Фанфик по давно известной книге Ахмата Азарова. Не совсем дословный, но темы стараемся держаться, наш ГГ пробует начать жизнь сначала и снова в 1979 м году.
1.0 —создание fb2 (дядя_Андрей)
— Молодой человек! Молодой человек, проснитесь…. Меня? Открываю глаза — О, вы проснулись. Зря так сидите, сгорите, я вам точно говорю, вон уже и плечи красные. — Да я это…приснул малость, всю ночь в дороге. Она удивлённо посмотрела на меня и дёрнула девчушку за руку — Лена идём, нас ждут. — До свидания, буркнул им в ответ и пытаюсь сообразить, с чего я вырубился.
А солнышко и точно жарит не по-деццки, глянул на часы — 10.42, ого, почти два часа проспал. Сумка? Фухх, на месте, аж пот пробил, если бы спиддили, была бы веселуха. Погоди, а что-то тут не то? — понять не могу. Навесик был, кафетерий, куда всё делось? Вокзал вон там, я в восемь приехал, пирожков откушал и присел на скамью. А дальше ничего не помню, эта дорога совсем вырубила. Мляяя, мне ж надо было в десять Ирине позвонить и сказать, что я на месте. Лезу в карман, достаю телефон и пробую набрать.
Не понял — сети нет. Ещё раз, опять тихо, только хотел матюгнуться и слышу — А что это у вас такое? За лавкой стоит пацан годов десяти и смотрит на телефон. — Мальчик, не хорошо подглядывать, радио это, ясно? — Аааа… швыркнул носом и двинул дальше. Смотрю за ним и взгляд перетекает на дом, а там плакат — Слава КПСС! Это что — шутка юмора? А пацан отошёл и шепчется с таким же, а вот одежда на них ну ни хрена не модная. Смотрю, как идут тётки мимо в сарафанах и резиновых шлёпках, а дальше стоит… Полный абзац, вижу жёлтую бочку с надписью «Квас» и рядом человек десять в очереди.
Это нас снимают скрытой камерой? Миша, мы не спим? Щипнул за коленку — да нет, реакция есть. Но и бочку вижу, как это объяснить? Озираюсь рядом стоит урна, а в ней рулончик газеты, вынимаю, разворачиваю и чуть не икаю — «Правда» от 2го августа 1979 года, четверг. Бумага свежая, я даже понюхал — краской пахнет. Со стороны дико смотрится, не спорю, но моя ситуация ещё безобразнее, я понимаю, что попал. А ещё я чешусь, непонятное ощущение — подхватил чесотку вдогон?
Так, Мишаня, успокоимся, дышим глубоко и начинаем трезво мыслить — Что делать? В 2021 м году ехали мы на работу в пансионат «Волна», массовиком и где-то даже затейником, чё там 40 лет, самый возраст для любви и секса. Аккурат завтра я должен был приступать к развлечениям отдыхающих. Всё своё со мной, тут полная сумка с ноутом, микшером и микрофонами.
Гитару обещали на месте, которого сейчас нет, хорошенькое начало. Документов нет, жилья нет и бабосиков тоже, скакнул шутя так на 42 года назад и выживай, как Папанин на льдине. Тому ещё полегче было, хоть и холодно, но вся страна в помощь, а тут надеяться только на себя.
Вспоминаю книжки про таких же лохов во времени и жалею, что мало их читал. Ладно — с этого «пятака» надо бы смыться — и от солнца подальше и от ментов, встаю и двигаю вдоль по дорожке. Стоят редкие ларьки, туда-сюда слоняется народ, от моря слышны гудки — Геленджик живёт своей жизнью. В окно орёт радио «Маяк» — у нас 11 часов и объявляют, что сегодня 4 августа, очень рад! О, слышу музыку, тут у меня слух тренированный, прохожу ещё десяток метров и вижу вывеску — «Звукозапись», открытое окно и «Баккара» развлекает город от души. Вхожу, стоит какой то парень и разговаривает с другим за прилавком. Ладно, пока почитаем «меню».
Ну что — всё знакомое, но и выбор то не очень велик. Они проверяют кассету — Высоцкий, но запись чёт не очень. И клиент говорит то же самое. — А что вы хотите, он же дома пишет, качество, сами понимаете. Вот привезут французский концерт — дня через четыре подходите, там будет с диска. Провожаю парня взглядом, а продавец разглядывает меня. Видимо, прохожу дресс-код, судя по его доброжелательной улыбке — Здравствуйте, чем интересуетесь? — Пока знакомлюсь… Что, с Высоцким трудно?
Он начинает мне толкать ту же речь, но потом замолчал и что-то понял — А вы так не считаете? — Давай на ты, я Миша. — А я Артур. — Номана, ещё пару баб и будет АББА, подмигиваю ему. — Эээ… А, понял, улыбается. — Артур, Семёнович в этом году в Штатах был, в Канаде, там не зевал и песни пел, так что буржуи быстро подсуетились и диски выпустили, интересует. Ого, я увидел, как он принимает охотничью стойку и чуть не носом нюхает — А есть? — Всё упирается в презренный металл, сам понимаешь — смотрю внимательно на него, а там уже в глазах мелькают тугрики.
— Сколько? И какое качество? — Начну со второго — оно будет, зуб даю. Цена? А это как договоримся. У тебя будет первая копия с оригинала, да двойных альбома, думаю, что за штуку сделаю. В смысле, тысяча. И это с большой скидкой, понятно? — Ну я не знаю, Миша… — Да я без обид, не надо, так не надо, предложу на вокзале. — Да откуда у Анзора деньги? Беру, но никому, договорились? — Только ради нашей дружбы подожду неделю, а потом уж извини, надо толкать культуру в массы. Тут у тебя «Бони М.» вижу, а новый где? Я про «Океаны Фантазий», если что.
— Чувак, откуда, он вроде только вышел? — Есть ходы, многозначительно улыбаюсь. «Чингиз Хан» просят? — Дааа… машет рукой — пока молчат. — И зря, миньон был к конкурсу, альбом уже выпустили, пара месяцев и загремит у нас, лови момент, брат. — Есть? Не шутишь? — Артур, глянь на меня — я похож на Хазанова? Какие тут шутки, если разговор идёт про большие деньги. Всё упирается в цену вопроса, что скажешь? Он аж пыхтит, прикидывает, как заработать, а я лениво поглядываю на часы.
— Миша, беру, только мне, хорошо? — Условия те же, ничего личного, просто бизнес. А с твоим вопросом? Про Выборг слышал? У меня там сестра живёт, с её балкон Финляндию видно, а уж какое там качество радио, ты даже представить не можешь. Там никакие диски не нужны, включай и только ленту менять не забывай. Пятьсот за каждый? — Нуу… это несерьёзно, брат. Умножай на два, так будет точнее. И это только по дружбе, учти. Вдобавок я неходовые песни уберу и добью их хитами, там есть кое-что новое.
Жаба разжала лапы и он выдохнул — Ладно. Когда? — Сегодня, готовь вон тот аппарат, показываю на «Ростов-102й», я пока сниму хату и через пару часиков встретимся. — Я помогу, Миша, есть знакомые. — Ещё лучше, идём? — Нахрен, ехать лучше, через пять минут мы уже сидим в синей «Волжанке» и ждём, пока хоть чуть проветрится. — А там кто? — показываю на ларёк. — Кто, кто, я там, приеду и открою, всё нормально. — Тётя Катя, человеку нужна квартира. — Хорошая, добавляю я. Артурчик, всё будет, вам две, одну комнату? — Две лучше. И чтобы без буйных соседей и стены потолще, я музыку люблю. Улыбается — С таким то другом и понятно.
В центре? — В нормальном месте, чтобы и по горам не лазить и до моря не очень далеко. — Тогда 60, меньше не могу — самый сезон. Пожимаю плечами — Годится, всё равно он платит, киваю на Артура. Тому деваться некуда, жадность держит лучше клея — усмехается в усы и грузимся в машину. Тётка большая и грузная, едет рядом с водителем, а я могу и позади посидеть, заодно и на город взгляну. Бывал тут в 2009 м, но сейчас то картинка другая, кое-что узнаю, другое нет. Артур поглядывает на меня в зеркало, может и недоволен, но мне выбирать не из чего, у меня денег нет, прости, дарагой, да.
Как по виду — похож на адыга или чеченца, с армянами у меня дела были и они на лицо другие. Да мне то по хрену, мне сейчас вживаться надо, назад билетов нет и всё зависит только меня и чуть от удачи. Есть квартира, в двухэтажке, у меня второй, не разбитая, но чую, что цену то ломят хорошую. Ну да, одет во всё иностранное, конечно почуяли иногороднего и с деньгами, ха-ха, будущими… — Нравится? Годится, смотрю на Артура и он вынимает из кармана денежку. Тётя сунула мне ключ, оставила бумажку с телефоном и вышла на двор, а мы сговариваемся на запись.
— Эээ, а твой магнитофон? — В камере хранения, ты вези технику и ленты, только нормальные. — Это само собой, у меня немецкая есть, всё, через час буду, забирает даму и покатили. А я быстро ныряю в душ, весь потный и весь чешусь. Оттираю кожу, погорел, покраснел, но не безнадёжно. Глянул в зеркало — что-то лицо изменилось. Или кажется? Вот морщины на лбу точно стали поменьше, да и под глазами тоже. Ого, это всё, как в книге — молодеть стал? Да я то и не против, будущий пятый десяток никакими занятиями в спортзале не скроешь, ню-ню, Миша, посмотрим. Главное, до ребёнка не скатиться, а то весь путь придётся начинать по-новой.
Выглянул в окно — палит солнышко, если гулять, так только вечером. И с деньгами, которые я получу только после записи. Открываю ноут, тут у меня напихано музыки на три года не переслушать, нахожу нужное, пометил, потом проверил Высоцкого — всё на месте. Сразу забил в память все песни, чтобы потом не рыться, шнуры имеются, я готов! Он приехал через час и тащит этот ящик. — Куда? — Ставь на тумбочку. Смотрю на часы — Писать полтора, прибавим настройку — через два часа приезжай, будет готово. — Эээ…. — Извини, брат, я люблю один работать, в три жду, улыбаюсь и он уходит.
Мдаа, и надолго у парня нервов хватит? Хотя по всем приметам чую, что я ещё и продешевил, но первому клиенту скидка, а там посмотрим. Давненько я с таким агрегатом не встречался, но ещё руки помнят, вставляю ленту, пробник записал, послушал на наушники и ставлю на запись. Колонок то у меня нет, прокол, но хоть «уши» выручают, прорвёмся. Ровно в три он появляется, покрутил головой, а магнитофон только один. Но комнаты то две, загадка. — Падай, вот лента и слушай. Покрутил телефоны — Ну них… — А ты думал, это «Зеннхайзер», не просто так.
Туда-сюда погонял и улыбается, показывая палец вверх. — Класс! Извини, но малость сомневался. Высокие шикарно звучат, а шума иглы не слышу. — Пффф, там ресивер «ямаховский» сигнал принимает и пишут на «Акай», кассеты хром, чего сиськи зря мять. Снимаю катушку и запихиваю в коробку — Разрешите получить гонорар, двигаю пальцами. Не обиделся, вынимает пачку денег, 60 отсчитал, остальное вручается мне и жмём руки.
— Миша, а Высоцкий? — Давай завтра, я сутки в дороге, устал, как конь на пахоте. Машину оставляй, я всё напишу, вкладыши от руки, а там ты уж сам. — Да вроде у тебя почерк нормальный, но я своей рукой рисую. Вчерашний день, брат — машинку заведи и к ней машинистку не очень скромную. Поржали и беседуем дальше, о новинках, о перспективах, но я сильно много не обещаю, так как он проговорился про какого-то Рустама и тот явно покруче в весовой категории. Ну и поденежнее, насколько я в этом понимаю. В 95–96 м я работал у брата в студии, писали и аудио и видео, так что тему эту знаю из первых рук.
— Всё, я поехал, телефон мой вот, если что — звони, девочек там или в кабачок, всегда подскажу. — Девочки, это хорошоооо, а триппер не очень, ты уж проверенных давай. — Миша, сам не хочу, поржали и он поехал. А я бы пожевал чего и поспать хоть часика три, что-то бомбит меня и голова побаливает. Ну да, полвека пролетело, тут всё закружится, лезу в сумку, достаю свои припасы и сооружаю перекус из остатков колбасы, хлеба-сыра и банки пива.
О, вроде закинулся — Щас спою! Ну да, только гитары нету, она осталась в 21 м году, а так то я согласен. Не, спать я не буду, иду и опять умываюсь холодной водой, а вот теперь сходить и купить еды, подъел всё до крошек. Стоп, а весь хабар? Замки тут так себе, и я для того же Артура человек подозрительный, залезет кто проверить и приплыли? Какая гарантия, что меня уже не пасут? И что делать? О, в окно вижу парня годов 13ти — Эй, парень, ты местный. — Ну да, а что? — Дело есть, поднимись.
Как зовут? — Лёша. — А я Миша, почти тёзки. Заработать хочешь? — А чё сделать? — Я тут важный разговор жду, а надо бы жратвы купить, сгоняешь в магаз? — Да могу, у меня там мама работает, пиши чего купить. — Лёха, ты просто клад, рисую список, даю деньги и он ускакал. А мне бы проверить свой сумарь на предмет ненужных дат и имён. Три пачки сигарет? Нахера, да ещё и «LM»? Презики — это нужно, я в отпуск собирался, куда без них. Книга Гарри Гариссона — сгодится. Пульт и два микрофона, тоже «Зеннхайзер», комплектом брал. Убрать с глаз. Ноут и айфон спрятать вообще подальше.
А вот куда? В камеру хранения, чего тут гадать, на автовокзале точно есть. Ручки и пара маркеров пусть будут, трусы, носки и майки сгодятся. Но мне бы джинсы подкупить, а то мои шорты дикой расцветки тут всех распугают. О, стучат копыта по лестнице — Привет. — Короче, я тут купил, чё было, выкладывает на стол и сдачу в пятёру с мелочью. — Это твоё, забирай… Ну что — по лимонаду? Наливаю ему и себе — Давай за знакомство! Скажи мне — гитару где купить? — Электрическую? — Доску не надо, акустику или с датчиком, понимаешь, про что я? — Ну да, у меня друг играет в ансамбле. Я думаю, что в комиссионке, вам же нашу за десятку не надо? — Нет, такое счастье пропускаем мимо.
Адрес скажешь? — Да сходим и покажу, тут два квартала. — Замётано. Тогда я щас… Идём по улице — С криминалом у нас как? Ну, с ворами — бандитами? — Аааа. Есть, конечно, но в нашем дворе всё тихо. Вы в седьмой, а я в пятой, соседи. — Вообще класс. — А Артур ваш друг? — Хороший знакомый, так правильнее, я же только приехал. А с другом надо ещё не один год потереться рядом, согласен? — А вам зачем гитара? — Охренеть, вопрос, Лёха, играть буду, песни петь. А ты что подумал, вместо подушки подкладывать? — подмигиваю ему. — Да ладно, я же просто спросил.
Вот и магазин — заглянем в царство красивых вещей. Гитару вижу, только немецкую «Музиму», а моя? Снимаю очки фирменные и покусываю дужку — это я так задумчивость изображаю и внимание привлекаю. — Что хотели? — Здравствуйте. Душа музыки просит, а гитары не вижу. — Так вот она. — Нееет, мне акустическую бы — посидеть с друзьями у стола, помузицировать. Поможем горю? Тётя улыбается — Таки можно для хорошего человека. — Я весь во внимании, мадам, показываю ей, как пальцы трутся. Выносит мне инструмент в чехле — Это болгарская, новенькая и звучит хорошо.
— Разрешите? Ну что, она права — хорошая вещь, тут братушки сработали на совесть. Поиграл немного, послушал, ммм, шикарно. — Вы мне просто праздник сделали. А струны к ней не добавите? — Почему и нет, выкладывает два пакета. — Ах, какая женщина, пробую петь и шепчу ей — Цена вопроса? — Восемьдесят и полтина сверху, берёте? — Да это просто даром, вынимаю денежку и мне сворачивают товар. — Ээээ… — Мирра Абрамовна. — Красивое имя, я Миша. Подскажите, а вещи здесь продают? Мне бы тапки на ноги и штанишки попроще и полегче.
— Хм, Миша, да вы вроде прилично одеты. — Хочется ещё и поменьше потеть, что-то я не рассчитал с жарой. — Если хотите что-то поприличнее и с выбором, то прогуляйтесь завтра на рынок, там есть фонтанчик и рядом сидит Леван Ваганович. Покажете ему вот это и он сделает, подала мне простую пластмассовую птичку с заколкой. — Да вот он и проведёт, я его знаю, кивает на Лешку. — Ты слышал? Тот только моргает, молодца, хорошо надрессирован, прощаемся и я выхожу. — Ну, домой? — А когда играть будете? — Не торопись, я ещё не уезжаю. А завтра мы с тобой на рынок метнёмся, йес, бойз? — Ай ду, мистер, улыбается и шагаем дальше.
Холодильник работает, чайник и плита тоже, так что нафигачил себе котлет, кофе и настраиваю магнитофон на запись. Дзззз — Алло. Тишина… Хм, проверяете? Пишем дальше, но в другой комнате, нам случайности не нужны. Три с половиной часа и я управился, с ноутом то мы на короткой ноге, одно играет, второе готовим, плёнку поменять и погнали дальше. К шести я управился, написал ему бумажки, ну, вроде денежку отработал, сворачиваем всё и прогуляемся до вокзала. Положил сумку, оглянулся и сваливаю, тут менты любят документы проверить. Ну да — только мой с орлами и покажи, сразу заметут и подальше.
В кафе играет музыка, зайду и кофейку дёрну. Уселся, подходит официантка и подаёт меню — Выбирайте, я подойду. Лады, сидим и смотрим. — Свободно? Ооо, для таких девушек всегда, встаю и предлагаю присаживаться. Оценили мой красивый жест — Спасибо. Просто мы вчера здесь сидели, вот и…. — Не знал, а то бы вчера пришёл. Я Михаил. — Лера, а она Галина. Опять официантка и опять заказ. — А вы на дискотеку остаётесь, Миша? — Смотря сколько ждать. — В восемь начнётся, но потом сюда не попадёшь, вот и пришли заранее.
— Боюсь, не дождусь, я сутки в дороге и с утра здесь, ещё и не ложился. — О, конечно, трудно, мы вас понимаем. Предлагаю перейти на ты, не против? Я ещё не такой старый, как выгляжу. Вот и заказ, приголубил — умеют, ничего не скажу. — Как вам, прости, тебе кофе? — Судя по горечи, это мокко, робуста другая. Переглянулись — Ты и это чувствуешь? — Да, есть грех, люблю поковыряться в блюдах, потому и не женат. Смеются — Если только это, то не страшно. Посидел я с ним минут 50, но чую, что мне тяжеловато — Девушки, простите, но я пойду. Вы в городе ещё долго? — Неделю пробудем, скоро возвращаться. — Вот всегда так — самые красивые девушки появляются в последние дни отпуска.
— Не расстраивайся, мы завтра будем на пляже, часов с девяти точно и где-то в этом районе, показывают пальцем. — Собирался на рынок, но думаю, что успею, прощаюсь и домой. Поиграл немного на гитаре, потренировал пальцы, душ и в восемь просто вырубаюсь на диване. Проснулся в семь и чую что я выспался, потянулся сладко и прямиком в ванную. А вот теперь контрастный душ, растираюсь, глянул в зеркало — обана, а морщины то ещё разгладились, пока мне этот процесс нравится.
Ну, чаёк? Можно, пока греется, у нас хорошая разминочка, падаем на пол и пошли отжиматься. Героем — культуристом себя не считаю, но в школе и борьбой занимался и штангу малость потягал, а в училище был три года в сборной. На фоне мальчиков со скрипочками и дудочками я выглядел вполне брутально и девушки не давали мне засохнуть от одиночества. Кстати, о девушках, пора бы и пригласить кого в гости, а то квартира есть, а дамы нет, непорядок. Лера или Галя? Интересный вопрос — обе хороши и надо наводить контакты. Не очень красиво вчера вышло, но кавалер из меня был никакой, простите.
К девяти я вызвал Артура — Привет. Забирай плёнки, всё готово. Проверил, вытащил мне денежку и перекуривает это дело. — Ты как насчёт посидеть где вечерком? Я тут с парой девушек познакомился, пора укрепить наши члены и углубить наши отношения, согласен? Гогочет — Как пионэр — всегда готов! — Тогда я с ними встречаюсь на пляже и договариваюсь. Куда идём? — В «Парус», там нормально и у меня знакомые есть. Всё, я поехал, но ты мне в обед ещё позвони, чтобы точнее знать.
Девчонок я нашёл быстро, вырулил почти на них и через пару минут слышу сбоку — Миииша, мы здесь! Ооо, смачно выглядят, и загар есть, это не я, почти белый. — Привет, девочки, кладу сумку и там звякнуло? — Что принёс? — Лимонад и шоколад, а конфетки уже тут и загорают. — Галка, слышала? — нас конфетками зовут. — Ага, ты угадал, мы сладкие, провела язычком по губам и я почувствовал, что надо срочно лечь животом вниз. Хихикнули, потом намазали мне спину кремом и можно чуть позагорать.
— Выспался? — Ооо, вы не поверите, как заново родился. Лера внимательно поглядела на меня — И точно, вчера ты выглядел постарше. — А кого эта дорога красит. Какие планы на вечер? — А у тебя есть предложения? — Приглашаю посидеть в «Парусе», у меня ещё и друг есть. — Ага, туда не попасть, мы раза три пытались и глухо. — Это пока нас с Артуром не повстречали. Так как? — Лера, идём? — Если приглашают, то можно. А если мы подругу возьмём? — она посмотрела на меняя и сладко потянулась. — Нормально, справимся, подмигиваю ей.
— Купаться будем или так и зажаримся? — кинула клич Галка, встала и рванула в море. Явно спортсменка, вон как мышцы играют на бегу. А Лера постройнее будет, грудь поменьше, но стоит торчком, аж соски проглядывают. — Идём? — Запросто, встаю и бегу за ней. В 11 я уже во дворе и вижу Лёху — Давно ждёшь? А я купаться ходил, ещё пять минут посиди и идём. Подходим к рынку — И где фонтан? — А вот он — показывает на стойку с трубкой наверху и из неё льётся водичка. Тьфу ты, красиво пошутила тётя, осталось увидеть того Левана. Наверняка вот этот дядька с огромным носом и в кепке аэродромом.
— День добрый! — Здравствуйте, молодые люди, что хотели? — Говорят, вы такие вещи собираете? — показываю ему птичку. — Красивая, крутит в пальцах. — Мирра Абрамовна тоже так сказала. — Она знает толк в вещах. И что хотели? Пересказываю ему свой список покупок. — Ну что — поможем, поманил пальцем армянина годов 30 и сказал что-то на ухо. — Иди с ним, он всё покажет… Показал он на пять сотен, но я приоделся в полотняные штаны, лёгкую рубашку и кое-чего другого. Лёхе купили кепку с этикеткой «Адидас» и он стал весь из себя крутой.
Идём домой, по пути накупаю газет в киоске, надо же узнать, чем страна и город дышит. — Кепка классная, мамка обещала мне и кроссовки такие купить. — Номана, будешь понемногу комплект набирать. Про «Пуму» слышал? — Конечно. — Так вот были два брата Дасслеры в Германии. Сначала работали вдвоём, потом что-то не срослось — после войны разделились и основали две фирмы, младший Ади выпускает Адидасы, а старший Руди сначала лепил обувь под маркой Руда, а потом переименовал в Пуму. Ясен расклад?
— Обалдеть, я и не знал. Теперь пацанам расскажу, уххх… — Информация правит миром, запомни, потому я и газет набрал. — Ой, да чего там читать, мама в них только еду заворачивает. — Эээ, не скажи, надо уметь читать между строк, пропуская пустой звон. Присядем? Упали на скамью, он побежал за мороженным, а я листаю краснодарскую газету. Утром кое-что в голову пришло, вот и проверим идею.
Ага, вот здесь про приморский культур-мультур написано: гастроли Пугачёвой в Сочи, в Анапе Стас Намин, выступает неделю и едет в Юрмалу. Ну, ну, давай… Оппа, Юрмала? — Братан, так это же наш случай, улыбаюсь и беру мороженное из рук Лёхи. — Какой случай? — Юрмала, понял? Курорт такой в Латвии есть, почти заграница. А туда едут музыканты, которым я написал песню. — Выыы? — А что, не похож? — Да не, я так не говорил. — Всё путём, Лёха, продаю им песню, получаю бабосики и улыбаюсь. — А что, песни продают?
— Пффф, а книги пишут? А на что живут писатели и композиторы? И очень хорошо живут, поверь мне. Это такой же товар, как колбаса у твоей мамки в магазине, грубо говоря. Что смотришь? Человек сидит, думает, пишет музыку, это труд? — Ну да… — Вот он за него и получает деньги. Токарь Вася выточил деталь по чертежу и курит, а мне ещё надо голову ломать, как слова и музыку придумать. Всё, лекция окончена, доедай и разбегаемся — мне надо работать.
Парень шагает и весь в раздумьях, а я соображаю, как быстро закатать фонограмму. Да очень просто, у меня же программа на караоке есть, чего я туплю? Берём мелодию, накладываем голос и пошли торговать на рынок, то есть, к Намину. — Алло. — Привет, Артур. Подруги готовы, даже три, а ты как? — Нормально, встречаемся у студии в семь, а потом в кабак. Пишу, уже одну ленту с Высоцким накатал, а клиент извёлся, на улице сидит и ждёт. — А я что говорил? Так что стриги барашка, пока сам пришёл, ха-ха-ха.
— Дело есть, мне бы парочку колонок к твоему трактору, сделаем? — Да запросто, «родные» и отправлю — щас такси вызову и тебе привезут, только спустись и забери. Класс, на вокзал я уже заглянул, сумку забрал и начнём «творить», это уже другой уровень. Через полчаса у меня уже всё подключено, микрофоны готовы, жалко, что подставка одна и та настольная. Фигня, есть скотч, метёлка и стул, немного возни и матов — готово, можно петь. Окна прикрываем, включаем — Раз, Два… Нормально, почти студия «Хит-79», включаем мелодию и вслушиваюсь. Ага, туплю, найдём-ка оригинал.
О, вот теперь понятнее, прогнал пару раз с моей подпевкой, переключаем и пробуем с наложением. Проверяю. Мдааа, гулковато. Но мне просто показать демо-копию, чего я парюсь по качеству? В общем, через пяток дублей получаю вполне приличный образец. Пробовал туда всунуть гитару, так себе идея, акустика с электрогитарами не катит. Ладно, есть и другие песни, а пока сделаем копию и подумаем. Думается лучше всего с котлетой, глазуньей и кружкой кофе в руке, сижу и поглядываю на экран. Если они будут в Юрмале, там же и Рижское взморье, а что оно мне навевает?
Ёппп, Миша, не тупи! «На рижском взморье ветер свеж…» всплывает фраза и лицо молодого и кудрявого Кузьмина. Бинго? Находим её и прослушиваем. Смело, ритм другой, что-то такое блюзовое, но Намин всегда славился дерзким характером — попробуем пропихнуть ему песню про неведомую Симону. А то ещё припомню про «крутой поворот и обманчивый лёд», будет у вас программа из хитов про Балтику. Не забудем, ставлю пометочку, можно и Вески найти — есть в ней что-то такое задорное и нахальное. Вспомнить старое и заняться самому? Тут надо то синтезатор, драмм-машину и подпевку, всё, дерзайте, Миша!
Ну да, вот ты и купил всё в магазине, губу то закатай, доедай котлету и спускайся на землю. А думка про эстонскую звезду засела в голове — скоро Олимпиада, там тоже будут иностранцы, а почему и не подготовить певицу к этому. Вроде она только начала петь по-взрослому и не думаю, что есть свои хиты, а мы ррраз, и тут как тут. Всё, мне срочно захотелось на Балтику. Но тут есть один пустячок — документы и как с ними быть? Артур отпадает, мелковат он для такого дела, надо выходить на серьёзных людей и где тот Рустам?
Судьба в этот вечер повернулась ко мне всем передом, заходим в кабак, нам показали столик и тут он скривился, как от лимона. — Чего ты? — шепчу на ухо. — Да Рустам здесь, кивает на компанию в уютном месте у сцены. — Да ладно, успокаиваю его и улыбаюсь в душе. Тот тоже кивнул в нашу сторону и Артур пошёл на поклон. Понятно, кто тут «шишку» держит, тем более, мы с ним познакомимся, кивнул чуть ему и развлекаю девушек. Третья оказалась дочкой директора санатория, знает полгорода, улыбается и чувствует себя здесь, как дома. Девушки тоже не простые, дочки московских начальников, но не по музыкальной части.
И что нам делать? Ответ они подсказали сами — Миша, мы приехали развлекаться, так что за нами следить некому. — Очень хорошо, я буду вашим кавалером. — Нас же трое, справишься? — Здрасте, а Артур на что? Друг, мы же не боимся трудностей? Неее, он уже храбрый, коньячок делает своё дело, да и Регина прижимается к нему и что-то обещает, не иначе.
Просыпаюсь от тяжести на груди — не понял? Темно, на диване кто-то храпит, а под мной ковёр давит всем ворсом. А на груди две ноги и они голые — хренасе, натюрморт! Пощупал — вроде не мужские и не волосатые, а то был бы конфуз, Миша. О, а рядом ещё одно тело и тоже голое. Судя по груди, это Лера, а чьи ноги? Пипец, вот это погуляли, я хоть резинки одевал? О, конечности пошевелились и убрались в обмен на мордашку Регины — Что не спишь? — Грудь отдавило.
— Фуххх, голова болит, простонала она и шарит в поисках моей руки с часами. — Четыре, без десяти, не волнуйся. — Мамочка, как я домой покажусь? В бок тыкают кулачком — Хорош шептаться, шпионы. — Дорогая, мы разведчики. Лично я никак не могу вспомнить, как на полу оказался. — Хи-хи, мачо… Я вот не могу сообразить, как ты Галку на Регину поменял, а потом устроил нам сексуальный разбой. — Это не я, это КВ «Арарат», чмокаю её и встаю «по делам». Ванная точно не моя — значит, мы у Артура, что-то там вспоминается на краю сознания. Голова побаливает, но не смертельно, я ничего не мешал — нет такой дурной привычки. Ну а девушки? На то они и девушки, пардон, уже женщины, чтобы их любить.
Моя мысль оказалась верной, я вытащил Регину похмелиться, потом продолжили в душе и уже осознанно получил очень хороший оргазм. — Ты просто герой, целует меня и обмывает водичкой. — Мы хоть предохранялись? — Спрашиваешь, впервые вижу такого фаната изделий номер 1. — Обиделась? — Да ну, хоть ты с мозгами, если бабы напились. Надеюсь, это не последняя встреча, а? После такого мурлыканья в ушко мне срочно захотелось с ней увидеться, но она почти взвыла — Не сейчас, я уже сыта. Телефон оставлю — после обеда позвони.
— А как же они? — киваю в сторону двери. — Миша, они уедут, а я то здесь, понимаешь разницу? — Пффф, не дурак, дурак бы не понял, чмокаю её в ушко и вылезаю. Домой попадаю уже в девять, вполне протрезвевший и даже пожрамши остатков шашлыка. Стою, оглядываюсь и что-то подозреваю, вот стойка точно не так была повёрнута и сумка по другому лежит. Не зря рисованием занимался — память зрительная у меня хорошая. Проверяли? Иду и щупаю заначку — слава Богу, она на месте. Вот как чуял, прикрепил пакет с той стороны ванны, обычно шарят в мебели и в вещах.
Хм, и кто тут побывал. Он? Вспоминаю взгляд Рустама и чую, как холодок по спине бежит. Дззз — Алло. Сопят и молчат — Рустам? — Эээ, как догадался. — Сопишь красиво. — Нос перебит, есть малость. — У меня ночью кто-то побывал, твоя работа? — Сознаюсь, мой человек. — И нахера, стесняюсь спросить? Приходи, поговорим, чего шариться по карманам, ты же не шпана, а солидный человек. — Извини, просто страховка. Никуда не уходишь? — Да нет, теперь уж точно буду тебя ждать. — Я скоро приеду.
Кладу трубу — ну вот и Магомет едет к горе, всё по Писанию. Оно и к лучшему, сразу выясним наши дела, не зря же он звонит. — Привет, проходи. Плотноват в теле, на руке вижу наколочку, где-то моих лет, пусть под сорок, я сейчас молодею. Ставит на стол свёрток — Мировую принёс. Неожиданно ты появился и сразу к Артуру, ну вот и… — И какая гарантия, что на завтра ещё не залезут с проверкой? Мне что, теперь из дома не выходить? А как же дела? — Михаил, предлагаю забыть это недоразумение, протягивает руку.
Ладно, хрен с тобой, улыбаюсь чуть и жму — Проехали… Поговорим о делах? — Я за этим и приехал. Чего ты связался с Артуром? — он же ещё пацан в наших делах. — Кто первый попался, сам понимаешь. — Я предлагаю хорошие деньги за новую музыку. Кстати, ни в Москве, ни в Польше нового «Бони М.» нет, я звонил в столицу. — У меня же есть. Что Польша для Финляндии? — так, провинция, не на них надо ровняться. — И про альбом «Чингиз Хана» не слышали. — Его только вот выпустили, до этого миньон к конкурсу был и всё. Всё забудут, а под эту музыку ещё двадцать лет танцевать будут, я отвечаю. Тебе надо? — Конечно. И в Москву просят и деньги там совсем другие, а не тыща.
О, уже и подробности знают? — И что предлагают? За Бони и Чингиза по пятаку. — Через пять дней, я слово дал Артуру. А я своё слово держу, уж извини. Но… Москва то далеко, пусть пока у себя раскручивают, время — деньги. А ты погоди немного. Если согласен, то по три моих с концерта и твои расходы, маг сюда поставить, ленту нормальную. — Базара нет, подаёт руку. Завтра все привезу, прямо с утра. Что ещё? — Пишем сборники, лучшие вещи, пусть народ танцует, а не ленту мотает.
— Да как-то в Москве больше концертами берут… — Берут, отгрузишь и концерт. И сборники, те даже на рубль дороже, там работы больше. — Шансон спрашивают? — Чего? — Блатные идут? — Только в путь, но где качество? Аркаша Северный там кое-что поёт, но стыдно бабки за такой звук брать. Ты Высоцкого накатал ему? А мне? — Не вопрос, договоримся. У меня есть ещё четыре альбома его блатных песен и качество нормальное, нашёл в Питере одного коллекционера. — Давай, часто спрашивают.
Беру гитару, подстроил и начинаю — «От звонка до звонка я свой строк отмотал по таёжным далёким делянкам, ветер песни мне пел, снег читал мне УКа, мы с судьбою играли в орлянку…», пою и гляжу на него. — Ну как, такое нужно? — Брат, это чьё? Я скромно пожимаю плечами. — Твоё? Ну ты и выдал. Да такое оторвут с руками. — Неее, с руками не надо, руки нам нужны. Видишь мою самодеятельность? Стойку пытался сделать, получилось полное говно. Две микрофонных нужны, сделаешь? — Как два пальца… сейчас же займусь. А ты сам запишешь?
— А почему и нет — нахера мне свидетели, ты и я будем знать. Я пою и пишу, остальное на тебе, бабки пополам, идёт? Опять хлопаемся по рукам. — Придумаем какое погоняло, о, Миша Круг. Миша, это я, а круг? Да вон катушка или там пластинка, пусть менты голову ломают. Сколько оттянул? — киваю на руку. — Трояк по 160й, в Кирове. Попозже я узнал, что это статья по хищению соц. собствености, а пока пропускаю мимо. — Почти земеля, я в пермских краях родился. Ну, поём стременную? Играю ему «Ушаночку», хорошо зашла, откладываю гитару и смотрю в глаза — Работаем?
— Работаем, брат. Сын моей тёти тут вес имеет, его зовут Абхаз, так что в городе тебя никто не тронет. — Смотрящий? Посмотрел внимательно — Считай, что так. А в «Парусе» директором мой родственник Аслан, ты его видел вчера, тоже знает всех. Если не секрет, ты чего сюда то рванул? С твоими то записями можно и в Москве хорошо жить. — Скажу по секрету, надоело в холоде, решил погреться. А если честно — заепали родственники жены, и она крыса конченная оказалась и папа перекрыл мне кислород, бросил всё и уехал. Но если документы не сменю, то и тут найдут.
Отсюда вопрос конкретный — документы сделаешь? С глазу на глаз и спрашиваю, чтобы потом разговоров не было. — Ну понятно, что не картошку покупаем. Тебе какие, на раз или настоящие? — Конечно, железные, у меня планы большие. Волосы перекрашу, бороду отпущу и стану другим человеком. — Я тебя понял, спрошу… А ты же не сиделый, песни то блатные откуда? — Рустам, в том селе, где я родился, девять из десяти сидели, не они так родители, я про лесоповал с пелёнок слышал.
И вообще — что там, не люди? Они тоже имеют право хорошие песни слушать, согласен? — Правду говоришь. Всё, я поехал, утром будь дома, хорошо? Насчёт Артура сам решай, я вам дружбу не рублю, парень он нормальный, но пока мелко плавает.
Он ушёл, а я залез в ноут и роюсь в архивах. Магнитофончик бы мне кассетный, куда подойти на разговор, катушечный «гроб» не потащишь, собираюсь и иду в знакомый магазин. — Здравствуйте, Римма Абрамовна, — О, молодой человек пожаловал. Соскучились или дело есть? — И то и другое, улыбаюсь ей. — Врёте, но приятно. — Вот оно, вечный выбор и сплошной Гамлет — кем быть, собой или приличным человеком? — Как? Хорошо сказано. Вон тот юноша, это сын моей сестры — бросил пед. институт и пошёл в магазин. — Да я на заочном, сколько можно повторять, говорит он и опять роется в каком то журнале.
— Гены пальцем не раздавишь, уважаемая. — Как? Миша, не смеши меня, я всё же на работе и должна иметь приличный вид. Что хотел, рассказывай? — Кассетный магнитофон с линейным входом, ну и с радио. — А вход зачем? — Чтобы на него записывать. — Так вот же двухкассетный, показывает на огромный «Шарп». — Это лучше неграм, у них плечи большие, а мне для работы. Племяш хихикнул, а она продолжает — Смотри сюда, выносит «филлипс», блестящий и благородных форм. — Сегодня сдали, ещё не выставляла.
Поворачиваю — о, гнёзда есть, динамик звучит, проверяю запись, нормально пишет. Частоты… Сгодится, не диски выпускаю — Беру. Кассет дадите? — показываю два пальца — лучше двадцать. — Найдём. И кем мы работаем, если не секрет? — От вас то? Музыку пишу, только вам сознаюсь. — Ну да, большая тайна в нашей деревне. Шестьсот пятьдесят с тебя, это с моей шоколадкой. — Шоколад — это источник эндорфинов, а они источник счастья и хорошего настроения.
— Теперь верю, ты просто поэт, улыбается мне и заворачивает товар. — Держи. Песню то дашь послушать? — Обижаете, да вы будете моим цензором, первая кассета ваша. — Идите, нахал, не соблазняйте бабушку, махнула рукой и повернулась к покупателю. Ушёл, не буду мешать, и хочу покушать, кажется, там было открытое кафе.
Уууу, народууу, очередь, как в Мавзолей, вижу плотного дядю в форме официанта и показываю нему уголок червонца. Чуть кивнул и смотрит глазами на очередь. Намёк понят, встаю у дверей и он машет рукой швейцару — Пропустите человека, у него заказ. Народ что-то бурчит, простите, но я пролезаю вперёд — Прошу, проходим и сажусь на стул.
Вот и меню, читаем и чую, как меня прожигают взглядами. Мимо кафе идут две девушки и бабуля преклонных лет, обречённо вздохнули и прицеливаются в очередь. Как в пятку толкнули, подскакиваю — Ира, Женя, идите я уже здесь. Пропустите, они со мной. Девчата молодцы, быстро сообразили, машут мне и протискиваются через толпу. Встаю и подвигаю стул — Прошу вас, усаживаю бабулю, а девушки устроились сами. — Простите, что влез, но вы так устало шли, что я не смог промолчать. — Прощаем, махнула рукой бабушка. — Я Анна Андреевна, а это мои внучки, Ира и точно Женя, вы угадали.
— А я Михаил, очень приятно. — Бабуля, он похож на Штирлица, сразу тебя позвал. — Думаю, ему больше вы понравились, улыбается она. — Жду только вас — заказывайте, показываю на меню. — Милый, мне бы кашки, зубы потеряла. А им можно любое, девки молодые, огонь играет. Но уж потерплю до Питера, там новое вставлю. Официант стоит и спокойно слушает всю перепалку, наконец мы выдаём заказ и он уходит. — Пока водичка, хотите? — Ира, а мы его два дня назад в кафе видели и с другими девушками, он маньяк, не иначе… — Точно, и питаюсь исключительно блондинками, подмигиваю ей.
Бабуля весёлая, отпускает шуточки, выпила и сто винца и вообще, как будто в нашей компании и родилась. — Так, подружки, меня проводите домой, после обеда я сплю. А сами проваливайте, куда хотите и не мешайте крепкому сну. — Могу в гости пригласить и угостить кофе. Заодно и магнитофон проверим — показываю пальцем. — О, новенький? Это мы любим, заодно и обмоем, смеётся Женя. — Мишенька, ты их подольше не возвращай, я хоть отдохну, подмигивает и отпивает сок. — На сколько дней отпускаете? — Пока не надоедят.
— Эй, бабуля, тебе что родители сказали? — Они далеко, я тут главная, понятно. — Миша, ты её меньше слушай, она под хулиганку подделывается, это профессор и доктор филологии вообще-то. Обалдеть, кто рядом сидит. — В роскошных залах Эрмитажа мат восхищенья не стихал, цитирую им Губермана. Бабуля смеётся — Точно. Наш человек. Миша, приедешь в Питер, мы туда вместе сходим я тебе много интересного расскажу. Расстаёмся, официант озвучивает сумму мне и им, но я плачу за всех — Спасибо вам, было вкусно, кланяемся и сваливаем опять через бурчащую толпу.
— Меня до квартиры, а потом куда хотите. Комната от моей в паре кварталов, сдаёт им бесплатно дальняя-предальняя родня в обмен на заботу о дочери, которая учится в Питере и бабуля её опекает по причине полной тупости. Мы опять на улице — Ну что, теперь ко мне? — И ты будешь к нам приставать? — Ира, как вы могли так подумать, я буду только оглядываться, чтобы вы ко мне не приставали, тискаю их за талии и мы идём по дорожке. Лёха во дворе, шепчу ему — Сходи к мамке, купи бутылок пять пива, ладно? Сую ему червонец и мы поднимаемся по лестнице.
— Он кто? — Ооо, самый главный во дворе, всё знает и всё может достать. Проходите, вот тут я живу. — Ну что — миленько, но тесновато. — Одному в самый раз и это с трудом снял. — Да шутим мы, две комнаты и в сезон, это счастье. Твой? — показывают на «Ростов»? — Нет, дали на время. Мой будет вот этот, а сейчас я вам свою песню поставлю. Разворачиваю технику, втыкаю и мы слушаем. О, уже подпевают — Юрмаалаа… Да хорошо получается, смотрю на них и подозреваю, что это не просто так, тянут то вполне профессионально.
Ладно, прослушали и вторую, стоп. — Пока это, записывать негде и не с кем? А скажите мне честно — вы пению учитесь? Переглянулись — Ирка, он нас расколол. Мы в Москве, в консерватории. — Ого! А чего не дома? Да специально сбежали от родителей. А ещё там у бабушки блат есть. — А вы точно сёстры? — Наши мамы сёстры, а мы двоюродные и она на месяц старше, показывает на Женю. — Не, ну это просто подарок какой-то, я тут подпевку ищу, а они на пляжах валяются, совесть есть? — А мы знали? Но судьба нас свела не просто так — спой ещё чего-нибудь, Ира показывает на гитару.
— Что спеть? — Как что, про любовь конечно. Ладно, вы попросили — «Снова от меня ветер злых перемен тебя уносит, не оставив мне даже тени взамен…», пою и вижу, как они серьёзнеют с каждой фразой. Классная песня, что там, жалко автора, не смогла прожить подольше. Ну а Аллка сделала на ней кассу и пошла дальше, ничего личного, только бизнес… Неее, я эту песню продвину и пусть её послушают дальше. Гашу струны — Она под женский голос, уж извините. Женя качает головой — Миша, это крик души, а не песня. Её надо точно спеть, не прячь.
— Ага, только бы обязательно зарегистрировать, замечает Ирина, а то быстро снимут и моргнуть не успеешь. А она права, я про ВААП слышал и читал. — Надо, а где? — Я думаю, что в Краснодаре, надо нашей Элле позвонить, она всё знает. — Это препод по композиции, раньше сама писала и эту кухню знает. — Вот придём и наберёшь, поняла? И тебе точно певицы нужны? А то мы согласны, я за одну эту песню на колени встану. — Женя, не надо жертв, у меня их много, синяки будут. А не выпить ли нам по рюмашке за успех нашего дела?
— Ладно, вы в Москве, я здесь, и как это будет рождаться? — Пффф, переедешь, соберёшь банду и вперёд. — Без денег и без крыши, я не псих, в переходах играть не собираюсь. Вы представляете, что такое группа? — Конечно, мы даже поём в такой, подпольно, но рок. — Дааа? А как вам такое? — беру аккорд и погнал привет от Жанночки про ленинградский рок-н-ролл. Разошёлся, они подпевают и тут стучат — стоппэ, иду к двери.
— Вот, только «Рижское» было. И ещё раки, надо? — Обижаешь, всё надо. — А песня классная, я послушал. — Спокойно, это только репетиция, беру бутылки и хлопаю дверью перед носом. — Девочки, промочим горло, это пивасик, а тут раки, налетай! Эххх, классно, продолжаю — «Если бы было море пива, я б дельфином стал красивым..», гоню им песенку и облизываю усы. — Миша, у тебя что, на каждый случай есть песня? — Нууу, не на каждой, врать не буду, но мы работаем над этой темой, чокаюсь стаканом и прихлёбываю пенное.
— И на чём мы остановились? — На роке. — Точно, Ира. Явление это в нашей жизни заграничное, комсомолом не одобряемое, сколько такая банда поработает? Правильно, до первого стука в «органы». Про деньги я вообще молчу, а на что жить и технику покупать? Так что, девочки, на ровном месте и с нуля у нас ни хрена не создашь, сорри. — Ну вот, ты всё и разложил, ухмыльнулась Женя. — Я реалист, увы. Поэтому слона надо есть по кусочкам, поставить задачу и её выполнять. Первое — связи. Второе — деньги, третье — крыша. И для жилья и для прикрытия в работе.
— Ну, связи у бабули есть, скажем так. Жильё снять можно. А вот деньги??? Вот, с ними как раз и затык. — Так что я начинаю с них, продам песни и буду копить по рублю. — Никакой романтики, Ирка, она морщит носик и смотрит на часы. — Прости, пора нам. Но звонить будем, обязательно, допиваю пиво и мы выходим. — Я оборудую что-то вроде студии и попробуем спеть пробное, договорились? И вашей банде я кое-что подброшу, не думайте, что всё так смертельно занудно. Просто я уже битый на этом и никому не желаю повторять мои ошибки. — Да мы понимаем, дошли до дверей, меня чмокнули с двух сторон и прощаемся.
Подхожу к дому и вижу белую «Волгу», а в ней Рустама — Здаров, я только приехал. — А я только вышел и девчонок проводил. Ты же вроде утром собирался? — А фули тянуть, садись — потрещим. В общем, паспорт есть и трудовая, но там полная жопа, всё помятое и грязное. — А документ? — Корешок в морге санитаром подрабатывает, три дня назад окочурился один бомжик, примерно как ты ростом, тоже Миша, между прочим, но фамилию с одного раза не выговоришь.
— Сколько? — Пятьсот. — Беру. А потом? — Падаешь в воду, подмочка — подаёшь заявление на обмен. И сразу просишь поменять фамилию на приличную. А там какая? — Мудакиров, сечёшь? — Мдааа, окуенный подарочек в биографию. — И хуже бывает, поверь. А потом делаем прописку, за бабки и такое можно. — В общем, я сейчас поехал к нему, кину денег, а завтра поговорим и утром привезу технику, сейчас таскаться не хочу. Усилитель нужен? Да небольшой, это «Электрон» с колонками. — Давай, а то через магнитофон как то не так голоса гонять. Всё, хлопаемся по руками и он поехал, а я должен ещё обдумать новости.
Вот уж точно — без бумажки ты никто. Ирка вон про регистрацию говорит, а куда мне без паспорта соваться? К Намину ехать надо бы, а какая гарантия, что тебя не кинут или на проверку не нарвёшься? Сцуко, замкнутый круг и только. Ни хрена — прорвёмся, падаю спать, а с утра начинается веселуха. Привезли колонки, усилок и остальное — настоящий «Акай-4000», маленький, но шустрый.
— Цени, он новый, ему всего год. — А чего не наш? — А какой? Писать, так писать, пусть качество будет, мы же вроде решили хернёй не заниматься? — Ты прав, брат. Паспорт здесь? Всё, дальше сам разберусь. Купаться едем? — Обязательно, прикинешься там бухим, свидетель будет, окунёшься и пойдём в милицию, там есть кое-кто в знакомых.
Да не смотри так, город маленький, все друг друга знают, менты тоже жить хотят. И хорошо жить, понятно? Это да, вспоминаю наши годы — к зданию отдела из-за машин подойти нельзя и ржавых там не увидишь. Купание, явка в милицию и прочее отняли почти три часа, но к обеду я уже дома и пора трудиться.
— Дядя Миша, тут Артур приезжал, просил позвонить. Дааа? — Алло. Да дома я, по делам катался. — Да понятно, у тебя сейчас другие заботы. Вовчик тебе колонки привозил, помнишь? Он за техникой подвалит и заберёт. — Пусть. Но ты тоже не пропадай, жизнь продолжается, лады? Вроде ответил повеселее, вот и хорошо, нам ругаться не стоит. Жарко в комнате, пипец, и что делать, вот так и мучиться? Вроде кондиционеры то в это время уже были? Ну и пусть в окно, мне то с этого? Хотя с хозяйкой бы поговорить не мешает, где тут телефончик записан?
И где сам агрегат искать? А наша мама Римма? — Алло, это Миша, ваш поклонник. Узнали? А скажите, кондиционеры к вам не заходили? Бакинские, правильно. Поищите? Всё, я уже еду к вам, большое спасибо. Деньги уходят, но это всё окупится нормальной обстановкой, так что добро получено и полный вперёд. Всего то шесть сотен и отдал, ящик привезли и занесли за за десятку. Ещё в 25 рэ обошёлся визит плотника и к вечеру я уже наслаждался прохладой.
Дззз — Алло. — Миша, привет, это Женя. Чем занят? — У окна скучаю и жду вашего звонка. — Ну да, так я и поверила. Насчёт ВААП мы узнали — есть такое в Краснодаре, пиши адрес и телефон. Ого, сервис, тащу листок и ручку — Диктуй. Есть, записал, спасибо. А вы чем заняты? — Ира с бабулей уехали в Архиповку, а я одна сижу. — Не желаете прогуляться? — Желаю, только ты за мной зайди, а то уже вечер. Ну да, это я вижу в окно, одеваюсь и вперёд. Спускается с крыльца, только развожу руками — Миледи, вы очаровательны. Прошу, подставляю руку и выходим на улицу.
— Я тут посидела, подумала и решила, что ты прав, с наскока ничего не получится. — Видишь, я не одинок в своих мыслях. Просто у нас не так, как на Западе, хотя и там из ничего группы не возникают, в смысле наверх не пробиваются. Всё рассказы про гениальность и удачу — всё это реклама для новичков, на самом деле пробиться очень трудно. Ну а про нас вообще помолчим. Если ты не поёшь про целину и космос, то стоять тебе на сцене сельского клуба, бренчать на танцах и выше не дёргаться. Наш шанс один — Олимпиада. — Не поняла, мы же не спортсмены? — Да прыгать и не надо, там ещё и культурная программа большая, кто-то должен туристов со всего света обслуживать и развлекать.
Это первое и вроде самое видимое. А подводные камни в том, чтобы показать — и у нас всё свободно поётся и существует. Вот ровно на год эта свобода и будет, пока туристы не разъехались, а наша задача успеть вскочить в этот трамвай. Ну и снять с этого сливки, я противник бесплатного труда. — Да уж по тебе заметно, оглядывает меня. — И это тоже… улыбаюсь ей. — Ты с инглишем как? — свободно, у меня мама его преподаёт в институте и гоняла с детского сада. — Ну просто щастье, притискиваю её к себе.
— А Ира? — Чуть похуже, но тоже нормально, там акцент питерский выпирает. — Пока нам в Лондоне не выступать, сгодится. Вы домой когда? — Что, уже надоели? — Нет, просто дело будет в ваших краях. — 22го улетаем. Потом отдых и с 15го сентября на занятия, последний год и отмучились. — Я ещё попрошу одного человека помочь, но если не выгорит, тогда обращусь к вам. Задание простое, скатать в Таллин и найти там одну певицу, показать парочку наших песен и уговорить на дружбу и сотрудничество.
Не смотри так — вам сейчас нельзя светить себя, насколько я знаю, в консерватории такое не приветствуется, а с эстрадой тем более, так? — Ты угадал, потому и прячемся в ДК железнодорожников. — Ну и поёте там только для местной тусовки, а нам нужно пробиваться вверх. — Ладно, положим, она согласилась, что дальше? — С республиками заигрывают и им позволяют больше, чем другим. А в Таллине будут ещё и игры Олимпиады — парусное и прочее, понимаешь, куда я клоню? Кивает, что таки да, и мы продолжаем, но уже на лавочке.
— Она только начала петь в группе, их там пятеро, то ли шестеро. Почему эстонцы? — наши ВИА мне даром не нужны. Песни им продать можно, но сотрудничать — увольте, эта толпа с дудками пусть поёт далеко и не рядом со мной. — Не любишь ты их, улыбается мне. — Угадала, всё это отстой и вчерашний день. Один синтезатор заменит пятерых и даже больше, понимаю, что у нас куча училищ и всем потом надо дать работу, но это не моя проблема. Так что ребята играют малым составом, но прилично. И главное — это певица, голос у неё шикарный и чуть не наш, понимаешь, про что я?
— Как Пьеха? — Примерно. Кстати, я бы с ней с удовольствием встретился на эту тему, там шикарнейший тембр голоса, уххх. — С бабулей поговори, она её знает, когда то ей язык ставила в начале карьеры. — Да ты что? Всё, я падаю на колени и прошу её о помощи. Показываю пальцем влево — Там музыка играет, не желаете потанцевать? — А для чего я так наряжалась? — идём, кавалер.
У «Паруса» стоит толпа, а как зайти? Чёрт, кажется, я поторопился с предложением, стою и раздумываю, как одолеть препятствие. — Миша, что смотрим? — О, Рустам, ты откуда? — Погулять вышли, это Лора, знакомит с пышной брюнеткой. — Идём? Конечно и пристраиваемся за ними, как за ледоколом, минута и мы уже внутри и входим в зал. — Нормально, скоро и ты будешь проходить везде, шепчет мне, пока дамы удалились попудрить носики. — Откуда она? — Питерская, но учится в Москве, заодно и певица. — Ооо, это дело.
С документами всё движется, завтра получишь и сразу подавай на обмен, доплатим за скорость и быстро сделают. — Надо, брат, очень надо, у меня деньги улетают через неделю. — Как это? — Песни продать хочу, а артисты в Анапе выступают и не долго. А без бумаг никуда не выедешь, тебе ли говорить. — А блатняк записать? Чего время терять, сразу бабки будут, обещаю. — Идея хорошая, вон и девочки, потом поговорим…
Дааа, сезон и есть сезон, в зале свободного места нет, представляю, какие тут деньги зарабатываются, уххх. Поиграл в своё время в кабаке, тему просекаю, но тут ещё покруче… Слушаю местных ребят — нууу, ничего выдающегося, обычный репертуар, музыканты вроде нормальные, но выше крыши не прыгнешь. — Что морщишься, Миша? — Да музыка что-то не заводит, а пить не хочу. Ну как под неё танцевать, а, Лора? — А другого то на русском не поют. Я сама когда-то была постройнее, и петь и танцевать любила, это вот он виноват, улыбается Рустаму. Родила двоих и резко попёрло. Но ты прав, надо будет Розе подсказать.
— Подскажи, чтобы всё поменяла, если она сможет. — Сможет, это её сестра, а муж директор. А та уже завелась — Вот ты новый человек, чтобы ты сделал? — Вы же дамы, сами знаете, новые наряды без денег не получаются. Так? Улыбаются — Женя, тебе повезло, он понимает женскую душу. Продолжаю лекцию — Надо будет вложить денег, идёт сезон, пахать придётся ночью и переплатить за срочность. Музыкантам добавить ещё одни приличные клавиши и в перспективе синтезатор, дорого, но оно окупится. Певицу однозначно убирать, переучить не получится. Сюда брать сразу двух и желательно хоть одну с оперным голосом.
Ну и песни новые, это само собой. — Миша, начать бы лучше с песен, а где они? Показываю пальцем на себя и на голову — Здесь. Лора думает быстро — Так, никуда не уходи, пошла звонить сестре…. Рустам улыбается — Завелась, теперь не отступит. Ой, Миша, ты зря её возбудил, не успокоится. Скажу одну тайну — это же она меня на звукозапись подписала. — А то ты сопротивлялся, да? — смотрю на него и мы смеёмся. — У меня и певицы есть — вот одна и вторая завтра будет.
Подруга смотрит на меня — Ээээ, ты серьёзно? — Женя, с вашим то консерваторским образованием и не сделать тройку песен за сутки? Тем более, что они не очень и сложные, лишь бы парни вытянули, киваю в сторону сцены. Завтра как раз у них выходной, я так понимаю? Появилась Лора — Они будут через двадцать минут.
Ну, нальют нам или нет? Налили выпили и даже пару раз потанцевали, пока не появилась Роза и муж Аслан. Мы плавно переместились за директорский столик и продолжаем совет в Филях, тьфу, в Геленджике. Притянули сюда и Алика — руководителя местной банды, он было заершился, но Женя ему что-то пошептала на ухо и парень сразу присел.
— Выспаться бы надо, мы никакие, если честно. — Прекрасно, я к обеду подготовлю демо-запись, приношу, слушаем и погнали, если нет возражений. Аслан смотрит на него, а Роза нежно улыбается, как та волчица — Я думаю, что вы согласны, так? Вот и хорошо, Алик. И вашу Нину можешь пригласить, пусть послушает, новое. Нет — никто не держит, так и поясни, за такие деньги, что вы тут получаете, я Софию Ротару приглашу, шутка. Он кисло улыбнулся и ушёл, а она поясняет — Жена нашего гитариста, зазвездилась, девушка, вот и обломается.
Орган завтра будет, клавишника я приглашу, есть у меня знакомая дама. — Лена? — Да, дорогой, её позову и пусть только Гоша вякнет, она и за двоих сыграет. Ого, какие у них тут тёрки, подмигиваю Жене и гуляем дальше.
Продолжили мы после проводов Жени, поцелуй, второй и как-то неожиданно оказались в постели. — Только осторожноооо, но уже случилось и потом нас было не остановить. — Ты чего кричала то? — Мне беременеть нельзя. — Я всё продумал, дорогая. — Да потом то поняла, но ты был предупредителен и настойчив, жалко, кричать нельзя, целует меня и убежала в ванную. Ну вот, и так и так, всё непонятно. Ладно, мне хорошо, она тоже в радости, остальное приходит со временем. Если оно будет, конечно. А сейчас прощаемся, поцелуй на память и сваливаю, прости, но работы много, а времени осталось мало.
Стою у дверей — Жду вас к 11ти, спи и всё будет хорошо. Темно, но народ гуляет, что там какие то два часа, прохладно и приятно отдохнуть от жары. Сворачиваю к дому и тут из темноты появляются трое, ну вот, млять, и приключения. — Смотри, Русик, какие шикарные кроссовки у парня, не хочешь такие? Встал и прикидываю, как отбиваться, а они уже окружают меня полукругом — Ну чё ты смотришь, скидывай тапки и вали дальше. — О, да у него и цепура хорошая, кудрявый протягивает руку — пора. Отбиваю её, ухожу в сторону и на противоходе хлопец получает смачный апперкот, всё как учили.
Пока загибается, наотмашь бью влево и прямо по глазам пальцами. И этот готов, а третий просто замер и смотрит на меня, как удав на кролика. Нежно беру его пальцами за ворот — Уроды, вы на кого наехали, Абхазу вас сдать? Как этого, Русик? Вот и прочитает ему лекцию о хорошем поведении. Второй всё кружится, скулит и пытается что-то разглядеть, добить? Ну тебя нах… просто толкаю его в бок ногой и он заваливается в кусты. — Да мы это, мы ничего… — Это точно — против меня вы ничто, сявки подзаборные, отодвигаю его в сторону и иду дальше. Ну вот и размялся, аж адреналинчик пошёл по венам, влетаю домой и ставлю чайник. Щас мне остро необходимо выпить кофе и только потом всё остальное.
Спать упал почти в восемь, просто отключился на диване. Ещё бы, взял три песни «Миража», почистил инструменты, убрал слишком современное для этих лет. Там не дураки, сразу услышат синтезаторы, а где они у меня? Программа ноты расписала, но остальное тоже на бумагу перенести, принтера нет и не надо, объясняй потом, как ты напечатал. Так что старался, творил и лично заполнял значками эти пять линеечек. Тексты переписать, да чтобы понятно было, опять засада, с моим то почерком, так что почти печатными корябал. Ну вот и утро наступило, прилёг и отрубился…
Звонок пробивается откуда-то издалека и включает мозг, хриплю в трубку — Алло. — Ого, голосок. Мы выходим, чего купить? — Сами смотрите, кофе есть, жду, бросил трубу и понимаю, что надо вставать и убрать комп. Микшер? Пусть будет, скажу, что купил, тем более, что там «Тошиба», хоть и китайская. О, убрать наклейку, скребу её ножичком.
Вроде остальное годится. Ага, а запись? Ёппп, быстро катаю кассету и в двух экземплярах, вот теперь всё. Ныряю в душ и гоняю тело попеременке холодным и горячим, чтобы окончательно вздрогнуть. Стук и кричат — Мы пришли. — Проходите, я сейчас, вытираюсь и вперёд, начинаем новый день.
…………
— Привет, засоня, получаю чмоки в щёчку и с двух сторон. Хм, такое начало мне нравится, топаю в кухню, а там уже и чайник включили. — Простите, спать лёг уже утром. Вы то как отдохнули? Женя делает наивные голубые глазки — Я спала прекрасно, а они приехали в девять. — Ну, вы готовы начинать карьеру? Только не скажите, что ресторан для вас это низко и некультурно. Многие с него начинали, уж в СССР то точно. Я тоже играл и не один год, пока себе на аппаратуру зарабатывал.
— Миша, а можно вопрос? Ты чего сюда приехал, отдыхать или работать? — Деньги зарабатывать. Ну и отдыхать в перерыве, устраивает? Кивнули важно и улыбаются, а я беру кружку и идём в спальню, студия оборудована там. А чего ты простыни развесил? — Ира, стены приглушить, про эхо слышала. Так, барышни, вот вам текст, вот ноты, а вот рыба, слушайте, всё пронумеровано и записано по порядку. — Что? — Простите, это я по-кабацки выразился, фонограмма, так точнее, услышите щелчок — это начало пения, я пою мужским голосом, вы своим, включаю запись и они превратились в слух.
Ага, уже врубились и поют — «Неясный свет и долгий взгляд меня просили с тобой пойти потанцевать..», слежу за ними и вижу, что это профи, с первых аккордов они уже там, в песне. Спели, стоп. — Ну и как, похоже на «диско»? — Да не хуже «Бони М.», а то и получше, ритм чёткий и не размазанный. Поднимаю палец — О, Женя, ты всё сняла сразу, зачот. Те, с Ямайки, тоже лихо поют, но не всё у них танцуется, а я шёл другим путём. Понятно, для чего клавиши? — Фон держат? — Верно. Ну, вторую? Пробуйте, потом по одной пропоёте и демо-запись готова. Это так пробная называется. Чтобы быстро показать суть песни, не везде же аппаратура и ансамбль есть.
Погнали дальше — «Я больше не прошу и мне не надо много..», поём припев и вижу, что она зашла. — Женя, вот для чего нужен оперный голос, а припев уже на два голоса, тут чуть энергичнее звучание. Теперь слушаем крайнюю и пока хватит, надо эти отработать. — «Мне все твердят из года в год, что я не ведаю забот, что надо давно серьёзной стать…», пусть будет и про солнечное лето, самая горячая тема в августе 79го. — Так, девочки, пять минут перерыва и начинаем запись. Кому по делам — сходите, потом не отвлекаемся, улыбаюсь им и поднимаю бокал с водой. Ну что скажу, в таких условиях и записать три песни за полтора часа — это успех.
Остаётся сорок минут до рандеву в «Парусе» и нам звонят — Алло. — Миша, здравствуй, это Роза. У нас всё в силе? — Как на Байконуре, стартуем секунда в секунду. Смеётся — Сегодня жарко, я за тобой машину пришлю. — Вообще отлично и девочки со мной. — Я знаю, уже звонила им, пока. — Так, такси для нас будет, предлагаю чуть перекусить, с полным желудком не споёшь. — Откуда ты всё знаешь, улыбается Ирка и пошла в ванную.
— Скажи мне, что ты вчера этому Алику сказала, что он сразу затих? — Если он не дурак, то это его шанс прославиться. — Жестоко ты с ним, но верно. Вы споёте с ними, сюда едут со всего Союза и вас узнают, как певиц, ну и денег срубите, не лишние же? — А если уезжать скоро? — А тормознуться, если масть попрёт? — Можно, мы подумаем? — посылает мне поцелуйчик и пошла мыть руки. — Девочки и ещё вопрос важный — как у вас с нарядами? На сцене будет петь, там шорты с шлёпками не прокатят.
— Да не голые приехали, оденемся поприличнее. — Вот с этим и вопрос — вы должны быть дерзкими и модными, блестящего бы чего, солистку «Чилли» видели? Ну, немка такая с низким голосом…. — Видели, на Новый Год показывали. И где такой материал купить? — Спросим, тут же портовый город. Но с начала пение, всё остальное по ходу пьесы.
Приехали, идём в музыкальную комнату, есть и такая для репетиций и переодевания, в зале народ кушает и не будем отвлекать. Здесь все музыканты, плюс рыжая дама годов тридцати, видимо, Лена и есть. Начинает Роза — Так друзья, прошу внимания. Вот наш композитор — Михаил. Это певицы — Женя и Ира, заканчивают консерваторию, петь умеют и их на мякине не проведёшь, верно, девочки? Те только загадочно улыбнулись. Всё, слушаем песни, включили в большой кассетник и превратились в слух. Проскочили одна за одной, выключаем и смотрит на всех — Поняли, в чём разница?
Так что надеюсь на вашу порядочность — песни исполнены в первый раз, автора вы видите, чтобы потом не было неожиданностей, а он их буквально завтра зарегистрирует. Сейчас мальчики настраивают микрофоны, готовьтесь, а мы с Мишей перекурим, кивает и выходим. — Это просто шикарно. Что скажешь за цену и какие условия? — Не продаю, а просто разрешаю их исполнять, устраивает? — А если снимут и другие будут играть? — Тогда к ним прислать скорую помощь с вежливыми санитарами и они спросят, кто разрешил и почему даром? Право первой ночи у вас, пусть отстёгивают денежку и не забываем писать меня в рапортичку.
Ну а сейчас? Думаю, по штуке за песню будет по-божески, вы это за неделю отобьёте, а то и раньше. Подаёт руку — Договорились, надеюсь, что и другие не хуже. Теперь с девочками — бабуля сказала, что им скоро уезжать, но возможны варианты. — Я им так-же говорю. Сама скажи, но не сейчас, пусть споют пару вечеров и живые денежки в руках почувствуют. — Точно так и сделаем. Ну, пошли? Вертаемся назад и она берёт слово — Михаил командует, а вы слушаетесь, как меня, вопросы есть? — А он умеет хоть играть то, возникает крашенная бабёнка с чёрными кудрями.
Что, подковырнуть решила? — Умею, у меня двадцать лет стажа и музыкальное училище, а песни вы уже слышали. Она заткнулась, а Роза подарила очень обещающий взгляд. И мы начали… Давно я так не вкалывал в роли руководителя, режиссёра и дирижёра, но через пару часов стало получаться — перерыв. Роза тоже молодец, нашла тётю, усадила за машинку и у всех листочки с текстом, отпечатанные «капсом». Подруга крашенная куда-то испарилась, а парни впряглись и работают на совесть, про девчонок вообще молчу — просто фурии на сцене. Кушаем за счёт заведения, тут и Аслан появился, даже нас послушал и сидим в сторонке.
— Миша, всё отлично. Только три песни? — Это затравка, есть и другие, проверим реакцию и вперёд, если вы не против? — Мы только За, улыбается Роза и смотрит на мужа. — Слыхал? — она довольна и мне хорошо. Что надо, достанем, говори. — Костюмы девочкам соорудить, швея есть? — Конечно, скажи, какие и быстро сделаем. — Она всё устроит, я плачу, Роза только улыбается и кивает головой. Пока ребята продолжают, мы обсудили фасончик и пошли обзвоны, а я опять в деле. К семи мы пишем контрольную запись и настраиваемся на выход. Завтра Роза с девочками пошла по магазинам и ателье, а у меня поход в милицию и работа на дому.
В восемь приехал Рустам — Привет. Извини, некогда было заглянуть, в Сочи ездил, там мой знакомый из Москвы прилетел, тоже пишет музыку. А у вас как? — Уделался, если честно. Да и спал всего три часа, просто качает. — Слушай, в Москве все по какой-то «Машине Времени» с ума сходят, да и у меня спрашивали, а кто такие? — Ничего так поют ребята, а что спрашивали, названия песен есть? — Погоди, лезет в блокнотик — Марионетки, Снег, Свеча, Поворот, понятно… — Найду такое и качество студийное, имеется канал в Москве. — А чего они сюда не шлют нормальное?
— Ты у меня спрашиваешь, братан? Тебе надо? — И мне и в Москву за три уйдёт только так, ну и мы тут наваримся. Две твоих, одна мне — годится? — Ладно, сделаю, опять не спать. Кофе мне привези, моё уже закончилось. — А моё нет, улыбается и достаёт из сумки банку — держи. А вот лента, выкладывает три катушки. — Ну ты и прошаренный, бродяга… Уговорил к обеду будет. Всё? — Канешна, да, дурашливо изображает кавказский акцент, улыбается и сваливает.
Хрен с тобой, за две штуки можно и не поспать, достаю технику из сейфа и настраиваю на запись. Сейф подогнала маман Лёхи, всего за сотню на прокат, тяжеленный, сволочь, но зато с набором кода, вчетвером затащили и в зале поставили. Теперь прячу всё сюда, дружба дружбой, а сало лучше спрятать, ха-ха. Опять принимаю душ и вроде на час зарядился. Сговорились писать по две ленты, ну и плата мне побольше и он по курортам копии продаст и заработает. Сколько? — не знаю, но в убытке не будет, это точно. Всё, лента готова, вторая завтра, сворачиваю ноут, закрыл и отбой, только голова коснулась подушки и я выключился.
Просыпаюсь по привычке в семь с копейками — это уже хорошо. Потянулся и вставать, меня ещё работа ждёт, настроил, включил и пусть пишется, а я в душ. Лента готова, звоню Рустаму и через час уже в милиции, расписался пару раз в журналах и пишу заявление на изменение фамилии. — Завтра и сделают, сто сверху и катушка с песнями Высоцкого. Ребята, я бы и сам вам спел, но времени нет, шутка, садимся в машину и обратно. А в Анапе поёт Намин, осталось пять дней, а я тут чалюсь, непорядок. Но и паспорта нет и девчонок в такой час не бросишь, хрен с ним, ждём-с.
— Слышал, в Сочи Пугачёва приехала, вот бы посмотреть. — Брат, а когда? Лично я послушаю на плёнке и переживу как-нибудь, меня больше мои девчонки волнуют. — А ты думаешь, Аслан не волнуется? Там уже такой шум стоит, ни одного места на вечер нет, всё выкуплено. — Видишь — всем хорошо. А вообще — дорогое это дело и проходимость маленькая, дискотека выгоднее, затрат меньше и окупится быстро. — Слушай, родственник мой хочет открыть такое — совет дашь? Не даром, конечно. — Чуть позже, хорошо?
Как там Москва, альбомы пошли? — Уууу, только так. Надо и здесь запустить, в смысле по курорту, у меня точки есть в Адлере, в Лоо, да и вообще. — Напишем, как я тебе откажу — коньяком и кофием рассчитаешься, хлопаемся по рукам и вот уже дом. Ещё бы, там «Арарат» в хрустальной бутылке, аромат такой, что Франция рыдает, продаётся за валюту и выходит в полтину за бутыль. Звоню девушкам, но дома только бабуля — Мишенька, меня все бросили, ты представляешь? — Хорошо, я возьму гитару, приду и буду вас развлекать.
Так и сделал, заодно и сам отвлекусь и её поддержу, моя вина есть, надо искупать. — Он точно пришёл, открывает мне дверь, проходи, дорогой, я тебя кофе угощу. — Не откажусь, а с меня песни. Беру гитару, понюхал аромат — Мммм, просто нектар. Что поём? — А на твой выбор… Вспоминаю одну певицу — Песня гордой одиночки. Объявляю и трогаю струны — «На всех мужчин мне глубоко плевать, я холодна, как айсберг в Антарктиде. И никогда мужчинам не узнать, как хороша я не в одетом виде», ну и дальше в этом стиле. Поглядываю на слушательницу, а она загадочно улыбается. Да и Наташа Дудкина хорошо сочетается с профессором филологии и хорошим кофе, так что песню прошла практически на Ура, она даже в ладоши похлопала.
— Прелестно, просто прелестно. Мне девочки сказали, что про Пьеху интересовался, случайно не это хочешь предложить? — Шутите. Нет, Эдита Станиславовна такими проблемами не страдает, она красивая женщина и любит жизнь. Для неё есть другие песни. Так, баловался… На прежней работе была одна такая дама из мира богемы, вот я про неё и сочинил. Обиделась, кстати. — Оооо, Мишенька, женщины часто бывают странными, поверь мне.
Ты был женат? Оппа, вопросик, киваю головой — Был, потому и здесь. Развелись, но покоя так и не стало, всё бросил, любимую работу, друзей, просто ушёл в тину. Вот только не знаю — надолго ли, могут и тут достать, потому меняю всё и даже фамилию, бороду уже начал отращивать. — Хм, круто меняешь жизнь. И второе — у тебя с Женей серьёзно? Пойми, она у меня на руках с трёх лет и сейчас ещё слежу за ней. — Как сказать? Она мне нравится, она умница, красавица, поёт хорошо, но я не хочу давать необеспеченных обязательств, если вы понимаете меня.
Я здесь не долго просижу, сменю шкуру, отдохну и пойду дальше, ну нравится мне моя работа и мои увлечения. Возможно, в Питер подамся или в Москву, но куда-то в ту сторону, это однозначно. А девочки пусть попробуют себя, это полезно и часто избавляет от многих иллюзий. Мне скоро 40, ей 23, прикиньте разницу. — Нууу, по лицу то тебе 30 и не больше, просто завидую. — Юг, море, отдых, что ещё для здоровья надо, перебираю струны и думаю, что бы ей спеть.
О, вот эту — «Я закрою глаза, я забуду обиды, я прощу даже то, что не стоит прощать. Приходите в мой дом, мои двери открыты, буду песни вам петь и вином угощать…». Пою и смотрю в окно, а у самого мысли — где тот самый дом и кого я там приглашаю? Квартира и то не моя и всё тут пока чужое…. Но улыбнулся, последний аккорд и смотрю на неё — Вот как то так, Анна Андреевна, такая селявуха. — Хорошие стихи и песня душевная, тебе надо её в народ выпустить. — Да много чего спел бы, но мои пути и министерства культуры давно разошлись. Так что всё делается подпольно, увы, не я это начал.
О, слышу голоса — Здрасте. — Ты здесь? А мы названиваем, а он тут бабушку развлекает, — Но, но, молодёжь, не вам одним гулять, понятно? — Мы тебя тоже любим, поцеловали её с двух сторон и уселись на стулья. — Купили? — Да, всё в ресторане. — А перчатки? — Нашли, всех опросили, но нашли. Кофе хотим и в душ, употели в этих бегах.
Иду с ними к столу и рассказывают про походы в поисках нарядов. — Но мы сделали это, Миша! — Я и не сомневался, сегодня всё покажете и встряхнёте этот городок. А мы с бабушкой посидим и послушаем, правда? — Конечно, я и коньячка выпью, отсутствие зубов напиткам не помеха, подмигивает мне. Нет, она мне положительно нравится, с ней не скучно.
В ресторан приехали к семи, а там уже очередь и пробились только через двор и то дежурит парочка крепких парней. — Мальчики, мы тут выступаем. — Да мы в курсе, открыли двери и опять на засов — извините, но ломятся. Девочки иду переодеваться, а я разговариваю с ребятами — Алик, как настрой? — Нормальный, сыграем. Ещё будут песни? — Вот и проверим на публике. Вы в проигрышах не стесняйтесь, но и не переиграйте, гитара должна выдавать короткие, но резкие соло, ну а клавиши ведут мелодию. Бас чёткий и ничего не размазываем и держим ритм, а про барабаны вообще молчу, взял темп и колотишь, тут выкрутасы в стиле Боннема не нужны.
По хорошему то синтезатор бы сюда, но… Лена, вы определились, кто что ведёт? Отлично, не перепутайте, на вашем звуке вся мелодия держится. Если всё проходит нормально, то я ещё три-четыре песни выдаю. — А для мужчин что-то есть? — А в таком стиле споёте? — Попробуем. — Хорошо, но это чуть позже. Ладно, начинайте разогревать публику, девочек выпустим попозже, по народу и определимся. А медляки свои играйте, пусть народ чуть отдыхает. Да что я вас учу, вы тоже тут не новички, всё, удачи, поднимаю вверх сжатый кулак.
В зале битком, музыка играет, кто-то танцует, но чувствуется какая-то нервозность ожидания. Понятно, что слухи разнеслись по городу и все ждут. Не удивлюсь, что и Роза добавила таинственности, но скоро всё разрешится. — Как вам зал? — Народу многовато, Миша, и открытые окна не спасают, но я тепло люблю, намёрзлась в блокаду на всю оставшуюся жизнь. Волнуешься? — Есть немного и не столько за себя, сколько за них. Как вы смотрите насчёт пяти капель успокоительного? Коньяк не только расширяет сосуды, а ещё и укрепляет связи. Вот где бы мы с вами встретились, а? — Ты прав, наливай.
О, идёт Рустам с Лорой — Задержались, извините. — Нормально, мы ваши места сохранили. За рулём? — Ещё чего, а обмыть выступление? Дорогая, ты не против? Лора только улыбается — Сам решай… Но и меня не забывай, понял? Вот и восемь, Алик берёт слово и объявляет дуэт «Мираж», встречайте! Я же и придумал название — вы то тут остаётесь, а девушки уезжают и там посмотрим, может и продолжим, а уже реклама есть. Ух, ты, заиграла музыка и они выскакивают на сцену — Привет, Геленджик! — машут руками в чёрных ажурных перчатках. Женя в блестящем комбезе золотистого цвета, а Ирка в таком же цвете, только шорты по колено и блузка-разлетайка на голое тело.
Зал взвыл, а они уже начинают про солнечное лето — танцуют все! — Лора, где наряды взяли? Улыбается — Есть и у нас мастера, и не хуже столичных — за полдня сшили, я сама рядом сидела. — Ты просто вся из скрытых талантов, Рустам, цени её. — А я что делаю, подмигивает и поднимает рюмочку — За дам! Дамы улыбнулись и выпили, слушаем дальше.
Проигрыш нормальный, а вот Лена меня удивила — шпарит на клавишах в две руки, там сверху ещё один. Ого, когда успела? Девчонки ещё и танцуют, ваще огонь, запомнили мои движения, показал им парочку па на свою голову. Сейчас же такого не делают, на сцене нужно стоять, как в карауле у знамени — руки по швам и не двигаться. Неее, ребята, мы взорвём это болото. Или нас взорвут, тьфу, тьфу.
А они помахали руками, поулыбались и начинается новая. Да, медлячок просится аж бегом, вроде у того «Миража» парочка имеется, надо срочно копать список в караоке. Нет, так сделаем, пусть ребята к стилю привыкнут и потом пойдёт всё как по маслу. Но Лена мне положительно нравится, это талант. — Роза, а эта Лена, она что и как, в смысле музыки. — Она тут уже лет пять, приехала из Омска, там с мужем развелась и рванула на родину мамы. Дочка у неё пяти лет, а сама в детском саде работает, по музыке, конечно. А ещё играла тут и не сошлась характерами с местной певицей, ты её встретил?
— Видел, тот ещё кадр. — Есть такое, занозистая баба, они с Гошей тогда спали, вот и жрали её в два горла. Но Роза сказала, что её убирает, уже вроде и замену присмотрели в Анапе. Опять она, чёрт, ну когда? — Брат, мне в Анапу надо скатать, найдёшь трезвого водителя? — Когда? — Уже вчера… Даже так? Ладно, утром будет, а ты сильно не пьянствуй, сейчас созвонюсь насчёт колёс, встал и ушёл. Народ отдыхает, чую, что ещё третья и перерыв. Ага, так и есть начинается проигрыш, вдруг что-то хлопнуло и из гошиного оргАна повалил дым.
Оппа, хоть включай «Smocke on the Water», а они так и делают, ура, парни — басист врубает всем известный риф и ударник начинает заколачивать ритм. Я просто балдею, с меня песня за находчивость. А Гоша уже отключил технику, накинул какое то покрывало и вроде собирается её убирать. Но всё звучит хорошо — Лена играет и на него ноль внимания, ещё зачёт. Ой, чую, что и он за подругой пойдет паровозом. Всё, дым рассеялся, по-новой объявляют песню и толпа кинулась в пляс. А кое-кто и просто стоит и слушает, представляю, что там за окнами творится, там точно далеко слыхать.
Есть, спели, их по новой представляют, поклон и перерыв. — Я к ним схожу, вы позволите? — Иди, нам больше останется, да, Лора? Быстро состыковались, смеются и наливают ещё по писят. Вхожу к ним — Ура, парни, вы сделали это! Коля, с меня песня за находчивость, все подумали, что так и надо. — Ага, охрененная находка, пыхнул аппарат, и на чём играть? — я за него семь косых отдал, бурчит хмурый Гоша.
Роза смотрит на него — А ты хотел, чтобы я пожарку вызвала и начали костёр тушить? Правильно он и сделал, что вечер не сорвал. Починишь, не плачь, это уже в который раз, а? Ты нам ресторан хочешь спалить, новое не покупаешь? Ты подумай, я серьёзно. Девочки — вам огромная благодарность, вы просто молодцы. Ну и наш Михаил — спасибо, подошла и чмокнула в щёку, потом достала платочек и вытерла. — Это, чтобы Анна Андреевна не ревновала, подмигивает мне. — Всё, я ушла, а у вас перекур. — Повторять будете? Алик кивает — Сейчас поиграем отделение, а после десяти прогоним ещё раз, жаль, что всего три.
— Завтра меня не будет, а послезавтра начнём прогон и ещё добавлю, договорились? Киваю девчонкам — Выйдем на улицу, проветритесь. Опять двери закрыты и опять те же парни — Мы на пять минут, тут и постоим, отошли и можно поговорить. — Мишааа, это что-то волшебное, они повисли с двух сторон на мне. — Целовать не будем — помада дорогая, но мы тебя любим, так и знай. А что ты нам ещё приготовил? — на меня смотрят эти синие глазки. — Есть сюрприз про Москву и Ленинград.
— Та самая? Класс, споём, да Ирка? — А куда вы денетесь. Медлячок вам нужен и ну и в «диско» ещё одну-две. — А мы запомним слова? — Пффф, листочек крепим на стойку и вся беда, вспомни ДКа… — Правильно, вы барышни — вам можно. Я утром еду в Анапу, хотите со мной? — Хотим, да, Женя? — Сейчас мне скажут точно время и я вам продублирую, пошли, нечего тут торчать. Ночую опять один, не привыкнуть бы, а то потом на самообслуживание потянет. Неее, это не про нас, но вставать нужно, водные процедуры и к восьми меня ждут дамы.
Вчера всё закончилось прекрасно, от имени ресторана Аслан лично вручил им по конверту с «соточкой» и Алик что-то там от заказов отстегнул. Но сегодня им точно придётся попотеть — по опыту знаю. Осталось пять минут, проверяю сумку, магнитофон здесь, кассеты, ну и аварийный набор в кармашке: верный «Victorinox», зажигалка, презики и моток лейкопластыря с йодом. Слышу машину, это за мной, всё закрыто и спускаюсь. Точно, «Волга» Рустама, а за рулём крепкий парень моих годов — Привет, я Миша. — А я Наум, жмёт руку.
Вот только сейчас сообразил, что в Лоре и Розе общего — еврейская кровь, брат это показал чётко. Но я на эту тему не особо парюсь — среди музыкантов их навалом и со многими я нормально общался. Подаёт конверт — Тебе передали, что всё готово. Вынимаю паспорт, открываю — Фомин Михаил Егорович, смотрю и глазам не верю. Отчество не срослось, но остальное то моё, прежнее. А прописка? — Хрен пойми, какая улица…ладно, Рустам подскажет — Удивили, спасибо. За моими заедем и погнали, нам до обеда надо добраться. — Успеем, машина хорошая, уверенно рулит и мы уже у дома.
Би-бип — Ира выглянула в окно и машу рукой. Уже грузятся — Привет! — Привет, это Женя и Ира, а это Наум, брат Розы и Лоры. Вы ничего не забыли? Аааа, выглянули и помахали бабуле, вот теперь едем. — Наум, долго добираться? — Не очень, с перекуром часа за полтора доедем, тут почти 90 км, торопиться не будем. — Это правильно, торопиться не надо, повторяю голосом товарища Саахова, посмеялись и смотрим по сторонам. — А песни дашь послушать? Те, которые Намину везёшь.
Ира, тебя за язык тянут? — показываю глазами на водилу. — Покажу, в сумке магнитофон вытяни. Включают и слушают, даже забавно пальчиками дирижируют и такие умильные мордашки, ну как на вас долго злиться? Но на будущее надо замечание сделать, а то так с улыбкой и сдадут на раз. — Класс, должны понравиться. И я надеюсь, к десяти мы приехали к тому самому санаторию «Анапа», выгружаемся и вахтёр за пятёру привёл нас прямо в концертный зал. Ничего так помещение- вижу, как на сцене ребята возятся у аппаратуры, а у дверей парочка курит.
Этого я угадал, хоть и молодой, но такой же круглолицый и кудрявый — О, Саруханов, доброе утро! Второй поворачивается — Ничего себе, Игорёк, тебя узнали, а меня нет? А вот и он — Стас, прости, со спины не сразу понял, я Михаил Фомин, а это Евгения и Ирина, они певицы. Ну а я композитор. — Приятно познакомиться, коллеги. И что вас к нам занесло, автографы просим? — он смотрит с хитрым прищуром на девушек. Женя носик задрала — Я и сама могу их дать, а мы приехали по делу.
Беру разговор на себя — Вы после Анапы в Латвию убываете, правда? — Вроде да, пока не отменили. — А у меня есть песни на эту тему, хочу предложить вам. Они переглянулись — Хм, интересно. Пошли к сцене, послушаем… Зря старался с магнитофоном сунули кассету в приставку и слушаем через усилитель и пару колонок. Тут же и ребята, и на лицо знакомы, вот это точно Слизунов, а это Миша Файнзильберг. На «Юрмале» они переглянулись, а мои красотки ещё и подпевают в припеве.
Есть первая, стоп. — Хм, точно, в тему, ты прав. Кто поёт, автор? — Да, но это демо, сами слышите. — Клавиши интересные, «Ямаха»? Не буду переубеждать, киваю, что угадал. Включают вторую — тут все навострили слух, а ударник даже прищёлкивает на пальцах ритм. На подпевке опять девочки исполняют — Парам-пам-падам-да… и улыбаются всем. Молодца, шоколадку заработали в любом случае. И эту спели — Ну что, народ? — Стас оглядывает своих, а ударник поднимает палец вверх.
— Видишь, ему понравилось. Первая как-то непонятно звучит, вроде нам не очень подходит, но тема забористая, мы же как раз там и будем. Берём? Народ кивает и он отзывает меня в сторону — Согласен. Сколько? — Смотря как мы будем общаться, друзьям одна цена, просто на базаре — другая, ты же в курсе. Пугачёвой и по пятаку дёшево, а с вас попрошу пять за две — это даром. И поверь, они пойдут, там националисты, за свою тему денег вам не пожалеют. В чёрных армянских глазах вижу блеск дукатов и борьбу с жадностью, минута и он подаёт руку — Беру. Бабки сейчас привезём.
— Скажи, а что с прежним названием, почему группа? — А попали мы, как носители вражеское идеологии хиппи, слышал про такое? — Цветы, а не пушки? Так это про Вьетнам, а вы то откуда? — Хотя… Афган уже есть или нет, крутится в голове? Нет, это ещё будет, чуть не ляпнул. — Я про то, что скандал можно и из пальца высосать, сколько сам страдал, то волосы не такие, то у вас песни не те, знакомо. — Ну вот и сменили, чтобы не дразнить. Споём, вторая смачно звучит, так это по-западному. — Ты учти, что там будут олимпийские гости на следующий год, если вас запомнят, то почему и не петь для западников в 80 м? В Москве всех через три сита перетрясут, а в республиках будет поспокойнее.
Он опять притих — осторожный парень, при таких то родственниках. — А ведь ты прав, надо глянуть вперёд. — Точно, всего год остался. У меня тоже задумка туда попасть. Помоги с одним делом. Ничего крамольного, через местных узнай про Анну Вески, это эстонская группа «Витамин», слышал. — Дааа, в Таллине сталкивались, очень грамотные ребята. А вот про неё? — Узнай, и скинь ей мои координаты, подаю листок. Вам певица не нужна, а мне очень. — А твои? — Студентки в «консерве» чайковской, последний курс. А там такое не комильфо.
— О, это мы знаем, усмехнулся Стас. Сделаю, ну и мои тебе запишу. В Москве будешь — позвони. С песнями тоже обращайся, у тебя они необычные, не мы, так другим посоветуем. Ты сам то где тут? — Геленджик, а поют они в ресторане «Парус». Я в плане намечаю перебраться в столицу, только вот выбираю, в какую, но звонить буду. Выходим к ребятам и он посылает Мишу за денежкой, а мы ещё пообщаемся. Походил по сцене, глянул на инструменты, не потолок, но вполне для этих лет нормальное. — Мощности хватает? — Смотря где, на открытом месте уже мало. Ничего же не достать приличного, вся «фирмА» уходит по республикам, а наш потолок — «Биг» и «Регент».
— Стас, плюнь на это — у нас радио-гениев хватает, динамики эстрадные заводы делают, тот же Ленинградский ЛОМО совсем неплох, а вам нужен приличный пульт и «стена звука» на сцене. Пульт обязательно выносной, звукач сидит в зале и лучше вас слышит, мониторы каждому и ты почувствуешь разницу. Они смотрят на меня — Я вам точно говорю, за бугром уже давно так. — Ты представляешь, сколько это будет стоить? — Всё окупится качеством звука, вы же группа, а не какой очередной ВИА. Ну а это держать про запаса и на репетиции. Транспорт свой, носильщики тоже. — Это есть, у нас народа маловато, улыбается Саруханов.
Ну да, он то только из «Синей Птицы» перелетел, шутка. О, вот и посылочка, отошли, пересчитал и жму руку — Без обид, но точный расчёт очень укрепляет отношения. — Ха, запомню. Сам то что с аппаратурой? — Синтезатор хочу, тот же МАК, вся музыка уходит в ту область, ты же слышишь. — Да понятно, а он стоит, как самолёт, у меня вон проспект есть, обалдеешь от цен. Ну и достать, та ещё морока. Дед бы мог, а сейчас… — Да, Анастас Иванович мог многое, улыбаюсь ему и мы идём обратно. Ребята — удачи вам, помашете за нас Балтийскому морю и пусть ветер будет попутным.
Смотрю на часы — Ну что, песню на дорожку? Гитару дадите? Дали, уже всё включено, ну, тогда ловите — «На часах двадцать ноль-ноль, я иду на танцы с тобой…», пою им весёлую песенку и девочки пританцовывают внизу. Есть, кланяюсь, кладу гитару на колонку — Спасибо. Спустился — А эту? — Серьёзно? Смотрю на девчонок, потом на Стаса — Ладно, сегодня я добрый, лезу в сумку и достаю два листа — ноты и текст. — Полторы и она ваша. Тот смотрит на Мишу — Давай… Отсчитывает мне пачку десяток и мы меняемся. — Вот теперь всё, иначе мы тут ещё должны останемся, смотрит на парней и они весело гогочут.
— Так ты три специально готовил? — Нууу, ты же тоже с запасом занёс, хлопаемся по рукам, девочки всем улыбаются и прощаются, можно ехать, привет. Тут они уже опытные, я по дороге пару «ласковых» насчёт разговоров сказал, так что хихикаем, анекдоты травлю, они что-то из студенческого рассказывают, не заметили, как и домой вернулись. — Девочки, встретимся в ресторане, а у меня дел выше крыши. И завтра планы меняются — мне надо срочно в Краснодар, песни расходятся, а регистрации нет, последствия Ира уже говорила, помните?
Ничего, Алик подождёт, пока пойте это, но новое будет — зуб даю, чмокнул их в щёчки и адью. Не буду же им пояснять, почему я тормозил, с паспортом мне многие дороги открыты, ещё бы с другими бумагами порешать, в Москве просто так не закрепишься. Уже два, погрызть бы чего и за работу, но не так то было, звонят — Алло. — Миша, здравствуй, пропащий, я нашла тебя, это Регина. Ты совсем меня забыл, ну как это назвать? Певицы, рестораны, а я?
— Дорогая, ты просто уникальна, тебя ни с кем не хочется сравнивать. Но такая у меня судьба — всего отдавать работе и немного девушкам. Скажи, ты в Краснодаре ориентируешься? — Конечно, я там училась пять лет. — А не хочешь завтра мне составить компанию? — я еду по делам музыкантским. — Если приглашаешь, почему и нет, когда? — Утром, чтобы по жаре не мотаться, я на семь машину заказал, к тебе приеду на 15 минут позже. — 7.15, для меня это тяжело, но ради тебя…. — Всё, приезжаю и жду — белая «Волга». — Я даже догадываюсь — чья, до завтра.
Фуххх, отделался на сегодня. А завтра посмотрим, Краснодар большой, почему и не прокатиться. Сижу, кушаю и просматриваю газету — обана, сюрприз! В Туапсе послезавтра приезжает Кобзон и будет там три дня. Отлично, а как к тебе подобраться? Насколько я читал в мемуарах, дядя он был весьма деловой, но и недоверчив. Нормально, я бы тоже незнакомых посылал куда подальше, да ещё и при таких сделках. И кого спросить, Стаса! Нууу, он ему в сыновья годится и как они могут дружить? Да ещё и рокер опальный, неее, тут орбиты разные.
А позвоню я одной даме, которая мнооогих знает — Алло. — Анна Андреевна, я рад вас слышать, здравствуйте. Спят? Ладно, у меня к вам один вопрос — вы с Кобзоном нигде не пересекались? Да, с тем самым? — С ним нет, а вот с его крайней женой знакома, которая Нелли. Она же артистка разговорного жанра, скорее, методистка, вот она приезжала к нам на стажировку и даже в мою группу. — Это же чудо. Сам Иосиф прилетает через два дня в наши края и начнёт с Туапсе, а я хочу с ним встретиться и предложить свои песни, посодействуйте встрече.
Я приеду сам, лишь бы он меня принял. К Намину я всунулся на одном нахальстве, но это то другой уровень, сами понимаете. — Наверняка бы отшил, насколько я знаю всякие околоэстрадные сплетни. Хорошо, Миша, я сейчас найду номер телефона и попробую с ней связаться. Склероз, сам понимаешь, многое забываю. Ну да, так я и поверил, но могут же у дамы быть свои хитрости, кладу трубу и доедаю этот кусок мяса.
Настроил магнитофон, достаю ноут и тут звонят — Записывай телефон в Туапсе, это будет номер в гостинице. И ему уже перезвонили, сказал, что примет, но с десяти и до обеда и обязательно позвони. — Спасибо, коньячный клуб «Арарат» играет за нашу команду. — Прекрати, мы же не чужие люди, ты помогаешь нам, а мы тебе. Так-так, теперь садимся и начинаем раскапывать закрома караоке, такому человеку что попало не предложишь. Хотя читал, что он и Высоцкого пел и Вертинского, чем не шансон? Если подогнать Мишу Круга и намекнуть, что это можно спеть и дуэтом и одному? Делаем заметку и ищем дальше…
Да считай, всё и есть, выбрал вроде четыре, потом одну откинул, а три мы сейчас и запишем, ничего не мудрю, чтобы не было лишних вопросов, спою под гитару и тексты с нотами приложу. Но в любом случае, это регистрируем, так же как и другие, набирается ах 16 штук. И когда успевать? А кто вам доктор, Миша? Так что не стоните, а работайте, чем я и занимался до девяти часов. Всё, пипец, пальцы от писанины не гнутся — надо выйти и развеяться. Ну и чарку кофе выпить, с армянским ароматом, уж больно «Арарат» хорошо.
На дверях пропускают и здороваются — Роза Нахимовна у сцены, проходите. Какой-то медлячок играют, пары танцуют, гуляют, зал опять полный, а вот и столик. — О, Михаил, здравствуй, проходи. — Пришёл на вас посмотреть и кофе выпить. — Этого сколько хочешь, подзывает официанта — Кофе ему. Кушать? Не знаю, на ночь то как-то… — Нормально не ночь, неси куриные котлетки. — За завтра знаете? — Знаем, ничего страшного, в день управишься? — Должен. — Возьми бутылочку хорошего коньяка, очень помогает вопросы решать, советую.
— Согласен, заверните. Приеду и добавим песен, с девочками решили? — Да, но только на неделю, они с первого должны быть в Москве. — А ваша певица? — Как раз завтра будет — едет из Лазаревского, пела в театре музкомедии, а я её знаю по институту. Ладно, вот и заказ, а вон и девочки, сегодня на них уже другие брючки и поменялись ролями, Женька в короткой юбочке и все «серебряные». Помахал им, пошла музыка, отрывайтесь, а я покушаю.
О, Рустам — Привет. Сказали, что ты здесь, надо бы поговорить. — Надеюсь, я тут не лишняя, улыбается Роза. — Нет, не ругайся. Короче, есть вариант с пропиской, ночью сгорел домик, хибара, а там бабка задохнулась. У неё так то никого не было, но почему бы и не появиться внуку. — Я? А где до этого был? — Там, далеко на Севере… А с ней не жил, потому как хата совсем маленькая. Так что похоронишь её, всем покажешься и прописывают тебя задним числом. Тру пальчиками — И почём счастье? — Три сотни хватит. — Я завтра уеду, проворачивай, сочтёмся.
«АББУ» новую надо? — Есть? — Обижаешь, для тебя есть. — Если ночью запишешь хоть одну, я утром приеду с Наумом. — Отгрузим, щас заправлюсь и в бой, жму руку и он уходит. Роза смотрит на меня — Да я немного в курсе, можешь не бояться, мы все на один котёл работаем. Пропишешься, а потом? — Поеду в столицу, надо подниматься выше. Не волнуйся, я своих не забываю, будем и оттуда дружить, мне здесь нравится. Вопрос можно? В кого Наум такой здоровый?
Смеётся — В папу, да и мы не очень худенькие. Он же спортом занимался, а потом в аварию попал, видел, чуть прихрамывает? — Не заметил, только на его кулаки смотрел. — Это да, там как две дыни, не дай Бог, попасть под удар. Ну что, обещал, пришёл и развернул студию, накатал ему всё же две копии, потом всё убрал и завалился спать, кондишен жужжит, прохладно, отбой. Не пошутил Рустам, утром приехал с Наумом — Привет!
— Ага, допиваю кофе и показываю пальцем на ленты — готово, там обе. — Зашибись, выкладывает на стол пачку червонцев. — Не мало? — Нормально. Скажи, а что с меня Наум денег не берёт? — Миша, всё по честному, ты же с меня не дерёшь, так что я ему оплатил, не волнуйся. Ну, готов? Тогда поехали… Останавливаемся около дома Регины, жду, ещё пять минут. — Я насчёт бабульки сегодня всё узнаю, мент у нас есть, с участковым договорится. Там не столько хата важна, сколько место с номером дома, снести и новый строить, у нас земля дорогая. — Спасибо, учту, вон и подруга, бывай. И вообще — машину бы мне, подумай за «жигуля».
— Мальчики, доброе утро, я готова. — Очень замечательно, усаживайся поудобнее и трогаемся. — Наум, это на улице Северной, показываю листочек с адресом. — Ааа, знаю. Может отдыхать, тут два часа, не меньше. Смотрю на девушку — И как вы поживали? — Не очень, бросил меня и ещё спрашиваешь. — Ты же сама сказала, что всё под контролем, какие наезды. — Фууу, что за жаргон, Миша. Да шучу я, понимаю, что дел много. Вы с песнями выстрелили, мне даже из Адлера звонили с вопросом — как попасть в ресторан. — Вот и еду, надо песни оформить и репертуар добавить.
— Папа интересуется — у них не хотите выступить? Зелёный театр, народа побольше входит, не бесплатно же. — Почему и нет — но только не в три песни уложиться. Давай, я приеду и подумаем. У меня то только мои девочки и всё, а ансамбль, аппаратура? — там тоже свой директор есть, между прочим. — Я думаю, что они договорятся, было бы желание…. — Это точно, главное, желание, смотрю на неё и подмигиваю. Не глупая девочка и симпатичная, но ты здесь, а я мыслями уже далеко.
На место прибыли уже к десяти двадцати, попали в небольшую пробку на въезде, но вот и Оно, судя по вывеске. Звонок то был, а что на месте? — Добрый день, мне бы Гозмана увидеть, не подскажете? — Третий кабинет. Как ваша фамилия? Тётя смотри в список — Есть Фомин, проходите. Девушка с вами? — Да. — Тогда запишем, назовитесь. О, как тут строго, но терпеливо ждём и иду дальше. — Здравствуйте, я Фомин. Из Геленджика. — А, вспомнил, проходите, присаживайтесь.
Внимательно смотрит на подругу — Ээээ, простите, а ваша фамилия не Коваленко? Точно, я угадал, ваш папа директором, а вы там рядом были, мы в начале июля отдыхали. Привет ему. Итак, слушаю вас, эээ, Михаил Егорович. — Разрешите передать привет из Геленджика, выставляю «Арарат» на стол. — Ооо, хороший привет, убирает в тумбочку. — Ну что — приступим? Да с радостью, выкладываю папку, записи, а он внимательно их разглядывает и задаёт вполне грамотные вопросы. — Вижу, что песни разноплановые, так?
— Писал не в один день и даже не один месяц, ну и для разных исполнителей, лично вот эти будет Стас Намин исполнять. А у Розы Нахимовны звучат другие, поставить? Вынимаю магнитофон, втыкаю кассету и мы слушаем. Десять минут пролетели быстро, стоп, и смотрю на него. — Оригинально. И модно, сейчас же на Западе везде звучит диско. — Яков Семёнович, а чем СССР хуже? Если мы выпустим свой и качественный продукт, так сказать, может, меньше будут восторгаться Ими? — Интересно рассуждаете, Михаил. И правильно, поднимает палец. — А то у нас некоторые про родное то искусство совсем забыли, не будем уточнять, кто.
Хорошо, всё это сегодня же оформим. Подвигает журнал — Распишитесь против каждой, что вы нам сдали документы, и с этой минуты вы уже официально в авторских правах. Само оформление уже скучнее, всё подшивается, регистрируется, сдаётся в хранилище, зачем вас задерживать? Регина, рад вас видеть, надеюсь и на следующий год побывать в санатории, нам с женой очень понравилось. И от неё передайте привет Розе Нахимовне.
Ааа, понятно, откуда цепочка тянется, правду говорят, что тут кум на куме и все друг друга знают. — Я так понимаю, что вы ещё приедете, Михаил? — Да, и очень скоро, надо привести в порядок все вот такие дела. — Точно! Но телефон у вас есть — звоните и встретимся, кинул взгляд на тумбочку и мы улыбаемся. Выходим к машине — Уже? А то думал, там на полдня, не меньше. И куда сейчас? — Наум, прокатимся по центру, я ему город покажу, а потом домой, хорошо? — Как скажете, трогаемся и не спеша катим дальше.
Домой вернулись к четырём, высаживаем Регину у дома, поцелуйчик и обещание обязательно встретиться в более интимной обстановке, чем салон «Волги». — Домой? Давай, ещё дел выше крыши. — Миша, когда в Туапсе? — Хочешь с Кобзоном познакомиться? Послезавтра двинем, ещё точно созвонюсь и скажу. Сложно ехать? — Нууу, круг придётся дать, по берегу дороги нет. Два часа примерно, если пробок не будет. — А бывают? — Часто, дорога узкая, если кто столкнулся, торчишь и ждёшь.
Всё, прощаемся и я иду домой, и жрать хочется и дела есть, в общем, хрен тут расслабишься. Пока никому не звоню, чтобы поесть дали спокойно, пиликает радио, я жую отбивную и даже писятничек коньячка накапал в честь первой регистрации. Дззз, ну вот и отдохнули — Алло. Милый, это мы, как съездил? — Замечательно, всё сделал, а сейчас сижу и пытаюсь покушать. — Это ты мне вежливо намекаешь, что мешаю? — Да как ты могла так подумать.
Сами чем заняты? — На репетицию собираемся, там новая певица пришла. — Старайтесь девочки, это не бесплатно, поделитесь опытом. — Мы так и поняли. Что на завтра? — Утром ко мне, в девять тридцать жду, будем песни записывать. Хихикает — Слушаюсь, командир, чмок в трубку и отключается.
Ага, привет, доел мясо, а кофе можно и одновременно с поиском в ноуте совмещать, где там мелодии «Миража»? Ага, «Дискотека» есть, «Звёзды нас ждут» и «Море грёз» имеется, а что ещё? Смотрим в список, о, наша Ника — «Танцуйте, девочки», чуть не забыл. Всё будет только из списка, так что рисуем на кассету — наложение на микшере есть, а потом пишем ещё раз. Ну и кое-какие эффекты из 2000х подчистим, пока таких барабанов точно нет. А где они есть? Только за бугром, а что нам намекала одна дама?
— Алло. — Римма Абрамовна, это Михаил. — Уже узнала, богатый будешь. — Если только с вашей помощью, помните наш разговор про футбольный счёт 1 — 4? Чуть пауза, о, включилась — Конечно. А ты хотел поговорить с этим болельщиком? Зайди ко мне завтра после обеда, хорошо? — Обязательно, большое спасибо. Так-так, вот мы и закинем удочку насчёт купить и привезти. А пока продолжим… Ноты я писал под копирку, тексты печатал, спасибо Лёхиной маме — дала на время машинку. Откуда она у неё? А мне всё равно, зато пригодилась.
Денег, денег надо, так что сажусь за гитару, нахожу в списке шансон и выбираю… Голос мы обработаем малость, изменим обертоны и пусть Миша Круг выходит на большую сцену, у него 250 миллионов слушателей. Легко с караоке, текст тут же, прогнал разок, второй и можно записывать, потом так же следующая. На пятой меня перебили — Алло. — Привет. С хатой я порешал, завтра бы забрать старушку из морга и похоронить. — Рустам, никак не могу, уплати, пусть на три дня тормознут, всё равно не девятый, еще терпимо.
— Ладно, но только три — тянуть подозрительно, а без тебя никак. — Это понятно. Всё, я пишу песни, прости, брат — завтра свяжемся, Лоре привет. — Ага, пока. Кружка чая и мы продолжим, пять минут перекура. Курить то я бросил лет десять назад, но привычка так называть отдых осталась, хотя и не тянет. Лицо перестало шелушиться, уже не чешусь и вроде процесс омоложения остановился, тьфу — тьфу. Мне бы ещё зарядочку плотную делать, но когда? Ну да, лень, она всегда найдёт отговорку, усмехаюсь сам себе и иду работать.
20.25. Ура, я это сделал, пусть на 40 минут, но считай, что альбом есть, так и напишем — «Первый». А что, скромненько и приятно, вот теперь можно и прогуляться в ресторан. — Роза, добрый вечер. — Добрый, ты теперь по вечерам будешь ходить? — Поверь, времени нет, только от гитары оторвался. — Понятно, тебе то же самое заказать? — Да, я не привередлив. Вы то как? — Анжела с девочками занималась, уже и спели один раз. — И как тебе? — Мне то нормально, а ты ещё послушай, твои же песни. — Послушаем.
Кстати, о песнях: Твоим ребятам что-то надо? — Ну вот мы и дошли до щекотливой темы, конечно надо, новые песни привлекают народ, а это деньги — сам понимаешь, не бесплатно всё. — Могу предложить, только вы решите — они будут ваши или за них ребята рассчитаются? — Пока не поняла твою мысль, поясни. — Я саму песню не продаю, мы уже говорили, но право исполнения — пожалуйста.
Если его купите вы, то кто бы ни играл у вас, только ЗДЕСЬ её и исполнять будут. А если выкупят ребята, то теоретически они могут хоть вместе, хоть каждый по отдельности её петь и в любом месте. Задумалась — Хм, занятно говоришь, надо с мужем побеседовать, деньги то общие. Да и одной мы не обойдёмся, минимум с десяток надо, так? — Ну как-то да, иначе не получается картинки.
— И сколько ты хочешь? Не успел ответить — начали петь девушки и я слушаю. Анжела — девушка кавказских кровей, но в меру чернявая и носатая, а вот голос приличный, не отнять. — Хорошо поёт, киваю Розе. — Мы в Баку вместе учились, она оттуда родом, а тут замуж вышла. Баку? Опаньки, в моей голове появилась идея, но жду окончания песни. Мы даже похлопали, а девчонки мне помахали ручкой. — Роза, есть вариант. У тебя институт, а муз. училище там имеется? Улыбается — Обижаете, есть и ему уже сто лет, а тебя что интересует?
— Диплом меня интересует, можно сделать? Она улыбается и показывает пальцем на сцену — У Анжелы там мама преподаёт, надо спросить. Фьююю, вот это бочка варенья, смотрю на неё, на сцену и продолжаю — Мне бы что-то струнное, композиторское, только не хоровое. Хотя… Короче, нужна корочка, у меня задумка в Союз Композиторов пролезть. — Не плохо ты размахнулся. Хотя по твоим то талантам тебе это просто необходимо иметь. — А я про что, чего мелочиться. Почему Баку? Да в республиках не сильно концы искать будут, да и вообще — фамилию то сменил. А я с вами песнями рассчитаюсь. По умеренной цене, поверь.
— Миша, я поговорю с мужем, с Анжелой, и через пару-тройку дней сообщу за это предложение, хорошо? — Это просто замечательно. Завтра я занимаюсь с девушками, четыре песни добавлю. — Но ты их нам разрешаешь петь? — Роза, мы только говорили на эту тему — всё имеет свою цену. — Это точно. Ты интересный человек, рассуждаешь не так, как все. Но мне твои идеи нравятся. Да и Аслану тоже, за три дня сделали недельный план и это только начало, так? — Точно так, улыбаюсь ей и поднимаю рюмашку коньячка.
Часик посидел и домой, надо к завтрашней встрече подготовиться. И насчёт песен и насчёт аппаратуры. Надо брать синтезатор и приличный, чтобы было много тембров архиве. Стас показал проспект и там был агрегат «Mellotron Mark V», настоящий аналоговый сэмплер и к нему больше тысячи тембров. Ну и цена соответствующая — 3800. Баксов, не рублей. Но с ним я могу любую вещь из ноута взять, переписать с голосами певцов и вуаля — это уже хит. И я уже делал это, опыт есть. Сделать свою студию и других записывать, добавить магнитофон, нормальные микрофоны, микшер пока есть, гитару прикупить не сильно навороченную и вперёд.
Всё, мне нужен тот самый морячок, посмотреть его каталоги и делать заказ, это же не завтра привезётся. А к тому времени закрепиться в Москве. Или в Питере, но не здесь, здесь будет место прописки и запасная база. Всё, задача поставлена — за работу, товарищи! Какой хороший лозунг и верный на все времена. До крушения Союза остаётся ещё 12 лет, есть, где развернуться, да и на одном СССР свет клином не сошёлся, мягко говоря, но про это очень осторожно и очень потом… На сцене я стоять не собираюсь, я буду другим давать работу, а они заработают мне на хлебушек.
А ведь я то ещё и не родился и даже моя мама не замужем, хм, и что она делает в Перми? Вроде учится в своём мед. училище, а папаня должен служить в Иркутске, вот же история, никакой фантаст не придумает. Выспаться коты не дали — орали полночи и прямо под окном. Вашу кошачью мать — другого места для случки не могли найти? Но мои возмущения могу оставить при себе, поматерился, зарядил покрепче кофе и с утра метнулся в магазин, что-то в холодильнике пустовато, точно, кто-то жрёт втихаря, пока я сплю.
— Здравствуй, Миша, что такой не весёлый, тоже котов слушал? — Вера, не надо вспоминать, я пять раз пожалел, что у меня ружья нет. — Да там и наш гуляет, если честно. Что хотел? — К чаю перекусить, сырок, колбаску, найдём? — Для тебя найдём, ушла в подсобку и через минут пять возвращается с пакетом. — 19 рэ. Даю четвертак — Сдачи не надо. Как там Лёшка? — С утра убежал к дружку, вроде на море собирались.
— Ты на послезавтра можешь выходной взять? — Могу, а что такое? — Бабулю мою хоронить будем. — Эээ… Ладно, скажешь время, соболезную. Киваю — Принято. Такая вот херня случается, картинно поморщился и выхожу. Простите, тут без театра никак, а её многие знают и будет правдоподобнее.
Так оно и получилось, с утра быстро записали, но только три песни, простите, не вписываюсь по времени. А потом еду прямо в морг — присутствовать пр выдаче тела. Спасибо Рустаму и Лоре, всё проплатили, всё «смазано» и машина поехала на кладбище. Пока отпел батюшка, пока закопали, уже и автобус стоит — погрузили с десяток бабулек и приехали к столовой. А там ещё столько же, ну и наших человек пять. Правильно я Веру пригласил — её многие знают, ну и меня вроде начали «вспоминать» и рассказывать, какая добрая и хорошая была Клавдия Павловна.
Ну да, сижу со скорбным лицом, киваю им, покушали, всем вручили по пакету с «помином» и так же развезли по домам, а я хоть взгляну на своё «наследство». Участок неплохой, соток на семь, но хатка вросла в землю и на треть обгорела и обвалилась. — И что с ней делать? — спрашиваю у Рустама. — Прописаться в первую очередь. Войти в наследство и полгода ждать, вдруг, кто объявится, а только потом можно продать или что другое. — Мдааа, не было печали. Найдём ремонтников, чтобы хоть крышу подлатали и дыры забили?
— Это к Науму, он на стройке работает, подзываю его и повторяю вопрос. — Найдём, ничего тут сложного нет, плохой саман разберём, новое всунем и крышу накроем. — Займись по дружбе, сколько стоит — скажешь. Ничего тут дорогого не надо, просто, чтобы до весны простояла и не развалилась. — Сделаем, сказал и опять молчит, золото, а не друг. О, вот и участковый — Здрасте. — Здравствуйте, вы и есть наследник?
Отзывает в сторону — Я капитан Соколов. — Михаил Фомин. — Скажите, а чего с ней то не жилось? — Где? — показываю на развалины? Я работал в Сибири, приехал только недавно, да и характер у бабули был просто ангельский, разве не знаете? — Дааа, ворчать она умела. Хорошо, прописка у вас есть, дом пока не продавайте, про полгода знаете? — Это да. — Михаил, если вдруг надумаешь, переходит на Ты, сообщи, хорошо? — Не вопрос, мимо не пройду. — Про тебя сказали, что музыкант? — Скорее, композитор. — Ну, это тоже хорошо, попрощался и уходит в машину.
Рустам подмигивает — Всё нормально, он в курсе, просто порядок такой. Ничего против не имею, с милицией ругаться себе дороже. Особенно в моём случае, так что улыбаемся и машем, как те пингвины. Сегодня надо заглянуть в ресторан, послушать, что там получается, а завтра меня ждёт товарищ Кобзон, с 10ти и до 12, потом уходит, специально предупредил. Постараемся не опоздать, вроде у меня и всё собрано, но кто его знает, всякое бывает.
В ресторан пришёл пораньше, а перед этим ко мне заскочил Артур. — Привет, не помешаю? — С чего, проходи. — Да у тебя вроде похороны были, как-то неудобно. — Брось, у бабули с Богом свои дела, у нас свои. — Вот про дела и хотел поговорить, записей подкинешь? — А что надо? Положил бумажку — Это есть?. Читаю — Всё не помню, вот это и это есть, тебе альбом или сборник? — Альбом лучше пойдёт. — По 500, если здесь, на выезд дороже. Поморщился — Да Рустам уже сказал…
— Артур, давай без обид, где выгоднее, туда и первое, ты же сам так работаешь. Рустам больше даёт, ему и сливки. Ты тоже свою поляну окучиваешь, чего нам ссориться? — Мишу Круга слышал? — Да, у него уже вовсю идёт. Вторая копия твоя, цена та же, берёшь? — Конечно, а когда? — Завтра я в Туапсе буду, к обеду вернусь, нууу, часиков в шесть заскочи, лады? — Ленту оставляй, никуда не пропадёт.
Он в одну сторону, а я рву когти до комиссионки — Простите, сегодня дел много. — Да уж наслышаны, прими мои соболезнования. Ну, не передумал о футболе говорить? Ты оригинал, Миша, так высказаться про курс доллара, это надо суметь. — Не мы такие — жизнь такая, вставляю бессмертный слоган и смотрю на неё. — Красиво сказал, сейчас я ему позвоню. Через 15 минут я уже вхожу в квартиру помощника капитана Игоря Васильевича — Добрый день! Простите, не смог раньше. — Добрый, Миша. Да что ты ты, мне Римма сказала, такой день.
Повторяю про дела мои и дела бабушки, он хмыкнул в усы и приглашает в зал. Ты вовремя успел, мы через четыре дня отходим на Гамбург. Что интересует? Про курс ты в курсе? — улыбается своей шутке. Да, в проспектах всё красиво, но я сильно картинки не разглядываю, а сразу нахожу, что мне надо. А он с интересом за этим наблюдает, мля, вот так шпионы и прокалываются. А как раз и есть засланец из другой страны и другого времени, разве не так?
Хрен с ним, пишем на листке: Синтезатор «Марк-5», красную гитару «телекастер», кассетную приставку «Акаи», катушечник на 4 дороги «ТEAC-22», блок барабанных эффектов «Ямаха», пять знаменитых микрофонов «Шур-58» и на концерты небольшой синтезатор «Роланд». Ну и кое-чего по мелочи, всего на 6560 зеленью. — Хороший заказ, у меня столько не просят. Тогда и скидочку сделаю, как оптовому покупателю. Если в магазине скинут, то что докупить? — Струны берите, они враз уйдут, именно для гитары и баса.
— Песни хорошие пишешь, дочка вчера в ресторане была, так просто в восторге. Показываю на журналы — Потому и к вам пришёл, без качественной техники ничего не сделаешь. Вы там долго будете? — 15 дней по плану, а там сам знаешь. Но обычно всё проходит ровно. Забирать будешь сам, мы в Новороссийск приходим. Показывает калькулятор — С тебя 24. 600 округляем до 25ти, согласен? Послезавтра до обеда крайний срок, потом я уеду в порт. — Понял, всё будет. Как раз завтра ещё подработаю и приду. Но это не всё, только первый заказ, я не прощаюсь.
Улыбается — Я примерно так и понял, посидели ещё минут 15, поговорили о заграничной жизни и мне пора. — Жду, но звони перед приходом. Иду в кабак и по дороге прикидываю свои накопления. Где — то 15 у меня будет завтра, когда Артур принесёт. А ещё 10 заработаю? Посмотрим на Иосифа Давыдовича, если всё пройдёт нормально, то как раз десятка будет, а то и больше, с трояка начнём и чуть скинем. Но и Роза у нас в резерве, что скажет с дипломом и как договоримся? Думаю, что прорвёмся, в крайнем случае, попрошу в долг, но аппараты нужны и тут торг неуместен.
Вот и музыканты — Всем привет! Ну как настроение, песни пошли? Алик доволен — Шесть, это уже солидно, сегодня и обкатаем. Смотрю на Анжелу, а она показывает глазами на дверь, понятно, отойдём. Выходит за мной — Давай, хоть познакомимся? — Обязательно, нам долго дружить. — Хотелось бы. Я поговорила с мамой, намёками, но меня поняли. Сегодня — завтра она наведёт справки и передаст ответ. — Прекрасно. По семейным обстоятельствам я не могу работать по старым документам, один раз уже отучился, но давно. — Роза примерно так и сказала. И про песни тоже.
Михаил, а для меня лично что-то можно написать? Я куплю их сама. — Хорошо, поговорим подробно, что ты хочешь и что нравится, это же не носки покупать. Хотя и их не сразу подберёшь, Идём обратно и все делают вид, что так и надо. Алик кое-что уточнил по медлячку, проиграл с ним куплет и понял, где засада. — Всё, коллеги, не отвлекаю вас, завтра меня до трёх в городе не будет и не ищите.
А вот и Роза — Ты пришёл? Да, Анжелу уже видел и мы поговорили. — Очень хорошо, подожди и что-то выяснится. Завтра едешь? Да, часов до двух должен управиться, меня похороны выбили из графика и дел куча. Так что сбегаю и до завтрашнего вечера, даже девочек сегодня не послушаю, оставляю это тебе. Улыбается — Спасибо, что доверяешь. Довезти? — Да пройду, что тут три квартала, заодно и промнусь. — Еда то дома есть? Смотрю на неё — А как ты догадалась?
— Да что я, про мужиков не знаю? Свой дома есть — не скажешь, не спросит. Чего тебе? В общем, пришлось ехать на машине — с кастрюлей переться по городу как-то не очень красиво. Зато у меня есть еда и не на один день, что ещё для счастья надо. Ладно, будем зарабатывать денежку, заряжаю катушку и записываю Артуру своё пение. Рустам послушал и удивился — Не знал бы про тебя и не догадался, почти не похоже. Но так даже лучше звучит, такой крутой мужицкий голос. Ещё будет? — Позже, пока с этого сливки снимай. — В Москву и в Питер зашлю, по паре тыщ уйдут, обещаю. — Уговорил, две с полтиной моих.
О, а он же мне их ещё не отдал, отлично, ещё прибыль ожидается. Улёгся в двенадцать, но три стороны закатал, приеду и добью остальное, отбой. Посадка вышла по плану, жмём руки и покатили. Врубил с магнитофона кассету с моими песнями и Наум понятливо улыбнулся — Годится. Мне запишешь? — я никому, не бойся. Нормальные песни и жизненные, вот чего их запрещают? А ведь сами дома и слушают такие. — Ты у меня спрашиваешь? В этом то и вся засада — с трибун одно говорят, а живут по другому. И вообще, давай о любви, о бабах, накуй больное расчёсывать, уселся поудобнее и смотрю по сторонам.
А посмотреть есть на что — горы, природа, красота. Я вроде сюда и раньше приезжал, а как-то не очень разглядывал, всё суета и суета. Сцуко, за это время всего два раза на пляже был — вот куда это годится? Это тем рассказать, которые завидуют, что живёшь у моря — хрен поверят. А буду в Москве? То-то они и хвастуются, что чаще местных берег видят и купаются. — Ты в Туапсе нормально ориентируешься? — Да бываю там, найдём, нет, так спросим, город не такой и большой. А мы надолго? — Дают два часа, должны управиться. Тогда я в магазины скатаю, мне друзья леску заказали.
А в гостинице спрашивают, кто и куда? Оказывается, тут пропуск заказывали и на моё имя, поднимаюсь на третий и стучу в дверь — Доброе утро, Иосиф Давыдович. Михаил Фомин. Подаёт руку — Приятно познакомиться, так вас и описывали. — Надеюсь, в хорошем смысле? Улыбается — Нелли доверяет своей преподавательнице. Да и смысл обманывать? — Точно, никакого. Я хотел вам песни показать, возможно, что-то и заинтересует. — Точно для меня? — Старался как-то попасть в струю, хотя вы человек многогранный, кто знает?
— Ну показывай, усаживается в кресло и смотрит, как я разворачиваюсь. — Это демо-запись, так что особого звука я не наворачивал. Начинаем с Круга, сидит и внимательно слушает. Стоп. — Интересно звучит. И на романс смахивает и на шансон. Хм, узнал, грамотный дядька. — Так и старался, чтобы дома спеть и со сцены послушать. — Стихи твои? — Совместные с одной дамой, но она не публичный человек. Кстати, тут можно и даму пригласить и спеть дуэтом, мы так и пробовали.
— Да? А ну ещё разок… Включаю и поясняю, кто начинает первым, кто второй, помню же этот клип с Цыгановой. — А интересная мысль. И сколько ты просишь? Не хочу вас обижать малой ценой, но и грабить совесть не позволяет, у вас же маленькие дети — по три за штуку, но можно и поторговаться. — Хорошее начало, издалека зашёл…. Давай на Ты и крути дальше, показывает на магнитофон. А тут у меня малининский хит про берега, с оркестровкой и моим голосом, но без надрыва, постарался попасть в тональность «клиента».
Прослушал куплет и смотрит на меня с удивлением. Слушайте, слушайте, мне надо вас обязательно заинтересовать, потом всё окупится, слово Кобзона для других дорогого стоит. И эту исполнили. — Миша, это вещь! Беру без разговоров, хоть сейчас на сцену, но… Пока не утвердят в программе лучше не нарываться, даже мне. Ещё? — Пока третья и крайняя, остальное у меня в другом ключе, танцевальное и молодёжное. Ну и «Чистые пруды» на десерт, человек хоть и родился на Украине, но теперь то москвич конкретный.
И эта зашла, прослушал раз, попросил ещё крутануть и притих. — Вот как стою там и смотрю на воду, точно ухватил смысл. Отлично, Миша, подаёт руку. Напиши мне ещё то-нибудь в этом ключе, москвичи такое оценят. — Да у меня наброски есть, постараюсь добить и тебе покажу, скоро приеду в столицу. — Сейчас дам визитку, звони. Ну и помогу, если что… — Вот это не помешает. Намин мне обещал, но у Кобзона то горизонты другие. — Да не скажи, микояновские в Москве ещё вес имеют.
Кофе — чай. — Давай кофе, рано встал. — Сам такой, но у нас ещё время есть. — Ты чем задумал в столице заниматься? — Музыкой, чем ещё, лесорубом я уже был. — Тыыы? — Ну да, из пермских краёв перебрался на юг, бабуля у меня там жила. Хочу студию организовать, свою музыку записывать, ну и группу иметь, чтобы всё это спели. — Ого, круто наметил. Справишься? — Надеюсь на помощь друзей, сам же про микояновских сказал. Смеётся — Ты же не армянин, туго будет.
— Теперь у меня и украинские есть, поднимаю чашечку и улыбаюсь ему. — Верно мыслишь. Песни у тебя хорошие, привози, не сам возьму, так другим порекомендую. Идёт в спальню и вносит мне девять пачек по тыще — Всё верно? Пересчитываю — Как положено. Подскажи, чего бы хотел услышать? — Даже так? А что там у тебя молодёжного, можно узнать? Нуу, этого у нас есть, ставлю кассету и слушаем девчонок. Прогнал три — А что, свежо и необычно. Для нас, конечно. Да и на Западе слушалось бы очень хорошо. Где писал? Опять кидаю версию про побег из «курятника» и вот успел только «минусовки» вывезти.
— Верю, знакомая история. А если для Пугачёвой написать или для Ротару? — И попасть на раунд женского бокса? — Как? И тут я услышал, как он смеяться может. — Миша, ты попал прямо в точку, у них любовь «взаимная». — Я так думаю, что Алла Борисовна найдёт себе авторов. Да и Софья Михайловна не страдает, я ещё выбрать не могу, если честно.
Что посоветуешь? — И попасть с ними на ринг? Неее, я своё уже там отпрыгал, теперь у меня микрофон в руках, а не перчатки. Всё, жду звонка, приезжай, мои двери открыты — правильно написал. Проводил меня до самой машины и даже пожал руку Науму — Доброй дороги, телефоны не потеряй. И привет Анне Андреевне…
…………
— И так, друзья, что мы решим, концерт будет? Сидим в кабинете у папы Регины, на столе напитки, чай и кофе и мы уже полчаса беседуем. Здесь Роза, Аслан, я, Пётр и сам Николай Кузьмич Коваленко. Пётр — это директор второго ресторана в городе, вроде как конкурент, но пока улыбается и вполне мирно настроен. — С начальством договаривались?
— С каким, Аслан? На моей территории выступите, просто для отдыхающих и всё. А если там кто с улицы забрёл, так всех не остановишь, заглянули на огонёк…. Думаю, что бесплатный пропуск снимет все вопросы. Ну а с артистами договоримся, ребят же надо чем то премировать. — Хорошо, когда? — Уже говорили, послезавтра, в 16.30, выступление полтора часа, потом перевозитесь обратно и можете работать дальше. Всем выгодно — и люди отдохнут и реклама вашим заведениям. А вы подвезёте буфеты, поставим, пусть прохладительные напитки, мороженное берут. Где-то к трём разворачиваетесь, пока туда-сюда, а народу то надо чем то заниматься. — Пиво? — А почему и нет, это не детский праздник.
Директоры повеселели, прибыль от пива и мороженного немного разная, потом обговорили мелкие детали и мы идём на территорию. Внушительная сцена — это куда такую забахали? На 400 мест зал, в смысле скамеек, ну и сколько хочешь стоячих мест вокруг. Смотрю на Розу — вытянем? Она к соседу — Пётр, твои аппаратурой помогут? — А куда они денутся… Только свести их вместе, чтобы на сцене не выясняли вопросы в последний момент. Ну и не исполняли одно и то же.
— Всё, созвонимся прямо сегодня. Михаил, что скажешь? — Споём и увидим, но выставиться надо за час, не меньше, чтобы всё было настроено. — Решим, раз уж согласились, Пётр улыбается в усы и смотрит на меня. Понятно, тоже что-то задумал, а я совсем не против, мне надо казну пополнять, на пароходе увезли почти всю наличность. Песен на всех хватит, осталось тут четыре дня до отлёта девушек, ну и я за ними двину, только вот дождусь «посылки» из Гамбурга.
Всё, прощаемся и пора домой, там у меня есть дела. У девочек репетиция, приду попозже, как раз сегодня Анжеле должны были позвонить и сообщить результат — получу я диплом или нет. — Михаил, ты же вроде на Толстого живёшь, садись, подвезу. — Спасибо, ловлю понимающий взгляд Аслана и иду к машине. За рулём он сам — Торопишься? — Не так, чтобы очень, но дела есть. Ладно, по пути поговорим. Догадываешься, о чём? — Если я не каменщик, то о музыке, так? — Угадал. Твои песни здорово подняли дела у «парусных», как насчёт других покупателей?
— Да я не в тюрьме — свобода есть, можно и поговорить. — Точно, город у нас маленький, надо как-то договариваться. Тормознули у какого-то сквера. Ты моим ребятам можешь песен продать? — Насколько я в курсе, у вас девушек нет? Для мужского голоса найду, надо с ними пообщаться, это первое. И второе — обговорить цену и кто платить будет? — А я как Роза, на себя возьму, а то они сегодня есть, завтра нет, на море шабашников хватает. Ломить не буду — по тысяче сговоримся и рапортички заполнять, это не обсуждается. — Годится. Ну а с ребятами завтра увидишься, хорошо?
Вот и решили, везёт прямо до дома и адрес не спрашивает. Ну да, в деревне то нашей, большая тайна, как же, прощаемся и я иду во двор. — Привет, Лёха, меня не искали? — Артур приезжал, вот передал ленты. Прогресс, уже есть курьер — Уплатил? Улыбается, понятно, у парня свой маленький бизнес. И мне удобно, не торчать под дверью и у него не пропадёт. Открываю дверь слышу звонок, бегу — Алло.
— Здравствуй, Мишенька, узнал? — Конечно, вы номер набирать стали, а я уже к дверям бегу, только приехал. Какие новости? — Ты в курсе, что мы 31го улетаем? — Да. Жаль, но что поделать. — Надеюсь, ты проститься то придёшь? — Обижаете, конечно. И даже с коньяком. — Сопьюсь тут с этим отпуском. — Да вы что, им не напиваются, им лечатся, мы же принимаем в гомеопатических дозах. — Ты смеёшься, я ещё помню такие профессии. Эти кумушки уже убежали, а я смотрю телевизор и звоню тебе. Всё, до свидания, и положила трубку.
И это всё? Странно, но что-то она хотела сказать… — Всем привет, киваю музыкантам. — Всё нормально? — Да, работаем. Машу Алику — Тормозните на перекур и разговор есть. Выступаем в санатории, вы в курсе? — Ребята из «Приморского» вам знакомы? Что играют? — Да как все, мы тут в одном котле варимся. Эдик у них на английском здорово поёт, это трубач. — Понятно. Зато вы на русском репертуаре всех нагнёте. Анжела, ты в курсе, что девочки через три дня улетают? Как ты, уже освоилась? — Да вроде да. Смотрю на неё и она чуть прикрыла глаза, ага, новости есть. — Ну что, тогда по кофе, раз уже встретились.
Пойду заказывать, выхожу и Анжела подалась за мной. Отсели в сторонку — И что нам скажешь? — Всё готово, завтра человек вылетает и к ночи будет здесь. — Сколько? Пять и тысяча за доставку. Хм, дорогие билеты, но я промолчу, спасибо и за это. — Давай так — я сам рассчитаюсь, Розу сюда не тянем. Скажи, если не секрет, ты здесь, а муж где?
Улыбается — Он и прилетит, заодно и дочку привезёт, я уже соскучилась. Понятно, через пять минут угощаю её и девочек, а сам прикидываю, денег хватает или нет. Вроде натягиваю и опять останусь пустой, вот же карусель нескончаемая. А ещё мне и трудовую надо — вот это пусть Аслан и сделает. И если всё получится, то уже можно настраиваться на вылет, а то зима приближается, а я ещё гнездо не свил.
Вечер у меня занят записью второго альбома блатняка. Первый пользуется спросом по всему побережью и не только здесь, Рустам посмеивается — Замучили вопросом, кто такой и где живёт? Да тут я, только никому не показываюсь. Как раз сегодня и приступим потрошить архив благо, там ещё много чего есть. Прикидываю и третий зарисовать, как раз с более цивильным шансоном и даже женский голос добавить, осталось только его найти. Но мне кажется искать недолго — у Лоры прекрасный грудной тембр, да и ноты она знает и на скрипочке играла.
Дзззз — Алло. — Это я, не спишь? — Пока нет. Что-то случилось? Сейчас приеду и расскажу. Хренасе, разговор, Женя, и что там такое? Вспоминаю такой же настрой у бабули и чую, что это не просто так. Ладно, быстро собираю секретную технику и ставлю чайник, чего время то терять, раз дама приедет. И точно — подвозят прямо к крыльцу. Ну да, в городе сейчас они самые популярные девушки, только скажи и на руках занесут, открываю дверь и жду.
— Проходи, прикрываю двери и принимаю сумку. — Домой подарки несу, вином угостили, сказали, что очень хорошее, выпьем? — А нужно? — Не знаю, буркнула и пошла в туалет. Хха, что-то совсем весёлое, надеюсь, без сюрпризов — Милый, я беременна?… Поплескалась, вышла — Ладно, давай чай. Это можно, наливаю ей и себе и приготовился к исповеди. — Я сегодня поругалась с бабушкой, из-за тебя, кстати. Молчу и смотрю, ты говори, говори, в такие минуты перебивать не надо, по опыту знаю.
Выдохнула и продолжает — Она сказала, чтобы я тебе рассказала. В общем, у меня есть парень, там, в Москве. И он зовёт замуж. У него есть квартира, машина и хорошая работа. Я улетала сюда и обещала, что мы подадим заявление. И вот появился ты, а я… Швыркнула носом — А я сплю с тобой, и ему вру и тебе, вот такая я дрянь. Миша, прости меня, но я не смогу петь у тебя в группе, я вообще запуталась. Села и тупо смотрит в стену, минута, две — Вот и всё. Проводи меня домой или такси вызови. — Да нет уж, пошли, где я тут буду такси ловить, это не Питер.
Встаю, одеваю другую рубашку и смотрю на неё — Ааа, всё, идём, допила чай и пошла на выход. Сумка! Поднимаю и несу, молча прошли до самого дома, она ещё постояла чуть — Ты не думай, я отработаю эти дни, взяла поклажу и ушла в двери. О, показалась в окне, понятно, уже дома. Ты стояла и думала, что я тебя уговаривать буду? — Неее, на такую хрень я уже давно не ловлюсь, ушла, значит, ушла, повернулся и пошёл домой. Краем глаза ещё вижу силуэт у окна, но не хочу оглядываться. Вот такая вот Санта-Барбара у моря и не надо в Калифорнию лететь, у нас не хуже.
Одиннадцать вечера, сижу с кружкой кофе, вот моя самая верная подружка, слушаю потихонечку записанное и в голове автоматически отмечаются огрехи. Да вроде и нормально звучит, ещё штук пять дописать и можно выпускать альбом в «люди». Подвела мне Женя, придётся планы менять, хотя я на неё и не сильно надеялся, но чую, что дуэт накрылся. Ира есть, но чуть голос у неё другой, более резкий и чем-то мне Свету Разину напоминает.
И неизвестно как она себя поведёт из-за сестры, а оно мне надо — проводить психологические опыты? Но последние дни пусть отработают и мне масть не портят, утром созвонюсь и попробую обсудить ситуацию. А пока я жду Васильевича, без инструментов и дёргаться рано и опасно.
Дззз, 23.26, кому там не спится — Алло. — О, Миша, добрый вечер, это Стас. Извини, что поздно, только в номер зашли. Нашёл я эту Анни и сегодня с ней говорил, записывай номер телефона, она завтра будет вечером дома. Ооо, круто, сижу и пишу… — Спасибо, с меня причитается. Как вы? — Да нормально, а твои песни вообще на Ура принимают, ты был прав. Я с ней общался без свидетелей и она заинтересовалась, остальное сам решай. От себя скажу, что девушка не глупая и без тараканов в голове.
Что у тебя с Москвой, определился? — Сижу и жду гонца с инструментами. Вы когда домой? — Завтра в Ригу на два дня и возвращаемся, второго будем в Москве. — Созвонимся, мне там квартиру надо будет снять, поможешь? — Не вопрос, были бы деньги и хоть напротив Кремля, шучу. Всё, пока, созвонимся уже из дома. — И вам привет, добрый человек, кладу трубку. Вай, вай, как хорошо и как вовремя, я даже перекрестился и отпил порядочный глоток. Сработала моя «закладка», ещё бы выяснить, как у Кобзона дела пошли и вообще отлично. А пока налаживаюсь спать, один хрен процесс уже сорвался и записывать буду только завтра.
Утро наступило рано, в семь рычал и страдал какой-то мотоцикл, потом уехал, но я уже на ногах, а в восемь сел за работу и не разгибал пальцев с грифа до 11ти. Но я сделал это, ставлю всё на запись и только сейчас можно передохнуть. Ну и звонок кинуть. — Алло. — Здравствуйте, Анна Андреевна, это Михаил. — Да я тебя сразу узнала. Соскучился? — Да, особенно по Ирине, он далеко? — Ирааа… — Привет. — И тебе привет.
Как настроение? — Ты про меняя или вообще? — Сама знаешь… — Понемногу собираемся, но два дня отработаем. — Вот и хорошо, я вечером зайду. Как сестра? — Сложно. Почему так говорит, я понимаю, что та где-то рядом. — Всё, тогда до вечера, привет. Ладно, я вас услышал, теперь звонок Рустаму и надо бы скатать к моему дому и взглянуть, как там дела движутся. — Привет. Держи, пива тебе привёз, чешское, суёт упаковку в руки. Ооо, годится, премного благодарны. Показываю на катушку — Готово, второй записал. — Да ты что? Класс, сейчас же звоню в Москву.
— Ты послушай сначала, а то хвалишь вслепую. Да я тебе верю, что тут фуфла не будет, но ставит и включает… — Новяк нужен? «Santa Esmeralda», «Supermax», интересует? — Ещё бы, сразу беру. — Есть сборник роковых баллад, всё отборное. Ну медляки всякие, «Отель Калифорния» и подобное. — Да возьму, чем копаться в лентах с выборкой. Почём? — Четыре за всё, много не беру. — Замётано, пиши. Ну да, тыщу, как минимум, я скинул. Но он тоже много мне делает, не надо наглеть.
— Ты куда сейчас? — К себе, а тебе куда-то надо? На хату скатаем? — хочу глянуть, что там делается. — Поехали… — Лора вообще чем занимается? Числится сторожем, а так дома возится. А что? — Она же поёт, хочу предложить записать пару-тройку песен блатных, есть там женский вариант. — Ты что, серьёзно? — А почему и нет, про шансон французский слышал? В принципе одно и то же, зато они там уважаемые артисты. — Ну я не знаю, ты сам с ней говори, это не сациви приготовить, это музыка. — Спросим, завтра будет на концерте и поговорим. Хочу три альбома выпустить и пока замрём и проверим, как пойдут, чтобы народ не переел сладенького.
А на доме работают, три мужика разобрали шифер и меняют стропила. Рустам одного знает — Привет, Боря, Наум был? — С утра, сейчас на работу ускакал. — Это хозяин, мой хороший друг. — Понятно. Что скажу — материал есть, сегодня выставим дерево, завтра кинем шифер. Столбы стоят, а промежутки саманом заложим и оштукатурим. Высохнет и ещё лет двадцать лет простоит, обещаю. — Ладно, я вас понял. С деньгами нормально? Да вроде не обижаемся, свои же….
Это хорошо, сели в машину и рулим обратно. — Ты там за машину спрашивал, не передумал? — Есть? — «Жигуль» предлагают, синяя «четвёрка». Задок малость помятый, но уже выправили. — И какие убытки? — Семь просят. — За побитую то? Не окуели? — Попробуем сбить, но это же море, тут цены круче. — А глянуть? — Можно и сейчас, заворачивает и катим куда-то на окраину. Понимаю, что тут особо не торгуются, но для порядка то надо. И колёса нужны, в Москве без них просто нечего делать.
Вот и приехали, а тут какой-то подпольный автосервис, большой сарай и в нём стоит парочка полуразобранных машин. — Шамиль, здорово, машину приехали посмотреть, не продал ещё? — Ты же сказал притормозить, я жду, а сам оглядывает меня. — Спокойно, это свой, не смотри так. Идём и осматриваемся. Ха, моя первая машина как раз и была «универсалом», катался года три, из них год точно её ремонтировал. Так что полез в неё и смело проверяю все закоулки, а они переглянулись и следят за мной.
Минут за десять обнюхал и вытираю руки — Семь, говоришь? Пять, это красная цена, а на две тысячи там будет матов, перечисляю «косяки», а у Шамиля глаза постепенно расширяются. — Эээ, он точно музыкант, не слесарь? — смотрит на Рустама. — Он мой друг и Аслана тоже. — Миша, бросай музыку, иди ко мне, больше заработаешь.
Шутку принимаю — Ты же сам потом скажешь, что я занудный и противный. Так что решим? — Давай шесть и я её покрашу, будет как новая. — Пять с половиной и твоя краска, но моё оформление, а? — Пять семьсот и оформляешь. — Уговорил, подаю руку — Пять шестьсот… Тот смеётся в усы — Ты случайно не армянин? — Нет, но поторговаться люблю, а то скажешь, что я тебя не уважаю. — Согласен, 5650, жмём руки и улыбаемся. Ну а потом пошёл уже деловой разговор — когда и какой колер?
Всё-таки последнее слово осталось за ним и дело не во этом полтиннике, а в принципе, тут мы друг друга поняли и остаёмся друзьями. — Ну ты и торговался, даже Шамиль удивился. — Надеюсь, не обиделся? — Да ты что, наоборот, доволен, человеку развлечение и вообще… Всё, я домой, хочу взять полотенце, плавки и прогуляться на море. Так и делаю, пару бутылочек пива с собой и настраиваюсь на отдых. Самое палево, но что делать, если в нормальное время мне некогда. Зато плюс, что с местами без проблем, люди есть, но в меру.
Иду и выглядываю, где приземлиться, о, вроде тут нормально, в паре метров лежит простынь и чьи-то тапки, но мне они не мешают. Пока раздеваюсь и устраиваюсь от моря идёт дама и с неплохой фигурой, на ходу отжимает волосы, но против солнца пока не вижу лица. — Миша, ну где бы мы встретились, привет. О, Лена — Привет, не узнал. В купальнике ещё не видел… — Да и я тебя в плавках, уселась и вытирается. — Пригревает. Купаться будешь? — Побегу и окунусь, только вот вырвался от всех дел. — Сама такая, полчаса как пришла. Хороша водичка, взбодрила, а потом нежно обняла и я с удовольствием окунулся и поплавал минут пять.
— Фуххх, кайф. Не против, если поближе перемещусь? У меня пивко есть, даже чешское, будешь? Будет, через пять минут мы уже накрылись полотенцами, лежим вполоборота, прихлёбываем пенное и говорим. — Как ты на завтра, настроилась? — Да я то нормально, а ты? Что-то Женя была вчера не очень в настроении, я всё боялась, что бросит петь и уйдёт на середине песни. — Бывает с юными девами такое, попадал, увы. — Скажи, насчёт Москвы — это верно? Да не смотри так — девчонки проговорились в узком кругу.
— Лена, хорошо тут, но это не моё, простора нет. И вообще я на ресторанной музыке не хочу задерживаться, не в обиду тебе сказано. Я хочу свою студию, свой ансамбль и пусть исполняет мои песни. А музыки сколько? Сейчас перелом, электроника выходит вперёд, кто этого не понял, тот опоздает. Ты слышала тот же «Chilly» с их синтезаторами? Какое богатство звука и ритмов, никакой оркестр за ними не угонится.
— Да уж… У меня пара альбомов записана, ты прав. — Я про это и говорю. А где мне тут развернуться? В ресторане это не востребовано, тут другие параметры, поверь, сам не один год отыграл в лабухах. Не обзываю никого, просто так нас зовут и и ты это знаешь. А ты хорошо играешь, это я честно говорю. — Спасибо, стараюсь. Даже второй орган купила, надеюсь с твоей помощью быстро рассчитаться. Да не смотри так — в эти дни «навар» хороший, а мне нужно долг отдать. — Ты что, ради этого денег занимала? — Нууу, хотелось выдать звук получше.
— Не ожидал, удивила, чокаюсь с ней горлышком. — Синтезатор не пробовала? — В прошлом году немного поиграла на «Роланде Джуно», хороший аппарат. — Для меня он уже простоват, я заказал «Марк 5», слышала про такой? — Нет. — В общем, это очень круто, ну и стоит, как крыло от «Боинга», это между нами. Пошли ещё окунуться, теперь уже минут на 15, уххх, хорошо поплескались, бежим на берег и падаем. — А ты вообще тут на постоянку прописалась? В смысле работы, не жизни…
— К чему вопрос? — Если мне в Москве клавишник понадобится — приедешь? Я знаю, что у тебя дочь, но вообще возможно такое? — Могу её к маме отвезти и приехать, но не на год. — Пффф, какой год, я про месяц-три, укрепиться надо, а на кого положиться? — тебя то я знаю, а других нет. Улыбается — Спасибо за доверие. Я с удовольствием, у тебя и мелодии и ритмы интересные, вроде и простые и тут же сложные, особенно в мелочах. Хм, внимательная девушка, подмигиваю ей и допиваю из бутылочки. — И ещё с Москвой не совсем точно, может, это и Питер будет, у меня и в Таллине есть интересная кандидатура на певицу, как раз сегодня буду разговаривать. — Ну ты и размахиваешься.
— Лена, московские с питерскими постоянно в контрах, а с моей музыкой я кому из начальников понравлюсь? Может, так будет легче проскочить, но это запасной вариант, пока Москва. — И как мужикам верить после этого, улыбается и сверкает глазами, а они у неё сине-зелёные, только сейчас это понял. А ещё с рыжим, вообще убийственное сочетание и она это это знает, вон как гриву щёткой начёсывает. Но пока у меня интерес чисто профессиональный, для секса у нас и Регина есть, вот завтра и увидимся, сколько раз прокалывался на подруг в ансамбле и опять?
21.10. — Алло. О, какой голос замечательный — Добрый вечер, это Михаил Фомин. — Да, я так и поняла, это Анни. — Красивое имя. Даже не знаю, с чего начать. Стас рассказал, что я пишу песни? — Да, хорошие песни, я была на концерте, мы с ребятами как раз работали в Юрмале. — Анни, я скоро буду в Москве и хотел бы встретиться и поговорить о музыке. Чуть пауза — Михаил, а почему именно я? — Мне твой голос и твоя манера пения нравится и есть песни для тебя.
— Странно, я не такая знаменитая и где ты меня слышал? Пропускаю щекотливый вопрос — Я могу тебе выслать демо-запись, послушаешь и скажешь своё мнение. Ты как к рок-н-роллу относишься, буги и всё такое? — Прекрасно, но на сцене мы другое играем. Ты же понимаешь ситуацию — комиссии и прочее. — И другое будет. Адрес сообщи, я кассету вышлю. — Записывай, диктует и боюсь ошибиться, повторяю дважды и диктую свой номер телефона. — Хорошо, я буду ждать. — Спасибо, всего доброго и надеюсь на встречу, кладу трубку и боюсь сглазить удачу.
А на завтра мы сидим за столом и разговариваем с Анжелой и её мужем. — Альберт, спасибо, вы меня выручили. По цене я даже торговаться не буду и завтра принесу деньги. — Миша, не торопись, помнишь разговор про песни? Ты мне, мы тебе и будем в расчёте. Смотрю на неё, потом на мужа и чуть не подпрыгиваю, такой вариант меня вообще устраивает на 500 процентов. — Неожиданно, но согласен. Если это только для тебя, тогда по две тысячи, устраивает?
Они переглянулись и муж кивает. — Конечно, а пять песен — это уже серьёзно, я могу выступать в какой-нибудь программе. Тогда я выслушиваю ваши пожелания и готовлю товар, простите за простоту. — Мне бы что-то такое, не сильно ресторанное, я всё же на сцене выступала, это так, временное, чтобы Розу выручить. — Сегодня концерт, вы отработаете вечер, а завтра выходной и мы встретимся у меня дома, а я уже приготовлю кое-что.
На этом и сговорились, беру диплом, вкладыш с оценками и снова встречаемся уже в санатории. Выхожу от них и чуть не в пляс бросаюсь, десять тыщ я освоил, уж песен мне не жалко. А по её голосу и манере у меня и кандидатка есть — наша «императрица» как раз из тех краёв и примерно с такими же данными, вот её и ограбим. Опять же и мне выгода, будет петь на сцене — вот и реклама нашей фирме «Продам ноты». Всё, дуем домой, ещё три часа имеется и потратим их с пользой.
Крутимся, вчера полночи писал музыку Рустаму, последний альбом так вообще уже без меня выключался. Пока умывался и ещё одну ленту закатал, денежка просто так не даётся, зато на машину у меня уже отложено. Ну и на права, обещали за тысячу сделать, прежние то остались Там, как и моя машина. А если бы я на колёсах был, я бы сюда «попал»? Даже гадать не хочу, лучше очнуться на лавочке, чем в кювете и не совсем здоровым, бррр.
Вот и санаторий, ого, сколько народа собралось, все места заняты и вокруг стоят. А на сцене знакомая суета, настроили гитары, проверили микрофоны и теперь уже ждут начало. Состыковались и те и другие, написали список, чтобы не пересекаться, ну и примерно равно количество песен спеть. — Здравствуйте, Михаил. — Добрый день, Пётр Иванович. Вы решили послушать вдвоём? — Да, Анна даже с работы ушла пораньше. Как мои звучат? — Всё хорошо, настроились на рабочий лад, пусть у людей будет праздник, да и они себя покажут, какому музыканту это не лестно.
Ладно, эти пошли на места, а иду на своё, как раз там и Анна Андреевна сидит и меня ждёт. — Ты вовремя, а то уже просили уступить. — Не надо, я уже пришёл. Как вы, всё видно? — Видно и слышно, даже слишком. Как настроение после беседы? — Вы про Женю? Ничего страшного, выговорилась и пусть ей будет легче, а мне наука на будущее. Надеюсь, мы с вами то не ссоримся? — Мишенька, я уже вышла из того возраста, чтобы ругаться с мужчинами. Мы продолжаем дружить, вот тебе все мои питерские телефоны — звони и не стесняйся, всегда буду рада.
О, началось… на сцену вышел сам директор и объявляет начало концерта. А там и Регина рядом, мы уже виделись и она всё поняла правильно. Ну, тогда послушаем, выходят все музыканты, кланяются и остаются наши конкуренты, так сказать. Послушаем, заодно прикинем ваши голоса и что вы умеете. А потом я раздам всем песни, получу денежку и сваливаю в закат, что-то местная жизнь мне становится слишком скучной. С девочками я накоротке переговорил, спокойно, без споров, предупредил, чтобы песни без моего разрешения не пели и вообще, время покажет — встретимся мы ещё или нет.
На завтра они улетели, а ещё через два дня я получаю машину и права, рассчитался и решил её обкатать. А чтобы было не скучно, пригласил Регину и уехали мы на три дня в уютный посёлок Инал, где сняли домик и предавались отдыху и разврату. А какое здесь чистое море, я одевал маску и нырял, шикарно, шныряют рыбки и даже маленькие крабики бегают по камням. Вечером я сидел на веранде — играл на гитаре и собиралась компания из отдыхающих и аборигенов, лилось вино и хрустела немудрёная закуска.
Наконец нас нашли — приехал Артур и сказал, что пришёл теплоход «Пётр Васин». Таак, сворачиваем отдых и буквально за два часа мы выезжаем обратно, наступают трудовые будни. — Васильич, приветствую! Привет, Миша, хлопаемся по рукам. Ну что, я доставил, так что забирай, дома проверишь, коробки вскрывай аккуратно — повезу на обмен. — Да ладно, будем надеяться на лучшее. — Там сделали скидку, я в коробку всё сложил, увидишь букву «СК», это оно.
Понятно, мы потому и приехали на «РАФике» санаторном, спасибо Коваленко, ну и немного дочке. В тихом уголочке порта перегружаем всё в машину, он лично провожает до проходной, что-то всунул дядьке на воротах и мы выезжаем. — Ну, удачи. — А вам спасибо и я не прощаюсь. Всю технику размещаю в уютной комнате санатория, выделили мне тут помещение по доброте душевной. Светиться в ресторане не хочу, пригласил втихаря Лену, проверили не спеша, ура, всё работает!
Ну что, сели в сторонке и отдыхаем с кофе в руке. — И когда? — Квартиру мне там сняли, так что пара дней и я выдвигаюсь. Как только найду гнездо и чуть осмотрюсь — звоню тебе. — Поняла, пока отвезу ребёнка, пока что, нууу, дня четыре-пять, не меньше. — А жильё? — У меня двушка, на первое время поместимся, а там видно будет. Тут уже спасибо Стасу, и снял и уже оплатил на месяц, а там и я подъеду. Вот ещё бы и с приездом решить вопрос, аппаратура стоит бешеные деньги, не потерять бы в дороге и голову вместе с ней.
Еду к Рустаму — он тут поопытнее в дорожных делах. — Выкупай купе целиком, грузи всё и приедешь спокойно. А машину тебе пригонят — есть ребята, которые этим занимаются, уплатишь и получишь в Москве через сутки. Вот прямо к вокзалу и прибудут, чтобы тебя встретить. На трассе машины с южными номерами менты просто обожают. А какая уверенность, что не шепнут, кому надо насчёт твоего импортного груза? Ты и эту всю обмотай бумагой для маскировки, не свети этикетками.
— Всё, уговорил, я иду за билетами, а ты звоню своим гонцам. Через два дня я закрыл всё свои долги и выполнил обещания, упаковал деньги, гружу аппараты и на том же фургоне качу в Новороссийск. Вроде слёз никто не лил, дом доделают — тут я Науму верю, хату сдал, всем пожал руки и до свидания, Геленджик.
В три часа дня я загружаюсь в скорый поезд и через сутки с небольшим прибуду в столицу нашей Родины. Интересно на неё взглянуть перед Олимпиадой, а ещё бы посмотреть на того «Большого Мишку», думаю, что осталось совсем немного и меня ещё куда не запулят лет на сто, шутка.
Повезло, что в соседнем купе едет какой-то милицейский начальник с женой и детками, мы огляделись, засвидетельствовал своё почтение и завалился отдыхать. Надеюсь, воры ко мне не вломятся? Хотя Рустам передал «противоугонку» — моток медной проволоки, заматываешь на ночь ручку и двери отодвинуть нельзя. — Бери, проверено, у меня родственник так цветы возил, по дороге хватает желающих облегчить карманы. Нууу, кто со специалистом спорит, так что запасной вариант у нас есть. Так на ночь и сделал, а потом на ноуте посмотрел кино и завалился спать.
Уж не знаю, моя хитрость помогла или полковничьи погоны соседа, но никто ко мне не ломился и я прекрасно выспался. Вот и вокзал, выглядываю в окно и вижу своих «ковбоев», плюс парня с картонкой в руках, где написано — «Фомин». Ты смотри, всё как в кино голливудском, кричу в окно — Я здесь, и поезд останавливается. О, проходят в купе — Привет. — Здаров, как доехали? — Всё нормально, машина ждёт, даже две, кивают на парня.
— Вы Фомин? — Я. А ты от Стаса? — Да, я Паша, водитель. Он занят, просил извиниться, и я вам квартиру покажу. Показывает на ящики — Ну и помогу, конечно. Прощаюсь с соседом — Всего доброго, а потом начинаем трелевать багаж на перрон. Нанимаем дядьку с телегой и идём рядом, чтобы ничего не уронил, заодно и поговорить. — Паша, а где хата? — У «Динамо», нормальная, я там был. Примерно район припоминаю, не самая глушь в Москве, на месте взглянем. Хотя не думаю, чтобы Стас мне какое гуано подсунул, нам ещё дружить не один день.
Его сейчас поприжали, деда нет и «крыша» отпала, на диски не пишут, так что мы «обречены» на дружбу и оба это понимаем. Ничего, прорвёмся, дайте только закрепиться, а детали он лично уточнит.
Вот и квартира, Паша открывает дверь и мы затаскиваем всё в коридор и дальше. — Парни, надо бы где перекусить, подскажешь? Показывает в окно — Вон столовка, нормально кормят, я тут жил через квартал, на Юннатов, и квартиру тоже я искал, чтобы с гаражом была. — Ооо, буду знать, с кого спрашивать, подмигиваю ему. Всё, спустились и через пять минут уже сидим за столом. У ребят ещё четыре часа, щас на метро, метнутся по магазинам и на поезде обратно. Денег отдал, по рукам и прощаемся, а с Пашей вертаемся назад.
Стоим на балкончике — Слушай, хоть покажи, что тут и где? — Вон там гастроном, за ним баня есть, даже с парилкой. Метро в ту сторону и там Петровский парк. Я тебе и карту Москвы купил, а вечером Стас приедет и про работу расскажет. Да, телефон работает, номер там записан, ну и адрес, чтобы не заблудиться. — Это надо, тут не Геленджик. Порылся по шкафам, пустовато. — Надо бы рыльно-мыльного и постельного прикупить, покажешь? — Поехали… Даже и перееду куда, пусть запас будет, сейчас перемещаться легче, в машину погрузился и вперёд.
Он уехал, а я вернулся домой, набираю номер и прозвонился Рустаму, мол, добрался и жив-здоров, запиши номерок для связи. А теперь хоть распихать хабар по углам, потом наведаться в гастроном и прикупить харчей на первое время. Стас появился почти в восемь — Миша, привет. Извини, в Можайск ездили, договаривались с концертом. Как жильё? — Пока нормально, а с деталями жду тебя. Кофе?
Сидим с кружками и он излагает диспозицию. Есть место в Институте Культуры. Большой и известный, кто тут только не учился и не учится. Вышли на самого ректора, в своё время мой дед ему помог приподняться, ну и он не забыл. — И кто я буду? — Там у них огромный концертный зал есть, а при нём и должность начальника студии. Диплом у тебя есть, в санатории ты примерно по этой теме и работал, ну и вообще его попросили помочь. Это он про запись в трудовой? — имеется, спасибо Регине и папе.
— А что за студия? — Тренируют студентов, а в основном записывают учебные ролики и прочее. Не сильно нагружено, главное, что пульт, оборудование и помещение. Ну и должность, пусть и не сильно большая. И ещё большой плюс про прописку, хоть и временную, но она будет. А там и до постоянной недалеко, будут смотреть на успехи. В общем, завтра мы едем на встречу с ректором и он на тебя посмотрит. Нас ждут к десяти, я в девять буду, тут не так далеко, почти у Химок, но на этом берегу, новые корпуса только строятся. У них даже общага для преподавателей есть, это уже на крайний случай и для прописки.
— Я тебя понял, начинаю гладить шнурки и чистить ботинки. — Да нормальный он дядька, кстати, можайский, мы как раз там и были. Показывает на коробки — Это оно? — Оно. Скажи, сейфы продают? — Думаю, что да, надо у Паши спросить, он у нас типа завхоза и мать экономистом работает. Рассказывает про Юрмалу, про Анни, чёрт, надо бы ей дозвониться, мой косяк. — Стас, буквально пару дней на устройство и оглядеться, а там начнём работать, время — деньги.
Вам диск светит? — Да кто бы знал, там всё вперёд на год расписано. Да и мы сейчас в штрафном списке, только вот ездить начали и от по окрестностям. — Да и насрать — запишите магнитоальбом, враз по стране разойдётся., вот вам и реклама и зрители, если куда приедете. Ну а они вам денежку принесут, всё связано, брат. — А твои планы? — Группу создать, но это одно, а вообще пока буду песни подкидывать другим, у меня их много накоплено.
Только не спрашивай, почему? — там сложная история, поверь. Я только вроде на юге дуэт нашёл, ты их видел, бац, обнаруживается, что у одной лямур страстный и несчастный — всё, финита всей работе. — Хха, ты мне говоришь? Пару раз пробовал и всё мимо, то влюбилась, то разлюбили, начинай сначала. Потому у меня и ребята поют. — Надеюсь, что в институте таланты найдутся? В общем, дай хоть две ноги на землю поставить и отдышаться, а там я развернусь. Песен то надо? Да можно, мы тут подработали на такое дело. — Всё, сговоримся…
Провожаю его и жду завтра, а пока надо устроиться и первая ночь на новом месте. Анни дома не было, но передал её маме номер телефона и будем ждать звонка.
09.15. — Привет. — Привет, опоздал малость, на заправке встряли. Ты готов? — Как пионэр, едем, или перекур? Решили отдохнуть три минуты. — Я со своими по телефону поболтал, запишем альбом, ты прав. Песен набираем, но две-три новых не помешает. — Вот сегодня и займусь, пока ничем особо не занят. Вам быстрые, медленные? — Хорошие, смотрит на меня чёрными глазами и улыбается. — Отгрузим, подмигиваю ему. — И сразу покажи, где тут контора ВААП, это первый шаг.
Через полчаса мы приехали к институту, а тут просто городок целый, даже и не подозревал. — Пошли, я тут был и не раз, одна подруга училась, повозил её на занятия. Рулим прямо к кабинету ректора — Добрый день, у нас на 10 часов встреча, Фомин и Намин. — Я вас узнала, подождите, у Леонида Павловича посетитель. Доволен, по лицу вижу, это не Анапа, где его не все узнают. Минут через десять вышли двое и прощаются. — О, Стас, вы уже прибыли? Проходи. Надежда Фёдоровна, принесите нам что-нибудь прохладительного.
Усаживаемся и смотрю на него — Вы Фомин, так? Звонил я тут кое-кому, уж простите, ваши песни хвалили. О, а кому? Продолжает — Я рад, что у нас страна полна талантов и они приходят в наш институт не только учиться, но и работать. Что вы заканчивали? Подаю диплом, оглядел и отдаёт назад — Известное училище. О студии вам уже рассказали? — В общих чертах. Есть, вносят поднос с лимонадами и соками — Угощайтесь. — Работа для специалиста не сложная, думаю, что вы быстро освоитесь.
А как с сочинительством? — Буду работать. Здесь есть специалисты — обращусь за помощью, если что. Хочу в Союз Композиторов вступить, так что пишу сейчас кое-что серьёзное. — Даже так? Похвальное желание, Михаил, эээ…Егорович. Ну что ж, тогда прошу в концертный зал и я вам сам покажу наши богатства, заодно и прогуляюсь. Стас, как прошли концерты? — Всё хорошо. А через два дня в Можайске выступим. — Может, и приеду, но точно не обещаю, хотя посетить друзей бы не мешало. Ааа, Стас шепнул, что он там много лет партией руководил, тогда ясно.
Прошли по коридором, на нас поглядывают, но он здоровается со всеми и не зазнаётся. Вот и зал, солидно тут, встроили ещё про Сталине и пространства не жалели, мы говорим, а я прислушиваюсь к акустике. — Что, нравится? — Голоса хорошо слышны… — Умели строить, усилителей особо не было, полагались на голос и слух.
Прибежала дама — Здравствуйте Ольга Ивановна, вот наш руководитель студии, я вам говорил. Он и техник и композитор и музыкант, думаю, что сработаетесь. Видите, какие у него друзья? — кивает на Стаса. — Да я сразу узнала, здравствуйте. — Покажите ему студию, я уж подниматься не буду, а потом вернётесь в приёмную и напишите заявление, кивнул и вышел.
Улыбается — Тогда давайте по-простому, я Ольга. — Михаил, а это Стас, очень приятно. Ведите… О, у них немаленький тут зал для музыкантов, вижу стекло аппаратной, а там приличный пульт и даже «Тесла». Контрольные динамики такие-же, микрофоны, понятно, комплектом поставляли и ещё не сильно старый. — Солидно упаковано. — Да, выбили при ремонте зала, как раз с приходом нашего ректора совместилось. Магнитофоны венгерские, стоят две большие тумбочки, ну и комната для инженера и вроде как для отдыха небольшой кабинетик.
Всё, я его захапаю себе. — Какой штат? — Руководитель и техник, он сегодня в отгуле. — А что с прежним? — На пенсию ушёл, с 47го года тут, пора отдыхать. Да нормально у нас, Михаил, сработаемся. Вы же и песни пишете, так? — Ээээ… — Да просто фамилия знакомая, у меня подруга в репертуарном отделе сидит. — Ценная подруга, я вам скажу, улыбаюсь и смотрю на Стаса. Ага, поглядывает на часы, ему ещё по делам, тогда прощаюсь, а с ней идём в приёмную, вроде она мой номинальный шеф и должна всё показать.
Написал заяву, потом они ушли к Боссу, а я сижу и жду. Пока мне нравится, а по работе посмотрим позже, вроде и Босс нормальный и Ольга приятна в общении, но… Всякое может статься, уж за свою жизнь я многое повидал. Заявление подписали, потом иду в отдел кадров и началась обычная бодяга — анкеты, направления на комиссию, и прочее, куда от этого денешься. Оторвался от них через пару часов и выхожу на улицу.
Стою у машины и слышу со спины — Здравствуйте. О, знакомое лицо — Здравствуйте, мы же в поезде ехали рядом, так? — Да, я Инна, учусь здесь. — Вообще чудо, а я на работу устраиваюсь, рад землякам. Какой курс? — Только второй. — Уже ветеран, я тут всего три часа. Подвезти? — Да я папу жду, должен приехать. — Я Михаил, буду в концертном зале работать. — И с Наминым дружите? — Да, и давай на Ты, я ещё не пенсионер. — Хорошо, я запомню.
Сигналят и около нас останавливается милицейская «Волга». Он смотрит в окно, а дочь кричит — Смотри, кого я встретила, это из поезда, помнишь соседа? Он даже вышел — Здравствуйте, я Михаил. Неожиданно, но рад встрече — буду здесь работать. — Во, дела, кто бы мог подумать, а я Андрей Петрович, жмёт руку. — Извини, тороплюсь, но мы ещё увидимся, земляк, Инна, едем, времени нет. — До свидания, Михаил, она кивает мне и прыгает в машину. Вот точно говорят, что, Земля круглая, кто бы мог подумать, сажусь в машину и поехал.
Из дома звоню одному знакомому — Добрый день, это Михаил Фомин, могу я Иосифа Давыдовича услышать. Да? А когда будет? Хорошо, номер мой запишите, я дома. Спасибо, жена сказала, что перезвонит. Ну а я звоню тому Паше и спрашиваю насчёт сейфа. Есть такое и даже сегодня можно взять, сказал адрес и это не так далеко от меня. Нормальный сервис в Москве, через три часа с копейками три мужика заносят мне железный шкаф и ставят в спальне, чтобы народ не смущать.
Мерси, плачу денежку и имею хранилище для дефицита. Понятно, что не супер-защита, но всё лучше, чем лежать в сумке. Только вышли и звонок — Алло. — Это Анни, привет. Я вчера очень поздно приехала, а сегодня уже второй раз звоню. Тебя можно поздравить? — Вроде того. Как демо? — Интересно, мы послушали и не один раз. — Я тут на работу устраиваюсь и в первое дни не смогу вырваться к тебе. — Зато я могу, через пять дней буду в Москве и потом поедем в Рязань, у нас там выступление.
— Прекрасно, вот и встретимся. — Да и спокойно поговорим, телефон не позволяет много сказать. Что тебе привезти? — Сама приезжай и это будет лучший сюрприз. Смеётся — Хорошо, я ещё перезвоню и может, поздно вечером. — Звони, у меня тут никого нет, ворчать не будут, до свидания. До свидания, Михаил. Тааак, уже теплее, тогда распечатываем технику и надо готовить записи. Пока всё вытаскиваю, понимаю, что усилитель нужен, с наушниками много не усидишь.
И где такое щастье бродит? Брать «Электрон» совсем не солидно, хоть и дёшево, а фирму ещё купить надо, вот же засада. Да и в три рубля не уложишься, модно и наш купить, только приличный и стерео. Ладно, день потерпим, а потом решим, всё раскладываю в спальне, просто нашёл в кладовой чертёжную доску и кладу её на кровать. А что, нормально получилось, теперь всё выставить и соединить. Начнём с Намина. И кого мы ограбим, пардон, попросим поделиться? Начали то они не плохо, но что-то потом покатились в попсу, решил Стас не бороться с системой и зарабатывать деньги?
Лады, это ваш выбор, тогда тряхнём «Землян», и первая пошла про землю в иллюминаторе. Если хорошо сделать, то тут и рок и мелодия и слова вполне патриотичные, откладываем в память. А если вот эту про бродячих музыкантов? Только припевчик исправим, чтобы Пол нам иск не выкатил, а так вполне нормальная песня. Листаю трек-лист, о, вот эта? «Спасательный круг» очень даже сгодится, и модно и слова хорошие. Ну, кое-что подчистить про молитвы и Бога и сгодится.
Три есть, а на «бис»? А почему бы им не спеть про простых романтиков? Одна похожая есть и вторая будет для пары, послушал — да вполне и прилично и даже демократично, берём. Ну а теперь обработаем мелодии, а потом накатаем на них голос и можно встать в кассу за гонораром. Шутка, в двери ВААП мне нужно, вот с этого и начнём продажу. Опаньки, а машинки то у меня нет, но она есть на работе, в кабинете у Ольги видел. Хорошо, пока накарябаем так, а там перепечатаем. А вот ноты перепишу сам, никому не доверяю.
Перекусить бы, Миша, а то на голодный желудок и мысли тоскливые, соорудил яичницу с колбасой и томатами кубанскими и уже как то на душе стало веселее. Дззз — Алло. — Михаил, привет, это Иосиф, только вот в двери зашёл. Я так понял, что ты уже здесь? — Да, вчера приехал, а сегодня уже на работу устраиваюсь. — К Леониду Павловичу? Звонил он мне, наводил справки, ты уж извини. — Он сказал, но фамилию не уточнил. Всё нормально — обычная практика, человек со стороны и так далее. Мы поговорили, мне он понравился. — Ну и отлично, устраивайся, а на выходные созвонимся и встретимся, ты не против? — Нисколько.
— Вот и отлично, ты по вечерам дома? Или я или Нелли позвонит и передаст про день и время. До свидания. — И вам всего доброго. Всё он у меня на Вы именуется, никак не могу привыкнуть, что я не Там, а в 1979 м, и мы с ним накоротке общаемся.
Работаем дальше, сижу и смотрю клипы с группой «Шериф», как раз Костя Терентьев про Джулию поёт. На клавишах дама, играет (якобы) и подпевает, а у меня в голове рождается злодейский план — прокрутить такое с Леной. Записать всё на синтезаторе, а на сцене пустить под фонограмму, она на «Роланде», я с гитарой и погнали диско-музыку.
Можно и «Арамис» прихватить и того же «Комиссара», вот тебе и программа и альбом. А за это время и и парочку девушек найду и возродим дуэт «Мираж». А потом мы продадим альбомы по всему СССР и срубим хорошую денежку. Подкину такую идею Ольге — неужели студенты откажутся потанцевать под живой звук? Половину можно и под магнитофон танцевать, сделаем такой вот оригинальный заход. Найти бы певцов с приличным инглишем, можно было и забугорные хиты гнать, надо подумать. И пока петь самим, проверим свои силы.
Что-то я Лену на голос не проверил, косяк, но это уже по приезду, лишь бы в тональность попадала и ритм ловила, а тембры мы ей накрутим, какие хочешь. Уже десятый час, посетить душ, потом почитать книжку или кино посмотреть и заваливаемся спать.
А завтра придётся побегать — с утра меня ждёт поликлиника и потом всё остальное. Так и сделал — сдал продукты жизнедеятельности, потом высосали кровь, посетил ещё пару кабинетов и смываюсь на работу. — Доброе утро. — Доброе, Михаил. Знакомься — это твой техник Андрей Семёнов. Жму руку рыжеватому и носатому парню, чем то неуловимо похожему на актёра, вот только бы вспомнить, какого.
Заходим к ней в кабинет — Этот телефон с выходом на межгород? Мне на юг позвонить можно? — Звони, я по всему Союзу связываюсь и нормально. — Алло. — Доброе утро, девушка. — О, ты мне во сне приснился, значит, по делу. — Ты угадала. Ну что — запускай процесс, пиши мой адрес и телефон и начинай собираться. — Инструмент брать? — Бери, лишний не будет. Постель не тащи — купим здесь, только рабочие наряды и остальное на твой выбор. Как определишься с датой — звони, вот тебе и рабочий, смотрю на аппарат и диктую цифры.
Всё, кладу трубу и смотрю на Ольгу. — Это мой клавишник. — А почему не местный? — А вашим можно совмещать учёбу? — Есть всякие варианты. — Мне работать надо и возможно, не только здесь, а не искать пути обхода, прости. Да и кто я тут ещё, сама посуди. Скажи, какие танцы — дискотеки в институте устраиваются? — Не часто, в основном по общежитиям, факультетов то много. — Да хотел подготовить программу танцевальную и выступить, рассказываю ей план про дубль-дискотеку.
— А как послушать это танцевальное? — Пошли в студию, у меня демо-кассета есть. — Андрей, включи нам не сильно громко, послушаем. Уселись и все шесть песен прогнали одним блоком, выключаю и забираю кассету. — Годится? — Михаил, тут песни не хуже западных, а то и помоднее, сам писал? Девушки южные? — Они тут учатся, но с ними связь потеряна, телефонная, не смотрите так… — Мы ничего и не подумали, улыбается Ольга. — Всё, я буду думать и подойду к ректору по воспитательной работе, а то и к Главному.
Ушла, а Андрей смотрит на меня — Классно звучит, где писал? — Да на прежней работе нарисовал «болванки», а голоса уже наложил позже. Всё равно это не то, надо всё переписать и с новыми певицами. И себя думаю записать, там на альбом уже набрано, инструменты у меня есть, садись и работай. — Можно и здесь найти хороших музыкантов, я человек десять могу показать. — Представляешь, сколько нужно времени, чтобы сыграться и стать группой? Мне просто жаль своего времени. У меня есть «Меллотрон Марк-5», я всё на нём быстро нарисую и готово.
— Ого! Тут ни у кого такого нет, откуда? Хм, грамотный парень, зачот! — Считай, что я внук Рокфеллера. Да шучу, не спрашивай, как и откуда, я десять лет копил на школьных завтраках, смотрю на него и начинаем ржать. Самому смешно, зная цену аппарата и прикинуть на стоимость завтрака. — Ты сам то женат? — Да, и сыну шесть лет. — То есть, от левого заработка не откажешься, я так понимаю?
Очень хорошо, я сам бесплатный труд ненавижу, так что будем работать и зарабатывать, согласен? — Спрашиваешь. — Всё, ты сказал, жму ему руку. Иду смотреть магнитофоны и прикидываю, что лента узкая и не подходит на мой сэмплер, жаль, не получится писать и свои тембры, которых в ноуте хватает. Зато они стерео и им по четыре года. — Головы не тёртые? — В прошлом году меняли, я слежу и что попало сюда не ставлю, у нас «ORWO» есть, спасибо, снабжают демократы, тут и немцы тоже учатся.
— Дааа? Вери гуд, познакомишь… А магнитофончик симпатичный и марки STM-310. Помнится, по верхам он не очень свистел, но мне этого хватит. Я могу и свой поставить, он и 22 тыщи даёт, но кто это услышит? Пошли обедать в местную столовую, не маленькая и кормят нормально, у преподавателей своя половина, но меню общее, никто люксовых блюд не готовит. На меня коллеги поглядывают с интересом, но пока молчат, а я только скромно улыбаюсь.
— Миша, а чего тебе немцы понадобились? — Исключительно в деловых целях, есть песни на немецком, про «Чингиз Хана» слышал? — Слышал. Ничего так, весело поют, по «Голосу» крутили. — А я хочу это прокрутить у нас, пишу фонограмму и полный вперёд. А если итальянцев нарыть, оооо, тут можно развернуться, «итало-диско» прёт со страшной силой. Ещё бы в Союз Композиторов пролезть, там денежку платят и песни протолкнуть легче. Но это для меня почти недостижимо, увы. Ладно, пока мы местную поляну будем окучивать — кому песня строить, а нам жить помогает, ясно? Тссс, тихо, не гогочи так…
— А ты и Намина знаешь? — Да, мы дружим, и я ему песни написал и ещё напишу. Тут как с пропускной системой, если в студию надо кого левого запустить? — Да спокойно — рядом с нами запасной ход и ключи есть. На всякий случай вахтёру сунул на чай и проводи, лишь бы без шухера. — Неее, там ребята спокойные. Всё, я тебя понял — будем знать. Но про левый навар молчок, мы тут белые и пушистые, облико морале и не иначе. — Это понятно, чокаемся стаканами и пьём вкусный компот.
С обеда я сваливаю, рассказали, где тут магазин электроники и посоветовался, что купить. Пару вариантов запомнил, хожу и выбираю. — Что хотели, подсказать? — Усилок с акустикой, ватт по полста, не меньше, можно и наш. Парень улыбнулся в усы — За импортом, это в «Берёзку», у нас всё местное. Вам сильно модный надо? Есть «Бриг» и С-90. Стописят сверху и забирайте. — Отлично. Он с гарантией? — Обижаете, конечно, можем и доставить. — Не надо, я на колёсах. Отстёгиваю 1100 и мне выносят технику прямо к машине, спасибо и ещё уплатил мужичку.
Тааак, вот теперь мы едем домой и будем считать, что звук у нас есть, ура. Тогда садимся и начинаем работать — планов у меня много. В шесть позвонил Стас — У меня завтра есть два часа свободных, в ВААП едем? — Конечно, уже подпирает, если честно. И я вроде как комиссию прохожу, так что ни у кого отпрашиваться не надо. Ну и твои песни уже готовы, осталось оформить. Это ему наживка, чтобы дело не стопорилось, шучу, надо бы сегодня сделать, а завтра у нас пятница и за ней визит к Кобзону.
Думал, думал и всё же решил позвонить Анне Андреевне, с ней то мы не ссорились — Алло. — Добрый вечер, это Михаил. — Добрый, я тебя узнала. Ты всё-таки решился позвонить? — Почему и нет, с вами мы дружим как и прежде, я прав? — Да, и я рада. Понимаю, что ты уже в Москве? — Так заметно? — Связь лучше. Ну да, чёт я про физику забыл. — Да, приехал, пока с работой и прочим устраиваюсь. Как девушки? — Уже в колхозе, трудятся на благо Родины, показалось, что даже и хихикает.
— Про Эдиту не забыл? — Как можно, это же наш золотой запас, просто чуть на ноги встать и тогда встречаться. — А я с ней виделась два дня назад и мимоходом о тебе разговорились. А ещё прошёл слух, что кто-то Кобзону хорошие песни дал, вот и всё срослось, грубо говоря. — Кхе, неожиданно. Хорошо, вы мой номер запишите, пусть звонит, хоть контакты наведём, потом будет легче общаться. Ты прав, она тоже не сразу с людьми сходится, в своё время я с ней помучилась, пока общий язык нашли, ты бы её послушал после Польши и Франции.
Поболтали ещё минут десять о погоде, о музеях, анекдот на прощание и отключаюсь. Песни мы оформили, удивил я немного Агентство, но там люди закалённые и Стаса знают, так что большая коробка конфет и моя улыбка помогли всё устроить.
Суббота. 18.40. — Добрый день. — Михаил? — спрашивает меня красивая женщина с причёской актрисы и в шикарном платье. — Нелли? — Она, она, в коридор входит улыбающийся Иосиф и пожимает руку — Проходи, гости уже собираются. Передаю букет роз даме — Это вам, простите, тонкостей не знаю, выбирал на свой вкус. — Угадал, мне точно такие и нравятся, понюхала и пошли в зал. Он шепчет — Всё в порядке, она розы любит. Хорошо, будем так и считать, прохожу, а тут уже человек пять — Добрый вечер, а он представляет меня. Троих не знаю, а вот эта дама известна всей стране.
— Алла, знакомьтесь, это Михаил. — Тот самый? С интересом оглядела меня и поворачивается к спутнику — Женя, это он написал про «Чистые пруды». Подаёт ручку — Приятно познакомиться. — Взаимно, а сам оглядываюсь, куда присесть. Так я и думал, меня посадили с ними рядом, Иосиф выполняет свой замысел. Ладно, посмотрим, что нам Примадонна предложит, а пока улыбаемся и ведём светский разговор. — Как тебе Москва? — она сразу перешла на Ты. — Нормально, слезам не верит. Ну да, кино видели и шутку оценили.
— У меня всё готово, Нелли уселась за стол и муж объявляет первый тост — За знакомство. Я чуть приголубил водочки и оценил вкус, такую явно в обычном гастрономе не продают. — А что так скромно? — спрашивает Алла? — Я вообще скромный и вы меня не разгоняйте, а то потом не остановите. — Ха-ха-ха, Иосиф, ты слышал? Ладно, улыбаемся дальше, а на неё пока никто не обижается. Обсуждают фильм про женщину, которая поёт, она делает вид утомлённой Примы, а я в душе посмеиваюсь. Ну-ну, следующий то фильм Стефанович Софьюшке отдал, пролетела ты со своими бзиками. А если уж по честному, то и тут сыграла на троечку, не песни, так и смотреть бы нечего.
— Михаил, а ты что скажешь? — Я только с ваших слов, увы, ещё не видел. Раз вы хвалите, значит, так оно и есть. Алла, не смотри так — просто было много дел и в Геленджике на это кино билетов не достать, подкинул ей леща. Заулыбалась — Ладно, здесь посмотришь и намахнула рюмочку. По-моему, Иосиф меня раскусил, чуть улыбнулся и беседуем дальше. Ну что за ужин в семье артиста и без песен? Рояля и кустов не было, но пианино приличное нашлось.
Понятно, что Алла первая — уселась и вполне весело спела пару песен. Ну что — умеет, хоть нас мало, но публику держит, так сказать. Похлопали, а она предлагает спеть Иосифу. — И что исполнить? — Да вот и автор здесь — спой про пруды. Ага, так и давишь, но мы не противимся, сажусь за клавиши и начали… Похлопали нам, спел он и про берега, тоже прошло на ура. А та не унимается — Михаил, а ты нам не споёшь?
Смотрю на хозяина — Спой, а мы послушаем… Ладно, вы сами начали, щас будет, пошёл проигрыш — «Как упоительны в России вечера, любовь, шампанское, закаты, переулки…», гоню им романс и посматриваю на лица. Последние аккорды, пробежался по клавишам, фффсё.
Тишина и вдруг Нелли начинает медленно хлопать в ладоши. Ну а потом и остальные, встаю и по-киношному чуть поклонился, хотели театра, получите. Показываю глазами Иосиф — больше бы не надо и он переводит разговор на другое. Понимаю, что трое — это знакомые хозяйки, а Приму пригласили исключительно для меня. Кивает мне — Отсядем?
Ушли к окну — Миша, это просто шикарно. Так, ты должен написать для меня. Что так смотришь? — Да вот вспоминаю, когда я у вас занимал? Кхмм, Болдин чуть не поперхнулся а она впилась колючим взглядом, но только на мгновение, и сразу натянула улыбку на лицо. — Прости пьяную бабу, не так сказала, ПРОШУ написать для меня, согласен? — Надо подумать, это же не просто — где вы и где я? — Да что ты мне ВЫкаешь, я ещё не старуха. Тебе то сколько? — Всего 38, вспоминаю мгновенно дату в паспорте. — Дааа? А не дашь, хорошо выглядишь. Нормально, я гораздо моложе.
Так на чём мы остановились? — На песнях и моём гонораре? Опять сбил матрицу — Женя, он мне нравится, за словом в карман не лезет. За гонорар не беспокойся, я не жмотина. А в остальном правильно — в Москве робкому не прожить. Намину ты писал? Как по мне, «Юрмала» так себе, честно сказать, а вот про Симону стильно, хочу что-то вот такое. Режет своё в глаза и не стесняется, но я только улыбаюсь — Поищем в закромах. Опять голосит на зрителя — Нет, вы посмотрите на него, у человека полные закрома, а я тут песни ищу, совесть есть?
Ооо, явно водочка зашумела, а она уже не тормозит — Спой, из тех, что у тебя приготовлены. Есть такие? Молча сажусь за инструмент и разминаю пальцы, а она уселась рядом и смотрит на меня. Что, про мадам Брошкину исполнить и постебаться? Ладно, пока не время, умерим пыл и споём про птицу Феникс, как раз Раймонд и писал, но ты её забраковала в своё время. — Эта тоже пока не зарегистрирована, но я спою… — Миша, я не украду, пой, улыбается и начинаю — «Не ты не я не виноваты, что разлучили нас года…», слушайте, мне не жалко, заодно и реклама будет.
А ещё не хочу воевать с тобой, в этих делах тебе равных нет, в Москве я пока никто, обгадишь сразу и надолго. Я то знаю про твоё будущее, так что мне легче — прикуп знаю. — Вот именно это мне и надо, ткнула пальцем в клавиши. А ты пальцы по-другому ставишь, не пианист. — И не педагог, улыбаюсь ей — по классу гитары учился. Всё, идём за стол и продолжаем банкет. Провожаемся уж в десять, а их на улице ждёт машина — Какое такси, не дури, мы довезём, говори адрес.
А вот в машине она почти протрезвела и сразу включила режим «бизнес-вуман», умеет, не отнять. — Миша, мы обязательно встретимся и поговорим конкретно. Про Феникса беру, никому, договорились? Ты сейчас устроишься и встретимся. Могу и на работу подъехать, заодно и с Леонидом Павловичем поздороваюсь. — Ээээ, откуда? — Да знаем, сказали… — Правду говорят, что вся Москва спит под одним одеялом, вот опять удостоверился, никаких тайн нет. — Женя, ты слышал? Надо запомнить, метко сказано. Привыкай, это первое, и особо никому не доверяй, это второе. Мне можно — это третье, смотрит и смеётся.
Ага, вот с тебя и начать, думаю про себя, но тоже улыбаюсь — Номер телефона ещё не сказали? — Нет, но сейчас запишем, я не настолько обнаглела. Ну да, скромность и Алла, ну просто две сестры — близнецы, диктую номер и Болдин записывает. Всё, мы у подъезда — Третий этаж, вон те окна. — Запомним, до свидания, машина уезжает, а я потягиваюсь.
— Это чё, Пугачёва была? Млять, вы откуда, пацаны? — Она, по вечерам таксует втихаря, не знал? Он замер, а второй улыбается — Классная шутка, я Эдик. А он Гоша. — А я Михаил. Знаем, у тебя синяя «Четвёра». Не, а вправду? — Да в гостях были, вот и подвезли. Ладно, парни, ещё увидимся, пока, поворачиваюсь и иду в двери.
Мне позвонили в воскресенье — Здравствуй, Миша. Не понял, что такой тон похоронный? — Здравствуй. Что-то случилось? — Наверное, да. Мама вчера в больницу попала, инфаркт и это уже второй. Ёптыть, вот это «радость» и со слезами на глазах. — Так что Дашку оставлять не с кем и приехать я не смогу. Ну и маму смотреть надо, сам понимаешь, уже и билет утром сдала… Ну…, вот же засада! — Да понимаю, Лена. Деньги нужны? — Нет, с этим нормально, Жалко, что тебя подвела, но тут никто не ожидал. Поговорили ещё минут пять и прощаемся, а я сижу в полном охренении и с вопросом — Что делать? Через пять минут встаю и собираюсь в магазин, видел там простые книжные полки, возьму и забацаю из них стеллаж к стене, заодно и успокоюсь, пока буду сверлить и шурупы крутить.
Выгоняю машину, о, и дворничиха тут — Здравствуйте. — Здравствуй, Михаил. Я тут ямки подсыпала. — Точно, почти как взлётка в аэропорту. Спасибо, с меня шоколадка. — Да брось, свои люди. Ого, уже в «свои» записали, растём, брат, грузимся и поехали. Нормальный двор, надо спросить у Стаса насчёт Хозяйки и продлить договор хотя бы на полгода, а то и больше. Хозмаг посетил, за доплату продали и дрель и остальное, а потом меня ждёт мебельный. Вот полки у них есть, правда, без стёкол, но так даже и лучше, беру сразу восемь штук и кое-как распихиваю их в машине, мою счастье, что купил «универсал».
В понедельник я полдня пробегал по поликлинике, но всё подписал и к обеду уже приехал на работу. — Привет коллегам! — Привет, мы как раз в столовую, ты с нами. — Спрашиваете, меня после врачей всегда на еду тянет, побегал там по этажам. В столовой вижу секретаршу и киваю, что всё в порядке. Ольга кушает за столом с дамами, а у нас мужской коллектив. — Я с утра нашёл Франца, который из немцев, понятно? В общем, он заинтересовался. — Ясно, а на кого он учится? — Вроде вокалисты, там их человек десять, я с ним по части радио состыковался.
— И что дальше? — Я не знаю, ты же их искал. — Скажи, чтобы подошёл и поговорим, всё равно у меня тут ни записей, ни инструмента нет. Там только парни? — Нет, их трое, остальное девчата. Ладно, жуём дальше, а кофе мы и у себя выпьем. Уселись в студии, я принёс кассету с «Санта Эсмеральдой», бодро звучит ча-ча-ча, а у нас по чашке кофе. — Слушаю и удивляюсь, как шикарно оркестр звучит, уххх. — Андрей, это всё синтезаторы, я такое же могу записать. Талант композитора и аранжировщика есть, не спорю, а всю остальную работу электроника выполняет.
Нашу беседу разбавила Ольга, уселась рядом и угощается конфетками. — По поводу танцев я узнала — можно, но и студентов привлечь не мешает, им это зачтётся, как организация массовых мероприятий. Что ты так удивился? — Обязательно, мероприятиями называть? — Хоть и дискотека, а в отчёте называется так. Согласен? — А куда деваться, развожу руками и понимаю, что я в СССР.
…………….
— Здравствуйте. Ну да, привет, они вполне сносно говорят по-русски, Франц и две подружки — Анхен и Роми. — Андрея вы знаете, а я Михаил, заведующий этой студией и композитор. — Он уже рассказал, показывают на коллегу. — А что ты хотел от нас? — Дружбы, что ещё, улыбаюсь Анне. — Шучу, предлагаю петь, вы же вокалисты? Про группу «Чингиз Хан» слышали? — Конечно. — Поют они на немецком, здесь для вас ничего сложного, я делаю оркестровки, а вы обеспечите вокал, сводим в нашей студии и записываем.
Погоди, перебиваю Франца, я сейчас доскажу. Ну и выступаем с этими песнями перед нашими студентами, а можно и перед другими, мысль понятна? Простое исполнение песни, и мы не берём денег, почти, значит, не используем их продукт в коммерческом выражении. Грамотные ребята, переглянулись и улыбаются — Ну если так, то мы согласны. — Отлично. Второй вопрос — английским владеете? Роми улыбается — Да. И ещё наш Гюнтер и Катя. — Друзья, да вы просто клад, есть и такой вариант, но начнём с вашего родного, завтра я принесу записи и прослушаем исходники.
Магнитофон имеется? — Есть, кассетный. — Всё, копия будет — садитесь и переписываете текст, фонограмму я беру на себя. Сильно не торопимся, но за 10–15 дней мы уже должны выдать первую песню, ферштейн? — Йес, мистер, улыбается Анна. Уххх, белокурая бестия, вот как с рекламы порнофильма — всё при ней и она это знает. А теперь образец того, что я пишу для дискотек, Андрей включает маг и мы внимательно слушаем. Вернее, это они внимательно, а я больше слежу за реакцией, сразу видно — нравится, или нет. Анна просто включилась в ритм, уже и ногой постукивает в такт и смотрит только на магнитофон.
Прошло три песни и стоп. — Что скажете, коллеги? — Михаэль, я хочу такое петь, я буду твоей рабыней, но возьми меня в группу. Я даже на колени встану, возьмёшь? — Не надо жертв, я не господин. Хочешь — споёшь, но мы ещё тебя послушаем, ничего личного, это дело. На таком настрое и прощаемся, завтра они придут всей командой, а я послушаю голоса.
Так что вечером сажусь и слушаю записи «Чингиза», у меня как раз два концерта и записаны, а потом пошла уже откровенная мура. И тут же задумка на «Модерн Токинг», если будут голоса и приличный английский, то почему и не спеть и опередить Болена, пусть не обижается. Ну и от Берлина до той Германии не так и далеко, скинуть запись и раскрутить виртуальную группу.
В общем, планов у меня много и все про деньги, простите вот такого корыстного, не родился я пионером и в комсомольцах не был, я выживал в джунглях Перестройки. А сейчас хочу здесь укрепиться и заняться любимым делом, раз так фартануло, так что вожусь с журналами и схемами в кабинетике и жду, пока рабочий день окончится. А ещё задача найти клавишника, подрубила меня история с Леной.
Звоню Стасу — Привет. — Привет, чуть не уехал, ты уже в дверях перехватил. — Я быстро. Дело есть — у меня с клавишами сорвалось, есть кандидатура? Не пенсионера и не сильно страшного, можно и даму, а если и чуток поёт, вообще чудо. — Чуток — это как, на уровне пионерского хора? Шутник, сам же и гогочет. — Миша, неожиданно, но сейчас позвоню одной даме, училище при консерватории окончила и как раз по клавишному делу. А ещё и вокальное по совместительству. — И с таким счастьем и свободна? — Не смеши, просто колымила в ресторане и нарвалась на одного мачо — поколотил её и ногу повредил, теперь прихрамывает.
— Что, она на костылях? Опять смеётся — Не надейся, извращенец. Да сразу и не заметишь, но на сцене уже стесняется, сам понимаешь. 24 года, не замужем, не привлекалась и даже комсомолка с хорошей фамилией. — Брежнева? Гогочет — Нет, пока только Гришина. — Да хоть Иванова, короче, девка на выданье. Так, я вечером дома, дай ей мой адрес, приедет, такси оплачу, назад доставлю, после шести сорока я дом. — Всё, звоню ей, а потом она перезвонит, если согласна.
Подмигиваю Ольге — Вот так и работаем, прямо с колёс и в бой. — Миша, у нас их треть института с такими умениями, а ты на стороне ищешь. — Местные будут оглядываться на родные стены, преподов, коллег, а сторонний будет просто играть, поверь, для меня это уже пройденный этап. Я завтра с немцами позанимаюсь, вы не против? — Ну это же местные — конечно, нет, заодно запишем, как мероприятие, и мне галочка и тебе плюс. Надо, не смотри так, а привыкай к нюансам. — Нюансы — это сила, рассказал её анекдот и мы смеёмся. Еду домой, в буфете прикупил вафельный тортик и банку кофе и пусть подороже, зато нормального.
Ровно в семь звонок — открываю и вот она. — Добрый вечер, я Рита. — Добрый, а я Миша, проходи. Раз мы сразу на Ты, так и будем общаться, приглашаю на кухню, а потом всё остальное. Не сильно высокая, при обычном теле, в очках, но вполне приличных и коса, ваще класс. — Осмотрел? — Каюсь, но так положено, на сцене же будем играть. — Насчёт ноги знаешь? — Стас сказал, но нам фуэте не крутить, мне клавишник нужен. Час на сцене отстоишь? — Спокойно. — Ну и отлично. Давай, заправимся, а то я тоже с работы и потом с вокалом послушаем.
Сижу и рассказываю свои хотелки, а она внимательно слушает. — Хвалиться не буду, у меня как раз меццо-сопрано, но в ансамбле я не пела, им опера не нужна, оказывается. — Пффф, тормоза. Мир вперёд движется, а они всё на «Вологду» ровняются. Улыбается — Я так примерно и сказала. У меня клавиши есть, правда, не очень крутые, «Вермона», усилитель тоже имеется. Показываю пальцем на спальню — Моё всё там. Бери чашку и пошли, чего время терять. Зашла и ахнула — Ого!
А ты как думала, тут и «Роланд» и «Марк», усилитель, магнитофоны и пульт со стойками. Кровать убрал нахрен — нету Ленки и спать некому, здесь будет моя студия, а трахнуться можно и на диване. — Всё твоё? — Естественно, стал бы я Стаса по пустяками тревожить. Усмехнулась и показывает на сэмплер — У него и такого нет. — Ничего, купит, я уже пример подал. В общем, так — сейчас послушаешь фонограмму с прежним дуэтом, запомнишь и потом ставлю «минусовку» и ты мне напоешь вокал. Ясно? — Попробуем, включай. Слушает, а я наблюдаю — пока полёт нормальный, пальчиком отбивает доли и покачивает в такт головой.
Уже хорошо, не просто уши греет, а в песне живёт, вот и финиш. — Ну и как? — Во! — показывает палец вверх. — Поём? Ставлю другую кассету, заряжаю ленту в маг, бумажку с текстом крепим на стойку, настраиваю, три-четыре, поехали… Слушаю её в наушниках, а она сразу взяла верно и поёт не хуже, а то и получше Жени. Посматривает на меня в проигрыше, а я киваю, что всё в порядке, пой до конца.
Есть, спела, перематываем и слушаем. В паре мест услышали помарки, но для первого раза и без репетиции просто хорошо. Не Суханкина, но тоже Рита, ей ещё в пару девочку и вообще будет хорошо. — Девушка, не знаю, как твои планы на творчество, но приглашаю работать вместе. Да я сама хотела уже 10 минут назад проситься, конечно, согласна.
— Тогда слушай остальное и учти, что это только начало — включаю все песни и пора бы допить кофе. Прослушала — Миша, грамотно поют, а кто эти девочки? — В Геленджике они отдыхали, сами из Питера, а учатся здесь. Но там пошли бзики про «лямур-тужур», а мне некогда эти бразильские страсти выслушивать. — Сама такая, имела счастье уши развесить, надолго хватило и до сих пор помню. — Аналогично. Задача у нас проста, как кусок мыла — пишем по-новой фонограммы и попутно осваиваемся на сцене. Я с гитарой, ты с маленьким «Роландом», прикидываю, надо ли кого ещё привлечь? Не столько для музыки, сколько для внешнего вида, а то два человека на сцене для нашего зрителя очень непривычны, мягко говоря.
А выступать будем под «минус» или полную фонограмму. — Куда я со своей ногой? Тут же танцевальная музыка, я смотрела видео, там певицы ого, как попой крутят, а я? — Ты пой, а кому рот открывать и попой крутить — мы найдём, не волнуйся.
— А так можно? — А почему и нет? Никакого обмана — ты же рядом. Найдём вторую и вот она как раз будет и петь и танцевать. Есть кто на примете? — Не знаю, у нас вокалистки были, не танцорки. — Ладно, не проблема — пока твой вокал забьёт всех, пишем запись и к Новому Году тебя вся страна узнает. — Диск? — Да ну, кто нас на «Мелодию» пропустит, магнитные альбомы по всем студиям звукозаписи раздадим.
Да не смотри так — далеко не даром. Тебе мани нужны? — Само собой, кто против? — И я про то же самое. А потом мы с тобой пишем делаем совместный дуэт, уже я пою, а ты в подпевках для контраста. — В том же стиле? — Конечно, чего зря воздух сотрясать. Рок пела? — Как-то пробовала, но с моим то голосом куда? — Девушка, голос твой там будет украшением, мы про симфо-метал слышали? — Это что такое? — Это новый стиль и мы его сделаем, клянусь, это перевернёт Европу и не только её. Инглиш как? — Да более-менее, и пела на нём и разговариваю, даже общаться могу. У нас две девочки из Югославии были, я с ними тренировалась.
— Всё, обрядим тебя в кожу, заклёпок побольше, напульсники и ты им выдашь, у меня там есть кое-что в заначке. — Ну прям не студия, а Нью-Васюки, улыбается и я тоже смеюсь, грамотная девочка. — Микрофоны у меня есть, остальное прикупим, вот для этого и записи нужны — денежка поможет. — Это понятно, можешь и не объяснять. Смотрит на часы — Прости, но мне бы домой, я до девяти договаривалась. — Не вопрос, я уже одеваюсь, сейчас довезу. И сколько отдала за такси, если не секрет. — Перестань, это я ещё должна за такое доплачивать.
Усаживаемся в машину — Куда? — В сторону Крылатского, я расскажу…. — Давай, а то я не местный, я по глобусу рулю. Ты днём то где работаешь? — На полставки, в институтской библиотеке, дядя устроил, отработала до обеда и свободна. — Наш человек, я тебе занятие найду. А чего не по специальности? — Нафиг, не хочу, после этого ресторана отбило всё желание. — Не пристаю, это твой выбор. Первое: где купить пишущую машинку — надо тексты печатать? — Знаю, только съездить и купить. — Тогда в субботу. Или сама купишь? Но только не гроб, есть маленькие. Держи сотню, хватит?
— Да ей цена в полтинник, куда столько. — Оставь, пригодятся. И вообще, ты будешь у меня деньги зарабатывать, считай, что это первый аванс. Расписываться не надо, не смотри так, улыбаюсь и едем дальше. Ага, вот и дом, посидели, обменялись явками и паролями, рабочими и домашними, всё прощаемся до среды, завтра день будет забит. У неё кассета, вот и учи песни, чтобы от зубов отлетало. А теперь засядем за аппаратуру и закатаем на кассету «Чингиза», а то завтра ребята подойдут и надо будет разговаривать уже предметно.
Что она сегодня про видео шепнула? Да, я почему я про это забыл? По-моему их уже года три клепают в формате VHS, а если закатать клип и не один? Интересно, а камеру можно купить? А они вообще есть? Где-то у меня была статья в ноуте про видаки и камеры, надо спросить, а то ляпнешь где и засыпешься.
Всё, пока не до этого, начнём кушать слона по кусочкам. — Коллегам привет, ставлю пакет на стол — это к чаю. Новости есть? — У нас нет, а тебя Наталья Захаровна очень хочет видеть, на девять вызывала.
— Хочет — сходим, иду мыть руки и наливаю кружку. И что нашему заму-воспитателю понадобилось? Наверняка планы мероприятий уточнить. Опять же почему без Ольги, он вроде как у нас за всё в ответе. Хм, занятное начало… Отсели с Андрюхой в сторонку на перекур — Что там с вызовом? — Без понятия. Анхен звонила и тебя спрашивала, вот только что. Я сказал, что всё в силе, так?
— Естественно, я и записи принёс. И ещё нашёл клавишника и солистку в одном лице, теперь бы нам ударника и басиста, а то как-то на вид будет уж слишком бедненько. — Это для профанов, они же не знают, сколько синтезатор стоит. — Ровняемся на массовую публику. А им подавай красивую и яркую картинку, это везде так. Ещё встаёт проблема костюмов, у нас не шьют? — А сценическое мастерство? Там целый факультет, спроси у Ольги, она со всеми знакома.
Понял, делаем зарубку и к девяти вхожу в кабинет — Доброе утро. — Доброе, Михаил Егорович, проходи, присаживайся. Как работа, вживаешься? — Стараюсь, всё хорошо, коллеги помогают. — Ну раз так, то я рада. Думаешь, зачем вызвала? — Как вам сказать, ожидаю… — Да не напрягайся так — разговор по делу. Насчёт твоей идеи с танцевальными вечерами я говорила с начальством, в принципе Леонид Павлович не против. Главное, чтобы без эксцессов и выдержано в моральном духе дружбы и взаимопонимания.
Что так смотришь? — Я только за, за дружбу и понимание двумя руками голосу. У нас же скоро Олимпиада, так? Приедут гости со всего мира и со всего Союза, мы должны показать, что у нас институт культуры, а не просто собрание студентов. — Хорошо излагаешь, продолжай. Идём дальше: Я тут пригласил ребят из братской ГДР, споют несколько песен на немецком языке. Они и молодёжные и танцевальные, думаю, это оценят.
— Кто написал? — Немцы — группа «Чингиз Хан», весело, модно и ничего крамольного, просто использовали громкое имя, это для привлекательности проекта. Потом мы сделаем группу, которая исполнит исключительно песни на русском языке — любовь, дружба, мечты, всё понятное молодёжи. Улыбается — Кажется, я догадываюсь, кто автор. Не забудь показать тексты не утверждение, так положено. — Уже просветили, мимо вас не пройду. — Скажи мне по знакомству — Кобзон с тобой знаком? Я была на концерте и встретила знакомую фамилию в программке.
Развожу руками — Вы же знаете, у нас печатают только правду. Знаком, но сильно не афиширую, хотя в Москве тайны быстро становятся явью. Поднимает палец — Вот тут ты прав. Учти на будущее, и даже в нашем институте это не исключение. — Вы про клубок единомышленников? — смотрю и улыбаюсь. — Хорошо подмечено, ты прав. — Молчу, слушаю и запоминаю. Надеюсь и на вашу помощь, мало ли, вдруг институт захочет выделиться в культурной программе к Олимпиаде — обращайтесь.
— Учту, спасибо. А насчёт песни к такому событию почему и не подумать заранее? — Подумаем, кто первый встал, тому и сапоги, так? — Михаил, мы верно понимаем момент. Если что надо — тоже обращайся, посидим, подумаем… — И решим потихонечку, добавляю и встаю. Выхожу, потянулся и понимаю, что мы только что заключили некое соглашение и не только словесное, надо бы её что-то подкинуть взамен — она права.
— Михаил, здравствуй. О, та самая Инна — Привет. — Да мне бумагу в секретариат занести, подождёшь? — Беги, жду. Вышла и идём по коридору — Ты вообще на каком факультете? — Музыкальное искусство, гитару мучаю. Или она меня, ещё не пойму. — Ооо, и какую? — Не поверишь — это бас. Что, не похожа? — Честно говоря — не очень… Смеётся — Вот и другие удивляются, а я с десяти лет играю, видишь пальцы? — Аааа, теперь верю, пощупал эти мозоли на подушечках. Стесняюсь спросить — ты сильно занята? Есть разговор, зайдём в концертный зал.
— Присаживайся, это мой кабинет, чай-кофе. — Тогда кофе, поздно легла и рано встала. Пока шуршу с чайником, продолжаю разговор. — Про мои песни слышала? — Представь, слышала. У меня подружка в Гелике живёт, прямо около «Паруса», сообщила сразу. Но я напрямую их не слышала, если что. — Не беда — послушаешь, кассетник есть? — Нет, только катушки. — Тогда погоди до завтра. Я группу создаю и мне басист нужен — пойдёшь? — Яяяя? — Ну не сразу на сцену, сначала послушаю тебя, если справишься — велкам до нашей хаты, как говорят земляки.
Инструмент у тебя есть? — Имеется и даже чешский «Диамант». — Это та реплика под «Гибсон»? Ну что, вид солидный, а у меня синтезатор «Роланд Джуно» и «телекастер», уже картинка нормальная. — Так что скажем, землячка? — Да какая землячка, здешняя я, просто в Сукко бабушка живёт, ну и папа там родился. А насчёт игры неожиданно как-то, но я согласна. Когда прослушиваемся? — Я тут до шести, с двух придут немцы, а ты когда сможешь? — В три двадцать заканчиваем сегодня. — Всё, жду, приходишь, под фонограмму поиграешь и сразу скажу результат.
— А если не справлюсь? — Должна справиться, я тебе верю, чокаемся кружками и уже болтаем о погодах. Убежала, но впечатление хорошее, и не суетится, на вид симпатичная, ну и вообще, я её вроде как давно знаю, шутка. А где мне тут ветеранов искать? Кто более-менее силён, те уже себе место нашли. А нет, так шарахаются от банды к банде и нигде толком не приживаются. А мне нужны единомышленники, а не гастролёры, я намерен серьёзно работать.
— Что за девочка? — Землячка из Анапы, придёт на прослушивание. — Петь? — На басухе играть, как Сюзи Кватро, понятно? Ну что, обедаем, коллеги? Никто не против, сваливаемся на первый этаж и идём в столовую. Идём у раздачи, вижу нашу Захаровну и вспомнил, что я хотел спросить — сейф мне нужен. Фонограммы хранить, ну и вообще не помешает, сильно много у меня тайн.
— Привьет, Миша, с порога улыбается Анхен. — Привет, ребята! Это вся ваша команда? Ещё бы, их тут семь человек, Франц знакомит со всеми и они рассаживаются кружком, а я посередине. — Я уже говорил про свою задумку — попробуем спеть хиты на немецком, согласны? — Вижу. Киваю Андрею за стеклом и он включает первый трек, понято, что это знаменитый «Чингиз Хан», сидим и слушаем. Я маленько схитрил, тройку невзрачных песен заменил на более весёлые из альбома 82го года, уж точно его ещё нет в проекте. На первое время восемь хватит, три прослушали и стоп.
— Как вам исполнение? — Зер гут, улыбается Роми. — Я, я, натюрлих, поддакиваю ей и улыбаюсь. — Если они смогли, а там не все профессионалы, то для вас это вообще не сложно — сделаем? А потом запишем магнитный альбом, а можно и диск. Пойдёт такой в ГДР? — А что авторы скажут? — Удивятся, что есть такие мастера. Шучу, но это же всё решаемо, было бы желание. И вообще назовёмся кавер-группой и пусть предъявляют претензии. Споёте? — Споём, «Москоу» мы уже пробовали дома, с радио записали, а у тебя качество прекрасное.
— Я всё это перепишу на «Меллотроне», добавим своего звучания, наложим ваши голоса и будет всё в стерео и с хорошим качеством. Минут пятнадцать выставляли микрофоны, проверяли уровни, потом парочку раз без музыки — ну, пробуем первый трек? Слушаю. Если просто голоса звучат плоско, то с музыкой вполне весело, хоть там и авторские звуки пробиваются. Но мне нужно послушать своих и записываем четыре дубля, а потом перерыв. Двое отошли сразу — ну никак не клеится с моим видом на группу.
Есть голоса, но не для меня, извинился и пробуют уже пятеро. И вот теперь оно зазвучало так как надо, но эту парочку не отпускаю, там тоже есть нюанс, один знает инглиш и у него хороший голосище. А с этими мы будем дружить, так что договариваемся, что они готовят тексты, а фонограмму и после этого встречаемся по-новой. Только провожаю этих, как нарисовалась Инна. Три минуты перекура и подключаем её. Усилитель тут есть, но слабенький, так что сильно не газуем, вот тебе запись, сиди и слушай.
— Пробуем? Погнали про «солнечное лето», а мы сидим и слушаем. Андрей специально на пульте басы вырезал, так что она накладывает своё сверху, настроилась и вполне уверенно отыграла песню. Мы переглянулись и он поднимает палец вверх, я тоже За, так что улыбаемся и киваю ей — молодец. — Ну что, ты принята, добро пожаловать в нашу команду. Давай ещё парочку для закрепления темы и потом поговорим про будущее.
А ведь умеет, ясно вижу и слышу, и «слэп» показала и классику, пальцы так и бегают по грифу и струнам. Что, организовать банду из девушек и буду там падишахом? А ведь вариант — в СССР такого точно нет! И когда приедет толпа западных туристов, которые равноправием ушиблены, оппп, а мы уже готовы — у нас и Терешкова была и свои рокеры имеются, как вам? Надо подумать, но и не пересолить, дамы в коллективе приятны на вид, но опасны в больших количествах, это я точно знаю. — Инна, ты гитаристка, а на ударных девушки играют?
— Парочка есть, а что? — А поговори потихонечку и выбери на свой вкус. Учти, я стерплю шустрых и бойких, но не стервозных и болтливых, осмотрись, хорошо? И вообще — ты тут уже местная, будешь моим агентом, но они про это ещё не знают. И не должны узнать….пока. У нас кофе и неспешный разговор на троих — Немцев видела? Тоже будут петь, но под фонограмму. А вот мы уже работаем под фонограмму, но с полным исполнением на сцене, ты играешь свою партию, ударник — свою, а клавишник делает периодически вставки.
Вот тогда это будет живо и органично, чем тупое стояние и попытка что-то там попасть в такт. По ящику «Песню года» смотришь? — Не я — родители, но приходится держать лицо. — Короче, ты в теме, стоят, как мумии и делают вид, что поют, профсоюзное собрание в морге, а не концерт. Они так прыснули со смеху — Поосторожнее, забрызгаете тут всё. — А ты не смеши так. — Микрофон у тебя тоже будет — где-то и подпеть придётся, песни все разные. Поёшь? — Пробовала, вроде мимо нот не заношу. — Вот и я про то же.
Дзззз, Ольга стучит по батарее, это нас — Алло. — Привет, это Стас. Ну что, завтра встречаемся? — Всё в силе, в три жду. — Отлично, мы с народом приедем, хоть студию посмотрим. Пиво брать? — Началось… У нас тут облико морале и сухой закон, кончай провоцировать, жду. Смотрю на Андрея — Намин с бандой завтра подкатит. — А почему с бандой? Инна улыбается — Андрей, бэнд, это и есть оркестр, так правильнее на английском, но и банда звучит.
— Слышал? Это у них там культурно обзывается, а у нас пусть боятся. Да они хотят посмотреть и оглядеться, сам понимаешь, новое место. — А ты будешь их записывать? — Буду, Инна, и новые песни уже приготовил. Мы долго разгоняемся, но потом быстро поедем, это не я, это Бисмарк сказал, но про русских, поднимаю кружку и чокаемся. — В Москве музыкантов много, но все по своим норкам разбежались, а я хочу собрать такой общий хор из рокеров и спеть песню, к будущей Олимпиаде как раз пойдёт.
Иду к пиано, попробовал, вспоминаю слова — «Вот одна из тех мелодий, о которых люди спорят…» пою им куплет и припев, пока всё — стоп и прикрыл крышку. — Вот где-так будет звучать и человек на тридцать-сорок, нормально? Они показывают по большому пальцу — Во! Ну и я так думаю, мы это точно запишем, не торопясь, но сделаем. А вот и время подошло — По домам? — Тебя провожать? — Да сама доберусь, автобус нам в помощь. У папы сегодня занято, а мамочка дома.
А ехать нам аж за Петровско-Разумовскую, но не безнадёжно далеко. — Не кокетничай, одевайся и выходи, довезу и как раз узнаю, где ты живёшь. — Дома то как насчёт увлечения музыкой? А ещё и в группе играть — ты там с папой поговори. Или мне? — Начну я, а потом посмотрим, он вообще то адекватный и меня любит, но всякое может быть. — Скажи, что ты не просто устраиваешься побренчать не танцах — ты будешь зарабатывать деньги и известность, что уж тут скрывать. — Вот этого то он и побоится, что я заброшу учёбу. — Сама сказала, что с ним можно договариваться — дерзай.
И ещё — сколько тебе лет, если не секрет? — В октябре 20 будет, уже большая. — Это хорошо, у нас тут всё по-взрослому. От себя пообещаю, что никаких поползновений на твою честь не будет — я за этим сам прослежу. Улыбается — Премного благодарны, повелитель. Всё, приехали, тут дом на 12 этажей, до свидания и качу к себе.
В семь позвонил Рустам — Привет. — О, давно не слышал, как дела? — Всё по-старому, трудимся. Наум сегодня закончили с домом, вот я и сообщаю. От Лоры и Розы тоже приветики, а от меня в субботу заглянет человек и передаст посылочку, ты в курсе. — Если будет что-то в обратку — не откажусь. — Понял, встретим, часов в восемь утра я уже встаю, пусть звонит. — Ну это само собой, передаст привет, ты его видел, узнаешь. До свидания, кладу трубку. Это неплохо, там должны подойти денежки, пусть и не огромные, но это для меня — другим за них надо год вкалывать.
А я сажусь перекусить и надо трудиться, кое-что подкинуть другу и себя не забыть, я обещал ленту девушке. И сегодня должна Рита позвонить, а у меня не готово, непорядок. А ещё вспоминаю многообещающий взгляд и линию бедра Анхен и чую, что долго я терпеть не смогу, это выше моих сил. Правда, я скинул ей сегодня втихаря бумажку с телефоном, но вот не знаю — это комитетчиками осуждается или нет? Рита позвонила в начале девятого — Привет.
— Привет. Как ты? Что-то голос не очень. — Миша, пожалей меня — зуб вырвали, с обеда успокоиться не могу. — Уже жалею и тебе ленту дописываю. — Завтра записываю Намина, в субботу эстонцы приедут, там хорошая певица. Нашёл вроде бы басистку. — Девушка? — Да, 20 лет, Инна и учится у нас. — Нормально, мне пара будет, остался ударник. — Ищу, вроде есть парочка на примете, но ещё надо смотреть. — А на меня смотреть пока не надо — разнесло щёку за сутки, представляешь? — Имел такое счастье, могу представить. Завтра созвонимся и скажешь, куда тебе ленту доставить. — Домой, куда ещё, я больничный взяла. Звони, буду ждать, привет.
Кладу трубку — не повезло девахе, но чем тут поможешь, пусть отлёживается. О, и лента готова, только снимаю, опять звонок — Алло. — Миша, это Анхен, узнал? — Таких девушек в Москве больше нет, конечно, узнал. — Чем занимаешься? — По тебе скучаю, веришь? — Верю, я тебе от метро «Динамо» звоню, тоже скучаю. — Я приеду сейчас, машину ты видела, у какого входа?
— Который к стадиону, я на улице. — Всё, никуда не отходи, я иду… Так только в армии одеваются — пулей влетаю в кроссовки, шнурки не завязываю, куртка, ключи и в двери. Но ноут успел убрать, нам сюрпризы не нужны, дррр, завожу и покатил, тут езды то пять минут.
О, вон и она, би-бип, машу рукой и меня опознали — Привьет, падает на сиденье и чмокает в щёку. Эту предупреждать не надо — сразу ремень на плечо и мы трогаемся. — А я вот только про тебя вспоминал. — Я тоже, потом собралась и просто поехала. — Смелая девушка, мне такие нравятся. Торможу у гастронома — Заедем и молока куплю, а ты посидишь? — С тобой пойду, мне интересно. Молоком не обошлись, удалось схватить сосисок, сыра и колбасы, давали наборы и икра «заморская» в придачу, но я не обиделся, она мне вполне заходит. Ну и килька в томате, под водочку, с черняшкой и зелёным луком самое оно, проверено годами.
— Вау, хорошая квартира, это на одного? — Пока да, снял на месяц, ещё прописки нет. — О, эта пропьиска, все москвичи только про неё о говорят. — Москва маленькая, а страна большая, потому и говорят. Кушать будем? У меня есть вино, коньяк и водка — что желаете? — Вау, как в баре, всё такое вкусное, повторяет строчку из анекдота и улыбается. В результате мы остановились на коньяке, она восторгалась вкусом, про цену я скромно промолчал, а я сидел с гитарой и пел ей песни.
Всякие, и на русском и на английском, как мог, но с коньяком все прошло на ура. А потом мы оказались в ванной и без затей она отдалась мне с охами и вздохами. Самое интересное, что криков «Дас ист фантастиш» не было — дурят нас режиссёры немецких порнушек, ой, дурят. Отдыхаем на диване — Миша, это было красиво. Я так и хотела, а Роми смеялась, что я фантазии делаю. — Сочиняешь, так правильнее. — Мы сегодня переписывали слова, но медленно, магнитофонов всего два, а плёнка одна, пришлось переписать копии.
— Прости, не подумал. Скажи, у тебя на родине юристы есть знакомые? — Ээээ, есть, мой дядя, мамин брат, а зачем тебе это? — Узнай про авторские права и как у вас это оформляют? И учитываются они за границей или нет, это самое важное. — Ты хочешь оформить право на песню? — Хочу и не на одну, но здесь это трудно. У нас не сильно охраняют права западных исполнителей, а они точно так не охраняют наши, может, у вас с этим орднунг?
— Я не сейчас не могу ответить, тебе очень срочно? Если нет, я напишу письмо и все спрошу, это неделя, не больше. — Спроси, это важно. А то песни у меня есть, а исполнять я их боюсь, не хочется терять свои деньги. — Я тебя понимаю, это не хорошо, отпивает коньячок и улыбается. — А песня про «Пистолеро», она откуда? На альбоме её нет, я знаю. — Ну вот ты и спросила, зачем оформлять песни? Заметила, что там голоса другие? — это я написал в стиле группы и старался подобрать певцов. Но это не здесь, здесь есть вы и мы сделаем запись.
Хороший вопрос, люди то грамотные и слух есть, но я чуть тембра подправил и постарался изменить вокал. Хотя для специалиста это не сильно большая тайна и надо быть поосторожнее, учтём. Утром мы поднялись рано, вернее, это Он поднялся, потом я, и мы вместе разбудили девушку, которая не сильно и возмущалась. А затем душ, быстрый завтрак и едем в сторону института.
— Скажи, вам не запрещают встречаться с местными, такими как я? — Кто? Я же не выступаю на вашей Красной Площади и я даже комсомолка, ну, это по вашему называется. — И не надо выступать, для этого есть другие места, подмигиваю ей и мы смеёмся. Классно отдохнули, настроение замечательное, так что я готов к трудовым подвигам, что и доказываю после обеда. — Ребята, привет, жму руки всем шестерым. Кого-то нет, но ладно, главный тут и сам разберётся. — Располагайтесь, осмотритесь, отдохнём и сразу пообщаемся. — Да у вас тут можно симфонический оркестр расположить, не то, что группу.
— Игорь, какие сейчас ансамбли, те точно на оркестры похожи, но вам места хватит. Что с песнями, новые брать будешь? — смотрю на Стаса. — Дай хоть послушать, всё-таки рынок какой-никакой… — Ты прав, втыкаю кассету и народ внимает звукам. Про «земляка в иллюминаторе» послушали, переглянулись и показали палец. Нууу, её ещё с роковыми примочками сделать и зазвучит покруче моего вокала. «Спасательный круг» тоже понравился, ну и вдогон про простых романтиков и отважных лётчиков. Ещё четвёртая и стоп. Стас задумался — Первый три пойдут, про романтиков как раз и пара ей есть, а вот про артистов? Не сильно простенько?
— Стас, не в обиду, но про то что на девчонок мы больше не глядим, та тоже была не сильно тяжёлой, согласись. Парни чуть прыснули от смеха, но он не обиделся — Нашёл, чего вспомнить, мы только начинали. — Всё нормально, и та прошла и эту будут петь, у вас звучание то намного усложнилось, обыграете и будет конфетка. — Стас, да соглашайся, нормальная песня, вставляет своё ударник. — Уговорили, берём. Цена та же? — Я за стабильность, киваю ему. Жмём руки и продолжаем. Сколько вам надо на обкатку? — Четыре песни? Нууу, пару недель, у нас же и работа.
— Можно и проще — фонограмма уже есть, закатать ваш текст? — Неее, с нашей игрой не срастается, сделаем всё надёжно. Поднимаю ладошки — Ваше право. Так что шлифуете всё, готовите список и звоните мне, назначаем время и погнали. — В космической песне с синтезатором поможешь? — Не вопрос — самому интересно. Да и реклама будет, не побоюсь этого слова. Кому надо, товарищи в погонах и так узнают, рано или поздно. — Лучше поздно, улыбается Игорь. О, машет рукой Ольга и показывает трубку — Простите, мне звонят. Алло.
— Привет, это Анне. — О, рад слышать, ты где? — Уже дома, скоро едем в аэропорт и вечером прилетим в Домодедово. Но это будет поздно, я тебе завтра позвоню, утром. — Хорошо, буду дома и буду ждать, удачи. Тааак, потираю ручки, пока всё по плану. Возвращаюсь, а они уже прощаются с Андреем — Миша, мы всё посмотрели, поговорили, денежку завезу завтра, хорошо? — Не вопрос, я верю, так что завтра и ленту передам, улыбаюсь во все 32 и мы друг друга поняли. Провожаю на улицу, ну и самому бы отпроситься и смыться — меня Рита ждёт.
Наливаем по кофе, а Ольга куда-то ушла, но меня уже отпустили. — Сколько они хотят записать? — 9, ну 10, обычное время, минут на сорок, если не станут импровизировать долго. Стандарт — это три, ну четыре минуты, всё, потом человек устаёт, и если ты не втиснулся в них, то что-то не так в консерватории, смеёмся, этот анекдот я рассказывал, вернее, Жванецкий. — Хотя сочиняют и диско по 10 минут, топчутся себе на танцполе и отключились от всего. Танцпол — это танцевальная площадка, так на Западе обзывают.
— Я так думаю, что мы на той неделе с тобой начнём работать, пока только собираются команды, потом они пишутся и после этого пойдёт отдача. У тебя что с деньгами — нужны? — Да пока вроде… — Понял, достаю сотню — держи аванс. Бери-бери, нищие таланты только в теории творят на голодный желудок, на практике нужно что-то кушать. Мы же работаем в команде, помнишь? — Спасибо. — Всё пучком, прорвёмся.
Сажусь к пиано — «Меня зовут Миша, а он Андрюха, всё пучком, а у нас всё пучком, там, где прямо не пролезем — мы пройдём бочком», пою и улыбаюсь, знай наших… Ну и Потапа с Настей, потом. — Вот так и дышим, друг, закрываю крышку и собираюсь на выход. В машине ещё раз проверил маршрут и вперёд, нас уже ждут.
— Привет. — Привет, проходи. — Это тебе подаю коробку с тортиком. — Ой, шоколадный, я такое люблю, хоть и вредно. — Голодать вредно, сейчас не война, иду мыть руки и вот я в комнате. — Всё разбежались, я одна. Показывает пальцем на лицо — Вроде уже рассасывается, завтра буду в норме. — Сочувствую, пока время есть, лечись. — Завтра встречаюсь с певицей, сможешь приехать? — Надо, приеду. Я пошла чай ставить, а ты тут побудь, книжки посмотри, не скучай, в общем. Средне так живут, не плохо, но и не аристократия, у Кобзона в доме явно побогаче.
Судя по всему, тут три комнаты, стенка, фото в серванте, ну, такое знакомо, и у нас дома было. О, вот она в школе, банты, передник — красотка. Вот семейные фото, стоят группой где-то на югах, судя по пальме. Ага, надпись — «Ялта. 1977». Молодёжь, тёти в платьях и два солидных мужика, даже похожи, явно родня. Тот, который явно старше, мне явно кого-то напоминает, вот недавно же видел, а? — Что, фото рассматриваешь? — Это мы в Крыму два года назад, дядя в кои веки смог с семьёй побывать и то через неделю выдернули. Ну, пошли к столу?
— Вкусный тортик, спасибо. Сама не покупаю, стараюсь фигуру беречь, но не откажусь. — Не волнуйся, сейчас начнём работать — не располнеешь. Сегодня Стас приезжал, новые песни послушал и начинают готовиться, сговорились на две недели и потом пишемся. Ленту я тебе привёз, учи тексты, ноты есть — тренируйся. А завтра мы с Анне встретимся и обсудим по песням. Да она эстонка, вот такое имя, не удивляйся. — А если не захочет?
— Пффф, переживём, у нас в стране талантов много. У меня и Пьеха на подходе и Пугачёва уже созрела. А там и реклама, как композитору и денежки, чего греха таить. Кстати, тебе нужны? — С чего? Ещё не заработала, а в долг не беру принципиально. — Но авансы то признаёшь? — Миша, если прижмёт — обращусь, хорошо? — Согласен. Чем быстрее мы определимся с составами, тем быстрее начнём работать и отдачу получим. Но для дела я найду, экономить не будем, оно потом окупится. Что у тебя с аппаратом, можно взглянуть?
Ага, неплохо потёртый «Регент-30», надёжная машина, но для небольшого зала, надо думать. Чёрт, где бы комплект того же «БИГа» купить? Это на первое время, потом разживёмся, у меня на уме разговор с Анхен и ГДРовскими оформлениями, продам две-три песни и «фирмУ» достану. С «Вермоной» тоже понятно, по нынешним временам неплохо, но по моим запросам уже и слабовато. Видимо, словила мой скепсис — Да сама вижу, но пока такое.
Ладно, не углубляемся и это ещё надо было купить. — В общем, как только я сговариваюсь о встреч разу звоню тебе и ты приезжаешь, хорошо? А вот это ноты песен, которые я завтра буду предлагать и вот плёнка, пусть пока у тебя будет, это копия. Всё, прощаемся, еду домой и по пути пробежаться в магазин, хочу телик посмотреть.
Хотя… А если видак куплю — куда его потом? Да на работу притащу и всё, а сейчас беру маленький и даже не цветной — мне его хватит. О, ещё клей нужен, беру пару тюбиков «БФ» и еду домой. Пока светло, приклею парочку задиров на сиденье, чтобы дальше не поползло, тут не кожа и надо подлатать. Переднее складываю и пробую разместиться, но ноги плохо помещаются с моими 185. — Здравствуйте, Михаил.
О, знакомый — Здравствуй, Эдик, что один? — Да Гошка на работе, а я после учёбы…. Клеите? — Да надо, пихали тут всё подряд, вот и задралось. — А у нас тканью обтянуто. — Импорт? — Папа в Венгрии служил, там и брали, «тройка», но экспортная. А это Намин к вам приезжает? — Ага, как соскучится, так и едет. Да шучу, дела у нас. — Мы тут группу собрали, я хотел попросить — послушайте нас, нам совет профессионала нужен. — Ого. Я на мэтра похож? — Ну, для Пугачёвой кто попало писать не будет. — Соображаешь. Можно и послушать, вы где играете? — У Гошки папа на Бусиновской ТЭЦ работает, мы там в Красном Уголке пристроились.
— Далековато. Хотя я и работаю рядом, про Институт Культуры слышал? — Конечно, у нашего басиста там тётя работает, в библиотеке. — Это не Москва, а сплошной колхоз, куда не плюнь — везде родня или знакомые. Смеётся — Точно. — Ладно, когда? Да хоть завтра или в воскресенье, мы по выходным репетируем, когда начальства нет. — Завтра буду точно знать, ты мне к 12ти позвони, пиши номер. Что играете то? — Рок в основном, я нашу эстраду и не знаю, «Дипов», «Цеппелин», ну и другое.
— Солидно. — Да мы только начали, если честно. Я в Венгрии играл в Доме Офицеров, а тут все парни с нашей школы и двое вообще самоучки. — Ещё не факт, есть такие, что перца выдадут ого. «Битлы» тоже ничего не заканчивали, но и не парились по этому поводу. — Да я читал. А вы? Показываю два пальца — Музыкалка и училище. — Оооо, круто. — Эдик, я знавал кое-кого и с консерваторией — дубы дубами, поверь.
Сижу дома с чаем — Дззз. — Алло. — Здравствуй, это Инна. — Ооо, рад слышать, добрый вечер. Решила меня проверить? — Да нет, просто позвонила. Слушаю музыку и пытаюсь играть. — У тебя две гитары или струны на швабре? Хихикает — Нет, есть запасная, но она старенькая, только для дома. Я с папой говорила, сказал, что тебе доверяет, он кому-то там звонил в Геленджик и интересовался. — Я тебе сразу сказал, что я положительный во всех отношениях.
Чем занята на воскресенье? — Вроде ничего не планировала, а что? — Меня тут на прослушивание одной рок-группы пригласили, не желаешь посетить? Заодно и с нашей девушкой познакомишься, надо же потихонечку группу сколачивать. — Я с удовольствием, а когда? — Завтра узнаю и тебе перезвоню, йес? — Оф кос, командир! — Тогда привет и завтра свяжемся, кладу трубку и продолжаю чаепитие.
Понемногу заканчиваются кассеты и ленты, а где доставать импорт? Надо метнуться по комиссионкам, узнаю адрес у Стаса. Или у Эдика, по виду парень серьёзный и не глупый. И надо познакомиться с местными «звукописаками», тут цены то другие, чем у моря. Но и шансов нарваться на кидок тоже побольше, никто меня в столице не знает. Так что нужны контакты, опять задачка. Звонить Рустаму? И нафига ему свои каналы уступать и терять прибыль? И где Алла, чёрт возьми, у меня уже и песни готовы, а её нет, непорядок. Но сам не буду напрашиваться и этим цену сбивать, вам надо, вот и звоните.
Ладно, пока пишется кассета, завалимся и газетку почитаем, вдруг чего интересного вызнаю, да и вообще для кругозора не плохо. В местной так и рекламы концертов печатают, а в комсомольской и хит-парады, тоже сгодится, когда импортных нет. Передовица про открытие выставки на ВДНХ, бла-бла-бла, присутствовал сам товарищ Гришин В.В. Очень приятно, у нас тоже однофамилица есть, пробегаю глазами по паре фото и зависаю в шоке — мама дорогая, это же Он!
Ещё со времён художественного кружка натренировалась память на изображения, так что совмещаю это лицо с тем, что видел у Ритки, и медленно охреневаю — это сам московский правитель собственной персоной. Дядя? Надо порыться в ноуте, есть там у меня что-то про Перестройку и про него тоже упоминается. Фамилии одинаковые, тогда тот мужик на фото — его младший брат и отец Риты? Хренасе, сюрприз, а почему Стас не предупредил?
И она молчит, как рыба на льду. А мне как поступать теперь? Старший то Член Политбюро, это что, и меня проверят, если я там рядом засвечусь? Ёёёп, мои комарики, вот же мечтал всю жизнь, скрылся, называется, ага… Щёлкнуло, запись окончилась, иду к магнитофону, меняю кассету и опять впадаю в размышления, вот это поворот событий.
……….. Тот день 4го августа был сюрпризом не только для товарища Фомина, на городском пляже города Тамбова отдыхала одна дама 32х лет — Ирина Дмитриевна Соломина. Их театр приехал на гастроли, выдался свободный день и она просто сбежала от всех и захотела отдохнуть в укромном месте. Оно нашлось в сторонке от толпы, здесь уже и деревья почти у самого берега, редкие прохожие, лежим между кустиками и притворяемся овощем. Заодно покопаемся в айфоне, как раз закачала книгу про моды Миллениума, интересно же посмотреть на то, что носили во времена её мамы.
И мама и Ира были костюмерами в этом самом театре, это уже семейное, а в прошлом и три поколения швей, ещё с 19го века. Хорошо пригревает, ветерочек, есть и баночка тоника, прихлёбывает по глоточку и как-то незаметно глазки и закрылись… Что — то прохладненько, открывает глаза, оппа, а уже сумерки, ну ничего себе, поспала. Нажимаем мобильник — ну ты, чёрт, разрядился напрочь.
На вскидку, часов восемь, пришла она в четыре, неплохо поспала. Хотя с этими костюмами и дурой в виде примы Галочки можно было и до утра работать, чтобы она опять порвала что-нибудь. Сучка наглая, крутит задом перед режиссёром, вот и прощается ей многое. Ладно, девушка, вставай, пора домой, сейчас поужинать и завалиться с планшетом на кровать. Потянулась ещё раз, смотрит на берег и ничего не может понять.
Что за баржа? Я же вот тут купалась, оглядывается — а на месте кустов, какие-то сарайчики деревянные, вообще чудеса. По реке тарахтит катерок, чего такой древний-то? — вспоминает лето у бабки на Каме. Слышит шорох справа и от сараев выходит пьянющий дядька неопределённых годов — Здравствуйте. — Аааа, эээ, ты кто? — пытается навести резкость. — Ира. А откуда тут баржа, тут же вроде пляж был?
— Какой пляж девка, всё бы вам купаться, а кто работать будет, я спрашиваю. Вот мы в войну пахали, как проклятые, а вам всё бы отдыхать, вон какая гладкая… Э, да чё с вас взять, стиляги все, а ещё поди и комсомолка? Ирка слушает это пьяный говори не может понять — какая война, ему лет 50, ну 55, а у нас ветеранам по стольнику. Комсомолка? Стиляга? Кино насмотрелся, что-ли?
Кричит ему в спину — Эй, дяденька, а какой у нас год, тоже не скажешь? Тут он остановился и медленно поворачивается — Ты чё, сдурела? Головку напекло? Семьдесят девятый, к твоему сведению, бездельница, махнул рукой и так же потопал дальше по берегу. 79й? Она смотрит ему в спину и соображает, что одет то он точно во всё «совдеповское», уж костюмер театра то в этом вопросе хорошо разбирается. Так, шиза, подожди, я сама ничего не соображаю.
А если? Ё — моё, сама же книжку читала только что про попаданца, вот так прилёг и встал пацаном в 62 м, бррр. Пощупала себя — да нет, попа и сиськи те же и даже айфон есть. А толку то, зарядка в номере, а номер где, в 24 м году остался. Если я попала, то чего делать то? Как бабушка рассказывала страсти про КГБ и прочее, то только сунься сейчас, ага. Денег нет, два глотка тоника в банке и шоколадка в сумочке, вот и вся еда — приплыли, Ирочка. Еще и стемнело — ну всё до кучи. Пошла… хоть до вокзала дойду и там посплю.
Делаю три шага — стоп! Какой вокзал, там милиция во все времена бродит, подметут враз. Как на автопилоте, делаю два шага в сторону и дёргаю за ручку, ой, а дверь в сарай и открылась. А это и не сарай, а что-то вроде вагончика, даже пара лавок, стол и железная печка в углу. Но уже ни черта на видно, села и смотрю в крохотное окошко — Что делать? Сама не знаю, кроме как шить, я же ничего не умею, ну второй разряд по волейболу имею и всё. Что-то от таких мыслей вообще тоскливо стало, пошла и легла на лавочку, сумку под голову и решила просто спать, что будет — то и будет.
Проснулась от гудка на реке, оппа, уже и солнце. Так, подниматься и оглядеться, не дай, Бог, кто в сарай заглянет, сразу начнутся ненужные вопросы. Так, увидела бачок с водой и кружку, попила. Умылась и осторожно выглядываю в дверь — вроде никого, тогда выходим и топаем в сторону домов. Ага, вышла, вроде в той стороне вокзал, сходим и осмотримся… А на улице движения, машины старинные, автобусы, я уже и забыла, как они выглядят, а вот и киоск «Союзпечать», вижу за стеклом газеты и журналы.
Выглядываю дату и наткнулась — ура. Хотя тут не радоваться, а впору плакать — 2 августа 1979, приплыли, Солома, вспоминаю детскую кличку. И по фамилии и по отчаянно белым волосам. Села на лавочку и листаю дальше, а на меня никто и внимания не обращает, читаешь и читай, тут этим никого не удивить. А в газете про Партию, наступающую Олимпиаду и всё в этом духе, читаю и чую, что я назад не выгребу. Везёт вон девахе, выскочила из переулка, коробка в руках, улыбается и чешет прямо к коммунизму, шутка.
Ой, уже не бежим, а упала и всё посыпалось. Подбегаю — Помочь? Подаю руку и помогаю встать — ууу, колено рассадила, нам такая бяка по спорту хорошо знакома. — Пошли на лавочку. — А это? — показывает на асфальт. — Сиди, я соберу, стереги сумку. А сама складываю катушки с нитками, тюбики клея, обрезки материала, блокнотики, в общем, всякую мелочевку. Приношу на лавку — Вроде всё тут. — Ой, спасибо вам, я Неля. А я Ира. И хватит выкать, я не бабушка. Куда это, в детский сад?
Улыбается — Я в детском доме работаю, а директор попросила закупить в универмаге, как раз рядом со мной. А я вот… — Дааа, ходок из тебя никакой, надо бы и коленку заклеить, беру сумочку и роюсь, вроде был где-то лейкопластырь. Ооо, вот он, родимый, достаю флакончик с туалетной водой — Потерпи, щас больно будет, пшикаю на рану и дую. Потом леплю пару полосок и вроде нормально. А что это она так подозрительно молчит?
Ох, ё, смотрит же на полоски, на флакончик, прокол — Подарок, был один поклонник из морячков. — Первый раз такой пластырь вижу. — Ты не про это думай, перебиваю тему, вот как добираться будем. — Да я сама… — Ага, балерина, прямо на пуантах, какой автобус? — 23й, зачем? — Не шуми, похромали, держи мою сумку, а я коробку, ну и цепляйся за локоть. Автобус ждали не долго, залезли и упали на сиденье, мы барышни, да ещё и хромые — ребята уступили без разговоров.
— Ты кем там работаешь? — Да воспитателем на все руки, только после училища, вот и суют во все дыры. Хотя мне нравится с малышнёй работать, они такие интересные. И мне их жалко, я сама без отца росла, а тут почти все сироты. — А вы…ой, ты? — Смылась от мужа и тумаков, а ещё и обворовали в дороге, заснула и готово. Документов нет и денег нет, чисто сработали. — Ирина, а как же так? — Да вот так, теперь не знаю, что и делать, хотела в Москву поехать, но куда сейчас?
— Да ладно, что-нибудь придумаю, а сама украдкой поглядываю на неё — проскочила моя поклёвка или нет? Может, и не совсем благородно, но мне тут не до политесов, мне бы куда приткнуться, хоть на время, и отдышаться. — Ира, я придумала, она аж засияла, мы поговорим с Эрной Карловной, это наша директор, она добрая и справедливая, возьмёт тебя на работу и ты заработаешь денег. И с документами поможет — у неё сын в милиции работает и вообще… А ты чем занималась? Про театр мы промолчим — Да швея я, в мастерской работала. — О, совсем не плохо, а вон и наша остановка.
Пришли к воротам, проходим в здание и идём в кабинет рукоделия. — Клади коробку на стол и пошли к Маме, мы все её так зовём. Ага, приёмная и два кабинета, я села на стул, а она ушла на разговоры. Входит девушка и усаживается за стол — Вы по делу? Показываю на кабинет — Мы к директору, просили подождать. Вспоминаю всякие кино про СССР, точно, такая же обстановка, и стол и пишущая машинка и полки. А девушка с интересом рассматривает меня, пришла тут в детдом какая-то странная и вся в импорте.
Так, выглядывает подружка и зовёт меня. — Добрый день, я Ирина Дмитриевна Соломина. — Очень приятно, а я Краус Эрна Карловна, директор этого заведения. Неля Ивановна рассказала мне про вашу проблему, сочувствую. Может, нужна помощь в милиции? — Честно говоря, мне бы там особо не светиться, начнут сообщать по месту жительства, а там муженёк буйный и родня со связями, через день он будет здесь и куда опять бежать? — Погоди, Ирина, она уже махнула на условности, думаешь, управу на него нельзя найти?
Делаю обречённое лицо — Пробовала я, не помогает, там всё повязано. Она думает и барабанит пальцами по столу, а я делаю вид Алёнушки у озерца. — Ладно, пока подождём. Ра ты специалист, то предлагаю место швеи по ремонту одежды и белья. А если согласишься вести у девочек кружок кройки и шитья, то просто замечательно. Ну и доплата, соответственно положена. Что скажешь? — А комнаты у вас не найдётся случайно? Улыбается — Случайно найду. И комнату и столовая у нас есть, ты тут будешь, как дома и никто тебя не тронет.
Детей любишь? — Честно говоря, у меня их ещё нет, но есть брат и две сестры. Двоюродные, но я про это промолчу, есть же. — Тогда пойдём, покажу тебе всё, выходим и она прокладывает путь со своим ростом в 180 и весом в кил 90. Там учебный корпус, тут жилой, обходим здание и поднимаемся на крыльцо — А здесь у нас что-то вроде общежития, напротив пара, а вот твоя квартира, отмыкает двери и тут небольшой коридорчик, комната и даже кухня, кладовая и туалет с умывальником.
— Душевая у нас есть, но в корпусе. Жить можно, у меня тут медичка почти четыре года прожила. Клади сумку, ничего не пропадёт, вот тебе ключи и идём дальше. Показала мне прачечную, а рядом мастерская для швеи. Ага, познакомилась с «коллегой» и рулим в учебный корпус. — Смотри, Ирина Дмитриевна, вот тут кабинет с машинками, их десять, не новые, но мастер приходит и всё чинит, пока рабочие. Ну а со всем коллективом познакомлю попозже, к сентябрю начнут собираться, сейчас и детей поменьше и народ отдыхает.
Пошли, ещё столовую покажу и можно считать, что ты в курсе основных паролей и явок, улыбается и шагаем по коридору. — Здравствуйте, девушки, вот наш новый сотрудник — Ирина Дмитриевна, будет мастером по швейному делу, живёт здесь же, кормите и любите. А она вам за это что-нибудь пошьёт, вон передник у Кати постоянно протирается, улыбается толстухе в колпаке. — А я виновата, что материал не крепкий? — подмигивает мне. Покормим, приходи, тут даже ночью человек дежурит, мало ли, вдруг еда приснится.
— Спасибо, девочки, хоть мама будет спокойна, что я не исхудаю. Неля тут же влезает с предложением — Вот сразу и позавтракаем, оладушек дадите? — Ну вы кушайте, а потом ко мне, Мама вышла, а мы встали к раздаче. Пока нам нагружают еду, нюхаю и понимаю, что реально проголодалась, а если бы не встретила Нельку, так и всё? Мдааа, в реальности попаданцу не так и хорошо и еда тут считай, что на первом месте в списке желаний.
Кушаем, а как всё вкусно то, мммм, или с голодухи? Сметанка есть, повидло грушевое и чай с печеньем и даже молоко в стакане. — Или ещё чего, Ирина? — Спасибо, Катя, это бы одолеть, макаю оладушку и уминаю с удовольствием. Неля меня успокаивает — Вот видишь, всё устроилось, работай и потихоньку про все неприятности позабудешь. Я вот тоже расстроилась, когда упала, а ты мне помогла и сразу жизнь наладилась.
Оптимистка, смотрю на неё и завидую, легко с людьми сходится. А мне сейчас придётся всё заново начинать и чую, что назад дороги нет………….. Часть 3. «Прелюдия успеха». — Привет, проходи. Нашла? — Такси всё знает, а с квартирой сама разобралась, улыбается Анне и подаёт пакет — это сувенир к чаю. — Спасибо, пригодится, нас тут много. — Это мои коллеги из группы — Рита и Инна. А это Анне Вески, классная певица и красивая девчонка. — Я так и покраснею, приятно познакомиться. — Всё, начинаем с кофе, а потом остальное. — Сразу видно русских — всё начинается со стола. — Привыкай, осматривайся, вот тут я и живу, а там моя студия, шучу, просто инструменты и техника хранится.
Ритка зовёт к столу и мы опять в кухне — Как долетели, как разместились? — Переночевали в гостинице «Турист», а завтра в Рязань с утра, но уже на автобусе. Разворачиваю пакет, а там коробка конфет и бутылочка знаменитого «Ванна Таллинн», слышал я про этот ликёр только по воспоминаниям ветеранов сцены. — Наливать? — Зачем, мы же работаем.
— Ладно, девочки, убираю до лучшего случая и надеюсь, что он у нас будет. Вы в Рязани надолго? — Два дня, потом Тула и обратно через Москву, к воскресенью вернёмся. — У нас не выступите? — Вроде не договаривались, сразу домой. Ладно, я в ваши планы не лезу, улыбаемся и пьём кофий.
Продолжаем в комнате — Анне, про наш разговор помнишь? Есть вот такие песни. Пару предлагаю более официальных, ставлю ей про поворот и обманчивый лёд, неужели свой же хит забракуешь? Пел то я, но под фонограмму караоке, сидим и слушаем. Её бы Саруханов послушал, но прости, Игорёк, я первый добрался. — Хорошая песня, мне нравится. — Отлично, слушаем другую, ты как насчёт регги? — «Супермакс»? Ооо, это круто. — А тут помягче, но ритм тот, включаю ей от Жанночки, знаменитое «Верю я», слушает и девушки мои уши навострили.
Прослушала — Красивая мелодия и слова прекрасные. Ты думаешь, пропустят? — У вас с этим попроще, надеюсь, что пропустят. И ещё одну от, тут всё стильно по-западному и даже блюзовое слышится — «В городе моём». Я постарался чуток от мудрёных вокализов избавиться, просто песня и всё, по-моему неплохо получилось. — Миша, я её обязательно спою. — Ну, грустного хватит, послушаем весёлого, включаю про «эти жёлтые ботинки», стильно и бодренько звучит.
Ну и сразу «Ты, только ты и новая песня», прости, Жанночка, но тебе и на твоей загадочной планете неплохо. — Ну вот пока и всё, как твоё мнение? — Не ожидала, если честно, даже не знаю, что сказать, настолько это круто. Михаил, но это дорого, чем мне рассчитываться? — Песнями, будете исполнять с группой, а то и запишете, а мне пойдут отчисления. И я с удовольствием бы записал свою группу на таллинской студии «Мелодия». А ещё у вас завод по записи кассет есть — тоже не откажусь. Есть знакомые? — У меня нет, но надо спросить у ребят.
А к нам приедешь? — Вот трое уже есть, добавим ударника и можно думать о выступлении. Приглашайте где-то через месяц и мы с радостью. Ну что, берёшься? — Я же не одна, нужно с ребятами поговорить, дашь на время кассету, я им поставлю. С возвратом, конечно. — Бери, всё зарегистрировано и оформлено. И поговорим, дело то и мне и вам выгодное. Ты же прекрасно знаешь, что ничего бесплатного в нашем бизнесе нет, посидим и решим, а вы как раз в эти дни подумаете без спешки и мы вернёмся к разговору.
Ты же слышишь, мне интересен другой звук, другие ритмы и мелодии, а на сцене пока в моде иное. Но оно скоро уйдёт. И ещё на следующий год приедут тысячи туристов, им наша эстрада нынешняя не интересна, им подавай другое. Вот я и предлагаю к этому времени выпустить качественный и современный продукт, то же «диско» и «регги», постарайся донести это до ваших ребят. Смотрит на часы — Прости, но… Мне ещё нужно в одно место попасть, ребята будут ждать на метро «Спортивная». — Сама доберёшься? — Конечно, что тут сложного, смотри на схему и слушай объявления.
Ладно, хоть до метро доставим, прокатимся, девочки? Они не против, иду выгонять машину, а им можно и поболтать на улице. Не забыть бы в два к Эдику, пообещал, теперь уж неудобняк отказываться. Провожаемся на станции — Звони и до встречи. — Спасибо, Михаил, пожала мне пальцы и пошла к турникету. — Ну что, девочки, поедем к рокерам, встряхнёмся? Чего так молчите? — Ты уверен, что она будет с тобой дружить? Это же эстонцы, они ребята очень интересные, мягко говоря, сталкивалась в училище.
— Рита, попробовать то надо, никто ничего просто так дарить не будет, все права у меня. Но в одном ты права, надо создавать свою группу и можно не одну, но под контролем, социализм — это учёт, помните?
Вот и ТЭЦ, по трубам ориентируемся и не ошиблись, с вахты позвонили и вызвали Гошу, а уж он проводит нас, но фамилии и имена записали. Тётка на фамилии Гришина чуть замялась и смотрит на меня, прикрыл глаза и она пишет дальше. Поняла или нет, но мы проходим дальше и вон там уже контора и этот «Красный Уголок». А тут и сцена и парни на ней, три гитары и ударник — Здравствуйте. Я Михаил, это девушки из моей группы — Рита и Инна. Эдик знакомит со своими, но мы долго не растягиваем процесс, уселись на третьем ряду и они начали.
Что-то знакомое, Рита пояснила, что это «Дипы», кивнул и слушаю дальше. Ну что сказать, не плохо, и ритм держат и задор есть, но ещё помарок хватает, слышу кое-где киксы и провалы. Аппараты звуковые почти никакие, у Эдика гитара неплохая, у парней попроще, в общем, таких ансамблей по СССР гора при каждом Красном Уголке. Сыграли три вещи и смотрят на меня. Выхожу к ним — Спасибо, парни. Ну что, говорить вам честно или красиво? — Да лучше честно, вступает Эдик.
— Тогда слушайте и не обижайтесь. Начну с ударника — парень хорош, ритм держит, но колотит громковато. Хотя, это не его беда, а слабые усилители, при мощном звуке этого как бы и маловато будет. Но при мощном… Так что держи баланс на будущее, чтобы остальных не забивать.
Бас нормальный, но не лезь в ненужные сложности, тут не столько красота нужна, сколько соблюсти чёткую связку с барабанами, на вас все ровняются. Поешь правильно, но не лезь на форсаж, без тренировки сорвёшь горло, есть специальные занятия и поищите специалиста по вокалу.
Так? — смотрю на Риту. Кивает, что правда, продолжаю. — Эдик молодец, даже ничего не скажу, Гоша тоже нормально, но высоко струны над грифом, опусти вполовину, меньше будут пальцы уставать и посторонние призвуки гасятся на раз. А так не безнадёжно — не расстраивайтесь. Теперь по репертуару — С инглишем у вас средне, на одних каверах долго не протянете.. — Что? — Кавер — это повторение авторского исполнения, толкую ударнику. — Есть и целиком кавер-группы, они выбирают обычно образец для подражания, но уж тогда копируют всё….
Да-да, вплоть до цвета носков, не смейтесь, это тоже труд и не малый. Ну и много у нас дотошных знатоков тех же «Дипов»? Вы сможете шпарить так же, как Гловер с Ричи? Мой вам совет — играйте рок для своих и на русском языке. Есть разница, не спорю, и она большая, основное в теории, там разные языки и построение фраз и прочее. Но укладывайте наш язык на современные ритмы и будете понятно всем. А значит, и зрителям интересно, а это ваши будущие деньги, без которых музыкантам никуда. Аппаратура, инструменты, вот они просто тянут вас на дно.
— Где на всё заработать то, это всё профсоюз выделил? — Очень хороший вопрос, Эдик, будет музыка — будет спрос, обычные торговые отношения, все так играют и вы не исключение. — А песни? — А вы на что? Дай мне гитару, иду на сцену и встаю у микрофона. — Коля, постучишь за мной, а Витёк бас с грифа снимет, три-четыре, погнали… «Мой приятель — беспечный ездок…», выдаю им хит от Коли Фоменко и вот уже и группа играет со мной, даже Гоша повторяет аккорды.
Вот так, парни — газ до отказа и одной ногой в рай, пропел и гашу струны. — Ну, заходит? — Класс! — Вот и людям будет интересно понять, про что поётся и на себя примерить. А теперь взрослый разговор — хотите играть такое и чтобы вас знали все пацаны по Союзу? — А можно? — Гоша, нужно. Пока молодые, дети не пищат и настрой есть — рвите у жизни свой шанс. Я вам дам песен, помогу с аппаратурой, с записью магнитоальбома, а от вас требуется только желание играть, а не тренькать во дворе под гитару и пиво.
Согласны? Они хором выдыхают — Дааа! — Всё, вечером мне Эдик позвонит и мы переговорим подробнее, а то у меня и свои дела. Ну, ещё песню на посошок и мы поехали. Постоял, подумал и выдаю им «Группу крови», слушайте, оно хорошо мозг будоражит, по себе знаю — пою и вижу их глаза, в которых разгорается пламя. Ничего, я из вас сделаю шок и трепет, только не слиняйте раньше времени. — Всё, мы поехали, часиков в восемь брякнешь мне, жму им руки и нас провожают обратно.
Едем и можно поговорить — Отличные песни, не жалко отдавать? — Инна, я никому не отдаю песни, я просто разрешаю их петь, это большая разница. И им это больше нужно, мы же будем играть совсем другое, зачем всё грести под себя. Просто я раньше увлекался этим и написал много чего, но только в тумбочку и вот пришло время это исполнять. Они молодые, нахальные, вот и выдадут со сцены этот напор. — Да нормальные пацаны — им только дать развернуться.
— Вот я про это и говорил. Пусть свою поляну окучивают, а мы свою, надо будет — встретимся и споём на одной сцене, но не сейчас. В этом клубе они никого не дразнят, папа у Гоши в начальниках, если что и прикроет. Но и они пусть зря не нарываются, бунтари хорошо начинают, но плохо заканчивают. Рита усмехнулась и я продолжаю. — Всё хорошо в меру, и надо её соблюдать, тогда будет всем приятно.
Инна, что с барабанами? — Созвонилась и с той и с другой, в понедельник подойдут, послушай сам. — Хорошо, я тебя понял. Нас подпирает время, берём лучшую и начинаем работать, пофигу её загоны, если они есть. — Да так вроде нормальная, но она азиатка, даже кореянка, из самого Ташкента. — Номана, будем с ней карате учить. Шучу, я на тему национальностей особо не страдаю, главное, чтобы она играть умела. И хотела. Завозим Инну домой, потом и Риту и я свободен, ко мне должен ещё гонец от Рустама прибыть.
Прибыл, втыкаю ленту на запись и пишу новый альбом «Донны Саммер», на море и под винцо и девушку рядом, самое оно. Звонок, иду и вижу знакомое лицо — Привет, Артур. — Привет, Миша, по рукам и проходит в квартиру. — Как ты решил меня посетить? — Рустам уговорил. Шучу, проездом на Калинин, там у родственника свадьба, мои напрямую поехали, а я к тебе завернул. Выгружает пакеты — Это деньги. Вот это письма. А это к столу, звякнул стеклом. — Чай, кофе? Есть хочешь? — Да не откажусь.
Всё, он в ванную, а разогревать бифштексы и готовить стол. Переночует у меня, а с утра на поезд и на Тверь, тьфу, Калинин, ляпнешь где, вот и прокол. Хотя местные так сплошь и рядом говорили и никого в КГБ не тащили, играл я с одним парнем из тех краёв. — рассказывай, что новенького?
Лену видел в ресторане? — Привезла мать, а так то играет, куда ей деваться. Анжела поёт, с твоими песнями ездила в Баку выступать и хорошо принимали. Роза ворчит, что и эту певицу потеряет. — А ты? — Крутимся помаленьку, думаю ещё точку открыть, но в Анапе, там народа побольше. Да и знакомые есть, смотрит на меня с вопросом.
— Будем дружить, не волнуйся. Я тут понемногу раскручиваюсь, погоним записи наших групп, хорошо пойдут, я отвечаю. — Брат, деньги будут, даже не сомневайся. — А куда нам деваться друг от друга, надо дружить. Скажи мне, здесь есть контакт в студиях? Да не смотри так, и тебе и местным достанется, ты меня знаешь — я слово держу. — Есть один адресок и телефон, я к нему зимой ездил. — Покушаем и позвони, пусть меня примет, а то с улицы заходить не по чину, или не поверит или просто кинет, это же Москва, тут лохов любят. Да как и везде, и обижаться не на кого.
Накатили по коньячку и плавно переметнулись на деловые разговоры. Прокручиваю ему на магнитофоне ленты, добавил и новый «СHIC», пусть развлекает курорт диско-музыкой. Мне бы самому не ошибиться, а то всучу запись, а её ещё и в природе нет, так что проверяю по своим спискам и не один раз. Рассказал немного про местное житие и бытие, а там и 11, пора укладываться и в 6.30 вставать. И он дозвонился до этого Алика и сговорились на встречу.
Решил и я отплатить добром и везу его рано утром на Ленинградский вокзал, хрен ли толкаться в метро, да ещё и какую-то коробку везёт. — Как тачка? — Катаюсь, пока всё нормально, да и на крутую ещё не заработал, если честно. Ты же сам знаешь, поначалу одни траты, а до прибылей ещё далеко. — Кому ты говоришь, Анапа уже столько денег высосала, а выхлопа нет. Но за ленты спасибо. — А тебе за Алика, рука руку моет, подмигиваю ему. Приехали минут за 15 до «отплытия», нашли платформу и провожаю прямо в вагон. — Давай, брат, удачно тебе погулять, ну и вообще…
Всё, иду назад, без меня поезд тронется, выруливаю на площадь и сбоку хватают за рукав — Стой! — Ирка, так же обгадиться можно, ты откуда? Улыбается — Только вот приехала, закончился колхоз. — А чего одна? — А она ещё вчера в Питер укатила с женихом. Ой, прости… — Ты думаешь, рыдать буду? Не дождёсси… Куда направилась? — В общежитие, куда ещё? А ты? — А я домой. Поехали, кофием угощу и потрещим по дороге. — Фиии, откуда у вас такой жаргон, Михаил Егорович? — бабуля бы здорово удивилась. — Как она, кстати? — Всё нормально.
Вот и машина, садимся и вперёд. — У тебя вода горячая есть? — Есть, а что, в Москве может и не быть? — Да мало ли, нам в деревне отключили и неделю без неё были. Намекаешь на ванну? — А что — по запаху не чуешь? — У меня нос заложен, я с женщинами больше на ощупь, улыбаюсь и одновременно увиливаю от одного шустряка на «москвиче». — Проходи, расслабляйся, тут никого, хоть голяком гуляй. Вот шампуни, полотенце принесу, халата нет, извини. — У меня есть, спасибо. Всё, она нырнула мыться, а я опять грею чай и сооружаю яичницу с томатами и сосисками.
Заходит в зал — Ты где? — На запах иди, не ошибёшься. Усаживайся, угощать буду, у нас здесь все по-простому, но сытно. Пять капель коньячка? — Давай, не откажусь, в деревне был только портвейн и тот гадкий. — Тебе можно, а я за рулём, наливаю себе «Буратино». — Ну, за встречу? Закинулась, поела, и минут через 15 порозовели щёчки — Ой, что-то меня прёт слегка, это ты виноват. — Специально наливаю и воспользуюсь, ты так подумала?
— А если соглашусь, не подумал? — Почему и нет, беру её за руку и притягиваю на колени. А потом просто целуемся взасос, ну и дальше руки пошли на исследование выпуклостей и впадин. Это хорошо, что у меня резинки и у дивана есть и в ванной и даже в кухне, так что начали у стола, а продолжили на диване. Хорошааа, может, не так и откровенно сексуальна, как Анхен, но порох в ней есть, Женю точно заткнёт за пояс.
В последний раз простонала и вытянулась на мне — Жива? — Вроде да, но сил никаких… Ладно, полежи, подрываться не надо, глажу её по спинке и она постепенно расслабляется. — Класс. Я с первого раза тебя хотела. — И чего молчала? — Не стала Женьку расстраивать. Но оказалось, что была не права, вот и исправила ошибку. — Тогда пошли в ванну и ты мне всё про ошибки расскажешь. Лежим, балдеем, я её водичкой слегка обливаю и нафиг нам все подробности, нам и так хорошо. — Скажи, ты на меня тоже обиделся? — С чего это? — Ну так вот вышло всё некрасиво.
— А ты хочешь исправить? — Хочу, а как? В постели? — Почему? Приходи петь, твоё место свободно. — Правда? — аж перевернулась и уставилась в меня взглядом. — Ира, я всегда говорю правду, может и слегка разную, но правду. — Миша, я согласна, опять целует меня и очень смачно. Ну раз так, то тут же и делаем второй заход на любовь, с плесканиями воды, но молча и страстно. — Фуххх, сдуреть можно, это просто озверин какой-то, сама себя не узнаю.
Да у меня и опыта то сильно нет, всего двое было до тебя, обмывается под душем, а я сижу на крышке унитаза и слежу за процессом. — И мне совсем не стыдно, брызнула чуть водой в меня и смеётся. — Пошёл я, не забудь пол вытереть. — Ну вот, сказка кончилась и карета превратилась в тыкву. — Не прибедняйся, не верю, сильно лицо довольное — подаю ей полотенце и выхожу. Сижу на диване и понимаю, что у нас будет женская группа и я во главе, назвать Прайдом?
Кхе, оригинально, но могут и не понять, времена то ещё патриархальные — женсоветы, собрания и прочий геморрой на голову. Вышла, садимся и начали говорить за жизнь, жёстко и прямо — Да или Нет? — Миша, сегодня просто была слабость, поверь, на работе это никак не отразится. Считай, что я ей отомстила и всё. Так хорошо всё начиналось, появилась какая-то перспектива и получите отказ. Женя, это у тебя жених и прочее, а я то при чём? Всю жизнь ей всё, а мне во вторую очередь, родня, называется.
— Тихо-тихо, не кипятись, ты ей так и докажешь, что она была не права. Так что завтра мне приводят ударника, смотрю на неё и мы начинаем, у нас осталось ровно две недели. И мы должны выстрелить, чтобы вся Москва вздрогнула, иначе зачем было всё затевать. Представляешь, сколько я денег вложил сюда? — Да уж считать умею. — Ооо, и это ещё не всё. И я хочу получить отдачу, заработать славу и денег, ну и не обидеть вас, одному мне этот воз не вытащить. Так что впрягайся и будем пахать, как негры на плантации, а то и больше, сцена — это только красивая картинка, остальное труд, пот и слёзы…
Домой сильно торопишься? А то я вызову певицу и попробуете с ней, пока мы всерьёз не начали. — Конечно, вдруг не подойдём. Давай, я уборку сделаю, что-то у тебя пыли многовато, не обижайся, но мужик и есть мужик. — Давай, а я скатаю в одно место, на пару часиков, не больше. — Хлеба купи, ладно? Какие знакомые слова, улыбаюсь про себя и поехал к неведомому Алику. — Привет от Артура, я Миша. — Ааа, понял, привет, я Алик. Проходи, сам только приехал, пока народа нет — поговорим.
Понятно, чем они с тем похожи, такой же нос и черты лица, но говорит совершенно правильно и без акцента. — Артур сказал, что у тебя есть крутые новинки, как с этим? — Как в магазине — я тебе товар, ты мне деньги и мы дружим в полный рост. Вижу, что у тебя тут солидно, я тоже по мелочам не работаю, надеюсь, что будем дружить. Что из этого интересует? — показываю список на 7 позиций. Профи, сразу видно, пробежал глазами — Хм, очень интересно, про половину и не слышал, у меня только Донна Саммер и появилась, откуда дровишки?
— Алик, ну кто тебе кормушку сдаст, главное, что оно есть, можешь проверить качество — даю ленту с «KISS». Погонял туда-сюда, стоп, перемотка. — Круто, но это не диск, так? Темню малость — Конечно. Тюнер «Ямаха», писано на «Акай» у самой германской границы, качество слышишь, а кто про это догадается на второй-третьей копии? Зато новяк, сам понимаешь, там всё горячее и прямо с прилавка. Ты берёшь первым, снимаешь сливки и оно окупится, вся страна в столицу едет за товаром.
А вот это как тебе? — ставим ленту с записью из ресторана. Прослушал две песни — Ничего себе, это наши? — Мои. Поют две девушки, первый состав группы и писал в Геленджике. Сейчас у меня другие, ещё покруче, на неделе уже записываем полный альбом. — Миша, думаю, это будет бомба, приноси и беру без торга — он подаёт мне руку. Ну наконец-то, пожимаю и чую, что у меня появился деловой партнёр. Дальше уже говорим по деловому: что, когда и сколько. Я ему сдаю 6 альбомов, получаю свои 12 тысяч и считаю, что это нормально, мне то они вообще даром обошлись. Это если не считать потерянных нервов и попадания в другое время.
— 25го мы выступаем, тебе билетик сделать? — Спрашиваешь, приду с женой. — Тогда ещё подскажи, где хорошей лентой и кассетами разжиться. Всё, получаю адресок, оставляем свои координаты и я покатил домой — посмотрю, как там моя Золушка справляется. Из автомата связываюсь с Ритой и рассказываю про Ирку — Я поняла. Приезжай ко мне, уже собираюсь. И верно, чего тут тянуть, с ударником или без, но мы начинаем запись, уже давно пора….
Поднимаюсь и звоню в дверь. Открывает — Привет, я докрашиваю второй глаз, одна минута. Ладно, погодим, а вот и папа — Добрый день, я Михаил Фомин. — Добрый, а я Николай Васильевич. Она рассказала про вас, но познакомиться не мешает. — Это точно, я уже догадался. Ага, понял намёк и слегка улыбнулся. Выходит — О, вы уже познакомились? Я готова. Мы надолго? — Часа на три. — Папа, я на три, может, на четыре, если что — позвоню, чмокает его в щёку и мы сваливаем. — И как папа? — Нормально, это же не дядя, смотрю на неё и улыбаюсь.
— Уже догадался? — Велика тайна, вся страна в портретах. А я рисовал когда-то, память хорошая. — А я виновата? — А я что сказал против? Ты поёшь, а не на трибуне стоишь, так что всё нормально, молчим, улыбаемся и машем, поняла? — Поняла, уже и оттаяла. Кто она? — Девушка, конечно, одна из того дуэта, как раз тебе в пару. Пришла и попросилась обратно, я взял. — Послушаем, хотя я твоему слову и так верю. Знакомство прошло спокойно, полчаса, я настроил технику и пару раз прогнал старую запись с пением.
— Девочки, а теперь «минусовка» у вас в наушниках, я сигналю и вы поёте, йес? — Оф кос, командир. Спели два дубля, прослушиваем. Да нормально, спасибо Рите, она уловила нюанс и немного подстроилась под Ирину. Женя пела только для себя и в этом разница слышится. — Девочки, всё отлично. Теперь встречаемся в студии и начинаем работать, к 25 мы должны выдать программу. И уже ждут наш альбом и аванс выдали, понятно?
Они переглянулись — Ну раз аванс, тогда точно придётся работать, и гогочут, мартышки… Пошли в кухню, обмоем это дело и обговорим детали. Пока не начали, выдаю им по 250 — Расписываться не надо, это ваше, взяли и забыли, кто вам их дал. И сразу договоримся — всё, что связано с деньгами, всё обговаривается только между нами и без рекламы, так? — Так, Миша, говорят совершенно серьёзным голосом. — Отлично, а теперь пьём чай и живём дальше, а я рассказываю им про тонкости проведения гастролей и концертов. Про уловки администраторов и на что живут наши звёзды про доходах в четыре рубля с концерта.
— Откуда ты это знаешь? — Знаю, но это тайна, я уже старый и меня не раз закидывали в самый густой куст терновника. Смеются, про эту сказку слышали. Кстати, сказку мы тоже обыграем, вдруг понадобится, а у нас уже есть. Пели ещё и ещё, разошлись уже к пяти, развожу всех по домам и вертаюсь обратно, скоро придут парни и надо подготовить песен. Вот и восемь вечера — Привет, проходите, присаживайтесь. Вытащил в комнату магнитофон, пока хватит, не будем всё светить.
— Ну что, господа рокеры, подумали над моим предложением? Судя по всему, командует тут Эдик, как самый грамотный — Да, мы согласны. — Тогда вот тебе ручка и тетрадь, записываем наши потребности. Аппаратура. ФирмУ не обещаю, предлагаю что-то наше взять, сейчас уже более-менее нормальное выпускают. Если записываться, то у меня есть профессиональная студия, это не дома на микрофон писать. Инструменты надо бы обновить, я не про Эдика, как вы понимаете. «Фендер» не обещаю, но германские или чешские поищем, гитаристу без хорошего инструмента жизни нет.
С барабанами как, Коля? — Плохо. — Достать хотя бы наши или демократовские в хорошем качестве, вы спрашивайте и я спрошу. Никто нам ничего просто так не подарит, отсюда логический вопрос — откуда гроши, так? Парни киваю. — Деньги вложу я, а отдачу жду с вас, вы нарабатывает репертуар, репетируете до потери пульса и выпускаем магнитоальбом. В студии я договорился, он уходит в продажу и я получаю деньги.
Так как у нас не бесплатная ярмарка, то я беру свой процент и плачу вам деньги, вы трудились и это справедливо. Не удивляйтесь, но мы переходим на нормальные рыночные отношения. Поверьте, нет в мире ничего бесплатного, вы выдаёте качественную музыку, вас слушают и покупают ваши записи, всё справедливо. — Понятно излагаю? — Да, всё ясно. — Парни, я вас услышал, тогда скрепим наш договор рукопожатием и начинаем трудиться.
Название придумали? — Ээээ… — Понятно, не думали. Никаких ВИА у нас не будет, так что оно должно быть запоминающим и чётким. Вы все живёте около «Динамо», а если назваться группа «Динамик»? — и по делу и примерно по адресу. Или «Динамит», с намёком, что вы взорвёте эстрадное болото. Подумаете и скажете. Эдик, загляните в магазины электроники, поспрошайте, может там кому подкинуть на лапу. А я спрошу через Намина, может, кто импорт продаёт, те же «Регенты» пойдут аж бегом.
О, в «Лейпциг» нырните, с продавцами пошепчите, чего вас учить, сами большие. Что делать, если прямых ходов нет, пролезем сбоку, так? А я песни готовлю, с десяток будет сразу, но они мои, никому не переписывать, ни продавать, сами передерут. Они улыбаются, ну да, кого тут запугаешь. Даю им ленту, здесь четыре штуки — начинайте пока, слова перепишете, а ноты, вернее, аккорды, я вам расписал. — Эдик, толпой ко мне не ломиться, по делам звонишь ты, я вечерами дома, если что срочное — тогда на работу. И большая просьба, никому не хвастаться, особенно по поводу денег и прочего — всё это немного наказуемо, учтите, молчание помогает дольше прожить.
Так, этих проводил, перекусить и готовиться на работу, завтра скучно не будет. Уже девять, десятый, никому звонить не буду, всё завтра… Утро началось с приключений, потягал на буксире «москвичок» мужику из второго подъезда. Кое-как завели и он укатил прямо к мастеру, а я чуть не опоздал на работу. Косяк, надо минут на 10 раньше выходить, влетаю в кабинет — Всем привет, я успел! — Молодец, мы как раз чай приготовили. Тебя уже некая Инна спрашивала.
— Оля, да ты её видела, не такая уж и «некая». Что сказала? — Перезвонит через час. Это хорошо, узнаю, что там с ударником или их лучше ударницами звать? Ага, и красный галстук на шею, ха-ха. Перезвонила и сказал, что придут к 12ти, очень хорошо. — Андрей, установка настроена? — Вроде да, но это было два месяца назад. Умеешь? Попытаюсь, сажусь за барабаны и пробую простучать. Не безнадёжно, немного подкрутил, остальное каждый под себя строит.
Поколотил, чуть размялся, и иду к магнитофону, сегодня прикатил свой катушечник и взял два микрофона. — Ого, богато живём, Андрей крутит коробку с «шуриком». Новые? — Абсолютно целки, из магазина и сюда. Не спрашивай, из какого, он далеко. Давай, проверим, а то сейчас люди придут. Шнуры есть, но не очень длинные, метров пять, не больше, но он быстро подсоединил и я пробую звук. Классно, что тут скажешь, Васильич и пару наушников «Филипс» прихватил, пусть не студийные, но уже получше наших. Свои из дома не беру, не надо дразнить, включил магнитофон и слушаю альбом «АББЫ», у меня стерео, а в колонках просто звук.
О, вот и подруга с претенденткой. Худенькая, стройная и смуглая лицом, знакомимся — Марина Цхе. — А я Михаил Фомин, это Андрей, наш инженер. Готова? — Да, в руке держит чехол с палочками и смотрит на меня спокойно и внимательно. — Марина, мы в аппаратной, тебе даём фонограмму через наушники и ты колотишь ритм. Старые барабаны мы вырезали почти полностью и будем слушать твои. Иди, проверяй установку, как будешь готова, сигналь. Ну и смотри за нами, а мы за стеклом.
Работала в студии? — Ни разу. — Нормально, научишься, прошу к барьеру, Андрей уходит с ней, а я говорю с Инной. — Как она настроена? — По-боевому, вчера приезжала ко мне, послушал записи и настроена серьёзно. Минут пять поиграла и кивает — Начнём. Лады, загорается красный и пошла фонограмма. У нас звучит музыка и её барабаны, начала чуть нервно, а потом быстро выровнялась и вполне грамотно отработала всю песню.
Говорю ей через трансляцию и на наушники — Хорошо. Ещё пару вещей и всё, не устала? Мотает головой и улыбнулась, тогда погнали дальше — у меня тут Таня Буланова есть с весёлой песней про ясный свет. Никому её не отдал, такая и самими пригодится, так что — три-четыре и начинаем…
И это отработала, теперь уже без волнений и с полной отдачей. Смотрю на своих — И как вам? Инна, тебе с ней играть, что скажешь? — Молодец, умеет, будем работать. Машу Марине — всё, иди к нам, перемещаемся в кабинет и начинаем беседу.
— Марина, ты принята, поздравляем, жмём ей ручку. Ещё двое будут завтра, и объявляю первую репетицию. Думаю, что в пять, во всяком случае, жду вас здесь. Ритм ты словила, почти все песни будут в таком темпе, основное — это клавиши, там синтезатор и вставки гитары. Отыграем 25го, запишем альбом и усложняем программу, придётся и мне спеть что-нибудь. Выдаём здесь программу, тогда я иду к ректору и мы оформляемся юридически, у них есть такая возможность. А отсюда и концерты под крышей института, сами понимаете, что это совсем другой уровень.
У тебя дома магнитофон есть? — Конечно, «Санио» кассетный и стерео. — Отлично, завтра накатаю тебе и болванки и песни, которые мы исполняли в Геленджике, ты их слышала. Если набирать на полный формат, то есть 45 минут, то нам надо записать 12 песен, это минимум. Так что пахать нам и пахать, девочки, готовьтесь. Теперь с деньгами, первый месяц по 250, выпускаем альбом, добавляем, на чулки и духи вам хватит. Так что достаю денежку и вручаю, пока Андрей где-то ходит. — Надеюсь на молчание, получили и забыли, хорошо?
— Марина, что у тебя с «кухней»? Смотрит удивлённо — Прости за жаргон, с установкой? — Ааа… Троечка есть дома, на факультете полная установка и даже «Тrova». — Понял, будем искать, «Людвиг» не обещаю, но что-то приличное поищем. У меня есть блок эффектов, завтра привезу, посмотришь. Паспорт на английском — разберёшься? — Пойму, в спецшколе училась. — Тогда до завтра, приносишь гитару, а ты палочки — тебе легче. Всё, они убежали, а мы рулим на обед.
В три дозвонился до Намина, задал вопрос по аппаратуре, обещал разузнать. Давай, ты в этих делах пошустрее меня и связей поболее, а я доплачу за труды и только. Прибежала Анхен — Привьет, пожала мне руку и улыбается. — Я узнала про права на песни, пошли и поговорим. Пошли в кабинет, наливаю ей лимонад и слушаю. Ага, у них попроще, чем в СССР и бундеснемцы подписали с ними соглашение и ещё 46 стран, включая Штаты. Очень замечательно, уже какой-нибудь Гондурас мы переживём.
Один пустячок — мне нужно открыть счёт в ГДР-ском банке, всего-то… — И как это сделать? — Можно в посольстве, там территория ГДР и даже есть отделение банка. — А меня на пороге не заметут? Ну, не задержат? — А зачем? Ты же не будешь говорить всем, так? — улыбается и хлопает ресничками. — Франц знает нашего атташе по культуре и она приезжает часто сюда, познакомишься и тебя могут пригласить в гости, ты же пишешь для нас песни, так? Могу и компанию составить, сделала умильно наивные глазки. Ага, так я и поверил, подмигиваю ей и говорю, что уже согласен.
Хм, а технику через неё можно купить? Таак, мне нужен Франц, но это уже завтра. — Я у него спрошу и вечером тебе всё расскажу, ты же будешь дома? А куда я денусь, глянул на эту грудь и сразу согласился. Ладно, она убежала, я дошёл до кабинета зама и отпросился на пару часов пораньше — надо метнуться до комиссионки и увидеться со знакомым Алика.
Боря оказался полненьким живчиком, как из рекламы турпоездок в Израиль, поговорили, я поведал о своих проблемах и с приличной переплатой закупил ленты «ORWO» и два блока кассет «TDK». — Слушай, мне микрофонов приличных два-три, найдём? — Три не смогу, а вот пара «Сони» есть, это от магнитофона, но качество приличное, просто их принесли гораздо попозже и аппарат уже ушёл. — Покажи… Ага, покрутил их, посмотрели на характеристики — беру, минус тыща из кармана.
— Есть пара усилителей «Регент», но треугольные, я таких и не видел, надо? — Паспорт покажи? — Да вот как раз и без него, только чеки из магазина и то какие-то «левые», вояка из ГДР привёз. Иду смотреть, а я такой видел, это же «комбик» 310-й — оригинально смотрится. Проверили — тоже заверните, ну и 150 сверху, они вообще новые. Нормально, я такие пока тормозну для себя, а потом посмотрим. Потрещали ещё насчёт инструментов и прочего и расстались вполне дружелюбно и даже телефонами обменялись, всегда пригодится.
Всё, грузимся и домой, туда-сюда и подруга приедет, а меня нет, неудобно получится. Она прибыла к восьми, я уже и аппараты проверил и мясо приготовил, в смысле разогрел — Привет, проходи. — О, купил новое? И немецкое? — Натюрлих, это чтобы сделать тебе приятное. Всего два было, а мне нужно больше. — Я говорила с Францем, если нам собрать группу, то можно для неё купить прямо в ГДР или через магазин, тут есть «Лейпциг».
Оооо, как всё запутано, ну бы его нахрен, такие комбинации. Главное, где эта группа возьмёт деньги на покупку? — я то дам, а как их оформить. — Анхен, пока отложим, хорошо. Лучше займёмся более приятным делом, а она совсем на расстроилась и начала раздеваться.
…… Детский дом N 18. — Ну и как вам наряды? — Ирина, спасибо, три поварихи стоят в новеньких спецовках и улыбаются мне и Неле. А что, за вкусные плюшки мне ничего не жалко, начала с Кати, а потом и ещё двоих обшила, теперь у них стильные комплекты — куртки, штанишки, передники и даже в два цвета.
— Так, садитесь за стол, теперь мы угощаем, девчонки, тащи сюда… трам-пам-пам, выносят ягодный пирог, украшенный вензелями из теста. Уселись и Неля режет ножом, а на кухне поёт радио — Слушайте передачу «В рабочий полдень». Ля-ля-ля, звучит одна, вторая и вдруг пошла знакомая мелодия, откуда?
Я прямо замерла — «Приходите в мой дом, мои двери открыты…» и так далее. А в конце диктор объявляет — Вы прослушали песню в исполнении Иосифа Кобзона, ваще финиш! У меня дома она не выключалась, уж больно маменька любила Мишу Круга. Ну, пела ещё вроде и Вика Цыганова, но откуда он? И в эти годы? — Ты чего, Ирина, не вкусно?
Ой, очнулась — Ты что, Катя, я аж замерла и детство вспомнила, просто шикарно… — Это мамин рецепт, улыбается она — мы такое по праздникам кушали. Ну а сегодня ты нам праздник сделала, уже думаю, может, повесить и на него только смотреть.
Девчонки смеются, что-то там рассказывают, а я прокручиваю в голове варианты и все указывают только на одно — кажется, я в этом мире не одна! — Неля, какую хорошую песню спел Иосиф Давыдович, интересно, а кто автор? — Не знаю, возьми да напиши ему и спросишь. — Кобзону? А адрес? — Да делов то, адрес простой — «Москва, Кобзону», его там все знают, улыбается Лида. У меня соседка так писала Клавдии Шульженко и ничего — через месяц получила от неё ответ и даже фото с подписью.
— Вот так и сделаю, надеюсь, жена не приревнует? — чокаюсь с ней кружкой и мы смеёмся. После обеда иду в мастерскую и у меня Катя на примерке, по её то фигуре где что купишь, а девахе всего 36, так что соорудила модный костюм и она вся в нетерпении. Ну а мне «шабашка» не лишняя, пока только выдали аванс в сорок рублей, остальное всё за счёт заведения.
Последние штрихи и подвожу её к зеркалу — Смотри… Замерла, крутится минуту, другую, и только охнула — Ираааа, ты просто волшебница! Мне же на свадьбу к брату ехать, а в чём? Я тут всю голову разломала, хорошо, что ты есть. Вот теперь я им покажууу, опять крутанулась и чмокает меня в щёку. — Спасибо, помогаю ей аккуратно всё снять, рассказываю, как правильно гладить и получаю свои законные сто рублей. — Не мало? — Брось, со своих то драть. А пирог забыла? — Да ну тебя, оно не считается, мы же свои, смотрит и смеётся.
— Скажи — заказы берёшь? — Да кто от денег то откажется, только чтобы надёжные были, с милицией бодаться не хочу. — Всё путём, кого попало не пошлю. Куда нам с такими фигурами деваться? Только к хорошей швее, у меня половина подруг такие же Дюймовочки, покажусь на свадьбе и к тебе очередь выстроится. — Только не из ментов, смотри… Она ушла, а я включила радио и завалилась на диванчик, отдохнуть и подумать. Хреново, что айфон сдох, там такие модели — закачаешься.
Не, в голове тоже не пусто и память хорошая, но там просто золотое дно. Вспоминаю балахоны Пугачихи, а выйти на неё или подобных и предложить супер-наряды, которых пока не шьёт никто? А вдруг тот, неведомый автор, тоже попал, но хоть с зарядкой? Уууу… я бы с ним дела замутила. Смотрю на свой стол, в углу шкафчик, а в нём тетради и ручки. И что лежим, кого ждём? Подрывайся, коза, и сочиняй письмо — «На столицу, дорогому Кобзону, лично…».
Москва. А у Фомина свои заботы, собралась вся банда и идёт первая репетиция. Правда, они ещё полчаса потратили на разглядывание аппаратуры, обнюхивание микрофонов и прочего, попели в них, пошептали и дали заключение — Класс! — Так, девушки, тексты у вас есть, ноты учили, вставайте и погнали, времени у нас мало. Мелодии на синтезаторе я сделал, начинается вступление, Рита готова петь и подыгрывать в паузах, Марина гонит ритм с самого начала и Инка не отстаёт. Нормально на два голоса выходит, даже кое-где и третья подпевает.
Записали три дубля и слышу, что у нас получается совсем не плохо. — Ну что, девочки, так держать. Ещё раз и пишем… К шести зашла Наталья Захаровна — Добрый вечер, можно послушать? Села в аппаратной, есть тут парочка стульев для гостей и притихли с Ольгой. А мы как раз вторую полируем, где-то по четыре дубля на пристрелку уходит, здорово выручают сэмплы, там основное звучание. Ну, две есть — объявляю перерыв и по чашке кофе.
— Как вам звук? — Не ожидала, если честно, как на пластинке, если не лучше. — Пока только через студийные мониторы, но звук хороший. Кстати, о пластинке, а мы можем записаться? Есть там квота у такого солидного учреждения? — Надо подумать и спросить у Леонида Павловича. Насколько я знаю — там всё расписано на год вперёд. — Но есть нюансы, так? Улыбается и мы дальше тему не развиваем, она прощается и ушла с Ольгой, а мы сидим у меня в кабинете. — Что там начальство говорит?
— Спрашивал про запись на «Мелодии», но там очередь, как в космонавты. Так что светит нам только магнитоальбом. Зато он разойдётся по всему Союзу — я вам гарантирую. А сам думаю про Анне и Таллинский филиал, может, там проскочим? Хотя… Пока ты не член Союза Композиторов, это очень трудно. И где-то в недрах ВААП зависли мои авторские, там тоже не пять копеек, а когда они перекочуют в мой карман? Надо звонить Иосифу, надо звонить Эдите, надо, надо и надо, и ещё вчера.
К восьми мы записали третью песню и уже порядком выдохлись, машу — Отбой, собираемся и домой. Убрать всё своё в сейф, сдать на сигнализацию и через полчаса мы уже в машине, все, кроме Андрея, ему тут недалеко и с нами не по пути. Ну и Марина живёт в общежитии, это совсем рядом, но завезём. Ирка на меня не посягает, своё взяла и всё, про остальных вообще молчу. Одну и вторую развёз по домам и дома появился уже после девяти.
А меня уже ждут, во дворе сидят Эдик и Гоша — О, привет, парни. Чего не позвонили? — Сами полчаса назад появились. — Как успехи? — Работаем. — Ладно, пошли ко мне, я жрать хочу, аж воет в желудке. Ооо, а мясо то последнее, ладно, мне кусок, а пацанам по бутеру с колбасой, извините, ресторан далеко. — Чего с инструментами, нашли? — Вот и ждём тебя — есть две «музимы», как раз «бас» и «соло». Спрашиваю на японском — Сикоко? — Тыщу за обе просят.
— Хм, а вы их видели? — Эдик ездил, вроде нормальные. — Да я проверил, чехлы родные, шнуры, ремни, им по три года. — Смотрите, вам играть, потом не нойте. Что ещё надыбали? — Колян вроде с установкой договаривается, наша, но в порядке, полный комплект, даже дополнительную тарелку дают. — Какую, «Пайст»? — Неее, советская, улыбается Гошка. — Восемьсот просит. — Ладно, уговорили. Только выбирайте, как для себя, я тоже деньгами не какаю, а вам ещё и работать на них. Вот с усилителями надо поискать серьёзно, от того как вы звучать будете, зависит очень многое.
О, вспомнил про звук, иду и набираю Стаса. Тишина. И Игорь? А он дома — Привет, это Михаил Фомин. — Да узнал уже, здорово, Миша. Стас у меня, его ищешь? — Привет, я звонил домой. — Да мы тут собрались посидеть, я тебя завтра хотел найти. Тут одна компания затарилась «БИГами» и старое продаёт, но только комплектом, берёшь? — И чего там, не «Пивэй», случайно? — Случайно, нет, всё проще, но в нормальном состоянии. Три «регента-60х» и четыре колонки родных.
— Один парный? — Да, голосовой. — Стойки есть? — Есть, но всего три. — Сколько? — Две триста и без торга. — Беру, если без «подснежников» и засады ментовской. — Нет, это старые знакомые, я их знаю. — Когда и где забирать? Если адрес скажу — привезут? — Миша, я ещё с ними созвонюсь и к обеду тебе сообщу. — Давай, я денежку с собой на работу возьму. — Да если что — я и отдам, а ты потом. — Ещё лучше, спасибо, выручишь.
— А ты кому, для себя? — Да у меня тут парни есть заводные, взял над ними шефство, как-нибудь познакомлю. Тебе банда нужна на разогрев? — Ээээ… Надо подумать и с администратором посоветоваться. Слышу крики — Всё, Стас, бухайте дальше, пока.
— Слышали? Есть аппаратура — три усилителя и четыре колонки, все «регент» и почти новые. Так что от вас требуется только с умом этим воспользоваться. Гоша, как там крыша? — Какая? — Я про покровительство папино, с ним стабильно?
Улыбается — Ааа, тут всё нормально, когда там для коллектива выступим в праздник типа концерта. — Ааа, ну это обязательно, пару-тройку песен патриотических я вам подкину, чтобы было тихо и мирно. Всё, ребята, разбегаемся, устал, как собака, а суббота только послезавтра и ещё не факт, что смогу выспаться.
В эту ночь никто меня не буди и не доставал. Приснилась какая-то баба с телефонной трубкой, но я её не знаю и не запомнил. Завтракаем, выходим, сегодня никого тягать на надо, здороваюсь с двор-менеджером и сваливаю побыстрее. Приехал минут за 20 до начала, просто повезло, тогда завожу чайник и можно чуть расслабиться. Ага, дадут, как же — Алло. — Привьет, это я, узнал? — Конечно, май леди. — У Франца есть хорошие новости, мы в 11.45 зайдём к тебе. — Всё, жду, чмоки. — Хи-хи, я тоже, и кладёт трубку.
И что там? Ну нафига интрига и с самого утра, как теперь работать? Но расслабиться не дают, появились наши и за ними Захаровна. — Здравствуйте. Михаил, 25 го у нас бал, вы в курсе. Надо бы какую запоминающую мелодию на открытие, и именно инструментальную, подумай. Ого, задачка, но я улыбаюсь — Подумаем, раз поступила такая команда. — Это всего лишь просьба, и от меня и от…. посмотрела на потолок. — Что, из самого ЦК звонили? — делаю испуганный вид. — Кхм, грозит пальцем — шутник, ты знаешь, про кого я, повернулась и ушла. Улыбаюсь Ольге — Найдём, не волнуйтесь, коллеги, чай остывает, пейте. Поищем дома, есть у меня целый файл мелодий так на сто.
А что нам говорил Иосиф про мелодии и вступление в Союз? Вау, так это же меняет дело, находим, исполняем и подаём заявку, бинго! Ровно в минуту появляются Франц и Анхен — Привет, проходите. Чай — кофе. — Да мы быстро, кладёт на стол маленький диск на 4 песни. — Что это? Диск фирмы «Amiga», слышал про такую? — Конечно. — Видишь фамилию — исполнительный продюсер Гюнтер Шлаффен? — И что дальше? — Это знакомый моего дяди, он в курсе чем мы тут занимаемся и захотел с тобой связаться.
Анхен добавляет — Я дала твой телефон и он позвонит вечером. — Хорошо, буду ждать. А как с ним говорить, я на немецком пять слов знаю и всё. Франц смеётся — Он русский знает лучше меня, учился в МГУ после войны. Смотрит на часы — Извини, но нам пора, жди звонка, мы сказали, что ты к восьми будешь обязательно. Вышли, а я сижу и торчу от новостей — фирма то серьёзная и пишет хорошо. Нууу, Миша, это шанс!
Но это будет вечером, а я сижу и через наушники слушаю мелодии, их тут три, какую выбрать? Наверное вот эту, классно «Сикрет Сервис» выдаёт. Простите, парни, вы ещё напишете, а мне именно сейчас нужно выбиться наверх и я для этого и вашей мелодии не пожалею. Но мы темним малость, вынимаю синтезатор из шкафа, кладу его на стол и начинаю «творить» с наушниками на голове. Когда то я пробовал её играть, дайте только пальцам вспомнить, минут через 15 вроде уловил и повторяю вслед за кассетой.
Входит Андрей, киваю — падай, а сам продолжаю и добиваю до конца. — Привет, работаешь? — Заказ выполняю, нашёл тут черновик, вчера переписал в новом звуке, тренируюсь, вдруг куда попросят, а я готов. Даю ему кассету — воткни там у себя и на колонках послушаем. Первый вариант в полном звуке, а ещё надо вырезать барабаны и бас, перепишем по-новой. Он прослушал — Класс. И что тут вырезать — всё отлично звучит, где писал? — Даа, там… махнул рукой в бесконечность, а он и не продолжает. — Нет, друг, перепишем, кое-что меня не устраивает, сильно много струнных.
— А наложить партию скрипки? — Одной мало, а оркестр собирать некогда. Но мысль хорошая, надо запомнить. К пяти опять приходят девчонки и сегодня мы успели записать только одну, что-то у Инны партия гитары не шла. Ладно, и такое бывает, сговариваемся уже на воскресенье и разбегаемся по домам, мне ещё звонок ждать. Стас технику закупил и оплатил, добавлю стольник за доставку и они в субботу должны всё привезти прямо к зданию ТЭЦ. Ну хоть с этим не долбаться, а парни встретят и сами разберутся.
Заскочил в ресторан — в кулинарии закупил мяса и рыбы, опять готовое, дома разогрею и порядок. Ну и косточек взял, супчик то тоже надо варить, так что неделю я продержусь, а там видно будет. Он позвонил в начале девятого, вполне прилично говорит на русском, с лёгким акцентом и я бы подумал, что просто прибалт или в этом роде. Говорили минут 15 и решили, что я вышлю ему фонограмму для знакомства, а вообще-то он собирается в Москву по делам и мы встретимся. Но через две недели, раньше никак. Ладно, меня устраивает, мы ещё сыграемся и альбом допишем, будет что показать человеку.
Прощаемся и я потираю руки — уууу, только бы не сорвалось, это уже маленькое окно в Европу. Ну и по исконно русской привычке потом нас признают и на Родине. Только зарядился покушать, звонят. — Алло. А вот и она, этот милый акцент не подделать никакому синтезатору — Добрый вечер, это Михаил? — Да, это я, Эдита Станиславовна, здравствуйте. — Ну вот, сюрприза не получилось, это я, вы угадали. Анна Андреевна дала этот номер и я решилась позвонить.
И Иосиф посоветовал, честно говоря, мы с ним тут говорили по телефону. — Я рад и внимательно вас слушаю. — Михаил, я послушала две песни в исполнении Иосифа, это очень хорошо. А как бы нам встретиться по этому поводу? — Простите, но до 25го никак не смогу, на работе очень важное задание. Если вы в нашу сторону не едете, то могу прокатиться на выходные, при условии удачного разговора, конечно. Не сочтите за неуважение, но я совсем недавно устроился на работу и отпроситься просто не получится.
— Я понимаю. У меня концерты в Ростове и в Крыму с 29го числа, но я могу на день раньше заглянуть к вам и мы бы поговорили, такой вариант устраивает? — Вполне, а я приготовлю вам песни, послушаете и выберете. — Анна Андреевна тоже хвалила и я ей верю, у неё тонкий вкус. — Спасибо. Телефон у вас записан, позвоните перед вылетом хотя бы за день — у меня тоже дела и люди работают, это чтобы мы не разъехались в пространстве.
— Обязательно созвонимся, я тоже не хочу неожиданностей. Всего доброго, прощаюсь и кладу трубку. Йес, мы встретимся и постараюсь её заинтересовать, это уже игроки Высшей Лиги!
Субботу посвящаю музыке, наобещал много, но и подготовиться бы не мешало, но планы нарушила Алла. — Привет, я наконец-то нашла время. Концерты были в Минске, закрутилась и вчера просто отдыхала от всех, даже телефон отключила. Ну что — ты готов? — Ещё давно. — Тогда я еду к тебе, через час буду, пока… Ну вот и поработали, начинаю прибираться, убрать всё лишнее в сейф, а в спальне сделать максимум рабочей обстановки, очень хорошо помогает в торге, уже проверено.
12.20. — Привет, Миша, это к чаю, Женя суёт мне свёрток и они проходят в зал. — Миленько, оглядела зал и усаживается на диван. — Чай-кофе, что покрепче? — Ничего не хочу, уже зарядилась с утра. — Тогда перейдём сразу к делу? — Не против, включай. — Начну со своего видения ситуации. Приближается Олимпиада, скоро начнётся приток новых людей и новых идей, им захочется слушать современную музыку. А что звучит у нас? Можете не отвечать, смотришь «Песню года» и хочется рыдать.
Так что предлагаю бодрое, весёлое и немного серьёзного, вы блюзовые мелодии уважаете? — Да после такого вступления и не знаю что сказать, чувствую себя старухой. — Лучше закалённым бойцом, Алла. Просыпаемся, подходим каждое утро к зеркалу и говорим — Вот вам, не дождётесь! Улыбается — Так и делаю. Включай, уже пора слушать. Начали с медлячка, слушаем про «три счастливых дня», неужели от своего и откажется?
Про птицу Феникс она уже слышала, так что эта окончилась и смотрит на Болдина — Женя, она как родилась со мной, просто шикарно. — А вот эту надо петь дуэтом, чего у нас почти не делают, но на Западе это уже модно, звучит «Две звезды», правда, без кудрявого Кузьмина. Мы её постарались спеть с Ириной, первый мой вариант был не очень удачен и понятен. — Красиво и необычно, но кого я найду в пару? — Пффф, да сколько у нас молодых и голосистых ребят в ансамблях? Ну не Гуляеву же это петь, хоть у него и глотка крепкая.
— Не, Юру не надо, он на другие песни заточен. Ладно, найду, она мне понравилась. Ну что, получается четыре? — Есть одна такая шуточная и в быстром темпе, послушай, может и заинтересует. Ага, она может крикнуть — Эй вы там, наверху! Сидит, улыбается и посматривает на нас. Ой, согласится, песня то реально весёлая, как раз похулиганить на сцене. Смотрю и думаю — ведь был же в ней и талант и хватка, потом осталось только последнее и то однобокое….
Стоп. Сижу и смотрю, а она на меня и на Женю — Миша, а ведь песня то хорошая, её так обыграть можно, там же целый спектакль спрятан в тексте. Молодец, удивил ещё раз, беру. И сколько с меня? — Как говорили, по три, это оптом и по знакомству. — Не продешевишь? — Как сказать, не всё на деньги пересчитывается. Мне вот надо попасть в Союз Композиторов, а слово Пугачёвой лишним не будет, так? Довольно улыбается — Ну как бы не последняя на сцене, поддержу.
— Вот видите — дружба идёт по другим измерениям. У меня там есть наброски на эту тему, но почти в роке, как созреете — обращайтесь. — А я и не прощаюсь, кивает другу и он достаёт три пачки денег. — Спасибо, буду петь и тебя вспоминать. Чем сам то занят? — Готовлюсь к балу в институте, гоняю своих девушек. — Сколько их? — Пока четыре… — Гарем организовал? — Неее, это явление чуждо советской морали, у нас творческий коллектив. Взял ещё под крыло парней молодых, это рокеры, голодные и злые до славы. Пока всё, но на этом не остановлюсь.
Пока я не в Союзе, ни черта мне официально не светит, а все подпольные дела…. сами знаете. Женя улыбается — Кому ты говоришь, да, Алла? — Да, Миша, сами крутимся, как белки. — Не мы такие, жизнь такая, кидаю им знаменитый девиз 90х и они смеются. — Ну и пишу помаленьку, открываю дверь в спальню — вот моя домашняя студия. Алла подошла, пощупала синтезатор — Фьююю, круто упаковался, даже у нас такого нет. — Вот куда все деньги улетают, остальное в институте. А ещё кормить и обставлять две группы, чего вам то рассказывать.
— Это да, нам пояснять не надо. Всё, не дави слезу, не поверю, что плачешь, выкрутимся, что надо — звони, обсудим. Проводил их до машины, помахал рукой и иду обратно.
Ну что, обед? С таким расписанием точно себе желудок угроблю, никакое омоложение не поможет. Повариху завести? Вопрос интересный, но спорный, разогреваю мясо и кушаю. В шесть позвонил Иосиф — Здравствуй, Миша. Как дела? — Работаем, некогда прохлаждаться. А что делать, раз становишься популярным и известным? — Вы не про ОБХСС случайно? — Нет, упаси нас, сам знаешь, кто. Письма пишут, спрашивают кто автор такой прекрасной песни. — Ого, прямо домой? — Ну да, без адреса, но доставили, спасибо почте. Да я их не одно получаю, переписывается Нелли, мне некогда да и почерк такой, что не хочу людей пугать.
Для меня найдёшь что-нибудь? — Ээээ… а примерно в каком ключе? — Ты же мою манеру знаешь, мне сильно шумных не надо, вот твоя про чистые пруды прекрасно идёт. — Хорошо, подумаем, наброски есть и архив небольшой, поберу три — четыре и позвоню. Дня три даёшь? — И четыре можно, не горит. — Всё, тогда в среду звони, после восьми можно и встретиться, рабочий телефон у тебя записан.
Только положил трубку, звонят в дверь. Ну ни хрена себе выходной, присесть некогда — Здрасте. Ага, давно не виделись — Эдик появился. — Проходи, рассказывай. Технику привезли, они её проверили, из трёх один микрофон похрипывает и именно он, проверяли с другими. — Говорить в него можно? Или там на барабаны в подзвучку воткнуть? Так и сделайте, а я вам выделю пару «фирменных», но под твою ответственность, понял? Выношу коробку — Держи. — Ооо, «Сони»! — Они самые, прорепетировали и убрали от греха. Пусть Гоша у папеньки выпросит сейф для такой мелочёвки, надеюсь, найдут исправный, главное, чтобы его нельзя было гвоздём открыть.
Песни гоняете? — Да, сейчас поеду обратно, я за струнами приехал. Иду и выношу пакет — Это тебе, держи. — Ёёоу, настоящий «Даддарио»? — Считай, что как раз под гитару, но только комплект, на всех нет и пусть не обижаются. Я посижу и доработаю для вас ещё четыре песни, но это к среде, не раньше, пока шлифуйте то, что есть, привыкайте к звуку, к гитарам, это не один день. Что с барабанами? — Завтра привезут.
— Вот тебе «штука», уплатишь, остальное поделите, хоть на сигареты и на автобус деньги будут, это аванс. И вообще — ты там старший, кто не доволен, посылай ко мне, я так решил. Но все деньги и прочее будут проходить через тебя и с тебя спрашиваться. Ничего не забывай, но и не оставляй записей, храни их, но не дома и не в клубе. Есть такое место? Кивает, что есть. Всё, по рукам и он поехал, а я в который раз пробую отвлечься на работу.
Почти в девять звонит Анне — Привет, я в Москве. — Очень рад. Выступили? — Да, всё нормально, я даже одну твою песню спела, всем понравилось. Если мы завтра приедем с нашим руководителем, можно? — Только до 11ти, в час я еду на репетицию и потом уже вечером. — Только утром, в четыре у нас самолёт. Всё, после девяти будем, не рано? — Нет, я уже на ногах, некогда спать. — До свидания, отключается. Ну-ну, приезжайте, но что-то у меня не очень с чуйкой, завтра проверим….
А с утра пошли сюрпризы, кто-то пытался спилить замок на гараже, но старая добрая сталь выдержала, а в шесть ура это увидела наша дворничиха и в семь разбудила меня. Вот, сцуки, и что делать? — В том доме живёт слесарь хороший, он тебе этот замок наладит, показывает пальцем на внутренний, размером с половину чемодана. Вроде Дмитрич его и ставил в своё время, зайти и поговори, можешь на меня сослаться. Ладно, идём пить чай, раз уже подорвался.
В половине восьмого звонит Анне и сообщает, что будут через час, ждём… Ну и вишенка на тортик — около девяти звонок и явно не московский. — Алло. — Здравствуйте, это квартира Фомина? — Да, вы не ошиблись, я Михаил Фомин. — Я даже не знаю, с чего начать, вы как к Олимпиадам относитесь? Ого, вопросец — Да нормально отношусь, а что? — А если назначить зимнюю, к примеру, в Сочи и лет через 35? И тут я завис — розыгрыш?… — Михаил, вы меня слышите? — Да, слышу, просто считаю годы, это будет 2014й, так? — Ну да, вы угадали. Я звоню из Тамбова, пока работаю здесь, но с удовольствием бы встретилась и поговорила с поклонником зимнего спорта.
— Эээ… — Простите, я Ирина. — Ирина, я бы тоже поговорил и даже про Плющенко. — Да-да, он мне нравится, жаль, что травмы, но катается же. У меня только с проездными проблема, не могу отлучаться, а вы? Не понял, документов нет? Но с Плющенко всё подтвердилось и это не розыгрыш, да я к тебе и на Алтай приеду, раз такое дело. — Я постараюсь выбраться на день-два, тут ехать недалеко, за выходные обернусь, но уже на следующие, адрес подскажите?
О, записываю, номер телефона рабочего, да свидания и кладу трубку. Да неужели я тут не один? Точно про неё Иосиф и говорил, вот она и дозвонилась. Пока укреплял чакры кружкой крепкого кофе, уже и Анне приехала, да с двумя мужиками.
— Привет. — Доброе утро — это Пеетер, наш руководитель, знакомит с чернобородым парнем, а это Мати. — Похож, тоже Ваарман? — А откуда ты знаешь про нас? — Он же в «Мюзик-Сейфе» работал, так? — Да. — Земля круглая, слухи быстро разносятся. Проходите, располагайтесь, сидим в зале и беседуем. — Анне, и как песни, ребятам понравились? Она смотрит на Пеетера, понятно, он у вас главный. — Хороший материал и играются и звучат легко, даже не ожидал, что в Москве такое пишут.
— Хочешь сказать, что мы ещё не доросли? — Да нет, ну что ты, вступает Мати, просто московские такого не поют обычно. — Уже поют, я доказал… Уууу, Петя, так вон чего из тебя прёт, сиволапым русским далеко до просвещённой Европы? Быстрее всех среагировала Анне — Покажи, где у тебя можно воды попить? — Это на кухне, идём. Заходим и я прикрываю дверь — Это он так со всеми разговаривает или только с русскими? — Ну что ты, он не хотел никого обидеть. — Дааа? А почти получилось, наливаю ей воды и показываю на стул.
— Скажи просто — мы работаем или нет? У тебя же дочка маленькая, муж песни пишет и тут я появился, может, мешаю? — У неё глаза стали круглыми — Ты и про это знаешь? — Что малышку зовут Керли? Эстония маленькая, справки навести можно быстро. Так что ответишь? — Они пока не определились, если честно. Но мы за песни деньги заплатим, чтобы ты ничего плохого не думал. Сижу, смотрю, как она отпивает глоточками воду, правильно делает, боится горло застудить, отмечаю в мозгу.
— Хорошо, ты сказала, встаю и иду в зал. — Пеетер, мы прояснили ситуацию. Все пять берёте? — Да, но… — Если про деньги, то меньше двух за одну даже говорить не буду, Пугачёва даёт гораздо больше. Но есть нюанс — что с моими вопросом насчёт записи диска? Тут уже отвечает брат — Нууу, Михаил, это не так просто, сам понимаешь. Анне стоит в дверях, затылком чувствую напряжение и продолжаю. — Я понял. Тогда не буду грузить всех лишними проблемами, с вас десять и это только ради сестры, смотрю на Мати.
А ведь они просчитали меня и даже сумму приготовили, Петя лезет в сумку и вынимает пачки денег, считаю — ровно десять. — Мы в расчёте, господа. Условия обычные — вы только их исполняете, не продаёте сторонним лицам. Ну и мои авторские отчисляются, рапортички и прочее, вам эта кухня знакома, так?
Кивают, люди грамотные. Поворачиваюсь к ней — Анне, я не рублю канаты, как надумаешь, звони, всегда буду рад. — Спасибо, Михаил, вижу, как нелегко ей это даётся, но пытается держать лицо. Уехали, но чую, что с этим Пеетером мы точно уже не увидимся. А она? — А кто знает, Земля то круглая….
………..
— Привет, красавицы, как настроение? — Выспались, спасибо выходному. Тогда по кофию, десять минут перекура и приступаем. Заодно и обсудим животрепещую тему — в чём выступать? Платья и кринолины не пойдут, мини-юбки тоже, у кого есть блат в магазинах одежды? — Надо маму попросить, у неё подруга в «Ядране» работает. — Сейчас так пещера Али-Бабы называется? Инна улыбается — Вроде того, есть на Юго-Западе хороший магазин, где продают югославские товары.
— Миледи, все смотрят на тебя — иди и звони, а то репетиции не будет, мы упадём и заплачем. Махнула рукой и уходит, а мы продолжаем дальше. — Ладно, что-то на раз-два купим. Но это не то, нам нужны сценические костюмы и не магазинные. — Слышали, что Рита говорит? Остался пустячок — найти швею и пошить. Но кто даёт гарантию, что они нам понравятся, а? — Миша, ты ещё найди швею порядочную, у них очередь, как в Мавзолей, простите за сравнение. — Ира, будем искать, но пока ждём подругу с хорошими вестями.
А вот и она — Они вечером созвонятся и тогда будет ясно. Но нам пообещали. Всё понятно, смотрю на Андрея — Готов? Тот всегда готов, я его сегодня подогрел денежкой, так что все получили по 250, с таким авансом дышать в 79 м можно, и даже в Москве. То ли выспались, то ли звёзды удачно расположились, но три песни бы записали и не особо запыхались. Делюсь этим с Ритой — А ты не подумал, что мы просто притёрлись друг к другу, вот и работаем продуктивно?
— Девочки, это успех и это надо обмыть, лезу в сумку и достаю бутылку шампанского. — Ну вот, уже начинается, смеётся Маринка, какие же мы музыканты и без вина. — Спокойно, это не вино, это амброзия, достаю чашки и быстро разлил всем поровну. — А ты? — А мне ещё вас по дома развозить, так что я пью лимонад. И вообще — кто-то должен вам на завтра рассказать, что мы тут чудили. Да шучу, до такого мы не допьёмся, чокаюсь — за удачу, девочки.
Гуляли недолго, с часик посидели, я поиграл на гитаре, спел несколько песен из будущего, потом что-то пела Инна. И в шесть мы вышли и поехали домой. Расписание чуть сменила Ирка, под каким-то предлогом осталась в машине и потом без затей заявила, что хочет меня. Ну что — честно хотя бы, так что приехали и сразу в постель, бурный секс, ванна и вот она уже сидит на диване со стаканом сока и без ничего. — Прости, но не удержалась, ты так пел хорошо, что я «поплыла», есть такой грешок. И песни все незнакомые, я поражаюсь, сколько их у тебя.
— Поверь, было время сочинять, когда больше ничем не давали заниматься. Не смотри так, всё равно не скажу, принимай, как есть. — И не буду, меня всё устраивает. За денежку спасибо — пригодилась, на зиму ничего тёплого нет, купила куртку.
— Потерпите немного, сдаём альбом и будут деньги, тут арифметика проста, как кусок мыла. И нам надо выстрелить 25го, реклама ещё никому не мешала. После этого мы регистрируем группу, как студенческий ансамбль и уже имеем право выступать на сцене и даже продавать билеты. И записаться на пластинку, вот моя цель.
— У нас? — Есть намёки на ГДР, представляешь размах, там же Европа. А если ещё и на гастроли попасть, то просто шикарно. Второй вариант — наша Марина из Ташкента, я её попросил навести там справки, есть филиал фирмы «Мелодия», а в республиках свои очереди и свои правила. — Так Азия же… — Ну и что, нарядим вас в шёлковые штанишки, сорок косичек накрутим и пару песен в восточном стиле замутим. Зато там свои обычаи — если в струю попадём, то уже по полной обслужат.
Иду за гитарой и пою ей «Чёрные глаза», а она соскочила с дивана и голяком мне исполняет что-то в стиле Шахерезады. Есть, повеселились и она хоть плавки одела и накинула мою рубашку. — Миша, вот такое надо спеть и продать альбом, я думаю, что пойдёт со страшной силой. — Ритка и шансон? — Ну и что? Изменит тональность, оперные распевы уберёт и мы врежем. Между прочим, у Маринки очень низкий голос, ты заметил? — Да я то заметил, но не забудь, что сейчас у нас в плане чуток другое. Но и эта идея имеет право на жизнь, название ансамблю какое-нибудь придумаем и вкатим от души.
А какие можно в русском стиле гнать, ууу, закачаешься. А целый альбом застольных накатать? Всё, молчу, а то уже превращаюсь в Остапа Бендера с Новыми Васюками. И вообще — надо бы мне выйти к гаражу, там дядька должен замок сделать, а то машину вечером ставить и стереги потом у ворот. Не обманул — замок работает с сытым щелчком, ключ мягко крутится, так что свои 30 рэ он отработал полностью. Я ещё и навесной заказал, пообещал что-то там самопальное, но жутко надёжное поставить.
Есть умельцы, их только знать надо, но потихонечку обрасту знакомствами. Ещё бы ту Ирину из Тамбова увидеть и вообще была бы красота, хоть просто поговорить с человеком из своего времени и не бояться сболтнуть лишнее слово.
Рано утром она упорхнула на занятия, а я еду на работу и узнаю прямо на входе, что меня ждёт наша Мама. — Добрый день, Михаил. Вот направление в общежитие и отношение на временную прописку. Так что к девяти будь там и я попросила, чтобы оформили побыстрее. Но если добавишь коробочку конфет к чаю, то никто не откажется, там комендант любит сладкое. — А кто его не любит, конечно, возьму, спасибо за совет. И я подготовил мелодию, вот кассета, послушайте.
Комендантом оказалась кудрявая семитка с симпатичными усиками и очками на носу. — Это вы пишете музыку, Михаил? — Да, стараюсь развлекать народ. — Прелэстно, прелэстно, у меня ещё здесь композиторов не было, хотя сынок с пяти лет сидел за музыкой, ой, вэй. — Как мне это знакомо, Бэлла Натановна, и теперь я понимаю терпение моей мамочки, добрая ей память. Это вам, подаю ей коробку — посидите за чаем, скушаете конфетку и жизнь заиграет новыми красками. — Оооо, спасибо, вы ещё и поэт. Наталья Захаровна очень попросила за вас, Михаил, так что идёмте и я покажу вам хорошую комнату. Поднимаемся на третий и открывает комнату — Вот, смотрите.
Ну что, почти однокомнатная квартира, на двоих, с маленькой кухней, балкончиком и санузлом, правда, там ванна маленькая и с выступом. — И как вам? — Просто шикарно. Но тут есть нюанс — я снимаю квартиру на «Динамо», мне же надо работать дома. — А я знаю, но прописка то вам не помешает, так? Квартплата тут небольшая, вносите эти копейки и имейте штамп в паспорте, поверьте, оно того стоит. Пишите заявление в бухгалтерию и это потом не ваша головная боль, всё вовремя вычитается. — Кому бы другому, а вам верю, вы же здесь всё знаете.
А кто второй? — киваю на кровать. — Такой же товарищ, как и вы, но это между нами, хорошо? Показываю, как застёгивается молния у рта — Молчу как рыба об лёд. Только запишем первый альбом — лично подарю за вашу доброту. Сынок то где играет? — Об чём вы, Михаил? Это дарование бросило музыкальное училище и стало дамским парикмахером, горе на мои седины. — Нууу, насчёт горя я бы не торопился, причёска у вас очень интересная, он сделал? Улыбается — Да, у меня недавно был День Рождения.
— Так это же талант, надо только радоваться. Музыкантов в Москве много, а вот хороших визажистов раз и обчёлся. — Эээ, кого? — Так на Западе зовут мастеров по причёскам и вообще по облику, это же всё взаимосвязано. А вы не могли меня с ним свести? У нас в ансамбле 4 девочки и им на сцене нужно прилично выглядеть. Да и в жизни тоже, они молодые и красивые. Не бесплатно, я это слово не люблю. — Я поняла сразу, у вас интересный взгляд.
Конечно, могу ему сообщить, телефончик оставите? Всё, спускаемся вниз, записываю явки и пароли расстаёмся в лучшем виде, она меня даже до крыльца проводила к большому удивлению вахтёра. — Михаил, в среду будет готова прописка и пропуск, позвоню сама, но это к обеду. — Спасибо, буду ждать, и всего вам доброго. Визажист — это хорошо, посмотрим, как он в общении, то и можно идей подбросить, картинок в ноуте много.
Приехал и Ольга рассказывает, что Захаровна в полном восторге от мелодии и уже носила кассету на прослушивание к самому главному боссу. Ладно, пусть слушает, а мы сидим и ждём, заодно и работаем в пять часов, 7 песен уже есть, а одну надо бы переписать. И мы записали ещё две, во вторник повторили успех, 11 уже есть и на этом всё, дальше Андрей займётся перезаписью в нескольких экземпляров.
Готовимся к выступлению, а в среду началось веселье и с самого утра. К девяти вызвали к самому Леониду Павловичу — Добрый день, Михаил Егорович. Я внимательно прослушал вашу мелодию, потом пригласил декана музыкального факультета и мы пришли к мнению, что это можно смело выставлять на конкурс.???? — Да-да, в преддверии Олимпиады объявлен конкурс на лучшие мелодии и песни о Москве, у вас же называние — «Московское утро», я не ошибаюсь? — Да, но я про конкурс как-то не думал, просто попало под настроение. — Хорошо попало и удачно.
Смотрит на меня — Я слышал про вашу мечту насчёт Союза Композиторов, а это может быть серьёзное заявкой. Ну и ваши другие песни. А если ещё соберёте отзывы от артистов, вы поняли, про что я, то мы походатайствуем от себя, надеюсь, это не последнее в вашем архиве? — Я тоже готовлюсь к Олимпийской программе и уже есть намётки. — Прекрасно, работайте, а мы вас поддержим. Насчёт вашего выступления в пятницу я знаю и после него мы посидим и поговорим о судьбе вашего ансамбля, но идея хорошая, заметьте. Ага, прием окончен, я покидаю их, а они ещё остаются.
Выхожу и секретарь подаёт мне конверт — Здесь ваш паспорт и пропуск, проверьте, всё ли правильно. Вау, вижу заветный штамп, ура. Ну и пропуск с фото, тоже документ, большое мерси, вышло даже на день раньше, с меня шоколад. — Спасибо, всё правильно. Улыбнулась — Это не мне, Бэлла Натановна уже вечером передала. — И ей огромное спасибо, улыбаюсь и исчезаю в дверях.
В 12 мы всей командой стоим в магазине «Лейпциг» и ждём ту самую Анну Борисовну. А вот и она — Инна здоровается и представляет нас. — Рада познакомиться с настоящими артистами и постараюсь вам помочь, за мной… Ну да, заведующая целым отделом женской одежды — это вам не простой продавец, так что мы в подсобке и две девушки только успевают таскать наряды. Долго не мучились, взяли по комплекту летнеё одежды — брючки, кофточки-разлетайки, совсем лёгкие пиджачки в тон, ну и по паре туфелек.
Нашли и по комплекту шляпок, к ним лёгкие шарфики и у нас перерыв после часа примерок. — Михаил, у вас хороший вкус, зачем вам музыка — идите ко мне, сразу возьму консультантом. — А кто будет нашу эстраду с колен поднимать? Шутку поняла, а ей подарил кассету с нашими песнями и просьбой месяц никому не давать. — Сама буду слушать, спасибо. Ну и себе кое-что прикупил, это уже в другом отделе, пока девушки косметикой отоваривались. Выложил пачку денег, ну и сверху не забыл прибавить, в обмен получаю номера телефонов и приглашение звонить в любое время. А ещё пообещала навести справки насчёт покупки аппаратуры.
Тааак, уже половина третьего, вертаемся назад, я же вроде на работе числюсь. Да и девчонок сорвал, но тут уже такое дело, что без них никак. Чёрт, когда у меня костюмер будет? Вот же мечта, выбирать наряды и бельё дамское, а его только снимать умею, а не наоборот. Ещё успел заскочить к Алику, обменял ленту на две тысячи и он сразу кинулся в работу. — За билеты спасибо, там уже жена и наряд купила, а я всё молчу и не знаю, что говорить. — Нууу, слово дал, надо выполнять. Всё, работай, в пятницу увидимся, по руками и убегаю. А ты, давай, колоти денежку, лично я свой уговор выполнил.
20.10. — Добрый вечер, Миша. — Добрый, Иосиф, проходи, только вот приехал и покушать успел. Желаешь кофе? — Лучше чай, зелёный есть? — Для тебя найду, ухожу на кухню. Сидим с кружками и рассказываю про разговор насчёт рекомендаций. — Обязательно напишу, я ещё и Щедрина знаю лично и в гостях у них бываю. Как у тебя то с группой? — Боюсь сглазить, но в пятницу первое выступление на людях, что-то вроде бала устраивают, а мы там будем гвоздём программы.
Иду и включаю ему ленту с альбомом, перебрались в зал и слушаем. — А хорошо звучит, почти как фирмА. И песен таких у нас вообще нет, всё необычно. Вам выступать надо, Миша, и записываться. — Ну да, так нас там и ждали. Может позже, под Олимпиаду проскочим, а пока никаких просветов нет. Пробовал через эстонцев, тоже вола крутят и без результата. — Таллинская фабрика? Там никого нет. А вот на ташкентской у меня там есть очень старый друг, когда-то жил на Украине, а потом женился на местной и остался там.
— Шутишь? — С чего это? У Эльзы папа в больших начальниках, а Наум на этой самой «Мелодии» тоже не простым техником пашет. Я приеду домой и сегодня же ему позвоню. Вы группу то зарегистрировали? — После 25го обещали статус студенческого ансамбля при институте, ну и на правах записи и выступлений. — Отлично, меньше всяких препятствий. Смотрит на меня и на часы — Извини, перейдём к делу?
«Переходили» ещё час, прослушал четыре песни и в половине десятого уехал домой. Сговорились на половинную скидку и его помощь, платит 4 штуки и мы расстаёмся в лучшем виде. Надеюсь, что не прокинет, я то переживу, но не хотелось бы обломаться.
Через 20 минут мне позвонили из Тамбова. — Добрый вечер, Михаил. — Здравствуйте, Ирина. Как настроение? Положительное, ждала, пока можно позвонить без свидетелей. — Понял. В субботу я собираюсь в вашу сторону, тут часа три дороги, к обеду приеду. Я никуда, буду на месте. Скажите, у вас есть такая маленькая штучка, чтобы оживить телефон? — Ээээ… А, понял, найду, конечно, а то что-то ваш поскрипывает немного, сглаживаю вопрос и понимаю, что это она про зарядку. Да уж, от неё сейчас многое зависит, свой уже и достаю, только чуть подзаряжаю и всё. Спросил ещё про погоду, прощаемся и я кладу трубку.
Йиее, скоро мы увидимся, и поговорим и телефон зарядим, и вообще… Иосиф перезвонил на работу — Привет, Миша. В общем я переговорил, а он с утра навёл справки. Большой диск под вопросом, а вот маленький можно, а то и два, ну, по четыре песни, понимаешь? — Иосиф, ты просто Дед Мороз с такими подарками, конечно, согласен. — Всё, оформляй группу и с первого числа ждём вызов, и сделай рекламную запись, это лучше отправить побыстрее, тогда человеку понятнее, о чём идёт речь. — Всё, сейчас иду и начинаю записывать. — Вечером перезвони, Нелли будет дома и продиктует адрес, у меня с собой его нет, я до завтра в Наро-Фоминске.
Кладу трубку и смотрю на Андрея — Что? — Брат, у нас будет запись, боюсь сглазить и пока говорю только тебе. Меня не беспокоить — иду писать рекламу для диска. Сделаем хитрый ход, пишу по куплету и припеву пять песен, пожертвую для этого дела фирменную кассету и завтра её отправлю. Только бы не сорвалось и сделать первый шаг, а там мы посмотрим, ну и они тоже. Пришла Инна — Привет. Что делаешь? — Пишу кассету в Ташкент. — Марине? — Нет, на фабрику «Мелодия», они хотят нас послушать.
— И??? — И запишем пластинку, если всё срастётся, ясно? — Ииии… подпрыгивает и влепляет мне поцелуй. — Ой, прости, достаёт платочек и вытирает помаду. — Да ладно, прощаю. Но пока молчок, я нашим сам скажу. В четыре до меня дозвонился тот самый визажист.
— Это Михаил? Здравствуйте, я сын Бэллы Натановны — Семён. — О, я понял, добрый день. Мама рассказала про мои проблемы? — Да, очень интересно. Я как раз со вчераншнего дня в отпуске, так что могу с вами встретиться. — Семён, мы уже завтра выступаем, а сможешь сделать девочкам причёски? Днём мы будем в институте, их четверо, а я и так красивый. Оплата без торга, сколько скажешь.
Дальше мы договариваемся на два часа, думаю, что до вечера кудри не потеряют, и начинаю обзванивать своих. Вот же заботы, и это только начало, Миша. И подозрительно молчат мои рокеры, а это не есть хорошо, ладно, подождём вечера, а пока мы в зале и прикидываем, как завтра расставить аппаратуру и прочее. Наше дело выступить, а сами танцы организовывают трое парней с режиссёрского, у них и магнитофоны и записи — дерзайте, я ваш хлеб не отнимаю. Но насчёт подключения и выступления состыковаться надо, они начинают в семь, разогревают нам зал, через 50 минут перерыв и выходим мы.
Слухи идут, но толком никто и ничего про нас не знает, так что ребята с ленцой поглядывают на меня и Андрея, и только присутствие Захаровны их держит в тонусе. Ничего, завтра мы посмотрим, кого будут принимать лучше, а пока можете гнуть пальцы, я спокоен, как удав. Пульт поставлю свой, нет приличной цветомузыки, но у парней что-то тут мигает, обойдёмся. Но свет делать надо, просто стучится в дверь такая проблема. Немцы выучили две песни, но петь будут под «миносовку», а мне ещё и лучше, вставили кассету и погнали.
Ладно, всех разогнал, а потом залез в студию, настроил микрофоны и за час записали с Андреем пять песен для рокеров, накидал им аккорды на бумагу, а слова сами перепишут, тренируйтесь в нотной грамоте, мне некогда. Дома же ничего не удаётся делать, да и магнитофоны приличные увёз на работу, остался один кассетничек и всё. Сигнал мне — купить ещё? Наверное, придётся, но в столице с этим проблем особых нет, были бы деньги, а они пока есть.
Вот и они — Привет, парни. Чего молчим, почему не звоним? — Да с учёбой тут напрягли, пришлось пару дней за уроки засесть. Но мы исправимся. — Ладно, живите, я же старый, уже и поворчать нельзя. Техника работает? — Дааа. Всё классно, микрофоны просто огонь. — Не спалите только, понятно? В общем так, здесь новые песни — включаю и слушайте, все вопросы потом. Начал с кузьминской «Семь морей» и примерно остальное в этом духе, «хеви-металл» вам ещё рановато играть и нужно ли? Пока оттачивайте мастерство на тех, что попроще, но с нормальными молодёжными текстами.
Прогнали все, перематываю и обсуждаем. — Вот эта, «Какая ты дрянь», классно пойдёт, у нас Колян как раз с подружкой разбежался. — Только без матов, понятно? — «Воля и разум» тоже шикарно звучит, такой ритм мощный, уххх. — Эдик, ты прав, резко и прямо по мозгам, пойте и всё будет отлично. Ну и вам такую лирическо-пацанскую написал, это для девочек, не всё же их роком глушить. А так спели им про гранитный камешек и пусть млеют.
Ну и хулиганская про папу-пианиста и танкиста зайдёт пацанам от души, скоро осень, одни в армию, другие на дембель — самая душевная тема. Ладно, выучите, а исполнить есть где? — А у нас же Клуб Энергетиков рядом, а там танцы по выходным, выйдем и сыграем, есть знакомые. — Смотрите, чтобы вам там не наваляли, а то конкурентов не очень любят. Учите это, как будете готовы, садимся пишем это в студии и пошла ваша музыка по стране.
Вопросы есть? — Неее, всё понятно. — Тогда свободны, а то мне ещё кое-что поделать надо. И не пропадайте надолго, ю андестенд? — Так точно, босс! — гогочут и одеваются. — Эээ, друзья, а название? — Группа «Динамит». Всё как вы сказали! — Молодцы, только сами не подорвитесь и сильно не зазнавайтесь, жму им руки и провожаю.
А я ставлю кружку с кофе, нашёл в ноуте файл с причёсками эпохи Миллениума и рисую в меру сил и таланта, принтеров у нас нет. Опять же и рисунки более достовернее получаются, даже кое-где делаю вид исправлений и подрисовки. Ну и сам вспомню молодость, вроде и не плохо рисовал, но всё-таки лучше у меня получались всякие музыканты с гитарами, чем гипсовые головы и всякие пилястры колонн.
Пятница. 14.10. — Привет, девочки, знакомьтесь — это Семён, гений и повелитель ножниц и расчёсок. Мы тут посоветовались и решили, что вы будете самыми заметными в этом зале. Всё, я тебя прорекламировал — остальное, за тобой, прошу, маэстро, этот кабинет ваш. И не забудьте, в шесть мы начинаем наряжаться. Перед этим я показал свои наброски, там где-то с десяток причёсок вышло, ахнул парень и сказал, что всё сделает бесплатно, только за одно знакомство с ними. Да ладно, верю в скидку, но бесплатно нам не надо, мы лучше на процент от их использования договоримся. Ну и на дальнейшую дружбу, само собой.
О, пришла Марина — Привет. — Привет, извини, задержалась маленько. — Отдохни, там уже трое и визажист. — Кто? Поясняю про образы и прочее, а потом переходим к моему вопросу. — Вроде бы есть возможность записаться на ташкентской «Мелодии». — Да? Отлично! — Я тоже так думаю. Но с пустыми руками не поедем, так что парочку песен в этаком восточном стиле приготовим. Мало ли, может и выступить придётся. Ты там с местными обычаями знакома — подскажешь, что с нарядами и прочим.
У нас женский коллектив, а потому будут приглядываться очень внимательно, я прав? — Да есть такие нюансы. Есть магазины, можно просто купить одежду и быстро приодеться, не обязательно шить специально. У меня одноклассница работает по этой части и учится на модельера. — Вот видишь, уже есть зацепка. Язык знаешь? — Свободно говорю, мы же жили среди узбеков и учились рядом. Иначе там корейцам трудно, вот и стараемся влиться в коллектив, так сказать. — Всё ясно, я теперь жду звонок от представителя фирмы. Ну и туда высылаю демо-запись наших песен. О, вызывают и её, иди, не теряйте время.
А мы ещё разок прогуляемся с Андреем и взглянем, как там готовятся к балу. Ага, тут и Франц — Добрый день. — Готовы? — Да, смотрим на сцену — поместимся? — Если не сильно танцевать будете, то влезете. Вам проще, а у нас инструменты и барабаны. Гюнтер не звонил? Пожимает плечами — Нет. Но мы надеемся… Понятно, мы тоже надеемся, но ещё и ищем другие ходы, если с Азией удастся, но было бы очень не плохо, нам нужна реклама и лучше официальная. К шести мои девушки стали неотразимыми, а я предложил Семёну стать нашим официальным коллегой и вообще другом.
Ну вот и наступило время, больше боялись, к семи уже были готовы, в зале народа сотни четыре, не меньше. Начали с моей мелодии, вот это сюрпрайз, но на половине убирают и вышел ректор. Всех поздравил с началом нового учебного года, а потом пожелал хорошего отдыха и диск-жокей включает музыку. Они уже с обеда кругами ходят вокруг меня и намекают всячески на «переписать альбом», но я держу непроницаемый вид и пока ничего не обещаю. Хотя туманно намекнул им, чтобы старались, а то дружбы не будет.
О, вижу Алика с черноволосой девушкой, кивнул мне — я ему, гуляем дальше. С ним договор до пятницы альбом не выпускать, что он и делает, а пока пишет в запас ленты и кассеты. На юг я посылку утром отправил, не надо забывать друзей, так что после выходных они начнут практически одновременно проталкивать нас на всю страну. Песни оформлены, вроде бояться нечего. Если получится с Союзом Композиторов, то мне должна накапать изрядная сумма авторских, а пока пусть копится, Иосиф сказал, что никуда они не исчезают. По крайней мере в обозримом будущем.
Ладно, музыка гремит, вроде даже народ танцует, а мы стоим в районе сцены и все наготове. Каждый знает, что ему брать и куда тащить, остальное мы с Андреем, даже больше он, но не ропщет, у него и жена здесь, пусть отдохнёт и музыку послушает. Всё, 50 минут прошло, они играют последнюю песню, а мы уже держим в руках инструменты. Есть, быстро выносим своё, даже парни помогают подключиться к усилителям, пять минут и мы уже на старте.
А вот и наша Наталья Захаровна, вся из себя нарядная, выходит на сцену и объявляет группу «Мираж». О, уже хлопают, мерси. Вижу и маму Сёмы рядом с сыночком, слегка кивнул и здороваюсь со зрителями. — Дорогие друзья, рад вам сообщить, что вы находитесь на первом выступлении первой диско-группы Москвы. Вот так и не иначе, про весь СССР пока промолчим, а то пришьют чего лишнего. Отмашка Андрею и пошла музыка, работаем в «минус 2», без ударника, у нас и Марина хорошо справляется, «Музыка нас связала» и не иначе!
С девчонками решили сразу — никаких фамилий, кроме моей, как композитора и руководителя, тут немного рекламы не помешает. Есть, первую спели, народ потанцевал и без раскачки гоним дальше. Договорились петь пять быстрых, потом небольшой перерыв, медлячок и остальные пять, поклон и уходим. Никаких повторов, пусть другие выступают, как раз немцы выйдут после второго перерыва, им так удобнее. Хорошо идёт фонограмма, Рита подыгрывает в тему, ну и мы с Инной держим мелодию, я даже какие то вставочки леплю. Не Горбашов, но и не надо, всё в меру, а там будет видно, может и найду какого виртуоза с гитарой.
Да нормально народ принимает, и слушают и танцуют, так что пять прогнали и перерыв. Хорошо хлопают, а мы попьём водички чуток оглядимся. Тут и диск-жокей — Михаил, ну просто круто, поздравляю. — Спасибо, Валера, стараемся. Насчёт остального потом поговорим, жду отмашку от начальства.
— Да я понимаю. Но всё равно у нас такого ещё нет. — Вот и стараемся пенки снять. Ладно, идём и играем медленное, «Я снова вижу тебя», пусть потопчутся, хотя надо бы что-то добавить в этом стиле. Учтём, всё ещё только начинается… Есть, спели.
— Девочки, как настроение на второй раунд? — Уже гораздо спокойнее, улыбается Рита. — Тогда начинаем и нас ждут аплодисменты. И они были, спели предпоследнюю и я начинаю знакомить с девушками, назвал их, барабанная дробь и Марина называет меня — Михаил Фомин, автор всех песен и наш руководитель, встаём у края сцены и кланяемся на три стороны. Всё, объявляют перерыв и можно спуститься в зал — вижу, как Наталья Захаровна подаёт мне знаки. — Девочки, за мной, начальство зовёт.
— Поздравляю, Михаил Егорович, поздравляю, девушки, это успех. У нас в гостях представитель городского отдела культуры, знакомит с внушительной дамой. — Очень приятно, Анна Тимофеевна Бурсова. Не зря я приехала, Леонид Павлович, слухи были, но вот теперь всё услышала и увидела лично. Сразу чувствуется, что у вас настоящая кузница кадров.
Мне тут дали послушать чудесную мелодию, поздравляю, очень хороша, надеюсь, что на конкурсе займёт достойное место. Скоро Олимпиада, и я рада, что у нас есть достойная молодая смена в рядах композиторов. Ректор что-то шепчет ей на ухо — Ну не беда, все начинали с простого, я думаю, мы поддержим вашу кандидатуру. Ну и ждём новых песен, Михаил. — Будем стараться, Анна Тимофеевна, улыбаюсь и понимаю, что пора закругляться. Они пошли дальше, а мы линяем за кулисы, там уже Андрей всё убрал и надо только унести.
— Ну что, девочки, поздравляю, мы справились, приобнял их и потихонечку шепчем — урааа. За нами пришла и Захаровна — Ребята, всё отлично, начальство убедилось, что мы можем выставить прекрасный ансамбль, и музыку вашу одобрило. — А если бы нет? — Её сын у нас учится, он и расхвалил. Ну и сама послушала, тоже плюс. Так что вопрос с регистрацией вашего «Миража» практически решён и на неделе подпишутся все бумаги.
Отзываю её в сторонку — Мне надо в Тамбов на пару дней, вдруг задержусь, не теряйте, ладно. Постараюсь управиться, но всякое бывает. — Если что, позвони мне и всё уладим. Отдыхайте, молодцы, попрощалась и ушла. А мы ещё вернулись, послушали Франца с командой, немного потанцевали и я развожу всех по домам. Ирка ночует в общаге, завезли Инну и едем с Ритой в сторону дома. — Чаю хочу. — Тогда едем ко мне, сам бы не отказался, заруливаем в мою сторону и через 20 минут мы уже на месте.
Сидим на кухне, потихонечку пиликает музыка, а у нас кружки и неспешный разговор. — Я поначалу волновалась, если честно, но потом выровняла и вроде нормально пошло. — Да я понял, по паре нот, но всё быстро прошло. Для первого раза очень даже неплохо выступили. С понедельника начнут продавать альбом, получу деньги и раздам вам, честно заработали. — Папа спрашивал пр тебя, что и как, откуда столько денег? — Ты про бесплатный труд сказала? — Ага, он искренне посмеялся и сказал, что для мужчины это нормально, он должен семью кормить.
— Рита, пока мы не будем работать официально, я даже рубль не могу потратить, чтобы не попасть под статью. Но и по-другому нельзя, любой труд должен оплачиваться, что я и делаю. — Я думаю, что ты знаешь, что делаешь. Надолго едешь? — Думаю за два дня управиться, надо встретиться с одним человеком. А вы просто отдохните и потом начнём работать дальше. Про Ташкент знаешь? — Марина сказала. Было бы здорово записаться на диск, даже такой маленький. — Вот и я так думаю, приеду и разучим парочку песен на восточную тематику. Они там внимательно будут нас изучать и не плохо бы оказать уважение хозяевам, на это здорово смотрят.
Восток — дело тонкое, помнишь кино? Ничего за эти годы не поменялось, так что пока будем играть по их правилам. И вообще — нам на одном зацикливаться нельзя, я стараюсь и в других вариантах предлагать стиль «диско», пока на него мода есть. Иду за гитарой — Есть такое вот, давно писал, но сейчас можно сделать в хорошем ритме и со всякими вставками в азиатском стиле. И спел ей про Кара-Кум, прости, Игорёк, но нам она нужнее, а ты ещё напишешь. — Как тебе, годится? — Нормально звучит, что-то даже роковое слышится. — Нууу… Всякое приходилось играть в этой жизни.
— Чувствуется, что у тебя жизнь была очень насыщенная, она качает головой и допивает чай. Хм, интересное наблюдение, Михаил Батькович, надо тут поосторожнее выражаться. Смотрит на часы — Дааа, уже поздно, пора домой, но всё таким голосом, что я как-то начал сомневаться. Риточка, с твоей семьёй лучше в любовь не играться, враз сгребут за шкварник. Неее, прикинемся Незнайкой и сбережём себе здоровье — Да, ты права, поехали, доставлю тебя и рано утром надо отправляться.
Вот и наступил мой «День Икс», встаю в половине шестого, на удивление выспался, никто мне не снился и на мою тушку не посягал.
В 6.20 выгоняю машину, помахал рукой соседу и поехал, пока опять его «москвич» не поломался. Смотрю в атлас дорог, понятно, рулим на Домодедово, а потом до самого Тамбова — скатертью дорога и ветер без камней. Основная сложность была из Москвы выехать, а потом покатил свободно и в 15.10 я уже в городе. Карты нет, но есть словоохотливая тётя с семечками, беру два стакана и вдогон пояснила, как найти этот дом.
Город не очень большой, так что ещё 15 минут и я стою у ограды детского дома номер 18. О, идут две девчонки — Добрый день, красавицы. Вы здесь проживаете? А не позовёте мне Ирину Дмитриевну? — А вы кто ей будете? Уууу, какие бдительные, но я улыбаюсь — Родственник из Москвы. Так как? Ушли, а я вышел и задницу разминаю. Через минуту слышу голоса — Да вон он, видите машину? Идёт ко мне светловолосая девушка годов на 30 и смотрит на меня.
— Привет. Шепчу вполголоса — Они ещё следят, хоть обнимемся, что-ли? Она подыграла сразу — Ой, Миша, здравствуй, слегка обнимает меня и опять смотрит в глаза. — Как я рада, что ты приехал. Можно заехать, я спрашивала, открыла створку ворот и загоняю машину. А «козочки» стоят и смотрят, как я выгружаю пакет — Это тебе к чаю, а это вам, отдаю семки девчонками. — Спасибо, ускакали в двери, она ведёт меня в свою опочивальню. — Вот тут и прижилась, проходи, я чай поставлю. Если куда надо — там умывальник, деликатно показывает мне на дверь с двумя нолями.
Сидим на кухне, она крутится с чашками и чайником, а я оглядываю окрестности, заодно и выпуклости на даме. Хороша, ничего не скажу, всё на месте и в нужных пропорциях. — Ну что, угощайся, хороший торт привёз, вот и попробуем. Показываю пальцем — Как соседи, не сильно любопытные? — Нормальный, сейчас с ребятами в село уехали. А вот окно можно прикрыть, есть тут у деток манера послушать, издержки воспитания….
Ещё раз скажу, что рада тебя увидеть, вроде и не обижают, а всё равно я тут, как Умка на льдине, одна и вокруг всё чужое. — А ты Там вообще чем занималась? Семья, дети, бизнес? Семьи на тот момент уже не было, детей тоже, а бизнесмена из меня не вышло, уже несколько поколений мы работаем костюмерами и портными в театре или в пошивочной быткомбината, как моя бабушка. Ты так посмотрел на меня странно — я что-то не то сказала? — Очень даже То сказала — я же музыкант, у меня группа из девушек, ещё одна из парней, а обшивать некому. Надеюсь, ты помнишь, модели из будущего? — Не я, так в айфоне есть, я же не зря у тебя зарядку просила, он в первую ночь умер.
— Ира, бросай всё и поехали в Москву, там работыыы, непочатый край… — Без документов? И далеко я уеду? Я тут то совершенно случайно оказалась, рассказывает мне про пляж и про знакомство с Нелей. Мдааа, вот и прилетела птица Обломинго. — Деньги есть, не пропадём, я же нашёл выход и ты устроишься. В общем, собирайся, едем, раз уж встретились, то будем и дальше вместе. Там кто-то идёт, мы сразу делаем невинный вид и вроде как весело болтаем.
— Ой, Эрна Карловна, проходите. А ко мне тут дальний родственник приехал, сидим вот и прошлое вспоминаем. Тортика московского хотите? — Я Михаил, очень приятно. — А ей то как приятно было вас найти, не тот композитор, случайно? — Ээээ…. — Ирочка, я столько повидала, что и не такие тайны были, сложила А и Б, вот и чувствую, что ты настроилась на дорогу, так? — Простите, но так получается, Миша приглашает с ним ехать. Смотрит на меня — Серьёзное предложение или так, прокатиться с красивой девушкой? Чую, что ей нужна правда — Серьёзное, она мне в Москве нужна. Эрна скушала один кусочек, потом ещё, отпила чай и встаёт во весь немалый рост — Ира, пойдём ко мне на минуточку, а Мишу пока оставим, думаю, что не убежит без тебя.
Подружка смотрит на меня, а я киваю — иди, чего стоять то. А сам не спеша допиваю чай, оглядываю комнатку и гадаю, чем там визит закончится. Пришла минут через 15, слегка взволнованная, но улыбается — Всё в порядке, можно ехать. Прости, но мы там поговорили по душам, хорошая женщина. Пропуск у меня с фотографией есть и в Домодедово дала адрес одного дяди, при мне и позвонила, надо будет заглянуть и поговорить насчёт паспорта. — Уголовка? — Ничего такого не сказала, заедете и всё обговорите. — Ладно, заглянем. Пора бы собираться, нам ещё назад семь часов пилить.
— Это я быстро, богатств тут не нажила. Собиралась то махом, а вот прощание вышло трогательным, тут и девочки, которых она учила шитью, и коллектив, в общем, минут 15 обнимались и прощались. Всучили на посошок целую кастрюлю с едой, это уже от поваров, опять расцеловались и наконец мы выехали. Они ещё долго махали, поворот и поехали на выезд из города. — Слушай, я такого даже не ожидала, чуть не расплакалась. — Да я сам сидел и удивлялся, по сути то они тебе чужие люди.
— Эмма Карловна сказала, если что — возвращайся, примем без разговоров. Так что смотри — сильно не наезжай, у меня есть запасной аэродром. — Уже торгуешься, значит, согласна на сотрудничество. Замыслы у меня большие, пока есть возможность — надо застолбить себе место на эстраде. Жить на 150 рублей в месяц я точно не собираюсь, не то воспитание. — Да сама такая, не миллионы, но кое-какой приработок у меня был, если бы не прокатилась в этот Тамбов. — И не говори, а я в Геленджик. — Зато сейчас там и знакомые есть и домик купил, так что на будущее есть, где отдыхать.
— Миша, я уже начинаю готовиться, люблю море, хоть и не часто там бывала. А что с жильём? — Пока у меня будешь жить, там хоть во дворе нормально и вроде за своего считают. Ну а разживёмся документами, тогда… — Поняла. Не хотелось бы имя менять, но прижмёт и соглашусь, я в девках Захарова была. Стараюсь не тормозить, но дорога та ещё — узкая, обгонять опасно, кое-как сто вытягиваю и боюсь рисковать.
— Машину водишь? — Да, но тут то как с этим? У меня «Фольксик- гольф» был, старенький, но резвый. Это хорошо, второй водитель не помешает, одному мне не разорваться, а забот всё прибывает и прибывает. Вот что с бумагами, поможет тот дядька или нет? Домодедово мы проезжаем уже в одиннадцать, какие нахрен, гости, ещё час и мы во дворе — прибыли.
Смотрю на неё, а у самого руки ещё подрагивают — Ура, что ли? — Урааа, тихонечко шепчем и можно выгружаться. Да тут вещей то совсем ничего, три минуты суеты, загоняю машину и идём в дом.
— Вот тут я и живу, пока снял на полгода, а там видно будет, хочу купить жильё, своё и есть своё. — А прописка? — Временная и в общежитии, но хоть такая есть, чем ничего. Всё, вон там ванная, а я пока хоть чай поставлю, перекусим и спать. — Ээээ, а где? — Тебе уступаю спальню, уберём всё с кровати и вперёд. Халат синий, полотенце тоже, действуй, уже полночь, а я встал очень рано. Опять моя «студия» накрывается, ладно, уберём всё в зал, но от неё уже можно не скрываться, тоже свой плюс имеется. На ночь сильно не наедаемся, больше разговариваем, я даже забыл, когда я с кем то так общался на разные темы. Здесь точно ни с кем — говоришь, а сам посекундно себя контролируешь, чтобы чего не ляпнуть «единовременного».
Она смеётся — Сама такая же, и вроде следишь, а на самом пустяке что-нибудь да проскользнуло, потом начинаешь замазывать грехи, в общем, сплошной цирк. — Неее, цирка нам не надо, нам надо вживаться по второму разу и постараться как-то к Перестройке накопить на старость. Ты с языками как? — Да так себе, немецкий более-менее знаю, тётка была за Шульцем замужем, да и в школе учила. — А я инглиш тоже в таком объёме, но уж лучше, чем совсем ничего.
Всё, уже час, завалились спать и только голову подношу к подушке, а уже сон обхватывает меня цепкими лапами — отбой. Тадам… что-то упало, открываю глаза, светлеет, но ещё не день. Прислушался, это вроде в ванной, ладно, это свои, только прикрываю глаза — вижу, как крадётся Ирина, но я делаю вид, что сплю, зачем смущать даму, сама расскажет. За завтраком выясняется, что упала расчёска, бывает, особенно, когда в шесть часов причёска наводится. Ладно, посмеялись и будет, а пока наводим план на день.
— Надо будет позвонить, человек то ждёт, а я обещала Эрне. — Телефон в зале, дерзайте, там же ручка, на память не надейся и всё записывай. Я сегодня дома, так что время любое. Завтра до шести на работе, учти. — Надо бы еды наготовить, ты не против? — Яяяя? Жиденького с удовольствием похлебаю, мясо в холодильнике, а вот в магазин? Напишешь списочек, а я схожу и куплю, тебе лучше не рисковать. Хотя мало ли — приехала на пару дней погулять по столице, пропуск с собой носи и все дела. Звонок точно ждали, она поговорила и на 11 нам назначили встречу, но не дома, а дали координаты кинотеатра, хорошо, подъедем к нему и будем ждать.
Дядя оказался жилистым парнем годов на 30, подошёл к нам сам и садится на лавочку — Роман. — Очень приятно — Ирина, а это Михаил. — Карловна много не говорила, телефон не скала, не так надёжен. — Документы нужны, желательно пакетом и надёжные. — Сразу говорю — это не дёшево, я же рискую, так хоть бы не даром. — Роман, сами такие, скажешь сумму и договоримся. — Если не Ирина, а Марина будет в паспорте? Она улыбается — Ну хоть не Фёкла какая, нормальное имя, я же понимаю, что не в магазине.
— И я так думаю. Ей 32 было в мае, приехала из Якутии, село там какое-то, а тут попала под машину в нетрезвом виде. Короче, весь пакет я перекупил у ментов, написали, что при ней ничего не было. — И такое продают? Он смотрит на меня — Миша, всё продают, абы гроши были и люди болтали, понимэ? И ещё меня Карловна попросила, а она мне как мать родная, когда-то выходила и выкормила, в люди вывела, если что и попросила, то значит очень надо. Но вы про меня забудете, хорошо?.
Таким тоном сказал, что я вижу все нюансы — тёртый парень. Ладно, показывает товар, тут всё, вплоть до билета ДОСААФ, запасливая деваха, видимо ехала сюда на постоянку, но приехала навсегда. И даже выписалась, красава, но прошло уже четыре месяца, малость лишнее, но решим, оштрафуют и всё. Глядим на фото, да почти и похожа, чуть худощавая, но ничего, человек иногда худеет, а потом поправляется. Про рост и вес не говорится, но будем надеяться, что тут стандарт. — Годится. И сколько? Мнётся парень между порядочностью и своими запросами, потом выдавливает — Три. Тысячи, конечно…
— Рома, как сказано, ты назвал цену, я не торгуюсь, поглядел по сторонам и вынимаю ему пачку четвертаков и добавляю десятками. — Пересчитывать будешь? — Зачем? Тоже верно, иначе чего тут сидеть и распинаться. — Обращаться можно? — Нууу, если только совсем прижмёт, хорошо? По рукам и он сквозанул через кусты, почти разведчик, смотрю вослед и подмигиваю Ирке — Видела?
— Ага, шустрый хлопец. Миша, я заработаю и отдам, запиши там за мной. — Да-да, отдам, смотрит прямо в глаза и понимаю, что не шутит. Ладно, так даже честнее, киваю, что принято. Всё, шагаем к машине, поглядываем по сторонам и через десять минут покидаем этот гостеприимный городок. — Ладно, документы есть, а прописка и всё остальное? — Работа? Попрошу, чтобы тебя в институте устроили, там можно временную прописку оформить. Ну а в перспективе и постоянную, главное зацепиться, а там много вариантов. Неее, я сегодня точно сто граммов выпью, такую удачу надо обмыть.
А ты? — Половинку от твоего, с меня алкаша не выйдет, насмотрелась и на папочку и на бывшего мужа, о, как хватило эмоций — проводит пальцем по горлу. — Что сильно поддавали? — Ага, от души и досыта! Они её не пили, они её жрали, родимую. Ладно, папенька, я его с детства знала. А мой то муженёк до свадьбы таким зайчиком пушистым прикидывался, а потом поехали и поскакали, благо тесть наливал и не отказывал в компании. Это ещё дитя не заделали, но два года я помучилась от души, пока не выперла его из дома и с ментами, специально знакомому приплатила, чтобы убрали подальше.
По пути завернули в магазин, а потом она встала к плите, а я к компу, надо гнать песни для Эдиты, если не вечером, то завтра уже обязательно позвонит. Есть у меня поздняя Аллегрова, как раз и повеселим клиента, не пугачевские же ей подсовывать, по духу не пойдут. Сильно весёлые я Анжеле продал, а тут что-то посерьёзнее нужно, вот и ищу про любовь и расставания, как тот же «Транзитный пассажир». После обеда решили просто прогуляться, вот так выйти и пешком до метро сходить, посмотреть на Ленинградский проспект ну и по магазинам прогуляться. Еду то она сварила, но вот содержимое моего, а уже и нашего, холодильника женский взгляд не удовлетворило.
— Представляешь, вот так ходим и смотрим на страну, которую мы с тобой и не захватили. Сколько рассказов было, а так, чтобы своими глазами увидеть, это просто чудо. И хочу Пьеху увидеть, я в 21 м её в нашем театре видела, ой, как сдала сильно, никакой макияж не скрывал. — Так извини, ей лет то сколько? А сейчас она молодая и полная сил, петь и петь в полный голос. Но её то портнихи обшивают, а вот нас? Я тебя с девочками своими познакомлю, на них наряды нужны и срочно. — Да с удовольствием, у меня и программа закачана для подборки образов, только снять бы их на цифру и можно работать.
— Думаешь, это просто? А как объяснить тот же айфон? — Дааа, засада, сама не знаю. Но для работы это очень бы пригодилось. — А никакого там проводка нельзя придумать, спрятал телефон и только нажимай кнопку? — Спросила… Я же не электронный инженер, про ноты ещё бы рассказал, а тут пасую. Но подумать надо, идея хорошая. Идём и думаю. О, а видео? Это же всё уже было раньше придумано — снять и потом надёргать стоп-кадров. Не знаю, как её модель, а мой «Самсунг» вполне такое потянет, объясняю это Ирине-Марине.
— Слушай, точно! Спрятать телефон, включить его заранее на съёмку и я покручу их в разных позах, вроде как рассматриваю фигуру. Миша, ты просто молодец, придумай коробку, куда спрячешь технику, дома проверим и полный вперёд, сэкономим бездну времени. И ещё — прошлую Ирину забываем и называемся только Мариной, и дома и везде, договорились? Соображает, так быстрее «перелицуется», иначе прокола не избежать. Походи ка 30 лет в одной шкуре и поменяй всё в один день, щас!
Эдита позвонила уже в семь, завтра будет в Москве и в это же время приедет ко мне, адрес есть и район её знаком. Это хорошо, а я вот в Питере не очень ориентируюсь, надо обязательно прокатиться и погулять по улицам. Музеи не люблю, смотреть на дома и улицы мне как-то больше нравится. Сняли меня на видео, потом сделали нарезку из кадров и она пробует свою программу. Да шикарно, ё моё, сам сижу и удивляюсь. Так просто подбирать причёски, костюмы и прочее, уххх развернёмся, только дай время. И деньги.
Потратил час и в коробке от магнитофона оборудовал место для айфона, выставил его на полку и сделал парочку видео. Ага, освещение врёт, верхний свет забивает, ничего, купим сюда светильник, а в остальном это заработало. Ну, девочки и мальчики — теперь держитесь!
В понедельник она меня провожает до дверей и пообещала навести уборку, хорошую, а не просто пыль в углу смахнуть. Дерзай, только аппаратуру не трогай, остальное твоё. А я выгоняю машину, мелкий дождик нам не помеха и качу на работу. Вот не позвонил Иосиф, это непорядок, но жду, куда дёргаться, тут не мне решать, Ташкент далеко и там свои порядки. Ничего, теперь у меня дома есть почти секретарь, и звонок примет и мне перезвонит. — Наталья Захаровна, я на месте.
— О, Михаил, заходи, как раз ты мне нужен. — Какое совпадение — я тоже по делу пришёл. — Чуть позже. А сейчас разговор о регистрации вашего ансамбля. Ректор дал команду на скорейшее оформление документов, вот список бумаг, заполните и сдаёте мне не позднее среды. Мы оформляем отношение в Союз Композиторов на рассмотрение твоей кандидатуры. Про рекомендации от артистов помнишь? Сегодня же обзванивай и пусть поторопятся. Кто там у тебя в поклонниках? — Пугачёва, Кобзон, сегодня с Пьехой увижусь. — Ооо, тяжёлая кавалерия? Солидно работаешь, поздравляю. Ну и рекомендации от них тоже будут весомыми, сам понимаешь.
А вот теперь слушаю тебя. — Есть талантливый модельер и мастер костюма, как бы к нас на работу оформить? Одна заминка — она трудовую потеряла, может сделать без лишней рекламы? Подумала немного — А если не через нас, а через общежитие оформить? Хотя бы временно, чтобы трудовую и запись получила? Ты вроде бы с Бэллой Натановной дружишь — обратись, она не откажет. У нас с контролем в кадрах посложнее, иностранцы учатся и всё такое… Про «всё такое» я понял, улыбаюсь ей и поклон — Спасибо за совет. — А это вам, кладу на стол кассету.
— Что здесь? — Наш первый альбом, уже в качестве, с сегодняшнего дня пошёл по стране, но я вам этого не говорил, а лично принёс. — Ну, спасибо, послушаю с удовольствием. Заодно напомню мужу, что обещал приличный магнитофон купить. — Вот и дайте ему шанс почувствовать себя настоящим рыцарем и хозяином своего слова. — Красиво сказано, запомним. Читаю ей Губермана — «Хвалите бабы мужиков, мужик за похвалу достанет месяц с облаков и пыль смахнёт в углу…».
Ну хоть услышал, как она смеяться может, даже секретарь заглянула, но её успокоили — всё в порядке. — Ну вот, глаза размазала, так никакой косметики не напасёшься, с утра и смех. — Зато он продлевает жизнь. — Я так и поняла. Не забудь про общежитие, а я туда сделаю звонок. Понятно, аудиенция окончена, до свидания и выхожу. Секретарь смотрит на меня — Михаил Егорович, если не секрет, а что это было? — Нина Семёновна, только вам повторю, проговорил потихонечку и выхожу, пока она втихаря давит смехуюшки.
— Привет. Извините, к нашей Маме заходил. — А мы тут чай завели, будешь? — Конечно. Ольга рассказывает, какие впечатления от Бала и нашего концерта, чую, пошла новость по столице. Ну и Алик добавит, со вчерашнего уже начал в городе торговать, но пока по своим дилерам. Кстати, моя доля там, надо бы не забыть… А я звоню в общежитие и договариваюсь о встрече, пока тема горяча. Прямо на лестнице сталкиваюсь с Иннкой — Привет. — Привет, а я к тебе. — А я на улицу, хочешь, скатаемся до общежития, хоть покажу, где прописан. Давай, два часа есть, препод заболел.
Как скатался? — Ууу, девочки, я с таким человеком вернулся, это просто находка. И мне нужен твой папа, кое-что выправить в документах. — Какой вопрос — адрес знаешь, созвонитесь и приезжай. — Завтра, сегодня у меня с Пьехой свидание. Да не шучу, чего так смотришь? Приедет в гости, песен ей подкину. Всё, приехали и идём к общежитию — Вон моё окно, вроде третье с угла, а может, и четвёртое, я там всего раз был. — Да мне то…всё равно не полезу по балконам. Но знать буду, мало ли, какие дела.
— О тож, запас всегда нужен, улыбаюсь и входим в двери, а там уже и сама Бэлла встречает — Доброе утро! Идём к ней, Инне налили чашечку кофе, а мы вышли в соседнюю комнату поговорить по душам. — Как там Семён после выступления? — Ооо, весь в радости, ты же его на всю столицу объявил визажистом, вот теперь все гадают, что это и кто? — Да оно и к лучшему — интрига всегда дороже продаётся. — Ещё бы — за вечер заработать четыре сотни, это запоминается надолго.
Так что за дело тебя привело? — Во-первых — поздороваться, а во-вторых…рассказываю про Марину и просьбу. — Миша, привези её, посмотреть бы на девочку и тогда скажу. Прости, но я уже старая и тёртая не раз про свою доброту, пока сама не увижу, не решу. Вот ты мне с первого взгляда понравился, честно скажу. — Тронут, мадам, я тоже почти влюбился, прижимаю руку к сердцу. Грозит пальцем — Миша, не делайте мне смешно, с тобой рядом такие красавицы. — Всё, завтра будем у вас, когда? Есть, сговорились, потом допили кофий и мы едем обратно. — Извини, там кое-какие дела личные. — Ничего страшного, я понимаю.
Зашли ко мне и сидим в кабинетике. — Что у нас дальше? — Работаем, дебют вроде удался, а сейчас пойдёт настоящая пахота, готовьтесь, девочки. Марина пошьёт вам шикарные наряды, красоты вам не занимать — мы порвём всех. Как только решим с Ташкентом — сразу учим новые песни, вернее, с завтрашнего дня, так что часика в четыре собирайтесь на прослушивание. И в любом случае мы пишем второй альбом — он будет чуть в другом стиле, решил и я спеть несколько песен. И завтра денежку вам выдам за альбом, просто сегодня с собой не взял.
— Что, уже? — А чего тянуть? — отработали, получите за труды, у меня такой принцип. — Миша, он мне нравится, улыбается и смотрит на часики. — Прости, надо бежать, с папой поговорю и тебе перезвоню. О чём речь, если не тайна? — Да чего тут тайного, Марина выписалась со старого места, но тут не могла приткнуться, вот и пропуск месяца четыре, надо чтобы в бомжи не записали. А здесь её обещали взять, ну и временное и всё такое. В общем, папа в этом больше разбирается, надеюсь на него.
— Думаю, не откажет, он о тебе хорошего мнения. — Дааа? Не сватают ещё? Улыбается — Ну я то не против, а вот родичи говорят, что сначала учёба. — Правильно говорят, таких женихов, как я вагон и маленькая тележка, а институт требует отдачи. — Вот так и счастье мимо пролетает, всё, я побежала, привет, махнула рукой и исчезла в дверях.
Что там дома делается, набираю — Алло. — Привет, это я. Как дела? — Нормально, заканчиваю уборку. Тебе Кобзон звонил, сказал, что вечером будет ждать звонок. Ага, кажись, клюнуло. И что ещё? Был ещё звонок. Но я ответила, а там трубку положили, наверное, твоя любовница. А может, и спутали номер. — Ладно, не строим загадки, в семь буду дома, привет.
19.10. — Добрый вечер, проходите, Эдита Станиславовна. Она не одна, со своим музыкантом, а машина ждёт во дворе. Знакомлю с Мариной и переходим к делу — Я вам приготовил шесть песен, сейчас по фрагменту прогоню, а вы сами выберете, хорошо? — Думаю, что так лучше, у нас тоже не очень много времени. — Поверьте, и я так считаю, если песня зацепила, то сразу, а потом можно гонять сколько хочешь — уже эффект не тот. Слушали минут двадцать с перерывчиками, в общем шесть прогнал и чую, что Аллегрову мы оставили без репертуара. Вопросы были только на одной, про «Незаконченный роман», там надо петь дуэтом. — Михаил, прекрасная песня, а вот с кем её спеть? — Нууу, тут я вам не советчик, выберите примерно ровесника, по смыслу то это не разговор с молодым мальчиком. Или в Питере уже певцы окончились? Я просто не сильно разбираюсь в ваших реалиях, простите. Ну и по голосу и тембрам чтобы совмещалось.
— Хорошо, поищу, мне самой интересно, я такого ещё не пела. Развожу руками — Всё когда то случается в первый раз, поверьте, это перспективное направление, на Западе уже многие пробуют. Она улыбается — Да, Михаил, тут ты прав. И да, Иосиф говорил про некое поручительство, вот — передаёт мне конверт. — Вот за это благодарю. Ирина дипломатично отсутствует в кухне, а мы перешли к финансам. Спасибо за рекомендации, они тоже денег стоят, так что сильно цену не заламываю и она даже удивлена итоговой суммой — Не продешевил?
— Не всё в деньгах измеряется, согласны? Случится вдруг приехать к вам в гости и буду себя чувствовать стеснённо, а оно мне надо? — Приезжай, Михаил, и я приглашаю вместе с Анной Андреевной, она просто прекрасный собеседник. И ещё кладезь знаний о Петербурге, том, старинном… Ну что, по чашке кофе они отказались, тогда прощаемся, она накинула вуаль на лицо и выходят в двери. Проследил в окно, как уселись в такси и поехали — до свидания.
— Выходи, всё состоялось. — Тогда пошли ужинать, уже второй раз разогреваю. — Накрывай, а я ещё звонок сделаю О, меня уже ждут и у нас хорошие новости: Разрешение на запись диска есть, наши демо понравились, но попросили что-то восточного. Отгрузим, ноутбук нам в помощь. Ну и примерно через неделю-полторы нас ждут в Ташкенте, официальный вызов будет на институт. Рекомендация мне будет, осталось только завтра забрать, урааа! — кладу трубу и чуть не расцеловал Маринку. — Ты чего? — Получилось, мы записываем диск. — Поздравляю, и у меня уже налито, садись.
Пока кушаем, она рассказывает про свои новости — Нашла у тебя сборник клипов «Арабесок» и с удовольствием посмотрела. И там ещё шикарные костюмы у девочек, если по годам отсортировать, то можно спокойно шить. — Вот видишь, осталось только пристроиться на работу и прописаться. Так что завтра нас ждут в десять тридцать, а после этого будет видно, устроилась Марина или нет.
Бэлла не подвела, поговорила с ней минут пять и предложила место швеи в общежитии, тут ещё и такое есть. Ну а детали мы уже решим в процессе, так что разделяемся и я поехал обратно. Провисел полчаса на телефоне, но всё-таки нашёл Аллу Борисовну аж по четвёртому адресу и рассказал свою просьбу. — Миша, конечно, сделаю, сейчас выделю полчаса и будет тебе письмо, а вечером Валера привезёт, ты его видел. И спасибо за песни — работаем…
Это хорошооо, я тоже работаю, у меня фонограммы и накладываю свой голос, а Андрей командует в студии. Для улучшения настроения выдал ему первую зарплату в размере 500 рубликов и творческая активность подлетела до небес, такие деньги ему точно не снились. Узнал у Ольги, что его с нами тоже отпустят, потом поговорил с Захаровной и к репетиции я уже готов обнародовать «наши» планы. С местными студентками мы решим быстро, меня Рита тревожит, но успокоила, что с работой проблем не будет. Ну да — остались ещё родители, как вот с ними? Но пока начнут они, если что-то тормознётся, пойду сам упрашивать и уговаривать.
Этим тоже выжал по пятихатке, приняли спокойно, но и я по поцелуйчику в щёчку заработал. — Так, вступление состоялось, а теперь пошли трудовые будни, нам нужно приготовить две песни на восточные мотивы. Одну пою я и одну Марина, там нужен низкий голос. И вы помогаете, без вас никуда, смотрю на Ирку и Инну. Включаю первую и слушаем «Карие глаза» от Ники, я там и восточные флейты прописал и бубны, даже что-то индийское нашлось типа ситара. — Ну что — согласна? — смотрю на нашу «Гюльчатай». — Раз надо, так надо, спою. — Спасибо за доверие, дорогая, поклон и включаю «Кара-Кум», тут уже пел сам и даже подпеваю по второму разу.
— Девочки, самыми низкими голосами подпеваете, и мужиков у нас нет. — И не надо, мы справимся, смеётся Ирка. Марина, которая Ирина, сидит в сторонке и за всем наблюдает со стороны и что-то там рисует в альбоме. — Так что демо вам Андрюша сейчас запишет — тренируйтесь дома, в среду собираемся и уже работаем по-настоящему, времени лишнего нет. И не про эти бумаги не забудьте, дома напишите и в среду приносите, только обязательно. — А наряды? — А вот по этому поводу приезжаете завтра ко мне домой и там Марина с вами начинает плотно беседовать, йес? — Так точно, командир.
Четверг. 10.20. — Поздравляю вас, Михаил Егорович — Леонид Павлович жмёт руку и и вручает приказ о организации и регистрации Ансамбля современной песни «Мираж». Пока это наше официальное наименование, но оно есть и мы родились! Ну а в в институт пришла телеграмма, что нас ждут на записи в городе Ташкент 10 сентября 1979 года. Присели и совещаемся дальше, нужны отношения по месту работы и учёбы Ирине и Рите, да и нашему Семёну, остальных отпустят своей властью, пока на неделю. — Вы с Натальей Захаровной пишите программу и список произведений, я его утверждаю и всё — можете записываться, выступать и хоть в кино сниматься.
Довольны? — Очень, спасибо от всех нас. — Заслужили. Ну и ждём вас на новые выступления. А теперь проиграйте новенькое, а то все слышали и я нет, показывает пальцем на мой магнитофончик. Не жалко — звучат песни, а я вспоминаю как мы трудились, но за двое суток и выучили и записали их в студии.
С техникой на месте обещал помочь Наум Григорьевич, но с собой парочку мониторов, гитары и прочее, конечно, берём. Где я там буду «фирменные» микрофоны искать, да и мой микшер про желании восемь входов обеспечит. Звоню Марине в общежитие, а там идёт полным ходом работа. Йес, не мешаю, переключаюсь на Бэллу и передаю новости ей и Семёну. — Миша, это же прелестно, я ему сейчас позвоню. И с нашим делом тоже хорошо, завтра обещали паспорт со пропиской. — Видите, какие у нас отзывчивые люди работают, одно удовольствие с ними общаться. Ещё бы, подарил в паспортный стол пару кассет с нашим альбомом, ну и Н-ную сумму передали совсем тихо и точно в руку, тут уже Бэлла старалась. Так что нам и папа Инны не понадобился, с неё просто взяли объяснение и выписали штраф в 20 рублей. Обидно, но переживём.
Вот и десятое число, мы в аэропорту, Андрей сбегал и проследил за погрузкой багажа, вроде всё ушло спокойно. Ну и немного денег бригадиру грузчиков смягчили ухабы на дороге. Ну а у нас два чемодана только нарядов и плюс наши сумки, гитары и прочее богатство, будем держать на коленях, но лучше так, чем что-то стряхнуть или потерять. Наум намекнул на пару концертов сверх программы, мы нисколько не обидимся, нам и реклама и денежки не помешают.
Вот и посадка, а борт то узбекский, так что симпатичные стюардессы встречают нас и Марина с ними бойко переговаривается на узбекском. Проскочило слово — «Мираж» и тут она заулыбалась ещё больше, оказывается и до Ташкента дошли наши записи. Дальше — больше, нас поприветствовали отдельно по внутреннему радио и все повернулись к нам. Маринка молодец, привстала, сказала всем пару слов и поклонилась на четыре стороны. С неё не убудет, а нам зачтётся, так что летели мы уже, окутанные заботой и вниманием. Ну а в аэропорту нас ждал автобус и сам Наум Григорьевич, весёлый и похожий на Жванецкого, как брат-близнец. Спускаемся по трапу последними, чтобы не цеплять гитарами никого, прощаемся с экипажем и здравствуй Ташкент!
Закончена первая книга, продолжение будет.