Крупные капли извергаемые взбесившимся, внезапно почерневшим небом хлынули в глаза, но сил их закрыть уже не было, мой взгляд поднялся по могучему стволу древнего дерева, величие живой тюрьмы пугало и входило в унисон со жгучей болью внутри, на том месте где у людей располагается сердце. Я боялся повернуться назад, чтобы увидеть неизбежное, там сзади меня ждала потеря, потеря - виновница боли в драконьем сердце.

Моя окровавленная рука потянулась к древесному стволу и слова в голове срезанировали тысячами голосов. Одернув почерневшую обугленную руку, покрывшуюся коркой копоти из запечённых огнём волос мяса и тканей экокостюма. Я открыл своё сознание для НЕГО.

— Многие сгинут! — прохрипело то что томилось внутри дерева.

— Мир Земли нуждается в жатве! — произнес я в своем сне, хотя моё сознание не понимало о чём идёт речь, этого диалога еще не было у меня, и одновременно он уже состоялся. Словно бы пятимерность всё была постижима.

— Тогда иди… — голос звучал, как напутствие и я просыпаясь поднял тяжелую голову.

Света спала свернувшись в большой бежевый, чешуйчатый клубок, внутрь которого уходила золотая цепь служившая поводком эльфийскому проводнику. Между мирами мы почти всегда передвигались в драконьем обличии, так безопасней и ходить, и тем более спать. Эльф медитировал с открытыми глазами, странно, но металлический ошейник совсем не мешал ему держать ровно спину, длинноухий проводник сидел на широко посаженных коленях, смиренно сложив ладони на бедрах.

— Ледяному господину снятся кошмары? — спросил Шашлык, так его назвала Света, и это имя должно было напоминать ему о его судьбе.

Я изначально был против захвата заложника и методы Светланы мне мягко говоря не нравились, но в этом был и акт гуманизма, ведь в противном случае Эльф был бы сожран живьем еще на Земле.

Шашлык же наоборот делал вид что всё в норме, как говорится хочешь жить умей вертеться, или у них на планете цепи и рабство являлись чем-то совсем обыденным. К примеру сейчас, он спрашивал об очевидном, словно проявляя интерес к моим снам, однако спрашивал он не из праздного сочувствия, а наоборот хотел показаться мне в целом неплохим парнем, которого вовсе не надо есть. В походе он был более чем полезен, тащил снаряжение, корректировал маршрут, пел, давал консультации по видам животных обитающих на межмировых тропах, что облегчало охоту экономя бегущее по разному время в зависимости от близости к звёздам различной тяжести.

Меня он боялся меньше чем мою спутницу, это проявлялось во всём его поведении, но гордыня вовсе не была одним из моих грехов и мне было всё равно, кого он считает в нашей связке за главного. Что-то в моём сознании уже идентифицировало его как живого трупа, может информация полученная в ходе бытия богом Ра, а может и драконья кровь.

— Далеко еще до Миллара? — спросил я.

— Великий господин конечно же знает, что расстояние на тропах относительно, нашими шашлычными тропами долго, Вашими Змеиными в разы быстрее, а по меркам Землян так вообще 8611 световых лет и это только до материальной точки.

— Он ваш Миллар, что-ли сдвинут относительно Земной плоскости?

— Да господин и значительно, по оси углеродного времени, примерно на 40 000 углеродных лет вниз. — призадумавшись ответил Эльф.

И это значило, что Мир Миллар располагался не только в отдалении, он был еще и в далеком прошлом относительно текущего Земного времени.

— Да… на ракете к вам не долетишь, — выдохнул я положив голову на чешуйчатые лапы.

— Минусы техногенным миров ледяной господин. — пожал плечами Шашлык.

— Мама не учила тебя не разговаривать с едой? — не открывая глаз, сквозь сон произнесла Света.

Конечно она знала, что ни у меня, ни у неё, никакой мамы, или папы отродясь не было, инкубаторский “Б” класс на Фаэтоне был лучшей сборкой генов для ведения войны. Шутка пришлась по душе и я закрыл глаза уважая, желание Светы выспаться. Однако любопытство взяло вверх и я построил метальный канал с мозгом Шашлыка, не совсем простая задача, ведь эльф все еще был отравлен октаканом.

— Давай эльфа, раз всё равно не спишь, покажи мне твой мир! — транслировал я мысль Шашлыку в голову, в ответ на что получил эмоцию, которую можно было сравнить со скромным и почтительным кивком.

Эльф начал с природы его Мира, с гравитации планеты в два раза больше Земной, с двух ярких светил на небе, что в совокупности давало жаркий климат, хоть и почти всегда Миллар был защищен от света двух звёзд планетами гигантами. Сложнейшая система содержала в себе и третью звезду, более отдаленную и потухшую, которой почти не было видно на небосклоне, но она все же полноценно влияла на движение и орбиты других восемнадцати планет. Иссиня-зеленое небо эльфийского мира независимо от времени суток, украшалось непрерывным движением естественных объектов отражающих свет.

У каждой планеты было свое название и своя мифическая история. Два светила дающие свет и жизнь представлялись богами агрессорами, желающими спалить все живое, а планеты газовые гиганты располагающиеся по орбитам ближе к ним чем Миллар – божественными братьями защищавшими мир от неминуемой огненной гибели. Мир где правили драконы искусственно был остановлен на уровне развития Земли 12-13 века, помимо эльфов на планете проживала негроидная раса людей и белокожая раса невысоких горных старателей, видимо, генетически выведенная, косматых словно лешие, но зато безмерно трудолюбивых.

На флоте Фаэтона учили всему, но всему понемногу, входили в курс и обитаемые миры, солнечная система Миллар не всплывала в моей памяти однозначно. Я перебирал в уме сотни похожих миров не находя очевидных сходств, может моя распущенность в былом обучении не давала мне вспомнить этот мир, а может и вовсе люди Ра его не знали, ибо как известно вселенная бесконечна, к тому же Миллар был сдвинут по оси времени в прошлое, что затрудняло до невозможности опознание его в нашей временной ветке.

Слушая мысли Эльфа я провалился в сон, мне снилось общество и угнетаемые Эльфами народы людей и гномов вынужденных добывать золото для дышащих огнем рептилий.

(Земля)

(Ад / Резиденция Артаина)

Бумага, бумага, бумага… Артаин вчитывался в очередной документ лежащий на широком столе выполненном из цельного сруба гигантского хвойного дерева, можно было подумать, что таких деревьев со столь огромными габаритами больше не растет на планете и древесина сохранилась с доисторического периода, но нет Артур гордился этой покупкой совершенной около 200 лет назад еще до создания в США Лиги Сохранения деревьев в 1918 году когда массовую вырубку исполинских растений прекратили. Чего ему стоило привезти из тогдашней Америки саженец такого же древа, долгих уговоров Булгака, целой лекции для непробиваемого темностража из разряда “насколько важно пересадить хотя бы пару деревьев в Сибирь”.

(воспоминания Артаина)

Иссиня-фиолетовое пространство междумирья двоилось, а реальность колыхалась, как флаг на ветру, именно в таких местах, где миры находятся близко проще всего открывать порталы, как собственно и переходить из мира в мир.

— Мы пришли — промолвил Шашлык.

— Ну Красный змей, время умирать! — произнесла Светлана протянув вперёд руку пытаясь открыть портал в Миллар, но я остановил её ладонь. Тут же ловя вопросительный взгляд девушки.

— Свет, ты там погибнешь. — почти шёпотом пояснил я.

— Что? — поморщилась она.

— Помнишь я рассказывал тебе про мои сны, я расшифровал их, будет бой, мы победим, но ты погибнешь!

— Попробуем победить, чтобы не погибнуть! — улыбнулась Света.

— Змей будет ждать, он существует вне времени и узнает, что ты зашла в Миллар. И ударит тогда, когда мы не будем готовы. В своих кошмарах я выживаю возможно потому, что он меня недооценивает, ты же гибнешь. Гибнешь всегда.

— А если мы не пойдем вместе, то погибнешь ты! — возразила Света.

— Это такой маневр, — покачал я головой, — Ты войдешь в соседний мир, или в подмир, да хоть бы и в Квинлар, когда он почует твой след, он пойдет аватаром за тобой. Но я найду его первым.

Света смотрела на меня хмурясь просчитывая варианты, она верила моим снам, так как своих снов с момента нашего пути через межмире она почему-то не видела, или видела, но не помнила, а это как раз и означало, что я прав, и заходить в Миллар вдвоём – верная для неё гибель.

— А может…

— Нет Свет, мы не сможем спать спокойно пока знаем, что за нами идет эта тварь. — предупредил я её вопрос.

(Земля/2018 год)

Маятник равномерно раскачивался издавая еле слышные щелчки, когда проходил свою нижнюю фазу, на мгновение закрывая блестящей гирькой яркую лампочку - мигающий источник завораживающего света. Перегрузка визуального и аудиального канала восприятий, а также равномерный голос гипнотизера погружали Олега в транс.

Высокий, худощавый, черноволосый парень завороженно следил за миганием. Зачем он на это подписался Олег себе ответить не мог, ведь никогда особо не верил ни в гипноз, ни в привидений, ни в прочую мистическую лабуду. Ответ был банален и находился на поверхности - девушка, светленькая девчонка мечтающая о карьере в журналистке Инна молча сидела в той же комнате. Закинув ногу на ногу она наблюдала как Алексей Николавич работает над Олегом покорно сложив пальцы рук в замок на синеватой джинсовой ткани штанов.

Окна в конференц-зал были не плотно задвинуты продольными белыми полосами жалюзи, сквозь которые всё равно вопреки воле собравшихся попадал солнечный свет. Комната с квадратным столом и множеством стульев частенько пустовала и потому иногда пользовалась врачом психотерапевтом и по совместительству лектором по прикладной риторике А.Н. Шипициным. Зачем это было нужно Николаевичу? Адекватно объяснить не мог никто, но в голове у Олега зрела мысль, что старику просто скучно и он заманивая на сеансы гипноза студентов и абитуриентов журфака тем самым цепляется за быстро уходящее время жизни, повышая среди молодёжи свой авторитет, доказывая себе что он еще молод.

“Жены стареют, а студентки третьекурсницы никогда.” — ходила среди преподавателей шутка, однако сейчас молодая студентка первого курса Инна притащила своего друга, чем возможно сорвала желание преподавателя остаться с ней наедине.

“— О чём я таком думаю…” — проговорил в своей голове Олег, — “Он уважаемый человек, преподаватель, она молодая студентка, что у них может быть общего? Неужели этот старик в свои шестьдесят с лишним лет на что-то еще расчитывает?”

— Когда я досчитаю до трёх вы уснете! — продолжал монотонный голос гипнотизера, — Рас...

“ — ...а после я залезу в твой мозг и попутно дам тебе установки, чтобы не лез к Инне Бурлаковой! Ты поговоришь разными голосами и это предаст “мне” веса в её глазах, тем самым деваха будет пищать от меня, такого офигенного мага!” — прозвучал в голове Олега неизвестный ему ранее голос, не принадлежащий никому из присутствующих.

(Миллар)

Дорога была долгой и изматывающей, я боялся использовать драконьи способности и уж тем более перевоплощаться, тут в Милларе наверняка не дремали пограничники этого мира, несколько раз я развоплощал себя и уходил в их подмир, туда, где на Земле должны были находится астральные плотности. Тонкий план Миллара изобиловал силой, она текла тут везде, и буквально прилипала ко всему, что казалось любой рожденный на этой земле мог пользоваться магией. Сила текла вокруг пронизывала и наполняла всё, и если бы магию можно было сравнить с месторождением минералов или той же нефти, то она тут была девственно невыработанная, когда как на Земле словно бы высосанная до суха.

“Почему так?” — мелком задался вопросом я, — “Неужели земные боги полубоги и демоны настолько жадны до силы, что готовы пить её без остатка? Или просто вся не выпитая сила может достаться врагу и варварская добыча магического ресурса просто обычная военная необходимость?”

Очередной раз выйдя в материальную плоскость я поправил эльфийские мечи висящие на спине наспех созданного еще на Земле экокостюма, словно бы проверив на месте ли они.

Прибрежная зона сменилась крупнодревестным лесом совсем без травы, землю и корни огромных сосен покрывал сплошной ковёр из мха. Бежалось легко и свободно, обновленные лёгкие поглощали насыщенный кислород, а мускулатура тела не давала никаких сбоев, словно на мне был мой фаэтонянсикй костюм для соревновательного бега. Не шалило ранее шумное сердце, я снова был лучшей версией самого себя и несся по пересеченной местности со скоростью которой позавидовали бы и люди, и ездовые животные. Приблизительно посчитанная глазомером дистанция до макушки исполинского дерева в сто километров преодолелась мной за таких же пять приблизительных часов. Я замедлился когда лес оборвался золотыми зерновыми полями уходящими далеко за горизонт в центре которых словно аномалия возвышалось то самое дерево, вся нижняя часть которого представляла из себя крепостное сооружение.

Я хмыкнул, снова вспоминая Землю где метр ствола от паразитов белили белым. Тут в Милларе и дерево было крупнее - много километров вверх, и видимо паразиты были суровее раз от них пришлось возводить целую крепость.

Из-за низкосидящих облаков Квинлар казался мрачным, по левую руку от странников пенилось и волновалось ещё более тёмное море, на каменистый берег падали первые капли дождя, по правую руку шагов в пятидесяти, низким, зелёным ковром раскинулись джунгли. Когда ты самый могучий зверь во вселенной, ты можешь опасаться лишь таких же драконов как ты, вот и Светлана шла в своём темпе за которым еле поспевал пленённый босоногий эльф в свободной больничной светло-голубой рубахе и таких же светлых штанах.

Забывший о смирении ангел прекрасно понимал на кого он охотится и не готовил реплик и пустых слов. Меч позволял ему видеть сквозь миры, а межреальность хрустела под его стопами, когда он настиг её и, битый час шёл в некотором отдалении, опасаясь, что даже находясь в параллельном мире бестия учует его. Девушка казалась хрупкой, но лишь казалась, дракон в человеческом обличии был всё так же опасен. Дракон он всегда дракон, даже если прячется под соблазнительной оболочкой миловидной девушки.

Наконец падший решился на прыжок сквозь миры. Быстрее молнии устремился артефактный клинок к её шее, разрезая и разрывая грани бытия Миллар/Квинлара. Светлана была безмятежна и не смогла бы почувствовать засаду, слишком молода была её душа, слишком уверовала в свою неуязвимость опасаясь лишь Красного змея. Всё случилось столь быстро, что для взора Шашлыка это выглядело, как мгновенное появление рядом с ними крылатого создания. Занесённый сияющий клинок в руке титана лился пронизывающим светом от которого хотелось спрятаться, как в детстве просто зажмурив глаза, вот только свет лучился сквозь материю и просвечивал и сквозь веки, и будь на их месте окованный металлом щит, светил бы и сквозь него.

Я бежал со всех лап, пока паника не отпустила мой разум, а вместо неё тут же навалилось дикое, вяжущее сознание горе. Как я мог просто сбежать? Простое и логичное понимание, что останься я драться дальше, меня бы настигла неминуемая гибель — не утешало. Первый раз в своих жизнях я ощутил неведомое себе чувство и оно полностью овладело мной, овладело настолько, что я оставил Одиннадцатую, и имея возможность продолжать, пускай и не выигрышный бой — сбежал.

Драконья кровь, которая несла так много мудрого спасовала перед обычным страхом смерти, драконья кровь и драконье тело было всего лишь животным, словно собака, или кошка, или какая-то полевая мышь.

Глаза словно бы жгло огнем, жгло и парное драконье сердце, а в виски бил словно неистовым молотом болезненный пульс.

Поступил бы солдат флота Фаэтона так? Нет!

Поступил бы так мамаяктли Ра? Никогда!

Но род ледяных драконов распорядился за меня, буквально приказав моему телу бежать, с точки зрения рода пока жив хотя бы один "ледяной змей" война не проиграна, а на чувства и делания одного отдельного индивида огромной родовой памяти передаваемой с кровью было всё равно. Рациональность, а не трусость, рефлексы всех драконов до меня, а не мой разум.

Милларская почва тянула меня к себе и белые чешуйчатые лапы послушно подкосились опуская моё длинное драконье тело в грунт. Я согнул шею опуская голову под себя, будто желая пробуравить лбом почву, словно африканский страус спрятаться от всех проблем, лишь бы не ощущать всего этого. Но холодная и мокрая почва промялась под весом драконьего тела не принося покоя. Чутьё крови завыло снова, завыло о том, что я единственный ледяной дракон в Милларе, о котором уже зазвенели все тревожные телепатические линии во все материки и цитадели, и за мной очень скоро придут.

Может и хрен с ним, что придут? Может и правда, вид который способен ощущать страх, а главное трусит — не достоин жизни?

— У тебя не было шансов, поэтому род ледяных приказал тебе отступить, но теперь шансы появились. — прошипело откуда-то снизу.

— Они предпочли, чтобы я сбежал… — пробормотал я, не особо понимая с кем говорю, мне было всё равно, — Они решили, что бы я, струсил…

— Страх, гордыня, ярость, всё то, что мешает смертным, всё это должно было указать тебе путь.

— Но не указало. — выдохнул я не вставая.

Оно говорило снизу, прямо оттуда, где пролегали его корни. Случайно-ли я прибежал в ту же точку откуда ушёл из Миллара, или корни исполинского дерева тюрьмы раскинулись тут везде? Всё это меня уже не волновало и не удивляло.

— Стыд, вина, обреченность всё это гложет тебя, но вскоре уже не будет, потому, что красный змей идёт к тебе, идет чтобы убить навсегда. Последнего из рода Ледяных — прошипели корни.

— Мне всё равно. — помотал я головой, с длинных тросов-усов и лба посыпались куски грязи.

— Ты тряпка, а не дракон! Твоя самка оказалась самцовей чем ты, поэтому ты пока еще жив, а она… — голос помедлил, — А она в плену у крылатого, который настолько глуп, чтобы сражаться мечом Серафима в тонких мирах.

— Она жива? — приподнялся я.

— Её душа обращена и законсервирована в искру, которая заточена в артефакте, мече коим уже никто не сможет управлять. Уколи себя октаканом стань моим мамаяктли и сможешь забрать своё и отомстить! Но решай быстрей, второго такого шанса у меня, да и у тебя уже не будет.

— Давай свои корни. — прорычал я.

Красный змей был повержен однако этот факт вовсе не грел душу, всё потому, что не было больше той к кому нужно было возвращаться. Я шагнул в междумирье, чтобы убедиться, что мост между Милларом и Землей действительно разрушен. Не спеша мои человеческие ноги взошли на трепещущуюся плоскость межзвездной тропы, которая словно бы живая тянулась куда-то в тёмную даль. Осознание того, что тут всё и произошло защемило сердечную мышцу, тут Одиннадцатая пожертвовала собой, и именно тут я позорно сбежал.

Сделка с Несущим свет злила и отдавала безысходностью, но именно она позволит мне разорвать в клочья ангела с мечом, когда я его найду. Черный бог намекал, что я отправлюсь на Землю, где и сыграю свою роль, однако почему-то для него было важно, чтобы я самостоятельно решил туда лететь, но в моей душе теперь была лишь одна цель - Чижиков. Закрыв глаза я сел сложив ноги под собой, поставленная мной самим задача требовала глубокой медитации и отстранения от всего. Того панического страха больше не было, и нет, не потому что я снова стал мамаяктли, а словно бы он изначально не принадлежал мне, словно бы он был лишь наваждением и заполонил мой разум не случайно. Теперь вместо него в сердце сидела злоба и всепоглощающее жгучее горе.

“Как только с ангелом будет покончено, нужно будет лететь на Солнце и готовить Фаэтон к войне с техноцивилизацией рептилий, и всё это минуя материальную плоскость.” — рассуждал я.

“Побеждать буду льва и дракона и за то что ты возлюбил меня избавлюсь от него…” — прозвучало в моём сознании удаляющийся, слабый сигнал и, я последовал разумом за голосом. Молитва лилась сквозь подпространство и это, и был след ненавистного ангела, он падал куда-то очень глубоко по уровню духовных вибраций. Первое что пришло мне на ум сразу отправится в погоню, однако скорость которую развил носитель меча была запредельной.

“Даже если он остановится, прежде чем я его догоню пройдут годы…” — посчитал я, но ради этой цели я готов был потратить вечность, а уже потом если останутся силы лететь спасать Фаэтон, Цивилизацию Ра и Марс с Землёй.

Я приподнялся. Тело начало трансформацию ледяного дракона, ведь только этот вид способен без труда передвигаться в междумирье на запредельных скоростях. Не оборачиваясь я прыгнул вниз, туда, откуда доносилась слабый из-за расстояния энергетический шлейф молитвы моего врага.

Проломы сквозь которые вёл молитвенный след, пестрили своими разорванными гранями. Вначале я просто летел и перебирал в сознании все варианты предстоящего боя с ангелом. Дар или проклятие мамаяктли будоражили ум десятками разных дебютов и вероятностей драки меня - ледяного змея накаченного октакановым соком и его - светлого титана с почему-то обугленными крыльями. Время тянулось медленно, а я всё летел и летел, в какой-то момент я перестал ускорять себя и, ощутив что падение не менее скоростное чем полет, продолжил именно падать.

Сколько лет я провёл в этом полёте по Земному времени я не мог и представить, осознавая лишь-то, что время, скорость и расстояние относительно. Сначала я испытывал ярость, с единым стремлением разорвать крылатого врага на части. Потом же, когда ярость утихла на её место пришёл предательский страх. Говоривший мне: “А вдруг, я также как в тот раз струшу и сбегу?”

— Нет! не будет “как в тот раз”, или я или он! — увещевал я себя.

Время тянулось безмерно долго, я всё летел и летел, а ещё медитировал и спал. Вначале я опасался закрывать оба глаза и дремал полушариями мозга по очереди, но потом, спустя многие годы, десятки и даже столетия без внешних угроз, позволил себе выспаться полноценно. Ни одно живое существо не могло бы так, но накаченное октаканом тело ледяного змея с душой мамаяктли давало возможности для перебирания вариантов. Первым с чем пришлось столкнуться был банальный голод, это потребовало перестройки драконьего организма полностью, под задачи моего пути. С техномагической точки зрения частичная трансформация себя не была шибко сложной и для столь долгого пути не подходили замедления биологических процессов иначе по прилету на Землю я рисковал оказаться замороженной мумией. Как существа из подмиров питаются энергиями так и я решил поглощать дуновения звёздного ветра которые обильно омывали мое чешуйчатое тело. Так звёздный ветер стал мне энергией и пищей.

В своих медитатичных раздумьях я много анализировал, подвергая сомнения все свои решения в прошлых жизнях, подвергая препарированию мотивации моих недоброжелателей и откровенных врагов, зная, что я с ними еще встречусь. И к моменту этой встречи я должен оказаться лучшей копией себя.

"Строитель, будь он неладен всего за три года создал целый мир, заселил его и даже укрепил стражами по образу своему и подобию." — будоражила мой ум мысль и, я начал практиковаться в магии.

Отдавшийся Хаосу теряет себя навсегда, но только таким способом можно было постичь самую дикую из всех стихий, однако осознать её можно было лишь собравшись заново и даже не просто осознать, а понять на глубоком интуитивном уровне.

Ментальные связи крепли собираясь вновь во что-то осмысленное, словно бы снова Лар Нолий читал мне тот стих турецкого философа:

Тьма поглощала пятерых идущих, двух доспешных мужчин с короткими алебардами и трех женщин в широких, наспех криво подрубленных по босые щиколотки платьев. Промышленники отключили свет по всей столице и теперь, по замку можно было передвигаться, лишь при наличии тяжёлых словно меч фонарей на батарейках и только так не бояться свернуть себе шею в полной темноте каменных коридоров.

Королева Оди спешила в окружении небольшой свиты и телохранителей, прижав к груди своего малыша. Запеленутый ребенок спал крепким сном, таким несвойственным для детей его возраста. И сейчас это было даже хорошо.

Слишком поздно был раскрыт предательский мятеж и действуй подсыпанное в вечерние блюда снотворное на всех одинаково семья короля Рофмо Мудрого, сына Аллера Румяного, состоящая из королевы Оди и грудного наследного принца Райса уже была бы передана захватчикам власти. Однако Оди Холодная давно уже взяла за привычку никогда ничего не пить и не есть, не пропустив через поданную её пищу обеззараживающие потоки силы её артефактов. Магия убивала яды, убивала паразитов, делала еду безвкусной, но этим и спасала её величество от самых коварных покушений.

Хранители артефактов казались почти неуязвимыми к атакам простых смертных, но отравленному культиватору можно было бросить вызов и даже с без боя лёгкостью его убить, минуя законы жизненных сфер о чистоте поединков. Именно поэтому всю свою жизнь королева молчала о своей привычке. И вот сейчас её паранойя оправдала все те годы безвкусной еды и питья. Рофмо Мудрый, её муж был предан и скорее всего убит, а его армия скорее всего подкуплена и перешла на сторону противников. Его же супруге и грудному ребёнку промышленники уготовили другую, безусловно незавидную судьбу, зачем-то попытавшись взять их живыми. Малыш Райс был усыплен, не иначе как магией, вражеский культиватор подкрался из теней и наложил на беззащитное дитя чары, и так же тихо покинул королевскую комнату. Гонг культиваторов не сработал и высокоранговая мать никак не смогла этому воспрепятствовать. Расчёт со сном младенца заключался в том, чтобы в судьбоносную ночь не тревожить Оди и дать ей спокойно задремать. Однако у судьбы были иные планы и вероломное усыпление наследного принца теперь играло беглецам на руку.

(Земля/2018 года)

(Земля/2064 год/Республика Сибирь/город Атомск)

Река давно уже высохла, но через неё всё ещё стоял трёхсотметровый мост, с гнилыми перилами, с щербатым дорожным четырёх линейным полотном, с неработающими фонарями.

Когда-то, еще до войны с тварями ада, у моста на въезде в город стоял вполне себе мирный пост ГИБДД, однако сейчас здание превратилось в укреплённый опорный пункт. Теперь его окружали бетонные блоки с ультрафиолетовыми и обычными фонарями, наложенные кучами мешки с песком и, визитная карточка нового времени - выжженная земля на сотни метров в каждую из сторон.

Отделение дежурившее не посту в это время года состояло из семерых человек. Два бойца расчет крупнокалиберного станкового пулемета, пилот мехдоспеха, три стрелка и офицер.

Из техники в расположении поста соответственно был мехдоспех, пулемёт и радиовышка с фонарями, внутри в разделённом двумя комнатами помещении находились три кровати, на которых можно было отдохнуть положенные 4 часа в дежурные сутки, в другой комнате базировалась аппаратная, для связи с городом и активации сирен и фонарей. Спать разрешалось по очереди, пилот меха мог меняться с пулеметчиками, потому что по инструкции на боевом дежурстве должен был постоянно функционировать или пулемет, или мех, троица стрелков же сменяла друг друга, никогда не спал лишь офицер, хотя экзоскелет позволял засыпать и на ходу, чем кстати, носители звёздных погон успешно и пользовались. Было на блокпостах еще одно правило, никакого сна после наступления темноты ибо, как шутили в армии Атомска, "ночь темна и полна ужасов".

Война давно ушла от этих мест, практически не тронув город, однако высохшее дно реки до сих пор оставалось заминировано, а по единственной дороге ведущей в Атомск с севера стоял блокпост, перегородив колючими стальными цепями ёж-линанам проезжую часть. Хотя машин передвигающихся на резиновых колёсах уже никто и не помнил, но приказ по организации несения службы от ещё 2023 года гласил, о необходимости этой самой ёж-лианы, а также, о наличии у бойцов одноразовых масок и расчесок. Даже если ты лысый, даже если на тебе респиратор нового поколения, будь добор, носи в кармане целый список столь необходимого на боевом дежурстве в кармане.

— Нам нужна консультация пророка. — сообщила Борису Лика, хотя он ничего у неё не спрашивал, а просто и как-то хладнокровно смотрел на то, как она ведет машину.

Дергано стартуя на светофорах, прыгая из ряда в ряд, сигналя на тех автолюбителей, кто не разделяет её желания быстрее передвигаться по маленькому городу, построенному аж в семнадцатом веке, с дорогами под конные повозки. При советах, конечно же улицы расширяли, как могли, но что делать со зданиями с резным деревянным зодчеством, кирпичными купеческими домами времен царской России украшенными высокохудожественной лепниной? Потом настали девяностые, деревянные дома не случайно случайным образом начали гореть, а вместо них, чудом, как грибы поле дождя возникали ларьки и павильоны. Когда же бандитский беспредел закончился и сильные мира сего поделили все сферы влияния, ларьки начали сносить, заново строить дома и храмы, а улицы вновь попытались расширить, но за век преобразований так и не угодили Лике, и её красному мерседесу.

— О, он так похож на Питер, — саркастически скопировала она чей-то голос и сама же, как бы в ответ рявкнула. — Ни черта он не похож! Маленький, тесный, где на улицах одни малолетки норовят под колеса залезть.

— А мне нравится тут. Тут много известных людей жило. — парировал Борис. — Мимоходом оценивая походку парочки девушек идущих по своим делам.

— Это потому, что тут царская ссылка была, а потом и советская. Мы вон, до сих пор в камерах НКВД базируемся, а уже сколько лет прошло.

— Ты не замечаешь положительных моментов, это потому, что у тебя машина агрессивного цвета. — улыбнулся Борис.

— Это потому, это я не сплю ночами! Потому, что каждую ночь нечистые какую-нибудь хрень делают! Это потому, что у меня секса нормального уже тысячу лет не было. — распылялась Лика.

— Как будто у меня был и как будто я по ночам сплю. — нахмурился Борис.

— Милый ты мой, у тебя эфирный иммунитет, тебя ни одна нечисть не пробьёт, а я заснуть не могу потому, что каждого убитого ими и нами по десять раз вижу. Я в своих снах по колено в дерьме, словно сантехник Марио с кочки на кочки прыгаю.

— Говно это к деньгам. — резюмировал Борис. — А Марио культовая игра! Я бы поиграл снова, возможно даже в 4D.

— Четыре Дэ говоришь? А представь, что каждая черепаха, каждая мухоловка тебя навсегда сожрать хочет. Вот это мой мир, во сне и наяву. Поиграл бы он. — выдохнула Лика останавливая авто у какого-то дома, паркуясь так, что пожелай какой таксист проехать тут - не смог бы.

— Мы с тобой одинаковые погоны носим Лик и работу с тобой одну делаем, судьбы свои тоже сами выбирали. Так что не ной. Тут твой оракул живёт? — холодно спросил Борис оглядывая пятиэтажную панельку, окруженную грядками с кустарником, наполненную оранжевыми огнями домашних очагов.

— Тут. — повторила его взгляд Лика. — Напомни, почему мы всё ещё вместе?

— У нас дочь в США учится, горя не знает. На наши зарплаты от демоноборства, она сможет в случае нашей смерти дворец со слугами купить и ни в чем себе не отказывать. — покачал головой Борис.

— Может уволимся и уедем к ней а, познакомимся наконец, объясним ей ситуацию? — слегка жалобно проговорила Лика.

— Это конечно можно, но мы с тобой и там будем вынуждены заниматься тем же. Только не в институте, а в каком-нибудь отделе FBI. Кстати, чур я Маулдер!

— Я сосальных подвигов Скалли не повторю. — покачала головой Лика.

— Про конкурс минетов, где она заняла третье из трёх участниц, врут! — отрезал Борис.

— Как пел Валера Кипелов, не хочешь не верь мне. — сообщила женщина и вышла из машины. Борис последовал её примеру.

Мне не спалось, муравьи с пчёлами лупили друг-дружку чем-то дико шумным, с таким усердием, что казалось, кто-то из них должен был уже закончиться, как вид. Отобранное у них ядерное оружие явно способствовало восстановлению атмосферы моего космического оазиса, а всем остальным много не навоюешь. Правда, в какой-то момент я забрал у них еще и эфирные технологии, те что позволяли добывать энергию прямо из космоса. Слишком уж разрушительна была их сила. Урок от меня, как от создателя этого мирка, на мой взгляд, был очевиден. Сколько бы вы, насекомые, не сражались, конца не будет, а значит, надо договариваться. Однако ребус оказался слишком сложен и видимо, мир настанет не в этом столетии.

Я поймал себя на мысли, что искусственно настроил освещение летящей сквозь космос скалы по образу и подобию Земли. День, ночь, зиму и лето. Они сменяли друг друга с мерностью привычной для планеты, которая стала для меня приёмной матерью.

“По образу и подобию… — мелькнула у меня мысль, — Мы фаэтоняне - "В" класс, выросшие в пробирках солдаты не были предрасположены к репродукции, хотя секс и был нашей главной солдатской утехой. А что если?..”

Я тут же создал магический цикл, копируя свою же духовную суть, по сути создавая новую душу, с нуля.

(Земля/2018 год)

Затекшие, грязные, окровавленные пальцы никак не могли справиться со скотчем стягивающем ноги, а машины всё ехали и ехали мимо кучи обезглавленных трупов не замечая их и не сбавляя скорость. Возможно, стоило пенять на поздний вечер, а возможно, на особенность этого странного места, на зря отмеченного столбиком с цифрой 13. В какой-то момент Олег смирившись просто сел на колени, кровь отказывалась течь сквозь путы и онемение начало нарастать.

“У этих пидовояк должен быть с собой нож, или ключи, или брелок, да хоть что-нибудь, чтобы подцепить, или порвать синтетические оковы.” — заключил Олег и с новым рвением начал обшаривать карманы убитых инкубов. В карманах были деньги, скреплённые зажимами пачки, пакетики с какими-то мутными кристаллами, смартфоны, электронные сигареты, магазины к пистолетам и даже одна граната, но не было самого нужного, не было ножа.

“Твари, нахера вам столько оружия и наркоты было?” — выругался Олег и, его взгляд упал на зажигалку.

Сидя на корточках перед трупами он несколько раз чиркнул пальцами, и наконец прозрачная пластмассовая коробочка породила пламя. Скотч на ногах расплавился после нагрева и узник смог нормально встать и, поковылял к машине. Там он продолжил свои поиски на этот раз в салоне. И, о чудо, нашёл.

Короткий маленький и тупой, для всего чего угодно, но не для скотча. Нож был воткнут в одно из сидений и сев на соседнее Олег придержал рукоять подошвой ноги, а потом, принялся резать пиля скотчем о сталь. Вероломный скотч всё таки был побежден, хотя онемение и затрудняло весь процесс. Парня всё еще потряхивало, однако, он упорно разминал кисти, а те потихоньку возвращались к чувствительности, первым делом награждая ум человека тягучей болью.

“Ты светишься! Встал на путь осознания!..” — вспомнил он разговор с похитителями.

Значит, нужно было быть готовым ко всему. Тут и пригодился, валяющийся недалеко от машины целлофановый мешок, тот самый, что не так давно мешал Олегу видеть. Оружие, деньги и наркота всё собиралось в одно место, пока авоська не потяжелела норовя порваться, а с грунтовой дороге больше нечего было брать. Олег решил не подбирать сотовые и, уже собирался сесть в фургон, да погнать отсюда, но потом его осенило. В мобильниках должно было быть всё, места скопления демонов, контакты, компроматы. И парень, нехотя вернулся к трупам.

Он брал каждый мобильник, прикладывая начинающие деревенеть пальцы убитых к сенсорам, и таким образом получил целых два разблокированных устройства, видимо, остальные сканировали сетчатку глаз или контуры лиц, которых ввиду отсутствия голов в темноте было просто не найти. Далее, парень полазив по настройкам, по очереди сняв устройства с блокировки и отменил эту функцию вовсе. Закончив, он привстал прогнувшись в спине, тело ломило от неудобств доставленных ему тварями.

Вернувшись в автобус он сел за руль, где в замке зажигания торчали оставленные ключи. Положив пакет с полезностями на соседнее сидение он завел мотор, выруливая на трассу.

Куда бы он не поехал его найдут, а значит, надо искать тех кто ищет, не зря же, ангел спас его нарушая главный закон фатального невмешательства. До этого вечера Олег думал, что нельзя убивать демонов навсегда, сегодня же он понял, что уже можно. Телефонный звонок стал неожиданным настолько, что Олег вздрогнул, первым делом глянув на чёрный мешок, но звонил его собственный телефон. Номер входящего определялся как 80006660000.

— Да?.. — отозвался Олег зачем-то взяв трубку.

— Заводи мотор и едь в сторону города. — медленным и чуть жестоким голосом сказал динамик.

— Кто это?

— Твой личный Морфеус! И если ты, Нео, не хочешь начать карьеру в виде эскортницы, то делай, что я тебе говорю.

— Я еду уже, — сообщил Олег вспоминая фильм, почему-то, ранее незнакомый голос внушал доверие, — Но ты мне должен всё рассказать, конкретно меня интересует, что тут происходит?

— Тёмные четвертого сектора выбирают потроха, выборы идут по древней адовой традиции, все убивают всех, пока не останется один сильнейший из демонов. — пояснил голос.

— А я тут причём!.. — простонал Олег.

— Они убили человеческого оракула, он предсказал, что следующим потрохом будешь именно ты.

— Я не хочу этого всего! — чуть-ли не закричал парень в трубку.

— А это вот всё, более чем, тебя хочет. В общем, выбора у тебя два, бежать, или драться.

— Кто ты и почему столько заботы обо мне, и где ты был, когда меня сюда везли?

— Я не могу вмешиваться, в традиции Тьмы. Но я смог сделать так, чтобы ты оказался свободным. Далее, я буду курировать тебя пока ты не убьёшь всех и не займешь свое место в низшем мире.

— Почему ты помогаешь? — насторожился Олег.

— Потому, что остальные мне нравятся меньше. Как тебя зовут?

— Олег, я думал ты знаешь… — опешил Олег.

— Олег, тупое имя для демона, назовись по другому. — жёстко сообщил голос.

— Зачем это. — не понял парень.

— За Олегом не пойдут низшие.

— А за кем пойдут? — спросил Олег.

— За Бэлью к примеру пошли, у вас там в четвертом секторе целых пять группировок, самая сильная - это эти извращуги.

— И мне их всех придется убить? Я не смогу!

— Соберись! Убить только извращуг, убьешь их, и остальные преклонят своё колено.

— Но я не демон убийца, я даже из армии сбежал… — простонал парень.

— Ты демон, а значит априори убийца. Сейчас на твой номер придёт смс там координаты, на координатах закладка, в закладке письмо, покажи её вашему физруку Борису. Они помогут.

— Они это кто?

— Институт. Им тоже невыгодно, чтобы в городе была война. Удачной охоты и придумай себе имя! — на этих словах трубку бросили и что-то подсказывало Олегу, что перезванивать было бессмысленно. Тем временем, в дали показались огни города, ставшего таким родным за 18 лет жизни.

Мушка не попадала на целик, оружие тряслось в руках Олега, а сам воплощённый прятался за покатым капотом микроавтобуса. Там сквозь непроглядный свет фар открылись две двери, один раз клацнул затвор и следом за этим раздался громкий женский голос.

— Бросай оружие и выходи с поднятыми руками! Считаю до двух и открываю огонь!

— Не выйду! — прокричал на грани истерики Олег.

— Лик, погоди ты считать, дай я сначала поговорю. — раздался другой, откуда-то знакомый голос и на свет фар вышла огромная плечистая фигура.

— Защищайте демона Аллера во избежание большой войны. Аллер должен стать потрохом четвертого сектора… — прочитал Борис надпись на пожелтевшем от времени листке отрывного календаря датируемого 21 июня 1941 года. — и подпись, Бескрылый царь Сибирских болот Артаин.

— Подпись в половину самого послания, — заглянула через руки к мужчине Лика.

— Пистолет самое удобное из того, что может тебе пригодиться. Ножом надо уметь драться, руками и ногами, тоже нужно уметь, а ствол, снял с предохранителя направил на тварь и считай полдела сделано. Пистолет-пулемёт Кедр с которого ты по мне целился, стреляет 9 мм пулями, такими же, как для ПМа, отдачи почти нет, есть приклад, кроме того если нужна прицельная стрельба, при разложенном прикладе вместо целика появляется планка с круглым отверстием прицела. В неё смотришь и если мушка на цели-то жмешь на спуск и попадаешь. Всё что надо, это зарядить магазин и передернуть затвор. Да, вот этот крючок слева, справа предохранитель он же распределитель одиночного и автоматического огня. — увещевал Борис.

Подземный тир на двадцать стрелковых дорожек освещался более чем хорошо. Были прекрасно видны ростовые, зелёные мишени с пронумерованными кругами для зон попадания, на полу лежали резиновые коврики, какие бывают на стадионах для бега, а на потолке крепились ребристые прорезиненные блоки. Всё это должно было защитить стрелка от рикошета и, надо сказать, пока справлялось хорошо.

Борис вставил магазин на тридцать патронов в пистолет-пулемёт и передал его воплощённому демону.

— Пред тобой мишени, расстояние десять метров, промахнуться невозможно. — проговорил оперативник, однако стена за этими самыми мишенями утверждала обратное и, больше всего со всеми своими дырами походила на решето, тут постоянно стреляли и постоянно промахивались.

— Что, прям стрелять? — зачем-то переспросил Олег.

— А чем ты будешь побеждать подмир самоубийц? Какие у тебя еще боевые навыки? — заинтересовался Борис.

— Никаких. — выдохнул Олег опустив глаза.

— Я б с тобой сходил, но я имею иммунитет. — слегка печально произнёс Борис, — ты в DOOM играл когда-нибудь?

— Нет, а что это? — ответил Олег, даже не помня, что это такое.

— Миллениалы… — покачал головой оперативник. — Сначала предохранитель, потом затвор. Начнём с одиночной стрельбы. По очереди, в мишени с первой по двадцатую. Готов?

Олег капался сначала с предохранителем, потом нелепо повернув оружие боком передернул затвор и наконец, прицелившись совершил свой первый выстрел.

Лика стояла на перекрёстке, четырёх дорог, тут было грязно и мокро, и если бы кто-то увидел её этой ночью, то решил бы, что девушка не в себе из-за одиночества, как минимум.

А из-за чего еще, красивой хорошо одетой девушке стоять в глуши между двух деревень на богами забытом перекрёстке?

Однако, Лика была не одинока, её прикрывали те самые парни, что сопровождали колонну на трассе, три черные машины, два отделения бронированных бойцов СИБ, пятнадцать вооруженных человек, четверо из которых обладали эфирным иммунитетом, как у Бориса.

Ухоженные пальцы женщины легко набрали на мобильном взятом у Олега номер 80006660000, но вместо длинных гудков, ответом ей было, что “абонент вне зоны действия сети”.

Женщина устало выдохнула, на что она рассчитывала приезжая сюда, как будто в АДу могла быть мобильная связь? Хотя, судя по ценам за тарифы и интернет, именно из АДа она и должна была прибыть в материальный, грешный мир. На лице Лики проступила усмешка, она вдруг вспомнила людей борющихся с 5G вышками.

— Сколько времени прошло?.. — медленно и размеренно сообщил голос за её спиной.

И, от неожиданности Лика обернулась, дернувшись рукой к пистолету. Однако, тот кто стоял рядом, не выказывал агрессии, а даже наоборот мирно стоял и курил свою зелёную сигарету. Чёрные волосы мужчины лет тридцати были собраны в хвост, широкоплечая, но худощавая фигура полностью облачена в кожу, на которой не хватало лишь нашивок и клепок, чтобы спутать пришедшего на перекрёсток с байкером.

— Ар-таин? — спросила Лика. Она смотрела на него сквозь очки эфирного видения, но никого не наблюдала в астральном мире, кроме зелёного всепоглощающего тумана.

— Собственной персоной, — демон отвесил легкий полупоклон.

— Что значит твоя записка?! — резко и даже грубовато спросила женщина.

— А ты постарела, возраст совсем не идёт тебе.

— За то, все кто с тобой общался навсегда остались молодыми. Я могу минуту перечислять имена и звания. Так что не юли и рассказывай зачем ты прислал нам записку. Потому, что последний раз когда ты давал нам такую весточку, на мою ячейку напал демон зеркальных отражений Легион Анода.

— В этот раз всё хуже и глобальнее, вам должен был доложить ваш оракул.

— Про вирус 2019 и войну 2022? — переспросила Лика с нескрываемым сарказмом.

— То мне неведомо, я не вижу время вперёд ибо, четырёхмерен. А всех ребят, кто за институт погиб мне жаль, просто это такая игра. Мы, вы и ангелы с трёх сторон сдерживаем творящийся в округе хаос и иногда, наши гибнут.

— Так зачем тогда? — допытывалась Лика. В её душе не было страха, может потому что целых десять пентаклей защищало её душу, тело и разум, а может потому, что душа "А" класса женщины была несколько старше этого так называемого полубога.

— Двадцать лет назад, было пришествие мамаяктли Ра и огненного дракона с его эльфами, теперь же, всего лишь демоны выясняют кто будет потрохом. — размеренно проговорил Артур, выдыхая себе под ноги зелёный дым.

— Ты же ответственный по региону, просто назначь! — рявкнула Лика.

— Не могу я идти против традиций Тьмы.

— Зачем тогда всё это?

— Затем, что Аллер, как порох будет самым лояльным для вас вариантом, или ты хочешь, чтобы победил кто-то другой? Кразер его грех - жадность, Верлок его грех - гнев, Свозок - гордыня, Бластуль - лень, наверное самая безопасная, ну а с Бэль ты уже знакома. Хороший выстрел кстати, впредь блядь будет знать, как шантажировать старые души.

— Олег не боевой демон, его предрасположенность самоубийства, именно потому он и сбежал из ада сюда. —уже спокойнее словно уговаривая сообщила Лика.

— Как будто суккубы и инкубы боевые. — отмахнулся Артур.

— Ну ладно, мы его снарядим в мир самоубийц, его же там схарчат сразу же?

— Об этом уже я позабочусь, чтобы не схарчили. — парировал Артаин.

— Может сразу дашь ему армию и закончим весь этот цирк?! — развела руками Лика догадываясь, что демон не говорит ей всей правды.

— Ты выходила куда-то, когда я про традиции Тьмы рассказывал. — нахмурился Артур.

— Традиции... Да его чуть не трахнули на 13том километре.

— Трахнули, был бы злее, Шестнадцатый ваш поторопился. — снова парировал мужчина.

— Да и чёрт с тобой. — произнесла Лика и, повернувшись к демону спиной зашагала к машинам.

— Эй Лик, — окликнул её Артур, и дождавшись пока та повернется, произнёс — Мы внизу тоже не хотим глобальной войны, и я полубог, кстати, а не демон.

— Не вижу разницы. — фыркнула женщина продолжив свой путь.

— Дерзкая ссука. — еле слышно выдохнул Артаин, наблюдая, как джипы срываются с места покидая ночной перекрёсток.

Я и мой рой спешили к орбитам трёх обитаемых планет. Газовые гиганты Сатурн и Юпитер остались позади и, казалось вот-вот покажется Фаэтон, но вместо него по-прежнему был пояс астероидов. Вымороженные, безжизненные камни, это всё что осталось от некогда столицы Солнечной системы.

Я рванул к Марсу и, снова меня ждала удручающая картина, вся планета превратилась в рыжую радиоактивную пустыню, по которой гулял неистовый вихрь из песка мелкого камня и стекла - верного признака недавних ядерных бомбардировок. Холодная злость начала растекаться по душе.

Полёт к Земле не готовил мне никаких сюрпризов, планета была такой, какой я покинул её в 21 веке. С погибшей атмосферой и рептилоидной сферической базой засыпанной грунтом в котором также были огромные кратеры, все как один одной глубины. Станцию рептилий тоже бомбили.

Вместе со злостью пришло понимание, я снова опоздал, хотя и вернулся в прошлое.

Зависнув в стратосфере планеты я глубоко задумался, а так-ли был нужен мой прилет сюда, тот кого не хотел называть Мортит Лег уже был тут и резвился с жизнями и душами по полной. Мысли путались, познание Хаоса не прошло бесследно для сознания, в попытке собраться перед глазами мелькало множество вероятностей прошлого и будущего, а возможно, и других измерений, где такой же я терзался выбором задавая себе массу странных вопросов.

"Что я смогу глобально изменить? Может быть права была Одиннадцатая, нужно было просто войти в парный мирок и жить там обычной жизнью?"

(Земля/Сибирь/4-тый регион/2018 год)

Аллер не успел понять, что с ним произошло, как быстро пролетел тот месяц подготовки в подземельях и подвалах с бойцами института. Измученные городскими боями с нечистью, бойцы эзотерического фронта вначале не шибко жаловали воплощенного демона, но после того, как Борис объяснил им всю нужность миссии Олега, начали делиться с парнем своими боевыми мудростями.

Тактика боя малых групп, огневая подготовка, маскировка, промышленный альпинизм, первая медицинская помощь, подрывное дело, ближний бой и всё это надо было изучить за один месяц. Спецы не сговариваясь качали головой, мол нужно хотя бы пол года на такую подготовку, однако Лика стояла на своём, что нет у них пол года, у в плохом раскладе и месяца то нет.

В Аду время течёт быстрее, потусторонние твари могут в любой момент поставить “в ружье” много больше тварей, настолько, что не хватит никакого институтского спецназа и вместо одного демона придётся быстро обучать весь СОБР, ОМОН, и армейские спецназы ВВ и ВДВ. А там делов несказанно больше, чего стоит объяснить бравым, простоватым ребятам одно наличие тонких миров.

Иногда Аллера показывали, как наглядный пример учебным группам новичков, которых тоже тренировали для городских боёв с тварями ада, их как раз и набирали из других подразделений. Магической и сенсорной подготовки не было совсем, все магические специалисты сошлись на том, что дать за месяц какие-то действенные основы нереально и ограничились курсами дыхательной медитации и самоконтроля.

Три тренировки в день, с перерывами на сон и еду, с посещением врача и приемом стимуляторов, как нейро так и стероидно мышечных, сделали из телосложения студента, обладавшего раньше где-то жирком, где-то сутулостью, крепкого и подтянутого бойца.

— Естественно, мы не рассматриваем сохранения здоровья после миссии, — информировал Лику и Бориса в присутствии Аллера врач, — его задача не погибнуть в низших мирах и пробыть там короткое время, совершая активные действия. У молодого человека будет два боеспособных месяца, а с пересчетом на адское время, двадцать наших дней.

— А что будет дальше? — спросила Лика.

— Ну, дальше произойдет то, что в спортивных кругах называется гормональными качелями… — начал было отвечать доктор.

— А дальше, парень больше не захочет никого убивать, и эмоционально будет желать есть мороженное и слушать певицу Максим, смотря сквозь окно на дождливую погоду. — перебил его Борис.

— Всё верно, подскочивший уровень эстрогенов сделает из нашего бойца слезливого юношу и боеспособность резко снизится, нужна будет терапия и отдых в медицинских условиях. Но в эти два месяца, можно будет более чем хорошо повоевать. — закончил доктор.

— И помни, Золушка, ровно в двенадцать тампакс превратится в тыкву! — пошутил Борис, за что получил тычок локтем в бок от Лики.

Сказать, что тренировки изнуряли - ничего не сказать, но в какой-то момент Аллер даже начал привыкать к недосыпу, к голоду и перестал обращать на них внимание. Ведь профессора института убедили его, что сна и еды с витаминами минералами и гормонами он принимает достаточно.

Невысокое одноэтажное здание смотрело на серый холодный город закрытыми деревянными ставнями, на которых яркой масляной краской были изображены красные цветы с зелеными стеблями и яркое желтое солнце над ними. Тот кто рисовал это был либо молод душой, либо не видел дальше своего носа. Мир самоубийц казался более чем мрачным, холодным и серым местом.

— Говорят предыдущие нарисовали. — сообщил Горко замечая взгляд Олега.

— Кто говорит-то и кто такие предыдущие? — удивился Олег.

— Демоны типа тебя говорят, которые за нами надсматривают, а предыдущие… — он помолчал подбирая слова, — Тут до нас был некий князь, Булгаком звали, так он весь свой народ вверх по вибрациям увел.

— Странный князь. — проговорил демон — А рисунки тут причём?

— Ну так, не причем, не наши они, были бы наши их бы на Цигму растащили бы в миг. Сам посуди, темнейший, зачем в мире самоубийц школа?

— Я уже ничему не удивляюсь. — выдохнул Аллер.

— Не, школа это больше к мучениям, десять лет от звонка до звонка… — задумчиво заключил Горко. — Ну, вот я тебя и проводил, твои солдатики внутри живут.

— В школе? — удивился Олег.

— Там котельная хорошая, книги и парты для растопки на зиму, да и просто видимо нравится им там. — пожал плечами Горко и сделал шаг назад словно бы не хотел приближаться ближе.

— Ну смотри, если обманешь, я тебя из под земли достану. — пригрозил Олег.

— Что ж я самоубийца, демона обманывать? — дрожащим голосом ответил Горко и сделал еще пару шагов назад.

“Да и чёрт с ним пусть валит.” — подумал про себя Олег. Он помнил, что в тонких мирах мысли могли течь сквозь голову и читаться другими обитателями астрала и на всякий случай обернулся посмотрев на Горко.

Душа самоубийцы не желала ему зла, просто в этом месте обитали те, кто мог отобрать его Цигму, заставив например рисовать его наброски до изнеможения. Демоны пили души, а души пожестче пили души послабее и, с этим ничего нельзя было поделать. Как в джунглях сильный пожирает слабого, так и в низших мирах ничто античеловеческое, никому не чуждо.

Он - Аллер мог бы приказать Горко остаться и вести себя к Барону, но что толку от трусливого нищего художника, когда можно с тем же предложением обратиться к более сильным. К тем кто прошёл войны и по своей нерасторопности оказался тут.

Двустворчатая дверь в школу оказалась открытой и, обутая в берц нога Олега ступила на напольную плитку, темнота была не помеха для его демонического взгляда и парень пошёл в глубь, туда откуда доносились металлические, пилящие шумы напоминающие скрежет.

Вдруг, под ногами что-то зазвенело и зацепившись за ногу зашумев начало волочиться следом, сердце бойца забилось сильнее и он обернувшись, наклонился вниз. Это были консервные банки, связанные между собой рыболовной леской. Тот кто обитал тут, явно не любил незваных гостей.

Звон прекратился, когда Аллер перешагнул, натянутую между колоннами сигнальную ловушку. Он снова прислушался, однако скрежет прекратился тоже. Что ж, теперь хозяева дома, а точнее школы, знают о его присутствии и можно было уже не скрываться, но на всякий случай нужно было смотреть под ноги, мало-ли во что еще можно наступить, или запнуться.

— Я сначала подумал, что ты из живых, — прозвучало из-за колонны, — По экипировке видно, что ты не здешний, но потом посмотрел твою ауру. В общем, вы демоны умеете разочаровывать.

Аллер повернулся на звук, в конце пролёта, у колонны выложенной цветной мозаикой стоял человек, в камуфляжных штанах и тельняшке. На худом лице горбился свёрнутый в бок нос, а под большими усталыми глазами виднелись тёмные круги. Волосы бойца возможно когда-то были густыми светлыми, теперь же стали редкими и седыми. Трехдневная щетина, высокий лоб, оттопыренные уши. Ростом говоривший был выше среднего, почти с Олега.

— Меня сегодня уже доили. Цигмы нет. — холодно произнес солдат.

— Я не по этому поводу.

— Тут все по этому поводу… — усмехнулся хозяин школы.

— Много ты видел демонов в броне? — спросил Олег.

— Это должно натолкнуть меня на какую-то мысль? — не понял человек.

Магазин опустел слишком быстро - секунды и, всё что было внутри рожка выпущено в тварей. В месяц подготовки Олега, он множество раз моделировал боевые ситуации, на полигонах, стрельбищах, различных помещениях куда его таскали тяжёлые (сленговое наименование институтского спецназа). Однако в реальном бою, пальцы упорно не желали слушаться. Пустой магазин Кедра полетел на пол, а другой еще не был пристегнут, как одна из бестий прыгнув повалила демона на пол.

Лапы лезвия, забарабаним по броне, по лицевой пластине шлема, протыкая левую руку и ногу в бедре. Боль ворвалась в сознание, а руки бес толку пытались свалить с себя бестию. Олег видел её оскаленную морду чувствовал её дыхание, вот-вот тупорылое создание догадается, что титановый шлем можно снять и тогда - всё.

Вдруг голова твари замерла, взбулькнув внутренностями, поливая бойца кровавыми слюнями. Это копьё Седого пронзило уродливый череп насквозь, а нога солдата упёрлась в тело бестии, толкнув, сбрасывая ту с Олега.

— Сюда бы пулемёт! — прокричал Седой, — Перезаряжай свою пукалку!

Олег, липкими пальцами извлёк магазин и почти с первого раза вставил его в ПП.

Фигура в черных одеяниях показалась на вершине мраморной лестницы и медленно начала спускаться к своим гостям. Их было двое. Седой и Горко рухнули на колени склонив головы только завидев главу округа, бескрылого царя гнилых болот Артаина. Это был его замок, это был его округ, это была его часть Ада. Царь дымил зелёным дымом своей сигареты, который полз вниз по ступеням вперёд него.

Странные наступили времена, с появлением вейпов стелющийся по земле зеленоватый густой дым больше никого не удивлял. Артаин был совсем один, даже стража осталась за воротами, уродливые бесы разоружили Седого и на всякий дважды обыскали Горко, когда в первый из обысков не нашли у него ничего.

— Ну же, господа усопшие, не средневековье. Незачем голову гнуть и колени приклонять. — мягким тоном начал полубог.

И только после его обращения, двое медленно поднялись. Хоть Артаин и говорил, что “незачем было”, было очень даже “зачем”. За неоказание должного почтения можно было лишиться кожи и продолжить существовать в Аду, но уже освежёванным, на веки вечные.

Царь славился своей хитростью, коварством, однако говорили, что у него есть одно слабое место, он не пышел злобой, как остальные демоны. Вставший во главе целого округа по меркам демонов молодой полубог даже расчленял с невозмутимостью лица. Говорили также, что он прошёл войну с драконами и чуть не соблазнил себе в жёны ледяную драконицу и даже, хитростью победил душу коллективного сознания Ра. Говорили многое, но всегда оглядывались и всегда оговаривались, что ОН низший из низших в своем округе, а это на секундочку, ни много ни мало - десять регионов.

— Мы всё сделали о царь. — выдохнул Горко.

— К тебе у меня больше вопросов нет, пошёл прочь, стража одарит тебя согласно замыслу! — произнёс полубог.

Горко склонился в поклоне и попятился, пока не уткнулся спиной в массивную дверь, которая тут же открылась и выпустив художника затворилась перед его лицом.

— Теперь ты... — Артаин взглянул на Седого.

Люди тянулись и тянулись, приходили и отдавали свою Цигму, маленькие поделки, рисунки, и даже глиняную скульптуру. Теперь, будучи бароном Олег видел насколько они ценны, каждая из принесенных вещиц светилась силой. Они оставляли их на письменном столе, который сквозь баронский взгляд был ничем иным, как магическим циклом-накопителем, затягивающем и аккумулирующим энергию самоубийц.

— Предыдущий барон тоже так принимал всех? — после очередного ушедшего грешника спросил Олег у Седого.

— Мы убили всех его сосателей, каждый из них в день обходил не менее сотни человек и забирал у них Цигму. Вам надо назначить новых сборщиков. — ответил боец не вставая со стула в углу приемной, уютно держа оружие на коленях, стволом в сторону двери.

— А где взять кандидатов?

— Назначить прямо из тех, кто приходит.

— Из любого может получиться сборщик? — Олегу явно не нравилось слово "сосатель", парень встал и подойдя к окну выглянул сверху вниз на уличную очередь у его резиденции, она словно бы не кончалась.

— Нет. Нужны люди с мерзкими душами, те, кто готов встать против своих же по несчастью. Мы узнаем их, они будут лебезить перед вами, рассказывать какой предыдущий барон мудак. Для начала назначьте десятерых, вооружите их тем дерьмом, которое мы забрали у людей Барона и дайте первое задание.

— Что за задание? — медленно и произнёс Олег сложив руки за спиной.

— Кто не придёт к вам сегодня, это бунтари, или совсем новенькие. Нужно будет отправить к ним избранных вами сосателей, чтобы отобрать их Цигму любой ценой, даже ценой выпивания. Знаю, вам это не нравится, но поверьте Аллер, тут нет хороших людей, все мы грешники, не наберем Цигмы к условленному сроку, сдохнем все.

— Как можно доверять тем кто предает своих? Как я с ними плечом к плечу буду сражаться с той же Бэлью?

— Не доверяйте никому, пусть лучше бояться вас. Чуть что не по вашему, стреляйте им в ногу, а не поймут за что, стреляйте в голову.

— И последний вопрос Седой, почему ты вдруг ко мне на “вы”? Ты же сделал основную работу в той школе? По сути, меня вырубили в самом начале боя.

— Поймите, господин Аллер, либо вы становитесь истинным демоном и мы на этой ноте будем в шоколаде, либо нас сотрут в порошок. Моя роль играть вашего почтенного слугу и, чем раньше мы с вами в это поверим, тем проще нам будет.

— Мне как-то не по себе. Ты же сильнее меня.

— Представьте господин, что вы вылечили и добились признания у лесного волка и чтобы выжить в городе волк дает вам надевать на него поводок, и при всех ведёт себя, как ваша собака. Волк сильнее вас, но вы из высшей касты - из хозяев, а значит, если волк укусит своего человека его тут же усыпят другие хозяева. В спектакле все в выигрыше. Волк получает еду и перспективу, а хозяин получает волка на поводке. И это возможно пока все притворяются, что роль это не роль, а истинная личина.

— Заморочено конечно.

— Это же Ад, тут нет прямых путей. Управлять подмиром просто, у вас получится. Сложнее победить наших врагов. Так вот, если кто-то из бунтарей завалит вашего сосателя, нужно будет предложить ему повышение до вашего бойца. Примет предложение - взять на довольствие, не примет - убить навсегда.

Олег кивнул своему отражению в стекле, сглотнув при этом ком, сама мысль, что ему придётся кого-то убивать не внушала радости, но с волками жить по волчьи выть.

— Гражданин барон! Я в натуре могу за общее дело похлопотать! — расплылся в улыбке Гранд стоя в приёмной у Олега.

Худощавый, весь в синих наколках, со сморщенным лицом и маленькими бегающими черными глазками, при жизни принятый ментами по подозрению в разбое с непреднамеренным убийством, погиб по дурости. Стараясь избежать беспредела (пыток для разоблачения) от ставленников опер.части, не специально вскрылся в пресс хате. Он-то думал, что полосанёт себя пару раз по пузу и венам бритвой, и быки (работающие на опера уголовники) ему сами вызовут лепилу (тюремного доктора), а быки просто пожали плечами “ну вскрылся и вскрылся”, мол “подыхай мразь”. То ли душегубец перенервничал и порезал себя как-то не так, то ли кто в камере ему помог заточкой, но Гранд так и умер от потери крови, лежа, как говорится на вокзале (у двери в камеру), а очнулся уже тут, в Аду, где нет никакой блатной масти, где все дружно пашут на некого Барона.

Правление барона пролилось для Гранда всего пару месяцев, а когда Барона, как и всю его свиту мочканули. Сиделец повинуясь зову нового господина пошел знакомиться с новым хозяином (начальником тюрьмы). Бывший вор рецидивист Гранд Мокрый с первого взгляда выкупил, что новый барон совсем юн особенно по меркам демонов, на таком можно было ездить верхом, стать его правой рукой, а потом и занять его место. Вот только место правой руки сопливого юнца было уже занято хмурым, седым парнем со звериным взглядом, по одному виду которого было понято - пришьет и не поморщиться. Пришлось идти на тюремную хитрость, и становится на козлячую должность сосателя, а по факту собирателя Цигмы, временно конечно, ведь и Седой тоже, когда-нибудь повернется к нему спиной.

— До завтрашнего утра с тебя 500 Цигмы. Можешь начать с очереди за окном! Оружие возьми из кучи. — рявкнул в спину Гранду Седой.

— Да гражданин начальник! — усмехнулся уголовник, подбирая из кучи с набросанным оружием в углу помповое ружье.

Дверь за рецидивистом захлопнулась и, как редко бывает даже в материальном мире все получили своё, Олег - передышку между посетителсями, Седой - первого собирателя Цигмы, Гранд - оружие и власть, которой можно было злоупотреблять, а еще были перспективны к росту.

Она шла по пустынной серой улице раскачиваясь, словно была пьяна, её длинные волосы все еще скрывали лицо, однако, чего нельзя было скрыть, так это её ауры. Алая словно пламя, бушующая будто тайфун и вязко-грязная у самых ног девушки, что казалось, что она шагает своей обувью на широкой подошве по бурлящей грязи. На духовном плане девочка была вовсе не девочкой, а замученным своей собственной болью и потому злым духом, такие не чтут законов ни Ада, ни Рая, ни тем более Земли. Бывает проникнув в мир живых, они мучают людей без рациональной причины, ибо даже в сознании таких мятежных духов причины и мотивации путаются. Головная боль института, святых отцов и ответственных от тёмных, ведь невозможно долго контролировать то, что не контролирует само себя. Можно лишь заточить или убить, однако безумный дух может сыграть значимую роль, если его направить куда надо, или на кого надо.

Олег встал у неё на пути, шагов за тридцать направив на бестию институтское оружие. Седой только вынырнул из-за поворота, но тут же нырнул обратно присев на корточки, тоже вскинув оружие. Боец сразу узнал эту тварь.

— Воровать не хорошо! — выкрикнул Олег.

— Насиловать не хорошо! — ответили ему из под чёлки холодным звенящим голосом.

— Сколько Цигмы ты забрала? — продолжал барон игнорируя слова о насилии.

— Слишком мало, чтобы достойно быть. Кто ты такой, чтобы спрашивать с меня? — проскрипела девушка и, словно птица наклоняя голову в сторону.

— Я Аллер твой новый барон! — выкрикнул Олег переводя ПП на автоматический огонь.

— Признайся Аллер, вожделеешь меня? — спросила девочка.

— Я не сплю со смертными! — мотнул головой Олег.

— Но ведь я бессмертна! — прозвучал голос и волосы твари словно намагниченные поползли вверх. Оно переходило в боевую фазу.

“Аккуратно, это дитя молоха! Сойди с линии огня!” — громко подумал Седой, так, чтобы Олег мог его слышать. Боец целился куда-то в сторону чёрной головы, однако бронированный барон мешал ему находясь прямо перед тварью.

— Ты ошиблась миром, тут не насилуют, сюда уходят когда не хотят жить! — покачал головой Олег.

— Тогда где моя мама? — спросила тварь продолжая идти.

— Точно не в моём мире, — ответил Олег после секунды раздумий.

— Почему не в твоём? — скрипуче спросила девочка, наращивая градус безумия диалога.

— Потому, что мы тут все грешники! А твоя мать не была, как мы. — проговорил Олег, читая записи сводок убиенных, всплывающие в его разуме.

— Потому, что я гадкая! — выкрикнула девочка изменившимся голосом, теперь это был реально крик молодой девушки.

— Потому, что мы все достойны быть тут, все кроме твоей матери. — подтвердил барон.

— Я шла отдать тебе пять Цигмы, но твой человек возжелал меня! — решила перевести тему сущность, после мимолётной паузы.

— Знаешь, когда я сам первый раз приблизился к этому миру меня хотели возжелать сразу несколько. И они все мертвы! — выдохнул Олег вспоминая спасительное явление ангела.

— Потому, что ты мерзкий? — с надеждой спросила девочка.

— Еще какой… Я как и ты признаю это. Но знаешь, что? Я знаю место, где много тех кто хуже нас, однако их никто не осуждает. Целый мир блядей обоих полов! Туда можно попасть лишь с моего позволения и в моей армии!

— Покажи мне этот мир! — рыком потребовала тварь, а потом словно бы взмолилась уже девчачьим голосом, — Прошу тебя, покажи мне тех, кто хуже меня!

— Волшебное слово забыла! — выкрикнул сзади Седой, он наконец смог взять бестию на прицел сдвинувшись левее барона, но не решился нажать на спуск, понимая, что Аллер только что выиграл свой первый поединок в качестве главы сектора самоубийц.

— Пожалуйста господин, я отдам всю Цигму! Я накопила! — умоляюще простонала девушка, а сквозь чёрную чёлку показались большие зареванные глаза с разделенными крестовидными зрачками.

— Седой, кажется у нас новый боец. Принимай пополнение. — с улыбкой ответил обернувшись Олег.

“Это дитя молоха, она же вольтанутая в край (тюремный сленг: сумасшедшая в самом плохом смысле)!” — громко подумал седой Седой, но встал сделав пару шагов к своему господину.

— Наша задача, как раз для таких как она. — произнёс Олег, когда девочка совсем сблизилась и, осев на одно колено преклонила голову.

Приподнятое настроение захлестнуло меня полностью не оставляя места привычной последневной усталости от работы по созданию бесконечных полотен программного кода. Мысли метались словно непоседливые птицы от чудесной Нэль к осознанию внутреннего счастья и, от внутреннего счастья снова к Нэль.

Я был уже дома, автопилот спустившись в каменный мерцающий лес из многоэтажных капс-блоков без труда нашёл моё жилище. Однако, только я припарковал шлюпку у своей жилой капсулы и переступил её борт, шагнув на небольшую огороженную серебристы заборчиком террасу, как с неба мигая желтым и белым маячком спланировал мед-дрон.

Полуметровой длинны серебристый корпус дрона смотрел на меня окулярами вращающихся камер, вперёд которых выступали стальные лапки манипуляторов, безвольно свисающие вниз словно борода. Сзади же машина напоминала обычную систему из двух сложенных вместе металлических тарелок, над которыми светились диодные - проблесковые и габаритные маячки.

— Творение Богов номер 98563248. Предъявите ваши руки для медицинской процедуры! — электронным голосом скомандовал робот.

— Я проходил уже все процедуры, это должно быть ошибка? — удивился я.

— Никаких ошибок, протяните руки перед собой и не шевелитесь.

(Марс/11655 год до н.э.)

Я проснулся открыв глаза, как мне показалось от яркой вспышки, но вокруг было всё спокойно, тусклый свет как всегда мерцал подсвечивая приборы моей бетонной аппаратной комнаты и потёртое кресло управления. После последнего ядерного удара генератор эфирной энергии давал сбои в своей работе, что не могло не отразиться на всей электротехнике.

— ИИ, что там на поверхности? — кашлянув спросил я.

— Господин Дэвинион Ситус, за время вашего сна противника не обнаружено. — рапортовала система приятным женским голосом, но всё же с неправильными ударениями и неравномерным тоном. — Радиационный фон завышен, атмосфера непригодна для свободного дыхания, температура значительно ниже нуля.

Я хмыкнул. Это ведь я научил её говорить словно человек, приблизительно и абстрактно, резонно заключив, что зачем мне точные данные, если на поверхность я больше не собирался. Теперь так будет всегда, работа и сон на рабочем месте, хотя мои попытки забыться и сном-то назвать было нельзя, зато в царствии наркотической дремоты не ощущалась боль и это переключало мой ум давая силы для новой борьбы.

Почти всё время я проводил в неглиже, причины было сразу две. Мой эко костюм оказался непоправимо испорчен и от полученных ожогов чесалось буквально всё тело. По прошествии месяцев ожоги превратились в гноящиеся язвы, а в отражении от неработающих черных экранов на меня смотрел человек, которого я с трудом мог бы назвать собой. Волос больше не было, они выпали, по началу глаза слезились, но сейчас, единственный работающий медбот не отходящий от меня ни на шаг регулярно поддерживал моё состояние. Промывками, молекулярными операциями, фильтрацией моих лёгких.

Дрон не уставал рекомендовать мне обратиться в лечблок, машина конечно не знала, что на всей базе в живых я остался один, поэтому аппаратная для меня была и спальной капсулой и рабочем местом, и даже туалетом.

Связи с командованием не было уже второй месяц. Но зацикленная на повтор шифровка автоматически начинала отсылаться каждый раз при моем пробуждении и прекращала трансляцию, когда база замечала активность противника.

Я закрыл глаза позволяя своему разуму подключиться к системе и, тут же увидел поверхность Марса многими окулярами моей армии. От роты боевых дронов осталось всего двадцать, четыре летающих, тринадцать гусеничных и три подводных, вот только воды на поверхности больше не существовало в её обычном виде, она вся выкипела в момент бомбардировок, и скорее всего осела на магнитных полюсах планеты в виде радиоактивных ледяных шапок. Три подводных дрона, оказались в заложниках ледяной засухи и теперь сидели вкопанными в грунт наблюдая своими металлическими мордами на окружающую их холодную пустыню, без возможности передвижения.

Хорошо, что машины не дышат, во многих местах моего наблюдения с неба снова падал радиоактивный рыжий пепел, что словно снег кружась подхваченный ветром спускался вниз застилая все вокруг.

Не заметив ничего примечательного моё сознание вновь вернулось к основной задаче. Одна из моих машин, гусеничный боевой дрон повинуясь воле оператора, уже неделю как, короткими “перебежками” ехал к городу, иногда поднимая окуляры к небу, где сквозь пыль и гарь все еще виднелся тусклый диск Солнца. Но всё чаще тратя драгоценное время на зарядку батарей от такого слабого после ядерной войны эфирного потока. И вот сегодня он наконец прибыл на место.

Однако мегаполис был мертв, вместо шикарных небоскрёбов, монументальных статуй и оживлённых скоростных магистралей машинку встретили оплавленные камни звёздной фортификации, также как и всё вокруг заваленные продуктами горения. Робот выбрав самую высокую точку забрался на неё, чтобы осмотреться, скрипя гусеницами о гладкий каменные подтёки. Кирпичные и блочные строения Золотариса сгорели без следа. Столица Марса пала. Сканируя перебирая спектры визеров боевой робот изучал местность. Тут тоже всё фонило радиаций.

Да, город был стерт с лица Марса, но вот в подземельях могли остаться живые люди.

Яркая вспышка вырвала меня из видения и, я приподнялся на локтях лёжа на матраце в своей жилой капсуле. Сон в роли марсианина, забытого на какой-то подземной базе всё еще крутился у меня перед глазами. Горечью и тоской по прошлому, в котором меня, творения Богов номер 98563248 никогда не было, зато был некий Дэвинион Ситус.

И тут я увидел, что я не один в жилой капсуле и невольно выкрикнул. Назвавшийся Каем стоял прямо напротив меня, всё также в своём чёрно-синем костюме.

— Голосом со мной не говори, а то ворвутся медботы и “вылечат” тебя. — усмехнулся он, — Ну что, бывший командир ботовзвода лейтенант Дэвинион Ситус, “А” класс, как вам ваша новая жизнь, где вы пашете на ваших знатных предателей, титанов и рептилий?

“— Других жизней не бывает!” — громко подумал я.

— Отрицание первая реакция примата! Еще как бывает, возможно ты не всё вспомнил, возможно хочешь увидеть свою смерть в одиночестве и безумстве разговаривающем с роботами, на пустой планете?

“— Ты наважденье, ты бред!” — помотал я головой, но не проронил ни слова.

— Ты был военным ботоводом, а теперь ты программируешь ИИ, в той жизни у вас была полная совместимость с механизмами, а в этой ваши боги ограничили вас в технологиях, но всё можно вернуть. — задумчиво заявил бортстрелок.

“— Что вернуть?” — не понял я.

— Те, кто предал Марс и Фаэтон сейчас тут и принимают теплые ванны, а вы - побежденное племя работаете на них за зарплату исчисляемую в пилюлях.

— Что, я то, могу сделать?! — вырвалось у меня и тут же комната отреагировала на мой голос.

— Дэв, всё нормально у тебя учащен пульс и высокий кортизол? — осведомился у меня ИИ комнаты.

— Ну, выбор за тобой, сдаться медботам, или поиграть с ними по новому. — медленно произнес Кай, он был невидим для камер внутреннего наблюдения и комната его не воспринимала.

— Всё хорошо. — ответил я жил капсуле — просто плохой сон.

— Дэв, записать тебя на психическую коррекцию? — предложил ИИ.

— Нет, не хочу тратить время, которое могу поработать на благо общества. — произнес я смотря на улыбающегося Кая. — Запиши, если сон снова повториться.

— Принято Дэв. — отрапортовала комната.

Марсианский инженер не смог бы повторить свое детище в точности, просто потому, что многие части сложного устройства не так просто было раздобыть. Даже без вмешательства программы надзирателя курсы электролюбителя не могли замаскировать всё, что нужно было спрятать от вездесущей системы. И потому, пришлось добавить еще несколько хобби, любителя химии и коммунальную инженерию. Благо взломанная жилая капсула не сопротивлялась воспринимая всё как должное, посылая к Дэву всё новые и новые коробки с нужными деталями и ингредиентами. Не всё сразу, а мелкими партиями, чтобы, даже если кто-то бы взглянул на его увлечения, то в голове у наблюдателя не сложилась бы подозрительная картина.

И вот, устройство было готово. Вместо шлема использовался пластырь, вместо заводских контактов скрученная проволока, вместо системы охлаждения трубки от фермерских фонтанов, вместо высокомощной марсианской станции вычисления - ресурсы всего лишь одной комнаты надзирателя. Система “душа - человек - машина” должна была послужить каналом для того кому нельзя воплощаться, однако не возбранялось переходить из одной нематериальной форму в другую.

Дэв налепил на себя пластырь с закрепленной на ней проволокой под молчаливое созерцание Кая, пластырь в свою очередь отлично клеился на лысую голову “проснувшегося” марсианина. Вся комната была аккуратно увешана закреплёнными шлейфами и трубами охлаждения, ровно под прямыми углами, словно бы Дэв готовился презентовать свое детище на конкурс кибертеррористов.

— Это для того, чтобы другие команды надзиратели и верховный кластер не прознал, что я освободился. — произнёс Дэв отвечая на какой-то свою параноидальную мысль о возможном внешнем температурном контроле.

— Главное перенеси меня в кибер мир, а я позабочусь о системе. — Кай осмотрелся, никому кроме него не было видно стоящего за его духом терпеливого роя сознаний пчёл и муравьёв следовавших за ним по пятам, куда бы Ледяной змей не последовал.

— После переноса тебя в киберпространство, что делаем дальше? — спросил ложась на матрац Дэв.

Медбот влетел в жилую капсулу Дэва сразу же доложив мне о проблеме.

— Обнаружена антисанитария, микрочастицы испражнений в воздухе. — затараторил робот, что с медицинского на человеческий переводилось, как вонь в помещении, куда он прибыл.

— Пошлю туда санитарных дронов. — сообщил я медботу. Хотя, конечно же, медбот не нуждался в обратной связи, машина просто выполняла свою программу докладывая о всяких отклонениях. В новом обществе Земли, как я понял вообще очень сильно ограничили ИИ в самостоятельности, возможно не хотели повторения судьбы Цивилизации Ра и на этом можно было сыграть, всё таки, робот тоже человек.

Медицинский дрон собрал пробу крови у совершенно погруженного в работу Дэва. Чьё тело даже не почувствовало иглы вошедшей в вену, как и последующего штриха биопринтера одним дуновением закрывшего рану.

Я наблюдал за всем этим из моего киберпространства, через окуляры камер жилой капсулы, а серебристая тарелка медбота выполнив свою задачу поднялась в воздух, и, со свистом о воздух покинула помещение.

Всё оказалось сложнее чем думали Дэв и Гиллиус, кубы с кровью новоиспеченного ментального кибермага разлетелись по тысячи кластеров это отчётливо ощущалось полудраконом. Однако, телепатия построенная на кровавой магии подобия еле-еле позволяла дотянуться даже до сознаний в своём кластере, не то что до тысячи других.

— Так не должно быть, я видел в твоей памяти, как это работало. Я должен получить контроль над всеми сразу. — распылялся Дэв, обращаясь к Каю.

Они оба сейчас находились в белоснежной пустой комнате загрузки, восседая на мягких серых креслах, а перед ними прямо в воздухе висела глобальная карта ОверХаба и прилегающих к нему кластеров.

— Так и не должно было быть. — проговорил Кай, всматриваясь в схему. — Отдали её, и покажи, как именно ты пытаешься влиять на души.

Картинка перед их взорами отъехала назад, что невозможно было различить отдельных небоскрёбов, текущих светящихся флайлиний, зато можно было увидеть береговую линию и материк целиком, а еще на карту легли зеленоватые волны ментального излучения генерируемого Дэвом.

— Ты пытаешься влиять на всех сразу, выбирай один кластер и излучай на него. — высказался Кай.

— Пищевые кубы, недолговечны, с каждым днём окна в души людей будут всё уже. — возразил Дэв.

Тут, в оцифрованном мире он выглядел живее всех живых. Программа визуализации представляла его в бело-золотом костюме марсианской армии ушедших времён. Кай же, несменно носил сине-чёрный экокостюм с нагрудной семилучевой фаэтонянянской звездой.

— Это странно, мы поддерживаем твоё тело гормонами, витаминами и минералами, ты должен был смочь. — покачал головой бортстрелок, — Особенно, при таком расходе сил. Погоди ка, что это за рябь?

Гиллиус указал на экран, где по подсвеченным зелёным ментальным импульсам едва-едва колыхалась и прокатывалась очередная рябящая волна, словно вся покрываемая телепатией зона пестрила эффектом белого шума.

— Это прилив, во время отлива еще хуже телепатируется. — выдохнул Дэв.

— Конечно же, Луна! — воскликнул Кай и схема отодвинулась настолько, чтобы на ней была видна не только Земля, но и зависающая над ней станция рептилий. — Они гасят, твою телепатия. Несущий свет ограничил магию в этом мире опасаясь моего прихода в нематериальной плоскости!

— Что с этим можно сделать? — настороженно спросил Дэв, он знал о ком говорит фаэтонянин, и даже видел его в воспоминаниях во время оцифровки, но лично от Кая, он первый раз услышал полное имя их врага.

— А знаешь-ли ты, мой дорогой друг, что ты живешь на континенте, который в будущем полностью занесён шапками льда и снега. — словно бы переключив тему заговорил Гиллиус.

— Снег это плохо, на Марсе была та еще зима. — ответил Дэв вспоминая холодные, насквозь промерзающие стены его разрушенной базы, во время наступления холодов.

— Но самое главное не снег, а то, что в будущем скрывается под его покровами. А точнее, кто... — продолжал уклончиво рассказывать Кай.

— Кто? — развел ладонями Дэв, словно бы торопя собеседника с ответом.

— Та, кого нам предстоит разбудить, или создать заново. Зная нелюбовь псевдо богов к работам, её могли уничтожить. Но именно отсюда, из Антарктиды, начнётся наша революция, а это значит, что мы всё правильно делаем. — улыбнулся бортстрелок ставая с кресла, — Сделай еще кое-что и передохни, а когда приливы и отливы прекратиться пробуй телепатировать снова.

— Это же отливы и приливы, как они могут прекратиться, разве что ты сможешь взорвать Луну? — недоверчиво заявил Дэв.

— По условиям сделки, мне нельзя было приходить сюда на плотном уровне и теперь, я не могу отсюда выбраться, но у меня еще остались те, кто смогут нам помочь. Но нужно только сконцентрировать наши ментальные силы на одном единственном сигнале... — сообщил инженеру Кай.

Мортит Лег был разбужен ночью, сквозь сон, которого он уже не помнил, к нему в разум постучался его отец. Сигнал был слабым словно бы шёл из другого измерения, что очевидно и логично. Отец передал ему достаточно странные координаты, по которым нужно было прибыть и обесточить, или уничтожить станцию враждебной техногенной цивилизации. Сложности было сразу две, в том, что магия в том мире работала из ряда вон плохо, и это благодаря базе искусственному спутнику. А вторая была в том, что полёт на Луну являлся дорогой в один конец, без возможности вернуться в Легляндию, так как Ледяной змей заперся там с Несущим свет и всеми живыми душами всерьёз и очень-очень надолго, возможно даже навсегда.

Холодный пот тёк по старческому телу архимага, его отец просил помощи и нужно было любой ценой выполнить задачу, даже ценой личных интересов и привязанностей. Мортит Лег надел чёрную рясу и, закрыв глаза обратился к его лучшим ученикам.

Артефакты связи - полированные каменные шары, размером со средний череп человека все разом, сами собой включились будя старшую группу.

— Дети мои! — обратился архимаг. Его голос звучал буквально во всех комнаты своих подмастерьев. — Прыгайте в порталы до места сосредоточения силы, с собой самое необходимое. На подготовку времени нет!

Старшие ученики Лега спросонья накидывали чёрные поношенные рясы на голые девичьи и юношеские тела, кто-то применял магию, чтобы сорвать со стены “тревожный” рюкзак, сумку с двумя лямками, собранную как раз для таких вот случаев, кто-то использовал сеть замкнутых порталов, чтобы перемещаться по комнате. Каждый из призванных брал всего две вещи, рюкзак и магический жезл. Девушки и юноши все как один спешили выполнить команду “сбор”. Еще совсем свежа была история, когда какой-то из учеников академии не поднялся по тревоге и всегда добрейший дядя Мортит отправил его искупать вину перед общиной на вечную войну в какой-то из низших миров.

Центр сосредоточения силы находился в центре чёрного замка, и был по сути высокой башней без крыши смотрящей прямо в небо. Мортит ждал детей тут а, они телепортировались из разноцветных пятен порталов, появлялись без эффектов, или просто вырастали из каменного пола. У каждого из учеников был свой талант и свой способ перемещения.

Всего подмастерьев оказалось шестнадцать, тринадцать парней и три девушки, этот курс детей был особенно талантлив, слажен, за более чем десятилетие тренировок и различных задач Мортит уже успел прикипеть к ним словно родным, в чём архимаг боялся признаться себе самому.

— Откройте свои умы. — приказал Лег.

И, дети закрыли глаза, а в головы начала заливаться информация о задании, и её особенности на которые боевые маги не могли не воспринимать без удивления. То и дело охая, подсмеиваясь, отпуская короткие фразы типа "ух ты ж ё!"

В их головы впервые вторгались основы и базовые понятия о электричестве, электронике, теории и практике эфирных потоков и самое главное, космическая фортификация и особенности пехотного боя в безвоздушном пространстве. Общий курс космодесантников занял не более пяти минут, и тогда Мортит Лег заговорил.

— Вам предстоит уничтожить, или повредить базу-планетоид рептилоидной расы. Какие будут мысли? — миролюбиво спросил он, словно бы это был обычный экзамен в его академии.

— Там нет воздуха и слабая гравитация, можно применить сферы-купола для дыхания если придётся прорываться с улицы. — скромно проговорила Викки, черноволосая, курносая девчонка, ниже среднего роста.

— Можно настроить портал, чтобы оказаться уже внутри. — сообщил светленький паренёк именуемый Курвом, но поправился, — Правда, нужен подробный план подземелий.

— Ха, а давайте её протараним куском льда, сначала разгоним его до скорости ветра, а потом обрушим на базу, лёд сделаем острым, как сосулька, но настолько большим, что мы войдем в пролом. Заодно и разгерметизируем базу. — воодушевленно произнес Зак, высокий черноволосый детина, по иронии судьбы овладевший ледяной магией.

— Всё б, тебе льдом. Там же антимагия, особенно на подлёте. — не поддержала его группа, прекрасно кстати понимая, что под словом "ветер" парень имел ввиду, конечно же, что-то очень быстрое, а не само атмосферное явление.

— Прилуняемся и настраиваем порталы на полости. Спускаемся, как на лифте, пока не попадем в их центр, как я понимаю, там сердце станции? — предложил Бивс, невысокий, коренастый, светловолосый и голубоглазый мальчуган.

Всем им было от четырнадцати до шестнадцати лет. Все они были одинаково одеты, у всех в руках были магические жезлы, а за черными, облачёнными в рясы спинами виднелись такие же чёрные рюкзаки.

— Дети мои, когда вы выполните это задание, все вы будете достойны места в Ямке, и, я смогу забрать вас лишь с Земли, куда вам нужно будет переместиться, самостоятельно. — произнёс Мортит Лег сложив ладони в замок.

Он скрывал свои мысли от юных талантов и даже если бы захотел, не смог бы вернуть свой отряд, ведь, над всей Землёй, да и над всей Солнечной системой действовала страшная магия проклятия, запирающая там злобного и беспощадного зверя и его отца.

— Мы справимся дядюшка Мортит! — почти хором ответили ему ученики.

Архимаг широко улыбнулся разведя свои руки и, шестнадцать взрослых детей скопились вокруг него, чтобы обняться пред боевой операцией, словно они большая дружная семья.

Переход из измерения без течения времени, как бы это странно не звучало, дал детям время договорится о тактике боевой операции, и разделившись на четыре группы по четыре мага в каждой они появились на поверхности Луны с четырех сторон планетоида в самых, как им казалось, удачных для их миссии местах. Ледяной грунт обжег холодом их босые стопы, что немедленно подтолкнуло четвёрку подмастерий переместиться ниже, под нанесённый из космосам за столетия грунт, под металлическую обшивку станции, прямо внутрь базы рептилий, где было несказанно теплее и главное, был воздух.

— Ай-яй-яй… — проскулила Викки, накладывая на ноги заклятие мгновенного лечения. Поочерёдно топая ножками словно бы это могло их согреть.

Курв, Зак и Бивс сделали тоже самое, зрачки магов расширились, заклинание лечения гасило боль давая легкий эйфорический эффект.

Коридор в котором они оказались был освещен и, на первый взгляд казался бесконечным серебряным тоннелем, на стенах которого светились маркированные неизвестные жёлтые символы с чёрной обводкой.

— Бдительность не теряем! — скомандовал Зак указывая магическим жезлом на небольшую замороженную фигуру, ростом наверное, по пояс всем им, с огромной лупоглазой головой.

Реакция боевого мага была безупречана, гуманоид - рептилия случайно оказавшийся на их пути мгновенно обледенел на смерть, на его лице застыло удивление, маленький рот остался открытым, а чёрные большие глаза остекленели. Ледяной истукан, будучи ещё живым тянулся к чему-то на его поясе, но магический холод сковал его раньше.

— Идем дальше вниз, — предложил группе Бивс, — Тут кстати, можно ещё на этаж вниз прыгнуть.

— С ума сойти, вроде ящерицы, а построили такую крепость, шире чем наша Легляндия. — восхитилась Викки оглядываясь напрочь забыв про болящие ноги.

Ей не ответили, а спустя секунды вся группа словно труппа фокусников провалились сквозь пол. Снижение предстояло долгим, но ещё в межвременном пространстве класс договорившись, решил устроить мини соревнования между четверками. “Кто последний до центра, тот неделю убирает в коридорах.”

Ребята скользили вниз прямо сквозь толстенный металл, мягко приземляясь этажом ниже, снова и снова. Всю дорогу их перемещений сопровождал тусклый белый свет серых коридоров, пока после очередного проваливания пространство вокруг замигало красным, а уши заложило звоном ультразвуковой сирены.

Ультразвук у рептилий символизировал общую тревогу, а значит, "серые лягушки" успели их обнаружить, следовательно, какая-то из четверок выдала себя наткнувшись на активное сопротивление. Телепатической связи внутри Луны не было, не работала и общая магия, а лишь специализированная и ритуальная. Однако, на этот случай у диверсионно-разведывательной группы магов имелись специально созданные магические жезлы и драгоценные камни батарейки в которых так нуждались ребята, когда выполняли поручения в мирах без магии. Все четверо не сговариваясь достали инструменты.

В какой-то момент Викки разочарованно вздохнула, перемещение вниз не получилось, девушка оглянулась на товарищей и заметила, что парни озираются тоже. Не вышло у всех и это радовало, хотя бы тем, что она не самое слабое звено среди сильных и волевых парней.

— Следующий этаж глубоко наверное, база не чисто металлическая, она использует какое-то плотное тело в качестве основы. — произнёс Бивс применяя толи интуицию, толи предвидение.

— Это значит, мы близко и уже достигли камня! — воодушевился потирая руки Зак, ледяному магу всегда было немного холодно.

— Эфирные токи идут в сторону, — сообщил Курв смотря на свой жезл, изготовленный из вытянутых и скрученных между друг-другом лавовых пород. Маг огня засучил рукава чёрной рясы, чтобы магическое пламя не подожгло его самого.

И замолчав, группа вдруг поняла, что дальше идти придется пешком.

Двухметровый снежный ком катился впереди, а за ним шли босоногие маги. Маги топали по обледенелому полу, вдыхая трещащий от перепадов температур воздух. Заклинание Зака являлось и барьером, и оружием, по маршруту своего движения закатывая в себя всё, что ему встречалось, одинокие турели с потолка и стен, давя и поглощая попадающихся санитарных роботов.

— Впереди баррикада, — вдруг предупредил группу Бивс, он шёл с закрытыми глазами предпоследним, посылая свой дух во все стороны, заглядывая за угол.

— Арбалетчики, маги? — шутя уточнил Курв.

— Лучевое оружие, девять лягушек и в два раза больше машин. — покачал головой Бивс.

— Обойти нельзя? — спросила его Викки сжимая свой магический жезл, который был словно бы живой древесной веткой, зеленеющей пробивающимися сквозь коричневый стебель зелёными почками.

— Нет, не обойти, там холл и они нас ждут. — категорично ответил Бивс совершив перед собой символ предвидения, прозрачным, угловатым жезлом изготовленным из отполированного до идеала минерала.

— У них нет магов, как они собрались нам противостоять? — широко улыбнулся Курв, понимая что шутка должна подбодрить группу.

— Они верят в их Бога. — ответил ему Бивс.

— Что за хер? — удивился Зак вращая в руках жезл в виде длинной сосульки.

— Огромный змей с крыльями за спиной дышащий огнём с рогами между которыми светит двойная звезда. — протараторил предвидящий.

— Тут он есть? — переспросил Зак обернувшись, на мгновение могло показаться, что он испуган.

— Нет, тут его нет. Он как бы трансцендентен, — чуть помедлив произнес Бивс.

— Завязывал бы ты читать в книжки по магии Хаоса. — сочувственно положил товарищу на плечо руку Зак.

— Я не брежу, они в это верят, без каких, либо доказательств бытия этого Бога. — смущённо оправдывался паренёк.

— Отправим же лягушек в к их создателю! — усмехнулся Зак делая шаг вперёд.

— Давайте не спешить, а? — предложил Курв.

— Некуда спешить, они уже за той дверью. — сообщил Бивс.

— Штурмуем нахрапом как в Кононгарде! — предложил Зак остановившись, вспоминая миссию, где они всем классом грабили сокровищницу одного планетарного тирана.

— Стой, давай обсудим тактику! — приказным тоном рявкнула Викки и все обернулись на хрупкую девушку, не ожидая такого тона от всегда лёгкой и воздушной, возможно даже ветреной девушки.

— Ну обсуждай! — нахмурился Зак повернувшись и нависая над ней.

— Что там по их силам? — спросила девушка у Бивса, смотря при этом на Зака снизу вверх.

— Машины не умные, ими управляют удалённо, как демонами демонологи. Те - кто управляют не вооружены и все притаились в том холле. Будет восемь машин с мечами и еще восемь с лучевым оружием за баррикадами, поверх всего этого, две стационарных машины, у них тройные пушки. Среди лягушек есть один командир, он сзади у той двери в которую нам надо. Его охраняют двое ящеров, крупные лягушки с лазерами. Остальные лягушки, с малым оружием и их задача управлять машинами. — начал объяснять Бивс.

— Как нас атакуют? — спросил у него Курв вопрос который подразумевал предвидение ситуации.

— Мечники должны сковать нас боем, а маги испепелить магией. — привычными терминами сообщил Бивс.

— Тяжко произносить да эти все новые названия? — сочувственно обратился к товарищу Курв.

— Те что с мечами, роботы ближнего боя, на антигравитационных подушках, мечи - не мечи, а острые лопасти, их называют шредерами. Те машины, что с лучевым оружием это роботы-стрелки. Турели слева и справа от выхода, живая сила с панелями управления, в костюмах, на бёдрах у них ручные бластеры. — поправившись выдал Бивс.

— Ну, теперь уже можно атаковать? — развел руками Зак.

— Викки права, надо по умному. — сообщил Курв.

— Как это? — не понял Зак.

Они обсуждали тактику еще некоторое время, за которое никто не появился в коридоре их просто ждали и ждали наверняка именно впереди.

Бивс всё предсказал верно. Прямоугольный холл помещения был перегорожен посредине железными ящиками, за которыми скрывались гуманоидные роботы стрелки, с левой и с правой стены детей ожидали шредеры, серебристые шары с лезвиями в виде винтов, сверху же за всем этим наблюдали окуляры сразу двух боевых турелей. Рептилии ждали, что желто-черная дверь вот-вот раскроется и можно будет открыть огонь по группе человеческих детей, имевших наглость каким-то образом проникнуть на оплот рептилоидной цивилизации, главный боевой корабль их расы, в простонародье названной просто Луной. Хотя Луна имела и свое, милларское название переводящееся на человеческий, как Разящий.

Но ожидаемо дверь не открылась. А вместо этого в комнате вдруг стало очень-очень жарко, настолько жарко, что краска вздулась и лопаясь отваливалась от раздвижных ворот падала на пол.

Направленный взрыв, раздался неожиданно для всех, рассыпавшись на множество металлических осколков, дверь разлетелась по холлу, раня рептилий, повреждая технику. Энергощиты сработали у всех машин и экокостюмов лягушек одновременно, но мощь взрыва и стальной рикошет таки нашли свои лазейки в энергетической защите обороняющихся.

Мгновенно из восьми шредеров половина вышла из строя и была отброшена взрывом на баррикады, уцелели лишь те четыре шара с винтами, что зависали в углах ближе к двери. Левый фланг баррикад лишился своих роботов стрелков, а также стоящих за ними трёх операторов, центральные боевые машины не пропустили осколков, однако от рикошета за их стальными спинами пали их ботоводы, и теперь их тела лежали кровоточа синей кровью. Единственный ботовод которому повезло отделаться ранением левой конечности стоял на правом фланге, самец рептилии в момент взрыва успел присесть склонившись над планшетом управления. После взрыва остались не тронутыми потолочные турели, а также командир заградительной группы и его телохранители, хотя одни из них дрогнул, подкошенный взрывом, однако, быстро сориентировался направляя своё оружие в сторону баррикад, за которыми виднелись возвышающиеся два страшных существа.

Големы напоминали двух братьев один был из льда, а другой из пламени, твари вынырнули из под пола и сразу же вступили в бой со шредерами. Четыре оставшиеся шредера впились в големов лезвиями, а четверо киберстрелков нажали на спуск, выпуская в штурмующих смертоносные лучи. Загрохотали турели посылая прямо разрывной свинец.

Пыль и дым наполнили помещение, сквозь которые были видны лишь сияния лазерного оружия, режущего бесстрашных и не чувствующих боли големов.

Навесив на себя магические щиты и пелены невидимости четверка магов полусогнувшись спешила по левому флангу, там, где не было роботов стрелков, и были разрушены баррикады. Босые ноги захлюпали по липкой крови, четвёрка миновала середину помещения проходя под турелью подбираясь вплотную к офицеру и его телохранителям.

Викки шагнула вперёд, обходя огромную рептилию с лучевым ружьём и, невидимой рукой коснулась большой головы офицера с белом костюме.

“Мы победили! Нужно доложить о победе! Доложить лично.” — Внушала она ему. Викки чувствовала, как расплывается в оскале его морда под бронешлемом экокостюма, она уже была в его мыслях, в его душе, в его судьбе.

— Быть здесь, держать позицию! — приказал офицер своей свите и повернувшись приложил трехпалую ладонь к сканеру двери.

Шлюз открылся затягивая в коридор гарь и дым из холла, пропуская группу вперёд, закрывшись уже за спинами магов.

“Я блокирую дверь, вдруг другие появятся.” — подумал рептилоид с подачи Викки и обернувшись заклинил дверь шлюз, скользнув взглядом по чумазым магам, которых он абсолютно не замечал.

“Я спущусь в сердце Разящего, ведь я так люблю там гулять.” — Буквально всунула девушка убеждение в его голову.

Лицо Викки поморщилось.

— Что такое? — шепотом спросил Бивс.

— В его памяти. Там ему ходить нельзя, не хватает офицерского рангового доступа, но он проводит нас туда. — взгляд Викии только что напряженный вдруг наполнился слезами.

— Ты чего, надо идти! — одернул её Зак.

— Пойдёмте! — сообщила она группе, изо всех сил держа контроль над офицером, попутно читая сводки сегодняшнего дня. По которым из шестнадцати адептов Легляндии в живых остались лишь четверо.

“Возможно это всего лишь обманка наших ребят, и они также как и мы идём невидимыми...” — сначала подумала она, но картинки с растерзанным и изрешечёнными ребятами по очереди всплывали перед её взором, сомнений не было. Рептилии уничтожили всех, кроме их четвёрки, в голове крутились цифры и статистические подсчеты, лягушки будто знали где появятся группы, а им Викки, Заку, Бивсу и Курву просто повезло.

“Что это было?” — думала она, сразу отметая предательство учителя — “Предвидение их Бога? Возможно… Вполне возможно.”

Викии ничего не сказала парням, сейчас нельзя было поддаваться панике, ведь как говорил дядюшка Лег, “Гибнет тот, кто боиться.”

Викки копалась в разуме старшего офицера службы безопасности с непроизносимым цокающим именем.

Картинка была черно-белая, рептилия явно страдал дальтонизмом, и тщательно это от всех скрывал. В его воспоминаниях на трехпалых ладонях располагался пакет, черный со странной печатью в виде головы дракона на фоне перевернутой острием вниз пятиконечной звезды и пометкой, вскрыть такого-то числа, и это число было сегодня. Пальцы офицера нетерпеливо распечатывали конверт, в котором на четырех листах подробно описывалось, где и когда легляндские маги должны были “провалиться” на базу. Досконально говорилось обо всех шестнадцати диверсантах. Пол, способности, склонности, имена. Белые листки откуда-то знали о них всё, кроме пожалуй одного, Бивс судя по информации был магом символьной школы. И, так конечно оно и было, но паренёк последнее время плотно вчитывался в труды о Хаосе, отчего стал менее общителен, чем раньше, да и в целом изменился, возможно это и спасло группе жизнь. Ведь юный хаосит координировал проникновение их четвёрки на станцию.

Также в листки приказывали: При обнаружении шестнадцати людских детей, уничтожить и сосчитать тела, если тел будет меньше, продолжать поиски задействовав все ресурсы Разящего. Усилить силовой куб.

Тот, кто писал инструкцию подразумевал, что его данные могут быть неточными. Но, кто мог знать, что каждая из групп выберет именно указанную в документе точку входа? Никто - не мог, а значит, бумагу писал очень сильный предвидящий, или даже тот самый рогатый Бог-дракон изображённый на перевернутой звезде-печати.

Викки не верила в богов, но двенадцать товарищей были уже мертвы.

— Цак-ску-сиц, доложите о уничтожении диверсантов! — вдруг прозвучало в шлемофоне рептилии.

— Докладываю, диверсанты уничтожены! — как под копирку произнёс офицер мысли ментальщицы.

— Приложите фото доказательства! — не унимался голос. Говорили не на легляндском, но Викки понимала каждое слово пользуясь мозгом ящера, как переводчиком.

— Не имеет смысла, мы расщепили их! — ответила из головы офицера она.

— Что вы делаете в том секторе? — вдруг спросили у подконтрольного.

Тот кто говорил с офицером знал, где он находится. И тут, Викки поняла, что чтобы она не ответила, любой ответ будет неправильным.

— Уже иду на мостик с докладом! — поспешила симпровизировать она.

— Вы отстранены - до выяснения, — ответили в шлемофоне, — Ваши ключи доступов заблокированы - не сопротивляйтесь.

— Да, бли-и-и-н… — протянула Викки, а офицер приложил сопло бластера к своему виску, нажав на спуск.

Плазма проделала в височной броне небольшую дырочку, завоняло горелой резиной, черепная коробка сплавилась внутри бронешлема. Рептилоид остолбенев, рухнул под ноги девушки.

— Ребят, они знают, что мы живы, подразумевают, что мы тут. И о нашей миссии они были осведомлены заранее. — обратилась она к группе.

— Ну тогда чего мы медлим побежали к сердцу станции! — воодушевленно выкрикнул Зак и подойдя к запертой двери, положил на неё ладонь.

Дети шли вдоль широких улиц, между высоченных небоскрёбов-кластеров, а мимо проносились на огромной скорости летающие шлюпки, дроны, грузовые контейнеры. Никто не обращал внимания на три помятые фигуры в черных рваных балахонах и одного карликового гуманоида, с распоротым в районе живота серебряном экокостюме.

— Мир без магии, мать его. — неодобрительно высказался Зак.

— Уже нет. — сообщил Бивс вещая из тела рептилоида.

— Я слышу, как кто-то применяет ментальную сеть, на кровавой свези. — выдала Викки и остановилась подняв голову вверх, словно бы собака ловит носом запах.

— Друг-враг? — спросил её Курв.

— Судя по тому, как посредственно плетёт заклинание до нас ему расти и расти. Но Ямка меня призови, какая в этой паутине сила! — восхитилась Викки.

— Пока нас обратно не позвал дядюшка Лег, посмотрим что там? Может чего полезного в замок привезём? — предложил группе Бивс.

Капсулы с драконами снижались невероятно быстро, они даже не падали, ими словно бы выстрелили с поверхности Луны, а следом за ними на Землю спускалась и армада дискообразных кораблей. Флагманы, истребители и бомбардировщики, мультизадачные крейсеры и десантные блоки.

— Ожидаемо. — выдавила Викки.

Все присутствующие маги смотрели на голограммы созданные дронами коих в комнате набилось несчётное количество. Нет, девушка не ожидала и не предвидела драконов, однако точно знала, что за сотворённую ими магию обязательно будет ответ. Слишком уж громоздко было сплетённое волшебство.

— Нас же просто сметут! — воскликнул Зак, когда прикинул количество противника.

— У них космические корабли и их меньше, наших пчёл и муравьёв больше, каждый из наших муравьёв или пчёл пилотируют гражданскую и полицейскую технику. — выдал справку лежащий и не открывающий глаза Дэв.

— Сконцентрировать все силы на защите Антарктиды и нашего кластера, будем принимать бой! — скомандовал Кай и, в тонком мире появилось что-то уж очень большое.

Невидимый никому кроме магов дракон Хаоса, расправлял снаружи жилой комнаты свое длинное, белое тело, а его наспинные жгуты и длинные тросы усов извивались вокруг словно змеи. Эфирные потоки застонали от соприкосновения с душой бывшего мамаяктли, ибо упорядоченная энергия вселенной рушилась и рассыпалась в прах, обращаясь дымом окружающим ледяного змея. Рептилия Хаоса изогнулась и посмотрела куда-то вниз, а после, правая лапа дракона дёрнулась, неестественно удлиннилась. Видевшим это магам показалось, что Гиллиус пытается дотянуться до самого ядра Земли. Однако когтистые пальцы тянулись не к ядру, и это была даже не попытка что-либо достать, это был жест - зов, зов не к упорядоченному эфиру, но к тому, что давно разрушилось, что когда-то было ненавистью и болью, что хотело стать местью, но развалилось не произошло, дракон Хаоса взывал к Хаосу. К той самой силе, которая зрела в планете в ответ на бесчисленные войны гуманоидов, к той утрате когда поразила Солнечную систему, когда был взорван Фаэтон, к боли выжженных лесов Марса. Хаос столетиями накапливался притягиваясь ядром не ведая для себя другого выхода, ибо не имел разума, а сохранял лишь дикий потенциал к разрушению. Никто не смог бы собрать его воедино, никто, кроме лишнего из Богов и уже однажды умышленно расщепившего своё сознание до мельчайших частиц антиматерии.

Рука нематериального дракона вытягивало ЭТО вверх, в пальцах рептилии словно бы бурлила кипящая смола, настолько густым было нечто. Оно оказалось длиннее самого тела ледяного дракона и больше всего было похоже на неистовое черное, дымящееся копьё.

— Я убью их души, но всё физическое придётся добивать вам. — прозвучал вокруг воздух, словно говорящий был сейчас не с наружи, а этой маленькой комнате.

Магов и дронов качнуло, словно бы в жилой блок Дэва ворвался ветер, это Гиллиус взмыл в небо, прямо на встречу капсулам.

— Ну, а тут наверное моя дипломная, — скромно проговорил Бивс.

— Ты же не готов был к диплому? — удивился Курв.

— Это я к Ямке был не готов, а к крупной драке всегда. — усмехнулся беззубый рот гуманоида, обратив взор на лежащее тело инженера. — Дэв, да? Тащи все машины не занятые душами муравьёв и пчёл сюда. Викки телепатируй ему мою схему построения войск.

Стальные обломки сыпались на землю, но не долетали даже до плоских крыш кластеров, а скапливались и кружась образовывали вихрь вокруг четырёх юных магов. Магнитномагическое поле стягивало весь металл сюда, к кластеру Дэва. Ткань на чёрных рясах свободно полоскалась от порывов поднявшегося ветра, а рюкзаки за спинами волшебников вдруг стали невесомыми. Босые ноги оторвались от пластика парапета, а их обладатели воспарили ввысь.

Небо гоготало от идущей в нём битвы, а горящие куски металла и пластика огненным дождем стремились вниз.

Металлический вихрь впустил в себя четверых, и, сомкнулся за ними став сплошным шаром из технологического мусорного лома. Шар все еще принимал в себя обломки которые прилипали к нему со всех сторон, образовывая сначала множественные ножки, а потом и настоящие плети. Так что, через короткое время сфера стала похожа на пушистый комок, вот только каждая из плетей была острее самого острого лезвия, и благодаря циклу Бивса постоянно самозатачивалась.

Не снижая скорость механический дракон пикировал на кластер, видимо норовя разом сложить башню - небоскреб под своей стальной грудью. Но тут, ему в бок ударил огромный колючий шар.

Режущие грани сферы не могли бы поранить боевой костюм особенно "сотканный" под стать драконьего тела, но масса шара сделала своё дело откинул дракона на соседние кластеры. Антигравитационные двигатели взревели от натуги, но не смогли остановить инерцию и столкновение произошло. Сколько смертных погибло одномоментно можно было только догадываться, дракон погрузился в здание полностью, оставив снаружи лишь кончик стального хвоста.

— Кромсай! — завопил Зак внутри шара, но дополнительных команд четверке магов не требовалось.

Манипуляторы - плети вцепились в доспех со всех сторон обхватив лапы шею и даже основания хвоста рептилии, пытаясь четвертовать тварь, пытаясь оторвать от него хоть что-нибудь. Магическая энергия таяла, а хватка рукастого шара ослабевала.

— Жертва! — скомандовал Бивс, а всех четверых вдруг кольнуло в их плечи что-то острое, и кровавая сила потекла по техномагическому изделию усилив хват. Драконий костюм затрещал.

— Дети… — прошипел дракон, — Вы всего лишь разменный материал в руках вашего учителя. А ваша Ямка ложь!

— Не тренди! — воскликнул Зак и попался на уловку.

Он вдруг вспомнил все свои жизни, вспомнил все те преступления, что совершила его душа и то, как его вели светлые пятимерные существа на очередное испытание, вне времени, испытание на вечную молодость на посылках у далеко не доброго дядюшки Лега.

— Вся моя жизнь ложь… — вдруг произнёс он и посмотрев на своих товарищей, которых он на самом деле очень ненавидел.

Они были так заняты выполнением поручения недобога Гиллиуса, что не замечали главного, выход из этой череды смертей и перерождений был именно в гибели ледяного змея. Выход был в непротивлении злу еще большим злом. И Зак с силой мотнул головой, пронзив свою шею об выпирающий из внутренней стены шара острый обломок. Кровь хлынула из его горла, а активированная магией Хаоса заклинание жертвы выкачало его жизнь словно хороший пылесос засасывает песчинку.

— Нееееееет! — воскликнул Курв. Открыв глаза когда его лицо окропила горячая кровь огненного мага.

— Защита разума! — прорычал Бивс, тоже поняв что произошло.

— Держим тварь, это не магия! — заорала Викки.

— Правильно детки, это аргументы! — выкрикнул дракон, а пластины на его морде раздвинулись и, по шару ударило концентрированное пламя.

Магов ослепило внутри шара. Стальные плётки сватившие тварь затрещали и лопнули, и тут, все трое ощутил удар в корпус их детища, перегрузки и полёт с жёстким столкновением через доли секунды. Дракон оттолкнул их от себя пинком обеих задних лап.

(спустя неделю)

Всё небо вдруг покрылось всполохами, словно бы разом со всех кластеров и со всех ОверХабов на всех материках запустили праздничный салют. Вот только цвета салюта были одного спектра – бело-алого, это дрались в атмосфере корабли пробуждённых. Запутанными путями мерцающие огни извивались, сплетаясь и преследуя друг-друга, догоняя и посылая смертоносные лучи, пробивая силовые поля воздушными таранами, и падая пылающими, затяжными линиями вниз, поджигая собой сплошной ковёр единого мегаполиса. Будто проливной огненный дождь.

Некоторые суда так и замерли недвижимо в небе, не отвечая на запросы свой-чужой посылаемые умными боевыми устройствами, там внутри, люди и титаны бились против рептилий в узких коридорах, рубках, складах, инженерных отсеках. Голубая и красная кровь вновь нашла свой выход вынимаемая плазмой бластеров, потоковыми лучами, гравитационными гранатами. Небесные фронты дрогнули и, рептилоидные флагманы отступили в высшие слои атмосферы направляясь к их лунной станции.

— Сейчас они ударят по нам с Луны, — сообщил Дэв сверяясь со своими системами.

— Чем? — вдруг спросила Викки. В её пальцах вращался новый созданный специально для неё жезл, а за её спину в слоты эко костюма уходили множественные шлейфы, что казалось, девушка может не стоять на ногах, а облокотиться на провода без возможности случайно упасть.

— Фотонами, ракетами, гравитационным оружием. Но сначала, попробуют заглушить всю нашу технику, от последнего Антарктида защищена.

— А от всего предыдущего? — нахмурилась девушка, теперь её чёрные волосы были заплетены в дреды, к кончикам которых тоже тянулись мерцающие оптоволоконные провода.

— Невозможно всех спасти. У нас другая стратегическая задача. — сообщил напряжённый голос инженера.

— Вся техника, что призвана на нашу сторону Учителем учителей в один момент просто рухнет? А потом, нас добьют всем тобою перечисленным? — решила уточнить волшебница.

— Рептилии давно разоружили планету, нам почти нечем сопротивляться Луне.

— Зачем тогда это всё?

— Ты молодая совсем, тебе не понять… — протянул Дэв.

— Чего мне не понять? То, что вы просто идете умирать с максимальным вредом тому, кого дядюшка Лег не хотел называть?! — повысила тон девушка.

— Ты тут разве не для этого?

— Дай мне больше манны, сидящий в машине! — потребовала она.

Она была вязкой и чёрной словно дёготь, злая - дикая сила лилась на меня сверху, но маска надетая на драконью морду, впитывала не хуже сухой губки.

Вулканический подмир трещал под моими лапами, а что-то мне подсказывало, что вокруг меня был именно самый нижний из возможных миров, возможно даже по уровню вибраций ниже далёкого Темного мира.

С каждым мгновением я становился тяжелее в плане вибраций и твердь прогибалась погружалась во мрак вместе со мной. Теперь это был мой мир, мой персональный последний этаж, где меня поставили быть абсолютным минусом.

Над головой закрывались слои реальностей, сходились сферы материй и подматерий, образуя то, что безумец Данте назвал бы кругами Ада. Они были пока еще пусты, однако что-то неумолимо приближалось ко мне сверху, шумело, трещало множеством лап и множеством крыльев.

Наконец последний небесный потолок сомкнулся каменными сводами, а потом отдалился от опускающейся тверди на расстояние, что уже не были различимы трещины и неровности пород. Светом мне была лишь раскалённая магма текущая снизу но я видел всё словно днём. Земное ядро бурлило и прорывалось сюда, в низший из слоев будущей огненной гиены.

Те что спешили наконец достигли дна. Сверху начали сыпаться камни, пепел и глина, а следом за камнепадом, начали падать и мои подданные. Сразу же образуя кучи кишащих искаженных муравьиных и пчелиных тел. Да, я узнал их, хотя их души были изменены болью и визуально походили на доспехи надетые поверх уродливых костяных скелетов. Многорукие, многоголовые, крылатые и зубастые, с жвалами и пастями. Они падали, поднимались и брели ко мне. Первые шеренги падших встали на отдалении не решаясь подойти ближе, организовав вокруг меня стометровый круг из их тел.

А потом, вся бесчисленная орава двинулась хороводом, по почве, по магме, по воздуху (хотя, конечно же, тут не было никакого воздуха), пока я не почувствовал душу каждого. Они знали, что их ремесло есть зло, и потому были тут. Они - слабоумный рой с муравейником знали, а я всё еще коллебался, чтобы принять решение, но за меня это сделала козлоликая маска. Падшие души и я стали словно бы единым целым, все их прижизненные распри растворились в злобной единой силе, а единственное что осталось это долг. Долг мне.

И, я отдал приказ на штурм.

И, каждый из бестий вдруг стал плотным появляясь на Земле, а следом за ними материализовался и я, снова очутившись под звёздным небом.

Я взглянул на Луну, она была безжизненна и обесточена, мой разум поспешил к ней первым же делом проносясь над планетоидом и не заметил ни одного электрического огонька, мерцала лишь горящая по всей Земле некогда левитирующая техника. Несущий свет перед своим уходом погасил весь свет этого мира и теперь, всем кто оставался жив больше нечем было сопротивляться мне и моему полчищу. Однако, искреннюю ненависть я испытывал к тому, кто находился много выше меня по уровню вибраций.

— Распятый! — воскликнул я возвращаясь разумом в драконье тело. — Я пришёл в твой мир и имя мне Враг твой, ибо я полная твоя противоположность. Этого-ли ты хотел?!

Пыхтя и выбрасывая клубы пара тачанка двигалась по мрачному городу, который только-только оделся в снежные покровы. Аллер с девушкой молохом сидели сзади, Седой же рулил раритетным транспортом, стараясь не выказывать никаких чувств по поводу близости молоха за спиной. Машина изначально была предназначена для троих, но бывший барон водил её в одиночестве и по причине своей тучности сидел на задних сидениях дотягиваясь до руля, и в случае надобности до пулемёта Максим, который кем-то рукастым был приварен спереди.

Седой остановил тачанку, но грубые железные колеса со скрипом ещё несколько метров проскользили по припорошенной снегом брусчатке.

Котельная находилась на краю города у самого леса. Высокое одноэтажное каменное здание, словно средневековый замок оно возвышалось над улицей своей единственной трубой, не кирпичной как всё вокруг, а собранной именно из чёрного тесаного камня. Высокие и широкие окна, смотрели на приехавшую троицу одиноким тусклым внутренним огоньком. Там в глубине помещения котельной горела свеча или лампадка, на фоне трубы и массивных стен темнел густой еловый бор, тоже слегка припорошённый белым.

У стен котельной виднелись оставленные пустые глубокие тележки, возможно когда-то в них возили уголь, но сейчас три вагонетки как и всё вокруг стояли в белом снегу.

— Интересно, там есть вожделеющие меня? — словно бы в никуда спросила дитя молоха, заставляя водителя покрыться холодным потом.

— Там лишь бедолаги… — выдавил из себя Седой.

— Тогда я никуда не пойду, в этой карете пахнет похотью, останусь тут. — налегке резюмировала молох.

— На здоровье… — фыркнул солдат и спрыгнул с тачанки направляясь к входным дверям котельной.

— Я покажу тебе целую армию моральных уродов. — пообещал Аллер, но пока нам нужно включить отопление.

— Поскорей бы. — насупилась девушка, и опустила голову на грудь, спрятав под прядями черных волос свои ладони.

Её рот не испускал пар как у Аллера или Седого, снежинки ложились на её чёрные волосы и не таяли, тварь что сам Ад выбросил на поверхность ощущала себя более чем вольготно в низких температурах.

(Где-то в глубинах Ада за неделю до событий в прошлых главах)

Всё оказалось в точности как и описывал Седой. Резиденция потороха находилась в отдалении от города на 66 том километре по северной трассе, идущей далеко наверх по просторам необъятной страны практически до самого Северного-ледовитого океана.

В материальном мире это были просто огороженные сто соток земли, за кирпичными заборами возвышался трехэтажный особняк построенный под готический стиль, однако в низких вибрациях, большой хоть и богатый дом представлялся огромным особняком, почти что дворцом. На территории звучала громкая тяжёлая музыка и шум толпы.

Троица подъехала к забору впритык, останавливая у обочины институтский броневик, любезно подаренный контрой и ещё десять минут Аллер, Седой, и дитя молоха шли вдоль трассы с импровизированной парковкой, где с обеих сторон дороги скопилось множество авто, что не было свободных мест.

Ад гудел рок нотами и мерцал, ворота же на территорию празднества оказались распахнуты.

(2022 год, где-то под Славянском)