Глава 1

Августина Леонидовна

— Сгинь, нечистая сила, такой сон мне оборвала! Между прочем, там у меня был секс!

Салема смотрит на меня так, будто понимает всю мою горькую участь незамужней женщины, которой слегка за тридцать.

Жалобно мяукнув, спрыгивает с кровати на пол. Зовёт на совместный завтрак, чтобы скрасить наше общее девичье одиночество.

То ли я рехнулась на всю кукушку, то ли стала понимать кошачий язык.

Ох, девочки!

Пора мне снять панталоны безбрачия и надеть самые провокационные труселя. Выйти на охоту. А то я мужика давно не нюхала, чтобы спать спокойно и не фантазировать перед сном того, чего у меня было аж год назад.

Караул!

Забила я на своё женское здоровье ради своей работы – я автор любовных романов. Та, что пишет о любви будучи теоретиком, когда на практике полнейшая Сахара в трусах.

Чтобы не сойти с ума в четырёх стенах, завела «подружку». Вот только ей не нравится мой скучный образ жизни, где я сижу перед монитором компьютера, сочиняя альтернативную реальность для своих читателей.

Выползаю из постели буквально на четвереньках.

Пописать, умыться, расчесаться – утренний марафет по наведению красоты окончен.

Завтрак всегда калорийный для бодрости духа и подкормки серого вещества.

Итак, приступим.

Печатаю: «Глава 1».

Дальше дело не идёт. Муза моя явно трахается на стороне, потому что в голове ни одной мысли о сюжете.

Есть два стандартных шаблона для главного героя.

Первый — высокий, широкоплечий, брюнет с карими глазами и членом как кувалда.

Второй — низенький, щупленький, лысенький с влажными глазками, смотрящий на свою хозяйку, как на обожествлённое существо во плоти.

Для любовного романа нужно воспользоваться первым вариантом, но мне бы и второй подошёл!

— Что ты будешь делать… — убито шепчу в белоснежный экран монитора. — Муза, моя хорошая, вернись ко мне! Умоляю!

В ответ жалобное мяуканье на моих коленях.

— С такими потугами, Салема, мне придётся выйти на работу с чётким графиком, чтобы нас прокормить, — прижимаю к груди свою девочку, которая скрашивает мою жизнь. — Мы же сильные, да? Сильные. Не будем мы рыдать в три ручья, потому что наступила чёрная полоса в моём творчестве. Не будем.

А сама прорыдала в подушку почти час. После заедала стресс шоколадными конфетами, булочками и чем-то ещё.

Склонность к полноте у меня с детства. У нас все полненькие. И я оказалась не исключением в виде худобы на семейных фотографиях.

И вы меня не ругайте!

Настроение хуже некуда, заднице тесно в 50-ом размере, а личная жизнь давно дала трещину. Неудавшееся сожительство со сроком годности в пять лет – не добавило мне уверенности для построения новых долгоиграющих отношений.

— Если Муза сама не приходит, то мы выйдем на её поиски, — бодро заявляю своему отражению в зеркале, поправляя шапку цвета фуксии. — Где её можно найти в семь часов утра? Конечно же, в московском метро! Хоть на людей-то посмотрю!

Двойная порция горячего американо под аккомпанемент моросящего дождя – лучшая симфония для души в дни осенней хандры.

Люди в утренние часы слишком напряжены, чтобы успеть на работу. Они спешат. Редко замечают кого-то вокруг. Безучастны и полностью автономны в своих действиях.

Они не виноваты в этом. Нужда подгоняет их в спину, чтобы те купили новые сапоги своим детям, оплатили по счетам или съездили в отпуск.

Если я в ближайшие три недели не придумаю новый роман, то меня слопает от голода Салема. А о моей кончине напишут в новостной ленте. И, может быть, я тогда прославлюсь.

— Жаль, что вы, Константин, потратили моё время впустую. Для меня не несёт никакой ценной информации, что у вас заболел ребёнок или жену срочно вызвали из декретного отпуска, — перестраиваюсь в другой людской поток, чтобы поспеть за мужчиной, который привлёк моё внимание. — Трудовая инспекция? Дерзайте.

Как так получилось, что я стою за его спиной?

Брюнет. Высокий. Широкий разворот плеч. Модная стрижка. И голос, девочки… Этим голосом можно гипнотизировать на самые сокровенные сексуальные желания.

— Влад, какие пробки?! ЧАС ПИК?! У меня важная встреча через час! — Рычит в трубку, пока я, как заворожённая мужской красотой, впитываю всем, чем только возможно его брутальность.

— Ммм, — с капельками дождя в ноздри забивается его парфюм.

— Ты кто?! Карманница?!

— Я-я-я? — Смотрю в его голубые глаза и выпадаю из реальности. — Я-я-я… Просто смотрю. Нельзя?

Если ноги меня ещё кое-как держат, то руки вообще не слушаются.

Кофе проливаю на дутые сапожки. Шапкой пытаюсь смахнуть его остатки с пальто. А шикарный красавчик смотрит на меня так, будто я в кресле у гинеколога с разведёнными ногами.

Шок. Неприязнь. Холодная отрешённость.

Как же быстро меняют свою тональность эмоции на столь красивом лице.

И как в самом романтическом чёрно-белом кино… Нет, не происходит обоюдная симпатия. Меня окатывает грязной лужей чёрный лимузин.

— Вы… Вы… Чудовище!

— Вы тоже не красавица, — небрежным движением кидает в мою сторону что-то наподобие визитки. — Счёт на химчистку сюда.

— До свидания… — растерянно шепчу, когда он хлопает дверью.

— Лучше не стоит, — дёргает уголками губ, а потом исчезает за тонированным окном.

«Пошлин Арсений Алексеевич, АО «Новый канал».

И номер, видимо, приёмной, где сидит фифочка-секретарша с ногами от ушей и обворожительной улыбкой.

— Пошлин, Пошлин, Пошлин… «Мистер Пошлость»! Ммм… Звучит! — Разговариваю сама с собой, пока иду к своему дому. — Теперь нужна героиня, чтобы тянулась к нему за разговорами, а не за внешностью… Хех, кого я обманываю, когда ставлю возрастную плашку 18+? Уж точно ко мне читатели не за разговорами приходят, а за эмоциями, чтобы героиня поплыла на волнах оргазма только от одного взгляда шикарного мужика, — проворачиваю ключ в входной двери. — Невинность, как бонус. Стройная, разумеется. Белокурая с голубыми глазами, как шаблон.

— М-м-я-я-яу!

— Салема, у нас сюжет на полный бестселлер!

Все мои задумки осыпались пеплом на мою голову. И мне пришлось натянуть на свой зад уже 52-го размера узкую юбку карандаш и прийти на второе в своей жизни собеседование на работу.

— Вы нам не подходите, — сходу заявляет Мисс Очарование мне. — Арсений Алексеевич…

— Я читала весь бред, что вы расписали к требованиям кандидаток. Заинтересовали так, что я впервые за долгое время надела стринги! Девушки заполняют анкеты, и я ничем не хуже их! — От голода злая, как Салема, поэтому в моих высказываниях стоппер на сегодня отсутствует.

✅ Добавьте, пожалуйста, книгу в свою библиотеку ЗДЕСЬ.

✅ Поставьте для моего вдохновения ЗВЁЗДОЧКУ.

✅ Приятного чтения!

🌸 Группа в ВК ЗДЕСЬ (важная информация из авторской жизни).

🌸 Телеграм канал ЗДЕСЬ.

Глава 2

Итак, анкета.

На первый взгляд ничего сложного. Сиди на жопе ровно и сочиняй свою альтернативную жизнь, какой ты славный работник.

Такая писюлька буквально кричит: «Открой глаза, олень! Разве, ты не видишь ангела во плоти с семью руками для твоих нужд? Бери и не ропщи, что он или она уходят в 17:45. У них дети, мужья и жёны или электричка, которая ходит раз в час» (список можно продолжать до бесконечности).

Так, так!

А чего это брюнетка «так» на меня смотрит?! С презрением. Носик «а-ля шЕдевр пластической хирургии» сморщила в гармошку.

Верчу головой по сторонам. Мало ли. Может, мне показалось! А-н, нет.

Когда «кажется», сами знаете «что», но трусы на себе лучше проверить.

— Что-то не так? — наклоняю корпус тела в её сторону. — Неужели, что-то между зубов застряло?!

— Нет, — отводит взгляд в сторону, словно у меня изо рта помоями понесло.

— Тогда можно я спрошу?

— О чём? — без заинтересованности. Ещё и локон волос на палец накручивает.

Знайте, девочки.

Когда перед вами такая «постановка», то за ней – неуверенность, необразованность и склочный характер. Вы тут ни при чём!

— У вас есть страховка на случай, если, допустим, случайно ударили дверью по вашему миниатюрному носику? Уверена, что он от «природы» такой, то есть на зависть всем.

Молчание – знак согласия?

Нечленораздельное мычание – отрицание?

Этой барышне удалось и то и другое совместить.

Про себя произнесла: «Мне с ней детей не крестить».

И забыла.

— Оль, он такой… Ну, секс, понимаешь? Весь из себя такой брутальный! О-о-о, эти глаза, а задница… — тихо шепчет по телефону рыжуля, что сидит сбоку от меня. — Я надела провокационные трусики. Когда я сяду, он заметит. Место будет моим.

«Где я так согрешила?» — мысленно обращаюсь к своей Музе.

— Не будет, — тяжело вздыхаю я. — Лучше прямо сейчас обратить свой ясный взор на выход и забыть сюда дорогу.

— Почему? — смотрит в мои глаза она.

— Мужиков с такими «глазами и задницей» труселями из секс-шопа не удивишь, — пропускаю смешок, вроде как сочувствующий. — Если удивлять, то сразу приходить в чём мать родила. И в фас и в профиль… Чтобы не задерживать его пустой болтовнёй.

Почему она на меня обиделась?

Отсела.

Присела как раз к той, что по десятому разу малюет губы красной помадой.

— Держите, — протягиваю бумажную салфетку. — По подбородку уже потекло.

И эта обиделась.

Девица у окна (моя четвёртая жертва троллинга) подкладывает в бюст салфетки. Жаль, что она не видит того, что вижу я – левая больше правой наполовину.

— Блять! — взвизгиваю я от испуга.

Пятая девушка красила ресницы с таким выражением лица так, что я осталась неравнодушной.

— Извините, ногу свело, — нахожу логическое объяснение своему поступку, — а вам могу дать влажную салфетку, — обращаюсь к той, из-за которой всё и случилось.

Теперь на её лице росчерк от щеточки для туши.

Ещё одна обиженка.

Как они работать собрались?

Я глупая, а они в «теме»!

В самом углу комнаты сидит девушка. Милая такая. В очках. Волосы собраны на затылке в хвостик. Скромно одетая.

Это мой главный конкурент!

— Как дела? — подсаживаюсь к ней я. — Что-то вы бледная. Душно? Могу открыть форточку, если она здесь есть.

— Нет, спасибо, — скромно улыбается она мне, — я курьер.

— Так, передай секретарю и едь обратно.

— Мне лично поручено.

— Сколько ты здесь сидишь? — смотрю на часы я.

— Уже полтора часа.

— Время давно перевалило обеденное. Сейчас я тебе дам свой бутерброд. А эта, — взмах рукой на «сиськи на ножках», — организует кофе или чай. Всё-таки у неё компетенция соответствующая. Пряники разносить!

Главная змеюка террариума – тоже обиделась на меня.

Женский коллектив для меня, как компрессионное бельё.

Ну, вы меня поняли.

Если не поняли, то купите. И сразу почувствуете слегка подташнивающий эффект от его длительного ношения.

Когда в кабинет начальника вошла первая девушка, я решила всё-таки заполнить анкету.

«Пробег – 33 года.

Комплектация – полный 52-й российский размер.

Тюнинг – отрицаю.

Косметический ремонт – по необходимости.

Образование – соответствующее требованиям.

О себе: в собственности однокомнатная квартира на окраине, кошка и костюм-тройка. Люблю материться и спать нагишом. Детей нет. Не замужем. Берите, не пожалеете.»

Автор – творческая профессия. И когда-то я была в ней сильна настолько, что на свою голову примеряла воображаемую корону. А теперь питаюсь «неправильно». Жалуюсь, что хлеб подорожал. Ругаюсь матом.

Девицы одна за другой выходят из кабинета. Последняя задержалась на час. Та, что явилась в провокационных трусиках.

Ехидничать не буду.

Нет, буду!

Сто процентов, что начальник – близорукий. Не увидел такое кружевное совершенство разврата.

— Стоянова, — провозглашает «сиськи на ножках».

— Не в очереди на сдачу кала, — передразниваю её я. — Может, что-то путное предложите? Пожелаете «ни пуха ни пера», например?

Та окатывает меня волной презрения.

— Удачи, — подбадривает меня девушка-курьер.

— Спасибо, добрый человечек.

Поплевав через плечо три раза и стукнув по косяку то же самое количество раз, толкаю дверь от себя.

— «Мистер Пошлость»?! Вот это встреча, — смотрю на наглого красавчика во все глаза я. — Это, — прокашливаюсь некультурно с открытым ртом, будто задыхаюсь, — наверное, мне… В зад… Назад!

Глава 3

— Я вас тоже не рад видеть.

— Взаимно.

Отвечаю так, будто мне сказали: «Приятно познакомиться».

Только у нас и в помине нет про «приятно».

А вот взаимное у нас «взаимно» – с сарказмом и «пожалуйста», что в рожу не плюнула сразу.

— Тогда избавим друг друга от ложных сантиментов, — нажимает кнопку селектора, при этом не разрывая со мной зрительного контакта. — Лола, пригласите следующую девушку.

— Больше нет кандидаток. Только курьер, — заискивающим тоном сообщает «сиськи на ножках». — Сказать, чтобы ещё подождала?

— Я приму её сразу после кофе. Сделайте, пожалуйста, — хриплыми нотками, от которых…

А вот хрен ему мои мурашки!

Мурашки для очаровашки, а не для высокомерного подонка!

Проучим, девушки?..

— Кофе отменяется, — громыхаю дверью, отрезая нас от приёмной. — От ложных сантиментов действительно лучше избавить друг друга. Только от деловой этики вы так не отрешитесь, как от хороших манер при общении с противоположным полом. Напрягите свои глазоньки и прочитайте, что я там накалякала! Проявите уважение! СПУСТИТЕСЬ НА ЗЕМЛЮ ГРЕШНИКОВ!.. — последнее прорычала, когда хлопнула своей анкетой по его столу.

Откинувшись на спинку кресла, окидывает меня с ног до головы чересчур внимательным взглядом.

Вообще-то неприлично так пялиться непозволительно долго, когда я мысленно его уже раздела!

Ой, четвертовала!

— Ваша взяла.

В переводе на простой человеческий его слова «ваша взяла» можно интерпретировать так: «Прочитаю по диагонали, лишь бы вас с глаз долой».

Везде двойной подтекст. Но какой говорящий! Мне никакой детектор лжи не понадобился, чтобы раскусить его пошлые мысли!

Ой… Противные мысли!

— Что это? — Пошлин смотрит на меня так, будто только что заметил моё присутствие в своём кабинете.

— Моя анкета на должность помощницы тире секретаря.

Без приглашения занимаю место напротив.

Говорят, что если глаза собеседников находятся на разном уровне, то один из них доминирует.

Так, почему же, когда я и Пошлин смотрим друг на друга – по ощущениям, будто я уже в нокауте и ползу обратно к двери?!.

— В отделе кадров я просил милую и стройную, а не… Леди с повышенным аппетитом, сниженным либидо и угрюмым настроением.

Девочки, это он про меня?!

Нет, точно про меня?!

Хамло красивое!

Внешность у него Люцифера, а души вовсе нет!

Жалко, что крестика не ношу.

— Как вы смеете?! — задыхаюсь от возмущения. — На моей стороне закон!

Его мимика неподвижна. Только взгляд чернеет, как грозовая туча.

Он надвигается на меня, я же наоборот… Не убегаю.

Я не мышка, а он не слон.

А вот глупая курица и хитрая лиса – в такую сказочку я поверю.

— Закон… — то ли спрашивает, то ли насмехается. — Раз так, то вы сами напросились, Августина Леонидовна. Пощады не ждите!

— К-какой пощады? — слабо соображаю, где нахожусь под его взглядом. — Плётка, страпон и наручники? Так, я не секс-услуги пришла предлагать, а работать.

Пошлин часто моргает. Его лицо удивлённо вытягивается. Буквально слышу, как со скрипом работают его шестерёнки, чтобы продумать свою последующую реплику.

У меня-то со словарным запасом полный порядок.

Толковый словарь плюс «Бестолковый» на все случаи жизни.

«Ой», — можно поправить любую житейскую ситуацию.

Например: «Ой, я испортил тебе жизнь», — смягчающее обстоятельство.

Ответная кара откладывается до того момента, когда он или она не скажет ещё одно: «Ой».

Тогда мы переводим в уме уже, как: «Я конченный человек, который посмел испортить твою жизнь своим гнусным поступком.».

— Что вы делаете?!

— Делаю набросок сюжета. Ох, там… Завязочка такая намечается. Муж-козлина, изменил своей супруге, с которой прожил лет так пять вместе. Нет, восемь. У них один ребёнок. Нет, два… — пишу и пишу, пока Муза ко мне явилась в виде тусклого огонька в конце туннеля. — И этому подонку стукнуло в яйца завести служебный роман с… Лолой. Эта «сиськи на ножках» старательно крутила задницей, пока однажды не раздвинула свои длинные ноги на… Столе! И тут жена как даст по башке этому козлу!

Отчего я сама злюсь?

Трахается этот Пошлин со своей Лолитой здесь.

Жены нет.

Может, конечно, он забыл своё кольцо у неё в… Э-э-э, Муза, куда твоя фантазия вильнула? Я БДСМ не пишу!

— Откуда вы взяли «жену»? — спрашивает вполне серьёзно. — Если мужик трудится на такой высокооплачиваемой работе, то трахаться в своём кабинете – глупость. И где охрана, которая не сообщила ему о визите жены? У него там проходной двор?

— Думаете, что моим читателям важны эти детали?

— Ваша аудитория состоит из домохозяек с низким интеллектом? Если, да – опустите все детали до примитивного. Думаю, что следующая сцена будет, примерно такой: «Жена держала тест на беременность, находясь за дверью его кабинета. Она услышала-то, что не должна была услышать. Муж-козлина обещал своей Лолите сказочную жизнь после того, как он разведётся со своей старухой. Конец.»

— ЭТО ТЕБЕ КОНЕЦ! — взрываюсь я, чтобы защитить честь и достоинство своих читателей. — Мои книги – это окно в другое измерение! Люди, читая такие книги, желают получить эмоции, которые в обычной жизни порой так не хватает! Вы… Вы… Что вы знаете о женщинах? Ну, кроме того, что у неё есть ТРИ ДЫРКИ для ваших утех (автор опустит пока подробности про вагинальный, оральный и анальный секс)! Мы – женщины настолько заёбываемся работой, детьми, готовкой, стиркой, уроками… А ещё надо про вас вспомнить «мужей», чтобы качественно исполнить свой супружеский долг! КНИГИ - ЭТО СПАСЕНИЕ от самой себя, чтобы не наложить руки и дожить до пятницы!

— Всё сказали?

— Нет, — прочищаю горло покашливанием. — Сейчас водички попью и продолжу.

Визуализация

Пошлин Арсений Алексеевич - 35-36 лет

Стоянова Августина Леонидовна - 33 года

Глава 4

— Почему вы пьёте воду из моей бутылки?

Девочки, почему я в каждом его слове слышу двойной подтекст? Никогда не была настолько мнительной, а тут, что ни слово – то оно подвергается глубокому психоанализу с моими внутренними тараканами.

— Она была ближе, — умудряюсь не подавиться, когда смотрю в такие… В такие красивые глаза.

Вот мать-природа!

Кого-то такими дарами наградила, что диву даёшься.

Таким людям достаточно взмахнуть расчёской над собой. Нам же (большинству, кто недоволен своим отражением) нужен целый чемодан баночек, консилера, помады, туши… И придёшь всё равно ненакрашенной.

Конечно, Мистер Пошлость – мужчина, а я – женщина.

Мне нужно постараться, а он уже красивый!

— Нет, она была ближе ко мне, — величественно склоняет голову, словно я у него на царском приёме.

— Я в фэн-шуе вашем ничего не понимаю, да и никогда не понимала.

— А нормами этикета вы тоже пренебрегли, — уголки его губ чувственно приподнимаются.

— Вы же ничего не знаете про вежливость, — тактично замечаю я.

— Про наличие Толкового словаря, надеюсь, вы знаете из школьной программы, — сужает гневно глаза он.

— Про любовь к ближнему, вы, наверное, и не слышали, — чувствую, как закипаю от злости.

— Вы же не знаете личных границ. Штурмом берёте, когда вас «вежливо» попросили уйти, — улыбка на его лице плавно приобретает оскал.

— Да, какие уж личные границы, гражданин Пошлин, когда мы уже ругаемся, как «родные»? После того как вы девушку с первого взгляда обозвали карманницей, дверь можно открывать с ноги.

— Разве, мы ругались?

— Разве, мы уже занимаемся сексом? — обмахиваю лицо сложенной пополам анкетой, на которой расписан сюжет моей новой книги.

— При чём тут «ругались» и «занимаемся сексом»? Как минимум действия совершаются в разных временных интервалах.

— Да, да, — усмехаюсь я. — К отличнику пришла двоечница. Это я про нас, если что, — закатываю глаза. — Будто я не знаю про прошлое и будущее. «Ругались» – прошедшее время. «Занимаемся сексом» – настоящее.

— И где вы нашли параллель?

— Если будите такой душнилой с девушками, то вам не светит горизонталь!

— Сексом можно заниматься и в вертикальном положении, — пропускает эротический смешок, от которого волоски дыбом по всей моей коже.

— Разговаривать, стоя на голове, не пробовали? Говорят помогает, например «заткнуться вовремя».

— Интересно, — прикусывает нижнюю губу.

— Что именно?

— Может, из вас что-то выйдет, — рассматривает мои очки он, — определённо.

— Сказку про кашу из топора читали? Там тоже «что-то» из топора получилось хитростью.

— Там, насколько я помню, готовил мужчина, — обнажает ровный ряд белоснежных зубов.

— Прошу заметить, что я тоже не старуха, — отбиваю похожей интонацией я.

— А насколько вы «не старуха»?.. — тянется за моей анкетой.

Листок прячу за спину.

— Будете много знать, сами знаете «что», — мысленно обхватываю его шею голыми руками и… Делаю с ним всё, что моей Музе угодно.

Какой же мужик!..

Вроде не рычит, а говорит так, что готова трусы снять.

Вот, что он со мной делает?..

— Вы часто отвечаете вопросом на вопрос?

— А вы? — хочу достать его, чтобы немного вспылил.

За этой красивой ширмой ничего не разглядеть.

Таинственный. Холодный. Брутальный.

И я… Кажется, я его всё-таки развеселила.

— Вызываете полицию? — произношу после шумного выдоха.

— Вы не броситесь меня душить?

— Не буду отрицать, что такой вариант был.

Пошлин позвонил «сиськам на ножках», и сказал, что она свободна от своих обязанностей. Пожелал ей счастья в скором замужестве и пообещал вознаградить её негласной премией за два года работы на него.

Так рухнула моя фантазия о том, что Пошлин трахается с ней на своём шикарном столе.

Может, он также прав, что «муж-козлина не будет сношаться со своей секретаршей, обладая серым веществом больше, чем с грецкий орех»?

Тогда мой сюжет будет провальный с самого начала, потому что мои читатели не поверят моим главным героям.

А если жена приехала из командировки? Муж-олень остался дома без горячего ужина, и к нему пришла соседка-хитрая лиса. Она так виляла своим рыженьким хвостом, что тот… Говно-сюжет с первых строк.

Меня не ждёт дома муж или ребёнок в дырявых сапогах.

Меня ждёт дома голодная Салема.

Ради неё мне нужна эта работа.

— Да, я не так стройна, как бы вам хотелось. Да, я не думаю, что говорю. Да, со мной будет трудно, потому что вам не светит красивого служебного романа. Но я буду ответственным работником. Вы не пожалеете. Дайте, пожалуйста, мне ещё один шанс.

— Когда вы хотели меня придушить – вы выглядели более естественно, чем сейчас.

— И как же я выгляжу?!

— Будто съели ящик лимонов.

— Знаете ли… — поднимаюсь я. — Моей ноги здесь больше не…

— Вы приняты. Приступаете ровно с этой секунды. Обращайтесь ко мне, «пожалуйста», по имени и отчеству. Арсений Алексеевич. Думаю, что несложно запомнить.

— Легко!

— Лола передаст вам дела. Ознакомьтесь. Если что-то не поймёте, то у нас есть канцелярия и отдел кадров. Ко мне по пустякам не советую обращаться. У меня нет на вас столько времени, сколько я уже потратил. На работу приходите к 8 утра, а уходите, когда я вас отпущу.

— Как Лола могла найти себе мужа с таким графиком работы?

— Она выходит замуж за моего верного друга.

— Значит, всё-таки трахалась, но не с вами, — шепчу воодушевляюще я.

— Что?

— Дадим Лоле ещё немного времени, чтобы уйти со всеми почестями. А с вами… Арсений Алексеевич, — а прозвучало «Мистер Пошлость». — Ладно, приду в 7:55, но уйду на пятнадцать минут раньше.

— С арифметикой у вас тоже беда, — смотрит как голодный кот на сметану он.

— Это логика, Арсений Алексеевич, — прижимаю к груди сумочку я. — Женская логика.

На пороге я споткнулась и отборно матюкнулась.

Посвящение в секретаря для «Мистера Пошлость» я прошла успешно.

Глава 5

Арсений Алексеевич

— Ёбаны… Блять… До свидания, Арсений Алексеевич, — хлопает дверью, сотрясая стены моего кабинета.

Недоразумение, которое я только что принял на работу — полная катастрофа.

Я сам себя не понимаю, почему сделал-то, что сделал.

Мои требования просты: стройная и высокая, красивая, «говорящая голова» с тонким вкусом стиля.

«Подай-принеси», если быть честным к своему укладу офисной жизни.

Мой секретарь – лицо. Красивое лицо, без лишних эмоций, которые пагубно влияют на обстановку в целом.

Стоянова… Августина… Леонидовна.

Автор любовных романов.

О ней знает лишь горстка читателей в интернете. По нынешним меркам - о ней забудут на следующий день с выходом новинки от топового автора.

Вовлечь меня в разработку сюжетной линии книги, чей тираж будет издан на туалетной бумаге, а потом так рьяно защищать «своих читателей» – вдохновило меня на абсурдное решение.

— Арс, как поживаешь? — в кабинет без стука входит Столяров Тихон, мой лучший друг, он же сценарист нашего шоу «Кому за 30…».

— Нанял новую помощницу тире секретарь, — ловлю себя на мысли, что улыбаюсь, отчего приятное тепло разливается в груди.

— Друг, ты случайно не заболел? Ты улыбаешься, — присаживается аккурат напротив.

Тихон – акула, от его взгляда ничего не утаишь.

— В полном здравии, друг, — принимаюсь подписывать многочисленные отчёты для бухгалтерии. В творческом режиме их накопилось аж с прошлого месяца, с учётом того, что этот уже заканчивается.

— Лола сказала, что ты её отпустил одним днём. Это так?

— Да, так, — поднимаю на него взгляд я. — Разве, не этого ты просил, когда буквально умолял её уволить?

— Я не хочу жениться сейчас. Разочек переспали, потом второй, третий. Пришла стабильность. Отпала нужда искать на вечер девушку. А потом Лола как предложит окольцевать мой палец… Сдуру ляпнул, что согласен! Сейчас она уволится, а потом и мы разбежимся.

Шумно вздыхаю, оказавшись третьим в их союзе. Той стороной, которой априори не везёт, потому что в итоге она всегда будет «виноватой».

— Ты мудак, Столяров, — опускаю взгляд на бумаги я. — Она тебе об этом тоже скажет.

— А ты святой? Милану неделю назад бросил из-за того, что у неё не идеальная зона бикини и второй палец чуть длиннее первого. Девчонки в отделе мусолят эту тему до сорванных связок. Называют тебя за глаза Мистером Совершенство!

«Мистер Пошлость», — так назвала меня Августина Леонидовна, стоило нам столкнуться взглядами.

— Не буду с ними спорить. Самое главное, что твои труженицы-пчёлки работают, создавая ажиотаж вокруг шоу.

— Что-то в тебе изменилось, причём данное событие никак не связано с твоей бывшей, — склоняет голову набок, внимательно вглядываясь в моё лицо.

Тихон увидит Августину Леонидовну.

Да-а-а, такую «не заметить» невозможно.

— Милана не была моей бывшей женщиной. Мы приятно проводили время. Не сошлись характерами. Я не виноват в том, что случилось. Она выплеснет весь негатив, а я перетерплю, раз у меня есть яйца.

— Философ, блять, — раскатисто смеётся. — Душный до безобразия!

— Зачем вообще пришёл?

— Твою морду лица идеальную увидеть, да и Лолу… Ну, отпустишь на часок от прямых обязанностей?

«Значит, всё-таки трахалась, но не с вами», — Августина Леонидовна и тут удивила сообразительностью.

Лола встречалась с Тихоном, потому что я против служебных романов.

Милана же на нас официально не работает. По несчастью её взяли ассистентом на другое шоу, что по расписанию часто стоит после нашего в одной студии.

Декорации не люди. Их просто так не передвинешь без лишних слов.

— Тебе не кажется, что мы остановились в одной точке своего развития? Нет динамики. Всё стабильно и пресно. Хочется, что-то такое… От чего дух захватит и будет держать в напряжении, пока не надоест.

— Лола меня за яйца крепко держала. Надоело. Точно! Пошли в клуб. Найдём новых девочек. Пусть они наши яйца держат в напряжении пару суток.

— Кроме секса с тобой не о чем говорить, — как-то досадно становится в компании толкового сценариста. — Набросай, что ли план нового шоу. Давай, давай. Не зря я обиваю пороги наших спонсоров.

— О-о-о, как тебе моя идея рекламной кампании?

— Футболка на героине с алкогольной зависимостью в ремиссии? Да-а-а, реклама энергетика прошла «блестяще». Наш юрист в поте лица отписывается от всех тех, кого твоя умная голова натравила на нас. Спасибо «главному», что не прикрыли наш проект.

— Зато рейтинги, друг, — указательным пальцем метит в потолок. — Зашкалили.

— Зашкалил пульс у нашей возрастной аудитории, — отбрасываю шариковую ручку в сторону. — Ты забыл, кто нас смотрит. Тут не про отношения юноши и девушки. Здесь обсуждаются житейские проблемы 30+.

— Хочешь анекдот в тему расскажу?

— Я отпускаю Лолу. Идите… С глаз долой! Оба!

— Не-е-ет, так не пойдёт, — тянет издевательским тоном он, — ты точно должен его услышать.

«В 2 года успех — это не писать в штаны.

В 3 года успех — это иметь полный рот зубов.

В 12 лет успех — это быть окруженным друзьями.

В 18 лет успех — это водить машину.

В 20 лет успех — это хорошо заниматься сексом.

В 35 лет успех — это зарабатывать много денег.

В 60 лет успех — это хорошо заниматься сексом.

В 70 лет успех — это водить машину.

В 75 лет успех — это быть окруженным друзьями.

В 80 лет успех — это иметь полный рот зубов.

В 85 лет успех — не писать в штаны.»

*(Автор – Бернард Вербер).

— Если Лола узнает, что ты кинешь её сразу после того, как получит трудовую книжку, то она отобьёт тебе яйца – ты перестанешь заниматься сексом.

— У меня будет много денег, — показывает мне свою белозубую улыбку он. — А когда есть «мани» (деньги), то доступен любой каприз.

— Анекдот смешной. Ха-ха-ха.

— Душнила.

— Верни мне Лолу через час. Последнее поручение и она свободна от своих обязанностей.

— Завтра же новенькая придёт… Какая она?

Задумавшись, воспроизвожу перед внутренним взором образ Августины Леонидовны.

Рост, примерно 170. Цвет волос – каштановый. Глаза – не рассмотрел за толстыми стёклами очков. Стиль одежды – первое, что попалось под руку. Пропорции… Есть желание развернуть как конфету.

— Среднестатистическая, чтобы не отвлекала от работы.

— Значит, «ля-бомба»? Старичок, ты меня удивляешь! Есть повод прийти пораньше!

— Ты переиначиваешь все мои слова, — повышаю голос.

— Сердишься? Пошлин сердится? Надо где-то записать!

— Я на обед. На моём столе не трахайтесь.

«— Разве, мы ругались?

— Разве, мы уже занимаемся сексом?»

И...

«— Если будете такой душнилой с девушками, то вам не светит горизонталь!

— Сексом можно заниматься и в вертикальном положении.»

— Друг, на первом этаже открылся медицинский центр. Девчата пусть тебе давление измерят, кровь на холестерин проверят… Ты трижды за наш разговор улыбнулся.

— Ключ лучше отдай от кабинета, — в четвёртый раз эмоции настигли меня врасплох, когда я того сам не ожидал, — не хочу видеть отпечаток задницы Лолы на своём столе.

Глава 6

Августина Леонидовна

— Всё пропало, дорогая!

Чуть ли не плачу, глядя на кривую стрелку, которую я рисую уже минут… Сорок пять!

— Салема, всё пропало!

— Мя-у-у-у, — кладёт мордочку мне на тапок она. — Мя-у-у-у.

— Всё пропало… — упираюсь руками о пьедестал раковины. — Это я с виду горячая и на слово острая, а на деле плакса сопливая. На улице моросит, значит от моей укладки ничего не останется. Приеду на работу «одуванчиком». Макияжа нет. Глаза красные, словно убивалась всю ночь по отсутствию личной жизни. Да-а-а, лицо приёмной Мистера Пошлости так и «кричит», чтобы его взяли в разработку для нового шоу.

Я погуглила чем вообще занимается Арсений Алексеевич. В логово красавчика нужно врываться подготовленной. Это в первый раз я вошла туда с пинка. Во второй раз мне так не повезёт – уйти смогу только по увольнению.

Пошлин – продюсер довольно успешного телешоу «Кому за 30…».

Посмотрела пару выпусков. Мне очень понравился сам формат. Главные героини рассказывают про свои проблемы, обиды и истории их расставаний с мужчинами. С ними работают психологи, стилисты и парикмахеры. В конце перевоплощений мы получаем «настоящую конфетку».

Может, себя предложить на роль главной героини? А что? У сотрудников должны же быть льготы!

— После того, что я ему наговорила в запале эмоций… Мне светит прохладное «здрасти» по утрам, что в переводе означает «мои бы глаза вас не видели», — продолжаю разговаривать сама с собой, — мне бы чуть-чуть волшебного пинка от «красавчика-фея крёстного», и моя бы внешность заиграла новыми красками.

Смываю с себя всю штукатурку. На лицо очки в леопардовой массивной оправе. На губы малиновую помаду. Тело упаковываю в белую блузку и плотные чёрные джинсы.

Не забываем, девочки, что на улице моросит. Мне всё-таки ещё рожать и нужно думать о придатках, как говорили мне сначала бабушка, а потом мама до двадцати пяти лет.

Образ секс-училки готов.

— Ничего такая «сосочка», — поправляю контур губ пальцем. — Вдруг найду того, с кем удачно можно «потрахаться» и выйти замуж. «Сиськам на ножках» повезло, а там серого вещества кот наплакал.

АО «Новый канал» расположен в центре города. Красивое здание с панорамными окнами.

Много людей. Много машин.

Я – песчинка, которую занесло сюда попутным ветром.

Но как же приятно осознавать, что именно сюда привела меня моя судьба.

Временно, разумеется.

Не брошу своё призвание. Писать книги для меня отдушина. Придумывать альтернативную реальность, где есть ХЭ.

Девочки, всем нам хочется этого «Хэппи»… Но можем ли мы его себе позволить за маской страха и прошлых неудач? Иногда обстоятельства складываются таким образом, что мы просто хотим стабильности без ХЭ и драматического развития событий. Болтаться посередине. Чтобы в понедельник придумать план, как дожить до пятницы.

— Я работаю в приёмной Арсения Алексеевича, — гордо сообщаю охраннику я.

— К Пошлину? — почёсывает затылок тучный мужчина. — Что-то такое говорила его секретарша, когда пробегала мимо поста.

— Она должна была оставить для меня временный пропуск, а не просто пробежать, — тактично делаю замечание по системе охраны такого большого здания, где трудятся оче-е-ень много людей.

— Подождите, — сурово басит в ответ.

Через добрых минут пятнадцать к посту охраны подходит щуплый невысокий парень в узких джинсах.

Во мне мгновенно просыпается «материнский инстинкт». Хочется ему купить новые штаны и одеть по погоде.

Замёрз же, пока дошёл до работы!

— Стоянова?

— Да, она самая, — прокашливаюсь в кулак.

По хмурым лицам понимаю, что мой чёрный юмор им не в кассу.

Охранник после моего замечания смотрит на меня так, что готов упаковать в наручники и вызвать Росгвардию по мою творческую душу.

Через ещё минут пять я была на своём этаже. И уже как десять минут опоздала.

Вот такая нехитрая арифметика для первого трудового дня!

— Ты… Новый секретарь Пошлина? — смиряет меня чересчур внимательным взглядом незнакомец.

Бейджика нет.

Как обращаться к нему? Гражданин? Молодой человек, что старше меня, примерно, на три года?

Да, я и сама не юная лань с бархатистой кожей. В моём возрасте работать приходится в основном на многочисленные баночки по уходу за собой.

Пока не представиться сам – никак не буду обращаться.

Ещё и ноги болят от новых туфель!

Мозоли с целый континент!

— Без трусов друг друга ещё не видели, а сразу на «ты», — мечтаю о том, чтобы упасть в кресло и без свидетелей избавиться от своих калош.

— А ты мне уже нравишься! — чересчур эмоционально хлопает в ладоши. — Представишься, о, юное очарование?

— Уже не так юна, как бы хотелось, — ставлю его на место, чтобы не переступал личные границы, — Августина Леонидовна.

— Августина-а-а, — сладко тянет моё имя он.

— … Леонидовна.

— Можно без упоминания вашего батюшки?

— Строго обязательно.

— Вот как… — мужчина удивляется и умиляется одновременно.

— А вас как зовут?

— Тихон, — тянет ко мне руку. — Работаю на Пошлина сценаристом. Теперь мы в одной упряжке.

— Я не люблю, когда меня привязывают, — пожимаю его ладонь в ответ.

— В какой же сокровищнице тебя откопал Арс? Удивительно!

— Стояла за его спиной, — мечтаю, чтобы «Тихону» стукнула Муза по голове, и он убежал к себе записывать новый сценарий.

— Может, кофе?

— Я не против, — наконец-то, усаживаюсь за своё рабочее место, — Ой, Лолита оставила свои туфли под столом.

— Добавлю тебя в общий рабочий чат. Диктуй номер, — предлагает Тихон, я тут же соглашаюсь.

Когда я набивала сообщение в «общий чат», чтобы Лолита забрала свои дорогущие туфли, я переписывалась с мамой. Она ещё та хохотушка-выдумщица.

И вместо своей школьной подруги я переслала сообщение в общий чат: «У нас ЧП и есть пострадавшие».

Прикрепить фото туфель я не успела.

Кто-то с визгами, криками и матами выбежал в коридор и нажал кнопку пожарной сигнализации.

Глава 7

— Простите меня, — искоса поглядываю на Тихона, что вовсю гогочет. — Я очень виновата.

— Нет, вы не понимаете всю серьёзность ситуации, Августина Леонидовна, — инструктор по пожарной безопасности продолжает нравоучительным тоном, — вы создали потенциально опасную ситуацию, в результате которой могли пострадать люди в той или иной степени.

— Извините меня, — решаюсь поднять взгляд и заглянуть в глаза мужчине. — Это вышло случайно.

— По вашей случайности уже сегодня могли монтировать сводку новостей!

— Георгиевич, прекращай девушку стращать своими предположениями. Все живы и здоровы, за исключением Тамары Борисовны. Между прочим, она давно на пенсию просится, а наш Пошлин ей никак не подберёт замену.

— Надо же думать, что писать в общий чат! Это вам не самодеятельность!

— Арсению Алексеевичу не скажете? — жалобно то ли мяукаю, то ли спрашиваю я.

— Первым делом ему сообщил!

— Гадство!

Из моих глаз брызгают слёзы отчаяния.

— Георгиевич, смотри ты до чего милое создание довёл своим рычанием, — Тихон сгребает меня в охапку, прижимая к груди. — Урок все усвоили. Больше мы так не будем.

— Дурные, — в голосе мужчины нет и намёка на разрешение ситуации мирным путём. — Жду объяснительную с причинно-следственной связью.

Пока моё тело сотрясается в рыданиях, Тихон ещё теснее прижимает страдающую меня к своей широкой груди.

— Тише, девочка. Он у нас ещё та «бука» и «ябеда», — урчит мартовским котом мне на ухо.

— Мне в очереди уже говорят, что я «женщина», — всхлипываю я. — Зачем вы меня обманываете?..

— Обманываю? Я?

— Ну, да, — поднимаю взгляд. — Причём, нагло!

— Знаю тебя всего лишь час, а будто… — договаривать ему не позволяет рычание моего непосредственного начальника.

— Какого ху… — осекается, когда видит нас. — Столяров, к себе! — почему-то подрываюсь вместе с ним. — А вы… Августина… Леонидовна, стойте на месте и не двигайтесь!

Тихон уходит.

— Говорите.

Я не маленькая, а этот вообще великан.

— Покаялась при свидетеле. Больше не буду.

Смотрит на меня с минуту. Молчит. Сердится. Открывает рот и закрывает, словно рыба выброшенная на берег. Снова злится. Молчит. И продолжает смотреть.

— Извините меня. Первый рабочий день – он же первый блин комом.

— Кофе.

— Не откажусь, — выдавливаю из себя улыбку.

— Мне кофе! Исполнять!

Аж подпрыгиваю на месте.

У-у-у, тиранище!

И почему мои читательницы любят типажи таких рычащих говнюков?!

Ладно, ладно… Таких лапочек, которых в процессе нужно приручать теплотой и женской лаской?

Лично мне хочется взять в руки плётку и зарычать в ответ: «АР-Р-Р!»

— Августина Леонидовна, где мой кофе? — раздаётся в селекторе.

Что нажимать?

Полная импровизация из киношного опыта.

— В течение пяти минут, Арсений Алексеевич, — томным голосом в ответ. — Подождите, и я вас не разочарую.

— Э-э-э, ладно.

— Блять, а денёк только начался, — выдыхаю.

— Августина Леонидовна, — чуть ли не заваливаюсь на задницу от испуга. — Я вас ещё слышу, исправьте эту проблему.

Тыкаю на кнопки.

На все кнопки, чтобы «наверняка».

— Это вы – моя проблема, причём сексуального характера, — бубню себе под нос я.

— Ещё слышу.

По обучающему видео по интернету, быстро решаю и эту задачу.

— Пиздец, — ставлю чашку чёрного кофе на металлический поднос. — Так обосраться в первый день…

— Августина Леонидовна, — снова этот голос с хрипотцой. — Если вам нужно в туалет, то я не монстр.

— Я вам выплесну кофе на идеальную белоснежную рубашку, если сейчас же не замолчите, — шёпотом. — Арсений Алексеевич, у вашего селектора есть специальная кнопка, чтобы его вырубить? — уже намного громче.

— Да, в левом углу корпуса.

Оборачиваюсь и сгораю… Лучше сразу до углей!

— Часто разговариваю сама с собой, — облизываю губы, — разное в голову лезет… Надо проговорить вслух, чтобы ночами спать крепко.

— Кофе готов?

— Да, да, — протягиваю чашку вместе с подносом.

— Какая… — морщится он. — На вашу рабочую почту я сбросил план сегодняшнего дня. Первые пять пунктов из списка вы должны сделать уже к полудню.

— Осталось? — смотрю на наручные часы я. — … Полтора часа.

— И?..

— Если кофе было первым пунктом, то осталось четыре?

— Процитирую ваши же слова, Августина Леонидовна: «Да, я не так стройна, как бы вам хотелось. Да, я не думаю, что говорю. Да, со мной будет трудно, потому что вам не светит красивого служебного романа. Но я буду ответственным работником. Вы не пожалеете. Дайте, пожалуйста, мне ещё один шанс». Припоминаете? Или спишете на женскую логику, что не поддаётся объяснению современным наукам?

— Не так чётко, как сюжет моей новой книги.

— Либо вы – автор сказок для взрослых, либо мой работник с полным подчинением. Так что?..

Девочки, нельзя быть таким красивым. Неземной человек. Я его ещё не раздела, а мне уже хочется его спрятать от всего мира, чтобы любоваться им в одиночку.

— Вы живы?

— Не уверена, — облизываю губы кончиком языка, — если ваш… Ну, тот самый… Меня…Воскресит, то я готова… Выполнить все ваши пять пунктов до полудня.

Пятый пункт моего списка: «Лично доставить 101 розу по адресу Н*. Быть невидимкой. Не разговаривать. Оставить у консьержа. Отчитаться о проделанной работе.»

— Судьба подкинула мне миссию стать временно курьером цветов для шлёндры богатого мужика, — расправляю бутоны роз я. — Будет лежать на шёлковых простынях и пересчитывать. Бе-бе-бе… Не разговаривать, оставить у консьержа, у которого задний клапан выбило так не вовремя, отчитаться о проделанной работе… Бе-бе-бе.

— Я не буду пересчитывать, — за спиной раздаётся мелодичный женский смех. — На шёлковых простынях не сплю… А за шлёндру «обидно».

— Вы мама? — глаза такие же как у моего «сексуального греха». — Извините.

— Если мой обожаемый сынок прислал 101 розу, то значит снова не пригласит на свой день рождения. Он даже забыл, что оно завтра! Занятой как его отец!

— День рождения завтра?..

— Я купила безе. Вы же любите безе?

— Очень!

— Тогда приглашаю вас на чай.

— Меня просили быть невидимкой, — опускаю взгляд в пол.

— Меньше слов, больше действий – залог успешного замужества, девушка, — женщина увлекает меня за руку к себе домой.

Глава 8

— Меня скоро хватятся, и будут искать, — а сама тянусь к вазочке, чтобы утащить оттуда ещё одну малиновую безешку, — Арсений Алексеевич крайне мной недоволен.

— Я начальница над Арсением Алексеевичем. И мне тут решать, кто будет доволен или нет. Посмотрите-ка на него, — женщина кривит губы в усмешке, — только и может, что откупаться от матери цветами. Видимся пару раз в году по моей инициативе, чтобы не забыть родные лица. Куда катится этот мир? У нас есть всё, а самое ценное отдаляется от нас с каждым прожитым годом! Скоро репродуктивных клиник станет больше, чем счастливых родителей, выходящих из родильного дома. Школа, институт, работа – составляющие для успешной карьеры. Стабильные отношения, женитьба, детский плач по ночам – роскошь, пока не переступим очередной рубеж. Только мужчины забывают, что качество сперматозоидов тоже страдает. Молодая вертихвостка не спасёт бесплодное отчаяние суровых будней.

Малиновая безешка застывает в паре миллиметров от моих губ.

Кушать больше не хочется.

Девочки, чтобы вы знали, но у меня такое ощущение, что я разговариваю со своей мамой на кухне. И пока разговор не вильнул в сторону качества моих яйцеклеток – лучше зафиналить благодарностью и пожелать милой женщине видеться с сыном, как минимум раз в месяц.

— Августина, я тебя чем-то обидела? — звучит над моей головой, пока я обуваюсь.

— Вы? — удивляюсь вполне искренне. — Нет. Конечно, нет! Почему вы спросили?..

— Ты убегаешь, — уголки её губ заметно опускаются.

— Мне, правда, пора на работу. Очень странно, что мой телефон не разрывается от звонков вашего сына, — и тут я прихожу в тихий ужас, от чувства которого сердце замирает при следующем его сокращении, — он у меня разрядился ещё в такси, когда я в последний раз разговаривала с Арсением Алексеевичем. У меня старенький гаджет. Понятный такой, чтобы без лишних заморочек. А теперь, кажется, я точно без работы и с заварными макаронами быстрого приготовления на завтрак, обед и ужин!

— Без паники!

— Да, какая уже паника… — внутри меня разливается чувства отчаяния, страха и пустоты, — спасибо, что были ко мне добры.

В дверь неожиданно позвонили, когда я была полностью собрана, чтобы уйти.

— Неожиданно… — смотрит в глазок она, — наверное, вы, Августина, очень ценный кадр, что на ваши поиски приехал мой сын.

— Он там?! Не открывайте!

— Ну, что за глупости, девочка моя, — добродушно усмехается мама Арсения Алексеевича. — От совместного чаепития ещё никого не увольняли.

Три, два, один…

— Здравствуйте, Арсений Алексеевич, я в туалет захотела, а ваша мама… Добрая… Вот!

— Я же просил быть невидимкой, ни с кем не разговаривать, оставить цветы у консьержа и вернуться в офис! Где произошёл сбой в вашей матрице?..

— Сынок, почему ты кричишь на девушку? Я и твой отец потратили огромную сумму денег на твоё образование, чтобы педагоги привили тебе культуру общения. Как вижу, что их труды были потрачены впустую.

— Мама… — закатывает он глаза. — Личное и работа разделены вполне чёткой чертой, чтобы её не пересекать. Августина Леонидовна – моя подчинённая! Общение с моими родственниками не входит в перечень её обязанностей.

— Августина, мне очень стыдно за своего сына. Хочу принести вам извинения. Вы в праве мне в этом отказать, — по лицу женщины пробегает тень досады, и она не из-за меня, — будьте лояльнее к моим годам.

— Вы чудесный человек, — беру её за руки, — не нужно просить прощения, потому что я сама очень виновата перед вашим сыном. Он прав. Моя работа – это он, а не мой урчащий от голода желудок или плохое настроение от того, что жизнь могла бы быть чуточку лучше, если бы мозгов было гораздо меньше. До свидания. Надеюсь, что когда-нибудь мы ещё встретимся.

Кротко улыбнувшись Мистеру Пошлости, я проскальзываю мимо него. Лифтом не буду пользоваться. Адреналина так много, что вот-вот взлечу на реактивной тяге.

Оказавшись на улице, вдыхаю свежий осенний воздух. Разматываю шарф, чтобы дать телу поток холодного воздуха. Я горю. Уже неважно от чего больше. Мне не хочется возвращаться в офис Пошлина.

Уволиться одним днём?..

Когда тебе за тридцать, то такой эксперимент уже не выглядит в твоих глазах «нормальным». А вот «инфантильным»… Вполне.

— Далеко вы собрались?

Оглядываюсь через плечо.

Он.

— Даже не знаю, — пропускаю смешок, — после такого, обычно без рекомендательного письма выставляют с личными вещами. Поеду домой.

— Я вас не отпускал.

— Звучит устрашающе-е-е, — шиплю как змея.

— Садитесь, Августина Леонидовна, — открывает дверь лимузина.

— Зачем?

— Августина Леонидовна, вы ещё моя подчинённая, — снова запугивает меня.

То ли у меня случилось помутнение рассудка, то ли страх не купить себе сапоги на зиму – я села в этот прелестный лимузин.

Нет. Я не почувствовала себя Золушкой. А передо мной не стоял галантный принц. И лимузин не напоминал карету.

Взрослые девочки не смеют фантазировать?

«Эх», — вот вся моя эмоция, когда я оказываюсь внутри роскошного автомобиля.

Десять минут нашего пути прошли в молчании. На одиннадцатой я открыла свой рот.

— Обычно в коллективе принято, что именинник проставляется тортиком, — произношу тихо, но с полной уверенностью того, что меня услышали.

— Ммм? — вопросительно взлетают брови Пошлина.

Прочищаю горло покашливанием.

— Именинник на свой день рождения приносит вкусный торт.

Наши лица так близко, а губы… Они у него красивые.

Резкое торможение – сигнал судьбы?

Впечатываемся ртами на несколько секунд, наплевав на все законы механики, физики, гравитации, психологии, неравенства полов, неуместной реакции моего тела, касание его ладони к моей коленке… Да, да… Обо всём об этом я думала в момент нашего то ли поцелуя, то ли неудачно сложившейся ситуации.

Глава 9

Арсений Алексеевич

— Именинник на свой день рождения приносит торт, — шевелит соблазнительными губами, к которым полностью приковано всё моё, мать его, внимание.

Влад резко тормозит.

Ничего понять не успел, как к моему рту припечатываются горячие губы моей помощницы тире секретарь, или секретаря тире помощницы.

По инерции накрываю ладонью круглую коленку. Сжимаю чисто на инстинктах, впиваясь пальцами в мягкую кожу. По крайней мере, мне так хочется думать и ощущать. Одежда выступает барьером между нами.

Интересно о чём Августина Леонидовна думает?

А я каким местом думаю, если не разрешаю сложившуюся ситуацию как-то иначе?..

— Хм, — сначала на себе поправляю пальто, а только потом отстраняю от себя девушку. — Нелепый случай, — голос хрипит как при ангине у меня, — думаю, что его разумнее не обсуждать с коллегами и постараться забыть.

— Забыть? — небрежным движением поправляет сначала очки, а потом волосы. — Если это приказ… — растерянно и одновременно возбуждающе действует на меня.

Горячие мурашки обжигают затылок, оттуда по спине сбегают горячей волной, перебираются на живот, чтобы плеснуть кипятком на мои яйца.

Член стоит колом и не желает сотрудничать с головным мозгом, старательно переключая рациональное мышление на иррациональное.

— Да, это приказ! — рявкаю на весь салон так, что самому неловко становится за своё поведение.

— А кричать зачем? — недовольно бурчит Августина Леонидовна.

— Я не кричал, — смотрю, как мы объезжаем аварию между двумя легковушками на перекрёстке.

— Влад, он на меня кричал?

— Э-э-э, — мой личный водитель включает радио. — Две недели назад отитом переболел. Плохо слышу.

— Босс сказал, что премию вы не получите в следующем месяце, — складывает руки на груди.

— Это правда, Арсений Алексеевич?

— Свершилось чудо!

— Какое? — Влад чешет затылок.

— У вас проснулся третий орган чувств человека. СЛУХ!

Ни я, ни Августина Леонидовна до конца нашей поездки не разговаривали. В офисе лишний раз старался не дёргать её, чтобы самому разобраться в себе.

«Лишний раз не дёргать…», — даже по моим меркам уже перебор к наёмному персоналу.

Что из себя представляет Стоянова Августина Леонидовна из достоверных источников?

Помог мне в этом расследовании не детектив, а телефонный разговор с начальницей отдела кадров.

— 33 года, не замужем, детей нет, фактический адрес совпадает с пропиской. Образование высшее финансовое.

— Про костюм-тройку и кошку ничего там нет?

— Хм, — в телефонной трубке повисает молчание. — Девочки рассказывают, что ваша помощница – автор любовных романов. Кто-то уже прочитал книги из её репертуара. Говорят, что неплохо.

— Работы от её имени?

— Псевдоним. Забыла, правда. Подождёте?

— Подожду.

Через несколько минут в моём блокноте была ценная информация, с которой я пока не знаю, что буду делать. Но… Почему-то уже делаю.

Итак, авторский профиль Н* (авторская страница Августины Леонидовны). Электронные книги на одну тематику – как найти себе богатого и красивого из точки А в точку Б своего бедственного существования, то есть удачно выйти замуж и обзавестись потомством с серебряной ложкой во рту.

Ску-ко-та!

Чего не скажешь о самом авторе этих недалёких книг (прим.: я высмеиваю саму себя, потому что к чёрному юмору отношусь крайне положительно. Моя Августина – мой прототип). В ней что-то такое есть, что заставляет меня… Улыбаться.

Из офиса сбегаю. Да, не просто «сбегаю», а оставляю на столе Августины Леонидовны плитку горького шоколада.

Сам не ем – не пропадать же бельгийскому шоколаду из-за моих вкусовых предпочтений.

Попросил Влада отвезти меня к любовнице. Кира – дерматолог, с идеальной кожей и восхитительными пропорциями тела. Фотомодель в медицинской спецодежде.

Познакомились. Первое свидание закончилось сексом у неё на квартире. Второе увенчалось тем же успехом. Третье… Сегодня, собственно, и оно.

— Арс, привет, — опускает смущённый взгляд мне в область груди. — Ты хотя бы предупредил, что приедешь.

— Ты не одна? — этот факт во мне не вызывает и толику ревности.

— Нет. Что ты… Конечно, нет.

Секс с Кирой – ниже градусом, чем книги моей секретарши тире помощницы, или помощницы тире секретаря. Поза коленно-локтевая, чтобы не видеть лица партнёрши, чтобы прийти уже к своему финишу более расслабленным и не видеть во взгляде Киры какую-то надежду на скорую встречу.

Трахаю одну, а думаю о круглых коленках другой.

Подумаешь, КОЛЕНКА!

Мой член таранит киску такой восхитительной девушки! Розовая, сочная, тугая… А в моём воспалённом мозгу всё та же КОЛЕНКА и фантомный вкус малинового безе на губах!

— Ты сегодня задумчивый, — перебирает мои волосы на затылке Кира.

— Устал, — присаживаюсь на край кровати.

— Останься, — дотрагивается подушечками пальцев к моей напряжённой спине.

— Много работы. Ноутбук остался дома.

Я не обманул девушку. У меня действительно накопилось много работы, потому что целый день гонял в голове мысли об Августине Леонидовне.

— С днём рождения, Арсений, — на первом этаже встречаюсь с Тамарой Борисовной. — Ваша помощница организовала вам праздник. Не пугайтесь.

— Не… Пугаться? — пропускаю её первой в кабину лифта.

— Меня очень удивило желание девушки. Устроить праздник для начальника, когда сама второй день только работает. Мне она уже нравится.

— А где… Будет этот праздник? — заторможено задаю вопросы я.

— В вашей приёмной. Я скоро к вам присоединюсь.

Выходим на нашем этаже. Тамара Борисовна в свой кабинет, а я должен пройти прямо по коридору метров десять.

Тишина – это хорошо или плохо?

В случае с детьми – очень плохо.

В случае с Августиной Леонидовной – очень и очень плохо.

Первым меня «встречает» плакат: «Поздравляем!».

Эта фраза трижды подверглась исправлению:

«Поздравляем с юбилеем!» – на «Поздравляем!»

«Поздравляем с 35-летием!» – на «Поздравляем!»

«Поздравляем с 36-летием!» – на «Поздравляем!»

Никто в отделе не знает мой точный возраст, потому что я никогда не отмечал свой день рождения. До того как я не принял на работу автора любовных романов!

Вторым потрясением были воздушные шары в виде пустышки, пинеток и мишек Тедди.

Третьим-то, как из подсобки вывалились мои подчинённые в лице румяной Августины Леонидовны, в руках которой был торт в голубых тонах, и довольного Тихона.

— Дружище, с днём рождения тебя, — первый кидается меня поздравлять Столяров.

— Хэппи бёрздей ту ю, — шелестит тихий голос моей помощницы под аккомпанемент приближающихся шагов остальных работников.

╰⋃╯💦👙😏🤤

С ЮМОРОМ 18+

ПРИЯТНОГО "НОЧНОГО ЧТЕНИЯ"

ЛЕДИ 2XL. ХУДЕТЬ НЕ БУДУ!

#полная_героиня, #измена_и_месть, #босс_и_подчиненная

Если тебе изменил мужчина, то дело совершенно не в твоей внешности. Просто он не твой, а ты не его.

Так думала Серафима, когда переступила порог офиса главного конкурента своей бывшей начальницы. Именно эта гадина стала разлучницей и одновременно проводником в новый мир под названием «Шик».

Потапов Михаил не поверил в случайное совпадение. Он устроил девушке настоящую проверку, где его женщина впервые положила на лопатки.

— Хорошей женщины должно быть много, — Потапов загнал меня в угол.

— А пупок не развяжется, господин начальник? Я же худеть не буду! — и вида не подаю, что боюсь его до дрожи в коленках.

— Не развяжется, Кузнецова, — жарко шепчет мне в губы. — Попалась. Наказывать буду!

Продолжить чтение ЗДЕСЬ

🍎

ЭЙ, СОСЕД! А МОЖНО ПОТИШЕ?

#соседи, #любовь_и_страсть, #противостояние_характеров

— Эй, сосед! А можно потише?

— Соседка, значит… — пренебрежительно смиряет меня взглядом от высокой гульки на голове до ногтей на пальцах ног без искусственного покрытия. — Мужика нет, вот и бесишься счастью других.

Пропускаю мимо ушей похабные слова, чтобы воззвать к его совести своим спокойствием.

— Мне завтра рано на работу. Будьте человеком, когда вас просит женщина.

— Меня женщины просят только об одном, — показывает на себе неприличный жест, отчего жар приливает к моим щекам. — Записать на утренний сеанс для «настроения»?

Соседи должны, если не любить друг друга, то уж точно уважительно относиться к соблюдению домовой тишины. Приложила все силы, чтобы наладить отношения с хамом через стенку, но что-то пошло у нас не так с первого знакомства. Он не поднял пластиковую бутылку, что отрикошетила от урны – я не смогла промолчать и сделала ему замечание.

Продолжить чтение ЗДЕСЬ

🍎

ЗАНОЗА В МОЕМ СЕРДЦЕ

#развод, #бумеранг_для_предателя, #героиня_не_тряпка

— Моё время не резиновое, — заявляет нахал.

— Вы, что себе позволяете?! Кругом же полно свободных беговых дорожек! — перед тем, как посмотреть этому мужлану в лицо, снова запускаю тренажёр.

— А мне эта нравится, — понижает голос до сексуальной хрипотцы. — Брысь отсюда.

Задохнувшись от возмущения, гордо вскидываю подбородок, чтобы в следующую секунду улететь назад и больно приземлиться на пятую точку. Сложив руки на мощной груди, на меня сверху-вниз смотрел Меркулов, мой бывший одногруппник. В его облике больше не было намёка на лишний вес. А я перед ним на коленях, как он, когда-то мечтал.

— Что, Викуся, не ожидала? — даже не пытается мне помочь.

— Незакрытый гештальт, Саш? — ядовито шиплю ему в лицо. — Ни тогда, ни сейчас я тебе…

— Дашь! — проводит подушечкой большого пальца по моим губам, посылая по телу предательскую дрожь.

Продолжить чтение ЗДЕСЬ...

🍎

ТЫ-МОЯ. КТО СЕГОДНЯ БУДЕТ СВЕРХУ?

#противостояние_характеров, #горячо_и_откровенно, #богатый_мужчина

— Ты кто такая? — пригвождает своим цепким взглядом мой сосед сверху. — Не видишь, что я здесь занят?

— Ч-что? — вскипев от ярости, перехожу на ядовитое шипение. — Я прекрасно «слышала», чем вы здесь занимаетесь! Вы мне спать не даёте уже какую ночь подряд!

— Так может, присоединишься, раз уже не спишь? — почесывая затылок, он смотрит на меня с вызовом.

Сначала я терпела. Потом я ругалась, глядя на потолок и проклиная соседа сверху множество ночей подряд. А теперь я стою перед самым сексуальным мужчиной, которого видела в своей жизни, и он предлагает мне недвусмысленно заняться тем, из-за чего я сюда пришла. Бррр… То есть, чтобы прекратился этот шум, и я смогла бы спокойно уснуть. Допустим, если я соглашусь… Что тогда?

Продолжить чтение ЗДЕСЬ

Глава 10

Августина Леонидовна

— Спасибо вам за доставку, — сердечно благодарю курьера после того, как были поставлены все подписи, — заплатить всего 25% от полной стоимости.

От радости готова хлопать в ладоши, что могу кому-то организовать праздник за столь низкую сумму, но по системе «ШИК».

— Августина, а ты уверена, что шеф оценит такую щедрость от своего коллектива? Этот день ничем не отличается от остальных. Ни короткого дня, ни застолья, ни улыбок с его стороны. Мы же благополучно забыли, потому что сам Арсений Алексеевич так велел.

— Кто не любит свой день рождения? Только тот, кто не кушал на нём вкусный превкусный тортик из кондитерской Алисы Богатырёвой (прим.: главная героиня книги «Ты – моя. Кто сегодня будет сверху?»).

— Пошлин не тот, кто ест тортики, набирая лишних семь килограмм. Он тот, кто пашет в тренажёрном зале до седьмого пота, — Тихон, как всегда, прямолинеен по отношению к моей задумке.

— Один раз в год можно и даже нужно, — хлопаю в ладоши, задавая шутливый тон нашей беседе.

— Августин, а шарики в виде соски, пинеток и мишек… Типа прикол?

— «Типа» мы заплатили только 25% из 100%, то есть сэкономили!

Ну, что за человек этот Столяров?!

Везде ищет только негатив, когда моя жопа уже в мыле!

— А-а-а?..

— Ещё одно слово, Тихон Романович, и вам кусок торта не достанется. Он, чтобы вы знали, был выполнен на заказ для кого-то другого. Считай, что нам вдвойне повезло! Красный бархат. Сливочный крем. Ммм! Пальчики оближешь!

Пока Столяров мне всячески «не помогает» в запланированном мной корпоративчике, чтобы поздравить горячо любимого коллективом начальника, я развешиваю шары.

С юмором. С любовью. Для радости всех нас.

Девочки, не буду лукавить, что к такому решению меня побудила плитка бельгийского шоколада. Она как солнечный луч во мгле, который пробудил во мне организатора праздников.

– А у нас свечи есть? На них скидки не было, — расстроено произношу, глядя на кондитерское произведение искусства.

— Давай посмотрим в подсобке, — предлагает Тихон мне. — Там что-то должно быть.

— Жаль, что плакат испортили, — поджимаю губы я. — Вы же его друг! Могли бы знать точную дату его рождения!

— Арс не любит праздников, — в сотый раз повторяет мужчина.

— Однако, он принял меня на работу, — подмигиваю ему я.

— Вас, Августина Леонидовна, только полный кретин не принял бы на работу. Заглянем в подсобку?..

— Свет включите, — повелеваю задорным тоном, — мы же там не прятаться будем.

— С вами… На часок другой… Был бы рад.

Ох, похотливый котяра!

Яички свои ко мне со всех сторон подкатил, чтобы я почувствовала степень его заинтересованности во мне.

Не хочется мне быть на месте Лолиты.

Тамара Борисовна его горячо обсуждала с бухгалтерией – блядун.

Ни одну юбку не пропустил мимо своей персоны. Сразу в постель. А далее… Вы сами уже всё знаете.

Про таких книжек много написано. Начинается с «Измена/Развод/. Гори в аду, предатель!»

Стать героиней подобного романа никто из нас не хочет. Добровольно бросаться в это болото – надо иметь справку из соответствующего заведения.

Беру с собой торт и зажигалку.

В любой момент может появиться Арсений Алексеевич.

А мы ему как: «Хэппи бёрздей ту ю!»

А он нам: «Премию всем!»

К моему спокойствию Тихон ко мне не приставал. Помог зажечь свечи в количестве одной штуки в виде смайла «сумасшествие».

— И на этом спасибо, — лицо горит от зажженной свечи.

Арсений Алексеевич появляется чётко по часам.

— Дружище, с днём рождения тебя, — первый кидается его поздравлять Тихон.

— Хэппи бёрздей ту ю, — голос садится до хрипоты под шаги приближающихся коллег.

Мне бы контур губной помады подправить. Да, проверить тон лица.

Ну, уж как есть.

— Загадывайте желание, — в кругу уже всех приглашённых. — Потом будем вас за уши дёргать.

— Не надо меня ни за что «дёргать», — от его тона радость растворяется как сахар в кипятке.

Ему не понравилось? Я же так старалась!

— Арсений Алексеевич, мы вас поздравляем с днём рождения, — принимает эстафету в лести Тамара Борисовна, — долгих лет вашему творческому Музу. А мы вам будем помогать в преодолении новых вершин.

— Спасибо, — скупо реагирует на поздравление Пошлин.

— Вам что-то не понравилось? — кладу поднос с тортом на свой стол. — Если желаете, то я могу всё исправить.

— Мне… — с презрением смотрит на шары, а затем на плакат, — вполне.

По моему пожеланию Тихон взрывает хлопушку с синими лепестками, а Тамара Борисовна с золотыми.

Ни-че-го из моего задуманного не понравилось Арсению Алексеевичу.

Мы не дошли до нарезок салями, как наш начальник после телефонного разговора с неизвестным сорвался на всех нас.

Разогнал наш сабантуйчик, а мы даже настойки на рябине не пригубили за здоровье именинника.

Хорошо, что меня загрузили работой, что и поплакать в туалете было некогда.

Первым делом я съездила в павильон, где проходили съемки «Кому за 30…». Атмосфера сказочная. Героини – красавицы, которых и переделывать не нужно под запросы общественного мнения.

Потом меня ждала химчистка, куда Пошлин сдал пять своих костюмов и столько же рубашек.

Далее я оплатила его коммунальные услуги, штрафы личного водителя, подрядчиков, отменила запись к дерматологу Кире Бессоновой. Администратор клиники настойчиво просила огласить причину отказа от их услуг – воля барина.

И последним поручением было привезти из ресторана горячий обед: бифштекс средней прожарки и спаржу.

Застываю на пороге его кабинета, когда Арсений Алексеевич кричит на свою маму по телефону.

— Мам, какая «хорошая девочка твоей подруги», когда у меня сроки горят по эфирам?! Мне 36 лет. Я прекрасно помню о своём возрасте, чтобы понимать риски возможного бесплодия. «Очень, очень хорошая девочка», говоришь?! Это я капризный?! Хорошо! Хочу девственницу тридцатилетнюю! Юмор у меня ужасный?! Спасибо, что поздравила, мама!

— Арсений Алексеевич, — пищу, как мышка я.

— ЧТО?!

Я могла бы подать бифштекс со слезами на глазах, а потом убежать в туалет и реветь в кабинке минут пятнадцать… А могу поступить по-другому.

Ставлю поднос с едой на низкий столик в зоне отдыха. И делаю-то, что ни одной приличной женщине нельзя.

— Объятия нужны не только милым и пушистым, но и большим и рычащим, — обнимаю его со спины, вжимаясь носом между лопаток.

Так длится недолго.

Арсений Алексеевич меняет моё положение. Теперь, получается, что я в его объятиях.

— Откуда вы такая взялась, а? — приподнимает моё лицо за подбородок.

Глава 11

— Если это прямой вопрос, то родила меня мама в районной больнице. Конечно, папа тоже участвовал в столь нелёгком деле. Если риторический с элементами беллетристики, то нас свела сама судьба, чтобы я устроила для вас незабываемый день рождения.

— Я не забуду, — подушечкой большого пальца проходится по моей щеке, отчего россыпь обжигающих мурашек обсыпает шею, — благодарить не буду, потому что не просил вас об этом. Доброта наказуема. Знаете?

— А вы слышали про бумеранг для тех, кто обижает других?

В его взгляде можно утонуть, но у меня есть спасательный жилет в виде жизненного опыта не только из книг.

Мужчина – охотник с копьём и повязкой на бёдрах. Азарт, страсть и стремление получить желаемое – главные рычаги давления на «слабый пол».

Как только мы, девочки, снимаем трусы (ну, или отодвигает ластовицу в сторону) – азарта больше нет, страсть излилась в виде спермы на нежную женскую кожу, а желаемое уже достигнуто.

Человек – не животное, но с весьма примитивными желаниями удовлетворения своих потребностей.

— Августина Леонидовна, вы пишете про этот самый «бумеранг» в своих книгах? Посоветуете, что-то почитать на досуге?

— Вы со мной флиртуете, Арсений Алексеевич? Если «да», то я сплю и мне снится кошмар.

Обманываю себя. Нравится мне быть слабой в руках сильного. В нашем женском генофонде уже заложено ДНК, которая требует любви к себе.

— Что такое «флирт»? — между нами тают последние миллиметры. — Говорить-то, что она хочет услышать? Шептать нежности на ушко? Прогулки в парке под задушевные разговоры о возможном будущем? Женщинам нравится строить планы на пустом месте, только потому что ей понравился мужчина. С пинка открывают дверь в семейную жизнь, боясь, опоздать в «последний вагон».

— У мужчин таких страхов нет, — гневно сужаю глаза я, — если член стоит, то всегда «молодой». Если в сорок ещё можно двадцатилетнюю красотку уложить в постель, то ещё через лет десять – и домкратом не поднимете без волшебной пилюли.

— Если пятидесятилетний мужчина желает уложить в постель двадцатилетнюю красотку, то он учитывает все риски.

Между нами искрит, словно язычки тока пробегают по коже. Дыхание смешивается. Частота пульса уже давно не в физиологическом своём значении.

— Риск оказаться в реанимационном отделении больницы довольно высок после употребления виагры. Вы же ради женщин, как рыцари готовы… Ой… Жарко что-то… Арсений Алексеевич.

— Повторите, Августина Леонидовна, — его губы так близко, что кружится голова.

— Что повторить? — прикрываю глаза.

— Последнее, — шепчет в мои распахнутые губы.

— Арсений… Алексеевич…

Я уже приготовилась к поцелую, чтобы почувствовать его губы на своих губах – обломинго, девочки!

— Почему вы меня не поцеловали?..

— Вовремя одумался.

— Вы хотели меня поцеловать!

— Это не доказуемо.

— Это наказуемо!

— Августина Леонидовна, спасибо, что доставили мне обед. Вы тоже можете перекусить, пока я буду занят своей трапезой. Лучше прислушайтесь к моей просьбе, потому что потом у вас времени не будет.

— Андерстенд, — сжимаю демонстративно кулаки, — не подавитесь.

— Что, простите?

— Говорю, что у мужчин всегда со слухом плохо. Когда надо – глухонемые! Когда не надо – как бабы сентиментальные!

— Вы хотели сказать «приятного аппетита, Арсений Алексеевич»? — усмехается. — Спасибо.

— Всё, что я хотела сказать – вывалила прямым текстом. Андерстенд?

— Андерстенд.

Девочки, он меня ещё передразнивает?..

Первый поцелуй за год одиночества с красавчиком обломался!

Вот бы его женщина затащила в койку и отказала!

А у меня вся ответная физиология на лицо!

Трусов новых нет, а раздражение так и не прошло!

Гад!

От злости на всех мужиков в местной столовке уровня «лухари» уплетала слойки с горячим чаем.

В такие моменты я никогда не думаю о фигуре.

А может… Стоит?

Вместо ложки сахара – одно приседание.

Вместо булочки – все десять!

За порцию диетического мяса – минус одно приседание.

За белковый ужин – все десять!

Девочки, ловите бесплатный лайфхак по похудению.

Я как истинный советчик не буду пользоваться своими советами. Знакомо?.. Мне очень.

Поэтому они «знакомые», чтобы лишний раз не ругаться матом вслух и не портить свою карму.

Так, что-то я отвлеклась.

Книги больше не пишу. Красавчик не поцеловал. Фигура расплылась как дрожжевое тесто на простое.

Сопли на кулак. Несовершенства фигуры утрамбовать в коррекционное бельё. На лице «Царицу» нарисовала и…. Пошла завоевывать сердца недостойных.

Начнём с этого.

Ещё помните про второй типаж главных героев моих романов? Мне бы такой подошёл, лишь бы стереть из памяти красивое лицо Мистера Пошлости вблизи.

Очаровал. Пленил. И нае… Обманул мои надежды!

Пишу сообщение своему однокласснику – холост, на всё согласный, внешность соответствующая.

Мне нужно всего лишь повысить планку своей самооценки.

Если он меня поцелует, то дело в Пошлине!

Если нет, то я заведу себе вторую кошку!

— Августина Леонидовна, — раздаётся из селектора.

— Да, мой господин, — пыхчу над отчётом, что он мне подкинул пять минут назад.

— Отчёт готов?

— Готов, — цежу буквально по буквам я, — ровно на пять минут.

— Как я должен оценить ваш ответ, Августина Леонидовна?

— То, что отчёт готов на пять процентов. Такой результат вы готовы «оценить»? Тогда я спешу к вам!

— Вы возбуждены, Августина Леонидовна, — хрипловатыми нотками продолжает меня дразнить.

— Вашими стараниями я сегодня иду на свидание. Надеюсь, мне так понравится, что завтра я приду не накрашенная и в сегодняшнем костюме. Только… Помятом.

Глава 12

— Свидание – это хорошо. Но при условии, что вы, Августина Леонидовна, выполните всю свою работу в полном объёме, а не только на пять процентов. Когда вы достигнете стопроцентной готовности – я вас жду в своём кабинете, — механическим тоном выдаёт, словно читает инструкцию по сборке деревянного стула из трёх деталей.

— Вы разрушаете мою личную жизнь, — обхватив голову руками, слепо смотрю на бумаги. — Нечестно!

— Нечестно обещать мне свернуть горы ради должности, на которую вы не годитесь. «Личное» наступает сразу после того, как вы полностью выполнили всю свою работу. Помнится мне, что вы отлично владеете временными интервалами, чтобы всюду поспеть.

— Арсений Алексеевич, мне нужно работать, чтобы поспеть на своё свидание. Если вам больше ничего от меня не нужно, то позвольте мне выполнить свою работу вовремя.

— Августина Леонидовна…

— Что, Арсений Алексеевич?

— Ничего. Связь проверил.

— Арсений Алексеевич…

— Что, Августина Леонидовна?

— Проверяю связь перед тем, как выдернуть провод.

Дед у меня был толковым мужиком. Когда бабушка на него сердилась из-за того, что он грязные сапоги бросал посередине хаты – шутил с огоньком. Уши потом в трубочку сворачивались, зато было весело.

Мужская мудрость против женской состоит в том, чтобы обойти все острые углы с минимальными потерями для своих нервных клеток. Если они их и растрачивают, то в ворчании перед телевизором, когда начинается очередной рекламный блок.

Из дедушкиного репертуара я помню лишь:

«Хозяйство вести — не мудями трясти», — первое, что он говорил, когда бабушка начинала только ворчать, не повышая голоса.

Эх, было весело и беззаботно.

А сейчас грустно и безработно.

— Чего грустишь, красавица? — из-за угла выплывает Тихон Романович. — Кофейку?

— Не откажусь, — откидываюсь на спинку кресла, устало прикрыв глаза. — С двумя кусочками сахара.

— Будет исполнено, красавица. Пять минут.

Под урчание кофемашины я не заметила, как Столяров оказался так близко ко мне.

Распахнув глаза, ошарашенным взглядом врезаюсь в задумчивое выражение лица мужчины.

— Кричать не будешь, если поцелую?

Пошлин выходит из своего кабинета очень вовремя. Так «вовремя», что я его расцеловать хочу в обе щеки!

— Августина Леонидовна, вы решили совместить личную жизнь со своей работой? — надвигается на нас, как грозовая туча.

— Н-нет, — вжимаюсь в спинку кресла.

— Столяров, ты сейчас где должен быть? — переключается на Тихона.

— Заехал за тобой, друг, — мужчина выпрямляется во весь рост. — Ты готов?

— Готов! — рявкает на него, а стыдно за ситуацию мне.

— Августина Леонидовна, жаль, что не удалось выпить с вами чашечку кофе. В другой раз, — целует мою руку на глазах Пошлина.

— В другой… Как-нибудь, — шарю глазами по столу, чтобы немедленно протереть руку антибактериальной салфеткой.

Что-то мне подсказывает, что этими губами он полировал на одну ручку, срывая восторженные «охи-вздохи».

— Пока вы не выполните мои поручения, Августина Леонидовна, из офиса ни ногой. Я проверю по камерам. Вы поняли? — продолжает рычать Мистер Пошлость.

— А пописать? Вы сами говорили, что не монстр.

Ничего он мне не ответил.

Пока не пробило 00:00 на именинника обижаться нельзя!

Закон кармы сработает не в мою пользу, а мне нужно, наоборот, прикормить свою Музу не только заработной платой, но и премией, которую платят с первого месяца.

Грохнув отчётом по столу Пошлину, я была свободна от его поручений.

Если до начальника невозможно дозвониться, а рабочий день официально был завершён с первым дезертиром – мне пора домой.

Свидание с Толиком само не свершится без моего участия.

— Ведьма моя, я ненадолго, — целую в усатую мордочку я. — Мне нужно поднять собственную самооценку, после того, как её опустил один красавчик.

— Мя-я-у!

— Ещё немного, и мы будем «мяукать» на пару, потому что мой поезд скоро отправится на свою конечную станцию «Менопауза».

— Мя-я-у!

— Салема – ты взрослая девочка, чтобы меня отговаривать от идиотского поступка. Знаю-знаю, что аукнется. Годы идут, а ума не прибавляется.

— Мя-я-у, — видимо, устала меня отговаривать.

Толик меня звал в кино – отказала из-за интимной близости и слабого освещения. В парк – топтать свои натруженные стопы тоже вариант. Выпить за здоровье Пошлина, раз он не позволил в офисе – да!

— Август, ты шикарна, — одноклассник рассматривает меня со всех сторон. — Я думал, что ты сделала коррекцию зрения… Лупендры зачётные!

— За «шикарна» – спасибо, за «лупендры» – пошёл ты в жопу.

— Юмор у тебя убойный, — ржёт этот жеребец.

— Я даже не начала ещё, а ты уже кончил, — склонившись к его уху, чуть ли не заваливаюсь лицом ему между ног.

Откуда Пошлин знает, куда я пошла?!

Ах, точно!

Тамара Борисовна ехала со мной в одном лифте, а я в этот момент договаривалась с Толиком о том, куда мы пойдём!

Она женщина умная и очень… И очень внимательно слушала «очень» важную часть моего разговора.

— Арсений Алексеевич? — теряюсь под его напором, когда он вырастает, словно дерево между мной и Толиком. — Что-то не так с отчётом?

— Что-то не так с вами, и мне до боли в печёнке нужно это выяснить!

— Так, сходите к гастроэнтерологу. Он выяснит, что с вашей печенью. На ферменты кровь сдадите, УЗИ сделаете. А в этом заведении мы её только «посадите»!

— Пошли!

— Мы не на работе! Вы мне здесь не начальник! И у меня свидание! — стараюсь перекричать басы музыки.

— С этим?..

— Ну, не у всех идеальный генофонд, чтобы сражать женщин наповал!

— Август, кто это? Твой брат? Так, мы совершеннолетние, — лыбится как… У меня нет медицинского образования, поэтому не буду ставить ему диагнозов.

— Толь, не шути. Это не твоя сильная сторона, — из кошелька достаю тысячную купюру. — Рада была тебя видеть, — смотрю уже на Пошлина, — а вас «нет».

— Стоянова? Ты совсем сдурела? А как мой секс?..

— Увы, без меня, — наигранно «кисло» отвечаю ему.

Мистер Пошлость не был бы «Мистером Пошлостью», если бы не вернул мне помятую купюру и не уладил финансовый вопрос за меня.

Его джентльменство, как удавка на мою свободу.

На часах 00:01 – настал тот момент, когда можно послать трёхэтажным матом своего обидчика, уже не именинника.

— Знаете… Знаешь… Арсений Алексеевич… Арсений… — трепыхаюсь в его объятиях я. — Давай займёмся сексом, а?..

— Давай (те).

Глава 13

— А сейчас вы скажете, что возвращаете свои слова обратно, потому что вовремя одумались? Доброй ночи, Арсений Алексеевич. Конечно, если сможете спокойно спать после того, как обломали другому человеку прекрасный вечер.

Пусть всё не так!

Но, кто мог знать, что я буду с Толиком? Вдруг меня бы пригласил действительно классный парень на пару бокалов вина в приятной компании?

Теперь не узнаю – я полна оптимизма завести себе вторую кошку. Будет ей подружка, пока я буду гробить своё здоровье на очередного муденя-начальника с нарциссическими замашками.

— Августина Леонидовна… Августина… Сами… Сама не испугаешься, когда обратного пути не будет? — держит меня за локти двумя руками.

Смотрю в его глаза и вижу обычного парня в голубых джинсах и сером джемпере. Волосы слегка взъерошены, как будто так и нужно, без миллилитра моделирующего геля.

— Третий день официального знакомства можно сравнить с тремя свиданиями? Если да, то дамы, когда им за тридцать, могут пригласить на чай уже на первом. Хочешь чай, хочешь коньячку – выбор за приглашённым.

— Я хочу быть трезвым, — заправляет выбившуюся прядь из причёски за ухо, — тем более, у меня день рождения.

— Я не достаточно пьяна, чтобы раздеться, а вы… Ты недостаточно пьян, чтобы увидеть меня голой, — таю в его объятиях, как сливочное мороженое на тарелке, — тем более, день рождения ваш был уже вчера. Кажется, с временными интервалами мы разобрались на собеседовании. Могу также припомнить ваши слова, Арсений Алексеевич: «В отделе кадров я просил милую и стройную, а не… Леди с повышенным аппетитом, сниженным либидо и угрюмым настроением.»

— Августина Леонидовна, сейчас я могу принести извинения на трёх языках, чтобы затащить вас в постель.

— Мне одного достаточного будет, — без всякого смущения заявляю я.

— Всё хотел спросить, почему ты назвала меня «Мистер Пошлость»?

— Когда заканчивается работа, то разрешаю ко мне обращаться на «ты», — даю своим рукам немного вольности, трогая своего начальника более интимно. — Тебе подходит. Холодный. Таинственный. Про таких я пишу в своих книгах, чтобы немного соприкоснуться с миром богатых мужчин и того, чем они живут. В их распоряжении девушки модельной внешности, дома, машины и безграничное влияние на мир, в котором живут все остальные. Ты когда-нибудь видел, чтобы богатый и красивый связал свою жизнь с пухлозадым автором (девочки, Пошлин полюбит пышные формы – не обижаемся)?

— То есть, я тот самый, кто владеет миром и спит с моделями?

— Ой, хватит, — не верю я ему, девочки, и вы не верьте на слово, — будто впервые слышишь от девушек, что красавчик с толстым… Кошельком.

— Про толстый… Я слышал. Но там не было и слова про «кошелёк».

— Она, наверное, так громко стонала, что ты не расслышал.

— Хочу услышать твои стоны. Может, что-то новое «услышу».

— Сольное выступление на сегодня отменяется. Только в дуэте. И так, чтобы только подпевать на «высоких нотах».

— У меня никогда не было секса с такой, как ты.

— У меня никогда не было секса с таким, как ты. Это мог быть красивый тост, но мы же не сдвинулись с места.

— К тебе или ко мне? — хрипло интересуется Пошлин.

— Ко мне. У Салемы нет ничего на завтрак.

— Это твоя подружка?

— Да-да, из кошачьих. Советую свои дорогущие кроссовки на полу не оставлять. Нассыт в порыве ревности.

— Чего мы ждём? — выдыхает мне в губы горячий воздух.

— Я жду первого поцелуя, после которого решу – стоит ли тебя приглашать в гости или «вовремя одуматься».

Описывать первый поцелуй в своих книгах – одно. Чувствовать реального человека, как никогда прежде – совершенно другое.

Давление горячей плоти на моих губах очень осторожное, словно этот большой мужчина боится своих чувств. Я не доминирую, как раньше. Позволяю сначала раствориться в своих ощущениях, прежде чем прыгнуть в чувственную пропасть. Погрузиться по самую макушку в запретном стремлении, чтобы провести со своим начальником головокружительную ночь.

Осторожное касание языков. Пробуем друг друга на вкус. Очень вкусный. Очень опасный. Очень страстный… В таких влюбляются без оглядки, чтобы потом по ночам реветь от неразделённых чувств.

Всё это я проживала в своих историях. Давала советы героиням. Проводила за руку от начала в их «хэппи».

Так, какого чёрта я чувствую себя тридцатитрёхлетней девственницей в руках опытного любовника?..

Когда наши языки сплетаются в горячем танце, а губы неистово терзают друг друга – накрываю его задницу руками и сжимаю.

— Тест-драйв пройдёт, — запечатываю свои слова не менее страстным поцелуем.

Арс (отныне про себя я буду только так его называть - глупо на «вы», когда его язык полировал мои гланды не менее десяти минут) был без личного водителя, чем несомненно меня покорил. Видеть сильные руки на руле – чистый кайф для женских глаз.

Клуб находится близко к моему дому. Дороги пустые. А желание избавиться от одежды стремиться к нулю.

Девочки, только не ругайте меня!

Сейчас я принюхиваюсь к собственному запаху изо рта. Вспоминаю, какой на мне комплект нижнего белья и гладко ли выбрит мой лобок.

История о том, что для секса достаточно быть подмытой – не работает.

Либо сразу трахнуться в прихожей при выключенном свете, либо соврать, что у меня пришли месячные!

Калабурошную открыли! Юмор разгружаем!

Шуточка моего дедушки из прошлого всплывает в голове, как по щелчку пальцев:

«Двое в постели:

— Дорогая, сделай мне минет.

— Давай.

Через некоторое время.

— Милый, а теперь ты мне сделай кули... хули... кулихули... а-а-а... ну его нафиг, давай как обычно!» *Автор неизвестен (взято с просторов интернета).

Нашла причину для отказа! Очень существенную! Дежурная аптека находится аж в двадцати минутах от моего дома!

— У меня нет презервативов, — прижимая сумочку к груди, готовлюсь услышать, что угодно, но только не это:

— Хорошо, что я подготовленный, — из бардачка достаёт ещё не вскрытую упаковку контрацептивов в количестве двенадцати штук.

Сглатываю.

Глава 14

— Ой, — выдаю шокированную эмоцию я, — ну, молодец, конечно. Нынче важно о своём здоровье думать. А то пенсионный возраст поднимут, а ты не подготовленный к суровым бактериальным и вирусным инфекциям.

— Мы сейчас о каком пути передачи инфекции говорим? О воздушно-капельном, через кровь или…

— Обязательно делать акцент на «пиписьках»? — задушенно вскрикиваю. — Боюсь я тебя, как огня. А хочу так, хоть трусы выжимай! Уже не знаю, какую чушь сказать, чтобы ты «вовремя одумался», а я тебя потом во всём обвинила в конечном счёте. Это как… Маленький пробник совместной жизни. Может, лучше не надо, а? — прикрываю один глаз.

Точно женщина мудрее мужчины? Потому что я сейчас веду себя как ребёнок. То есть, отрицаю очевидное и делаю всё наоборот.

— Твоё имя как-то сокращается? Или «Августина» – единственный вариант?

Часто моргая, смотрю ему в глаза.

На американский манер мои подружки называли меня «Ава или Эва», а родные «Август или Тина».

Эти варианты я перечислила Арсению. Думала, что он будет смеяться, но я, как всегда ошиблась на его счёт.

— Августина… Тина… Красиво, — когда он улыбается на его щеках появляются милые ямочки, которые со стопроцентной вероятностью передадутся его детям. — Тин, хватит болтать. Я раздеть тебя хочу.

— Тут тоже непросто, — смущённо опускаю взгляд на панель. — Вдруг я тебе не понравлюсь без коррекционного белья. Всё-таки пять сантиметров визуального обмана не компенсируется сексом в кромешной темноте.

Пошлин прикладывает указательный палец к моим губам, невербально требуя, чтобы я заткнулась и отдалась порыву сорвать с себя трусики.

— Номер подъезда, код домофона, этаж и квартира… — гипнотизирует глубиной своего взгляда, в которой я давно уже утопленница своим же желанием овладеть этим образчиком мужественной красоты. — Если скажешь что-то лишнее, то я впервые займусь сексом в этой машине.

Утвердительно киваю, чтобы не раздразнить «Мистера Пошлость».

Из сумочки достаю магнитный ключ.

Всю дополнительную информацию перечисляю скороговоркой в надежде, что он что-то забудет, а у меня появится шанс его заговорить.

Как только мы переступили небольшой порожек подъездной двери, Арсений набросился на мои губы, как голодный зверь. Терзал, зализывал небольшие укусы-поцелуи, трогал и трогал меня, пока я не застонала в голос, как самая последняя бл… Счастливая женщина!

— Ключи, ключи, Арсений… Арс, ключи, — а сама не думаю, чтобы его отпустить. — Надо открыть дверь, а то моя любопытная соседка на мои стоны вызовет сексуальную полицию нравов.

— Ох, уж эти соседки, — до сладкой боли сжимает сосок левого полушария груди. — Я сам открою, а то ты на ногах не стоишь.

Без ответа его шпильку не оставляю. Сжимаю каменную эрекцию через слои ткани. По ощущению, что он без трусов.

— Мя-я-яу!

— Салема, девочка моя, брысь на кухню!

Кошка срывается с места, как ошпаренная, когда в мою небольшую прихожую вваливается Пошлин. А стоит ему закрыть за собой дверь, как моя небольшая квартирка на окраине, словно ему мала и вытесняет его из моего мира.

Когда предательские слёзы подступили, и хотелось заплакать, Пошлин не отступился.

— Тина, послушай меня, — руками фиксирует моё лицо. — Ты очень сексуальна. Ты горяча. Ты меня заводишь своими словечками так, что я потерял покой, перебирая в своей голове наши реплики. И… Спасибо за мой день рождения.

— Пожалуйста, — обвиваю его шею руками я. — У меня всего одна комната. Ванная совмещена с туалетом. Трахаться я хочу, но руки всё-таки лучше помыть с мылом.

— Обворожительна в своей непосредственности, — после этого сразу же следует глубокий поцелуй, от которого тают крупицы моей рассудительности.

Ну, подумаешь начальник.

Ну, подумаешь его подчинённая.

Разве, для секса для этого недостаточно?

«Вагина + член = секс» (простое арифметическое действие для тех, кому уже можно и нельзя).

— Тебе придётся зализать свои слова: «В отделе кадров я просил милую и стройную, а не… Леди с повышенным аппетитом, сниженным либидо и угрюмым настроением.»

— Если женщина просит, то… Кто я такой, чтобы ей отказать, — пошло смачивает кончиком языка нижнюю губу.

В моей спальне мы не разговаривали. Трогали, гладили, сжимали, целовались, как безумные подростки. И только наше шумное дыхание выдавало нас, как мы волнуемся.

Я не позволяла себе сравнивать Пошлина с другими мужчинами. Откликалась на каждое его движение, на каждую вещь, бережно снимаемую с меня.

В моём любовнике были огонь и лёд, что нетипично… Не только для жизни, но и для моих книг.

Само совершенство в модном костюме от кутюр, с которым я познакомилась совсем недавно, а сейчас он наслаждается моим телом, как себе равному.

— Я толстая, да?..

Мои губы разомкнулись всего на одну минуту, не более. Арсений в это время избавлялся от своей одежды.

— Сексу в машине быть, Тина, — ложится на спину, но при этом не надевая презерватива.

— Ммм?.. — метаю вопросительные взгляды на упаковку контрацептивов.

— Сначала я доставлю удовольствие тебе, чтобы выбить из этой головы, — тычет указательным пальцем мне в лоб, — все свои некрасивые слова девушке, которая без одежды прекраснее многих моих бывших любовниц.

— То есть, я единственная сейчас?..

— Уже два секса в машине.

— А в какой позе ты хочешь? — к щекам приливает краска стыда.

— Сейчас покажу…

И он мне показал такое, что я даже в своих книгах никогда не описывала. Так мужчина женщину в моих романах ещё «не любил».

Сидя на его лице, думала, что ему и больно… И совсем нечем дышать. Но Арсений продолжал вылизывать между складочками мои соки желания. Прихватывал губами горошинку клитора, всасывал её в себя, прикусывал до сладкой боли. Я терлась промежностью о его язык, как сумасшедшая. Давила всем своим телом и не могла остановиться в своём стремлении получить высшее наслаждение.

Меня подгоняло безумие. Оно ломало во мне внутренние установки. Заставляло задыхаться от головокружительных эмоций от каждого удара языка моего любовника по чувствительной влажной плоти. Дрожала от собственных стонов, которые переходили на крик.

Летала и летала в этом безумном оральном блаженстве, когда на очередном погружении в моё лоно сразу двух пальцев… Взорвалась на пике своего освобождения от самой себя и тех комплексов, что не позволяли получать истинное удовольствие в постели с мужчиной.

— Это было прекрасно, — корчусь от оргазма, как при лихорадке. — Арс, это было прекрасно! Спасибо!

— Лучшая благодарность… Сразу же ответная, — проводит рукой по стволу.

Его губы блестят в моей смазке. Не отталкивает. Целую и перехватываю инициативу в свои руки, то есть его член.

Глава 15

— Если не хочешь, то я не настаиваю.

Мы смотрим друг другу в глаза, и я понимаю, что он лукавит.

Арсений этого очень хочет. Он не просто желает закрыть гештальт по оральным ласкам на сегодня, а буквально горит изнутри неистовым свечением своей одержимости.

— Я этого хочу, — надрачиваю аккуратно гладкий ствол. — Ты такой красивый и возбуждённый. Такой большой и гладкий. Такой, что теряюсь и боюсь всё испортить одним неловким движением.

— Ты раньше делала минет?

Снова жаром опаляет всё лицо. Слабо киваю. Моего сексуального опыта, может быть недостаточно для… Для него.

Во мне просыпается ревность. Она поднимает свою уродливую голову с множеством щупальцев и заглядывает мне в глаза.

Конечно, Пошлину делали минет.

Моё воображение рисует прекрасную нимфу, что расположилась у него в ногах, как рабыня, и делает-то, что велит ей хозяин. Берёт глубоко так, как он хочет. Ласкает языком. Трогает пальцами, сдавливая мошонку.

— Тин, ты на мой член смотришь так, будто его откусить хочешь, — по комнате разносятся приятные вибрации от его смеха.

— У тебя было много женщин?

— Много, — облизывает губы. — Только я хочу сейчас одну.

— У меня всего два.

— Всего два за месяц/полгода/год?

— За всю жизнь, — от неловкости сковывают все мышцы. — Считай, тридцатилетняя девственница.

— Ты невероятно тугая, да, — сколько же «пошлости» в его голосе. — Садись на член. Закончим так.

Тянется к тумбочке, где лежит та самая пачка презервативов.

Я не хочу, чтобы сейчас между нами образовалась пропасть из моих предрассудков.

Никогда ранее не обладала скоростью гепарда, но упаковка контрацептивов летит в сторону. И перед моим носом уже вовсю возвышается невероятно красивый пенис моего босса.

— Не настаиваю.

— Включишь в премию. Потом с гордостью буду говорить, что… — обхватываю губами розовую головку члена.

— Соси… Да… Вот так… Ти-на-а-а, — запускает пятерню в мои волосы, с чувственной болью сжимаю их на затылке.

Начинаю двигаться осторожно и очень медленно. Бережно сдвигаю кожицу до конца вниз. Ласкаю кончиком языка уздечку, при этом подключая руки.

— Ммм, — вскидываю свой взгляд, встречаясь с его потемневшим от желания, — ммм.

Не могу сказать, что мне нравилось прежде ощущение мужской плоти во рту, но в этом определённо что-то есть.

Видеть его искажённое от похоти лицо – волшебно. Я вынимаю член изо рта, чтобы полюбоваться его хозяином. Смотрю в глаза. Одной рукой продолжаю гладить его мошонку, другой – вожу по гладкому стволу.

Арсений глухо стонет. Дышит учащённо. Завожусь от этого ещё больше. Сама начинаю стонать и получаю кайф от такой ласки. Целую шею, грудь, живот, глажу его руками по каменному прессу. Пошлин разводит ноги шире. Он на пределе, чтобы наброситься на меня и закончить процесс уже глубоко во мне.

Отрицательно качаю головой. Тогда мой любовник издаёт разочарованный хнычущий звук. Да, я его мучаю. Но это очень сладкая пытка для нас двоих.

— Не шевелись, — приказываю ему, когда прислоняюсь промежностью к возбуждённой мужской плоти. — Теперь я хочу поиграть с тобой, Мистер Пошлость.

Не слушается меня. Двигается, желая попасть внутрь меня. Но я делаю всё, чтобы этого не случилось.

Это часть уже моей игры, где он полностью в моей власти.

Головка полового члена скользит по набухшим складочкам, собирает влагу, распределяя от ануса до клитора.

Арсений так чувственно стонет, что меня саму накрывает такой волной, что боюсь надолго меня не хватит.

Я неистово хочу овладеть этим мужчиной не только на страницах своих книг, но и в реальной жизни.

— Садись на член, провокаторша, — ловит губами мой сосок, — Тина-а-а-а…

Вместо слов я продолжаю его гладить. Целовать. Трогать и сжимать, как делал со мной он. А потом резко ухожу вниз.

Мои манипуляции не остаются без ответного отклика. Мы оба дрожим от перевозбуждения. Мы горим в нашей обоюдной страсти.

— Девочка моя, — его пальцы в моих волосах, — Тина… Девочка моя.

Ломается что-то во мне. Я уже без ума от этого мужчины. Стараюсь охватить своей лаской каждый миллиметр его кожи. Ласкаю член совсем в другой тональности. Чередую нежность и необузданную страсть.

Балансируя между своим оргазмом, чувствами, желанием доставить Пошлину не менее яркого удовольствия, чем он мне – грубо заглатываю, задерживая не только дыхание, но, кажется, свой сердечный ритм.

Время останавливается для нас двоих. Оно тягучее, как сладкая патока. Оно огненными всполохами проносится по разгорячённой коже.

Глаза в глаза.

Вдруг его глухие стоны затихают, а пальцы прекращают мять простыню. Он напрягается всем телом, и его семенная жидкость выстреливает мне в рот.

Девочки, выплюнуть равносильно оскорблению?

Я видела с каким наслаждением он вылизывал мне промежность. Нет. На такое я пойти не смогу.

Глотаю, продолжая посасывать головку члена.

Когда его дыхание более-менее выравнивается, он тянет меня на себя. Укладывает мою голову к себе на грудь. Гладит по спине, по волосам, сжимает ладонью ягодицу.

— Передохну и займусь тобой вплотную, — хрипло шепчет мне в макушку.

— Куда уж «плотнее», — сиплю в ответ я.

— До оргазма.

— 1/1, — разбирает меня на смех.

— Я не веду счёт. Меня заводит-то, как ты откликаешься на меня, — переворачивает на спину. — Отдохнула?

— Ммм? — то ли испуганно, то ли предвкушающе.

Пошлину не пришлось много работать до моего оргазма. Я уже была заведена настолько от минета, что хватило не больше минуты тугих толчков члена.

Арсений мирно спал в моей постели, когда мне пришло в голову найти пачку сигарет.

На цыпочках выскальзываю в коридор, а далее иду на кухню.

Эта ночь была короткой, но весьма запоминающейся. А её повторение… Подумаю об этом потом.

Глава 16

«Глава 1», — с этого, когда-то началась моя карьера в лице автора любовных романов; с этой точки я не могла сдвинуться всего неделю назад, гадая, смогу ли прокормить единственное живое существо в моей квартирке на окраине; это последнее, что я написала «как самозанятая».

Зажимая губами кончик сигареты, набиваю текст, который транслируется прямиком из моего сердца.

Буквы, как музыка. Я живу в строках, изливая все свои чувства, пережитые в своей спальне, в которой впервые такой шикарный мужчина.

Стоит вспомнить, как именно я «переживала» эти самые эмоции — крепко зажмуриваюсь, будто от этого станет чуточку легче.

Салема мурлычет на моих коленях, свернувшись мягким клубочком. Мне бы сердце успокоить. Вот только отдать такой приказ я не в силах.

Энергию отдаю в виде пары глав, написанных о моём Мистере Пошлости.

— Ты во сколько проснулась? — Арсений застывает на пороге. — Доброе утро, кстати.

— Я не спала, — делаю последнюю затяжку перед тем, как затушить окурок в пепельнице. — Доброе утро. Поспи ещё, если хочешь. Только шесть утра. Даже по моим меркам – очень рано для активных действий.

— Воу, это твоя кошачья подруга? Салема?..

«Моя подруга» перебирается к Пошлину на руки. Мурлычет на его груди, как я когда-то.

Предательница.

Мужик в доме, так она всё своё обоняние подключила. Задницу выпятила, хоть и стерилизованная.

— Она самая, — прикуриваю новую сигарету. — Рада, что вы сразу нашли общий язык.

Хлопнув крышкой ноутбука, занимаю вынужденную позу, словно мне кол всадили вместо позвоночника.

— Салема, мне нужно поговорить с твоей хозяйкой. Что-то она загрустила, — бережно опускает мою кошку на все четыре лапы.

Грациозной походкой текучей сучки, пушистая предательница уходит в спальню.

— Работала? — Арсений кивает на мой ноутбук.

— Написала пару глав, — затягиваюсь.

— О чём книга? — нависает надо мной.

— О женском, как всегда.

Его наглости нет предела. Перехватывает мою сигарету и делает эффектную затяжку, выпуская колечки дыма.

— Ты куришь? — заворажённо наблюдаю, как те самые колечки «тают».

— А ты?

Тяжело вздыхаю.

Создаётся впечатление, что этот человек видит меня насквозь. И на него смотрит закомплексованная женщина, которая желает избавиться от этого красавчика, чтобы надеть на себя удобные трусы-парашюты и растянутую футболку.

— Я первая спросила, — зажимаю ладони между бёдрами, скрывая дрожь в пальцах. — Не видела тебя в курилке.

— За десять лет моя первая затяжка, — потушив сигарету, продолжает говорить с сексуальной хрипотцой, — курить – здоровью вредить. Бросай эту гадость.

— Ведь, я тоже за много лет впервые… На стрессе… Арсений… Арс, — прикрываю глаза, потому что мне так легче с ним разговаривать. — Хочешь я завтрак приготовлю? Или ты сначала примешь душ? Полотенце сейчас принесу. Оно в спальне.

Пошлин расталкивает ногой мои бёдра, вклиниваясь между ними.

От неожиданности теряю контроль над своим телом – этой реакции хотел Арсений. Ладонью накрывает мою промежность. Сдавливает. Ослабляет хватку. Снова сдавливает. Доводит за томительного состояния за несколько секунд.

Мне стыдно за свою реакцию на него.

Разум отключается. Тело живёт для него. А все инстинкты вопят о продлении нашей сумасшедшей ночи.

— Не хочу больше, — пытаюсь свести колени, продолжая удерживать зрительный контакт, — на работу надо собираться.

— Августина Леонидовна, зачем вы всё усложняете? — шепчет искушающе мне в губы он.

— Куда уж более сложная ситуация, чем сейчас, Арсений Алексеевич? Между нами не только секс, но и служебные отношения. Открою для вас секрет, что ни одна женщина на этой планете не садится без чувств на лицо своего любовника. Одно дело – быть независимыми хотя бы в одном измерении, другое – видеть одно и то же лицо на протяжении всего дня. Учитывая, что ты не просто мой начальник, но и весьма красивый мужчина – меня ждут огромные психологические проблемы со вспышками ревности.

— В твоих книгах после крышесносного секса без трагических выводов никак? Можно же не афишировать свои отношения, а потом без лишних глаз проводить приятно вместе не только вечера… — коротко целует меня в губы. — Я поеду к себе. Нужно переодеться и успеть к началу съёмок.

— Так, даже лучше, — отвожу взгляд в сторону, чтобы не смотреть в его глаза и не сгорать от своего желания затушить пожар внутри себя.

— Определённо, — соблазнительно улыбается перед тем, как впиться порочным поцелуем в мои губы.

Секс всё же у нас был. На столе. С презервативом.

Пошлин снова был подготовленным, а я… Кажется, уже в него… Как кошка.

Хотя сейчас не март, а Арсений – первый типаж моих романов, которые не кайфуют в постели с пышнотелой тридцатилетней дамой.

Ох, девочки!

Почему так сложно-то?.. Может, в нашей ДНК есть «усложнитель», когда надо всё упростить до горизонтального состояния? А как же ответственность за свои чувства? Ведь, нельзя любить…

Любить?!

Ой!

Пошлин + я = любовь.

Пошлин – (любовь + я) = рыдания в подушку от неразделённой любви, — в такое я поверю.

Проводив Арсения, кинулась к своему шкафу. У меня нет красивых платьев. Из многих я «выросла».

На работу приехала с небольшим опозданием.

— Привет, красавица, — Тихон поднимается с моего кресла. — Кофе?

— Нет, спасибо, — обхожу его по дуге, избегая любое вмешательство в моё личное пространство.

— Не выспалась? — интересуется происхождением моего сладкого зевка он. — Релаксируй пока. Пошли всё равно занят, — многозначительно играет бровями.

— Кем? — осторожно спрашиваю, чтобы не словить приступ тахикардии.

— Девушкой, — пропускает смешок.

Через пять минут из кабинета Пошлина вышла длинноногая блондинка. Её формы настолько идеальны, а грация настолько изыскана – она не похожа на «соску».

— Здравствуйте, — обращается ко мне она.

— Здравствуйте, — откликаюсь я.

— Арсений, я буду ждать, — целует Пошлина в щёку девушка. — Я всегда на связи для тебя.

Она уходит, а Пошлин подходит ко мне.

— Это Кира, — начинает он своё повествование от первого лица.

— Это дистанция, Арсений Алексеевич, — выставляю руку вперёд, ограничивая его. — Если что-то нужно, то я вас непременно услышу.

Тихон в шоке. Арсений в гневе. Я просто «я».

Глава 17

— Немедленно зайдите в мой кабинет!

— Вы забыли вежливое слово, Арсений Алексеевич, — ядом пропитываю каждую букву из своей фразы.

Ох, девочки, если бы вы знали, как мне хочется взять в руки степлер и вмазать им по красивому лицу Пошлина!

— Кажется, что я – здесь третий лишний, — подаёт голос Тихон, о котором я уже благополучно забыла.

— Не «кажется», — сурово подтверждаю я. — Идите отсюда, Тихон Романович, ради… Упоминать божественное существо, когда я буду душить вашего друга из-за вспышки ревности, всё-таки не стоит, — перевожу дыхание, — просто идите.

— А вы… Вы вместе? Ну, типа переспали? — брови Столярова чуть ли не улетают в потолок по литературным меркам, когда он сам поражается тому, что, собственно, спросил.

— Вас нужно для ускорения матом послать в нужное направление? — теперь уже мне впору удивляться тому, что человек такой непонятливым.

— О-о-о, нет-нет, — примирительно поднимает руки вверх. — Арс, я жажду всех подробностей!

— Клоун, — скрипя зубами, произносит Пошлин.

Следом он выталкивает Столярова из приёмной.

Когда мы остаёмся наедине, я чувствую, как от дыхания Арсения у меня вибрирует каждый волосок на затылке.

— Желаете услышать весьма жизненный прикол из трудовых будней совсем обычных людей, Арсений Алексеевич? Даже, если не желаете, я всё равно его вам расскажу.

— Тина, — прижимается губами к моей щеке. — К чему сейчас всё это представление?..

— «Одному мужчине нравилась актриса Меган Фокс. Он грезил о ней днями и ночами. Даже девушек выбирал, которые были похожи на неё. Так, вот… Ради шутки его коллеги распечатали её фото из интернета и заменили ими снимки его спутницы, что стояли в рамочке на столе. А потом ждали, когда же он это заметит. Ранее они уже так делали. В этот же раз он не заметил этого», — заканчиваю свой монолог со слезами на глазах.

— У парня проблемы с головой, — разворачивает меня лицом к себе. — Августина Леонидовна, что чёрт возьми происходит?!

— Я не идеальная, чтобы меня показывать всем и гордиться мной! Если и заменять меня на наших совместных фотографиях, то полностью! Эта… Эта девушка, что целовала тебя в щёку – она идеальна без фотошопа. И не нужно мне врать, что ты с ней не спал!

— Я…

— НЕ ВРАТЬ!

— Спал, — покаянно соглашается со мной он. — Конечно, я с ней спал. Что меня должно было остановить? Не мог же я жить девственником ради той единственной, что может и не случиться в моей жизни.

— «Не случиться»… — повторяю такую горькую правду я. — Просто секс, да? Ради здоровья, чтобы не стать импотентом раньше времени?.. Хм… Вполне логично. Одобряю.

— Тина-а-а, мне нужно уже быть в другом месте и делать свою работу, — прикрывает глаза на пару секунд. — Я не мог поступить с Кирой, как подонок. Мы были любовниками. Три раза подряд. До того, что случилось между нами. Когда люди взрослые, то они могут заниматься сексом друг с другом без обязательств. Ей я ничего не обещал, а она…

— Мысленно уже придумала имена ваших будущих детей, — заканчиваю его фразу, потому что уже тошно становится от самой себя и того, что я устроила.

Раздвинула ноги перед боссом на третий день.

Лихо, однако.

Крутой замес даже для любовного романа.

В моей книге бы секретарша ломалась страниц сто прежде, чем показала свою «сердцевину женственности».

Ля-я-я, какой мусор у меня в голове после того, как накануне кончила раза четыре стараниями своего начальника.

— Хватит! — в ответ взрывается он.

Арсений хорошенько встряхивает меня за плечи. Только его ждёт огромное разочарование – это действует на тех, кто имеет склонность к изменчивости своего решения за пару секунд.

Мне категорически запрещены такие кульбиты в моей личной жизни, в моём почтенном возрасте «30+».

Как-то наткнулась в интернете на «интересное» интервью одного женского психолога. Там она советовала девушкам от 0 до 39 лет совершать ошибку за ошибкой. То есть, не думать о последствиях, наслаждаясь кривой линией своих неудач в личной жизни. А ровно в 40 лет «писать свою историю» исключительно в чистовике, потому что до этого момента мы использовали черновик. Пройдя этот рубеж, мы больше не можем совершать подобные ошибки.

Если посмотреть с другой стороны, то в 40 лет снижается фертильность. И с огромной долей вероятности на её плечах может уместиться не розовощёкий карапуз, а ворчливый сорокалетний дитятко, которого мы выберем, чтобы скрасить своё одиночество.

Это всё лирика, приправленная беллетристикой, фантастикой и абсурдом. А ещё уровнем женских гормонов, что играют с нами, как пинг-понг, меняя наше настроение с уровня «стерва» до «милой и пушистой зайки».

— Я тебе не деньги даю в долг, чтобы ты орал мне в лицо «хватит»!

— Совсем с катушек слетела из-за «ничего»?!

— Твоя «ничего» поцеловала тебя в щёку на моих глазах и обещала быть для тебя легкодоступной круглосуточно!

— Бред!

— Вы – мужики слепые котята! Теперь понятно, как вас из семей уводят вертихвостки и женят на себе всеми правдами и неправдами!

— Твоё хобби пагубно влияет на мозговую деятельность. Реальная жизнь – не любовный роман. Человека нельзя поместить под вымышленный колпак и толкать его в нужном направлении. Манипуляциями я не занимаюсь. Ты сама стонала подо мной. И тогда ты мне больше нравилась!

Тамара Борисовна разворачивается на сто восемьдесят градусов и уходит обратно в свой кабинет.

Ещё один человек, который узнал, что я переспала с начальником!

— Мне нужна другая работа, начальница – женщина и нормированный рабочий день! Прямо сейчас я загружу своё резюме на все сайты по трудоустройству!

— Ты можешь сменить работу, но твои комплексы останутся при тебе. И ты только рада их кормить новой порцией самобичевания.

На прекрасном лице Пошлина заиграли все 50 оттенков злости.

А я… Сделала-то, за что ругала себя ещё очень долго.

Глава 18

Арсений скрылся в своём кабинете, а для меня будто улетел на другую планету.

Моя женская непосредственность вопит о том, чтобы я немедленно сорвалась и догнала идеальную экс-девушку Пошлина. Устроила допрос с пристрастием, о котором после я обязательно пожалею. Ведь, могу услышать правду о том, что она не «экс», а ещё действующая модель любовницы.

Более адекватная часть меня просит усадить свою пухлую задницу на место и заняться своей работой. Потому что мне, действительно, нужна эта работа!

Так, какого лешего я бегу в неизвестном мне направлении, чтобы найти эту «Киру»?

Мне бы забыть её, как страшный сон.

Не получается!

Если вспомнить образ девушки и высоту каблука лакированных туфель, то она не могла далеко уйти. Парковка находится не за углом, а на приличном от телецентра расстоянии.

Моё внимание привлекла яркая вывеска кофейни. И через большое панорамное окно я увидела её.

Она одновременно пила кофе и читала что-то в телефоне. Всё в ней безупречно, чтобы выступать на равных перед оценивающим взглядом Мистера Пошлости.

«В отделе кадров я просил милую и стройную, а не… Леди с повышенным аппетитом, сниженным либидо и угрюмым настроением», — так сказал Арсений буквально «ещё вчера».

А многое ли может измениться за столь короткий промежуток, чтобы за секунду стать милой, стройной и «Леди Идеальностью»?

Я смогу поверить в свою сексуальность? Или мне проще поверить в несуществующего для взрослого восприятия Деда Мороза?..

Бывает лихо закручивается сюжет в книге, а бывает приступ удушья от одной только мысли, что Пошлин… Аж в глазах потемнело!

— Что у вас с Арсением? Я должна знать!

Девушка давится своим кофе.

Хотела ей оказать первую помощь, но смалодушничала. Помогать сопернице за сердце своего мужчины только идиотка будет.

— Господи, вы испортили моё платье от Valentino!

— Всего пара капель. Можно застирать хозяйственным мылом. Оно очень хорошо выводит пятна.

Бумажными салфетками убираю лишнюю влагу, чтобы минимизировать зону повреждения для люксовой вещи, кажется, из новой коллекции.

— Кто вы такая?! — отбирает у меня салфетницу. — Почему вы спрашиваете у меня про Арсения?

— Я… Я… — теряюсь под зелёным мерцанием её взгляда. — Я… Ну… Извините меня. Я совершила непозволительно ошибку. И, наверное, я обозналась, — включаю «режим дурочки».

— Из-за тебя он отказал мне? ИЗ-ЗА ТАКОЙ, КАК ТЫ?!

Лицо девушки искажается презрительной гримасой. Она уже не выглядит такой привлекательной, как рисовало мне моё воображение ещё пару минут назад. Передо мной самая настоящая хищница за богатым мужиком.

Такие девушки добиваются всего, что пожелают их стройные ноги.

Таким, как я, недостаточно познаний, как выглядит мужской член со всех ракурсов.

Девочки, у меня ПМС? Или расстройство личности?

— Разве, меня нельзя полюбить? — тихо спрашиваю, когда эмоции достигают той отметки, когда уже саму себя не чувствуешь. В такие моменты даже оборонятся «больно».

— Вы толстая. Не красавица. И я ни за что не поверю, что Арсений мог поцеловать такую жабу, — пропускает колкий смешок она. — Фантазировать никому не запрещается, конечно. Только ограничивайте себя во благо своему здоровью.

Стою. Смотрю. Открываю рот и ничего не могу сказать в ответ.

У меня шок.

— Кира, немедленно извинись перед Августиной, — ровным тоном произносит Арсений Алексеевич.

Я могла бы догадаться, что он пойдёт меня искать. Тут далеко ходить не нужно было. Вероятно, он хотел заказать кофе, потому что я так и не научилась пользоваться кофемашиной для него.

— Извините меня, — не смотрю, куда иду, но при этом продолжаю говорить, — извините меня, пожалуйста.

Такой позор я не переживу ни в прошлом, ни в настоящем, ни в будущем.

Сгорая от стыда, написала заявление на увольнение и оставила его у Тамары Борисовны.

Она молча его приняла. Прочитала. И сказала одну фразу, от которой мне стало дурно как при позыве к опорожнению желудка от всего съестного в нём.

— Если Арсений Алексеевич будет не против, — без пристрастия было произнесено женщиной вслух.

— Он не против!

— И всё же… Я лучше спрошу у него лично.

Исчезнуть, растворившись в воздухе, не получилось без одобрения моего злого начальника. Арсений меня перехватил за локоть аккурат у кабинета Тамары Борисовны.

То, с какой непоколебимой решительностью он завёл меня в свой кабинет, а потом грохнул дверью – разговор будет «в один конец».

— Извинись, — складывает руки на груди он.

— Я могу… Где она?

— Передо мной, — продавливает интонацией, от которой у меня по коже рассыпаются колючие мурашки.

— Что? — испуганно смотрю в его глаза.

— Прежде я никогда не оскорблял одну девушку ради другой. Нарушил все свои правила по общению с бывшими… А ты пишешь заявление на увольнение, не поговорив со мной! Скажи, зачем ты это сделала? Зачем полезла к ней?! Она ничего для меня не значит. Просто секс!

— «Просто секс» не приходит на работу! «Просто секс» не целует в щёку того, с кем У МЕНЯ была связь! «Просто секс» для женщины не существует! «Просто секс» меня унизила, потому что не поверила В НАС!

— Извинись передо мной! — Арсений рявкает на весь кабинет.

— Я не могу… — выдавливаю из себя с горечью.

— Тебе бы позавидовали олимпийские чемпионы, Августина. Ты с рекордной скоростью влюбляешь в себя мужчин, меняя в корне их представление о женщинах. Жонглируешь чужими чувствами, наплевав на обстоятельства, независящие от человека. Отказываешься верить в реальность, прислушиваясь к чужому мнению, что в корне состоит из лжи. Я подпишу твоё заявление на увольнение, чтобы дать тебе ещё один шанс, а мне остыть.

— Арсений… Алексеевич.

— Просто… Уходи.

Глава 19

— Мам, я тут педикюр делаю. Подожди минутку, пожалуйста, — разгибаюсь из позы «зю», чтобы перевести дыхание.

Делать самой себе педикюр – подвиг, который никто не оценит, кроме себя любимой.

— Доча, у тебя новый мужчина появился?

Соседка… Да, та самая, о которой, надеюсь, вы не забыли. Моя мама с ней переписывается после того, как попросила рецепт малосольных огурцов. С тех пор часть моей личной жизни стала «публичной» из-за дверного глазка, расположенного напротив моей входной двери.

— Если я молчу, то ничего серьёзного между нами нет, — прикусив слизистую щеки, смотрю на результат своей работы.

— Он ушёл утром от тебя, — на пониженных констатирует мне известный факт. — Значит, у вас всё было.

— Ма-ма, мы живём в современном мире, где между мужчиной и женщиной по обоюдному согласию случается секс. Бывает, что «просто секс», — на глазах образуется солёная жгучая влага, когда я произношу вслух-то, что сказал мне Пошлин в отношении не меня, но всё же.

— От «просто секса» бывает дети, — голос мамы дрожит от эмоций, которые я невольно передаю в нашем телефонном разговоре.

— Ты что-то хотела, мам? — по щекам уже вовсю текут слёзы.

— Хотела услышать твой голос, доченька. Ты у меня такая уже взрослая. Поздно, наверное, говорить, чтобы ты не совершала ошибок.

— Ошибок не делают мёртвые, а я… Живая.

Мама пуще прежнего забеспокоилась о моём душевном состоянии. Я попросила не давать мне советов, потому что они все «не рабочие». Никто из советчиков не даст индивидуальное пособие для того, чтобы быть счастливой.

Пара – уже определяет наличие двух обособленных единиц, которые решили соединиться.

«Совет» же направлен на одного из них, чтобы подстроится под обстоятельства.

Как видите, у меня не хватает второй половинки, чтобы придерживаться чьих-то советов.

Жаль, что вместо «.» в моём повествовании в конце каждого предложения нельзя ставить «😭». А то вы бы бросили чтение столь увлекательной истории одной тридцатилетней женщины, в однокомнатной квартире, с одной кошкой на руках.

За время разговора с мамой на телефон пришло пуш-оповещение из банка – мне начислили деньги за четыре рабочих дня.

Это всё, да?..

Я не блокировала Пошлина. Я для него доступна круглосуточно для разговора. Я… Не единственная, кто ждёт от него звонка. Пора бы уже принять столь раздражающий меня факт.

К вечеру почувствовала недомогание – поднялась температура. А ещё через два дня я выбралась на улицу, где встретила своего бывшего сожителя.

— Здравствуй, — произношу так, словно в бетонную плиту врезалась. — Заблудился?..

— Здравствуй, Августина. Выглядишь… Не очень, — бывший улыбается так, будто лицевой нерв защемило.

— Действительно, к чему ложная вежливость, — перекидываю сумку с одного плеча на другое.

— Я в этом районе квартиру снял. Не успел заехать, как кран сломался в ванной. Сантехника как раз в твоём доме.

— Ясно, — смотрю ему в глаза скучающим взглядом.

— Август, если ты одинока… Если нужно… Кран… Починить… Я номер не изменил… Всё тот, который заканчивается на «03».

— Через дорогу есть секс-шоп, если ты ещё помнишь. Вибратор, в отличие от бывшего, всегда молчалив, исполнителен и терпелив к своим прямым обязательствам.

— Мы расстались по обоюдным причинам, — как всегда, он обижается первым.

— Видимо, сверху услышали мои молитвы, и кто-то решил мне прямо сейчас позвонить!

— Всё шутишь, да?

Бывшего оставляю без ответа, потому что мне нужно ответить на звонок.

— Привет, красавица! Что-то ты совсем пропала, — голос Столярова слышать приятно, словно прикоснулась к Пошлину через него.

— Я… Ммм… Так получилось.

— Августина Леонидовна, помоги! Умоляю!

— Что случилось? — хватаюсь в порыве за сердце.

— У нас героиня заболела. Она в больнице. А ты у нас девушка 52-го размера. Соглашайся, красавица.

— Арсений… Алексеевич… Знает?..

— Он уехал в Питер по делам. Рычит на всех по телефону. Лишний раз не дёргаю. Что ты хочешь, — колкий смешок, — возраст своё берёт.

— А-а-а… Это меня в телеке покажут?

— Да, по федеральному, — с гордостью отвечает мне он. — Так, что скажешь?

И я ответила. Сразу. Без колебаний.

«ДА», — разумеется.

Выпив накануне «Терафлюшку» я отправилась на место съёмки. Мне хотелось бы увидеть там Мистера Пошлость, но я не могла ему даже позвонить.

Стыд.

Непомерная ноша, которую я взгромоздила на себя и села голой задницей в лужу!

— Привет, красавица, — первым встречает меня Столяров.

— Меня будут только переодевать? Или…

— Или!.. Ты будешь ещё красивее! Пошлин потеряет дар речи, когда увидит пилотную версию. Будет ему от меня подарочек.

— Что? — взволнованно.

— Я понял, что друг в тебя вмазался. Надо вас подтолкнуть друг другу.

— Ничего он в меня не вмазался, — опускаю взгляд в пол.

— Глупая! И он тоже глупый!

Молчу. Опять молчу. Глупая защитная реакция. Понимаю.

Как тот страус, что прячет голову в песок. Только он ищет пищу. Я – дура.

— Мы разберёмся сами, — так отвечает Леди, когда в её границы настойчиво прорывается третий лишний.

Съёмки проходили в три этапа:

1 – мне придумали легенду.

2 – меня поснимали в «нелепых парашютах» с чужого плеча.

3 – из меня сделали «ля-бомбу».

— Это я? Ущипни меня! — обращаюсь к Тихону. — Ай! Не так же больно!

— Выходи за меня, а? — припадает передо мной на одно колено он. — Я ничем не хуже Пошлина.

— Не хуже, Тихон, — не могу оторвать ошеломлённого взгляда от своего отражения в зеркале. — Просто ты не он.

Глава 20

«Эпилог», — последние пять тысяч знаков текста даются сложнее, чем ранее написанных мной n-ное количество глав.

Изложить небольшой рассказ о моём идеальном мужчине, который скрасил несколько дней из моей жизни оказалось не такой уж непосильной задачей.

«Основано на реальных событиях» – небольшая приписка в конце аннотации, чтобы читатели понимали уровень сложности передачи реальных эмоций и чувств реальных людей.

Когда автор ставит «.» в самом конце своего повествования – он испытывает помимо облегчения безграничную любовь в момент соединения двух любящих сердец.

Прошла неделя с тех пор, как я приняла участие в съёмке телевизионной программе «Кому за 30…». От Пошлина не было ни одной весточки. А это означает только одно – нам не по пути.

От нашего случайного знакомства остались всего лишь воспоминания. И если их проанализировать, то я сама во многом виновата.

Слышала себя чаще, чем окружающих меня людей. Выпячивала свою непосредственность за счёт наработанных годами комплексов. Предпочла «консервацию» окружающему меня миру.

Пошлин выступил для меня «водой», что затекла под лежащий камень, когда я оторвала свою задницу от кресла и вспомнила, что деньги можно зарабатывать не только на книгах.

Рассказывать свои внутренние истории чужим людям (своим читателям), безусловно, высший дар, который не всем дан. Быть проводником в другое измерение, где мужчина и женщина строят свои отношения на кульбитах судьбы – весьма увлекательно.

Только моя жизнь застряла в одной точке, где я пытаюсь всем, что-то доказать.

Стоило захлопнуть крышку ноутбука, я увидела мир не в розовых оттенках. В нём много серого с преобладанием чёрного.

Девочки, не всё так плохо, как мне ранее казалось!

В моих руках палитра с красками. Я могу выбирать тот цвет, который окрасит МОЙ МИР.

Моей ошибкой было – дать СВОЮ палитру в руки Арсения, или же за него рисовать его реальность.

Ничего уже не вернёшь. Все мои действия были совершены в прошедшем времени, чтобы сейчас пытаться исправить.

Он поступил правильно. Не закатил скандал. Дал нам время «остыть». Если мои чувства разгорелись, то его сошли на нет.

Да, так бывает.

Мы же взрослые. Мы провели вместе ночь. Надо было вести себя по-взрослому и дальше.

Человек – не игрушка. На полочку повыше не поставишь, чтобы другая не дотянула свои клешни до желаемого.

«Опубликовать», — с улыбкой на устах кликаю в карточке электронной книги.

Для моих героев был уготован ХЭ, а для меня тайский массаж.

Собираясь, я ничего не одела из того, что предложили мне стилисты. Фуксия, ярко-голубой и жёлтый – для повседневной носки нужно разбавлять. Да-да, краски рекомендуется разбавлять, чтобы не выглядеть «кричащей».

Счастье любит тишину не только в счастье, но и падениях. Потому что за падением обязательно последует подъём.

А вот с макияжем я очень даже подружилась. Тон лица, акцент на глаза и лёгкое касание нюдовой помады. Волосы уложить голливудской волной – также не составило мне труда.

Единственный урок, который я усвоила за работой дома – выбираться из этого дома!

Наверное, сегодня слишком много женского монолога и совсем мало действий. Когда душе требуется поговорить, то нужно поговорить с самой собой.

Чего я именно хочу? На ум пришёл тайский массаж, который я обещала себе аж два с половиной года назад.

С мужчиной я или без – не играет роли. Если я несчастна в своей скорлупе, то спасаться мне в одиночестве, потому что в ней я одна. Ждать руку помощи бесполезно, если там наглухо закрыто.

Итак, про тайский массаж.

Мне сделали массаж всего тела, в котором используются глубокие надавливания на ткани. Массажист таким способом находит участки кожи с повышенной температурой. Это и есть энергетические точки.

Мой мастер растягивал мои мышцы и суставы. Помогал телу выйти из сна. Мягко пробудиться и наслаждаться настоящим.

Многое было похоже на асаны из йоги для новичков. Я разблокировала потоки энергии, тем самым отсрочив возможные проблемы с опорно-двигательным аппаратом.

После такой «энергетической проработки» ощущается лёгкость во всём теле. В голове ясность. В душе покой.

Достаю из сумки телефон. Медитирую над иконкой вызова.

А ОН КАК ВОЗЬМЁТ ДА САМ ПОЗВОНИТ!

К ебеням летит моё спокойствие!

Словно вместо тайского массажа меня заставили бежать километр на скорость, как в школьные годы, где на первом же круге колит-то в правом, то в левом боку.

Точно такое ощущение я испытываю сейчас.

Хочется согнуться пополам и ДЫШАТЬ!

— Почему молчишь? — спрашивает Арсений у меня. — Я же слышу, как ты дышишь в трубку.

— Здравствуй, — прижимаю телефон к уху, чтобы не пропустить ни одного слова от него.

— Здравствуй, — чувственно вибрирует у меня в груди.

— Если я скажу, что соскучилась, то оттолкну тебя?

— А если я скажу, что соскучился тоже, то ты сможешь приехать прямо сейчас ко мне домой?

Никаких звуков я не могу издать, потому что вспоминаю про степень «кустистости» на ногах и в промежности.

Точно… СЛАБОУМНАЯ САМКА!

— Тин-а-а-а, — измученно тянет он. — Я хочу тебя видеть. Обнять и просто… Поговорить о нас.

— Это всё прекрасно, Арс, — собираюсь с духом, чтобы продолжить, — приеду, если ты меня простил. Я понимаю, что ты – джентльмен и, возможно, хочешь окончательно расстаться таким способом. Не переживу… Нет-нет. Даже не проси.

— Августина! Ё-маё! Я прошу приехать ко мне домой! Не приедешь сама, я приеду со сломанной ногой к тебе сам!

— ЧТО?!

Эпилог

Опираясь на костыли, Пошлин застывает на пороге роскошных апартаментов.

— Упал? Очнулся? Гипс?..

— Споткнулся. Обматерил охранника. Гипс, как вынужденная мера к моему безработному времяпрепровождению в домашних условиях. Вчера только из питерской больницы привезли. Отлёживать там бока, когда у меня здесь все сроки горят – недопустимо.

Можно было бы застесняться и переминаться с ноги на ногу на пороге, желая услышать: «Чувствуй себя, как дома». А можно… Поступить по-другому.

— Можно… Я тебя поцелую, Арсений? — хотела спросить другое, но в нашей ситуации нужна терапевтическая таблетка, в виде телесного контакта.

— Ещё спрашиваешь? — болезненно дёргает уголками губ вверх.

— Спрашиваю, потому что боюсь тебя, — провожу подушечками пальцев по его плечу.

— Облокотись, Августина, потому что я тебя задавлю в порыве страсти.

И он меня целует. Или я его. Неважно.

Когда «просто секс» передаёт свои полномочия совершенно иным чувствам. Те послушно перенимают новые обязанности, которые вступают в силу, как только мы сплетаемся языками в чувственном поцелуе.

— Прости меня, пожалуйста, — шепчу еле слышно, когда мы немного насытились обоюдной лаской. — Я не имела права так разговаривать с тобой, с Кирой, с Лолой… Мне так стыдно было, Арсений, так стыдно. Взрослая тётушка вела себя, как ребёнок детсадовского возраста. Если не моё, то ничьё.

— Я тебя простил сразу. Настойчиво ждал твоего звонка. Меня остановил телефонный звонок. Срочная поездка в Питер.

Арсений отступает вглубь апартаментов, а я наоборот наступаю. Закрываю дверь на замок и готовлюсь слушать рассказ своего Мистера Пошлости.

Мне так его жалко!

Собственно, а почему он споткнулся, обматерил охранника и сломал ногу?!

Этот животрепещущий вопрос я задаю вслух и готовлюсь внимательно его слушать, чтобы не пропустить ни одну живую эмоцию случившегося уже в прошедшем времени.

— Смотрел пилотный выпуск программы «Кому за 30…». Увидел знакомое лицо на экране мобильного телефона, от неожиданности споткнулся, — его губы растягиваются в такой обаятельной мальчишеской улыбке, что в груди так сладко ёкает. — Охранник пытался меня поймать «в полёте», но мы оба упали. Он сломал руку, а я ногу.

Оказалось, что сдерживать смех в минуту тягостных воспоминаний – тоже непосильная для меня задача.

Прогоняя вымышленную мной картину перед внутренним взором случившегося, снова закатываюсь в приступе смеха.

— Прости, — пропускаю последний смешок в кулак.

— Тин, зачем ты согласилась? Столяров настолько был очаровательным?

— Ты меня ревнуешь? Сам Пошлин меня ревнует?..

— Ответь, пожалуйста, на вопрос.

— Хотела, чтобы ты увидел меня в другом образе, — шумно выдохнув, смотрю ему в глаза.

До чего же он хорошенький!

А смотрит-то как!

Выцарапать бы глазоньки всем, кто на него посмотрит в ответ!

Начинается… Что-то надо с этим решать.

— Мне больше понравилось, когда ты была голой и доступной. Как только на тебе появляется лоскут ткани, ты сразу же закрываешься.

— Неправда!

— Ещё и споришь!

— Ещё одна неправда!

— Я тебе нравлюсь… Как мужчина? — вдруг озадачивает меня совершенно смехотворным вопросом.

Вопрос не из категории «ромашка» – любишь/не любишь.

Вопрос прямой.

Вопрос, где ответ может быть исключительно – нет/да.

— Спрашиваешь ещё, — отвожу взгляд в сторону. — Ты – моя мечта не только в книге, но и в жизни.

— О-о-о, я прочитал твоего «Мистер Пошлость». Рассказ вышел замечательным. Но есть одно огромное «НО».

— Это ты о чём?!

— Давай по порядку, — укладывает мою голову к себе на грудь, где ритмично бьётся сердце того, в которого влюбляются с первого взгляда.

У нас с первого взгляда – была неприязнь, приправленная жгучим красным перцем.

Со второго – азарт, от которого кружилась голова.

С третьего – случился умопомрачительный секс. Самый лучший секс в моей жизни.

Кстати, мы улеглись в его спальне, на огромной кровати. А не стояли в прихожей, как вы бы могли до сих пор думать.

Обстановка меня сейчас меня интересует. Важнее, куда нас заведёт наш разговор «о нас».

— Критику я воспринимаю плохо, — сразу предупреждаю его. — Частенько закрываю комментарии, потому что меня взрывает, если со мной кто-то не согласен.

— Очень плохо.

— Что «очень плохо»?

— Критика – самый лучший двигатель продаж в интернет индустрии. Закрывать людям доступ для написания комментария – худшая стратегия отгородиться. Ты можешь не отвечать на выпады, а более агрессивных блокировать ради твоего душевного спокойствия. Но никогда не отгораживаться от читательского интереса. Общение между покупателем и продавцом гарантирует некую стабильность. Я тебе говорю, как продавец своего шоу. Оно же тоже кому-то не нравится.

— Так, давай о «Мистере Пошлость», — крепче его обнимаю я.

— Начало отличное. Встреча с Лолитой меня рассмешила. Особенно-то, как ты в приёмной позабавилась с другими девушками. Интим был на высоте… Дальше полная ахинея самобичевания, свойственна тем, кто вдруг лишился дара речи и забыл о всех способах связи в современном мире. Ну и Эпилог… Тут ты дала маху!

— ЧТО?! Всё закончилось логично. Открытый Эпилог. Читатели придумают сами свой ХЭ для главных героев.

— Тут вы тоже не правы, Августина Леонидовна, — хрипло посмеивается он. — Читатели желают видеть в Эпилоге счастливое семейство. Не просто «он и она». Там «он, она и их продолжение рода». Конечный продукт любви заключается в их наследии. Открытый Эпилог не означает свадьбу, детей и любовь до гроба. Он «открыт» – нет финальной точки в повествовании. Сплошные запятые, где может быть иное продолжение всей любовной линии.

— И что ты предлагаешь? — приподнимаюсь на локте, чтобы полюбоваться идеальными чертами мужского лица.

— Бонус, — чувственно улыбается он. — Ещё одна дополнительная глава, где будут расставлены все точки.

— А в нашей истории… Если ты читал… Ты уже знаешь… Что… Это очень сложно сказать вслух.

— Читал, Тина, читал, — заправляет прядь волос за ухо. — Поэтому пригласил тебя, чтобы дать нашим отношениям продолжение. Меня не устроил твой «Хэппи». Я хочу Бонус, который напишу его сам.

Бонус

«Мистер Пошлость»

Бонус глазами мужчины, взявшего в жёны автора любовных романов, написать непросто.

Сложности к написанию добавляет вечно стоящий колом член.

Правда, об этом жена просила не упоминать, потому что сильно переживает за «негативные комментарии», что последуют после финальной точки.

Я бы положил на них… Но об этом жена тоже просила не упоминать.

От звонкого смеха Августины так сладко сжимается за грудиной. А вот смех Столярова заставляет меня поднять свой зад и подсмотреть за ними, что они, собственно, там делают.

«Посреди обычного офисного гула раздается громкое:

— Кто только что сканировал документы?

Все молчат, вопрос повторяется еще чуть громче:

— Ну коллеги, кто только что сканировал документы?

Молчание.

— Я нашел документы в сканере, если хозяин не объявится, я их выкину.

Молчание.

— Коллеги, я беру документ и... А, точно. Это ж я сканировал и забыл вытащить.

Пауза.

— Ещё вчера.»

Тихон «ещё вчера» этот плоский анекдот рассказывал юной практикантке в бухгалтерии. Она глупо хихикала и краснела.

Моя же Августина тоже смеётся. Только вот дополнительно… Придерживает одной рукой шестимесячный беременный животик.

— Что это? — удивляется Столяров, когда берёт в руки степлер.

— Тамара Борисовна постоянно просит у меня степлер. А потом я его найти нигде не могу. Придумала креатив, который никого не оставил равнодушным, а мою вещь в том месте, где она должна быть.

— Действительно, креативно, — рассматривает толстую цепь он. — Всегда поражаюсь твоей фантазии, красавица. Хочешь кофейку?

— Не откажусь, — живо соглашается она с ним.

— На меня тоже сделай, — слишком «рычаще» получилось у меня.

— О-о-о, папочка! Бессонная ночь? — подмигивает моей жене он. — Я твоей Августине кофе сделаю с молоком. Не рычи только.

— Да, бессонная, — всё раздражение на него, как рукой сняло. — Нона всю ночь игралась в своей кроватке. Уснула только под утро.

— Спасибо тебе, — в сотый раз благодарит меня жена. — Не знаю более няшного папочку, чем ты.

— Тебе отдыхать надо, любимая, — нежно приобнимаю её за талию. — Как себя чувствуешь? В декрет не пора?

— Наши мамы отлично справляются со своими обязанностями. Дай мне насладиться работой. Окунуться в мир памперсов ещё успею.

— Ребят, вы тормозите после второго. За два года – два ребёнка… — скептически морщится Столяров.

— Обязательно спросим твоего совета, — передразнивает его Тина. — Сам-то, когда остепенишься? Всех кур… То есть, дур перетоптал! Это же надо так свято верить в твои байки!

— Ты мне не веришь! Но тебя уже дважды обрю… Короче, не успел я, — тыкает по кнопкам кофемашины. — Следующий анекдот вы не слышали…

«Офис, время 11:55, слышу голоса в коридоре:

— Миша, ты куда?

— Так пятница, сокращенный день.

— Ну не настолько же!»

— Ты – моё счастье, — шепчу на ухо своей обожаемой жене, которую мне послала сама судьба, столкнув нас одним осенним днём.

— Написал Бонус?

— Не дотянул до пяти тысяч знаков (до обновления на литпортале)… Да, кому это надо, когда уже было всё понятно с первых строк.

Послесловие от автора

Дорогие читатели!

Вот и подошла к концу история «Мистера Пошлости» и Августины – автора любовных романов.

Что я хочу вам сказать… Спасибо.

Цените реальный мир, реальных людей, реальные чувства.

Книга – мотивирует, а вы действуйте.

Никто за вас не сделает того, что нужно выполнить в одиночку. Никто не даст тот совет, который поможет вам в исключительном праве быть счастливой (ым).

Мои герои взрослые люди.

Зачем трепать друг другу нервы, когда можно поговорить?

Да/нет – ответить рекомендуется предельно чётко, чтобы не упустить свой шанс на счастье.

По традиции я не говорю: «Прощайте».

Мне будут приятны ваши звёздочки и обратный отклик в комментариях (как положительных, так и со знаком «-»).

Подписывайтесь на мой профиль, чтобы не пропустить новинки.

До новых встреч! С любовью, Рай.