Посвящается моей жене, за все, через что она прошла

 "Человечество должно положить конец войне, пока война не положила конец человечеству".

- Джон Ф. Кеннеди

 Вертолеты проносились над головой, как стая гигантских птиц, сделанных из металла и вооруженных ракетами, нацеленными на тепло. Воздух был настолько взбудоражен, что идти по нему было все равно что ориентироваться в центре вихря. Тони пришлось несколько раз останавливаться, чтобы вытереть глаза от грязи и травы, и по обе стороны от него то же самое делали мужчины и женщины всех наций. К французским, турецким, сирийским, иранским, израильским и десяткам других нашивок присоединились нашивки с немецким флагом. Все вооруженные силы, размещенные в Турции, объединились и теперь шли на первого всеобщего врага человечества. Люди больше не будут воевать между собой из-за таких пустяков, как религия или гордость. Настал час объединиться как вид, и Тони гордился тем, что является частью этого движения.

Он и еще несколько британских солдат работали с захваченной группой сирийских повстанцев-террористов и сумели закрыть одни из адских ворот в пустыне. Враги стали союзниками, и вместе они нашли достаточно сил, чтобы нанести удар по своему противнику.

Впереди лежал новый враг человечества.

Мерцающие врата возвышались на двадцать футов над землей в восьмидесяти милях от Стамбула. Монстры изливались из них, как желчь, раздирая ландшафт и усеивая его человеческими трупами. Атаки врага застали весь мир врасплох, поскольку никто не мог ожидать одновременного нападения чужой силы по всему миру. Это было непостижимое кровопролитие. До сих пор монстрам все доставалось по-своему, но скоро все изменится.

Человечество не собиралось ложиться на дно.

Первая линия вертолетов обрушила на врага адский огонь. Ревущий удар сотряс землю, посылая темные облака по всей земле. С небес посыпались камни и грязь. И кровь тоже. Конец света или обычная старая война? В момент удара невозможно было увидеть число погибших врагов, но когда дым рассеялся, перед воротами громоздилась гора конечностей и кишок. Кровь и кишки сползали в образовавшиеся воронки. Оставшиеся в живых враги застыли в шоке. Вид испуганного монстра придавал сил.

Союзные солдаты издали победный клич и бросились в бой.

Тони выпускал патрон за патроном по извращенным, обожженным монстрам, выходящим из самого Ада. Его прицел был отточен, а пули со смертоносным ритмом разрушали черепа и грудные клетки. Он был яростью на конце мощной винтовки, и он хотел, чтобы его враг истекал кровью до самой ночи. Рядом с ним братья и сестры делали то же самое. Возможность дать отпор, даже когда все казалось безнадежно потерянным, поддерживала человеческий дух. Бессмысленная резня переросла в войну. Жертвы стали солдатами. Единственный вопрос теперь заключался в том, достаточно ли людей осознали, что они теперь бойцы, нравится им это или нет.

Тони бросил гранату в стаю монстров и усмехнулся, когда они исчезли во внезапном черно-сером облаке. Больше не боясь, он подошел достаточно близко, чтобы насадить демона на конец своего штыка. Ногой он отшвырнул жалкого ублюдка прочь.

Группа русских спецназовцев вступила в бой с огромными ружьями, разрывая тела врагов на две части разрывной картечью. Красные банданы солдат развевались на их головах, когда они кружились с жестокой эффективностью.

Француженка в небесно-голубом берете ООН стреляла по вратам из двух пистолетов, больше похожая на отважную героиню видеоигры, чем на подготовленного солдата. Тони с грустью увидел, как она упала, когда мерзость вырвала ей живот.

Еще несколько солдат быстро попадали, но никто не отступал. Отступать было поздно. Сейчас или никогда. Тони бросил еще одну гранату и поспешил за своими ревущими товарищами. Стамбул был в огне, наполнен ужасами, но они противостояли им вместе. Это была война.

Последняя война, которую когда-либо увидит человечество.

В комнате воняло смертью. Сиропно-сладкий запах смешивался с коричневой, ядовитой гнилью. Пот, кровь, моча и грязь. Здесь было все. Вонь немощных.

Больницы. Если Джон Виндзор и ненавидел какое-либо место, так это больницу. Обязанность премьер-министра была единственной причиной, по которой он сейчас находился в больнице, а в последний раз он попал туда добровольно, когда его бабушка Маргарет поддалась проклятию курильщика и позволила раку легких забрать ее. Ему было двадцать лет, но он помнил, что это был самый последний раз, когда он плакал. Вскоре после этого он получил диплом юриста и начал свой путь в залы суда, где эмоции были помехой. Теперь, двадцать лет спустя, он был самым молодым премьер-министром XXI века, а перспективы его собственного пребывания в больнице все еще были далеки. Столкновение с приближающейся смертью других людей было для него неприятным занятием, даже если это было необходимой частью работы, и он считал минуты до своего ухода.

К нему подошла подхалимствующая медсестра с гордой ухмылкой на пухлом лице. Несомненно, она чувствовала свою значимость, получив возможность пожать руку премьер-министру, но правда заключалась в том, что о ней забудут, как только он отвернется. У некоторых людей такие маленькие амбиции, но он не отказал ей в маленьком моменте победы. Наклонившись вперед, он соединил крепкое рукопожатие с чмоком в щеку, от которого женщина пришла в восторг. Он боролся с желанием вытереть рот рукавом.

Пухленькая женщина воскликнула. "Мы так рады видеть вас здесь, премьер-министр".

Джон улыбнулся, чувствуя на своих губах вкус пота женщины. "Мне очень приятно, Джоан". Хорошее место на бейджике с именем. Плебс любит, когда вы используете их имена. "Это замечательная работа, которую вы здесь делаете".

"Мы делаем все, что можем. Это тяжелая работа, но очень важная. В последний раз нам урезали финансирование..."

"Может, проведем экскурсию?" - сказал Джон, махнув рукой в сторону палаты. Его заполняли тесные палаточные кабинки, в которых, вероятно, находились различные умирающие обитатели. Столько денег только на то, чтобы разместить почти мертвых. Так неэффективно.

"О да, конечно, экскурсия". Медсестра кивнула. "Это онкологическое отделение, где мы лечим пациентов с четвертой стадией. Я бы познакомила вас с нашими гостями, но большинство будет спать. Лучше их не беспокоить".

Джон серьезно кивнул, хотя это была отличная новость. У него было очень мало желания смотреть на больных. "Конечно, Джоан. Вы ангел для этих людей".

"Я? О нет, я просто одна женщина, которая делает то, что она..."

"Может, пойдем дальше?"

"Да, премьер-министр, конечно. Есть на что посмотреть".

А посмотреть было на что - на самом деле, ужасно много. Джон выдержал более часа потных рукопожатий и болтовни о пустяках. В детском отделении ему пришлось зайти так далеко, что он поцеловал целую коллекцию застывших лбов (это была идея его секретаря по связям с общественностью, а не его). К тому времени, когда Джон вернулся к тому месту, откуда начал свой путь, на него навалилась усталость. Два телохранителя сопровождали его все это время и выглядели такими же скучающими, как и он сам.

Пришло время уходить.

Джон повернулся и протянул пухлой медсестре последнее потное рукопожатие. На этот раз он был бессилен не вытереть ладонь о карман пиджака. К счастью, женщина, казалось, ничего не заметила, хотя Барри - одному из его телохранителей - пришлось подавить смех. Джон криво улыбнулся своему человеку, проговорив уголком рта. "Большое спасибо, что приняли меня, Джоан. Я очень скоро снова зайду к вам и посмотрю, как у вас дела, можете на это рассчитывать. Передавайте привет вашему мужу, Дэвиду".

Женщина засияла. Простой тактики - спросить о ее семье во время тура и пересказать ей все сейчас - было достаточно, чтобы она полюбила его. Люди будут есть дерьмо с улыбкой, если они думают, что вы кормите им только их.

Телохранители Джона открыли пожарную дверь со стороны больницы и вышли перед ним. Их руки лежали на пиджаках, а пальцы - на пистолетах. Не то чтобы им когда-либо требовалось оружие - это была Англия, а не Багдад. Тем не менее, двое его громил в панике бросились вперед.

Что-то ударило Джона в грудь, прямо над сердцем, и когда он посмотрел вниз, то увидел месиво. Барри налетел на него и накрыл своей широкой массой. Тем временем Джефф бросился вперед на незнакомца, о котором Джон даже не подозревал.

Хмурый незнакомец заорал. "Ты - позор!"

Джон понял, что он покрыт яйцом, когда в него попало еще одно. На этот раз оно попало прямо в лицо, задев самолюбие Джона больше, чем его плоть. Он был так взбешен, что издал боевой клич и бросился на кувшин с яйцами. Барри схватил его и удержал на месте, как будто он был прутиком, что было недалеко от истины. Сила Джона исходила от его темно-карих глаз, точных слов и рокочущего голоса, а не от его стройного тела и ивовых конечностей.

Джефф схватил незнакомца за шею и потащил его прочь, но безумный шут продолжал свою тираду. "Вы разрушите эту страну", - кричал он. "Национальная служба здравоохранения развалится на куски, когда вы разберете ее на запчасти. Моя сестра лежит там, потому что не смогла получить помощь, в которой нуждалась год назад. Она умирает из-за вас и вашего гребаного правительства".

Барри рявкнул в рацию, оповещая Специальный отдел. Джон перекричал его, пустив в ход свой мощный голос. "Ты жалкое создание. Ты думаешь, что бросание яиц изменит ситуацию для твоей сестры? Может быть, если бы ты сделал что-то стоящее в своей жизни, ты мог бы заработать достаточно денег, чтобы самому оплатить операцию. Почему другие люди должны платить за это? Вини себя".

"Я виню тебя!"

Джон овладел собой и понизил голос. Злость ушла из его глаз. И как раз вовремя, так как люди начали забредать на улицу, чтобы посмотреть на потасовку. Это и так было бы плохой прессой, но то, что он обругал представителя общественности при свидетелях, стало бы катастрофой. Он быстро достал из кармана носовой платок и вытер яйцо на лацкане и лице.

Пора немного исправить ситуацию.

Джон посмотрел на разъяренного незнакомца и сочувственно улыбнулся. "Я сожалею о том, что вы переживаете, сэр. Моя дорогая старая бабушка тоже умерла в больнице от рака. Я поклялся в тот же день, будучи двадцатилетним молодым человеком, что покончу с этой ужасной болезнью. Я обещаю вам, что сделаю все, что в моих силах, чтобы вернуть NHS ее былую славу. Ваша страсть достойна восхищения, сэр, и я полностью понимаю ваше разочарование. Оставьте свои данные моему помощнику, и мы поговорим позже".

Бросатель яиц открыл рот, чтобы заговорить, но был совершенно сбит с толку. "Вы лжец".

Джон усмехнулся. "Вы застали меня врасплох, но ваши проблемы очень важны для меня, сэр. Я хочу помочь".

"Вы можете помочь моей сестре..."

"Мне действительно пора идти", - сказал Джон. Он двинулся к внезапно появившемуся черному "Мерседесу". Черный Range Rover позади был бы полон спецназа, готового по приказу Джона сломать руки этому идиоту, но сейчас было слишком много зрителей. В любом случае, истинное удовольствие было в том, чтобы сделать из нападения этого идиота хорошую прессу. Это будет в новостях в течение часа, его изобразят спокойным, страстным человеком, которого его партия так старательно пыталась сделать таковым. Идиоты.

Джон быстро помахал рукой растущей толпе зрителей, затем позволил Барри подталкивать его к машине - как будто это был вовсе не его выбор, а то, против чего он боролся. По его лицу было видно, что он с удовольствием оставался бы и приветствовал людей весь день, если бы не был так страшно занят.

Внутри "Мерседеса" работал кондиционер, а в нише рядом с ручкой стоял стакан джина. Джон взял бокал и подождал, пока его телохранители сядут рядом с ним. Джефф проскользнул внутрь со всей серьезностью, но Барри издал смешок, как только двери закрылись и они тронулись в путь. "Ну и утро, да, босс?"

Джон потягивал свой напиток. "Просто еще один день на скачках. Чертовы дураки. Какой смысл, по мнению этого идиота, бросать в меня яйца? По крайней мере, делай это где-нибудь в толпе. Ни один человек даже не видел, как он это делал".

"Они видели твое исцеление. Ты заслуживаешь Оскара".

"Оскар?" Он махнул рукой. "Да, все американское не стоит того, чтобы его получать". Он возился со своими серебряными запонками, пока выражал другие опасения. "Надеюсь, на нас не было камер, которые все это засняли. В наше время никогда не знаешь, черт возьми".

Барри откинулся на сиденье, как будто беспокоиться было не о чем. "Сомневаюсь. Даже если бы они были, они бы не издали ни звука. Вы немного покраснели, но какой мужчина не покраснел бы, если бы его забросали яйцами?"

В салон машины вторгся пищащий звук, заставивший их посмотреть друг на друга. Джефф достал свой телефон и взглянул на экран. "Они задержали метателя яиц. Мне сказать им, чтобы они его отпустили?"

Джон бросил на своего телохранителя взгляд, который заставил более крупного мужчину сжаться. " Вы, должно быть, шутите. Этот человек напал на лидера своей страны. В некоторых странах за такое расстреливают. Нет, я хочу, чтобы этому человеку предъявили обвинение по всей строгости. Тюремное заключение, если возможно. Общественные работы, если нет. Этот человек верит, что все достается бесплатно, так что посмотрим, как ему понравится отдавать свое время просто так. Вам должна понравиться ирония".

Джефф нахмурился.

"Какие-то проблемы, Джефф?"

"Нет, просто... человек просто расстроился из-за своей сестры. Может быть, ты мог бы..."

Джон наклонился вперед. "Может быть, бросить ему кость?"

"Ну, да."

Джон посмотрел на мужчину, давая ему понять, что он перешел границы дозволенного. Джефф был новичком, но он научится. "Хорошо, я проявлю немного сострадания. Барри, пожалуйста, скажи моему секретарю, чтобы он выяснил имя сестры этого человека и прислал букет цветов". Он посмотрел на Джеффа. "Достаточно хорошо? Нет? Хорошо... Барри, пусть это будет очень большой букет".

Барри разразился истерикой. "Хорошо, босс".

Джефф молчал до конца поездки.

Джон был рад вернуться на Даунинг-стрит через час или около того. Весь день у него были встречи, но большинство из них проходили с лакеями, которые мало чем могли ему досадить. Он следил за новостями, чтобы узнать, не вышло ли что-нибудь из его утренней перепалки с метателем яиц, но день пролетел незаметно. Завтра утром у него была встреча с американским поставщиком медицинских услуг, претендующим на то, чтобы выбрать последние кусочки из трупа NHS. Они были рады этому, если только их карманы были достаточно глубоки. Время бесплатного здравоохранения закончилось. После демографического бума в шестидесятые годы оно было нежизнеспособным. В современном мире люди должны сами отвечать за свою жизнь. С бесплатными обедами было покончено. Над ними не властвовал тиран - у всех был шанс сделать что-то свое в жизни. Больше никаких оправданий.

Джон прошел в свой кабинет и сел в кожаное кресло с высокой спинкой - любезный подарок итальянского премьер-министра. Ему нравился его размер - высокий, как и он сам. Внушительный, но изысканный предмет для закрепления его положения во главе империи - его трона. И не надо заблуждаться, Британия все еще была империей - хотя теперь скорее финансовой, чем военной.

Джон как раз достал из лотка бумаги, когда зазвонил зуммер на интеркоме. Он принял вызов. "Да?"

Ответа не последовало. Только шипение.

"Стефани? Стефани, лучше не перебивай меня без причины".

Линия оборвалась. Джон облокотился на стол и ткнул пальцем в черное пластиковое переговорное устройство. Оно шипело на него. "Китайский кусок дерьма!"

"Я полагаю, что он был сделан в США", - сказал голос в комнате.

Джон попятился назад на своем месте. "Что за...?"

Хорошо одетый джентльмен вежливо улыбнулся ему из глубины зала. Одетый в старомодный, но безупречный костюм, аквилинное лицо незнакомца было безразличным. Указав на переговорное устройство, он кивнул. "Моторола", видите? Я полагаю, они базируются в Соединенных Штатах".

"Кто, черт возьми?"

Мужчина усмехнулся. " Кто, черт возьми, действительно. Меня зовут Оскар Борута. Они называют меня Создателем Игрушек, но это не имеет значения. Мое время коротко, и я здесь только в качестве эмиссара".

"Эмиссар для кого? Как вы прошли через охрану? Если вы еще один из этих чертовых имбецилов из комиссии по борьбе с добычей нефти, я..."

"Молчать! Я здесь не для того, чтобы обсуждать пустяковые вопросы. Мое намерение - представить вам предложение".

Джон был взволнован, и он понял, что это привело к тому, что он смирился с этим незваным гостем, в то время как ему следовало бы вышвырнуть его вон. Он сел прямо на стул и указал пальцем на дверь. "Вы, черт возьми, можете записаться на прием, как все остальные. Вы не можете врываться в кабинет премьер-министра. Я - лидер этой страны".

"Ты никем не руководишь - ты пастух больных овец и мяукающих ягнят".

Джон встал, сжав кулаки. "Как вы смеете! Я заставлю вас..."

"Выслушай мое предложение", - сказал джентльмен. "А потом я оставлю тебя с твоим бессильным кривлянием".

Джон удивился, как этот человек мог быть таким наглым, войти сюда и разговаривать с премьер-министром в такой манере. Казалось, он был абсолютно убежден в том, что находится здесь и что его должны выслушать. Но холодный серый блеск его глаз выдавал его спокойное выражение. Этот человек был опасен.

"У вас тридцать секунд, господин Борута".

"Мне нужна только одна". С этими словами пожилой человек сделал выпад вперед и схватил череп Джона своими костлявыми пальцами, сжав его так сильно, что Джон увидел звезды.

Борута пристально посмотрел в глаза Джону. "Посмотри, что будет дальше".

И Джон увидел.

Он видел все - то, что грядет, и то, что будет.

Конец.

Когда Борута наконец отпустил его череп, Джон вспотел и задыхался. Ему казалось, что он просидел в кошмаре несколько дней, но он знал, что прошло всего несколько секунд. Он взглянул на стоящего перед ним старика и понял, что это был совсем не человек. Его холодные серые глаза были лишены жизни - всего того, что делает человека человеком.

"Что ж, - сказал Борута. "Каков твой ответ?"

Джон был слишком потрясен, чтобы говорить. После долгого глотания он смог сказать: "Да, да, я буду служить ему".

Вампс не знал, что заставило его взять старый дедовский пистолет Браунинг из сейфа под кроватью, но что-то в его нутре подсказывало ему, что сегодня он может понадобиться. Город был на грани. Родившийся и выросший на улицах Лондона, Вампс чувствовал энергию его жителей в своих венах. Как инвестиционный банкир знает, где появится следующий модный винный бар, так и Вампс знал, где будет следующий очаг беспорядков. Он знал, какие районы больше всего пострадают во время беспорядков 2011 года и где свиньи с наибольшей вероятностью ущипнут вас. Лондонский Сити был организмом, мозг которого находился в финансовом центре, сердце - в туристических районах, а больная печень - в бедных районах, где перерабатывалась вся производимая грязь.

Сегодня Вампс испытал необычное для себя чувство. Он прожил в Брикстоне всю свою жизнь, поэтому опасность была повседневной частью жизни, но сегодня все было иначе. Стоя на балконе своей квартиры на пятом этаже и сжимая в кармане толстовки дедовский пистолет, он впервые с детства почувствовал настоящий страх. Город гудел, от неблагополучных районов до шикарных. Назревала беда.

И все из-за этих странных черных камней.

Проснувшись с похмелья от виски, Вампс почти все утро смотрел новости. В сводках сообщалось о странном черном камне в центре Оксфорд-стрит. В него врезался автобус, и когда водитель вышел, чтобы осмотреть повреждения, он упал замертво посреди улицы. За несколько мгновений до этого он дотронулся до странного черного камня.

По всей стране стали появляться новые странные камни. Пожилая женщина умерла на побережье рядом с одним из них, а камень посреди футбольного поля в Шотландии убил футболиста. Все, кто прикасался к камням, умирали. Все просто.

Но именно камень в Лондоне, в доме Вампса, беспокоил его.

Так что же это были за камни? И откуда они взялись? Никто не знал ответов, поэтому все боялись. Лондон боялся. Вампс боялся.

Порох был заряжен и готов воспламениться.

Вампсу нужно было выйти на улицы - его улицы. Он не мог быть сторонним наблюдателем, если дела шли плохо. Он был обязан заботиться о своем доме. Как и все они. Брикстон был суровым местом, но у всех был кодекс, которого они придерживались. Вы не терпели дерьма, проникающего извне.

Лифт в малоэтажном доме Вампса не работал уже больше года, поэтому он поспешил спуститься по заляпанным мочой ступенькам. По пути он перепрыгнул спящего наркомана на третьем этаже, не обратив на него ни малейшего внимания - местная дикая природа. Когда он достиг тротуара снаружи, он с трудом перевел дыхание. День был теплый, но это было нечто большее, чем простое дуновение. Воздух был густым и зловещим на вкус.

Газетный киоск на другой стороне Таннерс-роуд был забит до отказа, люди, похоже, собрались там, чтобы посплетничать о происходящем. Везде было тихо - ни детей на велосипедах, ни банд, околачивающихся на кирпичных стенах, выстроившихся вдоль парковок вокруг многоэтажек. Вампс знал, где все они могут быть - где-нибудь приклеенные к телевизору.

Однако один человек выделялся на фоне остальных. На ближайшей парковке стояла обычная смесь из едва работающих "Эскортов" и "Гольфов", а также одного-двух более новых - хотя и не намного - автомобилей. Сам Вампс не водил машину, но его все равно раздражало, когда кому-то мешали ездить. Почему кто-то должен платить все эти деньги на налоги и топливо для машины только для того, чтобы какой-то придурок порезал шины или вскрыл кузов с помощью ключа? Именно из-за такого дерьма все они оказались в сточной канаве. Вот почему, когда Вампс увидел парня в светящейся зеленой шапочке-бини, который пытался засунуть металлическую вешалку в окно старой "Корсы", он тут же подошел к нему.

"Какого хрена ты делаешь, придурок?"

Парень вздрогнул, шапка чуть не слетела с его головы. Когда он оправился от испуга, он нахмурился и выпятил подбородок. "Это твой мотор?"

"Нет".

"Тогда какая тебе на хрен разница, а?"

Вампс подошел к парню. "Мне не все равно, потому что ты гадишь на моем пороге. Ты испортил эту машину, и владельцу придется платить за ее ремонт. Это значит, что он не сможет купить своему ребенку новую одежду, а значит, он пойдет в школу, где над ним будут издеваться. Потом они вырастают с большим, злобным гневом на душе, который заставляет их грабить машины, как гребаных ничтожеств, которыми вы являетесь. Ты становишься жертвой людей, которым приходится иметь дело с тем же дерьмом, что и тебе, йоу. Мы должны помогать друг другу, а не сдерживать друг друга".

"Что за хуйню ты несешь, чувак? Просто отвали, ага. Какой-то парень настолько глуп, что оставил свой навигатор на видном месте, что заслуживает того, чтобы его прищемили".

"А ты заслуживаешь того, чтобы тебя прижали, если кто-то тебя поймает".

Парень поднял подбородок выше. "Ты недостаточно мужественен, Блад, поверь мне".

Вампс широко ухмыльнулся, показав свои золотые клыки. "Ты еще ребенок, парень. Не беги, пока не научился ходить, понял?"

Так же, как Вампс чувствовал вибрации города, он чувствовал вибрации парня, поэтому он вовремя заметил удар. Он сделал шаг в сторону, и удар парня стал промахом, но черта была перейдена. Теперь на карту была поставлена репутация. Вампсу ничего не оставалось, как нанести жестокий удар крюком по незащищенным ребрам парня. Удар вызвал мясистый стук, и его получатель упал на землю, как мешок с кирпичами, задыхаясь. Зеленая шапочка парня упала с его головы, и Вампс подобрал ее. Вместо того чтобы отдать ее, он надел ее на свою голову.

"Не размахивай кулаками, если не знаешь, как ими пользоваться, блад". В его голосе было больше жалости, чем злобы. "Я понимаю, каково жить на этих улицах, йо, но ты не должен быть тем, кем тебе говорят. Нет никакого смысла причинять боль людям, с которыми ты живешь. Хочешь быть преступником, тогда иди на Кэнэри-Уорф и ограбь какого-нибудь богатого бизнесмена, который этого заслуживает. Только трусы подкрадываются и охотятся на слабых".

Парень лежал на боку, держась за ребра и хрипя. Вампс не знал, были ли услышаны его слова, но был уверен, что парень не станет сегодня грабить ни одну из машин в этом поместье. Жаль только, что дело дошло до насилия. В этой части города так часто случалось.

Гиндж прислал сообщение, что ребята все в снукерном зале, и Вампс направился туда. Он нашел их за одним из столов, но они не играли. Вместо этого они облокотились на диванную подушку и смотрели на один из телевизоров. Громкость была выключена, но кто-то включил субтитры.

Вампс придвинулся к Массу и Рави, но только Гиндж заметил его. "Эй, Вампс, классная кепка", - сказал он с обеспокоенным выражением на своем одутловатом лице. На нем была его футболка с пряничным человечком, которую, Вампс готов был поклясться, уже несколько месяцев не стирали.

Вампс забыл, что на нем ярко-зеленая шапочка-бини, и он потрогал ее, чтобы убедиться, что она сидит правильно. "Как дела, Джиндж?"

Рави и Масс заметили его и кивнули в знак приветствия. Масс фыркнул и сказал: "Это дерьмо запуталось, бастер".

Вампс бросил взгляд на телевизор, которому уже порядком надоели новости. Сейчас важны были новости на улицах, а не на Би-би-си. "Что нового?"

"Тот камень на Оксфорд-стрит только что начал светиться", - сказал Рэви, его глаза расширились и стали белыми на фоне темно-коричневой кожи. "Дерьмо вот-вот пойдет ко дну".

Вампс кивнул. "Я все утро думал о том же. Мы должны спуститься туда".

Рэви нахмурился. "Вниз по Оксфорд-стрит?"

"Если что-то случится, то это произойдет там".

Гиндж насмешливо хмыкнул. "Именно поэтому мы должны быть где угодно, только не на Оксфорд-стрит".

"Нет", - сказал Вампс. "Это наш город, йо. Я устал от того, что мне рассказывают о нем в новостях. Я хочу видеть своими глазами. Если что-то происходит, я не хочу быть зрителем".

Масс, которого редко что-то беспокоило, пожал своими массивными плечами. Его уверенность исходила из того, что он мог задушить человека за десять секунд или сломать руку за половину этого времени. Когда ты сражаешься так хорошо, как это делал Масс, мало что может заставить тебя волноваться. "Я готов отправиться в путь", - сказал он, - "если хочешь".

"Вы все спотыкаетесь", - сказал Гиндж, проводя обеими руками по своим жирным медным волосам. Когда он увидел, что их мнение невозможно изменить, он вздохнул. "Ладно. Давайте я возьму "Сникерс" из бара, и мы пойдем. Но только потому, что я не хочу болтаться здесь один".

Так они и сделали. Гиндж взял батончик "Сникерс", а также два пакета сухариков с паприкой и энергетический напиток, и они отправились на улицу. Первое, что они заметили, приблизившись к Темзе, - это то, как много было свиней. Полиция собралась повсюду, переходя от магазина к магазину или сидя в патрульных машинах. Такого количества полицейских не было даже во время беспорядков, и единственное, что заставило бы столько свиней разом выйти из своих домов, - это терроризм. Это было именно то, чего боялся Вампс, - что камни были каким-то оружием, поставленным кем-то, у кого была злоба. То, как полиция присматривалась ко всем и вмешивалась в чужие дела, было не очень хорошим знаком. Люди свесились с балконов близлежащих многоэтажек, приветствуя свиней, но те не собирались отступать перед их присутствием.

"Черт, мне это не нравится", - сказал Рэви, озираясь по сторонам.

"Мне тоже", - ответил Вамп.

Рэви покачал головой. "Не, я имею в виду, что я несу".

Вампс уставился на своего друга. "Сегодня, как никогда? Ты, марионетка, что ты держишь?"

Ravy swallowed and looked embarrassed. “An ounce.”

"Черт, мужик, зачем ты таскаешь с собой унцию травы?"

"Не травы, чувак. Чарли".

Вампс перестал идти и откинул челюсть. "Блядь? Откуда ты вообще ее взял?"

"Хромой Лаз продал мне ее по дешевке в "Бойлерной". Я получил выгодную сделку. Подумал, что мы могли бы продать его в Энджелл-Тауне".

Масс покачал головой и усмехнулся. "Лаз, должно быть, знал, что ты единственный, кто может держать унцию кокаина сегодня, когда вокруг столько свиней. Не говоря уже о том, что сейчас начнется грабеж".

"Ну, я же не могу его выбросить, правда? Это стоило мне шестьсот фунтов. Деньги, которые я должен был отдать за аренду. Если я снова опоздаю, совет выгонит меня на улицу".

Вампс посмотрел через дорогу на полицию. Они болтали с каждым, и он знал, что они заметят Вампса и его парней за милю. Они не могли рисковать тем, что их будут досматривать. "Нам нужно выгрузить его в какую-нибудь другую машину. Ты получишь свои деньги обратно, если повезет".

Рэви выглядел облегченным. Захватить унцию Си было большим ходом, и Вампса это немного впечатлило, но сегодня был не тот день. Кроме того, он не был поклонником дилерства класса А. По его мнению, это причиняло слишком большой ущерб и навешивало на голову огромную мишень.

"Я знаю одного парня поблизости", - сказал Масс. "Не могу поручиться за него, но я играл с ним в бильярд несколько раз на Клэпхэм-стрит. Думаю, он торгует из "Грей Гус" на Евангелической".

Вампс чесал затылок - волосы встали дыбом. "Придется рискнуть. Лучше уж попасться со спущенными штанами какому-нибудь придурку-дилеру, чем свиньям".

"Мне тоже", - сказал Рэви. "Твое здоровье, Месс. Ты вытащил меня из дерьма, йоу".

Они отправились на запад. Серый Гусь" был грубым питейным заведением в северной части Брикстона. Вампс и парни предпочитали снукер-холл на восточной границе в Moorlands Estate. Лучше держаться мест, которые ты знаешь, и людей, которые знают тебя, поэтому Вампсу было не по себе от перспективы посетить поместье другой банды. Тем не менее, была середина дня, и все было не так, как обычно. Все ставки были сделаны.

Они потратили двадцать минут, чтобы добраться до "Серого гуся". Это была старая обветшалая пивная с прогнившими досками под крышей. Возможно, когда-то они были выкрашены в белый цвет, но теперь посерели и облупились. Одно окно было закрыто доской, а двойные двери висели неровно. В этом отношении он ничем не отличался от снукерного зала, где ошивались Вампс и ребята. Многие пабы в Лондоне были в таком же состоянии. Растущая стоимость пинты пива сделала работу в баре вымирающим ремеслом.

"Сначала я зайду один", - сказал Масс. "Если мы пойдем в боулинг все вместе, они подумают, что мы ищем, где бы подзаработать".

Вампс кивнул. Это имело смысл, поэтому он стоял и смотрел, как Масс отправляется в одиночку. Нужно быть храбрецом, чтобы затеять с ним драку, но это не значит, что не найдется кто-то достаточно глупый, чтобы сделать это. Вампс не любил отпускать его без прикрытия, но его друг мог справиться сам.

Гиндж уставился на свой телефон. Вампс спросил его, есть ли какие-нибудь новости.

"Нет, чувак. Этот камень все еще стоит там и светится. Фасад "Селфриджеса" завален мусором, потому что на улице столько людей".

Вампс представил себе эту сцену. Чем больше людей стекалось на Оксфорд-стрит, тем больше распалялись чувства и изматывались нервы. В конце концов, огромная толпа стала бы прикрытием для воров, чтобы выхватить все, что не привязано. Можно было выхватить у человека телефон и раствориться в толпе, пока жертва даже не заметила. Затем этот человек мог обернуться и обвинить не того, кого нужно, что означало начало драки, подстрекающей других присоединиться к ней. Одна из самых шикарных улиц Лондона стала фейерверком, который только и ждал взрыва. И все же Вампс был уверен, что они должны туда попасть. Они не могли просто сидеть сложа руки.

Прошло пять минут, прежде чем Масс, покачиваясь, вышел из паба. На его лице была улыбка, которая их успокоила. На улице никого не было, но все равно было нервно стоять на улице, где их никто не знал.

Масс усмехнулся. "Он сказал, что заберет его у нас".

Рэви помахал кулаком в воздухе. "Отлично! Сколько?"

"Пятьсот фунтов".

"Что? Я заплатил шестьсот".

Вампс похлопал Рэви по спине. "Вот что случается, когда ты принимаешь глупое решение. Сто фунтов, чтобы избавиться от риска, которому ты себя подверг. Назови это жизненным уроком".

Рэви опустил голову. "Мужик, это полный отстой. Ладно, ладно. Вот!" Он пошел, чтобы передать коку Массу.

Масса протянул руки. "Эй, эй, держи это дерьмо в куртке. Не разбрасывай ее здесь. Он сказал, что мы все можем зайти внутрь и заняться делами в задней комнате. Он ждет нас".

"Ладно, давайте покончим с этим", - сказал Вампс. "Как зовут этого парня, кстати?"

"Толкач", - сказал Масс.

Гиндж сложил руки. "Ты уверен, что все в порядке, Масс?"

"Да, Гиндж. Парень в порядке".

Вампс шел впереди, желая быть первым на линии огня, если что-то пойдет не так. Если Масс мог справиться с собой лучше, чем кто-либо другой, то Гиндж и Рэви были менее умелыми. Рэви вырос в строгой мусульманской семье, которая уничтожила большую часть его уверенности в себе к десяти годам. Гиндж был сыном двух родителей-алкоголиков и рано пристрастился к еде, чтобы заглушить их постоянные споры. Масс жил один после разлада со своим отцом-одиночкой, грузным строителем из Ламбета. У Вампса... У Вампса вообще никого не было и никогда не было. Никого, кроме братьев, которые сейчас были с ним.

Войдя в паб, Вампс сразу же почувствовал липко-сладкий запах пролитого пива. Он чувствовал под ногами затвердевшие пятна, когда проходил по нитяному ковру, но смотрел вперед, не глядя никому в глаза. Как и везде, по телевизору над баром показывали новости.

В конце зала стояла банда, наблюдая за его приближением. Мужчинам было около двадцати лет, но молодые девушки, обнимавшие их, выглядели гораздо моложе. Одна девушка даже была одета в школьную форму. Никто не сказал Вампсу ни слова, но один парень - идиот с рисунком на лице, похожий на Майка Тайсона, - кивнул головой в сторону двери в конце комнаты. Вампс почтительно кивнул, не желая устраивать сцену, и направился через дверь.

Внутри был танцпол, пустой бар и стулья, нагроможденные поверх столов. Похоже, здесь уже давно никто не танцевал. Присутствовали только трое мужчин, и было очевидно, кто здесь главный.

"Вы Вампы?" - сказал скинхед с жилистыми руками и ногами. Вдоль левой стороны его лица проходил длинный шрам, придававший ему злодейский вид, что подтверждало его статус лидера группы. У подчиненных не было обезображивающих шрамов, если только они действительно не из кожи вон лезли, чтобы сделать себя мишенью.

"Да, я Вампс. Слышал, что мы можем сделать небольшой быстрый бизнес. Ты толкач?"

"Возможно, да".

Вампс наклонил голову, но не сводил взгляда с другого парня. "Может быть?"

"Дай мне посмотреть, что у тебя есть, парень. Потом поговорим о деле".

Вампс посмотрел на Рэви и кивнул, давая понять, что его друг может продолжать. Нервничая, Рэви вытащил пачку "Чарли" и двинулся с ней по танцполу. Тишину нарушало лишь неловкое цоканье его тимберлендов по паркету.

Когда Рэви протянул пакет с товаром, Толкач не ответил. Он оставил Рэви стоять с глупым видом с вытянутой рукой. Это была игра на силу - и это безмерно раздражало Вампса. Ему пришлось бороться, чтобы сохранить спокойствие. Хотя Вампсу не составило труда расправиться с тремя парнями в этой комнате, в баре было еще как минимум шесть человек, а возможно, и больше, которые не дадут им выбраться отсюда целыми и невредимыми.

Дело не могло дойти до драки.

Пока ситуация не стала слишком напряженной, Толкач наконец забрал у Рэви пакет и вскрыл печать. Он обмакнул большой палец в порошок и провел им по деснам. Сжав губы, он кивнул. "Не самое лучшее, что у меня было, но летать будет. Даю тебе две сотни за него".

"Какого хрена?" прошипел Рэви. "Ты сказал Массу пять сотен".

"Да, сказал", - подтвердил Масс. "Думал, мы это озвучили".

Толкач пожал плечами, как будто это не имело для него никакого значения. "Это было до того, как я попробовал его. Это не так уж хорошо. К тому же, сейчас повсюду свиньи. Не лучшее время для хранения".

Рэви смотрел на Вампса с отчаянием в глазах. Вампс хотел бы, чтобы его мальчик вел себя немного прохладнее, но сейчас ситуация была в игре. Им нужно было избавиться от груза, и сделать это нужно было сейчас. Двести фунтов были лучше, чем пять лет в тюрьме.

Но Вампс не собирался позволять этому подражателю Тони Монтане принимать их за кучку дурачков. Может, это и его поместье, но Вампс не был жертвой. Он громко хлопнул в ладоши, заставив двух бандитов по обе стороны от Толкача вздрогнуть. "Извини, что не смогли заняться делом. Спасибо, что уделил время, Блад. Уважение, да?"

Толкач не отреагировал. Его взгляд переместился на Вампса и остался там. Прошло некоторое время, прежде чем он заговорил. "Ты меня наебываешь, Блад?"

"Не, чувак". Вампс развел руки в стороны, пытаясь сохранить легкость и отсутствие угрозы. "Просто не уложился в нашу цену. Бизнес, да?"

"Это мое гребаное поместье. Я называю цену, а ты, блядь, ее берешь".

Черт. Сейчас будет дерьмо. Этот ублюдок ищет драки.

Если Вампс проявлял хоть малейшую наглость, ситуация была проиграна. Уважение было холодной войной, и как только другой парень считал, что ты слабее, начиналось насилие. Вампс сделал шаг вперед, выпятил грудь, поднял подбородок. "Отдай мне товар, йоу. Если хочешь, цена - пятьсот".

Толкач уставился на него, порез на боку его лица дрожал, а челюсть сомкнулась. Возникло противостояние, и прошло некоторое время, прежде чем другой парень в конце концов подошел к Вампсу. Он протянул пакет, но когда Вампс собрался его взять, он снова отдернул его.

"Вообще-то, - сказал Толкач. "Думаю, у меня есть для тебя новая цена. Я заберу это у тебя бесплатно, а вы, крутые, убирайтесь с моего участка, пока вам не проломили черепа".

Вампс понял, что парни из бара вошли за ним. Их окружили по меньшей мере девять парней. Парочка размахивала кием для снукера. Масс начал набирать силу, напрягать мышцы и готовиться к бою, и Вампс решил, что его большой друг может в одиночку завалить по меньшей мере троих. Может быть, Вампсу удастся завалить еще троих. Но Рэви и Гиндж пострадают.

Вампс сунул руку в карман и достал дедовский "Браунинг". Пистолет вернул бы власть им, но это не было легкомысленным шагом. Если бы хоть у одного из остальных мужчин в комнате был припрятан собственный пистолет, все превратилось бы в перестрелку - и невозможно было предсказать, что случится, когда полетят пули. Кроме Толкача, который заслужил пулю, Вампс ничего не знал о других парнях. Насколько он знал, они были приличными парнями, которые просто показывали себя.

Нет, слишком рискованно. Вампс убрал руку обратно в карман. Если бы это был только он, то он мог бы обострить ситуацию, но он не хотел рисковать жизнью своих друзей. Они все пришли сюда целыми и невредимыми, и именно так они и уйдут.

"Хорошо, мы уходим", - сказал Вампс. Ему было больно терять лицо, но было бы глупо сражаться, когда они в невыгодном положении. Он сбился со счета, сколько парней погибло из-за своего эго. Отступать было умно, даже если после этого оставался привкус мочи и дерьма.

Толкач ухмыльнулся, как упырь. "Умный мальчик. Если увижу тебя здесь снова, я не позволю тебе уйти".

Рэви заскрипел зубами. "Мужик, это пиздец..."

Вампс щелкнул пальцами. "Я сказал, что мы уходим, йоу, так что давайте попрыгаем".

Все молчали, когда они уходили, парни с обеих сторон. Глаза впились в Вампса и его друзей, когда они направились обратно в паб и к выходу.

"Приятно иметь с вами дело", - крикнул им вслед Толкач под всеобщий хохот.

Вампс приостановился, перестал идти и сжал кулаки.

Смех прекратился. Воздух застыл.

"Давай, парень", - шепнул ему Гиндж. "Это того не стоит".

"Это моя вина", - сказал Масс. "Этот парень ограбил меня!"

"Это просто деньги", - сказал Рэви. "Пойдемте."

"Парни, вам есть что сказать?" крикнул им вслед Толкач.

Вампс посмотрел на дверь перед собой, глубоко вздохнул и ушел.

Но он вернется.

На улице было шумно. Когда они вошли в паб менее пятнадцати минут назад, дороги и тропинки были пустынны, но теперь люди были повсюду, высыпая из местных предприятий и квартир. Многие направлялись к своим машинам, если у них были таковые.

Вампс схватил паренька, который должен был быть в школе, когда тот пытался промчаться мимо. "Эй, Блад, что происходит?"

"Это чертов конец света!" - ответил парень. "На нас напали!"

Парень снова попытался броситься бежать, но Вампс удержал его на месте. "Что ты имеешь в виду? Кто напал?"

"Монстры. Они вышли из врат".

"Врата?"

"Камень", - крикнул он. "Камень на Оксфорд-стрит. Они открылись. Нам всем нужно убираться отсюда к черту".

Оксфорд-стрит была недалеко, и, очевидно, поэтому улицы охватила паника. Автомобильные гудки ревели, как хор рассерженных уток. Какой-то придурок на "Мини Купере" боком задел потрепанную "Мазду", выехав на тротуар, чтобы объехать ее. Мазда пустилась в погоню, ее водитель высунулся из окна и потрясал кулаком. Черный кокер-спаниель бегал без хозяина, ненадолго останавливаясь, чтобы перекинуть ногу через стальные перила велосипеда. На стене сидела кошка и шипела на него.

"Это нехорошо", - сказал Гиндж. Когда Вампс повернулся к нему, он держал в руках свой телефон, на котором проигрывалось видео. Это был репортаж с Оксфорд-стрит - и он шел в прямом эфире.

Вампс, Масс и Рэви собрались вокруг телефона Гинджа, наблюдая, как разыгрываются сцены хаоса. Над странным черным камнем в центре Оксфорд-стрит появились странные мерцающие врата. Из них непрерывным потоком сыпались существа. Монстры. Они выглядели как люди, но ужасно обгоревшие. Некоторые сгорбились со злобными когтями на концах рук, но большинство представляли собой дымящиеся трупы. Как только твари приземлились на асфальт, они набросились на ближайшего человека и разорвали его в клочья. Кровь наполнила воздух, как туман из поливальной машины. Даже объектив камеры, снимавшей происходящее, был покрасневшим. Трудно было разглядеть захватчиков, так как они двигались очень быстро, но в конце концов один из них подошел к камере. В его глазах клубилась черная жижа. Кровь окрасила его сломанные зубы.

Затем камера упала на землю, и на экране появился перекошенный вид на обочину с сотней ног.

"Нам нужно убираться отсюда", - сказал Рэви.

В подтверждение его слов рядом разбилось окно.

"И куда?" - спросил Вампс. "Эти камни повсюду. Если тот, что на Оксфорд-стрит, открыл какие-то врата, то наверняка и другие тоже. В новостях сегодня утром сказали, что сотни были обнаружены".

Рэви беспокойно переступил с ноги на ногу. "Так что ты хочешь сказать?"

"Я говорю, что бежать, возможно, некуда".

Даже Масс выглядел теперь нервным. Толстая вена вздулась на его шее: "Ты действительно хочешь остаться здесь?"

Вампс задумался и покачал головой. "Нет, мужик. Я не сумасшедший. Просто мне кажется неправильным бежать из нашего дома, понимаешь? Если мы не защитим его, то кто защитит?"

Звук захлопнувшейся двери заставил их обернуться. Когда Вампс увидел, кто выходит из паба, он схватил своих ребят и потащил их за ближайшую автобусную остановку. От кирпичей воняло мочой.

"Это тот урод", - сказал Масс. "Мы должны пойти и сделать его, пока он не получил все свои подкрепления".

Вампс наблюдал, как Толкач выбирается из " Серого гуся" только с двумя своими мясными головами. Это была бы хорошая возможность повалить ублюдка, но... Нет. Этого было недостаточно.

"У этой суки есть кое-что, что принадлежит нам", - с рычанием сказал Вампс.

Рэви поднял бровь. "Кокаин?"

"Не, чувак. Пятьсот фунтов. Я вышел оттуда с намерением вернуть их позже, и это может быть нашим шансом. Все скоро превратится в дерьмо. Закону будет плевать на то, что мы кинули нищего дилера на полгранда".

Масс ударил кулаком по ладони. " Пошли, сделаем это".

Вампс сдержал своего мускулистого друга. "Пока нет. Давай сначала посмотрим, куда он пойдет".

Масс нахмурился. "Почему?"

"Потому что недостаточно просто взять то, что он нам должен. Этот кусок дерьма должен получить урок. Если есть шанс сбить с него спесь, мы это сделаем".

"Ты холоден", - сказал Масс с ухмылкой.

"Нет, мужик. Я никогда не обижал никого, кто не обижал меня первым, ты же знаешь. Мы дали ему шанс заключить сделку, но он был слишком жаден, чтобы им воспользоваться. У меня нет времени на людей, которые думают только о себе. Мы покажем ему, к чему приводит такое отношение".

"Давай покажем ему, что мы не кучка гребаных мудаков", - сказал Масс.

Рэви кивнул. "Мне действительно нужно вернуть свои деньги, так что да, давайте сделаем это".

Гиндж вздохнул. "Ах, чувак, это будет отстой. Ладно, ладно, но только потому, что я не хочу, чтобы Рэви был обманут. Только сначала мне нужно что-нибудь поесть".

"Ебать твою мать, бастер", - сказал Масс. "Ты никогда не перестаешь набивать свою глотку".

"У меня проблемы с щитовидкой".

"Черта с два."

"У него да", - сказал Рэви. "Однажды я ходил с ним к врачам".

"Пойдемте", - сказал Вамп, направляя их в ту сторону, куда ушел Толкач. Дилер спешил по тротуару к одной из малоэтажных высоток, в которых люди жили вместе, как муравьи в гнезде. Вампс знал это, потому что жил в точно таком же. Они были построены недавно в рамках реконструкции района, но из-за того, что все здания были обращены друг к другу, весь район был изолирован от внешнего мира.

"Думаешь, здесь находится его гафф?" спросил Рэви шепотом, хотя они были снаружи и шум доносился отовсюду. Полицейские машины и пожарные машины сигналили во всех направлениях.

"Может быть", - сказал Вампс. "Давай отойдем подальше, чтобы он нас не заметил".

Но вероятность того, что Толкач их заметит, была невелика, потому что он громко разговаривал по мобильному телефону и спешил трусцой. Две его мясные головы держались так близко, что они могли слышать только его.

Вампс и парни следовали на расстоянии, но были вынуждены приблизиться, когда Толкач вышел на лестничную клетку. Дилера было бы легко потерять, если бы он выскользнул на один из этажей и попал в квартиру, и только его бешеный голос по телефону давал хоть какой-то шанс остаться на его следе.

"Он паникует из-за чего-то", - сказал Масс. "У него просто крыша едет".

"Возможно, он слишком часто обманывает людей", - сказал Рэви. "Может быть, кто-то пришел за ним".

Масс кивнул. "Да, мы".

"Может быть, кто-то из его знакомых находится на Оксфорд-стрит", - сказал Вампс, сочувствуя этой мысли. Парень был жуликом, но в таком месте, как Брикстон, трудно не быть им. Не все подонки начинали с этого, но жизнь в дерьме превращала в гриб столько же людей, сколько и в цветы.

Звук открывающейся пожарной двери - скрип петель - заставил Вампса высунуть руку. "Подождите. Думаю, он вошел внутрь. Следующий этаж вверх".

Масс снова стукнул кулаком. "Мы поймали этого урода. На этаже может быть только три или четыре квартиры. Он никуда не сможет убежать, когда мы его найдем".

Вампс заглянул в центральную колонну лестничной клетки, посмотрел на бетон внизу. Он не считал, но решил, что они поднялись на шесть или семь этажей. Толкачу действительно некуда бежать.

Вампс понизил голос. "Хорошо. Мы с Массом разберемся с делами, но Гиндж и Рэви, вы нас прикроете, да?".

"Конечно", - сказал Рэви.

"Тогда пойдемте, дадим этому парню урок".

Вампс поднялся на следующую ступеньку в два шага, сжав кулаки. Масс был прямо за ним, а Рэви на шаг позади. Гиндж был на полпути вниз, пыхтя и хрипя. Они открыли пожарную дверь и высыпали на лестничную площадку. Они знали, в какую квартиру идти, потому что мясные головы Толкача стояли прямо возле нее. Возможно, им не настолько доверяли, чтобы заходить внутрь. Они увидели Вампса и Масса, идущих к ним, и сначала, казалось, не узнали и не поняли, но как только поняли, что их сейчас скрутят, запаниковали и начали наносить удары.

Масс уклонился от первого удара и зашел сзади парня. Он заблокировал заднее удушение и потянул назад так сильно, что ноги парня оторвались от земли. Вампс позаботился о другом парне, подняв левое предплечье, чтобы заблокировать удар, и нанеся сильный удар правой рукой. Парень упал на колени, между пальцами у него сочилась кровь из разбитого носа. Он издал звук, похожий на звук, издаваемый кошкой во время течки. Масс отпустил своего человека, который упал на пол без сознания. Спокойное выражение его лица создавало впечатление, что он только что выбросил мешок с мусором. Для Масса не было ничего особенного в том, чтобы сбивать парней с ног.

Дверь в квартиру была приоткрыта. Вампс приложил палец к губам, и все замолчали - единственным звуком было хриплое дыхание из груди Гинджа.

Вампс толкнул дверь плечом и прокрался в коридор. Крики заставили его остановиться, но он понял, что они доносятся этажом ниже, и пошел дальше. Пол был из дешевого ламината - плохо уложенного - и скрипел при каждом шаге. Если бы не звук телевизора в соседней комнате, было бы очевидно, что в квартире кто-то есть, но когда Вампс вошел в гостиную, Толкач все еще кричал в свой телефон, не обращая внимания. Свободной рукой он копался в комоде.

Вампс вышел на середину комнаты, отрезав дилеру путь к отступлению. "Эй, ублюдок".

Толкач повернулся, но Вампс уже вытащил дедушкин браунинг и направил его ему в лицо.

"Какого хрена ты делаешь в моем гаффе?"

"Пришел забрать то, что принадлежит нам, блад. Ты связался не с теми бандитами".

Было видно, что Толкач обеспокоен - в Брикстоне пистолет у лица не является пустой угрозой, - но он сохранял спокойствие и даже улыбнулся. "Просто так принято, да? Ты хочешь вернуть свои наркотики, честное слово, но знай, что на этом все не закончится, парень. Тебе не удастся разбить мой гребаный гафф и остаться безнаказанным. Где Дуэйн и Голди?"

"Спят", - сказал Масс. "Если не отдашь деньги, сам будешь долго дрыхнуть".

"Тебе нужны деньги? За тот мешок дерьма, который ты пытался мне продать? Я нюхал стиральный порошок получше".

Рэви обошел журнальный столик в центре маленькой комнаты. "О чем ты говоришь?"

"Я имею в виду, что тебе следует оставить игру с наркотиками людям, которые знают, что делают. Дерьмо, которое ты пытался мне продать, было настолько убогим, что от него и ребенок не подымет кайфа. Я оказал тебе услугу".

"Ты лжец. Мы с Хромым Лазом давно знакомы".

Толкач разразился бессвязным смехом. "Хромой Лаз? Надо быть настоящим болваном, чтобы купить у него товар".

"Хватит!" - сказал Вампс, размахивая пистолетом, чтобы привлечь внимание Толкача. "Я здесь не для того, чтобы обсуждать качество товара. Он был достаточно хорош, чтобы ты его украл, так что я думаю, что ты полное дерьмо. Ты будешь стоять здесь, как хороший мальчик, пока мы перевернем твой гафф на предмет того, что стоит взять. Думаешь, сможешь нас ограбить? Ну, угадай, что - твою задницу сейчас ограбят".

"Ты пожалеешь об этом. Ты не сможешь показаться на глаза всему гребаному поместью! Я тебя пристрелю нахрен, Блад, понял? Я прикажу похоронить тебя в парке Макса Роуча".

"Это не у тебя пушка, Блад". Вампс сделал шаг ближе, показывая, что он не боится. "Я должен заткнуть тебя прямо сейчас и покончить с этим. Я устал от твоего гребаного шума".

Снаружи взвыли сирены. Возможно, это был звук взрыва на Темзе.

Толкач задыхался. Как бы жестко он себя ни вел, часть его, должно быть, ожидала, что Вампс нажмет на курок. Вампс никогда раньше не нажимал на курок, да и сейчас не хотел, но это был Брикстон. В Брикстоне случалось всякое.

Масс обшарил комнату, отпихивая диванные подушки и проверяя боковые углы. Гиндж и Рави последовали его примеру и тоже начали рыться в вещах.

Вампс направился к комоду, в котором рылся Скарфэйс. "Отойди. Я хочу посмотреть, что привело тебя в такую панику".

Глаза Толкача сузились. "Не делай этого, Блад. Последнее предупреждение".

"Заткнись, блядь". Вампс открыл один из ящиков настолько, что он чуть не выпал из блока. Внутри были в основном письма, но на дне лежал белый конверт - толстый конверт. "Смотри, что у нас тут".

Толкач перестал говорить - видимо, понял, что это не приносит ему пользы, - и теперь стоял и смотрел на Вампса, открывая конверт и заглядывая внутрь, где лежали деньги. Должно быть, там было несколько тысяч, легко.

Масс перестал искать на диване и поднял голову, чтобы посмотреть, что нашел Вампс. "Отлично! Полагаю, мы называем это интересом".

"Да хрен с тобой", - сказал Толкач. "Забирай свои пять сотен и отвали!"

Вампс ухмыльнулся. "Не стоит обижаться. Просто бизнес, Блад. Как на улице, да?"

"Папочка? Что происходит снаружи?"

Маленький мальчик вошел в комнату, протирая глаза от сна. Когда Толкач увидел его, его лицо опустилось в ужасе. Он посмотрел на Вампса, почти умоляюще. "Все в порядке, милый. Папа просто разговаривает о чем-то со своими друзьями".

Вампс опустил пистолет. Возможно, это было глупо, но при виде ребенка он сделал это инстинктивно. Улицы были суровыми, но правила все же существовали. Он переложил пистолет за бедро, чтобы мальчик его не видел. "Привет, малыш. Меня зовут Вампс. Я друг твоего папы".

Маленький мальчик был похож на своего отца - те же темно-карие глаза и бритая голова. Когда он посмотрел на Вампса, тот не выглядел испуганным - мальчик из Брикстона. "Почему тебя так зовут?"

"Из-за моих зубов. Видишь?" Вампс обнажил свои золотые клыки - их пришлось обновить после того, как пара мальчишек из города Энджелл разбили ему голову о бордюр.

Маленький мальчик хихикнул. "Круто."

"Давай, парень", - сказал Масс. "Давай возьмем конверт и отскочим. Мы закончили."

Вампс кивнул, посмотрел на Толкача. "Да, чувак, мы закончили".

"Можно мы все пойдем и купим мороженое, папочка?" - спросил маленький мальчик. "Я хочу посмотреть, что происходит снаружи".

Толкач улыбнулся своему сыну. "Да, милый, но только ты и я. Эти ребята уходят". Он кивнул Вампсу и прошептал: "Просто иди, парень".

Вампс на мгновение застыл на месте. В его внутренностях бурлило то, что, как он предполагал, могло быть чувством вины.

Ах, черт возьми.

Он покопался в конверте и пролистал деньги внутри. Он вытащил пятьсот фунтов двадцатками, а остальные бросил на комод. "Давай отскочим".

Масс хмуро взглянул на него. "Серьезно?"

"Да, серьезно. Шевелись."

Они вышли оттуда. Масс дал одному из мясных голов снаружи быстрый пинок под ребра, когда они шли обратно к лестнице. По пути вниз он пытался понять, что сделал Вампс. "Какого хрена, мужик? Почему ты оставил деньги?"

"Потому что они нам были не нужны. Мы получили то, что нам причиталось. Я ничего не возьму от отца, заботящегося о своем ребенке. Неважно, какой он кусок дерьма".

"Он не оставит все как есть", - сказал Рэви. "Он захочет расплаты".

Вампс пожал плечами. "Если он захочет напасть на нас в нашем поместье, пусть попробует. Но сейчас у нас есть дела поважнее".

Они остановились на лестничной площадке и посмотрели в окна.

Улицы Брикстона вспыхнули.

Хаос разразился одиночным выстрелом, как начало марафона. Только люди не ломанулись в одном направлении к общей цели. Беспорядки распространялись во все стороны - люди вели себя скорее как испуганные олени, чем как разумные граждане.

Ричарда Хониуэлла, как офицера полиции, больше всего волновало, откуда раздался выстрел и кто его произвел, но все шансы найти ответы быстро улетучивались по мере того, как толпа впадала в панику.

Причина, по которой их собралось так много в торговом центре "Куинсмир" в Слау, заключалась в огромном телевизионном экране, свисавшем со стропил. Его назначение - реклама товаров и спортивные передачи, но последние три часа он показывал только новости.

Новости были не очень хорошие.

Полиция долины Темзы была приведена в состояние повышенной готовности, готовая помочь столичной полиции в тот момент, когда на Оксфорд-стрит что-то произойдет. Никто не мог сказать, что это за камни и откуда они взялись, поэтому готовились к худшему. Проблема заключалась в том, что у полиции долины Темзы было полно работы на своем пороге, и им не нужно было выезжать по вызову в Лондон. Например, люди в Слау, где жил Ричард, были на грани паники с самого рассвета, а к полудню уже были готовы к взрыву. Вот почему выстрел заставил их бежать, как бегунов по дорожке.

Это случилось пятнадцать минут назад - нападение на Оксфорд-стрит. В новостях показывали студийный репортаж, в котором специалист по борьбе с терроризмом рассматривал возможность всемирного заговора относительно камней. Он отверг эту версию как невозможную. Затем студийный репортаж резко оборвался на виде Оксфорд-стрит. Камень посреди дороги начал пульсировать и светиться, проецируя в воздух большую сеть разноцветного света. Ричард сразу же почувствовал, что это врата. По его мнению, они напоминали пластиковые петли, которыми дети пускают мыльные пузыри, и эти клубящиеся разноцветные пузыри были точно такими же, как и сеть света над камнем. Да, он знал, что это какие-то врата.

Но он никак не ожидал того, что пройдёт через них.

Первое появившееся существо было ужасно обожжено - настолько изуродовано, что полицейский, находившийся на месте происшествия, бросился на помощь. Пораженный человек схватил офицера за горло и одной рукой свернул ему шею. Удар черепа о тротуар эхом отразился от больших динамиков, подвешенных на стропилах торгового центра.

На экране загорелся лондонский Сити.

На Оксфорд-стрит то, что раньше было шумной, непокорной толпой, теперь превратилось в толпу бешеных животных. Разум и человечность отступили, мужчины и женщины топтали пожилых и юных зрителей, чтобы убежать от ужасов, творящихся у них за спиной. В отличие от них, люди, собравшиеся в торговом центре Слау, стояли как статуи, выгнув шеи к телевизору, как будто с ними говорил Бог.

Затем выстрел подтолкнул их к действию.

Уши Ричарда подсказали ему, что выстрел раздался из западного коридора торгового центра, возле ресторана "Нандос", но собравшаяся толпа разбежалась так быстро, что стрелявший был поглощен массой выходящих людей.

Ричард был одним из семи полицейских, направленных в торговый центр, и как только он прибыл, он понял, что этого будет недостаточно, если начнутся беспорядки. Семь человек не могли контролировать пятьсот. Это стало очевидным, когда Ричард упал на землю, отброшенный в сторону крупным мужчиной, не следившим за тем, куда он идет, а затем его стремительно топтала деловая женщина на острых каблуках. Он вскрикнул, когда кожа на его левой голени разодралась. Никто не остановился, чтобы помочь ему.

Получая удары ногами во все части тела, Ричард подтащил себя к одной из тележек торговцев, которые усеивали главную площадь. В этой тележке продавались дешевые солнцезащитные очки, выглядевшие как дизайнерские. Впадина под ней, где владелец тележки мог бы сидеть на табурете, давала Ричарду укрытие и позволяла переждать худшее.

Его рация дребезжала на поясе, и он расстегнул ее. Сгорбившись, он нажал на кнопку и ответил. "Хониуэлл, прием".

"Ричард, ты в порядке? Это Сондерс. Я нахожусь в "Уотерстоунз", и только что мимо пробежало огромное количество людей".

Ричард вздохнул. "Да, похоже на правду. Какой-то идиот выстрелил из пистолета. Я не знаю, что мы должны здесь делать".

"Мы должны арестовывать людей?" - спросил Сандерс.

"За что? За то, что испугались? Я их не виню. Мне тоже страшно. Что, черт возьми, происходит в Лондоне?" Громкий удар по линии, за которым последовали крики. "Сандерс, ты там?".

На мгновение наступила тишина, но потом Сондерс вернулся. " Извини, пострадал ребенок. Мне нужно идти. Дайте мне знать, когда будет приказ".

Ричард был самым старшим офицером в торговом центре - сержантом, но это не означало, что он отвечал за отдачу приказов. Обычно он возвращался в участок, организовывая оперативные группы или обучая новобранцев. Время от времени он руководил операциями, когда футбольный клуб "Рединг" играл против кого-то, кого болельщики ненавидели. По правде говоря, он не знал, чем заняться. Все, о чем он мог думать, - это вернуться домой. То, что он увидел по телевизору, сжимало его кости под тяжестью ужаса. Он не запаниковал только потому, что замкнулся в себе, а не вышел наружу, предпочитая ничего не принимать, а не паниковать перед реальностью. У него была работа.

Он связался по рации с другими офицерами, находившимися поблизости, чтобы они собрались на его позиции. Толпа поредела настолько, что он смог выбраться из-под тележки продавца и встать. В голове пронеслись мысли о том, что видео, на котором он трусливо прикрывается, будет выложено на YouTube, но что он мог сделать? Позволить растоптать свой позвоночник и провести остаток жизни так, чтобы его бедная жена подтирала ему задницу и опорожняла мочевой пузырь? Ни за что. У Джен было достаточно забот по уходу за их сыном Диллоном.

В районе оставались небольшие группы людей, почти все они рыдали и страдали. Одна женщина сжимала руку, которая была вывернута из локтя не в ту сторону. У другого парня на лбу была шишка размером с мяч для гольфа, а его глаза были остекленевшими, как будто он грезил наяву.

Стоны наполняли воздух, но только один вызвал у Ричарда беспокойство. Он проследил за высокочастотным воплем: возле аптеки перевернулся мотороллер. Его взгляд упал на сумочку, содержимое которой рассыпалось, но он не увидел тела, пока не подошел достаточно близко, чтобы заглянуть за скутер.

"Господи!"

Хрупкая старушка лежала на боку, всхлипывая. Плоть вокруг ее запястья почернела от явного перелома, а из раны на лбу, как из крана, капала кровь. Ричард поправил скутер и оттолкнул его, чтобы поднять женщину на колени. Она хныкала, и потребовалось несколько мгновений нежного шепота, чтобы успокоить ее. "С вами все в порядке, милая. Я держу вас".

Тут появился его коллега Риаз. Увидев окровавленную старуху на руках Ричарда, он сразу же связался с диспетчером, чтобы вызвать скорую помощь. "Что с ней случилось?" - спросил он, когда помощь была уже в пути.

Ричард покачал головой. "Люди превратились в испуганных животных. Никто не виноват".

"Черта с два. Мы должны проверить камеры видеонаблюдения".

Ричард не согласился. "Люди бежали, спасая свои жизни. Никто не хотел причинить вред другим. Единственный человек, которого нужно посадить, это идиот, который выстрелил из пистолета и устроил давку".

"Это был не пистолет", - сказал Риаз. "Я говорил с менеджером центра. Кто-то уронил баллон с гелием в магазине открыток, и клапан сломался. Никто не пострадал, но взрыв получился довольно сильный".

Ричард легонько похлопал по коленям пожилого человека и постарался не рассмеяться над абсурдностью всего этого. "Скорая уже едет, милая. У тебя есть кто-нибудь, кого мы должны позвать?"

Старушка ничего не ответила, только хныкала. Шок. В ее возрасте многого не требуется. Судя по ее бумажно-тканевой коже, ей, вероятно, было около восьмидесяти. Бедняжка, должно быть, в ужасе.

"Все будет хорошо", - снова заверил ее Ричард. Он посмотрел на Риаса. Перегруппируйся с остальными, а потом проверь снаружи". Вся толпа побежала туда, но Бог знает, где они окажутся".

"Хорошо, сержант. Я буду на связи".

Ричард наблюдал, как Риас поспешно удаляется, а затем вернулся к успокаиванию пожилой женщины на своих коленях. Остальные пострадавшие в торговом центре постепенно возвращались в реальность, что заставляло их стонать от боли. Судя по тому, что видел Ричард, с ними все было в порядке. Только пожилая женщина на его коленях была в очень плохом состоянии, и, возможно, женщина со сломанной рукой, которая сейчас упала без сознания.

Ричард попытался стереть кровь с лица старухи, но она была настолько слабой, что запеклась. Запах был похож на запах медных копеек. Она все еще хныкала, но теперь закрыла глаза.

"Где эта чертова скорая помощь?" - шипел он.

Ричард схватил рацию и позвонил в диспетчерскую, и удивился, когда никто не ответил. За двенадцать лет его работы ни разу диспетчер не отвечал на звонки. Он упорствовал пять минут подряд и уже собирался сдаться, когда кто-то наконец ответил.

"Диспетчер".

"Да, это сержант Хониуэлл из торгового центра Квинсмид, что, черт возьми, там происходит?"

"Все пошло к черту", - сказал валлиец с акцентом, которого он не узнал. "Я даже не должен отвечать на звонки, но все заняты".

"Тогда кто вы?"

"Я Нэнси. Я просто временная сотрудница офиса. Я слышала ваш звонок в течение пяти минут и не могла больше выносить этот шум".

"А где все диспетчеры?"

"Здесь, - сказала она, - но им поступает звонок за звонком. Лондон атакуют. Как и везде".

"Везде?" - спросил Ричард, но потом решил, что больше не может сейчас разбираться с информацией. "Мне нужна скорая помощь. Пострадала старушка".

"Я посмотрю, что можно для вас сделать, но не буду врать, шансов получить ее в ближайшее время будет немного. Весь регион зовет на помощь. Они собирают армию, чтобы войти в город".

"Армию?" Это имело смысл, но Ричард с трудом представлял себе армию, топающую по Оксфорд-стрит. "Что командование хочет, чтобы мы делали?"

"Понятия не имею, милый. Просто позаботься о себе. Я должна идти".

"Нет, подожди. Мне нужно..."

Линия оборвалась.

Ричард посмотрел на старуху на своих коленях и почувствовал, как его трясет. Стоны в торговом центре бились в его череп. От вони крови ему хотелось захлебнуться. Ему нужно было выбраться оттуда. Нужно было что-то делать.

Раздался грохот, и Ричард оглянулся, чтобы увидеть группу молодых людей, выбивающих дверь в магазин видеоигр. Все сотрудники уже ушли, а охранники, к удивлению Ричарда, смотрели в другую сторону. От такого количества крови и паники у них, должно быть, свело животы и ослабла воля.

Банда молодых людей ворвалась в магазин и начала бесчинствовать, опрокидывая витрины и хватая все, что попадалось под руку. Один парень в белой бейсболке стоял впереди, пока его приятели нагружали его играми, приставками и другим дорогим оборудованием.

Затем один из мародеров заметил Ричарда, стоявшего на коленях у старушки, и понял, что это офицер полиции.

"Черт, вот так полицейский!".

Они остановили свои действия на середине буйства. Парень с охапкой игровых приставок широко раскрытыми глазами заглянул в кучу. Они все разом направились к двери.

Ричард попытался встать, но не смог достаточно быстро снять с себя старуху, не причинив ей боли. Она застонала. "П-пожалуйста..."

Мародеры вышли из дверного проема и поспешили к выходу, где они попадали на улицы и исчезали со своим добром. Сейчас или никогда, если он собирался остановить их. Ричарду было уже сорок лет, но он был хорош в беге. Ему нужно было поймать только одного из них, а парень с охапкой пультов был бы нерасторопен.

Банда бросилась бежать.

Ричард вздрогнул, но не поднялся с колен. С сожалением он смотрел, как они мчатся к выходу.

У него не было другого выбора, кроме как отпустить их.

Старушка нуждалась в Ричарде больше.

"Я держу тебя", - сказал он. "Скоро кто-нибудь придет".

"С-спасибо."

Ричард погладил ее хрупкие седые волосы, стараясь не думать о происходящем. У него было предчувствие, что в ближайшие часы все станет очень напряженным.

Что, черт возьми, происходило в Лондоне?

И как скоро это дойдет до нас?

Скорая помощь ехала больше часа, и вместо обычных двух парамедиков приехал только один. Ричард помог медику погрузить старушку на каталку и закрепить ее на заднем сиденье машины. Женщину со сломанной рукой тоже посадили внутрь. Она уже достаточно очнулась, чтобы занять место впереди. Прежде чем парамедик приступил к работе, Ричард отозвал его в сторону.

"С ней все будет в порядке?"

Фельдшер был высоким мужчиной с выбритыми рыжими волосами. Он выглядел по-собачьи усталым, и когда он заговорил, было видно, что его голосовые связки напряжены. "Честно говоря, я не уверен, что сегодня кто-то будет в порядке. У нее сотрясение мозга, что плохо для человека ее возраста, но ей повезло по сравнению с некоторыми". Он сделал паузу, чтобы потереть глаза, как будто сдерживая слезы. "Это был худший день в моей жизни, могу вам сказать. Это мой четвертый вызов за последние два часа. Я не знал, что люди могут так себя вести. Мне пришлось отвезти шестилетнего ребенка в больницу, потому что кто-то толкнул его перед автобусом, когда он пытался стащить велосипед. Я не думаю, что у мальчика есть шанс выкарабкаться".

Ричард хмыкнул. "Люди боятся. Это усиливает дурное поведение. Именно такие люди, как ты, должны заботиться о невинных в такие моменты. Такие люди, как эта старушка, ничего не делали, просто шли по своим делам".

"Такие люди, как я и вы", - поправил фельдшер.

Ричард нахмурился. "Простите?"

"Такие люди, как я и вы, должны заботиться о невинных. С вашей стороны было хорошо, что вы позаботились об этой старушке. Я весь день не видел ни одного полицейского. Что вы все делаете? Ситуация вышла из-под контроля. Без обид."

"Я думаю, мы очень напряжены. Большинство из нас находятся в состоянии повышенной готовности к выходу в Лондон, но, возможно, это уже произошло. Я был здесь все утро и не мог связаться со своими помощниками. Очевидно, вся страна находится под атакой".

"Это то, что я слышал. Эти врата повсюду". Фельдшер закрыл двери машины скорой помощи и пожал Ричарду руку. Он также дал ему карточку с номером телефона. " Имя Оливер. Берегите их, а я приеду за ними, если смогу. Коммутатор не работает, поэтому я решил, что будет полезно, если мы, ребята на земле, будем поддерживать связь".

Ричард положил карточку в карман. "Меня зовут Ричард; я буду держать с вами связь".

Они пожали друг другу руки в последний раз. Затем Оливер сел за руль и задним ходом выехал из торгового центра. Ричард сделал быстрый круг, осматривая остатки участка. Это было похоже на один из тех снимков истории - сцену, которую покажут в новостях через десять лет. Призрачный ролик с шокированными взглядами и разбитыми окнами. Только вот Ричард боялся, что то, что только что произошло в Слау, было максимум заголовком. Заголовок был на Оксфорд-стрит.

Монстры.

Он сел за рацию и снова позвонил, но не в диспетчерскую. Он вызвал других офицеров в этом районе. Риаз отозвался. "Мы собрались перед церковью".

"Хорошо, встретимся там".

Ричард не хотел идти в церковь. Он хотел вернуться домой и проведать свою семью. Джен и Диллон, должно быть, в ужасе. Но он пошел именно в церковь.

Церковь Святого Павла находилась прямо у торгового центра, и Риаз, верный своему слову, стоял прямо там с двумя другими офицерами рядом с ним - Сондерсом и Джеймсоном. Джеймсон сидел на земле.

"Где остальная часть команды?" - спросил Ричард.

"Твоя догадка так же хороша, как и моя. Я просто надеюсь, что они не ранены. У Джеймсона вывихнута лодыжка".

Джеймсон смущенно пожал плечами.

Ричард огляделся и увидел, что церковь служит убежищем для раненых и испуганных. Викарий бродил вокруг, предлагая чай и печенье различным беженцам - многие из них были детьми. Некоторые люди были так сильно истоптаны, что на их одежде остались пыльные следы.

"Мы выводим всех из-под удара", - сказал Риаз, но, похоже, худшее уже позади. "Основной ущерб нанесла первоначальная паника. Сейчас все успокоилось. Фактически, город опустел".

"Спокойствие перед бурей", - сказал Ричард. "Как только солнце сядет, дети выйдут на улицу, чтобы повеселиться. Если только мы сначала не возьмем себя в руки. Вы слышали что-нибудь от диспетчера или командования?"

"Последние полчаса - нет".

"Ты говорил с диспетчером полчаса назад?"

Риаз покачал головой. "Нет, я дозвонился до командования".

"Я не смог дозвониться до них. Что они сказали?"

Риаз не ответил. На самом деле он смотрел в сторону и осматривал толпу потрясенных людей.

"Риаз, что они сказали?"

"Все плохо, сержант. Они говорят, что это происходит повсюду".

"Бунт?"

"Нет. Не бунты. Нападения. Они происходят по всей стране. Везде, где был камень. Все они превратились в врата".

Ричарду пришлось опереться на ближайшую стену.

Риаз кивнул. "Я знаю, это трудно представить".

"Что командование хотело, чтобы мы сделали?"

Риаз махнул рукой в сторону церкви и собравшихся вокруг нее людей. "Это. Они хотят, чтобы мы сохраняли полицейское присутствие в центре города. Всех остальных вызвали в оперативную группу, направляющуюся в Лондон".

"Значит, мы сами по себе", - сказал Ричард. Он провел рукой по волосам и понял, что вспотел.

"Надеюсь, остальные ребята придут на помощь, но я полагаю, что они могли запаниковать вместе со всеми. Майклз работает всего несколько месяцев. Если он сбежал, я ему на орехи наваляю".

"Давайте пока не будем их считать. Нужно подождать, пока осядет пыль".

Риаз закатил глаза и отвернулся.

Ричард подошел к викарию. "У вас остался чай для потрепанного полицейского?"

Святой человек улыбнулся. Едва заметный мазок крови окрасил его подбородок. "Конечно. Позвольте мне принести вам чашку. Вот, держите. Спасибо за помощь сегодня, офицер. Именно в такие времена сильные мужчины несут службу".

Ричард сделал глоток горячего чая и усмехнулся.

Викарий выглядел озадаченным. "Я сказал что-то смешное?"

"Нет, просто не так давно я говорил нечто подобное".

"Тогда вы согласны? Те из нас, кто может, должны делать то, что необходимо. Мы все видели сцены из Лондона. Мы понимаем, что нас ждет".

"И что же это, викарий?"

"Конец. Возможно, не всему, но уж точно тому, что мы знаем. Сам ад прошел сегодня через эти врата - это не могло быть ничем иным".

Ричард ничего не сказал.

"Вы скептик, офицер? Боюсь, в наши дни многие так думают. Я не осуждаю вас за это, но во что бы вы ни верили - что-то злое уже пришло, и это только начало".

Ричард поставил свою чашку на стену. "Ну, в этом мы с вами согласны, викарий. Я слышал, что армия собирается войти в город. Люди не будут знать, что делать. Они не справятся с боями на улицах".

"Они справятся, офицер. Вы можете в это верить".

Ричард вздохнул. "Этим людям повезло получить вашу помощь, викарий".

"Пожалуйста, зовите меня Майлз. И моя помощь - лишь капля в море. Как я уже сказал, мы все должны сделать все, что в наших силах".

Ричард кивнул. "Да. Прошу меня извинить".

Викарий кивнул и вернулся к приготовлению чая.

Ад, как метафору, Ричард мог понять достаточно хорошо, но как реальное место...? Верить в то, что демоны или что-то другое злобное пришло на землю...? Ему было трудно принять такие идеи, но тогда что он думал об увиденном? Трюки камеры? Заговор? Может быть, средства массовой информации были захвачены, и то, что все видели, было простым обманом? Это было более правдоподобно, чем ад, обрушившийся на них.

Но камни были настоящими. Ричард знал об этом, потому что у него были коллеги, которые сталкивались с ними лично. В деревне Крапстоун возле одного из них умерла старушка, а Майкл Брэй, местный коронер, до переезда на юг играл с Ричардом в сквош. Майкл Брэй описал камень, который убил женщину.

Неподвижный и неизвестный.

Один камень из нескольких тысяч.

Если не вторжение из ада, то что? Инопланетяне?

Ричард пошатнулся и снова был вынужден опереться о ближайшую стену. Это было слишком сложно.

"Ты в порядке?" - спросил Риаз.

"Нет, Риаз, я не в порядке, но это не главная моя забота".

"А что тогда?"

"Моя семья. Мне нужно проведать их, но я не могу оставить тебя..."

"Нет, не можешь".

Ричард посмотрел на мужчину. "Что?"

"Все здесь боятся, и они полагаются на наше присутствие, чтобы обеспечить свою безопасность. Ты не можешь уйти".

"Риаз, ты не отдаешь мне приказы..."

"Нет, но я знаю, что твой приказ - оставаться здесь".

То, что подчиненный говорит ему, что делать, еще больше укрепило его решимость поступить так, как он хочет. "Риаз, меня не будет максимум тридцать минут".

"Тридцать минут, когда все может случиться".

"Мне нужно проведать свою семью".

"И другим тоже".

Ричард сжал кулаки. "Я ухожу. А ты держи оборону, пока меня не будет".

Риаз закатил глаза. "Хорошо. Только возвращайся как можно быстрее".

Ричард бросил последний взгляд на беспорядок, в котором он оставил своих коллег - около пятидесяти человек сидели на полу возле церкви или на любом удобном для них месте. Дети плакали. Мамы рыдали. Отцы мрачно смотрели в пространство. Он должен был вернуться. Викарий был прав в том, что у него есть долг, но его самый большой и самый важный долг был перед Джен и Диллоном. Как он мог защищать других, прежде чем защитить их? Ему нужно было знать, что они в безопасности.

Ричард нашел свою патрульную машину и забрался в нее. Он рванул с места на скорости - улица впереди была жутко пустынной.

Затишье перед бурей.

Ричард выпрыгнул из патрульной машины и помчался к своему дому. Его дом был двухэтажным, но длинные живые изгороди по обеим сторонам подъездной дорожки создавали впечатление, что он стоит отдельно. Джен выглянула из переднего окна, как будто ожидала его появления.

"О, Рич, я так волновалась", - сказала она, когда он прошел через дверь.

"Я должен был позвонить. Я просто хотела приехать".

"Теперь ты здесь". Она крепко обняла его - сильная женщина с лишними килограммами, которые она набрала за последние несколько лет. Он был так измотан, что ее объятия выбили из него дух. "Ты в порядке?"

"Нет. Это было тяжелое утро. Ты видела новости?"

Она отстранилась от него и посмотрела ему в глаза. "Как я могла не видеть? Все каналы прерывались. Врезались в мультфильмы Диллона".

"Что? Он видел?"

Она убрала прядь светлых волос за ухо и вздохнула. "Он на кухне. Я поставила для него DVD".

Ричард прижался лбом к ее лбу, слишком уставший, чтобы делать что-то еще, а затем направился на кухню. Конечно, Диллон сидел за столом и смотрел диснеевский фильм. По его ерзанию Ричард понял, что он взволнован.

"Привет, Диллон. Папа дома. Что ты делаешь?"

"Смотрю "Короля Льва".

Ричард улыбнулся и обнял сына. Диллон всегда был ласков, но мог замкнуться в себе, если волновался. Поэтому он обнял его в ответ, но не посмотрел на отца.

"Все в порядке?"

Диллон кивнул, но по-прежнему не отрывался от телевизора. Несмотря на свои двадцать три года, он был не менее невинным, чем восьмилетний ребенок.

"Диллон? Если ты увидел по телевизору что-то пугающее, это нормально. Иногда программы могут расстраивать, но ты в безопасности. Ничто не причинит тебе вреда".

"Монстры", - пробормотал Диллон. "Монстры могут причинить мне боль".

"Здесь нет монстров, Диллон. Только я и твоя мама".

Диллон наконец-то посмотрел в глаза. Пятна Брашфилда в его радужной оболочке - характерная черта синдрома Дауна - блестели под пленкой слез. "Ты останешься здесь, папа?"

"Я... я не могу, Диллон. Я должен идти на работу".

"Ты собираешься сражаться с монстрами?"

Ричард наклонился и обнял сына, одновременно поглаживая его по спине. "Нет, милый. Я просто должен следить за тем, чтобы все вели себя хорошо. Ты же знаешь, что моя работа очень важна".

Диллон кивнул. Обычно он боготворил Ричарда за то, что тот был полицейским, но сегодня, казалось, это приводило его в трепет. Ричард задавался вопросом, понимает ли его сын, с какой опасностью связана его работа.

"Я не хочу, чтобы ты уходил, папа. Я видел монстров по телевизору. Они причиняли боль людям. Не выходи". Его нижняя губа задрожала.

"Дорогой, все в порядке. Я уйду только через десять минут, так что смотри свой фильм, пока я поговорю с мамой".

"Я не хочу смотреть "Короля Льва", - сказал он. "Я хочу, чтобы ты остался здесь".

"Диллон..."

"Может, он прав", - сказала Джен, входя в комнату и выглядя так, будто ей нужно выпить крепкого напитка. Жаль, что в доме не было алкоголя.

"Я все еще на работе, Джен. Я улизнул только для того, чтобы убедиться, что вы оба в порядке. Мне повезет, если это сойдет мне с рук".

"Ты никогда не подписывался на то, что я только что видела по телевизору, Рич. Тебе придется ехать в Лондон?"

"Я не знаю."

Джен моргнула и попыталась сдержать слезы. Во время разговора ей пришлось отвернуться. "Я не хочу, чтобы ты рисковал своей жизнью. Твоя работа заключается в том, чтобы арестовывать агрессивных мужей и конфисковывать сумасбродные вещи. Это просто глупая работа".

Ричард был ошеломлен. Он никогда не думал о своей профессии как о "работе". Возможно, призвание, но на самом деле он считал ее своим призванием. Он занимался этим так давно, что это стало частью его сущности. "Это не глупая работа, Джен. Я обязан защищать людей. Если я откажусь от своих обязанностей, кем я стану?"

"Мужем. Отцом."

Он вздохнул. В некоторых спорах невозможно победить. "Послушай, прежде чем я что-то сделаю, мне нужно посмотреть, что происходит. Сейчас все на волоске. Новости все еще идут?"

"Они не прекращаются все утро".

Ричард пошел в гостиную и взял пульт от телевизора.

"Убавь громкость", - сказала Джен, следуя за ним. "Я не хочу, чтобы Диллон снова расстроился".

"Я тоже". Он включил телевизор, но переключать канал не стал. Он мог бы смотреть фильм о катастрофе, если бы не бегущая внизу экрана лента новостей Би-би-си.

Все было кончено. Именно так это и ощущалось. Количество смертей на экране, количество разрушений...

"О, Боже", - сказала Джен. "Это еще хуже".

Вертолет записывал видео - это было очевидно с высоты, - но на этот раз это был вид не Лондона. Это был Нью-Йорк. Ричард заметил Эмпайр-стейт-билдинг, возвышающийся на заднем плане. Большое яблоко горело. Центральный парк кишел бегущими телами, такими маленькими, что они могли быть муравьями. С такой высоты трудно было разглядеть, но жители Манхэттена явно подвергались нападению. Ричард видел, как муравьи сталкиваются и танцуют - хищники и жертвы сходятся в смертельной гармонии.

Вскоре стало ясно, почему вертолет держит такую высоту. Среди хаоса, пламени и обломков стояло нечто массивное и неописуемое. Гигант.

Огромный, обнаженный человек шел по улицам Манхэттена, колосс, оставляя за собой след разрушений. С легкостью он подхватил городской автобус и подбросил его в воздух, словно буханку хлеба. Военный вертолет пронесся за ним, обстреливая его из пулемета, но он нанес больше вреда окружающим небоскребам, чем гиганту. Стеклянные окна взорвались в мексиканской волне вдоль боковой стороны современной высотки. Репортер в студии рассказывал об увиденных ими сценах, но мужчина с трудом составлял предложения, говоря отрывистыми, беспорядочными фразами.

Как вы сообщаете о том, о чем не сообщаете?

Снаружи дома раздался громкий удар - отдаленный, но не за много миль. Ричард подошел к окну и выглянул наружу. Улица была тихой. Хороший район, но он примыкал к городскому району, который станет главным центром беспорядков, когда начнутся неизбежные волнения.

Перекинутся ли беспорядки сюда? Безопасен ли их дом?

"Что происходит, Рич?" спросила Джен.

Ему было больно от того, что он не мог ответить. Что происходит? Страшный сон? Что случилось с обычным, мирским миром вчерашнего дня?

"Нам нужно подготовиться к худшему", - сказал он, желая обнять Джен, но чувствуя, что сейчас им важно оставаться эмоционально отстраненными. "Если весь остальной мир смотрит это по телевизору, то начнется такая паника, какой мы никогда не видели".

Джен сглотнула, но сделала спокойный вдох и кивнула. "Так что же нам делать? Запереться покрепче и переждать это?"

Ричард подумал об этом. Подумал о том, чтобы заколотить окна и вооружиться, но чутье подсказывало ему, что это плохой ход. Если беспорядки выплеснутся на эту улицу, у них не будет шансов спастись. А мог ли Ричард, будучи офицером полиции, затаиться и игнорировать происходящее?

"Я думаю, нам всем надо уходить, Джен. Будет лучше, если мы будем держаться вместе с другими людьми, чем оставаться здесь в одиночку. К тому же, если правительство начнет эвакуировать людей, будет лучше, если мы будем где-то на виду".

Джен сложила руки и взяла себя в руки. "Куда нам идти?"

"В церковь в центре города. Некоторые из моих коллег уже там, вместе с большой группой людей. Там будет безопаснее. Если начнутся неприятности, в группе мы будем менее уязвимы. Кроме того, мой долг - присматривать за всеми. В церкви я смогу это делать, а вы с Диллоном будете у меня на виду".

Джен кивнула. "Хорошо, тогда мы все пойдем туда".

Диллон вошел в комнату. Он выглядел бледным, его веснушки выделялись на щеках, как жучки. "Куда?"

Джен улыбнулась ему. "Мы идем в церковь, милый".

"Церковь - это скучно".

"Сегодня не будет", - сказал Ричард.

Корабль USS Augusta бурлил от волнения, и с большим трепетом лейтенант Хосе Эрнандес сошел на берег вместе со своим командиром, капитаном Адрианом Джонсоном, который был вылитым Харрисоном Фордом и вдвое более сварливым. Поскольку странные камни по всему миру внезапно ожили и излучали неземные разноцветные сети света, весь военно-морской флот восточного побережья был отозван на военно-морскую станцию Норфолк для немедленного инструктажа. Никто не знал, что произойдет, но никто не мог понять, что эти камни представляют собой что-то хорошее. Они были чужими.

Эрнандес вбил себе в голову, что в мире вот-вот произойдет первый контакт с пришельцами. В его голове возникли образы странных огней, превратившихся в гигантские проекторы для межгалактической связи. Может быть, инопланетяне будут мирными, дружески настроенными, а может быть, они планировали предложить возможность порабощения, прежде чем начать свое предстоящее вторжение. Каждый раз, когда он думал об этом, его желудок переворачивался, как блин.

"Не отставай, Эрнандес, ты задерживаешься".

"Простите, сэр". Он удвоил шаги и двинулся назад рядом с командиром Джонсоном.

Военно-морская база Норфолка издалека больше всего напоминала автостоянку. На ее асфальтированной береговой линии в обычный день помещалась тысяча машин, но сейчас она была забита вдвое больше. Будучи крупнейшей в мире военно-морской базой, Норфолк мог с комфортом разместить более семидесяти кораблей на четырнадцати причалах и более сотни самолетов в одиннадцати ангарах. Сегодня она казалась маленькой.

Повсюду суетились военнослужащие ВМС, одни в парадной форме, другие - в синих рабочих комбинезонах с заплатками. Эрнандес и сам был одет в свою форму, но сейчас он жалел, что, как и Джонсон, не подумал переодеться в парадную форму. Он бы затерялся в этой толпе, не отличимый от самого простого матроса. Упущенная возможность. В такие моменты - во время кризиса - репутация становится более прочной.

"Посмотри на эту красоту, Эрнандес", - сказал Джонсон, когда они спешили к ангару 4, где собралось несколько десятков офицеров. Он указал на 6-й пирс, где находился плавучий памятник - американский корабль "Нью-Гэмпшир".

USS New Hampshire был флагманом ВМС США. Новейший суперкорабль класса "Джеральд Р. Форд" должен был официально вступить в строй в следующем месяце, но сейчас он находился здесь, готовый к бою. Ядерный и автоматизированный, он был самым современным военно-морским кораблем в мире. Эрнандес облизнул губы при мысли о том, что однажды ему предстоит служить на его борту.

Не то чтобы собственный корабль Эрнандеса, USS Augusta, не обладал престижем. Современный эсминец класса "Берк", он не был уткой в воде и мог превзойти большинство кораблей равного размера. По совпадению, он был спущен на воду именно с этой военно-морской базы в 1993 году.

Когда они приблизились к широко распахнутому ангару № 4, где собралась большая группа офицеров, что-то произошло. Эрнандес скорее почувствовал, чем осознал это, но краем глаза он уловил движение - люди бежали более неистово, чем несколько мгновений назад. Паника захватила и распространялась.

"Что-то случилось", - пробормотал Эрнандес, замедляя шаг, а затем останавливаясь.

Джонсон тоже остановился, но выглядел раздраженным. Его напряженные зеленые глаза были как бетон. "Держи себя в руках, Эрнандес. Я не собираюсь опаздывать".

Эрнандес огляделся вокруг и убедился, что только что прозвучала какая-то новость. Молодой мичман побежал в сторону доков, и Эрнандес схватил ее. "Что случилось? Что случилось?"

"Нью-Йорк атакован. Приказано оказать поддержку прямо сейчас".

Эрнандес взглянул на Джонсона, который сменил раздражение на растерянность. Взгляд, которым он одарил молодого мичмана, мог бы вскипятить воду. "Что значит "под атакой"?"

Женщина высвободила руку из его хватки. "Я имею в виду, что эти камни - именно то, чего мы все боялись. Они что-то принесли сюда".

"Что..."

"Мне нужно идти." Мичман побежала прочь.

"Нам нужно идти на брифинг", - сказал Джонсон.

Не имея контраргументов, Эрнандес последовал за своим командиром в сторону ангара 4. Когда они присоединились к остальным офицерам, паника охватила всю территорию базы - мужчины и женщины ругались и плакали. Некоторые из них были из Нью-Йорка или имели там родственников. Многие бежали, возвращаясь на свои корабли или машины. Большинство помнили о своем долге и оставались, даже когда соленые слезы окрашивали их щеки.

Когда адмирал Кирш появился перед ангаром в полном облачении, в огромном помещении воцарилась тишина. Шестидесятилетний мужчина выглядел сорокалетним, с широкой грудью, полной медалей, и толстыми смуглыми руками, уверенно сложенными по бокам. Жизнь в море закалила этого человека, и даже сидячая командная работа не смогла смягчить его. Когда он окинул взглядом собравшуюся аудиторию, казалось, что он смотрит на каждого человека в отдельности. Эрнандес почувствовал холодок.

Кирш говорил медленно, следя за тем, чтобы каждое слово стояло отдельно. "Мы. На. Войне".

Воздух завибрировал. Никто не осмеливался издать ни малейшего шепота.

Кирш продолжал. "Десять минут назад Нью-Йорк подвергся нападению. Некоторые из вас, возможно, уже видели кадры, но это ничего не говорит о масштабах того, с чем мы столкнулись. За последние сорок восемь часов по всему миру было обнаружено более шести тысяч черных камней, и, насколько мы можем судить, каждый из них просто открылся и выплюнул что-то инопланетное. Наш враг: неизвестен. Их намерения: неизвестны. Одно мы знаем точно: они здесь, чтобы убить нас. Мужчин, женщин и детей. Резня идет прямо сейчас, в Нью-Йорке, почти во всех других городах, которые вы можете назвать".

Кто-то в аудитории издал придушенный всхлип, но никто не осмелился повернуться, чтобы посмотреть, кто это.

Кирш оставил эту небольшую заминку без внимания. Он продолжил: "Передо мной собрались одни из самых гордых, жестких и умных мужчин и женщин, которыми располагают Соединенные Штаты Америки. Каждый из вас боится возможности войны; я знаю это, но каждый из вас готов к ней - он готовился к ней. Вы поклялись служить своей стране, но вы не нужны своей стране. Вы нужны миру. Наш враг злобен и неизвестен. Мы будем сражаться с ними на земле, начиная вслепую и нащупывая свой путь. Но мы победим, не сомневайтесь в этом. Враг устроил нам засаду, застал нас врасплох, но это их первое и единственное преимущество. У нас есть оружие. У них - нет. У нас есть техника. У них - нет. У нас есть военно-морской флот Соединенных Штатов, самые злобные отморозки на всей этой чертовой планете. Вы меня слышите?"

Раздалось одобрительное восклицание, но ему не хватало громогласности. Офицеры все еще были в шоке.

"Большинство из нас отправится отсюда, чтобы оказать помощь Нью-Йорку, - сказал Кирш, - но будут и другие, у которых другие цели. Только на восточном побережье находится более сотни этих забытых Богом камней. С этого момента мы будем называть их вратами, потому что, друзья мои, они таковыми и являются. Наш враг пришел откуда-то еще, мне плевать, но мы точно отправим их обратно с поджатыми хвостами".

Еще одно приветствие. На этот раз немного более восторженное.

Кирш покраснел лицом. "Впервые в нашей истории как вида мы вступим в войну не из-за жадности, религии или политики, а ради выживания. Впервые мы будем единым человечеством против врага, который хочет уничтожить нас. Неужели мы, мужчины и женщины ВМС Соединенных Штатов, позволим им это?".

Аплодисменты. "Нет!"

"Я спрашиваю, неужели мы, блядь, позволим им это?"

Громкие аплодисменты. "Нет, сэр!"

"Тогда возвращайтесь на свои посты. Заводите двигатели и начинайте войну. Пусть наш враг смотрит на свои отражения в лужах собственной крови. Пусть они..."

Земля задрожала под ними. Воздух взметнулся вверх.

Взрыв, мощный и громкий.

Блеск исчез, а паника нахлынула вновь. Собравшиеся офицеры спотыкались. Никто из них не понимал, что происходит. Никто не взял на себя ответственность. Даже Кирш выглядел растерянным.

Началась стрельба.

"На боевые посты", - прокричал Кирш. Несмотря на то, что ни у кого не было назначенных постов, это было достаточно эффективно, чтобы заставить всех двигаться.

Джонсон двинулся, но Эрнандес не мог сдвинуться с места. Звуки продолжающейся стрельбы снаружи наполняли его вены "сиропом" и тяготили его. Он никогда раньше не участвовал в перестрелках. Он не был морским пехотинцем.

"Шевелись, Эрнандес!" Джонсон толкнул его так сильно, что стало больно. Боль заставила его действовать, и он снова начал двигаться. Вдвоем они рванули вперед. Снаружи промчалась пара джипов, рассекая растерянную толпу. Морские пехотинцы заняли места у пулеметов, установленных сзади.

Среди стрельбы раздались крики.

В задней части базы, в стороне от причалов и в направлении главных дорог, клубился дым и мелькали дула. Пехотинцы сгруппировались, подняли винтовки.

Они быстро падали.

"Что, черт возьми, происходит?" - сказал Джонсон.

Эрнандес споткнулся, когда кто-то столкнулся с его спиной. Но это была его единственная реакция, поскольку его взгляд был прикован к все уменьшающейся шеренге морпехов. Один за другим они падали, их головы скрывались из виду за толпой. Сама толпа зашумела, когда сотни военнослужащих ВМС побежали в сторону пирсов - подальше от дороги. Эрнандес и Джонсон попали в давку.

"Нам нужно выбираться отсюда, сэр".

К счастью, Джонсон не стал спорить. "Возвращаемся на "Августу".

Они повернулись и попытались бежать, но путь вперед был слишком плотно завален телами. Они были вынуждены толкаться и пробивать себе путь локтями, дюйм за дюймом. Эрнандес чувствовал невидимую угрозу у себя за спиной, как приближающийся лесной пожар. Он даже мог представить, как горит его плоть, отслаиваясь от спины кровавыми полосами.

Был ли здесь враг?

Неужели они попали в засаду? Или так было везде?

Им нужно было вернуться в Августу. Это был их дом, и они могли его защитить. Здесь, на базе, у них не было даже оружия, чтобы защитить себя.

Крики боли множились и усиливались, распространяясь по дуге вокруг центра базы, как будто толпа складывалась сама собой. Звуки выстрелов тоже усилились, но не со стороны морпехов. Он доносился с причалов. Экипажи выстроились вдоль поручней различных кораблей и вели огонь с борта. Эрнандес инстинктивно пригнулся, опасаясь, что шальная пуля рассечет ему череп. В подтверждение своих опасений он увидел, как молодой лейтенант упал на землю, а из его шеи хлынула струя крови.

"Где, черт возьми, враг?" крикнул Джонсон. "Я ничего не вижу".

Эрнандес тоже ничего не видел, поэтому не стал тратить время на ответ. Ответ напрашивался сам собой.

В толпе появилось существо, обгоревшая шелуха человека. Оно посмотрело прямо на Эрнандеса, но затем метнулось влево, схватив испачканного маслом механика за горло и вырвав ему трахею. Мертвый рабочий упал на землю, как рулон старого ковра.

Затем существо бросилось прямо на Эрнандеса.

Время замедлилось. Эрнандес почувствовал, что его ноги снова затекли, и мог только размахивать руками и открывать рот, чтобы кричать. Джонсон был позади него, не замечая адского чудовища, мчавшегося к ним. Тварь была так сильно обожжена, что при каждом шаге оставляла на бетоне полосы плоти. С каждой секундой оно сокращало расстояние между собой и Эрнандесом, а его сломанные зубы голодно скрежетали. Его шишковатые кулаки хватали воздух.

Молодая женщина попятилась к Эрнандесу, и когда она увидела, что к ней приближается обгоревшее существо, она закричала. Этот шум привел Эрнандеса в чувство и заставил его отреагировать. Он схватил молодую женщину за плечо и сильно толкнул ее на приближающееся чудовище. Оно сильно столкнулось с ней, и они оба упали, причем обгоревшее существо оказалось сверху. Оно вырывало клочки из женщины, пока она кричала и боролась.

Джонсон схватил Эрнандеса за локоть и дернул его. "Продолжай двигаться".

Еще больше обожженных существ пробивались сквозь толпу, переполняя всю базу и нападая со всех сторон. Джонсон и Эрнандес были бы разорваны на части задолго до того, как они достигли "Августы". Корабль был пришвартован в двухстах метрах от них на шестом пирсе, но с таким же успехом он мог находиться в двухстах милях от них.

Откуда взялся враг?

"Разорвите их в клочья", - крикнул хрипловатый голос.

Эрнандес повернулся и увидел адмирала Кирша. Адмирал держал в руке большой пистолет и стрелял из него, как из пушки. Голова ближайшего существа исчезла, как красное желе, которое кто-то пнул. Вместе с Киршем стояли четыре морпеха, каждый из которых стрелял из пистолетов-пулеметов MP5. Тут Эрнандес осознал, сколько сгоревших людей находилось на расстоянии вытянутой руки от него. Они стали падать повсюду, изрешеченные пулями морпехов с мёртвыми глазами.

Кирш поймал Эрнандеса, стоявшего неподвижно, и окинул его язвительным взглядом. "Что ты делаешь, парень? Возвращайся к своей команде и присоединяйся к бою. Сейчас же!"

Эрнандес боялся старого адмирала больше, чем любого существа из потустороннего мира, поэтому, когда на него закричали, он попятился назад к Джонсону. Вскоре он уже мчался по пирсу со скоростью, на которую и не подозревал, что способен. Даже Джонсон, впечатляюще подтянутый мужчина, с трудом поспевал за ним.

Но этого все равно было недостаточно.

Враг был повсюду, и путь вперед был перекрыт.

Эрнандес оглянулся через плечо. Позади него на пирс хлынула армия мерзостей. Бегущих моряков валили на землю и топтали, или бросали в воду как мусор. Кровь окрасила бетон.

"Мы не выживем", - сказал Джонсон. "Ни за что".

"Вода", - сказал Эрнандес. "Мы поплывем к ней".

Джонсон подошел к краю пирса и посмотрел вниз. "Мне не очень нравятся наши шансы, но это может быть нашим единственным выбором".

Существа могли настигнуть их в любую секунду. Только несколько мужчин и женщин стояли между Эрнандесом и надвигающимся потоком смерти. Холодная, темная вода, бурлящая под пирсом, выглядела не слишком привлекательно. Если бы внезапный удар ее холодной ласки не разбил их и без того измученные сердца, то тяга различных корабельных стоек могла бы утянуть их под воду.

Какой у них был выбор?

Эрнандес приготовился к прыжку.

Из ниоткуда появился враг и схватил его. Это было не обожженное существо, как остальные, а скорее обезьяна, измученная болезнью. Каждая его лапа заканчивалась девятидюймовыми когтями, а лицо представляло собой искаженную гримасу зубов. Эрнандесу было не до гордости, но он издал вопль.

Джонсон пришел ему на помощь, ударив ногой по существу и отправив его в полет. Существо поднялось на ноги и взмыло в воздух.

Джонсон устоял на ногах.

Взрыв шума.

Удар в воздухе изменил траекторию движения существа и отправил его кувырком с пирса в океан. Рядом раздались выстрелы, и Эрнандес пригнулся. Джонсон крутанулся на месте и поднял кулак вверх. "Да! Пусть они получат это!"

Экипаж "Августы" заполнил пирс и привел в действие свои M164A. Четыре дюжины моряков одновременно нажали на спусковые крючки, посылая потоки огня. Джонсон схватил Эрнандеса и потащил его за другими людьми, подальше от опасности. Оглянувшись назад, он увидел, как легионы чудовищ падают на землю, их тела взрываются, а головы раскалываются. Экипаж "Августы" вставлял магазин за магазином. Стрельба была бесконечной.

Но враг продолжал наступать.

"Отступаем", - крикнул Джонсон, принимая командование над своими людьми. "Назад к кораблю".

Стена винтовок двинулась назад, продолжая стрелять, продолжая перезаряжаться, но отступая. Враг не дрогнул, даже когда они продолжали падать. Они наступали непрерывными волнами, как адский банзай.

Сухие звуки винтовок приводили в отчаяние - как пальцы смерти царапают по пустой меловой доске.

Первый член экипажа упал, набросившись на одно из обезьяноподобных существ. Нападавший вскрыл его грудную клетку и вырвал одно из ребер. За ним упали еще люди. Эрнандес осознавал, что кричит.

"Назад на чертову лодку!" крикнул Джонсон.

Люди повернулись и побежали, большинство из их оружия было разряжено и бесполезно. Поворот спиной привел к разгрому, но у некоторых из них еще мог быть шанс. Эрнандес мчался впереди группы, отчаянно тянувшейся к дальнему трапу "Августы".

Он должен был добраться туда. Он должен был успеть.

Когда его ботинок опустился на металлический трап, Эрнандес зарычал от облегчения. Сопли текли по его лицу, колени подгибались, но он был поднят на борт своей командой. Джонсон был прямо за ним.

"Поднимайте трап", - крикнул Джонсон.

Пандус лязгнул и поднялся.

Изуродованные обезьяны спрыгнули на него, пока он не исчез, и начали подниматься на борт.

Рат-а-тат-тат.

Пулеметы с левого борта открыли огонь и разорвали врагов на части, уничтожив их еще до того, как они успели выбраться на палубу. Подкрепление встало на поручни с полностью заряженными винтовками. Враги на пирсе были сидячими утками.

Джонсон схватил ближайшего мичмана, Куэрво, и рявкнул ей в лицо. "Передайте на мостик, чтобы двигались. Мы слишком уязвимы, если будем оставаться здесь".

"Есть, капитан".

Эрнандес вытер сопли с лица и посмотрел на базу Норфолк. Дым поднимался от каждого строения. Небо было черным. Враг был повсюду.

Повсюду лежали мертвые моряки, а многие небольшие суда в доке были захвачены, их экипажи были осаждены. И все же Эрнандеса пробирало до костей нечто другое.

По главной дороге к базе шел тридцатифутовый гигант, покрытый мускулами и сухожилиями. Его лицо было мраморным изваянием - красота, которую нельзя было не заметить. Но это был не человек, и такая красота лишь скрывала его жажду крови, когда он протянул руку вниз и раздавил убегающий джип, полный людей. С каждым разорванным на части человеком оно ревело в триумфе. Это было чудовище, большее и более мерзкое, чем все до него.

Эрнандес прислонился к перилам, не в силах говорить.

Это были не инопланетяне. Это было нечто худшее.

"Что это?" - спросил кто-то.

Эрнандес оттолкнулся от перил. "Я не знаю, и я не хочу оставаться здесь, чтобы узнать это".

Корабль "Августа" отошел от пирса, но это не означало, что он свободен от опасности. На военно-морской базе в Норфолке все еще бушевала война, и гигант только добавил к этой бойне. Экипаж задохнулся, когда возвышающееся существо подхватило топливный танкер, словно игрушку, и швырнуло его в воздух. Он столкнулся с главным ходовым мостиком корабля "Нью-Гэмпшир" и взорвался. Моряки закричали и бросились за борт, когда их охватило пламя. Стоявший на стоянке истребитель F15 перевернулся на бок и разлетелся на части в результате еще одного мощного взрыва. Еще больше моряков кричали в агонии.

Тем временем основная часть вражеских сил - обгоревшие люди и изуродованные обезьяны - продолжала разрывать на части тех, кому не повезло оказаться на их пути. Толпы мужчин и женщин вернулись на свои корабли, но столько же по-прежнему оставались в центре базы, стоя спина к спине и мужественно сражаясь, но решительно проигрывая.

"Все боеприпасы на палубу", - скомандовал Джонсон. "Я хочу, чтобы непрерывная линия огня поддерживала тех мужчин и женщин, которые все еще находятся в ловушке на суше. Давайте переломим ситуацию".

Обрадованный приказом, экипаж "Августы" принялся за работу. Эрнандес достал свою боевую винтовку и с трудом зарядил ее магазином. Его руки дрожали. Вернувшись к поручню, он установил прицел и начал делать выстрелы. Первые четыре выстрела промахнулись, выбив куски бетона, но следующий выстрел сбил с ног изуродованную обезьяну. Существо собиралось прыгнуть на истекающую кровью женщину, но вместо этого упало на землю - его правая нога была раздроблена.

Эрнандес стиснул зубы и выбрал следующую цель.

Еще одно прямое попадание. Обгоревший человек покатился в воду.

Следующее, что заметил его прицел, удивило его: Адмирал Кирш был еще жив.

Его морпехи тоже. Старик потерял фуражку, обнажив густую копну белых волос, его парадный мундир теперь был полностью окрашен в малиновый цвет, но он был жив. Он все еще держал свой увесистый пистолет, и тот по-прежнему стрелял как заправский мул. Четверо пехотинцев с ним стреляли со смертельной точностью, но были явно измотаны. Они двигались вяло, с каждым разом прицеливаясь все медленнее. В конце концов, твари приблизились к ним.

"Помогите адмиралу", - крикнул Эрнандес, надеясь, что его услышат. "Ангар 2".

Оглядываясь назад через прицел, Эрнандес наблюдал, как мгновенно начала действовать огневая поддержка. Обгоревшие люди падали один за другим. Четверо пехотинцев двинулись вперед с новым энтузиазмом. Кирш огляделся, ища, кого поблагодарить, и вскоре заметил "Августу". Он поднял руку и отдал честь, а затем вернулся к стрельбе из своего мощного пистолета.

Винтовка Эрнандеса сухо щелкнула. Он выбросил магазин и вставил другой. Стрелять было легко, потому что враги были повсюду. Вышли ли они все из одних врат?

Были ли они поблизости?

Размышления о шансах только заставляли его сердце биться быстрее, поэтому Эрнандес сосредоточился только на том, что мог видеть через прицел, и нажимал на курок. Тат-тат-тат. Его череп звенел от постоянного натиска шума. Тошнота захлестнула его.

"Огонь по большому ублюдку", - крикнул Джонсон.

Эрнандес оторвался от прицела и понял, что гигант добрался до ангаров и уничтожает оставшиеся силы флота. Кирш и его морпехи рассредоточились вокруг своего огромного врага и открыли огонь из винтовок.

Гигант заревел, его длинные светлые волосы хлестали по плечам - ожившая статуя. Бог разрушения. Он потянулся вниз и схватил одного из пехотинцев, мгновение держал кричащего человека и ухмылялся. Затем он подбросил крошечное тело на сорок футов в воздух и увидел, как оно с тошнотворным треском ударилось о бетон.

Улицы представляли собой хаотичную смесь страха и гнева. Многие как бежали, так и оставались, бросая кирпичи в витрины магазинов и пиная ветровые стекла автомобилей. Бой или бегство. Бетонные джунгли Брикстона превратились в обычные джунгли, в которых жили только животные.

"Нам нужно выбираться отсюда, чувак". Гиндж прислонился к фонарному столбу и тяжело вздохнул. "Я имею в виду, это дерьмо похоже на Ирак или что-то вроде того".

"Я не вижу никаких солдат", - сказал Месс. "Нам бы сейчас не помешала пара АК. Интересно, продают ли их в газетном киоске через дорогу?"

"Никто не придет нам на помощь", - сказал Вампс. "Ты думаешь, они пошлют полицию или армию, чтобы помочь Брикстону, когда Оксфорд-стрит и Сохо в дерьме? Мы не имеем значения".

Рэви пригнулся, когда кирпич пролетел над его головой. Он ударился о борт автобусной остановки и осыпал стеклянным дождем старика, укрывшегося там. " Дерьмо. Сейчас нам проломят головы".

Вампс смотрел на безумие, творящееся вокруг него, и чувствовал отвращение. Их город был атакован, и первое, что сделали люди, это ополчились друг на друга. Почему? Чтобы схватить кулек сигарет из газетного киоска? Что заставляет людей вести себя подобным образом?

Страх.

"Мы должны что-то сделать", - сказал он. "Вы думаете, эти монстры с Оксфорд-стрит останутся на месте? Эти ворота повсюду. Куда, черт возьми, нам вообще идти?"

"Куда угодно, только не сюда", - сказал Рэви.

Вампс покачал головой. "Если мне придется бороться за свою жизнь, то я хочу, чтобы это было здесь, где я знаю улицы и людей. Это дом, йо. Где еще ты хочешь быть?"

Месс уже был на борту. "Мистер Тарк держит газетный киоск. Он отпустил меня за кражу в магазине, когда я был ребенком. Мою маму тоже отпускал, когда она была маленькой. Он не заслуживает того, чтобы его заведение разгромили".

"Тогда давайте начнем", - сказал Вампс. "Давайте убирать дерьмо".

"Какого хрена?" - сказал Гиндж. "Мы не борцы с преступностью. Сегодня утром мы пытались продать наркотики, а потом просто ограбили парня".

Месс ухмыльнулся, его широкий подбородок выпятился. "Это показывает, какие мы плохие ублюдки. Но это же не значит, что мы должны стоять и смотреть, как наш район грабят, правда?"

"Ладно", - сказал Рэви. "Если вы с Вампсом будете драться, я согласен".

Гиндж вздохнул. "Черт возьми. Да, хорошо. Я тоже согласен".

Вампс кивнул, гордясь тем, что они делают - гордясь своими друзьями. "Пойдемте спасать наш магазинчик на углу".

Они на своих ногах добежали до газетного киоска мистера Тарка и влетели в открытые двери, словно что-то из "Мстителей". Вампсу было хорошо, когда он сказал: "Магазин закрыт, сучки".

Они схватили подростка, угощавшегося закусками и напитками, и вышвырнули его прямо на улицу. Парень как раз собирал половину запасов магазина в свои сумки, когда Вампс ударил его по голове.

"Убирайся отсюда, маленькая крыса", - прорычал Вампс в лицо пареньку, сверкнув клыками.

"Вот дерьмо, чувак. Ты - Вампс. Ладно, я ухожу". Подросток ушел с пустыми руками.

Вампс кивнул своим парням. "Видишь, у дома есть свои преимущества, например, убийственная репутация".

Было еще два подростка, охваченных анархией, но они тоже ушли, увидев Вампса и его команду. Когда мародеры ушли, в магазине стало тихо, хаос снаружи был приглушен стальными ставнями на передних окнах.

Журналы устилали пол, как глянцевый ковер, а разбитые бутылки красного вина придавали тесному помещению вид места преступления.

Они услышали стоны.

Вампс огляделся, но никого не увидел. Он наклонил голову и стал прислушиваться к звуку, пока не понял, что он доносится из-за прилавка в задней части магазина.

"Там кто-то есть", - сказал Месс.

Вамп проследил за стоном, замер на мгновение, а затем перегнулся через стол.

Мужчина поднял руки к лицу. "Пожалуйста, не делайте мне больше больно. Просто возьмите это".

Вампс изучал старика, его седые волосы были всклокочены и испачканы кровью, и почувствовал, как его желудок перевернулся. Чертовы животные.

"Все в порядке, мистер Тарк". Вампс протянул руку, но держал ладонь вытянутой и безобидной. "Я не причиню вам вреда. Мы пришли сюда, чтобы помочь".

Мистер Тарк испуганно вскрикнул. "Пожалуйста!"

Месс подошел и встал рядом с Вампсом. Увидев избитого старика, он покачал головой и выругался. Ему потребовалось мгновение, чтобы унять свой гнев. "Эй, мистер Тарк, это я, Альфи. Вы меня знаете. Вы знаете мою маму, Хизер Мастерс".

Мистер Тарк посмотрел на Месса и нахмурился. "Маленький Альфи Мастерс? Это ты?"

"Да, мистер Тарк, но уже не такой маленький. Мы пришли, чтобы помочь вам. Все в порядке".

Старик кивнул и медленно подтянулся к стойке. Он схватился за ребра и несколько раз поморщился, но, похоже, ему не было очень больно.

Вампс убедился, что старик стоит ровно. "Ты в порядке, дедушка?"

Мистер Тарк наклонился вперед, испытывая явную боль, но протянул руку и похлопал Вампса по плечу. "Да, сын мой. Я в порядке. Благослови вас Господь за то, что вы хорошие мальчики. Я думал, их совсем не осталось".

"Немногие", - сказал Вампс. "Но нужно всего несколько".

"Да, да, сын мой, ты прав. Пожалуйста, я должен закрыть свой магазин. Мир сегодня мрачен, и я хочу побыть один, чтобы подумать об этом. Возьми все, что хочешь, прежде чем уйдешь".

"Нам ничего не нужно, дедушка, но спасибо".

"Я возьму "Сникерс", - сказал Гиндж.

Вампс закатил глаза. "Хорошо, мы возьмем один батончик "Сникерс", но это все. Берегите себя, мистер Тарк".

Мистер Тарк снова похлопал Вампса по плечу и пошел осматривать ущерб, нанесенный его хозяйству. Он закрыл за ними дверь, как только они ушли.

Месс посмотрел на Вампса и кивнул. "Приятно делать добро, понимаешь?".

Вампс оглянулся на газетный киоск, теперь надежно закрытый. "Да, это так. Теперь нет причин останавливаться".

Так они продолжили свою миссию по очистке улиц Брикстона, отклоняясь к северу и забывая, что настоящая опасность была не так уж далеко. Только когда они перебрались чуть южнее парка Бэттерси, они поняли, насколько глупой была их бравада.

По ту сторону Темзы пылал Лондон. Как в детском стишке, он горел дотла.

Военные вертолеты пролетали над головой, разряжая свои пулеметы, установленные по бокам. С земли доносилась стрельба. Даже истребитель пронесся в небе. За рекой шла война, и Вампс привел своих парней прямо к ней.

Рэви сжал руки в кулаки. "Ладно, думаю, мы зашли достаточно далеко".

Гиндж побледнел, отчего его рыжая борода стала похожа на копну блестящих медных прядей. "Слава Богу, а то я уже начал думать, что ты сошел с ума. Мы можем вернуться домой? Мы уже даже не в Брикстоне. Это Бэттерси".

Вампс кивнул. "Да, пора заканчивать. Мы хорошо поработали. Сколько голов мы разбили, как думаешь, Месс?"

"Семнадцать. Я считал. Плюс мы надрали задницу тому грабителю".

Вампс хихикнул. "Отличная работа, Рэви. Ты действительно показал ему".

Рейви гордо ухмыльнулся.

"Давайте не будем увлекаться", - сказал Вампс. "На этой стороне реки сейчас довольно тихо, так что я предлагаю не рисковать и не идти дальше. Согласны?"

Все согласились.

Так что они передохнули и отправились дальше. За последний час Брикстон затих. Отчасти это было связано с тем, что люди, которые хотели выбраться, выбрались, но Вампс думал, что другая часть этого была связана с тем, что до большинства людей дошла реальность - что в городе есть монстры - и это отпугнуло их от улиц. Когда адреналин в крови людей улегся, то страх стал легче овладевать ими. Даже Вампс сходил с катушек, а от вида дыма, поднимающегося из процветающего центра Лондона, у него пересохли губы.

Возможно, он поторопился, ведя ребят так далеко на север, но с ними все было в порядке, и они действительно сделали сегодня много хорошего. Если бы они только смогли вернуться в свой квартал и укрыться там, то смогли бы спланировать, что они будут делать сегодня вечером и завтра. Вампс понимал, что его недавнее занятие самосудом произошло потому, что он не знал, что еще делать. Быть начеку казалось лучше, чем бегать в страхе, как все остальные. Улицы научили его одному: когда ты действуешь, ты не думаешь, а когда ты не думаешь, ты не боишься. Если брикстонский парень проводил слишком много времени, сидя и представляя, что его могут ударить ножом, он становился нервнобольным. А у нервного расстройства гораздо больше шансов получить удар ножом. Лондон был городом, где процветали только действия. Если ты медлил, улицы избивали тебя. Это было верно как в финансовых районах, так и в Брикстоне.

Сейчас они были на полпути через Patmore Estate и возвращались домой. Они услышали женский крик.

"Откуда он доносится?" - спросил Рейви, озабоченно потирая свою козлиную бородку.

"Вон из того квартала". Месс указал.

Вампс стал идти. Он думал, что остальные могут возразить, но они не возражали. Никто из них не мог стоять в стороне, пока женщина кричала о помощи.

Они узнали, что происходит на соседней улице. Татуированный скинхед сидел на азиатской женщине и кричал ей в лицо, чтобы она "заткнулась", а затем назвал ее "паки". Он бил ее по лицу и боролся с ее одеждой. Неподалеку в канаве лежал без сознания пожилой мужчина.

"Он пытается ее изнасиловать", - сказал Гиндж, выглядя больным.

"Ну, это ему не удастся". Вампс сузил глаза. От вида этого животного, пользующегося нынешним хаосом и охотящегося на невинных, у него закипела кровь. Сколько эгоистичных, жестоких поступков Вампс видел сегодня, но этот был самым ужасным. Изнасиловать кого-то...

Это было не по-человечески.

Бандит изо всех сил пытался снять с женщины брюки. Он отпрянул назад, чтобы ударить ее снова.

Прежде чем Вампс понял, что он делает, он стиснул зубы и выхватил старый дедовский пистолет "Браунинг". Он никогда не стрелял из него раньше, но нажал на курок без колебаний. Раздался свирепый выстрел, но никто не вздрогнул. Сегодня стрельба была обычным делом.

Бандит рухнул вперед на женщину, в его шее зияла дыра размером с пенни. Вампс целился ему в плечо. "Расистский ублюдок", - пробормотал он, опуская пистолет на бок, чтобы скрыть дрожащую руку.

Женщина выскользнула из-под нападавшего и поднялась на ноги. Она перевела дыхание и сказала: "Вы... вы... вы застрелили его. Как...? Откуда у тебя пистолет?"

Вампс перевел дыхание и боролся за то, чтобы его сердце не вырывалось из груди. Он не смотрел на человека, которого только что убил, и вместо этого нахмурился. "Не задавай мне вопросов, я не лгу. Ты в порядке, дорогая?"

"Я... Да. Спасибо. Вы ведь не причините мне вреда?"

Вампс оглянулся на своих ребят, которые вздрогнули от ее замечания. После всего хорошего, что они сделали сегодня, с ними все равно обращались как с обычными преступниками. "Я только что спас твою задницу, милая, а ты обвиняешь меня в том, что я грабитель и все такое. Я не причиню тебе вреда. Мы даже не похожи".

"О," сказала женщина. "Просто вы все выглядите такими... страшными".

Вампс посмотрел вниз на свои мешковатые черные джинсы и усмехнулся. "Как мы и делаем на улицах, да? Вы одеваетесь, как хотите, и мы одеваемся, как хотим. Просто одежда, не так ли?"

"Спасибо", - сказала женщина, похоже, серьезно. Нападавший лежал мертвый у ее ног, но ее это, похоже, ничуть не волновало. Сегодня умерло много людей, и этот расистский кусок дерьма, вероятно, был одним из самых достойных.

Убить его было нормально. Не так ли?

"Как вас зовут?" - спросила женщина.

"Вампс."

"Вампс?"

Он широко ухмыльнулся, обнажив свои позолоченные клыки. "Да, Вампс. Это мои друзья: Месс, Рэйви и Гинджербрэд".

Парни молча кивнули.

Женщина пожала каждому из них руку. "Очень приятно познакомиться с вами".

"Тебе нужно быть осторожной здесь", - предупредил ее Вампс. "Здесь происходит какое-то тяжелое дерьмо".

"Я знаю. Я журналист. Мы с Дэвидом пытаемся выбраться из города. Вы должны пойти с нами".

Вампс посмотрел на Дэвида, который наконец-то зашевелился. Затем он снова посмотрел на нее. "Нет, я в порядке, дорогая. Это мои улицы, ты меня понимаешь? Мы с ребятами остаемся на месте, и если какая-нибудь из этих долбанутых сучек Фредди Крюгера захочет нас прихватить - добро пожаловать. Это наше поместье, и ничто не должно сюда врываться и устраивать беспорядок. Береги себя, дорогая. В следующий раз просто отдай свой телефон, хорошо? И вот, возьми это". Он вытащил из-за пояса тонкую черную палку и бросил ей. Это была металлическая полицейская дубинка, которую он нашел брошенной на улице. Он всегда хотел такую, но этой женщине она была нужнее.

Женщина поймала дубинку, взвесила ее в руке, а затем сделала то, что его удивило. Она обняла его. "Ты герой", - сказала она.

Вампс отстранил ее, выглядя неловко. "Полегче. Я не герой. Не вздумай писать обо мне в своей газете. Я не дружелюбен к новостям".

Женщина кивнула. "Обещаю. Берегите себя."

"И вам того же".

Затем Вампс забрал своих парней и направился обратно в Брикстон. Он только что спас женщину от изнасилования. Для этого он убил человека. Он не знал, что должен чувствовать по этому поводу, но парни смотрели на него так, как ему не нравилось.

Они смотрели на него так, будто он только что убил человека.

Они вернулись в Брикстон через некоторое время и почти не говорили друг с другом ни слова. Они проведали маму Месса в ее квартире, но старушка была уставшей и растерянной. Месс решил, что лучше оставить ее в покое. Если ей нужна была помощь, в коридоре всегда находился охранник. Рейви позвонил своему отцу, который работал в Слау. С ним все было в порядке. Как и его сестра, которая училась в Восточной Англии. Гинджербрэнд жил один и не поддерживал связь со своей семьей. Вампс тоже жил один. Это была та связь, которая сделала их всех такими близкими - у них были только они и почти никто другой. У Вампса где-то был сводный брат, но три его настоящих брата стояли здесь, рядом с ним. Парни из Брикстона.

Они решили провести ночь в квартире Вампса, сначала решив выпить пива и подняться на крышу, чтобы понаблюдать за сумасшествием. Отсюда можно было наблюдать за Темзой.

Ночь еще не овладела городом, и далекие высотки все еще давали свое обычное световое излучение. На самом деле, если бы не вонь дыма в воздухе и не непрекращающийся шум, это мог быть обычный вечер в столице.

"Черт, чувак", - сказал Месс, указывая на горизонт. Осколок горит. Ты можешь в это поверить? В следующем году Подмастерью придется открывать новый".

Они захихикали.

"Ты смотришь это дерьмо?" - спросил Гиндж.

"Да, чувак. В следующем году я приму участие и покажу ЛА Шугсу свою бизнес-идею".

Рейви нахмурился. "Л.А. Шугс?"

"Да, лорд Алан Шугар".

"Какая у тебя бизнес-идея?" - спросил Вампс.

Месс сложил руки и откинулся в шезлонге с самодовольным выражением лица. "Я буду продавать цифровые выключатели".

Вампс нахмурился. "Цифровые что-там?"

Месс закатил глаза, как будто они были идиотами. "Цифровые выключатели. Я имею в виду, что у нас все такое современное, но свет у нас такой же, как и пятьдесят лет назад. Я хочу заменить выключатели на эти маленькие светодиодные сенсорные экраны, которые позволяют регулировать яркость, устанавливать расписание и даже автоматически регулировать свет в зависимости от солнечного света в комнате. Это так просто, и это даже не будет дорогим гаджетом для производства. Люди бы это приняли на ура. Мир любит технологии. Я бы сделал то же самое с розетками. Сделал бы их цифровыми. Пусть вы включаете и выключаете вещи с вашего iPad".

Вампс был впечатлен. " Знаешь, на самом деле это неплохая идея. Полагаю, это обязательно должно произойти. Кто-то должен войти и запустить это".

"И когда я стану главным человеком в L.A. Shugs, я стану миллионером. Вытащу нас всех из этой дыры".

"Ты поделишься деньгами?" - спросил Гиндж.

"Черт, да. Мы семья. Если один из нас сделает это, мы все сделаем это".

"Слово в слово", - сказал Вампс, поднимая свое пиво для тоста.

Они звякнули бутылками, но потом Рейви сказал: "Жаль, что наступил конец света".

Вампс застонал. "Как же ты испортил настроение".

"Извини. Я просто говорю... Посмотри на это место. На улицах драки, грабежи, монстры разрывают людей на части... Тяжелое дерьмо".

Вампс смотрел на город. Выстрелы освещали сумерки, как фейерверк. Большая часть выстрелов доносилась со стороны Гайд-парка, который был освещен мощными прожекторами. Несколько вертолетов с жужжанием влетали и вылетали из района. Там ли собралась армия?

Занимались ли они делом?

Как Вампс поступил с тем насильником?

Он достал дедушкин браунинг и положил его на колени, изучая. На матовом металле были потертости и потускнения.

"Как ты вообще достал эту штуку?" - спросил Месс. "Не думаю, что ты мне когда-нибудь рассказывал".

"Она принадлежала моему дедушке".

"Правда? Он был на войне?"

"Не, чувак. Он был бандитом, как и мы. Он украл его у какого-то чувака в те времена, когда он занимался кражами. Он был слишком горяч, чтобы продавать".

Месс усмехнулся. "Жаль, что я не встретил этого старика".

Вампс улыбнулся смутному воспоминанию о своем дедушке. "Да, он был хорошим трепачом. Умер, когда мне было восемь, за пару лет до того, как я познакомился с вами".

"Хорошо, что он поддержал тебя", - сказал Гиндж. "Знаешь, после того, как твой отец сделал это".

Упоминание об отце Вампса вызвало тишину. Вампс инстинктивно сжал кулаки, но не придал значения своим чувствам. Парням не нужно было слышать о каком-то поганце, избивающем его маму. По мнению Вампса, у него не было отца. Конец разговора.

Он убрал дедушкин браунинг.

Некоторое время Гиндж держал их в курсе событий через интернет своего телефона, который был в лучшем случае обрывочным. Они смотрели вызывающие осуждение видеоролики о монстрах из ада - их было слишком много, чтобы отрицать их существование. Эти врата вели в какое-то ужасное место, и проклятые и мертвые выплескивались наружу. Некоторые из монстров были так сильно обожжены, что виднелись кости.

"Думаешь, все это пройдет?" - спросил Гиндж, когда прошел час. Он почти не притронулся к пиву, больше ел, чем пил. Месс, напротив, выпил две бутылки вперед.

"Черта с два пройдет", - сказал Рейви. "Нам всем пиздец".

Вампс выдохнул, сделал глоток своего пива.

Взрыв.

Все четверо вскочили со своих шезлонгов и подошли к краю крыши. Огненный шар заполнил ночное небо, вырываясь из земли и устремляясь к звездам. Вамп крепко сжал свою бутылку пива, которая покачивалась рядом с его ногой. "Это один из вертолетов. Бои переместились в Гайд-парк".

"Как, черт возьми, они смогли уничтожить вертолет?" - спросил Рейви. "У них теперь есть противовоздушные ракеты?"

"Возможно, это была ошибка пилота", - сказал Гиндж. "Обойдя все эти высокие здания..."

Почему-то никто из них в это не верил. За последний час дальний бой усилился. Дела шли неважно. Армия шла напролом.

Затем они увидели нечто, чего никто из них не мог понять.

Гиндж уронил свою бутылку пива на землю, и она разбилась вдребезги. "Это... Это гигант?"

Слово звучало глупо, но Вампс не знал лучшего способа описать то, что он увидел в свете прожекторов Гайд-парка. Гигантский мужчина, на котором не было ничего, кроме набедренной повязки. Как какой-то огромный пещерный человек, предназначенный для борьбы с Годзиллой в одном из этих ужасных японских фильмов. Но это был не фильм.

Гигант опустошал центральный Лондон.

"Нам нужно уходить", - сказал Гиндж.

Месс сложил свои огромные руки. "Не хочу показаться слабаком, но я согласен".

"И куда?" - спросил Вампс. Пиво в его горле имело вкус кислоты.

Гиндж поднял свой телефон. "В интернете пишут, что часть южного побережья все еще в порядке, Портсмут, я думаю. Может, нам стоит отправиться туда?"

"Давай просто возьмем машину и поедем", - сказал Рейви. "Я могу смириться с мыслью о зомби или демонах в парке, но я не собираюсь торчать здесь из-за гигантов. Эта штука может перешагнуть через Темзу и быть здесь через десять минут".

Вампс еще раз окинул взглядом город. Он определил, что эта штука была высотой не менее тридцати футов. Если бы она не стояла в парке, то была бы скрыта за зданиями, а если бы скрылась из виду, то невозможно было бы определить, насколько она близко. Судя по звуку, армия пустила в ход все, что у нее было.

Но гигант не падал. Это был титан - неуязвимый.

"Давайте соскочим", - сказал Вампс, решив, что жить в лагере беженцев в Портсмуте лучше, чем выживать дома.

Гиндж выдохнул с облегчением. "Спасибо за это. Вообще-то, может, сначала заскочим ко мне, чтобы перекусить?"

Месс ударил Гинджа по тощей руке. "Мы собираемся бежать, чтобы спасти свои жизни, парень. Мы не остановимся ни перед каким кремовым яйцом "Кэдбери", бастер!"

Гиндж нахмурился. "Ладно."

Они вышли на лестничную площадку и начали спускаться. В некоторых квартирах работали телевизоры, значит, люди все еще были дома, что заставило Вампса задуматься, хорошая ли идея оставаться здесь. Интуиция подсказывала ему оставаться на месте, но после увиденных сцен в Гайд-парке у него было плохое предчувствие. В конце концов, битва перекинулась бы в Брикстон и за его пределы. Остаться в живых на улицах будет еще труднее, чем обычно.

На полпути по лестнице, на три этажа выше, им навстречу послышались голоса. Кто-то вошел в прихожую на нижнем этаже. Вампс знал об этом, потому что слышал, как сломанная входная дверь скребет по бетону.

"Вы уверены, что он здесь живет?" - раздался голос, который они все узнали.

"Это тот гребаный дилер, который нас кинул", - сказал Месс.

"Ты имеешь в виду того, которого мы ограбили под дулом пистолета?" добавил Рейви.

Вампс заглянул через перила на лестничную площадку внизу. Это точно был он. Толкач.

Другие люди тоже. Еще трое парней и мальчишка, которого Вампс сразу же узнал.

Вампс потянулся к ярко-зеленой кепке на своей голове. "Это тот кусок дерьма, угнавший машину".

Месс посмотрел на него. "Кто?"

"Сегодня утром я поймал паренька, взламывающего машины, и посадил его на задницу".

"Значит, ты боролся с преступностью еще до того, как встретил нас сегодня? Ах ты, Бэтмен".

Вампс усмехнулся. "Бэтмен сейчас был бы кстати".

"Он живет в этом здании", - сказал угонщик. "Моя приятельница Жасмин встречалась с ним. Третий этаж, кажется".

"Эй, я помню Жасмин", - сказал Гиндж. "Она была горячая штучка".

Вампс покачал головой. "Не сейчас, Гиндж".

Толкач начал подниматься по лестнице со своей свитой. "Я научу этот кусок дерьма, что бывает, когда люди связываются со мной. Он, блядь, мертв. Там был мой ребенок".

Месс сжал кулаки. "Пойдем, придушим его".

"Подожди секунду". Вампс сдержал своего бульдога и снова заглянул через перила. Он смотрел, как Толкач поднимается по нижней лестнице, и видел, как в руках торговца мелькнула длинная матовая сталь.

Обрез ружья.

"Он идет тяжелым", - сказал Вампс.

"Ты собираешься достать свой пистолет", - нервно спросил Рейви. До сих пор никто не упомянул, что он застрелил человека. Вампс не знал, как они к этому относятся.

Ему самому было не по себе.

Вампс говорил все тише и тише. "Возвращаемся на крышу. Нам нужно затаиться".

Месс смотрел на него с удивлением. "Мы собираемся бежать?"

Вампс кивнул. "Неважно, насколько ты крут в перестрелке. Любой может поймать пулю. Я не собираюсь рисковать, так что давайте бежать".

Они поспешили обратно по лестнице на крышу. Толкач достаточно шумел, чтобы не слышать их, и к тому времени, как они поднялись по лестнице, все были уверены, что им удастся сбежать.

Вампс засунул старую черепицу под дверь, чтобы заклинить ее. Толкачу и в голову не могло прийти подниматься сюда, но на всякий случай. "Мы останемся здесь, пока берег не очистится. Потом подумаем, как выбраться из города".

"Хорошо, что ночь теплая", - сказал Гиндж, прижимаясь к нему.

"Хорошо, что на тебе десять центнеров жира", - сказал Месс, ударив друга по руке.

"Да пошел бы ты, парень".

"Заткнись", - сказал Вампс, или я сам пойду и попрошу Толкача пристрелить тебя".

"Он не хочет стрелять в нас", - сказал Рейви. "Он просто блефует".

Месс надулся. "Если ты заявляешься в чье-то поместье с обрезом, ты не блефуешь, парень".

Когда они услышали выстрел из дробовика, смысл был понятен. Они замолчали, широко раскрыв глаза.

Кто, черт возьми, только что поймал пулю?

Вампс подошел к краю крыши и снова посмотрел на Гайд-парк.

Гиганта уже не было, но ситуация никогда не была такой опасной.

Ричард чувствовал себя лучше, когда его семья была рядом, но все равно ощущал тяжесть на плечах, наблюдая за людьми в церкви. Их было уже около ста человек, в основном уязвимые и одинокие. Некоторые принесли с собой банки пива, что не противоречило закону, но предвещало плохой исход вечера. Пьяных людей было нелегко контролировать в панике, а паника могла настигнуть их в любой момент.

В церкви был старый телевизор, который викарий установил перед деревянным аналоем. Новости показывали постоянно, но ничего не помогало людям чувствовать себя лучше. Показывали ужас, а не надежду, но люди не могли отвести взгляд. В центре Лондона нарядный циферблат часов Биг-Бена почернел и обуглился, а в соседнем Гайд-парке бушевала битва. Армия сражалась с монстрами на улицах, монстрами из ада, если верить параноидальным заявлениям. Врата в ад были открыты, и демоны стремились очистить землю от человечества. Самое безумное было то, что Ричард верил в это. Он не мог придумать лучшего объяснения тому, что видел в новостях.

Демоны были здесь.

И они были повсюду.

За последний час по телевидению промелькнуло множество сцен разрушений от Токио до Боготы, где босоногие колумбийцы стреляли из автоматов на улицах. Сцен триумфа было немного, за исключением коротких десятисекундных кадров из Дамаска, где весь город был вооружен и готов. Мирным странам мира пришлось несладко. Женева была разрушена до основания при малейшем сопротивлении. Пацифизм Швейцарии стал смертным приговором для ее народа.

Диллону было скучно, но пожилая леди по имени Ширли делала все возможное, чтобы занять его, играя в шпионов. В такие моменты доброта незнакомца была очень сильной вещью, и Ричард испытывал прилив эмоций каждый раз, когда смотрел на старушку, заботящуюся о его сыне.

"Романтично, в каком-то смысле", - сказала Джен, держа чашку кофе между ладонями и прислонившись к обветшалой скамье. "Как то, как люди держались вместе во время Блица".

"Люди умирали во время Блица", - сказал ей Ричард. "И сегодня люди умирают".

Джен кивнула, но, похоже, не пожалела о своем замечании. Она положила руку на руку мужа и посмотрела ему в глаза. "Я просто хочу сказать, что в такие моменты люди сплачиваются. Мы все делаем друг друга сильнее, разделяя мужество и сострадание. Я горжусь тобой за то, что ты заботишься обо всех этих людях, Рич".

Ричард не чувствовал, что делает много хорошего, и сказал ей об этом. "Я просто присматриваю за детьми. Настоящая работа - в Лондоне. Мне неловко признаваться в этом, но я рад, что я не там".

"Я тоже рада, но это не значит, что ты не будешь нужен здесь. Эти люди, - она оглядела всех бездомных и чудаковатых, которые сидели на каменном полу церкви или ссутулились на скамьях, - они видят присутствие полицейского и автоматически чувствуют себя в большей безопасности. Не стоит недооценивать, насколько ты важен".

"Я не недооцениваю, Джен, но я беспокоюсь, что если ситуация ухудшится, все эти люди будут смотреть на меня в поисках направления. А у меня нет ни единой чертовой подсказки".

"Перейдем этот мост, когда он наступит".

Риаз вошел снаружи и прошелся по центральному проходу между скамьями. Он подошел прямо к Ричарду. "На улице уже стемнело, а Глен только что передал по радио с Сидр-Хилла. У нас там какие-то дети играют".

"Глен может с этим справиться?"

"Нет", - сказал Риаз. "Он один человек, и он сказал, что их там полдюжины".

Ричард кивнул. "Вы будете ему помогать?"

"Нет, мы будем помогать ему".

"Я не уйду отсюда", - сказал Ричард, бросив боковой взгляд на Диллона, которому все больше и больше надоедало смотреть в глаза.

"Послушайте", - сказал Риаз. "Ты уже однажды отказался от своего долга, чтобы забрать свою семью, и я могу это понять, но сейчас они здесь и в безопасности. Я не позволю тебе оставаться здесь и ничего не делать, пока улицы превращаются в джунгли".

Ричард выпрямился и нахмурился на своего коллегу. " Ты не в том положении, чтобы позволять мне что-либо делать".

"Может быть, и так, но как коллега-полицейский я прошу тебя о помощи, и если у тебя нет чертовски веских причин ее не оказать, я сообщу о тебе в СИ".

Ричард открыл рот, чтобы заговорить, но Джен сжала его руку. "Все в порядке, Рич. Тебе нужно идти делать свою работу. Не беспокойся обо мне и Диллоне. Мы в порядке".

Ричард проглотил комок в горле, пытаясь принять решение. Он смотрел, как Диллон встает и осматривает различные церковные атрибуты. Вскоре он начнет возиться с тем, с чем не должен был. Потом он что-нибудь сломает.

Но если позволить мародерам бесконтрольно разгуливать по церкви, ущерб будет гораздо серьезнее.

"Ладно, Риаз, хорошо. Позволь мне попрощаться с сыном".

Риаз кивнул, но выглядел раздраженным даже от того, что ему пришлось ждать еще одну минуту. Ричард проигнорировал отношение своего коллеги и подошел к Диллону.

"Привет, Дил-Дил", - сказал он. "Я просто ухожу, но скоро вернусь".

"Нет, папа, не выходи на улицу. Монстры тебя схватят".

Ричард сжал руку сына, чтобы успокоить его. "Нет, не поймают. Чудовища далеко. Я просто иду навестить друга на другом конце города. Я ненадолго. Пока меня не будет, ты должен вести себя хорошо. Не лезь туда, куда не следует, и делай то, что говорит тебе мама, хорошо?".

Диллон кивнул и одновременно надулся. "Здесь скучно, папа. Они не разрешают мне переключать канал на телевизоре".

"Я знаю, но нам всем придется остаться здесь на некоторое время, прежде чем мы сможем пойти домой".

"Из-за монстров?"

Ричард не хотел тревожить своего сына, но он также хотел, чтобы он понял. "Вроде того, Дил, да. Нам просто нужно убедиться, что монстры останутся там, где они есть".

"Ты можешь принести мои книги, папа?"

Ричард вздохнул. Его сын любил читать - то, что Ричард и Джен пытались привить ему в раннем возрасте как способ поддержки даунов. Это сработало, и Диллон часто читал книги о Гарри Поттере от корки до корки. Детские энциклопедии тоже пользовались успехом, особенно если в них были факты о животных. "Не думаю, что у меня будет время вернуться, дорогой, но если я увижу открытые магазины, я попробую купить тебе журнал".

"Хорошо, папа", - тоскливо кивнул он. "Люблю тебя".

Ричард поцеловал сына в лоб. "Я тоже тебя люблю, сынок".

Джен все еще стояла неподалеку, и он быстро обнял ее, прежде чем уйти. Он уже собирался что-то сказать ей, когда Риаз раздраженно прочистил горло.

"Я иду", - огрызнулся Ричард. Он вышел вслед за другим офицером из дверей церкви, но был остановлен викарием.

"А, офицеры", - сказал Майлз. "Я просто хочу еще раз сказать, как я благодарен вам за то, что вы здесь. Люди боятся. Часть меня жалеет, что я никогда не включал телевизор, но я полагаю, что от ужасов, с которыми мы сталкиваемся, не спрятаться".

"Нет, спасибо, преподобный. Это была огромная помощь - дать всем этим людям возможность собраться вместе для моральной поддержки".

"Полагаю, вы двое уже отправились разбираться с теми, кто менее заинтересован в таких вещах?"

Ричард кивнул. "К сожалению, в такие времена в людях проявляется самое худшее".

"Честно говоря, я не думаю, что когда-либо были "такие времена", но я понимаю вашу точку зрения. Пожалуйста, напомните всем, кого вы встретите, что в церкви еще есть место и кружка горячего чая, если они захотят".

"Так и сделаем", - сказал Риаз. "Еще раз спасибо, сэр".

"Пожалуйста, зовите меня Майлз. Сэр" должно быть только для мужчин в галстуках, вы так не считаете?".

Риазу не терпелось уйти, и его ответ был коротким. "Да, Майлз, так и есть. До скорого прощайте".

Когда они уходили, Ричард остановил своего коллегу. "Не надо быть таким грубым, знаешь ли. Этот человек сделал для помощи больше, чем кто-либо другой".

"Подавать чай - это не помощь. Мы должны пресекать вредное поведение, пока оно не закрепилось. Он просто делает хорошую рекламу церкви".

"Это немного цинично".

Он пожал плечами. "Возможно".

Ричард задумался, был ли Риаз мусульманином, и не поэтому ли он не одобряет преподобного и его церковь. Он решил, что слишком невежественен в таких вопросах, чтобы спрашивать. Он также не знал Риаза особенно хорошо.

Сидр-Хилл находился на окраине центра города, где магазины сменялись офисами. Рядом с автобусной станцией торговали спиртным, поэтому этот район часто становился проблемным в плане антиобщественного поведения. Прогулка заняла у них десять минут.

Глен, круглолицый мужчина с настойчивой улыбкой, припарковался возле фирмы по подбору персонала. Он помахал им из окна машины, когда они подошли. "Не хотел делать шаг, пока у меня не будет подкрепления".

"Что у нас есть?" - спросил Ричард.

"Шесть или семь ребят, напившихся на автобусной станции. Судя по всему, они совершили налет на офис".

Ричард засунул большие пальцы за пояс и вздохнул. "Не знаю, что нам с ними делать".

"Заприте их", - сказал Риаз. "Так же, как и в любую другую ночь".

"Но это не любая другая ночь, Риаз. Сегодня весь мир отправился в ад в ручной корзине, если ты не заметил. Кучка детей, набросившихся на автобусную станцию, это не то, что обычно волнует".

"Преступление остается преступлением. Если невинный человек забредет на автовокзал и подвергнется нападению, это наша неудача".

Ричард кивнул. "Я согласен. Единственное, что я хочу сказать, это то, что кажется глупым сажать их всех в тюрьму. Кто-нибудь сегодня вообще дежурит в тюрьме?"

Глен кивнул. "Я разговаривал по рации со Сьюзи за столом. Там есть пара патрульных - Саттон там".

Саттон был еще одним сержантом, как и Ричард - приличный коп. Ричард кивнул. "Хорошо, мы вызовем его, как только разберемся с ситуацией".

"Тогда поехали", - сказал Риаз.

Глен повел машину по дороге возле автобусной станции, а Ричард и Риаз поспешили пешком. Беспорядочные подростки, находившиеся внутри, опрокидывали мусорные баки и лазили по доскам расписания, как обезьяны. Количество пивных банок на полу было достаточно, чтобы заполнить ими мусорный бак.

Риаз был первым и набросился на одного из парней, прежде чем они заметили его приближение.

"Чертовы свиньи", - крикнул один из них, переходя на бег.

Ричард уклонился в сторону и бросился наперерез одному из парней. Они столкнулись и упали на землю. Ричард одержал верх в потасовке и оказался сверху. Бейсболка парня покатилась по полу, обнажив его лицо.

"Сегодня ты был в торговом центре", - сказал Ричард. "Ты разгромил игровой магазин".

"Я не знаю, что ты несешь, свинья".

Ричард поднял парня на ноги, стараясь не дать вони алкоголя перебить его. "Мы скоро проверим твою память, сынок. Будет много записей с камер видеонаблюдения, чтобы напомнить тебе". Он увидел вспышку беспокойства в глазах парня и остался доволен. Обернувшись, он увидел, что Риаз задержал еще двух парней, удерживая их на расстоянии с помощью газового баллончика CS. Снаружи Глен схватил четвертого хулигана и прижал его к машине. Трое из них убежали.

"Ты в порядке, Риаз?" - спросил Ричард, толкая своего пленника и надевая на него наручники.

Риаз кивнул, на его лице появилось довольное выражение, пока он возился с парнями, оказавшимися в его руках.

Они надели на заключенных наручники и вывели их на улицу, усадив на землю в ряд возле магазина. "Сегодня вы действительно неплохо потрудились, не так ли?" - сказал Ричард.

Группа парней угрюмо уставилась на землю.

Риаз кивнул Глену. "Вызывай".

Глен воспользовался радио в своей машине и связался с Сьюзи. Они поболтали туда-сюда в течение минуты, пока Риаз и Ричард разбирались с заключенными.

"Ты знаешь, каким подонком надо быть, чтобы в такое время устраивать беспорядки?" - сказал Риаз. "Люди напуганы. Люди умирают всего в нескольких милях от нас в Лондоне. Какого черта вы делаете?".

Никто не заговорил.

Риаз пнул одного из парней. "Отвечайте, маленькие засранцы".

Ричард протянул руку и подтолкнул своего коллегу на шаг назад. "Хорошо, Риаз. Они у нас".

Риаз пожал плечами. "Мне просто противно. Отвращение к этой стране. Отвращение к таким дегенератам, как эти, которые думают, что могут делать все, что им вздумается".

Ричард увидел истерику на лице своего коллеги. Его глаза метались, а губы подергивались. "Просто успокойся, Риаз. Ты же знаешь, что так бывает. Большинство людей ведут себя хорошо, пытаются помочь".

Риаз покачал головой и сделал паузу. "Я знаю. Черт возьми, я просто хотел бы, чтобы у нас было лучше, вот и все".

Глен вылез из круизера и подошел к нему. "Мы не можем их принять".

Ричард нахмурился. "Что? Камеры переполнены?"

"Нет, камеры пусты, и участок тоже. Сьюзи сказала, что Саттон велел всем отправляться домой к своим семьям".

"Саттон сделал это?" Ричард не мог в это поверить. Саттон был слишком предан своему делу, чтобы оставить свой пост. Неужели все действительно так плохо?

Да, конечно.

Глен вздохнул. "Я знаю, что это безумие, но Сьюзи как раз собиралась уходить сама. Она сказала, что офицеры, присоединившиеся к оперативной группе в Лондоне, уже несколько часов не сообщают о себе и что командование не отвечает. О нас на время забыли, так что только от нас зависит, что мы будем делать. По всем признакам, в городе идет тотальная война".

"Так что же нам делать с этими подонками?" - спросил Риаз, его гнев снова нарастал. "Мы не можем просто отпустить их".

Ричард схватил его за руку. "Мы что-нибудь придумаем".

Один из парней вскочил на ноги и попытался убежать. Это был абсурдный поступок, поскольку его руки были скованы наручниками. Он сделал три шага, ковыляя, как пингвин, прежде чем Риаз выбил у него ноги из-под ног и повалил его на бордюр.

"Черт! Это жестокость полиции".

"Расскажи это тому, кому не все равно", - шипел Риаз. "Встань еще раз, и ты больше не сможешь пытаться".

Ричарду пришлось снова отодвинуть Риаза. Мужчина сжимал кулаки. "Риаз, успокойся. Это просто кучка детей, которые прикрывают свой страх безрассудным поведением".

"Да", - сказал Глен. "Просто расслабься, Риаз. Ты их пугаешь".

"Я ничего не боюсь, придурок", - пробормотал один парень.

Риаз выглядел так, словно собирался снова уйти, но приближающийся автомобиль заставил трех офицеров повернуться. Это был армейский джип, который остановился, когда водитель увидел их, и притормозил у обочины. Солдат смотрел на них с заднего сиденья незакрытого автомобиля. На водительском сиденье сидела азиатка.

"Самое время нам немного помочь", - сказал Ричард, положив руки на бедра и вздохнув с облегчением.

"Я здесь не по поручению армии", - сказал солдат. "Я просто доставляю этих двух репортеров в их офисы".

Ричард заглянул на заднее сиденье джипа и увидел, что солдат сидит рядом с другим мужчиной, а между ними сидит маленькая девочка и хмуро смотрит на спинку сиденья. Он хмыкнул, не желая показаться испуганным, когда задал вопрос. "О, как дела в городе? Все еще плохо?"

Солдат покачал головой. "Нет, не плохо. Все кончено. В Лондоне ничего не осталось. Армию уничтожили. Возможно, я единственный солдат, оставшийся от Гайд-парка".

Ричард почувствовал, как его захлестнула волна тошноты. "Черт. С чем, черт возьми, мы здесь имеем дело? Это действительно монстры?"

Азиатка кивнула с водительского места. "У нас война, и мы должны быть готовы. Всем, не только полиции и армии. Мы все должны быть готовы к борьбе".

Ричард попытался понять, к чему клонит женщина. В итоге он хмыкнул. "Сражаться с монстрами? Вы, должно быть, шутите. Люди не будут сражаться. Я только что провела половину ночи, пытаясь остановить людей, грабящих друг друга".

"Если мы не будем работать вместе, у нас нет шансов", - сказала она ему. Жесткое выражение лица молодой женщины заставило его неловко передернуться.

"Просто делайте все, что в ваших силах, офицер", - сказал солдат. "Те дети, которые у вас арестованы, что они сделали?"

"А что они не сделали? Врывались в магазины, били стекла машин, устраивали гонки..." Ричард не знал, почему он преувеличивает. Он подумал, не паникует ли он.

"Вам нужно поговорить с этими мальчиками", - сказал репортер. "Расскажите им, что их ждет. Дайте им занятие, и они будут рады быть полезными, я вам обещаю".

Ричард усмехнулся. "Что? Вы хотите, чтобы я назначил банду головорезов?"

Солдат решительно кивнул. "Да! Мы только что потеряли целую армию в Гайд-парке. Этой стране нужны бойцы. А у вас кучка их сидит на дороге. Это не просто новость недели. Это большой летний блокбастер, конец света, борьба за выживание. У вас есть шанс изменить ситуацию, офицер. Приготовьте своих людей и этих мальчиков, потому что война придет к нам всем".

Ричард посмотрел на всех внутри джипа, затем снова на солдата. "Ты не шутишь? Это действительно апокалипсис или что-то в этом роде?"

"Везде идет атака, вы, наверное, уже знаете об этом. Отбиваться придется таким, как вы. Британской армии не будет, чтобы разобраться со всем этим. Придется сражаться на улицах и умирать от боли. За наше выживание будут бороться такие молодые люди, как те, что у вас арестованы. Так что иди и расскажи им, с чем они столкнулись, пока не стало слишком поздно".

Ричард кивнул, чувствуя себя ошеломленным. Ему казалось, что он обнаружил, что заснул во время какого-то великого события. Он знал, что дела плохи, но эти люди, разъезжающие в потрепанном армейском джипе, заставили его понять, что ситуация вышла далеко за пределы его нынешнего понимания. Они видели то, чего не видел он, то, что заставило их понять. "Хорошо", - сказал он. "Я соберу их и заставлю работать. Каждый трудоспособный человек, которого я смогу найти, будет готов, даю слово".

Солдат отдал честь. "Как вас зовут?"

"Ричард Хониуэлл".

"Я желаю тебе добра, Ричард. Оставайся живым".

"Я... Да, ты тоже".

Женщина включила передачу и поехала. Ричард стоял посреди дороги, ошеломленный.

Через минуту к нему подошел Глен. "Ты думаешь, он говорил правду? Думаешь, армия ушла?"

Ричард пожал плечами, глядя, как задние фонари джипа исчезают в конце дороги. "Зачем ему врать?"

"Я не знаю".

"Если город действительно пал, - сказал Риаз, - тогда нам нужно отступить и найти поддержку. Армия в Лондоне была не единственной защитой страны".

Ричард почувствовал, как опустились его плечи. "Возможно, нет, но армия в Лондоне была бы нашей лучшей защитой. Если она падет, я не надеюсь на что-то еще". Он начал задыхаться. "А как насчет других "камней"? Нас атакуют со всех сторон. Отступать некуда".

Что он собирался делать? Как ему уберечь Джен и Диллона? Собрав кучку вандалов и попытавшись построить форт? Безумие!

"Но мы в безопасности", - сказал Глен. "На Слау никто не нападает."

"О, очнись, Глен", - сказал Риаз. "Если Лондон будет беззащитен, враг получит свободу действий, чтобы распространиться и атаковать окружающие районы. Мы так близко, как только можно подобраться к Лондону, не будучи его частью. Мы следующие".

"Тогда что нам делать?"

Ричард почувствовал головокружение. Он чувствовал себя далеко от собственного тела. Он посмотрел на вереницу молодых людей, сидящих на обочине. Хотя они, скорее всего, были напуганы, их бравада была глубоко укоренившейся. Они не осмелились бы показать свое беспокойство. Ричарду нужно было сделать то же самое. "Мы делаем то, что сказал нам солдат", - сказал он, отчаянно желая выполнить приказ, даже если он исходит от незнакомца. "Мы готовимся к бою. Никто не придет защитить нас или наши семьи, поэтому мы должны сделать это сами".

Риаз хмыкнул. "Ты идиот, если думаешь, что это хорошая идея".

"Я не думаю, что это хорошая идея. Я думаю, что это единственный вариант, который у нас есть".

"Моя жена и дочь здесь", - сказал Глен. "Если мне некуда их деть, то я буду сражаться с любым количеством монстров, лишь бы они были в безопасности. Если нам придется остаться здесь и сражаться, тогда я приму это с головой".

Ричард кивнул, стараясь не упасть там, где стоял. "Я тоже, Глен".

Риаз вздохнул. "Давайте просто вернемся в церковь. Может быть, мы сможем собрать наши головы вместе и что-нибудь придумать".

Ричард указал в сторону молодых людей, сидящих на обочине. "Сначала нам нужно провести вербовку".

Один из парней на обочине подался вперед, и его стошнило.

"Это твое дело", - сказал Риаз. "Я не хочу в этом участвовать".

Ричард вздохнул, когда Риаз с шумом удалился, но был рад, что Глен остался с ним. Они вдвоем стояли перед ожидающими их молодыми ребятами. Ричард положил руки на бедра, говоря. "Если вы, парни, все еще в настроении крушить вещи, то у вас будет еще один шанс. Только на этот раз вы будете крушить то, что я вам скажу".

Парень, на котором все еще не было белой бейсболки, сначала выглядел растерянным, но потом поднял голову и усмехнулся.

Взглянув на часы, Ричард не мог поверить времени. 6 УТРА. Они работали всю ночь. Теперь, осознав время, он выпустил почти бесконечный зевок. Большинство людей в прохладном помещении церкви улеглись спать задолго до полуночи, крепко спали на одеялах, предоставленных викарием.

Ричард в последний раз проверял Диллона и Джен чуть позже часа ночи. Они дремали, и он осмелился лишь натянуть одеяло на плечо Диллона, прежде чем вернуться к работе. Работы было много.

Как выяснилось, четверо молодых людей, задержанных на автобусной станции, на удивление охотно согласились помочь, как будто с нетерпением ждали указаний. Это еще больше убедило Ричарда в том, что их пьяные выходки были вызваны страхом от незнания, что делать.

К Ричарду подошел Аарон, белая бейсболка снова была на его голове. Он был явным лидером банды, и остальные трое поддержали его, когда он согласился помочь Ричарду. Последние несколько часов они работали над созданием баррикады на главной дороге. Она выглядела неплохо.

"Я устал, босс. Солнце уже встает. Мы с ребятами можем прилечь?".

Ричард кивнул. "Найдите какое-нибудь тихое место в церкви, и я вам крикну, если что-нибудь случится. Ты и твои друзья хорошо поработали сегодня, Аарон. Нам повезло, что у нас есть вы".

Похвала, казалось, удивила парня. "Спасибо. Полагаю, нам всем нужно держаться вместе".

"Если только мы все не проснемся после страшного сна, все изменилось, и у нас есть только друг с другом".

Аарон отправился в путь, пока Ричард осматривал работу парня. Церковь была окружена дорогами с двух сторон и большой пешеходной зоной с других. Аарон и его друзья, а также еще несколько человек из церкви, взломали несколько машин и сняли ручные тормоза. Они выкатили машины на дорогу, чтобы преградить путь любому приближающемуся человеку. Кроме того, они прихватили связку строительных лесов из припаркованного грузовика строителей и соорудили небольшую платформу, с которой можно было наблюдать за происходящим. Оставшиеся жерди были воткнуты в окна машин так, чтобы они были обращены к дороге, как перья дикобраза. Так будет гораздо труднее преодолеть баррикаду. Это, конечно, не стена Адриана, но это могло замедлить врага, и люди в церкви чувствовали себя в большей безопасности.

Ричард чувствовал себя генералом, зажатым в клетку и ожидающим последней битвы.

Однако, несмотря на страх, Ричард не смог подавить очередной зевок. Он направился к церкви. Птицы, проснувшиеся на крыше, начали свой хор, удивительно спокойный и обычный. Обычно пение птиц на рассвете угнетало Ричарда - оно означало, что беспокойная ночь сна закончилась и начался усталый рабочий день, но сегодня это могло быть знаком того, что мир еще не потерян. Птицы все еще пели.

Риаз сидел на стене возле церкви. Он выглядел призрачным, и белки его глаз были самой заметной его частью. "Твои рабочие пчелы закончили работу за ночь?"

"Они хорошо поработали", - сказал Ричард. "Лучше иметь их на нашей стороне, чем занозу в боку".

"Полагаю, ты прав. Я потерял его на автобусной станции".

"Это было несколько часов назад, Риаз. Не беспокойся об этом. Мы все находимся в напряжении. Никто из нас не знает, что нас ждет".

"Глен говорил с кем-то в штабе некоторое время назад. Лондон оставлен, но в Портсмуте собирается новая оперативная группа. Наши вооруженные силы отзывают из-за границы, но Ближний Восток тоже под ударом, так что будет неясно, сколько из них вернется".

Ричард закрыл глаза и вдохнул. "Я не могу поверить, что весь мир атакован демонами".

"Суд настиг нас".

"Ты веришь в Бога, Риаз?"

Он пожал плечами. "Ты знаешь многих мусульман, которые не верят? Я верю в Аллаха, Верховного и Всемогущего, но, по правде говоря, я уже некоторое время думаю, верит ли он в нас".

"Что ты имеешь в виду?"

"Я имею в виду, что я слишком много лет занимаюсь этой работой. Я видел слишком много мужей, избивающих своих жен, слишком много ножевых ранений и изнасилований. Слишком много всего. Мы не благочестивы. Мы не заслуживаем любви Аллаха. Это то, что мы заслужили. То, что происходит сейчас".

"Резня?"

"Очищение. Мы подвели нашего создателя. Когда художник совершает непоправимую ошибку на своем полотне, что он делает?"

Ричард пожал плечами.

"Он выбрасывает холст и начинает новую картину. Мы не выиграем эту войну, Ричард. Человечеству это не положено". С этими словами он пошел прочь, но не в сторону церкви, а к баррикаде.

Ричард вошел в церковь и направился к алтарю, где он оставил спящих Диллона и Джен. Он нашел их спящими. Тихо, как мышь, он опустился рядом с ними.

Храп заполнил пещерное пространство, поднимаясь высоко к стропилам. Ричард гадал, сколько времени пройдет, пока не раздадутся крики.

"Папа?"

Ричард повернулся и увидел, что Диллон открыл глаза. "Привет, милый".

"Я волновался".

"Я в порядке. Я работал".

"Монстры здесь?"

"Нет, Диллон. Никаких монстров. Ты в безопасности".

Диллон снова закрыл глаза, и на мгновение показалось, что он снова заснет. Затем он снова открыл их и выглядел еще более бодрым. "Мы можем идти домой?"

Ричард поцеловал его в лоб. "Пока нет, милый. Нам нужно побыть вместе, всем нам в церкви, еще немного".

"Пока не станет безопасно возвращаться?"

"Да".

"Будет ли это когда-нибудь безопасно?"

Ричард собирался ответить, но увидел, что Джен тоже открыла глаза. Она смотрела на него, но молчала. "Я не знаю, Диллон", - сказал он сыну. "Правда в том, что все может стать очень страшным, и папе придется очень сильно бороться за твою безопасность. Но что бы ни случилось, вы с мамой должны держаться вместе, хорошо? Даже если это означает оставить меня".

Он ожидал, что Диллон будет протестовать или даже плакать, но сын удивленно кивнул. "Люди в церкви говорят о монстрах. Они сказали, что они придут, чтобы навредить нам".

На глаза Ричарда навернулись слезы. Он хотел солгать - Боже, как он хотел солгать, - но не мог. Не сейчас. "Это правда, Диллон, и мне нужно, чтобы ты был большим и храбрым. Все боятся, и это нормально, но мы все должны быть одной большой семьей и заботиться друг о друге, поэтому сегодня делай все, что скажет тебе мама".

"Ты снова идешь гулять?"

"Нет, Диллон, пока нет. Я собираюсь немного поспать".

"Но потом тебе снова придется выходить, потому что ты сержант?"

Ричард понимал, что его сын пытается разобраться в происходящем, расставить все по местам. Он хотел знать, чего ожидать. "Да, потому что я сержант, и другим полицейским нужно, чтобы я говорил им, что делать".

Диллон кивнул. "Хорошо".

Какое-то время они лежали втроем, прислушиваясь к храпу пятидесяти незнакомцев. В конце концов, солнце пробилось сквозь витражные окна, и с потолка спустился усеянный драгоценностями вал света.

"Никогда не думала, что увижу день, когда ты затащишь себя в церковь", - сказала Джен, протягивая руку и поглаживая его волосы так, как он любил. От этого его веки уже опускались.

"Я тоже. Видимо, я ошибался все эти годы. Надеюсь, Бог поторопится и поможет нам, потому что я не уверен, что смогу многое сделать сам".

"Ты не один, Рич. Возможно, сейчас происходит много плохого, но ты никогда не будешь один. Мы справимся с этим вместе. Ты, я и Диллон".

"Сейчас это единственное, за что я держусь".

"Хорошо, потому что я горжусь тобой".

Он посмотрел на нее. "Правда?"

"Помнишь, перед тем как мы поженились, когда ты поступил на службу в полицию? Мы остановились в том отеле в Торки - "Серебряная рыба"".

"О да."

"И однажды вечером мы взяли несколько бутылок пива на пляже и поговорили о наших мечтах на будущее".

"Я помню. Ты наступила на ракушку и порезала ногу".

Она хихикнула. "Я порезала, не так ли? Но до этого ты сказал мне, что хочешь поступить на службу в полицию и что-то изменить. Ты хотел помогать людям".

"Я помню".

"Но все, что ты делал последние несколько лет, это жаловался на то, что все, что ты делаешь, это преследуешь, наказываешь и сажаешь в тюрьму. Ничто не помогло. Ничего не изменилось".

Ричард вздохнул. Его мысли об эффективности современной полиции часто были удручающими. "Изъятие травы и драки в пабах. Я устал от этого".

"Я знаю, что устал, дорогой. Именно поэтому я горжусь тобой, потому что ты никогда не позволял этому омрачить тебя. Сегодня ты вдохновил кучу подростков на помощь, вместо того чтобы наказывать их ради этого, потому что это не принесло бы никакой пользы. Ты дал им шанс сделать что-то полезное. Ты наделил этих мальчиков силой, и они сломали себе спины, работая на тебя сегодня".

"Откуда ты это знаешь?"

"Потому что я встала посреди ночи и наблюдала за тобой. Майлз сделал мне чашку чая, и мы вместе покурили. Он рассказал мне о том, что произошло в полицейском участке".

Ричард подробно рассказал преподобному Майлзу о том, что его ждет. Бедняга не спал всю ночь, принося Аарону и остальным чай и кофе, чтобы поддержать их. "Ребята меня удивили", - признался он. "Это был репортер из города, который посоветовал мне заручиться их помощью. Не уверен, что я бы сам додумался до этого".

"Ты бы так и сделал. Ты видишь в людях самое лучшее, Рич. Вот почему я люблю тебя".

"Я тоже тебя люблю, Джен. Очень сильно. Если что-нибудь случится..."

Она оттолкнула его. "Мы встретим это вместе. Поспи немного".

Жена продолжала гладить его волосы, и сон был именно тем, что он сделал.

В течение дня беженцев в церкви становилось все больше, но в группе все меньше детей и стариков. Ричард понимал, что большинство семей, вероятно, прячутся в своих домах, но именно эти молодые родители и подростки были им нужны. Если это будут оборонительные силы Слау, им нужны были сильные мужчины и женщины. Именно поэтому Глен и другие офицеры выехали на патрульной машине, чтобы сообщить, что в церкви есть убежище. Единственным, кто остался, был Риаз.

Ричард тем временем проспал до полудня, а затем вернулся к строительству защитных сооружений. Аарон и его друзья вернулись к растущей баррикаде и дополняли ее стульями и столами, взятыми из кладовой церкви. Теперь она тянулась от стены бухгалтерии Дж. Робертса прямо через дорогу до магазина чипсов "Праздник рыбака". Именно рядом с магазином Ричард разговаривал с Аароном.

"Нам нужно перекусить, босс. Я умираю с голоду, и все остальные, наверняка, тоже. Если мы все собираемся торчать в церкви, мы не можем жить на чае и печенье викария".

Ричард почувствовал, как у него самого заурчало в животе. Было уже почти три часа, а он не ел со вчерашнего завтрака. "Я знаю. Нам нужно с этим разобраться, иначе люди начнут роптать".

Аарон указал на большое стеклянное окно чиппи. "Там можно было бы поставить гриль. Майки раньше работал в закусочной и, наверное, сможет все приготовить. Правда, придется взламывать дверь, если только мы не найдем хозяина".

"Взломаем", - сказал Ричард, удивленный тем, как быстро он пришел к этому решению.

Аарон ухмыльнулся. "Вы уверены, босс?"

"Нам нужно всех накормить. За выходные все не уладить. Нам придется сделать все необходимое".

"Ты коп, с которым я могу договориться, ты знаешь об этом?"

"Ты застал меня в неудачный день".

"Твой приятель искал тебя".

Ричард нахмурился. "Кто?"

"Другой коп. Азиат".

"Риаз?"

Аарон пожал плечами. "Он сидел на стене возле церкви".

Ричард повернулся и перешел дорогу, направляясь обратно к церкви. Конечно, он нашел Риаза, сидящего на своем обычном месте. "Ты искал меня?"

Он достал свой телефон и помахал им. "Сегодня днем у меня было покрытие сети. Это позволило мне провести некоторые исследования в Интернете".

"Отлично. Ты что-нибудь узнал?"

"Я начал с обычных поисков, отчетов Би-би-си и т.д. Все так плохо, как я и думал. Это конец света".

Ричард вздохнул. От таких грандиозных заявлений, даже если они были правдой, ничего нельзя было добиться. "Хорошо."

"Тогда я пошел более узким путем, попытался выяснить, сколько нам осталось. Враг движется, но, похоже, он формируется по всей стране в несколько больших армий. Каждую армию возглавляет гигант".

"Извини", - сказал Ричард. "Гиганты?"

Риаз надулся. "Люди в Интернете называют их ангелами из-за шрамов на спине, похожих на крылья. Один из них есть в Лондоне. Он был там во время нападения на Гайд-парк. RAF ударили по нему ракетами, но у него даже кровь не пошла".

"И он идет сюда?"

Риаз пожал плечами. "Не знаю".

"Так где ты все это узнал?"

"Эхо Слау".

"Газета вниз по дороге?"

"Они собирают факты и публикуют их в Интернете. По этой причине я и искал тебя. Видимо, у врага какое-то отвращение к железу".

Ричард наклонил голову и внимательно слушал. "Железо?"

Риаз кивнул. "Согласно Эхо, демоны, или кто они там, не могут пересечь линию из железа. Подумал, что это может пригодиться для твоей баррикады".

"Это наша баррикада, Риаз. Мы строим ее, чтобы обезопасить всех нас".

"Ты действительно думаешь, что это хоть немного изменит ситуацию? Мы не можем бороться с тем, что грядет".

Ричард вздохнул. "Сможем ли мы победить то, что грядет, я не знаю, я признаю это. Но самое меньшее, что мы можем сделать, это бороться с этим".

"Зачем бороться, если это бессмысленно? Почему бы не бежать и не наслаждаться временем, которое у тебя осталось с семьей?"

"Ты думаешь, я не хочу этого? Конечно, хочу, но где бы мы тогда были?"

Рядом раздался звук бьющегося стекла.

Риаз отпрыгнул от стены. "Вот маленькие засранцы!"

Прежде чем Ричард успел его остановить, Риаз помчался через дорогу в сторону магазина чипсов. Аарон и трое его друзей в это время пробивали большое пластинчатое стекло, бросая кирпичи.

Ричард кричал вслед Риазу, но это не помогло. Офицер подбежал к Аарону и схватил его за воротник, крутанув парня на месте. "Что, по-твоему, ты делаешь?"

"Убери свои руки от меня, свинья!"

Риаз зарычал. "Я затащу тебя в камеру и буду охранять тебя сам".

"Риаз! Риаз, все в порядке".

Риаз боковым зрением посмотрел на Ричарда. "Как это нормально? Это была чертовски глупая идея - оставить этих дебоширов на улице".

"Я сказал Аарону выбить окна", - сказал Ричард.

"Что? Зачем?"

"Потому что нас всех нужно кормить, а этот магазин чипсов стоит здесь заброшенный и полный еды".

Риаз отпустил Аарона и отпихнул его. Парень ухмыльнулся, но выглядел немного потрясенным. Риаз бросил на Ричарда взгляд, который ему не понравился. "Это чье-то дело. Какое право мы имеем..."

"Ради всего святого, Риаз! Что, черт возьми, с тобой происходит?"

"Что со мной? Я офицер полиции, который слышит, что другой офицер полиции только что потворствовал бессмысленному уничтожению собственности".

Ричард покачал головой и ткнул пальцем в лицо Риаза. "Нет, дело не только в этом. Ты в плохом настроении с прошлой ночи, что вполне справедливо, учитывая обстоятельства, но чего я не понимаю, так это того, что в одну минуту ты говоришь мне, что мы все обречены, а в следующую пытаешься обеспечить соблюдение закона, как будто все нормально. Что с тобой происходит?"

Он отмахнулся от Ричарда пальцем. "Я не собираюсь вести этот разговор. Хочешь поиграть в Безумного Макса - хорошо, но это пустая трата времени".

"Почему это?" - сказал Ричард. "Почему ты так хочешь сдаться?"

Риаз протиснулся мимо Ричарда и пошел прочь. Уходя, он крикнул через плечо. "Не забывай о железе. Это может помочь тебе прожить еще несколько минут".

"Этот парень - мудак", - сказал Аарон.

Ричард похлопал его по спине. "Это моя вина. Я должен был привлечь Риаза к тому, что мы делаем".

"Он не хочет участвовать. Он только и делает, что сидит и смотрит на нас".

"Я поговорю с ним. А пока просто включите эти жаровни. Я приведу тебе добровольцев из церкви".

Аарон снял бейсболку и провел пальцем по волосам. Улыбаясь, он сказал: "Я всегда хотел иметь свой собственный бизнес. Думаю, теперь я буду заниматься фастфудом".

"Что ж, будь хорош в этом деле, иначе оно превратится в бесплатное для всех".

Ричард направился обратно в церковь, и когда он объявил, что еда уже доставляется, раздался возбужденный хор голодных стонов. Диллон сидел на ступеньках перед алтарем, поэтому Ричард подошел к нему и достал предмет, который он спрятал в карман брюк. Это был комикс Beano, который он взял из корзины возле благотворительного магазина. Диллон усмехнулся при виде этого.

"Деннис Угроза. Спасибо, папа".

Ричард обнял его. "Не за что".

Джен подошла. "Как дела?"

"Мы уже возвели приличную стену. Риаз сказал мне, что узнал, что демоны не могут пересечь железо."

"Демоны? Мы их так называем?"

"Да, и еще есть гигантские ангелы, видимо".

Она разразилась смехом.

Ричард усмехнулся. "Ты мне не веришь?"

Она прикрыла рот рукой и остановила себя. "Нет, я верю тебе. В этом-то и проблема. Демоны, ангелы... Это просто так абсурдно. Когда я пытаюсь осмыслить все это, я начинаю сходить с ума. Мы ведь даже не видели этих вещей. Все это похоже на большой розыгрыш, понимаешь?".

"Будем надеяться, что так оно и есть. Я бы предпочел чувствовать себя глупым, чем бояться".

"Ну, по крайней мере, сейчас мы в порядке. Я возьму Диллона и схожу за едой в магазин чипсов. Может быть, мы найдем способ помочь".

Ричарду понравилась мысль о том, что у его жены и сына будет занятие, и он сказал ей: "Иди, спроси Аарона и скажи, что ты моя жена. Он будет рад твоей помощи, я уверен".

Она кивнула. Перед уходом она поднялась на цыпочки и поцеловала его в щеку. "Я все еще горжусь тобой".

Ричард вздохнул. "Просто дай мне знать, как только остановишься".

"Не вижу, чтобы это произошло".

Ричард стоял в церкви, пока все выходили на улицу и шли через дорогу в магазин чипсов. Почувствовав краткий момент покоя, он сел на скамью и уставился на Иисуса, который висел на кресте над алтарем. Ричард никогда не верил в него раньше, но сейчас он задавался вопросом, был ли этот человек реальным - в том смысле, что он был сыном Божьим и смотрел на человечество свысока. Были ли это действительно демоны, преследующие землю, или что-то совсем другое? Прав ли был Риаз, что все они погибнут без малейшей помощи небесных сил? Несмотря на атеистические взгляды Ричарда, в том, что он оказался в церкви, было что-то роковое. Он чувствовал себя каким-то образом защищенным.

"Ты чувствуешь его присутствие?" - спросил Майлз.

Ричард начал, но потом снова успокоился. "Не уверен, что чувствую. Я не вижу в этом никакого смысла".

"И все же, смысл есть. Это происходит по какой-то причине, просто мы ее не понимаем".

Ричард сцепил руки на коленях, оторвал взгляд от Иисуса и перевел его на Майлза. Тот все еще надевал рясу и воротничок. Если бы это был Ричард, он бы переоделся во что-то более удобное. "Что ты думаешь обо всем этом, Майлз? Есть ли религиозная точка зрения?"

"Есть религиозная точка зрения на все вещи, но не всегда она полезна. По моему мнению, ибо я не могу говорить выше себя, я считаю, что это война, которая началась где-то в другом месте. Я думаю, что силы над нами находятся в споре, и, возможно, мы просто плацдарм. Возможно, мы оказались в центре событий".

"Ты имеешь в виду, как Рай и Ад? Они сражаются из-за нас?"

"Земля небесна по своей природе, потому что она от Бога. Я думаю, что враги Бога хотели бы видеть падение человечества. Это было бы высшим оскорблением для него".

"Значит, мы - сопутствующий ущерб?"

Майлз осторожно кивнул. "Полагать, что мы представляем собой нечто более важное, было бы тщетно".

"Полагаю, ты прав. А в Библии что-нибудь говорится о таких вещах?"

"Зависит от того, какую версию вы читаете. Некоторые американские секты скажут, что это скорбь, что нас всех проверяют на принадлежность к Небесам. Они называют это Вознесением. Церковь ЕХ немного менее драматична. Возможно, Антихрист уже был среди нас, а мы его пропустили. В мире так много зла, что было бы легко списать его на очередного тирана или жадину. Может быть, он принес нам войну, а мы и не заметили".

"Я еще не видел Четырех всадников".

"И ты тоже, я уверен. Такие вещи - простая аллегория. Однако я верю, что если есть силы зла, то есть и добро. Если дьявол пришел на Землю, я искренне верю, что за ним последует Мессия. Какими бы плохими ни казались события, возможно, мы еще не все увидели".

Ричард похлопал мужчину по колену. Это казалось уместным. "Я могу с этим согласиться".

"Значит, надежда есть".

"Это почти все, что у нас есть".

Майлз положил свою руку поверх руки Ричарда. "Питайтесь, офицер. Ты наш тотем, и ты нужен нам сильным".

"Тотем?"

"Средоточие нашего коллективного духа. Люди пойдут за тобой, набираясь сил от твоей силы. Заботься о себе. Иди поешь".

Он кивнул. "Сначала вопрос."

Майлз наклонился вперед. "Да?"

"Есть ли в этой церкви что-нибудь из железа?"

Майлз выглядел озадаченным, но все же задумался над вопросом.

Через некоторое время Ричард вышел на улицу. Он был рад обнаружить длинную, упорядоченную очередь у магазина чипсов. Люди были спокойны. Однако, представив, как бы они вели себя во время нападения, Ричард содрогнулся. Стали бы они кричать и убегать? Возможно. Смог бы он изменить ситуацию? Вряд ли.

Хотя, возможно.

Ричард обошел толпу и подошел к баррикаде. Он взобрался на подмостки и повернулся лицом к очереди. "Привет, привет". Он прочистил горло. "Я хотел бы обратиться ко всем вам кратко, если вы не против".

Люди кивали. Некоторые пробормотали.

"Спасибо. Многие из вас уже знакомы со мной, но я хотел бы представиться как следует. Я сержант Ричард Хониуэлл. До последних нескольких дней я работал за столом и планировал мелкие рейды и аресты наркоманов. Я никогда не был солдатом и не могу сказать, что когда-либо подвергался реальной опасности. Я подозреваю, что это относится к большинству из нас. Недавно я встретил человека, который, однако, был солдатом. Он был в Гайд-парке во время вчерашних терактов. Все пошло плохо. Лондон покинут - не знаю, знаете ли вы уже об этом. Остальная часть страны тоже под угрозой. Похоже, враг повсюду".

Несколько человек из толпы хныкали. Одна мать зажала уши своему сыну.

Джен посмотрела на него из глубины толпы. Диллон ел пачку чипсов. Ричард не мог не смотреть на них, пока говорил. "Как и у многих из вас, у меня есть семья, которую нужно защищать, и желание убежать очень сильное. Но бежать некуда, уверяю вас. Скоро мы будем вынуждены защищаться. Возможно, уже сегодня. В конце концов, те монстры, которых мы все видели по телевизору, будут здесь. От того, что мы сделаем тогда, будет зависеть наше будущее. Если мы повернемся и убежим, враг будет преследовать нас и убивать одного за другим. Если мы будем стоять и сражаться..."

"Зачем нам стоять и сражаться, если британская армия не может?" - крикнул пожилой мужчина.

"Потому что у вас нет выбора, сэр. Если вы не будете сражаться, вы умрете. Может быть, вам удастся прожить на день дольше, убегая, но вы умрете".

Из толпы донеслось еще больше хныканья. "Стойте и сражайтесь, и у нас есть шанс. Если такие группы, как мы, будут сопротивляться, наше число начнет увеличиваться. Может быть, мы не выживем - ненавижу говорить об этом, - но если мы заберем часть врагов с собой, мы облегчим жизнь следующей группе людей, вынужденных защищаться. Мы подготовимся и сделаем все возможное, чтобы быть готовыми, но я призываю вас победить свой страх и сражаться с этими сукиными детьми. Они здесь, чтобы истребить нас. Они здесь, чтобы убить наших детей и перешагнуть через наши трупы. Неужели мы позволим им это?"

"Нет", - сказала Ширли, одарив Ричарда поддерживающей улыбкой.

"Ни хрена себе!" - сказал Аарон, стоя в дверях магазина чипсов. Он был одет в фартук и держал в руке половник, который он торжествующе поднял в воздух.

"Я с тобой", - крикнула Джен.

"Я тоже", - сказал кто-то, кого Ричард не узнал.

"Какой у нас выбор?" - крикнул кто-то еще.

Еще несколько человек высказались в поддержку, но остальная толпа только бормотала. Невозможно было предугадать, что они сделают, но Ричард был уверен, что сделал все, что мог. Он объяснил, каковы шансы и что требуется. Теперь все зависело от них.

"Хорошая речь", - сказал Риаз, когда Ричард слез с баррикады. "Мне жаль".

"За что?"

"За то, что позволил своим заморочкам повлиять на то, что ты делаешь".

Ричард нахмурился. "Просто скажи мне, в чем проблема, Риаз".

"Мой сын был в городе. Я ничего не слышал о нем с тех пор, как все это началось".

Ричард почувствовал эту новость как удар в живот. "Мне так жаль. Я даже не знал, что ты..."

"Мы с его мамой живем отдельно, но я навещаю его раз в месяц на выходные. Может быть, у нас были не самые лучшие отношения между отцом и сыном, но он был моим мальчиком".

"Я понимаю. Сколько ему лет?"

"Шесть."

"Вы, наверное, были молоды?"

Риаз кивнул. "Мне было двадцать два. Отчасти поэтому у меня ничего не получилось с мамой Тарика. Тогда я был слишком увлечен собой".

Тарик. Ричард записал это имя, желая знать больше о своем коллеге. Он похлопал его по руке, но было видно, что Риаз не оценил этого. "Слушай, я не могу представить, что ты чувствуешь, но мы здесь сражаемся, чтобы остаться в живых. Тарик может быть еще где-то там. Дай себе шанс узнать это".

"Думаю, я уже достаточно знаю".

"Не отказывайся от своего сына, Риаз. Если ты хочешь быть хорошим отцом, не сдавайся".

"ПОМОГИТЕ! Пожалуйста, помогите."

Риаз и Ричард одновременно оглянулись. Крики доносились из-за баррикады, которая теперь была слишком высока, чтобы видеть сверху. Ричард забрался обратно на леса и посмотрел в сторону дороги. Две машины остановились на обочине, и люди высыпали на тротуар. Кричавший мужчина был весь в крови.

"Помогите нам, пожалуйста. С нами раненый человек".

"Конечно", - сказал Ричард. "Позвольте мне освободить вам место". Он спрыгнул с баррикады и схватил Риаза. "Давайте уберем все это с дороги. К нам идут люди".

Несколько добровольцев помогли, и вместе они отодвинули столбы строительных лесов и другой хлам, сваленный на вершине старого "Ровера", прислоненного к стене магазина чипсов. К тому моменту, когда Ричард снова увидел дорогу, там стояли семь человек. Четыре женщины и двое мужчин. Двое мужчин несли третьего - раненого.

Глен.

Риаз вскрикнул от неожиданности. "Глен! Что с ним случилось?"

Человек, который кричал о помощи, покачал головой. "Мы не знаем. Я нашел его лежащим на обочине дороги. Я ехал из города, пытался найти помощь. Он в плохом состоянии, но он сказал, чтобы мы пришли и нашли вас всех. Мы можем войти?"

"Да!" - закричал Ричард. "Заходите".

Они перебросили Глена через капот "Ровера" и позволили Риазу и Ричарду ухватиться за него. Пока новички карабкались на баррикаду, Ричард спустил Глена на пол. Он что-то бормотал.

Ричард нахмурился. "В чем дело, Глен? Скажи мне, что случилось?"

"Они... Они здесь. Они идут".

Глен потерял сознание как раз в тот момент, когда прибыл Майлз с вещами, о которых просил Ричард.

Рик сидел за своим роялем, но играть ему не хотелось. Пришло время попрощаться с его любимым роялем и огромным эдвардианским домом. Пришло время попрощаться с жизнью. И, возможно, поздороваться со смертью.

Может быть, тогда я исчезну

и мне не придется смотреть в лицо фактам.

Нелегко смотреть правде в глаза, когда весь твой мир черен.

Конечно, он был не один. Его спутники - папа, Диана и его брат Кит - все плыли в одной и той же тонущей лодке. Мир закончился в тот момент, когда в него вторглись демоны и ангелы. Того, что Рик сражался и выжил, в то время как миллионы других погибли, было достаточно, чтобы он продолжал бороться. Это был его долг. Его спутники чувствовали то же самое. Никто из них не собирался мириться со смертью.

Именно поэтому они уходили сегодня ночью под покровом темноты. Дом Рика был окружен железными решетками, но в конце концов на него все равно напали. Оставаться там было небезопасно, и единственным шансом выжить было найти помощь. Не то чтобы они были уверены, что найдут ее. Поиски Дианы в Интернете с каждой минутой становились все более мрачными, и только "Эхо" давало хоть какую-то надежду. В последние несколько часов их сайт чаще не работал, чем работал, но именно из газеты они узнали о силе железа. Демоны не могли легко атаковать его и получали раны от его прикосновения.

Второй туз в их кармане спал на диване в гостиной. Дэниел был Падшим Ангелом. Именно от него они узнали, что происходит. Черные камни по всему миру вызвали порталы в Ад, и проклятые проходили через них, чтобы захватить Землю как свою собственную. При этом их лидер, Красный Лорд, надеялся вызвать на бой самого Бога.

Дэниел был ранен и, возможно, умер - и все потому, что он отдал часть себя, чтобы вернуть Рика из мертвых после того, как древний демон с длинными черными волосами размозжил ему череп. Рик был обязан своей жизнью Падшему Ангелу.

Мэдди подошла к Рику, на ее лице было пустое выражение, которое говорило о том, что она задумалась.

"Ты в порядке?" - спросил он ее. "Ты думаешь о своем муже". Мэдди хотела пойти домой, чтобы забрать свое обручальное кольцо, единственную часть своего покойного мужа, которую она могла хранить, поскольку его тело было потеряно где-то в руинах Милтон Комб.

Она вздохнула. "Однажды я вернусь домой и оплачу его должным образом".

Рик улыбнулся. "И я обещаю, что помогу тебе сделать это".

"Спасибо, Рик. Ты собираешься сыграть что-нибудь?"

Рик посмотрел на клавиши из слоновой кости перед собой и протянул руку, пальцы зависли. Вместо того, чтобы играть, он закрыл крышку. "Мои дни игры закончились. Я пообещал себе, что однажды, когда все это закончится, я вернусь сюда и проведу все оставшиеся дни, играя музыку. Кто знает, может быть, я даже снова стану поп-звездой".

"Я буду первой в очереди, чтобы купить твой диск".

"Я собрал наши вещи в прихожей", - сказал Кит, входя в гостиную. На его щеке красовался большой синяк от вчерашней битвы с длинноволосым демоном, который теперь лежал мертвым в саду вместе с несколькими своими приспешниками. Вонь становилась все сильнее.

Рик поднялся с табурета и заставил себя не оглядываться на пианино. Он попрощался. Пора было уходить. "Я готов, если ты готов".

"Мы должны попросить Диану сделать последнюю проверку в Интернете", - сказала Мэдди. "Убедиться, что ехать на юг все еще безопасно".

Это была хорошая идея, поэтому они пошли в офис Рика, отделанный дубом, где Диана дремала. Когда она заметила их, она начала - нервы у всех были на пределе - и они попросили ее еще раз проверить интернет.

"Конечно", - сонно ответила она. "Связь становится нестабильной, но я попробую". Она открыла ноутбук Рика и постучала по клавиатуре. "Эхо Слау все еще работает", - сказала она через минуту.

"Есть новости?" - спросил Кит.

"Подождите, дайте мне посмотреть. Да, Портсмут все еще безопасная зона. Армию отзывают из-за границы, и именно туда они прибывают. Очевидно, в офисе "Эхо" есть военный связной, который держит их в курсе событий. Информация должна быть актуальной, и... эй, послушайте, кому-то удалось закрыть одни из врат в Сирии".

Кит нахмурился. "Сирия? Как это нам поможет?"

"Потому что это показывает, что есть способы нанести им ответный удар", - сказал Рик. "Это показывает, что другие люди все еще сражаются".

"Отлично. Еще несколько тысяч врат, и мы вернемся к нормальной жизни".

Рик закатил глаза. "Это лучше, чем ничего".

Кит посмотрел на часы. "Уже почти десять вечера. Если мы хотим максимально использовать ночное укрытие, нам надо двигаться. Если сможем, доберемся до автострады, а если нет - будем двигаться по сельской местности".

Кит, как всегда, считал себя главным, но Рик не стал спорить. То, что говорил его брат, было разумно. Автострады были потенциально проблемными, но если на них не было демонов, то это был бы самый быстрый путь - с фермерскими угодьями, куда можно было бы убежать в случае опасности.

Они собрались в коридоре перед большими входными дверями. Какое-то время Рик был отшельником за этими тяжелыми деревянными стенами, неудавшейся поп-звездой, стеснявшейся показываться на людях. Теперь он был воином, готовым выйти в смертельную пустыню. Каждый из них держал в руках оружие: Кит и Рик - железные кочерги, Диана - бейсбольную биту, а Мэдди - старую клюшку для хоккея на траве и поварской нож.

"Я по-прежнему считаю, что мы оставим Дэниела здесь", - сказал Кит, бросив взгляд назад в сторону гостиной.

Рик покачал головой. "Ни за что. Он спас меня". Остальные не знали истинной природы Дэниела - что он нечеловек, - но Рик сказал им, что парень спас его от верной смерти. Дэниел шел с нами, несмотря ни на что.

Кит хмыкнул. "Ладно, ладно. Он нас ужасно замедлит, но я понимаю, что он один из нас, я полагаю".

Не совсем, подумал Рик.

"Я поставила тачку снаружи, - сказала Мэдди, - вместе с одеялом и подушкой. Ему будет немного тесновато, но должно быть удобно".

Мэдди была фельдшером. Рик был рад, что она была с ним, потому что у нее было сострадание медсестры. "Спасибо, Мэдди. Кит, не хочешь мне помочь?".

Кит пожал плечами и последовал за братом. Они подошли к Дэниелу на диване и взяли его между собой, как кусок старого ковра. Падший ангел на мгновение зашевелился, открыл глаза и уставился на Рика, но потом снова заснул.

"Парень легкий, как перышко", - сказал Кит. "Это немного облегчит транспортировку его задницы".

Рик знал, что Дэниел был анемичным пациентом больницы на грани смерти, поэтому недостаток массы тела был вполне объясним. Он также знал, что если Дэниел умрет, то его сразу же отправят обратно в его тюремную камеру в самых низких ямах ада. Бог сурово наказал своих мятежных ангелов, но предательство Красного Властелина повлечет за собой еще более суровое наказание для Даниила. Даже Люцифер склонился перед таинственной силой, которая дергает за ниточки этой войны.

Мэдди отперла входные двери, пока Кит и Рик несли Падшего Ангела к ожидающей их тачке. Он легко поместился внутрь. Рик положил подушку ему за голову.

Пора было уезжать.

В последний момент Рик оценил дом, в котором прожил последние шесть лет, - символ успеха, которого он когда-то достиг. Его высокая двускатная крыша с двумя дымовыми трубами напоминала уши на голове надвигающегося монстра, но Рик всегда чувствовал себя в безопасности. Железные ворота, окружавшие дом, спасли им жизнь.

Движение. Мелькнула тень за прожекторами на дороге.

Рик прищурился. Какого черта?

"Стоп, стоп", - закричала Мэдди.

Рик повернулся и увидел, что тачка Дэниела начала опрокидываться. Он действовал быстро, выбросив руки, чтобы удержать ее на месте. Но как только он это сделал, его взгляд вернулся к концу подъездной дорожки. Был ли там кто-нибудь? Рик был уверен, что видел человека.

Но незнакомца уже не было.

"Ты в порядке?" - спросил Кит, видя его растерянное выражение лица.

"Да", - ответил Рик. "Мне показалось, что я кого-то видел".

Кит выглядел обеспокоенным и нервно сканировал ворота. "Кого?"

"Старика... Старик подметал".

"Ты видел старика?"

Рик почувствовал себя глупо. "Я думал, что видел. У него была метла, я думаю. Я должен... Должно быть, мне мерещится".

Кит схватил его за плечо и посмотрел на него. "Ты все еще в порядке, чтобы сделать это?"

Рик не был уверен. "Может быть, у меня сотрясение мозга или что-то в этом роде. Но мы не можем здесь больше оставаться. Нам нужно найти помощь".

Кит сердечно похлопал его по плечу. "Тогда пойдем".

Они двинулись по подъездной дорожке, везя Дэниела на тачке. Рик не мог не смотреть по сторонам с тревогой. Не мог избавиться от ощущения, что кто-то следит за ними. Наблюдает за ними и прочесывает землю.

Когда они выехали за ворота, Рик заметил кучу грязи, собранную на одной стороне дороги, и след, словно по нему прошлись метлой.

Через час после выезда из дома они остановились на заправочной станции. Пока все шло хорошо. Хотя прогулки по улицам деревни напоминали походы по руинам разграбленного поселения, никаких признаков демонов - по крайней мере, живых - не было. Их тела лежали повсюду. Проблема заключалась в том, что на каждый труп демона приходилось пять человеческих. Ужас происходящего заставил Рика и его группу сделать передышку внутри бензоколонки.

Слезы заливали глаза Мэдди, но она не позволяла себе рыдать. "Я не уверена, что смогу выдержать больше. Вы видели... вы видели ту маленькую девочку?".

Все кивнули. Не заметить маленькую светловолосую девочку с окровавленными косичками и двумя оторванными руками было невозможно. Ее тело лежало, прислоненное к дорожному знаку, как какое-то предупреждение. В резком свете близлежащего фонарного столба ее бледные щеки были почти прозрачными. Рядом с девочкой лежала мертвая светловолосая женщина - возможно, ее мать. Прежде чем идти дальше, Мэдди положила окоченевшее тело девочки в траву. Даже для фельдшера это оказалось слишком тяжело. С тех пор она не произнесла ни слова.

Кит отложил свою железную кочергу и подошел к гудящему холодильнику на заправке. Он достал бутылку воды и откупорил ее. Сделав глоток, он огляделся вокруг. "Похоже, люди бросили все и побежали спасаться".

"А что еще они могли делать?" - сказала Диана, держа себя в руках и осторожно ступая. "Люди, должно быть, были так напуганы. Так много погибших. Никто не был готов ко всему этому. Я готовилась стать работником по уходу за детьми. Я должна была проводить свои дни в яслях в окружении смеющихся детей, а не ходить по трупам".

Мэдди обняла девушку. "Мы живы, и другие люди тоже, я уверена. Мы найдем их, я обещаю".

Диана вытерла кончик носа. "Куда теперь подевались все демоны? Я имею в виду тех, которые были здесь, в деревне. Не могли же они все быть с теми, кто напал на нас. Думаешь, кто-нибудь из них еще здесь?"

"Демоны собираются в армии", - сказал Кит. "Те, что напали на нас, должно быть, пришли от врат в Крапстоне, но они пронеслись здесь только по пути в другое место. Мы идем на юг. Все будет в порядке".

Диана казалась неуверенной, но она кивнула. Рик сравнил девушку с нервной птицей, но она многое пережила и все еще ставила одну ногу перед другой. Диана была сильнее, чем думала.

"Давайте возьмем немного припасов", - сказал Кит, переходя к кондитерскому отделу и собирая шоколадные батончики. С его толстым кишечником Кит протянет дольше всех, если их заставят голодать.

К счастью, похоже, этого не случится. На заправочной станции все было в достатке, и можно было предположить, что в других местах тоже. Если они умрут, то это будет быстро и мучительно, и от руки демона. Рик взял булочку с колбасой и разорвал упаковку. Когда он надкусил ее, свет погас.

Диана застонала.

"Вот и электричество", - сказал Кит. "Рано или поздно это должно было случиться".

Рик проглотил полный рот теста и вытер рот тыльной стороной кожаного рукава куртки. "Значит ли это, что электростанции отключены? Все стало еще хуже?"

Кит пожал плечами, как будто он все знал и устал объяснять. "Скорее всего, сеть была повреждена. Не похоже, что сейчас они могут послать инженера чинить упавшую линию электропередачи. Лучше отключить все и перенаправить энергию туда, где она нужна. Это правительство принимает умные решения. Где-то кто-то все еще отвечает за это".

"Я надеюсь на это", - сказал Рик, но не был уверен, что верит в это. Скорее всего, на электростанциях не было персонала, их инженеры дезертировали или погибли. Был ли враг достаточно умен, чтобы атаковать стратегические объекты? Неужели они специально отключили электричество?

Демон с черными волосами, несомненно, был в здравом уме. Он разговаривал с Риком, рассказал ему о планах Красного Лорда. Все человечество исчезло.

Мэдди взяла пару бутылок спортивного напитка и отнесла их Дэниелу, все еще лежавшему без сознания в тачке. "Эй, Дэниел, ты можешь очнуться и сделать глоток этого?"

Дэниел пробормотал.

"Дэниел", - сказала она, осторожно встряхивая его. "Нам нужно поддерживать в тебе гидратацию. Можешь просто выпить немного этого, пожалуйста?"

Левый глаз Дэниела приоткрылся, и его губы разошлись. Мэдди поднесла спортивный напиток к его пересохшему рту и медленно опрокинула его внутрь. Через несколько мгновений он отхлебнул и начал глотать с жаждой.

"Вот и все", - сказала Мэдди. "Выпей столько, сколько сможешь. Это даст тебе небольшой толчок".

Дэниел сделал еще глоток, но потом начал задыхаться.

"Полегче", - сказала Мэдди, похлопывая его по спине. Это не помогло. Дэниел продолжал задыхаться с такой силой, что чуть не вывалился из тачки. Рик бросился к нему и схватил его за руку, чтобы он не бился.

"Эй, все в порядке. Успокойся".

Дэниел открыл оба глаза и задыхался.

"Что было в той бутылке?" - спросил Кит. "Яд?"

"Нет, это был витаминный напиток". Она держала ее перед собой.

Рик прочитал этикетку и застонал. С добавлением железа. "Это яд. По крайней мере, для него".

Кит уставилась на него. "Что ты имеешь в виду?"

Рик оказался в яме и решил, что единственный выход - сказать правду. "Дэниел - один из них. Он прошел через врата".

Кит отступил от тачки и поднял свою железную кочергу. "Ты хочешь сказать, что он демон?"

"Нет, он ангел. Один из Падших. Он был заперт в Аду и сбежал вместе со всем остальным, но он не один из плохих парней. Он спас мне жизнь. Он пытался помочь нам".

"Черта с два. Он чертов шпион!"

прорычал Рик. "Тогда почему мы до сих пор живы?"

"Не могу понять, но мы должны разобраться с ним прямо сейчас".

Все это время Дэниел продолжал задыхаться.

Мэдди указала на Диану. "Принеси мне воды. Сейчас же!"

"Что ты делаешь?" Кит повернулся к ней лицом.

"Пытаюсь остановить его удушье".

"Пусть этот ублюдок подавится".

Мэдди ткнула пальцем ему в лицо. "Нет! Я доверяю Рику, и я не видела, чтобы Дэниел сделал что-то, что могло бы нам навредить. Я бы хотела хотя бы помочь ему выжить достаточно долго, чтобы он смог ответить на мои вопросы".

Диана поспешила вернуться с водой. Она была со вкусом персика.

Мэдди сунула горлышко бутылки в рот Дэниела и перевернула ее. Дэниел захлебнулся новой жидкостью, но часть ее прошла нормально. Через несколько мгновений он выпил добровольно. Удушье и захлебывание прошли.

Дэниел был в сознании.

Рик посмотрел на него, широко раскрыв глаза. "Дэниел, ты очнулся?"

"Так и есть. Что это... этот ужасный вкус во рту?"

"Возможно, это железо, которое мы только что дали тебе".

"Что?"

Рик пожал плечами. "Извини. Мы ждали, когда ты очнешься".

Дэниел моргнул, его глаза опустились, и казалось, что он может снова погрузиться в сон в любой момент. Несмотря на это, он огляделся. "Где?"

"Мы на заправочной станции. Мы решили добраться до южного побережья. Там может быть помощь".

"Рик говорит, что ты демон", - сказал Кит, нависая над Дэниелом.

Дэниел, казалось, не стыдился этого факта - возможно, он был слишком не в себе - и слегка кивнул. "Одно слово для меня, я... полагаю".

"Ты один из них".

Дэниел решительно покачал головой, несмотря на свою слабость. "Нет."

Кит кивнул, так же непреклонно. "Да."

"Я не один из них".

"Тогда помоги нам", - сказала Мэдди.

"Слишком... слаб".

"Видишь?" Кит указал пальцем. "Он работает, чтобы уничтожить нас".

Рик сбил указательный палец брата вниз. "Да, потому что Ад действительно послал бы Падшего Ангела, чтобы уничтожить бухгалтера и увядающую поп-звезду. Говорю тебе, он на нашей стороне. Он..."

"Он что?" Кит покраснел лицом, воротник его грязной рубашки, казалось, стал еще теснее облегать его мясистую шею. "Что ты собирался сказать, Рик?"

"Он... Он вернул меня к жизни. Я был мертв - мой череп был разбит, но он меня вылечил. Вернул меня из мертвых".

Кит разразился смехом. "Ты потерял это. Ты, черт возьми, потерял его".

"Нет, не потерял. Я тебе говорю!"

Кит посмотрел на Рика, и улыбка сползла с лица. "Может быть, ты прав. Может быть, ты не потерял его. Может, Дэниел тебя достал. Может быть, ты решил нас всех надуть".

"Кит!" Мэдди положила руку на бедра. "Он твой брат!"

"Правда? Вернулся из мертвых, видимо. Разве это не то, что делают демоны? Разве это не делает его зомби? Не похоже на моего брата". Он ткнул Рика пальцем в грудь.

"Отвали", - рыкнул Рик.

Кит снова ткнул его. "Я хочу знать, что, черт возьми, здесь происходит. Я не умру. Марси и Максвелл все еще где-то там, и я намерен добраться до них".

Рик сильно толкнул брата в плечи, качнув его назад. "Ты имеешь в виду жену и сына, которым ты изменил? Пошел ты, Кит. Ты ни в чем не хозяин, и не тебе решать, что произойдет. Дэниел с нами, и я в порядке".

"Рик?" Мэдди уставилась на него. Кит осторожно отступил назад, держа перед собой кочергу.

"О Боже", - Диана приложила руку ко рту.

Рик покачал головой. "Что? Что такое?"

"Просто... посмотри в зеркало", - сказала Мэдди.

Посмотри в зеркало? О чем она говорила? В конце прохода стояло одно из этих кривых зеркал, которое позволяло продавцу заглянуть за угол. Рик подошел к нему. Было темно, поэтому, когда он поднял голову, то не смог разглядеть себя. Он видел только свои глаза.

Его глаза светились красным.

Рик в шоке попятился назад, столкнувшись с полкой уборочного инвентаря позади себя. "Что со мной?"

Мэдди подошла сзади и схватила его. "Просто сядь. На пол, сейчас же".

Он позволил опустить себя и подтянул колени, сидя в ошеломленном молчании. Мэдди погладила его по спине.

"Что со мной?" - снова спросил он, понимая, что дрожит.

"Шшш, сделай глубокий вдох. Все в порядке".

Рик понял, что его сердце стучит как бубен, но медленно, постепенно он успокоился. "Я... Я снова нормальный?"

Мэдди посмотрела ему в глаза. Она кивнула. "Да."

"Я же говорил тебе; он вернулся неправильным", - сказал Кит.

Мэдди посмотрела на него. "Хватит, Кит. Ничего не изменилось. Мы все отправляемся на юг в поисках безопасности".

"Ты сумасшедшая. Он теперь один из них".

"Может, хватит ссориться?" - сказала Диана. "Давайте возьмем все, что нам нужно, и уйдем. Мне не нравится торчать здесь внутри. Здесь слишком тесно. Когда мне было двенадцать лет, меня заперли в школе в шкафу для уборки на целый час. С тех пор тесные помещения меня пугают".

Кит провел рукой по зачесанным назад волосам и выдохнул. "Ладно, давайте соберем все, что сможем, в рюкзаки и отправимся в путь. Давай просто забудем о том, что Дэниел - демон, а мой брат одержим. Не о чем беспокоиться, я уверен. Может, тот старик, которого видел Рик, был Иисусом, пришедшим спасти нас всех. Все просто замечательно".

"Что ты только что сказал?" Дэниел с трудом поднялся из тачки. "Что ты сказал?"

Кит даже не потрудился посмотреть на него. "Я не разговариваю с тобой, демон. Ты шпион".

"Что ты сказал о человеке, который подметает?" Сила в голосе Дэниела потрясла их.

Нахмурившись, Кит прервал свое утверждение и повернулся к Дэниелу. "Это была шутка. Рику мерещилось. Он думал, что видит старика, который подметает. Не удивительно, учитывая, что ты якобы собрал его мозг воедино".

Дэниел застонал. "Смотритель. Нам нужно уходить отсюда. Прямо сейчас!"

"Подожди, ты хочешь сказать, что он настоящий?" сказал Рик. "Я действительно видел его?"

Дэниел стиснул зубы, пытаясь вылезти из тачки. Он продвинулся на дюйм, но потом упал обратно. "Смотритель очень реален. Если ты видел его, мы все в очень серьезной опасности".

"Кто он?" Диана прижала руки ко рту.

"Ад - это место, полное чудовищ, - сказал Дэниел, - но даже в аду есть свои гопники". Говорят, что Смотритель был рабом, который убирал кровь в римском Колизее после того, как там были преданы смерти христиане. Римляне считали эту кровь запятнанной и посылали убирать ее только самых низких слуг. В течение десятилетий раб наблюдал, как благочестивых людей предавали смерти, скармливали львам, вешали или закалывали. Со временем он оцепенел от их страданий - от всех страданий. Он стал аморальным. Ближе к концу жизни раба гладиаторские бои прекратились, и убийства в Колизее прекратились. Раб оказался без цели. После целой жизни, проведенной за очисткой крови мучеников, у него появилась потребность в ее запахе, в липкости к пальцам. К ее вкусу".

Диана застонала. "О Боже."

Дэниел продолжал, его силы возвращались по мере того, как он рассказывал эту историю. Возможно, это страх придал ему сил. "В конце концов, раб больше не мог отдыхать. Ему нужно было пролить кровь, чтобы продолжить дело своей жизни. Он начал со своего хозяина, вызвав небольшой бунт рабов. Сначала он искупался в крови, затем очистил ее со своей кожи и с пола. Он оставил своего бывшего хозяина на грязи возле его дома, подражая тысячам христиан, погибших на песке арены. Еще десять лет раб продолжал искать кровь, выпивая ее из шей своих жертв, когда они истекали кровью. Это был самый чистый способ извлечения жидкости. Никакой крови на земле. Это была его работа - держать землю в чистоте. Это всегда было его работой".

"Он похож на вампира", - сказала Мэдди.

Дэниел кивнул. "Возможно, отсюда и родился миф. Рим смертельно боялся старика, который преследовал его тени, очищая граждан от их крови. Римский император Онорий пообещал пленному галлу свободу, если тот выследит чудовище и убьет его. Галл, некогда друид своего клана, выследил раба-убийцу, зарезав дюжину свиноматок и слив их кровь в чан на берегу Рубикона. Тошнотворный запах выманил старика из Рима, как и было нужно, в первую же ночь. Луна была полной, и теперь, действительно став чудовищем, зубы раба-убийцы были постоянно красными от крови. Галльский друид устроил на раба засаду и утопил его в большом чане с кровью, положив поэтический конец существу, преследовавшему улицы Рима. Император приказал запечатать чан и похоронить его с трупом старика внутри, чтобы он навсегда был запятнан свернувшейся кровью свиней."

"Откуда ты все это знаешь?" - спросила Диана, все еще прикрывая рот рукой.

"Я ничего не знаю наверняка", - признался Дэниел. "Смотритель стал мифом в коридорах Ада, его история шепталась между проклятыми. Старый раб так долго бороздил горящие залы, что я уже не помню, когда он появился впервые. Но я знаю, что он не был среди Падших".

"Что это значит?" - спросил Рик.

"Я имею в виду, что исконные обитатели Ада - это Падшие Ангелы. Люцифер создал Ад как свое собственное царство и после этого начал требовать проклятые души, чтобы они служили ему. Другими словами, если не считать первоначальных Падших Ангелов, каждая душа, когда-либо отправленная в Ад, когда-то была человеком. Смотритель когда-то ходил по этой земле как человек. Но однажды за свои грехи он попал в огненную бездну. Сотни лет он подметал адские коридоры и очищал их от крови. Но кровь в Аду никогда не кончается. Она течет, как воздух. Смотритель становился еще более безумным, чем был человеком. В конце концов, один лишь взгляд на него, когда он занимался своими делами, мог проклясть вас на несчастье. Смотреть на Смотрителя - значит пригласить его в свою душу. Он лишит вас всего, чем вы являетесь, и оставит на вашем месте безумие. Его боятся даже те, кто находится в аду. Даже Люцифер".

"И я смотрел на него", - сказал Рик.

Дэниел кивнул. "Вот почему нам нужно уходить".

Но было уже слишком поздно. Переднее окно бензоколонки разбилось, и внутрь ворвалось нечто ужасное.

Окна лопнули в граде стекла. Рик схватил Мэдди и вытащил ее в проход. Диана и Кит тоже разбежались, оставив Дэниела на произвол судьбы, как перевернутого черепаху в тачке. Падший Ангел напрягся, чтобы подняться.

Демоны заполнили бензоколонку - сгоревшие монстры и безбожные приматы. Адская банда из преисподней. Кем и чем они были в жизни?

Рик выругался про себя, когда демоны подошли ближе. Он оставил свою кочергу рядом с холодильником, когда брал булочку с колбасой. Теперь он был беззащитен. По крайней мере, Мэдди все еще держала свою хоккейную клюшку. Она держала ее все время, пока находилась на заправке, а еще у нее был нож. Она протянула лезвие Рику.

Рик молча взял нож, низко приседая в проходе и пытаясь разглядеть нападавших в темноте. Они были рассредоточены, перемещаясь во все углы комнаты.

"Выхода нет", - сказал он, странно оцепенев от того, что, вероятно, все они скоро умрут.

"Значит, мы будем сражаться", - сказала Мэдди.

"Эй", - шипел Рик ей вслед, когда она ворвалась в проход. "Вернись".

Звук скрежета.

Стук крови.

"Назад", - раздался дрожащий голос. "Возвращайся в ад, ты, большое дерьмо!"

Рик нахмурился. Это был Дэниел? Что он делал? Не в силах оставить своего товарища одного противостоять врагу, он поспешил за Мэдди, чтобы встретить их возможную смерть.

На центральном этаже Дэниел стоял, но держал одну руку на тачке, как будто мог споткнуться и вернуться обратно. Другую руку он держал перед собой, сжимая кулак, чтобы наброситься на демонов, собравшихся перед ним. Казалось, они застыли на месте, не в силах приблизиться к нему.

Они трусили.

Подметать!

Мэдди встала рядом с Дэниелом. Рик присоединился к ней.

Подметать!

Дэниел посмотрел на них сбоку. "Спасибо, что бросили меня, приятели".

"Прости", - сказал Рик. "Это произошло так быстро".

"Я прощаю тебя. Есть идеи, что теперь делать? Я могу удерживать этих гадов на месте несколько минут, но я слишком слаб, чтобы продолжать в том же духе".

Рик наблюдал, как демоны продвигаются вперед. Один из приматов начал шипеть и плеваться. "Как ты их контролируешь?"

"Потому что Ангел властвует над Адом, но на земле это значит очень много. В конце концов, они будут сопротивляться мне".

Рик понял, что это правда. "Мы должны бежать".

"Куда?" - спросила Мэдди. "Они заблокировали переднюю дверь.

"Есть черный ход", - сказал Кит, крича через всю комнату. "Сюда".

Рик повернулся и увидел, что его брат стоит возле двери. ТОЛЬКО ДЛЯ СОТРУДНИКОВ.

"Иди", - сказал Дэниел. "Убирайтесь отсюда!"

Подметать!

"Он идет, не так ли?" сказала Мэдди. "Я слышу, как он подметает".

Дэниел посмотрел на нее. "Он уже здесь, милая. Просто ты его еще не видишь".

Рик схватил Мэдди и толкнул ее к задней двери. Она сопротивлялась мгновение, но потом начала двигаться. Рик остался на месте.

"Рик, что ты делаешь?" - крикнул Кит. Диана и Мэдди были рядом с ним.

"Я же говорил вам", - крикнул Рик в ответ. "Я не оставлю Дэниела".

"Ты дурак", - потел Дэниел, продолжая накладывать заклинание на врага - ослабляющее заклинание, поскольку сожженные люди и их собратья-чудовища подбирались все ближе. "Проклятый дурак".

Кит снова закричал. "Уходи оттуда".

"Я встречу тебя на дороге, Кит. Иди по дороге и дойдешь до автосалона. Я встречу тебя там".

Кит покачивался на месте, взад и вперед, к двери, к своему брату. "Рик!"

"Просто уходи! Уходи отсюда."

Мэдди хотела было побежать обратно к Рику, но Кит оттащил ее.

Потом они оказались за дверью, все трое. Ушли.

"Что нам делать?" Рик спросил Дэниела.

"Используй то, что я тебе дал".

Рик нахмурился. "Что ты имеешь в виду?"

"Я имею в виду, что причина моей слабости в том, что я перенес часть своей сущности в тебя, когда вернул тебя обратно. Пока ты жив, я мало что могу сделать. Но если ты мне поможешь".

"Помочь тебе?"

Один из приматов вырвался из своего захвата и прыгнул на Рика. Рик вздрогнул и ударил ножом, который дала ему Мэдди. Существо отшатнулось назад, тонкая линия расширилась вдоль его горла. Черная кровь брызнула на пол.

Обожженные мужчины зарычали.

Подметать!

"Быстрее", - сказал Дэниел. "Сосредоточься и помоги мне".

"Сконцентрироваться на чем?"

"На том, чтобы это прошло".

Рик не понимал, что Дэниел говорит ему сделать, но он поднял руку и с усилием сжал челюсть. Он изучал демонов перед собой, буравил их взглядом. Представил, как они уходят.

Одно из существ заговорило. "Ты сгниешь там, где стоишь. Я разорву тебя на части..."

Рик стиснул зубы и прищурил глаза.

Его голова пульсировала.

"Я выслежу оставшихся детей этой земли и... и..." Слова демона прервались. Его глаза без век мерцали и расширились.

Его израненное огнем тело начало дымиться.

Рик задрожал. "Что происходит?"

"Просто смирись с этим", - сказал Дэниел.

Как пластилиновая скульптура у огня, обгоревший человек поник, плоть отвисла от его щек, а под ногами образовались лужи крови. Он боролся и вибрировал, но не мог сдвинуться с места.

Затем и другие демоны тоже начали оседать. Они бешено дергались, но были словно приклеены к полу - полу, который был невыносимо горячим. Рик знал, что жар исходит не от пола. Оно исходило от него и Дэниела.

Первая тварь внезапно выскочила. Обвисшая плоть на его щеках лопнула, как два огромных прыща, и повсюду брызнули кровь и гной. Рик поборол отвращение и продолжил концентрироваться. Один за другим демоны лопались, и через несколько мгновений на их месте оставались лишь лужи вязкого вещества.

Рик задыхался, его рука опустилась, как будто из нее вынули кости. Его тело вскрикнуло от боли, но Дэниел подхватил его, когда он падал. "Такая сила не предназначена для мужчины", - сказал он.

"Я... Что я сделал?"

"Ты только что очистил своих первых демонов. Молодец. Теперь давай убираться отсюда. Ты нужен Смотрителю".

Подметать. Подметать. Свип. Свип.

Рик вырвался из рук Дэниела и повернулся к служебной двери сзади. Он сделал первый шаг к ней, когда что-то дернуло его назад.

Он уставился в лицо чудовища.

Но это было чудовище без лица. Под копной слипшихся седых волос скрывался гладкий, мясистый овал. Каким-то образом ему удалось заглянуть в душу Рика, и он почувствовал, что дрожит, но не снаружи, а изнутри. Что-то острое крепко вцепилось в его душу и тянуло, рвало, дергало.

Рик попытался закричать, но его легкие превратились в сироп от кашля, и он захрипел. Внутри своего больного черепа он услышал слова. Чисто, чисто, чисто. Ты будешь чист.

"Отпусти его. Как Владыка Ада я приказываю тебе".

Рик почувствовал, как хватка на его душе ослабла, но не полностью. Мерзость все еще держала его. Это пустое, безликое лицо все еще смотрело на него сверху вниз.

"Я сказал, отпусти!"

Рик почувствовал, что его жестоко дергают, но на этот раз это было его тело, а не разум. Дэниел схватил его за руку и дергал, как тряпичную куклу. Спотыкаясь, они направились к задней двери.

Смотритель достал метлу и подмел грязные лужи, оставленные демонами. И свистнул.

Не имея рта, мерзость свистела.

Это была веселая мелодия.

Дэниел вытащил Рика через заднюю дверь бензоколонки в небольшое складское помещение. Пожарная дверь сзади была открыта, и они выскочили через нее в ожидающую ночь.

Дэниел пыхтел и отдувался, пот струился по его лицу. Несмотря на то, что всего час назад он был на пороге смерти, Падший Ангел снова был призван спасти Рика. Сколько еще Дэниел мог продолжать?

"Нам нужно найти твоего брата".

"С дороги", - пробормотал Рик, пытаясь двигаться самостоятельно. Он делал один шаг за другим, но каждое движение грозило завалить его на пол. "Он отпустил меня, Смотритель. Ты заставил его".

"Я ничего такого не делал", - устало сказал Дэниел. "Я удивил его, заинтересовал, но он не отпустил тебя. Ты мышь, Рик. Смотритель хочет тебя, но сначала он хочет поиграть. В тебе есть кровь Ангела, а он никогда раньше не очищал Ангелов. Он будет охотиться за тобой, Рик. Неважно, куда мы пойдем".

"Тогда что нам делать?"

"Пока что мы найдем твоего брата".

Но когда они добрались до автомастерской, Кита там не было.

Дэниел помог Рику забраться на капот дорогого седана. На кузове появились вмятины, но время беспокоиться о материальном ущербе уже прошло. Повсюду лежали трупы - и продавцов, и клиентов. В темноте их силуэты грозили в любой момент ожить. Лишь при ближайшем рассмотрении их впалые лица говорили правду - они были давно мертвы.

Рик всегда считал, что от трупов должно вонять так, чтобы человек захлебнулся, но пока что его нос уловил лишь едва уловимый мясной запах, похожий на запах старого бекона.

"Они не стали нас ждать", - стонал Рик. Он мог простить своему брату бегство на заправке, но чтобы не дождаться его...

Это было неправильно. Кит мог поставить свою безопасность на первое место, но Мэдди не стала бы этого делать. Она была первой из них, кто стоял и сопротивлялся на заправке. На самом деле, она боялась меньше всех. Рик предполагал, что смерть ее мужа сыграла свою роль. Волновало ли ее вообще, если бы она умерла? Возможно, да, и именно поэтому она, Кит и Диана добежали до автомастерской и продолжили бежать.

Рик был один.

И Смотритель приближался.

"Что именно там произошло?" спросил Рик у Дэниела. "Что я сделал с теми демонами?"

"Ты изгнал демона обратно в ад. Что-то вроде экзорцизма, но поскольку демоны вселились в свои тела, их души покинули их и оставили тела пустыми сосудами. Теперь они застрянут в Аду, став частью сущности этого места, если только..."

"Если только что?"

"Если только они не овладеют человеком".

"Я думал, что демоны не могут этого сделать из-за железа в нашей крови?"

"Железо в крови человека только мешает небесному существу овладеть человеком. Это был способ для Бога гарантировать, что Ангелы никогда не смогут злоупотребить его творением или сбежать на землю. Однако самые низкие обитатели ада - если хочешь, крестьяне - они могут вселиться в человека, потому что сами когда-то были людьми".

"Что ты хочешь сказать? Что если демоны на земле не убьют нас, то души, все еще запертые в аду, овладеют нами?"

Дэниел покачал головой. "Нет. Овладеть человеком не так-то просто. Выйти из Ада... Скажем так, это не то, что тебе сейчас грозит. Мы должны попытаться найти остальных. Они должны быть рядом. Они ушли всего за десять минут до нас".

"Да, но они бежали, а мы хромаем".

Дэниел вытянул лицо. "Хорошая мысль. Может быть, мы сможем использовать одну из этих машин".

"Ты видел дороги. Мы не проедем и квартала".

"Ты можешь идти?"

Рик прижал пальцы к себе, проверяя, нет ли повреждений. Это было убедительно - везде было больно. Но он мог двигаться.

"Я справлюсь. Как насчет тебя, Дэниел? Ты неважно выглядишь".

Словно смутившись, Дэниел выпрямился. "Это тело не продержится вечно, не при тех нагрузках, которым я его подвергаю. Если я не отдохну и не вылечусь в ближайшее время, я больше не смогу тебе помогать".

"Ты сказал, что я забрал часть твоей... сущности. Могу ли я как-то вернуть ее?"

"Да."

"Как?"

"Умереть".

"Верно, так что давай не будем выбирать вариант А".

Дэниел улыбнулся, впервые за долгое время. "Ты действительно думаешь, что твой брат бросит тебя?"

Рик фыркнул. "Кит - один из самых эгоистичных людей, которых я знаю, но я не думаю, что он так поступит. Он любит меня, по-своему".

"Тогда что с ним случилось?"

"Это та часть, которая меня беспокоит. Мэдди и Диана с ним".

Дэниел, ковыляя, подошел к кабинету начальника участка и заглянул внутрь. Он был крепко заперт, только одно окно было разбито. "Полагаю, мы выберем направление и будем надеяться на лучшее".

Рик ненавидел эту неопределенность, но лучшего решения у него не было. Они оставили Смотрителя менее чем в полумиле от себя, и он мог снова настигнуть их очень скоро.

Ты мышь, Рик.

А кошка идет.

Рик взглянул на дорогу. Через перекресток она расходилась в двух направлениях. Перекресток вел к Крэпстоуну, одному из первых мест, пострадавших от нашествия демонов. Другой маршрут вел к автостраде. По плану они должны были направиться к автостраде.

"Нам сюда". Рик указал. "Крэпстоун опасен, но этот путь ведет к автостраде". Кит должен был придерживаться плана".

Дэниел кивнул. "По-моему, разумно. Будем надеяться, что твой брат не пошел в поле".

Рик посмотрел на фермерские угодья, граничащие с задней частью автосалона, и подумал, что это вполне возможно. Если бы Кит сбежал через поля, то маршрут, по которому Рик собирался идти, привел бы его в противоположном направлении. Возможно, он никогда больше не увидит остальных.

"Вот и все".

Рик и Дэниел вышли из автомастерской и начали спускаться по дороге. Фонарные столбы погасли, и они словно шли через пропасть, а луна - голая щепка - почти не давала света.

"Так ты действительно знал Люцифера?" спросил Рик через пять минут или около того.

Дэниел посмотрел в сторону и, казалось, почувствовал себя неловко. "Да".

"Какой он?"

"Высокомерный. Но справедливый. Он считал, что Бог не имеет права распоряжаться жизнью Ангелов, что такие существа, обладающие огромной красотой и умом, должны быть свободными. Многие из нас согласились с ним, и Люцифер заявил, что если Ангелы помышляют о восстании, чтобы обрести свободу, значит, они имеют на это право. Низшему существу все равно, свободен он или нет, главное, чтобы он был сыт, в тепле и безопасности. Такое существо, как Ангел или человек, жаждет принимать собственные решения. Люцифер мечтал о Небесах, где Ангелы могли бы свободно вершить свои судьбы. Он был первым демократом, а Бог - монархом, которого нужно свергнуть".

"Ты тоже в это веришь, Дэниел?"

Он пожал плечами. "Бог велик, и его сострадание бесконечно, но он также находится в положении вечной дилеммы. Каждое решение, которое Он принимает, помогает одним и вредит другим. Какая бы сторона ни страдала больше, она неизбежно будет винить Его и желать свободы от Его воли. Я считаю, что Бог должен проявлять к Ангелам такое же безразличие, как и к человечеству. На протяжении тысячелетий Он оставался в стороне и отказывался вмешиваться в жизнь Земли, даже когда миллионы людей взывали к Нему. И все же он держит своих ангелов на самом коротком поводке. Этого я не понимаю, и никогда не пойму".

"Значит, ты все равно присоединился бы к Люциферу, если бы тебе пришлось сделать это снова?"

Дэниел нахмурился. "И провести вечность в аду? Нет, спасибо. Несмотря на то, что я думаю, теперь я понимаю, что Бог создал меня, и это дает ему право делать все, что он пожелает. С тех пор как меня отрезали от Рая, я понял, насколько я был его частью, а он - частью меня. Я жажду вернуться домой и отчаянно боюсь, что никогда не вернусь. Ад - это место мучений и боли, но больше всего ранит отсутствие любви. Отсутствие нежного прикосновения или дружеского слова достаточно, чтобы сделать душу хрупкой, вечно находящейся на грани разрыва. Это одинокое место. Ты даже не представляешь, насколько одинокое".

Рик вздрогнул. "Я не могу поверить, что ад существует. Что люди попадают туда".

"Люди туда не попадают. Туда попадают монстры. Ты не монстр, Рик. Ты никогда не увидишь ад".

"Даже если я всю жизнь был атеистом?"

Дэниел пожал плечами. "Это продукт общества. Это не твоя вина, что твои родители не привили тебе веру, или что в твою эпоху доминирует наука. Как Бог может обвинять ребенка в том, что он не верит в него, если этому ребенку никогда не говорили о его существовании? Старые метрики больше не существуют. Все, что сейчас имеет значение, - это добродетель человека. Твори добро, и ты будешь вознагражден. Выбери путь силы, и он приведет тебя в рай".

"Тогда не должен ли ты однажды вернуться в рай, Дэниел? Сейчас ты творишь добро".

На лицо ангела опустилась пелена, еще более темная, чем тени по обе стороны от них. "Нет".

"Но..."

"Я сказал, нет. Нет прощения тому, кто заглянул в Бездну. Мое присутствие, мое знание о проклятых, оно запятнало бы Небеса. Там существует только чистота. Моя душа запятнана".

Рик больше ничего не сказал. После этого они шли в тишине целый час, пока не приблизились к въезду на автостраду. Но вместо того, чтобы свернуть с дороги, они дошли до кольцевой развязки и заглянули через перила на широкую дорогу внизу. В кромешной тьме вереница машин, брошенных из конца в конец, казалась гигантской бесконечной змеей - стальной змеей без конца. Но, хотя змея оставалась неподвижной, в ней было движение.

Там, внизу, были живые люди.

Рик перегнулся через перила и указал. "Другие выжившие".

Дэниел оттащил его назад и шикнул на него. "Посмотри поближе".

Рик нахмурился. Там были люди. Рик видел их движение в темноте - человеческое движение, а не беспорядочное, нечеловеческое шарканье демонов.

Но потом он понял, что там были и демоны.

Рик видел, как выжившие шли вместе с демонами. Выжившие двигались в линию, демоны шли впереди и сзади.

"Что они делают?" Рик повернулся к Дэниелу. "Какого хрена они делают?"

"Говори тише!"

Рик поджал губы и посмотрел назад на автостраду. Без света невозможно было разглядеть отдельных людей в шеренге. Они были связаны вместе или прикованы цепями, как строй рабов в старом фильме. Демоны тащили их за собой, как скот.

Ведут на убой?

"Почему демоны не убивают их?" Рик говорил тихо. "Почему они ведут их за собой?"

Дэниел вздохнул. "Помнишь, что я говорил об одержимости? Все эти развоплощенные души в аду? То, на что ты смотришь, это производственная линия совершенно новых автомобилей".

"Я не понимаю."

"Эти люди будут использоваться как сосуды для размещения душ демонов".

Рик почувствовал себя больным. Вид людей внизу, которых ведут на верную гибель, как ягнят... "Как?"

"Лучше не вдаваться в подробности, - сказал Дэниел, - но они могут быть одержимы только в непосредственной близости от врат. Они должны быть рядом с Адом, чтобы развоплощенная душа могла протянуть руку и схватить их".

Рик начал двигаться к подъездной дороге.

"Рик, куда ты идешь?"

"Чтобы помочь этим людям".

Дэниел поспешил за ним. "Ты с ума сошел? Там внизу, наверное, тридцать демонов".

"И в три раза больше людей. Если мы освободим выживших, мы сможем их одолеть".

"Ты наивен, Рик. Даже если бы там было три сотни выживших, они напуганы и слабы. Они будут падать как мухи".

"Мы должны что-то сделать. Мэдди может быть там".

Дэниел поднял бровь.

Рик хмыкнул. "Что? Почему ты так смотришь на меня?"

"Просто интересно, что тебя больше всего беспокоит Мэдди, а не твой брат".

Теперь, когда он подумал об этом, Рик тоже не был уверен в причине, но он постарался не думать об этом слишком много. "Потому что мой брат - засранец".

Дэниел кивнул. "Да, он такой".

"Что если это причина, по которой они не были в автосервисе и не ждали нас? Что, если их схватили? Я не буду стоять в стороне и позволять всем этим людям быть одержимыми. Мы на войне, Дэниел, ты сам это сказал, и прямо здесь проходит вражеский маршрут снабжения. Если мы ничего не предпримем, все эти люди будут использованы врагом в качестве орудий. Если мы освободим их, они пополнят нашу силу. Так на чьей ты стороне, Дэниел? Ты действительно здесь, чтобы помочь или нет?"

Дэниел медленно покачал головой и посмотрел на Рика так, словно хотел дать ему пощечину. Тихо он сказал: "Я здесь, чтобы помочь. Я на вашей стороне. Если это еще не ясно..."

"Тогда докажи это, Дэниел! Пора взять на себя обязательства. Не просто помочь мне, а помочь делу. Это война, и мы должны нанести ответный удар. Эта катастрофа внизу - наш шанс. У меня нет выбора - там могут быть мои друзья и семья. Ты не обязан мне помогать, но я пойду в любом случае".

Рик начал идти, пригнув голову и крадучись, по направлению к подъездной дороге, которая должна была вывести его на автостраду. Он задумался, насколько хорошо демоны видят в темноте. Не очень хорошо, он надеялся.

Дэниел появился рядом с ним, тоже пригнувшись. "Тебя могут убить, ты знаешь это?"

"Это риск, на который я готов пойти. Как ты сказал, единственное место, куда я попаду, это Небеса. Так чего же бояться?"

Дэниел не ответил, но что-то в тревожном выражении его лица заставило Рика забеспокоиться. Что Дэниел ему не сказал?

Они выехали на автостраду, пригнувшись за брошенным грузовиком. В сотне метров впереди была видна группа с цепями, ближайший демон был достаточно далеко, чтобы легко спрятаться. Проблема возникнет, когда взойдет солнце, или если вся группа остановится, чтобы разбить лагерь. Тогда Рику придется более серьезно задуматься о том, что он собирается делать. Пока что единственным планом было следовать за ними, но в конце концов ему придется действовать.

Как он справится с тридцатью демонами?

Возможно ли это вообще?

Он собирался это выяснить.

"Йоу, Вампс, я не могу этого сделать, чувак".

Они только что пришли на помощь нескольким китайским туристам, и тут все пошло наперекосяк. В итоге они отступили через Темзу и теперь находились еще ближе к опасной зоне. Все они были потрясены. Вампс посмотрел на Гинджа и покачал головой. "Ты видел, что происходит с нашими улицами, Гиндж. У нас нет другого выбора, кроме как помочь. Дела идут хреново. Мы нужны людям".

Гиндж побледнел, как всегда, когда уставал. Это еще больше подчеркивало его рыжие волосы. У него было такое же выражение лица, как у пятилетнего племянника Вампса, Брэдли, когда он хотел сладкого, а получил капусту. "Вампс, чувак, мы не герои. Мы гангстеры".

"Да, мы гангстеры, и другая банда заходит на нашу территорию".

Рейви присоединился к разговору. "Я не подписывался сражаться с монстрами".

"Я тоже", - сказал Месс, пожав плечами в знак того, что он все равно готов к этому. "Все так, как есть".

Вампс посмотрел на кирпичи и битое стекло, покрывающие дороги и тропинки внизу. "Мы никогда не подписывались просто так. Мы родились и выросли, йо. Эта борьба пришла к нам. Мы выходим и помогаем, как вчера. Мы не дали изнасиловать одну девушку. Ты что, не понимаешь? Возможно, она жива благодаря нам".

"Вампс прав", - сказал Месс. "Мне нравится это ощущение. То есть, то, что происходит - дерьмо, но мне нравилось ощущение, когда мы вчера помогали людям".

Рейви вздохнул. "Хорошо, но в конце концов мы умрем. Это не парни из "Вест Хэма", это серьезное дерьмо. Не говоря уже о том, что этот псих, Толкач, занимается нашим делом".

"Как по мне, - сказал Вампс, - шансы на то, что мы умрем, довольно высоки, что бы мы ни делали. По крайней мере, в этом случае мы сможем уйти с размахом".

Гиндж вздохнул. Он посмотрел на карниз крыши и замолчал. Через минуту он сказал: "Хорошо, я в деле. Каков план?"

Вампс усмехнулся. "Мы выходим и направляемся к первому крику, который услышим. Вооружайтесь, парни, сегодня мы не умрем".

Они схватили свое оружие и направились на лестничную клетку. На третьем этаже они были вынуждены остановиться, наткнувшись на труп.

"А, черт, мужик", - сказал Гиндж.

Лицо парня было разбито, половина лица отсутствовала. Рейви закрыл ему рот и вытащил кляп.

"Думаю, это объясняет выстрел, который мы слышали прошлой ночью".

Вампс потянулся вверх и снял с головы зеленую шапку-бини. Он опустился на колени и надел ее на разбитое лицо угонщика. "Пора вернуть ее тебе, Блад. Извини, что ты ввязался в это".

Месс выглядел не таким самоуверенным, как обычно, и вместо того, чтобы ударить кулаком, он развел руками. " Толкач выстрелил бедному ублюдку в лицо. Это уже холодно".

"Он сошел с ума", - сказал Гиндж.

Вампс посмотрел на мертвого угонщика и кивнул. "Я думаю, многие люди сейчас сошли с ума. Давайте убираться отсюда".

Бои в городе продолжались всю ночь, но теперь в городе стало тихо. Холодно, рассветного солнца не хватало, чтобы согреться. Мертвые тела усеивали улицы, и уже начало пахнуть, но запах крови не был таким всепроникающим, как запах дерьма. Вампс никогда не видел мертвецов - пока не убил вчера насильника, - но казалось, что все они обделались, прежде чем двинуться дальше. Пройдет совсем немного времени, и улицы заполонят болезни. Возможно, сегодня вечером они наконец выйдут из города и направятся к побережью.

Но сейчас они должны были патрулировать улицы. Когда эта война закончится, и если они выживут, то, возможно, их начнут уважать. Их больше не будут держать в обществе за то, что они молоды и без гроша в кармане. Они станут воинами. Когда наступило дерьмо, высших классов уже не было видно. В наземной войне нет героев среднего класса.

Над головой пролетел самолет - исчез так же быстро, как и появился.

"Эй," - указал Гиндж. "Там что-то происходит".

Вампс прикрыл глаза рукой, чтобы защитить зрение от восходящего солнца. Ему показалось, что он увидел вдалеке автобус "Пикадилли Серкус". Если это рабочий автобус, то почему, черт возьми, он не пытается уехать? Они должны спасаться бегством так быстро, как только колеса могут их увезти".

Ярко освещенные вывески на углу Пикадилли Серкус были выжжены и почернели от пожаров в магазине внизу. Автобус остановился. Это был не городской автобус или туристический автобус с открытым верхом, а обычный белый автобус с затемненными окнами. С шипением сработали пневматические тормоза, и открылась дверь выхода. Из автобуса вышел мужчина в сером костюме и зажег сигарету. Уличные чувства Вампса активизировались. Что-то было не так в водителе автобуса. Он был слишком спокоен - стоял на улице и курил как ни в чем не бывало. В десяти футах от него лежала груда разорванных тел.

"Посторонись, йо". Вампс поднял руку. Он пополз в сторону улицы, проскальзывая то в одну, то в другую нишу, чтобы скрыть свое приближение. Кто-то еще выходил из автобуса - еще один мужчина в костюме. Этот был моложе другого и коренастый, как борец. У него были длинные светлые волосы, как у молодого Халка Хогана. В руке он держал длинную цепь и дергал за нее. Из автобуса высыпали первые в очереди закованные в наручники мужчины и женщины, цепь была прикреплена к их горлу.

"Это тюремный автобус?" - спросил Рейви.

Вампс покачал головой. "Не может быть. Заключенные, находящиеся в пути, носят соответствующую форму, чтобы они не бегали и не сливались с толпой. Я знаю, потому что они перевели меня из Белмарша в Брикстон после того, как какие-то ублюдки из Энджелл-Тауна пытались меня сбить. Мне пришлось носить этот дерьмовый серый спортивный костюм. Вон те люди носят свою собственную одежду".

"Тогда кто они?" - спросил Гиндж.

Месс положил руку на тротуар и пригнулся ниже, чуть не упав. "Кто эти чуваки в костюмах?"

"Не знаю", - сказал Вампс. "Давайте посмотрим, что произойдет".

Они подошли к фургону и пригнулись за ним. Вампс высунул голову, чтобы посмотреть, что происходит. Два одетых в костюмы джентльмена вывели шеренгу пленников на середину дороги и заставили их встать на колени. Из боковой улицы выехал элегантный черный "Мерседес". Он припарковался, шофер вышел и открыл заднюю дверь.

Вампс прикрыл рот рукой, когда увидел, кто вышел следом. "Не может быть!"

Гиндж нахмурился. "Кто это? Ты знаешь этого чувака?"

"Да, чувак. Это гребаный премьер-министр".

Месс присвистнул. "Этот тощий ублюдок - премьер-министр? Мы должны подойти к нему. Если мы ему поможем, у нас все получится, йоу".

"Иннит", - сказал Рэйви. "Я голосовал за этого парня. Он сказал, что остановит войну на Ближнем Востоке".

Месс поднял бровь. "Ты голосовал, бастер?"

"Да! Мой папа сказал, что наш голос - это то, что делает нас всех равными".

Вампс был уверен, что этот человек - Джон Виндзор, премьер-министр, его черные усы выдавали его с головой. Одетый в черный костюм, он прохаживался перед шеренгой заключенных и разговаривал с тюремщиками. Прикованные мужчины и женщины просили и умоляли, когда увидели своего правящего премьер-министра, но мужчина вел себя так, словно их здесь и не было. Одна женщина попыталась подняться на ноги, но шофер поспешно подошел и ударил ее ногой по коленной чашечке. Она закричала и схватилась за голову. Шофер заставил ее замолчать, выбив зубы у нее изо рта. Он оставил ее там, захлебываясь кровью.

"Какого хрена, йоу", - сказал Месс.

Вампс сжал дедушкин браунинг, проверяя, на месте ли он. "Это дерьмо пахнет не так".

"Да", - сказал Гиндж, нехарактерно храбро. Его возмущение пересилило страх. "Мы должны пойти и дать этому ублюдку прямо в рот. Он урезал пособие моей бабушке в прошлом году".

Вампс уже собирался выйти из укрытия, но отпрыгнул назад, когда заметил демонов, высыпавших на Пикадилли-Серкус.

"Какого черта?" - сказал Месс, его лицо опустилось. "Их там сотни. Нам нужно уходить".

Вампс согласился, но не мог не смотреть. Премьер-министр и его спутники, казалось, не боялись демонов, даже когда очередь заключенных кричала от ужаса. Демоны окружили территорию, пока Вампс не перестал видеть происходящее.

"Я отваливаю", - сказал Месс.

Вампс кивнул. "Встретимся в лицее. Я буду прямо за тобой".

"О чем ты говоришь?" - сказал Гиндж. "Нам нужно выбираться отсюда".

Вампс махнул рукой. "Убирайтесь отсюда к черту, парни. В Лицей. Я буду там. Обещаю."

Похоже, им это не понравилось, но они пошли, и как только они скрылись из виду, Вампс развернулся и забрался на крышу фургона, чтобы лучше видеть. Демоны не нападали на ПМ. Более того, Виндзор, казалось, обращался к ним так, словно они были его чертовыми избирателями. Одно из существ - обожженный человек ростом по меньшей мере на фут выше своих собратьев-демонов и с пепельными дредами - стояло прямо перед премьер-министром и послушно кивало головой.

Затем произошло странное: один из человеческих тюремщиков, отвечавший за очередь заключенных, передал их цепи одному из обожженных людей. Демон повел испуганных людей прочь. Виндзор направился обратно к своему "Мерседесу", улыбаясь. Вампс был рядом с дилерами почти всю свою жизнь, и он только что видел, как состоялась сделка, в которой он был уверен. Уверен, как дерьмо.

Но что, черт возьми, это была за сделка?

И какого черта премьер-министр делал здесь, торгуя жизнями невинных мужчин и женщин с этими демонами?

Гнев, вызванный этим вопросом, заставил Вампса крепко сжать пистолет, его палец защекотал спусковой крючок.

Но стрелять было бы самоубийством. Демоны только что ушли.

Пора было уходить.

Вампс подкрался к краю фургона и уже собирался слезть вниз, когда услышал крик. "Эй, ты там!"

Вампса заметили.

О, черт возьми, нет.

Не теряя времени, Вампс бросился с крыши фургона на землю. Когда он ударился о тротуар, его лодыжка сложилась набок. По правому колену пробежал электрический ток.

Черт побери.

Вампс поднялся на ноги и зашагал прочь, оглядываясь через плечо. Премьер нырнул обратно в свой "Мерседес", словно на его жизнь было совершено покушение, но его дружки пустились в погоню. Они были намного быстрее Вампса, и тот факт, что у него был пистолет, ему не помог, потому что у них были свои. И побольше.

Вопрос был только в том, кто первым доберется до Вампса - его ребята или плохие парни. Он ни в коем случае не хотел оказаться в цепях, как те люди. Дерьмо становилось только хуже.

Он свернул на боковую улицу, направляясь к лицею. Он подумал о том, чтобы увести своих преследователей от Гинджа, Месса и Рэйви, но сейчас он слишком боялся играть в героя. Ему нужны были его друзья. Его семья.

Ему нужна была помощь.

Но Лицей находился в паре кварталов отсюда. Он не успеет.

Вслепую Вампс откинул руку назад и выстрелил. Раздался громкий выстрел, от которого у него заломило в висках, но он не сбавил шага и продолжил бежать. Он разогнался до скорости бега, но спринт был ему не по силам.

Он выстрелил еще раз за спину.

Потом еще один.

Потом они стали стрелять в ответ.

Вампс увернулся от тележки с овощами на тротуаре и проскочил между двумя припаркованными машинами. Его грудь вздымалась.

Раздался еще один выстрел. Окно машины разбилось вдребезги.

Черт, я умру здесь, на улице. Как всегда боялась моя мама.

Еще один выстрел ударил в землю перед ним, подняв щепки того дерьма, из которого были сделаны дороги. Вампс понял, что громко стонет, когда страх вырвался из его горла.

Затем появились его парни, выглядевшие ошеломленными и растерянными, но готовые помочь ему. Они прикрывали его спину.

Месс повел их по дороге. Вампс махнул рукой, чтобы они укрылись. "У них есть оружие. Они..."

Раздался еще один выстрел и пролетел так близко от головы Вампса, что он почувствовал ветер в ухе. Его охватила паника, а ноги превратились в желе. Он пошатнулся и упал. Дорога поднялась, чтобы встретиться с его подбородком, и вдруг он оказался лежащим на земле, жесткий, как доска. Звук, который издало его тело, скользя по земле, был похож на удар арбуза о бетон. Браунинг выпал из его руки и звякнул о бордюр.

"Всем лечь, живо!" крикнул один из людей премьер-министра.

Вампс откинул голову назад и наблюдал, как Месс застыл. Его руки поднялись, и он опустился на колени. Его выражение лица могло бы растопить лед, но его ярости было недостаточно, чтобы остановить пулю, поэтому он сделал то, что ему сказали. Рэйви и Гиндж тоже.

Люди премьер-министра разошлись в разные стороны дороги, оставив Вампса и остальных в центре. Парень слева от Вампса был темноволосым, а его напарник - блондином. Именно блондин схватил Вампса и грубо толкнул его на ноги. Вампс посмотрел на "Браунинг" в канаве.

"Не делай глупостей", - сказал блондин. "Я оставлю тебя подыхать прямо здесь, в канаве, ты, кусок дерьма".

Вампс отказался от пистолета. Вместо этого он повернулся к своему похитителю. "Какого хрена ты работаешь с демонами?"

"Это Лондон. Здесь все дело в политике. Если ты не принадлежишь к правящей партии, то тебя просто прижмут".

Вампс оскалился. "Они тебя за это вздернут".

"Когда? У тебя что, глаза не открыты? Это не война, это переворот. Человечество больше не вершина дерева, и никогда больше не будет".

У Вампса кружилась голова, подбородок пульсировал, и его слишком тошнило, чтобы бороться. Месс, однако, выругался и нанес удар. Он сбил другого парня прямо на задницу и выхватил пистолет из его руки. Он повернулся к блондину, державшему Вампса, и выглядел так, будто вот-вот нажмет на курок. Затем его рука медленно опустилась на бок. Его челюсть отвисла, даже когда дружок премьера вскочил на ноги, ударил его по голове и вырубил.

Вампс обернулся, чтобы посмотреть, что остановило его друга в середине боя. Догадаться было нетрудно.

Семифутовый демон с длинными черными дредами ухмылялся как безумный монстр - именно таким он и был. Демоны заполнили всю дорогу, как футбольная толпа.

"А, что у нас тут?" - сказал монстр с дредами с густым ямайским акцентом. "Больше топлива для огня. Отнесите их на склад".

Демоны на дороге расступились, когда Вампса и его парней повели прочь.

Руки Вампса онемели к тому времени, когда его ввели внутрь склада в задней части театрального района. Его светловолосый похититель засунул его руки так далеко за спину, что он мог почесать собственную голову.

Теперь они находились на какой-то фабрике реквизита. Манекены стояли перед массивными деревянными задниками. Манекены стояли возле фанерной мебели и шкафов. Одна стена была почти полностью заставлена масками, в том числе одной, ужасно похожей на Шрека.

"Лучше надейся, что у меня не будет другого шанса на тебя", - сказал Месс подружке-брюнетке, у которой теперь был довольно сильный синяк под глазом.

Гиндж и Рейви молчали и были испуганы. Инстинктивно они двинулись вместе.

Блондин ткнул Вампса в спину своим пистолетом. "Сюда!"

Вампс, пошатываясь, вошел в клетку, полную людей, возможно, два десятка. Она должна была быть клеткой для хранения складских запасов, но ее превратили в тюрьму. У всех сидящих внутри были пустые выражения лиц. Молодая женщина в углу обмочилась, сидя босыми ногами в луже.

Месс вошел следом за Вампсом. Дверь захлопнулась и их заперли. Два их тюремщика ушли.

"Я собираюсь выбить дерьмо из этих ублюдков", - сказал Месс, ударив кулаком по клетке, отчего та зазвенела.

"Остынь", - сказал Рэйви. "Ты собираешься вернуть их обратно".

"Хорошо! Думаешь, я хочу гнить здесь? Лучше бы они вернулись, чтобы я мог свернуть им шеи".

Рейви сложил руки. "Послушай, парень. Мы живы. Давай просто будем благодарны сейчас. Я устал от этого дерьма. Я хочу однажды снова увидеть свою семью".

Вампс ничего не сказал. Его лодыжка распухла и причиняла ему боль, но это помогало ему оставаться в сознании. Он оглядел своих новых спутников и увидел, что они были напуганы до невозможности. Это были не бандиты из Брикстона и не хулиганы из Вест-Хэма. Это были городские рабочие и покупатели - обычные люди, привыкшие беспокоиться о налоге на машину и выплате ипотеки, а не о вторжении демонов или заточении. Если подумать, кто на земле действительно был готов к этому дерьму?

Гиндж прижался лбом к клетке и начал задыхаться. Его щеки стали ярко-красными, а покрытый липким налетом лоб выглядел так, словно его натерли мелом.

Вампс похлопал своего друга по спине. "С нами все будет в порядке, парень. Я обещаю".

Гиндж вздохнул, прижав голову к клетке. "Мы должны были бежать, как все остальные. Какого черта мы делали?"

"Мы делали то, что было правильно. Держи голову высоко, потому что мы не убежали".

Рейви присоединился. "Да, Гиндж. Ты бандит. По-настоящему. Я остался здесь только потому, что это сделал ты. Я подумал, если у Гинджа хватит смелости встретиться с этим, то и у меня хватит".

Вампс снова похлопал его по спине. "Гордись, парень".

Гиндж вздохнул. "Как я могу гордиться, когда я все время хотел убежать? Только потому, что вы с Мессом были так настроены остаться здесь, у меня не было выбора".

"У тебя был выбор, Гиндж", - сказал Вампс. "Ты осталась со мной, потому что ты храбрец. Ты не поджал хвост и не сбежал, как остальные жители этого города, потому что ты не такой".

Рейви положил руку на спину Гинджа и осторожно погладил. "Мы семья, парень. Мы держимся вместе, несмотря ни на что. Мы держимся вместе".

Вампс посмотрел на Рейви и кивнул. "Мы держимся вместе".

Гиндж поднял голову от клетки, на его лбу появилась крестообразная вмятина. "И теперь мы умрем вместе".

"Это точно!"

Вампс поднял голову как раз вовремя, чтобы увидеть удар, летящий в его лицо. Удар пришелся ему в подбородок и отбросил его назад. Он споткнулся о свою больную лодыжку и оказался на заднице.

Толкач посмотрел на него сверху вниз, на его лице появилось рычание. "Ты перешел дорогу не тому ублюдку. Думаешь, ты можешь разгромить мою квартиру и размахивать пушкой перед моим лицом? Карма - сука". Он ударил ногой по голове Вампса, но был выведен из равновесия Мессом, который толкнул его к клетке. На Месса, в свою очередь, набросились два парня Толкача, которые вышли из толпы и ударили его по затылку. Началась драка. Те, кто не участвовал в ней, отбежали к краям клетки.

Вампс быстро вскочил на ноги. Он схватил Толкача за плечи и ударил головой в переносицу ублюдка. Разъяренный, он зарычал и в ответ ударил Вампса ногой в живот. Оба они пошатнулись назад, корчась от боли.

Вампс сжал кулаки у своих боков.

Толкач сделал то же самое.

Гиндж упал на пол и закричал, когда один из парней Толкача ударил его по ребрам. Месс подошел сзади и поднял парня с земли, ударив его об бетон так сильно, что тот не смог подняться. "Добро пожаловать в бои в клетке, сука! Я буду твоим гидом".

Вампс уклонился в сторону Толкача. "Я выбью твои гребаные зубы".

Толкач оскалился. "Можешь попробовать".

Двое из них столкнулись вместе, кружась в вихре дервишей, их конечности ударяли друг о друга, вращаясь в жестоком танце. Толкач ударил Вампса по уху. Вампс нанес удар ногой в левое колено Пушера. Оба рычали, их боль маскировалась адреналином.

Выстрел остановил бой так же быстро, как и начался. Все в клетке замерли. Вампс и Толкач стояли лицом к лицу, оба задыхались, оба истекали кровью, но не делали ни единого движения.

Появились два дружка, каждый из них с оружием в руках. Пистолет блондина дымился от недавнего выстрела. Это был браунинг деда Вампса. "Что, черт возьми, здесь происходит?" - спросил он.

Вампс не сводил глаз с Толкача. "На что это похоже?"

"Похоже, ты создаешь проблемы. Я не люблю нарушителей спокойствия".

"Тогда, возможно, тебе не стоит их похищать".

Блондин нахмурился. "Кто это начал?"

Вампс обвиняюще посмотрел на Толкача, но тот ничего не сказал. Он не собирался доносить на кого-либо - даже на такой кусок дерьма, как Толкач.

"Нам очень жаль", - сказал Рэйви, его голос надломился. "Мы будем вести себя тихо".

Блондин подошел к клетке и уставился на Рейви. " Ты обещаешь?"

Рейви кивнул. "Да".

"Хорошо. Хорошо. Только скажи мне, кто это начал. Ты можешь сказать мне. Я не плохой парень. Зовут Барри".

Рейви отступил от клетки. "Я... Никто не начинал. Это просто случилось".

Барри не сводил глаз с Рейви. Он медленно произнес. "Кто это начал?"

"Никто, как я..."

Бах.

За долю секунды Барри поднял "Браунинг" и нажал на спусковой крючок. Люди в клетке взбесились, вырываясь, как обезьяны в зоопарке. Вампса отбросило в сторону, и он снова подвернул лодыжку.

Барри поднял дымящийся "Браунинг" и улыбнулся. "У нее неплохой выстрел. Похоже, они уже не делают их так, как раньше".

Вампс попытался заговорить, но он был слишком сильно потрясен. Он полз на животе, пробиваясь сквозь паникующую толпу. "Уйди с моего гребаного пути. Двигайся!"

Он поднялся на колени и протиснулся мимо толстяка в костюме. Затем он оказался лицом к лицу с Толкачом. На этот раз, однако, Толкач не поднял кулаки. Он с тревогой посмотрел на Вампса, затем отвел глаза в сторону.

"Смотри!"

Вампс заметил лежащего на полу Рейви и подбежал к своему другу. Пуля попала ему в грудь, и дыхание вырывалось со свистом. " Рейви, черт возьми. С тобой все будет в порядке".

"Ему пиздец", - сказал один из парней Толкача, но Месс заткнул его, ударив кулаком в бок.

"Заткнись, сука".

Толкач никак не отреагировал на избиение своего парня. Он молча стоял позади Вампса и смотрел на Рейви, который лежал на полу, задыхаясь.

Рейви попытался заговорить, но у него вырвалось только: "С-с-скорби".

Потом он исчез. Вампс поднял его на колени и обнял. Прошло много времени, прежде чем он смог отпустить его.

Вампс и Месс положили Рейви у задней стены и накрыли его одеялом, которое они стащили с испуганной молодой пары в углу. Мужчина и женщина должны были смириться с тем, что им будет прохладно, потому что Вампс не собирался оставлять Рейви на всеобщее обозрение. Он заслуживал большего.

В это время Толкач и два его парня держались на расстоянии и лечили свои раны. У Вампса, Месса и Гинджа были свои раны, но самая сильная боль была в их сердцах.

Рейви был мертв, и как бы Вампс ни смотрел на это, он знал, что это его вина. Он настаивал на том, чтобы они остались в городе. Это всегда было безумием, но сейчас казалось просто абсурдным. О чем он только думал? Почему он был так глуп?

"Это полный бардак", - сказал Месс, сложив толстые руки в нервном жесте, что было на него совершенно не похоже. "Я... я больше не могу с этим справляться. Рейви больше нет. Его действительно больше нет, не так ли?".

У Вампса не было слов, поэтому он коротко обнял своего друга и отпустил. С Мессом все будет в порядке, до определенного момента. За Гинджем нужно было присматривать. С тех пор как его лучшего друга подстрелили, здоровяк сидел у стены, тихонько раскачиваясь взад-вперед и глядя на кровь на полу.

Вампс опустился рядом с ним. "Ты в порядке?"

Гиндж даже не заметил, что ему задали вопрос.

"Гиндж, чувак. Дай мне тебя послушать. Ты все еще с нами?"

Гиндж моргнул. Его глаза наполнились слезами.

"Это шок". Толкач присел перед ними обоими и окинул Гинджа быстрым взглядом. "У меня был приятель, который пережил то же самое, когда увидел, как его сестра спрыгнула с крыши его многоэтажки".

Вампс нахмурился, глядя на своего врага. "Отойди. Мне не нужно видеть тебя сейчас".

"Справедливо. Просто сообщаю тебе, что объявляю перемирие. Нет смысла сражаться друг с другом сейчас, когда у нас есть более серьезный враг".

"Я сказал, отойди".

Толкач вздохнул, но поднял ладони вверх и отошел. "Сожалею о твоей потере, Джи".

Вампс вернулся к своему другу. " Гиндж, парень, нам нужно найти выход из этого".

Гиндж уставился в пространство.

Вампс вздохнул и поднялся на ноги. Если Гинджу нужно было время, хорошо, но им все равно нужно было найти способ выбраться из этой клетки. Вампс не мог позволить себе сидеть и ничего не делать. Тем не менее, он был удивлен, когда увидел премьер-министра, стоящего по другую сторону стальной сетки.

Все заключенные вытаращились на лидера страны, который гордо стоял перед ними, подняв подбородок к потолку. Его черные усы подергивались, когда он говорил. "Я очень сожалею о ваших испытаниях. В мои намерения никогда не входило смотреть, как страдает любой гражданин этой великой страны. К сожалению, во времена исключительных обстоятельств приходится идти на определенные жертвы".

"Почему вы это делаете?" - спросил один из заключенных.

Премьер-министр, казалось, был уязвлен этим вопросом. Он поднял руку и провел длинными пальцами по своему костлявому подбородку. "Мне приходится принимать трудные решения, мэм, но мой главный приоритет - это безопасность людей. Все вы здесь в безопасности, уверяю вас. Вам не стоит беспокоиться. Я умоляю вас сотрудничать и понять, что все, что происходит, происходит в интересах этой нации".

"Вы что, блядь, заблуждаетесь?" - спросил Толкач. "Вы держите людей в клетках, как животных. У меня есть чертов сын, к которому я должен вернуться".

Виндзор просканировал толпу и нашел Толкача. "Ты бы предпочел быть мертвым, как все остальные? Я спас тебя, приведя сюда. Разве ты этого не видишь? Я работаю с нашими гостями, чтобы обеспечить мирную передачу города".

Вамп не мог поверить в то, что слышал. Он видел передачу людей - передачу невинных людей демонам. Неудивительно, что армия не смогла взять город под контроль. Их лидер был в сговоре с врагом. Неужели демоны таким же образом кооптировали и других мировых лидеров? Была ли это не столько война, сколько вражеский захват?

Но что, если Виндзор был искренен? Это правда, что они скорее живы, чем мертвы. В чем заключалась позиция премьер-министра? Почему они были заперты в этой клетке?

Вампс подошел к клетке и изучил премьер-министра. "Вы действительно пытаетесь нам помочь?"

Виндзор улыбнулся ухмылкой политика, которая ничего не выдавала. "Конечно. Я был избран, чтобы служить народу Великобритании. Уверяю вас, я делаю все, что в моих силах".

"Я знаю, где есть еще люди, нуждающиеся в спасении", - сказал Вампс, решив проверить доводы премьера. "Выпустите меня отсюда, и я отведу вас к ним".

Виндзор с интересом наклонил голову и сделал еще один шаг к клетке. "Скажи мне, где они, и я пойду за ними. Они будут доставлены прямо сюда, в безопасное место".

Вампс покачал головой. "Не договоримся. Выпустите меня и моих друзей, и я вам покажу".

Виндзор замолчал. Он изучал Вампса своими темными глазами, пока с его губ не сорвался небольшой смешок. "Хорошая попытка, мой друг, но, боюсь, тебе придется лгать гораздо лучше, чтобы обмануть меня. Хорошая попытка. Я вижу, что должен присматривать за тобой". Он указал пальцем и помахал им, как школьный учитель, отчитывающий ученика. "Браво".

Вампс протянул руку через клетку и схватил палец премьер-министра. Он скрутил его и дернул Виндзора к клетке.

Все задохнулись.

Премьер-министр молчал, его челюсть застыла, глаза сузились. "Немедленно освободи меня".

Вампс несколько секунд удерживал премьера на месте, внезапно осознав, насколько опрометчиво он поступил. Вид этого самодовольного придурка заставил его вспылить, но теперь он перешел черту, за которой, вероятно, получит пулю, как Рейви. "П-пожалуйста, сэр", - сказал он. "Просто выпустите меня отсюда. Я могу рассказать вам все, что вы хотите. Я знаю город - те части, которые вы не знаете. Я знаю, где можно найти всевозможные вещи. Я могу быть полезен такому человеку, как вы. Пожалуйста, выпустите меня".

Виндзор отдернул руку и отошел. Он поправил свой костюм и окинул Вампса презрительным взглядом. "Я не буду иметь никаких дел с такими, как вы. Вы не знаете ничего такого, чего бы не знал я, уверяю вас. Вам должно быть стыдно за то, что вы пытаетесь заниматься проституцией. Какой пример вы подаете своим согражданам? Мы не наемники, и я не потерплю услуг таких наемников. Доброго дня вам всем, и помните мои слова: Сотрудничайте, и вы все останетесь в безопасности".

Премьер-министр ушел, оставив Вампса прислоненным к другой стороне клетки. Сзади него Толкач хрюкнул. "Мужик, это было позорно. Ты почти стоял на коленях, готовый отсосать ему".

Даже Месс был расстроен. "Да, мужик, это было довольно отвратительно смотреть".

Вампс убедился, что Виндзор ушел, прежде чем повернуться лицом к остальным. "Я просто делал то, что должен был делать".

"По-настоящему?" - спросил Месс.

Вампс ухмыльнулся. Он шаркнул рукой и позволил чему-то выскользнуть из манжеты в его руку. Он впервые осмотрел дорогую авторучку, показывая ее Мессу и Толкачу. "Мне нужно было отвлечь этого придурка, пока я наполовину орудовал этим".

Толкач нахмурился. "Ты украл ручку премьер-министра. Мужик, ты и вправду мелкий".

Вампс вздохнул. "Неужели ты не понимаешь? Они хотят обращаться с нами как с заключенными, мы должны вести себя как заключенные. Эта ручка из нержавеющей стали и острая, как блядь. Я только что купил себе тюремную заточку, йоу. Не могу дождаться, когда смогу ее использовать".

Толкач отступил назад, выглядя обеспокоенным.

Но у Вампса были другие цели на уме.

Вампс снова попытался добиться ответа от Гинджа, но вызвал лишь одинокую слезу, скатившуюся по левой щеке его друга. "Давай, Гиндж. Мы выберемся отсюда, я обещаю, но мне нужно, чтобы ты вернулся в игру. Мессу и мне нужна твоя помощь".

Гиндж моргнул, и еще одна слеза пролилась по его щеке. Вампс вздохнул и снова оставил его в покое. Толкач был прав - это был шок, но что можно было сделать для человека в такой ситуации? Правильно ли было оставить их в покое, или Вампс должен был грубо встряхнуть Гинджа и ударить его по лицу, как это делали в кино.

В основном в комедиях.

Это была не комедия.

"Он все еще ведет себя как плаксивая сука?" Толкач сложил руки и скорчил гримасу.

Вампс повернулись к нему. "Что ты только что сказал?"

"Ему нужно стать мужественным. Думаешь, он Брикстонский парень?".

"Так и есть".

"Тогда он должен начать вести себя соответственно".

"Он был достаточно мужественным, чтобы ограбить твою задницу вчера".

Толкач пожал плечами. "Только после того, как я сначала ограбил вас, киски".

Месс вздернул плечи, его массивные трапециевидные мышцы напоминали капюшон кобры. "Сейчас ты получишь еще одну взбучку, блад. Тогда мы узнаем, кто тут киска, бастер".

Толкач засмеялся. Его парни придвинулись к нему, но он махнул рукой, чтобы они снова отошли. "Не, парни, это между мной и панком с маленькими драгоценными камнями в его кискином рту".

Это было последней каплей. Вампс бросился на Толкача с обеими руками. Левой он схватил его за затылок, а правой нанес удар. Толкач получил кулаком прямо в глаз, но быстро ударил Вампса коленом в живот и перевернул его на спину. После этого он нанес удар по затылку. Вампс упал на пол.

Толкач ударил его ногой по ребрам.

Месс хотел вмешаться, но Вампс отмахнулся от него, задыхаясь. "Н-нет! Это один на один".

"Да", - сказал Толкач, ухмыляясь. "Один человек против одной киски". Он ударил кулаком по щеке Вампса и чуть не отправил его в нокаут. Ему потребовалось все, что он имел, чтобы удержать последние нити сознания.

Вампс застонал, попытался встать, но у него выбили из-под ног руку.

Еще один удар ногой по ребрам.

"Что это значит?" Барри вошел в склад, все еще сжимая "Браунинг".

Толкач отступил назад, вытянув руки перед собой. "Эй, этот парень снова создает проблемы. Это все он".

"Мне... мне нужна помощь", - сказал Вампс с пола. "Мне нужно кое-что сказать премьер-министру. Просто вытащите меня отсюда и посадите в другую клетку, и я вам все расскажу. Этот парень собирается убить меня".

Человек в костюме нахмурился, похоже, оценивая ситуацию, прежде чем действовать. "Что ты знаешь?"

"Чего я не знаю?" - сказал Вамп, сплевывая кровь. "Я знаю, где прячутся люди по всему Брикстону. Я знаю, где достать оружие, наркотики, деньги. Ты можешь получить все это. Просто отведи меня в безопасное место, и я расскажу тебе".

"Ты гребаный позор", - сказал Месс. "Я думал, что знаю тебя, Вампс".

Барри направил пистолет на Месса. "Тише, ты".

Затем он отпер клетку и шагнул внутрь, все время держа "Браунинг" перед собой. Он встал на колени и похлопал Вампса свободной рукой. "Ладно, вставай! Мы уходим, только ты и я. Ты настучишь обо всем, что знаешь".

Вампс вскочил на ноги. "Да, мужик. Я клянусь. Я расскажу тебе все. У одного из людей в этой клетке есть оружие".

Барри отступил назад, поднял "Браунинг" перед собой. "У кого?"

"У меня!" Вампс воткнул авторучку прямо в яремную вену ублюдка. Кровотечение началось только после того, как он снова вытащил ручку. Затем, как гейзер, он взорвался огромными ритмичными струями, которые покрыли все вокруг. Барри схватился за пробитую шею и растянулся на стене клетки. Даже умирая, он поднял руку, чтобы направить браунинг на Вампса.

Толкач ударил его сзади по лицу и сломал ему нос. Он выронил пистолет, а рукой закрыл лицо, так как кровь продолжала литься из него. Затем его ноги подкосились, и он рухнул на колени.

Месс прыгнул вперед и ударил кусок дерьма в грудь, повалив его на спину, где он и застыл. "Это всего лишь политика, сука!"

Вампс осмотрел окровавленную авторучку в своей руке и скривился от отвращения. Он только что убил своего второго человека за столько дней. Он бросил ручку на землю, но почему-то знал, что убийство еще не закончено. С этими мыслями он опустился на колени, чтобы подобрать дедушкин браунинг. Толкач попытался сделать то же самое, и они оказались лицом к лицу, когда обе руки оказались над старинным пистолетом.

Следующие две секунды показались вечностью. Воздух улетучился из комнаты. Никто не разговаривал.

Толкач отступил назад, ухмыляясь. "Эй, парень. Я как раз хотел забрать его для тебя".

Вампс собрал "Браунинг" и выпрямился. "Я тебе верю. Давайте просто уберемся отсюда".

Толкач кивнул своим парням. "Пошли."

Они вышли из клетки, но Вампс заметил, что многие пленники остались - слишком напуганы, чтобы двигаться? Вампс повернулся, не в силах оставить их без внимания. "Если вы останетесь там, вы умрете. Потратьте пять минут, все обдумайте, а потом решите, как вы хотите провести то, что осталось от ваших жизней".

Месс помог Гинджу подняться с пола, и вместе с Вампсом они двинулись в путь. Впереди Толкач и его парни искали оружие среди складского реквизита. Пока пистолет был только у Вампса, все могло обойтись.

Месс поправил свою хватку на Гиндже. "Гиндж, мужик, шевели своими чертовыми ногами. Я не собираюсь тащить тебя через весь Лондон".

Вампс бросил на Месса обеспокоенный взгляд. "Может, свежий воздух его разбудит".

"Тогда Эппинг Форест. Эй, помнишь, мы пошли туда покурить травки и в итоге заблудились?"

Вампс хихикнул. "Да, чувак. Рейви ушел в полный отрыв через десять минут. Он пытался развести костер и размышлял о том, как провести остаток жизни в дикой природе".

"Он был под кайфом".

"Мы все были под кайфом".

"Вампс?"

"Да, чувак?"

"Как ты думаешь, что мы там найдем?"

Вампс мог придумать только один ответ. "Больше поводов для борьбы".

Рассвет наступал быстро, и от этого другой корабль казался еще более призрачным. Он появился из ниоткуда - из самой тени, но принес с собой свет.

Спасение.

Оставив капитана Джонсона на вертолетной площадке, Эрнандес пробрался на нос корабля. Это было бы невозможно, если бы не прикрывающий огонь другого корабля. Несколько раз демоны настигали его и разрывались на куски под пулеметным огнем.

Люди, которых он разместил на вершине башни, были еще живы, как и группа, возглавляемая лейтенантом Данзой. Другой офицер сердечно поприветствовал Эрнандеса. На мгновение показалось, что все закончится не очень хорошо.

Пошатываясь, Эрнандес прошел на мостик, где мичман Коннелли уже соединил его с фрегатом береговой охраны, стоявшим по левому борту. Капитан другого судна представился как капитан Гай Грейнджер.

Эрнандес поднял трубку. "Слава Богу за вас, капитан Грейнджер. Спасибо Господу. Вы спасли нас. Когда эти твари оказались на борту, мы не могли остановить их наступление. Именно вы разрезали их на ленточки на воде, и это переломило ход событий. Ваши люди - герои. Прием."

"Так и есть, капитан. Конец связи."

Эрнандес вздохнул. "Не капитан. Командир Джонсон погиб во время атаки, шальная пуля одного из ваших людей, я полагаю. Я лейтенант Эрнандес. Прием."

"Мне жаль вашего командира", - сказал другой капитан. "Мой экипаж сделал все, что мог. Прием."

"Я понимаю. Наши палубы были завалены монстрами. Мы бы потеряли гораздо больше людей, если бы вы не пришли на помощь. Прием."

"Вы знаете, откуда взялись эти существа, лейтенант Эрнандес? Прием."

"Подтверждаю. Наш радар засек аномалию на морском дне в этом районе. Эти твари, должно быть, выплыли прямо из глубин. Они были настолько раздуты и деформированы, что, должно быть, оказались на дне. Конец связи".

После минутного молчания капитан Грейнджер: "Значит, эти адские врата находятся под океанами и на суше. Мы все должны следить за радаром и держать четкий курс. Прием."

"Принято, капитан. Мы бежали из Норфолка, надеясь перегруппироваться, но наткнулись на еще одну битву. Конец связи."

"Вы были в Норфолке? Мы тоже. Вы видели, чем там все закончилось? Конец."

Эрнандес потер тыльной стороной руки, державшей трубку, вспотевший лоб, затем поднес ее ко рту. "Там ничего не осталось. USS New Hampshire пошел ко дну и забрал с собой тысячу человек, но несколько судов ушли. Мы считаем, что нам повезло. Конец связи".

В ответ прозвучал грустный ответ, но, похоже, не готовый уйти. "По крайней мере, некоторые из нас выбрались живыми. Мы еще не побеждены. Конец."

Эрнандес кивнул, несмотря на то, что другой человек не мог его видеть. "Принято, капитан. Это даст нам шанс перегруппироваться и вернуться на побережье. Теперь, когда вы спасли нас, мы сможем сражаться еще один день. Командование флота теперь действует из Флориды, и все корабли должны направиться в Джексонвилл. Будет приятно, если "Хэтчет" будет с вами. Прием."

"Отрицательно. "Хэтчет" переходит Атлантику. Прием."

Эрнандес нахмурился. Было ли что-то, чего он не знал? "Почему? Конец связи".

"У меня есть личное дело, которое я должен решить. Конец связи."

Личное дело в такой момент, когда все Соединенные Штаты находятся под ударом? Этот человек был не в себе? "У нас приказ собраться в Джексонвилле", - прямо сказал Эрнандес. "Не подчинитесь, и вы будете считаться дезертиром. Конец связи."

"Называйте это как хотите", - ответил капитан Грейнджер. "Я отправляюсь в Великобританию, чтобы забрать своих детей. Конец связи."

"Я не могу позволить вам сделать это, капитан Грейнджер. Хэтчет" - собственность Соединенных Штатов, и ваши люди обязаны защищать свою страну. Вы должны вернуться на берег или передать командование тому, кто это сделает. Конец связи".

Эрнандес улучил момент, чтобы осмотреть свою команду - ведь теперь они принадлежали ему - и увидел, что они окровавлены, задыхаются и сильно контужены. Им нужна была демонстрация силы, чтобы сплотиться. Данза стоял неподалеку и пристально смотрел на Эрнандеса. Трудно было понять, о чем тот думает.

"При всем уважении, лейтенант Эрнандес, я не подчиняюсь вашим приказам. Прием."

Эрнандес сжал телефонную трубку и поднес ее ко рту. Это была битва за власть, и если у него был хоть какой-то шанс сохранить свою целостность, он должен был показать, что он не тот командир, с которым можно шутить. Капитан Грейнджер повел себя по-идиотски, и это не пройдет. "Береговая охрана США получила приказ передать командование ВМС. Я старший офицер ВМС в этом регионе, и я беру на себя командование вашим судном. Я поручу одному из моих младших офицеров командовать вашим экипажем. Приготовьтесь к высадке. Прием и отбой".

"Ты уверен в этом?" - спросил Данза, достаточно тихо, чтобы никто не услышал.

Эрнандес понял, что в горле у него стоит комок, и постарался убрать его, прежде чем заговорить. "У нас есть долг. Соединенные Штаты нуждаются в каждом из своих ресурсов, чтобы помочь в трудную минуту. Мы не можем позволить капитану береговой охраны украсть корабль и команду прямо у нас на глазах".

Данза кивнул и, казалось, согласился. "Ты прав, но этот капитан береговой охраны только что спас наши жизни".

"К чему ты клонишь?"

"К тому, что если мы откроем по ним огонь и убьем их, наши собственные люди будут конфликтовать. Если начнется бой, вы попросите их убить людей, которым они обязаны жизнью. Американцев".

"Мой экипаж обязан хранить верность ВМС США, больше никому и ничему".

Данза кивнул. "Я не думаю, что капитан Грейнджер согласится взять нас на абордаж. Он будет сражаться, а это значит, что мы потеряем еще больше людей. Людей, которые нужны нам прямо сейчас".

"К чему именно ты клонишь, Данза?" огрызнулся Эрнандес.

"Я чувствую, что это мой долг - играть в адвоката дьявола. Просто будьте осторожны, вот и все, что я хочу сказать. Иногда нужно проиграть несколько битв, чтобы выиграть войну".

Эрнандесу не нравилось, что ему приходится отстаивать свою точку зрения, но он на мгновение замешкался, чтобы обдумать слова Данзы. Был ли офицер прав? Неужели он совершил беспроигрышное действие?

Менять курс было уже поздно. Отступление уничтожило бы все шансы завоевать уважение экипажа.

Эрнандес отдал приказ. Аугуста" приблизилась настолько, что корпуса двух кораблей почти соприкоснулись. Оставшиеся члены экипажа выстроились вдоль перил, но пока не наставили винтовки. Эрнандес предпочитал, чтобы ситуация разрешилась без стрельбы, но применил бы любую необходимую силу. Даже после потерь его команда все еще имела две винтовки на каждую винтовку "Хэтчета", а вооружение " Аугусты" было в три раза больше. Они могли бы потопить "Хэтчет", если бы до этого дошло, но сделать это означало бы потерять цель всей этой акции. Эрнандес хотел командовать другим кораблем - началом своего собственного флота, который должен был вернуться на материк и начать путь героизма и отваги.

Эрнандес подошел к перилам, думая, не рискует ли он получить пулю, но зная, что ему нужно показать уверенность. "Прикажите своим людям отойти в сторону, капитан Грейнджер. Я захватываю это судно именем военно-морского флота Соединенных Штатов".

Капитан Грейнджер стоял у противоположных перил, также без оружия - два генерала, встретившиеся на поле боя. "Вам отказано в доступе, лейтенант Эрнандес. Я - капитан этого корабля, и мое слово - закон. Будьте благодарны за спасение и забирайте своих людей, куда пожелаете, но они не поднимутся на борт этого корабля".

Эрнандес сузил глаза и заметил, что на борту "Хэтчета", помимо военнослужащих, было несколько гражданских лиц. "У вас на борту американские граждане. Вы планируете их похитить?".

"Ни один мужчина или женщина не находятся здесь против своей воли. На самом деле, все, кто хочет присоединиться к вам сейчас, могут это сделать". Грейнджер повернулся, чтобы посмотреть на своих гражданских, но ни один из них не сделал шаг вперед, чтобы уйти.

"Вы их напугали", - заметил Эрнандес.

Грейнджер улыбнулся так широко, что это было легко заметить даже на расстоянии. "Учитывая, что вы были почти мертвы, когда мы прибыли, я думаю, что, возможно, они боятся именно вас. Люди на этом корабле пережили нападение на Нью-Йорке, нападение на Норфолк, а теперь и нападение на корабль " Аугуста". Со мной они в большей безопасности, чем где-либо еще. Они выжившие и, как назвал их ранее мой лейтенант, воины. Мы пришли, чтобы помочь вам в трудную минуту, когда убежать было бы проще. Мой экипаж бесстрашен и свиреп. Поднимайтесь на борт, если осмелитесь, лейтенант".

Эрнандес рассмеялся, как гиена. "Вы действительно думаете, что выиграете бой против моего корабля, капитан? У вас нет ни единого шанса".

"Возможно, но готовы ли вы потерять людей, которые потребуются, чтобы уничтожить нас? Я обещаю, что за каждого из нас, кого вы возьмете, мы возьмем троих ваших. На вас нацелены два пулемета и главное орудие моего корабля, не говоря уже о сотне винтовок. Видите ли, у меня слишком много людей. Вот что происходит, когда вы выигрываете бои - вы становитесь сильнее. Я смотрю на ваш экипаж, лейтенант, и вижу только страх и изнеможение. Они потеряли своего командира и унаследовали вас. Как долго, по-вашему, они будут терпеть ваше командование, если вы заставите их убивать американцев? Американцев, которые только что спасли им жизнь. А может быть, им не придется долго терпеть вас. Может быть, первый же выстрел попадет прямо вам в лоб. Вы ведь неплохой стрелок, не так ли, лейтенант Тоско?".

Другой офицер на борту "Отродья" поднял свой винтовочный прицел к глазам и усмехнулся. "Да, да, капитан. Я могу подстрелить офицера флота с сотни метров. На самом деле, я готов нажать на курок прямо сейчас".

Ситуация ускользала из рук Эрнандеса, и он знал это. Желчь запеклась у него в горле. Он попытался ответить, но споткнулся о собственные слова, и в итоге ничего, кроме пустословия, не получилось. Он неловко переместился и отступил на шаг. Это небольшое движение вызвало дрожь беспокойства среди членов экипажа, и Эрнандес увидел, как они вздрогнули, в их глазах появилась неуверенность. Капитан Грейнджер рассуждал так же, как предупреждал Данза, и теперь, когда тот озвучил его, это прозвучало в головах мужчин. Могут ли они решиться на перестрелку, услышав столь очевидные факты? Эрнандеса выставили мелким хулиганом.

Капитан Грейнджер вернулся к разговору по радио. "Послушайте, командир Эрнандес, я вижу, что вы хороший человек - хороший американец, но после Норфолка каждый сам за себя. Мы все должны сделать все, что в наших силах, чтобы изменить ситуацию. Корабль "Хэтчет" пересекает Атлантику, и мы окажем помощь везде, где она потребуется, так же, как мы спасли ваш корабль, но мы сами будем прокладывать свой путь и решать свою судьбу. Сейчас речь идет о выживании, разве вы не видите? Не будет никакой большой войны, потому что мы уже проиграли. Нет больше Соединенных Штатов, есть только мы - люди. Все, что осталось - это сопротивление, а никакое сопротивление никогда не работало, выполняя пустые приказы. Оно будет работать, только если делать то, что нужно делать, когда это нужно делать. Забирайте свой корабль и делайте все возможное, чтобы помочь, но если вы попытаетесь бороться с нами, вы только поможете врагу".

Это был последний гвоздь. Эрнандес видел тревогу на лицах членов своей команды. Они ждали приказа, которого боялись, - убивать американцев. Эрнандес больше не мог отдать этот приказ, так как это закончилось бы катастрофой, но он также не мог изменить курс, не потеряв лица. Несколько мгновений он бился в своих мыслях, а тишина покрывала оба корабля. Ему нужно было что-то сказать - что-то такое, во что люди могли бы поверить. "Я считаю вас предателем своей страны, капитан Грейнджер, но я не стану приказывать своим людям стрелять по американцам. Я не согласен с тем, что война проиграна. Она только началась. Вашей стране нужен ваш корабль и ваша команда, но я вижу, что вы промыли им мозги, заставив отказаться от своих убеждений и даже стоять в стороне, отрицая существование Соединенных Штатов. Я не буду рисковать жизнями, но когда Америка победит, таких, как вы, будут вешать за трусость. Если у вас есть хоть капля чести, вы уйдете в отставку, капитан Грейнджер, но я не ожидаю, что вы это сделаете".

"Последнее, в чем виновен кто-либо на борту моего корабля - это трусость. Я желаю вам счастливого пути, коммандер Эрнандес. Постарайтесь сохранить жизнь своим людям. В следующий раз нас не будет рядом, чтобы спасти вас".

Эрнандес закрыл глаза, сомкнул челюсти, затем отвернулся и снял себя с перил. "Давайте приведем палубы в порядок. Мы немедленно отправляемся на материк".

Мертвые демоны замусорили палубы, их обнаженные торсы напоминали покрытых солью медуз. Вонь смерти смешивалась с блеском океана. Двигатели заурчали, и они отчалили от "Хэтчета". Звуки ликования команды разносились по воде, контрастируя с мрачной тишиной на борту "Аугусты".

Данза почесал пятно крови на рукаве. "Это должно было плохо кончиться, как бы ты ни поступил".

"Вы хотите сказать, что предупреждали меня, лейтенант?"

"По-моему, совершенно ясно, что да, но в конце вы отступили. Экипаж в конце концов оправится".

"Оправится от чего?" Эрнандес взглянул на Данзу. "Они моряки, а не котята. Мы пережили атаку и будем готовы к следующей". Джонсон не мог знать, что будет дальше, а я знаю".

"Что именно случилось с Джонсоном? Вы ведь вместе с ним защищали заднюю часть корабля, верно?"

"Как я уже сказал, когда "Хэтчет" открыл по нам огонь, он получил ранение. Мне повезло, что я тоже не получил пулю".

Данза вздохнул. "Наверное, они не могли ничего поделать, но все равно обидно, что они убили нашего командира".

"Теперь это в прошлом. Давайте забудем об этом".

"Люди этого не забудут. Грейнджер бросил нам вызов и ушел свободным. Мне это нелегко дается, и это нелегко дается людям".

Эрнандес подошел к перилам и посмотрел вслед удаляющемуся Хэтчету. "Что я мог сделать, Данза? Какой у меня был выход?"

"У тебя не было выхода, я признаю".

Вид удаляющегося корабля береговой охраны заставил кровь Эрнандеса закипеть. Как он хотел, чтобы Грейнджер стоял рядом с ним, чтобы он мог надрать задницу этому высокомерному болвану - предательскому болвану.

"Грейнджер не останется безнаказанным", - сказал он Данзе. "Это еще не конец".

Данза поднял бровь. "Правда? Каков ваш приказ, командир?"

Эрнандес сказал ему. Данза бросился выполнять его.

Через десять минут " Хэтчет" почти скрылся из виду, но он все еще был виден через объектив мощной винтовки, подобной той, которую старшина Оутербридж в данный момент прижимал к плечу на самом высоком возвышении " Аугусты".

Эрнандес поднял трубку интеркома и вызвал своего снайпера. "Оутербридж, я хочу видеть коммандера Грейнджер".

"Вас понял". Несколько секунд молчания. "Он у меня. Он стоит на палубе".

"В свое время, Оутербридж. Я хочу, чтобы вы устранили командира". Эрнандес увидел выражение лиц членов экипажа и решил унять их трепет там и тогда. Экипаж "Хэтчета" помог нам в трудную минуту, я знаю. Стрелять по ним было бы неправильно, но коммандер Грейнджер - предатель нашей нации. В его распоряжении есть средства, которые могут спасти жизни людей на родине, но он ставит свои собственные эгоистические потребности превыше всего. Отстранив его, командование кораблем перейдет к следующему старшему офицеру, который, как мы можем только молиться, будет более предан Соединенным Штатам Америки. Грейнджер скоро узнает, что бывает с теми, кто предает свою страну. Мы моряки. Мы - солдаты. Мы - мужчины и женщины ВМС США".

Экипаж молча стоял и ждал неизбежного.

Каблоу!

Каблоу!

Каблоу!

Звук вылетающих из ствола винтовки пуль 338-го калибра был подобен удару кнута. Экипаж вздрогнул, но Эрнандес - нет. Он с нетерпением ждал этого звука - звука того, что он вновь обрел власть. " Прием, Оутербридж. Доложите обстановку".

"Цель подтверждена как мертвая".

Эрнандес сглотнул. "Замечательно. Вы следите за Грейнжером?"

"Отрицательно, но я выстрелил".

"Мне нужно подтверждение, Оутербридж..."

"Я... я не вижу его, но у меня был четкий выстрел. Экипаж в панике. Они все укрылись. Я попал в их командира, я уверен. И их лейтенанта тоже".

Эрнандес улыбнулся. "Вас понял. Данза, соедини меня с "Хэтчетом"".

Данза соединился с другим кораблем.

Эрнандес говорил с вновь обретенной уверенностью. Он померился силами с коллегой-командиром и победил. "Мужчины и женщины на борту USCG "Хэтчет". Ваши старшие офицеры мертвы. Пожалуйста, соедините меня с тем, кто принял командование. Я не желаю вам зла, только прошу вас следовать за " Аугустой" обратно к побережью, где она будет добавлена к усилиям ВМС по оказанию помощи. Вы больше не обязаны выполнять обещания, данные капитану Грейнджеру. Вы свободны". Короткая пауза. "Прием, прием, Хэтчет. Кто старший по званию, ответьте, пожалуйста".

Голос трещал в динамике. "Эрнандес, это старший по званию член USCG "Хэтчет", капитан Гай Грейнджер. Вы только что убили человека, который стоит десятерых, и я заставлю вас заплатить за это. Видишь ли, когда эта война закончится, таких, как ты, будут вешать на веревку. Я буду тем, кто это сделает. Как только я найду своих детей, я приду за тобой".

Эрнандес хотел ответить, но его губы сомкнулись. Он отпустил переговорное устройство и оставил его болтаться на шнуре. Дерьмо!

"Эрнандес, успокойся", - сказал Данза.

Эрнандес повернулся к мужчине. "Ты не обращаешься ко мне как к Эрнандесу. Я твой командир. Я прикажу повесить этого человека. Увидишь, если я этого не сделаю".

"Мы все еще можем преследовать их", - сказал Данза.

Эрнандес застонал. "Они движутся в противоположном направлении и могут сравниться с нами в скорости. Это будет пустой тратой нашего времени. Нам нужно возвращаться на материк".

"Вы все еще хотите, чтобы мы проложили курс на Джексонвилл?"

"Да, и посмотрим, сможем ли мы связаться с кем-нибудь из командования. Мне нужно сообщить о предательстве Грейнджера".

Данза выглядел так, словно собирался добавить что-то еще, но вместо этого он повернулся на пятках и отправился выполнять просьбу.

Эрнандес стоял на палубе, оценивая беспорядок, который теперь был его кораблем. На палубе " Аугусты" все еще валялись туши демонов, хотя люди постепенно выбрасывали их за борт. Вдоль носа корабля лежали мертвые члены экипажа. Потери " Аугусты" составили не менее пятидесяти человек, включая командира Джонсона. Его тело лежало под одеялом вместе со всеми остальными, не более примечательное в смерти, чем самый низкий новобранец-моряк.

Ситуация была мрачной, и вступление в командование таким образом было не таким, как предполагал Эрнандес, но это не меняло того факта, что теперь он отвечал за двести человек и несколько сотен тонн оборудования. Он был нужен своей стране.

Оутербридж предстал перед ним, обычная уверенность человека, обученного убивать, теперь сменилась беспокойством. Его плечи обвисли.

"Что, черт возьми, случилось, Оутербридж?"

"Мне жаль, сэр. Я думал, что он у меня в руках. Он был у меня на прицеле, когда я выстрелил. Должно быть, кто-то двигался рядом с ним. Пуле потребовалось бы несколько секунд, чтобы достичь цели. Это был длинный..."

"Тихо", - сказал Эрнандес. "У вас был приказ, который вы не выполнили. Две ночи на гауптвахте. Немедленно явитесь".

Оутербридж выглядел потрясенным, его светлые брови вскинулись. Однако, несмотря на очевидный шок от наказания, он отдал честь. "Есть, сэр".

Эрнандес потратил время на то, чтобы пройтись по кораблю. Он ввязался в несколько стычек, в которых нужно было разобраться, включая драку между двумя мичманами, которые устроили потасовку из-за тела одного из пилотов вертолета корабля. Мертвая женщина, очевидно, была близким другом обоих мужчин, и ни один из них не хотел доверить ее заботу другому. Эрнандес убрал их обоих и поручил кому-то другому избавиться от трупа женщины. Он быстро перешел к другим частям корабля.

"У Грейнджера была правильная идея", - сказал новобранец-моряк по имени Глисон. "Норфолк был кровавой баней. Мы все должны вернуться на сушу и найти свои семьи".

"У нас есть работа", - сказала женщина-мичман по имени Куэрво. "Если мы разбежимся по ветру, то надежды действительно нет. Пока мы доберемся до них, наших семей уже не будет".

"Вы этого не знаете", - сказал кто-то другой. "Мы понятия не имеем, что происходит дома. Норфолк - это всего лишь одно место. Моя семья в Огайо. Возможно, с ними все в порядке".

"Именно", - сказал Глисон. "Мы должны выяснять, что происходит, а не стрелять в береговую охрану".

"Этот человек больше не служил в береговой охране", - сказал Эрнандес, подходя к ним. "Он отказался от своей должности, когда отказался от приказа вернуться". Группа моряков вздрогнула. Глисон побледнел. Эрнандес обратился со своим вопросом именно к Глисону. "Вы считаете, что капитан Грейнджер был прав, прокладывая свой собственный курс?"

Матрос-новобранец выглядел как ягненок перед волком, но, к его чести, он ответил на вопрос. "Вы слышали, что он сказал - нет никаких приказов, которым нужно следовать. Каждый капитан должен сам принимать решения. Он не был врагом, но мы стреляли по нему, как по врагу".

Эрнандес повернулся к мичману Куэрво. "Отведите матроса Глисона на гауптвахту".

Куэрво дрожаще кивнула. " Сейчас же, сэр."

Когда Эрнандес повернулся, его встретил лейтенант Данза.

"Я отдал вам приказ, лейтенант".

"Да, сэр, отдал. Все так, как вы и думали. Командование хочет, чтобы мы вернулись в Джексонвилль".

"А предательство Грейнджера?"

Данза пожал плечами. "Им было нечего сказать по этому поводу".

"Что ты имеешь в виду?"

"Я имею в виду, что у них есть дела поважнее. Собирается новый флот, и его единственной целью будет помощь Восточному побережью. Один капитан береговой охраны..."

"Грейнджер больше не капитан. Он предатель".

Данза, похоже, не оценил, что его прервали, и хмыкнул. "Командир, вы не хотите перевести дух?"

Эрнандес почувствовал, как на него опустилось темное облако. Он наклонился ближе к своему лейтенанту. "Что вы только что сказали?"

"Я сказал, сделайте чертов вдох. Корабль разорван в клочья, а вы приняли командование. Это шок. Вы находитесь в состоянии стресса. Вести себя как тиран в открытом море - это не выход. Вы отправляете людей на гауптвахту, когда у нас не хватает людей. Эта вендетта против Грейнджера бессмысленна".

Эрнандес схватил Данзу за воротник и вывел его из равновесия. "Еще одно неповиновение с твоей стороны, и на гауптвахте окажется еще один человек. Я веду себя жестко, потому что команда на взводе. Их нужно привести в порядок".

Данза не пытался вырваться из хватки Эрнандеса, но и не трусил. "Ты сходишь с ума, Эрнандес. Эти люди, которых ты так боишься, сражались насмерть и выжили. Им нужно, чтобы к следующему сражению они подошли уверенными в себе".

"Тогда не подрывай меня, Данза. Возможно, Джонсон поступил бы иначе, но он мертв".

Данза пожал плечами и поправил воротник. "Да, он мертв. Если бы только люди были там с ним, возможно, он все еще был бы командиром".

"Что ты хочешь этим сказать?" Данза повернулся, чтобы уйти, но Эрнандес схватил его. "Я спрашиваю, что ты имеешь в виду?"

Данза посмотрел ему в глаза. "Я имею в виду, что у нас есть только ваше слово о том, что произошло. Я знал командира Джонсона. Он был храбрым человеком, сражался до конца, но мне интересно, были ли вы рядом с ним, сражались так же сильно или бежали в другом направлении? Почему он мертв, а вы живы?"

Эрнандес выпустил длинный, медленный вздох, встретив вызывающий взгляд своего лейтенанта. Он понял, что экипаж собрался вокруг в качестве свидетелей, и был рад этому. "Три часа, Данза. Именно столько времени ты должен извиняться передо мной на глазах у всего экипажа. Три часа на то, чтобы ты усвоил урок и послушался. Если ты этого не сделаешь, следующие шесть месяцев ты проведешь на гауптвахте, я тебе обещаю".

Данза закрыл челюсть, сжал кулаки, но молча отвернулся.

Эрнандес улыбнулся.

Остаток дня Эрнандес провел на мостике, связываясь с другими кораблями в этом районе, которых было немного, и пытаясь найти кого-нибудь из командования, кто знал бы, что происходит. Единственное впечатление, которое он получил от кого-либо на материке, было то, что "дела плохи". Весь мир находился в состоянии войны, и, казалось, не было никакой согласованной стратегии, чтобы дать отпор. Командование ВМС не имело ни малейшего представления о том, что делают армия и ВВС, а что касается президента, то от него уже несколько часов не было никаких вестей. Вашингтон был зажат вратами с каждой стороны, и место силы Америки рушилось.

Тем временем Эрнандес продолжал приводить свой корабль в порядок. Он сразу же пресекал любые признаки инакомыслия и становился только более суровым после слов Данзы. Лейтенант стремился заставить Эрнандеса усомниться в себе, и причина была совершенно ясна. Если Эрнандес развалится на куски, командование перейдет к Данзе. Этот человек был амбициозной акулой.

Куэрво стояла у консоли радара, постоянно сканируя морское дно на предмет активности. Если на дне Атлантики появятся еще какие-нибудь врата, у них будет достаточно предупреждений. Джонсон умел держать корабль в узде, но Эрнандес будет управлять еще крепче. Ему не нужны были моряки, ему нужны были воины. Ему нужны были викинги. Беретта на его бедре позаботится о том, чтобы получить их. Слабые будут уничтожены.

Эрнандес посмотрел на часы и увидел, что время близится к концу. Когда Данза покорится ему, оставшиеся члены команды подчинятся ему. Данза был популярным офицером. Люди будут делать то, что он делает.

"Куэрво", - Эрнандес повернулся к своему молодому энсину и положил руку ей на плечо. "Ты хорошо проявила себя после нападения, и, поскольку у нас мало офицеров, я повышаю тебя до исполняющего обязанности лейтенанта, чтобы ты служила рядом с офицером Данзой".

И докладывать о каждом его действии.

Куэрво на мгновение выглядела потрясенной, но потом засияла. "С-спасибо, сэр. Я вас не подведу".

"Я сделаю это официально в ближайшее время. Я спускаюсь на палубу и хотел бы, чтобы вы присоединились ко мне".

"Конечно".

Эрнандес пошел и выпил чашку воды, понимая, что не пил почти сутки. Как только он допил чашку, ему пришлось наполнять ее еще несколько раз. Вдоволь подкрепившись, он спустился на палубу, чтобы встретиться с Данзой. Он был рад увидеть лейтенанта, который уже ждал его там. Как и большинство членов экипажа.

"Лейтенант Данза. Полагаю, у вас есть что сказать мне?"

"Есть."

Эрнандес улыбнулся, скрестил руки и замер в ожидании. Он направил корабельные прожекторы на палубу, чтобы все взгляды были устремлены на Данзу. "Тогда говорите свое слово, лейтенант".

Данза заколебался, оглядел команду, окружавшую его. То, что он собирался сказать, было явно непросто. Эрнандес наслаждался каждой секундой. "Многие из вас служили со мной некоторое время, - начал Данза, - поэтому вы знаете, что я офицер, который не всегда следует правилам. Решения я принимаю в зависимости от ситуации, и я всегда стараюсь делать то, что лучше для моего экипажа. Командир Джонсон был таким же, и если я смогу стать хотя бы наполовину таким офицером, каким был он, я уйду в отставку с полными почестями".

Эрнандес постучал ногой. "Мы можем ускорить это, пожалуйста, лейтенант?"

Данза кивнул. "Протокол требует, чтобы я подчинялся лейтенанту Эрнандесу, поскольку он старший офицер на борту. Таковы правила. Однако это не лучшим образом сказывается на моем экипаже. Сегодня мы пережили Армагеддон, и я имею в виду не только на борту этого корабля. Мир рассыпался в прах. Мы, способные мужчины и женщины ВМС США, в состоянии что-то с этим сделать. Наша страна - мир - нуждается в нас, поэтому правила больше не действуют. Я не буду следовать правилам, когда они не имеют смысла".

Эрнандес нахмурился. Мало того, что Данза назвал его "лейтенантом", так еще и не похоже, чтобы он извинялся. Каждое слово, произнесенное этим человеком, казалось, все дальше и дальше уводило его от слова "извините".

Эрнандес попытался прервать его, но Данза махнул на него рукой. "Просто дай мне закончить, Эрнандес. Весь день ты говорил, говорил и говорил. Сначала я подумал, что ты сошел с ума, но ты не так уж невинен. Это твое эго. Всю свою жизнь ты хотел быть мужчиной, но быть мужчиной - это не то, чем можно завладеть. Это то, что ты зарабатываешь".

"Я услышал достаточно. Кто-нибудь может сопроводить лейтенанта Данзу на гауптвахту?"

Никто не двинулся с места.

Эрнандес подтолкнул Куэрво. "Выполняйте свой долг, лейтенант".

"Есть, сэр". Она отсалютовала и поспешила к Данзе, но ее прервал другой член экипажа. Из толпы вышел Оутербридж и преградил ей путь.

Эрнандес взорвался. " Оутербридж! Вы были отправлены на гауптвахту. Вы бросили вызов прямому..."

"Я освободил его, - сказал Данза, - вместе со всеми другими невинными моряками, которых вы туда отправили. Это не преступление - отказываться потворствовать вашему эго".

"Я командую этим..."

Данза покачал головой. "Нет, не командуете. Я говорил с частью экипажа, и все они согласились признать меня преемником Джонсона. Корабль " Аугуста" находится под моим командованием".

"Мятеж!"

Данза с улыбкой проигнорировал это оскорбление. "Я веду ""Аугусту"" в Джексонвилл, где мы все сделаем все возможное, чтобы работать вместе и помочь нашей нации. Я не буду принимать решения, основанные на эго. Я сделаю то, что будет лучше для моего экипажа и моей страны, и отправлю на гауптвахту только одного человека - вас, лейтенант Эрнандес".

"Как вы смеете? Я не совершил никакого преступления. Командование принадлежит мне по праву".

"Возможно, но пока мы не выясним обстоятельства смерти коммандера Джонсона, вы отстранены от службы. Вы будете содержаться на гауптвахте для вашей же безопасности".

"Да иди на хуй, Данза."

"Вы будете обращаться ко мне как к коммандеру".

Эрнандес оглядел мужчин и женщин на палубе. Данза еще не добрался до всех, но достаточно большая часть, похоже, твердо стояла за него.

Эрнандес вытащил свою "Беретту" из кобуры и направил ее на Данзу. ""Аугуста" принадлежит мне!"

Он нажал на курок.

"Глен? Глен, что ты имеешь в виду, когда говоришь, что они идут?" Ричард тряс своего коллегу, но тот был без сознания. Быстрый осмотр выявил рваную рану на животе, кожа серая и влажная по обе стороны от кровавой борозды. Дело было плохо.

"Они здесь, не так ли?" - спросил Аарон, стоя над Ричардом и все еще надевая свой фартук из магазина чипсов. "Демоны идут".

Ричард поднял глаза на мальчика и наконец-то увидел, как тот напуган. "Да, я так думаю. Ты готов?"

Аарон выглядел так, будто его сейчас стошнит на ботинки, но он кивнул.

"Тогда бери своих парней, бери оружие и становись на баррикаду". Ричард опустил Глена на тротуар и встал. Он обратился ко всем, почти крича. "Вы слышите это? Враг идет, чтобы убить нас. Будьте готовы убить их первыми".

Семь новичков все еще стояли рядом с баррикадой. Ричард подошел к тому, кто объявил об их прибытии, - высокому мужчине средних лет в кожаной куртке и с битой для крикета. "Что случилось с Гленом?"

Мужчина покачал головой. "Я не знаю. Мы просто нашли его лежащим на обочине дороги. Он сказал, что на него напал демон".

Ричард подозрительно посмотрел на новую группу. "Кто вы такие?"

"Я работаю в гараже на Троттер-лейн, а эти парни работают в супермаркете по соседству. Мы слышали, как ваш друг кричал, говоря, что у него есть место, куда мы все можем пойти, чтобы быть в безопасности. Нам показалось, что это здорово, и мы пошли искать, откуда он кричал. За углом мы нашли его, истекающего кровью".

"Значит, демона не было? А как же офицеры, которые были с ним?"

Мужчина покачал головой и выглядел так, будто хотел бы знать больше.

Ричард потер подбородок, затем поморщился, когда понял, что на нем кровь Глена. "Спасибо, что вернули его. Вы можете выпить чашечку горячего чая в церкви, но времени на отдых может быть немного. Если демоны действительно добрались сюда из города, то нам предстоит битва".

Мужчина поднял свою бейсбольную биту. "Я готов, губернатор, не волнуйтесь. Кстати, меня зовут Леонард".

"Приятно познакомиться, Леонард. Подготовь своих ребят".

Леонард кивнул и взял с собой шестерых своих спутников. Ричард обернулся, чтобы взглянуть на неорганизованный хаос позади себя. Если он не понимал этого раньше, то теперь увидел со всей очевидностью. Люди в лагере были обычными людьми, панически боявшимися за свою жизнь. Преодоление паники и мужественное поведение не было нормальной реакцией - этому либо учились, когда речь шла о солдатах, пожарных и т.д., либо иногда закладывали, когда речь шла о случайных героях, но это точно не было нормой. Люди в лагере были нормальными. Они не были мужественными. Они не были бы храбрыми - особенно сейчас, когда солнце садилось. Темнота лишала человека мужества.

Ему нужны были герои, но пока не началась битва, невозможно было отличить их от трусов.

"Помоги мне поднять его". Ричард посмотрел в сторону и увидел, как Риаз пытается поднять Глена с пола. Было неправильно оставлять своего коллегу там, поэтому они вдвоем понесли его в сторону церкви. "Ты действительно думаешь, что на него напал демон?" - спросил Риаз, ворча.

"Что еще могло вызвать такие ужасные раны?"

"Много чего, но я согласен, что смерть приближается".

Ричард застонал, поправляя свою хватку на Глене. "Могу ли я рассчитывать на тебя?"

"Я могу не верить, что у нас есть шанс, но я все еще верю, что моя работа - защищать этих людей".

"Хорошо, потому что они будут надеяться на тебя, Риаз".

Риаз ничего не сказал. Они с трудом справились с Гленом и дотащили его до церкви. Внутри преподобный Майлз помог им отнести мужчину в ризницу, где они положили его на скамейку.

"Я позабочусь о вашем друге", - сказал Майлз. "Если Противник уже в пути, вы оба должны уйти. Ведите всех нас к спасению".

Ричард улыбнулся, но не насмешливо. Ему нравился викарий, христианин он или нет. Однако прежде чем отправиться собирать войска, Ричард отправился на поиски своей семьи.

Джен прижала Диллона к своей груди. Он всхлипывал и дрожал. "Мы только что услышали", - сказала она. "Кто-то вбежал с криками, что пришли монстры. Я не знала, что ему сказать".

Ричард смотрел на жену и жалел, что у него нет вечности, чтобы провести ее с ним. Он протянул руку и потрепал Диллона по плечу. "Ты помнишь, что я сказал, милый. Делай все, что скажет тебе мама, хорошо? Я сделаю все возможное, чтобы мы все были в безопасности, но ты должен оставаться внутри".

"Я не могу позволить тебе выйти туда", - сказала Джен, ее глаза были полны слез.

"Джен, я бы хотел, чтобы ты остановила меня, но это не пройдет. У нас здесь есть люди, которые знают, что нас ждет. Если мы убежим сейчас, мы никогда не перестанем бежать. Борьба - единственный шанс, который у нас есть".

Она кивнула, и слеза скатилась по ее щеке. "Иди."

Ричард повернулся и побежал. Он вышел из церкви, когда раздался первый крик ужаса.

Пятьдесят человек стояли на баррикаде. Аарон стоял в центре, и именно к нему - простому подростку - бежал Ричард. "Аарон, что происходит?"

"Они здесь, босс. Они идут".

Ричард пошатнулся и чуть не упал. Теперь, когда это наконец произошло, все разговоры казались абсурдными. Они должны были бежать. Конечно, они не могли остаться.

"Я попросил всех взяться за руки", - сказал Аарон. "Только так мы могли подняться сюда, не сбив друг друга с ног".

Ричард кивнул. "Хорошая мысль, Аарон. Есть ли там место для меня?"

Аарон протянул руку. Ричард взял ее. Затем он оказался на баррикаде и вместе со всеми смотрел на дорогу.

Смерть действительно приближалась.

Как и обещали новости, враг представлял собой легион обожженных людей. Они поднимались на холм, как зомби, их плоть отслаивалась кровавыми клочьями и устилала дорогу. Возглавляло вражеский отряд существо, обгоревшее настолько, что было больше похоже на скелет, чем на человека. Будучи на фут выше остальных мерзостей, оно обладало стройной фигурой. На его теле сохранились лишь слабые обрывки мышц и сухожилий. Над плечами возвышался голый череп. Ричард понял, что это вражеский вождь, потому что он шел впереди строя, на несколько футов опережая идущий за ним легион.

"О Боже", - закричал кто-то. "Господи, помоги мне, пожалуйста!"

Ричард краем глаза заметил движение. Люди отступали от баррикады и бежали в сторону города. Они бежали еще до начала битвы.

"Стойте и сражайтесь! Мы должны стоять и сражаться!"

Аарон остался на месте рядом с Ричардом и крикнул своим друзьям. "Если кто-нибудь побежит, я найду вас и выбью из вас все дерьмо. Давайте покажем этим ублюдкам истинное значение ада".

Сердце Ричарда забилось при звуках вызывающего рева подростков.

Что-то пронеслось по воздуху, вылетев с безопасной стороны баррикады навстречу наступающей армии. Оно разлетелось на куски в центре дороги и вспыхнуло огненным шаром. Дюжина плотно стоящих врагов вспыхнула, их и без того обожженная плоть из блестящей розовой превратилась в обугленную черную.

Ричард оглянулся и увидел, что один из друзей Аарона стоит с ящиком, полным бутылок со спиртным, у его ног.

Аарон ухмыльнулся. "Ты сказал нам быть готовыми. Много бензина пропадает впустую во всех этих машинах. Жаль тратить его впустую".

Ричард потряс кулаком. "Хороший парень".

Друг Аарона зажег еще один коктейл Молотова и запустил его. Пламя залило дорогу и уничтожило еще больше врагов. Остальные участники баррикады - те, кто не убежал, - последовали примеру и начали бросать кирпичи и куски бетона. Большинство из них не смогли остановить продвижение легиона.

"Они не остановятся", - крикнул кто-то. "Это безумие".

Все больше людей покидали стену. Те, кто остался, разошлись по сторонам, поддерживая линию, как могли. Аарон тоже спрыгнул вниз, и на мгновение показалось, что он собирается бежать, но он пошел только для того, чтобы помочь своему другу с бутылками с зажигательной смесью. Это было лучшее оружие, которое у них было. Вдвоем они быстро запустили их, поджигая и бросая одну за другой. Огонь заполнил всю дорогу на протяжении пятидесяти метров. Больные тела сгорали. Другие шли через ад, конечности тлели. В воздухе витал запах горелой плоти.

Ричард понял, каким должен быть ад.

Предводитель врагов, Черепоголовый, первым достиг баррикады, и его близость вызвала очередное опустошение. Толпы людей покинули стену, оставив ее безлюдной в нескольких местах.

Черепоголовый подошел к баррикаде, но не пытался на нее взобраться. Он посмотрел на землю и зарычал. Чугунные водосточные трубы из церкви сработали. Демоны не могли пройти сквозь железо.

Легион догнал Череполицего и остановился у баррикады.

"Они не могут пройти", - торжествующе сказал Ричард.

Черепоголовый посмотрел на Ричарда и оскалился. Затем он вырвался на обожженного человека и схватил его за горло. Демон корчился и бился, но был бессилен, когда более высокий монстр швырнул его на баррикаду. Он ударился о железную водосточную трубу и взорвался, разбрасывая повсюду куски мяса. Ударная сила отбросила несколько человек от стены.

Железная водосточная труба откатилась от баррикады.

Черепоголовый вскочил на ноги и схватил отважную молодую женщину, устоявшую на ногах. Она замерла, когда существо возвысилось над ней, но не закричала. Оно схватило ее за каштановые волосы и перекинуло через плечо, как мешок с покупками. Она пролетела двадцать футов по воздуху и упала на спину посреди дороги. Из ее поврежденных легких вырвался хрип. Враг разорвал ее на части. Обожженные существа окружили ее и оторвали ноги и руки, а затем вонзили свои лишенные кожи пальцы в ее туловище, пока не осталось ничего, кроме человеческого месива.

Черепоголовый схватил кусок баррикады и отбросил его в сторону, открыв брешь, через которую могли проникнуть его товарищи, затем он спрыгнул на другую сторону и набросился на всех, кому не повезло оказаться в пределах досягаемости. Двух секунд хватило, чтобы сорвать голову с плеч кричащего человека.

Битва была проиграна. У них даже не было шанса.

"Отступаем!" крикнул Ричард. "Отступайте к церкви".

Даже когда он говорил это, он ненавидел себя. Его семья была в церкви.

Но он не мог позволить всем стоять и умирать.

Баррикада распалась, и из нее хлынули люди. Люди разбежались и помчались к церкви - хотя многие продолжали бежать еще долго после того, как миновали ее. Ричард остановился, чтобы позвать Аарона. Парень все еще поджигал зажигательные бомбы и бросал их. Слезы и сопли покрывали его лицо. "Аарон, мы должны идти".

"Нет, мы должны остановить их".

"Мы не можем сделать это здесь. Пойдем."

Руки Аарона тряслись, когда он пытался зажечь еще один фитиль. Ричард схватил парня за руки и посмотрел ему в глаза. "Ты нужен мне живым!"

Аарон кивнул и позволил Ричарду утащить его. Позади них обгоревшие тела перелезали через баррикаду. Их голодные стоны эхом отражались от витрин магазинов по обе стороны дороги.

Они нашли Риаза возле церкви, который изо всех сил пытался организовать толпу кричащих испуганных людей. "Хватайте все, что можете. Держитесь вместе. Плечом к плечу. Помогите своему соседу".

Ричард заскользил на пятках, пытаясь затормозить от своего стремительного бега. Его коллеге пришлось поддержать его.

"Все еще думаешь, что это разумный поступок?" спросил Риаз.

"Какой у нас есть выбор? Джен и Диллон..."

"Все еще внутри церкви".

"Тогда я хочу убедиться, что враг остается снаружи".

"О Боже!" - закричал кто-то. Толпа начала расходиться.

"Держитесь вместе!" снова крикнул им Риаз.

Рядом с ним появились друзья Аарона. Все они держали в руках ножи - Ричард мог бы выхватить их хоть раз - всего несколько дней назад все было по-другому.

Поняв, что у него нет своего оружия, он подошел к общественной урне и открутил крышку. Пластиковая крышка послужила бы основным щитом для омоновцев. Он снял с пояса телескопическую дубинку и распахнул ее.

Враг наступал.

Люди закричали громче, но на этот раз никто не побежал. Остались только те, кто понимал, что бежать некуда. Это была проблема, от которой они не могли убежать.

Лица Черепа нигде не было видно, и только обожженные люди напали на церковь. Старик замахнулся топором на первого из них и сразу же убил, но его оружие застряло в черепе и оставило его беззащитным. Следующее чудовище легко навалилось на него. Жена старика зарычала от гнева и проткнула ножницами дырки в спине существа. Демон упал, но и старуха упала, когда следующий демон схватил ее.

Люди умирали.

Но, по крайней мере, они забирали врага с собой.

Ричард призвал Аарона и его друзей к атаке, и все вместе они бросились на врага. Ричард раз за разом взмахивал дубинкой, пока его плечо не онемело. Обожженные люди разлетались на куски, как жареные цыплята, их плоть едва держалась на костях. Их было легко уничтожить, но их число было бесконечным.

Аарон вогнал свой нож в глазницу твари, которая напала на него сбоку. Когда тварь умерла, она скрутилась и упала, забрав с собой нож. Со следующим нападавшим Аарон боролся голыми руками, перебросив его через ногу в базовом броске дзюдо. Затем он достал еще одно лезвие из задней части джинсов и вогнал его в череп твари. Он нахально подмигнул Ричарду и вернулся к драке.

Ричард оглянулся в сторону церкви, пытаясь представить, что Джен и Диллон делают внутри, как им, должно быть, страшно. Его до костей трясло от ужаса, что враг подобрался так близко к его семье, но его дух поднялся, потому что толпа людей стояла вооруженная и готовая к бою. Проявление храбрости Ричарда и Аарона вселило надежду в наблюдающих, и Риаз еще больше воспрянул духом. Они закрепились.

Перед Ричардом к группе Аарона присоединились другие - передовая линия вздыбилась. Они рубили и резали обгоревших людей, вскрывая их жилистые шеи и расчленяя их.

Их уверенность росла.

Они делали это.

Они стояли на своем.

Они могли победить!

Затем Ричард услышал крики изнутри церкви. Внезапно он понял, что все может быть уже потеряно.

Как бы Ричард ни был обязан защищать людей снаружи церкви, его долг отца и мужа был превыше всего. Он молился, чтобы крики, доносившиеся изнутри, были просто страхом, но чем ближе он подходил, тем больше убеждался, что в доме Божьем происходит что-то плохое.

Риаз попытался схватить Ричарда, когда тот промчался мимо, но Ричард увернулся от него. "Я должен проверить Джен и Диллона", - крикнул он. " Продолжайте бороться. Я вернусь".

Вид его бега мог бы поколебать уверенность тех, кто все еще сражался, но он не контролировал свое тело. Ноги сами понесли его в церковь. Он влетел в тяжелую дубовую дверь и осмотрелся слева направо, все воспринимая, но ничего не видя. Это был хаос. Люди перелезали через деревянные скамьи и отталкивали Ричарда в сторону, пытаясь убежать. Он пропустил их вперед, его не интересовал их страх, только Джен и Диллон.

"Джен! Диллон! Где вы?"

"Ричард, помоги!"

Ричард заметил свою жену в задней части церкви за алтарем. Казалось, что люди бегут именно оттуда. Он поступил наоборот и помчался туда. То, что он увидел, привело его в замешательство.

"Глен? Что ты...?"

Глен был на ногах, однако никак не мог оправиться от ран. На самом деле, его кишки свисали из-под рубашки. Как брюхо рыбы, он был бледен и пастозен. Преподобный Майлз прижался к стульям хора, когда к нему подошел истекающий кровью офицер.

Джен замахала руками на Ричарда. " Помоги ему!"

Имела ли она в виду Глена или Майлза?

Ричард решил, что это не имеет значения, и бросился вперед. Первое, что он подумал, когда схватил Глена за руки: Так холодно. Его коллега был такой же температуры, как и ледяная церковь. Он был также силен, и когда он отбросил локоть назад, тот попал Ричарду прямо в челюсть. Это ослепило его чувства и заставило пошатнуться назад. Его зрение помутилось, и он упал на спину.

Глен снова повернулся к Майлзу, схватил испуганного святого за горло и потащил его прочь от стульев. "Пожалуйста", - взмолился Майлз. "Ты ранен, сын мой. Тебе нужно отдохнуть".

"В этом мире не осталось сыновей, проповедник, только тушки насекомых. Красный Лорд заберет вас всех, и вы будете служить ему с переломанными спинами и выколотыми глазами. Ваши хныканья будут тянуться сквозь вечность, а ваш Отец будет трусливо прятаться".

Майлз вызывающе поднял подбородок. "Отец наблюдает за всеми нами. Он не прячется".

Глен фыркнул от смеха. Он одной рукой свернул Майлзу шею и позволил телу викария упасть на пол церкви.

Ричард поперхнулся своими словами. "Г-глен, ч-что ты наделал?"

Глен взглянул на него, и все стало ясно: это был уже не Глен. Его глаза были черными котлами ненависти, а несколько зубов выпали.

Ричард попятился назад, пытаясь встать, не поворачиваясь спиной. "Ты один из них".

Глен фыркнул со смехом. "Ты - червь".

Ричард поднялся на ноги, успев увернуться от попыток Глена схватить его. Спотыкаясь, он подошел к жене и оттащил ее. "Где Диллон?"

"В ризнице".

"Тогда давай позовем его".

Они спрыгнули со ступенек перед алтарем и нырнули в небольшую ризницу сбоку церкви. Глен следовал за ними по пятам, но Ричард должен был знать, что с его сыном все в порядке.

Ширли прижалась к стене и сжала грудь. Она была мертва.

Сердечный приступ?

Диллон притаился под дубовым столом. Когда он увидел Ричарда, в его заплаканных глазах блеснуло облегчение. "Папа!"

"Все в порядке, сынок. Это..."

Глен врезался в его спину и отбросил его на Джен. Она неловко упала с криком боли. Увидев, что его жене больно, Ричард покраснел и набросился на Глена, держа телескопическую дубинку высоко над головой. Удар пришелся в плечо Глена достаточно сильно, чтобы отбросить его назад.

"Кто ты такой?" потребовал Ричард.

"Я - смерть", - только и сказал Глен, прежде чем броситься на Ричарда.

На этот раз Ричард попал в череп Глена с такой силой, что одно глазное яблоко вылетело из глазницы. Глен упал на колени. Словно палач, Ричард снова опустил дубинку, целясь в заднюю часть шеи.

Удар выключил Глена, как свет, и он упал на пол без единого звука или движения. Ричард на мгновение замер, оскалившись, как бешеный зверь. Человечность вернулась к нему через мгновение, когда он боялся, что она исчезла навсегда, и он повернулся, чтобы обнять свою семью.

Джен схватилась за лодыжку и зашипела сквозь зубы. "Я думаю... я думаю, что это просто растяжение. Со мной все будет в порядке".

"Папа?" Диллон вылез из-под стола. "Миссис Ширли..."

"Все в порядке, милый". Он крепко обнял Диллона и не хотел отпускать, но им нужно было выбираться оттуда. Неизвестно, что происходило снаружи.

Джен шла с его помощью, прихрамывая, пока они выходили из ризницы. Церковь опустела, и Ричард с грустью оглянулся, когда они оставили тело Майлза лежать на полу. Викарий собрал их всех вместе и приютил. Без гостеприимства этого человека они могли бы погибнуть.

Снаружи ад не отступал. Огонь все еще бушевал на дороге и начал лизать баррикаду. Повсюду кричали люди. На мостовой валялись тела - человеческие и другие.

Демон сражался с человеком, и бой был кровавым. Они пролили так много человеческой крови, что пол был залит ею. Так много хаоса.

Ричард наступил на что-то, что могло быть длинной кишкой. "Нам нужно выбираться отсюда".

Джен покачала головой, в ужасе от увиденного. "Нет, мы должны помочь. Это чудовище забрало тело Глена и убило Майлза. Мы должны остаться и бороться с этими тварями, Ричард".

"Но Диллон?"

Диллон уткнулся головой в плечо матери. С лодыжкой Джен им будет трудно убежать, даже если они попытаются. Их единственной надеждой могла быть победа в этой схватке.

Но это было невозможно.

Впереди показался Риаз. Его рубашка была разорвана, а с дубинки капала кровь. Он был похож на животное, обнажив зубы, с диким остервенением рассекающее черепа. И все же трудно было заметить кого-то еще, потому что сгоревшие монстры заполняли каждый дюйм зрения Ричарда. Он покачал головой. "Я не могу позволить нам сделать это. Мы уходим. Мы найдем машину и куда-нибудь доберемся. Скоро здесь никого не останется".

Джен, казалось, боролась внутренне, ее глаза покраснели и заблестели. "Ладно, ты прав. Мы должны доставить Диллона в безопасное место".

Ричард кивнул, радуясь принятому решению. "Пойдемте, мы обойдем почтовое отделение сзади. Там будет много машин, припаркованных за ним. Мы подумаем, как завести одну из них, когда доберемся туда".

Они начали двигаться. Убегая от битвы, Ричард чувствовал в сердце рыбацкие крючки. Сможет ли он когда-нибудь простить себя? Он смотрел на своего испуганного сына и знал, что сможет. И все же он не мог удержаться, чтобы не бросить последний взгляд на людей, которых он покинул.

Он заметил Аарона и был рад, что парень еще жив, но никто из его друзей не выжил. Ричард увидел их мертвыми в общей куче. Аарон безумно рыдал, нанося удары по врагу. Парень был намерен сражаться до конца.

Что он делал?

Он должен был вернуться. По крайней мере, попытаться вытащить оттуда тех, кто остался в живых.

"Джен, продолжай двигаться к почте. Я попытаюсь..."

Крики жены прервали его.

Ричард обернулся и увидел Джен в лапах чудовища. Она отбросила Диллона с дороги, даже когда Черепоголовый протянул руку и выколол ей глаза. Все ее тело содрогнулось, судорога была достаточно сильной, чтобы сломать позвоночник. Ричард застонал, когда Черепоголовый впился пальцами в глазницы жены так глубоко, что задняя часть ее черепа раскололась.

Руки Джен раскинулись в стороны, хватаясь за воздух.

"Мамочка!"

Ричард схватил Диллона и дернул его назад. Он посмотрел на Черепоголового и закричал. "Ты чертов ублюдок!" Он замахнулся дубинкой всеми фибрами своего тела. Сталь соприкоснулась с белой меловой костью черепа.

Щелк!

Это был не звук ломающейся черепной коробки Черепоголового, а звук ломающейся надвое телескопической дубинки. Ричард замер в шоке: стройное чудовище перед ним улыбалось, несмотря на отсутствие губ. Его тлеющие глаза, казалось, готовы были вспыхнуть адским пламенем.

Тело Джен рухнуло на землю, ее проломленный череп ударился о мостовую. Струя жидкости вытекла из левой глазницы. Черепоголовый топнул ногой и превратил голову Джен в пыль. Последовавший за этим хохот был издевательским, мучительным.

Диллон застонал.

Ричард был безоружен, но это не помешало ему броситься на существо, которое только что уничтожило любовь всей его жизни. Он ударил обоими кулаками по грудной клетке с такой силой, что на костяшках пальцев выступила кровь. Черепоголовый все это время просто стоял и смеялся. В конце концов, у Ричарда отказали руки, и он опустился на одно колено. Он посмотрел на своего мучителя и прошипел. "Ты не победишь".

Черепоголовый перестал смеяться. Хриплым голосом, словно рой пчел, он сказал: "Мы уже победили".

Мерзость подняла свою костлявую руку в воздух над головой Ричарда, готовая нанести удар.

"Папа!"

Ричард закрыл глаза. "Беги, Диллон. Беги, куда сможешь, и прячься".

"Нет!"

От мощного удара Ричард упал на спину, но когда он открыл глаза, то увидел Леонарда, того самого парня, который привел Глена в лагерь. На мужчине все еще была его кожаная куртка, но теперь она была порвана и заляпана кровью. Бита для крикета, которую он держал в руке, была сломана надвое, широкий кусок вошел в челюсть Черепоголового.

Монстр зашатался, издав свирепый рев.

Леонард схватил Диллона и потянул его за собой. Посмотрев на Ричарда, он закричал: "Вставай! Те из нас, кто остался, убираются отсюда".

Ричард не стал спорить. Он вскочил на ноги и побежал за человеком, который только что спас его. Но все это было бы напрасно. Диллон только что потерял свою мать.

Ричард только что потерял жену.

Черепоголовый был прав. Демоны уже победили.

Вся территория вокруг церкви была залита кровью. Кровь образовала поток на дороге, а пожары охватили здания по обе стороны. Повсюду кишели демоны.

Риаз сражался впереди, собирая тех, кто еще дышал, на свою сторону. Аарон тоже был там, стоя среди дюжины выживших - все, что осталось от почти сотни душ. Он держал в каждой руке по окровавленному ножу и истерически рычал на демонов, мчавшихся к ним.

Риаз заметил Ричарда и подбежал. "Мы должны уходить. Ричард, где Джен? Мы должны двигаться".

Ричард вздрогнул при звуке имени своей жены.

Риаз, казалось, понял. "Черт, извини".

"Мне нужно доставить Диллона в безопасное место".

Риаз кивнул, и они двинулись группой, собирая всех, кто остался.

"Куда нам идти?" - спросил Аарон. "Куда?"

Демоны были уже повсюду. Обгоревшие люди преследовали каждый дюйм дороги и тротуара. Единственное, что давало выжившим шанс, это то, что демоны были заняты разрыванием на части раненых и умирающих. Десятки людей стонали на земле, умоляя о помощи, но вскоре их заглушали, вырывая глотки.

"Газета", - сказал Ричард.

Риаз нахмурился. "Что?"

"Репортеры, с которыми я разговаривал прошлой ночью, были из "Эхо Слау". Она находится неподалеку".

"Тогда пошли", - сказал Леонард, тыча сломанной битой для крикета в оскаленное лицо обожженного человека.

Они изменили курс и направились через центральную улицу и переулок между двумя банками. Он привел их к колледжу. Неподалеку находились офисы газет, расположенные в среднем офисном здании с гигантскими печатными станками, видневшимися из окон первого этажа - Ричард однажды водил Диллона посмотреть на них. Здание не выдержит осады, но если они доберутся туда незамеченными...

Они пронеслись через автостоянку колледжа и кампус, Ричард вскочил на брошенный велосипед и остановился, чтобы убедиться, что Диллон не отстает. В отличие от Аарона, весь в слезах и эмоциях, Диллон был лишен выражения, его запавшие глаза были полузакрыты.

"Все будет хорошо, милый".

Диллон ничего не сказал, но, по крайней мере, продолжал бежать.

Вскоре они достигли задней части кампуса и направились через травянистый двор. Луна висела над головой и заставляла поверхность травы мерцать, как осколки стекла. Строения колледжа были неосвещенными прямоугольниками на фоне черной простыни.

Впереди послышалось движение.

"Там кто-то есть", - сказал Риаз, указывая на небольшую хибару, которая, возможно, служила навесом для велосипедов. "Выходите".

Все остановились на месте и с опаской уставились на небольшое строение впереди. С его заднего края определенно чувствовалось движение. Сначала казалось, что там прячется один человек, но потом из тени появилось несколько фигур.

В конце концов, их стало несколько десятков.

Слишком много.

Аарон поднял свои ножи перед собой. "Демоны."

Ричард пожевал нижнюю губу. Да, демоны, но не такие, как раньше. Это были не обожженные люди. Это были какие-то звероподобные обезьяны.

Издав пронзительный для ушей визг, стая существ выскочила из навеса для велосипедов и помчалась к группе Ричарда. К этому времени выжившие уже привыкли к схваткам. Никто не отступал - даже Диллон.

Ричард все еще был безоружен, поэтому он ударил ногой в первое приблизившееся существо. Он ударил его в туловище и отправил на спину. Прежде чем тварь успела встать на ноги, Ричард трижды ударил ее по черепу, прежде чем она перестала двигаться.

Аарон колол и рубил своими ножами. Леонард наносил удары и отмахивался своей разбитой битой для крикета. Риаз размахивал дубинкой. Другие выжившие, которых Ричард знал только в лицо, тоже храбро сражались, отбиваясь тем, что попадалось под руку.

Но один за другим выжившие падали. Обезьяны были быстры, и увернуться от них было трудно. Бородатый бородатый мужчина рядом с Ричардом замахнулся молотом и промахнулся. Не удержав равновесия, он не смог отбиться: одна из рычащих обезьян вцепилась когтями в его шею и вырвала пучок нервов, вен и сухожилий. Он был похож на спагетти.

Из теней между зданиями появились новые существа. Пришло еще больше обезьян.

Ричард вспотел, его рот был открыт, когда он боролся за дыхание. Он отступил назад к Диллону, держа сына за спиной. Бой почти угас, но что он мог сделать? Церковь лежала у него за спиной вместе с верной смертью, но путь вперед был не лучше. Они все должны были умереть. Диллон останется один, пока чудовища будут пировать на его плоти. Эта мысль вновь разожгла ярость Ричарда и позволила ему еще немного побороться, но это не могло продолжаться вечно. Его товарищи, оставшиеся в живых, продолжали падать вокруг него, а враг продолжал расти.

Риаз упал на одно колено, из его плеча текла кровь. Леонард споткнулся, выглядя готовым упасть замертво. Кровь демонов и людей наполняла прохладный ночной воздух, словно тяжелый туман. Запах войны был прогорклым.

"С меня хватит", - сказал Аарон, у которого теперь был только один нож. "Я больше не могу сражаться".

Они отступили друг от друга, образовав полукруг с Диллоном в центре. Ричард, Аарон, Риаз и Леонард. Все, что осталось от сотни беженцев из церкви. Ричард оттолкнулся, но затем упал на колени. Его голова повисла, обессиленная. Следующая атака могла убить его. Он не мог поднять руку.

С ними было покончено. Покончено.

Существо взревело, готовясь наброситься на ослабевшую жертву.

Тат-тат-тат-тат-тат!

Голова обезьяны исчезла с плеч. Несколько ее собратьев тоже упали. Раздались выстрелы, которые эхом отразились от высоких зданий. Звук спасения. Сегодня Ричард был спасен во второй раз.

"Это чертова армия", - крикнул Аарон.

Но это была не армия. Раздался лишь одиночный винтовочный выстрел.

Однако внезапной атаки с флангов демона было достаточно, чтобы дезориентировать их. Они в замешательстве разбежались, не понимая, откуда идет атака.

Тат-тат-тат.

Еще несколько демонов упали. Винтовочные выстрелы были идеально прицельными.

"Туда!" Риаз указал. "Вон там."

Ричард поднял голову и увидел трех человек на другой стороне дороги. Только один из них был солдатом, но двое его спутников махали им рукой. Идемте!

"Вперед!" - сказал Ричард, схватил Диллона и заставил их двигаться. Пока демоны были подавлены, группа смогла получить преимущество и перебраться через дорогу без сопротивления. Там их подхватили трое незнакомцев.

"Вперед!" - сказал солдат, выпустив еще один шквал метких выстрелов.

Они дошли до Т-образного перекрестка в конце дороги. У подножия холма находился полицейский участок, куда, как предполагал Ричард, они и направились, но вместо этого солдат повел их по другой боковой дороге - в сторону газеты "Эхо Слау".

"Вы тот самый солдат из прошлой ночи", - сказал Ричард.

"Капрал Мартин. Вы тот коп, с которым мы говорили?"

"Да".

"Рад видеть вас снова".

"Взаимно."

Они продолжали бежать, вплоть до дверей " Эха", которые были забаррикадированы изнутри. Там их ждал мужчина, который отодвинул мебель, чтобы пропустить их в дверь. Он был тяжело ранен, все лицо блестело от свежих ожогов. Один глаз был закрыт. Ричард узнал мужчину по его одежде и тому, что осталось от его седеющих волос. Это был один из двух репортеров, которые вчера вечером были в джипе с капралом Мартином. Что с ним случилось?

"Ну и шуму вы там наделали", - сказал изуродованный мужчина.

Капрал Мартин хрюкнул. "Если бы я не шумел, я бы не доставил этих людей в целости и сохранности".

Вместе они задвинули баррикаду на место и помчались вверх по лестнице, заполнявшей вестибюль. Они поднялись на несколько пролетов, прежде чем остановились.

Обезображенный мужчина оценил их. "Вы все, что осталось?"

Ричард кивнул. "Многие из нас бежали, когда началась битва, но мы единственные, кто остался и сражался".

"Тогда вы стоите десятерых из тех, кто бежал", - сказал им капрал Мартин.

Ричард вздохнул. "Они были просто напуганы. Я знал, что это случится. Какое-то время казалось, что мы справимся, но потом..." Ричард подумал о Черепоголовом и о том, что демон сделал с Джен.

Капрал Мартин похлопал его по спине. " Пошли внутрь".

Они прошли через двойные двери и вошли в оживленный офис. Можно было бы подумать, что в мире все в порядке, если бы не редакция. Репортеры стучали по клавиатурам, а бегуны носились между столами с пачками бумаги. Ричард поискал глазами женщину-репортера, с которой он разговаривал, но не смог ее обнаружить.

Пожилая женщина вышла из кабинета и раскинула руки в стороны. "Добро пожаловать! Я так рада видеть еще кого-то живого в этом вонючем дерьме и кислотном трипе".

Леонард был наименее шокирован, видимо, потому что он первым шагнул вперед и протянул руку для рукопожатия. "Спасибо, что спасли нас".

Женщина пожала его руку. "Я надеялась на большее. Я Кэрол, и я управляю "Эхо"".

"Как вы узнали о нас?" - спросил Ричард.

Старая женщина улыбнулась. "Ваш коллега, Глен, пришел к нам сегодня утром. Сказал, что собирает выживших для защиты города". Она посмотрела на каждого из них, а затем позволила своей улыбке исчезнуть. "Я так понимаю, его нет среди вас? Жаль, он обещал мне выпивку после того, как все закончится".

Ричард был удивлен, услышав, что Глен был здесь. Очевидно, это было до того, как он стал... одержимым... или что там с ним случилось. "Зачем Глен приходил сюда?"

"Он хотел, чтобы мы разместили кое-что на сайте, сказав людям, чтобы они шли в церковь. Мы так и сделали, но, признаюсь, это набрало всего несколько просмотров. Большая часть нашего трафика идет со всего мира, а местных не так много".

Риаз нахмурился. "Почему весь мир интересуется местной газетой?"

Кэрол усмехнулась. "Потому что мы - последний бастион знаний в этой войне. Вчера один из наших репортеров, Мина, создала сайт, на котором мы делились всем, что могли узнать о демонах. Это помогает людям. Вы знаете, что несколько часов назад кто-то закрыл одни из этих врат? Знаете ли вы, что железо защищает от ублюдков? Это вещи, которые мы можем использовать. Как только мы их находим, мы выкладываем их в сеть".

Аарон хихикнул. "Вы как подпольное сопротивление или что-то вроде того".

Кэрол ущипнула парня за щеку, как будто ему было восемь лет. "Так и есть, парень. Нельзя позволять этим гадам все делать по-своему, верно?" Она махнула рукой в сторону кабинета позади нее. "Присаживайтесь. Я принесу вам всем по чашечке чая. Вы уже знакомы с капралом Мартином, Томом и Энни".

Капрал Мартин уже ушел, но Том и Энни кивнули в знак приветствия. Они явно были парой, потому что миниатюрная брюнетка прислонила голову к более высокому блондину, когда говорила. "Сегодня утром мы пошли в полицейский участок за помощью, но там никого не было. Капрал Мартин нашел нас и привел сюда. Мне показалось, что самое меньшее, что мы можем сделать, это помочь привести вас сюда".

Ричард посмотрел на нее. "Там никого не было?"

"Нет. Мы искали везде, но он был заброшен. Все камеры были открыты, и это выглядело так, как будто здесь произошла потасовка. Вокруг никого не было".

"Черт побери", - сказал Риаз.

Кэрол посмотрела на Риаза. "Вы не знаете, полиция еще цела? Лондон пал прошлой ночью, но мы не смогли выяснить, сохранились ли силы".

Риаз пожал плечами. "Последнее, что я слышал, все местные силы направились в город. Я понятия не имею, что делают силы в других регионах".

"То же самое относится и к службе скорой помощи", - сказал голос, который Ричард узнал.

"Оливер? Парамедик со вчерашнего утра?"

Высокий, бритоголовый мужчина улыбнулся. "Кажется, что прошла целая вечность, не так ли? Ты никогда не звонил".

"Извини, дела были плохи".

Оливер похлопал его по плечу. "Для всех нас. Я рад снова тебя видеть. Я планировал отправиться домой, но мою "скорую" сбил с дороги какой-то придурок на "Альфа-Ромео". Чистая удача, что кто-то заметил меня из окон этого заведения. Я не привык стоять в чрезвычайной ситуации и ничего не делать, но я не знаю, что еще делать. Я просто хотел бы знать больше".

Кэрол заправила за ухо пучок своих седеющих светлых волос. "Нет новостей - хорошие новости".

"Странный девиз для газеты", - сказал Леонард.

"И ты был бы прав. В любом случае, хватит мрака и уныния. Кто этот красивый молодой человек, который у нас здесь?" Она говорила о Диллоне и осторожно придвинулась к нему, протянула руку, чтобы коснуться его лица.

Диллон остался без выражения, но пробормотал: "Привет".

"У тебя были трудные времена, да, моя прелесть? Не бери в голову, теперь ты в безопасности".

"Мамочка".

Кэрол была достаточно умной женщиной, чтобы понять. Она сочувственно кивнула. "Теперь она в лучшем месте. Если человеку когда-либо требовалось доказательство существования рая, то ад на земле - это то, что нужно. Должен быть Бог и ангелы, если есть демоны, не так ли?".

Диллон кивнул. По его щеке скатилась одна слезинка, а нижняя губа дрожала.

Кэрол коснулась его подбородка и подняла его голову. "Не стоит расстраиваться, мой милый. У меня есть кое-кто, с кем ты должен познакомиться. Элис? Алиса, где ты?"

Маленькая девочка появилась из-под стола. В руке у нее была нераспечатанная шоколадка, а на щеке - пятно от предыдущей. Ее лицо было угрюмым, а не невинным, как должно быть у ребенка. "В чем дело, тетя Кэрол?"

"Я хочу, чтобы ты поприветствовала нашего нового друга..."

"Диллон", - сказал Ричард.

"Диллон. У него были трудные времена, как и у тебя, поэтому я хочу, чтобы вы двое держались вместе, пожалуйста".

Элис кивнула. Она посмотрела на Диллона, но не стала таращиться на его осунувшиеся черты. Она протянула шоколадку. "Раньше я делилась с моим братом Кайлом, но его забрали монстры. Теперь я могу поделиться с тобой, если хочешь?"

Диллон осторожно протянул руку и взял шоколадку. "С-спасибо. Я потерял свою мамочку".

Элис кивнула. "Уверена, ты скучаешь по ней. Я скучаю по своему брату. Мы можем скучать по ним обоим вместе".

"Идите, вы двое", - сказала Кэрол. "Идите поиграйте в форте, который построил для вас капрал Мартин".

Элис кивнула и взяла Диллона за руку. У Ричарда сжалось сердце при виде того, как его травмированный сын взял за руку девочку и позволил увести себя. Даже после всего кровопролития последних нескольких дней в мире еще оставалась доброта.

Сколько еще это может продолжаться?

"Насколько все плохо?" спросил Ричард у Кэрол. Эта женщина была крепкой старой птицей, он видел это в каждой складке ее лица, но вопрос набросил на ее лицо темную пелену, которая, казалось, могла задушить ее.

"Настолько плохо, насколько это вообще возможно. Лондон и Нью-Йорк - оба кладбища. Токио, Париж, Мельбурн, Чикаго, я могу продолжать. Миру конец. В нас вторглись, причем успешно. Все, что мы можем теперь сделать, это попытаться выжить. В Турции сейчас собирается массовое движение под руководством янки. Русские говорят, что держатся, но кто знает. Капрал Мартин связался с тем, что осталось от наших вооруженных сил здесь, дома, и сейчас они занимаются укреплением Портсмута. Несколько батальонов, размещенных за границей, уже возвращаются. Человечество еще живо, но кровь течет из каждого отверстия".

Ричард рухнул в соседнее кресло и положил руки на колени. Его вырвало на ковер. После этого он вытер рот и извинился.

Кэрол пожала плечами. "Знаешь, сколько крови и рвоты я видела в последнее время?"

"Не так много, как мы. Я видел, как моей жене размозжило голову семифутовым скелетом. Что это за твари?"

"Демоны. Ты когда-нибудь думал, что это что-то другое? Эти врата ведут прямо в ад, я бы поставила на это свою пенсию. Мы воюем с легионами Люцифера".

Риаз фыркнул. "Ты не можешь это подтвердить".

Кэрол подняла бровь. "Хочешь пари?"

"Какое?"

"Я могу это подтвердить, потому что мы захватили одного из ублюдков живым и заперли его в шкафу".

Они все рассмеялись, кроме Кэрол, которая не изменила своего выражения лица.

"Что? Ты говоришь правду?" - сказал Аарон.

Кэрол ухмыльнулась. "Дэвид, покажи им".

Появился изуродованный человек и кивнул на дверь позади себя. "Сюда, дамы и господа".

Они вернулись в коридор, где Дэвид открыл дверь в чулан для метел. Внутри, привязанные к стулу, лежали останки человеческого существа. Оно моргнуло, когда они включили свет.

Вампс притаился за заброшенным туристическим автобусом и попытался понять, что он видит. Выбравшись из склада, они оказались на Оксфорд-стрит возле здания Selfridges.

Там, где все началось. Там, где открылись Лондонские Врата и выплеснули зло на город.

И врата все еще были открыты, их сияние освещало ночь, отчего казалось, что сейчас день.

"Я не могу поверить в то, что вижу", - сказал Месс. "Теперь, когда мы смотрим прямо на это..."

Вампс кивнул. "Я знаю, Месс. Я знаю."

"Давайте, пиздюки", - сказал Толкач, уже двигаясь вдоль борта автобуса со своими двумя парнями. "Пора валить отсюда".

Но Вампс не двигался. Ворота находились в сотне метров дальше по Оксфорд-стрит, но даже на таком расстоянии он мог видеть сгрудившиеся массы людей, трусливо жавшихся перед мерцающим объективом. Демоны двигались повсюду, выстраиваясь вдоль улицы, но участок дороги непосредственно перед вратами был заполнен только испуганными людьми, закованными в цепи, как те, которых Вампс видел, как передавал премьер-министр Виндзор.

Что делали демоны? Почему они держали людей живыми?

"Мы не можем оставить всех этих людей", - сказал Вампс. "Им нужна наша помощь".

Пушер перестал двигаться и оглянулся. "Вы что, блядь, издеваетесь? Нам нужно бежать. Посмотри на своего рыжего маппета. Он совсем сбился с пути".

Вампс посмотрел на Гинджа и погладил широкую спину своего друга. Он не произнес ни слова с тех пор, как Рейви умер на полу их клетки. "Он в порядке. С ним все будет хорошо".

Толкач хмыкнул. "Да, как скажешь, приятель. Он тебя убьет к чертовой матери. Если только ты не сделаешь это прямо сейчас".

Вампс оглянулся на людей, сгрудившихся перед воротами. Он поморщился, увидев, как один из демонов шагнул вперед, схватил молодую девушку - ребенка - и прижал ее к мерцающей линзе.

"Месс, мы должны помочь им, верно? Месс?"

"Не знаю, чувак. Что мы можем сделать? Там сотня этих монстров".

Врата пульсировали, и маленькая девочка закричала. Демон, державший ее, выдернул ее руку и держал ее прямо. Что-то сверкнуло на свету и полоснуло по плоти бедной девочки. Она снова закричала, и из ее запястья хлынула кровь. Она пыталась бороться, но демон держал ее на месте. В конце концов, ее попытки ослабли, и единственное, что удерживало ее на ногах, был демон.

Врата запульсировали быстрее. Из них вырвалась молния и ударила девушку в грудь. Она охнула и попятилась, но затем выпрямилась и отпихнула в сторону державшего ее демона. Девочка обернулась, в ее глазах светилась злоба.

"Я думаю, они только что овладели ею", - сказал Вампс, чувствуя себя больным. "Она... она теперь одна из них. Какого хрена?! Вот почему они заковали всех этих людей в цепи! Они хотят овладеть ими!"

"Тогда у нас нет выбора", - сказал Месс.

Вампс посмотрел на своего друга.

"Мы должны помочь этим людям".

Вампс схватил своего друга за руку. Они притянули друг друга ближе и наслаждались последним мгновением покоя, которое они могли получить, поскольку, вероятно, собирались расстаться с жизнью.

У них не было выбора.

Вампс повернулся, чтобы позвать Гинджа, чтобы еще раз попытаться вернуть друга к реальности, но его застали врасплох, когда Толкач схватил Гинджа за рубашку и швырнул его на дорогу. Гиндж споткнулся о собственные ноги и растянулся на асфальте. Инстинктивно и Вампс, и Месс бросились поднимать его, но в этот момент Толкач заорал во всю мощь своих легких: "Эй, суки, наслаждайтесь адом".

Крик был достаточно громким, чтобы насторожить демонов у ворот.

Толкач и двое его парней на ногах проскочили в переулок и через несколько секунд исчезли из виду.

Вампс и Месс попытались подхватить Гинджа, но он лежал мертвым грузом, даже не пытаясь помочь им. Что бы они ни делали, они не могли заставить его двигаться. Но они ни за что не хотели оставлять его.

Вампс посмотрел на Месса, тот в свою очередь посмотрел на него. Им обоим было страшно, но ни один из них не собирался бросать другого. Они были семьей, и именно так жили и умирали братья на улице.

"Я прикрою тебя", - сказал Месс.

Вампс кивнул. " И я прикрою тебя, брат".

Они успели поднять Гинджа на ноги, как их окружили демоны. По крайней мере, Вампс успел спрятать дедовский браунинг под футболкой, прежде чем его схватили.

Увидеть, как масса демонов мчится к тебе сквозь ночь, - это ужасно, и неважно, кто ты и насколько сильным ты можешь быть. Именно поэтому Вампс впервые в жизни почувствовал, что дрожит.

Обожженных людей сопровождали их обезьяноподобные спутники, а также другие демоны, более похожие на людей - скорее седые зомби. Была и пара человеческих существ из плоти и крови, но их глаза были чистым адом. Они были одержимы.

"Ты хочешь сражаться?" спросил Месс, прижимая Гинджа к своей большой груди, чтобы их друг не видел, что будет дальше.

Вампс покачал головой. "Пока нет. Если мы сразимся сейчас, то умрем. Может быть, позже".

"Позже мы, наверное, тоже умрем".

"Но не наверняка. Мы сражаемся сейчас, и это точно".

Месс позволил своему телу расслабиться, как раз когда демоны обрушились на них. Вампс выругался, когда обожженный человек ударил его по затылку и толкнул. Не успел он отшатнуться, как его схватили с двух сторон и стали удерживать. Одно из обезьяноподобных существ ударило его одной из своих длинных костлявых лап. Вампс увидел звезды и обмяк, когда его потащили прочь, но, повернув голову, увидел, что Месса и Гинджа тоже уводят. По крайней мере, они все еще были вместе.

Находясь так близко к демонам, когда они фактически прикасались к нему, было трудно дышать. Воздух напоминал испорченную рыбу на барбекю.

То, что ждало впереди, было еще хуже.

Дальше по Оксфорд-стрит внушительные врата мерцали во всей своей жалкой красе. Перед ними сгрудилась масса испуганных людей, среди которых было столько же детей, сколько и взрослых. Их страх был пьянящим. От него Вампсу захотелось блевать.

"Пригнись", - шипел один из демонов. Вампс уже собирался подчиниться, но тут тварь ударила его сзади по плечам. Это выбило ветер из его легких, и он, задыхаясь, упал на руки и колени. Месс и Гиндж тоже получили по удару, но Гиндж не вскрикнул. Он был слишком далеко, чтобы даже почувствовать боль.

Вампс протянул руку и коснулся руки Гинджа. " Гиндж, чувак. Пожалуйста!"

Один из демонов пнул Вампса в спину. "Тихо!"

То, что демоны могли говорить, пугало. До сих пор Вампс считал их чудовищами, но они были более разумны - чудовища, у которых была своя цель, вражеские солдаты, которые сами по себе могли быть жестокими и злобными. Они были настолько уверены в своих силах, что большинство пленников даже не охранялись. Их страх удерживал их на месте.

Вампс шаркал рядом со своими друзьями и держал рот на замке. Он все еще верил, что появится возможность не только сбежать, но и помочь кому-то из этих людей. Может, Толкач их и обманул, но Вампс был там, где и собирался быть - сидел на дороге в самом центре города со своей семьей рядом. Если ему суждено умереть, пусть лучше это будет здесь. Если ему суждено жить, лучше сражаться здесь.

Демоны схватили молодого человека, возможно, лет тридцати, и толкнули его к воротам. Его кричащее лицо было залито соплями и слезами. "Пожалуйста, у меня есть семья. У меня есть дети. Я школьный учитель".

Обожженный ударил мужчину по почкам и заставил его замолчать. Затем вскрыл ему запястье. "Ты - ничтожество".

Врата мерцали и вспыхивали.

Еще одна молния.

Это поразило мужчину так же, как поразило девушку. Прошло всего несколько секунд, прежде чем он повернулся и улыбнулся своим товарищам. "Мои братья!" Школьный учитель теперь говорил с немецким акцентом. "Братья мои, спасибо вам. Я вернулся в этот мир вечной борьбы, и я готов сражаться!".

Демоны продолжали свою работу, толкая людей к воротам и заливая их кровью. Материализовались всевозможные акценты. Вампс слышал, как люди меняли свою речь на немецкий, испанский, французский и многие неузнаваемые языки.

Кто овладел этими людьми, и почему они не смогли сбежать через ворота, как другие демоны?

Последняя одержимая душа говорила с арабским или похожим акцентом. Молодая женщина в разбитых очках выглядела причудливо, когда яростно кричала. "Ха! Я стою на их кладбищах, как я поклялась однажды сделать. Я свергаю их башни и разрушаю их величайшие города. Я вселяю страх в их сердца. Но я ничего не знала о настоящем ужасе. Теперь я поставлю этот вырождающийся мир на колени. Красный Лорд будет царствовать".

Месс посмотрел на Вампса и поднял бровь. "Мужик, я думаю, это Бен Ладен".

Вампс ничего на это не ответил. Это было абсурдно. Так почему же он верил, что это может быть правдой?

Толпа испуганных людей становилась меньше с каждой жертвой, а буфер между вратами и Вампсом уменьшался. Он хотел помочь, но в течение тридцати минут сидел и ничего не делал, пока их телами завладевали другие существа. Скоро его, Месса и Гинджа постигнет та же участь. Так почему же он ничего не делал?

Потому что он совершенно не знал, что делать.

Он посмотрел на Месса. "Я думаю, пришло время сражаться".

"Правда? Мне взять сорок демонов справа от меня, а тебе - пятьдесят слева?"

"Может быть, эти другие присоединятся к нам, если мы начнем что-то делать".

Месс осмотрел дрожащих людей с белыми лицами. "Я так не думаю, Блад".

Вампс вздохнул, кивнул, снова вздохнул. "Тогда, я думаю, это все. Последний бой Брикстонских парней".

Месс тоже вздохнул. "Пора умирать?"

"Думаю, да. Ты прикроешь меня?"

Месс ударил кулаком по ладони. "До самой могилы, Джамал".

Упоминание его родового имени почти уничтожило Вампса. Мысли о его старой родне - единственном человеке, который называл его Джамалом, и о друзьях, которых он знал и потерял, заставили его разрыдаться. Но это также разозлило его. Злость на то, что эти чертовы демоны решили, что заслуживают еще одного шанса на мир после того, как облажались в первый раз. Их место в аду. Они не имели права находиться здесь.

Вампс кивнул Мессу. "Давай сделаем это".

"Тихо!" Один из зомбиподобных демонов направился к ним, похожий на почтового работника средних лет с желтухой. Прежде чем демон ударил его, Вампс вскочил и ударил ублюдка головой прямо в лицо. Месс вскочил и схватил его за шею, пока тот не упал.

Щелк!

Месс позволил мертвому демону упасть на землю, где его лицо неестественно завалилось набок на сломанной шее.

Оставшиеся в живых кричали и трусливо разбегались. Некоторые вскочили на ноги, чтобы присоединиться к бою, но их было недостаточно. Это был бой, в котором они все умрут.

Вампса это устраивало.

Он достал свой "Браунинг" и выстрелил в голову ближайшему обгоревшему человеку. Затем он повернулся и выстрелил в лицо обезьяне. При следующем нажатии на курок раздался звонкий щелчок пустого патрона, и он расправился с третьим демоном, размозжив ему лицо старым деревянным прикладом. Клочок черепа между глазами раскрошился, и кровь залила оба глаза.

"Туши свет, ублюдок!"

Вампс повернулся и увидел, как Месс сделал двойной удар ногой, но не по демону, а по человеку с оружием, который работал с демонами. Один из людей Виндзора. Он выбил из этого сукиного сына дух и забрал его пистолет. Он сунул дуло в рот парню и без паузы нажал на курок. Это было грязно.

Вампс подумал о насильнике, которого он застрелил, и на секунду застыл. Все вокруг него двигалось в замедленной съемке, и он подумал, не парализован ли он. Все звуки слились в один высокочастотный гул. Единственным запахом была кровь.

Он был в аду.

Затем он вернулся назад.

Вернулся в мир, где убийства больше нельзя было избежать.

Месс вскочил на ноги и продолжил стрелять, пули летели во все стороны и попадали демонам в колени и руки. Одна пуля даже задела ребенка, но на чувство вины не было времени. Эти люди все равно были мертвы, если только Вампс и Месс каким-то образом не устроят сцену, способную соперничать со Спартой.

Вампс вспомнил о Гиндже и повернулся, чтобы схватить его. К удивлению, здоровяк был на ногах. Вампс схватил его за обе руки и заглянул в глаза. "Помоги нам, Гиндж. Помоги нам выбраться из этого".

Гиндж смотрел прямо сквозь него. Он отвернулся, словно только что вспомнил, что ему нужно куда-то идти. Вампс выругался.

Три или четыре человека, которые вскочили на ноги, чтобы присоединиться к драке, теперь были разорваны на куски. Казалось, прошло всего тридцать секунд с того момента, как они вскочили на ноги. Именно так быстро в этом новом мире человек может жить и умереть.

Но Вампс был еще жив, как и его друзья.

Внимание Вампса все еще было сосредоточено на Гиндже, в результате чего он был застигнут врасплох обожженным человеком, но Месс был рядом, чтобы схватить монстра и оттащить его. Вампс надавил на одно из коленей, чтобы сделать борьбу менее напряженной. Месс сломал еще одну шею и повалил демона на землю, но он уже устал и задыхался.

Вампс тоже устал.

Сотня демонов окружила их - гигантская сеть. Однако враги перестали бросаться на них так беспечно, теперь они приближались медленно и методично. Вампс ухмыльнулся тому, что легион из Ада осторожничает рядом с ним и Мессом. Это было то, за что он мог бы держаться, если бы это был момент его смерти. Он умер, как один крепко сбитый ублюдок.

Они уже собирались снова броситься в бой, когда что-то взорвалось на Оксфорд-стрит. Окна по обе стороны дороги, которые еще не были разбиты, разлетелись на миллион осколков. Демоны остановили свою атаку и уставились вверх. Месс и Вампс обменялись взглядами и поняли, что что-то находится позади них. Грохот взрыва доносился из глубины дороги.

"Ты должен идти первым или я?" - спросил Вампс.

Месс сглотнул. "Я пойду".

"Хорошо."

Медленно Месс повернулся лицом в другую сторону. Когда он это сделал, его глаза чуть не выскочили из головы. "Трахни меня".

Вампс сглотнул и тоже повернулся. Его глаза стали еще шире, чем у его друга. "Я надеялся, что мне привиделась эта штука".

Гигант уставился на них обоих, как огромный монстр смотрит на пару муравьев.

Выстрел эхом отразился от палубы, но звук, который он издал, когда попал в Данзу, был приглушенным. Не более чем тихий стук. Выражение лица Данзы также было невнятным - на самом деле, он выглядел скорее растерянным, чем каким-либо другим.

Затем лейтенант упал на одно колено. В центре его груди расцвела розочка крови. Его дыхание было хриплым, как воздух, выходящий из шины.

Эрнандес стиснул челюсти и постарался, чтобы Данза смотрел на него, когда он говорил. Сумерки отбрасывали тень на его лицо - а может быть, это был угасающий свет мужчины. "Вы забываетесь, лейтенант".

Данза открыл рот, но вместо слов из него хлынула кровь. Мужчина упал на живот и умер, как рыба. Эрнандес положил оружие на бок, но повернулся, чтобы обратиться к своей команде. "Вы все забыли о себе! Когда командир Джонсон пал, " Аугуста" стала моей. Я не потерплю мятежа - ни в коем случае, когда на карту поставлен сам мир. Я стремлюсь только помочь своей стране. Как мужчины и женщины флота, вы все поклялись делать то же самое. Поэтому я спрашиваю вас, в чем проблема? Зачем прислушиваться к словам такого проныры, как тот, что лежит мертвым у моих ног?"

Молчание. Никто не осмелился ответить на вопрос.

Эрнандес убрал оружие в кобуру и позволил своему гневу утихнуть. "Хорошо, тогда я ожидаю, что с этого момента вы все будете выполнять приказы. Без исключения." Он повернулся к Куэрво, которая нервно, но ласково улыбнулась. "Лейтенант Куэрво - мой второй командир. Вы все будете подчиняться ей так же, как и мне".

"Она всего лишь энсин", - пробормотал кто-то.

Эрнандес осмотрел толпу. "Сейчас она единственная, кому я доверяю выполнять мои приказы. Свободны".

Эрнандес повернулся на каблуке, чтобы уйти, но перед этим он жестом приказал Куэрво следовать за ним. Она последовала за ним, не жалуясь, но в том, как она смотрела на него, было что-то такое, что говорило о том, что она его боится. Это было хорошо.

Пока они шли в тишине, Эрнандесу пришло в голову, что он не знает, куда направляется. Потом до него дошло, и он точно знал, куда идти.

Каюта Джонсона была его, более просторная, чем любая другая на борту. Его вещи лежали повсюду, и Эрнандес быстро спрятал в ящик семейные фотографии бывшего командира.

"Хотите, я сохраню для вас все вещи командора Джонсона?".

Эрнандес посмотрел на Куэрво и улыбнулся. "Вы теперь старший офицер, лейтенант. Вам не нужно наводить порядок. Пусть кто-нибудь другой сделает это позже. Я просто хотел пока прийти сюда и посмотреть".

Она посмотрела на него и улыбнулась, затем опустила глаза, словно внезапно смутилась.

"В чем дело, Куэрво? Ты можешь говорить свободно".

"Я подумал, что ваш поступок был смелым. Поступить с Данзой так, как вы поступили. Я не могу поверить, что он собирался устроить мятеж в такое время".

"Ты не возражаешь, что я убил его?"

Она покачала головой. "Я думаю, что правила больше не действуют. Мне это не понравилось, но я думаю, что это должно было случиться. Теперь выживут только сильные".

Он сделал шаг к ней. "Или те, кто присоединится к ним".

Она посмотрела на метр ковра между ними, затем снова на него. Она открыла рот, чтобы заговорить, но он прервал ее поцелуем - поцелуем, не похожим ни на один из тех, которые он когда-либо дарил раньше. Он был сильным и уверенным. Он был силен и уверен.

Он был командиром этого корабля.

Он без колебаний сорвал с Куэрво рубашку. Он хотел ее, и она была его.

И на следующие два часа они сделали кровать командира Джонсона своей собственной.

Стук в дверь капитана разбудил сначала тело Эрнандеса, а затем его разум. Он быстро наполнился гневом. Куэрво лежала рядом с ним обнаженная и излучала самое райское тепло, а ощущения ее босых ног, трущихся о его голень, было достаточно, чтобы у него возобновилась эрекция.

Лучше бы у нежданного посетителя за дверью была веская причина беспокоить его.

"Подожди там!" Эрнандес хмыкнул и надел свою форму. Куэрво сделала то же самое, что было очень умным ходом. Эрнандесу было все равно, знают ли его люди о том, что он трахает лейтенанта, но Куэрво и так будет нелегко добиться их уважения. Незачем давать экипажу повод для злословия.

Не успел Эрнандес обуться, как дверь распахнулась, и в нее шагнул Оутербридж. Другие мужчины встали рядом за ним.

"Что это значит?" потребовал Эрнандес. Он подошел к опальному снайперу корабля и поднял кулак перед его лицом.

Оутербридж яростно ударил его головой.

Куэрво вскрикнула.

Эрнандес пошатнулся назад. Он сел на кровать, опустив руки на влажные простыни, и попытался посмотреть в лицо нападавшему. Но слезы наполнили его глаза, а кровь забила носовые пазухи. Он не видел ничего, кроме собственной боли.

Оутербридж ударил его. Этот жалкий слизняк. Как он посмел? Как он посмел...

Эрнандеса схватили за обе руки и потащили через всю комнату, а все аргументы, которые он собирался привести, резко прервали ударом локтя в челюсть. Они тащили его по коридорам, в то время как дюжина мужчин и женщин насмехались над ним. Что, черт возьми, происходит?

Они вытащили его на палубу и бесцеремонно бросили на пол. Он успел подняться на колени, как что-то заморозило его. "Д-Данза?"

Данза выглядел как смерть, потный и бледный в лунном свете, который поднялся над головой с тех пор, как Эрнандес в последний раз был снаружи. Команда усадила его в инвалидное кресло, и рядом с ним стоял корабельный врач. Когда он заговорил, голос его был обветренным и болезненным. "Когда вы стреляете в человека, Эрнандес, вы должны стараться избегать грудной кости. Это лучшая броня, которая есть у человека". Он провел дрожащей рукой по центру груди и поморщился. "Возможно, мне удастся выжить. Это больше, чем я могу сказать о тебе".

Эрнандес зарычал. "Ты не имеешь права".

"Как и ты не имеешь права играть в палача. Ты не годишься для командования, Эрнандес, или даже для того, чтобы занимать место на борту этого корабля. Мы - гордые мужчины и женщины ВМС США, и ваше присутствие позорит нас. Вы корыстный трус. И убийца".

"Я не такой. Ты жив!"

Данза рассмеялся, хотя это причинило ему боль. "Ты стрелял в Джонсона так же, как в меня?"

"Джонсон был дураком, который не знал, куда бежать".

"Он был храбрым человеком, достойным командования. Ты - трус, достойный только смерти".

Эрнандесу хотелось упасть на колени и извергнуться, но он не хотел доставлять своему сопернику такого удовольствия. "Тогда покончим с этим".

Данза кивнул. Он осторожно потянулся к боку и вытащил свой табельный пистолет. Направив его на Эрнандеса, он нахмурился. "Если кто-то на этом корабле возражает против казни бывшего офицера Эрнандеса, пожалуйста, скажите об этом сейчас. Я не намерен управлять этим кораблем как беспрекословный король".

Никто не выступил в защиту Эрнандеса.

"Трусы", - рыкнул на них Эрнандес. "Я ваш командир!"

Данза опустил пистолет и положил его на колени. Казалось, он на мгновение задумался. "Если подумать, то отпустить врага - гораздо большая добродетель, чем убить его. Я больше не запятнаю " Аугусту" кровью, и, по правде говоря, ты не заслуживаешь смерти на ее палубе. Оутербридж, я думаю, мы должны посадить этот кусок ила в спасательную шлюпку, и пусть его заберет море. Может быть, это даст ему время подумать о своих многочисленных ошибках".

Оутербридж рассмеялся. Он потянулся вниз, схватил Эрнандеса за воротник и поднял его с колен.

"Вы не можете этого делать", - закричал Эрнандес. "Это незаконно! Это мой корабль!"

"Вот что я тебе скажу", - сказал Данза. "Извинись передо мной, прямо здесь и сейчас, и я позволю тебе дожить остаток дней на гауптвахте".

"Что?"

"Я сказал, извинись".

Эрнандес сжал кулаки. "Я ни за что не извиняюсь". Он ударил Оутербриджа, и снайпер упал, но на его место встал другой член экипажа, и Эрнандеса снова поставили на колени.

"Очень хорошо", - сказал Данза. "Бери его".

Оутербридж поднялся и снова схватил Эрнандеса за воротник, на этот раз еще более грубо. Кто-то надавил на лодыжку бывшего офицера, заставив его вспомнить, что он босой. Это в какой-то мере усугубило его унижение. Оутербридж завел его руку за спину и затащил в одну из спасательных шлюпок корабля. Прежде чем он попытался вылезти, мужчина сильно ударил его по лицу, убедившись, что его нос сломан.

Эрнандес всхлипнул, но остановил себя. Он перевел рыдания в рычание. "Я убью вас всех".

Оутербридж захихикал. "Нет, не убьешь. Лучше займись рыбалкой. Может быть, тогда ты продержишься до конца недели. И вот еще что, возьми с собой свою шлюху".

"Нет, пожалуйста. Нет."

Куэрво появилась на краю лодки, а затем была брошена вниз головой, чтобы присоединиться к Эрнандесу. Ее голова громко треснула, ударившись об один из болтов, крепящих скамью к полу. Ее крики прекратились и перешли в кроткие всхлипывания. Инстинктивно Эрнандес протянул руку и коснулся ее. Целая команда, и только она была на его стороне. Теперь ее потянуло вниз вместе с ним.

Данза не появился, вероятно, слишком слабый, чтобы покинуть свое инвалидное кресло, но его голос прозвучал над перилами достаточно отчетливо. "Я желаю тебе удачи, Эрнандес. Ты всегда хотел быть командиром собственного корабля. Я исполнил твое желание. Пусть мы никогда больше не встретимся".

Заработала лебедка, и шлюпка опустилась на воду.

Скоро Атлантика заберет его.

Рик и Дэниел шли незамеченными более часа. Заря уже занималась на горизонте, и перспектива дневного света существенно меняла ситуацию. Одно дело - красться за колонной демонов в темноте, но при свете дня?

"Нам нужно отойти еще дальше", - слабо произнес Дэниел. Падшему ангелу становилось все труднее дышать. Его раны не заживали, и ему требовался отдых. Однако если они остановятся, демоны двинутся дальше и исчезнут. Кит, Мэдди и Диана могли исчезнуть навсегда - если они вообще были среди этих несчастных людей, которых двигали, как скот.

"Мы не можем больше отступать", - сказал Рик. "Мы потеряем их из виду".

Даже сейчас демоны были в нескольких сотнях ярдов впереди. Автострада тянулась по прямой на многие мили, что улучшало видимость, но огромное количество остановившегося транспорта затрудняло преследование. Легче всего было идти на шум - стоны и крики пленников были маяком для Рика и Дэниела.

Дэниел проскользнул в щель между грузовиком и автофургоном. "Когда солнце полностью взойдет, одному из этих демонов будет достаточно оглянуться через плечо, чтобы заметить нас".

"Мы не будем высовываться, будем двигаться за машинами. Я должен знать, с ними ли Мэдди и остальные. Я не могу их бросить".

"В случае с твоим братом, возможно, это именно то, что ты должен сделать".

"Знаешь, для бывшего ангела ты не очень-то христианин".

"Иисус был до моего времени".

Рик остановился на секунду. "Но он существовал?"

"В этой вселенной есть много вещей, которые существовали и существуют. Реальность простирается дальше, чем видят твои глаза".

"Что ты имеешь в виду?"

"Я имею в виду, что то, что происходит здесь, - всего лишь капля в океане. Даже Бог крошечный в великой схеме вещей. Он такой же солдат, как и все остальные".

"Солдат? Дэниел, о чем ты говоришь?"

"Неважно. Тебе будет трудно это понять".

Рик несколько раз моргнул. Он устал, и его глаза затуманились. Сколько еще он мог продолжать двигаться по автостраде? Безопасность лежала на юге, а не на севере. Должен ли он повернуть назад?

Сможет ли он?

Нет.

"Мы должны продолжать путь, Дэниел. Я-"

"Шшш. Что-то происходит впереди".

Рик прищурился. "Что?"

"Смотри! Там дальше врата".

Желудок Рика наполнился свинцом, когда он заметил мерцающую линзу на горизонте. Она находилась примерно в миле от дороги, крошечная на таком расстоянии, но достаточно яркая, чтобы осветить тусклый серый рассвет вокруг.

"Это плохо?" - спросил он Дэниела.

"Это то, что я и предполагал".

Рик посмотрел на него и ожидал чего-то большего.

Дэниел покачал головой. "Это побег из тюрьмы".

"Что ты имеешь в виду?"

"Давай поднимемся на те холмы впереди. Нам нужно хорошенько все рассмотреть, прежде чем решать, что делать".

"Значит, мы можем что-то сделать?"

"В том-то и хорошо, что мы люди, не так ли? Всегда есть что-то, что ты можешь сделать. Даже если это глупо".

Они взобрались на барьер на краю автострады и перелезли через канаву. Они пробрались через живую изгородь и, оказавшись на близлежащих полях, спрятались от посторонних глаз на автостраде. Рик мог видеть лишь краешки тусклого света сквозь деревья, но они поспешили через длинную траву, пока не оказались прямо на линии с ней.

Дэниел и Рик выглянули сквозь кусты.

За двадцатифутовыми вратами толпились демоны, и, увидев одного из них вблизи, Рик напрягся. Это было все равно что стоять рядом с голодным львом - что-то в его теле покалывало от близости к чему-то настолько опасному.

Легион демонов прибыл и собрался вокруг ворот, толкая своих закованных пленников на землю.

"Сколько всего этих врат?" Рик спросил Дэниела шепотом.

"Шестьсот шестьдесят шесть".

"Шесть-шесть-шесть. Как число зверя?"

"Нет, как число печатей, которые Бог наложил на землю, чтобы сохранить ее в безопасности. По одной печати для каждого противника".

Рик силился понять. "Каким противникам? Я думал, что Люцифер был противником Бога".

Дэниел тихо захихикал. "Люцифер - непослушный ребенок. Шестьсот шестьдесят шесть Противников - это нечто совсем другое. Они равны Богу, вырезаны из той же небесной ткани. Каждый из них жаждет власти, и эта власть существует внутри жизни. Жизнь, которая наполняет каждое растение, каждого мотылька и миллиарды человеческих существ на всех планах существования. Чем больше миров завоевывают Противники, тем сильнее они становятся, и тем слабее становится Бог".

"Я не понимаю ничего из того, что ты сейчас сказал".

"Как ты можешь, Рик? Бог пожертвовал своей силой, чтобы связать своих сородичей. Бог был самым сильным из Противников - шестьсот шестьдесят седьмым, и все остальные завидовали и обижались на него. Назревала борьба, угрожавшая самой ткани существования, и Бог использовал свою огромную силу, чтобы кастрировать Противников, включая его самого. Бог сделал их силы инертными, лишив их возможности действовать на Земле. Тем самым Бог оставил всех вас на произвол судьбы. Вот почему молитвы людей остаются без ответа".

"Он сделал это, чтобы защитить нас?"

"Чтобы защитить все. Это было еще до времени Ангелов".

"Так что же происходит сейчас? Кто открыл врата?"

"Черный Рам."

Рик рассмеялся. "Ты меня накручиваешь? Это похоже на плохой роман".

Дэниел пожал плечами. "Думаю, да. Черный Рам - это человек, просто человек, но он существует почти с начала времен. Он научился перемещаться между мирами и собрал тайное общество, известное как Черная Прядь. Именно они привели в движение разрушение не только этой планеты, но и многих других. Каждый павший мир ослабляет Бога, потому что его сила исходит от нас. В сердце каждого человека и животного находится Его сущность. Когда вы убиваете человека, вы убиваете часть Бога. Если убить миллиарды людей, это значительно ослабит Его. Он находится в состоянии войны; без армии".

"А как же ангелы?"

"Неэффективны. Печати не позволяют им действовать и на земле".

"Но печати на этом мире сломаны. Падшие ангелы здесь, так почему не добрые ангелы?".

Использование слова "хороший" для описания других ангелов, но не Даниила, похоже, задело его. Он на мгновение закрыл глаза. "Я не знаю, почему ангелы Небес не здесь. Я могу только предположить, что это потому, что у них заняты руки. Это не единственная битва Бога".

Рик собирался задать еще вопросы, но звук крика прервал его. Он выглянул сквозь кусты и увидел, что демоны хватают людей с земли и толкают их к воротам. Женщина визжала, как пожарная сирена, когда демон перерезал ей запястья.

"Они используют их как сосуды", - сказал Дэниел. "Самые страшные души в Аду лишены физической формы и обречены гореть в самых темных, самых мучительных ямах Бездны. Материя не может существовать в Бездне - только боль и мучения. Эти злые души не смогли пройти через врата, как другие, потому что у них не было свободы передвижения".

"У них не было тел", - сказал Рик, ненавидя тот факт, что он все понял.

Дэниел кивнул. "Единственный способ привести их сюда - дать им тела-сосуды. Высасывание крови ослабляет их и уменьшает количество железа в их телах".

Из ворот вылетела молния и ударила в кричащую женщину. Когда она обернулась, в ее глазах тлели черные камни. Кривая ухмылка исказила ее лицо.

"Худшие мужчины и женщины в истории", - сказал Дэниел. " Возвращение домой".

Одержимая женщина схватила с пола маленького мальчика и толкнула его, кричащего, к воротам. Она вскрыла ему горло зубами. Ворота начали вибрировать и мерцать.

"Оставьте его в покое", - крикнул кто-то.

Рик повернул голову, чтобы увидеть сквозь кучу веток, и увидел, как женщина вскочила на ноги и побежала на помощь мальчику.

Это была Мэдди.

Дэниел схватил Рика. "Подожди."

"Мы не можем. Она в опасности".

Обгоревший мужчина прыгнул перед Мэдди и ударил ее сзади по лицу. Она упала на землю, схватившись за щеку. Еще одна молния вылетела из ворот и ударила в мальчика. Через несколько секунд он бросился к женщине, которая его укусила, и обнял ее. "Мамочка".

Рик взглянул на Дэниела. "Кто они, черт возьми, такие?"

"Кармилла и Эдвард Стоукс".

"Кто?"

"Кармилла была врачом и жила недалеко от Белой Часовни. Ее двенадцатилетний сын хотел стать хирургом. Кармилла хотела научить его".

"Белая Часовня? Ты хочешь сказать, что он... они были Джеком Потрошителем?"

Дэниел кивнул. "Да. Кармилла нанимала проституток, объясняя, что хочет сделать из своего сына мужчину. Она усыпляла их с помощью подмешанного хереса, а потом маленький Эдвард приступал к работе".

Демон притащил Мэдди и бросил ее на место в очереди. Мужчина и женщина обхватили ее и прижали к себе, пока она стонала. Кит и Диана.

Рик почувствовал, как его желудок пытается вырваться через горло. Вид слез Мэдди заставил его почувствовать себя никчемным. "Мы должны пойти и помочь им".

"Если мы попытаемся сейчас", - сказал Дэниел, - "мы умрем сейчас".

"Ты не знаешь этого".

Дэниел вздохнул. "Рик, из всего того, что ты узнал обо мне, ты наверняка понял только одно: я знаю больше, чем ты. Говорю тебе, мы выйдем туда, и нам не удастся уйти".

Рик схватил ветку и крепко сжал ее, шипы вонзились ему в ладонь. Он использовал боль, чтобы помочь себе сосредоточиться. "Там внизу достаточно людей, чтобы свергнуть демонов. Мы должны сражаться. Чем дольше мы будем ждать, тем больше людей будет одержимо".

"Если мы сделаем это, я больше не смогу тебе помочь".

Рик уставился на Дэниела, пытаясь понять, что он говорит. "Почему?"

"Просто реши, действительно ли ты хочешь это сделать".

"Я уверен. Мэдди, Диана и мой брат там внизу. Я не буду сидеть сложа руки и смотреть, как ими овладевают".

Дэниел кивнул. Он выглядел грустным. "Хорошо."

Падший Ангел прорвался через живую изгородь и спрыгнул в канаву на обочине автострады. Демоны увидели его и сразу же напали. Дэниел взмахнул рукой, словно прихлопнул муху, и невиданная сила обрушилась на наступающих демонов, как волна горячего воздуха. Их плоть превратилась в пепел. Кожа слетела с их костей. Иссохшие скелеты рухнули на землю.

Рик вырвался из живой изгороди и спустился в канаву, чтобы помочь. Он был безоружен, поэтому двинулся прочь от битвы и к пленникам. Когда Кит и остальные увидели его, они были ошеломлены. "Рик", - сказал его брат. "Ты пришел спасти нас?"

Рик посмотрел на Мэдди, пока говорил. "Конечно, я пришел. Теперь вставайте и помогайте".

Пленники были связаны веревкой, а не цепями, поэтому они смогли легко сбросить путы. Некоторые сразу же побежали, но большинство были слишком потрясены, чтобы принять решение. Врата возвышались над всеми.

"Вставайте и сражайтесь", - крикнул им Рик. "Сражайтесь сейчас или умрете трусами. Вы не животные. Не позволяйте этим монстрам обращаться с вами, как с животными".

Возможно, именно гнев Рика заставил пленников подняться, но они поднялись - две трети из них. Ни у кого не было оружия, но все бросились на врага, как варвары, бьющие кулаками и царапающие ногтями. Многие пали быстро, но большинство застали обожженных врасплох.

Рик схватил одного демона и швырнул его в центр оцепления. Он бил его череп о защитный барьер, пока от него ничего не осталось. Тем временем Дэниел прорубил просеку через вражеский лагерь, взмахом руки отсекая плоть демонов от костей. Невидимые волны жара окрасили траву по краям дороги в коричневый цвет и раскололи ветровое стекло перевернувшегося джипа. Ни один демон не мог приблизиться к Падшему Ангелу ближе чем на два метра. Он был силой природы.

Но с каждой секундой он становился все слабее.

Рик отправился на помощь, но вокруг Дэниела полыхал жар. Подойти ближе было невозможно. Все больше демонов падали в кокон жара Падшего Ангела, как ягнята в ядерном взрыве. Выражение лица Дэниела было мрачным. Пот заливал его лицо. Его руки дрожали. Он опустился на колени, и жар исчез.

Демоны пришли в себя.

Рик двинулся к вратам и закричал. "Все, сражайтесь!"

Теперь от демонов осталась лишь малая часть, Дэниел сам расправился с половиной. Пленники были так воодушевлены внезапной победой, что обрушились на демонов три к одному. Они разрывали обожженных людей на части.

В Рика хлынул адреналин, и он крутанулся на месте, чтобы сразиться с первым попавшимся демоном. Перед ним стоял маленький мальчик. В мальчика теперь вселился Эдвард Стоукс.

С рычанием черноглазый ребенок сделал выпад. Рик потерял равновесие и упал на землю, когда Эдвард ударил его. Он оказался на спине, а мальчик рвался к его лицу, как росомаха. Он пытался защищаться, но не мог одновременно защищать лицо и драться.

"Я порежу тебя на куски, шлюха", - закричал Эдвард. Он рассек рану на лбу Рика и впился в нее ногтями. Рик зарычал в агонии.

"Слезь с него, сопляк!" Мэдди схватила Эдварда за волосы и дернула его назад. Мальчик брыкался и кричал.

Рик вскочил на ноги, но не знал, что делать. Эдвард мог быть демоном, но он вселился в тело невинного ребенка. Есть ли способ спасти его? Экзорцизм?

Мэдди изо всех сил пыталась удержать бьющегося монстра. "Рик, помоги!"

"Что мне делать?"

"Просто сделай... что-нибудь".

Рик был прикован к месту. Как бы он ни понимал, что мальчик перед ним теперь демон, он не мог забыть, что когда-то это был маленький мальчик. "Я не могу".

Испуганное выражение лица Мэдди задело Рика, и он оказался не готов к тому, что кто-то отпихнул его в сторону. "Ради всего святого, Рик", - сказал Кит. "Неужели ты ничего не можешь сделать?"

Кит переместился перед Эдвардом, когда мальчик выскользнул из рук Мэдди. Он схватил железяку и обрушил ее на череп демона, прежде чем тот успел уклониться. Одного удара было достаточно. Эдвард упал на пол мертвым - его крошечный череп разлетелся на куски.

У Рика отвисла челюсть, когда он посмотрел на брата, но Кит, казалось, был только рассержен тем, что ему пришлось сделать. Между ними стояла Мэдди с лицом, выражающим противоречие. Это было то, что нужно было сделать, но сделать это с такими незначительными колебаниями...

Возможно, Кит понимал, чего требовала жизнь, больше, чем они.

"Мой мальчик! Что ты наделал?" Рик заметил Кармиллу, мчавшуюся к Киту с истеричными глазами, похожими на пузырящиеся масляные пятна.

Рик выхватил у брата шиномонтажку и оттолкнул его в сторону. Он с идеальной точностью опустил тяжелый кусок металла и расколол череп женщины на две части. Он поднял шиномонтажку и позволил брату забрать ее обратно. "Мы должны помочь, Дэниел".

Кит ухмыльнулся и восторженным тоном сказал: "Чем? Битва выиграна".

Рик огляделся вокруг. Он не увидел ни одного демона, оставшегося в живых, только дорога, покрытая кровью и костями. Из пленников в живых оставалось, наверное, человек восемьдесят. Они действительно победили, но смогли бы они это сделать без Падшего Ангела, сражающегося за их дело?

Дэниел привалился к перевернутому джипу. Его шины полыхали и плавились, как шоколад на сковороде. Рик поспешил к нему. "Дэниел, мы сделали это. Мы спасли всех этих людей".

Дэниел улыбнулся. "Неплохо для опального ангела, да?"

"Ты хороший, Дэниел. Одна ошибка, которую ты совершил тысячи лет назад, не делает тебя тем, кто ты есть. Ты хороший."

"Спасибо."

"Ты будешь в порядке?"

Он засмеялся, но его смех свелся к хриплому кашлю. "Думаю, я уже не в состоянии быть в порядке, Рик. Это тело не предназначено для таких подвигов. Оно уже мертво. Помоги мне подняться".

Рик кивнул. "Если ты уверен."

"Да. Дай мне насладиться победой. Возможно, это мой последний шанс".

Рик напрягся, чтобы поднять ангела на ноги. "Ты ангел с наполовину полным ореолом, не так ли?"

Выжившие теперь уступили место шоку и облегчению, прижавшись друг к другу в поисках утешения. Они обнимали и целовали друг друга, родных, друзей и незнакомцев.

Но они еще не были в безопасности. Перед ними возвышался портал в место за пределами кошмаров. Врата мерцали и злобно поблескивали.

"Как мы их уничтожим?" спросил Рик у Дэниела, который хромал и держался за голову.

"Ха, тебе лучше не знать".

"Но есть же способ?" - спросил Кит, спешиваясь и выглядя готовым к дальнейшей борьбе.

Дэниел кивнул. "Да."

"Тогда расскажи нам".

"Как насчет небольшой благодарности? Мы с твоим братом только что вызволили тебя из лагеря смерти".

Кит фыркнул. "Мы бы справились. Я все понял".

"Что с тобой случилось?" спросил Рик своего брата.

"Мы ждали на стоянке", - сказала Мэдди, присоединившись к ним вместе с Дианой.

Диана сказала: "Они появились из ниоткуда и забрали нас. Мы думали, что мы мертвы, но они просто схватили нас".

"Они понесли нас по дороге и бросили к остальным", - сказала Мэдди. "Все эти люди. Они использовали их. Овладевали их телами. Рик, если бы ты не пришел..."

"Это был Дэниел", - признался Рик. "Я не смог бы ничего сделать без него".

Диана подошла к Дэниелу и обняла его. "Спасибо."

Падший Ангел поморщился от боли, но, казалось, был тронут этим жестом. Он похлопал девушку по спине. "Не упоминай об этом, любимая".

"Как нам закрыть Врата?" потребовал Кит. "В любой момент могут появиться новые демоны".

Дэниел кивнул. "Ты прав. Но чтобы закрыть врата, потребуется что-то, что я не уверен, что ты захочешь дать".

Кит впился взглядом в лицо Дэниела, как будто Падший Ангел только что не разогнал пятьдесят демонов. "Просто скажи нам".

"Кит!" укоряла Мэдди. "Успокойся".

Рик почувствовал, как волоски на его шее зашевелились. Все вокруг стало напряженным, но это было не из-за спора перед ним.

Подметать.

Плечи Дэниела обвисли, пока он терпел, когда Кит вцепился ему в лицо. "Закрыть врата. Закрыть..."

"Да?" сказал Кит нетерпеливо.

"- Ты должен..." Дэниел остановился на полуслове. Его глаза сузились.

Кит сжал кулаки. "Скажи нам, ради всего святого".

Дэниел стоял молча, его глаза буравили Кита. Кит разозлился и схватил его, но вскрикнул, когда ангел упал вперед на его руки.

Изо рта Дэниела хлынула кровь.

Рик бросился к нему. Но было уже слишком поздно. Одержимое человеческое тело было разорвано, спина разорвана на части. Позвоночник и нервы проглядывали между розовыми мышцами.

Кит отпрыгнул в сторону и позволил Дэниелу упасть на землю.

Подметать.

Рик огляделся, но ничего не увидел. Что-то разорвало Дэниела на части, но там ничего не было.

Подметать.

Рик опустился на землю рядом с Дэниелом. Кровь лилась изо рта ангела, но он как-то умудрялся произносить слова. "Неужели быть человеком всегда так больно?"

Рик погладил лицо своего друга. "Это никогда не перестает болеть".

Дэниел закрыл глаза, и на мгновение показалось, что он ушел, но потом сознание вернулось, и он схватил Рика за руку и притянул к себе. "Ты не сможешь сделать это без моей помощи".

"Тогда живи".

"Я не могу".

"Тогда мы обречены".

"Нет."

Рик начал потеть от лопаток и вдруг пожалел, что не одет. Он попытался отдернуть руку, чтобы встать и подышать воздухом, но Дэниел крепко держал его. Там, где пальцы ангела касались его плоти, кожа горела. Рик вскрикнул - вся его рука горела. Жар распространился вверх, на плечо и голову.

"Дэниел, пожалуйста, остановись!"

"Через мгновение".

"Ты убиваешь меня".

"Нет, я даю тебе жизнь".

Боль достигла зенита, и Рик подумал, что его голова может взорваться, но тут Дэниел потерял сознание и ослабил хватку. Боль исчезла. Рик не мог дышать, и на мгновение ему показалось, что он может задохнуться. Затем дыхание вернулось к нему, и он задыхался до боли в легких.

Подметать.

"Что, блядь, случилось с Дэниелом?" потребовал Кит, беспокойно озираясь по сторонам со своей шиномонтажкой.

Рик посмотрел на своего друга и вздохнул. "Он ушел. Где бы он ни был, я надеюсь, что Бог наконец-то простит его".

Подметать.

"Смотритель здесь, не так ли?" - сказала Мэдди.

Рик вызывающе встал. "Да, и на этот раз мы не можем убежать".

"Что же нам делать?" - спросила Диана.

"Мы используем шанс, который дал нам Дэниел. Мы сражаемся. Мы останемся вместе и будем сражаться".

Рик оглядел восемьдесят с лишним выживших и понял, что большинство из них могут умереть в ближайшие пять минут, но, по крайней мере, теперь у них есть шанс выжить. Только одна вещь стояла на их пути.

Подметать.

Подметать.

"Где он?" Диана сдавленно заскулила. "Я не могу его видеть".

Кит зарычал. "Как мы можем бороться с тем, чего не видим?"

Подметать.

Рик инстинктивно двинулся, чтобы защитить Мэдди. Смотритель был среди них, он убил Дэниела - их единственную надежду. Великий зверь охотился.

Кто-то в толпе закричал.

Пожилой мужчина упал на пол, его позвоночник был сломан надвое и торчал из спины.

Выжившие запаниковали.

Рик искал Смотрителя, на долю секунды увидел существо, но потом снова потерял его из виду. Безликий череп промелькнул сквозь толпу.

Кит сжал свою шиномонтажку. "Я проломлю ему череп. Где ты? Покажись!"

Диана отступила к центральному барьеру и вскрикнула, наткнувшись на него.

Рик протянул к ней руку. "Просто сохраняй спокойствие".

Еще один человек в толпе закричал и упал замертво.

"Что происходит?" - крикнул кто-то.

Толпа расступилась.

"Держитесь вместе", - крикнул Рик. "Наш единственный шанс - держаться вместе".

"Чего ты ждешь от них?" - спросил Кит. "Они умирают".

"Никто из нас не сможет сделать это в одиночку".

Все больше людей кричали и умирали, спины ломались, черепа крошились.

Рик поднял кулак. "Это я тебе нужен. Я смотрел на тебя и видел твою жалкую форму. Покажись".

Еще один крик, еще одна смерть от рук гризли.

Воцарилась паника. Люди начали бежать.

"Держитесь вместе", - снова прокричал Рик. В гневе он размахнулся кулаком. Перевернутый джип на обочине дороги поднялся с земли и перевалился через центральный барьер. Несколько человек тоже упали на землю, как будто их толкнули.

Рик задохнулся и посмотрел на свою трясущуюся руку. Кит и остальные уставились на него. Выжившие ошеломленно молчали, даже когда их становилось все больше. Смотритель наблюдал за ними краем зрения.

Рик почувствовал, что теряет сознание. Его разум заполнили чужие мысли и понимание. Что Дэниел сделал с ним? Что ему было дано?

Ему было дано знание.

Рик знал, как раззадорить Смотрителя.

Он поднял руку и укусил себя за ладонь. Боль пронзила все его тело, но он сжал челюсти и терпел до тех пор, пока дело не было сделано. Кровь потекла по его запястью, забрызгав дорогу.

Кит с отвращением прикрыл рот рукой. "Рик, какого черта ты делаешь?"

Рик проигнорировал брата и поднял кровоточащую руку. "Кровь. От нее зубы сводит, не так ли? Она окрашивает землю и загрязняет ее. Она нечиста".

В толпе что-то дрогнуло.

Рик сжал кулак, выкачивая еще больше крови из раны. "Я оскверняю землю, а ты прячешься в тени, испуганный раб. Ничтожный раб".

Воздух почернел, и из мира исчезли краски. Затем, как вспышка, перед Риком возникла фигура. Смотритель рычал без рта. Его обтянутый кожей череп представлял собой карту фиолетовых пульсирующих вен, и когда он протянул руку к Рику, сам воздух отступил.

Рик отступил назад, уходя от хватки мерзкого существа. Он поднял руку и еще раз удивился силе, которой обладал. Из его кровоточащей ладони вырвался порыв пламени и охватил Смотрителя. Гротескная насмешка старика попятилась назад, размахивая руками и ногами. Остановившись лишь на мгновение, он ударил плетью и сбил Рика с ног. Он приземлился на капот седана BMW и отскочил на дорогу. Боль оглушила его, но он смог подняться. Мысли кружились в его голове, как светлячки. Он выбросил перед собой обе руки и послал еще одну дугу пламени по обжигающему асфальту.

Смотрителя больше не было.

Мэдди крикнула. "Рик! За тобой!"

Рик крутанулся, но не смог увернуться от острого когтя Смотрителя. Он вошел ему в кишки и прошел сбоку через туловище, выпотрошив его, как рыбу. Кровь и дерьмо покрыли землю.

Смотритель издал пронзительный звук и пошатнулся. Его рука поднеслась к лицу в насмешливом выражении ужаса.

К нему приходили новые знания, как секреты, открываемые из шкафов, Рик потянулся к своим внутренностям и бросил свою кровь и кишки в своего врага. Смотритель завизжал. Кровь залила его безликое лицо, и он бешено заскрежетал когтями. Когти рассекали плоть. Из дюжины ран хлынули потоки черного гноя.

Рик поднялся на ноги, кишки все еще вываливались на пол. Он прыгнул вперед и схватился за кровоточащий череп Смотрителя. Онемевшие ледяные шипы вонзились в его запястья. Он потянулся внутрь себя и попытался найти частички Дэниела, которые теперь существовали внутри него. "Во мне сила Бога, уродливый ублюдок. Возвращайся в ад!"

Обладая силой, о которой он и не мечтал, Рик раздавил череп Смотрителя под кончиками пальцев, словно перезрелый арбуз. Черный гной и плесень вырвались наружу, как будто только что выдавили самый мерзкий нарыв на свете. Тело старика задрожало, затрепетало и превратилось в ничто. Смотритель рухнул внутрь и превратился в пыль. Внезапно подул ветер и унес его останки.

Мэдди бросилась вперед и поймала Рика, когда он падал. "Рик, ты в порядке?"

"Д-Даниэль. Он... Он все еще со мной".

Мэдди опустила его на землю и кивнула. "Он что-то сделал с тобой".

"Чтобы помочь нам".

"Да."

"Мой живот... Он плох".

Мэдди покачала головой. "Нет".

"Лгунья."

"Нет".

Рик посмотрел вниз на свой живот. Его рубашка была окровавлена и разорвана, но когда он провел ладонью по себе, то обнаружил только чистую, не поврежденную плоть. "Но...?"

"Ты исцелился", - сказала Диана, спеша к нему со слезами на глазах. "Ты не можешь умереть".

Кит хмыкнул. "Все умирают".

"Включая Смотрителя", - сказал Рик, испытывая облегчение от того, что теперь они на некоторое время оказались в безопасности. Он действительно хотел отдохнуть.

"Он действительно ушел?" - спросила Мэдди.

Рик искал ответы в своем разуме и знал, что Смотритель снова прочесывает коридоры Ада. Новые знания приходили к нему непрерывным потоком. "Они напуганы", - сказал он.

"Кто?" Кит нахмурился.

"Все они, демоны. Они боятся, что их отправят обратно в Ад. Это их единственный шанс. Мы можем выиграть эту войну. Мы можем дать отпор. Если нет, то они не будут бояться. Они знают, что у нас есть шанс".

Те, кто не убежал, собрались вокруг, внимательно слушая. Его слова были встречены шепотом и всхлипами - возможно, надеждой.

Мэдди улыбнулась и кивнула. "Пока мы продолжаем сражаться, мы сможем их победить".

Рик встал и, не говоря ни слова, пошел к мерцающим воротам.

Кит окликнул его. "Рик, что ты делаешь? Отойди оттуда".

Рик встал лицом к мерцающему гобелену света и попытался посмотреть сквозь него. Голоса шептали ему на тысяче языков. Глаза наблюдали за ним. Глаза, полные страха.

Он протянул руку.

"Рик!"

-и коснулся врат.

Взрыва не было - ни фейерверка, ни шума - они просто перестали существовать. Словно щелкнув веками, врата мигнули и исчезли. Все тела мертвых демонов, усеявшие землю, тоже исчезли. Зло исчезло, как и всякая память о нем.

Рик повернулся лицом к изумленной толпе. "Нам нужно поработать".

Демон, известный как Андраш, представлял собой жалкое зрелище. Дэвид, который и сам был не лыком шит, с незаживающими ранами, признался, что отпилил демону ноги и руки, а затем прижег кровеносные сосуды пламенем из горелки с кухни здания. Хотя Андрас и был адским по своей природе, он вселился в человеческое тело и чувствовал боль, которая сопровождала его.

"Зачем ты это сделал?" спросил Ричард у Дэвида, удивляясь, что это не причиняет ему еще большей боли. Вид головы его жены, превращенной в кашу, изменил его, лишил его части - человеческой части.

Дэвид хмыкнул. "Для информации. К тому же этот ублюдок убил Мину".

Ричард застонал. Так вот что с ней случилось.

"Ему осталось недолго, - продолжил Дэвид, - и после смерти он вернется в яму, из которой вышел. Он утверждает, что является Владыкой Ада, бывшим ангелом, но для ухищрений приобрел человеческое тело. Как только он сбежит от нас, он поделится всем, что знает, со своими собратьями".

"И что же он знает? Какая информация им вообще нужна? Мы проиграли".

Дэвид посмотрел на Ричарда своим единственным оставшимся глазом - второй сгорел - и сказал: "Мы ничего не потеряли, кроме первого хода. Они ударили по нам, теперь мы ударим в ответ. Солдаты в Сирии закрыли ворота, у нас в плену находится Владыка... Дела плохи, но в нас еще осталась борьба. Мы даже получаем новости о каком-то ребенке, который сразился с одним из гигантов в Токио и выжил, чтобы рассказать об этом. Человеческий дух - вот что поможет нам выстоять".

Ричард взглянул на изуродованное тело в шкафу и фыркнул. "Не уверен, что в нас осталось много человечности".

"Некоторые из нас отдают часть себя, чтобы другим не пришлось".

Андрас плюнул на них. "Вы болтаете, как обезьяны".

Дэвид отвесил демону подзатыльник. "А ты мяукаешь, как умирающий котенок. Твои братья воюют, а ты сидишь в чулане израненный. Как стыдно".

"Тогда освободи меня, и мы посмотрим, где позор".

Дэвид ухмыльнулся, на его изуродованном лице появилась губительная гримаса.

"Чего ты хочешь?" спросил Ричард у демона. "Зачем ты это делаешь?"

"Чтобы взять то, что принадлежит нам. Мы - возвышенные, несправедливо удерживаемые человечеством. Вы недостойны этой земли, таких свобод".

"Возможно, ты прав, - сказал Ричард, - но ты тоже этого не заслуживаешь".

Голова Андраша опустилась от слабости, но он боролся, чтобы поднять ее снова. "Несмотря ни на что, мы возьмем это. Красный Лорд будет править, а человечество превратится в свиней в дерьме".

"И вы, ничтожные фермеры", - сказал Дэвид.

Ричард не дал Дэвиду снова ударить демона. Он подошел ближе и посмотрел Андрашу в глаза. "Ты думаешь, эта земля так прекрасна? Она наполнена болью и ненавистью, ничем не отличаясь от Ада, из которого вы пришли. Тебя приветствуют на этой земле. Оставь свои ворота открытыми, потому что ты, возможно, скоро захочешь вернуться".

Андраш усмехнулся, его зубы были сломаны и потрескались. "Возвращение - это не вариант. Мы должны принять эту землю и процветать, или потерпеть неудачу и умереть".

Ричард поднял бровь. " Ты должен? Ты сказал, что должен взять ее. Что случится, если ты потерпишь неудачу?"

Андраш яростно закричал. "Мы не потерпим поражения! Красный Лорд возьмет это место в свой кулак и выжмет из него всю жизнь".

"Почему?"

"Потому что это его воля. Каждая отнятая жизнь ослабит хватку Бога на небесах, пока мы не возьмем штурмом его царство и не заставим его преклонить колени."

Дэвид вздрогнул. "Ты хочешь войны против Бога?"

"Не в первый раз, свинья. Люцифер вел нас в славной борьбе, но теперь он струсил и спрятался, когда Красный Властелин ведет нас заново. Каждая человеческая смерть перевешивает баланс в нашу пользу".

Дэвид кивнул. "Значит, наше истребление имеет какую-то цель? Тебе нужно убить нас, чтобы... что, отпереть Небеса?"

Андраш закрыл челюсть и больше ничего не сказал.

Дэвид вывел себя и Ричарда из шкафа и закрыл дверь. "Ты разозлил его, Ричард. Хорошая работа. Его эго было нашим самым большим преимуществом. Он может быть лордом, но он говорит прежде, чем думает. Эта война не из-за нас. Она из-за Бога. Может быть, это важно".

Ричард вздохнул. "Мне все равно. Мне нужно пойти проведать сына".

Он оставил Дэвида в коридоре и вернулся в офис новостей. Свет был выключен, чтобы сберечь последнюю энергию, которая поступала от генератора. Никто не мог сказать, когда вышла из строя основная сеть, но центр города за окнами четвертого этажа был погружен во тьму.

Диллон сидел в углу офиса с юной девочкой Элис. Они читали комиксы на обороте старых экземпляров "Эхо Слау". "Диллон хороший", - сказала Элис. "Он рассказывает мне анекдоты".

Ричард хихикнул. "Правда? Он не рассказал мне ни одного". Диллон застенчиво отвернулся. У него было мало опыта общения с девочками, юными или старыми. "Элис, ты не против, если я поговорю с Диллоном наедине несколько минут?"

Девочка кивнула и встала. Ричард поблагодарил ее и сел рядом с сыном.

Диллон держал голову опущенной.

"Диллон, то, что случилось с мамой... Это то, что не должен видеть ни один ребенок".

"Она ушла навсегда, не так ли?"

"Да".

"Ты собираешься поймать того злодея, который это сделал?"

Ричард подумал о Черепоголовом - семифутовом скелете. "Не думаю, что смогу, Диллон. Все, о чем мы можем сейчас думать, - это оставаться в безопасности".

"Но ты же полицейский".

"Моя работа больше не имеет значения".

Диллон поднял голову, слезы текли по его щекам. "Еще как имеет! Ты заботишься о людях, когда им нужна помощь. Маме нужна была помощь, а теперь ее нет. Ты должен поймать плохого человека!"

"Диллон..."

"Нет, ты должен оставаться полицейским. Я хочу, чтобы Элис вернулась".

Ричард посмотрел на сына и понял, что тот переутомился. "Хорошо, милый. Я пойду и приведу ее".

Он вернулся за Элис, которая разговаривала с капралом Мартином. "Привет, Элис, Диллон хотел бы снова поиграть, когда у тебя будет минутка".

Капрал Мартин кивнул ей. "Иди."

Она вернулась к Диллону. Мартин кивнул Ричарду. "Узнал что-нибудь от нашего пленника?"

"Не очень много. Что-то о войне с Богом. Дэвид, кажется, понял больше меня".

Солдат потер подбородок. "Я поговорю с Портсмутом, может, они слышали что-нибудь подобное".

"Армия все еще существует?"

"Почти. Дюжина солдат направляется сюда, пока мы говорим, чтобы помочь защитить то, что мы делаем - все, что они могут выделить. Любая помощь, которую мы можем получить в данный момент, понимаете?"

"Ты действительно думаешь, что помогаешь, запустив веб-сайт?"

"Эй, я тоже не был верующим, но мы почти последний новостной сайт, который еще работает. Крупные компании пострадали, когда были атакованы Лондон и Нью-Йорк. Сиэтл Пост" - единственная газета, которая регулярно обновляет информацию, но в Великобритании мы - последний бастион новостей. Люди прячутся в своих домах, выходя на связь с помощью своих телефонов. Мы не сможем помочь еще долго, но мы сделали достаточно, чтобы побудить нескольких людей к действию. В качестве примера можно привести врата, которые закрылись в Сирии. В Портсмуте выяснили, что ими управлял сержант британской армии. Один из тех, с кем он воевал, прошел через них. Новости, которые мы распространили об этом, дали надежду людям по всему миру".

Ричард поднял подбородок и убедился, что он правильно расслышал. "Кто-то вошел во врата?"

"Видимо, так они и были закрыты. Демоны могут выйти, но человек, вошедший внутрь, замыкает их".

"Значит, мы можем закрыть врата?"

Капрал засмеялся. "Да, если мы совершим самоубийство".

Ричард оглянулся на сына и кивнул. "Я понимаю".

"Я только надеюсь, - продолжал капрал, - что кто-нибудь закроет врата Лондона в ближайшее время. Андрашу осталось недолго, и как только его человеческое тело сдастся, его душа вернется в Ад. Он снова появится в своей форме - кровавого гиганта - и это будет первое место, куда он придет за возмездием".

"Великан?"

"Да, разве ты их не видел? В Великобритании их всего три, но они неубиваемы. Они ведут демонов, формируя армии, готовые закончить эту войну, прежде чем она начнется. Гиганты когда-то были ангелами".

"И Андраш тоже?"

"Да."

Ричард покачал головой. "Откуда ты все это знаешь?"

"В основном, от самого Андраша. Он убил Мину, репортера, которая была со мной, когда мы впервые встретились".

"Я помню ее".

"Андраш пытался позвонить домой - не буду вдаваться в подробности, как он это сделал, - и Дэвид его подслушал. С тех пор он выложил еще больше информации от монстра. Есть способы выиграть эту войну, Ричард, мы просто должны их найти".

"Например, закрыть Врата в Лондоне?"

"Врата позволят демонам получить подкрепление. В этой стране более сотни врат, но врата в Лондоне - это те, которые угрожают нам больше всего".

Ричард снова оглянулся на Диллона. Его сын снова играл с Элис и, казалось, забыл о своих слезах. Элис гладила его по волосам, пока они читали очередные комиксы. Казалось, девочка понимала, что, несмотря на то, что Диллон старше, она действительно старшая из них двоих. Она была хорошей девочкой, и Ричард задавался вопросом, что стало с ее родителями.

"Я пройду через врата", - сказал он.

Капрал Мартин посмотрел на него, а затем рассмеялся. "О чем ты говоришь?"

Ричард пристально посмотрел в глаза мужчине, давая понять, что он не шутит. "Эти солдаты едут сюда. Пусть они отведут меня в город, и я пройду через эти врата. Я отдам свою жизнь, если это означает, что вы все будете здесь в большей безопасности. Если это сохранит жизнь моему сыну".

"Не говори ерунды. Рич..."

"Кто-то должен это сделать, не так ли?"

"Да, но не отцы, у которых есть сыновья, о которых нужно заботиться. Не те, у кого есть выбор".

"Ни у кого из нас больше нет выбора. Все, что мы можем сделать, это попытаться усложнить жизнь этим ублюдкам. Я пройду через врата. Я уже принял решение".

"А что насчет твоего сына?"

Ричард еще несколько секунд смотрел на Диллона. "Мой сын травмирован. Все, что я могу сделать сейчас, это попытаться дать ему достаточно времени, чтобы исцелиться. Если я смогу сделать что-то, чтобы у других матерей не отбирали сыновей... Я хочу это сделать".

"Я говорю, пусть." Леонард подошел к ним. "Я встретил Ричарда только сегодня утром, но он сохранил нам всем жизнь. Если он хочет сделать это, я помогу ему".

"Я тоже", - сказал Риаз.

"И я", - добавил фельдшер Оливер.

"К черту, я в деле", - добавил Аарон из угла кабинета.

Ричард огляделся и понял, что несколько человек проснулись и прислушиваются. Их поддержка была неожиданной, но желанной.

Капрал Мартин рассмеялся. Этой войне не нужно "Братство кольца". Нам не нужны герои, нам нужны стратегия и планирование".

Рик покачал головой. "Нам нужно и то, и другое. В каждой войне есть герои и организаторы, а я не организатор".

Капрал Мартин вздохнул. "Послушай, Ричард. Ты свободный человек. Все, о чем я прошу, это чтобы ты выспался. Если утром ты все еще будешь настроен на самоубийственную миссию, мы что-нибудь придумаем".

Ричард удовлетворенно кивнул. "Я не передумаю".

И он был уверен, что не передумает, что показалось ему абсурдным. Действительно ли он был готов отдать свою жизнь? Он снова посмотрел на своего сына - навсегда невинного, по милости даунов. Да, он был готов.

"Спасибо, что завел нас так далеко", - сказал Аарон.

Ричард похлопал парня по плечу. "Ты сам завел себя так далеко. Храбрости тебе не занимать".

"Ха! Я сегодня уже три раза обмочился".

"Я тоже".

"Ты действительно уверен, что хочешь идти в город?"

Ричард кивнул. "То, что произошло сегодня, показало мне, какую проигрышную битву мы ведем. Если я смогу что-то сделать, чтобы нанести ответный удар, тогда я уверен".

Аарон вздохнул. "Я буду готов, когда ты будешь готов".

"Нет, я хочу, чтобы ты остался здесь и присмотрел за Диллоном".

"За ним? А как же твой напарник".

"Риаз не мой напарник. В любом случае, я хочу, чтобы ты остался здесь, потому что ты крутой, и ты веришь в то, что нужно поддерживать своих друзей. Диллон будет равняться на тебя, и ты слишком молод, чтобы сопровождать меня в самоубийственной поездке. Ты можешь принести больше пользы здесь".

Аарон выглядел так, словно собирался возразить, но не стал. "Я присмотрю за ним".

Ричард притянул парня в объятия. Аарон мгновение сопротивлялся, но потом обнял в ответ. Это был жест, к которому парень явно не привык, но вскоре он его принял. "Ты хороший парень, Аарон. Оставайся живым и держи Диллона при себе".

"Ричард?" Голос, назвавший его по имени, был женским, знакомым и в то же время... болезненным.

Все в кабинете повернулись к двери, но Ричард отреагировал наиболее бурно. Он пронесся через всю комнату к своей жене, раскинув руки, с широко раскрытыми от шока глазами и ртом. "Дженнифер!"

Дэвид появился из ниоткуда и схватил Ричарда за шесть футов до его жены. "Открой глаза, Ричард".

"Отстань от меня!"

"Мамочка?" Диллон поднялся с пола, но Элис удержала его.

"Оставайся здесь, Диллон. Это не твоя мамочка".

Ричард посмотрел на свою жену - увидел неправильную форму ее сплющенного черепа, левый глаз, свесившийся на щеку - и понял, что она все еще мертва. Что бы это ни было, это была не Джен.

"Что тебе нужно?" потребовал Дэвид у упыря, стоявшего у их двери.

Ее зубы секунду бешено стучали, а потом она заговорила. "Я просто хочу увидеть своего мужа. Ричард, мне больно. Ты мне нужен!"

Ричард зарычал на тварь, издевающуюся над трупом его жены. "Джен попросила бы Диллона раньше, чем меня. Она была матерью. Вы, монстры, забрали ее у нас".

Кривой рот ухмыльнулся, а ее единственный глаз осмотрел комнату. "Вы все умрете. Андраш раздавит вас всех". Она потянулась вниз и подняла что-то с земли, а затем швырнула это в центр комнаты.

Голова Андраша.

"Дерьмо!" - сказал Дэвид. "Дерьмо! Дерьмо! Дерьмо!"

Издевательски гоготнула Джен. "Он идет".

Бах!

Голова Джен взорвалась во второй раз. Все взгляды обратились к задней части комнаты, где капрал Мартин держал дымящийся полуавтомат. Ричард вскрикнул от острой боли. Он не стал нападать на солдата, так как знал, что тот не сделал ничего плохого для его жены. Джен была мертва в тот момент, когда Черепоголовый взял ее голову в свои руки.

Вместо этого он упал на пол и стал проклинать Бога. Диллон поспешил к нему, опустился на пол рядом с ним, и они вместе заплакали.

Наступило утро, и Ричард смог выглянуть из окна офиса на безмолвный город Слау. Где-то там затаилась орда демонов, но сколько людей? Будут ли они сопротивляться или умрут, как собаки на улице?

Свиньи, как называл их Андраш.

Они нашли обезглавленное туловище Андраша в шкафу через несколько минут после появления существа в облике Джен. Целью существа было освободить Андраша от смертной оболочки - использование трупа любимого человека было извращенным бонусом. Демонам нравилось причинять боль.

Диллон спал в боковом кабинете вместе с Элис и Кэрол. Пожилая женщина возглавляла газету, но она же была и матерью группы. Ричард чувствовал себя в безопасности, оставляя Диллона на ее попечение. Многие другие в офисе тоже спали. Это была долгая ночь, и утро обещало только новые трудности. За десятком зданий на горизонте поднимались клубы дыма. Мир пылал, превращаясь в новый ад, который предстоит пережить человечеству.

Рядом с Ричардом появился капрал Мартин, и некоторое время они стояли, глядя на то, что теперь было полем боя. Мартин заговорил первым. "Дополнительные солдаты будут здесь в течение часа. Вы все еще хотите, чтобы вас проводили до города?"

"Нет. Я остаюсь".

Мартин кивнул. "Что заставило вас передумать?"

"Моя жена. Не та, что появилась прошлой ночью, выдавая себя за нее. Я имею в виду мою настоящую жену. Джен никогда не простит мне, что я оставил Диллона. Эти ублюдки думают, что могут убивать нас и использовать наши тела для развлечения. Они думают, что могут избежать наказания Ада с помощью грубой силы, а мы будем стоять в стороне и позволять им это делать? Нет, я этого не допущу. Может, законов и не осталось, но правила остались. Нельзя брать то, что тебе не принадлежит. Ты не убиваешь, чтобы получить то, что хочешь. Я офицер полиции, и пока я жив, я буду защищать людей, обеспечивая соблюдение правил. С моей точки зрения, то, с чем мы имеем дело, не более чем кучка сбежавших заключенных. Пришло время отправить их обратно".

"Рад, что вы с нами. Я уверен, что если мы все соберемся вместе, то сможем понять, что делать дальше. Лондонские врата все еще нужно закрыть, так что будем надеяться, что там есть кто-то живой, и что у него хватит смелости сделать то, что должно быть сделано. Ты был прав насчет того, что нам нужны герои".

Ричард кивнул. "У нас есть герои. Все, кто остался в живых, станут ими в ближайшие дни. Это вы были правы, капрал Мартин - нам нужен план".

"У вас он есть?"

"Да", - сказал Ричард. "Возможно."

Гигант зарычал и ударил городской автобус с такой силой, что тот перекатился с одной стороны дороги на другую. В то же время черный "Мерседес" пронесся по дороге, направляясь к вратам. Когда он с визгом остановился, из него вышли два телохранителя и премьер-министр Виндзор.

При виде этого человека Вампс сплюнул.

Виндзор выглядел взволнованным, когда спешил по дороге. Его телохранители с трудом поспевали за длинноногим человеком и, казалось, не знали, идти ли им быстро или перейти на бег.

Премьер остановился перед великаном и поднял голову. "Лорд Амон, это удовольствие не передать словами".

Великан посмотрел вниз на крошечного человечка и усмехнулся. "Для тебя, я полагаю, да. Ты выполнил просьбу?"

Виндзор с энтузиазмом кивнул. "Да, да. Я принес тебе плоть, как и требовалось. Сотни других находятся в пути".

"Отлично, тогда твоя голова не должна отделиться от плеч".

Улыбка на лице Виндзора дрогнула. "Я в вашем распоряжении".

"Как и все". Гигант посмотрел на Вампса и Месса, которые все еще застыли на месте. "Верните контроль над делами, премьер-министр, чтобы дела не взяли контроль над вами".

Виндзор кивнул своим телохранителям, которые схватили Вампса и Месса и потащили их к вратам. Месс быстро моргал, как будто не доверял своему зрению. Похоже, он не понимал, что его тащат назад. "Эта тварь разговаривает, йо! Гигант и долбаный премьер-министр ведут беседу. Когда мы проснемся?"

"Я не думаю, что это кошмар", - сказал Вампс, не смея отвести взгляд от гиганта.

Их отбросило назад вместе с другими перепуганными выжившими, которые в присутствии гиганта погрузились в молчание. Лорд Амон, как назвал его Виндзор. Ублюдки высшего класса.

Гигант подошел к вратам, отчего земля задрожала, а дорога пошла трещинами. "Поторопитесь", - прорычал он. "Мои братья ищут свободы, чтобы увидеть, как солнце взойдет на небосклоне, а луна последует за ним".

Демоны перед воротами перестроились и продолжили собирать людей. Перед мерцающими Вратами была помещена женщина в состоянии кататонии, и она стояла, как гладильная доска, пока они разрезали ее запястья. Как только в нее ударила молния, она снова ожила и радостно захлопала в ладоши.

Затем демоны схватили Гинджа.

Вампс вскочил на ноги, но получил удар по животу от обгоревшего человека. Он упал обратно на землю, хрипя и задыхаясь, царапая землю когтями, чтобы подняться.

Месс крикнул своему другу. " Гиндж! Гиндж, не дай им забрать тебя".

Гиндж все еще был где-то в другом месте, его взгляд был устремлен куда-то вдаль. Он был полностью послушен, пока демон вел его навстречу своей судьбе.

Вампс перевел дыхание и закричал. " Гиндж... Гиндж, ты должен проснуться! Эти ублюдки убили Рейви, и теперь они собираются использовать твое тело как марионетку. Парни Брикстона не ложатся ни перед кем!"

Гиндж остановился. Его вес был достаточно велик, чтобы обожженный человек, тащивший его, тоже был вынужден остановиться.

Месс и Вампс обменялись взглядами.

"Гиндж, очнись!"

"Вы заткнете их?" крикнул Джон Виндзор, наблюдая за происходящим из своего Мерседеса.

Другой демон пришел на помощь своему коллеге и навалился на Гинджа, таща его за обе руки.

Месс снова закричал, но демон ударил его ногой в рот. Обгоревший человек тоже направился к Вампсу, так что у него оставался последний шанс попрощаться со своим другом. " Гиндж, ты нам нужен, парень. Не уходи. Мы твои братья!"

Гиндж снова остановился, даже когда два демона пытались тащить его. Они боролись с его руками, но он не двигался.

"Заставьте его двигаться", - крикнул Виндзор.

Один из демонов поднял скрюченную руку и ударил Гинджа по лицу. Гиндж не вздрогнул. Но он медленно повернул голову, чтобы посмотреть в лицо тому, кто его ударил.

Демон зарычал. "Шевелись!"

Гиндж схватил демона, как ребенка, и поднял его над головой. Он швырнул его на другого демона, стоявшего у него под боком, а затем издал рев, способный сравниться с ревом любого чудовища.

Виндзор отошел от своего Мерседеса и протянул руку. "Быстро отведите его к вратам!"

Гиндж ударил демона по лицу, когда тот попытался схватить его, затем крутанулся и ударил одного из тех, кого он повалил на землю. Полдюжины обожженных пытались повалить его, но он был диким медведем, пихаясь и нанося удары всем, кто оказывался в пределах досягаемости. Все это время он ревел.

Вампс резко вскочил и схватил обожженного человека, который собирался заставить его замолчать. Месс тоже вскочил, и они вместе свернули демону шею. Они завалили еще двоих, прежде чем демоны поняли, что их атакуют. Большую часть их внимания занимала безумие Гинджа.

Вампс посмотрел на других выживших и крикнул им, чтобы они присоединились к бою. Никто не присоединился. Может быть, они и сделали бы что-то раньше, но не в присутствии гиганта.

Лорд Амон молча стоял в стороне, наблюдая за происходящим хаосом, что, возможно, было забавным. Вампс вздрагивал под взглядом демона, но снова вступал в бой. Они с Мессом били кулаками и ногами, желая иметь что-то большее, чем их собственные конечности. Обожженные люди были податливы, и их легко было взять в схватке, но их было так много, и они никогда не отступали.

Месс нанес одному из обезьяноподобных существ крученый удар ногой в спину, заставивший Вампса рассмеяться от его смелости. Гиндж схватил обожженного человека за руку и подбросил его в воздух, как спортсмен, бросающий молот. Вампс помчался в сторону премьера.

Если у него есть совсем немного времени, лучше всего использовать его по максимуму. Идти на высокоценную цель.

Внимание Виндзора было приковано к вратам. Он не заметил приближающегося Вампса.

Вампс сжал кулаки и приготовился броситься на червя, который когда-то руководил страной, а потом предал ее.

"Куда ты собрался, приятель?"

Вампс столкнулся с грудью телохранителя. Он отскочил и вовремя пригнулся, чтобы избежать удара справа. Другой телохранитель налетел на Вампса справа.

Виндзор отступил к своему Мерседесу. " Позаботьтесь о нем".

Вамп крутанулся на месте, когда еще один удар пришелся ему в лицо. Он переместился рядом с телохранителем справа и ударил его коленом, заставив того закричать, как ребенка, и упасть, схватившись за голову. Другой телохранитель бросился на Вампса и поднял его с земли. Вампс вогнал острие локтя в верхнюю часть черепа мужчины, и они оба упали на землю. Телохранитель занял верхнюю позицию и начал наносить удары. Вампс прикрылся, но оказался зажат между коленями тяжелого мужчины.

Что бы сделал Месс в таком положении?

Вампс раскрыл руки, что привело к тому, что он получил несколько несильных ударов. Не обращая внимания на скрежет зубов, он потянулся вверх, чтобы схватить нападавшего за голову и шею. Затем он подтянул левую ногу и завел ее за плечи нападавшего. Мужчина пытался выпрямиться, чтобы нанести еще больше ударов, но Вампс обеими руками обхватил его за шею, а правой подтянул левую ногу, чтобы зажать ее. Теперь между его бедер были зажаты голова, шея и левая рука мужчины.

Вампс со всей силы сжал бедра.

Телохранитель бил по нему другой рукой и бил по ребрам. Его лицо покраснело. Из его рта потекла слюна. Он боролся, сопротивлялся, пытался встать.

Затем его тело обмякло.

Вампс еще несколько секунд держал удушающий прием "треугольник", убедившись, что мужчина действительно без сознания, затем отпустил его и оттолкнул в сторону. Месс гордился бы им.

Джон Виндзор приставил револьвер к груди Вампса и взвел курок. "Я думаю, ты достаточно повеселился. Пора вам встать в строй".

Вампс шарахнулся в сторону как раз в тот момент, когда Виндзор нажал на курок. Кусок дороги взлетел в воздух, и Вампс тоже, набросившись на пистолет и отбросив его в сторону. Раздался еще один выстрел, но он проигнорировал его и ударил премьер-министра головой. Кровь растеклась по изрезанному лицу мужчины и окрасила его густые усы.

"Ах ты, бандит!"

"Пошел ты, ублюдок голубых кровей". Вампс схватил Виндзора за горло и сжал.

"ХВАТИТ!"

Рев потряс землю и отвлек Вампса настолько, что Виндзор смог ударить его коленом в пах. Агония взорвалась в его тазу, и он перевернулся на спину, земля поднялась ему навстречу. Так он и лежал, глядя назад, в сторону ворот.

Лорд Амон держал Гинджа за руку на высоте двадцати футов над дорогой. Гиндж боролся и бился о массивную руку, обхватившую его талию, но было ясно, что он не может дышать.

Месс был избит и лежал, истекая кровью, на мостовой, а над ним стоял обгоревший человек. Где-то раздался выстрел.

Все было кончено.

Вампс с трудом перевел дыхание, его яички гудели от боли. Он протянул руку к гиганту, державшему его друга, и взмолился. "П-пожалуйста..."

Лорд Амон уставился на Вампса и усмехнулся. Затем он разжал руку и позволил Гинджу упасть.

Вампс закричал, желая бросить вызов гравитации с помощью чистой силы воли. Тело Гинджа разбилось о дорогу, затем лорд Амон поднял ногу и наступил на него.

Вампс закричал в смеси ярости и горя. Боль в его сердце была настолько сильной, что он почти не заметил, как руки схватили его и потянули к себе. Его толкнули обратно к вратам, где его встретил окровавленный Месс.

Несмотря на свое состояние, Месс ухмылялся. "Я уничтожил почти дюжину, бастер. Неплохой последний бой".

Вампс сглотнул от горя, чтобы дать ответ своему единственному оставшемуся другу. "И это все, ты, киска? Я засунул гайку премьер-министру".

"Тихо, вы оба", - сказал демон с дредами, который помог схватить их. "Ваши тела будут отданы собакам для совокупления".

Месс рассмеялся. "Разве ты не слышал, приятель? Все собаки попадают на небеса".

Демон ударил Месса по лицу. Он отряхнулся, но промолчал. Вампс посмотрел на него и обменялся понимающим взглядом. Ни один из них не будет умолять о жизни. Оба умрут с яйцами.

"Вернись к исполнению своих обязанностей и сделай дело", - потребовал лорд Амон.

"И чтобы это было больно", - добавил премьер-министр.

"Премьер-министр?" Группа телохранителей в костюмах появилась с боковой дороги. С ними был Толкач, оба его глаза почернели и распухли. Он хромал, держа руки связанными кабелем. Плоть его щек под синяками была бледной.

Виндзор ухмылялся от уха до уха. "А, еще один беглец из клеток. Чудесно. Видите, лорд Амон? Возможно, я столкнулся с парой осложнений, но в конце концов я добился своего".

Лорд Амон стоял бесстрастно, глядя на премьер-министра без особого интереса. "Поздний результат, плохой результат. Ваш шум раздражает".

Виндзор прочистил горло, выплюнул полный рот крови из разбитого носа и покорно отступил назад. Он кивнул телохранителям, державшим Толкача. "Поставьте его в ряд с двумя другими. Чем скорее мы покажем этим людям, что бывает с нарушителями порядка, тем лучше".

Они поставили Толкача в ряд рядом с Вампсом, который с усмешкой смотрел на человека, бросившего Гинджа на съедение волкам. "Чертов предатель".

"Мне нужно думать о сыне. Я оставил его с сестрой, а она тратит большую часть времени на наркоту. Мне нужно вернуться..."

"Не притворяйся, что у тебя есть честь", - сказал Месс. "Наш друг мертв, потому что ты использовал его, чтобы сбежать. Если мы переживем это, я убью тебя".

Толкач проигнорировал Месса и махнул рукой, чтобы привлечь внимание Виндзора. "Премьер-министр. Это я помог вам поймать этих двоих и их друга. Я согласен с тем, что вы задумали. Просто отпустите меня, и я ваш человек на всю жизнь, йоу. Клянусь".

Виндзор нервно взглянул на лорда Амона, но затем подошел к Толкачу. "Зачем мне нужна ненадежная змея в моем окружении? Да еще и смертельно раненная".

Вампс опустил взгляд и впервые заметил, что Толкач сильно ранен. Задняя часть его рубашки налилась кровью, и она стекала по задней части джинсов ровной струйкой. Спереди рубашка была чистой. Если в него и стрелял один из людей премьер-министра, то пуля не прошла навылет. Вампс был уверен, что это плохо.

"Со мной все будет в порядке", - сказал Толкач. "Я ем пули на завтрак".

"Мы не можем взять умирающего человека", - сказал демон с дредами. "Нашим братьям нужны живые сосуды. Избавься от него".

Виндзор посмотрел Толкачу в глаза. "Последние слова?"

Толкач опустился на колени. "Я сделаю все. Пожалуйста..."

"Ты позоришь себя". Виндзор поднял револьвер, который он направил на Вампса, и оттянул курок.

Толкач плакал.

Вампс смотрел на отморозка, торгующего наркотиками, и действительно чувствовал жалость. Толкач просто жил по правилам улицы. Город создал его, а не что-то глубоко укоренившееся, как у мерзостей, проникающих через ворота. Виндзор делал то, что делают все люди, облеченные властью, - играл жизнями уязвимых людей ради собственной выгоды.

Виндзор закрыл один глаз и прицелился. Его палец напрягся на спусковом крючке.

"Пожалуйста", - взмолился Толкач.

Вампс поставил ногу на Толкача и оттолкнулся.

Виндзор нажал на курок. Толкач упал в сторону как раз вовремя, и пуля вылетела из пистолета Виндзора и ударилась о землю. Проклиная премьер-министра, он прицелился в Вампса, но Месс ударил премьер-министра плечом и повалил его на землю. Дымящийся револьвер выпал из его руки и отскочил на бордюр.

Вампс ударил ногой и поймал премьер-министра под подбородок. Зуб взлетел в воздух, словно сбежавшая фея.

Демоны снова сомкнулись, когда Месс рухнул на землю вместе с демоном с дредами. Вампс сосредоточил свое внимание на премьер-министре, но Виндзор отступил назад за стену демонов, готовых защищать его, словно он был одним из их собственных. Вампс проклял этого человека, но знал, что упустил еще один шанс покончить с этим гадом.

Толкач поднялся на ноги, все еще слабый и истекающий кровью. Он протянул руку Вампсу. "Ты спас меня, Блад. Я уклонился от пули благодаря тебе. Нам нужно убираться отсюда, иначе я никогда не смогу отплатить за услугу".

Вампс почувствовал врата у себя за спиной, их поверхность мерцала и булькала, как горячий суп. Он увидел свет, отражающийся в глазах Толкача. Их руки встретились, и они впервые пожали друг другу руки. "Я не собирался стоять и позволять этому кривоногому ублюдку убивать тебя", - сказал Вампс. "Не тогда, когда я сам хотел тебя прикончить".

Вампс дернул Толкача за руку и бросил его к воротам. Страх сверкнул в его глазах, когда он уткнулся в меняющуюся сеть цвета и исчез. Он даже не успел закричать, поглощенный вратами, как камень, упавший в пруд.

Тишина заполнила воздух, как будто все звуки были втянуты в какую-то далекую воронку. Затем врата издали высокочастотный вой. Линза дико заблестела, цвета приобрели гневные оттенки - красные, черные и фиолетовые.

Месс схватил Вампса и оттолкнул его. "Кажется, ты их сломал!"

Они вдвоем побежали, крича, чтобы все, кто еще жив, делали то же самое. В кои-то веки толпа пленников послушалась и поднялась с пола, чтобы бежать. Демоны же стояли вокруг в ошеломленном замешательстве, испуганно глядя на врата.

Они были в ужасе.

Высокочастотный вой становился все громче. Верхние окна здания Selfridges разбились вдребезги, и на улицу хлынул ливень осколков. Лорд Амон зарычал, затем повернулся и побежал с огромной скоростью. Вампс с удовольствием смотрел, как гигант в ужасе бежит, но его главные мысли были о том, чтобы самому спастись.

Врата взорвались, заливая своим яростным сиянием весь центральный Лондон.

Эрнандес держал Куэрво на коленях, поглаживая ее влажные волосы. Ее окровавленный скальп покрылся матовым налетом, но море прилипало к их коже с каждой волной и делало их постоянно мокрыми. Она не говорила уже больше часа, а за три предыдущих только бессвязно бормотала. Молодой офицер преданно следовала за Эрнандесом и была вознаграждена за предательство. Он хотел, чтобы ее раны зажили только силой воли, если бы мог.

Он всегда предполагал, что его смерть наступит в океане, это была благородная, традиционная смерть, но быть выброшенным в пучину, как пират Карибского моря... В конце концов наступит обезвоживание - соленая вода вокруг него была жестокой насмешкой - и тогда он сойдет с ума. К моменту смерти он не будет знать, кто он такой. Все, чем он был, превратится в лихорадочный сон. Он подумал о своей матери, жива ли она еще. В любом случае, она никогда его больше не увидит. Ярость наполнила его вены. Да, на свою взбунтовавшуюся команду, но еще больше - в другом направлении. Грейнджер.

Падение Эрнандеса началось с того момента, когда этот ничтожный капитан береговой охраны подставил его под удар. Это вынудило его ввести строгие правила или сразу же потерять контроль над ситуацией в пользу этой самодовольной жабы Данзы. Попытка завоевать расположение команды после его встречи с Хэтчетом оказалась проигрышной. Грейнджер разрушил наследие Эрнандеса. После смерти Джонсона " Аугуста" по праву принадлежала ему, но он потерял ее.

О, как бы он хотел обвить руки вокруг шеи Грейнджера. Если бы у его лодки были паруса, он бы нашел ветер и разыскал этого человека. Англия, сказал он. В Англию, чтобы найти своих детей. Когда страна человека горит, он стремится лишь к удовлетворению собственных потребностей.

Солнце начало выглядывать над горизонтом и подсказало ему, что он обращен на восток. Если Бог существовал, то он вел Эрнандеса навстречу своим желаниям. Как бы в подтверждение этого, маяк осветил небольшой участок удаляющейся тьмы.

Лодка.

Эрнандес потряс Куэрво в своих объятиях. "Проснись. Мы спасены. Проснись, Куэрво".

Женщина оставалась неподвижной в его объятиях. И холодной. Когда она успела так замерзнуть?

"Куэрво?" Он осторожно перевернул ее на руки и заглянул ей в лицо. Вся жизнь покинула ее. Ему было больно от того, что он не знал, когда именно это произошло. Женщина умерла у него на руках, а он этого не заметил.

Лодка не увидит Эрнандеса в его крошечной шлюпке. Только если он что-нибудь предпримет. Он заглянул в водонепроницаемый контейнер в передней части лодки и пошарил там. Из его содержимого он нашел маленькую оранжевую палочку, которую искал, и выдернул конец. Факел загорелся, прогоняя темноту вокруг лодки.

Раздался гудок.

Они увидели его.

Эрнандес достал из ящика еще один предмет, который мог ему понадобиться.

Лодке потребовался почти час, чтобы подойти достаточно близко, чтобы забрать его из плавучей тюрьмы, и происхождение его спасателей принесло с собой иронию. Оно привело Эрнандеса к необъяснимому смеху, который английские рыбаки, вероятно, приняли за безумие от обезвоживания или скорбь по мертвой женщине в его лодке. Но смех появился потому, что Эрнандес вдруг уверился в том, что за его гибель последует возмездие.

Капитан небольшого рыболовецкого судна был приветливым человеком по имени Томас, но он не оценил того, что его держат под угрозой ножа. Длинный клинок был последним предметом, который Эрнандес забрал из контейнера, и он вернул ему власть, которую отобрала у него Грейнджер. "Куда вы направлялись?" - потребовал он у перепуганного шкипера.

"Никуда. Мы планировали жить за счет нашего улова и оставаться в океане, пока не станет безопасно".

Эрнандес прижал нож ближе к дыхательному горлу. "Ты дурак. В океане не безопаснее, чем где-либо еще".

Шкипер выглядел удивленным. "Правда? Тогда куда нам плыть?"

Эрнандес убрал нож от горла мужчины и улыбнулся. "Прости, это была долгая пара дней. Мое истощение выводит меня из себя. На мой корабль напали существа со дна океана. Находиться здесь небезопасно. Мы должны добраться до суши".

Шкипер потер горло, но кивнул и, казалось, готов был простить. "Хорошо, хорошо, но куда?"

Эрнандес усмехнулся шире. "Домой. Я хочу, чтобы ты отвез меня домой".

"В Америку?"

"Не мой дом, друг. Я хочу, чтобы ты отвез меня в свой. Отвези меня в Англию. Мне нужно кое-кого там увидеть. Я так понимаю, ты знаешь дорогу?"

Шкипер кивнул и снова, казалось, испугался Эрнандеса.

У него были на то причины. У Эрнандеса были свои счеты с жизнью, и любой, кто попытается встать у него на пути, дорого заплатит. О, да. Ему надоело играть по правилам.

Вампс открыл глаза и увидел только свет, но медленно, постепенно, как песчинки сквозь раскрытый кулак, зрение возвращалось. Мир наполнился дымом и пылью, удушливой атмосферой, которая впивалась когтями в легкие и заставляла его задыхаться. Лишь звук проклятий его друга вслепую подсказал Вампсу, что он еще жив.

""Ебаный в рот", - сказал Месс. "Мой ебучий "эд".

Вампс перекатился на бок и обнаружил, что его мускулистый друг лежит рядом с ним. "Ты мертв, мужик?"

"Не, чувак".

"Хорошо".

Несколько мгновений они лежали молча, пытаясь отдышаться от удушливой пыли. В какой-то момент Вампс повернул голову и посмотрел в конец дороги. Ему показалось, что он увидел лорда Амона, исчезающего в боковой улочке, но самым странным было то, что он был почти уверен, что видел второго великана, топающего рядом с ним.

Двух великанов?

"Вампс?" Голос не был похож на голос Месса, но он принадлежал другу.

Вампс сел, обладая большей силой, чем он предполагал. "Гиндж?"

Месс попытался подняться вместе с ним, но его нога была сломана, и он закричал. Вампс попросил его остаться и стал искать своего друга среди обломков. " Гиндж, где ты?"

"О-здесь".

Вампс перелез через переднюю часть разрушенного Volvo и нашел своего друга лежащим под грудой кирпичей и бетона. Оксфорд-стрит была засыпана. " Гиндж, ты жив?".

"Я есть хочу".

Вампс засмеялся. "Ты всегда такой".

Облегчение от встречи с другом было величайшей радостью, которую Вампс когда-либо испытывал. Они потеряли Рейви, но три брата все еще оставались. Они были рядом друг с другом.

Но радость быстро улетучилась, когда Вампс отодвинул часть кирпичей и бетона от Гинджа. Он не хотел, но с тревогой втянул воздух.

"Что?" - спросил Гиндж. "Это... Это плохо?"

Обе ноги Гинджа были раздроблены до неузнаваемости и торчали в разные стороны. Его живот также был скручен и странно свисал в одну сторону. "Ты можешь двигаться?"

"Я не знаю. Могу ли я?"

Вампс наблюдал, но его друг оставался неподвижным. Ни один палец не шевелился. Слеза прочертила свой путь через грязь на лице Вампса и упала ему на колени. "Ты в порядке, приятель. Просто пара синяков. Мы вольем в тебя пару кружек пива, и ты сможешь отойти".

"Я лучше съем "Сникерс".

"Я принесу тебе один. А ты просто отдохни, хорошо?"

Гиндж на мгновение замолчал, но потом задал вопрос. "Что случилось, Вампс?"

"Я не знаю. Врата взорвались".

"О. Я подумал, что все это могло быть сном".

Вампс огляделся в поисках демонов, но они каким-то образом погибли во время взрыва. Неужели врата забрали всех, кто прошел через них? Были ли демоны как-то связаны с вратами? Лорд Амон мог все еще находиться здесь, но его подчиненные никак не могли так быстро скрыться.

Исчезли даже тела убитых.

Он похлопал Гинджа по руке. "Это был не сон, приятель. Это был кошмар, но теперь все позади".

"Хорошо. Потому что это уже надоело".

Вампс засмеялся. "Да, это действительно было так, не так ли? Если бы ты не надрал задницу в конце, мы бы не справились. Ты был гангстером".

Гиндж улыбнулся. "Я был, не так ли? Я заставил тебя... гордиться? Я..." Его губы перестали двигаться, а глаза, казалось, изменились. Жизнь, за которую он цеплялся, покинула его.

Вампс ласково провел рукой по лицу своего друга. "Да, Гиндж, ты заставил меня гордиться тобой. Надеюсь, что прежде чем я присоединюсь к тебе, я тоже смогу гордиться собой".

Что-то среди обломков сдвинулось в сотне метров от него, нарушив последние мгновения общения Вампса с братом. Джон, мать его, Виндзор.

Премьер-министр выбрался из груды металла и кирпича и отряхнулся. Он был покрыт кровью не меньше, чем кирпичная кладка, но его конечности были целы. Когда он увидел, что Вампс сидит и смотрит на него, его глаза расширились, но он не подошел. Вместо этого он бросился прочь. Некоторые из его людей тоже были еще живы, потрясены и оглушены, но все еще были на службе. Они собрали премьера и вместе построились для быстрого отступления. Вампс подумал о том, чтобы погнаться за ними, но он слишком устал и еще не был готов оставить своего друга.

Что-то еще двигалось среди обломков. Что-то ближе.

"С Гинджем все в порядке?" крикнул Месс с того места, где он все еще лежал.

Вампс встал, посмотрел на своего друга и покачал головой.

Месс громко выругался, потом замолчал. Вампс не был уверен, но ему показалось, что его последний оставшийся друг, возможно, плачет. Но больше всего его беспокоило движение среди обломков. Вампс был уверен, что демоны ушли, но оставалась ли еще опасность? Каким-то образом, бросив Толкача через ворота, он взорвал их. Там были и другие выжившие люди, понял Вампс. Они лежали среди обломков, боясь пошевелиться. Но что-то все-таки двигалось.

Человек.

Хотя он был зажат под обломками, он не был покрыт ни кровью, ни пылью. Он был невредим. Одетый в потрепанные одежды, больше подходящие для Ближнего Востока, чем для Лондона, мужчина смог встать прямо и встретиться взглядом с Вампсом.

"Кто ты?" потребовал Вампс, осматривая странного арабского мужчину, стоявшего перед ним в развалинах.

Мужчина растерянно огляделся вокруг, похоже, не понимая, где он находится. Тем не менее, он взглянул на Вампса и ответил. "Меня зовут Аймун, друг мой, и хорошо, что я здесь".

Вампс нахмурился. "Почему?"

"Потому что я знаю, как убить великанов".

Измученные и больные, оставшиеся в живых маршировали по автостраде. На этот раз они шли на юг, и их не сопровождали демоны. Они освободились от рабства, и воспоминания об этом подстегивали их. Существует ли в Портсмуте хоть какое-то подобие безопасности, никто из них не знал, но наличие цели не давало им расслабиться.

Всего их было пятьдесят семь человек. Не армия, конечно, но хотя бы зачаток армии. Как демоны путешествовали по землям, собирая потерянные души, так и Рик со своими спутниками собирали тела, как катящийся камень собирает мох. Их число будет расти.

В течение последнего часа, с тех пор как Рик отправился в путь с того места, где закрыл врата, Кит и остальные держались от него на расстоянии. Это был уже не тот человек, которого они знали. Он был чем-то другим - возможно, даже уже не человеком. Дэниел оставил часть себя в Рике - изменил саму его душу, и это нервировало остальных, но Рик знал, что умирающий ангел наделил его даром. Дэниел был хорошим, в этом не было никаких сомнений, и что бы он ни сделал с Риком, он должен был помочь им всем.

Рик понятия не имел о своих новых способностях, но он справился со Смотрителем и закрыл Врата. Он мог делать то, что не под силу ни одному человеку, и по этой причине он знал, что он важен. Его судьба больше не была его собственной. Его тело принадлежало окружающим его людям, и его сила должна быть направлена на благие цели. Он больше не мог думать только о себе или о близких ему людях. Пришло время начать сопротивляться. Пришло время дать отпор в более широком масштабе. Оглянувшись на усталую толпу позади себя, Рик понял, что война только началась. И он стал лидером.

А лидеры могут как проигрывать битвы, так и выигрывать их, и из-за его решений будут гибнуть люди. Вопрос только в том, сколько и за что?

Рик никогда не чувствовал себя таким одиноким, даже в алкогольном изгнании своей прежней жизни. Его брат теперь едва мог смотреть на него, а Мэдди - единственный человек, который заставлял его хоть что-то чувствовать, - боялась его. Сможет ли он когда-нибудь снова быть близким с другим человеком?

Дорога впереди была длинной, а конец неизвестен, но Рик был готов ко всему, что его ждет. Он надеялся, что другие тоже будут готовы. В его голове прозвучала первая строчка любимой песни, и слова были зловещими.

Все наши времена наступили.

Здесь, но теперь они ушли.

Победа или поражение - все изменилось навсегда, как и каждая оставшаяся в живых душа.

Ад пришел на землю, и его легионы рыскали по земле. Пришел Жнец.

Но Рик больше не боялся его.

Гай Грейнджер стоял на носу судна USCG "Хэтчет" и смотрел, как на горизонте появляется юго-западная оконечность Соединенного Королевства. Он никогда раньше не плавал по Ла-Маншу, но сейчас он был рад этому, поскольку родные воды для его детей, Элис и Кайла, находились всего в ста милях от берега.

"Мы сможем достичь Портсмута через несколько часов, капитан", - сказал лейтенант Тоско справа от него.

"Кто знает, что мы найдем", - сказал капитан в отставке Скип, сидевший слева от Гая.

Гай кивнул. "Мы обнаружим, что мир изменился, как и везде в последние несколько дней, но если мои дети в безопасности, то для меня он достаточно знаком".

"Что ты будешь делать в Портсмуте?" - неуверенно спросил Тоско. Мысль о том, что он получит командование над "Хэтчетом", засверкала в его глазах зеленым светом,

"Я еще не знаю, но если я отплыву, то, возможно, мне придется вернуться на " Хэтчет", как только у меня будут Элис и Кайл".

"Нам нужно присоединиться к борьбе", - сказал Тоско. "В идеале - вернуться домой".

"Это и есть борьба, лейтенант. Элис и Кайл - дети. Разве их спасение не является самой сутью борьбы, которую мы ведем?"

"Есть много детей, кроме твоих собственных, которые нуждаются в помощи".

"И мы поможем им, но пока мы не достигли Портсмута, было бы неразумно строить планы".

"Согласен", - сказал Скип. "Мы слышали, что там собираются войска Соединенного Королевства. Кто знает, какую помощь они могут предложить нам или мы им".

"Мы здесь не для того, чтобы помогать Соединенному Королевству", - сказал Тоско. "Мы служим Соединенным Штатам".

"Как я вижу сейчас, - сказал Скип, - мы служим человеческой расе".

Тоско снова начал говорить, но Гай прервал его. Он знал, что стремление спасти своих детей было эгоистичным, но ему было все равно. Как капитан корабля, он заслужил это право. Их время быть героями придет позже. Пока же Элис и Кайлу нужно было, чтобы он был их отцом. Он не всегда был рядом, но он был рядом, когда это было важно.

Скоро он будет рядом с ними.

Следующий час они плыли в тишине, день полностью разгорелся и дал мужчинам на палубе небольшую передышку, чтобы насладиться солнечным светом. День был мягкий, с легким ветерком, но это давало повод надеяться. Человечество могло пасть, но день все еще вытеснял ночь, как и должно было быть. Мир все еще вращался.

Южное побережье тянулось за ними, как натянутый канат. Скоро их ожидал Портсмут, и их судьбы будут решены. Тоско и Скип ушли по своим делам, а Гай остался на носу в одиночестве, глядя на чужую страну и молясь, чтобы она по-прежнему заботилась о его детях.

Хэтчет" отклонился на правый борт, потом на обратный, затем поднялся на случайной волне.

За ней последовали другие волны. Корабль наклонялся то в одну, то в другую сторону.

Ла-Манш не был открытым морем, и такие суровые условия были неожиданностью. Гай уже собирался окликнуть мостик, когда по воде пронесся громогласный рев. Корабль "Хэтчет" подпрыгнул на очередной огромной волне, и Гаю пришлось ухватиться за перила, чтобы не вылететь за борт.

Вдали небо озарилось светом, настолько ярким, что он затмил солнце. Взрыв был мощным, не сравнимым ни с чем, чему Гай когда-либо был свидетелем, и произошел он со стороны Лондона.

Элис. Кайл.

Переверните страницу, чтобы узнать больше историй о конце света

Такао бродил по тихим улицам Токио как мрачный Ронин, его окровавленная катана указывала путь перед ним. Схватка с Они стоила ему левой руки, которую разрубил до основания гигант в JoyCity Plaza. Больше он никогда не будет играть в видеоигры, но теперь такие вещи были позади. Он был воином, оружием чести, которое его предки могли использовать против Они и его легионов. Преисподняя разверзлась и выплеснула на землю своих Йокаев.

Однако сейчас на улицах было тихо. Возвышающиеся стеклянные небоскребы величайшего города Японии были темны и неподвижны, словно грани природы, а не рукотворные ульи. Были ли еще люди внутри? Такао не знал, и его внимание было сосредоточено на враге.

Он был вынужден бежать от битвы с Они, потому что каждый удар катаной не наносил раны. Великан был непробиваем, а мудрый воин не сражается с врагом, у которого нет слабости. Он уходил, пока не узнавал слабость врага. Вот почему Такао шел сейчас по улицам города; он пытался думать.

Младшие демоны падали легко, их тела поддавались клинку, как и положено плоти, и за время своего отступления Такао обезглавил не один десяток чудовищ. Но если он не придумает, как победить Они, все будет напрасно.

Еще час он шел без связи, покинув оживленные районы города и войдя в квартал Бункё-ку. Там он услышал звуки, доносившиеся из парка. Сад Рикугиэн означал "Сад шести принципов поэзии", и это было место, куда Такао часто приходил в детстве со своей семьей. Тогда он возмущался, что его оторвали от видеоигр, но теперь он понял, как благословенно было наслаждаться такой природой. От вида демонов, окруживших живописный пруд, у него заскрипели зубы, и он крепче сжал катану одной рукой. Больше всего его беспокоило огромное количество людей, сгрудившихся вместе, как пленники. Мужчин, женщин и детей сгоняли в центр парка, их хныканье разносилось по пруду, словно призрачные водяные лилии.

Так не пойдет.

Такао сосредоточился на боли в распухшей левой руке и использовал ее, чтобы разжечь свой гнев. Он скрылся среди деревьев, двигаясь к лагерю врага. Были ли они частью войск Они или отдельной ордой? Насколько плохи дела на его родине? Повсюду ли эти демоны? Он уже знал ответ.

Такао использовал угасающий солнечный свет в своих интересах и держался в тени. Как богомол, он выскочил из-за низко нависшего клена и ударил демона в спину. Обгоревший монстр не издал ни звука, когда его легкие взорвались, и Такао оттащил его назад в длинную траву, прежде чем кто-то заметил. Таким же образом он расправился еще с двумя демонами, и вскоре он был уже рядом с лагерем противника.

Не меньше двух сотен монстров и в три раза больше пленных людей. Они сгрудились на земле, отводя глаза от окружающих их ужасов. Пожилые люди прижимались друг к другу, как и дети. Взрослые так безропотно сдавались в плен - это было позорно, и если мужчины и женщины умрут в ближайшее время, то сделают это с позором. Как воин по крови, Такао был обязан помочь. Слабые не могли помочь себе сами.

Такао пригнулся и стал ждать, когда на парк опустится ночь. В темноте враги были лишь фигурами, но все, что стояло, было мишенью. Он преследовал всех, кого мог, из тени, сокращая их число, пока не пришлось вступить в открытый бой. Он был всего лишь одним воином, но он выстоял против Они и остался жив.

В конце концов, все демоны на краю парка лежали мертвыми в траве, и пришло время Такао испытать себя.

Честь требует, чтобы я сделал это. Воин не отвернется от своего долга.

Глубоко вздохнув, Такао вышел из-за деревьев на открытый ночной воздух парка. Демоны сразу же увидели его и налетели все разом, визжа, как бакэнэко. Он ударил катаной по горизонтали и обезглавил троих в ряд, затем крутанулся, чтобы нанести диагональный удар в прогорклое бедро другого зверя. В конце каждого удара Такао наносил новый, кружась и танцуя сквозь кишащих врагов без паузы. Остановка означала смерть. Минута бездействия - и враг получит цель для удара, а при таком количестве врагов он не мог избежать их всех.

Демоны падали толпами, налетая на Такао со всех сторон. Он разрывал их на части, как мясорубка, всасывая их тела и выплевывая плоть. Их крики перешли в разочарованный вой, и Такао услышал изумленные вопли пленных людей.

Годы сидячей игры начали наказывать Такао, и его рука с мечом устала, и он пожалел, что у него нет левой руки для поддержки. Не имея возможности двигаться достаточно быстро, он был вынужден высунуть искалеченную левую руку, чтобы защититься. Демон вгрызся ему в запястье, но боль в руке была уже абсолютной. Он был рад пожертвовать разрушенной конечностью, когда мечом обезглавил нападавшего демона.

Такао развернулся по широкой дуге, чтобы дать себе больше пространства. Количество следов крови и запёкшейся крови у его ног говорило о том, что сотня врагов уже лежала мёртвой, но ещё оставались сотни. Земля превратилась в болото, и его ноги скользили с каждым шагом. В конце концов он вывихнул колено и упал на землю. Он направил катану вверх как раз вовремя, чтобы нанести удар по наступающему существу, похожему на обезьяну или мартышку. Тварь упала набок, сломав клинок и унеся большую его часть на землю.

Такао, задыхаясь, попытался встать. Его путешествие подошло к концу. Его место смерти было здесь, и его душа присоединится к душам других воинов. Достаточно врагов лежало мертвыми, чтобы оказать ему почести, которых мало кто удостаивался в загробной жизни.

Но он не хотел умирать. Отдача жизни врагу вызывала у него тошноту, а воспоминания о семье и детстве сжимали горло от горя. Последним усилием он поднялся на ноги и ударил своей сломанной катаной. Он перерезал горло одному демону, а затем погрузил сломанное лезвие в глазницу другого. Затем он потерял хватку на рукоятке и навсегда потерял оружие.

Безоружный и обессиленный, Такао встал на колени и опустил голову. Пусть они покончат с этим поскорее.

Убийственный удар не заставил себя ждать, и Такао подумал, не страх ли это, растягивающий его последние секунды. Но тут он услышал шум, звуки продолжающейся битвы. Подняв голову, он увидел, что больше не является одиноким воином.

Пленники прониклись его примером и сражались за свою свободу. Они обрушились на демонов с камнями и дубинами, избивая их до крови и раздавливая под ногами. Количество пленных было достаточным, чтобы в считанные секунды одолеть врага, и уже через некоторое время Такао с двух сторон помогали подняться двое мужчин с большими татуировками. Это были якудза.

"Ты опозорил нас, молодой человек", - сказал старший из них, с лысой головой вместо светлого ирокеза своего товарища. "Спасибо, что показал нам дорогу, пока не стало слишком поздно. Мы можем убить их. Мы убьем их".

Такао снова опустил голову. "Есть только один, кто должен умереть, и его нельзя убить".

"Все можно убить, молодой, и любую битву можно выиграть. Ты только что доказал это".

Такао поднял голову и уставился на луну. "Если это правда. Если есть способ убить Они, я найду его".

Якудза махнул рукой в сторону нескольких сотен выживших позади него. "И у тебя будет армия, чтобы помочь тебе".

Такао улыбнулся. Скоро их будет легион.

Отъезд из Брунсвика привел их в Льюистон, где Нэнси с радостью увидела, что на ближнем берегу реки стоит тяжелая армия. Вся дорога была занята солдатами, и они были вынуждены оставить свою машину. Невозможно было поверить, что столько грузовиков и столько солдат смогли собраться так быстро. Она всегда думала, что армия находится за границей, но правда заключалась в том, что они были и дома - их было достаточно, чтобы совершить множество убийств. Возможно, все не так безнадежно, как она предполагала.

Хотя, пока она не получила известий от Кайла и Элис, все было так мрачно, как только может быть. И она не могла избавиться от воспоминаний о побежденных солдатах, отступающих через ее родной город Дарем.

Кларк, казалось, почувствовал ее тревогу и удержал ее от паники своевременными объятиями и поцелуями. Ощущение присутствия другого человека удивительно успокаивало, и все же ее мучило желание, чтобы бывший муж обнял ее. Парень был человеком действия и силы. Он бы знал, что делать в данный момент, но Кларк, казалось, не мог предложить ничего, кроме сочувствия. Он был мягким человеком, хорошим человеком, но сейчас он был неэффективным человеком. Ей не хватало Гая, и это приносило ей огромное беспокойство.

И все же она была бесконечно благодарна за то, что ее бывший муж направился к их детям, а не к ней. Если бы что-нибудь случилось с Элис или Кайлом, она бы уже не смогла жить.

"Ты можешь в это поверить?" - сказал Кларк, указывая на массивный танк, на котором, вероятно, было написано имя девушки. Несколько солдат сидели на его бортах, пока он медленно катился. "Мы отправим этих ублюдков прямиком в ад".

Нэнси мрачно улыбнулась, менее уверенно, чем ее муж.

К ним подбежал солдат с планшетом и громко рявкнул. "С дороги, здесь проходят войска".

"Назад к Брунсвику?" спросила Нэнси.

"Конечно. Враги все еще там, и нам нужно сдержать их, пока они не получили шанс рассеяться".

"Но они отбросили нас назад. Я видела, как люди отступали".

"Мы были недостаточно подготовлены, мэм, но теперь мы знаем, с чем имеем дело, и в будущих столкновениях одержим верх".

Кларк помахал кулаком. "Иди и возьми их, парень".

Солдат был бесстрастен. "Пожалуйста, если вам нужна помощь, направляйтесь в среднюю школу Лирой Дженкинс. Там создается центр для беженцев".

"Беженцев?" - сказала Нэнси. "Мы не беженцы".

"Вы можете пойти домой?"

"Нет, там небезопасно".

"Тогда вы беженцы. В штате Мэн действует военное положение, мэм, и всем гражданским лицам приказано отправиться либо в свои дома, либо в специально отведенные центры для беженцев".

Нэнси сложила руки, не совсем понимая, почему она раздражена. "А если мы откажемся?"

"Вы будете арестованы. А теперь идите".

Кларк схватил ее. "Пойдем, сестренка. Это будет самое лучшее место. Мы все равно приехали сюда за безопасностью".

Нэнси начала двигаться, дожидаясь, пока солдат уйдет, чтобы ответить. "Я знаю. Просто мне не нравится, когда мне приказывают военные. Они не имеют права отдавать приказы".

"Они имеют право во время военного положения. В любом случае, они собираются рисковать своими жизнями ради нас, так что дай им передышку".

"Ты прав. Тогда пошли в школу".

Лирой Дженкинс находилась примерно в полумиле вниз по кварталу, и когда они нашли ее, Нэнси закрыла рот в шоке. Места для движения почти не было, так как даже ступеньки перед зданием были переполнены людьми. На лужайке перед домом стояли каталки со стонущими людьми, взывающими к одному из небольшой горстки врачей, снующих между ними. Другие раненые бродили взад и вперед в оцепенении, их раны варьировались от сломанных рук до выколотых глаз. В воздухе витал запах крови и мочи.

"Мне плохо".

Кларк обхватил ее рукой и сжал. "Я уверен, что с этими людьми все будет в порядке. Все образуется".

Нэнси повернулась к нему. "Образуется? Кларк, монстры атакуют Землю. Люди мертвы и умирают - дети. Мои дети в опасности".

Кларк моргнул, как будто ему было больно. Кайл и Элис тоже были его детьми, биологическими или нет. "Я знаю, Нэнси. Разве ты не думаешь, что я знаю? Но что мы можем сделать, кроме как надеяться на лучшее?"

"Мы должны делать больше, чем надеяться, Кларк".

"Ты имеешь в виду борьбу? Какой в этом смысл? Мы не солдаты".

"Гай тоже не солдат, но он что-то делает".

Кларк покачал головой. "Боже, Нэнси. Я знаю, что тебе больно, но черт возьми".

Она покачала головой. "Мне жаль. Я просто ненавижу быть свидетелем всего этого. Я чувствую себя такой бессильной. Я..." Она начала всхлипывать. "Я просто хочу снова услышать их голоса. Я так хочу услышать их".

Кларк снова обнял ее. "С Элис и Кайлом все в порядке. Я знаю это. Давай просто зайдем внутрь и попытаемся узнать больше".

Они протиснулись сквозь массу тел и вошли в главное здание школы. Внутри страдания были такими же всепроникающими. Раненых было меньше, но последствия шока от ранений сказались почти на всех. Это было все равно что пройти через армию призраков - лица без выражения и отрешенные взгляды.

Женщина протянула руку Нэнси, когда та проходила мимо, слезы омочили ее щеки. "Моя дочь? Вы не видели маленькую девочку по имени Саманта? На ней розовый шарф и футболка "Мой маленький пони". Мы были в Брунсвике. Я... потеряла ее".

Нэнси увернулась от руки женщины и покачала головой. "Нет, простите. Мы приехали из Дарема".

Женщина отвернулась, всхлипывая.

"Бедная женщина", - сказал Кларк.

Солдат в школе не было, но несколько мужчин и женщин носили таблички с именами и держали в руках планшеты. Каждый из них указал направление, которому Нэнси и Кларк следовали, пока не оказались внутри школьного спортзала. Недра ада.

Возможно, дело было в спортивной атмосфере баскетбольных площадок, но внутри царила маниакальная атмосфера. Люди толкались и дрались друг с другом, словно игроки противоборствующих команд. Женщины кричали, мужчины ругались. Из-за чего они ссорились, было неясно, но было очевидно, что все быстро идет к хаосу. Подросток, всего на несколько лет старше Кайла, пинал на полу пожилого мужчину и кричал на него, что он сука.

Нэнси умоляюще посмотрела на Кларка. "Сделай что-нибудь!"

"Например? Это не имеет к нам никакого отношения. Давай просто не будем высовываться".

"Этому человеку нужна помощь".

"Не наша помощь".

Нэнси смотрела на своего мужа, как на незнакомца. Ее рот открылся, но она промолчала. Вместо этого она отпихнула Кларка в сторону и пошла помогать мужчине сама. Она толкнула подростка в сторону, застав его врасплох, и он споткнулся. Он поднял кулак, но остановился, увидев, что это женщина. По крайней мере, у него было хоть немного чести.

"Оставь его в покое, животное", - прорычала она.

Подросток посмотрел на старика и усмехнулся. "Этот ублюдок трахал мою маму, пока она не поймала его на измене".

Нэнси встала между пожилым мужчиной и подростком. "И ты думаешь, что из-за хаоса ты можешь воспользоваться этим и напасть на него?"

"Да, именно так".

"Ну, ты не можешь. Если мы все ополчимся друг на друга, нам конец. То, что полиция сейчас занята, не значит, что законы не действуют".

"Оглянитесь вокруг, леди. Законов больше нет. Я могу делать все, что захочу. Кто меня остановит?"

Нэнси сделала шаг к подростку. "Я остановлю".

Подростки захихикали. "Удачи тебе. Думаю, я справлюсь с одной сучкой".

"И ее мужем", - сказал Кларк, придвигаясь к ней. "Я, может, и не очень похож, но ты хочешь увидеть, как я уйду, когда какой-то мелкий засранец будет угрожать моей жене".

Подросток оскалился, посмотрел на пожилого мужчину, все еще стонущего на полу, а затем прошипел. "Следите за своими спинами".

Кларк хотел удержать Нэнси, пока подростки топали прочь, но она увернулась и пошла помочь раненому. "Вы в порядке, сэр?"

Ему явно было больно говорить, но он схватился за ребра и кивнул. "Да, спасибо. Я понимаю, что мальчик рассердился. То, что он сказал, правда".

Нэнси помогла мужчине подняться на ноги. "Это не дает ему права причинять вам боль".

"Спасибо, что помогли мне. Казалось, никому больше нет до этого дела".

Нэнси оглядела других людей, некоторые из них наблюдали за происходящим, но большинство были слишком поглощены своими ситуациями. "Я не могу поверить, что люди так себя ведут. Неужели они не понимают, что происходит?"

Раненый мужчина кивнул. "Я думаю, это потому, что они прекрасно понимают, почему они так себя ведут. То, что сказал мальчишка, правда, правила сейчас не имеют большого значения. Мы станем такой же угрозой для себя, как и монстры".

Кларк вздохнул.

Нэнси покачала головой. "Я не позволю этому случиться".

Раненый мужчина протянул руку. "Меня зовут Джордж, и если вам понадобится моя помощь, просто дайте мне знать. Я из Льюистона, и я знаю некоторых людей здесь - очевидно".

Нэнси пожала руку мужчины и улыбнулась. "Мне действительно нужна ваша помощь, Джордж. Во-первых, мне нужно, чтобы вы нашли мне телефон. Затем, я хочу, чтобы вы собрали всех людей, которых вы знаете, которые не хотят нападать на вас. Если я застряну в этом бардаке хотя бы на некоторое время, то я увижу, как ведут себя люди".

"Что ты планируешь, Нэнси?" - спросил Кларк.

Она посмотрела на своего мужа и пожелала, чтобы он был сильнее. "Если полиция ушла, то нам придется самим следить за порядком. Пора перестать быть свидетелями и начать действовать".

Кларк не выглядел счастливым, но Джордж улыбнулся.

"Эй, сырный свисс. Отлично!" Джим потянулся к прилавку с деликатесами и вытащил 6-дюймовый саб. Его товарищи по "Чизбургеру" хрустели рогаликами, которые они нашли в духовке. Владелец гастронома сбежал, когда началась атака на Нью-Йорк. Комедийная труппа "Чиз Бургер" в это время снимала сценку на улице, и это была удача, что хозяин оставил дверь открытой, потому что она послужила убежищем, когда армия демонов маршировала по авеню.

Сценка, в которой они выступали, представляла собой розыгрыш, основанный на фальшивых интервью с прохожими. Салли как раз спрашивал молодую жительницу Бруклина, возьмет ли она на руки его домашнюю золотую рыбку, пока он проводит саундчек, когда в городе началось буйство страха. Ирония заключалась в том, что они собирались снимать у ворот в Центральном парке, но из-за большого количества людей это было невозможно. Улицы в других местах были довольно пустынны, но у них было расписание, которое нужно было соблюдать, поэтому они шли по нему и продолжали работать. Съемки возле гастронома спасли им жизнь, потому что в Центральном парке началась кровавая баня. Они смотрели все это на планшете Митча, пока не стало ясно, что ужас вот-вот проявится воочию. Большая часть ужаса, похоже, происходила на Манхэттене, но, похоже, монстров хватало и в других местах.

Когда Ти увидел крики людей в конце улицы, он предложил группе зайти в кафе. Там они заперли двери и задвинули перед ними тяжелый стеклянный прилавок. К счастью, лавка была узкой, а единственное окно - матовым. Ужас пронесся мимо них незаметно, проносясь по улицам в течение многих часов, пока, наконец, все не стихло. Наступила ночь и начался день. Теперь они были менее напуганы и более голодны.

Джим вытянул лицо, его выпуклые глаза выскочили над аквилинским носом. "Черствый. Я не могу это есть".

Салли, самый пухлый из группы, пожал плечами. "Лучше, чем голодать, парень. Ты не должен тратить еду впустую".

"Это не еда. Это как что-то на подошве моего ботинка".

"Думаешь, нам пора уходить?" - нервно сказал Митч.

Ти покачал головой, сальные длинные волосы торчали из-под каждого уха. "Мы здесь в безопасности. Зачем уходить?"

"Потому что я не хочу жить в кафе", - сказал Салли,

"Особенно с несвежими котлетами", - сказал Джим. "Я не могу так жить".

На мгновение воцарилась тишина, а затем Митч подкрался к окну. Было плохо видно, но за стеклами не было никакого движения. Улица за окном казалась пустынной. "Думаю, теперь все кончено".

Салли встал рядом с Митчем у окна. "Куда бы нам пойти?"

"Направимся в ближайший участок. Я хочу увидеть копов, понимаешь?"

Джим засмеялся. "В последний раз, когда Ти видел копов, они забили его в угол".

"Ооо", - сказал Ти. "Там сейчас не работают камеры, чувак".

"О да. Извини, чувак".

Митч облокотился на стойку, прислоненную к двери. "Мне нужен воздух. Я не могу здесь больше оставаться. Прошло больше двадцати четырех часов".

"Жаль, Тодд уехал", - сказал Ти. Тодд был их оператором и сбежал, вместо того чтобы оставаться в доме. "Мы могли бы получить некоторые кадры. Твое лицо сейчас заслуживает внимания".

"Мы профессиональные клоуны", - сказал Митч. "Не репортеры".

"Наверное. Так мы это делаем?"

Салли кивнул, но выглядел так, словно его могло вырвать. "Из всех нас я самый медленный. Если мы увидим монстров, ты меня бросишь".

Джим кивнул. "Вполне, да. Приятно было познакомиться с тобой, приятель".

Митч начал пихать прилавок. "Помогите мне сдвинуть это".

Чииз Бургеры принялись за работу и сумели отодвинуть прилавок настолько, чтобы открыть дверь.

Джим толкнул Митча в спину. "Иди, Митч. Посмотри, все ли чисто".

Митч вздохнул, но сделал, как ему было сказано. Он немного приоткрыл дверь и прильнул глазом к щели. "Я... я думаю, что это безопасно".

"Ты уверен? Может, тебе стоит выйти наружу и немного покричать".

Митч посмотрел на Джима. "Да, нет, спасибо".

"Давай", - сказал Салли, нервно сжимая себя в руках. "Давай просто сделаем это."

Они посидели немного, чтобы убедиться, что ничего не случилось, а затем вышли из кафе на улицу. В Нью-Йорке было тихо, что очень тревожило. В Нью-Йорке не было тихо. Хотя на улице стояло несколько машин, ни такси не боролись за полосы движения, ни пешеходы не сгрудились на пешеходных переходах. Магазины на одной стороне улицы были пусты, а дома напротив - неподвижны. Прятались ли люди или "Чизбургеры" были последними людьми в городе? Должны ли они были бежать, как все остальные?

Вид тел на улице говорил об обратном. Укрытие в кафе спасло им жизнь.

"Все мертвы", - сказал Ти, проведя руками по своей седеющей черной гриве. "Кажется, меня сейчас стошнит".

Джим указал на беспорядок у своих ног. "Я думаю, эта старушка перед смертью сделала дюк".

Салли положил руки на бедра и удвоился. "Да, я чувствую запах. Она кричала о помощи, когда это случилось. Все кричали. Мы просто спрятались и слушали, как все умирают".

"Слава Богу, да?" - сказал Джим.

"Мне нужно позвонить мамам", - сказал Салли. "У кого-нибудь телефон работает?"

Они все проверили и покачали головами.

"В Нью-Йорке нет покрытия сотовой связи", - сказал Митч. "Нехорошо, да?"

Джим пожал плечами. "В Бруклине. У нас не было бы проблем на Статон-Айленде".

Салли показал пальцем. "Не пренебрегай Бруклином, йо. У них здесь лучшая пицца". Затем он снова обратил внимание на все трупы и наклонился назад, чтобы заткнуть рот.

Ти похлопал его по спине. "Думай об этом, как тогда, когда мы посадили тебя на мусорную баржу. Тогда тебя сильно тошнило, но в конце концов ты справился с этим".

Салли кивнул и выпрямился. "Они все люди. Ни одно из этих тел не является чудовищем, которое вышло из ворот. Мы хоть сопротивлялись?"

"Нет, мы спрятались", - сказал Митч.

"Я имею в виду армию, или как там ее. Они дали отпор?"

Джим кивнул в сторону горизонта, дымящегося от сотен пожаров. "Я бы сказал, что да. Мы все слышали самолеты прошлой ночью. Они бомбили весь Манхэттен".

"Будем надеяться, что они достали Уолл-стрит", - сказал Салли.

Джим поднял свой длинный нос. "Ты так говоришь, потому что ты бедный мексиканец".

"Я не мексиканец! Я пуэрториканец и кубинец".

Они сошли с тротуара на дорогу и двинулись в направлении, которое им казалось наиболее безопасным. Выехать из города было, вероятно, самым разумным. Через несколько кварталов они услышали шум машин. Каждый из них запаниковал от этого звука после столь долгого молчания, но когда они увидели, кто это, то вздохнули с облегчением.

"Это парни в зеленом, ребята", - сказал Джим.

Армия приблизилась. Всего лишь небольшая шеренга солдат и пара грузовиков, но это было замечательное зрелище. Им стало казаться, что они совершенно одни. Как будто весь мир умер.

"Эй, Митч", - сказал Джим. "Я осмелюсь предложить тебе стать маленьким китайским парнем на площади Тяньаньмэнь. Встань посреди дороги и подними руку, чтобы остановить их всех".

Митч хихикнул. "Они меня пристрелят".

"Я дам тебе двадцать долларов", - сказал Салли, казалось, он был рад притвориться, что его не окружают трупы.

"Я тоже", - сказал Ти.

"Да ладно вам, ребята", - сказал Митч. "Я не хочу умирать".

"Я дам тебе сто долларов", - сказал Джим.

Митч покачал головой. "О, черт."

Они все смотрели, пытаясь подавить смех, пока Митч шел по центру дороги и поднимал руку. Небольшая колонна остановилась, ведущий грузовик остановился всего в нескольких футах от Митча.

Офицер вылез из переднего пассажирского сиденья и подошел к нему. "Что вы делаете, сэр?"

Митч ярко покраснел. "Я... О, Боже. Я просто протестовал против бесчеловечности войны. Я очень сожалею. Пожалуйста, не стреляйте в меня".

Офицер опустил брови на Митча и несколько мгновений пристально смотрел на него. Затем его лицо осветилось, и он улыбнулся. "Эй, вы те парни с телевидения, верно? Те самые, с шоу "Розыгрыш". Дьявольские пранкеры".

Митч кивнул. "Да, это мы".

Офицер похлопал Митча по спине достаточно сильно, чтобы вывести его из равновесия. " Парни вас любят. Они всегда ставят ваше шоу в столовой. Это поднимает всем настроение. Хотел бы я сказать, что у вас еще будет возможность заснять их".

Салли шагнул вперед. "Все так плохо?"

Офицер устало покачал головой. "Вы даже не представляете. Я не удивлюсь, если узнаю, что за последние сорок восемь часов в городе погиб миллион человек. Враг нахлынул на Манхэттен еще до того, как мы успели отреагировать. Мы взорвали мосты и сдержали большинство из них, но это лишь вопрос времени, когда ситуация перекинется на другие районы, и мы ничего не можем сделать, чтобы остановить врага, идущего на север, или стаи, которые уже прошли здесь."

"Так что же нам делать?" - спросил Митч. "Можем ли мы сбросить на них атомную бомбу? Или провести большой экзорцизм. Дай нам хоть немного надежды, парень".

Офицер пожал плечами. "Мы направляемся в парк Рузвельта, чтобы перегруппироваться с другими подразделениями. Приглашаю вас присоединиться. По правде говоря, мои люди довольно поражены. Пара шутников в нашей стае может принести пользу. У вас, похоже, все еще сохранилось чувство юмора, Бог знает как".

Джим хмыкнул. "Это все, что у нас есть. Отними у нас шутки, и Митч превратился бы в рыдающее месиво".

"Мы бы хотели присоединиться к вам", - сказал Салли. "Мы поможем, если сможем".

Офицер кивнул в сторону грузовика. "Тогда садитесь назад, парни. Это будет долгая поездка".

Они зашли в грузовик, где их тепло встретили, а солдаты все как один рассказывали свои любимые сценки или цитировали дежурные фразы. Несмотря на многочисленные раны и травмы, все они искренне смеялись. Возможно, сейчас смех действительно был полезен, а живая аудитория, безусловно, чувствовала себя хорошо.

Машины возобновили свой путь из города, в кузовах грузовиков слышались смешки. Чиз Бургеры присоединились к армии.

Гарри направил свою винтовку вниз из окна офисного здания, в котором они находились. На нижних уровнях располагался огромный магазин "Уотерстоунс", но два верхних этажа не использовались. Они были превращены в импровизированную оперативную базу для небольшой части армии. Гарри в данный момент выполнял роль разведчика, наблюдая за тихим городом внизу.

Дэмьен стоял позади него. "Там все еще тихо?"

"Да, враг, похоже, затаился. У нас было несколько сообщений о том, что они захватывают людей и уводят их к вратам, но мы не знаем зачем".

"Я думал, они здесь, чтобы убить нас всех. Зачем брать пленных?"

Гарри не сводил глаз с прицела. "Не знаю. Тебе что-то нужно, гражданский?"

"Нет, я просто пытаюсь понять, что происходит, чтобы помочь".

"Ты не можешь помочь."

Дэмьен ощетинился. "Скажи это Стеф. Она жива благодаря мне".

Гарри наконец-то отошел от окна. "Ты поступил глупо, спасая ее. Это было смело, но глупо. Я не могу допустить, чтобы глупые люди делали глупые вещи. Просто затаись с другими гражданскими. Предоставь это профессионалам".

Дэмьен закатил глаза. "Это касается всех. Я не буду сидеть сложа руки и ничего не делать".

"Отлично. Тогда возьми бинокль на карнизе окна и помоги мне вести наблюдение. Мы должны держать этот квартал в безопасности, так что следи за приближающимися силами".

Дэмьен кивнул, взял бинокль и посмотрел в окно. Военный бинокль, линзы были очень сильными, и ему пришлось несколько раз регулировать увеличение, чтобы сориентироваться. Улица внизу представляла собой участок центральной улицы с ресторанами быстрого питания и магазинами одежды, составляющими большую часть. Сейчас здесь было тихо. Врага не было видно. Хотя силы армии в этом районе были умеренными, больше всего пользы принесли полицейские. Дэмьен видел, как они разгоняли огромные стаи врагов с помощью слезоточивого газа и световых гранат. Это не выводило их из строя надолго, но позволяло гражданским лицам спастись в неразберихе и давало армии возможность нанести удар. Дэмьен был бессильным свидетелем большинства боев за последние сорок восемь часов, но он, по крайней мере, сделал достаточно, чтобы спасти молодую женщину по имени Стеф. С тех пор она повсюду следовала за ним. Приятно чувствовать себя героем.

В течение десяти минут он наблюдал за улицей внизу, но все еще не чувствовал, что сделал достаточно. Он уже собирался сделать передышку, когда на него обрушилась сильная головная боль. Он отшатнулся от окна, схватившись за голову.

Стеф подбежала к нему сзади и подхватила его, когда он упал. " Дэмьен, ты в порядке?".

"В чем дело?" раздраженно потребовал Гарри.

"Моя... моя голова. Аргх!" Он схватился за голову обеими руками.

И он что-то увидел.

Как будто он был слеп, но все же прозрел. Он не мог видеть мир, только образы, играющие за его закрытыми веками.

Он видел врага. "Они идут".

"Кто?" - спросил Гарри. "Кто?"

"Демоны из Врат. Они знают, что мы здесь, и посылают группу, чтобы расправиться с нами".

"Ты что-то видел в бинокль?"

Дэмьен застонал, сложился вдвое и попытался избежать рвоты. "Нет! Я вижу это сейчас. Они скоро будут здесь. Они идут изнутри склада. Л... Л... Латифс!"

"Я знаю Латифс", - сказала Стеф. "Это на улице Нью-Каналь, примерно в двадцати минутах ходьбы".

Дэмьен открыл глаза и увидел, что Гарри хмурится на него. Солдат ничего не сказал, выхватил рацию и дал команду. "Свяжитесь со штабом района и скажите, чтобы они ударили по Нью-Каналу всем, что у нас есть". Он положил рацию на место и посмотрел на Дэмьена. "Ты мне нравишься, парень, но лучше бы тебе не заставлять кучу людей тратить время впустую".

Видения исчезли, но Дэмьен был уверен в том, что он видел. Это было похоже на монитор системы видеонаблюдения. Это происходило прямо сейчас".

Они ждали в тишине.

Стеф погладила Дэмьена по спине. "Ты в порядке?"

Дэмьен потирал голову, но боль полностью прошла, не было даже остаточной боли. "Да, это было так... нереально. Я никогда не чувствовал ничего подобного. Я привык к плохим снам, но не во время бодрствования".

"А, у тебя часто бывают плохие сны?"

Дэмьен смутился, беспокоясь, что звучит как ребенок. "Да, я немного не в себе. Мне снятся демоны в снегу и всякая ерунда".

Стеф отшатнулась.

"Что?" - спросил он. "Что?"

"У меня такой же сон. Тебе снится пламя на снегу, собаки и... демоны?"

Дэмьен кивнул. "Да! Как ты могла..."

Стеф сделала еще один шаг назад, испугавшись. "Я не знаю."

Прежде чем Дэмьен успел что-то обдумать, заскрипела рация Гарри - как раз в то время, когда раздался далекий выстрел.

"Что" рявкнул Гарри в рацию.

"Мы обнаружили врага. Их целая толпа, выходящая из склада".

"Докладывай. Дай мне отчет".

"Мы... мы справляемся. Они не заметили нашего приближения. Мы только что уничтожили третью часть еще до того, как вступили в бой. Я..."

В городе усилилась стрельба, сотня солдат разом вскочила на ноги.

"Мы... мы отбили их. Они бегут. Эй... с ними люди. У них есть гражданские".

Гарри посмотрел на Дэмьена, его глаза расширились. Вернувшись к своей гарнитуре, он ровно произнес. "Гражданские в порядке?"

"Э... да, думаю, да. Здесь около тридцати человек, и все они, кажется, в порядке. По моим оценкам, число вражеских потерь составляет около пятидесяти. Мы... мы действительно надрали им задницы. Откуда у тебя информация?"

Гарри вздохнул. "Я не совсем уверен. Держи меня в курсе".

"Будет сделано".

Гарри закончил разговор и не сводил глаз с Дэмьена. "Как, черт возьми, ты узнал?"

Он покачал головой. "Честно говоря, понятия не имею".

Все в комнате смотрели на него, солдаты и гражданские - все незнакомцы. Они смотрели на него со страхом.

"Ты можешь видеть будущее?" спросила Стеф.

"Конечно, нет".

"Тогда как?"

"Тебе лучше начать давать мне ответы, парень", - сказал Гарри. "Ты думаешь, я поверю, что ты просто удачно угадал?"

"Это была не догадка, я знал. Но я не знаю, откуда я знал. Я сделал хорошее дело. Я помог. Так что перестань пялиться на меня, как будто я опасен".

Гарри сделал шаг к нему, держа их взгляды под прицелом. "Все, что я не понимаю, опасно, ты понял?"

Дэмьен нахмурился, хотел заговорить, но не смог.

"В чем дело?" потребовал Гарри.

"Я... я был уверен, что мы встречались раньше, на мгновение. Что мы были друзьями".

Гарри схватил его за воротник. "Ты играешь со мной в игры?"

"Нет!" Дэмьен отпихнул солдата от себя. "Да пошел ты! Я просто пытаюсь помочь".

"Тогда дай чертовы ответы, которые я смогу понять".

"У него нет ответов", - сказал новый голос в комнате со слабым ирландским оттенком. "Лад даже не знает, кто он такой".

Вся комната закружилась, чтобы увидеть растрепанного мужчину на краю комнаты. У него были беспорядочные каштановые волосы и улыбка на лице. Солдат направил на него оружие. Гражданские пробормотали в замешательстве.

"Кто вы, черт возьми, такие?" потребовал Гарри, направляя свою винтовку.

Незнакомец шагнул вперед, вытянув обе руки перед собой. "Меня зовут Лукас, и у вас тут мой мальчик. Никто из вас даже не представляет, насколько он важен".

"Вы говорите обо мне?" - спросил Дэмьен.

Лукас улыбнулся. "Да, ты и все остальные Дэмиены Бэнкс".

Дэмьен прочистил горло. "Простите, что?"

Лукас просто улыбнулся.