». Только у меня не получается их разглядеть.
— И хорошо, что не получается, — сказала она, опуская сумку у кровати. — Лучше бы я их тоже не видела.
— Завтра уйдём, — пообещал я. — Поговорим с владыкой насчёт ящериц и уйдём.
— А что Ива? Она уверена, что ты её убьёшь руками Ханны. Говорит, что видит только это будущее. И меня она пугает ещё больше, чем эти, притаившиеся в тенях. Если бы я знала, что меня собираются убить, сбежала бы. Ива же ведёт себя так, словно это какая-то обычная вещь, не стоящая переживаний.
— Выкинь её из головы до завтра, — сказал я. — Ладно, занимай кровать, а я вон там себе постелю.
— Даже не вздумай, — строго сказала она, уперев руки в боки. — Просто представляй, что мы ещё путешествуем и делим трудности дороги. Как в холодной пустыне.
Забравшись коленками на кровать, Зои вынула из-под подушек толстый валик, затем положила его вдоль кровати, разделяя на две части.
— Так подойдёт? — спросила она.
— Вполне, — кивнул я, подумав, что выспаться нормально не получится.
— Нужно только второе одеяло принести…
— Что случилось? — спросил я, когда она как-то неожиданно замолчала и погрустнела, опустив взгляд.
— Всё ещё думаю о том, что ты будешь делать, когда исполнишь задуманное, — сказала она. — Ты ведь не сможешь вернуться домой.
— Вернусь в Хуму, — сказал я.
— Это ведь так мало, — она подняла на меня взгляд. — Всю жизнь провести в храме, где ничего не происходит? С тоски ведь можно помереть через год или два.
— Поверь, приключений мне уже хватило на пару жизней.
— Дело не в этом. Мы можем отправиться в наш мир. Отец тебе титул герцога пожалует и провинцию огромную на берегу моря. Два торговых порта, шумные и проблемные соседи, дворцовые интриги — скучать будет некогда. А когда устанем, можно поехать на один из тихих островов, где круглый год лето. Ведь если выбирать, то маленький город с храмом, где живут… белоглазые женщины со скверным характером — это очень мало для человека, обладающего такой силой, как у тебя. Это как королю взять в жёны пастушку и до конца жизни заниматься даже не разведением, а просто выпасом скота.
— Обещаю подумать над этим, когда запечатаю свой мир. Мы обязательно об этом поговорим и даже серьёзно, но только не сейчас. Это как плохая примета. Стоит только задуматься и заикнуться о будущем, как на голову начинают сыпаться неприятности.
— Ты это уже говорил.
— А ты обещала подождать. И почему улыбаешься?
— Просто так, — она сделала невинный вид, захлопав ресницами. — В первый раз твоё «потом» звучало как «нет», а сейчас как «может быть».
— Беги за одеялом, — махнул я на неё рукой. — Завтра будет тяжёлый день, и нужно хорошенько выспаться.
⠀⠀
Несмотря на все опасения, выспался я неплохо. И уснул быстро, и проснулся со светлой головой. И, как всегда, не заметил, когда Зои успела встать и даже переодеться. Застал её сидящей у туалетного столика, расчёсывающей длинные белые волосы. И настроение с утра у неё было прекрасным, судя по улыбке.
— Ты обещал, — напомнила она, — что мы сегодня отправимся обратно. Уж лучше в дороге быть, чем в этом жутком дворце. За дверью они.
— Кто?
— Скрывающиеся в тенях. Было четверо, а теперь уже пятеро.
— Может, насчёт завтрака…
Я быстро оделся, прошёл к двери. Стоило открыть, как столкнулся взглядом с Мирейн. И кроме неё в коридоре я никого не увидел. Как с ними Малеф жил, ума не приложу. Параноиком можно стать и от каждой тени шарахаться начнёшь.
— Доброе утро, — пожелал я.
— Именно так, — согласилась она. — Малеф ждёт.
— Может, после завтрака? Или вы из принципа, что после еды добреют, хотите с ним поговорить пораньше?
— Можно и после завтрака. Полдня ничего не решит.
— Нет, давай уже сразу, — сказал я. — Чтобы потом к этому вопросу не возвращаться. Куда идти?
— Он на нижнем уровне.
Мы направились к лестнице и до тёмной части дворца, где начинались глухие коридоры, шли молча.
— А где Айн Ханна? — спросил я. — Рядом с Малефом?
— Госпожа прячется от меня, — спокойно произнесла Мирейн. — Сказала, что ты сам всё решишь.
— Вдруг он говорить со мной не захочет?
На это замечание она не ответила. Взяла с ближайшей стены лампу, чтобы освещать дорогу впереди.
— Госпожа говорила, что у тебя большая проблема, — сказала Мирейн, сбавив немного шаг, когда до лестницы осталось совсем немного. — Что тебе нужно запечатать родной мир.
— Так, — подтвердил я, хотя она не спрашивала, а констатировала.
— Мы решили помочь тебе, как Прату, — она посмотрела на меня очень серьёзным взглядом.
— Спасибо, но я сам справлюсь, — я даже рассмеялся, пытаясь разрядить серьёзность ситуации.
Вряд ли они представляют себе последствия этого решения. Не буду говорить, что это не просто, вопрос в другом, как бы после этого уже их мир не пришлось запечатывать. Светлоликие — слишком опасный противник, чтобы безнаказанно дёргать его за уши.
— Правда, я справлюсь, — более решительно сказал я. — Да и одному это сделать будет проще. Вы же потом оставите меня здесь, как Прата.
— Оставим, — кивнула Мирейн. — Только не как должника. Ты станешь нашим владыкой.
⠀⠀
— Нет, — ответил я Мирейн, затем повернулся и зашагал к лестнице. Думаю, что в этот момент у меня было удивлённое выражение лица. Становиться владыкой мне ещё не предлагали, поэтому, как реагировать на подобное, не знал.
Она догнала меня, поднимая повыше лампу, чтобы я не свернул шею.
— Здесь направо, — подсказала Мирейн, когда мы спустились на два уровня. — Делать самому всю работу не обязательно. Я могу выделить несколько лучших теней, чтобы собирать информацию и устранять тех, кто мешает. Никто не узнает об их присутствии.
— Собирать информацию? Они свободно говорят на языке светлоликих?
— Информацию можно добывать не только из подслушанных разговоров. Они могут поднять шум и отвлечь охрану, чтобы тебе было проще добраться до жертвы.
— Помощь мне не нужна. Я это уже объяснял Айн Ханне, поэтому поговори с ней, прежде чем делать глупости.
— Золото? — уточнила она.
— Что золото?
— Тебе в светлом мире нужно будет золото? Для подкупа или чтобы войти в высокий круг торговцев и лордов?
— Золота у меня в достатке.
— И всё же, пару теней возьми. Они будут находиться рядом и не станут вмешиваться. Если ситуация выйдет из-под контроля, то они смогут защитить твою жизнь или выиграть время для отступления.
— Все входы в мир светлоликих под жёстким контролем. И к посторонним они относятся крайне враждебно.
— Скажешь, что это твои телохранители или слуги.
— Я сам там на птичьих правах. И хорошо бы не прибили, когда вернусь…
Она остановилась, ухватив меня под локоть, что не вырваться. Посмотрела прищуренно.
— За тобой охотятся?
— Пока нет.
— Считают преступником?
— Всё очень сложно, — вздохнул я.
— Возьмёшь с собой пять теней, — отрезала она.
— Никого я не возьму.
Мы встретились взглядом и несколько секунд смотрели друг на друга.
— Дверь в конце коридора, — сказала Мирейн, отпуская мой локоть. Похоже, что она пришла к какому-то выводу, решив сделать всё по-своему. Может, взять у них золото, если они так сильно хотят со мной рассчитаться?
Для чего предназначались помещения коридора, так сразу и не скажешь. Одинаковые двери, полнейшая тишина и всего одна лампа, сгущающая общий мрак, а не разгоняющая его. У нужной двери дежурил невзрачный мужчина лет тридцати, которого я заметил, только когда мы подошли достаточно близко. Просто одет он был во всё чёрное, поэтому и сливался с темнотой коридора. На нас он посмотрел с любопытством, но останавливать или что-то говорить не стал.
Бывшего владыку Малефа держали в небольшой камере. После удаления символов он выглядел бледным и болезненным, поэтому ни связывать, ни заковывать в цепи его не стали. Он лежал на тюфяке, лицом вниз и голый по пояс. В свете лампы его спина выглядела как один большой покрасневший и припухший синяк.
— Ты даже не представляешь, что натворил, пацан, — не отрывая лица от тюфяка, произнёс Малеф. — Просто не представляешь.
— Отнюдь. Но спорить и говорить об этом не хочу. Меня интересуют только синие ящеры, которые опустошают миры. Ты говорил, что знаешь, как их можно остановить.
— Ящеры? — он засмеялся через боль. — Это такая мелочь. Знаешь, сколько усилий, времени и жизней было потрачено, чтобы взять под контроль мир фиолетового неба?
— Сначала ответь на мой вопрос.
— Верни всё как было, — сказал он. — Верни!
— Он что, умом тронулся? — спросил я у Мирейн.
— От бессильной злости, — подсказала она. — Говори, Малеф, не трать наше время.
— Да кому нужны эти синие ящерицы?! — злобно произнёс он. — Их нашествие может показаться просто праздничной ярмаркой по сравнению с тем, что будет, если фиолетовые глаза снова начнут…
Он резко замолчал, словно сболтнул лишнего.
— Если вы уже решали проблемы ящеров, то наверняка кто-то помнит, как именно? — спросил я у Мирейн. — Не так уж и давно это случилось.
Она лишь покачала головой.
— Я могу поспрашивать у старейшин, но если я не слышала об этом, то вряд ли они смогут помочь. Малеф, мы ведь говорили на эту тему.
Мирейн посмотрела на бывшего владыку, а в её голосе прозвучали стальные нотки. Малеф неуютно заёрзал на лежанке.
— Артефакт, — неохотно отозвался он. — У них есть древний артефакт, который называется «нарушающий». Фигурка ящера и каменный стержень. С помощью них они открывают стабильные проходы между мирами. Я говорил серым лордам, чтобы уничтожили артефакт, но они решили разгадать его тайну, наладить торговлю и соединить в сеть десятки и сотни миров. Если хочешь остановить ящеров, просто забери у них артефакт.
— Понятно, — сказал я, затем пару раз кашлянул.
— Если вернёшь всё как было, — устало произнёс владыка, — я сделаю тебя бессмертным.
— А вот этого точно не надо, — сказал я.
Кивнув Мирейн, я вышел в коридор. Теперь понятно, как он избавил миры от ящеров в первый раз. Послал за артефактом пару «теней», которые тихо проникли к ним и стащили статуэтку. А может и не тихо, а с боем и потерями, ведь им пришлось закрывать разломы за собой, а сделать это можно, если верить Иве, только одновременно с двух сторон. И ящеры нашли очень интересный способ этот артефакт вернуть, устроившись на работу в аукционный дом.
— Тебя его ответ устроил? — спросила Мирейн, закрывая дверь.
— Вполне. Я даже знаю, что можно с этим сделать и как это мне поможет. Надо как можно скорее вернуться в светлый мир. А что будет с Малефом?
— Если он тебе больше не нужен, то его ждёт смерть.
— Ваше право, — кивнул я. — Кто меня наверх проводит? Мне надо со светлоликой поговорить.
— Я провожу, — сказала Мирейн, подав какой-то знак охраннику у камеры.
Наверх я поднимался в задумчивости. Кто же мог знать, что эти два артефакта, которые дами хотел продать или отдать светлоликому, могут открывать разломы из одного мира в другой. Если бы я знал, сломал бы ещё там. Как-то нехорошо получилось. А я ещё радовался, что смог их удачно «выменять» у ящера на кровавое золото.
Серьёзно задумавшись над этой проблемой, я и не заметил, как мы дошли до третьего этажа, остановившись рядом с дверью в маленькую гостиную, где отдыхали вчера.
— Завтрак готов? — спросил я, глядя на дверь. Спросил, чтобы потянуть время, так как заходить не хотелось.
— Его могут подать в любой момент, — сказала Мирейн. — Она опасна?
— Что? — не понял я.
— Я вижу сомнение в твоём взгляде, — пояснила женщина. — Как у молодого охотника, впервые входящего в пещеру хозяйки клыкастой скалы.
— Ива опасна, но не в том смысле, о котором ты думаешь. Нет, пугать её не надо, я с ней сам поговорю. С глазу на глаз, никаких теней и всего этого.
Мирейн кивнула и открыла дверь, как бы намекая, чтобы не робел. Ива с утра пораньше читала записи наставницы, описывающей путешествие в этот мир. Интересный вопрос, её наставница побывала здесь до того, как стать оракулом, или после этого?
— Доброе утро, — сказал я, закрывая за собой дверь, чтобы Мирейн не пугала Иву взглядом.
— Доброе утро, — она закрыла книжицу, посмотрела вопросительно. — Как прошёл разговор с владыкой?
— Продуктивно. Оказывается, у ящеров есть артефакт, позволяющий открывать стабильные разломы. В прошлый раз его забрали и заперли в одном из миров.
— Как же этот артефакт к ним вернулся?
— Среди лордов Илуны обязательно найдётся пара достаточно сильных, чтобы пройти в их портал и забрать эти артефакты, — сказал я, проигнорировав вопрос.
— Они сильны, но не бессмертны, — заметила Ива. — Но смысл понятен.
На минуту в комнате повисло молчание. Пока я собирал мысли в кучу и ещё раз пытался всё оценить, Ива терпеливо ждала, с любопытством глядя на меня.
— Скажи, ты можешь запечатать один из миров, чтобы никто не смог ни войти, ни выйти? И чтобы в будущем никто эту печать не смог сломать.
— Нерушимых печатей не существует, — сказала она. — Но можно сделать так, чтобы пробить дорогу стоило огромных усилий и траты невосполнимых ресурсов. Только зачем тебе это?
— Хочу запечатать родной мир, — решительно сказал я. — От светлоликих, от демонов, от всех.
— Непростые цели ты ставишь перед собой, — задумчиво произнесла она.
— Давай заключим сделку, я верну тебя в Илуну, а ты запечатаешь мой мир.
Ива покачала головой. И взгляд категоричный, говорящий, что помогать мне она не собирается.
— Я могу и сам управиться. Только в этом случае я сравняю храм в Илуне с землёй. А если есть подземные уровни, обрушу их так, что за сто лет не сможете раскопать. На это сил мне хватит. И если ты сейчас подумала, что меня ждут у входа в мир Илуны, чтобы сразу укоротить на голову, так как знают о намерении разрушить храм, то ошибаешься. Иначе прибили бы ещё до того, как я помогать тебе взялся.
— Будущее очень опасно менять, — сказала она. — Это накапливает хаос, который может обыденную вещь превратить в катастрофу. Как это произошло с синекожими ящерами. Для Императора я уже мертва, и чтобы не сеять хаос, меня убьют, едва вернусь в столицу.
— Что вы зациклились на этом будущем? — я едва не выругался. — Из-за этого в твоей голове нет свободного места для нормальных мыслей. Кто даст гарантию, что этот приближённый действительно видел твою гибель, а не делает это специально, чтобы избавиться от конкурента или врага в твоём лице? Он сказал, что ты не вернёшься, так? А если случится наоборот, не уличит ли это его во лжи? Почему вы так безоговорочно верите подобным проходимцам?
— Он не станет врать.
— А ты не подумала, что он это специально делает, чтобы разрушить храм? Помогая мне, ты спасёшь город от разрушений, а оставшись здесь, поспособствуешь этому. Может, он этого только и ждёт, чтобы и на тебя вину свалить, и храм разрушить моими руками. Или же это он вернул артефакты ящерам, чтобы посеять хаос, лишить столицу оракула и прочее, прочее.
— Это лишь домыслы, — спокойно сказала она.
— Видишь ли, — я улыбнулся. — Я был свидетелем, как один дами по прозвищу Коллекционер передавал артефакты ящеров светлоликому по имени Рольф. Обменял их на несколько крупных кристаллов и пару артефактов. Я видел, как они вели приятную беседу, сидя в питейном заведении полном демонов, видел, как артефакты перешли из рук в руки. Не придавал этому значение до сегодняшнего дня, пока владыка Малеф не описал, как эти артефакты выглядят. Так что я знаю, кто помог ящерам.
— Уверен? — лёгкая улыбка исчезла с лица Ивы.
— Я же говорю, видел это собственными глазами. Но это ещё не всё. Мне продолжать?
— Говори, — кивнула она.
— Где-то через пару часов после того, как я видел передачу артефактов Рольфу, я столкнулся с двумя синекожими ящерами. Они принесли на аукцион, который устроили демоны, три крупных самородка мрачного золота. И говоря «крупных», я имею в виду действительно здоровенные самородки, примерно такого размера. Эта парочка ящеров решила внезапно сбежать прямо посреди аукциона, и почти сразу на город напала армия синекожих. Рольф тоже испарился очень вовремя, а мы с командой едва ноги смогли унести. Думаю, что ты достаточно умная и сможешь сложить всё это в единую картину.
Она задумалась, опустив взгляд на записную книжку наставницы. Я не торопил, прошёл к окну, чтобы посмотреть на город.
— Зачем тебе запечатывать свой мир? — спросила Ива.
— Насмотрелся на мёртвые города, демонов, торгующих людьми, на людоедов и… В нашем мире нет одарённых. Это Илуна может отбиться от тех же синих ящеров, а мы разделим участь того мира, где из черепов и костей они себе храмы строят. Вот такой каприз у меня, эгоистичное желание.
— Там сейчас кто-то из семьи Азара и Эервен, — сказала она. — Они уже не смогут вернуться.
— За них бы я точно не переживал. Проживут жизнь в комфорте и достатке. А кристаллы, которые выдёргивают людей обратно через десять лет, работать будут? Что станет с теми, кто сейчас во дворце Азара?
— Вернуться они уже не смогут. Кого-то оставят в Илуне, но большую часть отправят в ближайшие светлые или серые миры.
— Ну что, мы договорились?
— Договорились, — кивнула Ива.
— Тогда у меня пара дополнений к договору. Первое — ты не должна никому обо мне рассказывать. Чем меньше светлоликих будет мною интересоваться, тем лучше. То же самое касается Зои. После того, как ты запечатаешь мой мир, мы сразу уйдём из Илуны и, надеюсь, никогда больше о нём не услышим.
— Приемлемо, — кивнула она.
— Второе — я оставлю тебе связующий символ.
— Однокрылую бабочку? — на её лице появилась лукавая улыбка.
— Я ещё не сошёл с ума, чтобы связать себя с кем-то из вас. Нет, символ будет проще. Он мучительно убьёт тебя в трёх случаях: если я этого сильно захочу, если погибну или потеряю силу. В обратную сторону он не работает, но я сразу узнаю, если ты лишишься силы или умрёшь. У меня ещё остались чернила, на два символа должно хватить.
— Не боишься, что я смогу разгадать загадку символа и разрушить его?
— Загадки в нём нет, а разрушить его ты сможешь, если уверенно читаешь шестую молитву.
— Что читаю? — не поняла она.
— Поэтому я и не переживаю, — я показал на записи её наставницы. — В этой книжке описано, как попасть в Илуну так же быстро, как мы прошли сюда? Желательно не через пустыню.
— Нет. И ты зря торопишься. Чтобы исполнить задуманное, мне нужно дождаться храмовую стражу. Нужен ключ, который носит с собой Викар.
— Если они придут, а не заблудятся.
— Дай им десять… одиннадцать дней.
— Я обещал Зои, что мы уйдём уже сегодня.
Она лишь улыбнулась, разводя руками.
— Демоны, — проворчал я. — Ладно, подождём. Но символ я нанесу тебе сегодня, так как чернила портятся быстро.
— Откуда у молодого парня, который всего два года прожил в тёмном мире, столько удивительных знаний? — спросила она.
— Память хорошая и умение книги старые читать. Пойдём завтракать, а потом займёмся символами.
⠀⠀
Десять дней в горах Ракку тянулись очень долго. Начать надо с того, что все эти дни за мной бегала пара девушек из дворца, самые робкие из всех, но самые приставучие. Следовали повсюду как две тени, пытаясь помочь там, где нужно и где не нужно. Не отставала от них Мирейн, ходившая за мной по пятам четыре дня, уговаривая вернуться к ним, как только я решу все свои дела в светлом городе. Её энтузиазм мог сравниться только с богатым воображением. Она придумала не меньше двух десятков разных способов, как мне можно и даже нужно помочь достичь цели.
В тот же день, как я поговорил с Малефом, появилась Ханна, всё такая же немногословная. При этом она уже знала и об артефактах, и о том, что я намерен был вернуться в Илуну в компании светлоликой. Но самое главное, она предложила небольшую сделку, от которой я не смог отказаться. В обмен на десяток символов контроля для воинов дворца она обещала доставить письма в Хуму. Я так обрадовался возможности передать Тэе и Беате, что со мной всё в порядке, что согласился, не думая. Для меня это было несложно, учитывая, что Ханна достала хорошую кровь какого-то демонического ящера, обитающего в глубинах горы.
Целый вечер я потратил на то, чтобы написать большое письмо Тэе, Беате и Присцилле. Просил их не переживать напрасно, упомянул, что у нас важное дело и, как только оно решится, мы тут же вернёмся. Написал, что мы умудрились заработать столько золота, что можно было храм содержать пару лет. Боялся, что они ринутся к нам на помощь и только наломают дров. Ещё одно письмо написала Зои для Присциллы. Почитать не дала, но пообещала, что обязательно спросит, как быть с проблемой силы.
Что касается владыки Малефа, то его тихо обезглавили и сбросили тело в одно из далёких ущелий. В горном городке праздник по этому поводу не устраивали, а вот в предгорьях, по словам Мирейн, люди радовались. Туда как раз дорога занимала почти пять дней, поэтому посыльные успели спуститься и вернуться с небольшим торговым караваном. Для обитателей дворца привезли фрукты, много овощей и всего прочего, чего не хватало в горах.
В общем, последние дни я сидел как на иголках, ожидая ответные письма из Хумы и храмовую стражу. Мы как раз заканчивали завтрак, когда нас потревожила Мирейн.
— Письма из Хумы, — сказала она, вручая мне два конверта.
Стоило усилий, чтобы не вскочить и не вырвать их из её рук от нетерпения.
— Спасибо, — я принял письма, с улыбкой глядя на печать храма, которой верховная жрица скрепляла самые важные документы. Печать на втором письме мне была незнакома, но Зои её узнала.
— От бабушки, — сказала она, принимая письмо.
Я никогда в жизни не получал такие долгожданные письма, поэтому с волнением и незнакомым ранее чувством сломал печать, разворачивая послание. Почерк Тэи — его я не перепутаю с другим, так как писала она всегда как на конкурс по каллиграфии, если это уместно к символам языка дами. В отличие от речи, они не могли использовать магию в письме, поэтому особым образом выделяли символы, чтобы сразу было понятно, какой смысл они должны нести. И если переводить образно, то получалось следующее:
⠀⠀
Беата, пятью днями ранее, Хума, храм дами
Беата бежала по второму этажу храма, приподняв подол наряда жрицы, чтобы не запутаться в нём. Едва не сбила пару жриц на лестнице, не заметивших её появления, и даже не остановилась, чтобы извиниться. Взлетев на третий этаж, она промчалась по коридору к кабинету верховной жрицы и всё же столкнулась с кем-то, не успев вовремя затормозить у открытых дверей.
— Тише, — её подхватила под локоть Гера, не дав упасть. Говорила она при этом негромко, приложив палец к губам.
— Письмо? — спросила Беата, тяжело дыша от пробежки.
Гера чуть посторонилась, чтобы девушка смогла увидеть Тэю, сидящую за столом и читающую письмо. А ещё стало понятно, что у дверей в кабинет собрались и другие старшие жрицы. Пришли все, кроме Сивиты, но из кладовых храма до кабинета верховной было слишком далеко, чтобы дойти так быстро. Вытянув шею, Беата заметила светловолосую Присциллу, сидящую на стуле недалеко от стола и читающую ещё одно письмо.
Дочитав, Тэя встала, обвела собравшихся взглядом.
— Василий пишет, что у них с Зои всё в порядке, — сказала Тэя. — Они сейчас в светлом городе Илуна. К ним относятся хорошо, они даже сумели снять богатый дом рядом с дворцом лорда. А ещё там много людей из того мира, откуда пришёл Василий.
— Он вернётся домой? — спросила Гера.
— Пишет, что должен сделать что-то важное, прежде чем сбежать и вернуться в Хуму, — сказала Тэя. — И сетует, что у него может не получиться забрать заработанное золото.
— В этом весь Василий, — рассмеялась Дэйри. — Даже у светлых найдёт способ заработать.
— Когда, когда он вернётся? — спросила Беата. — Может, ему помощь нужна?
— Он справится, — сказала Тэя. — Не толпитесь у кабинета, ступайте. Мне нужно написать ему письмо, так как посланник торопится. Беата, задержись на минуту.
Старшие жрицы шумной толпой вышли в коридор, обсуждая громкую новость. Беата, наконец, смогла увидеть посланника, бледного мужчину в невзрачной дорожной одежде. Он устало сидел на стуле у окна и что-то пил из большой глиняной кружки.
— Зои пишет, что у неё большая проблема с развитием силы, — сказала Присцилла. — И вредная девочка не хочет возвращаться, пока не поможет Василию.
— Что за проблема? — спросила Тэя, жестом поманив Беату и протянув ей письмо, которое читала только что.
— Это связано с силой крови. Для неё это не опасно, но светлоликие могут почувствовать это даже через тот символ, что нанёс Василий. А жить в их столице — всё равно что упитанной овечке ночевать в логове голодных волков. Мне нужно время, чтобы написать ответ. Я возьму чернила и бумагу?
— Конечно, — Тэя вернулась к столу, чтобы собрать для неё всё нужное.
Присцилла в последнее время выглядела мрачнее тучи и даже немного постарела. С каждым днём её вера в то, что Зои вернётся, таяла, и она бы давно ушла, если бы знала, в каком направлении нужно двигаться. Сегодня же она выглядела так же, как и прежде: суровой и решительной женщиной. Даже сквозь символ скрытности, который ей нанёс Василий, Беата могла почувствовать огромную и давящую силу. Тэя говорила, что кроме неё с Присциллой никто не сможет совладать. Даже если все старшие жрицы объединятся, она их размажет по земле и не заметит. При этом сама Присцилла как-то обмолвилась, что когда сила крови Зои проснётся, то она ей даже в подмётки годиться не будет. Беата пока не могла понять, как можно стать многократно сильнее того, кто уже способен сражаться с верховной жрицей на равных.
Дождавшись, пока Присцилла выйдет из кабинета, Беата ещё раз посмотрела на посыльного.
— Он не говорит на местных языках, — сказала Тэя. — Торопится вернуться, но готов подождать, пока мы напишем письма Василию.
— А как его тогда пустили в храм?
— Я поймала его, когда он пытался прокрасться в кабинет. Хорошо, что не пришибла от неожиданности, когда он прошмыгнул в дверь. У него, скорее всего, дар становиться невидимым, но я уловила отголосок силы. Ты прочла? Не тяни. Василий наверняка хочет получить от тебя ответ, поэтому подумай, что написать. Я пока начну письмо.
— Может, его покормить? — спросила Беата, взглядом показывая на посыльного.
— Уже распорядилась.
⠀⠀
Последняя часть письма была от Беаты, которая старалась выводить символы так же красиво, как и Тэя. Она писала, чтобы я не заморачивался по поводу золота и всего остального и просто вернулся. А ещё они просили писать письма чаще, если я вздумаю задержаться. Даже готовы были платить за услуги доставки из собственных сбережений.
— Всё нормально? — спросил я у Зои. Она читала письмо с задумчивым видом, то хмуря брови, то поднимая их удивлённо.
— Да, всё хорошо, — она кивнула, сложила письмо несколько раз, убирая за широкий пояс. — Думаю, что я смогу какое-то время прятать силу, но с бабушкой нужно бы встретиться.
— Сейчас?
— Нет, но до того, как сила окончательно сформируется. Она может стать… неправильной.
Я посмотрел на Иву, наблюдающую за нами с интересом.
— Твой план не затянется на полгода? — спросил я.
— Нет, понадобится всего несколько дней.
— Да, Мирейн? — судя по взгляду, у неё ещё были новости, но она терпеливо ждала, пока мы прочтём письма.
— Через тот же разлом, что и письма, пришли гости из светлого мира, — сказала она.
— Чего же ты молчишь?! — я едва не вскочил. — Где они?
— Скоро должны подойти к городу.
— Отлично! День только начался, поэтому хорошо бы сразу сегодня и уйти. Встретим их в главном зале дворца.
— Прикажу собрать вещи и еду в дорогу, — сказала она и вышла из комнаты.
Это была отличная новость. Не такая, как письма, но тоже неплохо. Я посмотрел на Зои и Иву, не понимающих, о чём я говорил с Мирейн.
— К городу идёт группа храмовой стражи и проводники, — сказал я. — Так что есть шанс, что мы сегодня же уйдём.
— А мне здесь только начало нравиться, — улыбнулась Зои.
Она почти не лукавила, так как местные девушки очень старались с ней подружиться и даже что-то подарили. Мешал лишь языковой барьер, но и так они нашли точки соприкосновения. Я им ещё десять дней назад подсказал, чтобы они не прятались в тенях, находясь рядом с Зои, и их отношения сразу начали налаживаться.
— Ива, ты обещала рассказать, что придумала по поводу моего мира, когда появится храмовая стража. Лучшего момента не найти, поэтому мы слушаем.
Мне показалось, что новости о появлении светлоликих её обрадовали гораздо меньше, чем меня.
— Чтобы запечатать твой мир, нужен крайне редкий ингредиент. С помощью него можно создать искажение, не позволяющее разломам формироваться. Это самый сильный, надёжный и безопасный способ, о котором я знаю. Проблема в том, что этот ингредиент хранится у лорда-защитника, отвечающего за безопасность храма, и он не согласится отдать его даже мне.
— Предлагаешь забрать силой?
— Нужно попасть в хранилище лорда-защитника, — сказала она. — А открыть дверь может только он и больше никто.
— Можно через рабскую метку…
— Не перебивай, — Ива недовольно посмотрела на меня. — Договориться с ним не получится. Он самый упёртый из всех мужчин, которых я знаю. Его можно сравнить с фанатиком, который отдаст жизнь не задумываясь. Их семья защищает хранилище десятки поколений, и даже Император может войти туда только вместе с самим лордом и вынести что-то с его одобрения. Формальность, но придающая лорду большое значение и вес.
Ива задумалась на несколько секунд, словно прикидывая варианты.
— Зои, сможешь ли ты ввести в транс кого-нибудь равного по силе храмовой страже, сопровождающей меня? — спросила Ива. — Если да, то можно будет попасть в хранилище и без прямого разрешения.
— Могу, — осторожно и недоверчиво сказала Зои. — Ненадолго.
— Такой план, — Ива посмотрела на меня и слегка улыбнулась.
— Заманить лорда-защитника поближе к хранилищу, желательно без охраны, забрать нужный ингредиент и сбежать? И хранилище это находится вне храма, я прав?
— Оно рядом с храмом. В остальном же ты прав.
На словах выходило вроде бы легко. Но нужно учесть, что Иву и нас в Илуне не ждут с распростёртыми объятиями. Какой-то приближённый к императору, чьё имя она так и не назвала, вернулся из будущего, в котором я спустил на ближайшие миры синих ящеров. И в этом будущем Ива для светлоликих представляет угрозу, так что её могут попытаться убрать сразу по возвращении. Как и нас, с ней заодно.
— Более подробно о плане я расскажу, когда поговорю с командиром стражи, — сказала она. — Обратный путь не близок, время ещё будет.
— Хорошо, давайте собирать вещи, — подытожил я. — Надеюсь, что обратный путь не займёт десять дней.
Светлоликих мы встретили у входа во дворец. Уставшие, небритые, изрядно побитые дорожной пылью и грязью, светлоликие уже не выглядели так величественно, как в начале путешествия. И видя их, я был рад, что мы выбрали короткую дорогу.
Старший из храмовой стражи увидел Иву и едва не бухнулся перед ней на колени, скорее всего, извиняясь за то, что потерял по дороге. А я подивился тому, как высокомерно она его встретила. Уступая в росте, умудрялась холодно смотреть сверху вниз. Думал, что сейчас возьмёт палку и отходит хорошенько, чтобы в будущем лучше выполнял свои обязанности. Охрана, выданная мне Иринэ, выглядела так же плачевно. И меня они были рады видеть только в том контексте, что не придётся оправдываться за провал задания перед хозяйкой.
Жаль, я не знаю светлого языка и не смог понять, о чём говорили светлоликие. Побеседовав с Ивой минут пять, храмовые стражники посовещались с угрюмыми проводниками, и было решено уходить сразу, пока не закрылся разлом, через который они попали в этот мир. У нас всё было собрано, поэтому дворец покидали без задержки. Но я оглянулся и на минуту задержался, когда мы уходили. Местный горячий источник мне понравился, как и целебный настой трав Иш. Может быть, я буду скучать по ним, как и по этим странным людям, умеющим сливаться с тенями. Девушки, что ходили за мной по пятам все эти дни, вышли проводить нас и даже помахали вслед.
Повернувшись к уходящей группе светлоликих, я столкнулся взглядом с Айн Ханной. На ней был дорожный костюм, а за плечами сумка, даже больше той, с которой она шла сюда. А ещё на поясе появились два ножа в кожаных ножнах. Не видел её с того момента, как отдал письма. Интересно, чем она занималась все эти дни?
— А почему они уже не фиолетовые? — спросил я, имея в виду глаза.
— Внимание привлекают, — ответила она.
Ещё когда мы только застряли здесь, я пытался убедить её в том, что помощь не нужна и они мне ничего не должны, но не получилось. Пообщавшись с Мирейн, обитателями дворца и Пратом, больши́м любителем крепкого вина, начинаю думать, что понятие долга у них священно. Никто из вышеперечисленных даже слушать не хотел, когда речь заходила о том, что мне ничего не стоило снять рабские символы с владыки Малефа. А ещё они называли Ханну госпожой и относились с уважением, но кем она являлась для местных, я пока не разобрался. Пытался спрашивать, но все уходили от ответа, делая вид, что не понимают вопрос. И видя её значимость, мне было непонятно, почему они так легко отпускали её вместе со мной в светлый мир.
До первого разлома, открывшегося в глубоком ущелье, пришлось топать часов пять. Затем был переход на лесистую равнину, и снова долгая дорога, затянувшаяся до позднего вечера. Обратный путь до Илуны занял четыре дня и был совсем не насыщенным на события. За это время мы ни разу не встретили разумных демонов, а диких животных разгоняла храмовая стража. Да и разнообразием миры не отличались. В последнем мы задержались буквально на пару часов, чтобы переодеться и привести себя в порядок.
— Василий, — ко мне подошла Ива, сменившая дорожный костюм на платье, что ей подарили в горах Ракку. — Готов? Ещё можно передумать и оставить всё как есть.
— Готовы мы. Больше беспокоит, можно ли положиться на твоих охранников?
— Для них я ещё оракул, — она беззаботно улыбнулась. — Ты можешь уйти сейчас, оставив решать этот вопрос мне. Это займёт больше времени, но мы избежим кровопролития. Не сразу, но где-то за полгода я смогу добиться разрешения посетить хранилище лорда-защитника, а затем запечатаю твой мир.
— Предлагаешь поверить тебе на слово и просто сидеть ждать? К тому же как я узнаю, запечатала ты его или тебя обезглавили, как главную угрозу для светлого мира?
— Ты это поймёшь сразу, — сказала она.
— Нет, я хочу увидеть это лично.
— Это будет самый безумный поступок, который совершаю, но я даже рада. И перед тем, как всё начнётся, хотела сказать, что это было замечательное путешествие.
— Хорошо, если оно хотя бы кому-то понравилось, — я хмыкнул, провёл рукой по волосам. — Не люблю долгие пешие походы.
— Спасибо, что помог. И мне действительно жаль, что тебе не достанется благодарность, которую заслуживаешь.
— Это последнее, что мне нужно. В моём представлении все светлоликие — высокомерные и заносчивые. Даже если вас из болота вытащить, спасибо не скажете. Можете только отнимать и разрушать. Поэтому никогда не поверю в искренность вашей благодарности.
— И зря, — она сказала это так, как будто ожидала похожего ответа. — Очень зря. Просто у нас кожа стала слишком толстой за многие века бесконечного путешествия.
Очень хотелось сказать, что ради прихоти и выгоды они готовы уничтожать целые миры и убивать миллиарды людей. Она легко найдёт отговорку или оправдание и на это. Скажет, что ради высшей цели, ради выживания светлоликих иногда приходится жертвовать далёкими мирами. Может, скажет, что сожалеет, и даже искренне, но это ничего не изменит. Вот, стоило вспомнить гибель родного мира, и внутри снова закипела злость. Ива это заметила, но ничего не сказала. Повернувшись, она направилась к храмовой страже.
— Не доверяешь ей? — спросила Айн Ханна, встав рядом. — Она из тех, кто не боится смерти?
— Вряд ли смерть её страшит, если она так легко шла на убой к Малефу. Посмотрим, что будет. Если случится большая драка, пока я буду буйствовать и понемногу разрушать Илуну, тебе нужно будет вытащить Зои и доставить в Хуму.
— Нет, — отрезала она. — Уйдём все вместе. Если останемся живы, то будет возможность вернуться и отомстить. Если погибнем, то потеряем всё, даже если убьём половину из них. К тому же я нашла старого Тилса, который раньше сталкивался с синими ящерами.
— В каком смысле? — не понял я. — Пусть светлоликие этим занимаются.
— Они могут искать эти артефакты, — сказала Ханна, глядя в спину Иве, — но не должны найти. Нехорошо будет, если к ним в руки попадёт возможность открывать стабильные разломы.
— Ива говорила, что они только мешают миру Илуны двигаться дальше. Но да, я тоже согласен, что подобное не должно попасть в их руки.
Мне показалось, что Ханна что-то недоговаривает, но расспрашивать было бесполезно, да и некогда. Рядом с группой светлоликих уже пошло оживление. По плану, придуманному Ивой, она отправляла свою охрану, ушастых рода Эервен и проводников в город Карно, расположенный в трёх днях пути от Илуны. Не знаю, откуда у Ивы путевой кристалл, ведущий туда, она не говорила, но это даст нам несколько дней форы.
Оглянувшись на Зои, я поманил её, взял за руку. После того, как она получила письмо от бабушки, сила в ней почти не ощущалась. Она говорила, что это временная мера и долго в таком духе не продержится. Плохо, что не получилось уговорить её вернуться в Хуму.
— Как ты? — спросил я.
— В предвкушении, — она улыбнулась. — Вася, ну что за глупые вопросы?
Посреди поля вспыхнул рукотворный разлом. Старший из храмовой стражи первым погнал внутрь проводников из числа людей, затем подручных Иринэ. На последних пришлось прикрикнуть, чтобы не топтались на месте. Затем он что-то сказал Иве и исчез в вертикальной полоске света. Разлом в последний раз вспыхнул и исчез. Ива спокойно достала из маленькой заплечной сумки ещё один путевой кристалл, поколдовала над ним минуту, и почти на том же месте, где и предыдущий, вспыхнул ещё один проход в светлый мир.
Переход был коротким, почти молниеносным. Мы дружно вышли в небольшом зале с высоким куполом, поддерживаемым колоннами. Из приоткрытой двери в помещение падала полоска дневного света.
— Мы в храме, — подсказала Ива. — На этом этаже редко кто-то бывает, но всё равно постарайтесь не шуметь.
Она приложила палец к губам и поспешила к выходу в коридор. Прежде чем выйти, осторожно выглянула наружу, затем помахала нам рукой, чтобы не задерживались. Сквозь широкие окна коридора можно было увидеть городскую площадь с высоты третьего этажа. Наверное, впервые, оказавшись в Илуне, я видел пасмурный день. Низкие тучи готовились в любой момент пролиться на город дождём.
Бежать по коридору пришлось далеко, в противоположное крыло храма, затем мы поднялись на этаж выше, оказавшись перед резной изящной дверью. Ива использовала магию, толкнув дверь, вошла первой. Нас встретил короткий коридор и несколько дверей.
— Мои покои, — она показала на самую дальнюю комнату. — Нам с Зои надо переодеться, чтобы не привлекать внимания. Никто не имеет права заходить на этот этаж без моего разрешения, можете немного расслабиться.
— А дом лорда-защитника далеко? — спросил я. — И где само хранилище?
— Он живёт рядом с дворцом Императора и чаще всего находится там. Я знаю, где взять карету, поэтому сможем добраться быстро. А хранилище там, в доме с крышей цвета меди.
Ива показала в сторону окна, выходящего на восточную часть площади. Там действительно было огромное здание с крышей нужного цвета и по размеру превосходящее дворец владыки Малефа.
— А лорд сейчас может быть там? — спросил я.
— Вряд ли, — ответила она неохотно. — Днём он может быть где угодно: в гостях у лорда Азара, на приёме у Императора и даже за городом. В хранилище он появляется, только когда возникает необходимость открыть его. Придётся дождаться вечера, когда он точно вернётся домой.
— Твой дар может подсказать, где его искать? — я поднял ладонь, пытаясь изобразить над ней искорки.
Я не видел, чтобы она использовала дар с того момента, как показала нам его в том небольшом доме. На лице Ивы появилось сомнение и ещё какая-то эмоция, очень похожая на страх перед знанием будущего. Подняв ладонь, она зажгла над ней маленькую искорку, внимательно глядя на неё. Через несколько секунд к ней прибавилась ещё одна искорка, а затем ещё. Не прошло и минуты, а над её ладонью царил настоящий хаос из огоньков и светлых искр.
Резко оборвав всё, Ива пару раз сжала кулак.
— Как знала, что лучше не смотреть, — сказала она и помрачнела.
— Совсем плохо? — уточнил я.
— Я вижу, как лорд-защитник заносит меч и срубает мне голову. Что бы ни происходило, едва он меня видит, в его руках оказывается меч. Это очень неприятно.
Она даже поёжилась, неосознанно коснувшись рукой шеи.
— Не знаю, что можно сделать, — призналась она. — Пробраться в его дом ночью не выйдет, он живёт слишком близко к дворцу. Если только послать за ним кого-то, чтобы он пришёл в храм…
— А заманить его в дом с медной крышей? — спросил я. — Он же лорд-защитник, неужто ему всё равно, что там происходит?
— Он обязательно примчится туда, если хранилище нужно будет защищать. Но я не знаю, что должно такого произойти. Мне надо подумать и переодеться. Зои, тебе тоже. Никто не должен видеть твои светлые волосы.
Она сцапала Зои за руку и потянула к дверям в свою спальню.
— Хорошо бы научиться видеть будущее, — произнёс я.
— Что сказала светлоликая? — Ханна опустила сумку на пол у окна.
— Говорит, что лорд-защитник набросится на нас, едва увидит. И то, что он на работе не появляется, шляясь по гостям целый день. Чтобы его приманить, надо поднять в городе шум. Может, мне дом взорвать недалеко от площади? Как думаешь, примчится он к хранилищу, если я дом или два взорву неподалёку?
Ханна ловким движением вынула из-за пазухи каменный стержень, испещрённый рунами, прославляющими бога прародителя. Я от такого фокуса несколько окосел, глядя на стержень с удивлением.
— Ящеры удивительно слепы и глухи, хотя живут в темноте пещер, — сказала она. — Это было просто.
— Просто?! — я даже не нашёл, что сказать. — Да вы сумасшедшие. Вы… А идол? Такой, в виде сидящей ящерицы, его тоже забрали?
— Идол всегда находит путь к каменному стержню, — сказала она.
— Нет, — не веря неожиданной догадке, протянул я. — Нет, только не говори, что ты оставила идол там. А если бы они открыли проход прямо в горах Ракку?
— Достаточно шумно будет, если в городе откроется несколько разломов? — очень спокойно спросила она.
— Даже не представляю, что начнётся. Настоящий хаос и… Чёрт! Ушастые будут вне себя от ярости.
— Решай.
Это было как-то слишком неожиданно, поэтому я растерялся. С одной стороны, встряхнуть столицу светлоликих было бы неплохо, но с другой — это может помешать. Хотя, если рассуждать, они будут ловить разбегающихся по городу ящериц и на людей в компании светлоликой вряд ли станут обращать внимание.
— Давай! — решительно сказал я. — Тут столько сильных одарённых, что они этих ящеров перемелют и не заметят. Но хотя бы на час или два поднимут шум в городе. Сможешь активировать его где-нибудь в западных кварталах от храма? Но так, чтобы до площади ящеры быстро не добрались.
— Можно, — кивнула она.
— Девушки сейчас переоденутся, и мы сразу пойдём вон в тот дворец. Выжди немного и действуй. Даже если они очень быстро закроют разлом, это должно сыграть нам на руку.
Радужка глаз Айн Ханны вспыхнула, становясь ярко-фиолетовой. Она убрала каменный стержень обратно за пазуху и вышла на лестницу. Я же прошёл по коридору к спальне оракула. Дверь Ива не закрывала, оставив небольшую щель, откуда слышался её голос.
— Девушки, — сказал я, — очень советую поторопиться. Скоро в городе будет шумно.
— Хочешь помочь нам? — раздался язвительный голос Ивы.
— Я просто предупредил…
Отойдя от двери, я вернулся к широкому окну, выходящему на дом с крышей цвета меди. С этой стороны площадь выглядела тихой и безмятежной. Стражи не видно, как и праздно шатающихся горожан. Погода портилась, и уже начал моросить дождик, собирающийся перейти в серьёзный ливень, если судить по быстро темнеющему небу. По улице за площадью проехала богатая карета, запряжённая четвёркой лошадей. Я представил, как по улице бегут синие ящеры, врываясь в ближайшие дома, и как горожане разбегаются от них во все стороны.
В голову залетела странная мысль. Откуда Ханна знает, как работает артефакт? Она могла бы предупредить об этом раньше. Может, она поэтому и просила нанести символы тем воинам, что собиралась в гости к ящерам?
Я посмотрел на наши сумки, лежащие под окном. С таким количеством вещей по городу не побегаешь. Нужно было забрать самое необходимое и важное: иглы для нанесения символов, пару летающих ножей, которые я так и не использовал. Хорошо, что я не стал надевать чёрный и привлекающий внимание наряд владыки, оставшись в дорожной одежде.
Девушек ждать пришлось минут пятнадцать. Я уже хотел идти ещё раз их поторопить, когда они появились почти в одинаковых светлых платьях. Разница была только в том, что Зои прятала волосы под платком. И платье ей очень шло, подчёркивая фигуру, отчего я засмотрелся.
— Что ты говорил по поводу шума в городе? — спросила Ива.
Она несла на плече небольшую светлую сумку для книг, отделанную серебряными нитями. А ещё я заметил два золотых колечка на пальцах левой руки.
— Предчувствие нехорошее, — ответил я.
— Нам надо встретиться с дочерью лорда Малон, — сказала Ива. — Я ей доверяю, и у неё достаточно влияния на отца, чтобы организовать нам встречу. Можно ещё позвать Иринэ, если ты не потерял символ, что она тебе давала.
— Можно, — кивнул я, бросив взгляд в окно, — но потом. Я же говорю, скоро в городе будет так шумно, что лорд-защитник рысью примчится в хранилище. Давайте туда наведаемся и просто подождём его.
На мне скрестились два примерно одинаково недоверчивых взгляда.
⠀⠀
Илуна, час до полудня, западные кварталы рядом с храмовой площадью
Ханна не встречала таких больших и богатых городов как Илуна, хотя долго путешествовала по мирам с работорговцами. Каждый дом в столице имел красивый фасад с широкими окнами и небольшую лестницу, ведущую к входной двери. Светлоликие старались сделать так, чтобы у их дома был задний двор, пусть и небольшой, но обязательно с садом и скамейками. Там, где было возможно, дворики объединяли и ставили общую беседку. И за всей этой красотой ухаживали немногочисленные люди, подстригающие живую изгородь и декоративные деревья, убирающие мусор и опавшие листья. Таких людей можно было легко узнать по невзрачной серой одежде, по тому, как они шли по улицам, стараясь не смотреть по сторонам, как кланялись светлоликим, едва ли замечающим их присутствие.
Вынырнув из объятий тени, Ханна остановилась на заднем дворике, окружённом тремя домами. Это было идеальное место, чтобы открыть разлом. Дома стояли не слишком близко друг к другу, и ящеры не будут толкаться, разбегаясь по городу. К тому же высокие дома не дадут подойти к разлому и помешать вторжению.
Небо над городом сильно потемнело, и моросящий дождь начал усиливаться. С юга всё чаще доносились раскаты грома, приближающиеся к храмовой площади. В воздухе отчётливо пахло ливнем и сильной грозой.
Достав каменный стержень, Ханна внимательно посмотрела на торец, затем поддела ногтем длинную золотую иглу, вытягивая её. Древний артефакт начал быстро набирать силу, и почти сразу в центре двора вспыхнула вертикальная багровая полоса света. Убедившись, что разлом стабилизировался, Ханна осторожно вернула иглу обратно. Для того, кто не знал хитрости артефакта, вершина иголки была всего лишь маленькой золотой точкой в основании.
Из разлома выскочил ящер с каменной дубиной наперевес. Не обращая внимания на женщину, стоявшую недалеко от разлома, он огляделся, затем молча побежал к проходу между домами. Следом за ним появилось ещё несколько таких же, сжимающих в руках короткие и тяжёлые копья. Они переглянулись и, не сговариваясь, разбежались в разные стороны. Наконец, из разлома вышел крупный самец, одарённый магией. В его руках не было оружия, но он представлял гораздо большую опасность, нежели его соплеменники. Втянув носом полную грудь воздуха, он выдохнул, посмотрел на небо и начал колдовать. В сторону вертикальной полосы багряного света потянулся необычный холодный туман, при этом искажение стало едва ощутимым. Теперь, чтобы почувствовать разлом, нужно было подойти к нему на расстояние в несколько шагов.
Ханна покачала головой, с интересом наблюдая за ящером. Она и не думала, что они станут скрывать разлом от посторонних глаз. А оттуда уже начали выходить ящеры, вооружённые примитивным оружием. Они словно ждали с той стороны, так как с каждой секундой их становилось всё больше и больше. Крупный ящер, продолжая колдовать, заревел на них, чтобы не толпились, и те сразу побежали к выходу на широкую улицу. Отступив к беседке, Ханна жестом остановила наглого ящера, собиравшегося ворваться туда. Тот озадаченно встал, не понимая, что происходит, затем повернулся и побежал к ближайшему проходу. Вот теперь на улице начало становиться шумно. Ящеры громко верещали, толкая друг друга, спеша вырваться со двора. Где-то совсем рядом закричала женщина.
Вместе с ящерами из пролома вышел крепкий мужчина в чёрной одежде. Со стороны беседки было прекрасно видно, что цвет глаз у него ярко-фиолетовый. Но увидеть и оценить этот цвет могла лишь Айн Ханна, так как ящеры на мужчину просто не обращали внимания. Он поспешил отойти подальше, чтобы синекожие варвары его не затоптали. Оглядевшись, он почти сразу увидел Ханну, приветственно поднял руку и подбежал к ней.
— Госпожа Ханна, — мужчина коротко кивнул, приложив ладонь к груди.
— Ящериц с той стороны много?
— До горизонта. Злобных и голодных, уже начавших убивать друг друга из-за нехватки еды. И несколько сотен шаманов.
Рядом с мужчиной встал ещё один, с тем же цветом глаз. В отличие от первого, он был лохмат и бородат, больше напоминая бандита с большой дороги.
— Где остальные? — спросила Ханна.
— У разлома не протолкнуться, — сказал бородатый. — Пройти можно только по головам этих варваров.
Ящеров к этому времени стало столько, что они уже полностью заполнили двор, зажатый между домами. Из разлома их выбрасывало по пять, иногда по десять особей за раз. Кто-то уже лез в окна ближайших домов, решив, что так выбраться со двора будет быстрее. С запада послышался приглушённый взрыв, отчего ящеры ещё сильнее зашевелились. Наконец, среди них появился первый шаман. Ханна его не увидела, а только почувствовала. Ящеры обладали посредственной силой, но их было много, и они почти не боялись огня.
В беседку вошло ещё несколько мужчин с фиолетовым цветом глаз. Один нёс две большие сумки, остальные же шли налегке. Всего мужчин было девять, самому молодому из которых недавно исполнилось шестнадцать.
— Сог, — Ханна посмотрела на бородатого, затем протянула ему каменный стержень. — Разделитесь на три группы. Нужно будет открыть ещё два разлома в городе, чтобы ящеры проходили активнее. И проследите, чтобы им не мешали.
— Сделаю, — кивнул Сог, пряча стержень за поясом.
— Как только появится одарённый звёздной силы, отступайте в разлом и уходите к горам Ракку.
— В этом мире есть кто-то звёздной силы? — удивился мужчина, вышедший из разлома первым.
— Есть, — ответила Ханна. — Это столица светлого мира. Запомните, наша главная задача остаться незамеченными. Если же никто из сильных этого мира не появится, уходите с закатом, но я уверена, что они придут гораздо раньше. Вопросы?
— Вас ждать на той стороне? — спросил бородатый.
— Нет, мы уйдём другой дорогой. И не забудьте, когда настанет время возвращаться в горы Ракку, забрать у ящеров идола.
— Шамана с собой брать? Без него идол работать не будет.
— Нет. Сломайте его.
— Такую вещь? — спросил один из мужчин удивлённо, затем показал себе за спину, на разлом. — Сломать?
— Всё сделаем, — сказал Сог, незаметно ткнув костяшками пальцев в бок мужчине.
⠀⠀
Во дворец, где располагалось хранилище реликвий, мы попали на удивление легко. Стражники у входа знали оракула в лицо, поэтому даже внимания не обратили, когда мы прошли мимо. То же самое касается и милой светлоликой девушки, встретившей нас в холле. Она обрадовалась, увидев Иву, и с радостью проводила в светлую гостиную на втором этаже. Через пять минут мы уже пили какао со сладкой выпечкой, ожидая, когда в гости заявится лорд-хранитель.
— Что за печать стоит на хранилище? — спросил я у Ивы, когда нас оставили одних. — Я смогу сломать её?
— Только если хочешь, чтобы об этом узнал весь город, — ответила она, глядя на меня недовольно. — Или твой план в этом и заключался? Говори уже, чтобы мы знали, к чему готовиться.
— Пока вы переодевались, мы с Ханной видели на улице рядом с площадью очень примечательного синего ящера, — сказал я. — Если они не работают в городе дворниками, то выбор невелик.
— Уверен? — Ива выпрямилась, сидя в кресле, забыв о чашке в руке. — Почему не сказал? Ты должен был предупредить нас сразу!
— И что бы ты сделала? — спросил я. — Побежала во дворец, предупреждать Императора? А потом доказывать, что это не ты их сюда привела? Думаю, что городская стража о них уже знает. Найдут всех, головы им открутят и разлом закроют. Видишь, тихо в городе…
В это время со стороны площади, куда выходило окно, раздался отдалённый взрыв. Причём бабахнуло где-то знатно. Ива тут же оказалась у окна, пытаясь понять, что взорвалось.
— Ты должен был сказать! — бросила она.
— Я отправил Ханну посмотреть, что происходит, — я тоже встал и прошёл к окну. — Она всё выяснит и сразу вернётся. Может, это специально сделали, чтобы нас с тобой выманить. Не забывай, рядом с Императором находится тот, кому всё происходящее на руку.
Вид на западные кварталы города закрывал храм, поэтому сложно было понять, что там происходит. Мешал и начавшийся сильный дождь, но даже так я смог увидеть серый дым. С северной части площади в ту сторону бежала городская стража.
Ива с силой стиснула кулаки и плотно сжала губы в тонкую полоску.
— Хорошо, прости, что не сказал раньше, — произнёс я.
— Ты всё правильно сделал, — ответила она. — А то я натворила бы дел, о чём потом жалела.
— Этого достаточно, чтобы лорд примчался в хранилище?
— Достаточно, — кивнула она.
Несколько минут мы стояли у окна, глядя на разворачивающуюся картину нашествия. Раньше я думал, что каждый из светлоликих обладает огромной силой и способен едва ли не город в одиночку уничтожить. Сейчас же я понял, что с личной силой у них всё обстоит не так хорошо, как могло показаться. К примеру, девушка, что провожала нас в гостиную, была настолько слабой в плане силы, что её мог обидеть почти любой демон, живущий в Хуме. Из окна мы как раз видели, как по площади в сторону императорского дворца бежала группа горожан, женщины, дети и даже мужчины. За храмом что-то снова принялось взрываться, но уже не так громко, как в первый раз.
— Никогда ещё великая столица Илуна не подвергалась нападению демонов, — тихо произнесла Ива.
Я едва не сказал, что это большой урок для светлоликих, чтобы могли примерить на себя шкуру тех демонов, города которых сжигали сами. Но злорадства по этому поводу я не испытывал. Напротив, было неуютно глядеть, как по площади бегут горожане.
Минут через десять после того, как город начал погружаться в хаос, вернулась Ханна. Невозмутимо вошла в гостиную, спокойно демонстрируя взгляд ярко-фиолетовых глаз.
— Что с ящерами? — спросил я на её родном языке.
— Их много, — сказала она. — Голодные и злые.
— Разлом не закроют?
— Нет. Ящеры прячут их магией, поэтому найти будет сложно. Они откроют три разлома в черте города.
— Понятно.
Я подумал, что как бы нам самим не пришлось уходить, когда ящеры доберутся до хранилища, но к этому моменту на площади появилась имперская гвардия или что-то в этом роде. Около двух десятков светлоликих в одинаковых светлых нарядах, с мечами на поясе. И их силу я мог почувствовать даже с такого большого расстояния. Они о чём-то посовещались и разбежались в разные стороны, огибая храм. И, наконец, мы смогли увидеть большой пожар, начавшийся в домах за площадью. Сразу несколько крыш вспыхнули, взметая в небо огненные вихри, а затем столбы серого дыма.
В Илуне вряд ли были телефоны, поэтому до дворца Азара сигнал о нападении на столицу должен будет добраться минут за сорок. Ещё столько же времени понадобится, чтобы люди смогли прийти на помощь городу. Пара сотен одарённых, пускай не таких сильных, как избранные светлоликие — это огромная сила, способная справиться с любой армией, не говоря уже о ящерицах.
Когда я размышлял о том, как быстро разберутся с вторжением, в северной части площади появилась недорогая миниатюрная карета, запряжённая всего одной лошадкой. Она мчалась по площади прямо к зданию хранилища. У мраморной лестницы из кареты выскочил высокий подтянутый светловолосый мужчина. К нему подбежала охрана здания, но не для того, чтобы остановить, а доложить обстановку.
— Это он? — спросил я у Ивы.
— Лорд-хранитель, — сказала она. Лицо у неё при этом было очень серьёзное.
— Зои?
— Готова, — кивнула она.
Я посмотрел на Ханну, и она понятливо кивнула, заняв позицию недалеко от двери. Поправила нож на поясе. В общих чертах она о нашем плане знает, поэтому, надеюсь, не прибьёт лорда сразу. Его приближение я почувствовал, когда тот поднялся на второй этаж. До Азара в плане силы он не дотягивал, но совсем немного. Что-то Ива дала маху, сравнивая его с кем-то из храмовой стражи. Или же она имела в виду её всю, вместе взятую?
Ива так и стояла у окна, глядя на город, когда дверь в гостиную едва с петель не слетела, когда её резко открыли. Я увидел мужчину лет сорока, высокого, светловолосого и длинноухого. Черты лица строгие и неприятные, словно лишённые возраста. Наверняка он не прочь был отведать целебный настой трав иш. Он шагнул в помещение, опуская ладонь на рукоять меча, висевшего на поясе. И голос у него сильный, поставленный, чтобы командовать и кричать на подчинённых. Он что-то отрывисто сказал, обращаясь к Иве. Я даже напрягся немного, собираясь в случае необходимости загородить собой оракула. Не знаю, что Ива ответила, но лорд побагровел от злости. У него даже кровь из носа побежала, но он этого не заметил. Кровь в две струйки побежала по подбородку и закапала на пол. Точнее, капли до пола не долетали, рассыпаясь мелкой красной пылью.
— Если хотите что-то с ним сделать, то советую поторопиться, — раздался голос Зои в повисшей тишине.
Это было неожиданно. Я вообще ничего не почувствовал, ни малейшего проявления магии, ни крупицы силы. Судя по взгляду Ивы, она тоже была в замешательстве.
— Пугающая сила, — тихо произнесла Ива.
А лорд-защитник так и стоял в проёме, глядя в сторону окна слегка помутневшим взглядом. Кровь продолжала бежать у него из носа и так же бесследно растворяться. В прошлый раз, когда Зои забрала силу старейшины, она пролила часть, и мы с Иринэ смогли это почувствовать. Сейчас всё было несколько иначе.
— Надо торопиться, — сказал я. — Ива, веди. Ханна, держи этого под руку, чтобы не свалился. Зои?
— Да, я с вами, — сказала она немного отстранённо, словно погружённая в свои мысли.
Ива поспешила к лорду, с опаской протянула руку, чтобы забрать у него из-за пазухи какой-то футляр. Затем она вышла в коридор, жестом показывая, чтобы мы следовали за ней. Во дворце по-прежнему было тихо, но чувствовалось некое напряжение. Мы прошли через десяток богатых проходных комнат, миновали бальный зал или что-то очень похожее на него, затем спустились по лестнице на первый этаж. Здесь уже слышались взволнованные голоса, доносившиеся из главного коридора.
Чтобы добраться до хранилища, нужно было пройти весь первый этаж насквозь. Пару раз нам навстречу попадались молодые девушки и даже какой-то субтильный мужчина, но, едва завидев Иву, шедшую первой, они бросались наутёк, спеша спрятаться в ближайшей комнате. Я думал, что нам придётся спускаться в подвал или что-то в этом роде, но Ива привела нас в узкий служебный коридор, к небольшой неприметной двери, не имевшей ни ручки, ни замочной скважины. Дверь больше напоминала резную панель в стене. Взяв лорда за руку, она приложила его ладонь к двери. Я хотел съязвить, что как-то невзрачно выглядит тайная сокровищница, но с той стороны потянуло искажением, как от появления разлома. За стеной что-то щёлкнуло, и дверь легко открылась, явив нам багровую полоску света.
— Можно входить, это безопасно, — сказала Ива и, подавая пример, первой шагнула в проём, исчезая в разломе.
— Стоило ожидать нечто такого, — сказал я, пропуская следом Ханну и лорда, затем Зои, и шагнул в разлом последним.
Переход был очень коротким и почти незаметным. Мы вышли на лужайку перед большим изящным домом, но сильно заросшим зеленью. Солнечный день, голубое небо и лёгкий ветерок, приносивший пьянящий запах цветов. Пока я оглядывался по сторонам, Ива взбежала на порог дома и нагло вломилась внутрь. Разлом позади нас вспыхнул и исчез так же неожиданно, как и появился.
— Подождите здесь, — сказал я Ханне, так как Зои витала в облаках, задумчивым взглядом рассматривая окружающую нас зелень, небо и сам дом.
— Это нехороший мир, — сказала Ханна, бросив короткий взгляд на небо. — Лучше здесь не задерживаться.
— Постараемся, — кивнул я и побежал к дому.
Внутри дом казался вполне обычным и совершенно не заброшенным. Пыли нет, как и посторонних запахов, видно, что за домом ухаживают и время от времени проводят уборку. Если бы я не знал, куда мы попали, предположил бы, что здесь живёт богатый торговец, которому некуда девать золото. Изысканная мебель, разные диковины, стоявшие на полочках или тумбах у стен. Моё внимание привлекли статуэтки женщин в знакомых платьях жриц, стоявшие кружком на одной из тумбочек. Они были искусно вырезаны из белой кости и изображали жриц дами во время молитвы. Интересно, зачем подобная вещь в хранилище? И ещё непонятно, зачем для хранения артефактов использовать дом в другом мире? Любое перемещение между мирами требует огромных затрат сил и ценных кристаллов, а тут всего ради пары артефактов они устроили такое. Хранилище во дворце императора, к примеру, было бы не хуже и даже лучше.
Разглядывая разные диковины, я на минуту забыл, зачем мы сюда пришли. Прошёл в соседнюю комнату, которая выглядела как самая обычная гостиная с широким окном, ведущим в сад. На узком длинном столе были аккуратно разложены золотые и серебряные колечки и цепочки с кулонами. Примерно такие же артефакты, какие я продал на аукционе демонов, и здесь их было несколько десятков. Трогать ничего не стал, пройдя дальше в ещё одну комнату, центральную в доме. Здесь, скорее всего, хозяин принимал посетителей, о чём говорила пара кресел и разделяющий их чайный столик. В этом помещении магических диковин было меньше, чтобы не отвлекали от бесед.
Оглядевшись, я уже хотел выйти в следующую комнату, но на глаза попался изогнутый кинжал с довольно широким лезвием. Кто-то аккуратно прибил к стене небольшую деревянную подставку, на которой и лежал кинжал. Заинтересовали же меня знакомые руны. Написано было на языке дами, но при этом не разобрать. Чувство такое, словно читаешь древнюю табличку из усыпальницы первой верховной жрицы. Чтобы прочесть её, нужно было достичь понимания того, что слова — это не просто сила, а ключ к тайнам мироздания. Проще говоря, это была та самая пресловутая шестая молитва, понимание которой позволяло создать чёрное солнце на спине. И чем глубже понимание, тем больше лучей будет у солнца.
Возвращаясь к символам на кинжале, то они несли в себе какое-то откровение, ключ к тайне, но не к чёрному солнцу, а к чему-то другому. Осторожно протянув руку, я снял кинжал с подставки. Довольно тяжёлый и неудобный как оружие. Церемониальная вещица, даже рукоять скользкая, предназначенная для узкой женской ладони. Лезвие тупое, поэтому я сунул кинжал за широкий пояс. Если не прыгать и не кувыркаться через голову, потерять не должен.
Вспомнив про Иву и про то, что она как-то долго ищет нужную вещицу, я вернулся ко входу в дом. Она как раз сбегала по лестнице, неся в руках большой серебряный тубус, немного напоминающий термос.
— Нашла, — сказала она, прижав тубус к груди. — Думала, что использовали уже.
— Я тоже кое-что нашёл, — я продемонстрировал кинжал за поясом.
— Смотри не напорись на него, — она отмахнулась, не придав этому значения. — Не стоит здесь задерживаться.
Мы вышли из дома под яркое солнышко. Зои и Ханна ждали нас в тени дерева на краю двора. Раньше это было что-то декоративное, но сейчас вымахало едва ли не до второго этажа.
— Одно непонятно, — сказал я, когда мы собрались вместе. — Зачем лорд примчался защищать хранилище, если оно аж в другом мире? Ящеры бы до него точно не добрались.
Ива слегка поморщилась, не спеша отвечать, затем вздохнула.
— Здесь хранится очень много опасных артефактов, — сказала она. — Есть такие, которые могут закрывать разломы. Не спрашивай, как они выглядят, я их никогда в глаза не видела. Дом большой, и искать их можно несколько часов, а время здесь течет не так, как в Илуне, поэтому надо торопиться.
— Теперь понятно…
— Как только вернёмся в храм, я закрою твой мир, — быстро сказала Ива, решая сменить тему. — Ещё есть время передумать, так как после этого домой ты уже не попадёшь.
— Я всё уже давно решил. Лучше подскажи, как нам из Илуны сбежать, когда всё закончится? Хорошо бы нам кристалл найти, ведущий сразу в мир, где живут дами. Или в красный мир, откуда родом Зои. Не поверю, что в храме ничего подобного нет.
— Есть, — сказала она. — Так уж и быть, отправлю вас, куда захотите. Главное — подальше отсюда. Лорда-хранителя можно оставить здесь, он найдёт путь обратно.
Ива протянула Зои небольшой кристалл, с помощью которого мы попали сюда.
— Я обещала оставить его в живых, — виновато сказала мне Зои, затем посмотрела на Иву. — Но для него было бы лучше, если бы он умер.
Ханна отпустила локоть бледного светлоликого, и тот плюхнулся на лужайку. Кровь из носа у него шла уже не так активно, как раньше. Сжав кристалл, Зои вытянула руку в сторону от дома, и там в ту же секунду открылся разлом. Возвращались мы в коридор, откуда уходили. Ива вышла последней, закрыв за нами дверь. Я успел заметить, что с той стороны даже комнаты не было, просто небольшая ниша с очень высоким потолком.
— Зря ты его пожалела, — сказал я. — Он тебе голову с плеч снять хотел.
— Я пожалела вовсе не его, — отрезала Ива и направилась дальше по коридору.
Айн Ханна потянула меня за рукав, затем поправила кинжал за поясом, сдвинув его.
— Не носи его так, — сказала она. — Напорешься и огорчишь будущую супругу.
Зои подхватила меня под вторую руку, показывая взглядом вслед Иве. Настроение у неё резко пошло вверх, а глазки слегка заблестели.
— Идём уже, идём, — вздохнул я. — Скорее бы со всем разобраться…
По дворцу мы прошли стремительно, не обращая внимания на светлоликих, встревоженных происходящим в городе. Стража у входа, и та выглядела нервной. Один из длинноухих, довольно слабый одарённый, решился что-то спросить у Ивы, но она на парня даже внимания не обратила. Дождь на улице лил не сильно, постепенно ослабевая. Серые тучи смещались на восток, и на западе уже можно было увидеть светлеющее небо. Но это было всё неважно, так как едва мы вышли, то стало понятно, что в городе огромные проблемы с ящерами. Светлоликие то ли не были готовы к чему-то подобному, то ли не знали, как применить огромную личную силу к сотням и тысячам синих ящеров, разбегающихся по всему городу. И было очень много пожаров, охвативших западные кварталы.
— Мы же вроде пятнадцать минут отсутствовали, — протянул я, разглядывая площадь.
Я думал, что главной точкой обороны города станет храмовая площадь, куда могли стекаться жители со всего города, но представшая перед глазами картина пугала. Почти вся площадь была завалена телами синекожих ящеров. Выглядело так, словно они хлынули на площадь со всех прилегающих улиц, но столкнулись с парочкой сердитых лордов. Можно было видеть, что синекожие ещё копошились на краю площади, но идти к центру не спешили. Оно и понятно, так как у храма собралась группа из пяти светлоликих, пытающихся понять, что делать дальше и как выманить на открытый участок площади побольше демонов. Потеряв кучу воинов, ящеры идти на убой больше не хотели, решив, что лучше искать добычу в плотной застройке.
— Всё не так плохо, — сказал я, подходя к Иве, стоявшей у выхода здания, и глядя на площадь, залитую кровью и заваленную телами. — Сейчас подоспеет подкрепление, и ящеров оттеснят к разломам.
У одной из дальних улиц можно было увидеть городскую стражу, сдерживающую натиск ящеров, не давая им прорваться в сторону восточных кварталов. Странно, что стоявшие на площади лорды не спешили помогать им. Ива обернулась, посмотрев на меня взглядом, полным ужаса. Вот, думаю, я так же смотрел на Беату, когда мы приехали в город, который сожгли светлоликие.
— К Храму, — я положил ладонь ей на плечо и слегка сжал. — Пока есть возможность.
Она всё же кивнула, сильнее стиснув серебряный тубус. И мы побежали по площади. Постепенно затихающий дождь оставил на земле огромные лужи, смешавшиеся с кровью. Тот, кто убил ящеров, использовал что-то очень похожее на символ рассечения, порубив их крупными кусками. И запах вокруг стоял такой, что к горлу подкатывал ком. Ханне даже пришлось подхватить под руку Иву, так как девушке на секунду стало дурно.
Когда мы проделали половину пути до храма, нас заметили. Важные светлоликие заволновались, затем двое отделились от группы, чтобы перехватить нас. Когда имеешь в виду сильнейших одарённых среди их братии, то представляешь именно таких. Столкнись они с ящерами в чистом поле, уничтожили бы всю армию легко, но в городе от них оказалось неожиданно мало толку.
Мы встретились метрах в двадцати от храма, где тел ящеров почти не было. Демоны не пытались прорваться к большому зданию в центре, а просто хотели пересечь площадь, что стало для них роковой ошибкой. Кстати, с той стороны площади, куда ящеры не дошли, уже собиралось городское ополчение из местных жителей. Несколько длинноухих из имперской гвардии делили их на отряды, что-то объясняя.
Когда между нами и светлоликими осталось метров пять, они остановились. Старшему из них было лет сорок пять, лицо серьёзное, высокомерное и злое, не обещающее ничего хорошего. Он что-то сказал на светлом языке, обращаясь к Иве, ткнув в неё пальцем, затем показал в сторону города.
— Ива, скажи им, чтобы проваливали, — я встал рядом с ней, загородив на полкорпуса. — Если они не настроены враждебно по отношению к тебе или к нам, то пусть идут и решают проблему с ящерами. Но если вздумают мешать, я их убью.
Даже по тону было понятно, что светлоликие обвиняют Иву. Может как оракула, не сумевшего предсказать подобное, а может как пособника демонов. Она пыталась им что-то доказать, но её просто не слушали. Мне показалось, что они с самого начала не были настроены на разговор, но снизошли до того, чтобы выслушать бывшего уже оракула.
— Бесполезно, — протянул я, видя на их лицах готовое решение всех проблем. — Если этот тебя прибьёт, будет нехорошо. Ханна, присмотри за Ивой, я сейчас с лордом поговорю. Зои, поддержи, если я буду сильно уступать в силе.
— Он просто хочет отвести меня во дворец для объяснений, — быстро сказала Ива.
— Наивная, — хмыкнул я. — Если они захотят сделать из тебя крайнюю, то никакие доводы и объяснения не помогут. Подкинут в прикроватную тумбочку семена лунного цветка, скажут, что ради наркотиков продала родной город ящерам.
— Не неси чушь…
— Дело твоё, — отрезал я. — Хочешь с ними разговаривать — вперёд, но только после того, как запечатаешь мой мир.
Глядя на лорда, уверенного в себе, мне вспомнился разговор с Беатой в сожжённом городе. Она говорила, что иногда силы в тебе может быть так много, что появляется соблазн проверить всё, на что ты способен. Не знаю, насколько она была тогда права, так как у меня подобной мысли не возникало никогда. В отличие от желания врезать по наглой морде.
— Может, почувствовав подобное на своей шкуре, вы задумаетесь, что нехорошо соваться в чужие миры со своими правилами, — произнёс я на языке дами, используя силу четвёртой молитвы.
Светлоликий был наглым и надменным, но не глупым. Он отпрянул на пару шагов, взмахивая руками и обрушивая на нас накопленную во время разговора силу. Я успел поставить защиту, но этого не потребовалось, так как вмешалась Зои. Порывы ветра, наполненные острыми невидимыми лезвиями, с противным звуком разбивались обо что-то невидимое.
— Защищай Иву! — крикнул я, выйдя немного вперёд, чтобы стянуть его внимание на себя.
Спину обожгло там, где был защитный символ. Он попытался схватить меня или просто разрезать на части, как и ящеров, но не мог сконцентрироваться. Я даже улыбнулся, видя удивление на его лице. Но и моя радость была недолгой, так как не получилось схватить его в ответ. Если приводить аналогию, то он просто отрубил щупальце силы, тянущееся к нему. Необычное умение и крайне неприятное. Символ рассечения на него так же не сработал, так как он разрывал на части острые нити.
То, что лорд не мог сосредоточиться на мне, ничуть не мешало ему запускать масштабную магию, состоящую из острых воздушных лезвий, разрубающих всё на своём пути. Если бы не защита, которую поставила Зои, нас бы уже покрошило на мелкие кусочки. Его невидимые лезвия даже на прочном камне брусчатки оставляли глубокие борозды, а тела ящеров, валявшиеся неподалёку, разлетались в разные стороны, разрубленные на части.
— Лучшего случая не представится, — сказал я на языке дами, глядя, как он пятится, что-то крича своему товарищу, на лице которого застыл ужас.
Мне пока не доводилось открывать «двери», ключом к которым являлись великие символы. Они давали понимание и возможность использовать магию, но, если честно, двери я так ни разу и не открывал. Это как стоять на краю обрыва, надеяться шагнуть вперёд и не упасть. Для подобного нужно не только мужество, но и огромная вера в собственные силы.
В защитную сферу что-то гулко врезалось и взорвалось, на секунду ослепив. Я совсем забыл про помощников лорда, стоявших неподалёку…
⠀⠀
Ива, оракул светлого города Илуна, площадь перед храмом
Ива поражённо смотрела на девушку и парня, выглядевших лет на шестнадцать, но обладавших невероятной силой. Она знала помощника префекта города и то, какой устрашающей силой тот обладал. Говорили, что когда-то он в одиночку одолел целую армию демонов, рогатых краснокожих варваров, вторгавшихся в серый мир. И видя растерзанные тела ящеров, сложно было в это не поверить, но сейчас вся его сила была просто бесполезна. Она разрубала камни брусчатки на площади, но не могла пробиться сквозь защиту кровавой ведьмы, а Зои при этом выглядела так, словно ей совершенно не стоило усилий сдерживать бушующую вокруг магию.
Ива читала книги и отчёты, в которых указывалось, что кровавые ведьмы обладают огромной, даже колоссальной силой, но видеть собственными глазами подобное не доводилось. Она даже не понимала, что делала Зои. Не зря писали, что последнюю кровавую ведьму пришлось брать измором и хитростью, но даже так большой отряд под руководством лорда Эервен не смог захватить её живой. Они потеряли очень много сильных воинов, но, победив, так и не смогли забрать тело.
Говоря же о творившемся вокруг, то Иве не хватало слов, чтобы описать увиденное. Пространство над площадью буквально гудело от столкновения и смешения магии. И давление только нарастало, требуя выхода. Силы скопилось столько, что можно было разрушить храм, окна которого начали взрываться мелкими осколками. Группа аристократов, поддерживающих помощника префекта, решила вмешаться, и площадь рядом с Василием оглушительно взорвалась, разбрасывая вокруг булыжники мостовой. За первым взрывом последовал второй, а вот третьего не случилось. Над площадью появилось что-то непонятное, но холодное и острое, отчего Ива инстинктивно вжала голову в плечи. В этот самый момент группу аристократов что-то перечеркнуло в районе груди, и они повалились на землю. Помощник префекта, бледный от напряжения, пытался использовать ещё больше силы, но в какой-то момент его голова просто отделилась от тела и рухнула на мокрую после дождя мостовую. Мальчишка, что шёл вместе с ним, убегал, преодолев почти сотню шагов, но острая сила перечеркнула его поперёк спины, и он кубарем покатился по земле.
Очень медленно пугающая сила начала отступать, пока полностью не растворилась. Ива только мельком решилась посмотреть в ту сторону и с силой зажмурилась, так как показалось, что сотни острых бритв прошли по её телу, оставив обжигающие раны.
— В порядке? — послышался голос Зои, обращённый к Василию. — Я могу поделиться силой, если потратил слишком много.
— Нормально, — ответил он и, скорее всего, поёжился. — Зря я не слушал Беату, говорившую, что так делать нельзя.
— Что именно? — полюбопытствовала Зои.
Ива решилась открыть глаза, посмотрев на молодого парня, хмурого и сердитого, но совершенно не выглядевшего уставшим.
— Она говорила, что не стоит «распахивать двери», когда используешь магию символов. То, что за ними находится, очень сложно контролировать, а ещё это пугает до мурашек. Демоны, такое чувство, что сейчас наизнанку вывернет…
Василий сглотнул подкативший к горлу ком, снова поёжился. Ива же подумала, что пугала вовсе не эта жуткая магия, а он сам. Обычный с виду человек, но способный управлять этим.
— Это был символ рассечения, — пояснил Василий для Зои. — Я с ним управляюсь лучше, чем с другими. Практики мало. Так, надо спешить, пока на шум лорд Азара не примчался. С ним разделаться так же легко не получится.
Ива даже не знала, что сказать, так как будь здесь лорд Азара, вряд ли бы он смог что-то сделать. А ещё ей хотелось получить ответ на пару вопросов: откуда взялась эта парочка монстров и зачем они пришли в светлый город Илуну?
⠀⠀
— Надо спешить, — повторил я, посмотрев в ту сторону, где собиралось городское ополчение.
Этот надменный лорд продемонстрировал очень хитрое и неприятное умение, способное резать чужую магию. Если бы я не открыл дверь, за которой пряталась сила рассечения, справиться с ним было бы сложно. Но и Зои удивила, не растерявшись и поставив отличную защиту. Я же пока был не уверен, что смогу второй раз повторить фокус с открытием двери. То, что за ней находилось, действительно пугало. Одно неверное движение, и тебя самого нашинкует в мелкий фарш.
— Да, давайте поторопимся, — сказала Ива. Посмотрела на меня странно и неуверенно зашагала к храму.
Зои же подхватила меня под руку и довольно улыбнулась.
— Что тебя радует? — спросил я. — Беды светлоликих?
— Да демоны с ними, — отмахнулась она. — Просто мама и бабушка говорили, что я никогда не найду мужчину, не уступающего мне в силе. Хочешь, мы задержимся ненадолго, чтобы заглянуть к императору? Сделаем так, чтобы они забыли дорогу в чужие миры.
Последнее она добавила очень тихо, чтобы Ива не услышала.
— Ты зря их недооцениваешь, — я покачал головой.
Зои ещё раз улыбнулась и потянула следом за Ивой и Ханной. Они уже добрались до храма, нагло вломившись прямо через главный вход. Я запоздало подумал о страже, но ни у входа, ни в просторном зале никого не было. Пара ушастых пряталась где-то в маленьких помещениях справа и слева от входа, но искать их смысла я не видел.
Внутри храм выглядел величественно. Колонны, поддерживающие свод, стены и даже потолок — почти всё украшали мозаики. Где-то художники изобразили разломы, ведущие в другие миры, где-то важных длинноухих в сверкающих одеждах, разговаривающих с аборигенами. Моё внимание привлекла большая мозаика, изображавшая огромный и сложный по форме кристалл с десятками отростков. Рядом с каждым отростком была изящная надпись на светлом языке. Жаль, полюбоваться красотой главного зала не вышло, так как Ива вела нас к винтовой мраморной лестнице, спускающейся в подвалы. Мы прошли не меньше десяти витков, прежде чем вышли в широкий коридор, ведущий в огромный зал, напоминающий склад. И что любопытно, я не увидел ни ламп, ни фонарей, но в помещении было светло. На подставках и трёхуровневых стеллажах стояли или просто лежали на боку большие кристаллы, около метра в высоту. Прозрачные и заполненные серым туманом, светящиеся и тусклые, правильной формы и несимметричные, искривлённые — кристаллов было очень много.
— Нам туда, — Ива показала на один из проходов.
— И это всё светлые и серые миры? — спросил я, поражённый увиденным.
— Кристаллы — это просто координаты, — пояснила она. — Они указывают дорогу к мирам, ничего больше. Чем ближе от нас к нужному миру, тем они ярче. Здесь хранятся только те, что ещё светятся.
— А почему они под землёй?
— Их нельзя беспокоить, поэтому не топай громко.
— А если сломать?
— У лорда Азара есть копия кристалла с координатами твоего мира, — терпеливо пояснила Ива, свернув у очередного ряда стеллажей, она прошла ещё шагов десять и остановилась. — Достаточно маленького осколка, чтобы снова найти дорогу.
Каждый кристалл лежал на небольшой деревянной площадке и имел табличку с длинным описанием на светлом языке.
— Коснись этого, — Ива показала на один из прозрачных кристаллов, слегка светящихся золотым светом. — Что чувствуешь?
— Ничего. Просто холодный камень.
— Теперь вот этот, — она показала на соседний.
— То же самое.
— Следующий.
Положив руку на третий кристалл, я замер, так как почувствовал нечто очень знакомое. Словами это не описать, но я словно стоял перед дверью в нашу с отцом квартиру. Стоит повернуть ручку, и я окажусь дома.
— Отзывается? — спросила Ива, осторожно разбирая серебряный тубус. — Последний шанс передумать.
— Последний уже был, — отозвался я.
Стоило больших усилий, чтобы убрать руку от кристалла, даже в груди защемило.
— Быть оторванным от родного мира — тяжело, — сказала Ива, серьёзно посмотрев мне в глаза.
Серебряный тубус был заполнен мягкой чёрной тканью, в центре которой покоился продолговатый флакон с прозрачной жидкостью. Ива очень осторожно, словно жидкость крайне ядовита, достала флакон и пролила содержимое на кристалл.
— И всё? — спросил я, глядя, как кристалл быстро мутнеет.
— Это была последняя капля крови стража, — сказала Ива. — Бесценная, но бесполезная реликвия, которую хранили… даже не знаю, сколько лет. Коснись его.
Я снова положил руку на кристалл, холодный и ставший немного колючим. Увы, того необычного и тёплого чувства, что испытал минуту назад, уже не было.
— Мир можно запечатать многими способами, но этот самый надёжный, — сказала она, вынув из кошеля на поясе прозрачный путевой кристалл и протянув мне. — Этот ведёт в мир, где живут дами. Ты упоминал о нём, о городе Хума.
Выглядело так, словно Ива торопилась выпроводить меня из этого места. Да, меня подмывало жахнуть со всей силы, чтобы сотни кристаллов разлетелись на мелкие осколки. И перемешать всё вокруг, чтобы светлоликим тысячу лет понадобилось для восстановления. Именно этот страх читался в глазах Ивы. Всё-таки она была дочерью светлого народа. Красивой, умной, прожившей гораздо больше лет, чем может показаться, но всё ещё наивной и так спокойно идущей на смерть ради своих.
— Хорошо, мы уходим, — сказал я. — Это можно сделать из зала на верхнем этаже?
— Да, — сказала Ива. — Купол нужен над головой для того, чтобы разлом появился в его центре. Были случаи, когда проходы между мирами разрывали тех, кто неосторожно пытался открыть их в замкнутых помещениях.
Решительно развернувшись, я направился обратно к винтовой лестнице. Уже у выхода остановился и обернулся.
— Нет, так просто уйти не могу, — произнёс я на языке дами.
Пространство вокруг слегка задрожало, и что удивительно, кристаллы дружно зазвенели, словно откликаясь. Несколько даже лопнуло от звона, разлетевшись на мелкие кусочки. Довольно быстро всё успокоилось и затихло. Мне показалось, что свет в помещении стал чуть тусклее.
— Не надо было так делать, — сказала Ива, взяв меня за руку и потянув к лестнице. — Надо уходить, пока лорд Азара не появился и ещё кого-нибудь с собой не привёл…
Я упираться не стал, позволив увести себя. В любом случае, я оставил небольшую бомбу, которая взорвётся минут через сорок. Насчёт силы взрыва не скажу, так как не было повода испытать её раньше. Жаль, конечно, что она не сможет обрушить потолок, но даже так, если взорвёт все кристаллы на мелкие осколки, уже будет неплохо.
На нужный этаж мы едва не бежали, так как на площади появился кто-то сильный и не один. Точнее, на площадь начали стекаться сильные светлоликие, пытавшиеся понять, что произошло, или же решающие, как брать храм штурмом и как выкурить нас отсюда.
Войдя в тёмный зал для перемещений между мирами, мы смогли перевести дух. Ханна заняла позицию у дверей, достала нож, готовая прикончить любого, кто сунется следом за нами. Общую тревогу не разделяла только Зои. Она сжала кристалл в руке и довольно заулыбалась, почувствовав «накопитель», полный сил. Вроде пару таких она истощила в замке Азара, за что на неё жаловались старейшины. И она не успокоилась, пока не опустошила этот, только после чего легко открыла разлом.
— Спасибо за помощь, — сказала мне Ива. — Жаль, что всё так вышло.
И голос, и взгляд искренние, насколько это может быть у высокородных светлоликих.
— Тебя убьют, — сказал я. — Повезёт, если дело дойдёт до казни.
— Я знаю, — она улыбнулась. — Знала с самого начала, ещё до того, как мы отправились в мир с фиолетовым небом. Я всё-таки оракул, способная видеть будущее, даже когда оно разбито. До казни не дойдёт, что хорошо, так как этот позор мои родители не переживут.
— Есть что-то такое, ради чего ты так спокойно идёшь на смерть? — спросил я.
— Если это на пользу Илуне, то другого и не нужно.
— Глупости! — почему-то рассердился я. — Просто бред! Собственную жизнь нужно ценить хотя бы для того, чтобы исправить что-то, воздать по заслугам врагам, рассчитаться с друзьями. Ты просто не видела, как цепляются за жизнь демоны, живущие в мире Хумы. Там нет ни одного, кто просто сядет на задницу и будет ждать смерти. Даже кинийцы, и те могут убить, когда другого выхода не будет.
— Иногда события бывают сильнее твоих желаний, — философски заметила она.
— Ненавижу вас! — зло сказал я. — Всех вас, ушастых тварей, уничтожающих миры из прихоти и жадности! Это вам надо было дать прозвище «ненасытные пожиратели», а не синекожим ящерам, по глупости своей вторгшимся в этот мир. Уверен, что это будет последнее, что они сделали в своей короткой и никчёмной жизни.
В этот момент у меня в голове была только одна мысль: «Я тебе покажу, насколько вы злобные существа! Чтобы ты сама это увидела и поняла».
Шагнув к Иве, я схватил её за руку и с силой потянул в разлом. Сейчас я был настолько зол, что даже не заметил, как мы промчались в пустоте и выпали под знакомый тёплый и противный дождь. Следом вышли Зои и Ханна, успевшие выпрыгнуть за секунду до того, как разлом закрылся. Я даже узнал местность, где мы вышли, недалеко от лагеря охотников на пятнистых собак в двух часах пешим ходом от Хумы.
— Отлично, — сказал я, отпуская руку Ивы. — Хума близко, и не придётся топать через всю империю.
— Опять эти тёплые дожди, — недовольно сказала Зои. — И плаща под рукой нет…
— Ты зачем это сделал?! — рассерженно спросила Ива. — Верни меня назад!
— Ага, разбежался, — фыркнул я. — Но, если хочешь, можешь остаться тут и ждать смерти. По крайней мере я что-то сделал, в отличие от тебя.
— Верни меня обратно, человек!
— Вон там, — я показал в сторону размытой и грязной дороги, — живут дикие собаки, жрущие местных демонов. Можешь убиться о них. Ханна, нам в ту сторону.
— Зои, миленькая, — Ива подступилась к ней. — Открой проход обратно.
— Василий прав, — сказала она. — Жизнь нужно ценить. Умереть можно, защищая что-то, но нельзя это делать для кого-то и по прихоти.
Зои взяла меня под руку, и мы пошли на восток, к размокшей от дождя дороге. Сзади послышалась ругань на светлом языке, но довольно быстро Ива догнала нас, не желая оставаться на мокрой равнине.
— Золото жалко, что осталось в доме рядом с дворцом, — сказал я. — Целый сундук, плюс то, что принесла Ханна. Обидно до слёз.
— Любое богатство можно заработать, — сказала Зои. — Или отнять. Можно найти, но удача переменчива и обидчива. Зато у меня есть вот что.
Зои продемонстрировала небольшой кристалл.
— От того странного дома в ещё более странном мире. Ива говорила, что там хранилище, так что глупо было бы не заглянуть туда и не прибрать к рукам…
Я подхватил Зои на руки и закружил, отчего она залилась смехом.
— Не хочу портить ваше веселье, но туда не так просто попасть, тем более из такого отдалённого мира, — язвительно сказала Ива, топающая позади нас.
— Я проверила, — сказала Зои. — Открыть разлом мне сил хватит. Думаю, кристалл выдержит раза два, прежде чем сломается.
— Тогда надо будет уложиться в один, на всякий случай, — я улыбнулся.
— Всё, что там находится, принадлежит императору и нашему храму, — важно сказала Ива.
— Тогда тем более, — я опустил Зои, которая неохотно отступила на шаг, и при этом успев чмокнуть меня в щёку. — Найму всех кинийцев столицы, чтобы за один раз всё унести. Они не только драгоценности и артефакты вынесут, но и дом разберут, чтобы здесь собрать.
— Вы не посмеете грабить хранилище храма.
— Ещё как и с большим удовольствием, — рассмеялся я, стараясь, чтобы смех получился как у злодея.
Мы ещё прошли немного, выходя на раскисшую дорогу. Представив, что нам по ней топать пару часов, да ещё и под тёплым дождём, заранее поплохело, но настроение это не испортило. Главное, моему миру теперь уже ничего не угрожает. Жаль, конечно, что не получится увидеть сестёр и отца, но это того стоило. А было бы здорово привезти их на каникулы в Хуму. Вот бы девчонки удивились, увидев самых разных демонов, рогатых и страшных снаружи, но добрых внутри, белоглазых дами и низкорослых кинийцев, а ещё страшномордых ат-анаков с острыми зубами.
— Что случилось? — Зои слегка наклонила голову, чтобы поймать мой взгляд.
— Нет, ничего, — я снова улыбнулся. — Подумал, что хорошо вернуться домой.
— Вот, — она закивала. — Домой вернуться всегда хорошо. Особенно если дома полгода кряду не идут эти неприятные тёплые дожди.
Сзади послышался голос Ивы, язвительно говорящий что-то на светлом языке. Одна только Ханна оставалась невозмутимой, разглядывая окружающий пейзаж и о чём-то думая. Надеюсь, она тоже задумывалась о том, что неплохо бы вернуться домой.
⠀⠀
Столица светлого мира Илуна, храмовая площадь
На уровне самого высокого шпиля храма вспыхнула серая вертикальная линия, из которой вышли двое седых стариков. Уверенно стоя на воздухе, они одновременно посмотрели вниз, где на площади собиралось войско, сдерживающее натиск синекожих ящериц.
— Я отсюда ничего не вижу, — сказал один из стариков. — Нельзя было открыть проход ниже?
— Не ворчи, — второй разглядывал площадь, что-то или кого-то выискивая. — Не нравится, открывай их сам.
Первый старик промолчал, так как прыгать сразу через сотни миров он не мог, в отличие от старого друга.
— Здесь? — сказал второй.
— Там, рядом с лестницей, — первый старик, обладатель длинной, но жиденькой седой бороды, доходящей едва ли не до пояса, показал пальцем в ту сторону. — Кто-то открыл проход в запретное измерение и не убрал за собой. Может, кто-то из этих дикарей? Давай спустимся и спросим как следует.
— Это не дикари, а дети Лу́ны, — сказал второй. Он держал в руках посох, на который опирался. — Давай почистим вокруг и подождём. Не нужно выдавать себя по подобным пустякам.
— Ты называешь это пустяком? — обладатель длинной бороды посмотрел на старого друга удивлённо. — Который погнал нас через пять сотен миров в эту дыру?
— Если хочешь, чтобы тебя после этого отправили ещё дальше, делай что пожелаешь, только я в этом участвовать не собираюсь и ухожу.
— Постой ты, старый… упрямец, — быстро сказал первый старик, так как рядом снова возник серый проход. — Сейчас всё почищу.
Старик повёл рукой, и остатки могущественной силы, клочками висевшие в воздухе рядом с входом храм, начали таять. Собравшиеся на площади одарённые, обладающие немалой силой по местным меркам, этого даже не заметили.
— В этот раз мы близко, — сказал старик с посохом. — Как только дверь в запретное измерение вновь будет открыта, сможем оказаться там в тот же миг…
В этот момент пространство вокруг слегка всколыхнулось, недовольное тем, что его потревожили. Где-то в подземельях храма прозвучал взрыв, отголоски которого достигли даже стариков. Дети Лу́ны на площади заволновались и забегали, отступая от храма подальше. Самый смелый из них уже взбегал по лестнице, чтобы лично проверить, что взорвалось.
— Подождём, — надавил старик с посохом, открывая проход.
— Да, да, — проворчал второй, шагнув в серую линию света. — Постоим на страже, как и всегда…
⠀⠀
⠀⠀
Продолжение приключений Василия. Угроза светлоликих всё ещё не исчезла, и Васе придётся столкнуться с большими проблемами.
⠀⠀
Если сравнивать столицы тёмного и светлого миров, то у них было много общего. К примеру, городская стена, не имевшая большого оборонительного значения. Многие шутили, что она нужна только для того, чтобы не пускать никчёмных демонов или людей, мечтающих поселиться поближе к правителю. И Илуна, и Хума имели одинаковые пригороды, жителям которых не хватило денег или положения в обществе, чтобы перебраться за стену, только при этом демоны жили гораздо скромнее. Маленькие одноэтажные домики, грязь, отсутствие лужаек и изящных садов, вместо которых строили загоны для скота. Вроде бы я прожил много лет в Хуме и как-то не обращал на подобное внимания, но сегодня бедность живущих здесь демонов сразу бросилась в глаза.
Я немного не рассчитал расстояние и погоду, поэтому до города мы шли чуть больше двух часов. При этом не только промокли до нитки, но и вывалялись в грязи. Ива, задумавшись о чём-то, умудрилась выйти на скользкий край дороги и скатиться в овраг. Видя, как она безуспешно пытается встать, я поспешил ей на помощь и улетел следом, не ожидая, что склон окажется таким скользким. Зои бросилась на помощь уже мне, и через минуту мы втроём барахтались в грязи, хватаясь друг за друга и пытаясь выбраться. Одна только Ханна осталась стоять на дороге, от души смеясь, глядя на нас. Эта зараза даже не попыталась прийти на помощь.
В общем, подходя к городским воротам, мы выглядели не только промокшими до нитки, но и грязными с головы до ног. Светлые платья девушек превратились в серые, а я умудрился потерять в грязи один сапог. На месте стражи я бы нашу компанию в город не пустил. К тому же наступил вечер и городские ворота закрыли до утра. Пришлось стучать изо всех сил в калитку, надеясь, что сквозь шум дождя нас услышат. Я уже хотел использовать силу, когда смотровая щель открылась и в ней показались злые глаза рогатого демона.
— Закрыты ворота! — рявкнул он. — И если они откроются, вы об этом сильно пожалеете…
— Привет, — я помахал знакомому демону, занимающему высокий пост помощника капитана городской стражи. — Опять за провинность заставили у ворот дежурить?
Демон с удивлением посмотрел на меня, затем на девушек, явно оценивая внешний вид.
— Мастер Василий! — опомнился он. За калиткой что-то звякнуло, затем бухнуло, и небольшая дверь в город широко распахнулась. — Проходите, мастер Василий. Капитан говорил, что Вы уехали по делам куда-то очень далеко.
— Было дело, — ответил я, первым проходя в калитку. — Вот вернулись и угодили под дождь.
Стражник привычным взглядом, присущим всем демонам его профессии, снова оглядел моих спутниц и слегка окосел, сначала увидев Ханну, а затем Иву. Он даже дара речи лишился, смешно моргая, глядя в их сторону.
— Поделись плащом, — попросил я. — А то мы, пока до храма дойдём, толпу за собой соберём.
Время вечернее, и прохожих на улице мало, но лучше было перестраховаться. Мало ли, какой-нибудь проходящий мимо демон поднимет крик, когда увидит светлые волосы и длинные ушки Ивы. Стражник молча расстегнул заколку плаща, стащил с плеч и протянул мне. Я же отдал его Иве, посмотрев так, что спорить она не стала. Капюшон у плаща был достаточно большой, чтобы спрятать даже её лицо.
— Спасибо, — я пожал большую и жёсткую ладонь стражника и зашагал в сторону центра города. Сапог просить не стал, так как в его обувь я мог двумя ногами встать.
Помощник капитана городской стражи постоял у ворот, провожая нас взглядом, затем спохватился, закрыл калитку и помчался в сторону караулки.
— Тебя здесь каждый демон знает? — спросила Ива. Скорее всего, поняла это по радостному тону стражника.
— Ну, кое-какая известность у меня есть, — кивнул я. — Почти пришли. Хума не такой большой город, как Илуна. И постарайся никого не пугать по дороге.
— Это я-то их буду пугать? — она даже удивилась, на что я промолчал. Вступать в спор не было ни сил, ни желания.
К храму мы подходили со стороны вечной стройки, которую дожди так размыли, что пришлось топать до площади и подниматься по главной лестнице. С золотом у дами в этом году было неплохо, но они всё ещё экономили на освещении. Помню, как Тэя жаловалась, что уличные фонари у храма — это самые прожорливые демоны в городе. Масло для них закупали целыми бочками, но пахло оно так, что хранить его приходилось на особом складе за стройкой.
В просторном зале у входа, вечером дежурила парочка молодых жриц. Коротая время, они болтали о чём-то своём, тихо хихикая и не замечая, что к ним в гости кто-то пришёл. Дами очень не любили, когда их беспокоили вечером, о чём жители столицы прекрасно знали, и после захода солнца к храму не приходили даже самые отчаянные. Поздороваться с молодыми жрицами я не успел, так как в зал ворвалась Присцилла, принеся с собой порыв ветра, едва не опрокинувший стол и перепугавший девушек. Добравшись до Зои, Присцилла заключила её в объятия, несмотря на мокрое и грязное платье.
— Мастер Василий, — девушки, наконец, опомнились. — Вы вернулись…
— Вернулся, вернулся, — отмахнулся я, слегка загораживая Иву. — Госпожа Асгейл, не могли бы вы не причинять вред нашей спутнице? Я понимаю, что у вас ко всем длинноухим особое отношение, но очень прошу.
— Они все опасны, — не отпуская Зои, сказала Присцилла.
— Обидно это слышать от кровавой ведьмы по прозвищу Алая Заря, — отозвалась Ива из-за моего плеча.
Воздух в храме снова всколыхнулся, разбиваясь о меня, как высокие волны о прибрежный маяк. И привёл эту аналогию я не случайно, так как можно было почти физически ощутить потоки силы, ударяющие в меня и разбивающиеся на мелкие брызги.
— Госпожа Асгейл, мы с вами говорили на эту тему, — послышался голос Тэи со стороны лестницы. Давление силы тут же исчезло. При этом Тэя говорила на языке красного мира, который неплохо освоила за последние два года. Они с Присциллой любили вести долгие беседы и сошлись во мнении, что лучше говорить на богатом языке красного мира, чем на каком-нибудь скудном демоническом диалекте. — Василий, Зои, с возвращением. Мы вас очень ждали.
— Спасибо, — улыбнулся я. — Рад снова Вас видеть. И Вас, госпожа Асгейл, тоже.
Присцилла зыркнула на меня недовольно, но очень быстро взяла себя в руки.
— Хорошо, что вернулись невредимыми, — в итоге сказала она. — Но выглядите так, словно дорога была долгой и тяжёлой. В купальню, и переодеться.
Госпожа Асгейл взяла Зои за руку и потянула в сторону лестницы, потеряв к нам интерес. Тэя же улыбнулась, подошла, чтобы крепко меня обнять.
— Спасибо за письмо, — сказала Тэя. — Оно пришло очень вовремя и взбодрило госпожу Асгейл. Как и нас всех.
Тэя посмотрела поверх моего плеча на Иву, затем на Айн Ханну.
— Твои спутницы говорят на местных языках?
— Это Айн Ханна, — представил я её. — Она говорит немного на
— Самый настоящий оракул? — удивилась Тэя. — Она общается с богами?
— Нет, — я рассмеялся. — Потом расскажу. Можете попросить кого-нибудь помочь им в купальне и подобрать одежду?
— Конечно, — она посмотрела в сторону лестницы, по которой сбегала старшая жрица Дейри. Наверное, не только в храме могли почувствовать сначала вспышку силы Присциллы, а потом и недовольство Тэи. — Тебе с этим помочь?
— Я справлюсь. Схожу в заведение Окумы. Только за одеждой зайду в комнату.
Купальни в храме были только для жриц, и мужчинам туда вход заказан, поэтому я предпочитал ходить в отличное заведение, недалеко от площади. Можно было и в здание к мужчинам дами зайти, но они не грели воду: то ли из экономии, то ли считая, что закаляться полезно для здоровья. Когда я начинал жить в храме, приходилось с этим мириться, но только до того момента, как у меня появились деньги. В своё время я побывал, наверное, во всех купальнях столицы — от самых дешёвых, до неприлично дорогих. В итоге выбор пал на заведение, расположенное недалеко от храмовой площади. Одно посещение оного стоило двухнедельного жалования городского стражника, поэтому ходили туда исключительно зажиточные демоны, чаще всего из торговой палаты. Даже жрицы дами, у кого водилось золото, считали это слишком расточительным удовольствием.
В комнате хранителя символов с моего неожиданного отъезда ничего не изменилось. Всё лежало на своих местах: письменные принадлежности, книги, которые я взял для изучения из хранилища, даже золото, оставленное на карманные расходы. Собрав вещи, чтобы переодеться, я спустился обратно в приёмный зал храма, где уже было тихо. К двум молодым жрицам прибавилась ещё одна, которая поспешила меня обнять, едва появился.
— Я тоже рад тебя видеть, — сказал я Беате, проигнорировав взгляд жриц. А будут сплетничать, пожалуюсь наставнице Эве.
— Ты не представляешь, как мы все перепугались, — сказала она. — Наставница Тэя собиралась идти в светлый мир за вами, но не смогла договориться со старейшинами и старшими жрицами.
— Испачкаешься…
Беата ещё сильнее стиснула меня в объятиях, затем отпустила.
— Ты в купальню идёшь? Я провожу.
Обычно меня всегда провожал кто-то из старших жриц. Вопрос был не в том, что я не могу постоять за себя, а в том, что не все демоны столицы об этом знали. А видя перед собой дами, даже самый наглый и воинственный демон не станет нарываться на драку.
Окума, владелец дорогих купален, был редким представителем богатых ат-анаков Хумы. Рыбаки с южных рубежей империи редко добивались такого успеха в столице. Характер у них склочный, не способствующий ведению деловых переговоров, поэтому даже торговцы из ат-анаков получались неважные. Но Окума был тем самым исключением из правил. Немолодой мужчина, со страшными острыми зубами и демонической рожей, оказался весьма общительным, с деловой хваткой и хорошими связями. Он не только любил свой маленький бизнес, но и делал всё, чтобы клиенты оставались довольны и возвращались снова. По-моему, только у него в заведении можно было попробовать редкое вино с самых разных уголков империи. Оказывал он и иные услуги для высокородных демонов, которые обычно не афишировали.
После захода солнца в заведении Окумы закрывались двери, но оно продолжало работать. Обычно купальню на это время нужно заказывать заранее, но из-за цен на услуги, свободную комнату можно было найти всегда. Это он мне сам рассказывал, то ли намекая, что я могу приходить в любое время, то ли пытаясь заманить в своё заведение новых клиентов из числа дами.
Район, где располагалось заведение Окумы, можно смело считать одним из самых безопасных в городе, так как он лично доплачивал городской страже, чтобы на двух прилегающих улицах постоянно дежурили патрули. Мы как раз столкнулись с одним из них, выходя с площади. Так как Беата взяла один из уличных фонарей храма, на нас особого внимания не обратили. А вот я второй раз за день поймал себя на мысли, что после короткого отпуска в Илуне неуютно чувствую себя при виде рогатых демонов. Сейчас ведь во всей Хуме только трое людей и одна светлоликая. Не замечал за собой подобного раньше.
В купальнях нас встретили радушно, направив в одну из лучших комнат. Улыбчивая девушка из числа местных демонов рассказала, что они всего пару минут назад закончили греть воду и мы можем не стеснять себя. А ещё к ним на днях поступило замечательное мыло от недавно появившегося в городе алхимика. Проводила нас до нужной комнаты и, лукаво улыбнувшись, сбежала. Из-за двери в купальню слышался плеск воды, а мылом пахло даже в коридоре.
— Я тебя там подожду, — сказала Беата, показывая в сторону комнаты отдыха.
— Пошли со мной, — предложил я, приоткрывая дверь. На секунду подумал, что удастся смутить её.
На щеках Беаты действительно вспыхнул румянец. Она оглянулась в сторону пустого коридора, затем подтолкнула меня в купальню, заходя следом и запирая дверь на засов.
Утром следующего дня я проснулся в прекрасном расположении духа. Когда с плеч падает огромный груз ответственности — это сложно передать словами. Накатило чувство полного умиротворения, приправленное лёгким предвкушением неопределённого будущего. Вчерашний день, до того момента, как мы вернулись в тёмный мир, вспоминался в виде сумбурных отрывков, больше напоминающих страшный сон. Хорошо, что закончился он на позитивной ноте и мне после всего увиденного в Илуне не снились кошмары.
Переодевшись в привычный наряд второго старейшины, я вышел из комнаты, чтобы попасть в лапы Тэи. Она шла со стороны рабочего кабинета и выглядела как всегда строго и даже величественно. У неё это получалось гораздо лучше, чем у Беаты.
— Доброе утро, — поздоровался я.
— Доброе, Василий, — она кивнула. — Составь нам компанию за завтраком.
Вообще-то, старшие жрицы не любили, когда я завтракал вместе с ними. В моём присутствии им сложно было говорить о планах на день, об учебном процессе и даже просто делиться слухами и новостями из родного города. Поэтому я обычно завтракал в общей столовой, в компании Зои и Беаты. Тэя, кстати, предпочитала кушать в одиночестве, в своём кабинете.
Отказываться от предложения я не стал, тем более, что так было даже проще. Догадывался, что им не терпится узнать о моих приключениях в светлом мире. В общей комнате, где старшие жрицы собирались по утрам, я застал буквально их всех, включая казначея. Кормили с утра вкусно, подавая любимые деликатесы белоглазых дами. Разговоры за едой велись праздные: о погоде, о дворцовых интригах и обещанном визите императора в храм, о глупом демоне, решившем подраться с городской стражей рядом с храмовой площадью. Дождь с утра лил как весь вчерашний день, поэтому часть юго-западных кварталов города очень скоро окажутся подтопленными. Так происходило каждый год, потому что дренажные каналы были вечно забиты грязью и мусором.
Когда с завтраком было покончено, к нам присоединилась Беата, осторожно прокравшаяся в комнату и занявшая свободный стул недалеко от двери. Старшие её присутствие терпели только потому, что она была ученицей Тэи. Но даже так, Эва, наставница послушниц и младших жриц, посмотрела на девушку строго, как бы намекая, что любопытство она может утолить и позже. Беата же эти взгляды не замечала, довольная тем, что её пригласили. Или же глазки у неё светились вовсе по другой причине, что заметила только Тэя, потому что смерила сначала её строгим взглядом, а потом посмотрела на меня, едва с мысли не сбив.
Утаивать что-то о приключениях в светлом мире не видел смысла, но всё, что касалось Иринэ и связи с будущим, я опустил. Рассказал о пригороде Илуны и дворце Азара, о людях из моего родного мира, о том, чем занимаются светлоликие. История с аукционом вышла занимательная, особенно когда разговор зашёл о том странном мужчине по прозвищу Коллекционер.
— Символы у него на спине были самые обычные, такие же, какие использовали старшие жрицы до недавнего времени, — говорил я. — То есть, устаревшие, из числа бесполезных и неэффективных. Наносили их неравномерно и в хаотичном порядке, используя зелёные чернила.
— Скорее всего, заменили демоническую кровь чем-то другим, — задумчиво произнесла Тэя. — Можешь сказать, насколько он был силён?
— На уровне понимания четвёртой молитвы, — сказал я.
— Мужчина? — удивилась Гера.
— Местный владыка говорил, что Коллекционер пару раз приводил с собой женщин дами, — сказал я. — Они ничего не продавали и не покупали. Но особенность в том, что символы покрывали их лица и кисти рук. Это то, что было видно из-под одежды, поэтому не исключено, что они покрывали тело символами полностью. Что за символы и откуда эти дами родом — не знаю.
— Никогда не слышала о таких, — сказала Тэя. — Но покрывать тела, а особенно лица символами… Если они могут их контролировать, то это очень любопытно. Что было дальше?
Женщины слушали с больши́м интересом, стараясь не перебивать. Пару раз посетовали, что я поступал опрометчиво и должен был сразу сбежать, как только появилась возможность.
— Твой мир был далеко, зачем пытаться его закрыть? — спросила Тэя. — Это очень большой риск.
— Узнал, что светлоликие собирались его уничтожить ради получения особых кристаллов. Я должен был им помешать, и другого способа найти не смог.
На минуту в комнате повисла тишина.
— Хорошо, что тебе это удалось, — сказала Дейри, наверное, стараясь меня поддержать. — Если ты грустишь, что теперь не сможешь вернуться домой, то не переживай. Я уверена, что это к лучшему.
— Соглашусь, — кивнула Тэя.
— Есть ещё хорошие новости, — сказал я, доставая из сумки для книг кинжал с символами. — Я нашёл его в хранилище светлоликих, но не смог прочесть надпись. Мне показалось, что она содержит в себе какой-то секрет, но моего понимания пока недостаточно, чтобы разобраться в нём.
Я протянул кинжал Тэе. Надо было видеть, как удивлённо она посмотрела на него, беря в руки. Точнее, она смотрела на символы. Старшие жрицы встали, чтобы подойти поближе и тоже взглянуть. Когда ты говоришь языком магии, то сразу понимаешь, простой символ перед тобой или нет. И, глядя на кинжал, я отчётливо ощущал силу, но не мог осознать её. Точно так же было когда-то давно, когда я впервые увидел первые строчки второй молитвы, с которыми занимались младшие жрицы.
— Что несут в себе эти символы? — тишину нарушила Гера, высказав мысли всех собравшихся.
— Пока не знаю, — сказала Тэя. — Какое-то откровение. Может, ничего существенного.
Верховная накрыла кинжал платком, пряча символы от любопытных жриц.
— Не забывайте, у нас много работы, — сказала Тэя. — Нужно что-то сделать с тонущими каменными блоками на стройке и решить с лордом города вопрос про отвод воды с площади.
Старшие жрицы понятливо закивали и дружно направились к выходу из общей комнаты, обсуждая новости. Воспользовавшись моментом, к нам подошла Беата, пытаясь разглядеть символы под платком.
— Покажу, как только научишься уверенно читать пятую молитву, — сказала Тэя.
— Хотя бы одним глазком, — Беата попыталась изобразить жалостливый взгляд, но не получилось, слишком довольной она выглядела.
— Для будущей верховной жрицы важны не символы на спине, а понимание силы, которую они несут, — наставительно сказала Тэя. — Бери пример с Василия. Пока ты топчешься на месте, он уверенно идёт вперёд.
— Скорее, бежит сломя голову, — проворчала Беата.
— Поговорим о важном? — спросила у меня Тэя, на что я кивнул. — Зачем ты вытащил из светлого мира эту девушку?
— Не знаю, — честно ответил я. — Порыв души.
— Лучшее, что ты мог сделать — это оставить её там, на суд соплеменникам. — Или это было специально, чтобы она не рассказала лишнего?
— Нет, я об этом как-то не подумал.
— Это был очень глупый и недальновидный поступок. Но раз вляпался, решай всё самостоятельно. К вечеру ты должен убрать эту девушку из храма, если не хочешь, чтобы её убили. Между нами и светлоликими слишком много противоречий и старых обид. Вспомни хотя бы, как ты отреагировал на встречу Коллекционера и того мужчины. Таким будет твоё наказание. Могу дать совет, как с ней поступить, но тебе он не понравится исключительно из-за упрямства.
— Я всё сделаю, — пообещал я.
— Ты точно не понял смысла этого откровения? — уточнила Тэя, положив руку поверх платка.
— Времени не было разобраться. Я его получил, а дальше одна беготня.
— Загляни ко мне вечером, подумаем над этой загадкой вместе.
— А я? — заинтересовалась Беата.
— А ты продолжишь постигать пятую молитву, — отрезала Тэя. — Да, ещё, Василий, попроси женщину с фиолетовыми глазами не подниматься на этот этаж. Я прощаю ей это только потому, что она помогла тебе. Ступайте.
Беата уже подхватила меня под руку и потянула из комнаты. Мы вышли в пустой коридор и остановились у окна, открывающего прекрасный вид на город.
— Ты должен был показать мне кинжал, — сказала Беата. — Жуть как любопытно, что там за откровение.
— С тем же успехом ты можешь спуститься в усыпальницу первой верховной жрицы и пялиться на табличку у её саркофага. Лучше скажи, куда поселили Иву… светлоликую. Надо до обеда пройтись по городу и найти место, куда её можно пристроить.
— Хочешь, я её сама убью? — спросила Беата.
— Вопрос не в её смерти или жизни, а в принципе, — отрезал я.
Из темноты за ближайшей колонной к нам шагнула Айн Ханна. Она успела переодеться, сменив промокший наряд на мужской дорожный костюм дами.
— Прости, что отвлекаю, — сказала она на родном языке. — Я вернусь в горы Ракку на несколько дней.
— Хорошая новость, — закивал я. — Могу помочь с припасами и золотом в дорогу… в каком смысле «на несколько дней»?
— Между этим миром и горами Ракку есть стабильная дорога, проходящая через мёртвый город. Она занимает почти четыре дня.
— Мы же говорили на эту тему, — сказал я. — Вы мне ничего не должны. А если и были должны, то с лихвой рассчитались в светлом мире. Это была прекрасная картина, когда по улицам светлого города бежали синекожие ящеры. Так что мы в полном расчёте.
— Ты не понимаешь, — она покачала головой. — Не мы, а ты нам должен. Ты должен стать нашим владыкой.
— Даже слышать не хочу, — отрезал я. — Золото в дорогу дать? В одну сторону. И еды на четыре дня.
— У меня есть всё необходимое, — спокойно произнесла она. — Не совершай глупостей, пока меня не будет рядом.
С этими словами она сделала шаг назад, заходя в непроглядную тень и сливаясь с ней. Я даже моргнул пару раз, пытаясь понять, откуда в коридоре, неплохо освещённом пасмурным утром, могла появиться такая тёмная полоса тени.
— Ханна! — быстро сказал я. — Никаких владык и всего прочего. Слышишь?! Иначе я сильно рассержусь!
— И что ты кричишь? — спросила Беата. — Плохие новости?
— Плохие, — проворчал я. — Ладно, пошли искать Иву. Надеюсь, она не испортит нам так прекрасно начавшийся день.
Чтобы не сердить жриц, Иву поселили в подвальную комнату, где я в своё время провёл немало времени. Находилась она на уровне архивов, а так как читать нудные и сложные древние тексты никто не любил, в подвалы спускались только затем, чтобы проведать хранителя. Единственным окном в помещении было вентиляционное отверстие, чуть больше ладони в высоту, расположенное под потолком. И когда в Хуме шли ливни, оттуда тянуло сыростью.
Иву мы застали в добром здравии и хорошем настроении. Ей выдали платье младшей жрицы, в котором она смотрелась забавно. И дверь в комнату открылась за секунду до того, как я собирался постучать.
— Привет, — поздоровался я.
— Я уже готова, — сказала она. — Но по пути неплохо было бы зайти куда-нибудь и позавтракать.
— К чему готова? — не понял я.
— К переезду, — она подняла палец, показывая важность момента. — У меня хорошие новости. После того, как мы закрыли доступ к твоему миру, будущее вновь начало складываться в единую картину. Оно всё ещё нечёткое, но уже не разбито на сотни маленьких осколков.
— То есть, ты вернула способности?
— Я их не теряла, — сказала она. — Будущее было нарушено. Если не понимаешь, просто поверь на слово. Твоя подруга говорит на языке красного мира?
— Немного, — сказала Беата. Языки давались ей не так легко, как Тэе, но она старалась.
— Не будем терять время, — сказал я. — Нам ещё под дождём гулять по городу. Постарайся не попадаться на глаза демонам. В этом мире светлоликие их так достали, что они готовы рвать вас голыми руками.
Ива благоразумно промолчала. Подхватив со стула плащ с капюшоном, жестом показала, что готова идти. Вещей у неё с собой не было, а платье оракула, наверное, попадёт в общую стирку. Как бы его оттуда не стащили. Послушницы и младшие жрицы были особенно падки на хорошую ткань, поэтому дорогие вещи в стирку никто не сдавал.
Чтобы не гулять по всему храму и не пугать жриц, мы зашли на склад к Сивите за новенькими плащами для нас с Беатой и вышли в город со стороны стройки. Пройдя вдоль храма и сада, попали на одну из северо-западных улиц. Этим маршрутом часто пользовались молодые жрицы, когда хотели незаметно сбежать в город. Обычно это происходило поздно вечером, поэтому утром за выходом никто не присматривал.
Живущие в Хуме демоны давно привыкли к тёплым ливням, поэтому на улице можно было встретить и стражников, отдыхающих под широким навесом, и детишек, играющих во что-то непонятное с одним зонтом на пятерых, и праздных прохожих, спешащих по своим делам. Пару раз мимо нас пробежали мулы из числа ат-анаков, тащивших за собой гружёные повозки. До сих пор поражаюсь физической силе и выносливости демонов. Лошадей нужно кормить, правильно содержать, выделять место в конюшне. Ат-анаки в этом плане были выгоднее, так как в силе почти не уступали, но брали за свои услуги не так много, как уходило бы на содержание лошади.
Шли мы в сторону дорогих кварталов Хумы, к большому зданию, где жил и работал лорд города. За прошлые два года он задолжал мне крупную сумму в золоте, которую я не спешил забирать как раз для такого случая. Вставал лорд рано и работал допоздна, но лучше всего к нему было приходить незадолго до обеда. Охрана поместья меня знала, так как я лично наносил им символы защиты, поэтому встретила радушно. Не прошло и пяти минут, а мы уже сидели в гостиной на первом этаже, ожидая появление хозяина дома.
Забыл упомянуть, что Ива повязала на голову платок, свернув его в широкую полоску, чтобы закрыть удлинённые уши. Даже если присматриваться, определить её принадлежность к светлоликим можно было только по пшеничному цвету волос и чертам лица. Конспирация не идеальная, но достаточная, чтобы охрана поместья ничего подозрительного не заметила.
Лорд Балму появился уже через пару минут. Бодрый и энергичный коренастый демон, одетый в дорогой наряд. Положение владыки в одном из тёмных миров подошло бы ему больше, чем быть лордом Хумы, так как он всегда производил сильное впечатление. Взгляд строгий и внимательный, спина ровная, уверенный голос. Как и всех демонов его расы, лорда выделяли нижние клыки, выглядывающие сантиметра на четыре.
— Мастер Василий, — обрадовался он, входя в помещение. — Рад тебя видеть. До меня доходили слухи, что ты внезапно пропал.
Когда лорд Балму узнал, что я прекрасно владею его родным языком, то при любой возможности говорил именно на нём.
— Путешествовал по делам, — сказал я, не найдя аналог слова «уезжал». — Вернулся вчера и понял, что у меня в городе нет дома, и это сильно огорчило.
— Да, неприятно, — понятливо кивнул он. — Я могу посоветовать несколько хороших домов практически в любом квартале города.
— Если это будет не самый маленький дом в центре города, окна которого выходят на храмовую площадь, и если он обойдётся в ту сумму, что лорд Балму задолжал мне, то я закончу работу над символом угольков на вашей спине.
Лорд Балму посмотрел на меня вроде задумчиво, но в его взгляде мелькнул хищный огонёк. Общество демонов построено на личной силе. Если хочешь занимать правящее положение, докажи, что сильнее. Даже занимая трон или место главы города по праву наследования, если ты слаб, то у твоих слов и приказов не будет веса. А в этом случае Император может решить, что ты на своём стуле сидишь зря.
Что касается лорда Балму, то от родителей ему достался самый обычный огненный дар. Умением выпускать из рук струи пламени в Хуме не удивить даже кинийцев, приехавших из самой глухой деревни. Вот я и подумал, можно ли добавить символ угольков, который обычно используется в связке с огненными символами дами. Это был смелый эксперимент, о чём лорду говорить не стоило. В итоге получилось что-то странное, так как Балму внезапно научился поджигать любые предметы на расстоянии шагов в двадцать. Он о результатах испытания говорил воодушевлённо, но в подробности не вдавался, явно что-то скрывая. Круглую сумму в золоте он мне задолжал в том числе и за символ защиты от огня. Я побоялся, как бы он сам себя не сжёг, не совладав с даром.
— Дом мне нужен уже сегодня, — сказал я. — Если у Вас такой возможности нет, то я планирую обратиться к главе торговой палаты.
— Возможность есть, — он поднял руку, чтобы я не торопился. Несколько минут думал о чём-то, затем кивнул. — На западной улице есть хороший дом, с прекрасным видом на… будущее крыло храма.
— То есть, на стройку? — улыбнулся я. — Годится. Когда я смогу туда въехать?
— После полудня, — он посмотрел на Иву и Беату, улыбнулся им.
— Документы на право владения домом?
— Это займёт несколько дней.
С бюрократией в тёмном мире всё было прекрасно, особенно если это хоть как-то касалось золота. Лорд Балму зарабатывал не только на поборах с торговцев и лавочников, но и на недвижимости. Уточнив адрес дома, мы распрощались с лордом, не став задерживаться в гостях, хотя нам и предлагали остаться. Теперь следовало заглянуть в гости к городской страже или в гильдию наёмников, чтобы договориться насчёт охраны дома, и на какое-то время о проблеме с Ивой можно забыть. Сейчас же мне не хотелось думать, что Тэя права, и лучше бы я оставил её в Илуне. Интересно, что сейчас творится в светлом городе? Удалось ли им выбить ящеров?
⠀⠀
Несколько дней спустя, пригород Илуны, замок лорда Азара, вечер
В просторной комнате за большим круглым столом собралось девять человек. Напротив окна сидел крепкий телом и широкоплечий чернокожий американец, хмуро глядя на остальных и сердито постукивая пальцами по столешнице. По правую руку от него место заняла белая женщина тридцати пяти лет, бывшая медсестра, получившая редкий и очень сильный дар, позволивший ей войти в руководство американской группы. Следом за ними сидела пара мужчин из Японии, ничем не примечательных внешне, но получивших сильнейший среди людей дар молний. Затем шли пара мужчин из России и пара из Китая, в которую входила вторая в помещении женщина. Девятым за столом сидел ещё один американец, немолодой мужчина, носивший пышные усы. На последнем общем собрании групп с Земли его избрали командующим базой с правом принятия окончательного решения, если голоса представителей участвующих стран разделялись пополам.
Обычно разговоры на собрании велись на языке светлого мира, но сегодня был выбран английский, чтобы избежать недопонимания.
— Окончательные потери личного состава? — спросил американец, носивший самое распространённое имя Джордж Браун.
— Сорок человек убиты, двадцать четыре серьёзно ранены, и это всё без учёта лёгких травм, — сказал представитель России, сдавший пост начальника базы. — Ожоги, ушибы и переломы, восстановление займёт какое-то время.
— Обычные дикие демоны, но доставили столько проблем, — сказал представитель Японии. — Мы были не готовы…
Собравшиеся помолчали, представляя себе столицу, треть которой выгорела полностью, а ещё треть была неплохо порушена масштабной магией, когда светлоликим надоело возиться с ящерами. До поздней ночи светлоликим не удавалось пробиться к разломам и перевернуть ход сражения. Они потеряли одарённых не меньше, чем люди. Больше всего печалила участь молодого поколения семьи Тивет, которая сумела пробиться к одному из разломов. Семь молодых мужчин и две девушки были убиты, пытаясь остановить проход ящеров. Каждый из них был невероятно силён, но они ничего не смогли поделать с армией демонов.
Джордж Браун не спешил высказывать вслух мысли, так как они не были ничем подкреплены, но он был уверен, что ящерам кто-то помогал. Демоны уверенно защищали разломы, убивая всех, кто подбирался близко, но ничего не могли поделать с одарёнными в других частях города и гибли сотнями на широких улицах и площадях. Так происходило ровно до полуночи, после чего их сопротивление резко ослабло, и лорд Азара, пробившись к первому из разломов, просто взорвал его вместе с частью жилого квартала. В это же самое время несколько других лордов добрались до ещё двух проходов и закрыли их, не встретив сопротивления. Вывод напрашивался только один — до полуночи ящерам кто-то помогал, сдерживая светлоликих и усиливая панику в городе.
Джордж лично отправлял несколько своих людей к обнаруженному разлому, никто из них не вернулся живым. Все были убиты каменными копьями и кинжалами, но удары пришлись только в шею и голову. Вряд ли ящеры обладали подобной сноровкой, чтобы пробиться к очень сильным одарённым и нанести несколько точных ударов.
— Данных по жертвам горожан нет? — спросил Джордж Браун.
— Всё держится в строжайшей тайне, — сказал представитель Китая. — Но растерзанных тел, что я видел лично, было много.
В комнате вновь повисло молчание. Никто не хотел переходить к главной теме собрания. Утром во дворец приезжал лорд Азара и сообщил неприятную новость, что проход в родной мир людей был запечатан. В тот день, когда ящеры напали на столицу, каждый из присутствующих почувствовал нечто странное, какое-то непреодолимое чувство утраты и одиночества. Многие восприняли это за враждебную магию, используемую демонами, но всё оказалось хуже. Чувство утраты не покидало людей даже спустя четыре дня после происшествия. Может быть, поэтому несколько дней на «базе» было необычно тихо. Отменили не только повседневные занятия, но и любые мероприятия, дни рождения и всё прочее.
Каждый из присутствующих понимал, что без доступа к Земле они для светлоликих не представляют никакого интереса. Люди не обладали какой-то уникальной силой, чтобы соперничать с жителями серых или ближайших светлых миров, живущих сейчас в Илуне. К тому же их было слишком много, и в огромном дворце лорда Азара они жили на птичьих правах. Но и это было не самым плохим из тех новостей, что принёс светлый лорд.
— Что по поводу кровавой ведьмы? — Джордж Браун перешёл к главной теме.
— Беловолосая девушка по имени Зои, — сказал Алексей Николаевич. — За время, проведённое во дворце, внимание к себе привлекала лишь необычным внешним видом. Пропажу старейшины связывают как раз с ней. Они пропустили её в светлый мир вместе со случайным гостем.
Пятнадцать минут Алексей Николаевич потратил на то, чтобы рассказать о появлении во дворце странной парочки. Поведал, как они уходили в тёмный мир на аукцион демонов и о том, как внезапно разбогатели и сняли дом поблизости. Не стал упускать то, что парочка была связана с семьёй Эервен, хотя об этом всем было прекрасно известно.
— Зачем ей запечатывать наш мир и взрывать храм? — спросила женщина из Америки.
— Явно не из благих намерений, — вставил представитель Японии. — Важно не это, а то, готовы ли вы провести остаток дней в одном из серых миров, отражая постоянные нападения демонов. Мои люди на это не согласятся, поэтому мы выступим, как только это станет возможным.
— Как и наши, — решительно подтвердил представитель Америки, даже стукнул ладонью по столу.
— Не ждите лёгкую прогулку, — сказал Алексей Николаевич. — Мои подчинённые лично видели, как погиб лорд Бали. Кто-то из демонов в том мире, куда вы собираетесь, просто взорвал его, превратив в облако кровавой пыли. А ведь вместе с ним там был лорд Илир, посчитавший лучшим решением просто сбежать. Кто из ваших людей способен потягаться сразу с двумя лордами светлоликих? Лорд Азара и его гвардия сильнее, чем мы все, вместе взятые, так почему же он отправляет нас, а не идёт сам?
— Может, он ждёт ещё одного нападения на Илуну? — высказался второй из группы японцев.
Алексей Николаевич покачал головой, не уверенный, что его коллега правильно расценил мотивацию лорда. Утром лорд Азара появился хмурый, был немногословен, но сумел донести до людей, что если они хотят остаться в светлом мире, то им нужно будет доказать свою полезность. Он едва ли не приказал доставить к нему кровавую ведьму и молодого парня из Москвы, устроивших большой переполох в храме. Зачем они были ему нужны, Алексей Николаевич сказать не мог, но вряд ли для того, чтобы публично судить. К тому же командир российской части «базы» имел особые сведения о разыскиваемом парне, которые пока никому не раскрывал. Не видел в этом смысла, так как, судя по поведению лорда Азара, тот тоже это знал.
— Нам не обязательно воевать со всеми демонами тёмного мира, — сказал чернокожий представитель Америки. — Мы можем встретиться с их правителем и поставить ультиматум. Если они не глупые, то вряд ли захотят воевать с нами ради двух людей, тем более пришедших к ним из других миров. И надо торопиться, пока они не ушли оттуда.
— Врата, способные пропустить через себя несколько сотен человек, будут готовы примерно через девять дней, — напомнил Алексей Николаевич.
— Агент лорда Азара следит за ними в тёмном мире, — сказал Джордж Браун. — Давайте решать, кто идёт, а кто остаётся. Я голосую за то, чтобы основать в светлом мире Илуна общину людей с Земли. Для этого нужно выполнить условия светлоликих и много трудиться в будущем. Это может стоить жизни многим из нас, но альтернатива ещё хуже.
Подавая пример, американец поднял руку. Естественно, что его поддержали все присутствующие, включая Алексея Николаевича, проголосовавшего последним. Он был согласен с тем, что выбор у людей невелик: либо отправиться в тёмный мир ловить преступников, либо уйти в один из серых миров, где идут непрекращающиеся войны с демонами. А вот на вопрос, почему светлоликие не сделают это сами, он бы ответил не так, как его коллега. Алексею Николаевичу всё больше казалось, что их просто решили отправить на убой, чтобы показать демонам решительный настрой и избавиться от людей, ставших ненужными.
⠀⠀
Десять дней, с момента нашего возвращения в Хуму пролетели практически незаметно. Я разбирал накопившиеся за время моего отсутствия дела, вместе с Тэей пытался понять смысл символов на кинжале, договаривался с торговой палатой о поставке нужных ингредиентов для храма и искал интересные книги в хранилище. Зои всё свободное время посвящала тренировкам силы под руководством бабушки, поэтому я, за эти дни видел её всего три или четыре раза. Выглядела она уставшей, но полной энтузиазма и больших надежд на будущее. Намекала, что неплохо было бы погостить у неё дома хотя бы немного, чтобы понять и оценить разницу между мирами.
Лорд Балму не обманул и подобрал хороший двухэтажный дом с западной стороны храмовой площади. Два окна в ширину, по четыре комнаты на каждом этаже, неплохая мебель. В доме никто не жил, и лорд держал его для кого-то из своих родственников или же рассчитывал выгодно продать. Мне пришлось раскошелиться только на охрану, дав взятку городской страже. А вот с прислугой не задалось. Ива категорически отказалась жить в одном доме с демонами. Сказала, что несколько дней сможет о себе позаботиться, если кто-то будет ходить вместо неё на рынок за продуктами. Смысл её слов до меня дошёл не сразу, точнее, я вспомнил о них только на десятый день, утром которого меня самым наглым образом разбудили.
Я привык, что на этаж старших жриц посторонние не заходят, поэтому немного удивился, когда кто-то распахнул шторки на окнах, пуская в помещение пасмурный утренний свет. Сначала подумал, что это Беата шалит или у кого-то из наставниц была для меня важная работа, но, открыв глаза, увидел знакомую темноволосую девушку, держащую в руках наряд владыки гор Ракку. Она лучезарно улыбнулась.
— Доброе утро, владыка Василий, — произнесла она. — Госпожа Ханна просила разбудить тебя пораньше.
Со стороны окна к кровати шагнула вторая девушка, почти точная копия первой. Красивые девушки лет восемнадцати на вид, волосы собраны в тугую причёску, чтобы не мешали, и одежда на них знакомая. С прошлой нашей встречи, когда они не давали мне прохода во дворце владыки, изменился только цвет их глаз, став ярко-фиолетовым. Мне понадобилась минута, чтобы окончательно проснуться и понять, что я по-прежнему нахожусь у себя в комнате, в храме. Вчера допоздна читал новый справочник символов и уснул глубоко за полночь.
— Вы здесь откуда? — всё же спросил я, надеясь, что они мне снятся. Сел, потёр глаза, но наваждение никуда не делось.
Девушки невинно захлопали ресничками, делая вид, что не понимают вопроса. Ту, что держала платье, звали Сайми, а вторую — Салме, при этом они не были сёстрами и даже родились в разных деревнях. Тот, кто их в пару поставил, обладал специфическим чувством юмора.
— Госпожа Ханна сказала, что надо встать пораньше, так как впереди много важных дел, — сказала Сайми, не выпуская из рук тёмный наряд владыки из дорогой и мягкой на ощупь ткани. В Хуме даже приблизительно похожую по качеству не найти.
Опыт показывал, что спорить и что-то говорить им просто бесполезно. Когда мы гостили в горах Ракку, эта парочка словно проверяла, насколько у меня хватит терпения. Учитывая общение не с самыми дружелюбными демонами и жрицами дами, терпения у меня было в избытке, но если меня будут вот так будить по утрам, то оно очень быстро закончится. В любом случае решать эту проблему нужно не с ними, а с Ханной.
— Моя одежда где? — спросил я, бросив взгляд на пустой стул.
— Нельзя оставлять мокрую одежду в спальне, — наставительно сказала Салме. Из их пары она была самая рассудительная.
— Хорошо, что у меня запасная есть, — проворчал я, спуская ноги с кровати. — А мокрую одежду верните.
Девушки посмотрели жалостливо. Сайми прижала наряд владыки к груди с таким видом, словно помер кто-то.
— Ханна давно вернулась? — спросил я, проходя к сундуку.
— Вчера вечером, — подсказала Салме. — Попали под дождь, который всё никак не заканчивается.
— Привыкайте, дожди тут часто…
Я нашёл новенькие штаны, купленные ещё в прошлом году. Победно вынул их из сундука, демонстрируя девушкам. Надеюсь, за это время они не стали малы.
— А ещё у вас сегодня занятия с наставником Мараком, — к чему-то сказала Салми.
— Может, я сначала штаны надену? И кто этот наставник?
— Марак? — уточнила она, снова делая вид, что не понимает вопроса. — Он наставник.
В дверь комнаты кто-то настойчиво постучал. Я строго посмотрел на девушек, затем быстро надел штаны и прошёл к двери. В гости с утра пораньше заглянула Гера.
— Уже встал? — уточнила она, заглядывая в комнату поверх моего плеча. — Я слышала голоса из твоей комнаты…
Я тоже оглянулся и посмотрел в спальню, но никого не заметил.
— Показалось, наверное, — сказал я.
— Тебя Тэя искала, — Гера протянула мне записку. — Какая-то странная делегация из другого мира приехала и требует владыку Василия. Я знаю только одного человека с таким необычным именем, так что одевайся и спускайся, пока у Тэи терпение не закончилось.
— Это делегация людей с фиолетовыми глазами?
— Что? — не поняла Гера, снова заглядывая поверх моего плеча. Подвинув меня в сторону, нагло прошла в спальню, осмотрелась. — А, нет, это обычные демоны. Рогатые, хвостатые и едва говорящие на местном языке. Ты таких знаешь?
— Нет, впервые слышу, — я прошёл в комнату и тоже огляделся. Куда делась парочка девушек с нарядом владыки в руках, сказать сложно. Разве что они могли под кроватью спрятаться или в сундук с одеждой залезть.
Сложенная в четыре раза записка была короткой, написанной незнакомым, но красивым почерком. Писали на языке красного мира.
— Откуда записка? — уточнил я, поднимая взгляд на Геру.
— Передали для тебя утром. Сказали, что это очень важно, и ты её несколько дней ждёшь. В общем, одевайся и спускайся. Не затягивай с этим.
Гера ещё раз огляделась и вышла из комнаты.
— Что за рогатые и хвостатые? — я посмотрел на записку в руках, не понимая, что происходит.
— Штаны малы, — сказала Сайми, в голосе которой промелькнули довольные нотки. — Владыке их надевать стыдно. Смешно будет, а это нехорошо. Тут даже высокие сапоги не помогут.
Я оглянулся и встретился взглядом с девушками. Сайми протянула мне наряд владыки, а Салме тёмные штаны, а ещё сапоги из хорошей прочной кожи.
⠀⠀
На первый этаж храма я спускался в дорогом наряде владыки гор Ракку. Радости это не прибавляло, но выбора, честно говоря, не было. Мокрую одежду мне не отдали, а появляться в коротких штанах не хотелось. Жрицы, встречающиеся по пути, провожали меня удивлёнными взглядами, не сразу узнавая. Хорошо, что не нужно было идти через весь храм, иначе собрал бы за собой целую процессию.
Делегация, о которой говорила Гера, состояла из двух десятков демонов, носивших добротную одежду преуспевающих купцов. Они очень походили на людей, если не считать слегка загнутые рога как у быков. Переводчиком у них выступал немолодой, узколицый и лохматый демон, одетый как индеец и носивший на шее несколько странных амулетов. Он был на целую голову выше рогатых, поэтому сутулился, чтобы не выделяться. Маленькие покрасневшие глазки и длинные уши с кисточками — таких я тоже в мире Хумы ещё не встречал. Он как раз разговаривал с Тэей, осторожно жестикулируя, так как пальцы у него заканчивались острыми пожелтевшими когтями.
Увидев меня, группа демонов заволновалась, возможно, узнав по наряду. Один из рогатых подхватил переводчика под руку, показывая в мою сторону. Тэя и Гера обернулись, посмотрели примерно одинаковым взглядом, в котором читалось и лёгкое удивление, и вопрос.
— Скажи, скажи владыке, что мы рады встретиться с ним, — старший из группы говорил на незнакомом языке, неожиданно мягком и совсем не подходящем рогатым людям.
— Не нужно, — я поднял руку, останавливая их. — Я прекрасно говорю на вашем языке. Пусть переводчик поможет жрицам дами понять, о чём будет идти речь.
Поискав взглядом Айн Ханну, не нашёл её в просторном зале, но что-то подсказывало, что она была рядом.
— Позвольте представиться, — немолодой рогатый мужчина лет за пятьдесят, с седой бородкой и прищуренным близоруким взглядом, почтительно поклонился, — меня зовут Ах’Итсу. Мы пришли из империи Ганни, что у истока рек Хор и Тот.
— Рад знакомству, — сказал я. — Что привело вас в такую даль?
— Демоны дакорах, варвары с молочно-белой кожей и красными глазами, — он всплеснул руками. — Они нацелены разорить империю Ганни, разрушить города и угнать всех её жителей в рабство.
— И причём здесь я? Впервые слышу о таких красноглазых демонах, как и о вашей империи.
— Верховные шаманы дакорах владеют запретной магией, против которой мы бессильны. Вы — наша единственная надежда, владыка Василий.
Он сложил руки на груди, скрестив их в странном знаке, и вся делегация последовала его примеру. Индеец же продолжал жестикулировать и на ломаном местном наречии рассказывал Тэе о злых краснокожих и белоглазых варварах, нападающих на империю Ганни, чтобы уничтожить всех жителей и захватить в рабство города́.
— Уважаемый Ах’Итсу, — сказал я, подошёл ближе, чтобы взять его под локоть, и тихо заговорил. — Вы ведь из большой и богатой империи, судя по одежде и украшениям. Свободно путешествуете между мирами и не боитесь бандитов, так как я чувствую в Вас большую силу. Но вы всё равно пришли сюда, так далеко от дома, чтобы попросить меня разобраться с варварами, угрожающими вашей империи?
— Всё так, — закивал он, совершенно не понимая, что меня смущает и удивляет. — Владыка Малеф уже помогал нам раньше. Отправлял своих лучших воинов.
— А, в этом смысле, — с облегчением сказал я. — Подумал, что вы хотите, чтобы я туда отправился лично.
— Нет, нет, мы не стали бы просить…
— Если хотите нанять воинов с горы Ракку, то вам нужно обратиться к госпоже Мирейн.
— Мы встречались с ней, — сказал он как-то неуверенно.
— Вот, тогда вы должны были видеть, какой маленький городок находится в горах и как бедно мы… то есть, как бедно живут там люди.
— Мы заплатим, — сказал он так, словно действительно готов отдать последнее и его сильно прижало.
— Я имел в виду, что немногочисленные жители маленького городка вряд ли смогут помочь огромной империи одолеть могущественного врага. Они же не бессмертны.
— Заплатим любую цену, только назовите её, — в его голосе впервые появились деловые нотки.
«Да не торгуюсь я с тобой!» — недовольно подумал я, едва не всплеснув руками. Но при словах «любую цену» внутри меня начал ворочаться демон жадности, и пока его окончательно не разбудили, нужно было быстрее избавиться от них.
— Если хотите нанять воинов, то вам нужно говорить с госпожой Мирейн, — повторил я. — И уже ей предлагать «любую цену».
— Я говорил с госпожой, и она сказала, что только вы можете принять решение.
Я уже собрался послать их, только не обратно в горы Ракку, а куда подальше, но в храм ворвался знакомый демон из городской стражи, постоянно дежурящий у западных ворот за провинности. Не знаю, чем он достаёт капитана, но раз в неделю тот стабильно отправляет его в какое-нибудь злачное место. Громко топая тяжёлыми сапогами по мраморному полу, стражник пробежал к нам, едва не сбив с ног кого-то из делегации рогатых.
— Беда! — громко рявкнул стражник, перепугав индейца, отчего тот закрыл голову руками. — На западной дороге недалеко от леса пятнистых собак появился огромный разлом и собирается армия светлых. Капитан и лорд Балму сейчас у западных ворот, очень просят, чтобы госпожа Тэя почтила их своим присутствием.
— Мы услышали, — спокойно сказала Тэя. — Передай, что скоро будем.
Стражник кивнул, резко развернулся и побежал в обратную сторону.
— Уважаемый Ах’Итсу, — сказал я, наклоняясь к рогатому. — У вас золото с собой есть, чтобы в городе постоялый двор снять на пару дней?
— Есть, — закивал он, не понимая, к чему я клоню.
— В городе сейчас небольшие проблемы, которые нужно решить. Я вас обязательно найду, как всё уляжется.
— Благодарим владыку, — он успел пару раз поклониться, пятясь назад.
Группа рогатых развернулась и дружно направилась к выходу. Следом за ними поспешил долговязый переводчик, смешно размахивая руками при ходьбе.
— Василий! — над моим ухом раздался строгий голос Тэи. — Я плохо поняла, что сейчас произошло и что они от тебя хотели?
Она взяла меня под локоть, чтобы не вырвался и не сбежал.
— Беда у них, — вздохнул я. — Война с какими-то демонами. Они отбиться не могут и просят помочь.
— Ты здесь при чём?
— Это всё из-за того владыки и рабского символа, о котором я рассказывал. Кстати, вы Айн Ханну видели? Мне бы тоже хотелось задать ей примерно тот же самый вопрос. Зачем они их ко мне отправили?
Тэя посмотрела на меня недоверчиво.
— Поговорим об этом позже, — в итоге сказала она. — Гера, собирай своих подчинённых и отправляйтесь к западным воротам. Только сначала решите, кто пойдёт к императору и будет его успокаивать.
— Всё сделаем, — сказала Гера. — Будьте осторожней…
«Неужто из-за нас с Зои? — подумал я, посмотрев в сторону выхода из храма. — Мы ведь ушли раньше, чем прозвучал взрыв, если он вообще прозвучал, и связывать его с нами было бы глупо. А ведь кто-то мне говорил, что ушастые — это самые злопамятные существа во вселенной и если они узнаю́т, кто во всём виноват, то мстят долго».
Тэя отдала ещё несколько распоряжений касательно храма. Приказала младшим жрицам не покидать его стен, а старшим готовиться выступить к западной стене, если дела будут складываться плохо. Любопытно, что среди старших я не видел тревоги или паники. Напротив, Гера выглядела воодушевлённо, словно получила неплохую возможность проявить себя и опробовать великий символ. В её подчинении было пять жриц, недавно поднявшихся до понимания четвёртой молитвы. Они выбрали путь боевых символов и уже не могли претендовать на пост старших жриц, потратив почти всё свободное место на спине. Зато уже сейчас представляли собой серьёзную боевую силу. Если армия светлоликих не подкреплена лордами и их личной гвардией, они справятся, в этом я был уверен.
— Куда?! — Тэя крепче стиснула мой локоть.
— Вы же сейчас к западным вратам идёте, а у меня ещё дела…
— Со мной пойдёшь, — отрезала она.
Я подумал, что Тэе лучше не рассказывать про то, что меня предупреждала Ива и обо всём прочем. Когда мысль окончательно сформировалась, я немного удивился тому, что готов был доверять светлоликой, но при этом что-то скрываю от Тэи.
— От оракула, — сказал я, вынимая записку из-за пояса и протягивая ей. — Передала утром. Не помню, говорил ли я, но Ива может будущее предсказывать. Только в последнее время кажется, что она лишь морочит мне голову.
— Прочти, — Тэя вернула записку, бросив короткий взгляд на ровные строчки на языке красного мира.
Пока я пересказывал содержимое, она уже вела меня к выходу из храма.
— Слышала, что они обладают подобной силой, — сказала Тэя. — Но даже если она видит будущее, то в этом послании я вижу лишь желание манипулировать тобой. Угроза, ничего не значащая просьба и предупреждение.
— Предлагаете не слушать её?
— Предлагаю думать и правильно оценивать всё, что она говорит, — серьёзно сказала Тэя. — Хорошо, давай зайдём к ней по пути, мне стало любопытно.
Слухи о появлении светлой армии до Хумы ещё не добрались, так как на улицах было многолюдно и спокойно. Демоны занимались своими повседневными делами или просто гуляли по храмовой площади, маленькие и большие магазины продолжали работать, даже городская стража не проявляла беспокойства. Сегодня с утра перестал идти бесконечный дождь, и жители Хумы спешили сделать важные дела, прежде чем он снова начнётся.
— Всё это так не вовремя, — ворчал я, когда мы шли по площади в сторону западных улиц. — Я уже всё подготовил, чтобы наведаться в хранилище светлоликих…
— Ты дразнишь пятнистую собаку, дёргая её за хвост, — сказала Тэя.
— Не вы ли говорили, что немного разорить светлоликих — это отличная идея?
Тэя промолчала, улыбнувшись краешком губ. Если бросить клич в мире Хумы, кто готов нагадить светлоликим, от добровольцев отбоя не будет, а император ещё и денег даст на любое мероприятие. Я бы уже давно хранилище выпотрошил, но Зои было сейчас не до этого.
Ива ждала нашего появления, возможно, из окна увидела или предвидела, но вышла на порог дома, едва мы подошли. Как обычно, повязала платок, скрывая длинные ушки, и надела простое платье, чтобы привлекать ещё меньше внимания. Вид у неё был немного уставший, но она старалась этого не показывать. Спустившись с лестницы, встретила нас как ни в чём не бывало.
— Знаешь уже, что светлые вторгаются в этот мир? — спросил я вместо приветствия.
— Они не пожалели средств, чтобы открыть большие «врата», значит, намерения у них самые серьёзные, — Ива кивнула.
— Насколько большая у них армия? — спросила Тэя.
— Это мне неизвестно, — ответила Ива. — Но одно могу сказать точно: они придут, чтобы договариваться.
— Договариваться? — Тэя произнесла это так, словно ей сказали, что сейчас придут пятнистые собаки, чтобы договариваться о том, сколько и кого они будут жрать за пределами города.
На это Ива развела руками, как бы говоря, что больше ей ничего не известно.
— Я не хочу помогать вам, — сказала она, глядя на Тэю, спокойно выдержав её взгляд, — но рядом с императором в Илуне находится предатель. Правитель привык слепо доверять словам оракула и тех, кто видел будущее, это делает его уязвимым. Если сейчас они исполнят задуманное, для светлого мира это закончится большой трагедией. Я должна помешать им, даже став врагом для собственного народа. Иронично, что в этом я не одинока.
— Хорошо, пойдёшь с нами, — сказала Тэя. — Может, они пришли сюда как раз за тобой.
Ива слегка улыбнулась и покачала головой, но говорить ничего не стала. Мы зашагали сначала на север, а затем свернули на широкую улицу, тянущуюся едва ли не до западных ворот.
— Не доверяй ей, — негромко сказала Тэя на языке дами, по-прежнему держа меня под руку. — За этим миловидным лицом и нежным голоском скрывается демон коварства.
— Я это понимаю, не беспокойтесь.
Чем ближе мы подходили к западным воротам, тем больше становилось понятно, что происходит что-то нехорошее. Городская стража загоняла жителей пригорода за городские стены, приказывая идти на юг, в подтопленные кварталы кинийцев, чтобы не создавать толпу у ворот. По этому вопросу туда уже пришёл староста Ро, пытаясь понять, что происходит. И если дело дойдёт до драки и осады города, от коротышек толку будет мало, поэтому на него внимания особого не обращали.
Одновременно с нами к западным воротам подоспел большой отряд стражи в количестве трёх дюжин крепких демонов. Их обычно использовали для подавления массовых беспорядков, поэтому они сразу включились в работу, направляя поток жителей пригорода вдоль стены на юг.
Лорд Балму и капитан стражи беседовали с каким-то важным демоном из дворца императора. Это можно было понять по роскошному наряду, подол которого уже был заляпан грязью.
— Госпожа Тэя, — первым нас заметил лорд Балму. — Вы очень вовремя. Мастер Василий.
— Госпожа Тэя, — капитан стражи и напыщенный демон почтительно поклонились.
— Насколько всё плохо? — спросила Тэя, взглядом показывая на приоткрытые ворота.
— Пока сложно оценить, — сказал капитан. — Я отправил пару быстроногих ребят на разведку, но они ещё не вернулись. О разломе сообщили вон те охотники на пятнистых собак.
Капитан городской стражи поднял руку, жестом подзывая парочку охотников из числа демонов чжу, тощих и выглядящих вечно больными. С их слов выходило, что недалеко от опушки леса появился огромный и сияющий разлом, из которого вышла целая армия светлых. Насчёт последнего они преувеличивали, так как, по их же словам, дали дёру, едва увидели разлом и выходящих из него людей.
— Когда они появились? — спросила Тэя. — До леса пятнистых собак три или четыре часа пути, так?
— Всё так, — закивал охотник. — Появились перед рассветом, когда мы силки ставили. Если светлые топтаться на месте не будут, то скоро должны быть. Мы бежали со всех ног…
— Одарённых много, — проворчал второй охотник. — Они могут на юг пойти, а там Кашт.
Он имел в виду небольшой городок, где жили фермеры. В отличие от Хумы, городской стены там не было, да и вряд ли она способна остановить светлоликих.
— Дорога хорошая одна, — сказал лорд Балму. — Во время сезона дождей идти можно либо на запад, либо на восток, к Хуме.
— Подождём, пока они подойдут к городу, — сказала Тэя. — Императора предупредили?
— В первую очередь, — кивнул демон в роскошном наряде.
— Хочу подняться, — Тэя показала мне на крутой подъём, ведущий на городскую стену рядом с воротами.
По идее, проблемы, связанные со вторжениями в тёмный мир, должен был решать храм, но это касалось появления сильного демона или таких одарённых, как госпожа Асгейл. Больших вторжений, когда на Хуму шла целая армия светлых, ещё не случалось, и я надеялся, император правильно отреагирует на эту угрозу. И не важно, что всех его приближённых Тэя могла в одиночку стереть в порошок.
Все одарённые демоны, собравшиеся у стен, почти одновременно почувствовали всплеск магической силы со стороны запада. Скорее всего, это был кто-то из лордов светлоликих. Стражники рядом со стеной забегали активнее, пинками подгоняя жителей пригорода, чтобы быстрее проходили в ворота. Тот, кто использовал магию на западе, выбьет ворота играючи, но страже и демонам, прячущимся за стеной, было важно, чтобы их закрыли.
С площадки на стене были прекрасно видны опустевший пригород и дорога, уходящая на запад. С той стороны к городу шла неорганизованная толпа, одетая в знакомые серые комбинезоны. Было ещё далеко, чтобы рассмотреть лучше, но я уже догадался, кто это был. Плохо, что среди одетых в серые комбинезоны людей я не видел светлоликих.
— Люди, — сказал я на языке дами. — Из моего родного мира. Те, кого обманули светлоликие, обещая помощь.
Пригород растянулся довольно далеко, чтобы люди смогли атаковать город издалека, поэтому им пришлось проходить дальше. Я видел, как они вламывались в дома, проверяя, не будут ли им мешать местные жители. Думаю, что они дойдут до торговой площади, метрах в ста от городской стены. Там площадка пусть и открытая, но очень удобная.
— Хочешь вернуться в храм? — спросила Тэя, разглядывая гостей.
— Нет. Если они пришли с целью выплеснуть гнев светлоликих на Хуму, лично вломлю им так, что мало не покажется.
Глубоко внутри меня снова начал закипать гнев, от которого, казалось, удалось избавиться окончательно. Это не армия синекожих ящеров, справиться с ними будет непросто, но и они зря недооценивают демонов. Не будь в Хуме храма дами, у них был бы шанс разрушить или сжечь город, но в нынешней ситуации они могут лишь убиться о стены.
Почти тридцать минут ничего не происходило. Мы смотрели со стены, как люди методично прочёсывали дальнюю часть пригорода и разводили какую-то непонятную деятельность на площади. Выглядело так, словно готовятся к нападению, но я был уверен, что они ждут и оценивают нашу реакцию. К нам даже присоединился лорд Балму с телохранителем. В его взгляде, направленном в сторону людей, я читал желание испытать силу знаков на спине.
⠀⠀
⠀⠀
Одновременно с ним на стену поднялась Гера с тремя сильнейшими жрицами из своих подчинённых.
Ещё минут десять мы наблюдали за людьми, прикидывая, какая магия сможет достать до них с такого большого расстояния.
— Мы вовремя, — послышался знакомый голос рядом с нами.
Я был так увлечён, что не заметил появления главы Серебряной луны, следом за которым шёл глава гильдии наёмников. И если Гамеша я мог ожидать увидеть, то появление его конкурента меня немного удивило.
— Мастер Гамеш, — лорд Балму их тепло приветствовал. — Мастер Люми́р.
— Не ожидал, что светлые настолько осмелеют, что подойдут к стенам Хумы, — сказал Гамеш. — Госпожа Тэя, мастер Василий, рад видеть вас в добром здравии. Я привёл две дюжины воинов.
— Из них только половина на что-то годна, — прорычал глава наёмников. Это был клыкастый демон, представитель центральных земель из того же рода, что и лорд Балму. — Остальные — сопливые подростки, выпячивающие грудь и старающиеся казаться взрослыми. Госпожа Тэя, лорд Балму, вы можете рассчитывать на моих подчинённых. Нам претит работать бесплатно, но сегодня мы сделаем исключение.
Я посмотрел вниз, где на небольшой площадке перед воротами собралось уже немало одарённых демонов. Мастеров летающих кинжалов возглавлял Кан, а наёмников — незнакомый мне ёжик, пытавшийся построить своих товарищей по гильдии, чтобы навести подобие порядка.
⠀⠀
⠀⠀
Помимо них на улице появились охранники торговой палаты, многих из которых я знал. Всего семь демонов, но даже самый слабый из них мог дать фору любому наёмнику Люмира. Ещё немного, и количество демонов сравняется с незваными гостями. Не наблюдал я только представителей знати и родственников Императора.
— Гости не торопятся? — спросил Гамеш у лорда Балму, проигнорировав конкурента.
— Готовят что-то, — сказал лорд, пару раз сжав кулак, потушив маленькую искорку огня, появившуюся на ладони. — Или ждут подкрепления.
— Стоят очень удачно, чтобы накрыть всех разом, — сказал глава наёмников. — Может, не будем…
— Идут, — перебил его капитан стражи, показывая в сторону людей.
Действительно, со стороны людей отделилась небольшая группа, человек пятнадцать. Они прошли по площади и неспешно направились к городским воротам.
— Хотят вести переговоры, — сказал я, так как лица у демонов были примерно одинаково кровожадные.
— Если хотят говорить, мы их выслушаем, — сказала Тэя и направилась к лестнице. — Гера, пригляди за ней.
Она жестом показала на Иву, на что Гера понятливо кивнула.
— Только время терять, — проворчал глава наёмников.
Пока все потянулись к спуску, ко мне подошёл Гамеш.
— Солидно выглядишь, — он улыбнулся, похлопал меня по плечу. — Мне передали, что тебе нужна помощь гильдии.
— Нужна, — я жестом показал на лестницу. Не хотелось пропустить начало переговоров. — Надо один магический склад обнести.
— Чей? — задал он важный вопрос и взглядом показал за стену, в сторону охраны торговой палаты.
— Нет, не местный. Потом расскажу, а то с мысли сбивает.
— Договорились, — он кивнул. — Скажи как мастер, у светлых могут быть символы отражения?
— Нет, — я улыбнулся. — На людях он не работает. Но это не значит, что у них нет чего-то другого.
— С чем-то другим мы справимся, — в его голосе появилось лёгкое облегчение.
С того момента, как появились символы отражения, проблем у гильдии Серебряной луны значительно прибавилось. Раньше они могли просто метнуть в жертву острый шип или кинжал, иногда отравленный, с расстояния метров в пятьдесят, а сейчас им приходилось подходить значительно ближе. За последний год почти у всех демонов, даже у бедняков южных кварталов Хумы, на спине появился символ отражения. Чаще всего его наносили в виде татуировки, но дело доходило и до шрамов, и до раскалённого клейма. Мы когда-то с Беатой стремились, чтобы все жители тёмного мира получили этот символ. Причиной стало появление у светлоликих особой магии в виде смертоносного дождя из острых каменных осколков. В Хуму приходили демоны из ближайших тёмных миров, рассказывая такие ужасы, что становилось не по себе.
Когда мы спустились со стены, городская стража уже открыла калитку в воротах. Первой шла Тэя, следом уверенно шагал лорд Балму, заложив руки за спину, словно на прогулке. Мы с Гамешем вышли последними, пропустив вперёд капитана стражи и главу наёмников. А вот представитель императора остался за воротами, но вряд ли из-за малодушия.
Время постепенно двигалось к позднему утру, и солнце пару раз пробилось сквозь низкие тучи. Могло показаться, что люди пришли в гости, принеся с собой хорошую погоду, но это было обманчивое чувство. На северо-западе небо было почти чёрным от дождевых туч, а судя по направлению ветра, уже к обеду на столицу обрушится очередной тёплый ливень.
Для переговоров люди выбрали просторный перекрёсток, хорошо просматриваемый со стены. Я сразу узнал главу российской части базы, стоявшего в компании военного из первой группы. С ним я знаком не был, но видел издалека. Ещё на переговоры пришли представители Японии, кто-то из Европы и чернокожий мужчина, едва ли не самый сильный одарённый из всей группы. Сразу видно, что с демонами люди тесно не общались, точнее, в разговоры не вступали, предпочитая решать все вопросы силой. Напряглись при виде капитана городской стражи. Из нашей группы внешне он был самым страшным демоном. Я не удержался и помахал командиру, узнавшему меня.
Чернокожий мужчина поднял руку, выходя немного вперёд.
— Вы говорите на этом наречии? — спросил он на ломаном языке демонов.
— Вполне, — кивнула Тэя.
— Мы пришли сюда не для того, чтобы сражаться, — сказал он. — И сразу уйдём, когда возьмём нужное.
Я хотел сказать, что они выбрали не самый лучший язык для переговоров, но сдержался. Слишком он был категоричным, а чернокожему явно не хватало словарного запаса. И ещё мне показалось, что он говорит с позиции силы. Уверен в себе и людях, пришедших в этот мир. Он просто не знает, насколько сильна Тэя. И если думает, что сможет взять числом, то очень ошибается.
— И что же вы хотите взять? — спросила Тэя. Жаль, что я стоял позади и не видел её лица. Думаю, что она слегка приподняла бровь, глядя на гостей с толикой насмешки.
— Двух людей. Светловолосую девушку по имени Зои и нашего соплеменника, Василия.
Моё имя он произнёс со смешным американским акцентом. На несколько секунд повисло молчание. Тэя, возможно, была удивлена такой просьбой людей. Вряд ли лорд города или капитан стражи в полной мере представляли ценность Зои и не знали, зачем она была нужна светлоликим, но они помнили недовольство госпожи Асгейл, когда она зашла в гости к императору в поисках внучки.
— Возвращайтесь в светлый мир и не приходите больше, — сказала Тэя, даже не став утолять любопытство и спрашивать, зачем мы нужны светлоликим. — Это предложение прозвучит лишь единожды.
— Мы не уйдём, — покачал головой чернокожий. — У нас есть сила забрать всё, что нужно. Мы хотим избежать кровопролития, как и вы, я думаю. Два человека могут предотвратить большую войну…
— Ты смеешь угрожать нам и что-то требовать, человек? — вмешался лорд Балму, шагнув вперёд.
Последнее слово лорд произнёс как ругательство, благо демоническое наречие подобное позволяло.
— Смеем, — спокойно сказал он. — Повторю, мы хотим избежать кровопролития, но, если потребуется, возьмём всё что нужно, силой.
— Разделать и сожрать их! — едва не задыхаясь от ярости, выпалил глава наёмников. — И твоё сердце, чёрный человек, достанется мне…
— Мастер Люмир, успокойтесь, — подняла руку Тэя, так как тот уже начал накапливать силу. — У вас ещё будет шанс отличиться.
— Я не понимаю, — сказал чернокожий, — почему вы защищаете людей? Таких же светлых, как и мы. Готовы умирать ради них?
— Ты действительно не понимаешь, человек, — Тэя прищурилась и использовала совсем немного силы, чтобы пространство вокруг вздрогнуло, а присутствующие могли почувствовать её недовольство. — Вы приходите и требуете, ставите условия и угрожаете.
Когда впервые слышишь голос магии, как он резонирует с окружающим пространством, то это пугает. Где-то глубоко в подсознании возникает чувство опасности и тревоги, требующее как можно скорее убраться из опасного места и держаться подальше от обладателя этого голоса. Вот и люди слегка изменились в лице, хотя Тэя не использовала даже силу третьей молитвы.
— Они разрушили храм в столице светлого мира, — сказал чернокожий, но уже не так уверенно, как минуту назад. — Убили много высокородных, двух старейшин. Мы вправе что-то требовать. Даже если многие из нас сегодня погибнут, мы… готовы… за свои убеждения.
Он с большим трудом пытался подобрать слова, чтобы выразить мысль, которую мы и так уже поняли. Поэтому я и говорил, что он выбрал не тот язык, чтобы вести переговоры. Набрав полную грудь воздуха, я с шумом выдохнул через нос и решительно прошёл вперёд, встав рядом с Тэей.
— Вы служите светлоликим, не понимая, кто они, — сказал я. — Даже близко не представляете себе их внутреннее содержание. Они грабят и разоряют миры ради золота, артефактов и… всего, что им захочется. А когда им что-то перестаёт быть нужным, выбрасывают, не задумываясь. Если они так опечалены и возмущены тем, что я взорвал храм или запечатал мир, на который лорд Азара так рассчитывал, то где же они сами? Трусливо прячутся и зализывают раны? А от вас просто избавились руками демонов. Впрочем, как и всегда.
— Что ты сказал по поводу нашего мира? — спросила женщина, стоявшая по левую руку от чернокожего.
— Я его запечатал, — повторил я, выпрямившись во весь рост и расправив плечи. — И горжусь этим. Вы тоже можете гордиться мной, я не буду против.
— Кто давал тебе на это право?! — почему-то рассердилась она. Стоявший рядом мужчина со смешными усами даже ухватил её за плечи, чтобы придержать и не дать совершить глупость.
— Никто, — я улыбнулся. — Сначала думал, что будет досадно от того, что на Земле никто не узнает о моём поступке, но нет, сейчас ни капельки не обидно.
Я покачал головой. И настроение поднялось, поэтому я не мог перестать улыбаться, глядя на хмурых людей. Они-то в мир Илуны отправлялись специально, чтобы защитить Землю, а я попал сюда случайно. Вот такая ирония.
— Ты не человек, — сказала эта женщина, ткнув в меня пальцем, затем в сторону капитана стражи, как в самого страшного из всех. — Демон, такой же, как и они.
— Точно, — согласился я, хлопнув себя ладонью в грудь. — Демон Василий. Самый злой демон во всех тёмных мирах. Хотите сдохнуть — ваше право. А захотите жить дальше, советую держаться подальше от светлых хозяев. Вот, я настолько злой, что готов спасти вас от светлоликих. Могу посодействовать и отправить в любой мир, где живут люди, хоть в красный, хоть туда, где небо фиолетового цвета.
Снова на перекрёстке повисло молчание, и, словно природа подслушивала нас, солнечный свет начал меркнуть. Пригород столицы накрыл резкий порыв тёплого и влажного ветра. Чёрные тучи добрались до Хумы гораздо быстрее, чем я думал. Тэя положила ладонь мне на плечо, улыбнувшись краешком губ.
— Ваше решение? — чернокожий посмотрел на Тэю, затем на остальных демонов. Если искал поддержку, то зря.
Тэя взяла меня под руку, повернулась и пошла к городу. Гамеш, словно фокусник, извлёк из-за пояса три летающих ножа, взмывших в воздух. Глава наёмников тоже не стал поворачиваться к людям спиной, отступив на пару шагов, оскалившись.
— Сказал бы, что дами, а не демон, — шепнула мне Тэя. — Просто у тебя цвет глаз не такой, как у всех. Кстати, такое бывает, но крайне редко.
— И Гамеш может поспорить о том же, — улыбнулся я. — Он мне недавно рассказывал, что у них тоже бывает, что дети рождаются без рогов, когда один из родителей — человек. А вот умение управлять летающими ножами обязательно передаётся по наследству.
Главы гильдий наёмников догнали нас буквально через тридцать шагов. Драки не случилось, люди благополучно отступили. Посмотрим, хватит ли у них сил исполнить то, зачем они пришли. Демоны Хумы и без помощи храма дами могут постоять за себя, но несколько сотен одарённых — это сила, с которой стоит считаться. На мой взгляд, глупо ловить двух людей такой толпой, да ещё и во враждебном тёмном мире. К примеру, пока они будут убиваться о стены города, мы с Зои можем спокойно поехать на юг или на запад. Там не просто глушь. Там такие дикие земли, что легко можно затеряться. А если нам попадётся разлом, и мы уйдём дальше, то что они будут делать? Нет, убегать я не планировал, просто пытался понять мотивацию светлоликих. Они пытаются демонов рассердить или напугать? Может, всё проще и таким странным образом они планируют избавиться от людей, ставших ненужными?
— Госпожа Тэя, скажите, Вы ведь тоже почувствовали светлоликого, пришедшего вместе с ними?
Мы как раз прошли в ворота и снова направились к лестнице, ведущей на стену.
— За ними кто-то наблюдает, — кивнула она.
— А если он наблюдает за нами? — предположил я. — Что, если светлоликие хотят оценить, насколько сильным стал храм дами? Когда мы с Зои попали к ним, вы ведь взорвали одного из лордов.
— Пусть смотрят, — ответила она. — Если это заставит их держаться от нашего мира подальше, мы не станем сдерживаться.
Со стены всё так же был прекрасно виден пригород и люди, собравшиеся у рыночной площади. Они разбивались на группы, чтобы не идти к воротам толпой. Интересно, отрабатывали ли они когда-нибудь совместную атаку? Какой хаос начнётся, когда они обрушат на стену сотню разных магических умений. От этой мысли в животе немного похолодело.
— Сгорит всё, — послышался голос Геры, объяснявшей что-то лорду Балму.
— Не страшно, — лорд показал на ближайшие к стене дома. — Подпустите ближе и поджигайте. Ориентируйтесь на тот постоялый двор. Северней они не пройдут, там сточная река и после дождей много грязи. Южнее — открытая площадка, таким числом идти с той стороны глупо…
Я посмотрел на Иву, разглядывающую крыши ближайших домов. По её лицу сложно было сказать, о чём она думает, но люди, мелькающие на площади и собирающиеся атаковать город, светлоликую совершенно не интересовали. Я заметил крошечную светящуюся искорку, вспыхнувшую рядом с ней. Хотел подойти и спросить, что она видит, но прямо перед воротами города появился небольшой разлом, тёмно-багряный, почти чёрный. Из вертикальной полосы света вперёд ногами вылетел колоритный демон, неуклюже рухнув на каменную брусчатку. Он был одет в светлую рубашку с красно-оранжевой жилеткой и чёрным шёлковым платком на шее. Следом за демоном вылетел заплечный рюкзак, не уступавший ему размером.
И последним из разлома вышел ещё один необычный демон, высокий мужчина в чёрном сюртуке и белой сорочке. Я сначала подумал, что это кто-то из родственников Зои или из того же красного мира, так как цвет волос у мужчины был белым, контрастирующим с цветом наряда, но это оказался демон. Разлом за его спиной вспыхнул и исчез.
— Впустите гостей, — сказала Тэя капитану городской стражи. — Василий?
— Поговорю с ними, — кивнул я и поспешил следом за капитаном к лестнице.
Демоны, собравшиеся за воротами, тоже почувствовали близость разлома, поэтому немного заволновались, но появление капитана их успокоило. Пришлось подождать, пока калитку в воротах снова откроют, впуская в город неожиданных и странных гостей. При этом огромный рюкзак тащил на спине мелкий демон, вблизи выглядевший ещё более необычно. Высокий же демон напоминал самого настоящего вампира: бледная кожа, белые волосы и пугающие красные глаза. Острые скулы, выдающийся подбородок, тонкие губы и низкие брови, делающие взгляд хищным. Такого в темноте встретишь, мягко говоря, испугаешься. При этом он был очень похож на человека, если не обращать внимания на цвет глаз. Я ожидал увидеть ещё и длинные клыки, но их не было. Мужчина улыбнулся, демонстрируя ровные белые зубы. Враждебности он не проявлял и даже силу не использовал, но не покидало чувство, что перед тобой необычный и наверняка опасный демон.
⠀⠀
⠀⠀
Обведя собравшихся перед воротами, гости остановили взгляд на мне, словно узнали. Мелкий удобнее перехватил рюкзак и зашагал навстречу.
— Неожиданно увидеть в этом месте владыку гор Ракку, — сказал он на языке Айн Ханны, говоря с акцентом, но вполне сносно. — Наше почтение.
Мелкий смешно поклонился и едва не перекинул рюкзак через голову. Беловолосый вампир приложил ладонь к груди, низко кивнув, изображая поклон.
— Приветствую, — ответно кивнул я, слегка озадаченный. — Но с чего вы решили, что я владыка гор Ракку?
Гости переглянулись, словно я задал дурацкий вопрос, и они не знали, как правильно на него ответить. Мелкий посмотрел на меня, затем обвёл взглядом площадку.
— Мы ничего не решаем, — сказал он и даже посмотрел на товарища, ища поддержку. — Это… видно. Да, просим простить за глупый вопрос, но где владыка Малеф?
За воротами что-то взорвалось, и в створки пару раз ударили крупные осколки. Гости на это внимания не обратили, разве что вампир посмотрел наверх, на площадку над воротами. Тэя использовала немного силы, но для чего, я сказать не мог.
— Малеф мёртв и про́клят населением гор Ракку.
— Удивительно, — вполне искренне удивился мелкий. — Мне казалось, он будет сидеть в этих горах вечность. Да, просим простить нашу наглость. Моё имя Стоки, а это лорд Гарот…
⠀⠀
⠀⠀
На стене заговорила Гера, используя силу четвёртой молитвы. Нас обдало порывом горячего воздуха, упавшего сверху, но ветер резко поменял направление, и жар отступил. Одновременно с этим с неба начали срываться первые крупные капли наступающего ливня.
— Василий, — поспешил представиться я. — Вы раньше в Хуме были?
— Подразумевается этот мир? — уточнил мелкий, выдержав короткую паузу. — Нет, мы тут впервые. Обновляем карты.
— Тогда вам нужно будет зайти в храм Дами и поговорить с верховной жрицей, — я показал в сторону площадки на стене. — Золото здесь принимают в любом виде, поэтому можете остановиться на первом же понравившемся постоялом дворе в городе. Как только всё закончится, я вас найду.
— А это надолго? — он кивнул в сторону ворот.
Калитку ворот снова открыли, но только для того, чтобы выпустить отряд гильдии Серебряной луны и наёмников.
— Надеюсь, что нет. Всё, некогда мне, надо сделать так, чтобы они город не спалили.
— Прошу простить за наглость, — остановил меня мелкий. — Позволю себе предположить, что они вас тут поймали, так?
— Не понял, — я уже собирался бежать к лестнице на стене, так как люди решили перейти в атаку и за стеной всё чаще раздавались звуки взрывов, сливающиеся с разрядами молний.
— Как бы сказать… — он посмотрел на вампира. — Мы не планировали тут останавливаться, но угодили в ловушку. Я успел среагировать, и нас выбросило у её горлышка, понимаете?
— Не совсем.
— То есть, вы здесь по своей воле? — уточнил он. — Тогда мой Вам совет, не пытайтесь в ближайшее время пользоваться разломами. Тут даже путеводный камень не поможет.
Он показал взглядом на браслет со звёздным камнем, который я носил на руке.
— Стоило ожидать чего-то такого, — сказал я, посмотрев на ворота. — Ждут, что мы попробуем сбежать и попадёмся?
— Рассердили кого-то могущественного, но глупого? — улыбнулся он.
— Да, есть тут такие по соседству.
— Ссориться с владыкой гор Ракку глупо, — он развёл руками. — Лорд Гарот, надо помочь владыке и найти источник искажения. Иначе мы тут застрянем.
Беловолосый смерил его молчаливым взглядом.
— Если поможете, буду вам должен, — сказал я.
— Что? — удивился мелкий. — Владыка гор Ракку будет нам должен? Лорд Гарот, ты ещё думаешь?! Иди помогай!
Стоки повернулся, упёрся в него руками и попытался сдвинуть, но безрезультатно. Лорд сделал резкий шаг в сторону, специально, чтобы мелкий демон не удержался на ногах и упал. Улыбнувшись, он повернулся и прогулочным шагом направился к воротам.
— Не беспокойтесь, он всё сделает, — с земли послышался голос Стоки.
— Я предупрежу верховную жрицу.
Оставив мелкого, я помчался к лестнице, взбежав на самый верх одним рывком. Пригород уже полыхал, но не так сильно, как можно было предположить. Люди побоялись идти на штурм, решив разобраться с демонами издалека. Как раз когда я поднялся на площадку, кто-то из людей метнул в нашу сторону большой кусок от стены дома. Тэя легко перехватила обломок, роняя его вниз, на маленький домик с загоном для животных.
— Далековато для «огненного колеса», — сказала Гера, что-то показывая лорду Балму. — Надо подойти ближе.
— Что это за гости? — Тэя ухватила меня под локоть, притягивая ближе. От неё ощутимо тянуло силой, и я даже знал, какой символ она использовала. Тот, что не позволял людям разрушить стену, метнуть в нас молнию или сгусток огня.
— Мимо проходили. Говорят, что светлоликие ловушку какую-то поставили и всякий, кто отсюда попытается уйти при помощи разлома, угодит к ним в руки. Этот беловолосый демон обещал найти источник какого-то искажения.
Я показал взглядом на лорда Гарота, вышедшего из ворот и остановившегося примерно там, где открылся их разлом. Постояв секунд десять, он направился прямо по дороге к площади, постепенно переходя на бег.
Ну, а то, что происходило в пригороде, спокойно можно было назвать большой войной. Демоны из Серебряной луны взяли на себя правый фланг — кварталы, граничащие со сточной рекой. Я видел, как они двигались в сторону людей, стараясь не выдавать себя. Им нужно было пройти ещё метров пятьдесят, чтобы летающие ножи уверенно доставали до цели. За исключением пары уникумов, таких как Кан. Он остановился раньше всех, прижался к стене одного из горящих домов и затих. Я представил, как в ряды людей врывается небольшой летающий нож, разя всех без разбора. Неприятная картина. А если таких ножей станет двадцать?
С другой стороны от главной дороги шли наёмники и несколько демонов из торговой палаты. Вот они уже не стеснялись и не скрывались, забрасывая людей огненной магией и обломками разрушенных домов. Один из них прикрывал всю группу от падающих с неба молний, второй пытался гасить огонь, который запускали уже в них. Среди людей лишь малая часть одарённых могла похвастаться умением использовать масштабную магию. Кто-то обладал посредственным даром расталкивать врагов потоками воздуха или бросать в них разные тяжёлые предметы. Лишь малая часть из них провела в гостях у светлоликих по два года, и не все в полной мере овладели полученными способностями. Но при этом в тёмный мир решили отправить весь личный состав. Большей глупости я и представить не мог.
Лорд Гарот тем временем преодолел половину пути до торговой площади. С нашей точки обзора было прекрасно видно, как он нырнул за разрушенный дом, спасаясь от объёмного взрыва. Посчитав, что приблизился достаточно, он использовал силу, отголоски которой можно было почувствовать даже на стене. Мне показалось, что люди, находившиеся на рыночной площади, провалились под землю, так как резко упали.
— Пространственная магия, — сказала Тэя, с интересом наблюдавшая за ним. — А вот и кто-то из светлоликих…
Она отпустила мою руку, прошла к зубцам стены и шагнула вниз. Словно планируя на невидимой платформе, она устремилась вперёд, постепенно спускаясь к дороге, примерно туда, где прятался лорд Гарот. Я подобного не умел, хотя обладал даже большим набором символов. Не удивлюсь, если Тэя снова использовала посредственные символы каменных водопадов, то есть, банальный телекинез. Можно было только позавидовать её умению контролировать силу голоса. Мне, чтобы хотя бы приблизиться к этому уровню, надо ещё лет десять тренироваться, о чём она постоянно напоминает, когда я отлыниваю от тренировок под самыми разными предлогами. Если светлоликий окажется глуп и не сбежит прямо сейчас, то у него просто нет шансов.
Светлоликий, а это точно был кто-то из их братии, отгородил торговую площадь от наступающих демонов стеной огня. А ещё, на участок пригорода, где прятались демоны из Серебряной луны, упал столб огня, не слабее, чем при использовании символа «огненного колеса». Неужто это был сам лорд Азара?
— Василий, — ко мне подошла Ива. — Теперь можно идти. Очень скоро рядом с храмом появится сам лорд Колм, и нужно успеть быстрее, чем до него доберётся Алая Заря.
— Госпожа Асгейл? Понятно. А раньше нельзя было предупредить? Много у нас времени?
— Раньше — нельзя. Время вернуться в храм ещё есть, только если побежим быстро.
— Этот «сам» лорд Колм, кто он?
— Его род входит в десятку самых крупных и богатых в империи, — терпеливо пояснила она.
— Понятно. Тогда не теряем времени. Гера, мы к храму и обратно.
— Хорошо, — она отстранённо кивнула, глядя в сторону центра пригорода. По взгляду было видно, что хочет находиться там и принять непосредственное участие, а не торчать на стене.
Пришлось брать Иву за руку и бежать к храму со всех ног. Было бы неплохо расспросить подробнее об этом лорде и что он умеет, но не хотелось терять время. Западные кварталы Хумы к этому времени почти полностью опустели. Сложно сказать, это заслуга стражи или жители города сами не спешили оказаться в гуще событий. Даже у храмовой площади были слышны отдалённые взрывы и виден столб дыма, поднимающийся с запада. А ещё начался ливень и, добравшись до площади, мы окончательно промокли.
— Куда бежать? — тяжело дыша, спросил я.
Иве пробежка далась не легче, поэтому она могла только показать в сторону главной лестницы. То ли нам повезло, то ли Ива так подгадала, но, когда мы добрались до лестницы, прямо перед ней вспыхнул вертикальный столб багрового света. Из него вышли трое светлоликих, двое парней лет по двадцать пять и немолодой мужчина в два раза старше. Их фигуры тут же перечеркнула невидимая нить символа рассечения. Молодые подобного приёма не ожидали и повалились на мраморные ступени, заливая их кровью, а вот старика подобный фокус не взял. Нас с Ивой сковало магией, мешая двигаться. Даже учитывая защитный символ на спине, я мог пошевелиться с большим трудом. Я собрался использовать пятую молитву, но в это время позади лорда появилась Ханна, выйдя из его тени. Короткий замах, и она вонзила ему в шею длинный нож с широким лезвием. Рванув нож в сторону, она едва не отделила голову светлоликого от туловища. Сдерживающая сила тут же исчезла, а меня под руку подхватила знакомая девушка, которая утром вручала наряд.
— Владыка, ты в порядке?
— Нормально, — сказал я, чувствуя, как в крови подскочил адреналин, отчего сердце билось очень быстро.
А ещё хотелось отвесить Иве подзатыльник. Она предупредила, но всё же это оказалось неожиданно и страшно. Когда тебя сдерживает магия, не давая пошевелиться, это не на шутку пугает. С другой стороны, знать будущее очень удобно. Если бы я всё ещё оставался у городской стены, с этим лордом столкнулась бы госпожа Асгейл. Знать бы, почему этого не стоило допускать. Проведя рукой по волосам и смахнув воду с лица, я пару раз вздохнул.
— Этих нужно оттащить в храм, — сказал я, обращаясь к Сайми. — Чтобы не валялись на лестнице. Потом с ними разберёмся. Ива, ещё кто-нибудь в гости придёт?
— Не сегодня, — отозвалась она, как-то странно глядя на убитых. Плотно сжав губы, она покачала головой.
— Тогда надо бежать обратно к стене, — сказал я.
— Осторожнее с той парочкой демонов, — сказала Айн Ханна, сверкнув фиолетовыми глазами. — Они обладают звёздной силой и опасны.
— Что за сила?
— Так называют любую силу, выходящую за пределы возможностей обычных одарённых, — пояснила она.
— Как у меня? — я улыбнулся.
Айн Ханна посмотрела скептически, словно оценивая, слегка прищурилась, наклоняя голову.
— А вот сейчас было обидно. Ладно, чёрт с ними. Ива?
— Я с тобой, — сказала она. — Только нет сил бежать.
— Ханна, у меня к тебе пара вопросов по поводу… Ханна?
Я оглянулся, но на площади снова никого не было. Сайми не обращала на нас внимания, пытаясь решить, как поднимать по лестнице сразу три трупа, два из которых были перерублены в районе груди.
— Ханна! — сердито произнёс я.
На моё плечо легла её ладонь.
— Я всё ещё здесь, — спокойно произнесла она. — Если хочешь поговорить, то лучше подняться в храм.
Мы встретились взглядом. Из-за дождя оба промокли до нитки, и по её лицу тоже бежала вода, часть волос выбилась из тугой причёски и прилипла к щекам и лбу.
— Ладно, прости, — извинился я. — Просто удивительно, что горы Ракку и владыку все знают, кроме жителей Хумы. Даже эта странная парочка…
— Горы Ракку известны во многих мирах благодаря Малефу, — сказала она.
— Ты хотя бы можешь не исчезать вот так внезапно?
— Нет, — ответила она так, что спорить было бесполезно. — Ты привыкнешь и скоро будешь видеть нас.
Она убрала руку с моего плеча, показывая на Сайми, решившую начать с лорда. И стоило мне отвести взгляд на секунду, как Айн Ханна снова пропала. В голову пришла странная мысль, почему та необычная парочка демонов сразу узнала меня. Может, они видели Ханну и Сайми, стоявших в тени неподалёку? Надо будет с ними об этом обязательно поговорить.
⠀⠀
Под проливным дождём мы спешили вернуться к западным воротам. Пробежка к храму далась тяжело, поэтому обратно пришлось тянуть Иву за руку. Я предлагал ей остаться дома, но она отказалась. Чтобы немного перевести дух, мы задержались под навесом возле одной из торговых лавок, недалеко от западных ворот. Из-за ливня было плохо видно, что там творилось. Яркие молнии, почти не порождающие грома, вспыхивали каждые пять секунд. Одна из них ударила в крышу дома недалеко от нас, заставив вздрогнуть от неожиданности.
— Если не хочешь, не ввязывайся во всё это, — сказал я, бросив взгляд на поникшую девушку. Возможно, смерть высокородных светлоликих так повлияла.
— Всё нормально, — сказала она, не поднимая глаз.
— Знала этого лорда? Или тех парней, что пришли с ним?
— В их семье из поколения в поколение передавался очень редкий дар, — сказала она. — С помощью него один из Колмов смог пленить могущественную кровавую ведьму. Этот дар настолько ценный, что старшие в роду жертвовали жизнями, передавая его младшему поколению.
Я вспомнил, как меня сдавило невидимыми тисками, не давая пошевелиться. В голове мелькнула мысль, что если лорд мёртв, то передать дар по наследству не сможет. Едва не брякнул, что это отличная новость и грустить по этому поводу не стоит.
— Они планируют уйти дальше, — сказала Ива после минутного молчания.
— Кто?
— Илуна. И для этого им нужна кровавая ведьма.
— Так, — я сел на ящик рядом с Ивой. — Не совсем понимаю, что ты имеешь в виду, но зубы они обломают. Зои я им не отдам.
— Я помогу, — она подняла на меня решительный взгляд. — Если Илуна уйдёт дальше, то погибнет. По глазам вижу, хочешь сказать, что это тебя не только не огорчит, но и порадует.
— Отрицать не буду, — честно признался я.
— Я тебе говорила, что Илуна тянет за собой несколько миров, включая этот. Всё ещё считаешь, что это хорошо?
— Предлагаешь вернуться к храму? Кто-то ещё придёт за Зои, раз эта троица провалилась?
— Нет, — она встала. — Я могу видеть только своё будущее. Только то, что будет происходить вокруг меня. Если планируешь использовать меня, имей это в виду.
Ива вышла из-под навеса и зашагала на запад. Хорошо бы она ещё объясняла всё так, чтобы не приходилось догадываться и додумывать.
Когда до городской стены остался квартал, молнии начали сверкать сильнее. Они ударяли в зубцы стен над воротами, в крыши домов, в вывески ближайших заведений. Боясь, как бы они не угодили в нас, мы бежали, прижавшись к домам с левой стороны улицы. Так получилось, что, пробегая мимо питейного заведения, в широком окне оного я увидел Геру. Она что-то сказала, замахав руками, и дверь тут же открыл мастер Гамеш, за спиной которого маячил кто-то из городской стражи. Долго не думая, мы нырнули в здание, а глава гильдии Серебряной луны поспешил закрыть за нами дверь.
— Что случилось? — спросил я, оглядывая общий зал, где собралось немало одарённых демонов.
Столы и лавки сдвинули к стенам, что-то даже сломали, чтобы не мешалось. Дальнюю часть помещения превратили в лазарет. На полу я увидел несколько наёмников и стражников, которым пытались оказать помощь. Запах подпалённой одежды и горелой плоти перебивал въевшийся и стойкий аромат дешёвого вина. А ещё стоны, от которых становилось не по себе.
— Неприятная магия, — сказала Гера. У окна осталась её подчинённая, выискивая кого-то на улице.
— А где остальные?
— Успели спрятаться в соседнем доме, — сказала она и покосилась на Иву. — Вы же к храму уходили, зачем вернулись?
— Там разлом открылся. Трое длинноухих пытались воспользоваться моментом и в храм без спроса войти, но мы с ними разобрались.
— Хорошо, — она кивнула. — Ты когда ушёл, кто-то из светлоликих могущественную магию использовал. Видишь, как сверкает? Многих пожгло, прежде чем мы поняли, что бежать надо. Молнии словно ищут жертву и набрасываются скопом.
Гера показала на крепкого стражника из числа ат-анаков. Друзья с него как раз стащили доспех, и стали видны узоры от молнии, выжженные на коже. У одного из наёмников, лежавшего у барной стойки, такой узор был на лице и спускался по шее на грудь. Не знаю, дышал ли он, но ему никто не помогал снять доспехи или обработать рану.
— А ваши? — я повернулся к Гамешу. — Они же за воротами были…
— Им хватит ума спрятаться в любом из домов, даже в разрушенном, — спокойно сказал он. — Люди очень быстро отступили, использовав сначала огонь, а потом это…
Я посмотрел на выход в подсобное помещение, откуда выскочил хозяин заведения, неся в руках охапку полотенец, простыней и скатертей. Выглядел он слегка напуганным, так как следом вышел знакомый сердитый ёжик. Один из его товарищей сидел на лавке у стены и заливал полы вокруг кровью из раны в боку.
Прямо напротив заведения в брусчатку улицы ударило несколько ослепительных молний.
— Не глупи, — Гамеш придержал меня за локоть, когда я развернулся к двери. — Лучше переждать.
— Идут! — сказала помощница Геры.
Гамеш поспешил к двери, открывая её и осторожно выглядывая на улицу. Спустя несколько секунд в помещение вломилась парочка наёмников, неся товарища, потерявшего ногу. Затем вошёл крупный ат-анак, сильно обгоревший. Последней в помещение вошла Тэя. Часть платья верховной жрицы была опалена, а правый рукав сгорел едва ли не до плеча.
— Я в порядке, — сказала она, оглядывая помещение. — Люди и светлоликие отступили.
Несмотря на заявление, Гера уже оказалась рядом, разглядывая рану на руке верховной. Её помощница поспешила к хозяину заведения, чтобы забрать одну из чистых скатертей, которую рвали на узкие полосы.
— Эту штуку на улице остановить можно? — спросил Гамеш, всё же переживавший за своих подчинённых.
— Я пыталась, — Тэя показала взглядом на руку. Там, где огонь сжёг часть рукава, кожа покраснела, и от кисти до плеча протянулся замысловатый рисунок от попадания молнии. — Среди людей пряталось несколько сильных светлоликих, выигравших немного времени. Двоих я достала, и ещё одного убил светловолосый. Молнии не позволили их преследовать.
Словно в подтверждении её слов, рядом со зданием ударило сразу несколько молний. На втором этаже что-то со звоном разбилось, послышалась приглушённая ругань.
— Надо обработать рану, — сказала Гера, усаживая Тэю на лавку недалеко от окна.
— Скоро перестанет, — Тэя посмотрела в окно, затем перевела взгляд на нас с Ивой. — Василий?
— Мы были у храма, — сказал я на языке дами. — Светлоликие планировали похитить Зои, открыв разлом прямо перед главной лестницей. Я попросил забрать трупы в храм…
За пять минут я рассказал о случившемся, упомянув и про особую магию лорда, и про то, что горло ему перерезала Айн Ханна.
— Ива говорит, что если светлоликие добьются своего, то может погибнуть и Илуна, и Хума.
Тэя посмотрела на Иву долгим изучающим взглядом, но говорить ничего не стала.
— А что люди? — осторожно спросил я. — Много потеряли? Всё-таки это был отвлекающий манёвр?
— Да, выглядело так, как будто они планировали втянуть нас в сражение и сразу отступить, — сказала Тэя. — Не рассчитали прыти защитников города, но с дождём им повезло.
Не стала отвечать прямо, значит, люди действительно многих потеряли. Вот и, спрашивается, ради чего всё это было затеяно? Добровольно сыграли роль приманки?
Сверкать на улице перестало минут через десять. Молнии стали бить реже, смещаясь на запад от города. Но ещё до того, как они полностью исчезли, у городских ворот снова началось оживление. Демоны спешили помочь раненым и собрать убитых. При этом командовал всем лично лорд Балму, организуя городскую стражу. Тэя оставаться у ворот не стала и отправилась в храм, чтобы обработать рану. Гера так насела на неё, что если бы верховная отказалась возвращаться, то потащила бы силой. Я же решил ещё раз подняться на стену и посмотреть, насколько пострадал пригород. Пожаров было мало, а вот разрушений, наоборот, много. Вокруг рыночной площади не осталось ни одного целого дома, как и рядом с городской стеной. Там, под обломками постоялого двора, умудрились спрятаться трое наёмников, включая их предводителя. Видел, как они выбирались вместе с хозяином заведения и парочкой работников. Заметил я и группу демонов из Серебряной луны, идущих прямо от центра разрушенного пригорода. Выглядели они неважно, кто-то неплохо обгорел, кого-то несли товарищи.
Пока я стоял на стене, лорд Балму организовал в отряд уцелевших демонов из числа наёмников, которые должны были прочесать пригород. Искать среди разрушенных домов выживших людей опасно, так как они вряд ли станут сдаваться без боя и могут встретить поисковую команду магией. Была у меня мысль присоединиться к ним и попробовать спасти пару людей, но, глядя на разрушения, на убитых и раненых демонов, я развернулся и отправился к храму. Ива, ходившая за мной по пятам, подавленной уже не выглядела. Напротив, взгляд её был наполнен решимостью и чем-то холодным.
До самой храмовой площади мы шли молча. Я думал о том, как же сильно ненавижу светлоликих и тех, кто готов добровольно идти за ними. Неужто им мало того огромного мира, в котором они жили? От перенаселения они не страдали, даже наоборот, им существенно не хватало рабочих рук. Да и сама Илуна была прекрасным местом, цветущим, с мягким климатом — живи и радуйся. Нет, им этого мало. Знать бы, зачем они тащили за собой мир Хумы, не желая оставлять его в покое.
— Зайдёшь? — спросила Ива, когда мы остановились напротив дома у площади. — У тебя взгляд тяжёлый. Если хочешь выговориться, я тебя выслушаю.
— Нет, — я покачал головой. — Загляну через пару дней. Не выходи пока из дома…
— Постой, — она остановила меня. — Я ещё не поблагодарила тебя за то, что спас меня. Это был ужасный поступок с твоей стороны. Спасибо.
— Пожалуйста, — я всё же улыбнулся. — Это мы умеем, так что обращайся.
— Лучше ты не забывай обращаться ко мне за советом, — сказала она. — Сама я не стану навязываться без особой причины, иначе подумаешь, что манипулирую тобой.
— Ты говорила, что будущее перестало быть «разбитым»?
— Да, но это не добавило ему определённости.
— Можешь сказать, чем всё закончится?
— Нет, на этот вопрос я ответить не могу. Но если хочешь…
Она подняла ладонь, над которой сверкнула пара ярких искр.
— Я зайду, как всё уляжется, — сказал я. — Может, раньше.
Кивнув, я повернулся и зашагал к храму. Спиной чувствовал, что она провожала меня взглядом. Пройдя где-то половину пути, остановился.
— Ханна, если у тебя есть свободные люди, приставь к Иве. Она сегодня слишком много внимания привлекла.
Не стоит считать, что демоны глупые, тем более, она свои ушки уже засветила перед городской стражей. Лорд Балму на неё сегодня косился тайком, как и парочка демонов из числа наёмников. И если они терпели её присутствие прошлую неделю, то после случившегося всякое может произойти.
Промокший до нитки, я поднялся в храм, сразу направившись в свою комнату. Одежду стоило хорошенько просушить, чтобы не испортилась. Ничуть не удивился, когда в комнате меня встретила Сайми с полотенцем в руках и ещё одним нарядом владыки гор Ракку, но уже не таким вычурным, как предыдущий. Спорить с ней настроения не было, тем более, на столике в спальне меня ждал небольшой сюрприз в виде трёх путевых кристаллов, золотых украшений и странного артефакта, похожего на браслет.
— Это было при себе у тех мужчин, — сказала Сайми, принимая у меня полотенце. Куда она дела мокрую одежду, я не успел заметить.
— Жрицы не рассердились, что ты всё забрала? — спросил я.
— Я им не показывала, — она вышла на секунду из гостиной в рабочий кабинет и вернулась уже с чайником и высокой кружкой. По комнате сразу поплыл знакомый аромат трав иш.
Пока я переодевался, она успела наполнить кружку и сходить за приторно-сладкими сушёными фруктами из их мира.
— Я не нашла здесь мёд, — виновато сказала она. — В этом мире не едят сладкое?
— Мёд тут очень дорогой, и достать его сложно. Не переживай, меня всё устраивает.
Среди вещей, найденных у светлоликих, меня заинтересовал лишь браслет. Странный артефакт, колючий, если так можно выразиться. Его даже в руки брать не хотелось. Может, этой штукой они хотели ограничить силу Зои? Я даже специально ходил в рабочий кабинет за шкатулкой, чтобы убрать его туда вместе с путевыми кристаллами, ведущими в Илуну.
— Василий? — со стороны входной двери послышался голос Беаты.
— Заходи.
Она заглянула в комнату, осмотрелась с подозрением. Я поманил её, приглашая сесть рядом на широкое кресло. Налил в стакан настой трав.
— Всё нормально? — она улыбнулась, села рядом. — Пахнет вкусно.
— Целебные травы. Кто их пьёт, тот никогда не болеет. Меня Тэя искала?
— Нет, — Беата пригубила отвар, посмаковала вкус. — Просто ты вбежал в храм с таким лицом, что я распереживалась. Ты ведь меня даже не заметил.
— Промок и хотел быстрее переодеться. Прости.
— Кстати, откуда у тебя такая одежда необычная? — она погладила меня по руке. — И ткань хорошая.
— Подарок от людей с горы Ракку. И фрукты оттуда же. Очень сладкие.
Я рассмеялся, видя удивлённо лицо Беаты, когда она попробовала один из них.
— Я с тобой посижу, — сказала она, подсаживаясь ещё ближе и беря меня за руку. — Внизу говорят, что это были люди из твоего мира. Если ты переживаешь, то зря. Так нагло вторгаться в наш мир могут только самые глупые, а таких жалеть не нужно.
— Да я особо не переживаю. Спасибо…
До вечера ничего существенного не происходило. К закату вернулась помощница Геры, рассказав, что среди демонов убитых мало, в отличие от раненых. Серебряная луна потеряла четверых из числа самых молодых, а наёмников погибло всего двое. Пятерых стражников убило молнией и ещё нескольких любопытных горожан. Учитывая масштаб битвы и количество напавших на город людей, это казалось совершенно несущественным. А вот людей погибло много, что-то около сотни, включая трёх светлоликих. Лорд Балму остался крайне доволен таким исходом, как и Император, обещавший наградить всех причастных.
Расслабляться на фоне большой победы никто не спешил, так как главная проблема в виде открытых врат никуда не делась. Никто не мог дать гарантию, что завтра утром через них в Хуму не войдёт армия светлоликих, справиться с которыми так легко уже не получится. По этой причине несколько жриц из храма отправились к западным воротам, собираясь дежурить всю ночь. Что касается тел светлоликих, убитых в пригороде и рядом с храмом, их всех забрал глава города. Легко догадаться, зачем они ему понадобились. Не удивлюсь, если ночью сильнейшие демоны столицы не будут спать, а кто-то на этом фоне даже заработает.
Из-за всего происходящего я очень плохо спал, просыпаясь каждый час из-за кошмара или просто неприятного сна. Утром выглядел хмурым и сонным, рыча на пару приставучих девушек, помогающих мне одеться и умыться. Хорошо, что Зои вовремя появилась, а то я бы уже начал бушевать. В отличие от меня, она с утра пораньше выглядела бодрой и жизнерадостной. Перехватила меня в коридоре, подкравшись сзади и подхватив под руку.
— Доброе утро, — заулыбалась она, крепче сжимая мою руку, чтобы не вырвался. — Ты чего с утра такой смурной?
— Не выспался.
— Бабушка говорила, что светлоликие опять какую-то гадость сделали. Что я вчера пропустила?
— В двух словах и не объяснить. Пойдём, за завтраком расскажу. Как у тебя дела?
Она оглянулась, бросив взгляд на дверь в мою комнату, затем улыбнулась и потянула к лестнице.
— Всё отлично. Бабушка говорит, что теперь можно ехать домой. Кстати, опять вокруг тебя крутятся эти, с фиолетовыми глазами.
— Ты их видишь? — вздохнул я.
— Да, сейчас даже лучше, чем раньше. В твоей комнате двое, мужчина у двери и ещё пятеро там.
Зои показала на комнату старшей жрицы, что в последнее время пустовала. Нет, с этим решительно надо что-то делать, иначе они рассердят Тэю, и это выльется во что-то нехорошее.
— Ханны поблизости нет?
— Не вижу.
— Пока никому не говори, что их тут много.
⠀⠀
То же самое время, кабинет верховной жрицы
Отложив скупой отчёт, который принёс помощник лорда Балму, Тэя посмотрела в сторону двери. С раннего утра она работала с не самыми срочными и важными документами, но ей нужно было себя чем-то занять, пока не появятся более внятные новости.
— Заходите, раз пришли, — сказала она, убирая отчёт в шкатулку для важных писем.
В кабинет заглянула незнакомая женщина, обладательница фиолетовых глаз. Низко поклонившись, она прошла сразу к столу. Следом вошла Айн Ханна, держа в руках пузатый глиняный кувшин с широким горлышком и крышкой.
— Простите, что отвлекаем, — сказала первая женщина, говоря на местном наречии с сильным акцентом.
— Прошу, — Тэя жестом показала на стулья.
Айн Ханна поставила на стол кувшин, сказала что-то на их родном языке.
— Мазь от ожогов, — перевела женщина, открывая крышку. — Очень хорошая, её делают длинноухие в мире Илуны.
Было видно, что кувшин недавно распечатали, взяв немного мази. Но даже так, объём поражал.
— Госпожа Айн Ханна говорит, что не стала возиться и забрала сразу всё. Эту мазь использовали люди, пострадавшие вчера от огненной магии.
Тэя осторожно коснулась ожога от молнии на руке. Стоило напомнить, и рана начала гореть, неприятно пульсируя.
— Госпожа Айн Ханна проследила за людьми до больших врат, — сказала женщина. — Они не стали уходить и строят большой лагерь…
Из рассказа женщин Тэя узнала, что Айн Ханна и несколько её людей прошли на запад по следам убегающей светлой армии. Как и говорили охотники, недалеко от леса пятнистых собак действительно появились необычные врата, вокруг которых очень быстро возводился большой лагерь из шатров и палаток. Многочисленные люди рубили лес, строя из брёвен частокол от диких животных, копали рвы. И по словам женщины, людей там насчитывалось уже больше тысячи. Командовали ими важные длинноухие, носившие богатые одежды и украшения.
Выходило так, что Ханна прошла по лагерю людей, заглянула в лазарет, где лечили пострадавших в битве, и умыкнула у них лекарство.
— Плохие новости, — сказала Тэя, посмотрев на шкатулку с отчётом лорда Балму. Демоны сообщали о том же, только подобраться близко к лагерю не смогли. — Много там светлоликих?
Ханна что-то сказала, вынула из небольшой сумки на поясе окровавленный платок, положила на стол и развернула. Внутри лежали три длинных уха, немного отличающиеся друг от друга.
— Госпожа Айн Ханна говорит, что их не меньше двадцати, — перевела её слова женщина. — Эти трое выглядели самыми мерзкими из всех. Один даже заметил госпожу.
Тэя посмотрела на женщин слегка осуждающе.
— Они готовятся к ещё одному нападению?
— Время есть, — сказала Ханна через переводчицу. — Очень много раненых, но они не спешат отправлять их в светлый мир через врата. И многие из них долго не проживут.
— Сможете предупредить, когда они соберутся напасть? — спросила Тэя.
Ханна кивнула, забрала трофей и убрала обратно в поясную сумку. Потянувшись к кувшину с мазью, она зачерпнула немного мизинцем, затем показала левую ладонь. Выглядело так, словно она случайно схватилась за раскалённую кочергу. Рана уже была обработана, но Ханна нанесла ещё немного мази.
— Госпожа Ханна говорит, что это хорошее лекарство. Один из светлоликих неохотно поделился им с людьми, кричал и что-то требовал взамен.
— Спасибо, — кивнула Тэя.
Женщины встали, и переводчица снова низко поклонилась.
— Госпожа Ханна просит не сердиться на парней и девушек, что ходят по пятам за владыкой Василием. Они впервые покинули горы Ракку, и им нужно много тренироваться, чтобы стать сильными. Они не доставят вам проблем.
— Думаю, что это продлится до того момента, пока у Василия не закончится терпение, — сказала Тэя, на что Айн Ханна улыбнулась.
Женщины тихо вышли в коридор, прикрывая за собой дверь. Тэя знала, что рядом с кабинетом сейчас дежурит одна из жриц, но вряд ли она заметила гостей. И дело было вовсе не в том, что они могли становиться невидимыми. Молодая жрица даже не обратила внимание на то, что двери сами собой открылись, затем закрылись. Использовав немного силы, Тэя приоткрыла дверь, и в кабинет почти сразу заглянула упомянутая жрица.
— Найди Геру и узнай, чем сейчас занят Василий. — попросила верховная. — И ещё, найди для меня наставницу Микаэл.
Молодая женщина кивнула и скрылась в коридоре. Тэя же подтянула рукав, убирая повязку с ожога. Лекарство, которое она использовала вчера вечером, совершенно не помогало. Наставница Микаэл, управляющая лазаретом, предупреждала, что ожог быстро не пройдёт, но другого лекарства предложить не смогла. Не помогал даже обезболивающий состав трав, который нашёл в одной из старых книг Василий.
— Как ты умудрился связаться с этой женщиной? — тихо произнесла Тэя, стирая со стола капельку крови.
Верховная жрица не знала никого, кто бы мог спокойно проникнуть в лагерь светлоликих, не только разведать обстановку и украсть лекарства, но и тихо устранить нескольких из них. И это немного пугало, так как даже она не в полной мере могла почувствовать людей с фиолетовыми глазами. Ту молодёжь, что увивалась за Василием, она видела, но вот с Айн Ханной и парой мужчин, что следовали за ней по пятам, было сложно, особенно если где-нибудь рядом пролегала тёмная тень или в помещении не хватало света.
Тэя подумала, что нужно обязательно поговорить об этом с Василием, чтобы он нашёл подходящий символ, способный защитить от силы людей с фиолетовыми глазами.
⠀⠀
За завтраком к нам присоединилась Беата, ещё раз послушав пересказ вчерашних событий. Зои, узнав, что за ней охотятся светлоликие, совсем не испугалась, но взгляд у неё стал жёстче. Сильно не порадовала её только новость, что нельзя пользоваться разломами, чтобы не угодить в ловушку, а ко всему остальному она отнеслась более-менее нормально. Сказала, что в следующий раз пойдёт вместе со мной и лично объяснит каждому длинноухому, что от неё лучше держаться подальше.
Мы уже заканчивали завтракать, когда появились гости. Нас нашла одна из жриц, дежурившая у входа в храм, сказала, что меня ищут два странных демона. Я сразу догадался, о ком идёт речь, поэтому не сильно удивился, увидев низкорослого Стоки и его беловолосого друга. На спине Стоки нёс знакомый огромный рюкзак, словно боялся с ним расстаться. Лорд Гарот шёл налегке и сегодня ещё больше напоминал вампира, чем в нашу первую встречу. На него, кстати, Зои посмотрела косо и с лёгким любопытством. Может, из-за сходства в цвете волос?
— Здравствуйте, — поздоровался я, подходя к ним. — Вчера всё хорошо закончилось?
— Приветствуем владыку, — поздоровался Стоки. — Мы вчера немного недооценили способности иных, и Лорд Гарот не смог добраться до источника искажения.
Стоки произнёс это виноватым голосом, а лорд Гарот кивнул, подтверждая его слова.
— Но у нас есть план, как выйти из этой ситуации, — продолжил невысокий демон.
— Давайте поговорим в более приятной обстановке, — я показал на лестницу, ведущую на главный этаж. — И надо обязательно с верховной жрицей поговорить.
Для приёма важных гостей в храме было предусмотрено удобное помещение на втором этаже, с большим столом для ведения переговоров. Тэя там обычно с лордом Балму беседовала или с главами гильдий. Пока я провожал гостей, Беата поспешила предупредить о них Тэю. Это обычная практика, когда верховная жрица беседовала с путешественниками из других миров. Храм всегда интересовало, живут ли дами там, откуда они пришли, и как часто у них возникают разломы. В архивах, которые мне показывала ещё Беата, была карта Империи, указывающая, где и как часто открываются разломы в ближайшие миры. Помню, что в один из них, где как раз жили дами, проход открывался раз в семь лет. Беата отправляла туда посольство через три года, как я попал в Хуму, но ответного мы немного не увидели.
Тэю ждать долго не пришлось. Я только спросил у Стоки, как они избежали молний и где остановились в городе, когда она вошла в компании госпожи Асгейл. Выглядела Присцилла уставшей и немного болезненной. И точно таким же взглядом, как и Зои, она косо посмотрела на беловолосого Гарота, но ничего говорить не стала. Пара минут ушла на то, чтобы представиться друг другу. Как и в первую встречу, гости ограничились простыми именами, если не считать, что Стоки постоянно называл товарища лордом. Сам же Гарот молчал, давая возможность ему говорить за двоих. Я же выступил в роли переводчика, говоря на языке красного мира, чтобы дважды не переводить.
— Мы спрашиваем у всех, кто пришёл из других миров, — сказала Тэя, — есть ли у вас храм дами.
— Хм, — Стоки бросил взгляд на товарища и слегка замялся. — Мне проще показать, чем объяснять всё уважаемой верховной жрице.
Стоки едва не с головой нырнул в рюкзак и вытащил большой холст, свёрнутый в рулон. Раскатал его на столе, пока не получилось полотно около метра в ширину и два в длину. Я сначала подумал, что это звёздная карта, пусть и странная, но присмотревшись, сразу понял, что это такое. На тёмно-синем фоне автор изобразил своеобразную реку в пространстве, расположив на ней миры как большие и маленькие звёзды, окружённые ореолами и подписанные рунами. Миры были связаны тонкими волнистыми линиями, дугами и даже прочными мостами. Удивительная и завораживающая работа.
⠀⠀
⠀⠀
— Мы с лордом Гаротом работаем над картой этого сектора миров, — он провёл рукой по холсту, остановился на крупной звезде. — Самый большой мир в центре — это Альведэ. Он назван в честь столицы. По сравнению с ним Хума — обычная деревня. Здесь живут дами. Если быть точнее, то в Альведэ четыре храма, которые друг с другом не ладят, мягко говоря. А это — Икира, здесь тоже живут дами, только в гости к ним не советую ходить, слишком кровожадные они. Можно ещё долго продолжать, если вы понимаете, о чём я.
— Это карта ближайших миров? — задал я вопрос, ответ на который уже знал. — А где горы Ракку и миры Зелёных гор?
— Ракку здесь, — он перевёл палец на небольшую звезду, подписанную соответствующей руной. Провёл по одной из нескольких линий дальше, к нескольким крошечным огонькам. — Зелёные горы.
— А где Хума? — спросила Тэя, с интересом изучая карту. — Вы же поделитесь с нами этой картой, мастер Стоки?
— Поделюсь, — его эта просьба совсем не удивила. — До того, как попасть в Хуму, мы шли из этого мира, вот сюда.
Он коснулся звезды на краю рисунка и провёл по тонкой нити до ближайшей. Лорд Гарот одобрительно кивнул, глядя на карту.
— Угодили в ловушку мы где-то здесь, — Стоки постучал пальцем по пустому месту между указанными звёздами. — Здесь не должно быть миров. И их не было, когда мы проходили мимо недавно. Если бы такие большие миры, как Хума и тот светлый, откуда приходят иные, были тут всегда, мы бы с лордом Гаротом об этом знали.
— Ива как-то говорила, что Илуна движется, таща за собой мир Хумы на привязи.
— Об этом мы и хотели поговорить, — кивнул Стоки. — Из-за искажения, которое забросило нас сюда, я не могу рассчитать точное местоположение Хумы, но уверен, что этого мира здесь быть не должно. Нам с лордом Гаротом нужно сообщить об этом в Альведэ, в коллегию картографов. Но сначала нужно избавиться от источника искажения.
— Он здесь или в Илуне? — уточнил я.
— Здесь, рядом с разломом, — сказал Стоки, на что лорд Гарот снова кивнул.
Пока мы задумчиво разглядывали карту, Стоки снова нырнул в рюкзак, доставая тубус, обтянутый грубой кожей. Оттуда он вынул лист плотной дорогой бумаги. На ней схематично была нанесена карта, почти такая же, как на полотне, только нарисованная чернилами и без большинства пометок. Он протянул её Тэе.
— Если переводить на ваше золото, — он извлёк местную золотую монету, — то будет ровно сорок таких.
— А это полотно продаёте? — заинтересовался я.
— Только на заказ и с разрешения коллегии, — сказал низкорослый демон.
Снова в комнате повисло молчание. Я изучал необычные руны на карте, обозначающие не только названия миров, но и самые разные особенности. К примеру, рядом со звездой мира Ракку кто-то пометил: «Не сердить владыку». А по соседству, около маленькой светлой точки, стояли три символа: «Позади летающих камней». Что это могло значить, оставалось только гадать.
— Где в городе вы остановились, мастер Стоки? — спросила Тэя, откладывая лист с картой в сторону. Толкнула меня в плечо, чтобы переводил, а не разглядывал рисунок.
— Пока нигде, — сказал он. — Переночевали в таверне напротив площади. В этом мире никто не говорит на понятном нам языке. Ещё одно подтверждение того, что вы пришли издалека.
— Василий найдёт для вас хорошие комнаты на постоялом дворе у площади. Мне надо встретиться с правителем и лордом города, чтобы решить, что делать со светлоликими. Они собирают армию у врат, и выбить их оттуда будет сложно.
— Армию? — уточнил я, когда перевёл. — Большую?
— Потом об этом поговорим, — сказала Тэя. — Помоги гостям и сразу найди меня.
— А как вы путешествуете между мирами, — тихо спросил я у Стоки, когда он сворачивал карту. — Используете случайные разломы или сами открываете проходы?
— «Случайные» разломы — крайне редки, — сказал Стоки. — Но и в этом случае нужно лишь понять закономерность их появления, и они таковыми быть перестают. А для открытия прохода между мирами чаще всего нужно потратить слишком много сил.
— Вы говорили о каком-то плане, — вспомнил я. — Который поможет избавиться от источника искажения.
— Если кто-то поможет нам подойти к нему поближе и выиграет немного времени, мы его разрушим, — Стоки с силой сжал кулак. — Там, куда искажение ведёт, будет такой взрыв, что у иных навсегда исчезнет желание повторять подобное. Но нужно подойти достаточно близко.
— Дайте нам время, мастер Стоки, — сказала Тэя, когда я перевёл его слова, — чтобы собрать достаточно сил и разбить светлую армию. Василий?
— Всё понял, — кивнул я, — быстро обернусь.
Гостей провожать я отправился вместе с Зои. Точнее, она не пожелала отпускать меня одного даже до края площади, где было несколько постоялых дворов на любой вкус и кошелёк. Уверен, что после вчерашних событий и разрушения пригорода свободные места там оставались. Не все демоны могли платить золотом за несколько дней проживания в центре города. Проще было снять маленькую комнату за серебро где-нибудь на окраине.
Выйдя из здания постоялого двора на улицу, я придержал Зои за руку, показывая взглядом, как со стороны противоположного дома к нам спешит ещё один гость столицы. Знакомый наряд успешного торговца и тяжёлый плащ с капюшоном, скрывающим лицо. Удивительно, что его не остановила многочисленная городская стража.
— Шеф, привет! — радостно поздоровался Михаил. — Думал, что не дождусь тебя. Госпожа Зои.
— Привет, — я пожал руку бывшему работнику склада во дворце лорда Азара. — Ты как здесь оказался?
— Случайно, — он хмыкнул, затем посерьёзнел. — Через стену перебрался ночью. Целая тайная операция по проникновению, чтоб её. Ждал тебя у храма с рассвета, как видишь, не зря. Надо поговорить.
Он сунул руку за пазуху и выудил небольшой тряпичный кошель, протянул мне. Внутри лежало три знакомых самородка кровавого золота. Я поднял на него удивлённый взгляд.
— Было не сложно, — сказал он. — С последним повозиться пришлось, но зато мы тайник предыдущего хозяина нашли со старыми любовными письмами.
— Сдали бы светлоликим, — я потряс кошельком. — Они бы ради подобного расщедрились, и жить вам стало бы проще и лучше.
— Лучше уже не будет, — проворчал он. — И куда уж проще.
— Хорошо, давай поговорим, — кивнул я. — В Хуме нет кафе и ресторанов, работающих по утрам, но я знаю одно место, где нас накормят поздним завтраком. Туда.
Поесть с утра пораньше в городе можно было только на постоялом дворе, где подобную услугу оказывали за дополнительную плату. Из всех заведений я предпочитал роскошный постоялый двор на восток от храмовой площади, где останавливались представители торговой палаты, посещающие столицу. Честно признаюсь, не ожидал увидеть Михаила, тем более, когда Хума едва не на осадном положении. Надо обладать недюжинной храбростью, чтобы пойти на подобную авантюру, ведь демоны могут почувствовать одарённого человека, если подойдут достаточно близко.
В заведении торговой палаты меня знали, хотя захаживал я туда не часто. Хозяин, клыкастый демон из числа северян, никогда не брал денег, если я заглядывал позавтракать или пообедать. Вот и сегодня его помощник встретил нас радушно, проводил вглубь общего зала к столикам для важных персон и пообещал подать завтрак как можно быстрее.
— Необычно радушно тут принимают людей, — сказал Михаил, усаживаясь в углу, чтобы не сильно бросаться в глаза со стороны зала. — И так ко всем относятся?
— Нет, — я помог сесть Зои, повесил наши плащи на специальную вешалку недалеко от столика. — Представителей светлых рас тут не любят. Объяснять, почему так, надо?
— Не надо, — он понимающе кивнул.
— Что люди от нас хотят? — спросил я, спокойно глядя на Михаила. — Предупреждаю сразу, сдаваться не собираемся и драться будем до последнего длинноухого. Я вчера пытался объяснить вашим, что они зря недооценивают демонов, надеюсь, теперь они это понимают лучше.
— Сдаваться не надо, — он поспешил нас успокоить. — Максим Артёмович говорил, что ты предлагал вывезти людей в один из тихих светлых миров. Это предложение ещё в силе?
К столику подошла статная женщина, работающая в зале. По меркам местных демонов она была необычайно красивой, имея аккуратные белые кабаньи клыки и пышную фигуру. Длинные волосы уложены в аккуратную причёску и спрятаны под косынку. Улыбнувшись нам, она поставила на стол поднос с завтраком в виде яичницы на десяток мелких яиц с салом и каши из крупной склизкой крупы. Следом поставила высокий кувшин с горьким квасом и три большие кружки. Я сначала думал, что это местное пиво, но потом выяснил, что клыкастые северяне готовят его из подсохшего хлеба и того самого зерна, что шло в кашу. Градуса в напитке не больше одного, максимум два, в зависимости от того, как долго его выдерживали в небольших бочках.
Я протянул женщине две серебряные монеты, на что она улыбнулась и упорхнула в сторону кухни.
— Решили сбежать от светлых хозяев? — спросил я.
— То, что происходит, многим не нравится, — сказал Михаил. — Люди, может быть, смогут нормально жить в Илуне, но для этого нужно, чтобы кто-то остался в живых.
— И сколько из вас решило уйти?
— Сто двадцать человек. Примерно. Из них около тридцати ранены.
Я удивлённо покачал головой.
— Вот теперь даже не знаю, можно ли легко помочь. После того, как вы пригород разрушили. Вроде бы людей больше было, или так много погибших?
— Американцы упёрлись, и японцы вместе с ними, — сказал он. — Они не уйдут, но проблем доставить не должны.
Я задумчиво постучал пальцами по столешнице, пригубил квас.
— Зои, скажи, ваше королевство беженцев в количестве ста человек примет?
— Даже учитывая, что они все одарённые, их мало, чтобы удивить кого-то или создать проблемы. Конечно примем — в столице или в любом большом городе.
— Осталось решить, как туда добраться… Михаил, я помогу вам, но сразу это сделать не получится. Длинноухие контролируют разломы, и уйти можно, только если им головы отвернуть. Для начала надо вас оттуда вытащить и разместить где-нибудь. Сейчас сезон дождей, и под открытым небом ночевать не вариант. На юге от Хумы есть торговый город… Вы моё золото поделили уже?
— Поделили, — кивнул Михаил. — Но, думаю, можно собрать обратно.
— Не надо, оно вам ещё пригодится. Берите вещи, еды побольше, лекарства и всё, что унесёте и что вам отдадут без боя. Дороги сейчас везде размытые и грязи по пояс, но если пройдёте немного в сторону столицы, затем свернёте на юг, то за день сможете добраться до большой полноводной реки. Вброд переходить её не надо, там мост есть, чуть восточней. За рекой по главному тракту идти будет легче, за полдня окажетесь в торговом городе на границе земель Чжу. Единственная сложность будет в том, что придётся переночевать где-то рядом с мостом. Но если сил хватит быстро добраться до реки, то можно попробовать дойти до нужного города и без ночёвки. От Хумы, двигаясь по большому тракту, туда как раз восемь или девять часов пути.
— А если дойти до города и отсюда свернуть на юг? — спросил он.
— Можно и так, — кивнул я. — Не придётся по грязи идти, но тогда придётся пройти через несколько мелких поселений… Хотя так даже лучше. Я сейчас поговорю с главой торговой палаты и попрошу, чтобы выделили несколько складов в торговом городе, где вы сможете переждать войну. И ещё кого-нибудь для сопровождения найти. К императору идти не хочется, но придётся. Такой план, если вкратце.
— У тебя настолько большое влияние здесь? — слегка удивлённо спросил Михаил.
— Денег они мне все должны, — улыбнулся я. — И торговцы, и правитель, и половина гильдий столицы. Могут, конечно, заартачиться, тогда вам придётся идти на восток, до каменоломен, но это как самый последний вариант.
— Камень добывать? — не понял он.
— Нет, — я даже рассмеялся. — Там места полно, где вы сможете неделю и даже две прожить не под открытым небом. Продовольствием и всем необходимым я вас обеспечу. Потом уже будем думать, как переселять такое количество людей в светлый мир. Главное — со светлоликими разобраться.
Я умолчал о том, что пока не знаю, где именно находится красный мир Зои и как туда попасть. Надо будет об этом со Стоки поговорить.
— Значит, завтра утром надо быть рядом с этим городом? — уточнил Михаил. — Хорошо.
— Провожу тебя до южных ворот. Предупрежу стражу, что ты мой шпион в стане врага, чтобы тебя в город пустили и не пришлось через стену перелезать в следующий раз. Если что-то серьёзное случится до утра, предупреди. Но сначала давай позавтракаем, тебе ещё четыре часа пешком на запад идти. Хорошо бы местные тебя не прибили по пути или пятнистые собаки не напали.
— Справимся, — кивнул он, словно это пустяковое дело. Может, его там большой отряд ждёт. — Не отравят? Чем ты более силён и чем больше они должны тебе золота, тем больше шанс, что… Просто предположил.
Он поднял руки, как бы говоря, что ничего дурного не хотел сказать. Дальше разговор был прерван завтраком. Зои, несмотря на то, что успела покушать в храме, набросилась на еду с аппетитом. Михаил тоже не отставал, управившись быстрее нас.
Пришлось мне побегать по городу, прежде чем вернуться в храм. В торговую палату я заглянул буквально по пути, и разговор с главой прошёл на удивление легко. За приемлемую плату он согласился выделить три простаивающих склада и даже отправил помощника с телохранителями, чтобы тот лично проводил людей на юг. Но перед этим я в любом случае должен был получить разрешение у правителя. Надеюсь, что с этим мне поможет Тэя.
Не знаю почему, но после разговора с Михаилом настроение у меня заметно улучшилось. Пусть и задача перед нами стояла крайне сложная, но это хотя бы отвлечёт от неприятных мыслей. Хорошо, что среди людей остались здравомыслящие, понимающие, что их бросили просто на убой. И в будущем, если оно наступит, поступать с ними будут точно так же, как и сейчас. Нельзя сбрасывать со счетов, что это может оказаться ловушкой, но я Хуму покидать не собирался.
Из-за Михаила и встречи с торговой палатой, в храм я вернулся ближе к полудню. Тэя к этому времени куда-то уехала вместе с Герой, приказав Дейри, чтобы меня никуда не выпускали, пока она не вернётся. Можно было бы сбежать и найти Тэю в городе, но не хотелось сердить её ещё больше. Зато мы с Зои заняли один из пустующих учебных классов и строили планы на переселение людей в красный мир. Её эта идея захватила, но я думаю, только потому, что она сама хотела меня туда вытащить. Хотя бы затем, чтобы проверить, как они там устроятся.
— Нет, у нас никто не слышал о мирах Зелёных гор, и о Ракку тоже, — ответила она на мой вопрос, сидя на парте и болтая ножками в воздухе. — И о том большом мире, где есть четыре храма дами, тоже. Может, мы живём где-то за границами той карты, что показывал этот смешной демон.
— Почему «смешной»? — уточнил я, сидя за соседним столом и составляя план всего, что нужно сделать.
— Он выглядит забавно, — она улыбнулась.
— Думаю, всё дело в том, что у вас к демонам относятся примерно так же, как и в любом светлом мире, то есть сугубо негативно. Вот и не слышали вы об их мирах…
— Вася, слушай, а что если мы не будем ждать, пока госпожа Тэя соберёт армию? Может, возьмём их и сами пойдём к вратам?
— "Их"? — я оторвался от списка и посмотрел на неё.
— Демонов с картой. Нас двоих хватит, чтобы испугать светлоликих и прогнать. А они всё взорвут, как и обещали.
— Мне кажется, ты их недооцениваешь. Не сомневаюсь, что ты сильная, но я бы не рисковал.
Мы одновременно посмотрели на открывшуюся входную дверь. Первой вошла Айн Ханна, затем незнакомый мне мужчина. Хотел поругаться на них, что они ходят по храму как у себя дома, но третьей в комнату вошла Ива. Встав, я поспешил к ней.
— В порядке? — спросил я. — Что случилось?
Лицо у Ивы было в разводах крови, но явно не её. Видно, что она вытирала кровь, но лишь размазала. А ещё платье было в красных пятнах и весь правый рукав.
— Со мной всё хорошо, — сказала она вполне спокойно.
— Что случилось? — спросил я у Ханны.
— Приходил лорд города и ещё несколько важных демонов, — сказала она, продемонстрировав мне цепочку лорда Балму. У меня внутри ёкнуло в предвкушении плохих новостей. — Вряд ли они хотели пригласить её пообедать в их компании.
Я даже на секунду зажмурился.
— Они живы? — всё же спросил я, не открывая глаза.
— Сложно оставить в живых сильного демона, — последовал лаконичный ответ.
— Один из демонов схватил меня за шею, — пояснила Ива, не понимая, о чём мы говорим, но наверняка догадываясь. — И вот этот мужчина перерезал ему горло.
— Ну… я же… — пришлось пару раз глубоко вздохнуть, чтобы взять себя в руки. — Вот зачем, а?
— Василий, — мне на плечо легла рука Ханны. Она слегка развернула меня к себе, чтобы посмотреть в глаза. — Я не спрашиваю, на что ты рассчитывал, приводя её в город демонов. Ты сказал, что она тебе нужна — получи, целую и невредимую. Госпожа Тэя предвидела подобное, поэтому прогнала её из храма, учитывая, как поспешно ты начал искать дом. Или я не права?
Я хотел возразить, но не нашёл, что сказать. Тэя действительно предупреждала, что это глупая затея и ничем хорошим она не закончится. Можно было бы посетовать на то, что подчинённые Ханны не предупредили лорда Балму, но дело в том, что они на местном языке не говорили.
— Свидетели? — спросил я, немного успокоившись.
— Нам нужно было вырезать всех? — она приподняла бровь.
— Понятно, не продолжай.
Я оглянулся на Иву. Зои помогала ей стереть кровь с лица и шеи. Балму был мне глубоко симпатичен, как правитель города, как сильная личность, умеющая держать подчинённых в кулаке. Нет, против храма никто из местных не пойдёт, даже если смерть лорда их сильно опечалит. Да и меня им так просто не взять — слабоваты они для этого. Но эти мысли не радовали, так как в голове звучал язвительный голос Михаила: «Отравят, отравят».
— Демоны, зачем я сегодня с тобой вообще встречался, — проворчал я на русском, за что заработал любопытный взгляд Ханны. — Это я про Михаила. Ты в курсе наших договорённостей?
Ханна кивнула, но посмотрела так, словно и из этого начинания тоже ничего хорошего не выйдет.
— Ты сможешь спрятать нас своей магией? — спросил я.
— Её — нет, — она показала взглядом на Зои. — Только тебя, ненадолго.
— Тогда действуем. Надо из храма выйти незаметно и со Стоки встретиться. Надеюсь, они ещё на том самом постоялом дворе.
⠀⠀
План в моей голове появился спонтанно, словно лампочку включили. И вспыхнул он так ярко, что захватил буквально все мысли. Взяв Иву в охапку, я промчался по жилому этажу храма к своей комнате и принялся собирать вещи, раскладывая их на кровати. Много с собой взять не получится, поэтому не хотелось забыть что-то важное. Первым делом я достал два набора для нанесения символов и основу для чернил. Убрал их в особую непромокаемую сумочку вместе с парой коротких перьев и записной книжкой. Затем очередь дошла до золота, коего оставалось всего две сотни монет. За большей суммой следовало идти к казначею, но разорять храм я не хотел. Только полгода как у дами получилось выбраться из долговой ямы и начать зарабатывать. Не стану у них ничего брать, ни к чему это.
Когда я собирал вещи, костюм торговца, пару хорошей обуви и непромокаемый плащ, в комнату вошла госпожа Асгейл. Посмотрела на творившийся вокруг бардак, покачала головой.
— Зои Вам рассказала о нашем плане?
— Рассказала, — кивнула она.
— Вы говорили, что можете открыть проход в красный мир, когда Зои станет сильнее.
— Нестабильный проход, — поправила она. — Как самый крайний вариант, когда другого нет. И пройти через него смогут два, может, три человека. Хочешь уйти с нами таким образом?
— Нет, мне надо группу людей, одарённых, переправить в ваш мир. Нельзя их тут бросить, сожрут. Надеюсь, что та парочка демонов подскажет дорогу. Только я прошу, не говорите об этом Тэе, а то она рассердится и запрёт меня где-нибудь в подвале.
— Ты слишком плохого мнения о ней, — сказала госпожа Асгейл. — У меня остались незаконченные дела в Хуме. Когда планируешь уходить?
— Завтра утром уйдём через южные ворота. Стража открывает их как раз с рассветом.
— Пешком? — почему-то прищурилась она.
— Хорошая мысль… Я найду повозку, чтобы не топать по грязи.
Присцилла встала, посмотрела поверх моего плеча в угол комнаты.
— Завтра утром, — сказала она и вышла в коридор.
— Точно, забыл, — я обернулся, посмотрел на Салме, держащую в руках стопку одежды. Она язык красного мира не знает, что печально. — Переезжаем мы. Завтра утром, с восходом солнца уходим через южные ворота. Ханна?
— Я слышала, — раздался её голос со стороны рабочего кабинета. — Всё будет готово к утру.
— Ханна, а в лагерь светлоликих кто-нибудь из вас незаметно проникнуть сможет? Заметят?
Она вошла в спальню, посмотрела вопросительно. Прикажи, и побегут они туда всей группой, и убьются о светлоликих в попытке достичь цели. Я даже головой слегка тряхнул, чтобы наваждение прошло. И что удивительно, полегчало, так как я уже собирался так поступить.
— Надо с демонами поговорить о той штуке, что искажения на разломы наводит. Пока от неё не избавимся, уйти из Хумы не получится.
Ханна посмотрела примерно таким же взглядом, что и госпожа Асгейл, но что он означал, я так и не понял. Лучше бы они прямо говорили и советы давали, чем смотреть осуждающе. Раздражает это.
Выйти из храма незаметно оказалось не сложно, даже не пришлось прибегать к способностям Айн Ханны. Но вот на площади мы едва не столкнулись с отрядом городской стражи, перекрывшим западный и южный выходы. Ещё с десяток демонов в доспехах топтались у дома, где жила Ива. Мне показалось, что среди них мелькнул вельможа из дворца, одетый в дорогой и примечательный наряд. Он как раз входил в дом в компании капитана стражи. Нам же повезло беспрепятственно попасть на восточную улицу, а уже оттуда спуститься к южным кварталам, практически не привлекая внимания. Со стороны выглядело так, словно я с Зои и Ивой вышел прогуляться по городу, но не покидало чувство, что вокруг нас был ещё десяток вооружённых людей с фиолетовыми глазами. Когда мы шли по улице, попадающиеся навстречу прохожие спешили перейти на другую сторону дороги или спрятаться в ближайшей торговой лавке, хотя места, чтобы разминуться, вполне хватало.
Ещё утром я обратил внимание, что настроение в городе царило нервное. Многие лавки и мастерские открылись только после обеда, а небольшой рынок, где торговали продуктами, к этому времени закрылся, по причине распродажи всего товара. Странно, что жители столицы не бежали из города. Когда я провожал Михаила, у южных ворот было спокойно. Необычно тихо было и на постоялом дворе, где остановилась пара картографов. Их мы застали на втором этаже в комнате отдыха. Стоки что-то чертил на листе плотной бумаги, а Гарот читал книгу в невзрачном переплёте.
— Не отвлекаю? — спросил я, заходя в помещение. — Золото принёс за карту. И хотел ещё кое-что обсудить.
Пройдя к столу, протянул Стоки кошель с монетами. Подал руку Зои, чтобы она смогла сесть в кресло. Ива близко к демонам подходить не стала, заняв стул в углу помещения. Я не додумался переодеть её, а плащ плохо скрывал окровавленный рукав платья. Можно же было у Зои одолжить платье или достать наряд жрицы. Это всё из-за спешки.
— Золото всегда кстати, — Стоки взвесил мешочек на ладони, одобрительно покивал и положил рядом с листом. Он что-то чертил рядом с длинными строчками расчётов, но что именно, понять было невозможно, даже зная этот язык демонов.
— Я хотел узнать, как выглядит та штука, которая мешает проходить через разломы?
— Не мешает, а создаёт искажения, — поправил он. — Это должен быть артефакт, соединённый с вратами в светлый мир и размером с колесо от телеги. Сложно сказать, как может выглядеть, но рядом должен быть накопитель или десяток рабов, которых истощают, чтобы он не погас. По моим прикидкам, артефакт тратит энергии столько, что можно просто подождать, когда она иссякнет. Несколько дней, и он сожрёт половину их армии и золота.
— Времени у нас нет, — поморщился я. — Надо этот источник найти, сломать и отправить в подарок светлоликим. Ты говорил, что он взорвётся?
— Выплеснет оставшуюся энергию в накопителе. Чем её больше, тем сильнее взрыв.
— То есть, чем раньше мы его шарахнем, тем лучше?
— Нам лучше, — он улыбнулся, — им — не очень.
— Осталось решить, как до него добраться, — я задумался, прикидывая разные варианты, но ничего путного в голову не приходило. Всё, что я мог сейчас предложить — это напасть на лагерь, заставив светлоликих и их помощников отступить в разлом. Но вряд ли они станут убегать без боя. — Если есть мысли по этому поводу, готов выслушать.
— Ваши люди могут туда проникнуть и украсть его, — сказал Стоки, посмотрев в сторону двери. Готов поклясться, что он видел притаившихся там подчинённых Ханны. Собственно, как и лорд Гарот, читавший книгу и косившийся в ту сторону время от времени.
— Артефакт размером с колесо от телеги? — я покачал головой. — Это будет не просто.
— Я всё ещё предлагаю подождать, — сказал Стоки, но, поймав мой взгляд, пожал плечами. Сунув руку за пазуху, вынул небольшой прозрачный кристалл размером с указательный палец и положил его на стол. — Артефакт можно украсть, если бы у нас был ещё один пространственный кристалл такого же качества. Они растут в пространстве за границей разломов, и нырять за ними крайне опасно. Я когда-то с этого начинал…
Я положил на стол пару кристаллов, что были у светлоликих, пытавшихся проникнуть в храм. Выглядели они гораздо солидней, крупнее, имели правильную форму и более прозрачную структуру. Стоки удивлённо взял один, посмотрел с интересом, постучал и поскрёб ногтем.
— Удивительно, — произнёс он. — Даже не знаю, где вы их смогли достать, но это многое упрощает. Я сделаю простую модель для перехода, если расположить её рядом с артефактом, в пределах одного шага, то мы его легко украдём.
Он заглянул под стол, к своему рюкзаку, и вытащил фарфоровое блюдце, больше напоминающее форму для отливки, так как на дне были изображены руны, нанесённые зеркально. Высыпал в блюдце золотые монеты, что я принёс, затем ткнул в них пальцем. Золото — тугоплавкий металл, но под пальцами низкорослого демона оно начало таять. Золотая масса буквально за минуту приобрела кисельную консистенцию, но ни жара, ни магического искажения от неё я не чувствовал. Стоки помешал её пальцем и погрузил один из кристаллов светлоликих.
— Жаль тратить такой прекрасный образец, — сказал он. — Одноразовая модель получится, но разлом откроет даже с другого конца мира. Мне нужно немного времени, чтобы доделать её.
Стоки уже извлёк из блюдца заготовку, получившуюся очень тонкой и обволакивающей кристалл. Придирчиво осмотрел руны на обратной стороне, затем покрутил золотой кругляш в руке, чтобы убедиться, не проглядывает ли где-то кристалл. Второй он, кстати, сунул за пазуху, как и тот, что доставал для демонстрации.
— Хорошо, если с этим разобрались, тогда второй и не менее насущный вопрос, — сказал я. — Мне нужно провести под сотню человек в красный мир, откуда родом Зои. Готов заплатить за эту услугу. Можете просто показать дорогу в одну и в другую сторону, если за один раз всех перевести не получится.
Стоки отложил «модель», снова полез в рюкзак, доставая большую карту. Сдвинув письменные принадлежности, развернул её на столе.
— Госпожа Зои может сказать, где её мир находится? — спросил он. — Или что-нибудь из ближайших ориентиров?
Зои лишь покачала головой, когда я перевёл его слова.
— Тогда всё сложно, — Стоки показал на россыпь больших и маленьких ярких звёзд, находившихся в верхней части карты. Они не были соединены нитями или мостами, расположившись обособленной группой. — Это ближайшие красные миры от Альведэ. И находятся они за «большим кругом», в малоизученных и небезопасных скоплениях. Считается, что туда не ведут стабильные разломы и перемещаться можно только наугад. Мы с лордом Гаротом не специалисты по красным мирам, но таковые есть в коллегии, как и более подробные карты. Другой дороги к центру нет, так или иначе, придётся посетить Альведэ.
— Боюсь, что людей там сожрут… — неуверенно сказал я, глядя на карту.
— Зря боитесь, — не согласился Стоки. — В столице живёт очень много людей, в том числе и из красных миров. Погромы в людских кварталах происходят редко, а в последнее время случается и наоборот.
— То есть, люди и демоны спокойно живут в одном городе?
— Не спокойно, но живут, — кивнул он.
— Много займёт времени, чтобы сотню человек довести до Альведэ?
— Проведём всех разом, но это займёт четыре или пять переходов, если идти через мёртвый город. Он отсюда ближе всего. Доводилось бывать там?
— Если это город, где на площади куча костей и черепов, то доводилось. Значит, дело за малым — пробраться в лагерь и установить там этот… эту модель?
Я не смог найти в языке гор Ракку слова, подходящего для «телепорта». Надеюсь, что правильно понял замысел Стоки.
— Когда планируете всё провернуть? — уточнил он.
— Чем быстрее, тем лучше. Завтра утром я должен буду встретиться с людьми и сказать им, куда идти. Где откроется первый разлом, и сколько придётся его ждать?
— Ждать не нужно, — он похлопал себя по жилетке, где спрятал кристаллы. — Потребуется лишь золото, двести, а лучше триста монет, чтобы открыть стабильный разлом. И любая открытая площадка за городом.
— Золото достану, — обнадёжил его я. — Решили. Тогда предлагаю завтра всё и провернуть. Возражения?
Возражений не последовало. Стоки пообещал, что сделает портативный телепорт к закату, а Ханна должна будет его незаметно отнести в лагерь светлоликих. Тэя будет ругаться, но потом обязательно скажет спасибо. По крайней мере, за то, что я всё разузнаю о дами, что живут в Альведэ и в других мирах. Может быть, к тому моменту, когда я отведу людей в красный мир, шумиха в Хуме уляжется.
Воодушевлённый грандиозным планом, я решил начать со сбора золота, что должны мне гильдии. Дорога к красному миру сожрёт любой запас, поэтому чем больше возьмём с собой, тем лучше. И для начала я решил заглянуть в гильдию Серебряной луны. Они должны мне около пяти тысяч золотых монет, но столько у них точно нет. Если удастся выбить хотя бы треть от этой суммы, будет уже неплохо.
По городу я бегал до позднего вечера, но несмотря на все усилия, золота собрать удалось меньше, чем рассчитывал, около трёх с половиной тысяч монет. При этом большая часть пришлась на торговую палату. Странно, что именно сейчас ни у кого не оказалось наличных денег и буквально все предлагали в обмен какие-нибудь товары. Тот же Гамеш предлагал партию хорошей ткани из их родного поселения. Обещал частично рассчитаться, когда продаст её в столице. Одно я понял точно, оказывать услуги в долг можно, но золото потом придётся выбивать.
В храм вечером я так и не вернулся. Испугался встречи с Тэей, хотя понимал, что поговорить и предупредить о планах нужно. Вместо этого я потратил час, чтобы написать несколько писем, которые хозяин постоялого двора обещал доставить в храм к завтрашнему вечеру. Зои по этому поводу не переживала, говоря, что если бабушке будет нужно, то она её легко найдёт. Мы пределы столицы не покидали, поэтому госпожа Асгейл и не волновалась. А вот мне было не по себе, поэтому я долго не мог уснуть, а встать пришлось за полчаса до рассвета, чтобы у южных ворот города быть как раз с восходом солнца. Стража всегда открывала ворота в это время, чтобы впустить в столицу торговцев с рынка и жителей ближайших деревень. Насчёт повозки я договорился с гильдией каменщиков, пообещав заплатить золотом. Утром рядом с воротами нас уже ждал громоздкий фургон с большими колёсами и сразу двумя мулами из числа ат-анаков. А ещё госпожа Асгейл и Беата, к моему большому удивлению.
— Уходить, не прощаясь — плохая примета, — сказала Беата, беря меня под руку и довольно улыбаясь. — Далеко собрались?
— Да мы это… — начал я неуверенно.
Пока я думал, что сказать, остальные начали грузиться в фургон. Мулы поспешили поставить ступеньку, чтобы женщинам было проще подняться в салон.
— Как узнали? — спросил я.
— Через торговую палату, — сказала Беата. — Наставница вчера вечером к ним ходила, и глава вас сразу выдал. Тэя сказала, что ты принимаешь одни решения глупее других.
— Где она? — я осмотрел площадку перед воротами.
— Осталась в храме. И что ты встал? Или передумал?
— Нет, ни в коем случае.
Чтобы объяснить мулам, куда нас следует доставить, ушла минута. То, что ехать предстояло на запад, их не радовало, но я платил каждому по три золотые монеты, поэтому нас обещали довести хоть до самого лагеря светлоликих. Что касается фургона, то он представлял собой большой короб с окнами и парой длинных лавок. В него спокойно могла поместиться и дюжина демонов, так что места хватило всем, включая наши сумки с вещами и огромный рюкзак Стоки. А последними в салон поднялись Сайми и Салме в компании неприметного мужчины с фиолетовыми глазами. Если девушки несли по две сумки с вещами, то он шёл налегке, придерживая пару коротких мечей на поясе. Я подумал, что остальным придётся бежать следом за повозкой. Или же они вернутся обратно в горы Ракку?
Пришлось немного подождать, пока ворота окончательно откроют, после чего парочка мулов уверенно потянула фургон сначала на юг, а потом на запад по дороге, огибающей город. Несмотря на обилие грязи и луж, ат-анаки уверенно тянули его, иногда даже переходя на лёгкий бег.
— Тэя знает, что я задумал? — негромко спросил я у Беаты.
— Тоже мне большой секрет, — она протянула мне продолговатый свёрток, достав его из ближайшей сумки. — Полгорода уже знает, что ты хочешь людей спасти, отправив в безопасный мир, подальше от демонов. На тебя даже жаловались из-за того, что ты золото собираешь. В общем, самый логичный выбор — это красный мир, откуда родом Зои, а твои новые друзья как раз дорогу могут подсказать.
Развернув свёрток, я увидел кинжал, что нёс на себе древние символы языка дами.
— Наставница Тэя сказала, что пока будешь путешествовать, должен в нём разобраться. Не смотри так, она сняла с него слепок и отдаст ювелирам, чтобы сделали копию. Если только там действительно написано что-то стоящее. Я думаю, что какая-нибудь ерунда или нелепица, потому что слова подобраны глупые.
— Куда его деть теперь? — сказал я, заворачивая кинжал обратно в мягкую ткань. — Из рук выпускать страшно.
Беата забрала его и спокойно убрала обратно в сумку.
— А вы уверены, что я решил уйти вместе с людьми? Может, просто проводить до разлома хочу.
— И для этого взял с собой два набора для нанесения символов? — она улыбнулась, словно видела меня насквозь. — С тобой пойду. И буду ходить по пятам, пока не научишь всем символам, которые знаешь.
— Только поэтому? — я толкнул её плечом.
— Не только, — она даже не смутилась. — Но храм важнее.
Тут она не лукавила. Храм для неё всегда был важнее личного. Настолько, что она с семьёй поссорилась, когда выколачивала дурь из старейшин и зажравшихся старших жриц.
— Тэя не сильно ругалась? — спросил я.
— Её до тебя успели рассердить, так что нет. Сказала, чтобы ты путешествовал с лёгким сердцем, так как она всё уладит и будет ждать, когда мы вернёмся.
Фургон тем временем выкатил на окружную дорогу, огибая разрушенный пригород. За окнами можно было увидеть высокую городскую стену Хумы и солнце, поднимающееся над ней. Когда-то мне казались нерушимыми стены этого города. Впрочем, они и сейчас стоят, готовые встретить армию светлоликих.
На запад мы ехали где-то час. Нам повезло, что с утра погода была хорошей и ливень обошёл равнину стороной. При этом дорога была раскисшей, и я несколько раз мысленно поблагодарил госпожу Асгейл, что подсказала нанять повозку. К слову, нервы у наших мулов оказались крепкими, и далеко они убегать не стали, когда на горизонте появился отряд людей. Парочка рыбаков дружно оббежала повозку и нырнула в ближайший овраг. Не знаю, чего они так испугались, так как из сотни людей получилась не такая уж и большая армия. Я даже на повозку забрался, чтобы сверху посмотреть, но их действительно было чуть больше ста. Если они к этому времени подошли вплотную к городу, то из своего лагеря должны были выйти за пару часов до рассвета.
Шли люди с сумками на плечах, тащили носилки с ранеными, в общем, выглядели не воинственно, а скорее напоминали беженцев. Кто-то даже тянул за собой громоздкую тележку, загруженную вещами. Пришлось подождать, пока они подойдут. Вели отряд трое: начальник нашей части «базы» Максим Артёмович, Михаил и кто-то из первой группы, угрюмого вида мужчина лет за тридцать пять. Со мной встречать их вышла госпожа Асгейл, от которой исходила угрожающая аура. При этом силу она не использовала, но окружающим сразу становилось понятно, что её лучше не сердить.
— Доброе утро, — поздоровался я, когда отряд подошёл. Вид у людей был примерно такой же, как и у угрюмого военного, идущего впереди.
— Здравствуйте, — кивнул Максим Артёмович. — Планы меняются?
— Только в той части, что мы не будем ждать и уйдём в следующий мир уже сегодня, — сказал я, обратив внимание, как в первый ряд людей вышла Айн Ханна. Она кивнула мне, показав жестом, что всё сделала. — Как у вас прошло, без проблем?
— Нормально, — он на секунду оглянулся, посмотрел на подчинённых. Примерно треть из большого отряда составляли женщины. — Нас не пытались остановить, но и поддержки не было. Жаль, что не все прислушались к моим словам.
— Их проблемы, — отмахнулся я.
— Светлоликие установили рядом с вратами какой-то прибор, — сказал Михаил. — Блокируют мир, чтобы никто не сбежал.
— Разберёмся с этим. И площадки нет, чтобы встать лагерем…
Я огляделся, но ничего подходящего не увидел. Справа от дороги был овраг, заполненный грязью, слева — непроходимое после дождей поле.
— Дайте немного времени, я с проводниками поговорю, и отправимся, — подытожил я. — Вы еды в дорогу взяли?
— На неделю должно хватить, — кивнул Максим Артёмович.
Я ещё раз обвёл взглядом отряд, постепенно подтягивающийся к нам. Дорога была узкой, толком не развернуться, но не критично, сильно отряд не растянется. Стоки и его беловолосый товарищ уже вышли из фургона и разглядывали равнину. Только сейчас подумал, что лорд Гарот неплохо пошумел во время недавнего сражения. От его руки погибло много людей, и вряд ли они будут испытывать к нему тёплые чувства. Хорошо бы до драки не дошло, так как беловолосый демон был невероятно силён.
— Ханна говорит, что всё сделала, — сказал я Стоки.
— Места свободного мало, — сказал он, затем показал в сторону Хумы. — Туда отойдём.
Пройдя метров двадцать, он остановился, достал маленький мутный кристалл, и почти сразу перед ним вспыхнул разлом, но не багряного цвета, а неприятно-серого. Короткая вспышка, и разлом тут же исчез, но на его месте остался мраморный постамент полуметровой высоты с золотым диском. В центре диска был установлен большой кристалл, почти такой же, какие я видел в подвале храма, только тёмный, почти чёрный.
Стоки оживился, забегал вокруг постамента, ругаясь на трёх демонических языках сразу. При этом светлоликих он поминал не самым добрым словом, но был восхищён тем, что они придумали.
— Ты им доверяешь? — рядом со мной встала госпожа Асгейл.
— Не очень, — честно признался я. — Мутные они типы, но других под рукой нет.
— А Ива? Не хочешь оставить её здесь?
— Нет.
— Упрямство — не самая худшая черта для мужчины, — к чему-то сказала она.
Стоки уже вооружился стальным заострённым стержнем и начал выводить на диске какие-то символы и линии. Минут двадцать он возился с артефактом, что-то царапал на камне и зачёркивал, даже смотрел на небо, приложив ладонь к глазам. Отойдя на пару шагов, он что-то сделал, и ещё одна серая вспышка поглотила мраморный постамент вместе с кристаллом. На мой взгляд, всё прошло как-то слишком просто, без спецэффектов и яркого шоу.
— Подождём, — к нам подошёл Стоки, деловито потирая руки. — Накопитель энергии такой, что они десять раз пожалеют, что связались со Стоки. Надо доложить о них в коллегию картографов. Нельзя баловаться такими вещами и нарушать упорядоченность миров.
— Согласен, — покивал я. — Пожаловаться бы не помешало, нужно только найти тех, кто их пожурить сумеет. Они ведь совсем не беззащитные и даже наоборот. Кстати, вы знаете про армию синих ящериц, которые кучу дыр в мирах наделали и жрут всех подряд? Есть кто-нибудь, кто за подобным безобразием смотрит и меры принимает?
На лице Стоки отразилась усталость и печаль, словно все его беды происходят исключительно от этих самых ящериц. Да и лорд Гарот посуровел лицом.
— Хотите, я Ханну отправлю, чтобы она у них идола забрала…
— Хотим! — быстро сказал Стоки, посмотрев на меня жалостливым взглядом. — Очень просим владыку.
— Если доставите нас в Альведэ без задержек.
— Договорились, — он протянул руку для крепкого рукопожатия. Наклонился в сторону, чтобы посмотреть мне за спину. — Людей только много, не потерять бы кого по пути. Проходы между мирами коварны, если ты не носишь на руке такой камешек.
Он показал взглядом на звёздный камень в браслете, выглядывающий у меня из рукава.
— Время, — Стоки вынул из внутреннего кармашка жилетки оставшийся путевой кристалл. — Двести монет золотом нужно, чтобы проход открыть. А ещё лучше триста, чтобы модель не разрушилась раньше времени.
И взгляд такой наглый, как у продавца, который впарил тебе дрянную, но очень дорогую вещь. Пришлось идти за золотом в фургон. Триста монет — это заработок городского стражника за четыре года, или за пять, если он занимал какой-нибудь незначительный пост. Надо будет обязательно стрясти с него золото обратно, а то слишком у него взгляд хитрый.
Пока Стоки возился с моделью, я прошёл к отряду людей, терпеливо ожидающих, пока мы закончим. Кто-то даже решил позавтракать, пользуясь моментом. Нервы у таких людей стальные, у меня бы кусок в горло не лез.
— У нас всё готово, — сказал я Максиму Артёмовичу. — Сейчас проводники откроют разлом, и уйдём. Только дорога будет долгой, с остановкой в Альведэ. Это большой серый мир, где мы на какое-то время застрянем. Там нужно будет найти других проводников. Такие планы, если вкратце. Да, с демонами драк на пустом месте не затевать и слушать меня. Что?
Я посмотрел на женщину в его компании. Если женская часть в отряде была в возрасте от двадцати двух до двадцати пяти, то она выглядела лет на десять старше.
— Необычно, когда командует парень шестнадцати лет, — она улыбнулась. — Не обижайся.
— И не думал, — серьёзно ответил я. — Про технику безопасности при использовании разломов не забывайте.
Можно было почувствовать, как позади начал формироваться разлом. Люди встрепенулись и зашумели, передавая эту новость тем, кто стоял в задних рядах на дороге.
— Фургон будет мешать, — сказал я на языке дами, поднимая его и убирая с дороги на обочину.
Впереди вспыхнул разлом, привычного тёмно-красного цвета. Стоки замахал рукой, требуя поторопиться, поэтому уходили в спешке. Сначала лорд Гарот, затем люди. Я пытался сосчитать их, и вышло почти сто пятьдесят человек, включая два десятка раненых. Когда дошла очередь до меня, я оглянулся на запад, словно там находился мир Илуны. И злость на светлоликих никак не хотела уходить. Может, когда я буду далеко, это чувство сгладится, но казалось, что это не последняя наша встреча.
— Давайте, владыка, время уходит, — поторопил меня Стоки, подталкивая в спину.
⠀⠀
То же самое время, Илуна, дворец Императора
Толкнув часть стены и позволив ей рухнуть с высоты третьего этажа дворца, в пролом шагнул Император. Одежда на нём была испачкана пылью, одна штанина распорота ниже колена, и отсутствовал сапог, как и рукав дорогого наряда. При этом на оголённых участках светлой кожи не было ни единого пореза или ссадины, несмотря на то, что минуту назад на императора рухнули многотонные перекрытия потолка и часть крыши. Огромный и величественный дворец ныне лишился всего правого крыла, а левое представляло собой развалины. Но Император на это не обратил внимания. Он смотрел на восточные кварталы Илуны, лежавшие в руинах. Невероятно сильный взрыв стёр с лица города храм и прилегающие к нему здания, а разрушения тянулись до самого дворца.
Совсем недавно Императору исполнилось семьдесят лет, но выглядел он не старше сорока. Высокий мужчина с волевым лицом, небесно-голубыми глазами и длинными волосами цвета расплавленного золота. Он посмотрел вниз, где из крупных обломков выбрался глава дворцовой стражи. Толстые мраморные колонны и огромные куски стен начали подниматься в воздух, послышались крики, и из-под обломков выбралась немолодая женщина и девушка лет пятнадцати. Роскошные платья были порваны и испачканы, но на них не было следов крови. Постепенно дворец начал наполняться криками. К обвалившемуся фасаду спешила стража, дежурившая в саду и у ворот.
Ещё раз посмотрев в сторону центра города, император с силой стиснул зубы. Пока он не мог понять, что породило взрыв такой силы, чтобы разрушить огромный каменный город.
К обрушившейся части стены вышел парень лет двадцати, прижимая платок к рассечению на голове. Кровь пропитала светлые волосы и прилично испачкала наряд. Парня слегка шатало, но он встал рядом с императором, ухватившись за часть уцелевшей стены.
— Я говорил, что пока она жива, столицу ждут серьёзные потрясения, — сказал парень.
Где-то позади послышался шум обваливающейся стены и звон стекла, а дворец ещё раз встряхнуло. Совсем недавно Император думал, что нападение демонов было серьёзным испытанием для столицы, унёсшим много жизней. Сегодняшний же день выходил за рамки подобных сравнений.
— Уничтожу, — сказал Император, обводя взглядом разрушенный центр города. — Всех демонов и их жалкие миры.
Шагнув в пролом, Император начал медленно спускаться к груде обломков. Поведя рукой, он поднял кусок тяжёлой мраморной лестницы, под которой чувствовал выжившего. Секундой позже в воздух взмыла часть рухнувшей стены, освобождая пару стражников и служанку, которой крупный каменный обломок сломал ногу. В голове правителя промелькнула мысль, что, если бы под рукой был верный оракул, всего этого не произошло бы. Он бы разобрался с теми, кто устроил подобное, ещё до того, как в их головах сформировалось это намерение. А ещё в мыслях звучал голос Ивы, когда она предупреждала его не подпускать лорда Азара к далёкому и перспективному светлому миру. Жаль, что в тот день она не смогла более подробно выразить опасения.
Если бы злость и ненависть, наполнявшие Императора, можно было перевести в силу, то она могла бы уничтожить любой тёмный мир, подвернувшийся под руку. Но сейчас он спрятал эти эмоции, чтобы не показывать подданным слабость. Император жив — значит, будет жить Илуна.
⠀⠀
Нам крупно не повезло попасть в мёртвый город в день затишья, как его назвал Стоки. Во-первых, часовой пояс там отличался часа на три или четыре, поэтому вышли мы после полудня, а во-вторых, мы выпали прямо напротив той самой знаменитой площади черепов. Я эту картину уже видел, а вот на людей она произвела гнетущее впечатление. Проблема заключалась в том, что нам нужно было ждать почти сутки, пока откроется следующий разлом. Сутки в мёртвом городе, где даже крыс нет — такое выдержит только человек с сильной психикой. Поэтому мы потратили несколько часов, чтобы выйти из города и встать лагерем у холма.
Отряд людей оказался деятельным и дисциплинированным. За первый час они успели поднять несколько больших палаток, где разместили раненых. Выставили охрану, в том числе и на вершине холма, с которого отлично просматривались окрестности. Я поднялся туда перед закатом, чтобы посмотреть на город и подумать. Расстроила новость, что несколько человек из числа раненых умерло. Видел, как их тела хоронили рядом с деревьями метрах в ста от холма. Хотелось бы, чтобы Беата составила мне компанию, но они с Зои о чём-то болтали и даже тихо смеялись.
— Неприятное место, — сказал Максим Артёмович, подходя к невысокому каменному заборчику, на котором я сидел. — Большое кладбище напоминает.
— Это из-за синих ящериц. Дыр прогрызли столько, что всё вокруг потихоньку умирает. Может, это космическая радиация, никто ведь не изучал…
Помолчали пару минут, разглядывая мёртвый город. Хорошо, ветер дул в ту сторону, а не наоборот. Понимаю, что там уже не осталось ничего, что могло гнить и разлагаться, но всё равно было бы неспокойно.
— Обещал, что не буду говорить и никому ничего доказывать, — сказал я негромко. — Можете не верить, мне всё равно. Светлоликие планировали уничтожить наш мир. Взорвать его неприятным способом, чтобы добыть редкий кристалл. Я был свидетелем подобного.
— Целый мир? — уточнил он. По тону сложно сказать, поверил или нет.
— Хрен его знает, может, только планету, а не всю солнечную систему и так далее. «Сердце» мира они забирают или что-то подобное, без которого он разрушается. Небосвод перечёркивают трещины, сквозь которые утекает жизнь. Кстати, ещё раз напомню, чтобы ваши люди ничего не брали в этом мире. Проклято тут всё… Считайте, что радиацией заражено.
— Я всех предупредил, — кивнул он.
— Знаете, как светлоликие магические способности получают? — спросил я. — Это легко понять, если посмотреть, что среди людей на базе нет никого с уникальным или очень сильным даром. Светлоликие этот дар забирают каким-то образом, а человек умирает.
— Это мы знаем, — Максим Артёмович снова кивнул. — Ещё год назад поняли.
— И? — я посмотрел на него.
— И ничего, — ответил он. — Решили пока не поднимать эту тему. Выбора не было.
— Они вас жрут, а вы терпите.
— Демоны тоже людей едят.
— Едят, — согласился я. — Но не скрывают этого. Я считаю, что вы сделали правильный выбор. Те, кто остался, очень скоро будут вам завидовать. Пойду спать, темнеет уже.
Встав, я направился к спуску с холма. Всё-таки надо было обойти мёртвый город. Он на меня нагоняет не самые приятные мысли. На дорожке к лагерю столкнулся с группой Романа, поднимавшейся наверх. Они обрадовались, заулыбались.
— Привет, — Рома протянул руку.
— Привет, — мы обменялись рукопожатием. — Гуляете?
— В дозор, — улыбнулся он. — На следующие четыре часа.
— Вижу, что у вас никто не пострадал.
— Так мы готовились. В том смысле, что Максим Артёмович приказал в самое пекло не лезть. Как замес начался, мы отступили, за что нас выгнали.
Он коротко рассмеялся.
— Разборка была большая, — подсказала Вика, темноволосая девушка из их отряда и самая бойкая. — На весь лагерь ругались. А перед рассветом нас спокойно отпустили, даже слова не сказали.
— Потом поболтаете, — сказал Рома, бросив взгляд на холм, где показался Максим Артёмович. — Сначала работа.
— Вася, ты заглядывай к нам, — сказала она. — Мы с девчонками поспорили, что ты огромной силой обладаешь и любого светлоликого в порошок можешь стереть, а они не верят.
Она помахала мне рукой и поспешила следом за остальными. Я немного постоял, глядя им вслед. Вторая девушка в отряде, Мария, оглянулась, осторожно помахала мне рукой. Насколько я знаю, она получила дар управления молнией и неплохо скрывала силу. То ли светлоликие проглядели, что вряд ли, то ли оставили её на десерт для какого-нибудь отпрыска благородного рода. Хорошо, что они решили уйти.
С холма я спускался уже не с таким мрачным настроением. Лагерь тихо шумел перед отбоем, тоже постепенно отходя от увиденного в мёртвом городе. Не радовала только перспектива спать под открытым небом. А ещё Стоки, пришедший требовать золота. Не знаю, что за магию он использовал, чтобы перемещаться между мирами, но она пожирала золото. После использования оно превращалось в рыхлую субстанцию, крошившуюся под пальцами. По его словам, без этого в полном составе людей я не доведу даже до Альведэ. Об этом мы с ним и беседовали, сидя у маленького костра, когда солнце уже скрылось за горизонтом.
— Альведэ — это большой город и столица, так? — спросил я.
— Столица, — Стоки сидел, прислонившись спиной к рюкзаку. Он всегда старался держать его на расстоянии вытянутой руки.
— И где мне там разместить полторы сотни людей? Знаю я большие города, где ночь на постоялом дворе может стоить одну золотую монету. А у меня денег и так осталось, слёзы одни. У нас проблем со стражей не будет, если мы таким количеством заявимся?
— Это не самая большая проблема, — сказал он. — Услуги коллегии картографов вам обойдутся… если перевести на золото, то тысяч в десять монет. Да и в последнее время пространственные кристаллы подорожали, поэтому, может, и дороже.
Я немного окосел от такой суммы. Это же тридцать килограмм золота получается, если брать монеты весом по три грамма. А если у них в ходу такие монеты, как и в Илуне, то и все пятьдесят. На этом фоне то, что он уже забрал у меня, кажется незначительной суммой.
— Красные миры находятся далеко, и найти дорогу будет не только сложно, но и крайне опасно. Нужно перевести полторы сотни людей, ни одна гильдия не возьмётся за подобную рискованную работу, если она не будет хорошо оплачена. Нужен запас пространственных камней, которые покупать придётся тоже вам.
— Значит, нужно достать много золота и сразу? — уточнил я, на что Стоки кивнул.
Можно попробовать продавать символы, но это будет долго, учитывая, что часть будет уходить на еду и проживание ста с лишним людей. А если я начну продавать великие символы, то это привлечёт ненужное внимание. Да и не хочется мне этим заниматься. Что-то я слишком оптимистично смотрел на те три тысячи золотом, что достал в Хуме. Если аппетиты у Стоки не упадут и перемещение между мирами будет пожирать золото теми же темпами, то довезу я чуть больше тысячи. Для одного человека и даже для семьи — это огромная сумма, но для текущего отряда хватит только на первое время.
С мыслью о том, где бы достать побольше золота, я уснул, и уже рано утром спешил в главный лагерь людей, будить Максима Артёмовича. Спать на земле, даже на двух одеялах, было неприятно, поэтому утром я чувствовал себя так, словно меня хорошенько побили накануне. С погодой зато повезло, и ночью температура не сильно опускалась.
Надо отдать должное людям, к походу они подготовились основательно. В том плане, что у них была даже полевая кухня. На ручных телегах, которые я приметил ещё накануне, они везли пару больших железных котелков, несколько мешков с крупой и немного овощей. И это учитывая, что у каждого в отряде с собой был сухой паёк как минимум на четыре дня. В общем, с утра пораньше люди кашеварили, распространяя вокруг приятные и соблазнительные ароматы. Максима Артёмовича я нашёл как раз рядом с кухней, в компании незнакомого мне мужчины и доктора Никушина.
— Доброе утро, — поздоровался я, подходя к кухне. Пожал руки мужчинам.
— Доброе, — кивнул Максим Артёмович. — Как у вас с продовольствием? Я видел, ваши готовили что-то с утра.
— На пару дней продукты есть, — кивнул я, вспоминая нехитрый завтрак, который приготовили Сайми и Салме. Я их даже хвалил, что они додумались накормить всех из нашей компании, а не только меня. Правда, мне в кашу положили больше сладких овощей. — У меня к Вам дело, пока мы дальше не двинулись. Стоки, проводник наш, говорит, что разлом подходящий появится только после обеда, так что у нас часа три или четыре в запасе есть.
— Слушаю, — понятливо кивнул он.
— Золото нам нужно, причём в больших количествах. Услуги картографов оплатить, закупиться всем необходимым и оставить немного для непредвиденных трат. Вас грабить не стану, всё равно этого не хватит. Лучше разорим кое-кого на артефакты и драгоценности, которые продадим в Альведэ. От вас нужны люди, человек десять на разорение большого дома, полного драгоценностей. Чтобы всё вывезти за раз, пусть сумок побольше возьмут.
— Здесь разорять кого-то будем? — он показал взглядом на мёртвый город.
— Нет, тут уже всё давно вынесли, а что осталось, заражено. Есть у меня путевой кристалл, ведущий прямо к хранилищу. Использовать его можно один раз, прежде чем он испортится, поэтому работать надо быстро. Похватаем всё, что плохо лежит, и сбежим до появления охраны.
— Десять человек найду, — кивнул он. — Когда?
— Да прямо сейчас. Пара минут на подготовку и отправляемся. Вон с той площадки.
— Хорошо, — Максим Артёмович посмотрел на подчинённого, и тот направился вглубь лагеря.
Я тоже не стал терять время и поспешил в нашу часть, где меня ждала Зои. Мы с ней на эту тему уже поговорили, и если грабить светлоликих, то лучше было это сделать прямо сейчас, так как путевой кристалл до хранилища всё ещё дотягивается, но на самой грани. Ещё немного, и он просто не сможет достать до нужного мира. Идея не понравилась только Присцилле, но Зои обещала её убедить, что проблем не возникнет. Ива же к разграблению хранилища отнеслась примерно так же, как и в прошлый раз, сказала, что мы поступаем неправильно, но грудью на защиту сокровищницы не встала.
Спустя десять минут на обозначенной площадке собралось довольно много людей. Начальство и десять парней, среди которых был и Роман из шестой группы. У каждого на плече пара больших сумок, а у одного крепкого малого аж четыре.
— Задача простая, — сказал я, разглядывая отряд. — Заходим и работаем быстро, берём всё, что выглядит ценным и не прибито гвоздями. Внутри много артефактов, поэтому силу не используйте и с вещами обращайтесь максимально аккуратно. Когда я скажу, что пора уходить, не мешкайте, а то останетесь там. Вопросы?
— Охрана внутри есть? — спросил самый крепкий из парней, тот самый, что нёс больше всех заплечных сумок.
— Никого не должно быть, но в случае проблем, мы с Зои всё уладим самостоятельно. Главное — помните, что любое колечко, которое вы не в сумку, а в карман положите, может убить не только вас, но и кучу людей вокруг.
Пока Зои возилась с путевым кристаллом, я посмотрел на пару заинтересованных зрителей. Стоки и его товарищ с любопытством наблюдали за нами, сидя в теньке под деревом. Надо будет с Ханной поговорить, чтобы не спускала с них глаз. Она, кстати, решила пойти вместе с нами.
Разлом появился, как обычно, но падение при перемещении длилось существенно дольше. И с прошлого посещения этого странного места трёхэтажный дом нисколько не изменился. Всё те же большие окна, стены, заросшие зелёным вьюном, и высокие деревья, обступившие его со всех сторон. Здесь был уже вечер, но пока ещё достаточно светлый, чтобы хорошенько почистить хранилище.
— Всё-таки это плохой мир, — сказала Ханна, глядя, как люди вламываются в дом. — Неправильный.
— Я вас здесь подожду, — сказала Зои, не поняв слова Ханны, но разделяя её чувства. Она поёжилась, с силой потёрла левое плечо. — Чувство неприятное у меня от этого места. Мы как будто в чужой дом вломились, а хозяин в соседней комнате шумит креслом, вставая.
Я коснулся рукояти кинжала, висевшего на поясе. Это мне Сайми подарила поясной ремень для оружия и особую петлю для кинжала. Сетовала на то, что даже тупому клинку нужны ножны, и обещала сделать их, когда найдёт подходящий материал.
— Много у нас времени? — спросил я.
— Не знаю, пока разлом держится…
Из дома уже выбежал кто-то из людей, неся на плече полную сумку разного барахла. Я заметил край золотого подсвечника, торчавшего наружу.
— Картины со стен брать? — уточнил он с азартом в голосе.
— Мороки с ними много. Оружие бери, там на стенах было, я видел.
Он кивнул и помчался обратно. Любопытство всё же победило, и я решил поучаствовать. Люди — молодцы и большие профессионалы, работали методично, сгребая всё с полок, со столов и стен. Статуэтки жриц дами, которые я видел в прошлый раз, уже пропали с постамента, как и набор самых разных украшений с соседней подставки. Я и забыл, сколько тут всего было. Впору лавку открывать по продаже драгоценностей, предметов искусства и артефактов.
Поднявшись сразу на третий этаж, я заглянул в просторный рабочий кабинет. Один из людей как раз переворачивал ящики прямо в сумку. Насколько я успел заметить, там хранили драгоценные камни: синие, зелёные, янтарные и красные. Моё внимание привлекли книжные полки. Увы, всё было написано на незнакомых языках, скорее всего, светлых, так как я не смог разобрать ни единого слова. Но полез я туда не зря, так как в одной из книг был самый настоящий тайник, где лежали кровавые камни отменного качества. Я даже знал, в какой гильдии в Хуме их делали, очень уж специфически они выглядели. Среди них был камень из крови великого змея, ценность которого для храма дами сложно было передать. Мне вспомнился демон, проводивший аукцион. Не знаю почему, но кровавые камни у него вызвали огромный интерес. Может, и в Альведэ мы сможем их удачно продать. Я выгреб их из тайника, убрав в кошель на поясе, где хранил немного золотых монет. Надо не забыть хорошенько упаковать хрупкие камни, чтобы не испортились.
Со стороны разлома вспыхнула яркая вспышка силы, которую наверняка почувствовали все.
— Уходим! — крикнул я в коридор.
— Мы всё собрали, — мимо комнаты проскочили двое парней, грабивших соседние помещения.
На лестнице уже слышались громкие шаги, звук разбитой вазы и перевёрнутого стола. Из дома я выбегал последним, практически с пустыми руками, хотя после рябят там почти ничего не осталось. Хватая сумки с земли, они уходили через разлом, так как Зои подгоняла их.
— Закрывается? — спросил я, подбегая.
— Кто-то идёт, — сказала она. — Почувствовали, как я разлом открыла. Говорила же, что следят…
Очень близко, метрах в пяти от нас неожиданно вспыхнул разлом, из которого решительно выскочил незнакомый мне светлоликий. Настроен он был воинственно, но увидев нас, опешил и упустил подходящий момент для атаки. А вот следом за ним через разлом шагнул лорд Азара, собственной персоной. Я успел ему помахать ручкой, когда с одной стороны в меня вцепилась Ханна, с другой — Зои и мы втроём провалились в разлом. Вроде бы там появился ещё кто-то сильный, но мы уже вывалились с другой стороны за секунду до того, как проход закрылся.
— Успели, — послышался чей-то голос, говорящий на русском.
Нам с Зои на помощь пришла Беата, поднимая с земли.
— Все вышли? — я огляделся, но вроде бы никого не забыли.
И душу грело то, что рядом с тем местом, где был разлом, лежала куча сумок, забитых под завязку. Кто-то из ребят умудрился умыкнуть пару картин, вырезав их из рам и скатав в рулоны.
— Всё вынесли, — говорил тот самый крепыш, обращаясь к Максиму Артёмовичу. — Осталось только мебель забрать и стены ободрать, времени не хватило.
— Гости пожаловали, — ответил я на взгляд главы отряда. — Сам лорд Азара и ещё пара длинноухих. Я бы посмотрел на их рожи, когда они в дом войдут, но надо было бежать.
— Следом не пойдут? — в голосе старшего в отряде послышалась тревога.
— Вряд ли они такое умеют. Но вы правы, лучше нам тут не задерживаться.
Не стал говорить, что лица у светлоликих были такие, что я немного испугался. Неужто их так сильно разозлило то, что мы вломились в хранилище? Тогда тем более нужно внимательно проверить добычу, вдруг мы что-то очень ценное у них утащили.
⠀⠀
Как я и предполагал, путешествие к Альведэ сожрало треть моего запаса золота. Два мира мы проскочили удачно, воспользовавшись стабильными переходами, а вот ещё пару пришлось проходить, тратя золото. Перед последним заночевали рядом с деревенькой демонов, где пополнили запасы продовольствия, честно купив его у местного населения. Настроение у людей немного улучшилось несмотря на непростые условия путешествия. Все с нетерпением ждали, когда же мы доберёмся до промежуточной точки нашего маршрута.
Не знаю, почему на карте Альведэ был обозначен как самый крупный мир в округе. Мне он показался вполне обычным, тем более, что отряд вышел на пустой равнине, от которой до столицы нужно было идти часов восемь. При этом Стоки говорил, что нам повезло, так как разломы открывались и в двух, и даже в трёх днях пути. Я долго думал, где же разместить столько людей разом, и Стоки подсказал неплохой вариант. Рассказал и даже показал торговый путь, проходящий через Альведэ и соединяющий центральные миры. На карте он был изображён в виде яркого моста, так как размеры торговых караванов, идущих по нему, доходили до сотни человек и демонов. Самым простым вариантом для нас было изобразить именно торговцев. Правда, мы больше походили на бандитов, убегающих от проблем, но Стоки заверил, что на это никто внимания не обратит, пока будем платить золотом.
Торговцами и караванами в Альведэ заведовала гильдия, носящая очень знакомое название — «Торговая палата». Богатейшая организация, построившая рядом со столицей маленький городок для собственных нужд. Из ста мест в сенате двадцать два представляли интересы Торговой палаты, и это очень много. Одних только крупных гильдий в Альведэ насчитывалось несколько сотен, не говоря уже о представителях провинций, поэтому двадцать мест — это огромное влияние, ограничивать которое мог только правитель.
За восемь часов пути в сторону столицы, мы миновали несколько крупных посёлков, где встречались и люди, и демоны. Ближе к вечеру нас остановил конный патруль местного легиона, следящего за порядком в провинции, но Стоки довольно быстро убедил его, что мы простые торговцы, держащие путь вглубь миров. И только к позднему вечеру нам удалось дойти до того самого торгового городка, принадлежащего Торговой палате. До богатого пригорода Илуны он не дотягивал, но выглядел солидно. Двухэтажные белые дома с плоской крышей, много зелени, декоративных деревьев и кустов, широкие улицы, мощённые крупным булыжником. Уже с окраин можно было увидеть столицу, расположившуюся на северо-западе. Городской стены у Альведэ не было, поэтому она постоянно разрасталась и в скором времени готовилась слиться с торговым городком, носившим название Кло́пит, что с местного языка переводилось как «роскошь».
Вечером, когда до захода солнца осталось совсем немного времени, мы дошли до Клопита, у входа в который нас встречала целая делегация. Старшей была парочка высоких лохматых демонов, похожих на леших, со скрюченными пальцами и большими кистями. Лица у них вытянутые, с глубоко посаженными глазами. Внешне они не выглядели страшными, скорее, необычными. Дорогая одежда и символы на толстых золотых цепях говорили об их высоком положении, как и личная стража, отличающаяся от городской доспехами и оружием. Демоны из охраны выглядели уже более устрашающими и менее человечными.
— Приветствуем в Альведэ, — поздоровался один из лохматых, когда мы приблизились. Говорил он на незнакомом языке демонов, неожиданно приятным на слух. В кои-то веки не нужно было ломать язык, пытаясь выдать хрипящие и шипящие звуки диких наречий.
— Приветствуем, — ответил я.
Стоки покосился на меня, не ожидая, что я могу знать местный язык. Может, хотел выступить переводчиком? Вперёд мы вышли вместе с ним и госпожой Асгейл, то ли проявившей любопытство, то ли решившей сыграть роль моего телохранителя. Как и в прошлый раз, от неё заметно тянуло колючей аурой, отчего охрана чиновников заметно нервничала.
— А вы?.. — начал было один из них, но поймал взгляд госпожи Асгейл и сбился с мысли.
— А мы — торговцы, — сказал я. — Идём в сторону красных миров и решили сделать остановку в Альведэ. Нам немного не повезло по пути, и несколько человек из охраны пострадало.
— Вам нужен лекарь? — уточнил он.
— Возможно, потом. Что нам нужно, так это остановиться здесь на несколько дней, пока я не найду проводников.
— Прежде я должен спросить о товаре, что вы везёте, — он снова посмотрел на госпожу Асгейл. — Убедиться, что нет ничего запрещённого.
— У нас осталось немного магических артефактов и предметов искусства.
— Запрещены только пагубно влияющие на разум, — в его голосе появилась заинтересованность.
— Таких нет. Защитные кольца и амулеты, но ничего особо ценного.
Лохматый посмотрел на огромный отряд, состоящий из одарённых людей, одетых в одинаковые серые комбинезоны. Если подумает, что это охрана, то вряд ли поверит. Стоило что-то другое придумать, но это я понял слишком поздно.
— Что насчёт стоянки? — поторопил я его.
— Да, да, — он закивал. — Отряд большой, но вам повезло. Накануне к Вельге ушло сразу два каравана, освободив много места. Я провожу.
Он махнул своему товарищу, затем стражникам, чтобы расступились, пропуская отряд в город. Странно, что не назвал, сколько нужно заплатить за лагерь. Хотя куда мы денемся, нам либо в чистом поле останавливаться, либо платить столько, сколько он скажет. Поторговаться можно и потом.
Для странствующих торговцев в городе было предусмотрено буквально всё, начиная от питейных заведений и заканчивая публичными домами. И жизнь в Клопите бурлила: по улицам гуляли демоны, пьяные и не очень, из распахнутых дверей заведений доносилась музыка, смех и привлекательные запахи еды. Городской стражи было много, но на глаза она старалась не попадать, иногда перехватывая напившихся в хлам демонов, чтобы не спали посреди улиц и в подворотнях. Попадались среди прохожих люди самой разной наружности, даже пустынные жители с бронзовой кожей. Кто одет побогаче — с охраной, кто победней — в обнимку с девушкой или кувшином вина. Нас провожали с большим любопытством, кто-то кричал вслед, спрашивая, откуда пришёл такой большой отряд, но вряд ли среди наших кто-то говорил на местных языках.
Двигаясь в восточную часть города, можно было заметить, как увеселительные заведения постепенно сменялись торговыми лавками, продающими всё, что требовалось путешественникам. В такое позднее время они уже были закрыты, но витрины и вывески говорили о самом широком ассортименте товаров и услуг. Были здесь даже торговцы рабами, занимающие большое двухэтажное здание, протянувшееся на тридцать окон, построенное в форме буквы «П», с площадью в центре.
Надо сказать, что Стоки и его напарник умудрились испариться, когда мы только вошли в город. Я по этому поводу не переживал, так как за пару дней, что мы путешествовали, успел неплохо расспросить их про Альведэ, про коллегию картографов и самые разные гильдии столицы. Про работорговцев он не упоминал, но я об этом и не спрашивал.
Лохматый, назвавшийся Видиром, занимал пост младшего управляющего делами города. Говорил он об этом так, словно это была очень высокая должность, требующая почтения. За всю дорогу он обронил всего пару фраз, указывая на одну из важных достопримечательностей города, на здание администрации и гильдию целителей. Показал, где искать склады, если они нам понадобятся, направление к большому местному рынку, где можно было купить продовольствие. Привёл же он нас к нескольким зданиям, огороженным невысоким забором. Вывеска над аркой ворот гласила «Гильдия караванщиков Северной Яры». Новость о большом отряде гостей Клопита сюда уже добралась, поэтому нас встретила ещё одна группа леших, одетых не так богато, как Видир, но вполне похожих на удачливых торговцев.
Надо упомянуть, что лохматые демоны в этом мире носили шаровары из плотной ткани светлого или серого цвета, а также длиннополые кафтаны и распашные рубашки с поясами. А ещё они любили золотые цепочки, перстни и самые разные украшения, обилие которых и указывало на благосостояние того или иного представителя их народа.
— Добро пожаловать, — нам навстречу поспешил один из лохматых, без подсказки сообразив, что я главный в отряде. — Приветствуем в гильдии караванщиков Северной Яры. Прошу.
Он сделал незаметный жест младшему начальнику города, затем пригласил нас проходить в ворота.
— Места у вас хватит? — спросил я, разглядывая группу зданий.
— По сорок человек в каждом доме можно разместить, — он показал на три дома, стоявших справа от просторной площади, и ещё на два с другой стороны. — А там дома для важных гостей и зал для трапезы.
За площадью по центру стояли ещё три дома, напоминающие ровные кубики, два окна в ширину и длину, два в высоту. Получался этакий маленький военный городок, только без полигона, а вместо учебных зданий — склад для товаров. Пока большой отряд размещался в казармах, я отправился на переговоры с лохматым. Думал, запросит с нас огромную сумму, но всё оказалось не так уж и плохо. Мы даже не торговались толком, сойдясь на трёх серебряных монетах в сутки с человека. А так как курс на золото был примерно двенадцать серебра, то вышло сорок пять монет. Но больше всего меня обрадовало то, что местные деньги по весу были даже легче, чем в Хуме, поэтому договорились мы буквально за двадцать минут. Он взял оплату за десять дней и остался доволен, словно обманул, хотя я так и не понял, в чём именно.
Пока я договаривался, наши успели поделить три дома для начальства, один оставив мне, второй выбрала госпожа Асгейл с Зои, взяв к себе Беату, а в третьем поселили Иву и устроили склад награбленного, под присмотром людей с гор Ракку. Смешно, но за несколько дней, что мы шли до Альведэ, я так и не узнал, сколько их всего. Помимо девушек, всегда старающихся держаться поближе ко мне, было трое мужчин — двое молодых и их наставник. Я был уверен, что их больше, но специально не спрашивал ни у Ханны, ни у Зои. Казалось, что ещё немного, и тоже смогу их увидеть.
Ночь прошла спокойно, я отлично выспался и во двор утром вышел в прекрасном расположении духа. Когда взошло солнце, стало понятно, что гильдия, на территории которой мы остановились, занимала не так уж много места, как показалось вчера. Дома стоят компактно, практически вплотную друг к другу, а от площади отрезали большой кусок, поставив забор. В тени небольшого навеса, рядом со зданиями, я заметил Михаила и решил подойти.
Ещё вчера стало понятно, что погода в этом мире тёплая, если не сказать жаркая. С самого утра на небе не видно ни облачка, и воздух быстро нагревался. Михаил как раз возился с платком, складывая из него бандану. Нос у него немного обгорел, так как вчера мы долго шли под палящим солнцем. В пустыне, куда мы заглядывали по дороге в горы Ракку, было гораздо жарче, но и здесь солнце было злым, способным оставить ожог за несколько часов, если ты к нему непривычный.
— Доброе утро, — поздоровался я. — Как устроились?
— Казарма, — ответил он, затем улыбнулся. — Но жаловаться не на что, всё по уму сделано. У тебя сегодня какие планы?
— Планов много. Для начала нужно в большой город попасть, найти оценщика артефактов и продать их. Без золота далеко не уедем.
— Помощь нужна будет? — уточнил он, надевая бандану.
— Справлюсь. Вы только сами золотом не сорите. Я за десять дней заплатил, и у меня денег осталось ещё раз продлить. Но в таких мирах пару тысяч золотых монет достать не проблема, а вот для большей суммы придётся постараться. Что?
— Всё нормально, — Михаил посмотрел на меня так, словно я что-то забавное рассказал. — Забываю иногда, что ты несколько лет в тёмном мире прожил. Если понадобится помощь, обращайся сразу. Мы с утра на рынок хотели сходить, да и посмотреть, что вокруг происходит. Может, пересечёмся в городе.
Пока он ждал ещё нескольких людей из отряда, я заглянул в третий малый дом, где хранили награбленное. В гостиной на первом этаже столкнулся с Ивой. Она специально ждала меня, разложив на столе несколько самых разных артефактов. Четыре перстня, две цепочки с кулонами и два жезла, один вырезанный из дерева, а второй из потускневшего серебра. Отдельно стояла серебряная табакерка, покрытая гравировкой, изображающей хоровод людей вокруг костра.
— Я ведь всё равно продам, — сказал я, подходя к столу. — Всё, что награбили.
— Доброе утро, — поздоровалась она, проигнорировав моё высказывание.
Иронично, что именно её поселили вместе с ценностями светлоликих, но я по этому поводу не переживал.
— Доброе, — сказал я, разглядывая неказистые предметы. — Думаешь, этого хватит, чтобы окупить дальнейшую дорогу к красным мирам? Очень сильно в этом сомневаюсь.
Самым ценным выглядела только пара перстней с крупными драгоценными камнями.
— Если сокровища, доставшиеся тебе грабежом, причиняют душевные муки, то я могу сжечь всё во дворе, — сказала она.
— Жечь не надо. Говорю же, продадим. Ну что ты смотришь, как… взглядом, в котором я не вижу проблеска разума. Золото мне нравится больше, чем все эти безделушки.
— Если собираешься забрать всё, — она сделала ударение на этом слове, — золото у местных, знай, что они будут за него сражаться. Легко уйти не получится.
— Допустим, «всё» они не отдадут…
Ива подошла, встав напротив, и посмотрела в глаза. Не обращал внимания раньше, но мы были почти одного роста. Протянув руку, она пару раз ткнула меня пальцем в лоб.
— Этой штукой пользоваться умеешь? — спросила она, сохраняя непроницаемое выражение лица. — Или только этим?
Второй раз она ткнула пальцем в грудь, легко выдержав мой взгляд. Минуту мы смотрели друг на друга.
— Хорошо, объясни так, чтобы понял, — я сдался первым.
— Не нужно их обесценивать, — сказала она, показав на стол. — Этого вполне достаточно, но шкатулку я бы не показывала демонам. Только если тебе нужно «всё» золото этого мира.
— И что это за артефакт? — спросил я, посмотрев на табакерку.
— Не знаю, но он очень ценный. Ты скажешь: «Лучше бы я слушал Иву», но всё равно поступишь по-своему.
— Вот теперь обязательно продам, раз ты мне об этом сказала.
— Будущее — очень хрупкая субстанция, требующая бережного отношения. Не важно, сказала бы об этом или нет, ты её продашь. Я устала, и мне нужно поспать пару часов, чтобы восстановить силы, поэтому с тобой не поеду, в этом нет большой необходимости. Один не ходи, пусть тебе составят компанию девушки, это важно. Предложи жадному демону кровавые камни и купи мне вино. Чуть не забыла, важнее всего вышесказанного: что бы ни случилось и как бы ни сложились обстоятельства, не продавай статуэтки танцующих жриц. Считай это моей личной просьбой за ту помощь, что я оказываю.
— Их продавать как раз не собирался, — сказал я.
— Хорошо, — она посмотрела устало. — Встретимся чуть позже.
Ива слегка улыбнулась и направилась к лестнице на второй этаж, где были спальни. Выглядела она действительно уставшей.
— Сокровища, что ли, перебирала всю ночь? — проворчал я, глядя на артефакты. Ива даже три мешочка для них приготовила и небольшую сумку на длинном ремне, чтобы в руках не нести. — Вот и докажи потом, что она мной не манипулирует. Как же это раздражает…
Собрав артефакты, я поборол желание пойти и набрать ещё, но для первого посещения города и попытки их продать этого было вполне достаточно. Брать больше смысла я не видел, может, что-то из того, что Ива подобрала, действительно принесёт много золота, и не придётся продавать остальное. Хотя я бы обменял всё на золото. С ним как-то проще, чем с драгоценностями, которые ещё нужно умудриться продать.
В столицу планировал пойти один, но Ива права, девушкам тоже будет интересно посмотреть на город. Обидятся ведь, что не взял их, заставив сидеть на базе и бездельничать, когда под боком такое чудо, как центральный и самый большой мир, если верить Стоки. В общем, Зои и Беата прогулке обрадовались, да и во взгляде госпожи Асгейл промелькнуло любопытство, когда я предложил прогуляться. Осталось дело за малым — найти в Клопите карету, чтобы не топать пешком, но и с этим всё оказалось просто. Уже в паре кварталов мы нашли стоянку повозок и грузовых телег. Ажиотажа вокруг не наблюдалось, поэтому всего за одну золотую монету нас обещали катать по городу до самого вечера. Видя, каким жадным взглядом возница смотрел на моё золото, я уже второй раз поймал себя на мысли, что переплачиваю. Либо в этом мире цены значительно ниже, чем в Хуме, либо я чего-то не знаю.
— Золото ценится везде примерно одинаково, — ответила на мой вопрос госпожа Асгейл. — Сколько зарабатывает человек в Хуме, выполняя не самую сложную работу?
— В квартале кожевников за полный день работы с едкими реагентами платят две серебряные монеты в день. И дополнительно кормят, что можно приравнять к ещё одной или двум монетам.
— У нас в городе можно купить двух тощих кур на рынке за одну монету серебром, — сказала она. — В захолустье серебро и золото ценятся в полтора раза дороже, на чём зарабатывают торговцы. Одну золотую монету работник кожевенной получит за шесть дней труда. Как и те, кому платит город за уборку улиц и вывоз мусора. И нанять простую повозку выйдет не дороже, чем здесь.
— Может, дело в самом золоте? — предположила Зои. — Ты же говорил, что оно тяжелее местного.
— Не настолько тяжелее, чтобы оправдать даже переплавку и чеканку. Недопустимо, чтобы в твоей стране ходили чужие монеты, поэтому их должны скупать и менять на местные. А видя, как на наше золото смотрят окружающие, то дело, скорее всего, в качестве. Попробуем обменять немного и проверим.
— Можно спросить у возницы, где это сделать лучше, — предложила Зои.
— Как раз у него я бы и не спрашивал, — ответил я, на что госпожа Асгейл одобрительно закивала. — Он наверняка в сговоре с местными, которые приезжих вроде нас обязательно обманут. Всё равно едем в торговый квартал, там и посмотрим.
Тем временем крупная лошадка резво бежала в сторону столицы, громко цокая копытами по мостовой. Я её видел вблизи, и, судя по клыкастой морде и острым зубам, питается она отнюдь не травкой. Тот же возница от неё старался держаться подальше и спиной не поворачивался, чтобы не откусила что-нибудь. От Клопита до столицы мы доехали всего минут за тридцать, но, чтобы добраться до торговых кварталов, понадобился почти час.
Альведэ казался не просто огромным, а бескрайним городом. Дома здесь белили в светлые пастельные цвета, чаще всего белые, но встречались и розовые, и оранжевые. Людей и демонов на улицах много, иногда даже слишком, отчего вознице приходилось придерживать лошадку. Хорошо, что местные жители знали, что это за животина, и шарахались в разные стороны, когда она приближалась. На одном из перекрёстков эта тварь кого-то всё-таки цапнула, послышался крик несчастного, затем отборная брань возницы.
К тому времени, когда мы добрались до торгового района, температура на улице подскочила градусов до тридцати, поэтому прохожие старались на солнышко лишний раз не выходить. Помогали этому широкие навесы из ткани, растянутые перед магазинами. Мы же с облегчением вышли на улицу, разминая ноги.
— Там буду, — возница показал на стоянку для повозок в виде огромного шатра. Там была и прохладная тень, и вода для лошадей.
Я кивнул, взял под руку Беату, высматривающую кого-то в толпе горожан, и потянул под ближайший навес.
— Ханна, пусть кто-нибудь присмотрит, чтобы он не уехал без нас, а то я ему авансом заплатил.
— Что? — не поняла Беата.
— Это не тебе. Кого там высматриваешь?
— Мне кажется, я видела женщину дами. Догоним?
— Зачем, она же не единственная в городе. Здесь четыре храма, так что ещё будет время познакомиться.
Беата кивнула, крепче сжимая мою руку. В её взгляде мелькало волнение, и пока она крутила головой, я осмотрел ближайшие вывески и витрины. Остановились мы удачно, напротив скупщика драгоценностей. Судя по тому, что на витрине превалировали серебряные украшения, а золотых почти не было, дела у него шли неважно. Но даже при этом в лавке дежурил охранник, тщедушный на вид демон, но довольно сильный одарённый. Выглядел он болезненным, кутаясь в тяжёлый плащ, когда на улице и в здании было жарко и душно.
— Добро пожаловать, — приветствовал нас продавец, из числа рогатых демонов. Лицо жуткое, белки глаз жёлтые, словно у него желтуха или лихорадка, зубы кривые. Говорил он на местном языке с едва уловимым акцентом. Наша необычная компания вызвала у него удивление, но виду он старался не подавать.
— Где в этой части города можно золото поменять? — спросил я, подходя к стойке.
— Самородное или монеты?
— Монеты, хорошего качества.
— Так я могу…
— Не распаляйся, мы цену золоту знаем, — осадил я его.
— В том и дело, что я покупаю хорошее золото, — быстро закивал он. — И всегда хорошо плачу́. У меня же две ювелирные мастерские без работы второй сезон стоят.
— Так закрой одну, — хмыкнул я.
Он лишь печально вздохнул, словно ему на больную мозоль наступили. Я вынул из кошелька золотую монету, положил на стойку.
— Сколько дашь за такие. Только по весу говори, а то знаю я вас.
Демон уже схватил монету, пристально её осмотрел. Достал из-под стойки глиняную чашку, налил что-то дурно пахнущее, бросил туда монету и взболтал. Почти минуту он смотрел на жидкость, затем выплеснул и вернул золотой на прилавок.
— Четыре к одному дам, из золота с желтяком, по весу, — сказал он и облизнул губы.
— Мало, — я покачал головой. — За такое хорошее золото я выручу гораздо больше.
— Пять. С половиной. Больше не дам. Нет, не дам.
— Желтяк покажи, — я сказал это неохотно, словно раздумывая, пока ещё плохо понимая, в чём подвох.
На стойку легло несколько монет, таких же, какие мне показывал глава гильдии караванщиков. Цвет у золота был хороший, даже слишком насыщенный, если присмотреться. Я взял монету, повертел её в пальцах.
— Золото хорошее, украшения можно делать красивые, — он поморщился, что для его страшного лица выглядело смешно.
— Много в нём желтяка? — спросил я.
— Да много и не надо, чтобы для коллегии бесполезным стало, — он махнул рукой.
— Картографы?
— Ну а кто ещё! — резковато фыркнул демон, но быстро успокоился, взяв себя в руки. — Выплавлять его оттуда — под смертным запретом. По слухам, коллегия уже сто лет пытается найти способ отделить золото, но пока без результата. Невозможно это. Всё, что с профилем императора, чеканят с добавлением желтяка.
— Стало понятней, — я кивнул. — Скажи, а где здесь можно оценить артефакты?
Он заулыбался, показав в сторону уходящей на север улицы.
— Недавно в городе появился гениальный оценщик, — сказал демон. — Определяет силу артефакта и что таится внутри. Теперь без его оценки ничего нельзя ни продать, ни купить. Ещё немного, и весь этот рынок перейдёт под контроль торгового дома Ночи.
— И что тебя забавляет?
— Ничего не радует так, как беды соседа, — философски заметил он. — А мой сосед разорится скоро, и я его лавку к рукам приберу. Обычным золотом в любые времена, даже в самые тяжёлые, торговать выгодней.
— Далеко идти до оценщика?
— Через три улицы главное отделение их торгового дома. Они туда шесть дней назад въехали, выкупив у гильдии алхимиков. Ну так что, много золота планируешь обменять?
— Почему из желтяка украшения не делать? — спросил я. — Золото, на вид вполне обычное.
— Да потому что не берут его! — зло сказал он, рассерженный не на глупый вопрос, а на общую ситуацию.
— Не сердись, — я примиряюще поднял руку. — Мне пока не к спеху, но если понадобится местная валюта, то сразу к тебе загляну.
— Шесть к одному дам, — неохотно сказал он. — Больше в этом городе никто не заплатит. Надумаешь, приходи.
Мы вышли из лавки и встали под навес в теньке. Я коротко рассказал девушкам, в чём заключалась проблема с золотом. Высказал свои догадки, вспомнив, как Стоки переводил моё золото, чтобы открывать разломы. Если коллегия картографов тратит подобным образом невосполнимый и очень редкий металл, неудивительно, что местный правитель разбавляет его каким-то «желтяком». Золото от этого выглядит лучше и красивее, но ценится меньше.
— Как я понял, лучший товар, который можно возить в этот мир — это золото, — подытожил я. — Надо бы нашим сказать, чтобы всё не потратили из запасов, что у меня из тайника забрали.
— Странно, что местный правитель не запретил картографам портить золото, — сказала Зои.
— Даже если это позволяет поддерживать стабильную связь с другими мирами? Ладно, подумаем об этом позже. Давайте к оценщику зайдём, пусть артефакты наши посмотрит. Что-то подсказывает мне, что десять тысяч монет, о которых говорил Стоки, это вовсе не местная валюта. Если демон с курсом не обманул, то выходит шестьдесят тысяч желтяка, а это немаленькая сумма.
Здание торгового дома Ночи находилось как раз на этой же самой улице, тремя кварталами северней. Большое двухэтажное здание с фасадом весёлого розового цвета. Из изысков архитектуры можно было отметить только единственный балкон над входом и пару колонн, поддерживающих его. Охрана здесь была в виде знакомых рогатых чертей с тёмно-серой кожей, раздвоенными копытами и красными огоньками глаз. Из головы вылетело имя владыки, который приглашал нас принять участие в аукционе. Интересно, смог ли он спастись во время нашествия синих ящеров? Сил у него для этого должно было хватить. Что касается охраны, то нам она не препятствовала, даже внимания не обратила, делая вид, что бдительно следит за прохожими. Ждут, что народ сейчас соберётся и начнёт брать их штурмом?
Внутри здания было душно, многолюдно и шумно. Демоны на разные голоса обсуждали артефакты и торговались прямо в просторном зале. Кто-то просил, чтобы его пропустили к оценщику без очереди, так как он принёс реликвию, хранящуюся у его семьи десять поколений. Другой ему вторил, что у него таких реликвий целый мешок, поэтому пусть стоит тихо в очереди и не нарывается. Третий попытался пролезть к стойке управляющего со словами «Мне только спросить», но его уже били и обязательно выкинули бы в окно, если бы за него не пришлось потом платить. Я от всего этого опешил и встал, не зная, пробиваться ли к стойке управляющего силой или встать в очередь. Во втором случае придётся ждать, как минимум, до вечера, если оценщик принимает посетителей раз в пять минут.
Позади меня вспыхнула колючая и кровожадная аура, заполнившая и сдавившая всё помещение. Голоса моментально стихли, и полный зал демонов, людей и даже кого-то из дами повернулся в нашу сторону. Давление постепенно нарастало, заставляя посетителей в центре расступиться, освобождая нам дорогу к перепуганному управляющему.
— Не стой, — в повисшей тишине негромко сказала госпожа Асгейл. — Видишь, они уступают тебе дорогу.
Ждать и толкаться в очереди не хотелось, поэтому уговаривать меня не пришлось. Единственное, чего не хотелось, так это привлекать к себе лишнее внимание, но это всё из-за светлоликих. Они на меня слишком плохо повлияли, хотя в Илуне я провёл совсем мало времени.
Я не успел дойти до стойки, когда по лестнице со второго этажа в зал кто-то сбежал, громко стуча копытами по мрамору. Расталкивая посетителей, к стойке прорвался чёрт, с ярко горящими красными глазками и в дорогой одежде. Как и есть, племянник Дьявола, только без хвоста. Увидев нас, он опешил, забыв, что хотел сказать.
— Говорят, что здесь можно оценить артефакты? — сказал я.
— Молодой господин и госпожа не узнали меня? — спросил демон, говоря на языке красного мира. — Танис моё имя.
— Владыка Танис? — удивлённо произнёс я. Если бы он не назвался, не узнал бы ни за что. Но да, вроде похож.
— Уже нет, — он развёл руками. — Город погиб, поэтому владений у меня не осталось. Вся наша семья обосновалась в Альведэ. Я теперь глава гильдии Ночи, торговец артефактами и чудесными вещами.
Судя по тону, его этот жизненный поворот нисколько не огорчил.
— А вы здесь?.. — начал было он и опомнился. — Прошу меня простить. Давайте поднимемся в комнату для важных…
Он не договорил, посмотрел поверх моего плеча и в лице изменился, словно привидение увидел. Я обернулся, столкнувшись взглядом с Айн Ханной. Она смотрела на Таниса взглядом фиолетовых глаз, слегка прищуренно.
— В комнату для гостей, — решительно сказал я, чтобы разрядить немного обстановку и беря Айн Ханну под руку. — Мастер Танис?
— Да, — он быстро закивал, затем показал жестом в сторону лестницы.
Всё это так и происходило в полной тишине, так как убийственная аура, распространяемая госпожой Асгейл, не спешила рассеиваться. Только когда мы дошли до лестницы, давление начало постепенно отступать.
Второй этаж представлял собой большую лавку с витринами, где лежали самые разные артефакты: в виде больших серебряных дисков, колющего и режущего оружия, золотых украшений и прочего, прочего. Отдельно лежали какие-то редкие растения и корешки. Посетителей здесь было значительно меньше, и выглядели они существенно богаче. Управляющий на этаже собрал их в дальнем углу и угощал вином в качестве извинения за причинённые неудобства. Говорил, что глава уже со всем разобрался и нет причин беспокоиться.
Танис провёл нас в одну из дальних комнат, обставленную дорогой мебелью, располагающей к деловым беседам. Почти сразу за нами в комнату вошла женщина из той же расы. Лицо закрыто вуалью, из-под которой можно было увидеть красные огоньки глаз. Волосы у этих демонов росли жидкие, поэтому женщина стянула их в лёгкий хвостик. И если не обращать внимания на копыта, фигура у неё была очень соблазнительная, особенно в местном наряде из лёгкого шёлка. Она принесла запечатанный кувшин с узким горлышком, а следом вошла ещё одна, со стеклянными бокалами.
— Лучшее вино, что можно купить в Альведэ за золото, — сказал Танис, забирая кувшин, пальцами кроша воск на крышке. Откупорив, принюхался, удовлетворённо покачал головой. Разлив по бокалам тёмно-красное вино, он сделал большой глоток. — В Альведэ любят хорошее вино. Вот это делает гильдия И́хим. На мой взгляд, среди всех они лучшие. Пробуйте, пробуйте.
Он сделал ещё один большой глоток, ополовинив бокал. Я попробовал и пару раз кивнул, вино оказалось полусладким и действительно вкусным.
— Часто бываете в Альведэ? — спросил Танис, боясь посмотреть в сторону Айн Ханны, которая сверлила его взглядом. Я поставил перед ней один из бокалов, а то разговор с бывшим владыкой у нас точно не получится.
— Мы тут проездом, — ответил я. — Хотим продать десяток артефактов и уйти в сторону красных миров. Золото нужно, но без желтяка.
— Сложно с этим, — покивал он. — Спрос на него нынче большой. Четыре или пять к одному меняют на любое другое. У меня есть запас, могу поменять.
— Для начала нужно его заработать, чтобы поменять. Кто у вас артефакты оценивает?
Танис немного замялся, посмотрел в сторону двери.
— Крысёныш Кве, — сдался он. — Вернулся к нам недавно. Куда дел идол, что стащил у вас, не говорит. Я вас очень прошу, простите его. Лично заплачу за утерянное, сколько пожелаете.
— Этот тот синий ящер? Понятно. Да мы уже и забыли про это, так что не переживайте.
Понятно, что этот самый ящер, с уникальным даром оценки артефактов и был той самой золотой жилой, которая приносила доход новоиспечённой гильдии Ночи. Лучше уж с ними сейчас быть в хороших отношениях.
— В Альведэ проводят аукционы артефактов?
— Случается, — кивнул он. — Повод нужен. Простите, но ради десятка артефактов, даже очень хороших, префект города провести его не даст. Но мы можем устроить открытые торги в нашей гильдии. Это почти то же самое, только название другое и без богатых гостей, но я знаю несколько демонов в городе, обладающих солидным запасом золота.
— Но и заработаем мы меньше, — задумчиво произнёс я.
Вспомнив слова Ивы, я распустил шнурок на кошельке, привязанном к поясу, и вынул один из камней с кровью великого змея. Глаза Таниса расширились от удивления. Он даже руки протянул к нему, но вовремя одумался. Налив ещё вина, выпил одним глотком.
— Я могу продать несколько таких камней и ещё с десяток похуже, — сказал я и положил камень поближе к нему. — Но и артефакты вы зря сбрасываете со счетов, среди них есть кое-что уникальное и крайне дорогое. Не уверен, что у ваших богатых знакомых хватит золота, чтобы их купить. Мастер Кве может оценить их прямо сейчас, если не стащит.
— Конечно, оценит, никуда не денется, — Танис осторожно взял кровавый камешек в руки, поднёс к глазам и посмотрел на свет. Мне показалось, что огоньки в его глазницах вспыхнули ярче.
— Если вы договоритесь с префектом города насчёт большого аукциона, этот камень станет вашим. Насколько высоко они здесь ценятся?
— Поторговаться за них придут, — с какой-то странной интонацией ответил он. Не уточнил, кто именно придёт, но то, что у них водится золото, подразумевалось.
Танис ненадолго задумался, не спеша отпускать кровавый камень. Было видно, что получить его хочет, но не до конца уверен, что удастся привлечь большой интерес к аукциону.
— Если среди артефактов будет хотя бы пара вещей превосходного качества, о большом аукционе я договорюсь, — сказал он, пряча камень в мешочек за пазухой.
— Вот и отлично, — согласился я. — И не забудьте пригласить специалиста, кто будет проверять качество золота. Нужно золото без желтяка, так как мы направляемся в красные миры, и дорога будет долгой.
— Решим это. Артефакты у вас с собой? Тогда можно их сразу и оценить.
Магические предметы — вещь специфическая, необычная хотя бы тем, что человек, получивший огненный дар, или демон, родившийся с ним, могут взять в руки жезл или статуэтку и поразить врага молнией. Можно надеть на палец колечко, и все вокруг перестанут чувствовать в тебе магическую силу. Да что далеко ходить, видел я как-то старый кулон на цепочке, позволявший почти любому использовать телекинез. Сейчас этот артефакт хранится в сокровищнице императора Хумы, но я его встречал в руках главы гильдии наёмников. От рождения он владел как раз огненным даром, но предпочитал отрывать врагам головы с расстояния в двадцать шагов.
Как именно работают артефакты, я не знаю, а толковых книг на данную тему в подвале храма не встречал. Есть у меня теория, что они несут в себе магический символ, как татуировка на спине у дами. На это указывало то, что любой предмет, какого бы размера он ни был, давал доступ лишь к одному умению. Не было жезла, позволявшего создавать и огонь, и молнию одновременно. Вторая особенность в том, что не важно, слабый у тебя дар или сильный, ты можешь использовать любой артефакт, даже самый могущественный, если на плечах голова, а не тыква. Более сильные артефакты требуют умения концентрации и поддержания потока силы, чему нужно тренироваться. К примеру, дами для этого используют светящиеся кристаллы. Говоря о мастерах, умеющих создавать артефакты, то они встречались ещё реже, чем специалисты по нанесению символов. Я с такими пока не сталкивался, но слышал, что один великий мастер когда-то жил в Хуме.
На втором этаже торгового дома артефактов было около двух десятков. Даже меньше, чем в одной комнате дома-хранилища светлоликих. Набор колечек, кулонов, несколько пластин и изысканный меч в ножнах. Самой дорогой была золотая пластинка, врезанная в деревянную дощечку. По словам Таниса, она могла крошить камень, превращая даже крепкий мрамор в щебень. Такой артефакт мог снести дом или участок городской стены всего за минуту. Не знаю, кому подобное может понадобиться, так как людям и демонам он не вредил. Самым дешёвым артефактом было кольцо, что плевалось слабеньким, но эффектным огнём. Стоило оно около двухсот местных золотых монет.
Как и в нашу прошлую встречу, мастер Кве предпочитал работать в небольшой комнате без окон, напоминающей склад и заваленной самыми разными драгоценностями. С нашей последней встречи он нисколько не изменился, был всё таким же синим, с глупым выражением морды. Когда мы вошли в комнату, он трапезничал. На серебряном блюде перед ним лежала большая сырая рыбина, аккуратно выпотрошенная. Держа руками, он отрывал от неё куски острыми зубами и жевал с большим аппетитом.
— Кве, хватит жрать, — сказал ему Танис, но совсем не зло. Забрав рыбу и серебряный поднос, вручил белое полотенце, чтобы он смог вытереть руки и морду.
Когда мы вломились всей компанией, в комнате сразу стало тесно, но Кве на это даже внимания не обратил. Поморщился только, когда рыбу отняли, проворчал что-то.
— Доешь, когда оценишь пару артефактов, — сказал ему Танис. — И смотри у меня, присвоишь что-нибудь, твоя голова пойдёт на корм следующему оценщику. Понял меня?
— Кве не глупый, — ответил ящер, посмотрев на меня и явно узнав. Вытер руки о полотенце и протянул их в мою сторону с таким видом, словно я ему снова статуэтку принёс.
— А он на понятном языке не говорит? — спросила Беата, с любопытством разглядывая ящера.
— Я буду переводить, — сказал я, затем протянул ящеру одно из колечек.
Пальцы у мастера Кве были ловкими, с такими только щипачом работать на рынке. Просунув в кольцо мизинец, он сцапал его у меня, прислушался.
— Кровавая боль внутри, — сказал мастер Кве, поморщился, откладывая колечко на стол и отодвигая подальше от себя. — Пять тысяч — начальная цена.
— В смысле? — не понял Танис. — Что за боль такая?
— Жертва истечёт кровью, мучительно. Спасения нет, защиты нет, с ценой сложно. Пять тысяч мало, но хорошо.
— Пять тысяч в местном золоте? — уточнил я, глядя на замолчавшего Таниса и на притихшего ящера, с опаской смотрящего на колечко. На всякий случай забрал его, спрятав в кошель на поясе.
— Он местное золото не воспринимает как таковое, — отозвался бывший владыка демонов, вытаскивая знакомую монету, весом в пять грамм. — Таких.
— Неплохо, — удивлённо произнёс я.
Даже если по стартовой цене кто-то колечко купит, то это будет двадцать пять килограмм золота. Почти та сумма, о которой говорил Стоки.
— А купят за такую цену? — спросила Зои, когда я перевёл слова Кве.
— Не самая дорогая вещь из того, что мы продавали, но близко к этому, — ответил вместо меня Танис. — Всё, что дороже тысячи монет, уже можно считать превосходным артефактом. Кве ещё ни разу не ошибался.
Танис не удержался, погладил его по макушке. Я же протянул второе колечко, которое мастер Кве подцепил так же, как и первое, просунув в него мизинец. На стол кольцо он бросил ещё быстрее, чем предыдущее и даже руки убрал к груди, стараясь держаться от него подальше.
— Удушье, — сказал ящер. — Пять тысяч мало, но хорошо…
— Я же просил говорить понятнее, — сказал бывший владыка.
— Кольцо не даёт дышать всем, кроме хозяина. В большом доме все задохнутся.
— Ну светлоликие, ну затейники, — проворчал я, убирая кольцо к первому. Продавать что-то ещё уже не хотелось, но я всё же вынул жезл, вырезанный из дерева. Положил на стол перед ящером, который тоже оценил коллекцию длинноухих и трогать жезл не спешил.
— Давай, — подбодрил его Танис, говоря тихо.
Кве протянул руку, коснувшись грубого дерева пальцем. Создатель этого артефакта не стал покрывать его лаком и не пожелал полировать до блеска. Я обратил внимание на едва заметную трещинку, протянувшуюся через весь жезл. Вполне вероятно, что его склеили из двух половинок.
— Кровавый цветок, — сказал он с облегчением. — Десять тысяч мало, но хорошо.
— Выворачивает жертве рёбра наизнанку и ломает все кости? — уточнил я, на что ящер быстро закивал. — Понятно.
— Боюсь спросить, где вы нашли такие страшные артефакты? — Танис посмотрел, как я убираю посох в сумку, заметив там ещё один.
— И правильно, что боитесь, — ответил я. — Думаю, что этого нам хватит. Хотя… любопытно вот что.
Я достал из сумки серебряную табакерку и положил перед Кве. Он коснулся её ладонью и расцвёл от счастья. Приподнялся воодушевлённо, словно ребёнок, получивший долгожданный подарок на день рожденья.
— Вечный огонь! — важно сказал он. — Цены нет.
Нырнув под стол, он чем-то загремел, как будто перебирал монеты, затем выбрался, держа в руках мутный энергетический кристалл. Открыв табакерку, положил кристалл, закрыл с большой осторожностью.
— Уставший камень напитает силой, если носить Вечный огонь с собой, — сказал Кве. — Если цены нет, то вес продавца в золоте — начало торгов.
Пока Танис переваривал сказанное, я вынул из серебряной табакерки кристалл, положил его на стол и спрятал артефакт в сумку.
— А сколько весит молодой господин? — спросил Танис, оглядывая меня.
— Если на ваши монеты переводить, то… тысяч шестнадцать или восемнадцать будет.
Он поморщился, словно и сам не прочь был купить табакерку. Затем ему в голову пришла какая-то идея, отчего он немного воспрянул духом.
— Большая охрана у молодого господина? — спросил он.
— Полторы сотни одарённых.
— Это хорошо. Суммы большие, учитывая кристаллы.
— Понимаю, — я едва не сказал, что у меня с собой ещё куча колец и цепочек с кулонами, а дома несколько сумок с чем-то подобным. — Значит, договорились насчёт аукциона?
— Нужно несколько дней, чтобы оповестить богатые гильдии и всё подготовить. Где Вы остановились?
— В Клопите, в гильдии караванщиков Северной Яры.
— Знаю, где это, — бывший владыка кивнул. — Лично сообщу о готовности. Вы уже оплатили стоянку?
— За десять дней отдал четыре с половиной сотни золотых монет. Хороших монет.
— Переплатили, — он покачал головой, а взгляд слегка полыхнул гневом. — Ничего, я прижму кое-что главе этой гильдии, чтобы впредь думал, кого обманывать.
— Не нужно. Если в десять дней уложимся с аукционом, то мы задерживаться в Альведэ не будем.
— Даже не знаю, спускать это ему с рук…
— У меня ещё одна просьба. Можете продать мне пару кувшинов вина, которое мы пробовали недавно.
— Конечно, — Танис кивнул. — Я провожу. Кве, обедай и скажи Луку, что ты сегодня больше не работаешь, так как будешь мне нужен. Ясно?
— Кве всё ясно, — кивнул ящер, провожая меня внимательным взглядом.
Перед возвращением в Клопит мы походили немного по торговой улице, посмотрели на местные товары. Больше всего девушек привлёк магазин тканей, коей было столько, что разбегались глаза. В лавке портного по соседству из купленной ткани обещали сшить любой наряд, даже расшитый золотыми нитями. Горожанки в Альведэ носили самые обычные приталенные платья из практичной ткани, но встречались наряды и на восточный манер из тонкого шёлка. Зои и Беате очень понравились платки из невесомой прозрачной ткани, по четыре золотых монеты за штуку, поэтому пришлось купить всем, включая госпожу Асгейл. В местной валюте они стоили существенно дороже, но увидев «хорошее» золото, хозяин расщедрился и сделал скидку. Ещё пару монет мы потратили на обед в местном дорогом ресторане, куда заходили покушать только зажиточные торговцы. Наелись до отвала, заказав рыбу со специями, нежное мясо и какой-то очень дорогой чай.
Когда же мы собрались ехать обратно, у стоянки повозок нас поджидала группа дами из трёх женщин. Одеты они были в длинные светлые платья, а чтобы не сгореть на солнце, носили накидки с капюшоном. Узнать в них дами можно было не только по цвету глаз, но и по обилию татуировок, покрывающих лица, шеи и даже кисти рук. Думаю, что именно таких приводил Коллекционер в мир с дырой, на один из аукционов.
— Приветствуем высокородную дочь рода дами в Альведэ, — сказала одна из татуированных. — Хорошо, что нашли тебя первыми мы.
Молодые женщины, что стояли перед нами, хотя и были из рода дами, но не могли похвастаться родословной. Беата была моложе, но выше ростом, черты лица правильные и радужка глаз идеально белая. Они уступали ей даже в осанке и чистоте голоса.
— И я рада вас видеть, — сказала Беата. — Мы из города Хумы, что в пяти мирах пути отсюда.
— Всего в пяти мирах? — удивилась одна из них, скорее всего, самая старшая.
— Это если учесть, что вела нас пара лучших проводников из коллегии картографов, — добавил я. — Хума недалеко от мёртвого города, если вы знаете…
— Молчи, человек! — почему-то рассердилась она. — Не мешай, когда говорят дами.
— Ты рот другим не затыкай, — прищурилась Беата. — Пока тебе его песком не набили.
Надо пояснить, что говорили мы на языке дами, а в нём есть немало обидных слов. Собственно, «человек» она произнесла в очень грубой форме. Дами, живущие в Хуме, подобное себе не позволяли, даже когда я попал туда впервые.
— Бойкая — это хорошо, — улыбнулась татуированная, не воспринимая слова Беаты всерьёз. Подруга толкнула её в бок, показывая на меня. — Ну что?
Только одна из них придала значение тому, что я тоже говорил на их языке. Я собрался продемонстрировать ещё, но Беата жестом остановила меня, хмуро посмотрев на них.
— Разрисовали себе лица и думаете, что лучше других? — спросила Беата, используя силу сразу третьей молитвы.
Пространство вокруг задрожало, отзываясь на её голос. А так как мы стояли посреди оживлённой улицы, то это вызвало ожидаемую реакцию. Люди и демоны бросились в разные стороны, почувствовав лёгкий укол боли.
— Беата, остынь, — я положил руку ей на плечо.
— Кто они такие, чтобы так разговаривать? — возмутилась она, и пространство задрожало ещё сильнее.
Девицы, похоже, до третьей молитвы пока не доросли, так как втянули головы в плечи и немного попятились. Беата же с шумом выдохнула через нос, смерила их таким взглядом, что я бы на месте этих дами испугался. Потеряв к ним всякий интерес, она взяла меня под руку и потянула к повозке, из-за которой выглядывал хозяин злобной лошади, пытаясь понять, что происходит. Другие лошади нервничали, переступали с ноги на ногу и недовольно ржали, а эта скотина только уши в нашу сторону повернула и хвостом махнула.
— Дуры разукрашенные, — сердито сказала Беата.
— Полностью с тобой согласен, — подтвердил я.
Останавливать нас не стали, поэтому мы спокойно сели в повозку и отправились в Клопит. Этот маленький инцидент слегка испортил прекрасное послеобеденное настроение, но уже через двадцать минут мы об этой троице забыли. Зои, когда услышала, что они нехорошо отозвались обо мне, практически оскорбив, предлагала вернуться и дать ей возможность разобраться с ними. А потом ещё долго рассказывала, что нельзя позволять кому-то оскорблять тебя. В тёмных мирах демоны старались следить за тем, что говорили, так как любое оскорбление могло закончиться серьёзной дракой. В мире Зои, если простой человек позволял себе подобное в адрес дворянина, то его могли убить на месте.
Всю обратную дорогу я думал, что надо бы поговорить с Ивой и спросить, специально ли она подобрала эти артефакты или выбрала из того, что не жалко потерять. Это было поучительно, но неприятно тем, что она могла бы предупредить об этом заранее, раз оракул. И Ива словно мысли мои читала, так как когда мы заехали на территорию гильдии караванщиков, то она стояла у площади там, где повозка развернулась. И выглядела при этом язвительно-довольной, как будто собиралась сообщить очень неприятную новость.
⠀⠀
Из-за жаркого солнца на площади гильдии караванщиков было пусто. В полдень спасительной тени почти нигде не осталось, поэтому люди старались не выходить на улицу лишний раз. Сухой воздух обжигал при каждом вдохе, отчего хотелось пить. Я как раз заметил несколько человек недалеко от здания столовой, носивших воду в вёдрах и разгружающих телегу с мешками и ящиками. Значит, на местном рынке всё же смогли закупиться. Хорошо бы при этом не потратили много золота.
Повозка заложила полукруг и остановилась в центре площади рядом с Ивой.
— Понятно, почему город оживает только к вечеру, — сказал я, помогая девушкам выйти из повозки.
— Может, завтра утром сходим посмотреть на один из храмов дами? — спросила Беата. — Хотя бы со стороны на него глянуть.
— Обязательно, — я кивнул. — Идите, я вас догоню.
Беата бросила на Иву короткий взгляд, затем подхватила под руку Зои, и они ушли к дому, о чём-то перешёптываясь.
— Что случилось? — спросил я у Ивы.
— Давай прокатимся, — сказала она и благодарно кивнула, когда я подал ей руку, помогая подняться в салон. — Это срочно и важно.
— Мы в этой повозке час провели на жаре, — проворчал я. — Это «срочно» может немного потерпеть?
— Нет, — отрезала она, требовательно посмотрев на меня.
— Куда? — вздохнул я, понимая, что отвертеться не получится.
— К складам. Они должны быть где-то в этой части города.
Возница подобную просьбу воспринял спокойно, сказав, что знает, где в Клопите склады. В отличие от нас, он всю дорогу сидел прямо под солнцем, спасаясь лишь под широкополой шляпой, напоминающей сомбреро, только уставшее.
— И всё же, в чём дело? — спросил я, закрывая дверцу повозки и садясь напротив Ивы.
— Прояви терпение, — сказала она. — Ты вино купил?
— Купил, — я показал на специальные плетёные корзинки, в которых местные транспортировали хрупкие кувшины с вином. Танис подарил мне два кувшина литра по три каждый. Сказал, что у него договорённость с винодельческой гильдией. Чем больше он богатых клиентов угостит, тем лучше.
Ива кивнула, не став ничего говорить или объяснять, но было видно, что за напускным спокойствием скрывается волнение. Пока мы ехали на север от гильдии караванщиков, я сверлил её взглядом, который Ива просто игнорировала. Обратил внимание, что она выглядела так, словно не могла нормально выспаться последние несколько дней. Ещё она немного загорела, а кисти рук слегка покраснели. Вроде всего один день шли под ярким солнцем. Мы с Беатой достаточно долго прожили в Хуме, где мало солнечного света, но пока ещё не сгорели.
Повозка минут пятнадцать петляла по узким улочкам Клопита, пока не выехала на задний двор большого складского комплекса. Ни забора, ни ворот здесь не было, лишь длинные одноэтажные здания с массивными деревянными створками и площадками для погрузки и выгрузки товаров. Никто в здравом уме не станет работать в полуденную жару, поэтому вокруг было пустынно. Я даже охраны не увидел, хотя чувствовал, что несколько демонов прячутся внутри складов, спасаясь от палящего солнца. И если в городе напротив каждой лавки растягивали навесы из ткани, то здесь был только серый камень брусчатки и выкрашенные в белое здания.
— Здесь? — спросил я у Ивы, выглядывая из окна.
— Хорошее место, — кивнула она, жестом показала, чтобы я не мешкал.
Остановились мы как раз на одной из площадок для разгрузки, в пяти метрах от длинного склада. Крыша у него была такой же плоской, как у большинства зданий в городе. Время перевалило за час после полудня, и солнце зависло прямо над нами, поэтому в пределах видимости не было ни одной тени. Выходя из повозки, Ива захватила один из кувшинов с вином. Успела спрыгнуть с подножки за секунду до того, как я подал ей руку.
— Давай туда отойдём, — она показала в сторону открытой площадки, откуда просматривался длинный ряд складов.
— Осторожней, — я успел подхватить её под руку, чтобы она не оказалась близко к плотоядной лошадке. — Уши к ней в пасть не суй, откусит.
Ива бросила на меня красноречивый взгляд, сердито высвободила руку и пошла вперёд. Я лишь хмыкнул, направившись следом. Могла бы сразу сказать, что планирует и зачем мы сюда припёрлись.
— Жарко, — рядом со мной встала Айн Ханна, прикрывая ладонью глаза от солнца. — Ни одной тени рядом.
— Тоже это заметил, — негромко произнёс я.
Ива отошла от повозки буквально шагов на десять и остановилась. Держа одной рукой кувшин с вином, второй сломала воск и вынула пробку, отбросив её в сторону. Принюхалась к содержимому и принялась пить прямо из горлышка, проливая вино на платье. Мы с Ханой смотрели на это, едва рты не разинув от удивления. Я даже забыл, что хотел сказать.
— Эм… Ива, с тобой всё в порядке? — уточнил я.
— Она явно не в себе, — сказала Ханна, положив ладонь на рукоять большого ножа на поясе. — Наверное, из-за жары.
Отпустив кувшин, Ива вытерла рукавом губы и подбородок, не обратив внимания на то, что платье испачкалось. Хотя на платье она и так уже пролила изрядно.
— Вкусное, — сказала она. — Только тёплое.
— Оно же крепкое, и его разбавлять надо. Если пить его на такой жаре… тебе же плохо будет.
— Как будто мне до этого было хорошо, — фыркнула она и, поморщившись, снова приложилась к горлышку.
Я всё же решил её спасти, подошёл, чтобы отнять кувшин. Ива, не глядя на меня, шагнула назад и слегка повернулась, чтобы не получилось схватить его. Отпив ещё и пролив гораздо больше, чем в первый раз, она опустила кувшин.
— Тоже хочешь? — Ива с силой сунула мне кувшин в руки. — Держи.
— Что случилось? — вздохнул я. — Если тебя кто-то из людей обидел, скажи мне, и я ему лично морду набью. А потом заставлю местный туалет чистить на такой жаре.
— Мне просто нужно немного опьянеть, — сказала она. — Если бы мы не убегали из храма так поспешно, то я бы захватила травы для расслабляющего разум отвара.
Последнее она добавила язвительно. Облизнув губы, Ива снова посмотрела на кувшин, который я быстро протянул Ханне, стоявшей позади.
— Ладно, самое время, — она повела рукой перед собой, повернув её ладонью вверх. В воздухе засверкали искорки, заметные даже в таком ярком солнечном свете. Думаю, что ночью подобное бы смотрелось гораздо эффектнее. Задумавшись на секунду, она встала чуть правее. — Я плохо говорю на тёмных языках, поправь, если где-нибудь ошибусь.
Последнее она добавила, говоря на одном из языков местных миров, при этом очень даже неплохо. Ханна посмотрела на неё, отметив что-то для себя. Я знал, что она этот язык понимала, как и русский, на котором говорили люди. Светлые искорки над ладонью Ивы продолжали появляться, вспыхивать и исчезать. Некоторые затухали сразу, а самые крупные умудрялись падать на землю.
— По-моему, я говорила, что могу видеть только своё будущее, — сказала Ива с лёгким недовольством в голосе. Глазки у неё уже заблестели, а на щеках появился румянец. — Вчера заглянула в ближайшее будущее, пытаясь понять, насколько долго мы застрянем здесь, и у меня не получилось. Не вышло ничего узнать из-за банальной причины. Сегодня я должна буду умереть, мучительно, если тебе это интересно. И всё из-за символа, который ты мне оставил на спине…
Она поморщилась, пожевала губами, пытаясь подобрать слова так, чтобы не скатиться в откровенную брань. По крайней мере, мне так показалось.
— Чтобы ты знал — это омерзительная магия.
— Знаю, — ответил я. — Только не совсем понятно, что там насчёт символа? Если он тебя убьёт, то, значит, я?..
— Твоя догадливость может соперничать только с твоим остроумием, — ехидно улыбнулась она, быстро пьянея. Может, ничего не ела с самого утра, при этом прикончив больше половины кувшина, с учётом пролитого на себя. А вино имело градусов пятнадцать, как минимум. Танис предупреждал, что такое вино нужно разбавлять, но оно ему нравилось именно в чистом виде.
— А раньше нельзя было сказать? — спросил я, пока не зная, как реагировать.
— Нельзя. Как я могу узнать, кто тебя убьёт, как именно и за что, если моё будущее обрывается вместе с твоим?
— А сейчас знаешь, кто?
— Да хотя бы он, — Ива пьяненько кивнула в сторону повозки.
Мы одновременно с Ханной обернулись. Возница — самый обычный демон неприметной наружности, лениво наблюдал за нами. Ива такое шоу устроила, а он даже бровью не повёл. На человека этот демон походил довольно сильно, рогов не имел, и пока молчал, сложно было разглядеть острые треугольные зубы. Увидев наш интерес к своей персоне, он оживился, даже потянулся за поводьями, собираясь подогнать повозку поближе, но остановился. Не знаю, может, понял, что его раскусили, или ещё что-то, но вместо поводьев он вынул из-под лавки короткий меч с широким лезвием. Я заметил только размытый силуэт, когда он вскочил и прыгнул в нашу сторону с такой силой, что повозка сильно качнулась. Лошадь при этом не заржала, а зарычала, так как ей пришлось попятиться.
Ива ухватила меня за локоть и потянула на себя, чтобы не мешал Ханне. Я же замешкался и не успел ничего сказать, чтобы призвать силу голоса. Размытый силуэт упал точно в то место, где я стоял только что, сталкиваясь с Ханной, отчего её крутануло, отбрасывая на пару шагов. По инерции демон закувыркался по земле, разбрасывая вокруг красные капли крови, так как Ханна умудрилась всадить ему нож в шею и распороть её, едва не оттяпав голову. Хорошо бы она кисть не сломала от такого столкновения.
— Да твою ж… — начал было я, но Ива, вцепившаяся в спину, развернула меня лицом к одному из складов, не дав закончить фразу.
Мне в грудь что-то ударило и отскочило на землю. Второй снаряд попал в живот, но с тем же успехом. Я заметил что-то блестящее, упавшее на серую брусчатку. Это был арбалетный болт с широким лезвием, покорёженный от столкновения с защитой. Ива снова развернула меня лицом к очередному складу с массивными деревянными дверями, одна из створок которых была открыта. Из-под мышки у меня высунулась её рука с зажатым деревянным жезлом. Не заметил, когда она успела достать его из сумки, зато почувствовал две короткие вспышки силы. От дверей склада до нас было метров тридцать, не маленькое расстояние, но пару демонов я увидел, только когда они споткнулись и кубарем полетели на землю. Хруст от заклинания кровавого цветка можно было услышать даже с такого расстояния.
— Там, — Ива снова меня развернула, теперь уже лицом к проходу между длинными рядами складских зданий. Снова последовала вспышка силы, и ещё два демона покатились по земле сломанными куклами. — Получили?! Надеюсь, что вам было так же больно, как и мне!
Учитывая, что прокатились по земле не меньше десяти метров, бежали они с огромной скоростью. Я ведь даже не заметил, когда эта парочка успела выскочить из здания.
— Так их! — Ива отпустила меня, взмахнула жезлом, едва не потеряв равновесие, и рассмеялась.
— Эй, ты с этой штукой аккуратнее, — сказал я, пытаясь забрать жезл, но она ловко уклонилась. Вторая попытка тоже оказалась неудачной, ещё больше развеселив Иву. — Ладно, чёрт с тобой. Ханна, ты как?
— Я в порядке, — ответила она, встав рядом и разглядывая здания складов. Нож она держала уже в левой руке, скорее всего, потянув запястье правой.
— Твои люди где?
— Солнца много, поэтому они в лагере остались.
— Ива, прекрати размахивать жезлом! — начал сердиться я, на что Ива показала мне язык и зашагала к повозке.
— Сегодня тебя убивать больше никто не будет, не беспокойся, — добавила она на языке красного мира.
— Что она сказала? — спросила Ханна.
— Что убийцы на сегодня закончились.
Мы ещё немного постояли, разглядывая пустынную территорию рядом со складами. Ханна направилась к телу возницы, лежавшему на спине и смотревшему в небо остекленевшими глазами. Я тоже подошёл полюбопытствовать, поморщился, глядя на распоротую шею. Оскалившись, он обнажил острые треугольные зубы и на человека походил ещё меньше, чем при жизни. Наклонившись над телом, она запустила руку ему за пазуху, вынула кошель с монетами и бросила мне. Больше при нём ничего не было, но Ханну это не удовлетворило. Она повернула его набок, вспорола серую накидку с длинными рукавами, которую демон носил как халат. На обратной стороне плеча у демона был выжжен какой-то знак.
— «Между ладонями», — перевёл я символ. — Что это значит?
— То и значит, — она отпустила руку демона, затем встала. — Тэномра. Фанатики, из-за которых Малеф боялся покидать горы Ракку.
— А от меня они что хотят? Я здесь всего один день, а меня уже… убили.
Айн Ханна посмотрела в сторону повозки. Открыв дверцу, Ива сидела на полу, свесив ноги наружу, найдя единственную тень в округе. Поймав наши взгляды, она заулыбалась, помахала рукой.
— Они знают, что смерть Малефа повлечёт за собой гибель всех нас, — сказала Ханна.
— Я здесь при чём?! С чего они вообще взяли, что я с вами как-то связан? Мы только вчера вечером приехали, а я на каждом углу об этом не кричал.
— Пока не знаю, — спокойно ответила она. — Но выясню это. Прости. Расслабились. Больше этого не повторится.
Я набрал в грудь воздуха, чтобы сказать всё, что думаю по этому поводу, затем выдохнул и молча пошёл в сторону повозки. Ива улыбнулась мне, сунула в руки жезл до того, как я стал ругаться.
— Да, я пьяна, — ответила она неуверенным голосом. — Надо было напряжение снять и вообще… Ты даже не знаешь, как тяжело с тобой. Ханна не даст соврать.
— Это вам со мной тяжело? — я даже оторопел от такой наглости. — Если бы не ты и не Ханна, я бы вообще в это дерьмо не вляпался. По самые уши… Ладно, я спокоен. Всё, уже спокоен. То есть, эти бы меня сегодня убили? Когда?
— Когда солнце будет вон там, — Ива не глядя показала пальцем в потолок повозки. Выходило, что где-то часа через два. Я как раз планировал снова в город поехать, посетить коллегию картографов.
— Спасибо.
— Пфф, — она фыркнула.
Неприятно осознавать, что тебя сегодня могли убить. Точнее, не могли, а убили бы. А я ведь считал себя невероятно крутым и сильным как сотня демонов.
— Вот, а мне говорили, что ты безобидный оракул, обменявшая способность к магии на предсказывание будущего, — сказал я, на что Ива улыбнулась.
Если посмотреть на всё со стороны, то нападение на меня не обязательно могло быть связано с горой Ракку. Может, это местные барыги решили отжать артефакты, о которых я им сам и рассказал. Вряд ли Танис успел им передать, сколько эти артефакты стоят, но сбрасывать со счетов эту версию я не буду. Взять бы одного из них живым, чтобы расспросить как следует.
— Ханна, обратно на повозке поедем, — сказал я. — Будем считать, что нам её подарили. Давай убираться отсюда, пока власти города не прибежали и проблем у нас не прибавилось.
Айн Ханна бросила осматривать два ближайших тела, вытерла руки об их одежду и поспешила к повозке. Я же помог Иве пересесть с пола на сидение, и пока мы ехали обратно, она благополучно уснула. Только к возвращению на стоянку гильдии караванщиков я смог немного отойти от случившегося. Ханна направила повозку прямо к дому, куда поселили Иву. На площадке вокруг по-прежнему было тихо, но у казарм людей появился Максим Артёмович в компании лохматого хозяина стоянки и ещё одного такого же демона.
Едва я вышел из повозки, рядом появилась Салме с дежурной улыбкой.
— С возвращением, — сказала она, принимая у меня из рук сумку с артефактами. — Мы нашли здесь…
— Позже, — остановил я её. — Дай мне с насущными проблемами разобраться, потом уже будем ваши решать. Иву переодеть и спать уложить. И тазик рядом с кроватью поставьте, мало ли.
— Я всё поняла, — кивнула Салме.
— Артефакты убери и поставь кого-нибудь на охрану. Чтобы без меня никто не подходил и ничего не брал, ясно?
— Сделаю, — снова кивнула она.
Из дома выбежал мужчина из охраны, поймал взгляд Ханны и поспешил занять место возницы.
— Вино из салона заберите, — вспомнил я. — Чувствую, что вечером тоже очень захочу напиться. Или раньше.
Не знаю, как они общались друг с другом, но из дома вышла ещё одна молодая женщина с фиолетовыми глазами, с которой я знаком не был. Она легко подняла спящую Иву на руки и унесла в дом. Салме забрала нетронутый кувшин с вином, осмотрела салон, чтобы ничего не забыть, и поспешила следом.
Максим Артёмович с лохматым демоном терпеливо ждали, пока я подойду. Невооружённым глазом было видно, что общий язык они найти не смогли.
— Добрый день, господин Василий, — вперёд вырвался лохматый, опередив человека. — А мы Вас очень ждали.
— У Вас что случилось? — устало спросил я.
— Ничего, — он даже удивился моей реакции. — Понимаю, проблемы, связанные с руководством большим отрядом. Я здесь как раз ради этого.
— Ближе к делу.
— Я видел, что ваши люди ходили на рынок закупать продукты. В Альведэ сейчас тёплый сезон, и всё портится быстро, а на рынке вас обязательно обманут, как приезжих. Это мой брат, Орбтун. Он занимается снабжением караванов едой в дорогу и на местном рынке всё знает. Вы для нас дорогой клиент, поэтому денег с вас не возьмёт, но поможет организовать доставку всего, что потребуется: еды, одеял, даже больших шатров, если понадобится.
— Подумаю над этим, — сказал я, не став их сразу посылать.
— Зачем думать? — удивился хозяин гильдии. — Помощь ведь бесплатная, необременительная и даже наоборот.
Поймав наши с Ханной хмурые взгляды, он решил не давить. Брат его, так вообще, когда Айн Ханну вблизи увидел, сделал такое лицо, словно вообще не понимает, что происходит.
— А повозка с лошадью? — вспомнил что-то лохматый. — Вы на ней приехали.
— Купил по случаю.
— Вот видите, — обрадовался он. — О чём я и говорил — вас легко можно обмануть. Это же дикая лошадь. Такие живут на западной равнине, и их редко приручают. Они хищники, которые охотятся на крупных банутов. Подбегают к ним и шею прокусывают острыми зубами. А когда жертва кровью истечёт, обгладывают так, что только костяк остаётся.
— Справлюсь как-нибудь, — отозвался я.
— Дело даже не в этом, — не сдавался он. — Эти лошади мяса съедают столько, что содержать их просто невыгодно. А если отпустите её и она кого-то съест, то вас же в убийстве обвинят. Именно поэтому в городе никто её у Вас не купит, даже если золото в придачу дадите. Вас и правда обманули.
— Я тут один день, а меня все подряд только и делают, что обманывают. Клянусь, что следующего, кто посмеет меня обдурить, я скормлю своей лошади и скажу, что он сам ей в пасть прыгнул. Спасибо за предложение помощи. Если она мне понадобится, Вы сразу об этом узнаете. Что-то ещё?
Лохматый посмотрел на меня маленькими глазками, затем неискренне улыбнулся.
— Мы будем в конторе, если понадобимся, — сказал он.
Я проводил эту парочку тяжёлым взглядом, затем посмотрел на Максима Артёмовича.
— Всё в порядке?
— Я так и не понял, что они хотели, — сказал он, кивая вслед удаляющимся демонам.
— Помощь предлагали. Обещали продукты продавать нам за хорошее золото.
— Точно! — он что-то вспомнил. — Будь осторожнее с золотом. Монеты, что здесь в ходу, почему-то гораздо дешевле, чем золото из других миров. Как минимум в четыре раза. Нас на рынке хотели нагреть на крупную сумму, но обошлось.
— И вы, не зная местного языка, это поняли? — удивился я.
— Когда каждый встречный демон на золото в твоих руках смотрит, как голодный волк на кусок мяса, можно догадаться. Мы даже лавку нашли в городе, где золото меняют по хорошему курсу. Четыре с половиной к одному.
— В Альведэ на торговой улице есть ювелирный магазин. Там меняют шесть к одному. Но вы пока не спешите. Золото я скоро достану, уже договорился об этом. Да, отправьте кого-нибудь плотоядную лошадь мою покормить. Как выяснилось, она только мясо жрёт.
— А её хозяин? Такой, в широкополой шляпе?
— Он меня прибить хотел. Недалеко от складов напал на нас, вместе со своей бандой. Так что будьте осторожней и бдительности не теряйте.
— Понял, — кивнул он. — Власти местные как отреагировали?
— Не успел сообщить ещё. Если придут разбираться, сразу ко мне отправляйте.
— А что по артефактам, дадут хорошую цену?
Я посмотрел на него, затем кивнул, подумав, что надо бы посоветоваться с кем-нибудь, послушать, что скажут. Это только в планах и мыслях всё просто, а когда доходит до дела, появляются сомнения.
— Пойдёмте, расскажу, что было, — сказал я. — Если помещения подходящего нет, можно у меня собраться. Там на первом этаже удобная гостиная.
— Я Сергея Павловича зову? — уточнил он. — Это наш аналитик, я вас знакомил накануне.
— Точно, — я вспомнил мужчину лет тридцати, всегда выглядевшего подозрительно и зыркавшего по сторонам, словно что-то задумал. — Зовите.
Ожидая гостей, я успел переодеться и вытереть лицо мокрым полотенцем. Пока гулял по городу, вспотел так, что сорочку можно было выжимать. Помогала мне Сайми, притихшая и какая-то несобранная. Оказывается, она с подругой нашла на территории лагеря большую бадью, которую хотели приспособить для купания. Мужчины обещали её почистить и всё подготовить. Если воды налить в полдень, то к вечеру она будет не просто тёплой, а горячей. Даже место для этого определили — на заднем дворе малых зданий. Я ей сказал, что если они всё организуют и мы с девушками сможем вечером окунуться, то будем им очень признательны.
Разговор с начальником отряда и его помощником начался с пересказа посещения торговой улицы и встречи с Танисом. Когда же высказал суммы на артефакты, лица у мужчин слегка вытянулись. Да я и сам, наверное, также выглядел, когда мастер Кве оценивал колечки. Затем вкратце рассказал про нападение на нас с Ивой, но умолчал про жителей гор Ракку и про то, что они хотят видеть меня своим владыкой. Насчёт последнего я тоже хотел совета спросить, но не решился.
— Артефакты, — начал Сергей Павлович, когда я закончил, — они все того же качества? Их же там несколько сумок…
— Да кто их знает, — я развёл руками. — Надо у Ивы спрашивать, но она утомилась и до вечера будет спать. Думаю, что они все ценные, учитывая, каким образом их светлоликие хранили. Вряд ли они стали бы тащить в домик, в другом мире, безделушки или просто украшения. Можно этого ящера за жабры взять и оценить всё, но тогда об этом узнает и его хозяин. Будем исходить из того, что да, каждое колечко или подвеска могут быть оружием массового поражения. Я даже не уверен, можно ли такое продавать.
— Тогда надо искать возможность найти золото другим путём, — сказал он.
— Конечно, — я хмыкнул. — На работу можно устроиться. Лет за десять общими усилиями накопим на проход дальше.
— Пару артефактов бы для самозащиты, — сказал Максим Артёмович. — Как тот же посох, которым госпожа Ива бандитов успокоила.
— Вы просто не представляете, насколько это опасная штука, — ответил я. — Если мне этот посох дать, то я либо себя покалечу, либо всех окружающих. Тренироваться нужно на чём-нибудь менее опасном, а уже потом переходить на удушающие кольца или пагубные жезлы. Так что — это не вариант. Чёрт с ними, с кольцами, их можно продать, нужную сумму мы уже получим. Посох отдавать не буду, Ива им пользоваться умеет, вот и пусть у неё хранится.
— А шкатулка и кровавые камни? — спросил Максим Артёмович. — Насколько они ценные?
— Камни в Хуме можно было по паре сотен золотых за штуку продать. Те, которые с кровью великого змея. Остальные существенно дешевле, максимум по десятке монет. Они ж нужны только алхимикам и дами, для нанесения символов. Я бы их тоже не продавал, но это было как условие для проведения аукциона. Что касается шкатулки, то это вещь крайне ценная. Я бы даже сказал, безумно ценная, но только для тех, у кого рога на голове растут. Вы знаете, что демоны могут усиливать себя, связывая силу с энергетическим кристаллом?
— Слышали, — кивнул Максим Артёмович, — но только поверхностно.
— Камни для них как большая батарейка, дающая очень много силы. Они их с собой носят, очень медленно накапливают силу внутри, чтобы потом быстро выплеснуть в случае необходимости. Чем чище кристалл, тем больше туда можно запихнуть энергии. Так вот, эта шкатулка может ускорять зарядку кристалла для демона. Вместо того, чтобы потратить на это пару лет, он может… ну не знаю, за неделю восстановить кристалл. Это я очень приблизительно сроки называю, так как не знаю, насколько всё быстро происходит. Для нас с вами шкатулка бесполезна, если только вы не хотите работать зарядной станцией на ножках для всех желающих демонов. Но тут нюанс есть. Ни один рогатый в здравом уме не отдаст свой камень кому бы то ни было.
— Понятно, — кивнул Сергей Павлович. — Вещь крайне редкая, нужная, очень дорогая, но специфическая. Как подарок какому-нибудь правителю демонов подошла бы идеально.
— Думаю, что многие придут как раз за ней, — сказал я. — И золота насыплют столько, что не унесём. В том смысле, что станем лакомой добычей.
— Согласен, — сказал Максим Артёмович. — В красном мире её ценность сохранится?
— Демоны там живут, — сказал я. — Но не так богато и хорошо, как здесь. Продать можно, думаю.
— Идеи есть, — ответил на взгляд начальника Сергей. — Но лучше не спешить. Василий, возьми пару артефактов сам, выбери случайным образом и сходи ещё раз к оценщику. Если и эти будут очень дорогими, то что-нибудь продать можно. А насчёт шкатулки и кровавых камней, то нужно помнить, что нам ещё обустраиваться на новом месте. Может случиться так, что там и половину цены не дадут. К тому же засветили уже редкие артефакты. Если не продавать, то могут возникнуть ненужные вопросы и подозрения.
Так и поговорили.
Оставшись один, я немного походил кругами по комнате, погружённый в тяжёлые думы, затем махнул рукой, решив, что сегодня больше никуда не поеду. Достал книгу, над переводом которой трудился последнюю неделю до отъезда из Хумы, и углубился в чтение. Это был алхимический справочник, сложный тем, что там упоминались ингредиенты, о которых никогда прежде не слышал. Затем я немного посидел с кинжалом, пытаясь понять смысл нанесённых на его лезвие символов. Такие вот простенькие дела заняли меня до самого вечера, когда солнце начало клониться к закату и на улице стало прохладно. Потом был ужин в компании девушек. И впервые за время путешествия, он был горячим и вкусным. Люди неплохо закупились на местном рынке, достав мясо, свежие овощи, специи и муку. Хлеб, который они пекли, был невероятно вкусным, или же это я изголодался по чему-то подобному?
После ужина мы с девушками пошли смотреть бадью, которую установили на заднем дворе. Почти два метра в диаметре, она напоминала половинку от огромной бочки, в которой смело можно поместиться втроём. Вода за полдня нагрелась совсем немного, но я готов был нырять даже в ледяную. Девушки идею тоже оценили, нашли где-то исподние сорочки длиной до самых пят и с большим удовольствием несколько раз окунулись в прохладную воду. Посмеялись, говоря, что это самое необычное приключение и путешествие в их жизни. Беата пыталась расспрашивать Зои о её родном мире, о родителях и в каком городе та живёт, но безрезультатно. Зои ушла в глухую оборону, только ресничками хлопала и коварно улыбалась, готовясь сильно удивить не только Беату. В отличие от подруги, я знал немного больше и встречу с её родителями ждал с тревогой.
Настроение после купания у меня немного поднялось, поэтому спал как убитый, и утром чувствовал себя просто прекрасно. Первым делом заглянул в гости к Иве. Думал, застану её болезненной, но с утра пораньше она выглядела даже лучше, чем вчера утром. Пока та приводила себя в порядок и одевалась, заглянул в комнату с артефактами. По совету аналитика нашёл самый некрасивый и громоздкий перстень, за который пару золотых было жалко отдавать. На сегодня у меня были грандиозные планы, и по пути можно заскочить в гости к мастеру Кве.
Спустившись в гостиную, застал Сайми, накрывающую на стол. Я попросил её принести две порции завтрака из столовой. Только вместо чая она заварила немного трав Иш, аромат от которых заполнял помещение.
— Сегодня у меня в планах прогуляться по городу, — сказал я. — Лошадь мою накормили?
— Это какая-то неправильная лошадь, — сказала Сайми и поёжилась. — Она мне чуть палец не откусила. А ещё она кожаный ремень порвала…
— Лошадь самая правильная, — улыбнулся я, — дабы тебе дорогу уступали в городе. Надо пораньше выехать, чтоб по самой жаре не мотаться.
— Хорошо, мы всё подготовим, — она кивнула и вышла из комнаты.
— Ива, доброе утро, — я обернулся, посмотрел в сторону лестницы на второй этаж.
— Доброе, — она элегантно спускалась, слегка придерживая подол платья.
— И не скажешь, что ты вчера…
— Лучше молчи, — перебила она меня. — Даже не вспоминай. Это всё из-за накопившейся усталости. Когда часто заглядываешь в будущее, становится тяжело думать и внятно мыслить. Кажется, что всё вокруг ненастоящее, и любое действо, любой поступок можно переиграть, вернувшись в прошлое.
— Как скажешь, — улыбнулся я, приглашая её к столу. — Давай позавтракаем. У меня дел на сегодня много, хочу в один из храмов дами заглянуть, затем к картографам. Да, посох, которым ты так ловко с бандитами расправилась, продавать не буду. Пусть у тебя останется, как средство самозащиты.
— В Илуне давать подобное оружие оракулу запрещено, даже в самом крайнем случае.
— Тогда хорошо, что мы не в Илуне, — я пододвинул для неё стул. — Если получится с делами управиться до вечера, то можно по торговым лавкам в городе пройтись. Или уже завтра. Подумай, что тебе нужно купить, пока мы здесь торчим, и что понадобится на пути к красным мирам. Что-то подсказывает, что дорога лёгкой не будет.
— Сапожки хорошие, — сказала она. — Чтобы не натирали.
— Договорились.
Что касается важных дел, то ещё вчера мы с Беатой поговорили насчёт тех странных дами и решили прогуляться по храмам Альведэ, пока представилась возможность. Когда я вышел на улицу, к дому уже подогнали повозку с дикой лошадью. Сегодня она выглядела сытой и немного сонной. Тёмно-серый окрас, длинная грива, заплетённая маленькими косичками, и большие голубые глаза. Когда я подходил, она не сводила с меня взгляда, как это делают хищники. А ещё у неё была странная уздечка, без железной штуковины во рту. Учитывая клыки и острые зубы, ей бы больше подошёл намордник.
— Легко с ней? — спросил я у мужчины из числа людей гор Ракку.
— Когда сытая, — кивнул он. — Ласку любит, чтобы шкуру почистили, но спиной поворачиваться нельзя. А ещё она сильная, как горный медведь.
Это было заметно по тому, как бугрились мышцы под шкурой. Выглядело так, словно повозку тянуть ей вообще ничего не стоило.
— Знакомы с такими? — спросил я.
— Только слышал, — сказал он, поправляя платок на голове, свёрнутый в тюрбан, чтобы солнце не напекло. Интересно, как лошадь местную жару переносит с таким тёмным окрасом. На солнце, наверное, раскаляется так, что можно яичницу жарить без сковородки.
На площадку вышла Беата, помахав мне рукой. Для прогулки она выбрала платье жрицы и красивое украшение на цепочке, подсказывающее, что она ученица верховной. Пока помогал ей подняться в салон, на багажную полку забралась пара мужчин с фиолетовыми глазами. Как и возница, они выглядели серьёзными воинами. Вроде бы даже входили в ту десятку подчинённых Ханны, которым я нанёс усиливающие символы на спину.
В город мы ехали вчерашним маршрутом, решив сначала поискать храмы дами. Высоких зданий, таких как в Хуме, здесь я не видел. Самым большим ожидаемо оказался дворец правителя, с высокими шпилями и куполами на восточный манер. Дома в основном двухэтажные, с плоской крышей или пологими скатами, покрытыми красной черепицей. Широких улиц мало, а трёхэтажные строения встречались лишь в самом центре, ближе к дворцу, но, чтобы туда проехать, нужно было получить разрешение и особый пропуск. Патруль городской стражи развернул нас ещё на подъезде к центру. Старший в патруле оказался разговорчивым и не только подсказал, где искать храмы, но и поведал кое-что интересное о белоглазых демонах. Как оказалось, дами поделили город на четыре части, соперничая друг с другом. Почти каждый день происходили небольшие стычки, когда они заходили на чужую территорию. Ближе всего оказался храм Луны, не самый крупный, но и не маленький. Середнячок, с вменяемыми жрицами, если верить словам стражника. А вот татуированных он считал странными и советовал без серьёзной необходимости к ним в гости не ходить.
Демоны любых мастей очень любили луну, называя в честь неё свои гильдии или секты. Не обошло это и дами, что, на мой взгляд, было неправильным. Ещё странно то, что они не могли договориться между собой, живя в одном городе. Может, эмигрировали сюда из разных миров и не смогли найти точки соприкосновения?
Храм Луны мы нашли легко, в паре кварталов от центра. Это была группа двухэтажных зданий, огороженная забором из белого кирпича. За пару часов до полудня, пока солнце ещё не вошло в полную силу, на улице можно было встретить довольно много дами. Жрицы в белых платьях и мужчины в серых халатах спешили по своим делам, несли в храм продукты и товары с рынка, завлекали горожан на утреннюю молитву. О последних надо сказать отдельно, так как местных жителей они звали в храм, держа в руках таблички с очень странными надписями. Всем желающим обещали молитвы исцеляющие, приносящие удачу, благословляющие и прочее, прочее. Если бы не злобная лошадка, то они бы под колёса повозки бросились с табличками. А когда увидели, что мы в их сторону едем, обрадовались. Едва мы в ворота храма въехали, нам навстречу вышла важная женщина в белом одеянии, с большим золотым кулоном на длинной цепочке.
Выйдя из повозки, я подал руку Беате. Сразу было видно, у кого она переняла манеры, держась величественно. Одного взгляда достаточно, чтобы понять, что перед тобой не просто высокородная дами, а входящая в одну из правящих семей. Тэя была бы довольна, увидев её сейчас.
— Добро пожаловать в храм Луны, — приветствовала нас женщина. На языке дами она говорила чисто и даже красиво, если так можно сказать. В Хуме молодых жриц этому тоже учили, но получалось не у всех.
— Здравствуйте, — сказала Беата. — Мы из храма в городе Хума, приехали, чтобы больше узнать о местных дами. Это Василий, мой наставник.
— Привет, — отозвался я неохотно. Но ни на «наставник», ни на то, что я мог говорить на языке дами, женщина особого внимания не обратила. Даже бровью не повела.
— Мы слышали, что в Альведэ приехала молодая высокородная дами. Надеюсь, что символопоклонники не доставили вам больших проблем.
— Кто? — не понял я, услышав странное слово.
— Храм Истин, — терпеливо объяснила она. — Их послушницы наносят на тела символы, дающие могущественную силу, но уродующие тела.
— Они повели себя неуважительно, — холодно сказала Беата. — Мы так и не поняли, что они хотели.
— Скорее всего, виной послужил закон, по которому любая из дами должна принадлежать одному из четырёх храмов, чтобы те несли за неё ответственность. Каждый раз, когда в Альведэ появляются дами, храмы спешат принять их к себе. Очень не советую идти в храм Истин, так как символы, уродующие тела, не получится убрать или скрыть.
Она сложила руки в молитвенном жесте и зашептала молитву, которая должна была защитить её.
— Быстро у вас новости по городу разлетаются, — сказал я.
— Когда кто-то использует силу голоса, да ещё так, что пространство начинает гневаться — это всегда большая новость. Удивительно, что в столь юном возрасте ты способна на подобное. Но что мы стоим на самом солнце, прошу, проходите в храм. Вы ведь пришли, чтобы принять решение, поэтому мой долг показать вам всё.
Она сделала широкий жест, приглашая нас к дому, и первой зашагала к главному входу.
— Если эти вменяемые, то страшно представить, что за дами в других храмах, — тихо сказал я, беря Беату под руку. Она посмотрела на меня строго, чтобы не говорил глупости, но судя по взгляду, была со мной согласна.
Лестницы при входе в здание храма не было. Пара ступеней перед массивными дверями не в счёт. Зато внутри нас ждало просторное помещение с колоннами. Стены и даже потолок украшены рисунками с дами в самых разных ситуациях, начиная от помощи раненым и заканчивая отдыхом у водоёма. Мне это всё церковь напомнило, только поклоняющуюся белоглазым демонам. Со стороны боковых выходов из зала слышались отголоски первых молитв, когда пространство слегка дрожало, но не причиняло боль. И в ту сторону, и обратно шли самые разные демоны. Те, кто выходил из храма, выглядели довольными и даже умиротворёнными. Кажется, я уже понял, чем зарабатывал на жизнь местный храм, но пока не знал, зачем им это. Согласен, что голос магии, когда пространство откликается на него, производит впечатление на неподготовленного человека или демона, но доказательств полезных свойств подобного я пока не встречал.
Мы прошли через весь храм, попав в небольшой коридор, а оттуда в комнату для приёма гостей. Исходя из того, что я пока увидел, дами здесь не бедствовали. Та же мебель была изысканной, дорогая ткань обивки не выглядела потёртой, даже наоборот. Нам предложили сочные фрукты, очень похожие на яблоки. От вина и прочего мы отказались.
Встретившую нас женщину звали Адалина, и она заведовала работой храма с клиентами, не хочу называть их прихожанами. Где-то полчаса она рассказывала про храм, чем они занимаются в столице и каким огромным влиянием обладают. Услуги молитв оказывали только они, на чём неплохо зарабатывали. Даже местный император пару раз приезжал в храм, а старшие жрицы раз в пару месяцев проводили молитвенный ритуал перед заседанием сената. В храмовом комплексе, вместе с семьями, жило около двух тысяч дами. Плохо, что они не помнили, из какого мира и когда перебрались в Альведэ. Было это давно и из памяти стёрлось, как плохое воспоминание. Адалина рассказала, что бежали они от кого-то или чего-то и им очень повезло попасть в этот гостеприимный мир.
— Мы не знаем, что такое третья или четвёртая молитва, — ответила она на вопрос Беаты. — И символы на тела не наносим.
— Почему? — не поняла Беата.
— Нам запрещено осквернять тела, — как-то очень просто ответила на это женщина.
— Голос дами — это сила, а символы — ключ к пониманию мироздания, — серьёзно сказала Беата. — У нас тоже не все дами наносят на спины символы, только самые талантливые. Так мы защищаем себя и весь мир.
— Так делают символопоклонники из храма Истин, — кивнула Адалина. — И слова произносят похожие. Но если вы останетесь здесь, очень скоро поймёте, что их путь не верный и ущербный. Он ведёт лишь к боли и страданиям.
— К страданиям ведёт отказ от силы, — не согласилась Беата. — Что вы будете делать, если придёт злой и кровожадный враг? Помолитесь за него?
— Ваши враги настолько сильны? — спросила она. — Здесь, в центре миров, царит мир уже несколько сотен лет. Если появится возмутитель спокойствия, то на него обрушится гнев всего Альведэ и союзных миров. И наша цель поддержать молитвой одарённых, что будут сражаться за наше благополучие. Но мы не совсем беззащитны и можем постоять за себя. Мы тоже можем прочитать молитву гнева, как это сделала высокородная Беата, столкнувшись с символопоклонниками. Они сразу отступают, услышав её.
— Как вы её читаете без символов? — удивлённо спросила Беата. — Это ведь очень сложно. А четвёртую? То есть, есть ли молитва, сильнее той, что вы зовёте «гневной»?
— Я всё ещё не понимаю, — она покачала головой.
— Лучше показать, — посоветовал я.
Беата кивнула, села удобнее, положив ладони на колени, как примерная ученица.
— Молитвы нужны для понимания силы голоса, — произнесла она и пространство вокруг слегка задрожало, едва заметно, но ощутимо. — Они учат тебя вливать в голос силу, вникать в саму суть процесса. Вторая молитва учит делать это быстрее, используя любые слова, даже самые неподходящие.
Вторая молитва прозвучала очень хорошо, голос стал сильнее, а помещение наполнилось силой, которая уже оформилась. Стоило Беате пожелать, и она легко могла разрушить одну из стен, даже не используя символы.
— Третья молитва позволяет понять, насколько бесконечно пространство, и правильно подобрать к нему ключ. Можно использовать огромное количество сил, с которым не сравнится ни один из одарённых демонов.
От силы третьей молитвы пространство задрожало сильнее, тарелки задребезжали на столе. Силы в маленьком помещении стало как-то неожиданно много, и Беата захватила инициативу. Теперь, чтобы использовать молитву, другая жрица должна была подавить эту силу, что очень непросто. Говоря иначе, в дуэли жриц, равных по силе, побеждала та, что первой начинала произносить слова третьей молитвы.
— Четвёртая молитва не несёт какого-то сокровенного смысла. Она направлена лишь на разрушение и использование самых могущественных и великих символов.
— А пятая, — сказал я, — помогает избежать больших проблем, когда силы становится слишком много. Беата.
Беата одними губами произнесла «прости». Пространство резко перестало дрожать, а вся сила, которую она призвала, начала быстро испаряться. Я не знаю, куда она девалась или утекала, но всего минута, и всё вокруг вернулось в прежнее состояние. Адалина хотела что-то произнести, но не смогла, поражённо хлопая ресничками, глядя то на меня, то на Беату.
— Зачем? — спросила женщина, когда всё успокоилось. — Зачем ты развеял силу голоса?
— Потому что она может убить. Четвёртая молитва опасна даже для тех, кто достиг понимания третьей.
— Научите нас, — она перевела взгляд на Беату. — Четвёртой молитве.
— Если у вас нет великих символов, то в этом нет смысла, — сказала Беата. — И Василий прав, это очень опасно.
— Наша цель — постичь силу голоса, — сказала Адалина. — И донести голос до всех страждущих.
— В коллегии картографов есть невысокий демон по имени Стоки, — сказал я. — Он знает дорогу в Хуму, где стоит наш храм. Если хотите учиться, отправьте туда несколько одарённых жриц. За один день подобному научиться нельзя, а мы в Альведэ проездом. Дней через десять мы уйдём дальше, в сторону красных миров.
Женщина сложила руки в молитве, что-то зашептав, отчего пространство вокруг откликнулось, как при третьей молитве, но не задрожало.
— Могу я попросить прочесть четвёртую молитву для нас? Я соберу всех жриц, чтобы они услышали её.
— Вы не понимаете, когда мы говорим, что это опасно? — спросил я, не совсем уверенный во вменяемости этой женщины. Она ведь почувствовала резкую боль, гораздо более сильную, чем от третьей молитвы, но хотела ещё раз услышать её. — Лучше расскажите нам о других храмах.
В гостях у этих странных дами мы провели ещё полчаса. Адалина о других храмах говорила неохотно, рассказывая о них не в лучшем свете. Особенно она не любила храм Истин, расположенный на северо-востоке, рядом с ремесленными кварталами. Если уж она считала, что нанести символ — это значило осквернить тело, то спину Беаты ей лучше не видеть. Что касается Храма Истин, то по числу последователей они уступали всем остальным, но были самыми агрессивными и воинственными. Юго-восток города контролировали «боевые девы» — дами, живущие ремеслом наёмников. Они считались лучшими в Альведэ специалистами по артефактам и сражались исключительно с их помощью. Последние дами обосновались между торговыми площадями и спальными районами города. Среди прочих они были самыми скрытными и высокомерными. О них Адалина ничего толком не знала, кроме того, что они язычники и поклоняются каким-то страшным существам или богам. Она не отговаривала идти к ним в гости, но вид при этом был такой, словно старшая жрица их боялась.
Покидая храм Луны, мы стали свидетелями того самого процесса, о котором я догадался сразу. В одной из небольших молельных комнат собралось несколько самых разных демонов и двое людей. Они стояли на коленях, а пожилая жрица читала третью молитву, вспоминая прародительницу всех дами. Несчастные демоны и люди испытывали боль, но терпели её, воспринимая за благо. Получался этакий клуб садистов и мазохистов. Я подобному ничуть не удивился, а вот Беата была разочарована.
Она молча прошла сквозь храм и площадь перед ним, поднялась в салон повозки, даже не оглянувшись. Не знаю, чего она ожидала от местных дами, но явно не такого.
— В другой храм? — спросил я. — К Боевым девам ехать не хочется, а вот к раскрашенным с головы до пят было бы любопытно заглянуть.
— Нет, не сейчас, — сказала Беата, посмотрела на меня. — Может, не стоило им говорить, как попасть в Хуму? Вдруг они заразят нас этим?
— Тэю? — улыбнулся я. — Или наставницу Эву? Они сами кого хочешь перевоспитают и на правильный путь наставят.
— Они ведь говорят языком магии, но…
— Забудь, — я приобнял её за плечи. — Пусть живут так, как хотят. Давай к картографам в гости заглянем. Может, в красных мирах мы ещё найдём дами, но нормальных.
— Ты слышал их третью молитву? — спросила она, посмотрев в сторону храма.
— Слышал. Ничего особого, на мой взгляд.
— У тебя ведь чёрное солнце на спине, и ты достиг понимания гораздо глубже, чем я. Неужто не заметил?
— Не прислушивался, если честно.
— Ты никогда не сталкивался с теми, кто потерял вкус жизни? — спросила Беата. — Они говорят так, как будто им всё равно, живы они или мертвы. Голос магии этих дами звучит именно так. Даже если им нанести самый простой символ на спину, они не смогут его активировать. И пространство от их голоса не дрожит, а стонет…
— Я понял, — пришлось крепче обнять её и погладить по голове. — Мой тебе совет, выкинь это из головы. Если они потеряли вкус к жизни, это только их проблемы. И от таких я бы держался подальше. Хочешь, попросим Стоки, чтобы этим путь к Хуме не показывал?
— Хочу, — быстро закивала она и посмотрела таким взглядом, что я поставил себе галочку держаться от этих дами как можно дальше. Беату ведь не так просто напугать или вывести из равновесия, но сейчас она выглядела необычно взволнованной.
— Тогда поехали. Стражник говорил, что коллегия где-то недалеко от здания сената. Не слезу со Стоки, пока не пообещает не пускать в Хуму этих дами. Пригрожу ему карой владыки гор Ракку.
⠀⠀
Картографы в Альведэ занимали огромное трёхэтажное здание в центре богатого района. Я думал, вокруг будет ажиотаж, как перед торговыми домами, но на просторной площади оказалось пустынно. Редкие прохожие спешили по своим делам, не обращая ни на нас, ни на здание коллегии никакого внимания. Не часто, видимо, местные жители путешествовали между мирами, или же для этого не требовалась помощь картографов. А может, дело было в ценах на услуги. Вспоминая то, как Стоки азартно портил моё золото, я их в полной мере понимал и поддерживал.
Внутри здание выглядело ещё более внушительно, чем снаружи. Огромные картины в виде мозаик изображали самые разные миры: зелёные леса, жёлтые пустыни, огромные города и моря. Центральное место на каждой картине обязательно занимал разлом и путешественник, держащий в руках карту. Даже колонны в зале, и те были покрыты мозаикой. Беата потянула меня за руку, показывая на одну из картин в дальней части зала. Там был изображён яркий солнечный мир, утёс, с которого открывался вид на небольшой городок. Но любопытно было то, что пейзажем любовался невысокий демон, держащий карту под мышкой и очень напоминающий Стоки.
В просторном зале было тихо, за стойкой в центре скучал мужчина лет сорока в дорогой шёлковой одежде. Он заметил нас и терпеливо ждал, пока мы закончим любоваться картинами и подойдём.
— Приветствую в здании коллегии картографов Альведэ, — поздоровался он на местном языке. — Чем можем Вам помочь?
— Мы ищем Стоки, — сказал я, едва не показав пальцем на мозаику позади мужчины.
— Магистра Стоки? — почему-то удивился он.
— Может, и магистра, он нам свои учёные степени не называл.
— Магистр сейчас ведёт занятие, — сказал мужчина, посмотрел на меня, затем на Беату. — К тому же он не принимает посетителей. Вы скажите, чем коллегия может помочь?
— Стоки говорил, что у вас есть специалисты по красным мирам. Мне нужно провести туда полторы сотни людей.
— Красные миры? — он задумался, затем встрепенулся и посмотрел удивлённо. — Полторы сотни людей?
Мужчина быстро достал серебряный колокольчик и позвонил. Глазки у него загорелись, и в них читалось предвкушение неплохого заработка. Я встречал подобный тип демонов и людей, дуреющих, когда чувствовали золото в карманах у покупателя.
Из неприметного коридора, недалеко от лестницы, выбежал парень, тоже из числа людей, и едва ли не бегом поспешил к нам.
— Проводи заказчиков к магистру Кили, — сказал мужчина парню и посмотрел на нас. — Он наш лучший специалист по красным мирам.
— Я провожу, — парень сделал жест в сторону лестницы и первым направился в ту сторону, преисполненный важности.
Пришлось идти за ним, предчувствуя, что за услугу заломят столько, что придётся нам продавать всю коллекцию артефактов, а не только пару колец.
Второй этаж представлял собой длинный коридор с массивными дверями по левую руку и окнами, выходящими во внутренний двор, по правую. Если прислушаться, то можно было почувствовать отголоски магии, доносящиеся из помещений. Уловив кое-что знакомое, я осторожно взял Беату под локоть, останавливаясь рядом с одной из дверей. При этом парень, провожавший нас, так и шёл дальше, даже не заметив этого. Позади него появился один из подчинённых Ханны, жестом показывая, что всё хорошо и мы можем делать всё, что задумали.
За дверью оказался просторный учебный класс с кафедрой для преподавателя и дюжиной учебных столов. Несмотря на открытые окна, в воздухе витал сильный запах расплавленного металла. Стоки, всё в той же красной жилетке и белой рубашке, ходил перед первым рядом столов, следя за манипуляциями учеников. Среди последних были как люди, так и демоны самой разной наружности и возрастов. Был даже кто-то очень похожий на Таниса, то есть с маленькими красными огоньками в глазницах, серой сморщенной кожей и жидкими седыми волосами.
Увидев нас, Стоки жестом разрешил войти, но попросил не шуметь. Первый стол у двери как раз был свободен. Пройдя к кафедре, он вернулся с парой бежевых листов и керамической чашкой, в которой лежали кусочки золота самой разной формы и размеров. Навскидку около ста граммов.
— Золото — один из трёх лучших проводников энергии мироздания, — сказал Стоки, проводя пальцем по рисунку на листе. — С помощью него можно открывать и стабилизировать уже существующие разломы. Золото настолько податливое, что его можно поцарапать ногтем, но не так легко расплавить, как кажется на первый взгляд. К тому же в расплавленном виде оно испортит пространственный кристалл, поэтому каждый картограф должен владеть умением холодного плавления. Это формула заклинания, которую мои ученики пытаются освоить вот уже второй год.
Я обернулся, посмотрев на сосредоточенные лица людей и демонов. Почти у всех над керамическими чашками поднимались струйки раскалённого воздуха. У красноглазого демона золото вообще закипело, отчего он бросил попытку, давая металлу время остыть.
— Осталась одна попытка, — громко сказал Стоки. Пройдя к кафедре, он перевернул опустевшие песочные часы.
Сложный рисунок на листе напоминал магический символ. Я сразу мог сказать, что понадобится всего один ключ, чтобы активировать его после нанесения татуировки. Интересно, они использовали подобную магию лишь при помощи концентрации? Насколько я понимаю, это ни разу не просто и нужен большой талант.
— Мастер Стоки, найдётся у Вас перо и чернила? — спросил я.
Он кивнул, снова прошёл к кафедре и принёс чернильницу с коротким пером. Подтянув рукав наряда, я где-то за минуту перенёс рисунок на предплечье и подождал немного, пока чернила подсохнут. Они оказались не самого лучшего качества, что в моём случае было даже хорошо. Вспоминая, как Стоки плавил золото, помешивая его пальцем, я поставил чашку поближе.
— Будет смешно, если это сработает, — сказал я на языке дами, используя немного силы, чтобы пропустить её через новый символ.
Золото к моему огромному удивлению начало таять, расплываясь по чашке. Жара от него я не чувствовал, поэтому осторожно коснулся пальцем, помешав. Металл стал блестящим и по свойствам напоминал ртуть. Когда он растёкся лужицей по чашке, то немного потерял блеск, моментально затвердев.
— А с другими металлами работает? — азартно спросил я. — Это ж замечательное средство для любого взломщика и домушника. Ткнул пальцем в сейф, и он растаял, как сосулька на батарее.
— Только с золотом, — сказал Стоки. Взяв чашку, он перевернул её, вытряхнув на ладонь золотой диск с отпечатком незнакомого символа. — Превосходное качество модели. Будь ты моим учеником, присвоил бы степень младшего картографа.
— Ничего сложного не вижу, — я протянул перо Беате. — Будешь пробовать?
Она закивала, подтягивая рукав платья жрицы. В её исполнении символ получился не идеальным, но вполне годным. Стоки снова превратил диск в ком оплавленного золота, затем разделил на несколько кусочков. Не знаю, зачем его нужно было делить, может, чтобы усложнить задачу?
— Он ведь не похож на временный символ? — скорее констатировала, чем спросила Беата, говоря на языке дами.
Золото в чашке начало быстро плавиться, растекаясь ровной лужицей. Она тоже коснулась его пальцем, удивлённо посмотрев на меня, затем на Стоки.
— Да, я вижу, что нужно зажечь ключ вот здесь, — сказал я, коснувшись перехода на рисунке у неё на руке. — Странно, что работает.
— Закончим на сегодня, — повысил голос Стоки, обращаясь к своим ученикам. — Не забудьте собрать золото и отнести в хранилище. Зантар — ответственный. Пойдёмте, владыка Василий, в мой кабинет, поговорим там.
Ученики магистра засобирались, но как-то вяло, бросая взгляд на оставленную склянку с чернилами. Наверняка сейчас примутся рисовать этот символ на себе. Ну, пусть попробуют, мне тоже любопытно, получится ли. Может, как раз для них и нужно было зажигать ключ. Но тогда придётся делать постоянный символ и использовать хорошие чернила с кровью демона.
Кабинет Стоки находился в конце противоположного крыла здания, и пришлось прогуляться по коллегии. Это была просто огромная двухэтажная комната, с кучей книжных шкафов, а также карт миров, развешанных по стенам. Под потолком крепилась огромная люстра с магическим шаром в центре и маленькими спутниками, как в солнечной системе. По форме всё это напоминало центральный участок миров, с Альведэ в самом центре. А ещё в кабинете неплохо было бы убраться, чтобы он не напоминал склад музея диковинок.
— Неплохо, — сказал я, взглядом показывая на огромный портрет Стоки, висевший за массивным рабочим столом.
— Молодость и амбиции, — отмахнулся он. — В последнее время в этих стенах мне душно, на что вечно ворчит лорд Гарот.
— Ты что, директор здесь? — спросил я. — То есть, Вы…
— Исполняющий обязанности, если быть точным, — ответил он. — Директор ещё лет пятьдесят назад ушёл вглубь миров. Я даже портрет над столом поменял, а он всё не возвращается.
— Может, помер… могло случиться всё что угодно за пятьдесят лет.
— Рисунок на руке, — Стоки показал на мой рукав, — для всех будет работать? Никто раньше до такого как-то не додумался.
— Так только дами умеют, — сказал я. — А чтобы у всех работал, постоянный символ нужно делать. Татуировку из особых чернил с кровью демона. В Альведэ мастера символов живут?
— Я не встречал, — сказал он и улыбнулся. — Но это хорошо, что работать не будет. А вы что, не передумали к красным мирам идти? Тем более, когда название не знаете.
— Нет, не передумали. Золото будет. Осталось проводника хорошего найти.
— Будет проводник, — кивнул он. — Через десять дней. Как раз аукцион успеете провести. Нам приглашение прислали утром. Говорят, сам владыка гор Ракку собирается продавать редчайшие и могущественные артефакты.
— Преувеличивают, — сказал я. — Немного. Я бы ничего не продавал, но цены у вас неприлично дорогие.
— Бо́льшая часть золота пойдёт на создание моделей и закупку дорогостоящих пространственных кристаллов. Чтобы пробиться к красным мирам, придётся миновать несколько неприятных мест с нестабильными разломами. Может понадобиться сделать десять или двадцать проходов, чтобы пройти дальше. Направление не просто так считается очень опасным. Самое страшное, когда золото в пути заканчивается.
— Советуешь взять как можно больше?
— Пространственные кристаллы всегда можно достать в разломах, если знаешь, как это делать, — он открыл шкатулку и выложил на стол пару продолговатых мутных кристаллов неправильной формы. — Есть способ обезопасить экспедицию, но очень дорогой. Где-то полгода назад я слышал, что на одном из аукционов демонов мелькнуло кровавое золото. Вроде бы нынешний глава торгового дома Ночи был к этому причастен. Это золото крайне редкое и настолько же дорогое, но обладает одной особенностью, крайне важной для нас. Оно не портится, когда его используешь для открытия разломов. Директор пятьдесят лет назад достал маленький кусочек и ушёл путешествовать.
Я отвязал от пояса один из кошелей, который постоянно носил с собой. Ослабив шнуровку, вытряхнул на стол три самородка кровавого золота.
— Такое? — спросил я.
Стоки удивлённо посмотрел на золото, затем вынул из ящика стола плоскую керамическую чашку. Положив в неё самородки, ткнул в них пальцем, и они начали плавиться, растекаясь кровавой лужицей с металлическим блеском. Дождавшись, пока оно затвердеет, он вытряхнул на ладонь кроваво-золотой диск.
— Директор когда-то нашёл самородок раза в четыре меньше, но был так счастлив, что…
Стоки замолчал, глядя на золото. Покачав головой, он смял его в небольшой шарик, как пластилин, и положил на стол.
— Материала мало, поэтому нужно будет подготовить особую форму, — сказал Стоки. — И закупиться кристаллами малого размера, но хорошего качества. Я договорюсь с ныряльщиками, но обойдётся это тысячи в четыре золотых монет.
— Сразу после аукциона принесу нужную сумму. Нет у меня желания задерживаться в Альведэ дольше необходимого.
— Не хотите поступить в коллегию картографов? — спросил Стоки. — После одного года обучения получите степень магистра и сможете самостоятельно путешествовать по мирам. С кровавым золотом можно будет составить подробные карты всего сектора красных миров.
— Как-то не до этого сейчас. Но за приглашение спасибо.
— Хорошенько подумайте, — сказал он. — Подобная возможность выпадает не каждому.
— А что насчёт мира светлоликих? — я решил перевести тему. — Ты говорил, что нужно сообщить об их плохом поведении в коллегию.
— Лорд Гарот этим занимается. Нужно поговорить с правителем и отправить к ним посольство. Если не внемлют голосу разума и не перестанут заниматься подобным, их мир будет запечатан.
— Только недооценивать их не надо, — посоветовал я. — Эти длинноухие твари ненавидят всех демонов, как бы те ни выглядели.
— Союз центральных миров сможет с ними справиться, — спокойно сказал Стоки. — Они не первые и не последние, кто нарушает порядок.
— Что ж, рад это слышать…
— Магистр Стоки! — в кабинет ворвался взволнованный рогатый демон, с копытами вместо ног и длинным лысым хвостом. — Беда! Защитный барьер пробит!
— Не ори! — жестом остановил его Стоки. — Мы всё прекрасно слышим. С какой стороны вторжение?
— Не понятно, — демон смешно развёл руками. — Барьер просто взорвался. Кто-то очень сильный прорвался через рукотворный разлом.
— Правителя предупредили? Стражу?
— Нет ещё… — замялся он. — Сейчас распоряжусь.
Из кабинета заполошный демон выбежал так же быстро, как и появился.
— Что-то серьёзное? — спросил я.
— В Альведэ можно попасть только через стабильные разломы из соседних миров или по большому мосту. Барьер защищает от вторжений через разломы, как такие, что создавали синекожие ящеры. Если он разрушен, значит, в этот мир заглянул кто-то, на кого стоит обратить внимание. Нужно с ним встретиться, поговорить и попросить не ломать барьер в следующий раз.
— И часто такое происходит?
— В прошлом году был случай, — сказал Стоки. — Приходил человек из красного мира, называвший себя главой Небесной секты. Он заблудился и никак не мог попасть домой. За помощь подарил нам редкий и могущественный артефакт, силу которого мы так и не смогли оценить в полной мере. Если хотите послушать об этом, приходите вечером или завтра. Сейчас надо разобраться со вторжением.
— Мы понимаем, — кивнул я. — И обязательно заглянем, если нас пропустят.
Последнее я добавил уже тише, так как Стоки очень спешил. Пока коллегия вставала на уши и в коридорах слышались громкие голоса, мы с Беатой вышли на улицу, под палящее солнце.
— Давай в торговый дом Ночи ещё раз заедем, — предложил я. — Хочу мастеру Кве показать колечко.
Беата кивнула, затем увидела кого-то на улице. Я посмотрел в ту сторону, заметив высокого и нескладного демона, смешно размахивающего длинными руками при ходьбе. Он мне сразу напомнил индейца, работающего переводчиком у группы рогатых демонов, оставшихся в Хуме. О них-то я и забыл совершенно. Вроде что-то хотели от владыки гор Ракку, но мне тогда было не до них. Так вот, этот самый индеец, размахивая руками при ходьбе, мелькнул на соседней улице, спеша куда-то. Вполне может быть, что это кто-то из той же расы, просто носивший похожую одежду.
К нам подъехала повозка и развернулась к выходу с территории коллегии.
— Жарко, — сказал мужчина, сидевший на месте возницы. — И лошадке тоже.
— Ничего необычного не заметили? — спросил я.
— Нет, — он покачал головой, посмотрел вопросительно, как бы спрашивая, стоит волноваться или нет.
— Не важно. Едем в торговый дом Ночи.
Если в Альведэ и появился кто-то сильный, сломавший какой-то барьер, то для обычных жителей города это осталось незамеченным. Даже городская стража, и та изнывала от жары, спасаясь под навесами из ткани и стараясь держаться поближе к небольшим фонтанчикам. А вот у торгового дома Ночи было шумно. Ажиотаж начинался ещё на подходе к главному зданию, куда никого не пускали, отчего возникло столпотворение. Мы подъехали как раз в тот момент, когда стража разнимала драку, вспыхнувшую между демонами.
— Может, не стоит идти? — спросила Беата.
— У входа, видишь? Тот охранник вчера здесь был, может, он нас вспомнит.
Повозка проехала немного дальше по улице, чтобы спокойно высадить нас и развернуться. Мы же прошли к зданию, вокруг которого царил настоящий бардак. И стражи, на мой взгляд, было маловато, чтобы навести порядок. Несколько крепких демонов из охраны торгового дома, со страшными лицами и короткими рожками, заняли позицию на ступеньках у главного входа. Как я уже сказал, внутрь никого не пускали, поэтому охрана дубинками стращала самых наглых из посетителей, следя за тем, чтобы соблюдалась очередь. Справа от меня появился бородатый мужчина с фиолетовыми глазами, собираясь поработать локтями, если мы угодим в толпу. Ещё один шёл рядом с Беатой.
Охрана торгового дома встретила нас недружелюбными взглядами, так как шли мы явно вне очереди, вызывая негодование стоявших в ней демонов. Я уже собрался обратиться к охраннику, который нас узнал, но по улице прошло оживление. К зданию с шумом неслись две кареты, запряжённые четвёркой лошадей каждая. Они буквально были облеплены рогатыми демонами в белых туниках и вооружёнными палками. Спрыгивая на ходу, они ринулись в очередь, чтобы потеснить её, освобождая площадку перед зданием. Из-за этого нам с Беатой пришлось подняться на ступеньку к охране, чтобы не попасть под раздачу молодчиков.
Сначала я подумал, что это конкуренты торгового дома Ночи, решившие устроить погром. Две дюжины крепких демонов, орудуя палками, легко и слаженно отогнали от здания толпу, не обращая внимания на городскую стражу, решившую в это не вмешиваться. Гости же торопились, так как в это время появилась третья карета, изысканная и богатая, по сравнению с первыми двумя. Остановилась она как раз перед нами, то есть, перед входом в здание, где минуту назад была очередь. Помощник возницы едва успел поставить подножку, когда дверца открылась и из салона вышла беловолосая девушка с красными глазками и очень похожая на лорда Гарота, то есть вампирской наружности. В руках она держала большую резную шкатулку, украшенную золотом и серебром. Следом вышел демон, тоже похожий на человека, но с пепельного цвета кожей. Одет довольно просто, даже невзрачно, но при этом ощущался как очень сильный одарённый. Скорее всего, телохранитель, так как первым делом он посмотрел на меня, затем на мужчин с гор Ракку и уже не спускал с них тяжёлого взгляда. Последним вышел ещё один демон с серой кожей, одетый в светлую тунику. Золотая тиара на голове, а на пальцах перстни с крупными драгоценными камнями.
Картина перед зданием торгового дома вырисовывалась необычная и даже забавная. К закрытым дверям прижался незадачливый демон из числа тех, кто хотел что-то продать или оценить. Стоявший первым в очереди, он был вынужден подняться ко входу, чтобы не получить палкой промеж рогов от молодчиков. По той же самой причине мы с Беатой поднялись на первую ступеньку к охране, которая не успела вовремя сориентироваться. А так как карета встала слишком близко к лестнице, им проще было уже пропустить всех в здание, но двери были закрыты изнутри на засов.
Перед входом повисло неловкое молчание, нарушаемое лишь далёкими голосами недовольных горожан, которых оттеснили от торгового дома. Вельможа с тиарой, не глядя, поманил жестом одного из молодчиков и некрасиво ткнул в нашу сторону пальцем.
— Я же приказал убрать всех с дороги, — недовольно сказал он.
Демон с палкой посмотрел на нас так, словно в первый раз увидел. Я до сих пор не совсем разобрался, как люди с гор Ракку морочили другим голову и «отводили взгляд», если это можно так назвать. От количества наблюдателей это не зависело, в отличие от яркого солнца. Вот и сейчас их видел разве что телохранитель вельможи и девушка, выглядевшая как вампир, пару минут назад полакомившийся кровью. Та же охрана торгового дома их не замечала вроде бы.
Меня эта картина почему-то начала забавлять, поэтому я с любопытством наблюдал за важными гостями. В такой непростой ситуации нам оставалось только перепрыгнуть через перила лестницы у входа, чего я делать не собирался. В итоге вельможа решил лично со всем разобраться и шагнул к ко мне, встав почти в упор.
— Прочь с дороги, — сказал он властным тоном, взглядом прожигая во мне дыру.
— Вас здесь не стояло, — ответил я. — Если хотите попасть к оценщику, то занимайте очередь, как и все.
Демона аж перекосило от такой наглости. Я почувствовал, как защитный символ на спине вспыхнул, словно к нему приложили что-то горячее, почти раскалённое. Вельможа пытался использовать магию, но не смог сконцентрироваться на мне. В этот самый момент телохранитель ухватил его за шиворот и рванул на себя с такой силой, что вельможа смешно хрюкнул. Секунда, и важный гость влетел в открытую дверцу кареты, едва не выпав с обратной стороны. Девушка со шкатулкой молча вошла следом, напоследок бросив на меня оценивающий взгляд.
— Уходим! — крикнул телохранитель вознице, просто шагнув в дверной проём кареты, загораживая собой проход.
В воздухе свистнула плеть, громко щёлкнула над лошадьми, и те рывком сорвали карету с места, помчавшись по улице. Я вполне мог успеть использовать силу и перевернуть карету или разрезать её символом рассечения, но не стал. Не хотелось связываться с местными властями и доказывать им, что не виноват, и он первый начал. Да и телохранитель у него непростой.
— Я же говорила, что это плохая идея, — произнесла Беата, выглядывая из-за спины мужчины с фиолетовыми глазами. Это хорошо, что он успел встать перед ней, загораживая от богатого идиота. Поймав мой взгляд, Беата приложила ладонь к левой щеке, над которой быстро расплывался синяк. — Задело чем-то.
Я резко обернулся в сторону дороги, по которой умчалась карета. Она была уже достаточно далеко и удирала так, словно за ней гнались. У меня же кровь прильнула к лицу, отчего стало жарко и в глазах потемнело.
— Оставь, всё в порядке, — Беата положила руку мне на плечо.
— Кто это был? — я посмотрел на охранника заведения, выглядевшего так, словно он хотел бы оказаться где-нибудь в другом месте. Пространство вокруг вздрогнуло, отчего стёкла в здании задребезжали. — Кто?!
Мы с ним одновременно посмотрели в сторону дверей в торговый дом. Тот самый демон, что стоял первым в очереди, немолодой мужчина в одежде богатого горожанина, заливал мраморные полы кровью, которая бежала у него из носа и рта. Рогатая голова несчастного выглядела так, словно её сжала невидимая рука.
— Владыка Василий? — дверь в здание открылась, и оттуда выглянула женщина из того же рода, что и Танис. Несмотря на то, что она назвала меня по имени, я с ней знаком не был. — Вы в порядке?
— Нет, — зло сказал я, едва не выругавшись.
— Проходите скорее, — сказала женщина, шире открывая дверь. Оглянувшись, она крикнула кому-то в зале, чтобы принесли лекарства и отправили посыльного за лекарем. Второй охранник у здания уже оттаскивал тело убитого, чтобы нам не пришлось через него переступать. — Проходите, не стойте на улице.
В помещении торгового дома было совершенно пусто и прохладно. Нас с Беатой сразу провели в маленькую гостиную на первом этаже. Синяк на скуле Беаты стал чуть больше и насыщенней, но выглядел скорее смешным, чем опасным. Меня от оказания первой помощи отстранили, показав на свободный стул. Не знаю, что за магию использовал этот вельможа, но хорошо, что Беату она задела лишь вскользь.
Провожавшая нас женщина на секунду выглянула из комнаты, вернувшись уже с небольшим сундучком в руках. Поставив его на стол, открыла, чем-то звякнув внутри.
— Знаете, кто это был? — спросил я.
— Тика, моё имя, — сказала она. — Столкнулись вы с сенатором Кли́вецом. Он обещал сегодня приехать, чтобы договориться насчёт аукциона. Хотел что-то продать. Впрочем, как и толпа горожан, что с самого утра собралась возле здания.
— И что, он всем подряд, кто ему под руку попадается, головы проламывает? — спросил я.
— Мы с ним не знакомы, поэтому не скажу. Общих дел с торговым домом до этого он не имел.
Достав пару склянок из тёмно-зелёного стекла, она высыпала в мраморную ступку по щепотке трав или чего-то похожего и принялась умело растирать.
— Может, у него с утра настроение плохое, — сказала она. — Или это из-за жаркого солнца. Тёплый сезон только начался, но уже сводит жителей Альведэ с ума.
Взяв кувшин со стола, скорее всего, с вином, плеснула немного в ступку, затем переложила получившуюся кашицу в белую тряпочку и приложила к щеке Беаты.
— Подержи немного, чтобы синяк успокоить, — сказала она. Убрав ступку и склянки обратно в сундучок, посмотрела на меня. Маленькие красные огоньки в глазах горели так же ярко, как и у Таниса. У молодых девушек, что помогали в здании торгового дома, огонёк был либо тёмно-оранжевым, либо тусклым, что говорило о плохой наследственности. А вот у Тики с этим всё было в полном порядке. — Брат Танис сейчас в городе, ведёт переговоры по поводу предстоящего аукциона. Хотели что-то обсудить перед началом?
— Почти. Хотел, чтобы мастер Кве оценил один артефакт, редкое колечко.
— Кве в это время дня не любит работать. Становится ворчливым и вредным, словно ребёнок. Всех предупреждали, что торговый дом откроется после полудня, но, прослышав про большой аукцион, толпа начала собираться уже с самого утра. Каждый демон в этом городе рассчитывает продать какую-нибудь бесполезную безделушку, уверяя, что это ценная реликвия или могущественный артефакт. Пойду посмотрю, проснулся ли мастер Кве.
Когда Тика вышла, я подсел к Беате. Она едва заметно улыбнулась, показывая, что всё хорошо.
— Я человек не злопамятный, но если он мне ещё попадётся, то голову я ему оторву.
— Да я о косяк двери сильнее ударялась в темноте, — сказала она.
— Дело не в этом. Он использовал смертельную магию. Вот ты стала бы убивать тех, кто стоит в очереди перед тобой или просто мешает пройти? Ладно, не забивай голову, я разберусь. А тебе нужно как можно быстрее освоить шестую молитву. С чёрным солнцем защитные символы будут работать гораздо лучше.
Тика вернулась буквально через пару минут, вместе с сонным мастером Кве. Выглядел тот смешно, словно его с кровати подняли, а разбудить забыли.
— Драгоценности перебирал до глубокой ночи, — подсказала Тика. — Ищет что-то, а что именно, не говорит.
Кве её слова проигнорировал, пройдя к столу и плюхнувшись на стул, едва не сломав его хвостом. Он смешно зевнул, сверкнув острыми зубами. Вынув из кошелька некрасивый громоздкий перстень, я положил его на стол перед ящером. Он протянул руку, но в последний момент замер. Выждал пару секунд, прислушиваясь к чему-то, ткнул перстень пальцем и поморщился.
— Гадкие вещи нельзя продавать, — сказал мастер Кве. — Печать Сумрака. Она лишает зрения.
По-моему, мы с Тикой посмотрели на него одинаковым недоумевающим взглядом.
— Значит, жезл, который тебя наизнанку вывернет, продавать можно, а ослепляющий перстень — гадкий? — спросил я. — Интересно, как он это определяет?
— Да кто его знает, — Тика посмотрела на кольцо, затем на ящера. — Он не рассказывает. Мы даже не знаем, сам он названия придумывает или подсматривает где-то. Мастер Кве, сколько перстень может стоить? Да, учитывая, что это гадкая вещь.
— Двадцать тысяч, — произнёс он как-то неуверенно. — Тридцать…
— А убийственные колечки, от которых спасения нет, всего по пять продаются, — сказал я.
— Будете выставлять его на продажу? — спросила Тика, проследив, как я убираю перстень в кошель.
— Пока не знаю, вещица полезная, самому может пригодиться.
В это время появился взволнованный лекарь, за которым посылала Тика. На плече сразу несколько громоздких сумок, словно здесь пара десятков демонов пострадала. Беата от его помощи отмахнулась, сказав, что с ней всё в порядке.
Задерживаться в торговом доме мы не стали, решив вернуться домой до обеда. Только планы, как всегда, немного скорректировала неожиданная встреча. У выхода из здания мы столкнулись с группой дами, тех самых, покрытых татуировками с головы до пят. В этот раз их было семеро, включая женщину лет пятидесяти, старшую в отряде. Две дами, идущие следом за ней, выглядели высокородными, выделяясь на фоне других. Ещё бы не татуировки, особенно неприятно смотревшиеся на лицах.
Я обратил внимание, что демоны, всё ещё не потерявшие надежду попасть в торговый дом, сторонились этих дами, косясь на них с опаской.
— Здравствуй, высокородная дочь дами, — поздоровалась старшая, обращаясь к Беате, затем посмотрела заинтересованным взглядом уже на меня. — И ты, новый владыка гор Ракку, здравствуй.
Она говорила на языке дами без высокомерия и даже вполне уважительно.
— Здравствуйте, — отвечать пришлось мне, так как Беата с ними разговаривать не собиралась, сверля холодным взглядом.
— У торгового дома Ночи произошло нечто неприятное? — спросила она, покосившись на следы крови у входа, засыпанные песком. — Мы услышали гневные слова, к которым вам пришлось обратиться. Всё ли в порядке?
Последними словами она давала понять, что её интересует не наше состояние, а нужна ли нам помощь. Что-то подсказывало, что эти дами умеют не только сквернословить, учитывая реакцию на них со стороны демонов.
— У нас всё прекрасно, — ответил я.
Она обвела ленивым взглядом улицу, посмотрела на охранника торгового дома, выходящего из здания. Тот всё понял моментально, передумав выходить, и, по-моему, даже засов на двери задвинул.
— Вчера здесь произошло недоразумение, — сказала женщина, говоря неспешно, словно никуда не спешила. — Несколько молодых жриц так обрадовались, увидев высокородную дами, что временно потеряли способность внятно думать. Они не хотели обидеть Вас, владыка. Я уже их наказала за этот опрометчивый шаг.
— С чего вы решили, что я владыка? Может, я их нанял, как охрану.
Она улыбнулась, посмотрела, как взрослый на ребёнка.
— Меня зовут Алика, — сказала она вместо ответа. — Я старшая жрица в храме Истины. Он расположен близко, всего в трёх кварталах, вглубь района. Приглашаю вас посетить мой храм. А по пути эта юная дами может рассказать нам, как оказалась в горах Ракку. Любопытнее этого только две вещи: что стало с владыкой Малефом и почему его преемник так хорошо говорит на языке дами?
Беата слегка нахмурилась на мой вопросительный взгляд.
— Чтобы понять, хотим ли мы заглянуть к вам в гости, призовите силу голоса, — сказал я.
— Необычная просьба, — удивилась Алика, и пространство вокруг потяжелело. Не задрожало, а налилось тяжестью. Даже дышать стало трудно, но это был именно голос магии, наполненный чистой силой. — Нет, я определённо хочу знать, зачем вам это?
Пространство ещё сильнее потяжелело, а дневной свет начал угасать, постепенно, как будто сверху площадку перед торговым домом накрыло тёмное стекло.
— До этого мы посещали храм Луны, — произнёс я сначала просто на языке дами, сразу понимая, что свободного места для моей силы вокруг уже не осталось.
Можно было использовать четвёртую молитву и потягаться с ней, посмотрев, чьё понимание голоса глубже, но тогда горожанам придётся ещё хуже. Те, кто стоял в пределах пятидесяти шагов, уже начали терять сознание, а кто поумнее, улепётывали в разные стороны, стараясь оказаться от нас как можно дальше.
— Храм Луны, — брезгливо произнесла Алика, — тогда всё понятно. Эти дами уже потеряли себя, и будь моя воля, я бы вбила в их головы немного разума, но их защищает правитель.
— Мы заглянем к вам, — кивнул я. — Думаю, это будет любопытно.
Я использовал слова пятой молитвы, и пространство вокруг начало возвращаться в исходное состояние. Солнце принялось светить ещё жарче, вырывая из темноты фигуры четырёх людей с горы Ракку, стоявших справа и слева от группы дами, не зная, бить их сейчас или ещё подождать. В руке бородатого мужчины уже был длинный нож с широким лезвием.
Алика что-то произнесла одними губами и даже удивилась этому. Скорее всего, она пыталась ответить на вопрос, почему назвала меня владыкой гор Ракку. Думаю, что мы оба смогли удивить друг друга. Я, к примеру, даже не представлял, что язык дами может принимать такую необычную форму.
— Храм Луны говорит голосом, лишённым жизни, — сказал я уже обычно, так как сила вокруг полностью растворилась. — И ещё они пытают своих прихожан, заставляя слушать его.
— Пытают — очень правильное слово, — широко улыбнулась женщина. — Владыка, ты не перестаёшь меня удивлять. Ты ведь не из той же расы, что и бессмертный Малеф?
— Нет, к счастью или к сожалению. Мне столько лет, на сколько я выгляжу, если вы об этом.
Она пару раз кивнула и сделала приглашающий жест. До храма Истин мы шли минут десять, никуда не торопясь. Я вкратце рассказал, что мы из храма дами в городе Хума и идём в сторону красных миров. О столкновении с сенатором у торгового дома упомянул лишь вкратце, сказав, что он использовал против нас смертельную магию и трусливо сбежал.
Храм Истин был гораздо скромнее, чем тот же храм Луны. Занимал он три больших двухэтажных здания, два жилых и одно административное, где молодые дами учились. Не было у них просторного холла, фресок и мозаик на стенах, но атмосфера царила самая правильная. Даже Беата это оценила, хотя по большей части молчала, позволяя мне говорить за нас обоих.
Алика пригласила нас в свой рабочий кабинет, похожий на своего собрата в храме Хумы. Не знаю, почему она называла себя старшей жрицей, а не верховной, так как руководила всем единолично, держа послушниц и жриц в ежовых рукавицах.
— Таков закон, — говорила она, отвечая на вопрос о борьбе храмов за попадающих в Альведэ дами. — Правитель должен знать, с кого спрашивать, если кто-то из нас доставит городу проблем. Последний прецедент был лет семьдесят назад, но правило осталось. Я уверена, что два оставшихся храма вас ещё потревожат. И всё же, что связывает молодого владыку и высокородную дочь дами?
— Она моя ученица, — сказал я.
— Даже так? — Алика слегка качнула головой, но не удивлённо, а с толикой иронии или чего-то похожего.
— Если говорить начистоту, то я мастер символов, — признался я, собираясь повернуть разговор в это русло. — Лучший во всех мирах. И считаю, что даже огромное желание спрятать символы от других не стоит того, чтобы покрывать тела узорами. Так обмануть можно только дилетантов и тех, кто совершенно в этом не разбирается.
— Дами в городе Хума тоже используют символы? — уточнила она.
— Конечно, как без этого. Символы — это ключи к пониманию мироздания, так говорят в Хуме. Глядя на ваше левое запястье, я могу сказать, что символ, спрятанный там, позволяет создавать огненную технику, не самую сильную, кстати. А символ, краешек которого выглядывает из-под воротника платья, помогает манипулировать вещами в пространстве. В Хуме его тоже использовали, когда-то считая одним из самых сильных. У нас он называется «парящие облака», потому что отдалённо напоминает их очертания. Сколько у вас облаков, три или пять?
— Пять, — озадаченно произнесла она, перевела взгляд на Беату.
— Он действительно великий мастер символов, — сказала она. — Что просто не укладывается в голове. Мне вот ваши рисунки на теле ни о чём таком не говорят. И очертания парящих облаков я знаю, но не вижу в упор.
Алика подтянула правый рукав. Включая кисть, рисунки тянулись плотной вязью, поднимаясь к плечу.
— Символ «учения» нанесён с ошибкой и вряд ли работает в таком виде. Это который выше запястья и отвечающий за прогресс в понимании силы голоса. А вот рисунок на плече, краешек которого выглядывает, очень редкий и без чёрного солнца работать вообще не будет. У вас же его нет, зачем вам этот символ?
На этот раз молчание длилось дольше. Алика неспешно пила чай, о чём-то думая.
— У многих в Хуме есть чёрное солнце? — спросила она.
— Только у верховной жрицы, — ответила Беата, опередив меня, наверное, чтобы не ляпнул лишнего. Но я же не глупый, чтобы о таком говорить.
Алика снова подтянула рукав, только выше, открывая вид на великий символ, ловко оплетённый простым рисунком, не несущим в себе силу.
— Мы храним эти символы для тех, кто сможет стать достойным и проявит чёрное солнце, — сказала она.
— А свободное место для него вы оставили? — спросил я с ехидством и только потом понял, что сморозил глупость. — Простите, не хотел обидеть.
— На спине, напротив сердца, у каждой из нас есть место для него.
— И всё равно непонятно, зачем прятать символы таким образом? — спросил я. — От кого? От других дами в Альведэ? Тот же храм Луны считает недопустимым портить тела. Насчёт остальных не скажу, но вроде бы они неплохо живут и так.
— Так было принято ещё задолго до моего рождения, — Алика что-то недоговаривала, но настаивать на правде я не стал.
— Вам бы в Хуму приехать в гости и посмотреть на спины старших жриц, чтобы понять, как всё это должно выглядеть правильно, — сказал я. — Вот, второй раз за день говорю эти слова, хотя в первый раз пожалел о подобном. Отправьте несколько жриц в Хуму, чтобы учиться, и перенимайте у них знания. Всё-таки вы один народ и не должны жить вот так, враждуя друг с другом, как в Альведэ. Лунатики не в счёт, у них с головой не всё в порядке.
— Обменяться знанием и опытом было бы полезно, — согласилась она.
— Я в Альведэ буду ещё несколько дней и помогу немного, — сказал я. — Хотя бы с символами для младших жриц, чтобы они быстрее осваивали третью молитву. Для старших тоже есть пара полезных символов. Ну и главное — я оставлю вам откровение пятой молитвы. Я демонстрировал её у здания торгового дома.
Насчёт последнего я когда-то говорил с Беатой. Она считала, что эти знания должны получить все дами, независимо от того, в каких мирах жили. Лишь самые одарённые, такие как Тэя и Беата, могли постичь это откровение и понять его смысл. Мне в этом помогло чёрное солнце. Без него я бы потратил пару десятков лет, без преувеличения. Может, среди этих дами, покрывавших татуировками всё тело, найдётся кто-нибудь одарённый. Та же Алика сможет, в этом я не сомневался.
В храме Истин мы с Беатой провели весь оставшийся день. Сначала к нам отнеслись с большим недоверием, но уже часа через два Алика пригласила одну из жриц, хранившую на теле много важных для них символов. Это был необычный опыт, после которого меня должны были прибить, не только как похитителя тайн, но и как мужчину, увидевшего слишком много. Зато я узнал, что местные дами умели наносить сложные символы, состоящие из десятков ключей. Главной проблемой для них был недостаток хороших чернил и крови демонов. Один раз в несколько лет они помогали владыке Малефу восстановить чёткость символов на его спине, а он за это давал им немного нужных ингредиентов. Но так как это происходило редко, чаще они пользовались странным заменителем, делающим цвет татуировок зелёным. Ну а после того, как я показал, как делать хорошие чернила, и подарил пару кровавых камней среднего качества, они не хотели отпускать меня. Отбиться удалось, лишь записав слова пятой молитвы, которая впечатлила их не меньше. Смешно было наблюдать, как старшие жрицы из храма собрались вокруг стола и, выпав из реальности, читают несколько строчек, пытаясь постичь их смысл.
В лагерь мы вернулись уже затемно. После общения с дами из храма Истин настроение вернулось в норму, и мысли о том, что надо бы оторвать кое-кому голову, уже не вызывали жуткого приступа гнева. За вечерним чаем, а на ужин мы опоздали, госпожа Асгейл сказала, что я должен был на месте убить того, кто пытался использовать против меня смертельную магию. Даже если этот кто-то занимает высокое положение, спускать подобное с рук недопустимо. Здесь я с ней мог только согласиться.
Утро следующего дня я начал со встречи с Максимом Артёмовичем. Вкратце рассказал, что случайно выбранный артефакт оказался не только дороже, но и опаснее. Он посоветовал ничего сверх запланированного не продавать и дождаться визита высоких гостей. Они с аналитиком почему-то были уверены, что нас ещё навестит кто-то из приближённых к правителю Альведэ. Когда суммы сделок на торгах превышают разумные пределы, правитель всегда должен держать руку на пульсе. И на этот случай нужно быть готовыми рвать когти в любой момент, поэтому ещё до начала аукциона следовало договориться с коллегией картографов и с самим торговым домом, чтобы золото отсыпали сразу. Дело даже не в обмане, а в возможной задержке, которой может воспользоваться правитель, если будет недоволен вывозом золота за пределы его мира.
Ещё вчера мы с девушками договорились пройтись по магазинам, чтобы закупиться всем необходимым для путешествия. Собрались ехать сразу после завтрака, на который я решил пригласить Иву. Утром я застал девушку в гостиной за чтением книги.
— Доброе утро, — поздоровался я. — Что читаем?
— Твои люди умудрились стащить не только драгоценности, но и очень любопытную литературу, — она продемонстрировала разворот книги, написанной на незнакомом языке, скорее всего, на её родном. — Это из-за золотой обложки. Я сняла её, чтобы никого не смущать.
— О чём книга, раз она аж в золотой обложке была? — я сел напротив.
— Описание путешествия одного из императоров Илуны в глубины миров.
— Ого, они находят в себе смелость выходить из дома? Не боятся, что их убьют, когда рядом нет оракула?
— Зря ехидничаешь, — она закрыла книгу и убрала её в специальную сумочку на длинном ремешке. — Нынешний Император — пугливый котёнок, по сравнению со своим предком. Сложно это воспринимать всерьёз, когда знаешь, что он поглотил десять уникальных и очень сильных даров.
— Он — это кто? — не понял я.
— Нынешний император Илуны, — сказала она. — Его знают под именем Ин. Он действительно боится смерти, но не так, как ты думаешь. Один из уникальных даров делает его практически неуязвимым к магии. Второй — закалил тело так, что самое острое оружие оставит на его коже лишь неглубокую царапину. Третий защитит его от ядов в пище и вине. Четвёртый наделяет могущественной силой, способной управлять окружающим пространством.
— Прямо Супермен, — рассмеялся я. — Его вообще убить можно?
— Не знаю, — честно призналась она. — Моя наставница, когда он только взошёл на трон, предсказала ему гибель в тот самый момент, когда он почувствует собственную неуязвимость. Именно поэтому он всегда настороже, даже когда спит.
— Неуязвимый, да ещё и параноик. А остальные шесть даров?
— Ещё один даёт ему возможность управлять разломами, а про остальные пять я ничего не знаю.
— И зачем ты это мне рассказываешь?
— Нехорошее предчувствие, — сказала она. — Здесь рядом есть рынок рабов, где продают одарённых. Можно поискать кого-то с уникальным даром и… я покажу тебе, как забрать его себе.
— Нет, — спокойно ответил я. — Даже если в будущем погибну, без малейшего шанса на выживание, похожим на вас становиться не собираюсь. Я не людоед. Поэтому, если не хочешь, чтобы мы поссорились, не поднимай больше эту тему. Дай мне сейчас самую серьёзную клятву, чтобы не было искушения в будущем.
— Я поняла, — она улыбнулась. — Обещаю, что от меня ты этот секрет не узнаешь, даже если пригрозишь смертью.
— В свою очередь, обещаю по этому поводу смертью не грозить, — я тоже улыбнулся. — И раз с этим мы разобрались, пошли завтракать. Нам сегодня ещё по магазинам пройтись надо и сапожки тебе выбрать. Да и мне хорошая обувь не помешает.
Она встала, поправила сумку на плече.
— А что, Император Ин действительно неуязвим? — спросил я. — Или это преувеличение.
— Девять из десяти даров, что он несёт в себе, передавались из поколения в поколение в его роду. Их было гораздо больше, но более слабые постоянно отсеивались, а сильные оставались. Не думаю, что в тысяче миров, окружающих нас, найдётся хотя бы пара счастливчиков, обладающих одним из подобных даров, не говоря уже про все десять.
— Да и чёрт с ним, — отмахнулся я. — Пошли завтракать.
⠀⠀
Стоя на крыше высокого здания, мужчина с волевым лицом и небесно-голубыми глазами разглядывал огромный город и дворец с куполами, возвышавшийся в центре него. Необычные плоские крыши домов, суета демонов и людей на улицах, крики лавочников, зазывающих посетителей, и запах сточного канала — всё это вызывало смешанные чувства.
— Серые миры — самые гнусные из всех, — сказал он, глядя на дворец. — Особенно когда люди живут бок о бок с демонами.
— Смешение крови, — понятливо кивнул стоявший рядом парень, выглядевший лет на двадцать.
— Почти всегда оно порождает уродцев, омерзительных существ, перенявших черты обоих родителей. Но иногда появляются настоящие монстры, способные нести разрушения целым мирам. Один из таких сидит во дворце. Чувствуешь его присутствие?
— Нет, мой Император, — парень, сколько ни вглядывался в очертания дворца, не мог почувствовать ничего подобного. Он знал, что где-то недалеко находятся несколько могущественных демонов, пара людей, обладающих сильным даром к магии, но правителя этого мира он почувствовать не мог, даже находясь так близко к дворцу.
— Сердить его может быть опасно для Илуны, поэтому пока понаблюдаем, не привлекая внимания. Здесь слишком много людей…
Произнеся эти слова, он развернулся и направился к спуску с крыши. Главной проблемой, с которой он столкнулся, попав в этот город, был языковой барьер. Демоны и люди здесь говорили на языках, относящихся к тёмным. Следовало взять с собой лорда Эервен, но, как всегда, хорошая мысль пришла в голову Императора слишком поздно. Но и без этого, он был уверен, что сможет найти и покарать всех, кто причастен к разрушению его города и дворца.
⠀⠀
Несколько дней до аукциона пролетели очень быстро. Большую часть времени я был занят в храме Истин, помогая местным дами с символами. Прочёл несколько лекций и даже написал рекомендательное письмо для Тэи, чтобы она приняла пару жриц для обучения. Осталось дело за малым: найти денег и нанять кого-нибудь из коллегии картографов, чтобы помогли им найти дорогу в Хуму. А с золотом у храма Истин не ладилось. Они перебивались случайными заработками, охраняли торговые караваны и помогали Малефу с символами. Большого состояния на подобном не сколотить, поэтому жили они скромно. Если удачно продам артефакты, выделю им немного денег, чтобы хватило картографов нанять. Пока же я поведал им о символе отражения и о том, как можно быстро и много на нём заработать. Алика была женщиной неглупой, не пришлось разжёвывать прибыльность, но скоротечность аферы.
Учитывая, сколько всего случилось за первые два дня моего нахождения в Альведэ, даже странно, что следующие оказались такими тихими и скупыми на события. К необычным встречам я мог отнести разве что знакомство с кузеном правителя, навестившим меня за день до аукциона. Обычный с виду человекоподобный демон приехал в сопровождении огромной свиты, но поговорили мы с ним с глазу на глаз. Он любопытствовал, кто мы такие и куда держим путь, откуда у нас так много редких артефактов и кровавых камней, а ещё зачем нам столько золота? Местные купцы и лорды, связанные с правителем, предлагали нам оставить золото у них под проценты или же воспользоваться их услугами по обмену. Желтяка у них было много, а вот хорошего золота, наоборот, очень мало. Предлагали курс обмена семь к одному. Но пришлось его огорчить, сказав, что нам нужно двигаться вглубь красных миров и любое количество золота коллегия картографов сожрёт за милую душу и ещё добавки попросит.
Эту встречу я не зря назвал любопытным событием, так как ожидания людей немного не оправдались. Максим Артёмович со стратегом были уверены, что демонов интересует исключительно золото, и, действительно, о нём мы говорили много. Только эмоций этот разговор у родственника правителя совершенно не вызвал. А вот когда речь зашла про артефакты, а именно про шкатулку, способную питать энергетические кристаллы, он готов был заплатить любую сумму, желая выкупить её сразу. Предлагал сначала сто, затем сто двадцать, а потом и полторы сотни килограмм золота, уговаривая продать её сразу. С трудом, но в этом вопросе я проявил твёрдость, сказав, что не хочу обманывать ожидания тех, кто придёт на аукцион. Зато мы смогли проверить работоспособность шкатулки, второй раз вызвав у двоюродного брата правителя приступ жадности. Дело едва не дошло до угроз, но, к счастью, голову он не потерял.
Редкие артефакты, которые привёз сам владыка гор Ракку, вызвали огромный интерес не только в Альведэ, но и в ближайших мирах, поэтому аукцион решили провести во дворце правителя. Я всё хотел назвать его Императором, но он носил титул «Первый из сенаторов», при этом обладая исключительной властью. Мог заблокировать любую инициативу сената, но делал это крайне редко, только когда они теряли берега и начинали подминать под себя «республику». В такие моменты он проявлял характер, судил и казнил самых зарвавшихся, и в Альведэ снова наступала благодать.
Во дворец мы отправились к началу аукциона. Думал, что придётся ехать ещё днём, чтобы уладить формальности и прочее, но Танис обещал, что всё будет сделано и без моего участия. Мне нужно было лишь привезти артефакты и наблюдать, как демоны станут за них драться. В общем, поехали большой компанией, включая Максима Артёмовича и ещё пару людей из отряда. Пока я был занят своими делами, они сумели найти в Клопите переводчика, наняли повозку и вообще чувствовали себя неплохо, словно им моя помощь и не нужна вовсе. Что касается дворца, то в ожидании аукциона он преобразился: появились разноцветные стяги, подсветка, в том числе магическая, заработал один из крупнейших в столице фонтанов.
Чтобы попасть на дворцовую площадь, пришлось потолкаться в очереди у ворот. Смешно было наблюдать, как презрительно смотрят на нас гости, приехавшие на дорогих каретах и одетые словно на бал. На их фоне наша повозка выглядела убого, но я по этому поводу совершенно не переживал. Меня она полностью устраивала, особенно дикая лошадка, выносливая, не капризная и отлично переносящая жару. У ворот дворца, когда нас хотела подрезать дорогая карета и влезть без очереди, она так перепугала нежных породистых лошадей, что те ехать во дворец резко расхотели, игнорируя приказы кучера.
— Не стоило ехать, если плохо себя чувствуешь, — сказала Зои, отрывая меня от разглядывания вереницы карет, огибающих фонтан и разворачивающихся у дворца. Любопытно, где они будут ждать хозяев и как узнают, что их пора забирать?
Оглянувшись, я посмотрел на бледную Иву, выглядевшую так, словно она съела что-то несвежее. На лбу проступили бисеринки пота, губы слегка побелели, а взгляд был таким, словно она в любой момент могла упасть в обморок. Зои даже ладонь к её лбу приложила.
— Что-то не даёт заглянуть в будущее, — сказала Ива, рассыпая искорки с ладони. — Холодная каменная стена.
— Ну так не заглядывай, — сказал я. — Сдалось тебе это будущее. Справимся как-нибудь. Или там опять фанатики мелькают?
— Я не знаю, — она покачала головой. — Так бывает, только… когда Император рядом. Он носит на шее амулет, не позволяющий оракулам предсказывать его ближайшее будущее.
— Может, здесь у кого-нибудь такой же есть, — сказал я. — Ива, прекрати уже это. Или хочешь всё мероприятие проваляться без сознания в повозке?
— Не вижу своё будущее, — пожаловалась она так, словно это что-то крайне важное. — Ни твоё, ни Зои, вообще ничего.
— Мы и без знания будущего прекрасно жили, — я попытался сказать это как можно более жизнерадостно, но настроение эта новость немного испортила.
Ива потянулась и взяла меня за руку. Мир вокруг резко потемнел, и я увидел горящий в ночи город. Вид открывался из верхнего окна дворца, поэтому было прекрасно видно, как пылают улицы, как огромный огненный вихрь движется по городу, разрушая дома и оставляя за собой раскалённую докрасна каменную брусчатку. А ещё я увидел несколько фигур, зависших в воздухе и поливающих друг друга потоками огня. Завораживающая и страшная картина, от которой мурашки побежали по телу.
— Что я увижу? — раздался в темноте голос Ивы, выдёргивая меня из видения.
Пришлось потереть глаза тыльной стороной ладони, чтобы прийти в себя.
— Ничего хорошего, — отозвался я. — Горящий город и сражение кого-то над дворцом.
В повозке на минуту повисло молчание. Госпожа Асгейл покачала головой, Зои хмурилась и за себя, и за бабушку, Беата сверлила недовольным взглядом бледную Иву.
— Думаете, лучше не ехать? — спросила Зои.
— Может, это демоны золото не поделили, — ответил я. — Не везёт мне с аукционами. В прошлый раз синекожие ящеры город спалили… Ладно, есть у меня идея. Даже две. Вы только бдительность не теряйте и драк на пустом месте не затевайте.
Была у меня мысль плюнуть на всё и сбежать прямо сейчас, но если за нами действительно пришёл император Илуны, то это не лучшая идея. Я бы даже сказал, что убегать — смерти подобно. Именно сейчас мне вспомнились рассказы Зои, как к ним в гости заглядывали светлоликие. Им не нужно пробиваться через десятки миров, так как есть путевые кристаллы, доставляющие в нужную точку экспрессом. Значит, и Император сможет собрать армию и прыгнуть туда, рассчитывая поквитаться с нами и захватить Зои. Я, конечно, взорвал кучу кристаллов в храме, но наивно думать, что у какого-нибудь рода не сохранилась парочка, ведущая в нужные миры, в том числе и в Первое царство. Значит, выход только один — воспользоваться ситуацией.
Наша повозка обогнула фонтан и остановилась перед широкой мраморной лестницей, ведущей к главному входу во дворец. И глядя на дорогие наряды гостей, поднимающихся по ней, я думал, что они собрались на бал или просто посоревноваться друг с другом количеством и качеством украшений. А вот слуг, тащивших сундуки с золотом или что-то подобное, я не видел, что наталкивало на неприятные мысли.
— Максим Артёмович, — окликнул я его, поспешив догнать на лестнице. Люди в компании переводчика ехали впереди нас и хотели просто полюбопытствовать, обещая не мешать.
— Да, Василий? — он немного отстал, жестом показывая остальным, чтобы поднимались без него.
— Если мы сегодня всё золото получим, отряд готов уйти сразу? Стоки уверял, что у картографов всё готово и они могут отправляться в любой момент.
— Ты думаешь, что демоны прямо в зале к твоим ногам сундуки с золотом нести будут? — улыбнулся он.
— Нет, думаю, что где-нибудь в подсобном помещении обмен будет происходить…
— Василий, они как минимум день будут золото считать, взвешивать сто раз и проверять качество монет. А если дело дойдёт до слитков, золотых кубков и драгоценных камней, то всё затянется ещё на пару дней, если не дольше. И это я не говорю о тех, кто вместо золота расплачивается недвижимостью или чем-то похожим.
— Говорил об этом с Танисом, — закивал я. — Предупреждал, что мне нужно только и исключительно золото. В любом виде — монеты, кубки, подсвечники и прочая ерунда. Я всё сам потом переплавлю, главное — чтобы в весе не обманули.
— Если у тебя в голове созрел идеальный план, будь уверен, что обязательно появится какая-нибудь мелочь, способная всё испортить или как минимум порядком усложнить. Не переживай, как только золото будет, сразу и отправимся. У нас всё готово, хоть сейчас снимайся с места, хотя я не вижу в этом большого смысла. Нужно продовольствия в дорогу докупить, воды набрать, выспаться как следует. Даже при ловле блох спешка больше мешает. Слушай, может, тебе на учёбу походить к нам? Командование подразделениями, ориентация на местности, тактические занятия. Специалисты у нас есть по любой сфере, даже по машиностроению есть пара. Обещали паровой двигатель собрать и прогресс на рельсы поставить.
Он рассмеялся, словно это была отменная шутка. Я тоже улыбнулся, представив железную дорогу между Хумой и Северным Бреймом. Зои рассказывала, что в их мире есть морские торговые пути, так почему бы не сделать сухопутные удобными? Неплохая могла бы выйти перспектива для людей. В том смысле, что смогут найти себе не только полезное, но и выгодное занятие.
У главного входа во дворец гостей встречала группа дворцовых служащих. Сверялась с длиннющим списком и только потом разрешала войти. Там же нас ждал лично Танис, взволнованный и воодушевлённый предстоящим мероприятием. Не знаю, рассчитывал ли он, что аукцион пройдёт аж во дворце. С одной стороны, его положение в местном обществе резко поднималось, с другой — это накладывало большую ответственность. Правитель легко мог взять всё в свои руки, назначив вести аукцион кого-то из приближённых, но предпочёл, чтобы этим занимался торговый дом Ночи.
— Вы очень вовремя, владыка Василий, — поздоровался Танис. — Перед началом мероприятия нужно всё ещё раз обговорить, чтобы не было недопонимания.
Танис уже вёл нас мимо дворцовых служащих к главному входу. За огромными дверями оказался просторный холл с мраморной лестницей, по которой гости поднимались на второй этаж. Богатство дворца меня пока не поразило, в отличие от обилия освещения. Света действительно было много. Под потолком парило несколько больших сфер, излучающих тёплый свет, ещё с десяток таких же разместили по всему залу, чтобы не осталось ни одного пятнышка тени.
— Мы успеем до появления правителя, — сказал Танис. — Ваши спутницы могут пока пройти в тронный зал.
— Не будем мешать мужчинам вести дела, — сказала госпожа Асгейл, беря под руку Зои, которая собиралась пойти со мной. Второй рукой она умудрилась поймать Беату, посмотрев строго сначала на неё, а потом на Иву.
В итоге девушки направились к лестнице на второй этаж, следом за группой людей. Беате даже пришлось крепче брать Иву под руку, так как силы её постепенно покидали. Перед лестницей остались только мы с Танисом и Айн Ханна, скрывающая эмоции за холодным выражением лица. Сегодня мне пришлось постараться и задействовать всё красноречие, чтобы уговорить её надеть платье. На изысканные наряды к аукциону мы потратили целое состояние, но я ничуть не жалел, увидев результат. Не хотел, чтобы Беата появилась среди благородных господ в одеянии жрицы, а Айн Ханна и вовсе хотела пойти в мужском дорожном костюме. И сейчас она сердилась на меня из-за того, что, в свете предсказания Ивы, платье ей будет только мешать.
Танис посмотрел на Айн Ханну, уже держащую меня под руку, и показал в сторону бокового коридора. Ханна немного придержала меня, чтобы отстать от него на пару шагов.
— Магический свет, — шепнула она, говоря на русском, — будь с ним осторожен. Он раскрывает истинную суть вещей. Пока он касается тебя, нельзя использовать или почувствовать на себе магию разума.
Она взглядом показала на большие яркие сферы, парящие под потолком, на что я понятливо кивнул. Скорее всего, она имела в виду, что не сможет спрятаться в тени, пока находится под этим светом. Тем временем мы прошли в узкий коридор, полы которого представляли собой сложную мозаику из маленьких дощечек.
— Определились с тем, что будете продавать? — спросил Танис, обернувшись на секунду. Думаю, он слышал, что говорила Ханна, но вряд ли понимал русский язык.
— Да. Три кольца и табакерку, то есть, Вечный огонь.
— Кровавые камни? — обернулся он.
— И кровавые камни, — добавил я неохотно. — Один с кровью великого змея и пять средних. И ещё надо оценить серебряный жезл. Не уверен, что хочу продать его, но надо посмотреть, насколько высоко оценит его мастер Кве. Он здесь?
— Здесь, — Танис довольно заулыбался, а огоньки в его глазницах запылали чуть ярче. — Тот кровавый камень, что Вы мне подарили, оказался восхитительным. В знак признательности я решил, что торговый дом Ночи не станет брать процент с проданных Вами артефактов.
— Щедро с вашей стороны, — улыбнулся я, подумав, что и без этого он сегодня получит очень много всего, но главное — это влияние в обществе и при дворе самого правителя. — Насчёт моей просьбы всё уладили? Мне нужно только золото и только качественное, без желтяка.
— Не переживайте, гильдия торговцев будет гарантом всех сделок. Кстати, если что-то приглянется на аукционе, можете смело торговаться и не думать о наличном золоте.
Для работников аукциона правитель выделил несколько проходных комнат в закрытом коридоре без окон. Войти и выйти можно было только через единственные двери, охраняемые дворцовой стражей. И о паре демонов у дверей сказать нужно отдельно. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: грабить аукцион сегодня никто не станет. Скучающего вида рогатый демон, спиной прислонившийся к косяку двери, по силе не уступал тому же лорду Азара. В том смысле, что силу его дара я не смог в полной мере оценить. Танис и сам был демоном не слабым, но на его фоне просто терялся. Второй демон, больше похожий на человека, скучал, сидя на стуле с противоположной стороны от прохода. Точнее, он был полудемоном, что сразу бросалось в глаза. Черты лица правильные, даже аристократические, тёмные волосы, спускающиеся до плеч, глаза тёмно-зелёные. Завершал картину короткий кривой рог, растущий из правой стороны лба. По идее, рогов должно быть два, но, когда смешивалась людская и демоническая кровь, часто проявлялось подобное уродство. Иногда у ребёнка мог вырасти один рог вместо двух, слишком крупные зубы на фоне вполне человеческого лица, да всё что угодно. В жестоком обществе демонов, ценящем и любящем собственную кровь, таких детей чаще всего убивали. Случалось, что их отправляли жить куда-нибудь в глухую деревню на самую окраину империи и запрещали возвращаться под страхом смерти. Шанс увидеть полудемона во дворце правителя огромного мира был равен шансу застать здесь правителя Илуны, то есть почти нулевой.
Полудемон, увидев мой заинтересованный взгляд, улыбнулся. На вид ему было около тридцати лет и внешность вполне человеческая, если не обращать внимания на кривой рог. И уважения он внушал куда больше, чем его напарник, так как я не чувствовал в нём силу, но при этом мог ощутить наличие дара. По идее, невозможно определить, каким даром обладает человек или демон, так как его сложно почувствовать. Госпожа Асгейл как-то читала лекцию на эту тему, объясняя разницу получения магических способностей по рождению или после пересечения границы миров. Так вот в случае с полудемоном его дар мог почувствовать не только кто-то уровня госпожи Асгейл, но даже я. Если этот стражник мог пустить его в ход, то сложно представить, насколько сильным будет созданная магия.
Проходя мимо стражи, Танис уважительно кивнул им. Я же обратил внимание, что свет в коридоре давали несколько светящихся сфер, таких же, как и в холле дворца. Учитывая, что на стенах и в самих проходных комнатах висели масляные лампы, становилось понятно, что дополнительное освещение сюда принесли специально.
В первой комнате на массивных столах работники торгового дома Ночи раскладывали артефакты и разные товары, готовясь к аукциону. Работали спешно, но без суеты. Я заметил там Тику, следящую за процессом, кивнул ей, за что заработал улыбку. Не скажу, что очаровательную, так как их раса не обладала привлекательными чертами для людей, но улыбка получилась вполне искренняя, это я смог легко понять.
Во второй проходной комнате готовился к выступлению ведущий аукциона, изучающий листы с набросками артефактов и короткими заметками. И только в третьей комнате мы застали мастера Кве, вольготно устроившегося на мягком диване и явно скучающего. Увидев его в нарядной и дорогой одежде, я едва не рассмеялся. Кто-то говорил, что век у ящеров короткий и живут они пару десятков лет. Не знаю, сколько было Кве, но вёл он себя как подросток, по поведению больше напоминая кинийца.
Ханна слегка сжала мой локоть, и, обернувшись, я столкнулся лицом к лицу с однорогим полудемоном. Учитывая его особенность в виде огромного дара, не заметил, что он шёл за нами следом.
— А ты правда владыка гор Ракку? — спросил он, говоря на местном языке.
— Правда, — скрепя сердце произнёс я, и только потому, что владыка этих самых гор пользовался в Альведэ уважением и так было проще.
— А Малеф? — спросил он с любопытством. — Понятно, что он мёртв, непонятно, почему так?
— Потому что обнаглел слишком. Утомил он собственный народ, за что получил табакеркой в висок.
Он посмотрел удивлённо и недоверчиво, затем что-то понял и закивал.
— А зачем владыка Ракку продаёт все эти замечательные вещи? — снова спросил он.
— Золото нужно, сейчас и много. А вот артефакты эти мне ни к чему. У нас говорят: «Мне чужого не надо, поэтому и продаю».
Однорогий рассмеялся, расплывшись в улыбке.
— Василий, — я протянул ему руку.
— Мита́р, — кивнул он. К рукопожатию демоны не всегда относились хорошо, но Митар азартно затряс моей рукой.
— Владыка Василий, — привлёк моё внимание Танис.
Я прошёл к столу, выложил артефакты, о которых шла речь. Кольца: удушения, кровотечения и слепоты. Набор проклятий какой-то получился. Рядом с ними положил табакерку, которая тут же оказалась у Кве в руках. Он быстро всё осмотрел и смешно закивал, подтверждая, что это именно те артефакты, которые я показывал ему в прошлый раз. Последним на стол лёг серебряный жезл. Я не планировал его продавать, но подумал, что лишнее золото нам всё же может пригодиться, а самых разных жезлов у меня осталась ещё дюжина.
— Холодный нож, — произнёс Кве равнодушно, так как всё ещё держал в руках Вечный огонь и больше внимания уделял ему. — Самый острый из всех, поэтому десять тысяч.
— Артефакт, которой что-то разрезает? — уточнил я. — Не дороговато ли?
— Он режет магию, — сказал Кве. Ткнув пальцем в стол, он изобразил какую-то закорючку.
На секунду повисло молчание. Все ждали, что Кве скажет ещё что-нибудь, но он молчал.
— Думаю, — раздался голос Мита́ра, — что он прерывает любую поддерживаемую магию. Учитель когда-то рассказывал о холодных и горячих клинках, которые отрезают одарённого от созданных им заклинаний. Не думал, что подобную магию можно вложить в обычный предмет. Десять тысяч, значит?..
— Стартовая цена, — быстро добавил Танис, видя большой интерес полудемона.
— Да, да, конечно, — пару раз кивнул тот.
Я хотел добавить, что ещё не решил, буду ли продавать такую полезную штуку, но посмотрел на задумчивый взгляд полудемона и махнул рукой. Артефакт очень специфический, который вряд ли станет работать против дами.
«Чёрт возьми, Ива! Нельзя было подобрать более слабые артефакты?» — недовольно подумал я, борясь с хомяком внутри.
— Золото, — напомнил я Танису. — Мне нужно хорошее золото, чтобы отправиться к красным мирам. Если с формальностями всё, то я пойду.
— Для Вас выделили балкон над праздничным залом, — сказал он. — Подождите немного, и я провожу.
— Я покажу дорогу владыке, — сказал однорогий Митар.
Танис посмотрел на артефакты, которые уже присвоил мастер Кве. Ящер не стал касаться лишь ослепляющего колечка, да и то смотрел жадным взглядом.
— Кве, оставь в покое артефакты! — Танис добавил строгости в голос. — Если пропадёт хотя бы маленькое колечко, я тебя на корм для диких лошадей пущу!
Митар показал жестом в сторону коридора, откуда мы пришли. Когда мы пошли в сторону выхода, позади ещё долго слышался голос бывшего владыки, требующего, чтобы кто-то забрал у ящерицы дорогой товар, пока он его собственноручно не придушил.
— Не хотите обменять посох и шкатулку Вечного огня на рабыню? — неожиданно спросил Митар.
— Только если она умеет открывать разломы, не тратя моё золото, — отозвался я.
— Золото тебе и так хватит, чтобы обойти этот участок миров по кругу два раза, — рассмеялся он. — И даже останется, чтобы нанести на карту каждый из красных миров, который попадётся по пути.
— Учитывая аппетиты коллегии картографов, сильно в этом сомневаюсь.
— Уникальная рабыня, — сказал он важно. — Малеф предлагал служить мне пять лет, в обмен на неё.
— Душевные болезни — они такие, — ответил я. — Иногда с первого взгляда сложно понять, что не всё в порядке с головой.
— Мне тоже показалось, что он загнул с ценой, поэтому продавать не стал. Он ради неё даже в Альведэ приезжал, хотя этот город ненавидел…
⠀⠀
Глядя с небольшого балкона на гостей дворца, собравшихся в большом зале, высокий мужчина с волевым лицом хмурил брови. Демоны и люди из разных миров смешались в бесформенную толпу, любезничая друг с другом, смеясь и угощаясь вином.
— Вон те, с рыбьими лицами, кто это? — спросил мужчина, отпив из высокого бокала превосходное по качеству и вкусу вино.
— Третий мир на торговом пути, — ответил человек, одетый в дорогой наряд и носивший на лице фарфоровую маску. — Кто-то из приближённых к королю. Эти рыбы живут только за счёт торговли и удачного расположения собственного мира. И каждый раз, когда происходит что-то интересное, они тут как тут. Чем они вас заинтересовали, господин Ин?
— Кто-то из них обладает уникальным и очень сильным даром, — сказал мужчина.
— Рыбы? — человек в маске удивился. — Они никогда не славились своими воинами и одарёнными.
Тот, кого назвали господином Ин, покачал головой, сомневаясь в высоких умственных способностях человека. Но сейчас он был полезен больше, чем жаден и глуп.
— Если говорить о действительно опасных гостях, к которым лучше без особой надобности не приближаться, — продолжал человек, — то я бы выделил красноглазых и беловолосых демонов. Говорят, что они пьют кровь одарённых, чтобы стать сильнее.
— Говорят или пьют? — спросил мужчина, покосившись на человека.
— Кхм, — тот закашлялся и, заметив что-то в зале, встрепенулся, спеша перевести тему. — Ещё не советую связываться с владыкой гор Ракку. Это бедный мир, находящийся вне основного торгового пути. Там живут демоны, на которых не действует магия. И самый опасный — это их владыка, безжалостный и мстительный. Третий сенатор, ставленник самой гильдии торговцев, недавно поссорился с владыкой. Говорят, они что-то не поделили перед аукционом и… Через день сенатора нашли в его собственной спальне, повесившимся на шнурке от занавесок. При этом удавился он, упав с кресла.
— Местный правитель закрывает на подобное глаза? — спросил господин Ин.
— Так ведь… у сенатора полный дом жильцов и даже гостей был. Охрана, десятки слуг. Никто ничего не видел. Его супруга вышла из спальни, чтобы служанку вызвать, а когда вернулась, сенатор уже был мёртв. Он ведь был сильным одарённым, но ни следов борьбы, ни магии…
— Так может, причина не в конфликте? Может, его супруга устранила, к примеру, ради наследника? Об этих светловолосых ты говорил?
Господин Ин показал в сторону входа в зал, где появились женщина и девушка с белыми волосами. Он почувствовал сильную кровь и подался вперёд, чтобы лучше их рассмотреть, но, увидев ещё двух девушек из их компании, отстранился от перил, отступая на шаг назад.
— Нет, это не они, — сказал человек в маске, не заметив изменившееся на секунду выражение лица мужчины. — Это кто-то из красных миров. Говорят, у их правителей рождаются дети с белыми волосами, но это не демоны, а просто люди, получившие дар при рождении.
Несколько минут господин Ин тайком наблюдал за группой девушек, не слушая болтовню человека. Они очень удачно остановились у противоположной стороны зала, и за это время к ним никто не подходил. Несколько раз с ними пытались познакомиться люди, но каждый раз нарывались на сердитый взгляд немолодой женщины с белыми волосами и позорно сбегали.
— Идёт! — человек в маске оторвал мужчину от размышлений. — Владыка гор Ракку. Я его видел в торговом доме Ночи, и на меня он тогда впечатления не произвёл. Он выглядит, как пацан, но ходят слухи, что владыка гор Ракку бессмертен.
— Уверен? — спросил господин Ин и почти сразу понял, что его спутник вряд ли бы ошибся.
В компании молодого парня, выглядящего лет на пятнадцать или шестнадцать, был однорогий полудемон. Лишь несколько демонов во всём зале обратили внимание на новых гостей. Один из тех, кто мордой походил на уродливую рыбу, и ещё беловолосый мужчина в чёрном камзоле и белой сорочке. Они повернулись почти одновременно, хотя стояли в разных концах помещения и из-за обилия гостей вряд ли могли видеть, кто входил в зал.
— Абсолютно уверен, — запоздало ответил человек. — Вместе с ним постоянно крутится несколько демонов с фиолетовыми глазами.
— Человек, но при этом владыка демонов, — прищурился господин Ин, следя за парнем и однорогим, как они подходят к той самой группе девушек. — Ты сказал, что он бессмертный?
— Об этом знают буквально все в Альведэ, — кивнул человек в маске.
— А что за демон рядом с ним?
— Где? — не понял человек. — Женщина в платье?
— Нет, однорогий демон, мужчина в куртке стражника.
— Простите, господин Ин, я не пойму, о ком вы говорите.
— Понятно, — остановил его мужчина. — Не обращай внимания. Лучше расскажи, что ещё известно о владыке Ракку?
⠀⠀
К тому времени, как мы попали в огромный праздничный зал, гостей собралось столько, что становилось тесно. Самые разные демоны, рогатые и нет, страшные и похожие на людей, общались друг с другом на дюжине разных языков, отчего у меня голова шла кругом. Людей в зале, к слову, было значительно меньше, но в богатстве одежды и украшений они старались не уступать. Отдельно можно сказать о трёх группах дами, старавшихся держаться друг от друга подальше. Я сразу узнал главу храма Луны, которую обступили богатые демоны. Разговор у них шёл оживлённый, и я догадывался, о чём именно. А вот к группе жриц из храма Истин подходить никто не спешил. Напротив, вокруг них было небольшое свободное пространство, несмотря на то, что в зале оставалось всё меньше места для гостей. Последними шли ещё две дами, но одетые не в платья жриц, а во вполне обычную и даже богатую одежду благородных жителей Альведэ.
Что касается обещанного балкона, то мы сначала пересеклись с девушками в зале. Митар сказал, что он сейчас поднимется и всё уладит, так как возникла какая-то проблема. Добавил, что аукцион начнётся сразу после выступления кого-то из сената, и он постарается успеть.
— Всё в порядке? — спросила меня Зои, с любопытством провожая Митара взглядом.
— Можно сказать, что нормально, — ответил я. — Но Ива могла бы подобрать другие артефакты для продажи. Когда дойдёт до торгов, надеюсь, гости не поубивают друг друга.
— Главное, чтобы они готовы были платить золотом, — невозмутимо сказала упомянутая девушка.
Сквозь толпу к нам пробился лорд Гарот собственной персоной. Как всегда, одет в чёрный камзол и белую сорочку, только на этот раз в более изящную и дорогую.
— Лорд Гарот, добрый вечер, — улыбнулся я, пожимая ему руку. — Как у Вас дела?
— Утром только вернулся, — сказал он. — Вчера, наконец, удалось собрать и отправить посольство в Илуну.
— Имейте в виду, что они там не совсем адекватные, — сказал я, — особенно если дело касается демонов, так что посольство может и не вернуться.
— Риск всегда есть, даже в самом простом на первый взгляд деле. Я слышал, недавно вы столкнулись с сенатором Кливецом.
— А, этот… серый демон, — я едва сдержался, чтобы не сказать что-нибудь обидное. — Он посмел использовать против нас смертельную магию. Убил кого-то из горожан и смылся. Если увидите, дайте мне знать, где его искать. Очень хочется ему голову оторвать.
— Как и мне, — кивнул лорд, сверкнув взглядом красных глаз. — Он впутал в это мою младшую сестру, Серафину, наняв её как эксперта по артефактам, но не обеспечив безопасность. Если вдруг у вас есть претензии к ней, я готов расплатиться.
— Никаких претензий, — быстро сказал я. — Кстати, она на Вас действительно похожа, я это сразу заметил.
По залу пошло оживление, и голоса гостей начали быстро стихать. На специальное возвышение, установленное для проведения аукциона, поднялся знакомый мне двоюродный брат правителя. Лорд Гарот кивнул мне, показал взглядом на дальнюю часть зала и ушёл в толпу.
— Приветствую жителей Альведэ и его гостей, — раздался голос, усиленный магией. — Сегодня мы собрались здесь, чтобы провести аукцион редчайших артефактов и диковин со всех ближайших миров. Событие редкое, почти уникальное, поэтому правящая семья тоже решила продать несколько личных сокровищ и, конечно же, кое-что купить.
Гости одобрительно загомонили, а на площадку спешил подняться Танис, чтобы объявить о начале проведения аукциона и рассказать его правила. В это время из толпы рядом с нами выскочил Митар, довольный, словно случилось что-то хорошее. Поймал любопытный взгляд Зои.
— Теперь можно подняться на балкон, — сказал он. — Мы не знакомы.
— Зои, — ответила она, мило улыбнувшись. — Асгейл. А это моя бабушка Присцилла Асгейл.
— Красные миры очень близко, но так далеко, — с небольшим огорчением сказал он. При этом на языке красных миров он говорил очень даже хорошо, почти как Ива. — Коллегия картографов всё никак не может найти дорогу, которая не будет состоять из сотни прыжков в неизвестность. Мои родители, когда были молоды, жили на окраине большой империи, носившей имя Первое царство. И переехав в Альведэ, они много рассказывали о нём.
— А название города? — заинтересовалась Зои.
— Реджо, если я не путаю.
— Прекрасный город на берегу Кораллового моря, — заулыбалась Зои. — У нас тоже есть там дом. Удивительное совпадение!
— Давайте поднимемся на балкон, — напомнил Митар. — Торги вот-вот начнутся, и здесь будет шумно. Позвольте Вашу руку?
— Нет, — Зои успела оказаться рядом со мной, беря меня под руку, и виновато улыбнулась ему. — Прости за это.
— Прощаю, — он понимающе кивнул и направился к боковой двери, ведущей к лестнице на этаж с балконами.
Совпадение и правда было необычным, если Митар не лукавил насчёт родителей.
— В Реджо живут только люди, — шепнула мне Зои.
— Мои родители по материнской линии пришли из красного мира, — сказал Митар, скорее всего, услышав её. — А родители отца входили в высший… то есть, в первую десятку сенаторов Альведэ.
На верхнем этаже нас уже ждали несколько слуг, распахнув двери на просторный балкон с удобными стульями. Сверху на зал открывался неплохой вид, при этом освещение сделано так, чтобы снизу разглядеть было трудно. Митар пригласил меня садиться на соседний стул, чтобы можно было поговорить. Жестом попросил слугу принести напитки.
— Всё ещё не хочешь купить у меня рабыню? — спросил он.
— Не имею ни малейшего желания. Честное слово.
— Жаль, — огорчился он. — Почему?
Я посмотрел на Митара, не понимая, шутит он или нет.
— Не нужны мне рабы, вообще. К тому же кот в мешке.
— Она не кот, — ответил он и почему-то рассмеялся. — Но кошек любит безумно.
— Как можно покупать что-то, чего в глаза никогда не видел? За такую-то цену.
— Так в чём проблема? — обрадовался он. — Я сейчас всё продемонстрирую.
— Не собираюсь никого покупать. Если вам нужна какая-то услуга от владыки гор Ракку, просто скажите, может, мы сможем договориться и без этого. Тем более, у меня важный разговор. Я успел оценить гостей в зале и сильнее тебя никого не увидел.
— Очень интересно, — он повернулся, посмотрел на меня с любопытством.
Тем временем Танис закончил со вступительной частью и передал слово ведущему, который сразу перешёл непосредственно к лотам. Первым продавался набор защитных колец и цепочек. Бывший владелец обещал сделать любого демона неуязвимым к магии, но торговый дом оценил набор в скромные две сотни золотых монет.
— У меня есть важная информация по поводу далёкого светлого мира, — сказал я. — Илуна, если быть точнее. Его жители и Император, в частности, ненавидят всех демонов, стремясь убивать их при первой возможности.
— Радикальные светлые миры, как и тёмные, встречаются довольно часто. Но про Илуну я слышал буквально на днях. Магистр Стоки собирал посольство, чтобы отправить к ним и призвать к соблюдению основополагающих правил.
— Отправить посольство — идея хорошая, но я не верю, что из этого выйдет хоть что-то…
В зале тем временем цена на дешёвые артефакты поднялась до пятисот монет, и всё ушло демонам из соседнего мира Цар. Я отвлёкся, так как в этот момент появились кровавые камни, и гости оживились. За кровь великого змея торг почти сразу пошёл с такой ожесточённостью, что цена за первые две минуты взлетела до трёх тысяч золотых монет. Старшая жрица храма Луны пыталась потягаться с богатыми демонами, но бросила эту затею, ещё когда за камень давали тысячу. Вот когда я немного пожалел, что не узнал у алхимиков в Хуме способ запечатывания крови демонов в подобные камни. Отправить бы весточку Тэе, что храм может неплохо заработать, купив кровавые камни у нас и продав их здесь.
— О чём я? А, да, о светлоликих из Илуны. Я был свидетелем, как они уничтожили огромный светлый мир, где жили только люди. Всё ради каких-то кристаллов. Мне удалось сбежать лишь чудом. И говоря «уничтожили», я имею в виду не убийство жителей, как это делают синекожие ящеры, а полное разрушение.
— Нехорошо, — нахмурился Митар. — Это многое меняет. Магистр Стоки говорил, что их мир движется и сейчас остановился в тихом и далёком от Альведэ секторе. Они могут уйти дальше в любой момент?
— Не знаю, — я оглянулся на Иву, но она сидела в дальней части балкона и наш тихий разговор не слышала, в отличие от Зои, греющей ушки. — Вроде для этого им нужно разорить ещё пару миров и собрать кровь одарённых демонов.
Я снова прервался, так как внизу шли бурные торги. Не сразу удалось понять, что выставили кольца удушья и кровотечения. Думал, что стартовая цена вызовет у демонов лёгкий шок, но ведущий так красиво описывал убийственные способности колец, что покупатели нашлись. Отчаянно за них торговались демоны со страшными лицами и богатые торговцы, похожие на рыб. С ними пытались спорить дами, из тех, о которых я ничего не знал, но перебить цену для них было нереально. Повернувшись к Беате, я прошептал ей на ухо, чтобы она спустилась в зал и попросила этих самых дами не уходить после аукциона. Дескать, у владыки гор Ракку есть ещё пара похожих боевых артефактов, которые он может им продать или обменять на услугу.
Сейчас на торги выставили колечко слепоты, и страсти немного улеглись.
— Говоришь, что уйти они не могут, пока не соберут особую кровь? — спросил Митар. Он не смотрел в сторону Зои, но голову даю на отсечение, имел в виду именно её.
— Ты веришь в предсказание? Один из моих… подчинённых обладает редким даром предсказывать будущее.
— Не встречал таких, но слышал. Очень редкий дар, за которым охотятся самые могущественные демоны всех миров.
— Проблем от него больше, чем пользы, — поморщился я. — Сегодня мне дали посмотреть на одну картину…
Я пересказал то, что мне показала Ива. Постарался как можно более точно описать детали, крыши домов, форму куполов дворца и внешний вид сражавшихся. Один из них носил светлые одежды, второй — золотые.
— Необычно, — произнёс Митар. — Что говорит провидец? Это абсолютное будущее или просто предсказание?
— Не знаю. До этого момента все предсказания провидца сбывались. И я почти уверен, что это Император Илуны, куда вы собираетесь отправлять посольство. Рассказал это для того, чтобы ты смог предупредить Первого сенатора и стражу дворца.
Митар ненадолго задумался, разглядывая зал. Мне показалось, что он спросит, зачем Императору приходить в этот мир? Не за нами ли он охотится и тому подобное, но Митар промолчал. От него исходили незаметные потоки силы, словно он решил прощупать каждого гостя в зале.
— Уникальный артефакт, — продолжал ведущий, не обращая внимания на весёлые смешки из первых рядов. Я только сейчас заметил, что рядом с помостом встал тот самый сильный стражник, что охранял коридор работников аукциона. — Артефакт, способный наполнять силой энергетические кристаллы. Звезду Альведэ, чистейший кристалл во всех мирах, он наполнит силой всего за три лунных цикла… Есть стартовая цена. Двадцать тысяч для гостей на балконе.
Это он заметил, как Митар поднял руку.
— Двадцать пять! — выкрикнул рыбомордый, прорываясь ближе к помосту ведущего.
— Тридцать! — рядом с ним встал рогатый демон, очень похожий на человека. — Если он и вправду может наполнить силой звезду Альведэ.
Митар снова поднял руку, и цена взлетела до тридцати пяти тысяч, а это почти две сотни килограмм золота. Я даже не был уверен, что мы сможем всё утащить.
— Что за звезда такая? — спросил я у Митара.
— Как было сказано, самый чистый кристалл, известный демонам, — ответил он. — За всю историю Альведэ никто не смог наполнить его до краёв.
— Кто нынешний владелец? — спросил я. — Правитель?
— И да, и нет, — он улыбнулся, поймав мой взгляд. — Звезда принадлежит правителю, но не связана с ним. Это очень редкий и могущественный артефакт, цены которому нет. Как я уже говорил, Малеф, бывший владыка гор Ракку, предлагал мне служение в течение пяти лет в обмен на него. Возможно, правитель Илуны пришёл, чтобы забрать звезду… Балкон с другой стороны зала, тонущий в темноте, видишь?
— Что там? — тихо спросил я.
— Кто-то, кто скрывался от моего взора, — ответил Митар. — Но сейчас он очень сильно разозлился, и я могу его почувствовать. И он действительно силён…
— Думаешь, там Император? — я ещё раз посмотрел в сторону неестественно тёмного балкона, и по спине прошёл холодок. — Тогда не делаем резких движений.
Митар задумчиво улыбнулся, затем достал откуда-то золотой ободок с декоративным рогом. Рог был такой же, как и растущий из левой части его лба. Когда же он надел ободок на голову, рога стали выглядеть симметричными и уже не казались неправильными. Но это всё ерунда по сравнению с ощущением того, что дар однорогого парня стал ещё больше, заполняя собой почти весь зал. Я по-прежнему не чувствовал в нём великой силы, но только лишь потому, что не мог оценить её в полной мере.
— Господин Аранис, — произнёс Митар в пустоту перед собой. — Поднимитесь ко мне на балкон. И захватите с собой нашего вспыльчивого друга Зика. Лорд Гарот, поднимитесь ко мне на балкон. Марика, найди меня.
Пока Митар был занят, я повернулся к госпоже Асгейл и Зои, которые всё прекрасно слышали и понятливо закивали. Надеюсь, кивками они обещают в неприятности не влезать, а не показывают готовность сражаться с самим императором Илуны. В это время вернулась Беата. Я едва успел рассказать ей о намечающихся проблемах, когда на балкон шагнул рыбомордый. Один из самых сильных демонов в зале. Вблизи можно было рассмотреть толстые и длинные усики, как у сома, а ещё острые треугольные зубы, которым позавидовали бы и ат-анаки. Следом за ним шёл неприятный на вид демон, лицо которого напоминало уродливый череп, обтянутый кожей. Балкон хотя и был просторным, но с появлением новых гостей на нём стало тесновато.
— Если ты думаешь, что я уступлю шкатулку Вечного пламени, то сильно ошибаешься, — сказал демон, похожий на рыбу.
— Мы обязательно ещё поборемся за неё, но позже, — властно сказал Митар. — Мне нужна ваша помощь, чтобы разобраться с незваным гостем, владыкой одного из светлых миров, не желающим следовать правилам и законам.
— Он силён? — спросил второй демон.
— Его опасается даже владыка гор Ракку, — сказал Митар, и на мне встретились три задумчивых взгляда.
— А что сразу Василий? Я человек не конфликтный… Да, он очень силён, практически неуязвим и может стереть Альведэ с лица земли, не сильно напрягаясь.
— Ара́нис, нам понадобится твой дар, — обратился к рыбомордому Митар. — Если вокруг будет слишком много огня. Зик, и твои умения тоже пригодятся. Ты купил колечко кровотечения, от которого нет спасения, вот и проверь его на том тёмном балконе. Попроси мастера Таниса дать его тебе на пробу, скажи, что я разрешил.
Демоны невпопад закивали и ушли обратно к лестнице.
— Не думаю, что кольцо поможет, — сказал я.
— Никогда не нужно списывать со счетов мелочи, — наставительно ответил Митар. — А владыка Зик — превосходный мастер в использовании любых артефактов. Он способен раскрыть всю силу, заложенную в них мастером. Ходит легенда, по которой он разрушил целый город маленьким артефактом, которым обычно задували свечи в доме.
— Может, тогда надо было дать ему возможность использовать все кольца? Там было одно ослепляющее. И ещё у меня посох есть замечательный…
Я посмотрел на Иву, стремительно бледнеющую. Ей на помощь пришла госпожа Асгейл, удержав и не дав упасть со стула. Одновременно с этим на балкон заглянула незнакомая девушка лет двадцати. Взгляд серых глаз любопытный и немного озорной, прямые чёрные волосы.
— Марика, вовремя, — сказал Митар. — Отведи девушек в гостевые комнаты правого крыла. И проследи, чтобы никто не смел их беспокоить и докучать им. Чтобы ни один волос не упал с их головы.
Девушка прошла к Иве, чтобы помочь ей подняться, но силы оракула покинули, поэтому пришлось нести её на руках. И снова мы остались с Митаром и Ханной наедине.
— Или мне не везёт на подобные аукционы, или Танису, — снова сказал я, чувствуя, как предательски сосёт под ложечкой. Я тоже начал ощущать недовольство и злобу, исходившую от неестественно тонущего в темноте балкона. — И я бы лучше предпочёл нападение ящериц.
⠀⠀
Торги за Вечный огонь так и не завершились. Ведущий аукциона, знакомый мне ещё по миру с дырой, собирался принять очередную ставку от рыбомордых, но остановился на полуслове. Не только он, но и все присутствующие в просторном зале дворца обернулись к тёмному балкону, откуда потянуло нечеловеческой злобой. Свет магических шаров под потолком замерцал, а самые маленькие из них начали трескаться, падая на пол. Никто ничего не успел понять или сделать, а на помосте рядом с ведущим встал высокий крепкий мужчина, выглядевший лет на сорок. Прямые волосы неестественного золотого цвета, светлый наряд, на поясе короткий меч в ножнах. Те, кто хотя бы раз встречали светлоликих, с первого взгляда могли узнать одного из них. С балкона сложно было разглядеть выражение его лица, но мне показалось, что оно было перекошено от злости.
Светлоликий неуловимым движением схватил ведущего за горло, отрывая от земли, и что-то сказал. Демон вспыхнул чёрным огнём и рассыпался горящей пылью. Это было эффектно и пугающе одновременно. Не знаю, хотел ли он произвести впечатление на демонов и заставить их дрожать в страхе, но получилось очень даже неплохо.
Митар к этому времени уже успел прыгнуть с балкона, оттолкнувшись от перил, и тяжело рухнул рядом со светлоликим. Демонов в зале это отрезвило, приводя в чувство, и они бросились к выходу. Айн Ханна уже взяла меня под локоть, наверняка для того, чтобы не бросился вперёд сломя голову. Но я и не собирался, наблюдая, как сталкиваются две могущественные силы. Дворец вздрогнул, а пространство вокруг светлоликого вспыхнуло. Даже на балконе я почувствовал волну сильного жара, быстро отступившего. Император Ин, а это был точно он, попытался воспламенить всё вокруг ещё раз, но с тем же результатом, затем перевёл взгляд на рыболицего и прищурился.
Дальше всё произошло очень быстро. По ушам ударил оглушительный взрыв, и с потолка полетели обломки перекрытий. При этом светлоликий и Митар исчезли, найдя самый короткий выход из дворца, проломив крышу.
— Во дают, — тихо произнёс я дрогнувшим голосом. По-моему, это была сила Митара. Если бы он меня через потолок вынес, я бы помер.
Из коридора для слуг, где сейчас работал торговый дом Ночи, выбежал владыка Зик, тот самый демон со страшным лицом. В руке он сжимал серебряный жезл и, скорее всего, кольцо кровотечения. Поняв, что опоздал, он поспешил к выходу из зала, крикнув что-то рыболицему.
— Надо бы им помочь по мере сил, — сказал я, бросив взгляд в сторону балкона, где минуту назад прятался император светлоликих. Сейчас там уже никого не было.
Гости из дворца бежали, позабыв про дорогие кареты и повозки. Когда мы с Ханной добрались до парадной мраморной лестницы, они разбегались во все стороны по дворцовой площади. Но несколько демонов и даже пара людей остались, кто обладал большой личной силой. Организовывал их кузен правителя, раздавая приказы и пытаясь навести порядок. Меня же перехватил лорд Гарот почти сразу у выхода.
— Это был один из тех светлоликих? — спросил он, показывая взглядом в небо над дворцом.
Со стороны входа было плохо видно, но там происходило настоящее световое шоу. Солнце уже село, и в тёмное небо время от времени взметались яркие струи огня.
— Думаю, что это их император.
— Глупый и недальновидный шаг с его стороны, — сказал Гарот.
— Коллегия картографов может сделать так, чтобы он не сбежал? — спросил я.
— В этом нет необходимости. В здравом уме никто не станет открывать разлом или проход в другой мир. Лорд Митар взорвёт его, оставив светлоликого вечно дрейфовать в пространстве между мирами.
— Эти ушастые — такие твари, что смогут найти выход даже оттуда, — я снова задрал голову, пытаясь понять, что там происходит. — Жаль, что мне не попадались символы, позволяющие летать. Парить я умею, а вот с подъёмом всё плохо…
— Лорд Митар — мастер манипуляции с пространством, — сказал он. — И он сильнейший…
В этот момент с неба сорвался огненный шар, с огромной скоростью рухнувший прямо в центр дворцовой площади. Взрыв породил ударную волну, выбившую большую часть окон во дворце и прилегающих к площади домах. Я на ногах устоял только потому, что передо мной встала Ханна, а её, в свою очередь, загородил лорд Гарот. Выглянув из-за их спин, я увидел Митара, стоявшего по пояс в воронке от взрыва. Он поднял взгляд вверх, затем в пару прыжков выбрался на край воронки, отряхнулся, повёл плечом.
Сверху к площади неспешно спускалась фигура Императора Ин. Выглядел он так, словно на прогулку вышел. Спина ровная, руки держит за спиной, явственно ощущая своё превосходство в силе. Вокруг плясали огоньки белого огня, подсвечивая фигуру. Один из них сорвался, метнувшись в сторону демонов, но на полпути растворился. Это рыболицый постарался. Владыка Аранис, как я помнил. Секундой позже белые огоньки разом стали тусклее и быстро растворились в ночном небе. А это уже владыка Зик применил серебряный жезл. Что-то гулко взорвалось недалеко от спускающегося Императора, но без видимого результата. Он на подобное даже внимания не обратил.
— Силён, — сказал я, говоря на языке дами. — Уверен в себе и наглый до безобразия.
Фигуру императора перечеркнула ярко вспыхнувшая нить рассечения, но тоже без результата. Не сработал на нём и символ кровавого цветка. Даже усиленный чёрным солнцем, он не смог пробиться через какой-то непонятный барьер. Я не чувствовал вокруг светлоликого защиту, но магия просто не хотела его брать, разбиваясь и рассеиваясь, не долетая три или четыре метра.
Да, вот она, явная картина превосходства светлоликого над невероятно сильными демонами и глупыми людьми, вставшими на их сторону. И от этого становилось страшно, хотя Император пока не использовал разрушительную магию, если не считать белые огоньки. Но если вспомнить, что показывала Ива, всё ещё впереди.
Зависнув метрах в семи над землёй, он оглядел площадь, переводя взгляд на нас.
— А вот это уже плохо, — сказал я, создавая вокруг защиту телекинеза.
Светлоликий неспешно поплыл в нашу сторону, но в этот самый момент что-то ударило его, с огромной силой швыряя в брусчатку площади. Я аж поморщился, представляя силу удара. Камни он не пробил, в отличие от Митара, да и звук падения больше напоминал металлический, словно с высоты уронили стальной сейф. Быстро поднявшись, он попытался резко взлететь, но метрах в пяти над землёй его сбили второй раз. Оглянувшись, я увидел Зои, стоявшую у выхода из дворца. Довольная собой, она помахала рукой, затем легко сбежала по ступеням к нам.
— Подумала, что вам нужна будет помощь, — сказала она. — Правда, я ещё не до конца контролирую силу.
— А ты его только в воздухе сбивать можешь? — спросил я, на что она закивала.
— Его окружает что-то странное, — Зои выглянула из-за моего плеча, посмотрев, как Император сошёлся в рукопашной схватке с Митаром. — В упор бы подойти…
— А вот этого не надо, — остановил я её.
Митар решил не давать Императору время, чтобы прийти в себя, и насел, молотя его кулаками. Каждый раз, когда он попадал, по площади разносилось «бум», как от удара молотом по вязкому железу. Светлоликий был сильнее, но не таким проворным, как однорогий полудемон. Его удары проходили мимо, отчего он зверел. На очередном замахе он всё же умудрился достать Митара и отправил его в полёт через всю площадь. Демон из дворцовой стражи, тот самый, что охранял коридор, добрался до схватки с небольшим опозданием. Он хотел помочь, но не успел буквально на долю секунды. В руках у него был небольшой молот с загнутым клювом, которым он хорошенько приложил светлоликого по спине. Клюв прошёл сквозь защиту, прорвал одежду, но большего достичь не смог. Император при этом извернулся и ударом наотмашь рукой снёс демону голову.
Со стороны группы демонов в светлоликого прилетел огромный камень, но был легко отброшен в сторону и гулко запрыгал по площади, дробя и раскалывая булыжники.
— Есть идея! — быстро сказал я. — Надо его только задержать ненадолго. Зои, подержи его пару минут.
— Да я…
Что именно хотела сказать Зои, я не дослушал, так как уже бежал к краю мраморной лестницы. Если стоять лицом к дворцу, то по левую руку была установлена огромная мраморная колонна на постаменте. В диаметре метра полтора, высотой она доходила до третьего этажа. На вершине установлена скульптура мужчины в тунике, со свитком в одной руке и жезлом в другой. Я общался со строителями в Хуме и знал, что подобные колонны из мрамора весили очень много — триста, четыреста тонн. Их даже крепить не нужно, так как они прекрасно стоят вертикально, придавленные собственным весом. Один нюанс — я не был уверен, что смогу поднять такую громадину. Как раз сейчас и проверю, успело ли чёрное солнце добраться до одного из великих символов, отвечающих за подъём тяжестей.
Быстро заговорив на языке дами, выплеснул как можно больше сил. Мысленно обхватив колонну, попытался оторвать её от постамента, но безрезультатно. Я чувствовал её колоссальный вес, но сдвинуть не мог. Справа от колонны с грохотом разбилась скульптура мужчины в тунике. Выругавшись, я оглянулся в сторону площади. Митар успел вернуться к Императору и снова сойтись с ним в рукопашной. Теперь они вцепились друг в друга, словно борцы. Митар потерял золотой обруч с рогом, порвал одежду, оставшись в одних штанах, да и в целом выглядел неважно. Но он не сдавался и умудрился боднуть светлоликого кривым рогом, целясь в глаз, но смог лишь поцарапать щёку. Гнев и злость Императора я почувствовал даже с такого расстояния.
Вернувшись к колонне, я снова мысленно приложился к ней, даже в глазах потемнело, словно сам пытаюсь поднять её. Послышался звук крошащегося мрамора, и она начала медленно подниматься.
— Давай, давай! — говорил я, разливая вокруг силу голоса, так как она стремительно таяла.
Колонна поглощала магию как песок в пустыне воду. Обратно я шёл неспешно, надеясь, что Митар выиграет ещё немного времени. Светлоликий при этом успел запустить пару сгустков белого огня в сторону группы демонов и даже сжечь того, кто бросал в него большие камни. Колонна при этом поднималась всё выше и выше, доходя до пределов моих сил. Сейчас она поднялась уже выше дворца, и я буквально чувствовал, как пытается выскользнуть из рук.
Светлоликий, схвативший Митара за руку, крутанулся на месте и снова запустил его в полёт, теперь уже в сторону дворца. Полудемона бросило как снаряд из катапульты, и, пробив стену, он влетел на третий этаж. Нет, определённо, если бы я дрался с этим золотоволосым монстром, он бы меня прихлопнул как муху.
— Попробуй это поймать! — крикнул я, не добегая немного до Зои и лорда Гарота, так и стоявших на лестнице.
Роняя колонну, я не отпускал силу, стараясь, чтобы махина рухнула прямо на голову светлоликого. Если сейчас промахнусь — это будет фиаско. Император Ин задрал голову, посмотрел на колонну, как мне показалось, презрительно. Взмахнув рукой, он попытался отбросить её в сторону, но мраморный снаряд уже набрал скорость и рухнул ему на голову с такой силой, что площадь сотрясло. Меня сбило с ног, как и Зои, которая едва кубарем не покатилась по лестнице. Готов был поклясться, что колонна угодила прямо в Императора и вошла в булыжную площадь минимум на полметра, вызвав самое настоящее землетрясение.
— Так тебе! — крикнул я, поднимаясь на ноги. — Что, с инерцией сложно тягаться, да?
— Это что, магия такая — «инерция»? — спросила Зои, придя мне на помощь и поднимая с земли. У меня до сих пор перед глазами звёздочки мелькали от поднятия такой тяжести.
— Магия, — нервно рассмеялся я. — С которой очень сложно спорить, особенно когда на тебя падает колонна тонн в четыреста. По-моему, я надорвался…
Мы одновременно посмотрели на колонну, торчащую из земли с небольшим наклоном. Упав, она образовала здоровенную воронку, разбросав вокруг землю и камни. Лорд Гарот при этом смотрел на меня с большим уважением. На краю площади уже мелькали демоны из городской стражи с уличными фонарями в руках. Слышались далёкие крики и ржание лошадей.
— Вот это повеселились, — сказал я, глядя на несколько воронок на площади перед дворцом, потерявшим все стёкла и витражи. Даже на лестнице осколков было много. — Спасибо, что пришла, но я же просил быть осторожной и…
— Ива сказала, что, если я не пойду, всё закончится очень плохо, — сказала Зои. — Но я даже поучаствовать не успела. Сбила его пару раз, и всё…
В это время колонна, застрявшая в земле метрах в тридцати от нас, начала с хрустом наклоняться. Медленно, словно на замедленном повторе, она рухнула на площадь, вызвав ещё одно, но уже небольшое землетрясение.
— Да твою ж мать… — протянул я, видя, как из воронки поднимается светлоликий. Золотые волосы растрёпаны, богатая одежда висит лохмотьями, но при этом он выглядел целым и невредимым, если не считать порез от рога на скуле. — Тебя вообще убить можно?
Сказать, что Император Ин был зол — значит ничего не сказать. Глаза бешеные, волны магии, разливающиеся вокруг. То ли сдерживаться он перестал, то ли стал серьёзным, но атмосфера на площади резко потяжелела.
— Как он её поднял?! — тихо ругался я, не веря своим глазам.
Лорд Гарот использовал какую-то пространственную магию, но безрезультатно. В пределах уже десятка метров от светлоликого любая сила просто растворялась без следа.
— Зои, подержи его, я сейчас обязательно что-нибудь придумаю, — быстро сказал я.
— Как держать-то? — она успела шагнуть вперёд, загородив лорда Гарота и выставив вперёд руки.
На всей площади мраморной лестницы раздался хруст, сливаясь в единый звук, и ступени покрылись сеточкой трещин. Целым мрамор остался только в пределах пяти шагов от Зои. Не повезло какому-то демону, выглядывавшему из дверей дворца. Его задело только краем, но он этого не пережил. Я даже оборачиваться не стал, чтобы не впечатляться могуществом императора ещё больше.
— Ну, ты сам напросился! — зло сказал я на языке дами. — Не говори потом, что не предупреждал…
Храбрился специально, готовясь открыть полную силу символа рассечения. Прошло уже много дней, но я ещё не отошёл от прошлого раза. Как только вспоминаю те ощущения, сразу мурашки по коже.
— Вася, — голос Зои отвлёк меня от приготовлений. — Если ты что-то придумал, то давай быстрее. Я не жалуюсь, просто…
Волны силы Императора и Зои встретились как раз перед мраморными ступенями. Светлоликий шёл медленно, преодолевая сопротивление силы, но уверенно. И на его почти обнажённом теле не было ни одного синяка. Учитывая бой с Митаром и падение колонны, это было неестественно.
— На дольки порежу! — сквозь сжатые зубы произнёс я, и мраморную лестницу с хрустом рассекло.
Линия разреза метнулась в сторону Императора, но пропала в метре от него. Нет, это не его заслуга и не действие защитных чар. Всё дело в том, что кто-то очень нагло закрыл мне доступ в пространство, откуда символ рассечения черпал силу.
— Попался, — раздался старческий голос. Передо мной возник седой старик с длинной бородой и в роскошном наряде. Мы оказались почти лицом к лицу, поэтому пришлось сделать шаг назад. — Мальчишка?
— Ой! — послышался вскрик Зои, и её сила моментально испарилась. Перед ней тоже появился старикан, только с бледной кожей и узким лицом.
— Недалеко ушли, — сказал тот. — А мы…
Договорить он не успел, так как до него добрался Император Ин. Злобный ушастик со спины ударил старика кулаком, сверху вниз, в ключицу. Почти таким же ударом он оторвал голову очень сильному демону, но старика даже с ног сбить не смог.
— Что такое? — старик смешно моргнул, затем опустил голову, чтобы посмотреть на испорченный наряд, разорванный от плеча и до самого пояса. Сквозь прореху в ткани можно было увидеть крепкий и жилистый торс.
Я увидел, как удивлённое выражение старика стало хмурым, затем он превратился в размытый силуэт, обращённый ко мне спиной. Он так быстро повернулся, что я этого даже не заметил, как и Император. Ин не успел среагировать на то, что старик проткнул его своей короткой тростью в районе груди. Светлоликий опустил взгляд на деревянную витую трость, попытался что-то сказать, но не смог. Сделав шаг назад, он споткнулся и покатился по лестнице, оставляя за собой кровавые пятна на потрескавшемся мраморе.
— А мы тут ни при чём, — быстро сказал я на древнем демоническом языке, на котором говорили старики. — Он на нас напал, этот псих ушастый.
Старики посмотрели на меня. Тот, который появился первым, задумчиво, а которому одежду испортили — недоверчиво.
— Сколько годков тебе? — спросил первый.
— Шестнадцать, — признался я.
— Сам додумался законы нарушать, или подсказал кто?
— Вот сейчас совсем непонятно. Если что-то нарушил, прошу понять и простить.
— А на старом языке неплохо треплешься, — сказал второй, стукнув тростью по мраморным ступеням, чтобы смахнуть с неё кровь.
— Так дар у меня такой, тёмные языки понимать. Могу на любом говорить, даже если не слышал никогда. Горло только болит, если язык слишком сложный.
Пятно крови, сползшее с трости, вспыхнуло, моментально исчезая в белом пламени. Огонёк, словно живой, запрыгал по ступенькам, поедая капельки и кляксы, что оставил Император светлоликих. Мы дружно проследили, как огонёк добрался до тела и нырнул в дыру на груди. Старики переглянулись.
— Кто это? — спросил тот, что стоял с тростью.
— Сумасшедший правитель одного из миров, — сказал я. — Он не оживёт? Я на него колонну уронил, всё без толку.
— Надо посмотреть, — отозвался стоявший передо мной старик.
По ступенькам он не спускался, а медленно парил над ними в сторону тела. Встав над ним, старик вытянул вперёд руку, раскрыв ладонь и растопырив пальцы. Из раны на груди светлоликого показался белый огонёк. Выглядело так, словно упирающегося хомяка вынимали из норки, в которую он вцепился четырьмя лапами. Несколько секунд борьбы, и огонёк оказался в руках старика. Ярко вспыхнув в ночи, он исчез, точнее, потух, превращаясь в маленький предмет. Не успел заметить, что это было, так как старик слишком быстро сжал ладонь. А вот с телом светлоликого начало что-то происходить. Руки и ноги скрючило, выворачивая из суставов, а золотые волосы начали быстро бледнеть и терять блеск.
— Теперь не оживёт, — сказал старик с тростью, пытаясь поправить разорванную одежду.
— Может, в доме поговорим? — предложил я, делая жест в сторону дворца. — А то меня ноги не держат, а разговаривать с почтенными старцами сидя будет некрасиво с моей стороны.
Уже спустя десять минут мы со стариками удобно устроились в небольшой гостиной комнате в дальней части дворца. Слуги принесли вино и закуски, а ещё наряд для Харона, ворчливого старика с тростью. Имя у него было труднопроизносимое и имело очень глубокий смысл, если говорить на старом тёмном языке. Второго звали Элиас, что тоже являлось небольшим сокращением от сложного имени. Находясь рядом, я совсем не ощущал в них силу, словно это обычные люди. И вино старики пили с большим удовольствием, но маленькими глотками, то ли смакуя, то ли боясь опьянеть.
— Значит, мальчишка, у тебя есть способность говорить языком магии? — спросил Элиас, пока его товарищ переодевался и ворчал что-то про сумасшедшую молодёжь.
— Если имеете в виду язык, на котором говорят дами, — кивнул я.
— И до идеи брать силу по ту сторону додумался сам?
— Не совсем понимаю, что имеете в виду.
— Простыми словами и не объяснить, — старик задумался, погладил бороду.
— Ты же не в секте перед учениками, — вставил Харон, подпоясываясь широким поясом из очень хорошей и мягкой ткани. — Говори проще. Есть мир, в котором мы живём, он подчиняется определённым законам, единым для всех. Все живые существа должны дышать, чтобы жить, должны есть, должны оставлять потомство. Солнце всегда горячее, и там, где его нет, всё превращается в вечный лёд. И есть мир Хаоса, где властвуют совсем другие законы, непостижимые и невероятные. Луч света там может разрезать камень, воздух будет жидким как вода, но им можно дышать, а огонь может обрести жизнь и даже говорить. Эти два мира разделяет барьер, брешь в котором ты только что сделал, выпустив силу, суть которой даже не понимаешь. И уже второй раз.
— Не будь ты глупым юнцом, мы бы решили это самым простым образом, — сказал старик Элиас.
— Вы следите за тем, чтобы никто не трогал этот барьер?
— Следим, — кивнул он. — Только по одной причине: чтобы пограничные с главными сектами миры продолжали существовать. Мы с Хароном, когда были моложе, столкнулись с последствиями тщеславия великих рас. Дети дами и Вечные возгордились собственной силой и знаниями законов этого мира. Они думали, что барьер — это двери, разделяющие комнаты в большом доме. Так появилась огромная пустота Ильсиды, поглотившая тысячи миров. Чёрное пятно на ткани мироздания.
— Не знал, — сказал я, чувствуя себя неуютно. — Спасибо, что рассказали. Хотя это и очень сильное оружие, использовать больше не буду. Страшно, так как кажется, что тебя самого в любой момент может порезать на сотни маленьких частей.
— Какую магию использовал? — спросил Элиас.
— Рассечение, — я продемонстрировал крупный продолговатый орех, который подавали к вину. Невидимое лезвие разрезало его на три части.
— Неплохо. Сам додумался, что этот закон можно вытянуть с той стороны?
— Дами подсказали. Я в их храме несколько лет жил.
— Похвально, — он вынул из широкого пояса железную пластинку с символами, переводящимися как «Большая река». — Если придёшь к вратам нашей секты, мы примем тебя как ученика. Научим прикасаться к барьеру и черпать силу. Когда войдёшь во внутренний двор секты, сможешь постигать суть законов мироздания.
— Про источник жизни не забудь сказать, — влез Харон. — Испивший из него обретёт долгую жизнь. Он у нас не хуже, чем эликсир Вечных, позволяющий им не стареть.
— Всё так, — подтвердил старик Элиас.
Старики прислушались к чему-то, затем переглянулись.
— Смотри, пацан, — сказал Харон, стукнув тростью по полу. — Не суйся к барьеру. Второй раз предупреждать не станем.
Элиас встал, подхватил два больших кувшина с вином и поспешил к вертикальной полоске яркого серебряного света, появившейся прямо посреди комнаты. Вспыхнуло, ударив по глазам, и старики исчезли почти так же внезапно, как и появились. Я опустил взгляд на оставленную пластинку, поднял её, повертел в руках.
— А где гости? — спросил Митар, заглядывая в комнату.
— Только что ушли. Я не совсем понял, кто это был, но хорошо, что они проходили мимо.
Я немного слукавил, чтобы не делиться догадками. Повернулся к двери и не смог сдержать улыбку. Выглядел Митар неважно. Синяки и ссадины на лице, замазанные чем-то маслянистым, левая рука зафиксирована и покоилась в специальном бандаже, поэтому пришлось разрезать рукав дорогого золотого наряда, чтобы не выглядел смешно. А судя по выправке полудемона, под одеждой скрывался тугой корсет. Последним штрихом был обруч на голове со вторым рогом, только не золотой, которой он потерял в схватке со светлоликим, а серебряный.
— Слышал, что они говорили на странном языке, — сказал Митар, проходя в гостиную и осторожно опускаясь на стул. Левый глаз у него едва заметно дёрнулся, скорее всего, от боли, но виду он не подавал.
— Да, на одном из древних языков, — сказал я. — Нет, ты видел, как я на этого длинноухого колонну уронил?! А он, падла, вылез как ни в чём не бывало. Даже синяков не было.
— Видел, — кивнул он. — Из окна на третьем этаже. Силён ты, хотя со стороны и не скажешь.
— Я? Если бы он меня так стукнул, как тебя, я бы помер. Много убитых?
— Владыка Зик убит, — сказал Митар и погрустнел. — Он мне хорошо помог, когда мы сцепились с этим монстром. Не думал, что иные могут быть настолько сильны.
— Только за счёт редких и уникальных способностей, которые он собирал по сотням или даже тысячам миров. Слышал, они владеют такой магией, чтобы отбирать силу у любого одарённого, убивая его при этом. Но не переживай, таких же сильных, как их Император, там нет. Сильнейшего из их лордов ты бы убил в схватке один на один.
— Это обнадёживает. Я хочу собрать Совет Миров, чтобы решить, что делать с Илуной.
— А что с ними можно сделать? — я даже удивился. — Только пожурить, так как они все такие же, как их дурной император. Вряд ли образумятся и станут жить нормально. А если вы на них войной пойдёте, то сбегут, но перед этим какую-нибудь гадость сотворят обязательно. Да, в чувство их привести всё равно нужно, с этим я согласен, но как это сделать, не знаю.
Помолчали.
— Поздно уже, — сказал я. — А нам ещё возвращаться в Клопит.
— Можешь остаться в городе. У моего кузена постоялый двор в двух кварталах от дворца. Гораздо лучше, чем жить в маленьком домике на стоянке караванов.
— Мне как-то спокойнее у нас в лагере, — признался я.
На этом и попрощались. Покинуть дворец удалось только минут через тридцать. Пришлось побегать по дворцовым коридорам, чтобы найти девушек. А пока мы ждали повозку, уже нас нашёл Максим Артёмович. Он наблюдал за сражением на площади со второго этажа дворца и поделился впечатлением от увиденного. Из его группы никто не пострадал, но умудрился сбежать переводчик.
Утро следующего дня началось сразу с трёх новостей. Во-первых, нас догнала группа людей из гор Ракку, в количестве дюжины серьёзных воинов и ещё стольких же улыбчивых девушек. С собой они привезли целый сундук с нарядами владыки, гору целебных трав и немного золота. Во-вторых, из дворца примчался посыльный, вручив приглашение на послеполуденный обед с правителем. Ну и в-третьих, приехал лично Танис с охраной в количестве двадцати демонов. Довольный и улыбающийся, он передал мне два сундука с золотыми монетами, украшениями и даже слитками, примерно по сорок килограмм каждый. Сказал, что они всю ночь золото считали и это первая часть, как плата за три кольца. Покупатель очень торопился убраться из Альведэ, поэтому с золотом проблем никаких не возникло.
Озадаченный свалившимися на голову новостями, я сидел в гостиной комнате своего домика, взъерошенный и несобранный, так как выспаться толком не получилось. Сайми и Салме суетились перед столом, заваривая травы иш с добавлением чего-то бодрящего. Но больше всего удивляла Айн Ханна, сидевшая в кресле у окошка и загадочно улыбавшаяся. С появлением соплеменников настроение у неё резко поднялось, хотя ещё вчера вечером она взглядом могла из молока простоквашу делать.
В комнату впорхнули девчонки, самые молодые из приехавших, неся в руках корзинку с фруктами с местного рынка. Я их уже пробовал, и хорошо, что девушки выбрали самые съедобные.
— Ханна, ты когда-нибудь видела подобный символ? — я продемонстрировал ей плашку, оставленную стариками.
— Нет, — она качнула головой.
— А о секте Большая река слышала? Стоки что-то упоминал про какие-то секты… не помню.
— Нет, ни о чём подобном не слышала. Торговцы рабами заходили очень далеко, куда можно попасть через разломы, не боясь заблудиться, но никаких сект мы не встречали.
— Исчерпывающий ответ, — протянул я.
В дом заглянула Зои, огляделась, отмечая всех присутствующих, затем скрылась, чтобы через несколько секунд вернуться с Беатой и Ивой. Это я пригласил их на беседу за чашечкой чая. Жаль, что позавтракать вместе не удалось из-за визита Таниса.
— Вовремя, — кивнул я, приглашая их к столу.
— А тот демон страшный уже уехал? — спросила Беата. — Зачем он вообще приезжал в такую рань?
— Золото привёз, — ответил я, расставляя чашки. — Я так и не понял, с чем связана спешка, но он почему-то хотел рассчитаться сразу. Привёз набор тяжеленных золотых кубков, из которых повыдёргивали драгоценные камни. И тяжеленную цепь, толщиной в мой большой палец. Даже согласился, чтобы я сам всё проверил и посчитал. Обещал доплатить, если золота не хватит.
— Действительно, странно это, — согласилась Зои. — В таком деле, как золото, нет места доверию. Значит, обманул он или корыстные интересы преследует.
— Посмотрим. Ива, как у тебя самочувствие? — спросил я, наливая ей настой трав. — Сайми обещала добавить тонизирующих трав, не очень сильных.
— Всё хорошо, — ответила девушка, только вид при этом у неё был болезненный и бледный. — Перепугалась вчера как девчонка малолетняя и… голову потеряла.
— Вчера ваш император обнаглел настолько, что решил в одиночку сразиться со всем Альведэ. Не знаю, что у него в голове перемкнуло, но назвать его адекватным язык не поворачивается. В итоге он едва дворец не разрушил, убил много уважаемых демонов, но нарвался на двух милых старичков и помер. Туда ему и дорога. Веришь, даже капли жалости к нему не испытываю.
— Я верю, — кивнула Ива, по-моему, не сильно расстроенная этой новостью. Посмотрела язвительно. — Говоришь так, словно не знаешь, что могло его разозлить.
— Понятия не имею, — я невинно пожал плечами. — Вряд ли это из-за пары артефактов…
— Сокровища из тайного хранилища, — перебила она меня. — Которые собирали многие столетия. Я останусь.
— Я тебя не держу… что?
— Ты думаешь, это так легко — вернуться? Даже когда император мёртв. Обязательно так и сделают. Нет, собирать никого не придётся, они сами придут и посмотрят. Зачем кидать в меня помидоры? А, в этом смысле. Думаю, что идущему на казнь всё равно и более обидно уже не станет. Нет, не могу. Потому.
— Это раздражает, — сказал я, имея в виду её способность отвечать на вопросы, которые не только не задал, но и ещё и придумать не успел.
— Я знаю, — на её лице снова появилась ехидная улыбка. — Просто после его смерти мне стало легче дышать. Не думала, что заглядывать в будущее может быть так легко, особенно после вчерашнего вечера.
— Посольство, что отправили из Альведэ в Илуну, может прикрыть тебя. Чтобы сразу не убили, а хотя бы выслушали.
— В самом лучшем случае меня снова запрут в башне храма, — сказала она. — Только в этот раз выйти я не смогу даже на балкон, чтобы полюбоваться городом. Не хочу возвращаться. В большом мире интереснее. Мне до сих пор снятся места и города, разноцветные миры с их бескрайними просторами и причудливыми животными. И я бы ещё раз побывала в Марвии, столице Первого царства. Посмотрела бы на висячие сады, на гавань с дворцового холма.
Зои покосилась на неё, пригубила настой травы иш.
— Я была там в дни траура, — сказала Ива. — Из-за несчастного случая, хотя ходили слухи, что всё подстроил младший брат короля, принцесса угодила в разлом. За ней отправили Алую Зарю, ближайшую по родству кровавую ведьму. Обе погибли, попав в лапы демонов в очень тёмном и злом мире. Это будущее всё ещё может сложиться. Я могу попасть в столицу Первого царства, могу посетить все достопримечательности и побывать на траурном мероприятии. Вопрос только в том, в какой компании я это сделаю?
Ива улыбнулась.
— Прошло не так много времени, чтобы объявить траур, — сказала Зои.
— А кто сказал, что мы уже завтра попадём в Марвию? — Ива приподняла бровь, беря кружку с немного остывшим настоем. Она не любила пить его горячим. — Большого путеводного кристалла у нас под рукой нет, поэтому путь может занять год, два, десять лет.
— Ты не пугай так, — вставил я. — Стоки обещал, что за двадцать прыжков найдём нужный мир. Он какой-то хитрый приём знает, чтобы по два раза в один и тот же мир не заходить, поэтому будем перебирать их, пока не окажемся в нужном. Золото у нас есть, так что можно путешествовать и ни в чём себе не отказывать.
— Замечательные слова, — сказала Ива.
— То есть, траура по императору не будет? — спросил я у неё.
— Нет, — ответила она, продолжая спокойно пить настой.
— Хорошо, а то я уже переживать начал, — я выложил на стол плашку с символом. — Кто-нибудь слышал о секте Большая река? Два старика, что разобрались с буянившим Императором, как раз оттуда. Они приглашали в гости, обещали вечную жизнь и просветление.
— Я не слышала, — Зои подняла плашку, повертела в руках и положила обратно. — Они больше на престарелых богов похожи.
— Нет, не сталкивалась никогда, — сказала Ива.
— Плохо, — я забрал символ. — Придётся местных расспрашивать. Поедете со мной во дворец на обед с правителем? Потом заглянем к картографам, может, они что-то слышали.
Отказываться никто не стал. Настой трав иш действительно бодрил, сняв и усталость, и сонливость. Утро мы провели у меня в гостиной, просто болтая и делясь впечатлениями от внезапного появления императора светлоликих. Во дворец отправились где-то за полчаса до полудня. В столице было тихо, даже как-то слишком. Городской стражи не больше чем обычно, и только в самом центре, у дворцовой площади пришлось потолкаться, чтобы проехать дальше. К дворцу неспешно шли горожане, чтобы полюбопытствовать, что произошло, и хотя бы со стороны посмотреть. Стража любопытных не гнала, но за ворота, на саму площадь не пускала. Но и со стороны прилегающей улицы была прекрасно видна огромная мраморная колонна, лежавшая на боку, и пара воронок. Да, надо бы не забыть сказать о всех ближайших к площади домах, лишившихся стёкол. Фасады нескольких трёхэтажных особняков треснули, а один дом и вовсе начал разваливаться. Несчастные хозяева бегали вокруг с кем-то из гильдии строителей, пытаясь понять, во сколько им обойдётся ремонт.
Днём, в лучах яркого солнца, место сражения со светлоликим действительно выглядело впечатляюще. В том месте, куда рухнул Митар, воронка оказалась даже больше, чем я представлял себе ночью. Разбросанные вокруг булыжники уже собрали в высокую кучу, чтобы уложить обратно, когда закончится ремонт. А вот что делать с мраморной колонной, они пока не знали. Поднять её и водрузить на прежнее место будет очень непросто.
Принимал нас Митар в роскошном обеденном зале. Появился он с супругой, красивой женщиной, обладательницей пары чёрных рожек, растущих из лба. Высокородный демон, что можно было легко понять как по поведению, так и по внешнему виду. Возможно, из того же рода, что и муж, к которому она испытывала тёплые чувства, окружив заботой. Митар сегодня выглядел ещё печальнее, чем накануне. Синяки расползлись, приобретая неприятный цвет, один глаз заплыл почти полностью, что было видно даже из-под специальной повязки. Чтобы сидеть прямо, он надел корсет, но и это особо не помогало. Я бы после таких ранений в койке валялся, а он нашёл в себе силы с гостями встречаться.
— Подарок, — после обмена любезностями, я лично поднёс им с супругой брикет сушёных трав. Не доверил подобное слуге, который порывался забрать подарок и передать его правителю. — Травы Иш, Айн Ханна как-то говорила, что они способствуют быстрому выздоровлению и общему укреплению тела. Заваривать можно по вечерам, после плотного ужина.
— Спасибо, — он передал брикет супруге. — Прошу, садитесь ближе. Положение обязывает принимать высоких гостей в этом зале, хотя я бы предпочёл малую обеденную.
— После вчерашней драки там ещё не прибрались, — сказала его супруга, неплохо говоря на языке красного мира.
В общем, обед прошёл в приятной атмосфере, несмотря на состояние правителя. Серьёзных тем не касались, так как Митара интересовал красный мир, откуда родом Зои. Спрашивал, какие у них отношения с демонами, и порадовался, услышав, что в последнее время больших войн не случалось. Люди и демоны в Первом царстве жили обособленно, на чужую территорию почти не претендуя, тем более, что разделяло их большое и капризное в плане погоды море. Судя по мечтательному тону правителя, он хотел бы отправиться с нами, но не мог покинуть Альведэ. Сказал, что поручил коллегии картографов составить самую подробную карту сектора и найти стабильные разломы. Если от Альведэ до Первого царства путь будет занимать не больше десяти переходов, то можно думать о налаживании отношений и открытии посольств.
После обеда Митар пригласил меня для беседы, оставив девушек болтать с его супругой. Хорошо, что идти далеко не пришлось, а то я уже всерьёз начал переживать за его здоровье. Он, кстати, на моё замечание лишь отмахнулся, заявив, что с ним всё в полном порядке и через пару дней придёт в норму. Сказал, что их раса славится крепким телом и способностью быстро исцеляться.
В удобной комнате для переговоров он занял место на жёстком стуле с высокой спинкой, опасаясь садиться в кресло у стола.
— Хочу ещё раз поблагодарить, что помог справиться со светлоликим, — сказал он. — Кира сейчас наверняка благодарит твою подругу.
— Хорошо, что так вовремя появилась та пара странных стариков, — сказал я, протягивая ему пластинку. — Назвались выходцами из секты Большая река.
— Да? — он посмотрел на пластинку и вернул её мне. — Никогда не слышал. Это далеко от Альведэ? С такими нужно исключительно дружить. К собственному стыду, я даже не смог оценить, насколько они сильны.
— И я тоже не смог, — кивнул я. — Думал, что ты знаешь, где это находится. Вот ведь старые, пригласили в гости, но куда идти, не сказали.
— Поговори с хранителями в коллегии картографов, может, они что-то слышали. Их последователи уходили от центра миров очень далеко.
— Я так и планировал. Стоки… Магистр Стоки говорил что-то о сектах, но я тогда не придал этому значения.
— Там, в ларце, — показал Митар в сторону стола в углу помещения. — Подарок для вас, из моих личных запасов.
Серебряный ларец напоминал большую шкатулку для драгоценностей. Я перенёс его к столику у кресел, открыл. Внутри лежали продолговатые кристаллы, размером в мой указательный палец каждый.
— Здесь их тридцать, — сказал Митар.
— Очень щедрый подарок, — произнёс я. Вроде бы Стоки говорил, что каждый камешек стоит от сотни до тысячи монет, в зависимости от качества. И те, что лежали в ларце, были светлыми и немного прозрачными.
— А ещё я хотел попросить тебя о небольшой услуге. Шкатулка Вечного огня — редкий артефакт, который мне нужен. Я не самый бедный демон в Альведэ, но всё же хотел выкупить её без торгов. Помню, что синекожий ящер верещал что-то о цене в золоте равнозначной весу продавца.
— Считайте, что этот артефакт уже ваш, — легко согласился я. — Я бы его и не продавал вовсе, но это было как условие для проведения большого аукциона.
— Нужно было сразу прийти с этим вопросом ко мне, — улыбнулся Митар. — Знаешь, я даже рад, что ты занял место Малефа. Он был несговорчивой, ворчливой и вечно недовольной сволочью. Даже если внезапно всем понадобятся камни с гор, свои он продавать не будет даже за золото. Может поменять пару мешающих на услугу, да и только.
— Спасибо за оценку, — сказал я, едва сдержавшись, чтобы не поморщиться.
— Что, тяжело быть владыкой? — улыбнулся он, так истолковав мой ответ. — Да, у людей с горы Ракку характер сложный, и контролировать их будет ой как не просто. Может, поэтому Малеф и был той ещё сволочью. Но ты крепись, прояви характер, в конце концов.
— Ничего, кроме «постараюсь», в голову не приходит, — ответил я.
— Надолго ты в сторону красных миров уходишь?
— Как получится.
— Нехорошо оставлять людей Ракку без присмотра, так что не задерживайся там.
— Они не маленькие, сами разберутся, как им жить, — сказал я, на что Митар рассмеялся.
— Отличная шутка, — он с трудом сдержал смех, даже приложил ладонь к щеке, чтобы не тревожить синяки. — Имей в виду, если ты задержишься там хотя бы на год, многие правители центральных миров сами побегут тебя искать. Но я тебя полностью поддерживаю. Пока есть время, желание и возможность, можно посетить пару миров. Дай мне три дня, чтобы всё подготовить и рассчитаться с тобой за Вечный огонь. Можешь пока готовиться к путешествию, купить всё, что нужно, телеги и вьючных лошадей. Если пойдёшь в компании проводника из коллегии, то будь уверен, они могут протащить в разломы половину Альведэ…
С Митаром мы беседовали ещё час. Он совсем немного и очень осторожно любопытствовал, где я жил до того, как попал в горы Ракку, кто мои родители и уверен ли я, что не являюсь выходцем из красного мира, так же, как и он. Для правителя Альведэ Митар был молод, но оказался не только сильным одарённым, но и хорошим человеком, точнее, полудемоном. По крайней мере, он оставил именно такое впечатление.
Пока я был занят, девушки тоже не скучали, проведя время в компании супруги Митара. И дворец они покидали в хорошем расположении духа, особенно Зои. Беата думала о чём-то своём, просто разглядывая город через окошко повозки, а вот о чём думала Ива, я сказать не мог. Она хотя и выглядела молодо, но я уверен, что за плечами у неё, как минимум, несколько десятков лет жизни. Помнится мне, кто-то говорил, что, становясь оракулом, ты возвращаешься в тот момент, когда впервые пересекаешь границу миров. Интересно, сколько ей было лет, когда она пролила кровь на кристалл, как это сделала длинноухая, отправляя меня в прошлое?
Поймав взгляд, Ива слегка улыбнулась, скорее язвительно, как и в прошлый раз, когда меня чуть не убили. Показала пальчиком в окошко. Посмотрев в ту сторону, я увидел примечательного демона, стоявшего на перекрёстке, по которому мы проезжали. Лохматый и высокий демон, нескладный, с длинными руками, напоминающий индейца. Он озадаченно крутил головой, словно заблудился. Я в Альведэ всего пару дней, а он уже попался мне на глаза третий раз, включая вчерашний вечер перед аукционом. Вроде бы я видел его на улице, прилегающей к дворцовой площади, но не был уверен из-за сумерек.
«Нет, на поводу у тебя я идти не буду», — подумал я и демонстративно подсел ближе к Беате, глядя на город через её окошко.
⠀⠀
Из Альведэ мы уезжали поздно вечером. Из-за часовых поясов в следующий мир мы должны будем попасть, наоборот, ранним утром, поэтому решили не терять много времени. Люди за те четыре дня, что прошли с аукциона, успели обзавестись тремя фургонами и парой телег для продуктов и разных вещей. Только за приземистых лошадей они отдали целое состояние, но остались довольны. Один из фургонов они выделили для золота, которого стало необычно много. Точнее, золото мы поделили на две части, на всякий случай. Одну часть везли они, вторую — люди с гор Ракку. О последних стоило бы рассказать отдельно, но это заняло бы слишком много времени. За последние два дня они едва не вывели меня из себя. Я на полном серьёзе думал, что если они внезапно решат меня кинуть, присвоив часть золота, и тихо испариться, не буду жалеть ни одной монеты. Да я бы им и сам доплатил, но кто бы моё мнение спрашивал.
— Не слишком для каравана? — спросил я, глядя на растянувшийся отряд людей, телег и фургонов. Последовав их примеру и вспоминая моё путешествие к Хуме, я поменял свою повозку на крытый фургон с плотной непромокаемой тканью, который тащила дикая лошадка.
— Нормально, — ответил Стоки. — Кровавого золота достаточно, чтобы провести и в полтора раза больший отряд.
— Оно точно не испортится? — я недоверчиво посмотрел на плоский диск в его руке, в который был впаян один из кристаллов, что подарил Митар.
— Не должно, — ответил он. — Всё, я открываю.
Я поднял руку, привлекая внимание Максима Артёмовича. На просторной площади, на окраине Клопита, вспыхнула багряно-красная вертикальная линия разлома.
— Два дня до границы с сектором красных миров, — напомнил он.
Мимо нас в сторону разлома потянулась первая часть людей, следом за которыми нырнули воины с горы Ракку. Линия багряного света легко их поглотила, даже не заметив.
— Будем надеяться, что удача на нашей стороне, — добавил я тихо. — И дорога не займёт пару лет…
Я не стал говорить, что был несказанно рад, узнав, что поведёт нас лично Стоки. Об этом он заявил буквально сегодня к обеду. Два дня мурыжил, говоря, что отряд поведёт опытный проводник, на которого можно положиться, а к обеду примчался сам, неся за спиной огромный рюкзак. Он и сейчас стоял, не снимая его со спины.
В разлом как раз въезжал мой фургон, управляли которым Сайми и Салме. Следом шли ещё люди с горы Ракку. Сегодня я потратил часов пять, чтобы нанести на их спины усиливающие символы. Ханна очень просила, говоря, что с ними они будут гораздо полезнее, чем без них. К тому же они принесли с собой пару кровавых камней из запасов владыки Малефа, а с хорошими чернилами в Альведэ проблем не было.
Когда в разлом прошло две трети из большого отряда и все повозки, я собрался заходить следом, но услышал знакомый верещащий голос. Оглянувшись, увидел, как к нам бежал мастер Кве, улепётывая от городской стражи. Стражники, кстати, следили за тем, чтобы нам никто не мешал. Процедура формальная и самая обыденная, но пришлось заплатить пошлину за каждого человека и телегу, что проходили в разлом. С виду не скажешь, но синекожий Кве легко оторвался от стражников и проворно бежал к нам, несмотря на комплекцию и наличие хвоста. Одет он был по-походному, сверху накинул непромокаемый плащ с капюшоном, за спиной большая сумка. Добежав до нас, он резко затормозил, смешно взмахивая руками.
— Успел! — сказал он на языке ящеров. — Успел!
— Ты чего? — улыбнулся я, видя его довольную морду. — Сбежал от Таниса?
— Сбежал, — кивнул он. — Он удачу не привлекает, и ждать с ним — только время терять.
— Вот, советую время не терять, — напомнил Стоки, так как колонна отряда почти полностью вошла в разлом. — Если хочет, пусть идёт. Там поговорите.
Мастер Кве закивал, затем побежал к разлому и нырнул внутрь, так как стража почти добралась до нас.
— Не уследили, — до нас добежал один из стражников, тяжело дыша. — Юркий демон…
— Пусть, — отмахнулся я. — Потом скидку сделаете, за упущение. Уходим…
Пространство рядом с демоном из городской стражи уплотнилось, и из-за его спины вышел беловолосый лорд Гарот.
— Магистр, — он осуждающе посмотрел на Стоки. — Как Вы могли?!
— Время! — Стоки ухватил меня под локоть и поспешил к разлому.
По-моему, мы успели в самый последний момент, за несколько секунд до того, как разлом закрылся. То ли Стоки переживал, как бы следом за нами ещё кто-то ни увязался, то ли что-то не рассчитал. С той стороны нас встретил лёгкий туман, разгоняемый поднимающимся утренним солнцем.
⠀⠀
Путешествовать в фургоне гораздо приятнее, чем топать пешком. Пока местность позволяет, можно пользоваться. Едешь себе на месте возницы, любуешься пейзажем. От лёгкого дождика тебя спасает тент, а ночью не приходится мёрзнуть и спать на жёсткой земле. Это я не про себя, а про девушек во главе с госпожой Асгейл, которые из фургона меня на ночь выселяли. Хорошо, что у нас с Беатой была удобная палатка, много одеял и даже большая и мягкая шкура. Долгий день, за который мы совершили семь переходов, вымотал даже меня, не говоря уже о людях, которым пришлось топать под дождём по грязной, слегка раскисшей дороге километров десять. Это был последний и самый долгий отрезок пути накануне. Вроде бы мы никуда не спешили, за нами никто не гнался, но в первый день все старались пройти как можно большее расстояние. Может, так на людей повлиял недельный отдых в Альведэ.
Утром я проснулся от шума в лагере, лошадиного ржания и громких разговоров неподалёку. Слегка потянулся, затем крепко обнял Беату, проснувшуюся ещё раньше, но решившую полежать со мной немного. Ночью было прохладно, даже холодно, поэтому мы спали под тёплой шкурой. Пригревшись, совсем не хотелось вставать.
— Пойду узнаю, что за шум, — сказал я, поцеловал Беату в щёку и принялся одеваться, что оказалось не так просто в условиях тесной палатки.
Вокруг нас разбили лагерь жители горы Ракку, и с людьми у них общение не ладилось. Общий язык найти не могли, поэтому напряжение не уходило. И к нашим палаткам они никого не пускали, что накануне вечером едва не переросло в потасовку.
Выйдя на свежий и прохладный утренний воздух, я ещё раз потянулся, затем помахал рукой Зои, идущей к нам от фургона.
— Что за шум с утра пораньше? — спросил я.
— Это не лошадь, а собака, — с ходу выдала Зои, показывая взглядом на площадку рядом с палаткой. Метрах в трёх от нас один из воинов горы Ракку чистил дикую лошадку, используя специальную щётку. — Я вас разбудить хотела к завтраку, а она неожиданно из-за палатки выскочила и рычать на меня стала. Испугала, зараза чёрная. Я Ханне уже сказала, чтобы держала её подальше от вас, а то загрызёт ночью.
— Эта может, — улыбнулся я, вспоминая, как она с большим удовольствием уплетала огромный кусок мяса. И зубки у неё очень даже острые. Думаю, что руку может отхватить, если зазеваешься. Слышал, как она рычит недовольно, требуя еды, или чтобы её почистили после вчерашней грязной дороги.
— Завтрак уже почти готов, — Зои показала на деревянный походный столик рядом с фургоном. — И ещё: тебя магистр Стоки искал. Можешь пригласить его позавтракать с нами, только не задерживайся сильно, чтобы мы тебя не ждали.
Стоки и лорд Гарет ехали в одном из фургонов людей, и им даже разрешили ночевать в нём, потеснив кого-то из начальства. Чтобы поговорить с ними, пришлось обходить поляну перед небольшой рощей. Стоянку мы выбрали так, чтобы рядом была вода и немного сухого дерева для костров. Повезло наткнуться на это замечательное место почти сразу, как переместились. Всего-то пришлось пройти около полутора километров.
Лагерь уже проснулся и постепенно готовился к долгой дороге. Люди сворачивали палатки и спешили позавтракать. Меня замечали, провожали взглядами, кто-то даже махал рукой. Рядом с фургонами, установленными полукругом, тоже было шумно и вкусно пахло едой. Стоки и лорд Гарот сидели за одним из раскладных столиков, как и у нас, используя ящики в роли скамеек.
— Василий, доброе утро, — меня у фургонов перехватил Максим Артёмович. — Как дела, как настроение?
— Здравствуйте. Всё прекрасно, жаловаться пока не на что.
Мы прошли к столику, куда быстро поставили ещё две тарелки с лёгким завтраком в виде яичницы с овощами и кружку с чаем, который люди закупили в Альведэ. Обменявшись любезностями с картографами, которые друг с другом пока не разговаривали, я быстро позавтракал вместе со всеми. К чаю только отнёсся с некоторым подозрением, уж очень он походил на наш. Максим Артёмович это тоже заметил, поделившись наблюдением.
— Сегодня надо прыжков пять сделать, — сказал Стоки, когда мы перешли к делам. Я снова выступил в роли переводчика, так как тёмные языки Хумы и ближайших миров немного отличались от тех, на которых говорили в Альведэ. — Пятый будет уже в неизвестность, за границу обжитых миров. А там ожидать можно всего, даже того, что мы угодим прямо в центр лагеря диких демонов пожирателей плоти.
Пожирателями плоти назывались племена людоедов, то есть демонов, питающихся подобными себе.
— Если встретим разумных демонов, то проблем быть не должно, так как среди них редко встречаются сильные одарённые. Хуже, если мы угодим на территорию диких существ.
— А посреди водоёма или моря оказаться можем? — спросил Максим Артёмович.
— Нет, — Стоки покачал головой. — В самом плохом случае на болото может забросить. Отсюда вытекает вторая проблема. По диким мирам путешествуют обычно налегке. Любой лес уже непроходим для повозок и телег, не говоря о болотах, горах и тому подобном. И вьючным животным придётся несладко, если угодим в топи.
— Удача любит тех, кто в неё верит, — вставил Максим Артёмович. — Будем верить, что дорога окажется лёгкой.
— Зои говорила, что когда окажется достаточно близко к родному миру, то сможет почувствовать это, — сказал я.
— Вот это хорошая новость, — Стоки кивнул. — Потому что высок шанс просто пройти мимо. Ты как-то говорил, что её забросило через разлом в Хуму. Вряд ли он был огромным, способным пробить брешь в пространстве на сотни миров. В отличие от рукотворных, такие могут забрасывать несчастных далеко от дома, но и у них есть пределы. Общее направление нам известно, а это существенно сокращает площадь поисков…
Я вспомнил разговор накануне, когда мы медленно ползли по равнине в сторону очередного разлома. Болтали по поводу странных стариков, сект и центральных миров. Стоки ничего об этом не знал и смог поделиться лишь прошлогодней историей, когда к ним забрёл необычный гость.
— Это был странный человек, — говорил Стоки, удобно устроившись рядом со мной на лавке возницы. Дикая лошадь сама шла в колонне и управлять ей не требовалось, поэтому мы вели неспешную беседу. В отличие от людей, идущих своим ходом, мы были укрыты от лёгкого, но затяжного дождика. — Как и люди в красных мирах, он получил дар при рождении. За то время, что провёл в Альведэ, ни с кем не конфликтовал, всегда был вежлив и даже встретился с первым сенатором. Он называл себя главой великой секты, насчитывающей тысячи тысяч последователей. Говорил, что живёт где-то в центре миров и в наше захолустье попал случайно заблудившись.
— А как его звали? — спросил я.
— Зеос, — Стоки улыбнулся, вспомнив что-то забавное. — Он за пару недель сумел собрать вокруг себя десяток последователей, которые ушли вместе с ним в Небесную секту. Отбирал людей, родившихся с даром, при этом не смотрел на силу, говоря о потенциале.
— И как вы его домой отправили?
— Той же дорогой, которой он попал к нам. Если где-то однажды появлялся разлом, то его можно открыть вновь. Золото нужно и особые пространственные камни. У нас таких в наличии не было, но Зеос оплатил работу ныряльщиков. Он подарил им нож, который вспарывал ткань пространства внутри разлома.
Стоки даже рассмеялся, словно дикарям в руки попал лазерный меч.
— Чтобы добыть пространственные кристаллы, — пояснил он, отвечая на мой вопросительный взгляд, — нужно найти разлом, в котором есть недостаток, позволяющий выйти за пределы миров, что он соединяет. Но искать такие разломы сложно и нырять в них опасно. А нож позволяет проделать дыру почти в любом стабильном разломе и спокойно пройтись по звёздным пещерам. Словами это сложно описать, нужно увидеть собственными глазами. Я когда-то с этого начинал, нырял в разломы. В отличие от многих, безвозвратно сгинувших, мне повезло найти крупную жилу камней. Хватило ума не сдавать всё в гильдию, разбогатеть и пойти учиться в коллегию картографов.
— И что, теперь проблем с добычей камней нет? — уточнил я. — Мне Митар подарил целую шкатулку, говорил, что редкий товар.
— Редкий, и таким останется ещё долго, — улыбнулся Стоки. — Попасть в звёздные пещеры стало проще, но опасности никуда не делись. Мои старые знакомые жаловались, что за последний год опытных ныряльщиков погибло больше, чем за десять предыдущих лет. А их всегда погибало очень много. Так что артефактом нужно пользоваться осторожно и уметь находить богатые и безопасные разломы.
— Странно, что этот глава секты спокойно расстался с таким необычным и могущественным артефактом.
— Соглашусь, — кивнул Стоки. — Я же говорю, он был странным человеком и порой удивлялся самым обычным вещам…
Плохо, что этот самый Зеос ушёл в противоположную сторону от Альведэ. Странно, но после разговора со старичками у меня появилось навязчивое желание навестить их и посмотреть, что это за секты такие. Хотелось собственными глазами увидеть источник, дарующий вечную жизнь. Любопытство, не дающее покоя. Откуда взялись невероятно сильные старички, и что вообще за центр миров такой? Многие в Альведэ тоже считали, что живут в самом центре, но, как выяснилось, всегда найдётся рыбка покрупнее.
Возвращаясь к нашему фургону, я свернул к окраине лагеря, где заметил любопытную картину. Обособленно от других, на подстилке из нарубленных веток и укрывшись сразу двумя одеялами, сидел мастер Кве. Точнее, он завтракал хлебом и сырым мясом. Держа в одной руке пару лепёшек, а во второй — часть бараньей ноги, откусывал поочерёдно и с аппетитом жевал. Вчера мы с ним так и не поговорили. Я его поздно вечером увидел, когда лагерь на ночлег остановился. Попросил людей с горы Ракку, чтобы они его не гнали и покормили. Пусть и ящер, но он мастер, обладающий уникальной способностью определять силу и мощь артефактов. Он мне неплохо помог заработать целую гору золота. Не встреть я его в Альведэ, вряд ли бы сумел продать даже пару колечек из коллекции светлоликих.
— Мастер Кве, — поздоровался я на его родном языке.
— Хозяин Василий, — обрадовался он, откладывая завтрак и быстро вытирая руки о край плаща.
— Никаких хозяев, — быстро сказал я. — Я тебя не покупал, на работу не нанимал, поэтому обращайся просто по имени. В крайнем случае можешь «влады́кать», меня это уже не так раздражает, как раньше.
— Начальник? — спросил он. Надо пояснить, что слово, которое употребил мастер Кве, использовалась для обозначения должности именно начальника или бригадира, задача которого заключалась только в том, чтобы подгонять нерадивых работников.
— Ты точно решил с нами пойти? — спросил я. — В Альведэ тебя Танис на руках готов был носить и деликатесами кормить.
— У него удачи нет, — сказал Кве, словно высказал общеизвестный факт. — А у начальника Василия удача есть. Редкие артефакты сами к нему в руки идут, значит, и шанс встретить бога выше.
— Если имеешь в виду, что отправиться на тот свет и предстать перед своим божеством, то шанс действительно большой, — улыбнулся я. — Ты учти, что мы в красный мир идём, где люди и демоны чаще всего воюют.
Он пару раз моргнул, не совсем понимая, что я хочу этим сказать. Святая простота, таким невинным взглядом милостыню просить хорошо, никто не откажет.
— Ладно, присмотрю за тобой, а то сгинешь или прибьют ненароком. Условий, как у Таниса, не обещаю. Ты как дорогу переносишь, не устал? Поспеваешь за людьми?
— Уставать — это хорошо.
— Завтракай, не буду отвлекать. И в пути старайся держаться поближе к нашему фургону, чтобы не потеряться. Я Ханну предупрежу.
— Есть подарок для начальника, — сказал он, подтягивая заплечную сумку к себе.
Засунув в сумку руку едва не до локтя, он выудил несколько колец, связанных толстой золотой цепочкой, посмотрел на них удивлённо и бросил обратно. Со второй попытки он вытащил сучковатую палку, украшенную резьбой и обильно залитую лаком. Посмотрел с неменьшим удивлением и так же быстро сунул обратно. Наконец, нащупав нужное, он вынул чёрный стеклянный шар, размером с большой грецкий орех. Очень похоже на вулканическое стекло, тщательно отполированное и идеально круглой формы.
— Клептоман ты синекожий, — вздохнул я, принимая шар. — У Таниса стащил всё это барахло?
— Кто? — посмотрел он удивлённо, словно был ни при чём.
Глядя в невинные глаза ящера, оставалось только вздохнуть, что я и сделал. На ощупь шар оказался неожиданно тёплым. А если смотреть на просвет, то внутри что-то колыхалось, напоминая маленький огонёк свечи. Я даже слегка потряс шаром, наблюдая, как колышется пламя.
— И что это? — спросил я. — Артефакт? Опасный?
Мастер Кве закивал, затем замотал головой и снова закивал.
— Ты головой не тряси, отвалится, — рассмеялся я. — Толком говори, что делает?
— Магию поглощает и горячим становится.
— Походный обогреватель? Полезная штука. Хорошо бы нам в какой-нибудь северный мир не забрести, а то у меня из тёплых вещей только шерстяная ночная рубашка владыки.
Махнув рукой мастеру Кве, я направился к фургону, где меня уже ждали. Второй завтрак за утро я проглотил с не меньшим аппетитом, что и предыдущий, запивая его целебными травами. А лагерь к этому времени спешно сворачивали, готовясь к долгому переходу. Ещё во время путешествия к Альведэ отряд приноровился работать слаженно. Каждый знал, что ему делать, куда идти и как не мешать другим. Небольшую сумятицу внесли разве что фургоны, телеги и лошади, но даже с ними управились без проблем. Стоянку свернули минут за двадцать, и мы снова двинулись по холодной равнине куда-то на север.
Первые прыжки в сторону красных миров прошли удачно. В том смысле, что на нашем пути не попадались пустыни и непроходимые джунгли. Это немного радовало, и большой отряд с энтузиазмом шёл дальше, проходил сквозь разломы и вставал небольшим лагерем, чтобы Стоки мог определить наше местоположение и проложить дальнейший маршрут. Затем всё это повторялось, снова и снова. За пятнадцать скучных и почти однообразных дней я сбился со счёта, через сколько миров мы прошли. Наверное, единственный, кому путешествие доставляло удовольствие, был Стоки. Он чертил новую карту, делал наброски и что-то записывал в большую тетрадь. Оказывается, он неплохо умел объяснять, рассказывая, как ориентируется в пространстве миров, как выбирает направление и как открывает очередной разлом. Для каждого перехода нужно было выплавлять особый диск из кровавого золота, учитывая десяток различных параметров. Стоки использовал для этого особый набор заготовок в виде зеркальных рун, а иногда и делал их, вырезая из дерева. Но одно я понял точно, быть картографом невероятно сложно. К примеру, лорд Гарот, имеющий степень магистра, как-то обмолвился, что он бы не смог вести отряд по мирам, двигаясь в нужном направлении. Его попытки открывать разломы напоминали бы хаотичные прыжки, в надежде попасть в нужное место.
Спустя пятнадцать дней, когда энтузиазм людей немного поугас, мы угодили в первый недружелюбный мир. Заходя в разлом, я ожидал увидеть всё ту же серую равнину, преследующую нас последние два дня, но, выпав с той стороны, угодил прямо в разгар снежного бурана. Ледяной ветер бросил мне в лицо охапку колючих снежинок и едва не повалил в сугроб. Рядом кричали люди, спеша убрать от разлома фургоны, чтобы оставить место идущим следом. Используя силу, их толкали вперёд, пробиваясь сквозь метровый слой снега. Я тоже не остался в стороне, помогая подчинённым Айн Ханны сначала распрячь лошадь, офигевшую от такой резкой смены погоды, а потом просто поднял наш фургон вместе с девушками и перенёс подальше от разлома.
Первое серьёзное испытание люди прошли на оценку «отлично». Первым делом полукругом установили фургоны, создавая защиту от холодного ветра, затем расчистили снег и поставили палатки. При помощи магии это было сделать не так сложно. Прежде чем окончательно замёрзнуть, я успел убрать больше половины всего снега, создавая отличную площадку для лагеря, немного утопленную и укрытую от ветра.
— Холодно, — я вошёл в наш фургон, плотно закрывая полог ткани за собой. Скинул с плеч покрытое снегом одеяло и немного потеснил Беату с Ивой, усаживаясь перед большой масляной лампой, играющей роль обогревателя. — Нет, я тут фургон не оставлю, даже если его придётся по воздуху тащить за собой целый день.
Не знаю, из какой ткани делали тент фургона, но она почти не промокала и отлично защищала от ветра. И пока я бегал по лагерю, раскидывая снег и пытаясь понять, придётся нам ставить палатки или нет, воздух в фургоне немного прогрелся даже от одной масляной лампы.
— Надо кого-нибудь с даром огня взять к себе в компанию, — сказал я, протягивая руки к лампе.
— Чтобы они фургон спалили? — Зои лишь покачала головой. — Что магистр Стоки говорит? Далеко до следующего разлома?
— Темнеет на улице, — ответил я. — И температура воздуха быстро падает. Всё равно до утра придётся здесь сидеть. А вот если лошади до утра замёрзнут насмерть, будет нехорошо.
— Куда, — Беата поймала меня за рукав. — Согрейся сначала и оденься теплее. Ничего с твоей лошадью не будет. Я видела, как Марак её одеялами укутывал. Он за неё переживает больше, чем за себя.
Марак в отряде был вторым по положению, после Айн Ханны. Его слушали беспрекословно и выполняли поручения как можно более старательно. При этом он взял на себя всю заботу о лошади, дав ей имя Уголёк, несмотря на то, что это была кобыла. В их языке не было чёткого деления на рода, а как перевести её имя на наш язык так, чтобы не коверкать, я пока не знал.
— Держи, — Беата сунула мне в руки мягкий кошель. — Ты же сам хвастался, что мастер Кве тебе обогревательный артефакт подарил.
— Точно! — вспомнил я. — Вылетело из головы.
Зои и госпожа Асгейл обсидиановый шар уже видели, но обе сошлись во мнении, что это не артефакт. Говорили, что силы в нём нет и не реагирует он ни на что. Но на фоне холодной погоды он казался ещё более тёплым, чем обычно.
Произнеся несколько слов на языке дами, я направил силу в шар, и та почти моментально впиталась. Вот только горячее он не стал, или же я этого не заметил. Даже потряс шар, но безрезультатно.
— Может, больше сил нужно? — задумчиво произнёс я. Огляделся, вроде четвёртая молитва ни на кого подействовать не должна, если всё пройдёт быстро. Ещё несколько слов, и магией полыхнуло гораздо сильнее, но она исчезла так же быстро, как и предыдущая. Шар потеплел, а огонёк внутри стал немного заметнее. — Вроде работает, но сил потребляет как-то непропорционально много. Или эффект накопительный?
Опытным путём, минут за тридцать, я выяснил, что магию он поглощает в любых количествах, но разогревается неохотно. Хорошо, что язык дами не требовал усилий, поэтому я мог говорить долго, но даже так немного утомился ещё через двадцать минут. К этому времени обсидиановый шар раскалился так, что держать его в руке было сложно. Пришлось брать подставку для походного очага и котелок для воды.
— Не обманул клептоман синекожий, — улыбался я, когда в фургоне стало тепло и даже немного жарко. — Действительно, работает, как обогреватель.
— Уверен? — спросила госпожа Асгейл, с большим интересом наблюдая за моими потугами разогреть шар. — Ты магии потратил столько, что можно было весь снег в пределах видимости растопить. Это что угодно, но только не обогревающий артефакт.
— Но работает ведь, — не согласился я.
— И кто, кроме тебя, его сможет разогреть?
— Любая дами. Беата смогла бы, она четвёртую молитву знает, и с концентрацией у неё всё отлично.
Беата кивнула, но как-то неуверенно. Ей ещё нужно было пару лет практиковаться, чтобы черпать силы так же много, как и я, но даже сейчас она бы разогрела артефакт часа за два. Хотя, действительно, выглядело бы смешно. Беата, склонившаяся над шаром, тихий шёпот, уговаривающий его дать немного тепла.
— Да будь это хоть яйцо феникса, — ответил я на взгляд девушек, сошедшихся во мнении, что поступаю опрометчиво. — Работает, и хорошо, не придётся мёрзнуть. Магию не излучает и даже наоборот, поэтому никаких проблем не вижу.
В фургон вошла Айн Ханна, впустив немного ледяного воздуха. Свободное место внутри уже закончилось, поэтому ей пришлось примоститься у входа. С облегчением она стянула одеяло с плеч, растирая щёки и уши.
— Холодает, — сказала она. — Мы поставим пару палаток поближе к фургону, но будет лучше, если вы проведёте ночь все вместе здесь.
— А что мастер Кве, — вспомнил я его. — Не замёрзнет?
— С ним всё будет в порядке. И с Угольком тоже. Люди решили экономить дрова, но горячий ужин сейчас будет.
С ужином не обманули и уже через двадцать минут принесли котелок с ещё горячей кашей. Несколько дней назад повезло наткнуться на большую деревню демонов и купить много всего вкусного. Золото, даже незнакомой чеканки, местные принимали охотно, но цены кусались. И если в ближайшие два дня мы не наткнёмся на очередное поселение, готовое поделиться едой, то будет совсем неприятно. К тому же несколько раз нам попадались настолько бедные деревни, что взять там было банально нечего.
Ночь выдалась беспокойной, а буря стихла только под утро. Проснулся я оттого, что в фургоне стало прохладно. Обсидиановый шар, так и лежавший в маленьком котелке для воды, остыл. Я уже по привычке произнёс пару слов четвёртой молитвы, собираясь ещё поспать, но артефакт впитывать магию отказался, поэтому пространство вокруг ощутимо вздрогнуло.
— Василий, — сонно и недовольно протянула Зои, уснувшая на плече госпожи Асгейл, — дай поспать.
Фургон начал оживать, послышалось ворчание, постепенно переходящее в тихую ругань. Пришлось использовать пятую молитву, чтобы магия вокруг рассеялась. Беата умудрилась стукнуть меня кулачком в бок, сказав что-то одними губами, так как звуки вокруг полностью пропали.
— Виноват, — быстро сказал я. — Артефакт испортился и нагреваться не хочет.
Госпожа Асгейл произнесла что-то похожее на «я же говорила», затем подтянула сползшее одеяло, укрывающее их с Зои. Пришлось вставать, брать с собой сумку с вещами и одеваться уже на улице. Многое бы отдал за тулуп из овчины и валенки. Хорошо бы после холодной ночи половина отряда не отморозила пальцы на ногах и ещё кое-что более важное. С тёплой обувью в тёмных мирах было совсем туго.
Утром стоянка предстала передо мной совсем в другом свете. Оказывается, неплохо мы вчера поработали, очистив большой участок от снега и возведя с подветренной стороны высокую стену. Палатки расставили как можно ближе друг к другу, а рядом с походной кухней горел неплохой костёр, поддерживаемый магией. Солнце ещё не взошло, но рассвело достаточно, чтобы люди начали просыпаться.
Первым делом надо было узнать у Стоки, далеко ли до следующего разлома. Я как раз направился в сторону его палатки, когда с окраин стоянки послышались крики. Метрах в сорока от того места, где мы вышли вчера, начал формироваться ещё один разлом. Открывался он над глубоким снегом, и гостей ждал весёлый приём.
К границе лагеря я подоспел в тот момент, когда из разлома выпал человекоподобный демон с большими рогами. Вместе с объёмным дорожным рюкзаком он рухнул в снег и принялся смешно барахтаться в нём, пытаясь встать. А из разлома уже выходили ещё демоны, такие же рогатые, в одеждах торговцев. Всего их было около дюжины, все с большими сумками, размерами не уступающими рюкзаку Стоки. Были среди них и женщины, что совсем странно. Последним же из разлома выпрыгнул знакомый лохматый демон, очень похожий на индейца. Он ловко ступил на чью-то голову, затем на рюкзак и отпрыгнул от разлома метров на пять, погружаясь в снег по самую шею.
К расчищенной площадке гости добрались только спустя пять минут, выбираясь из глубокого снега. К этому времени вокруг уже собралась едва ли не половина нашего лагеря.
— Эгей, — я помахал рукой немолодому рогатому мужчине, выходя вперёд. — Вы тут как оказались?
Собственно, это была та самая группа странных демонов, что искала меня в храме Хумы, когда на город напали светлоликие.
— Владыка! Владыка Василий, — немолодой мужчина обрадовался, спеша ко мне. — Наконец-то мы Вас догнали. Уже надежду потеряли.
— Мозги вы потеряли последние, — поправил я, глядя, как демоны делят одеяла, чтобы укрыться от холода. — Я же вам ещё в Хуме сказал, что занят. Нет у меня времени решать ваши проблемы.
— Нет выхода у нас, — запричитал старый, отмахнувшись от девушки, пытавшейся накинуть ему на плечи одеяло. — Погибаем…
— Некогда! — решительно отрезал я, чтобы не слушать наверняка жалостливую историю. — Как вы вообще меня нашли?
Один из демонов уже использовал силу, чтобы создать горячий огонь, вокруг которого они начали собираться, чтобы не замёрзнуть. Я же оглянулся на Максима Артёмовича, спешащего к нам от центра лагеря. Но его ещё на полпути обогнал низкорослый Стоки, метеором пролетевший по лагерю.
— Магистр Астар! — выпалил он, едва не сбивая лохматого индейца с ног.
Лохматый казался совсем не удивлённым картиной лагеря, высоким снегом и количеством людей. Он с любопытством разглядывал всё вокруг, не обращая внимания на отряд демонов.
— Магистр! — Стоки смотрел на него так, словно не верил своим глазам. — Вы в своём уме?! Оставлять коллегию без начальства на столько лет. Да там такой бардак случился в первый же год! Вас даже из сената исключили и похоронили заочно… Магистр?
Лохматый, в свою очередь, смотрел на Стоки с интересом, но не узнавал и, похоже, не понимал, что от него хотят.
— Лорд Гарот! — крикнул Стоки. — Хватит спать, магистру нужна помощь!
Почти сразу рядом с ними воздух слегка поплыл и потемнел, а через секунду на том месте уже стоял беловолосый и красноглазый Гарот, в одной шёлковой рубашке нараспашку.
— Магистр Астар? — на лице лорда Гарота появилось то же выражение, что и у Стоки недавно. — Вы здесь?
— Бери его и смотри, чтобы не сбежал! — Стоки уже схватил лохматого под локоть и повёл в сторону палаток. Гарот отстал совсем ненадолго, посмотрел сначала на рогатых, затем на меня и поспешил следом.
— Владыка…
— Сразу — нет! — опередил я рогатого. — Ну что вы ко мне пристали? Ступайте в горы Ракку и договаривайтесь с Мирейн.
Немолодой демон рухнул на колени, с силой сцепив ладони в замок.
— Правду они говорили, — негромко сказал он, бормоча себе под нос, — что у владыки гор Ракку нет сердца. Лишь одна тень ему недоступна, та, что находится между ладонями…
— Владыка, — меня отвлекла та девушка, что пыталась укрыть старшего одеялом.
Она стояла, прижав одеяло к груди, и смотрела каким-то обречённым взглядом. На вид лет двадцать, лицо красивое, если не обращать внимания на массивные рога. Мне показалось, что эти демоны рога подтачивают и обрабатывают чем-то, чтобы выглядели острыми и блестящими. Вроде бы в прошлый раз у них на кончиках рогов были золотые и серебряные колпачки как украшения. К таким можно и цепочки крепить, и колечки разные, чтобы красиво смотрелось. Но сейчас у них рога открыты, демонстрируя всем остро заточенные кончики. Глядя в глаза девушке, я уже хотел сдаться, сказать, что у меня нет влияния на людей Ракку, чтобы отправить их участвовать в войне или убивать кого-то. Тем более, мы сейчас очень далеко от Альведэ и центра их миров.
Увы, сказать я ничего не успел. Всё-таки демоны сильнее и проворнее людей, о чём мне постоянно говорил наставник Зик. Краем глаза я успел заметить, что немолодой демон бросился ко мне, выстрелив, как сжатая пружина. Он меня боднул, сволочь, угодив острым рогом прямо в район солнечного сплетения. А то, насколько они сильные, стало понятно, когда меня подбросило в воздух. Ощущения такие, словно кувалдой в грудь ударили. Готов поклясться, что внутри что-то хрустнуло. Совершив головокружительный, но скоротечный полёт, я рухнул на утрамбованный снег, почему-то не почувствовав удар от падения. Мир вокруг начал очень быстро темнеть, но меня больше беспокоило то, что никак не удаётся сделать вдох или выдох.
⠀⠀
Удобно устроившись за круглым столиком, Харон с любопытством разглядывал суету большого города. С просторной террасы на втором этаже заведения открывался неплохой вид и на торговую площадь, и на высокие здания с покатой крышей из красной черепицы. Элиас, слегка подтянув просторные рукава наряда, разливал тёмно-рубиновое вино по небольшим глиняным стаканчикам, покрытым светлой глазурью.
— Ты слишком торопишь события, — говорил Элиас. — Он, может, и обладает подходящим даром и навыками, но всё ещё слишком молод.
— Напомни мне, почему правила предписывают набирать молодых последователей? — в голосе Харона промелькнуло ехидство. — Что люди теряют с возрастом? Энтузиазм и стремление к недостижимым вершинам. Если не разжигать его в юном возрасте, то вести вперёд одарённого будут алчность и прочие пороки. Или ты думаешь, что мы Небесная секта? Так и они стараются набирать молодых и талантливых по той же самой причине.
— Но даже во внешний двор юноши и девушки попадают только к двадцати годам.
— Ты сейчас со мной споришь или с собой? — Харон оторвался от созерцания торговой площади и повернулся к старому другу.
— Ну куда ему во внешний двор без закалки тела? Или ты его сразу к источнику допустить хочешь?
— Есть задумка, — ответил Харон, положив на столешницу небольшой молочно-белый камень, напоминавший слезинку.
— Торопишься, — сказал Элиас, возвращаясь к тому, с чего они начали разговор.
Старики выпили по чашечке отменного вина, помолчали. Почти весь лунный цикл они ходили кругами по мелким мирам в созвездии Альведэ, но никак не могли прийти к единому мнению. Их спор всегда заканчивался на том, что молодой парень, попавшийся им на глаза, одновременно и подходил для того, чтобы стать учеником секты, и не подходил по ряду причин.
Почти одновременно старики посмотрели на север, сквозь ближайшее высокое здание.
— Вот именно поэтому, — сказал Элиас тоном, говорящим, что он был прав.
Харон молча встал, забрал со столешницы белый камень и шагнул в вертикальную линию серебряного разлома. Элиас тихо выругался, бросил на столешницу пару золотых монет и ушёл следом, пока проход не закрылся. Прыжок оказался довольно дальним, вокруг замерцали проносящиеся мимо миры, как маленькие яркие звёздочки. В итоге из разлома он вышел над холодной снежной равниной. Из-за низких серых туч сложно было сказать, утро сейчас или день.
Бросив взгляд вниз, Элиас увидел лагерь путешественников. Несколько телег, фургонов и тёмных палаток, которые удобно встали полукругом на утопленной в снегу площадке. Взгляд сразу притянул участок снега, покрытый кровавыми пятнами. Люди в одинаковой одежде стягивали тела рогатых демонов в кучу. Судя по всему, снизу вспыхнула драка, очень скоротечная для малочисленных демонов.
Последовав примеру Харона, Элиас спустился ниже, к одному из фургонов, откуда тянуло кровавой магией. А ещё слышался спор на повышенных тонах. Тон задавала девушка с приятным голосом, говорившая на незнакомом языке. Харон поднял руку, прикасаясь к едва теплившемуся дару молодого парня, находившегося там же.
— И какой от тебя тогда толк?! — снова сердитый девичий голос. Незнакомый язык стал неожиданно понятным, отчего Элиас вздрогнул, словно получил озарение. Удивлённо покачав головой, он вновь посмотрел на жёсткую ткань тента фургона. — Ты же говорила, что можешь видеть своё будущее? Неужто в нём нет Василия?
— Он сегодня не умрёт, — ещё один молодой женский голос, но более спокойный и выдержанный.
— У него дыра в груди размером с кулак! — судя по заминке, девушка либо всплеснула руками, либо пыталась показать на рану. — Даже с помощью бабушки он до полудня не протянет.
— Значит, он убрал символ с моей спины, избавив от болезненной смерти.
— Если будешь так говорить, я тебе её обеспечу.
— Успокойтесь, — вмешался строгий женский голос. — Криками и дракой ему не поможешь.
— Я точно ничего не могу сделать? — снова девичий голос, но уже приглушённый. — Может, поделиться кровью?
— Это убьёт его ещё быстрее.
— Но он уже брал немного моей крови. Я ведь чувствую её внутри него.
— Лишь слабый отголосок…
Старики переглянулись. Харон разжал кулак, демонстрируя молочного цвета камень в форме слезинки. Элиас задумался на минуту, поглаживая бороду, затем кивнул. Ему эта идея не нравилась, и даже наоборот, но расстраивать старого друга он не хотел. Впервые за много лет он увидел во взгляде Харона искорку азарта и предвкушения.
— Но сразу после этого мы вернёмся, — сказал Элиас. — Нам нельзя долго находиться рядом со смертными.
Харон лишь махнул рукой, спускаясь ко входу в фургон, рядом с которым стояла молодая женщина с фиолетовыми глазами, наблюдавшая за стариками. Она поспешила сдвинуть жёсткую ткань полога, чтобы Харону было проще подняться внутрь.
⠀⠀
Резко проснувшись, я машинально сел, сбрасывая с себя тёплую шкуру. Последнее, что запомнилось, как мне в грудь врезается рогатая голова старика. Эта мысль заставила поморщиться и коснуться солнечного сплетения. Опустив взгляд, я ожидал увидеть рану или большой синяк, но ничего такого не было. Небольшой светильник под потолком фургона давал достаточно света, чтобы понять, что глаза меня не обманывают.
Полог фургона открылся, пропуская Зои и холодный воздух. Увидев меня, она бросила в сторону тёплые вещи и бросилась обниматься.
— Холодная, — я едва не застучал зубами, когда она стиснула меня в объятиях. — А что вообще случилось?
Она слегка отстранилась, чтобы поцеловать меня сначала в одну щёку, затем в другую и только потом отпустила. Совсем немного смутилась, поправила платок на голове.
— Ты ещё спрашиваешь, — она покачала головой. — Тебя чуть не убили. Эти рогатые демоны…
Она добавила ещё пару выражений на языке красного мира, звучавших красиво, но оскорбительно по отношению к рогатым.
— Одежда моя где? — спросил я, оглядываясь и ожидая увидеть Сайми или Салме, протягивающих наряд владыки. — Холодно так сидеть. Мы всё ещё в снежном мире?
— Всё ещё, — кивнула она и поспешила на помощь, выуживая мою одежду из-под одеял. — Люди для тебя фургон выделили. Жаль, что не такой большой, как у нас. Вечер уже, а на ночь глядя идти опасно. Но у меня для тебя три хорошие новости.
— А что рогатые? — спросил я, принимая одежду. — Спасибо.
О них Зои говорить как раз и не хотела. По её словам, я ещё упасть не успел, а их главному уже в глаз нож всадил кто-то из людей с фиолетовыми глазами. Плохо, что он успел во мне дыру огромную пробить рогом, и я бы умер почти сразу, если бы не госпожа Асгейл. Она какую-то магию крови использовала из разряда семейных секретных техник, чтобы продлить жизнь. А рогатых к этому времени перебили всех. Если они и пытались использовать магию, то люди с горы Ракку этого не заметили, расправившись со всеми за считанные секунды. И меня это почему-то огорчило. Вспомнился взгляд девушки, какой-то обречённый, словно она знала, чем всё закончится.
Что касается хороших новостей, то первая заключалась в том, что магистр Стоки нашёл-таки дорогу в мир Зои. Сказал, что сможет доставить всех за один переход, но до него далеко идти и лучше дождаться утра. Вторая новость была связана с третьей и моим неожиданным выздоровлением. Пока я был в беспамятстве и готовился отойти на тот свет, появилась знакомая парочка стариков. Что они сделали, Зои не знала, так как они говорили на непонятном тёмном языке, но в результате я не только выжил, но и стремительно поправился.
— Они передали, — сказала Зои, протягивая мне письмо. — Что пишут?
Я пробежал взглядом по строчкам старых символов, затем машинально сунул в складку пояса.
— Пишут, что я на ровном месте умудрился им задолжать, — сказал я.
— Не на ровном месте, — она упёрла руки в боки. — Ты чуть не помер. Много они хотят за спасение?
Последнее она добавила тише.
— Пока не знаю. Всё ещё хотят, чтобы я к ним в секту пришёл. Но ты мне скажи, где эта секта? Куда идти-то? Сказали приходи, а адрес не оставили. Ладно, демоны с ними, что там по третьей хорошей новости?
— Когда старики ушли, ты в бреду что-то говорил на языке дами. Вызвал вокруг хаос и перепугал всех. Люди уже хотели бежать в заснеженную пустошь, чтобы переждать, но Беата что-то сделала и заглушила твой голос. Вроде бы это называется пятой молитвой.
— Отличная новость, — подтвердил я, немного удивлённый.
— Ты кушать хочешь? — спросила Зои. — Люди большой праздничный ужин устроили, узнав, что уже завтра мы доберёмся до Первого царства.
— Нет, что-то не хочется. Ощущения внутри странные, словно я плотно поел недавно. Кстати, а где Беата?
— Спит. Мы немного утеплили фургон, ещё ночь продержимся. Вроде бы сегодня не так холодно, как вчера.
С Зои мы разговаривали ещё часа полтора, пока на улице окончательно не стемнело. Предвкушение от возвращения домой вызывало у неё бурю эмоций. Она обещала познакомить меня с родителями, устроить экскурсию по столице и ещё много всего интересного, ненадолго забыв, что мы ведём с собой немаленький отряд людей. Когда Зои ушла, в фургон заглянула Айн Ханна. Растёрла себе ладони, затем щёки.
— Как себя чувствуешь? — спросила.
— Вроде неплохо. Зои говорила, что вы всех рогатых убили. Могли бы взять кого-нибудь живым, чтобы узнать, что на них нашло.
— И без этого понятно, — глаза Ханны сверкнули холодным огнём. — Фанатики, жаждущие нашей смерти, придумали идиотское высказывание, что нам неподвластна только тень, что лежит между плотно сжатыми ладонями. Они поэтому так и назвали себя «между ладонями». Наверняка пообещали рогатым, что защитят их маленькое и никому не нужное королевство, если они убьют тебя. Убедили, что все миры в округе Альведэ вздохнут спокойно, когда мы исчезнем.
— Догадываюсь, что Малеф именно поэтому жил в горах, опасаясь каждого гостя.
— Нас уже когда-то выгоняли из родного мира, — с болью в голосе сказала она. — Наказали рабскими символами, что мы носим на спинах. Та парочка небожителей, что спасла тебе жизнь, как раз оттуда. Миры великих сект, воюющих друг с другом за пару источников вечной жизни. Гнусное место, полное зависти, алчности и злобы, где всё решает лишь сила. Если собрался туда, то будь готов столкнуться со всем этим.
— И ты знаешь, как туда добраться? — осторожно спросил я.
— Лохматый переводчик, который пришёл с рогатыми, был там недавно. И он должен знать дорогу.
— С чего ты это взяла?
— Он испил из вечного источника жизни, — её улыбка стала больше походить на оскал. — Будучи неготовым к подобному, он потерял рассудок. Я даже знаю, в какой секте он был и что у них украл.
— Постой, я знаю, зачем ты мне это рассказываешь. Хочешь сказать, что те проблемы, которые вы мне здесь доставляете, покажутся цветочками по сравнению с тем, что будет в мире сект? Раз вас оттуда выгнали когда-то, то тёплого приёма не будет?
Судя по её взгляду, я оказался очень близко к истине.
— Да меня здесь дважды убили, из-за того, что с вами связался. Пожалейте. Ну что вам стоит отстать от меня? И не надо так смотреть. Может, назначите себе другого владыку? Боюсь, что третьего раза я не переживу.
— Сколько ни стараешься, сколько ни используешь силу, ты всё ещё не можешь видеть нас, — сказала она. — Испив из источника вечной жизни, ты потеряешь рассудок, как тот лохматый демон. Потому что твой разум слаб.
— Кто сказал, что я вообще собираюсь что-то пить? — возразил я.
— Ты даже не представляешь, какое это искушение — прикоснуться устами к великому источнику, — серьёзным тоном сказала она. — А твоя вера в собственные силы сравнима только с могуществом парочки небожителей, для которых мы все не разумнее насекомых. Вот ты часто приглашаешь к себе в дом горных муравьёв, чтобы учить их чему-либо или просто погостить и посмотреть, как прекрасно ты живёшь, по сравнению с их муравейником?
— Ты так сильно не утрируй.
— Если они что-то задумали, вряд ли твоё мнение и желание будет играть хоть какую-то роль, — продолжила она. — Но я могу научить тебя контролировать разум и сделать его сильным. Даже если ты станешь игрушкой в их руках, то как минимум сохранишь собственную волю. Хочешь, я прочту мысль, которая крутится у тебя в голове и не даёт покоя? Ты ждёшь, когда я уйду, чтобы тайком найти лохматого и сбежать с ним прямо сейчас. А где-то в глубине сознания затаилось ещё одно стремление, что было бы неплохо как можно быстрее добраться до этого мистического и непонятного источника. И с каждым часом оно будет только усиливаться, пока ты не проснёшься очередной ночью и не поймёшь, что твоя цель не отвести людей в безопасное место и найти для них новый дом, а как можно быстрее оказаться перед воротами таинственной секты.
На минуту повисло молчание. Я вопросительно смотрел на Ханну, она отвечала спокойным взглядом, скрывая эмоции. Но мысль сбежать у меня была. Навязчивая такая идея, которую никак не удавалось выкинуть из головы. И появилась она ровно в тот момент, когда Ханна упомянула, что лохматый знает, как попасть в секту. Внутри что-то просто щёлкнуло, и появился вполне осмысленный план — испариться по-тихому, чтобы и девушкам проблем не доставлять, и людям. Как-нибудь они без меня разберутся, что и как делать. И каждый раз, когда я пытался убедить себя, что сначала бы неплохо завершить текущие дела, а потом уже куда-то бежать, в голове возникал странный конфликт желаний.
— Ты думаешь, — осторожно начал я, — что через пару недель или месяцев, когда эти старики подстроили бы или предоставили возможность посетить их секту, я бы сбежал, ни секунды не сомневаясь, позабыв обо всём на свете?
— Вижу, что ты пока ещё внятно мыслить в состоянии, — кивнула она. — Это не из-за того, что они плохие и что-то от тебя хотят сию минуту, а потому, что твой разум слаб. Он столкнулся с сильной волей могущественного существа и сдался без боя. Решил, что принять чужую волю будет проще и выгоднее, чем сопротивляться или же идти своей дорогой.
— Они оставили послание, — сказал я, вытаскивая из складок пояса листок. — Написали, что я им должен. Если хочу рассчитаться, то мне нужно просто предстать перед ними и поблагодарить.
— Не хочу думать, что они специально заразили тебя каким-то стремлением, — она поморщилась. — Это было бы опасно для нас. Будем исходить из того, что ты просто слаб и это произошло случайно. Но не сбрасывай подобное со счетов, если хочешь сохранить себя, а не превратиться в послушную марионетку, спешащую исполнить любую волю старших наставников и учителей секты.
— Знаешь, у тебя талант портить хорошее настроение, — проворчал я.
— Мне уйти, или ты согласен учиться? — спросила она.
— Чем больше тебя слушаю, тем сильнее хочется бежать к лохматому, трясти его, чтобы открыл мне проход куда угодно, но подальше отсюда. Готов я, готов! Рассказывай, что нужно делать?
Никогда не сталкивался с навязчивыми идеями и мыслями, поэтому не знал, что делать. Это было крайне неприятное чувство, когда хочешь всё бросить и бежать куда-то сломя голову. Очень смахивает на помешательство, только пока я себя ещё могу контролировать.
⠀⠀
Ива, холодный безымянный мир, раннее утро
Проснулась Ива оттого, что окончательно замёрзла. Даже под несколькими одеялами спать было холодно. Чтобы хоть немного согреть воздух в фургоне, девушки не гасили большую лампу, сжигая скудный запас масла. Если и сегодня не удастся покинуть заснеженную равнину, то пережить третью ночь станет ещё сложнее.
Растирая лицо ладонями, Ива подумала о вездесущих девушках с фиолетовыми глазами, тенью ходивших за Василием. Сейчас они подадут ему горячий завтрак и согревающий настой трав, а затем исчезнут на полдня, стараясь не попадаться на глаза. О таких идеальных помощницах Ива могла только мечтать, вспоминая женщин, работающих в храме Илуны.
«Может, заглянуть к нему с утра, застать во время завтрака?» — подумала она и улыбнулась, представив недовольные лица и взгляды этих девушек. Повязав на голову тёплый платок, Ива вышла из фургона на морозный утренний воздух. И сразу стало понятно, что внутри было очень даже тепло.
Солнце ещё не взошло, но светало быстро. Лагерь постепенно просыпался, слышались голоса людей, а со стороны кухни тянуло запахом горячей еды. Справа от фургона послышался мужской голос, затем рычание и странные звуки. Пройдя немного, Ива увидела зубастую лошадь, с головой укрытую одеялом. Один из мужчин с гор Ракку с рук кормил её кусками мяса, что-то негромко говоря.
У фургона людей, где спал Василий, показалась Зои. Ещё одна ранняя пташка, предпочитающая просыпаться раньше других. О чём-то поговорив с Ханной, Зои неохотно закивала и направилась к своему фургону. Жаль, что Ива не могла видеть людей с фиолетовыми глазами, как это делала принцесса. Вот она кивнула кому-то, обращаясь к пустому месту рядом с телегой, помахала рукой бочке, в которой везли продукты.
— Ива, — поздоровалась Зои, подходя к фургону.
— Знаю, у нас с тобой не лучшие взаимоотношения, но позволь отвлечь тебя на пару слов. Другого шанса поговорить сегодня не будет, и если сейчас откажешься, то потом будешь жалеть.
Зои на секунду задумалась, бросила быстрый взгляд на фургон и кивнула. Девушки отошли к высокой снежной насыпи, защищающей лагерь от ветра с равнины. С этой точки отлично просматривалась походная кухня, рядом с которой горел высокий магический огонь.
— Я так и не смогла объяснить им, что нам нужен горячий завтрак, — сказала Зои.
— Завтрак будет, — Ива улыбнулась и продемонстрировала ладонь, над которой вспыхнула одинокая белая искорка. — Поговорю с ними. Но сейчас это не так важно. После полудня мы перейдём в мир Первого царства. И я хочу поблагодарить тебя за гостеприимство. Учитывая отношения между нашими народами, меня могла бы ждать клетка на площади, установленная для потехи толпы, или тёмная камера с палачом и раскалёнными прутьями. Но ты вступилась за меня, спасибо.
Зои приподняла бровь, как бы не понимая, к чему это было сказано.
— Время, что я проведу у тебя в гостях, наверняка будет одним из самых приятных в моей жизни, но я вынуждена отказаться, — продолжила Ива. — И пока есть такая возможность, поблагодарить тебя.
— Ива, ты мне сейчас напоминаешь маркиза Руттало, — прищурилась Зои. — Когда ему что-то нужно от папы, он вот также ходит вокруг него кругами и поёт сладкие песни. Не знаю, почему папа это терпит, но один раз маркиз выплясывал вокруг него от полудня и до позднего ужина. Я бы, может, подыграла тебе, но на улице слишком холодно. Или же давай вернёмся в фургон, и за кружкой с горячим чаем я тебя выслушаю.
— Я уже почти подошла к тому, чтобы рассказать о твоём прекрасном будущем и браке с красивым черноволосым парнем, лет двадцати пяти. Из того, что мне запомнилось — у него на груди было несколько серебряных звёзд на золотой ленте. Думаю, что это военные награды.
Во взгляде Зои появилось сомнение и немного упрямства, свойственного всем девушкам её возраста.
— А что Василий? — всё же спросила она, начиная понимать, к чему клонила бывший оракул. — В том будущем, которое ты видела, что случилось с ним?
— Не знаю, — призналась Ива и даже развела руками. — Сегодня он сбежит, и мы его больше не увидим. Моё будущее обрывается почти сразу после твоей свадьбы, где-то через полгода, когда на столицу Первого царства обрушатся холодные дожди. А так как я собралась прожить подольше, раз уж сбежала из дома, то отправлюсь с Василием и помогу по мере сил. Звёздный камень, что я подарила, всё ещё при тебе?
— Да, — Зои сдвинула рукав, демонстрируя браслет со звёздным камнем. — Ты говорила, что он нужен для того, чтобы не потеряться. А мы прыгаем по мирам, как… торопимся, в общем.
— Всё так, — кивнула Ива. — Решай. За следующим разломом тебя будут ждать родители, слуги, няньки, личная гвардия, взволнованные юноши и уверенный в себе мужчина со звёздами на ленте. Если решишь остаться, то отдай камень, я возьму с собой кого-нибудь другого.
— Не продолжай, — перебила её Зои, накрыв камень ладонью. — Я пойду с вами. Скажи, у моих родителей всё в порядке?
— Спрашиваешь, насколько счастливые лица были у них во время твоей свадьбы?
— Бабушка Присцилла?
— Чтобы не потеряться, нужен звёздный камень, — ответила Ива, покосившись на фургон, откуда выглянула упомянутая Алая ведьма.
— Можем мы попробовать уговорить его?..
— Нет, так нагло в будущее вмешиваться опасно, — покачала головой Ива. — После полудня, когда я подам тебе знак, постарайся оказаться рядом со мной. И не привлекай внимание своей бабушки, а то ничего из этой затеи не получится.
— Хорошо, — Зои решительно кивнула. — И почему нельзя было об этом сказать прямо, а не ходить вокруг да около?
— Потому что у каждого из нас есть выбор, иначе было бы неинтересно. Даже у белоглазой дами он есть. Пойдём, сейчас самое время.
Ива направилась к невысоким палаткам людей на краю лагеря. Пройдя между ними, она встала так, чтобы видеть фургоны. Поманив Зои, показала в ту сторону. Из фургона как раз вышел Василий, огляделся и, заметив Беату, помахал ей рукой. Обняв, долго не отпускал, а когда отстранился, снял с плеча сумку для книг и отдал ей.
— Я думаю, ей он о своих планах рассказал, — произнесла Ива. — Белоглазая в мире Первого царства не останется и уйдёт сразу же, вместе с картографами. Мог бы нам письмо оставить…
— Это из-за тех стариков, — с холодом в голосе сказала Зои. — Когда я ему их каракули показала, он немного в лице изменился. Наверное, потребовали что-то за спасение.
— Возможно, — согласилась Ива. — Ты уверена, что хочешь пойти с ним?
— Если будешь сомневаться в моей решительности, то поссоримся.
Василий тем временем пригласил Беату в фургон и помог ей подняться. Секундой позже оттуда выскочила одна из девушек с фиолетовыми глазами, что постоянно ходила за ним по пятам, и побежала в сторону походной кухни.
— Пойду узнаю насчёт завтрака, — сказала Ива. — А ты постарайся, чтобы твою решительность не заметила бабушка.
Заснеженный мир люди покидали с большим облегчением. Расстояние до очередного разлома они преодолели одним рывком, таща за собой неприспособленные к путешествию по глубокому снегу повозки и телеги. Но если с последним могла помочь сила одарённых, расчищающих дорогу от снега, то с холодом приходилось бороться каждому самостоятельно. Доктор из отряда, приятный в общении мужчина, неплохо говорил на языке Илуны. Ива часто заходила к нему, чтобы поболтать, послушать родную речь и узнать, что происходит в отряде. К примеру, доктор жаловался, что Василий к ним заглядывает нечасто, хотя как раз с ним люди стремились наладить хорошие отношения. Попутно он рассказал, что в отряде обошлось без обморожений, но вот с лихорадкой от переохлаждения слегло одиннадцать человек. Хорошо, что место в повозках нашлось для всех, так как идти больные не могли.
Когда подошло время открывать разлом, вперёд вышел лохматый демон, с виду нескладный и неуклюжий, вокруг которого постоянно крутился невысокий Стоки и пугающего вида беловолосый демон. Они словно боялись, что он может сбежать в любую секунду, стоит им лишь отвернуться. Василий на открывшийся разлом смотрел отстранённо, думая о чём-то своём, и совсем не выглядел радостным от скорого завершения долгого путешествия.
Уловив момент, Ива подошла к Зои, беря её под руку.
— Смотри, — зашептала она, взглядом показывая на Василия.
Лохматый демон отвлёкся от разлома, в котором исчезла первая группа людей, и Василий воспользовался моментом, чтобы что-то спросить. Он протянул ему железную пластинку с рунами на древнем языке, отчего у лохматого глаза округлились. Осторожно взяв пластинку, демон пристально осмотрел её, начал что-то говорить, но вмешался низкорослый Стоки, показывая на разлом.
— Будущее очень быстро меняется, — сказала Ива. — Это плохо…
— И что делать? — спросила Зои, сжимая кулак. — Пристукнуть лохматого?
— Не сейчас, — Ива потянула девушку к разлому. — Держись ближе ко мне.
— Я вещи в фургоне оставила, — начала было Зои, но они уже нырнули в вертикальную полосу тёмно-красного света.
Короткое падение, и девушек встретил тёплый, яркий мир, полный сочных красок. Вокруг было шумно, люди спешили отойти от площадки перехода. Совсем рядом заржали лошади, тащившие телегу с ящиками и бочками. Зои же встала, удивлённо распахнув глаза. На неё накатило знакомое чувство, от которого защемило в груди. А ещё она почувствовала маму, находившуюся очень близко, наверное, в половине дня пути. И мама её тоже заметила, наверняка опешила на секунду, а потом с той стороны вспыхнула аура силы, напоминающая высокий маяк в тёмной и непроглядной ночи.
— Я дома, — выдохнула Зои, не ожидая, что это чувство накроет её с головой.
— Об этом и говорила, — напомнила Ива, уводя её от площадки, где прямо из воздуха появился громоздкий фургон, присыпанный снегом.
— Это западная дорога между столицей и Рандо, торговым городом. Так близко…
— Ещё есть время передумать, — сказала Ива, заглядывая в глаза девушке. — Решай быстрее. Только камень не забудь отдать.
С того самого момента, когда Зои раскрыла в себе силу крови, она не испытывала таких чувств. Даже голова закружилась на секунду.
— Я с тобой, — Зои крепче сжала её руку. — Дай только отдышаться…
— Некогда нам дышать, — почему-то проворчала Ива, скорее всего, завидуя девушке, вернувшейся домой. Одёрнув себя, она немного смягчила тон. — Не ожидала, что всё так быстро пойдёт. Что у него за талант такой, портить видения будущего? Так, три шага вправо и ещё немного вперёд.
Зачерпнув силу крови, Зои попыталась повторить то же самое, что делала мама. Она хотела показать, что стала такой же сильной, чтобы она не переживала. Но Зои не собиралась выходить замуж за сына маркиза, пусть он будет трижды героем войны.
— А мы можем что-то сделать, чтобы остаться?.. — начала Зои, но в этот момент из разлома вышел Василий вместе с лохматым. Следом за ними шла Айн Ханна, следя за тем, чтобы демон не выкинул какую-нибудь глупость.
— Поздно, он уже показал ему плашку, — вздохнула Ива. — Точнее, карту, где большой символ указывает на созвездие миров, а малый — на нужный из них. Давай встанем ещё правее.
Девушки обогнули группу мужчин, толкающих телегу подальше от разлома. Затем они зачем-то пригнулись на несколько секунд, словно потеряли что-то и ищут это на земле. Резко встав, прошли несколько шагов, прячась уже за другой группой людей. Зои заметила, как с ладони Ивы срываются светлые искорки, падая на землю, как песчинки из разбитых часов.
— Бежим! — резко сказала Ива, и девушки помчались в сторону Василия, увлечённого разговором с лохматым демоном.
Дальше случилось несколько неожиданных событий, которые Зои успела заметить. Фургон, в котором они ехали столько дней, внезапно дёрнулся. Зубастую лошадь то ли испугали, то ли рассердили, но она рванула в сторону обидчика, едва не опрокинув фургон. Разлом, через который проходили люди, замерцал и исчез, хотя перейти успел ещё не весь отряд. Одновременно с этим прямо перед девушками вспыхнул яркий белый столб света, в который они влетели.
Зои никогда не падала в разломы так глубоко. Мимо проносились огоньки, в итоге слившись в один яркий поток. Она чувствовала, что её за руку держит Ива, но не могла увидеть её. Неожиданно свет погас, и девушки повалились на песчаный берег небольшой реки. Секундой позже раздались ругательства, и, поднимая тучу брызг, в реку рухнул Василий, а следом за ним дикая лошадь, едва не засадив ему копытом по голове.
⠀⠀
Не успел сообразить, что случилось, а меня уже окунули в ледяную воду. Я неплохо плаваю, но в тёплой одежде делать это было непросто, тем более, что течение оказалось неожиданно сильным. Просторная ткань рукавов и штанин норовила утащить на глубину, чему я отчаянно сопротивлялся. В этот момент кто-то ухватил меня за шкирку, легко выдёргивая из-под воды. Над ухом послышалось знакомое фырканье, и мы быстро поплыли в сторону берега.
— Сюда! — крикнула Зои, привлекая внимание.
Когда Уголёк добралась до мелководья, процесс пошёл быстрее. При этом она хорошенько меня встряхнула, едва не придушив, но вытащила на берег и даже на ноги поставила. Тихо выругавшись, я огляделся, но на берегу большой реки заметил только Иву и Зои.
— А что случилось? — спросил я, разглядывая берег и заросли кустарника метрах в двадцати от нас.
— Это надо у тебя спросить, — сказала Зои, глядя на мокрого меня. — Глупого из себя не строй, мы видели, как ты тому лохматому демону табличку серебряную показывал.
— Что тебе ещё? — я оттолкнул зубастую морду Уголька, пытающуюся заглянуть мне в глаза. — Ты первая и единственная во всех мирах плотоядная лошадь-спасатель. Иди посмотри, может, ещё кто-то в реку угодил…
— Нельзя это было сделать как-нибудь нормально? — спросила Зои, подходя ближе, с опаской косясь на дикую лошадь.
— Сделать что?
— Сбежать. И нас предупредить.
— Так, дай мне в себя прийти, — я провёл ладонью по лицу, стирая дорожки воды, стащил мокрую куртку, бросив её на землю. — Вы как, не пострадали? Кто ещё угодил в разлом?
— Только те, кто был близко к тебе в тот момент, — подсказала Ива. — Ханна должна быть где-то поблизости.
— Там, — Зои показала на кустарник, который я заметил раньше. Оттуда как раз выбиралась упомянутая Айн Ханна, отвоёвывая у колючего куста платок.
— А сам фургон? — уточнил я, показав взглядом на Уголька, взобравшуюся на крутой берег слева от песчаного пляжа. — Магистр Астар говорил, что знает дорогу к этому миру и что плашка — это карта, где большой символ указывает на созвездие миров, а малый на нужный из них. Что?
Девушки переглянулись, словно договорились о чём-то.
— И никуда я сбегать не собирался, — соврал я, так как именно это и задумал. Только не таким образом. Хотел выждать день или два, поговорить с магистром Астаром. Кто же знал, что он разлом откроет так внезапно.
Учитывая, что мы не вышли из разлома, а просто вывалились из пространства, значит, проход был нестабильным и способным разбросать путешественников по всему миру. Если это вообще был разлом, в чём я уже сомневался. Когда этот лохматый картограф попадётся мне на глаза ещё раз, то получит по роже. Не посмотрю, что ему полторы сотни лет. Может, это его в чувство приведёт, чтобы не бросал в следующий раз людей в разломы без их согласия.
Вспомнив о лохматом и о том, что пластинка с символами осталась у него, я аж застонал от накативших эмоций и с силой зажмурился. И даже не из-за пропажи, а из-за того, что он втянул в это девушек. Если сюда забросило и Беату, не знаю, что с ним сделаю, когда найду. Ханна говорила, что миры сект находятся очень далеко и простыми путями сюда не попасть. При этом верно и обратное утверждение, что отсюда в знакомые нам миры вернуться будет очень сложно.
Пришлось немного подождать, чтобы кровожадные мысли отступили. Пару раз глубоко вздохнув, я открыл глаза. Ханна к этому времени успела подняться на высокий берег, где минуту назад была Уголёк. Теперь уже она разглядывала окрестности, приложив ладонь к глазам, чтобы не слепило яркое солнце. Да, мир, в который мы угодили, был яркий и наполненный сочными красками, почти как Илуна. Голубое небо, слепящее солнце, зелёная трава и кусты, обильно растущие вдоль берега реки. Тепло, но не жарко, особенно после купания. А ещё в воздухе пахнет чем-то приятным.
— Этот лохматый магистр… — я едва сдержался и не скатился в откровенную брань, — надо его найти, чтобы домой вас вернул и пригласительную табличку мою отдал…
Если верить рассказу Стоки, то бывшему главе коллегии картографов Альведэ было полторы сотни лет и о других мирах, а также о перемещениях между ними, он знал больше кого бы то ни было. Стоки готов был с него пылинки сдувать и на руках носить, но проблема была в том, что магистр потерял разум, как выразилась Айн Ханна. Даже не знаю, как правильно описать подобное состояние, но крыша у него не просто протекала, а низвергала вселенский потоп. Он ведь всё помнил: и Стоки, и лорда Гарота, и работу в коллегии, но не воспринимал это. Магистра Астара занимали исключительно разломы и путешествия между мирами. Только когда речь заходила об этом, он проявлял хоть какой-то интерес. И у него действительно был небольшой кусочек кровавого золота, со странным кристаллом тёмно-кровавого цвета. Когда госпожа Асгейл использовала силу, пытаясь исцелить рану у меня в груди, магистр Астар сразу узнал беловолосую женщину, говоря, что видел её в большом городе во время праздника. Сказал, что может отвести всех нас туда, тем более, что это было недалеко. И, как выяснилось, так рано показывать ему пластинку с древними символами было глупой идеей. Мне сразу не понравилось, как у него заблестели глазки, отражая помешательство и что-то неприятное, похожее на безумство.
— Мастер Марак! — обрадовалась Зои, отрывая меня от размышлений. Она замахала руками, привлекая его внимание.
Заместитель Ханны показался на другом берегу реки. Он тоже помахал нам рукой и показал куда-то на север.
— Надо подняться повыше, — предложил я, показывая на высокий берег, где стояла Айн Ханна. — Может, ещё кого-то найдём. Зои, прости, что втянул в это. Обещаю, что верну обратно…
— Говоришь так, словно сам хочешь остаться тут, — прищурилась она.
— Как бы сказать…
— Ты пока подумай, — улыбнулась Зои, беря меня под руку, и повела к выходу с небольшого песчаного берега. — Можешь поискать подходящие слова, но вернёмся мы только вместе. Либо останемся тут, пока долг старикам не уплатишь. Можешь не рассказывать, что это за долг, я понимаю и помогу с ним рассчитаться. И Ива поможет, и страшная лошадь твоя тоже.
— Спасибо, — сказал я, подумав, что как только представится возможность, тут же отправлю их обратно. Вчера Ханна такого нарассказала о сектах, что я бы сюда по своей воле никогда не пошёл. Если верить её словам, то некоторые тёмные миры могут показаться приятным курортом на их фоне. И длинноухие здесь смотрелись бы органично, потому что «сильные там пожирают слабых», так она говорила.
Когда мы поднялись на высокий участок берега, перед нами предстала зелёная равнина, немного желтеющая на востоке. Очень похоже, что там раскинулись поля пшеницы, рядом с которыми виднелись домики. С другой стороны равнина упиралась в горизонт и полоску леса.
— Ещё бы понять, куда нас закинул лохматый, — сказал я. — От этого городского сумасшедшего можно ожидать любой подставы.
— Там дальше мост, — сказала Зои. — Выше по течению. Отличное место, чтобы подождать, если ещё кто-нибудь в этот мир попал. Но я никого рядом не чувствую.
Действительно, мост я заметил почти сразу, как и дорогу, тянущуюся как раз в сторону пшеничных полей. Решив не топтаться на берегу, мы направились в ту сторону. Уголёк бежала немного в стороне, как хищник разглядывая прилегающую к реке равнину. Странно, что дорога была пустой. В разгар дня по ней должны были путешествовать люди или демоны, живущие в этих краях. Да и мост выглядел ухоженным и крепким. К нему мы дошли минут за десять, немного позже Марака. Застали его за необычным занятием. Тяжёлым ножом он мастерил что-то похожее на острогу из длинной и гибкой ветки.
— Под мостом много рыбы, — ответил он на наши взгляды. — Идти долго, и лучше будет подкрепиться, пока есть возможность.
— Ждать рядом с появившимся разломом не самая лучшая идея, — сказал я. — Во всех мирах незадачливых путешественников встречают примерно одинаково. Если сразу не сожрут, так в рабство продадут.
— Зато так проще узнать, где ты оказался и что вокруг происходит, — добавил Марак, вставая и демонстрируя зазубренную острогу.
— Там, смотрите! — Зои подёргала меня за рукав, показывая в сторону пшеничных полей.
В той стороне, в небе, появилась небольшая чёрная точка, быстро приближающаяся. Где-то через минуту точка увеличилась, и стало понятно, что это большая плоскодонная лодка с надстройкой. Метра четыре в длину и около двух в ширину, с узким и слегка приподнятым носом. С разинутым ртом на подобную диковину не смотрела только Айн Ханна. Даже Марак выглядел удивлённым, отложив острогу и удобнее перехватывая нож.
Летающая лодка заложила вираж над нашими головами и начала снижаться. Но интереснее было то, что с её борта доносились воинственные и улюлюкающие крики. Пятеро людей самой обычной наружности, в меру лохматые, выглядывали из-за высокого борта лодки, размахивая кривыми мечами.
— Бандиты? — спросил я, глядя на летающую посудину.
Не дожидаясь, пока лодка опустится рядом с дорогой, четверо бандитов десантировались с пятиметровой высоты, с глухими ударами падая на землю. Один из них что-то орал нечленораздельно, но очень похоже на: «Девок продадим, разбогатеем». Ему я первому голову и свернул, используя обычный символ контроля пространства. Точнее, попытался свернуть, так как сила встретила неожиданное сопротивление. Бандит взвился, разрывая невидимый захват, перестал орать и уже собрался использовать какую-то магию, но не успел. Символ рассечения снёс голову ему и ещё двум мужчинам, замешкавшимся на секунду. Четвёртый успел припасть к земле, только ему это не сильно помогло, так как вмешалась Зои, и мужчину до хруста вдавило в плотную сухую землю.
Последний бандит, посадив лодку, спешно перепрыгнул через борт, как будто опаздывал к раздаче подарков, и только потом увидел убитых товарищей. Я хотел оставить его в живых, чтобы расспросить о мире, куда мы попали, но он внезапно решил, что сможет расправиться с нами и в одиночку. Он картинно взмахнул мечом, отправляя в нас бледное воздушное лезвие. Не знаю, кого могла напугать или убить такая странная и медленная магия. Даже если бы я не поставил защиту, от лезвия спокойно можно было уклониться. В отличие от его выпада, символ рассечения работал быстрее и эффективнее, легко сняв с него голову.
— Неуклюжие, но сильные, — сказал я в повисшей тишине. — Недооценил немного. Он едва мою защиту не пробил.
— Они из Небесной секты, — сказала Айн Ханна на языке людей с горы Ракку. — Значит, это восточный континент. Далеко…
— До Большой реки? — уточнил я.
— И до неё тоже далеко, — отозвалась она. — Марак, проверь лодку.
— А так и должно быть? — спросила Зои, при этом говоря на языке Ракку, но очень смешно выделяя слова. — Как необычно и странно…
— Необычно, — согласилась Ива.
Айн Ханна посмотрела на меня, совсем немного нахмурилась.
— А что Василий? — я развёл руками.
— Он перестаёт контролировать дар, — пояснила она для девушек. — Хотела бы я сказать, что нам очень повезло, что это лишь умение говорить и понимать языки, а не огненный дар. Но всё не так хорошо, да?
Ханна снова посмотрела на меня, на что я картинно закрыл рот ладонью.
— Так можно? — Ива посмотрела сначала на меня, потом на неё. — В смысле, свой дар не контролировать. И почему это опасно?
— Потому что он умеет говорить на языке дами, — ответила Айн Ханна. — А это язык магии. Если ты начнёшь его понимать, то обязательно попробуешь повторить. Может показаться, что ты сказала что-то безобидное, но это сперва убьёт окружающих, а потом и тебя.
— Пойдёмте посмотрим, что за трофей нам достался, — я решил перевести тему и зашагал к летающей лодке, до которой успел добраться Марак.
Говоря о лодке, то она выглядела вполне обычно. Полностью деревянная, с надстройкой из узких реечек, чтобы облегчить конструкцию. Внутри ничего интересного, несколько грубых канатов и верёвок, пара деревянных ведёрок, скамейка и рулевое весло. Для последнего на корме был предусмотрен держатель, но сейчас весло лежало просто на палубе.
Айн Ханна первой забралась в рубку, нашла в полу потайной лючок десять на десять сантиметров и вскрыла его ножом. Запустив туда руку, минуту что-то искала, затем с хрустом это выломала и достала на свет сферу, собранную из больших серебряных лепестков.
— Повезло, — сказала она, убирая эту штуковину в поясную сумку. — Сердце лодки можно выгодно продать.
— А не лучше ли было полететь на этой хреновине до ближайшего города? — спросил я, за что заработал ещё один строгий взгляд. — Понял, глупый вопрос.
— Вон тот, — она показала ножом в сторону самого тощего из мужчин. Марак закончил стаскивать тела к лодке, собираясь загрузить их внутрь. — Он управлял лодкой, позволяя ей летать. Можешь оживить его? Или ты тоже это умеешь, чтобы не бояться упасть с большой высоты и не разбиться насмерть? Давай, надо всё это сжечь и уйти отсюда подальше.
— Вредина, — тихо проворчал я, поднимая магией тела убитых и закидывая их на палубу.
Потянулся к символу огненного колеса на спине, направляя его на лодку. Не прибегая к молитвам и силе голоса, делать подобное сложно и утомительно, но уж лучше так. Огонь, кстати, вспыхнул яркий и горячий, взметнувшись метров на пять. Получилось почти так же хорошо, как и у Геры, я даже удивился результату. Когда дерево занялось, отпустил контроль, глядя на большой костёр.
— … отсюда родом? — услышал я голос Зои.
— С западного континента, — ответила Ханна. — С холмов, что между сектой Вечных и землёй фанатиков огнепоклонников.
— И у вас здесь летающие корабли есть? Или только маленькие лодки?
— Есть и огромные парящие галеры, и даже небольшие дворцы. И первые, и вторые — символ бедствия для тех, кто увидел их на горизонте. Пойдёмте, надо до вечера уйти как можно дальше. Если эти прилетели так быстро, то большой город совсем близко. Плохо, что дорога пустая…
Дорога действительно была пустынной, что странно, учитывая хороший, почти новенький мост. Но если здесь есть поля пшеницы, кажущиеся бескрайними, то наверняка найдётся и тот, кто их возделывает и обрабатывает. Хорошо бы повозку найти и Уголька в неё запрячь, чтобы не топать пешком.
— Вася, — Зои взяла меня под руку и зашагала рядом. — А что за проблема с даром? Никогда о таком не слышала.
— Ханна думает, что это из-за вмешательства той парочки стариков. Обычно для того, чтобы демонические языки понимать, мне не нужно прилагать усилия и сосредотачиваться. Это получалось само собой. А сейчас что-то странное происходит. И чтобы беды не случилось, мне нужно научиться контролировать собственный разум.
— Ты разве его не контролируешь? — она посмотрела на меня с любопытством.
— Не конкретно сейчас, а вообще. Чтобы никто не мог заставить сделать то, что ты не хочешь. Вот ты, к примеру, можешь видеть людей с горы Ракку, когда они прячутся в тенях. Можно было бы подумать, что это магия, и она на тебя просто не действует, но это не так. Я их в упор не вижу, хотя у меня на спине есть защитный символ, даже два. На самом деле, они никуда не прячутся и невидимыми не становятся, просто внушают разумным существам, что рядом никого нет. Ты на любого из них в упор смотришь, но разумом не воспринимаешь. Только могущественные одарённые могут сопротивляться и не пускать чужую волю в свой разум. К примеру, Стоки и лорд Гарот их тоже видят. Не всегда, только когда становятся серьёзными.
— И что нужно, чтобы научиться контролировать разум? — спросила она, посмотрев в спину Айн Ханне, идущей впереди.
— Тренироваться. Ханна ещё вчера мне внушила, что я взял у неё в долг пять золотых монет. И чем больше я пытаюсь разобраться в этом, тем больше кажется, что действительно брал. Не могу вспомнить, когда и зачем, но сам факт в памяти отложился. А ещё дар не могу контролировать и чувствую себя как рассохшаяся бочка, из которой во все стороны бьют струйки содержимого.
— Могу тебя понять, — она улыбнулась. — Тоже чувствовала себя неважно, когда сила крови просыпаться стала, а подсказать и направить было некому. Так какие планы у тебя на ближайшее будущее?
— В этом мире живёт знакомый Айн Ханны, который поможет мне мозг вправить, чтобы я окончательно с катушек не съехал.
— Подозрительно, — тихо сказала Зои, наклонившись ко мне.
— Более чем, — согласно кивнул я.
— Ты ей доверяешь? — ещё тише спросила Зои.
— Я даже не знаю, что она от меня хочет. Сначала думал, что владыкой назвали, чтобы на фанатиков выйти, которые их смерти жаждут так, что кушать не могут. Но по-моему, сами фанатики людей с горы Ракку не особо интересуют. Для них это мелкая проблема, которую можно решить походя.
— Ничего не понятно, — в итоге сказала Зои и ободряюще улыбнулась, прижавшись к моему плечу. — Но ты можешь на меня положиться. Я ведь сильнее любого существа, в котором течёт нормальная кровь. Император Илуны не в счёт, так как в нём кровь странная была.
Что касается Ханны, то вчера она наглядно показала, насколько уязвим мой разум и как легко на него можно повлиять. Чтобы продемонстрировать, внушила, что она моя старшая сестра. На этом фоне жалкий долг в пять монет просто меркнет. Я ведь в это действительно поверил. Даже вспомнил, как она меня в школу водила в младшие классы и как забирала после уроков. Чем больше я эту молодую женщину узнаю, тем больше она меня пугает. Мало того, что на неё магия не действует, так она ещё и внушить может всё, что угодно. Если у людей с фиолетовыми глазами на подобное все способны, то можно понять, почему их из миров сект выгнали и почему на цепь в виде рабского клейма посадили.
— А что у нас с золотом? — спросила Зои. — У меня двадцать монет. Всегда держу при себе, на всякий случай.
— Всё в сумке осталось, — сказал я, машинально положив ладонь на кошелёк, подвязанный к поясу.
Золото я там обычно не держу, только самое важное и нужное. До этого там хранилось мрачное золото и пара кровавых камней. С большим удивлением обнаружил, что в кошеле что-то есть. Это оказался тот самый шар из вулканического стекла, что мне подарил мастер Кве. А ведь я точно помню, что убирал его в дорожную сумку ещё вчера вечером.
Мы с Зои одновременно посмотрели на Ханну, у которой через плечо висела небольшая сумка. Да и у Марака с собой была похожая. Вроде бы он срезал пару тощих кошельков с поясов бандитов, но, что было внутри, я не уточнял.
— Ну, можно разбойничать, — пожала плечами Зои. Похоже, её всё происходящее не сильно обеспокоило. Она ведь домой рвалась, хотела родных как можно быстрее увидеть, а я опять всё испортил.
— Зои, ты уверена, что на берегу реки больше никого не было? — спросил я. — Может, лохматый где-то притаился?
— Нет, — она покачала головой. — Никого вокруг, если не считать пару кроликов, одного из которых Уголёк поймала.
— Когда только успела? — я оглянулся на дикую лошадку, так и бегущую рядом с дорогой и разглядывающую равнину. Думал, что сбежит она, когда появится такая возможность.
К пшеничным полям мы добрались только к вечеру. Западная дорога там пересекалась с ещё одной, более широкой, на которой виднелись множественные следы от телег и повозок. Жили в деревне обычные люди, не одарённые силой. Несколько семей, обрабатывающие ближайшее поле, приняли нас спокойно и разрешили остановиться на ночлег, не взяв за это ни копейки. Разместили в одном из пустующих домов и даже скудным ужином поделились, состоящим из хлеба и несолёной каши. Помимо всего, выделили новенькие тюфяки, которые в деревне делали на продажу вместе с циновками.
Долгая дорога утомила, и хотелось сразу завалиться спать, но пришлось потратить час на тренировку. Ханна просто сидела напротив, сверля меня взглядом фиолетовых глаз, а я должен был сомневаться в том, что занимал у неё пять золотых монет. И это совсем непросто. Ты пытаешься внушить себе, что это обман, гипноз и иллюзия, но внутри остаётся стойкое убеждение, что деньги брал и надо бы их вернуть.
⠀⠀
Низенькая дверь открылась, и в дом на окраине деревни вошла Зои. Поёжившись, она прошла к стопке циновок, рядом с которыми разместилось два новеньких тюфяка. От них пока ещё приятно пахло сухой соломой. На дальнем, у самой стены, уже лежала Ива, собираясь поспать.
— Темнеет долго, — сказала Зои. — Полночь близко, а небо ещё немного светлое на западе.
— В это время года здесь ночи короткие, — задумчиво сказала Ханна, глядя на Василия, уснувшего сидя напротив неё.
— Может, это из-за дара Василия, но я сейчас слышала, как тихо рычит Уголёк. Жалуется, что осталась голодной, хотя вокруг много всего вкусного. А мастер Марак рычит в ответ, обещая, что завтра достанет мяса, и нужно немного потерпеть. Брр…
Зои поёжилась и принялась стягивать сапожки.
— Завтра надо дойти до города и обязательно нанять корабль в центральные земли. Василий теряет контроль над разумом, а моих сил не хватает, чтобы помочь ему. Как только навязанное стремление его захватит, он воспримет его как данность и уже ничего нельзя будет сделать.
— А что за стремление? — негромко спросила Зои. — Что это вообще такое?
— Навязчивая идея, которая пожирает все другие мысли, не давая думать ни о чём, кроме поставленной цели. Я видела, как сильные и храбрые люди забывают о долге, о родных и возлюбленных, о клятвах и обещаниях. В их голове остаётся лишь пустота, постепенно лишая рассудка. Василий был на грани смерти, а небожители полезли к его дару, заразив глупой идеей, когда он не мог сопротивляться.
Ханна тихо проворчала ругательство.
— На центральном континенте когда-то жил мудрец, способный лечить подобные недуги. Прошло очень много лет, но есть шанс, что старик ещё жив. Или жив кто-то из его последователей.
— А какой идеей его заразили? — осторожно спросила Зои.
— Испить из источника вечной жизни. Ещё один способ лишиться рассудка. Как будто навязчивой идеи им было мало…
⠀⠀
Мне снился странный сон, словно я попал в огромную пещеру. Стены и свод тонут в темноте, а по полу клубится серый туман, поднимаясь чуть выше щиколоток. Не покидает ощущение давящей на тебя горы. Впереди, в сером тумане, можно заметить костёр или что-то очень похожее. А ещё с той стороны доносятся непонятные звуки, словно с высоты падают горящие капли пластика. Деваться было особо некуда, поэтому пришлось идти в ту сторону.
У костра серая мгла немного отступала, открывая вид на аккуратно сложенные в круг камни, в центре которых и горел огонь, не давая жара. Рядом с костром лежали булыжники, как стульчики для компании, только вокруг никого не было. Я прекрасно понимал, что это сон, но всё равно это было странно. Время от времени из костра взметались яркие искры, издавая тот самый звук.
Едва я сел на булыжник, огонь начал расти, приобретая очертания крадущегося ящера. Замерев, ящер протянул руку и схватил что-то напоминающее яблоко или шар. Прижав добычу к груди, бросился наутёк и нырнул в какую-то дыру. Огонь вспыхнул ярче и снова начал подниматься, чтобы принять форму демона с одним рогом. Он стоял, скрестив руки на груди, и качал головой. Затем сделал жест, словно обрывал собеседника или говорил «нет». Облик изменился на высокого человека в тунике или халате. Тот что-то предлагал, держа в одной руке кристаллы, а в другой большую монету. Снова появился однорогий, повторяя тот же жест.
Ненадолго огонь вернулся в прежнюю форму, переводя дух. Ещё несколько искорок взметнулись к потолку пещеры, издав возмущённое «взт». Начав подниматься, он снова показал фигуру мужчины, стоявшего в пафосной позе и державшего в руке тот самый шар, что украл ящер. Вот он запрокинул голову, как змея широко открыл рот и проглотил шар. Вокруг заплясали язычки пламени, а сам он воздел руки и, судя по всему, злобно захохотал. Огонь принял форму девушки, упавшей на колени и закрывшей лицо ладонями.
— Красиво, — сказал я, похлопав в ладоши. Голос свой услышал, но вот ощущения всё равно были такие, словно это сон. — Можно представления в городах показывать и неплохо зарабатывать на этом.
Девушка убрала ладони от лица, посмотрев на меня. Сложно сказать, сколько ей лет, но, судя по очертаниям лица, она довольно молода. Мне почему-то вспомнился рассказ одного из стариков про огненных существ, живущих по ту сторону границы, разделяющей наши реальности. Я их немного не так представлял себе, сотканных из яркого пламени и больше напоминающих джинов. А здесь образы выходили утончёнными, при желании можно рассмотреть небольшие детали.
— Что? — не понял я, когда она ткнула в мою сторону пальцем. — Не собираюсь я тебя есть. Увижу мастера Кве, дам ему по морде, чтобы не брал чужие вещи без разрешения. А когда вернусь в Альведэ, отдам этот стеклянный шар Митару. Ты его, кстати, ловко изобразила. Что ты головой мотаешь? Не хочешь, чтобы я ему шар вернул?
Девушка снова мотнула головой. В её руке появилась сфера, и она попыталась показать, что проглатывает её.
— Хочешь, чтобы я её съел? — не понял я. — Зачем?
Ещё один отрицательный жест. Она снова изобразила незнакомого мужчину, протягивающего золотую монету, затем Митара, останавливающего его.
— Митар отказался продавать сферу кому-то? — спросил я. Огонь вспыхнул, вновь явив девушку и она закивала, показывая, что я всё правильно понял. — И ты хочешь, чтобы я ему сферу продал?
Она даже за голову схватилась, поражённая моей глупостью.
— То есть, продавать нельзя? — уточнил я, на что она посмотрела и снова покачала головой. — Тогда не понимаю. Ты можешь символ изобразить огнём? Напиши слово хотя бы по буквам, будет долго, но так проще.
Девушка виновато опустила голову и снова закрыла лицо ладонями.
— Писать не умеешь? Понятно. Давай уточним, ты — это стеклянный шар, который украл ящер?
Она снова схватилась за голову и даже спиной ко мне повернулась, а искорки начали взлетать чаще и звучать громче. Воздев руки, словно вопрошая у богов, за что ей попался такой тугодум, как я, она распалась язычками пламени, снова превращаясь в небольшой костерок. Почти минуту ничего не происходило, и я уже подумал, что она обиделась или решила со мной не разговаривать, но огонь снова ожил. В этот раз он принял облик парня крепкого телосложения. Где-то я его видел, но так сразу сказать не мог. Он держал упомянутый шар в одной руке и большой нож в другой. Затем что-то перечеркнуло образ, разрубая его на две половинки. Снова появился тот самый торговец, только в этот раз в его руке был меч. Он наклонился, поднял шар и, как и в первый раз, проглотил его, после чего вокруг заплясали язычки огня.
— Хочешь сказать, что этот самый торговец придёт, чтобы убить меня и забрать шар? — спросил я.
Огонь вспыхнул, явив девушку. Она закивала, коснулась ладонью лба, смахивая невидимые капельки пота.
— С этого и надо было начинать. Спасибо, что предупредила. Значит, шар никому показывать не буду, а все, кто о нём спросит, получат по шее.
Девушка покачала головой, но не отрицательно, а скорее печально. Подняв ладони, она показала два язычка пламени, одно маленькое, второе большое и яростное, легко поглотившее первое.
— То есть, он сильнее? Намного?
Облик девушки сменился изображением одного из двух стариков.
— Уверена? — удивился я, на что кивнул сначала старик, а уже потом она, когда вернула прежний облик. — Однако. Слушай, а не тот ли это Зеос, глава Небесной секты, кто приходил в Альведэ год назад? Вроде бы он заблудился, но Стоки упоминал о его встрече с Митаром.
Девушка радостно закивала и даже в ладоши захлопала.
— Хорошо, спрячу и никому показывать не буду. Почему? Он знает, что шар у меня? И что предлагаешь? Сбежать сейчас возможности нет, да и не могу я. Потому что со дня на день с ума сойти должен, как раз по вине этого самого старика, которого показывала.
Девушка медленно растаяла, возвращая огонь в прежнее состояние. Пламя замерцало, затем вспыхнуло ярче, чтобы собраться в сложный, плохо различимый, но вполне узнаваемый узор. Это было чёрное солнце, связывающее символы на спине дами с другим измерением и позволяющее черпать оттуда силу. У солнца было ровно тринадцать лучей, как и у меня.
Огонь превратился в крепкого парня, державшего в руках обсидиановую сферу. Он коснулся её пальцем, вытягивая язычок огня и… пещера вздрогнула, и всё вокруг резко потемнело.
— Вася, просыпайся, — послышался голос Зои. Она потрясла меня за плечи, вырывая из сна.
— На самом интересном месте, — проворчал я, неохотно просыпаясь.
— Потом будешь досматривать, вставай.
— Что случилось? — я сел, постепенно приходя в себя.
В единственное маленькое окошко дома проникал яркий утренний свет.
— Гости, — сказала Зои и сердито посмотрела на Иву. — Кто-то очень сильный, но твой оракул не хочет вещать и рассказывать, что будет.
— Знание будущего — это не всегда благо, — ответила Ива.
— Не спорьте, — вмешалась Айн Ханна строгим голосом, словно это была не первая их перепалка. — Молчите, и ни одного слова чтобы.
В это время в дверь постучали, и она пошла открывать. Я пошевелил босыми пальцами ног. Не помню, когда успел уснуть. Вроде и дорога не сильно утомила.
— Простите, что без приглашения, — нагнувшись, чтобы не стукнуться головой о низкий косяк двери, в дом вошёл человек.
Мужчина, около сорока лет, лицо самое обычное, взгляд спокойный, волнистые русые волосы, доходившие до середины плеча. Одет скромно, в светлый распашной халат и просторные штаны. Пояс тонкий, обмотан несколько раз вокруг талии и завязан обычным узлом. Силы в нём ощущается ровно столько, чтобы бандиты и разные идиоты не решались с ним связываться.
— Меня зовут Зеос, — представился гость.
— Василий, — кивнул я. — Рад знакомству. Чем обязаны визиту?
— Я ищу одну вещицу, — он слегка наклонил голову, затем обвёл всё помещение взглядом. — Круглую, вот такого размера. Не попадалась ли она вам?
— Попадалась, — я встал, прошёл к сумке Ханны и достал оттуда серебряный шар от летающей лодки. — Вчера какие-то бандиты на нас напали и…
— Нет, не эта безделушка, — он покачал головой. — Та, что находится у тебя в кошеле на поясе.
— Да? — я картинно удивился. Неспешно распустив шнуровку на кошеле, левой рукой достал обсидиановую сферу, такую же тёплую, как и обычно. Переложил в правую ладонь, посмотрел на просвет, в сторону окошка. — А что это за штука, если не секрет?
— Вряд ли ты поймёшь, даже если потратить день на объяснения, — он примерно тем же жестом, что и я, вынул из поясного кошеля деревянную табличку, середина которой была покрыта узорами и окрашена в белый цвет. — Она пришла к нам с той стороны, из-за завесы.
Глазки у мужчины опасно засверкали, отчего у меня мурашки побежали по спине. Такой убьёт и не заметит. А ещё забудет через секунду, словно таракана раздавил.
— Пожалуйста, — я прошёл к нему, протягивая сферу. — Мы всё равно хотели её продать, рассчитывая выручить немного золота.
— В Пирасе, городе на восток отсюда, — осторожно забрав сферу, он вложил мне в ладонь табличку, — предъявите её, и вас встретят как самых дорогих гостей.
Осмотрев наш странный отряд, он слегка удивился, но, вспомнив о сфере в руке, кивнул и вышел из дома. Я же смог осторожно выдохнуть, так как только сейчас ушло чувство, что наши жизни висели на очень тоненьком волоске. Похоже, и Ханна думала точно так же, так как в её взгляде промелькнуло облегчение. Выждав минуту, я приоткрыл дверь на улицу и ожидаемо никого не увидел.
— Кто это был? — спросила Зои.
— Думаю, что глава Небесной секты, Зеос, — ответил я, протягивая ей подаренную табличку. — Как думаешь, сильно он рассердится, если узнает, что его обманули?
Разжав кулак левой руки, я посмотрел на маленький огонёк, как от свечи. Он слегка обжигал кожу и едва заметно подрагивал, хотя сквозняка в помещении не было.
⠀⠀
О том, что мир великих сект — странное место, я начал догадываться, когда мы почти дошли до Пираса, крупнейшего города на восточном континенте. Находился он под властью Небесной секты и входил в царство Герс, но столицей оного не являлся. Хотелось бы узнать об этом месте больше, но из Ханны за полдня едва удалось вытянуть лишь пару слов. Может, на неё так появление Зеоса подействовало, а может и сам мир, о котором она знала подозрительно много.
Дорога, ведущая в город, петляла между полями пшеницы и была загружена путниками, одиночными всадниками и телегами, запряжёнными волами. А вот летающих лодок или кораблей я не увидел, сколько ни вглядывался в небо. То ли подобные средства передвижения были дорогими, то ли в западном направлении никто не летал.
— Ива, ну что ты такая вредная? — Зои подхватила подругу под руку, повиснув на ней. — Погадай на будущее.
Они шли позади и почти всю дорогу о чём-то болтали. Тон задавала Зои, расспрашивая её о путешествии в Красный мир и о том, как живёт благородная молодёжь в мире Илуны. В итоге речь зашла об оракулах и будущем.
— Это не гадание, — ответила Ива. — Не предсказание и не предвидение.
— Если ты знаешь, что может случиться в будущем, то что это, если не предсказание? Играешь словами.
— Зная будущее, ты его меняешь, — сказала Ива. — Даже если стараешься делать всё так, как было предсказано. Этим нельзя злоупотреблять, иначе заразишься страхом и не сможешь с кровати встать, не заглянув в будущее.
— Хотя бы в перспективе, — не сдавалась Зои. — Что нас будет ждать в далёкой перспективе? Мы вернёмся домой в Первое царство или застрянем тут?
— А как же предвкушение перед неопределённостью?
— Вредина, — сказала Зои, не спеша отпускать её руку. Минуту они шли молча. — А научиться этому можно?
— Есть ритуал, — терпению Ивы можно было только позавидовать. — Чтобы стать оракулом, ты должна отказаться от силы, что у тебя есть сейчас. Обменять её на возможность предвидения. Чем больше твоя сила до ритуала, тем чаще и дальше ты сможешь заглядывать в будущее.
— Отдать всё… Нет, пожалуй, буду жить с предвкушением, а не знанием. А у тебя был выбор?
— Был. Моё место могла занять любая дочь благородного дома. Та же Иринэ спала и видела, как бы стать оракулом. Однажды даже пыталась меня отравить…
Так мы и шли: по хорошей дороге, особо не спеша и не уставая. Неприятно признавать, но все без исключения девушки физически сильнее меня и быстрым шагом могли идти с утра и до позднего вечера. Быстрее сапоги устанут, чем они. К чему я об этом вспомнил: с того момента, как старики спасли мне жизнь, я ещё ни разу не устал от долгой дороги. Вчера утомился, спорить не буду, но не в физическом плане, а в моральном. И чувство такое — словно заставь, и я мог всю ночь идти, не зная усталости. Исчезла и мозоль на ноге, мешавшая последние несколько дней. Так же и сегодня мы шли уже три часа кряду, а я совершенно не устал.
Мы обогнали группу мужчин в безрукавках на голое тело и шароварах из дешёвой ткани. Они как раз утомились и решили немного отдохнуть, расположившись на обочине и деля между собой пару лепёшек. Навстречу нам тоже шли люди, самые обычные — тёмноволосые и кареглазые, со светлой кожей и привычным разрезом глаз. Демонов же я не видел вовсе, ни человекоподобных, ни полукровок. С этим вопросом я и подошёл к Айн Ханне.
— Демоны в этом мире никогда не жили, а тех, что вторглись, вытеснили в соседние миры или истребили, — отстранённо сказала она. — Как ты выразился, «человекоподобных» здесь не встретишь, в отличие от разумных демонических тварей.
— Но говорят здесь на тёмных языках? Раз я их понимаю.
Она посмотрела на меня косо и странно хмыкнула. Нам навстречу как раз прошла большая группа мужчин, говорящих на местном языке. Они бурно обсуждали предстоящий сбор урожая и то, что Небесная секта обещала щедро платить за эту работу. Главный среди них хотел наняться к кому-то и как раз вёл туда товарищей.
— Не знаю, как работает твой дар, но точно не так, как ты себе придумал, — сказала она. — Язык людей с гор Ракку с демоническими не имеет ничего общего. Как и тот, на котором говорят в красных мирах.
— Тоже заметила эту странность, — кивнула Зои. — У нас язык красивый и складный, а демоны только рычат да мычат. И Ханна тоже говорит на красивом языке.
— Мы говорили на нём ещё до Тёмной эпохи, — сказала Айн Ханна и снова замолчала.
— А что за эпоха такая? — спросил я.
— Рассказывать долго, а мы почти пришли.
— Даже городских стен не видно. Нам всем было бы интересно послушать.
Я ничуть не лукавил, так как даже Марак немного догнал нас. Он прихватил с летающей лодки длинную верёвку и просто набросил её на шею Угольку, ведя в поводу. Вела она себя спокойно, хотя на проходящих мимо людей косилась кровожадно. А когда навстречу попалась телега, запряжённая волом, я уже начал опасаться, как бы не догнала его и не сожрала вместе с несчастным возницей. Марак ведь при всём желании её удержать не сможет, но выглядел он спокойным и счастливым.
— Чтобы рассказать о тёмной эпохе, — начала Ханна, — нужно заглянуть намного глубже в прошлое. Когда-то здесь было три крупных мира, где жили «иные», существа не такие как люди, но и не похожие на демонов. Самый большой из миров населяли «вечные» — потомки богов, как они себя называли. Познавшие бессмертие, они изучали силу и развивали собственный дар, доводя его до абсолюта. Они основали одиннадцать великих сект, по количеству источников вечной жизни, и начали делиться долголетием с людьми. Вторые — дети Лу́ны, прекрасные светловолосые создания с молочной кожей. Они не могли жить так же долго, как вечные, но обладали пытливым умом. Изучая миры и пространство, что их окружало, они первыми нашли завесу, грань, отделяющую нашу реальность от… чего-то иного и непонятного. Это событие позволило им обрести силу, которую сложно описать словами. Третьими были дами, говорящие языком магии. Жили обособленно и в дела других миров не вмешивались.
— Возомнив, будто они боги, дети Луны объединились с дами и подчинили себе завесу, — продолжила Ханна. — Думали, что подчинили. Стали проникать в другую реальность в поисках знаний и силы. Скажу сразу, что и первое, и второе они нашли, но в какой-то момент завеса оказалась разорванной. Я не знаю, что случилось, но в одночасье тысячи миров исчезли, оставив после себя зияющую пустоту, зловещую тьму. Эта пустота постоянно расширялась, поглотив ещё больше миров, пока общими усилиями иных рас разрыв не был закрыт. Так началась Тёмная эпоха, и выжившие миры впервые узрели демонов — искажённых порчей людей, похожих на животных, с копытами вместо ног и с рогами на голове. Дикие животные стали обретать разум и силу, появились колоссы.
Ханна на минуту замолчала, так как мы поравнялись с ещё одной группой людей, идущих со стороны города. Они шумно обсуждали какой-то праздник и турнир, закончившийся совсем недавно.
— А что было дальше? — спросила Зои с интересом. — Когда появились демоны.
— Миры захлестнули войны, длившиеся сотни лет, — сказала Ханна. — В конечном итоге нашествие демонов удалось остановить, отвести от этих миров, и на какое-то время всё успокоилось. В этот момент люди пришли к выводу, что дети Луны и дами снова могут создать брешь в завесе, и потребовали от них уничтожить все знания. Уговоры были бесполезны, а мольбы тщетны. Тогда одиннадцать сект объединились, и началась ещё одна война, превратившая половину этого мира в руины и уничтожившая оба соседних. Собрав последних выживших, дети Луны ушли, непостижимым образом исчезнув вместе с маленьким миром, в который их оттеснили вечные. Без их знаний дами больше не представляли угрозы и были рассеяны по многим мирам. Их потомки до сих пор живут в Альведэ и Хуме, но с того времени они растеряли бо́льшую часть прежней силы. Что касается детей Луны, то до недавнего времени их никто не видел.
Ханна бросила косой взгляд на Иву, но добавлять ничего не стала.
— Интересная история, — я удивлённо покачал головой. Вроде бы Ива мне говорила, что вечных почти не осталось. А выходит, всё было как раз наоборот. — То есть, из иных рас полную силу сохранили только вечные?
— Они пострадали не меньше других, — сказала Ханна. — Малеф жил сотни лет, но у него не было детей. Он искал ту самую, которая сможет продолжить его род. Последнее время с особым остервенением. Чтобы попросить его об услуге, нужно было предложить женщину в качестве оплаты. Он пробовал снова и снова, но ни одна не смогла родить ему наследника.
Айн Ханна злорадно улыбнулась, наверняка проклиная Малефа и весь его род.
— Чистокровный, — сказала Ханна, вернув прежнее выражение лица. — Нестареющий ублюдок. Люди, выпившие из источника, могут жить долго, тысячи лет, но они стареют, в отличие от вечных. О Тёмной эпохе мне рассказал Малеф, а верить этой старой сказке или нет, решайте сами.
Думая о Тёмной эпохе и завесе, я коснулся груди, где на верёвочке под одеждой прятался небольшой бублик из материала, похожего на вулканическое стекло. Когда ушёл Зеос, маленький огонёк на ладони начал быстро остывать и темнеть, превращаясь в тёмный, немного прозрачный обсидиан. На ощупь он был тёплым, и огонёк внутри просматривался в виде золотой нити, замкнутой в кольцо. Огонёк ведь сам вышел из той сферы. И ощущения тогда были такие, словно та огненная девушка меня за руку взяла и очень боялась, что я её отпущу.
Постепенно мы подходили к городу, окружённому самыми высокими стенами, которые я когда-либо встречал. Метров двадцать навскидку, из камня песчаного цвета, с зубцами и небольшими башенками через каждую сотню метров. Сразу видно, что строили её исключительно для обороны города, не жалея ни сил, ни ресурсов. И выглядела она старой, на внешней стороне проглядывали следы ремонта и своеобразные заплатки. Неужто когда-то находились монстры или безумцы, готовые бросить вызов хозяевам сект, таким, как Зеос? Или тогда они были слабее?
Огромные ворота охраняла стража в тёмно-синих халатах и мешковатых штанах. В кольце на поясе они носили большие тесаки, даже со стороны выглядевшие пугающими. Идущих в город людей они не останавливали, лишь изредка проверяя гружёные товаром телеги. На нас, как на самых необычных гостей города они внимание обратили, но задерживать не стали.
— Пойду табличку проверю, — шепнул я Ханне, показывая взглядом на старшего из стражи. Выделял его необычный головной убор, этакая чёрная шапочка со стоячими полями и золотым символом в виде городских ворот.
Ещё одной странностью мира были одарённые, распространявшие вокруг ауру силы, как это делал Зеос. Может, так они определяли, кто круче? С одной стороны — удобно, с другой, где гарантия, что тебя не обманут, скрыв истинную силу? Вот и главный у стражников выделялся. Я бы сказал, что он находился на одном уровне с той пятёркой, что прилетела за нами на летающей лодке.
— В этом нет необходимости, — сказала Ханна, ведя нас дальше. — Оставь табличку на самый крайний случай, когда другого выхода не будет.
— Почему? — не понял я. — Удобно ведь.
— А ты прямо в хороших отношениях с лидером секты, чтобы всем подряд это демонстрировать? — уточнила она. — Будь уверен, что как только ты покажешь её, даже мельком, через полдня об этом будет знать половина города. Одни побегут к тебе, чтобы угодить Зеосу, другие, напротив, будут держаться подальше, чтобы его не сердить. И если не хочешь привлекать внимание, не показывай её никому.
— Да пока Зеос разберётся, что к чему, мы уже будем далеко. Хорошо, уговорила…
Может, затея действительно была не лучшей, так как главный стражник выглядел человеком опытным, не первый год охраняющим ворота города. И кому надо обязательно доложит, если ему табличку под нос сунуть. Нашу компанию он обвёл ленивым взглядом, но отмечая каждую мелочь, включая необычную лошадь. Мне показалось, что он хотел обратиться к своему помощнику, но в это время мимо него прошёл Марак, и внимание стражника переключилось с Уголька на группу бедных путников, уставших от долгой дороги. А когда наша группа миновала ворота и ушла дальше по улице, он озадаченно огляделся, пытаясь вспомнить, что хотел сделать только что.
Когда мы дошли до первого перекрёстка за воротами, Ханна поймала одного из прохожих за рукав. Тот посмотрел на неё, затем поднял руку, показывая в северо-восточном направлении на самую широкую из улиц.
— В северной части города, — сказал он, говоря на том же языке, что и жители деревни у пшеничных полей. — Торговую площадь сложно пропустить, почти все улицы ведут к ней. И порт как раз там, вы сразу увидите, если на крыши зданий посмотрите.
— Почему западная дорога за полями пустует? — спросила Ханна.
— Так не живёт там никто, вот и пустует она, — прохожий даже удивился такому вопросу. — А бандитов и зверей в тех краях Небесная секта давно выбила. Только вчера кто-то из них в ту сторону на малом змее летал.
Она развернула мужчину в противоположном направлении, хлопнула по спине, и он пошёл, не оглядываясь.
— Людей много, — сказала Ханна, обращаясь к Мараку и показывая на горожан, толпой валивших в сторону торговой площади.
— Найду тихое место, — понятливо кивнул он. — Как раз Уголька покормлю.
Насчёт лошади мы с ним говорили ещё утром. Взять её с собой будет проблематично даже не потому, что она ест много, а из-за того, что капитан летающей лодки может не согласиться на такое даже за большие деньги.
— Сделаем всё, чтобы не оставлять её тут, — пообещал я Мараку.
Он кивнул и потянул Уголька в сторону небольшой и тихой улочки у городской стены.
— Мы друг друга потом найдём? — спросил я у Ханны.
— Да. Надо до вечера всё сделать. Что-то подсказывает, что времени у нас мало.
Улицы в городе были широкие, что хорошо и удобно. Дома каменные, много дерева в отделке и в элементах конструкций. Прохожих и правда оказалось как-то неожиданно много. Возможно, намечался праздник или гуляния, но, двигаясь по улице, нужно было едва не проталкиваться через толпу. Отчасти причина стала ясна, когда мы добрались до торговой площади, над которой завис огромный плоскодонный корабль. Мачты у посудины не было, в отличие от громоздкой надстройки. И если бы не очертания, свойственные кораблям и лодкам, то я бы назвал это летающим дворцом. Как раз когда мы вышли к проходу между домами и увидели корабль, к нему с земли поднималась грузовая лодка, до отказа забитая бочками и ящиками.
Люди, идущие впереди и за нами следом, задирали головы и останавливались, поэтому у входа возникла небольшая давка, чем пользовались карманники. И чтобы не толкаться, мы пошли вдоль домов, по краю площади к небольшому относительно свободному участку.
— Нам повезло, — сказала Ханна, даже не глядя наверх. — Такие корабли летают между континентами. За двадцать дней он способен достичь самых западных изученных земель. Хотя за то время, что нас тут не было, империя могла сильно увеличиться.
— Или сильно сократиться, — добавил я.
— Вполне возможно, — Ханна кивнула. — Торчать над площадью, смущая горожан, этот гигант долго не будет. Нужно как можно быстрее продать сердце летающей лодки и понять, кому заплатить, чтобы купить места на нём.
— Ты в этом городе была?
— Нет, не доводилось, — она посмотрела вдоль края площади, на прилегающие к ней фасады домов. — Туда.
Лавку, торгующую «диковинками», мы нашли буквально в сотне метров от входа. Это было большое трёхэтажное здание с солидной охраной, пускающей внутрь только богатых и уважаемых людей, коих на площади пока вовсе не наблюдалось. Ханна и здесь пошла напролом, глянула на охранника, и тот сразу отступил в сторону и даже дверь нам открыл. В просторном зале зазвенел колокольчик, сообщая о посетителях. Для магазина диковинок, о чём сообщала вывеска у входа, внутри было пустовато. Несколько витрин, стойка продавца, и всё.
— Добро пожаловать! — продавец появился со стороны лестницы на второй этаж. Невысокий упитанный мужчина лет пятидесяти. Несмотря на комплекцию и возраст, по лестнице он сбежал необычно легко. — Если вы планируете купить что-то необычное, удивительное или крайне редкое и даже уникальное, вы пришли в правильное место.
Улыбаясь, он оглядел нас с ног до головы, оценив пыльную дорожную одежду и грязную обувь. И пока улыбка не исчезла с его лица, Ханна всучила ему сферу из серебряных лепестков.
— Сердце летающей лодки, — подсказала она. — Первоклассное. Отдадим за хорошую цену.
— Да? — он опустил взгляд на сферу. — Обычно мы не покупаем такой специфический товар.
— А мы не продаём, — тем же тоном ответила Ханна. — И я знаю, сколько оно может стоить на чёрном рынке, так что не скупись.
— Но столько золота у меня сейчас… — начал он, но, поймав хмурый взгляд Айн Ханны, снова задумался. — Дайте мне немного времени.
Продавец широким шагом пересёк помещение и скрылся в подсобном помещении. Пока его не было, я осмотрел лавку, глядя на самый невыразимый товар из возможных. Старые предметы искусства, статуэтки, горшки и даже пара небольших бронзовых скульптур в дальнем углу помещения, одна из которых изображала уставшего тигра, опустившего голову, а вторая — юную девушку в лёгкой тунике.
— Какой-то странный магазин, — произнёс я. — Подобный товар покупают? Не уверен, что он вообще кому-то нужен.
— Это ширма, — ответила Ханна. — Ценности он продаёт на втором этаже.
Вернулся продавец уже через пять минут, неся с собой небольшой деревянный сундучок. С глухим стуком поставил его на стойку.
— Вот, — сказал он. — Лучшую цену никто на рынке не даст… кхм… сегодня.
Он улыбнулся, показывая взглядом наверх, в сторону летающего корабля. Ханна приоткрыла крышку, бросила взгляд на продолговатые золотые пластинки с чеканным рисунком. Судя по отверстию с краю, пластины связывали нитью или чем-то похожим.
— Годится, — сказала Ханна.
— А предметы из-за завесы вы продаёте? — почему-то спросил я.
— Нет, ни в коем случае, — он так резко замотал головой, что та едва не отвалилась. — Мы закон соблюдаем. Ничего запрещённого и опасного не продаём.
Сразу стало понятно, что врёт. Вряд ли так неумело, скорее специально, прощупывая возможных покупателей. Ханна уже повернулась и направилась к выходу. Я последовал за ней, но у лестницы на второй этаж остановился. Обсидиановое колечко на груди стало горячим, едва не обжигающим. Любопытство победило, поэтому я поднялся по ступеням, столкнувшись со вторым охранником магазина. Увидев продавца, идущего следом, он отступил в сторону. Я же заметил на его поясе широкий меч в железном кольце, как и у городской стражи. В нём так же чувствовалась сила, но опять же возникла сложность с оценкой. Для меня все эти одарённые ощущались примерно одинаковыми. Тот же продавец обладал похожей силой, только скрывал её лучше.
На втором этаже располагался выставочный зал, где на стойках и в витринах находились те самые диковины, о которых вещала вывеска. Мне всё это напомнило музейное хранилище, так как большая часть товара выглядела не просто старой, а откровенно древней. К примеру, позеленевший от времени бронзовый кинжал, покрытые потемневшим узором горшки, статуэтки и даже расколотый на несколько частей котелок или что-то очень на него похожее. Пройдя мимо стоек с товаром, я остановился рядом с кинжалом, но внимание привлекал не он, а кусочек бесформенного почерневшего железа, размером с большой грецкий орех. Я такие в планетарии видел, в разделе железные метеориты. Он словно говорил: «Обрати на меня внимание». Да и колечко на груди пульсировало, нагреваясь и быстро остывая.
— Странный магазин, — сказала Зои, подойдя к старому кувшину с выцветшим узором. — Старые горшки да черепки. Здесь из магических вещей только вон те пластинки.
— Это сокровища Тёмной эры, — возмутился продавец. — Почти всё, что здесь находится, существует лишь в одном экземпляре. К примеру, этот древний нож был найден в гробнице главы секты Созвездий. И лежал он у левой руки величайшего воина, сразившего сотни тысяч могущественных демонов.
— И таких позеленевших ножей у тебя, наверное, не один десяток где-нибудь в бочке маринуется, — сказала Зои. — В ожидании легковерных покупателей.
Продавец покраснел от негодования и уже собрался ругаться, но встретился взглядом с Ханной и передумал.
— Это действительно вещи Тёмной эпохи, — сказала Айн Ханна. — По крайней мере, большая часть из них. Те кувшины долго лежали в земле, как и боевой нож. Судя по узорам, он когда-то принадлежал кому-то из секты Созвездий. Вряд ли их лидеру, но обязательно знатному воину. Раскапывать захоронения и места древних битв всегда было прибыльным занятием. Но чем больше проходит времени, тем бесполезнее находки, если это не золотые украшения.
— А этот кусочек металла? — спросил я, показывая на почерневший от времени метеорит.
— Этот таинственный металл был найден там же, где и кинжал, в гробнице лидера секты, — с воодушевлением сказал торговец. — Он был зажат в его правой руке. Никто не знает, что это за металл, так как его невозможно расплавить или расколоть. Он не крошится и не сминается от ударов кузнечных молотов.
— То есть, это просто бесполезный кусок тёмного камня, — закончила за него Зои.
Я протянул руку, ткнув кусочек металла пальцем. Потемневшая оболочка хрустнула, так, словно внутри было что-то мягкое. Металл потёк, становясь блестящим, как большая капля ртути, сбрасывая с себя чёрные чешуйки мёртвого железа и грязи. Экскурсовод в планетарии говорила, что в древности из железных метеоритов делали и ножи, и наконечники для стрел, но особыми качествами они не обладали. Тем временем, блестящая капля странного металла растеклась, принимая форму наконечника для стрелы, только очень большого и вытянутого, больше похожего на летающий нож. Затвердев, наконечник потерял блеск, став матовым, за исключением лезвий, кажущихся бритвенно-острыми.
Продавец на эту метаморфозу смотрел, едва рот не открыв от удивления.
— Ты же говорил, что в лавке нет вещей, пришедших из-за завесы, — сказал я ему.
Наконечник стрелы медленно поднялся в воздух и несколько раз повернулся вокруг своей оси. Взмыв к потолку и описав круг по комнате, своеобразный летающий нож вернулся на прежнее место. Вновь став блестящим, он потёк, собравшись в продолговатый брусочек, размером с мой большой палец. Металл таял как золото под действием магии картографов, вот только магии вокруг я совсем не ощущал. И, если я окончательно не сошёл с ума, плавила его сущность, заключённая в колечке. Окончательно застыв, металл стал похожим на кусочек слегка потемневшего серебра. Я взял его и взвесил на ладони. Весил брусочек грамм сто пятьдесят, для наконечника стрелы действительно многовато, но для летающего ножа — самое то. И управлять им было необычайно легко.
— Надо бы Зеосу об этом рассказать, вот он удивится, что в городе такие вещицы опасные продают, — сказал я, глядя на продавца. Тот понял всё правильно и наигранно побледнел.
— Кто же знал, — быстро сказал он. — Просто кусок бесполезного камня, валявшийся в старой гробнице. В доме на видном месте такой не поставишь и перед гостями не похвастаешься, вот и переходит он из рук в руки. Я купил его всего за пару монет, и кто бы знал…
Говоря последнее, он имел в виду, что если бы знал, то кусочек металла продавал бы за огромные деньги и не выставлял на всеобщее обозрение так неосмотрительно.
— Клянусь всеми богами, ничего запрещённого в моей скромной лавке нет и никогда не было, — сказал торговец. — Только если по глупости и незнанию что-то попало.
— Будем считать, что мы ничего не видели, — сказал я, убирая металлический брусочек в кошель на поясе. — А вы не видели и не запомнили того, кто продал вам сердце летающей лодки.
— Спасибо огромное, — он снова закивал, затем замотал головой. — Сегодня же попрошу уважаемого мастера Аркаса, чтобы проверил все товары в моей лавке.
Провожать нас продавец не стал, наверняка побежав прятать те самые пластинки, которые заметила Зои. А может, и ещё что-то, что не выставлял на всеобщее обозрение и показывал только особым покупателям. На улице всё так же было шумно, народ толпился вокруг центра площади, где продолжалась погрузка товаров на летающий корабль.
— Эта штука действительно из-за завесы? — спросила Зои.
— Понятия не имею, — я улыбнулся. — Но вещица любопытная. Он нормально заплатил? Хватит, чтобы билеты на корабль купить?
Я решил перевести тему, так как Ханна смотрела на меня укоризненно.
— Должно хватить, — в итоге сказала она.
— Скажи, а можно что-нибудь ему внушить и просто деньги забрать, не давая ничего взамен? К примеру, что он нам должен, причём много.
— С пороками всегда сложно, особенно с жадностью, — наставительно сказала Ханна. — Он через пять минут всё поймёт и побежит страже жаловаться. Если уже не побежал. Ладно, идём, надо спешить.
Как я уже сказал, за то время, что мы провели в магазине, народу на площади меньше не стало. По большей части люди шли посмотреть на огромный корабль, а не для того, чтобы поторговать. Да и многие лавки уже были закрыты, так как не все могли позволить себе нанять охрану, такую же, как возле магазина диковинок, отпугивающую бедных и недостойных покупателей. В такой толпе просто не заметишь, как кто-нибудь стащит с прилавка что-нибудь ценное. Стража же работала только в центре, оцепив большой участок площади, где продолжалась погрузка. Люди в безрукавках и шароварах перетаскивали с двух телег в небольшую летающую лодку ящики, мешки и бочки, за чем пристально следил мужчина с журналом. Недалеко от них тусовалась группа подростков, старающихся выглядеть важно и солидно. Четверо парней и столько же девушек в возрасте шестнадцати лет. Одеты богато, рядом дорожные сумки и обтянутое тканью оружие. С ними был сопровождающий, скорее всего, старший наставник, суровый мужчина, от которого во все стороны расходилась колючая аура.
Ханна сквозь толпу прошла, не встретив сопротивления, легко расталкивая самых нерасторопных. Пара стражников, к которым горожане даже подходить боялись, расступилась в стороны, пропуская нас к площадке погрузки. Ничуть не смущаясь взгляда старшего в отряде подростков, Ханна подошла к старшему над грузчиками. Толстым грифелем тот зачёркивал строчки с перечислением загружаемых товаров. В последней шли бочки с вином, помеченные особым значком.
— Куда направляется корабль? — спросила Ханна вместо приветствия.
— В Ардо, — не глядя ответил он.
— Центральный континент, значит, — кивнула она. — Сколько займёт путь?
— Десять дней при хорошей погоде, — мужчина оторвался от журнала, осмотрел её, затем нас, слегка задержавшись на Иве и Зои.
— Нам нужно как раз в Ардо, — сказала Ханна, разворачивая сундучок и приоткрывая крышку. — Пять человек.
Мужчина с сомнением посмотрел внутрь, что-то прикинул в уме.
— И ещё лошадь, — вспомнил я. — Кормить её мы сами будем.
— Место осталось только в трюме, — сказал он. — Но капитан брать лишних пассажиров не собирался. Я передам ему ваше желание отправиться в Ардо. Ждите здесь.
Он посмотрел на грузчиков, закидывающих последний ящик, и крикнул, чтобы они забирались следом. Отметив ещё что-то в журнале, он поднялся на лодку, и она бесшумно взлетела, как мне показалось, с усилием, из-за перегруза.
— Интересно, на какой тяге они летают? — я задрал голову, глядя вслед лодке. Этот вопрос я уже задавал Ханне по дороге в город, но она от ответа ушла.
Двое парней из компании молодёжи, ожидавшей посадки на корабль, решили подойти поздороваться. Жилистые ребята, уверенные в себе, издалека видно, что физическими нагрузками не пренебрегают и даже наоборот. О таких обычно говорят, что они драться любят и умеют. Волосы у обоих тёмные, но не чёрные, лица самые обычные, во взглядах читается превосходство. Примерно так смотрят очень сильные одарённые на обычных людей.
— Красавицы, привет, — поздоровался один из них, пытаясь изобразить обаятельную улыбку. — Не видел вас раньше в городе. Такую примечательную внешность я бы точно запомнил. Откуда вы?
— Из Хумы, — ответила Зои. — Это маленькой городок, далеко отсюда. А вы что, тоже летите на центральный континент?
Парни переглянулись. Один показал пальцем в небо, на корабль.
— Видать, город ваш точно маленький и далёкий, — он рассмеялся. — Скоро Звёздный турнир среди молодых мастеров. В прошлый раз Небесная секта оказалась сильнее почти во всех поединках, и наш старший брат уже вошёл во внутренний двор. Теперь наша очередь показать другим, кто лучший.
— Небесная секта оплатила корабль, который полетит в Ардо, — вставил второй парень. — Так что вы зря беспокоите капитана. Но в наших каютах есть ещё пара мест для таких красивых девушек.
— Мы лучше пешком пойдём, — ответила ему Зои с лёгкой улыбкой.
— Парни, — я вышел вперёд, — вам на турнир надо попасть, желательно целыми и невредимыми, чтобы победить, поэтому не нарывайтесь.
Похоже, что на драку они как раз и хотели нарваться, но нас накрыла тень от спускающейся лодки, второй из тех, что перевозили груз на корабль. Нас обдало порывом ветра, когда она со стуком опустилась на камни мостовой. Чтобы не разбивать деревянный корпус лодки, снизу у неё были предусмотрены длинные металлические полосы. Ближайший к нам борт открылся, и на площадь ступил высокий мужчина в тёмной дорогой одежде. Я почему-то сразу подумал, что это и есть капитан летающего корабля. За широкий пояс из плотной ткани он заткнул прямой кинжал в драгоценных ножнах из белой кости с золотыми вставками, наверняка стоящих целое состояние. Это было совсем не оружие, а скорее отличительный знак. На рукояти кинжала виднелся крупный драгоценный камень синего цвета. Кольцо у меня на груди снова потеплело, предупреждая о чём-то, но быстро остыло.
— Юн Вол, — сказал он, обращаясь к Айн Ханне. — Хозяин ««Парящего»».
На нас он почти не обратил внимания, а вот взгляд фиолетовых глаз Ханны заставил его слегка прищуриться. Я мог поклясться, что он внутренне напрягся для того, чтобы не стать жертвой морока или внушения. Это можно было почувствовать почти физически, поэтому и наставник молодёжи стал серьёзным, и ещё кто-то из стражи поддержал их, разливая вокруг кровожадную ауру. А когда вместе слились три могущественные силы, это уже заметили и горожане, спешно отступая от центра площади.
— Уважаемый Юн Вол, — произнесла Ханна, поманив меня. Вручив сундук, она открыла крышку и подтолкнула в сторону капитана. — Нам нужно попасть в Ардо, и мы случайно услышали, что ««Парящий»» идёт как раз в ту сторону.
Капитан на золото, по-моему, даже не обратил внимания. На вид ему было лет сорок, но показалось, что он гораздо старше. Не знаю, откуда взялось это чувство. Может, когда-то он тоже испил из источника вечной жизни? Да, человек его положения и владелец такого огромного летающего корабля вряд ли будет простым смертным…
«Да что такое?!» — выругался я про себя, прогоняя навязчивые мысли. Бросив взгляд на Айн Ханну, заметил, что фиолетовые глаза светились даже ярче обычного.
— У нас договор с главой Небесных, Зеосом, — сказал капитан. — Полетят только представители секты. Через тридцать дней я вернусь и за это золото доставлю вас на любой континент, куда пожелаете.
Повисла небольшая напряжённая пауза. А площадь тем временем уже наполовину опустела. Люди не разбегались, а занимали места на улицах, выходящих с площади, чтобы понаблюдать, чем всё закончится.
— Так это даже хорошо, что договор с главой Зеосом, — сказал я, нарушая тишину. — Ать…
Закрыв крышку на сундуке и перехватив его одной рукой, второй я сдвинул ворот распашной рубахи, тайком показывая капитану табличку, подаренную Зеосом.
— Мы с ним большие друзья, — прошептал я так, чтобы слышал только капитан. — Только это секрет.
Капитан слегка прищурился, но всё же кивнул.
— Поднимайтесь на борт, — он движением головы показал на лодку позади себя. — Решим всё наверху.
— Только у нас ещё один человек есть и лошадь, — быстро добавил я. — Они у городских ворот ждут. Но проблем мы Вам не доставим.
— Путь до Ардо займёт десять дней, — сказал он. — Даже при хорошей погоде наверху качает. Лошадь переломает ноги или взбесится уже на второй день.
— Тогда мы её съедим, — я продемонстрировал деловую улыбку.
— Поднимайтесь, решим всё на ««Парящем»», — повторил он. — Заберём вашего человека перед уходом. И лошадь тоже. А вы дождитесь остальных.
Последнее капитан сказал наставнику молодёжи. Мы же дружно поднялись на борт летающей лодки, почти такой же, как сожжённая у реки. Управлял необычным средством перемещения тощий матрос, сидевший в маленькой комнатке надстройки. Он поднял лодку одним мощным рывком, постепенно увеличивая скорость. Капитан привычно держался одной рукой за скобу у надстройки, разглядывая город. Надо сказать, что с высоты Пирас смотрелся красиво и даже величественно. В нём спокойно бы уместилось четыре или даже пять таких городков, как Хума, и ещё осталось бы немного места. При этом высоких домов было откровенно мало.
На посадку заходили в центральной части корабля, на специальной площадке, где продолжалась разгрузка первой лодки. Матросы под крики старших спешно перегружали ящики и бочки на палубу, чтобы лодка как можно быстрее ушла за новой порцией продуктов и всего необходимого для десятидневного путешествия. Среди прочего я заметил гору клеток, плотно забитых живыми курами. Послышалось жалобное блеяние барана, которого один из матросов тащил по крутым лестницам в трюм. В общем, наверху оказалось как-то очень оживлённо и шумно.
— Мест свободных почти не осталось, — сказал капитан, когда ближайший матрос открыл борт лодки, выпуская нас. — Выделю вам каюту на четыре койки и ещё два места в трюме, рядом с матросами. Золота возьму по четыре пластинки с человека и лошади. Каюту покажет Мо Ран и объяснит правила. Пока вы на борту «Парящего», будете им следовать. Это ясно?
— Предельно, — подтвердил я. — Огромное спасибо за помощь и понимание.
— Ран! — повысил голос капитан, отвлекая от разгрузки одного из старших матросов или даже офицера. — Покажи запасную каюту уважаемым гостям.
Бросив ещё один взгляд на Айн Ханну, он зашагал в сторону носа корабля.
— Суровый дядечка, — сказала Зои и посмотрела на Иву. — Что случилось? Неприятности? Враги?!
— Морская болезнь, — ответила бледная девушка. — У меня.
— Так ведь ещё не качает…
— У меня есть лекарство, — к нам подошёл Мо Ран, протягивая неизвестно откуда взявшееся ведро. — Принесу, как только погрузка закончится. Мне ещё нужно проследить, чтобы всё правильно разместили на второй палубе, поэтому прошу идти за мной.
Каюту нам выделили очень тесную, как и было обещано, на четыре койки. Одновременно стоять в крошечном помещении мог только один человек, но это не страшно, так как высота позволяла спокойно сидеть на кроватях, а не только лежать. Жаль, что иллюминатора предусмотрено не было, отчего в комнате было темно и свет давала крошечная лампа со стеклянным колпаком, висевшая на дальней стене. Мо Ран сразу предупредил, чтобы не оставляли лампу без присмотра, иначе он её заберёт и десять дней нам придётся жить в кромешной темноте.
Ещё одним недостатком стало то, что располагалась каюта в самом конце длинного жилого коридора. По пути я заглянул в несколько роскошных кают для гостей и смог лишь позавидовать комфорту, с которым полетят другие. Затем Мо Ран проводил меня на нижнюю палубу, где на узких гамаках и кроватях спали матросы. Показал ещё два места, которые можно занять. И последней точкой маршрута стал трюм, где содержали животных. Запахи там стояли такие, что слабому духом человеку войти будет нелегко. Мо Ран обнадёжил, что во время движения трюм будет немного проветриваться, так что будет полегче. Надеюсь, что так, иначе Уголёк кого-нибудь сожрёт от недовольства. Я ей уже не завидовал, но поделать ничего не мог.
Что касается правил, то они были предельно простыми. Пассажирам разрешалось ходить по кораблю везде, кроме трюма и местного аналога мостика капитана. На верхней палубе во время движения лучше было придерживаться центра корабля, так как порывы ветра легко могли сбить с ног и вышвырнуть за борт. Во время непогоды или сильной качки каюты лучше было вообще не покидать. Ну, и главное, на борту нельзя было устраивать драки или использовать силу. Самых буйных капитан обещал лично выбрасывать за борт или просто высаживать, когда корабль минует Беспокойное море. Как я понял из объяснений, восточный континент от центрального отделяло большое и холодное море с очень скверным характером. Полёт над ним занимал четыре дня, что меня совсем не обрадовало.
Погрузка товаров и продуктов, необходимых в пути, закончилась часа через полтора. Мне удалось посмотреть на весь процесс со стороны и полюбоваться городом. Не знаю, как Ханна связалась с Мараком, но он пришёл на площадь под конец погрузки. Обошлось не без проблем, так как Уголоёк была, мягко говоря, недовольна путешествием на летающей посудине, но Марак смог её успокоить и даже благополучно спустить в трюм. Правда, одному матросу она едва не откусила руку, но он сам виноват, что совал её в пасть. И если бы до этого Марак не накормил Уголька до отвала, несчастный бы руку точно потерял.
Последними на ««Парящий»» поднимались представители Небесной секты и ученики, участвующие в каком-то турнире. Почти две дюжины важных мужчин и женщин, излучающих ауры силы. Каждый пытался казаться могущественным одарённым, соревнуясь в этом с другими. Так и не смог понять, кто из них действительно сильнее, но на их фоне молодёжь просто терялась. Я уже подумал, что всю дорогу придётся терпеть присутствие этой мешанины аур, но, ступая на борт, все показательно силу скрыли, оказавшись перед строгим взглядом капитана, лично вышедшего встретить важных пассажиров. Кому-то он даже улыбался и наверняка говорил комплименты, но я был слишком далеко, чтобы подслушивать.
Покидали город ближе к вечеру. ««Парящий»» начал набирать высоту прямо над площадью, двигаясь вслед за солнцем. При этом качка почти не ощущалась, а вот ветер на палубе усиливался. Немного спасали высокие деревянные борта, но всё равно было неуютно. Спустя полчаса, когда город скрылся за горизонтом, а впереди раскинулась бескрайняя равнина, на верхней палубе осталась лишь пара матросов, заканчивающих уборку. К этому времени пассажиры в компании капитана собрались в большом зале надстройки, отмечали начало пути, пили вино и вкусно ели. Я уже собрался спускаться в каюту, но заметил парня и девушку из числа молодёжи секты. Они тихо беседовали, сидя за ящиками, защищающими их от ветра. Они меня тоже заметили, поэтому смысла обходить их стороной не было. Кстати, девушка успела тихонько стукнуть его кулачком в бок, что-то сказав. Парень сделал такое выражение лица, как будто говорил, что ни в какие проблемы ввязываться не собирается.
— Почему не со всеми? — всё же спросил я, проходя мимо. Остановился, показал взглядом на высокую надстройку.
— Там есть кому важничать, — ответила девушка. — Всё внимание наставников нацелено на них, поэтому никто не заметил.
— Из какой вы секты? — спросил парень. — Учитель говорил не связываться с вами до турнира.
— Мы не участвуем, — улыбнулся я, но судя по взглядам, не поверили. — Нам просто нужно добраться до Ардо, и так совпало.
— Ага, удачное совпадение, — хмыкнул парень. — Только участвовать могут ученики основных сект. Так откуда вы? Созвездия? Истоки?
— Говорю же, мы просто мимо проходили. Нам ваш турнир даром не нужен.
— Учитель сказал, что твоя подруга победит, — парень нахмурился и посмотрел холодно, даже враждебно, но девушка его снова стукнула, приводя в чувство. — Но в схватках парней тебя уделаю даже я.
— На десятый звёздный турнир всегда приезжают самые сильные, — сказала ему девушка. — Учитель предупреждал, что легко не будет. Может, и среди парней появится ещё кто-нибудь, как она.
— Расскажите о турнире, — я махнул рукой, решив их не переубеждать. — На него приедут все секты и самые сильные ученики? А Большая река там будет?
— Куда же без них, — парень снова хмыкнул. — В первых рядах стоять будут. Они колосса Реклу одолели и один из двух камней привезли.
— Кого? — не понял я.
— Не слышал? Это огромный паук с южного континента. По размеру как половина этого корабля. Основатель Зеос только из Ардо вернулся, говорил, что это ядро — одно из лучших, что он видел.
— Большой паук, — я прикинул размер «Парящего» и поёжился.
— Дело даже не в размерах, — он посмеялся над моей реакцией. — Все колоссы по силе почти не уступают основателям, и убить такого многого стоит. Они между мирами умеют перемещаться, поэтому их сложно выследить и поймать.
— А второй камень? — заинтересовался я.
— Безымянный колосс, — сказал он. — Огненный бык. Говорят, что он пришёл с окраин пустоты Ильсиды. Его ядро не такое яркое, но всё же стоит того, чтобы рискнуть.
Сказал он это так, как будто на предстоящем турнире будут биться насмерть. Попытался придать лицу ещё более суровое выражение.
— Никто не знает, когда великих зверей ещё раз удастся найти и убить, — сказала девушка. — Тем более, двух за один раз, поэтому приедут все. Даже те, о ком последние двадцать лет слышно не было.
— И последний раз в подобном турнире побеждала Небесная секта? — вспомнил я, как парни хвалились.
— Всё так, — в голосе парня слышалась гордость. — Наш старший брат уже успешно прошёл испытание источником и сейчас усердно тренируется во внутреннем дворе школы. А в тот раз ядро было гораздо хуже по качеству и едва дотягивало до уровня колосса.
Со стороны лестницы, ведущей в надстройку, появился наставник учеников Небесной секты. Жестом показал, чтобы парень и девушка вернулись к остальным.
— Тогда пожелаю вам удачи в турнире, — я улыбнулся им.
— Ответного пожелания не будет, — сказал парень. — Мы победим.
Я поймал на себе взгляд их наставника. Если я правильно понял, что происходит, то секты разыгрывали способ испить из источника вечной жизни и при этом не помереть и не сойти с ума. Окрылённый этой догадкой, я поспешил вернуться в каюту. Так как коек там всё равно было четыре, то девушки настояли, чтобы я остался с ними. Дескать, так им будет спокойней. В общем, до каюты я добрался одновременно с Ханной. Она даже дверь передо мной открыла, пропуская в тесное помещение, где я застал Иву в обнимку с ведёрком. Зои, сидевшая на верхней койке, показала мне на соседнюю.
— Помощник капитана лекарство не приносил? — спросил я, забираясь на верхнее место.
— Я взяла, — сказала Ханна, заходя в каюту и закрывая дверь. — Только поможет к утру послезавтра. Надо пить мелкими глотками, пока тошнит. Половину сегодня, половину завтра утром.
Ханна протянула Иве небольшую фляжку, скорее всего, оловянную, но может, и серебряную — в полумраке сложно было понять.
— А у меня отличные новости, — сказал я. — Это насчёт предстоящего турнира.
Я пересказал разговор с парочкой на верхней палубе.
— Они прямо не говорили, но я уверен, что помянутый источник дарует вечную жизнь. Не зря же они упомянули о каком-то испытании источником.
— Он и есть, — кивнула Ханна. — Помощник капитана рассказал то же самое. Так и сказал, что предстоит крупный турнир и главный приз — вечная жизнь. Соберутся все секты и представят лучших учеников. Пара победителей получит два ядра зверя, способных устранить негативный эффект источника. Раньше «испытание» источником проходил один из тысячи хорошо подготовленных одарённых, но даже это не отпугивало желающих. А сейчас секты используют ядра зверей, даже самых слабых, чтобы повысить шанс успеха. А за великие ядра готовы драться на уровне сект. И чтобы не было больших войн, проводят турнир.
— Так, может, нам поучаствовать? Если там будет та парочка стариков, представляющих Большую реку, то они могут зарегистрировать меня как участника. Я этот турнир выиграю не напрягаясь.
— Ты зря недооцениваешь учеников великих сект. В отличие от одарённых демонов, людей или жителей красных миров, они не зацикливаются на магическом даре, а используют его как источник силы. Они могут повелевать огнём и тут же обрушивать на врага силу ветра и даже пространства. Ты обязательно победишь, если начнёшь говорить языком магии. Но что на это скажут небожители, подумал?
— Старики меня как раз поэтому и пригласили, — я не совсем понял, к чему она клонила.
— Я тебе уже говорила, чтобы ты не судил их так, как обычных смертных. Они преследуют корыстные мотивы, понять которые нам сложно. И если они благодушно восприняли твою способность проникать за завесу, то другие могут посчитать это угрозой и убить на месте. Начинать войну между сектами из-за тебя старики не станут. Раньше, когда в мирах сект слышали слово «завеса», члены сект зверели и впадали в ярость, убивая за любое подозрение. Вряд ли сейчас всё сильно поменялось.
— Хорошо, тогда выиграю и без силы голоса…
— Если позволят участвовать, — осадила она меня. — Секты — это ужасное место, отвратительное, как и люди, что стоят за ними. А ты уже успел обмануть одного из небожителей, способного убить тебя одним взглядом.
— Что предлагаешь?
— Впереди десять дней, — ответила она уже спокойней. — Есть время подумать. Для начала укрепи разум, чтобы боги этого мира не растерзали его как стая голодных волков.
— Хорошо, давай, — согласился я. — Делать всё равно нечего, буду тренировать силу воли. Внушай, я готов.
— Что внушать? — не поняла она.
— Что я тебе денег должен, или что там ещё было похоже. Только без… родственников, а то неприятно это.
Она слегка наклонила голову, глядя на меня.
— Это работает не так, как ты себе представляешь, — сказала она. — Ты уже разобрался с долгом? Что можешь сказать?
— Что ничего не брал, — я прислушался к себе, кивнул.
— Уверен? — в её голосе мелькнуло недоверие.
— Абсолютно. Нет, правда, вчера ещё помнил, что брал в долг, а сегодня понимаю, что ты меня обманула. Даже неприятный осадок остался.
— Неплохо, если так, — удивлённо произнесла она. — Это очень хорошо. Значит, твой разум крепнет. Но следующий шаг будет гораздо сложнее, коварнее и более неприятным.
— Я уже понял. Только пока мы не приступили, можно личный вопрос?
— Спрашивай уже, — спокойно сказала она, как будто давно ждала этого вопроса.
— Ты ведь испила из источника вечной жизни, — я скорее констатировал этот факт.
Она посмотрела на меня взглядом фиолетовых глаз. Нет, не уставшим, а очень глубоким. Даже не знаю, с чем это можно сравнить, но и без ответа было понятно, что она гораздо старше, чем кажется на первый взгляд. Мне почудилось, что очень давно, когда народ людей с фиолетовыми глазами ещё жил в этим мире, недалеко от секты Вечных, одна юная, наивная и глупая девушка пробралась туда, куда заходить не следовало. И так случилось, что, не обладая даже средней силой, она смогла выжить.
— Прости, спонтанно получилось, — виновато произнёс я. — Давай тренироваться. Может, так десять дней в этой крошечной каморке пролетят незаметней.
⠀⠀
⠀⠀
Глава Небесной секты, город Пирас
Осмотрев рабочий кабинет, из которого ещё накануне вынесли почти всю мебель, Зеос покачал головой. Массивный стол, повинуясь его взгляду, поднялся в воздух и медленно сместился на метр правее, чтобы встать точно в центре комнаты. Справа и слева, на расстоянии в пару шагов, встали высокие тумбы из коридора, на которых ещё утром стояли изысканные древние вазы. Несколько похожих образовали подобие стола у дальней стены. Собрав их по всему коридору, Зеос недовольно отметил, что они имели разную высоту, отчего не хотели складываться в единое подобие стола. Но это не помешало ему разложить на тумбах сокровища из личного хранилища. Не зная, какие подойдут лучше, глава секты принёс почти всё, что имело особую ценность.
Пару раз кивнув, Зеос подошёл к столу и очень осторожно опустил на подставку большой шар из тёмного, слегка прозрачного стекла. Подставку он сделал сам из особого металла, добытого на границе пустоты и обладающего исключительной прочностью. Улыбнувшись, Зеос убрал руки от шара, выставив ладони перед собой, показывая, что в них ничего нет.
— Прошу простить за столь бестактное поведение, госпожа, — сказал Зеос на языке, используемом ещё до Тёмной эпохи. — Наша встреча оказалась неожиданной и волнительной. В знак добрых намерений я приготовил подарки.
Зеос ещё раз улыбнулся, затем сделал широкий жест, и на столе, слева от подставки с шаром, словно из ниоткуда, появился невысокий пузатый горшочек, заполненный горячими красными углями.
— Вечно горящие угли, — сказал глава секты. — Их жара достаточно, чтобы плавить золото. Больше тысячи лет они хранятся в сокровищнице секты и за это время стали лишь горячее. Их связь с завесой поражает и с каждым годом крепнет. Надеюсь, что Вы оцените их вкус по достоинству.
Зеосу показалось, что лёгкий огненный туман, клубившийся в тёмной сфере, едва заметно дрогнул. Понадобилось усилие, чтобы сохранить над собой контроль.
— А здесь — Солнечный камень, — теперь уже справа от подставки появилась золотая чаша, на дне которой лежал яркий кристалл. — Чем темнее вокруг, тем ярче его свет. С завесой его соединяет прочная нить, позволяющая владельцу черпать оттуда силу…
В коридоре появился заместитель Зеоса. Он знал, что беспокоить главу секты в такой момент нельзя, поэтому просто ждал, пока на него обратят внимание.
— Из вещей, связанных с завесой, у меня есть лишь эти две, — виновато произнёс Зеос.
Если бы его услышали другие главы сект, то приняли бы за сумасшедшего, так как наличие даже одного подобного предмета можно смело считать огромным счастьем и невероятной удачей. Похвастаться предметами, имеющими прочную связь с завесой, могли разве что старики из Большой реки и глава Истока.
— Но у меня есть ещё подарки для госпожи, — Зеос показал на тумбы. — Огненные артефакты и предметы из-за завесы. И это всё для Вас. Прошу меня простить, оставлю на секунду.
Зеос попятился, не спеша поворачиваться спиной к тёмной сфере. Он так и вышел из комнаты, спиной вперёд, осторожно прикрывая за собой двери. Поманив заместителя, топтавшегося у окна, посмотрел на него недовольно.
— Вы просили напомнить о предстоящем турнире, — сказал немолодой мужчина, склонившись в коротком поклоне. Он был лысым, но специально не носил головные уборы, лишь изредка, оказавшись под палящим солнцем, позволял себе повязать на макушку белый платок. — Я получил донесение, что в Ардо уже прибыли главы четырёх крупнейших сект, в том числе уважаемые Харон и Элиас. Они привели с собой достойных учеников, чтобы побороться за победу.
На лице лидера секты отразилась эмоция, говорящая, что ему сейчас совершенно не до этого. В своих учениках он был уверен и даже помог им, чтобы повысить шансы на победу, но и другие секты поступят так же, можно не сомневаться. И если бы не звёздный артефакт, он бы уже был в Ардо. Строить интриги против других сект и срывать их планы доставляло главе Небесных истинное удовольствие. Но сейчас ему было совершенно не до этого.
— Когда наши ученики прибудут в Ардо? — спросил Зеос.
— Должны быть через три дня. Вы просидели семь дней в личном хранилище.
Помощник Зеоса знал, что глава секты редко обращает внимание на такую важную деталь, как время. Он мог пропасть на несколько сезонов или даже лет, а потом появиться, как ни в чём не бывало, и не заметить изменения вокруг.
— Отправишься вместо меня, — сказал Зеос. — Проследи, чтобы наши ученики забрали хотя бы одно ядро колоссального зверя. Лучше, если это будет паучиха.
— Всё сделаю, — кивнул помощник. — Я могу взять несколько запретных зелий…
— Нет, — Зеос остановил его. — Не будем подвергать опасности жизнь перспективных учеников.
— Как прикажете.
— Да, — вспомнил глава секты. — Для тебя будет ещё одно задание. Встреться со всеми главами сект, кроме Большой воды. Мне нужны огненные артефакты, самые могущественные, которые есть у них. Можешь пользоваться любыми ресурсами секты, кроме первой коллекции и моих личных вещей. И поговори с основателем Истока. Он когда-то хвастался, что у него был пламенный меч, черпающий силу из-за завесы. Узнай, что он хочет в обмен на него.
— Нужны ли будут ядра огненных зверей? — спросил помощник и снова коротко поклонился, словно извинялся, так как спокойное выражение лица главы стало жёстким и пугающим.
— Ты молодец, — похвалил его Зеос. — Как это могло вылететь из моей головы? Второе ядро колосса, что будет разыграно, оно ведь принадлежало Огненному быку. Огненные монстры не редки, но до колоссов пока никто не дорастал. Мне нужно это ядро! Любыми способами. Бери запретные зелья из хранилища, но об этом никто не должен узнать.
— Может, привлечь мастеров из внутреннего двора?
— Чтобы турнир детей снова перерос в побоище перепивших стариков? Нет. Всё сделаем тихо и не привлекая внимания. За день до открытия турнира я буду в Ардо. Ты же отправляйся раньше и проследи за всем.
— Всё сделаю, — повторил помощник главы, поклонился и направился к лестнице.
Зеос же подошёл к окну, выглядывая на улицу. Об огненных зверях он как-то и не подумал. А ведь они могут стать отличным лакомством для госпожи.
— Я вытащу тебя из этого панциря, маленькая черепашка, — тихо сказал он и направился в противоположную сторону.
⠀⠀
⠀⠀
Он надеялся, что, когда вернётся, из горшочка пропадёт парочка вечно горящих угольков. Или же исчезнет солнечный камень. За долгую жизнь к подобным артефактам он стал относиться проще, как к полезным вещам, но не более. Пусть в них и была скрыта великая, подчас невообразимая сила, но отсутствие разума делало их почти бесполезными. А вот огненная госпожа — это совсем другое дело.
⠀⠀
Примерно то же самое время, западные окраины мира великих сект и Вечных
Когда-то очень давно, на западных окраинах мира Вечных между собой конкурировали две секты, самые крупные и воинственные. Одни поклонялись первоначальному огню, из которого было создано всё сущее, другие предпочитали порядок во всём, борясь с любыми изменениями мира. Несмотря на разногласия, и первые, и вторые встали плечом к плечу в Тёмную эпоху, когда демоны полноводной рекой устремились в мир Вечных из огромной бездны, позже названной Пустотой Ильсиды. Люди бросили все силы, чтобы сдержать этот натиск, закрывая разломы и рассеивая орды демонов. Кровопролитная война длилась так долго, что люди рождались и умирали в глубокой старости, а конца ей не было видно. Когда же казавшийся бесконечным поток демонов иссяк, западный континент был полностью разрушен. Исчезли города и посёлки, леса и поля были выжжены, а равнины отравлены телами убитых демонов и людей.
Прошла не одна сотня лет, прежде чем западный континент начал оживать, но люди не спешили возвращать себе эти земли. Порча была так сильна, что меняла буквально всё, до чего могла дотянуться. Дикие животные превращались в демонических тварей, а трава и всё, что росло из земли, пропиталось ядом. На месте сгоревших лесов появились огромные чёрные деревья с очень прочной древесиной и горючей смолой.
Словно в насмешку над людьми, победившими демонов, территории двух великих сект стали самыми опасными на западном континенте. На руинах некогда величественных дворцов поселились дикие звери, а на улицах разрушенных городов встречались могущественные демоны, сталкиваться с которыми опасались даже главы великих сект.
В солнечный, прекрасный для прогулок день по разрушенной столице западного континента шёл высокий мужчина, ничуть не боясь живущих здесь диких животных. На его роскошной одежде, украшенной золотым шитьём, в лучах солнца сверкали небольшие голубенькие драгоценные камни. Миновав остов огромного здания с разбросанными вокруг мраморными колоннами, мужчина вышел на дворцовую площадь и остановился. Справа возвышался массивный каменный дом, сквозь который проросло огромное дерево с бледно-жёлтой корой. Пробив крышу, дерево раскинуло над зданием крону с золотыми листьями. С той стороны послышался громкий шорох, затем каменный хруст, и из густой кроны на площадку выпрыгнул паук, размером с большую телегу. Поджарое тело светло-коричневого окраса и длинные ноги говорили о том, что этот хищник не привык сидеть на одном месте, дожидаясь, пока в его паутину попадёт добыча. Он предпочитал охотиться, рассчитывая на скорость, ловкость и сильный парализующий яд.
Паук слегка наклонился, приподнимая заднюю часть тела, и защёлкал, шевеля жвалами, глядя на мужчину множеством больших чёрных глаз.
— Что ты щёлкаешь? — поморщился мужчина. — Говори уже нормальным языком.
Паук слегка покачал телом, щёлкая и издавая скрипящие звуки. Шумно вздохнув, мужчина направился мимо паука к возвышению в центре площади. Паук же развернулся, провожая его взглядом, затем, перебирая лапами, зашагал рядом.
— Не понимаю я вашу речь, — отозвался мужчина, когда паук снова защёлкал жвалами.
На возвышенности, выросшей над городским фонтаном, кто-то аккуратно утрамбовал землю, создавая удобную площадку, установил большой круглый стол и несколько стульев без спинки. На одном из них как раз сидел гибрид с телом человека и головой зубастого ящера. Одежд он почти не носил, демонстрируя бугрящийся мышцами торс и огромные руки.
— Зубастый, — произнёс мужчина в золотых одеждах, проходя к столу и садясь на стул. Подобных мутантов он не любил, но терпел по той причине, что мирно сидевший хозяин дворцовой площади по силе не уступал ему.
— Опять ты в этом облике, — произнёс хозяин разрушенного города. — Вижу, нравится он тебе.
— А что? — пожал плечами мужчина. — Он удобный, людей не пугает. Я, в отличие от вас, пользуюсь благами цивилизации, купаюсь в мраморном бассейне под водопадом горячей воды, а не в луже под открытым небом. Ем деликатесы, могу позволить себе хорошую ткань для одежд. А ещё люди сами несут мне необходимые предметы для развития силы.
— Только до той поры, пока не прознают, кто прячется за этой личиной, — ответил хозяин площади. Паук, притихший рядышком, одобрительно защёлкал жвалами. — Чем больше запросы и потребности, тем выше шанс, что они тебя сожрут.
— Но пока я жив, — расплылся в улыбке мужчина. — И что он хочет? Не понимаю я их язык.
— Не он, а она, — поправил человек с головой ящера. — Говорит, что недавно люди убили Реклу. Хитростью заманили в западню и убили. А ещё малыша Бо. Он был просто не готов и не понимал, насколько люди сильны и коварны.
За столом ненадолго повисла тишина. Мужчина в золотых одеждах потемнел лицом и хмуро изучал рисунки дерева на столешнице.
— Реклу жаль, — сказал мужчина, сжав с такой силой кулак, что костяшки побелели.
Площадку накрыл порыв ветра, и на третий стул опустилась женщина, носившая просторные тёмные одежды и скрывающая лицо за плотной вуалью. Кисти рук и пальцы у неё были неестественно длинными и узловатыми, а кожа тёмно-серой и грубой.
— Вижу по лицу, что Нерул уже рассказал тебе о судьбе наставницы, — сухим и скрипучим голосом произнесла женщина.
— Только что, — кивнул мужчина. — Убили в погоне за бессмертием?
— Как главная цель. Но не побрезговали вырвать ядовитые железы и… всё, что можно…
Женщине было сложно подбирать слова. Она наверняка сжала зубы, пытаясь сдержаться. Эмоции выдавали лишь пальцы и глубокие царапины на столешнице, оставшиеся от ногтей.
— Видят боги, я отравлю все их источники вечной жизни! — процедил мужчина. — Рекла ведь предупреждала их, уговаривала. Нет, в этот раз я им это с рук не спущу.
— Она говорит, — женщина посмотрела на паука, издавшего щёлкающие и скрипящие звуки, — что Рекла не хотела большой войны.
— Предлагаете терпеть? — спросил мужчина, на секунду потеряв самообладание, но быстро взяв себя в руки. Поправил золотую диадему на голове, в центре которой находился сверкающий драгоценный камень размером с большой орех. — Кого они съедят следующим? Его? Меня?
— У нас нет сил победить в большой войне, — сказала женщина. — Даже в малой нет шансов.
— Люди — хорошие учителя, — на лице мужчины появился хищный оскал. — Коварство и хитрость должны стать нашим оружием.
— Главное, не перехитри себя, — сказал Нерул.
— Через два дня в Ардо начнётся праздник в честь убийства Реклы, — сказала женщина. — Закончится он турниром, где разыграют ядра силы, её и малыша Бо. Если хочешь напасть на одну из сект, это будет лучшее время, так как почти все лидеры соберутся на турнире.
— Напасть? — удивился мужчина. — И в ярости убивать людей, словно безумный зверь? Нет, это глупо и бессмысленно. Для начала мы заберём у них то, ради чего они всё это затеяли. Твоя секта всё ещё входит в число великих?
— Пока я её глава, — кивнула женщина. — Но среди наших последователей нет никого, кто мог бы выступить на турнире, не говоря уже про победу.
— У меня есть пара сильных смертных.
— Только если это дети, не достигшие восемнадцати лет, — добавила женщина.
— С этим сложнее, — мужчина в золотом задумался. — Найди кого-нибудь подходящего по возрасту, а остальное оставь мне. Нерул, мне нужны будут твои связи в столице. Если туда прибудут главы сект, то мне появляться будет опасно, поэтому я отправлю доверенного человека. Мне нужны убийцы Реклы. Все, кто причастен. Ну, а наша крошка паук соберёт низших зверей первого и второго круга. Бросим их на приграничные города, когда понадобится отвлечь внимание.
— Говори, что задумал? — спросил Нерул.
— Всему своё время. Но первым этапом мы заберём ядра. Если получится, столкнём людей лбами.
— Как мои люди узнают твоего человека?
— Поверь мне, они поймут сразу.
⠀⠀
Летающий корабль ««Парящий»», граница Беспокойного моря
Глубоко задумавшись, на носу корабля сидела женщина, выглядевшая не старше тридцати лет. Несколько матросов, пользуясь небольшим затишьем, убирали палубу после шторма, проверяли канаты, при этом в упор не замечая женщину. Впервые за семь дней корабль сбавил скорость и сейчас медленно плыл над береговой линией, словно решая, останавливаться для пополнения припасов или продолжить стремительный путь дальше на запад.
— От тебя несёт стойлом для животных, — сказала Ханна, не оборачиваясь, глядя на линию соприкосновения моря и зелёной равнины.
— Всё в порядке? — спросил Марак, подходя ближе и усаживаясь на перевёрнутое ведро. — В последнее время ты сама не своя.
— Сон плохой приснился, — сказала Ханна. — Лицо того старика, высокомерное…
— Ты же говорила, что он и тогда был стар, а прошло вон сколько лет, может, помер давно.
— Такие обычно живут дольше всех. Но даже если так, это почти ничего не меняет. Нужно найти его записи и уничтожить. И всех вечных, кто был причастен к созданию рабского символа. Когда они узнают, что Малеф мёртв, этот символ обязательно появится у кого-нибудь другого. А может, нанесут его рабу и убьют, вместе с нами.
— Последний раз Малеф уходил в мир Вечных, ещё когда мне было пять лет, — сказал Марак. — Как часто он отчитывается перед ними? Раз в пятьдесят лет? В сто?
— Но нас только двое, — Ханна посмотрела на него взглядом фиолетовых глаз, в которых промелькнула тревога. — Будь рядом даже старшие воспитанники, я бы так не переживала. Этот демон, перенёсший нас так внезапно… убью его, когда увижу.
— Я как раз по этому поводу и хотел поговорить…
— Нужно ведь всё разведать, — Айн Ханна не услышала мужчину, вернувшись к проблеме, решение которой не могла найти. — Установить слежку, узнать, что изменилось за столько лет. А как это сделать вдвоём? А ещё нужно смотреть, чтобы Василий и его подруги не вляпались в очередную неприятность.
— Ханна, — жестом остановил её Марак. — Я впервые в жизни тебя ослушался и готов понести за это любое наказание. Не знаю, что тогда на меня нашло.
— Это важно сейчас? — спросила Ханна. — Или ты специально ждёшь, что наказывать не стану, так как кроме тебя и положиться больше не на кого?
Марак сунул руку за пазуху и вынул особый кошель из мягкой ткани. Виновато опустив голову, он протянул его Ханне.
— Что это? — вздохнула Ханна, затем развязала кошель, вынимая оттуда знакомый каменный стержень, покрытый древними письменами и кусочками золотого орнамента.
— Я подумал, что будет глупо сломать его, — сказал Марак. — Как и сам идол.
— И где он сейчас? — спросила Ханна.
— В подземном хранилище дворца Ракку. Ингар знает об этом, и ещё Мирейн. Уверен, что как только мы пропали, они пошли обратно, захватив с собой того ящера, специалиста по артефактам. Сколько нам нужно было времени, чтобы добраться до красного мира? Если подождать ещё дней пятнадцать, я уверен, что мы откроем…
Марак не договорил, так как Ханна крепко обняла его. Затем она отстранилась, чтобы расцеловать мужчину в щёки. Впервые за долгое время на её лице появилась улыбка.
— Ты даже не представляешь, как я сердита на тебя, — сказала Ханна, улыбаясь. — Но ты большой молодец. Мирейн и Ингар всё сделают, в этом я даже не сомневаюсь. Василию об этом ни слова. Ясно?
— Конечно, — закивал Марак.
— Вот теперь я вижу, что делать, — сказала она. — Для начала добудем ядро зверя, а потом отправимся дальше на запад. Надо найти отшельника или его учеников, а затем мы навестим секту Вечных. Они пожалеют, что когда-то решили играть нашей судьбой.
⠀⠀
⠀⠀
⠀⠀
Приключения Василия в мире Великих сект. В пятом томе ему предстоит соперничать с сильнейшими существами во всех мирах, узнать историю появления демонов и заручиться поддержкой новых, неожиданных друзей.
⠀⠀
Из-за шторма, догнавшего нас на границе холодного моря, путешествие к центральному континенту заняло одиннадцать дней вместо десяти. Провести столько времени в крошечной каюте на четверых оказалось тем ещё испытанием. Особенно когда из-за непогоды нельзя выйти на верхнюю палубу. Повезло, что летающий корабль оказался крепким, а команда умелой, и мы не сбились с курса, успешно миновав район опасных скал.
Когда на горизонте показались очертания большого города, все пассажиры ««Парящего»» вздохнули с облегчением. В пути корабль качало так, что хотелось как можно быстрее сойти на твёрдую землю. На лицах учеников Небесной секты читалось предвкушение, а их наставники переоделись в дорогие одежды и старались выглядеть величественно. На их фоне мы заметно выделялись как внешним видом, так и кислым выражением лиц. Золота у нас осталось мало, а праздник и турнир стартовали уже через три дня. В столицу центрального континента мы прибывали всего за час до заката. Следовало поспешить, чтобы найти подходящее место для ночлега.
Порт в Ардо был именно «портом», если так можно выразиться. Он расположился на огромной реке, пересекающей город с северо-востока на юго-запад. Как говорила Ханна, по местным законам, летающим кораблям проходить над городом можно было только с разрешения правителя, поэтому «Парящему» пришлось делать солидный крюк. Зато была возможность полюбоваться местной архитектурой. Дома здесь строили каменные, в основном двух и трёхэтажные, соперничающие друг с другом красотой фасадов и черепичных крыш. Последнее понятно, так как первыми гостей Ардо встречали именно крыши, башенки и огромный, просто невероятных размеров дворец.
Пока мы двигались над рекой, внизу можно было заметить большие и маленькие лодочки, длинные галеры и странные пузатые посудины с косыми парусами. Я думал, что увижу десятки летающих кораблей, таких же, как ««Парящий»», но заметил лишь один, спешно удаляющийся от города. Да и по размерам он значительно уступал, если я правильно оценивал габариты. Зато в самом порту почти не осталось мест, даже с учётом шести огромных причалов. Почти всё место занимали корабли и лодки с товаром, поэтому, несмотря на позднее время, работа кипела.
Пока мы медленно снижались, одним своим видом разгоняя мелкие лодки, я успел разглядеть прилегающие к порту ремесленные кварталы. Поражало количество людей на улицах. Похожее столпотворение я видел только в Пирасе, откуда мы отправлялись в путешествие.
Наконец, поднимая тучи брызг, корабль коснулся воды. Мне показалось, что мы раздавили какую-то нерасторопную весельную лодку, но из-за шума и плеска воды крики несчастных никто не услышал. Необычно, что на воде качка почти не ощущалась, а корабль продолжал двигаться и без паруса, направляясь к одному из высоких и массивных причалов.
Представители Небесной секты покидали корабль в числе первых, едва дождавшись, пока установят сходни. Капитан вышел провожать пассажиров, но ни к кому не подошёл и ничего не сказал, стоя на возвышении. Я спиной чувствовал, как он сверлит нас взглядом, не обращая внимания на остальных.
— Знайте, что это самый большой город, в котором вам приходилось бывать, — говорила Айн Ханна, ступая на сходни. — Постарайтесь не потеряться.
Я подал руку девушкам, помогая сойти на берег. Такое ощущение, что корабль отключил двигатели и установку, удерживающую его в воздухе, поэтому палуба слегка поднималась и опускалась на волнах, отчего сходни угрожающе скрипели.
Ардо встречал нас резкими порывами ветра с запахами реки, мокрого дерева и ещё чего-то незнакомого. В целом, погода на центральном континенте была по-летнему тёплой, что радовало.
Пока мы шли по длинному причалу, можно было увидеть, как на соседнем разгружали корабль. Грузчики особо не торопились, значит, работа продолжится и после наступления темноты. Солнце уже коснулось горизонта, поэтому в главном здании порта начали зажигать большие фонари. Несколько больших лодок с навесами, которые я принял за грузовые, на самом деле перевозили людей. Они как раз высаживались у дальнего причала и спешили поскорее попасть в город. Буквально у входа в главное здание порта мы нос к носу столкнулись с группой из десяти человек, явно принадлежащих к какой-то богатой секте. Трое наставников и семь учеников в возрасте лет шестнадцати. Они несли с собой оружие, завёрнутое в ткань, и пожитки в виде своеобразных заплечных узлов. И на нас внимания бы не обратили, если бы не Уголёк. Она была рада выбраться из душного трюма и размять ноги, поэтому не могла устоять на месте и недовольно рычала на всех, привлекая внимание.
Внутри здания порта было ещё более оживлённо. В этой толчее Уголёк едва не покусала пару человек, а какого-то несчастного грузчика удачно лягнула, чтобы не подкрадывался сзади. Пришлось нам остановиться у груды ящиков и ждать, пока толпа немного уменьшится. Вокруг было очень шумно, кричали люди, громко топали грузчики, катили деревянные бочки. Ханна бросила взгляд на двух охранников, которые уже второй раз прошли мимо нас. Первый раз они хотели подойти, но передумали. Вот и сейчас они снова направлялись именно к нам, но на полпути развернулись и двинулись в сторону выхода. Наверное, хотели сказать что-то насчёт лошади. Марак же выглядел так, словно готов был драться, но Уголька никому не отдаст.
— Постоялые дворы должны располагаться вдоль реки, — ответила Ханна на вопрос Зои. — Только нужно пройти вглубь города, чтобы найти приличное заведение с чистой посудой и без клопов в тюфяках.
— Мне кажется, или за нами наблюдают? — тихо спросил я у Ханны.
— Наблюдают, — кивнула она. — Поэтому веди себя естественно…
Как раз в этот самый момент из толпы вышел колоритный дед, одетый в бледно-красные одежды, очень напоминающие монашеские. Одеяние выглядело так, словно долго находилось под солнцем, поэтому сильно выцвело. Но даже так он должен был сильно выделяться в толпе, вот только заметил я его лишь в последний момент. Выглядел он лет на семьдесят, а то и больше, морщинистое лицо, белая и длинная жёсткая борода. Глаза карие, старческие, но с опасным огоньком глубоко внутри.
— Вы опоздали на пять дней, — хмуро сказал он, обведя нас взглядом и требовательно протягивая ладонь с узловатыми пальцами.
— Простите, уважаемый, — сказала Ханна, как бы невзначай опуская руку поближе к ножу на поясе, — но Вы нас с кем-то перепутали.
— Вас сложно с кем-то перепутать, — хмыкнул дед. — Такие молодые, но уже невероятно сильные, чтобы легко выиграть турнир. Старший наставник описывал вас именно так. Приглашение.
— Что? — уточнил я.
— Приглашение покажи, — спокойно повторил дед, требовательно протягивая руку.
— Как бы сказать, — я замялся. — Оно осталось у проводника. Нас выбросило из разлома у города Пирас, а проводник пропал. Хорошо, что капитан «Парящего» согласился взять нас на борт, а то бы мы на турнир ни за что бы не успели.
— Молодёжь, — проворчал он. — Теперь понятно, почему мы торчим тут столько дней.
Дед хотя и выглядел старым, но был силён. Взять хотя бы странную магию, которую он использовал, заглушив почти все окружающие звуки и голоса. Вокруг нас уже образовалась свободная площадка метров пять в диаметре. Людям и без этого приходилось толкаться, чтобы выйти из здания порта, но они готовы были ещё потесниться, лишь бы не подходить ближе.
— А что, — набрался я наглости, чтобы спросить его, — нам разрешат участвовать в турнире?
— А вы сомневаетесь в победе?
— Ни в коем случае, — решительно сказал я.
— Тогда к чему эти вопросы? — снова проворчал дед. — Впереди три дня, успеем зарегистрировать вас как участников. Вам лет сколько?
— Шестнадцать.
— Идеальный возраст, чтобы ни у кого не возникло лишних вопросов. Следуйте за мной и постарайтесь не потеряться. В Ардо раньше бывали?
— Нет, не доводилось, — сказал я.
— Дом внешнего двора секты находится на севере, — сказал он. — Чтобы ни у кого не возникло лишних вопросов, поживёте там.
Дед показал жестом, чтобы мы следовали за ним. Излучая колючую ауру, он направился к выходу, распугивая грузчиков. Пара немолодых мужчин уронила тяжёлый ящик и бросилась наутёк, понимая, что не успеют оттащить его. Выйдя на площадь перед зданием, дед повёл нас на восток, в сторону широкой улицы, уходящей от реки вглубь города.
— Видишь, — шепнул я Ханне, держащей меня под руку, — удача на нашей стороне. Ты говорила, что секта Большой воды нас на порог не пустит, даже если им под нос сунуть приглашение. А нас не только пригласили, но и в турнире разрешат поучаствовать.
— Твоя удача — одноглазая богиня со скверным характером, — отозвалась Ханна, поманив Зои и тоже беря её под локоть. — Секты никогда не отличались терпимостью друг к другу. Зная их, можно с уверенностью говорить, что убивать они друг друга будут не только на турнире, но и до него. Не теряйте бдительность ни на минуту. Василий, тебя это касается в первую очередь.
— Обижаешь, я всегда настороже.
— Конечно, тебя не проведёшь, — хмыкнула она, показывая взглядом на спину старика в красном. — Только учти, что это погонщики из секты Созвездий. Люди их всегда сторонились и старались держаться подальше, потому что они умеют подчинять разум демонических тварей. Опасные противники и крайне неприятные.
— То есть, он не из…
— Не так громко, — остановила меня Ханна. — Ещё как минимум трое идут следом, не считая двух разумных демонов, которыми они управляют.
— Что предлагаешь? — спросил я.
— Людям можно заморочить голову, но не демонам. Пока подождём…
Город быстро погружался в сумерки, но вокруг зажигали большие бумажные фонари, вывешивая их напротив питейных заведений, трактиров и постоялых дворов. Учитывая специфику квартала, вокруг было шумно и многолюдно. По широкой улице мы шли буквально десять минут, догнав большую группу одарённых в одинаковых бело-синих одеждах. Наш проводник предпочитал молчать, время от времени оглядываясь, чтобы проверить, идём мы следом или нет. Обгонять идущую впереди группу он не спешил, немного сбавив шаг. Причина стала понятна через пару минут, когда мы дошли до хорошо освещённого переулка, куда вся эта процессия поворачивала. Мощёная дорога здесь шла вверх, на небольшой холм, где виднелась беседка с высоким куполом крыши. Мне она напомнила постройку, которую использовали светлоликие для перемещения между мирами. И как раз в этот момент там открылся едва уловимый разлом.
— Городская путевая арка, — подсказала Ханна. — Если золота не жалко, можно сэкономить пару часов, чтобы не идти пешком из одного района города в другой. Крыши справа…
Краем глаза заметил, как над крышей что-то промелькнуло. Вроде и света достаточно от фонарей, но всё равно я смог уловить только размытую тень.
— Терпеть не могу пауков, — тихо ворчала Ива, стараясь смотреть только под ноги. Поёжилась пару раз.
Очень хотелось спросить, что ждёт впереди, но я сдержался. Пару дней назад Ива сказала, что в ближайшем будущем нам придётся столкнуться с серьёзным испытанием и ей нужно накопить силу, чтобы миновать его. Взяла с нас слово, что не будем приставать к ней с расспросами будущего до самого конца турнира. Может, поэтому она и выглядела хмурой, переживая, что не может ничем помочь? Поймав её взгляд, я ободряюще улыбнулся.
Стоило оглянуться, как стала видна ещё одна группа из десяти парней и девушек, идущих к беседке наверху. Одеты одинаково, в бело-жёлтые одежды монашеского покроя, с капюшонами на головах. Сопровождали их двое мужчин лет тридцати, недовольные тем, что впереди так много людей. Один из них вытягивал шею, пытаясь увидеть, что происходит у путевой арки. Кстати, людей там было много, включая городскую стражу. Этих всегда можно было узнать по одинаковой одежде и оружию в руках. Выглядели они почти так же, как и в городе Небесной секты. Носили просторные штаны и халаты, только не синие, а бежевые, с большими иероглифами на груди и спине. Переводились иероглифы очень просто: «стража портового района». Уходящим в разлом они не мешали и, скорее всего, просто следили за порядком.
Старший из группы впереди уже открыл портал, подгоняя молодёжь, чтобы не задерживалась. Старик в красном, который так и не представился, тоже не стал тянуть время. Едва мы оказались рядом с беседкой, он запустил руку за пазуху, и в центре вспыхнула вертикальная линия багрового разлома. Одновременно с этим из темноты улицы на площадку выпрыгнул здоровенный коричневый паук. Тело размером с крупную пятнистую собаку, длинные ноги, заканчивающиеся острыми когтями или чем-то очень похожим. Наверняка, чтобы никого не пугать, тело было укрыто тонким цветным одеялом, открывающим лишь небольшие чёрные глаза и изогнутые жвала. Старик похлопал его по голове ладонью, что-то тихо сказав. Паук щёлкнул жвалами и издал пару скрипучих звуков. Это он так жаловался на разлом, говоря, что будь его воля, то он бы пробежался по крышам города, но мама запретила ему пугать горожан. Быстро перебирая лапами, он добрался до разлома и исчез в нём.
— Не бойтесь, — старик довольно улыбнулся, видя наши вытянутые лица. — Я контролирую его разум. Вам повезло, что у нас есть путевая арка, иначе пришлось бы идти пешком до самого утра.
Стража, к слову, паука видела и особого внимания на это не обратила. Старший в отряде лишь покривил губами, отворачиваясь от разлома.
— Долго ещё? — сзади послышались недовольные голоса. — Посторонись!
К беседке подходила группа, идущая следом за нами. Их наставник даже перестал сдерживаться, чтобы мы в полной мере оценили его силу. В это время с крыши арки спрыгнул ещё один паук, немного меньше по размеру, чем предыдущий, но тоже укрытый одеялом. Он мягко упал на дорожку между нами и приближающейся группой, наклонил голову и предупреждающе выставил вперёд передние лапы. Не знаю, как люди, а вот паук был настроен воинственно, мне так показалось. Он даже жертву выбрал, кого первым прибить, ожидая то ли команды, то ли пока они ослабят бдительность.
— Не будем здесь задерживаться, — сказал дед в красном, с презрением посмотрев на старшего из группы бело-жёлтых.
Вот теперь стража оживилась и потянулась за оружием. Происходи всё в мире демонов, я бы сразу сказал, кто победит и кто из присутствующих самый страшный. А здесь же я совсем не понимал, на чьей стороне была сила и почему каждый из стоявших на площадке перед путевой аркой выглядит так высокомерно.
— Уходим, — сказала Ханна, потянув меня к разлому. Я только успел схватить Иву, когда свет на мгновение померк и вспыхнул вновь, но уже совсем не ярко. Перед нами предстала площадь, окружённая высоким трёхэтажным зданием. Хотя, учитывая размер, я бы назвал её задним двориком. Судя по мелькающим в окнах силуэтам, людей в этом доме жило много.
— Наглая молодёжь, не знающая своего места, — раздалось ворчание старика там, где секунду назад был разлом. — Если бы я не был занят, поучил бы их вежливости.
Тихо ругаясь, он вышел из-под навеса в темноту двора, ловко запрыгивая на спину паука. Сел, скрестив ноги, и бросил взгляд в сторону центральной части дома. Площадь здесь освещалась лишь одним фонарём, висевшим как раз перед путевой аркой, но света хватало, чтобы оценить необычную картину. Уголёк пару раз фыркнула, выражая брезгливость к странному существу. Окинула его взглядом, словно пыталась определить, куда лучше вцепиться зубами, если начнётся драка.
⠀⠀
⠀⠀
— Необычная лошадь у вас, — сказал дед, снова поворачиваясь к нам. — Первый раз вижу подобную. Не слышал, чтобы демонические лошади водились на центральном континенте.
— А как вы им управляете? — спросила Зои, которую паук вообще не напугал. Ива, в отличие от неё, спряталась за наши спины, глядя на монстра брезгливо и с опаской.
— Силой мысли, — улыбнулся дед. — Это особое умение нашей секты. Мы можем подчинять даже больших демонических тварей уровня гидры. А наставница способна приручить монстра уровня бедствия.
Паук пару раз постучал жвалами друг об друга и проскрипел, мне показалось, что с насмешкой. Он так выражал своё мнение о способностях людей. А ещё хотел сказать, что мама попросила его покатать этого олуха, и они ждали нас у реки пять дней.
— А мама кто? — полюбопытствовал я и прикрыл рот ладонью, подумав, что сболтнул лишнего.
Паук покачался из стороны в сторону, едва не опрокинув деда, и снова защёлкал и заскрипел. Это он так хвастался и гордился мамой. Имя понять было сложно, но оно означало или было похоже на определение затаившегося охотника, поджидающего добычу. Затем, опомнившись, он подался немного вперёд, издавая те же звуки, только быстрее.
— Тише, — дед слегка похлопал его по голове, пытаясь успокоить. — Наверное, из-за лошадки оживился. Я его кормил недавно, так что не беспокойтесь. Что ты спрашивал насчёт мамы? Если ты о наставнице и лидере секты, то её зовут Хозяйка Мин. Ученикам внешнего двора увидеться с ней сложно, но вы будете участвовать в турнире и, если покажете себя, то она уделит вам время.
Из двери центрального здания во внутренний двор выбежала фигура в монашеских одеждах, по покрою похожих на те, что носил дед. Когда он подбежал, то стало видно, что выцветший красный цвет имела только накидка, а всё остальное было серым.
— Ученик И Дин приветствует старшего, — он склонился в поклоне, сложив руки в почтительном знаке, сцепив пальцы и коснувшись костяшками лба.
— Размести новых учеников со всем удобством, — сказал дед. — Я вернусь завтра утром, чтобы проводить их во дворец Войны.
— Всё сделаю, — сказал И Дин, жадным взглядом посмотрев на паука.
Дед бросил на нас ещё один взгляд, после чего паук повернулся и двинулся в темноту, в сторону высокого забора.
— Интересно, как он на нём ездит и не сваливается? — спросила Зои. — Держаться ведь не за что.
— Демонические пауки обладают особой силой, — наставительно сказал И Дин. — Когда они ловят добычу, то переносят её в логово на спине. Свалиться с него нельзя, даже если он притаится на потолке. Они одни из самых сильных существ нашей секты. Чтобы приручить такого, ученики внутреннего двора идут в паучий лес, откуда живыми возвращаются только трое из пяти и лишь один верхом на пауке.
Он сделал широкий жест в сторону двери центрального дома, откуда вышел.
— Идите за мной, я покажу ваши комнаты, — сказал он. — Лошадь можно разместить в стойлах. Это там.
— Разберусь, — сказал Марак, уводя Уголька в сторону правого здания. Света из окон было недостаточно, но мне показалось, что там было длинное строение, напоминающее конюшню.
Не знаю, сколько учеников жило в зданиях «внешнего» двора секты, но встречало нас всего несколько человек. Смотрели с большим любопытством, тихо переговариваясь. Мужчины и женщины здесь носили одинаковую одежду серого цвета, и только один щеголял в красной накидке. И Дин говорил, что новички должны жить в большом доме справа, но нас поселят со старшими учениками. Говорил, что нам очень повезло и на его памяти мастера из внутреннего двора ещё никого не приводили лично.
Надо сказать, что И Дин выглядел лет на сорок, а те, кого он называл старшими учениками, немногим старше тридцати. Молодёжи я не увидел вовсе, что странно. Мне казалось, что великие секты этого мира должны насчитывать тысячи учеников. Вроде бы Зеос хвастался, что в Небесной секте тысячи тысяч последователей, а нас привели в старенькое здание, выглядящее как дом богатого, но поиздержавшегося торговца. Зато комнаты учеников порадовали наличием нормальных кроватей. Мебели немного, но есть письменный стол и высокий стул со спинкой. Настораживало только большое окно в спальне, в которое легко мог забраться ездовой паук и полакомиться учениками секты. Может, поэтому их было немного?
Большую двухместную комнату мы легко превратили в трёхместную, так как Ива и Зои наотрез отказались ночевать в отдельной комнате. Ханна на это лишь махнула рукой, сказав, что займёт вторую спальню вместе с Мараком. А так как он одиннадцать дней провёл в трюме вместе с Угольком и другой живностью, то пахло от него так, что ученики в страхе разбегались в разные стороны. По этой причине И Дин настоятельно попросил нас посетить купальни на соседней улице, и это было самым радостным и приятным событием за последние десять дней. Даже серые монашеские одежды, которые нам выдали, не испортили прекрасного настроения. Кстати, обошлось нам это не очень дорого, всего в две мелкие золотые монеты.
Утром следующего дня, после купален и сна на мягких кроватях, я чувствовал себя словно заново родившимся. Давно не просыпался в таком прекрасном настроении. Солнце только поднималось над горизонтом, светя как раз в окно. Девушки к этому времени успели встать и переодеться в серые наряды секты. Когда я уселся на кровати, потягиваясь и радуясь тёплому солнечному утру, они о чём-то тихо болтали.
— Ткань хорошая и дорогая, — говорила Зои, показывая на рукав. — В такой обычно не жарко, она не пачкается сильно, и нити прочные. Может, здесь с краской проблема, поэтому они серые.
— Думаю, что дело совсем не в этом, — ответила Ива, первой заметившая, что я проснулся. Посмотрела лукаво.
Зои тоже обернулась, посмотрела так, словно никогда не видела меня без рубашки.
— Что? — не понял я их взглядов.
— Многие молодые наследники великих домов Илуны позавидовали бы, — сказала Ива. — Мой старший брат постоянно упражнялся с оружием и учил приёмы борьбы, чтобы выглядеть стройным и сильным. Любил, когда девушки обращали на него внимание, особенно представая перед ними с обнажённым торсом.
— Жарко было ночью, — ответил я, потянувшись за длинной серой рубахой.
Быстро надев её через голову, снова встретился взглядом с Ивой.
— Не знаю, как у тебя в прошлый раз получилось забраться так далеко, — сказала она, затем шмыгнула носом. Широким рукавом промокнула глаза. — Просто уму непостижимо…
— А что я?
Зои показала мне кулак и принялась гладить Иву по плечу, так как у той бежали слёзы из глаз. Не прошло и минуты, а Ива уже вовсю рыдала, уткнувшись лбом в плечо Зои. Если честно, женские слёзы меня всегда вгоняют в ступор. Не знаю, как на это реагировать. Живя десять лет в храме, всего один раз видел рыдающую дами. Это было, когда Беата узнала, насколько сильно старшие испортили ей спину. А что случилось у Ивы, я мог только догадываться.
Сев рядом с ними на кровать, я осторожно коснулся плеча Ивы.
— Не плачь, — сказал я. — Всё не так плохо, как могло быть. Пока Ханна опять не начала шутить про то, что моя удача — одноглазая тётка, надо сказать, что нам везёт.
Ива что-то сказала, борясь с нахлынувшими эмоциями, но разобрать ничего не получилось. Одно понятно: во всём был виноват Василий.
— Ну, а у тебя почему глазки блестят? — спросил я у Зои. — Только не говори, что тоже собираешься расплакаться?
— Это просто ты чёрствый, — укоризненно сказала Зои. — Видишь, плохо девушке? Если ничего умного сказать не хочешь, то лучше молчи.
— Да ладно вам, — сказал я ободряюще. — Ничего пока не случилось. Когда я по землям злых демонов скитался, в сто раз тяжелее было. И чтобы не рыдать, я старался находить во всём положительные моменты. А мы вчера неплохо искупались, переоделись в чистое, сейчас ещё позавтракаем, и всё будет прекрасно.
Ива оторвалась от плеча Зои, всплеснула руками, но из-за слёз сказать ничего не смогла. Стукнула меня в плечо кулачком, затем ещё раз. Светлоликие, они ведь, как и дами, гораздо сильнее людей. Если рассердится по-настоящему, стукнет так, что прибьёт ненароком.
— Прости, виноват, — вздохнул я. Обнял её покрепче, погладил по голове. А светлые волосы у них, оказывается, очень мягкие. — Если это из-за того, что я в ближайшее время собираюсь с катушек съехать, то можешь ещё пару раз стукнуть.
Пришлось подождать несколько минут, пока Иве станет легче. Не знаю, что послужило причиной, но она никак не могла взять себя в руки. Когда император отправил её на убой в горы Ракку, она улыбалась, а сегодня внезапно решила расклеиться.
Наконец, успокоившись, Ива отстранилась и отвернулась, чтобы вытереть глаза рукавом. Зои протянула ей платок.
— Предлагаю сегодня, как всё закончится, основательно напиться, — сказал я. — У Ханны ещё золото осталось, купим вина побольше и отметим.
Ива на это замечание лишь язвительно хмыкнула.
— Значит, меня опять будут пытаться убить? — догадался я. — Ещё раз предлагаю удалить символ…
— Будет ещё хуже, — перебила она меня. — Так я хотя бы могу понять, когда ждать беды.
— Внезапная смерть в мои планы тоже не входит, — улыбнулся я. — Поэтому подсказывай, что надо делать?
Она повернулась, посмотрела странным взглядом, покривила губы. Глазки у неё покраснели и немного припухли.
— Я понятия не имею, что ты делаешь и что у тебя в голове, — сказала она. — Порой кажется, что делаешь это специально. Но чем больше я помогаю и подсказываю, тем меньше пользы. С каждым разом становится всё хуже и хуже. Боюсь, что в следующий раз это закончится сразу после того, как дверь в комнату откроется.
— Ну так не подсказывай, — я пожал плечами. — Может, в этом всё дело.
— Не хочу думать, что мы где-то пересекли черту, за которой нет возврата, — она глубоко вздохнула. — Пока была сосредоточена на одной проблеме, не заметила, как оказалась в ловушке другой.
— Тогда я сейчас сотру символ с твоей спины, а ты бери Зои в охапку и беги.
— Эту упёртую девушку? — она показала в сторону любопытной Зои пальцем. — Если ты будешь падать в жерло вулкана, она прыгнет следом. Тоже мне…
Ива отвернулась, снова покривив губами. Мы с Зои встретились одинаково недоумевающими взглядами. Она развела руками, как бы говоря, что прыгнет и не видит в этом ничего странного.
— А сбежать всем вместе? — спросил я.
Ива встала, прошла к тумбочке у кровати, вынула оттуда листок жёлтой бумаги и кусочек уголька. В несколько штрихов нарисовала два странных символа. Они были схожи с рунами демонов в одной очень старой книге, хранившейся в библиотеке Дами. Прочитать я смог только часть, так как бумага буквально крошилась от прикосновений. Как мы со стариком библиотекарем ни старались, переворачивать страницы так, чтобы сохранить их, не получалось. А прочесть книгу целиком было бы любопытно, так как в ней описывались довольно специфические размышления дами по поводу редких и странных символов.
— Переведи, — сказала Ива, протягивая мне листок.
— Если это не просто каракули, то увы, мне данный язык не знаком. Может, он не из разряда тёмных.
— Ты их нарисовал, — сказала она серьёзно. — И сказал, что если бы знал, как это переводится, то мы могли бы выжить. Не спрашивай, когда и как ты их для меня нарисовал, это было…
Ива поёжилась, вручила мне бумажку и вернулась к кровати. Я же ещё раз посмотрел на абсолютно непонятные закорючки. И что мне теперь, бегать по улице и показывать всем эти символы в надежде, что кто-то их узнает?
— Это самое небольшое вмешательство, которое я могу сделать, — сказала Ива. — Надеюсь, что у тебя не тыква на месте головы, так как внезапная смерть и в мои планы тоже не входит.
Я сложил листок, собираясь убрать его в карман, и только сейчас понял, что так и стою в рубахе, немного промокшей от слёз. Одеваясь, я случайно коснулся обсидианового колечка, висевшего на шнурке, на шее. Странная девушка, сотканная из огня, мне больше не снилась. А поговорить бы стоило. Хотя бы о том, что на предстоящем турнире присутствовать будет не только Зеос, но и другие бессмертные. Смогут ли они почувствовать её и не побегут ли, обгоняя друг друга, сворачивать мне голову? Может, это и есть причина наших проблем?
Едва я оделся и заправил кровать, как в комнату заглянул И Дин. Вошёл без стука, осмотрел всё и одобрительно кивнул сам себе.
— Старший наставник обещал прийти утром, — сказал он. — А это значит — в любой момент после восхода солнца. Вам надо успеть позавтракать и подготовиться к его появлению.
— Позавтракать бы не помешало, — согласился я. — И узнать бы ещё, что тут и к чему.
Завтракали старшие ученики в общей столовой на втором этаже. При этом еду им готовили младшие, живущие в правом здании, если смотреть со стороны путевой арки. Левое же здание занимали новички, только что присоединившиеся к секте. Они выполняли всю грязную работу, коей было не так уж и много. Я во всё это вникать не планировал, но пару вопросов за завтраком задал.
— Секта Созвездий огромна, — сказал И Дин, удивлённый моим вопросом. — Под нашим контролем половина Южного континента, а это десятки крупных городов. В Ардо мы почти не набираем последователей. Здесь очень большая конкуренция, и к нам идут, только когда их никуда не приняли. А такие нам тоже не нужны. Хозяйка Мин называет здание внутреннего двора посольством. Но даже так мы продолжаем искать таланты, готовые примкнуть к Созвездиям и стать величайшими укротителями демонов.
— Почему тогда такая огромная секта не смогла вовремя найти подходящих участников для турнира? — спросила Ива.
— Сила наших последователей раскрывается только тогда, когда они переходят во внутренний двор, — терпеливо пояснил И Дин. — В этом мы не можем соперничать с такими воинственными сектами, как Небесная или Большая река.
«Хорошо бы понять, как вы её вообще оцениваете и раскрываете», — подумал я, разглядывая столовую и собравшихся старших учеников.
Вчера я правильно заметил, что красные накидки носили не все. К примеру, на завтрак явились всего трое немолодых мужчин, лет под сорок, одетых как И Дин. Остальные «старшие» ученики выглядели немного моложе, лет под тридцать. Молодёжью здесь и не пахло.
— А где вы тренируетесь? — спросил я. — Сюда приходят наставники из внутреннего двора?
— На втором этаже есть несколько залов для медитации, — ответил И Дин. — Задача старших учеников освоить умение касаться разума демонов. К примеру, мне под силу успокоить любого агрессивного демона и обратить его в бегство. Я даже могу заставить демонов сражаться друг с другом.
— Очень любопытно, — заинтересовался я. — Это относится ко всем демонам?
— Имеются в виду демонические монстры, — он сразу понял, к чему я клонил. — Полуразумные существа, такие как лошадь, которую вы привели, или пауки наставников из внутреннего двора. Внушить что-то разумным демонам могут лишь несколько наставников и Хозяйка Мин.
— А не проще было бы использовать против таких монстров огонь, молнии или ещё какую-нибудь смертоносную магию?
Его этот вопрос даже повеселил.
— Вы слишком молоды и явно не изучали историю. Когда я ещё был молод и ходил, держась за подол матери, случилась последняя война с демоническими тварями. Они вышли из диких земель западного континента и двинулись в сторону Ардо. Старики говорят, что демонов было столько, что они покрывали поля от горизонта до горизонта. И больший вклад в победу над ними внесла секта Созвездий. Хозяйка Мин встала на пути у полчищ демонов и заставила их сражаться друг с другом. В то время как другие города пытались убивать их огнём и железом, теряя тысячи жизней, мы отстояли южный континент, почти никого не потеряв.
— Удобное умение, — согласился я.
— Если в Ардо появится зверь уровня бедствия, его сможет одолеть любой из глав великих сект, — добавил И Дин. — Но при этом своей силой они обратят половину города в руины, убьют тысячи горожан. А Хозяйка Мин сможет взять его под контроль и вывести из города в пустоши, где остальные смогут его безопасно убить. Но, скорее всего, она просто заберёт его к себе во дворец. Сделает из него покорного слугу или убьёт, чтобы получить редкие ингредиенты для развития силы.
— Понятно, — я кивнул, возвращаясь к трапезе.
Выходит, что секта Созвездий зарабатывает на продаже ингредиентов для алхимиков. Можно, к примеру, держать какого-нибудь могущественного демона в клетке и цедить у него кровь понемногу. Кровь ведь портится быстро, а для алхимиков много за раз не нужно. Надо бы проверить, могу ли я в этом мире зарабатывать на символах, если с кровью проблем не будет. Но для этого надо найти кого-нибудь из странных местных одарённых. Жаль, что они люди, а то можно было бы и символ отражения продать. В любом случае, золото нам нужно, и чем больше, тем лучше. Ханна планирует двинуться дальше на запад, как только мы достанем ядро колоссального зверя. И чтобы не тратить на путешествие пару месяцев, лучше нанять летающий корабль. С золотом в карманах легко живётся не только в мире демонов.
Старшие ученики секты оживились, когда со двора потянуло искажением открывшегося разлома. Как и вчера, разлом был очень слабым и едва уловимым. И Дин соскочил с места и тут же оказался у окна во двор. Седой дед, встретивший нас накануне, прибыл верхом на пауке. При дневном свете ездовой паук уже не казался таким большим, даже наоборот.
Когда мы спустились на задний двор, там уже собралось немало учеников в серых одеждах и тех, кто к секте присоединился совсем недавно. Последние носили простые шаровары и рубахи, подпоясанные широким поясом. И вот уже среди них можно было увидеть и молодёжь, и людей в возрасте. Удивила группа из десяти подростков лет двенадцати. Под присмотром старшего они с любопытством разглядывали большого паука, что-то оживлённо обсуждая. Дед на учеников внимания не обращал и спокойно курил трубку, удобно устроившись на спине паука. Увидев нас в серых нарядах, одобрительно покивал.
— Это пропуск во дворец Войны, — сказал он, демонстрируя небольшую табличку, испещрённую рунами. — Турнир пройдёт там и будет представлен семью великими сектами. На кону стоят два ядра колоссальных зверей, поэтому драка будет ожесточённой не только на площадке для боёв. Будьте предельно внимательны, осторожны и старайтесь всегда находиться рядом со мной. Споры и конфликты с другими участниками не затевайте. Наша задача — забрать оба ядра.
— Всё предельно ясно, — кивнул я под его взглядом. — Не переживайте, мы победим. Да, простите, мы вчера забыли спросить имя старшего.
— Мастер Орикс, — сказал он, спрыгивая со спины паука.
Посмотрев на Иву и Ханну, он повернулся к путевой арке, в центре которой вспыхнул багровый разлом. В этот раз паука он с собой брать не стал, пройдя первым через проход. Не знаю, насколько такой способ перемещения затратен в плане ресурсов, но он был крайне удобным. Вышли мы в тупике, примыкающем к просторному каменному коридору. Точнее, это была какая-то особая площадка, тянущаяся по второму этажу местного Колизея. Отсюда были прекрасно видны трибуны для зрителей и просторная каменная арена внизу. Размер сооружения поражал. Не уверен, что с самого верхнего ряда для зрителей можно было хоть что-то рассмотреть из происходящего внизу. Как раз сейчас там работали человек двадцать, подготавливая площадку для предстоящих поединков.
По второму этажу мы прошли до лестницы, откуда спустились к выходу и вышли на просторную площадь перед Колизеем. Солнце медленно поднималось над крышами высоких домов, а безоблачное небо обещало прекрасную погоду. Людей на улице было необычно много, а о предстоящем празднике говорило то, как местные украсили улицу и ближайшие дома. В глаза бросались длинные полотна ткани, натянутые не только поперёк улиц между домами, но и над площадью. Из всех я узнал только бело-синие цвета Небесной секты. Были тут и зелёные полотна, и бледно-жёлтые, и даже бело-золотые.
— А какие знамёна секты Созвездий? — спросил я, разглядывая пестрящие вокруг цвета.
— Блёкло-красные, — сказал мастер Орикс. — Не ищи, никто не ждёт, что наша секта примет участие. Нам туда.
Он показал на длинное трёхэтажное здание, напоминающее настоящий дворец. Вокруг него даже установили невысокий забор, а чтобы горожане не мешали, у ворот дежурила стража. Но как раз сегодня там было просто не протолкнуться от людей, по большей части молодёжи.
— Помимо основного турнира, пройдут бои за менее ценные награды, — сказал мастер Орикс. — Это хороший шанс для многих, чтобы обратить на себя внимание.
Молодые парни и девушки, стоявшие в очереди, охотно расступались перед нами, провожая завистливыми взглядами. Можно было услышать удивлённые возгласы, упоминающие секту Созвездий.
Желающих поучаствовать в турнире в здание пропускали небольшими группами. Помимо стражи, у входа дежурил какой-то напыщенный мужчина в дорогой одежде, расшитой золотыми нитями. Он определял, кто подойдёт для турнира, а кто слишком слаб для этого. И мастера Орикса он встретил неприятным презрительным взглядом. Сделал вид, что не заметил нас, даже отвернулся демонстративно.
Внутри дворца нас встретило богатое убранство и ещё несколько стражников, следящих за тем, чтобы посетители ничего не стащили. По парадной лестнице мы поднялись на второй этаж в ещё более роскошный зал. Перед распахнутыми дверями в следующее помещение стояла группа молодёжи из Небесной секты. Сопровождал их знакомый наставник и ещё один мастер, лысый, выглядевший лет на сорок пять. От него исходила неприятная и колючая аура опасности, как предостережение, что ссориться с ним не стоит.
— Созвездия, значит, — сказал один из парней, самый разговорчивый из группы, с кем я пару раз беседовал на корабле.
Не став разочаровывать, я помахал им.
— Один из хранителей внутреннего двора, Орикс, — сказал лысый, приветствуя деда. — Вполне ожидаемо. Мне как раз рассказали, что Созвездия нашли сильных учеников, но не ожидал, что это правда…
На меня лысый почти не взглянул, а вот на Зои посмотрел с любопытством.
— Не обращайте на нас внимания, — ответил Орикс. — Мы подождём, пока вы закончите.
— Рад бы не обращать внимания, но на кону стоит серьёзная награда. Точнее, две награды. Ты успеешь ещё больше состариться, пока мы найдём ещё такие же ядра демонов. Ученик любой секты сможет подняться очень высоко, даже выше, чем хранитель внутреннего двора.
— Возможно, — не стал спорить с ним мастер Орикс. — Всё зависит от таланта и стремления.
— На пару слов, хранитель, — лысый сделал широкий жест в сторону открытых дверей.
Я немного наклонил голову, чтобы заглянуть туда. За длинным столом, друг напротив друга, сидели хмурый мужчина в тёмно-синем наряде и женщина в жёлто-зелёных одеждах, напоминающая недозрелый лимон или канарейку. Голову даю на отсечение, что это были представители великих сект, отвечающие за проведение турнира или занимающиеся его организацией. Пропустив вперёд мастера Орикса, лысый вошёл следом, закрывая за собой дверь.
Айн Ханна показала взглядом на широкие окна, выходящие на площадь. Выражение её лица говорило, что ей всё происходящее не нравится. Скорее всего, из-за того, что пара стариков влезла в мою голову, я совершенно не переживал из-за происходящего. Напротив, чем ближе я был к цели, тем нетерпеливее становился. Хотелось как можно быстрее разобраться с формальностями, дождаться турнира и выиграть его. А потом, забрав приз, тихо испариться. Пока в секте разберутся и поймут, что к чему, мы уже будем далеко. Вот такие мысли крутились у меня в голове, вытесняя всё остальное.
Чтобы немного унять разбушевавшееся желание поскорее добраться до источника вечной жизни, я уставился в окно, наблюдая за площадью. Второй этап закалки сознания, который мне показала Ханна, был гораздо сложнее, чем первый. Она говорила, что очень скоро я перестану доверять всем окружающим, включая самых близких людей. Выход был только один — ускорить это событие, но сделать его управляемым. В общем, помимо навязчивого желания, у меня в голове появилось зерно сомнения и недоверия. Ханна словно выключателем щёлкнула, и всё, я перестал ей доверять. Признаюсь, это ещё более неприятно, чем фокус с сестрой. Не скажу, что раньше ей всецело доверял, но сейчас это чувство перешло на новый уровень. Держался я только на силе воле и понимании того, что это лишь морок или гипноз, уж не знаю, как правильно назвать. А ещё помогало осознание, что если подобное чувство будет распространяться на всех, а не только на Ханну, проще будет сразу застрелиться.
Ждать пришлось долго, почти полчаса. Всё это время ученики Небесной секты так и стояли парами напротив двери, терпеливо дожидаясь наставника. Наконец, двери открылись, выпуская из помещения мастера Орикса и лысого. Судя по довольному лицу наставника Небесной секты, всё прошло именно так, как он хотел.
Орикс коротким жестом показал следовать за ним, а лысый, в свою очередь, пригласил учеников в помещение. Выйдя на улицу, мы снова прошли сквозь толпу молодых людей у входа во дворец и направились к Колизею.
— Как прошло? — я догнал старого мастера, поравнявшись с ним.
Он о чём-то серьёзно задумался, не сразу поняв, что я говорю с ним.
— Надо встретиться с Хозяйкой Мин, — сказал он. — Небесная секта заявила протест на наше участие. По правилам участвовать могут только ученики внешнего двора, и они зацепились за это.
— А мы на них не похожи, на этих учеников?
Он не ответил, лишь слегка нахмурился и дальше не проронил ни слова. Я думал, что мы снова переместимся через разлом, но вместо этого Орикс вывел нас на просторную стоянку с северной стороны от Колизея. Как и в Хуме, состоятельные горожане здесь рассекали на повозках, которые тянули мулы. Мужчины самых разных возрастов, одетые в шаровары и жилетки, тащили за собой и двухместные, и даже четырёхместные повозки на больших колёсах. Всего пара серебряных монет, и мы помчались куда-то на восток от центра города. Люди не так выносливы, как те же ат-анаки, поэтому меня удивило то, что мулы легко бежали по улице, поддерживая неплохой темп. Кстати, сам Орикс с нами не поехал, сказав, что встретит на месте.
Ханна подала руку Зои, чтобы на ходу поменяться с ней местами и сесть рядом со мной. Мы как раз проезжали по широкому проспекту, украшенному так же празднично, как и площадь у Колизея.
— Пока нас предоставили самим себе, — сказала Ханна, — последний шанс сбежать. С самого начала было понятно, что на турнир так легко не попасть.
— Может, там просто бюрократическая проблема, — сказал я. — К тому же убегать — не вариант. Ива уверяет, что с этим будут большие проблемы.
— Она что-то видела? — Ханна бросила короткий взгляд на девушку.
— Ничего конкретного, — слукавил я, — кроме неприятностей. В общем, я бы поговорил с этой Хозяйкой Мин, думаю, хуже уже не будет. Но если у тебя есть хорошая идея, как забрать ядро колоссального зверя, не участвуя в турнире, я готов выслушать.
— Ядро нужно, — неохотно признала она. — Было бы больше времени…
— Ханна, я всё хочу спросить, что за странные люди здесь живут? Почему я не могу определить их силу?
— Потому что не умеешь оценивать. Как и в красных мирах, люди здесь рождаются с даром. Они его называют талант. Его крайне сложно сделать сильнее, поэтому проще раскрыть весь потенциал и научиться правильно использовать. По-моему, я уже об этом говорила.
— Всё равно непонятно.
— Источники вечной жизни дают людям время, чтобы разобраться в собственной силе и придумать множество хитроумных способов её использовать. Секты — это не просто собрание людей по интересам. В них люди передают знания из поколения в поколение, непрерывно развивая. Самые талантливые имеют право испить из источника вечной жизни, получая ещё больше возможностей к развитию.
— Получается, что в этом мире живут тысячи, если не десятки тысяч бессмертных?
— Их гораздо меньше, чем ты думаешь, — сказала Ханна. — Они медленно стареют, но это не значит, что их нельзя убить. Демоны и внутренние дрязги регулируют их количество. Иногда рождаются люди с огромным талантом и объёмом силы, такие как Зеос. Совсем недавно, по местным меркам, у Небесной секты был другой лидер.
— И как тогда узнать силу местных одарённых? Желательно до драки, чтобы не было неприятного сюрприза.
— Узнать легко. Точно так же, как ты оцениваешь белоглазых дами. Для меня они все одинаковы, за исключением верховной жрицы.
— С обычными демонами проще, — согласился я.
— В этом мире, когда настоящая сила одарённого станет известна окружающим, он может считать себя покойником. Умение скрывать её — основа выживания. Но есть пара косвенных признаков, на которые можно ориентироваться. Чем дольше человек развивает свой талант, тем чище становится его сила. Вспомни то чувство, когда встретил Зеоса.
— Он ощущался, как обычный бандит, но мне казалось, что наши жизни висели на волоске.
— Всё так, — она кивнула и улыбнулась. — Понимание придёт с опытом. Пообщаешься немного с такими, как Орикс, быстро освоишься. К тому же многие благоразумно дают понять, что с ними лучше не связываться. Если встретишь кого-нибудь в одеждах учеников внутреннего двора любой из сект, знай, что они очень сильны. Не стоит их недооценивать.
Кстати, когда я впервые встретился с Ханной, то тоже испытал чувство опасности. Как будто острый нож приставили к твоей шее, и только от неё зависело, выживешь ты или нет.
По городу мы мчались где-то полчаса. Достаточно времени, чтобы оценить размер оного. И ведь это были только богатые жилые и торговые кварталы, скверы и парки. Высоких зданий, таких как Колизей или дворец правителя, было немного. За весь путь всего один раз проехали рядом с высоким, красивым зданием, очень напоминающим храм с остроконечными шпилями. Перед ним раскинулась площадь, в это утро занятая торговыми лотками. Там же было очень много фургонов и деревянных коробов на колёсах, с которых продавали всякую всячину, включая и уличную еду.
После храма и яркого квартала с ярмаркой мул свернул на юг. Я сначала не понял, что изменилось, но буквально через минуту стало понятно, что в сером и каком-то блёклом районе города было необычно тихо. Люди здесь были, шли по улицам как раз в сторону храмовой площади. Разница только в том, что здесь не чувствовалась праздничная атмосфера, как в соседних районах. На крыше большого дома, мимо которого мы проезжали, мелькнула фигура большого паука. Я бы его и не заметил, но Ханна подсказала, куда смотреть.
Углубившись в серый район, мул пару раз свернул и остановился у большого дворца. Единственное здание, выделяющееся на фоне серого района. Здание трёхэтажное, но построено так, чтобы возвышаться над другими.
— Мрачное место, — сказала Ива, оглядывая прилегающую к дворцу территорию.
Зато вокруг было необычно чисто — ни мусора, ни бродячих животных. Не удивлюсь, если этот район даже крысы избегают.
— Дворец госпожи Мин, — сказал мул, почти не уставший от получасовой пробежки. На вид ему было лет под тридцать. Смахнул со лба капельки пота и широко улыбнулся. — Обратно поедете? Я могу подождать.
— А мы не знаем, — сказал я ему. — Может, нас тут съедят.
— Не говорите глупости, — рассмеялся мужчина. — Это один из самых безопасных районов. Бандиты здесь долго не задерживаются. А если вы говорите о порабощённых демонах, то они людей не едят. Глава города ввёл огромный штраф, поэтому какой-нибудь злобный демон убить может, но есть не будет.
Мужчину это почему-то рассмешило.
— Я подожду немного, — сказал он, показывая в сторону от двора.
Словно показывая, кому принадлежит дворец, сбоку от него на секунду появилась ящерица размером с быка. Выглянула из-за угла здания, посмотрела в нашу сторону и скрылась обратно. Из массивных дверей парадного входа во дворец вышел мастер Орикс. Увидев нас, поднял руку, привлекая внимание.
— В прошлый раз у меня такое чувство было, когда я в логово пятнистых собак спускался, — сказал я.
Отступать было поздно, поэтому пришлось заглянуть в гости к ещё одному бессмертному, наверняка не уступающему силой старикам из Большой реки и Зеосу. Мрачный дворец внутри выглядел примерно так же, как и тот, что стоял в центре города. Убранство богатое, только в серых тонах и мало освещения. Внутри чисто, едва ли не вылизано, и почти в каждой комнате есть ковёр с необычно толстым ворсом. Ходить по такому приятно, зимой тепло, но чистить от грязи и пыли замучаешься.
Мастер Орикс с нами прошёл только до главной лестницы, не став подниматься на второй этаж. Там нас встретила служанка и проводила вглубь дворца.
— Тихо как в склепе, — сказал я, на что Зои согласно кивнула.
Мне казалось, что защитный символ на спине борется с чужеродной магией и требует, чтобы я подключил силу голоса, чтобы помочь ему. При этом магию вокруг я совсем не чувствовал, даже наоборот.
Остановившись у одной из дверей, служанка распахнула её, приглашая нас войти. Это была просторная комната с тем самым толстым ковром на полу и немного мрачная. Мебели нет, лишь большие серые подушки полукругом разложены у окна. В центре стоит женщина, высокая, с длинными тёмными волосами. На лице плотная вуаль, открывающая только выразительные светло-зелёные глаза. Она была как минимум на голову выше меня, стройная, приятная взгляду фигура. Кисти рук слегка удлинённые, немного неестественные, а пальцы узловатые, как будто старческие.
— Я никогда не сомневалась в способностях господина Джи, — произнесла она неожиданно мягким голосом, — но в этот раз он переплюнул даже себя. Когда он говорил, что найдёт пару молодых людей, способных победить в турнире, я не предполагала, что хочет сделать это так… унизительно для великих сект. Они уже так испугались, что спрятались за глупыми правилами.
Женщина рассмеялась, всплеснув некрасивыми руками.
— Я долго живу, — произнесла она, — но вы самая странная компания, попавшаяся мне на глаза. Девчонка из рода Илуны, человек с силой дами, наследница проклятой крови и последняя — рабыня Вечных. Отсюда вопрос — что задумал господин Джи и зачем он впутал в это Вечных? Вряд ли она прибилась к вам по дороге, одурманив разум. В этом случае она бы не пришла сегодня ко мне в гости.
Хотел оглянуться на девушек, но не стал, так как понял, что в комнате кроме меня уже никого нет. Когда девушки пропали и куда, я даже не заметил. Вроде бы заходили следом за мной.
— Госпожа Мин, прошу простить меня за наглость, — сказал я, немного нервничая под её взглядом. Снова появилось это неприятное чувство опасности. Быстро достал из кармана листок с символами. — Я знаю довольно много древних языков, но что написано здесь, понять не могу. Странные письмена не дают мне покоя. Может быть, мудрая госпожа Мин знает, что это такое?
Я не увидел, как она двигалась, но в следующее мгновение госпожа Мин уже стояла передо мной. Как уже заметил, она была на целую голову выше, но я поднимать взгляд не спешил, боясь посмотреть ей в глаза.
— Тут написано — «Не ври мне», — произнесла она, забирая у меня листок. — Дословно. Ты знаешь, что это за язык?
— Нет, — я сглотнул ком в горле. Зато сразу понял, что могло рассердить хозяйку Мин и погубить всех нас. — Я же говорю, эти символы не давали мне покоя. Всегда считал себя знатоком всех демонических и тёмных языков.
— Ты очень наглый для человека, — сказала она. — Несёшь в себе силу дами… и не только.
— Так получилось…
Она положила мне ладонь на макушку. Учитывая размер узловатых пальцев, она могла бы легко поднять меня за голову. А ещё я почувствовал острые ногти, впивающиеся в кожу.
— Как бы Вам сказать, уважаемая Мин, — начал я, борясь с огромным желанием дать подзатыльник одной светловолосой и длинноухой девушке. — Ваши люди нас с кем-то спутали. Если честно, я понятия не имею, кто такой господин Джи.
Хватка её ладони на моей макушке стала крепче.
— Меня можно назвать странствующим мастером символов, — поспешил сказать я. — Недавно я встретил пару стариков, Харона и Элиаса. Они спасли нас от злобного светлоликого императора и дали табличку-приглашение в секту Большой реки. Только табличка потерялась по пути. А когда мы оказались в Ардо, мастер Орикс перепутал нас с кем-то, кого ждал пять дней. Он спросил, где наше приглашение, поэтому и произошла путаница.
— Парочка злобных стариков, значит? — спросила она, не думая убирать руку с моей головы.
— По правде говоря, мне всё равно, Большая река это или Созвездия, — сказал я как можно более уверенным тоном. — Мне нужно испить из источника вечной жизни и при этом остаться живым. А то я с катушек съеду, а этого хотелось бы избежать. Вам же турнир выиграть надо, а мне ядро зверя получить. Чем не повод помочь друг другу?
Женщина рассмеялась и покачала головой.
— Вы, наверное, думаете, что нас проще убить, но это будет недальновидно. Я ведь говорил, что мастер символов, и могу выкупить наши жизни великим знаком, способным сделать вас гораздо могущественней, чем сейчас.
На секунду в её взгляде зажёгся огонёк любопытства, но быстро угас.
— Твоя беда в том, что ты всё видишь, — сказала она.
— Вижу, — кивнул я, совершенно не понимая, о чём она говорит. — Смею предположить, что Вы мама Прыгуна, о которой он говорил.
— Что? — она посмотрела слегка удивлённо, затем криво улыбнулась и отпустила мою голову. — Нет, я не его мама. Она сейчас… не важно. Ты ставишь меня в тупик, человек, а я этого не люблю. Но ты разжёг во мне любопытство. За последние пару сотен лет это никому не удавалось.
Она прошла к подушкам, опустилась в центре, облокачиваясь спиной на самые большие. Получилось подобие кресла.
— Садись и рассказывай, — она сделала властный жест, показывая на участок перед собой. — Ничего с твоими женщинами не случится, не переживай.
Пришлось подчиниться. Я прошёл к указанному месту, уселся прямо на пол. Мягкий ворс ковра был даже больше, чем казалось на первый взгляд.
— Начни с момента, как встретил парочку злобных стариков, — сказала женщина.
⠀⠀
Рассказ о моих приключениях в Альведэ и утомительном путешествии вглубь красных миров вышел коротким и скудным на события. Сражение со светлоликим, затем первая встреча со стариками. Демоны, желающие смерти владыке гор Ракку. Жаль, что письмо, полученное от стариков, осталось в личном сундучке с вещами, вышло бы неплохое доказательство моих слов.
Надо отдать должное госпоже Мин, слушала она с любопытством и каким-то удовольствием. По лицу сложно сказать, верила она мне или нет.
— Владыка гор Ракку, — произнесла она. — Не то ли это место, куда изгнали рабов Вечных?
— Всё так, — кивнул я. — Владыкой был бессмертный по имени Малеф. Жители гор очень просили с ним разобраться, поэтому я стёр рабские символы с его спины. Потом его казнили, и так вышло, что меня назначили владыкой…
Госпожа Мин рассмеялась, хлопнув себя по коленке.
— Маленький человек, не ври мне, — как-то резко посерьёзнела она. — Его смерть повлечёт за собой гибель всех рабов. Вечные их так боялись, что, даже наложив страшнейшее проклятие, превратив в рабов, изгнали так далеко, что добраться туда очень непросто. Над этими символами они работали несколько сотен лет. И ты говоришь, что так легко стёр их с его спины?
— Простите мою наглость и нескромность, — сказал я. — Но символы действительно были невероятно сложными. Самые удивительные из того, что я встречал. А я прочёл несколько сотен книг, посвящённых символам, на древних языках, давно забытых демонами. Но это не значит, что рабский знак нельзя испортить. Я его не обратил вспять и не изменил, а просто сжёг. Он как бы был, а потом резко перестал существовать. Так что люди гор Ракку теперь свободны. Моя спутница Ханна может это подтвердить.
— Ей бы я доверяла в последнюю очередь, — прищурилась женщина.
— Но это истинная правда, — я позволил себе слегка обидеться. — Если есть ещё один такой же символ, я могу продемонстрировать умение и сжечь его. Скажите, госпожа Мин, в этом мире есть мастера символов?
— После того, как его покинули дами, не осталось таких, кого я бы назвала «мастерами».
— Тогда без ложной скромности заявляю, что я самый лучший мастер символов во всех известных мирах. Даже верховные жрицы дами это могут подтвердить.
— Скромность и ты разошлись при рождении, — улыбнулась она, поднимая руку. За окном появился знакомый паук по имени Прыгун. — Что он говорит?
— Плохо слышно, — я подался вперёд. — Вроде бы за дворцом кто-то следит, и он спрашивает, можно ли его съесть.
Госпожа Мин сделала жест ладонью, отпуская паука. Если она ему что-то сказала в ответ, то я ничего не уловил и не понял.
— Значит, рабы Вечных теперь свободны? — вернулась она к прошлому вопросу. — Это большая проблема.
— Всё так, — кивнул я. — Вы ведь не испытываете к Вечным тёплых чувств? Ханна не говорила, но я и без этого понял, что они планируют отомстить, и очень скоро эта секта сильно пожалеет о содеянном.
Я боялся, что ошибусь, но мне показалось, что госпожа Мин нисколько не расстроится, если Вечные исчезнут.
— Это прекрасная новость, — она широко улыбнулась, а мне на секунду стало страшно. — Надо бы им помочь в этом деле… Ты говорил, что готов выкупить ваши жизни за символ?
— Всё так. Я десять… точнее, уже двенадцать лет прожил в тёмном мире, населённом самыми разными демонами. Жил в храме дами, где прочёл немало книг о символах. Поверьте, я не хочу вмешиваться в разборки между сектами и хоть как-то участвовать в судьбе этого мира. Если бы не несчастный случай, связанный с врагами владыки Ракку, меня бы здесь не было.
— И ты теперь их новый владыка?
— Вынужденный, — неохотно признался я.
— Твоё ядро силы, талант, как его называют в этом мире. Он повреждён и нестабилен. Уверен, что тебе поможет источник вечной жизни?
— Очень надеюсь, что да.
— Тогда вот тебе моя цена, — сказала она, внимательно наблюдая за мной. — Мне нужен символ, называемый «отчаяние души».
Последнее она произнесла на старом демоническом языке.
— Специфический символ, — медленно произнёс я. — У него есть три уровня. Первый — частично ограничивает родословную линию демона, второй — полностью запечатывает, а третий разрушает. Этот символ не делает сильнее, а совсем наоборот. Зачем он Вам? Мне кажется, что с Вашей силой проще кого-то убить, чем «подарить» ему пагубный символ.
Я хотя и говорил уверенно, но понятия не имел, что значит «родословная линия». Всего один раз встречал этот термин. Как раз в той самой книге, в которой смог прочитать только нечётные страницы.
— Вот теперь я верю, что ты мастер символов, — удивлённо произнесла она. — И это неожиданно. Даже если бы ты начал учиться с самого рождения, то вряд ли бы смог стать им в столь юном возрасте.
— Скорее всего, это заслуга моего дара.
— Не говори об этом никому, — голос её стал очень серьёзным. — Иначе отнимут. Девчонка с жёлтыми волосами, ты ей доверяешь?
— Доверяю. И на это есть веские основания, о которых я умолчу.
— Дети Илуны знают секрет похищения таланта. Даже когда им было запрещено практиковать его под страхом смерти, их это не останавливало.
— Знаю об этом, — кивнул я.
— Говори прямо, сможешь запечатать родовую линию? — она даже подалась немного вперёд, внимательно следя за мной.
— Могу нанести нужный символ, — поправил я. — Так, как он описан в старой книге. Не больше, но и не меньше.
— Мне нравится этот ответ, — кивнула она. — Что тебе нужно для этого?
— Хорошие чернила, иглы для нанесения символов и пара качественных кристаллов, которые формируются в костях особо крупных и неразумных демонов.
— Знаю, о чём ты говоришь. Всё это достать несложно.
— А ещё нужна будет книга из хранилища храма дами в городе Хума. Без неё никак. Я могу написать письмо верховной жрице, и она найдёт нужную. Только есть проблема. Книга крайне хрупкая. Она лежит в хранилище сотни лет, под толстым слоем пыли. Её нельзя открывать и нести нужно крайне бережно, чтобы она банально не рассыпалась в прах. Ну и следить, чтобы на неё вода не попала.
— Хума? Как далеко она?
— От гор Ракку есть прямой путь, занимающий четыре дня. Вроде бы местные жители знают дорогу.
— Тогда это не проблема, — с едва заметным облегчением в голосе сказала она. — Книга будет, как и чернила, и всё, что нужно. Пиши письмо для дами, а об остальном я позабочусь.
— А что насчёт турнира? Простите за наглость.
— Ты же сказал, что старики вручили тебе приглашение, — улыбнулась она. — Вряд ли они обрадуются, когда увидят тебя рядом со мной.
— Не планирую здесь задерживаться, поэтому всё равно.
— Письмо, — повторила она. — Напиши его до полудня.
В помещение заглянула знакомая служанка. С виду самая обычная женщина, в меру симпатичная, но немного пугающая объёмом таланта, как его называла Ханна. А я всё гадал, что же мне в ней показалось странным, когда только увидел. Не удивлюсь, если она сильнее старика Орикса. Женщина проводила меня по коридору в дальнюю часть дворца, в небольшую светлую гостиную, где ждали девушки.
— Как прошло? — Зои встала из-за стола и поспешила навстречу.
— Я бы сказал, что очень странно, — ответил я. — Мы конкретно вляпались в серьёзные неприятности. Скорее всего, это из-за турнира и охоты за ядрами демонов. Но не переживай, общий язык с госпожой Мин я нашёл.
— Мы женщину с зелёными глазами увидели, а потом сразу тут оказались, — сказала Зои, беря меня за руку и проводя к столу. Наклонившись к уху, она прошептала. — Я могу сильную кровь чувствовать, и эта женщина точно не человек. Может, она из числа тех самых иных рас?
— Да кто его знает, — я пожал плечами. — Ханна?
— Не скажу, — Ханна покачала головой. — Но она владеет неприятной пространственной магией. Нужно было слушать меня и сбежать, когда представилась возможность.
— Вроде всё не так плохо, — сказал я, заглядывая в одну из тарелок на столе. Гостей сегодня угощали жёлтыми и бледно-красными фруктами, по форме напоминающими груши. — Я договорился обменять один символ на помощь в нашем деле. У каждой великой секты ведь есть источник вечной жизни, может, нас туда допустят после турнира. Надо только письмо написать. Ханна, ты своим тоже напиши, чтобы они посланника госпожи Мин проводили в Хуму…
В комнату снова заглянула служанка, неся поднос с письменными принадлежностями.
⠀⠀
То же самое время, комната отдыха главы секты госпожи Мин
В правой стене комнаты бесшумно открылась потайная дверь, пропуская немолодого мужчину в неприметной серой одежде. Просторные штаны, широкий пояс из длинного отреза ткани и лёгкая летняя рубаха. Обычно в подобной одежде ходили городские работники, грузчики и строители, на которых люди редко обращали внимания.
— Госпожа Мин, — он опустился на колени, коснулся ладонями мягкого ворса ковра и низко поклонился.
— Где сейчас Соун И? — спросила женщина.
— Ожидает Ваших распоряжений недалеко от города, — не поднимая головы, ответил мужчина. — Старший Ка передаёт, что у него всё готово.
— Соун мне нужна сейчас же, — сказала госпожа Мин. — Не жалей пространственных камней. И передай Старшему Ка, что планы совсем немного меняются. Завтра к закату они должны напасть на два пограничных города. Нужно создать видимость появления орды демонов со стороны Мрачного леса. Пусть оставят в окрестностях тех, кого не жалко. Да, он должен показать людям Малышку и оставить как можно больше свидетелей. Люди испугаются и перенесут турнир на пару дней. Ступай.
— Всё сделаю, — сказал мужчина.
Быстро поднявшись, он скрылся в тёмном проёме за потайной дверью. Госпожа Мин подняла руку, посмотрев на ладонь. Некогда гладкую и нежную кожу покрывали глубокие трещины. На поддержание формы она тратила почти все силы. Раньше изъяны удавалось прятать, а сейчас они выглядывали настолько, что даже обычные люди замечали их.
Вчера приходил посланник Нерула, оповестить, что у него всё готово к большой авантюре. Даже находясь в центре разрушенной империи, ящероголовый смог узнать, как люди умудрились убить наставницу Реклу. Они выманили её хитростью, пустив слух, что один из отдалённых дворов секты Туманов хранит у себя осколок солнечного камня. Провернули всё так ловко, что мудрейшая не заподозрила подвоха. А потом накинулись, застав врасплох и отрезав путь к отступлению.
— Ты ведь знала, что они охотятся на тебя, наставница, — с болью в голосе произнесла госпожа Мин. — Не стоило идти на такой риск ради непутёвой ученицы.
Маленький кусочек солнечного камня мог принести госпоже Мин огромное облегчение и дать ещё немного времени. Даже могущественный Джи Кат понимал, какое огромное значение имеет секта Созвездий для них всех. А с уходом госпожи Мин секта не просуществует и пары дней.
Закрыв глаза, госпожа Мин погрузилась в далёкие воспоминания. Яркий солнечный день, площадь разрушенного города, превратившаяся в небольшое озеро, обилие зелени вокруг. Но важнее всего и приятнее было вспомнить воодушевлённую наставницу Реклу, вернувшуюся из удачного набега на секту Вечных.
— Наконец мне попался кто-то толковый, — взволнованно говорила наставница. — Кто-то из первого поколения. Он работал ещё с белоглазыми дами, до того как они сбежали вместе с детьми Илуны. Порой мне кажется, что Вечные приложили руку ко всем мировым бедствиям. Они испоганили жизнь жителям всех ближайших миров, сумели поработить расу людей, невосприимчивую к магии, разрушили два источника и…
— Это всё моя беспечность, — произнесла Мин.
— Всему виной их разум, изуродованный вечной жизнью, — тяжело произнесла Рекла, но быстро взяла себя в руки, вспомнив о главном. — Я нашла информацию о проклятии. Вечный, с которым мы очень хорошо поговорили, был причастен к его появлению. Он говорил, что они проводили опыты, считая своё детище исключительным, но одна дами легко нашла способ бороться с ним. Белоглазые — удивительные создания, говорящие языком магии. Они умеют обращать магию в символы, подстраивая под себя или подчиняя законы мироздания. Именно на этих основах Вечные создали столько всего омерзительного, что их следовало бы изгнать, как и светловолосых.
— Почему тогда не изгнали? — спросила Мин. Ей всегда нравилось задавать вопросы наставнице.
— Потому что среди Вечных редко встречаются сильные одарённые. Они обладают пытливым умом, хитры и находчивы, но при этом слабы. Миру великих сект они приносят больше пользы, чем вреда. Так вот, всего одна белоглазая дами смогла найти брешь в оружии против демонов, которое Вечные создавали очень долго. Может, поэтому они не стали продолжать эту работу и совершенствовать проклятие. И нам всего лишь нужно найти дами, тех, кто знает символы «отчаяния души». Я знаю, где они сейчас живут…
Госпожа Мин вздохнула, открывая глаза и отпуская приятные воспоминания. Вместе с наставницей она обошла десятки миров и говорила с сотней дами, но никто из них не знал о нужных символах и не понимал сути проклятия, которое мучило главу одной из великих сект. С момента их изгнания, когда они расселились небольшими группами по сотням миров, прошло слишком много времени. Многие знания были безвозвратно утрачены. Наставница Рекла говорила, что встречала жриц, в присутствии которых даже она испытывала трепет. Увы, таких больше не осталось.
За потайной дверью возник крошечный, едва заметный разрыв в пространстве. Если бы госпожа Мин не ждала гостью, возможно, она бы его и не заметила. Такой талант перемещения был только у одной девушки, яркой звёздочки нового поколения. Именно на неё госпожа Мин возлагала огромные надежды, чтобы передать управление сектой. Но для этого нужно было время, которого почти не осталось.
Потайная дверь приоткрылась, и в проёме показалось лицо девушки лет двадцати на вид. Ярко-зелёные глаза, тёмные волосы и мягкие черты лица. Гостья осторожно заглянула в комнату и, удостоверившись, что кроме госпожи Мин никого нет, вошла.
— Проходи, — улыбнулась госпожа Мин.
— Тётя Мин, — девушка заулыбалась и, пробежав к ряду подушек, заключила госпожу Мин в объятия. — Вы сегодня прекрасно выглядите. Случилось что-то хорошее?
— Возможно, — госпожа Мин погладила её по голове. — Мне нужна будет твоя помощь. Ты была в мире, где живут рабы Вечных? Вроде бы он назывался Ракку.
— Один раз, — кивнула девушка. — Странный мир с фиолетовым небом. Квок просил проследить за одним из них, странным Вечным, приходившим к нему в гости.
— А мир под названием Хума, где живут белоглазые дами?
— Никогда не слышала о таком.
— Тебе нужно будет доставить письмо в Хуму и забрать книгу у жриц дами. Дорогу туда знают рабы Вечных. Книга очень старая и хрупкая, поэтому возьми с собой Квока, пусть позаботится о ней. Вряд ли вас там будет ждать ловушка, но будьте крайне осторожны. Далеко мир Ракку?
— Буду там ещё до заката, — сказала Соун. — И если Хума недалеко, то обернусь к утру.
— Тогда приведи Квока, а я подготовлю письма.
Соун кивнула и поспешила выбежать из комнаты через потайную дверь, тут же исчезнув в крошечном разломе. Талант этой девушки позволял ей переместиться в пространстве даже из тесного сундука. Единственное, чего ей не хватало, так это сильного характера. Но это было поправимо.
⠀⠀
С письмом в храм дами пришлось повозиться. Не сразу удалось подобрать нужные слова и в несколько строк рассказать о том, что случилось во время путешествия. Но я всё ещё надеялся, что смогу вернуться, о чём упомянул в конце. Ханна тоже написала сообщение помощнице во дворце, но почитать не дала. Запечатала знаком с кольца, сказав, что посыльному помогут добраться до Хумы, как только он объявится. Стоки как-то говорил, что когда известен маршрут, то идти сквозь миры гораздо проще. Путь, что раньше занимал месяцы, можно пройти всего за пару дней. Но даже так, вряд ли посыльный госпожи Мин успеет до турнира.
За письмами госпожа Мин пришла лично, когда ещё чернила не успели высохнуть. Посмотрела с любопытством на символы языка дами, но ничего не сказала. Часа на два нас оставили в покое, поэтому было время позаниматься с Ханной. Что касается дворца, то я за всё время так и не смог понять, сколько людей здесь живёт. Кроме служанки и хозяйки, одарённых поблизости не чувствовал. Пару раз где-то поодаль мелькал источник силы, но в остальном было необычно тихо.
Спустя два часа нас накормили вкусным обедом. От вина мы отказались, а вот десерт и двадцать видов сладостей попробовали с большим удовольствием. Я уже думал, что до возвращения посыльного ничего не произойдёт, но почти сразу после обеда снова объявилась госпожа Мин. Она сменила платье на более неприметное, светло-зелёное, длиной до самого пола и с высоким воротником. Платок из воздушной, кажущейся невесомой ткани покрывал тёмные волосы. Завершал картину летний зонтик от солнца.
Госпожа Мин провела нас на просторный задний двор, скрытый от посторонних глаз высоким забором, оплетённым вьюном. В два часа после полудня было жарко, но не душно. Небо безоблачное, и двор буквально залит солнечным светом. Если здесь часто такая прекрасная погода, то местным жителям очень повезло.
Перепрыгнув забор, на площадку заднего двора приземлился большой коричневый паук. Следом за ним забор преодолел ещё один, почти вылитая копия первого. Двигаясь необычно быстро, он пробежал по двору, чтобы встать рядом с первым.
— Можешь сказать, как их зовут? — спросила госпожа Мин, встав рядом со мной.
— Этот, — я показал на первого, — точно Прыгун, он сам представлялся. А второй молчит. Прыгун говорит, что это Молчун. Кстати, странное имя для паука.
Госпожа Мин посмотрела на пауков, затем на меня.
— Понимать язык демонических пауков — редкий дар. Встречал их раньше?
— Не доводилось.
— Это бегуны, — сказала она. — Охотники. Проворные, ловкие и умные. Немного нетерпеливые и капризные, что компенсируется выносливостью и силой. Не боятся огня и владеют простенькой магией. Попроси их сделать что-нибудь.
— В смысле? — не понял я.
— В самом прямом, — терпеливо пояснила госпожа Мин.
— Поменяйтесь местами, — сказал я парочке пауков.
Они слегка повернулись друг к другу, затем Прыгун подскочил, а Молчун поднырнул под него, чтобы поменяться местами. Со стороны это выглядело забавно. Зои даже пару раз хихикнула. А вот Ива старалась держаться за спиной Ханны, глядя на парочку с недоверием. Будь у неё в руках пагубный жезл, уже бы направила на них, на всякий случай.
— Значит, тебя они тоже понимают, — кивнула госпожа Мин. — Необычно.
— Почему? — задал я ещё один глупый вопрос.
— Потому что они не понимают язык людей, — всё тем же тоном ответила она. — Дитя с проклятой кровью…
— Она не проклятая, — перебила её Зои и насупилась под строгим взглядом. — Простите.
— И я думаю точно так же, — госпожа Мин ответила мягким тоном. — Так вас называют люди. Зои, правильно? Не хотела тебя обидеть. Не сердись на мою прямоту. Попроси бегунов сделать что-нибудь.
— А могут они снова перепрыгнуть друг друга? — спросила она. — Перепрыгнете?
Пауки на Зои даже не посмотрели. Точнее, они наблюдали за всеми нами, не выделяя кого-то особого. Кстати, были рады, что сама госпожа Мин попросила их о чём-то.
— Нет, не понимают, — сказала госпожа Мин. — Согласно правилам, ученики внешнего двора любой секты должны владеть базовым навыком или умением оной. Ученики Созвездий учатся касаться разума демонов. И до турнира вас не допустят, пока вы это умение не продемонстрируете. Ты справишься, а вот что делать с Зои я пока не знаю.
Ненадолго на площадке повисла тишина. Госпожа Мин задумалась, и никто не спешил прерывать её.
— А как именно будет происходить эта проверка? — спросил я. — Может, мы на неё приедем верхом на пауках, чтобы ни у кого не возникло вопросов?
— Все демоны из секты уже за кем-то закреплены, — сказала она. — А это значит, никто не поверит. Будут думать, что их разум контролируют издалека. Скорее всего, для проверки они поймают кого-то и привезут в клетке…
Госпожа Мин не договорила, подумав о чём-то, затем улыбнулась, что было видно по глазам.
— Вы справитесь, — сказала она. — Поговорим об этом, когда я встречусь с управляющим городом и хозяином арены Войны. Я распорядилась, чтобы для вас подготовили несколько комнат в правом крыле дворца. Пока вы мои гости, вам не о чем волноваться. Можете погулять во дворе или поиграть с этой парочкой бегунов.
Госпожа Мин сделала шаг назад и исчезла. Точнее, за долю секунды её образ сжался в крошечную точку, быстро растаявшую в солнечном свете.
— Чего это они? — спросила Зои, беря меня под руку и показывая на парочку пауков.
— Выражают восхищение умением Хозяйки Мин перемещаться в пространстве. Если образно переводить.
— Как ты их понимаешь? Это из-за дара?
— Понятия не имею. Они скрипят и щёлкают, а я как будто заранее знаю, что хотят этим сказать. Очень странное чувство.
Между нами вклинилась Ханна, взяв под руки.
— То, что из всех великих сект мы угодили именно к Созвездиям — это огромная проблема, — произнесла она на языке гор Ракку. — Особенно для нас.
— Не совсем понимаю, почему ты так решила, — сказала Зои тоже на языке гор Ракку и улыбнулась. — Какой красивый у вас язык.
— Нас кто-то подслушивает, — сказала Ханна. — Но со слишком большого расстояния, чтобы дар Василия на него распространялся. Хочу сказать, чтобы думал и дважды взвешивал каждое слово, прежде чем произнести его перед ними. Особенно опасайся Хозяйку Мин. Она хитрее и умнее тебя, потому что живёт дольше, чем можешь себе представить.
— А можно их потрогать? — спросила Зои. — Не рассердятся?
— Надо проверить, — улыбнулся я, на что Ханна только вздохнула, скорее всего, поражаясь нашей беспечности.
Оставшийся день прошёл тихо и без особых приключений, если не считать катание на пауках. Прыгун и Молчун оказались не только умными и любопытными, но и очень исполнительными. Раз госпожа сказала, что остаются в нашем распоряжении, то они без проблем согласились покатать нас по двору. Предлагали даже прокатиться к местному рынку, но я решил пределы дворца не покидать. Кстати, они действительно обладали какой-то странной магией, крепко удерживающей седока. Несмотря на то что меня защищало несколько символов, они как-то умудрялись меня удерживать. Говорили, что свалиться с их спины не получится. Зои они понравились, а вот Ива даже близко подойти не решилась. Сказала, что мы либо сумасшедшие, либо заболели чем-то, раз так спокойно приближаемся к подобным монстрам.
После ужина мы ещё немного погуляли по внутреннему дворику дворца, посидели в небольшом саду со скамейками. Комнаты же нам выделили на третьем этаже, роскошные и просторные. Только девушки опять побоялись спать одни, поэтому пришлось заняться перестановкой мебели. Любопытно, что за весь день во дворце я видел всего двух служанок. На такое большое здание этого явно мало, тем более учитывая, что в коридорах и комнатах было почти идеально чисто.
Как я понял уже позже, жизнь во дворце просыпалась глубоко за полночь. Нет, никто не шумел, не топал и громко не разговаривал, но, пару раз просыпаясь посреди ночи, я ловил присутствие одарённых поблизости. После того, как я целый сезон спал в одном помещении с тремя зубастыми ат-анаками, меня ночёвкой даже во дворце демонов не испугать. Да и девушки вроде бы смогли выспаться.
Впечатление от прошедшего дня портило только неприятное чувство предательства, засевшее глубоко внутри. Ханна сказала, что комната уже для трёх человек тесная, поэтому решила остаться в своей спальне. И проснувшись ночью, не увидев её рядом, мне чудилось, что она спускается по тёмным дворцовым лестницам, идёт в комнату хозяйки Мин, чтобы поговорить, сдать меня с потрохами и выторговать что-нибудь полезное и нужное для её людей. Я ведь для них уже всё сделал, поэтому стал ненужным.
Тихо обругав себя недостойным владыкой гор Ракку, я повернулся на другой бок и попытался уснуть, представив, как утром меня будят Сайми и Салме. Протягивают знакомый чёрный наряд и невинно хлопают ресничками, не понимая, почему я на них сержусь.
⠀⠀
Айн Ханна шла по тёмному коридору дворца, освещённому всего несколькими масляными лампами. Идеальная обстановка, чтобы слиться с тенями и оставаться незамеченной для десятков слуг, спешащих привести дворец в порядок до утра. Работали в темноте и бесшумно, что наталкивало на самые разные мысли. Зато она выяснила наверняка, что даже самые сильные из них её не замечали. Ханна спокойно могла пройти прямо под носом у ничего не подозревающей женщины, стирающей пыль с подоконников, и даже заставить её тщательно убирать грязь, которой не было на самом деле.
Остановившись у комнаты хозяйки секты Созвездий, Айн Ханна оглянулась, почувствовав чей-то взгляд. Кому он принадлежал, она сказать не могла, но этот кто-то мог видеть её даже сквозь тень. Выйдя из этого состояния, Ханна толкнула дверь, входя в помещение с мягким ковром и горой подушек. Под высоким потолком летала пара небольших магических огоньков, давая достаточно света для тех, кто неплохо видел в темноте.
— Вы хотели меня видеть? — спросила Ханна, встретившись взглядом с хозяйкой секты.
— Хочу задать пару вопросов, — произнесла женщина, жестом показывая на место перед собой. — Мальчик, в котором скрыта сила дами, он действительно разрушил одно из изобретений Вечных, символ «неоспоримого рабства»?
— Василий разорвал связь символа с его нынешним владельцем, — ответила Ханна. — Это позволило убить Малефа Вечного.
— Он забрал символ себе? — уточнила госпожа Мин, приподняв бровь.
— Нет.
— Я заметила, что ты контролируешь его разум, — всё в том же тоне сказала женщина, но Ханна почувствовала в нём угрозу, острую, как лезвие бритвы.
— Небольшое внушение, отвлекающее его разум от навязчивой идеи, которой заразили его старики из секты Большая река. Это даст ему немного времени.
Госпожа Мин посмотрела вопросительно, требуя объяснений.
— Они касались его дара, — неохотно призналась Ханна. — Не знаю, случайно или намеренно…
— Когда он был ранен? Понятно. Это поправимо. Он молод, но обладает сильной волей. Как думаешь, он сможет победить в турнире?
— Без сомнений, — едва заметно кивнула Ханна.
На целую минуту в помещении повисла тишина.
— Не только вашему народу есть за что ненавидеть Вечных, — сказала госпожа Мин. — Я давно вынашиваю план мести, чтобы полностью уничтожить их секту. Разрушить тайную лабораторию и всё, что они создали. Оставь мне Василия, а я дам тебе силу уничтожить хозяев.
— Нет, — не задумываясь, ответила Ханна. — Даже учитывая, что он не моя вещь и не подчинённый.
— И кто же он для тебя? — взгляд госпожи Мин словно заглядывал в душу и видел самые потаённые мысли. — Инструмент мести?
— Он владыка гор Ракку, — сказала Ханна. — Значит, и мой тоже.
— Хороший ответ, — госпожа Мин рассмеялась. — Ступай. Позже мы ещё обсудим уничтожение Вечных.
— Могут ли мои люди помогать владыке Василию? Одной мне сложно следить за всем и обеспечивать его безопасность.
— Хочешь привести их сюда из того далёкого мира, куда вас загнали Вечные?
— Только слуги владыки и немного охраны.
— Если они не станут мне мешать, поступай, как знаешь, — махнула рукой госпожа Мин.
— Мне нужно место для постоянного разлома. Тайное и недоступное посторонним.
— В подвале дворца есть нужное помещение.
— Благодарю, госпожа, — Ханна низко поклонилась, попятилась, затем вышла из комнаты.
Госпожа Мин проводила её взглядом, улыбнувшись своим мыслям. Из бывших рабов выйдет отличный кинжал, чтобы вонзить его в сердце Вечных. Наставница Рекла не зря говорила, что они боятся своих рабов, зная, что как только ослабят контроль, это станет моментом их гибели. Странно, что они не истребили людей с фиолетовыми глазами. Скорее всего, у них был на их счёт какой-то план, но пока госпожа Мин не могла об этом судить.
Отбросив посторонние мысли, госпожа Мин сосредоточилась, чтобы помочь Соун и открыть проход. Она чувствовала приближение ученицы в виде ряби пространства. Любой разлом в пределах дворца попадал под её контроль, но рабам Вечных не нужно было этого знать.
В центре комнаты появилась чёрная точка, быстро увеличивающаяся в размерах. Несколько секунд, и на мягкий ковёр упала уставшая девушка, обессиленно растянувшаяся на полу. Следом из разлома шагнул чёрный как смола паук, размером с карликовую лошадь. В передних лапах он осторожно держал белый кокон из паутины.
— Быстро вы, — сказала госпожа Мин. — Дорога была лёгкой?
— Прошли без проблем, — сказал паук. — Соун И — истинный гений. До Вашего величия ей далеко, но она меня поразила.
— Пусть отдыхает, не буди её, Квок, — остановила паука госпожа Мин. — Как всё прошло?
— В горах Ракку тихо, — сказал тот. — Кроме фиолетовых глаз, никого нет. Запаха Вечных я не почувствовал.
— А мир Хумы?
— Маленький тёмный мирок, — отозвался паук, осторожно переступая через тело девушки и протягивая госпоже кокон. — Живут только слабые демоны и дами. Старшая жрица сильна, сумела поймать нас. Обрадовалась, получив письмо.
— Она вас поймала? — не поняла госпожа Мин.
— Молодая, — паук словно вздохнул, — но невероятно сильная. Против голоса магии я ничего сделать не смог. Спросите у Соун И, когда проснётся, смогла бы она сбежать? Мне любопытно. Книга старая, лучше не открывать.
Госпожа Мин действительно хотела распороть паутину, но остановилась. Несколькими нитями к кокону крепилось письмо, с печатью и теми же странными символами, которые она видела днём.
— Подождём до утра, — борясь с искушением, произнесла она. — Отнеси Соун в комнату, пусть выспится. Не стоило ей так торопиться.
— Говорила, что если это для Вас важно, то постарается изо всех сил, — сказал Квок, осторожно поднимая девушку с пола. — К утру подготовлю отчёт.
Госпожа Мин задумчиво посмотрела ему вслед. Она не ожидала, что в далёком и маленьком тёмном мире найдётся кто-то сильнее её генерала.
— Может, и он…
Где-то в подвале, разрывая пространство и дробя защитные чары, начал формироваться разлом. Настолько нагло, что госпожа Мин на секунду опешила. Она чувствовала, что он вёл куда-то очень далеко, поэтому оказался слабым, но при этом умудрился вторгнуться в её личные владения.
— Этот день не перестаёт удивлять меня, — произнесла она с улыбкой на лице.
Если утром было огромное желание убить незваных гостей, то сейчас оно сменилось любопытством и предвкушением, которое Мин не испытывала очень давно.
⠀⠀
— Это ужасно, — сквозь сон до меня донёсся знакомый женский голос.
— И не поспоришь, — вторил ему второй, не менее знакомый. — Ткань неплохая, но цвет… да и сшито мешком.
Не отрывая голову от подушки, я открыл один глаз, посмотрев на красивую девушку, обладательницу фиолетовых глаз, придирчиво изучающую штаны от наряда учеников внешнего двора секты. Ещё одна девушка, похожая на первую, как сестра-близнец, изучала рубаху.
— Не так уж и соскучился, чтобы вы мне снились, — сонно произнёс я, переворачиваясь на другой бок.
Полежав так несколько секунд, я снова открыл глаза, затем сел на кровати, обернувшись к окну, и посмотрел на улыбающихся девушек. Сайми уже держала в руках знакомую тёмную одежду владыки гор Ракку, а Салме продемонстрировала сапожки.
— Девчонки, — я потянулся, чтобы обнять их. — Вы здесь откуда?
— Из дворца Ракку, — сказала Сайми. — Три дня назад вернулись, а вчера письмо от госпожи Ханны получили.
— Ничего не понял, но очень рад вас видеть, — отпустив их, я улыбнулся.
Нет, это точно был не морок и не демоны, принявшие чужие обличия. От них даже пахло знакомыми, едва уловимыми духами, которыми пользовались только девушки, работавшие во дворце.
— Ханна в курсе, что вы объявились? — спросил я.
— Она знает, — ответила Салме. — Завтрак уже готов, и надо торопиться. Госпожа Ханна говорит, что затевается что-то грандиозное.
— Значит, письмо до вас дошло? — забрав одежду, я принялся одеваться. — Что с остальными? Что с людьми, которых мы сопровождали?
— Их встретила светлая госпожа из столицы, — сказала Сайми. — Мы задержались только на день, так как картограф торопился. Но встретили их хорошо, поэтому можно не волноваться.
— Хорошие новости. А Беата?
— Отправилась с отрядом в Хуму. Два дня прошло, поэтому будет там только завтра к вечеру.
— И всё-таки я не пойму, как вы тут оказались?
Девушки лишь ресничками захлопали невинно, делая вид, что не понимают вопроса. Я не стал настаивать, зная, что это бесполезно. Проще у Ханны что-то узнать, чем у них.
Утро уже давно наступило, и солнце готовилось показаться над крышами домов. Погода обещала быть ничуть не хуже, чем вчера, что радовало. К моему появлению в гостиной на третьем этаже ещё несколько девушек из дворца Ракку успели подать завтрак, заварив травы иш вместо чая. Зои, Ива и невозмутимая Ханна ждали только меня, чтобы приступить к завтраку. Кормили, кстати, немного не так, как вчера, хотя продукты были те же. Тот же омлет местные готовили на воде с зеленью, а в горах Ракку в него добавляли овощи и жирное молоко.
За завтраком я узнал, что подчинённые Ханны воспользовались идолом ящеров, чтобы создать стабильный разлом здесь, в подвале дворца. Как именно им это удалось, выпытать не получилось, но Зои говорила, что видела во дворце уже два десятка воинов и дюжину девиц из дворца. Надеюсь, Ханна знает, что делает, и не станет сердить хозяйку Мин. Вроде бы она дала на это разрешение, но вряд ли ожидает, что люди с гор Ракку разведут такую бурную деятельность.
К концу завтрака появилась служанка из дворца, сказав, что меня ждёт госпожа Мин. В этот раз меня принимали в просторном кабинете, скромно обставленном, чтобы ничего не отвлекало от работы. На первый взгляд помещением пользовались крайне редко, о чём говорили потрескавшиеся перья и сбросившая ворс старая кисточка на подставке. Единственный книжный шкаф тоже не радовал содержимым, как и полка позади стола с парой пожелтевших свитков.
Госпожа Мин стояла рядом со столом, задумчиво разглядывая комнату. Может, тоже думала о том, что помещением никто не пользуется.
— Доброе утро, — поздоровался я.
— Эта одежда тебе идёт лучше, — вместо приветствия сказала она. — В ней ты не пытаешься казаться тем, кем не являешься.
Я не понял, к чему она это сказала, но уточнять не стал. Госпожа Мин подозвала, показала на книгу, лежащую на столе. Обложка из потрескавшейся кожи с большими уголками из серебра, потемневшего от времени. Кто-то брал её совсем недавно, оставив след на обложке, буквально крошившейся под руками. Узнать её можно было по чёрному символу в центре обложки, чудом сохранившемуся до сих пор. Когда-то он был серебряным, как и уголки книги. Когда-то именно потому, что не смог его перевести, мне стало любопытно, и я эту книгу начал читать.
— Да, это она, — подтвердил я. — Мне нужно будет несколько дней, чтобы прочитать её. Как раз успеете подготовить всё остальное. Да, ещё несколько мягких кисточек нужно будет, чтобы очищать страницы. Нужный символ ближе к середине.
— Послание, — она протянула мне письмо, скреплённое печатью с кольца Тэи.
— Вот за это спасибо, — обрадовался я. — Не думал, что вы так быстро всё организуете.
— До полудня занимайся книгой, — сказала она. — Потом ты мне понадобишься.
С этими словами госпожа Мин вышла. В воздухе посреди комнаты появилась чёрная точка, резко увеличившаяся в размерах, и на пол упала Сайми. Ловко извернувшись, она умудрилась аккуратно приземлиться несмотря на неудобное платье. Посмотрела на меня удивлённо.
— Это не я, — ответил я на её взгляд. — Но раз ты пришла, то помогай. Нужна мягкая кисточка, небольшой, но очень острый нож и ещё много всего. Бумага, чернила и перья для письма.
После долгого хранения в подвалах храма некоторые страницы книги слиплись, а большая часть стала слишком хрупкой. Не знаю, что за бумагу выбрал автор, но она выглядела грубой. А ещё казалось, что книгу с момента написания не открывали ни разу. Удивительно, что при всей влажности мира Хумы, в архиве было достаточно сухо, чтобы книги банально не гнили. Конкретно от этой пахло неприятно, но не сыростью.
Пока Сайми убежала за необходимыми инструментами, было время почитать письмо Тэи. Внезапный визит странных гостей большого переполоха не вызвал, но только потому, что с ними пришёл проводник из гор Ракку, доставлявший письма в прошлый раз. За время моего отсутствия Хума успела повоевать с людьми и светлоликими, разрушившими городскую стену и пару кварталов. Тэя писала, что было сложно, но они справились. В последнем сражении участвовали едва ли не все жрицы храма, но вторжение удалось остановить, и светлые сбежали, оставив много раненых и убитых.
Письмо я прочитал с улыбкой на лице, представляя, как старшие жрицы собираются вокруг Тэи и обсуждают, что лучше написать. Они очень просили писать чаще, рассказывать об успехах и неудачах. Напоминали, что я в любой момент могу всё бросить и вернуться к ним. От этих слов стало тепло на душе. Подумал, что надо будет ещё письмо написать, разу уж теперь есть стабильный разлом в горы Ракку. А ещё узнать, составил ли Стоки карту красных миров, чтобы Зои могла вернуться домой. В общем, планов и работы внезапно образовалось целое море.
До двух часов дня я был занят книгой, практически не отвлекаясь. Открыл её с последней страницы и даже прочитал послание автора к потомкам. Она была не такой уж и толстой, всего около сотни страниц, но с каждой из них приходилось возиться. Даже вспомнилось прошлое, когда я в подвале занимался тем же самым под руководством библиотекаря. Мы с ним перепортили десяток древних книг, когда пытались прочесть. Потом бросили эту затею, решив начать с того, что можно было без опасения брать в руки.
Госпожа Мин появилась как раз в тот момент, когда я дошёл до группы главных символов и возился с чернилами, перенося их на бумагу. Сегодня она была в платье из плотной ткани тёмно-красного, почти чёрного цвета. Длинные рукава, высокий воротник, на голове платок и вуаль, открывающая только глаза.
— Не беспокойтесь, всё идёт, как запланировано, — заверил я её. — Завтра к вечеру нужный символ будет. Успеть бы до турнира…
— Его перенесут, — сказала она, оглядывая плоды моего труда в виде десятка листов с каракулями, разложенных на столе. — Демоны из дикого леса напали на два ближайших города. В ту сторону уже выдвинулись все силы великих сект. Нам тоже нужно там быть.
— Нам? — не понял я.
— Дай руку, — она протянула свою.
Стоило коснуться её грубой ладони, как всё вокруг потемнело, чтобы вспыхнуть многократно ярче. В лицо ударил сильный порыв ветра, послышались громкие голоса людей, а пол под ногами на секунду начал уходить вниз. Под руку меня уже подхватила Зои.
— Долго вы, — сказала она мне в ухо, чтобы перекричать порывы ветра.
Летающий корабль, на котором мы оказались, мчался куда-то на всех парах. Он был не такой большой, как «Парящий», зато с просторной и чистой от груза верхней палубой. Людей вокруг немного: мастер Орикс в компании ещё одного старика и несколько мужчин и женщин. Все в одинаковых блёкло-красных одеждах старших учеников секты. Я огляделся, но ездовых пауков и других демонов не заметил. Возможно, они прятались в трюме, готовые выскочить наружу через огромные створки люка на корме.
— Она меня переместила, — сказала Зои, показывая взглядом на девушку в таком же тёмном платье, что и у хозяйки Мин, только без вуали на лице. Резкие порывы ветра, едва не сбивающие нас с ног, обходили девушку стороной, даже не касаясь платья или тёмных длинных волос.
Послышались ещё крики, и корабль начал немного сбавлять скорость. В это время на палубу легла тень. Мы с Зои посмотрели наверх и дружно впечатлились. Над нами пролетал корабль, раза в три больше, чем тот же «Парящий». Плоскодонный, с высокими бортами, он больше напоминал летающий трёхэтажный дворец. Несмотря на габариты, он обгонял нас. Помимо этой громадины, я заметил ещё несколько летающих кораблей, поменьше размером.
Крепче взяв Зои за руку, я потянул её к ближайшему борту, так как корабль ещё больше сбавил ход, почти останавливаясь. Оказывается, мы почти добрались до большого города, раскинувшегося посреди равнины. С высоты прекрасно просматривалось несколько дорог, пересекающих его. Самая широкая из них, идущая нам навстречу, была полна людей, спасающихся бегством. Выглядело необычно и даже немного пугающе. С нашей позиции было плохо видно противоположную часть города, но там что-то мелькало в просветах между домами.
— Смотри, — Зои показала как раз в ту сторону.
Из дальних кварталов в небо взмыл огромный тёмно-коричневый шар, описал невысокую дугу, рухнув прямо в центре города. Дома здесь строили невысокие, максимум в два этажа, укрывая серой и бежевой черепицей. И этот шар был размером как раз с такой дом, падая в квартал с плотной застройкой. Сначала я увидел взрыв от падения, столб пыли, а потом до нас донеслось отдалённое «бум» и грохот. Шар раскрылся, превращаясь в подобие броненосца, но жуткого на вид. Начав бушевать, он за минуту развалил половину квартала, с хрустом ломая дома, сделанные из дерева и камня.
— Это кто? — поражённо спросил я.
— Демон класса «гигант», — ответила госпожа Мин, встав рядом с нами. — Как и у людей, у них есть талант к магии. И чем он больше, тем крупнее вырастает особь.
— И что он жрёт, будучи таким огромным? Его же не прокормишь…
— Его никто не будет останавливать? — спросила Зои.
— А вот это правильный вопрос, — сказала госпожа Мин.
Демон за это время разрушил уже целый квартал и начал двигаться к городской ратуше или чему-то подобному. А ещё я заметил на крышах большие чёрные кляксы, перепрыгивающие с одного дома на другой. Их было несколько десятков, расползающихся по городу.
От огромного летающего корабля отделилось несколько лодок, начав спускаться к городу. Ещё один корабль, примерно нашего размера, уже высаживал десант у северной дороги, контролируя бегство жителей.
— Гиганты появляются нечасто, — сказала госпожа Мин. — Они не так ценны, как «бедствия» или «колоссы», но их ядро может сделать одарённого сильнее. Расширить талант и, в редком случае, наделить уникальной силой. Чтобы убить монстра, они сначала должны его поделить. К тому же демоны такого уровня умеют перемещаться между ближайшими мирами. Он уже почувствовал угрозу.
Броненосец вломился в ратушу, едва не разрушив здание. Маленькие лодки мчались как раз в ту сторону и уже почти добрались до центра города, но начали сбавлять ход.
⠀⠀
Глядя на город, где шло ожесточённое сражение с демонами, я думал о том, что магия в этом мире отличается от привычной мне. Люди не поливали демонов потоками огня, не швыряли в них молнии и не обрушивали на головы обломки зданий. Основным оружием для них были мечи, копья и луки. Возможно, люди боялись пожаров, или же демоны просто не боялись огня. Помимо огромного броненосца, который умудрился испариться из разрушенной ратуши, на город напали чёрные и серые пауки. Самые мелкие из них, не крупнее кошки, прыгали людям на головы прямо с крыш. При этом нападали они в основном на беззащитных горожан, не успевших вовремя сбежать, сея среди них панику. Но взгляд притягивали вовсе не они, а большие особи, размером с лошадь.
Летающий корабль госпожи Мин начал снижаться. Как я и предполагал, из трюма на верхнюю палубу выбрались шесть бегунов, предвкушающих славную охоту. Старшие ученики уже забирались на их спины. Когда до земли осталось метров пятнадцать, они дружно попрыгали за борт, прямо на крыши домов. Одной паре не повезло, и крыша под ней проломилась, но уже через секунду паук с наездником выбрались на улицу, развалив хлипкую стену.
Моё внимание привлекла летающая лодка, быстро снижающаяся к домам соседнего квартала. Когда до крыш оставалось метров десять, из лодки выпрыгнул мужчина с мечом наперевес. Он носил чёрные одежды, голова полностью обмотана тканью, оставляя открытыми лишь глаза. Что-то крича, мужчина ловко разрубил мечом в воздухе мелкого паука, прыгнувшего на него. В следующую секунду на крыше появился ещё один чёрный паук, только уже размером с лодку. Человек замешкался, наверняка напуганный таким огромным демоном. Было плохо видно, успел ли мужчина что-то сделать, но монстр добрался до него за долю секунды, оторвав голову и отшвырнув тело в сторону. Летающая лодка слишком поздно начала подниматься. Паук легко подпрыгнул, вцепился в борт и стащил с палубы ещё одного человека в чёрном, разрывая на части. Лодка тут же потеряла управление и с грохотом рухнула на дом вместе с пауком, проломив крышу и едва не разрушив здание.
Меня сложно чем-то удивить, но на эту картину я смотрел разинув рот. Смог только пару раз ткнуть в ту сторону пальцем. Думал, что бегуны — большие, но, как оказалось, бывают пауки гораздо крупнее.
— Это жнецы, — спокойным голосом произнесла госпожа Мин. — Из-за них все южные леса стали опасны для людей. Приручаются крайне неохотно. Не такие быстрые и ловкие, как бегуны, но сильнее физически и могут плести паутину. Опасные противники, особенно в плотной городской застройке.
Сверху над нами мелькнула тень крупной лодки. Она спускалась так, чтобы поравняться с нашим кораблём бортами. Плоскодонная посудина, метров семь в длину и около трёх в ширину. Сделана очень изящно, с резными перилами и надстройкой с круглыми иллюминаторами. Я бы сравнил её с очень дорогой яхтой. Она не успела завершить манёвр, а рядом с нами уже стоял высокий и крепкий телом мужчина азиатской наружности. Узкий разрез карих глаз, тонкие губы, чёрные волосы. На вид где-то сорок лет, но чувство такое, словно лицо почти утратило все признаки возраста. Дорогая красно-оранжевая накидка, расшитая узорами, под ней тёмный, почти чёрный халат или что-то похожее из нескольких слоёв ткани и широкий яркий пояс.
— Госпожа Мин, — грубым, неприятным голосом произнёс он. — Почему Вы не остановили гиганта? Вы должны были…
— Должна? — перебила она его, бросив холодный взгляд. — Чтобы потом меня обвинили, что гигант разрушил половину вашего города? К тому же я только появилась, как и Вы.
— Как Ваши разведчики прозевали целую армию демонов? — недовольно спросил он.
— Армии я не вижу, — спокойно ответила госпожа Мин. — В отличие от нескольких взрослых особей жнецов. Если упустить хотя бы пару, их станет больше, и город придётся сжигать.
— Гигант? — спросил мужчина.
— Мне он не нужен, поэтому занимайтесь им сами.
Проворчав что-то про бесполезную секту, мужчина вернулся на лодку, и она помчалась к центру города, в сторону разрушенной ратуши.
— Глава секты Священного Огня, Дари Хон, — сказала госпожа Мин. — Столица центрального континента под их контролем.
Сражение в городе, тем временем, набирало обороты. На крупном перекрёстке, не очень далеко от нас, двое мужчин с копьями теснили крупного серого паука. Демон лишился трёх ног и не мог нормально сопротивляться. Бойцы в чёрных одеждах использовали воздушные лезвия, крошащие камень и оставляющие на стенах домов глубокие борозды. Странно, что паук не спешил отступать и, напротив, пытался уловить момент для атаки. На очередном отскоке он немного не рассчитал, и воздушное лезвие разрубило его тело на две части. На камни мостовой полилась неприятного цвета тёмно-зелёная слизь.
Где-то в глубине города всё-таки вспыхнул пожар. Высокий столб пламени взметнулся над крышами и держался не меньше минуты, прежде чем исчезнуть.
— Когда гигантский демон сбегает, — сказала госпожа Мин, показывая в сторону ратуши, — велика вероятность, что в ближайший день или два он вернётся в то же место. Нужно как можно быстрее расчистить участок вокруг и установить ловушку.
Что она имела в виду, стало понятно, когда лодка главы секты Священного Огня зависла над ратушей. С высокой полуразрушенной крыши к ней метнулся чёрный паук, прыгнув как минимум на двадцать метров. Но он не долетел, распался в воздухе на несколько частей, проливая дождём тёмно-зелёную кровь вместе с внутренностями. И почти сразу над городом разнеслось ещё одно громкое «бах», когда сразу два дома рядом с ратушей превратились в груды обломков.
Обернувшись в сторону, откуда мы прилетели, я заметил на горизонте ещё несколько больших летающих кораблей.
— Жнецов слишком мало, чтобы доставить людям проблемы, — с толикой горечи в голосе произнесла госпожа Мин. — Хочешь поучаствовать?
— Я? — меня её вопрос застал врасплох. — Нет, спасибо. Они меня сожрут быстрее, чем я успею хоть что-то сделать. А ваши… старшие ученики внутреннего двора смогут справиться со жнецами?
Глава секты Огня разошёлся и рушил дома уже с каким-то остервенением, расчищая площадку вокруг ратуши. Небольшая площадь и прилегающие кварталы уже скрылись в плотных клубах пыли.
— Глядя на город, что ты видишь, владыка гор Ракку? — вместо ответа спросила она, разглядывая город.
— Что демоны в этом мире крайне сильны и пугающи, — честно признался я, вспоминая броненосца. — И что великие секты больше заботятся о получении трофеев, чем о жителях.
Госпожа Мин качнула головой.
— Возвращаемся, — сказала она. — Здесь справятся и без нас.
— А часто демоны нападают на города? — спросил я, ещё раз посмотрев на сражение.
Люди теснили монстров, рубили их на части и взрывали, окрашивая серые дома зелёной кровью. Пауки в долгу не оставались, яростно набрасываясь на всех подряд, учеников сект или простых жителей. И хорошо, что мы находились на самом краю города, не видя основного побоища. Странно, что глава великой секты не вмешивался, занимаясь исключительно расчисткой территории вокруг ратуши. Он наверняка мог всех пауков единолично перебить.
— Демоны стараются избегать людей, — сказала госпожа Мин. Она подошла, положила нам с Зои ладони на плечи. — Люди сами провоцируют их. Убийство двух… колоссов повлечёт за собой большие проблемы для людей, но главы великих сект об этом даже не задумываются. Им важнее сиюминутная выгода.
Секунду назад солнышко припекало, чувствовался ветер, и вот всё неожиданно сменилось тихим и немного мрачным коридором дворца секты Созвездий. Вот как она это делает, не создавая ни разломы, ни искажения в пространстве? Те же старики из секты Большой Реки пользуются разломами, пусть и очень странными.
— Мне нужен символ, — напомнила госпожа Мин. — У нас есть день или два в запасе, пока секта Огня будет ждать гиганта и выводить пауков из города.
Она повернулась и направилась вглубь дворца. Зои подхватила меня под руку, воспользовавшись моментом.
— Если бы у нас пауки и тот огромный панцирник напали на город, то мама бы лично со всем разобралась, — сказала Зои. — Не стала бы смотреть безучастно.
— Как и Тэя, — кивнул я.
— Помочь с книгой? Ты целый день занят, даже не поболтать.
— Пойдём, там как раз надо пару страниц почистить, пока я рисовать символы буду, — я улыбнулся. — Вдвоём быстрее управимся.
С книгой мы провозились до позднего вечера. До нужных символов я добрался немного раньше, но останавливаться не стал, решив разобрать её всю, раз уж выпала возможность. И пока мы были заняты, Ханна наведалась в город, чтобы собрать немного слухов по поводу будущего турнира. Как выяснилось, нападение демонов на город в центре континента наделало немало шума среди жителей столицы. Обычно монстры буйствовали на юге и далеко на западе. Многие задавались вопросом, как они могли незаметно преодолеть такое большое расстояние и что искали в том городке. Власти Ардо, при поддержке секты Священного Огня, чтобы не допустить панику, расставили на площадях глашатаев, кричащих, что атаку удалось отбить, а всех демонов уничтожить.
— Далеко тот город, на который пауки напали? — спросил я у Ханны, когда она закончила рассказ.
— Три дня, если пешком. На летающем корабле около двух часов пути.
— Странно. Новости по столице не только успели распространиться, но и власти спешат всех успокоить. Полдня не прошло.
— Правильно подметил, — ободряюще кивнула она. — Великие секты ещё не успели с демонами в сражение вступить, а по Ардо уже слухи поползли. Дескать, один из городов в центре континента уже пал, а демоны всех жителей сожрали, создав гнездо.
— Что-то вроде логова?
— Место, где демоны рождаются и откуда распространяются по округе, — кивнула она. — Думаю, здесь замешаны великие секты, у кого нет талантливой молодёжи, но кто очень хочет заполучить главный приз. Для сохранности я́дра уже отдали твоим знакомым старикам. Так что добраться до них стало ещё сложнее.
— Демоны в городах людей жрут, а они… — я поморщился, сдержавшись, чтобы не ругаться.
— Ты даже близко не представляешь, насколько этот мир ужасен, — сказала Ханна. — Он находится на краю бездны, пустоты Ильсиды, и порой мне кажется, что вместе с демонами оттуда просачивается безумие. Поэтому не дай себя обмануть внешним видом больших и ярких городов.
— Спасибо за предупреждение, — кивнул я, прогоняя мысли, что Ханна говорит это не просто так, а потому, что её народу есть за что мстить местным.
В кабинет заглянула служанка, коротко поклонившись.
— Хозяйка Мин спрашивает, всё ли у Вас готово?
— Да, я закончил, — сказал я, беря со стола наброски символа. — Нужные ингредиенты уже собрали? Хорошо.
Служанка проводила меня в дальнее крыло дворца, противоположное тому, где нам выделили спальни. Мы прошли через десяток самых разных помещений, в том числе через большую, кажущуюся пустой столовую, прежде чем попали в несколько смежных комнат. Предназначены они были для отдыха, чтения книги или просто для того, чтобы скоротать время, но в глаза бросалось, что всё рассчитано на одного человека. Вдвоём отдохнуть можно было лишь в большом помещении с подушками.
Служанка заходить в комнаты отдыха госпожи не стала. Пропустила меня внутрь и тихо прикрыла дверь. Из прохода в следующую смежную комнату выглянула госпожа Мин, поманив жестом. Кто-то принёс туда массивный письменный стол, на котором были разложены иглы для нанесения символов, чернила, крупные кристаллы демонических зверей и несколько фиалов с чем-то тёмным внутри. Отдельно стояла ступка с пестиком из белого пятнистого камня.
— Символ? — спросила она.
— Да, вот, — я протянул ей листок. — Этот накладывает печать на родовую линию. Рисунок сложный, состоит из четырнадцати ключей, поэтому работы часа на четыре, не меньше. И ещё надо чернила приготовить. Кому достанется символ? Он размашистый и займёт три четверти спины, поэтому важно, чтобы других рисунков там не было.
— Символ нужен мне, — спокойно сказала госпожа Мин, изучая рисунок и хмуря брови. Судя по взгляду, она в этом ничего не понимала.
— Может, символ могущества подойдёт лучше? — спросил я. — Любые печати в символах, они…
— Я знаю, — она остановила меня жестом, затем показала на стол.
— Надеюсь, вы действительно знаете, чего хотите, — тихо отозвался я.
Дами к любым «печатям» относились с неприязнью. Им проще было сжечь символы на спине, чем ограничить силу какой-нибудь печатью. В главном учебнике по символам, который я переводил ещё для Беаты, ничего хорошего об этом не писали.
Ингредиенты для нанесения символа приготовили самые лучшие. В одном из тёмных фиалов была свежая кровь демона, при этом красная и насыщенная магией. По-моему, я про этот ингредиент не упоминал. Но хорошо, что они позаботились об этом. А вот что было во втором флаконе, я определить не смог. Какая-то дурно пахнущая густая жидкость чёрного цвета. На всякий случай отставил её подальше. В общем, на сажу для символов ушло минут двадцать. Я особо не торопился, попросив лишь добавить света, так как работать в темноте не мог. К тому же на улице стемнело, а мрачные покои госпожи Мин нагоняли жути. И пока я смешивал сажу с чернилами, в комнате появилось несколько ярких масляных светильников.
— Иглы хорошие, — сказал я, держа в руках набор из четырёх длинных иголок. На кончиках вспыхнул демонический огонёк, сбежал вниз до середины и бесследно исчез.
В комнату как раз вернулась госпожа Мин в полупрозрачном платье, едва не вогнав меня в краску.
— Рисунок займёт почти всю спину? — спросила она.
— Да, и лучше его потом никому не показывать. Я всем говорю, что любой мастер, разбирающийся в теме, сможет испортить символ, если прочтёт. Ложиться не обязательно.
Я показал на удобный пуфик, вовремя отвернувшись, когда прозрачное платье скользнуло с её плеч. А вот вуаль она снимать не спешила, хотя судя по очертаниям, под ним скрывалось приятное лицо женщины неопределённого возраста.
Мне всегда нравилось работать с символами, наносить их, зажигать ключи, наблюдая, как рисунок набирает силу. И чем сложнее рисунок, тем интереснее. Начинаешь всегда с разметки контуров и пропорций. Ошибаться можно, но чем точнее нанести символ, тем лучше он будет работать. А вот как с печатями обстоит дело, можно только гадать. Не было раньше опыта работы с ними.
Кожа у госпожи Мин оказалась неожиданно грубой, но иголки пронзали её легко, а чернила оставляли чёткий след.
— Как ты относишься к Вечным? — задала неожиданный вопрос госпожа Мин.
— Равнодушно. При этом верю Ханне, что без них мир был бы лучше. Не люблю рабские символы в любом их исполнении, но то, что сделали они, вообще ни в какие ворота не лезет. Дать бы им по шее за такое, а ещё по рукам, чтобы не повторяли в будущем.
— Вечные отличаются от людей, поэтому не стоит их равнять по себе. Они не стареют, не болеют, а серьёзные раны полностью заживают за считаные дни. Но важнее всего то, что у них особый образ мышления. Когда этот мир столкнулся с первыми разумными демонами и все бросились с ними сражаться, Вечные подошли к проблеме иначе. Они решили извести всех демонов, лишив их разума. Говорили, что с дикими монстрами сражаться проще, в них нет хитрости и коварства. Проводили тысячи опытов и нашли, как им казалось, изумительное решение. Они усиливали кровь демонов, отчего те впадали в безумие и ярость. В первое время их восхваляли, видя, как сотни некогда разумных существ бездумно бросаются не только на людей, но и на своих сородичей.
— Нехорошо, — произнёс я, боясь представить, что было бы в той же Хуме, если бы её жители одномоментно лишились разума.
— Но в какой-то момент что-то пошло не так, — продолжила госпожа Мин. — Демоны ведь не только теряли разум, но и становились невероятно сильными, обретали новые формы, превращались в уродливых монстров.
— Мутировали? — подобрал я нужное слово.
— Получившие невиданную прежде силу, демоны до основания разрушили две великие секты. Уничтожали города, не встречая сопротивления. Справиться с ними удалось лишь общими усилиями всех оставшихся сект. Всю вину возложили на Вечных. Их бы наказали, но новые, изменённые демоны открыли доступ людям со слабой волей к источникам вечной жизни.
— Имеете в виду ядра, такие, как вручат победителям турнира?
— Я бы подумала, что это был изначальный план Вечных, но они слишком алчны, чтобы делать людям такие шикарные подарки, — вместо ответа произнесла она.
Больше она ничего не говорила, а задавать вопросы я побоялся. Как и предполагал, работа над символом заняла больше четырёх часов. Кровь и кристаллы демонов оказались настолько хорошего качества, что чернила на их основе почти не выгорали, когда я зажигал очередной ключ. Рисунок получался ярким и насыщенным. Надо будет попросить у неё ещё пару таких же кристаллов. Подобные за золото не купишь не только в Хуме, но даже в Альведэ.
Учитывая размер символа, на три четверти спины, последний ключ должен был причинить сильную боль. Когда я его зажёг, госпожа Мин вздрогнула, с шумом втянула воздух носом, но ничего не сказала. Меня бы подобное вырубило капитально. А потом я бы помер, пытаясь переварить настолько большой рисунок.
— Готово, — произнёс я, откладывая иголки и закрывая склянку с чернилами. — Рисунок обжёг спину, поэтому несколько дней будет сильно болеть. Если у вас здесь продают травы и коренья, то я схожу завтра за нужными ингредиентами, чтобы сделать успокаивающий и обезболивающий отвар. Нужно…
— Всё в порядке, — устало произнесла госпожа Мин. — Можешь идти.
То, что символ работал, я понял почти сразу. Появилось неприятное давящее чувство, словно тебя поместили в тесный шкаф. А ещё дезориентация, как от сильного опьянения. Вроде дверь вижу, но совсем нет уверенности, что она ведёт из комнаты. Может, из-за слабости госпожа Мин перестала контролировать собственную силу?
Задерживаться я не стал, забыв даже наброски символа на столе, вместе с инструментами. Вылетел из комнаты, едва не сбив по пути служанку, спешащую к госпоже. Могу поклясться, что по тёмному проходному коридору я шёл не меньше двадцати минут, стараясь как можно быстрее покинуть крыло дворца. Это было страшно и жутко. В какой-то момент я перешёл на бег, но сильно это не помогло. За очередной дверью меня кто-то схватил за руку, рванув на себя, отчего мы едва не повалились на пол.
— Ты чего? — спросила Ива, когда я вцепился в неё, глядя безумным взглядом.
— Заблудился, — сказал я. Неприятные чувства постепенно отступали, уходя обратно в тёмные проходные коридоры. Пробрало до мурашек, отчего я поёжился. — А ты здесь?..
— Как раз подумала, что ты можешь заблудиться, — улыбнулась она, удобнее беря меня под руку. — Пойдём, провожу.
Ива потянула меня по коридору, свернув за первой дверью к лестнице, ведущей на второй этаж.
— Придётся делать крюк, — пояснила она.
На втором этаже мы столкнулись с тремя женщинами в тёмных платьях, наводивших порядок на этаже. Одна держала в руках деревянное ведёрко и тусклую масляную лампу, а две другие быстро протирали мраморные подоконники и рамы окон.
— Василий, — тихо сказала Ива, когда мы прошли мимо служанок, — не скажешь, как звали ту женщину, кто пожертвовал своим даром ради тебя? Нет, не подумай, это лишь любопытство. Я знаю всех, кто родился с ним, и, кроме нашей с Иринэ подруги детства, никто его не терял. Учитывая, как Иринэ бросилась тебе помогать, это кто-то из их дома?
— К чему эти вопросы сейчас? — не понял я.
— Я же говорю, любопытство, — она дёрнула плечиком. — К тому же только «вернувшиеся» могут искажать будущее так, что рядом с вами оракулу находиться всегда сложно.
— Не помню, — отозвался я. — Вроде бы её звали Лиа.
— Хм, — многозначительно произнесла Ива.
— И что это «хм» должно означать?
— Никогда бы не подумала… И почему Иринэ не пришла с этим ко мне? А ещё подруга называется.
— Кстати, она предлагала, но я отказался.
— Вполне в твоём духе. Не ищешь простых путей, когда очевидное решение прямо под носом. Но это даже хорошо. Потому что лёгкие пути губят.
Последнее она произнесла важным тоном, затем улыбнулась и потянула меня, чтобы не останавливался. Недалеко от спальни нас встретили Сайми и Салме. Поспешили открыть дверь, пропуская в комнату, но следом не вошли.
— Долго вы, — несмотря на позднее время, Зои не спала, сидя за столом с пером в руках. — Как всё прошло?
— Вроде удачно, — я пару раз сжал правую ладонь в кулак. — Но есть одна странность… Не знаю, как объяснить. Раньше за пару часов работы с иглой для символов я набивал мозоли на пальцах, и кисть болела немного. А сегодня столько всего сделал и даже не устал. Если честно, то с того момента, как в этот мир попал, усталости не чувствую.
— Вот если бы было наоборот, я бы переживала, — сказала Зои. — Скорее всего, это из-за старших, которые тебе рану в груди залатали. Там просто огромная дыра была, затянувшаяся буквально на глазах. Не думай об этом и ложись спать. Кстати, как тебе?
Она показала на высокую ширму, разделяющую комнату.
— Хорошо придумали, — улыбнулся я, затем снова посмотрел на ладонь. — Но всё-таки странно это…
— Я вот тоже раньше уставала, — Зои подошла, взяла меня за руку. — Иногда очень сильно. А сейчас, чтобы свалиться без сил, мне нужно… ну, не знаю, снова с императором светлоликих подраться.
Она улыбнулась.
— Расскажи, как всё прошло с Хозяйкой Мин. Что за символ она хотела получить? Это что-то могущественное?
— Если честно, то как раз наоборот. Очень сложная печать с кучей ключей, запутанной последовательностью нанесения и непонятным результатом. Описание в книге — мрак. Такое только преступникам наносить, в качестве сурового наказания. Я боюсь, как бы госпожа Мин ни осерчала на нас из-за этого.
— Вы, как хотите, а я ложусь спать, — со стороны ширмы послышался голос Ивы и шорох одежды.
— А ты ей это объяснил? — спросила Зои. — Василий?
Она потянулась, чтобы повернуть моё лицо от ширмы к ней.
— Я пытался.
— О, этот мир ещё содрогнётся от той глупости, что он сделал, — проворчала Ива. — Я что, сказала это вслух? Всё, спать, спать…
⠀⠀
Весь следующий день, после моей ночной работы, ничего не происходило. Мы неплохо провели время во дворце и даже прогулялись по району. Посетили ближайшую торговую площадь, несколько магазинов и лавку алхимика. Последняя, кстати, меня поразила обилием товара. Количество видов сушёных трав, лепестков, кореньев и плодов поражало воображение. Торговец там оказался странным, разбирающимся не только во врачевании травами, но и в усилении таланта одарённых. В его арсенале снадобий было несколько настоек, которые позволяли ученикам сект быстрее прогрессировать и набирать силу. Мы проверять не стали, поверив на слово. Меня больше интересовали ингредиенты, связанные с символами, но и с этим проблем не возникло. В лавке торговали и брали заказы на любую часть демонов, обитающих на центральном и южном континентах. Могли достать панцири, зубы, кости, глаза и даже скоропортящийся ливер, если таковой был нужен. Ещё торговец хвастался, что у него договор с сектой Созвездий, и за отдельную плату ему смогут достать даже живого демона.
Пока выпала возможность, мы узнали последние слухи и сплетни, связанные с нападением демонов на город центрального континента. Как и предполагала госпожа Мин, турнир перенесли на несколько дней, пока главы великих сект были заняты поимкой гиганта. Точнее, причину называли совсем другую, но из подтекста всё было понятно. Что касается нападения, то количество жертв не уточнялось. Вроде бы ещё за час до нападения жителей успели предупредить, и все, кто хотел, смог покинуть город или спрятаться в подвалах. А на мой вопрос о причинах нападения демонов рассказчики только смотрели удивлённо, как на недалёкого.
Утром следующего дня мы собрались все вместе за завтраком, чтобы обсудить планы на день. Пока неизвестно, как долго придётся куковать до начала турнира, и можно было подумать над насущными делами.
— С разломом не всё так просто, — отвечала Ханна на мой вопрос. — Расстояние очень большое, поэтому со стабильностью проблема. Пока не восстановится, использовать его опасно, если твоя цель не затеряться в бездне пространства или не выпасть где-нибудь по пути, в лучшем случае. А нам нужно провести ещё девять групп, чтобы не беспокоиться о безопасности и спокойно двинуться дальше на запад.
— Никто из наших не пропал? — уточнил я.
— Нет, хватило ума понять, что прыгать в мерцающий разлом будет опасно, — ответила она. — Но, когда он снова стабилизируется, сказать сложно. Удивительно, что вообще работает.
Я не стал уточнять, сколько людей входило в одну группу, о которых она упомянула. И без этого вокруг людей с горы Ракку стало как-то слишком много. Ханне даже пришлось снимать большой дом неподалёку, чтобы разместить всех. Хорошо, что они додумались взять с собой золото из запасов бывшего владыки Малефа.
— Много золота осталось во дворце? — уточнил я, вспомнив о насущном.
— Достаточно, — Ханна сделала неопределённый жест ладонью, как бы говоря, чтобы я не беспокоился о такой мелочи. — Малеф много запас. Мирейн отчиталась, что смогла продать травы иш по той цене, что ты установил, поэтому с золотом проблем пока нет.
— Но оно имеет особенность заканчиваться, — добавил я. — Тэя постоянно об этом упоминает. Интересно, что у дворца осталось из стабильных источников дохода?
Мы одновременно посмотрели в сторону двери. Приоткрыв её, в комнату заглянула темноволосая зеленоглазая девушка, которую я видел на летающем корабле накануне. На вид ей было лет двадцать. Красивое лицо, выразительный взгляд, слегка смущённый и осторожный.
— Привет, — я помахал ей.
— Госпожа Мин просила передать, что сегодня экзамен перед турниром, — негромко сказала она. — Старший ученик Орикс будет вас сопровождать.
— Хорошо. Когда?
— Он уже ждёт во дворе.
— А как госпожа Мин себя чувствует? — поспешил спросить я, пока девушка не сбежала.
Она посмотрела на меня, затем подалась назад, закрывая дверь. И взгляд специфический, как у хищника, до последнего не выпускающего конкурента из поля зрения.
Пришлось быстро завершать завтрак и спускаться во двор, где нас действительно ждал наставник Орикс. Сидя на спине Прыгуна, он курил трубку, выпуская сизые клубы дыма.
— Доброе утро, — первым поздоровался я.
— Надеюсь, что доброе, — он кивнул, обведя нас взглядом. — Для нас, по крайней мере. Наставник Ка говорил, что вы уже выучили основное умение, позволяющее касаться разума демонов. Ученикам внешнего двора для этого требуется минимум три года, но обычно уходит в два раза больше. Удивительно.
— Нам тоже удивительно, — улыбнулся я, бросив взгляд на Прыгуна. Он сегодня пребывал в каком-то сонном состоянии.
— Какой экзамен они придумают, догадаться не сложно, — сказал наставник Орикс. — Но нужно быть готовым к любой подлости. Не будем терять время. Я нанял повозку.
За воротами нас встретил знакомый возница, даже одетый точно так же, как и в прошлый раз. Он с опаской косился на огромного паука и его наездника, но не более. Даже принял из рук старика Орикса несколько серебряных монет.
Проводить экзамен было решено в Колизее, обстановка перед которым оставалась праздничной. На площади ничего не изменилось, включая очередь молодёжи к дому начальника. А вот перед входом на арену Войны, как здесь называли Колизей, появилась охрана в виде крепких мужчин в чёрных одеждах, с одинаковыми мечами на поясе, похожими на ятаганы. Именно такие первыми вступили в схватку с пауками, напавшими на город. Руководила ими женщина в одеяниях секты Священного Огня. Этакая оранжевая канарейка на фоне чёрных ворон. Мастер Орикс поморщился, увидев её.
— А вот и бесполезные явились, — встретила нас канарейка, перехватив по пути ко входу в Колизей.
— И, несмотря на это, тебе всё равно приходится иметь с нами дело, — ответил на её выпад наставник Орикс, поглаживая седую бороду.
— Всё ещё ездишь верхом на этом таракане? — женщина покривила губами.
Надо сказать, что выглядела она лет на двадцать шесть, может, двадцать восемь. Не красавица, с самым обычным лицом. Картину не спасала даже чёрная подводка для глаз.
— Самое глупое, что может сделать наставник — это начать скандалить в присутствии учеников, — сказал Орикс и, похоже, попал в болезненную точку, так как женщина посуровела.
— Чтобы экзамен прошёл честно, ты останешься здесь, — сказала она. — Из-за вас главе пришлось тратить время и ловить разбегающихся демонов. Бесполезные ученики внешнего двора вашей секты должны уметь касаться разума любого слабого демона. Я проконтролирую, чтобы всё прошло без обмана.
— Кого поймали? — спросил Орикс и прищурился, глядя на довольное лицо женщины. — В Орб были только жнецы, не говори, что вы поймали кого-то из них?
— А что, они внезапно стали опасными демонами уровня гидры? — съязвила она.
— Они же не приручаемы, и ты должна об этом знать!
— Кто собирается их приручать? — всё в том же издевательском тоне спросила женщина. — Достаточно будет коснуться разума, успокоить или напугать. Вы же этим гордитесь, Созвездия? Всё, довольно препирательств. Вы идёте?
Она посмотрела на нас с Зои.
— Конечно, — я доброжелательно улыбнулся.
— Посторонние останутся здесь, — это она бросила Иве и старику Ориксу.
Посчитав, что разговор окончен, она повернулась и направилась к главной лестнице Колизея.
— Осторожнее с этими тварями, — сказал Орикс, не понятно, кого имея в виду, жнецов или представителей секты Священного Огня.
Следом за канарейкой мы поднялись на основной этаж Колизея, откуда открывался вид на арену. В центре оной установили большую железную клетку с чёрным пауком внутри. Учитывая толстые прутья, вряд ли он мог выбраться, но на всякий случай площадку охраняло пять человек в чёрных одеждах. В руках они сжимали длинные копья, мне показалось, для солидности. Пауку размером с лошадь таким оружием не навредишь. Если только он сам не подставится.
Чтобы попасть на арену, пришлось делать большой крюк к восточным трибунам, откуда спускаться на полуподвальный уровень. Женщина за всю дорогу не проронила ни слова, старательно нас игнорируя.
— Ничего так, внушает, — сказал я, когда мы вышли на арену. Отсюда Колизей казался ещё больше. В глаза сразу бросались балконы для важных персон, равномерно распределённые вокруг арены. В двух из них кто-то был, но с такого расстояния сложно разглядеть, кто именно. — Так что надо сделать?
— Успокоить его, — сказала женщина, жестом показав на клетку.
Огромный паук почувствовал сильного противника в её лице, обернувшись к нам. Нас разделяло метров двадцать, но по спине сразу побежали мурашки от его взгляда.
— А вы, уважаемые? — я посмотрел на двух мужчин в дорогих нарядах. У обоих на груди был знак алхимика, как тот, что носил продавец в лавке, где мы были накануне. — Засвидетельствуете результат?
Они посмотрели на меня такими взглядами, что захотелось каждому оплеуху отвесить. Сразу понятно, зачем они сюда пришли. Ждут, пока всё закончится, чтобы разделать монстра и извлечь ценные ресурсы. А учитывая размер паука и давление магической силы с его стороны, обглодают до последней косточки.
— Уважаемые господа — из гильдии алхимиков, — ответила за них канарейка. — Они заберут тушу демона после экзамена.
— Пойду первым, — сказал я Зои.
По размерам жнец превосходил бегунов раза в два минимум. Внешне тоже отличался: формой тела, чёрным окрасом и размером ног. Опасный противник, от которого угрозу можно ощутить почти физически. Мужчины с копьями старались держаться от клетки как можно дальше и бдительности не теряли.
— Привет, — сказал я, немного поднимая руку. — Тебя как зовут? Меня — Василий.
Паук слегка пригнул голову, поднимая заднюю часть тела, как кошка, готовящаяся к броску. Это была самка, что стало понятно, едва она заговорила. Точнее, заскрежетала и пару раз щёлкнула жвалами, пытаясь сказать, что имени у неё нет, так как она молодая и не успела ещё получить его от матери.
— Маленькая? — удивлённо произнёс я, прикидывая размеры. — Страшно подумать, какими вы вырастаете. Что, помочь мне? Нет, убивать здесь никого не надо.
Молодая паучиха хотела сказать, что мама просила помочь мне, но она не знала, что нужно делать.
— Я ближе подойду? Ты только… а, понятно.
Немного неуверенно, я приблизился к клетке, прутья которой были в мою руку толщиной. Вблизи паук выглядел ещё более страшно, чем издалека. Протянув руку через прутья, коснулся ладонью её головы.
— А на город вы напали зачем?.. В каком смысле ты сбежала?
В отличие от Прыгуна, её речь была более насыщенной, поэтому разобрать, что говорит, оказалось труднее. Но одно стало понятно, она правда молодая и очень наивная.
— Надо ещё вон той девушке помочь, — сказал я, прерывая её. — Беловолосая, видишь? Позволишь ей коснуться тебя?
Убрав руку, я вернулся к краю площадки, где всё ещё стояла канарейка и Зои. При этом представительница секты Священного Огня смотрела на меня с большим удивлением.
— Вроде не сложно, — сказал я ей. — Зои, у тебя всё получится, если ты её пугать не будешь.
Зои кивнула и направилась к клетке, ничуть не напуганная страшным и большим монстром.
— Мне понадобилось почти три года, чтобы научиться касаться их разума, — сказала женщина.
— В вашей секте тоже приручают демонов?
— Нет, — отрезала она. — Я ушла из Созвездий. Бесполезная секта, в которой живут одни старики да слабаки.
Зои дошла до клетки и уже пыталась погладить паучиху, но та подалась назад, не собираясь сдаваться так легко.
— Вопросы о наших умениях ещё остались? — спросил я у женщины, затем бросил взгляд на пару алхимиков.
— Нет, того, что продемонстрировали, достаточно, — неохотно признала канарейка.
— Отлично. Тогда я сейчас этого паука приручу и мы пойдём по своим делам.
— Что? — она посмотрела на меня. — Ты сейчас что-то сказал?
— Говорю, паука приручу, и мы уходим, — повторил я. — Вместе с ним.
— Исключено, — отрезала она.
— А как же закон? — удивился я, понятия не имея, есть ли такие законы или нет, но попробовать стоило. — Если ученик секты Созвездий может подчинить себе демона, то препятствовать ему нельзя. Иначе как мы будем защищать города и людей от нашествия монстров?
— Нет такого, — подтвердила она мои опасения.
— Как нет?
— Ты думаешь, глава ловил этого демона специально для тебя?
— Естественно, нет, — улыбнулся я. — Но не воспользоваться ситуацией будет глупо.
— Он тебя сожрёт, твою подругу и ещё кучу людей.
— Кто, глава вашей секты?
— Паук! Это жнецы, их нельзя приручить. А конкретно этот — просто неуправляемый. Он никому не позволяет…
— Одну минуту! — влез старший из пары алхимиков. — Демон достанется нашей гильдии, мы уже заплатили за него.
— Согласно предписанию в главном законе о демонах, секта Созвездий имеет приоритет, — важно соврал я. — Вы что, свод законов не читали?
— Это грабёж, — вставил второй. — Госпожа Юн!
— Жнецов нельзя приручить, — повторила канарейка уже более спокойным тоном. — Мастера, не нужно беспокоиться. Ученик секты просто слишком молод и наивен, поэтому переоценивает свои силы.
— Приручать их можно, — не согласился я. — Нужен только талант. По крайней мере, пока она… то есть, паук в клетке, надо попробовать. Если не получится, можете забирать. А если не согласны, то я пожалуюсь госпоже Мин. Скажу, что какая-то гильдия алхимиков нарушает закон и притесняет великую секту.
— Какая-то? — обалдел от такой наглости один из мужчин.
— Пусть пробует, — остановила его госпожа Юн. — Паук его убьёт, решив все наши проблемы.
Злорадно улыбнувшись алхимикам, я коротко поклонился госпоже Юн и направился к клетке. Не знаю, с чем был связан этот порыв души, но оставлять здесь молоденькую паучиху не хотелось. Выводит из себя осознание, что разумных демонов сажают в клетки, чтобы потом разобрать на запчасти или просто убить на потеху толпе. Да, она меня разжалобила, вспомнив маму и говоря, что ослушалась её и сбежала вместе со всеми, чтобы отомстить злым людям. А может, на меня так Прыгун и его молчаливый товарищ повлияли. Лучше бы я их вообще не понимал, было бы куда проще.
Подойдя к клетке, я взял Зои под руку, привлекая к себе.
— Поражаюсь твоей смелости и беспечности, — сказал я.
— Василий, ты такой наивный, — она вздохнула. — Знаешь же, что я сильная. Хотя мне нравится, что ты за меня переживаешь.
— Хочу этой паучихе помочь, — тихо сказал я. — Слышишь, малышка, о тебе говорим. Если хочешь отсюда выбраться, то будешь меня слушаться. Обманем всех вокруг, выведем тебя за город и можешь бежать к маме, пока она не узнала.
По-моему, из всего сказанного её заинтересовало только слово «обманем». Вроде бы мама постоянно ей говорила о том, что ключом к выживанию является умение обманывать людей. Это я очень образно перевёл её высказывание по этому поводу.
— Она согласная, — шепнул я Зои.
— Уверен, что это не опасно? — всё же спросила она.
— Конечно, доверься мне. Можешь эту клетку открыть?
Как я понял, клетка состояла из железных прутьев, крепившихся на платформе. Чтобы посадить внутрь монстра или вытащить его, всю конструкцию нужно было перевернуть или приподнять. Зои только рукой махнула, а клетка, как большой кубик, перевернулась на другой бок. Ещё один взмах, и из платформы вышли скобы, освобождая решётку. Паучиха немного толкнула её, придержала, чтобы та не рухнула на мрамор, затем осторожно опустила, почти беззвучно.
Охранявшие площадку мужчины в чёрных одеяниях немного струхнули, отступая к краям арены.
— Надо бы тебя прикрыть чем-нибудь, — сказал я, прикидывая габариты паука. — Чтобы людей не пугать. Зои, вон ту серую растяжку достанешь?
Справа под трибунами висели длинные полотна ткани, символизирующие разные секты. Мы выбрали светло-серую, которой можно было укрыть паука целиком. Пару минут мы возились, пытаясь сложить полотно в несколько раз, и укрыть хотя бы тело, сделав прорезь для небольшой, по меркам туловища, головы. Малышка, как я её окрестил, перенесла всё это стоически, наблюдая за людьми на краю арены. Один из Алхимиков сначала громко возмущался, затем куда-то испарился, наверное, ушёл жаловаться. Зато там появился наставник Орикс в компании Ханны и Ивы. К нам подходить не спешили, дожидаясь, чем всё закончится.
— Как-то не очень получилось, — сказала Зои, глядя на результат.
— Да, маскировка — так себе, — согласился я. — Но так хотя бы видно, что она не дикая. Малышка, я понимаю, что неудобно, но потерпи до вечера…
Серая ткань всколыхнулась, распадаясь на десяток лоскутов. Бывает так, что мозг не сразу обрабатывает информацию, хотя всё видно и понятно. Сила, родственная символу рассечения, буквально растерзала фигуру паука, пролив на мраморные камни арены тёмную кровь.
Я резко обернулся, но сделать ничего не успел, так как меня очень крепко схватила сзади Зои, не давая пошевелиться и закрыв ладонью рот. Это она правильно сделала, так как я уже готов был показать, как должен выглядеть и звучать символ рассечения. И, скорее всего, это стало бы для меня фатальным, так как у входа на арену, в десяти метрах над землёй зависла фигура мужчины в оранжево-огненном одеянии, немного трепетавшем, хотя ветра не было. Глава секты Священного Огня, собственной персоной. Если бы в этот момент злость могла обрести форму, хотя бы магическую силу, он бы точно взорвался, настолько я был рассержен.
Надо сказать, что хватка у Зои была железной. Лишь когда я промычал, что спокоен, она немного ослабила её. Глава секты тем временем спустился к своей помощнице или ученице. Лицо недовольное, словно его оторвали от чего-то важного, заставив решать подобные мелочи.
— Всё, держу себя в руках, — тихо сказал я.
— У него плохая кровь, — также тихо сказала она. — Опасная. Нам он пока не по зубам.
Пару раз сжав кулаки, усилием воли я взял себя в руки. Вздохнул глубоко и только потом направился к ним.
— Эти опасные твари — не игрушки, — говорил глава секты, обращаясь к своей подчинённой. — Тем более, в руках детей.
— Простите нас, глава, — госпожа Юн низко склонила голову.
— Наше упущение, — повторил наставник Орикс, тоже склонив голову, но не так глубоко. — Скажите, у наместника остались вопросы по поводу умений наших учеников?
Орикс демонстративно посмотрел на ложу в северной части трибун. Как я уже говорил, оттуда за нами кто-то наблюдал.
— Вопросов нет, — сказал глава. — Ваши ученики талантливы, даже слишком, для такой слабой секты. Только подобные умения не помогут на турнире. Я бы посоветовал вам больше дорожить ими. В будущем они смогут стать опорой Созвездий.
Голос его звучал вполне обычно, но я был уверен, что это угроза. Орикс не ответил, ещё раз поклонившись. Представители секты Огня ушли первыми, даже не взглянув в сторону арены. А вот алхимик засуетился, не зная, как поступить. В итоге он приподнял подол одеяния и направился к убитой малышке, не брезгуя запятнать дорогую обувь в липкой и тёмной крови. Хотел урвать самое ценное, пока другие не подоспели. Я снова с силой стиснул зубы.
— Удивительный талант, — сказал наставник Орикс. — Не слышал, чтобы кто-то в столь юном возрасте смог подчинить разум демона первого класса. При этом жнеца и… так легко. Надо рассказать об этом Хозяйке Мин. И мне жаль, что так вышло.
Он подошёл, положил руку мне на плечо.
— Вернёмся во дворец, — сказал наставник.
На площади к этому времени ничего не изменилось. Никто из горожан, праздно шатающихся перед Колизеем, не заметил появления главы секты и силу, что он использовал. Но она точно связана с измерением, ключом к которому был символ рассечения. Что касается Прыгуна, то, дожидаясь Орикса, он спрятался в кустах, за колоннами. Подобрал под себя ноги, став почти незаметным со стороны.
— Нездоровится ему с утра, — сказал наставник Орикс, глядя на сонного паука.
— Ему нужно время поспать и отдохнуть, — сказал я, проходя к повозке, дожидавшейся нас. — Он линять собрался.
— Да? — наставник Орикс удивлённо посмотрел на бегуна, сделал жест, от которого тот снова скрылся в кустах за колоннами.
Всю обратную дорогу до дворца я молчал, погружённый в свои мысли. Зои о чём-то тихо болтала с Ивой, наклонившись к её уху. Дорога от центра до дворца госпожи Мин занимала полчаса, но я этого почти не заметил. Очнулся, когда Ханна коснулась моей руки. Мы остановились как раз напротив больших ворот.
— Давай прогуляемся, — она показала в сторону сада.
Мы с ней прошли по дорожке вдоль дворца. Остановились у лавочки с отличным видом на сад. Постояли немного молча.
— Я уже в порядке, честное слово. Просто мысли неприятные в голове.
— Вид у тебя такой, словно что-то нехорошее задумал, — сказала она. — У меня большой опыт, чтобы понять очевидное.
— Малышку жалко, — хмуро сказал я. — Обещал помочь, а сам ничего сделать не успел. Алхимики, жадные твари… Не сейчас, но я им обязательно это припомню.
— Не собираюсь отговаривать или командовать, просто хотела сказать, что, когда решишься действовать, посоветуйся со мной, — сказала Ханна. — Можешь просто для вида это сделать. Расскажи, что задумал, выслушай пару советов и просто покачай головой, что всё понял. Иногда окружающие видят гораздо больше, чем ты сам, и могут дать дельный совет. Гильдия алхимиков в этом мире многочисленная и богатая. Воевать с ней сложно, так как все секты сразу встанут на её защиту. Хочешь, я убью эту парочку жадных торгашей? Станет немного полегче.
— Нет, оставь. Придумаю какой-нибудь коварный и злобный план. Потом. И обязательно посоветуюсь с тобой, обещаю.
— Хорошо, — она ободряюще улыбнулась.
— Мне кажется, связь секты Созвездий с демонами гораздо глубже, чем кажется на первый взгляд, — сказал я, решив сменить тему. — Не уверен, что они действительно их подчиняют. Видишь, вон там за углом дома ящер ездовой. Он постоянно за мной следит, выглядывая из-за угла. А если попытаться подойти, то он убегает. Будет смешно, если я его тоже понимаю, как пауков. Или у меня уже паранойя разыгралась…
— Мне сложно судить о степени их разумности, — сказала Ханна. — Но прислуга во дворце непростая, и не все из них люди. А ящер следит, тут ты прав.
Она тихо рассмеялась, удержавшись за мою руку.
— Только мне кажется, что он смотрит с опаской, нежели со злым намерением, — добавила Ханна. — Хочешь, Зои попросим, она его поймает, и поговорим.
— Нет, не нужно, — я тоже улыбнулся, затем посерьёзнел. — Ты говорила, что одарённые в этом мире развивают не только магический талант, но и тело. Мне перед турниром надо узнать, насколько они сильные. И ещё о правилах расскажи, а то убью кого-нибудь ненароком, а они обидятся…
⠀⠀
До полудня я маялся и никак не мог собраться с мыслями. Бродил по комнатам дворца и даже заглянул в подвал полюбопытствовать, что за разлом там открыла Ханна. Ива ведь не зря рассказывала, что любые стабильные разломы медленно убивают любую окружающую жизнь, поэтому не хотелось, чтобы такой находился под боком. Но вместо разлома я обнаружил нечто странное: мерцающих светлячков, кружащих и мечущихся из стороны в сторону под куполом арки. Странное помещение в подвале немного напоминало путевые врата, установленные во дворе. Этакая беседка с пятью толстыми колоннами, поддерживающими купол крыши. Что происходило с разломом, никто сказать не мог, поэтому оставалось лишь ждать, пока он стабилизируется или полностью закроется, чтобы попробовать открыть его снова.
Часа в два после полудня я вышел в сад, умудрившись сбежать от всех. Нашёл одинокую скамейку, стоявшую на солнышке. Достал кусочек странного серебристого металла, найденного в лавке древностей. Положив на ладонь, представил летающий нож, подсмотренный у главы гильдии Серебряной луны. Пятнадцать сантиметров, заострённый как кинжал, но с длинной режущей кромкой. Он прекрасно подходил для метания, мог резать, но предназначен был именно для проникающего удара. Кусочек металла на ладони начал таять, постепенно приобретая нужную форму. Секунд двадцать, и получился идеальный летающий нож. Взмыв с ладони, он описал большой круг по площадке передо мной, рассекая воздух, но практически не издавая звука. Управлять им было очень легко, но непривычно, если не использовать голос. Хотелось произнести несколько слов на языке дами, чтобы разлить вокруг магию и использовать её как источник силы.
Почти час я упражнялся, прежде чем начал выдыхаться. Физической усталости не чувствовал, но сосредоточиться на летающем ноже становилось тяжелее с каждой минутой. Описав очередной зигзаг, он вернулся в мою ладонь, растекаясь лужицей и приобретая форму браслета. Не люблю подобные украшения, но стоило подумать, что так он всегда будет под рукой, как металл сам принял нужную форму. И это была ещё одна странность. Не знаю, как он понимал, что мне нужно. Не может же кусок металла читать мысли?
— Слабое умение, даже для человека, — раздался позади мужской скрипучий голос. — С ним ни одного демона не одолеть, даже самого хилого.
— Против демонов у меня есть кое-что другое, — сказал я, оборачиваясь.
К лавке подходил крепкий старик в многослойном сине-красном халате. Пояс из длинной полосы ткани, несколько раз обёрнутой вокруг талии и закреплённой большой серебряной пряжкой. Длинные волосы, некогда чёрные, а сейчас сильно поседевшие, собраны в пучок на голове, удерживаемый короткой шпилькой. Бородка и усы на китайский манер, да и разрез глаз узкий.
— В тёмном мире, где я жил, подобное оружие считалось крайне опасным. Есть целая гильдия наёмных убийц, кто таким оружием пользуется. Правда я, по сравнению с ними, совсем неопытный и не владею нужными умениями. Они могли с закрытыми глазами расправиться с десятком противников.
— Я долго наблюдал, — сказал он, подходя к скамейке и усаживаясь рядом, — у тебя неплохо получается. Сил не хватает, это сразу бросается в глаза. А на турнире тебя будут ждать серьёзные соперники. Лучшие из молодого поколения великих сект. Прошедшие отбор и самые талантливые из всех. Наставники не жалели ресурсов для их развития.
— Справлюсь, — ответил я. — Переживать буду, только если они на меня все разом набросятся. Да и то, не сильно.
— Такая уверенность мне нравится, — он рассмеялся, похлопав меня по плечу и едва не сбив с лавки. Дед был силён как демон. — Не обедал сегодня? Пойдём, Старший Ка приготовит для тебя вкусный обед.
Сегодня я действительно не обедал, сославшись на плохое настроение и отсутствие аппетита. А сейчас, израсходовав почти весь запас внутреннего резерва сил, захотелось поесть.
— Это можно, — согласился я, вставая следом за дедом.
Этот Старший Ка был не так прост. В отличие от наставника Орикса, носил простую одежду, а не монашескую, а чувство опасности от него исходило куда сильнее.
Идти за дедом пришлось аж в соседний квартал, где располагались питейные заведения и небольшие кафе на любой вкус и кошелёк. В разгар дня работало только несколько забегаловок, откуда приятно тянуло запахами еды. Кстати, я заметил нескольких мужчин с гор Ракку, выходивших оттуда. Они меня узнали, приветствовали короткими кивками. Старший Ка повёл меня как раз в один из ресторанов, закрытых днём. На большой вывеске над дверью было два иероглифа, дословно означающих «горящая еда», но имеющих в виду острую пищу.
По-хозяйски распахнув двери, Старший Ка прошёл в небольшое помещение со столиками и скамейками. В небольшом ресторанчике было чисто и светло, вкусно пахло жареным мясом и специями. Любопытно то, что печь и стол для приготовления еды располагались прямо в зале, у дальней стены, чтобы посетители видели, как работает повар.
— Садись, — он показал на стул рядом со столом повара и печкой, в которой тут же вспыхнул яркий огонь.
Подтянув рукава, Старший Ка снял со стены пару больших сковородок с круглым пузатым дном, поставил на открытые отверстия печи, откуда вырывались языки пламени. В одну плеснул масло, в другую что-то бросил, отчего специями запахло ещё сильнее.
Наблюдать за процессом приготовления пищи было интересно. Старик работал уверенно, ловко шинковал зелень, резал кусочки мяса и ещё чего-то непонятного. Кстати, на помощь ему пришла молодая женщина лет двадцати пяти, молча принесла много разных продуктов, корзинку крупных яиц и котелок с уже отваренной белоснежной крупой. Она же помогла ему разделать большую птицу, разделив на несколько частей. Затем сбегала на кухню и принесла продолговатый глиняный кувшин, невзрачный на вид. Вместо кружки поставила передо мной круглую чашечку. В кувшине оказалось что-то крепкое, красновато-чёрного цвета. Градусов двадцать, как минимум, и очень специфического сладковатого вкуса.
— Пей смело, — улыбнулся Старший Ка, видя, как я осторожно принюхиваюсь к алкоголю и пробую его на вкус.
Девушка, не проронившая ни слова, одобрительно улыбнулась, глядя на меня. Продемонстрировала кувшинчик, как бы говоря, что там внутри ещё много.
— На голодный желудок хорошо ляжет, — добавил Старший Ка. — Для аппетита.
В одной из сковородок он уже поджаривал мясо птицы, а в другой смешивал яйца с белой крупой и зеленью, постоянно помешивая. Едва я выпил крепкого вина, передо мной поставили тарелку с жареной птицей, пахнущей так, что слюнки текли. А чтобы усилить эффект, он полил мясо чем-то пряным и жгуче острым. Пришлось чуть-чуть подождать, чтобы не обжечься.
Давно я не ел с таким аппетитом. Первую порцию проглотил за пару минут, чувствуя, как по телу растекается приятное тепло, то ли от вина, то ли от острого мяса. Затем шло блюдо из мягких овощей и воздушного риса с омлетом и зеленью. Не знаю, что это была за крупа, но приготовили её очень ловко. А Старший Ка уже что-то варил в сковороде, где секунду назад жарил мясо, просто долив туда воды и положив кучу разных ингредиентов.
⠀⠀
⠀⠀
Потом была третья порция вкусностей и очередная чашечка вина. Пока варилось четвёртое блюдо, за которым следила девушка, Старший Ка присоединился ко мне за обедом, налил себе и выпил с большим удовольствием. Мы с ним даже посмеялись удачной шутке, суть которой от меня ускользнула. Когда мы одолели половину кувшина, то есть, где-то литра полтора на двоих, подоспел жирный суп с лапшой, как и всё остальное — невыносимо острый, но оттого восхитительно вкусный. К этому времени наша компания пополнилась красивой женщиной лет тридцати пяти с выразительным взглядом зелёных глаз. Она улыбалась Старому Ка, смеялась над его глупыми шутками и благодарно кивала, когда он подливал ей вино в чашечку. Странно, что суть беседы от меня постоянно ускользала. Может, потому, что я наелся и напился так, что с трудом боролся со сном. Некрасиво было бы уснуть прямо за столом, поэтому я стоически держался. Выстоял до второго кувшинчика, совсем небольшого, с ещё более чёрным вином. На вкус оно было всё таким же сладким, но едва я чашечку допил, как вокруг всё резко потемнело.
⠀⠀
— Василий, — кто-то потряс меня за плечо. — Хватит спать. Ну, Вася!
Меня потрясли ещё сильнее, отчего я открыл глаза, посмотрел на Зои, затем зажмурился от яркого света.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила она.
— Для того, кто вчера не мог на ногах стоять, выглядит неплохо, — раздался голос Ивы, склонившейся надо мной.
— Всё хорошо со мной, — ответил я, отодвигая их, чтобы можно было сесть. — А если воды выпью, то будет ещё лучше.
Совсем не помню, как умудрился оказаться в нашей комнате. Но при этом чувствовал себя неплохо, если не считать жажду. Под взглядами девушек, переживающих за моё состояние, сел на кровати и потянулся до хруста в суставах.
— Зачем разбудили? — спросил я.
— Тебя госпожа Мин хотела видеть, — ответила Зои. — Уже трижды посылала служанку, а ты всё спишь. Тебя вчера все потеряли, бегали по дворцу, переживали, Иву вопросами замучили, думая, что похитили, а ты умудрился напиться где-то.
— Здесь по соседству есть замечательный ресторан, — я показал пальцем себе за спину. — И вино там очень вкусное.
— Мы заметили, — съязвила Ива. — Когда тебя Сайми притащила, говорил, чтобы больше не наливали, так как завтра тебе на учёбу идти. Хвастался, что с какими-то демонами чревоугодия познакомился. Кстати, кто это такие и чем вы там занимались?
— Кушали, — улыбнулся я. — Это такие демоны, которые очень вкусную еду готовят, ради которой люди готовы душу продать.
— Да? — прищурилась Зои, демонстративно сжав кулак. — Ты им ничего не продавал? Если что, я выкуплю.
— Не помню, — рассмеялся я. — Нет, не должен. Но кормят там очень вкусно. Надо будет вечером сходить, вам понравится.
— Давай помогу умыться, — сказала Зои, показывая на медный тазик и кувшин с водой, — пока госпожа Мин сама не пришла за тобой. Ива, где его наряд?
Как оказалось, утро давно прошло и день постепенно приближался к полудню. Когда я жил в Хуме, обещал не пить в компании демонов, о чём благополучно забыл. У них организм покрепче человеческого, и выпить они могут очень много. Видать, и здесь одарённые устойчивы к вину. Если бы не скверное настроение вчера, я бы и пить не стал. Кстати, проснувшись, я чувствовал себя отлично не только в физическом плане, но и в душевном. События вчерашнего дня уже не вызывали бурю негативных эмоций и злости.
Госпожа Мин ждала меня в кабинете, где я работал над книгой. Сидя за столом, разглядывала оставшиеся кусочки от старой обложки и потемневшие серебряные уголки. Рядом лежало несколько сохранившихся страниц, не рассыпавшихся в пыль, как остальные. Ничего интересного на них не было, лишь пространные рассуждения автора о поисках смысла жизни. К символам они не имели отношения, поэтому я на них не заострял внимания.
— Доброе утро, — поздоровался я. — Или уже день…
— День и правда добрый, — кивнула она. Показала набросок рисунка, который я делал. — До последнего была скептически настроена, что это работает.
Я обратил внимание, что кисти рук у неё изменились. Пальцы перестали выглядеть узловатыми, и ногти казались вполне обычными, подкрашенные бледно-красным лаком. Да и в целом что-то в ней изменилось, но что именно, так сразу сказать я не мог. Может, зелёные глаза стали ярче, или вуаль на лице смотрелась лишней?
— Рад, что работает, — сказал я. — Очень сложный рисунок… Нет, я был уверен, что справлюсь, но впервые наносил такой одним махом.
— Моё любопытство к молодому мастеру символов стало ещё сильнее, — она наверняка улыбнулась под вуалью. — Ты говорил о символах могущества.
— На самом деле они не так сильны, как может показаться…
— Те, кто идут по пути развития таланта, никогда не откажутся от любой возможности стать сильнее. Но об этом мы поговорим потом. Сейчас я хочу сказать, что свою часть сделки ты выполнил полностью. Даже сверх того. Плата с моей стороны тоже велика. Платить больше я не буду, чтобы не обесценивать её.
— Для меня Ваша помощь с турниром уже бесценна, — я коротко поклонился. — А если разрешите прикоснуться к источнику после турнира, то уже я буду у Вас в долгу.
— Ты говорил, что был при смерти, но появились старики из Великой Реки и исцелили тебя? — задала она неожиданный вопрос.
— Я в этот момент валялся без сознания, но девушки говорят, что так оно и было.
— Из всех ныне живущих — эти мужчины самые старые, видевшие расцвет великих сект. Они стали свидетелями появления пустоты Ильсиды, смогли выжить после первой войны с демонами, нахлынувшими оттуда. Ты знаком с историей?
— В общих чертах, — я кивнул.
— Говорю о том, что не в полной мере понимаю, что творится в их старых головах. Знаешь, как они тебя исцелили?
— Нет, — осторожно произнёс я. — Возможно, какой-то особой целительной магией?
— Такой не бывает, — она снова улыбнулась под вуалью. Положила руку поверх рисунка. — Раньше я тратила всю доступную мне силу на борьбу с проклятием крови. Боль терзала моё тело, невыносимые муки туманили разум. А сейчас я могу дышать полной грудью. Это чувство непросто описать словами.
— Один умный человек говорил, что по-настоящему здоровым можно почувствовать себя только после болезни.
— О, — произнесла она удивлённо, — это действительно так. Жаль, что мои силы не могут помочь тебе вытеснить чужеродные стремления из головы. Ты должен самостоятельно укрепить разум.
— С этим я справлюсь, — решительно произнёс я.
Госпожа Мин кивнула, довольная этим ответом.
— Турнир открывается сегодня, за два часа до заката, — сказала она. — На нём будут присутствовать все великие секты, включая Вечных. У меня будет просьба, выступи на турнире в этой одежде. Это ведь наряд, который носил хозяин людей с фиолетовыми глазами?
— Бывший хозяин, — уточнил я. — Да, это он. Думаете, что наряд узнают?
⠀⠀
⠀⠀
— Посмотрим. Не уходи никуда из дворца до вечера. Когда придёт время отправиться на арену Войны, я найду вас.
— Хорошо. Спасибо.
Ещё раз поклонившись, я вышел в коридор. Хорошо, что печать помогла. Я боялся, что ничего хорошего из этого не выйдет. Правда, до сих пор не понимал, зачем этот символ был нужен, что именно он запечатывал и о каком проклятии говорила госпожа Мин?
В коридоре меня ждала Ханна, посмотрела строго, словно я провинился. Взяла под руку и повела в сторону наших комнат.
— Пришёл в себя? — она скорее констатировала этот факт.
— Я никуда и не уходил. Вчера во дворе встретил необычного старика по имени Старший Ка. Он пригласил меня покушать и выпить вина.
— За тобой вчера в восемь глаз следили, — сказала Ханна. — А ты умудрился испариться с пустого двора, залитого солнцем. Ни одной тени вокруг, чтобы пропасть бесследно. Но это даже хорошо, буду знать, что они подобное умеют. Василий, пить с незнакомцами — это опрометчивый поступок и не самый умный.
— Знаю, — отмахнулся я. — Слушай, я что подумал, а ставки на турнире делать будут? Мы с Зои обязательно победим, и на этом можно неплохо заработать.
— Против твоей подруги ставить никто не будет, — ответила Ханна. — А вот ты выглядишь слабаком. Даже я не уверена, что сможешь победить.
— Видишь, — я покивал, — отличный шанс удвоить наше золото, как минимум.
— И такой же шанс привлечь к себе ненужное внимание, — сказала она. — Придумаем что-нибудь. Но ты зря недооцениваешь местных.
— Вот вы заладили, — я едва руками не всплеснул, но Ханна крепко держала меня под локоть. — Это они меня недооценивают. Я и без голоса могу управлять символами на спине. Не самыми сильными, но этого хватит, чтобы победить. А может?..
— Голос не используй, — перебила она. — Если бы ты использовал всю доступную силу, я бы не переживала. Но твой внутренний резерв…
Она остановилась, посмотрела на меня прищуренно.
— Что? — я не понял её взгляда.
— Ничего, — Ханна снова потянула меня дальше по коридору. — Надо с госпожой Мин поговорить насчёт ставок. Великие секты будут ставить ресурсы для развития, а золото тут мало кого интересует. Тебе за символ заплатили?
— Сказали «спасибо» и обещали к источнику вечной жизни пустить.
— Не густо. Могли бы золота отсыпать, — Ханна оглянулась на секунду и перешла на шёпот. — Я достала все нужные ингредиенты и иглы.
— Госпожа Мин говорила, что открытие турнира будет уже вечером. Веди самых опытных, начнём с них. Нанесу столько символов, сколько успею. Плохо, что чернила быстро портятся, а кристалл высшего качества у меня только один. На всех не хватит.
Насчёт подчинённых Ханны мы говорили накануне. Раз они планировали навести грандиозный шухер в секте Вечных, то следовало нанести всем символ концентрации. Я бы ещё добавил защитный знак, но на них и без этого магия не действовала. Точнее, люди с гор Ракку не обладали иммунитетом, а просто могли магию избегать. Даже дети обладали этой способностью, в той или иной мере. Становясь взрослыми, они проходили серьёзное обучение в горах, где попутно тренировались прятаться в тенях. Уязвимостей у них было много, но один из них легко нивелировался символом отражения. Ещё одно доказательство, что жители гор Ракку не совсем люди, так как у них этот символ прекрасно работал, даже лучше, чем на прочих слабых демонах. Возможно, их раса относилась к пресловутым «иным», таким как вечные, дами или длинноухие дети Илуны.
Ингредиентов для чернил хватило лишь на два флакона. Если не получится выпросить у госпожи Мин ещё парочку кристаллов, придётся покупать их у местных алхимиков, а идти к ним и нести золото совершенно не хотелось. Ту же кровь я мог попросить у Зои. Она уже неплохо контролировала её, поэтому могла сделать менее насыщенной. До вечера я смог нанести символы лишь шести мужчинам и двум молодым женщинам. Была бы рядом Беата, управились бы в два раза быстрее.
Что удивительно, после нанесения символов глаза у людей с гор Ракку начинались светиться фиолетовым цветом. Если до этого цвет глаз почти у всех был карим или чуть более светлым, то как только символ вставал на место, они преображались буквально за минуту.
Я думал, что на турнир мы поедем на каретах, запряжённых пауками, демонстрируя величие секты, но госпожа Мин имела на этот счёт особое мнение. Мы просто переместились со двора прямо к путевой арке внутри Колизея. Тут надо сделать небольшое уточнение, так как на праздник, помимо нас, отправились всего трое старших учеников. Странно, на мой взгляд, когда одну из великих сект представляют лишь трое седобородых стариков и глава, в лице госпожи Мин. Гораздо позже я узнал, что все остальные, старшие и младшие ученики, отправились туда своим ходом. Их было довольно много, но, в отличие от других великих сект, Созвездия выглядели откровенно жалко.
Госпожа Мин встречала нас во дворе, переодевшись в красивое тёмно-зелёное платье. В руках зонт от солнца, вуаль на лице и лёгкий, почти невесомый платок на голове, прикрывающий длинные чёрные волосы. Рядом с учениками она смотрелась как внучка, решившая вывести на прогулку стариков. Сегодня она буквально излучала позитив, делясь с окружающими прекрасным настроением. Если снимет вуаль, то можно будет увидеть довольную улыбку.
Переместившись, мы попали в знакомый тупик на втором уровне Колизея. В этот раз путевую арку охраняло несколько представителей городской стражи. Они почтительно поклонились и поспешили расступиться, увидев нашу компанию. Но первое, что встретило нас — это гомон голосов и крики. Арена Войны была забита до отказа. Людей собралось столько, что они теснились на каменных лавках, забили все лестничные проходы и даже умудрились занять места на самых верхних ярусах, не предназначенных для зрителей.
Госпожа Мин провела нас на балкон, расположенный между первым и вторым ярусом, открывающим отличный вид на арену. Там, внизу стояли ученики восьми великих сект, держа в руках флаги и вымпелы. Небесную секту и представителей Священного Огня я узнал сразу, по характерным цветам. Бледно-красные полотна принадлежали Созвездиям. Остальные были мне незнакомы. Как флаги на арене, сектора́ Колизея были раскрашены в разные цвета. Больше всего мест занимали ученики в оранжево-красных и светло-синих одеждах.
Говоря про арену внизу, нужно уточнить, что в центре оной сделали просторную площадку из огромных мраморных блоков, возвышающихся над землёй минимум на метр. Скорее всего, бои будут проходить на ней. Как раз, когда мы заняли места на балконе, часть мраморной площадки дрогнула и начала подниматься. Шесть огромных блоков, весивших наверняка несколько сотен тонн, взмыли в воздух, оказываясь на уровне балконов. Первым на них приземлился глава секты Священного Огня. Сегодня он оделся ещё более величественно, чем накануне, накинув на плечи огненного цвета плащ. Появился, кстати, красиво, совершив высокий прыжок прямо со стороны противоположного от нас балкона. Секундой позже к нему присоединился Зеос. Главу Небесной секты узнать было легко. В отличие от Дари Хона, он сжимал в руке длинный посох с круглым слегка светящимся шаром на конце. Рядом с ними вспыхнула вертикальная линия разлома, из которой вышли старики Харон и Элиас.
⠀⠀
⠀⠀
⠀⠀
— Только старики владеют секретом безграничных разломов, — сказала мне госпожа Мин. — По слухам, они украли его у детей Илуны. Называют себя хранителями Завесы. Вдвоём управляют огромной сектой, ни разу не поссорившись по этому поводу. А ещё они самые старые из всех ныне живущих одарённых, кроме Вечных. Но я об этом уже говорила. А вот и лидер Вечных.
К каменным блокам приближался высокий мужчина в тёмной, почти чёрной одежде, необычной для местной моды. Он носил штаны, рубашку и куртку с высоким воротом, широкий кожаный пояс с креплением для меча. При этом летел, стоя на какой-то доске, держа руки за спиной. Добравшись до камней, спокойно ступил на них и что-то сказал собравшимся. Стоило бы запомнить его лицо, чтобы узнать при следующей встрече, но было слишком далеко, чтобы рассмотреть.
— Глава Вечных, он силён? — спросил я у госпожи Мин.
— Не особо, — ответила она. — Его могущество в огромном опыте и знаниях. Он крайне опасный противник, если ты спрашиваешь об этом.
Следом на платформу поднялись ещё двое мужчин. Первый — упитанный и светловолосый, второй — невысокого роста, по сравнению с другими. Они просто запрыгнули на платформу, появившись не так эффектно, как остальные.
— Толстый — глава секты с северного континента, Анган Марл, — подсказала госпожа Мин. — А мелкий — его сосед из Железной секты, Грез.
Она встала и в эту же секунду исчезла, чтобы появиться рядом с остальными главами сект.
— Одного не хватает, — запоздало сказал я, пересчитав их.
— Глава западной секты редко появляется на людях, — ответил наставник Орикс. — Даже турнир не может выманить его за пределы секты. Но ученики с запада участвовать будут.
Трибуны приветствовали лидеров сект так громко, что всё здание едва не тряслось от криков и возгласов. Затем слово взял глава секты Священного Огня, приветствуя учеников, гостей и участников предстоящего турнира. Говорил пафосно, отчего я неосознанно морщился. Дескать, только благодаря турниру удаётся удерживать континенты от междоусобных войн. Сегодня же был особый день, когда лидеры сразу трёх сект участвовали в поимке и убийстве двух колоссов, самых сильных и страшных демонов во всех ближайших мирах. Они добыли редчайшие ресурсы для развития сект, но главными были именно демонические ядра. Они позволят открыть источники вечной жизни для лучших из молодого поколения. Чем раньше одарённые юноши и девушки познают силу, тем больше времени у них будет для развития. Главы сект возлагали на своих учеников огромные надежды. Победителям же, помимо главной награды, достанутся дополнительные призы от секты Священного Огня и Большой Реки.
К концу приветственной речи ученики сект, стоявшие на площадке с флагами, начали спешно разбегаться в разные стороны. Главы тоже поспешили уйти с летающих мраморных блоков, оставив только главу Священного Огня и госпожу Мин. Едва коротышка и его упитанный друг спрыгнули и умчались в сторону трибун, на арене внизу появился странный разлом в виде чёрной сферы, а не вертикальной линии. Даже на балконе я ощутил выброс магической силы, сотнями иголочек пробежавший по рукам и плечами. Разлом схлопнулся, и на площадку с громким «бум» упал огромный демон-броненосец, раза в полтора больше того, кто напал на город пару дней назад. Люди на зрительских местах Колизея поражённо замерли, отчего стало неожиданно тихо.
Броненосца, огромного и страшного с виду демона, покрывали толстые костяные наросты. Оглядевшись, он повернулся в одну сторону, затем в другую, словно искал кого-то. Посмотрел в сторону нашего балкона, отчего у меня мурашки побежали по спине. Пригнувшись, демон поджал лапы, сворачиваясь в шар, и почти сразу сверху на него упал столб пламени, жар от которого я ощутил даже на балконе. Эффект был даже больше, чем от символа огненного колеса. Огонь продержался всего несколько секунд и бесследно схлынул, оставив пустую арену. Не знаю как зрители, но я видел, что демон просто исчез в том же странном разломе, из которого появился. И это было отличное представление, неожиданное и захватывающее.
Балкон обдало жаром, и на мягкое кресло опустилась госпожа Мин, невозмутимая, словно ничего не произошло. Трибуны снова взорвались криками и радостными возгласами.
— Это был демон класса Бедствие, — пояснила госпожа Мин, видя мой взгляд. — Даже главе секты будет сложно справиться с ним в одиночку. Если это только не старики из Большой Реки. Но даже им это удастся не сразу. Если он начнёт буянить в Ардо, то успеет разрушить половину города, прежде чем его успокоят.
Парящие над ареной мраморные блоки начали снижаться, опускаясь в нишу, откуда были извлечены. На площадку уже выбегали ученики секты Священного Огня в праздничных нарядах и с оружием в руках. Начиналось неплохое театральное представление с демонстрацией боевых искусств, запуском потоков огня из ладоней и прочей эффектной магии. Только… после появления огромного демона, размером с трёхэтажный дом, всё это выглядело не очень.
— Госпожа Мин, — у входа на балкон раздался низкий мужской голос, наигранно радостный. — Сколько лет мы не виделись, а Вы всё так же прекрасны.
— Проходи, Марл, — сказала госпожа Мин, глядя на разворачивающееся на арене действо.
Старшие ученики поспешили уступить место на лавках слева от кресла наставницы. На балкон шагнул глава северной секты, тот самый упитанный мужчина. С первого взгляда и не скажешь, сколько ему лет. Лицо мужественное, суровый взгляд, густые брови и светло-русые волосы до плеч. Чтобы волосы не мешали, он использовал широкий ремешок из светлой кожи.
— Никогда бы не подумал, что у Созвездий есть ручной монстр такого уровня, — пробасил Марл, усаживаясь на лавочку рядом с креслом. При этом дерево жалобно скрипнуло под его весом.
— Поймала недавно, — сказала госпожа Мин. — У малыша покладистый характер.
— Малыша? — рассмеялся глава северной секты. — Это настоящий гигант.
— Не надо его принижать, его уровень гораздо выше.
— Гидра? Неужто бедствие?!
— Пришёл посмотреть на моих учеников? — она проигнорировала его возглас. — Скажу сразу, у твоих учеников нет ни единого шанса. Ядра колоссов достанутся нашему источнику.
Глава северной секты действительно на Зои посмотрел с интересом, а на меня бросил лишь короткий взгляд.
— Мои ребята не слабее, — с улыбкой сказал он. — Поединки покажут, кому достанутся ядра. Я пришёл совсем по другому поводу. Мне нужно сердце гидры. Любой, даже самой слабой из всех.
— В южном лесу сейчас живут две, — ответила госпожа Мин. — Мои люди покажут вход на их территорию. Ловить будешь сам.
— Дело как раз в том… Нужно корабли брать, людей искать подходящих, не все из которых домой вернутся. Дорого это. Мне всего лишь сердца гидры не хватает, чтобы прорваться на следующую ступень. Может, госпожа Мин уже поймала одну такую ради ядра или крови. А сердце я бы выкупил.
— Я не владелица зверинца, — сказала она, бросив на него спокойный взгляд. — И силы мои не безграничны.
— Но Вы можете хотя бы выманить гидру из леса? Мы с Грезом её убьём, сил нам хватит, но только не в лесу. Возьмём сердце и ядро… Хорошо, только сердце.
— Я знаю, где живёт гидра, пришедшая совсем недавно из пустоты Ильсиды, — сказала госпожа Мин. — Она сильна, но до бедствия не дотягивает. Могу провести вас к её логову. Этот демон настолько злобный, что распугал всех вокруг, поэтому мешать вам никто не будет.
— И кто это? Паук? Ящерица?
— Собака. Большая, в половину размера малыша, что я показывала. Очень проворная. За отдельную плату поставлю массив, чтобы она не сбежала.
— Считайте, что мы уже договорились, — обрадовался мужчина. — Когда?
— После турнира. Оставайся в Ардо, и я найду тебя, чтобы обговорить условия.
— Спасибо, — он встал, коротко кивнул и вышел с балкона.
Ученики на арене тем временем устроили настоящее огненное шоу. У них там разве что тигры через горящие обручи не прыгали. Насколько я понял, участники пытались показать вторжение демонов через разломы и людей, вставших у них на пути. Зои и Иве представление понравилось, они смотрели с большим интересом.
Закончилось всё, когда на улице окончательно стемнело. На арене начали зажигать большие фонари, а площадь перед Колизеем превратилась в огромную ночную ярмарку. Жаль, прогуляться по ней не дали. Госпожа Мин отправилась на встречу с другими главами сект, а мы, под присмотром наставника Орикса, планировали вернуться во дворец, воспользовавшись путевой аркой. Орикс предлагал посетить дом старших учеников, где по случаю начала турнира планировали устроить праздничный ужин. Я бы пошёл, поговорил со стариками, посмотрел, как содержатся пауки, но у нас остались чернила, которые очень быстро портились. Следовало использовать их до утра, так как завтра на это времени могло не остаться.
Я только начал работать над символами для молодого парня, когда в комнату заглянула Ханна.
— Чернил осталось на семь символов, — предупредил я, подготавливая иглы из набора, что когда-то хранил Малеф для личного использования. Отличный инструмент для работы. Идеальная заточка и в пальцах держать удобно, несмотря на изысканный вид и гравировку. — Нужны кристаллы. Сегодня не получилось поговорить об этом с госпожой Мин, попробую завтра, если выпадет случай. Золото тратить на них не нужно, его и без этого мало.
Ханна покачала головой, но не стала повторяться, что Малеф много запас в своё время и можно не экономить.
— Я весь день думал, что из символов можно ещё использовать, но в голову ничего не приходит. Можно было бы символ сокрытия нанести, но вас и без него сложно заметить…
— Того, что ты наносишь, уже достаточно, — сказала она.
— Память у меня отличная, но работает избирательно, — я поморщился. — Вот если бы ты сказала, какой эффект нужен, было бы проще.
— На арене я видела одного из палачей Вечных, кто был связан с Малефом, — произнесла Ханна.
Я уже хотел открыть склянку с чернилами, но остановился. Показал на рабский символ, нанесённый на левое плечо парня, на что Ханна кивнула.
— Они могут вас видеть?
— Не все из них, и только если будут искать целенаправленно. Помнишь, я рассказывала о проблеме Малефа, из-за которой он искал по всем мирам особых женщин?
— Проблема с наследниками?
— Вечный, что был связан с Малефом, очень интересовался твоей беловолосой подругой. Расспрашивал, кто она, откуда, где живёт и как попала в секту Созвездий. Слухи по Ардо распространяются быстрее пожара, и уже все знают, что Зои победит в турнире.
— Неприятно, — тихо сказал я, а внутри что-то кольнуло. — Вы за ним следите?
— Да, одна из групп следит за его домом в столице.
— Тогда надо его тихо устранить и обставить всё как ограбление по наводке. Получится?
⠀⠀
Утро первого дня турнира Великих сект в Ардо
Дари Хон, лидер секты Священного Огня вошёл в большое богатое здание в центре столицы. Его встречала небольшая вытянутая комната с лестницей на второй этаж и тремя выходами в другие помещения. Справа от входа, сидя на стуле, принесённом явно из соседней комнаты, рыдала немолодая женщина в платье прислуги. Над ней хлопотала ещё одна, молодая и красивая. За женщинами присматривал хмурый мужчина из числа особой городской стражи. Увидев главу секты, он подтянулся, но сказать ничего не успел, так как на лестнице второго этажа показался глава секты Вечных, Зейд.
— Поднимайся, Дари, — сказал глава Вечных тоном, от которого должно было тускнеть серебро.
Что конкретно произошло в квартале Вечных, Дари Хон не знал, так как посыльный ничего толком рассказать не смог. Но, судя по настроению Зейда, ничего хорошего не случилось.
На втором этаже уже работали дознаватели из особого отдела стражи Ардо. Двое мужчин в чёрных одеждах изучали восточный коридор, ходя по нему с яркими кристаллами, ища остаточные следы магии. Ещё парочка изучала ближайшую гостиную, окна которой были распахнуты настежь.
В самой дальней комнате на этаже, куда зашёл Зейд, царил беспорядок. Некогда аккуратный кабинет был перевёрнут с ног на голову. Шкафы выпотрошены и частично сломаны, словно кто-то искал тайники. Та же участь постигла письменный стол и сундук для бумаг. При этом сундук лежал на боку, демонстрируя пробитое насквозь дно. Даже пройти по комнате, не наступив на мусор, свиток или книгу, было сложно. И в центре всего этого можно было увидеть одного из вечных, мужчину, лишённого признаков возраста, сидевшего на стуле лицом к двери. Светлые одежды были обильно залиты кровью из глубокой раны в основании шеи. Он не упал, получив удар, а остался сидеть, глядя помутневшим взглядом на дверь.
— Ударили сзади, длинным кинжалом, — сказал начальник дознавателей Ардо, немолодой мужчина с цепким, вечно подозрительным взглядом. Он изучал тело осторожно, чтобы не коснуться его ненароком. — Отменный удар. Убитого немного придержали, когда он дёргаться начал, но всё закончилось быстро.
— Это мой племянник, — сказал глава секты Вечных, затем с силой стиснул зубы, отчего вздулись желваки.
— Узнали, что пропало? — спросил Дари Хон. — Золото, артефакты?
— Кольца на левой руке, — Зейд показал на убитого. — Они могли испепелить на месте любого одарённого. Это сокровища нашей семьи, но их не взяли. Кошель с золотом тоже на месте, как и сундук в спальне. В этом бардаке сложно сказать, что конкретно пропало.
— Есть предположения? Убийцу можно поймать, когда украденное всплывёт.
— Здесь ничего ценного не хранилось, — Зейд немного успокоился, хотя взгляд до сих пор был холодным, отражающим убийственные намерения. — Так сразу не скажу, нужно время.
— Соседей уже опрашиваем, — ответил на взгляд Дари Хона дознаватель. — Охрану ближайших торговых лавок. Произошло всё ночью, но, возможно, кто-то видел убийцу.
— Ему никто не угрожал? — спросил Дари Хон.
— Не знаю. Я в Ардо всего пару дней. Поспрашиваю у своих, может, он конфликтовал с кем-нибудь недавно…
— Тот, кто решился на подобное в моём городе, сильно об этом пожалеет, — сказал Дари Хон. — Мы его найдём. Поставлю на уши все тайные гильдии, но убийцу найду. Но если мы будем знать, что искал убийца, это сильно поможет.
— Дай мне день, — повторил глава секты Вечных. — Подгадали, пока в городе шумно из-за турнира…
Дари Хон ещё немного осмотрелся, затем вышел из кабинета, а потом из дома на шумную улицу. Сегодня в полдень начинался турнир, и улицы уже были забиты людьми, спешащими к центру города. Момент действительно удачный, чтобы провернуть подобное. Вечные живут дольше других, поэтому высоко ценят свою жизнь. Бо́льших параноиков, чем они, сложно найти. К примеру, попасть в рабочий кабинет хозяина дома незамеченным было нельзя. Дверь располагалась как раз напротив стола, и убитый мог успеть десять раз расправиться с незваным гостем. Выходит, что убийцу он знал. При этом остался сидеть и даже подпустил его близко, на расстояние удара. А для этого нужно было обойти массивный стол.
— Тука, — позвал Дари Хон своего помощника. — Найди главу гильдии убийц и отправь ко мне. Это срочно, поэтому пусть приходит на Арену Войны. И пусть сразу узнает, появлялись ли в городе убийцы высокого уровня.
⠀⠀
Из-за большого количества участников, и чтобы не растягивать мероприятие на неделю, турнир начинался довольно рано — в полдень. Солнце висело как раз над ареной, не оставляя на ней ни единой тени. Всю молодёжь из великих сект, что должна была участвовать в турнире, собрали здесь, чтобы мы могли посмотреть друг на друга и оценить силу соперников. Стоя на арене, когда с трибун на тебя смотрят десятки тысяч людей, ощущаешь некий дискомфорт от такого внимания. А ещё от того, что на нас с Зои косились все остальные участники. Я думаю, что это из-за праздничного наряда владыки гор Ракку и тёмного платья Зои с пышными рукавами, под стать ему. На фоне парней и девушек, одетых в удобные для драки монашеские одежды, мы неплохо выделялись.
Вступительную речь главы секты Священного Огня я пропустил мимо ушей, задумчиво разглядывая балкон секты Созвездий. Госпожа Мин сегодня с утра выглядела ещё лучше, чем накануне. И настроение у неё было соответствующим. Она пообещала, что как только мы победим и получим главный приз, то сможем сразу отправиться к источнику вечной жизни, принадлежащему секте. И то, что для нас всё складывается так хорошо, слегка нервировало. Подсознание подсказывало, что где-то скрыт подвох и не стоит слепо доверять этой подозрительной женщине.
Надо упомянуть ещё один интересный момент. Когда мы готовились выйти на арену, нас нашла знакомая женщина из Священного Огня. Ходить вокруг да около не стала, незатейливо предложив бросить слабую и бесполезную секту Созвездий и примкнуть к ним. Говорила, что только у них мы сможем полностью раскрыть талант, получив достойную поддержку. Предлагала самые лучшие лекарства для развития силы, артефакты, признание и богатство. И тоже обещала сразу отвести нас к источнику вечной жизни, находившемуся прямо в Ардо, во дворце правителя города. А глава секты лично решит этот вопрос с госпожой Мин. В конце добавила, что если бы в своё время не поступила так, как предлагает нам, то давно была бы уже древней старухой, как её старый знакомый Орикс.
Вступительная речь главы закончилась, и он торжественно объявил начало поединков. Первыми должны были участвовать парни, имена которых уже объявляли. Всем остальным уходить с арены не требовалось, так как бои проходили на каменной площадке в центре и вокруг оставалось достаточно места. Я, наконец, смогу увидеть, какой силой обладает местная молодёжь, а то Ханна пугала несколько дней, да и госпожа Мин говорила, что победить будет сложно.
Открывал турнир поединок одного из сильнейших учеников Небесной секты, того самого, который нарывался на драку, когда мы пытались купить места на ««Парящем»». Его соперником был парень с севера, с виду ничем не примечательный, но неплохо сложенный. Оба использовали узкие мечи и, демонстрируя удаль, сначала сошлись в поединке. Надо признать, что двигались они быстро, на уровне демонов из Хумы. Не уверен, что смог бы потягаться с ними в бою, даже с копьём в руках. И это хорошо, что они пошли биться первыми, демонстрируя, что брать их надо на расстоянии.
Несмотря на то что парни дрались изо всех сил, они умудрялись использовать магию. Какую именно и зачем, понять сложно. Может, хотели сковать движения противника. По силе они были примерно равны, но северянин наседал больше и постепенно захватывал инициативу. Ученик Небесной секты, носивший смешное имя Тунук, это тоже понял, разорвав дистанцию. Почти сразу он взмахнул мечом, создавая воздушное лезвие. Удар был гораздо сильнее того, с которым я сталкивался, впервые встретив одарённых этого мира. Помню, что в тот раз мне пришлось приложить усилия, чтобы блокировать эту странную магию. С виду удар казался простеньким, но при этом нёс сокрушительную силу. Северянин от него уклонился, что было логично. Воздушное лезвие врезалось в барьер, установленный старшими учениками секты Огня, и я проникся второй раз, ощутив мощь удара. До уровня великих символов подобное не дотягивало, но внушало уважение, учитывая возраст парня.
Северянин использовать похожую магию не стал, решив снова войти в ближний бой. И это была не самая удачная мысль, так как он попал под второе воздушное лезвие. С близкого расстояния уклониться он уже не смог, что стало для него фатальным. Невидимое лезвие рассекло парня от плеча до пояса. Брызнула кровь, и тело отшвырнуло, разрубленное на две части. Трибуны взорвались криками и ликованием.
Барьер вокруг площадки исчез, а тело несчастного растворилось в магической вспышке. Там, где оно лежало, вспыхнуло тёмное пламя, стирая следы крови.
— Немного не так я себе это представлял, — тихо сказал я Зои.
— А меня смущает совсем другое, — так же тихо ответила она. — Что здесь приветствуется сражение насмерть среди талантливых юношей и девушек. Видишь их лица?
Посмотрев на группу парней из секты Священного Огня, я увидел решительность во взглядах и недовольство тем фактом, что их будущий противник обладает такой сокрушительной силой. И ни капли сочувствия к погибшему. Трибуны тоже ликовали, довольные зрелищем. Насчёт самых дальних мест не скажу, но с балконов и ближайших рядов было прекрасно видно, что происходило на площадке.
Тем временем над ареной прозвучали ещё два имени, упоминая секту Священного Огня и Большую Реку. Показывая нетерпение и желание поскорее со всем разобраться, вторая пара поспешила выбежать на площадку. Поднявшись на неё, они встали друг напротив друга, что-то сказали, а затем пожали руки, соглашаясь с чем-то.
— Ну, хотя бы эти нормальные, — шепнул я Зои.
⠀⠀
Балкон секты Созвездий, то же самое время
Демонстрируя, что достигли высокого понимания огненных техник, парни на арене устроили настоящее огненное представление, ничуть не хуже, чем их учителя показывали накануне вечером. В центре площадки, окружённой высоким барьером, начал формироваться огненный вихрь, постепенно набирающий силу. С каждой минутой жар внутри барьера нарастал, и ученикам приходилось тратить больше усилий, чтобы поддерживать защитные техники. Со стороны это выглядело красиво, но госпожа Мин предпочла бы более быстрое развитие событий. Смотреть на игры детей не доставляло никакого удовольствия.
Обернувшись, госпожа Мин с удивлением посмотрела на неожиданного гостя. На балкон заходил крепкий телом мужчина в самой обычной одежде, в какой ходило большинство горожан. Светлая туника, серые штаны и простой тканевый пояс. Выглядел гость лет на тридцать, обычное, ничем не примечательное лицо, короткие и кудрявые тёмно-русые волосы. Но не узнать его было сложно.
— Нерул? — удивлённо произнесла госпожа Мин. — Что-то случилось, или это просто любопытство?
— И то, и другое, — ответил мужчина, подходя к креслу главы секты и бросая взгляд на арену.
— Дети меряются силой, — сказала госпожа Мин.
— В тёмном одеянии, это он? — спросил хозяин разрушенного города, глядя на площадку рядом с ареной, где бушевал огонь. — Мальчишка, что исцелил тебя?
— Он, — кивнула госпожа Мин, демонстрируя руку с изящной кистью и тонкими пальцами. — Я подумала, что будет неплохо, если сила наставницы и малыша Бо растворятся в твоём пруду. Что скажешь?
— Как глава секты, ты должна ухаживать за собственным источником, а не отдавать такие вещи на сторону, — ответил Нерул. — Но как решишь, так и будет. Я пришёл сказать, что лорд Джи ходил в пустоту Ильсиды. Искал силу и возможность отомстить людям. Вернулся позавчера.
— Понятно, почему я не дождалась обещанных им людей, — кивнула госпожа Мин. — И что, он удачно сходил?
— Более чем, — улыбнулся Нерул. — У края бездны наткнулся на проклятую орду. Говорит, что искажённых демонов там столько, что нам мстить людям уже нет смысла.
— Это… точно? — спросила госпожа Мин, чувствуя холодок на спине и тревогу.
— Я был там только что, — спокойно сказал Нерул. — Всё, как и говорил лорд Джи. Орда демонов, искажённых проклятием Вечных. Они ждут, когда ближайшие миры окажутся достаточно близко, чтобы прорвать барьер.
Сражение детей на арене закончилось. Огонь взметнулся в небо последний раз и исчез. На ногах остался стоять лишь один мальчик, а второй лежал обгорелым куском плоти.
— Надо решить, что будем делать мы, — сказал Нерул. — Нас орда поглотит с тем же удовольствием, что и людей. Я предлагаю уйти, но лорд Джи будет драться за свой мир.
Последнее Нерул произнёс уставшим голосом, глядя на суету людей на арене.
— Вечные! — плотно сжав зубы, произнесла госпожа Мин. — Я всегда говорила, что именно они станут причиной гибели миров. Если бы они только не убили наставницу…
Госпожа Мин зажмурилась, борясь с эмоциями. Смешалось всё: облегчение от ушедшей болезни, терзавшей тело и душу, горе от потери наставницы, жажда мести и тревога за тех, кто полагался на неё не только как на главу секты. Но больнее всего было осознание того, какое бы решение приняла в текущей ситуации наставница Рекла.
⠀⠀
Одиннадцать поединков среди парней затянулись почти на полтора часа. Мне выпало выступать в самом конце, поэтому была возможность оценить способности младших учеников великих сект. Ничего особо выдающегося не демонстрировали, но стоило признать, по чистой силе они превосходили людей из моего родного мира. И способности свои использовали ловко, чтобы потягаться с демонами из Хумы. Напрягало только одно — сражались парни безжалостно, не щадя соперников. Из десяти поединков лишь три закончились ранениями, а остальные — летальным исходом.
Наконец, над ареной прозвучали имена последней пары участников. Получалось, что мы с хмурым парнем лет семнадцати должны были закрывать первую часть поединков. Глядя на победителей предыдущих боёв, мой соперник хмурился, наверняка оценив их силу и поняв, что победить у него не получится. Но отступить и признать поражение ему не позволяла гордость. В руках парень держал короткое копьё, неумело, словно не привык к подобному оружию.
Стоило подняться на арену, как становились видны пятна копоти и сажи от огненных техник. В центре площадки остались следы крови. В предыдущем бою один из парней потерял сначала руку, а затем и голову.
«За каким бесом я в это ввязался?» — думал я, взвешивая на ладони летающий нож.
Задумался настолько сильно, что едва не пропустил начало поединка. Опомнился, только когда летающий нож исчез с моей ладони. Я встрепенулся, не успев понять, что произошло, а соперник, выставив перед собой копьё, уже бежал ко мне, преодолев половину площадки. Скорости и ловкости ему было не занимать, так как он умудрился заметить сверкнувший в воздухе серебряный клинок и уйти в сторону. Летающий нож по инерции пролетел чуть дальше, резко развернулся, замер на секунду, оценивая, куда лучше нанести удар, и снова метнулся вперёд. А я в это время пытался удержать его, прилагая довольно много сил. Парень хотел увернуться ещё раз, но получилось плохо. Летающий нож ударил его в плечо, легко пробив навылет.
Мне, наконец, удалось схватить нож, но не вернуть над ним контроль. Несколько секунд мы боролись, и вряд ли бы я победил, но он внезапно потерял силу. Поспешив вернуть его, немного не рассчитал, и он больно ударил меня рукоятью в ладонь. Готов поклясться, нож всё время был связан со мной, никто не вмешивался и не пытался его забрать. Он как будто обрёл собственный разум.
Зрители на трибунах мало что поняли и увидели только, как моего соперника развернуло, и он выронил копьё. Парень носил синий монашеский наряд, поэтому тёмное пятно, расползающееся по плечу, было почти незаметным. А вот рука у него отнялась и повисла плетью. Он пытался зажать рану, бледнея на глазах.
— Победа за Созвездиями, — с небольшой задержкой над площадкой раздался громогласный голос судьи.
Я поспешил уйти с арены, совершенно не испытывая радости от победы. С утра ведь всё было хорошо. Если ещё пару дней назад в голове был сумбур, то после того, как напился до беспамятства, всё прояснилось. Точнее, сложилось в более-менее ясную картину. Стремление добраться до источника вечной жизни сменилось стойким желанием свалить из этого мира как можно быстрее. Надеюсь, это у меня не раздвоение личности и не помешательство.
Поединки девушек почти ничем не отличались от наших. Сражались они с той же ожесточённостью и беспощадностью. Зои выпало драться в первом же бою. Она просто вбила девушку из секты Священного Огня в мраморные плиты арены, не дав той даже подумать о сопротивлении. Хорошо, что одарённые здесь физически крепче обычных людей.
К концу первого дня турнира я порядком утомился. Устал не физически, а морально, стоя под палящим солнцем в центре арены. А вот зрители нисколько не устали кричать и выражать восторг от происходящего. Нравилось им, когда молодёжь друг друга сжигала, рубила на куски и даже взрывала. Последней отличилась какая-то невменяемая девушка из секты Большой воды, устроив на арене взрыв.
После небольшой, но воодушевляющей речи главы секты Священного Огня нас отпустили, сказав, что завтра всё продолжится и будут определены два финалиста как у мужчин, так и у женщин.
— Эй, Василий, — по пути к выходу с арены нас догнал высокий парень, единственный из северян, кто сегодня победил. — Я Тами́. Любопытно стало, каким оружием ты пользуешься? Если это не секрет, покажи.
Он вполне добродушно улыбнулся. И не скажешь, что своему сопернику он умудрился в два удара оттяпать руку и голову. Я бы сказал, что мечом он владеет лучше остальных претендентов. А вот магических способностей он не продемонстрировал, или же я их не заметил.
— Летающий нож, — я вынул из складок пояса серебристый клинок и продемонстрировал ему.
В другое время не стал бы показывать, но хотелось проверить, не обретёт ли клинок снова разум. В этот раз он оставался безжизненным.
— Красивый, — покивал Тами. — Ловко им управляешь. Как и защитным артефактом. Наставник говорил, что ради ядра колосса ваша хозяйка не пожалела что-то из своей коллекции отдать.
— Во-первых, она не наша хозяйка, — сказал я. — А во-вторых, с чего он решил, что я чем-то пользуюсь?
— Да это любому понятно, даже мне, — он хмыкнул. — Тебя простым умением зацепить нельзя, мешает что-то. Пытаешься сконцентрироваться для атаки, а ты ускользаешь как речной угорь. Да я не в обиду. Завидую просто.
До выхода с арены оставалось совсем немного, и он остановился, придержав меня немного за плечо.
— Я думал, что в Созвездиях только демонов приручают, но ты неплохо с этим… летающим ножом справляешься. Наставник говорит, что когда вы касаетесь разума демонов, то свой постепенно теряете. Поэтому у вас старших учеников всего дюжина, и все, как на подбор, старики седобородые.
— Он что-то понимает в приручении демонов?
— Для одарённых самое главное сокровище — это собственный разум, — серьёзно сказал парень. — В этом он разбирается гораздо лучше, чем многие.
Он поднял руки, как бы говоря, что не собирается нас задерживать.
— Увидимся завтра, — сказал Тами и направился к выходу с арены.
Пока мы болтали, нас успели обогнать все оставшиеся участники главного турнира. Сейчас сюда должна была выйти молодёжь, не состоящая в великих сектах, но стремящаяся туда попасть.
— Быстрее бы со всем разобраться и свалить отсюда, — сказал я Зои. — Я даже согласен к твоим родителям в гости заехать, лишь бы подальше отсюда.
Крепче взяв её под руку, решительно повёл к выходу. Стоя сегодня посреди арены и наблюдая за талантливой молодёжью, я впервые за много дней задумался о людях с Земли, которые сейчас наверняка пытались наладить жизнь в красном мире. До этого дня не думал о них, просто выкинув из головы, а сегодня вспомнил.
⠀⠀
То же самое время, роскошный дом перед Ареной Войны
— Мы сами придумали эти правила! — сказал Зеос, хлопнув по столу ладонью. — Никаких артефактов и демонов. Только талант должен определять победителя.
— Не надо распаляться, Зеос, — сказал Элиас спокойным тоном. — Ничего противоречащего правилам эти дети не используют, я… мы с Хароном тому свидетели. Если только ты не хочешь запретить удачу.
В комнате совещаний заседали шестеро глав великих сект, обсуждая первую часть турнира. Инициаторами выступили Зеос и Дари Хон, придя к выводу, что секта Созвездий нарушает правила.
— Хотите сказать, что парень имеет сразу три таланта? — спросил у него глава секты Священного Огня, едва сдержавшись, чтобы его вопрос не прозвучал язвительно.
Старики, сидевшие напротив, в подобных вопросах всегда имели решающий голос. Они выходили из того времени, когда секты этого мира по праву носили приставку «великие». Даже постарев и потеряв часть сил, эта парочка могла справиться едва ли не со всеми главами других сект разом. Дари Хон им откровенно завидовал, но успокаивал себя тем, что талантливых учеников в его секте ничуть не меньше, чем в Большой Реке.
— Такое иногда случается, — ответил Элиас на его вопрос.
Двери в комнату распахнулись, пропуская Зейда. Вечных не интересовали турниры и ядра демонических зверей, в Ардо он прилетел только из-за большой политики. Встретиться сразу со всеми главами великих сект было практически невыполнимой задачей, а мотаться по всем континентам на воздушном корабле Зейд терпеть не мог.
— Если Мин позвала меня сюда, чтобы спорить, кому достанутся ядра демонических зверей, я тут же уйду, — с порога заявил Зейд. Обведя собравшихся взглядом, он прошёл к свободному месту у большого стола. — И пока вы все здесь, надо решить вопросы с вырубкой западного дикого леса. Чем дольше мы ждём, тем сильнее разрастается лес. А это значит, демонов на западе становится больше. Лучше бы организовали турнир по вырубке леса. Кто больше деревьев срубит, тот и победил.
Проблема западного леса в первую очередь беспокоила Вечных и секту Большой Реки. Заражённая демонами территория разрасталась медленно, но неотвратимо. Огромные деревья, достигающие сотни метров в высоту, были пропитаны ядовитой смолой и плохо поддавались обработке, поэтому почти не использовались в строительстве. Ко всему прочему росли они быстро, всего за пару десятков лет достигая максимальной высоты.
За закрытыми дверями в коридоре появился отголосок магии. Зейд поморщился, отворачиваясь от двери. Главу секты Созвездий он терпеть не мог, так как жутко завидовал её способности перемещаться в пространстве. Способность была не очень сильная, даже близко не сравнимая с умением стариков из секты Большой Реки открывать разломы, но крайне удобная. Никто не знал, как умение работало, но оно позволяло госпоже Мин появляться даже в небольших комнатах, не опасаясь застрять в стене или камнях пола. К тому же, старая карга могла не только переместить себя, но и кого угодно, даже призвать своего любимого питомца с южного континента. А ведь на самом быстром летающем корабле до её дворца было не меньше десяти дней пути.
Судя по взглядам глав северных сект, не только Зейд завидовал старой карге Мин. Ещё вчера главы сект заметили, что она прорвалась на следующий этап силы, но все сделали вид, что не замечают этого в упор. Никто даже не думал поздравить её или выразить уважение.
Открыв дверь, Мин вошла в помещение, бросила странный и недобрый взгляд на Зейда. Глава Вечных даже неосознанно коснулся двух колечек на пальцах левой руки. Пока они на нём, каргу Мин он не боялся. Первое не позволяло втянуть его в разлом или переместить в пространстве, если он этого не желал. Второе защищало разум от любых воздействий, в том числе и иллюзий, которыми владела карга Мин, но тщательно это скрывала. В остальном же он мог потягаться с ней на равных. Осталось лишь выяснить, какую силу она получила, поднявшись на новый уровень.
— Мы как раз обсуждали Ваших учеников, — сказал Дари Хон, но госпожа Мин остановила его жестом изящной кисти. Возможно, ей в очередной раз просто хотелось похвастаться тем, что удалось омолодиться.
Зейд улыбнулся, подумав, что эта женщина как змея — сбрасывает кожу, чтобы стать моложе.
— У меня плохие новости, — сказала госпожа Мин, неспешно обходя стол. Отодвинула стул с высокой спинкой, скрипнув ножками по полу, и важно села. — Объявились демонические звери, заражённые проклятием безумия.
— Это они напали на мой город? — оживился Дари Хон. — Тот гигант был про́клятым зверем?
Ядра про́клятых демонических зверей ценились выше всех остальных, за исключением колоссальных тварей. Более насыщенные силой и демонической энергией, они прекрасно растворялись в источниках вечной жизни, давая много энергии.
— Надо его обязательно поймать, — добавил глава секты Священного Огня.
— Не переживай, Дари, очень скоро ты сможешь утолить свою жадность, — улыбнулась под вуалью госпожа Мин. — На границе пустоты Ильсиды собралась орда проклятых демонических зверей. Не хочу связывать убийства колоссов с ослаблением барьера на границе Ильсиды, но очень скоро он падёт.
На минуту в помещении повисла тишина. Живущие не одно столетие одарённые пытались осознать услышанное. С нашествиями демонов из-за завесы мир сталкивался периодически, и каждый раз это несло разрушения и гибель большого числа людей.
— Насколько большая орда? — спросил Элиас.
— Сложно судить, — покачала головой госпожа Мин. — Но когда дело касается про́клятых безумством, то вопрос вовсе не в количестве демонов, а в том, сколько среди них будет монстров уровня бедствие. А если появится парочка проклятых колоссов, то проще оставить этот мир и бежать без оглядки.
— Не нагнетай, — сказал Зейд, неуютно заёрзав на стуле. — Откуда эти новости? Им можно доверять?
— Я бы хотела, чтобы уважаемые Элиас и Харон подтвердили эти опасения. Только Вы можете спокойно войти в пустоту и вернуться, не потревожив демонов.
Госпожа Мин положила на стол искривлённый тёмный кристалл, ведущий в один из миров за барьером.
— Заходить за барьер опасно, — сказал Дари Хон, посмотрев на кристалл, как на ядовитое насекомое.
— Нужно удостовериться, что опасения госпожи Мин не напрасны, — произнёс Элиас.
— Скажи по поводу турнира, — проворчал Харон. — Госпожа Мин недавно подобрала невероятно талантливую молодёжь. Смысла в турнире теперь не больше, чем в разноцветной ткани на площади.
Элиас снял с плеча небольшую тряпичную сумку, бросил её в центр стола. Едва она покинула руки старика, помещение заполнилось насыщенной чистой энергией.
— Даже если бы турнир проходил среди старших учеников сект, — сказал Элиас, — победа досталась бы Созвездиям.
Сумка быстро заскользила по столу в сторону госпожи Мин и исчезла, едва коснулась её руки.
— Но!.. — начал было Дари Хон, но Харон посмотрел на него таким тяжёлым взглядом, что глава секты решил благоразумно промолчать.
— Турнир можно продолжить, — сказал Элиас, забирая со стола путевой кристалл. — Победителей мы наградим из наших личных запасов. У нас вроде оставалось одно ядро гидры?
— Два, — ответил Харон, вставая следом за Элиасом. — Дари, воспользуемся путевой аркой во дворе дома.
— Конечно. Я провожу, — глава Священного Огня поднялся, жестом показывая на неприметную дверь в противоположной части комнаты.
К госпоже Мин тут же подсел Зеос с горящим взглядом.
— Девчонке с проклятой кровью ядро не нужно, — быстро сказал он. — А парню хватит и одного. Мне нужно ядро огненного зверя. Готов обменять его на что-нибудь ценное, что нужно Созвездиям. У меня есть несколько артефактов, связанных с завесой. Из них можно черпать силу почти бесконечно и безопасно. Если вам артефакты не нужны, то можете продать любой из них и купить пару городов на юге.
— Зачем тебе огненный зверь? — приподняла бровь госпожа Мин. — Источник Небесной секты пересыхает?
— С ним всё в полном порядке, — Зеос отмахнулся. — Просто ко мне попал артефакт из огненного измерения, но воспользоваться им я не могу. Нужен источник силы, если понимаете, о чём я.
— Отправь мне список артефактов, и я подумаю над твоей просьбой, — сказала госпожа Мин. — Но только тех, что связаны с завесой.
— Сегодня же вечером, — улыбнулся Зеос.
Главы сект, оставшиеся в комнате, почувствовали тяжёлый разлом, открывающийся на заднем дворе дома. Госпожа Мин неплохо знала стариков, ожидая, что они тут же бросятся проверять информацию о возможном прорыве барьера в пустоту Ильсиды. Хорошо, что у Нерула остался путевой кристалл на ту сторону.
⠀⠀
Не имея никакого желания оставаться и смотреть на бои одарённых, не входящих ни в одну из сект, я решил сбежать. А в столпотворении, творящемся вокруг, это было несложно. Мы влились в поток людей, движущийся к выходу, и нас буквально вынесло на площадь перед Колизеем. Столько людей в одном месте я ещё не видел. Даже торговцам, продающим закуски и сувениры с лотков и тележек, пришлось потесниться. Я уже подумал, что нам придётся потолкаться и на площади, чтобы пройти сквозь неё, но на помощь пришли люди Ханны. Пара крепких мужчин легко провела нас сквозь толпу, почти не встречая сопротивления.
Вздохнуть спокойно удалось, только пройдя несколько кварталов. Севернее Колизея располагалась улица дорогих ресторанов, куда обычных горожан не пускала стража. А вот нас пропустили легко и даже пожелали доброго дня. Оценили платёжеспособность по дорогим нарядам и личной охране. Пройдя ещё немного по северной улице, я выбрал летнюю веранду одного из ресторанов, окружённую живой изгородью. К тому же других посетителей там не было.
Выбрав столик в тени беседки, я успел ухватить Ханну под руку, чтобы не сбежала.
— Надо поговорить, — сказал я, показывая на столик. Плохо, что Ива осталась во дворце в компании девушек с гор Ракку. Утром заявила, что не имеет никакого желания посещать арену и мотаться по городу.
Когда мы расселись, один из подручных Ханны отправился, чтобы заказать обед.
— Если вкратце, то у меня в голове немного прояснилось, но с самого утра разные мысли не дают покоя, — сказал я. — Вместо посещения источника есть стойкое желание сбежать из этого мира. Не пойму, к добру это или наоборот.
— Недоверие исчезло? — спросила она.
— Кстати, да, — я кивнул. — И насчёт источника только любопытство осталось, но я уже не знаю, как к этому относиться.
Зои, услышав о моём желании бежать из этого мира, навострила ушки, одобрительно покивав.
— Это хороший знак, — сказала Ханна. — А что за мысли, о которых ты говорил?
— Вы воздушный корабль уже наняли?
— Зачем? — не поняла она.
— Как зачем? Турнир продлится ещё дня два, максимум три. А после победы госпожа Мин обещала сразу отвести нас к источнику. Я думаю, что на всякий случай глянуть на него надо, чтобы опять с головой проблем не было. Далеко секта Созвездий от Ардо?
— Десять дней в одну сторону на самом быстром летающем корабле, таком, как «Парящий».
— Вот, — наставительно сказал я. — Может, она туда нас через разлом отправит. А что, если только нас двоих с Зои? Людей с гор Ракку здесь уже под сотню, наверное. Будете ждать здесь? Плохая идея. Поэтому я и говорю, что корабль нужен. Мы с Зои можем подождать вас на юге, пока догоните. А оттуда сразу рванём в сторону секты Вечных. Или же, если госпожа Мин вернёт нас в Ардо, то отправимся отсюда. Наведём у Вечных шороху, и домой через разлом ящеров. Как тебе такой план?
Она задумалась на секунду, опуская взгляд на столешницу. В это время её помощники принесли из ресторана большой, красиво разукрашенный кувшин, несколько кружек и разнообразную закуску в виде кусочков сыра и странных на вид мелко нарезанных маринованных овощей.
— Тот символ, что был у Малефа, — сказал я. — Он слишком сложный даже для меня, не говоря уже про дами, которых я знаю. И просто так он работать не будет, если его кому-то нанести. Здесь нужно понимать, что и как делать, важен порядок активации. Эти символы — язык магии, на котором говорят дами, но перенесённый на бумагу. У меня есть несколько предположений касательно вашей проблемы. Первое, кто-то из вечных, помимо Малефа, тоже носит похожий рисунок, только неактивированный до конца. Второе, они хранят записи об этом символе с подробным описанием, что и как делать, чтобы кто-нибудь из дами смог его повторить. Вспомни, Малеф ведь ездил в Альведэ, чтобы поправлять выцветающие символы. И обращался он к дами, так как нужно было не просто обновить краску, а «зажечь» её.
Ханна кивнула, подтверждая мои слова.
— Отсюда простой вывод, — продолжил я. — Если этот символ есть у кого-то на спине, то он должен его обновлять. А так как символ не активирован полностью, то это крайне сложно, значит, маловероятно. И за образец он тоже не сойдёт, так как скопировать такое ещё сложнее, чем придумать. Выходит, это записи либо знания у кого-то в голове, кто обладает исключительной памятью на детали. И без дами они бесполезны. А теперь главный вопрос, ты знаешь, кого искать и где могут быть эти записи?
Ханна, не поднимая взгляд, покачала головой.
— Примерно это я себе и представлял, — сказал я, разливая бледно-красное вино по кружкам. — Вот такие мысли меня с утра преследуют. Дай мне день и описание секты Вечных, и я умудрюсь составить не только план мести, но и грабежа. Кстати, ты ведь узнала того, кто в Колизее был. Говорила, что он связан с рабским символом.
— Не я узнала, а группа, сопровождавшая Малефа в Альведэ, — сказала Ханна. — Меня он с собой не брал. Каждый раз, отправляясь к дами, он встречался там с двумя вечными. А раз в пятьдесят лет на двадцать дней он наведывался сюда. И те, кто его сопровождали, обратно не возвращались.
— Воевать с целой сектой будет сложно, — задумчиво сказал я. — Действовать надо тихо, взять пару языков и хорошенько расспросить… Вот, видишь? Я уже планы составляю. Поэтому надо сначала с турниром и источником разобраться. Там уже будет видно, нужно мне ехать к отшельнику, о котором ты упоминала, или само пройдёт.
— А потом? — спросила Зои. — После секты Вечных? Раз ты грандиозные планы строишь, почему бы не спросить.
Она пожала плечами.
— Убегать будем всё равно через разлом ящеров, — улыбнулся я. — Если он сегодня в подвале дворца не стабилизируется, придётся действовать теми силами, что есть на данный момент. А ещё лучше завтра его закрыть. Нехорошо, если останется прямая дорожка в горы Ракку. И, если повезёт, я бы ещё Вечных пограбил как следует. Надоело, что мы со всеми воюем, а прибыли это не приносит. Надо только понять, что в разлом влезет, а что нет. Да, Ханна, что насчёт ставок и золота?
— Крупные дельцы и игроки на учеников секты Созвездий ставить золото не хотят. Ни за, ни против вас. Сговорились.
— Хреново, — я поморщился. — У нас золота хватит корабль нанять? Да, помню, ты говорила, что Малеф много запас. Тогда погнали в порт искать корабль. Хорошо бы нанять «Парящего», если он ещё там.
— Турнир же, — сказала Зои. — А это корабль пассажирский, для дальних путешествий и с хорошими каютами. Если он самый быстрый, то и самый дорогой. Капитан будет ждать, когда турнир закончится, чтобы отвезти учеников обратно, и ещё поторгуется, чтобы посмотреть, кто больше заплатит. Так что будь уверен, что он всё ещё там.
— Не подумал, — я посмотрел на Зои с лёгким удивлением.
— Когда я гостила у дяди Андрэ в Рэджо, он много рассказывал о морской торговле, — она смутилась. — И ещё немного о навигации и управлении командой корабля.
В порт мы отправились на двух роскошных повозках. Нам даже искать их не пришлось, так как пронырливые мулы сами примчались к ресторану, рассчитывая, что клиенты после трапезы не захотят возвращаться пешком. А услышав, что ехать нужно через весь город в порт, только обрадовались, предвкушая неплохой заработок. Я бы лучше воспользовался городской путевой аркой и сэкономил час времени, но не знал, как они работают и есть ли кто-то, кто за деньги проводил людей из одной точки города в другую.
В порту к концу дня было шумно и многолюдно. По-моему, с нашего приезда в Ардо здесь ничего не изменилось, всё та же толчея у выхода из здания порта и крики рабочих. Не представляю, как люди живут в ближайших кварталах. С ума ведь сойти можно, если под окнами будут постоянно громыхать ящиками, орать грузчики и устраивать драки со стражей. Да и запахи вокруг стоят такие, что сложно привыкнуть.
Сквозь здание порта мы сразу прошли на причалы. Как и предположила Зои, «Парящий» стоял у того же самого причала, где мы видели его в последний раз. Да и не заметить такой большой корабль было сложно. На фоне грузовых галер и мелких лодок он заметно выделялся. Кстати, на ««Парящем»» кипела какая-то работа, слышались голоса матросов, стук молотка и ещё что-то странное. У сходней на причал дежурил матрос, следивший, чтобы посторонние не шастали и ничего не стащили. Нас он сразу узнал и даже обрадовался.
— Привет, — поздоровался я. — Нам бы с капитаном поговорить.
— Конечно, — он показал в сторону кормы и высокой пристройки, где гости собирались во время путешествия. Чуть дальше была каюта капитана, но я туда не заходил. Не хотелось лишний раз попадаться на глаза капитану. Каждый раз, когда мы сталкивались на палубе, казалось, что он меня насквозь видит.
Пока корабль стоял в порту, матросы без дела не сидели, проводили генеральную уборку и ремонт. Стук молотка слышался со стороны спуска на нижнюю палубу. Там же стояло несколько человек, спуская в проём доски. Чуть дальше пара крепких мужчин возилась с целой горой канатов, скручивая и укладывая их в ящики.
Капитана мы нашли в просторной кают-компании, о которой я упоминал раньше. Он сидел за длинным обеденным столом и разбирал какие-то бумаги до нашего появления. Здесь же был его старший помощник. Я обратил внимание, что старпом при нашем появлении встал так, чтобы загородить какой-то сундучок сантиметров сорок в длину и около тридцати в ширину.
— Доброго дня, капитан, — поздоровался я. — Мы не вовремя?
— Всё в порядке, — ответил Юн Вол, но взгляд показывал обратное.
Я посмотрел на Ханну, но она сделала вид, что совершенно ни при чём.
— Хочу Ваш корабль нанять, — сказал я. — Доставить сотню человек сначала на юг, в секту Созвездий, а оттуда в секту Вечных. Как только турнир закончится, можно будет отправляться.
— Сотню человек? — уточнил он.
— Приблизительно.
— Сожалею, но «Парящий» на ремонте, — сказал Юн Вол. — Минимум дней на двадцать.
Лицо капитана оставалось спокойным, а вот старпом поморщился, словно у них действительно большая проблема.
— Маршрут хороший, и погода на юге в это время года спокойная, но мы действительно застряли, — добавил Юн Вол. — В этом порту подходящую по размеру посудину вы не найдёте. Советую поискать в западном порту, вчера я видел там Бегущего По Ветру.
— Понятно, — вполне искренне огорчился я. — Спасибо за подсказку и простите, что побеспокоили.
Насчёт того, что в порту нет подходящих кораблей, капитан не лукавил. С высоты палубы было прекрасно видно, что у других причалов стоят только грузовые галеры да небольшие лодки. Сложно сказать, могли ли они вообще летать. Но корабль нам был нужен. Неприятное предчувствие подсказывало, что нужно убираться из этого мира и чем быстрее, тем лучше.
До западного порта, расположенного ниже по реке, ехать пришлось ещё час, учитывая, что крепкие мужчины, тащившие дорогие повозки, не жалели сил. А тем временем вечерело, и небо на западе окрасилось в багряный цвет. Хозяева питейных заведений и постоялых дворов зажигали уличные фонари, привлекая посетителей. А людей на улице становилось больше, особенно рядом с западным портом. То ли он закрывался раньше, то ли первая рабочая смена заканчивалась, и горожане спешили это отметить, выпить горячительного и вкусно поесть.
Спросив дорогу у городской стражи, мы довольно быстро нашли здание управляющего портом, длинный двухэтажный дом, выходящий окнами на широкий участок реки. Возле него стояло всего несколько человек, выглядящих так, словно искали работу грузчиками или моряками. Внутрь их не пускала охрана, расступившаяся перед нами.
Войдя в здание, мы стали свидетелями ссоры или чего-то похожего. Перед стойкой, где встречали посетителей, бушевал пузан, выглядевший как богатый торговец. Он сжимал в руках что-то серебряное, размером с небольшой мяч, демонстрируя это чиновнику. Последнего, кстати, перепутать с кем-то было сложно, так как он носил тёмно-синий халат с большими иероглифами на спине, означавшими «Западный порт».
— Разорён! — бушевал торговец, тыча шаром в чиновника. — Всё в реку придётся выбрасывать, сгниёт.
— Уважаемый Тон Га, — пытался успокоить его чиновник, едва не уворачиваясь, чтобы его этой серебряной штукой не зашибли, — я вам уже сотый раз говорю, мастер будет только через пятнадцать дней. Он уехал по важному делу.
— И его некем заменить?! Вы же начальник!
— Я занимаюсь совсем другими вопросами. И за возмещением убытков Вам нужно обращаться к главе города, а не ко мне.
За этой картиной безразлично наблюдало двое телохранителей торговца и портовый стражник, следивший за порядком.
— Вот ему я пожалуюсь, — возмущался пузан. — Что мне уже десять дней не могут восстановить какой-то паршивый символ!
Услышав о символах, я решил утолить любопытство, проходя прямо к ним. Да и нужно было остудить пыл торговца, пока он не стукнул чиновника. Скорее всего, он-то нам и нужен был.
— Вечер добрый, — нагло вмешался я. Точнее, чиновник меня заметил раньше и был бы рад уделить мне внимание, лишь бы выпроводить торговца. — Я услышал, что вам нужно что-то исправить. А я как раз лучший в мире мастер символов.
— Что? — на меня уставились и торговец, и чиновник.
— Мастер символов я, — пришлось повторить, чтобы до пузана дошло. — Что вам исправить нужно?
Как оказалось, в руках он сжимал шар из тонких серебряных пластинок, очень похожий на тот, что Ханна вытащила из летающей лодки. Только этот был побольше размером. Торговец оглядел меня с ног до головы, затем посмотрел на Зои и столкнулся взглядом с Ханной.
— Символ восстановить надо, — произнёс торговец озадаченно. Протянул мне сферу, но взгляд при этом был такой, словно он находится в сильном замешательстве. Опять Ханна постаралась.
Пластинки шара как большие лепестки закрывали что-то в сердцевине. Они были очень тонкими, отчего казались хрупкими — надави сильнее, и останется вмятина. На некоторых были видны вдавленные символы, что удивительно, понятные и знакомые. Часть была нанесена красиво и даже изящно, а часть — грубо, но читаемо.
— Вот здесь, — я показал торговцу на группу лепестков. — Часть символа «стабильность» отсутствует.
Выглядело так, словно давление изнутри стёрло рисунок, оставив часть, заходящую на пару примыкающих пластинок. Я только представил, как этот символ выглядел бы на своём месте, а серебряный металл под рукой дрогнул, проявляя рисунок. Словно кто-то сделал оттиск на мягком и податливом материале. Ещё появилось чувство, как будто то, что заключено внутри сферы, слегка задрожало.
— Готово, — сказал я, возвращая сферу. — Если проблема была в этом, то работать должно.
Чиновник успел раньше торговца, сцапав сердце лодки. Он, как оказалось, очень внимательно за мной следил и даже запомнил, какой символ проявился. Проведя по нему пальцем, он что-то сделал, и сфера опасно загудела, но почти сразу затихла.
— Вот, господин Тон Га, — сказал чиновник, — ваше корыто снова сможет двигаться. Не так быстро, сначала заплатите за место у причала и ремонт. Шесть пластин.
Торговец попытался забрать сферу, но чиновник ловко увернулся.
— Разорители, — проворчал пузан, вынув из-за пазухи связку прямоугольных золотых пластин. Отстегнул от длинного шнурка шесть штук.
Забрав сферу и пообещав, что будет жаловаться главе города, он поспешил удалиться. При этом выглядел торговец довольным, и я заподозрил, что заплатил он гораздо меньше, чем должен был.
— Уважаемый мастер, — расплылся в улыбке чиновник, обращаясь ко мне. — Вы очень вовремя появились. Прошу в мой кабинет. Прошу…
Он что-то показал помощнику, дежурившему за стойкой, и широким жестом пригласил нас к лестнице на второй этаж. Провёл в комнату с богатым убранством и прекрасным видом на реку и закат.
— Позвольте представиться, — сказал чиновник, когда мы расселись на мягкий диван у длинного стола. Сам он занял место напротив, спиной к окну. — Я Кари́н из семьи Фэн. Могу я узнать имя мастера?
— Василий. Мы в Ардо проездом и ищем большой корабль, который может доставить под сотню человек на юг, в столицу секты Созвездий. Слышал, что в порту стоит «Бегущий По Ветру».
— Бегущий? Вам не повезло. Буквально пару часов назад он ушёл на запад к Эфиру. В большой спешке и всего с одним пассажиром.
Опомнившись, чиновник положил на стол пять золотых пластинок, полученных от торговца. Шестую демонстративно спрятал за пазуху.
— Плата за оказанную услугу, — сказал он, пододвигая золото ко мне. — Чтобы перевезти такое количество людей, нужен большой корабль… это срочно?
— Срочно. Дня через три мы должны уже быть в пути.
— Корабль есть, — сказал он. — Очень быстрый, с опытной командой и достаточно вместительный. Я организую вам встречу с капитаном завтра к полудню. Видите, за моей спиной? Слева, если смотреть с вашей стороны.
Он оборачиваться не стал, но из окна была видна часть причала с крупным угловатым кораблём. Мне он особо не приглянулся, в отличие от того же «Парящего».
— После полудня, — сказал я. — Утром мы будем заняты.
— Как вам будет угодно, — расплылся он в довольной улыбке.
— И ещё, — добавил я. — Если в вашем порту кому-нибудь нужно будет поправить символы на сердце летающей лодки, то за хорошую плату я могу им помочь. Пока ваш мастер отсутствует.
— Только хотел Вам это предложить, — сказал он. — Проблемных лодок много. Торговец Тон Га самый нетерпеливый из всех. Будьте уверены, что эту новость он быстро разнесёт и завтра здесь будет настоящее столпотворение.
Начальник порта оказался человеком общительным и даже вызвался проводить нас до местной путевой арки и лично отправить в центр города, к ближайшему выходу у Колизея. Осторожно интересовался, откуда мы приехали, и удивлялся, что раньше не слышал о таком молодом мастере символов. Что касается золота, то пластинки я забрал. Каждая весила около ста пятидесяти грамм, что довольно неплохо. Я поинтересовался у начальника порта местными зарплатами, и выходило, что небольшой ремонт силовой установки лодки обошёлся торговцу примерно в пятилетний заработок грузчика.
Путевая арка доставила нас к Колизею, на улицу, примыкающую к шумной площади. Хорошо, что не пришлось ехать обратно через весь город два с лишним часа. В общем, у площади мы снова наняли повозку и к наступлению темноты были рядом с дворцом госпожи Мин. Спокойно поднялись на третий этаж к нашим комнатам. Никто к нам с претензиями не бежал, никто не спешил ругать за то, что появились затемно и сбежали без спроса. Разве что скучающая Ива посетовала, что мы поздно вернулись.
— Как прошёл первый день турнира? — спросила Ива.
— Ничего интересного, — сказала Зои, разворачивая ширму, разделяющую комнату. — Шумно и неприятно. Папа не любит бои насмерть, поэтому у нас такое не встретишь. А узнай он, что я поучаствовала, даже не знаю, что было бы.
За ширмой мелькнули тени Сайми и Салме, демонстрирующих Зои домашнее платье. Но я за ними не следил, разложив на деревянном табурете у кровати золотые пластинки. Пытался представить простой символ на поверхности золота, как это делал в порту, но ничего не происходило.
— Неприятный турнир, — подтвердил я. — Странно, почему с ними не работает?..
В комнату заглянула Ханна, прошла к моей кровати, уселась рядом и выложила на табуретку несколько крупных серебряных монет. Когда мы ехали от Колизея в сторону дворца Мин, я рассказал о том, что на турнире летающий нож двигался сам по себе. Так и не смог найти этому объяснения, поэтому решил поделиться проблемой.
— Нехорошо, когда не отдаёшь отчёт тому, что делаешь, — сказала она. — Ты же говорил, что в голове прояснилось?
— Говорил, — я положил рядом с пластинками и монетами браслет, который начал таять и принимать форму летающего ножа. — С ним работает. Стоит только подумать, и он меняет форму. И с сердцем лодки это сработало.
Нож на половине трансформации остановился и начал растекаться, принимая форму прямоугольного бруска, хотя я представил тонкую пластинку. На его поверхности появился простой символ отражения, и металл окончательно застыл.
— Ива, подай склянку с чернилами из моей сумки, — попросил я. — Кстати, ты не сталкивалась с одарёнными, кто мог управлять металлом силой мысли?
— С такими не сталкивалась, — ответила она. — Но когда ты заставляешь предмет двигаться, то ведь тоже делаешь это силой мысли, а не объясняешь ему это словами и жестами.
— Не чувствую, что магию использую, — сказал я. — Такое чувство, что он сам это делает. А на арене я даже подумать не успел.
— Надо было об этом днём сказать, — Ханна повернула моё лицо к себе, заглянула в глаза.
— Нож не верну, — сказал я. — Опасная штука…
Наваждение довольно быстро схлынуло. Только что я был уверен, что летающий нож мне одолжила Ханна и я должен был ей его вернуть. Пробрало до мурашек от неприятного чувства, когда осознаёшь, что тебя обманули.
— Можно так не делать? — проворчал я, затем поёжился.
— Твой разум сопротивляется, — она улыбнулась. — Это хорошо. Ещё раз подумай, вспомни всё, что произошло на арене. Как нож лежал у тебя на ладони, как он летел и как ударил соперника.
Я глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. Брусок на табуретке снова начал менять форму на летающий нож, но в процессе передумал и превратился в браслет.
— Я почти уверен, что это он сам, — сказал я. — Спасибо.
Забрав у Ивы склянку с чернилами и кисточку для письма, я подтянул рукав и нанёс на предплечье символ, которому нас учил Стоки. Подождал немного, пока чернила подсохнут, затем ткнул пальцем в одну из пластинок. Золото заблестело сильнее и начало таять. На его поверхности появился символ отражения, но пока золото затвердело, он успел смазаться и стал почти нечитаемым. Где-то с третьей попытки мне удалось придать золотой пластинке нужную форму и сохранить на поверхности вдавленный символ.
— Не знала, что ты так умеешь, — сказала Ива.
— Я тоже не знал… И с обычным серебром не работает.
Попытка расплавить серебряную монету ни к чему не привела. Боевой нож Ханны тоже и не думал плавиться или как-то меняться.
— Пока оставим, — сказала Ханна, забирая золото и серебро с табурета. С сомнением посмотрела на испорченную золотую пластину. — Завтра об этом подумаем. И если тебе внезапно очень сильно захочется что-то сделать или куда-то бежать, сразу говори.
За ночь ничего так и не произошло, и не изменилось, если не считать, что желания участвовать в турнире и связываться с сектами стало ещё меньше, но настроение это не испортило. Мы позавтракали и почти два часа ждали, пока появится старший наставник, чтобы сопроводить нас. Я уже собрался отправить кого-то за повозкой, когда появился Орикс. Дожидаясь нас, он устроился на лавочке у сада и принялся дымить трубкой. Задумался о чём-то, не заметив, как мы с ним поздоровались. Обратил внимание, когда я помахал ему рукой.
— Что-то случилось? — спросил я. — И где прыгун?
— Прыгун сейчас спит, — сказал Орикс с мечтательной улыбкой. Затем опомнился, вытряхнул остатки табака из трубки, постучал ею о край лавочки. — Турнир отложили на три дня. Арену утром закрыли и никого не пускают.
— Не к добру, — сказал я. — А что говорит госпожа Мин?
— Не видел её со вчерашнего дня.
— И что нам делать?
— Отдыхайте, — он развёл руками. — Прогуляйтесь по городу, праздничные мероприятия никто не отменял. На главной площади сегодня откроется большой рынок. Будут продавать товары для развития силы, редкие ингредиенты и материалы.
— Скажите, а как перемещаться по городу через путевые арки? — задал я вопрос, который давно беспокоил.
— Внутри каждой арки есть маяк, — сказал он, доставая из-за пазухи несколько мутных кристаллов. — Такие камни ведут прямо к ним. Самые дешёвые в портовых районах, по пять золотых монет за штуку. Хватает обычно на пару раз, даже с учётом Прыгуна. Дорого. Немногие готовы тратить недельный заработок, чтобы сэкономить полчаса. Повозки обходятся в разы дешевле.
Один из кристаллов в его руке выглядел так, словно готов был рассыпаться в любой момент. Я бы его использовать для открытия разлома побоялся.
— А где такие купить можно?
— Поблизости есть лавка, рядом с местным рынком. Там всякую всячину продают, в том числе и кристаллы. Но лучше покупать в лавках рядом с путевыми арками, выйдет дешевле.
— Спасибо. Мы тогда прогуляемся, раз турнир перенесли.
Наставник Орикс махнул рукой, как бы говоря, что мы можем делать всё, что хотим. Всё-таки странная у них секта. Никто за тобой не присматривает, начальства вообще не видно, делай что хочешь. Даже отчитываться никому не нужно. Думаю, что смысла нас обманывать у наставника не было, но, на всякий случай, мы наняли повозку и первым делом отправились к центру города.
В отличие от вчерашнего дня, сегодня Ива решила прогуляться вместе с нами. Ничего не сказала, но я думаю, она знала, что сегодня нам драться ни с кем не придётся. Да и настроение у неё с утра было прекрасным.
Как и говорил наставник Орикс, праздничные мероприятия перед Колизеем не прекращались. Городской стражи было больше, чем вчера, но они следили только за тем, чтобы на площади не случилась давка. А вот на арену действительно никого не пускали. Это стало сюрпризом не только для нас, но и для большого числа горожан, поэтому подобраться к арене поближе у нас не получилось. Да мы и не пытались, посмотрели со стороны, поговорили со стражей и отправились искать лавку, торгующую путевыми кристаллами. Дважды посетить западный порт стоило шесть золотых монет, а один раз вернуться в центр города обошлось нам в четыре.
Выходя из разлома рядом с западным портом, мы стали свидетелями, как в город заходил знакомый огромный летающий корабль, похожий на дворец. Мы его видели рядом с городом, на который напали демонические пауки. И вот сейчас он пролетал прямо у нас над головами, двигаясь в сторону центра Ардо. За ним пристроилось несколько лодок поменьше. Портовые рабочие и местные жители разглядывали эту картину, задрав головы и тыча в ту сторону пальцами.
— Не к добру, — сказала Ханна, глядя на огромный корабль. Только в длину он превосходил «Парящего» в три раза, а в ширину — раз в пять. Страшно представить, что могло удерживать такую махину в воздухе. — Следом за большими кораблями всегда идут демоны. Это как знак, что надо бежать без оглядки…
— В Ардо собрались главы великих сект, — сказал я. — Только два деда из Большой Реки чего стоят. Поэтому любых демонов они быстро успокоят. Да и вряд ли это связано.
Мне вспомнились слова госпожи Мин, когда она говорила, что огромный демон, уровня бедствия, успеет разрушить половину города, прежде чем его смогут убить. Учитывая размеры Ардо, подобное сложно было даже представить.
— Идём, — поторопил я девушек. — Надо договориться насчёт корабля. Особенно если придётся уносить ноги.
⠀⠀
— Посторонись, — послышалось позади.
Городская стража торопила нас проходить, так как в центре путевой арки вспыхнул очередной разлом, из которого выходили люди. Группа торговцев в сопровождении охраны шумной толпой вывалилась из разлома и едва ли не бегом помчалась к выходу с улицы. Только далеко уйти у них не получилось. Путевая арка здесь, как и во многих других районах, располагалась в тупике, откуда был только один выход на главную улицу. Как раз там встала городская стража, не пропускающая никого, собрав уже целую толпу. Причина выяснилась довольно скоро. По улице в сторону порта двигался большой отряд военных и учеников секты Священного Огня. Мужчины и женщины в чёрных одеждах с оружием в руках неспешно шли в сторону порта и тащили за собой гружёные телеги.
Мы подошли к толпе следом за группой торговцев, только сейчас заметивших летающий дворец над городом.
— К восточному порту идёт, — уверенно определил один из них.
— Я же говорил, что демоны, — ответил ему второй торговец, крепко державший перед собой небольшой сундучок. — Сначала на маленький город напали, словно пощупали, а теперь и на Ардо нацелились.
— Не говори глупости, — первый поморщился, переводя взгляд на улицу, по которой шли ученики секты.
— Утром половину лодок из южного порта выставили. Место освобождают. А к вечеру, помяни моё слово, начнут корабли отбирать. Кто поумнее, уже сбежал. Капитан Громового грозился сразу после полудня уйти. Лично слышал, как он с господином Фэном ругался. Не к добру это. Ещё и турнир остановили.
— Думаешь, демоны с юга на Ардо идут? — негромко спросил второй торговец.
— Если это так, наши с тобой лодки заберут, чтобы демонов встретить. Видишь, какая толпа младших учеников секты в порт идёт? Или думаешь, что они вплавь?..
Торговцы заговорили тише, поэтому конец разговора я не услышал. Но суть их беспокойства уловил. Если в сторону Ардо идут демоны, то глава секты действительно может все большие корабли реквизировать. Плакали тогда мои планы на побег из города.
Я насчитал два десятка больших телег, движущихся в сторону западного порта. Очень похоже, что в некоторых везли зерно в мешках, а ещё овощи. Две последние телеги были загружены длинными копьями с массивными наконечниками и упорами, как для охоты на крупных хищников.
Со стороны путевой арки снова послышались крики стражи, и из разлома вышло ещё несколько человек. Двое знакомых матросов с «Парящего», старший помощник капитана и Юн Вол, собственной персоной. Капитан сегодня выбрал нарядные одежды с широким поясом и расшитой накидкой. Почти так же он выглядел, когда принимал на борт учеников Небесной секты. За поясом, на самом виду держал кинжал в ножнах из белой кости с золотыми вставками и с драгоценным камнем в рукояти. Ещё один кривой кинжал он носил на боку, пряча его под накидкой.
Торговцы тоже заметили капитана и поспешили отойти от нас подальше. Ученики Священного Огня уже миновали перекрёсток, поэтому городская стража постепенно начала пропускать людей на улицу.
— Капитан Юн Вол, — обрадовался я неожиданной встрече, когда они подошли. — Добрый день.
Он посмотрел на меня, затем на Ханну.
— Добрые дни в Ардо можно сосчитать на пальцах одной руки, — сказал он мне. — Не нашли ещё корабль?
— Бегущий По Ветру вчера ушёл в сторону какого-то Эфира, — развёл руками я. — Остался только один большой корабль, угловатый, на ящик похожий.
— Громовой Раскат, — кивнул он. — Медлительный, но места вашим людям хватит. — А Эфир — это столица секты Вечных.
Капитан жестом показал своим, чтобы шли вперёд. Я обратил внимание, что старпом нёс в руках большую шкатулку, накрытую тканью, чтобы меньше привлекать внимания. Пара матросов шла за ним следом, поправляя мечи на поясе. К слову, от них исходила та же опасная аура, как от учеников сект.
— Если сегодня всё выйдет удачно, — сказал Юн Вол, жестом показав нам на выход с улицы, — то я могу взяться за Ваш заказ. Это будет раза в три дороже, чем возьмёт капитан Громового, но вашим людям не придётся сидеть в грузовом трюме двадцать дней, пока он будет тащиться на юг.
— А что, сердце летающего корабля помещается в такую маленькую шкатулку? — я показал взглядом на старпома.
— Там сердце грузовой лодки, — спокойно сказал он. — Его давно стоило подлатать, но не было подходящего момента. Слышали уже о мастере символов, что объявился в западном порту?
— Конечно, — я улыбнулся, поймав его взгляд. — Потому что это я тот самый мастер. Вчера помог одному торговцу с сердцем лодки. Там всего один символ отсутствовал, плёвое дело.
Взгляд капитана отразил недоверие, и он снова посмотрел на Ханну. Я уже догадался, о каком ремонте вчера говорил Юн Вол и почему задержка была в пятнадцать дней. Показал ему серебряный брусочек на ладони. На блестящей поверхности появился символ стабильности, только миниатюрный.
Мы прошли совсем немного по улице, и до западного порта осталось два квартала, вот только людей вокруг было необычно много, как и городской стражи. Из-за учеников секты в чёрных одеждах и телег пройти к порту сейчас было просто невозможно. Ожидая, пока чёрные закончат погрузку, у главного здания большой группой собрались рабочие и грузчики порта. Торговцы и жители города, пытающиеся пройти в порт, заняли площадку рядом с административным зданием. Пробиться туда сейчас можно, только хорошенько потолкавшись и поработав локтями. В этой толпе мелькал кто-то из чиновников, пытающийся наладить порядок, но безрезультатно.
— Ран, — позвал Юн Вол старпома, затем показал нам на ближайшее питейное заведение, закрытое днём.
Чтобы портовые рабочие и грузчики не напивались днём, местные кабаки открывались только вечером. Кстати, хозяин заведения топтался у входа, глядя на собравшихся на улице людей. Может, хотел открыться раньше, решив заработать побольше денег. Нас он встретил радушно, приглашая проходить вглубь зала, к небольшим кабинкам, где обычно гуляли торговцы, отмечая удачные сделки. Говоря про кабак, надо сказать, что он хотя и стоял в портовом районе, внутри выглядел вполне прилично. Просторный зал, чистота и порядок, в ожидании клиентов две девушки натирали круглые столики до блеска. Дешёвым вином не пахнет, всё почти так, как в дорогих питейных заведениях Хумы.
Капитан первым вошёл в одну из кабинок, отгороженную от общего зала резной перегородкой. Сняв с большой шкатулки ткань, он расстелил её на круглом столике. Внутри, как я и предполагал, находилось сердце лодки, размером с большое яблоко. Символов на поверхности лепестков было всего три, ничего сложного. Может, совпало, но испорчен был именно символ стабильности. При этом он не исчез, а имел серьёзный дефект в виде вмятины и глубокой царапины, разрезавшей край лепестка. Либо ударили чем-то острым, либо уронили неаккуратно. Чтобы поправить узор, пришлось брать сферу в руки, с расстояния новое умение работать не хотело.
Вмятину я исправил быстро, стоило только подумать, и лепесток сам принял правильную форму. А вот с царапиной пришлось повозиться и «склеивать», если так можно выразиться. Серебряная поверхность лепестка стала блестящей, похожей на ртуть, исчез рисунок, но края у разреза начали медленно сливаться в единое целое. Через пару минут сердце лодки выглядело как новенькое, и даже символ получился на загляденье аккуратным.
Лицо Юн Вола оставалось непроницаемым, а вот старпом смотрел с большим удивлением, почти как на чудо.
— Кто это с ним так неаккуратно обошёлся? — спросил я.
— Есть способные помощники, — сказал капитан, изучая символ и то место на сфере, где была глубокая царапина. — Разбили грузовую лодку о скалы. Необычный талант у тебя, никогда о таком не слышал.
— А местные мастера разве не так работают?
— Местные предпочитают молоток, штампы и зубила, — ответил он, передавая сердце лодки помощнику. — Ты правильно догадался, что сердце «Парящего» нуждается в ремонте. Если возьмёшься, доставлю твоих людей куда угодно в пределах четырёх континентов и доплачу сверху.
Даже если бы торговцы у городской путевой арки не судачили насчёт грузового корабля, капитан которого собирался сбежать после полудня, я бы всё равно выбрал «Парящий». Если Юн Вол не лукавил, говоря, что на юг тот будет тащиться не меньше двадцати дней, то это — слишком долго.
— Посмотреть можно, — в итоге согласился я. — Всё равно в западном порту такой ажиотаж, что спокойно поработать не дадут.
Задерживаться никто не стал. В компании капитана и его помощников мы вернулись к путевой арке, откуда благополучно переместились сразу к южному порту. Насколько я понял, портов в Ардо было четыре, по одному на каждую из сторон света, и южный был вторым по размеру. Река здесь была не такой широкой, как на западе, но места хватало даже для очень крупных кораблей. Собственно, свидетелями этого мы стали, когда вышли к причалам. Потеснив мелкие лодки и грузовые галеры, заняв сразу несколько мест, у причалов стоял огромный корабль, едва ли не больше того, что летел к центру города. А ещё он больше походил именно на военное судно, с удобными площадками на палубе для высадки десанта. Вдоль бортов тянулись большие жаровни или что-то очень похожее, а на корме установили несколько громоздких клеток для монстров. И чтобы уж точно не ошибиться, что это за корабль, по палубе ходили мужчины в чёрном. Среди них выделялось несколько старших учеников из секты Священного Огня, носивших оранжево-красные одежды. Судя по тому, что суеты ни в порту, ни на причале не было, эта громадина появилась здесь либо вчера вечером, либо сегодня рано утром.
— Верный признак того, что из города надо уходить, — сказал капитан Юн Вол, когда мы поднялись на палубу «Парящего». С этой точки открывался хороший вид на военный корабль.
Старшие ученики секты Огня, которых я заметил ранее, ходили по палубе и бросали жадные взгляды в сторону «Парящего». На месте капитана я бы слинял уже сегодня. Хотя бы по реке спустился, если взлететь не получалось. Но есть шанс, что демоны могут идти как раз с той стороны. Похоже, Юн Вола посещали такие же мысли. Он пригласил нас к надстройке корабля. В светлой кают-компании всё уже было готово для ремонта. На широком столе разложили необходимые материалы, молоточки пяти разных размеров, большие и маленькие зубила, щипцы, ручные штампы и ещё кучу всего. Отдельно лежали серебряные чешуйки, прямой и выпуклой формы, похожие на лепестки цветов. Последним штрихом на стол лёг набор ювелира из пяти шкатулок с соответствующим инструментом.
Пока мы разглядывали инструменты, капитан ушёл вглубь корабля и вернулся минут через пять, неся в руках тот самый сундук, что мы видели здесь вчера. Положив на стол бархатную подушку, он вынул из сундука сердце корабля, большую сферу сантиметров тридцать в диаметре. Она заметно отличалась от тех, что устанавливали на небольшие лодки. Чешуйки были крупнее, а символы сложнее и по форме, и по содержанию.
— Карта символов, — сказал Юн Вол, разворачивая рядом со сферой длинный свиток. Бумагу просто приложили к сфере и растёрли углём или чем-то похожим, создавая карту поверхности. Получилось красиво.
Пару минут я изучал свиток, затем саму сферу из тонких пластинок, уложенных в несколько слоёв, но не нашёл ни одного изъяна.
— Сердце стало плохо откликаться, — ответил на невысказанный вопрос Юн Вол. — Когда пропускаешь сквозь него силу, оно больше не… не поёт. Такое бывает, когда стираются важные символы.
Юн Вол обычно неплохо скрывал эмоции, но сейчас в его взгляде отразилась тревога и переживания, словно капитану сообщили о серьёзной болезни родственника.
— Посмотрим, — ответил я, возвращаясь к серебряной сфере.
— Когда вы планируете уходить из города? — спросил Юн Вол.
— Пока не знаю, — отозвался я, переворачивая сферу, чтобы взглянуть на символы у основания, там, где сходились пластинки. — Надо людей организовать, еды купить дней на пятнадцать и одно важное дело завершить.
— Секта Огня пригнала в Ардо все три летающих дворца, — сказал он. — Просто так они бы этого делать не стали.
— Да, торговцы шептались, что глава секты ждёт нападения демонов на город. Что даже турнир прервали из-за этого. Не хочу застрять в Ардо надолго, поэтому надо всё решить сегодня, максимум, к завтрашнему утру. Есть шанс, что вас не выпустят из города?
Я поднял взгляд на капитана.
— Только если затянем с отбытием на несколько дней, — кивнул он.
— Понятно. Тогда остаётся как можно быстрее встретиться с госпожой Мин. На ««Парящем»» места хватит для моих людей?
— Сорок человек можно разместить в малых каютах, — сказал Юн Вол. — Тридцать займут места в больших гостевых. Остальным придётся путешествовать в трюме. Ещё сорок мест, если потесниться.
— Хорошо… — отозвался я, изучая сферу.
С одного взгляда было понятно, что с ней что-то не так, но что именно, я пока сказать не мог. Зато впервые за много дней колечко, которое я носил на шнурке, заметно потеплело. Может, огненная девушка всё это время спала и только сейчас проснулась?
В общем, провозился я со сферой минимум час. Наивно думал, что работа предстоит простенькая, поправить пару символов, а вышло так, что я совсем не понимал, что с ней случилось. Все символы были на месте и даже в хорошем состоянии, вмятин не видно. Увлёкшись работой, не заметил, когда на столе появились чашки с чаем из трав иш. К нему подоспели закуски от кока «Парящего». Кстати, за моей работой пристально наблюдал только капитан. Зои и Ива пили чай в компании Сайми и Салме. А я ведь даже не заметил, что сегодня они отправились в город вместе с нами. Потом девушки прогулялись по палубе, наслаждаясь хорошей погодой и наблюдая за ажиотажем на военном корабле.
— А что у этой штуки внутри? — спросил я, окончательно удостоверившись, что все символы на месте и проблема явно не в этом.
— Кусок камня, — ответила Ханна. — Говорят, что он черпает силу из-за завесы.
Капитан посмотрел на сердце корабля и кивнул.
— А символы и конструкция сердца позволяют направлять эту силу так, чтобы поднимать в воздух лодки и даже корабли? Понятно тогда, почему здесь именно эти символы. Вот этот, что с завитками, отвечает за стабильность, чтобы магия не растекалась вокруг, а концентрировалась в одном месте. Дами тоже такой используют, как вспомогательный символ, чтобы лучше контролировать голос и вторую молитву. А вот здесь, символ с крючками — это усилитель. Он позволяет задействовать больше магии за раз. Опасная штука, если не знать, как им пользоваться. Интересно, кто сердце корабля делал и как додумался использовать именно эти символы?
— Это осколки, оставшиеся от великих сект, — сказала Ханна. — Времён первой катастрофы.
— Когда светлоликие и дами открывали проходы за «завесу»? — спросил я. — А можно мне ещё раз взглянуть на сердце грузовой лодки?
Пока Юн Вол ушёл за сердцем лодки, я прошёлся по кают-компании, выглянул в окно. Отсюда были видны край причала и группа мечущихся по нему богатых горожан. А ещё было очень много людей в чёрных одеждах, особенно рядом с военным кораблём.
— Почему всё так сложно?! — я взъерошил волосы. — Я где-то перешёл дорогу богине удачи, и она на меня рассердилась.
Капитан вернулся через пару минут, неся ту самую шкатулку с сердцем лодки. Стоило взять её в руки, и всё встало на свои места. Ответ на сложный вопрос оказался на удивление простым. Никогда не забуду то неприятное чувство, которое испытал, воспользовавшись великим символом рассечения, открыв проход за завесу. И держа сердце лодки в руках, я чувствовал, что кусок камня внутри сферы связан с чем-то пугающим.
— Увы, капитан Юн Вол, — произнёс я, осторожно опуская сердце лодки на стол, — помочь Вам я не могу. Сердце «Парящего» утратило связь с завесой и больше не может черпать оттуда силу. Камень внутри испортился или выдохся. Если есть запасной, можно поменять, наверное…
Скорее всего, Юн Вол предполагал подобное, до последнего надеясь, что это не так. Взгляд его немного потяжелел, но он всё же неплохо держал себя в руках. Пройдя к сердцу «Парящего», положил на него ладонь.
— Там в шкатулке золото за ремонт лодки, — отстранённо сказал он.
Мне брать золото не хотелось, а вот Ханну происходящее ничуть не смущало. Она вынула из шкатулки те самые золотые пластинки, которыми мы расплачивались с капитаном, убрала их в сумку на плече.
К тому моменту, как мы покидали «Парящий», в порту уже почти не осталось больших лодок, а ведь ещё пару часов назад они были. Хорошо бы городские власти, в лице великой секты, не подумали, что бегство летающих лодок надо прекращать. Точнее, хорошо бы они об этом не подумали в ближайший день. Мне бы только узнать, что будет с турниром. Отложили его или перенесли на неопределённый срок? И надо отправить людей Ханны в три главных порта, за исключением южного, чтобы понять, на чём можно из Ардо сбежать. А ещё интересовал вопрос, можно ли в этом мире пользоваться разломами, чтобы путешествовать между континентами?
Едва мы с Зои спустились с трапа на причал, пространство вокруг слегка вздрогнуло и прямо перед нами предстала зеленоглазая тёмноволосая девушка. Я видел её несколько раз во дворце госпожи Мин, а один раз она даже заглядывала к нам в гостиную.
— Я вас целый день ищу, — в её голосе промелькнуло облегчение. Она улыбнулась, беря нас с Зои за руки, и мир вокруг сжался в маленькую чёрную точку.
⠀⠀
Ардо, причалы южного порта
Айн Ханна немного задержалась на палубе «Парящего», чтобы посмотреть на военный корабль центрального континента. Неуклюжая попытка людей скопировать летающие крепости великих сект. В те времена подобные корабли парили над землёй, никогда не опускаясь на землю, а тем более на воду. Возвращаясь в Ардо, Ханна думала, что увидит величественные дворцы, застывшие над городом, многочисленные летающие лодки, катающие пассажиров, и грузовые галеры с разноцветными парусами. Сейчас же ей казалось., что в небо они поднимаются только в случае крайней необходимости. И она даже понимала, почему так происходит.
Василий поспешил сойти на причал первым. В последние несколько дней он почти всегда старался находиться поближе к Зои, держа её за руку. И, похоже, сам не замечал или не придавал этому значения. Вот и сейчас он сжимал её ладонь.
Ханна собралась спуститься следом, но на плечо ей легла ладонь оракула. В этот самый момент прямо перед Василием в воздухе появилась чёрная точка, мгновенно увеличившаяся в размерах, превращаясь в тёмноволосую девушку. С облегчением и радостью на лице она что-то сказала, затем схватила Василия и Зои за руки, и в тот же миг вся троица исчезла.
Борясь с накатившим раздражением, Ханна с силой зажмурилась.
— Надо спешить, — сказала Ива. — Хотя семь дней сложно назвать спешкой. Они будут ждать нас в Эфире, столице Вечных. А завтра утром из города мы уже не сможем выйти.
— Ещё откровения о будущем будут? — после небольшой паузы спросила Ханна, не открывая глаза.
— А я, пожалуй, подожду здесь, — Ива словно не услышала прозвучавший вопрос. — Не хочу возвращаться во дворец.
Ханна открыла глаза, посмотрела на светловолосую девушку. Ива специально встала так, чтобы за её спиной маячил большой военный корабль.
— Колин, — произнесла Ханна. — Найди Марака и Гора. Мы сегодня уходим из города, и нужно закрыть разлом во дворце. Если он стабилизировался, мне нужны будут ещё бойцы. Возьми путевой кристалл. На всё про всё четыре часа.
Ханна протянула руку, на которой лежал небольшой кристалл, ведущий к путевой арке в центре города. Из-за спины светлоликой Ивы вышел мужчина с двухнедельной щетиной, со шрамом на лице, похожий на обычного наёмного охранника каравана. Взяв кристалл, он сбежал на причал и помчался в сторону главного здания порта.
— Сузи, — Ханна сняла с плеча сумку с золотом, передавая старшей помощнице. — Нужны припасы на пятнадцать дней. Здесь неподалёку есть склад, где можно всё купить оптом. Всех, кроме первой группы, можешь брать в помощь.
Молодая женщина, выглядевшая как самая обычная горожанка с западного континента, забрала сумку и поспешила сойти на причал. Боги наградили её милой улыбкой и кажущимся наивным взглядом, от которого мужчины таяли. При этом жёсткий характер и умения манипулировать разумом быстро подняли её до старшей помощницы Мирейн.
— Сайми, — произнесла Ханна, — присмотрите за госпожой Ивой, чтобы никто ей не докучал, особенно матросы.
Повернувшись, Айн Ханна направилась обратно к высокой надстройке «Парящего». Капитан Юн Вол до сих пор сидел за столом, задумчиво глядя на мёртвое сердце его корабля.
— Смотри, не утопись с горя, — произнесла Ханна.
Мужчина поднял на неё взгляд, спокойный, как у сытого хищника, которого пытаются донимать мыши.
— Всё настолько плохо, что самый разыскиваемый пират подался в капитаны прогулочной лодки?
— Последний пират был повешен за шею ещё лет двести назад, — сказал он. — В то время, когда грабить оставалось разве что грузовые одноместные лодки в портах крупных городов.
— Печально это слышать, — сказала Ханна, показав пальцем в сторону причалов, где стоял военный корабль. — Я помогу тебе достать новое сердце корабля, если сможешь найти его и незаметно извлечь. Сегодня ночью мы должны уйти в сторону столицы Вечных.
— Найти и извлечь сердце корабля не сложно, — прищурился Юн Вол. — Если это разрешат сделать его хозяева.
— Василий сотрёт с него клеймо Священного Огня, если ты подумал об этом. Это будет дорого стоить, но я дам тебе возможность расплатиться. Придётся поработать на меня.
— Самые неприятные сделки — те, от которых нельзя отказаться, — сказал капитан, затем хищно улыбнулся. — Считай, что мы договорились.
Женщина с фиолетовыми глазами кивнула и вышла из комнаты. Юн Вол мог поклясться, что, если бы он не согласился, она бы нашла на роль капитана более сговорчивого человека. Но это было лишним, так как отказываться от столь щедрого предложения глупо.
Юн Вол настолько давно не видел людей с таким примечательным цветом глаз, что успел о них позабыть. О людях с равнин перед западным лесом сейчас не вспоминали даже в сказках, что читали детям на ночь. А ведь когда-то они были одними из самых страшных пиратов «парящих» кораблей, как сами их называли. Юн Вол помнил, что они чем-то сильно досадили секте Вечных, после чего внезапно исчезли.
Встав, Юн Вол убрал угасшее сердце корабля в сундук, оставив его под столом. Затем он прошёл в каюту для старших офицеров, но никого не нашёл. Вспомнив о сердце второй грузовой лодки, он вышел на палубу. У правого борта действительно кипела работа по восстановлению лодки.
— Ран, — позвал старпома Юн Вол.
— Да, капитан, — тот почти сразу оказался рядом, протирая руки от капелек лака, попавших на кожу.
— Надо будет организовать встречу пассажиров. Проверь каюты и подготовь в трюме сорок мест. Гамаков хватит?
— Хватит, — кивнул Ран, затем посмотрел на девушек из числа гостей. — Всё прошло удачно?
— Более чем. Уходим ночью, предупреди всех. И не шумите особо, пока не покинем порт.
— Всё сделаю, — сказал старпом, обрадованный новостью, что ремонт удался. Меньше всего ему хотелось застрять в городе, который очевидно готовился к нашествию демонов. Об этом сейчас судачили уже все рабочие и грузчики в порту.
Пассажиры, мужчины и женщины с фиолетовыми глазами, появились спустя три часа. Неразговорчивые и дисциплинированные, они занимали каюты без криков и споров, кому достанется более комфортное место, а кому придётся ютиться в трюме вместе с командой. Юн Вол пытался их сосчитать, когда они поднимались на палубу, но не вышло. Все каюты на верхних палубах были заняты, когда он досчитал лишь до тридцати, хотя мест было в два раза больше.
Женщина по имени Ханна появилась ближе к полуночи, когда порт должен был погрузиться в темноту, но на военном корабле жгли жаровни, не жалея дров и не боясь пожара. Юн Вол давно успел всё подготовить, включая высокий ящик с ручками, выстелив его мягкой тканью. Давно он не испытывал такого воодушевления и холодка в животе словно в предвкушении серьёзного сражения. А на лице всё чаще появлялась улыбка, стоило только подумать, какую опасную авантюру они затеяли.
— Готов? — из темноты дверного проёма в кают-компанию шагнула Ханна. — У нас будет полчаса, прежде чем самые стойкие из охраны корабля поднимут тревогу.
— Вы усыпили их магией? — спросил Юн Вол.
— Почти так, — ответила женщина. Посмотрев на высокий ящик, она сделала жест, и в кают-компанию вошли двое бородатых мужчин в тёмной одежде. — Пора.
На большие военные корабли Юн Вол поднимался всего пару раз, и было это очень давно. Но ориентировался он всё равно легко, правильно определив, где находится каюта капитана и мостик, откуда тот управлял громоздким и неповоротливым кораблём. Юн Вол ожидал увидеть лежащие тела на палубах и в каютах, но ученики секты Священного Огня дежурили на своих местах как ни в чём не бывало. Но на гостей они совершенно не обращали внимания, а ведь рядом с каждым из них был кто-то из числа людей с фиолетовыми глазами. Выглядело это странно и почему-то жутко, учитывая, что незваные гости были вооружены длинными ножами. Дай им волю, и за несколько секунд они перережут всей команде горла, не встретив сопротивления. Почему-то именно эти мысли посещали Юн Вола, когда он шёл по нижней палубе военного корабля.
Пройдя корабль насквозь, группа снова вынырнула на верхнюю палубу и уже оттуда прошла к каюте капитана.
— Когда сердце корабля исчезнет, капитан сразу об этом узнает, — сказал Юн Вол, когда они остановились в нужном проходе у кают старших офицеров.
— Он проснётся только через два дня, — сказала Ханна. — И будет болеть ещё столько же. Это здесь?
— Да, сердце под нами, — кивнул Юн Вол. — Вход должен быть там.
Первой в каюту капитана скользнула пара мужчин, что несла ящик. Следом вошли остальные. Юн Вол поморщился, глядя, как один из мужчин держал капитана за голову, а второй выливал ему что-то в рот из маленькой склянки. Судя по ощущениям, капитан был равен по силе старшим ученикам секты Священного Огня. И раз ему доверили управлять подобным кораблём, он наверняка посещал источник вечной жизни. При этом гости вломились к нему как к себе домой, а он даже не проснулся. Ничего не замечали и старшие офицеры, отдыхающие в соседних каютах.
Находясь близко к сердцу корабля, Юн Вол уже чувствовал его. Могучий источник магии, запертый в серебряной сфере. Проход к нему был спрятан за одним из шкафов, но знающим людям не составит труда найти его. Не пришлось даже ломать стену или вскрывать доски пола. За коротким и узким коридором находилось полукруглое помещение с углублением в полу. Сердце корабля фиксировалось в специальном креплении так, чтобы не выскочить от встряски. Запорный механизм был старомоден, с простым секретом, позволяющим легко открыть фиксаторы и достать сферу. По размеру она немного превосходила установленную на ««Парящем»», да и крепления там использовались совершенно другие, но на вскидку должна была подойти.
Стоило достать сферу из ниши, как огромный корабль немного просел, погружаясь глубже в воду. Закачался, пытаясь найти равновесие. Юн Вол даже замер, представив себе, как к кораблю бегут ученики секты, заметившие похитителей. Это была не самая глупая авантюра, в которой участвовал Юн Вол, и не самая опасная, но до этого он так серьёзно с великими сектами не ссорился. Дознаватели из Священного Огня обязательно свяжут уход «Парящего» с исчезновением сердца их корабля, но об этом можно будет подумать потом.
⠀⠀
Я моргнуть не успел, а мы уже стояли на краю залитой солнцем площади разрушенного города. Справа от нас стоял остов большого дома из светлого камня. Высокие стены, увитые зелёным плющом, пустые оконные проёмы, крыша, давно обвалившаяся внутрь. Странно, что вокруг мало мусора, обломков стен или черепицы. Мостовая ещё держалась, и сквозь плотно подогнанные булыжники почти не пробивалась трава. В воздухе же пахло нагретым на солнце камнем и необычной свежестью, не присущей городам. Особенно это заметно было после порта с его неприятными запахами.
— Нам туда, — сказала девушка. Заметив, что всё ещё держит нас за руки, она смутилась, осторожно отпустила и отступила на шаг. — Простите.
— Всё нормально, — проворчал я. — Только, знаешь, предупреждать надо. И хорошо бы спрашивать, прежде чем хватать людей и перемещать их без спроса.
Она посмотрела удивлённо и совершенно не понимая, почему я возмущаюсь.
— Где это мы? — я ещё раз огляделся.
— Это Чирона, что на окраине западного континента, — сказала она так, словно это должно было всё объяснить. Показала на противоположную часть площади и широкую улицу, уходящую дальше на запад, если судить по солнцу. — Нам туда.
— А как тебя зовут? — поинтересовалась Зои, незаметно толкнув меня плечом, чтобы не ворчал.
— Соун И.
У меня уже большой опыт путешествий по разрушенным временем или разорённым демонами городам. Вспомнить хотя бы город, засыпанный песком. И в отличие от них, этот не выглядел мёртвым. Тот дом, рядом с которым мы появились, облюбовали крикливые птицы, и, пока мы не ушли, они недовольно щебетали и хлопали крыльями. Если не считать площади, город постепенно захватывал лес. Мне даже показалось, что он и стоял прямо посреди леса. Можно было забраться в развалины любого высокого дома и проверить, но я решил это пока отложить. К тому же казалось, что за нами пристально наблюдают с разных сторон.
— Если это западный континент, то где-то неподалёку расположена секта Вечных? — спросил я.
— Континент очень большой, — сказала Соун И. — Пешком не дойти, а на летающем корабле нужно дней пять, чтобы добраться до Эфира.
— Удобное умение, — шепнул я Зои, — перемещаться вот так, без разломов. Думал, что только госпожа Мин подобное умеет.
Мы прошли через площадь, затем прогулялись по широкому проспекту и свернули в сторону городского парка. Пару раз мне всё же удалось заметить местных обитателей — бегунов, коричневых пауков. Они бесшумно двигались по разрушенным зданиям и ловко перепрыгивали с одного на другой. С любопытством провожали нас, но в паре кварталов от парка отстали. А в развалинах одного из больших домов на солнышке грелся ящер, похожий на варана, только размером с грузовую летающую лодку. Зато стало понятно, где секта Созвездий набирала демонов.
От ограды парка осталось только основание забора, высотой до колена. Скорее всего, раньше здесь была кованая ограда и ворота. Деревья здесь росли невысокие, но с необычно густой кроной из маленьких листочков. Соун И остановилась у входа.
— Войти можно только Василию, — негромко сказала она. — Мы подождём здесь.
Зои кивнула, отпуская мою руку. Оставлять её одну не хотелось, тем более в таком необычном месте, но под взглядами девушек я сдался.
В парке, под тенью густых крон, царило необычайное умиротворение. Тишину нарушал только шелест листьев. Вглубь вела хорошо утоптанная дорожка, петлявшая между деревьями, а обилие кустов и разной зелени не давало разглядеть, что находится в самом сердце парка. В голове мелькнула мысль, что надо бы предупредить Ханну, чтобы не переживала, но потом я вспомнил про Иву. Знала ли она об этом заранее? Вредная девушка сначала говорила, чтобы я почаще пользовался её даром, а сейчас о будущем вообще старается не говорить.
Дорожка вывела меня к просторной поляне с рукотворным водоёмом в центре. Неплохое вышло бы место для пикника, особенно в такую прекрасную погоду. Можно посидеть на травке, даже позагорать. Странно, что от одной мысли искупаться в водоёме мурашки бежали по телу. И вовсе не из-за того, что в паре метров от берега из воды выглядывала голова крокодила.
— Госпожа Мин, — поздоровался я, подходя к белоснежной мраморной лавочке, единственной, стоявшей рядом с водоёмом.
— Василий, — она сделала приглашающий жест, чтобы я садился рядом. — Вот, можешь утолить навязчивое желание и посмотреть на источник вечной жизни.
Произнесла это буднично, как будто говоря о простой и обыденной вещи.
— А крокодилы там, чтобы незваные гости не купались? — спросил я.
— Нет, — она негромко рассмеялась. — Это хозяин источника, Нерул. Он его чистит перед тем, как… растворить ядра.
Голова крокодила двинулась к берегу и начала подниматься из воды. Следом за ней появились широкие загорелые плечи, мускулистые руки и торс. Из воды неспешно выходил крепкий мужчина в набедренной повязке. Вроде бы ничего необычного, если не учитывать, что у него была голова крокодила. Я потёр глаза, на всякий случай удостовериться, что мне это не кажется. В руках он держал рыболовную сеть с мелкой ячейкой, в которую собирал со дна ил и листья.
— День добрый, — поздоровался я.
— Это хороший день, — согласился он, говоря вполне разборчиво, несмотря на нечеловеческую голову. Слегка приподнял её, чтобы посмотреть на безоблачное небо.
Выйдя из воды на берег, засыпанный мелкой мраморной крошкой или чем-то очень похожим, он пошлёпал в сторону от нас, к кучке мокрой листвы.
— А это точно источник? — спросил я. — Простите. Просто я представлял его себе несколько иначе.
— В секте Большой Реки — это лишь тонкая струйка воды, падающая в мраморную чашу. В Небесной секте есть глубокая пещера с подземным источником. Люди проходят особый ритуал, долго готовятся, принимают редкие лекарства и усилители. Всё для того, чтобы выжить, окунувшись в источник.
Родственник Себека вернулся к водоёму с сетью и снова вошёл в воду. Пара метров от берега, и он уже ушёл с головой.
— Вечная жизнь, да? — задумчиво произнёс я. — Звучит очень привлекательно.
Госпожа Мин посмотрела на меня укоризненным взглядом и покачала головой.
— Что? Даже окунуться не дадите, когда я в турнире выиграю?
Слева от неё лежала небольшая тряпичная заплечная сумка. Запустив туда руку, она достала нечто кристаллическое, кроваво-красного цвета. Очень похоже на замёрзший всполох огня.
— Вашу победу уже признали, — сказала госпожа Мин, протягивая эту штуку мне.
Замёрзший огонь неожиданно оказался тёплым на ощупь. При этом кольцо, висевшее на груди, начало раскаляться, обжигая кожу.
— Два старых идиота, проживших очень много лет, справедливо считают, что знают гораздо больше других, — сказала она. — Могут ли они ошибаться или заблуждаться?
— Думаю, что могут, — ответил я скорее автоматически, изучая странный кристалл. — Это ядро колосса?
— Малыша Бо, — кивнула она. — Огненного быка, жившего в покинутом мире по соседству. Я помню, как он плескался в этом водоёме. Он тогда был ещё мал и мог здесь поместиться. Сам нашёл дорогу сюда, распугал обитателей разрушенного города и даже успел подраться с Нерулом. Мама Ночь их разнимала. Ты как-то перепутал меня с ней.
— Мама Прыгуна? — догадался я.
— Она из рода жнецов, но все пауки этого мира считают её своей мамой, — ответила госпожа Мин. — А ещё у них всё сложно с именами, поэтому не обижай при встрече. Хотя у тебя с этим всё в порядке.
Она на секунду положила ладонь мне на макушку и улыбнулась под вуалью. Из воды снова показалась голова Нерула, затем он начал выходить, неся ещё немного листьев в рыболовной сети.
— И всё равно он бы не смог войти, — сказал Нерул, проходя мимо.
Мы проводили его взглядами, как он проходит к кучке мокрых листьев, как высыпает новую партию.
— Старики из Большой Реки где-то нашли сущность с невероятной жаждой жизни, — сказала госпожа Мин. — Смерть ей настолько претит, что она будет делать всё, чтобы этого не случилось.
— По-моему, любое существо будет делать всё, чтобы не умереть, — осторожно вставил я.
— Я не совсем правильно выразилась, — госпожа Мин ненадолго задумалась, пытаясь найти нужные слова. — Жизнь — это цель её существования. Она рождена для этого и… Нерул, подскажи.
Он удивлённо посмотрел на нас и даже ткнул себя пальцем в грудь.
— Пожалуйста, — надавила госпожа Мин. Судя по угрожающему тону, это была вовсе не просьба.
Крокодил отбросил сеть, отряхнул руки и прошёл к лавочке.
— Цикл жизни Вечных оборван, неполноценен, незавершён, можно называть это как угодно, — лекторским тоном заговорил он. — Они рождаются и взрослеют, но в их существовании нет такого понятия, как старость. Хотя они смертны, их можно убить, зарезать ножом, утопить и даже отравить. Но умереть от старости они не могут — это исключено. А в существовании той, о ком вы говорите, исключено понятие смерти, хотя она этого очень боится. Парадокс, сущность боится того, чего не до конца понимает. Иными словами, она бессмертна. Так понятно?
Госпожа Мин одобрительно покивала, соглашаясь с подобным сравнением. Они с крокодилом вопросительно посмотрели на меня.
— То есть, это существо нельзя убить? — подытожил я. — Раз оно бессмертно.
— Я не говорил, что его нельзя убить, — вздохнул Нерул. — Уничтожить можно всё. По крайней мере, то, что может воспринять наш разум. Даже я сейчас могу убить эту сущность. Скорее всего. Но это не значит, что она не станет сопротивляться.
— И причём здесь я? — задал я уже лишний вопрос, потому что знал, какой будет ответ.
Нерул сжал кулак, затем оттопырил указательный палец, на котором собралась крупная капля воды. Надо сказать, что он уже оставил длинный мокрый след от пруда до кучи мусора. Да и сейчас, стоя перед лавкой, с него обильно капала вода, впитываясь землю.
Госпожа Мин взяла меня за запястье, поднимая так, чтобы капля упала на ладонь. Я ничего не почувствовал, но капля взорвалась, моментально превращаясь в пар. Там, где она коснулась кожи, осталась едва заметная красная отметина.
— Я закончил с источником, — сказал крокодил и направился к кустам, рядом с которыми лежала одежда.
Госпожа Мин вынула из сумки второе ядро колосса, чёрное, похожее на блестящую кляксу. Она прошла к пруду, опустилась на колени и осторожно положила эту кляксу на поверхность воды. Слегка оттолкнула от себя, чтобы та поплыла к центру. Меня же едва в мраморную лавку не вдавило от обилия магии, вырвавшейся из чёрного ядра. Источник её поглощал в каких-то невероятных количествах, но и того, что проливалось, хватало. Клякса смогла проплыть до середины пруда, прежде чем ушла под воду, и давление силы сразу же стало меньше.
Я посмотрел на ядро огненного быка, которое всё ещё держал в руках. Оно утратило блеск и теплоту, уже не напоминая всполох огня. Пока госпожа Мин сидела спиной ко мне и не заметила неладное, я подошёл к воде, несильно размахнулся и бросил ядро колосса в центр. Оно булькнуло, сразу скрывшись под водой, медленно опускаясь на дно.
— Не везёт, — в который раз за последние пару дней произнёс я. — Золота не заработал, в источник не окунулся, вечной жизни не вкусил…
— Радуйся, — сказала госпожа Мин, вставая. — Потеряв малое, ты приобрёл гораздо больше. Только Вечные могут спокойно жить долго. А вот люди очень быстро теряют вкус жизни. Каких-то несколько десятков лет, и они уже не способны радоваться вкусной еде, крепкому вину и женщинам. Богатства им нужны только для того, чтобы продолжать развитие силы и покупать редкие ингредиенты, способные сделать их чуточку сильнее. Посвящают всё больше и больше времени тренировкам, иногда даже уходят в десятилетние затворничества. Лишь немногие способны находить для себя отдушины, маленькие источники радости. За них они будут цепляться до последнего. И всё это потому, что они перестают чувствовать время.
— А заранее можно было предупредить? — спросил я, по-новому взглянув на водоём, по которому бежали едва заметные волны.
— Человеку, окунувшемуся в источник, нужна цель, — спокойно сказала она. — У тебя такая цель есть? Ради которой стоит прожить сотни и сотни лет.
— Такой нет, — честно признался я.
— Тогда нет и смысла заходить в источник, — улыбнулась она, снова положив ладонь мне на голову. — Глупые люди идут сюда в поисках силы, и это становится целью их долгой жизни, бессмысленной, на мой взгляд. Понимаешь?
— Думаю, что да.
Два старика, Элиас и Харон, наверняка свою цель видят в защите завесы. А вот Зеос, пугающий глава Небесной секты, стремится как раз к силе. Насчёт других не скажу, слишком мало о них знаю.
— Как тебе это место? — неожиданно спросила она, убирая ладонь.
— Впечатляет, — сказал я. — Если у мира есть сердце, то оно обязательно должно находиться в подобном месте.
— Наставница тоже так говорила, — сказала госпожа Мин. — Ты нам очень помог, спасибо.
Она вынула из тряпичной сумки последний предмет. Небольшой кувшинчик, покрытый светлой глазурью и узором в виде зелёных листочков, которые по размеру и форме напоминали те, что росли здесь.
— Это крепкое вино, — сказала она, вручая мне кувшинчик. — Раз уж не вышло с источником, прими его. Давай выпьем за обедом.
— Вам спасибо, — я принял его, сунув за пазуху. Сумки у меня не было, а широкий пояс наряда не даст ему выпасть. — Я сегодня узнал много всего интересного.
— Не хочешь пойти ко мне в ученики? — спросила она.
Нерул к этому времени успел переодеться в светлый наряд индейца, украшенный бусами из светло-зелёных камешков. Проходя мимо нас и услышав предложение госпожи Мин, он громко хмыкнул.
⠀⠀
⠀⠀
— Спасибо, но мне не до этого сейчас, — виновато сказал я. — Надо наведаться в один далёкий красный мир, затем в Хуму. И с Вечными разобраться…
Она жестом показала на выход из парка.
— Я бы могла рассказать тебе ещё очень много интересного, — лукаво сказала она.
В таких ситуациях лучше промолчать, что я и сделал. Мы неспешно прогулялись по парку, вышли на просторную улицу, где появились две повозки, точнее, кухни на колёсах. Их уже установили, откинули один борт, играющий роль стола. Знакомый старик по имени Старший Ка и его помощница уже что-то готовили, пахнущее так, что слюнки текли. Зои и Соун И сидели в центре, ожидая, пока подадут первое блюдо. Рядом с ними уселся Нерул, благодарно кивнув, когда помощница Старшего Ка подала ему глиняную кружку. А ещё он смешно поднимал голову, выливая содержимое в крокодилью пасть. Я занял место рядом с Зои, а госпожа Мин, ничуть не смутившись, уселась справа от меня.
— Как прошло? — шепнула Зои.
— Как большой облом, — ответил я, совсем не расстроенный данным фактом. Даже, наоборот, на душе полегчало, особенно после всего, что наговорила госпожа Мин. — Потом всё расскажу.
Передо мной поставили тарелку с пышным омлетом с зеленью и небольшую чашечку. Думал, нальют что-нибудь, и уже собирался отказываться, но нет, ничего не предложили.
— Это для вина, что я тебе подарила, — сказала госпожа Мин. Перед ней тоже поставили чашечку, затем наполнили тёмно-красным вином из большого кувшина.
Она что-то сделала, подцепив край вуали левой рукой, и та легко спала, словно вообще не была закреплена. Не знаю, почему госпожа Мин её носила, ведь под ней скрывалось красивое лицо. Улыбнувшись помощнице Старшего Ка, госпожа Мин пригубила вино, довольно покачала головой.
Зои в это время подали глиняную кружку с бледно-розовым компотом, в котором плавали красные ягодки. Запах при этом был сказочный, кисло-сладкий. Соун И, кстати, пила такой же, зажмурившись от удовольствия.
Сюрреалистичная картина получалась, в солнечный день, прямо посреди разрушенного города обедать в компании человека-крокодила и главы одной из великих сект. Я подумал, что раз такое творится, можно и выпить немного.
— Давно у вас не был, — говорил Старший Ка Нерулу. — Спокойно в окрестностях?
— В последние годы тихо, — сказал он. — Лес хорошо разрастается на восток, но упёрся в речку перед землями Вечных.
— В великую Тимру? — удивился Старший Ка. — Неплохо. Переберётся ли?
— Время покажет, — философски заметил Нерул.
Я достал из-за пазухи кувшинчик, пальцами раскрошил воск с пробки и аккуратно вскрыл. Аромат ягодного компота Зои стал ярче и насыщенней.
— Нерул его делает из этих ягод, — сказала госпожа Мин. — Раз в год ходит по лесу, лично собирает. Они плохо растут, да и охотников на них много.
Я едва не брякнул, что из остатков они компот как раз и варят. Вино упало в желудок обжигающей каплей. Вкус очень необычный, горьковато-острый и сладкий одновременно. Обедать не хотел, но после одной чашечки аппетит проснулся, требуя жареного мяса и ещё немного вина.
— А вы меня обратно в Ардо отправите? — спросил я.
— Терпение, ученик, — сказала госпожа Мин.
Вроде бы и выпил немного, и захмелеть не успел, а чувство такое, словно попал в компанию могущественных демонов. Насчёт Нерула, тут сомнений никаких, а вот Старший Ка с помощницей людьми казались всё меньше. Но готовили вкусно, не отнять. Плюнув на всё, налил ещё чашечку. Передо мной как раз поставили тарелку с жареным мясом, выглядящим очень аппетитно.
В этот раз до беспамятства я не напивался. Да и было бы с чего. Этим кувшинчиком даже большую кружку до краёв не наполнишь. Пара чашечек, и вино, к большому сожалению, закончилось, а Старший Ка вместо добавки наливал только компот.
Как оказалось, в разрушенном городе было и несколько целых домов. В квартале от парка на тихой улочке кто-то восстановил пару зданий. Внутри всё было скромно, но уютно, занавески на окнах, мягкие кровати, удобная гостиная, чтобы скоротать время. После обеда нам дали пару часов отдохнуть. Госпожа Мин сказала, что ей нужно решить маленькое дело и вернётся она к вечеру.
— Как у тебя с навязчивым желанием? — спросила Зои, когда мы сидели в гостиной и болтали на тему странностей этого мира. Я как раз рассказывал про источник, в котором спокойно плавал Нерул.
— Увидел его и ничего странного не почувствовал. Огромный источник энергии, к которому лучше не приближаться, если ты в своём уме. Но можно и проверить. Ты же слышала язык ат-анаков, какой он грубый, сможешь повторить?
— Ни сло́ва не поняла, — она покачала головой.
Про ат-анаков я говорил на их родном языке.
— Ханна говорила, что мой дар больше не просачивается, поэтому будем считать, что я в здравом уме.
Достав кусочек серебряного металла, положил на стол. Он начал меняться, принимая форму летающего ножа.
— Но вот как это происходит, до сих пор не понимаю, — сказал я. — Что-то общее есть у этого с языком магии, на котором говорят дами. Там тоже нужно представить результат, чтобы сработал символ. Мне нужно только подумать, и символ рассечения тут же разрежет любой предмет на две части. При этом я могу почувствовать, как черпаю силу из разлитой в воздухе магии. А этот металл просто тает, стоит на него посмотреть.
— А я вижу, как колеблется магия, когда он меняет форму, — сказала Зои. — Попробуй ещё раз.
Она коснулась пальчиком летающего ножа. Я представил, как он снова превращается в бесформенный кусочек металла, но ничего не произошло.
— Ты просто не понимаешь принципа и не замечаешь, что делаешь, — сказала она. — Бабушка говорит, что надо больше тренироваться и всё получится. У меня те же проблемы были.
Я взял летающий нож со стола, посмотрел на режущую кромку, провёл по ней большим пальцем. Резануло болью, так как нож был очень острый, но при этом кожу он не рассёк.
— Хочу проверить слова госпожи Мин, — сказал я. — Если она права, то раны у меня должны заживать быстро.
Зои это не понравилось, но она всё же кивнула. Я ещё раз чиркнул ножом по пальцу. Болью отдало немного сильнее, но пореза не было. От третьей попытки я аж зашипел, но результат оказался таким же.
— Больше не буду, — я с силой потёр большой палец. — Неприятное чувство.
Зои забрала нож, осторожно провела пальцем по лезвию, продемонстрировала крохотный порез.
— Очень острый, — сказала она, затем показала на окошко, выходящее на улицу.
Я ничего не почувствовал, но через минуту в дом вошёл Нерул. Он заглянул в гостиную, смешно обведя её взглядом. Зои уступила место у стола, пересаживаясь поближе ко мне на кушетку. Пару минут он молчал, сверля нас взглядом.
— Может, мы домой?.. — спросил я.
— Если госпожа Мин решила, выбора у нас с тобой нет, — сказал он. — А из меня плохой учитель. Она говорит, ты символы могущества знаешь?
— Знаю парочку, — кивнул я.
— В жизни бы не поверил, — сказал он странным тоном, словно это был факт, но он в нём всё ещё сомневался. — Если бы результат не видел. Мин несколько сотен лет не касалась воды в источнике.
Мне почудилась необычная картина. Водоём посреди парка, ночь, освещённая полной луной. Обнажённая женщина осторожно ступает в воду. В ярком лунном свете отчётливо виден сложный узор на её спине. И наблюдал я за этой картиной из кустов неподалёку. Мотнув головой, сбросил наваждение.
— Она стала сильной, — сказал Нерул. — Это хорошо, это дарит нам надежду. Только из-за этого я помогу наладить контакт с той сущностью, что сидит в тебе. А то вы друг друга не слышите и не понимаете. Но учитель из меня плохой.
⠀⠀
Для проведения урока Нерул выбрал необычное место в центре разрушенного города, в тени большого дерева с раскидистой кроной. Нашёл где-то три коврика, когда-то бывшие одним целым. Уселся по-турецки, на пару минут закрыл глаза, о чём-то задумавшись.
— Сущность, о которой мы говорили, — произнёс Нерул, — можешь почувствовать её внутри себя?
— Пока не могу, — признался я.
— Ты для неё лишь сосуд, удобный, вместительный и крепкий, но пока глупый. Она пытается подсказывать, только ты не слушаешь. Чтобы сущность могла защищать сосуд, её нужно хорошо кормить.
Снова повисло молчание. Крокодил так и сидел, не открывая глаз. Я приметил парочку пауков, притаившихся в разрушенном доме неподалёку.
— А если кормить начну, а она моё тело захватит? — спросил я.
Нерул открыл один глаз, посмотрел на меня, потом на Зои.
— Может ли кровь, что течёт в жилах этой девушки, взять контроль над телом?
— В каком-то смысле, может, — сказала Зои. — Но это как с желудком. Он над тобой контроль не возьмёт, но может заставить съесть что-нибудь неприятное на вид.
— Прекрасное сравнение, — рассмеялся Нерул. — Кровь сильна, но не настолько разумна, чтобы у неё возникли какие-нибудь желания. Точно так же и с сущностью. Если потеряешь сознание, то она постарается вернуть тебе его как можно скорее, а если получишь рану, то исцелит, в меру своих сил. В твоих интересах, чтобы этих сил стало больше. А чтобы было проще, просто представь, что она стала твоей кровью. Так вы с ней быстрее найдёте общий язык.
— И как мне её кормить? Чем?
— Она сама подскажет, — сказал Нерул. — Моё вино ей понравилось. Я делал его из особых ягод. Они растут здесь, в тёплом лесу, любят солнце и влагу, но силу черпают из-за завесы. И пока сущность насытилась, тебе нужно прислушаться к ней. Закрывай глаза и представь себя сосудом. А я пока расскажу о том времени, когда завеса была впервые прорвана и множество самых разных сущностей, в том числе разумных, попало в наши миры.
Бо́льшую часть из рассказа Нерула я уже знал. О том, что светлоликие и дами объединили усилия и научились прорывать завесу, называя это созданием дверей на ту сторону. Благодаря им, миры начали развиваться невероятно быстро, появились летающие корабли и даже парящие в небе дворцы. Они научились путешествовать по мирам, открывать стабильные разломы, создавать могущественные артефакты. В итоге завеса не выдержала, и сотни миров в одночасье потонули во мраке, который позже был назван пустотой Ильсиды.
Нерул оказался неплохим рассказчиком, только говорил он не о людях и великих сектах, а о демонах. Как они попали в этот мир, и как появились первые колоссы. Говорил с сожалением и грустью о том, что первых больше не осталось. А ведь это они остановили войну демонов с людьми, довольствуясь лишь частью земель на западном и южном континентах. Их стараниями могущественные демоны и их пособники ушли дальше вглубь миров, заселяя безлюдные земли. Думаю, что будь на его месте кто-нибудь из глав великих сект, то он бы рассказал, что это люди не дали демонам закрепиться здесь и прогнали их дальше. А потом установили на границе пустоты Ильсиды барьер, чтобы новые оттуда не вылезли.
Пока Нерул рассказывал, я прислушался к себе. Кроме того, что перестал чувствовать усталость, необычного больше не замечал. С натяжкой можно было отнести к странностям вкусное вино. Даже неуютно заёрзал, стоило подумать о нём. Захотелось проверить, не осталось ли пары капелек на дне кувшинчика.
Когда солнце начало клониться к закату, Нерул прервал рассказ. При этом он дошёл только до первой войны демонов с людьми после того, как пустота Ильсиды была запечатана. Рассказывал о великом полководце Джи Кате и о том, как демонические звери объединились с человекоподобными. В этом месте я немного запутался, но пока расспрашивать не стал. Джи Кат был человекоподобным демоном и сражался против великих сект, решивших восстановить контроль над южным континентом, где сейчас главенствовала госпожа Мин.
— С появлением секты Созвездий, — сказал Нерул, — на юге снова поселились люди. Они основали три города, занимаются добычей древесного масла и фермерством. Сейчас это всех устраивает, особенно центральный континент, когда на них перестали идти армии демонических зверей. Поздно уже, прервёмся на сегодня. Госпожа Мин вернулась.
Как он это определил, я так и не понял, но госпожа Мин ждала нас в гостиной дома.
— Как всё прошло? — спросил Нерул у неё, заходя в комнату последним. Встал в дверях, скрестив руки на груди.
— Ожидаемо всё плохо, — ответила она. — Даже старики из Большой Реки впечатлены. Но об этом потом. Василий, ты говорил, что собираешься поквитаться с Вечными. Планы не изменились?
— Надо выяснить, кто причастен к изучению рабских символов, и укоротить их на голову, — сказал я. — Разрушение городов и массовые убийства в мои планы не входит.
— Тогда это будет непросто, — сказала она. — Я знаю только пару имён, кто работал ещё с дами и изучал символы. Один из них — управляющий второй лабораторией, весьма увлечённый мужчина. На людях почти не появляется, и чем сейчас занимается, мне не ведомо. Другой — заведует архивами, и подобраться к нему будет сложнее, чем к главе секты в спальню во дворце. Мне появляться там опасно, но вот Нерул и мама Ночь помогут тебе. Когда дело дойдёт до драки, а это обязательно случится, они придут на помощь. А выстоит ли Эфир после этого или превратится в руины, предсказывать не берусь.
Я такого развития событий не ожидал, поэтому удивился. Насчёт Нерула не скажу, но мама Ночь наверняка тот самый колосс, о которых так много говорят. И если он появится в центре города, то страшно подумать, чем всё может закончиться. Понять бы, почему они предлагают такую огромную помощь. Мы бы и сами справились, я думаю. Преследуют какую-то свою цель?
— Понимаю, что лезу в самое сердце одной из Великих сект, поэтому от помощи отказываться не буду, — в итоге сказал я. — Постараюсь всё сделать тихо, но… как мне позвать помощь, если придётся сражаться?
— Это легко, — госпожа Мин улыбнулась под вуалью. Положила на стол чёрную бусину на белой нитке. — Пропусти через неё немного силы, и я сразу об этом узнаю. Открою проход за чертой города, поэтому подкреплению потребуется время, чтобы добраться до тебя, имей это в виду. Кроме этого, тебе ещё что-нибудь нужно?
— Ваша помощь уже неоценима, поэтому я не могу просить большего. С остальным мы справимся сами.
— Уверен? — уточнила она, посмотрев серьёзно. — Хорошо. Не стесняйся просить помощи, если она нужна.
— Может… — начал я и запоздало подумал, что это прозвучит глупо.
— Может? — уточнила госпожа Мин.
— Есть один лохматый демон, долговязый, с длинными руками и глупым выражением лица. Носит невзрачные одежды с обилием бус, ленточек и даже странных перьев. Он провёл нас сюда из далёкого мира через разлом и забрал мой кусок красного золота. Оно для меня очень ценно.
— Странный демон? — приподняла она бровь.
— Кажется, я знаю, о ком говорит Василий, — сказал Нерул. — Тот чудик, что купался в источнике лет сорок назад. Я тебе о нём говорил.
— Помню, — она кивнула.
— Когда он снова появится в лесу, я его поймаю, — сказал Нерул. — Время от времени он возвращается к источнику. Смотрит на него издалека.
— Вроде бы его разумом овладело лишь одно желание: путешествовать между мирами, — сказал я. — Остальное стало безразличным.
Кстати, это была ещё одна причина, по которой я поверил словам госпожи Мин, когда она предостерегала меня от купания в источнике. Не хотелось бы мне становиться таким, как он. А то нахлынет одержимость древними символами, и запрусь я в подвалах храма дами лет на триста, пока все книги не переведу и не выучу наизусть.
— Что ж, ученик, — сказала госпожа Мин. — Мы нашли решение твоей проблемы, и теперь надо подумать, что делать с нашей. Сейчас на границе пустоты Ильсиды собралась орда демонов с намерением вторгнуться и уничтожить всех нас.
— А договориться? — спросил я.
— Стараниями Вечных они безумны, — спокойно произнесла она. — По большей части. Придётся драться. Беда в том, что орду ведут пробудившиеся колоссы. Как минимум, их трое. Но даже одного будет достаточно, чтобы занять на какое-то время всех глав Великих сект разом. Они это тоже понимают, поэтому на секты нападут двое, а один придёт сюда. В этом можно не сомневаться, потому что я бы сама так сделала.
— Этот источник достался нам слишком высокой ценой, чтобы отступить без боя, — сказал Нерул.
— Если для вас они кажутся сильными, то мне с ними справиться будет… непросто.
Её почему-то мои слова рассмешили.
— Нерул, наш ученик не только умный, но и очень смелый, — сказала она. — Похвально. Василий, когда речь заходит о колоссах, никто даже помыслить не смеет о том, чтобы встать у них на пути, кроме глав сект. Да и те стараются в прямой конфликт не вступать, заманивая колоссов в страшные, смертоносные ловушки и добивая уже ослабевших.
— Пробуждённые обычно сильны, — сказал Нерул, — но глупы и прямолинейны. Если у сект будет достаточно времени, они успеют подготовить пару ловушек.
— От тебя нужен самый могущественный символ, который подойдёт Нерулу, — сказала госпожа Мин. — Если он станет хотя бы немного сильнее, это увеличит шансы выйти из битвы целым.
Я ненадолго задумался, вспоминая все символы, не связанные с дами. Их было не так уж и много.
— Защитные нужны? — спросил я. — Есть много разных, но внимания заслуживают только три. Первые два защищают от огня и ударов молний, а третий мешает противнику сосредоточиться, когда он выбирает тебя целью. Можно и все три разом нанести, они гармонично сочетаются друг с другом.
— А из усиливающих? — спросила госпожа Мин.
— Символ концентрации, чтобы лучше чувствовать силу. Но это всё мелочи… Хотя есть ещё один, зависящий не от количества силы, а от её качества. Называется смешно, символом гения. На дами он не работает, а на обычных демонах не проверял. Я его в одной примечательной книге нашёл, где очень много всего полезного было.
— От качества силы, говоришь, зависит? — уточнила госпожа Мин. — Нерул у нас особенный в этом плане.
Она достала из-под стола знакомую тряпичную сумку. В ней были склянки с чернилами, кровью демонов и несколько превосходных кристаллов. Отдельно в коробочке она привезла набор иголок.
Есть у меня недостаток в том, что я хорошо отношусь к тем, кто так же относится ко мне. А вот таких как Зеос, кто только приходит и берёт всё, что ему нужно, я на дух не переношу. Вызывают они у меня стойкую неприязнь. Демоны в этом мире пусть и кровожадные, но вполне адекватные, в отличие от людей.
— Хорошо, — сказал я, закатывая рукав. — Полчаса нужно, чтобы чернила подготовить. И ещё лампа яркая нужна, я в темноте работать не могу.
Как я ни старался, но оценить силу Нерула не мог. С демонами обычно всё просто, достаточно понять, насколько большой у него талант к магии. На моей памяти только владыка Альведэ скрывал силу так, что я ничего не заподозрил. Но в его случае я хотя бы понимал, что он чертовски силён, но не мог оценить в полной мере. Нерул же был просто демоном, без малейшего намёка на талант. Странно. Когда находишься в разрушенном городе, прекрасно чувствуешь магию, витающую в воздухе, не говоря уже про источник вечной жизни, а вот один конкретный крокодил выглядит как обычный турист.
Работа над тремя защитными и тремя усиливающими символами заняла около четырёх часов. Можно было бы уложиться и в два раза быстрее, но мы никуда не спешили. К нам снова наведался Старший Ка с помощницей, накормил вкусным ужином, немного поболтал с госпожой Мин и исчез. Вот он был силён, если судить о нём как о демоне. Если бы ужин собственноручно не готовил, я бы подумал, что он пришёл отчитаться о делах в секте, пока глава отсутствовала.
Закончил с символами, когда окончательно стемнело. Проводил Нерула до двери, вышел вместе с ним на улицу. Неуютно, когда во всём городе свет горит только в нашем доме. А ещё тени страшные по крышам прыгают.
— Здесь вы в полной безопасности, — сказал Нерул, словно мысли мои читал. — Посторонних в городе нет, а если появятся, то я сразу об этом узнаю.
Надо сказать, что нанесение символов он перенёс легко. Или же из-за морды крокодила было сложно понять, как он себя чувствует. Кожа на спине у него была толстой, такую мечом не прорубишь, поэтому повезло, что иголки заранее заточили и довели до идеальной остроты.
— Чтобы вам легче спалось, — добавил Нерул и посмотрел дальше по улице, — Лучик постоит на страже.
В темноте улицы я услышал «бум-бум-бум», и к нам бодро выбежал здоровенный ящер, тот самый, что очень походил на варана. Вблизи он оказался даже больше. Если он пасть пошире откроет, то меня целиком проглотить сможет. Нерул похлопал его по довольной морде.
— Побудь здесь, у дверей, чтобы ночью никто не докучал нашим… ученикам. И чтобы никто не пугал.
Здоровенный ящер с совершенно неподходящим к таким габаритам именем качнул головой.
— Положитесь на него и отдыхайте спокойно, — сказал Нерул, затем ушёл в темноту.
Мы встретились взглядом с Лучиком. Он с шумом выдохнул, высунул раздвоенный язык. Дождавшись, пока я войду в дом, ящер прошёл ближе и просто улёгся перед входной дверью. Окна у дома выходили только на эту часть улицы, поэтому и охранять его было несложно.
— Большой, — сказала Зои, глядя на него из окна.
— И имя у него очень доброе, — я рассмеялся. — Кого он в этих лесах жрёт, чтобы вырасти таким большим? Он за завтраком пару коров проглотит и не насытится.
— Бабушка говорила, что магическим тварям нужно меньше еды, чем обычным, — сказала Зои. — А некоторые питаются только магией.
— Для того, кто магией питается, у него слишком большие зубы. Интересно, как там Ханна и Ива? Если корабль подходящий не найдут, хорошо бы не додумались летающий дворец угнать.
Ночь прошла тихо, никто не шумел и не топал под окнами. Мы замечательно выспались. Зои говорила, что на неё близость к источнику благоприятно влияет. Здесь неплохо было бы проводить отпуск или восстанавливаться, если потратишь слишком много сил. В общем, с утра пораньше она пребывала в прекрасном настроении, много улыбалась и шутила, что демоны в этом странном месте не едят людей, а исцеляют.
Часа через два после восхода, а рассветало здесь рано, к нам заглянул Нерул. Позвал на простенький завтрак из сладких овощей. А потом мы снова вернулись к раскидистому дереву, где он продолжил рассказ о судьбе демонов на западном континенте и подвигах генерала Джи Ката. Как я понял, разрушенный город когда-то принадлежал одной из великих сект, владеющих удивительным источником жизни. А чуть дальше на севере был ещё один разрушенный город, но полностью заброшенный. Вторая великая секта западного континента, покидая город, испортила свой источник, и он иссяк буквально за десять лет. Нерул о них вспоминал только в неприятном ключе. Говорил, что более глупых людей на свете не сыскать.
Ближе к обеду к нам на пару минут заглянула Соун И. Рассказала важные новости, что наши друзья отправились на запад, в сторону Эфира, на летающем корабле. Вроде бы им понадобится семь дней при хорошей погоде. Выходит, у нас впереди почти неделя отдыха.
Второй день пролетел незаметно, но без особого результата. Сколько я ни старался, так и не смог почувствовать чужеродную сущность внутри себя. Зато ночью мне приснилась тёмная пещера с густым туманом, стелющимся по земле. Он поднимался почти до колен, создавая вихри, когда я шёл сквозь него. В дальнем конце пещеры находился знакомый костерок с двумя большими камнями, играющими роль стульев. Туман к костру не приближался, оставаясь на границе света. Стоило сесть на один из камней, как огонь в костре вспыхнул ярче. Язычки пламени сплелись в знакомую фигуру девушки.
— Привет, — сказал я, поднимая руку.
Девушка улыбнулась, повторив мой жест, затем приложила ладонь к груди и слегка поклонилась.
— Жаль, что ты читать не умеешь, — вздохнул я. — Неужто никто не пытался тебя учить?
Она отрицательно покачала головой. Замахала руками, вспомнив что-то важное. Язычков пламени не хватало, чтобы изобразить большую картину, но она умудрилась показать дверь рядом с собой. Открыв, она помахала мне рукой и вышла в неё.
— Уйти хочешь? — спросил я.
Огонь вспыхнул, стирая образы, и она снова появилась. Улыбнулась и закивала.
— Куда? И как у тебя это получится, если ты в кольце сидишь?
Она задумалась, вздохнула и рассыпалась всполохами огня. Вместо неё появились обезличенные огненные фигуры. Двое взрослых и ребёнок, которого они держали за руку. Затем остался только ребёнок, плачущий, словно потерявшийся.
— Домой к родителям? — догадался я.
Огонь снова вспыхнул, явив девушку. Она смотрела на меня удивлённо, затем показала большой палец и закивала.
— Обижаешь, — я тоже улыбнулся. — Я, может, тугодум, но не глупый. Далеко твой дом? В каком-то далёком огненном мире?
Она пространно развела руками. Изобразила перед собой стену из огня, проткнула её ладонью и просочилась через прорыв, словно воздушная и невесомая.
— За завесой?
Огонь вспыхнул ещё сильней, обдав меня жаром. Она снова появилась и закивала. Попыталась изобразить что-то руками, но совершенно непонятное.
— Образами показывай, — сказал я. — Иначе понять тебя сложно.
Она вздохнула, почему-то опуская плечи.
— И что это должно значить? Уходить не хочешь? Что, наоборот, очень хочешь уйти? Понятно. И как ты планируешь это сделать?
Девушка показала на меня пальцем, затем в потолок, изобразив завесу и проткнув её ладонью.
— Давай попробую угадать, — начал я. — Старики говорили, что за завесой очень много миров и пространств, в каждом из которых свои законы. Я могу открыть проход в мир, откуда беру силу рассечения, но вряд ли тебе надо именно туда. Нужен огненный мир? Любой подойдёт?
Она сначала кивнула, а затем отрицательно покачала головой. Не скажу, что я такой уж догадливый, просто успел подумать об этой огненной девушке, пока было свободное время. Понятно, что это гостья из какого-то огненного пространства, находящегося за завесой. Тем более, старики говорили, что там живут разумные существа.
— Есть пара проблем с этим, — сказал я, когда пауза немного затянулась. — Во-первых, чтобы тебя домой отправить, понадобится великий символ, который понравится чёрному солнцу на моей спине. И не любой, а именно тот, что связан с твоим домом. А во-вторых, едва я попробую прорвать завесу, появятся два сердитых старика и оторвут нам с тобой головы. Можно, конечно, подгадать, когда они будут заняты ордой демонов, о которой упоминала госпожа Мин. Но орда уже на подходе, а символа у меня всё равно нет.
Она сидела, опустив голову, наверняка понимая всё это. Показала пальцем в потолок, и над ней вспыхнул небольшой символ, этакая бесформенная закорючка. К ней прибавилась ещё одна кривулина, затем ещё. Огненный рисунок постепенно начал приобретать более чёткую и ясную форму. В конце он вспыхнул и остался гореть красивым узором. В книгах я подобного не встречал. Символы, которыми пользовались дами, выглядели схоже, но различия были.
— Ты, это, не грусти, — сказал я, не сводя взгляда с символа. — Разберёмся с твоей бедой. Сейчас немного не до этого, но как только вздохну спокойно, подумаю, что можно сделать. Деды обещали научить меня касаться завесы, может, этого будет достаточно, чтобы ты домой вернулась.
Яркий символ исчез, и пещера вновь погрузилась в полумрак, разгоняемый небольшим костром и фигурой девушки. Она подняла на меня взгляд, полный надежды.
— Знаю, каково это — быть оторванным от дома, — сказал я. — Поэтому помогу, по мере сил. Разобраться бы сначала с тем паразитом, что в меня поместила парочка стариков.
Она попыталась что-то изобразить жестами, затем постучала костяшками пальцев по лбу.
— Что, в голове эта штука? Нет?
Она схватилась за голову, поражаясь моей недогадливости. Образ сменился, показывая крепкого парня с лохматой причёской и в одежде владыки гор Ракку. Он взял в руки небольшой сгусток чего-то светлого, поместил себе в грудь, затем победно вскинул руки. Образу не хватало только злобно рассмеяться. У девушки был определённый талант изображать эмоции, поэтому я не удержался, захлопал в ладоши.
Снова появилась девушка, держа в каждой руке по сгустку светлого огня. Свела их вместе, чтобы огонь слился в один и вспыхнул гораздо ярче…
— Василий, — послышался голос Зои. — Просыпайся.
Зои потрясла меня за плечо.
— Опять не вовремя, — проворчал я, открывая глаза.
— Утро уже, — сказала она. — Охранник наш куда-то резво убежал только что, поэтому и разбудила. Или снилось что-то хорошее?
— Огненные девушки и символы…
— Кстати, атмосфера в городе поменялась немного, — она вручила мне одежду, чтобы не тянул время. — Воздух стал ещё более насыщенным магией. Может, из-за того, что вы в местный пруд ядра колоссов бросили. Давай сходим посмотрим, что там.
Уже через пару минут мы бежали в сторону парка, так как там назревало что-то интересное. Ещё на подходе можно было услышать глухие удары, словно брёвна роняли на землю. Когда мы вышли к источнику в центре парка, то сразу увидели Нерула. Он стоял перед водоёмом, глядя на огромного горбатого вепря, размером с дом. Кажущиеся короткими передние лапы, массивная голова с огромными клыками и красные глаза внушали лёгкий ужас. Дикий кабан был покрыт бурой короткой шерстью. Показывая недовольство, он наклонил голову, угрожающе выставляя перед собой клыки.
Перед кабаном стоял Лучик, приподнявшись на передних лапах, чтобы казаться массивней. Ящер недовольно бил хвостом по земле, издавая те самые глухие звуки ударов. Вепрь громко зафыркал, затем уселся на задницу, не собираясь развязывать драку.
Нерул помахал нам рукой, разрешая подойти. Зои здесь ещё не была, поэтому с любопытством разглядывала водоём и площадку вокруг.
— Большой, но глупый, — сказал Нерул, показывая на кабана.
Что интересно, кабан на это замечание громко хрюкнул, явно не соглашаясь с такой оценкой.
— Получил толику сил и сразу примчался, — добавил Нерул.
— А он уровня гиганта или бедствия? — спросил я.
— Люди бы назвали его бедствием. Но он ещё не готов, чтобы окунуться в источник.
— Почему? — мне было любопытно, поэтому спросил.
— Потому что сразу в драку не полез. Хотя бы с Лучиком. Да вы не переживайте, он хотя и маленький, но очень крепкий. Всю жизнь провёл рядом с источником, поэтому одолеть его будет непросто. Кабан сразу понял, что проиграет.
Лучик, как мне показалось, был недоволен, что драки не случилось.
— Если хочешь помочь, можешь пожить в лесу, — сказал Нерул кабану. — Если они источник испортят, то другой нам взять будет неоткуда.
Кабан ещё пару раз гулко хрюкнул, если это можно так назвать. Встав, развернулся мордой на запад и убежал, едва не снеся пару деревьев по пути.
— По ближайшим мирам расходятся слухи, что грядёт большая война с безумными, — сказал Нерул. — Он тоже об этом услышал и решил, что надо стать сильнее, чтобы выжить. Но касаться источника ему ещё рано. Пойдёмте завтракать. Лучик, этот кабан не единственный, не переживай.
Не думал, что ящер, будучи гораздо меньше, чем кабан, окажется сильнее. Тем более, что говорилось о демоне уровня бедствия. Я спросил об этом у Нерула, когда мы снова оказались у раскидистого дерева.
— Люди любят всё упорядочивать, при этом делая большие допущения, — ответил он. — Если демон научился путешествовать между мирами, то он для них гигант, хотя это может быть какой-нибудь умник, подсмотревший у старших, как это делается. А если демон накопил достаточно сил и может использовать их в большом масштабе, то он уже уровня бедствия. Здесь сложно ошибиться, потому что магия делает их тела крупнее, а разум более гибким. И наконец, колоссы — демоны, что научились трансформации. Самые могущественные и разрушительные. Они сильнее людей, но малочисленны.
— А что за трансформация?
— Способность менять облик, — ответил Нерул. — Не всем она даётся в полной мере. Но некоторые могут становиться похожими на людей. Когда на тебя охотятся, проще затеряться среди них.
— Можно ведь уйти дальше вглубь миров. Туда, где о великих сектах никто не слышал, где живут слабые демоны или люди, рождающиеся без магического дара.
— Колоссы связаны с источником, — сказал Нерул. — Чем дальше от него уходишь, тем больше теряешь силу. Но даже это не главная причина оставаться. Они удерживают людей от искушения уничтожить всех демонов разом в ближайших мирах.
Помолчали. Я надолго задумался, затем вспомнил утренний сон. Нет, рассказывать про огненную девушку не буду. Мало ли, может они тоже возбудятся как Зеос. Я пока не мог понять, что она пыталась показать, явив меня в странном образе, победно воздевшем руки. Слияние огня…
— Точно, — сказал я. — Огненный символ. Наставник Нерул, я на минуту отойду, сбегаю за чернилами.
В голове у меня возникла интересная идея, и я помчался к нам домой. Нашёл ингредиенты для изготовления чернил и фиал с кровью демона. Там оставалось немного, и, по непонятной мне пока причине, кровь не свёртывалась и не засыхала. Собрав всё, что требовалось, я вернулся к дереву и под любопытными взглядами Зои и Нерула принялся растирать в ступке ингредиенты для новой порции чернил. Нужно было совсем немного, чтобы просто проверить догадку.
Минут через двадцать в керамической чашке появилось немного чернил, ярких и блестящих в утреннем солнце. Всё-таки качество ингредиентов было превосходным. Макнув самую тонкую из иголок, я попытался нанести на предплечье несколько точек.
— Засада, — тихо сказал я, так как иголка не могла проколоть кожу. И чем сильнее я давил, тем больнее было. Этак я скорее иглой руку насквозь проткну, а не кожу. — Мне теперь что, и символы новые не нанести?
Нерул подошёл ближе, усаживаясь напротив. Достал из-за пазухи нож и серую чешуйку размером с блюдце. Уперев её торцом в небольшой камень, он надавил ножом, с хрустом раскалывая на две части. Затем ещё раз, откалывая щепку длиной с указательный палец. С одного конца щепка получилась заострённой.
— Это опасное оружие, — сказал Нерул протягивая мне щепку, затем убрал оставшиеся части от чешуйки обратно за пазуху. — Будь с ней осторожен.
Окунув остриё щепки в чернила, я снова попытался нанести несколько точек на предплечье. К большому удивлению, щепка проткнула кожу легко, как самая острая игла. Я даже боли почти не почувствовал. Через пятнадцать минут на коже появился простенький узор из волнистых линий, первая часть символа огня. Когда я зажёг его, цвет стал более насыщенным, а кожа вокруг покраснела. Я поморщился от резанувшей боли. Такое чувство, словно прикоснулся к раскалённому металлу. Скорее всего, кровь демона оказалась слишком сильной.
— Хорошая штука, — сказал я, глядя на щепку. — Неудобная, но острая.
Из-за формы и длины щепки, я измазал все пальцы и наверняка поставил пару клякс на чёрном наряде владыки гор Ракку.
— Она хрупкая, поэтому будь осторожен, — ещё раз предупредил Нерул. — Жил когда-то неподалёку демон, покрытый хрупкой чешуёй. При ударе она ломалась, разлетаясь сотней острых осколков. Впиваясь в плоть, причиняла боль, не спеша выходить обратно. Крупные занозы приходилось вырезать из тел.
— Спасибо, буду знать, — я протёр платком щепку, завернул в мягкую тряпочку и убрал в футляр к стальным иглам.
— Научу тебя умению поглощать окружающую магию, — сказал Нерул. — Это довольно просто. Нужно сесть поудобнее, закрыть глаза и сделать глубокий вдох. Представить, как вместе с воздухом в тело проникает магия, как рассеивается внутри, наполняя тебя силой. Учиться этому нужно только, когда вокруг благоприятная магия, как рядом с источником, иначе можно отравить тело. Твоя подруга прекрасно умеет это и, если продолжит в том же духе, то её кровь станет слишком насыщенной, вкусной и заметной для всех демонов не только в этом мире, но и в соседних.
Он посмотрел на Зои, сделавшую вид, что вообще не понимает, о чём идёт речь.
— Кабану от того объёма, что она уже поглотила, стало бы плохо, — сказал он. — Зои, умеренность — вот что отличает нас от диких и потерявших разум демонов. Они будут поглощать силу, пока не лопнут. Поверь мне, рядом с источником её столько, что ты дважды сможешь превратиться в сгусток чистой силы, лишённый разума. Именно поэтому вашу кровь называют проклятой. Из-за жадности.
— Зои, — я укоризненно посмотрел на неё.
— Всё, я больше не буду, — вздохнула она, и водоворот магии вокруг резко остановился. Нас обдало лёгким порывом ветра.
— Сопротивляйся жажде, — наставительно сказал Нерул. — Иначе она возьмёт над тобой верх, и ты станешь заложницей источника. Не сможешь дышать без него. Поэтому закрывайте глаза и делайте глубокий вдох. Василий будет пытаться силу поглощать, а Зои проявит силу воли. Хотя если это превратится в зависимость, то компания такой прелестной девушки будет мне только в радость. Обычно здесь тихо и даже поговорить не с кем.
Зои недовольно засопела, то ли не соглашаясь с выводами Нерула, то ли подумав о перспективах стать зависимой от силы источника. Было бы проще, научи Нерул формуле или символу, позволяющему поглощать окружающую магию. Вместо этого сиди и думай, издевается он над тобой или действительно чему-то учит.
К вечеру, когда солнце вновь начало касаться горизонта, я так и не разобрался ни с тем, что находилось внутри, ни с умением, о котором говорил Нерул. При этом чувствовал себя полным сил и энергии, способным пробежать сотню километров и не вспотеть. Необычное чувство, когда хочется что-то сделать — хотя бы отжаться пару сотен раз, чтобы выплеснуть лишнюю энергию.
Следующим утром нас навестила госпожа Мин. Наверное, случилось что-то хорошее, так как она буквально излучала позитив. Хорошо, что Зои подняла меня пораньше, а то это сделала бы глава секты Созвездий.
— Время, — сказала она, впорхнув в гостиную, когда мы уже собрались идти к Нерулу. — Время не терпит.
Осмотрев нас с ног до головы, одобрительно кивнула.
— В Эфире скоро начнётся веселье, — сказала госпожа Мин. — Ваши друзья доберутся туда к вечеру третьего дня, поэтому у вас будет время посмотреть на город. Чёрную жемчужину взял?
— Да, — я похлопал по кошельку на поясе, где лежали важные вещи, в том числе и жемчужина на нитке. — Надо только сумку с инструментами захватить и… нам бы золота немного. На карманные расходы.
— Город Вечных, да? — спросила сама у себя госпожа Мин.
Пока она задумалась на минуту, я сходил за сумкой с инструментами и остатками ингредиентов. Крови демонов у меня не осталось, а вот пары кристаллов хватит, чтобы закончить работу над символами для оставшихся подчинённых Ханны. Я едва поднял сумку с кровати, как мир вокруг резко изменился. Только что был в комнате — и уже стоял перед входом в парк с источником вечной жизни. Долгие десять секунд не мог сориентироваться в пространстве, когда не понимаешь, где находишься и как тут очутился.
— Что за спешка? — послышался голос Нерула. Он как раз выходил из парка.
— Ты ягоды в этом году уже собирал? — спросила у него госпожа Мин.
— Да, скоро сезон начнётся, — он сунул руку за пазуху и достал несколько круглых тёмно-красных ягодок, похожих на большие клюквины, и пару зелёных листочков.
Госпожа Мин сцапала ягодку с листочком и вручила Зои.
— Алхимики их охотно покупают, — сказала она. — Хватит, чтобы снять комнату на постоялом дворе на несколько дней. Он идёт, поторопимся…
Пространство вокруг снова взбрыкнуло, крутанулось, и мы оказались в каком-то переулке, зажатом с двух сторон высокими каменными домами. В нос ударил привычный запах городских улиц. Как оказалось, мы вышли рядом с грязным углом, где местные собирали мусор, прежде чем его вывезут за город.
— Чего это нас выставили так быстро? — не понял я, пытаясь сориентироваться. От двух перемещений подряд голова немного кружилась.
— Кто-то куда-то идёт, — ответила Зои, беря меня под руку. — Ты как?
Мимо закутка с грохотом и цокотом копыт промчалась повозка с большими колёсами, запряжённая двойкой лошадей.
— Мутит, — я зажмурился на несколько секунд, пока не полегчало.
Столица секты Вечных сильно отличалась от Ардо хотя бы тем, что стояла на холме. Если идти на восток от того места, где мы очутились, то улица поднималась в горку, к группе больших дворцов, соперничающих друг с другом не только размерами, но и необычной архитектурой. В противоположную сторону — улица спускалась, изгибаясь, тесно зажатая между каменными домами. Рядом была смотровая площадка, откуда город представал как на ладони.
Людей вокруг было мало, и буквально все спешили по своим делам. Мимо нас прошла группа женщин с корзинками в руках, поднимаясь в горку и обгоняя лениво бредущую городскую стражу. Двое богато одетых мужчин едва ли не бежали вниз по улице, придерживая полы широких светлых накидок.
— Что, у нас три дня? — спросил я сам у себя.
— Красивый город, — сказала Зои, разглядывая узкие улочки и высокие дома с тёмно-коричневой черепицей.
Как по мне, он был сероват, хотя и выглядел необычно. Улицы, мощёные камнем, каналы водостоков, много зелени в виде карликовых деревьев, клумб и кустарников. Кстати, место для смотровой площадки подобрано идеально. Тихая улочка, не самая широкая из прочих, с отличным видом.
Когда городская стража поднялась на уровень смотровой площадки, я направился к ним.
— Доброе утро, уважаемые, — поздоровался я. — Не подскажете, где здесь гильдия алхимиков или лавка покрупнее? Мы немного заблудились.
— Так вы почти пришли, — улыбнулся один из них. — Вон по той улице идите, и через пару кварталов будет гильдия, не пропустите. А сами откуда будете?
— С юга мы. Из секты Созвездий.
На нас посмотрели странными взглядами.
— Ученики секты? — уточнил второй.
— Не, мы просто оттуда родом, — быстро сказал я. Что-то тон их мне не понравился. Может, они с южанами враждуют?
— А, тогда понятно, почему алхимиков ищите, — кивнул первый.
— Спасибо за подсказку, — поблагодарил я, и мы с Зои поспешили в указанном направлении.
Нет, конкретно эту парочку я не боялся, но связываться сейчас с городской стражей и устраивать беспорядки не хотелось. Нам здесь ещё три дня куковать, дожидаясь подкрепления.
До здания гильдии алхимиков пришлось идти минут пятнадцать. Судя по тому, что я увидел, на холме, ближе к дворцам, жили богачи и местная знать. Всякий сброд сюда не пускали, за чем бдительно следила стража. Если Зои больше интересовал сам город, устройство улиц и архитектура, то я высматривал бессмертных, или вечных, как их здесь называли. Сколько ни всматривался в лица прохожих, так и не смог понять, они это или нет.
Здание алхимиков в Эфире было огромным, выделялось светлым фасадом и мраморной парадной лестницей. Внутри всё выглядело так, как и положено в подобных заведениях. Просторный холл с несколькими выходами, в дальней части длинная стойка администратора и витрина с красивыми пузырьками и разнообразными коробочками. Это в мелких лавках продавали различные лекарственные пилюли и снадобья, а здесь торговали ингредиентами для их создания. Хотя вполне может быть, что здесь можно заказать и разные средства для развития силы одарённых. Я помню как в Ардо, в одной из лавок алхимиков, нам пытались впарить сушёный корешок, который должен был поднять силу учеников сект минимум на десять, а то и на все двадцать процентов. Правда, была небольшая оговорка о токсичности препарата и незначительных побочных эффектах. Но кто на это будет обращать внимание, когда ты станешь сильнее, просто скушав корешок.
Мы с Зои подошли к зданию алхимиков как раз в тот момент, когда туда запускали первых посетителей. Быстрее всех к стойке администратора рванул заполошный торговец со шкатулкой в руках. Следом шёл упитанный мужчина в белом наряде с перламутровым значком на груди и ленточкой. Он недовольно цыкнул зубом, когда торговец пролез вперёд него, но поднимать шум не стал. Я жестом показал, что не собираюсь обгонять.
Когда мы подошли к стойке, торговец уже открыл шкатулку, демонстрируя содержимое. Быстро оглянулся на нас, встав так, чтобы загородить товар. Администратор, немолодой мужчина лет под пятьдесят, заглянул в шкатулку, затем позвонил в серебряный колокольчик. Из боковой двери выбежал парнишка, вряд ли старше меня.
— Мастеру Шену на оценку, — сказал администратор, закрывая шкатулку и передавая помощнику. — Подождите там.
Последнее он сказал торговцу, показывая на лавочки у дальней стены. Тот суетливо кивнул и поспешил уступить место важному типу с перламутровым значком.
— Приветствую, мастер Азариф, — сказал администратор важному типу. — Вы сегодня рано.
— Заказов неожиданно много, — сказал тот, вынимая из просторного рукава длинный свиток. — Последний раз такой ажиотаж был, когда демоны с запада нападали на Сафир, перебираясь через реку.
— Немудрено, так как ваши восстанавливающие настойки лучшие в Эфире, — поспешил польстить ему администратор и снова позвонил в колокольчик. На сей раз из служебного помещения вышла девушка. Он протянул ей свиток. — Подготовь всё необходимое.
Решив ещё побеседовать с мастером, он не стал просить его ждать у скамеек и посмотрел на нас. Оценил наряды и решил проявить дружелюбие.
— Молодые люди, что привело вас в гильдию алхимиков Эфира? — спросил он и сделал жест в сторону витрины с пузырьками и коробочками. — Решили приобрести редкие ингредиенты или лекарства?
— Продать кое-что хотим, — ответил я.
Зои раскрыла ладонь, показав ягодку, лежащую на зелёном листочке. Смешно было наблюдать, как важные мужчины бросили на неё ленивые взгляды, а затем лица у них начали вытягиваться от удивления. В воздухе почти сразу появился приятный кисло-сладкий аромат.
— Куда?! — я ловко шлёпнул администратора по руке, когда он потянулся за ягодкой. — Сначала золото. И цену этому редчайшему ингредиенту я знаю. Попытаетесь обмануть — мы сразу пойдём искать другого покупателя.
Я лукавил насчёт цены, но видя лица мужчин, можно было и приукрасить немного. И нужно будет обязательно поторговаться.
— Прошу подождать, — сказал администратор, бросил взгляд на мастера Азарифа и едва не побежал к служебным помещениям.
— Видел только высушенные ягоды багряного румянца, — сказал мастер Азариф. — Этот аромат ни с чем не перепутаешь. Не знал, что он может быть настолько сильным. И где же молодая госпожа нашла такую редкость?
— В лесу, — ответил я за неё. — Когда грибы собирали.
— Опасное занятие, — сказал он, словно ничуть не сомневался в моих словах. — А где именно, если не секрет?
— Так сразу за рекой.
— Повезло, — ответил он с нескрываемой завистью, даже поморщился.
Ждать пришлось пару минут, пока дверь в служебные помещения снова не открылась и из неё вышел колоритный мужчина в дорогом наряде. Синий многослойный халат на восточный манер был обильно украшен вышивкой. Широкий кожаный пояс с золотой пряжкой. Завершала образ накидка с широкими рукавами, тоже синяя и с ещё большим количеством золотой вышивки. Ко всему прочему, мужчина был красавчиком с длинными вьющимися каштановыми волосами и зелёными глазами. А вот сколько ему лет, сказать сложно.
Следом за мужчиной семенил управляющий, а мастер Азариф, едва его увидел, склонился в поклоне. Дойдя до стойки, вечный, а это точно был кто-то из их расы, окинул нас взглядом. Меня практически проигнорировал, а вот Зои ему приглянулась. Но всё же больше всего внимания он уделил красной ягодке и листочку. Не утруждая себя приветствиями, достал из-под стойки серебряные чашечные весы.
— Прошу, кладите вместе с листком, — сказал он приятным голосом.
Подцепив пинцетом несколько грузиков, он уравнял вес ягоды, что-то посчитал в уме.
— Сто пятьдесят цан, устроит? — спросил он.
Я показательно задумался, совершенно не понимая, много это или мало. Мужчина достал из-за пояса большую золотую монету, положил на стойку поближе ко мне. Я таких больших монет и не видел никогда. Весила она грамм семьдесят, не меньше. В голове защёлкали костяшки счёт, прикидывая общий вес. Выходило как-то неожиданно много.
— Годится, — сказал я.
Мужчина кивнул, жестом фокусника откуда-то достал бумажный конвертик, куда аккуратно убрал ягоду с листочком, стараясь не касаться их пальцами. В воздухе мелькнула магия, и приятный аромат быстро растворился.
— Если будет ещё, — сказал он, посмотрев на меня, по-моему, второй раз за всё время, — приносите. Выкуплю за золото или обменяю на что-нибудь. Халиб, рассчитайся с ними.
Ещё через десять минут мы стали обладателями большой шкатулки, заполненной тяжёлыми золотыми монетами. И заполошный торговец, и мастер алхимик провожали нас завистливыми взглядами. Я помню, что мы с Зои совсем недавно съели как минимум две дюжины ягодок, когда Старший Ка угощал нас очень вкусным компотом. Интересно, знают ли они, насколько высоко подобное ценится в Эфире?
Выйдя из здания гильдии алхимиков, я удобнее перехватил шкатулку с золотом.
— Предлагаю найти постоялый двор в верхней части города, — сказал я. — Тем более, с деньгами проблем нет.
— Давай потом прогуляемся, — предложила Зои. — Хочу посмотреть на дворцы и площади. Пока не началось то, о чём говорила госпожа Мин.
⠀⠀
То же самое время, второй этаж здания гильдии алхимиков
Стоя у окна, выходящего на улицу перед зданием, высокий и красивый мужчина наблюдал за двумя подростками. Крепкий парень легко держал под мышкой тяжёлую шкатулку и смотрел по сторонам, словно решал, в какую сторону лучше пойти. Беловолосая девушка что-то ему рассказывала, взмахивая руками. Наконец, решившись, парень взял её за руку и повёл в сторону рыночной площади.
— Много я отдал за багряный румянец? — спросил мужчина, стоявший у окна.
— Раза в три меньше, чем она стоила бы на аукционе, — ответил Язир, раскладывающий на столе инструменты и склянки с реагентами. — А качеством она гораздо выше. Свеженькая, двух дней не прошло, как сорвали. Любопытно, где же они её достали так далеко от западного леса? И листочек хороший…
В увлечённом мужчине сложно было узнать главу третьей лаборатории. Он был автором почти всех стимуляторов для одарённых, которые можно создать из доступных или не очень редких ингредиентов. И достав лучший из всех возможных ингредиентов, он находился на седьмом небе от счастья, даже что-то напевал под нос.
— Ты хотя бы обратил внимание на эту парочку, или кроме ягоды ничего не заметил? — спросил мужчина, стоявший у окна.
— Оставь их, — не отрываясь от процесса, сказал Язир. — Это дела второй лаборатории. Хотя я бы их расспросил, где они ягоду нашли.
— С чего ты взял, что это дело вторых?
— Одежда у парня примечательная, — Язир всё же поднял взгляд на третьего племянника. — Мой тебе совет, не лезь в это. Вижу, что девушка понравилась, но тот, кто такие же чёрные одежды носит, крайне злопамятен. Парня нарядил специально, как предупреждение таким, как ты. А покровительствует ему лично глава секты.
Мужчина у окна нахмурился, глядя на уже пустую улицу. Он понял, о ком говорил дядя, но не мог взять в толк, как можно было отпустить такое сокровище. Вряд ли тот парень мог обеспечить достойную охрану. А если девушка просто исчезнет, он об этом не думал? Правду говорили старшие, что во второй лаборатории работают самые странные из вечных. И чем они там занимаются, никто толком не знает, кроме главы секты.
— А если она просто исчезнет? — повторил он своим мысли, но уже вслух, поворачиваясь к дяде. — Он не подумал, что опасно выпускать подобное сокровище из рук?
— Сделаю вид, что я ничего не слышал, — сказал Язир. — Но ты можешь взять мой корабль и навестить отца в провинции. И если будешь брать опасные зелья или порошки, делай это незаметно.
⠀⠀
Прогуливаясь по улице «средней» части города, мы вышли к широкому торговому проспекту, где дома стояли вплотную друг к другу, демонстрируя витрины с самым разнообразным товаром. Лавка ткани здесь соседствовала с обувной мастерской и магазином, продающим посуду, глиняную утварь, медные и железные котелки. Чуть дальше продавали масляные лампы. Это была одновременно и лавка, и мастерская, где светильники чинили, заправляли и меняли стеклянные колпаки. Следом шла лавка ювелира, ещё закрытая, с плотными ставнями на окнах. А к нему нам как раз и надо было попасть, чтобы разменять золото. Зои хотела было купить пару сладких булочек в пекарне неподалёку, но продавец едва в обморок не упал, увидев тяжёлую золотую монету. Позвал хозяина, крепкого телом пекаря, присыпанного мукой и пахнущего свежим хлебом.
— К ювелиру вам надо, за разменом, — сказал пекарь, подтвердив мои мысли. — Он к обеду лавку открывает, но вы можете и побеспокоить, раз такое дело.
Он посмотрел на большую монету, покачал головой.
— Скажи, уважаемый, — я убрал золото за пояс, чтобы его не нервировать, — а где здесь постоялый двор поблизости? Самый дорогой. Чтобы без клопов, и где хорошо кормят.
— На соседней улице, — он показал в сторону дворцов. — Лучший в городе. Мы туда свежую выпечку поставляем. Там обычно старшие ученики сект останавливаются. Мой помощник Вас и проводит.
Он скрылся в глубине дома, откуда выскочил молоденький пекарь, присыпанный мукой ещё сильнее, чем хозяин. Раз пять поклонившись, он повёл нас сначала в обратном направлении до перекрёстка, затем вверх по холму. На третьей по счёту улице, идущей параллельно дворцам, он свернул на восток и через пару минут остановился у большого постоялого двора, если судить по вывеске. И о том, что это приличное заведение, можно было судить сразу по двум охранникам у главного входа.
Мне доводилось видеть много постоялых дворов, но этот поразил богатством и роскошью уже с порога. Сразу за дверью было небольшое помещение с угловой стойкой, за которой дежурила красивая женщина лет сорока. Потолки в помещении высокие, украшенные свисающей красной тканью с узорами, обилие резьбы по дереву, ковровая дорожка и плотные занавески, ведущие в главный зал. Было в оформлении что-то на восточный мотив и очень приятное глазу. Да и улыбка женщины за стойкой располагала. Помощник пекаря вперёд не лез, но пару раз выглянул из-за наших спин, стараясь, чтобы его заметили. Дескать, пусть знают, кто привёл богатых клиентов.
— Ты-то куда? — послышался позади нас голос охранника. Он успел ухватить помощника пекаря за шкирку и выставить на улицу.
— Доброе утро, — поздоровалась женщина. — Добро пожаловать в Рубиновый дворец.
— Постоялый двор? — уточнил я, надеясь, что это не бордель.
Женщина не ответила, смерив нас изучающим взглядом. По местным меркам мы были одеты более чем прилично, напоминая благородных господ, только без охраны. Тёмный наряд владыки гор Ракку, вышитый узорами по воротнику и в верхней части рукавов, с красивым поясом, тут по одному только качеству ткани можно было судить, что его обладатель совсем не беден. Зои в приятном глазу светлом платье, с накидкой на плечах. Для полноты картины ей не хватало лишь зонтика от солнца. Несмотря на несколько дней, проведённых в разрушенном городе, мы выглядели чистыми и опрятными.
Управляющая постоялого двора, если это был он, зацепилась за мой наряд взглядом, за вышивку, словно узнала. Я только сейчас подумал, может, Малеф скучал по родному миру и носил наряды по местной моде?
Молчание немного затягивалось. Или она в нашей платёжеспособности сомневается? Я вынул из-за пояса сразу две заранее подготовленные монеты и положил на стойку. Кстати, надо сказать, что на одной стороне монет было изображение дворца, а на другой — ступка с пестиком и незнакомые надписи. Не обратил на это внимание сразу, а, как оказалось, у местных алхимиков даже свои монеты имелись.
— Пять дней гуляем на все деньги, — сказал я. — Комната, еда, купальни. В вашем дворце купальни есть?
Женщина, не глядя, накрыла монеты рукой, убирая их под стойку.
— У нас есть всё, что может удовлетворить даже самых требовательных клиентов, — сказала она, расплывшись в улыбке. — Могу я узнать имя юного господина и его спутницы?
— Василий, а это Зои.
Из-за полога в главный зал выглянула девушка в красивом и довольно откровенном платье.
— Сорин, проводи гостей в первую комнату, — не сводя с меня взгляда, сказала женщина.
— Конечно, — девушка отступила в сторону, изящным движением сдвигая ткань полога. — Прошу за мной.
Главный зал был разделён на шесть больших зон, где гости могли поесть, не мешая друг другу. При этом сделано всё так, чтобы с любого места видеть полукруглую сцену в дальней части помещения. С утра пораньше было занято два столика. За ближайшим к выходу плотно завтракал какой-то хмурый мужчина, а чуть поодаль что-то увлечённо обсуждали два торговца. Ещё одна девушка в откровенном наряде как раз разливала им вино по кружкам.
Правее от входа в зал находилась лестница с резными перилами. По ней мы поднялись на третий этаж с коротким коридором и всего одной дверью.
— Подать завтрак в комнату или в общий зал? — спросила девушка.
— В общий зал, — сказал я. — Через пять минут.
Она поклонилась, дождалась, пока мы войдём в комнату, и только потом поспешила исполнять поручение по поводу завтрака.
— Неплохо, — сказал я, разглядывая три смежные комнаты, отделённые друг от друга лёгкими занавесками. — Почувствуй себя султаном…
— Кем? — переспросила Зои, проходя к окошку и выглядывая на улицу.
— Это правители жарких стран. Что с золотом делать будем? Таскать с собой целый день?
— Можно управляющей отдать на хранение, — сказала она. — В подобных заведениях должны быть запирающиеся тайники для гостей.
Управляющей я бы как раз отдавать золото не стал, чтобы не возникли нехорошие мысли прибрать его к рукам, устранив богатых, но глупых постояльцев. Тайник мы не нашли, зато осмотрели комнаты и остались крайне довольны. Даже комнаты и спальни во дворце госпожи Мин были гораздо скромнее. Точнее, дело не в обилии золота или дорогих тканей, а в том, как это подавалось. И было в обстановке что-то знакомое, но я так сразу не смог вспомнить, где видел подобное. В общем, золото я оставил в сундуке для одежды рядом с кроватью. Таскаться по городу в обнимку с тяжёлой шкатулкой желания не было. Взял лишь несколько монет, чтобы поменять на более мелкие.
Выходя из комнаты в коридор, мы столкнулись с ещё одной девушкой, работавшей на постоялом дворе. Платья у них были приталенные, открывающие плечи и ключицы, что можно считать весьма откровенным нарядом. Пышные рукава до локтя, из плотной тёмно-красной ткани, а ниже — полупрозрачные. Такие ткани в любом мире ценятся крайне дорого. Зато я вспомнил, где видел похожие.
Для завтрака нам подобрали удобное место на первом этаже, чтобы другие гости постоялого двора не мешали и не отвлекали. Плохо, что далеко от окна. Подавали молочную кашу, фруктовый салат и поджаренный на молоке хлеб, с мёдом в виде десерта. Ну точно, я последний раз такое блюдо пробовал как раз во дворце Малефа. Только там фрукты были другие и хлеб более грубый.
Едва мы закончили завтракать, к столику подошла та женщина, которая встречала нас у входа.
— Всё ли Вас устраивает, господин Василий? — спросила она, говоря на языке людей с гор Ракку.
— Спасибо за гостеприимство, — ответил я. Если и удивился, то только тому, что она решила говорить именно на этом языке. — Меня всё устраивает. Мы собирались прогуляться по городу, так что не теряйте нас.
— Конечно, — кивнула она. — Мы Вас не потеряем.
Хотел спросить, не знает ли она женщину по имени Айн Ханна, но вспомнил, что последний раз владыка Малеф в этот мир ездил для отчёта ещё лет пятьдесят назад. Может, это кто-то из местных жителей, родственных тем, кто сейчас живёт в горах Ракку. В любом случае, совпадение неожиданное. Не зря же она так пристально разглядывала меня. Надо будет у Ханны спросить, когда появится.
После завтрака мы отправились на прогулку по городу, затянувшуюся до вечера. При этом так и не смогли попасть в дворцовый район. Туда пропускали только по специальному разрешению. Об этом нам поведал разговорчивый ювелир, у которого мы меняли золото на мелкие монеты. Он говорил, что дворцы вечных — это сердце секты, где они работают каждый день, изучая демонов, магию, алхимию и ещё много всего полезного. Только благодаря секте Вечных удалось затормозить распространение ядовитого леса, в котором обитали демоны. Кстати, путевые арки в Ардо тоже были их изобретением, важно заявлял ювелир, но так и не смог сказать, почему в Эфире их не было. Ссылался на то, что город маленький и ему подобное просто не нужно.
Ближе к вечеру мы смогли найти порт летающих кораблей и лодок, расположенный в восточной части города. В отличие от Ардо, здесь не было реки или озера, поэтому летающие корабли не приземлялись, оставаясь парить в воздухе. Исключение было сделано только для плоскодонных грузовых галер.
После долгой прогулки по Эфиру я мог сказать, что это тихий городок, не очень большой, даже по меркам городов тёмных миров, но чистый и аккуратный. Люди здесь жили приветливые, торговцы добродушные и отзывчивые, а стража за весь день нас ни разу не побеспокоила. Это не Хума с её шумными улицами, полными демонов, с вечно недовольной стражей, драками и разборками наёмников. Здесь улицы из-за дождей не превращались в грязные реки с мостиками из досок. Нет сырости в воздухе, отчего дышится легко. В таком городе я бы пожил с удовольствием. Да, надо сказать, что за всю прогулку мы встретили только двух или трёх бессмертных. Двое шли по своим делам, совершенно не обращая внимания на происходящее вокруг, а последний командовал грузчиками в порту, собиравшимися разгружать торговый корабль с севера. Учитывая, что это их город, бессмертных здесь было исчезающе мало.
По возвращении в Рубиновый дворец нас встретили всё так же радушно, проводили в общий зал. Обычно, к вечеру на постоялых дворах шумно, люди ужинают, сплетничают и пьют вино, но тут было абсолютно пусто. Один стол напротив сцены оставили, другие сдвинули, освобождая больше места в зале.
— А что случилось? — удивлённый тишиной, спросил я у девушки. — Где все?
— Все, кто? — не поняла она.
— Другие постояльцы.
— Не переживайте, господин Василий, — сказала она, мило улыбнувшись. — Вы сейчас единственные постояльцы, поэтому никто вам не помешает, наслаждайтесь ужином и отдыхайте. Какое вино предпочитаете?
Я был уверен, что та троица, завтракавшая в общем зале, не спешила съезжать. К тому же на втором этаже был ещё кто-то из постояльцев, слабенький одарённый. А сейчас в здании точно никого не было.
— Вина не надо, — сказал я. — Тёплые и сладкие напитки есть?
— Конечно, — кивнула она. — Сейчас всё будет.
Едва мы заняли место за столом, на сцену поднялись две девушки, всё в тех же одеждах, что и прислуга постоялого двора. В руках они держали длинные струнные музыкальные инструменты, а струны перебирали серебряными ноготками.
— А Ханна-то не знает, что здесь её соплеменники живут, — тихо сказал я Зои. — Говорила, что всех вывезли. Ты не обращала внимания, они в тенях прячутся?
Зои быстро оглядела зал, отрицательно качнула головой.
— Ладно, подождём Ханну.
Если не считать странностей, то вечер прошёл отлично. Музыка пришлась кстати, развеяв немного мрачную атмосферу того, что мы в зале были единственными клиентами. К концу ужина одна из работниц постоялого двора решила потанцевать, потеснив подружек на сцене. Получилось неплохо, на мой взгляд. Зои тоже осталась довольной и шутила, что они потом за всё это счёт выставят. Посмотрели, наверное, сколько золота в шкатулке, и собрались нас разорить.
Тут у кого хочешь паранойя разыграется. Поэтому ночью я решил не спать. Занял столик в гостиной комнате перед спальней, собираясь разобрать узор, что показала девушка из сна. Бумагу, перья и чернила мне любезно предоставила управляющая. Сказала, что поможет отправить послание, если такая услуга потребуется. Говоря о символе, мне нужно было разобрать его на составляющие и определить порядок ключей, чем я и занялся…
Проснулся от того, что сердце бешено стучало. В желудке похолодело, а под ключицами закололо, отчего мурашки побежали по телу. Я встрепенулся весьма вовремя, резко выпрямляясь на стуле. В этот самый момент в то место, где только что была моя голова, воткнулся острый кинжал, пробив столешницу и застряв в ней. Моего рывка нападавший не ожидал, но сориентировался за долю секунды. Сильный удар в бок сбросил меня со стула, но я к этому был уже готов, сгруппировавшись и даже не почувствовав боль.
Я не помню, что именно сказал на языке дами, но пространство помещения резко наполнилось силой. Вроде бы прозвучало что-то про пруд и богиню. Фигуру мужчины в чёрной одежде перечеркнуло сразу в трёх местах, и он повалился на пол, едва не опрокинув небольшой стол.
— Стоять! — теперь уже более осмысленно рявкнул я.
Ещё один мужчина в чёрном, вышедший со стороны спальни, лишился головы и гулко рухнул на пол. А вот третьего, стоявшего у двери, стиснуло силой так, что с хрустом переломало кости. Давно не практиковался. Переборщил. Магии вокруг стало как-то слишком много, но рассеивать её я пока не стал, бросившись к спальне. В темноте комнаты не сразу сориентировался, но главное увидел: пустую двуспальную постель с откинутым в сторону лёгким одеялом. Платье Зои лежало рядом на стуле.
— Зои! — позвал я, чувствуя, как внутри закипает гнев. А сердце продолжало быстро стучать, отчего перехватывало дыхание.
Выругавшись, зачерпнул побольше магии. Не знаю, работал ли сейчас символ скрытности на её спине, но для меня она едва не светилась. Особенно после посещения разрушенного города и источника вечной жизни. Сила Зои мелькнула где-то далеко на юго-востоке, быстро удаляясь.
Тот, кто пытался ударить меня кинжалом, додумался убрать масляную лампу со стола, поставив её на пол. И пробегая мимо, я заметил серую дымку, стелющуюся по полу. В полутёмном коридоре, освещённом слабенькой лампой, дымки было ещё больше. На пролёте второго этажа обнаружилась одна из работниц постоялого двора, уснувшая прямо на стуле. Ещё одну девушку я застал у стойки ресепшена. Не было времени проверять, живы ли они. Я промчался мимо, надеясь, что девушки просто спали.
Выскочив на улицу и вдохнув полной грудью свежий ночной воздух, я попутно разделил на две половинки ещё одного убийцу в чёрном. Он караулил недалеко от выхода из здания и не ожидал меня увидеть. Выбрав направление, в котором удалялась Зои, помчался в ту сторону. Как я понял, похитители огибали дворцовый холм по той же самой улице, на которой стоял постоялый двор. Ещё днём мы смогли убедиться, что холм она охватывала кольцом.
Не чувствуя усталости и не обращая внимания на горящие огнём мышцы, я бежал по улице и вроде бы даже догонял похитителей. Они существенно опережали меня, спускаясь с холма где-то на востоке. В той стороне ярко горели фонари, выхватывая из темноты очертания зависших в небе лодок и кораблей. Да и сам порт был ярко освещён, включая перекрёстки прилегающих улиц. Какая-то парочка стражников попыталась встать у меня на пути, удивлённая бегущим человеком, но я просто расшвырял их в разные стороны, не сбавляя скорости.
То, что критически не успеваю, стало понятно, когда я ворвался на территорию порта. С одной из площадок уже поднималась летающая лодка, направляясь к небольшому вытянутому кораблю, больше напоминающему прогулочный катер. Далеко, чтобы ухватить его силой. Давненько на меня не накатывало неприятное чувство бессилия, смешанного со злостью. На площадку я ворвался как демон, покрошив ещё парочку мужчин в чёрном, что там оставались. Досталось и двум стражникам, неудачно выскочившим из-за здания склада.
Осадив себя и подумав, что мне нужно найти того, кто может управлять летающей лодкой, я слегка отпустил силу, оглядываясь по сторонам. Эта площадка была пуста, но у дальних складов возвышалось что-то похожее на грузовую лодку.
К этому времени лодка, на которой везли Зои, уже добралась до прогулочного катера и зависла рядом. Я побежал к дальним складам, сделал несколько шагов и резко остановился. Сверху что-то громко хрустнуло, затем над портом раздалось «бум». Я задрал голову, догадываясь, что происходит. Это Зои, наконец, проснулась.
Только сейчас я обратил внимание, что в порту становится шумно. У входа и рядом с административным зданием кричали люди. А ещё появился источник силы, слабенький по сравнению с тем, что творилось в воздухе. Как раз в этот момент с неба начали падать деревянные обломки. С громким криком с прогулочного катера сорвался человек и, пролетев по широкой дуге, рухнул прямо на крышу административного здания.
Я снова задрал голову, вглядываясь в тёмное ночное небо. Фонарь на грузовой лодке потух, и что там происходило, можно было только догадываться. Наконец, в небе мелькнула фигура Зои, медленно спускающаяся на землю. Она держала за руку бессознательное тело в тёмной одежде. А сила вокруг продолжала бушевать.
— Демоны, — проворчал я, отворачиваясь и быстро снимая с себя накидку и куртку. Вокруг такое творится, а мне мысли дурацкие в голову лезут.
Зои спала в лёгкой исподней сорочке, а ветер вокруг бушевал, норовя сорвать её с утончённой фигуры. Меня обдало порывом тёплого воздуха, затем послышался странный звук.
— Держи, — обернувшись, я протянул Зои куртку.
Девушка стояла взъерошенная и сердитая. Одной рукой она взяла одежду, а второй всё ещё сжимала запястье мужчины в дорогих тёмных одеждах. Судя по лицу, это был кто-то из бессмертных, утративших все признаки возраста. Из глаз, носа и ушей у него бежала кровь, к тому же он странно плакал.
— Да отпусти ты его, — сказал я.
— Не могу, — призналась она, глядя на меня широко распахнутыми глазами.
— Вот чёрт! — выругался я, догадываясь, что происходит.
Стоило подумать, и невидимое лезвие, не встречая сопротивления, отделило голову несчастного от туловища. Голова завалилась назад, падая на каменную площадку. Тело, в свою очередь, повалилось вперёд, когда Зои отпустила ослабевшую руку.
— Давай, не стой столбом! — сердился я, помогая ей надеть куртку и накидку. — Сейчас они подкрепления ждут, и пока оно не подошло, надо сматываться.
Со стороны дороги, ведущей к дворцовому холму, вспыхнул уже второй источник силы, раза в два сильнее, чем первый, но всё ещё слабоватый, чтобы тягаться с Зои.
— Ты бы обороты сбавила, — сказал я, закрепив накидку заколкой. Заглянул Зои в глаза.
— Я не могу, — её пробрало дрожью. — Ой…
— Всё хорошо, — я крепко обнял её. — Это всё потому, что кто-то слишком много ест.
В небе над нами прозвучал оглушительный взрыв, превратив и прогулочный катер, и грузовую лодку в груду мелких обломков. Никаких огненных вспышек и всего прочего, это был просто всплеск энергии.
— И драку сейчас затевать не хочется, — добавил я на языке дами, устанавливая над нами защиту, чтобы обломки корабля не падали на голову.
Чёрная жемчужина госпожи Мин лежала у меня в поясном кошельке, но использовать её сейчас не хотелось. Ещё один всплеск энергии ударил справа. Выглядело так, словно гигант обрушил дубину на дальние склады и стоящие рядом лодки. Камни площадки, на которой мы стояли, ощутимо ударили по пяткам. Затем что-то взорвалось слева, сровняв с землёй ещё пару зданий. Третий удар превратил в груду обломков грузовую галеру, которую ещё днём разгружали. И всё это за несколько секунд.
Оба источника силы у дороги притихли, благоразумно прячась. Как раз в этот момент с неба посыпались первые обломки.
— Этот гад тебя обидеть не успел? — спросил я, крепко прижав к себе Зои. Та часть моей спины, где должен был находиться защитный символ, горела огнём.
— Нет, — сказала она. — Я проснулась, а он надо мной нависает…
Похоже, местным надоело только наблюдать, и недалеко от нас начал появляться огненный шар. Не знаю, может, они хотели осветить окрестности, но огонь сразу схлопнулся, а очередной всплеск энергии похоронил всех людей, собравшихся недалеко от входа в порт. На улицу и небольшое здание обрушился удар такой силы, что во всех ближайших домах выбило стёкла.
— Вася, — сказала Зои, прижавшись щекой к моей щеке. — Сделай что-нибудь.
Очередной взрыв уничтожил летающий корабль метрах в ста от нас.
— Может, надо лишнюю энергию выплеснуть? Как в прошлый раз… Понял, глупый вопрос. Хорошо, я сейчас символ подавления активирую.
Вряд ли город всё ещё спал. Странно, что в окнах домов огоньки не зажигались. Боялись люди, что привлекут к себе внимание того, кто буянит в порту? Ханна говорила, что Вечные сами по себе не очень сильны, но обладают большим опытом и знаниями в борьбе не только с демонами. Не удивлюсь, если у них есть куча опасных артефактов и всего прочего. Иначе другие секты давно извели бы их за столько лет.
Поток энергии, вырывающийся из Зои, рассеивал любую магию. И будь у меня чуть меньше сил, барьер над нами давно бы сдуло. Заговорив на языке дами, я постарался выплеснуть как можно больше магии за раз, надеясь, что, смешавшись, две разные по сути силы не разорвут нас на куски. Не было у меня опыта использования великого символа подавления, но сработал он именно так, как нужно. Поток энергии, вырывающийся из Зои, начал спадать, когда с неба уже вовсю сыпались обломки кораблей. Наконец, словно кто-то щёлкнул рубильник, он просто исчез, а Зои лишилась сил. Я успел подхватить её на руки.
— Заметаем следы, — добавил я на языке дами, говоря быстро и много, в основном ругаясь на идиотов, решивших похитить Зои.
Источников света в порту больше не осталось, а звёзды на небе и уходящую луну закрыли облака поднявшейся пыли. Насколько я помнил, порт не был огорожен, поэтому побежал в темноту, в сторону разрушенной галеры. Оттуда можно было выйти в город, на одну из прилегающих улиц. Слава всем богам, что за время короткой пробежки я не свернул себе шею, споткнувшись об обломки, падающие с неба, или о выступ очередной каменной площадки. Облегчённо выдохнул, когда мы добежали до первых домов.
Сила вокруг Зои уже не бушевала, запертая великим символом. Вряд ли его хоть кто-то сумеет заметить, на фоне того, что творилось позади. Я мысленно извинился перед работниками порта и жителями ближайших районов. В центре одной из площадок для грузовых лодок сейчас во всю ширь разворачивалось торнадо. Ночью его было не видно, но оно уже затягивало в себя и закручивало обломки летающих кораблей и разрушенных строений. Ещё один великий символ, который я испытал впервые. Даже не представляю, насколько он могущественный и во что может вылиться. Да и чёрт с ним. Рядом дворцы бессмертных, одарённых немалой силой, управятся как-нибудь.
Куда податься ночью, я особо не думал. Хотя время было, пока бежал обратно к постоялому двору. Думал, в городе будет шумно, но он словно вымер. Даже патрулей стражи, и тех не было. Я спиной чувствовал, что тёмные окна домов провожают нас пристальными взглядами. И, словно в насмешку над всем городом, в окнах Рубинового дворца горел свет. Зато кто-то умудрился потушить уличный фонарь на углу у здания. Точно помню, что он горел, когда я преследовал похитителей. И этот кто-то наследил у главного входа, наступив в лужу крови.
За время нашего отсутствия работники постоялого двора и не думали просыпаться. Я поднялся на третий этаж, забрал одежду Зои, не пустив её внутрь. Она многое повидала, путешествуя со мной, но всё равно, чем меньше подобного видишь, тем лучше. У меня у самого ком к горлу подкатывал, видя разрубленные тела. Да и крови там было столько, что пришлось постараться, чтобы пройти в спальню и не вляпаться в неё.
Пока Зои переодевалась, мне удалось разбудить девушку, спящую за столиком в главном зале. Она смешно хлопала ресничками, пытаясь сообразить, что происходит и почему я её разбудил. Затем уже она убежала будить остальных, а мы с Зои принялись закрывать ставни на окнах. Лампы в помещении тушить не хотелось, как и привлекать лишнее внимание.
Как выяснилось позже, все работники постоялого двора были живы. Охранники дрыхли в подсобном помещении, вместе с помощником повара. Один из них проснулся следующим, крепкий и хмурый мужчина лет под тридцать. Вылитый охотник с гор Ракку, только глаза карие, а не фиолетовые.
— Шум поднимать не нужно, — говорил я ему, пытаясь объяснить, что произошло. — Лучше тело с улицы убери и кровь чем-нибудь присыпь. А ещё с теми, что наверху…
Охранник кивнул и ушёл на улицу. Ещё минут через десять проснулся его товарищ и, как ни странно, повар. Работники постоялого двора жили в небольших комнатках на первом этаже и в полуподвальных помещениях. Всего их насчитывалось десять человек: трое охранников, повар с помощником, четыре девушки и управляющая заведением.
Когда мы допивали вторую чашку горячего напитка, сладковато-горького и бодрящего, к нам вышла управляющая. К этому времени охранники успели вытащить тела из здания, а девушки бегали с засученными рукавами и ведёрками, пытаясь навести порядок. Моя версия произошедшего была очень простой. Бандиты ворвались в здание, попытались застать нас спящими, но получили по шее. А потом мы с Зои обнаружили всех без сознания и долго пытались привести в чувство. Да, забыл упомянуть, что на постоялый двор дважды ломились соседи с требованием притушить свет, чтобы не привлекать демонов, напавших на город. Странно, что стража не пришла и не поинтересовалась, что за беспорядок у нас творится.
— Всё понятно, — сказала управляющая, ничуть не удивлённая, что парень моего возраста легко расправился с группой то ли убийц, то ли грабителей. — Прошу простить за этот инцидент. Скорее всего, это из-за того, что вы неосторожно показали кому-то золото или рассказали о нём.
Любопытно, что она не спрашивала, откуда у нас вообще столько золота.
— Насчёт этого, — сказал я. — Не подумайте плохого, просто нам ещё день продержаться и ночь простоять. Послезавтра прилетает Айн Ханна, и всё это уже будет неважно.
Хозяйка сначала удивилась, а когда услышала имя Ханны, как-то резко посерьёзнела.
— Госпожа Айн Ханна прилетает? — уточнила она.
— Послезавтра, — кивнул я. — На летающем корабле, прямиком из Ардо. Вы её знаете?
— Только слышала, — неохотно призналась она. — Время позднее, ложитесь спать. Для вас уже подготовили комнату на втором этаже. Больше сегодня неожиданностей не случится…
Мы посмотрели на охранника, остановившегося у входа в общий зал. Он что-то показал жестом, коснувшись тыльной стороны ладони, потом локтя.
— Что нашли? — спросила его управляющая.
Он подошёл, демонстрируя пузатый флакон с широким горлышком. На дне плескался осадок молочного цвета.
— Сонная дымка, — сказала управляющая. — Крайне дорогое зелье, особенно в комплекте с противоядием. Что ещё?
— На медном проспекте собирается городская стража. Я могу узнать у них, что за шум в городе.
— Только аккуратно, — кивнула она, затем посмотрела на нас.
— Можно и отдохнуть, если получится, — согласился я под её строгим взглядом.
Одна из девушек проводила нас на второй этаж, в комнату, рассчитанную на двух человек. Зои говорила, что после всего случившегося не уснёт, но стоило ей устроиться на кровати, как уже через пять минут тихо засопела. А вот мне после пробежки по городу и взрывов в порту было не до сна. До самого утра я просидел в кресле напротив окна, думая о разном. Сморило, когда уже начало светать. Всего на минуту закрыл глаза и крепко уснул.
⠀⠀
Эфир, раннее утро, восточная часть города
По широкой улице, ведущей в порт, спешил высокий мужчина, выглядевший не старше тридцати лет. Одет он был скромно, в серый невзрачный наряд, поверх которого носил белую накидку, испачканную бурыми и зелёными пятнами. Причина, по которой его оторвали от работы, стала понятна почти сразу, стоило выйти за ворота лабораторного комплекса. Завидев группу людей на смотровой площадке, откуда открывался прекрасный вид на порт, мужчина поспешил к ним. Чтобы пересечь улицу, пришлось пропустить большой отряд стражи, спускающийся с холма в порт.
Судя по нарядам, восемь мужчин представляли три главные лаборатории и одну вспомогательную, давно утратившую целесообразность собственного существования.
— Фарис, — обратился он к одному из них, — опять твои подопытные вырвались из подземелий?
— Если бы всё было так просто, — сказал тёмноволосый мужчина. Как и большинство представителей первого поколения бессмертных, он был красив собой, высок ростом и смотрел на мир взглядом зелёных глаз. Носил чёрные одежды, довольно простые для его положения. Возможно, не успел переодеться или произошедшее застало его прямо за работой.
— Демоны? — предпринял ещё одну попытку мужчина в белой накидке. Из всех присутствующих только он носил подобную, так как работал с едкими и ядовитыми жидкостями, кровью и прочей гадостью, за которой следовало следить.
— Клянусь прародителями, это была дами, — сказал Ринар. Ещё один представитель первого поколения, занимающий высокий пост во второй лаборатории. Он носил свойственные им тёмные одежды с едва заметными тёмно-красными узорами. Стоя у края площадки, мужчина прищуренно смотрел на порт.
— Белоглазые? — удивился мужчина в белом.
— Я лично застал буйство магии, — сказал Ринар. — Тёмный водоворот, черпающий силу напрямую из-за завесы. Повезло, белоглазая пожадничала, и он растворился быстрее, чем сравнял с землёй весь восточный район города.
Собравшиеся дружно посмотрели на площадку, где раньше располагался порт летающих кораблей. Их взорам предстала картина разрушений, разбросанные повсюду груды мусора и обломков кораблей. После буйства магии, как назвал это Ринар, на площадке не осталось ни одного целого здания и ни одной лодки. Почти со всех ближайших домов сорвало крыши, выбило окна и двери. Портовые рабочие и привлечённые городской стражей люди разбирали завалы в поисках выживших.
— Мастер Ринар, я нисколько не сомневаюсь в вашем таланте и знаниях, но это… — начал мужчина в белом и не нашёл слов, чтобы описать увиденное. — Насколько сильна может быть эта дами? Последний раз о них слышал пару столетий назад.
— Я опоздал к самому началу, — сказал Ринар, поворачиваясь к мужчине в белом, и посмотрел тяжёлым взглядом, что не укрылось от остальных присутствующих. — Но успел расспросить выживших очевидцев. Охрана порта говорит, что центром катастрофы стал твой корабль, Язир. Посреди ночи кто-то решил воспользоваться им и даже взял грузовую лодку. А потом с него на землю спустилась белая госпожа, взорвавшая все корабли в порту и запустившая тёмный водоворот. Ты ничего не хочешь нам сказать?
— Вчера я купил редкий ингредиент и почти сутки провёл в своей лаборатории, — сказал Язир, демонстрируя белую накидку и свежие пятна кислоты. — Может, этой дами приглянулся мой корабль, но похитить его не получилось? Мой племянник должен был отправиться на нашу загородную виллу как раз вчера вечером… Кто-нибудь видел Альви?
Мужчины переглянулись. Судя по взглядам, никто племянника главы третьей лаборатории не видел.
— Очень не вовремя всё это, — сказал Ринар. — Особенно когда главы нет в городе. Я получил от него письмо накануне, и об этом нам нужно срочно поговорить. Жду всех вас у себя к полудню. Предупредите свои лаборатории и подразделения, что глава Зейд объявил в секте чрезвычайное положение.
⠀⠀
Весь следующий день после ночного происшествия постоялый двор мы не покидали. Я всё ждал, когда за нами придут, выглядывал в окошко, но видел лишь спокойную улицу и редких прохожих, спешащих по своим делам. Зато работников на постоялом дворе стало в два раза больше. К девушкам присоединились четыре женщины лет за тридцать, а к трём охранникам на помощь пришли аж пятеро мужчин. Часа в три после полудня на постоялый двор заглянула парочка богатых и шумных посетителей. Мы с Зои отдыхали в общем зале и слышали их голоса от входа. Управляющая перед ними извинилась, сказав, что свободных мест нет.
Буйство силы внутри Зои прекратилось, и, хорошо выспавшись, она чувствовала себя гораздо лучше. Рассказывала, что такое может иногда происходить, но как с этим бороться, не знала. Говорила, что это было ужасно, словно жизнь из тебя уходит стремительным потоком, а ты с этим ничего не можешь поделать. И всё это из-за того, что она, испугавшись и разозлившись, попыталась поглотить кровь бессмертного.
О событиях в городе мы узнали от пары девушек, ходивших с утра пораньше на рынок. Буквально все обсуждали уничтожение городского порта вместе с прилегающими к нему кварталами. Стража бегала по улицам, предупреждая всех, чтобы опасались белоглазых демонов и сразу же сообщали о них властям. Тогда же я узнал, почему ночью было так тихо. Оказывается, из-за близости отравленного леса на Эфир не один раз нападали демоны, поэтому в каждом доме был глубокий подвал, куда спускались жители на время бедствия. Это спасло немало жителей портового района. Уцелели даже те, у кого дом оказался полностью разрушен.
Ожидая вторую бессонную ночь, я лёг спать ещё днём, попросив Зои разбудить меня к закату.
⠀⠀
Пригороды Эфира, раннее утро
Стоя на верхней палубе «Парящего», Айн Ханна смотрела вперёд, на быстро приближающийся город, раскинувшийся на холме. Шесть дворцов, пять площадей, кольцевые улицы и парки, разбитые прямо на склоне. Обычный с виду город, декорация, прячущая истинное лицо столицы секты Вечных. Как огромный муравейник, холм был изрыт тоннелями и подземными переходами. И в самом центре находился источник вечной жизни, небольшой бассейн, наполненный горячей едкой водой. Это было много, очень много лет назад, но Ханна отчётливо помнила те времена.
Оторвав взгляд от быстро приближающегося города, Ханна повернулась к группе из пяти мужчин и двух женщин. «Парящий» сбрасывал скорость, и ветер ослабевал, позволяя нормально поговорить, не срываясь на крик.
— Все помнят, что им делать? — спросила Ханна. — В дворцовую часть города пока не заходите. Занимайте самые большие дома рядом, не привлекая внимания. Вечных, обладающих звёздной силой, в Эфире вряд ли больше десятка, и все они либо во дворцах, либо под ними. За полчаса до заката собираемся на южной площади. Вопросы?
Вопросов не последовало. Все несколько дней, что «Парящий» мчался на запад, Ханна провела со своими людьми, прорабатывая план нападения на секту, все возможные последствия и непредвиденные ситуации. На корабле сейчас было чуть больше ста самых опытных воинов, воспитанных в глубинах гор Ракку под началом Малефа Вечного. Он лично отправлял большинство из них выполнять грязную работу во всех прилегающих мирах: тихо устранять недоброжелателей, просто убивать за деньги и грабить. Очень скоро та же участь постигнет и саму секту Вечных. Нужно было только добраться до её сердца.
Матросы, находящиеся на верхней палубе, подняли крик. Ханна поднялась повыше, чтобы ещё раз посмотреть на город. «Парящий» приближался к восточной части Эфира, лежащей в руинах. Все здания, большие и маленькие, были разрушены и напоминали груды мусора. Много крупных обломков летающих кораблей, включая чудом уцелевшую корму большой грузовой лодки. Судя по всему, её просто разорвало на две части.
На земле давно заметили идущий к городу корабль, но навстречу не поднялась ни одна лодка, а люди внизу отчаянно размахивали большими флажками, показывая, где нужно остановить судно. Ханна знала, что поблизости нет ни реки, ни озера, поэтому с выгрузкой людей возникнет проблема, но не ожидала, что настолько глобальная.
Пара минут понадобилась, чтобы подготовить две грузовые лодки на ««Парящем»», одну из которых окончательно починили вчера днём. Возле самой большой из них уже стояла светлоликая. Сегодня она выбрала скромное платье, повязав на голову платок, пряча длинные ушки. Когда корабль окончательно сбросил скорость и завис над бывшей торговой площадью, примыкающей к порту, у лодки появился Юн Вол. Он лично опустил грузовой борт и подал руку Иве, помогая подняться на борт. Если всю дорогу капитан сиял от счастья, довольный тем, что вновь поднялся в небо, то вчера светлоликая настроение ему подпортила.
— Планы не меняются, — сказала Ханна, подходя к грузовой лодке и забираясь внутрь, игнорируя протянутую руку капитана.
На двух лодках за один раз можно было высадить две дюжины человек. И если в шумном порту они могли сразу раствориться, не привлекая внимания, то на полупустой площади это будет сделать сложнее.
На площади внизу, среди прочих, появился кто-то из вечных, узнать которого можно было по вызывающе богатой одежде. Он был на полголовы выше людей, обладал пышной шевелюрой каштановых волос и держался так, что спутать его с обычным человеком было невозможно. На группу городской стражи Ханна даже внимания не обратила. Капитан Юн Вол лишь губами покривил, когда у десятка людей в грузовой лодке глаза вспыхнули фиолетовым светом, а лица стали отрешёнными и пугающими.
Грузовая лодка заложила крутой вираж, резко сбросила скорость и с металлическим стуком о камень опустилась на брусчатку площади.
— Добро пожаловать в Эфир, — поспешил к лодке работник порта, вспотевший, словно ему пришлось немало побегать перед встречей гостей.
Ханна слушать людей не стала, бросила взгляд на вечного, не видящего ничего дальше собственного носа. Возможно, кто-то из юнцов, проживший не пару тысяч лет, как прочие, а сотню, максимум две. Группа людей с гор Ракку дружно покинула лодку и направилась в сторону выхода с района.
⠀⠀
⠀⠀
Чтобы Ива не потерялась, Сайми взяла её под руку, а Салме закрыла собой от взглядов людей.
Дома рядом с портом сильно потрепало, забросав улицу черепицей, деревянными обломками и прочим мусором. Местные жители расчищали дорогу, просто сгребая мусор в большие кучи. Углубившись буквально на один квартал, Ханна остановилась. Из проулка между домами вышла старая женщина, которую под руку поддерживала девушка. Старухе было тяжело идти, но она спешила сделать несколько шагов к группе. Одеты они были как и все местные — в серые платья с широкими юбками, но на плечах у пожилой женщины лежал шерстяной платок с вертикальными разноцветными линиями.
— Госпожа Ханна, — произнесла старуха, щурясь, чтобы лучше рассмотреть группу людей. — Вы помните малышку Рику?
— Конечно, — Ханна уже оказалась рядом, беря её за руку. — Сколько лет прошло?
— Да уже больше полвека, — улыбнулась та.
— А Эстер? Рок? Они ещё живы? — спросила Ханна, но женщина отрицательно качнула головой.
— Мы Ваш наказ исполнили, — поспешила сказать старая Рика, вспомнив о важном. — Но из тех, кто горы Ракку видел, одна я осталась.
— Вы нас ждали? — спросила Ханна, понимая, что эта встреча не случайна.
— Посланник передал, что Вы сегодня появитесь, — сказала она.
— Василий? — догадалась Айн Ханна.
— Мы его сразу узнали, — закивала старая Рика.
⠀⠀
Мы с Зои завтракали, когда появилась парочка незваных и неожиданных гостей. Со стороны входа, а потом и стойки администратора раздались громкие голоса, требующие всем собираться и куда-то идти. Высокий мужской голос даже позволил себе кричать на управляющую, несмотря на наличие сразу трёх охранников у входа. Одна из женщин, появившаяся как раз вчера и помогавшая в зале, испуганно посмотрела в ту сторону, прижав руки к груди.
Мне стало интересно, что происходит, поэтому я показал Зои, чтобы не беспокоилась, а сам выглянул в коридор, застав двух важных мужчин, лишённых признаков возраста. И если один держал себя в руках, то второй едва не истерил, размахивая руками. Казалось, что ещё немного, и он перейдёт в рукопашную, набросившись на хозяйку постоялого двора.
Гости увидели меня, замерли на секунду, удивляясь, словно узнали. Я почему-то с облегчением подумал, что это по нашу душу заявились. Целый день ожидания и тихая ночь сильно утомляют. Хочется, чтобы всё быстрее закончилось, хотя бы хорошей дракой. И только потом пришла мысль, что для нашей поимки их сил было явно недостаточно. Нет, они тут совсем по другой причине.
— Что за шум и крики? — спросил я.
— Ты кто? — спросил истеричный мужчина. Потянулся к отвороту накидки, где прятал оружие или опасный артефакт.
— Замри, — произнёс я на языке дами, и гостей сдавило, едва позволяя дышать. — Чёрт, всё никак не привыкну.
— Дами! — заверещал первый, силясь освободиться, но сил для этого ему не хватало.
— Да тихо ты, — добавил я, и второй выкрик бессмертного потонул в тишине. Он смешно открывал рот, пытаясь что-то сказать, но не мог произнести ни звука. — Вы его знаете?
Я посмотрел на управляющую, на что она кивнула, хотела что-то сказать, затем показала в сторону дворцов на вершине холма.
— Они одни пришли? На улице их кто-нибудь ждёт?
Охранник, тот, что вчера прятал тела в подвале, показал что-то жестом, затем вышел во двор.
— Тащите их в зал, — сказал я ещё двум мужчинам из охраны. — И шторы надо опустить, чтобы с улицы видно не было.
Как две восковые статуи бессмертных перенесли в общий зал, поставили за сценой, подальше от широких окон. Истеричный злобно вращал глазами и наверняка сыпал ругательствами, а вот второй выглядел более спокойно, пытаясь оценить обстановку. Вот с ним нужно было держать ухо востро.
— Советую силу не использовать, — предупредил я их. — Я вас убью быстрее, чем вы успеете моргнуть. Слабоваты вы.
Девушки уже задёргивали занавески на окнах. Одна из них что-то увидела на улице и оживилась, взмахнула руками, привлекая внимание. Не прошло и минуты, как в помещение заглянул Марак, а следом за ним и Ханна. Она хотела что-то сказать, затем посмотрела осуждающе.
— Привет, — я улыбнулся. — Рад вас видеть. Ива, тебе тоже привет. Потом расскажете, как добрались.
В зал вошла Ива, а следом Сайми и Салме. Последними появились несколько мужчин из первого отряда Ханны. Все с одинаковыми взглядами фиолетовых глаз, горящих даже ярче, чем обычно.
— Мы вас ждали, завтракали, а тут эти типы появились и начали шуметь, — расплылся я в улыбке и кивнул на парочку бессмертных.
Я не понял, что хотела сказать Ханна, всплеснувшая руками. Зато Марак и его товарищ поспешили к бессмертным, на ходу доставая деревянные чурбачки, верёвки и платочки. Кляпы они затягивали так туго, что у несчастных едва глаза из орбит не вылезли. Затем их сноровисто связали, для чего пришлось ослабить контроль над силой. Я картинно взмахнул рукой, рассеивая силу голоса. Со стороны лестницы на второй этаж послышался удивлённый девичий голос, а из кухни приглушённая ругань повара.
— Тебя хотя бы на день можно оставить одного, чтобы не вляпался в очередную неприятность? — спросила Ханна. Она подошла, коротко обняла меня, осмотрела придирчиво. — И я совсем не про эту парочку бессмертных.
— Они хотели Зои похитить, — ответил я. — Сильно порт пострадал?
— Нету его больше, — она улыбнулась. — Совсем. А это кто? Тоже за Зои пришли?
— Пока не знаю. За минуту до вашего появления вломились и что-то требовать начали.
Мы одновременно посмотрели на управляющую постоялым двором.
— Из второй лаборатории они, — сказала женщина, показывая на истеричного. — Этот — помощник господина Фариса. Второго не знаю.
— А Фарис кто будет? — уточнил я.
— Один из шести, — сказала она так, словно это всё объясняло.
— Тот, кто стоял над Малефом, — подсказала Ханна, бросив прищуренный и кровожадный взгляд на парочку бессмертных.
У меня бы от такого взгляда волосы дыбом встали, а эти выглядели наглыми и бесстрашными, словно сейчас освободятся и будут нас наказывать. Истеричный так вообще недовольно пыхтел, бросая злобные взгляды. Не знаю, понимали ли они язык людей с гор Ракку.
— Значит, так, — сказал я им. — Я задам пару вопросов, а вы постараетесь ответить на них максимально лаконично и правдиво. Если будете юлить, ругаться или врать, то Марак будет вас больно бить. Это понятно?
— Василий, — послышался голос Ханны. — Ты никогда не сталкивался с бессмертными. Если хочешь их допрашивать, то сначала надо продемонстрировать серьёзность намерений. К тому же они гораздо крепче, чем кажутся на первый взгляд, поэтому бить надо сильнее. Да и помощник самого господина Фариса… Здесь есть подвал?
— Да, за кухней, — кивнула хозяйка постоялого двора. — Очень удобный.
Ханна кивнула подчинённым, и они подхватили под руки бессмертных, направляясь за управляющей.
— Успеешь ещё, — Ханна ухватила меня под руку и повела к столику, за которым мы с Зои завтракали. — Рассказывай, что случилось за эти дни и как ты это место нашёл?
— Случайно получилось, — ответил я. — Кстати, а мы с Зои на источник вечной жизни поглазели. Но прикоснуться к нему нам не дали…
Пока я рассказывал краткую версию наших с Зои приключений, на столе появился вкусный местный чай и второй завтрак. Как-то так получилось, что уже через пару минут вокруг никого не осталось. Поухаживать за нами вызвались Сайми и Салме, а остальные, даже девушки, работавшие в общем зале, тихонько испарились.
Что касается Ханны, то её рассказ был до смешного коротким и лаконичным. Они стащили с какого-то большого корабля силовую установку и сбежали из Ардо на ««Парящем»». Юн Вол был так тронут помощью, что обещал бесплатно катать нас по всем континентам. Он сейчас был в порту, ожидая дальнейших указаний.
— После того, что вы устроили в порту, нужно действовать быстро и решительно, — сказала Ханна. — Если эта парочка бессмертных знает что-то полезное, то уже вечером нужно всё сделать. Или у тебя другие планы?
— С тем, что надо торопиться, я полностью согласен. Хорошо бы не сбежал никто. Мне госпожа Мин помощь предложила. Обещала двух крайне сильных монстров на город спустить. Они и главу секты будут гонять как зайца, не говоря уже про всех остальных. Но вот от города в этом случае ничего не останется.
— И ты ей доверяешь, своей госпоже Мин? — спросила Ханна.
— Пока ты не сказала это таким тоном, да, доверял, — проворчал я.
Со стороны кухни к нам шла управляющая постоялым двором. Выглядела невозмутимой, но я заметил маленькую капельку крови у неё на тыльной стороне ладони.
— Нехорошие новости, госпожа Айн Ханна, — сказала она, говоря на языке гор Ракку. — Глава секты приказал эвакуировать все лаборатории.
— В каком смысле эвакуировать? — удивился я. — Куда?
— В горы Ракку, — невозмутимо ответила она. — Они хотят принести нас в жертву какому-то камню, чтобы открыть проход.
— Зачем им это? — спросила Ханна.
— Говорят, что идут демоны, и шансов их остановить нет.
⠀⠀
Не могу сказать почему, но новость о бегстве секты Вечных меня не удивила. Источник вечной жизни им не нужен, они и без него бессмертны. Нет смысла погибать ради него, тем более что раса их немногочисленна и не наделена большой силой. Логично предположить, что они сбегут, выбрав подходящий мир. Но почему горы Ракку?
— Поговорю с ними, — сказала Ханна, имея в виду парочку бессмертных. И тон такой, что я им уже не завидую. — Никуда не уходите.
Последнее она добавила нам и ушла в сторону кухни.
— Почему горы Ракку? — спросил я сам у себя. — Не самый плодородный мир, к тому же чертовски далёкий.
— Зато там живут преданные рабы, которые построят для них дворцы и дома, накормят и обогреют, — сказала Зои. — В любом другом мире им придётся начинать всё сначала или воевать с аборигенами.
— Не подумал, — я кивнул, затем выпрямился, поймав интересную мысль. — Слушайте, эвакуация ведь подразумевает бегство не только персонала… то есть самих вечных, но и вывоз богатств, золота, оборудования, артефактов и всего прочего.
— Сам же говорил, что горы Ракку очень далеко, — напомнила Зои. — Значит, и разлом будет слабеньким и нестабильным. Может, сквозь него только люди смогут пройти, да и то, не все.
— Может, — согласился я. — Но попробовать стоит. Они ведь всё это в одном месте соберут, подготавливая к вывозу. Бросать, не попытавшись унести с собой богатства, которые копили не одну сотню лет, будет очень глупо.
— Кто о чём, а Вася о золоте, — улыбнулась Зои. — Сам вывозить награбленное как будешь?
— Посмотрим, — многозначительно ответил я. — Меня больше напрягает способ, которым они хотят разлом открыть. Что это за жертвоприношения такие?
Ханну ждать пришлось долго. Мы успели поболтать с Ивой, узнать, как прошло путешествие на корабле. Ардо они покинули очень вовремя, уже во время введённого запрета. За ними кого-то в погоню отправили, но догнать быстроходный корабль так и не смогли. Я бы посмотрел, как власти города пытаются взять на абордаж судно с сотней бойцов, защищённых от магии и умеющих контролировать разум противника.
Из подвала Ханна вышла хмурая и слегка рассерженная. Пока шла к нашему столику, немного успокоилась, но взгляд полыхал убийственным намерением. Надеюсь, в порыве гнева она не придушила парочку бессмертных голыми руками.
— Плохие новости? — уточнил я.
— Можно как-нибудь проверить, появился ли новый хозяин у символа, который был у Малефа? — спросила Ханна. Салме вовремя подала стул, чтобы она могла сесть рядом с нами.
— Непростой вопрос, — я нахмурился. — Боюсь, что никак это не узнать. Тем более, в вашем случае, когда даже кровь хозяина для символа не нужна.
Насколько я знал, рабский символ был у всех людей в мире гор Ракку без исключения. Как он появлялся у детей, кто его наносил и как этот процесс контролировали, Ханна не рассказывала.
— Если бессмертные планируют эвакуироваться в горы Ракку, значит рассчитывают, что Малеф их там встретит с распростёртыми объятиями, — сказал я. — А так как у одного раба не может быть двух хозяев, то вряд ли символ кому-то передали. Помнишь, я говорил, что чернила имеют особенность выцветать, а если не активировать все ключи, то и обновлять не получится. Нужно будет проводить весь процесс заново, зажигая с первого ключа и оставляя место для последнего. И делать это раз в пятьдесят лет, примерно. Вряд ли у них во дворце живут дами, чтобы такой глупостью заниматься.
Я слегка сжал её руку, видя, что уверенность этой сильной женщины пошатнулась.
— Не знаю, что они тебе наговорили, но уверен почти наверняка, что пытаются испугать, — сказал я. — А артефакту такой сложный символ точно нельзя доверить. Не будет он работать, поверь мне.
— Я долго путешествовала с караваном работорговцев, — сказала Ханна. — Даже у них были артефакты в виде колец или жезлов, чтобы усмирять рабов, если те взбунтуются, а хозяин далеко. Это особые предметы, связанные с частью рисунка. Торговец рабами Адоф хвастался, что его уникальный рисунок никто не сможет скопировать.
Ханна положила на стол массивное золотое кольцо, испещрённое узорами. В нескольких местах поверхность кольца была потёртой, с тщательно отреставрированным узором.
— Разум одного из вечных был слаб, — сказала Ханна. — Стоило ему подумать, что он освободился, он сразу потянулся к кольцу, собираясь всех нас усмирить. А это возможно только, если хозяин рабского символа жив.
— Не слышал о подобном, — с сомнением в голосе сказал я. — Я не разбираюсь в артефактах, зато много знаю о символах. Думаю, что твоё утверждение верно лишь отчасти. Артефакт может воздействовать на заранее подобранный рисунок. Но, скорее всего, в тот узор, что у вас на плече, добавлен лишний ключик, чтобы усмирять бунты рабов, когда рядом нет хозяина и прямой приказ отдать некому. А вот то, что сам хозяин должен быть жив, утверждение спорное. Есть, на ком кольцо проверить?
Я хотел взять кольцо, но Ива меня опередила.
— Ты не умеешь контролировать силу, — сказала Ива, надевая массивное кольцо на большой палец. — Убьёшь кого-нибудь ненароком. Пади ниц!
Пробегающая по залу работница постоялого двора споткнулась и рухнула на пол, роняя большой медный чайник. Салме поспешила на помощь девушке, поднимая её с пола. Ива же сняла кольцо и бросила его на столешницу. Оно звякнуло и собиралось упрыгать со стола, но я ловко прихлопнул его ладонью.
— Ива, — я посмотрел укоризненно на девушку.
— Иначе вы будете сидеть здесь полдня и ругаться, — невозмутимо сказала она. — А времени у вас нет.
— Если времени нет, — передразнил я её тон, — то самый быстрый способ решения проблемы — это удаление символа. Болеть будет, как после ожога, зато ни один артефакт не сможет вас остановить. Если у бессмертных других козырей в рукаве нет. Кстати, когда они этой парочки хватятся?
— Гор, — Ханна обернулась к выходу из зала. — Гор!
Из-за занавесок выглянул один из первой группы, обычный с виду мужчина, с двухнедельной щетиной и лохматой причёской. Он подбежал к столу.
— Знак на левом плече покажи, — сказала Ханна. — Василий его сейчас сотрёт, и ты побежишь, предупредишь остальных, что мне нужен зелёный дворец. Через два часа я буду там. Начнём всё раньше запланированного.
— Всё понял, — он кивнул и принялся стягивать куртку и рубаху через голову. Обнажил жилистый торс, украшенный несколькими старыми шрамами. — Занять зелёный дворец за два часа.
Рисунок на плече у него был яркий, скорее всего, обновлённый пару лет назад. Я взял мужчину за запястье, и узор начал расплываться. Точнее, кожа превращалась в один большой ожог, довольно болезненный, но Гор даже не поморщился.
— Сайми, — сказал я, — пойдёшь сейчас вместе с Зои в нашу комнату и возьмёшь золото. А потом с кем-нибудь из работниц постоялого двора пробегитесь по алхимическим лавкам. Купите все средства от ожогов, которые продаются. Чистых повязок ещё возьмите. Если готовых мазей нет, то пусть приготовят, это обычно не долго. Доплатите за срочность и золота не жалейте.
— Хорошо, — кивнула за обеих Зои, вставая из-за стола.
— Готово, — сказал я Гору и поморщился, глядя на результат.
В комнату уже заглядывали остальные мужчины из отряда Ханны. Под её взглядом они принялись стягивать куртки. Я до сих пор понять не мог, мысли они читать умеют или просто очень догадливы?
Удалять символы не сложно, достаточно использовать толику силы, и они быстро выгорают. Но убирать их бесследно, чтобы не оставалось шрама, не умеют даже дами. На первый отряд и всех работников постоялого двора у меня ушло буквально минут двадцать. Девушки храбрились, стараясь не показывать, что это чертовски больно. Но избавиться от рабского символа согласились все, даже помощник повара. Это я уже потом выяснил, что на постоялом дворе жили и работали три семьи, дети и внуки тех, кто сопровождал Малефа Вечного в последний раз, когда он навещал секту. То же самое касается тех, кто вчера пришёл им на помощь. Ещё четыре семьи, уже пятое поколение людей из гор Ракку, кто попал в Эфир больше сотни лет назад. Они жили на окраине города, у самого подножья холма.
— Василий, ты слушаешь? — спросила Ханна, строго посмотрев на меня.
— Да, я всё понял. Задумался просто. К помощи демонов прибегать будем?
— Нет. Поднимется суматоха, и искать тех, кто нужен нам, станет сложнее. Твоя задача — лишить их голоса, если потребуется. И стирать символы.
— Архивы бы найти, — мечтательно сказал я, затем погрустнел. — Если мы сейчас сделаем то, что задумали, кто будет сражаться с обезумевшими демонами? Госпожа Мин говорила про неизбежное вторжение, а секты сейчас не так сильны, как раньше.
— Бессмертные бегут из этого мира, бросая на произвол судьбы людей, что служили им сотни и тысячи лет. Это их дело. Меня интересуют лишь те из них, что связаны с созданием символа. Остальные, если не встанут у нас на пути, останутся живы.
Я понимал, что вечные превратили в рабов целый народ. Не только тех, кто жил в горах Ракку, но и в предгорьях, и на плато. В мире с фиолетовым небом было много городов, с десятками, если не сотнями тысяч жителей. И все они могли в одночасье умереть, если бы Малеф Вечный подавился рыбьей косточкой или неудачно упал с лестницы. Большие и кровопролитные войны между странами возникали из-за меньшего. А нам нужно лишь сделать так, чтобы Вечные не смогли восстановить символ.
На постоялый двор заглянули новые гости. Подростки и дети, на чьих лицах читалось удивление, волнение, неуверенность и совсем немного любопытства. Всего около десяти детей, включая двух грудных младенцев.
— Время, — сказала Ханна, вставая из-за стола.
Два часа, отведённые на захват одного из дворцов, истекли. Я посмотрел на Иву и Зои. Они переоделись в мужские костюмы, позаимствованные у хозяйки постоялого двора. Бегать в платьях по подземельям было не самой лучшей идеей. Там обязательно будут крутые лестницы и узкие проходы. Я пытался переубедить девушек, предлагая остаться здесь, но безуспешно. Зои говорила, что, с моей способностью внезапно пропадать, одного не отпустит. А что на уме у Ивы, понять вообще невозможно.
Спустя день после ночного происшествия в порту, в городе было тихо, даже как-то слишком. Не знаю, сколько воинов сейчас сопровождало нас, но кроме Ханны я никого не видел. Сегодня был яркий и солнечный день, солнце зависло почти в зените, и чёрных непроглядных теней вокруг, не было ни одной. Пока мы поднимались на холм, к высоким и роскошным дворцам, мне всё больше казалось, что город затаился в ожидании бедствия. Только при этом никто ничего не делал, не укреплял дома и не строил баррикады, перекрывая улицы. Жители просто ждали, надеясь, что Вечные справятся с очередной бедой, как делали это много раз.
У входа во дворцовый район стража дежурила в усиленном режиме. На нас они не обратили особого внимания, бросили пару ленивых взглядов и отвернулись. Дважды мимо нас проходили бессмертные, спеша по своим делам. При этом говоря «спеша», я ничуть не лукавил. Один из вечных буквально бежал по улице вниз, придерживая полы тёмно-синего наряда, чтобы не споткнуться и не полететь кубарем. Улица здесь довольно круто забирала вверх, поэтому кувыркаться ему пришлось бы долго, если упадёт.
Внутри дворцового комплекса было оживлённо, сновали люди, несли какие-то вещи. Под руководством одного из вечных несколько крепких мужчин тащили громоздкий и неудобный ящик. А один из бессмертных перемещал каменную плиту, просто заставив парить её в воздухе. Здесь мы перешли на бег, устремившись к дворцу с высокими шпилями. Стены дворца были выкрашены в бледно-зелёный цвет, никак не сочетающийся с просторной серой каменной площадью. Вбежали в приветливо распахнутые двери главного входа. Нас встретил просторный мраморный зал с колоннами. От обилия мозаики даже в глазах на секунду зарябило. Не знаю, какой по счёту лаборатории принадлежал дворец, но разноцветные картины на колоннах и стенах изображали мужчин в зелёных одеждах с обилием золота в вышивке. И чтобы входящий во дворец не забывал, куда именно он попал, на самой большой мозаике были изображены вечные, перед которыми собрались люди, стоявшие на коленях и поднимающие в мольбах руки.
Двери за нами поспешно закрыли, а я с сомнением осмотрел пустой зал и мраморную лестницу, ведущую на второй этаж. Вокруг была почти мёртвая тишина. Рядом с Ханной, буквально из воздуха материализовались командиры второго и четвёртого отрядов. Коротко рассказали, что с захватом дворца у них не возникло проблем. Они тихо вошли, устранили охрану и пару бессмертных, чем-то занятых на втором этаже. Единственным, куда они пока не заглядывали, был широкий проход, ведущий в подвалы.
Во дворце я ещё больше убедился, что мне ещё далеко до того, чтобы видеть людей с гор Ракку, когда они прятались в тенях. Замечал, только когда они подходили и выстраивались в короткую очередь, чтобы убрать рабские символы. И это затянулось почти на час, учитывая, что работал я быстро, переходя от одного воина к другому, тратя на каждого секунд по тридцать или сорок. И когда по моим подсчётам оставалось человек пятнадцать, в дворцовом районе поднялся шум. Нет, вовсе не из-за того, что на территорию секты вломились посторонние. Сначала мы услышали низкий и протяжный гул, затем лёгкую дрожь пространства. Когда мы пробежали по дворцу и вышли на один из балконов на втором этаже, то стали свидетелями весьма необычной картины.
С балкона открывался прекрасный вид на город. Яркий солнечный день, переваливший за полдень, лёгкий и приятный ветерок, голубое небо с редкими белыми облачками… и огромный, просто колоссальных размеров монстр, зависший над южным пригородом. Породить такого мог только воспалённый болезнью разум. Вытянутой формы, тёмного цвета чудовище, покрытое острыми наростами по всему телу, с огромной пастью и крыльями, обломанными и атрофированными. Раньше это точно был какой-то летающий хищник, но разожравшийся до того, что на земле он, наверное, мог только лежать. Именно это страшилище и издавало протяжный гул, от которого звенели окна и всё вокруг дрожало.
Я неосознанно выдал ругательство, которые можно было бы перевести как: «очень удивлён и поражён столь необычной картиной», только если всё это уместить в одно слово.
Монстр переросток медленно продирался сквозь разлом, разорвавший небо длинной косой полосой. Следом за ним летели более мелкие демоны, уже больше похожие на летающих хищников или даже драконов. В общем, это были летающие ящеры с небольшими лапами и длинной шеей. Даже с такого большого расстояния до нас доносились их крики.
— Если они сейчас начнут кошмарить город, будет очень плохо, — тихо сказал я. — На постоялом дворе есть хоть кто-нибудь, кто сможет их остановить или задержать, пока мы заняты?
— Есть, — ответила Ива, вглядываясь в небо тяжёлым взглядом. — Защитник найдётся.
Я повернулся к ней, крепко взял за плечи, заглянул в глаза.
— Понимаю, опасность знания будущего и всё такое, но куда?..
— Вниз, — не дала она закончить фразу. — Вниз, до самого источника.
Ива показала в сторону центра дворцового комплекса, на просторную площадь. С балкона, где мы стояли, можно было увидеть только её край. Пришлось немного пробежать по второму этажу, к просторным окнам, выходящим как раз на площадь. Полным ходом там шло строительство большого сооружения из колонн и каменных блоков. Притащили даже большой купол, но не успели установить. Бессмертные строили путевую арку, и появление огромного монстра в небе застало их врасплох. И вечные, и помогающие им люди как заворожённые смотрели в ту сторону.
— Поспешим, пока они не закончили, — сказал я.
Обратно на первый этаж мы бежали молча. Лично мне было страшно, глядя на левиафана и сотню монстров, кружащих рядом с ним как падальщики в ожидании пиршества. За то время, что мы отсутствовали, в мраморном зале почти ничего не изменилось, если не считать несколько пятен крови и тел стражи, сложенных в кучу за массивной колонной. Ханна на это даже внимания не обратила. Раздала указания командирам групп и в числе первых направилась к спуску в подвал.
Я к подземельям, даже к глубоким, отношусь нормально. Много лет провёл в библиотеке храма Дами, среди пыльных стеллажей, в компании неразговорчивого хранителя. Но вот подземелья под дворцом заставили напрячься. Это был настоящий каменный лабиринт, уходящий очень глубоко под землю. В некоторых коридорах воздух был затхлым, с неприятным привкусом, а где-то, напротив, свежим и слегка прохладным. Что касается освещения, то это были странные лампы со стеклянными колпаками. Внутри каждой находился мутный кристалл, дающий совсем немного желтоватого света. И лампы расставлены подальше друг от друга, в целях экономии.
Спустившись довольно глубоко по узким проходам и лестницам, мы вломились в большой зал, освещённый всё теми же кристаллами, только светящимися не в пример ярче. Это был какой-то перекрёсток с тремя входами и выходами. В этот самый момент из противоположного прохода в зал вышла группа бессмертных из трёх мужчин. Одетые в тёмно-синие, почти чёрные одежды, они несли какие-то коробки и ящики, совсем не заметив нас. Тот, что шёл впереди, был очень силён, особенно на фоне остальных.
Цвет одежды бессмертных и общий вид был мне знаком. Чем-то он напоминал одежду, которую носил Малеф, только попроще. Большой отряд людей с фиолетовыми глазами они не заметили, даже старший, идущий впереди, спокойно шёл к нам навстречу, направляясь наверняка наверх, к выходу из подземелий. И если я немного растерялся, столкнувшись с ними, то подчинённые Ханны действовали молниеносно, бросившись вперёд. И очень вовремя, так как старший в группе бессмертных замедлился и нахмурился, пытаясь понять, что происходит. Бросив свою ношу, он собрался использовать магию, быстро концентрируя силу, но не успел. Один из воинов добрался до него и всадил длинный кинжал прямо в глаз. Остальных постигла почти та же участь, только они ничего не поняли перед смертью.
Когда я подбежал к этой группе, Ханна уже перевернула старшего на живот и вспарывала одежду, разрезая ткань с хрустом. Кожа на спине бессмертного, а также на плечах и руках была чистой, без единого намёка на символы. Пока проверяли остальных, Ханна заглянула в коробку, что нёс главный. Вынула пару журналов и книг, сунула мне в руки. В этот момент её сложно было узнать. Обычно она сохраняла хладнокровие, стараясь всегда держать себя в руках, а сейчас выглядела крайне взволнованной и какой-то заполошной.
И книги, и журналы были исписаны ровными строчками на непонятном языке. С одинаковым шансом это могли быть научные записи, просто заметки или даже сборники сказок. Ни рисунков, ни иллюстраций. Наклонившись над коробкой, я перебрал ещё несколько похожих и только в одном нашёл зарисовки колец и амулетов, покрытых замысловатыми узорами.
— Бесполезная макулатура, — сказал я, бросая журналы обратно в коробку. — Прочесть не могу. Надо всё наверх вытащить и сжечь.
— Этот, — Ханна показала на старшего, — обладал сильной волей. Наверняка занимал важный пост и вряд ли бы стал уносить из этого места бесполезные книги. Харт, несите всё это наверх и сожгите. И тела спрячьте.
Из того прохода, откуда вышли бессмертные, появился Марак и пробежал к нам.
— Вам стоит посмотреть на это, — сказал он.
По длинному полутёмному коридору мы прошли метров двести, прежде чем вышли к нескольким помещениям. Назначение оных я понять не смог, так как первые два были заставлены ящиками и распотрошёнными книжными шкафами. Следующие два помещения сильно напоминали морг или что-то похожее. В центре каждого стоял мраморный стол, предназначенный для проведения вскрытия. Ниши в стенах предназначались для хранения тел, но были заполнены книгами и свитками. Если этими помещениями и пользовались по назначению, то очень давно. Лишь одна комната выглядела как самый обычный кабинет для клерка, с удобным столом и аккуратно разложенными письменными принадлежностями.
— И почему их под землю тянет? — хмуро произнёс я. — В тесноту, темноту и духоту…
— Малеф всегда чувствовал себя неуютно на открытом пространстве, — сказала Ханна.
— Это из-за источника, — ответила Зои, держащая меня под руку. — Наверху он почти не ощущается, а здесь буквально всё пропитано магией. Как в том разрушенном городе. Заметил, что кристаллы здесь светятся ярче, чем наверху?
Крючков вокруг было много, но лишь на одном висела небольшая и невзрачная лампа, дававшая довольно много света. Зои кивнула как раз на неё.
— Ничего подобного не чувствую, — признался я. — Но поверю на слово.
— Странное чувство, — задумчиво добавила Зои.
— Ты только не вздумай поглощать эту магию.
— Не буду, — она поморщилась. — В разрушенном городе сила была сладкой и манящей, а здесь она горькая и удушливая. Нехорошее место.
Наконец мы дошли до нужного помещения. Марак поспешил войти первым, неся в руках большую лампу, снятую со стены. Перед нами предстал удивительный зал. Бессмертные не поленились отделать его панелями из светлого мрамора, но впечатляло вовсе не это. Стены буквально были испещрены письменами, символами и рисунками. Руны языка дами соседствовали с языком вечных, создавая на первый взгляд сумбурную картину. Самые глубокие борозды в мраморе, сливающиеся в сложные символы и узоры, были позолочены и завораживающе блестели в свете лампы. На белоснежной панели прямо напротив входа был изображён высокий мужчина, стоявший к нам спиной с расставленными в стороны руками. Его спину покрывали сложные узоры, сплетающиеся в знакомые символы, которые я уже когда-то видел на спине Малефа.
— Ух ты, — восторженно протянул я, проходя к левой стене, к первым золотым символам. Моё внимание привлёк необычный узор. — Написано сразу на двух языках. Это ведь символ слияния и объединения, но исковерканный…
Мой голос прозвучал почти в полной тишине. Никто не топал в коридоре, никто не восторгался увиденным, и единственным звуком в этой части подземного лабиринта был мой голос.
— Василий, — Ханна тронула меня за плечо, отвлекая от чтения.
— Да? — я обернулся.
— Это оно?
— Без сомнения, — кивнул я. — Открытый учебник с сухими объяснениями, что и как делать. Даже порядок ключей есть…
— Разрушь здесь всё, — сказала она таким тоном, что мой воодушевлённый настрой как рукой сняло.
Я вновь осмотрелся, глядя на белые стены и золотые узоры.
— Да и чёрт с ним, — сказал я. — Ты права. Выходим отсюда. Марак, лампу оставь в центре, чтобы я его видел лучше. Наконец пригодится техника разрушения…
Дождавшись, пока все выйдут из зала, я встал у входа, потянулся и дотронулся до холодной мраморной стены. Послышался громкий каменный хруст, и по белым плитам побежала сеточка трещин. Очень хотелось почитать, что написано на стенах, и понять, как бессмертные вместе с дами придумали нечто грандиозное и чудовищное одновременно. Учитывая размеры зала, количество символов и текста, понадобилось бы несколько дней, чтобы просто всё разобрать, и ещё пара недель, чтобы вникнуть.
С каменным хрустом белый мрамор начал крошиться и осыпаться на пол. Я использовал очень простой символ, создающий напряжение в камне, отчего тот раскалывался на части. При желании мрамор можно было колоть в мелкий щебень, да я и не сдерживался. Пришлось прикрыть лицо рукавом, так как меня едва не вынесло из прохода плотным облаком каменной пыли, когда одна из мраморных стен обрушилась под собственным весом.
— Можно уходить, — крикнул я и закашлялся.
Обратно мы бежали тем же маршрутом, по длинному коридору. И только добравшись до развилки, можно было остановиться и перевести дыхание. Каменная пыль в замкнутом пространстве распространялась быстро.
— Это что было? — заинтересовалась Зои. — То, что камень крошит.
— Обычный символ, даже не великий, — ответил я. — Когда его нашёл, обрадовался, такого себе нафантазировал, а применить случая так и не выпало. Он только мрамор и гранит крошит. Забыл, что такой у меня есть.
Рядом с Ханной почти из воздуха материализовался один из воинов. Что-то прошептал, прикрывая рот ладонью.
— Веди, — сказала Ханна и жестом показала нам, чтобы следовали за ней.
Мы побежали за мужчиной по одному из тёмных коридоров. Я уже говорил, что бессмертные экономили на освещении, но здесь тусклых ламп было даже меньше, чем на верхних уровнях. В этих коридорах они служили неким ориентиром, показывая путь в глубины подземелий. Жуткое место, как правильно выразилась Зои. Я бы с ума сошёл уже через неделю блуждания по тёмным коридорам.
Пару раз проход разветвлялся, но проводник уверенно вёл нас по коридорам. Мы миновали с десяток лестниц, спускаясь всё ниже вглубь холма. После одной из таких лестниц я почувствовал близость источника магии. Чем-то он был похож на пруд в парке разрушенного города. Во рту появился неприятный горький привкус. Не знаю, можно ли было отравиться магией, но проверять на себе не хотелось, как и находиться здесь слишком долго.
Рукотворный каменный коридор вывел нас в обычную пещеру с высоким сводом, усеянным острыми каменными выступами. Лампы со светящимися кристаллами здесь были крупнее и ярче, давая достаточно света, чтобы видеть стены и потолок. В центре пещеры находилась чаша подземного источника, почти идеальный круг, метра полтора в диаметре. Вода в него поступала снизу, а излишки переливались через дальний край с едва различимым журчанием. Метрах в трёх от чаши возвышался серый кристалл. Рос он прямо из каменного пола и поднимался минимум на метр. По виду кристалл был очень похож на те, которыми пользовались светлоликие, и я догадывался, в какой именно мир вёл этот образец.
Я почти не удивился, увидев тела бессмертных, заливающих кровью красновато-серый каменный пол. Четверо в тёмно-синих одеяниях и один в светлом наряде, обильно испачканном кровью. Но и это не всё, рядом с кристаллом стоял бессмертный. Большую пещеру на две части разделяла едва заметно мерцающая стена. Чаша с источником оставались на нашей стороне, а кристалл и бессмертный — на другой.
Ханна, ничуть не смущаясь бессмертного, прошла к телам, чтобы вспороть одежду у них на спинах.
— Далеко собрались, уважаемый? — спросил я, проходя к прозрачной стене.
Мой голос тонул в большом помещении.
— Вы все уже мертвы, — произнёс он и посмотрел на Ханну, переворачивающую очередное тело.
— Это как посмотреть, — не согласился я. — Вам бы выйти наверх и глянуть на небо. Там сейчас огромный монстр прорывается через разлом. И когда он прорвётся, мало никому не покажется. А вы, вместо того чтобы защищать источник и собственный дом, собираетесь сбежать. Нехорошо.
— Этот мир обречён, — сказал он, посмотрев уже на меня. Взгляд спокойный и даже немного уверенный.
— Ладно, — махнул я рукой. — Торопимся мы. Скажите, не встречали ли Вы начальника второй лаборатории? Того, кто занимался созданием символа, что был на спине у Малефа?
— А ты? — спросил он.
— Василий, лучший мастер символов во всех мирах.
Это вызвало смех у бессмертного. Он поднял руку, и над его головой вспыхнул странный узор, собранный из сотен крошечных светящихся точек.
— Тянет время, — шепнул женский голос мне на ухо.
Я бросил короткий взгляд на помощницу Ханны, стоявшую за моим левым плечом.
— Ну да, — согласился я. — Сейчас сюда сбегутся те, кто сейчас строит путевую арку на площади. Но барьер я не пробью. Проще свод пещеры обрушить. Зои?
Вечный тем временем вливал силу в узор, вспыхнувший ещё сильнее и начавший слепить. Надеюсь, он не собирался последовать моему совету и разрушить пещеру, похоронив нас здесь. Я на всякий случай попятился к выходу, прикрывая глаза рукой, чтобы яркий свет не слепил. Фигура над головой бессмертного замерцала и начала гаснуть.
— Малеф мёртв? — в повисшей тишине раздался голос бессмертного.
— Мертвее не бывает, — язвительно ответил я.
— Значит, дами, — как-то странно произнёс он.
Завеса, разделяющая пещеру, дрогнула и резко исчезла. Что хотел сделать бессмертный, мы не узнали, так как его отбросило в стену с такой силой, что выжить ни у кого бы не получилось, кроме императора светлоликих. Это была Зои, опередившая меня. Пока мы глазели на это, Ива пробежала через всю пещеру, добравшись до кристалла. Положив на него ладонь, она досадливо поморщилась. Серый кристалл со звоном хрустнул и лопнул, рассыпаясь крупными обломками.
— Ну, что стоите? — обернулась Ива к воинам с гор Ракку. — Собирайте обломки.
Ханна жестом показала своим, чтобы помогли, а сама направилась к фигуре бессмертного. Я подходить к источнику не хотел, поэтому топтался у выхода. Радовало, что бессмертные теперь не смогут сбежать и им придётся защищать город.
Торопясь, минут за пять мы собрали осколки кристалла, а Ива ещё и выковыряла что-то из камня, откуда он рос. Сложили всё в один большой мешок и побежали обратно к выходу. У меня от пребывания в этом месте уже голова кружилась, а перед глазами всё плыло. Во дворце к нашему возвращению ничего не изменилось, а вот на площади царила настоящая суматоха. Люди тащили в центр самые разные вещи, ящики и сундуки. Сваливали всё в большую кучу и мчались обратно к высоким дворцам. Похоже, покидая этот мир, секта Вечных не желала ничего оставлять. Интересно, что будет, когда они узнают, что от кристалла остались одни осколки, да и те мы стащили?
За то время, что мы провели в подвалах, левиафан успел пробиться в этот мир и парил недалеко от разлома, из которого сплошным потоком выходили летающие монстры. Их было уже столько, что они закрыли часть неба. Странно, что вся эта масса тварей не обрушилась на город, но и без этого беспорядка хватало. Отдельные монстры уже резвились в нижней части города, разрушая дома. Люди наверняка попрятались в подвалах, а от городской стражи вряд ли будет толк. Где-то у западного выхода из города шло сражение, но абсолютно бессмысленное, учитывая, что монстры умели летать.
Войти и выйти из дворцового комплекса можно было лишь по двум широким проспектам, с восточной и западной стороны. Бессмертные организовали там серьёзные линии обороны, поэтому было решено пробиваться через ближайший дом. Весь комплекс по периметру был застроен богатыми домами, где жили бессмертные и приближённые к ним. В один из таких мы и вломились. Окнами здание выходило на южную улицу и не имело дверей с той стороны, но это не сильно помешало. Высадив окна, ничуть не беспокоясь о поднятом шуме, мы вышли в город и дружно побежали в сторону постоялого двора. Над нашими головами мелькнул здоровенный крылатый ящер, метров пятнадцать в длину от головы до кончика хвоста. Кто-то из защитников дворцовой площади удачно метнул в него большой обломок камня, зацепив крыло, и ящер с грохотом рухнул где-то в квартале от нас, наверняка разрушив один из домов при падении.
Большому отряду воинов с гор Ракку пробежка по городу далась нелегко. На летающих монстров, в отличие от людей, отвод глаз не действовал. Двух ящеров, решивших полакомиться нами, прибила Зои, роняя на ближайшие дома, а одного смог достать я, используя великий символ рассечения. Но самое интересное ждало нас рядом с постоялым двором. Сначала мы услышали шум, грохот и звуки разрушающихся зданий, а когда выбежали на широкую улицу, то увидели с десяток туш летающих ящеров. Вблизи они уже сильнее походили на драконов, только безобразных и некрасивых. Лежали они в хаотичном порядке, с переломанными шеями, раздробленными головами и вспоротыми животами. Один летающий монстр так вообще застрял в здании напротив постоялого двора. И посреди этого безобразия стоял варан переросток, приподнявшийся на передних лапах и задравший голову, вглядываясь в небо. Ощетинившиеся ножами и короткими мечами воины с гор Ракку подходить к нему не спешили, прячась за углом здания и за тушами поверженных монстров.
— Лучик! — узнал я варана.
Он нас тоже заметил, отрывая взгляд от неба, и стукнул хвостом по земле, отчего задрожали уцелевшие стёкла в ближайшем доме.
— Ханна, спокойно, это наш знакомый, — сказал я.
На лице Ханны отразилось недоверие и какая-то странная эмоция. Она несколько секунд сжимала мою руку, затем отпустила, покачав головой.
— Лучик, что случилось, ты почему здесь? — спросил я, подбегая к нему.
Варан наклонил морду, пару раз быстро высунув раздвоенный язык. Надо сказать, что он был обильно заляпан тёмной кровью летающих ящеров, пахнущей так, что ком в горле вставал. Да и в целом смердело вокруг неслабо.
— Чёрт, ещё бы понимать, что он говорит, — проворчал я. — Ты нас искал?
Он пару раз дёрнул головой вверх-вниз, изображая кивок.
— Ваши в порядке? — уточнил я и получил тот же ответ. — Ну и славно. Спасибо, что присмотрел за постоялым двором.
— Вблизи даже ещё страшнее, — тихо ворчала Ива, стараясь держаться за моей спиной. — И ничего в нём забавного нет…
Часть воинов уже вбежала на постоялый двор, из окна которого за нами наблюдала пара любопытных девушек.
— Что дальше? — спросил я, обернувшись к Ханне. — Задачу минимум выполнили?
— Ты с этим миром закончил? — спросила она у меня.
— На все сто. Если не учитывать, что никого не ограбили и трофеями не разжились. И пока та громадина, что зависла над городом, не решила спуститься и пообедать нами, надо бежать отсюда без оглядки. Можно на ««Парящем»», если он ещё цел. Думаю, мы с Зои сможем отбиться от летающих тварей…
— Нет, — отрезала Ханна, доставая из-за пазухи каменный стержень. — Уйдём самым коротким маршрутом. Даже если придётся наделать десяток дыр в этом мире.
Она что-то сделала, и посреди улицы, метрах в трёх от нас, вспыхнул крошечный багряный разлом. И почти сразу из него вынырнул сердитый воин гор Ракку, с мечом в руке. Увидев нас, он немного расслабился, но потом заметил любопытного Лучика, туши поверженных монстров и изменился в лице.
— Уходим! — крикнула Ханна своим людям. — Василий, ты тоже не стой.
— Сразу после тебя и уйду, — сказал я. — А то вдруг с разломом что-нибудь случится.
— Не спорь со мной! — строго сказала она, бросив на нас устрашающий взгляд.
— У тебя на лице написано, что хочешь остаться, чтобы вернуться к дворцам и продолжить вырезать бессмертных, — спокойно сказал я. — Так что уйдём только после тебя.
Ханна бросила гневный взгляд на Иву, но та лишь покачала головой, как бы говоря, что это не она рассказала мне о её планах.
— Уголёк?! — обрадовался я, увидев Марака, выводящего из-за угла здания знакомую чёрную лошадку. Она фыркнула, встряхнула головой, но послушно проследовала за Мараком и исчезла в разломе.
Из дверей постоялого двора уже выбегали девушки и группа детей, напуганных и старающихся не смотреть по сторонам. Они пробежали к разлому, сразу исчезнув в нём. С сумками наперевес к нам бежали Сайми и Салме, а за ними ещё кто-то, неся в руках знакомую шкатулку с золотом.
— Ну хоть что-то, — рассмеялся я.
Сайми подошла к Иве, протягивая ей тряпичный кошель. Светлоликая, в свою очередь, вручила его мне.
— Что там? — не понял я. Потянув за шнурок, вытряхнул на ладонь знакомую чёрную жемчужину, подаренную госпожой Мин. — Ива?
Бывший оракул лишь хмыкнула, демонстративно отворачиваясь. И когда она умудрилась её стащить? Зато понятно, откуда здесь взялся Лучик.
Тем временем отряд Ханны спешно уходил в разлом, а над нашими головами кружило уже с десяток крылатых ящеров. Один попытался спикировать на нас, но был отброшен в сторону спуска с холма. С той стороны раздались громкие звуки разрушений. К моему удивлению, у выхода из постоялого двора показался капитан Юн Вол. Его старший помощник нёс в руках большой сундук, а несколько матросов громоздкие сумки.
— Капитан? — удивился я, когда он подошёл.
— Василий, — он пожал мою руку. Посмотрел на левиафана в небе. — Никогда не видел таких больших демонов.
— Это да, — закивал я. — И наверняка внешний вид и размеры не самое страшное. Магию, что он использует, я даже отсюда могу почувствовать.
— Я хочу попросить убежище, для меня и команды «Парящего», — серьёзно сказал капитан.
Замечу, что старпом и команда с ужасом смотрели на Лучика, не спеша приближаться, а вот Юн Вол выглядел спокойным, насколько это возможно в текущей ситуации.
— Хорошо, — сказал я. — Только учтите, что этот разлом ведёт в очень далёкий мир.
— Я понимаю, — сказал капитан.
— Тогда добро пожаловать, — рассмеялся я, но смех получился нервным, так как над городом снова раздался протяжный рёв левиафана. — Проходите быстрее, там разберёмся, что к чему.
Капитана и его команду подгонять не требовалось. Он коротким жестом показал своим на разлом, и они дружно вошли. Помимо него и старпома, из здания постоялого двора вышло около пятнадцати матросов. По-моему, это была не вся команда. Может, только те, кто согласился уйти вместе с ним?
Спешная эвакуация уже почти заканчивалась, и нам очень повезло, что багряная линия разлома ещё держалась. Надеюсь, что при перемещении на такое большое расстояние никто не потеряется по пути.
— Мы последние, — сказал я, крепко схватив Ханну за руку за секунду до того, как она решила уйти в тень.
Она хотела стукнуть меня свободной рукой в ухо, но я этого ожидал, поэтому немного присел, чтобы удар прошёл выше, затем ловким движением потянул женщину на себя и взвалил на плечо. Ханна попыталась меня пнуть, но я этого почти не почувствовал. Короткая пробежка, и мы ухнули в разлом. Перемещение длилось долго, секунд тридцать. Вокруг мелькали яркие белые и жёлтые искорки, проносящиеся мимо на немыслимой скорости. Падение, и мы выпали из разлома на просторную площадку в большом тёмном зале. Вокруг было шумно и суетно. В этот момент сверху на меня упала Зои, заехав коленкой в спину, затем добавила Ива, повалившись уже на неё. Пока я барахтался, пытаясь встать, рядом бухнуло что-то очень тяжёлое, и разлом гулко взорвался.
Если секунду назад зал был наполнен гомоном голосов, то внезапно стало тихо. А ещё Ханна, на которую я свалился во время выхода из разлома и сейчас упирался лицом ей в живот, отвесила мне подзатыльник.
— За что?! — возмутился я.
Наконец кто-то помог Иве и Зои встать с меня. Я быстро поднялся, подал руку Ханне. Она смерила меня убийственным взглядом, затем вздохнула, схватилась за руку, легко вставая.
— Вася, — Зои подёргала меня за рукав.
Оглянувшись, я столкнулся взглядом с Лучиком, стоявшим посреди зала и с любопытством разглядывавшим собравшихся у стен людей.
— Ты с нами зачем прыгнул? — удивлённо выдал я.
Лучик довольно зашипел, как будто из большого котла вырвался пар под давлением.
— Владыка Василий! — послышался знакомый голос. Из-за спин моряков и капитана Юн Вола вышла Мирейн, бросила на меня строгий взгляд и ткнула пальцем в сторону Лучика. — В зале и без этого чудовища тесно. Изволь вывести его на улицу.
— Да, да, — проворчал я. — Только он в двери не пройдёт. Стену выбьет, сил ему хватит, я думаю. Лучик, ты бы лёг пока на пол, а то возвышаешься над всеми…
Варан шумно выдохнул и бухнулся на пол. Вокруг снова послышались голоса.
— Мирейн, я тоже рад тебя видеть, — сказал я, когда управляющая дворцом подошла к нам. — Поможете разместить капитана и его друзей?
— Во дворце? — с сомнением в голосе спросила она.
— В городе, — правильно ответил я под её пристальным взглядом.
— Как прикажешь, — она одобрительно кивнула. — И подумай, что можно сделать с чудовищем.
— Его зовут Лучик.
Она прищуренно посмотрела на меня, затем на огромного варана и молча направилась к капитану Юн Волу.
— Сбежали, — с облегчением в голосе произнёс я. — Никого не забыли? Ханна?
Я огляделся, но её уже и след простыл. Зато появились знакомые девушки из числа прислуги дворца. Опомниться не успел, а нас уже уводили из зала. Первым делом всех отправили в купальни с горячим источником, где я смог расслабиться, посидеть в горячей воде и подумать над событиями прошедших дней. Напряжение никак не хотело отпускать. Перед глазами всё ещё маячил тот огромный левиафан, контролирующий разлом и сотни летающих монстров. Если у него имени нет, то я бы его смело назвал пожирателем миров. Тихий и красивый город, столица секты Вечных — судьба его была незавидна, как и людей, живущих там. Вряд ли бессмертные будут драться за него до самого конца. Может, у них есть возможность уйти в соседний мир, тем более, там всё очень тесно связано, если верить рассказам Нерула. А вот крокодилоголовый за свой источник драться будет, как и госпожа Мин.
После купания шёл обед. Сайми и Салме ещё не переоделись и не привели себя в порядок, поэтому нам прислуживали их младшие подруги. Улыбчивые девушки, в глазах у которых горело любопытство. Я всё ждал, когда они спросят о наших приключениях, но вместо этого к нам заглянула Мирейн. Отчиталась, что вылазка в мир сект прошла успешно, раненых среди воинов не было, а гости уже размещены в одном из домов у восточной стены города. Упомянула об управляющей постоялым двором из Эфира. Всего из того мира мы забрали тридцать шесть человек, включая детей. Кто-то из их дальних родственников до сих пор жил здесь, в горах или на равнине. С её слов всё прошло даже лучше, чем можно было ожидать.
— Это всё хорошо, — сказал я, когда она закончила отчёт. — Вы там моё золото не видели? Шкатулка большая, с тяжёлыми монетами внутри.
— Госпожа Ханна упоминала об этом, — кивнула Мирейн. — Что владыка Василий всё время хотел кого-то ограбить, поэтому не мог сосредоточиться на основной цели. Это моё упущение. Прошу простить.
— Наговаривает, — проворчал я.
— Если закончили с трапезой, то я хочу показать тебе кое-что. Это не займёт много времени, а девочки пока заварят травы иш и подадут десерт.
Я уже и забыл, что дворец владыки гор Ракку вырублен прямо в горе. Напрягает, когда вокруг нет окон, а светильники отбрасывают длинные чёрные тени. Мирейн повела меня как раз вглубь горы, и хорошо, что прогулка получилась недолгой. Мы миновали пару коридоров и остановились у неприметной двери. Мирейн широким жестом открыла её, сняла с ближайшей стены фонарь и вошла первой.
Больше всего помещение напоминало кладовую. У выхода установлен массивный стол, за которым должен был работать завсклад. Он мне чем-то напомнил рабочее место хранительницы кладовых в храме дами. На главном месте стояли чашечные весы алхимика, с набором гирек и эталонов, толстый журнал и всё необходимое для письма тушью. Даже чернила в специальном лотке остались, подсказывая, что здесь недавно кто-то работал.
— Твоё золото, владыка, — сказала Мирейн, устанавливая лампу на стол и зажигая ещё одну.
— Может хватит уже владыкать? — вздохнул я. — Вам давно уже пора выборы провести и посадить на это место умного, толкового и вменяемого человека. И чтобы цвет глаз у него был фиолетовым. Предлагаю на эту должность Ханну.
— Мне казалось, что ты её уже достаточно узнал, чтобы не говорить такие глупости, — сказала она, вручая мне лампу.
— И что это? — спросил я, глядя на длинный ряд огромных, обитых железными полосами сундуков. Они стояли в два ряда у левой и правой стен, убегая в темноту.
— Золото владыки, — повторила Мирейн, так и стоявшая у стола. — Малеф, чтоб ему вечно гореть в недрах огненных гор, запас немного. Жители окрестных миров охотно несли ему золото в обмен на услуги дворца. Когда я ещё цеплялась за подол матери, он наполнял хранилище как одержимый. Брал любую работу. Убивал, грабил, разорял. Бабушка рассказывала, что Малеф всегда так делал после того, как возвращался из родного мира.
Я подошёл к одному из сундуков. Они все были почти одинаковыми, сантиметров восемьдесят в глубину и высоту и около полутора метров в длину. В один такой можно несколько человек спрятать. Массивные крышки не имели запоров и легко открывались. Стоило откинуть одну, и блеснуло золото. Сундук до самых краёв был заполнен монетами всевозможных форм и размеров. Даже навскидку было сложно сказать, сколько здесь золота. Храму дами такого сундука хватило бы лет на сто, а может, и больше.
Пройдя чуть дальше, я приоткрыл крышку следующего сундука, заглянул внутрь и закрыл обратно. Монет там было едва ли не больше, чем в предыдущем. Я поднял лампу повыше, пытаясь оценить, сколько сундуков в длинном и тёмном помещении.
— Ты же говорила, что золота «немного»? — спросил я у Мирейн.
— Малеф так говорил, — спокойно ответила она. — Постоянно повторял, что сумел скопить немного, что этого надолго может и не хватить.
— Даже учитывая, что он бессмертный и мог прожить пару сотен тысяч лет, пока эти горы не стали бы равниной, всё равно потратить столько будет сложно…
— Моя вина, что не показала сокровищницу раньше, — снова склонила голову Мирейн. — Не послушала госпожу Иву, когда вы только отправлялись в путь.
— А что Ива говорила? — оживился я.
— Что это немного успокоит твоего демона жадности, — с лёгкой улыбкой ответила она.
— И сколько мне положено за помощь? — ответно улыбнулся я, понимая, что неспроста мне всё это показывают. — Я человек сильный, могу много унести, особенно если это золото.
— Зачем носить много золота? — не поняла она.
— К слову пришлось. Ханна как-то обещала, что я смогу взять столько, сколько смогу унести. Вместе с друзьями.
— Владыка Василий, это золото всё твоё, — махнула рукой Мирейн, поняв, что объяснять бесполезно. — Бери столько, сколько посчитаешь нужным.
— Может, всё-таки выборы? — предпринял я ещё одну попытку. — Сбор вождей или кланов, а?
— Нет, — отрезала она.
Я тихо выругался и решительно вышел из сокровищницы. Пришлось подождать, пока Мирейн потушит лампу и закроет дверь, так как я в этой части дворца ещё не был и боялся заблудиться.
— И пока ты снова не уехал, — сказала Мирейн, забирая у меня лампу. — Нужно решить несколько важных вопросов. Начнём с чудовища, что разлёгся посреди главного зала. Ты собираешься его оттуда убирать? Это его естественный запах или он так воняет из-за того, что покрыт кровью летающих демонов? Хорошо мы ковровую дорожку убрали…
— Лучик не чудовище, — машинально ответил я. — Пойдём, посмотрим, что там с дверным проёмом. Возможно, и пролезет в него.
Пока я был занят, Лучик скучал, удобно развалившись посреди зала. И запах действительно стоял жутко неприятный. Кровь летающих ящеров почти подсохла, но всё ещё смердела. Я походил вокруг, прикидывая размеры двухстворчатых дверей и Лучика. Пройти должен, если немного пригнётся.
— Хорошо бы Нерул и госпожа Мин не подумали, что я тебя украл, — я остановился перед Лучиком. — Здесь водоёмов нет, это горы. К тому же тут холодно. Надо бы тебе из дворца выбраться, только аккуратно. Мирейн подберёт для тебя просторный домик, в котором будет тепло. И ещё помыть бы тебя не помешало…
Варан неопределённо мотнул головой, затем открыл пасть и выплюнул заплечную сумку госпожи Мин. Заляпанная слизью, она шлёпнулась на пол. Наклонив голову, Лучик подтолкнул её носом в мою сторону, дескать, держи подарок. Осторожно заглянув внутрь, я увидел кожаный кошель, в котором оказались: мой кусок кровавого золота, письмо и несколько мутных кристаллов.
Ниже была приписка, сделанная другой рукой. Символы выходили размашистыми и красивыми.
Вот такое было послание, лаконичное, непонятное и сваливающее на меня очередные проблемы.
— Хозяин вернулся! — раздался в дальнем конце зала радостный верещащий голос.
Я только оглянуться успел, а невысокий синий ящер уже оказался рядом, цепляясь за мою ногу и с опаской косясь на Лучика.
⠀⠀
Сидя на троне, я думал, что зря дал себя уговорить. Мирейн, красноречивая и хитрая лиса, привела несколько аргументов, с которыми сложно было спорить. Сказала, что если я не хочу этим заниматься, то в этом нет ничего страшного. Она просто прогонит просителей, которые ждут приёма у владыки чуть больше тридцати дней. Понятно, почему Ханна постоянно сбегает из дворца. Останься она здесь на полдня, и её бы загрузили нужной и важной работой. Что там говорила Мирейн? Если я увижу Ханну, то непременно должен попросить её проверить успехи самой младшей группы, занимающейся в глубинах горы. Нужно было оценить молодёжь, выделить успевающих и отправить домой неспособных. Она предлагала это сделать мне, но я в местной методике обучения вообще ничего не понимал. Еле отбрехался, пообещав озадачить этим Ханну.
На ковровой дорожке в тронном зале появилась группа просителей. Терпения им было не занимать, учитывая, сколько дней они ждали. Классические демоны со страшными лицами, отдалённо похожими на людские. Кабаньи клыки во рту, сплюснутые носы и небольшие глазки. Похожие на них демоны жили в Хуме. Первым шёл мужчина, широкоплечий и массивный, килограмм под двести. За ним спешила ещё парочка, но уже не настолько крупных. Замыкала группу девушка, тростиночка на фоне мужчин, черноволосая, нос картошкой, что её совсем не портило.
— Тунны, — подсказала Мирейн, шепнув мне в правое ухо. — Их великий вождь, Тунн Рукс.
Самый крупный из демонов поманил жестом переводчика, сказал что-то на грубом, но вполне произносимом языке. Я его слышал, живя ещё в Хуме. Значит, те кабаны, что жили там, приходились этим дальними родственниками.
— Тебе их язык знаком? — уточнил я.
— Нет, — ответила она. — Они частые гости в других мирах, но язык у них груб, поэтому немногие его учат.
— Ну, это не проблема, — сказал я, затем посмотрел на вождя. — Можете говорить на родном языке. Без переводчика будет проще.
Я всего на секунду ослабил контроль над силой. Раньше я не замечал, как работает мой дар, пока не побыл в роли дырявой бочки после манипуляций парочки стариков. Когда долго пытаешься усмирить собственный дар, начинаешь лучше его понимать. Обернувшись, я посмотрел на Мирейн. Она кивнула, умело держа себя в руках и не показывая удивления.
— Спасибо, владыка, что принимаете нас, — кивнул вождь, обрадованный тем, что я говорю на его родном языке. — Хочу поблагодарить за то, что… ваши люди помогли нам в прошлый раз.
— Всегда рады. Что же на этот раз привело вас в горы Ракку?
— Год назад в наш мир пришли тёмные люди, — сказал он и запыхтел, обуреваемый эмоциями. — Злые и хитрые. Силой подчиняют племена, убивая всех несогласных. Нет у нас сил сражаться с ними. Поработят…
Последнее он произнёс тяжело и как-то безнадёжно.
— Что это за тёмные люди? — уточнил я. — Темнокожие?
— Нет, кожа у них белая, почти как хорошо обработанная и отполированная кость, — он качнул головой. — Внутри тьма. Разумных они едят, магией чёрной владеют, из черепов храмы строят.
Я подивился этим словам, даже на Мирейн посмотрел, но та лишь качнула головой, показывая, что не слышала о таких.
— И что вы хотите? Много их?
— Три десятка, — сказал он. — Раньше всегда вместе держались, а теперь по равнине Предков разошлись. Больше трёх в одном месте не встретить. Но даже так они сильны.
Над моим ухом снова склонилась Мирейн.
— Стоит узнать, что это за тёмные люди, — прошептала она. — К тому же самое время старших учеников проверить. Тех, кто ещё за пределами гор Ракку не был.
— Не опасно?
Мой вопрос заставил её улыбнуться. Она выпрямилась, снова прячась в тени сбоку от кресла.
— Хорошо, вождь Тунн Рукс, — сказал я ему. — Отправлю с вами людей.
— Спасибо, владыка, — он обрадовался, как и пара мужчин, стоявших позади. Их угрюмые лица посветлели. Видать, сильно их прижало. — Спасибо.
Он поманил жестом черноволосую девушку, поставил немного впереди себя.
— Ну а у тебя какой вопрос, красавица? — спросил я.
Девушка слегка удивилась, посмотрела на вождя, затем снова на меня.
— Нет вопросов, — сказала она приятным голоском.
— А чего вышла тогда?
— Оплата это, — сказал вождь, видя непонимание в моём взгляде. — Дочка моя. Древняя кровь, великая сила…
— Какие дочки? — возмутился я, когда до меня дошло, о чём он говорил. — Ты в своём уме? Золото давай.
— Но ведь кровь древняя, — искренне не понял он.
— Я кровь не пью и девок не ем. Мирейн, сколько мы обычно берём за подобные услуги?
— От затраченных усилий зависит, — ответила она. — Если не придётся год по их равнинам Предков путешествовать в поисках цели, то выйдет не дорого.
— Вот, — одобрительно покивал я.
— Небогатые мы, — начал было вождь.
— Знаю я вас, демонов, — я хмыкнул. — У тебя поди этих дочек дюжина. Всё, не обсуждается. Если золота нет, серебром плати, шкурами редкими, железом, тканью хорошей, камнями драгоценными. Когда удачно всё завершится, собирай караван и веди его сюда. Понятно?
— Понятно, — кивнул вождь.
— Тогда ждите в городе. Как отряд будет готов, сразу и отправитесь в путь.
Вождь коротко поклонился, подхватил дочку под руку, и они удалились. Из-за трона послышались сдавленные смешки.
— И что смешного? — я даже привстал, чтобы обернуться и посмотреть на улыбающуюся Мирейн.
— Они товары разные Малефу предлагали, шкуры и серебро. А он кровь древнюю почуял и сказал, что в следующий раз, если вождю что-то понадобится, пусть дочку приводит. Правда, это было ещё при отце вождя Тунн Рукса.
— Он что, и среди демонов искал ту, что родить от него сможет? — удивился я.
— Последнюю пару сотен лет, — кивнула Мирейн. — Иногда девушки красивые приходили, а иной раз…
— Даже не рассказывай, — поморщился я. — Ты лучше узнай, что городу нужно из товаров, чтобы счёт выставить этому Руксу. Видел я ваш город, и как небогато люди живут. Странно это, учитывая, сколько золота в закромах дворца.
— Малеф считал, что обленятся люди, если хорошо жить станут.
— Ещё один плюс к тому, что ему голову надо было открутить. И почему без меня этот вопрос сложно было решить? Ладно, не смотри так. Ещё посетители будут?
— Через два дня. Несколько просителей сейчас в городе у подножья гор. Вопросы у них те же, что и у Туннов. Хотят кого-то убить или ограбить.
— Как я понимаю, если приходят аж сюда, значит, цель настолько сложная, что ни одна гильдия убийц из их мира не возьмётся?
— Чаще всего они хотят, чтобы это было сделано незаметно. Чтобы жертва сама затянула на шее петлю и прыгнула с балкона. Хорошо, если при этом будет надёжный свидетель.
— Я понял, не продолжай, — поморщился я.
— Малеф всё сделал для того, чтобы просители приходили как можно реже, — сказала она. — Каждый раз он требует отдать что-то очень ценное, иногда даже собственную жизнь. Чем серьёзней оказанная услуга, тем выше плата. А тот, кто приходит с просьбой, но не имеет возможности заплатить, пропадает бесследно. Из-за этого горы Ракку имеют скверную репутацию во всех ближайших мирах.
— Но просители всё равно находятся? Понятно. Если других срочных дел нет, то пойду с капитаном Юн Волом поговорю.
В горах Ракку постепенно наступал вечер. Фиолетовое небо быстро темнело, затягиваемое серыми тучами. В городе ветер почти не ощущался, но редкие порывы приносили с собой холод и запах снега. На улицах было шумно, горожане спешили по своим делам, почти не обращая на меня внимания. Провожать меня вызвался один из стражников, прекрасно ориентирующийся в городе. А шли мы на самую окраину, к большому дому, построенному как раз для гостей.
Капитан Юн Вол меня как будто ждал, встретив на пороге. А может, просто вышел покурить, так как держал в руках длинную трубку.
— Как устроились? — спросил я, подходя к нему.
— Жаловаться не на что, — сказал он, бросив взгляд в небо. — Но местные зря пренебрегают такой замечательной вещью, как мебель.
Дверь в дом приоткрылась, и в проёме показалось лицо одного из моряков.
— Капитан, ужин… — он осёкся, увидев меня, и прикрыл дверь.
Из дома донеслись вкусные запахи. Надо сказать, что кок на корабле умел вкусно готовить даже из скудного запаса еды. А мясные блюда у него всегда получались отменными. Я обернулся к стражнику, сопровождающему меня.
— Слушай, а можно где-нибудь поблизости вина купить? — спросил я.
— Сейчас пошлю быстроногого Тура, — понятливо кивнул он.
Капитан Юн Вол убрал трубку за пазуху и открыл дверь, приглашая войти. Дом ему выделили большой, трёхкомнатный, с отдельной кухней. Печка на кухне сделана так, чтобы обогревать два соседних помещения. Что касается мебели, то в доме её действительно не было. Я заметил лишь пару низких столиков, за которыми собрались матросы, сидя на высоком полу и циновках. Капитан же повёл меня в небольшую комнату, справа от кухни. Печка уже горела вовсю, и от стены в доме тянуло приятным теплом. В его комнате тоже был столик, на котором уже расставили тарелки с ужином. В углу можно было заметить два сундука и высокую стопку тёплых одеял.
— Сердце «Парящего»? — спросил я, кивая на один из сундуков. — Новый летающий корабль планируете строить?
— Построить новый будет не просто, — сказал он. — Нужно много золота. Проще купить обычное речное судно и переделать. В этом мире реки есть?
— Насчёт этого, — я кивнул, усаживаясь на циновки рядом со столом. — Я планирую пойти в сторону местных крупных миров, в Альведэ. Города там большие, а насчёт рек и кораблей, не скажу. Да и людей мало. Это хотя и серый мир, но живут там в основном самые разнообразные демоны. Оттуда я двинусь дальше, к красным мирам, где живут только люди. Вот уже там и море огромное, и реки, и торговля соответствующая. У меня в этом свой интерес есть, поэтому мы можем помочь друг другу. Я помогу купить вам подходящий корабль или построить, если нужно.
— А что за интерес? — уточнил капитан.
— Там живёт община людей из моего родного мира. И будет неплохо, если у них в друзьях появится капитан единственного летающего корабля. Да и Вам будет спокойней, когда есть на кого положиться, если какая беда случится.
— Понимаю, — по его лицу сложно было прочесть, что он думает. — Предложение многообещающее. Когда отправляетесь в путь?
— Через пару дней. Решу все дела, и отправимся. Я не настаиваю. Если хотите, расстанемся в Альведэ. Или же здесь оставайтесь, Мирейн обязательно найдёт для вас подходящую работу.
В комнату заглянул стражник из дворца, продемонстрировал пузатый кувшин с вином. Где-то полчаса мы ещё болтали о летающих кораблях и путешествиях между мирами. Дальняя дорога капитана нисколько не пугала, но, кроме него, никто из команды никогда не видел человекоподобных демонов. Да и он в последний раз встречал их очень давно.
Перед возвращением во дворец я наведался в просторный хлев, куда поселили Лучика. Это было единственным крупным строением, куда он смог поместиться. Здание тёплым не выглядело и стояло неудачно, на сквозняке, дующем с запада на восток вдоль всего города. Зато у здания я заметил с десяток любопытных детей и взрослых, решивших посмотреть на диковинного огромного монстра. Хорошо, что охрану додумались поставить, чтобы внутрь никто не полез. Зайдя внутрь, я застал двух мужчин с вёдрами и тряпками, смывающими засохшую кровь со шкуры Лучика.
Моему появлению варан обрадовался, повернул голову, сверкнув раздвоенным языком.
— Может, тебя одеялами укрыть? — спросил я. — Ветер неприятный поднимается, и ночью холодно будет.
— Можно ещё жаровню поставить, — сказал один из мужчин. Это был один из охотников, которые в мой прошлый визит поймали дикую кошку. До сих пор не понимаю, как они умудрились её поймать и привезти в деревню невредимой.
— Ставьте, — согласился я. — И одеяла найдите. Дворец все расходы оплатит.
Я осторожно положил ладонь на шею Лучика. Кожа у него была грубая и немного тёплая на ощупь.
— Через пару дней отправимся в путь, — сказал я ему. — Сначала в тёплый и даже жаркий мир, а потом… даже не знаю, какая погода сейчас на родине Зои. Вроде бы она говорила, что у них хорошо и почти всегда тепло из-за моря. Ты есть хочешь? Может, тебе барашка местного или ещё чего?
Лучик отрицательно мотнул головой.
— Ещё загляну, позже вечером, — пообещал я.
Что делать с ящером и зачем его отправили со мной, я пока не понимал. Вроде бы я рассказывал Нерулу о своих планах вернуться в далёкий мир с фиолетовым небом, как только решу проблему с сектой Вечных. Зная это, он всё равно отправил ко мне Лучика? Надеюсь, у них там всё хорошо…
⠀⠀
Мир великих сект, окраины разрушенного города в западном лесу, несколько часов после полуночи
На просторную площадку между вековыми деревьями рухнул крылатый монстр, не меньше десяти метров в высоту. Неуклюжая туша с длинной шеей и небольшой зубастой головой. Искажённое порождение магии, способное летать вовсе не из-за наличия кожистых крыльев. Изогнув шею, монстр открыл пасть и выпустил длинный поток белого огня. Всё, чего касался огонь, тут же вспыхивало и начинало яростно гореть.
— Какие же вы уродливые, — произнесла госпожа Мин, поднимая руку.
Верхняя часть тела монстра исчезла, вместе с головой и крыльями. Оставшаяся туша с длинным хвостом завалилась на бок, заливая всё вокруг тёмной вонючей кровью и ещё более дурно пахнущими внутренностями. В тот же миг, в полусотне метров позади, прямо из воздуха на землю упала верхняя часть монстра.
— Да, мама Ночь, — сказала госпожа Мин, — их уже достаточно, чтобы отравить не только лес своей кровью, но и все равнины вокруг него.
Между деревьев в пределах видимости лежало несколько сотен подобных монстров, больших и малых, заливая всё вокруг тёмной кровью. Со стороны всё выглядело так, словно кто-то разрубал их огромным топором на половинки, раскидывая в разные стороны.
Огромный паук высотой с трёхэтажный дом, на спине которого стояла госпожа Мин, слегка качнулся, переступая с одной ноги на другую. Под ним тоже были тела убитых летающих тварей. Сорвавшись с места, паук невероятно быстро помчался на восток, легко двигаясь по лесу. Через несколько минут безумного бега он остановился, оказавшись на опушке.
Взору госпожи Мин и мамы Ночь предстал невероятных размеров колосс, лежащий на земле, буквально в сотне метров от леса. От его туши в небо поднимался пар, а земля вокруг была залита липкой тёмной жидкостью минимум на полметра. Тело колосса покрывали крупные рваные раны, а брюхо было вспорото, вывалив на землю внутренности. На спине паука появилась фигура мужчины с обнажённым крепким торсом и головой крокодила.
— Здоровенная тварь, — сказал Нерул и устало уселся на спину паука. — Никак не хотела помирать. Чуть не раздавила меня магией. Что с городом?
— В него никто не вошёл, — сказала госпожа Мин. — Твои друзья постарались на севере, а мы на юге. Я пока не хочу тратить силы, чтобы очистить лес от тел проклятых, но если не сделать это, всё вокруг будет отравлено. Да, мама Ночь, может, ты права и смысла в этом нет. Вторая волна должна подойти с рассветом. Соун И?
Госпожа Мин повела рукой, и из воздуха на спину паука шагнула девушка в чёрном платье и такой же накидке.
— Плохие новости, госпожа, — склонила голову девушка. — Города Нори и Нири пропали. Старший Ка передаёт, что не сможет справиться с ядовитым слизнем.
— Что в столице?
— Ардо держится, — сказала девушка. — Старшие из Большой реки и глава Священного огня до сих пор сражаются с червём. Небесная секта тоже отбивается, а на севере я пока не была.
— Оставь, — остановила её госпожа Мин. — Передай Старшему Ка, пусть перекрывает источник. Слизень его отравит, с этим мы уже ничего поделать не сможем. Пусть собирает всех, кто остался, и идёт сюда. Мне понадобится его талант, и хорошо, если он не растратит всю силу.
— И ещё… — Соун И немного замялась.
— Говори уже? — спокойно произнесла госпожа Мин, понимая, что хороших новостей больше не будет.
— Малыш погиб, — тихо сказала девушка.
Госпожа Мин вздохнула, глядя на тушу летающего колосса.
— А ещё есть тот, кто за ними стоит, — устало произнёс Нерул. — И это наверняка лишь авангард его армии.
— Ступай, — сказала госпожа Мин ученице. — Поторопи Старшего Ка.
Девушка отступила на шаг и исчезла. Над равниной раздался пронзительный крик заплутавшего летающего ящера. Увидев фигуру огромного паука, он начал быстро снижаться. Взмахнув одним крылом, он неуклюже кувыркнулся, возможно, даже удивился тому, куда и как пропала половина его тела. С чавкающим звуком половина ящера рухнула в тёмную кровь, разливающуюся вокруг погибшего колосса.
— Что будем делать? — спросил Нерул.
— Зависит от того, насколько была разумна эта тварь, — сказала госпожа Мин, имея в виду проклятого колосса.
— Не скажу наверняка, но, как по мне, у него остался только голод и инстинкты. Он почуял источник, но не бросился к нему сразу, собирая стаю. Но он даже не понял, что проиграл. Пытался достать меня с распоротым брюхом.
— Плохо, — сказала госпожа Мин.
— Немного времени у нас есть, пока они доберутся до других источников и начнут открывать проходы для основной армии.
— Да, мама Ночь, это не армия, — согласилась с ней госпожа Мин. — Пока время есть, нужно кое-что сделать. Давайте поговорим у источника, находиться здесь невыносимо.
⠀⠀
Примерно то же самое время, дворец в горах Ракку
Время давно перевалило за полночь, но Ива не спешила ложиться спать. Небольшим пером она выводила ровные строчки в личном дневнике, уже втором, так как первый она закончила накануне и запечатала его. Закрыла вовсе не из-за страха, что прочитает кто-то посторонний. Ива писала на языке, который знали только девушки, прошедшие обучение в главном храме Илуны.
В дверь комнаты кто-то негромко постучал. Аккуратно вытерев перо и закрыв чернильницу, Ива встала, подхватила с кровати заплечную сумку и вышла в коридор. Перед её комнатой стояли управляющая дворцом и Айн Ханна. В неярком освещении масляных ламп фиолетовый цвет глаз женщин приобретал жутковатый оттенок.
— Капитан Юн Вол, — произнесла Айн Ханна, — это твоих рук дело?
— Мы с ним просто поговорили, — сказала Ива.
— Просто поговорили? — Айн Ханна прищурилась. — Я даже не знаю, какие слова нужно было подобрать, чтобы он бросил любимый корабль и прыгнул в неизвестность, покинув родной мир.
— Ты удивишься, но самые простые, — Ива слегка улыбнулась, но потом посерьёзнела. — Он ещё сыграет свою роль, очень важную, но не скоро. Не волнуйся о нём. Лучше скажите, вы нашли связующий кристалл?
— Нашли, — сказала управляющая замком, положив ладонь на плечо Ханны. — Как ты узнала о нём?
— Мир сект находится слишком далеко, чтобы открыть разлом, не промахнувшись, — сказала Ива. — Для этого нужен маяк. У владыки Малефа было достаточно времени, чтобы посадить кристалл и вырастить его. А когда он даст отростки, отвезти их в мир сект.
Женщины переглянулись и направились по коридору к спуску на нижние уровни дворца. Идти далеко не пришлось, уже на третьем уровне они остановились у разобранной каменной стены. Здесь всё ещё трудились мужчины, убирая каменные блоки, открывая проход в просторный зал с массивными колоннами и куполом. Чтобы лучше всё осветить, сюда принесли сразу пять больших ламп. Форма и расстановка колонн, высота купола, Ива сразу узнала путевые врата для дальних перемещений. Рабочие уже разобрали пол, открывая нишу под ним. Из пролома выглядывал большой остроконечный кристалл, необычайно прозрачный для маяка.
— Превосходное качество кристалла, — оценила Ива. — Со временем они становятся прозрачными. Этот, судя по всему, здесь уже очень долго. И им специально никто не пользовался. Да, он бы смог открыть проход для пары сотен людей и всего того барахла, что они собрались вывезти.
Ива прошла к пролому, забрав у одного из мужчин лампу, и заглянула туда, чтобы лучше рассмотреть кристалл. Вынула из заплечной сумки мутный осколок того, что рос в пещере с источником. И осколок, и сам маяк замерцали, что было заметно даже в свете ярких ламп.
— Подай руку, — сказала Ива, ставя лампу на край пролома.
Крепкий бородатый мужчина помог ей спуститься и поднял фонарь, чтобы осветить всё внутри. Ива почти сразу заметила то, что искала — небольшие отростки у основания кристалла. Отломить один не составило труда. Раньше ей подобное делать не доводилось, но она знала, что достаточно ударить длинный шип под нужным углом, и он сразу отломится. Отросток был маленьким, в половину ладони длиной, но необычно прозрачным. У великих родов в Илуне не хватало терпения для подобного. Двадцать лет они ещё могли позволить расти кристаллу, довольствуясь относительной чистотой. А сколько лет прошло здесь, в тихом и тёмном помещении, можно было только догадываться.
Выбравшись наружу, Ива продемонстрировала отросток женщинам.
— Василию о нём не говорите, — сказала она. — И об этом помещении — ни слова. Василий планирует отправиться в один из миров, куда сложно попасть и откуда так же сложно выбраться. А этот кристалл всегда будет вести к маяку.
Ива убрала прозрачный кристалл в небольшой тряпичный мешочек и спрятала за поясом платья.
— Почему ему нельзя об этом знать? — спросила управляющая дворцом.
— Потому что это создаст стабильный разлом между мирами, — ответила Ива. — Который со временем убьёт всю жизнь в местных горах. Вы же не хотите, чтобы в вашем мире появилась дыра? Если только не планируете сбежать из него в более приятное место.
— Мы всё поняли, — кивнула Ханна.
— Дыру в полу нужно заделать обратно, — распорядилась Ива. — А вместо стены сделайте массивную дверь. Чем она будет толще, тем лучше.
⠀⠀
В горах Ракку мы провели пять дней. После увиденного в Эфире я никак не мог толком успокоиться. Левиафан, продирающийся сквозь разлом, и крылатые твари, нападающие на город, никак не выходили из головы. Они мне даже снились, дважды за это время. Но всё же тихая и размеренная жизнь во дворце успокаивает. Когда я поймал себя на мысли, что неплохо бы провести в горах месяц, отдохнуть от хлопот и всего прочего, то сразу собрался и объявил, что завтра же мы уходим в сторону Альведэ.
Дорога до центральных миров занимала четыре дня. Был бы у нас проводник, такой как Стоки, обошлись бы всего двумя, максимум тремя переходами. А без него нам пришлось топать через дюжину миров. Из всей нашей компании путешествию радовались двое: Зои и Лучик. Первая просто хотела как можно быстрее попасть домой, а Лучику было любопытно. За то время, что он провёл в горах, охотники соорудили для него систему из ремешков, крепящуюся на спину, чтобы он мог тащить тяжёлые сумки. Его это нисколько не напрягало, даже наоборот, он весело топал рядом с отрядом, смешно перебирая лапами при ходьбе.
Надо сказать ещё об одном странном персонаже, решившем путешествовать вместе с нами. Мастер Кве, синекожий ящер клептоман. Благодаря ему Ханна могла открывать разлом в горы Ракку из мира сект. Дорвавшись до каменной статуэтки, он почти никогда с ней не расставался, таская в особом мешочке, заботливо завернув в мягкую ткань. И с нами он пошёл не только потому, что Ханна ему не отдавала стержень. Он просто не знал, где его соплеменники и куда податься. Стержень ему, как мне показалось, не сильно и нужен был, или он так ловко делал вид, что не нужен. А я ведь не забыл тот мир, куда вторглась армия синекожих. Догадывался, какая судьба ждала его жителей. Помнил серый мёртвый город, огромную кучу черепов на центральной площади. Мастер Кве был забавным ящером, артефакты умел оценивать, но отдавать ему стержень я не собирался. Пообещал себе, что как только мы доберёмся до красного мира, сломаю его.
Альведэ встретил нас палящим солнцем и жарой, градусов под тридцать пять в тени. Вышли мы через разлом, за которым следили местные власти, уплатили пошлину за людей и вьючное животное, которым прикинулся Лучик. Он, кстати, вызывал ажиотаж среди местных. Стража у выхода из разлома так переполошилась, что пришлось ждать представителя наместника. И хорошо, что он был одним из тех, кто поучаствовал в сражении с императором светлоликих, поэтому узнал нас.
Чтобы не привлекать лишнего внимания, хотя с учётом Лучика это было сложно, мы на несколько дней выкупили стоянку для караванов. Ту самую, где останавливались в прошлый раз. Хозяин стоянки и его родственник, высокий городской чиновник, всё пытались узнать, куда это мы водим караваны и что за товары везём в этот раз. А ещё спрашивали, где можно купить такого же вьючного ящера и почём.
Капитан Юн Вол с товарищами на демонов успели насмотреться ещё по дороге, но всё равно, попав в шумный торговый город рядом с Альведэ, были поражены обилием и разнообразием оных. Когда мы с Зои и Ивой отправлялись к картографам, они решили наведаться в местный кабак, чтобы попробовать вино и поглядеть на диковинных демонов. Про золото и желтяк я им успел рассказать, а там — пусть отдыхают от долгой дороги.
В Альведэ мы были не так уж и давно, поэтому город почти не изменился. У центральной площади перед дворцом шла большая стройка, поэтому улицы частично перекрыли, чтобы строителям было проще доставлять материалы. Вереницу из десяти больших телег, везущих каменные блоки, мы обогнали как раз у въезда в город.
В гильдии картографов было тихо. То ли их услуги слишком дорогие, то ли пользовались ими редко, но нас встретил пустой зал главного здания, где маялся бездельем молодой мужчина из числа людей. Вроде бы я видел его на занятии у магистра Стоки. Он нас тоже узнал и без промедления согласился провести к главе гильдии.
Стоки мы застали за интересной работой — он рисовал большую карту, расстелив её на столе в своём кабинете. И получалось очень красиво, с яркими звёздочками, соединёнными ниточками мостов и дорожек.
— Добрый день, — приветствовал он нас, доброжелательно улыбаясь и вытирая руки полотенцем от оставшихся пятен золотистой краски. — Рад, что с вами ничего не случилось. А магистр Астар с вами?
Он вытянул шею, бросив взгляд на входную дверь.
— Если Вы имеете в виду наставника, — сказал я, пожимая протянутую руку, — то спешу разочаровать. Мы с ним не виделись с того момента, как он забросил нас в мир великих сект.
Стоки вздохнул, жестом приглашая нас проходить к столу.
— Да, это она, — сказал он, уловив мой взгляд, — карта окрестности красных миров. Группа лучших картографов сейчас ищет стабильные переходы между ними. Процесс это небыстрый. Лет за пять, если смотреть оптимистично, дорога к красным мирам будет проложена.
— Действительно не быстро, — согласился я, разглядывая усеянное звёздочками полотно. Была здесь и звезда по имени Альведэ, на самом краю, как главный ориентир.
— Как вы сумели вернуться? — спросил Стоки, вспомнив о важном. Он прошёл по кабинету, всё так же напоминающему музейный зал, заполненный непонятными диковинами. Несмотря на рост, подхватил сразу три стула и перенёс к столу.
— Можно сказать, что случайно получилось, — слукавил я. — Но мне есть, что Вам рассказать. И прежде хотел уточнить, что с посольством, которое планировали отправить в Илуну?
— Блуждающий светлый мир, — он понимающе кивнул, бросив взгляд на Иву. — Они закрылись, и пробиться к ним пока не получилось. Используют какой-то хитрый способ, суть которого я пока понять не смог. Остаётся ждать, когда они созреют для диалога.
— Светлоликие? — я неуверенно покачал головой. — Сайми, наш разговор с магистром Стоки затянется, приготовь для нас чай из трав иш.
— Хорошо, — раздался её голос со стороны двери.
Рассказ я начал с краткой истории миров великих сект, опустив участие светлоликих и дами в трагедии, приведшей к появлению пустоты Ильсиды. Поведал об огромных разумных монстрах, о странной магии и завесе. Закончил рассказ развернувшейся трагедией и появлением левиафана. О своих приключениях я рассказывать не стал, это было лишним.
— Вот что меня беспокоит, — говорил я, когда рассказ подходил к концу. — Если эти безумные монстры способны перемещаться между мирами, то как бы они до нас не добрались. Вдруг они, как синекожие ящеры, опустошают миры, прыгая из одного в другой. Тот огромный летающий демон был размером с дворец владыки Альведэ. И я ещё не знаю, что за магию он способен использовать. Может, ему ничего не стоит спалить город, просто чихнув на него.
— Опасения понятны, — Стоки был задумчив. — Но ты упускаешь много нюансов. К примеру, расстояния между мирами не одинаковые. Чем дальше они друг от друга, тем больше нужно потратить сил, чтобы пройти. А чтобы провести с собой целую армию, даже не представляю, какой силой нужно обладать. К тому же эти демоны могут попасть в заснеженный мир и умереть от холода быстрее, чем прорвутся дальше. Или выйти посреди бескрайнего и холодного моря и потонуть в нём. Только между нами и красными мирами сотни переходов. А к великим сектам идти в десятки раз дальше. Иначе и мы бы о них знали, и они о нас.
— Зеос, помните такого, он вам ножик подарил?
— Помню, — кивнул Стоки.
— Он глава одной из сект того мира. Если он дошёл, заблудившись, по его словам, то и демоны могут дойти.
— Об этом надо поговорить с владыкой Митаром, — сказал он. — Я всё ещё уверен, что ты преувеличиваешь угрозу для наших миров. Но новости и правда тревожные.
Я достал из кошеля два кусочка скомканного кровавого золота. Скорее всего, лохматый магистр, потерявший рассудок, слил моё золото со своим кусочком. Примерно четверть я накануне и отщепил, используя то умение, что показывал нам Стоки. Маленький кусочек положил перед ним. Рассказывать о том, что этот кусок принадлежал магистру Астару, я не стал. Лишнее это. Согласен, что немного несправедливо, но мне нужна услуга от Стоки. Тем более, ему она почти ничего стоить не будет.
— Отдам вам этот кусочек, если снова возьмётесь провести нас к красному миру.
Стоки удивился, взял бесформенный комочек золота, который потёк в его ладони, приобретая ровную овальную форму.
— Я согласен, — без раздумий сказал он. — Это очень дорогой подарок для любого картографа. Дорогу я знаю, и займёт это всего лишь пять переходов. Дойти можно за пару дней. Вы ставите меня в неловкое положение, владыка Василий. И чтобы Вы знали, насколько ценно это золото, я подарю вам две карты миров. Ту, что сейчас лежит на столе, когда закончу её. И ещё одну, что приглянулась Вам в прошлый раз. Услуги картографов для владыки гор Ракку теперь всегда будут бесплатны, за исключением материалов, нужных для перемещений.
— Спасибо, — я не ожидал такой щедрости в обмен на маленький кусочек золота.
— Вам спасибо, — искренне поблагодарил он. — Когда планируете двинуться дальше?
— Чем раньше, тем лучше. Нужно только купить побольше кристаллов, на всякий случай. Золото у меня есть.
— С пространственными кристаллами сейчас туго, — признался Стоки. — Но один мой знакомый, из ныряльщиков, хвастался, что они нашли богатую жилу. Товар придерживают, набивая цену. Дайте мне пару дней.
— И последняя просьба, — улыбнулся я. — Вы сказали, что до красных миров всего несколько прыжков, если открывать разломы напрямую. Чтобы я смог вернуться, мне нужны рисунки моделей каждого из миров, через которые мы будем проходить. Я даже готов сам их изготавливать и открывать разломы.
— Понимаю, — магистр Стоки кивнул. — Конечно, это не проблема. Я бы даже предложил пройти обучение в нашей гильдии, как только Вы разберётесь с делами и решите вернуться. Обещаю, что за два года научитесь не только открывать разломы и создавать модели, но и правильно находить места силы. Узнаете, как приручить нестабильные переходы и устанавливать маяки. В Вас есть талант и нужная сила для подобного.
— Заманчивое предложение. Очень даже. Можно будет связь наладить между Хумой и Альведэ. Но сначала надо с делами разобраться.
Мы ещё минут десять пили чай и обсуждали путешествие к красным мирам. Стоки уверял, что управится буквально за два дня, максимум три, если с погодой не повезёт. Но на всякий случай я решил запастись провизией, тёплой одеждой и всем необходимым для путешествия. Снежный мир, через который мы шли в прошлый раз, оставил не самые приятные воспоминания.
За два дня, что мы провели в Альведэ, ничего интересного не произошло. Правитель меня не искал, в местные храмы дами заходить не хотелось, вот и вышло, что почти всё время я провёл на стоянке караванов. Зато было время поговорить с капитаном Юн Волом. Ему было интересно узнать, как люди и демоны умудрялись жить в одном городе и не поубивать друг друга. А вечером, накануне отбытия, пропал один из матросов. Ушёл в местный бордель, желая провести ночь с горячей девушкой из расы местных демонов, и не вернулся. Капитан этого дурака даже искать не стал.
Стоит сказать немного о странном поведении Лучика. Мне казалось, что жаркий мир Альведэ ему должен понравиться, но вышло как раз наоборот. Пару дней, пока мы готовились к путешествию, Лучик провёл в закрытом загоне для животных, спасаясь от палящего солнца. А когда настал день путешествия, он в первых рядах готов был нырять в разлом. И даже спокойно отнёсся к тому, что ему предстояло нести дополнительный груз, что мы закупили накануне. Что-то мне подсказывало, что дело вовсе не в климате.
Стоки появился в компании лорда Гарота и, как всегда, с огромным рюкзаком на спине.
Первую часть пути, как и в прошлый раз, он вёл нас по обжитым мирам, но это заняло всего один день. Путешествие вроде и знакомое, но получилось оно гораздо увлекательней. Может, потому, что маршрут был известен, или из-за того, что Стоки много рассказывал о перемещениях между мирами. Последние несколько переходов я собственноручно готовил модель из куска кровавого золота и подходящего пространственного кристалла. Знать бы ещё, как Стоки находил нужное место для разлома. Попадая в новый мир, ему нужно было минут десять, чтобы понять, как далеко и в какую сторону нужно идти. Он говорил, что от этого зависит точность перемещения, расход сил и экономия кристаллов.
Когда до назначенной цели оставался всего один шаг, мы встали на ночлег в тихом месте, посреди унылой холмистой равнины. Нужно было пройти ещё пару километров по пересечённой местности, что мы отложили до утра. Лагерь разбили вокруг большого костра, без палаток, так как даже ночью было тепло. Стоки говорил, что мы обошли стороной тот самый снежный мир, где меня пырнули рогом. Отсюда перемещаться было гораздо ближе, да и удобнее.
Что касается лагеря, то, защищая нас от ветра, перед костром улёгся Лучик. Мы с Зои и Ивой ночевали у него под боком, а вот остальные огромного варана побаивались. Мне тоже было неуютно первый день, но я не хотел оставлять его одного. Пусть он огромный и жутковатый, но вполне миролюбивый и любопытный. А уже к третьему дню путешествия мне было даже как-то спокойнее спать у него под боком. Мы шутили, что если он заворочается во сне, то это будет крайне неприятный опыт.
— Не усну, наверное, сегодня, — сказала Зои, ёрзая на одеяле и прислонившись к тёплому боку Лучика. — Волнуюсь сильно.
— Это вполне нормально, — сказал я. — Главное, чтобы твоя мама меня не пристукнула, за неприятности, в которые тебя втянул.
— Не говори глупости, — отмахнулась Зои. — Она строгая, но справедливая.
На это замечание Ива, слушающая нас, странно хмыкнула. Демонстративно отвернулась и улеглась спать, укрывшись одеялом с головой.
Зои подсела ближе, облокачиваясь на меня. Я приобнял её и улыбнулся, поймав лукавый взгляд. Всё-таки она красивая девушка. И когда её похитили, сильно испугался. Привык, что она постоянно рядом, и до сегодняшнего вечера не думал, что мы можем больше не увидеться. Странно, мы ведь идём в её родной мир. И чем больше я думал об этом, тем сильнее понимал, что не хочу возвращаться в Хуму. За последнее время я столько всего интересного увидел, посетил множество разных миров, меня даже назначили владыкой одного из них. Сейчас Хума мне казалась провинциальным городком, не предназначенным для жизни обычного человека. Людей ведь там любят только в виде деликатеса. Ужасная погода, постоянные дожди и сырость. И посреди всего этого безобразия маленький храм белоглазых дами. Я помню, что Зои поднимала вопрос о жизни в глуши и растрачивании таланта.
— Что тебя тревожит? — спросила Зои. — У тебя взгляд стал серьёзным.
— Мысли разные в голову лезут, — ответил я, крепче обнимая её. — Не обращай внимания. Ложись спать, а я ещё подежурю немного.
— Можно я так посижу?
— Конечно, — сказал я. Бросил взгляд на второй костёр, вокруг которого собрались матросы и капитан Юн Вол.
Мирейн отправила с нами две дюжины бойцов для безопасности владыки и десяток девушек из дворца, чтобы он ни в чём не нуждался. И насчёт последних у меня были кое-какие подозрения. Девушки добросовестно исполняли свои обязанности, готовили еду, обустраивали лагерь и следили за вещами. А ещё кто-то из них всегда находился между людьми и мной. В любой момент времени. По этой причине я не заметил ни одного взгляда матроса в нашу сторону. Лишь капитан Юн Вол иногда смотрел на меня, отчего лица женщин становились хмурыми и отражали жажду убийства. Надо бы с Ханной об этом поговорить. И попросить, чтобы они так не делали, когда я встречусь с людьми из моего родного мира. С одной стороны — это хорошо и удобно, не привлекать внимания, с другой — немного напрягает эта незримая ментальная стена.
Утром отряд собрался без спешки, затем был трёхчасовой переход по равнине. Несколько раз нам на глаза попадались непуганые крупные животные, издалека смахивающие на лошадей. Если здесь и водились хищники, то нас они избегали, учитывая бодро шагающего Лучика. Он знал, что сегодня мы попадём в нужный мир. Хотя Лучик и выглядел как огромный варан, со всеми его повадками, не умел говорить, но он был очень умным. Ещё неизвестно, кого за кем поставили приглядывать. К людям с гор Ракку он относился терпимо и даже немного дружественно, а вот капитану Юн Волу и его команде не доверял. А что касается путешествия, то, когда я ему сказал, что мы почти пришли, он загорелся любопытством и нетерпением. За те дни, что Лучик шёл с нами, он ничего не ел, хотя я ему предлагал поохотиться на какую-нибудь живность.
— Здесь, — Стоки остановился просто посреди равнины, осмотрелся. — Это хорошее место. Нужный вам красный мир очень близко. Не исключено, что где-то на этих равнинах может появляться случайный разлом, ведущий туда.
Я огляделся, но понять, почему Стоки выбрал это место, не смог. Передал ему модель, которую сделал накануне. Пришлось повозиться, чтобы символы не смазались, а пространственный кристалл встал точно в центре. Стоки внимательно осмотрел кругляш из кровавого золота, одобрительно кивнул.
— Пройду вместе с вами, — сказал он. — На всякий случай. Но задерживаться не стану. Не жалуют там демонов. В прошлый раз мы еле ноги унесли.
На свободной площадке вспыхнула вертикальная линия багряного разлома. Я уже знал, как нужно оценивать качество и стабильность прохода. Наловчился за несколько дней. Если края у прохода не дрожат, контур чёткий и от него не тянет неприятной колючей силой, проходить можно смело.
Первым в разлом шагнул молчаливый лорд Гарот. За всю дорогу он произнёс лишь пару слов. Не нравилось ему, что у Стоки появился кусочек кровавого золота. Может, боялся, что магистр повторит судьбу своего учителя и сбежит. К слову, Ива меня уже отчитала за такой дорогой подарок картографам. Говорила, что обычное золото можно заработать, украсть и даже найти, а вот с мрачным золотом всё сложнее. На тысячи миров, что посещали светлоликие, удавалось найти лишь крошечные самородки в несколько десятков грамм. И за каждый из них великие дома готовы были драться едва ли не насмерть. Я же отдал Стоки такой кусок, на котором можно было вырастить путевой кристалл, ведущий в любой известный мне мир.
Мы выждали секунд тридцать, затем в разлом нырнуло несколько воинов с фиолетовыми глазами. Я подхватил под руки Зои и Иву и решительно пошёл следом. Переход оказался мгновенным. Всего один шаг, и мы стояли на пыльной дороге рядом с зелёными полями. Яркое солнце, лёгкие белые облака и насыщенные краски пейзажа. Вдалеке виднеются домики с черепичной крышей.
Не став задерживаться, мы отошли немного в сторону. Из разлома уже выходили люди Юн Вола. Сам капитан появился последним, держа в руках большой сундук с сердцем летающего корабля. Он, когда услышал, что разлом может разбросать людей по миру при перемещении, сундук никому не доверял.
Длинным прыжком из багряной линии света выскочил Лучик, гулко приземлившийся на дорогу. С любопытством огляделся, задрал голову к небу. Пару раз показался раздвоенный язык. В несколько прыжков он оказался в зелёном поле пшеницы, или чего-то похожего, затем побежал по кругу.
— Чего это он? — спросил кто-то из матросов Юн Вола.
— Радуется чему-то, — ответил я. — Мне так кажется. Зои, ну как?
— Мы дома! — расплылась она в улыбке. Отпустив мою руку, отошла немного, используя силу, ударившую в небо огромным потоком. Магию в отряде ощущать могли все, поэтому попятились.
— Обязательно это делать рядом с разломом? — проворчал Стоки, вышедший последним. Он протянул мне кругляш кровавого золота и кошель, в котором лежали остатки пространственных кристаллов. — Василий, был рад проводить вас в этот мир. Прости, задерживаться здесь не будем.
— Вам спасибо, — я крепко пожал ему руку.
— Будешь в Альведэ — обязательно навести. Моё предложение об обучении всё ещё в силе.
Я кивнул, подумав, что уметь путешествовать между мирами лишним не будет. Тем более, что за последние полгода я столько разных миров посетил. Парочка картографов помахала нам и спокойно шагнула в разлом, который почти сразу исчез.
— Василий, — меня под руку взяла Ива и потянула в сторону участка каменной ограды перед полем.
Лучик всё ещё бегал кругами, иногда задирал голову, что-то высматривая в небе, а иногда опускал её к земле, принюхиваясь. Наверняка этот мир ему очень понравился. Может, он насыщен магией так же, как и мир Великих сект?
— Вася? — Ива дёрнула меня за рукав, привлекая внимание. Сегодня она немного преобразилась, расчесав волосы утром и уложив их так, чтобы открыть длинные ушки. Даже платок не стала повязывать на голову.
— Да, я слушаю.
— Помнишь, я говорила тебе о больших проблемах?
— О тех самых, которые мешали тебе сконцентрироваться на видении будущего? — уточнил я.
— Не мешали, а занимали много времени, — важным тоном поправила она. — В общем, они уже мчатся сюда. Нет, это не будет как с госпожой Мин. Это проблемы иного рода. Я просто хочу сказать тебе, чтобы не расслаблялся. Император Ин всегда требовал, чтобы я рассказывала ему о будущем в мельчайших деталях.
К чему она сказала последнее, я так и не понял. Взгляд девушки погрустнел, и она даже вздохнула.
— Спасибо, что предупредила, — я улыбнулся и ободряюще положил руку ей на плечо. — Слушай, а ваш император был счастлив? Если он постоянно жил в ожидании предсказания будущего, вряд ли его что-то могло удивить или обрадовать.
— Понимаю, о чём ты, — она всё же улыбнулась. — Хочешь, я сделаю предсказание, как один из тех оракулов, о которых ты рассказывал? Туманные слова, несущие крупицу истины.
— Если будущее не собирается меня убивать, то не нужно, — сказал я. — Пусть будет сюрприз.
— Да, сюрприз будет, — снова вздохнула она. — Я уже говорила, и не раз, что поступки, которые ты совершаешь, имеют огромные последствия. Это определённый талант. Вряд ли даже моя наставница знала кого-то, кто влиял на будущее так же сильно, как это делаешь ты.
— Ну вы чего? — к нам подбежала сияющая от радости Зои.
От нахлынувших чувств она крепко обняла Иву, затем меня. Поток энергии, исходивший от неё, уже иссяк, но воздух вокруг едва не искрил.
— Мы недалеко от столицы, и мама уже едет к нам навстречу, — сказала Зои. — Представляю, как она обрадуется, когда узнает, насколько сильной я стала. И тебе, Вася, она тоже обрадуется. И Иве, и даже Лучику.
— Это да, — со знакомой язвительной интонацией произнесла Ива. — А я говорила, что мы все ещё об этом пожалеем.
— Не обращай внимания, — сказал я Зои. — Это она из вредности. У вас же светлоликих любят не больше, чем в Хуме, вот и волнуется.
— Я её в обиду не дам, — Зои попыталась произнести это строгим тоном, но снова расплылась в улыбке. — Пойдёмте уже. До столицы часов пять пути, и лучше будет, если мы встретим маму в Рандо, это торговый город.
Махнув рукой в ту сторону, Зои потянула меня вперёд.
Наш отряд не очень дружно направился на восток вдоль зелёного поля. Даже Лучик отвлёкся от вытаптывания посевов и длинными прыжками помчался следом за нами.
⠀⠀
На восток мы шли часа четыре, особо не спеша. Миновали две деревни, где жили люди, следившие за полями. Заходить внутрь не стали, чтобы никого не пугать. Один раз нам по пути попались торговцы на нескольких телегах, разбежавшиеся при виде Лучика. И только когда на горизонте показался торговый город, навстречу вышел большой конный отряд. Десятков пять всадников, в одинаковых бело-синих парадных нарядах, поверх которых носили блестящие на солнце кирасы. У каждого на поясе слегка изогнутая сабля, чёрные головные уборы с золотым шнурком. Выглядели они так, словно на парад вышли, если не считать, что оружие держали в руках. Не скажу наверняка, но мне показалось, что они все были одарёнными, не самыми сильными из тех, с кем я встречался.
Всадники не стеснялись загонять лошадей в грязь, чтобы обойти и окружить наш отряд. Узкая дорога и овраг справа не позволяли им взять нас в плотное кольцо. Зои кого-то из них узнала, обрадовалась и поспешила вперёд.
— Дядька Луис! — она замахала усатому мужчине рукой.
Тот ловко спрыгнул с лошади, сделал шаг навстречу и опустился на одно колено.
— Ваше Высочество, — произнёс он, склонив голову. — Рад видеть Вас в добром здравии.
— Луис, всё хорошо, — она подошла и коснулась его плеча. — Я на тебя совсем не сержусь. Даже наоборот. У меня столько приключений было.
Он посмотрел на неё, не спеша вставать с колена. Догадываюсь, что это его отряд недоглядел, когда Зои угодила в разлом.
— Знакомься, — Зои подняла его, затем показала на нас. — Мои друзья: Василий, Ива и Ханна. А тот здоровяк — это Лучик. Правда, у него смешное имя?
— Определённо, — ответил мужчина, поправляя пояс сабли.
Дальше по дороге послышались крики, грохот повозки и лошадиное ржание. Всадники поспешили расступиться, открывая вид на спешащую в нашу сторону роскошную карету с большими колёсами. Когда до неё было метров пятьдесят, на ходу открылась дверца, затем что-то мелькнуло, и рядом с Зои встала почти точная её копия, только лет тридцати на вид. Белые волосы, брови и даже реснички, глаза голубые, немного с серебряным оттенком. Женщина заключила Зои в объятия, крепко прижимая к себе. Что-то сказав, она слегка отстранилась, расцеловала девушку в щёки и снова обняла.
Я бросил взгляд на карету, ожидая появление госпожи Асгейл, но оттуда вышла парочка незнакомых мне женщин, скорее всего, фрейлин. Кучер и несколько спешившихся всадников начали разворачивать карету на узкой дороге, что было непросто, учитывая четвёрку лошадей. С той стороны повеяло силой, и карету просто приподняли в воздух, пока лошади танцевали на месте, стараясь развернуться.
Отпустив Зои, беловолосая женщина сказала ей что-то, жестом показав на карету. Зои попыталась было спорить, но заработала ещё один строгий взгляд, не терпящий препирательств. До них как раз добрались фрейлины и уже подхватили девушку под локотки, потянув к карете.
Мама Зои, а это точно была она, обратила на нас внимание. Посмотрела величественно на меня, затем обвела взглядом матросов и капитана Юн Вола, что-то отметив про себя. Затем слегка прищуренно посмотрела в сторону Лучика, но не на него, а на отряд людей из дворца Ракку. И только когда она обратила на них внимание, заволновались всадники, словно впервые заметили людей в тёмной неприметной одежде, с сумками и даже парой ручных тележек. А я вот и не знал, что они брали с собой тележки.
Наконец, взгляд мамы Зои вернулся ко мне и упал на Иву. Я очень вовремя шагнул вбок, загораживая светлоликую. В меня ударил поток энергии, разбившийся о защиту и не сумевший собраться в нечто осмысленное. Не будь у меня на спине великого символа, не позволяющего противнику концентрировать силу, нас бы размазало по земле тонким слоем. Или распылило бы, превратив в кровавый туман, настолько мощным был этот молниеносный удар.
Я ещё не успел закончить мысль по поводу вспышки силы, а между мной и светловолосой женщиной уже стоял Лучик, угрожающе опустивший голову. И, что удивительно, огромный поток силы разбивался о него даже с большей лёгкостью, чем об меня. Эх, мне бы посох верховной жрицы дами — потягались бы со светлой королевой на равных, наверное.
— Вот это поздоровались, — тихо произнёс я, когда поток силы исчез.
Над участком дороги повисла тишина. Слышался только звук ветра и недовольное шипение Лучика.
— Лучик, — попросил я.
Он зашипел ещё более недовольно и стукнул хвостом по дороге, обдав нас взметнувшейся пылью. Заржали лошади, послышались голоса мужчин, пытающихся их успокоить. Лучик всё же отступил, попятился, не поворачиваясь к королеве спиной. Встал сбоку от нас, сверля её взглядом.
Беловолосая королева обернулась в сторону кареты, откуда пыталась выбраться Зои. Надо отдать должное фрейлинам, пытающимся удержать девушку. Поймав взгляд мамы, Зои позволила затолкать себя обратно в карету. Было далековато, но я догадывался, что на лице девушки отразилось упрямое и немного сердитое выражение. Мама Зои, ни капли не переживая за собственную безопасность, подошла к нам, на ходу погрозив Лучику пальцем.
— Притащил сюда не одну, а сразу две твари, — произнесла королева, обращаясь ко мне. Голос у неё был строгим, но приятным на слух. И он очень напоминал голос Зои, особенно интонациями. — Где вы только умудрились повстречать пожирателя? И как смогли укротить?
Последние прозвучало вовсе не как вопрос, а скорее, как удивление.
— И Вам тоже здравствовать, — сказал я. — Меня зовут Василий, а прелестную девушку за моей спиной — Ива.
— Знаю, — ответила она, посмотрев поверх моего плеча, и едва заметно поджала губы. — Присцилла рассказала о ваших приключениях. Особенно порадовала весть о смерти императора светлых. Когда Зои исполнилось два года, они вторглись в этот мир, убили тысячи людей и мою маму, бабушку Зои. Рассчитывали забрать её кровь, но трусливо бежали, пообещав вернуться вновь, уже за мной.
— Зои рассказывала, — кивнул я. — Не переживайте, мы им хорошенько наподдали, отбив желание лезть в чужие миры. А второго чудовища, сопоставимого по силе с императором, у них не осталось.
— Пока светлые владеют способностью пожирать
— Я их не защищаю, — сказал я. — Будут наглеть — получат ещё раз по ушастой морде.
— Пусть она убирается из моего мира, — сказала королева, даже не взглянув на Иву. Голос её звучал кровожадно и недвусмысленно.
— С этим сложно, — спокойно сказал я. — Ива под моей ответственностью и проблем никому не доставит.
— Была бы она просто длинноухой, я бы на это не обратила внимания. Но она из тех, кто страшнее целой армии. Она видит будущее и может его менять так, как выгодно только ей.
— Я знаю.
Королева посмотрела на меня холодными голубыми глазами. У Зои этот взгляд получается куда красивее.
— А этот? — она ткнула пальцем в сторону огромного варана.
— Лучик, — сказал я. — Меня попросили присмотреть за ним. Это долгая история с неприятным финалом.
— Что насчёт них? — её палец сместился к группе людей из дворца Ракку.
— Они назначили меня своим владыкой, — ответил я.
— Владыками называют только демонов, претендующих на целые тёмные миры.
— Так и есть, — я вздохнул. — А позади меня капитан корабля с командой, которым я согласился помочь. Беженцы они.
— Вы самая странная группа людей… и зверей, кто пересекал границу моего мира, — сказала она. Подошла ближе и пару раз ткнула меня пальцем в грудь. — Ну а ты, в ком течёт белая кровь, самый странный из всех.
— Даже страннее Лучика? — не поверил я.
— И ещё наглый, — добавила она, глядя мне в глаза. — И очень хорошо, что ты не коснулся Зои. Иначе я бы похоронила вас здесь.
Умела эта женщина выдерживать паузы, отчего начинаешь чувствовать себя неуверенно. У меня над ухом угрожающе зашипел Лучик, когда королева попыталась использовать какую-то магию. Наверняка хотела что-то проверить, но у неё снова не получилось.
— Зои сама кого хочешь наизнанку вывернет, — немного нервно сказал я, в полной мере ощущая, насколько сильна эта женщина. Зои до её уровня ещё расти и расти. — Если её кто обидеть решит. Мне она не говорила Ваше имя, могу я…
— Королева Амалия, — сказала она. — Хорошо, можете оставаться. Перед вами торговый город Рандо. От него всего два часа пути до столицы. Твои люди сейчас там, владыка тёмного мира Василий.
Развернувшись, она направилась к карете. Не прошло и минуты, а они уже умчались на восток, вместе с конным отрядом. Платочком я смахнул капельки пота со лба.
— Познакомились, называется, — негромко произнёс я. — Чуть не пришибли. Ты же говорила, что тебя здесь хорошо встретили?
Я посмотрел на Иву, на что она захлопала ресничками.
— Преувеличила немного, — невинно сказала она.
К нам подошёл капитан Юн Вол.
— Эта страшная женщина — родственница госпожи Зои? — спросил он.
— Мама её, — кивнул я. — Королева этого мира. Вроде бы у них ещё и король есть, но в их роду большой силой обладают только женщины. Ну что, раз нас предоставили самих себе, нет смысла стоять тут как… Пошли, в общем.
И мы двинулись к виднеющемуся вдали городу. Лучик поравнялся со мной, наклонил голову так, чтобы мы встретились взглядом.
— Да, ты молодец, — я похлопал его по шее. — Что, мир тебе этот понравился?
Лучик сначала мотнул головой вниз и вверх, затем неопределённо и покосился на меня то ли с укоризной, то ли с недоумением. На это я махнул рукой и ещё раз хлопнул его по шее.
Шагая по дороге, я думал, что странно нас встретили, негостеприимно как-то. Вряд ли бабушка Зои могла наговорить обо мне гадостей. Или всё дело и правда в Иве? Вон, пока мы идём, она снова повязала на голову платок, пряча длинные ушки. Специально ведь показала их. Но я нисколько не сердился на королеву, и обиды не было. Всё-таки Зои пропала на два с лишним года.
Торговый город встречал нас тихо, без криков и призывов к страже. Люди просто разбегались, прячась в переулках между домами, и с самыми разными эмоциями глазели на большой отряд с огромным вараном в качестве вьючного животного. Хорошо, что когда Лучик скакал по полю, то не растерял сумки, прикреплённые к толстым ремням. Сам же город выглядел вполне обычно для спутника столицы, куда свозили товары со всей страны. Тот, что стоял рядом с Хумой, выглядел почти так же, если не обращать внимания на архитектуру и грязь. Склады, торговые площади с их вечным столпотворением, криками и шумом. Жилые кварталы здесь были вынесены в северную часть города, относительно тихую и спокойную.
Я уже хотел сам найти местную стражу, чтобы спросить дорогу, но нам навстречу выбежал Роман, старший шестого отряда, в который меня распределили в Илуне. Я его не сразу узнал, так как привычную форму он сменил на наряд грузчика или разнорабочего. Мешковатые тёмно-коричневые штаны, такого же цвета простая куртка и серая сорочка. Через плечо перекинута сумка на длинном ремне. А вот обувь он носил из мира Илуны — добротные тёмные ботинки из грубой кожи. Местные-то почти поголовно довольствовались странными на вид туфлями, с тупыми рублеными носами.
— Рома, привет! — я помахал ему, дождался, пока он подбежит, и крепко пожал руку. — Как говорится, простите за задержку.
— Гад ты, — он расплылся в улыбке. — Но об этом тебе ещё расскажут. Лучше скажи, где такого страшного монстра взял?
— В лотерею выиграл, — я тоже улыбнулся. — Это Лучик. Чёрт, на нашем языке имя совсем не круто звучит. Меня попросили за ним присмотреть. Он говорить не умеет, но разумен даже больше, чем иные демоны.
— А подруга твоя светловолосая, значит, полчаса назад на карете промчалась в сторону столицы? Это за ней отряд посылали?
— За ней, — я кивнул. — Ну что, где вы тут живёте? И почему здесь, а не в столице?
— Да кто нас туда пустит? — он даже удивился. — Мы пока здесь осели. У нас же только пара человек, кто с горем пополам на языке Первого царства говорит.
— А местные вам помощь не оказывают?
— Долго объяснять. Пойдём, командир всё расскажет.
Он показал в сторону широкой улицы, ведущей на юг города. Как выяснилось, там располагались ремесленные цеха и мастерские. Шумное место, окутанное неприятными запахами. К примеру, по пути нам попалась открытая кузница, где громко стучали молоты, а вокруг пахло гарью и дымом. Хорошо, что мы шли дальше на юг, к кварталам с большими складскими зданиями. Там было заметно тише и спокойней. По пути к нам присоединилось ещё несколько человек из нашего мира. Девушки в приятных глазу приталенных платьях смотрелись куда лучше, чем парни. Я же всё ждал, когда появится кто-нибудь из представителей местной власти. Стража мелькала на улицах, но к нам старалась близко не приближаться.
У ряда больших зданий, почти на самом краю города, нас уже ждали. Максим Артёмович, его заместитель, доктор Никушин из карантинного отделения и командиры отрядов, с первого по четвёртый. Был тут и Михаил, которого я нанимал как переводчика и помощника. Да и в целом большой отряд, сбежавший из Илуны, постепенно собирался рядом с цеховыми зданиями, наверняка обустроенными, как общежития или казармы. Все впечатлились, увидев Лучика, разве что пальцами в него не тыкали и рты от удивления не разевали.
— Капитан, пусть ваш отряд пока не расходится, — обратился я к Юн Волу, шагающему рядом. — Хочу магию использовать, чтобы у вас с местным языком проблем не было.
А ещё мне было любопытно, сработает ли это на Лучике. Он ведь только язык мира великих сект понимает, я специально проверял.
— Здравствуйте, — поздоровался я, пожимая мужчинам руки. — Простите, что задержался. Пришлось делать крюк через очень далёкий мир.
— Мы так и подумали, — улыбнулся Максим Артёмович. Вид у него был бодрым, но морщинок в уголках глаз прибавилось. — Вас городская стража не останавливала? Она здесь бдительная.
— Нет, — я пожал плечами. — Никто даже поздороваться не подошёл. Этого малыша зовут Лучик. Он из числа разумных демонов, только говорить не умеет. Найдётся, где его разместить? Может, навес какой-нибудь или гараж?
— Гараж, кстати, есть, — кивнул он. — Бывшая мастерская карет и повозок. Думаю, поместится, только там сначала надо порядок навести. Он какой язык понимает?
— Насчёт языка, — вспомнил я. — Есть у меня магия особая, чтобы вы местный язык освоили. Нужно всех собрать компактно, чтобы мне не бегать между людьми.
— Это можно, — Максим Артёмович снова кивнул и посмотрел на своего зама. — Сергей Павлович, организуй.
— Сделаю, — тот кивнул и махнул рукой кому-то в большой группе зевак.
Пока собирали людей, мы прошли в здание, в небольшое помещение со скамейками и возвышением для выступающего. Этакий зал для собраний, рассчитанный как раз на сотню человек, если немного потесниться.
— Тот лохматый проводник нас и забросил, — рассказывал я, когда народ собирался в зале. С правой стороны от возвышения места уже заняла команда капитана Юн Вола. — В большой и жуткий мир. Одарённые там очень сильны, а монстры огромны. Лучик на их фоне просто малыш. Мы убежали как раз в тот момент, когда летающий демон, размером с дворец, появился над городом в сопровождении тысяч драконов.
— Вижу, что приключений было много, — кивнул Максим Артёмович. — А эти люди, кто они?
— Команда летающего корабля, — сказал я. — И их капитан, Юн Вол. Зои говорила, что в столице находится самый крупный порт в королевстве, где мы можем купить большой корабль. Сделаем из него летающий пассажирский лайнер и будем богачей катать за большие деньги. Можно и товары возить, если это выгодно.
Мужчины на меня посмотрели с лёгким недоверием, но высказывать сомнения не спешили.
— Как вы здесь устроились? — спросил я. — Что случилось, что вы в торговом районе застряли?
— Это долгий разговор, — совсем немного нахмурился Максим Артёмович. — Языковой барьер сильно мешает.
— Я недавно освоил очень примечательную магию, — сказал я. — Как раз в том жутком мире. Будем надеяться, что сработает она так, как надо.
Люди собирались минут пять. Чуть больше ста человек, треть из которых женщины. Кто-то ещё носил серые костюмы из мира Илуны, но в основном все переоделись в местную одежду, не самую богатую. А ведь они везли больше сотни килограмм золота и ещё артефактов пару телег. Экономят?
— Ханна, — обернулся я, ища её взглядом. — А твои люди? Им тоже не помешает выучить местный язык.
— Все здесь, — мне на плечо легла её рука. Она говорила на языке гор Ракку. — Наш язык не раскрывай, ни к чему это.
— Полностью с тобой согласен.
Она кивнула и шагнула назад, но уходить в тень не стала. В числе последних в комнату вошла одна из помощниц Максима Артёмовича, вроде бы её звали Людмила, а отчество вылетело из головы. Она прошла к сцене, передавая начальнику продолговатый свёрток.
— Ты когда исчез, забыл его, — сказал Максим Артёмович, протягивая свёрток мне. — Вроде бы это что-то важное.
Развернув ткань, я увидел кинжал с символами дами.
— Вот ведь, забыл о нём совсем, — озадаченно сказал я, пробежав по нему взглядом, и залип.
Пару минут я вглядывался в символы, борясь с желанием заговорить на языке дами. Опомнился, когда кто-то коснулся моего плеча.
— Все собрались, — сказал Максим Артёмович.
Я быстро замотал в ткань кинжал, сунул его за пояс и посмотрел в зал. Увидел много знакомых лиц в первых рядах. Сразу вспомнил мужчин, помогавших мне с разграблением хранилища светлоликих. Кто-то из девушек помахал мне рукой.
— Не будем затягивать, — начал я на языке Первого царства, постепенно ослабляя контроль над талантом. После того как посмотрел на кинжал, это было непросто. — Язык красных миров не такой уж и сложный, как вы думаете. Достаточно один раз его услышать.
Едва не потеряв контроль, я чертыхнулся, наглухо закрываясь. Вот нужно было им подсунуть мне кинжал именно сейчас?
— Крайне необычная магия, — произнёс Максим Артёмович на языке красного мира. В зале же царила гробовая тишина.
— В первый раз всегда так, — кивнул я. — Если не думать и не заострять внимание на том, что говоришь и как именно, то проблем не будет. В противном случае слова подбирать станет сложно.
Удивление длилось недолго, и зал зашумел, пробуя новый язык. Пока командиры отрядов наводили порядок, мы с Максимом Артёмовичем покинули помещение и прошли вдоль большого здания бывшей столярной мастерской к его рабочему кабинету. Компанию нам составил только Сергей Павлович, занимающий должность заместителя командующего. Я его хорошо помнил по вечно подозрительному и недоверчивому взгляду.
Удобно устроившись в кабинете за кружкой чая из трав иш, я рассказал краткую версию своего путешествия в мир великих сект. Поведал и об огромной беде, что с ними приключилась. Краткая версия, в которую не вошло много щепетильных для меня вопросов, заняла больше часа. За это время к нам заглянуло несколько людей, отчитываясь о том, что огромную ящерицу они удачно разместили в гараже для готовых карет, людей капитана Юн Вола в одной из казарм, а его самого в общежитии для офицеров. Было здесь и такое.
Рассказ Максима Артёмовича про их приключения в красном мире был короче и лаконичней. Как только я исчез, Стоки пришлось открывать ещё один разлом, чтобы перебросить оставшихся людей из заснеженного мира. После этого он сразу исчез, так как бабушка Зои была так сильно рассержена, что он побоялся оставаться. Через пару часов к ним примчалась королева, бушевавшая не меньше госпожи Асгейл. С горем пополам отряду Максима Артёмовича удалось наладить контакт с королевой, благо на местном языке говорило несколько людей из его группы. В итоге им разрешили остаться в торговом городе на западе от столицы, свалив заботы на местного лорда, жадного и склочного человека.
— Вы это место выкупили или в аренду взяли? — спросил я, когда короткий рассказ подошёл к концу.
— Мы сами не знаем, — развёл руками Максим Артёмович.
— Того золота, что мы заработали в Альведэ, хватит, чтобы пару домов в столице приобрести, где-нибудь недалеко от порта. Зои рассказывала о ценах на недвижимость с правом собственности. Но если в аренду взять, то лет на пятьдесят должно хватить. И перебираться нам надо. Не нравится мне этот городок, шумно здесь и бесперспективно. Хорошо бы ещё немного золота подкопить и целый квартал в столице выкупить. Что?
— С золотом беда, — сказал Сергей Павлович немного укоризненно. — Забрал его местный лорд.
— Как это, забрал? — не понял я. — Там же было больше сотни килограмм в монетах и слитках.
— Из-за монет иностранных, — сказал Максим Артёмович. — Нужно было всё поменять на местную валюту, но нас кинули.
— Артефакты? — уточнил я, предчувствуя нехорошее.
— А вот их изъяла королевская власть, — ещё сильнее помрачнел Максим Артёмович. — Со словами, что нельзя хранить невесть у кого такие опасные вещи.
— Так, — я нахмурился и забарабанил пальцами по столешнице. — Вы опись делали?
— Делали, — кивнул Сергей Павлович. — С подробным описанием каждого предмета.
Про артефакты рассказать могла только госпожа Асгейл, без вариантов. Мне казалось, что я неплохо узнал эту немолодую женщину, но зачем она это сделала, пока понять не мог. Или же я был слишком хорошего мнения о ней?
— С золотом разберусь сегодня, — сказал я. — А насчёт артефактов подумаю, что можно сделать.
— С нами планами поделишься? — спросил Максим Артёмович. — Насчёт золота.
Боятся, что я наломаю дров? Нет, они правы, но только отчасти. Была у меня мысль поступить, как учила госпожа Асгейл, воспользоваться правом сильного. Она так делала в Хуме, когда искала Зои. Только здесь у подобного поведения будут неприятные последствия, учитывая силу мамы Зои. Да и одарённых в красном мире много, чтобы ставить условия. Но своё я верну обязательно.
— Кто главный в этом городе? — уточнил я.
— Наместник, Кемен Ортс, — сказал Сергей Павлович деловым тоном. — Владелец всех окрестных земель, включая этот город и с десяток деревень. До жути боится всех женщин с белыми волосами. Едва в обморок не упал, когда к нему заглянула госпожа Асгейл. Если кратко характеризовать, то жадный и наглый. Чрезвычайно высокомерен. Договориться «по-хорошему» вряд ли получится.
— Понятно, — кивнул я. — Поговорю с ним, припугну связями с королевским домом, особенно если он маму и бабушку Зои боится. Бить не буду и ссориться не стану, просто побеседую.
— Если только он согласится на беседу, — в голосе командира сквозило сомнение, словно он был уверен, что меня и на порог не пустят.
— К тому же я по городу хотел пройтись, посмотреть, как тут всё устроено, — немного перевёл я тему. — Раз вы заняли мастерскую по изготовлению карет, то мне нужна будет одна, посолиднее. И ещё, подскажите, где наместник живёт?
— Я провожу, — сказал Сергей Павлович. — Это на другом конце города. И карета у нас есть.
— Спасибо за предложение, но мне нужно побыть немного одному и подумать, — сказал я, не горя желанием, чтобы люди узнали про особенности и умения жителей гор Ракку. — Вы лучше расскажите, как его дом найти. А пока я мысли в порядок приводить буду, поговорите с капитаном Юн Волом. Скажите ему, что очень скоро мы переедем в столицу, поближе к морю и порту. Про летающие грузовые лодки уточните. Может, мы местных сумеем сильно удивить, да и переезд будет проще.
Максим Артёмович посмотрел неодобрительно, но настаивать не стал. Вкратце рассказал, как добраться до дома правителя города и ещё раз попросил не ввязываться в неприятности с местной властью.
Всё то время, что мы беседовали, на территории мастерских было тихо. Как я понял, бо́льшая часть людей отправилась гулять по городу, проверяя полученное знание местного языка. Осталась лишь охрана и дежурная группа, занимающаяся ремонтом зданий и уборкой территории. Пока готовили карету, я заглянул к Лучику. Поселили его в просторный гараж, где раньше собирали повозки. Вдоль стен здесь можно было увидеть колёса, двери и панели, какие-то жерди и ещё много самых разных запасных частей. Я хотел поговорить с Лучиком, попросить, чтобы не увязался за мной, но он пребывал в сонном состоянии. От него едва заметно тянуло странной магией, быстро испаряющейся в воздухе. Я не стал его беспокоить, вышел на улицу и огляделся. Удостоверился, что поблизости нет посторонних.
— Ханна, на пару слов, — произнёс я, и через несколько секунд мне на плечо легла её ладонь. — И почему всегда со спины?
— Потому что перед тобой нет подходящей тени, — сказала она. — Или ты думаешь, что мы появляемся из воздуха?
— Ты всегда объясняешь так, что я ничего понять не могу.
— А ты задаёшь глупые вопросы, — в тон мне ответила она.
— Ладно, не до этого сейчас. Помощь ваша нужна будет с наместником. Хочу к нему приехать и поговорить так, чтобы об этом узнало как можно меньше людей. Мало ли как оно обернётся.
— Хорошо, — кивнула Ханна.
— Где сейчас Ива? — вспомнил я о ней.
— Отдыхает после дороги. За ней и мастером Кве присмотрят, не переживай.
У выхода с территории мастерских как раз показалась дорогая, вычурная карета, запряжённая двойкой лошадей.
⠀⠀
Едва карета выехала с территории мастерских, дневной свет в главном сборочном цеху померк, быстро сгущаясь и собираясь в небольшую чёрную точку. Сформировавшись над головой большого ящера, она резко исчезла, и из воздуха выпала темноволосая девушка, одетая в чёрное платье. Рухнув с высоты на Лучика, она смешно взмахнула руками и зависла в воздухе, как муха в паутине. Свет на долю секунды снова померк, девушка исчезла, чтобы тут же встать на ноги рядом с головой ящера.
— Лучик! — обрадовалась Соун И, обнимая его за шею. — Ты почему так долго молчал? Как дела? Где Василий?
Лучик довольно зашипел.
— Что значит дорога? — не поняла Соун И. — Почему это? Нет, я твой голос сразу услышала, просто не могла отвлечься. Как дела у нас? Мама Ночь говорит, что всё очень плохо. И дедушку Ка сильно ранили.
Ящер глубоко вдохнул, затем шумно выдохнул и тряхнул головой.
— Всё так, дядя Нерул никогда не ошибается, — согласилась с ним Соун И. — Придётся нам убегать. И столько всего бросать… книги жалко. Но есть и хорошая новость для тебя.
Девушка погладила Лучика по голове, затем бросила взгляд на группу любопытных молодых людей, притаившихся у створок ворот в мастерскую.
— Тётя Мин говорит, что сможет забрать с собой источник, — тихо произнесла Соун И. Лучик оживился и пару раз громко стукнул кончиком хвоста о каменный пол, отчего с верхних балок посыпалась пыль, а у дальней стены что-то упало. — Ты точно уверен, что этот мир нам подходит? Ну не смотри так, я знаю, что ты в этом разбираешься, просто это очень важно.
Ящер снова зашипел, огорчённый подобным недоверием.
— Не ворчи, — улыбнулась Соун И. — Я всё передам старшим. Но ты так и не сказал, где Василий? И я не перевожу тему. Тётя Мин о нём беспокоится. А ещё мама Ночь оценила символы на спине дяди Нерула и тоже хочет взять Василия в ученики. Всё, мне пора возвращаться, тем более с такими хорошими новостями. Конечно. Ты тоже береги себя.
Соун И снова обняла Лучика, отступила на шаг и исчезла, за долю секунды превратившись в крошечную чёрную точку.
⠀⠀
Резиденция наместника располагалась на севере торгового города, в центре жилых кварталов. Это была большая двухэтажная усадьба с высокой крышей, фасадом выходившая на небольшую городскую площадь. Архитектура красивая, заметно выделяющая здание среди прочих. А вот балкона, с которого наместник мог бы обращаться к жителям города, заметно не хватало. Были видны колонны у входа, словно архитектор подобный балкон планировал возвести, но в последний момент передумал или эту идею просто зарубили.
Время близилось к ужину, поэтому стоило поторопиться. Кстати, на площади я заметил лишь пару праздно шатающихся человек. Ещё парочку гоняла городская стража, выпроваживая из жилой части города.
Из кареты я выходил один, но мне показалось, что она качнулась несколько раз. Всё-таки можно замечать присутствие людей с гор Ракку, обращая внимания на разные мелочи. Если только они не станут целенаправленно пудрить тебе мозг, как парочке охранников у дома наместника, которые вытянулись в струнку и почти синхронно отвернулись, старательно не глядя в мою сторону. Пришлось самому открывать дверь в дом, заходя без приглашения. На пороге стоял немного взволнованный и удивлённый немолодой слуга.
— Любезный, не подскажешь, где сейчас наместник?
— Господин Ортс изволит обедать в столовой на втором этаже, — отозвался тот, глядя на меня непонимающим взглядом. Провожать не стал, когда я прошёл к лестнице.
Столовую найти труда не составило, подсказал запах еды. В просторном светлом помещении за большим обеденным столом сидел всего один человек. Неприятно упитанный мужчина лет сорока пяти. Судя по массивной шее и двойному подбородку, вкусно покушать он любил. При этом он не был откровенно толстым, но выглядел некрасиво. Единственное, что можно сказать в его защиту, он был сильным одарённым.
Судя по количеству стульев с высокими резными спинками, столовая была рассчитана человек на семь, учитывая хозяина. Стол заставлен яствами минимум на троих, слуг не видно.
— Что?.. Кто?.. — заметил меня наместник, немного не донеся вилку до рта.
— И вам доброго дня, — кивнул я, усаживаясь за длинный стол, напротив хозяина. — Простите, что без приглашения.
— Плохо, что без него, — он плохо держал себя в руках, недовольно поморщившись. Со звоном бросил вилку на тарелку, промокнул губы маленьким полотенцем и тоже некрасиво кинул его на стол.
Господин Ортс перевёл взгляд на Ханну, прошедшую мимо меня и усевшуюся за стол. Не обращая внимания на нас, она подтянула к себе большое блюдо с десертом в виде корзиночек. Взяла ту, что была наполнена мёдом и орешками. Это да, сладкое она обожает.
— Меня зовут Василий, — представился я, вернувшись к наместнику.
— Судя по имени, из того же странного мира, откуда пришли беженцы? — спросил он, делая жест подбородком в сторону окна.
— Можно и так сказать. Я к Вам вот по какому вопросу…
— Пошли вон! — рявкнул он и даже кулаком по столу стукнул, отчего тарелки подпрыгнули. — Я же приказал страже не пускать вас дальше рыночной площади!
Он вскочил, лицо покраснело, наполненное гневом. Я подобного не ожидал и растерялся. Перевёл взгляд на непрошибаемо спокойную Ханну. Наместник же собрался использовать силу, но получил удар под дых и согнулся пополам, жадно хватая воздух. Бородач из группы Ханны усадил его за стол, положив тяжёлую ладонь на плечо.
— Чуть-чуть ведь надавила, — сказала мне Ханна. — А он уже лопнул по швам. Не отдаст он золото по доброй воле. А если забрать угрозами, сразу побежит жаловаться правителю и вернётся уже с королевской стражей и серьёзным подкреплением. Или ты хотел с ним просто по душам поговорить?
Наместник запыхтел, удивлённо вращая глазами.
— Вы кто? — произнёс он.
— Молчи, — бородач стукнул его по уху, не сильно, но больно.
Наместник скривился и растерялся от неожиданной боли. Со стороны выглядело так, словно он никак не может собраться с мыслями.
— Ну… Ханна? — я набрал полную грудь воздуха, чтобы высказать всё, что думаю по этому поводу.
— Я ему ничего не внушала, — серьёзно сказала она. — На эмоции надавила, чтобы наружу вылезли. Эй, толстяк, ты золото у беженцев забрал?
— Забрал, — без раздумий ответил он, не совсем понимая, к чему был задан этот вопрос.
— Отдашь? — всё тем же тоном спросила Ханна.
— Нет! — он бы вскочил, но ладонь на плече ему это сделать на дала.
— А как же люди? — продолжила она. — Умрут ведь с голоду или бедствовать станут.
— Не нужны они здесь, — заёрзал он на стуле. — Пусть проваливают! Да хоть на север к Клауду.
Ханна посмотрела на меня, словно показывая, что это всё объясняет. Я тихо выругался, на секунду закрывая глаза.
— Вы кто? — в очередной раз спросил наместник, но получил уже по другому уху и замолк, злобно засопев.
— А внушить ему, чтобы отдал? — спросил я.
— Через час опомнится и поймёт, что ты его ограбил. Нет, ты мне скажи, зачем сюда пришёл? Почему тайно? Что планировал? Если хочешь, чтобы я помогала, всегда говори прямо, я мысли читать не умею.
— Припугнуть немного хотел…
Ханна рассмеялась и даже хлопнула себя по коленке пару раз.
— Хорошо, я понял, не смейся, — поморщился я. — Тогда переходим к плану «Б». Он может показать, где золото хранит?
— Легко, — кивнула Ханна.
— А ещё, Мирейн говорила, что иногда жертвы дворца Ракку совершают самоубийства. Чтобы со свидетелями и прочим.
— Тоже не оптимальное решение, — она принялась собирать сладости с подноса в глубокую тарелку. — Но уже лучше. Пойдём.
Забрав тарелку, она встала. Наместник тоже подскочил со стула, со странным выражением лица. Спохватился и быстро рванул в сторону выхода из столовой. Нам пришлось едва ли не бежать за ним, чтобы поспевать. Он спустился на первый этаж, прошёл по длинному коридору большого дома и остановился у крепкой двери. Повозившись с ключами, отпер её и сбежал по лестнице в подвал. Внизу нас ждал винный погреб с дубовыми бочками и пыльными бутылками. Пробежав его насквозь, наместник вломился в маленькое помещение, отгороженное крепкой, обитой железом дверью. За ней оказалась сокровищница или казна, уж не знаю, как будет правильно. Когда запалили лампу, я сразу узнал один из сундуков, стоявших в углу. Господин Ортс подошёл как раз к нему, откинул крышку и с большим облегчением выдохнул, увидев блеснувшее золото.
Я же подошёл к сложенным друг на друга небольшим крепким сундучкам, с железными пластинами на боках. Каждый был забит золотыми и серебряными монетами. Кстати, золота не так уж и много, наш сундук побольше будет, чем всё остальное.
— Всё заберём, — сказал я, показывая на сундуки.
Дальше всё прошло быстро и тихо. Из темноты у одной из стен в маленькую кладовую шагнула помощница Ханны, взяв под руку наместника. Тот, словно пьяный, послушно пошёл за ней к выходу. В это время появились мужчины, забирая сундуки. А бородач, кстати, вооружился невесть откуда взявшейся метёлкой, собираясь замести следы от десятков ног на полу. Я уже подумал, что они сейчас начнут отпечатки пальцев стирать с дверных ручек, но до этого дело не дошло.
Учитывая, что карета была вместительной, нам пришлось потесниться, а самый большой сундук погрузили просто на багажную полку. Я бы обязательно высказал Ханне, что страшный они народ, люди с гор Ракку, только они сами об этом прекрасно знали.
Пока карета неспешно ехала обратно, я пару раз чертыхнулся про себя, понимая, что поступил опрометчиво и это ещё доставит нам проблем. Ну, правда, на что я рассчитывал, отправляясь к наместнику в гости? Припугнуть его связями с королевской семьёй? Рассказать, что на меня работают самые страшные во всех мирах наёмные убийцы? Смешно. Ладно, буду делать уверенный вид, пусть окружающие думают, что всё идёт по моему плану.
Чтобы не возникло лишних вопросов и подозрений, Максиму Артёмовичу я вернул только золото, что досталось нам ещё в Альведэ. Как и предполагал, он этому удивился, но не шибко обрадовался. Они, кстати, уже нашли способ обменять чужое золото на местное, через гильдию ювелиров. Не совсем законный способ, но гораздо более прибыльный, чем отдать всё наместнику за жалкие гроши. Говорили, что если бы знали об этом раньше, то не обращались бы к господину Ортсу. Что касается золота из городской казны или из личных сбережений наместника, то я пока решил его приберечь.
В честь нашего возвращения вечером состоялся большой праздничный ужин. Всё организовали во втором здании мастерских, где раньше работали с деревом. Для полноты картины не хватало только музыки, но и без неё получилось неплохо. Командование устроило конкурсы с призами, за которые решили посостязаться даже матросы капитана Юн Вола. Там, где требовалась физическая сила, они везде победили. Да и в выпивке могли дать фору кому угодно.
Мы с начальством сидели немного обособленно, больше наблюдая за праздником и ведя беседы на важные темы.
— В этом мире людей с даром рождается относительно немного, — рассказывал Сергей Павлович о главных проблемах, с которыми они столкнулись в Первом царстве. — Это большая удача для любого. Одарённых здесь уважают и ценят. Чем у тебя больше сил, тем выше можешь подняться в обществе. Они свой дар называют «тун». А вот к тем, кто дар получил при путешествии между мирами, местные относятся… с подозрением. Проклятием не считают, но с демоническими силами связывают. На государственную службу таких не возьмут. В ту же городскую стражу, к примеру.
— А много тут таких? — уточнил я.
— Пара человек в городе живёт, — кивнул Сергей Павлович. — Беженцы, в основном. Разломы тут частое явление, и почти всегда неприятное. Демонов в окрестных мирах много. И здесь они живут. Как я понял, за тёплым морем, куда минимум дней двадцать надо плыть.
— Да, Зои об этом что-то говорила, — кивнул я. — И что, местные легко определяют, кто родился с даром, а кто его получил?
— Повезло, что не все, — сказал Сергей Павлович. — Только сильные одарённые это как-то замечают. Наместник, к слову, подобное умеет. Дар у него неприятный…
К столу подошла пара мужчин, привлекая наше внимание. Одеты как обычные горожане, не мастеровые. Я помнил только одного из них, разговорчивого парня лет двадцати пяти. Когда мы шли через сотни миров в сторону Первого царства, он часто попадался мне на глаза и даже пытался приударить за Сайми и Салме. Второй, что постарше, я его тоже видел, но мельком и что-то конкретное сказать не мог. Как раз он наклонился к Максиму Артёмовичу и что-то пошептал ему на ухо.
— Ещё раз, только для всех, — попросил его командир.
— Полчаса назад наместник Кемен Ортс вышел в окно с петлёй на шее, — негромко сказал мужчина. — Вечером на площади смена стражи происходит, на что приходят посмотреть местные. Мы недалеко были и видели, как господин Ортс окошко на втором этаже открыл, вышел на карниз, постоял немного, затем накинул себе на шею петлю и шагнул вниз. Красиво так, эффектно, солдатиком. Стража в дом бросилась, до окна добралась и вытащила его, только он шею сломал при падении, это сразу было видно.
Начальство, не сговариваясь, посмотрело на меня.
— А что Василий? — возмутился я. — Может, он от страха из окна сиганул, боясь, что его сдадут королевской семье.
— Или с горя, — с непонятной мне интонацией произнёс Сергей Павлович. — Что у него золото забрали.
— Как вариант, — согласился я. — А если вы никому об этом говорить не будете, то и не узнает никто.
— Ох, Василий Романович, — посуровел Максим Артёмович, но быстро остыл. — Советоваться надо. Ну да ладно, будем считать, что мы ничего не знаем, ничего не видели и вообще с наместником в последний раз виделись месяц назад.
— Карета наша засветилась у его дома, — напомнил Сергей Павлович.
— Скажем, что гости отмечаться заезжали, — сказал командир. — Варана на учёт ставили и вообще. Ортс их принял, как обычно, разговаривал через губу и прогнал. Понятно?
— Именно так и было, — закивал я. — Да я вообще ни при чём. Он же сам из окна вышел, а я здесь, с вами сижу. Какие к нам претензии могут быть?
Новость праздник не испортила, но охрану территории командир приказал усилить. Народ же гулял ещё часа полтора, после чего все разошлись по казармам, так как завтра предстоял долгий и тяжёлый день. Многие из наших успели найти работу в местных мастерских или на рынке.
Для меня выделили небольшой домик, рядом с общежитием для командного состава. Максим Артёмович говорил, что ремонт закончили всего неделю назад, как будто знали, что я приеду. В доме было четыре небольшие комнаты, общая гостиная и кухня. Всё обставлено новой мебелью, на полу в спальнях мягкие ковровые дорожки. Мне комната досталась просторная, с одной кроватью. При желании сюда можно было бы поместить ещё одну, или же имеющуюся заменить на двуспальную. Может, сюда хотели селить пары? Это у светлоликих были правила не заводить детей, а сейчас вряд ли кому-то подобное запретят.
Минут десять я ходил по комнате и никак не мог найти себе место. Привык, что рядом постоянно была Зои. Будь мы в каком-нибудь другом мире, она бы обязательно пришла в обнимку с подушкой, сказала, что боится спать одна. И я бы перенёс её кровать…
Выйдя из комнаты, я прошёл по короткому коридору, постучал в дверь спальни Ивы.
— Заходи, — послышалось с той стороны.
Ива сидела на кровати и старательно расчёсывала волосы, готовясь ко сну. Сняла сапожки и чулки, давая возможность отдохнуть ногам. Пошевелила пальчиками, наверняка уловив мой взгляд.
— Просто хотел узнать, что у тебя всё в порядке, — сказал я, даже не зная, зачем заглянул к ней в такое время.
— У меня всё отлично, — она улыбнулась. — Спасибо за заботу. Или ты зашёл?..
Она слегка сдвинула ворот платья, уже расшнурованного, оголяя плечико. Посмотрела лукаво.
— Я совсем не против, — сказала она. — Даже, наоборот…
— Говорю же, хотел просто пожелать спокойной ночи, — я почему-то смутился, неуклюже развернулся к двери и спешно вышел в коридор.
— Мужчины, — то ли с насмешкой, то ли с укоризной произнесла Ива, когда я уже закрывал дверь.
Тихо ругаясь, я решительно вернулся в комнату, скинул одежду, не став её складывать нормально, и лёг спать. Ворочался целый час, пока не уснул. Вроде бы мне снилось что-то хорошее, доброе и тёплое…
— Вася, — кто-то схватил меня за пятку, высунувшуюся из-под одеяла. — Вася…
Голос явно принадлежал Иве.
— Что? — сонно отозвался я. — Только уснул… Ива, чёрт, не хватай меня за ногу. Ты это, давай без приставаний…
Она захихикала в темноте.
— Голос у тебя смешной, — сказала она. — Да не буду я приставать. Хотя пока рядом большой собственницы нет, можно было бы. Вставай, гости к тебе пришли.
Последнее она добавила уже серьёзней.
— Что за гости? — я сел, потянулся к лампе и щёлкнул замочком, зажигая огонь.
— К ящерице своей загляни, — сказала Ива, стоя рядом с кроватью в лёгкой ночной рубашке. Одарив меня странным взглядом, она вышла из комнаты.
Быстро одевшись, я вышел в коридор, где столкнулся с сонной Сайми. Приложив палец к губам, чтобы не шумела, поманил её за собой. Мы вышли из дома и направились в сторону гаража для карет. Ночь была чудо как хороша: прохладная, с приятным ветерком, звёздным небом и уходящим серпом луны. На территории мастерских в нескольких местах горел свет. У выхода с территории несли стражу мужчины, тихо о чём-то разговаривая. Ещё одна лампа горела у входа в гараж. Специально повесили, чтобы никто ночью к Лучику не зашёл. А ещё одну створку ворот прикрыли.
Подхватив лампу с крючка у ворот, я заглянул в гараж.
— Лучик, это я…
Лучика я заметил сразу. Он лежал у входа, чтобы не занимать много места. Если я правильно помню, высота потолков в гараже была метров девять, а само помещение достаточно большое, чтобы он мог даже пройтись по нему. И что странно, сейчас я видел только Лучика, а всё остальное тонуло в темноте. Так мне показалось, но чем больше я всматривался, тем больше понимал, что всё свободное пространство немаленького гаража занимал огромных размеров чёрный паук, подобравший под себя ноги, чтобы втиснуться в помещение.
Подняв повыше лампу, я отчётливо увидел несколько больших и блестящих чёрных глаз. Я смотрел на них, они — на меня.
— Я понимаю, Лучик ещё куда ни шло, но это я не спрячу и не объясню при всём желании…
⠀⠀
— Мамочки, страшно-то как, — тихо произнёс я, когда паук едва заметно пошевелился, что было заметно по бликам в его глазах. — Лучик, тебя спасать надо?
Ящер слегка повернул голову и посмотрел недоумевающе. А у меня мурашки по спине побежали, когда что-то заскрипело и защёлкало в темноте. Паук так выражал удовольствие от того, что я его узнал. А я ведь понятия не имею, кто это такой. Подумал бы, что госпожа Мин, собственной персоной, но она сама говорила, что к паукам отношения не имеет. Что она не их мама.
— Мама Ночь? — произнёс я, ошарашенный догадкой.
Мне в руку вцепилась Сайми, с опаской выглядывая из-за плеча. Немного потянула на себя, подсказывая, что надо бы отсюда сматываться, пока живы. Паук же снова сдвинулся, хрустнув балкой под потолком.
— Сейчас люди набегут, с факелами и вилами, — сказал я, судорожно пытаясь сообразить, что можно сделать в текущей ситуации. — Мама Ночь, здесь люди живут, не пуганные огромными монстрами. Страшно даже подумать, что случится, если Вас увидят.
Снова защёлкало и заскрипело. Мама Ночь выражала недоумение и сомнение в моих словах. В отличие от того же Прыгуна, понять её было гораздо сложнее. Окружающие люди её не сильно беспокоили, так как среди них не было ни одного достойного соперника.
— Вы за Лучиком пришли? — спросил я, пытаясь понять, насколько она большая, но в гараже было слишком темно. — Нет? Может, в мире сект что-то случилось?
Мама Ночь опустилась немного ниже, используя Лучика как подушку. Ящера это нисколько не беспокоило, наоборот, он казался довольным подобным вниманием. Лучик даже слегка повернулся, чтобы ей было удобнее. Мама Ночь говорила неспешно, если это вообще можно было назвать речью. И по всему выходило, что мир сект настигло глобальное бедствие и он постепенно погружался в хаос.
— А госпожа Мин и наставник Нерул? — спросил я, специально добавив «наставник», чтобы не называть его просто по имени.
Мама Ночь их видела совсем недавно, и у обоих всё было прекрасно, насколько это возможно в текущей ситуации.
— Простите, но я не совсем понимаю, зачем тогда Вы пришли в этот далёкий мир? Что значит, мне это будет сложно понять? Так, мама Ночь, Вы…
Она слегка качнулась, снова выражая удовольствие, и сказала нечто странное, что понять было сложно. Вроде бы она благосклонно относилась к тому, что я называю её мамой. При этом называть её так могли далеко не многие из числа разумных существ. Может, она так хотела выразить, что причисляет меня к избранным. Любой другой разумный, кто посмел бы так фамильярно и свободно разговаривать с ней, получил бы по шее.
— Наставник Нерул говорил, что колоссы владеют трансформацией, — вспомнил я. — То есть, Вы тоже можете принять облик человека? Как это, не хотите? Неудобно? А людей пугать, значит, удобно?
Я набрал воздуха в грудь, собираясь задать ещё вопрос, но передумал. Поняв, что от меня сейчас вообще ничего не зависит, махнул рукой.
— Пойду спать, — устало сказал я. — Сегодня был тяжёлый день. Нет, мне моя комната больше нравится. Там кровать мягкая и одеяло тёплое. Потому что я человек, да и не усну я здесь. Ничего мне в этом мире не угрожает. Спокойной ночи.
От одной мысли про сон под боком у Лучика и мамы Ночи становилось неуютно. Непонятно только, почему она так за меня переживает? Нерул и госпожа Мин попросили приглядеть? И пока мама Ночь не стала настаивать, я быстро вышел из гаража, оставив лампу на прежнем месте. Подхватив под локоть до сих пор пребывающую в изумлении Сайми, пошёл обратно к нашему дому.
Вроде бы никто нас не заметил, вокруг было всё так же тихо. Да, был ещё один маленький момент, на который я обратил внимание. Темноты вокруг стало больше, если так можно выразиться. При этом я совсем не чувствовал магии или иной силы. Вроде всё было, как обычно, но жути это ощущение нагоняло.
Когда мы вернулись в дом, я потянул Сайми за руку.
— Предупреди Ханну, что у нас гость необычный в гараже, — сказал я. — Чтобы никто из наших не волновался. И до утра меня не беспокоить. Только если мама Ночь решит выйти в город за пропитанием.
Несмотря на всё увиденное, я спокойно проспал до самого утра. Проснулся бодрым и полным сил. Выглянув в окно и не заметив беспорядка, решил, что всё это может подождать, пока позавтракаю. К завтраку спустилась Ива, судя по виду, тоже неплохо выспавшаяся.
— После долгой дороги нет ничего лучше, чем ванная комната и мягкая кровать, — сказала она.
— Ты же вроде была в этом мире? — спросил я.
— Когда-то давно, — она кивнула. — Это хороший мир, яркий. Люди здесь рождаются с даром потому, что вокруг полно магии. Она едва не разлита в воздухе. И если бы здесь не жили кровавые ведьмы, этот мир давно бы захватили демоны. Или здесь бы шла постоянная война за выживание, не позволяющая строить красивые города, такие, как местная столица.
— А кровавые ведьмы вам нужны для того, чтобы Илуна могла двигаться дальше? — спросил я.
— Переместить целый мир почти невозможно, — спокойно сказала она. — А если к нему привязаны ещё несколько, то задача многократно усложняется. Нужен могущественный источник чистой силы. К примеру, подошёл бы кристалл колоссального зверя. Но заполучить его гораздо труднее.
— Зачем вам куда-то бежать? Имею в виду Илуну.
— Я не знаю, — она развела руками. — Это решал Император. Со мной он планами никогда не делился. Как и с моей наставницей.
— Прости, что-то я дурацкие вопросы с утра пораньше задаю. Приятного аппетита.
На столе появился завтрак и несколько незнакомых фруктов, купленных на местном рынке. Ханна немного задержалась, но стесняться не стала, даже быстрее нас закончив с завтраком. Затем с удовольствием принялась пить чай со сладким десертом. Это была выпечка из маленьких кусочков теста, обильно политых мёдом.
— У меня такое чувство, что завтра, когда проснусь, обнаружу рядом с тобой уже десяток монстров, — сказала Ханна.
— Да я сам в шоке, — возмутился я, затем погрустнел. — Но мама Ночь говорила, что в мире великих сект всё совсем плохо. Там же очень много людей живёт, ну и демонов разумных тоже. Не уверен, что они все смогут сбежать. Только самые сильные, кто умеет перемещаться между мирами.
— В той трагедии, что происходит там, они виноваты сами, — сказала Ханна. — Сначала из-за глупости, а потом из-за жадности. А огромный паук — это не светлячок в лампе, его так просто не спрячешь. Здесь до столицы два часа пути, и когда о нём прознают, примчатся беловолосые, и нужно будет решать, на чьей ты стороне. Потому как люди не любят жить рядом с демонами, тем более такими.
— К чему ты это? — не понял я.
— Зачем тебе этот мир? — в упор спросила она. — Горы Ракку спокойней, они стоят на перекрёстке миров, и оттуда можно попасть почти куда угодно, хоть в Хуму, хоть в Зелёные горы или в Альведэ. Рядом есть несколько светлых миров, радикальных и диких, но не тронутых демонами.
— Нет уж, — поморщился я. — Не хочу мотаться по мирам в поисках лучшего места. Этот вполне подходит, нужно только обозначить нашу значимость перед местным правителем. А насчёт драки белой королевы с мамой Ночью, хорошо бы сделать так, чтобы она не случилась. Или находиться в этот момент как можно дальше, чтобы не задело. Точно, забыл спросить вчера, едят ли людей демонические звери. И этих самых людей надо предупредить, пока они ненароком в гараж не полезли. Лучик вчера много внимания привлёк.
Утром в это время Максим Артёмович проводил планёрку для командиров групп, распределяя их на работу в городе и ставя задачи на день. Проходило это в том же зале, где все собирались накануне. Мы подошли как раз в разгар обсуждений. Решался вопрос об обмене золота на местные монеты. Этим должен был заниматься Сергей Павлович при поддержке первой группы.
— Учитывайте, — говорил Максим Артёмович, — что это преступный элемент под видом гильдии ювелиров. Ожидать от них можно всего, даже того, что они вам отравленное вино подсунут, чтобы отметить сделку. Вряд ли ради десяти килограмм они станут ссориться с нами, но бдительности всё равно не теряйте.
Командир заметил меня в дверях и жестом пригласил проходить. Я заметил в зале капитана Юн Вола, сидевшего на лавочке в первом ряду.
— Василий Романович, проходи, — сказал Максим Артёмович. — У тебя какие планы на сегодня?
— В идеале планировал наведаться в столицу, — сказал я. — Посетить порт, посмотреть на корабли и грузовые лодки. Может, купить сразу что-нибудь, у меня золото есть. Ну и в целом обстановку разведать.
— Хорошие планы, — кивнул он. — Вместе поедем, часа через полтора. Кареты у нас есть, а вот лошадей придётся брать напрокат. Мы пока собственной конюшней не обзавелись. Дорогое это удовольствие. Вторая группа с нами пойдёт. Николай?
— Я понял, — сказал Николай Нефёдов, тот самый одарённый, повелевающий огнём, с которым я познакомился ещё в Москве. Супруги его рядом видно не было. Кстати, неплохо он поднялся, сразу до командира второго отряда.
— Решили, — сказал Максим Артёмович, затем обвёл собравшихся взглядом. — На сегодня это всё. Вопросы?
— У меня есть один, — сказал я, поднимая руку. — Но его показывать надо, он в гараже вместе с Лучиком. Можете все пойти, будет интересно.
Была у меня маленькая надежда, что утром не застану маму Ночь в гараже для карет, но она не оправдалась. Хорошо, что кто-то додумался закрыть створки ворот, а то об этом узнали бы гораздо раньше. Распахнув их, я почти сразу увидел Лучика, всё ещё играющего роль подушки, и огромного чёрного паука. Днём он выглядел даже крупнее, чем ночью, и гораздо страшнее.
Обернувшись к застывшим людям, я улыбнулся, ожидая примерно эту реакцию. Это я уже как-то привык к разным монстрам и прочим диковинкам, а вот неподготовленного человека это может ошарашить. Они стояли не так близко к гаражу, и обошлось без криков.
— Что это? — всё же спросил Максим Артёмович.
— Демон, уровня колосс, — ответил я. — Который прожил пару тысяч лет, обрёл огромную силу и способность спокойно перемещаться между мирами. Такие живут в далёких мирах, рядом с пустотой Ильсиды, о которой я рассказывал недавно.
— Здесь он откуда и зачем? — командир перевёл взгляд с паука на меня.
— Откуда, я уже ответил, а вот зачем, понятия не имею. Но с ним, точнее, с ней нужно быть крайне осторожным. Это… госпожа Ночь.
— Предлагаешь бежать отсюда, пока она не проголодалась и не употребила жителей города на обед?
— Пока не знаю. Я сейчас с ней поговорю, и станет ясно. Вы её пока игнорируйте. Она как вулкан: огромный, опасный, способный всех нас убить, но с которым мы ничего поделать не можем. Не в наших это силах и компетенции.
— Если только она будет в гараже сидеть, — он оглянулся к своим подчинённым. — Матвей, охрану вокруг усиль, чтобы близко никто не подходил.
Я вошёл в гараж, проходя ближе к гостям.
— Мама Ночь, Вам здесь не тесно? — спросил я.
Она слегка пошевелилась, отчего снова что-то хрустнуло под потолком. Пришло понимание, что ей здесь нравится. Она устала в мире сект, пока защищала источник в лесу Нерула, и сейчас отдыхала. Лучик ей в этом помогал. Сегодня я отчётливей улавливал тёплую энергию, исходящую от него.
— Люди, живущие здесь, очень переживают, что вы их кушать будете, — сказал я.
Мне показалось, что мама Ночь рассмеялась. Понять её было всё так же сложно, но суть сказанного я уловил. Она говорила, что совсем недавно полакомилась ядром какого-то сильного демона и будет переваривать его ещё лет пятьдесят. Только низшие демоны питаются плотью, а тем, кто достиг большой силы, нужна чистая энергия. А ещё она говорила что-то про охотничьи угодья, находящиеся где-то недалеко отсюда.
— Спасибо, что успокоили. Я сегодня планирую прогуляться по округе и заехать в соседний город. Вы здесь будете отдыхать? Конечно, позову, если что-то случится. Только как это сделать? Что за круги?
Мама Ночь говорила, что я могу смело гулять по округе, так как она не чувствует поблизости опасности. Но если я попаду в беду, то могу её позвать при помощи каких-то кругов. Она попросила подойти ближе и сесть рядом с Лучиком. Неуютно, когда над тобой нависает огромный монстр, но я постарался сделать вид, что это пустяковое дело. Сел поудобнее, облокотившись о бок Лучика, закрыл глаза.
Минут пять ничего не происходило, сколько бы я ни прислушивался. Неожиданно над головой вспыхнул странный огонёк магии, порождающий волны энергии, быстро разбегающиеся во все стороны. Это можно было сравнить с падением большого камня в тихий пруд. Мне, чтобы повторить подобное, собственных сил вряд ли хватило бы. Я тихо произнёс пару слов на языке дами, пытаясь повторить подобное, и, к огромному удивлению, у меня получилось. Не так ярко, как у мамы Ночь, но вполне отчётливо.
— И что это? — спросил я.
Вокруг Лучика тоже начали формироваться волны силы, разбегаясь гораздо активнее, чем у нас. Мама Ночь осталась довольной, говоря, что у каждого свой уникальный голос, и теперь, когда она услышала мой, то узнает его. По её словам, этот голос звучит очень громко, даже если не прислушиваться. Как бы далеко я ни был в пределах одного с ней мира, она услышит. Мне же показалось это странным, так как отзвуки магии, распространяющиеся в пространстве, были очень тихими.
Мама Ночь говорила, что нужна практика, поэтому они с Лучиком заняли меня на целый час. Нужно было почувствовать магию, пронизывающую этот красный мир. Не знаю, как они себе это представляли, так как рядом с ними я ощущал себя словно в будке трансформатора, когда вокруг всё буквально гудело от той магии, что была заключена в них самих. Я уже начал привыкать и погружаться в необычное умиротворение, когда неподалёку вспыхнула сердитая магия. Не думал раньше, что у отголоска силы может быть яркая эмоциональная окраска.
— Пойду выясню, что происходит, — сказал я, открывая глаза.
Этот кто-то бушевал уже сильнее и ближе. Выйдя из гаража, я почти сразу увидел возмутителя спокойствия. По просторному двору, широко шагая, шёл высокий мужчина в богатой светлой одежде. В руках белая трость, которую он нёс, перехватив поперёк. Изогнутая рукоять из кости изображала вытянутую птичью голову с острым клювом. Такой при желании и убить можно. За мужчиной спешила парочка из дворцовой стражи в знакомых мундирах. Такие встречали нас вчера на дороге. Отставая от них, на площадку неспешно выходила госпожа Асгейл. Магию, что я почувствовал, использовал этот важный тип, то ли для того, чтобы похвастаться, то ли просто из хамства. Он как раз проходил мимо общежитий, направляясь к штабу, и умудрился напугать пару девушек, не вовремя решивших выйти из здания. Может потому, что отвлекли от умиротворяющей медитации, но этот тип в светлом наряде меня не на шутку рассердил.
— Всё-таки надо было начинать с позиции силы, — произнёс я на языке дами.
Мой взгляд метнулся по площади в поисках чего-то подходящего и зацепился за кучку конских яблок. Магия подхватила несколько штук разом и запустила в сторону важного типа. Символа отражения у него не было, поэтому в цель попали все. Его это даже с шага сбило, а на светлой одежде осталось три тёмных пятна. Я аж заулыбался от удовольствия, видя эту картину. Так хорошо на душе стало, в том числе и от того, что умудрился попасть в цель. Не растерял хватку.
Стражники опомнились первыми, резко подобрались и потянулись за оружием. К сердитой искре магии прибавились ещё две. А вот госпожа Асгейл оставалась абсолютно спокойной, понемногу догоняя группу.
— Эх, гулять так гулять, — добавил я на языке дами, создавая запас силы вокруг.
Зашагав навстречу гостям, я картинно заложил руки за спину. При этом кучка конских яблок начала быстро уменьшаться, они летели в вельможу с тростью, которого не спасала даже охрана, вставшая на пути. Пара крупных кусков угодила в голову важному типу, отчего тот окончательно вышел из себя. По силе он заметно превосходил покойного наместника и уже собрался использовать убийственную магию, но до их группы дошла госпожа Асгейл. Последнее летевшее в голову вельможи конское яблоко ударилось в невидимую стену и безвольно упало на землю. Здесь даже сравнивать силу сложно. Вся эта троица пыталась отразить летящие объекты, но безрезультатно, а Присцилла Асгейл лишь отмахнулась, и вся магия вокруг испарилась, включая и ту, что заготовил вельможа. Единственное, на что она не могла повлиять в полной мере, так это на магию голоса дами, разлитую в воздухе.
— Ловите их, госпожа Асгейл, — крикнул я. — Ловите бандитов!
— Схватить его, — почти в один голос со мной сказал вельможа, ткнув в мою сторону тростью.
— Лютар, остынь, — сказала госпожа Асгейл.
— Это покушение! Покушение на власть!
— Я сказала, остынь, — всё тем же голосом произнесла она, и, к моему удивлению, мужчина заткнулся, хотя и раздувал от злости ноздри. — Это покушение только на твою гордость. Если бы Василий нацелился на жизнь, твоя голова бы уже катилась по камням площади.
Я, наконец, подошёл к их группе, довольный своим поступком, хотя и понимал, что это было глупо.
— Доброе утро, госпожа Асгейл, — поздоровался я. — Вы знакомы с этими бандитами?
— Это герцог провинции, Лютар Миррой, — представила она его. — Его владения простираются на запад от столицы, включая этот городок.
— А как же наместник? — удивился я. — Как бишь его зовут?..
— Кемен, — подсказала госпожа Асгейл. — Барон Ортс. Ты с ним знаком?
— Вчера заезжал к нему, но разговора не получилось, так как наместник был не в духе.
— Его убили вчера, — сказала она.
— Убили? — я надеялся, что не переиграл с удивлением.
— Заставили повеситься, — кивнула она, спокойно глядя на меня.
— Нехорошо, — произнёс я, ткнув пальцем в герцога. — Вот он, наверное, и заставил. Ходит тут, пугает всех своей магией.
Госпожа Асгейл жестом остановила герцога, хотя тот уже и рот открыл.
— Василий, герцог Миррой стоит всего на две ступени ниже королевской семьи, — сказала она. — Оскорбляя его, ты косвенно оскорбляешь и короля.
Странно, что она не сказала «королеву».
— Кто бы знал, — я снова подивился этому факту, покачав головой. — Да не надо так пыжиться, встречал я таких сильных существ, на фоне которых ты не страшнее комара. Хотя нет, комар укусить может и крови испить, так что, скорее, не страшнее мухи.
— Ещё раз повторяю, — сказала госпожа Асгейл, добавив строгих ноток в голос. — Он голос короля в провинции, нельзя сравнивать его с… с насекомыми.
Выходит, по слегка уставшему лицу госпожи Асгейл я правильно понял, что этот герцог уже успел её утомить. Возможно, он думал, что меня тут же пришибут на месте за такую наглость, но госпожа Асгейл меня всего лишь пожурила, хотя и строго. Герцог, красный от злости, схватил трость, направляя в неё силу. Послышался глухой металлический удар, затем звон, когда искорёженный металлический шип упал на камни площади передо мной.
— Голос короля, значит, — произнёс я, опуская взгляд.
У меня под мышкой появилась рука Ханны, а в следующий миг я уже смотрел ей в затылок. Даже не заметил, как она умудрилась встать между мной и группой герцога.
— Да я вас всех собственноручно!.. — начал было герцог, но снова был остановлен жестом госпожа Асгейл.
— Лютар, — сказала она, даже не глядя в его сторону. — Возвращайся в дом наместника и жди меня там. Живо!
Последнее было произнесено с угрозой. Герцог поджал губы, метнул в мою сторону злобный взгляд и ушёл в обратном направлении, к выходу с территории мастерских.
— Хороший у него секрет в посохе, — сказал я, поднимая с земли искорёженный железный шип.
— Василий, — госпожа Асгейл посмотрела на меня с укоризной, — к чему было всё это ребячество, ты же не подросток? Бросаться навозом, да ещё и нарываться на драку.
— Он сам виноват. Шёл, как индюк напыщенный, демонстрируя посредственный талант. Девушек испугал.
— Лютар — герцог, ему это позволительно, иногда.
— Да и чёрт с ним, — отмахнулся я. — Война объявлена, а там посмотрим, кто кого первым достанет. Нет, Вы видели, он меня убить хотел этой штуковиной. Или людей убивать за косой взгляд ему тоже позволительно?
— Не преувеличивай, — она оглядела площадку, решая, где можно спокойно поговорить, без свидетелей и зрителей. — Бросать навоз в герцога — это серьёзное преступление, за которое только одно наказание. Ты не знал, что он герцог, Лютар не знал, кто ты, поэтому можно считать, что конфликт несостоятелен. Он крайне злопамятен, но я поговорю с ним. К тому же был убит родственник герцога, пусть и дальний, его можно понять. Да и не смог бы он тебе навредить. Зои была права, говоря, что ты стал значительно сильнее.
Я показал взглядом на открытый навес недалеко от нас, где был удачно установлен столик и несколько стульев. Госпожа Асгейл согласно кивнула. Из-под навеса открывался отличный вид на здания мастерских и гараж с одной приоткрытой створкой. Странно, но со стороны улицы казалось, что в гараже царит кромешная тьма. Свет поднимающегося над городом солнца туда не проникал, хотя я точно помнил, что внутри было светло.
— Королева Амалия сказала, что ты притащил с собой большого и опасного монстра, — сказала госпожа Асгейл, глядя как раз в сторону гаража. — Я возглавляю королевскую гвардию, защищающую этот мир как раз от подобных существ. Хочу убедиться, что он не доставит нам проблем.
— Людей он не ест, — сказал я. — Питается магией, как я думаю. Проблем не доставит, если трогать и сердить его никто не станет. Как и меня. Два дня не прошло, а меня уже дважды пытались убить.
— Наместник пытался? — спросила она.
— Нет, он на меня только кричал сильно. Да мы и не поговорили толком, я сбежал. Кстати, артефакты верните, или мы тоже поссоримся.
Она посмотрела на меня, качнула головой на резкую смену темы. Во взгляде читалось, что всё она знает, с обвинениями только не спешит.
— Ты ведь сам понимаешь, что такие опасные вещи не должны свободно храниться и использоваться. Заперты они во дворце, в самом надёжном месте, под неусыпной охраной. И ключ к ним есть только у королевы.
— То есть, мне с этим вопросом к ней нужно идти? — уточнил я. — Королева меня сегодня примет?
— У нас четверо мудрецов королевского двора погибло и два десятка их подчинённых, когда они пытались понять, какими артефактами владели светлоликие. Двоюродный дядя Зои убился, по глупости надев на палец простенькое золотое колечко. И шесть человек из стражи с собой забрал. Хорошо, что королева рядом была, и удалось избежать разрушений.
— Это мои артефакты, — упёрся я. — Если королева захочет у меня что-то купить, пусть приходит, поторгуемся.
— Хранить ты их где будешь? — вздохнула госпожа Асгейл. — В своей комнате, в сундуках? Боюсь, что пройдёт несколько лет, и они начнут расползаться по всему Первому Царству. Даже светлоликие это понимали и спрятали так далеко, как только смогли.
— Где их хранить, я найду.
— И будешь нарушать закон, продавая их на чёрном рынке за золото? — терпения госпоже Асгейл было не занимать.
Вот как у неё это получалось, я не знаю, но чем больше я спорил, тем меньше в голову приходило толковых аргументов, указывающих на её неправоту.
— Я согласен, что артефакты мне достались не просто опасные, а страшные и даже жуткие, но они мои.
— Компромисс, — сказала она. — Вот мои условия. Первое — они хранятся либо во дворце под надёжной охраной, либо ты их вывозишь из этого мира, и они здесь появляться больше не должны. Только в твоих руках и никак по-другому. Доступ к хранилищу я тебе обеспечу. Приходи в любое время, любуйся, можешь даже использовать что-нибудь, если жизнью не дорожишь.
— А если это будет что-нибудь не очень опасное? — уточнил я, удивлённый таким поворотом событий. — Могу я это продать?
— Сомневаюсь, что среди того, что забрали у светлоликих, есть хотя бы что-то не опасное. Но если ты сможешь это доказать, продавай. На открытых торгах, чтобы подобное не попало в руки бандитов или противников королевской власти.
— Такие здесь есть? — удивился я.
— Там, где есть любая власть, найдутся обделённые, недовольные и несогласные с ней. Иначе я бы давно уже оставила пост главы королевской гвардии.
— Хорошо, принимается, — кивнул я. — Но учтите, что у меня всё записано, до последнего камушка в самой неприметной драгоценности.
— Это опасные вещи, и после первых смертей никто в здравом уме, кроме тебя, к ним и близко подходить не хочет.
— Вы сказали «первое», значит, есть и второе?
— Ответственность, — серьёзно сказала госпожа Асгейл. — Хочешь владеть опасной коллекцией артефактов, будь любезен нести за неё ответственность. Если твоими стараниями из хранилища пропадёт колечко, и оно станет причиной массовых убийств в городе или разрушений, с тебя и спросим.
— Вывезу всё, — проворчал я. — В горы Ракку. Дорога, кстати, сократилась и теперь всего семь или восемь дней занимает. Четыре дня до Альведэ и ещё столько же до нас.
— До вас? — она хитро улыбнулась. — Смирился уже, владыка тёмного мира?
— Да ну Вас, — обиделся я. — Хорошо, компромисс принимается. Когда я смогу попасть к своим сокровищам?
— Через пару дней. С королевой Амалией надо поговорить, охрану предупредить и вообще. Я вижу, ты привёз с собой маленького зелёного ящера, кто артефакты может оценивать, это хорошо.
— Синего.
— Что?
— Он синий, а не зелёный. А как вы узнали о нём? Я его сам ещё ни разу не видел.
— Так, вон он, — она показала на один из домов, из окна которого выглядывала любопытная синяя морда мастера Кве. — Это ещё один демон, о котором я пришла поговорить. Если пожиратели миров откроют здесь хотя бы один разлом, легко ты не отделаешься.
— Никаких пожирателей, — я замахал руками. — Лично с ними разберусь, если появятся.
Про себя подумал, что с ними я хотя бы знаю, что делать, в отличие от гостей, отдыхающих сейчас в гараже.
— Что ж, — подытожила она. — Свои вопросы я решила. Надеюсь, мы договорились и поняли друг друга. У тебя какие планы на сегодняшний день?
— В столицу хотел поехать, на порт посмотреть, жилые кварталы рядом оценить.
— Портовые жилые кварталы? — она странно посмотрела на меня. — Дело твоё, но я бы присмотрелась к северным районам. Не поленись, прокатись по северной части города. Ящера огромного с собой не бери, перепугаешь народ.
— Лучик сейчас отдыхает.
— Проводи меня, — госпожа Асгейл встала, поправила платье.
Взяв меня под руку, она направилась к выходу с территории мастерских. Мы миновали площадь, вышли к проспекту, где госпожу Асгейл ждала дорогая карета и десяток всадников. Взгляды у них были удивлёнными, когда они смотрели, что она держит меня под руку.
— Предчувствия у меня нехорошие, — сказала госпожа Асгейл, останавливаясь недалеко от кареты. — Когда по городу этому ехали, почудилось, что… кровь моя взволновалась, словно силу почувствовала чужеродную. Сколько я ни прислушивалась, ничего уловить не смогла, но кровь внутри стала неспокойной. Ты ничего подобного не заметил?
— Нет, ничего такого…
Мне казалось, что маму Ночь и Лучика можно было услышать и в столице, настолько «громко» они использовали ту необычную технику, распространяя вокруг волны магической силы. Думаю, что об этом говорила госпожа Асгейл. Она ещё постояла немного у кареты, затем поднялась в салон и в сопровождении отряда стражи уехала к центру города.
Вроде бы с артефактами вопрос решился, но червячок сомнений всё-таки остался. Как-то слишком просто они согласились вернуть мне всё. Может, госпожа Асгейл права, и предметы, собранные светлоликими, представляют серьёзную опасность. Ива ведь не просто так говорила, что я отношусь к ним слишком беспечно. А может, белая королева что-то задумала и решила на время усыпить мою бдительность. Плохо, что продавать опасные предметы в Первом Царстве теперь нельзя. Надо бы вывезти всё, как только найдётся способ связать этот мир и горы Ракку. Или же потратить пару недель и лично всё перевезти. Дорога туда и обратно не такая уж и трудная. Муторно только это, путешествовать по пустынным мирам. В крайнем случае попрошу помощи у мамы Ночь, она между мирами легко перемещается, судя по всему.
Словно дождавшись, пока гости уедут, к площадке подкатила карета, на которой я вчера ездил к наместнику. Внутри уже сидели Максим Артёмович и капитан Юн Вол.
— Пока ты был занят в гараже, мы успели на местный рынок заглянуть, — ответил на невысказанный вопрос Максим Артёмович, когда я поднялся в салон. — Что хотела госпожа Асгейл?
— Просто поздоровалась, — ответил я, удобнее усаживаясь на сидении и выглядывая в окошко. Карета ещё пару раз качнулась, как будто кто-то занял место на багажной полке. Через секунду мы уже двинулись в сторону центра города. — Артефакты обещала вернуть.
— Эка у тебя всё получается легко, — покачал он головой. — А нас даже близко к дворцу не подпустили, когда мы в столице были и к ней на приём попасть хотели.
— Ну, не всё так просто, — задумчиво ответил я. — Это всё мелкие проблемы, по сравнению с огромным пауком, что у нас в гараже поселился. Да, я уточнил, людей они не едят, так что с этим проблем не будет. Ещё золото где-то достать нужно, чтобы перебраться в столицу…
Дорога до столицы занимала почти два часа неспешной езды на карете. Было время, чтобы поговорить с Максимом Артёмовичем, поделиться планами на будущее. Мы втроём сошлись во мнении, что для начала нам нужно купить корабль и основать гильдию воздушных перевозок. Предприятие всем казалось достаточно прибыльным, чтобы заработать денег на жильё и прочее. Юн Вол этому решению радовался больше всех. Мне кажется, я знаю, какое стремление он получил, когда посещал источник вечной жизни.
Когда вдали появился город, большой и красивый, карета, и без того медленно тянувшаяся на восток, сбавила ход. Дорога в этом месте была загружена грузовыми телегами и просто пешими путниками, и ехать быстро не получалось. И в какой-то момент я уловил что-то знакомое. Высунулся в окно по пояс, а затем и вовсе выпрыгнул из кареты, медленно двигавшейся следом за телегой в сторону города. Нам никак не удавалось её обогнать. Внимание моё привлёк всадник, мчавшийся от города, удирающий от нескольких таких же. На моём лице появилась улыбка, и я радостно замахал руками.
Зои сразу меня заметила, останавливаясь рядом и прыгая с лошади прямо на меня. Чуть не засандалила локтем в глаз, когда её поймал.
— Ты как здесь оказалась? — улыбнулся я, держа её на руках.
— Сбежала, — сказала она и тоже заулыбалась. — Да, двух дней не прошло, но и этого уже хватило. Мама хочет выдать меня замуж за сына герцога, героя войны, красавчика и просто замечательного мужчину.
Зои фыркнула, скрестив руки на груди. Всадники к этому времени догнали нас, но спешиваться не спешили.
— Вася, уж лучше горы Ракку, — сказала Зои, не спеша спускаться с моих рук на землю. — Я лучше стану супругой тёмного властелина, чем этого напыщенного болвана! Он же слабак, и кровь у него отвратительная.
— Говоришь как вампир, — рассмеялся я. — А мы как раз в город ехали, корабль летающий покупать. Пойдёшь с нами?
— Пойду, — кивнула она. — С тобой — куда угодно, даже в лавку летающих кораблей.
Я поставил её на землю, оценив дорожный костюм принцессы. К тому же к седлу её лошади крепилась увесистая сумка. На сердце потеплело от мысли, что она готова сбежать из дворца ради меня.
— Пойдём, — я показал на карету. — Надо только лошадку твою…
Я не договорил, так как метрах в двадцати от нас вспыхнул разлом. Небольшая, но яркая багряная полоса света, от которой потянуло неприятной магией.
— Да что такое?! — произносил я уже на языке дами, так как узнал гостя, появившегося из неё.
Невзрачный на вид мужчина в монашеском сером одеянии, на голове капюшон, а в руках длинный посох с набалдашником в виде прозрачной сферы. Зеос, глава Небесной секты, собственной персоной. Вот кого я точно не ожидал увидеть, так это его. И мысли в голове сразу завертелись, перебирая варианты, зачем он сюда примчался и как умудрился найти дорогу.
Зои, умничка, поддержала меня. Не знаю, чем Зеос нас накрыл, но жахнуло знатно. Лошадь Зои и всадников из числа королевской гвардии расшвыряло в разные стороны. Карету, на которой мы ехали в столицу, отбросило с дороги в овраг, вместе с лошадками. Не повезло и простым путникам, особенно тем, кто находился ближе всего к нам.
Воспарив в метре над землёй, Зеос быстро поплыл к нам. Я чувствовал давление силы, обрушивающееся на нас, и мурашки бежали по телу. Пространство вокруг гудело, дрожала земля, взметая дорожную пыль в воздух. Удивительно, но Зои умудрялась сдерживать эту силу, создав барьер, метра два в диаметре. Я даже не представлял, что можно сделать, чтобы побороть эту силу.
— Подержишь его немного? — спросил я.
— Если только недолго, — кивнула Зои, слегка побледнев.
В нас ударил ещё один поток силы, разметав с дороги обломки телег и тела людей. Зеос словно освобождал площадку для хорошей драки. Только когда он подлетел поближе, стало заметно, что края его наряда ободраны, а правая штанина разорвана. Да и в целом Зеос выглядел немного помятым.
— Обманул! — голос его прозвучал громко и злобно. — Я отнёсся к тебе, как к другу, а ты обманул.
Он бросил в нашу сторону что-то чёрное. По дороге запрыгали две половинки обсидиановой сферы.
— Обманул, — согласился я. — Такое случается. Зачем сердиться?
— Отдай её! Мою огненную сущность.
— Ещё скажи, твою прелесть, — рассмеялся я. — Нет, так просто ты её не получишь.
Губы Зеоса скривились, он поднял посох, но что-то ударило в него сверху, и главу секты с огромной силой впечатало в землю. Вбило капитально, минимум на метр. Как не поломало, ума не приложу. В наше защитное поле вошла ещё одна обладательница белоснежных волос, бровей и ресничек. Она взяла Зои под одну руку, а меня под вторую, наверное, чтобы не вырвался. И на ней тоже был такой же прогулочный конный наряд, как и у Зои.
— Кто это? — спросила королева, кивая в сторону ямы у дороги.
— Глава одной из сект большого мира, откуда мы сбежали, — подсказал я. — И по совместительству — пожиратель огненных девушек.
— Понятно, — холодно произнесла королева.
Земля в месте падения Зеоса вспучилась и взорвалась гейзером. Он поднялся, медленно взлетая, выставив перед собой посох. На левой скуле у него разливался багровый кровоподтёк. Эка ему королева ловко пощёчину отвесила.
— В другой мир уйти сможете? — спросила королева Амалия, глядя на Зеоса.
— В принципе, можем, — ответил я, свободной рукой коснувшись кошелька за поясом, где хранил кровавое золото и пару пространственных кристаллов. — Но вы не переживайте, мы его одолеем, если продержимся немного.
Королева посмотрела на меня, крепче перехватывая под руку.
— Объясни?
— Помощь должна прийти, — ответил я.
— Ящер? — догадалась королева. — Вряд ли он сможет победить. Если только все вместе навалимся, но это будет опасно. Серьёзный противник. Что он говорит?
— Ругается, — я не стал переводить высказывание Зеоса. — Чувствует силу. Ну его к чёрту. Я ему такой сюрприз организую, десять раз пожалеет, что сунулся к нам. Немного только подождать надо. Ну и рассердить его, чтобы не сбежал.
— Я могу, — сказала Зои.
Со стороны Зеоса что-то гулко взорвалось, и мужчину отбросило метров на сто, и он даже немного закувыркался по земле, прежде чем снова вскочить на ноги.
— Неплохо, — удивлённо произнесла королева, глядя теперь на дочку. — Очень даже неплохо.
— А я ничего не понял, но выглядело красиво. Зои, ты молодец.
— Стараемся, — ответила бледная девушка.
Земля под ногами немного просела. Неожиданно, поэтому мы едва устояли на ногах. Зато стал виден контур барьера вокруг. Нас, вместе с небольшим участком хорошо утоптанной дороги вдавило в землю сантиметров на десять, образовав ступеньку. Сверкнула молния, гулко ударив по ушам громом и ослепив на секунду. Молния ударила в барьер, разбиваясь на сотни маленьких искорок.
— Рассердили, — сказала королева, тоже немного побледневшая, но державшаяся лучше, чем дочь. — Так чем ты его хотел удивить?
— Откровением, — я продемонстрировал кинжал с символами дами. — Из хранилища светлоликих. Мне кажется, я понял, что здесь написано.
— Кажется? — недоверчиво уточнила королева Амалия.
— Вчера только понял, и опробовать случая не было ещё.
Это со стороны могло показаться, что мы спокойно болтали, так как Зеос уже серьёзно разозлился. Молнии он больше не метал, так как от них проку было мало. Вместо этого он обрушивал на барьер немыслимой силы удары. Ему бы с такой прытью родной мир защищать. Вряд ли бы даже император светлоликих смог бы что-нибудь противопоставить таким ударам. Хотя он был крепок телом и, возможно, его бы просто вбило в землю.
— В чём же проблема? — спросила она.
— Сопротивляется он, — я поморщился. — Нужно, чтобы он отвлёкся или устал. С этим ему помогут, но надо подождать.
— Подождём, — сохраняя спокойствие, сказала королева, затем повернулась к дочери. — Зои, ты зачем из дворца убежала? Отца расстроила, ворота испортила.
Зои насупилась, но отвечать не стала.
— А меня утром герцог хотел убить, — вспомнил я, решив сменить тему.
— Который?
— Забыл имя. Он с тростью ходит, в которой железный шип спрятан. У меня защита от подобного оружия, а то убил бы на месте.
— Миррой, — кивнула королева. — Получит по шее, когда я его увижу в следующий раз. Точнее, когда он на тебя жаловаться придёт.
— Почему думаете, что придёт?
— Если не убил, значит, не смог. Поэтому придёт жаловаться и требовать справедливости. Что ты ему сделал?
— Да ничего такого, — невинно сказал я. — Ну, бросил навозом пару раз. Это же не повод, чтобы убивать обидчика.
Королева рассмеялась, по-моему, впервые за наше знакомство, расплывшись в улыбке. А улыбка ей шла так же как и Зои.
— Идут! — опомнился я, уловив знакомую магию. — Держите его, чтобы не сбежал сразу.
Зеос решил взять нас измором, неторопливо размахивая посохом. От очередного выпада со стороны королевы он отмахнулся, создав немалой мощи взрыв. У меня даже уши заложило на секунду. Зато, оглядываясь в сторону торгового города, я заметил чёрную тень, стремительно приближающуюся к нам. Никогда не видел огромного паука, мчащегося со скоростью самолёта. Мама Ночь так быстро перебирала ногами, что можно было увидеть лишь размытый силуэт. Зеос её тоже заметил, и давление на наш барьер резко оборвалось. Он попытался отлететь в сторону, но получил очередной удар, сбросивший его с небес на землю.
В воздухе над нами промелькнула огромная чёрная тень, затем раздалось громкое «бум», когда мама Ночь приземлилась рядом с тем местом, куда рухнул Зеос.
— Ой, мне надо присесть, — сказала Зои, опускаясь на землю. Выглядела она бледной, но вряд ли от страха. Большими пауками её не напугать. А вот после недолгого противостояния с главой небесной секты у неё даже губы побелели.
— Удивил, — только и произнесла королева Амалия, выглядевшая так же бледно, как и Зои, но всё ещё державшаяся на ногах. Её вот мама Ночь впечатлила. — Я таких больших демонов никогда не видела…
— Госпожа Ночь не только большая, — сказал я, придерживая её под руку и оглядываясь в поисках хотя бы ящика. — Она живёт несколько тысяч лет, поэтому очень сильная. А ещё она добрая.
— Вот в это верится с трудом. Спасибо.
К нам подплыл ящик с одной из разбитых телег, на который села королева, тяжело вздохнув. Потянув Зои за руку, она усадила её рядом, прижав к себе. Защита вокруг нас никуда не делась, но вряд ли требовала столько же сил на поддержание, как когда по ней лупил Зеос.
Перед нами, как в кино или театре, разворачивалась удивительная картина. Зеос, поднявшийся с земли, стоял рядом с огромным пауком, и его понемногу вдавливало в землю. Меньше чем за минуту он ушёл в землю по колено и никак не мог выбраться, хотя очень старался. Рванув ворот монашеского наряда, он вынул небольшой глиняный кувшинчик, сорвал пробку и принялся пить.
Дуэль колоссальных по силе существ была совершенно не зрелищной, если на неё только смотреть. В магическом плане всё выглядело непонятно и пугающе одновременно.
— Госпожа Ночь тоже не в лучшей форме, — сказал я, глядя на их противостояние. — На их мир напали безумные демоны, и ей пришлось сражаться. А тут ещё этот…
Мы втроём одновременно обернулись, глядя на бегущего в нашу сторону Лучика. Он уже поднял голову, словно опаздывал на хорошую драку. Промчавшись прямо под ногами у мамы Ночь, он как грузовик врезался в несчастного Зеоса. Странно, что при таком ударе мужчину отбросило всего на десяток метров. Упав на землю, он начал в неё погружаться, словно в болото. Зато с появлением Лучика давление в плане силы вокруг нас немного ослабло.
— Удивительно, — произнесла королева Амалия, когда Зеос всё же нашёл в себе силы подняться, опираясь на посох.
Я видел, что перевес сил был на стороне мамы Ночи, но убить противника одним ударом она не могла. Сложно сказать, на сколько это может затянуться. А если у главы Небесной секты есть ещё козыри в рукаве. После выпитого из бутылочки он стал как минимум в два раза сильнее. Если бы он сделал так сразу же, как только появился, то раздавил бы нас, в этом я был уверен.
— Вышла Илуна из тумана, вынула ножик из кармана, — произнёс я на языке дами, удобнее перехватывая кинжал с символами. Нужно было произнести четыре ключевых слова, но сами по себе они звучали сухо и некрасиво. — Буду резать, буду бить, всё равно тебе не жить…
В силе, бушующей на открытой площадке перед дорогой, что-то изменилось. Мама Ночь полностью перехватила над ней контроль, резко бросилась вперёд и схватила жвалами Зеоса, отрывая от земли. Ещё несколько секунд, и всё стихло.
— Она его съест? — спросила Зои в повисшей тишине.
— Не, — голосом знатока, ответил я. — Ядро силы выгрызет, а остальное выплюнет. Вон.
Действительно, на землю упала нижняя часть тела Зеоса.
— И что сделал ты? — спросила королева, снова беря меня под руку. Я и не заметил, как она подошла.
— Ни один человек не может обладать той силой, что демонстрировал Зеос, — сказал я, глядя на часть его тела и отброшенный посох. Использовал немного силы, чтобы подхватить посох и подтянуть к себе. — Он её заимствовал у завесы. И я отрезал его от неё. В таком состоянии вы его легко бы одолели. Но я же говорил, он сопротивлялся. Нужно было, чтобы его кто-то отвлёк.
— Почти ничего не поняла, — сказала королева Амалия. — Тогда второй вопрос: что будешь делать с этими монстрами?
⠀⠀
Королева Амалия, западная дорога рядом со столицей Первого Царства
Накал боя стих, кровь перестала кипеть, и можно было вздохнуть с облегчением. Невзрачный мужчина с посохом, одетый в какое-то подобие жреческого наряда или халата, оказался невероятно сильным. Оглядываясь на сражение, Амалия начала понимать, что действительно не почувствовала ничего особого в мужчине, по крайней мере, до того, как он не выпил что-то из глиняного сосуда. Но при этом он мог управлять огромным потоком магии, направляя и придавая ей нужную форму. Королева пока не знала, что это была за завеса и как можно заимствовать у неё силу, но собиралась выяснить это в самое ближайшее время.
— Сейчас всё решим, — сказал Василий, подхватывая подплывший к нему посох с навершием в виде сферы. — Дайте мне пару минут.
Высвободив руку, он побежал к огромному пауку, застывшему рядом с дорогой. Королеве показалось, что монстр неспешно пережёвывал верхнюю часть жертвы. Ящерица в это время бродила по округе, то опуская голову, то поднимая её, словно выискивала ещё противников. Замахав рукой, Василий что-то сказал на незнакомом языке, затем добавил ещё одну фразу. Паук при этом немного сдвинулся, поворачивая тело так, чтобы посмотреть на парня парочкой чёрных глаз.
— Кому расскажи, не поверят, — тихо сказала королева, возвращаясь к ящику, на котором всё ещё сидела бледная Зои. Учитывая силу напавшего, она неплохо справилась, сдерживая его в самом начале.
Сев рядом с Зои, Амалия с любопытством смотрела на жестикулирующего парня, пытающегося что-то объяснить пауку. Со стороны это выглядело и смешно, и пугающе одновременно. А ведь он был не старше Зои. Удивительный талант для человека его возраста.
— Когда Василий использует силу, можно почувствовать отголосок двух из трёх его талантов, — сказала королева. — И кинжал у него за поясом — крайне опасная вещица.
— Дело не в кинжале, — сказала Зои. — На нём просто написано какое-то послание на языке дами. Прочтя его, они становятся сильнее, если смогут понять. Вася рассказывал, что иногда эти откровения очень смешные. В них написано про цветы в пруду или про летающие по кругу камни. Язык магии…
— Присцилла рассказывала об этом. Что демоны с белыми глазами могут бесконечно творить магию, просто разговаривая. Но она не говорила, что у Василия такая необычная кровь, с сильной волей. Я такую ещё не встречала. Твоя прабабка рассказывала, что встречала девушку, чья кровь была упряма и своевольна. Она случайно попала в этот мир и пропала спустя пару лет. Может, Василий — её потомок?
— Бабушка Присцилла рассказывала, как мы сражались с императором светлоликих? — спросила Зои, на что королева кивнула. — Он был очень силён. Вася на него десятиметровую мраморную колонну сбросил. Не уверена, что даже сейчас я бы смогла поднять её. А император даже не ушибся. Сбросил её с себя и встал как ни в чём не бывало. Ива просила не говорить об этом Васе. Я так и не поняла, почему важно держать всё в секрете. Это их наследие. Что-то, что передавалось в императорской семье светлоликих из поколения в поколение с незапамятных времён.
— Пока ничего не понятно, — сказала королева, бросив ещё один взгляд на парня, беседующего с пауком.
Василий словно устал что-то объяснять и просто махнул рукой. Вспомнив о чём-то важном, он побежал к дороге, к противоположному оврагу, где на боку лежала дорогая карета. За ним по пятам, словно тени, следовали две женщины. В одной Амалия чувствовала огромную силу, очень древнюю, спящую и пока не раскрывшуюся. Вторая на её фоне выглядела самой обычной девушкой, неся на плече дорожную сумку. Те странные люди с фиолетовыми глазами, кто мог сопротивляться воздействию магии и сливаться с тенями. Ещё несколько мужчин из этой расы оставались у кареты, безрезультатно пытаясь вытащить её. Был там и человек из того же далёкого мира, откуда выходил Василий, но обладающий средним талантом, полученным взаймы. А вот второй мужчина, высокий и жилистый, внимание привлекал гораздо сильнее. Хотя бы тем, что кровь его была такой же необычной, как у женщины с фиолетовыми глазами, только без наличия древней силы.
— Любопытная компания собралась, — произнесла Королева.
— Это тот самый капитан летающего корабля, о котором я говорила, — сказала Зои, проследив за взглядом мамы. — Был бы здесь Нерул, вот тогда бы ты сильно удивилась. Он выглядит как человек, только у него голова зубастого ящера.
Василий что-то сказал, и вокруг него разлилась чистая магия. Карета легко поднялась, но встать ровно не получилось, так как сразу три колеса из четырёх были основательно разбиты. Не повезло и одной лошадке из двух, она неудачно упала, сломав ногу.
Со стороны оврага показался капитан дворцовой стражи, изрядно помятый, но живой. Его помощник пытался организовать выживших, чтобы они помогали раненым. Люди бы уже давно выбрались из оврага, если бы не огромный паук и ящер, всё ещё находившиеся на противоположной стороне дороги.
— Не уходи от темы, — напомнила Амалия. — Что ты говорила об этой поганой провидице?
— Ива нам очень помогла, — сказала Зои. — Она оградила мир Василия, чтобы светлоликие не уничтожили. И спасала его жизнь несколько раз, когда покушались наёмные убийцы. Последний раз это должно было случиться из-за того самого наследия. Старики, что убили императора светлоликих, они вырвали наследие из его сердца. Иначе он бы не умер, даже со сквозной дырой в груди. А потом, когда рогатый демон попытался убить Василия, старики передали это наследие ему. Я только потом поняла, что именно о нём рассказывал наставник Нерул. Это какая-то сущность, которая боится смерти, поэтому не даёт умереть хозяину.
— Зои, — Амалия посмотрела на дочку и покачала головой. — После твоего объяснения стало ещё больше непонятно.
— Если я начну рассказывать обо всём подробно, то нам придётся здесь заночевать, — устало улыбнулась Зои. — За последние полгода столько всего произошло. Это было одно огромное приключение. Мы побывали в мире светлоликих, в самом его центре, путешествовали по очень странным мирам, стояли рядом с источником вечной жизни. Но стоило мне оставить Васю на один день, так он умудрился где-то познакомиться с огромным пауком. Понимаешь, как много всего происходит рядом с ним?
— Я понимаю, что в нём теперь кровь императора светлоликих…
— Это не так! — посерьёзнела Зои, но, видя лёгкую улыбку мамы, насупилась. — Светлоликий похитил или поработил эту сущность. Не говори глупости. И не говори об этом Василию. Это важно.
— Хорошо, не буду, раз важно, — улыбнулась королева, обнимая дочку за плечи.
К ним подошёл Василий, уже увереннее держа посох в руке.
— Я поговорил с мамой… — начал было он и слегка поморщился, — с госпожой Ночь. Она обещала не доставлять проблем. Они с Лучиком вернутся в торговый городок, в наш гараж, и будут отдыхать. Вроде бы теперь ей лет сто нужно, чтобы переварить Зеоса. Что-то у него было за пазухой припрятано, что ей очень по вкусу пришлось.
— А что посох? — спросила королева.
— Прелюбопытная вещица, — оживился парень, глядя на навершие посоха в виде шар. — Надо его мастеру Кве показать, чтобы он мою догадку подтвердил.
— Василий, — Амалия сделала тон строже. — У нас говорят: «Не страшно ночью принять куст за демона. Страшно принять демона за куст». Понимаешь, о чём я говорю?
Парень кивнул и ободряюще улыбнулся.
— Госпожу Ночь с кустом сложно спутать, да и Лучик на эту роль не годится. Вон, Зеос Бессмертный, глава культа с тысячами тысяч последователей, был человеком на десять из десяти, но вёл себя, как самый последний людоед демонического племени. А пословица, кстати, очень хорошая, мне понравилась. Тут до города рукой подать, Вы садитесь в карету, а я понесу.
Огромный паук сдвинулся, повернулся в сторону запада и, перебирая ногами, поспешил в ту сторону. Не так быстро, как появился, но достаточно, чтобы обогнать любого всадника. Ящер по имени Лучик пробежал ещё один круг по поляне и помчался следом за пауком, громко топая и смешно поднимая лапы при беге.
— Спасибо за беспокойство, но мы сами, — сказала королева.
Увидев, что паук удаляется, капитан стражи выскочил из оврага и подбежал, бледный и испуганный.
— Карету нам, — коротко сказала Амалия.
Капитан кивнул, резко развернулся и ещё быстрее побежал к лошадям.
— А там ведь бабушка Присцилла, — вспомнила Зои, глядя в сторону удаляющегося паука.
— Я госпожу Ночь предупредил, — сказал Василий. — Драки случиться не должно. Вы сейчас во дворец?
— А у тебя другие планы? — спросила королева.
— Я в порт собирался, корабли посмотреть и дома в округе. Мы хотим перебраться в столицу, вы же не против?
— И чем планируете там заниматься? — добавила Амалия, положив руку поверх ладони дочери, проигнорировав её «я с Васей». — Не сегодня, а вообще.
— Корабль летучий построим и работать будем.
— Хорошее начинание, нужное для Первого Царства, — королева кивнула. — Сделаем так: я прокачусь с вами, может, посоветую что-нибудь. А потом мы отправимся во дворец и там побеседуем.
Карету ждать не пришлось. Не успел капитан стражи добраться до черты города, как навстречу ему выехала королевская карета в сопровождении гвардии. Возглавлял их герцог Арденн, ставший военным наместником буквально полгода назад. Амбициозный и влиятельный при дворе, привлёкший на свою сторону слишком много сторонников за последнее время, что было крайне подозрительным.
Пока отряд рассредоточился на дороге, герцог спешился рядом с королевой, низко поклонившись и изобразив учтивую улыбку на лице.
— До города уже добрались странные слухи… — начал было он, но Амалия остановила его жестом.
— Всё потом, — сказала она. — Разберитесь здесь со всем и помогите людям. Затем дождитесь командора Асгейл и уже с ней возвращайтесь во дворец. Думаю, что она появится уже через час. И проследите, чтобы в столице не началась паника на фоне появления демонических зверей. Это ясно?
— Всё сделаю, Ваше Величество, — понятливо кивнул он.
— Да, ещё вон то тело, — королева показала на останки тела мужчины по имени Зеос. — Доставьте его кузену Эльби для исследований. При нём могут быть опасные вещи, проследите, чтобы они не пропали.
— Как прикажете, — герцог снова кивнул.
Королева жестом показала, что он может идти исполнять поручение. Взяв под локоть дочь, она направилась к разворачивающейся карете.
— С демонами и монстрами Василий неплохо справляется, — тихо сказала Амалия, слегка наклонив голову к Зои. — Посмотрим, насколько закалён его характер, когда столкнётся с людьми высокого положения. Он груб и плохо воспитан. Если доживёт до зимних праздников, а количество баронов и герцогов не сократится вдвое, будем считать, что он мне понравился.
⠀⠀
То же самое время, мир великих сект, разрушенный город в западном лесу
Шагая вдоль ограды центрального парка, госпожа Мин разглядывала разрушенные дома. Впервые за долгое время прекрасная погода не радовала. Наоборот, она усиливала неприятное чувство, возникающее глубоко в груди.
Рядом с оградой появилась крошечная чёрная точка, из которой вышла черноволосая девушка в тёмном платье. Она аккуратно ступила на булыжную мостовую, удобнее перехватывая большую заплечную сумку, кажущуюся великоватой для хрупкой фигуры девушки.
— Соун И, мы же говорили на эту тему, — госпожа Мин хотела произнести это строго, но в последний момент подумала, что не хочет сердиться в такой момент.
— Я взяла всего несколько книг, — виновато сказала девушка, перекидывая ремешок сумки на плечо. — И ещё Ваши украшения из спальни. Не могла же я их оставить.
— Гробницу запечатали?
— Да, Младший Ка постарался. Если не знаешь, что и где искать, то ни за что не найдёшь. Все сокровища спрятали под толстым слоем камня. Теперь им никакая порча не страшна.
— И бо́льшую часть гробницы теперь занимает твоя любимая библиотека?
— Но Вы ведь сами говорили, что, когда дами уходили, они забрали с собой все книги, пожертвовав даже ценными артефактами.
Госпожа Мин улыбнулась, протянув руку и положив ладонь на макушку девушки. Вместе они прошли дальше, ко входу в парк. Справа от входа, перегораживая один из городских проспектов, на солнышке лежал огромный вепрь, молчаливо наблюдая за всем происходящим. Госпожа Мин остановилась, посмотрела на него, затем подошла. В последнюю ночь кабану неплохо досталось. Толстая шкура на боках и спине была покрыта рваными ранами, замазанными тёмной слизью, чтобы не кровоточили.
— Ты неплохо показал себя, толстяк Рок, — сказала госпожа Мин. — А с виду не скажешь, что настолько силён. Нет, Нерул прав, что тебе ещё рано прикасаться к источнику. Пока рано.
Госпожа Мин рассмеялась, когда кабан недовольно зафыркал, издавая гулкие хрюкающие звуки.
— Мне? — даже удивилась госпожа Мин. — Мне жалко совсем не этого, так как много ты не выпьешь. Жалко будет потерять такого силача. С нами пойдёшь. Будешь хорошо нас защищать, подскажу, что сделать, чтобы из источника испить и не превратиться в подобие тех тварей, с которыми ты сражался ночью. Ну, чего лежишь? Я весь город с собой не заберу, даже с текущей силой. Вон там, рядом с деревьями у пруда есть немного свободного места. Давай, ждать тебя никто не будет.
Оставлять кабана она не боялась, так как он уже научился перемещаться между мирами и мог бы позаботиться о себе. Просто он был ещё молод и наивен, поэтому мог повторить судьбу малыша Бо, ввязавшись в неприятности, которые ему ещё были не по плечу.
Толстяк поднялся и направился к указанному месту, осторожно ступая, чтобы не разрушить ограду парка и не свалить своей тушей деревья. Досталось только любимым ягодным кустарникам Нерула, но они это переживут.
— Он не помешает? — раздался голос старшего Ка. — Немаленький свинёнок ведь, а уходим очень далеко.
— Бросить нельзя, — сказала госпожа Мин. — Загубим, если оставим без наставника.
— Может, я поведу всех и его с собой возьму, для защиты, — спросил немолодой мужчина, поглаживая седую бородку.
Позади старшего Ка с ноги на ногу переминалась его ученица, держащая за ручки передвижную кухню. Она не очень аккуратно прицепила к ней ещё одну громоздкую тележку, наверняка до отказа забитую редкими ингредиентами.
— Остальных поведёт младший Ка, — отрезала госпожа Мин. — Ты мне нужен даже не завтра, а уже сейчас. Не могу я ждать пару сотен лет, пока вы будете тащиться через тысячи миров.
Старик вздохнул и нахмурился, но спорить не стал. Он неплохо воспитал сына и достаточно доверял ему, чтобы позволить вести за собой немаленький отряд беженцев.
— Мы забрали почти всё, — сказал он, кивая на тележку, и направился в сад. Его помощница коротко поклонилась и поспешила следом.
У входа их встретил Нерул, показывая, куда пройти, чтобы не мешать другим. Сегодня он руководил погрузкой всего значимого имущества, что имелось у секты Созвездий. Как выяснилось, одна из самых бедных сект за многие годы накопила немало ценностей, оставить которые просто не могла. Несколько больших чёрных пауков как раз сейчас расставляли громоздкие сундуки и ящики, распределяя их по всему саду так, чтобы не создавать перекосы во время предстоящего перемещения.
Госпожа Мин уже хотела зайти в парк, но остановилась, почувствовав появление неожиданного гостя. Обернувшись к проспекту, на котором минуту назад лежал толстяк Рок, она увидела деревянную платформу, парящую в метре над землёй. Около четырёх метров в ширину и длину она была плотно заставлена сундуками, мешками и коробками. И на самом большом сундуке сидел Джи Кат в своём истинном обличии. Туманный лорд, властитель одного из ближайших миров.
Когда платформа остановилась, он спрыгнул с неё, растягивая тонкие губы в страшной улыбке. Жёлтые язычки пламени в пустых глазницах его черепа ярко мерцали даже при свете солнца.
— Решил отправиться с нами? — спросила госпожа Мин.
— Почти, — довольным тоном произнёс он. — Тот, кто ведёт за собой армию безумных монстров, уже точит клыки на мой мир. Да, мне его не спасти, но я кое-что сделаю, чтобы он встал костью у них в горле. Точнее, уже сделал. Я отравил два источника.
Он разразился смехом, отчего огоньки в его глазницах заплясали вверх-вниз.
— Источники Небесной и Железной сект теперь настолько ядовиты, что прикасаться к ним не посмеет даже пустота Ильсиды.
— Они пали? — с горечью в голосе спросила госпожа Мин.
— Железные — почти сразу, — спокойно ответил Джи Кат. — Небесные держались до вчерашнего дня. Продержались бы дольше, но их глава не упорствовал и сбежал. Я пошарил у них в хранилищах и выгреб самое полезное. Держи, это будет мой подарок на новоселье. Хорошо было бы забраться в закрома Священного огня, но они ещё держатся. Вместе с Большой рекой хотят уйти куда-то очень далеко. Старики достали из закромов древний артефакт детей Илуны. Когда сегодня утром заходил к ним в гости, они вышли поприветствовать меня, но драться не стали, берегут силы. Понимают, что мы им не враги. Но наставницу Реклу я им не прощу. У меня память долгая.
— Может, с нами? — спросила госпожа Мин. — Нерул хвастается, что его любимчик нашёл замечательный мир, полный магии. Источник там приживётся, будем жить.
— Я вас найду, — серьёзным тоном произнёс туманный лорд. — Прослежу, чтобы гостям лишнее не досталось, и догоню.
— Будь осторожен, — госпожа Мин крепко обняла его.
— Да, да, — отстранился и замахал на неё руками. — Идите уже. Слизень на подходе. Мои ребята отвлекут его ещё на полчасика. Нельзя, чтобы он поглотил и второй источник. Если получится, я его на север заманю, к Железной секте.
Деревянная платформа с подарками двинулась в сторону сада. Джи Кат растворился в воздухе, перемещаясь на крышу одного из ближайших зданий. С неё открывался прекрасный вид на зелёный парк с небольшим водоёмом в центре. Он улыбнулся, увидев огромного кабана, развалившегося на любимых кустах Нерула. Несколько больших чёрных пауков спешили растащить сундуки с платформы, закидывая их на спины.
Госпожа Мин неспешно прошла к водоёму и остановилась у кромки воды. Минут пять ничего не происходило. Джи Кату было любопытно, действительно ли она сможет забрать источник и переместить его куда-то очень далеко. Это была авантюра с существенным шансом на провал.
Сначала в разрушенном городе стих ветер, отчего солнце начало припекать ещё сильнее. Затем в центре водоёма появилась чёрная сфера, быстро расширяющаяся и захватывающая всё больше пространства. Когда её края добрались до каменной ограды парка, она вздрогнула и за долю секунды сжалась в крошечную точку, исчезнув вместе с прудом, небольшими деревьями и кустарниками, а также со всеми, кто стоял или лежал на зелёной траве. Собственно, исчезла даже зелень. Вместо парка в центре разрушенного города появилось несколько деревенских домиков с добротной черепичной крышей, колодцем и загоном для животных. В повисшей тишине раздалось громкое, недовольное мычание. Из центрального дома выскочил упитанный мужчина, удивлённо озираясь по сторонам, а из хлева осторожно выглянула женщина.
— Удачно тебе устроиться на новом месте, красавица Мин, — сказал Джи Кат, вставая и растворяясь белёсой дымкой. Он собирался ещё немного подразнить огромного и неубиваемого слизня, пожирающего всего и всех на своём пути.
⠀⠀
⠀⠀
⠀⠀
В преддверии грандиозных событий, которые затронут многие миры.
⠀⠀
Секта Священного огня в городе Ардо, дворец правителя
В главный зал дворца, украшенный красными и оранжевыми полотнами, вбежал человекоподобный демон в ярко-жёлтом халате. Придерживая полы наряда, чтобы не запнуться, он промчался через весь зал к трону правителя.
— Хорошие новости, хозяин Мрак! — заголосил демон, упав на колени перед возвышением. — Мы нашли сокровищницу с одеждой! Вы бы видели, какая там ткань. Мягонькая, яркая и даже с золотом. Я приказал запечатать сокровища до Вашего личного визита, иначе всё растащат.
Демон движением плеча поправил сползающий наряд.
— Тяжело править идиотами, — устало произнёс мужчина, восседающий на троне. — Ты знаешь, что этот церемониальный наряд — женский?
— Красивый, — сказал демон, с улыбкой посмотрев на широкие рукава халата.
— Ты отвлёк меня только ради этого? — мужчина положил руки на подлокотники трона и наклонился вперёд, чтобы посмотреть на жалкого демона, лицом похожего на большую лягушку.
— Мы смогли пробиться в главную сокровищницу, — виновато сказал демон. — Но там пусто. Глупые люди оставили такой сильный защитный массив только затем, чтобы защитить пустую комнату.
Взгляд хозяина, носившего имя Мрак, стал ещё более пристальным и холодным. Радужка его правого глаза имела изумрудный цвет, в то время как левая была белой, с маленькой чёрной точкой в центре.
— А ещё мы откопали источник, — вспомнил демон. — Люди его заглушили, испортили, но вокруг ещё много энергии. Хватит на несколько десятков лет…
— Плевать на источники, — произнёс Мрак. — Это просто еда, которую можно найти где угодно. Какие новости с запада?
— Западный материк наш, — сказал демон и слегка поморщился. Он подтянул ворот халата, скривил морду, отчего она стала ещё более омерзительной. — Но там никого. Они ушли куда-то очень далеко.
— Надо было отправить Лимма сразу на запад, — нахмурился Мрак. — Расскажи подробней.
Демон сглотнул и пустился в путаный рассказ о том, как крылатая армия, уничтожив секту вечных людей, отправилась на запад, в сторону огромных деревьев. Рассказал о грандиозном сражении, в котором погиб один из великих демонов. И только появление бессмертного Лимма смогло переломить ход битвы. Но время было упущено, и источник загадочным образом исчез вместе со всеми, кто его защищал.
— Почему она решила сбежать? — спросил Мрак, обращаясь скорее к самому себе, чем к подчинённому.
На минуту в помещении повисла тишина. Жабомордый демон решил промолчать, так как ответа на данный вопрос не знал, а портить настроение хозяину ещё больше было опасно. Но и не рассказать о неприятной новости он не мог — это вызвало бы ещё больший гнев.
— Лимм Ненасытный, — тихо начал демон, — отправился дальше на север и поглотил один из оставшихся источников.
— И? — после небольшой паузы спросил Мрак.
— До этого кто-то отравил источник, и… Лимм теперь крайне ядовит. Я приказал ему оставаться на севере, чтобы он не погубил ещё и главное крыло Вашей армии.
— А что с северным крылом? — догадываясь, каким будет ответ, спросил Мрак.
— Какая-то часть успела разбежаться…
— Это всё не так важно, — сказал Мрак и жестом остановил демона. — Как и то, куда сбежали люди из этого дворца. Мне нужен лишь единственный дар, дающий безграничную, настоящую свободу. Не драгоценности и артефакты, не цветные тряпки и жалкие источники, а способность презреть границы миров. Ты меня понимаешь?
Демон с лицом жабы мотнул головой, затем закивал. Он знал о замыслах хозяина, но от этого они не становились понятными.
— Найди беглецов, где бы они ни скрывались, — немного успокоившись, сказал Мрак, затем махнул рукой, отсылая помощника.
Подобрав подолы жёлтого одеяния и сверкая кривыми ногами, демон побежал к выходу из зала. Только выбежав наружу и прикрыв за собой двери, он смог вздохнуть спокойно. Находиться рядом с хозяином всегда непросто, особенно когда он был недоволен. Странно, что к новости о побеге демонов с западного континента хозяин Мрак отнёсся так спокойно. Просто приказал найти их, и всё.
Подчинённые жабомордого встретили его удивлёнными взглядами, не ожидая увидеть живым после донесения плохих новостей хозяину.
— И что вы стоите? — спросил старший помощник Мрака. — Хозяин приказал найти беглецов с западного континента. Догадываетесь, что с вами случится, если заставите его ждать слишком долго?
Никто из подчинённых не удивился, ожидая именно такого приказа. Пусть они были страшны на морды и уродливы телами, но вовсе не глупыми.
— Нашими силами это невозможно, — развёл руками низкорослый демон с кабаньей мордой вместо лица. — Я думал об этом по дороге сюда. Нужны люди, которые жили здесь. И я знаю, как их найти.
— Зачем тебе люди? — не понял ещё один демон, тоже с кабаньей головой, но уродливой, застрявшей в процессе трансформации из демона в человека.
— У людей есть способ найти кого угодно, — со знанием дела сказал первый. — Надо только уговорить их помочь нам.
— Неожиданно дельная мысль, — удивился жабомордый. — Вот и займитесь этим прямо сейчас. Время дорого, пока у хозяина хорошее настроение.
Уродливые демоны переглянулись и дружной толпой направились к выходу из центральной части дворца. Проводив их взглядом, жабомордый провёл рукой по приятной на ощупь ткани и поспешил к лестнице на нижние этажи дворца. Он надеялся, что никто не додумался забрать красивый красный наряд с узорами, который он приметил для себя.
⠀⠀
Столица Первого Царства, час после полудня
После столкновения с главой Небесной секты нам понадобилось не так много времени, чтобы прийти в себя. Дольше ждали, пока подготовят королевскую карету и найдут подходящую повозку для Максима Артёмовича с его помощником и капитана Юн Вола. Им повезло, что рядом с дорогой оказался глубокий овраг, где они и переждали сражение. Отделались только ссадинами и ушибами, зато из первого ряда смогли оценить столкновение могущественных сил. Я бы их ещё и с королевой познакомил, но Зои с мамой выглядели уставшими и бледными.
— Может, вернётесь во дворец? — спросил я, сидя напротив них в роскошной карете. — Понял, глупый вопрос.
Уже отмечал, что Зои очень походила на маму внешне, особенно в жестах и взглядах. Вот и сейчас они выглядели почти как две капли воды. Обе бледные, с побелевшими губами, но серьёзными взглядами. Надеюсь, что характер Зои унаследует не от мамы.
— Это скоро пройдёт, — сказала Зои, коснувшись ладонями щёк. — Так бывает, когда резко высвобождаешь разом много силы крови. Мы даже устать не успели. Просто перенапряглись.
Странно, что после всего произошедшего королева Амалия не задавала вопросы ни о демонах, ни о той силе, что демонстрировал Зеос. Пока ехали в порт, просто беседовали о тёмных мирах, о долгом путешествии и странных местах, которые нам с Зои удалось посетить. Такое впечатление, словно мы на обычную городскую прогулку выбрались. И от этого её спокойствия я чувствовал себя неуютно.
— Знаю, что совсем недавно ты стал владыкой тёмного мира, — сказала королева Амалия. — Впервые слышу, чтобы подобного достиг человек. Обычно людей там употребляют в пищу, особенно когда у них настолько вкусная кровь и необычный
— Так получилось, — я пожал плечами.
— Присцилла рассказывала, что ты избавил целый народ от рабского символа и злого хозяина. А потом они вцепились в тебя, но… вовсе не из чувства благодарности. Знаешь, в чём истинная причина?
— Они не говорят.
— Почему же ты так спокоен?
— Я просто жду, когда они устанут и поймут, что могут жить самостоятельно. Люди с гор Ракку пробыли в рабстве многие поколения, может, им страшно или неуютно без владыки. Мне не сложно им помочь, тем более, что делать ничего для этого не нужно.
Королева Амалия слегка покачала головой. По её взгляду сложно было понять, верит она мне или нет. А карета, в сопровождении дворцовой стражи, уже въезжала в портовый район. Стоит немного рассказать и про саму столицу, носившую название Марви́, с ударением на последний слог. Приезжие и те, кто плохо владел местным языком, называли её Марвия, но это было не совсем правильно. По богатству и красоте она уступала лишь городам мира великих сект. Даже с Илуной могла поспорить красотой домов, дворцов и храмов. Разве что места свободного здесь было существенно меньше. Улочки чаще всего узкие, а торговые площади и места собраний людей плотно зажаты со всех сторон домами. О богатстве говорило обилие камня. Буквально все улицы укрыты крупным, плотно подогнанным булыжником, а разделяющую город реку пересекали широкие мосты. Ко всему прочему город постоянно расширялся, а строили здесь капитально, из серого камня и бурой черепицы. Хума на этом фоне выглядела бедной провинцией, особенно если сравнивать пригороды.
Портовым районом в Марви́ называли северо-западную часть города, где широкая и бурная река впадала в тёплое море. На левом берегу реки располагались причалы, склады, рынки и кабаки, а на правом — жилые дома, выходящие на реку красивыми фасадами. При этом людей с одного берега на другой не пускали без особого разрешения. Городская стража у мостов следила, чтобы грузчики из порта и моряки не разбредались по городу и не пугали своим видом уважаемых горожан. Я думал, что мы поедем сразу в порт, но карета двинулась на высокий мост, откуда открывался шикарный вид на причалы и корабли. И посмотреть было на что. У центрального причала как раз стоял пузатый трёхмачтовый корабль, неповоротливый и не самый быстрый среди прочих, но зато вместительный.
Когда мы вышли из кареты, перед нами предстал восхитительный вид. Портовый район раскинулся перед нами как на ладони. Особенно красиво это смотрелось в яркий солнечный день. Дополняли картину кричащие чайки, кружащиеся рядом с парой рыболовных лодок, возвращающихся в порт.
— Трёхмачтовый кронд, — подсказала Зои, показывая на самый крупный корабль. — Он может возить грузы даже на противоположный берег Тёплого моря.
— Почему «может»? — вставила королева Амалия, тоже с интересом разглядывая порт. — Капитан Расколотого привозит товары из всех восточных провинций. В этот раз он пришёл из Альмеры.
— Двадцать пять дней на восток, — подсказала для меня Зои. — Не очень далеко.
— Ага, рукой подать, — кивнул я, вспоминая десять долгих дней на борту Парящего.
Капитан Юн Вол и Максим Артёмович тоже вышли из повозки, чтобы посмотреть на корабли. Как и меня, их привлёк трёхмачтовый кронд, как его называла Зои. Парящий был больше, но и «Расколотый» выглядел внушительно.
— Сколько такой может стоить? — спросил я.
— Построить новый тебе обойдётся тысяч в тридцать золотых эннаров, — задумчиво произнесла королева. — Тысяч за двадцать можно купить корабль не старше десяти лет, без гнили и течей, с ещё крепкими парусами и канатами.
— Госпожа Асгейл говорила, что золотые монеты по весу у вас такие же, как и в Хуме, — начал прикидывать я, — то есть где-то три с половиной грамма одна. Дороговато…
— Дорого, — согласилась королева. — Одна только древесина для такого корабля будет стоить около восьми или девяти тысяч. Доставка и работа грузчиков обойдётся в шесть или семь сотен. Паруса и канаты — ещё несколько тысяч. Есть у меня человек на примете, кто в этом разбирается. Он как раз в порту.
Королева показала на главное здание, возле которого суетились люди. Суеты, кстати, было много. Не только в порту, но и на ближайших улицах. Наверняка слухи из пригорода о появлении огромного демона успели добраться уже и сюда.
— Спасибо, но позже, мне надо подумать…
— Королевский дом может вложиться в постройку или покупку, — сказала Зои, посмотрев сначала на меня, затем на маму.
— Ни в коем случае, — остановил я её порыв. — Золото у нас есть. Просто я наивно думал, что его много. Лучше скажите, к кому здесь можно обратиться по поводу покупки домов? Нужно разместить в городе больше сотни человек.
— Проще всего это будет решить, посетив здание городского совета, — сказала королева. — Он как раз по пути во дворец.
— Дайте мне пару минут, — кивнул я и поспешил к капитану Юн Волу и Максиму Артёмовичу. Они что-то обсуждали, разглядывая причалы.
— Куда сейчас? — спросил Максим Артёмович, имея в виду то, что мы проехали мимо порта, хотя именно туда хотели заглянуть сегодня.
— Меня настойчиво зовут во дворец, — сказал я. — Это немного меняет планы. Зато я узнал, что корабль обойдётся нам примерно в треть всего наличного золота. Я думаю, что с жильём можно повременить, а вот корабль нужен как можно раньше. Хочу попросить вас спустится в порт и узнать, не продаёт ли капитан этот корабль. Королева его хвалила. Не капитана, корабль. Если не дороже двадцати тысяч местных золотых монет, то можете договариваться о покупке.
— Дорого, — согласился со мной Максим Артёмович. — В Рандо, где мы сейчас остановились, жилые дома продают по пять сотен монет, в среднем. За эти деньги можно квартал с мастерскими и жильём для работников купить.
— С жильём разберёмся, но позже. И ещё я попробую договориться с местными властями по поводу обмена золота на монеты.
— Если у тебя такие хорошие отношения с властями, — сказал Максим Артёмович, — то договорись о разрешительных документах на торговлю. Насколько я знаю, для крупного предприятия нужен королевский патент. Без него мы сможем только экскурсии возить.
— Хорошая мысль, не подумал об этом, — кивнул я, протягивая ему посох Зеоса, который постоянно таскал с собой. — Вещица примечательная, но неудобная. Может, меня с ним во дворец не пустят, мало ли. Присмотрите за ним. И, если я задержусь на пару дней во дворце, не потеряйте.
— Постараемся, — он коротко улыбнулся, забирая посох.
Я уже говорил о суете в порту, но не упомянул, что наше появление на мосту не осталось незамеченным. Постепенно вокруг начали собираться люди, радостно приветствующие нас. Кто-то размахивал руками, кто-то подбрасывал головные уборы в воздух. Стражи тоже прибавилось, и сейчас они оттесняли горожан, чтобы мы смогли спокойно съехать с моста.
Королева к моему возвращению уже договорилась с капитаном гвардии о дальнейшем пути, поэтому едва я сел в карету, мы сразу двинулись дальше по мосту.
— Василий, — сказала она, когда я сел напротив, — ты ведь говорил о корабле летающем. Если сможешь подобное продемонстрировать, то найти золото будет гораздо проще. Богатые торговцы сами к тебе придут и принесут столько, сколько нужно. И не только они. Королевство может оплатить постройку нескольких кораблей, один из которых достанется тебе.
— Боюсь, что не получится, — неохотно признался я.
— Потому что артефакт, позволяющий чему-либо летать, у тебя один, так? — с улыбкой спросила королева Амалия. — Вполне ожидаемо. Или это связано не с артефактами, а с особым талантом?
Я подумал, что нет смысла скрывать правду, так как об этом всё равно станет известно очень скоро. Пока мы ехали вглубь города, я решил рассказать о завесе, разделяющей миры, и глупых длинноухих детях Илуны, когда-то давно изучавших её. Тема непростая, и за короткую поездку я смог рассказать только саму концепцию.
Следующую остановку мы сделали в центре города, у здания администрации. Это было большое трёхэтажное здание, которое смело можно назвать дворцом. Расположилось оно на краю просторной площади, едва ли не единственной, что я видел по пути. Королевская стража, в надраенных до блеска кирасах, успела оцепить часть площади, чтобы нам никто не мешал. Горожане спешно заполняли ближайшие улицы, радостно приветствуя проезд кареты. Выглядели они богаче жителей портовых районов, но королеву с принцессой приветствовали так же тепло и шумно.
— У вас всегда так бурно реагируют на появление королевских особ в городе? — спросил я, глядя в окно на быстро разрастающуюся толпу.
— Люди радуются возвращению принцессы, — сказала королева. — Через пять дней начнётся большой праздник по этому поводу. А сейчас они просто выражают свою радость.
Мне вспомнились слова Ивы, говорившей, что этот мир — лакомый кусочек для демонов, и только королева защищает его от постоянной войны или нашествия страшных демонов. Когда слухи, наконец, разбегутся по столице, люди несправедливо обвинят во всём маму Ночь. Наверняка подумают, что королева прогнала ужасного демона и со дня на день бросится за ним в погоню.
Не знаю, к кому конкретно мы приехали, но встречал нас статный мужчина в роскошном чёрном наряде и золотой цепью на груди. Королеве он театрально обрадовался, раз пять низко поклонился. Думал, что бросится целовать руку, но он старательно держал небольшую дистанцию. Когда же он увидел, как Зои держит меня под руку, едва дар речи не потерял. Королеве даже пришлось его окликнуть, чтобы привлечь внимание. Как выяснилось чуть позже, он занимал должность мэра и решал довольно широкий спектр проблем. В его ведении был даже контроль за торговыми гильдиями столицы, чтобы они не входили в сговор и не завышали цены на нужные людям товары. Звали его Каэл Морианте. При этом королева обращалась к нему исключительно по имени.
Обрадованный внезапным визитом королевских особ, мэр проводил нас на второй этаж в роскошную приёмную. Количество золота и предметов роскоши оной наверняка могло соперничать с комнатами в королевском дворце. Сразу видно, что о разных мелочах в такой обстановке с тобой говорить не станут.
— Если Вы хотите узнать о подготовке к празднику, то всё идёт так, как запланировано…
— Нет, мы здесь с другой целью, — сказала королева, занимая кресло хозяина городской управы. Для Зои уже принесли ещё один стул, чтобы она смогла сесть рядом с мамой. — Наш гость, правитель одного из далёких миров, владыка Василий, желает приобрести несколько жилых зданий в столице, чтобы разместить своих людей.
Мэр посмотрел на меня, что-то быстро отметил про себя и выдал деловую улыбку.
— Рад Вас приветствовать в Мальви, владыка Василий, — он коротко поклонился, немного удивив такой вежливостью. — Хотите организовать посольство у нас?
— Тоже неплохая мысль, — согласился я. — Но для начала нужно хорошее жильё. В портовом районе, но лучше на восточном берегу.
— Нет, исключено, — серьёзным тоном отрезал он. — Это самый неподходящий район города, который можно было выбрать. Там всегда шумно, много преступников и разного сброда, подрабатывающего в порту. Советую обратить внимание на юго-восточную часть города. Это самый тихий и спокойный район столицы. Рядом с дворцовым кварталом как раз есть пара свободных домов. Три этажа, по четыре жилых комнаты в каждом, кабинеты для работы и роскошные гостиные для приёма посетителей. Сколько людей приехало вместе с вами?
— Около полутора сотен.
Каэл Морианте удивлённо приподнял брови, затем посмотрел на королеву, но в её взгляде помощи не нашёл.
— Часть людей будет работать в порту, — сказал я. — Ещё нам нужен склад, чтобы вести торговлю, но это потом. Для начала нужно людей просто расселить.
— Кхм, это сложнее, — сказал он. — Вижу, что у Вас грандиозные планы. В порту как раз выставлены на продажу два доходных дома. Склады не проблема, их там больше, чем нужно. Дайте мне один день. Завтра к этому времени я подготовлю список домов, готовых к продаже.
— Те два дома рядом с дворцовым кварталом, о которых вы говорили, сколько они стоят?
Он почему-то снова посмотрел на королеву, затем на меня.
— Лорд Агри выставил их на продажу за десять тысяч эннаров, — сказал он. — Не учитывая городской налог на покупку.
— Отлично, — кивнул я, старательно скрывая удивление ценами в столице. — Эти два куплю сразу. До завтра успеете подготовить документы?
Тридцать пять килограмм золота за два дома даже по меркам крупного города — это очень дорого. Грузчики в порту зарабатывали монет по пятьдесят в год в лучшем случае, а моряки — около сотни. Я уже понял, что того золота, что мы привезли, нам не хватит, поэтому у меня появилась неплохая идея, как можно заработать. Высокие цены подсказывали, что деньги у местных лордов есть, осталось только их немного разорить.
— Всё сделаем, — Каэл Морианте снова выдал деловую улыбку.
Мы прервались, так как в коридоре послышались громкие голоса. Показалось, что недовольные сейчас ворвутся в помещение, но последовала вспышка силы, и голоса сразу смолкли.
— Буду ждать Вас завтра, — повторил мэр.
— Спасибо, Каэл, — сказала королева Амалия, вставая.
Мэр поклонился и поспешил проводить нас, лично распахнув двери. В коридоре, кроме королевской гвардии, мы никого не увидели, но мне показалось, что кто-то прятался в нише под лестницей и за колонной у самого дальнего помещения. На улице люди по-прежнему шумели, обрадовавшись, увидев королеву. Конные гвардейцы уже спешили расчистить проезд в сторону дворца. Зои тихонько толкнула меня локтем в бок, показывая, чтобы я не тупил и подал руку, помогая им подняться в салон кареты.
— Это все важные дела, которые ты хотел сделать? — спросила королева, когда карета поехала к выезду с площади.
— Все, Ваше Величество, — сказал я, едва не ляпнув, что предлагал им вернуться во дворец, а не мотаться со мной по городу.
— Тогда составь нам сегодня компанию, — сказала она. — Нам есть о чём поговорить.
— Простите, совсем забыл про обмен золота на местные монеты, — вспомнил я, за что заработал осуждающий взгляд. — Что? Это очень важно. У меня золото в слитках, разных монетах и даже в виде тарелок с кубками. А у вас наверняка есть куча законов, запрещающих обмен золота в таком виде.
— Каэл поможет тебе с этим завтра, — сказала королева.
— Этот Каэл, он тоже герцог?
Моё предположение её развеселило. Зои тоже улыбнулась, немного покачала головой, подсказывая, что я всё неправильно понял.
— Присцилла рассказывала, что ты десять лет прожил в женском храме, практически взаперти. Теперь вижу, что это очень похоже на правду. Ты в Марви́ всего пару часов, а уже столько всего умудрился сделать.
— Вроде ещё ничего не успел, кроме призыва большого паука.
— Не знаю почему, — продолжила она, не обратив на мои слова внимания, — но мне приятно, что Зои так сильно верит в тебя. Она обостряет и без того сложную ситуацию, уверенная, что ты справишься со всеми последствиями.
Королева Амалия погладила Зои по руке. Я же вопросительно приподнял брови, не совсем понимая, что она имеет в виду.
— Слухи, что принцесса гуляла по городу в обнимку с мужчиной, очень скоро облетят всю столицу, — пояснила королева. — Пройдёт ещё немного времени, и станет известно, что этот негодяй прикасался к королеве, пусть даже для того, чтобы помочь ей преодолеть несколько крутых ступенек. А ещё он сорит деньгами, ругается с герцогами и как-то связан с огромными демоническими существами.
— Это ещё не самое страшное из того, что я совершал. Зеос не даст соврать.
— Тот мужчина, что напал на нас, — подсказала Зои. — Вася его обманул. Зеос охотился за редким артефактом, а получил пустышку.
— Василий, — королева посмотрела на меня осуждающе.
— Он хотел съесть девушку, чтобы стать сильнее. Почти как длинноухие. Меня больше интересует, как он смог нас найти? Надо об этом у госпожи Ночь спросить.
— Глупо сердить настолько сильных людей, — сказала королева. — Но твой поступок мне нравится. Он в духе семьи Асгейл.
Она о чём-то на минуту задумалась, посмотрела в окно. Мы как раз въезжали в богатый район города.
— Ты спрашивал про Каэла, — вспомнила королева. — Он наёмный рабочий, не герцог. Совет лордов выбрал его на эту должность, а король утвердил назначение.
— Управлять столицей — это же влияние и деньги.
— Василий, должность мэра подразумевает, что придётся работать. Как ты представляешь себе герцога, который будет работать с утра и до позднего вечера? Наместник короля не делец и не торговец, чтобы встречаться с лавочниками, договариваться, решать их мелкие проблемы. Заниматься вопросами стражи, вывоза мусора и чистки сточных ям. У герцога другие заботы и другая ответственность.
— А как же барон, правитель Рандо, — я показал на запад, имея в виду торговый город.
— Даже у него есть доверенный человек, который решает проблемы города. И тебе тоже не нужно лично заниматься подобными мелочами. Ты владыка, правитель целого мира. Умение находить подходящих людей и делегировать важные задачи показывает, насколько ты хороший правитель. Ах да, ты ведь владыка только потому, что тебя попросили.
Она коротко рассмеялась.
— Вот Вы смеётесь, а мне страшно делегировать что-то людям с гор Ракку. Боюсь представить, чем всё может закончиться.
— Это только потому, что не интересуешься и не знаешь, на что они способны. Может быть, среди них есть не только те, кто может носить за тобой вещи или оберегать жизнь. Наверняка найдётся пара хороших счетоводов или людей, умеющих торговаться и договариваться.
Королева что-то вспомнила, посмотрела на Зои, оценив её дорожный костюм.
— Если хочешь, то можешь и сам решать «огромные» проблемы ста с лишним человек, — сказала она мне. — Бегать по городу, оценивать дома и торговаться. Только учти, что через три дня во дворце пройдёт большой бал в честь возвращения Зои.
— Мама… — попыталась что-то сказать Зои, но её жестом остановили.
— Для нас всех это будет праздник, а для трёх сыновей герцогов, молодых, сильных и красивых мужчин, это станет испытанием. Они будут добиваться внимания и благосклонности Зои, чтобы стать её супругом.
— Пусть добиваются, устраивают дуэли или поливают друг друга грязью, чтобы обелить себя, — фыркнула Зои. — Пусть делают что угодно, так как я не приду. Мы с Васей дом в порту будем покупать и летающий корабль. Да лучше я с ним в горы Ракку уеду, чем видеть эти… наглые рожи. Или будет как с тем вечным, который меня похитил и хотел…
Зои быстро прикрыла рот пальчиками.
— Ты не говорила, что тебя кто-то похищал и тем более что-то хотел сделать, — королева посмотрела на неё, затем на меня, слегка прищурившись.
— Был один несчастный, — виновато сказал я. — Из расы нестареющих. Его подручные ночью разлили на постоялом дворе сонную дрянь и Зои умыкнули. Мы в долгу не остались — сровняли с землёй порт с летающими кораблями. Правда, в том не совсем моя заслуга.
— У бессмертных очень странная жизненная сила, как будто с ядом вперемешку, — Зои поёжилась.
— Страшно было, — я кивнул. — Как рядом с извергающимся вулканом, когда ты контроль над силой потеряла…
Воздух в карете как-то резко потяжелел, затем похолодел, отчего кожу на лице начало пощипывать. Королева строго посмотрела на Зои, стараясь держать себя в руках, что получалось с трудом.
— Ты же говорила, что это было увлекательное приключение, — голос королевы Амалии был добрым, но мурашки по спине побежали.
— И опасное… — тихим голоском произнесла Зои, виновато опуская взгляд.
— Вечером всё расскажете, — сердито сказала королева, крепче беря дочку под руку. — О твоём наказании поговорим позже.
Произнесено было довольно строго, отчего Зои поникла ещё сильнее.
— Простите, Ваше Величество, — сказал я. — Моя вина, что втянул во всё это Зои. Кхм, Ваше Величество, прошу, не сердитесь. Или сердитесь, но только на меня.
Символ защиты на моей спине немного потеплел.
— И тебя накажем, раз просишь, — властно сказала королева, затем довольно улыбнулась.
Разлитая в воздухе сила моментально испарилась, послышались голоса со стороны улицы, ржание лошадей. Карета снова тронулась, медленно набирая скорость.
— Ваше Величество…
— «Вашевеличествовать» будешь, когда на моей голове появится королевская диадема, — сказала она. — А пока её нет, будешь звать по имени.
— Госпожа Асгейл? — уточнил я.
— Амалия или Лиа, только так. Забудешься, во дворец больше не пущу.
— Боюсь, — я пару раз кашлянул, — за подобное меня будут бить.
— Будут, — кивнула она. — Это ведь наказание. Всё как ты хотел. И пока мы не подъехали к дворцу, скажи мне, Василий: когда Зои потеряла контроль над своей кровью, начала крушить всё вокруг, её разум был затуманен?
— Нет. Она испугалась сильно. Вцепилась в вечного и не могла отпустить. Пришлось его на голову укоротить.
— Понятно, — она пару раз кивнула, крепче сжимая руку дочери. — Спасибо.
Дальше ехали молча. Зои украдкой бросала на меня взгляды, в которых читалось желание сбежать от мамы как можно скорее. Вот и пойми девушек. Зои постоянно твердила, что надо домой вернуться, маму с папой обнять, но два дня не прошло, а она уже сбежать хочет.
Карета сбавила скорость, развернулась возле высокого здания и остановилась. Послышались лошадиное ржание, крики людей, затем дверь открыл кто-то из слуг, поставив специальные ступеньки, чтобы проще было выйти. А так как никто не собирался помогать королеве с принцессой, пришлось брать всё на себя и подать им руку. Плевать, что один из слуг побледнел, когда я коснулся руки королевы, помогая ей выйти из кареты, важно, что она оценила это короткой улыбкой.
— Ори, где мой супруг сейчас? — спросила королева, обращаясь к немолодому мужчине, единственному из слуг стоявшему с невозмутимым видом рядом с каретой.
— У Его Величества военное собрание в коралловом зале, — важно сказал он. — До дворца дошли тревожные слухи о появлении страшных демонов в пригороде.
Я только сейчас подумал, что одарённые этого мира могли почувствовать сражение не только в столице, но и в Рандо. Поэтому, говоря о слухах, слуга явно имел в виду отголоски столкновения силы Зеоса и мамы Ночь. К слову, он тоже был из числа одарённых, к тому же не самых слабых, кого я сегодня встречал.
— Проводи туда владыку Василия, — сказала королева. — Скоро мы к ним присоединимся.
Крепче взяв Зои под руку, королева направилась к главному входу во дворец. На секунду остановившись, она обернулась, посмотрела на Салме и Сайми, стоявших рядом со мной. Капитан стражи и пара слуг встрепенулись и смешно уставились на появившихся словно из ниоткуда женщин. Айн Ханна в этот момент пряталась за повозкой, скрываясь от взглядов, но и её выбросило из тени, судя по вскрику кого-то из слуг.
— Можно выделить моим людям комнату? — спросил я у пожилого слуги.
— Не извольте беспокоиться, — он коротко поклонился, жестом приглашая меня к главному входу.
Я огляделся, прикидывая размеры дворца. Грандиозное сооружение. Судя по окнам, всего три этажа, но общая высота метров сорок. Или три с половиной этажа, если считать небольшие окошки под самой крышей. Много белого камня в отделке фасада, колонн и резных карнизов. Мраморная площадка и лестница в четыре ступеньки перед входом. Лестницу могли сделать и повыше, хотя учитывая высоту всего дворца, на город они и без этого смотрят сверху вниз.
Внутри дворец выглядел ещё более величественно, чем снаружи. Изысканная мебель, ковровые дорожки и много золотого цвета в отделке. Радовало освещение в коридорах и проходных комнатах. В отличие от дворца в горах Ракку, местные жители солнечным светом не пренебрегали. Роднила же их тишина. Даже слуг и тех не видно, или они пользовались служебными коридорами, так как пока мы шли по второму этажу, то встретили всего пару женщин, спешащих куда-то с большими плетёными корзинами в руках.
Как оказалось, построен дворец был в виде вытянутого прямоугольника с просторной площадкой в центре. По размерам он в несколько раз превосходил роскошный дворец в Илуне, принадлежавший лорду Азара. Пожилой слуга вёл меня по второму этажу восточного крыла сквозь проходные комнаты, выполненные в военной тематике. В одной из таких я заметил большую коллекцию холодного оружия на стенах, другая выглядела как огромное батальное полотно, изображающее битву с рогатыми демонами. Здесь даже шторы плотнее занавешивали, чтобы усилить мрачную атмосферу. А уже в следующей комнате на специальном стенде был установлен конный чешуйчатый доспех и полный набор оружия всадника, включая копья с вымпелами. Пройдя ещё несколько комнат, мы вышли в просторный зал с круглым столом в центре, вокруг которого собралось четверо вельмож в богатой одежде. Среди них был светловолосый мужчина, примчавшийся на место сражения в числе первых. Помню, что королева с ним о чём-то говорила. Сейчас же он что-то рассказывал собравшимся, навершием трости показывая на участок карты города, разложенной на столе.
Наше появление не осталось незамеченным. Мужчины посмотрели в нашу сторону самыми разными взглядами, в том числе недовольными, что их потревожили.
— Владыка Василий! — громко объявил пожилой слуга. — Прибыл в компании Её Величества только что!
Развернувшись на месте, он поспешил уйти в обратном направлении, как будто боялся остаться. Очень хотелось помахать рукой собравшимся, разглядывающим меня, но сдержался. Короля, кстати, я узнал сразу, по золотому остроконечному ободку короны. Невысокий ростом, он был упитан и обладал добродушным взглядом. Король единственный носил бледно-золотой наряд с белоснежной кружевной сорочкой, выглядывающей из-под жилетки.
— Василий! — видя, что я замешкался, король лично подошёл, протянул руки, чтобы приобнять за плечи. — Госпожа Асгейл рассказывала о тебе много хорошего. А Зои вчера и сегодня утром только о тебе и говорила.
Он расплылся в улыбке, умело взял меня за локоть, чтобы не вырвался, и потянул к столу.
— У нас очень серьёзная ситуация с нападением огромных демонов, — сказал король, подводя к столу. — Мы готовимся собирать армию.
— Зачем армию? — не понял я.
— Появление больших могущественных демонов всегда предшествует вторжению целой армии, — терпеливо пояснил король. — Но никогда это не происходило так близко к столице. И никогда прежде демоны не были так сильны. Я почувствовал их даже во дворце.
— Я думаю, что это преждевременное решение, — сказал я. — На Зои и королеву Амалию напали вовсе не демоны, а человек. Демоны охотились как раз за ним и убили…
— Ваше Величество, кто этот юноша? — влез один из влиятельных господ, пытаясь прожечь меня взглядом. — И почему он называет Её Высочество просто по имени. Непозволительно…
— Полно Вам, герцог, — мягко улыбнулся король. — Это же владыка Василий, спасший жизнь моей Зои и вернувший её домой.
— Как-то он очень молод, — сказал ещё один из присутствующих.
— Что там по поводу демонов? — спросил король, проигнорировав высказывание.
— Они охотились за человеком и, убив его, ушли, — закончил я.
— Где гарантии, что они не вернутся? — влез первый, которого король назвал герцогом. — И почему Её Величество не убила этих демонов?
— Наверное, потому, — мне не удалось сдержать язвительные нотки, — что они были очень сильными.
— Ваше Величество? — светловолосый, кто был в пригороде и видел меня в компании королевы, посмотрел на правителя. — Примите решение.
— Даже не знаю, — король задумчиво посмотрел на карту города.
Карта, два на три метра размером, мне понравилась. Я почти сразу нашёл на ней мост, с которого мы разглядывали порт. Была здесь и та дорога, ведущая к пригороду, где всё произошло. На том месте стояла фигурка рогатого монстра, вырезанная из чёрного блестящего камня.
— Демонов нельзя недооценивать, — сказал третий из собравшихся, молчавший до этого. Он выглядел самым старшим из всех, с сединой в волосах и короткой бородке.
Я отметил, что собравшиеся, кроме короля, держали в руках трости с самыми разными серебряными навершиями. У пожилого мужчины оно было в виде лошади, у светловолосого — в виде диковинного зубастого животного, у возмущавшегося моим поведением — в виде дикой кошки с оскаленной пастью. А если и у них в тростях припрятаны убийственные секреты? Не знаю, кто охраняет жизнь короля, но они очень беспечно относятся к его безопасности.
— Действуй, — сказал король светловолосому. — Для молодых мужчин, кто идёт по пути становления силы, это будет полезный опыт. И выясните, не появлялись ли демоны в других городах и провинциях.
— Всё сделаем, — кивнул светловолосый. — С Вашего разрешения, я распоряжусь о формировании армии.
— Надо много всего подготовить, — согласился герцог с тростью дикой кошки.
— Жду вас завтра с отчётом, — сказал им король.
Мужчины коротко поклонились и направились к выходу из зала. Король провожал их наивным взглядом, словно они сейчас бросятся сражаться насмерть с демонами ради защиты королевства. Кстати, король выглядел довольно молодо, лет на тридцать пять. Непонятно, почему в таком возрасте он не следил за фигурой. Поменяй золотой наряд на любой другой, и из него вышел бы добродушный толстячок.
Когда за важными гостями закрылись массивные двери в зал, король посмотрел на меня проницательным взглядом, слегка улыбнулся и жестом показал на противоположный выход.
— Всё хорошо закончилось? — спросил он, направляясь к выходу из зала. — Сражение с тем человеком, кто напал на Её Величество и Зои? Никто не пострадал?
— Нам повезло, что появились гигантские демоны. Добившись своего, они ушли, и никакого вторжения демонов не будет, не беспокойтесь.
Выйдя из зала, мы прошли по небольшому коридору и попали в небольшую гостиную. Военная тематика здесь сохранялась, но уже не так бросалась в глаза, как в проходных комната начала этажа.
— У Вас очень большой дворец, — сказал я, садясь в мягкое кресло у чайного столика. — Но совершенно пустой.
— Раньше здесь решались административные дела всего Первого царства, — сказал король, садясь напротив. — В коридорах было не протолкнуться от слуг и гостей. Постоянно здесь жило около двух тысяч человек. И посещало дворец почти столько же каждый день.
Я впечатлился, представляя эту толпу народа, вытаптывающую дорогие ковры в коридорах.
— Вина? — спросил король.
В стене гостиной открылась дверь, откуда вышло несколько слуг с подносами, словно караулили нас.
— Зои говорила, что у вас подают горячий пряный напиток с мёдом. Забыл, как он называется.
Король бросил взгляд на слуг, и те испарились так же быстро и тихо, как появились. Пока мы ждали возвращения слуг, я вкратце рассказал о сражении в пригороде. А уже после, когда подали пряный медовый напиток и вкусный десерт в виде маленьких пирожных, поведал о мире великих сект, откуда мы с Зои сбежали. В подробности вдаваться пока не стал, просто рассказывая о диковинках, таких как летающие корабли, огромные разумные монстры и источники вечной жизни. Король оказался прекрасным слушателем, одним из лучших, кого я встречал. В какой-то момент показалось, что он может дословно всё пересказать.
Королева Амалия присоединилась к нам минут через сорок. Бледность с лица полностью ушла, а дорожный костюм она сменила на красивое приталенное платье лёгкого золотистого цвета. Белые волосы были уложены в тугую причёску, а вот обещанной диадемы я не увидел.
Мы с королём одновременно подскочили, когда королева вошла в гостиную. Он поспешил подвинуть ещё одно кресло для неё, поставив поближе к своему. Амалия улыбнулась, нежно коснулась его руки, опускаясь в кресло. На щеках короля тут же проступил румянец. Мне даже неловко стало, но под взглядом королевы пришлось садиться в кресло.
— Как прошёл военный совет? — спросила королева.
— Герцоги всполошились, — сказал король, наполняя её чашку медовым напитком. — Говорят, появился паук размером с большой дом.
— Ничуть не преувеличивают, — кивнула Амалия, бросив на меня взгляд. — Огромный и могущественный. Мы рядом с ним, как маленькие свечки на фоне маяка.
— Герцог Арденн спешит собрать армию, — в голосе правителя мелькнула тревога.
— Если это его успокоит, пусть собирает, — отмахнулась королева. — Я пока сама не понимаю, что происходит. К большой беде всё это или к малой. Мы с Зои сегодня показались в городе. Волнений особых нет, люди не напуганы. Но это только пока слухи о пауке не разбежались.
— Не посеет ли герцог Арденн ещё большую панику? — спросил король.
— Вряд ли. Всё будет зависеть от госпожи Ночь, которую один наш знакомый молодой мужчина называет мамой.
На мне скрестились два одинаковых подозрительных взгляда.
— Я не виноват, что это её имя, — немного смутился я. — Но людям мамой её лучше не называть, чтобы она не рассердилась.
— Стало ещё больше непонятно, — сказала королева, сверля меня взглядом.
— Я сам многого не знаю. К примеру, все пауки мира великих сект считают её своей мамой. А почему мамой её называют несколько близких друзей, я понятия не имею. Может, в шутку.
— Значит, ты её близкий друг? — уловил нужное король. Вот ведь, вроде взгляд наивный, а чувство такое, словно он тебя оценивает, взвешивая каждое слово.
— Всё сложно, — я вздохнул. — Давайте по порядку расскажу, а то ещё больше запутаю. Это всё из-за лохматого проводника, который вёл наш отряд в этот мир. Госпожа Асгейл не даст соврать. Он у меня кровавое золото умыкнул, а потом забросил очень далеко в мир великих сект…
Рассказ о нашем приключении в мире сект занял много времени. Где-то через полчаса чаепитие переехало на третий этаж в более уютную гостиную. Потом мы прервались на ужин, где к нам присоединилась госпожа Асгейл. Она застала только концовку рассказа, события в городе вечных. А когда речь зашла о разрушении порта, не на шутку рассердилась и порывалась пойти к Зои, чтобы серьёзно поговорить. Королева успокоила её, что уже поговорила с дочерью. А так как Зои не появилась во время ужина, думаю, что её всё-таки наказали.
Мой рассказ подошёл к концу, когда за окном окончательно стемнело. Я закончил его демонстрацией превращения слитка блестящего металла в летающий нож, затем в чешуйку от сердца летающей лодки и снова в грубый брусок. И это удивило взрослых не меньше, чем моё знакомство с демонами, живущими несколько тысяч лет. О них было решено поговорить завтра, иначе это бы заняло время до самого утра.
Королева Амалия лично проводила меня к одной из комнат на третьем этаже. С её слов этаж делился на две части: в одной жили родственники короля, коих насчитывалось около тридцати человек, в другой — королевская семья. И меня поселили в одну из комнат как раз в королевской зоне. Сказали, что это для моего же блага.
— Я предупрежу, чтобы твоих служанок пустили на этаж к этой комнате. Спокойной ночи.
Королева направилась дальше по коридору.
— Эм… Лиа, — окликнул я её, не сразу решившись назвать по имени.
— Да, Василий, — она обернулась, бросив на меня невозмутимый взгляд, как будто к ней все вот так фамильярно обращаются.
— Ещё раз прошу не наказывать Зои строго, — сказал я. — Вы ведь слышали, что она просто испугалась. Я бы тоже в тот момент испугался и голову бы оттяпал этому… негодяю.
— Зои упоминала, что нас иногда называют кровавыми ведьмами? — спросила королева. Она вновь подошла, чтобы не говорить громко.
— Было пару раз, — кивнул я.
— Нас называют так вовсе не из-за желания оскорбить. Мы умеем поглощать магию из окружающего мира, из предметов и даже из людей. Но нужно иметь огромную силу воли, чтобы противостоять искушению испить чистую и вкусную энергию. К примеру, длинноухая, которую ты привёз в этот мир. Аппетитный лакомый кусочек, не запятнанный грязью магии. Мне проще стереть эту женщину в пыль, чем бороться с искушением. Ведь если оно возьмёт над тобой верх, то ты потеряешь рассудок. Будешь пожирать всё вокруг, что содержит хоть каплю магии. Поэтому в нашей семье запрещено поглощать силу разумных существ, даже демонов.
— Не знал, — тихо сказал я.
— Если ты не забыл, я упоминала, что за бабушкой Зои приходили длинноухие. Они хотели похитить её, постарались, чтобы она… устала. Но лишившись сил, она начала пожирать светлоликих, посеяла страх и обратила в бегство. Она не потеряла разум, но уже не могла контролировать свою кровь. Поглощённая жизненная сила светлоликих вырывалась из неё яростным потоком, который я не смогла подавить. До сих пор помню это чувство, как будто пытаешься закрыть ладонью пробоину в трюме корабля. Я была моложе, чем Зои сейчас. Скажи мне, почему в такой ситуации Зои попыталась поглотить жизнь похитителя? Почему не ударила его, не свернула шею? Она ведь уже делала это раньше?
— Эм… — я замялся, вспомнив несчастного старейшину светлоликих.
— Можешь не говорить, и без этого всё ясно. Надеюсь, случившееся послужит ей уроком на будущее. А насчёт наказания я ещё не решила, что это будет. Может, Присцилла что-то подскажет.
Я поморщился, так как знал сложный характер госпожи Асгейл. Видя мою реакцию, королева Амалия улыбнулась, коротко кивнула и направилась дальше по коридору. Постояв немного, я тоже решил отдохнуть.
Несмотря на выматывающий день и обилие событий, спал как убитый. Добрался до большой и мягкой кровати, рухнул в неё и тут же уснул. Мне снились большие пауки, за которыми смешно гонялись ящерицы. Затем они собрались вместе и пели, распространяя вокруг волны магии.
Разбудила меня Ханна, открыв плотные занавески, пуская утренний свет в комнату. Помогла умыться.
— Зачем тебе те два дома рядом с дворцом? — спросила она, пока я одевался. — Дорогая покупка, которая сожрёт часть твоего скудного запаса золота.
— Вот, я тоже подумал, что запасы у нас скудные, — согласился я. — У меня есть план, как заработать много золота. И для этого нужна база, без неё никак.
— Поделишься планом?
— Позже, а то будешь смеяться. Хотя улыбка тебе идёт, как и смех. Ты сама не устаёшь от того, что ходишь вечно смурная? Проблему же твою решили, чем недовольна? Даже если демоны из пустоты Ильсиды не сожрут всех вечных, вам они уже ничего не смогут сделать.
— Тревожно, — сказала она. — Вот если бы ты остался в горах Ракку, где тихо и спокойно, где тебя не пытаются убить главы сект, тогда бы я, может быть, улыбаться начала.
— Значит, это я виноват?
— А кто? — ехидно спросила она. — Хочешь улыбаться — пожалуйста. Вот позитивная новость с утра пораньше: Лучик твой пропал, вместе с паучихой.
— В каком смысле пропал? — я как раз натягивал на ногу сапог и замер, подняв на неё взгляд. — То есть, пропали…
— В самом прямом. Посреди ночи куда-то делись оба два. Записки не оставили.
— Беда, — протянул я и пару раз топнул ногой, проверяя, как сел сапог. — Может, решение вернуться в горы Ракку не такое уж и плохое…
В этот момент прямо у окна появилась крошечная чёрная точка, которая в ту же секунду превратилась в знакомую девушку по имени Соун И.
— Я тебя два дня ищу, — всплеснула она руками.
— Замри! — рявкнул я, когда она направилась ко мне. — Даже не думай хватать меня и тащить куда-то. Знаю я тебя, сначала схватишь, а потом забросишь за сто тысяч миров.
— Меня наставник Нерул прислал, — не поняла она моего возмущения. — У нас проблемы большие, и он не знает, что делать.
— У вас проблемы? — я даже офигел от такой наглости. Ткнул себя пальцем в грудь. — И вы с ними ко мне пришли?
Соун И пару раз кивнула.
— Не, не, не, — быстро сказал я. — Некогда мне по мирам мотаться.
— Не надо никуда мотаться, — терпению девушки можно было только позавидовать. Или она действительно не понимала причин моего возмущения. — Мы здесь, поблизости.
— В смысле? — напрягся я.
— Полдня на летающем корабле на запад, — она показала в ту сторону. — Может, чуть больше. Мигом туда доставлю.
— С Лучиком что-то? — догадался я.
— И он там, — она заулыбалась, потом стала серьёзной. — Надо торопиться.
— При одном условии, — сказал я, отодвигая Ханну, стоявшую между нами. — Вернёшь меня сюда же, сегодня.
— Конечно, как захочешь, так и верну, — кивнула девушка. — Это не сложно.
— И Ханну с собой возьмём. Я обещал познакомить её с наставником Нерулом. Только на неё магия не действует. Получится перенести?
— Это не магия, — важно сказала Соун И, протягивая к нам ладони.
⠀⠀
Соун И просто коснулась наших ладоней, и мы уже стояли посреди поля, глядя на бескрайнюю зелёную равнину. При этом за спиной я чувствовал огромное давление силы, очень знакомое, отчего оборачиваться не хотелось. Подождав секунд десять и поняв, что наваждение не пройдёт, я всё же оглянулся. Позади виднелось несколько деревенских домов, среди которых сновали большие чёрные пауки. Один из них как раз вытаскивал обломки мебели из ближайшего дома, складывая их в кучу.
Между деревней и полем, где мы стояли, расположился идеально круглый инородный участок земли, огороженный невысоким каменным забором. Трава внутри была заметно ярче и зеленее, как и несколько невысоких деревьев и кустов. Догадываясь, что увижу в центре, я направился туда, взяв под руку Ханну.
— Это то, что я думаю? — тихо спросила она, чтобы Соун И не подслушала.
— Источник вечной жизни, — кивнул я. — Когда последний раз его видел, он находился посреди разрушенного города. Как, скажи мне, они умудрились переместить его?
У круглого водоёма в центре площадки отдыхал Лучик, наблюдая за вознёй пауков в деревне. Рядом с ним на знакомой каменной лавочке сидел Нерул, собственной персоной. В одной набедренной повязке, обсыхая под лучами утреннего солнца. То ли купался только что, то ли опять чистил дно источника. На его мускулистом теле капельки воды блестели как крошечные драгоценные камни. Картину немного портила только крокодилья голова.
Подходя к лавочке, я обратил внимание на обилие высоких стопок ящиков и сундуков, стоявших почти по всей площадке. У меня на языке вертелось слово: «переезд», очень уж было на это похоже.
— Доброе утро, наставник Нерул, — поздоровался я, когда мы подошли. — Это Ханна.
— Доброе, — он кивнул, что выглядело несколько забавно. — Лучик о ней рассказывал. Как у вас дела?
— У нас всё просто великолепно, — ответил я, едва удержавшись от язвительного тона. — А вы? Ваш мир?..
— Можно считать, что он погиб, — с горечью в голосе сказал Нерул. — Мы бы ещё подрались за него, но среди про́клятых демонов из пустоты Ильсиды есть парочка, с которыми нам не справиться, даже объединившись с людьми. Люди тоже ушли, понимая это не хуже нас.
— Но как вы умудрились забрать это? — я показал на ровную гладь воды, похожую на зеркало. Сейчас с запада дул небольшой ветерок, колыша стебли травы и листья кустарников поблизости, но на поверхности воды не было даже ряби.
— Госпожа Мин постаралась, — сказал он. — С твоей помощью она стала сильнее. Но даже так перемещение далось тяжело. Она потратила много сил и сейчас отдыхает.
— Понятно. Но почему сюда, в этот красный мир? Это же очень далеко.
— Это хороший мир, — сказал Нерул. — Источник дополнит его, сделает ярче и более упорядоченным. Но у нас большая проблема.
— Демоны из пустоты?
— Нет, — мне показалось, что он бы улыбнулся, если бы не голова крокодила. — Источнику нужен якорь. Нужно, чтобы он и этот мир стали единым целым.
— Если от этого в мире не появится дыра или ещё какой изъян, то это дело хорошее, — сказал я. — Но есть маленькая проблема. Соун И говорила, что от столицы людей до источника рукой подать. Полдня на летающем корабле. Это же…
— Мама Ночь говорит, что люди здесь угрозы не представляют, — сказал он. — Так что беспокоиться не о чем.
— А демоны людям угрозу представляют? — я показал взглядом на паука, как раз пробежавшего к одной из куч с ящиками. — При всём уважении, я против, чтобы людей в этом мире сожрали демоны.
— Ученик, у тебя крайне неверные представления о нас, — тон Нерула стал наставительным. — Мы людей не едим. Не охотимся за их ядром силы, не используем глаза, сердца или иной ливер как ингредиенты для создания зелий и ядов.
— Не имею в виду великих демонов, — поправился я. — Вон, жнецы, они тоже людей не едят?
— Они родились рядом с источником, поэтому не питаются плотью. Людям угрожают только они сами.
— То есть вы не собираетесь захватывать и разорять города, строить в них гнёзда и расселяться по всему миру?
— Нет, — он даже удивился такому предположению.
— Чёрт, говорите так, словно это будет самый необычный заповедник огромных демонов во всех известных мирах, — проворчал я.
— Что значит слово «заповедник»?
— Это место, где демоны счастливо живут, не соприкасаясь с людьми.
Он задумался, покачал крокодильей головой, словно пробуя на вкус новое слово. Лучик зашипел, изображая огромный паровой котёл.
— Ему нравится, — сказал Нерул.
— Насчёт якоря, — вернул я тему в прежнее русло. — Как я понял, это большая проблема?
— Большая, — подтвердил он.
— Что нужно от меня? Найти подходящий артефакт, который послужит якорем?
— Символы дами, чистая магия, заключённая в оболочку узора. Я думаю, что нам нужны символы, которые привяжут источник к этому миру. Мама Ночь со мной согласна.
— То есть вы не уверены, а просто думаете, что это поможет?
— Это глубокие мысли о подобии, — сказал он. — Если символы на спине способны упорядочить любой объём силы внутри меня, значит, и с источником будет так же.
Я открыл рот, чтобы возразить, но не нашёл, что сказать, не скатываясь в брань. Молча подойдя к лавочке, я сел, посмотрел на источник. Так мы просидели минут десять. За это время пауки перенесли несколько ящиков из ближайшей кучи в сторону домов. Наверняка прятали добро, чтобы не лежало под открытым небом и не портилось.
— Я, конечно, мастер символов, — сказал я, — но подобное… Иголка и чернила — вот мои инструменты. А энергия мира и источники находятся вне моего понимания. Даже не знаю, как начать думать, чтобы… чтобы придумать решение.
— Ты себя недооцениваешь, — сказал он.
— Окружающие, наоборот, говорят, что переоцениваю. Только в данном случае, боюсь, что это за пределами моих познаний и возможностей.
Лучик снова зашипел, ударил кончиком хвоста по земле.
— Говорит, что верит в тебя, — сказал Нерул.
— Ну что вы пристали к Василию?! — начал сердиться я. — Я даже не знаю, какой эффект нужен. Запереть источник, чтобы магия не просачивалась?
— Ты когда-нибудь видел, как встречаются два моря? — спросил Нерул.
— В каком смысле?
— Когда одно море сливается с другим. Иногда случается, что их во́ды не могут смешиваться. Соун И может проводить тебя в такое место.
— Слышал о подобном, — сказал я. — И на картинке видел.
— Сила, накопленная в источнике, и та, что наполняет этот мир, они одинаковые, но не смешиваются. Между ними стена. Нужно, чтобы они смешались, стали единым целым. Сейчас сила этого мира пытается вытолкнуть источник, принимая его за чужака. Поэтому нужен якорь, чтобы удержать его в одном месте, не дать выплеснуться. Иначе он разольётся по всему миру. А когда силы не смешиваются, начинается хаос. Всем будет плохо: нам, людям, этому миру.
— Стало немного понятнее, — кивнул я. — Это как с силой голоса дами и магией крови Зои. Они не смешиваются, когда заполняют пространство вокруг. Но по-прежнему неясно, что можно сделать в этом случае. Не разбираюсь я в подобных вещах, в энергии окружающего мира и той силе, что скрыта в людях и демонах. Знаю, что она есть, воспринимаю как должное, но о природе и о взаимодействии ничего сказать не могу.
— Ты себя недооцениваешь, — повторил он.
— У нас время есть? Или решение уже завтра нужно?
— Время есть. Когда этот мир начнёт сопротивляться яростней, я дам тебе знать.
— Значит, у нас на носу отложенная катастрофа. Уже вторая на моей памяти, грозящая уничтожить целый мир. Моему везению можно только позавидовать. Точно, вспомнил, я хотел спросить, как нас нашёл Зеос? Мама Ночь не говорила, что мы столкнулись с ним вчера?
— Лучик рассказал. Что касается твоего вопроса, то, боюсь, у меня нет ответа. Если он нашёл вас на таком большом расстоянии, значит, была какая-то связь. Увы, нам известны не все секреты людей. Я пока заперт здесь. Лучик мне помогает и тоже не может надолго оставить. Но если тебе что-то понадобится, сразу говори. Соун И поможет с перемещением. Для неё путешествия внутри одного мира так же просты, как для нас пешие прогулки.
— Хорошо. У меня и без этого проблем выше крыши, но ваши посерьёзней будут. Я тогда пойду, чтобы меня не потеряли. А то подумают, что сбежал.
— Есть ещё одна просьба, — сказал Нерул. — Мама Ночь хочет такие же символы на спину, что и у меня.
— Легко, — сказал я. — Только ей для этого нужно в человека превратиться. Не уверен, что с огромным пауком подобное сработает.
Он кивнул, посмотрел на Соун И, стоявшую за каменным заборчиком. Она терпеливо дожидалась, пока мы вернёмся, глядя таким взглядом, словно я уже решил все их проблемы. Кого-то она мне этим напоминала. К слову, внешне она походила на госпожу Мин. Немного узкий разрез глаз, тёмные волосы, изящные кисти рук. Милая и застенчивая девушка, которая очень боится незнакомых людей.
— Наставник Нерул сказал, что ты будешь мне помогать с перемещением.
— Конечно, — закивала девушка. — Но есть несколько правил, которые тётя Мин не разрешает нарушать. Люди не должны видеть, как мы перемещаемся. Желательно вообще не должны меня видеть. Нужна небольшая комната, пустая, без мебели, но с мягким толстым ковром. Я буду туда приходить, когда тебе понадоблюсь. И буду возвращать тебя туда же. В самом крайнем случае, можешь позвать меня с помощью чёрной жемчужины. Она ведь ещё у тебя?
— У меня, — я коснулся груди, где на шнурке висел подарок госпожи Мин.
— Тогда я тебя услышу. Только не шуми сильно, чтобы тётю не разбудить. Она очень устала и спит.
— Постараюсь, — вздохнул я, подумав, как меня угораздило во всё это вляпаться. Опять.
Взял ладонь Ханны в одну руку, вторую протянул Соун И. Даже сказать ничего не успел, а мы уже стояли в спальне, откуда она забрала нас полчаса назад. Занавески распахнуты, окошко приоткрыто, пуская в помещение свежий воздух. Соун И не видно, но кое-что странное присутствует. Одной рукой я по-прежнему сжимал ладонь Ханны, а во второй ещё чью-то миниатюрную ладошку. Скосив взгляд, увидел черноволосую девочку лет двенадцати. Чёрные как смоль волосы, тёмно-карие глаза, бледная кожа, но на щеках лёгкий румянец. Одета она была в чёрное платье с высоким воротником и кружевными рукавами. Ещё я заметил сумочку на длинном ремешке, перекинутом через плечо.
— Привет, — поздоровался я, пребывая в лёгком удивлении.
Девочка кивнула, странно дёрнула щекой, затем ещё раз, только со второй попытки изобразив улыбку и сверкнув белыми зубками. Да, надо отметить, что она была ниже меня на целую голову, поэтому смешно смотрела снизу вверх. Ханна выглянула из-за моего плеча, посмотрев на нашу попутчицу, затем вздохнула, отпуская мою руку.
— Ты зачем за нами увязалась? — спросил я. — Тебя как зовут?
Девочка снова улыбнулась, немного неумело. Протянула руку и погладила меня по голове, затем попыталась что-то изобразить жестом, но совсем непонятное.
— Будет непросто, — сказал я. — Ты хотя бы меня понимаешь?
Вместо ответа на вопрос я заработал сочувствующий взгляд. Она снова потянулась, чтобы погладить по голове.
— Вася, доброе утро, — двери в комнату открылись, явив нам Зои. — Ты уже проснулся… ой, а кто это?
Зои быстро прошла к нам, заключая девочку в объятия. Получилось не очень удобно, так как она по-прежнему держала меня за руку.
— Милашка, — сказала Зои. — Это кто-то из дворца Ракку?
— Нет, это знакомая наставника Нерула, — сказал я. — Я виделся с ним только что.
Зои отстранилась от девочки, пространно изобразила рукой крокодилью голову.
— Как у них дела? — спросила она. — Всё плохо, да?
— Это как посмотреть, — вздохнул я. — Они переехали. Долгая история, я позже расскажу. Кстати, прекрасно выглядишь. Платья тебе очень идут.
— Спасибо, — она заулыбалась и совсем немного смутилась.
С утра Зои действительно выглядела восхитительно. Красивое светло-бежевое платье, подчёркивающее талию, волосы аккуратно уложены и украшены серебряным ободком с листиками из драгоценных камней.
— А чего это она? — спросила Зои, когда девочка погладила её по голове. — За ней тоже нужно присмотреть, как за Лучиком?
— Пока не знаю, — честно признался я.
— Мама зовёт тебя на завтрак, — вспомнила Зои. — Говорила, что у тебя сегодня много дел и хорошо бы уделить ей немного времени.
— Да, дел много, даже как-то слишком. Ханна, можно тебя на пару слов.
Пока мы болтали, Ханна сидела на стуле рядом с окошком, задумчиво разглядывая нашу необычную компанию. А так как девушки сговорились, обменявшись взглядами, и уже обе держали меня за руки, пришлось идти к Ханне всем вместе. Но чтобы они не подслушивали, я перешёл на язык гор Ракку.
— Ханна, я обещал поделиться с тобой планами по заработку золота, — начал я. — Но для начала нужно много всего подготовить. Я попрошу Соун И, чтобы она доставила кого-нибудь в торговый город. Нужно предупредить Максима Артёмовича о моей встрече с мэром города. Пусть возьмут золото, что нужно поменять на местные монеты, и везут его в город. Часа через два с половиной встретимся у здания администрации. Пусть захватит с собой пару человек с даром огня.
— Хорошо, — она кивнула.
— И ещё нужно будет в столице посетить несколько лавок и мастерских, купить много разных вещей. Можно и людей попросить, но я бы предпочёл, чтобы это были наши, из дворца Ракку. Так как мы два дома покупаем, то один из них станет нашей базой.
— Хорошо, — повторила она и немного оживилась.
— Когда мы переедем, оставь кого-нибудь, чтобы за людьми присмотреть из тени.
— Я поняла. Сама отправлюсь, пока будешь завтракать в компании королевы. Пока меня не будет рядом, держись поближе к юной гостье и подальше от неприятностей.
— Ты знаешь, кто она? — уточнил я.
— Понятия не имею, — слукавила Ханна.
Зная её характер, спорить бесполезно, поэтому я лишь махнул рукой. Выйдя из комнаты, я спиной почувствовал, что там появился маленький отголосок магии, как круги на воде от брошенного камушка. Отголосок силы Соун И. Права была мама Ночь, говоря, что эти отголоски уникальны для каждого живого существа.
Зои, ничуть не переживая о молчаливой юной знакомой, повела нас по третьему этажу в сторону королевского крыла дворца. Небольшая столовая, которую выбрали для завтрака, выходила окнами на восток и была наполнена солнечным светом и свежим утренним воздухом. Ожидая нас, королева Амалия с супругом стояли у окошка, тихо разговаривая, любуясь городом. Госпожа Асгейл что-то читала, перебирая в руках небольшие бледно-жёлтые листочки. Сегодня она была одета в красивое светлое платье, почти такое же, как и у Зои.
— Мы пришли, — опередила меня Зои, привлекая внимание родителей.
Взгляды взрослых перебежали с неё на меня, затем остановились на юной гостье.
— Доброе утро, — поздоровался я.
— Проходите, — на лице короля появилась улыбка. — А мы только вас вспоминали. Василий, познакомь со своей очаровательной спутницей.
Я вопросительно посмотрел на девочку, она ответила тем же.
— Она не говорит, поэтому имя я пока не узнал.
— Это племянница нашего хорошего друга и наставника, — сказала Зои. — Из мира сект. Он попросил присмотреть за ней.
— Наставника? — уточнила королева.
— Друга? — одновременно с супругой спросил король.
— Нерула, — пояснила Зои. — Я вам о нём рассказывала.
— Помню, помню, — сказал король с доброй улыбкой на лице. — Великий демон и хозяин источника вечной жизни.
Через дверь в дальней части помещения в столовую начали заходить слуги с тележками и подносами. Пока накрывали на стол, мы болтали о всяких мелочах, не касаясь серьёзных тем. Меня спросили, как я спал, какие у меня планы на день и общие впечатления о столице и королевском дворце. Когда всё было готово, госпожа Асгейл прогнала слуг, сказав, что сегодня мы справимся без их помощи.
Как я и предполагал, разговор сегодня зашёл о великих демонах, живущих очень долго. Несмотря на личное знакомство, рассказать что-то особое я не мог, а секретами и тайнами делиться не хотелось. Поэтому рассказал только самое очевидное, что они могут путешествовать между мирами, что обладают огромной силой и знаниями, что живут, точнее, жили в мире сект, рядом с пустотой Ильсиды.
— Великие демоны не едят людей, — говорил я. — Они питаются магией, и с людьми общих интересов у них почти нет. Разве что войны за территорию.
Наша молчаливая гостья одобрительно кивнула. Кстати, за завтраком она не притронулась ни к одному блюду, даже сладкий медовый напиток не попробовала. Король всё пытался её угостить чем-нибудь вкусным, говоря, что юным девушкам нужно хорошо кушать, чтобы вырасти красивыми.
— А вот сами люди с демонами воюют, — добавил я. — Охотятся ради редких ингредиентов. Отсюда и взаимная неприязнь друг к другу.
— Вряд ли причина неприязни только в этом, — не согласилась королева. — Но это хорошая новость, что они не едят людей. В отличие от всякой мелочи, что постоянно вторгается в наш мир. Последние из них сейчас осели на севере, за Тёплым морем, основав своё королевство. На переговоры пока не идут, и единственное, что ждёт людей, угодивших к ним — большой котёл. Людей они варят и потом едят всей деревней.
— А вы к ним не заглядывали в гости? Уговорили бы так не делать, вразумили, по шее бы дали.
— Далеко, — слегка поморщилась она. — Двадцать дней на самом быстром корабле. Ветра́ там дуют неблагоприятные для путешествий. Хорошо, что им до нас также далеко. Наши разведчики докладывали, что демоны не уходят от своих деревень дальше, чем на три дня пешего перехода. Большую армию не собирают, проблем не доставляют. Возможно, как и жители западных равнин, согласятся жить с нами в мире.
— Папа, можно я сегодня с Василием день проведу? — спросила Зои.
— Василий сегодня будет очень занят, — ответила за него королева. — Если он хочет, то в любой день может посетить дворец и провести с тобой время.
Зои умоляюще посмотрела на меня, едва не разжалобив.
— Прости, но сегодня и правда много дел, — сказал я. — Ва…
Я осёкся, столкнувшись взглядом с королевой. На секунду показалось, что если назову Её Величеством, то она в меня бросит бокал, который держала в руках. Очень красноречивый взгляд у неё был в этот момент. Она слегка коснулась волос, поправляя причёску.
— Я законы королевства не нарушу, если открою в столице лавку по продаже артефактов? — спросил я. — Нет, не тех артефактов, что хранятся у вас в сокровищнице, а чего-нибудь простенького и дешёвого. Защитные колечки, амулеты, жезлы, плюющиеся огнём.
— Если это будет что-то простое, — сказал король, — то это даже хорошо. Последняя лавка артефактов в столице закрылась ещё при моём дедушке. Среди твоих людей есть такие мастера?
— Есть толковые, из числа жителей гор Ракку. Которые с фиолетовыми глазами.
— А символы продавать уже не хочешь? — спросила Присцилла. — Ты на этом неплохо заработал в Хуме.
— Я не знаю, как будут работать символы на людях, кто получил дар при рождении.
— За то, что ты сделал со спиной Зои, дать бы тебе по шее, — сказала королева. — Но понимаю, что выбора не было. Занимайся в столице всем, чем захочешь. Его Величество выдаст тебе разрешение. Но перед продажей смертоносных артефактов нужно будет получать разрешение у Присциллы Асгейл.
— Если хотите, нанесу Вам пару символов, — предложил я.
— Лишнее, — королева качнула головой. — Я предупрежу слуг, что ты можешь свободно посещать дворец и оставаться здесь на ночь. Ступай по своим важным делам. Вижу, что торопишься.
— Ещё я хотел попросить за Иву, — осторожно сказал я. — Мне она будет нужна, для работ с артефактами. Плюс один маленький синий демон. Обещаю, что присмотрю за ними. Горожане ничего не будут знать и видеть.
Королева нахмурилась, а взгляд её стал холодным и даже немного безжалостным.
— Очень прошу, Лиа, — добавил я. — Для меня это важно.
Король кусочек пирожного с вилочки уронил обратно в тарелку, удивлённо посмотрев на меня, затем на королеву. Присцилла тайком показала кулак, а вот королева хмуриться перестала и даже улыбнулась.
— Поступай как знаешь, — сказала она. — Только не забывай, что длинноухая — это змея. Пока сытая и спокойная, но всё ещё ядовитая. Придёт время, и она укусит тебя.
— Само собой, — уверенно ответил я, вставая. Подал руку молчаливой девочке. — Спасибо за завтрак, я ещё загляну в гости.
Когда мы вышли в коридор, я осторожно прикрыл за собой дверь.
— Бежим, — сказал я, подхватил юную знакомую Нерула на руки, и мы помчались по коридору к лестнице.
Когда преодолели половину пути, из столовой выглянула Присцилла с явным желанием поговорить о моём поведении. Сегодня она была в платье, а в нём особо не побегаешь. С довольной улыбкой на лице я домчался до лестницы. Опыт бега по ступенькам у меня был огромный, поэтому первые три пролёта мы миновали, не останавливаясь. На последнем, самом широком пролёте лестницы, мы едва не сбили пару слуг, вовремя отпрыгнувших с нашего пути. Уже внизу, когда оставалось преодолеть несколько последних ступеней, из-за лестницы вышел мужчина в дорогом наряде и с тростью в руках. Увернуться он успевал, но встал как вкопанный, то ли растерявшись, то ли ожидая, что мы его перепрыгнем. Мне хватило ловкости уйти с его пути, но вот юная гостья задела его туфелькой, ударив в плечо.
Я обернулся, чтобы извиниться и увидел, как он замахивается тростью. Пришлось ещё раз крутануться на месте, чтобы не попало девчонке.
— Куда прёте?! — рассерженно рявкнул мужчина, огрев меня по спине.
Такое ощущение, что трость у него была сделана целиком из железа, так как это было реально больно. К тому же он не сдерживался, вложившись в удар, отчего я сделал несколько шагов по инерции. Будь на моём месте кто послабее телом, зашибло бы.
Я ещё раз обернулся, но заметил на верхнем пролёте лестницы Присциллу. Она стояла у перил, словно рассчитывала спрыгнуть, а ведь там метров пятнадцать, не меньше.
— С тобой мы ещё поквитаемся, — процедил я, обращаясь к мужчине с тростью. — Я тебя запомнил.
Пока Присцилла не решилась на экстренный спуск, с неё станется, я помчался к выходу из дворца. Слуги заметили мой манёвр и уже распахивали двери, чтобы мы спокойно смогли выбежать. Ещё один рывок, и мы стояли уже на краю площади, у выхода на широкую улицу. Преследовать нас никто не спешил, поэтому можно было вздохнуть спокойно. Я поставил девочку на землю, осторожно поправил слегка помятое платье.
— Сбежали, — выдохнул я, восстанавливая дыхание.
Она обернулась, посмотрела на дворец.
— Нет, не больно, — махнул рукой я, имея в виду инцидент с тростью. — Обидно, честное слово, обидно. Палкой по спине меня очень давно не били.
Девочка посмотрела на меня недоверчиво.
— Ну, может, синяк остался, — сказал я, поведя плечом. — Ничего не болит, видишь? Лучше давай подумаем, искать ли нам Сайми с подругой, и как добираться до здания администрации города. Что говоришь, повозку нанять?
Девочка на то, что я разговариваю сам с собой от её имени, улыбнулась, показав пальчиком в сторону широкой улицы.
— Хорошо, что Василий запасливый, — я снял с пояса кошель, потряс им. Внутри звякнул десяток местных серебряных монет и пара золотых. — Слушай, зовут тебя как? Как мне тебя называть?
Она задумалась, пожала плечами.
— Если я тебя Тиса звать буду, не обидишься? С древнего языка дами оно переводится как «молчаливая». Очень на тебя похоже.
Девочка задумалась, затем кивнула и улыбнулась.
— Договорились. Пошли искать повозку.
Ещё раз оглянувшись на дворец, я махнул рукой, отбрасывая все проблемы, и мы зашагали вниз по улице. Учитывая, что этот квартал примыкал к дворцовой площади, богачей здесь катали на роскошных каретах. Одну такую мы нашли буквально на соседней улице, и всего за две серебряные монеты нас согласились отвезти к зданию мэрии.
На площадь перед мэрией мы прибыли раньше назначенного времени, поэтому успели прогуляться по району и зайти в несколько примечательных торговых лавок. В одной из них мне на глаза попался чёрный зонтик от солнца, с лёгким кружевом по контуру. Не смог удержаться и купил его на все деньги, что оставались у меня в кошеле. Тисе он подошёл просто идеально. Надо сказать, что мы с ней привлекали много внимания, так как выглядели, словно с похорон сбежали. У меня тёмный наряд владыки Ракку, у неё чёрное платье и зонтик, не хватало только чёрной миниатюрной собаки на поводке. Горожане, гуляющие или спешащие по делам, косились на нас и даже сторонились. В общем, мы прекрасно провели время за прогулкой. Неприятное происшествие во дворце уже не вспоминалось.
Где-то через час на площади перед мэрией появились три повозки, бросающиеся в глаза. Выглядели они бедно и пыльно, по сравнению с теми, что проезжали здесь время от времени. Из первой вышел Максим Артёмович в компании зама и семейной пары Нефёдовых.
— Василий Романович, ты сегодня прям сияешь, — сказал Максим Артёмович, когда мы обменялись рукопожатиями.
— Просто настроение хорошее после прогулки, — я пожал руки мужчинам, улыбнулся Тамаре Нефёдовой. Она, кстати, похорошела с нашей первой встречи. Платье подобрала по местной моде, пусть и не изысканное, как у знатных дам, но красивое.
— Прогулка — это хорошо, — рассмеялся он. — А мы два часа в повозке тряслись по пыльной дороге. И вроде близко столица, но с местным транспортом далеко не уедешь. Капитан Юн Вол сегодня обещал летающую лодку достать, раз пока с кораблём не выходит.
— Кстати, что с кораблём? — уточнил я и помахал рукой Иве, вышедшей из последней повозки. Не думал, что она захочет прокатиться в столицу. Но это даже неплохо.
— Дорого, — Максим Артёмович погрустнел. — Капитан тридцать две тысячи запросил за корабль. Две накинул, чтобы поторговаться. И Юн Волу корабль понравился. Как бы не угнал, вид у него был именно такой, когда цену услышал.
— Пиратствовать будет, — я улыбнулся. — Налетать на беззащитные корабли с неба и грабить. Отличная стратегия, я бы тоже так поступил на его месте. Но дорого, вы правы. Зато у меня появилась идея, как можно заработать в столице. Мы откроем лавку артефактов. Будем делать простенькие амулеты для защиты и волшебные палочки, плюющиеся огнём. Народ тут непуганый, диковин почти не видел, так что дело обещает быть прибыльным.
— А мы умеем их делать? — уточнил Максим Артёмович.
— Вот сейчас и проверим. Нужен доброволец из числа людей. Я ему браслет защитный дам, а Николай лёгким огоньком накроет. Сразу станет понятно, будет работать или нет.
— Можно, — ответил на взгляды окружающих Нефёдов. — Волосы подпалит в худшем случае.
— Где испытывать будем? — спросил Максим Артёмович, показывая на появление городской стражи, которую привлекли пыльные повозки и толпа на площади.
— Да здесь и проверим, чтобы далеко не ходить. Огонь же не до небес будет. Кто пойдёт?
Я продемонстрировал широкий серебряный браслет. Вызвался крепкий парень из первого отряда, знакомый ещё по вылазке в хранилище длинноухих. Он повязал на голову бандану, чтобы волосы не спалить. Замотал лицо, не оставив даже прорехи для глаз.
— Используй силу на браслете, — сказал я. — Питающего элемента внутри пока нет, поэтому сам по себе он работать не будет. Знаешь, как артефактами пользоваться?
— Да, опыт есть, — кивнул он.
Мы разошлись в стороны, освобождая место вокруг. Николай Нефёдов демонстративно поднял ладонь, над которой вспыхнуло крошечное пламя. За секунду оно превратилось в облако огня, обдав бойца из первого отряда, быстро опадая. Этого было достаточно, чтобы увидеть, что огонь его не коснулся. Работала защита точно так же, как и у жриц дами, не создавая барьеры и прочее, а как будто отталкивая огонь.
— Ну вот, работает, — сказал я, забирая браслет и возвращая его на свою руку. — Осталось дело за малым — поговорить с мэром.
К нам пробилась городская стража в количестве четырёх мужчин, обладателей серьёзного таланта, но немного слабее, чем у тех же Нефёдовых. Всё-таки им с супругой повезло с даром.
— Что происходит? — низким голосом пробасил старший из стражников.
— Ничего, — быстро сказал я. — Мы к мэру записывались на приём, он нас ждёт.
— И магию на площади за этим испытывали? — он нахмурился ещё больше, только сейчас оценив количество и силу одарённых среди собравшихся людей.
— Это вам повезло увидеть испытание защитного артефакта, оберегающего владельца от огня и жара. Не желает городская стража прикупить пару таких?
Старший хотел что-то сказать, но один из стражников тронул его за плечо.
— Они вчера приезжали, — сказал он. — К господину Морианте.
— Да? — старший обвёл нас взглядом, остановившись на мне. — В любом случае порядок нарушать нельзя. Как и использовать магию. Отгоните повозки на край площади и не толпитесь здесь. Пошлину за въезд уплатили?
— Уплатили, — сказал Максим Артёмович. — Шесть серебряных монет, грабёж.
Стражник жестом показал, чтобы убрали повозки, и направился к зданию мэрии.
— Раз всё работает, — тихо сказал я Максиму Артёмовичу, — экономить нет смысла. Если удастся с мэром договориться насчёт обмена золота, то берите сбережения и покупайте корабль. Мне он в ближайшем будущем понадобится, поэтому пусть капитан как можно быстрее поднимет его в воздух. А я пока два дома куплю рядом с дворцом, чтобы лавку артефактов открыть и богатых клиентов там принимать. Да, с королём я договорился насчёт патента или любой другой бумаги. Он обещал вручить что-то особое, что позволит заниматься всем, чем я захочу.
— Это хорошая новость, — кивнул Максим Артёмович. — Наша помощь с покупкой домов и лавкой нужна будет?
— Пока нет. Занимайтесь кораблём и торговлей. Вдруг в порту найдётся товар, который нужно срочно куда-то отвезти. Если это не займёт месяц, то смело берите заказы, как раз и корабль обкатаете.
— Дело, — сказал он. — Ты в курсе, что Лучик и госпожа Ночь куда-то исчезли?
— Да, виделся с ними недавно. Они сейчас далеко отсюда и заняты, так что не переживайте. Не будем терять время.
По пути к зданию мэрии я перехватил Иву, взяв её под руку.
— Привет. Как дела?
Она одарила меня странным взглядом, посмотрела на Тису, держащую меня за другую руку.
— Всё прекрасно, — Ива улыбнулась. Была у неё хорошая черта, она почти всегда улыбалась искренне. — Узнала, что твои в столицу собрались, и решила с ними поехать, чтобы дать тебе пару советов.
— Только если эти советы о том, как можно быстро заполучить много золота, — рассмеялся я. — Что? Я угадал?
— Как бы тебе сказать, чтобы не обидеть, — она на секунду задумалась. — Опять в тебе просыпается демон жадности. Мне казалось, что мы его победили. Золото нужно, чтобы ты в беду не попал. Даже не так. Пока ты будешь гоняться за ним, упустишь очень важный момент, который может стоить жизни не только тебе, но и многим, кто на тебя рассчитывает.
— Вот сейчас не понял, — я даже остановился. — То есть золото мне нужно, но гоняться за ним нельзя?
— Тратить время, — поправила она.
— Тогда нужно клад искать. Чтобы сразу много заработать и быстро. Не знаешь, где ближайший зарыт?
Она хмыкнула и молча потянула в сторону мэрии. Я оглянулся на повозку, откуда выгружали увесистый сундук с золотом, что нам удалось заработать в Альведэ. Где-то внутри действительно начал ворочаться упомянутый демон жадности, но я быстро задавил его. Была у меня кубышка, в виде хранилища в горах Ракку. Золота там столько, что всю столицу купить можно и ещё останется, только брать оттуда я ничего не буду, по нескольким причинам.
Мэр встречал нас в той же приёмной, что и накануне. Сменил наряд на более светлый, изысканный, не забыв добавить к нему толстую золотую цепь с символом градоначальника. Нас он встретил радушно, предложил вина. Надо отдать ему должное, за день он успел подготовить красивую бумажку с печатями и подписями, в которой говорилось, что новым владельцем двух домов у площади Золотых Весов становится владыка гор Ракку. После уплаты нужной суммы все данные вносились в городскую учётную книгу, а копию документа отправляли в королевский архив. Я в подробностях местной бюрократии потерялся ещё на упоминании земельной книги и законов о передаче собственности по наследству, но только для подданных короны. В моём же случае ни о каком наследстве не шла речь, так как дома будут принадлежать непосредственно правителю гор Ракку, кто бы ни занял это место в будущем.
— По поводу золота, — сказал я, когда мэр закончил с объяснениями. — Её Величество обещала, что Вы решите вопрос с обменом золота на монеты Первого Царства.
— Это сложный вопрос, но я могу его решить. Золотые эннары — очень чистые монеты, почти без примесей, за чем следит королевский монетный двор. Монеты других миров чаще всего содержат много мусора и мало золота, поэтому их надо переплавлять, убирая шлак. Процесс этот сложный. Обычно комиссия за переплавку и чеканку новых монет составляет одну двенадцатую часть от общего веса золота после переплавки и удаления ненужных примесей.
Помощники Максима Артёмовича переставили наш сундук ближе к столу, откидывая крышку. Нашему взору предстали золотые монеты, большие и маленькие, с чеканкой мира Альведэ и совершенно незнакомые. А ещё в сундуке лежали тарелки, браслеты, кубки и ещё много всего золотого.
Мэр поднял лежащий сверху кубок, со звоном высыпал из него монеты. Раньше кубок обильно украшали драгоценные камни, но их предварительно извлекли, не особо заботясь о сохранности изделия.
— Двенадцатая часть — не такой уж и большой процент, — сказал я, вспоминая, что Максим Артёмович упоминал и десять, и даже пятнадцать процентов, если обращаться к гильдии ювелиров. — Много это займёт времени?
— Дней десять, учитывая объём, — сказал он, изучая крепления для драгоценных камней. — Я вижу, что золота на покупку домов хватит, поэтому бумаги оформим уже сегодня, можете не переживать и переезжать в Ваши дома. Остальное вернём, за вычетом стоимости работ, как я упоминал. А ещё я могу порекомендовать мастера ювелира, который купит у Вас драгоценные камни по справедливой цене. Некоторые камни из иных миров ценятся очень дорого, в зависимости от чистоты и размера.
— К сожалению, нам всё досталось в таком вот виде, — сказал я. — За продажу артефактов с нами расплачивались золотом. Это оно.
— Жаль, очень жаль, — с ярким сожалением в голосе сказал мэр, бросая кубок обратно.
— Мне нужна расписка о том, сколько вы взяли золота и сколько примерно мы получим золотых эннаров. Я планирую купить корабль, и нужна бумага, чтобы поторговаться с хозяином. Не показывать же ему груду золота.
— Это займёт какое-то время. Я отправлю посыльного в казначейство, чтобы прислали специалиста. Он всё взвесит, оценит, после чего составим нужную Вам бумагу.
Я посмотрел на Максима Артёмовича, как бы говоря, что у меня столько свободного времени нет, чтобы сидеть здесь целый день.
— Проконтролирую, — сказал он на русском языке. — И насчёт покупки корабля в том числе.
— А я тогда займусь вопросом, где взять ещё золота, — сказал я. — И как только капитан Юн Вол подготовит летающую лодку, пусть пригонит её по новому адресу. Мне нужно кое-что проверить.
Завершить дела с мэром заняло ещё минут десять, после чего я покинул здание в компании Ивы и Тисы. На площади нас уже ждала одна из пыльных повозок, на которой мы отправились искать наши новые дома. В повозке Ханна заняла место рядом со мной, выглянула в окно, показав короткий жест помощнику, и мы поехали к выезду с площади.
— Ты где Сайми и Салме оставил? — спросила Ханна. Голос у неё был серьёзным, словно что-то случилось.
— Во дворце. Не было времени их искать, мы от госпожи Асгейл убегали. Иначе она прочла бы мне долгую нотацию на тему хорошего поведения и правил общения с королевскими особами. К тому же я не знал, где Сайми искать. Дворец не маленький, а мы сюда опаздывали.
Ханна неодобрительно покачала головой, затем снова выглянула в окно и что-то сказала мужчине, заскочившему на подножку.
— Так получилось, прости, — я добавил раскаяния в голос. — А ещё меня железным прутом по спине ударили, представляешь? Знала бы, как это обидно.
— Оставила без присмотра всего на пару часов, — она покачала головой. — Рассказывай.
— Мы с Тисой по лестнице спускались и совсем немного какого-то хмыря важного зацепили. Это ведь не повод бить всех подряд железным прутом. Трость у него такая, очень странная. С виду красивая, чёрная с серебром, а внутри литой стержень. Интересно, сколько такая трость весить может. Дал бы по голове, убил бы… это я в шутку сказал, не надо злиться.
— Я не злюсь, — сказала она, но фиолетовые глазки вспыхнули, на секунду став ярче. Верный признак того, что она злилась. — Кто это был, как выглядел?
— Сам с ним поквитаюсь при следующей встрече.
Она умудрилась сунуть руку мне за спину и ткнуть пальцем, на что я даже не поморщился.
— Если бы кто-то посмел ударить Малефа, он бы уже приказал вырезать половину всех благородных господ этого мира.
— Ещё одна монетка в копилку того, что мы всё правильно сделали, прервав его затянувшуюся вечную жизнь, — сказал я. — Я тоже человек злопамятный, поэтому найду способ разобраться с обидчиком, не отрывая ему голову на месте.
— Спроси Присциллу Асгейл о произошедшем, — серьёзно сказала Ханна. — Она скажет, что это вопрос не обиды и способа мести, а уважения. Не нужно ничего искать и придумывать.
— У Присциллы особый взгляд на мир. Она смотрит на него с позиции огромной силы.
— Сделаем так, — отрезала Ханна, не собираясь со мной спорить по этому поводу. — Либо ты говоришь с ней об этом и получаешь важный урок, либо я разберусь с произошедшим так, как считаю нужным. Или можешь поговорить с королевой, она тоже правильно смотрит на этот мир.
— И поговорю, — тем же тоном, ответил я. — Вот увидишь, они встанут на мою сторону. В том смысле, что… не скажут, что обидчика следовало убить на месте.
На лице Ханны появилось выражение, словно она уже победила в нашем споре.
— Оставим пока это, — сказала она. — Скажи лучше, ты заметил, что кто-то наблюдал за нами глазами мэра?
— Нет, ничего такого не заметил. И что значит «наблюдал»?
— Мэр не осознавал, что во время всего разговора, помимо вас, в помещении находимся мы с Сузи и Рафом, но время от времени он смотрел на нас. Я не стала заглядывать к нему в голову, боясь спугнуть соглядатая.
— То есть им кто-то управлял?
— Нет, — она качнула головой. — Просто видел его взглядом. А так как разум соглядатая был далеко, мы не могли на него повлиять, и он видел нас так же хорошо, как и тебя.
— А сам мэр об этом знал?
— Правильный вопрос, — одобрительно кивнула Ханна. — Чтобы ответить на него, нужно узнать, что это за способность. Когда кто-то проникает в твой разум, сложно это не заметить, но есть много нюансов. Магия, позволяющая заглядывать в чужие головы — самая страшная из всех. Особенно когда этому сложно сопротивляться. Ты должен это понимать лучше остальных.
— Если мэр смотрел на вас, значит, поворачивал голову, сосредотачивал взгляд, так?
— Ещё одно правильное замечание, — кивнула Ханна. — Да, соглядатай может управлять жертвой. Поэтому он опасен.
— Хорошо, буду иметь в виду, что мы кому-то интересны. В мою голову он может влезть?
— Нет, твой разум окреп, и постороннему проникнуть в него будет непросто. Когда меня не будет рядом, обращай внимание на излишнюю осведомлённость собеседников. Возможно, соглядатай выдаст себя этим.
Дальше ехали молча. Я пока ещё не сталкивался с магией или даром, позволяющим смотреть на мир глазами другого человека. В библиотеке дами о подобном даже не упоминалось. Может, стоит поговорить об этом с королевой?
Дома́, которые продали нам за огромную сумму даже по местным меркам, находились в пределах видимости дворца, в южном квартале города. Место тихое, очень уютное, без шумных площадей и уличных лотков, торгующих рыбой. Небольшая вытянутая площадь, фасадами на которую выходили дома, пестрела вывесками дорогих лавок, но ажиотажа перед ними я не увидел.
Встречал нас флегматичного вида мужчина, работающий в администрации города. Передал связку больших ключей, рассказал, что лично всё проверил и дома полностью соответствуют описанию продавца. Кстати, здания продавали со скромным набором мебели. Нам устроили небольшую экскурсию, и я был сильно разочарован, так как дом выглядел слишком бедным, учитывая его цену. К примеру, главная гостиная смотрелась крайне странно: дорогая отделка стен, резные потолочные карнизы, паркет из тёмного дерева с мозаикой и самый обычный угловатый деревянный стол с парой стульев. Другой мебели в помещении не было. Хотелось спросить, почему мусор из комнаты не выкинули, имея в виду серый стол, который ещё и шатался немного. Даже маленький домик, что нам с Ивой выделил Максим Артёмович в торговом городе, по убранству выглядел лучше. А кровать на втором этаже в этом доме была настолько дешёвой, насколько это вообще было возможно. На ум приходило, что меня крупно обманули, продав такое странное жильё. Или же прежний хозяин был ненасытно жаден, что вывез бы и драпировку со стен, если бы смог сорвать, не повредив.
Выйдя на улицу, провожая работника мэрии, я столкнулся с ожидающим нас богатым торговцем. Это можно было сразу понять по обилию на поясе кошелей и примечательному знаку в виде чашечных весов на длинной цепочке. Позади него стояла пара мужчин из числа помощников. Один держал в руках узкий прямоугольный короб для хранения картин или что-то в этом роде, а второй — увесистую сумку.
— Добрый день, — поздоровался торговец. — Меня зовут Баро Данай, я владею мастерскими по изготовлению мебели. И у меня для Вас есть хорошее предложение.
Он расплылся в деловой улыбке. Я печально вздохнул, жестом приглашая его войти. Всего за пару минут общения стало ясно, что о текущем убранстве дома, количестве комнат и даже обо всей дешёвой мебели он знал буквально всё. Спустя ещё пару минут на столе появились красивые картины комнат и помещений, заставленные изысканной мебелью. Рисовали чем-то очень напоминающим пастель. Как уверял торговец, это были работы знаменитого художника Гаэля Нокса, уникальные и неповторимые, чтобы все гости резиденции Владыки завидовали его статусу и богатству. Местную моду на изысканную резную мебель я уже успел оценить, в том числе и на обивку с золотой вышивкой, поэтому эскизы не удивили, но очень понравились. Резная мебель из тёмного и светлого дерева, кушетки, столы, стулья, кровати в спальню и комоды — всё выглядело «дорого-богато», как говорил один мой знакомый из Хумы.
— Мы работали над этой коллекцией больше года, — говорил Баро Данай. — Почти всё готово и может быть установлено в Вашем доме в самое ближайшее время.
— Цена вопроса? — спросил я, разглядывая картины.
— Вот список, — он протянул листок с ровными строчками и цифрами. — Всё указано в золотых эннарах новой чеканки.
— Она чем-то отличается от старой? — изучая список, спросил я.
— Ничем, совершенно, — быстро поправился он и широко улыбнулся, когда я поднял на него взгляд.
Не став уточнять, что это было, я углубился в чтение списка и тихонько выпал в осадок. Один резной стул с обивкой стоил семьдесят золотых монет, а комод в спальню — почти полторы сотни. Были здесь и картины для украшения стен. Пейзажи — от двадцати до пятидесяти монет, портреты — от сотни и выше, о цене больших полотен нужно было договариваться лично с художником.
— Во сколько обойдётся мебель для дома в целом, чтобы мне не считать каждый стул и стол по отдельности?
— Навскидку, — он поднял взгляд к потолку, — около двух тысяч монет для одного дома.
Я попытался вспомнить, сколько золота мы прихватили из хранилища хозяина торгового города. По-моему, там было меньше, чем с нас запросили за мебель. Или барон был не так богат, как могло показаться, или с ценами в столице что-то не так. Я уже хотел было отказаться от предложения, подумав, что оставленная прежним хозяином мебель не так уж и плоха, но к столу шагнула Ива, беря меня под руку и показывая пальчиком на рисунки.
— А мне очень нравится, — сказала она. — Красиво, особенно эта кушетка. И ткани чтобы такие, бархатные, красные с золотым.
Она показала на листок с эскизами тканей, самыми дорогими из списка.
— У вас ведь всё самое лучшее в столице? — спросила она у торговца.
— Смею Вас заверить, госпожа, лучшего качества вы не найдёте, — важно сказал он. — Наша мебель украшает даже дворцовые коридоры и комнаты.
Ива посмотрела на меня умоляющими глазками.
— Берём, — я бросил список на стол.
Торговец едва не засиял от радости.
— Лишнего только не тащите, — немного остудил я его. — Чтобы было как на этих картинах, а не как на складе.
Пообещав доставить всё едва ли не сегодня, торговец спешно удалился. На улице его уже ждала дорогая повозка, резво умчавшаяся в сторону восточных кварталов.
— Чувство такое, словно меня дважды ограбили, — проворчал я, возвращаясь в гостиную и усаживаясь на жалобно скрипнувший стул. — Ива, что это было? Ты узнала, где нам достать денег?
— Я? — она удивилась. — Понятия не имею. Ты у нас главный, поэтому и думать о подобном должен сам.
— У нас же не хватит золота, чтобы расплатиться? — я даже застонал. — Или ты так хочешь сказать, чтобы я летающий корабль не покупал? Нельзя более прямолинейно изъясняться?
— Кстати, о корабле, — лучезарно улыбнулась девушка, — о покупке уже договорились. Переплатили, конечно, но зато скоро мы с тобой прокатимся с ветерком.
Я посмотрел на Ханну, ища поддержки.
— У нас около тысячи монет золотом и ещё столько же серебром, — сказала она.
Я зажмурился, борясь с желанием начать ругаться. Сегодня с самого утра всё шло наперекосяк. Доведут, что я просто возьму и запрусь во дворце Ракку. Или в Хуму вернусь. Там в подвале ещё куча книг, которые я не успел прочитать.
Моей руки коснулась прохладная ладонь. Открыв глаза, я посмотрел на Тису. Она показала пальцем в потолок, затем на лестницу. В это время над входной дверью осторожно тренькнул колокольчик.
— Ханна, если это из гильдии плотников, и собираются сообщить, что у нас крыша течёт и надо срочно тысячу золотых за ремонт отдать, гони всех в шею.
Пока меня не озадачили очередной проблемой, я поднялся на второй этаж в один из рабочих кабинетов. Единственное в доме мягкое кресло с потёртой обивкой находилось именно здесь. Но вместо рабочего стола здесь был столик для чаепития, наверняка перенесённый из соседней комнаты, чтобы эта не казалась пустой. Тиса уже забралась на кресло с ногами, сняв туфельки. Едва я вошёл, рядом с чайным столиком появилась Соун И, держа увесистую книгу в руках.
— Что случилось? — спросила она, затем увидела Тису, расплылась в улыбке и побежала обниматься, бросив книгу на чайный столик. — Наставник Нерул Вас потерял.
Не сразу отбившись от Соун И, Тиса посмотрела на неё возмущённо. Подтянула свою сумочку на длинном ремешке, достала оттуда небольшую книжицу и пенал, вырезанный из кости. В пенале хранились продолговатые угольки, одним из которых она что-то написала в книжице, показывая Соун И.
— Да, я видела его, он совсем рядом, — сказала Соун И, прочитав пару символов. — Конечно, Вы показывали, как это делается, поэтому смогу найти…
Тиса смешно держала уголёк в пальцах, выводя на светлых листах книжицы совершенно незнакомые мне символы.
— Это не сложно, — кивнула Соун И. — Там же нет никого, откуда демоны? А Василий точно сможет его победить?
Они посмотрели на меня с одинаковым сомнением во взглядах.
— Что? — вздохнул я. — Ещё одни плохие новости? Давайте, сыпьте, мне не жалко. Василий сильный, он всех победит. Хотя бы пар выпущу. Ханну с собой взять можно, чтобы не беспокоилась?
Тиса качнула головой, написав ещё два символа, и убрала уголёк обратно в пенал. Запустив руку в сумку, вынула кошель с завязками и протянула Соун И.
— Это близко, — сказала мне Соун И, протягивая ко мне руку.
— Я уже понял…
Вокруг всё резко исчезло, пропал свет, звуки, даже ощущение пространства, отчего голова закружилась на секунду. Спустя мгновение рядом вспыхнул огонёк, разгоняя темноту. Соун И вынула из кошелька Тисы продолговатый кристалл на верёвочке, светящийся лёгким голубоватым светом.
— Где это мы? — спросил я, оглядываясь по сторонам.
Мы оказались в пустом помещении, очень напоминающем мраморный дворец какого-нибудь восточного правителя. Незнакомые узоры мозаики на полу и на стенах, проёмы окон, заострённые в верхней части, и купол потолка над головой. Что касается окон, то они были чёрными, словно с той стороны их завесили плотной тканью.
— Это разрушенный мир, — сказала Соун И. — Он совсем рядом с тем, где мы сейчас живём.
— Кто его разрушил? — задал я глупый вопрос, чувствуя, как становится неуютно.
— Откуда я могу знать? — удивилась девушка. — Но его разбили на очень, очень много маленьких кусочков. Мы сейчас в одном из них. Мама Ночь сказала, что ты должен победить здесь какого-то жадного демона. Но в разрушенных мирах ничего и никого нет. Ни людей, ни демонов, даже света нет, только пустота.
— Пугающее место. А если выпасть в окно?
— Если не умеешь перемещаться между мирами, то будешь падать вечно, в темноте.
— Ладно, пойдём поищем этого жадного демона, — сказал я. — Чем быстрее домой вернёмся, тем лучше. Мне ещё за мебель надо чем-то заплатить. Может, ещё какого-нибудь герцога ограбить?..
⠀⠀
Соун И подняла кристалл повыше, освещая пустое помещение. Глаза постепенно привыкали к темноте, и уже можно было различить два коридора, разбегающиеся в разные стороны. Выбрав правый, она уверенно направилась в темноту. Я поспешил догнать её и взять под руку, с опаской оглядываясь. Всё-таки это жуткое место.
— А как вы его нашли, этот разрушенный мир? — спросил я.
— Мама Ночь его нашла, когда проверяла миры вокруг нового дома для источника. Рядом много необжитых миров, не тронутых порчей.
— Сюда через разлом попасть можно?
— Не знаю, — она пожала плечами.
— А если я сейчас магию использую, нас не заметят? — снова спросил я, чтобы нарушить мёртвую тишину.
— Кто? — Соун И удивилась. Даже остановилась, чтобы посмотреть на меня. — Здесь же никого нет.
Я с трудом подавил желание взять её за плечи и потрясти немного. Вместо этого я произнёс пару слов на языке дами. Пространство вокруг откликнулось неохотно, жалобно вздрогнув.
— Не делай так, — сказала девушка. — А то этот осколок развалится на более мелкие.
— Ты же сказала, что магию можно использовать.
— Не говорила.
Я вздохнул, затем потянул её дальше по коридору. Пару минут мы шли молча, проходя сквозь пустые помещения. В тишине слышались только наши шаги, отчего было ещё более жутко. Наконец, Соун И остановилась у мраморной лестницы, уходящей куда-то вниз.
— Там, — сказала она. — Но я крутых ступеней боюсь.
— Темноты и пустого мира она не боится, — улыбнулся я, крепче беря её за руку, — а лестница пугает. Держись за меня. Что такое? Хочешь, понесу?
Пришлось сажать её на закорки и осторожно спускаться. Я всё ждал, когда мы наткнёмся на останки людей или демонов, скелеты в истлевшей одежде или просто кучки костей, но вокруг было пусто. Я даже подумал зайти в какую-нибудь комнату, чтобы посмотреть, осталось ли внутри что-нибудь из вещей или деревянной мебели. Соун И подобное не интересовало, она уверенно вела меня вглубь дворца, спускаясь всё ниже. Один раз нам пришлось обходить огромный зал, треснувший пополам. При этом за разломом ничего не было, только пустота.
— Мы точно идём в правильном направлении? — спросил я, когда мы спустились ещё ниже, в мрачные подвалы. Окон здесь не было, и пустоты вокруг не видно, но маленькие тёмные помещения давили.
— В правильном. Мама Ночь учила, как искать дорогу. Почти пришли.
— Драться надо будет? — я пару раз вытер о куртку предательски вспотевшие ладони.
— Не знаю, — она остановилась и смешно нахмурилась. — Здесь же нет никого.
— Нет, и хорошо, — сказал я, чувствуя, что надо как можно быстрее убраться из этого места. — Пойдём тогда, а то как-то неуютно мне.
Мы прошли ещё немного по узкому коридору, напоминающему темницу с камерами для заключённых, но без дверей. Остановились буквально сразу, перед узкой аркой прохода, не больше метра в ширину. За аркой виднелся короткий спуск в пару ступеней.
— Слушай, а почему здесь дверей нигде нет? — спросил я, осторожно оглядываясь. — Не нравятся мне эти казематы.
— В таких местах не может быть закрытых помещений, — ответила она отстранённо, прислушиваясь к чему-то. — Мы пришли. Это там. Логово жадного демона.
Соун И перепрыгнула ступени и жестом поманила за собой. Я поморщился, не имея никакого желания лезть в этот узкий проход. Но оставаться одному, без источника света, желания было ещё меньше. Пришлось едва ли не бежать, чтобы догнать девушку.
— В следующий раз надо лампу взять… — начал было я и замолчал.
Короткий проход вывел нас в комнату метров пять в ширину и около десяти в длину. Соун И посторонилась, чтобы мне было удобнее пройти. Под её ногами что-то хрустнуло, затем звякнуло. Понятно, почему они называли демона, живущего здесь, «жадным». Всё помещение было заполнено золотом. От входа оно поднималось где-то на метр и почти достигало потолка у дальних стен. Это были золотые монеты, украшения, вазы и блюда. Рядом с нами на полу лежал золотой конический шлем с забралом, а чуть поодаль — ножны от кинжала, украшенные крупными драгоценными камнями. В голубоватом свете кристалла всё это смотрелось необычно. Нагнувшись, я поднял с пола кубок, объёмом не меньше литра. Он был до самого верха заполнен драгоценными камнями всех оттенков зелёного и красного цветов.
— Мама Ночь сказала, что тебе это может понадобиться, — нарушила тишину Соун И. На сокровища, лежащие у её ног, она смотрела очень спокойно. — Только я не понимаю, это же просто золото и разноцветные камни, как они могут помочь с источником?
— Как-то да помогут, — не согласился я, пытаясь оценить, сколько здесь всего сокровищ.
— Бери, что нужно, и пойдём, — поторопила Соун И. — Мне тоже неприятно находиться в подобных местах.
— Ты, погоди, не спеши, — заволновался я. — В таком деле спешка только мешает.
— Здесь очень много пустого пространства и совсем нет запертых комнат, — словно не услышав меня, добавила девушка. — Не люблю падать, а тут кругом один камень.
— Скажи, а всё это ты сможешь перенести? — спросил я. — Или только то, что в руки можно взять?
Она осмотрелась, повернулась несколько раз, оценивая размеры помещения. Развела руки в стороны, выставляя ладони, словно пыталась коснуться стен.
— Лучше бы это были книги, — с лёгким разочарованием сказала она. — Могу, но потом нужно будет отдохнуть несколько дней. Куда перенести? В тот дом, где Лучик жил?
— А в подвал дома, откуда мы уходили? — осторожно спросил я. — Я смотрел, он огромный, всё должно поместиться.
Соун И задумалась, затем кивнула.
— Я попробую.
— Ты не подумай плохого, — сказал я. — Я не жадный, просто запасливый.
— Тебе этого не хватит? — она обернулась, посмотрела серьёзно. — Рядом есть ещё несколько осколков с золотом, но они меньше. Этот — самый яркий из всех. Если очень нужно, могу ещё поискать.
— Стой, стой, — остановил я её. — Этого даже больше чем нужно.
— Как младший Ка, — Соун И улыбнулась. — Он тоже запасливый. Тётя его хранителем ценностей назначила. Интересно, как у них сейчас дела?..
— Старший Ка — это дедушка с тележкой уличной еды? А младший — его сын?
Соун И кивнула, затем коснулась меня, и мир вокруг вспыхнул, ослепив. Появился запах пыли и лёгких духо́в, а где-то недалеко по булыжной мостовой с грохотом промчалась повозка. Пришлось ненадолго зажмуриться, чтобы глаза привыкли к свету. Почти сразу внизу что-то бухнуло, отчего вздрогнули полы. Разлепив один глаз, я увидел Тису, сидящую в кресле и листающую книгу, оставленную Соун И. Тонкий и сладковатый запах духов исходил как раз от Тисы. Странно, что не замечал раньше.
— Василий? — в комнату заглянула Ханна. — Ты куда пропал? Почему не предупредил? И что это?
Я посмотрел на неё, затем на кубок в своей руке. В дневном свете крупные драгоценные камни смотрелись даже внушительней, чем в той страной сокровищнице.
— Аванс, — ответил я отстранённо.
— А что бахнуло в подвале? — она подошла, бросила взгляд на кубок.
— Тоже аванс… Долго нас не было?
— Полдень уже давно как миновал.
— Мы были в жутком месте, — я поёжился. — Демона какого-то жадного искали. Надеюсь, что он на нас не сильно обидится.
— Василий, — Ханна слегка потрясла меня за плечо, заглянула в глаза. — Так, тебе надо выпить. Отпусти ты его…
Она попыталась забрать кубок, но я вцепился в него, не собираясь отдавать. В короткой борьбе победила Ханна, отняв добычу. Пока я пребывал в лёгком замешательстве, Тиса отложила книгу, надела туфельки и подошла, чтобы взять меня за руку. Посмотрела на Ханну, свободной рукой изобразила, как выпивает маленькую рюмочку, после чего потянула меня к лестнице. Только выйдя на улицу, под жаркие лучи солнца, я почувствовал себя лучше, а в голове немного прояснилось. Мы прогулялись по площади, вдоль дорогих лавок, к местному ресторану. Это было большое двухэтажное здание с открытой верандой на втором этаже, где подчинённые Ханны уже выбрали столик. Горячий обед подали почти сразу, вместе с пузатой зелёной бутылкой сладкой настойки. По словам официантки — это был самый крепкий напиток, который подавали в заведении. Окончательно оттаял я только после пары стопок настойки.
— Чтобы я ещё раз туда по доброй воле сунулся, да ни в жизнь, — возмущался я, рассказывая о коротком пребывании в расколотом мире. — Уж лучше по мёртвому городу погулять. Там хотя бы небо над головой и звёзды ночью видно.
— Осколки миров — опасное место, — сказала Ива, сделав крошечный глоток настойки, и довольно покачала головой. Она весь обед неспешно цедила её, получая большое удовольствие. — Разломы там не появляются, и если угораздит попасть, то выбраться не получится.
— И вы чуть-чуть не превратили мой мир в нечто подобное, — проворчал я, чувствуя, как в голове приятно шумит. — Ради какой-то ерунды. Я бы туда вашего императора отправил, чтобы посмотрел своими глазами и почувствовал, что значит разрушенный мир. Ладно, проехали. Я уже почти не сержусь… Что там за шум?
Я вытянул шею, глядя на выход в общий зал ресторана, откуда доносились громкие голоса. На драку и скандал похоже не было.
— На улице, смотри, — сказала Ива.
Со второго этажа было видно, как по улице бежало несколько мужчин, а следом и женщина с большой корзинкой в руках. Спешили они к просторному перекрёстку, на котором постепенно собиралась толпа. Какой-то парень, умудрившийся забраться на фонарную тумбу, менял листовки на мелкие монеты, что-то выкрикивая.
К нашему столику подошла официантка, чтобы забрать опустевшие тарелки.
— Ещё вина? — спросила она, с улыбкой принимая золотую монету из рук Ханны.
— Что за шум в зале и на улице? — спросил я.
— Говорят о вторжении демонов, — сказала девушка.
— Вторжении? — мне сразу подумалось об источнике и больших пауках, хозяйничающих в деревне. Наверняка слухи оттуда успели добраться до столицы.
— Рядом с Реджо разломы, — в голосе девушки всё же мелькнула тревога. — На листовках пишут, что город штурмуют демоны, а порт горит.
— Реджо? Где-то я слышал это название.
— Родители владыки Альведэ оттуда родом, — сказала Ива.
— Да, точно, Зои об этом говорила…
— Принеси одну листовку, — попросила Ханна, протягивая девушке несколько серебряных монет.
— Сейчас, — она подхватила поднос с тарелками и упорхнула в сторону кухни.
— Не вмешивайся в это, — сказала мне Ханна. — Для местных подобное — обычное дело, они справятся.
— Хорошо, что тот герцог решил армию собирать, — задумчиво сказал я. — Вот и пригодилась.
К нам вернулась официантка, протянув жёлтый листок. Не очень чётким штампом на нём изображался силуэт горящего города и вертикальные линии разломов, откуда выходили рогатые и хвостатые демоны. Надпись внизу гласила, что такого-то числа прямо в порту Реджо открылось несчётное количество разломов, откуда на город обрушилась армия демонов. Описывали их как рогатых людей с головами быков, владеющих огненной магией. Облик демонов обещали показать в следующем выпуске вестника.
— Я с тобой полностью согласен, некогда мне этим заниматься, — ответил я под пристальным взглядом Ханны. — Надо с артефактами поэкспериментировать, наброски кое-какие сделать. Пойдёмте лучше камни драгоценные поменяем на золото, чтобы за мебель рассчитаться.
Новость настроение испортила, но Ханна права, не до этого мне сейчас. Не зря же Ива сегодня говорила про смерти моих друзей и знакомых. Почти уверен, что это всё из-за источника. Чем быстрее я смогу понять, как его заякорить, тем будет лучше. На фоне этого всё остальное — обычные мелочи жизни. Одарённых в этом мире предостаточно, как-нибудь справятся с нашествием диких демонов.
Никуда не торопясь, мы закончили обед, после чего ещё полчаса пили чай со сладким десертом. В отличие от Хумы, сахар здесь был во всём его великолепии: фрукты в сиропе, приторно-сладкая выпечка, кремовые пирожные.
Лавку ювелира мы нашли недалеко от торговой площади Золотых Весов. Она поэтому так и называлась, что раньше здесь совершали почти все сделки с золотом и драгоценностями. Со временем ажиотаж прошёл, конкуренты друг друга съели и осталась лишь пара крупных ювелирных лавок и ломбардов по совместительству. Мы выбрали ту, что выглядела богаче и солиднее.
В связи с быстро распространяющимися слухами о нападении демонов в лавках царил лёгкий ажиотаж. Какая-то заполошная женщина пыталась продать несколько украшений, громко торгуясь с оценщиком. Ещё один мужчина продавал золотые перстни, стараясь выглядеть невозмутимым, что не очень получалось, на мой взгляд.
Ханна придержала меня, не пустив к столу обычного оценщика, показав взглядом на старшего в зале. Колоритный мужчина только готовился к работе, раскладывая инструмент рядом с красивыми золочёными чашечными весами.
— Грядущая война всегда подталкивает людей запасаться золотом, — тихо сказала она. — Особенно когда из поглощённых войной регионов в столицу стекаются товары и ресурсы. Нужно золото, чтобы купить всё это до того, как взлетят цены, и уже потом продать дороже. А единственный способ быстро достать наличность — продать что-нибудь из драгоценностей. Если война затянется, то украшения будут дешеветь, а обычное золото, которое можно переплавить в монеты, дорожать.
— Я понял, — так же тихо сказал я. — Надо бы отправить кого-нибудь к Максиму Артёмовичу, поторопить с покупкой корабля.
Ханна кивнула, показывая взглядом на старшего оценщика. Какой-то важный мужчина со шкатулкой хотел подойти к нему, но передумал и встал в другую очередь. Та же самая участь постигла женщину, не договорившуюся по поводу украшений с другим оценщиком. Ханна подтолкнула меня туда, к единственному стулу для гостей.
— Добрый день, — поздоровался я, усаживаясь на жёсткий стул. Специально так сделали, чтобы клиенты не засиживались.
— Приветствую, — оценщик, хитрого вида немолодой мужчина, изобразил профессиональную улыбку. Я даже подивился, как хорошо это у него получилось. — Что желаете продать?
— Продавать пока не желаю, а вот оценить хочу, — я положил на стол два камушка из чаши, что забрала Ханна. Ещё дома она просто высыпала всё содержимое в свою сумку и сейчас протянула пару наугад.
Камни оказались тёмно-красные, с ноготь большого пальца, немного вытянутые и с красивой огранкой. Ханна незаметно ткнула меня в бок пальцем, чтобы я обратил внимание, как на секунду у оценщика вытянулось лицо.
— Кровавые рубины, — выдал я первое, что пришло на ум. — Из далёкого демонического мира. Таких здесь не найти.
— Прелестные камни, — сказал оценщик. На правой руке у него была белая бархатная перчатка, которой он осторожно приподнял камень.
Не знаю, что он сделал, но один из охранников развернулся и поспешил к служебному выходу. Оценщик поднял камень повыше, чтобы посмотреть сквозь него на свет.
— Сколько вы за них хотите? — спросил он, положив камень на чашу весов, чтобы взвесить.
— Я же говорю, оценить хочу, узнать, сколько они могут стоить. Вы же оказываете подобную услугу?
— Да, за десять золотых, — ответил он, перебирая маленькие грузики.
— Дорогая услуга…
— В среднем такие камни можно продать по четыре сотни эннаров, — сказал он. — Но мы готовы заплатить…
Он не договорил, так как из служебного помещения вышел ещё один колоритный мужчина, скорее всего, ювелир. В кожаном фартуке, со специальным креплением на лбу для увеличительного стекла. Властным жестом он прогнал оценщика со стула, заняв его место. Осторожно взяв один из камней, поднял его к свету, посмотрев сквозь увеличительное стекло.
— Мы готовы заплатить по шестьсот эннаров, — продолжил оценщик, выдав идеальную улыбку продавца. Правда, улыбка немного померкла, когда он поднял взгляд, посмотрев поверх моего плеча.
— Шестьсот монет за крупный камень из другого мира? — над моим ухом послышался голос королевы Амалии. — Василий, тебя хотят крупно обмануть. А ведь это лавка имеет отменную репутацию в городе. Кто бы мог подумать.
Что-то я не сразу заметил, что в лавке уже давно повисла тишина. Увлечённые драгоценными камнями, мы не заметили, когда появилась королева. Даже ювелир, осматривающий камень через увеличительное стекло, замер, боясь пошевелиться.
— Эта лавка выглядела солидной, — произнёс я, вставая.
— Так и есть, — согласилась королева, благодарно кивнула, садясь на моё место. Бросив взгляд на ювелира, взяла второй камень, положила на ладонь. — Красивые рубины. Хорошо, что это пара, а не одинокий камень. И обработаны искусно. Василий, дам тебе за них по тысяче монет.
— Тысячу триста за каждый, — быстро сказал ювелир.
— Три, за оба, — парировала королева Амалия.
— Три с половиной, — скрепя сердце сказал ювелир.
На мне скрестились два взгляда. Королева положила камень обратно на стол, огорчённо покачала головой.
— Договорились, — сказал я, прикидывая, что у меня полная сумка таких.
— Правду говорят, что драгоценные камни из других миров высоко ценятся, — сказала королева. — Как и украшения из них. Бал в честь принцессы перенесли, поэтому мастер Корви успеет создать что-нибудь восхитительное. А герцоги ещё подерутся за украшения, Зои ведь всегда нравились красивые красные камушки.
— Спасибо за столь высокую оценку, Ваше Величество, — ювелир склонил голову.
— Василий, ты закончил здесь? — королева посмотрела на меня.
— Дайте мне минуту, поговорить с мастером Корви с глазу на глаз.
Она встала, почти равнодушно посмотрела на Иву и направилась к выходу из лавки, где мелькнула ещё одна обладательница белых волос.
— Золото отдадите кому-нибудь из моих людей, когда соберёте всю сумму, — сказал я мастеру, немного понизив голос. — И если будет нужно, то я смогу достать ещё камней из другого мира, красных и зелёных. Пока есть возможность и переходы не закрылись.
— Много времени это займёт? — деловито спросил мастер.
— Сегодня к закату они могут быть у вас. В крайнем случае доставим завтра утром.
— Шесть красных рубинов я бы взял, — сказал он. — Если они будут такого же качества, цвета и размера. На зелёные нужно смотреть, они обычно спросом не пользуются. И ещё десять средних рубинов и россыпь мелких, можно и без огранки.
— Загляну к Вам вечером, — я перешёл на шёпот. — Можно будет поговорить и о регулярных поставках.
Ювелир понимающе кивнул, бросив короткий взгляд в сторону выхода из лавки. Не удивлюсь, если добыча и продажа драгоценных камней облагается налогом или какой-нибудь королевской пошлиной.
У выхода из лавки меня ждала карета, но не роскошная королевская, а гораздо скромнее, чтобы не привлекать лишнее внимание. Королевской стражи тоже не видно. Я уже хотел подняться в карету, но меня за руку взяла Тиса, лучезарно улыбнувшись.
— Что случилось? — спросил я, на что она сделала неопределённый жест, как бы говоря, что всё в порядке. Но ладонь держала так, что не отцепить.
Пришлось подниматься в салон вдвоём. Королева на это внимания не обратила, а Присцилла лишь посмотрела неодобрительно.
— Вы уже договорились о покупке корабля? — спросила королева Амалия, когда повозка двинулась на запад.
— Должны были сегодня решить этот вопрос. Если хозяин Расколотого не будет упорствовать и вдруг не решит оставить его себе.
— Слышал о ситуации в Реджо?
— Да, видел листовки. Неприятные новости, если написанное правда. Местным хватит сил, чтобы отбиться?
— Сложно сказать, — королева внешне была спокойна, но чувствовалось напряжение, повисшее в воздухе. — Всё зависит от того, насколько большая армия у демонов. Дошли только короткие сообщения с почтовыми голубями. Вдоль берега Тёплого моря туда добираться почти десять дней. Семь при попутном ветре. Зои говорила, что летающие корабли способны преодолеть это расстояние всего за один день.
— Надо с капитаном Юн Волом поговорить насчёт скорости. Над равнинами центрального континента Великих сект Парящий такую скорость развивал, что на верхней палубе находиться было опасно.
— Хочу нанять твой корабль, — сказала королева. — Сегодня же мы должны вылететь в сторону Реджо. Это один из крупнейших городов Первого царства, и порт там больше, чем в Марви. Поэтому он нужен мне целым, не сожжённым и не разграбленным.
— Ну… Вы задачи ставите, — я потёр лоб. — Корабль надо подготовить, установить двигатель, мачты убрать, чтобы не мешали.
— Мачты я уберу, — пообещала королева, взмахнув ребром ладони, показывая, как именно будет это делать.
— Провизию запасти и вообще… Мы в порт едем?
Я выглянул в окно. Карета мчалась по городу явно с превышением скорости, распугивая горожан.
— Каждый миг промедления может стоить сотни жизней людей, — серьёзно сказала она. — Если потребуется, я «Расколотый» реквизирую.
— Хорошо, будем считать, что Вы нас наняли, — сказал я, надеясь, что установка сердца корабля не занимает много времени. Вот и как в такой ситуации следовать совету Ханны и оставаться в стороне?
Нам повезло застать в порту не только Максима Артёмовича, но и капитана Юн Вола. Пробиться к ним удалось не сразу. Окружившая летающую лодку толпа матросов и просто зевак никак не хотела расступаться. Они не сразу заметили королеву и госпожу Асгейл, шумели, трясли руками и даже ругались, глядя на зависшую над землёй небольшую грузовую лодку, метров пять в длину. А вот когда Присцилла использовала силу, собравшиеся притихли, быстро расступаясь.
Максим Артёмович и Юн Вол в это время беседовали с кем-то из местных, скорее всего, с начальником порта или другим чиновником.
— Расходитесь, — повысила голос Присцилла. От неё потянуло угрозой, а знак на моей спине немного потеплел. Это подействовало, и люди начали спешно разбегаться, довольно быстро освободив место на площадке, над которой зависла лодка.
— Ваше Величество, — Максим Артёмович первым поклонился.
— Оставьте, — остановила мужчин королева. — Сейчас не до этого.
Она хотела ещё что-то сказать, но вспомнила о чём-то, посмотрела на меня. Сделала такой вид, словно именно я должен всё решать и договариваться, а она здесь только в роли зрителя.
— Что насчёт корабля? — спросил я. — Договорились о покупке?
— Только что, — кивнул Максим Артёмович, показывая на мужчину, стоявшего рядом. Тот немного побледнел, переводя взгляд с королевы на госпожу Асгейл и обратно. Волновался, наверное, что поступил опрометчиво и продал корабль иномирцам. — Осталось документы подписать. Тридцать тысяч золотых монет.
— Документы подождут, у нас ЧП, — сказал я, затем обратился к капитану Юн Волу. — Сколько Вам понадобится времени, чтобы поднять корабль в воздух? У нас срочный заказ, не терпящий отлагательств.
— К закату, — сказал он. — Как раз команда успеет прибыть в порт.
— Прекрасные новости, — сказала королева. — Мы будем здесь к закату. Насколько я знаю, «Расколотый» может вместить две с половиной сотни человек.
— Если сильно потесниться в трюме, — сказал Юн Вол. — Полторы сотни, помимо команды. Больше в первый выход брать небезопасно. Надо ещё успеть вынести из трюмов всё лишнее.
— К закату, — повторила королева.
Они с Присциллой, не прощаясь, направились к карете. Минута, и они уже мчались по улице обратно к мосту.
— Что это было? — спросил Максим Артёмович.
— Война… То есть, вторжение демонов. День пути на летающем корабле куда-то на северо-запад, вдоль берега Тёплого моря. Королева хочет лично в этом поучаствовать. Поэтому нам нужна провизия на пару дней, вода, люди и… всё, что понадобится для похода.
— Капитан, Вы говорили, что Вам ещё нужно будет двадцать человек? — Максим Артёмович обратился к Юн Волу.
— С учётом моих людей, — он кивнул.
— Тогда не будем терять время, — сказал Максим Артёмович. — Летим обратно в Рандо, по пути всё решим. Василий, ты с нами?
Они, наконец, обратили внимание на Тису, всё ещё держащую меня за руку. Капитан Юн Вол на неё смотрел очень странным взглядом.
— Нет, я пока свои дела решу. Но в сторону Реджо с вами отправлюсь. Хочу посмотреть, что там происходит.
Летающая лодка со стуком опустилась на булыжную площадь. Едва мужчины поднялись на борт, она легко взмыла в воздух и стремительно помчалась на запад под удивлённые крики толпы, снова стягивающейся на площадь.
— Чтобы не сердить Её Величество, — обратился я ко всё ещё бледному мужчине, — я бы посоветовал быстрее подготовить корабль.
Не знаю как для других, но для меня вечер в столице был наполнен суетой и ненужными метаниями из стороны в сторону. Пока было время, я вернулся домой, перед которым застал несколько больших телег с дорогой мебелью. Под руководством людей с гор Ракку уже в полную силу шёл ремонт, и мне пришлось бегать вокруг, раздавая указания, чтобы никого не пускали в подвалы. Потом я заглянул в ювелирную лавку, чтобы продать ещё несколько драгоценных камней. Зелёные камни необычайной чистоты ювелиру тоже понравились, и он залип минут на десять, разглядывая их через увеличительное стекло. В итоге, продав всего два десятка камней, малую часть из той примечательной чаши, я стал богаче почти на двадцать тысяч золотых эннаров. Монеты, что примечательно, выдали сразу, в трёх простеньких сундуках, обитых железными полосами. Наверняка обманули с ценой, но разбираться в этом не было времени.
В порт я возвращался уже к закату, немного опаздывая. При этом последнюю часть пути в виде моста через реку пришлось преодолевать пешком. Кареты и дорогие повозки почти полностью перекрыли дорогу. Возницы кричали, ругались, пытались развернуться, но всё без толку. Общий гомон разбавляло недовольное ржание лошадей и громкие крики городской стражи, тщетно пытавшейся навести порядок. Когда я выглянул из повозки, пытаясь понять, что происходит, мимо как раз пробежал мужчина в дорогой одежде, за которым спешила пара слуг с дорожными сумками.
В самом порту ажиотажа было не меньше, чем на мосту. И чтобы толпа не высыпала на причал, городской страже пришлось выставить оцепление. Руководил всем герцог Арденн, которому король поручил собрать армию для борьбы с демонами. Он стоял у прохода через оцепление, решая, кому можно пройти к кораблю. В чёрно-золотом наряде, с мечом на поясе и остроконечной шляпе с золотым пером, герцог смотрелся весьма величественно. И воздух вокруг был буквально пропитан магией.
Мужчины с гор Ракку сквозь толпу шли легко, расталкивая локтями самых нерасторопных.
— Владыка Василий, — герцог узнал меня, приветствуя странным жестом. Он коснулся шляпы пальцами правой руки. — Её Величество уже три раза спрашивала о тебе.
— Пробки, — отозвался я, не зная, что ответить на эту претензию.
— Надеюсь, что это дитя решило проводить тебя, а не прокатиться на летающем корабле, — герцог посмотрел на Тису, затем отступил в сторону, пропуская нас на причал.
Я тоже посмотрел на Тису, одной рукой держащую мою ладонь, второй — ладонь Ивы. Девушки словно сговорились, решив отправиться вместе со мной, и никакие уговоры на них не действовали.
— Никого больше не пускай, — сказал герцог кому-то из стражников. — Все, кто опоздал, могут отправляться в Реджо пешком или на следующем корабле.
Видя, что герцог уходит, толпа зашумела сильнее. По правде сказать, очередь на причале для подъёма на борт корабля уже внушала. При этом слуг почти не видно, благородные господа сами несли пожитки, но совсем не выглядели оскорблёнными. У многих во взгляде читалось предвкушение. Им очень повезло, что путешествие будет коротким. Я бы посмотрел на них, если бы пришлось сидеть в трюме хотя бы дней семь. Кают на всех не хватит. Это не Парящий, перестроенный для перевозки пассажиров.
На палубе гостей встречал лично капитан Юн Вол. Сейчас он выглядел точно так же, как и в нашу первую встречу — уверенный, волевой взгляд, излучающий силу. Неплохо он преобразился, стоило лишь подняться на борт собственного корабля.
— Как всё прошло? — спросил я у него, поднявшись на борт. — Корабль готов?
— Полностью готов, — он кивнул, коротким жестом показывая старпому, чтобы убирал сходни. — Вызывает недоверие только компетентность местного навигатора. Он уверяет, что сможет ориентироваться ночью, даже если моря не будет видно.
— Мы разве пойдём не вдоль берега?
— Постараемся. Всё будет зависеть от ветра. Стоило бы проверить, на что способен корабль, но светлая королева торопит.
Юн Вол положил ладонь на высокий борт, пару раз похлопал по дереву.
— Корабль выглядит крепким, — продолжил он.
— А что с мачтами решили? — я посмотрел на три огромные мачты. — Не будут мешать?
— Не должны, — он показал мне в сторону мостика и штурвала, затем обратился к старпому. — Ран, проследи, чтобы пассажиры не свалились за борт с перепугу. Кабов — в трюм. Лодку закрепили?
— Привязали крепко, капитан!
Суеты на палубе не было. Матросы из команды Юн Вола уже отгоняли любопытных зрителей от бортов, призывая спуститься в трюм во избежание падения за борт. В целом же корабль оказался гораздо больше, чем выглядел со стороны моста.
Я думал, что на мостике корабля будет тоже не протолкнуться от важных пассажиров, но там была лишь королева. Даже невзрачный мужчина в одежде моряка, скорее всего, упомянутый навигатор, топтался на лестнице, боясь подняться выше. Всё стало понятно, когда мы подошли ближе. Королева была не в духе, распространяя вокруг грозную ауру силы. Красивое платье она сменила на неприметный серый дорожный костюм и длинную накидку с капюшоном из жёсткой ткани. Из-под накидки проглядывал широкий пояс и рукоять кинжала с большим красным драгоценным камнем в навершии.
— Надеюсь, что Ваше недовольство вызвано исключительно боязнью высоты, — сказал я, коротко поклонившись.
— Оно могло быть вызвано капризами знакомой тебе беловолосой девушки и капризами герцогов, решившими прокатиться на летающем корабле, — королева скрестила руки на груди. — Но не сегодня. Давно к нам так нагло не вламывались демоны, чтобы жечь крупные города. Плохие новости поступают из Реджо.
— Понял, простите за глупое замечание.
— Не нужно извиняться, — она немного покачала головой. — Ты прав, нужно держать себя в руках. По крайней мере, пока не доберёмся до Реджо.
— Зои осталась во дворце?
— Она наказана. До бала в честь её возвращения покидать дворец ей не дозволено. Присцилла за ней присмотрит.
На мостик поднялся капитан Юн Вол, ведя за собой навигатора. Коротко поклонившись королеве, он встал у высоких перил мостика, бросил взгляд на палубу. Доски пола слегка скрипнули, корабль качнуло, но мы легко устояли на ногах. Появилось почти такое же ощущение, как и во время катания на спине пауков, когда тебя что-то держит, не давая свалиться даже при резких рывках.
Корабль тем временем поднимался. Послышался плеск воды и крики матросов. На лице Юн Вола появилась лёгкая улыбка, и подъём резко ускорился. Одновременно с этим корабль начал разворачиваться на северо-запад. От каждого манёвра корабля захватывало дух, особенно когда он начал ускоряться, помчавшись прямо над городом, обдав толпу зевак остатками речной воды. Вцепившийся в балку ограждения навигатор в ужасе таращил глаза, забыв о том, что это он должен указывать направление движения.
— Скоро здесь будет очень ветрено и холодно, — перекрикивая порывы ветра, я обратился к королеве. — Давайте спустимся в каюту.
Корабль резко подбросило вверх, затем палуба рухнула вниз как минимум на метр. Ветер донёс крики людей, повалившихся на палубу. Надеюсь, что никто не выпал.
— Крепкий ветер в сторону моря, — послышался голос капитана. — Можно идти быстрее, но качка усилится.
— Качку мы переживём, — королева подошла ближе к капитану, чтобы не кричать. — Спешите, капитан Юн Вол.
— Как прикажете, светлая королева, — сказал он, довольно улыбаясь.
Я же мог почувствовать, как где-то под нами бурлила сила, приходящая из-за завесы. Словно верховная жрица дами использовала великий символ, вкладывая в него все доступные силы. А ещё я понял, что при желании могу отрезать сердце корабля от завесы. Проблема в том, что при одной мысли об откровении первых дами, записанном на кинжале, мурашки бежали по спине.
Как выяснилось, нормальных кают на корабле было всего четыре: одна для капитана, одна для старших офицеров и две для торговцев, сопровождающих груз. Матросам приходилось ютиться на нижней палубе, подвешивая гамаки. А так как корабль собирался в большой спешке и его едва успели нормально разгрузить, то благородные господа расположились просто в трюме, на собственных вещах. Даже герцогу пришлось ночевать в гамаке рядом с матросами, что он перенёс стоически, без жалоб и ворчания. Я тоже провёл ночь в гамаке, но в небольшой каюте старших офицеров, рассчитанной на шесть человек.
Нам всем повезло, что качка, обещанная капитаном, было не такой сильной, как он ожидал. То ли ветер ночью стих, то ли мы успели миновать опасный участок, но ночь прошла вполне спокойно. Утром, когда солнце поднялось над горизонтом, пришла хорошая весть, что мы преодолели треть пути. Капитан Юн Вол за завтраком рассказал, что сердце корабля было рассчитано на гораздо большее судно, поэтому могло толкать нас ещё быстрее, но он переживал, как бы «Расколотый» не развалился на части от такой нагрузки. Как он управлял кораблём, сидя с нами за столом в каюте капитана, оставалось только догадываться.
— Признаюсь, я недооценивала возможности летающих кораблей, — говорила королева, когда завтрак был съеден. Она сидела за столом с капитаном и вела, как казалось, непринуждённую беседу.
— В золотой век Великих сект над крупнейшими городами всех пяти континентов парили не только корабли, но и огромные дворцы. Дети Илуны, прекрасные ликом мужчины и женщины с заострёнными ушами, владели каменоломней парящих камней. Возвысились над многими и разбогатели они как раз в то прекрасное время. Только они умели обрабатывать летающие камни, наносить узоры, позволяющие поднимать в воздух маленькие лодки и огромные дворцы.
Я как раз сидел на кровати капитана, слушая их разговор, и перебирал серебряные лепестки от угасшего сердца Парящего. Не знал, что он сохранит их, как и большой свиток с общим рисунком. После завтрака Юн Вол показал их, сказав, что если я в этом разбираюсь, то они могут оказаться для меня полезными. Это он правильно сделал, а то я бы полез разбирать сердце летающей лодки, крепко закреплённой на верхней палубе.
— А что сейчас? — спросила королева.
— После трагедии Ильсиды они потеряли доступ к каменоломне, — сказал капитан.
— Да, я знаю, что это за трагедия, — кивнула Амалия. — И что стало после? Началась война за оставшиеся осколки парящих камней?
— И это тоже, — Юн Вол кивнул. — Дворцы ещё какое-то время парили над городами, словно не замечая огромных перемен, но очень скоро опустились на землю. Парящие камни со временем теряют силу, иссыхают и превращаются в пыль. Когда люди это поняли, то начали дробить большие камни дворцов, превращая их в сердца летающих кораблей и лодок. Ходят слухи, что только у секты Большой реки запасов хватит ещё на несколько тысяч лет.
— Это если они забрали их с собой, — вставил я, разглядывая узор, отвечающий за стабильность. Точнее, это и был узор, гарантирующий, что сила одарённого не вырвется из-под контроля.
Иногда случалось так, что после нанесения первого символа на спины жриц дами они теряли контроль, и их слова почти всегда были насыщены магией. Приходилось добавлять этот символ, чтобы жрица могла нормально разговаривать. Но из-за него она лишалась возможности в будущем достигнуть понимания третьей молитвы. Зачем он нужен был в конструкции летающего корабля, я пока не понимал.
— Демоны же, — пояснил я, так как капитан и королева посмотрели на меня вопросительно. — Насколько я знаю, они сбежали в другие миры, бросив свои источники. Вряд ли при этом смогли утащить с собой кучу огромных камней. Наверняка у них есть артефакты и предметы более ценные. Да и без контура из символов от этих камней нет толку.
— Сложно представить, что может быть ценнее сердца корабля, — не согласилась королева, на что Юн Вол одобрительно покивал. — Путешествовать на огромные расстояния, не тратя на это недели и месяцы…
— Они используют путевые арки, — сказал я. — Это такие купольные сооружения, которые могут перемещать тебя внутри одного мира без особых затрат. Догадываюсь, что секрет их изготовления также остался у длинноухих детей Илуны.
Юн Вол кивнул, подтверждая мои слова. В дверь каюты настойчиво постучал помощник капитана.
— Надо скорректировать курс, — Юн Вол встал. — Прошу меня простить.
Навигатор, следивший за курсом всю ночь, сейчас дрых без задних ног в каюте старших офицеров. Днём следить за движением корабля было проще, ориентируясь на полосу моря.
— Чем занимаешься? — спросила королева, подойдя и сев на кровать напротив. Взяла одну из серебряных пластин.
— Пытаюсь понять, как они до всего этого додумались, — сказал я. — Здесь десятки символов, связанных друг с другом или просто нанесённых обособленно. Есть пара несовместимых, но работающих вместе. Надо будет в хранилище заглянуть, где сейчас артефакты длинноухих. Мне кажется, там было что-то, связанное с завесой.
— Ты же говорил, что к завесе лучше не прикасаться, что это опасно.
— А я и не буду. Хочу попробовать ограничить силу, просачивающуюся оттуда. Сделаю контур, как вокруг сердца корабля. Вдруг получится что-нибудь грандиозное.
— Мой кузен, всю жизнь посвятивший артефактам из других миров, погиб, прикоснувшись к той дряни, что привезли твои люди.
— Я же осторожно…
— А он был небрежен, по-твоему?
— Как мне тогда экспериментировать? Хорошо, подумаю об этом потом. Лодку разберу, если Юн Вол не рассердится. Кстати, меня эти рисунки натолкнули на интересную мысль. Символы концентрации, которые я продавал демонам, можно немного усилить. Да и не только их.
Королева молча смотрела на меня, отчего я неуютно заёрзал. Сложно сказать, о чём она в этот момент думает. Надеюсь, не сердится за то, что потащил с собой Иву. Хотя светлоликая сама напросилась, но я ведь мог настоять и оставить её дома.
— Точно, — вспомнил я. — Обещал Ханне поговорить с Вами о вчерашнем происшествии. Меня один гад тростью по спине огрел.
— Присцилла рассказала об этом покушении, — кивнула она.
— Не сказал бы, что это было прям покушение…
— Почему? Только потому, что в его руке был не меч, а трость?
— Да не в этом дело, — поморщился я. — Мы с Ханной не сошлись во мнении, как поступить. Она говорит, что ему надо непременно голову открутить, а я планировал как-нибудь хитро отомстить, не убивая этого идиота. Вот Вы скажите, кто из нас прав?
— Ответ на твой вопрос очень прост. Представь, что в тот момент на твоём месте была бы верховная жрица храма дами и удар достался ей. Что бы произошло дальше?
— Ну… это…
— Или представь, что я посетила Хуму, а меня ударил кто-то из демонов, кому я не понравилась. Что бы следовало сделать мне? Начать мстить этому несчастному? Сжечь его дом? Разрушить торговую лавку? Отравить лошадь?
— У Вас какие-то необычные и сложные аналогии. Я ведь не верховная жрица и не…
— Видишь, как всё просто, — улыбнулась она. — Ответ на твой вопрос зависит от того, кто ты есть. Просто человек, мастер символов, хозяин лавки артефактов или владелец летающего корабля? Одно дело, когда ты ставишь себя в нелепое положение, другое — когда за тобой стоят люди. Возможно, что для них ты не простой человек, а опора, несгибаемый стержень, за которым они чувствуют себя в безопасности.
Я насупился, задумавшись о её словах.
— Поэтому я привела в пример верховную жрицу, — сказала королева. — Присцилла говорила, что ты относишься к ней с огромным уважением. Вряд ли это только из-за того, что она занимает старшую управляющую должность в храме. Что будешь делать ты, если кто-то вздумает бить её по спине тростью?
Я нахмурился ещё сильнее. Если бы кто-то вздумал даже замахнуться на Тэю, я бы ему голову снёс, не задумываясь.
— Я бы сказала, что старик Торадо мне никогда не нравился, но он мой герцог, наместник восточной провинции. У него склочный характер, о чём ему не раз напоминал мой супруг. Ведь поступки герцога бросают тень на корону. Поступай, как считаешь нужным. У меня нет ни малейшего желания вмешиваться в это дело.
Она положила ладонь мне на плечо.
— Хорошо, дам тебе небольшую подсказку, — сказала королева. — О произошедшем скандале уже широко известно. Не удивлюсь, если к вечеру о нём будут знать не только те, кто находится на корабле, но и половина столицы. Поэтому, если герцог внезапно отравится любимым вином или захлебнётся, принимая ванну, ни для кого это не станет неожиданностью. Возможно, испугает, если смерть будет неприятной, но не удивит.
— На поединок его вызвать?
— Ну что ты как ребёнок, — она даже рассмеялась. — В этом случае король будет уговаривать вас примириться. И тебе придётся настаивать на своём, тем самым испортив прекрасные отношения. Зачем тебе это?
⠀⠀
То же самое время, плывущий в пустоте осколок разрушенного мира
В глубине мраморного дворца, в укромной комнате, находящейся на самом нижнем уровне, вспыхнула светящаяся точка, быстро увеличиваясь в размерах. Приняв облик небольшого демона, она погасла. Ещё через секунду щёлкнул затвор масляной лампы, и помещение озарилось мягким жёлтым светом.
Маленький демон блаженно выдохнул, улыбнулся и замер. Подняв лампу повыше, он оглядел идеально пустое помещение. В тишине послышался звон золотых монет, выпавших из его руки и покатившихся по мраморному полу. Улыбка на лице демона медленно угасала. Он ещё раз оглянулся, не веря своим глазам, а тонкие губы задрожали. Дрейфующий в кромешной темноте и тишине обломок некогда величественного мраморного дворца огласил душераздирающий крик ужаса.
⠀⠀
К крупнейшему портовому городу Первого царства мы добрались к вечеру, за час до заката. Сначала увидели дымы на горизонте, а затем и сам город, охваченный огнём. Сильнее всего горели склады в портовом районе, как будто демоны до них добрались совсем недавно. А ещё сильно дымил полностью обугленный большой корабль в порту, из последних сил держащийся на плаву. Но самое главное мы увидели — город держался. Дальние жилые кварталы, обступившие резиденцию наместника, пока не горели.
Лагерь демонов, состоящий из десятка больших и бесчисленного количества малых шатров, можно было увидеть с запада от города. Расположились они на широкой равнине и не теряли время даром, беря город в осаду. Среди крупных шатров ярко полыхали багровые разломы, поставляющие демонам подкрепление.
— Настоящая армия, — сказал я, глядя на большой лагерь вдалеке.
«Расколотый» сбросил скорость и сейчас неспешно парил над равниной, постепенно снижаясь. Демоны нас давно заметили, но не сильно всполошились. Собирали отряды, терпеливо дожидаясь, когда мы подойдём ближе.
— Высадимся там, — говорил герцог Арденн королеве, показывая на зелёное поле, через которое проходила дорога в город. — И пойдём так, чтобы отсечь демонов от города. Ударим единым отрядом, загоняя их обратно в разломы.
— Можете взять какого-нибудь важного демона в плен, — вставил я, разглядывая равнину, прилегающую к городу. — Чтобы узнать, как они сюда пришли, что хотели и не ждёт ли с той стороны разломов армия тысяч на десять рогатых голов. У меня большие познания демонических языков, думаю, что и с ними поговорить смогу.
— Летающей лодкой умеешь управлять? — спросила у меня королева.
— Нет. Ханна говорит, что это сложно и если не умеешь, то лучше не пытаться. Может, Вам лучше подождать немного на корабле? Да и закат скоро. Сражаться с демонами ночью — это не самая лучшая идея.
— Из Реджо приходили донесения, что рогатые демоны очень плохо видят в темноте, — сказала королева. — Яркий свет их слепит. Если бы не это, они бы взяли город гораздо быстрее.
— Но разбегутся ведь.
— Страшно, владыка Василий? — ко мне обернулся герцог. — Перед лицом армии демонов.
Мне послышалась насмешка в его голосе, но я на это внимания не обратил. Больше беспокоило то, что королева могла не восстановить силы после драки с Зеосом. Понятно, что она пытается показать, что демоны её совершенно не пугают.
— Если честно, то не очень, — ответил я. — Но демонов, особенно тех, кто может управлять разломами, лучше не недооценивать. А те три разлома стоят очень близко, чтобы исключить случайность подобного события. Предположу, что среди них может быть кто-то очень сильный.
— Ты прав и не прав, — сказала королева. — Обычных демонов наместник города мог бы лично обратить в бегство, даже без помощи гвардии.
«Расколотый» закончил снижение, зависнув над землёй. Всё-таки это был корабль, а не плоскодонная лодка, и сесть он мог только на воду, при достаточной глубине. Матросы подготовили канаты, сбрасывая их за борт, а самые нетерпеливые из числа пассажиров уже начали спускаться. Один немолодой мужчина в тёмно-красном наряде просто шагнул за борт. Жаль, я не видел, что за магию он использовал и как приземлился. Летающая лодка тоже не отставала, высаживая первую партию пассажиров.
Возможно, я немного предвзято отнёсся к разномастной толпе одарённых, собранных под командованием герцога Арденна. Двадцати минут не прошло, а они не только успешно высадились, но и умудрились построиться в нечто осмысленное. Получился большой клин, в центре которого выступил сам герцог. Воздух вокруг быстро наполнился магией, в сторону лагеря демонов начал дуть порывистый ветер. Королева наблюдала за этим с палубы корабля, время от времени бросая взгляды на город.
— Может, тоже поучаствовать? — задумчиво сказал я, проследив взгляд королевы. — От вида горящих городов внутри что-то просыпается недоброе.
— Зои говорила, что ты единолично остановил армию пожирателей, — сказала королева.
— Это совсем не так, — негромко произнёс я, всё ещё чувствуя боль где-то глубоко внутри. — Очень много сделали простые люди, защищавшие стены. Они сражались изо всех сил, ведь позади был их родной город. А пожиратели нашу крепость просто обошли. Если хотите, я… весь этот лагерь демонов уничтожу. Обрушу на них потоки огня и воздушных лезвий.
— Не нужно, — она положила ладонь мне на плечо. — Дадим возможность им показать себя.
Она имела в виду большой отряд людей, двинувшийся в сторону лагеря. Нас разделяло километра полтора. Достаточное расстояние, чтобы демоны успели подготовиться. Мне показалось, что они собрались использовать против людей несколько стай крупных тёмно-коричневых собак.
— Капитан, Ваш помощник может доставить меня в центр города? — спросила королева.
— Конечно, я провожу, — Юн Вол жестом пригласил её к спуску с мостика.
Вот так и вышло, что на мостике остался только я, наблюдая, как летающая лодка с королевой на борту мчится в сторону города.
— Опечален тем, что не повезло лично во всём поучаствовать? — спросила Ханна, облокачиваясь о перила мостика рядом со мной.
— Тем, что даже здесь могут гореть города, а из разломов выходить злобные демоны. Всё то время, что я жил в Хуме, проблемы нам доставляли только дикари, живущие на юго-востоке, да длинноухие, спалившие пару небольших городов. Нет, пару раз приходили сильные демоны, случайные гости, с которыми приходилось драться, но, чтобы целая армия, способная сжечь город — такого не случалось.
— Зато вокруг Хумы есть стена, в отличие от местных городов.
— Точно, — улыбнулся я.
Время тянулось медленно, а солнце уже коснулось горизонта. Ещё час, и начнёт быстро темнеть. Неужто люди планировали разобраться с захватчиками за это время? Или планируют после решительного удара отступить в город?
Со стороны лагеря демонов раздались приглушённые взрывы и раскаты грома. Запылал самый большой светлый шатёр. Стоило подняться выше, чтобы лучше видеть начинающееся сражение. Скорее всего, капитан подумал о том же, так как корабль начал подниматься. Но преодолеть нам удалось только метров пять, после чего палубу основательно встряхнуло. Повезло, что я крепко держался, а то полетел бы кубарем. Доски вокруг жалобно заскрипели, что-то даже с хрустом сломалось. Юн Вол мог бы упорствовать и дальше, но побоялся, что корабль развалится на части.
— Что там? — я перегнулся через перила, пытаясь посмотреть, что держит нас снизу.
Ханна ухватила меня за шиворот и с силой втащила обратно. В том месте, где я только что был, в воздух взвился железный крюк. Описав короткую дугу, он вцепился в перила.
— Во дают, — удивлённо произнёс я.
— Полундра! — послышались крики с палубы, быстро подхваченные остальными. Кричал кто-то из людей Максима Артёмовича.
Как я заметил, на абордаж нас брали со всех сторон. Крючьев было много, несколько десятков. А корабль продолжал снижаться, словно нас силой тащили вниз. Это была какая-то странная магия, масштабная и необычно сильная.
— Чувствую разлом, — сказала Ханна, оттягивая меня от борта.
Издавая дикий рёв, над перилами мостика появилась рогатая голова. Где-то я их видел, демонов, очень похожих на людей, но с головами быков. Нет, от тех, что саданули меня рогом в живот, эти отличались более звериной мордой. Вроде бы похожие были в мире с дырой. Забыл, как их называл местный владыка.
— Зря вы это, — сказал я на языке дами.
Пространство вокруг вздрогнуло, а голова быка отделилась от тела, заваливаясь назад. Он не сразу разжал руки, вцепившиеся в толстую верёвку. Провисел несколько секунд, только затем полетел вниз. Ещё один минотавр лишился головы, поднимаясь на главную палубу со стороны лестницы. Третьему гостю в лицо ударил сгусток огня такой мощи, что буквально сдул вниз.
Палуба постепенно наполнялась криками. Рогатые, проявляя чудеса ловкости, лезли на неё, как черти из преисподней. Их язык я знаю, но они ничего не говорили, просто орали как дурные. И если бы не люди на палубе, я бы их порезал гораздо быстрее. Орудуя широкими палашами, демоны бросались на людей. Удивили меня матросы Юн Вола. Один использовал знакомый воздушный удар, взмахнув мечом и разрубив сразу двух демонов. Ещё один сошёлся с незваным гостем врукопашную и даже сумел пересилить и выбросить за борт. Третьему демону расплющил голову Максим Артёмович. Он обладал интересной силой, способной сильно сжать что-то на расстоянии. Хватал рогатых за головы и давил их, как перезрелые тыквы.
«Расколотый» продолжал медленно спускаться и, казалось, вот-вот заденет килем землю. Это было чревато тем, что корабль мог просто завалиться набок, поломав борт собственным весом. Я снова перегнулся через перила, пытаясь понять, кто или что нас держит. Под кораблём бегало ещё десятка два рогатых, потрясая оружием и дожидаясь своей очереди забраться на палубу по верёвкам. Зато стало понятно, откуда они приходят. Это был небольшой багряный разлом, метрах в тридцати от корабля.
Насильственно закрывать разломы мне ещё не доводилось. Эти вертикальные линии содержали в себе огромное количество энергии, грубое вмешательство в которую грозило взрывом. Нужно было просто вывести энергию из равновесия, и тогда разлом сам закрывался, но как это делается, я не знал. Гадать времени не было, так как из разлома продолжали выходить рогатые, уже в серьёзных доспехах и с тяжёлым оружием наперевес.
— Как вы с этим на корабль будете забираться? — подивился я, говоря на языке дами. — Или ждёте, пока мы набок ляжем?
Пространство вокруг задрожало сильнее, появилось чувство, когда сотни маленьких иголочек пробегают по телу. Давно я не использовал столько силы за один раз, уже и забыл, как звучит голос магии. Разлом вздрогнул и изогнулся. Одного несчастного демона буквально разорвало на части, когда он проходил сквозь него. В следующее мгновение шарахнуло так, что больно садануло по ушам, демонов разметало по полю, а корабль ощутимо качнулся. Тем, кто находился рядом с эпицентром, можно было только посочувствовать. Зато корабль начал подниматься, словно освободился от невидимых пут.
Я перевёл взгляд на палубу. Заметил размытый светлый силуэт, преодолевший за секунду метров десять. Капитан Юн Вол нанёс одному из рогатых несколько быстрых ударов кинжалом, затем переместился к следующему, ударяя в спину. Не знал, что он владеет таким необычным и немного пугающим талантом. Уследить за его движениями было сложно. За несколько секунд он пересёк верхнюю палубу, нанося рогатым быстрые жалящие удары тяжёлым кинжалом. Кому-то просто помешал перебраться через перила, сбросив с высоты.
Мне показалось, что мы отбились, но напротив центральной мачты, над бортом появилось сразу две рогатые головы. Какой-то щуплый демон с уродливой головой быка сидел на спине у более крепкого собрата, легко втащившего его на палубу. Сразу стало понятно, кто удерживал корабль. Чахлый с виду демон обладал огромным запасом силы. К тому же у него на груди висело ожерелье из крупных кристаллов, откуда он мог черпать энергию. Что именно он сделал, я не знаю, но палуба корабля замерла, словно погрузилась в очень густое желе. Меня задело в меньшей степени, но всё равно двигаться стало трудно, а воздух в лёгкие входил неохотно.
Не тратя время, я перепрыгнул на палубу через перила мостика. Чужеродная сила очень удачно замедлила падение, позволив использовать великий символ рассечения. Крепкого быка, на спине которого сидел шаман, разрубило на две части, а вот его самого не задело. Я видел след нити, вспыхнувший перед ним и медленно растворившийся. Шаман блокировал чужеродную магию, создав из своей силы плотный барьер, похожий на кокон. Это он ловко придумал, но не учёл, что среди великих символов дами есть пара, способная проходить сквозь подобную защиту. К примеру, символ кровавого цветка, к которому чёрное солнце протянуло один из лучей. Рогатого демона скрутило с такой силой, что раздробило все кости. Загустевший воздух немного приглушил неприятный хруст, но меня всё равно пробрала дрожь. Кровавым месивом шаман повалился на палубу, а сдерживающая магия постепенно начала исчезать.
Корабль поднялся уже достаточно высоко, чтобы не бояться очередных гостей, но бдительности никто не терял. Убедившись, что живых демонов на палубе не осталось, матросы принялись сбрасывать тела рогатых за борт. Стоило бы подойти к шаману и забрать энергетические кристаллы, но я не решился.
— Силён ты, однако, — сказал Максим Артёмович, подходя со стороны спуска на нижнюю палубу. — Даже не верится иной раз.
— Есть немного, — скромно произнёс я, чувствуя, как адреналин постепенно отпускает. Короткое сражение, наполненное криками рогатых, немного привело в чувства. — Почему не верится?
— Как бы тебе сказать, — он покачал головой. — Когда перед тобой королева или кто-то из верхушки светлоликих, ты чувствуешь огромную силу, подсказывающую, что с ними лучше не связываться. Ты же рядом с ними выглядишь нормальным, пока говорить на странном языке не начинаешь. Я этого рогатого старался достать, но…
Он пару раз сжал кулак, пытаясь подобрать слова. Понятно, что он хотел его раздавить, используя дар, но столкнулся с сопротивлением, не позволявшим даже нажать слегка.
— Есть у меня умения, способные проходить сквозь подобную грубую защиту, — сказал я. — Жаль, что против светлоликого императора подобное не работало. Но рогатый был силён, Вы правы. Никто из наших не пострадал?
Как выяснилось, обошлось без убитых и тяжелораненых. Пара человек отделалась глубокими порезами или рваными ранами, но всё это можно было заштопать в полевых условиях. Не ожидали демоны, что на корабле останется три десятка одарённых для охраны. Но это они хорошо и правильно придумали: захватить корабль.
— Видно, что умелые мужи, — говорил Юн Вол, когда мы снова собрались на мостике. После короткого сражения капитан выглядел невозмутимым, отчего матросы бросали на него уважительные взгляды. — Хотя и рогатые, но ловкие и в морских сражениях не дураки.
— Да, мне тоже так показалось, — согласился я. — Хорошо, что одарённых среди них почти не было. Шаман не в счёт. Не знаю, смог бы я такую махину удерживать. Лучше бы он в лагере остался.
Мы посмотрели в сторону лагеря демонов, полыхающего почти целиком. Было далеко, чтобы рассмотреть всё в подробностях, но с той стороны постоянно сверкало, что-то взрывалось, в воздух взметались огненные вихри и клубы дыма. Ко всему прочему быстро темнело. Надеюсь, что информатор королевы оказался прав и рогатые ночью действительно плохо видели.
В городе, куда направилась королева Амалия, было тихо. Пожаров меньше не стало, но и новых не прибавилось.
— Остаётся только ждать, — сказал Максим Артёмович. — Фонари на корабле зажигать будем? С ними страшно, что станем заметнее, но без них неуютно.
На верхней палубе я простоял ещё час. Наблюдал, как люди из Первого царства громят стоянку демонов, методично, никуда не торопясь. Я сначала подумал, что они добьются только того, что демоны разбегутся по равнине, тем более под покровом темноты. Потом обратил внимание, что люди старательно не трогали несколько разломов в центре лагеря, давая возможность демонам отступить.
Вернувшись в каюту для офицеров, застал Тису, сидевшую перед лампой за единственным столиком. Она обрадовалась, пробежала навстречу, чтобы взять за руку.
— Туфельки не надо было снимать, — сказал я. — Полы здесь грязные, не приведи боги, занозу загонишь.
Она улыбнулась, мотнула головой, рассыпая чёрные волосы по плечам. Что-то изобразила свободной рукой, потянув к столу.
— Рогатые тебя не напугали? — спросил я.
Только недавно узнал, что пара демонов сумела пробраться на нижнюю палубу, но была встречена людьми с гор Ракку.
— Знать бы, что этот жест означает, — сказал я. — А кроме тех странных символов ещё какие-нибудь знаешь?
Было видно, что она хочет что-то сказать, но я был слишком непонятливый. Она даже насупилась на секунду.
— Она спрашивает, нужно ли ещё чем-нибудь тебе помочь, — сказала Ива, лёжа в гамаке. При этом использовала язык мира великих сект.
— О, ты её понимаешь? — кажется, мы с Тисой удивились одновременно. Тиса посмотрела в ту сторону, словно впервые увидела Иву.
— Нет, — отозвалась Ива. — Что удивительно, из всех нас только ты её можешь понять. И при этом такой тугодум, что иной раз хочется всплеснуть руками. Если исключить долгие хождения по каюте, махания руками и детские рисунки, то твоя… подруга хочет помочь, но не знает, как это сделать лучше. Предлагает позвать кого-то, кого ты зовёшь Свинёнком. Он быстро наведёт вокруг порядок, разгонит рогатых вместе с людьми, чтобы прекратили драться и убивать друг друга. Кстати, я бы посмотрела, что за Свинёнок такой. Смешно, когда ты за голову хватаешься и бегаешь по палубе кругами.
Ива залилась звонким смехом. Мы с Тисой переглянулись, на что она развела руками.
— Опять меня ждёт долгая головная боль, но уж лучше так, — Ива спустила ножки в чулочках с гамака, затем ловко спрыгнула, поправила платье. — Подруга твоя спрашивает, звать его сейчас или подождать до утра?
— Не надо никого звать, — сказал я на всякий случай. — Люди сами справятся.
Тиса пару секунд смотрела на меня, затем кивнула. Что-то показала жестом, как будто говорит, затем взмахнула рукой.
— Говорит, что ты неправильно силу используешь, — перевела Ива, сделав такой же жест, как и Тиса, только рассыпав яркие искорки. — Хочет научить, но это займёт много времени. Поэтому сейчас решила помочь как-нибудь по-другому.
— Не нужно мне помогать, — я посмотрел на Тису. — У меня всё под контролем.
— Спорное утверждение, — вставила Ива. — Нет, это не она говорит, а я.
Тиса потянула меня к одному из двух стульев, усадила на него. Подтянув свою сумочку, вынула оттуда несколько серых шариков размером с маленькое яблоко, передавая мне. Затем достала знакомый продолговатый пенал.
— Раз её помощь пока не нужна, — сказала Ива, — то ты должен сдержать обещание. В большом шарике — чернила, в меньшем — кровь демона. Ступка для смешивания ингредиентов есть у кого-то из твоих помощниц.
Открыв пенал, я увидел две иголки для нанесения символов. Ими я наносил рисунок на спину госпоже Мин.
— Говорит, что символ должен быть таким же, как у Нерула, — перевела Ива очередной пространный жест. — Опережая твои вопросы, сразу отвечу на несколько. Она не разговаривает, потому что не умеет. И другой облик принять не может, довольствуйся этим. Нет. Да, это он. Снова нет. Как лучше, так и делай, ты мастер, тебе виднее.
— Опять смеёшься надо мной? — спросил я у Ивы, на что она улыбнулась, показывая пальцем в потолок.
— Давай я помогу, — сказала Ива, обращаясь к Тисе. — Пока наш тугодум соображает и пытается вспомнить, кому давал обещания и когда.
Тиса кивнула, поворачиваясь спиной, чтобы Иве удобнее было развязать шнуровку на платье.
— Помню, что мы с Нерулом говорили про символ для мамы Ночь, но ей…
— Для этого нужно принять облик человека, — закончила за меня Ива. — Нет, одежда не появляется, когда она меняет облик. Откуда в твоей голове рождаются настолько глупые вопросы?
Тиса обернулась, и девушки посмотрели на меня одинаково осуждающими взглядами.
— Я вообще такого не спрашивал, — ответил я. — Мне это не интересно.
— Платья подарил туманный лорд, — сказала Ива и пожала плечами. — Я не знаю, кто это такой.
— Один из великих демонов, полководец и владыка небольшого мира недалеко от Великих сект, — вспомнил я рассказ Нерула. — Джи Кат, туманный лорд.
Тиса пару раз кивнула.
— Он тоже здесь, в этом мире? — удивился я, на что Ива вновь показала пальцем в потолок.
— Без помощи госпожи Мин он не сможет прийти сюда так быстро, — сказала Ива, поймав мой строгий взгляд. — К тому же у него много своих забот.
Она закончила с завязками, затем помогла спустить платье с плеч, открывая вид на спину.
— Проблема у нас, — сказал я, принимая из рук Сайми мраморную ступку. — Я мельчить не умею, а рисунок большой. Всю спину займёт ведь. Да, знаю, что мастер и мне виднее, но… Мама Ночь, но ведь можно было…
Мне не хватило запаса цензурных слов, чтобы выразить всё, что хотел сказать, поэтому я запыхтел, как закипающий чайник. Я действительно тугодум. Она ведь говорила, что в человеческом обличии ей неуютно. Кто бы знал, что оно, это обличье, вот такое.
— Сайми, ещё лампу найди, — попросил я. — И чем ярче, тем лучше. Да, простите, что сбежал из дворца без вас. Глупо вышло, виноват.
— Мы сами виноваты, — сказала она. — Нужно было лучше следить за дворцом. Мы расслабились…
— Тогда потом об этом поговорим и решим, кто больше виноват, — я улыбнулся ей. — Можно две лампы, а то темно здесь, а рисунок очень сложный.
— И бутылку вина, — добавила Ива. — Знаю, что у капитана припасена парочка. Скажите, что я попросила, и он обязательно поделится. Лучше уж от похмелья мучиться пару часов, чем терпеть головную боль три дня.
Пока я готовил чернила для символов, в каюте появился большой масляный фонарь. Светил он ярко, но работал как обогреватель. Как я понял, такие вывешивали над палубой по ночам. Пришлось даже отставить его подальше и открыть дверь на палубу. Что касается Ивы, то она неспешно потягивала вино, задумчиво наблюдая за моей работой. За то время, что я возился с символом, умудрилась вылакать всю бутылку, время от времени загадочно улыбаясь. Не знаю, что предпочитал пить капитан, но мне пришлось поднимать Иву и укладывать в гамак, так как забраться самостоятельно она не смогла. Я бы рехнулся, если бы постоянно мог видеть разные варианты будущего, а она неплохо держалась.
Как я и говорил, нужный символ занял почти всю спину мамы Ночь. И хотя иголки были идеально заточены, при нанесении проступала тёмно-красная кровь, смешиваясь с чернилами и затрудняя работу. Зато результат оказался неплохим. И цвет получился правильный, и линии чёткие и яркие. Правда, пришлось готовить успокаивающий отвар, так как рисунок заметно воспалился. Спать я её укладывал так же, как и Иву.
За работой не заметил, как пролетела ночь. Ложиться спать смысла уже не было, поэтому я прогулялся на верхнюю палубу, посмотрел на город и лагерь демонов. Всё, что могло гореть, давно сгорело, поэтому ничего толком не было видно. Ветер иногда доносил запах гари, но уже не такой сильный, как вечером. На обратном пути в каюту столкнулся с капитаном, предложившим отметить удачный первый поход. Смысла отказываться я не видел, поэтому мы с ним неплохо посидели до самого рассвета. Пил он что-то невкусное, но очень крепкое. Поддавшись настроению, я рассказывал ему о больших железных кораблях из моего мира, по размерам не уступающим дворцам. Затем мы сошлись во мнении, что летать они не смогут, так как парящие камни плохо сочетались с холодным и грубым железом.
Когда солнце поднялось над горизонтом примерно на ладонь, вернулась летающая лодка. Один её бок был изрядно подкопчён, но не критично. Поскоблить, помыть и будет как новая. Помощник капитана выглядел бодрым и довольным проделанной работой. Опустив лодку, поспешил поставить ящик, чтобы королеве Амалии было проще сойти на палубу. При этом старательно держался от неё на расстоянии, чтобы ненароком не коснуться. Я бы тоже так поступил, так как настроение у королевы было скверным. Она легко подняла за ворот дорогих одежд демона с рогатой головой быка, бросила его на палубу.
— Как всё прошло? — спросил я, подходя к лодке и протягивая ей руку.
— Ожидаемо плохо, — она благосклонно приняла помощь, но вопросительно посмотрела на испачканные в чернилах кисти рук.
— А мы тут тоже повоевали, — сказал я, переводя тему. — Нас на абордаж пытались взять рогатые. Я вовремя разлом взорвал, чтобы лишить их подкрепления, но один сильный демон среди них всё же был. Неожиданно сильный.
— Я слышала, как взорвался разлом. Опрометчивый поступок, но хорошо, что всё обошлось.
Королева подошла поближе к демону, отчего тот попытался сильнее вжаться в доски палубы. Неплохо она его напугала, что даже связывать не потребовалось.
— Вы с ним осторожнее, — на всякий случай сказал я, вставая рядом. — Проявит неожиданную прыткость и боднёт рогом.
— Эти не говорят на понятных нам языках, — сказала королева Амалия. — Мычат что-то нечленораздельное. Прокля́тые варвары. Задержись мы ещё на пару дней — сожгли бы город. Они и без этого умудрились причалы испортить, дорогие корабли пожечь и много людей убить.
Я придержал её за локоть, чтобы она в сердцах не пнула рогатого. Зашибёт ведь.
— Эй, рогатый, — я обратился к нему на языке демонов с бычьими головами из мира с дырой. — На каком языке вы разговариваете? Чёрт. Ханна, можно сделать так, чтобы он заговорил или замычал на своём языке?
Ханна шагнула к демону, наклонилась и схватила за рог. Потянула на себя, чтобы заглянуть в глаза. Тот затрясся, смешно зажмурился.
— Лучше пытать, — сказала Ханна. — Просто так он ничего не расскажет. Если надавлю, то это может разрушить его разум.
— Никаких пыток, — поморщился я. — Дави, этого не жалко.
Ханна пожала плечами, как бы говоря, что мне виднее. Ещё раз заглянула ему в глаза и отпустила рог.
— Предки с рогами, символами силы и вечного пути, — забормотал демон на том самом языке, что я и предполагал. — Вы, кто прошли через лабиринты миров и осветили наши души светом мудрости, защитите нас от зла, что рыщет в тенях. Силой ваших костей, корнями наших душ…
— Молится, — сказал я королеве. — О предках говорит.
Я наклонился к нему, чтобы попасть в поле зрения.
— Слышишь, рогатый? Большая у вас армия? Как вы проход в этот мир нашли? Как разломы открыли?
Он посмотрел на меня немного мутным взглядом, словно опьянённый.
— Благословенная земля, — сказал он. — Здесь благословенная предками земля. Воздух и вода, наполненные жизнью, чистейшая магия, пронизывающая сам мир.
Разговор с демоном немного затянулся. Либо это был какой-то рогатый сказитель, говорящий исключительно аналогиями, либо жрец, думающий, что проповедует перед паствой. Но кое-что выяснить удалось.
Королева хотя и не понимала, о чём мы говорим, за допросом следила внимательно. Бросала взгляды на Ханну, наверняка подумав, что это умение можно использовать не только на демонах. Но только до тех пор, пока рогатый не закатил глаза, нагадил под себя и уставился в одну точку, некрасиво вывалив толстый серый язык.
— Чего это он? — я обернулся к Ханне.
— Разум не выдержал, — сказала она на языке гор Ракку. — Слишком много эмоций. С демонами всегда тяжело.
— Спёкся и лишился рассудка, — образно перевёл я для королевы. — Пойдёмте, я расскажу, что узнал. Или Вы спешите вернуться?
Она взяла меня под локоть, бросила ещё один взгляд на демона, затем повела к каютам. Помощник капитана при этом бросил на меня короткий сочувствующий взгляд.
Чтобы спокойно поговорить, выбрали каюту капитана. Он как раз распорядился, чтобы кок подал завтрак на всех. А так как продуктов мы набрали с запасом, экономить смысла не было. С утра нас радовали жареными курами, тушёными овощами со специями, варёными яйцами и даже сладким компотом из сушёных яблок. Компот подавали горячим, добавляя в него ароматные специи, отчего напиток получился необычным, но вкусным. Королева подобный раньше не пробовала и оценила, ограничившись только им.
— Если перевести на нормальный язык всю ту кашу, что наговорил демон, — начал я, — то армия у них большая. Рядом с Реджо высадился десант, чтобы проверить местное население. Я думаю, что преувеличивает, говоря, что их армия стоит от горизонта до горизонта.
— С потерями они не считались, — сказала королева. — Посылали на убой большие отряды, пытаясь прорваться в центр города. Не пожиратели, конечно, но противник неприятный.
— Как я понял, их великие шаманы почуяли вкусную магию этого мира и решили, что хорошо бы сюда переехать, чтобы зажить счастливо. У них одарённые рождаются редко, всё из-за того, что мир беден в этом плане. И разломы они открывали, ориентируясь на упомянутую вкусную магию. Кстати, мама Ночь упоминала, что ваш мир действительно очень хорош, поэтому и притягивает всевозможных демонов из других миров. Слетаются как пчёлы на мёд.
— То есть это не последнее их появление? — спросила она.
— Сложно сказать. Вы их серьёзно напугали, может, десять раз подумают, прежде чем вернутся.
— Или армию соберут больше, — нахмурилась она.
— Не повезло, что рогатые вышли здесь, а не где-нибудь на другом конце мира. Разломы им, судя по всему, подвластны, поэтому могут выйти прямо на том же месте. А могут и по ту сторону Тёплого моря. Хорошо бы прямо в море вышли и потонули.
— Как будто дикарей по ту сторону моря нам было мало, — над переносицей королевы пролегли две морщинки.
— Есть ещё кое-что любопытное, — добавил я. — Рогатый говорил, что они вкус магии почуяли и прыгнули сюда без промедления. То есть в большой спешке. Пару дней прошло, может, чуть больше. Чтобы магия из одного мира просочилась в другой, в это верится с трудом. Тем более так удачно всё совпало. Думаю я, что кто-то помог им в этом. Умышленно или нет, не знаю, но дорогу показали. У вас на континенте точно врагов серьёзных нет? Кто хотел бы избавиться от Первого царства руками рогатых варваров?
— Не рассказывай пока о подозрениях никому, — попросила королева. — Сохраним этот разговор в тайне. Возвращаемся в Марви. Попроси капитана не жалеть сил. И присоединяйся ко мне за завтраком, хотела с тобой ещё поговорить.
Капитана искать долго не пришлось. Пока было время, он гонял матросов, чтобы они убрали все следы столкновения с демонами. Лужи крови на ночь засыпали песочком, но помогло это слабо. Для полноценной уборки требовалось много воды, которой под рукой не было. Либо же нужно было сажать корабль на воду, что виднелась вдали. Желание королевы вернуться в столицу, оставив пассажиров здесь, Юн Вол воспринял позитивно. Приказал сбросить за борт несчастного демона, и уже через минуту корабль начал разворачиваться, беря курс на юго-восток.
За завтраком королева была молчалива и задумчива. Аппетита у неё не было, но она нашла в себе силы немного поесть. Если это на неё так подействовала картина разрушения города, то хорошо, что я остался на борту. А то точно переклинило бы, и я помчался сквозь разлом наводить порядок в мире рогатых.
— Есть такие символы, которые могут помочь… контролировать кровь, когда она выйдет из-под контроля, как это случилось с Зои? — спросила королева Амалия.
— Думал об этом, — кивнул я. — Конкретно такого символа нет. Любой ограничитель сделает слабее и будет мешать. Я бы наносил его, только если подобная беда неизбежна.
— Стоило догадаться…
— Не всё так плохо, — я попытался обнадёжить её. — Дайте мне немного времени, и я придумаю решение. Пока есть только сырая идея. Среди символов встречался мне один бесполезный, активация которого требовала усилий. Если его связать с ограничителем, то он может сработать как предохранитель. В обычной ситуации он не активен, но, когда ты теряешь контроль, сила прорывается сквозь него, и символ срабатывает как ограничитель. Или же, когда сила выходит из-под контроля, можно немного подтолкнуть её, чтобы прошла сквозь символ. Освоить этот приём несложно, нужно лишь поупражняться немного.
— Тогда в чём проблема? — не поняла она.
— Я не знаю, как связать эти символы, а по отдельности они работать не будут. Да, раз мы о символах заговорили, посоветуйте лавку алхимика в столице. У меня запас лекарственных трав заканчивается.
— Ты ещё и в лекарственных травах разбираешься? — удивилась она.
— В тех, что растут в мире Хумы. Но я заметил сходство некоторых растений, встречающихся в разных мирах. Поэтому хотел поговорить с кем-нибудь сведущим.
— Познакомлю тебя с придворным лекарем. Он крайне увлечённый мужчина, вы с ним найдёте общий язык.
Корабль тем временем набрал скорость и уверенно мчался вдоль кромки моря обратно в столицу. При этом качка ощущалась гораздо заметнее, чем накануне. У меня с этим проблем никогда не было, а вот кое-кого из людей укачало до морской болезни. Капитан об этом вскользь упоминал. Новичков из числа людей, которые решили стать моряками на парящем корабле, он называл ка́бами. С одного из диалектов мира сект это обозначало человека, никогда не поднимающего взгляд к небу. Вроде как сухопутная крыса, только применительно к парящим в небе лодкам.
⠀⠀
⠀⠀
Проблемы экипажа и качка отошли на второй план, когда я вернулся в каюту. Застал Ханну за любопытным занятием. Она что-то готовила, растирая сушёные травы и корешки в моей ступке.
— Вторая порция отвара, ты не забыл?
— Чёрт! Вылетело из головы.
Я быстро прошёл к гамаку, в котором отдыхала мама Ночь. Выглядела она уставшей, на лбу проступили бисеринки пота.
— Температура высокая, — я осторожно коснулся её лба тыльной стороной ладони. — Очень высокая. Мама Ночь, я ведь не знаю, как великих демонов лечить. Вы же ничего не пьёте и не едите, но сильно вспотели. А если обезвоживание наступит? Может, у Соун И спросить?
Я коснулся чёрной жемчужины на шнурке, которую носил под рубашкой. Подождал немного, но ответа не было.
— Дурацкое золото, — проворчал я. — Вот нужно было его всё сразу тащить на себе?!
Мама Ночь посмотрела на меня уставшим взглядом и прикрыла глаза. В уголке глаз появилась большая слезинка, сбежавшая по щеке.
— Ива, помоги мне, — позвал я, посмотрев на соседний гамак. — Что, тебе тоже плохо?
Ива смешно взмахнула руками, пытаясь встать, но едва не свалилась на пол.
— Забыл, что ты всю ночь креплёное лакала. Ладно, лежи уже. Салме, дай ей ведёрко, мне кажется, что нашего оракула укачало. Сайми, беги на камбуз, возьми кувшин с горячим компотом. Смотри, чтобы он не сильно сладкий был и без специй. Ханна, оставь ступку в покое и помоги мне.
Пока Ханна помогла усадить маму Ночь в гамаке, я осмотрел символы на спине. Как и думал, они воспалились, причём очень сильно. Кожа вокруг рисунка покраснела, а сами символы вздулись. При этом от спины шёл жар.
— Плохо, — подытожил я. — Гамак не подойдёт. Что-то я туплю сильно в последнее время. Совсем голова не варит из-за свалившихся проблем. Так, кровать есть только в каюте капитана. Ханна, я отнесу маму Ночь, а ты заканчивай с травами. Не нужно их сильно растирать. Просто залей горячей водой и дай настояться.
Подхватив маму Ночь на руки, я вышел в коридор, борясь с качкой. Королева Амалия по-прежнему отдыхала в каюте капитана, решив окончательно её оккупировать. Просто это была единственная светлая каюта на всём корабле. А сидеть в маленьком помещении без окон, особенно во время качки, то ещё удовольствие. Я бы тоже предпочёл провести время в каюте капитана, так как здесь и стол удобный был, и относительно мягкая кровать, и просторное окно.
— Что случилось? — королева помогла мне уложить маму Ночь на кровать. — Она горит. Лихорадка? Или она съела что-то не то? Рвота была?
Сорочка у мамы Ночь была с завязками на спине, поэтому было несложно показать воспалившиеся символы. Королева хмуро посмотрела на них, затем на меня.
— Ты в своём уме? — спросила она у меня. — Зои рассказывала, что большие рисунки могут убить, поэтому их наносят постепенно.
— Не все символы можно разделить на несколько частей, — проворчал я. — Может, из-за того, что кровь с чернилами смешалась? Всё из-за экономии…
— И лекарств у тебя не осталось? — спросила она.
— Есть немного. Мы в мире великих сект купили кое-что от ожогов, перед тем как сбежать. Помогает так себе. Сейчас Ханна подготовит настой. В таких случаях советуют больше пить и обтирать тело, когда жар слишком сильный. В Хуме у меня был запас хорошего лекарства, но это очень далеко. Нам нужен Нерул. Лиа, присмотрите за ней, а я с капитаном поговорю. Сделаем крюк перед возвращением домой.
Выскочив из каюты, я пробежал к выходу на верхнюю палубу. Здесь был укромный уголок со столиком и скамейкой из ящиков. Удобное место, чтобы быть поближе к свежему воздуху и при желании быстро оказаться на мостике. Юн Вола в компании его помощника я нашёл как раз там. Они о чём-то тихо беседовали, разглядывая карту королевства. Не знал, что у них есть такая.
— Капитан, планы немного меняются, — сказал я. — Нужно заглянуть в одно местечко перед возвращением. Это где-то на западе от столицы. Соун И говорила, что летающий корабль доберётся туда за половину дня.
— Мы сейчас далеко на севере от Марви, — Юн Вол показал на карте порт, расположенный на берегу моря. — Если половину дня идти на запад от столицы, то это должно быть примерно здесь. А от того места, где мы сейчас… где-то день пути.
Он прочертил пальцем вытянутый треугольник на карте. Да, навскидку выходило, что идти к источнику было примерно столько же, сколько и до Марви.
— А если идти наугад и искать, то выйдет дольше, — добавил он. — Проще тогда уже через столицу пойти.
— Нет, это дольше на полдня. Мы не заблудимся, точное направление я покажу, когда поднимемся на мостик.
Капитан кивнул и первым поднялся по лестнице. Я же попытался найти Лучика, как этому меня учила мама Ночь. Откликнулся он сразу, при этом отголосок его «звучал» ярко. Если бы ещё можно было передавать сообщения подобным образом. На корректировку курса ушло минут десять. Я просто показал направление, а дальше уже было дело техники.
Состояние мамы Ночь не на шутку меня перепугало, так как лучше ей не становилось. Настой трав лишь немного убрал красноту вокруг рисунка на спине, но жар не проходил. Я просидел с ней целый день, не зная, чем помочь, мысленно подгоняя корабль. Сложно оценить расстояние до источника, но мы приближались, в этом я был уверен. А так как не спал прошлой ночью, то уснул сидя, рядом с кроватью. Ночью мне снова снился Лучик, спавший рядом с источником, а ещё плескающиеся в воде госпожа Мин и мама Ночь. Они смеялись, разговаривая о чём-то хорошем…
Проснулся же я как раз от разговора. Рассвет ещё не наступил, поэтому над столом в каюте капитана зажгли маленькую лампу.
— Пауки не разговаривают, хотя понимают речь и знают, что это такое, — голос Нерула. — Не умеют. Для общения они используют магию. Увы, но люди не способны их понимать. Как и низшие демоны.
— А Василий? — спросила Амалия.
— О, наш ученик удивительно одарён, — не без гордости произнёс Нерул. — Он может слышать и понимать «голос» магии, поэтому и общий язык с пауками легко находит.
— И людей они не едят?
— В людях нет магии, поэтому и есть их бессмысленно. А питаться демонами просто опасно, так как можно заразиться. Знаете, люди убивают других людей ради пищи гораздо чаще, чем демоны. Не имею в виду заражённых или изменённых. Люди очень суетливые создания, поэтому иногда приходится сеять страх в их сердцах. Но только для того, чтобы они держались от нас как можно дальше.
— Плохо, что не все демоны, с которыми я встречалась, настолько же разумны, как Вы, — сказала королева.
Они посмотрели, как я встал и прошёл к столу.
— Здравствуйте, наставник Нерул, — поздоровался я. — У нас…
— Я знаю, — он кивнул крокодильей головой. — С ней всё будет в порядке. Я уже оповестил старшего Ка, он будет здесь к утру. И мы уже добрались. Это поможет восстановить силы.
Нерул положил на стол маленькую ягодку, отчего помещение быстро заполнилось приятным ароматом. Я с большим трудом поборол внезапное желание схватить её и сунуть в рот. Нерул встал, прошёл к кровати, на которой лежала мама Ночь. Подняв её на руки, не прощаясь, он вышел из каюты. Я не чувствовал силу Нерула, но мог уловить отголосок символа на спине мамы Ночь. Они поднялись на верхнюю палубу и просто упали за борт, очень быстро удаляясь на запад.
— А что Василий? — я поймал взгляд королевы Амалии. — Они ни с того ни с сего назначили меня своим учеником. Но ничему не учат, только сказки старые рассказывали о войне демонов и людей несколько тысяч лет назад. Наставник Нерул Вас напугал?
— Ещё немного, и меня уже ничем нельзя будет удивить, — произнесла она странным тоном.
В каюту осторожно заглянул Юн Вол.
— Везите нас домой, капитан, — попросила королева.
Подняв ягодку, она с сомнением посмотрела на неё, затем положила в рот.
— М-м, — удивлённо произнесла королева.
— Ага, — огорчённо согласился я, чувствуя, как внутри королевы просыпается водоворот чистой силы.
⠀⠀
Порт столицы встречал нас толпой зевак, пришедших посмотреть на летающий корабль. Стража немного не успела, и люди высыпали на причал, радостно размахивая руками и подбрасывая головные уборы в воздух. Я даже подумал, что Юн Вол может промахнуться и раздавить пару десятков несчастных, но капитан благоразумно решил сажать корабль на центр реки. Показал высший класс пилотажа и аккуратно опустил «Расколотый» на воду. Не поднимая паруса и легко борясь со встречным течением, мы подошли к причалу. Под шум и крики толпы матросы бросали швартовы, а работники порта ловко крепили их в причальных кольцах и лебёдках, чтобы подтянуть корабль. Процесс этот был не быстрым, но работали люди слаженно.
Мы с капитаном и Максимом Артёмовичем с мостика наблюдали за работой людей на причале. Погода сегодня была пасмурной, с холодными низкими облаками. Не удивлюсь, если с минуты на минуту дождь пойдёт. В воздухе отчётливо пахло сыростью. Солнца не видно, но, думаю, было часа три после полудня.
— Нам за удачную экспедицию заплатят? — спросил Максим Артёмович у меня. — Мы уже совсем на мели, а ещё нужно будет заплатить за стоянку. Начальник порта предупреждал и грозил выставить. Ну и ремонт текущий нужно провести. Ревизия показала, что очень много всего не хватает. Предыдущий владелец, крыса жадная, даже насос для откачки воды из трюма забрал. Нужна смола, пенька, дёготь, гамаки новые, брезентовые мешки, рабочий инструмент. Могу списком всё подать.
— Золото есть, — обнадёжил я его. — Закупайте всё, что нужно, и приводите «Расколотый» в порядок.
С капитаном на эту тему я говорил и был с ним согласен, что каюты для пассажиров нужны. Желательно сделать всё, как на Парящем. Размера трюма нам хватает с запасом, даже если половину перестроить для перевозки пассажиров. Вот только ремонт, даже с простым переоборудованием, займёт недели, если не месяцы.
— Ещё нужно заказы поискать на доставку грузов в пределах Тёплого моря, — сказал Максим Артёмович. — Сначала заработать достаточно, чтобы потом не переживать, если на ремонт встанем.
— Давайте начнём с приведения корабля в порядок, — повторил я. — Простой корабля оплачу. Если начнём сразу грузы таскать, то ни дня передышки не будет. Закидают заказами, дешёвыми и неперспективными. Зерно возить, строительные материалы и прочую лабуду.
— Так хорошо же, — не понял он. — Быстрые поездки между городами тоже могут принести немалую прибыль.
— Сначала приведите «Расколотый» в порядок, — ещё раз сказал я. — Начинайте ремонт, но так, чтобы мы могли выйти из порта в любой момент. А я займусь вопросом золота и жилья. Начну с парочки бывших доходных домов в портовом районе, о которых говорил мэр.
— Хорошо, — осторожно произнёс Максим Артёмович, не понимая, что я задумал. — Тогда всех наших привлеку к работе.
— Точно, — вспомнил я. — Зарплату включить в смету надо. Сегодня к вечеру доставлю золото в местных монетах, чтобы не менять. На оплату стоянки, материалов и всего, что нужно. И не экономьте на материалах, чтобы потом не переделывать и не жалеть.
Капитан Юн Вол благоразумно молчал, следя за швартовкой. Подал знак помощнику, показывая в сторону носа корабля. Как я уже говорил, с ним мы всё обсудили и сошлись во мнении, что мотаться вдоль моря, занимаясь только доставкой грузов — глупо. Тем более, королева успела оценить все преимущества летающего корабля. И его недостатки в виде отсутствия удобств при перевозке людей.
С шумом установили сходни, но из пассажиров, покидающих корабль, были только мы с Ивой. Какой-то важный чин из работников порта пробился к сходням, организовывая стражу, чтобы расчищали дорогу.
— А Её Величество? — спросил он у меня.
— Вышла рядом с королевским кварталом. Сказала, что так проще и быстрее. А пассажиры остались в Реджо.
— Вышла? — не понял он.
Я поморщился, крепче взял Иву под руку и зашагал к выходу из порта. Видел в той стороне пару повозок. Хотелось быстрее добраться домой и завалиться спать. Её Величество, приняв допинг в виде вкусной ягодки, всю оставшуюся ночь не давала уснуть. Усадила перед собой за стол и долго расспрашивала о наших приключениях с Зои. Её интересовал тот момент, когда мы очутились в Илуне, окружённые светлоликими. Как оказалось, Зои о многом умолчала. Да и я не спешил рассказывать обо всём, но королеве можно в секретной службе работать, с её умением вытянуть из тебя нужную информацию. А когда на горизонте появилась столица, она высказала несколько дельных мыслей, заставив глубоко задуматься.
Пока мы ехали в повозке, Ива делала заметки в маленькой записной книжице. Даже во время движения умудрялась выводить ровные строчки. Писала на языке мира Илуны, поэтому что-то непонятное. Заметив мой интерес, показала записи и набросок на развороте страницы. Получился довольно красивый рисунок, изображающий деревеньку и больших пауков, снующих между домами. Рядом источник за невысоким каменным забором.
— Старая традиция, — сказала она. — Каждый оракул, находясь в путешествии, ведёт записи всего, что происходило. Описывает необычные миры, людей и демонов, что встречает на своём пути, города и самые разные диковины. Записи ведём на особом языке, который изучают только оракулы.
— Почему не делаете это для всех? Простым людям и даже длинноу… светлоликим было бы интересно почитать о других мирах.
— Может быть, — она пожала плечами. — Но мы делаем это не только для утоления любопытства. Как я шла по пути наставницы, так и моя ученица сможет пройти по этому пути.
Она многозначительно хмыкнула, закрыла записную книжку и убрала в сумочку.
— Для этого не всегда нужен тот самый кристалл, о котором ты подумал, — сказала Ива, накрывая мою ладонь своей. — Не сегодня, но я расскажу об этом.
Ива остановила меня, не дав ничего сказать.
— Давай заедем по пути в тот ресторан, что недалеко от дома, — предложила она. — Десерты там очень вкусные.
— Золото надо в порт привезти.
— Это подождёт, — отмахнулась Ива.
По городу мы прокатились неспешно, понаблюдали за горожанами и даже остановились на пару минут у центральной площади. Ханна достала одну из листовок, где вполне узнаваемо были изображены рогатые демоны с головами быков. Новости сообщали, что королева лично отправилась в Реджо на летающем корабле, ведя за собой целую армию. Со дня на день все ждали хороших новостей.
Говоря об ужине в ресторане, то мы неплохо провели время. Ива поделилась воспоминаниями о посещении столицы, о траурных мероприятиях, связанных с гибелью Зои. Давно заметил, что Ива неплохо умеет рассказывать разные истории. В этот момент она перестаёт быть ехидной и язвительной девушкой, перестаёт подшучивать над тобой, предсказывая каждую следующую фразу. Я даже заслушался, ловя себя на мысли, что упускаю что-то важное из виду.
— А нападения демонов? — спросил я. — Когда ты была здесь, демоны в этот мир вторгались?
— Я пробыла в Первом царстве совсем недолго, — она задумалась. — Скорее всего, это было немного раньше, чем сейчас. И я не помню, чтобы на улицах раздавали листовки о вторжении демонов.
— Плохо. Есть у меня мысль, что появление демонов связано с возвращением Зои. Не ты ли говорила, что за её исчезновением стоял кто-то высокопоставленный?
— Не помню такого, — она задумалась. — Хочешь сказать, что кто-то в этом мире желает избавиться от королевского рода?
— Подумал именно об этом. Но приводить в мир армию демонов… Не вижу, как это может помочь. Да, и ещё мэр подозрительный. Надо бы с Присциллой поговорить, узнать, было ли расследование пропажи Зои и кого признали виновным. Дядя, который сопровождал её в тот день, вроде в полном порядке. Что ты улыбаешься?
— Ничего, — Ива заулыбалась ещё язвительней.
— У тебя настроение скачет, — сказала Ханна, слушая наш разговор вполуха. — В последнее время ходишь смурной, когда голова не забита размышлениями о магии. А когда вспоминаешь о Зои, настроение сразу поднимается, в глазах появляется искра, улыбка и…
— Я понял, можешь не продолжать, — сказал я, на что Ива рассмеялась. Мне показалось, что Ханна тоже немного улыбнулась.
— Если не собираешься драться за девушку, — сказала Ханна, — родители выдадут её замуж за героя войны, сына герцога.
— Кстати, — вспомнил я. — Он с нами на корабле был? Сын герцога Арденна, как я слышал, главный кандидат.
— Был, — ответила Ханна. — Если тебе интересно, то в трюме много разных разговоров было. Матросов о тебе расспрашивали, интересовались, что это за владыка такой, на человека похожий. Люди Юн Вола рот на замке умеют держать, а вот кое-кто из твоих слишком много болтает.
Я почему-то удивился, хотя, если подумать, это было вполне ожидаемо.
— Если королева не отправит за герцогом и его сыном парящий корабль, то вернутся они дней через десять, — сказал я. — Успеют ли к назначенному празднику?
— Отправит, — сказала Ханна. — Была у них такая уверенность, когда предстоящий бал обсуждали. Как мне показалось, они с королевой об этом успели договориться. И молодой сын герцога предстанет перед Зои во всей красе, с лентами и орденами, как герой войны. А владыка тёмного мира в оной даже не поучаствовал.
— Точно, — вспомнила Ива. — Был герой войны, жених Зои. Не помню, с кем он воевал и чем отличился.
— Будешь драться за Зои? — спросила Ханна. — Или, как Малеф, будешь ждать, пока тебе её в дар преподнесут?
— Буду, — сказал я не раздумывая. — Я, между прочим, тоже герой войны, и не одной.
— А ещё они смеялись, что ты купил корабль на последние сбережения, — добавила она. — Называли тебя нищим правителем тёмного мира.
— Неприятно, но не смертельно. Нет, я понял: станут хамить открыто, буду показательно бить морды. Достаточно зашибить пару идиотов, и шептаться осмелятся только по тёмным углам, да и то вполголоса. Так говорила Беата, когда по храму разные слухи расползались.
— Василий, дело не в насмешках, — сказала Ханна. — А в том, что они перекупят твоих людей. Если уже не перекупили половину. Просто так, назло тебе, или чтобы шпионить изнутри.
— Я не хозяин этим людям. Максим Артёмович пусть вопросами внутренней безопасности занимается. Тебя они не перекупят, как и капитана Юн Вола, а остальное не так важно. Королева Амалия на обратном пути тоже о богатстве герцогов говорила. Что мне будет сложно с ними тягаться. Я тогда не понял, к чему это было сказано.
— И что будешь делать? — спросила Ханна. И взгляд такой холодный, словно предлагает конкурентов укоротить на голову.
— Будем сорить деньгами, — сказал я. — Ханна, твои люди ковры купили? Я по пути лавку видел, где заморские товары продают. Местные ковры тощие и холодные, если судить по тем, что во дворце попадались.
— Для местного тёплого климата и сырости другие и не нужны. Нет, пока ничего не купили. Моё упущение.
— Тогда начнём с них. Сделаем подарок для Соун И.
К нашему столику подошла знакомая официантка. Милая женщина с обаятельной улыбкой, не натянутой или дежурной, а вполне искренней.
— Может, вина? — спросила она, собирая на деревянный поднос пустые тарелки и блюдца для десерта. — Нам хорошее на днях завезли, с виноградников Вандоры. Вам обязательно понравится, оно сладкое.
— В другой раз, — сказал я, но уловил заинтересованный взгляд Ивы. Широким жестом достал из-за пояса две золотые монеты, протянул ей. — Оно в бочках?
— В бочонках по два оброна.
Что это за мера объёма такая, я не знал, но на всякий случай кивнул.
— На площади Золотых весов, выше по улице, я купил два дома. Пусть хозяин вашего заведения отправит ко мне пару бочонков этого вина, если оно действительно хорошее. Вы же такую услугу оказываете?
— Конечно, — она закивала, посмотрела на золотые монеты. — Только ещё нужно три монеты.
— Нет, это тебе за услугу, — сказал я. — За вино заплачу отдельно, как только доставят.
Для официантки, пусть даже в богатом районе города, это были большие деньги, чуть больше месячной зарплаты. Помню, как она двум серебряным монеткам обрадовалась в прошлый раз. Видимо, с чаевыми здесь не очень хорошо. Ну, а если сорить золотом, то нужно с чего-то начинать.
Магазин заморских товаров мы нашли на самом краю площади. Продавали там всякую всячину. Красивую, но по большей части бесполезную. Даже небольшие мраморные или медные статуи можно было заказать или купить уже готовые. В общем, если хотели обставить небольшой домик, чтобы он хоть немного походил на просторные дворцы местной знати, шли сюда. Бронзовая птичка на высокой полке, резная шкатулка из бежевой кости, небольшой гобелен или кованые решётки для камина — всё это могло придать неповторимый и богатый вид любой комнате. Был здесь даже охотничий трофей в виде головы рогатого животного, напоминающего оленя, только злобного на вид. И главное, что привлекло моё внимание изначально — цветастый ковёр на витрине. Развёрнута была только часть, но даже по ней можно было судить о качестве.
Хозяин лавки оказался человеком понятливым и на удивление неплохо разбирающимся в теме. Немолодой мужчина, выглядевший так, словно успел повидать мир и только в последние пару лет остепенился и решил открыть лавку, продавая всё, что находил за время путешествий. Ковров в наличии у него была два, и оба мне не понравились. Жиденькие они были, даже если сравнивать с теми, что устилали пол в комнате госпожи Мин в мире великих сект. К тому же размер оставлял желать лучшего. Продавец это тоже понимал и смешно вздыхал. Может, цену набивал, я так сразу не разобрал. Но мы с ним разговорились, сидя за диковинным столиком прямо в центре лавки. Всё равно других посетителей не было.
— Самые плотные и упругие ковры, из тончайшей шерсти, делают по ту сторону Тёплого моря, в далёких оазисах Силмара, — рассказывал он. — Только там знают секреты приготовления насыщенных красок для шерсти, а гильдии ткачей передают тайны плетения из поколения в поколение. Поэтому узоры на них изысканные и неповторимые. Ладонь на ковёр положи, пять тысяч узелков накроешь. Я местному правителю из-за этого трёх лошадей проспорил.
— А что, местные ковры сильно хуже? — спросил я.
— У нас такие не делают. Долго, дорого, и нет подходящей шерсти. Местные мастера спешат вечно, устройства придумывают, чтобы проще ткать было. Дёшево и сердито. Не понимают в Марви, как можно делать один ковёр два или три года. Плата работникам цеха, материал и красители уже обходятся в круглую сумму, а если растянуть её на три года? Тысячу золотых монет за ковёр в пятую часть от этого маленького помещения. Даже король подобное позволить может только для особых комнат. Говорят, правитель Силмара, посещая Первое царство, подарил бабушке нынешней королевы два ковра. Каждый оценивался в пять тысяч золотых эннаров.
— Я бы купил штук пять таких ковров. Или десять.
Продавец даже закашлялся от услышанного.
— Боюсь, что на всю столицу и пары не найдётся, — сказал он.
— Значит, уважаемый мастер…
— Карнис.
— Мастер Карнис, — кивнул я, — был в оазисах по ту сторону Тёплого моря?
— Семь лет путешествовал. Два языка местных выучил за то время.
— А не хотите в экспедицию отправиться?
— Нет, — он замялся. — Староват я для подобного. Море-то у нас тёплое, но капризное. Ветра встречные, скалы. Безопасно только вдоль берега идти, а это… долго.
— Летающему кораблю, — сказал я, — что в порту сейчас стоит, ни одни скалы и ветра не страшны. Слышали о нём?
— Как не слышать. Громкая новость, уже всю столицу обошла по кругу раз десять. Сын у меня моряк. Очень его это чудо удивило и в голову запало. Продай, говорит, магазин и купи корабль летающий, пусть и с рыбацкую лодку размером.
Он коротко рассмеялся.
— Ну, так что? — повторил я. — На летающем корабле за Тёплое море отправитесь? Экспедицию оплачу, золото дам, чтобы ковры купить и ещё товаров разных. Я ведь в местных товарах плохо разбираюсь, что пользуется спросом, а что только диковинка бесполезная и никому не нужная. Вот Вы бы что купили за морем?
— Ковры бы не купил, — он почесал подбородок. — Не продашь их здесь. А вот ткань и краски для оной будут стоить очень много. Специи, само собой.
— Ну так в чём вопрос? — деловито улыбнулся я. — Возглавите экспедицию? На летающем корабле туда дней за пять доберётесь, может, быстрее. О товарах договоритесь с местным владыкой, ковры мне купите.
При очередном упоминании ковров он поморщился.
— Это Вам в гильдию надо, а я человек маленький…
— Зачем нам посредники? — удивился я. — А если Вы о разрешении на торговлю, то у меня есть. От самого короля. Или вы думаете, что хозяин летающего корабля может врать о такой мелочи?
— И в мыслях не было, — он снова замялся.
— Может, сомневаетесь в прибыльности предприятия?
— В этом-то сомневаться глупо, — он хохотнул, но быстро посерьёзнел. — Возглавить экспедицию?..
— Если ответственность пугает, то помощником назначу. Главным за товары и покупку ковров, Вы в них неплохо разбираетесь. Мне много не надо, штук десять, пятнадцать.
Мастер Карнис снова закашлялся.
— Хотите, прямо сейчас в порт поедем и с капитаном корабля поговорим? — голосом демона-искусителя предложил я.
Хозяин лавки пару минут думал, хмуря брови, пару раз оглянулся, словно изучая собственный товар в лавке, затем вздохнул.
— Я готов, уважаемый.
— Владыка Василий, — я протянул ему руку для крепкого рукопожатия. — Только у меня просьба будет. Когда мы в порт поедем и с людьми моими разговаривать будем, сделайте важный вид, словно умудрённый опытом торговец. Как будто вся гильдия торговцев Марви перед Вами не важнее чаек в порту, которые только орать могут громко и гадить.
— Это Вы ловко заметили, — он рассмеялся, — про орать и гадить. Хорошо, у меня и наряд есть соответствующий, заморский. Мне его правитель Нурги́ подарил на прощание. Дайте мне немного времени переодеться и дела в лавке дочери передать.
— Жду Вас в повозке на улице.
Выйдя на улицу, я придержал Ханну, взяв под руку, показал взглядом на витрину, предлагая немного пройтись.
— Отправь кого-нибудь в наш новый дом, — тихо сказал я. — Пусть начинают собирать золото и драгоценности из подвала в сундуки. Но только то, что можно легко поменять. Камней драгоценных много брать не надо, они мне здесь пригодятся. Бюджет операции… да сколько в повозку влезет за один раз, пусть столько и грузят. И сразу в порт везут. И ещё надо будет с кораблём отправить трёх или четырёх твоих помощников, на которых можно положиться и в серьёзной драке, и в сложных обстоятельствах.
— Хорошо, — она кивнула.
— Раз они на мой корабль рассчитывают, чтобы героев войны в столицу вернуть, значит, нужно его срочно куда-то деть. А экспедиция за море — отличный вариант, даже превосходный. Нам людей хватит? А то распыляемся: за домом смотреть, за базой в Рандо, на корабле отправить и вообще?
— Хватит, не переживай, — сказала Ханна.
— Просто подумал, что можно ещё людей перебросить из дворца Ракку. Попросим Соун И туда стержень от идола доставить, а мастер Кве здесь поможет.
— Ты же обещал, что больше никаких разломов и идола, — покачала головой Ханна. — Не нарушай обещаний и данных единожды слов. А насчёт людей, то я заранее позаботилась. Несложно было понять, что ты здесь задержишься из-за Зои. Поэтому уже дней как пять назад в сторону Альведэ вышла группа людей из дворца Ракку. Везут с собой немного золота и вещей, что тебе могут понадобиться здесь. Наймут того коротышку картографа или другого опытного проводника и будут здесь через пару дней.
Я посмотрел на неё прищуренно, затем улыбнулся.
— Спасибо.
— Кто-то же из нас двоих должен думать наперёд, — невозмутимо сказала она. — Во дворце Ракку сейчас много новичков. У кого либо совсем нет опыта, либо его недостаточно. Для них это станет хорошим испытанием. А здесь есть у кого поучиться, и, зная твой характер, без дела они сидеть не будут.
Мы ещё погуляли по улице, затем вернулись к повозке как раз в тот момент, когда мастер Карнис вышел из лавки. Выглядел он солидно, в ярком халате на восточный манер и тюрбане. На поясе несколько кошельков, знак весов на золотой цепочке. Эффект производил как раз тот, что нужно. Было заметно, что немного нервничает, но по пути в порт взял себя в руки.
В порту, с момента возвращения корабля, почти ничего не изменилось. Толпа зевак немного уменьшилась, но люди всё ещё шли, чтобы поглазеть на большой корабль и команду, работающую на палубе. А ещё я заметил небольшую очередь к сходням из людей, одетых и как матросы, и как портовые грузчики, и просто как горожане. На палубу их не пускали, объясняя, что команда уже укомплектована и новые матросы не нужны.
Нам повезло застать Максима Артёмовича за пару минут до того, как он отправлялся в Рандо на летающей лодке. Для обсуждения предстоящей экспедиции мы снова собрались в каюте капитана. Юн Волу моя затея очень понравилась, впрочем, как и всем остальным, когда мастер Карнис описал перспективы неплохо заработать на редких и востребованных товарах из-за моря. Меня не покидало предчувствие, что королева в любой момент может прислать кого-нибудь, кто прикажет снова лететь в Реджо, доставить припасы, ещё людей или по любому другому поводу, поэтому я всех торопил, наводя суету. Меня даже успокаивали, уговаривая не торопиться, особенно в таких сложных вопросах, как долгая экспедиция. В конце сошлись на том, что корабль отправится рано утром, но, чтобы никто не вмешался, подготовку постараются провести незаметно.
Небольшая проблема, чуть не помешавшая реализации всего плана, возникла с доставкой золота на корабль. У нас в наличие были всего один большой и пара маленьких сундуков, в которых можно перевезти золото, не опасаясь, что оно выломает дно под собственным весом. Пришлось людям Ханны побегать по городу в поисках подходящих сундуков и мешочков, в которые грузили золотые монеты. Я застал этот процесс, когда мы вернулись домой. Первым делом заглянул в подвал, увидев интересную картину. Трое мужчин с гор Ракку набивали небольшие мешки монетами, используя в качестве лопаты золотые подносы и большие кубки. Ещё двое связывали их и укладывали в грубый деревянный сундук, укреплённый железными полосами.
Я ведь даже не удосужился узнать, сколько нам досталось золота. Помню, что подвал показался мне просторным и глубоким, с каменной лестницей. Сейчас же лестницу даже видно не было. Заходя в подвал, приходилось пригибаться, чтобы не стукнуться головой о потолок. Не знаю, сколько золота вывезли до моего возвращения, но в подвале свободного места пока не прибавилось.
Со всеми этими заботами и войной с демонами, на второй план отошёл ремонт и доставка новой мебели. За те дни, что мы отсутствовали, подготовить успели только один из домов, и выглядело это на все деньги. Дорогая новенькая мебель, которая ещё немного пахла деревом и лаком, смотрелась восхитительно. Удобные кресла, кушетки, столы и стулья, даже кровать — всё было выполнено в едином стиле. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что к делу привлекли талантливого человека. Они даже не забыли пригласить хозяина швейного цеха, который продал нам изысканные занавески для штор, скатерти, постельное бельё и даже полотенца на кухню для прислуги. Приходил плотник, изучавший кровлю и прочность паркета, затем мастер, проверивший камины в доме и почистивший дымоходы. В какой-то момент мне показалось, что весь город прознал о моей покупке, и к дому начали стягиваться буквально все, кто мог приложить к ремонту или обустройству руку. И все требовали за свои услуги золото. Кто-то скромно, как трубочист, а кто-то и нагло, как представитель городской стражи, обещавший отгонять от дома нищих и воров-домушников. Я хотел было возмущаться и прогонять назойливых продавцов и мастеровых, но ещё раз побывал в подвале и подобрел. А потом нам ещё и вина привезли два бочонка литров по пятнадцать каждый, чтобы отметить запоздалое новоселье. В итоге золото, что я достал за продажу драгоценных камней, таяло буквально на глазах.
Утомившись за долгий день, уснул, едва добравшись до кровати. Не удивительно, что ночью мне снился хруст золотых монет, словно кто-то всю ночь набивал мешки и складывал в сундуки. Затем кто-то начал мурлыкать незамысловатую мелодию, перебирая золотые монетки. Закончилось же всё небольшим кошмаром, расколотым миром, в пустоте которого медленно дрейфовали осколки дворцов, целые дома и фруктовые сады с маленькими скрюченными деревцами. Даже во сне это была неприятная картина.
Утром за завтраком я узнал, что «Расколотый» ушёл на северо-восток ещё до восхода солнца. Эта новость порадовала, заставив улыбнуться. Представил, как герцог со своей армией будут ждать корабля, а потом отправятся в столицу своим ходом. Если в порту Реджо не осталось больших кораблей, то эта дорога может занять очень много времени. А что, я не виноват, предупреждать надо.
— Какие планы на сегодня? — спросила Ханна, когда завтрак подходил к концу.
— Сегодня буду дома сидеть и думать, — сказал я. — И мне нужен будет мастер Кве. Он там не помер со скуки?
— Нет, — она улыбнулась. — Бездельничает, мастерит что-то из драгоценных украшений и спит по полдня. Говорит, что когда работать не заставляют, он счастлив. Привезут сегодня. Но шума из-за него будет много, когда соседи узнают.
— Хотя бы на пару дней, но он мне нужен, — сказал я. — А потом мы его к источнику на каникулы отправим. Да, мне ещё набор ювелира понадобится.
— Всё-таки решил заняться артефактами? — уточнила она.
— Только как побочным продуктом. Буду экспериментировать с символами.
— Может, для этого мастерскую в аренду взять? Жалко будет, если дом разрушишь или пожар устроишь.
— Активировать ничего не буду. Поэтому мне и нужен мастер Кве. А насчёт мастерской мысль мне нравится. Завтра планировал к мэру наведаться, можно и о мастерской поблизости поговорить.
— Всё понятно. Раз ты сегодня занят, особые поручения будут? Слухи по городу собрать, весточку Зои отправить?
— Кхм, хорошо быть в курсе слухов, особенно если они о тебе. Собирайте, только не рассказывайте сегодня, иначе я опять отвлекусь и ничего не сделаю. Да, помнишь, я обещал поговорить с королевой насчёт происшествия во дворце? Признаю, что был не прав. Она всё объяснила.
Ханна улыбаться не стала, показывая, что победила в глупом споре. Посмотрела серьёзно, как бы спрашивая, что я надумал.
— Чем больше времени проходит, тем меньше желания его убить, — сказал я. — Можешь узнать, не переживает ли он по этому поводу и какие слухи ходят во дворце? Может, герцог хочет извиниться передо мной, покаяться, денег дать или как-то по-другому загладить вину. Меня в столице не было, вот он и не мог этого сделать.
— Ты плохо разбираешься в таких людях, — качнула она головой.
— Но если я ошибаюсь, можешь прибить герцога его же тростью, — хмуро сказал я.
— Не думай о нём, — сказала Ханна. — Выкинь из головы и занимайся тем, чем хотел сегодня.
Она встала, кивнула Сайми, собирающей посуду со стола, и вышла из светлой столовой. Я ещё посидел немного, затем направился в подвал. Нужно было взять немного золота для эксперимента. Пусть я и делал важный вид, но до сих пор не понимал, как могу помочь Нерулу с источником. Но сделать это нужно было как можно быстрее. Мне начинало казаться, что если закрыть глаза и сосредоточиться, то я с уверенностью скажу, в какой стороне находится источник вечной жизни. Как будто чувствовал разлитую в воздухе магию, очень вкусную и притягательную.
Вроде бы из подвала забрали немало золота, но изменений особых я не заметил. Всё так же приходилось пригибаться, чтобы пройти вглубь помещения. Вооружившись масляной лампой, я прошёл по золоту, стараясь не поскользнуться на монетах. Кто-то додумался протереть потолочные балки, стирая с них пыль и паутину. Подняв с пола большой кубок, набрал в него крупных монет и уже собирался уходить, но заметил в дальнем конце помещения что-то странное. Это оказалось углубление в золотых монетах с бортиком по краям, очень напоминающее большое гнездо. Сначала подумал, что это случайность или кто-то из людей с гор Ракку вырыл яму, когда грузил золото в сундуки. Присмотревшись, понял, что меня смутило. Всё дно своеобразного ложа, а также холмики по краям были выложены из самых маленьких монет, которые в Хуме назывались лепестками или чешуйками. Тончайшие золотые пластинки с рисунком только на одной стороне. Ещё из интересного я отметил то, что рядом почти не было драгоценных камней или украшений с ними. Кто-то старательно отбрасывал их в сторону лестницы, не заботясь о сохранности.
⠀⠀
Примерно то же самое время, большой особняк в северной части города
— Адриан, — сказала Присцилла Асгейл, — похоже, что ты меня не слышишь. Мы с тобой знакомы сколько, сорок лет, пятьдесят? Давала ли я тебе когда-нибудь повод усомниться в моих словах?
— Не желаю разговаривать на эту тему, — отрезал герцог Торадо. Показывая недовольство поднятой темой разговора, он со стуком опустил чашку со сладким напитком на блюдце, расплескав половину содержимого. — В наше с тобой время молодёжь проявляла куда большее уважение к герцогам и к королевской власти. А покойная королева никогда не позволяла пришлым, тем более демоническим прихвостням, устанавливать свои порядки. Это мой мир! Наш, если тебе угодно.
— Дело вовсе не в уважении, — попыталась донести до него простую истину Присцилла.
— Силла, хватит, — остановил её герцог. — Это не я должен что-то делать, а ты. Твоя обязанность оберегать этот мир от… вторженцев. Если не хочешь или не можешь, я сам буду решать эту проблему. Сил у меня хватит.
Присцилла минуту смотрела на старого друга, затем встала. Королева ясно дала ей понять, чтобы не вмешивалась в данную ситуацию. Специально напомнила о несчастном Рикке, которого герцог покалечил из прихоти.
— Ты просто привык, что тебе всё сходит с рук, — сказала она. — Василий, сражавшийся лицом к лицу с императором светлоликих, не мальчик для битья. Больше я не стану тебя защищать, даже пальцем не пошевелю. Прощай, Адриан.
Повернувшись, Присцилла Асгейл вышла из комнаты. Герцог поморщился, затем со злостью смахнул рукой чашку со стола, отчего она пролетела через всю комнату и разбилась о стену. Ему вспомнилось далёкое прошлое, когда он, будучи юнцом, проказничал в королевском саду вместе с улыбчивой беловолосой девчонкой. На её долю выпала тяжёлая ноша возглавить семью Асгейл, вместо того чтобы наследовать престол. Её кровь была недостаточно сильной и не способной впечатлить старую и вредную маразматичку, сидевшую на троне. Тогда они с Силлой дали обещания, что будут держаться вместе и помогать друг другу, что бы ни произошло. И сейчас, ради какого-то пришлого человека, возможно, полудемона, она так легко готова была нарушить старое обещание.
Герцог поднялся, коротким жестом показывая прислуге, что его сейчас лучше не беспокоить. Выйдя в коридор, он остановился у окна, выходящего на площадку перед его небольшим дворцом.
— Охрану поместья усилили? — спросил герцог Торадо.
— Расставил посты по всему периметру здания, — сказал невзрачный на вид мужчина, отвечающий за безопасность не только герцога, но и всей провинции. — И позволил себе нанять господина Изиля, сильнейшего заклинателя огня во всём Первом царстве. Даже Её Величество высказывалась с большим уважением о его таланте.
— Слышал о нём, — сказал герцог и недовольно нахмурился, представив, сколько золота потребовал Изиль.
— Из дворца передали, что Её Величество вернулась вчера вечером.
— Готовьте карету и охрану, — герцог наблюдал за тем, как Присцилла выходит из здания и садится в карету. И ведь не обернулась, чтобы бросить хотя бы взгляд. — Я напишу послание старому другу и спущусь.
— Как прикажете, — коротко поклонился начальник охраны.
Герцог направился в свой рабочий кабинет, перебирая в голове варианты разговора с Её Величеством. Надо было учесть события в портовом Реджо и наверняка плохое настроение королевы. На этом тоже можно было сыграть.
Войдя в кабинет, Адриан машинально отмахнулся от толстой белой нити, свисающей с потолка. Но вместо того, чтобы убрать её, рука и часть дорогого наряда намертво приклеились к нитке. Попытка высвободить ладонь привела лишь к тому, что нить прилипла к дорогому камзолу.
— Демоны! — выругался герцог, пытаясь освободиться. Белая нить, кажущаяся невесомой, намертво приклеилась к ладони, и оторвать её можно было только с куском кожи.
С потолка упала ещё одна нитка, прилипнув ко второму рукаву. Герцог, наконец, поднял взгляд и замер, увидев большого чёрного паука, зависшего под потолком. Он даже увидел себя в отражении больших чёрных глаз. Вот только закричать не успел, так как третья нить обвилась вокруг его шеи, легко отрывая немолодого мужчину от земли.
⠀⠀
Погружённый в серьёзные раздумья по поводу символов, я не заметил, как пролетел день. До самого ужина составлял список всех символов, нанесённых на лепестках угасшего сердца Парящего. Переносил их на бумагу, делал заметки и описывал так, как понимал. При этом успел сделать лишь треть от всего объёма работы. А уже вечером, после заката, мы с мастером Кве плавили золото, превращая его в небольшие заготовки для артефактов. Точнее, я плавил, а он пытался понять, что получилось в результате. Считаю, что для первого раза вышло неплохо. И не важно, что пока я мог сделать только жезл самоуничтожения, то есть вложить в него символ, создающий взрыв. Мастер Кве смешно называл её «палкой смерти».
Проработали мы до поздней ночи, после чего я отправил его спать в соседний дом. Там пока шёл ремонт, но несколько комнат уже обставили. При этом мастер Кве предпочёл спать в подвале, перетащив туда несколько одеял, подушек и сразу два мягких матраса.
Утром, незадолго до рассвета, меня разбудил толчок. Под домом что-то бухнуло, отчего на секунду задрожали стёкла. От неожиданности я соскочил с кровати, но в комнате никого не было. Стоило выглянуть в коридор, а спальня моя находилась на втором этаже, как стал слышен странный шум и визг. Прямо в пижаме я сбежал по лестнице, столкнувшись с сонной Сайми. Она сжимала в руке длинный нож, очень похожий на мачете. Остановила меня, не дав пробежать мимо.
Из-за крепкой двери подвала доносился шум драки, металлический звон и удары. От очередного «бум» полы немного вздрогнули, затем послышался недовольный, но очень узнаваемый крик, срывающийся в визг.
— Мастер Кве, — узнал я его.
С Сайми мы бросились к двери, распахивая её. Небольшое пространство подвала было освещено маленькой масляной лампой, подвешенной на крюк под потолком. В свете можно было увидеть мастера Кве, яростно дерущегося с кем-то, примерно такого же размера. Они катались кубарем, осыпая друг друга ударами и расшвыривая золотые монеты. Соперник мастера Кве оказался довольно сильным, умудрившись схватить синекожего ящера за ногу и с размаху ударив им об потолочную балку. Очередное «бум» сотрясло дом.
— А ну прекратите! — рявкнул я на языке дами.
Пространство вокруг угрожающе вздрогнуло, отчего зазвенели золотые монетки, разбросанные вокруг.
Драка замерла, и наступила неожиданная тишина. Мастер Кве за это время успел вцепиться зубами в ногу соперника, а тот, не оставаясь в долгу, лупил его кулаками по спине, замерев в очень смешной позе.
— Вы в своём уме?! — добавил я. Пространство задрожало сильнее.
Соперник мастера Кве был примерно такого же роста, метр и тридцать сантиметров, если вытянется во весь рост. Худощавый демон, кожа чёрная, очень грубая на вид, лицо страшное, длинные козлиные рожки и тонкий хвост, заканчивающийся кисточкой жёстких волос. Одет он был в видавшие виды шаровары, порванные во время драки.
— Мастер Кве, отпусти его, — сказал я. — Какого демона вы тут устроили? И кто твой друг?
— Грабитель, — Кве отпрыгнул от обидчика, тыча в него пальцем с нанизанными тремя перстнями.
Чернокожий демон перевёл взгляд с Кве на нас и бросился наутёк, прыгая в замеченное мной накануне углубление в груде золотых монет. Нырнув туда, он ловко принялся закапывать себя. Пока я соображал, он успел скрыться под слоем монет. С той стороны потянуло слабым отголоском магии, и холмик из монет осыпался внутрь.
— Сбежал, — констатировал я. — Мастер Кве?
— Грабитель, — снова пролепетал он, затем потряс кулаком в сторону, где ещё недавно был демон.
Я заметил пару ссадин у него на морде и на руках. Учитывая довольно острые зубы ящера, ногу гостю он прокусить так и не смог.
— Ты же в соседнем доме спать должен, как здесь оказался? Клептоман ты синекожий.
На пальцах у мастера Кве красовалось несколько колец и перстней, а на шее висели сразу четыре длинные цепочки, одна с громоздким кулоном. Судя по оттопыренному поясу его дорожного костюма, были ещё украшения, которые ему приглянулись.
— Да мне не жалко, — сказал я, видя, как он прячет руку с перстнями за спину. — Только что ты с ними делать будешь? Собрался в таком виде ходить? Неудобно же.
Он подцепил цепочку с кулоном, показывая мне.
— Согревающий свет, — сказал он. — Две тысячи золотом — хорошая цена. Когда носишь, никогда не замёрзнешь, если светло вокруг. Кольцо сильной руки.
Кве продемонстрировал колечко, вынув его из-за пазухи.
— Что-то не подумал, что здесь могут быть магические артефакты, — удивился я. — Много их вокруг?
Он развёл руками, огляделся. Мне на плечо легла ладонь Ханны.
— Что случилось? — спросила она.
Выглядела Ханна сонной, как будто только недавно легла спать и её тут же разбудили. Даже переодеться не успела, щеголяя в тёплой ночной рубашке до колен. Зато нож, такой же, как у Сайми, захватить не забыла. Питают слабость они к ножам с длинным лезвием.
— Мастер Кве с гостем подрался, — сказал я. — Ничего особенного, ложись спать.
— А кто был? — спросила она.
— Пока не знаю, надо у Соун И спросить. Какой-то маленький чёрный демон, использующий чистую магию. У всех, кто рядом с источником живёт, магия чистая. Я её с недавних пор почувствовать могу. У обычных демонов она такая, словно порчей тронутая, грязная и смердящая. А демоны, кто рядом с источником… Потом расскажу, ты же на ходу засыпаешь. Сайми, помоги.
Сайми взяла под руку сонную Ханну и повела вверх по лестнице.
— Мастер Кве, — я грозно посмотрел на ящера. — Будешь шуметь — получишь по шее.
— Он первый начал, грабитель, — проворчал Кве.
— Ладно уже, — махнул рукой я. — Вон, шкатулка большая. Можешь собирать всё магическое и туда складывать. Не за пазуху пихать, а в шкатулку. Потом расскажешь, что интересного нашёл. А если гость снова придёт, не ругайся с ним, а меня зови. Когда завтракать захочешь, скажи.
— Хорошо, — он закивал, потёр ушиб на морде и направился к шкатулке.
Я ещё постоял немного, затем пошёл переодеваться. После такого необычного пробуждения спать уже не хотелось. До завтрака оставалось время, поэтому решил поработать над моделью, которую не доделал вчера вечером. Сегодня в планах было посещение мэра, но вряд ли он обрадуется, если припрусь к нему так рано.
Так как Ханна спала, то завтракал я в компании Ивы. Только порадовался, что так спокойно вокруг, когда тебя никто не беспокоит и можно тихо поработать, как появились гости. Точнее, гостья. Нарушать приличия не стала, поэтому пришлось лично спускаться и приглашать в дом. И от чая с десертом не отказалась, хотя вид у неё был серьёзный.
— Что случилось? — спросил я, наливая чай в высокую кружку и добавляя тёмно-коричневый сахар. — Снова демоны? Ещё сахара?
— Спасибо, — Присцилла благодарно кивнула, принимая кружку. — И демоны в том числе. Ты вчера чем был занят?
— Работал над артефактами целый день, даже из дома не выходил. Защитные амулеты неплохо получаются, в отличие от атакующих. Сегодня же планировал много всего сделать. К мэру заехать, затем в порт, а потом во дворец. Надеюсь, что сегодня меня бить не будут. Это была шутка, не сердитесь.
Не знаю, что именно рассердило госпожу Асгейл, но она так посмотрела, что стало неуютно. Потребовалось несколько секунд, чтобы её взгляд смягчился.
— Простите, — на всякий случай извинился я.
— Герцог Торадо, с которым ты столкнулся во дворце, его вчера убили, — она достала из сумочки что-то напоминающее серебряную табакерку. Откинула крышку, продемонстрировав содержимое. Внутри лежала длинная белая нить.
— Герцога вчера нашли в собственном кабинете, повешенным за шею на такой, — продолжила Присцилла. — Достаточно тонкая, чтобы перерезать шею и едва не отделить голову от тела.
— Это не мы, — быстро сказал я, разглядывая белую нитку. — Липкая? На паутину похожа.
— Нет, — она вынула нить из табакерки, затем опустила обратно. — Но очень крепкая. Ножом не перережешь.
— Точно не мы, — повторил я, вспомнив сонную Ханну. — Ночью убили?
— Днём. Его оставили без внимания всего на пару минут и нашли убитым в собственном кабинете, в доме, полным людей.
Понятно, на что она намекала. Надо будет у Ханны спросить, когда проснётся, наши это постарались или нет.
— Ладно, оставим это, — она убрала табакерку в поясную сумку. — Скажи, ты зачем корабль из порта убрал? Куда он ушёл?
— В экспедицию за Тёплое море, — оживился я. — Подвернулся удобный случай, вот мы им и воспользовались. Если они вернутся до праздника во дворце, я Зои подарю кое-что необычное…
— На востоке тоже демоны появились, — сказала она. — Недалеко от центра провинции герцога Торадо. Какие-то дикари, жуткие на вид, с бронзового цвета кожей, украшенной рисунками. Местное ополчение разбило их в одном сражении. Они даже магией почти не владели.
— Ну так…
— И ещё на юго-востоке демоны появились, — добавила она. — Большая стая то ли собак, то ли кошек размером с лошадь. Скрылись в лесах, где дерево для всего царства добывают, в том числе корабельное. Деревню лесорубов сожрали.
Я посмотрел на неё удивлённо.
— Не помню такого, чтобы в мир так много демонов сразу приходило, — сказала Присцилла.
— Говорил королеве, что это не просто так случилось, — сказал я. — Может, недоброжелатели ваши стараются расшатать Первое царство? У вас точно нет крупных врагов? С соседними королевствами не воюете?
— Её Величество сказала, что ты можешь символ придумать, чтобы сила крови из-под контроля не вышла? — уточнила она.
— Такая задумка была, но как скоро её реализую, не знаю. Это ни разу не просто.
— Когда придумаешь и будешь уверен, что символы работают, скажи мне. Проверим его вместе.
— Хорошо, — с этим я легко согласился.
— К полудню будь во дворце, — сказала Присцилла, вставая. — Её Величество хотела тебя видеть.
Я поспешил встать, чтобы проводить её. Пообещал, что непременно буду во дворце к назначенному времени. За пару лет, что мы жили в Хуме, я неплохо узнал госпожу Асгейл. Она была строгой женщиной со стальным стержнем внутри. Закалке её характера можно было только завидовать. Находясь в далёком мире, она приглядывала за непоседливой Зои, которая часто попадала в самые разные неприятности и ещё более часто втягивала в авантюры меня. При этом Присцилла не позволяла себе хандрить или грустить, её взгляд всегда отражал уверенность и внутреннюю силу. А вот сегодня мне её взгляд не понравился. Словно груз ответственности или забот, взвалившийся на плечи, оказался для неё слишком тяжёлым. Да и королеву что-то беспокоило, о чём она не спешила рассказывать.
— С Зои поговорить? — спросил я сам у себя. Может, она прольёт свет на происходящее.
На втором этаже в гостиной послышался какой-то странный шум. Взбежав по лестнице, застал в комнате Соун И, сидящую на полу и потирающую ушибленную коленку. Она посмотрела на меня обиженным взглядом, смахнула слезинку с краешка глаз.
— Прости, — я поспешил ей на помощь. — Не плачь. Так сильно ударилась? Хочешь, чаю тебе налью сладкого? Нет? Я уже заказал ковры, толстые и мягкие. Отправил за ними летающий корабль, поэтому скоро их привезут. Как у тебя дела? Отдохнула? Как мама Ночь?
Я помог ей сесть в мягкое кресло. Тёмное платье у неё было простым, с широкой юбкой, в которой она и запуталась. В таком запутаться и споткнуться — раз плюнуть.
— Я хорошо поспала, — она смахнула ещё одну слезинку, поморщилась и снова потёрла коленку. — Последние дни много переходов было, поэтому устала. Мама Ночь, она…
— Что, всё плохо? — напрягся я, когда она неожиданно замолчала.
— Нет, наоборот… просто неважно себя чувствует пока. Сегодня старший Ка обед будет готовить, чтобы она быстрее поправилась. Наставник тебя приглашал покушать с нами.
— К обеду не могу, — вздохнул я. — Обещал быть во дворце. Но если освобожусь пораньше, то я позову тебя.
Соун И кивнула, собираясь уходить. Вот и пойми, зачем приходила.
— Постой, — остановил я её. — Я хотел с наставником Нерулом поговорить.
— Он занят. Но можно толстяка Рока попросить, он сейчас за старшего, если подраться с кем-нибудь надо.
— Нет, у меня простой вопрос был. Драться ни с кем не нужно.
— Если про источник вопрос или про магию этого мира, то можно с Лучиком поговорить, он лучше всех в этом разбирается.
— Кто-то демонов в этот мир тянет, проходы открывает, — сказал я. — Можно этого негодяя как-нибудь вычислить и поймать? Отследить разломы, к примеру.
— Я спрошу, — она кивнула. — Но будет сложно, наверное. Наставник говорит, что пока источник в таком состоянии, то он будет притягивать слабых демонов со всех ближайших миров. Они волю теряют и к нему стремятся. В том смысле, что их сейчас очень много, и найти кого-то конкретного будет непросто.
— Много? — уточнил я.
— Лучик уже прогнал четырёх глупых демонов, которые умеют между мирами перемещаться. Ещё трёх убил. Если они в источник окунутся, то разум потеряют и доставят много проблем. А ночью кто-то додумался открыть большой-большой разлом недалеко от источника. Как будто дыру хотят пробить, чтобы магия из этого мира потекла в их мир. Наставник Нерул рассердился очень и ушёл их вразумлять.
— Понятно, — протянул я.
— Я в этом ничего не понимаю, поэтому не тороплю, — сказала она как-то странно. — Но было бы неплохо, если бы источник уже успокоился. Надеюсь, что глупые демоны, которые к нему идут, не додумаются разбудить тётю Мин. Если это поможет, я могу всё золото из разрушенного мира собрать. Весь соседний дом под крышу забить можно…
— Не надо, — остановил я её. — А потом опять в самый нужный момент до тебя не докричусь. Того, что уже собрали, вполне достаточно. Думаю я над вашей проблемой, думаю.
Соун И опустила взгляд, снова погладила ушибленную коленку.
— Жаль, я ничем помочь не могу, — она печально вздохнула.
— Ты это, не грусти, — поспешил я утешить девушку, чтобы не заплакала. Мне показалось, что вид у неё был именно такой. Случилось что-то? Или старшие отчитали? — Ты делаешь очень много, как и Лучик, и толстяк… этот…
— Рок, — подсказала она.
— Знать бы, кто это, — тихо проворчал я. — В общем, вы тоже делаете очень много. Проблему с источником я решу обязательно. И твои способности тоже понадобятся. Может, когда я решение придумаю, придётся побегать по этому миру или в соседние заглянуть.
Она вроде успокоилась и даже немного улыбнулась. Встала, поправила платье.
— Я слышала вчера, как жнецы шептались в деревне, — сказала она. — Говорили, что на тебя кто-то напал в этом большом городе. Они были не на шутку взволнованы. Брат Василий, если тебе будет грозить опасность, то сразу зови. Я приду, даже если придётся нарушить правила тёти Мин.
Она почему-то смутилась, осторожно помахала рукой и исчезла, моментально сжавшись в крошечную чёрную точку.
— Брат? — удивлённо спросил я у того места, где она стояла секунду назад.
⠀⠀
Во дворец я приехал к полудню, немного раньше назначенного времени. Странно, что встречать никто не спешил. В парадном зале было неожиданно многолюдно, сновали служащие, направляя гостей в правый коридор. Возможно, планировалось какое-то собрание или заседание. Меня сразу заметили, но никто не приветствовал и не вызвался проводить. Возле главной лестницы дежурило несколько слуг, следивших, чтобы гости не поднимались по лестнице. На меня они старательно внимания не обращали. Один даже побледнел немного, когда я проходил мимо.
На третьем этаже мне навстречу выбежала Зои, повиснув на шее.
— Привет, — сказал я, легонько обняв её. — Платье помнёшь.
— Не страшно, — она неохотно отстранилась, бросила взгляд на лестницу. — Мог бы заглянуть в гости раньше. Бросил меня здесь одну.
— Был немного занят. А ты всё ещё наказана?
— До бала, — она вздохнула. — А его всё переносят и переносят. Как будто специально. Я даже не знаю, что в городе творится и как у тебя дела. Пока мама занята, прогуляемся?
— По городу?
— По дворцу, — она рассмеялась. — Расскажешь, что произошло, пока я тут взаперти сижу. Мама говорила, что вы с Нерулом встречались.
— Можно и прогуляться, у вас дворец огромный. А можно в сокровищницу заглянуть, где наши артефакты хранятся?
— Мама её заперла, но у меня ключик есть, — Зои кивнула. — Это там.
Взяв меня под руку, повела по третьему этажу. Непривычно было видеть её в пышном светлом платье. В нём она действительно выглядела настоящей принцессой. А над причёской наверняка трудились не меньше часа. Но, как по мне, тёмное платье из дворца Ракку ей шло немного больше, подчёркивая стройную фигуру.
Пока мы шли по пустынному коридору, я вкратце рассказал о покупке летающего корабля и планах на будущее. Поведал о неприятности, случившейся с Тисой. И реакция у Зои была такой же, как и у королевы.
— Ты с ума сошёл?! — возмутилась Зои, беря меня под локоть и поворачивая к себе, чтобы заглянуть в глаза. — Сам ведь тысячу раз повторял, что большие символы наносить можно только старшим жрицам или после совершеннолетия. А у Нерула, насколько я помню, символ получился большой, наполовину спины. Ты бы сам такое пережил? И не надо мне объяснять, что она демон.
Высказавшись, она погрозила мне кулаком, затем повела дальше по коридору к неприметной винтовой лестнице.
— Когда меня нет рядом, обязательно глупость какую-нибудь выкинешь, — сказала она. Надеюсь, не намекает, чтобы я её из дворца как можно быстрее вытащил.
По винтовой лестнице мы спускались долго, при этом выходов на другие этажи не было. Или же их хорошо маскировали, так как на тайный проход эта лестница походила очень даже. На нижнем уровне нас встретил охранник, немолодой мужчина, коротающий время за чтением книги. Без лишних разговоров он открыл тяжёлую дверь, пропуская нас в узкий коридор, и вручил небольшой фонарь.
— Раньше это была темница, — сказала Зои. — Но уже давно здесь никого не запирают. С того времени, как сломался артефакт, лишающий силы.
Было видно, что за узким каменным проходом следят, убирая плесень и паутину со стен. Немного пахло сыростью, но вполне терпимо. В конце коридор заканчивался ещё одной массивной дверью, которую Зои открыла, просто потянув за железное кольцо. Точнее, это выглядело просто, а на самом деле она хитро использовала магию, чтобы сдвинуть потайные засовы.
За дверью нас встретила комната, напоминающая просторную тюремную камеру. Каменные стены и пол, нависающий потолок, за пару дней нахождения здесь можно было заработать острый приступ клаустрофобии. Ещё я заметил квадратную решётку в потолке и тёмный канал вентиляции или чего-то похожего, уходящий вверх. Протиснуться в него мог разве что мастер Кве. Но даже так ему бы пришлось выломать из камня толстые железные прутья.
Из мебели в помещении был небольшой столик и пара табуреток. Я сразу заметил знакомые сумки и ящики, в которых мы перевозили артефакты. Были здесь и рулоны с картинами. Непонятно, почему их оставили в подобном месте, в сырости.
— Надо будет с Соун И поговорить и вывезти всё это в горы Ракку, — сказал я. — Испортится ведь.
— После несчастного случая с каким-то колечком всё здесь заперли. Папа предлагал в один из глухих коридоров подземелья отнести и камнем замуровать.
— Хотя, зачем тянуть с этим, — задумчиво сказал я. — Зои, освободим немного места.
Стоило позвать, и Соун И откликнулась сразу. Минуты не прошло, а она уже появилась в центре комнаты. Хорошо, что я стоял близко и успел шагнуть к ней, поймав в нужный момент. Просто она появилась в метре над полом, словно до этого лежала на диване.
— Ещё раз привет, — сказал я, аккуратно поставив её на землю. — Прости, что отвлёк.
— Я книгу читала, — сказала она, поправив платье. Улыбнулась, увидев Зои, осторожно помахала ей рукой. — Решили с нами пообедать?
— Нет, пока не до этого. Хотел спросить, ты можешь вот эти сумки и коробки перенести в горы Ракку? Это такой мир с фиолетовым небом и дворцом в горах.
— Была там, — она закивала. — Когда тётя Мин за книгой отправляла. Да, могу всё отнести, это недалеко.
Зои при этом крепко вцепилась в мой локоть, бросив на Соун И слегка прищуренный взгляд.
— Давай сделаем так: я попрошу Ханну письмо написать для жителей дворца и передам с тобой, чтобы с этими вещами обошлись как можно более аккуратно. Забыл сказать, что это очень опасные артефакты. Не страшно будет их переносить?
— Нет, — Соун И пожала плечами.
— Хорошо, позову тебя вечером, когда Ханна письмо напишет.
Соун И оглядела помещение, стараясь всё запомнить, что-то заметила и подошла к одной из сумок. Запустив туда руку, вынула книгу в дорогой обложке. Открыла наугад и пробежала взглядом по строчкам, смешно двигая бровями.
— Что там?
— Сказки какие-то, — отозвалась она. — Про парящий дворец и мальчика. Можно я возьму почитать?
— Бери, — я помнил эту книгу, написанную непонятными закорючками и рунами. Вроде бы взяли её исключительно из-за дорогой обложки.
— Позови, когда письмо…
Соун И исчезла, даже не договорив.
— Вот как она это делает? — спросил я, глядя на Зои. — И что ты в мою руку вцепилась, испугалась? Ты же с ней знакома.
— Испугалась, что она тебя схватит и вы снова исчезнете, — слегка язвительно, копируя Иву, сказала она. — И вообще. Чем ты вчера был занят? Мог бы зайти в гости.
— Дома сидел, — не понял я смену её настроения. — Над символами работал и артефакты из золота отливал. Кстати, есть пара вопросов к тебе по этому поводу.
— Правда, дома сидел? — прищурилась она.
— Дома. Куда ж я денусь. Зои?
— Подумала, что раз у тебя такая помощница появилась, — она жестом изобразила появление Соун И, — то ты мог в Хуму вернуться. Даже на день…
— А… — понятливо кивнул я. Задумался ненадолго, затем вздохнул. — Нет, пока не планирую. Боюсь, что… простыми словами и не объяснить. Боюсь, что отвлекут новыми заботами, а у меня здесь их столько, что не успеваю разгребать.
Я уловил её грустный взгляд. Протянул руку, коснувшись её щеки, затем обнял.
— Обещаю, если надумаю наведаться туда, то обязательно возьму тебя с собой. Почему ты Хуму так внезапно вспомнила?
Где-то минуту мы так стояли, затем она отстранилась, поправила немного причёску.
— Просто так, — сказала Зои, затем что-то увидела и показала на ещё одну сумку. Из неё выглядывала знакомая фигурка жрицы дами, воздевшая руки.
Пройдя туда, она вынула одну статуэтку, затем вторую. Спустя минуту на столе стояло шесть фигурок жриц дами, вырезанных из белой кости.
— Я видел, как танцуют жрицы дами, — сказал я. — Один раз случайно подсмотрел. Мужчин к этому таинству не допускают, даже если очень ценят и любят. Беата… Во второй раз мне повезло, что голову не открутили, когда поймали за подглядыванием.
— Это какой-то ритуал? — Зои показала на статуэтки.
— Да, похоже на то. Но подобных движений я не видел. Смотри, как изящно они выглядят. Словно мастер наблюдал за танцем, а потом воссоздал его из кости. Вроде бы их в тряпки заворачивали, чтобы не поломать. Почему они просто так в сумке лежат?
— Может, кто-то любопытствовал, — Зои провела пальчиком по одной из фигурок. — Это не артефакты. Почему светлоликие их держали в том доме вместе со страшными вещами?
— Как и кинжал с откровением, — сказал я. — Значит, на то была причина. Есть во что их убрать или завернуть?
— Только если в ту коробку.
Спустя пару минут мы выходили из коридора, неся в руках большую коробку со статуэтками. Охранник на это обратил внимание, очень пристально посмотрев, но говорить ничего не стал. Молча забрал фонарь и проводил нас до лестницы, ведущей наверх. Я же увидел почти всё, что хотел. Да, была у меня мысль взять что-нибудь из опасного и разобрать, но увидел статуэтки, и она вылетела из головы.
Выйдя на солнечный свет, я вздохнул с облегчением. Что-то стали меня напрягать тёмные помещения и коридоры. Не замечал раньше за собой такого. А вот на солнышке, наоборот, настроение поднималось. Мы заняли одну из светлых гостиных, выходивших на запад, так что солнца в комнате становилось всё больше с каждым часом. Сели поближе к окну, расставив статуэтки на столике. На солнце они выглядели красивыми и величественными. Лица у жриц добрые, улыбчивые, а бежевая кость, из которой вырезаны сами статуэтки, даже светилась немного.
— Василий? — спросила Зои, когда я разглядывал фигурки.
— Что?
— А ты правда сможешь сделать символ, который может помочь, если сила выйдет из-под контроля?
— По задумке символ должен перерубать поток силы, — отозвался я, затем поднял на неё взгляд. — Твоя мама об этом спрашивала, и Присцилла. Кстати, с чем связан вопрос? Мне показалось, что это их очень обеспокоило.
— Тревожно в последнее время, — сказала Зои. — Я этого не чувствую, может, сил недостаточно или опыта. Но мама говорит, что окружающая магия потяжелела. Она буквально тянет из тебя силы, отчего ты контроль теряешь. Мама даже спит плохо, боится, что, когда уснёт, потеряет контроль над силой крови.
— Скорее всего, это из-за источника, — я нахмурился, пожевал губами. — Великие демоны его в ваш мир перетащили, а установить толком не смогли. Даже я чувствую разлитую в воздухе магию источника. Помнишь, наставник Нерул говорил о сущности внутри меня? Вот она и ворчит постоянно. Ей эта энергия не нравится, и она пытается закрыться от неё.
— Значит, это источник, — серьёзно сказала она. — Когда он успокоится?
— Когда я придумаю, как это сделать, — я снова вернулся к созерцанию статуэток.
— Ага, — как-то странно произнесла она.
Пару минут мы сидели в тишине. Я разглядывал танцующих дами, всё больше склоняясь к мысли, что они пытались изобразить что-то особое.
— Зои, помощь твоя нужна, — сказал я, поставив на центр стола две фигурки. — Попробуй повторить эти два движения.
— Тебе такое нравится? — лукаво спросила она, а затем рассмеялась, видя моё озадаченное выражение лица.
— И это тоже, — немного смутился я. — Но сейчас нужно проверить догадку.
С пластикой у Зои никогда проблем не было. Они с госпожой Асгейл уделяли зарядке и особым тренировкам много времени. Считалось, что сильная кровь может быть только в сильном теле. Насколько я знаю, Зои даже на шпагат могла сесть. И с грацией у неё всё было прекрасно. При желании она могла двигаться изящно и легко, словно невесомая.
Потребовалась пара минут, чтобы она смогла повторить первую позу танцовщицы. Получилось неплохо. Затем ещё минут пять, чтобы освоить второе движение. В них не было ничего сложного, сначала жрица привставала на цыпочки, разводя руками и наклоняя голову, затем делала плавные движения руками с шагом. Я был уверен, что правильно подобрал порядок.
— Как? — спросила Зои.
— Восхитительно. Мне нужна бумага и перо.
— Василий, — она скользнула ко мне, не выходя из образа, схватила за ухо. — Я стараюсь изо всех сил, а ты…
Мы с ней одновременно посмотрели на дверь. Где-то в глубине дворца вспыхнул источник знакомой силы. Вряд ли королева Амалия на кого-то рассердилась, так как использованной силы хватило бы, чтобы крышу с дворца сорвать. Магия задрожала, как огонь в костре, собиравшийся потухнуть, но подул ветер и вновь раздул угли. Может, её кто-то или что-то напугало?
Зои первая побежала к двери, приподняв подол платья, чтобы не споткнуться. Я помчался следом, надеясь, что это моё воображение буянит. Зои, когда нужно, может бежать очень быстро, подталкивая себя силой. Меня подобное всегда пугало, поэтому пришлось догонять её привычным способом, на своих двоих. Хорошо, что бежать далеко не требовалось, до угловых залов третьего этажа. И когда до нужного помещения осталось метров двадцать, очередной всплеск силы вырвался оттуда, едва не сбив меня с ног. Он не был материальным, иначе выбил бы все окна на этаж. Но и в этом случае ударило неслабо, отчего защитный символ обжёг спину.
Как я говорил, Зои промчалась по коридору размытым светлым силуэтом и первая ворвалась в угловую комнату. Ей потребовалось секунд десять, чтобы взять бушующую силу под контроль. Точнее, она решила избавиться от неё самым простым способом — поглотить. Это дало мне возможность вбежать в комнату, оказавшейся гостиной для отдыха.
— Спокойно, подмога пришла! — крикнул я на языке дами.
Если бы Зои не поглощала огромный поток силы, вырывающийся из королевы Амалии, не уверен, что смог бы создать хоть немного магии при помощи голоса. Пространства в комнате для этого уже не оставалось. Не в укор Зои, но мама её была значительно сильнее.
— Сейчас поправим, — добавил я на языке дами. — Надо только с духом собраться.
Королева сидела на кушетке, очень напоминающей кровать. Сбросила лёгкое одеяло на пол. Скорее всего, она спала или просто отдыхала, так как на ней сейчас была лишь ночная рубашка или очень лёгкое платье, длиной до самых пяток. Она обхватила голову ладонями, борясь с вышедшей из-под контроля силой.
— Вася, — послышался голос Зои. — Я не тороплю, но, пожалуйста, сделай что-нибудь.
— Дворец жалко, — проворчал я. — Хорошо бы часть силы выплеснуть…
Подойдя к королеве, решительно взял её за руки. Даже в глазах на секунду потемнело, хотя меня эта сила почти не касалась. Процесс был уже знаком и опробован на Зои, поэтому я одним действием перерубил вырывающийся поток силы, заглушая его. Уже говорил, что, когда используешь силу дами, нужно подключать воображение. Ты уже умеешь и можешь творить нужную магию, главное — верить в это. В воображении я представил, что орудую топором, одним ударом перерубая толстый канат, сотканный из магии.
Поток силы резко оборвался, и по ушам ударила тишина. Когда сила бушевала, казалось, что стоишь в центре урагана. В ушах шумело так, что собственных мыслей не слышно. Если честно, то я не был до конца уверен, что всё получится.
— Не нужно было Вам ту ягодку кушать, — сказал я, отпустив её руки и показав, как сильно дрожат мои. — Зои, ты как?
— Всё хорошо, — она тоже выдохнула с облегчением и поспешила обнять маму.
— Подожду в той комнате, — сказал я, почувствовав неловкость ситуации.
Выйдя в коридор, смахнул капельки пота, проступившие на лбу. Помахал рукой взволнованному королю, спешащему по коридору со шкатулкой в руках.
Не знаю, как обитатели дворца, но я приходил в себя долго, минут сорок. Сидел в светлой гостиной и разглядывал статуэтки танцующих дами. В солнечном свете стали заметны символы на спине. Создатель так тонко обозначил их под тканью жреческих нарядов, что с первого взгляда и не заметно. Но разобрать я так ничего и не смог. Разве что общую концепцию, примерно такую же, как использовали дами в Хуме. Ещё с полной уверенностью можно сказать, что у всех танцующих женщин был символ чёрного солнца на спине. Жаль, что количество лучей не разобрать.
Увлёкшись, я прозевал момент, когда появилась Зои в компании королевы. Амалия выбрала почти такое же платье, как и у дочери, только с бежевым оттенком.
— Видела их в хранилище, — сказала королева.
— Мы заглянули туда на минуту, — кивнул я. — Как Вы себя чувствуете?
— Вполне неплохо, — она улыбнулась. — Задремала и потеряла контроль над силой. И это жутко неприятно.
Королева села напротив меня, посмотрела на статуэтки.
— Вы спускались в подвал за ними?
— В том числе. Я планирую вывезти опасные вещи из этого мира и спрятать в горах Ракку. Запру в глубине горы до лучших времён. А статуэтки очень любопытные. Мне кажется, они хранят в себе секрет какого-то символа или знания.
— Василий заставлял меня танцевать, — сказала Зои, изобразив одно из движений, привстав на цыпочки. — Чтобы проверить теорию.
— Да? — Амалия посмотрела на дочку, затем на меня, при этом не понять, оценивающе или осуждающе.
— Я тут подумал, — я выставил вперёд фигурку с самой безобидной позой, — что вы связаны с магией этого мира. А когда появилась чужеродная магия, то восприняли её враждебно. Ягодка ведь была очень вкусной?
— Да, такой насыщенной силы я никогда не встречала, — кивнула Амалия.
— Думаю, что Нерул хотел подсказать, что вам нужно принять магию источника, а не избегать. Зои её много поглотила, когда мы гостили в разрушенном городе.
— Зои, вообще, большая любительница поглощать силу, неважно какую, — сказала королева, на что Зои виновато опустила взгляд. — Будь то кровавые камни или источники магии светлоликих. Не знаю, как до неё донести, что это небезопасно.
— На это у меня есть что сказать, — улыбнулся я. — Я ведь Зои когда-то символ нанёс, который позволяет лучше контролировать силу крови. Ты после этого большой кровавый кристалл испортила. Самый дорогой, что у меня был.
— Случайно вышло, — сказала Зои.
— Это очень специфический символ, даже не знаю, откуда он у дами взялся в старых книгах, — я совсем немного приукрасил, чтобы вызвать интерес у королевы. — Но как оказалось, он очень даже полезный.
— Мама, — Зои положила руку ей на плечо. — Хуже точно не будет. Я не могу сказать, как сильно он помогает, не было возможности сравнить. Но даже бабушка Присцилла хвалила, говоря, что у меня всё очень легко и быстро получается.
— Сложно представить, что обычный рисунок на теле может что-то изменить, — недоверчиво сказала она.
— Никто не знает, как это работает, даже дами. Они просто воспринимают это как данность. Считают, что символы — это ключики к большой магии.
— Хорошо, — сдалась королева под нашими взглядами. — Пусть будет по-вашему.
— Я тогда помощницу отправлю за ингредиентами, — оживился я. — У меня ещё немного хороших чернил осталось.
В этот раз Сайми и Салме ждали меня в парадном зале у выхода из дворца, чтобы точно не потерять. Где я хранил чернила дома, они знали, поэтому лишних вопросов не задавали. Да, надо сказать, что после буйства силы на третьем этаже во дворце стало неожиданно тихо. Самые умные разбежались сразу, другие же до сих пор прятались, дожидаясь, пока всё уляжется.
Вернувшись на третий этаж, я столкнулся с королём, выглядывающим из комнаты, недалеко от главной лестницы. Он заговорщицким жестом поманил меня и скрылся внутри. Комната оказалась очередной гостиной, но крошечной по сравнению с другими. В центре установлен чайный столик и всего два кресла. Высокое окно приоткрыто.
— Переменчивая погода у вас, — сказал я, заходя в комнату. — Дождик был, а сейчас солнышко.
— Рядом с Тёплым морем всегда так, — сказал он, приглашая меня к столу. — Я привык не замечать изменчивости погоды всего за два года. Земли моей семьи расположены в глухой провинции на юге, среди полей, фруктовых садов и виноградников. Впервые в столицу попал, когда мне исполнилось девятнадцать. Во дворце устраивали большой бал по случаю совершеннолетия принцессы Амалии. Традиции…
Последнее он произнёс многозначительно. Продемонстрировал графин с чем-то тёмным.
— Не, мне надо быть трезвым. По крайней мере, до ужина.
— А я выпью, — сказал он. — Нервы ни к чёрту.
Если быть точным, то вместо «чёрта» он упомянул название одного из местных демонов, мне незнакомое.
— Лиа последние несколько дней не спит толком, — сказал он, наливая жидкость в небольшую костяную рюмочку. — Боится глаза закрыть.
— Это поправим, — сказал я.
— Да, насчёт традиции, — вспомнил он. — Я с принцессой познакомился почти случайно, в городе. Столкнулся на рынке и даже не узнал. Она волосы под платком спрятала, а реснички подкрасила чем-то, чтобы не выделяться. Это я потом узнал, что она меня… почувствовала аж из дворца и отправилась на поиски.
Король мечтательно улыбнулся, вспомнил что-то хорошее. Всё-таки располагающая у него внешность. Залпом проглотил содержимое рюмки и даже не поморщился.
— А потом на балу случился скандал, когда два претендента в супруги принцессы были грубо отвергнуты. Одного Лиа назвала тухлой рыбой, а второго… уже не помню, как именно. Мне пришлось с ними драться, с обоими разом.
Тут можно поверить на слово, так как Его Величество обладал огромным талантом —
— Сила Зои будет расти с каждым годом, — он налил ещё одну рюмку и убрал бутылку подальше, чтобы не соблазняться. — Поэтому она должна выйти замуж и родить наследницу, а лучше двух. Ведь только благодаря старым традициям королевский род не прерывается вот уже несколько тысяч лет.
Он выпил, довольно покачал головой и убрал рюмку к бутылке. Посмотрел на меня выразительно, словно пытался мысли прочитать или получше изучить.
— Когда Зои пропала, — начал я, — Вы искали причину и виноватых? Есть подозрение, что это было спланированное покушение. Надо недоброжелателя найти и голову ему открутить.
— Эка ты его называешь мягко, — он покачал головой. — Искали, но ловчее нас он оказался. Свидетелей убрал, следы стёр, даже лавку алхимика сжёг, где покупал диковины из других миров. Искал предметы из самых дальних и тёмных миров. Ведь если есть «вещица» из далёкого мира, то можно разлом открыть, туда ведущий. В одной книге так было написано.
— И что, совсем следов не оставил? Плохо. Госпожа Асгейл говорила, что в Первом царстве заговорщики есть, кто желает власть захватить, может, это они?
— Не всё так просто, — он улыбнулся. — Заговорщики не ходят с ленточками, выдающими их принадлежность к оным. Но подозрения у меня есть, что связаны они с демонами из соседнего мира.
— Точно! — вспомнил я, быстро оглянулся к двери и снова посмотрел на короля. Заговорил шёпотом. — Столкнулся я недавно со странностью одной. Со взглядом, что проникает в чужие умы и подглядывает за тобой.
Я даже бровями пошевелил, чтобы придать большее значение словам. И даже не заметил, что перенял манеру разговора короля. Просто у него акцент смешной, провинциальный.
— Со взглядом? — он тоже заговорил тише.
— Если говорить проще, то у кого-то есть дар, позволяющий удалённо проникать в чужие головы и смотреть их глазами. Столкнулся с этим, когда к мэру заезжал в компании Её Величества. Точно уверен, что в его голове и взгляде был кто-то посторонний. Но пока не знаю, понимал ли это сам мэр или его просто использовали.
— Серьёзный дар, — нахмурился король. — Такие под запретом у нас. Смертью караются.
— У демонов, не поверите, точно так же. И вот в чём особенность: у демонов такие таланты встречаются чаще, чем у людей. Насколько я знаю.
— Нет, мэр вряд ли об этом знал. Каэл мой ставленник и доверенный человек. Скорее всего, его просто использовали…
— Вы пока ничего не делайте, чтобы не вспугнуть, — поспешил сказать я. — Есть у меня человек, кто в этом разбирается. Он и заметил соглядатая во взгляде мэра. Вычислим.
— Очень рассчитываю на тебя, — серьёзно сказал король. — Если что-то нужно будет, сразу говори, всё сделаю, всё достану. Эту заразу выкорчевать нужно сразу, чтобы не разрослась.
— Вычислю его, не переживайте.
Чернила для символов привезли быстро, не прошло и получаса. Мы с королём только разговорились, обсуждая уникальные таланты к магии, встречающиеся у людей и демонов. Решение супруги нанести символы оказалось для него неожиданностью. Он не преминул попенять мне на то, что нанёс символы Зои, но возмущался не сильно. Зато изъявил желание посмотреть на процесс. С любопытством понаблюдал, как я готовлю чернила, как использую демонический огонёк.
Символы для королевы Амалии вышли небольшими, их можно было закрыть на спине всего двумя ладонями. Но провозился с ними я часа полтора. Не спеша выводил линии, чтобы получались красивыми и чёткими. Она процесс перенесла стоически, даже не поморщилась, когда я зажёг рисунок.
— Обычно для восстановления нужно два дня, — говорил я, протирая готовый рисунок чистой тряпочкой. — Не мочить, не чесать. Может подняться температура, поэтому лучше оставаться в постели.
— Как быстро начнёт действовать? — спросил король, глядя на три узора, сплетающиеся в замысловатый рисунок.
— Так уже, — ответил я. — Работает сразу, без задержки. А вот чтобы приноровиться, нужно время. Сколько, сказать сложно.
Королева Амалия подняла взгляд к потолку, словно что-то увидела.
— Теперь вижу, — удивлённо произнесла она. — Чужеродную силу…
Она даже обернулась, посмотрев на меня. Я, в свою очередь, резко отвернулся, убирая инструменты. Король пришёл мне на помощь, помогая ей с платьем.
— Я не вижу, но знаю, что она есть, — сказал я, поняв, какую силу она имела в виду. Не стал говорить про источник и то, что он притягивает демонов в этот мир. Ни к чему это пока. А то начнут волноваться, побегут к Нерулу с требованиями убрать подальше источник. — Скоро всё успокоится, чужеродная сила сольётся с магией этого мира, сделав её богаче и насыщенней. Нужно немного времени. Я пойду…
— Останься во дворце сегодня, — попросила королева. В её голосе промелькнула усталость. — Если сила крови вновь выйдет из-под контроля…
— Хорошо, — согласился я. — Но Вы тогда ложитесь спать. А мы с Зои покараулим.
⠀⠀
До ужина время во дворце пролетело незаметно. Потом мы с Зои ещё посидели немного, просто болтая и глядя на город с высоты верхних этажей. К вечеру дворец окончательно погрузился в тишину. Я прогулялся по нему в поисках Сайми и Салме, посмотрел на притихших обитателей, словно боявшихся нарушить сон королевы. Весь путь за мной тайно следовала какая-то женщина из прислуги, наверняка возмущённая наглостью, что расхаживаю по дворцу как у себя дома. Я мельком заметил её несколько раз, и выглядела она так, что сразу стало понятно — будет жаловаться.
Поздно вечером, когда солнце село за горизонт, мы с Сайми и Салме заперлись в спальне на третьем этаже. Я расставил по комнате несколько больших свечей и плотно зашторил окна. Установил статуэтки дами на столе в круг. В полумраке с танцующих жриц полностью слетал налёт доброты и счастья. Начинало казаться, что они застыли в позах какого-то тёмного и зловещего ритуала. Это я ещё в подземелье приметил, но яркий фонарь не давал такого же эффекта, как несколько огоньков свечей.
— Вы танцевать умеете? — спросил я у девушек, с любопытством наблюдающих за мной.
— Умеем, — улыбнулась Сайми.
— Вам такое нравится, владыка? — на лице Салме тоже появилась томная улыбка.
Они синхронно подняли руки в плавном жесте, скрестив ладони над головой. Получилось красиво, отчего мне стало даже немного жарко.
— Вы это, кхм, — я пару раз кашлянул, немного ослабляя ворот сорочки, — не распаляйтесь. Это для эксперимента нужно.
Глазки у девушек заблестели озорством, и мне стоило больших усилий, чтобы удержать себя в руках. Всё же они были очень красивыми, эти бестии с фиолетовыми глазками.
— Для эксперимента, — повторил строго, но получилось не очень уверенно. — Статуэтки видите? Мне нужно понять, в каком порядке исполняется этот танец. Нужно сделать так, чтобы переходы между позами были максимально естественными.
— Зачем? — не поняла Сайми, посмотрев на фигурки. — Позы простые, в них нет искры, что разжигает пламя в мужчине и в женщине.
— А мне кажется, что они очень изящно танцуют, — не согласился я.
Девушки переглянулись и даже вздохнули.
— Владыка просто никогда не видел красивые танцы, — сказала Сайми. — Мы можем показать.
— А куртку-то с меня зачем стягивать? — мы с Салме одновременно вцепились в рукав наряда владыки.
— Жарко станет, — с улыбкой произнесла она.
— Я сейчас ругаться буду, — строго сказал я, едва отбив наряд. — Что-то вы сегодня странные очень.
— Свечи зажёг, — сказала Сайми подруге, — двери запер, шторы задёрнул, танцуйте, говорит. А мы при этом странные.
Они посмотрели на меня сочувствующими и жалостливыми взглядами одновременно.
— Мне нужно узнать скрытый смысл и символы, спрятанные в этих статуэтках, — устало сказал я. — Думаю, что он скрыт в танце. Нужно только порядок движений правильный узнать, и откровение должно прийти…
А вот про откровение я уже говорил с сомнением в голосе. Это всё они виноваты, сбили с настроя и правильных мыслей.
— Если бы я прятала тайну, то сделала бы проще, — сказала Сайми.
Она взяла одну из статуэток, осмотрела придирчиво, даже перевернула, чтобы основание проверить. Пробежала ловкими пальцами по деталям, по наряду жриц. Надавила на что-то. Раздался лёгкий хруст, и часть наряда просто отломилась. Я даже застонал от такого варварства, попытался отнять фигурку, но она больно шлёпнула меня по руке. Ничуть не беспокоясь о сохранности, отломила ещё кусок наряда жрицы. Салме протянула ей склянку с моими чернилами. Не заметил, когда она успела их достать из сумки. Смочив уголок платочка в чернилах, Сайми протёрла что-то, затем ещё раз, стирая остатки. Вручив мне испорченную статуэтку, взялась за вторую.
Под сильными пальцами Сайми одежда на фигурке сломалась как раз со стороны спины. Отломилась неровно, но так, чтобы оголить спину танцовщицы. И чернила действительно обозначили крошечную руну языка дами, незнакомую мне.
— Они сделаны не из единого куска кости, — сказала Сайми, ломая уже третью статуэтку. — Соединения со скрытой защёлкой, очень плотные. Хорошо сделано, искусно.
— Что написано? — спросила Салме, заглядывая мне через плечо.
— Не знаю, — честно признался я. — Мелко очень. Надо переписать на бумагу. Свечи переставь поближе.
Скривившись, когда Сайми сломала очередную статуэтку, я понял, что меня зацепило в танцовщицах. Они напомнили мне о храме в Хуме, о жрицах и о том, как много времени я там провёл. Не скажу, что мне было скучно в храме, но большую часть времени там почти ничего не происходило. Я очень много читал и занимался исключительно символами. Это только последние пару лет выдались богатыми на приключения, всё благодаря Зои и светлоликим. И чем больше я об этом думал, тем меньше мне хотелось возвращаться к тихой жизни в храме. От этого на душе скребли когтями маленькие демоны.
Процесс восстановления символов затянулся почти на всю ночь. Сложно было переписать их на бумагу, особенно при скудном освещении в виде свечей. Но мысли о том, чтобы подождать до утра, пугали. Хотелось как можно быстрее восстановить все символы и понять, наконец, что за смысл они несли в себе. А ещё нужно было расставить их в правильном порядке.
Когда первая часть свечей полностью прогорела, я смог переписать все шесть символов. Девушки, наблюдающие за моей увлечённой работой, иногда томно вздыхали, но не мешали. Достали вторую часть из запаса свечей, хранившихся в маленькой шкатулке в недрах туалетного столика. Зато ближе к рассвету я смог составить правильный порядок из символов. Сначала было четыре разные последовательности, но два варианта я быстро отмёл, так как получалась несуразица какая-то. А уже потом залип, глядя на две строчки по шесть символов каждая.
За ночь утомились все, поэтому ближе к утру уснули, развалившись вповалку на кровати. Разбудила же меня Зои, настойчиво постучавшая в комнату. Увидев меня сонного и взъерошенного, открывшего дверь, немного удивилась.
— Вася, ты что, в одежде спал? — спросила она, глядя на мой помятый вид. — Свечами пахнет.
Она вытянула шею, заглядывая в полутёмное, из-за плотных штор, помещение.
— Работали мы всю ночь, — сказал я, выходя в коридор и прикрывая дверь в комнату. — Девушки так утомились, что до сих пор спят без задних ног. Не нужно их будить.
— Очень подозрительно, — Зои ревниво прищурилась, беря меня под руку. — Ты что, заставил их танцевать?
— Нет. Что за мысли у тебя с утра пораньше?
— Почему тогда у тебя такой расстроенный голос? Они отказались?
— Статуэтки жриц мы изучали, — я сдержался, чтобы не зевнуть. — До самого утра.
— Пойдём, надо привести тебя в порядок, — она решительно потянула меня дальше по коридору, в сторону королевской части этажа. — Иначе на завтрак опоздаем. А в таком виде перед мамой лучше не появляться. У неё сегодня прекрасное настроение, поэтому не нужно его портить. Кстати, выяснил что-то? Я могу помочь, если нужно.
— Выяснил, — я всё-таки зевнул.
— И что? Вася, что ты с утра такой хмурый и недобрый?
— Так всегда бывает, — неохотно сказал я. — Что лучше бы ничего не знал и дальше. Ничего хорошего там нет. Как с кинжалом. Я знал, почему жриц не подпускают к серьёзным откровениям, к пятой молитве, например, но теперь на собственном примере понял, почему так.
— Любопытно, — она посмотрела на меня искоса, но мы уже дошли до нужной двери.
Догадываюсь, что посторонних сюда не пускали, так как Зои оглянулась, убедилась, что за нами никто не наблюдает, и только после этого пропустила меня в комнату. Это был классический будуар, где принцесса могла отдохнуть днём, побыть одной, переодеться или же поправить причёску. В комнате пахло духами, не навязчиво, едва слышно, но приятно. Часть помещения отгорожена ширмой с красивым рисунком морского пейзажа. Недалеко от окна стояла удобная кушетка, на которой лежало несколько книг и набор для вышивания или шитья, я так сразу не разобрал.
Усадив перед туалетным столиком, Зои стянула с меня тёмную куртку владыки, затем сходила за медным тазом и кувшином, помогла умыться. Вручив щётку для волос, она занялась курткой и поясом, повесив их на длинной жерди, играющей роль вешалки.
— Так что за откровение было в статуэтках? — спросила она, разгладив руками ткань. От неё немного потянуло магией, а по ткани побежали странные волны, стирающие жёсткие складки.
— Удобное умение, — улыбнулся я, глядя на эту картину. — Научишь?
— Практика нужна, — она улыбнулась. — От тебя свечами пахнет, огонёк поднеси — воспламенишься. Почему не догадались окно открыть? Но это мы поправим.
Она подошла к туалетному столику, подвинула меня немного, достала из ящика небольшую прозрачную склянку с духами.
— Папа этот аромат очень любит, — сказала она. — Мне он тоже всегда нравился, поэтому я у него одну стащила. Ну что ты сидишь с щёткой в руках? Хочешь, я тебя расчешу?
— Сам, — я принялся расчёсывать волосы. Кстати, щётка тоже немного пахла духами, только принадлежавшими Зои. — А насчёт откровения, то это связано с завесой. Помнишь изогнутый кинжал с символами дами? Они помогают понять, как отрезать что-нибудь от завесы. Статуэтки позволяют сделать обратное.
— И почему тогда у тебя такое недовольное лицо? — спросила она. — Раз ты смог понять новое откровение.
— Не совсем понять, — отозвался я. — Так, слегка прикоснуться к истине. В общем, они меня на большие размышления натолкнули, но страшно пробовать что-нибудь сделать. Я не знаю, как описать тебе чувство, которое испытываешь, прикасаясь к завесе. Когда символ рассечения использовал, хапнул незабываемых ощущений, словно меня тысячами лезвий изрезало. Физически это не очень больно, а вот ментально…
— Пары капелек должно хватить…
По комнате поплыл приятный пряный запах. В Хуме с духа́ми всё было сложно, да и стоили они обычно очень дорого.
— Боишься, что за тобой опять придут те старики? — спросила Зои.
— Они бы лучше с демонами разобрались, что их мир разорили. Помнишь Зеоса? Нет, конечно, ты его помнишь. Я в том смысле, с чего всё началось? Он искал артефакт, в котором живёт сущность огня. Только это секрет, не рассказывай об этом никому.
— Обещаю, — кивнула она.
— Эта сущность предстаёт передо мной в облике девушки, сотканной из языков пламени. Я обещал открыть дверь в огненный мир, чтобы она могла вернуться домой. Приоткрыть завесу…
— Страшно, — согласилась Зои. — Когда?
— Не сегодня, — я рассмеялся. — Мне ещё нужно символ огня нанести. На левое плечо. Он не такой, как у дами, поэтому не знаю, получится ли. А потом надо просить маму Ночь и наставника Нерула, чтобы помогли. Хотя бы тем, что стариков отгонят, когда я решусь это сделать.
— А где эта сущность сейчас? Как её зовут?
Зои сняла с вешалки мою куртку и пояс. На них не осталось ни одной складочки. Она бросила взгляд на штаны, но решила, что сойдёт и так.
— Звезда Альведэ, — сказал я, показывая колечко, висевшее на цепочке на шее. Оно немного потяжелело и стало больше. Скорее всего, старалось вернуться в сферическую форму. — Настоящее имя не знаю, она не умеет говорить.
— А написать что-нибудь может?
— Нет, грамоте её никто не обучал. Хорошо, что мы друг друга вообще понимаем. Вот, кольцо потеплело, значит, слышит нас. Огненный символ нужен, чтобы вызывать её. Но начнём мы не с этого, а с прогулки за город. Нужно с Нерулом поговорить.
— Вася, попроси маму, чтобы отпустила с тобой, — Зои оживилась. — Тебе она не откажет. И настроение у неё сегодня хорошее. Завтрак! Мы уже опаздываем.
Завтрак в кругу королевской семьи проходил всё так же тихо. Руководила им Присцилла, прогнавшая прислугу даже раньше, чем в прошлый раз. Всё из-за королевы, выглядевшей болезненно, но пребывающей в прекрасном настроении.
— Может, Вам стоило отдохнуть ещё один день? — спросил я, когда прислуга удалилась.
— Я не настолько слаба, как выгляжу, — отмахнулась она. — А лёгкое недомогание переживу. Хочу сказать тебе спасибо за помощь. Признаю, что была настроена скептически по поводу символов и, как видно, напрасно. Давно я себя не чувствовала так хорошо.
— Это всего лишь символ контроля, — сказал я.
— Не нужно принижать его подобными словами, — она неодобрительно покачала головой. — Для кого-то он бесполезный и бессмысленный, а для кого-то может стать бесценным. Но не об этом сейчас.
Она поймала взгляд супруга, говоривший, что подобные вещи можно обсудить и после завтрака. А ещё обратила внимание, что Зои решила за мной поухаживать, подав завтрак.
— Хочу попросить тебя о небольшой услуге, — сказала королева. — Узнай у своего наставника, есть ли у него ещё одна вкусная ягодка. Если вопрос встанет в цене, то я готова обменять её на что-нибудь. Да, пока не забыла, Василий, я очень сердита на тебя за то, что твой летающий корабль умчался куда-то, когда он очень нужен здесь и сейчас. Ты меня услышал?
— Так получилось, — вздохнул я. — Но он скоро вернётся. До праздничного бала в честь Зои обязательно.
Зои осторожно толкнула меня локтем в бок.
— Можно мы с ней сегодня прогуляемся? — спросил я. — Погода прекрасная и…
— Гуляйте, — махнула рукой королева. — Но к закату должны быть во дворце, ясно?
— Будем, — пообещал я.
Не думал, что она так легко согласится. Зои тоже удивилась, но вида старалась не подавать. Она даже позавтракала быстрее всех, сверля меня взглядом, чтобы не копался, и мама не успела передумать. В итоге утащила с завтрака за руку, нарушая этикет. Надеюсь, что она не решит сбежать из дворца в красивом и пышном платье.
⠀⠀
Проводив взглядами молодую пару, взрослые улыбнулись. Даже Присцилла, ходившая последние дни темнее тучи, не удержалась и покачала головой, пряча улыбку. От взрослых не укрылось, что Василий с утра благоухал любимыми духами Зои, причём и отцовскими, и бабушкиными одновременно.
— Что со слухами? — спросила королева Амалия.
— У нас очень хорошая прислуга, — сказал король. — Приходится всё делать самому. Но уже ни для кого не секрет, что Василий не только живёт на королевском этаже, но и, неслыханное дело, завтракает вместе с нами. Подобное раньше не позволялось никому. Это обязательно вызовет возмущение, и не только у герцогов.
— Он правда был увлечён кем-то из демонов? — спросила королева у Присциллы.
— Дами — одни из трёх рас иных, не принадлежащих ни людям, ни демонам. Да, Василий влюблён в одну из талантливых жриц. Но это поправимо, так как он молод и с Зои они неплохо ладят.
— Упускать такой талант нельзя, — сказала королева. — Как выразилась бы бабушка, в этом юноше течёт сильная кровь, соблазнительная и достойная. Что удивительно, учитывая его возраст.
— Даже если выбор очевиден, не стоит отходить от традиций, — напомнила Присцилла.
— Никто не собирается, — спокойно произнесла Амалия. — Кровь Зои сейчас невероятно сильна. Возможно, это заслуга символов. Ей нужно уже сейчас задуматься о дочери, чтобы не стало поздно. Бал в честь её совершеннолетия пройдёт через шесть дней. Больше я его переносить не стану.
— Может, отдохнёшь сегодня? — король положил ладонь поверх её руки.
— Ничего со мной не случится, — она тепло улыбнулась ему. — Чувствую себя хорошо, как никогда раньше. Да, Присцилла, если Василий предлагал тебе символ концентрации, то ты поступило глупо, отказавшись.
Где-то посреди безжизненных и холодных равнин одного из покинутых миров.
Сидя рядом с костром, тепло от которого почти не ощущалось, невысокий и щуплый мужчина лет сорока плотнее закутался в плащ. Холодная равнина продувалась так, что пришлось собственноручно создать небольшое углубление в земле, чтобы спокойно развести костёр и немного отдохнуть. Безумная гонка вглубь скопления старых миров длилась уже достаточно долго и сильно вымотала.
— Мне кажется, что мы движемся в никуда, — недовольно проворчал спутник мужчины. Некрасивый демон, словно человек, решивший принять облик кабана, но застрявший в процессе. Он тоже кутался в плащ, хотя такая мелочь, как холодная погода, вряд ли доставляла ему много неудобств.
— Терпение, — протянул мужчина.
— Если ты водишь меня за нос, убью, — процедил демон. — И тебя, и всех людей.
— Ты сомневаешься в способностях великого Греза, главы Железной секты? — мужчина покривил губами, глядя на демона презрительно.
Демон прорычал что-то на грубом языке, наверняка высказываясь о способностях человека. Демонстративно лёг спиной к костру, подложив под голову сильно похудевшую дорожную сумку. Если бы не приказы хозяина, он бы давно убил этого нахального человека.
Что касается главы секты, то, в свою очередь, он не боялся демона. Трезво оценивая свою и его силы, он понимал, что последний сильнее, но вряд ли демон обладал таким же богатым багажом знаний и умений, накопленным за сотни лет тренировок и практики. И если бы не десяток таких же демонов, держащих остатки железной секты в заложниках, Грез попробовал бы убить его. Тем более, сейчас они находились в секторе миров, давно лишившихся разумной жизни. Эта битва может стать громкой, но о ней никто и никогда не узнает.
— Мы уже недалеко, — сказал Грез, подбрасывая ветки в костёр. — Я всё ещё могу указать лишь направление, но чувствую, что он стал ближе. Если бы ты мог преодолевать сотни миров за раз, а не жалкие десятки, мы бы оказались там раньше.
Демон снова прорычал ругательства, но больше устало. Греза тешило только то, что кабан тратил колоссальное количество сил, открывая разломы один за другим. И он очень надеялся, что тот страшный монстр, которого они называли Хозяином, сдержит слово и даст уйти остаткам Железной секты дальше вглубь старых миров.
⠀⠀
Из дворца мы с Зои сбегали в спешке. Пока она переодевалась, я успел разбудить Сайми и Салме. Не забыл статуэтки танцующих жриц, осторожно упаковав их в коробку и доверив девушкам. Домой возвращаться не стал, решив отправиться к источнику прямо из дворца.
Соун И всё так же легко откликнулась, когда я использовал немного силы на чёрной бусинке, но появилась она сонная и какая-то несобранная. Услышав, что мы хотим поговорить с Нерулом, просто взяла нас за руку, и вот мы уже стояли рядом с невысоким каменным ограждением. В очередной раз подивился тому, как легко она это делала, и какую безграничную свободу давал подобный дар. Интересно, так же легко можно было перемещаться между мирами? В тот разрушенный мир Соун И закинула меня в одно мгновение, вроде не сильно устав. А вот с золотом она перестаралась.
— Наверное, это очень удобно, — словно прочитав мои мысли, сказала Зои. Она оглянулась, посмотрела на восток. — Не так уж и далеко от столицы. Мне кажется, я была в этих краях в детстве. Где-то здесь мой двоюродный дядя живёт.
— Полдня на летающем корабле, — сказал я, беря её под руку. — Пойдём, надо с Нерулом поговорить.
— Помнишь разрушенный город? — тихо спросила Зои. — Там всё было иначе. А здесь мне как-то неуютно. Лучик!
Она заметила ящера, греющегося на солнышке у водоёма, и замахала ему рукой. Нерул тоже был здесь, отдыхая под небольшим навесом в густом кустарнике, недалеко от каменной лавочки. То ли от солнца прятался, то ли от дождя. С утра пораньше он выглядел сонным и невыспавшимся, насколько об этом можно судить по крокодильей голове. Странные они, великие демоны. Жуть как хотелось спросить, почему он ходит в таком странном облике.
— Доброе утро, — поздоровался я.
— Должно быть добрым, — кивнул он. — Глупые демоны, слабые и телом, и разумом, пытаются коснуться источника, не понимая, что это будет стоить им жизни.
Поймав наш вопросительный взгляд, кивнул на Лучика.
— Не давали спать, — пояснил он. — А сейчас успокоились немного.
— А как с большим разломом? Соун И говорила, что кто-то дыру хотел пробить в этот мир.
— Ещё более глупые демоны, — он бы обязательно нахмурился, если бы мимика крокодильей морды подобное позволяла. — Вразумил я их. Не хотят больше в этот мир приходить.
— Я планировал кое-что проверить, — сказал я, отпуская руку Зои. — Символы связывающие нашёл, но будут ли работать, не уверен. Надо пробовать.
Он понимающе кивнул, жестом приглашая к кромке воды. Подходить не хотелось, так как с той стороны тянуло магией гораздо сильнее, чем обычно. Рядом с источником даже дышать становилось трудно, а произносить слова на языке дами ещё сложнее. Получилось только с третьего раза сказать что-то внятное, отчего пространство вокруг задрожало, а по ровной глади воды пошла крупная рябь. Как оказалось, Лучик спал, и мой голос его разбудил. Он перевалился с одного бока на другой, сонно посмотрев на нас, как на возмутителей спокойствия.
— Всё, всё, я больше шуметь не буду, — поднял я руки, когда он зашипел. — Наставник Нерул, а что там на дне? Оно жалобно дребезжит, отзываясь на голос. Что-то разбитое или расколотое.
Он задумчиво почесал макушку крокодильей головы и направился к водоёму. Кстати, в воду он заходил смешно, сделал пару шагов и солдатиком ушёл с головой, словно там сразу начинался обрыв. И вода вроде прозрачная, но Нерула я не увидел. Давление силы вокруг сразу стало меньше, а Лучик повернулся мордой к центру водоёма.
Прошли долгие пять минут, прежде чем голова Нерула показалась над поверхностью воды. Он подплыл к одному краю, затем вытолкнул на берег что-то громоздкое, заляпанное грязью.
— Где-то я похожую штуку видел, — я хотел поддеть её сапогом, но Зои не дала, оттеснив немного от водоёма.
Нерул уже вышел из воды, оттолкнул от берега массивный и наверняка очень тяжёлый кристалл. Провёл по грязной поверхности ладонью, стирая серый ил.
— Похожий был рядом с источником Вечных, — сказал я.
Кристалл оказался большим, мутным и покрытым сеточкой мелких трещин. А когда Нерул немного почистил его от грязи, то оказалось, что кристалл лопнул вдоль, образовав две глубокие трещины. Не развалился на части он только из-за массивного каменного основания.
— Его край выглядывал из ила на дне, — сказал Нерул. — Раньше я его не замечал.
— Может, это из-за него всё вокруг бушует, — высказала мысль Зои.
— Он жалобно дребезжал, когда я использовал силу голоса. А запасного нет? Простите. Согласен, неуместная шутка.
— Стало хуже, — сказал Нерул, оглядевшись. — Похоже, что он удерживал энергию источника в центре.
Лучик громко зашипел, пару раз стукнул хвостом по земле.
— И что вы все на меня смотрите? — спросил я. — Откуда я знаю, что делать? У меня в кармане такого же нет, чтобы заменить. Хотя я знаю, кто в кристаллах разбирается лучше, чем мы вместе взятые. Одна светловолосая девушка с вредным характером. Если Соун И её приведёт, можно будет спросить.
— Соун И, — позвал Нерул, отчего та просто возникла в воздухе прямо надо мной.
Я едва успел поймать крайне удивлённую девушку, держащую в руках книгу из хранилища страшных артефактов.
— Светловолосую дочь Илуны приведи, — сказал Нерул тоном, не терпящим возражений.
У меня даже мурашки побежали по рукам. Не знал, что он может так грозно говорить. А Зои, вообще, спряталась у меня за спиной. Соун И исчезла, и буквально в этот же момент из воздуха мне на руки упала Ива.
— Я уж думала, что про меня сегодня и не вспомнят, — сказала Ива, скрестив руки на груди. — Пришлось бы встречать конец света в гордом одиночестве.
⠀⠀
Я осторожно поставил Иву на землю, немного поправил её дорожный костюм. Видно, что готовилась к любой неожиданности, успела переодеться, захватила сумочку через плечо и ещё один вариант на пояс.
— Конец света нам не нужен, не заказывали мы его, — сказал я.
— Как знать, — произнесла она многозначительно. — Все наши действия имеют большие последствия, а твои — особенно.
Заметив кристалл, она немного удивилась. Вокруг до сих пор бушевала магия, особенно сильно рядом с источником, поэтому она крепче сжала мою руку и потянула к кристаллу. Близко подходить не стала, остановившись где-то в двух метрах от него. Осмотрела придирчиво, покачала головой.
— Кристалл погиб, — выдала она заключение. — И отросток взять уже не получится. Он был привязан к тому миру и не пережил, когда связь оборвали.
— Магию в источнике удерживал он? — спросил я.
— Ты это у меня спрашиваешь? — она даже удивилась. — Откуда я могу знать?
— Хорошо. А где такой же можно достать, знаешь? В мире Илуны?
— Думаю, что в Илуне найдётся пара подходящих кристаллов, — она задумчиво кивнула. — Но попасть туда будет непросто. Да и не поделится с вами никто таким сокровищем.
— Уговорить можно кого угодно.
— Ты меня не слышишь? — она обернулась, приблизилась и пару раз ткнула меня пальцем в грудь. — Попасть туда будет непросто. Этот мир успеет три раза погибнуть, пока ты будешь пытаться. И кто в этом виноват? Василий виноват.
— Ива, почему ты вечно такая колючая? — вступилась за меня Зои.
— Жизнь такая, — хмыкнула она, разведя руками. — И ведь никто потом Иву не похвалит, даже спасибо не скажет. Вот он миры постоянно разрушает, а спасать всех приходится Иве.
— Хочешь, мы в твою честь праздник устроим в городе? — спросила Зои. — С чествованием и парадом городской стражи. Люди будут шапки в воздух бросать.
— Скорее в нас с тобой, — Ива улыбнулась.
Запустив руку в сумку на плече, вынула шкатулку. Уже в ней, завёрнутый в несколько слоёв мягкого бархата, лежал продолговатый прозрачный кристалл в ладонь размером.
— Бесценное сокровище, — сказала она, протягивая мне кристалл. — Которому потребовалось много сотен лет, чтобы вырасти. С формальной точки зрения — он принадлежит тебе. Я его взяла без спроса.
— Спасибо, — я осторожно взял кристалл. — Ты лучший на свете оракул.
— Одного правителя я не уберегла, — сказала она и рассмеялась своим мыслям. — При этом он не пытался убить себя, и даже наоборот. В отличие от некоторых. Как работает — не знаю, но поможет, если поместить его на место погибшего.
Я хотел было спросить, почему она говорит «погибшего», а не испорченного или сломанного. Но, судя по взгляду, к подобным кристаллам все светлоликие относились не как к простым инструментам.
Забрав кристалл, Нерул снова скрылся под водой. Ждать пришлось долго, минут пять, а может, и десять. За это время ничего не менялось, источник всё так же продолжал выбрасывать потоки чистой магии как разбушевавшийся вулкан. При этом Лучик умудрялся закручивать эти потоки, направляя их вверх. Чистая магия в таких количествах могла убить почти любое живое существо. Как и четвёртая молитва жриц дами, вызывая обильное кровотечение, спутанное сознание и болезненную смерть.
Мы даже отошли подальше, чтобы нас не задевало. Хотя вряд ли мы с Зои могли серьёзно пострадать, в отличие от Ивы. Поэтому мы держали её под руки, и со стороны это выглядело забавно. У Зои защитный барьер получался уже почти так же хорошо, как у Присциллы.
— Для того, кто расстался с бесценным сокровищем, у тебя слишком довольное выражение лица, — тихо сказал я Иве. — Выглядишь и улыбаешься так, словно что-то задумала или спланировала.
— Может, я так радуюсь за судьбу этого мира.
— Ива, я помню, ты говорила, что мир содрогнётся от той глупости, что сотворил Вася, — сказала Зои, как-то странно глядя на источник. — Это ведь оно?
— О, я рада, что ты помнишь, — не так язвительно, как обычно, произнесла Ива. — Я тогда потратила много сил, пытаясь заглянуть в будущее, и увидела больше, чем следовало бы. Нет, это не оно.
— То есть конец света — это не страшно? — почему-то начала сердиться Зои. Наверное, только сейчас оценила или смогла понять, что произойдёт, если магия из источника продолжит выходить такими же темпами день или два. А то, что этой энергии там много, можно было не сомневаться. — Целый мир может просто… взорваться из-за этого.
— Не страшно, — спокойно ответила Ива. — Когда ты, я или Василий можем это предотвратить. Когда есть решение проблемы, всегда будет надежда. Как в этом случае.
— Что он ещё натворил? — хмуро спросила Зои.
— Вот поэтому я и предпочитаю не говорить о будущем, — ответила Ива. — В отличие от тебя, я вижу много ошибок и неправильных решений, но никогда не позволю себе разочароваться. Потому что среди всех будет одно-единственное, верное, которое…
Она покачала головой, бросила на меня оценивающий взгляд. Я уловил раздумья, словно она решала, помогать мне или нет. В итоге улыбнулась, высвободила руку.
— Зои, на пару слов, — сказала ей Ива и с силой потянула в сторону ограждения.
Я вздохнул, повернувшись к источнику. Возможно, Ива в чём-то и права. Если бы я не помог госпоже Мин, она бы не смогла перенести источник в этот мир. Но тогда великие демоны, Лучик, мама Ночь и даже Нерул, погибли бы. Я почему-то был уверен, что они бы не бросили источник, надеясь отбиться. Был ли у меня тогда выбор? Не знаю. Жалею ли я о содеянном? Ни в коем случае.
Поток магии довольно неожиданно перестал вырываться из источника, остановился и потёк в обратном направлении. Пришло лёгкое чувство падения, словно меня начало засасывать в источник. Лучик оживился, довольно зашипел. Он что-то сделал, чтобы воронка энергии перевернулась и теперь закручивалась в обратную сторону, падая в источник. Не прошло и минуты, как из воды показалась голова Нерула. Он вышел на берег, перепачканный в сером иле с ног до крокодильей головы. С него на землю обильно стекали струи воды. Падая на землю, они устремлялись обратно в водоём, отчего грязь на теле Нерула быстро высыхала.
— Рядом есть большой мир, — послышался голос Ивы, звучащий в приказном тоне, — где никто не живёт, кроме десятка глупых демонов. Погибший кристалл нужно отнести туда и спрятать где-нибудь в недрах гор, в самом глубоком ущелье. И когда новый вырастет где-то до четверти этого размера, Василию нужно будет прийти сюда и уговорить его не взрываться.
— А как уговорить? — уточнил я, на что Ива посмотрела на меня, как на глупого. — Понятно, откуда тебе знать…
Меня под руку осторожно взяла Зои, пока Ива командовала, требуя, чтобы Нерул проверил, что не оставил в этом мире ни одного обломка кристалла. Кстати, большой кристалл, вытащенный из воды, стал ещё более мутным и потрескался сильнее, грозя развалиться на части.
— Что? — спросил я у Зои.
— Нет, ничего, — произнесла она. — Абсолютно ничего… Прости.
— За что? — не понял я.
— Ива может говорить как бабушка Присцилла, — слегка поморщилась Зои. — Это раздражает.
— Особенно когда она права, — улыбнулся я. — Имею в виду бабушку Присциллу. Что Ива сказала? Какой опасности ждать?
Я слегка толкнул плечом Зои, так как она не спешила ничего рассказывать.
— Она не говорит, — проворчала Зои. — Чтобы сюрприз не испортить.
— Ну и ладно, — я пожал плечами. — Зная Иву, лучше быть в неведении. А то наговорит такого, от чего спать не будешь. А может, правда, в честь неё праздник организуем? Всё-таки она целый мир спасла. Такое событие надо отметить.
— Боюсь, что многие этого не поймут, — виновато сказала Зои. — Но мы это отметим, обязательно.
Ива закончила раздавать указания и вернулась, посмотрев вопросительно.
— Нас обратно возвращать будут? — спросила она.
— Наверное. Наставник Нерул, а где Соун И?..
Нерул уже взгромоздил на плечо кристалл и спешил к выходу из сада. Постепенно переходя на бег, он ускорялся, размытым силуэтом преодолев метров пятьдесят. А ещё через пару секунд где-то со стороны полей открылся небольшой багряный разлом и тут же погас.
— Понятно, — сказал я. — Сами найдём или пауков расспросим, кто в деревне дежурит. Пока вокруг такая мешанина из магии, я до Соун И докричаться не смогу.
Погода сегодня выдалась прекрасной, с лёгкой облачностью, и серьёзной магической активностью. Последнее нисколько не мешало приятной прогулке, если не обращать внимания. Всего домов в небольшой деревеньке я насчитал восемь. Возле каждого в обязательном порядке стояло два сарайчика, загон для животных и колодец. Друг от друга жители отгораживались невысоким забором из веток. Пауки, судя по всему, заборы не любили, поэтому первым делом избавились от них, оставив немного за домами, где они не мешали. Порадовали меня крупные фруктовые деревья, похожие на яблони. Я не удержался, сорвал пару штук с ближайшего дерева.
— Вблизи источников магии лучше ничего не есть, — сказала Ива. — Она искажает всё живое.
— Ну не за неделю же, — отмахнулся я, пробуя местные яблоки. — Сладкие. Хотите? Корзинку бы…
Зои отбирать у меня добычу не стала, сама побежав выбирать самые красные яблоки.
— От тебя приятно пахнет, — сказала Ива, наблюдая за Зои, решившей забраться повыше на дерево. — Твои помощницы вечно натирают наряд чем-то горько-пряным.
Она ухватила меня за руку, быстро прячась за мою спину, так как на дорогу перед нами упал один из жнецов. Огромный чёрный паук, размером с карету. Он, точнее, она, защёлкала жвалами, качнулась из стороны в сторону.
— А мы яблочками лакомимся, — сказал я. — Конечно. Что, старику Ка не понравились? Зря, вкусные яблочки. Ты подскажи, где Соун И найти, нам домой надо возвращаться.
Жнец качнулся и немного повернулся, показывая на один из больших домов ближе к центру деревеньки.
— Нет в тебе чувства самосохранения, — тихо сказала Ива, когда чёрный паук умчался по улице к дальним домам. Она с опаской выглянула из-за моего плеча. — И ни разу они не забавные. Любишь ты это слово.
— Если бы они хотели, давно бы и сожрали. А раз не нападают, какой смысл бояться? Я когда-то в маленьком домике с тремя зубастыми ат-анаками жил, вот тогда страху натерпелся. Всё боялся, что они меня во сне сожрут. Вцепятся в шею зубами своими…
Я даже поморщился. Зои тем временем добралась до пары красных яблок и уже спрыгнула с дерева.
Пауков в деревне я насчитал четырёх, но был уверен, что их больше. Один спал, прислонившись к стене дома и подобрав под себя ноги, остальные работали. Два жнеца решали, как лучше разобрать крышу у одного из домов, чтобы частые дожди не испортили жилище. Мне показалось, что они сошлись во мнении, что проще будет сломать часть стены. Проблема была в том, что здесь дома строили не из крупного камня, как в разрушенном городе. Пройдёт десяток лет, и всё жильё придёт в негодность без присмотра.
Вокруг дома, на который нам указал жнец, всё было идеально чисто, лужайка прибрана, несколько яблонь справа от дома ухожены. То же самое касалось и ягодных кустов. А вот грядки с сезонными овощами пауки убрали. Может, это были и не они, но других работников в деревне я не видел. Подойдя ближе, я понял, что дом лишился окон. Но при этом сквозь тёмные провалы ничего не было видно, хотя солнце светило как раз в них. Странное ощущение, как будто с той стороны окна завесили чёрной тканью. Дверь оказалась приоткрыта. Оставив девушек у дорожки, я осторожно приблизился. Что-то подсказывало, что лучше не шуметь. Заглянув в приоткрытую дверь, я увидел что-то поднимающееся от пола до потолка. Бок какого-то большого монстра с густой шерстью бело-серого окраса. Судя по всему, он занимал всё пространство дома, свернувшись клубком.
У меня под мышками мелькнули две руки, схватившие поперёк груди и не давшие подойти ещё ближе. Меня развернули спиной к дому и настойчиво подтолкнули в спину, чтобы не топтался на месте. Только отойдя к тропинке, я обернулся, чтобы посмотреть, кто меня остановил.
— Привет, — выдал я удивлённо.
Позади стояла мама Ночь всё в том же облике милой черноволосой девочки лет двенадцати. Наряд только сменила на лёгкое тёмное платье.
— То есть, мама Ночь, здравствуйте, — быстро поправился я. — Как Вы себя чувствуете? А, да, мы у источника были и всё поправили. Надеюсь. Нет, это вовсе не моя заслуга, это всё Ива постаралась.
— Здравствуйте, госпожа Ночь, — первой поздоровалась Ива, когда на них обратили внимание. — Хорошо, что вы друг друга уже понимаете.
— Так это правда была мама Ночь, — почему-то удивилась Зои. — Вася, ты понимаешь, что она говорит?
— Не очень, — честно признался я. — Не все слова знакомы, имею в виду.
Чувство действительно было странное. Я как будто с мамой Ночь в её истинном обличии разговаривал, или как со жнецом. Иными словами, понимал, что она хотела сказать, словно слышал слабый голос, а она даже рта не открывала. И ещё, на её фоне обычные жнецы казались очень шумными, особенно когда скрипели и щёлкали жвалами.
Мама Ночь слегка наклонила голову, задумчиво посмотрела на Иву.
— Девушки, вы вон там на лавочке посидите, подождите нас пару минут, — сказал я, показывая на лавочку недалеко от фруктовых деревьев. Думаю, там раньше был навес, который пауки разобрали. — Мама Ночь что-то показать хочет, что посторонним видеть нельзя.
— Мы подождём, — сказала Ива, беря любопытную Зои под руку.
⠀⠀
Василий и одна из великих демонов в облике невинной девочки направились к соседнему дому, который охранял крупный чёрный паук. Он только притворялся спящим, притаившись в тенёчке у стены, но при этом бдительно следил за всем происходящим взглядом больших чёрных глаз. Ива правильно отметила, что там должно храниться что-то важное, раз поставили такую охрану.
— Заметила? — тихо спросила Зои, провожая взглядом Василия.
— Что именно? — уточнила Ива, потянув её к лавочке.
— Или мне только показалось, что она стала выглядеть старше?
— Если только немного, — согласилась Ива, тоже заметив это небольшое изменение. — Удивительно, что он так легко с ними разговаривает. Зои, не нужно называть её мамой, зови госпожой Ночь, а то она сердиться будет.
— Почему? — не поняла Зои.
— Надо у Василия спрашивать, не у меня.
Василий и госпожа Ночь как раз скрылись в доме, охраняемом пауком. Несколько минут ничего не происходило. Пока было время, Ива думала о том, что сегодня или завтра надо будет зайти в обувную мастерскую и в лавку портного по соседству. А ещё взять у Василия хотя бы сотню золотых монет на мелкие расходы. Пока он будет занят проблемами Зои, предстоящим балом и разборками с местной знатью.
— Ива?
— Что? — вздохнула оракул.
— Василий говорил, что оракулами становятся, когда в прошлое возвращаются.
— Не совсем так, — сказала Ива. — Если не углубляться в долгие объяснения, то в прошлое вернулись мои воспоминания, в тот момент, когда я впервые прошла через разлом в другой мир.
— А сколько тебе было лет в тот момент? До возвращения, имею в виду.
— Неожиданный вопрос, — Ива вопросительно приподняла бровь, посмотрев на неё.
— Просто любопытно. Не думаю, что это большая тайна. И почему выбрали именно тебя, а не кого-то другого?
— Потому что я была лучше и талантливей других. Хотя борьба была ожесточённой.
— Чтобы прожить ещё одну жизнь?
— Быть оракулом сложно. Второй раз я бы не решилась и уступила эту возможность лучшей подруге. Нас было четверо. Талантливые дочери старейших и богатейших родов Илуны. Мы учились вместе у оракула с восьми лет. Изучали особый язык, нужную магию и то, как правильно подавать знания о будущем, чтобы ничего не испортить. Во всём я была лучшей, поэтому выбрали меня. А ещё мы отказались от дара, что унаследовали от родителей. В этом мне повезло, так как я всего лишь могла создавать молнии. А вот Иринэ управляла пространством. Одно из сильнейших умений в любом мире и в любое время. Ей было сложно от него отказаться.
— То есть ты жалеешь, что стала оракулом?
— Нет, не жалею, — она посмотрела на любопытную Зои, вздохнула. — Просто говорю, что это тяжело.
Ещё несколько минут они сидели молча, греясь в тёплых лучах солнышка. Ива лишь отдалённо чувствовала бушующую магию со стороны источника вечной жизни. Если бы кто-то спросил её мнения, то она бы ни за что не стала обрекать себя на подобную участь. Она успела насмотреться на бессмертного императора, правившего Илуной. По пальцам можно было пересчитать моменты, когда он искренне улыбался или радовался чему-то. Такой жизни она не хотела.
— А дети? — спросила Зои.
— Что дети?
— У тебя были дети? — Зои даже повернулась к ней, излучая любопытство.
Ещё на минуту повисло молчание. Слышался лёгкий шелест листьев яблонь позади лавочек.
— Где-то года через два я впервые познакомлюсь со своим супругом, — спокойно сказала Ива. — Хотя учитывая всё, что вокруг нас творится и уже произошло, то вряд ли это случится вновь. Но это не стоит того, чтобы грустить.
— Он был плохим человеком? То есть, светлоликим.
Ива снова посмотрела на Зои и улыбнулась, видя искреннее любопытство, присущее скорее детям.
— Мы с подругами сидели как раз у меня дома, пили чай, обсуждали наряды и украшения на предстоящий бал во дворце. Помню, как вошла мама, позвала меня в соседнюю комнату и объявила, что я выхожу замуж. Что это нужно и важно для продолжения рода. Ведь необязательно я стану оракулом, а внуки и внучки им очень нужны. И супруга своего я увидела за день до свадьбы.
— Он не был плохим, — продолжила Ива, улыбнувшись старым воспоминаниям, почти стёршимся из памяти. — Наследник древнего, но обнищавшего рода. Я была ему нужна для того же, для чего и маме — чтобы продлить род. Ну и ради приданого. Папа не поскупился, к его большой радости. Но, стоит отдать ему должное, золото он умел зарабатывать. И золото его интересовало больше, чем я.
— Чем ты и наследники? — уточнила Зои.
Ива улыбнулась, покачала головой. Но Зои тоже умела выдерживать долгие паузы.
— Я уже говорила, что быть оракулом тяжело. Нужно отказаться от… многого, ради Илуны. Помню, как наставница говорила, что если хочешь, чтобы от тебя отстали и не задавали вопросы, то нужно портить вопрошающим настроение. Если правильно это делать, то после третьего раза тебя не только перестанут донимать вопросами, но и будут избегать. Похоже, придётся воспользоваться её советом и рассказать тебе о будущем.
— Тогда можешь не сдерживаться, — улыбнулась Зои. — Неважно, насколько скверными будут предсказания, избегать я тебя не стану. По себе знаю, насколько это неприятно, когда тебя избегают. Давай, я готова.
Она пару раз вздохнула, собралась с мыслями, сжав губы, отчего Ива улыбнулась.
— Хорошо, — она даже рассмеялась, видя настрой девушки. — Дам тебе большой совет. За Василием бегают тенью две очаровательные девушки с фиолетовыми глазами. Знаешь, что они думают? Что если мужчина обделён… близким общением с женщиной, то это будет отвлекать его от важных дел, потому что он будет искать его там, где не нужно.
Ива посмотрела на Зои, едва сдержалась, чтобы ещё раз не вздохнуть.
— Ну что непонятного-то? Соблазнят они его. Во всех смыслах, что ты сейчас вообразила себе. Ой, не хмурься. Они это делают без злого умысла, я же говорила. Знаешь, что они мне подарили на днях? Очень красивую ночную рубашку, настолько откровенную, что мне даже одной в комнате оставаться неловко. И всё потому, что Василий мечется по городу, не зная, куда бежать в первую очередь, и разрывается на части, стараясь всё успеть. А ты в это время далеко, во дворце отдыхаешь.
— Поняла, — сказала Зои, смутившись, но быстро взяв себя в руки. На её щеках появился лёгкий румянец. — Ты присмотри за ним пару дней, до бала. Я всё решу. Только ночную рубашку ту не надевай.
— Хорошо, — сказала Ива, пряча улыбку.
⠀⠀
Пока мама Ночь делилась со мной проблемами деревни, девушки отдыхали на солнышке, о чём-то негромко разговаривая. Источник вечной жизни постепенно начал успокаиваться и, когда мы вышли на улицу, пугал уже не так сильно.
— На сегодня мы здесь закончили, — сказал я девушкам, подходя к лавке.
— Пока день в разгаре, давай ещё погуляем, — предложила Зои. — Не хочется сразу возвращаться во дворец.
— Давай. Но для начала решим несколько дел, а то я уже третий день собираюсь попасть на приём к мэру. Дела накапливаются как снежный ком, с каждым днём всё больше и больше.
— У тебя же столько людей в подчинении, раздай им указания, а потом только проследишь, как выполнили, — сказала Зои. — Папа тоже ничего бы не успевал сделать, если бы не помощники.
— Обязательно. Но есть вопросы, которые надо бы решить самому. В прошлый раз всё закончилось тем, что у людей золото просто забрали. Но насчёт помощников ты правильно говоришь. Мама Ночь, Вы с нами идёте? Я планирую с жадными людьми разговаривать, и Вам, наверное, будет скучно.
Давно заметил одну особенность, мама Ночь всегда старалась держать кого-то за руку. Не знаю, может, это привычка или такие повадки. Вот и сейчас она крепко держала меня под руку. Возможно, ей в этом облике было просто неуютно. Есть и другое предположение, что она просто жертву нашла и старалась держать её поближе до того момента, как проголодается. Поймав себя на этой мысли, я улыбнулся.
— С нами хочет пойти, — сказал я для Зои и Ивы.
Со стороны дороги к нам бежала Соун И, только без книги в руках, но всё ещё взъерошенная и несобранная.
— Домой нас доставишь? — спросил я. — Туда, где золото.
Мама Ночь посмотрела на неё, слегка сдвинула бровки, словно недовольная чем-то.
— Неправда, я очень ответственная, — сказала Соун И. — Тётя хвалила меня за старание.
— Что, так может быть? — спросил я у мамы Ночь. — Предупреждать надо.
— Что там? — полюбопытствовала Зои, подцепив меня под вторую руку. Наверняка переживала, как бы меня снова не переместили без неё.
— Мама Ночь говорит, что Соун И только учится перемещаться в пространстве. И что если она будет неосторожна, то может нас потерять в процессе перехода. В прямом смысле этого слова. Отпустит руку или концентрацию потеряет, и мы можем оказаться где угодно между точками перемещения.
— Если здесь потеряетесь, я вас легко найду, — сказала она. — Даже если в воду упадёте. Только вы не тоните сразу, так как я плавать не умею.
— Отсюда и до Тёплого моря нет озёр, — сказала Зои. — А речки маленькие, их легко можно переплыть.
— Успокоили, — нервно хохотнул я. — А если нас выбросит метрах в двадцати над землёй? Я пока ещё летать не умею.
— Я тебя спасу, — сказала невозмутимая Зои. — И Иву, и маму… госпожу Ночь тоже. Или нас друг от друга разбросает?
— Не каркай. Соун И, очень прошу, со всей ответственностью.
— Конечно, — она кивнула, протягивая руки к нам.
Зои едва успела второй рукой схватить Иву, когда мир резко изменился и мы вышли в просторной гостиной нашего дома. Вышли в метре над полом, но не упали, зависнув в воздухе, как в паутине. Потребовалось несколько секунд, чтобы невидимая сила осторожно поставила нас на пол.
— Хорошо ведь получилось, — сказала Соун И. — Я всего пару раз ошибалась.
— Мама Ночь говорит, — шепнул я Зои и Иве, — что в прошлый раз Соун И потеряла младшего Ка в одном из пустых миров, и госпоже Мин пришлось идти его искать.
— Это было давно, — невозмутимо сказала племянница госпожи Мин.
— Может, повременить пока с вывозом артефактов? — спросил я сам у себя.
— С неживыми предметами и вещами гораздо легче, — подсказала она. — Они не теряются, так как не сопротивляются и не мешают. Я за полдня успею и туда, и обратно сходить, даже не устану.
В комнату заглянула Айн Ханна.
— Привет, — я помахал ей рукой. — Мы окончательно вернулись. Но нам повозка нужна будет, чтобы к мэру в гости наведаться. И ещё письма, о которых я говорил.
Пока Ханна ушла за письмами, мама Ночь увела Соун И для приватного разговора. Зато в комнате появились Сайми и Салме, решившие, что успеют подать нам чай со свежей выпечкой из ближайшей пекарни. Они же обрадовали, что статуэтки жриц оставили в шкатулке, в моей спальне.
— Что госпожа Ночь хотела? — спросила Зои. — Там, рядом с источником. Почему такая секретность?
— У тебя повышенная любознательность от долгого заточения во дворце? — я рассмеялся. Ива пару раз кивнула, соглашаясь с моими словами.
— Ты просто не представляешь, какая там скука. Я боюсь, как бы тебе опять не пришлось куда-то бежать.
— Возьму тебя с собой, если придётся.
— Смотри, — она погрозила мне пальцем, — ты сам пообещал.
— Мама Ночь меня до старшего ученика повысила, — улыбнулся я.
— Поздравляю.
— Это было несложно, так как нас всего трое, — я всё же рассмеялся. — Учеников, в смысле. Соун И — одна из них. Остальные идут своим ходом через тысячи миров в этом направлении. Придут лет через сто, если дорога будет лёгкой.
— Не знаю, как реагировать, — Зои задумалась. — С одной стороны, хорошо, что так долго идти будут, с другой — плохо, что сюда идёт орда демонов.
— Вряд ли их орда, но то, что идти им ещё очень долго, это точно. Мама Ночь говорит, что даже она не сможет пойти им навстречу, так как далеко это. Соун И их просто не найдёт, а госпожа Мин ещё долго спать будет. С этим связана проблема под номером два. У них всеми делами заведовала госпожа Мин. Нерул за источником присматривает, старший Ка сейчас путешествует, исследует окрестные миры, а сама мама Ночь руководить не умеет. Только пауками командует, которые в деревне сейчас живут.
— Не пойму, к чему ты это? — уточнила Зои, на что Ива хмыкнула.
— У великих демонов ведь как, — вздохнул я. — Они тебя в лоб спрашивают: чем тебе, мил человек, помочь надо? Может, золота ещё достать, с демонами злобными разобраться или с людьми неадекватными? Что, ничего тебе сейчас не нужно? Ты не стесняйся просить помощи, когда в сложной ситуации оказываешься. Ну, раз тебе сейчас ничего не требуется, то изволь помочь нам, так как мы сами не местные и… несамостоятельные. Тем более, что ты теперь старший ученик.
— А что у них за проблемы? — снова уточнила Зои. — Какие у них беды вообще могут быть?
— Начнём с того, что им деревня вокруг источника не нравится. Дома плохие и хлипкие. Леса вокруг нет, одни поля. И они пока не знают, что делать с варварами, что живут западнее. Что за варвары, кстати, я так и не понял.
— Там демоны живут, — сказала Зои. — Далеко, ещё примерно столько же, сколько от столицы до источника. Они не воинственные, мы с ними иногда даже торгуем. Раз в пару лет они караван торговый собирают и в город приграничный привозят. А вот город этот как раз рядом, немного южнее.
— Лес как будешь им доставать? — ехидно спросила Ива. — Старший ученик.
— Хороший вопрос, — я покивал. — Этим пусть Нерул занимается. Места вокруг много, можно засадить деревьями. Как раз к появлению основной части секты они вырастут. А вот с чем нужно будет разобраться, так это с домами. Ты мне скажи, в Первом царстве строительную артель нанять можно, которая из той деревеньки каменный городок построит? С крепкой брусчаткой на улице, с домами, как в том разрушенном городе.
— В принципе, это не сложно, но очень дорого. Если есть золото, нанять строителей не будет проблемой. Правда, многие сейчас в сторону Реджо потянутся, чтобы город восстанавливать после нападения демонов. Но это только вопрос цены.
— Я тебя сейчас в свою сокровищницу отведу, покажу кое-что, — улыбнулся я. — Спрашиваю о другом: согласятся ли они строить домик, когда за тобой пауки большие присматривают?
— Если золота хватит, то я знаю, как твою проблему легко решить, — уверенно заявила она.
— Пойдём, — я жестом пригласил её к выходу из комнаты.
Вместе мы спустились на первый этаж, подошли к двери в подвал. С той стороны слышался голос мастера Кве, говорившего на одном из распространённых тёмных языков. Он пытался объяснить, что если у украшения слишком сложная форма и много узоров, то это, с большой вероятностью, не артефакт.
На потолочной балке в подвале кто-то подвесил две яркие лампы со стеклянными колпаками, поэтому света внутри хватало. С непривычки золото слепило, а от обилия мелких монет рябило в глазах. Мастер Кве сидел на горке из золота, а перед ним лежала целая куча драгоценных украшений всех форм и размеров. Он как раз доставал из этой кучки браслет и демонстрировал гостю, тому самому чёрному демонёнку. Демон смотрел на него очень смешным взглядом, пытаясь вникнуть в объяснения, явно не понимая ни слова.
— Начальник! — первым меня заметил мастер Кве.
Рогатый демонёнок меня заметил позже, встрепенулся и дал дёру в дальний тёмный угол.
— Как продвигаются поиски артефактов? — спросил я.
— Много нашли, — радостно выдал синекожий ящер. — Но там, внизу, ещё больше. Придавило всё, копать надо.
Он жестом показал на старый обшарпанный сундук за своей спиной. Скорее всего, там хранились найденные артефакты.
— А глубокий подвал был? — удивлённо спросила Зои, заглядывая через моё плечо. Подвинув, спустилась и осторожно ступила на золотые монеты.
— Глубокий, в два моих роста.
— Впечатляет, — произнесла она и обернулась. — Откуда?
— Мама Ночь и Соун И помогли. Оказывается, у них есть какая-то магия, позволяющая золото искать. Полезная, как выяснилось, надо будет попросить, чтобы научили.
Я рассмеялся, видя лицо Зои.
— Город можно построить, — сказала она, ещё раз оглядываясь. — Два города, и ещё останется на дорогу между ними. А я золото у отца выпрашивала позавчера, чтобы тебе помочь…
— Осталось дело за малым — найти начальника монетного двора и поменять на местные монеты.
— Только сразу всё не меняй, а то проблем не оберёшься, — сказала Зои.
— Это я понимаю.
— Надо с папой обязательно посоветоваться, — она подобрала большую монету, взвесила её на ладони. — Просто это даже больше, чем много.
Я не стал говорить, что в хранилище во дворце Ракку золота гораздо больше будет. Покойного владыку Малефа таким объёмом вряд ли можно было удивить.
— Кого бы попросить? — я оглянулся, увидел одного из мужчин с гор Ракку, поманил жестом. — Я просил пару сундуков наполнить монетами.
— Уже сделали, — он кивнул. — И в торговом Рандо заказали две дюжины крепких сундуков для золота. Если нужно, всё соберём.
— Нет, пусть так и лежит, навалом, — сказал я. — Чтобы я впечатлялся каждый раз, когда сюда спускаюсь. Сейчас повозку к дому подадут, туда два сундука надо загрузить. Повезём его на обмен.
— Хорошо, — он понимающе кивнул.
Я подал руку Зои, чтобы она вновь зашла на лестницу и не поскользнулась на монетах.
— Умеешь ты людей удивлять, — сказала Зои. — А кто был тот чёрный и рогатый?
— Пока не знаю. Точно, всё тебя хотел спросить, но повода не было. Ты можешь определить, что этот демон… как бы сказать, связан с чистой магией? Как и те пауки, что живут рядом с источником, как Лучик.
— Это сложно, — она задумалась. — Но я поняла, что ты имеешь в виду. В Лучике это легко можно почувствовать. В этом плане он особенный. Насчёт пауков — не скажу, надо посмотреть в следующий раз.
Мы одновременно посмотрели на маму Ночь, спускающуюся по лестнице. В ней магия вообще не ощущалась, как и наличие дара, если сравнивать с людьми. С Нерулом было почти так же. Может, это особенность такая?
— Вы всё-таки решили с нами поехать? — спросил я, на что она кивнула. — Хочу Вас попросить кое-что проверить, когда мы в гости к одному человеку заедем. Если его разумом кто-то овладеет, сможете узнать, кто это и что за магия такая?
Она сделала пространный жест ладонью, как бы говоря, что надо сначала посмотреть.
— Можно сразу в Серебряный Молот золото отвезти, — предложила Зои. — Всё равно часто придётся менять, и чем меньше будет посредников, тем лучше.
— Что за молот такой?
— Крепость на берегу. Внутри королевский монетный двор. Туда посторонних не пускают, но рядом есть здание для оценки и обмена золота. Им купцы и ювелиры пользуются. Для этого разрешение нужно от королевского дома, но этот вопрос я решу.
— Можно и так, — согласился я.
Чтобы прокатиться с комфортом, подогнали не одну, а сразу две кареты. На второй ехала наша охрана вместе с золотом. Я сначала подумал, что в охране большого смысла нет, но потом вспомнил неприятный момент во дворце. Пусть лучше они будут рядом, чтобы отгонять разных идиотов, решивших испортить нам настроение. Да и Зои следовало бы спрятать белые волосы под головной убор, иначе внимание горожан к нам будет обеспечено.
Серебряный Молот — высокая каменная крепость, расположенная на берегу реки и окружённая широким обводным каналом. Попасть внутрь можно только по специальному подъёмному мосту, охраняемому серьёзней, чем подъезды к королевскому дворцу. К слову, от королевского дворца до крепости вела широкая улица, наверное, чтобы золото удобнее возить. Район здесь считался элитным, поэтому и дома больше напоминали маленькие дворцы. И городской стражи здесь было существенно больше.
Перед мостом, куда мы не поехали, дежурили рыцари Молота, особая стража крепости. Сплошь одарённые магией мужчины, закалённые в сражениях с демонами. Зои говорила, что в рыцарей Молота посвящали только лучших, кто показал себя на поле боя с демонами, владел особой или разрушительной магией. Одеты они были в серые плащи, символизирующие серебряный цвет, под которыми скрывали тёмно-красные наряды. Из любопытного я отметил боевые молоты на поясах — ещё один символ в виде оружия. Только они больше напоминали клевцы, те же молотки, но с длинным шипом с одной стороны.
— Потому что молот — это символ чеканки монет, — ответила Зои на мой вопрос. — У них ещё узоры на парадных кирасах в виде молота и монет.
Кареты остановились напротив большого каменного здания, стоявшего справа перед мостом. Я успел выйти первым, чтобы подать девушкам руку. Мама Ночь, как всегда, крепко вцепилась в мою ладонь. Зои от неё решила не отставать, беря меня под руку с другой стороны. И, похоже, им было всё равно, что вот так ходить не очень удобно.
Дверь в здание нам открыл ленивого вида слуга. Выглядел он так, словно делал большое одолжение, даже не глядя. Зои смерила его хмурым взглядом, пытаясь запомнить. А он на нас посмотрел, только когда мы прошли мимо. Смешно выпучил глаза, так и застыв, придерживая открытой одну из широких створок. Зато со второго этажа сбегал ещё один работник заведения, пытаясь на ходу застегнуть золотые пуговицы красного камзола. Едва не споткнулся на последних ступенях, завершив манёвр глубоким поклоном.
— К главе гильдии нас проводи, — холодно сказала Зои.
— Конечно, прошу за мной, — он ещё раз поклонился и едва не взлетел обратно по лестнице, перепрыгивая через ступеньку. Жестом прогнал кого-то выглянувшего из ближайшей двери.
— Чувство такое, что мы с ревизией приехали, а они испугались, — улыбнулся я.
— Они умудрились маму огорчить, когда мне было десять лет, — сказала Зои. — Вроде бы крали золото из казны. Говорят, половина гильдии в тот день выжила, но здание пришлось капитально ремонтировать.
Проводили нас в просторный рабочий кабинет, где в необычно скромной обстановке трудился глава гильдии оценщиков монетного двора. Должность вроде и высокая, но в крепость его не пускали. Это был немолодой мужчина, одетый в тёмно-красный камзол с золотой отделкой и серебряными пуговицами. При этом он был немного бледен, осторожно промокнув лоб платочком.
— Ваше Королевское Высочество, — он приветствовал Зои поклоном. — Господин… владыка.
— Мы к вам по поводу золота, — сказал я, немного опередив Зои.
— Уверяю Вас, никакого обмана не было, — быстро сказал он. — Я всё лично считал и контролировал. И записи соответствующие имеются. Их принесут… скоро.
— Вы по поводу золота, что мы обменяли недавно? — догадался я.
— Господин Морианте предупредил нас, что Её Величество лично следит за этим процессом. Мы бы не посмели… ошибиться.
В дверь позади нас заглянул один из людей Ракку. Я кивнул ему, чтобы заносили золото. Пришлось потесниться, когда в комнату внесли два увесистых и крепких сундука. Поставили друг на друга у стола начальника.
— Надо ещё немного поменять, — сказал я, открывая крышку верхнего. Постарался сделать вид, что это вполне обыденно, когда видишь столько золота сразу, в мелких и средних монетах. — На карманные расходы. А вот он, мой помощник, проверит и проследит, как вы золото считаете и взвешиваете.
Я положил руку на плечо одному из помощников Ханны.
— Кстати, сколько монетный двор берёт за переплавку?
— Одну двадцать пятую часть возьмём, — сказал глава гильдии, глядя на золото. Затем он поднял взгляд на нас, словно в первый раз увидел. Согласен, компания подобралась необычная.
Мама Ночь крепче сжала мою ладонь, привлекая внимание. Показала пальцем в стену левее окна. Можно было не выглядывать наружу, так как она показывала точно на крепость молотов.
— До завтра всё обменяете? — спросил я у главы гильдии.
— Только если счетоводы ночь спать не будут. Спешка в подобных вопросах неприемлема.
— Значит, завтра, — отрезал я. — Заеду к полудню.
Он хотел возразить, но столкнулся со взглядом Зои и решил промолчать. Может, не отошли ещё от того, что королева Амалия дала им по шее за казнокрадство.
Задерживаться мы не стали, спустились на первый этаж и вышли на улицу. Прогулялись до угла здания, к площадке, откуда открывался прекрасный вид на крепость.
— Он там? — спросил я у мамы Ночь. — Демон или человек?
Она посмотрела на крепость, качнула головой, показывая, что не знает.
— А кто там? — спросила Зои.
— Тот, кто умеет залезать в головы людям, — сказал я. — Мама Ночь, а вы его узнать сможете, если он свой дар не использует? Жаль… Но круг уже неплохо сузился. Надо у Ханны спросить, в прошлый раз он тоже появился, когда речь о золоте зашла, или раньше? Кстати, где Ханна?
Я даже оглянулся в сторону карет, надеясь увидеть её.
— А можешь рассказать так, чтобы я тоже что-то поняла? — уточнила Зои.
— Поехали к мэру, по пути расскажу. Может, посоветуешь что-то дельное.
До центра города мы добирались минут сорок. Зато было время рассказать Зои о проникающем в чужие разумы соглядатае. Выслушав, она предложила вернуться, собрать всех работников монетного двора и хорошенько допросить каждого. Говорила, что в небольшом тесном коллективе подобный секрет утаить сложно. Наверняка об этом кто-то да знает и на виновника укажет. Сказала, что бабушка Присцилла так бы и поступила.
Забыл упомянуть о небольшой детали. Когда проезжали по дворцовой улице в сторону центра, к нам присоединился небольшой конный отряд королевской стражи. Теперь перед нами ехала четвёрка всадников, расчищая дорогу, ещё парочка замыкала колонну. Так что мой план привлекать как можно меньше внимания провалился, даже не начавшись.
Мэр о нашем появлении знал, поэтому успел подготовиться. Встречал как дорогих гостей, в роскошной приёмной, подготовив всё для чаепития. Щедро насыпал комплиментов в адрес Зои, не обделил вниманием маму Ночь. Казалось, что сегодня он специально хотел оставить приятные впечатления о себе.
— Я составил большой список, — кивнул он, когда я упомянул о жилье в портовом районе. — Два доходных дома, пара складов, жилые строения — всё, что на данный момент продаётся. Просто отправьте своих людей проверить и выбрать то, что больше понравится.
Он положил на стол дорогую папку, отделанную кожей и серебром.
— Говоря о доходных домах и складах в порту, они могут достаться вам за десятую часть от стоимости или ещё дешевле, — добавил он. — Они принадлежат людям, весьма заинтересованным в торговле с королевствами по ту сторону тёплого моря. Многих удивила, обрадовала и воодушевила Ваша торговая экспедиция.
— Откуда эти многие о ней прознали? — уточнил я.
— Это было не сложно понять. Торговец Карнис, владелец лавки в Фонтанном переулке, люди видели, как он поднимался на борт летающего корабля. Достаточно было просто посетить лавку и расспросить его дочь. Она, не скрывая, рассказала о торговой экспедиции в далёкий Силмар. Вдоль берега путешествие туда занимает слишком много времени и сопряжено с огромным риском, поэтому торговля почти не ведётся. Но потенциал у неё огромный, учитывая наличие летающего корабля. Многие купцы вложились бы и товаром, и золотом. Они бы Вас уже побеспокоили, но не смогли договориться, кто выступит посредником. Вчера вечером пришли ко мне.
— Теперь понятно, — кивнул я и добавил тише: — Но это уже начинает напрягать.
Даже если бы мама Ночь не сжала мою ладонь, привлекая внимание, я бы и так всё понял. Просто мэр Морианте уже трижды посмотрел поверх моего плеча. А там, кроме стены и Сайми, притаившейся за моим стулом, ничего не было. И ещё он смотрел в дальний угол комнаты, где прятался один из помощников Ханны.
⠀⠀
То же самое время, богатый дом рядом с площадью Золотых Весов
Проникнув в дом через кухню, мужчина в сером плаще прислушался, пытаясь уловить шаги или голоса. Из-за магии, отводящей взгляды, в его голове шумело, больно сдавливая виски, путались мысли, а в ушах стучал пульс. Мужчина скинул капюшон, провёл тыльной стороной ладони по сильно вспотевшему лбу, убирая слипшиеся волосы. Крепче перехватив короткий жезл, он пригнулся и быстро пересёк кухню, выглядывая в коридор. Дом казался абсолютно пустым, но что-то подсказывало, что на втором этаже есть люди. А вот из-за приоткрытой двери в подвал доносился странный шум. Кто-то напевал странную мелодию и как будто рассыпал монеты.
Для того, чтобы спрятать артефакт, похожий на несколько слипшихся кристаллов, неаккуратно залитых золотом, подвал подходил лучше всего. К тому же молодой владыка из тёмного мира наверняка хранил золото именно в подвале. Незваный гость слышал, как об этом говорили мужчина и женщина, охранявшие задний двор.
Отводящая взгляд магия никогда не подводила, поэтому мужчина решил действовать быстро. Рывком преодолел коридор, спешно заходя в подвал и прикрывая за собой дверь. Он облегчённо выдохнул, не услышав скрип петель. Но стоило ему оглянуться, и он замер, не сразу поняв, что видит перед собой. Перед ним предстало невысокое помещение, полы которого были полностью устланы золотыми монетами. На уровне глаз под потолком на широкой балке висели две яркие лампы, прекрасно освещающие своеобразный подвал. В центре на горке золота сидел зубастый и очень страшный с виду синий ящер, одетый в простую куртку и штаны. Как раз он напевал грубую гортанную мелодию, перебирая украшения перед собой, раскладывая их на несколько кучек.
Когда ящер резко обернулся к двери, незваный гость испугался, вскидывая руку с жезлом. Магические силки сковали ящера, приподнимая немного над полом. В тишине помещения звук рассыпавшихся золотых монет показался невероятно громким. Подумать, что делать с ящером, мужчина не успел. В этот самый момент позади него в воздухе возник ещё один демон, с грубой чёрной кожей, страшной мордой и рожками. Прыгнув на спину незваному гостю, демон заверещал, обхватив его ногами. Одной рукой он вцепился в волосы мужчине, а второй широко замахнулся, сжимая в ней изогнутый кинжал с дорогой золотой рукоятью. Лезвие кинжала сверкнуло, ударяя мужчину в основание шеи, и легко вспороло её.
Синекожий ящер смешно взмахнул руками и неуклюже рухнул на горку из золотых монет. Он поднял удивлённый взгляд в сторону двери из подвала.
— Кве? — спросил он, выражая крайнюю степень удивления.
— Кве, — подтвердил чёрный демон, всё ещё сжимая окровавленный кинжал в одной руке и держа несчастного мужчину за волосы другой.
⠀⠀
Разговор с мэром получился не самым продуктивным. Он был настроен говорить только о торговле, а всё остальное его интересовало мало. Да и соглядатай окончательно испортил настроение. В какой-то момент захотелось забраться в голову мэра, вырвать оттуда чужака и хорошенько его отделать, чтобы неповадно стало подглядывать.
Тяжёлый день немного скрасила вечерняя прогулка в дворцовом саду. Ива как-то упоминала, что это красивое место, с фонтанами, рукотворными ручейками и живой изгородью в рост человека. Мы с большим удовольствием погуляли, посмотрели на пёстрые цветочные клумбы. Кстати, вечерние прогулки в парке любили многие, так как к закату всё чаще попадались парочки влюблённых. При этом нас старательно избегали. Никто так и не решил подойти поздороваться или просто пожелать доброго вечера. Зои к этому относилась спокойно, даже не замечая, как мне показалось. Она уговаривала остаться во дворце до завтра, но у меня были ещё планы на сегодняшний долгий день.
Перед расставанием мы ненадолго заглянули в одну из беседок, недалеко от выхода из парка.
— Я могу помочь с символом, — сказала Зои.
— На плечо буду его наносить, — я как раз подготавливал состав прямо в беседке, сидя за летним столиком. — Всё равно исчезнет. Знать бы, почему так происходит.
— А если этот не исчезнет?
— Не страшно, — я посмотрел на получившуюся сажу, продемонстрировал маме Ночь.
Мама Ночь нашей прогулке не мешала, гуляя в одиночестве, и присоединилась, только когда мы с Зои собрались прощаться. Это она днём поделилась хорошими ингредиентами для символов, напомнив о проблеме, решение которой я долго откладывал. При этом оценить качество подарка было сложно. Я ещё не работал с кристаллизовавшимся костным мозгом демона уровня бедствия. Сегодня он был основной частью пигмента, вместе с простой алхимической сажей, купленной по пути во дворец. Что касается чернильных орешков, то они тоже были из запасов секты великих демонов. Из-за них цвет чернил получился ярким и насыщенным. Ну и последним ингредиентом шла капелька крови Зои.
— Только не переборщи, — попросил я, когда Зои уколола палец. — Чтобы не разводить чернила и не выбрасывать остатки.
Со стороны дворца вспыхнул поток силы, принадлежащий королеве Амалии.
— А я говорила, что она заметит, — сказала Зои, быстро роняя капельку крови на сажу.
Я зажёг демонический огонёк, обжигая содержимое ступки. Синее пламя на секунду взметнулось чуть ли не до потолка беседки. Но это была нормальная реакция, я уже привык. Если бы Зои не сдерживалась, то огонь из дворца было бы видно.
— Завтра придёшь? — спросила она. — Мама одну меня не отпустит. Хочешь, помогу с торговцами договориться?
— Я бы их к кораблю близко не подпускал. Они же спят и видят, как его забрать. Завтра у меня по плану тренировки с новым символом. Найдём где-нибудь укромное место за городом, будем всё поджигать. Заеду за тобой за пару часов до полудня. Что?
Зои заулыбалась, ухватила меня за руку, поднимая с лавочки. Мама Ночь в последний момент придержала ступку с чернилами для символов, которую мы едва не опрокинули. Опомниться не успел, а Зои уже поцеловала меня. Я тоже обнял её, заметив краем глаза что-то у выхода из беседки. Это была королева Амалия, решившая проверить, чем мы здесь занимаемся. И лицо у неё в этот момент было удивлённым. Она жестом показала, что мешать не собирается, сделав шаг назад.
Отпустив меня, Зои совсем немного смутилась, мило улыбнулась и выбежала из беседки, попав точно в руки мамы. Я осторожно коснулся пальцами губ.
— Неожиданно, — произнёс я. — И приятно…
Повернувшись к столу, встретился взглядом с мамой Ночь. Она улыбнулась, произнеся что-то очень похожее на «любовь». Предупредила, чтобы я был осторожен. Интересно, что имела в виду, чтобы голову не потерял?
— Надо только чернила не пролить, — опомнился я и заметил, что ступка уже была запечатана чем-то серым, похожим на мокрую ткань. Покрытие немного блестело, но быстро высыхало на воздухе.
Дорогу до дома я не запомнил, не получалось собраться с мыслями. Всё Зои виновата. О чём бы в дороге ни думал, всё время к ней возвращался. Тогда уж надо было настаивать и с собой брать. У нас дома даже безопасней, чем во дворце, огромном, с кучей входов-выходов и толпой праздно шатающихся людей. А ещё надо как-то договориться с королевой завтра, чтобы отпустила дочку на загородную прогулку. Может, у них примерка платьев будет или ещё что-то в этом роде. Бал ведь совсем скоро, о котором уже весь город судачит. Даже листовки раздавали на углу улицы, я специально обратил внимание.
Когда я вышел из кареты перед домом, в глаза сразу бросилось, что обстановка вокруг изменилась. Вроде и не сильно, но стала напоминать дворец Ракку. Там я тоже постоянно чувствовал пристальный взгляд из тени. Горожане, гуляющие или спешащие по своим делам, старались обходить наши два дома по противоположной стороне площади, делая большой крюк. Наверняка и сами не догадывались, почему так делали.
Стоило подойти к двери дома, как она приветливо открылась.
— С возвращением, — послышался знакомый голос, стоило только перешагнуть порог.
— Мирейн? — удивился я, увидев управляющую дворца Ракку, стоявшую у входа. — Или мне это только кажется?
— Тебе не кажется, — спокойно произнесла она.
Я уже отмечал, что управляющая очень походила на Ханну, как старшая сестра, только с более требовательным и строгим взглядом фиолетовых глаз. Даже одежда у неё была та же, что и во дворце — удобное платье с незаметными подвязками на рукавах. Вряд ли рукава она подворачивала, чтобы заняться уборкой или простой работой. Скорее всего, это было нужно, чтобы колотить нерадивых подчинённых и не порвать дорогую ткань.
— Подкрепление из дворца Ракку, о котором говорила Ханна, — догадался я.
— Мы немного разминулись, — сказала она, жестом показывая, чтобы мы не топтались в дверях. — Кто эта юная девушка?
— Эм, это госпожа Ночь, она… из числа великих демонов, — я произнёс это на языке первого царства, слегка ослабив контроль над даром, чтобы приехавшие люди из гор Ракку смогли освоить новый для них язык.
— Не хочет ли юная госпожа пройти в гостиную и отдохнуть с дороги? — спросила Мирейн, ни на секунду не удивившись. А ведь обычно людям требуется немного времени, чтобы осознать умение говорить на незнакомом языке.
— Она говорит, что хочет понаблюдать за моей работой, — сказал я. — За нанесением новых символов. Кстати, если ты здесь, то кто остался во дворце?
— Моя ученица, — сказала Мирейн. — Она справится, можешь на неё положиться. И, судя по всему, я приняла правильное решение приехать к тебе на помощь. Старшая группа расслабилась, допустила непростительные ошибки и уже наказана за это.
— Мне почему-то сейчас Малеф вспомнился, — поморщился я. — Сильно не надо никого наказывать.
— Я запретила им на год пить что-либо крепче воды, — улыбнулась она. — Если они придут к тебе с намерением разжалобить, поставь меня в известность.
— Хорошо, — я улыбнулся и тут же опомнился. — А что случилось?
— В дом проник посторонний, — сказала она и ещё немного посуровела. — В сокровищницу. Смог обмануть охрану, потому что они выполняли свою работу из рук вон плохо. Его обезвредил друг мастера Кве.
— Кстати, он цел?
— Цел и тоже наказан, — сказала она.
— А он за что?
— Позволил себе громко возмущаться, — ёмко ответила Мирейн. — Насколько я знаю, ты поручил ему важную работу, поэтому я не стала наказывать его слишком строго.
— А его друг? — я вспомнил чёрного маленького демона.
— Он — молодец. Я бы похвалила его, но мы не смогли найти общий язык.
Мирейн жестом показала на дверь, ведущую на кухню. Пошла первой. Я же посмотрел на маму Ночь, всё ещё держащую меня за руку. В её понимании посторонние, решившие проникнуть в жилище, должны быть пойманы и убиты. Вспомнила пауков, живущих рядом с источником, и предложила взять одного. Сказала, что они самые чуткие сторожа, так как спят «в половину глаз».
— Боюсь, что нас не только домушники будут стороной обходить, но и часть города внезапно решит переехать. Пойдём посмотрим, кто к нам в гости заглянул и почему Мирейн так сердита. Она? Управляющая в моём дворце. Это значит, что следит за порядком, чтобы все работали и не бездельничали, в том числе и я.
Мама Ночь понимающе кивнула, наверняка поднимая статус Мирейн на ступеньку выше остальных.
Мы прошли за Мирейн на кухню, где очень вкусно пахло ужином, затем в небольшую холодную кладовую. Тело домушника лежало на двух низеньких лавочках. Его успели раздеть, оставив только набедренную повязку. Может, искали знак злобного культа, что охотился за владыкой гор Ракку. Несчастному кто-то распорол шею, попутно сломав ключицу. Выглядело жутко.
— Нет, я его раньше не видел, — сказал я, слегка поморщившись. — На глаза не попадался. Скорее всего, простой домушник, решивший заглянуть в богатый дом. Надо страже городской пожаловаться, они обещали таких вот от нас отгонять. Золота взяли целую гору.
Одна из помощниц Мирейн продемонстрировала серый плащ, заляпанный кровью. Следом шла невзрачная одежда.
— Это не домушник, — сказала Мирейн, протягивая мне короткий жезл. — «Сковывающий душитель» — как назвал его мастер Кве. Восемь тысяч золотых монет — хорошая цена. Как я поняла, имеются в виду монеты аукционного дома, а это сорок килограмм золота. Весьма дорогой артефакт.
— Дорогой, — согласился я, посмотрев на жезл. — Даже очень.
— А эту штуку мастер Кве даже трогать не стал, — она продемонстрировала некрасивый кривой кристалл, залитый золотыми кляксами. — Сказал, что сломать непременно надо. Госпожа оракул его испортила. Утверждает, что это какой-то артефакт, вышвыривающий несчастных в разрушенный мир, что находится неподалёку. А оттуда возврата нет.
Лицо Мирейн ещё немного потемнело, но она быстро взяла себя в руки.
— Хорошо, что я приехала вовремя, — сказала она.
В кладовой на минуту повисла пауза.
— Да, — произнёс я, — на домушника не похож. Думаете, что наёмный убийца? Вряд ли бы он меня этим жезлом достал. А вот разрушенный мир пугает до мурашек. Надо бы с Ивой поговорить.
Мама Ночь требовательно протянула руку к Мирейн, забрала кристалл. Посмотрела на него со всех сторон.
— Говорит, что испорчен, но всё ещё опасен, — перевёл я. — И что с ним делать?
Из рукава платья мамы Ночь вылетело что-то светло-серое, быстро оплетая кристалл. Не успел рассмотреть, было ли это похоже на паутину, так как она спрятала сломанный артефакт в сумочку, что носила через плечо.
— Мы сами справимся и найдём того, кто его послал, — успокоил я маму Ночь. — Вы же в городе никого не знаете и только панику посеете. Да, Мирейн как раз этим занимается.
Я посмотрел на Мирейн, шевеля бровями, чтобы она подтвердила мои слова. С мамы Ночь станется отправить пауков в город, чтобы найти недоброжелателя. Интересно, как она себе это представляет?
— Я уже отправила несколько людей на поиски, — подтвердила Мирейн. — Очень скоро мы его найдём. Тем более, нам досталось кое-что интересное.
Она протянула мне медную плашку размером с ладонь. На ней был изображён молот и стопка монет.
— Этот знак был при нём, — сказала она. — Скорее всего, принадлежность к гильдии.
— Это королевский монетный двор, — кивнул я. — Мы как раз сегодня там были. Давайте поднимемся наверх, я всё расскажу в гостиной за чаем. Что-то в горле немного пересохло и пить захотелось. А этого надо бы госпоже Асгейл показать. Я для неё письмо напишу.
На чаепитие в гостиную спустилась Ива, всё это время отдыхавшая дома. Ей тоже было любопытно послушать, как мы с Зои катались по городу в карете, торговались с жадными людьми и меняли золото.
— Я хотел это Ханне рассказать, но целый день не могу её найти, — закончил я свой рассказ. — Она сюда не возвращалась?
— Возвращалась, — кивнула Мирейн. — Она снова от меня прячется. Ведёт себя как большой ребёнок. Когда увидишь в следующий раз, передай, что пока мы не вернёмся в горы Ракку, пусть делает всё, что хочет. Не буду я её заставлять заниматься с младшими.
— Василий, ты свидетель, она сама это сказала, — послышался голос Ханны из коридора.
Ханна вошла в комнату и прошла к столу, усаживаясь рядом со мной. Благодарно кивнула, принимая из рук Мирейн чашку с настоем трав иш.
— Тебе бы следовало проявлять больше ответственности, — сказала Мирейн. — Наш разговор на кухне?..
— Слышала, — кивнула Ханна. — Васе нужно было раньше сказать, что злодей на монетном дворе прячется.
— Когда? — возмутился я. — Тебя целый день не видно. И, прежде чем вы пойдёте туда, надо поговорить с королевой. А то подумают, что я в казну планирую залезть. Завтра за Зои заеду и предупрежу Её Величество. Никуда за это время соглядатай не денется.
— Как скажешь, — махнула она рукой. Мирейн просто кивнула. — Много с собой людей взяла?
— С шестой по четырнадцатую группы.
— Любишь ты с детишками возиться, — поморщилась Ханна. — Отправила бы их к туннам, пусть там тренируются.
— Вы можете обсуждать насущные дела, а мне надо поработать над символами, пока чернила не испортились. Буду в рабочем кабинете на третьем этаже. Ива, если хочешь, я могу нанести тебе символ, защищающий от воздействия свободной магии. Чтобы рядом с источником чувствовала себя уверенней. И когда мама Зои начнёт сердиться, это тоже поможет.
Ива ненадолго задумалась, затем кивнула.
— А вам потом нанесу, — сказал я, поймав заинтересованный взгляд Мирейн. — Младшим группам, у кого ещё нет символов концентрации. Как только у меня появится больше свободного времени.
Пока Ива готовилась и меняла платье, я разложил на столе иглы, открыл чернила. Пару раз уколол себя острой иголкой, но проколоть кожу так и не смог. Хорошо, что сохранил щепку, подаренную Нерулом. Вот она кожу прокалывала легко, почти не встречая сопротивления. Будь она чуть длиннее, было бы удобнее держать в руках и не размазывать лишние чернила по коже.
— С чего это ты вдруг решил подарить мне символ? — спросила Ива, заходя в комнату. На ней было домашнее платье, со шнуровкой сзади. Всегда удивлялся, как его можно надеть одному.
— Хорошее слово выбрала: подарить, — улыбнулся я. — У меня отличная память на символы, но она избирательна. Если сразу сказать, какой результат нужен, я могу подобрать рисунок для любой ситуации. Маленький защитный символ у тебя есть, а сокрытие не нужно, так как магия в тебе почти не ощущается. В последнее время вокруг слишком много чистой энергии, а это пагубно сказывается на здоровье. Насчёт светлоликих не скажу, но у простых людей и демонов от подобного всегда возникают проблемы. Кстати, третья молитва на тебя действовать уже не будет, а четвёртую можно перетерпеть.
— Насчёт последнего — ничего не поняла. И ты так и не ответил на мой вопрос.
— Я решил подарить тебе символ, когда подумал, что могу потерять. Оракул мне не нужен, и без него прекрасно обхожусь… по большей части. А вот как друг ты незаменима.
— Уверен в этом? — с лёгким ехидством спросила она.
Я поднял на неё взгляд, затем показал на стул без спинки.
— Меня все вокруг постоянно уверяют, что без тебя было бы лучше. Поэтому да, я уверен.
— Очень странные выводы делаешь из вполне обоснованных опасений.
Она села, спустила платье с плеч, открывая спину. Три простеньких символа смотрелись совершенно неорганично. Они были настолько разными, насколько это вообще возможно. Четвёртый будет ближе к символам дами.
— Я заметил, что у тебя сапожок левый прохудился немного, — сказал я, вооружаясь иголкой для контура рисунка. — Если завтра будешь хорошо себя чувствовать, прошвырнёмся по городским лавкам и мастерским. После загородной прогулки. Поэтому сразу список составь из того, что нужно.
— Хорошо, — тихо отозвалась она.
— Слушай, давай я этот символ уберу, — я легонько ткнул её в лопатку, попав в центр связующей печати.
— Оставь. Я же говорила, что он не мешает. Когда я погибну, ты об этом узнаешь?
— Испытывать не доводилось. В книге написано, что хозяин символа почувствует горечь утраты и обиду. Сиди ровно, а то края символа размажутся. Если хочешь съязвить, что обида и то, что чувствуешь ты от моей гибели — несоразмерны, то напомню, уже говорил об этом. Символ из поганой книги, непонятно каким образом оказавшейся в библиотеке храма. Вряд ли дами её у работорговцев отняли, так как очень уж методично там всё записано: с пояснениями и примерами. Составлял явно профессионал своего дела. Мама Ночь, заходите, вы мне мешать не будете. Хотите послушать о символах?
Мама Ночь вошла, прошлёпала босыми ножками по паркету и забралась с ногами в большое кресло недалеко от окна.
— Если бы это были просто рисунки, — я улыбнулся заданному вопросу, продолжая наносить контур, — то всё было бы гораздо проще. Демоны в тёмных мирах ходили бы разукрашенные с ног до головы. Вот, к примеру, символ защиты, который я наношу. Он состоит из двух контуров и трёх ключей. Считается, что он достаточно сложный, поэтому в храме дами только старшая жрица может нанести его своей помощнице или другой жрице. А если бы ключей было четыре, а рисунок содержал три контура, то пришлось бы обращаться к хранительнице символов. Потому что нужно обладать определёнными навыками и сноровкой, чтобы активировать все ключи и не сжечь при этом сам рисунок.
— Но на самом деле, — продолжал я, макая иголку в чернила, — все рисунки до шести ключей включительно — не сложные. А потом происходит качественный скачок в требовании к знаниям мастера и его умению обращаться с чернилами. Отчасти из-за этого бо́льшая часть символов была утеряна. Хорошо, что дами додумались записать всё и спрятать в библиотеке. Опоздай я ещё на пару сотен лет, и они бы исчезли окончательно. Некоторые книги начали рассыпаться от прикосновений.
— Есть у меня планы восстановить самые важные из книг, — сказал я. — Нужно только свободное время. Найду хорошую бумагу и чернила, чтобы не сильно портились от долгого хранения, и начну восстанавливать. Когда-то давно были ещё планы собрать всех дами вместе. Сейчас они довольно сильно разбросаны по мирам. Взять хотя бы тот же Альведэ, где дами живут, но даже друг с другом договориться не могут. Некоторые уже с ума сходят от праздной жизни…
За разговором о символах и истории дами время пролетело незаметно. Я не спешил, нанося символ аккуратно, затем зажёг его, глядя, как превосходного качества чернила приобретают насыщенный цвет. Будь такие ингредиенты в храме, их позволили бы использовать только верховной жрице. Затем я помог Иве дойти до спальни и сдал с рук на руки Салме, наказав помочь и проследить, не начнётся ли ночью лихорадка. С сильными чернилами всегда нужно быть начеку. Хотя кровь Зои, по непонятным для меня причинам, немного сглаживала побочные эффекты. Используй я кровь великого червя, Иве пришлось бы провести неделю в постели, мучаясь от высокой температуры, боли и слабости.
Над своим символом я трудился гораздо дольше. Наносил медленнее и вдумчивей. В нём прослеживалось некое сходство с символами дами, но только в той части, где требовалось зажигать ключевые точки для активации. Сам рисунок был больше по размерам, чем у Ивы, и занял почти всё плечо, спускаясь до локтя. Зато в чернилах я почти не испачкался, если не считать пальцы. И результатом остался доволен, когда активировал последний ключик и понял, что символ откликается целиком.
Спать лёг за пару часов до рассвета, но, встав к завтраку, чувствовал себя на удивление бодрым и полным сил. А вот Ива к утру разболелась и температурила. Не сильно, но прогулку по магазинам пришлось отложить. Оставил её дома под присмотром пары молоденьких девушек из дворца. Тех самых, младших сестёр Сайми и Салме, что постоянно смущали меня в горах Ракку. Не знаю, зачем Мирейн привела их с собой. Мой вопрос она просто проигнорировала, сделав вид, что не понимает, о чём я спрашиваю.
Сегодня с самого утра королевский дворец начал подготовку к большому балу, поэтому людей внутри было столько, что не протолкнуться. Часть проводила генеральную уборку парадного зала, часть занималась его украшением, а ещё часть людей следила за первыми двумя группами, наверное, чтобы ничего не испортили или не стащили. Стараниями подчинённых Мирейн на меня вообще внимания никто не обратил. Поэтому снова пришлось нагло вламываться на третий этаж и снова попадать в объятия Зои, караулившей на третьем этаже. Она заранее была одета в дорожный костюм и готова к любому путешествию.
Королева сегодня пребывала в прекрасном настроении и даже новость о соглядатае его не испортила. Она лишь уточнила, уверен ли я, что он прячется на монетном дворе, и дала разрешение поступать так, как считаю нужным. Точнее, назначила главной Присциллу, а потом разрешила людям с гор Ракку ловить соглядатая. По этой причине я задержался во дворце на полтора часа, а потом сбежал, пока не заставили лично этим заниматься.
Была ещё одна не самая приятная новость, заставшая меня во дворце. Покидая его вместе с Зои, мы в дверях едва не столкнулись с герцогом Арденном и его сыном. Оба были одеты в красивые богатые наряды, украшенные широкими лентами с королевскими наградами. Что отец, что сын были светловолосыми, высокими и подтянутыми. Арденна младшего при этом можно смело назвать красавчиком. Он мне немного длинноухих господ напомнил манерой смотреть на тебя свысока. И трость в руке держал так же важно, как и отец, наверное, чтобы за сотню метров было видно, что перед тобой герцог. По крайней мере, стража и работающие в главном зале люди спешили расступиться, пропуская их к лестнице. Цвет нарядов, кстати, герцог с наследником выбрали светлый, почти белый.
Я лишь посмеялся, видя их слегка вытянутые лица, когда мы с Зои промчались мимо, даже не поздоровавшись. А я ведь тянул её за собой за руку, что только добавляло удивления на лицах окружающих. Уже в карете я оглянулся на выход из дворца, не без радости отметив, что сын герцога всё же вышел на крыльцо, чтобы посмотреть нам вслед.
— Как они успели вернуться? — спросил я у Зои, плотнее задёрнув шторку на окне кареты.
— Скорее всего, через соседний мир, — сказала она. — Это опасно, и можно потеряться, проходя через разломы. А ещё это очень дорого.
— Сын герцога, он силён. Какой магией владеет?
— Никто не знает, — она качнула головой. — Это секрет их семьи. Но кровь у него такая же, как и у всех — неприятная на вкус.
— Говоришь как вампир, — рассмеялся я.
— Поверь, со временем она станет ещё противней, — Зои поморщилась. — Это делается специально, чтобы… вызывать чувство отвращения. Чтобы моя кровь не убила наследника герцога, когда он решит взять меня за руку.
Она нахмурилась, затем посмотрела на меня с обидой во взгляде.
— Мы ведь не питаемся чужой кровью, — сказала она. — Такое случалось-то всего несколько раз, а они…
— Не переживай, — я крепче сжал её ладонь. — Хотят они себе кровь отравлять — да ради всех богов, пусть творят что хотят. Я бы на такое не решился пойти. Любопытно только, как можно магию сделать «грязной»?
— Они хранят это в тайне. Сильнее или слабее это их не делает, да и не замечает подобное никто, кроме нас… меня, мамы, бабушки Присциллы.
— Давно они это практикуют?
— Лет двести. Я точно не знаю.
— Наверное, боятся, что вы их жизненную силу поедаете, когда они во дворец в гости заходят, — рассмеялся я.
— Ты уже слышал об этом?
— Я это только что придумал. Что, правда, такие слухи ходят? Ну… неблагодарные у вас подданные.
— С другой стороны, это хорошо, их можно почувствовать за несколько кварталов, — она всё же улыбнулась. — И не все такие как Арденны. Папа никогда подобным не занимался. Мама поэтому в него сразу влюбилась. Она рассказывала, как легко нашла его в столице среди сотен важных аристократов. Он просто приехал с родителями на праздник, не планируя попасть на бал в честь её совершеннолетия. А оказалось, что папа сильнее всех в столице. И магия у него чистая.
— Не обращай на них внимания, — сказал я. — Лучше скажи, куда нам поехать, чтобы огненную магию проверить?
— Если за город, то лучше по восточной дороге. Она вдоль реки тянется, к просторным пастбищам. Там можно пожар устроить, не боясь, что он распространится по всему королевству.
— Хорошо. За мамой Ночь только надо заехать. Я обещал взять её с собой. Она с утра к источнику отправилась, чтобы проверить, как там дела. Кстати, хочешь, символ на плече покажу, а то вдруг исчезнет, как остальные?
Как всегда, нюансы и подробности всплывают только в процессе. Я вот не знал, что местные благородные сословия так относятся к королевской семье. Настолько сильно боятся, что их съедят или жизненные силы высосут, что готовы что-то творить с собственным даром к магии. Надо бы у специалистов спросить, так как я не особо разбираюсь, но любое вмешательство в столь сложный процесс, как магия, чревато самыми неприятными последствиями. Может, они от этого постепенно с ума сходят, болеют чаще или умирают раньше других. Я могу определить, насколько тот или иной человек одарён в магическом плане, но никакой скверны не чувствую.
Заехав домой за мамой Ночь, мы отправились на большую прогулку за город. Люди с гор Ракку заранее всё подготовили, взяли с собой ещё одну повозку, загрузив продуктами, напитками, одеялами и всем необходимым, чтобы устроить загородный пикник. Надо отдать им должное, это решение оказалось верным, так как мы прекрасно провели время. Нашли удобную поляну с видом на реку, подальше от торгового тракта, пообедали, выпили настой трав иш для поддержания здоровья. Мне его сегодня заваривали немного крепче, чем обычно. А ещё мама Ночь привезла подарок в виде большой корзинки яблок, что приглянулись мне в деревне рядом с источником. Сказала, что это её детки проявили инициативу и собрали немного. Даже пообещали за фруктовыми деревьями ухаживать, чтобы в будущем радовали урожаем. Без улыбки не представить, как огромные пауки осторожно собирают яблоки, окапывают и поливают деревья. Хорошо, если воду будут брать не из источника, иначе яблоки могут приобрести весьма необычный вкус и свойства. Может, выйдет неплохой стимулятор, как те самые ягодки, что выращивал Нерул. А мы его потом научим яблочный сидр делать.
Что касается огненного символа, то с ним возникли небольшие сложности. Не любил я эти огненные субстанции, боясь воспламениться или потерять контроль и устроить грандиозный пожар. Вот и сейчас, произнося слова на языке дами и распространяя вокруг чистую магию, я создавал лишь самый обычный огонь. Не помню, чтобы на моей спине был классический огненный символ, но работал он как-то очень примитивно. Где-то час я потратил впустую, затем просто уставился на реку и погрузился в раздумья.
Рядом со мной на одеяло села мама Ночь, проследила за взглядом на реку.
— Я просто произношу слова, порождающие магию, — ответил я на её вопрос. — Да, она может быть тихой, но сейчас я использую третью молитву. Это такие слова, которые заставляют пространство вокруг нас дрожать. Нет, не от страха.
Я рассмеялся аналогии, которую она подобрала.
— Магия становится более плотной и насыщенной. К примеру, для некоторых символов нужна магия именно третьей молитвы, иначе они не сработают. А иногда нужна четвёртая. Нет, недостаточно слова просто произносить. Нужно понимать и даже чувствовать суть того, что они несут в себе. Я могу произнести их, и магия не появится, а могу сделать так, что её станет очень много. Не знаю, почему так происходит. Дами тоже не знают. А вы встречали дами, что жили в мире сект?
Мама Ночь сказала, что она родилась после того, как дами ушли из их мира. Но с ними встречалась её наставница, Рекла, которую недавно убили главы сект ради ядра. И мама Ночь грустила оттого, что я не мог с Реклой встретиться и поговорить. Её наставница обладала огромными знаниями и пониманием магии. Все нынешние великие демоны были её учениками. А ещё я понял, что мама Ночь хотела стать такой же, как и наставница. Направлять учеников, делиться с ними мудростью. Но в этом она была не очень сильна, в отличие от госпожи Мин. О Неруле говорила как о лентяе. Он был талантлив, но его занимал лишь источник. Лучик, кстати, его ученик, тоже очень талантливый. Но он был молод и привязан к источнику, как и учитель, поэтому сам многого не знал. Зато любил драться, прослыв грозой всех демонов ближайших миров.
— Думаете, проблема в том, что этот символ на другом языке, нежели символы дами? — спросил я. — И для него нужно подбирать иные слова? Нет?
Она подняла руку, и из остатков разлитой в воздухе магии появился обычный огонь, такой же, как я создавал раньше. Мама Ночь скопировала его удивительно точно. Она говорила, что я сам ответил на этот вопрос ранее. Что важны не слова или тип магии, а понимание сути процесса.
Мы ещё немного посидели молча. А ведь мама Ночь права, я совсем упустил из виду, что моя спутница, спящая в кольце, пришла из другого мира. Огонь, о котором она говорила, может быть совсем не таким, как у нас. Мне в голову залетела шальная мысль, отчего я встрепенулся. Гостья ведь не может создавать огонь сама. По крайней мере, она его ни разу не демонстрировала наяву, только во сне. Может ли быть огонь сосудом, вместилищем для неё?
От пары слов на языке дами пространство вокруг нас снова задрожало. Как вибрация от очень низкого гула, которую можно ощутить, но не услышать. На почерневшем участке земли в пяти метрах от нас вспыхнул бесцветный огонь. Впервые видел нечто подобное. Даже глаза потёр, пытаясь убедиться, что мне это не кажется. Как будто кто-то установил чёрно-белый фильтр. Колечко на шнурке заметно потеплело, а язычки огня начали приобретать красно-оранжевые оттенки. Они начали взметаться вверх, словно кто-то подбросил дров в костёр.
— У тебя получилось? — послышался голос Зои над моим ухом. Она села сзади, обнимая одной рукой и выглядывая из-за плеча. — Необычно выглядит.
— Похоже, что получилось, — кивнул я. — Мама Ночь подсказала, что я делал не так. Но это очень странная магия…
Я хотел сказать, что огонь горел сам по себе, становясь всё ярче и насыщенней в плане цвета. Как небольшая чёрная дыра он поглощал разлитую вокруг магию. А ещё у меня начало жечь кожу на плече и у левой лопатки. Похоже, чёрное солнце почуяло новый символ и решило протянуть к нему один из лучиков. Такое уже было, только в тот раз символ находился на спине, а не на плече.
Огонь постепенно разгорался и поднимался, всё больше напоминая человеческую фигуру, только укутанную в плащ. Или это у меня воображение разыгралось.
Мама Ночь слегка наклонила голову, глядя на фигуру. Думаю, что она видела или чувствовала, как окружающая нас магия движется в сторону огня, отчего он горел всё ярче. Она протянула руку, ткнув меня пальцем в бок, посмотрела осуждающе.
— Спрашивает, где я нашёл эту опасную огненную сущность, — перевёл я для Зои. — Мама Ночь, она случайно попала ко мне в руки. Да, я знаю, что она из огненного измерения, с той стороны завесы. Вы с такими встречались раньше?
Мама Ночь покачала головой и изобразила что-то широким жестом, вспомнив наставницу Реклу.
— Не знаю, — честно признался я. — Может, её поймал кто-то и заточил в камне, или она случайно здесь в нашем мире. Она хранилась в виде куска вулканического стекла у одного из владык демонов. Но магию она любит и может поглощать в каких-то безумных количествах. Я планирую открыть проход и позволить ей вернуться домой. Она этого очень ждёт.
Мама Ночь посмотрела на меня выразительно. Учитывая, что она выглядела лет на двенадцать, строгий взгляд вызывал улыбку.
— Если открою, то только маленькую брешь. Мне на той стороне вообще ничего не нужно. Это её хотел сожрать Зеос, когда вы его… победили. Нет, не знаю. Мама Ночь, вы очень сложные слова используете, я не совсем понимаю, что пытаетесь сказать. Да, я почти уверен, что Зеос хотел съесть её или поглотить. Зачем она ему нужна, если не для этого?
Маме Ночь понравилось слово «поглотить». Даже удивилась тому, что не подумала о подобном раньше. Она изобразила почти тот же самый жест, что и огненная девушка в моём сне, запрокинула голову и как будто что-то положила в рот, чтобы проглотить. Сказала, что поглотить огонь нельзя, но вот сущность, что пришла из другого мира, может стать лакомым кусочком для любого. Улыбнулась, поймав мой встревоженный взгляд в сторону огненной фигуры. Она успела сожрать уже почти всю магию из окружающего пространства, поэтому пришлось сказать ещё несколько слов на языке дами, чему огонь обрадовался, как мне показалось.
Мама Ночь вновь покачала головой, говоря, что не станет кушать эту несчастную девушку. И если я хочу ей помочь, то она не видит в этом ничего страшного. Только просила быть осторожным, создавая прореху в завесе.
— В этом вторая проблема, — сказал я. — Если я это сделаю, примчатся два старика из Большой реки и дадут по шее. Не так давно обещал им, что не буду этого делать, и, получается, нарушу слово. Они тоже боятся, что повторится трагедия Ильсиды. Спасибо, но мне нужно подумать и хорошо подготовиться. Я рад, что вы с Нерулом готовы мне помочь, но не хотелось бы доводить дело до драки. Госпожа Мин в этом разбирается? Нет? Понятно…
— А мне не очень, — шепнула мне на ухо Зои, слушая нас с любопытством.
— Мама Ночь говорит, что в завесе больше других разбирается великий демон по имени Джи Кат. Но он сейчас очень далеко, и найти его может только госпожа Мин. А она спит.
— И проснётся через много-много лет? — спросила Зои у мамы Ночь, на что та улыбнулась.
— Говорит, что не знает. Источник успокоился, и сейчас вокруг него много магии, что влияет благотворно. Госпожа Мин может проснуться через десять дней, а может, и через десять лет. В словах мамы Ночь большая неопределённость.
Огонь горел ещё минут двадцать, после чего начал уменьшаться, становясь блёклым. Когда из него ушли все цвета, он почти сразу погас. И почему-то стало грустно, как будто я пытался дать свободу огню, но у меня ничего не вышло. Мама Ночь говорила, что этот огонь слишком горячий, и просила быть осторожным, хотя я совсем не ощущал жара, исходившего от него. Зои тоже ничего такого не почувствовала, но согласилась, что к предупреждению лучше отнестись серьёзно и не призывать этот огонь в городе.
— Что сейчас? — спросила Зои, когда мама Ночь взяла её за руку, показывая, чтобы села напротив. — Обидно, что я Вас не понимаю.
— Говорит, что умению превращать слова в магию и наоборот нужно долго учиться, — сказал я, взяв ладонь мамы Ночь. — Может, мы просто отдохнём на природе, пока погода подходящая?
Мама Ночь считала, что момент как раз подходящий, чтобы провести для нас урок. И мне сразу вспомнились занятия с Нерулом, когда мы полдня могли сидеть под деревом, слушая его рассказы. У великих демонов очень странное понимание учебного процесса. Они живут долго и никуда не торопятся, поэтому и с объяснениями не спешат.
Мы почти три часа сидели на солнышке, прислушиваясь к чему-то. Хорошо, что Сайми и Салме над нами сжалились, принесли ещё мягких одеял, чтобы удобнее было. Но даже так у меня ноги затекли и спина. Зои, в отличие от меня, сидела с закрытыми глазами, никуда не торопясь. Можно было подумать, что решила подремать, но время от времени она открывала глаза, улыбалась, ловя мои взгляды.
На природе, рядом с рекой, мы провели почти весь день, вернувшись в город к закату. Я хотел поворчать, что сегодня мы почти ничего не успели сделать, но, глядя на Зои, решил не портить ей настроение. Просто выглядела она счастливой и говорила, что это лучший пикник за многие годы. На прощание она даже поцеловала меня в щёку.
Дома всё было ожидаемо тихо. Ива, окружённая заботой девушек из дворца Ракку, чувствовала себя гораздо лучше, чем утром. К вечеру устроилась в гостиной на втором этаже и что-то читала, где я её и застал. Согласилась поужинать со мной, расспросила, как прошёл день. Меня же, напротив, к вечеру срубило. Спина разболелась, как и плечо. Температуры и лихорадки не было, но усталость накрыла такая, что я уснул, по-моему, ещё во время ужина.
Несколько следующих дней я провёл дома, борясь с усталостью и навязчивой заботой девушек из дворца Ракку. Они решили, что я заболел, раз выглядел бледным и уставшим, поэтому едва под руки меня по дому не водили, не давая заняться насущными делами. Поили настоем из трав иш с мёдом и готовили на обед лечебную кашу с кисло-сладкими сушёными ягодами или фруктами. Они даже на Соун И наехали, когда та заглянула в гости, чтобы проведать. Сказали, что болею, и что меня пока лучше не беспокоить. А чтобы я не ворчал, что сижу дома, когда так много дел, пригласили помощника Максима Артёмовича, на которого я скинул проблему домов в портовом районе.
За день до бала во дворце, в честь совершеннолетия принцессы, вернулся ««Расколотый»». Об этом я узнал рано утром, за завтраком. Новость была неожиданной. Не думал, что они успеют обернуться так быстро. Я уже хотел помчаться в порт на той же самой повозке, на который приехал посыльный, но пришлось ждать, пока подготовят карету. Мирейн заявила, что владыке не подобает ездить по городу в грязных коробках с колёсами. Настояла, чтобы я переоделся в роскошный наряд, надеть который одному было просто невозможно. В общем, мне оставалось только вздыхать, выражая нетерпение, пока Сайми и Салме помогали с одеждой. Специально ведь делали всё не спеша, придирчиво оценивая результат.
— Василий, — в комнату, где меня переодевали, вошла Мирейн с планшетом для бумаг. Я как раз стоял посреди комнаты с расставленными руками, пока Сайми прикидывала, как лучше завязать широкий пояс.
— Сайми, я сейчас воспламенюсь, если ты продолжишь возиться с ним, — проворчал я. — Или верёвку обычную возьму вместо пояса. Карета готова?
— Терпение, владыка, — сказала Мирейн. — Не помешал бы макияж, чтобы скрыть бледность и темноту под глазами. Оцени общее самочувствие.
— Нормально со мной всё, — проворчал я. — И давайте обойдёмся без макияжа. Так всегда бывает после нанесения символов. Иногда неделю можно проваляться в кровати с температурой.
— Тогда новости, о которых я хотела рассказать с утра, — спокойным тоном начала она. — Соглядатая пока не нашли. Проверили всех в крепости монетного двора. Никто из людей, что живут и работают там, не способен раскрыть прячущихся в тени. Либо же он очень хитёр, либо умеет прятаться от нас. Подождём ещё немного.
— А личность домушника выяснили?
— Госпожа Асгейл помогла, — кивнула Мирейн. — Это один из рыцарей серебряного молота.
— Понятно, — нахмурился я.
— Рано или поздно он попадётся, — Мирейн бросила взгляд на планшет в руках. — По поводу завтрашнего бала. Ты просил узнать о старых традициях.
— Если я правильно понял намёки короля, то в конце состоится турнир. Кто победит, тот достоин стать супругом принцессы.
— Не совсем так, но близко к истине. В течение бала будут проводить испытание крови. Проверяют, способен ли мужчина возлечь с принцессой, остаться при этом в живых и стать отцом следующей наследницы королевской крови. Если проверку не пройти, то первая брачная ночь может стать последней в твоей жизни. Говорят, трупы мужчин потом выглядят как иссохшие мумии.
— А если прошедших тест будет больше одного? — уточнил я.
— Выбирает принцесса. Отвергнутые претенденты могут вызвать избранника на поединок. Варварская традиция.
— Не страшно, — я поправил пояс, проверяя, как он сел. — Петля здесь зачем?
— Для кинжала или ножа, — подсказала Сайми.
— Уверен в своих силах? — ещё один вопрос от Мирейн. — Я о поединках.
— Я всё решил. За Зои буду драться честно.
— Поняла, — она кивнула, но в голосе промелькнуло что-то необычное. Надеюсь, что это не желание отправить своих людей, чтобы запугать претендентов.
— Мирейн, верь в меня, — сказал я, закончив возиться с одеждой. Подошёл к ней, ободряюще улыбнулся. — Иначе зачем вы следуете за мной, если сомневаетесь?
— И в мыслях не было, — слукавила она, поправив ворот тёмного наряда. — Карета уже готова. Только у меня вопрос. Владыка Василий подумал о том, куда денет товары, привезённые из-за моря? Как я поняла, вернулась ведь экспедиция торговая.
— Не подумал, — честно признался я и на секунду задумался. — Склады нужны. Мэр вроде что-то говорил о свободных складах в порту. Ладно, по пути об этом подумаю.
На улице меня ждала карета и четвёрка тёмных лошадей. А ещё повозка, на которой ехали сопровождающие. Мне показалось, что с прошлого раза их стало даже больше. Только уехать далеко не получилось. Буквально у выезда с площади нас перехватила ещё одна карета, золочёная, роскошью не уступающая королевской. Она просто встала поперёк улицы, не давая возможности проехать. Услышав ругань, я выглянул на улицу, заметив светловолосого наследника герцога Арденна. Он важно встал на подножке своей кареты, держа в руках трость с серебряным навершием. Рядом с возницей и на багажной полке кареты пристроились его телохранители, держа в руках короткие изогнутые жезлы или что-то очень похожее.
Пришлось выходить. И снова я обратил внимание на людей с гор Ракку. Двое мужчин из моего сопровождения довольно резво оббежали нас, забираясь на карету наследника герцога. В их руках появились длинные ножи, которые они приставили к шеям его телохранителей, совершенно этого не замечавших.
— Что случилось? — я вышел из кареты, прошёл немного навстречу наследнику. Если я правильно оценивал возраст, то он был старше меня на год, возможно, на два.
Светловолосый наследник герцога важно спрыгнул с подножки, прошёл ко мне, удобнее перехватив трость. Скорее всего, в ней тоже спрятано какое-то оружие или артефакт.
— Откажись от притязаний на принцессу, — вместо приветствия сказал он. Голос сильный, уверенный.
— Слово-то какое подобрал необычное, — хмыкнул я. — Ты что, боишься сразиться завтра со мной, если Зои тебя отвергнет? Вроде герой войны с демонами, должен быть уверен в собственных силах.
— Не боюсь, — бросил он с вызовом.
— Тогда зачем сегодня пришёл? Странно. Люди смеяться будут, если узнают.
— Я пришёл, чтобы предупредить, — надо сказать, что он умел держать себя в руках. Не злился, не ругался, угрозами не разбрасывался. — И посмотреть поближе. От вас, демонов, всего можно ожидать, даже магию приворотную.
— Вроде местный, — удивлённо произнёс я, — а такую чушь несёшь. Ладно, завтра с тобой сразимся. Я тебя даже убивать не стану.
— Посмотрим, — он смерил меня оценивающим взглядом, остался доволен увиденным и вернулся к карете.
В плане силы и развития таланта он был действительно силён. Среди всех людей, кого я встречал, он легко бы вошёл в первую десятку, если не пятёрку. Но до тех же светлоликих не дотягивал. Мне вспомнилась Иринэ, наследница рода Эервен. Она бы его в бараний рог скрутила, даже не напрягаясь особо. А вот с демонами из Хумы наследник герцога потягаться бы смог вполне.
Думаю, что он пришёл посмотреть на мою силу и продемонстрировать свою. А так как меня защищал великий символ, то никакой угрозы наследник герцога просто не почувствовал и остался этим доволен. Золочёная карета развернулась, едва не задев фонарный столб и не сломав колесо. Поехал он как раз в сторону порта. И если бы ширина улицы позволяла, я бы попробовал его обогнать и злобно смеялся, сидя рядом с возницей.
⠀⠀
То же самое время, южные кварталы столицы
В тесном переулке возник крошечный багряный разлом, из которого на брусчатку мостовой шагнули двое. Невысокий мужчина в пыльном, но всё ещё крепком плаще, и демон с мордой дикого кабана. Последний был истощён, но всё ещё держался.
— Как удачно вышли, — сказал мужчина, оглядываясь. — Если бы ты чаще выводил нас в города, не пришлось бы спать в канаве с водой или под холодными камнями.
Демон на это что-то проворчал, устало оглядываясь. Какой-то горожанин, увидевший разлом и страшную морду демона, пустился наутёк, едва не споткнувшись.
— Сегодня нас ждёт горячий ужин и даже красивые… — мужчина замолчал на полуслове. Посмотрел на запад, затем на небо и расплылся в улыбке. — Эй, кабанья твоя душа, смотри!
Он пару раз хлопнул демона по плечу, едва не сбив на землю. За долгую дорогу тот потратил столько сил, что ему оставалось только ворчать и терпеть издёвки попутчика.
— Куда смотреть?
— Это тот самый мир, — сказал мужчина. — Разве не чувствуешь? Источник, что ты искал, он здесь. Где-то рядом.
Демон поднял голову к голубому небу, втянул кабаньим пятаком полную грудь воздуха. Пахло в переулке мусором и нечистотами, но среди этого смрада проскользнуло что-то приятное, отчего по телу пробежала дрожь. Не говоря ни слова, демон взмахнул рукой и прыгнул назад, в небольшой багряный разлом, появившийся за долю секунды и так же быстро исчезнувший.
— Можно было бы догадаться, — устало вздохнул мужчина, ничуть не обеспокоенный таким поворотом событий. Ещё в дороге он понял, что обратно демон уйдёт без него, чтобы вернуться к хозяину как можно быстрее и не тратить лишние силы на попутчика. — Мог бы подождать день, отоспаться в тепле, поесть вкусно.
Кушать действительно хотелось, так как последние десять дней они практически ничего не ели, прыгая сквозь разломы как сумасшедшие блохи по собаке. Повертев головой, глава Железной секты увидел высокий и величественный дворец, возвышавшийся над крышами домов. В этот самый момент на его плечи упала тяжесть, а следом, с громким «бум», на мостовую рухнула красивая светловолосая женщина. Сила вокруг неё разливалась такая, что Грез даже опешил.
— Оу, полегче, — сказал он, примиряюще поднимая руки. — Я ничего худого не замыслил.
— Ещё один? — произнесла она, неплохо говоря на языке мира великих сект.
— Ты меня понимаешь? — Грез удивился. — Поразительно. Говорю же, ничего худого не замыслил. Устал с дороги, проголодался. Золото?
Он достал из-за пазухи золотую пластинку, весившую не меньше килограмма. Беловолосая женщина была действительно сильна, и драться с ней сейчас не было никакого желания. Тем более, она его понимала, что было неожиданно.
— Просто путник? — спросила она, недоверчиво прищурившись.
Давление силы ослабло, но не исчезло.
— Всё так, — выдал очаровательную улыбку Грез. — Путник я.
⠀⠀
Портовый район встречал нас шумной толпой, пришедший посмотреть на вернувшийся летающий корабль. Городская стража старалась, но проехать к причалам на карете мы не смогли. Пришлось идти пешком, что было не так просто, как могло показаться. И то, что мы приехали с опозданием, стало понятно, когда я заметил людей Максима Артёмовича, работающих на причале. Они подогнали несколько больших телег и грузили на них ящики и тюки с корабля. Охрану же обеспечивали десятка два мужчин в бело-синих халатах и тюрбанах, с большими изогнутыми мечами на поясах. Скорее всего, люди из-за моря, так как их наряды очень напоминали тот, в котором уезжал мастер Карнис.
Говоря о людях Максима Артёмовича, я имел в виду, что они приехали из торгового городка. Путь туда занимал пару часов, поэтому выходило, что корабль стоял у причала довольно долго, прибыв едва ли не до рассвета.
Начальство, в лице капитана Юн Вола, Максима Артёмовича с парой помощников и управляющего портом, я заметил на борту корабля. Они следили за разгрузкой, беседуя с колоритным персонажем, одетым в роскошный восточный наряд. К ним я и направился, взбежав по сходням. Охрана из числа заморских воинов на меня даже не обратила внимания. Если быть точным, то моё появление заметил лишь Юн Вол. Отвод глаз с нашей группы спал, когда мы поднялись на борт, к небольшому удивлению помощника капитана, следящего за разгрузкой. Я поприветствовал его взмахом руки, показывая, чтобы продолжал и не обращал на нас внимания.
— Доброе утро, — поздоровался я со всеми.
— Василий, очень вовремя, — кивнул Максим Артёмович, пожав мне руку.
Юн Вол коротко кивнул. С утра пораньше выглядел он вполне счастливым, как после тяжёлой, но хорошо проделанной работы.
— Мастер Карнис, — я пожал руку немолодому торговцу, тоже выглядевшему вполне довольным происходящим.
— Владыка Василий, — он жестом показал в сторону богатого иноземца. — Спешу познакомить Вас со вторым принцем Силмара, Ви́реном Тай Шахир.
— Рад знакомству с владыкой Василием, — произнёс он на незнакомом до этого момента языке. — Слышал, Вы владеете магией, позволяющей понимать любую речь.
— Владею, — сказал я на языке Первого царства. — Особый дар, очень полезный. Рад знакомству, Принц Вирен.
— Правильно произносить: Принц Тай Шахир, — поправил мастер Карнис.
Принц же посмотрел на нас удивлённо, смешно опустил брови, затем поднял их. Выглядел он лет на двадцать пять, красивый, подтянутый, взгляд уверенный, осанка прямая, даже немного величественная. Наряд он носил из дорогой светлой и голубой ткани. Тюрбан, шаровары и халат с широким поясом, настоящий восточный принц, даже кинжал на поясе с драгоценным камнем в навершии имеется. Кожа загорелая, немного смуглая, волосы чёрные, жёсткие, глаза необычного тёмно-синего цвета.
— Дар, стоящий Небесного дворца, — сказал принц на языке Первого царства, немного неуверенно. — Отец отправил меня в Марви, чтобы я смог лично познакомиться с таким выдающимся человеком, как владыка Василий, хозяином летающего корабля.
— Хозяин корабля — капитан Юн Вол, — поправил я. — Я только помог ему золотом и оказал пару услуг, так что не могу претендовать на «Расколотый». Тем более считаться его владельцем.
Максим Артёмович при этих словах слегка поморщился, а вот капитан Юн Вол одобрительно и, как мне показалось, благодарно кивнул. Вроде бы мы об этом говорили, поэтому я не понял, что они так удивляются.
— Удачно ли прошла экспедиция? — спросил я. — Почему вы вернулись так рано?
— Хотели успеть до бала в честь совершеннолетия принцессы, — сказал мастер Карнис. — И хорошо, что успели. На летающем корабле путь за море занял чуть больше дня.
— Большой праздник, который пропускать нельзя, — кивнул принц. — Отец передал много подарков королеве Первого царства. И владыке Василию. Он слышал, что Вы большой ценитель хороших ковров.
При упоминании ковров Максим Артёмович едва заметно поморщился.
— Отец лично выбрал несколько самых роскошных, — закончил принц Тай Шахир. — И ещё мы привезли много товаров: ткани, краски, специи и даже особое вино.
— Насчёт склада, — вспомнил я.
— Сергей Павлович уже обрадовал, — кивнул Максим Артёмович. — Это хорошо, что вы заранее всё подготовили. Некоторые товары лучше в сырости не держать.
Принц Тай Шахир жестом что-то показал одному из своих помощников, и тот умчался к спуску на нижние палубы.
— И ещё мой отец приглашает владыку посетить его дворец, — сказал принц.
— Как только с делами разберусь, то обязательно. Мысль очень хорошая, мне нравится. Зои с собой возьму в путешествие, Иву и маму Ночь.
Принц улыбнулся, коротко кивнул. А из трюма уже выносили толстенный рулон, скорее всего, ковра. Метров семь в длину, а судя по толщине, в ширину он был не меньше.
— Подарок правителя Силмара владыке, — сказал принц. — Анжиский ковёр, с самым толстым и плотным ворсом. На его изготовление ушло пять лет.
У Максима Артёмовича даже правый глаз немного задёргался. Он потёр его пальцами.
— И ещё два ковра поменьше, — добавил принц.
— Вот это шикарный подарок, — обрадовался я, даже пошёл навстречу мужчинам в восточных халатах, нёсших ковёр. И несли они его с большим трудом.
Отвернув край, заулыбался, представляя лицо Соун И. Я таких толстых и мягких ковров и не видел никогда. В четыре раза сложить придётся, чтобы в её комнату поместился. С потолка можно падать, больно не будет. Разгрузка товаров при этом продолжалась. Две телеги с причала укатили в сторону складов, в то время как оттуда приехала ещё пара таких же.
Принц довольно улыбался, видя мою радость.
— Отличный подарок, — подтвердил я, возвращаясь к ним. — И настроение сразу поднялось. Кстати, Максим Артёмович, я вижу, что людей в порту много собралось. С охраной складов справитесь? Могу паука демонического в помощь дать.
— Паука? — не понял принц.
— Не нужно, — он качнул головой, скорее всего, вспомнив маму Ночь. — Справимся своими силами. Людей свободных много.
— Можно тогда Вас на пару слов, — я показал в сторону мостика, возвышающегося над палубой.
Сверху за разгрузкой следить было даже удобнее. И ещё стало лучше видно, сколько народу собралось на причале. Среди них мелькали богато одетые торговцы. Был там и наследник герцога, разговаривающий с кем-то, показывая в нашу сторону рукой.
— Максим Артёмович, могу я попросить Вас заняться торговлей и всем, что с этим связано? Мне ближайшее время будет не до этого. Зато всё золото, что заработаете, можете смело тратить на собственные нужды. К тому же монетный двор со дня на день обменяет ещё, чтобы дома и склады купить в портовом районе.
— Хорошо, — он кивнул. — Твоя идея с артефактами сработала? Много заработал?
— Нет, я её пока отложил. Но золото можете не экономить. И если понадобятся любые разрешительные документы, обращайтесь. Как думаете, нужно принца во дворец отвезти и королеве представить? Он ведь с официальным визитом прибыл?
— Ты всё верно понял. С ним целая делегация приехала, везут подарков на треть трюма.
— А как поездка в целом?
— Не знаю, где ты этого мастера Карниса нашёл, но это очень помогло. Оказывается, он лично правителя Силмара знает и на языке их легко говорит. О путешествии долго рассказывать. Надо сначала с портовыми разобраться. Начальник порта не знает, брать с нас пошлину за ввоз товара или не брать. Отправил одного помощника к мэру, второго во дворец.
— Я в этом тоже ничего не понимаю, — признался я. — Давайте сделаем так, я сейчас принца во дворец сопровожу, узнаю всё у короля, затем на монетный двор за золотом заеду и вернусь сюда. Да, надо, чтобы корабль никуда из порта не уходил. Неважно, кто придёт, говорите, что горючее закончилось и дозаправка нужна.
— Договорились.
Поехать во дворец принц Тай Шахир согласился сразу, но потребовалось время, чтобы найти ещё две повозки для его людей и подарков, которые он привёз. Помимо подарков принца, я стал владельцем ещё семи ковров, которые обошлись мне в целый сундук золота. Максим Артёмович поэтому и страдал нервным тиком, узнав их цену. На ту же сумму они смогли загрузить часть трюма дорогими тканями и разными товарами, за которые здесь можно было выручить двойную цену. А ковры, как он говорил, продать было просто нереально, так как не нашлось бы ни одного идиота, согласного заплатить за каждый по несколько тысяч золотых монет. Но я их продавать и не собирался. Пару подарю госпоже Мин, как проснётся, пару уложу в доме, да и с остальными придумаю, что делать. К слову, принц королевской семье тоже дарил ковёр, но не такой большой, как мне, а гораздо скромнее.
Пришлось заезжать домой, чтобы выгрузить свои подарки, зато во дворец мы ехали целой процессией. Уже у дворцовых кварталов к нам присоединилась королевская стража, а у самого дворца встречала госпожа Асгейл. Одета она только была в мужской костюм, словно на войну собралась или это было нужно для конной прогулки, я не совсем понял. Появление принца её не сильно удивило. Она сразу взяла в оборот его и всё посольство, состоящее из дюжины важных мужчин.
— Василий, — она перехватила меня под руку, пока дворцовые служащие суетились рядом с каретами и гостями. — За тобой Её Величество посылало ещё утром. Она тебя очень ждёт.
— Хорошо, — кивнул я. — А Вы…
— Иди, я здесь со всем разберусь.
Не знаю, как Зои узнавала о моём появлении, но, как всегда, встретила у лестницы на третьем этаже. Выглядела она взволнованной, что не помешало ей поцеловать меня в щёку.
— Что случилось? — спросил я, беря её за руку.
— Путник пришёл, — она показала на часть коридора, в противоположной стороне от королевских покоев. — Это люди, что путешествуют между мирами. С ними обычно папа встречается, чтобы узнать, что вокруг происходит, нет ли где большой войны, разломов и всего прочего.
— И в чём проблема?
— Это человек из мира сект, — сказала Зои. — И он почти так же силён, как Зеос. Говорит, что тоже глава секты, только Железной. Он меня узнал. Видел, как мы на турнире выступали. Спрашивал о госпоже Мин и секте Созвездий.
— Неожиданно, — удивился я и прищурился недоверчиво. — А чего в этот мир пришёл? Это же чертовски далеко от них.
— Пойдём, — она потянула меня по коридору к большой столовой.
Гостя я застал в компании короля и королевы за накрытым столом. Он себя не стеснял, вкусно обедая, запивая всё вином. Не помню, чтобы встречался с ним в мире великих сект, но в том, что он мог быть главой одной из них, сомнений никаких. В нём ощущалась огромная сила и связь с завесой, почти как у Зеоса. Он как раз что-то рассказывал, жестикулируя куриной ножкой.
— Добрый день, — поздоровался я, заходя в столовую в компании Зои.
— Ещё один талантливый ученик секты Созвездий, — улыбнулся мужчина. — Удивительно для парня такого возраста. Живёте в маленьком мире, а смогли унизить наших сильнейших учеников из нового поколения.
— Это Грез, — сказала королева Амалия. — Глава Железной секты.
— Всё так, — он кивнул, бросил ножку на тарелку.
— Железная секта идёт в этот мир следом за Вами? — спросил я, проходя к столу. — Вам удалось сбежать?
— Удалось, — он поморщился. — Но так далеко мы бы не забрались.
— Почему Вы тогда здесь, а не с сектой? — спросил я.
— Всё сложно, парень, — сказал он, став серьёзней. — Очень сложно. Граница с пустотой Ильсиды прорвана, и оттуда вышло столько демонов, что все ближайшие миры уже сожраны. Мы думали, что ушли далеко, но нас догнали.
— Плохо, — я сел, нахмурился.
— Плохо, но не всё. Они секту Созвездий ищут. Наверное, хотят узнать, как старуха Мин умудрилась источник стащить. Не успокоятся, пока не найдут его. И вам очень не повезло, ребята, что старуха Мин решила его сюда притащить.
Я не совсем понял, что он говорил, посмотрел удивлённо.
— А там такие колоссы, что целые миры могут разрывать на части. Один — огромный слизень, ядовитый настолько, что на тысячу шагов не подойти. Он просто неубиваемый. И ещё…
— Так ведь тысячи миров, — произнёс я, глядя на него. — Бездна пространства. Они сюда просто не доползут. Энергии не хватит, чтобы разломы открывать для всей армии. И заблудиться легко.
— Я же говорю, что армии не нужно. Достаточно одного колосса, чтобы целый мир разрушить. Ему тоже будет нелегко сюда прийти, но это вполне возможно. Поэтому вам бы по-хорошему искать большой и стабильный разлом и бежать отсюда…
— Ты их привёл сюда? — я с шумом встал, вроде даже стул опрокинул, но не обратил внимания на это. — Если они твою секту нашли…
— Они держат моих людей в заложниках, — кивнул он, развёл руками. — Выбора нет…
— Ты их привёл сюда… — повторил я, чувствуя, как захлёстывают эмоции. У меня даже шея ниже затылка заболела от ударившей в голову крови, а в глазах потемнело.
Я крепче вцепился в столешницу, пошатнувшись.
— Убью, — произнёс я на языке дами. — Собственными руками сердце вырву. А голову на пику насажу и над воротами выставлю.
Помещение очень быстро наполнялось магией. Королева Амалия успела схватить Зои за руку и прикрыть короля, опрокинув стол. Но ни голосов, ни звука бьющейся посуды слышно не было. Сила голоса дами забрала из окружающего пространства все звуки.
Признаюсь, в этот момент я не очень хорошо соображал, поэтому бросился вперёд, собираясь вцепиться в шею этому типу. Грез, в свою очередь, прыгнул назад, планируя выйти прямо в окно. Ему помешал стул, а мне широкий стол, заставленный тарелками. Но я до него добрался первым, вцепившись в ворот жёсткой куртки как раз в тот момент, когда он выпрыгнул в окно, спиной вперёд. А ведь это третий этаж дворца, метров двадцать пять до площади, укрытой крупным булыжником. И меня сейчас это нисколько не страшило. Перехватив его за голову, большими пальцами, я попытался впиться ему в глаза, но земля достала нас быстрее.
Падение выбило воздух из лёгких, на секунду дезориентировав, и в следующее мгновение меня отшвырнуло в сторону. Пролетев метров десять, я с силой приложился спиной о фасадную часть дворца. Ещё подумал, что повезло не в окно влететь, это дало бы Грезу чуть больше времени оклематься. Стоило вскочить на ноги, и меня повело в сторону, а перед глазами поплыло. Внутри же всё кипело, в том числе и от злости. Стало очень жарко, а вместе с тем боль в спине отступила куда-то на второй план.
Грез попытался взлететь, оттолкнувшись от земли и подпрыгнув метров на десять. Там я его достал, схватив за ногу символом, что был на порядок сильнее парящих облаков. Особый телекинез, которым я когда-то поднял тяжеленную колонну. Символ был неудобен в обращении, поэтому удивительно, что у меня получилось схватить маленькую фигуру человека. Короткий рывок, и глава Железной секты снова падает на булыжную площадь, но уже гораздо сильнее, чем в первый раз. Строили в Первом царстве на совесть, булыжники выдержали, в отличие от стёкол на фасадной части дворца. Ударная волна оказалась такой силы, что меня едва не опрокинуло. А я ещё и добавил сверху, обрушив на место падения воздушный таран, собранный при помощи того же символа. Не помогло. Грез довольно быстро поднялся, рассерженный, излучающий огромный поток магии, отчего стал виден защитный купол вокруг него.
— Всё равно убью! — процедил я, зашагав к нему.
Защитный купол главы секты начал деформироваться, но разорвать его у меня не получилось. Грез даже удивился немного. Хотел что-то сделать, но в этот момент сбоку от него сверкнула серебряная полоска металла. Он вовремя повернул голову, чтобы посмотреть на летающий кинжал, замерший буквально в полуметре от его головы. Кинжал подрагивал, борясь с сопротивлением, но пробиться ближе не мог. Но и Грез не мог отбросить его в сторону, лишь остановить усилием воли. А меня порадовало, что у него на половину лица наливался кровоподтёк. Видать, хорошо я его о землю приложил.
Мне нужно было немного отвлечь его, заставить потерять бдительность и концентрацию, чтобы отрезать от завесы. Как и Зеос, он использовал силу, приходящую с той стороны. Но в отличие от главы Небесной секты, он был слабее. Страшные они люди, вечно живущие и ищущие только силы. Догадываюсь, почему их секту называют Железной. Для человека Грез был слишком крепок телом. Другой бы уже развалился на части от пары падений на каменную площадь, а этот отделался синяками.
Разделяющий нас десяток метров я преодолел за пару секунд, врезаясь в него, намереваясь свалить на землю. Нужно было пройти барьер, который мешал воздействовать на него со стороны. И очень скоро стало ясно, что я оказался прав. Добравшись до Греза, получилось использовать один из великих символов, зацепив его руку, ломая кости сразу в нескольких местах. Но и он оказался не так уж и прост, успев ударить меня ногой, отправляя в очередной полёт, только уже через всю площадь, в сторону домов, стоящих напротив дворца.
⠀⠀
Грез, глава Железной секты
Грез даже представить не мог, где старуха Мин смогла найти это чудовище в теле юноши, на вид которому было лет восемнадцать. Он много раз сталкивался с могущественными демонами уровня бедствия, но они не казались такими жуткими. Этот ученик спокойно управлял десятком магических потоков такой силы, что будь на его месте любой другой, его давно бы разорвало на части. Взять хотя бы необычную силу, впившуюся в его защитный купол как руки гиганта. Они пытались разорвать защиту, сминая её, не давая ни одного мгновения на передышку. А ещё не покидало чувство, что стоит лишь на мгновение отвлечься, как что-то острое разрежет тебя на мелкие кусочки.
В арсенале главы Железной секты было несколько умений, способных обездвижить любого демона, вплоть до гиганта, но на этого парня ни одно из них не действовало. Да и физически он не уступал старшим ученикам, изучавшим умения железного тела. И то, что с ним нужно было разобраться как можно быстрее, стало понятно, когда он сумел раздробить главе секты руку. Пробился через барьер и использовал какое-то неприятное умение.
Ударом ноги глава секты сумел отправить парня в полёт к домам. К сожалению, тяжёлый удар не стал смертельным. Грезу показалось, что он пнул мраморную статую, отчего нога отозвалась резкой болью. Решив не ждать, пока к бою подключатся женщины, находившиеся во дворце, он бросился к дому, в окно которого удачно залетел ученик Созвездий. Следовало с самого начала использовать всю доступную силу и не экономить, недооценивая противника. Об этом Грез подумал сквозь боль от сломанной в нескольких местах руки. Судя по намокающему рукаву, какая-то кость проткнула кожу, выходя наружу. И это было очень больно.
Влетев в окно дома, Грез ударом ноги отбросил обломки разломанного стола, чтобы не мешались. Ученик Созвездий удачно застрял в буфете, присыпанный осколками стекла и посуды. При этом на нём не было ни одного синяка и ссадины, что злило ещё больше. У Греза до сих пор всё плыло перед глазами после двух ударов о землю. В этот раз сдерживаться он не стал, собираясь закончить всё одним ударом. Подскочив к буфету, широко замахнулся здоровой рукой, но удара не получилось. Кто-то схватил за запястье стальной хваткой, отчего Грез едва плечо не вывихнул. Он резко развернулся, используя всплеск силы. Магический удар должен был взорвать изнутри большой каменный дом, превратив в мелкое крошево, но ничего не произошло. Магия буквально потонула в чём-то вязком, а на плечи главы секты упал такой груз, что стало тяжело дышать.
Позади Греза, держа его за руку и сломав запястье стальной хваткой, стояла девочка лет двенадцати. Красивое лицо жителей западных равнин мира великих сект, чёрные волосы, алые губки. Но никогда прежде Грезу не было так страшно. Глаза девочки были полностью чёрными, и глядя в них, глава Железной секты видел бездну. Но это было далеко не всё. Что-то острое резануло в груди главы секты, отрезая его от источника силы. Это было неожиданно, отчего ужас захлестнул его ещё сильнее. В это же мгновение острый серебряный нож вошёл в висок главы секты, оборвав его жизнь.
⠀⠀
«Как ты?» — сквозь гул в голове пробился голос мамы Ночь.
— Терпимо, — ответил я, выбираясь из обломков буфета и звеня разбитой посудой. — Спасибо, что так вовремя появились.
«У тебя почти получилось его победить, — похвалила она, подхватив меня под локоть, чтобы не упал. — Ты молодец. Немного не хватило понимания магии. Но я горжусь тобой. Нерул тоже похвалит, когда узнает».
— Немного вышел из себя, — сказал я, пытаясь оценить, что успел поломать за короткий бой с одним из бессмертных.
Спина немного болела, рёбра слева, и почему-то правое колено плохо сгибалось. В остальном же отделался лёгкими ушибами. Даже в голове звенит не сильно, что странно, учитывая полёт через всю дворцовую площадь. Мне повезло влететь в окно богатого дома, а не разбиться о его стену. По-моему, плотные шторы смягчили удар больше, чем вся остальная мебель, включая буфет, полный посуды.
Мама Ночь улыбнулась, крепче беря меня под руку. Поверженный Грез не вызывал у неё никакого интереса. Она даже не наклонилась, чтобы проверить, что он хранил за пазухой. Вместе с ней мы вышли через дверь, немного разминувшись с перепуганной хозяйкой дома. Точнее, она пряталась на втором этаже у лестницы, ожидая, пока незваные гости удалятся или пока не появится стража. А вот на улице меня уже ждала Зои.
— Ты… сумасшедший мужчина, — сказала Зои, осторожно беря меня под вторую руку. — Ты знаешь об этом?
— Догадываюсь, — охнул я. — Коленка болит. Ударился, наверное, при падении.
— Как вы вообще не разбились? — она бросила взгляд на выбитые окна третьего этажа.
Так мы доковыляли до парадной лестницы. Только сейчас во дворе появилась госпожа Асгейл, руководившая стражей. От них требовалось лишь оцепить площадь и успокаивать горожан, чтобы не возникла паника. Мы с Грезом даже порушить ничего не успели. Выбитые окна во дворце не в счёт.
— Нет, так далеко мы не уйдём, — сказала Зои. И вид такой, словно хочет меня на руки взять и понести. А что, сил ей вполне хватит. Смущало её только то, как на это будут смотреть окружающие слуги.
— Мама Ночь, Вы очень вовремя подоспели, — сказал я, усаживаясь на мраморную ступеньку и вытягивая больную ногу.
— Мы с мамой хотели вмешаться, — сказала Зои, — но заметили её приближение.
— Хорошо, что это был не огромный паук, — сказала королева Амалия, подходя к нам. — Успокоить горожан было бы сложнее.
Мама Ночь на это лишь развела руками, говоря, что в каменном городе, где дома стоят так близко друг к другу, в обличии паука было бы не развернуться.
— Чтобы никого не пугать, можете сказать, что это я так наглого претендента на руку Зои зашиб, — пошутил я и улыбнулся. — Может, завтра будет проще. А то мне сегодня наследник герцога Арденна угрожал. Требовал отступиться от Зои.
— Я ему сама ноги переломаю, — проворчала Зои.
— А что, — согласилась со мной королева, — хорошая мысль. Василий, мне кажется, или ты ногу сломал?
Мне до сих пор сложно понять, когда она шутит, а когда говорит на полном серьёзе.
— Ушиб, скорее всего.
— Остальное цело? — уточнила она. — Крепок ты телом, Василий. Что же, пойдём, окажем тебе помощь.
Королева наклонилась, легко поднимая меня на руки, игнорируя «Мама!» со стороны Зои.
— Госпожа Ночь, Вы с нами? — спросила королева Амалия. — Хорошо.
Для оказания первой помощи меня отнесли в одну из просторных гостиных в западном крыле дворца. Я всю дорогу ворчал, что вполне смог бы доковылять туда самостоятельно. Зато впервые увидел придворного лекаря, немолодого мужчину очень доброй наружности. Ощупав и осмотрев все травмы, он констатировал лишь ушиб колена и рёбер. Посоветовал тугую повязку и тут же её наложил, попутно намазав оставшиеся ушибы целебной мазью.
Я постепенно отходил от драки, борясь с усталостью. А вот злость никуда не собиралась уходить. Как подумаю, что над городом может открыться разлом, откуда прорывается огромный демон, размером с дворец, снова внутри всё закипает.
Едва лекарь ушёл, в гостиную заглянула Зои в компании мамы Ночь.
— В порядке? — спросила она, подходя ближе. — Выглядишь неплохо, и доктор говорит, что ничего страшного не увидел.
— Всё отлично, — я махнул рукой, не имея никакого желания жаловаться. — Я во дворец с принцем заморским приехал. Он подарки привёз и наверняка насчёт торговли хотел договориться с Первым царством.
— Папа с ним уже беседует, — сказала она. — Он обо всём договорится, не переживай.
Следом в комнату вошла королева Амалия, сменившая платье на менее нарядное, но более удобное.
— О чём глава секты говорил? — спросил я, устраиваясь в кресле и вытягивая ногу, чтобы коленка меньше болела. — Про́клятые демоны уже знают дорогу в этот мир?
— Когда появился разлом в городе, я почувствовала двух сильных одарённых, — сказала королева. — А затем вспыхнул второй разлом, и один из них ушёл обратно. Так что да, скорее всего, дорогу они уже знают.
Я тихо выругался.
— Мама Ночь, а догнать второго можно? — опомнился я.
Она покачала головой, говоря, что на подобное способна только госпожа Мин. И если второй достаточно прыток, то мог уйти уже очень далеко.
— Не было печали, — хмуро произнёс я.
— Как скоро они могут быть здесь? — спросила королева, садясь на свободный стул.
— Расстояния огромны, — я посмотрел на маму Ночь. — Даже великому демону почти неподвластные. Если только он не обладает особым талантом к перемещениям между мирами. Армию они будут тащить пару сотен лет, но какой-нибудь сильный демон, если будет знать дорогу, сможет дойти. Как быстро здесь оказался Зеос? С момента нападения про́клятых демонов прошло дней пятнадцать? Как долго мы пробыли в горах Ракку и сколько шли сюда?
— Будем исходить из того, что прийти кто-то сможет дней через двадцать, — сказала королева.
— Если это будет всего один демон, мы с ним справимся, — серьёзно сказал я. — Но даже если придёт пара, у меня есть неплохой план. Все, кто сюда сунутся, сильно об этом пожалеют.
Мама Ночь согласно кивнула.
— Светлоликие как-то демонстрировали способ превратить целый мир в ловушку, — вспомнил я. — Чуть нас с Зои там не запечатали. Хорошо бы этот способ применить на идущих сюда демонах. Подкараулить и запереть в каком-нибудь пустом мире. Или выбросить в разрушенное пространство.
— Глава секты говорил, что они ищут источник, — начала королева, но мама Ночь её остановила жестом, пытаясь сказать что-то.
— Говорит, что источник вряд ли стоит подобных затрат, — перевёл я. — Проклятых колоссов было четыре, одного они убили. Источников в мире сект для них больше, чем достаточно. Они ищут что-то другое. Хотя… тот летающий колосс, которого мы с Зои видели, став таким огромным, он частично потерял разум. Возможно, что и остальные такие же, и ими до сих пор движет голод. А что с тем летающим? Это его Вы убили?
«Убили и забрали ядро, — мама Ночь кивнула. — Пока не знаем, что с ним делать. Хотя в нём скапливалась только чистая энергия, отдавать его источнику мы не решились».
— Значит, нам остаётся только ждать, — подытожила королева. — И готовиться встретить незваных гостей. Если это не будет бесчисленная армия безумных демонов, то я уверена, эту беду мы переживём. Вы пока отдыхайте, а я пойду поговорю с принцем из Силмара.
В компании Зои во дворце я провёл весь день. И это несмотря на то, что дворец готовился к завтрашнему балу. После обеда на пару часов королева забрала её для примерки платья, а мне компанию составил король, выглядевший необычно довольным, учитывая ситуацию.
— Не вижу повода переживать, — ответил он на мой вопрос. — Готовиться — да, а вот изводить себя — глупо.
Мы с ним удобно устроились в одной из малых гостиных. Просторные помещения он не любил, говоря, что чувствует себя в них неуютно, поэтому для бесед и даже для решения важных дел всегда предпочитал небольшие комнаты или удобные кабинеты. И вообще, короля огромной империи я представлял себе несколько иначе.
— Сейчас меня больше занимает торговля с Силмаром, — сказал он. — Кстати, ты уже сделал большое дело. А когда твой летающий корабль наладит постоянное сообщение с королевствами по ту сторону Тёплого моря, станет ещё лучше. Два дня пути в одну сторону — о таком можно было только мечтать.
— Насчёт товаров, — вспомнил я насущные проблемы. — Нам пошлину платить нужно? И ещё мне бы бумагу разрешительную для ведения торговли.
— Бумагу подготовят завтра к вечеру, уже распорядился. А вот пошлину за ввоз товаров заплатить придётся. Она не обременительна, но это существенный источник дохода королевства. Будь у нас десяток летающих кораблей, я бы ещё подумал.
— Заплатим, это не проблема, — сказал я. — К кому с этим вопросом обратиться?
— К мэру. Это в компетенции его ведомства. Как товар разгрузите и посчитаете, так и приглашай его человека. Он всё перепроверит и укажет, сколько нужно заплатить. Моя семья занимается торговлей десяток поколений. И я бы тоже этим занимался, если бы не Лиа. По опыту скажу, что можно всё продать оптом местным гильдиям. Потеряешь не так много прибыли, но быстро освободишь склад для новой партии товара.
О торговле король говорил с больши́м удовольствием, как мне показалось. Предлагал наведаться в торговую гильдию, чтобы сразу решить часть проблем. И предупреждал, чтобы я не робел, когда с ними говорил, и не забывал торговаться и отстаивать собственные интересы.
Домой я вернулся поздно, ближе к закату. И только благодаря Зои моё настроение немного улучшилось. Да и родители её тоже внесли свой вклад. Одна только Присцилла ходила с хмурым выражением лица, пугая слуг и посетителей дворца одним своим видом. Она появилась всего пару раз, чтобы сообщить, что главу Железной секты доставили для вскрытия какому-то их дальнему родственнику. Его хорошенько обыскали, но не нашли ничего интересного, кроме небольшого запаса золота. Судя по одежде, в пути он провёл не меньше десяти дней. Меня же больше интересовало, кто тот второй, что был вместе с ним. Ещё один глава секты, чьих людей демоны взяли в заложники? Вряд ли это были старики из Большой реки. Они бы весь путь из мира сект преодолели за половину дня, а может, ещё быстрее. Вроде бы госпожа Мин упоминала, что они владеют какой-то особой магией, позаимствованной у светлоликих.
К вечеру я хромал немного меньше, но коленка по-прежнему плохо сгибалась, а ещё рёбра болели. Мирейн встретила меня прямо у кареты, помогла спуститься. Вместе с мамой Ночь проводили до двери, держа под руки, словно боялись, что я сбегу.
— Василий, ты не мог бы научить своего помощника понимать человеческую речь? — спросила Мирейн, когда мы вошли в дом. — Я о том, который помогает мастеру Кве.
— Обязательно, если попадётся под руку.
— Они сегодня полдня бегали по подвалу, шумели и кричали. Были бы дети, поняла бы.
Я посмотрел на маму Ночь, на что она ответила странным взглядом, как бы говоря, что это исключительно моя проблема. Вынула из сумки на длинном ремешке серый бесформенный камень, вручила мне.
— И что это? Ядро крылатого демона?
Мама Ночь сказала, что они много таких добыли, когда на них армия летающих демонов обрушилась. Пауки постарались, разделали самых больших из них, собирая полезные и дорогие ингредиенты. Часть они планировали сами использовать, а часть выменять у людей на что-нибудь нужное и редкое. Сказала, что это ядро понравится маленькому демону, поселившемуся в подвале моего дома.
Под строгим взглядом Мирейн пришлось спускаться в подвал. Мастер Кве вечером не работал, развалившись на тонком матрасе в ближнем углу от лестницы. По-моему, он дрых, накрыв голову одеялом, чтобы свет от лампы не мешал. Вокруг него были разбросаны самые разные драгоценные украшения, по большей части браслеты и подвески, собранные из толстых цепочек, колец и перстней.
Маленький чёрный демон тоже спал, но в другом конце подвала. Устроился в своеобразном гнезде и засыпал себя золотыми монетами так, что на поверхности торчала только часть стопы. Вот вокруг него был идеальный порядок. Пол аккуратно устлан мелкими монетами, изделия из золота сложены в углу, а драгоценные камни собраны в большую чашу, стоявшую рядом с лампой. Будить эту парочку не стал. Нашёл золотой кубок, достаточно вместительный для ядра летающего демона, и поставил его рядом с холмиком, под которым спал рогатый.
Из странного можно отметить, что в подвале было как-то необычно тихо. Это место словно отрезали от остального мира, поэтому клонило в сон. А едва я вышел и закрыл за собой дверь, так сразу вернулись звуки с улицы, голоса людей и запахи еды с кухни. Даже мысль появилась забрать из спальни матрас и тоже пойти спать в подвал, чтобы никто не беспокоил.
Пока я был занят во дворце, Мирейн распорядилась положить ковёр в маленькой комнате, которую присмотрела Соун И. Это было тайное помещение или хранилище для чего-то важного, так как попасть туда можно было только из рабочего кабинета. Потайная дверь без ручки, чтобы спрятать её за шкафом. Скорее всего, здесь хранили сбережения и сокровища предыдущие хозяева дома. Из-за того, что тайная комната была всего метра полтора в ширину и около четырёх в длину, один из ковров с самым толстым ворсом пришлось резать. Кто-то из людей дворца Ракку владел нужным мастерством. Он говорил, что ковры нежелательно укладывать в несколько слоёв, особенно если они такие толстые.
— Ковёр следовало бы подстричь, — говорила Мирейн, когда я осматривал комнату. — Иначе ухаживать за ним будет сложно. Мастер Кила обещал обработать и закрыть срез в ближайшие пару дней, как только закупит нужный материал.
— Соун И говорит, что ковёр нужен с толстым ворсом, — сказал я, ступая на ковёр босыми ногами. — Чтобы не больно падать.
— Можно подушки расстелить, — предложила Мирейн. — И ворс, даже толстый, от падений не слишком спасёт. Или под него положить что-нибудь мягкое…
На призыв Соун И сегодня откликнулась легко, появившись в тесной комнатке секунд через десять. При этом материализовалась, зависнув в метре над полом. Удивлённо посмотрела на меня, не понимая, почему не падает. И только когда начала медленно опускаться, увидела ковёр на полу и расплылась в улыбке.
— Подушки нужны будут? — спросил я у неё. — Не тесно здесь?
— Нет, в самый раз, — она провела ладонью по ковру. — Подушки нужны, вон в тот угол. А светлячка я сама принесу.
— Остальной ковёр отдам, когда его починят, — сказал я, видя, как сильно этот ей понравился. — И ещё пара есть, для вашей деревни. Только чистить его будет непросто, поэтому с грязной обувью аккуратнее.
Она посмотрела на меня так, словно даю лишние или неуместные советы.
— Конечно, я умею за ними ухаживать, — важно сказала она.
Подпрыгнула, согнув ноги в коленках, и медленно, словно невесомая, опустилась на пол. Заулыбалась довольно.
— Надеюсь, что ты не из числа демонической моли, — тихо произнёс я.
— Что? — она посмотрела вопросительно.
— Говорю, что ещё пару ковров можешь забрать. Подушки достану. Тебе какие больше нравятся, с мягкой шерстью внутри?
Соун И пару раз кивнула, посмотрела недоверчиво.
— Тётя твоя просыпаться не думает?
— Она же только уснула, — даже удивилась Соун И такому вопросу. — Да, твои сокровища из того подземелья я уже перенесла. Ничего не потеряла. Ты сейчас куда-то хотел попасть?
— Нет. Спать пойду, а то устал. Мирейн тебе поможет с коврами.
Оставив их в рабочем кабинете, я отправился спать. Утомился сегодня так, что провалился в сон, едва добрался до кровати. И снилась мне Соун И, порхающая над цветочным ковром, а за ней с сачком бегал чёрный рогатый демон на пару с мастером Кве.
Утро праздничного дня началось с примерки наряда для бала и подгонки его по размеру. Занятие вроде простое, но не быстрое, немного медитативное. Или же девушки из дворца Ракку специально так делали, чтобы я до обеда никуда не сбежал. Но я никуда и не рвался, удобно устроившись в гостиной на кушетке, пил чай и размышлял о приближающейся проблеме. К полудню приехал Максим Артёмович, привёз золото с монетного двора. Два больших сундука ровненьких монет новой чеканки. Я попросил один оставить, а второй отдал им для решения насущных проблем. Людям нужна была наличность, чтобы начать торговлю, уплатить пошлину и портовые сборы. Одна только стоянка корабля у причалов обходилась в копеечку. Золото испарялось настолько быстро, что я начинал сомневаться в прибыльности содержания летающего корабля.
Попутно Максим Артёмович рассказал о слухах, связанных со взрывами рядом с дворцом. Сейчас об этом говорили много, особенно в преддверии бала и приезда в столицу элиты со всего королевства.
— Слухов разных много, — ответил на мой вопрос Максим Артёмович. — Но некоторые нам только на руку. К примеру, в портовом районе кого ни спроси, буквально все знают, чем сегодня закончится бал в честь совершеннолетия принцессы. Видят, как ты с ней в обнимку по городу ходишь, и делают выводы. Хозяин порта пока осторожничает и на конфронтацию идти не спешит, хотя на него кто-то давит, это ясно как день. Ещё ходит слух, что у тебя в подвале дома настоящий демон живёт. Что ты по ночам глупых горожан ловишь и ему скармливаешь.
— Если они о мастере Кве, то он в последнее время только рыбу ест. Иногда кур с кухни ворует. Интересно, как они о нём узнали, вроде на улицу не выходит? А про бал и принцессу что-нибудь говорят?
— Простой люд её любит, — сказал Максим Артёмович и улыбнулся. — В отличие от неизвестно откуда взявшегося владыки тёмного мира. Нет, ничего страшного про неё не рассказывают, даже шёпотом, напившись в портовом кабаке. Как я уже сказал, болтают только о недостойных претендентах на её руку и сердце, которые сегодня вечером не смогут пройти испытание крови.
— С этим всё в порядке, — обнадёжил я его, видя переживания во взгляде.
Максим Артёмович посмотрел в сторону двери, уважительно склонил голову. Это Ива заглянула в гостиную, посмотрела на нас, жестом показала, что подождёт, не станет мешать.
— Вы сейчас к мэру загляните, по пути в порт, — напомнил я. — Король сказал, что мэр человека даст, который пошлину за товар посчитает. Надо на склад его проводить и всё показать. Вряд ли запросит много, но, если что, вы мне скажите — буду правителю жаловаться на произвол городских властей.
— Хорошо, — Максим Артёмович понятливо кивнул, улыбнулся на секунду, затем посерьёзнел, что-то вспомнив. — Ты как-то рассказывал, что светлоликие планировали наш мир разрушить…
— Планировали, — кивнул я, не совсем понимая, почему он об этом вспомнил. — На самом деле, без шуток. Здесь поблизости есть разрушенный мир, огромная пустота и плывущие в ней осколки. Жуткое место. Если хотите, я вам туда экскурсию устрою.
— Поверю на слово, что место нехорошее, — сказал он. — Ты как-то в мир с дырой ходил вместе с четвёртой группой, помнишь?
— Было такое, — кивнул я.
— Вячеслав Иванович Савельев, он помощником командира в отряде числится.
— Помню, серьёзный мужчина с военной выправкой.
— У него талант особый есть, опасность чувствовать. Он его довеском к своему дару получил, когда границу миров пересекал. Мы об этом светлоликим не говорили, во избежание проблем.
— Точно, — я вспомнил, как мы путешествовали по миру с дырой, и улыбнулся. — Он тогда ворчал, что мой путевой огонёк опасный, что магия нехорошая в нём скрыта. Хотя он направлен только на то, чтобы эту опасность искать. Или диких демонов неразумных. Хотите, покажу?
— Не сейчас, — Максим Артёмович посмотрел серьёзно. — Когда мы сегодня получали золото в отделении монетного двора, рядом с крепостью, Вячеслав уловил присутствие знакомой магии, принадлежащей светлоликим. Другими словами, где-то там прячется один из них. Либо же он там заточён, так как очень это похоже на темницу.
Не скажу, что я сильно удивился.
— Темницы у них немного другие, — мне вспомнилась камера для узников под дворцом. — Мирейн.
— Да, владыка? — она шагнула из-за моего стула, словно из воздуха материализовалась.
Я знал, что она где-то рядом, но не думал, что появится так эффектно. Максим Артёмович удивлённо посмотрел на неё, впечатлился.
— В крепости тюремные помещения есть? — спросил я.
— Таких нет, как и стражи внутри. Это просто гильдия, где работают с золотом.
— Ладно, придётся самому всё решать, — я задумался ненадолго. — Максим Артёмович, Вы езжайте по делам, а с этой проблемой я разберусь.
— Вячеслав был уверен в своих словах, но, возможно, принял желаемое за действительное. Возьмёшь его с собой?
— Нет, не нужно. Я сначала во дворец заеду. Мирейн, карету мне.
Сборы заняли минут пять. Самым тяжёлым было надеть сапог на больную ногу. Коленка всё ещё болела и из-за тугой повязки плохо сгибалась. Ещё пришлось немного подождать маму Ночь. Она сразу согласилась прокатиться к монетному двору и поискать соглядатая.
Ожидая маму Ночь на первом этаже у двери на улице, я запоздало вспомнил про Иву. В этот момент кто-то осторожно постучал пальцем по плечу сзади. Оглянувшись, увидел невысокого чёрного демона, вблизи выглядевшего даже забавно. Он мне почему-то стеснительного парнишку напоминал. Плохо, что возраст определить сложно, из-за некрасивого и даже немного пугающего лица. Но видал я демонов гораздо уродливее и страшнее. И всё-таки он определённо был чистокровным, словно вырос рядом с источником. Вблизи это ощущалось даже сильнее, чем издали.
— Что случилось? — спросил я.
Он протянул ко мне широкие ладони, держа в них что-то золотое с крупными тёмно-красными рубинами. Вроде бы подобное называется колье. Я поднял подарок. Необычно тёмные камни, крупные в центре и поменьше, в виде изящных цветочков, по бокам.
Вручив подарок, демон отступил на пару шагов, затем развернулся и метнулся к двери в подвал, ловко юркнув туда.
— Зовут тебя как? — запоздало спросил я и снова посмотрел на подарок. — Красивая штука.
Я подумал, что колье идеально бы подошло Зои. Надо только шкатулку подобрать или футляр.
⠀⠀
В праздничный день с самого утра проезд к дворцовой площади и прилегающим улицам перекрыли капитально. Приказом короля никому из приглашённых на бал нельзя было появляться рядом с дворцом раньше назначенного времени. А у меня даже приглашения не было, поэтому не знал, когда это время должно наступить. Надеюсь, что не в первой половине дня, так как первым делом я отправился решать насущную и окончательно доставшую меня проблему. А так как близко к дворцу нас не пустили, пришлось отправлять Сайми на поиски госпожи Асгейл, чтобы передать ей послание.
Пока мы пытались объехать дворцовую площадь, я смог поглазеть на праздничные мероприятия в городе. Сегодня людей на улицах толпилось столько, что проще и быстрее было пройтись пешком, но у меня всё ещё слишком болела нога для подобных прогулок. Горожане, обгоняющие нас, спешили посетить многочисленные ярмарки, открытые буквально на каждом свободном пятачке города. Мужчины и женщины шумели и толкались локтями перед уличными лотками, продающими сладости, лёгкие закуски, сувениры и разную мелочь. К примеру, самым ходовым сувениром были местные певчие птички, созвучные с именем принцессы Зои. Изготавливали их из серебра, стекла и фарфора, пекли пряники в форме птичек, обильно украшенных глазурью. А ещё время от времени на крупные ярмарки заглядывали посланники из дворца, раздающие всем желающим мелкие серебряные монеты с изображением той самой птички. По этой самой причине к любой большой площади в центре города вообще подъехать на карете было невозможно. Кто-то из подчинённых Айн Ханны достал для меня пару серебряных памятных монет и даже две золотые. Золото просто так не раздавали, а меняли. За две обычные монетки можно было получить одну памятную. Прибыльное дело, как оказалось, учитывая ажиотаж вокруг обитой железными полосами повозки монетного двора.
Пока я думал, можно ли достать монеты с бала в честь королевы Амалии и сколько они сейчас могут стоить, мы миновали несколько торговых площадок. Надеюсь, что Максим Артёмович тоже видел всё, что происходит вокруг, и не упустит возможность продать что-нибудь из привезённых товаров. Судя по ажиотажу, вряд ли ярмарки закроют завтра утром. Думаю, что праздник продлится как минимум неделю.
До монетного двора мы добирались больше часа, объехав дворцовый район по набережной. К нашему появлению у моста, ведущего в крепость Серебряного Молота, уже собрался большой отряд стражи во главе с госпожой Асгейл. Любят местные выделять разные подразделения или ведомства. Если рыцари Молота носили красные наряды, неплохо сочетающиеся с серебряными кирасами и плащами, то подчинённые Присциллы были одеты в светлые доспехи, словно для парада построились. К тому же, между рыцарями и особой королевской гвардией проскакивали искорки соперничества.
Успели мы как раз вовремя, чтобы застать небольшой скандал. Несколько железных повозок монетного двора, что развозили и меняли золотые монеты на ярмарках, сейчас стояли у моста. Внутрь их не пускали, отчего рядом с Присциллой едва не козликом скакал какой-то напыщенный и возмущённый тип.
— Завтра всё продадите, — отрезала госпожа Асгейл, не желая с ним спорить. — И не серди меня, Клам. Поверь на слово, что настроение у меня за последние несколько дней испортилось настолько, что я терплю тебя только по причине старой дружбы.
— Но ведь праздник, люди ждут подарков, — всплеснул он руками.
Видя, что госпожа Асгейл оставалась непреклонной, он вздохнул и направился к повозкам.
— Добрый день, — поздоровался я, подходя к ней.
— Не говори так, — она посмотрела хмуро. — Каждый раз, когда ты появляешься, день перестаёт быть добрым.
— Я не виноват, оно само так получается.
— Знаю, — смягчила она тон. — Знаю.
Из её уст это звучало почти как «прости, погорячилась». Интересно, кто успел её так завести с утра, что она едва не рычала на всех?
— Из твоего письма я почти ничего не поняла, — сказала она. — А королеву и принцессу сейчас лучше не беспокоить.
Я заметил, что среди её подчинённых почти не было молодёжи. Взрослые мужчины, кто-то даже с сединой в волосах, но при этом в них чувствовалась сила. В схватке между рыцарями Молота и её людьми я бы поставил на последних. Мы ненадолго отвлеклись, так как из кареты вышла мама Ночь. Неспешно прошла к нам, беря меня за руку.
— В котором? — уточнил я на языке мира великих сект. — Хорошо. Госпожа Асгейл, разрешите шепнуть Вам пару слов.
Она посмотрела вопросительно, подошла ближе, чтобы я смог наклониться к её уху.
— Помните, я говорил о соглядатае? Он пролил последнюю каплю моего терпения. Позовите своего подчинённого, того, что с седой треугольной бородкой. Как будто хотите ему отдать пару распоряжений, но после того, как выслушаете меня. И не спугните соглядатая, что сейчас смотрит на нас его глазами.
Госпожа Асгейл выпрямилась, бросила на меня почти испепеляющий взгляд. Не глядя на подчинённого, подозвала того коротким жестом.
— Говори, что за проблема и почему мы сюда примчались как на пожар? — спросила она у меня, скрестив руки на груди. Специфический жест. Она всегда так делала, когда действительно сердилась.
— Всё очень просто, — я показал взглядом на монетный двор, затем на здание, стоявшее на набережной. — Сегодня мои люди получали здесь золото. И один из них почувствовал магию, присущую светлоликим.
— Светлоликие? — она искренне удивилась.
— Они самые, ушастые отродья, — вздохнул я. — И прячется кто-то из них в крепости Серебряного молота.
— Это… маловероятно, — сказала госпожа Асгейл, бросив короткий взгляд в сторону моста.
— Можно проверить, тем более, что это довольно просто, — сказал я, сжав кулак. Когда разжал его, на ладони появился небольшой голубой светлячок. — Нужно вывести всех из крепости. Это особая магия, путевой светлячок. Её особенность в том, что он легко находит опасность, диких зверей, неразумных демонов и светлоликих. Он чувствует чужеродную магию и тянется к ней, как бы хорошо она ни была замаскирована. Даже если длинноухий может становиться невидимым, светлячок его раскроет. Подлетит, покружит рядом.
Я хищно улыбнулся, предвкушая славную охоту.
— Хорошо, будь здесь, — сказала она, затем показала помощнику с треугольной седой бородкой на вход в крепость. Тот всё сразу понял, взмахом руки привлекая внимание соратников. Показал троим, чтобы оставались перед мостом, а остальные поспешили следом за госпожой Асгейл.
— Подождём, — сказал я маме Ночь.
Она отпустила мою руку, говоря, что надо что-то подготовить, направилась обратно к повозке. Сайми помогла ей подняться в салон, открыв дверь и подав руку. Мой план мама Ночь одобрила, пообещав помочь, если светлоликий испугается и попытается сбежать в соседний мир через разлом.
Я думал, что рыцари Молота встретят госпожу Асгейл и её людей недружелюбно, но получилось наоборот. Вперёд вышел кто-то из высоких чинов, в надраенной до зеркального блеска серебряной кирасе, коротко поклонился. А дальше всё завертелось. Большая часть рыцарей поспешила следом за королевской гвардией внутрь крепости, а остальные начали организовывать оцепление на площадке рядом со зданием у реки. Первые работники монетного двора показались уже через минуту. Удивлённые мужчины в кожаных фартуках и смешных шапочках, заполошный счетовод в обнимку с громоздкими счётами, просто разнорабочие. Жиденьким потоком они начали покидать крепость. Процесс этот был медленным. Госпожа Асгейл встречала каждого выходившего, требовала снять головной убор и стянуть волосы на затылке, если необходимо. Женщин, к слову, на монетном дворе не было ни одной. Какой-то мужчина, раскрасневшийся от жара печи, сильно ругался, но быстро успокоился, получив воспитательный подзатыльник от начальника рыцарей.
— Каждому из них я заглядывала в глаза, — сказала Ханна, встав рядом со мной. — Все они люди. Многие живут непосредственно в крепости.
— А подземный ход там есть? Чтобы в случае опасности на другой берег реки выйти?
— Спрашивала, но никто из них не знает о таком. Даже главный. Вон он, седой старик. Хозяин Серебряного Молота и магистр рыцарского ордена по совместительству.
Из ворот крепости выходил щуплый седой старик в длинной серой мантии. Удивлённым он особо не выглядел, немного возмущался из-за печей, оставшихся без присмотра. Следом вышло ещё несколько счетоводов с толстыми золотыми цепями на шеях, печатями и книгами в руках. Как я понял, расставаться с записями им было строжайше запрещено. Но вещи никто не отбирал, будь то щипцы для металла или амбарные книги учёта. Последней из крепости выходила стража, сначала рыцари Молота, затем люди Присциллы.
— Людей в крепости больше нет, — сказала госпожа Асгейл, когда я пересёк мост и подошёл к ней.
Вблизи ворота крепости выглядели внушительно. Тараном такие сразу не возьмёшь, придётся повозиться. К тому же сверху в особой нише можно было увидеть толстую железную решётку, которая, в случае необходимости, намертво перекрывала проход в крепость. И пока я разглядывал ворота, к нам подошёл хозяин крепости и пара старших рыцарей.
— Много внутри помещений? — спросил я, вновь зажигая дорожный светлячок.
— Если тщательно осматривать их по очереди, то это займёт пару дней, — сухим старческим голосом сказал старик.
— Надо бы до бала успеть, — недовольно проворчал я.
Светлячок над ладонью задрожал, поднялся выше и сам поплыл к приоткрытой калитке в воротах. Пролетел всего метра два и взорвался снопом светлых искорок. Я только удивиться успел, а из калитки вышла высокая фигура в одежде счетовода. Золотая цепь на груди с массивной печатью, аккуратная и чистая одежда, нарукавники, лёгкая накидка. Капюшон сброшен на плечи, открывая вид на длинные волосы пшеничного цвета. Ушей не видно, но догадываюсь, что они слегка удлинённые и заострённые. Об этом догадался не только я, но и все остальные, дружно ощетинившись. Светлоликий, выглядевший как-то невзрачно на фоне своих собратьев, живущих в Илуне, угрожающей ауры не источал и магию вроде бы не использовал. Госпожа Асгейл попыталась прижать его, но её сила разбилась о невидимый купол. Я такую магию уже видел, спрятанную в артефакт. Было это в мире с дырой, когда один из светлоликих беседовал с мужчиной дами.
— Одни неудобства с вами, — вздохнул светлоликий, обведя нас взглядом. Говорил он на языке Первого царства вполне неплохо.
— Выползло, ушастое отродье, — прищурилась госпожа Асгейл.
Он же остановил свой взгляд на мне, проигнорировав оскорбление.
— Владыка тёмного мира, — произнёс он. — Чешутся руки избавиться от тебя, но там решили иначе. Договариваться хотят.
Он показал пальцем в небо, затем покривил губами, явно испытывая к нам те же чувства, что и окружающие к нему. В его левом кулаке что-то хрустнуло, и светлоликий просто исчез. Растворился в багровой вспышке. А вот всё, что было на него надето, упало на землю, включая золотую цепь. Госпожа Асгейл запоздало бросилась вперёд, а площадку перед воротами захлестнула магия, но было уже поздно.
— Эвакуировался, падла, — произнёс я. — Надо было сразу раздавить. Госпожа Асгейл, не нас раздавить, а его.
Она в сердцах пнула оставшуюся от него одежду, затем посмотрела на меня взглядом, как бы говоря, что предупреждала и такое могло произойти. И будь рядом мама Ночь, вряд ли бы у него получилось сбежать. Здесь я с ней был не согласен, так как эвакуационный механизм светлоликих работал исключительно хорошо, мог выдернуть обычного человека из любого мира, находящегося даже очень далеко. А для себя они средств никогда не жалели, поэтому использовали первоклассные кристаллы.
— И кто это был? — сдерживая гнев, спросила госпожа Асгейл у седого старика, хозяина крепости.
— Впервые его сегодня увидел, — он сохранял удивительное спокойствие, только брови немного сдвинул. В свою очередь, посмотрел на старшего рыцаря.
— Думаю, что он владеет магией, влияющей на разум людей, — вставил я. — Но работников крепости я бы расспросил, только без членовредительства. И келью его найти нужно и обыскать.
На мне скрестились взгляды, показывающие, что и без подсказок разберутся. Присцилла подошла ко мне, взяла под руку и отвела в сторону, чтобы другие не подслушивали. Но им было не до нас. Помощник госпожи Асгейл, тот самый, со смешной седой бородкой, уже ощупывал оставшиеся от длинноухого одежды, первым делом подняв золотую цепь с печатью.
— Твой светлячок, это ведь символ? — спросила Присцилла.
— Символ, — подтвердил я.
— Я смогу им пользоваться?
— Как бы Вам сказать, — я невинно улыбнулся. — Это был лёгкий блеф. Светлячок действительно ищет неразумных демонов и опасность, но насчёт светлоликих не скажу, надо экспериментировать. Зато я правильно расценил, что светлоликий и есть соглядатай и он обязательно испугается. Думал, что попробует сбежать в соседний мир через разлом и там его мама Ночь поймает. Обидно, что не получилось…
— Обидно ему, — она погрозила мне кулаком.
— Совсем забыл, что они умеют эвакуироваться вот так, через кристаллы у них дома. И ещё любопытно то, что он обещал вернуться. О чём они хотят со мной договариваться? Мне кажется, мы обо всём поговорили, когда я их храм в центре столицы взорвал.
— Мне тоже любопытно, — кивнула она и положила ладонь мне на плечо. — Хорошо, будем считать, что всё прошло удачно. От этих тварей ожидать можно чего угодно. А если ему пришлось в спешке бежать, трусливо поджав хвост, это уже неплохо. Её Величество, как всегда, оказалась права, говоря, что от тебя можно ждать не только неприятностей.
— Василий полезный, — улыбнулся я. — Одной проблемой меньше. И так нервы ни к чёрту, а он ещё подглядывает постоянно. Мне Максим Артёмович рассказал, что кто-то из его людей магию светлоликих почувствовал неподалёку. И во время разговора он на Мирейн смотрел, когда та в тени пряталась. Так что светлоликий уже знал, что мы его логово раскрыли, поэтому нужно было действовать быстро, а другой план я придумать не успел.
— Василий, с этого и надо было начинать, — укоризненно сказала госпожа Асгейл. — Значит, кто-то из твоих людей может их чувствовать на расстоянии?
— Только это секрет, — запоздало сказал я.
— Понятно, что секрет, — она кивнула. — Потом меня с ним познакомишь. Всё, езжай, здесь и без тебя разберутся. Увидимся вечером во дворце. Не опаздывай.
Она улыбнулась мне и направилась к воротам крепости, распространяя вокруг убийственную ауру. Надеюсь, что головы рыцарей не полетят с плеч. Люди, работающие в крепости, не сильно виноваты, если светлоликий и правда умеет на разум воздействовать. Удобное он место нашёл, чтобы спрятаться, с видом на королевский дворец. Закрытое учреждение, куда посторонних не пускают, и даже королева заглядывает, только когда обнаружит очередной факт казнокрадства. Идеальное логово для шпиона, умеющего подглядывать за кем угодно в городе. Об этом я первым делом спросил у Ханны, когда вернулся в карету.
— Может, они кого-то из ваших поймали и дар отняли, как это умеют? — спросил я.
— Это не дар, и его нельзя отнять, — ответила Ханна. — Не говори глупости. Демона какого-то нашли с этой особенностью и выпотрошили. Мне пару раз встречались такие. Один оказался настолько наглым, что лично пришёл во дворец Ракку и хотел в голову Малефа залезть. Другой мог видения насылать, заставляя людей верить в то, чего нет на самом деле. Третий владел странным даром убеждения. Внушал всем, кто слаб разумом, что он бог. Но чтобы видеть что-то глазами другого человека или демона — с такими я пока не сталкивалась. И ведь лично всё проверила внутри крепости. Каждому в глаза заглянула…
— Неприятная магия. Надо будет голову ему открутить при первом удобном случае.
— Домой вернёмся — проверишь светлячок на Иве, — сказала она тоном, не терпящем возражений. — Если он вернётся, мы об этом должны узнать.
Мама Ночь с ней была согласна. В том смысле, что хотела оторвать голову светлоликому, владеющему магией разума. Сказала, что такой существовать не должно.
Всё произошедшее у Серебряного Молота горожане не заметили, продолжая праздновать. К часу после полудня в городе от людей стало практически не протолкнуться. Приезжие, которых можно было легко узнать в толпе, скупили все комнаты на постоялых дворах. И местные на этом неплохо зарабатывали, сдавая собственное жильё. Пока оставалось время до бала, я хотел съездить в порт, посмотреть на наши доходные дома и склады, но проехать через город сегодня было просто невозможно. Интересно, добрался ли в порт Максим Артёмович и не стоял ли сейчас в пробке у моста?
Дома всё было ожидаемо тихо. Ива отдыхала в полюбившейся гостиной на втором этаже, делая какие-то пометки в записной книжке для оракулов. На столике перед ней уже лежала одна, перетянутая ленточкой. Как мне показалось, Ива собиралась запечатать вторую, внося последние правки. Мне снова достались взгляд и улыбка оптимиста, которому осталось жить пару дней. Вместо того, чтобы грустить по этому поводу, она старалась использовать это время по максимуму.
— Как прошло? — спросила она.
— Слушай, ты знала, что в Первом царстве есть ваш шпион?
— Они много где есть. В Хуме, к примеру, ещё в паре миров, которые Илуна тянет на привязи за собой. Я бы сюда никогда не попала, если бы Император Ин не следил за красным миром. Конечно, здесь есть наш шпион.
— А кто конкретно и где прячется? — я опустился в кресло и благодарно кивнул, когда Сайми подставила пуфик для больной ноги.
— Это большой-пребольшой секрет дворца, — ответила она. — Нет, я не знаю. Могу только сказать, что его поддерживает кто-то местный, занимающий очень высокое положение. Честно, я не знаю. Но если хочешь…
Она повела рукой, рассыпая искорки.
— Уже не нужно, — проворчал я. — Мы его нашли. Он прятался в крепости монетного двора. Какой-то высокомерный светлоликий, использующий магию разума. Мама Ночь говорит, что ему надо голову оторвать, так как магия эта опасная.
— Тот самый соглядатай, о котором ты рассказывал? — уточнила она. — Стоило ожидать. Вы его убили?
— Нет. Эта сволочь сбежала. Растворился в воздухе и даже одежду оставил.
— Кристаллы возвращения, — она снова кивнула. — Теперь всё встало на свои места. Как гора с плеч. В моих видениях будущего было несколько чёрных пятен, как отсутствующие кусочки мозаики. И теперь часть из них заполнилась. Он ничего не говорил перед тем как раствориться?
— Обещал в гости заглянуть. Но я с ним разговаривать не собираюсь. Голову оторву и в саду прикопаю.
Ива вновь повела ладонью, закрыла глаза на несколько секунд, затем поморщилась.
— Гости, — сказала она.
В дверях гостиной появилась Мирейн.
— Неожиданные гости, владыка Василий, — сказала она. — Девушка, красивая, светлые волосы, капюшон на голове, скрывающий ту же форму ушей, что и у госпожи Ивы.
— Девушка? — удивился я.
— И ещё несколько мужчин с ней, прячущихся в доме на той стороне площади. Один из них обладает звёздной силой. Это значит, он способен увидеть прячущихся в тенях. Сильная воля.
Пояснила она до того, как я задал вопрос. Мы с Ивой переглянулись.
— Даже не догадываюсь, кто это может быть, — сказала она. — Если начну перечислять всех, то это займёт оставшуюся половину дня. Поэтому пусть будет сюрприз.
— Приглашай, — сказал я Мирейн.
Спустя минуту в комнату вошла Иринэ из дома Эервен, собственной персоной. Всё такая же красивая девушка лет двадцати, ясный и уверенный взгляд с толикой высокомерия, длинные прямые волосы пшеничного оттенка. Её появлению удивился не только я, но и Ива.
— Привет, Василий, владыка гор Ракку, — она помахала нам ручкой, прошла к свободному креслу, важно села. — И тебе, Ивора из дома Крейанн.
— Неожиданно, — произнесла Ива. — Думала, что пришлют сестру или маму.
— Они передали, что знать тебя не желают, — как бы извиняясь за эту плохую новость, сказала Иринэ.
— И зачем ты приехала? — спросил уже я. — Если королева Амалия узнает, вряд ли успеете сбежать.
— Папа сейчас находится в маленьком семейном зале в подвале нашего дома и держит руку на моём кристалле возвращения. В случае опасности я вернусь очень быстро.
— Интересно, как его уговорили отпустить тебя? — вставила Ива. — По-моему, он своего наследника любит меньше.
— Потому что я никогда не отдалялась от семьи, — сказала Иринэ. — Я смотрю, ты неплохо устроилась. Хорошо выглядишь.
— Спасибо. Ты тоже.
— Если хотите поболтать, то я пойду, отдохну перед вечерним мероприятием.
— Нет, я ненадолго, — сказала Иринэ.
— Тогда ещё раз спрашиваю, зачем ты здесь?
— Мне приказано вернуть дочь дома Крейанн домой.
— Прямо так приказано? — съязвил я, не сдержался.
— Знаю, что ты держишь её рядом с собой рабским символом, — она серьёзно посмотрела на меня. — Поэтому давай договариваться. Что хочешь в обмен на неё? Золото, артефакты, услугу?
— А я знаю, что вы собрались делать с Ивой, когда вернёте. Если сразу не казните, то дар оракула вырвете. При этом обязательно мучительно. Поэтому нет, Иву вы не получите.
— Поражаюсь твоей осведомлённости, — она даже бровью не повела. — Этот дар принадлежит Илуне, не Иворе и не тебе.
— Я на него не претендую. Да и оракул мне особо не нужен, Ива не даст соврать.
— Тем более. Зачем она тебе тогда? Как трофей, или для утех?
— Любите вы гадости говорить, — не скрывая пренебрежения, сказал я. — Давай не будем ругаться и спорить понапрасну. Золото мне не нужно, как и ваши услуги. Иву не отдам, хотя бы из вредности, чтобы вам насолить.
— Нехорошо, — пожурила она меня. — Не помнишь, кто говорил, что работорговцев терпеть не может?
— Я её не неволю. Как только у Ивы желание появится домой вернуться, тогда об этом и поговорим. Но в этом случае возьму с неё слово, что она не станет жертвовать свою жизнь во благо Илуны.
Иринэ посмотрела на лучшую подругу.
— Ты не хочешь вернуться? — почему-то удивилась она. Я даже глаза к потолку поднял. Кто бы в здравом уме согласился вернуться домой, если его там неприятная казнь ожидает. Или для того, чтобы тебя выпотрошили, забирая дар.
— Не сейчас, — сказала Ива. — Может быть, позже.
Иринэ несколько раз перевела взгляд с неё на меня и обратно.
— Если хотите, мы можем подраться, — предложил я. — Только сразу предупреждаю, что настроение у меня плохое и мало вам не покажется. Ещё лет триста икать будете, вспоминая меня.
— Многие уже икают, от страха, — отмахнулась Иринэ. — Думают, что ты держишь Ивору на поводке, чтобы она будущее для тебя читала.
— От знания будущего одни проблемы.
— Ну хорошо, — она попыталась зайти с другой стороны. — Ты же нас ненавидишь. А Ивора как живое напоминание. Она же истинная дочь Илуны. Чистокровная. Из неё это не вытравить ничем. Не боишься, что однажды ночью проснёшься от того, что она тебе горло вскрыла ножом? Наиграется с тобой и вернётся домой.
— Нет, не боюсь.
— Хочешь, меня возьми вместо неё, — она даже выпрямилась, сидя в кресле. — Я обладаю особым талантом, редчайшим и одним из сильнейших во всех мирах. Как ты говоришь, Ивора не даст соврать.
— Нет, такой подарок даже врагу не пожелаешь, — улыбнулся я. — Не в обиду будет сказано. Сила твоя впечатляет, как и решительность. Слушай, по старой дружбе ответь на маленький вопрос. Ваш шпион…
— Договорился с кем-то из местных лордов, что поможет им занять трон, — сказала Иринэ, даже не дослушав. — Чтобы кто-то из них взял в жёны принцессу. В обмен, когда у них родится новая королева, он должен будет отдать супругу нам. Или ты думаешь, что только мы вселенское зло, а люди, что тебя окружают, добрые и отзывчивые?
— Были, конечно, иллюзии, — вздохнул я.
— Выбрось за ненадобностью, — улыбнулась она. — Папа просил рассказать тебе об этом. Он не согласен с… теми, кто планировал это провернуть. Говорит, что опять разбудят злого демона, а второй раз столица этого может уже и не пережить.
— Вот, хоть кто-то у вас с головой дружит, — покивал я. — Спасибо. А кто именно из местных лордов помогает вам?
— Правильнее сказать — пытается использовать, — поправила девушка.
— И как они хотят всё провернуть, ты тоже не знаешь?
— Не знаю. Но если у тебя голова на плечах, а не ведро пустое, то сам сможешь понять. Иву отдай.
— Даже не проси.
— Ива? — Иринэ вновь посмотрела на подругу. — Это для нас очень важно. Для Илуны.
— Уже Ива, не Ивора? — улыбнулась та. — Не хочу.
Иринэ даже кулачком по подлокотнику стукнула, но не сильно. Могла ведь легко сломать. Это с виду она хрупкая девушка. Даже королеве Амалии будет непросто с ней справиться. В открытом бою, не задумываясь, поставил бы на Амалию, но это не умаляет талант и силу молодой Иринэ.
— Тебя ведь заклеймят предательницей рода, — попыталась воззвать к подруге Иринэ. — На многие поколения запомнят именно так. Это же несмываемый позор.
— Уже заклеймили, — отмахнулась Ива.
— Василий, хочешь, мы тебе поможем изобличить предателей здесь? Я тебе даже отдам того, кого вы сегодня не смогли поймать. И… мы дадим тебе разрывающий кристалл. Ему всего двести лет, и прослужит он как минимум ещё тысячу.
— Последний аргумент в ход пустили, — сказала Ива уважительно и покачала головой. — Этот кристалл разрывает связь мира со всеми окружающими. Никто не сможет ни войти, ни выйти отсюда. Насколько я знаю, таких кристаллов всего два. Один защищает мир Илуны, находясь во дворце императора. Второй должен его сменить. А как же Илуна? Оставите её без защиты?
— У нас есть время вырастить замену, — сказала Иринэ. — Семя уже посадили. Ну что, Василий? Верни Иву домой, и больше ты никогда не услышишь о нас. Внуки твоих внуков будут жить в мире и спокойствии здесь. Ни демоны, ни боги вас больше не побеспокоят — не смогут.
— Соблазн, однако, — я улыбнулся. — Нет, Иву я вам не отдам. Когда она захочет вернуться, тогда и поговорим.
— Всё без обмана, — сказала Иринэ. — Поверь, нам тоже выгодно, если ты исчезнешь. Даже если с целым миром в придачу.
— Я верю, — не стал спорить я.
Ива взяла со стола записную книжку, ослабила связывающий узел, чтобы упаковать вместе с ней вторую. Встала, подошла к Иринэ, отдавая их. Отдельно вручила несколько писем, тоже перетянутых ленточкой.
— Поступлю так же, как наставница, — сказала Ива. — Наберитесь терпения.
Иринэ этот ответ не устроил. Она встала, забрала книжки и письма. Целую минуту смотрела на Иву, затем крепко обняла.
— Я обниматься не буду, — предупредил я.
— Кому бы ты был нужен, человек, — Иринэ покривила губами, отпуская подругу. — Я ухожу. Передумаешь — дай знать.
Она важно вышла из комнаты, даже не обернувшись.
— Наша наставница тоже сбежала, — сказала Ива, поймав мой взгляд. — Исчезла на пятьдесят лет, прежде чем вернуться. И ты зря не взял разрывающий кристалл. Мог бы укрыть этот мир от грядущей катастрофы.
— А потом окажется, что это огромная бомба. От вашего брата всего можно ожидать.
— Всё равно, спасибо, — она улыбнулась. — Я это ценю.
— Если ты для них так важна, почему хотели тебя убить тогда? Помню, что хранитель хотел тебе мечом голову снять с плеч.
— Не задавай глупые вопросы.
Я не стал говорить, что меня больше интересовало другое. Почему они не попытались вломиться сюда и не выкрасть её? Схватили бы в охапку и ушли в другой мир. Тем более что среди них есть кто-то очень сильный. Странно это.
До вечера я так и просидел в гостиной, думая над всем происходящим вокруг. Никак не мог решить, отправлять посыльного к Присцилле или не портить ей настроение ещё больше. Если сейчас поднять шум, то это могло спугнуть тех, кто был в сговоре со светлоликими. И пусть я догадывался, кто это мог быть, предъявить им пока нечего.
Часа за два до заката городская стража начала перекрывать центральную улицу, освобождая проезд к дворцу. Примерно в это же время примчался посыльный с приглашением на моё имя. Вручил золочёный конверт с ленточкой и так же быстро умчался обратно. В этот раз на праздник я поехал один, если не считать сопровождающих из числа слуг дворца Ракку. Они от моего взора прятались, поэтому в карете я сидел в гордом одиночестве, глядя в окошко на радостных горожан. Вереница карет гостей растянулась на несколько кварталов, но время в запасе оставалось. Когда мы уже подъезжали к дворцу, я заметил, что выбитые окна просто занавесили плотными шторами. За день успели заменить только пару крайних, чтобы в глаза не бросались. Кто-то даже попытался всё это дело украсить цветами и разноцветными ленточками. Если бы не знал, что произошло, может, не заметил бы.
Не доводилось бывать раньше на больших балах, когда вокруг много знатных господ. Мужчины в дорогих нарядах и женщины в пышных платьях. Я единственный, кто явился без спутницы, в тёмном наряде владыки гор Ракку. Чувствовал себя чёрной вороной во время сборища разноцветных голубей. Да ещё и прихрамывал немного, даже подумывал отнять у кого-нибудь трость.
Гости сначала собирались на первом этаже, здоровались со знакомыми, обменивались комплиментами, затем неспешно поднимались на второй этаж к просторному бальному залу. Стараясь не обращать внимания на гостей, глазеющих на меня, я поднялся сразу на второй этаж. И лучше бы на первом оставался, так как людей там было ещё больше.
— Владыка Василий, — меня окликнул знакомый голос. Справа сквозь толпу гостей ко мне пробивался принц Тай Шахир. Он приветственно развёл руки, как будто планировал обнять меня, но ограничился рукопожатием.
— Привет. Как всё прошло? Поговорил с правителем, с Её Величеством?
— Всё просто превосходно, благодаря Владыке, — кивнул он.
— Можешь просто Василием звать. Напрягает, когда владыкают.
— Тогда и ты можешь называть меня Виреном, — его это обрадовало. На принца, кстати, гости тоже косились, не меньше, чем на меня. — Я никогда прежде не встречался с беловолосой королевой. Много слышал об этом от деда. Она… производит сильное впечатление. Как могущественная богиня, решившая заглянуть в мир людей.
— Это да, — согласился я.
— И о тебе она отзывается очень хорошо, — добавил он тише, оглянувшись на слишком близко подошедшую парочку гостей. Показал жестом на несколько стульев, стоявших в углу зала. Туда гости почему-то идти не спешили, хотя место удобное. — Серьёзная рана? На ноге.
— Колено ушиб, — поморщился я. — Не сильно, но болит, зараза.
— У меня есть чудодейственная лекарственная мазь, — он нырнул за пазуху левой рукой, покопался там и выудил маленькую баночку из зелёного камня. — Лечит любые раны. Когда я с лошади упал, руку сломал, она очень помогла. Только это секрет. Отец говорит, что людям с лошади падать можно, а принцам — непозволительно.
Я улыбнулся удачной шутке. Оказывается, Вирен неплохой парень. Тем временем гости продолжали прибывать. Интересно, балы в этом мире подразумевают танцы? Пока мы ожидали начала мероприятия, я заметил небольшую странность. Рядом с нами постоянно мелькали новые лица гостей. Как будто в музее, они шли против часовой стрелки по залу, разглядывая экспонаты, и нас с принцем в том числе. Кто-то бросал любопытные взгляды в нашу сторону, кто-то удивлённые. Принца подобное внимание нисколько не смущало. Наоборот, он с тем же интересом разглядывал людей вокруг, что-то отмечая для себя.
— Говорят, — принц слегка наклонился ко мне, — что сегодня молодые мужчины будут готовы рискнуть жизнью, чтобы добиться признания принцессы. А потом сразятся друг с другом.
— Традиции, — хмыкнул я. — Определяющие, кто достоин стать её супругом. Я тоже слышал об испытании крови, но понятия не имею, что это такое. Хочешь рискнуть?
— Только если ты это испытание провалишь, — он улыбнулся. — Об этом говорили гости. Я случайно подслушал. Говорили, что ты вчера убил одного из претендентов, оскорбившего то ли принцессу, то ли тебя. Многие боятся, но при этом я видел одного глупца, кто хвастался, что легко тебя одолеет, прямо на глазах у принцессы.
— Значит, на одного глупца будет меньше, — равнодушно ответил я.
Очередное оживление по залу пошло, когда слуги начали разносить напитки. Какое-то особое белое вино. Принц специально сходил, чтобы взять пару бокалов на пробу. От своей порции я отказался. Настроение было не очень. Хотелось, чтобы всё это быстрее закончилось.
— Зря отказываешься, — к нам подошла Присцилла Асгейл в красивом светлом платье. Белые волосы она стянула в тугой хвост, а из украшений у неё было незаметное серебряное ожерелье с маленькими голубенькими камушками. — Его закладывали почти девятнадцать лет назад, сразу после бала в честь принцессы Амалии. И следующее попробовать можно будет, думаю, ещё лет через двадцать. Оно несёт в себе капельку крови Её Величества. Правда, за двадцать лет вино утратило «особую» крепость.
Принц с интересом посмотрел на бокал с вином, половину которого уже отпил. Присцилла тоже держала в руке высокий бокал, наполовину пустой. Да и гости спешили получить свою порцию, отчего даже возник небольшой ажиотаж.
— Воздержусь сегодня, — сказал я, пнув внутреннего демона, чтобы не соблазнял сладкими речами. Посмотрел на принца и улыбнулся. — Пей, за здоровье принцессы Зои и королевы Амалии.
— Прекрасное пожелание, — принца уговаривать долго не пришлось, и он почти залпом допил свою порцию, отставив пустой бокал и вооружившись моим.
— Госпожа Асгейл, могу я попросить Вас передать Зои подарок? — вспомнил я. — Не получилось вручить лично.
Вынул из-за пояса продолговатый футляр, протянул ей.
— Не очень вовремя, но подойдёт, — она кивнула, забирая подарок. — Будьте здесь и не нарвитесь на драку раньше времени.
Танцев я так и не увидел, хотя музыка появилась, создавая приятный фон для праздника. Собравшиеся просто болтали друг с другом, собираясь небольшими группами или просто парами. Женщины хвастались украшениями, мужчины просто важничали. Какая-то пара немолодых господ обсуждала нападения демонов на Первое царство. Говорили, что не к добру это. Принц Тай Шахир тоже рассказал, что в последнее время участились появления демонов. Но в пустошах, где мало воды и почти нет еды, всегда было сложно выжить, поэтому демоны уходили либо дальше на север, либо на восток, двигаясь вдоль моря. Оказывается, он буквально десять дней назад лично участвовал в крупном сражении против демонов, решивших, что город на краю пустыни будет лёгкой добычей. Он так азартно рассказывал, как сбрасывал краснокожих демонов со стен, что я заслушался. Вот настоящий герой войны, защищавший свой дом. Сидит, пьёт мелкими глотками вино и не хвастается, как некоторые. Просто рассказывает, как это было, сколько людей потеряли и как радовались победе.
— Когда у Первого царства появились летающие корабли, — сказал принц, — отец сразу подумал, что нужен союз. Демонов становится больше в последнее время. У нас ведь нет столько одарённых, как здесь.
— Знаешь, если на ваш город снова нападут демоны, дай мне знать. Голубем почтовым или ещё как. Приеду с друзьями и помогу. У меня в этом есть опыт.
— Хорошее обещание, — он протянул руку для рукопожатия. — Тогда я тоже обещаю приехать к тебе на помощь, когда позовёшь. С королями и западными князьями было дело, договаривался, но с правителем далёкого мира — впервые.
Он расплылся в улыбке. К этому времени в зале пошло оживление. Гости начали смещаться к дальней части, куда слуги выносили пару столов. Мы тоже решили пойти туда, надеясь, что начинается самое интересное. Солнце за окном уже давно село, и постепенно сгущались сумерки. И вроде бы светильников вокруг много, но всё равно было как-то мрачновато. Где-то гости отбрасывали длинные тени, в которых мне мерещилась Айн Хана и ещё кто-то из её подчинённых. Для них это настоящее раздолье.
Когда мы шли сквозь зал, гости перед нами поспешно расступались. Какой-то немолодой мужчина с тростью в руках едва не упал, спешно ринувшись в толпу. Выйдя к столам, я заметил короля в компании пары герцогов. Были среди них и Арденн, и Миррой, в которого я бросался навозом. На меня он посмотрел с явным пренебрежением, скривился, словно кислое яблоко сожрал. И тут же начал что-то быстро говорить королю. Наверное, жаловался. Пусть спасибо скажет, что я про него забыл. Он меня, вообще-то, убить хотел.
Ближе всего к столу собирались парни в возрасте лет от шестнадцати и до двадцати пяти. Всего их было около дюжины. Кто-то стоял один, кто-то рядом с родителями. Одного парня ободряюще гладила по руке мама, что-то тихо говоря. Слуги уже выставляли на столе знакомые бокалы с белым вином, наполненные где-то наполовину. И когда мы с принцем заняли места рядом с другими парнями, из дальней двери вышла королева Амалия, в светлом платье, довольно скромном. Волосы уложены почти как у госпожи Асгейл — перехвачены шнурком сзади, чтобы не мешали. Её появление ощутили все, в самом прямом смысле. Поток чистой силы едва не отталкивал. Кто послабее, сделали пару шагов назад. Парень, стоявший вместе с мамой, тоже хотел попятиться, но его крепко держали за руку. У меня даже желание появилось подойти и спросить, он-то куда лезет? На фоне других он выглядел просто тщедушным. Магия в нём ощущалась, но я бы не сказал, что она выходила за рамки обычного.
С появлением королевы голоса в зале стихли. В повисшей тишине можно было услышать шуршание одежды. Затем зал обдало ещё одним порывом силы, от которого люди попятились сильнее. Я даже руку на плечо принцу положил, так как он слегка побледнел. Малахольный, держащийся за маму, едва в обморок не рухнул. Остальные вроде держались. Знали, наверное, чего ждать. Один парень зубы стиснул, отчего желваки вздулись, но выдержал давление.
Зои зашла в зал в таком же наряде, что и у мамы. Простое светлое платье, закрывающее плечи и шею. Рукава только немного короче обычного. Без макияжа, слегка бледная, но взгляд уверенный. Увидев меня, она улыбнулась, коснулась пальчиками подаренного колье. Тёмно-красные рубины ей шли, особенно на фоне светлого наряда и бледной кожи.
Королева Амалия наполнила большой кубок вином, взяла его двумя руками. Зои, в свою очередь, булавкой уколола палец, чтобы уронить в вино капельку крови. И снова зал накрыла волна чистой магии. В этот раз чувство было такое, словно кто-то пытается ухватить тебя за нутро. Королева дала собравшимся посмаковать это ощущение и только потом поглотила выплеснувшуюся силу крови. А что, получилось показательно, особенно для тех, кто родился с даром к магии. Чтобы они могли в полной мере оценить силу королевской крови. Уверен, что Амалия сможет прихлопнуть всех собравшихся разом и они ей ничего не смогут противопоставить. Я всегда считал Присциллу очень сильной, но королеве она серьёзно уступала. Зои пока только набирала силу, но стремительно. Пройдёт не так много времени, и она обязательно превзойдёт маму.
Королева, обведя собравшихся взглядом, наклонила кубок, чтобы долить немного в пару бокалов на столе. Стоило ожидать, что испытание крови будет именно таким. Хорошая проверка, чтобы понять, справится ли твоё тело с огромным количеством чистой энергии. Я, к примеру, от подобного воздержался бы. А ещё непонятно, почему Зои бледная, как и королева.
Первым к столу шагнул парень лет двадцати. Решительно взял бокал и, не дрогнувшей рукой, залпом всё выпил.
— Крепкое вино? — тихо спросил я у принца, на что тот кивнул.
Парень тем временем стремительно побледнел, затем пошёл красными пятнами. Пошатнулся и рухнул назад, как подкошенный. На пол не упал, так как его подхватила пара слуг, ожидавших подобный исход. Под гомон собравшихся его спешно унесли в сторону служебного прохода. Следом за ним поспешила пара гостей, пробиваясь сквозь толпу.
— Повезёт, если выживет… — уловил я голоса за спиной.
Следом к столу выскочил парнишка, за которым присматривала мама. Видать, успел прийти в себя. А ещё он выглядел слегка пьяным, словно успел выпить вина больше, чем следовало. Вцепившись двумя руками в бокал, сделал пару жадных глотков.
— Во дурак, — произнёс я, глядя на парня. — Вирен, всё ещё хочешь поучаствовать?
— Не очень, — отозвался принц.
Смелый, но глупый парень побледнел ещё быстрее, чем предыдущий. Выронив бокал, схватился за ворот сорочки, словно ему внезапно стало душно. Королева смотрела на него пугающе спокойным взглядом. Парень крутанулся, поворачиваясь к толпе, ища кого-то взглядом. Несколько женщин ахнуло, а мужчины, что тихо перешёптывались за нашими спинами, выдали пару некрасивых ругательств. Всё дело в том, что у парня кровь бежала по лицу из глаз и носа. Он некрасиво открыл рот, выплюнув сгусток крови на белую сорочку и дорогой наряд. Ещё одна пара слуг поспешила ему на помощь, подхватила под руки и понесла к служебному выходу.
Королева Амалия добавила вина из кубка в следующую пару бокалов, как бы приглашая других смельчаков.
— А чего тянуть-то? — спросил я и направился к столу.
Одновременно со мной решил выйти ещё один парень, самый старший из всех. Он некрасиво наставил на меня палец, когда мы встретились у стола.
— Этот вообще не из нашего мира, — сказал он.
— Что не противоречит традициям, — парировала королева Амалия.
— Я даже не уверен, что он человек, а не демон…
Парень не договорил, столкнувшись с угрожающим взглядом королевы.
— Тем более, — произнесла она. — Наша кровь для любого демона ядовита. В этом и смысл испытания. Пей или уходи.
Парень бросил на меня злой взгляд, залпом осушив свой бокал. Вроде даже не побледнел и со стуком поставил его обратно.
— Проще было сразу подраться, — тихо проворчал я.
Я больше люблю сладкие вина, считая те, что делали в Хуме, лучшими во всех мирах. Поспорить с ним могло только вино, которое делал лично Нерул. То, что подавали здесь, оказалось сухим, терпким и довольно крепким. В желудке сразу разгорелся пожар, а по телу побежало тепло.
Королева жестом показала нам на свободное место сбоку от столов, чтобы не мешали остальным. Принц Тай Шахир от дегустации отказался, как и несколько других претендентов. Ещё троих унесли слуги, когда те теряли сознание. Я как-то не обратил внимания, истекали они кровью или нет. Последним выходил наследник герцога Арденна. Очень уверенно прошёл к столу, ни секунды не сомневаясь, осушил бокал. И если на первого парня, что обзывал меня демоном, вино подействовало, что он тщательно скрывал, то наследник герцога даже не поморщился. Он просто поглотил чистую силу, растворённую в вине.
— Прошедших испытание — трое, — громко сказала королева.
По залу прошёл гул голосов, когда Зои подошла ко мне, взяла за руку. Я затылком почувствовал обжигающий взгляд наследника герцога. Гости зашумели громче, предвкушая драку за принцессу. Не удивлюсь, если кто-то решит ставки делать.
— Кто желает оспорить выбор принцессы? — спросила королева у парней.
— Нет, — старший покачал головой, поднял руки.
— Желаю, — сказал наследник герцога.
Я обернулся, заметил у него в руке короткий жезл, очень похожий на те, что мы вытащили из хранилища светлоликих. Наверняка опасный и неприятный артефакт из числа тех, которые мастер Кве даже в руки брать боялся. Была у меня мысль пожалеть его, но вспомнились слова Иринэ.
— Давай посмотрим, чем вы хотите меня удивить, — сказал я ему.
⠀⠀
Благородные господа, собравшиеся в зале, зашумели, перебивая друг друга. Я сразу и не понял, радовались они или негодовали. Группа молодых мужчин спешила окружить наследника герцога, чтобы поздравить его и поддержать. Выглядело так, словно он меня уже убил, а король вот-вот передаст ему корону.
— Драться сейчас будем? — спросил я у Зои, наклоняясь к уху, чтобы не кричать.
— Некрасивое слово подобрал, — она крепче взяла меня под руку. — Это будет поединок. Завтра с рассветом.
— Поединок подразумевает наличие правил.
Зои посмотрела как на зануду и потянула к служебному выходу из зала. Быстрым шагом мы прошли по коридору, полному слуг, затем свернули в одну из комнат. Лампа на гвозде рядом с дверью освещала небольшой кусок помещения, очень похожего на склад для дорогих стульев. Здесь их было столько, что можно всех гостей рассадить в бальном зале. Они стояли друг на друге до самого потолка.
— Давай сбежим, — решительно предложила Зои.
— Праздник вроде ещё не закончился.
— Ну и что? — она поморщилась. — Пусть хоть до утра гуляют. Не хочу никого видеть. Всё, не спорь.
— Как скажешь. Бежать будем через чёрный ход или в окно выпрыгнем?
— Подожди секунду, мне надо настроиться…
Я даже сказать ничего не успел, лишь мельком заметив, как в воздухе материализовалась сонная Соун И, а в следующее мгновение мы упали с небольшой высоты на мягкий ковёр. Зои умудрилась ударить меня плечом в ухо, отчего я стукнулся головой о стену. А чтобы не ругался, она попыталась закрыть мне рот ладонью, заехав ещё и по носу.
— Не шуми, — шёпотом произнесла она.
— Почему? — сквозь её ладонь спросил я.
В воздухе над нами закружил потревоженный светлячок. Потребовалось несколько секунд, чтобы узнать крошечную потайную комнату, спрятанную за кабинетом в нашем доме. В дальнем углу, обложившись большими подушками и обхватив одну из них, спала Соун И. Рядом лежало сброшенное одеяло. По-моему, она даже не проснулась, когда выдернула нас из дворца.
— Устала, наверное, — тихо сказал я. — Может, Нерул заставил бегать по соседним мирам.
Примечательно то, что это не я её позвал, а Зои. Только сделала она это неуверенно и тревожно, поэтому и результат вышел таким странным. Подсмотрела, как я это делаю, и решила повторить.
Несколько секунд мы чего-то ждали, затем Зои убрала ладонь от моего лица, прошла к Соун И, осторожно укрыла её одеялом. Светлячок под потолком недовольно закружил, как бы прогоняя нас. Даже дверь сама приоткрылась, выпуская в тёмный кабинет.
— Ничего не вижу, — шёпотом произнёс я, выходя из потайной комнаты.
— Я тоже, — хихикнула Зои, цепляясь за мою руку.
— Ты зачем Соун И зовёшь, если не умеешь? — опомнился я.
— Получилось же…
Если не ошибаюсь, до полуночи оставалось часа два. Обычно в это время я или ложусь спать, или уже первый сон досматриваю. На площади рядом с домом горело несколько уличных фонарей, но их свет почти не проникал сквозь шторы. Я постепенно начал привыкать к полумраку, различая очертания мебели и рабочего стола. В этот момент дверь в кабинет открыла Мирейн, держащая в руке подставку для свечки.
— Владыка Василий? — уточнила она, поднимая свечу выше.
— Не шуми, — громким шёпотом произнёс я. — Соун И спит.
— Вы уже вернулись? — она перешла на шёпот.
— Сбежали. Долго рассказывать.
— Подать чай в гостиную? — невозмутимо спросила Мирейн, как будто мы каждый день вот так возвращаемся домой.
— Давай. Постой, посвети нам, а то я ничего не вижу. И отправь кого-нибудь во дворец, чтобы наших предупредить.
Уже в гостиной можно было спокойно выдохнуть, когда подали чай с пряниками, теми самыми, что я видел днём на ярмарке. Зои успела парочку слопать, пока я ходил кругами, пытаясь успокоиться.
— Вася, сядь уже, выпей чаю, — сказала она.
— Почему не сегодня поединок? — я всё-таки сел, посмотрел на неё.
— Так ведь ночь на дворе, темно, ничего не видно. Завтра утром, как солнце взойдёт, в старом городе и сразитесь. И испытание крови ещё не закончилось.
— В каком смысле?
— Мама настояла, чтобы… я много сил потратила, — сказала Зои. — В этом состоянии наша кровь становится «голодной». Если проглотить капельку, то она начнёт поглощать силу, пока не успокоится. Ты должен либо справиться с этим, либо обладать огромным запасом силы, чтобы насытить её.
— Стало немного понятнее. И что, наследник герцога до утра может не дожить? Или ослабнет?
— Вряд ли, — она даже поморщилась. — Сегодня его кровь была ещё более невкусной, чем обычно. Когда мама праздновала совершеннолетие, брат герцога Арденна хотел стать её супругом. Он тоже использовал этот трюк и прошёл испытание. Папа его убил, хотя сам едва на ногах стоял, как мама рассказывала.
— Я слабеть не собираюсь, — я прислушался к себе. — Можно было его сразу пристукнуть, тем более есть за что. Ладно, разберёмся утром.
— Да, спасибо за подарок, — она провела пальчиками по рубинам. — Мне он очень понравился.
— Я рад. У меня с подарками обычно не получается.
— Наговариваешь на себя, — она улыбнулась.
— Во дворце не сильно расстроятся, что мы сбежали? — уточнил я, на что Зои лишь махнула рукой.
Мы ещё долго пили чай, болтая о всякой ерунде. И в доме было удивительно тихо, словно нас оставили наедине друг с другом. Пару раз на площади перед домом раздавались громкие голоса, но быстро стихали. Городская стража не любила, когда кто-то шумел после захода солнца. Уже глубоко за полночь мы поднялись на третий этаж к гостевой спальне. У двери Зои взяла меня за рукав, опустила взгляд, не спеша заходить в комнату.
— Вася, а ты… любишь меня? — тихо спросила она.
— Глупый вопрос, — я крепко обнял её. — Конечно, люблю.
— Моя кровь тебя не пугает?
— Нет. Внутри меня, вообще, сущность какая-то сидит. Она ведь тебя не пугает.
— Мы с ней находим общий язык, — всё так же тихо отозвалась она.
В темноте коридора я коснулся ладонью щеки Зои, затем поцеловал. Как сейчас помню первую встречу. Наши долгие путешествия и приключения. Корил себя за то, что первое время уделял ей мало внимания. Подхватив Зои на руки, прошёл немного дальше по коридору к своей спальне.
⠀⠀
Спальни в доме располагались так, чтобы утром в комнату проникали солнечные лучи. Я проснулся, как раз когда они добрались до кровати. Повернул голову, спасаясь от яркого света, и столкнулся взглядом с Зои. Она не спала, задумчиво разглядывая меня.
— Соня, — улыбнулась Зои.
— Сон хороший приснился, вот и просыпаться не хотелось.
Потянувшись, легонько поцеловал её и сел на кровати. И как так получилось, что платье Зои аккуратно сложено на стуле у туалетного столика, а мои вещи были разбросаны по всей комнате? Вроде бы она платье просто через голову стянула, мне же пришлось повозиться, чтобы снять наряд владыки.
— Когда мне сегодня нужно голову наследнику оторвать? — спросил я, потянувшись за штанами.
— Да уже надо бы, — сказала она, бросив взгляд в окно. — Ничего, пусть подождёт. А хочешь, я его сама прибью? Скажу, что под руку неудачно подвернулся.
— Это мы и сами можем, — я улыбнулся.
Натянув штаны и рубашку, я вышел в коридор, где столкнулся с Сайми, нёсшей стопку одежды. Мне показалось, что это платье, схожее по цвету с нарядом владыки Ракку. Я кивнул в ответ на её вопросительный взгляд, пропуская в комнату. На то, чтобы умыться, привести себя в порядок и переодеться, ушёл целый час. Мы никуда не торопились, даже с учётом того, что сильно опаздывали. Успели позавтракать в компании Ивы. Настроение у всех с утра было замечательным, и не хотелось его портить. А ещё я утром решил для себя, что даже если в этот мир вторгнутся разом все демоны из пустоты Ильсиды, убегать не стану.
Взгляд мой снова вернулся к Зои. Платье ей подобрали очень красивое, хотя и мрачноватое по цвету. Рубиновое колье она не стала надевать, но к платью, уверен, оно бы подошло идеально. Сайми помогла ей уложить волосы, используя несколько золотых заколок. С макияжем только не ладилось, так как и брови, и реснички у Зои белые, а если их подводить, то получалось или смешно, или пугающе.
К концу завтрака появилась мама Ночь. Не знаю, где она вчера пропадала весь вечер. Сегодня же она пришла с посохом в руках, который был выше её как минимум на две ладони. Вырезанный из дерева, с серебряными вставками, выглядел он красиво. С нижнего конца он был обит железом, чтобы стукать по земле и не опасаться, что дерево расколется. Наверху же посох немного изгибался, как будто создатель выбрал не очень ровный сук или тонкий ствол деревца.
— Мама Ночь говорит, что вчера услышала, как ты звала на помощь, — перевёл я для Зои.
— Простите, я не специально, — сказала Зои. — Хотела, чтобы Соун И забрала нас из дворца. Не знала, что она вчера очень устала.
— Говорит, что она и сегодня будет помогать старшему Ка. Они пройдут по цепочке миров в сторону великих сект, чтобы понять, как скоро нам ждать гостей. Ближайшие два дня до Соун И докричаться не получится.
Мама Ночь кивнула, протягивая мне посох. Опять её слова оказались очень сложными для понимания, но если образно переводить, то это один из «старых» предметов, доставшихся им от наставницы Реклы. Она его нашла в руинах города, где когда-то жили дами. Посох сжимала в руке женщина, сидевшая на троне. Мне привиделся полуразрушенный каменный зал, толстые круглые колонны, поддерживающие высокие потолки. На небольшом возвышении стоял каменный трон, когда-то давно обитый деревом и тканью, истлевшей за много веков. На троне восседал скелет женщины с почерневшим от времени серебряным ободком на черепе. Одна рука скелета покоилась на коленях, вторая сжимала этот самый посох, покрытый грязью и тоже немного почерневший. Рекла собственноручно привела посох в порядок, почистила дерево и металл, что-то даже пришлось восстанавливать едва ли не с нуля.
Я осторожно взял посох в руки. Он оказался тяжёлым, словно внутри прятался железный стержень. Но силы мне вполне хватало, чтобы уверенно держать в руке. Посох верховной жрицы дами в Хуме был более увесистым. Тэя использовала его, чтобы лучше контролировать силу голоса. Беата же посох недолюбливала, говоря, что тяжело с ним, во всех смыслах.
— Это точно мне? Всё-таки сокровище, оставшееся от наставницы. Понятно. Тогда большое спасибо Вам.
— Не вздумай в доме использовать, — сказала Ива. — Мне он очень нравится, и не хочу переезжать.
— Бабушка Присцилла приехала, — сказала Зои, посмотрев в окошко, выходящее на площадь.
Пройдя к окну и выглянув на улицу, я заметил карету госпожи Асгейл, как и её саму.
— Зои, ты со мной поедешь? — спросил я.
— Конечно, — она даже удивилась этому вопросу. — Надо ещё платьем похвастаться. Мы с тобой выглядим как настоящие правители тёмного мира.
— Почему «как»? — вставила Ива и продемонстрировала мне небольшую дорожную сумку, которую обычно носила через плечо. — Самые настоящие правители и есть. Василий, я бы тоже посмотрела на это представление. Обещаю из кареты не выходить и людей не смущать.
— Тогда поехали, — поторопил я девушек. — Мама Ночь? Отлично. Мирейн, наша карета готова?
— Ждёт с самого утра, — сказала Мирейн. — Будь осторожен.
— Само собой, — отвечал я уже на ходу. — Госпожа Асгейл, мы уже идём.
Бабушка Зои встретила нас на первом этаже. Хотела что-то сказать, руками всплеснула, но в последний момент остановилась. Жаль, что в доме не было большого зеркала, чтобы посмотреть на нас с Зои со стороны. Тёмное платье с бордовыми вставками, воротник, закрывающий шею до подбородка, пышные рукава и юбка — как уже говорил, Зои это платье исключительно шло. Я взял её за руку, чтобы помочь сойти с лестницы.
— Королевский дом не приветствует тёмные цвета в одежде, — едва слышно сказала Присцилла и добавила ещё что-то неразборчиво. — Может, мне избавиться от наследника герцога под шумок?
— О чём Вы? — переспросил я, не расслышав последнюю фразу.
— Прекрасно смотритесь вместе, — сказала Присцилла. — И сбегать из дворца было необязательно. Василий, зачем тебе этот громоздкий посох?
— Испытать хочу. Мы опаздываем?
— Да, — опомнилась она. — Вас давно ждут. Ещё немного, и разойдутся все, решив, что Василий не прошёл испытание и лежит где-нибудь, лишившись сил. В моей карете поедете оба.
Учитывая, что сегодня в городе продолжался праздник, а ярмарка только набирали обороты, проехать можно было исключительно через дворцовый квартал. И чтобы мы не застряли по пути, дорогу расчищала королевская стража на лошадях.
Мимо дворца мы пронеслись на полной скорости, затем миновали крепость монетного двора, пересекли реку по высокому каменному мосту и двинулись дальше на север. Как говорила госпожа Асгейл, недалеко от столицы располагался старый город, разрушенный светлоликими во время правления предыдущей светлой королевы. На восстановление пока не было средств, поэтому городок окончательно забросили. Медленно его разбирали на камень и расчищали улицы, но без вливания золота этот процесс мог растянуться ещё лет на пятьдесят.
До северного городка пришлось добираться около получаса, поэтому время постепенно приближалось к полудню. Не знаю, чем всех не устраивал пустырь на востоке от столицы. Дерись мы там, уже бы закончили десять раз и разошлись по домам. Вроде бы это было связано с талантом наследника, поэтому над выбором площадки над поединком настаивал герцог Арденн.
Подъезжая к разрушенному городу, можно было сразу увидеть большой лагерь зрителей, два десятка карет и повозок. Кто-то додумался поднять несколько шатров, самый крупный из которых стоял в центре. Мне показалось, что праздник из дворца просто перекочевал сюда, так как между шатрами прогуливались всё те же люди в роскошных нарядах. Возможно, некоторые не ложились спать, гуляя со вчерашнего дня.
— Они бы ещё столы с яствами и вином притащили, — сказал я. — Почему не провести всё тихо? Зачем всё это?
— Вино здесь найти не сложно, — сказала госпожа Асгейл. — Это праздник, а не междоусобная война. Молодые мужи демонстрируют смелость, вызывая друг друга на поединок. Если один умрёт, никто не станет винить другого, когда вокруг столько свидетелей.
Наше появление сразу заметили. Люди стали собираться в центре импровизированного лагеря. Заметил я и родителей Зои в компании незнакомой мне пожилой пары.
— Дедушка с бабушкой приехали, — обрадовалась Зои, скорее всего, имея в виду родителей отца.
Я вышел первым из кареты, подал руку сначала Зои, затем госпоже Асгейл. Собравшиеся зашумели, сразу оценив контраст в одежде. Давно заметил, что тёмные наряды в Первом царстве носили разве что простолюдины на государственной службе. Благородные господа предпочитали светлые оттенки цветов, бежевые и кремовые, светло-зелёные и синие. Поэтому среди гостей сложно было не заметить яркие расцветки нарядов принца Тай Шахира и его окружения.
Родители Зои встречали нас доброжелательно. Думал, что король поддастся порыву и обнимет за плечи. Королева Амалия улыбку прятала. Сегодня она была одета в богатое платье под стать положению. Бледность с лица исчезла, сменившись румянцем. Наверное, успела выпить немного вина.
С дедушкой и бабушкой Зои знакомство было коротким. Едва нас представили, они поспешили отойти к другим гостям, чтобы не мешать. Милая пожилая пара. Бабушка успела коротко обнять Зои и что-то сказать ей на ухо.
— Задерживаете, — сказала королева Амалия мне, когда старики удалились. — Сказано же было, явиться с восходом солнца.
Я едва не ляпнул, что впервые об этом слышу. Зои же опустила взгляд, но виноватой при этом не выглядела.
— А что там за коалиция? — спросил я, взглядом показывая на один из шатров, рядом с которым собралась большая компания важных мужчин во главе с герцогом Арденном.
— Не обращай внимания, — отмахнулась королева. — Они всегда и всем недовольны. То традиции старые мы не соблюдаем, то соблюдаем, но слишком дословно.
— Думаете, что доставят неприятности, когда я наследника прибью?
— Насчёт этого, — она посмотрела серьёзно. — Он, конечно, глупец, раз с тобой решил тягаться всерьёз, думая, что твоя магия — это уличные фокусы. Всё понимаю, но прошу тебя сдержаться, если это возможно. Тим не единственный наследник герцога, но в младших его детях талант к магии не проснулся. Это будет серьёзный удар по всему роду Арденн.
— Они уверены в своей победе, — вставил король, отвечая на мой красноречивый взгляд, что не я это всё затеял.
Родители Зои посмотрели на меня одинаковыми взглядами, как бы прося проявить снисходительность.
— Тим не плохой парень, — сказала королева Амалия, видя сомнения в моём взгляде. — Герой нескольких войн, что можно считать достижением, учитывая возраст. А заносчивость — это их семейная черта. Просто покажи превосходство, и он сразу всё поймёт.
Я глубоко вздохнул, задумался на минуту.
— Давайте Вам кое-что расскажу, — сказал я. — А потом сделаем так, как решите. Госпожа Асгейл, помните, мы накануне светлоликого ловили? Так вот, едва я домой вернулся, ко мне в гости Иринэ пожаловала.
— Помню её, — кивнула Зои, отвечая на мой взгляд. — Светлоликая, наследница одного из правящих родов Илуны.
— Да, Вы правы, — сказал я королеве Амалии, — надо было её поймать и убить, а голову на всеобщее обозрение выставить. Но в своё время она нас с Зои убивать не стала и даже помогла. Не по доброте душевной, естественно. В общем, хотя бы из-за этого я должен был её выслушать.
Королева покачала головой, показывая, что поступил я глупо. Присцилла в сердцах махнула рукой.
— Не знаю, может, после смерти императора началась борьба за власть, но Иринэ решила подгадить роду, чей шпион сидел на монетном дворе и за вами подглядывал. Она сказала, что шпиона поддерживает кто-то из ваших герцогов. У них договорённость, по которой светлоликие помогают герцогу заполучить принцессу Зои. В обмен требуют отдать её им, когда родит наследницу. Имени герцога Иринэ не назвала, но вряд ли в этом есть необходимость.
Нас обдало лёгким порывом ветра, пронёсшегося над площадкой. Ткань королевского шатра затрепетала, и слугам пришлось броситься к верёвкам, чтобы удержать конструкцию. Взгляд королевы едва молнии не метал. Она магию не использовала, но ветер продолжал крепчать.
— Второй день всех допрашиваем, — сказала Присцилла, когда королева перевела на неё взгляд. — Вчера результатов не было. Но они будут, я в этом уверена. Зато ко мне попала жалоба от герцога Арденна, что владыка тёмного мира держит в подвале своего дома настоящего демона. Откуда у него информация, он не сказал, но требует немедленно с этим разобраться.
— Ты же сама говорила, что его наследник вчера какое-то зелье пил, — Зои решила вставить свои пять копеек. — Помнишь, когда во дворце появился, всё было как обычно, а к вечеру его кровь стала просто отвратительной. До сих пор с той стороны тянет.
— Если говорить о серьёзных доказательствах, то у меня их нет, — сказал я. — Словам светлоликой сложно верить безоговорочно. Нельзя исключать, что они хотят посеять раздор в Первом царстве, но есть нюанс. Вчера я заметил в руках наследника герцога примечательный жезл. Такие же хранились в закромах у светлоликих. Поганые артефакты, как их называет мастер Кве. С вывозом их из подвала дворца я поспешил, иначе показал бы несколько таких же.
Королева медленно повернула голову к шатру, рядом с которым собрались сторонники герцога Арденна. Ветер постепенно начал ослабевать, стали слышны громкие голоса людей. Какую-то женщину в пышном платье порывом сбило с ног, и несколько мужчин спешили к ней на помощь.
— Голову ему оторви, — кровожадно сказала королева Амалия.
— Так и собирался поступить, — кивнул я.
— Жезл отнять?
— Не нужно, у меня побольше будет, — я удобнее перехватил посох.
— Ты же сам сказал, что это может быть что-то неприятное.
— Жезлом нужно уметь пользоваться. Да и недостаток в том, что они все направленного действия, а меня от подобного великий символ защищает.
Возле шатра герцога началось оживление, словно терпение заканчивалось, и они хотели как можно быстрее разобраться с поединком. Появился наследник, одетый в светлый праздничный наряд, почти такой же, как и накануне.
— Где драться-то будем? — спросил я.
— На старой площади, — подсказала королева.
Шатры установили почти у самого края города, с видом на остовы каменных зданий и груды строительного мусора. Было видно, что кто-то пытался вывезти мусор, расчистив большой участок, но добраться он смог только до небольшой площади. Пока я шёл в ту сторону, было время подумать, как именно расправиться с наследником. Можно использовать символ рассечения, но тогда всё закончится слишком быстро. А ещё поймал себя на мысли, что собираюсь его убить, но до сих пор не озаботился узнать имя. Вроде бы королева называла его Тимом.
Я перехватил посох правой рукой, надеясь, что он всё ещё работает. Вряд ли у великих демонов была возможность подобное проверить. Для этого нужно было использовать третью молитву так, как она звучала, высеченная на камне в склепе первой верховной жрицы.
Слова на языке дами сегодня давались легко, вызывая дрожь пространства. Наследник герцога как раз дошёл до края площади, и нас разделяло уже метров тридцать. В левой руке он держал короткий меч, в правой — жезл. Надеюсь, что подарок светлоликих не из числа огненных артефактов. Не люблю я их. Пугает огонь, особенно когда вокруг его становится слишком много.
Наследник решил начать драку первым. Это я узнал по громкому хрусту камней. Не знаю, использовал ли собственный дар или подаренный жезл, но он умудрился отломить стену у двухэтажного дома неподалёку. Легко поднял её и запустил в мою сторону, немало удивив. Кстати, задумка была отличной. Неважно, какой силой обладает твой соперник, когда в него летит кусок стены, весом в пару тонн, защититься или уклониться очень сложно. И воздух вокруг загустел, мешая двигаться. Скорее всего, в ход пошёл подаренный жезл. Я повёл посохом, и кусок стены изменил траекторию, уйдя далеко влево, падая в один из полуразрушенных домов. Бахнуло знатно, взметая в воздух облако каменной пыли.
— Неплохо, — кивнул я, имея в виду то, как легко магия отзывалась на мой голос. Даже мурашки побежали по телу. Никогда не пользовался усилителями такого качества. — Мне бы тебя во время драки с главой секты, я бы ему все кости переломал.
Показав посохом на ближайший дом слева, я сконцентрировался, отрывая от него кусок. Мог бы и весь дом поднять, но он обвалился внутрь, оставив мне неровную каменную стену. Широкий жест посохом, и кусок стены полетел в сторону наследника герцога. Не попал. Тим пытался её перехватить или оттолкнуть, но не осилил. Зато у него хватило ума пригнуться, и стена прошла в полуметре над ним, упав на брусчатку площади и разломившись на несколько больших обломков. Наследник сориентировался быстро, бросив в мою сторону ещё один кусок стены, но я уже поддался азарту. Отмахнувшись от летящего в меня обломка, я разрушил ещё один дом, стоявший дальше, но выглядевший крепче. Получилось отломить от него капитальную стену, толщиной едва ли не в полметра. В этот раз снаряд, как большой блин, упал куда нужно. Я даже вздрогнул и поёжился, когда стена припечатала парня и проехала дальше по инерции.
— Чур меня, — тихо сказал я, отворачиваясь. Пробрало до мурашек.
Вряд ли наследник настолько же крепок, как император светлоликих, но на всякий случай я бросил в ту сторону короткий взгляд. Нет, вставать из-под стены он не собирался.
— Вот и поговорили, — добавил я, совершенно не испытывая к нему сочувствия.
— Не быстро, но эффектно, — сказала Айн Ханна, выглядывая из-за моего плеча.
— Могла бы подождать, а то скажут, что это нечестно было.
— Нечестно было, — кивнула она, демонстрируя искусно вырезанный из кости жезл и массивное золотое кольцо. — Вон в том здании прятались двое.
Спрятав артефакты, она взяла меня под руку и потянула к шатрам и довольным зрителям. Представление вышло скоротечным, но зрелищным. Каменная пыль до сих пор не осела там, где мы порушили пару домов. Герцог Арденн и ещё трое мужчин из числа его сторонников спешили в сторону каменной стены, придавившей наследника. Но беда в том, что никто из них не владел способностью поднимать очень тяжёлые предметы. На моей памяти этим крайне редким даром обладало всего двое. Максимум, что могут сейчас сделать сторонники герцога, так это расколоть стену на мелкие куски и попытаться вручную её разобрать.
— Вася, — Зои встретила нас с улыбкой, ревниво потеснила Ханну, чтобы взять меня под руку, — это было красиво.
— Надо говорить «зрелищно», — поправила её королева. — Василий, поздравляю. Стоило бы сегодня начать большой праздник, но отложим его на один день. Сначала надо разобраться с проблемой по имени Арденн. Возвращайтесь в город, отдохните, проведите время вместе…
Она не договорила, так как к нам шла госпожа Асгейл в компании принца Тай Шахира и его помощника. Взгляд у принца был не на шутку встревоженным.
— Владыка Василий, — сказал принц, — мне нужно срочно вернуться домой. Позволь воспользоваться твоим кораблём. Обещаю загрузить его товарами на обратном пути.
— Без проблем, — кивнул я. — Если нужно, то попрошу капитана Юн Вола, он вас обратно доставит. Но скажи, что случилось?
— Разломы демонов рядом с городом Фирузат.
С языка, на котором говорил народ принца, Фирузат переводился как «Сияющий оазис». При упоминании демонов королева Амалия и король почти синхронно нахмурились.
— Рухаб видел, — принц положил руку на плечо помощника. — Его брат-близнец сейчас там. Они связаны с самого рождения, что видит один, то может увидеть другой.
Немолодой мужчина, выглядевший лет на пятьдесят, сложил руки, словно собрался молиться. От него едва заметно повеяло магией.
— Прямо за городской стеной поднимается разлом, — сказал мужчина. — Он уже выше зубцов. Воздух вокруг темнеет, а багровые молнии убивают любого, кто осмелится подойти близко. Двух стражников разорвало на части.
— Высокая стена у вас? — уточнил я.
— Примерно шесть моих ростов, — подсказал принц.
— То есть, больше десяти метров, — я прикинул его рост, затем высоту разлома и впечатлился.
— Может, это колосс, о котором говорил тот мужчина? — с тревогой в голосе сказала Зои.
— Пару дней всего прошло, — я покачал головой. — Рановато для колоссов. Надо с мамой Ночь поговорить.
— Это может быть Тулам-Ра, — сказал помощник.
— Владыка дюн, если верить преданиям, — пояснил принц Тай Шахир. — В сказках написано, что это большая змея, пожирающая всех, кто заходит глубоко в пустоши.
— В Хуме живёт великий змей, но он поменьше будет, — улыбнулся я, пытаясь разрядить атмосферу. — Видел его один раз издалека. Обычная змея переросток, вполне безобидная, кстати. Пятнистые собаки и то опаснее и кровожаднее.
— Он умеет создавать разломы и перемещаться… — заговорил помощник, но замолчал, поймав строгий взгляд.
— Сказки бедных жителей с восточной границы, — отрезал принц. — Разлом — это врата для демонов. И если врата такие большие, то через них может прийти целая орда. Нужно подготовиться и встретить их.
— Всё понятно, — сказал я. — Принц, ты пока готовь людей, а я кое-что уточню, и будем решать твою проблему.
Он серьёзно кивнул и направился к повозкам, рядом с которыми стояли его люди.
— Неприятные новости, — согласилась королева Амалия.
— А что с демонами, что напали на восточный город Первого царства?
— Это была жалкая сотня дикарей, — сказала она. — Их удалось прогнать дальше на восток.
Мы одновременно посмотрели в сторону разрушенного города. Поняв тщетность попыток убрать обломок стены, к нам решительно шёл герцог Арденн. Он даже трость перехватил так, чтобы не мешала быстро шагать. По выражению лица герцога было видно, что он разъярён, но королева Амалия едва ли обратила на это внимание, встретив его холодной улыбкой.
— Что случилось, Гийом д’Арденн? — спросила королева, немного опередив его. — Игрушки, подаренные светлоликими, оказались бесполезны?
Он на секунду запнулся, пытаясь осмыслить услышанное.
— Я пришёл требовать справедливости, — сказал он, ткнув в мою сторону пальцем. — Этот чужак явился из ниоткуда и лишил меня наследника! Влез в традиции, которые… позволены только детям Первого царства. А мой сын был лучшим, и его смерть — огромная утрата для всех нас.
— Это было желание твоего сына, — сказала королева. — Я его отговаривала, ты сам слышал. И если бы это противоречило традициям, ты бы размахивал здесь не тростью, а старыми сводами правил и законов.
— Когда завтра придёт ещё один бродяга с заёмным даром, вы так же легко согласитесь отдать ему дочь?
— Если он будет достоин, — спокойно произнесла она. Подняла ладонь, останавливая герцога. — Обернись, Гийом, что ты видишь позади себя? Город, в котором родилась твоя мать. И ты бы появился на свет здесь, если бы светлоликие твари не сожгли его вместе с жителями. Говоря об огромной утрате, о лучших детях Первого царства, кого ты имеешь в виду? Себя, своего сына? После того как продал нас светлоликим, ты смеешь заявлять подобное?
— Клевета! — выпрямился он. — Я предан только Первому царству. Если нас кто и предал, то только этот тёмный. Вы знаете, что у него в доме живёт светлоликая?
— Знаю, — сказала королева.
— И вы уверены, что он не хочет отдать принцессу Зои им?
— Лучше помолчи, — сказала королева, и от убийственного намерения вокруг даже похолодело немного. — Я знаю о твоём сговоре и о том, что светлоликие поделились с тобой артефактами. Жажда власти затмила твой разум? Считай, что род Арденнов с этого дня перестал существовать. Ты уничтожил его собственными руками, Гийом.
Он ещё больше выпрямился, поджал губы, глядя на королеву. Его храбрости и наглости можно было позавидовать. Я бы побоялся смотреть так на человека, способного прихлопнуть тебя, как надоедливое насекомое. Скорее всего, герцог уже понял, что не сможет оправдаться.
— Светлоликим от Первого царства ничего не нужно, — сказал он. — Люди им безразличны, а над нашими богатствами они лишь посмеются. Если бы ваша кровь просто исчезла, они бы потеряли к нам всякий интерес. Вы — проклятье, что навлекает беды на Первое царство.
— Как заговорил, — королева смерила его взглядом. — Всё-таки то, что вы делаете со своей кровью, влияет на ваш разум.
Герцог с силой стиснул серебряное навершие трости, изображающее зубастого зверя. Распорол большой палец о серебряные клыки, обильно проливая кровь. Не знаю, что он пытался сделать, так как королева сдавила его магией, не давая пошевелиться. Если она планировала оставить его в живых, чтобы потом публично казнить, то зря. Я бы ему сразу голову отвернул, на всякий случай, а то выкинет какую-нибудь гадость напоследок. Собственно, как в воду глядел, говоря о неприятностях. Не знаю, что он хранил в трости, но, когда кровь добралась до этой штуки, вспыхнуло магическое искажение. Быстро шагнув к нему, я вырвал трость, по-моему, сломав герцогу пару пальцев, и отбросил её в сторону площади разрушенного города.
Королевская стража не давала зрителям подойти к нам близко, поэтому они не знали, о чём шёл разговор. Но когда королева Амалия начала сердиться, сразу это поняли. Кто-то бросился убегать, спеша к повозкам, но любопытных оказалось больше. Не каждый день королева публично гневается на герцога. С их стороны слышались громкие голоса, постепенно переходящие в крики. Это они увидели багряный разлом, начавший формироваться там, куда упала трость герцога. И искажением от разлома тянуло крайне неприятно. Мужчины, всё ещё пытающиеся вытащить тело наследника из-под стены дома, дружно бросились врассыпную.
— Присцилла, — спокойно сказала королева, — гони прочь посторонних.
— Вас ждёт встреча с самым страшным пожирателем из всех ближайших миров, — сказал герцог. — Светлоликие нашли его специально для вас. Уверяли, что он может уничтожить целый…
Герцог не договорил, так как голова его резко и с хрустом повернулась. Тело как тряпичную куклу отбросило в сторону.
— Да мы уже поняли, — сказала королева Амалия, — что нужно было убить тебя сразу.
— Может, взорвать? — предложил я, имею в виду разлом.
— Взрыв из столицы видно будет, — королева покачала головой.
Королевская стража начала разгонять людей, но это и не требовалось, так как даже самые смелые бежали в сторону карет и повозок. Слуги всё побросали и разбегались в разные стороны с не меньшей скоростью.
— Помню, что Вы Лучика при первой встрече пожирателем назвали, — сказал я.
— Так называют демонов, что питаются любой магией. Ещё моя бабушка встречала путников из других миров, утверждающих, что видели огромных демонов, пожирающих целые миры. Путники говорили, что один из подобных живёт где-то близко от нас.
— Таких не бывает, чтобы целый мир разрушить, — сказал я, быстро оглянулся в сторону кареты, где осталась мама Ночь. Ей суета вокруг не нравилась, и она решила оттуда посмотреть за моим поединком с наследником.
— Будем надеяться, что ты прав, — сказала она, глядя на разлом. — Светлоликие, будь они все прокляты!
Последние она добавила в сердцах. А разлом тем временем продолжал формироваться и становиться больше. Неприятным он был настолько, что поневоле начинаешь верить, что из него сейчас действительно выползет что-то жуткое. Разлом вспыхнул багровым цветом и резко исчез, а на его месте действительно оказался огромный демон.
— Боги, что это? — тихо произнесла королева.
— Это же толстяк Рок! — обрадовался я. — Он наш друг и мой младший брат по обучению. Точнее, он младший ученик в секте, а я старший.
Замахав рукой, я побежал в сторону огромного кабана, удивлённо озирающегося по сторонам. Как и в нашу первую встречу, он выглядел внушительно. Вытянутая и клыкастая кабанья морда, массивное тело, покрытое тёмно-коричневой шерстью. Рок меня узнал, посмотрел, как мне показалось, удивлённо и плюхнулся на задницу. Вид у него был такой, словно он подрался совсем недавно. На морде ещё остались следы запёкшейся крови.
Я подбежал, остановился шагах в пяти. Вблизи он выглядел ещё больше, чем издалека. И пахло от него болотом. Грязь поднималась по ногам немного выше моего роста.
— Мама Ночь говорила, что ты в окрестных мирах на искажённых демонов охотишься?
Он пару раз хрюкнул. Учитывая размер, это было громко и необычно. Понять бы ещё, что он этим хотел сказать. Мама Ночь называла его новым учеником, который присоединился к секте совсем недавно. Говорила, что он пока маленький и слабый. Но, глядя на огромного демона размером как минимум с двухэтажный дом, вместе с крышей, в подобное верилось с трудом. Да и магия в нём ощущалась могущественная. Я бы с ним ссориться не стал. Вроде бы Нерул упоминал, что толстяк Рок не так давно научился свободно перемещаться между мирами. Для меня подобное звучало как огромное достижение, а они об этом говорили как о пустяке.
Пока я соображал, как бы с кабаном поговорить, меня за руку взяла мама Ночь. Не заметил, как она подошла. Толстяк Рок ещё пару раз хрюкнул, затем фыркнул. Может, он так радовался, когда она его похвалила, сказав, что он молодец, раз занят полезным для всех нас делом. Затем добавила, что если и дальше будет стараться, то сможет стать старшим учеником, как я. Кабан даже голову наклонил, чтобы посмотреть на меня одним глазом. Понять бы, удивился он, возмутился или порадовался? Мама Ночь сказала ему, что раз я старший ученик, то он должен меня слушать и помогать. Толстяк Рок на это явно имел своё мнение, но спорить не стал.
Выдав ещё что-то на кабаньем языке, Толстяк Рок поднялся, а позади него возник разлом. Переступая ногами, он смешно повернулся кругом и ушёл в него. Нас обдало порывом ветра, когда разлом схлопнулся. Мама Ночь посмотрела на меня, как бы говоря, что он молодец, так как очень ответственный и послушный малыш. Точнее, она использовала слово «младший» в том смысле, что он представитель молодого поколения. Мне, кстати, тоже хотелось, чтобы она меня похвалила. Она использовала очень приятные слова на языке магии, от которых на душе становилось тепло. Но вряд ли для великого демона то, как мы с наследником герцога пошвыряли друг в друга кусками стен, могло показаться захватывающим или увлекательным представлением.
Когда мы вернулись к шатрам, зрители окончательно разбежались. Остался только принц с его людьми, да королевская стража. Королева же встретила меня взглядом, в котором я прочёл лёгкое осуждение.
— Это был толстяк Рок, — сказал я. — Он тоже из мира сект.
— Один из великих демонов? — спросила она.
— Не, он ещё маленький, — улыбнулся я. — Кстати, он занят очень важным делом — охотой на искажённых и проклятых демонов. Так что больше можете не переживать по поводу пожирателей, он их всех изведёт в самое ближайшее время. И людей он не ест.
— Ты уже об этом говорил, — она немного улыбнулась. — А этот толстяк ничего не знает по поводу разлома в Силмаре, о котором говорил принц?
— Точно, — вспомнил я. — Мама Ночь, тут странность одна происходит.
Новость о появлении странного разлома за Тёплым морем она восприняла с любопытством. Выслушала внимательно, затем сказала, что нужно бы на него посмотреть и оценить.
— Говорит, что вряд ли это кто-то из про́клятых колоссов, — перевёл я слова мамы Ночь для остальных. — Размерами они гораздо больше, чем какие-то десять метров. Можно вспомнить летающего гиганта в городе Вечных. Вроде бы их тела компенсируют избыток чистой энергии размером, так как не могут её правильно усвоить. Это может происходить и из-за непомерного аппетита. Но чаще всего и то, и другое влияет. Он в тот разлом просто не протиснется. В любом случае, нужно проверить, как он формируется, чтобы понять, гости к нам заглянут из соседних миров или придут издалека.
Мама Ночь изобразила что-то жестом, разведя руками.
— Мне тоже любопытно на него посмотреть, — кивнул я. — Соун И нам не поможет? Долго её не будет? Понятно. Можно и на летающем корабле, но это займёт примерно два дня. Зои?
— Конечно, я с тобой полечу, — сказала она. — Никогда не была по ту сторону Тёплого моря. Да и одного оставить страшно — опять в какую-нибудь неприятность попадёшь.
— Езжайте, — махнула на нас рукой королева Амалия. — Мы здесь со всем разберёмся и к вашему возвращению устроим большой праздник.
Окраину разрушенного города мы покидали в спешке, помчавшись обратно в столицу. Но можно было не торопиться, так как совсем забыли про праздник. Люди Максима Артёмовича, как и матросы Юн Вола, получили двухдневные отгулы и, не теряя времени даром, напивались в портовых кабаках. Там же отдыхал и сам капитан вместе со старшим помощником. В общем, до самого вечера мы бегали по порту, собирая команду, и готовились к отплытию. Принц Тай Шахир перенёс задержку стоически, понимая, что более быстрого способа вернуться домой не найдёт. Если бы это помогло, он бы лично уселся на вёсла, лишь бы «Расколотый» побыстрее вышел в море. За это время люди из дворца Ракку успели трижды съездить к нам домой, чтобы собрать всё необходимое для путешествия.
Из порта «Расколотый» вышел за полчаса до заката, сразу беря курс на север. По словам капитана, как раз к вечеру следующего дня мы должны добраться до противоположного берега, если не пересечёмся со штормом. Затем останется небольшой рывок вглубь континента, и, в худшем случае, утром второго дня мы будем на месте. У него была карта, подаренная правителем Силмара, поэтому сориентировался он быстро, говоря, что расстояния здесь смешные для большого летающего корабля.
Ночь и целый день полёта над Тёплым морем прошли почти незаметно. «Расколотый» мчался с такой скоростью, что на верхнюю палубу выходить разрешалось только опытным морякам. Мы с Зои провели этот день вместе, разговаривая о разном, стараясь не вспоминать герцогов и их наследников. Из интересных событий стоит отметить большое застолье, организованное Максимом Артёмовичем и его замом. Люди вполне искренне радовались за нас с Зои. Мы ещё порт не покинули, а туда уже добрались слухи, что владыка тёмного мира вызвал огромного и злого демона, сожравшего не только наследника, но и самого герцога Арденна. Говорили, что ради принцессы Зои владыка едва ли не душу демонам продал. Многие переживали, как теперь сложится судьба принцессы, но, вспоминая силу и характер королевы Амалии, быстро успокаивались. Тут уже впору было переживать за меня, чем за неё.
Утром второго дня, когда мы с Зои проснулись, «Расколотый» уже летел над сушей, немного сбросив скорость. По словам капитана, мы почти добрались до какой-то крепости, и нужно было её не проскочить. Он лично поднялся на мостик, вглядываясь вдаль и выбрав необычный маршрут. В том смысле, что летели мы ровно по границе, разделяющей зелёную равнину и серую пустошь. На эту необычную картину я посмотрел, когда поднялся на верхнюю палубу в поисках принца. Нашёл его на носу корабля, наблюдающего за горизонтом.
— Далеко ещё до оазиса? — крикнул я, встав рядом с ним. Скорость-то корабль сбавил, но ветер всё равно мешал нормально поговорить.
— Сложно оценить, — крикнул он. — Я вдоль границы пустоши никогда не путешествовал. Здесь живут только демоны.
Принц жестом показал куда-то направо, в сторону серой равнины. Я не с первого раза увидел далёкое поселение. Маленькие глиняные домики с соломенной крышей, загоны для лошадей и скота. Жаль, что жителей с такого расстояния не разглядеть.
— Кочевники, — крикнул принц. — Скитаются вдоль всей границы, вплоть до самого моря. Мы с ними не воюем, но на их земли лучше не заходить.
Я пару минут постоял на палубе и уже собирался возвращаться в каюты, когда принц оживился. Он ухватил меня за плечо, разворачивая в сторону движения, где виднелись высокие каменные стены крепости, стоявшей прямо посреди поля. Смысла в этом оборонительном сооружении не было никакого. Врагу, вторгающемуся из пустошей, даже осаждать её не требовалось, так как при желании крепость можно обойти с любой стороны.
Принц что-то сказал и побежал к мостику корабля. Когда я поднялся следом за ним, «Расколотый» сбавил ход ещё сильнее, забирая левее. Послышались команды старпома, и на палубу начали подниматься матросы. Кто-то уже спешил к летающей лодке, чтобы проверить крепления и быть готовым поднять её в воздух.
— Дозорная крепость, — говорил принц капитану, когда я поднялся на мостик. — До Фирузата день пешего пути строго на запад.
Демоны, живущие в Хуме, за день могли пройти пешком километров пятьдесят. Вряд ли люди здесь ходили быстрее. Летающий корабль это расстояние пройдёт меньше чем за час. Кстати, в крепости нас заметили. На стенах появились люди в серых доспехах, послышался далёкий звук рога. «Расколотый» уже развернулся на запад и, немного набирая скорость, двинулся прямо над дорогой.
— А большой город впереди? — спросил я у принца.
— Большой. Торговый город, соединяющий север королевства и порты Тёплого моря. Ещё он славится лучшей глиняной посудой во всём Силмаре. Скоро сам всё увидишь. По пути мы пролетим рядом с глиняными карьерами.
Поддавшись уговорам, я решил остаться на верхней палубе, глядя на зелёный пейзаж равнины. Пару раз мы пролетели над небольшими речками, извивающимися словно змеи. Я почему-то представлял себе пустынное королевство, живущее либо в песках, либо рядом с ними. Принц только смеялся, говоря, что песков на севере столько, что всем хватит. Там тоже есть большие города, принадлежащие не только их королевству. Жили там и демоны, но крайне недружелюбные.
Где-то через сорок минут мы увидели Фирузат. Большой город, окружённый высокой стеной из бледно-жёлтого камня. Был там и дворец, и высокие здания, и шпили башен, но внимание привлекло вовсе не это. В глаза бросался разлом, высотой метров двадцать, поглотивший уже часть городской стены и несколько прилегающих домов. Я подобного никогда прежде не видел. Капитан Юн Вол решил город облететь по кругу, чтобы оказаться как можно дальше от разлома. Сказал, что из-за искажения сердце корабля плохо слушается.
⠀⠀
Как говорил капитан Юн Вол, парящим кораблям не нужен порт. Если позволяла погода, они спокойно могли оставаться в воздухе сколько угодно долго. Не требовалось и присутствие капитана на борту. Достаточно, чтобы помощник или кто-то из доверенных матросов приглядывал за сердцем корабля. Ветер тоже не был проблемой, но корректировать положение парящего корабля мог только капитан. Даже его старший помощник, спокойно управляющий летающей лодкой, подступиться к сердцу корабля не мог.
О хитростях управления парящими кораблями Юн Вол рассказывал мне и Максиму Артёмовичу, когда матросы крепили корабль канатами к зубцам городской стены. Высота позволяла безопасно причалить к каменному сооружению и даже установить сходни. Местная городская стража наблюдала за нами с вытянутыми лицами, вызывая улыбку. Принц Тай Шахир быстро нашёл с ними общий язык. Не дожидаясь, пока будут установлены сходни, он перебрался на узкую стену и уже успел обо всём договориться.
— Не нравится мне штука на той стороне города, — сказал Юн Вол, имея в виду разлом. — Если искажение станет больше, я отведу корабль на север.
— Хорошо, будем искать вас дальше, вдоль главной дороги. Надеюсь, что до вечера мы во всём разберёмся.
У спуска со стены рядом с жилыми домами появился кто-то из важных персон города. Принца он встречал радушно, жестом приглашая к местному аналогу кареты.
— Мы останемся на корабле, — сказал Максим Артёмович. — Купим воды и еды на местном рынке и будем ждать здесь.
Крытый рынок на восточный манер мы видели, когда корабль причаливал к стене. Всего в паре кварталов в сторону центра города. Летающую лодку уже готовили, собираясь отправиться на ней. Кстати, осваивать умение управлять лодкой взял на себя Николай Нефёдов. Из всех старших офицеров он показал лучший результат во время тестов. Вроде бы даже с первого раза умудрился поднять лодку в воздух.
Когда сходни окончательно закрепили, я помог перейти на узкую стену девушкам, включая Иву. Она тоже изъявила желание отправиться с нами. С ней я говорил накануне, пытаясь узнать, что нас ждёт впереди. И не только меня подобное беспокоило, Зои тоже успела перекинуться с ней парой слов. Увы, видения Ивы были туманны. Она говорила, что не может сосредоточиться на ближайшем будущем. При любой попытке прорваться в него, она погибала, убиваемая символом на спине. Горько шутила, что она бесполезный оракул, способный видеть лишь сотни ничего не значащих мелочей. Кстати, отправляясь с нами в город, она не забыла захватить убийственный жезл светлоликих, с символом кровавого цветка внутри. Страшное оружие, если подумать, особенно в её руках.
Стоит сказать, что несмотря на почти безоблачную погоду, на равнине рядом с пустошью было прохладно и ветрено. Стража, дежурившая на городской стене, носила длиннополые кафтаны песочного цвета и конусообразные шлемы с толстой подкладкой. Из оружия предпочитали мечи с широкими изогнутыми лезвиями, но встречались и короткие копья. Хорошо, что кто-то додумался послать за подкреплением, чтобы оцепить район и не подпускать любопытных горожан.
Принц терпеливо дожидался нас рядом с вельможей. В отличие от обычных горожан, носивших серые и коричневые халаты, он был одет в зелёно-золотой расшитый наряд с красным широким поясом. Заметил я и узкий меч в красных ножнах. Завершал картину золочёный тюрбан.
— Владыка Василий, — обратился ко мне принц, — хочу представить тебе Джахагира ар-Касира, моего дядю и шахдара города.
— Добро пожаловать, уважаемый Владыка, — глава города низко кивнул, приложив ладонь к груди. — Пусть стены Фирузата станут для тебя укрытием, а улицы — дорогой к процветанию.
— Так обычно приветствуют в торговых городах Силмара, — подсказал принц.
— До меня доходили слухи из столицы, что хозяин летающего корабля хочет наладить торговлю между Силмаром и Первым царством, — сказал глава города.
— Дядя, разве сейчас есть на это время? — с укоризной сказал принц. — Расскажи, как это случилось? Появлялись ли из разлома демоны? Я никогда не слышал, чтобы проходы между мирами были такими огромными.
— Демонов пока не видели, — нахмурился глава города. Сейчас стало заметно, что выглядел он немного уставшим и невыспавшимся. В уголках глаз залегли глубокие морщинки. — Три дня назад разлом просто вспыхнул за стеной города. Он всё время увеличивается в размерах, убивая тёмными молниями любого, кто осмелится приблизиться. Я отправил вести брату в столицу. Вчера почтовый голубь принёс весть, что на помощь едет мудрец Сайф и его последователи, но прибудут они в лучшем случае через три дня.
— А подкрепление, если появятся демоны?
— Давайте поговорим в моём дворце, — сказал глава города, делая жест в сторону кареты.
— Нам бы посмотреть на разлом, для начала, — сказал я. — Нужна повозка и человек, знающий улицы города.
— Я провожу, — вызвался принц. — А потом мы заедем во дворец.
— Будет так, — кивнул Джахагир ар-Касир. — Берите мою повозку. Но не подъезжайте ближе ста шагов к разлому.
Учитывая разлом на границе города, на улицах было тихо и безлюдно. Скорее всего, большая часть жителей, а не только из южных кварталов, отправилась в соседние города ещё накануне. Кто остался, помогал страже возводить баррикады и готовиться к нашествию демонов. Помимо городской дружины, были здесь и войска из соседнего города — их можно было отличить по другому цвету кафтанов. И чем ближе мы подъезжали к разлому, тем больше город напоминал полигон для предстоящего сражения с демонами.
Если говорить о городе в целом, то он был одноэтажным, с крепкими домами с плоской крышей. Высокие строения встречались только ближе к центру города, где виднелся роскошный дворец с большими куполами и мозаикой, сверкающей на солнце. Мозаика в отделке зданий встречалась почти повсеместно. Пару раз мы проезжали по просторным площадям с фонтаном в центре. Зои с большим интересом разглядывала город, время от времени тряся за плечо Иву, чтобы она тоже посмотрела на необычное строение или украшение зданий.
В паре кварталов от городской стены, частично сожранной разломом, мы заметили неожиданную картину. На пустой площади, бывшем открытом рынке, стояла знакомая кухня на колёсах. Старший Ка что-то готовил, отчего по всей площади плыли вкусные запахи жареного мяса со специями. Странно, что стражники и военные, сооружающие баррикады вокруг площади, этого совершенно не замечали.
Мама Ночь первой выпрыгнула из повозки и поспешила к кухне, приветственно помахав рукой. А когда мы подошли, старший Ка уже выставлял на стойку тарелки с белой крупой и жареным мясом.
— Осторожно, специи очень острые, — предупредил я Иву и Зои, затем кивнул принцу. — Садись уже с нами.
Помощница старшего Ка разливала в высокие кружки что-то похожее на квас, совсем немного пенящееся.
— Новости не самые радостные, — сказал старший Ка, обращаясь к маме Ночь. — Сюда ползёт слизень. Завтра к вечеру доберётся. Он два источника поглотил, в том числе и тот, что отравил Джи Кат, поэтому стал настолько ядовитым, что близко не подойти.
Мама Ночь задумалась, затем изобразила, как будто что-то разрезает ладонью на столе.
— Я не знаю, как его вообще можно убить, — покачал головой старший Ка. — Он сейчас в мире кипящей лавы, ползёт по ней, не замечая. Мне кажется, проклятые его сами боятся настолько, что первым сюда отправили. Но есть и хорошая новость. Третий колосс был убит стариками из Большой реки.
— Вы были в мире великих сект? — удивился я.
— Нет, это далеко, и путь туда опасен. Мы с одним из них столкнулись, когда за слизнем наблюдали. Им тоже стало интересно, куда он ползёт. Во взглядах людей читалось, что они даже помыслить боятся сразиться с ним. Думают, что когда слизень поглотит ещё один источник, то станет слишком большим и уже не сможет перемещаться между мирами. Поэтому предложили нам бросить всё и бежать без оглядки.
— Лучше бы помощь предложили, — проворчал я. — Советы умные мы и сами можем давать. Он большой, слизень этот?
— В разлом пройдёт по высоте, — сказал старший Ка, перекладывая очередную порцию жареного мяса со сковородки в глубокую миску. — Если ужмётся немного.
— Следом за ним армия демонов идёт? — снова спросил я.
— Нет. Маршрут, по которому слизень движется, второй раз использовать нельзя. Там, где он однажды прошёл, разломами лучше не пользоваться. Он же крушит всё на своём пути.
— А можно сделать так, чтобы из разлома он вышел в разрушенный мир? Здесь недалеко есть один. Пусть там плавает в пустоте хоть целую вечность.
— Вопрос не в том, как отправить, а как удержать, — сказал старший Ка. — Он просто откроет новый проход и сбежит.
— И что, у вас нет ни одной мысли, как его убить?
— Это просто огромная куча слизи — старший Ка поморщился. — Пожирающая любую магию, не боящаяся огня или кислоты. Его нельзя ранить в надежде, что истечёт кровью. Даже подойти близко нельзя, чтобы не отравил. Не стоит забывать, что он колосс, обладающий огромной силой. Встанешь у него на пути, он просто раздавит тебя, как крошечное насекомое, одним лишь потоком магической силы. Это… бог смерти, если бы он имел облик.
Помолчали. Мне кусок в горло не лез, поэтому я просто ковырял соблазнительное на вкус мясо палочками для еды.
— Я могу попробовать его убить, — в итоге сказал я.
На мне скрестились взгляды старшего Ка и мамы Ночь.
— У меня на спине есть великий символ смерти. Очень страшный символ, который я использовал всего один раз. Всё, чего он касается, умирает, превращаясь в чёрную сажу.
— Магия на него не подействует, — сказал старший Ка.
— Это не совсем магия. Это сила, идущая из-за завесы. Пагубная сила, коснувшись любого тела, начинает распространяться по нему, как огонь по сухой траве. Я могу попробовать заразить слизня. Может, он сгниёт от неё.
— Сомнительно это, — прищурился он. — Джи Кат пытался и сделал только хуже. Представляю, во что он превратится, если ещё и смерть начнёт вокруг распространять как яд.
— Считаете, что лучше подождать, пока он до нас доберётся? — упорствовал я. — Думаю, что попробовать стоит. Вряд ли он на меня внимание обратит, когда рядом окажусь. И пока будет мимо ползти, я его пагубной силой заражу. К тому же у меня посох есть замечательный, он увеличивает контроль и силу голоса.
На меня снова посмотрели недоверчиво. Мама Ночь слегка покачала головой.
— Надо с Нерулом посоветоваться, — в итоге сказал старший Ка. — И госпожу Мин… просто предложил.
Мама Ночь категорически высказалась, чтобы никто не смел будить госпожу Мин. Зная характер главы секты Созвездий, мама Ночь боялась, что она бросится решать эту проблему и погубит себя, ничего не добившись. Слишком много сил она потратила, чтобы переместить источник. Можно было считать настоящим чудом, что выжила после этого.
Военные и городская стража продолжали заниматься своими делами, не замечая нас. Принцу это казалось странным, поэтому он крутил головой, пытаясь поймать хотя бы один взгляд в нашу сторону. Он в разговор не вмешивался, но понимал, о чём мы говорили. Я потянулся, положил ему руку на плечо.
— Ты не пугайся, — предупредил я. — Если будет не по себе, можешь подождать нас в повозке.
Он жестом показал, что всё в порядке. В этот момент позади нас появилась Соун И вместе с Нерулом. Наставник выглядел, как всегда, внушительно. Я уже привык к его крокодильей голове, но, когда видишь впервые, это немного пугает. Мы дружно пересели, сместившись на одно место, чтобы наставник смог сесть рядом с мамой Ночь. Одет он был в простые бежевые штаны и лёгкую светлую рубашку. Для полноты картины ему не хватало только соломенной шляпы. Мне показалось, что он садом вокруг источника занимался, когда его позвали. На огромный разлом он бросил задумчивый взгляд, затем подсел к столу.
Старший Ка ещё раз рассказал о нашей проблеме и о появлении слизня. Упомянул стариков из Большой реки.
— Ситуация непростая, — согласился Нерул.
— Василий говорит, что сможет заразить слизня пагубной силой, идущей из-за завесы. Она его превратит в сажу.
— Всё так, — кивнул я. — Могу продемонстрировать, если нужно.
Нерул вынул из-за пазухи мешочек, а из него вытряхнул на стол большого синего жука. Жук упал на спину и смешно задёргал лапками, пытаясь перевернуться.
— Покажи на нём, — сказал Нерул. — Эти вредители живут рядом с источником, и магия на них почти не действует.
Мне не нужно было произносить слова на языке дами, так как жук был небольшим. Перестав шевелить ножками, жук замер, немного почернел и начал рассыпаться маслянистой сажей.
— Это из библиотеки дами, — сказал я, поймав строгий взгляд мамы Ночь. — Когда я впервые прочёл об этом символе, был взволнован открытием и вместо того, чтобы хорошенько подумать, побежал к Беате. Лучше бы вместо него выбрал что-нибудь другое. Нет, я его не использую просто так. Только один раз, когда испугался и вышел из себя. Да, полностью с Вами согласен, но вдруг он поможет одолеть слизня?
— Попробовать можно, — осторожно сказал Нерул, пропустив слова мамы Ночь мимо ушей. — Только если ты уверен в своих силах.
— Есть ещё один маленький нюанс. Я на большом расстоянии ничего не смогу сделать. Нужно подойти к слизню ближе, примерно как к этому разлому. А если он сильно ядовит, успею ли что-то сделать?
На минуту повисла тишина. Зои крепко сжала мою ладонь, то ли поддерживая, то ли, наоборот, считая, что это глупая затея.
— Протяни ладонь, — сказал Нерул, попутно прокусив себе палец на левой руке.
Окровавленным пальцем, он провёл по моей ладони. Его кровь, касаясь кожи, моментально вскипала и пузырилась, превращаясь в колючий песок. При этом кожу обожгло так, что у меня слёзы из глаз побежали от резкой боли.
— Предупреждать надо, — зашипел я и принялся тереть ладонь.
— Сущность, что внутри тебя, должна защитить от яда, — сказал он. — Старший Ка, у тебя огненный корень остался?
— Половинка, — сказал он. — Шестьсот лет храню.
Старший Ка нагнулся к ящикам под столом и принялся что-то перебирать, звеня посудой. Пока он искал нужное, Нерул посмотрел на маму Ночь.
— Боюсь, что я могу заразить источник скверной, — сказал он. — Поэтому пойти не смогу.
Мама Ночь понимающе кивнула, сказав, что лично присмотрит за мной, пока я буду изводить слизня.
— Вот он! — обрадовался старший Ка, вынырнув из-под стола и демонстрируя нам глиняный кувшинчик, плотно запечатанный потемневшим воском. — Шестьсот лет, мог и сгнить.
Помощница протянула глубокую тарелку, которую он дополнительно протёр тряпочкой. Пробку открывать не стал, просто разбив кувшинчик о столешницу. Внутри был чёрный песок и небольшой скрюченный корешок размером с указательный палец. В нос ударил острый запах, от которого из глаз снова брызнули слёзы. Зои даже нос пальцами зажала, размазывая по щекам слёзы. Принц успел прикрыть лицо платком.
— Фто это? — спросила Зои.
— Огненный корень, — сказал старший Ка. — Величайшее на свете лекарство.
Он положил его в тарелку и залил водой, чтобы избавиться от запаха.
— И мне эта штука поможет от яда? — спросил я, не горя желанием пробовать подобное.
— Не тебе, а маме Ночь, — сказал старший Ка. — Завтра к обеду будет готово. Но предупреждаю, что это крайне ядрёная штука.
— Мы подготовимся до завтра, — Нерул встал, взял за руку маму Ночь.
Они отошли немного от передвижной кухни и исчезли. Я лишь на мгновение успел заметить Соун И.
— Второй раз в жизни буду его готовить, — задумчиво сказал старший Ка, погладил жёсткую бородку.
— Мы тогда тоже пойдём, — кивнул я. — Спасибо за обед.
Старший Ка на нас внимания не обратил, задумчиво глядя на тарелку с корешком. Я жестом показал остальным, что пора уходить. Отойдя шагов на десять, оглянулся и ожидаемо увидел лишь пустую площадь.
— А кто это был? — спросил принц Тай Шахир.
— Долго объяснять. Есть старшие боги, живущие очень далеко, а есть младшие, приглядывающие за этим миром. Вот, считай, что это были они.
Принц удивлённо посмотрел на то место, где только что была передвижная кухня. И выглядел он так, словно ни секунды не сомневался в моих словах. Хотелось руками всплеснуть и воскликнуть «святая простота».
— Уверен, что всё получится так, как задумал? — спросила Зои.
— Нет, — честно признался я. — Но попробовать стоит. Иначе этот слизняк до нас доползёт и всех сожрёт.
Солдаты и городская стража на площади оживились, увидев нас и принца. Может, они его в лицо знали или по богатой одежде определили, но принялись кланяться. А ещё к нам прибежал высокий чин, чтобы доложить, что всё идёт по плану. Отрапортовал, что жильцов пострадавшего района города эвакуировали, продовольствием обеспечили, грабежа зданий не допускают. Принц его похвалил за отличную работу, и мы поехали в сторону дворца. В ином случае я бы прогулялся по городу, посмотрел на местную архитектуру, заглянул в несколько лавок, может, что-нибудь купил, но из-за разлома в городе было необычно тихо. Жители, которые не хотели уходить из города, прятались по домам, ожидая вторжения демонов. Но большая часть людей город всё же покидала. В центре, недалеко от дворца, мы застали целый караван из телег и повозок, уходящий из города по западной дороге. Скорее всего, уходила какая-то богатая гильдия, так как половина телег была загружена тюками и ящиками, а охрана состояла из крепких наёмников на лошадях. Нам пришлось немного подождать, пока они минуют площадь. Следом за ними спешило несколько семей, тащивших вещи на себе или в ручных тележках.
Правитель Фирузата не строил иллюзий, представляя, что ждёт город в случае нападения демонов. Работая во дворце, он пытался организовать оборону, собрать ополчение и наладить взаимодействие между отрядами подкрепления, подходившими из ближайших городов. Мы застали его как раз за разговором с двумя богато одетыми мужчинами, которые привели отряд в три сотни человек. До их города было всего полдня пути пешком, и они прислали уже третий отряд, собрав почти все доступные силы, включая часть городской стражи. Наверное, понимали, что если Фирузат падёт, то следующей целью станут они. И уж лучше задержать демонов здесь, чем ждать, пока они начнут рушить их собственный город.
Несмотря на обилие дел, глава города уделил нам немного времени. Вместе с супругой и дочерью подготовили роскошный обед. Супруга его, кстати, приятная в общении женщина, к принцу относилась как мать, рассказывая, что он часто гостил у них, когда был ребёнком.
После обеда принц заручился поддержкой дяди, и они умчались к северной стене, где нас всё ещё ждал «Расколотый». Они планировали заплатить Юн Волу, чтобы тот помог принцу добраться до столицы королевства, поговорить с правителем и вернуться уже с серьёзным подкреплением. У меня не было никакого желания проводить ещё день в тесной каюте, поэтому я решил остаться во дворце вместе с Зои и Ивой. Тем более, что нам пообещали подготовить купальни к вечеру. А ещё выделили целое крыло на третьем этаже дворца. С видом из окна только не повезло. Но если шторы опустить, то и не заметно, что совсем рядом открыт огромный разлом.
После обеда мы отдыхали в большой светлой комнате, обсуждая непростую ситуацию. К нам даже Ханна присоединилась, чтобы высказать своё мнение.
— Мне кажется, что ты меня не слышишь, — сказала Айн Ханна.
Я сидел в кресле, а она как раз стояла передо мной, уперев руки в боки.
— Прекрасно тебя слышу, — попытался сказать я, но она наклонилась, прищуренно глядя на меня фиолетовыми глазами.
— Тебе же постоянно говорят, что он ядовит и смертельно опасен, — добавила она. — Ты на фоне великих демонов несмышлёный ребёнок. И если они понимают, что у них нет ни единого шанса, с чего ты взял, что сможешь его одолеть?
— Есть шанс…
— Молчи! — она сжала кулак, показывая, что если буду и дальше спорить, то стукнет меня. — Ну, загубишь ты колосса. Счастлив будешь, если придётся заплатить за это жизнью?
Она резко потянулась, взяла мою руку, поворачивая ладонью наверх. Показала на короткий ожог, оставшийся от крови Нерула. Болело, кстати, не очень сильно, но неприятно.
— Выхода нет, — спокойно сказал я.
— Он есть. Даже не один и не два. Возвращайся в горы Ракку. Будешь тихо править миром, ходить в гости к своим дами, посещать базар Альведэ, торговать травами Иш, в конце концов. Бери Зои, Иву, хоть половину Первого царства.
Я промолчал, так как спорить на эту тему не хотел. Ханна ещё несколько секунд боролась с желанием меня придушить, затем вздохнула, положив ладонь на макушку, посмотрела на Зои.
— Если Вася говорит, что надежда есть, я буду ему верить.
— Надежда, — проворчала Ханна, ткнула пальцем в Иву. — Вот она знает, чем всё закончится. Дневники свои дописала, запечатала и домой передала вместе с письмами. Ходит, улыбается, как смирившаяся с казнью. Знает, что он этот мир спасёт, но сам погибнет.
— Это правда? — Зои серьёзно посмотрела на Иву.
— Я вмешиваться в будущее не планирую, — сказала она. — Как и в ваш глупый спор.
Айн Ханна даже зарычала от злости. Щёлкнула меня по лбу и молча уселась в соседнее кресло, скрестив руки на груди.
— Но мне тоже кажется, что Василий ведёт себя опрометчиво, — сказала Ива. — Собирается прыгнуть в вулкан перед самым извержением со словами «сейчас я всё исправлю».
Ханна согласно кивнула. Зои переводила взгляд с одной на другую, затем всплеснула руками. Встав, она подошла к моему креслу, протянула руку.
— Пойдём прогуляемся, — предложила она. — Посмотрим, готовы ли купальни. Руфи говорила, что у них здесь большой бассейн есть.
⠀⠀
Вечер и ночь во дворце главы города прошли тихо и спокойно. Я только утром узнал, что «Расколотый» вернулся перед рассветом, привёз два десятка одарённых и трёх важных королевских учёных. Последние занимались изучением разломов и увиденным были тронуты до глубины души. Хорошо бы они близко к разлому не полезли и их не поубивало. Меня всё это интересовало мало, поэтому я прекрасно выспался, позавтракал и до обеда просто отдыхал в компании Зои. Ближе к полудню мы с ней вышли на крышу дворца, чтобы посмотреть на город с высоты. Понаблюдали за суетой на дворцовой площади. И если я был спокоен, как сытый удав, то Зои извелась за это утро.
— Вася, я тебя очень прошу, будь осторожен, — наверное, в десятый раз сказала она.
— Обязательно буду, — сказал я, обнимая её за плечи и прижимая к себе. — Не переживай. Меня больше пугает неудача. Если мы этого слизняка найдём, но ничего сделать не сможем.
Я ещё полчаса назад уловил присутствие мамы Ночь. Она была где-то в городе, возможно, вместе со старшим Ка. Зои глубоко вздохнула, когда позади открылся разлом и на нас упала чёрная тень огромного паука.
— Как вчера сказала Ива, не переживай, я всё исправлю, — сказал я и поцеловал её в щёку.
Обернувшись, посмотрел на маму Ночь, в облике паука выглядящую немного пугающе. Она пробежала прямо над нами, собираясь спрыгнуть с крыши дворца на площадь. Я не успел ничего сказать, когда что-то дёрнуло меня вслед за ней. Головокружительный полёт с крыши закончился в разломе, где я во что-то больно врезался, и почти сразу мы вылетели с другой стороны. В лицо ударил холодный, почти ледяной ветер, а дезориентация сменилась падением. Такое чувство, что мама Ночь выпала из разлома метрах в ста над землёй.
Зажмурившись на несколько секунд, я ожидал жёсткого приземления, но меня лишь немного вжало в спину мамы Ночь, и мы уже мчались по холодной равнине, примыкающей к высоченным горам. Хорошо, что я умудрился удержать посох в руках, вцепившись в него, как в спасательный круг. Мама Ночь хотела, чтобы я встал и посмотрел куда-то в сторону гор. При этом она продолжала мчаться, не уступая в скорости парящему кораблю. Я смог лишь немного приподняться, но этого хватило, чтобы увидеть слизня, размерами сопоставимого с колоссом, напавшим на город Вечных. Нас разделял километр или больше, но из-за его размеров сложно было точно определить расстояние. Демон был просто огромным, бордово-зелёным и жутким на вид. Мы его быстро догоняли, двигаясь параллельно. На нас он не обратил внимания, продолжая ползти вдоль горного хребта, оставляя за собой след из противной на вид слизи.
Резко сменив направление бега, мама Ночь рванула к нему наперерез. То, что я немного ошибся с оценкой размеров колосса, стало понятно очень скоро. Он возвышался как минимум на тридцать метров, превосходя высотой даже королевский дворец в Первом царстве. И стоило приблизиться чуть ближе, как в нос ударил затхлый запах болота, медленного гниения или испорченного мяса. У меня даже голова закружилась, а в горле встал ком. Когда же между нами осталось метров двести, запах стал невыносимым. Мама Ночь споткнулась, и мы полетели кубарем по серой земле с редкой зелёной растительностью.
По земле я кувыркался не меньше двадцати метров, набив с десяток шишек и едва не переломав ноги и руки. Умудрился потерять посох и порвать одну штанину, за что-то зацепившись. Вроде бы потерял сознание на секунду, но тут же резко пришёл в себя, как будто мне пощёчину влепили. Встав на четвереньки, потряс головой, затем с трудом поднялся, едва снова не упав. А мир вокруг уже приобрёл противный зелёный оттенок. Даже холодное солнце, освещающее равнину, стало зелёным, как и земля вокруг. Я заметил маму Ночь, метрах в сорока справа. Она сжалась в комок, подобрав под себя ноги. И за секунду до того, как на неё обрушился поток грязной магии, растворилась в зелёной вспышке разлома. Выходит, что слизень её заметил и решил на всякий случай прибить. Он даже скорость сбавил ненадолго.
— Отравил, гад, — сказал я на языке дами.
Получилось не очень уверенно. Зато я перестал чувствовать смрад, разлитый в воздухе. Его стало слишком много, и скорее всего, мозг просто отказался воспринимать. Оглядевшись, я понял, что в зелёном мареве, разлитом вокруг, посох найти не получится, только зря время потрачу. Неприятно, но не критично. Собравшись с силами, побежал в сторону колосса. Первую сотню метров преодолел легко, несмотря на ватное тело. Единственное, что ощущалось в полной мере, так это жжение в груди. Внутри что-то горело, едва не прожигая насквозь. Ещё бы колосс не двигался так быстро по равнине, чтобы мне поспевать за ним. Бежать изо всех сил и одновременно использовать силу голоса не так просто, особенно когда тебя мутит, а перед глазами всё плывёт.
Вблизи оказалось, что колосс покрыт наростами, как крупными чешуйками. Они скрипели и хрустели, когда по телу проходила волна и он двигался вперёд. Да и к слизням его отнести можно было с большой натяжкой. Я даже не знаю, что это был за монстр, и как, вообще, мог появиться на свет. Что за существо было способно породить нечто подобное? Если бы источник вечной жизни мог ожить и начать двигаться, то он ощущался бы именно так. Колосс не пожирал магию, а источал её, словно не мог удержать в себе. Она выходила из него вместе с мутной слизью, стекающей по крупным чешуйкам на землю.
То, что я был несколько поспешен в решении сразиться с колоссом, стало понятно очень быстро. Я всё делал по правилам, использовал четвёртую молитву, чтобы вызвать разом как можно больше энергии. Накопил её достаточно, без суеты и спешки, а затем выплеснул в виде магии, убивающей всё живое. Одна из чешуек колосса, куда я направил удар, даже потемнела немного, но по ней прошла очередная капля мутной слизи и ничего не произошло. Вторая попытка, затем третья показали, что работать это не будет. Символ рассечения оказался ещё более бесполезным.
Минут десять я бежал рядом с колоссом, постепенно обгоняющим меня и стремящимся, скорее всего, к разлому в наш мир. Моё время стремительно заканчивалось, так как и жжение в груди значительно ослабло, и руки слушались плохо, а зелёный цвет в глазах стал более насыщенным и противным. Звук хруста и трения чешуек колосса превратился в оглушительный камнепад, мешая сосредоточиться.
Мелькнула мысль, что пора переходить к запасному плану, приоткрыть завесу. Нужно было только выбрать символ. Рассечение сразу отпало, так как здесь оно помочь не могло. Символ смерти я тоже отбросил как бесполезный. Вот сейчас я понимал, что даже усиленный, он вряд ли сможет что-то сделать существу, сожравшему пару источников вечной жизни. Зато вспомнил о небольшом существе, пожирающем магию в каких-то невероятных количествах. Помнится, чтобы насытить его, пришлось постараться. Госпожа Асгейл говорила, что той силы, которую я использовал, хватило бы, чтобы растопить многометровый слой снега на огромной равнине.
Я остановился, устав бежать следом за колоссом. Тяжело дыша, поднял непослушную руку, и в паре метров от меня вверх взметнулось зелёное пламя. Оно приобрело очертание человеческой фигуры. Только вместо образа красивой девушки мне привиделось страшное лицо с жутким большим ртом и острыми зубами. Фигура качнулась, повернулась к колоссу, всплеснула руками и метнулась в его сторону. Можно было увидеть, как огненный вихрь вгрызся в чешуйку, проделал крошечное отверстие и влился в него, пропадая из виду.
В воздухе передо мной уже возникла тоненькая вертикальная линия света, яркая и слепящая. Её края растянулись, как прореха в ткани, и оттуда кто-то выглянул. Просунул сначала зубастую голову, затем тонкие как палки руки и выпал целиком. Упав на землю, человечек вспыхнул, удивлённо оглядываясь по сторонам. Едва его взгляд упал на колосса, проползающего мимо, он метнулся к нему, не менее прытко, чем первая фигура. Вошёл в огромное тело демона, просочившись между чешуйками. А из разреза в воздухе в этот мир протискивались сразу два огненных человечка.
Мне всё происходящее напоминало разворошённый улей шершней, когда они выбирались из узкого прохода, голодные и злые. Один за другим огненные зубастые человечки протискивались через проход, вспыхивали, взмывали в воздух и мчались в сторону колосса. Они толкали друг друга, ругались, опасно щёлкали зубами, стараясь как можно быстрее выбраться. У меня перед глазами без перерыва мелькали огненные всполохи и росчерки противного зелёного цвета. Один из огненных человечков, самый маленький и неуклюжий, не смог взлететь, поэтому просто побежал к колоссу, смешно перебирая ногами-спичками. Добрался до огромной капли слизи и радостно плюхнулся в неё.
Огромный колосс, источающий ядовитую магию, остановился, пытаясь понять, что происходит. В это время из его спины выскочила крошечная огненная фигура, совершила кульбит в воздухе и нырнула обратно. Сотни маленьких и очень голодных огоньков пожирали его изнутри. Уже минут через пять колосс начал светиться, затем просел, становясь меньше по высоте. А поток огненных шершней, выбирающихся через разрез в пространстве, не прекращался. Наоборот, они всё яростнее отталкивали друг друга, словно опаздывали к раздаче вкусного обеда. Те, кому не хватило места внутри огромной туши, или их просто туда не пускали, кружили вокруг в поисках мутной слизи. Они даже подчистили следы, оставшиеся на земле. Меня же облетали стороной, бросая такие взгляды, как будто я совершенно невкусный.
Чтобы сожрать колосса, огненным людям понадобилось минут сорок. В какой-то момент огромная туша стала напоминать пустую оболочку, тщательно вылизанную изнутри. Затем она обвалилась внутрь и была растерзана не менее жадно, чем вкусные внутренности. Огоньки рвали её на куски острыми зубами, проглатывая даже не жуя. Слышался лишь деловитый хруст и гудение. Видя, что вкусного ничего не осталось, гости из другого измерения потянулись обратно к светящемуся разрезу. Кто-то нёс в руках куски жёсткой шкуры и обломки чешуек. В разрез они вваливались, протискиваясь с трудом, растолстевшие от трапезы. Появился какой-то важный и очень яркий огненный человечек, махавший руками на остальных, и процесс эвакуации ускорился.
Я так и сидел посреди уже пустой серой равнины, уставший от того, что пришлось так долго поддерживать разрыв в завесе. Язык не ворочался, чтобы использовать магию дами, поэтому пришлось тратить собственные силы. Пока поток огоньков стекался к разрезу в пространстве, ко мне подлетел один из них. Он держал в руках что-то, формой похожее на небольшую вытянутую тыкву. Протянув это мне, он пару раз щёлкнул зубастой пастью и поспешил к остальным. Последним площадку покидал самый яркий огонёк, на секунду поднявшийся в воздух, чтобы ещё раз осмотреть окрестности. Убедившись, что никого не осталось, он спикировал к разрезу, легко просочившись внутрь.
Метрах в десяти от меня вспыхнул небольшой разлом, из которого выскочил высокий светловолосый мужчина. Размытой тенью он метнулся к разрезу в пространстве, взмахнул рукой, разбрасывая мелкую светящуюся пыль. Разрез задрожал, начал быстро сужаться и, стянувшись в точку, исчез. Мне показалось, что мужчина выдохнул с облегчением. Он что-то сказал, но я не расслышал. Его окружала очень странная радужная защита, похожая на большой мыльный пузырь, поэтому голос звучал приглушённо и неразборчиво. А может, он говорил на языке Илуны, так как это был лорд Азара, собственной персоной. Скорее всего, он ругался из-за того, что я прорвал завесу. А я ведь думал, что за мной придёт кто-то из стариков.
Из того же разлома, откуда вышел лорд Азара, появился ещё один светлоликий, окружённый такой же защитой. Они начали спорить о чём-то, говоря явно обо мне. Вокруг лорда Азара периодически проскакивали ярко-зелёные всполохи огня. Их жёлтые волосы тоже выглядели зелёными в моих глазах. Я бы посмеялся над ними, но меня накрыла такая усталость, что едва не уснул сидя. Покрепче обняв подарок и прижав его к груди, я лёг на бок, собираясь немного поспать. Закрыл глаза и почти сразу провалился в глубокий сон.
Мне снова снилась тёмная пещера, лёгкий туман, стелющийся вдоль пола. Разгоняя его, можно было увидеть вокруг ярко-зелёных лягушек. Они были повсюду, кроме небольшого пяточка в центре, где яркий огонь разгонял туман.
— Хорошо хоть он не зелёный, — проворчал я, проходя и усаживаясь на один из больших камней рядом с ним.
Огонь ожил, взметнулся к потолку, но быстро опал. В нём почти сразу проступил образ знакомой прелестной девушки. Она помахала мне рукой, улыбаясь.
— Ты же домой хотела уйти? — уточнил я. — Или ты мне оттуда снишься?
Она мотнула головой, показав толстое колечко на нитке, висевшее у неё на шее.
— Почему не ушла? Я что, зря старался? Третий раз подобное мне ворчливые старики не простят. Если светлоликие не прибьют, пока я тут сижу.
Девушка показала указательным пальчиком на губы, затем погладила животик, довольно покачав головой.
— Угощение понравилось? — спросил я, на что она быстро закивала.
Рядом с ней вспыхнули огоньки, очень похожие на тех самых зубастых человечков. Они принялись радостно водить вокруг неё хоровод. А ещё появились руки, чтобы обнять девушку и погладить по голове. И чтобы я уж точно понял, о чём шла речь, эти руки показали девушке большой палец, как бы говоря, что она молодец. Хвалили за то, что нашла для большой семьи вкусное угощение. Вновь погладив животик, она требовательно протянула ладонь в мою сторону.
— Наглые вы, — хмыкнул я, на что она развела руками.
Девушка хотела ещё что-то сказать, но в этот момент я проснулся. Точнее, меня нагло разбудили, ткнув пальчиком в щёку. Открыв глаза, я увидел незнакомую девчушку лет восьми. Светлые волосы, выглядывающие из-под косынки, небесно-голубые глаза.
— Лика, — послышался голос Иринэ, говорившей на языке светлоликих.
На голову девочки опустилась ладонь, затем её повернули и подтолкнули в спину, чтобы не мешала. В поле зрения появилась Иринэ, выглядевшая довольной, словно у неё сегодня день рождения и подошло время к распаковке подарков.
— Проснулся, — сказала она. — Как себя чувствуешь?
— Либо вы меня связали, либо устал, — отозвался я, чувствуя, как неохотно слушается язык.
— Привет, — она подняла мою руку и слегка помахала ею. — Мама говорила, что не выживешь. А бабушка с отцом поругалась из-за того, что он очень редкие лекарства на тебя потратил. Скандал был…
Последнее она протянула с нескрываемым удовольствием.
— Где я сейчас?
— У нас дома, в Руге, — сказала девушка. — Это в двух днях пути от Илуны. В столице сейчас бардак, огромная стройка, шум и грязь. Жить там совершенно невозможно.
— И что, вы меня спасли, потому что больного сразу есть нельзя, чтобы не отравиться?
— Вот, — она закивала. — Губитель неплохо тебя отравил. И не умер ты исключительно потому, что несёшь в себе дар императора. Не знаю, что Ива наговорила, но даже он не спас бы от этого яда. Удивительно, что ты сразу не помер. Пять дней.
— Что?
— Пять дней провалялся без памяти. Позеленел сначала, потом немного посинел и на труп стал похож. В обмен на редкое лекарство будешь должен годовой запас трав Иш. Это чтобы бабушку задобрить. Она чай из этих трав очень любит, а нынче они в большом дефиците. За последний брикет настоящая драка была.
Я посмотрел на неё прищуренно. Чувство такое, что она мне мозги пудрит, всякую ерунду рассказывая. Иринэ ответила невинной улыбкой. Легко выдержала недоверчивый взгляд и принялась усаживать на кровати, так как тело меня совершенно не слушалось. Кто-то обрядил меня в белоснежную пижаму из очень приятной на ощупь ткани. На ней даже какой-то узор был.
— И что случилось, что вы так подобрели внезапно? — спросил я.
— Это ты во всём виноват, — сказала она. — С самого нашего знакомства. Я ведь предлагала пойти к оракулу, всё объяснить и закрыть проход в твой мир. Напустил бы тумана, страшных слов о катастрофе, тогда старшие рода, да и сам император лично поставил бы на твой мир табличку со словами «не прикасаться». И ничего бы с тобой не случилось. Ива бы в твоё будущее заглянула, и погнали бы тебя отсюда палками, лишь бы побыстрее и подальше.
— Вы, и отпустили бы? — я хмыкнул.
— У нас говорят, что такие, как ты, рождаются на стыке трёх миров. Это значит, что вы можете приносить только беды и несчастья.
— Кто бы говорил. Ладно, вертайте меня домой, и будем считать, что в расчёте. Травы Иш по почте отправлю.
— Как домой? — наигранно удивилась она. — А благодарность за спасение?
В дверях небольшой светлой комнаты вновь появилась девочка. Она протолкнула в помещение кресло-каталку, на которое меня аккуратно пересадила Иринэ. Это со стороны она выглядит как хрупкая девушка, а силы в руках столько, что железные прутья гнуть может. Затем меня повезли на прогулку, благо всё происходило на первом этаже, а пороги мы преодолевали по специальной дощечке.
Всегда поражался, почему такому злобному народу, как светлоликие, достался такой прекрасный мир. Яркий и солнечный, с тёплым приятным ветерком, приносящим запахи цветов и травы. Девушки как раз выкатили меня в сад за домом, к удобной беседке, где всё было готово для чаепития. Они пили знакомый сладкий напиток, напоминающий какао, а мне выдали ядовито-горькое лекарство. При этом девочка смотрела с лёгким сочувствием, словно успела его попробовать на вкус.
В окне второго этажа большого дома я заметил мелькнувшую фигуру брата Иринэ. Помню, мы с ним как-то встречались. К нам спускаться он не собирался. Бросил короткий взгляд в нашу сторону и ушёл дальше.
— Так что вам нужно от злого демона? — спросил я, сделав небольшой глоток горького лекарства.
Правая рука стала немного слушаться, и я уже мог держать кружку, не боясь выронить её.
— Во-первых, ты не демон, а во-вторых, не злой, — сказала Иринэ. — Сердце Губителя, что было при тебе, лорд Азара уже закопал в саду кристаллов. Оно источает столько энергии, что они растут как грибы в сыром подвале. Нам тоже выделили там клочок земли. Отец сейчас лично занимается этим вопросом и приедет только послезавтра. Не думал, что ты проснёшься так скоро. Будем считать, что это компенсация за неприятности, что ты нам доставил. В крайнем случае, ты можешь думать, что это небольшая плата за то, что лорд Азара тебя спас. Сжёг весь яд, которым ты пропитался насквозь.
Она жестом коснулась своих волос. Я уже понял, что у меня на голове была косынка, такая же, как на девочке. То ли, пока я спал, они побрили меня налысо, то ли это лорд спалил волосы. Бровей, кстати, тоже не было.
— Колечко, — Иринэ положила на стол массивное кольцо, ставшее ещё толще с прошлого раза. Теперь туда едва можно было просунуть нитку. — Остальное либо испортилось, либо это что-то несущественное, поэтому лорд Азара это не забрал.
Я потянулся, чтобы надеть нитку с колечком на шею.
— Они за твоим сражением с Губителем наблюдали, — сказала Иринэ. — Планировали разлом закрыть и запереть его в том мире. Только разлом оказался слишком прочным. Потом тебя увидели, скачущем по полю верхом на огромном пауке. Папа говорит, что очень удивился, когда ты проход в иное измерение открыл и натравил на Губителя злых и голодных огненных существ. Говорит, что они сожрали демона как плотоядные шершни кролика, даже шкуры не оставили.
Она посмотрела на меня уважительно.
— Но проходы в иные измерения открывать нельзя, — добавила девушка. — Это крайне опасно. Вышедшая оттуда сила может разорвать на части целый мир, оставив после него пустоту. Хорошо, что у лорда Азара была пыль пространственных кристаллов. Он с помощью неё хотел разлом Губителя закрыть, но не получилось.
— От меня вы что хотите? — повторил я. — Хватит уже ходить вокруг да около.
Иринэ вздохнула, посмотрела как на маленького капризного ребёнка. Даже головой покачала.
— Тебе иные расы известны: не демоны, не люди и не светлоликие?
— Есть одни такие, гадкий нестареющий народец. Надеюсь, демоны из пустоты Ильсиды их всех сожрали.
— Неумирающие, — кивнула она. — У них есть путевой кристалл Илуны. Они хотят пробиться сюда и поработить нас.
— В злобности их ничуть не сомневаюсь. И в чём ваша проблема? Сражайтесь за собственную свободу.
— Они сильны, — она слегка нахмурилась. — Среди них есть обычные люди, получившие бессмертие и огромную силу. Боюсь, что… после этой войны многое будет утеряно, в том числе и наследие, которые мы храним.
— Эка ты выразилась непонятно.
— Погибнут сильнейшие, которые уже не смогут передать детям силу. Мы передаём её из поколения в поколение. Моя сила тоже будет передана детям или уже внукам. Мой брат ждёт, когда придёт время, и бабушка передаст ему магию нашей семьи. Тебе сложно будет это понять, поэтому не забивай голову.
— Вижу, что воевать вы боитесь. Но ты уверена, что они именно поработить вас хотят? Насколько я знаю, вечные тоже не любят разменивать свою жизнь по мелочам. Они её ценят гораздо больше, чем мы с тобой. Проявите стойкость, сразитесь с ними, покажите, что будете драться до самого конца, и они отступят, поняв бессмысленность затеи.
— Всё непросто. Они уже приходили сюда. Как я говорила, привели людей и мутантов, прячась за их спинами. Было два больших сражения.
— Что за мутанты? — не понял я.
— Изменённые люди, ставшие демонами. Их исказила и изуродовала магия.
Я отпил ещё немного лекарства и скривился от противного вкуса. Зато мне стало заметно лучше. В голове прояснилось, и руки начали слушаться.
— Сейчас вход в наш мир закрыт, но стоит снять ограничение, и они снова появятся, — сказала Иринэ. — Неумирающие ломятся к нам почти без перерыва. Упорства им не занимать. Барьер не пробить, но они или не знают об этом, или ждут, пока он сам не исчезнет.
— Ну так закройтесь и сидите тихо, — сказал я. — Когда-нибудь им это надоест.
— Говоришь, как дряхлые старики из совета старейшин. Закрытый мир постепенно высыхает, выражаясь образно. И сколько нам так сидеть? Несколько десятков лет или несколько сотен? Сложно соревноваться в терпении с неумирающими. Для них это время пролетит как один миг, а у нас сменится несколько поколений.
— Это если их демоны из пустоты Ильсиды не сожрут раньше. Хорошо, я всё понял. От меня вы что хотите?
Я не стал говорить, что посмотрел бы, как вечные и светлоликие изведут друг друга.
— Мы случайно узнали об этом, допросив бессмертного человека, — сказала она. — Иные до дрожи в коленях боятся людей с фиолетовыми глазами. Человек не знает, почему это так, и смеётся над их страхами. А ты, как выяснилось, их владыка.
— Как бы тебе сказать, — я почесал подбородок. — У людей с фиолетовыми глазами давние счёты с вечными, но воевать…
— Мы заплатим, — сказала Иринэ. — Я слышала, владыка из гор Ракку принимает такие заказы в обмен на ответные услуги или юных дев с сильной кровью.
— Принимал, — кивнул я, — пока его по голове не стукнули и в недрах гор не похоронили. Мне надо подумать.
— А ещё у них есть огромный демон, — добавила она. — Большой и глупый, но очень сильный. Он поглощает любую направленную магию, поэтому его очень сложно убить. Неумирающим лично приходить не нужно, достаточно только этого демона отправить, чтобы огромные разрушения принести в этот мир. Отец думает, что ты мог бы расправиться с ним, как с Губителем, призвав существ из другого измерения.
— Дайте мне немного времени. Нужно хорошенько об этом подумать, но сейчас голова плохо соображает. И домой меня верните.
— Можешь отдохнуть здесь, — она сделала жест в сторону дома.
— Нет, чем я от вас дальше, тем лучше, — поморщился я, одним глотком допив лекарство.
— Хорошо, я предупрежу маму, что ты хочешь вернуться в красный мир.
Иринэ встала и ушла к дому. Я закрыл глаза, думая о том, что неплохо их прижало, если они ко мне решили с этой проблемой обратиться. Могли ведь прибить за всё, что я сделал. Хотя бы за то, что их хранилище ограбил. До сих пор помню рожу лорда Азара, когда он едва не поймал нас.
Помогать светлоликим не хотелось. Они не настолько слабые и несчастные, как хотят выглядеть. Всегда и всё предпочитают делать чужими руками. С другой стороны, их мир всё ещё тянет за собой Хуму, а сейчас болтается где-то рядом с Альведэ и красными мирами. Не хочется, чтобы здесь поселились вечные. Мало ли что им взбредёт в голову, когда они узнают, что под боком живут дами? Забыл, что и до гор Ракку отсюда пару дней пути.
— Они дядю Рикка убили, — сказала младшая сестра Иринэ, о которой я забыл. Говорила она на языке мира Хумы, пусть и с сильным акцентом. — И ещё старшего брата. Арки говорит, что они трусливы, поэтому всех из старших родов убьют, чтобы править в Илуне. Иначе спать спокойно не смогут.
Я посмотрел на неё, столкнувшись со взглядом ясных голубых глаз.
— Трусливые они, это правда, — сказал я, снова закрывая глаза. А в голове возник образ Ивы, говорившей ехидным голосом, что «Василий всё исправит», и жестом приглашая меня поближе к жерлу вулкана. А у меня руки начинали трястись от одной мысли, чтобы вновь открыть проход в огненное измерение. Оно пугало гораздо сильнее, чем то, откуда силу черпал символ разреза.
⠀⠀
В гостях у рода Эервен я провёл целый день. Отправить меня в красный мир оказалось той ещё задачей, так как Илуна находилась на осадном положении. И весь этот день я провёл в компании Иринэ. Характер у неё был почти такой же, как и у Ивы, колючий и немного язвительный. Не завидую её будущему супругу. Он либо сбежит, либо запираться в комнате будет, чтобы не доставала. При этом Иринэ была умной девушкой, внимательной и хитрой. Весь день выпытывала у меня информацию по вечным: откуда они взялись, где жили, что за беда их постигла и почему я их не люблю. Про Иву расспрашивала, хотела знать, как у неё дела и можно ли наведаться к ней в гости. И, конечно, аккуратно вставляла, какие светлоликие несчастные, как у них всё плохо, со дня на день их то ли поработят всех до единого, то ли вырежут под корень. Рассказала, что столица сейчас почти полностью лежит в руинах, включая и императорский дворец. А на месте некогда высоченного и красивейшего храма образовалась стометровая воронка. Странно, что меня в этом не винили. Иринэ говорила, что это кто-то из приближённых к императору виноват, взяв на себя ответственность поймать нас с Зои и установить опасную ловушку. Не додумались, идиоты, хотя бы за город её вывезти, хотя знали, что может взорваться.
За целый день меня лишь на час оставили в покое, ближе к полудню. Пока они обедали, я снова пил противное лекарство, отдыхая в беседке на улице. Еда в меня пока не лезла, вызывая острые приступы тошноты. Ближе к вечеру я познакомился с мамой Иринэ. Она на пару минут выходила из дома, чтобы поговорить с дочерью. Друг на друга они походили почти как две капли воды, если не брать в расчёт разницу в возрасте. Остальные жители поместья меня старались избегать. Кстати, прислуга у благородного рода Эервен была исключительно из числа светлоликих. Людей они к своему поместью близко не подпускали. Как говорила Иринэ, в городке, рядом с которым расположилось их поместье, жило много людей. Точнее, работали долгой вахтой по десять лет, о чём я ей и напомнил.
— Если не знаешь или плохо в чём-то разбираешься — спроси, я расскажу, — ответила Иринэ на мою претензию. — Кристаллы возвращения нужны лишь для того, чтобы люди здесь не оставались без нашего ведома. За ними никто не следит и не контролирует каждый шаг. Они спокойно могут уйти в дремучий лес и построить там хижину. Оглянуться не успеешь, а там будет уже целая деревня, если не город.
— Удобный рабский труд, получается, — угрюмо произнёс я.
Мы сидели всё на той же веранде. Солнце клонилось к закату, и небо на западе уже окрасилось в красивые оранжевые тона.
— Кто тебе об этом сказал? — она даже глаза к потолку подняла. — Почти все люди, постоянно работающие у нас, живут в ближайших мирах. А это значит, что отправить их домой для нас ничего не стоит. Почти ничего. Всё, что они зарабатывают, они могут забрать с собой. Если накопили достаточно, то нужно лишь заплатить скромную сумму за использование кристалла и врат. В тех мирах, где мы набираем работников, есть целые гильдии, которые нам помогают. И там постоянно очередь из людей, желающих отработать на нас десять лет, чтобы потом вернуться богатым и состоятельным господином. Мы не грабим миры людей, наоборот, помогаем знаниями, путевыми кристаллами. Учим их находить и правильно использовать разломы. Поэтому золото, что они вывозят домой, частично возвращается к нам обратно.
— Прямо благодетели, — передразнив девушку, язвительно сказал я.
— Можешь сходить в город, остановить любого из людей и спросить об этом. Они будут недовольны только тем, что срок их работы здесь ограничен. Многие хотели бы остаться, даже готовы платить за это. Да, к нам попадают люди из очень далёких миров. Приходят разными путями, и отправить домой с тем, что они здесь заработали, бывает невозможно или затратно.
— И людей вы едите, отбирая их дар, тоже из благих побуждений?
— В том числе, — спокойно ответила она. — Есть несколько нюансов, о которых ты можешь не знать. К примеру, заёмный дар, что получают люди, путешествуя между мирами, его нельзя отнять. На то он и заёмный. Да и люди редко рождаются с чем-то стоящим внимания, в отличие от демонов. За демонами охотимся, скрывать не стану. И что ты на меня так подозрительно смотришь? Ива об этом не рассказывала?
— Нет, — буркнул я, не слишком веря её рассказу.
— Не прошу любить нас, — сказала она. — Не настаиваю на уважении. Просто хочу, чтобы ты не считал нас мировым злом, это по меньшей мере несправедливо. Ты видел, что делают демоны с мирами людей? К примеру, несколько серых миров, которым мы помогаем. Если мы оттуда уйдём, то людей там просто съедят. Всех, до последнего человека. Да, есть такие миры, где сохраняется баланс и люди соседствуют с демонами. Но это всегда заканчивается одинаково: большой войной.
Она коротко махнула рукой, улыбнулась.
— Что-то мы грустную тему выбрали для беседы, — сказала Иринэ. — Я бы рассказала про сад кристаллов, за место в котором сейчас идёт нешуточная борьба, но ты выглядишь уставшим. Ложись спать пораньше и, вот увидишь, завтра утром будешь чувствовать себя гораздо лучше. Пойдём, я тебя провожу.
Вроде бы целый день только и делал, что отдыхал, но устал так, что проспал всю ночь, ни разу не проснувшись. По-моему, мне даже не снилось ничего. Зато утро началось шумно. Меня разбудила Иринэ, командующая тремя помощницами. Они помогли переодеться, привести себя в порядок и выдали тёмный платок на лысину. Кстати, костюм тоже был тёмным, но довольно красивым, сидевшим почти идеально. Не знаю, хотели они выделить меня таким образом или просто подобрали что-то похожее на наряд, в котором я был во время сражения с колоссом. Причина спешки стала понятна, когда мы поднялись в просторную светлую столовую на втором этаже. Там меня встретил спутник лорда Азара, скорее всего, глава рода Эервен. Серьёзный мужчина лет пятидесяти, черты лица вроде мягкие, но взгляд такой, что перечить ему не хотелось.
Может, в роду Эервен было принято, но глава тоже неплохо говорил на языке тёмного мира Хумы. Самый распространённый язык. Что важно, не сложный в освоении. Словарный запас в нём маловат, но понять друг друга всегда можно.
— Не думал, что ты так быстро придёшь в себя, — без предисловий и любезностей сказал он. — Тело было сильно пропитано отравленной магией. Тебе повезло, что лорд Азара владеет уникальным даром, способным очистить этот яд.
— За это спасибо, — кивнул я.
— Очень много проблем ты нам доставил, — добавил он, а на лице ни единый мускул не дрогнул. Сложно было судить, сердится он или просто констатирует факт. — Но не во всём твоя вина. Иринэ нужно было сразу ко мне прийти с этим вопросом. И тебе тоже, не скрывать и… делать по-своему, а сразу обо всём рассказать.
— У нас говорят «вернись, мы всё тебе простили», — хмыкнул я.
— Едкая ирония, — он едва заметно кивнул. — Иринэ рассказала тебе о проблеме, что нависла над миром Илуны?
— Если вы о вечных, у которых есть кристалл, ведущий сюда, то да, рассказала.
— Они сейчас прячутся где-то далеко, — сказал он. — Поэтому не могут открыть стабильный и большой разлом. Не могут пробиться через нашу защиту. Но они упорны в этом стремлении. Дважды мы встречались, но договориться не смогли. В последний раз вспыхнула битва, закончившаяся разгромом для нас.
— А в мире, ближайшем к Илуне, они появиться смогут? — спросил я.
— Нет. Слишком далеко для этого. Мы узнали, что они очень боятся людей с фиолетовыми глазами. Людей, способных сопротивляться любой магии. Ты был свидетелем, как оракул договаривалась с их владыкой, чтобы остановить нашествие ящеров на окрестные миры. Недавно мы отправили туда посольство, но нас отсылают к владыке Василию. Удивительно, что мы встретились при таких необычных обстоятельствах. Если бы не огромный ядовитый демон, это произошло бы в красном мире. И чтобы мы могли поговорить предметно, я хочу узнать, почему неумирающие так боятся людей из гор Ракку?
— На то есть причины, — сказал я. — Секреты раскрывать не буду. В своё время вечные сильно подгадили людям из гор Ракку, и между ними сейчас вражда. Хотя вечные всем как кость поперёк горла. Не знаю таких, кто бы не хотел их прибить при первой возможности. В любом случае я этот вопрос не решу, пока домой не вернусь. Надо узнать, хотят ли люди из гор Ракку воевать сейчас и идти куда-то очень далеко.
— Если вопрос встанет в цене, то мы договоримся, — сказал лорд.
— Нужно, чтобы кто-то помог им попасть в гости к вечным, затем вернуться оттуда. Возможно, всё решится очень быстро и просто, если они разрушат кристалл, что ведёт в этот мир.
— Это было бы оптимальным решением, — согласился лорд Эервен. — Без кристалла они не смогут найти дорогу в Илуну. Примерно через десять дней, когда созреют новые путевые кристаллы, мы сможем отправить твоих людей в гости к неумирающим. И вернуть их, когда всё закончится. Двадцать человек, чтобы не перегружать разлом.
— Давайте вернёмся к этому разговору как раз через десять дней. Найдите меня в красном мире, как и в прошлый раз.
— Золото? — уточнил он. — В качестве задатка.
— Золото у меня есть. Я подумаю, что можно у вас попросить взамен. Сейчас в голову ничего толкового не приходит.
— Хорошо, — он встал. — Можно воспользоваться нашим кристаллом, чтобы отправить тебя в красный мир. Иринэ?
Так как я всё ещё не восстановился и ноги плохо слушались, пришлось ехать через весь дом на кресле-каталке. Иринэ вручила мне небольшую глиняную баночку, покрытую белой глазурью с простеньким зелёным узором. Широкое горлышко плотно закрывала деревянная крышка.
— Лекарство, — пояснила девушка. — Взяла тайком у бабушки. Пару щепоток разведи в тёплой воде и дай немного настояться. Можно пить после еды утром и вечером. Через пять дней будешь чувствовать себя гораздо лучше. И не переживай, бабушка самый известный алхимик в Илуне. К ней даже лорд Азара обращался недавно, когда из-за всего происходящего в столице заболела его супруга. А это для Ивы.
Она вручила мне несколько писем, перетянутых ленточкой.
— Хочешь, с тобой пойду? — сделала она неожиданное предложение.
— Только если спешишь повстречаться с королевой Амалией, которую все светлоликие устраивают только в одном виде: в неживом. Дней через восемь приходите.
Путевая арка в поместье Эервен располагалась в небольшой пристройке рядом с главным домом. Массивное каменное сооружение с полуметровыми стенами снаружи выглядело как хлипкий сарай. Потолок в виде купола, четыре колонны и кристалл, закопанный в центре площадки. Лорд Эервен использовал сразу два небольших кристалла, сжимая их в руках, чтобы создать проход для меня. Разлома как такового не появилось. Меня просто вышвырнуло из Илуны, выбросив прямо посреди площади Золотых весов в столице Первого царства. Никаких вспышек, эффектного свечения и всего прочего. Темнота помещения резко сменилась ярким солнцем, в нос ударил запах города и конского навоза. Видно, что совсем недавно здесь проезжала карета или большая повозка.
На моё появление внимание обратил только стражник, дежуривший на площади. Увидел меня, сидящего в кресле-каталке прямо посреди улицы, и решил подойти. Может, прогнать хотел, так как взгляд у него отразил что-то недоброе. Когда он уже хотел что-то сказать, прямо перед ним возник один из людей Ракку и остановил, положив руку на плечо. Стражник развернулся и как ни в чём не бывало отправился дальше по улице, разглядывая прохожих.
Я помахал рукой Зои, выглянувшей из окна второго этажа. Показалось, что она сейчас прямо в окно выпрыгнет, чтобы быстрее до меня добраться. Нет, всё же решила спуститься по лестнице, предварительно показав что-то жестом. Мужчина из гор Ракку уже ухватил кресло за ручки и покатил к дому.
— С возвращением, — с мягкой улыбкой у дверей меня приветствовала Мирейн. — Как прошло путешествие?
— Прекрасно, — ответил я. — Но устал так, что ноги не держат. Нет, заносить меня в этом кресле не нужно. Сам дойду, если под руку кто-то придержит.
Мирейн кивнула, ещё раз улыбнувшись, очень искренне и с лёгким облегчением. Посторонилась, так как по лестнице сбежала Зои, едва не сбив, а стоял я не очень уверенно.
— Василий! — она стиснула меня в объятиях, едва рёбра не переломав. — Ты нас всех очень напугал. Почему тебя так долго не было?
— Долго рассказывать… задушишь…
— Прости, — она отпустила меня, осмотрела придирчиво, и увиденное ей не очень понравилось. — Давай в гостиную поднимемся.
— Это лекарство, — передал я баночку в руки Мирейн. — Потом расскажу, как его готовить.
Зои помогла подняться по лестнице на второй этаж, где меня уже ждала Ива. А сразу следом за нами в комнату ворвалась Ханна.
— Ага, держи его! — крикнула она. — Сейчас я его бить буду. Говорила же, что опасно это, но нет, он полез.
— Волновалась больше всех, — сказала Зои, имея её в виду.
— Конечно, — Ханна даже спорить не стала. — Где нам найти ещё одного такого же сильного, но глупого владыку.
Я опустился в кресло, стащил с головы платок, провёл ладонью по лысине. Надеюсь, что мне не показалось, и под пальцами действительно чувствуется ёжик волос.
— Слизень оказался чуть более неубиваемым, чем я думал, — сказал я. — Отравил, зараза.
Ханна подошла, наклонилась ко мне, заглядывая в глаза. Положив одну ладонь на макушку, второй закрыла правый глаз.
— Хорошо видишь? — спросила она.
— Как обычно, — ответил я.
— Зои, покажи пару пальцев. Дальше встань, к яркому окну.
— Три, — сказал я. — Теперь два. А что?
Ива тоже решила поучаствовать, подошла, протягивая серебряное зеркальце. Качество зеркал здесь оставляло желать лучшего, но и в этом можно было прекрасно увидеть, что левый глаз у меня изменился. Радужка довольно сильно посветлела, я бы даже сказал, что побелела. Правый выглядел как обычно. Закрыв один глаз, осмотрел комнату, повторил с другим и особой разницы не заметил.
— В дами превращаюсь, — улыбнулся я и заработал лёгкий подзатыльник от Ханны.
— Не шути над этим, — строго сказала она. — Уверен, что хорошо всё видишь?
— Абсолютно.
— Тогда рассказывай, где столько дней пропадал, — сказала Ханна.
— Сначала вы расскажите, что у вас произошло, — я вернул Иве зеркальце вместе с письмами. — Что с мамой Ночь? Что с разломом?
— Соун И говорит, что она сейчас отдыхает, — сказала Зои. — Пьёт горькое лекарство от яда и скоро должна поправиться. Да, Соун И твой посох нашла. Он в кабинете сейчас.
— Разлом закрылся, — сказала Ханна. — Через день после того, как вы ушли. «Расколотый» сейчас в порту Марви.
— Это хорошо, — я взял из рук Сайми кружку с настоем трав Иш. — Спасибо. Не знаю, смогу ли сейчас его проглотить. Мутит до сих пор.
— Рассказывай, — потребовала Ханна, усаживаясь напротив меня.
— В общем, — начал я, — колосс был огромным. Как королевский дворец, если его из квадрата в линию выпрямить. Ядовитый, сволочь…
Первая часть рассказа получилась короткой, так как битва с гигантом ничем не выделялась. Я лишь вскользь упомянул, что приоткрыл завесу, откуда вылезли страшные и голодные существа, сожравшие ядовитого колосса за милую душу. Даже слизь, и ту подчистили перед уходом.
Вторая часть, в которой фигурировали светлоликие, вышла более занимательной. На меня смотрели с недоверием и удивлением. Не верили, что светлоликие не только не прибили, но и от яда вылечили. Когда же разговор зашёл о вечных, Ханна нахмурилась, а взгляд её начал источать убийственное намерение.
— Честно, — добавил я после того, как всё рассказал, — просто бы посмотрел, как они друг друга изводить будут. Но если рядом поселятся вечные, никому лучше от этого не станет. Они и дами достанут, и сюда доберутся, и горам Ракку спокойного житья не дадут. Они же застали ещё те времена, когда светлоликие жили в мире великих сект. Может, тогда и умыкнули один из путевых кристаллов. А люди, что им сейчас помогают, скорее всего, из какой-нибудь разорённой секты прибились.
На несколько минут в помещении повисла тишина. Я потихоньку пил настой трав Иш. Даже подумал, что можно будет немного поужинать. Всё-таки несколько дней не ел.
— То есть они могут отправить две дюжины человек? — спросила Ханна, имея в виду светлоликих.
— Могут. И даже обещают обратно вернуть.
— Надо эту заразу выжечь, чтобы ничего не осталось, — серьёзно сказала она.
— По взгляду вижу, что сама хочешь пойти, — сказал я. — Не смотри так, останавливать не собираюсь. С тобой пойду, чтобы глупостей не натворила.
— Тогда уже говори «пойдём», — вставила Зои. — Одного не отпущу, чтобы глупостей не натворил.
⠀⠀
⠀⠀
Один из далёких миров на границе с пустотой Ильсиды
Крепкий телом седой старик шёл по мраморному коридору зала Пяти Целебных Эликсиров. Остановившись у нужной двери, он скинул с плеч серый, изрядно потрёпанный плащ, просто отбросив его в сторону. Погладив жёсткую бороду, немного поколебался, но всё же вошёл в светлое помещение. Это была небольшая комната всего с одним окном, рядом с которым установили кровать и столик для лекарств. Другой мебели в помещении не было, если не считать стул рядом с дверью. Подхватив стул за спинку, старик прошёл к кровати.
— Как самочувствие? — спросил Харон у старого друга, лежащего сейчас на кровати.
— Терпимо, — не открывая глаз, ответил Элиас. — Чувство такое, словно всю оставшуюся жизнь вытянули.
— Ерунды не говори, — нахмурился Харон, но быстро смягчился.
Один из глав секты Большой реки сейчас выглядел бледным, с тёмными синяками под глазами. Битва с проклятым колоссом из пустоты Ильсиды далась ему тяжело. С огромным трудом старикам удалось его сначала ранить, а потом измотать и убить. Сражение заняло много дней, и, если бы не помощь Дари Хона, неизвестно, чем бы всё закончилось.
— Я зачем пришёл, — вспомнил Харон. — Мальчишка опять прорвал завесу.
— Молодёжь, — устало сказал Элиас. — Никакой ответственности и понимания, что любой неосторожный шаг может привести к серьёзным последствиям.
— И он убил ядовитого колосса, — добавил Харон.
Элиас открыл глаза, посмотрел на него вопросительно.
— Натравил голодных огненных существ из-за завесы, которые сожрали колосса подчистую, до последнего кусочка. Наевшись, они ушли обратно, а разрыв в завесе закрыли дети Илуны. Я не стал вмешиваться.
— Это… хорошие новости, — сказал Элиас. — Действительно, хорошие. Сколько проклятых колоссов осталось?
— Один. Топчется сейчас рядом с сектой Священного огня.
— А что парень? — уточнил Элиас. В глазах старика вновь зажёгся огонёк жизни.
— Всё ещё жив, хотя и был сильно отравлен. Представляешь, ворвался на поле боя верхом на огромном пауке. Наверняка ведь взял его у госпожи Мин.
Харон рассмеялся, похлопав себя по коленке, вспоминая эту картину.
— Паук был для него великоват, не ниже уровня бедствия. Огромный, как это здание. И он не удержался, покатился кубарем по полю.
Харон снова засмеялся.
— Значит, секта Созвездий ещё не разбита? — с некоторым облегчением спросил Элиас.
— Нет. Госпожа Мин умудрилась стащить свой источник и укрыться в маленьком мире, далеко отсюда. Поставила на стражу трёх опасных демонов. Я не стал их пока беспокоить. Наверняка Мин потратила сил не меньше, чем ты и сейчас отдыхает. А вот Грез погиб. Я ему говорил, чтобы не связывался с проклятыми. Он сдал Созвездия проклятым демонам, поэтому мальчишке пришлось отдуваться.
— Жаль его, — согласился Элиас и на минуту задумался. — Мальчишке надо помочь. Отдай ему мою шкатулку. Мне она сейчас без надобности, а ему поможет.
— Серебряную? — удивился Харон.
— Нефритовую. Отдай, не жмоться, старый хрыч. Нам оно без надобности, а он, в отличие от нас, источник защищает. Даже с… ядовитым колоссом… не побоялся сразиться.
— Хорошо, — проворчал Харон, коснувшись плеча старого друга. — Ты отдыхай. Хозяйка зала Пяти Эликсиров говорит, что это обычное истощение. Хвасталась, что в её залах от подобной мелочи ещё никто не помирал, в том числе такие щедрые старики, как ты.
Элиас улыбнулся, устало закрывая глаза. Харон ещё посидел немного рядом, затем встал, убрал стул обратно к двери и тихо вышел. Пройдя по длинному мраморному коридору, он вышел в шумный приёмный зал, а оттуда на улицу. Перед ним предстал старый каменный город, населённый дикими людьми, не связанными с силой. Беженцев из Большой реки и Священного огня они встретили настороженно, но приняли и помогли. Шумная улица перед зданием залов Пяти Эликсиров была забита людьми, спешащими по своим делам. У лестницы, справа от входа, Харона ждал высокий черноволосый мужчина. Свой выделяющийся лимонно-жёлтый наряд он сменил на более простой и незаметный, в котором обычно ходили купцы и богачи этого мира.
— Как всё прошло? — спросил Дари Хон, глава секты Священного огня. Выглядел он хмурым, не ожидая хороших новостей.
— Ядовитый колосс мёртв, — сказал Харон. — Старший ученик из Созвездий… убил его.
— Ты уверен? — Дари Хон удивлённо посмотрел на старика. — Это же… он же… ядовит настолько, что целый мир может отравить.
— Мальчишке просто повезло, — Харон не стал раскрывать правду о завесе. Посчитал, что сейчас в этом не было особой необходимости. — Секта Созвездий выжила, и это главное.
— Старуха Мин, — Дари Хон криво улыбнулся. — Даже во вселенском катаклизме найдёт способ выжить. Но её ученик, кто он?
— Ты его видел во время турнира. Он носил чёрные одежды и ловко управлял летающим ножом.
— Он? Невероятно. Значит, ядра колоссов, что они с девушкой выиграли, помогли. Но быстро они силу приняли…
— Есть и плохие новости, — добавил Харон. — Мы потеряли Греза и Анган Марла. Северных сект больше не существует. Я отправил своих личных учеников, чтобы они вытащили оставшихся людей. А так как колосс остался всего один, у нас появился большой шанс вернуть наш дом. Ты нашёл секту Вечных?
— Да. Они здесь, недалеко. Заперлись в подземном городе, куда ни один демон не сунется. Зейд говорит, что они вот-вот получат какую-то силу, которая поможет им, и нам заодно. Говорит, что на это нужно время.
— Надеюсь, что «время» не в их понимании, — сказал Харон. — Но время нам тоже нужно. Хотя бы для того, чтобы госпожа Мин смогла восстановить силы, как и Элиас. Без него я как без рук, сам понимаешь.
— Нам бы ещё союзников, — проворчал Дари Хон. — Таких, как Небесная секта.
— Зеос пропал, — проворчал Харон. — Думаю, что убит, иначе давно бы объявился.
Главы сект посмотрели в сторону шумной улицы, где как раз появилась группа старших учеников Небесной секты. Их удалось вытащить из осаждённого города, когда Элиас сражался с одним из проклятых колоссов.
— Говоря о союзниках, — добавил Харон, — у меня есть один на примете. Я случайно с ним столкнулся на обратном пути. Он недалеко от нас. Туманный лорд.
— Туманный колосс? — Дари Хон снова поморщился.
— Проклятые демоны из пустоты Ильсиды их тоже прижали. Для них Туманный лорд — такая же еда, как и мы с тобой. А он в одиночку смог уничтожить одну из проклятых армий. Мы немного поговорили и пришли к пониманию. Пока проклятые демоны не отступят обратно в пустоту или не будут истреблены все до единого, мы можем заключить мир.
— Колосс нам бы не помешал, если он действительно силён.
— Трое, — поправил его Харон. — Их трое. Если колоссы договорятся друг с другом, то помогут нам.
— Дожили, — протянул Дари Хон. — Договариваемся с одними демонами, чтобы нас не сожрали другие.
— Чтобы вернуть наш мир и оставшиеся источники, нужно договариваться, — сурово сказал Харон. — Даже если придётся иметь дело с тёмными богами. Пока же нам нужна передышка, чтобы восстановить силы.
— Надеюсь, что вечные не подведут и смогут явить силу, о которой говорили. И, в отличие от нас с тобой, их вряд ли обрадует перспектива союза с колоссами.
— Это я возьму на себя, — сказал Харон. — У меня есть способ их примирить.
⠀⠀
Примерно то же самое время, гильдия картографов в Альведэ
Распахнув двери гильдии, в просторный приёмный зал вошла девушка лет семнадцати на вид. Она была одета в мужской дорожный костюм и крепкий плащ с капюшоном. В руках она держала деревянный посох, помогающий в долгих пеших путешествиях, а за спиной — дорожную сумку. Попав в тёмное помещение из-под яркого и невероятно жаркого солнца, девушка шумно выдохнула через нос, ожидая, пока привыкнут глаза. Следом вошёл бородатый мужчина, одетый примерно так же. Оглядевшись, он жестом показал в сторону лестницы. Не обращая внимания на служащего, читающего книгу за стойкой недалеко от входа, пара поднялась на второй этаж. Служащий же поднял на них короткий взгляд, затем снова уставился в книгу, словно никого не увидел.
Пройдя по второму этажу, пара остановилась у дверей в кабинет директора. Девушка скинула капюшон, заходя первой.
— Простите, что без приглашения, — сказала она. — Здравствуйте, мастер Стоки.
— Добрый день, юная госпожа дами, — невысокий демон осторожно отложил инструменты для начертания, чтобы не испортить почти готовую карту. — Какими судьбами у нас?
— Мне нужно в красный мир, — сказала девушка. — К Василию.
— Зачастили вы, — удивился Стоки. — Совсем недавно ведь целый караван проходил.
— Я знаю, — она кивнула. — Не успела.
— Много вас? — Стоки вышел из-за стола, посмотрел на мужчину, пытаясь вспомнить, видел его или нет. Мужчина же ответил короткой улыбкой и взглядом фиолетовых глаз.
— Только я и, возможно, пара проводников, если они захотят пойти со мной.
Бородатый кивнул, как бы говоря, что он захочет.
— Пара человек? — Стоки скептически посмотрел на гостей.
— Мы заплатим хорошим золотом, — поспешила сказать девушка.
В кабинет как раз вошла пара мужчин, неся в руках сундучок. Со звоном монет они поставили его на стол, рядом с незаконченной картой. Откинув крышку, отошли в сторону, чтобы глава гильдии картографов смог увидеть большие монеты, квадратные и круглые, заполняющие сундук под самую завязку. И без проверки было видно, что это золото превосходного качества.
— Вы наши лучшие клиенты, — деловито сказал Стоки, потирая руки и закрывая крышку обратно. — А я как раз новый маршрут проработал, короче на целый день и немного безопаснее предыдущего. Вы, наверное, устали с дороги…
— Хорошо бы уйти сегодня, ещё до заката, — серьёзно сказала девушка. — Устала ждать.
— Попрошу помощника напоить вас чаем, — кивнул Стоки. — А я пока соберу всё необходимое. Провожу Вас лично.
Стоки похлопал себя по жилетке, где во внутреннем кармашке хранил кусочек красного золота. С помощью него он мог провести гостей туда и обратно, потратив всего пару энергетических кристаллов, ценой в сотню золотых монет. А так как чистое золото в Альведэ опять взлетело в цене, для гильдии подобный заказ будет крайне выгоден. Предыдущая группа людей с гор Ракку тоже заплатила качественным золотом. Если бы Стоки не знал, что это за люди и кто ими правил до этого, он бы полюбопытствовал, откуда у них столько хорошего золота. Тем более, он цену не называл, они сами платят, причём очень щедро.
Когда гости вышли в коридор, Стоки прошёл по кабинету к уже собранному заплечному рюкзаку. Осталось убрать туда чертёжный набор, и можно было выдвигаться.
— Новый маршрут, новый маршрут, — принялся напевать про себя глава гильдии картографов.
Владыка Митар, глава Альведэ, обещал щедро заплатить гильдии, если они найдут приемлемый маршрут для торговли, занимающий не больше четырёх дней и пролегающий по безопасным мирам. И такой маршрут Стоки уже нашёл. Осталось только перенести всё на карту, и можно отправлять караваны в сторону богатых красных миров.
— Золото блестит, манит в дорогу, ветры свободы зовут, — добавил он, припевая. — Я оставляю сомненья у входа и сразу уходит тоска… И никакого больше желтяка!
⠀⠀
Первое царство, подвал дома, засыпанный золотом
— Видишь этот вкусный кристалл? — спросила Ива, демонстрируя кристаллическое ядро слабого демона. — Тебе ведь такие очень нравятся.
Невысокий чёрный рогатый демон с сомнением посмотрел на Иву. Наклонив голову, перевёл взгляд на кристалл в её руке.
— Я тебе отдам эту вкусняшку, — улыбнулась Ива, — а ты найдёшь для меня немного золота, вот такого, красненького.
Ива продемонстрировала ему мрачное золото, принадлежащее Василию. Демон с сомнением посмотрел на кусок красного золота, почесал голову.
— Держи, — она протянула кристаллическое ядро демону. — И не забудь принести мне красного золота. Чем больше принесёшь, тем больше будет вкусняшек. Хорошо?
— Кве, — демон сцапал кристалл и сунул его за пазуху. Протянул руку, чтобы забрать золото.
— Не тебе, а мне, — Ива демонстративно убрала золото в кошель и спрятала за поясом платья. — Хорошенько постарайся, так как очень скоро оно нам понадобится. Знать бы ещё, как ты умудряешься избегать будущего…
Последнее она добавила очень тихо. Сколько бы она ни заглядывала в будущее, в видениях ни разу не промелькнул этот самый демон. Она даже не могла предсказать, поговорит ли с ним через час или нет. Такой особенностью обладал только император светлоликих, которого от видений будущего защищала невероятно могущественная магия. А этот чёрный демон сильным не выглядел, хотя и умел перемещаться в пространстве не хуже Соун И. Наставница как-то говорила Иве, что самые опасные из всех демонов те, чьё будущее остаётся тайной.
Вздохнув, Ива протянула глазеющему на неё демонёнку ещё одно кристаллическое ядро демонов. Тот обрадовался, сунув его за пазуху не менее проворно, чем первое.
— Соун И говорила, что этого добра у них много скопилось, — сказала Ива. — Жаль, что кровавого золота нет. Тоже мне, великие демоны.
— Кве, — согласно закивал демонёнок.
⠀⠀
⠀⠀