Все началось просто — я умер. Думал возьму пивка, посижу почитаю любое фэнтези, отдохну после не самого приятного дня, но. Сердечко давно пошаливало, к сожалению не 20 лет, хотя и мой возраст в общем то не предел, но учитывая мою жизнь даже странно, что дотянул. Мне " повезло " начать самостоятельную жизнь в 90х, с началом развала нашей странны, ну а дальше дикие 90е, пустые 00е. Так что можно сказать мне повезло. Сбылась мечта идиота. Я умер там и вернулся тут причем именно вернулся, потому что тут я вроде не умирал но вернусь к началу.

Утром я и правда чувствовал себя значительно лучше практически полностью здоровым, магия творит чудеса. Одевшись в нечто напоминающее спортивный наряд, а именно в светлую льняную рубашку, без рукавов, и легкие брюки с такими же легкими туфлями я отправился обследовать территорию на предмет спортивных сооружений. Нашел я их на заднем дворе, причем там были не только турники и брусья, но и полоса препятствий, с лестницами и ямами, также какие-то обломки стен, и столбов расположенных вдоль всего полигона.

Сделав три круга вокруг полигона и слегка разогревшись направился к турнику, а на полигон стали подтягиваться люди в одежде напоминающей кожаный костюм Кирстена, но с мечами и щитами, у некоторых были короткие копья.

— Обрати внимание Алекс — появился Айзек — гвардия тут вооружена в основном холодным оружием, но это не значит, что тут не знают огнестрельного тут применяют и пороховые ружья и пистолеты, правда с нарезным, автоматическим вооружением тут пока за тык, но может оно и к лучшему победишь всех и подаришь этому миру нарезное — просветил меня Айзек.

— Что там насчет твоего обучения в ускоренном темпе? — спросил его — а то мне потребуется много лет, что бы выйти на приличный уровень владения боем.

— Не сомневайся во мне занимайся, а я буду потихоньку закладывать в твое тело основные техники боя, периодически будет немного не по себе будут зудеть руки или ноги постарайся не обращать внимания — ответил Айзек.

— А что с магией? — спросил я.

— Магией займёшься с магистром, он пробудит твои навыки, а я подкорректирую не сомневайся, завтра ты тут многих удивишь. хе-хе — объяснил он.

— Ты же понимаешь, что мне не цирковыми фокусами нужно удивлять, а реальным мастерством? — спросил я.

— Мастерство в тебя ни магистр, ни ангел вложить не может, мастерство появляется как следствие опыта, но полную базу ты иметь будешь — ответил вредный ангел.

Я продолжал делать подходы попеременно на турнике и брусьях, подтягивание, выход на две, как же давно я этого не делал мозоли на руках начали ныть видимо отвыкли руки от таких нагрузок.

— Как успехи? — Кирстен подошел незаметно.

— Разогреваюсь, пытаюсь восстановить форму — ответил я.

— Сколько раз можешь подтянуться? — спросил он.

— На количество не пробовал, но думаю раз 50 смогу — отозвался я.

— Неплохо, но нужно больше — одобрил Кирстен.

Прыгнув на турник я подтянулся 62 раза, а если бы не крутился перед этим думаю осилил бы сотню магистр это скорее всего понимал.

У гвардии между тем началась своя тренировка проводил ее, как пояснил Кирстен, гвардейский тренер гвардейцы разбились на пары занялись фехтованием. Я наблюдал за их действиями и машинально начал отмечать ошибки и просчеты значит ангел по шуровал в моем теле.

— Не хочешь помахать мечом? — спросил Кирстен.

Я понимал, что на виду гвардейцев этого лучше не делать, не хватало еще опозориться, но Айзек пробубнил в башке, что так будет проще ему, вдолбить программы в мышцы, связки и сухожилия, я согласился.

— Давай, попробуем, нужно вспоминать что я умел, — ответил я.

Мы взяли тренировочные мечи и разошлись, если вы думаете, что бой на мечах похож на красивое фехтование, то глубоко заблуждаетесь. Сделав длинный шаг Кирстен ударил снизу вверх чуть не вспоров меня от пупка до горла, уведя его меч мягким блоком, я попробовал нанести удар в голову на возвратном движении мастер пригнулся и змеёй попробовал нанести укол в живот. Отступив на шаг назад я пригнулся готовясь встретить новую атаку, а в голове мелькнула мысль, что защищаясь бой не выиграть. Потому от блокировав в право сильный, рубящий удар я залепил Кирстену ур-мавашу правой ногой в правую же скулу и тут же обозначил прикосновение меча к плеч.

— Очень хорошо — улыбнулся наставник, а среди бойцов послышались довольные возгласы.

— Но нужно лучше, потому продолжаем, — сказал наставник и тут влепил мне йоко в пресс — это чтобы не расслаблялся — прокомментировал он с улыбкой.

Так с переменным успехом мы развлекались еще примерно час.

— Неплохо, Алекс, я думал будет хуже — оценил Кирстен.

— Но нужно лучше, намного лучше.

— Насколько мастер? — спросил я — примерно к чему стремиться?

— К совершенству — ответил он.

В воинских искусствах не существует финальной грани.

— Но промежуточные же можно себе назначить? Что бы идти от одной грани к другой увеличивая свое мастерство? — рассуждал я.

— Победишь один всю свою гвардию или хотя бы не проиграешь, считай будет первая грань — улыбнулся наставник.

Я хотел было загрустить задачка то не из легких но тут подумал, а почему собственно? Задача как задача, нужно стремиться к совершенству, раз уж в прошлом мире не вышло, и мне дали еще шанс, то нужно пользоваться, а не жалеть себя. Видимо мои раздумья отразились на моем лице, потому что нахмурившееся было лицо наставника посветлело, он хлопнул меня по плечу.

— Иди отдохни, потом обед и мне нужно отчитаться перед тобой о сделанном — сказал магистр.

Вернувшись к себе заказал ванну, и приказал передать принцессе, что обедать будет в кабинете, жду ее там через час. Сидя в ванной я подумал, что нужно бы познакомиться с теми людьми, что делают нашу жизнь лучше и проще, точнее говоря со всеми теми, кто служит в замке. Ведь помимо обычных слуг должны же быть, не знаю управляющий, или дворецкий, ведь содержать в порядке такую махину, обеспечивать продуктами всех проживающих это проблема. Увидев гвардейцев я озадачился количеством народа, что находится тут, ведь одних только солдат было больше 50 ти человек, а ведь у них есть свои слуги, кто должен для них готовить еду, убирать казармы. Плюс насколько я знал мне тут принадлежат немалые угодья пахотной земли, плюс скотные дворы и другие крестьянские хозяйства. Конечно мне необязательно было вникать во все эти дела, но если уж я стал графом, если у меня есть слуги и люди работающие на мой род то я как минимум должен быть в курсе того, что происходит в принадлежащих мне селениях. Потому после ванны переодевшись и придя в кабинет я озадачит Виту тем что хочу сперва посмотреть всех обитателей замка, а в ближайшие дни возможно объехать прилегающие территории. Она вообще то не удивилась сказав, что всё правильно и хороший хозяин должен быть в курсе своего хозяйства. После свадьбы всеми хозяйственными делами займется она, но мне все равно нужно знать, что, где, кто, куда и зачем. Иначе дерьмовый из меня хозяин. Потому дождавшись Кирстена и приказав подавать на стол, я пригласил к нам дворецкого. Им оказался представительный мужчина довольно высокого роста с широкими плечами и небольшим животом звали его Бернар, я сообщил ему о своем желании познакомиться с его служащими на что он поклонился и сказал, что завтра, перед завтраком представит нам весь штат обслуживающих нас людей. Сам Бернар являлся двоюродным братом старшего дворецкого который служил в столичном имении и являлся старшим дворецким и управляющим, таким распорядителем над всем служившем нашей семье людом, ну кроме гвардии конечно. У гвардейцев был капитан, что командовал всем отрядом и лейтенанты — десятники, которые руководили понятно своими десятками. Причем в каждом замке гвардия была своя подчиняясь своим командирам, а они в свою очередь старшему офицеру полковнику, что находился в столице вместе со всем штабом, в который входило еще не менее сотни различных служащих от простых клерков до серьезных аналитиков, плюс еще отдел разведки.

Вот начальники всех этих подразделений и должны будут собраться тут через неделю. Причем Кирстен особо упомянул что разведчики и аналитики приехать должны раньше чтобы ввести меня в курс всех дел до общего совещания.

Вита сообщила что связалась с отцом, то есть выразила желание пообщаться с императором через его службу, и что сегодня вечером Его Величество свяжется с нами посредством видео связи через магическое зеркало. Так что отдав должное прекрасному обеду я решил посмотреть сам замок, ведь по сути кроме кабинета, столовой и своей комнаты я ничего не видел. А ведь тут наверняка есть библиотека, есть оружейная и наверняка место где лежали мои богатства. Мне было очень интересно увидеть всё это. Бернар вызвал сопровождающего и мы с моей невестой пошли изучать наше достояние. Библиотека была большой не скажу что огромной, видел я и больше но все же три комнаты занятые почти сплошь стеллажами до самого потолка впечатлили. Тут была и художественная литература и различные трактаты по магическим и философским темам, а также имелись рукописи но как объяснил библиотекарь, хоть тут я увидел соответствующего имиджу библиотекаря человека, не высокий, пожилой мужчина в очках и да еще и лупу зачем-то крутил в руках, особо ценные книги и рукописи находятся в отдельном хранилище где поддерживается необходимая для столь хрупких вещей, атмосфера.

Оружейная также не сильно впечатлила но тут я увидел ружья и пистоли, как они тут назывались, и конечно загорелся проверить их на пригодность, а заодно и себя. В прошлой жизни я неплохо стрелял, даже занимал призовое места на местечковых соревнованиях. Ну и дальше, после службы, в сложные годы поднятия своего дела и отбивание нападок некоторых не приятных личностей, мне не раз приходилось доказывать что умение быстро и метко стрелять это очень серьезный довод в любых спорах. Как говориться убедить добрым словом можно, но добрым словом и пистолетом получается быстрее и доходит лучше. Во общем выяснив где тут тир мы с Витой решили проверить свои навыки в стрельбе. Заряжалось оружие также прадедовским способом пуля, пыж, порох сам пистоль был кремневый то есть работал как зажигалка. Неожиданности не случилось как и ожидал на 50 метров выбивал стабильно 28 из 30 возможных. А вот Вита порадовала тем что не уступала мне в меткости при этом опережая в скорости зарядки пистоля а так же порадовало ружье я попробовал бить из ружья на 100, на 150 и на 200 метров и был приятно удивлен тем, что кучность укладки пуль не страдала. Правда нужно учитывать что мы были в тире — в закрытом помещении и делать поправки на ветер и влажность не приходилось, но все равно.

Завтра постреляем на улице, а теперь пора в сокровищницу. Главный в сокровищнице, не знаю даже как его обозвать, зав. складом тут вряд ли подойдет. Наверно казначей вообще не знаю что так накладывает свой отпечаток, но он был маленький, сморщенный, но при этом ворчливый всем недовольный и такое чувство совсем не горел желанием пускать своего хозяина в его же сокровищницу. Пришлось надавить и напомнить кто тут хозяин, а кто слуга. От этого отношение ко мне не улучшилось но честно мне было плевать. Открыв двери казначей намеревался пройти с нами, но жестким взглядом я остановил его.

— Жди нас тут — приказал я.

— Как скажите Ваша Светлость — поклонился он.

Сокровища радовали глаз чего тут только не было сундуки с изумрудами, сундуки с алмазами, с какими то еще драгоценными и полудрагоценными камнями. Готовые украшения такие как кольца, браслеты, диадемы в отдельных нишах лежали коробки с наборами сережки, диадема и кольцо или колье вместо диадемы. Вита переходила от стеллажа к стеллажу внимательно осматривая каждую ценность но какого алчного азарта я в ней не наблюдал, что радовало.

Меня же больше заинтересовало различное оружие, мечи и кинжалы, тут их было множество. Некоторые были подписаны, как например огромный двуручный меч, что принадлежал Огюсту де Сен Грэму, моему деду по материнской линии. Говорят он был двухметрового роста и кулаком легко мог убить быка, мне этот меч даже поднять тяжело, тут в дальнем углу что-то блеснуло, даже наоборот, такое впечатление, что свет попав туда исчез. Я подошел и увидел на стене то, во что я влюбился моментально. Это была катана, но не чисто японская катана, эта отличалась во первых она была примерно метр длинной, гарда же не была японской, а скорее напоминала шпажную, но прикрывала руку не полностью, а только отводя концы. Лезвие было черным, не так, она было не просто черным, казалось что свет втягивается в него и оно комбинирует вокруг себя тьму. Лезвие и правда поглощало свет, потому не одного отблеска от меча не было. Я взял его в руку крутанул проверив на баланс, меч был идеален. Чуть ниже висели ножны от меча, а еще ниже еще пара кинжалов, так же полностью черных. Рукояти как кинжалов, так и меча были покрыты какой-то шершавой серой кожей, что не давало руке скользить и лежало очень удобно. Ножны так же были без каких либо украшений, но как я понял предназначались они к ношению на спине, кинжалы же крепились один на бок он был длиннее, второй короче, крепился на щиколотку, под одежду и служил оружием последнего шанса. Каких то пояснений, что за оружие и как попало сюда рядом не было. Я убрал меч в ножны, кинжал прицепил к поясу слева, второй сунул за ремень штанов. Меч остался в руках.

— Ну как, все изучила? — спросил я Виту видя, что девушка стоит с задумчивым взглядом. — Чтобы изучить хотя бы половину всего что тут есть нужно очень много времени, — улыбнулась она.

— Можешь взять что тебе понравилось — предложил я.

— Мне нравиться многое, но зачем брать что-то когда скоро это будет нашим? — ответила она.

— Тогда, если не против пойдем, скоро ужин, и нужно еще подготовиться к разговору с императором — позвал ее.

— Да идем — согласила она.

Казначей неодобрительно проводил меня взглядом, но ничего не сказал. Поднявшись наверх мы встретили Кирстена, он говорил с Бернаром и насколько я понял распоряжался насчет принятия прибывающих через неделю людей. Я об этом не подумал, а ведь прибудут не просто гвардейцы, а их высшее руководство, их в казарму селить как то точно не комильфо. Да хреновый из меня хозяин, пока, по крайней мере. Отправив Виту отдыхать до ужина который намеревался также провести в кабинете я прошел к себе сказав Кирстену, что как освободиться зашел ко мне.

Меня интересовали уроки магии, и еще хотел увидеть его реакцию на меч. Айзек говорил, что после обучения магии с Кирстеном он сам поработает над моим подсознанием и что встав утром я оценю изменения, вот и посмотрим.

— И как впечатление от владения? — спросил вошедший Кирстен.

— Очень даже неплохо, вот только казначей бесит — ответил я.

— Хаха, это их профессиональная черта я еще не у кого не видел казначея, что не раздражал бы своих хозяев — посмеялся Кирстен — но будь уверен у него все учтено, все посчитано, у вас в роду ненужных лентяев не служит.

— Хочешь сказать он и не ворует совсем? — усмехнулся я.

— Если и так, то по мелочи, поверь, ему просто это не нужно — начал объяснять учитель — вот смотри сам почему человек, попав на теплое место начинает красть?

— Наверно потому, что это в природе человека, прибрать все, что по его мнению плохо лежит — ответил я.

— Аха да, нуда, есть такие особи, но они все же редкость и тут таких точно нет твои предки постарались избавить тебя от таких — засмеялся Кирстен — но все же задумайся почему человек крадет?

— И почему? — осведомился я.

— Да все просто он не уверен в будущем, сейчас у него все хорошо, а что будет завтра? Не попросят ли его освободить данное теплое место? Вот он и старается обеспечить будущее себе, своей семье — расхаживая по комнате философствовал учитель.

— А твоему казначею нет смысла думать о будущем, его будущее расписано на сотни лет. Сейчас он, как и его отец когда-то, как и его сын в будущем заботятся и благополучии рода де Вильяр де Сен Грэм, и находятся на полном обеспечении рода, еще и деньги какие то получают. Так было и так будет пока жив род потому тебе нужно позаботиться только об одном продолжить род, спасти сестру, убить всех врагов кто еще остался, а мы все тебе в этом поможем не сомневайся — улыбнулся Кирстен.

Вообще после вчерашнего разговора он перестал походить на сурового магистра стал часто улыбаться и вел себя со мной скорее по-дружески, расслабился человек и мне было от этого легче. Все таки Айзек конечно помогает, но быть одному в чужом и жестоком мире довольно сложно. Особенно учитывая задачи, которые стоят.

— А ты уверен, что в штабе, в столице не завелись крысы? — спросил я.

— Ну точной уверенности нет, конечно, но дождемся людей послушаем, что скажут потом будем думать — ответил наставник.

— Ладно, я хотел спросить тебя об уроках магии, какое-то символы крутятся в голове, но всё настолько сумбурно, что наверно придется начинать с начала — начал я.

— Давай вы сегодня еще отдохнете все таки магия это не махание мечом, нагружать голову после твоих травм довольно рискованно, а завтра тогда начнем потихоньку — сказал магистр — утром тренировка на физику меч, бой, а после обеда займемся магией, согласен?

— Как скажете мастер — я поклонился.

— Ну и отлично — улыбнулся учитель.

— Я еще кое-что хотел показать тебе Кирстен — сказал я протянув ему меч.

— В сокровищнице нашел? Кинжалы из комплекта? — Кирстен внимательно осмотрел меч, не беря его тем не менее в руки.

— Ну что я могу тебе сказать, я знаю этот набор — нахмурился Кирстен — называется набор призрачного убийцы был такой несколько десятилетий назад, появлялся и исчезал мгновенно, владел серьезной магией кстати, а этот меч, по слухам никогда не тупиться и легко рубит обычную сталь. Вот только откуда этот набор взялся тут непонятно — задумался наставник.

— Видишь ли, так называемый "призрачный убийца" орудовал примерно 100 лет назад, лет 70 назад был слух, что его только ли казнили, то ли просто убили, но с тех пор никто не слышал о нем и еще одна деталь он убивал темные рода это известно всем, не знаю может и светлым доставалось, но об этом никто никогда не говорил — задумчиво проговорил Кирстен, потом нагнулся и пристально начал вглядываться в противовес на эфесе клинка, потом так же внимательно, буквально каждый миллиметр осмотрел и сам клинок, при этом не трогая его рукам.

— Ты привязывал этот клинок к себе? — взволнованно спросил он.

— Нет, а как это вообще возможно — затупил я.

— Ну ка возьми его, соверши пару взмахов, почувствуй баланс — так же взволнованно попросил он. Я сделал, что он сказал, меч как будто сам прыгнул в руку, при этом я почувствовал что-то, типа радости шедшей от меча, как будто у взрослого сильного пса пропал хозяин и тут неожиданно вернулся.

— Так, так, неожиданно однако — все также задумчиво пробормотал мастер.

— Вот так случайно и раскрываются вековые тайны, что же Алекс поздравляю — устало и как то смущенно улыбнулся Кирстен.

— Может ты объяснишь в чем дело? — спросил я немного раздраженно. — Да, объясню, но больше никто не должен видеть этот набор как бы хорош он не был к его владельцу будет очень много вопросов — уже спокойно пояснил Кирстен — дело в том, что вероятным убийцей был твой дед по отцу Валерий де Вильяр.

Твою ты мать, да блин, тут вам не там, дела все плотнее закручивались вокруг меня не оставляя мне шанса забить на все даже если бы я и хотел этого. Мой дед, великий и могучий архимаг де Вильяр охотился на черные рода и приканчивал их, официально утверждая, что магия просто неразумное оружие и все зависит от людей.

— Именно потому меч принял тебя, почуяв родную кровь, любому другому он в лучшем случае отрубил бы руку, а может и голову хе-хе — проговорил мастер.

— Это недоказуемое, а о мече можно сказать что мои предки погубили знаменитого убийцу, а потом убрали его привязку перевязав меч к нашему роду. Не зря же Валерия де Вильяра называли великим архимагом — не согласился я с мастером.

— Ну возможно ты прав что-то доказать или точно выяснить теперь уже вряд ли возможно — согласился Кирстен.

— Но мне нужны будут доспехи к этому мечу — тут же сказал я — причем не обычные доспехи и не в одном комплекте.

— Собирался продолжить дело деда? — немного напряженно посмотрел на меня Кирстен. — Нет, пока нет, но доспехи все равно понадобятся у нас есть достойный мастер? — спросил я.

— Найдем, объяснишь ему сам что хочешь — проговорил Кирстен.

— Хорошо — продолжил я — скоро ужин, не рассказывай Вите о наших открытиях.

— Надеюсь ты не считаешь меня идиотом, рассказывать женщине такое? — усмехнулся мастер.

— Вот и чудесно, пока всё наши планы остаются без изменений. Завтра начнем магическую учебу, а потом мне бы хотелось пообщаться с мастером доспехов. Сейчас же пойдем готовиться к ужину, а после нас с Витой ждет сложный разговор с ее отцом — сказал я.

— Остается только пожелать вам удачи — улыбнулся Кирстен.

— Жду в кабинете — бурнул я.

Ужин прошел по-семейному, мы с Витой чувствовали себя уже если не как муж и жена со стажем, то уж напряжения, что витало над столом в первый день когда я очнулся точно не было. Кирстен тоже расслабился думаю понял что пока все без изменений, а если все сложиться удачно то он не просто получит дворянскую грамоту, а учитывая его близость со мной станет довольно влиятельным человеком имеющим собственность.

После ужина прошли в крыло связистов, я приказал принести вина и десерт, нам подготовили зеркало, а мы приготовились ждать. Зеркало было большое, как бы немного выгнутое внутрь, оно стояло на полу и при этом было выше меня. Перед зеркалом стоял столик с вином и десертом. Мы с Витой хоть и были уверенны что все будет хорошо но все равно нервничали, не каждый день общаешься с императором, тем более если он при этом еще и отец твоей любимой девушки и от него зависит кто встанет после всего с этого стула, влиятельный молодой аристократ Алекс де Вильяр де Сен Грэм, или нищий мальчишка Алекс. Конечно просто так не титул, не владения у меня отобрать было нельзя, я не преступник это их можно лишить всего отправив на каторгу или казнить. Но довольно сильно испортить мне жизнь было довольно легко такому лицу как император Павел. Я старался не думать о плохом ведь предпосылок не было, наоборот, все мои близкие погибли ради сохранения императора. Во общем нечего дергаться пусть будет что будет, а я буду делать, что должен. Успокоив себя таким напутствием я налил нам с Витой вина она улыбнулась мне, как бы говоря, все будет хорошо. Мы выпили и тут зеркало начало сереть по нему прошли волны и посредине комнаты мы увидели мужчину. Император не подавлял с виду обычный мужчина, довольно молодой (хотя я знал, что ему почти семьдесят) был одет в белый с золотом камзол, голову украшала массивная диадема из белого металла, с большим изумрудом спереди. Длинные, белые волосы рассыпаны по плечам.

— Вита, Алекс прими мои соболезнования — сказал мой будущий тесть. Голос был глубокий, звучный со слегка заметной хрипотцой.

— Благодарю Ваше Величество, надеюсь такого больше не случиться не с кем, а виновные будут найдены и справедливо наказаны — ответил я.

— Дети, расскажите как ваши дела, какие планы? — покончив с формальностями уже нормально заговорил император.

— Отец — обратилась Вита. — Алекс повторно сделал мне предложение, и я приняла его отец, с радостью приняла.

— Алекс всегда был умным парнем, а вы прекрасной парой ну и когда же вы планируете обрадовать империю церемонией? — с легкой улыбкой спросил император Павел.

— Ваше величество — вступил я в общение — моя родня уничтожена, моя единственная сестра Юлия пропала, и мы думаем что ее похитили.

— Ты хочешь просить о помощи? — подныл бровь император.

— Нет Ваше Величество, как бы сложно сейчас не было я разберусь единственное что хотелось бы узнать у Ваших служб, не догадываются ли они кто мог похитить мою сестру? — ответил я.

— Я услышал тебя Алекс — задумчиво проговорил император — твоя сестра ведь медиум? Насколько я помню ее, даже в столь юном возрасте она имела очень неплохие задатки. — Да, это так Ваше Величество, среди моих слуг имеет место хождения версия, что ее могли похитить темные рода. Но пока нет никаких улик против них мне бы не хотелось начинать открытую войну — ответил ему.

— Молодец Алекс, ты все верно рассудил, твой дед — архимаг де Вильяр, всегда говорил, что магия лишь оружие и темный род или светлый, не важно, все зависит от людей. Тем не менее мои служащие тоже имеют схожее мнение с твоими, ты насколько я знаю назначил большое совещание всем своим силам? — продолжил Павел.

— Да, жду их в этом замке будем держать совет — ответил я.

— Хорошо, значит примерно через неделю они прибудут я пошлю к тебе двух своих спецов, они привезут информацию и помогут тебе в дальнейшем, они прибудут раньше жди их — император задумчиво пожевал губами — через три дня. Что бы не возникло проблем Вита знает этих людей.

— Да неужели отец? Ты пошлешь Элеонору с мужем? — Вита аж запрыгала на стуле.

— Да милая, должен же я помогать своей младшей дочери и ее избраннику? — улыбнулся император — Алекс они привезут также новое средство связи такое будет только у вас двоих и у меня для его активации ненужны связисты, потому держи меня в курсе обо всем.

— Я все понял Ваше Величество, все сделаю как должно — поклонился я.

— Удачи вам, дети — сказал император — и Алекс когда все закончишь жду вас обоих на прием свадьбу будем играть тут — улыбнулся отеческой улыбкой император — до связи Вита, Алекс желаю удачи. Зеркало погасло. Мы еще какое-то время посидели, потом пошли в нашу спальню. Ночь прошла в нежностях не только с моей стороны, Вита оказывается тоже не в монастыре росла но это личное.

Утром я выбежал на тренировку, гвардейцы уже были на полигоне и не знаю может вчера им не давали команды, может еще что-то изменилось только увидев меня их капитан рявкнул на построение они дружно отсалютовали мне оружием. Я остановился перед строем и пристально посмотрел на каждого. Обычные люди от 25 до 35 лет, разные как все люди, но в их глазах я заметил надежду. Что наследник не окажется тряпкой род будет процветать, а они продолжат служить и радовать своих близких нормальными доходами.

— Спасибо ребята — сказал я им негромко — постараюсь оправдать ваше доверие.

И побежал дальше наматывать круги. Потом турник, брусья, потом бой с мастером, на этот раз мне было намного проще, а вот Кирстену я бы не сказал. Также вокруг собрались бойцы, но сегодня они были задумчивы и сосредоточены. Потом завтрак однажды заведенная мною программа видимо всех устраивала и действовала без сбоев. После завтрака Бернар выстроил слуг в большом зале я прошелся мимо их строя сказал спасибо поварам, улыбнулся своим банщицам и дал понять, что в ближайшее время ничего не измениться, они могут спокойно трудиться не опасаясь никаких перемен. Посмотрев в посветлевшие лица я отпустил всех по местам работы. Дальше меня ждал урок магии. Я хотел этого и боялся, что мой не окрепший после покушения мозг даст сбой но на удивление все прошло гладко. В течении 4–5 часов Кирстен гонял меня в понимании знаков огня, воды, воздуха и земли. Учил комбинировать и просто быстро строить цепочку знаков чтобы воплотить заклинание. Огненный щит, воздушный, водяной, земляной что-то тяжелее что-то легче. Больше всего мне нравилась воздушная магия хотя она по умолчанию считалась чуть ли не слабейшей, но мне нравилось плести воздушные кружева иногда вставляя например огонь, воздушный вихрь с огнем это поистине что-то страшное, как во общем то и водяной с земляным. Владение магией даже на моем, пока низком уровне, может здорово помочь в том же бою я могу в атаке противника, дернуть его за ногу ветром и насадить на меч, или сделать под ним провал оставив только голову которую можно окружить водой, утопив несчастного или банально отрубить ему голову ведь защититься он уже не может. Наслать огненный вихрь на толпу людей, это поистине что-то ужасное. Я подумал что меня нужно очень разозлить что бы я устроил такое действо.

Днем был обед, а потом Кирстен пригласил съездить к мастеру доспехов. Вита решила прокатиться с нами. Наверно Алекс в жизни был хорошим наездником но я, пока не додумался отдать власть телу, изрядно посмешил свое черноволосое чудо. Я понятия не имел ни как ездить на чудовище под именем лошадь, не с какого краю к ней вообще подходить. Особенно, что оседлали мне любимого жеребца Алекса по кличке " Волк", блин коня зовут волк, как там можн. Но эта зверюга и правда тянула на эту кличку, лишь почувствовав мою неуверенность эта скотина тут же решила сбросить меня. Не удалось ему это только благодаря телу, что вцепилось коленями в бока зверюги, ну а потом уже я разозлился и засветил волку между ушей. Общими усилиями, меня и моего тела, к смирению мы его привели, коня в плане. Но вот задница моя милая после поездки сказала мне, что сплю я отныне на животе. А ведь у Алекса жопа то тренированная была но видимо на нее повлияла замена хозяина тела. Айзек скотина, там чуть не всю дорогу захлебывался смехом, соплями и слезами. А потом выдал мне, что сделал фильм из моих мучений и послал его старшим. На награду надеется гад. Ничего придет когда — нибудь мое время, я ему отомщу.

Мастер доспехов оказался еще и мастером оружия вообще то он был кузнецом, здоровенный мужик, хоть и не высокий но раза в три меня шире при том довольно добродушного общения. Тут я первый раз увидел мужика с бородой, оказалось, что предками славного кузнеца были не безызвестные гномы. Сейчас то их давно уже не видно. Звали мастера Ревел. У нас, людей, аристо, щетина не росла, по легендам люди тут были потомками эльфов, но этих ушастых тоже уже как 1000 лет не видели, так что доказательств нет. Ну кроме щетины. Мы с кузнецом отошли на задний двор и я показ ему меч. Мечом он восхитился сразу узнав работу эльфов, так же как и Кирстен спросил о привязке, на что я ответил что меч привязан к нашему роду после пропажи предыдущего владельца.

На это он покивал и задал закономерный вопрос что именно хочу я. Объяснить было не просто, мне было нужно три разных комплекта брони. Первый черный — прячет меня во тьме. Второй белый — наоборот разгоняет тьму и дарит свет. И третий просто рабочий. Насчет материала я сказал ему решать самому вопрос цены не стоял, единственное требование помимо озвученных было легкость брони, и я не должен был терять подвижности. Также крепления под ножны для меча на спину, и под кинжалы. Мастер Ревел сказал, что все понял и уже знает как и из чего сделает заказ, единственное о чем он попросил было деньги. Как он объяснил ему придется обращаться к другим мастерам, поставщикам, охотникам за материалом и так далее. Озвученную сумму 3 тысячи золотых я пообещал выслать ему к вечеру с собой я понятно три кило золота не носил. Заказ мастер обещал доставить через пять дней. Сама работа будет стоить еще десять тысяч золотых, можно пол села купить, но я решил не торговаться за копейки, мне все же важнее качественно сделанная работа ну и репутацию нужно зарабатывать.

Объехав всю деревню я хотел увидеть быт простого люда, мы двинулись в замок. Ну что можно сказать деревенька показалась не бедной добротные дома, в каждом доме скотина, аккуратно одетые и пригожие жители, довольная ребятня. Ведь если брюхо подводит не будешь бегать за всадниками по всей деревне. Хорошее впечатление. Нужно будет еще Бернара расспросить по подробней когда курьера с деньгами пошлю. Если конечно не забуду. Вернувшись в замок, первым делом вызвал казначея и Бернара, одному выдал расписку на три тысячи золотых, второму поручил послать курьера к мастеру. Впереди ждал ужин.

За сегодня было сделано много дел. Я начал обучение магии, тело постепенно трансформировалось, Айзек планомерно превращал некогда жилистого парня, в серьезно прокачанного, владеющего не самой простой наукой убийства ближнего без какого либо оружия. Владение мечом, как вообще то всем начиная от копья заканчивая деревянным шестом, тоже нашли свое место в памяти. Учитывая магию, и если Айзеку удастся как то откорректировать всю кучу информации что получил от магистра, то я превращусь в нечто очень опасное.

В таком неспешном режиме прошло два дня, через день ожидались посланцы императора я стоял на балконе или скорее террасе и любовался горными вершинами в закатных лучах. При этом параллельно тренировал щит воздуха. Он был не самым сильным, но зато самым незаметным, я вообще мог носить вокруг себя щит воздуха сутками, источник не тратился и на десятую процента. При этом сам щит по классификации был как минимум ранга магистра, то есть пробить его было почти не реально.

Я любовался вершинами, как вдалеке блеснула вспышка и тут же в щит напротив сердца ударила пуля. Я тут же нырнул за перила и на карачках пробежал в комнату вызвав слугу приказал позвать Кирстена. Магистр зашел через минуту я протянул ему сплющенную пулю, он вопросительно посмотрел на меня.

— Минут десять назад я тренировал щит воздуха и любовался видом выстрел метров с трехсот, звука я не услышал пуля ударила в щит и я скрылся за перилами — пояснил я.

— Понятно — протянул Кирстен — значит они начали бить на опережение есть вероятность что сочли тебя убитым?

— Не знаю, но со стороны могло показаться, что я упал — ответил я — вот что вызывай слуг, сделаем вид, что я ранен. Они знают твое мастерство и должны понимать что у них максимум день что бы добить меня. Потом тут будет много людей они должны прийти сегодня ночью.

— Встретим — хищно улыбнулся Кирстен, и пошел отдавать распоряжения, а я улегся в постель.

— Кирстен, стой — окликнул его.

— Ххм? — он повернулся ко мне.

— Виту предупреди, не хочу что бы она волновалась — попросил я.

— Не нужно, поволнуется немного, зато не придется играть убитую горем — усмехнулся наставник.

— А ты злой — усмехнулся я.

— А то ты еще не знаешь насколько я могу быть злым — бросил наставник и вышел.

— А ты у меня молодец — пробормотал Айзек в голове — не растерялся, не испугался. Хороший план я тут сигналок поставлю на террасе если с улицы полезут. А пока давай ка поспи и плану нужнее, а я тут тебе немного крови на груди соображу да над твоим мозгом поработаю.

— Давай — согласился я.

Вита влетела в комнату к Алексу опередив всех. Увидев его с кровавым пятном на груди она чуть не бухнулась в обморок но удержалась, лишь прислушалась к его дыханию. Дышал он спокойно, размерено будто спит. Тут вошли горничные, другие слуги, заголосили за ними зашел Кирстен рявкнул на слуг потребовал принести воды и чистых тряпиц. Я этого не видел, я был на море блин почему я раньше не мог тут бывать? Ведь никуда ездить не нужно, наслаждайся прям у себя в мозгах.

— Я убью их, убью их всех если Алекс не выживет не одному черному роду больше не жить в этом мире — смотря куда то в глубь себя, сказала Вита.

— Ты правда так сильно его любишь? — усомнился мастер. — Я не знаю любовь это или нет но с первых дней когда я встретила этого красивого мужлана я поняла что либо он будет со мной, либо не с кем. Он бывает груб, невнимателен но я точно знаю, что он самый хороший человек в этом мире. Я хочу быть с ним. Я должна быть с ним — проговорила Вита.

— Почему, разве мало красивых, богатых наследников вокруг тебя? — спросил Кирстен.

— Очень давно, когда я только познакомилась с Алексом ко мне во сне пришла я не знаю кто — фея, ангел не знаю. Она сказала присмотрись к мальчику, он будет великим человеком, а если ты будешь с ним и поможешь ему ваше величие будет все объемлющем — рассказала Вита.

— Вот значит как — задумчиво протянул мастер — тогда прости старика я тебе поначалу не слишком доверял — смущенно улыбнулся Кирстен.

— Я знаю, чувствовала — сказала принцесса — Кирстен я же одаренная можешь научить меня как учишь Алекса?

— Одаренная? А что тогда так распереживалась? — спросил Кирстен.

— Только в первые минуты, потом я услышала его дыхание и поняла, что с ним все в порядке. Устроили ловушку? — спросила она.

— Да, это идея Алекса, он ждет их сегодня, можешь вытереть кровь у него на груди? — спросил Кирстен.

Айзек как всегда не дал долго наслаждаться красотой, гад бездушный. Он разбудил меня прямо в моем мире где и объяснил что я могу теперь, как это делать и обещал показать все утром. А сейчас нас ждала охота, меч лежал рядом с правой рукой, длинный кинжал с левой. Виту Кирстен отправил к ней в комнату, а сам при этом сделал вид что задремал. Причем так искусно делал вид что я забеспокоился, правда уснул?

В этот момент на балконе послышался шорох и тень скользнула в комнату. Не пытаясь обогнуть кровать неизвестный взмахнул двумя короткими клинками и тут же упал лишившись ног, а затем и обеих рук. Я уже подскочил на постели когда на террасе усилилась возня, аккуратно выглянув я чуть не рассмеялся — работа Айзека, он умудрился запутать нападавшего в таком количестве сетей еще каких то веревок, что самого преступника было сложно разглядеть. Кинув в него заклятие паралича я вытащил его из сеток, предварительно обрубив верхние конечности по локоть, а нижние по колено.

После перегнулся через перила и свистнув велел страже позвать капитана гвардейцев. Капитану поручил охрану и транспортировку пленников которых они оттащили в нижнюю темницу приковывать их к стенам было без надобности, вряд ли убегут. Чуть позже, оставшись с Витой и Кирстоном начали допрос. Предварительно я попросил Айзека проверить подопечных нет ли у них сюрпризов типа яда в зубе, у одного такой был и был благополучно нейтрализован пока он валялся под заклятием паралича.

Узнав что было трое и третий ожидает их недалеко от места стрельбы в меня я послал Кирстена и гвардейце взять засранца. Хоть на успех и не надеялся. Но через пару часов они притащили связанного, избитого и порядком трусившего мужичка. Как выяснилось у него тоже был яд в зубе он как меня увидел, живого и здорового, очень хотел капсулу разгрызть. Да вот беда, ребята когда его брали сильно злые были, ну и оторвались на нем так что его капсула сейчас где-то там валяется, в лесу, а нечего было в меня стрелять. Во общем мужичка обрезали как и его подельников им теперь жить только до доклада Императору, а в остальном подтвердилось все что говорил Кирстен и Император.

Черному роду Халефильд давно очень хотелось занять при троне ту нишу что занимал мой род. Да не просто занять, а еще и попробовать перетащить императора ближе к черноте. Через замужество моей прелести с их облезлым отпрыском. Они подготовили покушение но задачу исполнителям поставили конкретную — уничтожить род де Вирьяра де Сен Грэма.

Не учли только прелесть мою черноволосую, да и вообще отношения императора к моему роду. Узнав что меня не добили и заслужено опасаясь мести, было решено меня пристрелить, а что бы убедиться и добить, в случае, были отправлены еще два героя. Завтра должны прибыть из службы императора, но это завтра, во общем вызвал капитана и приказал оставить у камер охрану объяснив тупому служаке что опасаюсь не побега заключенных, а их умерщвления. Уладив все формальности пошли отдыхать.

Я настолько устал, да и Вита тоже, что сегодня уснули сразу и проспали почти до завтрака. Я смутно помнил что во сне была какая то муть с заклинаниями, что источник как то странно себя вел.

Во общем поутру увидев себя в зеркале я мягко горя удивился. Мои волосы были светлыми ну как у ярких блондинов, сейчас же они стали белыми, как у императора. В глазах теперь не просто пробегали молнии, казалось они там живут, темно синие глаза иногда вспыхивали белым огнем, это было красиво и страшно.

Тело тоже изменилось если раньше я был худощавый, но жилистый, юноша. То теперь это было тело мужчины, ярко выраженная грудь, четкие мышцы пресса, натянутые мышцы рук и ног, раздавшиеся плечи и расширившаяся шея, понятно указывали что обладатель этого не просто сильный человек, но и умелый воин.

С пленными был порядок, поблагодарив гвардейцев и отдельно капитана, я попросил не снимать охрану еще два дня надеюсь среди моих бойцов найдется кому доверить доставку пленников в имперскую службу. Занявшись тренировкой я увлекся и пропустил момент когда рядом стояло почти все моё местное войско.

— Есть желающие проверить своего господина — спросил я, улыбнувшись.

Из строя вышел не молодой мужчина, не высокого роста, не особо сильно развитый физически.

— Давай Жнец, проверь на что годен нынешний граф — беззлобно, но довольно беззастенчиво прокомментировали бойцы.

Жнец значит. Судя по кличке этот человек мастер, раз заслужил зваться жнецом — собирающем урожай смерти. Ну что же посмотрим меня охватил азарт и предвкушение серьезного боя.

— Меч — сказал я и кто-то из бойцов кинул мне тренировочный меч. Гвардейцы освободили круг и мы с противником пошли вокруг примериваясь друг к другу. Жнец нанес молниеносный удар в грудь, но это оказалась обманка, отвлекающий удар, тут же последовали еще три удара, все с разных направлений. Часть я отбил, от части увернулся, когда Жнец в очередной раз попробовал проткнуть меня, я не стал уворачиваться, а резко, быстро и сильно ударил его по атакующей руке ногой, точно в локоть. Раздался хруст, меч из руки жнеца выпал, а рука повисла плетью, капая кровью от проткнувших кожу костей.

— Спасибо за бой, — я поклонился Жнецу — позовите пожалуйста де Кирстена.

Жнец бледнел на глазах, но магистр успел вправил ему руку, срастил кости и отправил бойца отдыхать. С ним ушла и большая часть гвардейцев, они были какие то пристыженно молчаливые. Наверно надеялись, что опытный мастер из них легко победит такого щенка как я. Ну что же мне приятно их разочаровать. Мы отправились на завтрак, а половина гвардии все так же молча стояла в задумчивости.

Не успели тосты намазать маслом и пригубить первую кружку кофе, как в кабинет постучал Бернар и сообщил что госпожа Элеонора и господин Грег желают нам что-то срочно сообщить от имени императора. Я приказал добавить приборов и стулья, а также сообщить что мы ждем посланцев. Вошедшие уж точно не ассоциировались с мощными воинами, Элеонора была хрупкой на вид девушкой примерно 25–30 лет, а ее муж стройным мужчиной примерно такого же возраста. Представившись и получив приглашение присоединится к завтраку молодые люди сели за стол. Элеонора улыбнулась Вите, а ее муж отдал должное яичнице с беконом. Покушав я попросил посланцев не уходить, пока слуги убирали остатки завтрака, мы помолчали. После принесли кофе для меня и всех желающих, а также вина с фруктами.

— Прежде всего позвольте поблагодарить Вас за прибытие — сказал я — насколько я знаю Вы должны нам кое-что передать?

— Да господин граф, все именно так — сказала Элеонора, как я понял именно она у них старшая.

— Предайте Вите, благодарю — ответил я, когда Грег протянул Вите два устройства больше напоминающие смартфоны моего мира.

Как выяснилось они ими в принципе и были только работала система на магическом ядре установленном в аппарат выполняя функцию моментальной связи, так же и передающею изображение собеседника. За это отвечало миниатюрное зеркало встроенное примерно там, где у земных смартфонов была камера. Вита тут же активировала устройство, но ответа с той стороны не последовало. Она занервничала но я понял что император скорее всего занят и ответит позже, а пока предложил его службистам небольшую экскурсию в темницы.

Увидев пленников, а самое главное услышав их, Элеонора загорелась мыслью отправить их в столицу. Но учитывая ситуацию согласилась что сперва лучше поговорить с императором, а потом уже выполнят его решения. Через день должны прибыть аналитики рода и разведчики, а через три всё высшее гвардейское начальство рода. Потому мы отпустили гостей в их апартаменты отдохнуть после дальней дороги и сказали что ждем их к обеду. Сами при этом отправились на урок магии причем Вита в этот раз шла со мной пояснив, что Кирстен согласен обучить ее учитывая что она одаренная. При этом Вита вся сияла в предвкушении что будем вместе учиться, а потом сжигать врагов. Я пока не стал ее разочаровывать но по крайней мере сможет заходить ко мне в мой мир, это уже хорошо. Урок прошел штатно, учитывая воздействие Айзека, я в принципе был уже на уровне Кирстена но сообщать всем об этом я не спешил тщательно запоминая формулы и объяснения магистра что, куда и почему.

В конце урока Кирстен неожиданно спросил меня как мне удалось победить Жнеца. Я спокойно объяснил что самоуверенность легче всего прошибаеться самым простым и потому мало ожидаемым действием.

— То есть сломать ему руку в бою это самое простое действие для тебя? — спросил с усмешкой Кирстен.

— Нет конечно это было далеко не просто, но с другой стороны победить его чисто в бою на мечах, победить техникой, еще сложнее. Я думаю что пока еще не готов — ответил я.

В этот момент у Виты в руках заиграл незатейливую мелодию смартфон, а мой лежащий на столике рядом подхватил. Я взял трубку на экране отобразился портрет императора, а Вита уже здоровалась с отцом.

— Включи громкую связь, дочь — сказал император — мне звонила Элеонора, полагаю вас можно поздравить дети?

— Простите, Ваше Величество, но пока не с чем — ответил я — да мы раскрыли заговор по нападению на трон и убийству моей семьи но сестру так и не нашли.

— А Элеонора разве не сказала? Вот ведь мерзкая девчонка, решила тебе надавить на больное своим молчанием в любом случае ты узнал бы от меня — сказал Павел — день назад мои ребятки прихватили обоз с беженцами, хотя думаю что все они были рабами, и среди простолюдинов обнаружили одну странную девочку с белыми волосами покрытую платком, с удивительно чистой кожей, несмотря на окружающею грязь. Как думаешь, кто это был? — с улыбкой закончил император.

— Юлька — выдохнул я.

— Да Алекс, именно она твоя младшая сестра, как только мне доложили, я сам решил посмотреть на нее она конечно изменилась с тех пор когда я видел ее но не настолько что бы не узнать — произнес император.

— Спасибо Ваше величество, я Ваш вечный должник — в порыве ответил я.

— Должник, должник — посмеялся император — через два дня у тебя большой сбор проведешь совет, может еще что интересного узнаешь, завтра к тебе на грифонах вылетает служба егерей, передашь им пленных, и кстати сам как думаешь мне их повесить или сперва проведешь показательно карательную акцию? — с хитрой усмешкой спросил император.

Мне вообще почему то казалось что он каждый раз, каждым своим словом и действием проверял меня.

— Сперва акция, кто выживет пойдет под Ваш суд — от моей улыбки наверно молоко на кухне скисло, по крайней мере император задумался поглядывая на меня.

— Хорошо, передашь пленников, проведешь совет потом показательно уничтожишь род Халефильдов, сейчас у нас начало июля, надеюсь к середине августа закончите я назначаю свадьбу на 20е августа, так что уложись — сказал император.

— Благодарю за доверие, Ваше Величество, я постараюсь полностью оправдать все возложенные на меня надежды — ответил я.

— Ну а куда ты денешься — усмехнулся император — удачи дети, Кирстен присмотри за ними. И отключился.

— Я думал он не знает, что я тут — пробормотал Кирстен.

— Не нужно недооценивать императора, думаю ему уже все посчитали и разложили так что и сроки войны взяты не наобум — проговорил я — что это император сказал насчет твоей Элеоноры, а Вита?

— Думаю он просто подшутил над ней, по своему обычаю, я думаю она от звонилась ему и легла спать, прекрасно понимая что новость о сестре ты узнаешь в любом случае — ответила Вита.

— Ну что же если отряд вылетает завтра то раньше чем послезавтра его ждать не стоит — проговорил я.

— Кирстен, прошу займись охраной пленников. Не хотелось бы чувствовать себя по идиотски если не сбережем тех о ком уже всем известно.

— Хорошо Алекс, я позабочусь о них — ответил Кирстен- за доспехом сам поедешь?

— Нет, мастер Ревел обещал привезти сам сюда — пробормотал я.

Усталость, напряжение последних дней накатило резко.

Захотелось прилечь, отдохнуть, но я сдержался.

— Вита, родная, сообщишь своим друзьям, что мы ждем их на ужине? Кстати может приказать накрыть в столовой? — попросил я.

— Нет, в кабинете лучше, пока народу не так много, приедут все твои советники, тогда и будем делать пиры в столовой — улыбнулась Вита.

— Тогда я Вас покину — сказал я. — немного отдохнуть перед ужином.

— Алекс, все в порядке — забеспокоилась Витольда.

— Не волнуйся, все правда хорошо, просто напряжение последних дней отпускает — успокоил ее.

— Тогда ладно, пойду навещу Элеонору — кивнула Вита.

Зайдя к себе я скинул камзол, туфли и прилег мне хотелось не столько отдохнуть, сколько подумать в тишине, посоветоваться с ангелом.

— Что думаешь, Айзек — спросил я мысленно, уходя в подсознание.

— Что все и правда очень странно, слишком все просто получается — произнес ангел.

— Думаешь не было никакого покушения? А Юльку держали имперские службы? — спросил я откровенно.

— Не знаю, и даже предполагать не хочу, а знаешь почему? — ответил Айзек.

— Почему? — спросил его.

— Потому, что если это всё задумка Павла, то он пошел не просто против твоего рода — сказал ангел — он обманул Высших, а это никогда добром не кончается.

— Да, угораздило же влипнуть. Нет бы гнил себе спокойненько, так тут судьбы мира решать — попробовал пошутить я.

— Ну так тушка твоя старая так и гниет, а то что ты тут, только я знаю, десяток высших и верховный, он всегда всё знает — проговорил ангел.

— Я вообще то пошутить решил так сказать разрядить обстановку — промычал я.

И тут в голову пришла идея.

— Айзек, раз уж тут все так нестабильно, может запросить у Высших новые инструкции? А то вляпаемся мы с тобой в божественную разборку, вместо божественной комедии — сказал я.

— Думаешь? — промычал ангел. — Ну вообще-то ситуация позволяет, ладно, рискнем.

Вернувшийся Кирстен разложил на столе карту и офицеры вернулись к обсуждению решая какое подразделение лучше выставить к столице. Где-то через пару часов, уже ближе к ужину, более менее определились с тем кто пойдет к столице, а кто на соединение с другими частями, а дальше будет штурмовать замки врагов.

Всего у рода Халефильд было четыре замка и все они были на одном направлении, хоть и не в шаговой доступности. У моего рода замков было девять, то есть со столичным десять, у Халефильдов соответственно пять. Опять в голове настойчиво зазвенел вопрос, куда они вообще полезли? Не упускаем ли мы что-то? Ведь очевидно что их род слабее так на что они рассчитывали? Отпустив уставших офицеров отдохнуть до ужина я посмотрел на Кирстена, он понял вопрос.

— Ты все верно рассчитал, Алекс, но в столице тебе придется часа три где-то отдохнуть, пока не восстановишь силы — кивнул он.

— Ты хорошо знаешь столицу? — спросил я — мне нужно уединенное место, трактир, постоялый двор не подойдут. Меня не должны видеть.

— Знаю, но я сделаю лучше — сказал Кирстен — я пойду с тобой. Если пройти портал близко друг к другу, то затраты сил почти не увеличатся зато я спокойно сниму нам номер на постоялом дворе, а ты влезешь в окно. Мы отдохнем, поужинаем и когда все утихомирятся, спокойно уйдем, еще и лошадок получим.

— Я согласен насчет постоялого двора, но вот к Халефильдам я пойду один — ответил я — просто потому что не смогу накрыть невидимостью и тебя. Подождешь меня в номере, утром перекусим и вернемся, если все пройдет по плану столичную резиденцию штурмовать не придется они сами откроют ворота.

— Алекс, ты точно сможешь? что-то я переживаю — засомневалась Вита.

— Смогу не переживай, все будет нормально, но тебе придется делать вид, что ты провела ночь с женихом — улыбнулся я.

— Да ну тебя, я же правда волнуюсь — обиделась Вита.

— Не волнуйтесь Ваше Высочество — влез Кирстен — я проверил все расчеты, еще раз посчитал все должно получиться.

— Значит получиться, идем отдохнем потом на ужин — пресек обсуждение я — после ужина жду тебя Кирстен у себя в комнате ты наверно лучше знаешь как одеться и кем представится. Меня никто увидеть не должен. Идем Вита.

Мы отправились ко мне, я понимал, что сейчас отослать Виту будет жестоко, она волновалась и хотела подольше быть со мной. Придя в комнату, я обнял невесту и постарался успокоить старым, известным всем мужикам способом — лаской и нежностью. И кажется получилось.

В общем можно было и не гнать лошадей, в плане не спешить, а провернуть натуральную войсковую операцию. Я так же мог прийти с войском, и под невидимостью проникнуть в замок, перебить там всех, и так же выйти. Но во-первых я не хотел рисковать своими людьми, во вторых стоило только вспомнить что сделали эти твари как нутро сжималось от ненависти, ну и в третьих мне просто хотелось, я наконец то почувствовал реальную мощь магии, ту силу которой нет не у кого больше в этом мире. Айзек сказал, что даже эти силы мелочь по сравнению с тем, что я смогу если продолжу заниматься. Отдохнули перед ужином мы с Витой неплохо, еще и поговорили.

Я сомневался стоить ли ей знать тайну меча и пока решил промолчать в конце концов это ничего не решало. Передеваться я не стал поле ужина сразу одену черный доспех, а вот Витуля убежала к себе переодеться и навести красоту. Хотя куда больше, женщины. Через минут двадцать я зашел за ней, подождал еще минут десять и наконец мы пошли на ужин. Ужин прошел обычно, было видно, что офицеры еще скованы, но лучше так, чем начнут орать похабные песни и хлопать служанок по заднице. Кирстен общался с капитанами расспрашивая их о столичной жизни, лейтенанты налегали на блюда и вино. Не думаю что им удается часто такое есть.

Элеонора с Грегом кажется почувствовали себя в отпуске улыбались, подшучивали над служивыми, но беззлобно. Кстати нужно выяснить когда мы начнем боевые действия, что они будут делать? Вернуться к императору или будут нам помогать? Я воспринимал Элеонору как шпиона императора, и думаю не только я. Но, честно говоря на нее мне было плевать, может и зря. После ужина, пожелав всем отдохнуть, мы с Витой направились к себе, то есть ко мне я не хотел откладывать, мы находились южнее столицы, так что там уже был глубокий вечер.

Пора было выдвигаться. Я переоделся, черт, а костюмчик то сидит чудесно попрыгал, убрал меч, вынул, тоже проделал с кинжалами. Нигде не жмет не звенит, не тянет. Показал Вите фокус — направил зеркало на солнце, а отразившийся луч на себя, доспех тут же поглотил свет. Я уже начинаю привыкать к распахнутым глазкам, приоткрытому ротику. Чмокнул ее в лобик, пока она не пришла в себя и тут же пришлось уворачиваться от черноволосого вихря. Наконец Бернар доложил, что Кирстен просит его принять. Магистр вырядился в походный, кожаный костюм так же с мечом за плечом. Мой же доспех был если и из кожи то что за зверя ободрали я так и не понял. На ощупь он напоминал нубук, но был абсолютно черным если еще опустить забрало легкого шлема, что скрывал волосы то я просто сливался с любой тенью. Во общем сегодня Халефильдов ждут маски шоу в лучших традициях 90х РФ. Ладно время.

Залез Кирстену на закорки произнес формулу, на мгновение вокруг все потемнело, потом посветлело и мы вывалились в каком то тупичке. Судя по шуму из-за угла, там проходила улица, и был вход в нужный нам постоялый двор. Присел прислонившись к забору, а Кирстен, поправив одежду направился внутрь. Через минут пятнадцать крайнее окно распахнулось и Кирстен махнул мне залезать. Я перевалился через подоконник и присел за стол хоть мы недавно поужинали чувствовал зверский голод потому жареный каплун пришелся очень кстати. Вино было неплохим но до моих погребов ему как пешком до Китая. Через пару часов внутренняя пустота начала исчезать, проверил источник и мысленно спросил Айзека как дела.

— Нормально все через часик, полтора, два можешь выдвигаться — ответил он — стати можешь сразу прыгнуть за ворота резиденции, я тут покопался в воспоминаниях парня он там бывал, давно правда, может все уже перестроили но думаю что нет. Общество тут консервативное. Подремав еще пару часов разбудил Кирстена. Сказал что могу сразу прыгнуть за ворота что был у них лет несколько назад. Проверил источник настроил с помощью Айзека координаты и скользнул в темноту. В этот раз все прошло почти молниеносно, так ведь и в бою можно пользоваться. Но несколько не вовремя. Я стоял сбоку от входа меня пока никто не видел, но из-за угла здания уже были слышны звуки шагов и негромкий разговор. Активировал невидимость и пропал из виду буквально на секунду раньше чем из-за дома вышли стражники. Видимо совершали обход и вели неспешную беседу.

— Что-то император не спешит приближать к себе наших хозяев. — с сарказмом проговорил один.

— Дак дочка то его, что утворила, говорят младшего де Вильяра утащила — ответил другой.

— На хрена он ей сдался? Я слышал слабый избалованный маменькин сынок — буркнул первый.

— Ну не скажи, я слышал он одаренный и чуть ли не как его дед — засомневался второй.

— Да какая разница один хрен весь род вырезали и его достанем хе-хе — довольно посмеялся первый.

Я чуть зубами не заскрипел от злости, всякая шваль еще меня обсуждает но нужно было взять себя в руки. Пропустив стражников мимо себя я в наглую отправился к парадному входу но потом передумал, обошел замок навстречу стражам и на втором этаже увидел распахнутое окно. Легко забрался к нему заглянул в комнату, там сидела какая-то блеклая девица и пыталась хоть немного улучшить свой внешний вид. Свист меча и ее голова улетает в угол, из ванной послышался шорох, я скользнул ближе. Какой то молодой, такой же облезлый тип шел прямо на меня короткий удар и горло его увеличилось от уха до уха. Возвратное движение и голова отлетает в незакрытую ванную.

Идем дальше такое веселье мне нравиться улыбнулся я, и поймал себя на том что меня совсем не пугает собственная радость. Я решил пройти сверху вниз вышел в коридор и направился к лестнице. На третьем, последнем этаже было всего три двери. Первая вела в спальню какого то дедушки видимо старейшина Халефильдов, ему просто перерезал горло кинжалом. Спал он один я специально все обыскал, вторая дверь вела в спальню какой то женщины, присмотревшись я понял, что это молодящаяся бабуля с ней спал какой дрищь видимо платный им так же перерезал горло. За третьей дверью тоже была спальня но она была пуста. Я внимательно все осмотрел не спрятались ли куда нехорошие люди но нет не в ванной, не под кроватью никого не было.

Ладно продолжаем разговор. Спустившись по лестнице заглянул в первую дверь второго этажа, там в постели лежала молодая, довольно симпатичная женщина в обнимку с другой женщиной да уж, ну тут и манеры, моя Вита от поглаживаний по ножке краснеет, а тут, поступил также прямо не нарадуюсь на свой кинжал острее бритвы, прекрасное оружие — спасибо дед. Во общем прошел по второму этажу живых после меня не осталось, теперь первый этаж, потом стража.

На первом этаже ожидаемо жили слуги и тут возникла дилемма, может оставить их? Но Айзек в башке тут же ответил что мой род вырезали не лично Халефильды, а вот эти слуги ну может не эти и если я начну рефликсировать, то он увольняется. Я устыдился и пошел своим кровавым маршем по всему дому. Во общем с рассветом живых в замке не было. Из стражи только капитан попытался оказать хоть какое сопротивление, бессмысленно тыкая мечом туда где меня нет я стоял за его спиной. Устав слушать его вопли отрубил ему башку.

Кстати в караулке у капитана была карта подземелья, выводило аж на опушку леса южной окраины столицы, а вход был как раз из этой будки, простите — караулке. Так что моим орлам нужно просто пройти по подземелью и занять пустой замок. Сложив карту прочитал формулу, я еле увернулся от меча.

— Ты охренел Кирстен? — возмутился я.

— Нет — ответила довольная рожа в шрамах — но ты должен всегда быть готовым отразить атаку.

— Да иди ты знаешь куда со своими атаками я блин человек сто за ночь вырезал, а ты тут издеваешься — вызверился я — на вот лучше изучай — сунул ему карту прохода.

— Это что? ООО — ты где ее взял? — удивился Кирстен.

— Где взял больше нет, у нас пожрать ничего нет? Или хотя бы выпить? — спросил я.

— Вино осталось, угощайся, а так сейчас схожу, закажу завтрак — сказал Кирстен.

Минут через двадцать он сам притащил в номер сковороду с жареными сосисками и яичницей из шести, по моему яиц. А также кофейник и чашку. Я набросился на еду будто сутки не ел.

— Ты чего такой голодный то Алекс, ты же не прыгал далеко или нет? — спросил Кирстен подозрительно глядя на меня.

— Стресс, иди убей одним кинжалом сотню человек, посмотрим что потом скажешь. Сейчас немного передохну и домой — сказал я — в замке Халефильдов живых больше нет и нам тут оставаться не с руки. Может какой-то родственник заявиться и обосрет нам весь план.

— А какой дальше план? — спросил Кирстен.

— Возвращаемся домой ты сразу связываешься со штабом объясняешь им ситуацию, не знаю, что ты им наплетешь, откуда у нас такие сведения придумаешь что-нибудь. И моим именем заставляешь их занять резиденцию. Надеюсь мы успеем — произнес задумчиво.

— Ммм угу, все понятно, а если не успеем? — спросил он потом.

— То пойдете пешком ее завоевывать — обозлился я — ладно извини, устал я просто.

Через еще полтора часа мы были уже дома я сразу бухнулся в постель и уснул, а Кирстен пошел решать задачи что я ему выдал. Проснулся ближе к ужину и порадовался что Вита была рядом, сидела с книгой в кресле.

— Ты выспался? Кирстен рассказал мне что было и кстати, резиденция захвачена — улыбнулась Вита — отец от интереса как нам это удалось уже обзвонился.

— Только ты никому не говори, а то решат, что муж у тебя — кровавый маньячёк — улыбнулся я.

— Так, а как тебя еще назвать? Вырезал целое семейство, они там пыжились убийц посылали, а моему Алексу это просто надоело, он пришел и всех убил — засмеялась Вита. — Что? Я маньячило? Ну-ка иди сюда хулиганка.

— Ай, Ой, Ойойойой, я кусаться буду — развеселилась Вита.

Дверь немного приоткрылась и в нее просунулась жуткая рожа наставника.

— Так дети, папа Павел сказал за вами присмотреть, вы тут что затеяли? — удивился Кирстен.

— Да вот нужно поймать и наказать одну хулиганку — улыбнулся я.

— Не надо меня ловить, я сама сдамся — засмеялась Вита.

— Ты мне скажи как тебе удалось, Кирстен? Что ты им наплел? — спросил я мастера.

— Все тебе расскажи, ты же сам задачу поставил чтобы сегодня резиденцию взяли так готовь награды — заулыбался Кирстен.

— Вот ведь а, Вита вот как так можно, твой жених все сделал они пришли на готовое, а теперь еще и награды им, где справедливость? — спросил я Виту.

— Милый, твоя единственная награда и она же справедливость сидит перед тобой, скромно прикрывшись ладошкой какой еще награды ты хочешь? — начала весело, а закончила уже не так весело Вита.

— Мхах, вот и совершай после этого подвиги все молчу, молчу, счастье мое я не хочу идти на ужин может распорядиться, пусть мне сюда принесут — попросил я Виту.

— Ну тогда и мне тоже.

— Конечно, дорогая — обрадовался я.

— А вы господин пока без награды, идите дальше врать что-нибудь нашим доблестным воякам.

— Вот так всегда — хмыкнул Кирстен и вышел. Вита распоряжалась насчет ужина, а я пока вышел на террасу.

— Что думаешь, ангел? — спросил я Айзека.

— Пока все хорошо думаю, но до победы еще далеко. Нужно закончить с Халефильдами, останется три черных рода, с ними тоже бы надо покончить — сказал Айзек.

— То есть ты предлагаешь мне ступить на путь деда? Стать убийцей? А как же твои рассуждения насчет демона? — поинтересовался я.

— Ты не можешь стать демоном потому что делаешь дело света — ответил ангел.

— Да уж, что-то мне все это не очень нравиться хотел бы я пообщаться с дедом, как он к этому пришел — сказал я.

— Может и пообщаешься — улыбнулся Айзек.

Мы с любимой поужинали потом была ночь любви, не совсем полноценной, но зато наполненной истинной нежностью, а потом я уснул.

— Ну здравствуй внук — раздался голос.

— Здравствуй дед — ответил я во сне.

— Как то ты не ласков ты хотел поговорить со мной, о чем? — спросил мой сон в виде сурового старика, как я понял это и есть мой дед.

— Да вот есть у меня дилемма с одной стороны хочу отомстить всем кто угробил наш род, с другой не хочу чувствовать себя убийцей как то не по мне это, вот хочу спросить как ты решал подобную проблему? — спросил я во сне.

— А у меня не было подобных проблем, хахаха — рассмеялся дед — я всегда знал, что черное это черное, а белое это белое, сказочка, что магия не влияет на людей для таких идиотов как наш император.

— Так как получилось что это твое наследие, то почему люди помнят о тебе? — спросил я.

— Ну как то получилось, что уж теперь — пожал плечами дед.

— Я не понимаю зачем ты всем врал? — спрашивал его.

— Из-за денег конечно чем больше студентов, тем больше преподавателей, тем больше денег — спокойно ответил дед — не думать о деньгах можно когда их много и думать о них не нужно. Ты столкнешься с этой проблемой если не научишься считать деньги.

— Поверь мне я умею, но вопрос был другой, получается ты сознательно убивал темных? — спросил я.

— Конечно, сейчас эти твари вырезали наш род остался только ты, так что отринь слабость. Темным не место среди людей. Ты знаешь, как большинство темных родов проходят инициацию? — вопросом ответил дед.

— Нет, откуда — пожал я плечами.

— Они пьют кровь и жрут плоть, думаешь людей? Нет, демонов — ответил дед.

Я почувствовал что меня сейчас вывернет прямо во сне, еле сдержался. Зашел в ванную умылся, почистил зубы. Не о каком сне речь уже не шла.

Сегодня вечером должны начать приезжать штабисты. Нужно одеваться и заняться тренировкой. На полигон я выбежал когда небо только окрасилось рассветом.

Вита спала, я аккуратно оделся и вышел. Мне хотелось разобраться в себе. Все таки убийство сотни людей, какими плохими бы они не были, не может пройти бесследно. Нарезая круги вокруг полигона, я пытался понять ангела. Он говорил, что моя психика изменилась с прибытием в этот мир.

Этот мир был прямее и честнее чем прежний, тут почти не было серого либо ты черный, либо белый. И если среди простых людей еще возможны варианты, то среди одаренных нет. Мне нужно было выбрать каким я буду, вообще то выбор уже сделан, но понять почему я сделал этот выбор. Айзек смеялся, называл меня рефликсирующей барышней, но я знал себя мне необходимо было понимать что я прав, иначе все для меня могло кончиться плохо крыша бы поехала и всё. Потому я не спорил с Айзеком он поймет меня, возможно не сразу, но поймет.

Накрутив больше десяти кругов по полигону мне стало интересно смогу ли я подтянуться сотню раз. Конечно я стал сильнее, но и в весе прибавил прыгнув на турник я отключился от окружающего мира сосредоточившись на задаче.

— Сколько? — раздался голос позади меня.

— Сто сорок восемь — ответил я голосу не оборачиваясь.

— Мой рекорд побит — улыбнулся Кристен.

— И сколько было у тебя?

— Сто пятнадцать.

— Невелика разница — сказал я.

— Ты чего вскочил так рано? Не спалось? — спросил Кирстен.

— Дед во сне навестил, де Вильяр — ответил я.

— Ого, и что хорошего сказал?

— Хорошего ничего, зато кое-что объяснил — ответил я.

— Не поделишься?

— Прости, пока нет. Когда прибывают штабисты?

— Должны сегодня, после обеда ждем.

— А сколько их будет — опять спросил я.

— А сколько замков у рода от каждого трое, плюс полковник двадцать восемь человек ждем. — ответил Кирстен.

— Что у нас с планом войны конкретно? — мой вопрос.

— Ну какое то подобие плана есть, но что-то конкретное обсуждать будем все вместе. — ответ Кирстена.

— Мне это не нравиться, надави на них, мне нужно знать какой первый замок и потом по очереди, по одному в сутки — сказал я.

— Хочешь повторить как со столичной резиденцией? — спросил Кирстен.

— Да, я не хочу терять ни людей, ни время — ответил я — пусть определяются, подходят к их подходу я постараюсь очистить замки.

— Ты начинаешь меня пугать, Алекс уверен, что это необходимо?

— Пугать мастер? Эти твари вырезали весь мой род, а пугаю тебя я?

— Именно потому они и твари, я бы не хотел чтобы ты стал таким же — сказал Кирстен.

— Не волнуйся, не стану — сказал я.

— Что сказал тебе дед во сне?

— Что черным не место на планете, где живут люди.

— Ясно, я всё выясню, тебе лучше отдохнуть — посоветовал Кирстен.

Я не спеша направился к замку. Повторялась земная история, меня начинали бояться. Именно поэтому от меня ушла жена, именно поэтому я не смог найти новую, именно поэтому растерял друзей. Очень надеюсь я не повторю историю. По дороге к замку мне встретился местный капитан, смущенно переминаясь он спросил требуется ли его участие в совете. Сначала я хотел сказать нет, но подумав понял, что ему это важно даже если он просто посидит среди своих начальников. Он все равно останется на охране этого замка, но пусть потешит самолюбие мне не жалко.

Вита спросони выглядела как маленький, черненький котенок, и зевала так же не то что мужская зевота, с рыком подобным львиному. Мое счастье всегда смущалось когда я видел ее в неподобающем, как она считала виде. Потому чтобы не смущать свое чудо я вышел на террасу и начал тренировать щиты. Земляной, Огненный, Водный, воздушный был почти всегда при мне я активировал его почти на автомате. Интересно какой сейчас ранг у меня? Хотя в узнавании своего ранга для меня сейчас нет никакого смысла я наоборот скрываю свою силу. Вообще дед конечно молодец, нужно спросить его когда именно он пришел к мысли, что черных нужно резать. Так то я согласен с ним и даже мысль, что не все в темных родах становятся черными уже не казалась мне истиной.

— Алекс, ты давно проснулся? — Вита с каждым днем привыкала ко мне все больше, и уже не стеснялась как раньше.

— Да милая, мне приснился кошмар и напрочь отбил желание спать дальше — я тоже привыкал, и Вита нравилась мне все больше.

— Ты поговоришь сегодня с отцом? — спросила Вита.

— Что я могу ему сказать Кисуль — ты же понимаешь, что пока раскрывать мои способности рано.

— Понимаю, но во первых меня он уже не воспринимает, а во вторых это уже не вежливо будет, он прекрасно знает, что мы всегда вместе — улыбнулась моя кошечка.

— Хорошо Зайчик, придумаю что-нибудь, скажу что наняли убийц они проникли через ход, а Кирстену придется придумать откуда он знает о ходе — успокоил я свою прелесть.

— Ты не пойдешь на тренировку? — спросила Вита.

— Вообще-то я уже был, сейчас я хочу отдохнуть — ответил я — кстати, хочешь покажу кое-что? — спросил я.

— Что? — Смотри внимательно на тот дальний пригорок — так, отщепить девять грамм металла, обернуть все воздушной пленкой послать две молнии и по ним кусочек металла. Пригорок вспучило, а потом раздался оглушительный грохот, в небо поднялся столб пыли, земли и камней.

— Ого, это ты сделал? — спросила Вита.

— А как ты думаешь? — ответил вопросом я. В комнату вбежал Кирстен.

— У вас все нормально? — увидел наши спокойные лица.

— Твоих рук дело Алекс?

— Что именно?

— Взрыв.

— Да моих, извини хотеть испытать одно боевое заклинание, только придумал — ответил я.

— Ну ничего себе, а горы ты еще не разрушаешь? — спросил Кирстен.

— Пока нет, будет время подумаю над этой задачей — ответил я. Вита улыбалась прикрыв ладошкой рот.

— Кстати Алекс, тут находятся доверенные люди императора — напомнила мне Вита — так что если мы хотим сохранить что-то в тайне, не стоит так открыто демонстрировать.

— Ты права солнышко — согласился я с Витой — милая дашь команду накрыть нам тут не хочется никуда идти, не с кем говорить.

— Хорошо милый.

— А ты не обленился Алекс? — спросил Кирстен когда Вита вышла.

— Нет, просто не выспался из-за старика — ответил я — кстати, Кирстен, нужно что-то придумать для императора, я предлагаю сослаться на наемных убийц но тебе нужно придумать откуда ты узнал о ходе — вспомнил я просьбу Виты — замолчать как мы взяли резиденцию точно не получиться.

— Ты прав.

— Но если быть точным то не я, а Вита, она прикрывала нас этот день, но рано или поздно Император доберется до нас придется выкручиваться — сказал я.

— Правду конечно говорить пока нельзя, но и версия о наемниках как то не тянет — подтвердил Кирстен.

— Да плевать обратное не доказуемое, пусть думают что хотят. — снова сказал я.

— Во общем то да, как вариант — согласился Кирстен. — Иди на завтрак Кирстен, офицерам скажи, что я всю ночь занимался составление формул потому чувствую себя не очень и прошу меня простить что не спускаюсь на завтрак — сказал я.

— Они твои офицеры Алекс, им не положено предъявлять претензии начальству — ответил Кирстен.

— Они люди Кирстен, а людям приятно если о них не забывают и относятся с уважением — возразил я.

— Ну как скажешь, передам.

— После завтрака наверняка будет звонок от императора, причем тебе скорее всего трубку принесет Грег или его жена, ты должен быть готов ответить о ходе. Об остальном скажешь что как только я узнал о ходе с кем то связался и дальше дела закрутились — проинструктировал я Кирстена.

Все таки местные какие бы ушлые они не были на мой взгляд сильно уступали мне как в скорости мысли, так и в умении вести интригу.

— Ты интригуй, но смотри не за играйся — пробурчал Айзек в моей голове.

— Постараюсь — пробормотал я туда же.

Вернулась Вита, а за ней и завтрак мы покушали, ну потом ожидаемо позвонил Император.

— Ну что мой будущий зять — интриган, расскажи своему мудрому правителю как ты умудрился без единого выстрела занять резиденцию Халефильдов — надавил на меня император.

— Ваше Величество все просто, стоило Кирстену рассказать о подземном ходе как тут любой бы придумал план. — ответил я.

— Значит наемники говоришь? Ладно, в этот раз поверю откуда у Кирстена такие сведения? — продолжал давить император.

— Без понятия Ваше Величество, он что-то рассказывал о давних знакомых но я не очень вслушивался — продолжал отмазываться я.

— Ладно будем считать ты меня убедил — улыбнулся император — нет, а дочь моя родная а, какова?

— А что не так, Ваше Величество?

— Как она тебя прикрывала, а, нет я знал что она засранка, но не такая же.

— По моему Вы гордитесь дочерью, Ваше Величество — тихо сказал я.

— Ты еще и психологом успел стать, но тут ты прав я действительно ей горжусь. Но если эта засранка еще хоть раз скинет мой вызов — не посмотрю, что она почти графиня, выпорю пусть так и знает — раздухарился возмущенный отец.

— Я обязательно ей передам, Ваше Величество.

— Завтра съезжаются твои штабисты?

— Да.

— Значит раньше чем через неделю ты не выступишь пока они пообщаются, пока выпьют все вместе, да неделя минимум — провел расчет Император.

— Думаю я смогу Вас удивить Ваше Величество, — ответил я.

— Да? ну-ну, только если ты их всех поубиваешь, с кем останешься? Я тебе своих штабистов не дам — заулыбался Павел.

— Ну зачем так жестоко. Ведь можно действовать добрым словом — ответил я.

— Угу, угу посмотрим что у тебя выйдет — засомневался император.

— Ну не выйдет просто добрым словом, добавлю к нему пару пистолей, ведь всем известно что доброе слово и пара пистолей прекрасно дополняют друг друга, Ваше Величество — ответил я.

— Да ты я смотрю не просто психологию освоил, но и прикладную часть этой науки тоже — улыбнулся Павел.

— Стараюсь Ваше Величество, в моей ситуации учишься быстро.

— Надеюсь что у тебя все получиться Алекс, мне уже не терпится пообщаться с тобой лично так, что не забудь — свадьба двадцатого августа, поспеши.

— О таком я точно не забуду, Ваше Величество, думаю 18 мы с Витой прибудем в нашу резиденцию.

— Нет, нет — сразу во дворец, Ваши покои будут тут всегда как навестите старика императора — улыбнулся отеческой улыбкой " старик император".

После обеда я собрал всех офицеров в кабинете, что бы толкнуть речь.

— Господа — начал я — вы всё в курсе, что случилось с моим родом. Вы также знаете, что сроки у нас ограничены нашей с ее Высочеством свадьбой. Потому предупреждаю, что никаких шумных посиделок, и развлечений ни, завтра, не в ближайшие дни мною не запланировано. Вы определились с подразделениями которые выдвинуться на штурм?

— Капитан Штейн слушаю Вас.

— Да Ваша Светлость мы определились кто быстрее всех сможет прибыть к разным замкам противника. Замков как мы знаем осталось четыре, потому предполагалось снять для осады по половине гвардейских рот, с каждого ближайшего Вашего замка. Например, для штурма имения Восточное, мы предлагаем выдвинуть две роты составление из гвардии трех ближайших замков.

— Он будет первым? — спросил я.

— Да, господин граф, мы планируем этот замок штурмовать первым.

— Вы выслали приказы?

— Как можно, Ваша Светлость командиры отрядов еще не прибыли.

— У вас один командир и зовут его граф Алекс де Вильяр де Сен Грэм. Какие еще командиры вам нужны?

— Но Ваша Светлость, кто же поведет бойцов за собой, кто будет планировать штурм? — возмутился молодой лейтенант, обычно они помалкивали.

— Вы и поведете, или не сможете? — усмехнулся я.

— Но я всего лишь лейтенант аналитического отдела.

— То есть отказываетесь?

— Нет Ваша Светлость, но думаю, что у меня не хватит ни опыта, ни авторитета.

— Авторитет, как и опыт прибывают в бою, лейтенант. — ответил я — готовьте приказы если командиры не успеют к месту дислокации, то мне не нужны такие командиры. Чтобы через час вестовые везли приказы в подразделения, я подпишу. И запомните господа, война это всегда шанс молниеносно подняться и также стремительно упасть, а уж война за честь рода, за род. Думайте господа, жду приказы.

Я встал и быстро покинул кабинет. За мной вышла Вита, Кирстен остался сглаживать мои слова но не думаю, что его хватит на долго.

— Я так горжусь тобой, мой полководец — обняла меня Вита когда мы вошли в комнату.

— А я горжусь тобой, моя маленькая бунтовщица — улыбнулся я.

— Отец нажаловался?

— Угу, но от его жалоб на тебя было так приятно да и он на самом деле гордится тобой.

— Как же гордится, выпороть обещал.

— Ну а что еще ему остается, кроме как грозить? — улыбнулся я — зайка, мне нужны тут Элеонора и Грег, разговор с ними будет сложным, если хочешь можешь пойти к себе.

— Чтобы я оставила своего жениха из-за сложного разговора, не дождетесь.

— Позовешь их?

Вита кивнула и вышла.

— Что ты собрался просить у помощников императора? — спросил Айзек.

— Ничего, завтра я согну своих капитанов и хочу чтобы они засвидетельствовали это.

— А ты уверен, что потянешь? Это не спящих резать, толпа злых мужиков все таки.

— Увидишь.

Вита привела Элеонору и Грега, который как сова моргала слипающимися глазами, совсем расслабились ребятки.

— Друзья Элеонора, Грег, как вы понимаете завтра мне придется действовать жестко. Мне не жалко дать мужикам расслабиться, но у меня просто нет на это времени. Потому прошу вас как только они согнуться, сразу вызывать грифонов или как вы передвигаетесь и направляться к ближайшему подразделению. А если вас это не устраивает, то в столицу.

— Мы поняли вас граф — сказала Элеонора — думаю, что и Вы поняли, что мы тут играем роль наблюдателей, потому по своей воле не можем покинуть вас.

— Вы не покинете меня, но поверьте сейчас я оказываю вам услугу. Как только офицеры прибывшие завтра отправятся по частям рекомендую и вам направиться за ними.

— С чем связана ваша настойчивость, господин граф?

— Это не настойчивость, точнее она, но на ваше благо — ответил я.

— И все же? — спросила Элеонора.

— Все будет очень быстро если вы не послушаете моего совета то просто все пропустите. — объяснил я — подумайте, сообщите Его Величеству жду Вас за ужином господа.

Они ушли, а Вита напряженной кошкой скользнула ко мне.

— Это то, что я думаю? — спросила она.

— А что ты думаешь, солнце?

— Я думаю, что ты решил повторить подвиг с резиденцией — нахмурилась Вита.

— Думаешь это был подвиг? — невинно спросил я.

— Алекс, прекрати вести себя со мной как с безмозглой дурочкой.

— Ну все, все, прости больше не буду.

— Ты не ответил на мой вопрос. — настаивала Вита.

— Хорошо смотри сама укреплённый замок, крепость по сути которую защищают несколько десятков обученных бойцов, чем грозит нашим войскам? — спросил я.

— Затяжным штурмом, потерями среди бойцов — ответила Вита.

— Правильно, а сегодня уже пятнадцатое июля свадьба назначена на двадцатое августа, то есть срок чуть больше месяца. Плюс нам нужно прибыть в столицу хотя бы на пару дней раньше. А в идеале за неделю платья, костюмы, драгоценности не появятся из ниоткуда, их нужно изготовить. Правда если хочешь можешь гробануть мою сокровищницу — улыбнулся я.

— Ты будешь серьезным наконец? — разозлилась Вита.

— Я сама серьёзность, дорогая — сделав серьезную рожу ответил я.

— Ты можешь спокойно и серьезно рассказать мне свой план? — очень серьезно спросила Вита — я же волнуюсь постоянно, я тебе лишь бы шутить.

— Не могу Вита, нет никакого плана, получится — хорошо нет будем штурмовать.

— Если тебе так будет проще, то я буду с войсками, помнишь вчерашнее заклинание? Я могу снести им замок, но не хочу. Среди моих офицеров много достойных людей, тот же Кирстен давно заслужил титул и замок.

— Понятно ты полезешь рисковать жизнью, что бы у Кирстена был замок — я правильно поняла.

— Конечно нет, давай не будем ссориться и ты прекратишь трепать мне нервы у тебя вся жизнь впереди для этого. — ррр прорычала принцесса, и ушла мотнув черной гривой.

— А ты не боишься, что она сейчас позвонит папе, он вышлет пару грифонов и ее заберут у тебя? — спросил вредный голос в моей голове.

— Не боюсь, если она не понимает меня, если будет вести себя как капризная дура то на хрена мне такой геморрой на всю жизнь? Я тут не в бирюльки играю мне еще людей убивать.

Во общем ужин мне принесли в комнату, где я и поел в одиночестве. А после сразу лег спать слишком выматывают такие разборки. Утром, вместо завтрака я собрал гвардию перед воротами.

— Сегодня прибудут штабные офицеры, ваше начальство — сказал я наблюдая как улыбки наплывают на лица, они наверно тоже думали посидеть с офицерами из штаба, выпить и уж точно не рассчитывали на такой приказ.

— Никого не впускать дальше казармы, никого не выпускать без моего личного приказа все понятно? Кто ослушается моего приказа, с завтрашнего дня будет уволен. — резко развернулся и ушел.

Позавтракал снова в одиночестве, а потом началась комедия. Я оделся попроще и вышел к воротам там уже столпился народ, человек десять, и все прибывали. Я с удивлением наблюдал как капитан, потея и заикаясь объяснял, что они могут пройти в казарму, но никуда дальше. Решив, что собралось уже достаточно зрителей, да и прибывших было почти двадцать восемь, я прошел к воротам. Гвардейцы, что меня знали расступались и замолкали, а новоприбывшие распалялись все сильнее. Как я понял они уже выпили, рассчитывали на теплый прием, а тут какой-то щенок им весь кайф обломал. Я вышел вперед.

— Господа, если Вас что-то не устраивает Вы все можете подать рапорт об отставке — сказал я.

— А ты кто такой, щенок? — выкрикнул один красномордый капитан, уже изрядно принявший на грудь.

Я сделал резкий шаг к крикуну, и коротким ударом сломал ему нос, вторым ударом челюсть, я третьим ногу.

— Меня, ублюдок, зовут граф Алекс де Вильяр де Сен Грэм, повесить бунтовщика. Вокруг воцарилась мертвая тишина. Гвардейцы шустро перекинули петлю через ворота, связали красномордому руки, и вздернули прям на воротах.

— Еще несогласные есть? — спросил я.

— Если нет, то сейчас вам выдадут приказы согласно которым вы отправитесь в подразделения. Малейшее нарушение приказа будет караться начиная от увольнения, заканчивая смертью. На наш и императора рода было совершенно покушение, любое неповиновение приравнивается к бунту. Ожидайте приказов, господа, и желаю вам удачи.

Резко повернулся и ушел. Направляясь к замку увидел как, то в одном, то в другом окне колышутся занавеси. Ну что же вы хотели посмотреть на что способен юный наследник — наслаждайтесь. Войдя в замок приказал вызвать всех офицеров по одному в кабинет. Приказы мне передали еще вчера, все подписал и счас просто раздам. Слугам приказал приготовить припасы в дорогу каждому офицеру, а также казначею выдать месячное жалование досрочно. Как ни странно никакого нытья со стороны казначея не последовало.

Офицеры получив все, расходились, видимо не рискуя торчать у меня на глазах. Ну да пример кода вырубают вожака, и нагибают остальную стаю работает всегда. Выдав приказы, приказал готовить обед. Вита так и не появлялась, видимо держала характер. Потому прилег и вызвал Айзека.

— Ну что скажешь?

— Ты был неподражаем — усмехнулся Айзек — я прям даже потерялся мы в этом мире, или назад вернулись — шутил Айзек.

— Шути, шути, придет мое время, я тоже над тобой пошучу — пригрозил я в шутку Айзеку.

— Когда планируешь прыгать? — серьезно спросил Айзек.

— Нужно выяснить когда войска будут рядом, счас позову Кирстена, будем считать.

— Ок, я сниму инфо с мозга, все прикину, посчитаю и подстрахую тебя с прыжком.

— Спасибо Айзек.

— Не за что пока. А с девочкой помирись, хорошая девочка.

— Я с ней не ссорился.

— Ты всегда так говоришь.

Ладно это все потом, сейчас не до этого. Я приказал вызвать Кирстена. Толпа перед воротами уже разъехалась, лишь красномордый пример все также висел на створке. Кирстен зашел постучав и не ожидая ответа. Что-то дисциплина совсем захромала у меня.

— А если бы я был не один? — спросил я у Кирстена.

— А с кем ты мог быть если учесть, что принцесса намеревается свалить — ответил он.

— Вот как, печально, но что же значит не судьба — ответил ему — Но я вызвал тебе не рефлексировать на пару, вот победим, потом сядем с тобой и поплачемся друг другу о жизни нашей сложной. Мне нужны координаты первого замка.

Мне правда очень нравилась Вита иногда такая рассудительная и строгая, иногда непосредственная и живая, соответствующая своим 18 годам. И потом у меня никогда не было любимой женщины с черными волосами и черными глазами. Глупо наверно звучит, ведь волосы можно покрасить, а в глаза вставить линзы. Но только не тут. Тут красили волосы только проститутки, а аристократка максимум, что могла сделать со своей внешностью это подкрасить губы и немного ресницы, повести глаза. На обилие косметики смотрели неодобрительно, справедливо считая, что раз так много косметики значит есть что скрыть или подправить. В общем первая фаза моей здешней жизни подходила к концу. Айзек сказал, что мне предстоит вообще почистить этот мир от черноты, темных родов, демонов и других тварей. И я ничего не имел против. Но сперва я хотел сделать себе надежный тыл, хорошо бегать с мечом рубить врагов и не о чем не задумываться. А у меня, так уж случилось есть обязательства перед родом, перед дедом, отцом и всеми людьми, что так или иначе связаны с родом. Потому сперва свадьба, Вита займется родом ну а я могу и с мечом побегать. Расслабиться иногда тоже нужно.

Выйдя в коридор около двери я обнаружил незнакомого слугу, он поклонился и пригласил следовать за собой. Мы прошли вчерашним маршрутом, но вышли не к дверям с гигантами, а к обычным гвардейцам, что стояли около обычных закрытых дверей. Слуга скользнул за двери и через секунду раскрыл одну створку пропуская меня внутрь. Дверь за мной закрылась, а мы пошли дальше миновали еще одни двери и оказались в небольшой, уютной комнате. Сопровождающий поклонился и вышел. За столом был император Вита, Юлька и еще один немолодой мужчина с серьезным лицом и ухоженными руками.

— Представляю Вам моего будущего зятя, графа Алекса де Вильяр де Сен Грэм. — сказал император обращаясь к мужчине. — А также победителя демонов, человека в одиночку почти уничтожившего темный род Халефильдов. — встал и поклонился незнакомый мужчина. — Алекс, позволь представить тебе канцлера империи, магистра и герцога Юлиуса де Криптон де Бризак. Мужчина поклонился мне, а я ему.

— Ну с формальностями покончили давайте покушаем, пока я наблюдал как Алекс разделывает самоуверенных гвардейцев успел чертовки проголодаться — улыбнулся император.

Он вообще последнее время почти всегда был в хорошем настроении, к счастью. Мы сели за стол и приступили к завтраку.

— Ты доработал формулу под площадное заклинание? — неожиданно спросил император.

— Да, отдал Кирстену, как прибудут из бюро он сообщит. — ответил я.

— А какое по счету заклинание с момента как ты очнулся Алекс? — спросил император. Я удивленно посмотрел на императора, не зная, что отвечать.

— Можешь в открытую говорить при канцлере, если мы что-то скрываем от всего общества, то канцлер входит в тот малый круг людей которые знают всё и обо всех в империи.

— Третье, но патентовать я собираюсь только два — спокойно сказал я.

— Алекс, ты придумал три заклинания за месяц? — воскликнула Юлька.

— Да юная дама, ваш брат очень талантлив — улыбнулся император.

— Ну ничего себе — побормотала сестренка.

— Как я понимаю одно из этих заклинаний позволяло Вам попадать в замки Халефильдов? — спросил канцлер.

— Да, это так — ответил я — и его не хотелось бы обнародовать.

— Разумно — сказал канцлер — но давайте подробней поговорим после завтрака.

— Дочь, после завтрака вы с юной дамой займитесь подбором костюмов — сказал император — а то время то идет уже третье августа, свадьба скоро, костюмов нет не у тебя, не у Алекса.

— О да — обрадовалась сестричка серьезному делу — мы выберем и не один.

— И даже не два — сказал император — свадебные торжества продлятся десять дней. Конечно вам не придется присутствовать везде, но самые важные мероприятия посетить вы должны.

Я вздохнул про себя. Что я там говорил — хорошо быть аристократом. Уже сомневаюсь.

— И не вздыхай Алекс — сказал император — это я еще урезал все что планировали наши бюрократы всего примерно в два раза. Если бы ты знал их программу для вас, точно бы сбежал. Посмеялся император.

— Он уже никуда не сбежит — хищно улыбнулась Вита.

— Попал ты братик — злорадно посмеялась Юлька.

— Хватит пугать юношу, а то точно сбежит — защитил меня император — вспомни о его первой формуле.

Император видимо говорил о порталах. На все эти высказывания я притворно повздыхал. После завтрака все отправились по своим делам — девчонки выбирать костюмы, а мы втроем перешли в кабинет. Император приказал подать вино и фрукты и мы расположились за круглым столом на котором лежала крупная карта империи.

— Какой замок ты отдашь Кирстену? — спросил император.

— Думаю тот, что брал сразу после столици, он удобно расположен не далеко и до столицы и до моих земель — ответил я — правда я сказал Кирстену выбирать, но не думаю, что он обидится, если выбор сделать за него.

— Я тоже так не думаю — сказал император — значит его и сделаем баронством.

Посмотрел император на канцлера.

— Ничего не имею против — ответил канцлер.

— Расскажи мне Алекс, что за блажь и чьё это решение, подарить мне твои трофеи. Твое или Виты? — спросил император.

— Моё — ответил я.

— С чего вдруг? — вступил в разговор канцлер.

— Видите ли, Ваше Величество и Ваше Сиятельство — начал было я.

Но император поднял руку, и я замолчал.

— Давай так, когда мы наедине втроем или вчетвером с Витой, то зови меня дядя, а канцлера — канцлер — а то пока ты все титулы выговоришь уже, забудешь, что сказать хотел — предложил император.

Вообще-то это огромная честь, но я как то уже освоился и отнесся спокойно.

— Канцлер, дядя как я уже сказал, был в этих замках, там настолько неприятная, давящая атмосфера, что мне вряд ли захочется зайти туда еще — сказал я — а Виту и Юльку я просто близко к ним подпущу.

— Хмм, с чего бы? — спросил канцлер.

— Вы знаете как род становиться темным? — спросил я.

— Ну темная магия, ритуалы, что то вроде этого — ответил канцлер.

— Это все так, но не это главное — начал я — для существования темного рода у него должна быть непрерывная связь с бездной. Можете называть ее адом. Но и это не все, что бы пройти инициацию нужно впустить в себя тьму. А проще всего это сделать отведав крови и плоти, но не людей — демонов.

— Фу, гадость какая-произнес император.

— Откуда сведения? — спросил канцлер — библиотека? Дедовские записи?

— Да, но не только, под каждым темным замком обязательно есть капище для призыва тварей бездны. Я понимаю что теоретически сами по себе они не опасны если не призывать, их так же можно просто завалить, или как хотела Вита снести эти замки к чертям, а поодаль выстроить что то новое. Но я не хочу в этом участвовать.

Посидели, помолчали.

— Но и допустить кого то другого мы туда не можем — сказал канцлер — Надо будет либо рассказывать всю подоплёку, либо просто отдать замки как есть. Ты представляешь если оттуда что-нибудь полезет. Как мы будем выглядеть и главное, что мы будем чувствовать.

Я представлял, ничего хорошего такая ситуация не несет.

— А если отдать церкви? — подумал вслух я — это как бы им по чину, вот пусть с демонами и колупаются.

— Мы думали об этом — сказал император — но пойми, церковники те же люди. Очень малая их часть по-настоящему верит в богов, а уж святых среди них точно нет. А ты думаю знаешь, как бездна умеет соблазнять слабых.

— Они правы Алекс — проснулся Айзек — придется тебе самому разбираться. Я помогу, что уж там.

Я поморщился.

— Не морщись — проговорил император — во всей империи я доверяю канцлеру и вам с Витой.

Я удивленно вскинул брови.

— Удивлен — улыбнулся император. — думаешь мы не знаем настоящей истории набора " призрачного убийцы". Или думаешь я не узнал меч? А ты думал мы не знаем кем на самом деле был убийца. Знаем Алекс и никаких претензий к твоему деду не имеем.

Вот тут я реально офигел. Я планы строил, как то скрыть, или это думал я самый хитрый и умный. Аж два раза. Меня в очередной раз щелкнули по носу, чтобы не зарывался.

— Мне нужно подумать — сказал я.

— Подумаешь, вот сыграем свадьбу и подумаешь — сказал император — это еще не все проблемы, что нам предстоит взвалить на тебя.

— Эхеххех — пропел я уже вслух.

— Ну а как ты думал — усмехнулся император — в империи немного дельных, достойных доверия людей, а ты доказал что можешь решать проблемы и достоин доверия. Так что впрягайся, мы тут с канцлером тебе место приготовили.

Открыто посмеялся император. Да, я наивный чукотский юноша, думал денег много, девушка красивая рядом да еще и магии учат повезло, красивая жизнь. Угу, ага за все нужно платить. Так что хватит жалеть себя включай голову. Канцлер, до этого внимательно наблюдавший за мной, улыбнулся и покивал головой — мол ты прав был Паша. Парень потянет. В этот момент в дверь постучали.

Император рявкнул — Кого еще несет, сказал же не беспокоить.

В дверь просунулась голова Кисртена — Из бюро чернильницы прибыли.

И тут же исчезла.

— Ну вот и хорошо идемте развеемся, ты Юлиус посмотришь, что творит этот " скромный", как ты его назвал, юноша. А еще завтра утром выйди посмотреть, он будет заниматься с гвардией, зрелище я тебе скажу, прелюбопытное. — сказал император.

Мы вышли из кабинета. Во время из бюро прибыли, развеяться было необходимо у меня голова уже кругом шла от всех мыслей. Пока шли я продумывал построение площадного заклинания.

— Ваше Величество, может Виту с Юлькой позовем? — спросил я.

— Соскучился? Похвастаться хочешь? — беззлобно издевался император.

— И то и другое — не стал скрывать я.

Не останавливаясь император махнул гвардейцу, передал распоряжение. На полигоне собралось уже достаточно людей. Слухи разнеслись и многим было интересно не только посмотреть на заклинание, но и на меня. Вышли Вита и Юлька им тоже нужно развеяться.

Подошел Кирстен, с ним шли двое чиновников. Как то они сразу определялись, причем мелких чиновников. Канцлера никто чиновником не назовет, хотя им он по сути и является, а эти, их сразу видно по маленьким бегающим глазам, тонким губам и рыскающему взгляду. Неприятные существа, во всем прежде всего ищут свою выгоду. Мы остановились на рубеже, и ждали когда они подойдут к нам. Вита сразу встала рядом со мной, Юлька рядом с ней.

— Господа — сказал император — мы пригласили вас, чтобы вы засвидетельствовали изобретенное заклинание.

— Кто автор? Какое название? — сразу же засуетился один из прибывших.

— Я автор — вышел я вперед — назвал заклинание выстрел, это первое. Название для второго еще не придумал. Счас вместе подумаем. — Ну продемонстрируйте нам свой выстрел — с усмешкой сказал чиновник.

Типа, что этот мальчик мог изобрести, не смешите мой живот. Я прицелился в правый верхний угол уже покорёженной створки ворот и бахнул. Створка взмыла в воздух, обернулась несколько раз и упала далеко за мишенью. Грохот же был и правда как от выстрела.

— Ну не хрена себе — пробормотала Юлька. Благо ее никто не слышал. Чиновники стояли с побледневшими лицами. А канцлер радостно потирал ладошки.

— Записывайте формулу господа — сказал довольный император.

— Да, да сейчас, но как такое возможно, в столь юном возрасте, никому не известный юноша — бормотал чиновник.

— Ну почему же неизвестный — улыбнулся император.

— Юношу зовут граф Алекс де Вильяр де Сен Грэм. Он является законным женихом моей дочери Виты Алентины их свадьба уже назначена на двадцатое августа. Опять же мы с канцлером его прекрасно знаем, а ваше ведомство, господа, какими бы важными делами не занималось, все же не является пупом империи. А император то еще тот тролль. Вы формулу будете записывать?

Писаки быстро расчехлили чернильницы и записали формулу, но тут один из них что-то вспомнил и сказал — Для выдачи патента мы должны убедиться, что не только сам автор может использовать заклинание, но и другие люди.

— Справедливо — сказал император — Кирстен.

Пока поднимали и тащили створку, Кирстен приготовился, и хоть у него вышло не так эффектно, но почти также качественно. Чиновники все записали. Второе, площадное заклинание я кинул именно в мишени. Их сдуло, створку тоже снесло. Нужно было срочно придумать название. Мне захотелось пошутить.

— Какое название будет — спросил чиновник.

— Тополиный пух — ответил я.

Император заржал, канцлер заулыбался, Вита тоже.

— Подходящее название именно так и назовем — произнес откашлявшись император.

— Сможете повторить? — спросил чиновник у Кирстена.

— Легко — ответил тот и выдал тот же результат, что и я.

— Во сколько вы оцениваете эти заклинания — спросил чиновник.

— Эм, уважаемый — сказал канцлер — оценивать не ваша обязанность. Ваша задача выдать патент, где зафиксировано кто владелец. На этом ваша работа окончена.

— Эм, но позвольте — начал было чинуша.

— Не позволю — отрезал канцлер — выписывайте патент и можете быть свободны. Чиновникам ничего не оставалось как выполнить свои обязанности и свалить. Патент я при всех передал Вите.

— А как быть дальше? В чем теперь смысл патента? — спросил я у канцлера.

— Ну смотри, допустим война или аристократы решат повоевать. Один из них слышал, что есть мощное заклинание которое легко рушит крепостные стены. Он приходит в бюро, ему сообщают, что владелец такой-то, и установил такую то цену на разовое использование заклинания. Если его все устраивает, он идет в банк, где оплачивает данную сумму, и возвращается в бюро, где предъявив квитанцию об оплате получает разовую формулу, которая после произнесения распыляться в прах — объяснил мне канцлер.

— Ну так я же не назвал цену — засомневался я.

— У тебя на это месяц, подумаешь, посоветуешься — потом зайдешь в бюро, предъявишь патент и озвучишь стоимость — успокоил меня канцлер.

— Да Алекс, спешить никогда не стоит — сказал император — идем продолжим совет.

Я переглянулся с Витой она успокаивающе улыбнулась. Мы направились в кабинет императора, Кирстен к себе, девчонки к Вите.

— Да Алекс, удивлять ты умеешь — сказал канцлер. — с оценкой заклинания поспеши, хоть в империи не так много одаренных, но мошенники встречаются и среди нас.

— Не посоветуете во сколько оценить — спросил я.

— Я бы посоветовал не слишком задирать цену, но и не скромничать тысяч пять золотых за разовое применение будет нормально — ответил канцлер.

— Спасибо канцлер — улыбнулся я.

— Так вы с этим закончили? — спросил император. — Юлиус, нужно ввести молодого человека в курс дел — чтобы он понимал, что творится вокруг.

— Согласен, будь добр, скажи, чтобы принесли вина, говорить придется много, нужно чем то смочить горло — попросил канцлер.

Как только принесли вино, канцлер наполнил бокал и сделал глоток, откашлялся и начал — Начну пожалуй с главного, у императора нет наследника — сказал канцлер — и не секрет, что кто из дочерей первая выйдет замуж и родит сына. Будет в общем то матерью наследника. Но есть и другой путь. Допустим, что у вас с Витой все хорошо, через год она родила одаренного малыша. Тогда все вопросы наследия просто снимаются. Император может — при желании конечно, просто отречься в, допустим твою пользу. Ты становишься императором, Вита императрицей, а ваш сын наследником престола, воспитывать которого будет дедушка. — канцлер замолчал.

Опять наполнил бокал и выпил. А император щурился как довольный кот.

— Понятно — сказал я — понял не только это, но из-за чего все случилось. Халефильды позарились на трон империи. Мой род вырезали как прямых конкурентов. Только как они хотели уболтать Виту? Она их терпеть не могла. Хотя есть разные способы. Император опять посмотрел на канцлера с торжествующим видом. Они тут спорили на меня что ли.

— Да способы есть — сказал канцлер — но тут в игру вступил ты. А этого никто не ожидал, ни мы, не тем более Халефильды. И как вступил. Молниеносно выбил столичную резиденцию. Пока еще никто ничего не понимал начал вырезать их в замках, а когда картина немного прояснилась для Халефильдов было уже поздно. Честно говоря я не мог поверить, что по сути мальчишка может настолько жестоко и успешно действовать. Твоя ложь об отряде наемников сперва зашла на ура. Это было проще понять и принять, чем то что парнишка только оправившейся от страшного ранения, успешно крушит своих врагов. Вот так вот.

— Ну что Алекс скажешь — посмотрел на меня император.

— Да что тут скажешь — ответил я — я даже близко не понимал всех раскладов. Просто хотел отомстить. Мне абсолютно не нужна власть, своей хватает, я не хочу жить в столице. Я предпочел бы уехать с Витой, спокойно жить, растить наших детей, а не варится в котле интриг, вранья и предательства. Но как я понимаю, спокойной жизни мне уже не видать.

— Правильно понимаешь — сказал император — у нас только Юлиус в этом дерьме, как рыба в воде, талант. Я бы тоже свалил куда подальше и капусту например, выращивал, но нельзя.

— Ладно, потом попачитесь друг другу в жилетку — усмехнулся канцлер — как я понял, Павлий говорил тебе про имперский род?

— Да, но я решил что это какая-то шутка, где я, и где имперский род — ошарашено проговорил я.

— Устранив врагов короны ты уже претендуешь на высшую награду, плюс демон, плюс ваша свадьба с дочерью императора. Во общем за два дня до свадьбы ты получишь титул герцога и звание магистра магии. После самой свадьбы будет провозглашен первый в империи имперский род де Вильяр де Сен Грэн. А основателем рода станешь ты, Алекс — сказал канцлер.

Все в голове перепуталось. Я взял вино и налил себе полный бокал, выпил и снова налил.

— Так стоп, а зачем вообще нужен имперский род? Вита и так дочь императора — спросил я.

— Ну во-первых для вашей защиты, — на этот раз слово взял император — темных родов еще хватает, да и без них достаточно придурков, вспомни сынка советника. Во вторых вы автоматом становитесь наследниками престола, и в третьих мне просто так хочется.

— Охоххо, это же сколько всего перестраивать гвардию нужно, команду слуг нужно, парк грифонов, что бы передвигаться быстро. Один то я и порталами обойдусь, но всю толпу я не потяну. — заныл я.

— Ничего разберёшься, а мы поможем — сказал канцлер. — На сегодня с тебя хватит, наверно, сейчас обед потом отдыхай. Завтра после завтрака буду просвещать тебя по главным темам. Я допил вино, встал, поклонился и вышел.

Через пару минут слуги внесли еду. Пока я насыщался она рассказывала план на завтра. А завтра, между прочим, последний холостой день в моей жизни. Утром нужно примерить мои костюмы, туфли и так далее. Потом нужно составить список кого бы я хотел видеть на свадьбе. И это всё до завтрака. Потому что после завтрака будет прием. Будут награждать моих офицеров, ну и меня под шумок. Я уже должен быть в костюме на этот день. И обязательно с мечом на поясе. Такова традиция. Ужас.

— Зай — спросил я — тебе так и не сказали что будет завтра?

— Все нормально будет, не волнуйся — ответила, тоже уставшая прелесть.

— Пошли спать? — спросил я.

— Ты наелся?

— Угу

— Тогда пошли.

Утро не принесло сюрпризов. Список составил легко. Кирстен, Штейн, все штабные что были у меня, мастер меча. Больше близко я никого не знал. Позавтракали, костюмы были безупречны. Я переоделся, прицепил меч и двинул за сопровождающим. Остановились перед большим, церемониальном залом. Я никогда к этим залам не привыкну. В этот момент створки распахнулись и церемониймейстер начал меня представлять.

— Граф Алекс де Вильяр де Сен Грэм.

Я пошел в зал. Дошел до середины и остановился. Все как учили.

— За проявленную доблесть и героизм в борьбе с врагами империи и трона, графу Алексу де Вильяр де Сен Грэм вручается пятнадцати лучевая звезда.

Ого высшая награда империи.

— Также за уничтожение темной твари, что была угрозой всему человечеству графу Алексу де Вильяр де Сен Грэм даруется титул герцога. Все желающие могли рассмотреть морду демона, кстати его башка была с пол моего тела.

— Все желающие могут поздравить героя. Ну да прям побежали. Хотя пошел Кирстен, Штейн, Наймец. Юлька побежала и обняла меня.

— Все приглашенные на свадьбу герцога Алекса де Вильяра де Сен Грэм ожидаются завтра в одиннадцать утра у входа в замок. Церемонию будет проводить сам Император, при помощи магистра Юлиуса де Криптона.

Здесь на было обычая венчаться, церковь была не сильна в этом мире. Но слава всем богам сегодня пережили. Я поблагодарил всех за теплые слова. И вышел из зала. Когда я пришел к себе там уже были Кирстен, Вита и Юлька. Вита тут же забрала у меня звезду, сказала завтра вернет. Она знала что я хотел выпить с мужиками. Осталось пообедать и можно идти напиваться. От местного вина не бывало похмелья, так что сколько бы не выпил, утром будешь свежий как огурец. Мы обсудили как все прошло.

— Алекс такой важный был — прощебетала Юлька — ну прям мечта всех девушек.

— Это кто о моем почти муже мечтает? — тут же взвилась Вита.

— Да я пошутила — тут же завиляла Юлька

— Вит, вот теперь будешь герцогиней, а сейчас принцесса, это ведь понижение?

— Завтра узнаешь, кто кем будет и будет ли повышение или понижение. — сказал я.

Вита подозрительно на меня посмотрела, её так и не ввели в курс всех планов.

— А я теперь получается тоже герцогиня? — не успокоилась Юлька.

— Нет, — мстительно рявкнула Вита — ты сестра герцога де Вильяр.

— Ну вот, у всех праздник, одна я не при приделах — расстроилась Юлька.

— До завтра дотерпи — сказал я.

Тут на меня внимательно смотрели уже три пары глаз. В этот момент нас позвали к императору на обед. Как только зашли, расселись Канцлер втал.

— Я хочу поднять этот бокал за герцога де Вильяра. Я очень рад, что знаком с тобой Алекс.

Я поклонился.

— После обеда поедете с канцлером смотреть животных — сказал император.

У меня челюсть упала.

— Каких животных — спросил я.

— Грифонов Алекс, грифонов, тебе будет нужен свой парк — ответил канцлер.

Ну вот блин погуляли.

— Не делай кислую мину, возьмешь Кирстена с собой, выберите пару десятков детёнышей и поедете пьянствовать — усмехнулся император.

Ну вот куда мне до них? Они знают каждый мой шаг, мы ведь даже вслух об этом почти не говорили.

— Кстати можете заехать на площадь, там сегодня казнят твоего приятеля Алекс.

— Что за приятель — удивился я.

— Советник с сыночком, — на этот раз ответила Вита — я обязательно там буду, в первых рядах, что бы они меня видели.

— Какая же ты мстительная, Зайка — улыбнулся я.

А канцлер рассмеялся.

— Я ведь говорил, что они очень похожи на вас.

Мы с Витой недоуменно посмотрели на канцлера.

— Вы ведете себя также как твой отец и мать вели себя в вашем возрасте — сказал канцлер — даже прозвища такие же зайка, киска, прелесть.

— Я еще ее кометой чернохвостой называл, но правда про себя — не с того ляпнул я.

Да нет, не может быть, император такой же попаданец, как и я? Не хочу сейчас об этом думать, потом, все потом.

— Ну на мой взгляд это лучше, чем если бы были совсем не похожи — сказал канцлер.

— Эмм денег с собой много брать? — спросил я.

— Нет нужды, все грифоны собственность императора, а учитывая их стоимость в десять миллионов золотых, у тебя вряд ли хватит на двадцать.

— Вообще-то у него хватит — влезла Вита — у него только в кольце сто миллионов, а тут еще почти в десять раз больше.

— Хахаха, ну вот — посмеялся канцлер.

— Ладно дочь, хватит хвастать женихом, тут не перед кем, а будешь хвастать перед другими уведут — усмехнулся император.

— Покушали, отправляйтесь, и Юлиус выбери ему самых послушных, не хочу рисковать дочерью.

Я встал, поклонился императору, а потом поцеловал Виту в щеку. Мне была интересна реакция императора, но ее не было, он все также улыбался смотря на нас.

— Ты кстати был в бюро? — спросил канцлер.

— Был, цену поставил как вы и сказали — ответил я.

Канцлер дернул ближайшего гвардейца и приказал ему передать Кирстену, что герцог де Вильяр и герцог де Криптон ожидают его на выходе. Мы сели на лошадок и ждали Кирстена.

Кстати не знаю измениться ли отношение Кирстена ко мне, но отношение гвардейцев, слуг очень сильно изменилось. Я стал для них звездой к которой они тянулись. А учитывая что и без титула герцога я был близок с императором и канцлером империи, тут вообще без вариантов. Что будет после свадьбы даже страшно представить. Кирстен прибежал бегом, гвардейцы эскорта выстроились и мы двинулись в путь. Выехав с территории замка мы прибавили и понеслись галопом. Я уже нормально чувствовал себя в седле. Потому до грифоньей фермы домчались быстро. Нас ждали, стоило въехать в ворота, как они закрылись за нами подбежали конюхи взяли коней. К канцлеру подошел габаритный мужик, полтора на полтора и с бородой. Я уж знал кто это, потому не удивлялся. Канцлер объяснил потомку гномов, что нам нужно.

Но быстро этот вопрос не решался. Мало просто взять грифонов, но ведь кто-то должен ухаживать за ними, кто-то управлять. Благо дело тут было поставлено на поток. К каждому грифону с рождения приставлялся человек, который заботился о звере, кормил, учил, был и нянькой и надсмотрщиком. И от того насколько этот человек любил свою работу, своего питомца зависело насколько грифон дружелюбен к людям, покладист и послушен. Послушав интеллектуальный спор канцлера и хозяина фермы я вмешался.

— Прошу простить меня, уважаемые, что прерываю ваш несомненно важный разговор, но я очень спешу, мне нужно закончить это дело поскорее — сказал я.

Бородатый вылупился на меня, тут с ним сам канцлер беседы ведет, а какой то сопляк смеет прерывать.

— Ты кто такой, щенок, эй кто-нибудь выкиньте наглеца вон — проорал он.

Резко сделав шаг вперед я влепил барану двоечку в рожу, и напоследок отбил ему яйца, когда прибежали его служащие, канцлер уже пытался лечить этого обнаглевшего дебила. — Кто замещает или помогает этому обнаглевшему придурку? — спросил я у служащих. Но они только испуганно таращились. Я вынул меч.

— Так послушайте меня, думаю вы понимаете, что простой человек не приедет на грифонью ферму, да еще и в сопровождение канцлера империи и двух дюжин гвардейцев — начал я обработку.

Вы ведь любите этих животных, я тоже люблю животных и никогда не поверю, что тот кто ведет себя как свинья с людьми, особенно если считает их слабее себя, может нормально вести себя с животными. Они же беззащитные, да у них есть страшные клыки, и могучие лапы, но что они стоят в сравнении с бичом и копьем?

— Я убью тебя — прорычал бородатый.

На это я просто выдал формулу огненного вихря в него. Он сгорел до пепла за секунды. — Я забираю всех грифонов с этой фермы, кто хочет остаться со своим питомцем подходим вот к этому человеку и все о себе рассказываем — я указал на Кирстена.

— Кто, то из вас будет переведён на юг империи кто-то на восток, кто-то останется тут. Потому рассказываем правду, чтобы потом не вышло путаницы.

Сам вместе с канцлером и гвардейцами пошел по ферме. Звери тут были в основном молодые, одни испуганно жались клетках, другие пытались рычать. У некоторых кто рычал, я видел следы побоев.

— Господи, да это какой же скотиной нужно быть что избивать того кто не в чем не виноват, да еще сидит в клетке. Эххх жалко я подарил этому ублюдку легкую смерть

— прорычал я.

— Все верно господин, нельзя таким извергам как прошлый хозяин с животными работать. Он же всех ненавидел, а себя больше всех — сказала девушка.

— Ты кто? Я думал с грифонами только мужчины работают — спросил я.

— Ну можно сказать я была его замом, меня Лика зовут.

Представилась незнакомка. Я еще раз осмотрел девушку.

— Знаете её? — спросил я подходивших мужиков.

— Да господин, это Лика дочь бывшей любовницы, бывшего шефа — сказал один, видимо посмелее.

И тут я услышал мурчание за спиной. Пока я тут все выяснял, девчонка зашла в клетку избитого грифона и мазала какой то мазью его раны. Грифон расслабленно лежал и мурчал, точно как домашняя кошка. Тут все стало понятно. Я развернулся и пошел к хозяйскому бараку что был видимо и домом и конторой. Присев на лавку около входа я стал ждать Лику. Она недолго задержалась с ней рядом шли другие работники.

— Так, вы и вы — ткнул я пальцем в пару ближайших — позовите всех. Остальные ждем будет важное объявление. Мужички быстро собрали всех работников фермы.

— Я, как представитель императора, уволил бывшего управляющего — сказал я — своей волей, за доброе сердце, хорошее отношение к зверям, назначаю Лику, как вас по фамилии?

— Да просто Лика, мы тут все бесфамильные.

— Управляющей фермы через неделю, максимум десять дней я вернусь. К тому времени все, я повторяю все звери должны быть здоровы, обихожены, счастливы и улыбаться — сказал я.

— Всем все понятно? Зарплата повышается на два золотых, работайте.

Я отошел поманив Лику с собой.

— Не спеша собрать сведения обо всех служащих сможешь? — спросил ее.

— Думаю да.

— Давай у тебя есть десять дней. Кто животных обижает мне сообщишь. Сам сука, в клетку пойдет. Всё у меня дела, жди через десять дней. Если будут какие проблемы, свяжешься вот с этим человеком, его зовут магистр и барон де Кирстен обычно он в императорском дворце. Позвал Кирстена оставь ей координаты штабных, на всяких случай. Повернулся и ушел. Вышли за ворота. И стали ждать Кирстена.

— Ты не дипломат, Алекс — сказал канцлер.

— Вот совсем почти, но зато я могу морду набить — усмехнулся я.

— Это да, тут ты мастер — тоже раз улыбался канцлер.

Кирстен пришел минут через десять.

— Что старик, понравилась девушка? — усмехнулся я Кирстену.

И тут наш несгибаемый Кирстен покраснел, да не просто, а как рак вареный, мы с канцлером заржали, а Кирстен прибавил ходу и смылся вперед.

— В общем хорошо провести время со своими офицерами — сказал канцлер — десяток гвардейцев останется с тобой.

— Да зачем, я прекрасно могу за себя постоять — ответил я.

— Они не тебя защищать будут, а окружающих от тебя — посмеялся канцлер.

— Долго не задерживайся, помни — завтра самый важный день в жизни и не только в твоей. Канцлер пришпорил коня и пустил в галоп десяток гвардейцев ровно отделились от отряда и устремились за канцлером.

— Ну что народ, едем бухать — сказал я.

— Ура герцогу де Вильяру, оставшийся десяток окружил меня и мы помчались к штабным. Мы уже час были у штабных, весь штаб собрался выпить за господина.

— Нет, Штейн, вот ты представь себе, с неба на тебя несется громадная туша грифона, ты думаешь это главная опасность, а нет только ты отряд построил, только они прицелились как в них бабах — выстрел.

— Выстрел?

— Угу, это мое новое заклинание.

— Ага, я видел как герцог это на патент показывал, ух крепостную стену насквозь пробивает.

— Да ладно.

— Точно, я тоже видел.

— И я.

— И я.

В общем посидели весело, Кирстена я кстати отпустил. Зацепила его Лика. Ну а мы посидели, поспорили, поговорили, выпили весь запас штабных. И когда народ начал засыпать за столом, я понял, что пора валить. Напомнив, что завтра всех жду, мы как то сели на лошадок и каким то макаром доехали до замка.

В замке нашему виду обрадовались тут же сообщили Вите — стукачи. Но мне было уже вообще то все равно. Я в коем то веке нормально по бухал. Ни о чем не думая. Кто нес меня в постель, кто раздевал и укладывал, эти вопросы остались за кадром. Последний день холостой жизни плотно срывала алкогольная пелена. Ну и фиг с ним, зато я зверушек спас.

— Нас утро встречает прохладой, — пропел я, когда мне на голову вылился кувшин холодой воды. Вита была в ярости, я такой ее не видел еще.

— Это какой еще девке ты защиту обещал? — орала моя наречённая.

А дело яйца выеденного не стоит. Какой, то придурок начал хвастать с спьяну какой у них герцог классный мужик. Ну и постепенно в десять раз, преувеличив, поведал моим дамам как я поспорил с управляющим фермой, как грохнул придурка, точнее сжег, как встретил и назначил Лику новой управляющей. Вот только дебил забыл сказать, что там Кирстен свое счастье нашел. Во общем если бы не канцлер, накрылась бы моя свадьба медным тазом. До него дошли слухи творящемся в моем тихом углу беспределе и он тут пришел мне на помощь. Правда ржал гад как его конь, но зато меня от несправедливой кары спас.

Во общем Вита все утро дулась, толи на меня, толи на себя. А я пустил слух, что если найду придурка, что выдумал историю с грифонами, отрублю на хрен хозяйство под корень и тем же грифонам скормлю. В общем он теперь от меня прятался, Вита дулась, канцлер ржал надо мной. Ну ладно, зато все при деле, всем весело.

Время шло, пора было одеваться, а у меня костюма то нет, за все мои шмотки мои красавици отвечали и счас они демонстративно делали вид, что не приделах. Я позвал канцлера, объяснил ситуацию на что он, подумав, махнул рукой типа — ну и хрен с ними, приказал принести вина и сообщить императору что мы у меня и ждем его. Когда пришел император канцлер быстренько вел его в курс дел, они теперь уже вместе ржали, а я остался без костюма, без невесты, без свадьбы.

В общем взяв вино, я начал наливаться до бровей. Через полчаса мне уже было все равно, костюм, свадьба, ааа забей. И все бы хорошо но все испортил Кирстен, вот пригрел змею на груди. Он ввалился когда мы тут обмывали упущенные возможности, в двух словах понял в чем прикол, незнаю где, но он отловил ту крысу, что все это начала, под угрозой отдать его мне приволок к Вите и потребовал, что тот дебил все подробно, на трезвую рассказал. Девчонки ужаснулись той чудовищной несправедливостью которую они чуть не натворили, пошли ко мне.

Но тут их ждал сюрприз, когда они увидели наши счастливые рожи то начали верещать пытаясь свалить вину на нас, на что я заявил, что ничего не знаю, свадьбу ты сама отменила, костюм мне так и не принесла и в общем мы канцлером и дядькой пойдем еще вина попьем. Охреневшая от такой ситуации Юлька рванула за костюмом, крывшая меня всеми словами Вита за Кирстоном, а мы счастливые и умиротворенные продолжали напиваться. Кирстена Вита нашла, но он мужик, наш человек, сказал что Вита сама виновата и он в планы господина — то есть меня, а тем более императора и канцлера не полезет. Мол, ему еще голова не жмет.

До одиннадцати, то есть назначенного времени осталось где то с полчаса я обвел своих собутыльников взглядом и понял, что пора. Возложив руки на голову императора я пустил силу, императора слегка покачнуло, но глаза стали трезвыми, потом тоже проделал с канцлером. Когда вернулась Юлька и Вита мы пили кофе и обсуждали порядок цен на грифонов. Надо было видеть их глаза, минуту назад мужики лыка не вяжут, а через минуту цены обсуждают. Я переоделся в свадебный костюм, император и канцлер сделали тоже.

Все это не говоря не слова. Дальше мы с канцлером вышли в место церемонии. А император ожидал дочь, которою ему вести для передачи мне. Судя по веселым глазам канцлера, ему все это очень нравилось мне совершенно не хотелось ссориться с Витой, но проучить ее было нужно. Потому мы ждали невесту с отцом.

Дело в том, что в этом мире распространены свадебные клятвы, потому я хотел потребовать от Виты клятву никогда, никого не слушать, кроме мужа. Потому что если я захочу — я изменю, но чтобы я не захотел моя жена должна верить в меня.

Во общем удалось, Вита была очень красива, это дикая, южная красота в сочетании с необузданным нравом, мне северянину, очень нравилась. Но я все равно подсунул ей клятву и с холодным видом слушал как она в полный голос, усиленный магически, на весь город, считай на всю империю произносит клятву верности. Со своей стороны я клялся любить, защищать, оберегать. Во общем когда с клятвами было покончено. Нас поженили по всем правилам этого мира. Отец невесты взял свидетельство о браке, а мы обменялись кольцами, кольца были не простые, а магические, моё фиксировало, что я муж — её что жена. Разводы тут не практиковали.

В общем все, кончилась моя холостяцкая жизнь. Дальше начался прием по случаю свадьбы. На котором было объявлено, что магистр де Вильяр, герцог Алекс де Вильяр де Сен Грэм и его жена герцогиня Витольда де Вильяр де Сен Грэм образуют первый имперский род и ставятся первыми наследниками престола. Вследствие чего ко всем прочим титулам прибавляется звание принца Алексу де Вильяру де Сен Гэму и соответственно, принцесса Витольде де Вильяр де Сен Грэм. Младшая сестра, основателя рода Алекса де Вильяра — Юлия де Вильяр, приравнивалась к званию принцессы. Юлька смотрела на меня сияющими глазенками, счастья было море.

Пока церемониймейстеры зачитывали указы, к нам подошли Император и канцлер.

— Ну, что скажете, дети — смущенно проговорил Павлий — вас теперь и детьми то, как то странно называть.

Но Витуля — умничка, обняла отца и сказала

— Папулька, ты до самой нашей старости будешь нам отцом и наставником — и поцеловала смутившегося императора.

Мы, с канцлером смотрели на них с улыбкой. Впереди еще был проезд по городу, приветствие горожан, обед в мэрии, вручение наград особо отличившемся гвардейцам из мой гвардии. Еще я хотел попросить у императора десяток гвардейцев что сопровождали меня и с ними мастера меча, у которого мне очень нравилось учиться. Я пошептался об этом с канцлером, тот пожал плечами — если они не против, то пусть оформляют переход.

Нужно было передохнуть и переодеться прежде чем дальше выполнять свадебный маршрут. Нам теперь в замке полагалось целое крыло, в три этажа, по пять помещений на каждом, и наконец на третьем этаже я нашел любимую нами террасу. Она вела из кабинета и была огорожена высокими перилами и навесной крышей от дождя. Поднявшись в кабинет я позвал к себе Кирстена, мастера меча и десятника гвардейцев. Когда они пришли я обратился к мастеру

— Мастер, позвольте спросить Ваше имя.

— Вильям Оклер, Ваше Высочество, я не дворянин.

— Еще станете, какие Ваши годы, а у меня на службе растут быстро — улыбнулся я — предлагаю Вам, господин Оклер стать моим официальным наставником по фехтованию. Что скажете?

— С радостью и благодарностью соглашусь Ваше Высочество.

— Прекрасно, теперь к вам лейтенант, представтесь, пожалуйста- продолжил дадьше.

— Родерик Катчер к вашим услугам Ваше Высочество — отчеканил офицер.

— Вам господин Катчер я предлагаю возглавить наш с принцессой постоянный эскорт. Пригласите тех гвардейцев, что уже были с нами, и кто еще желает мне служить. Но не более двадцати человек, пока, и что бы болтуна хвастливого среди них не было. Вы знаете о ком я.

— Так точно Ваше Высочество — скрыл улыбку офицер.

— Отлично, приступайте, через час мы с принцессами отправляемся в объезд города, Вы должны нас сопровождать

— Будет исполнено.

— Теперь с тобой Кирстен, останьтесь Оклер, вы входите в ближний круг — так вот, Кирстен, на вечернем приеме будет объявлено о даровании тебе дворянства и титула барона, Штейн будет официально назначен полковником моей гвардии, позаботься чтобы он присутствовал, ну и остальные штабисты, кто хочет. Сам же можешь взять Лику, представишь ее герцогине чтобы снять все сомнения.

— Сделаю Ваше Высочество — проорал Кирстен пуча глаза — а вот этого не нужно, хватит уже надо мной издеваться, я так оглохну с вами. Это касается и вас Оклер, когда мы в узком кругу. Называйте меня Алекс или герцог, как вам удобней.

— Ясно, Алекс — улыбнулся мастер меча.

— Да Кирстен, гвардии нужна новая форма, я попрошу девочек придумать, они в шмотках получше нас разбираются, а ты скажи Штейну что нужны размеры офицеров. Рост, вес, размер обуви, ну разберешься.

— Сделаю Алекс, я до вечера свободен?

— В принципе да, а еще напомни Лике, пусть разделит грифонов, половина останется в столице, а по четверти поедут на юг и восток к границам наших владений. Ну и понятно погонщиков к грифонам.

— Ясно, сделаем, я могу идти?

— Да, не опаздывай перед ужином будут награждение, назначение так что не опоздай.

— Буду — ответил Кирстен и вышел.

— Ну что же Оклер вам пока придется тоже сопровождать нас, празднества затянуться на десять дней, а вот потом начнется работа.

— Что за работа, Алекс?

— Все расскажу постепенно, пока располагайтесь, ждем гвардию — ответил я и пошел искать жену и сестру. Их я нашел в конце террасы, где они предавались мечтам.

— Ну, что, всем приказы раздал? Можем ехать? — спросила еще не совсем отошедшая Вита.

— Еще нет, ждем гвардию и кстати Юль, Вита поручите кому-нибудь или сами, если интересно, нужно придумать новую форму гвардии, но не однотипную пока только сопровождающим нас. Подумаете? — объяснил и спросил я.

— Подумаю, я у тебя вообще очень умная, младшая сестренка — довольная Юлька веселилась во всю. — Я все придумаю, а герцогиня поможет. Ведь поможешь же?

— Куда я от тебя денусь, Ваше Высочество — сказала Вита, а Юлька залилась счастливым смехом.

— Мне переодеться нужно, что одевать то Высочества обе подскажете? — пробурчал я.

— Ох, братик ну какой ты не сообразительный, сегодня же первый день торжеств вот костюм с номером один, и остальные под номерами — Юлька меня поразила простотой задумки, я бы до такого не допетрил.

— Ты умничка, сестренка — чмокнул я Юльку в щечку. — Ну вот может теперь оценишь какое я у тебя сокровище — побурчала мне в спину сокровище.

Я переоделся и подошел к Вите.

— Ну как ты, успокоилась? — спросил я. Она посмотрела на меня.

— Ты наверно считаешь меня жуткой дурой — нахмурилась она — но я же вижу какие на тебя взгляды кидают все эти придворные вертихвостки, знаешь как это бесит?

— Забудь и наплюй у меня есть жена, любимая жена, и никакая вертихвостка меня не интересует — успокоил я Виту — Ты же знаешь сколько нам предстоит работы, давай отдохнем, пока есть возможность. Ты кстати все документы наши взяла?

— Да взяла, все убрала в шкатулки, не волнуйся жена у тебя хозяйственная, — наконец то улыбнулась Вита.

— Так, вечером будем награждать и даровать Кирстена, Штейна еще кого то, кстати Кирстен придет не один, наверно он себе невесту нашел — сказал я, наслаждаясь удивлением на лице супруги.

— Да ты что, и кто?

— Увидишь — посмеиваясь про себя ответил я. Тут подошел Оклер.

— Дамы, позвольте представить вам моего нового официального тренера по фехтованию — мастер меча Вильям Оклер.

— Ой, а Вы научите меня драться так же здорово как брат? — тут же насела на несчастного мастера Юлька.

— Если будете заниматься столь же усердно, как и Ваш брат Ваше Высочество, то непременно — выкрутился Оклер.

— Ну, я очень занята — пробубнила Юлька.

— Там Катчер пришел, сказал, что они готовы — доложил Оклер.

— Принцессы, прошу на выход, нас жду счастливые горожане — усмехнулся я.

Мы вышли, я приказал Катчеру оставить охрану у входа, он на меня посмотрел так, что мне стало стыдно, ну да вздумал учить профессионального офицера охраны.

— Извини, туплю уже, закрутился — сказал я Катчеру.

— Бывает — махнул он рукой.

Для нас подготовили открытую, белую в золоте, карету, этакое ландо, по размерам похожее на земной лимузин. Мы погрузились гвардейцы окружили нас держась примерно метр от кареты друг за другом я даже не знал, что они настолько профессионально исполняют охранное каре. Ехали спокойно не знаю зачем это организовали, но люди на дороге не стояли, никто не махал, не плакал от счастья.

Всем было пофиг. Но так было пока не доехали до площади вот там то толпа разразилась приветственными криками Юлька встала справа, Вита слева и махали людям, чем вызывали еще больший восторг. Я откинулся на спинку и в этом почти не участвовал, лишь иногда по сигналу Юльки или Виты приподниматься и махал людям. Так покружили примерно часа два. Толпа была большая, да и цель была показаться народу. В нижний город выезжать не стали, врядли там есть дело до имперского рода. Объехали все вокруг, вечером на улицы вынесут вино в бочках, выйдут музыканты, будет общее веселье. А мы направились в замок.

До приема оставалось примерно часа полтора, нужно было отдохнуть, проверить все ли грамоты подписаны. Все ли приказы розданы. Я сказал Катчеру чтобы он передал Юльке размеры гвардейцев, пояснив, что форма будет новая. Он спросил про подчинение, важный вопрос, но не в нашем случае.

— Вы подчиняетесь лично мне и только мне, Ваши гвардейцы соответственно Вам, Вам также будет присвоен чин капитана. А гвардейцы, со временем, приравняются к лейтенантам. — объяснил ему структуру охранного подразделения, что хотел создать — вы первые, вас будут жестко учить да и сами вы должны учиться. Командиры для всех последующих охранных подразделений выйдут из Ваших людей — сказал я, пусть понимает весь груз ответственности — вы станете в прямом смысле моим лицом. Первыми людьми с которыми будут общаться все прибывающие ко мне. Естественно Вы должны во всем разбираться, и понимать кого допустить без досмотра, а кого если только в одних трусах. Понимаете о чем я?

— Да Ваше Высочество, мы должны сразу различать друг перед нами или скрытый враг. — понял он по своему.

— Ну в принципе так, но со временем задача станет глубже. И еще Катчер, найди мне двух гвардейцев, желательно дворян, помоложе и обученных грамоте, они станут адъютантами или секретарями, как вам больше нравиться их называть.

— Понял Ваше Высочество, сделаю.

— Сегодня будет Кирстен, надеюсь что с Ликой, помнишь её? А также прибудут мои штабные, этих людей пропускать ко мне без досмотра.

— Всех, Ваше Высочество? — спросил он.

— Всех — невозмутимо ответил я — принцесс, если они куда то идут будь то вместе или по отдельности, сопровождать всегда. Не о чем не спрашивая будут возмущаться — посылать ко мне, это мой однозначный приказ.

— Ясно Ваше Высочество.

Наконец можно немного и ненадолго расслабиться.

— Вызовите мне церемониймейстеров — приказал я.

Через пять минут, два подтянутых старичка вошли через приоткрытую гвардейцем створку двери.

— Уважаемые мейстеры, прошу прощения, что лезу в Ваши дела — извинился я, памятуя, что вежливое обращение ничего не стоит, а дает очень много — но меня беспокоят грамоты, все ли готовы, подписаны, учтены?

— Вы, все правильно делаете Ваше Высочество, своей заботой о людях, Вы внушаете нам надежду, что у империи все будет хорошо. Вот Ваше Высочество, извольте ознакомиться. Он открыл папку показывая мне грамоты Кирстена, грамоты на назначение и награды Штейну и других.

— Еще одна задача, уважаемые, на грифоньей ферме произошла смена руководства, Вы не просветите меня я назначил другого руководителя, но нужно ли подкрепить назначение грамотой или хватит устного приказа, я не в курсе. — вежливо спросил я.

— Желательно подкрепить грамотой, для работы хватит и приказа, но в дальнейшем могут возникнуть проблемы — сказал один из мейстеров.

— Тогда не возьмете ли Вы на себя труд подготовить такую грамоту, правда я не знаю фамилии той, кого назначил — смутился я.

— С этим проблем нет, Ваше Высочество, управляющая Лика нам известна, и очень хорошо, что Вы выкинули оттуда прежнего охамевшего грубияна — с улыбкой сказал мейстер.

— Отлично она сегодня должна присутствовать тут, если так и будет объявить ее и вручите грамоту, заранее спасибо, уважаемые — я поклонился.

— Мы все сделаем как Вы прикажете, Ваше Высочество — поклонились мейстеры и вышли. Разминувшись с императором и канцлером.

— Ну что, всех обаял? — усмехнулся император — мне уже докладывали, что народ восхищен принцем.

— Да, да гвардейцы его крутостью, мейстеры вежливостью. Кстати среди гвардейцев чуть дуэли не начались за право служить тебе, Алекс — посмеялся канцлер.

— Ничего, через десять дней уеду, дела то никто с меня не снимал — ответил я, думая о своем.

— Ты прими к себе еще десяток гвардейцев, все же двух десятков мало будет — сказал канцлер.

— Посмотрим потом — ответил я — я вот что хотел спросить, дядя, канцлер как бы Виту начать обучать магии? Она же одаренная и хуже точно не будет, пусть источник развивается, будет больше шансов, что сын родиться одаренным. Император с канцлером переглянулись.

— А вот это мы с тобой упустили — проговорил император — может и правда займёшься, Алекс поедет замки рушить, ей то чего с ним мотаться, пусть учиться.

— Можно — легко согласился канцлер — Хуже не будет. Ну что, пойдем на продолжение банкета?

— Давайте минут через пятнадцать, только мейстеров отпустил, им еще грамоту нужно заполнить — сказал я.

— Еще что то кому то подарил? Щедрый ты Алекс, смотри как бы не обнищать — проговорил канцлер.

— Нет, помните девочку, что грифоньей фермой управлять поставил? Решил ее официально назначить управляющей — ответил я.

— Ну так пусть доходы с той фермы вам и идут — расщедрился император.

— Да боюсь не будет там пока доходов, я их по стране и своим замкам раскидаю, одну тут хочу оставить, одну на юге, еще одну на востоке — ответил я.

— Ну рано или поздно будут, Юлиус перепиши ту ферму на их род, имперский как-никак. Пусть все официально будет. — сказал император.

— Кстати мне тут еще одно заклинание в голову пришло. На сей раз безобидное. Вы салют когда-нибудь видели?

— В детстве сказал канцлер наш замковый маг лучики света запускал в темное небо.

— Это не салют, это подсветка. Сегодня во время бала покажу — пообещал я.

Как не оттягивай время, а идти нужно люди ждут. Взяв обоих высочеств под руки мы в окружении охраны пошли в зал приемов. Мы еще дойти не успели, а громогласные мажордомы уже оглашали наши титулы. Прошли к подиуму, трон предназначался императору, справа трон поменьше мне, слева от императора — канцлеру. Вита села справа от меня, а справа от нее села Юлька. Вот кто был на седьмом небе от счастья, сбылась мечта ребенка — она стала принцессой.

Начались награждения. Мейстеры встали перед нами на пару ступеней ниже. Первым шел Кирстен, замок назывался Ла Винт аль.

— За выдающиеся заслуги перед имперским родом де Вильяр. Магистр Пьер Кирстен награждается лунным орденом, также ему жалуется дворянская грамота и титул барона де Ла Винт аль. Магистр Пьер де Кирстен, барон де Ла Винт аль подойдите к его Высочеству. Да, да награждал я, это же перед моим родом заслуги. Я встал за спинами мейстеров, что вручали грамоты, я последним прикрепил орден ему на грудь.

— Благодарю, Ваше Высочество — склонился де Кирстен.

И всем стало понятно, что это на сто процентов мой человек. Он спиной отошел на пару шагов потом развернулся и прошел к придворным. Рядом с ним стояла симпатичная, молодая женщина, и я с удивлением узнал Лику. Улыбнулся им.

— Ты кому там глазки строишь — побурчала Вита, опять за свое, этак она мне жизнь в ад превратит.

— Видишь де Кирстена? — спросил я.

— Да.

— А даму с ним рядом?

— Это и есть его избранница?

— Именно, как она тебе?

— Ну не красавица как я но для де Кирстена отличный вариант.

— А знаешь как ее зовут? Лика — улыбнулся я видя как лицо жены краснеет.

— Так этот урод и правда меня обманул, найду и отрежу все, что можно — резко успокоилась Вита.

— Ну, можешь охране команду дать, притащить его тебе.

— И дам, вечером же прикажу — кровожадно оскалилась Вита.

Награждение пошло своей чередой, я сделал Штейна полковником, от чего он засиял как начищенный золотой вешал ордена и медали, кстати за любую награду, точнее в придачу к ней шла и денежная премия. И выше чем награда, больше премия. Так что у народа сегодня есть серьезный повод расслабиться. Наконец потом награжденных закончился, начался сам прием, потом будет бал и фуршет. Вита между тем куда то ушла и я с удивлением заметил ее рядом с Ликой которой тоже торжественно вручили грамоту на управление фермой. Теперь она официальный управляющий нанятый моим родом. Немного беспокоясь за судьбу Лики я посматривал в их сторону, но к моему удивлению они с Ликой смеялись над чем то.

Вспомнил что обещал императору салют, проверил формулу, сказал императору через пять минут выходить на террасу и вывести туда всех приглашённых. Поднялся на крышу замка. Вставив в формулу медь насыщенную кислородом, олово, серебро все насыщено кислородом я выстрелил заклинанием на максимальную высоту. Получилось неплохо настоящий салют, потом закрутил заклинание — получилось как будто воронка росла все выше, и потом раскрылась и опала яркими огнями. Народ внизу хлопал, свистел, они никогда не видели такого зрелища. Сделав еще десяток воронок стрел и змеев я почувствовал усталость и спустился назад. Народ в зале бурлил от эмоций, никто не знал что за маг мог сделать такое.

Только Вита и Юлька довольно улыбались, уж они то сразу догадались кто это сделал, наверно де Кирстен тоже сразу понял. Канцлеру и императору тоже понравилось. Мы неспешно беседовали, наверно со стороны странно было, что молодому парню интересней со старыми царедворцами, чем со своими ровесниками. Но мне было наплевать. Мы договорились об уроках магии для Виты и Юльки. У меня же был Айзек, мне хватало его ускоренных курсов. Сейчас мне хотелось изучить школу мастера меча, хотелось фехтовать мечом также красиво, как он. Начинались танцы, нам с Витой тоже предстояло покружиться по залу, я специально изучал этот танец он в принципе был похож на вальс. Я вышел на середину зала, Вита подошла ко мне, музыканты заиграли неспешную мелодию и мы закружились, сперва медленно, потом мелодия все ускорялась мы кружились все быстрее Вита закрыла глаза довершись мне. Я не подвел, когда музыка, достигнув пика скорости, резко стихла мы стояли именно там откуда начали танец. Это был высший пилотаж. Раздались аплодисменты. Мы пошли к своим местам.

— Ты оставайся, если хочешь, а я пойду отдыхать — тихо сказал я Вите.

— Эй, а первая брачная ночь? — возмутилась она.

— Вот и пойду готовиться, поужинаю и буду ждать тебя — я поцеловал уголок ее губ.

— Я не долго, только до фуршета — сказала она, смущенно опустив глазки.

— Хочется потанцевать? — улыбнулся я.

— Угу.

— Хорошо, только имей в виду, что я тоже умею ревновать, а в убийстве людей со мной мало кто сравниться — напомнил ей я. Так, на всякий случай.

Я сказал старшим что пойду, устал что то. На вопрос о первой брачной ночи отшутился что стесняюсь. И пошел к себе. Со мной пошли четыре гвардейца, образовав каре, у входа в наше крыло встали двое, еще двое встали около двери. Но отдохнуть мне конечно не дали. Заметив, что я ушел за мной пошли де Кирстен с Ликой, видимо хотели поблагодарить, Оклер, Штейн и еще пара офицеров. Пропустили их без вопросов, ну да, я же сам приказал. Приказал принести вино.

— Ну, что господин барон де Ла Винт аль, когда штат слуг набирать будешь? — подшутил я над Кристеном. — И вообще когда свадьба, я что один такой?

— Ваше Высочество, мы хотели поблагодарить Вас за всё что сделали, делаете и еще сделаете для нас — вступила в разговор Лика.

— Кирстен мой старый наставник и учитель, Лика, он вытащил меня с того света после покушения, он столько раз в жизни рисковал за наш род, что никаких пальцев не хватит. Так что он будет и дальше расти, вместе с ним и его жена и надеюсь дети — по доброму улыбнулся я. — Наливайте вина отпразднуем все, что случилось сегодня.

— Ваше Высочество — проговорил Штейн — Я ваш преданный слуга и надеюсь мне будет где доказать вам свою преданность. А пока я клянусь вам все вверенные мне войска всегда будут в отличной форме и готовы к любым неожиданностям.

— Хорошо Штейн, для начала нужно переодеть гвардейцев то что было нормально для сильного, но графского рода не годится для имперского. Надеюсь ты понимаешь это. Но это только первое. — начал я — вам придется как минимум удвоить тренировки. И не как было, я видел как было. А всерьез. Я установлю с мастером вам нормативы. Кстати вы познакомились с мастером меча?

— Столица не так велика, таких людей — как мастер меча должен знать любой уважающий себя гвардеец — улыбнулся Штейн.

— Это хорошо, так вот нормативы и сроки. Всех кто не сможет выполнить нормативы, будет ждать еще один, он же последний шанс. Лентяи и пьяницы мне в гвардии не нужны. Так потом и доведете до личного состава — жестил я взяв бокал с вином. — За нас господа, за будущее.

— За будущее — дружно откликнулись офицеры.

— Лика ты определилась кто куда у тебя отправиться?

— Да, Ваше Высочество почти.

— Не забудь, праздновать осталось девять дней, потом наваляться дела. Нужно быть готовыми. — Это всех касается. Барон вон замок то получил, но он не в курсе что его в лучшем случае придется серьезно перестраивать. Почему. Да потому что там внизу, в подземельях черное капище. Замок то принадлежал темному, даже черному роду. Вы вряд ли хотите, что бы в один из дней оттуда вылезла какая нибудь страхолюдна, по типу той, что я убил. Вот так, господа.

— А остальные замки? — посыпались вопросы.

— Остальные скорее всего будем сносить.

— А как без замков то, как крестьяне будут? — спросил Кирстен.

— Ну а что ты предлагаешь? Людям их раздавать нельзя, их либо поработит тьма, либо сожрут демоны. Сам я там жить не хочу, с демонами я конечно справлюсь, но вот с тем что просто противно, до рвоты, вряд ли. Засыпать капище можно, но нет гарантии что не полезут. Потому есть предложение снести к такой то матери, и в другом месте построить новый, чистый замок. А крестьяне, либо поймут и потерпят, либо нет. Гнать их с насиженных земель я не буду. Увидим в общем. Так что пока отдыхаем, но имейте в виду, дел у нас очень много. Вы же со мной?

— Не сомневайтесь Ваше Высочество — послышался разноголосый хор. — Ну вот и хорошо. А сейчас отдыхать, праздновать это приказ.

— Ура Его Высочеству. Я улыбался, а что, приятно черт.

— О чем вы там с Витой шептались, Лика, если не секрет конечно — спросил я.

— Во обще то секрет, но вам можно. Вита рассказала какой скандал, устроила сегодня чуть свадьбу не сорвала. И какой дурой почувствовала себя, когда во всем разобралась. Повезло Вам с женой, горячая конечно, но умная и ошибки признавать умеет.

— Это мне с ее отцом повезло, воспитал хорошо — сказал я.

— Это кому там со мной повезло? Чего затек хвалишься — вошел император за ним канцлер.

— Хвалюсь Ваше Величество. — засмеялся я.

— Вы тут в кругу боевых товарищей сидите, можно мы с вами посидим? — спросил канцлер.

— Конечно Ваше Сиятельство. Попробуй, откажи императору и канцлеру империи.

А народ между тем пробрало, я и не замечал как легко общаюсь с двумя первыми лицами империи.

— Кстати, Алекс, а почему ты не хочешь из своей гвардии взять людей в охрану? — спросил канцлер, пока император наливал всем вино, вызвав ступор у людей.

— Штабные не потянут, а боевых частей я не знаю, не проверять же каждого лично.

— Зачем лично то. Вон у тебя мастер меча сидит, гвардия охрану несет, их и пошли.

— Мастер мне самому нужен, мне еще учиться и учиться (на что мастер покивал, довольный что я это понимаю) гвардейцы из охраны тоже нужны. Вот попразднуем, с делами разберемся, потом можно всерьез формированием заняться. Кстати, Ваше Сиятельство, у вас случайно архитекторов хороших нет?

— Случайно есть, а тебе зачем? — улыбнулся канцлер.

— Сносить, строить, снести я и сам могу, а вот построить увы — сделал кислую рожу я.

— Все же решил сносить, ну да, так оно правильнее всего будет. Будет тебе архитектор и не один, и команда строителей будет — сказал канцлер.

Народ уже понял, что все те планы, что я говорил, давно обговорены и одобрены на самом верху. Выпили еще раз за будущее, подходило время ужина. Я ждал Виту, ждал с нетерпением, несмотря на усталось мне хотелось ее, хотелось доставить ей удовольствие какого она еще никогда не чувствовала. И она почувствовала, не успели эти мысли прийти мне в голову как дверь без доклада распахнулась на пороге стояла грозная жена. — Опять моего мужа спаиваете, ну-ка идите все отсюда — набросилась она на ошалевших от такого обращения офицеров.

Император с канцлером ржали довольные, что у нас все хорошо. Отальные поняли, что у нас еще много дел на сегодня и поклонившись вышли.

— Я так и думала, стоит тебя оставить все эти пьяницы набегут — улыбнулась Вита, показав что шутит.

— Как потанцевала. Мне стоит напрягаться? — нахмурившись для вида спросил я.

— Когда твоя жена такая красавица, напрягаться стоит всегда — улыбнулась довольная моей притворной ревностью Вита.

— К Юльке очередь из женихов уже.

— Ну очередь то я прорежу на половину, а может и на две трети — очень серьезно сказал я. — Ой да брось, пусть флиртует пока ей интересно. Как полюбит кого весь флирт из головы выдует — сказала Вита, а я усмехнулся, вот она себя и сдала.

— Она у меня спрашивала, как и когда я поняла, что мне нужен только ты, я объяснила.

— Давай покушаем, и пойдем в постельку, мне нужно много чего тебе показать — сказал я. Вита сразу засмущалась. Но ничего, раскрепостится, не сразу, со временем. Между тем нам привезли ужин, тут его не носили, а возили на невысоких тележках, почти как на земле.

Мы наконец покушали и пошли в кровать. Я повернул Виту спиной к себе и начал расстегивать платье, нежно поглаживая ее спинку, сняв платье я не дал ей спрятаться под одеялом, а развернул лицом к себе стал ласкать ее грудь, поглаживая по попке, иногда нежно проводя пальцами между ножек, смущающаяся по началу Вита, скоро задышала очень часто и тяжело, между ножек все очень намокло, я положил ее на кровать приподняв попку начал медленно заходить в нее, мне очень хотелось сделать все нежно, так что бы ей понравилось. И наконец я прошел тупичок, и вошел в нее полностью. Вита выгнулась всем телом, двинулась мне на встречу, застонала я ускорил темп она застонала сильнее потом начала дрожать и в этот момент я подал силу себе в орган и мы одновременно, под ее крик кончили. Позже мы еще трижды были близки, молодое тело бурлило от желания, что ее, что мое. Успокоились только к утру. Проснулся прям к завтраку, а завтрак обычно в девять в девять тридцать. Учитывая, что уснули мы где, то в пятом часу. Как ни странно, чувствовал себя отдохнувшим. Видимо скинул давно копившееся напряжение. Вита тоже проснулась, у меня появилась мысль, но мысль ушла вместе со звонком.

Нам у же давно никто не звонит, потому я даже сперва не понял, что это. Потом только обратил внимание на трубку, и улыбающуюся рожу на экране. Звонил император.

— Слушаем Вас Ваше Величество — сказал я.

— Можешь называть меня папой — радостно заржал император.

— Мы только проснулись и еще не все понимаем — пробурчал я.

— Ой, да ладно Вам, половина дворца слышала Виту этой ночью, представлю как ей завидовали, ахах — опять засмеялся император.

— Папа- взвыла Вита — ты меня смущаешь.

— Дочь, ты взрослый человек, чего тут смущаться все семейные пары так проводят ночи, правда не всем так хорошо как, видимо тебе было этой ночью — опять смеялся император, но в этот раз Вита не повелась.

— Мне и правда было чудесно этой ночью, мой муж просто кудесник — спокойно ответила она.

— Хмм, тогда я очень жду внука — видимо понял, что больше потроллит дочь не получиться сдался император.

— Завтракайте и готовьтесь, мы с канцлером скоро к вам зайдем.

— Мы с тамарой ходим парой, санитары мы с тамарой, они хоть спят по одному? — промычал я.

— Хихихи — засмеялась Вита — а ведь и правда, последнее время они постоянно вместе.

— Да бог с ними — главное, что нам хорошо, я поцеловал жену.

— Я в ванну, черт нужно душ уже изобрести.

— Что такое душ? — наивно спросила Вита.

— Вода будет падать, точнее литься сверху через тысячу маленьких дырочек, это должно быть очень приятно. — ответил я.

— Так в чем проблемы? Дай команду пусть пустят воду сверху — сказала Вита.

— Не все так просто, ладно будет время я нарисую что хочу — придумаем что сделать.

— Это будут очередные деньги, удачно как я замуж вышла.

— Тебе денег мало, Зай?

— Денег много не бывает, к тому же не забывай о престиже.

— Охохохо, дела мои сложные — взвыл я, и пошел в ванну.

Вита пока встала, о чистоте жилья заботиться не нужно есть люди, слуги, это их работа. Потому Вита одела халатик, подошла к зеркалу, сняла халатик, полюбовалась на себя. Ей взгрустнулось, она и правда сильная одаренная, потому сразу поняла, что для зачатия ребенка хватило первого раза. Значит скоро она будет толстой и некрасивой и Алекс не будет с ней такой нежный. Она заулыбалась наслушавшись подруг, она очень боялась, что ей будет так больно, что она не сможет быть с мужем. Но Алекс был таким нежным, что очень быстро она забыла все страхи. Ей было хорошо, так хорошо, как никогда не было, казалось она взлетала к звездам, а потом падала в огромную пропасть, чтобы снова взлететь и так продолжалось раз, за разом, пока она не почувствовала себя выжатой насухо. Только тогда Алекс позволил ей расслабится, он обнял ее и она благодарно заснула.

— Милая, ты тут? О чем задумалась? — спросил Алекс.

Она настолько ушла в себя, что даже не слышала как он подошел.

— Алекс, я чувствую, через девять месяцев у нас будет сын — абсолютно серьезно сказала она. Алекс просто обнял ее, опустился на колени и поцеловал животик.

— Я жду тебя — прошептал он.

Но Вита услышала. Улыбнувшись она выскользнула из его объятий и ушла в ванну. Я подошел к двери, приоткрыл ее, там стояли невозмутимые гвардейцы.

— Вызовите ко мне повара, или если он занят, то любого помощника. Мне нужно сделать заказ — сказал я.

Через пять минут прибежал сам повар.

— Извините, уважаемый, что отрываю Вас от дел, но мне нужна ваша помощь — сказал я. — Все что угодно Вашему Высочеству.

— Вы же знаете что мы вчера поженились, мне нужно много сил, очень много сил, я не хочу прибегать к магии, потому прошу Вас. Составте, пожалуйста наше меню так, что бы у меня и жены было много сил для зачатия наследника. Насколько я понимаю нам требуются разные продукты? Вы можете запрашивать любые продукты, или даже покупать. Я все оплачу, сколько скажите.

— Ну что вы, Ваше Высочество, для вас, на благо империи я все сделаю. — Сделайте, но счет мне принесите, потом, поверте — я не обеднею заранее спасибо, уважаемый мастер. Я поклонился ему он мне, и он пошел готовить.

— С кем ты говорил, я поняла, что с мужчиной, но не поняла о чем.

— Я вызывал старшего повара, с этого дня у нас будет особое меню.

— Милый, ты так заботишься о нас. — Вита обняла меня.

— Давай оденемся, — мы были в халатах. — скоро придет император и канцлер.

— Кстати, через девять дней, после окончания торжеств. Мне придется ненадолго уехать, нужна инспекция по нашим замкам. Ты останешься тут. Не спорь. Ты будешь учиться, учиться магии. Учить тебя будет магистр де Криптон.

— Канцлер? Ого он давно уже никого не учит, говорит его бесят ученики. Он даже академию бросил, хотя был деканом. Как ты его уломал?

— Не я, Точнее не один я, мы насели на него с твоим отцом, ему некуда было бежать, что вот как то так — пошутил я.

— Хммм, а как ты отца уломал? Он вообще то был против моего обучения магии — еще больше удивилась Вита.

— Раньше был против, теперь за, все меняется малыш, и люди тоже. — сказал я.

В этот момент нам прикатили завтрак. Ммм, жареные креветки под белым соусом, жареный бекон с пятеркой яиц, Кофе с молоком, причем густой такой. Это всё мне.

Вите рыба, овощи и сок, судя по запаху свежайший. Мы набросились на еду, все таки ночка нас здорово вымотала. Смели все за каких то десять минут.

— Да, хорошо, но мало.

— Так закажи еще. Я говорил с поваром, хороший повар, а тут хороший повар, знает не просто как вкусно приготовить блюдо, но для каких целей нужно есть то или иное, и в каких количествах. Я привык доверять профессионалам, вообще я считаю, что всем в этой жизни должны заниматься профессионалы. Посуду убрали, я попросил передать благодарность повару, и напомнил о нашей договоренности. Тут и император с канцлером зашли. Не дав им сказать не слова, Вита обянала отца и чмокнула в щеку, потом поклонилось канцлеру.

— Спасибо папа, я всегда хотела учиться магии. — поблагодарила она отца, кажется окружающие у меня учатся, перенимают мою линию поведения.

— Вот муж твой уедет по делам, а ты будешь учиться.

— А куда он поедет, там опасно? Я похолодел все, счас меня сдадут, — но канцлер бросил равнодушный взгляд на меня.

— Да нет, замки свои проверить, вы же теперь не графский род, что было в порядке вещей раньше, теперь не допустимо. Как они поняли, что я то же самое наплел? Хотя почему наплел? Замки Халефильдов теперь тоже мои, и что с ними делать, мне решать. Вот проверю и снесу. Так что никакого вранья.

— А что за диету ты вам заказал, Алекс? Кстати, повар после общения с тобой, от тебя в восторге, всем говорит, что именно таким должен быть настоящий господин и принц. — проговорил император. — Так скоро нас с канцлером ни во что ставить не будут, все к тебе будут стремиться.

— Отец, канцлер я должна кое что сообщить — очень серьезно начала Вита, они уже напряглись и тут. — Я беременнаааааа.

Чуть не оглушил всех нас вопль Виты, наверняка его слушали не только в нашем крыле. — Откуда ты знаешь, с чего ты взяла? — спросил император.

— Я сильная одаренная отец, я чувствую такие вещи. Как только произошло, так в организме сразу начались перестроения, я чувствую их все.

Император посмотрел на канцлера, канцлер посмотрел на Виту, потом на меня. Я пожал плечами, я ничего не чувствую.

— Ну не знаю, все возможно. — сказал канцлер.

— Я только через пару недель почувствую в ней изменения. Но она может и правда чувствовать, она женщина, и правда сильная одаренная, это я тебе еще лет пять назад говорил.

— Говорил, говорил, подождем, но пока примем за факт, что пятьдесят на пятьдесят — сказал император.

— Вы мне не верите? — тут же взвилась Вита — ах так.

Не знаю, что там за ах так такой, но я сгреб своё бушующие чудо.

— Тихо, тихо ты не должна волноваться, я тебе верю, а отцу просто страшно, боится, что ты ошиблась и не хочет расстраиваться потом. И вообще на нас, мужиков такие новости вываливать нужно осторожно, частями желательно, мы существа слабые, психика у нас нежная, нас беречь надо — пока я нес всю эту охинею, Вита успокоилась.

Два великих царедворца смотрели на меня ошарашенным взглядом.

— Зайчик, приводи себя в порядок, не волнуйся и не спеши, мы пойдем смотр гвардейцам устроим — сказал я, отпустив Витулю и подтолкну к столику с ее всякими премудростями. Пока она садилась и еще не понимала, что побуянить ей не дали, мы смылись.

— Ты где такого нахватался? — удивился Павел.

— Не знаю, не помню, но складно же, и смыться удалось — пошутил я. — Я вот подумал, может ну его нафиг её магии учить?

— Что так, сам же хотел — спросил император.

— Да вот в прошлый раз на меня кувшин холодный волы вылили, неприятно, но пережить можно, а если бы молнию бросила или огненный вихрь? Все задумались.

— Да уж — эту глубокую мысль выдал канцлер.

— Угу, и останетесь вы без принца, меня, то есть, такого милого и хорошего, и всеми любимого.

— Ммм — а эту глубочайшую мысль, выдал император.

— Зато не придется переживать, что ко мне вся служба сбежит — немного поиздеваться тоже не грех.

— Да ладно тебе, я же пошутил — сказал император.

— Но уже обещали как бы — неуверенно произнес канцлер.

— Я своему слову хозяин — гордо сказал император — как дал, так и взять могу. — уже тише закончил он.

Эк их зацепило то, может сказать, что пошутил и со мной все равно ничего не будет? Не пусть переживают раньше воспитывать нужно было.

— А насчет ребенка права Вита, я столько сдерживался, что в первый раз из меня семя вместе со светом этим, божественным вылетело — сказал я.

И снова две молчаливые статуи.

— Так чего ты молчал, чего сразу не сказал — заверещал будущий счастливый дед.

— При Вите нужно было сказать?

— Ммм ты прав, что то я погорячился. — тут же успокоился дед.

— А ты уверен, что это гарантия? — спросил более сдержанный канцлер.

— Не в чем я не уверен даже не знаю, что это за хрень такая, но знаю точно, что демонов сжигает, мозги лечит, может и тут поможет — сказал я — в общем давайте делать, что должны, и пусть будет что будет.

— Во сказанул — улыбнулся канцлер, — ты иногда такие мысли рождаешь, что хоть записывай.

— Устами младенца глаголит истина — снова ляпнул я непонятную для них фразу.

— Во, во, вот об этом я и говорю. — побормотал канцлер.

Выйдя во двор, мы сразу увидели моего капитана Катчера.

— Капитан обратился я к нему, мы получили разрешение на вербовку к нам в охрану еще — я поморил на канцлера.

— Ну скажем еще десять человек — подтвердил канцлер.

— Еще десять бойцов, проведите учебные поединки, выберите лучших, по их человеческим качествам смотрите сами не мне вас учить.

— Будет сделано, Ваше Высочество — ответил, как всегда, браво капитан.

— Мастер Оклер, пока я занят, к сожалению увы торжества тоже работа, займитесь, пожалуйста, бойцами как новыми так и уже зачисленными.

— Я понял, Ваше Высочество — также браво ответил мастер меча.

— Вот как у тебя так получается, все тебя слушают, всем ты нравишься — спросил император.

— Ваше Величество, ну во-первых не всем, канцлер помните грифонью ферму? А во вторых, я не чувствую себя в чем то лучше или выше этих людей. Мастер меча лучше с мечом, капитан Катчер лучше умеет служить и знает свое дело, зачем я буду им что-то приказывать, когда нормального человека достаточно вежливо попросить? К тому же я намного младше всех этих людей, и если я хочу к себе нормального отношения почему к ним я должен относиться хуже, как то так — ответил я.

— Вот так вот, учись Павлий, а то все нос задирал — посмеялся канцлер.

— Мне вообще нравится твой подход к людям Алекс, с другой стороны когда ты видишь откровенное хамье, ты не умеешь сдержаться. Но может оно и к лучшему. Ты скоро повзрослеешь станешь умнее, хитрее и очень скоро превратишься в прожженного политика. Мне будет очень жаль если ты утратишь свою не сдержаность по отношению к мерзавцам. — проговорил негромко канцлер.

Я неопределенно пожал плечами, мне нечего было сказать, что будет то и будет. Вита однако задерживалась и мы решили вернуться посмотреть, чем она таким занята. Но встретили ее на лестнице, я чмокнул жену в уголок губ.

— Мы тебя потеряли, милая — сказал я.

— Я нашлась, какие сегодня планы отец — спросила Вита, спокойно спросила.

— Вы должны посетить театр, магическую академию и все на сегодня. Примерно часа три всего — ответил Император.

— Ну тогда едем, раньше отмучаемся — сказала Вита.

— Где Юлька — шепотом спросил я у жены.

— Спит — также тихо ответила она.

Я огляделся. Неподалеку был капитан.

— Катчер, мы выезжаем — крикнул я ему.

— Минуту — ответил он и бегом придерживая меч бросился отдавать приказы.

— Ну вот, а мои люди пешком ходят как бы я не спешил — завел свою шарманку император.

— Повесить, что ли парочку? Как думаешь Алекс.

— Я вообще не любитель жестких, карательных мер, но иногда, проще показать на примере, что будет с теми кто вздумает вставлять палки в колеса чем долго пытаться в чем то убедить — ответил я.

— Вот, Паша тебе еще урок от зятя учись студент, ты думаешь чего они при нем все бегают? Он прошлого полковника избил и повесил на створке ворот за то что тот дурень пытался возражать — усмехнулся канцлер.

— Он грубил еще — буркнул я.

Между тем прибыл эскорт мы сели в карету император и канцлер сели с нами. Катчер уточнил маршрут у императора и скомандовал вперед. На улицах был народ, некоторые просто проходили, кто то улыбался и махал нам. Люди как люди. Театр оказался впечатляющим зданием, он напомнил мне половину колизея. Я подумал неужели тут бывают аншлаги? Мы въехали внутрь прямо в своем шикарном ландо. Там нас ждали распорядитель и многие служащие. Нам предложили пройти за сцену, чтобы потом выйти на нее во всей красе. Мы так и поступили. Пока шли за сценой актеры стояли у стен и кланялись я приветливо улыбался Вита с интересом смотрела на актеров, что видела только на сцене, императору и канцлеру было все равно. Ближе к делу меня просветили, что в театре нас ждут не просто люди, а журналисты. Разные печатные издания, за неимением компьютеров и телевидения, тут были очень распространены.

Выйдя на сцену мы уселись в стоящее посредине кресла, в уже сложившемся порядке, гвардейцы встали перед нами. Распорядитель вышел вперед и начал приглашать журналистов задавать вопросы. Большинство вопросов конечно же было адресовано мне.

— Скажите, Ваше Высочество, как вам удалось так быстро уничтожить не слабый, к тому же темный род?

— Как Вы надеюсь еще помните, мой род де Вильяр был во-первых не слабее, во вторых мы светлый род, у нас всегда хватало друзей, и в третьих мой отец был военным и связей в военном мире у нас, а теперь у меня хватает.

— То есть Вы подключили свои связи и просто вырезали род Халефильдов?

— Вы наверно не в курсе, что всю мою семью, моих братьев, мать, отца буквально вырезали Халефильды, напав на безоружных, подвергнув опасносности нашего славного императора. А мою младшую сестру похитили. Представте себе маленького ребенка, девочку в сыром и мрачном подземелье. Я вообще удивляюсь как она вытерпела эти жуткие издевательства и не сошла с ума.

— А где сейчас ваша сестра, почему мы не можем с ней поговорить?

— Моей младшей сестренке назначили лечение, она каждый день, каждое утро должна проходить через врачей. Как вы думаете это нормально, для двенадцатилетнего ребенка? И Вы хотите чтобы я привел ее сюда? Чтобы Вы, именно Вы травили мою маленькую девочку? Вы этого хотите? Вы темный? Если это так, то я вызываю Вас на поединок, прямо тут, на глазах Ваших коллег. Жду ответа. Деваться мужику в принципе было некуда.

— Я принимаю вызов щенок и убью тебя за своих родных — ответил поверженный Халефильд.

Я встал, снял ножны и вытащил меч, он тут же засиял как будто красуясь перед публикой. А вот Халефильд побледнел. Положив ножны на кресло, я подмигнул Вите, поклонился императору и вышел к противнику. Тут же все стороннее звуки как отрезало. Айзек в голове сказал, что Халефильд будет использовать черную магию и предложил сразу накинуть божественную броню. Но я ответил, что рано, что его нужно не просто убить, а унизить что бы ползал в грязи.

Он сказал, что накинет броню в момент удара Халефильда.

— Только постарайся не проспать, уж очень помирать не хочется — пошутил я.

— Шути, шути, ладно не отвлекайся.

Вокруг Халефильда закрутился черный вихрь. И двинулся ко мне. Я стоял спокойно, зная что мне это ничем не грозит. Щупальца вихря попытались меня ощупать, но тут Айзек активировал божественную броню, щупальца отбросило, мне даже показалось, что я услышал обиженный вой. Я подал силу в руки, и меч полыхнул белым светом. Одним ударом я отсек Халефильду ноги, обе две. Подошел и кончиком радостно играющего меча отсек ему левую руку у плеча. После не спеша обошел его, и выбил меч из его руки ногой, его меч подлетел в воздух, и когда он падал я просто перерубил его своим мечом. Потом ногой врезал по морде Хелафильда. Опять аккуратно его обошел и отрезал левое ухо, потом так же прошелся и отрезал правое. Он что то орал, что типа я хуже любого темного, я посмотрел на него и ответил.

— Я не жру плоть демонов и не пью их кровь, я не насилую маленьких девочек и мне спариваюсь с мальчиками. Я не приношу сотни юных девственниц на черный алтарь, чтобы вызвать ту тварь, что я убил. Так что я не такой, как ты, но таких, как ты

— Я клянусь перед всеми Вами, перед светом и солнцем Я, магистр, принц и герцог Алекс де Вильяр де Сен Грэм буду убивать пока не уничтожу до последней твари топчущей этот прекрасный мир-клянусь. Поднял я меч в верх и тут как будто солнце осветило всю мою фигуру, а в меч влетела белая молния.

— Моя клятва принята — сказал я громко и четко после отсек Халефильду голову. После отличным, отработанном на демоне ударе, запулил ее журналистам, а на тело направил огненный вихрь. Через минуту от последнего Халефильда не осталось даже пепла. Поднявшись на сцену я спросил у журналистов.

— Вы еще что то хотите знать или мы на этом закончим?

Большинство просто молча поклонилась мне. Я повернулся к креслам, император и канцлер уже стояли, подал Вите руку она легко поднялась и мы ушли. Через ряды актеров, служащих прошли молча, нас окружали гвардейцы. Вышли сели и поехали.

— Отец можно мы не поедем в академию?

Спросила Вита.

— Можно — ответил император.

Но я был не согласен.

— Почему, мне интересно посмотреть академию, отец очень хотел, чтобы я учился в ней — сказал я. — К тому же нас ждут, пока до них новости дойдут мы успеем пообщаться и с профессорами, и со студентами. Я не хочу обманывать ожидания людей, они совсем не виноваты в появлении Халефильда. И еще, я очень хочу чтобы мой сын учился в старейшей академии империи.

И император и канцлер смотрели на меня уважительно. А Вита просто прижалась ко мне.

— В академию — скомандовал император.

Единственное, что мне хотелось это пить, или выпить. Я подозвал ближайшего гвардейца через секунду он унесся куда то вперед. А еще через пять минут протянул мне пыльную бутыль, которую спешно обтер своим камзолом. Я лихо выбил пробку (видел так гвардейцы вышибают, это у них шик такой, гвардейский) и присосался к бутылке. Выпив почти половину, протянул императору и он взял, а потом передал канцлеру. Перед академией стояла толпа в академии стояло народу еще больше. Мы аккуратно въехали внутрь во двор. Нас встречал ректор, невысокий сморщенный человечек, но в звании архимага. Зашли внутрь академии, и пока ректор общался с императором и канцлером пошли по этажам. Меня было легко узнать, Вита еще утром прицепила мне мою награду — пятнадцати лучевую звезду. Это я к тому, что мне очень не хотелось больше никого убивать. Утомительно это. Прошли этаж никого не встретив, заглянули в кабинеты, прошли еще один этаж и уже на спуске все таки нарвались на пару придурков.

— Ты посмотри какая девочка, я ее хочу — рявкнул здоровый идиот.

Его дружок видимо был поумнее указывая мне на грудь и что то пытаясь втолковать дебилу. Но тот ослеплённый красотой Вита и своей молодецкой силой ничего не хотел слушать. Убивать барана не хотелось, потому я резко прыгнув вперед еще прыжке влепил ему прямой в подбородок. Убить не опасался, у таких ослов обычно шея как у быка. Тем не менее из сознания я его выбил. Заломав его руку в жесткий болевой и приказав его приятелю идти рядом мы продолжили спускаться уже видя своих. Тут очнулся придурок и опять начался цирк. Сперва он попытался вырваться, но ручка бобо потом начал грозить мне жуткими карами, что его отец барон какой то там на меня собак спустит все это на глазах и ушах ректора, императора, канцлера и гвардейцев.

— Капитан, как звать барона запомнил? Где замок потом найдем будет в хозяйстве прибыток. Прирдука определить в нижнюю темницу, но не одного ему так моя жена понравилась, вот пусть побудет женой какого нибудь пахана — обернулся к молчавшему приятелю дебила.

— Чего взбледнул? Ты ничего плохого не сделал, сам всё расскажешь ректору? Или тебе помочь.

— Сам — ответил он. Я швырнул придурка своим гвардейцам.

— Мы во общем то все увидели, дочь я сюда низачто не пошлю, а вот сына можно — сказал я ректору.

— Я тебе пошлю сына, чтобы мой мальчик с таким быдлом учился да не за что — опять взвилась Вита не понимая, что я шучу.

— Увы Ваше Высочество работаем с тем кто есть — сказал ректор.

— Вас ждут студенты, Ваше Высочество, уделите нам полчасика, надеюсь инцидент с придурком не отбил у вас охоту поговорить с нормальными студентами.

— Не отбил, ведите.

Мы вышли на полигон, там было несколько сотен человек. Не на полигоне, они сидели на трибунах. Виту, императора и канцера я оставил с ректором. На середину вышел я один.

Вита пошла к Юльке помочь доделать мундир, да и потрепаться по-женски. А я, раз уж время есть, решил все же сделать душ, постоянно принимать ванну, нет времени, а иногда и сил, гораздо проще будет смыть пот в душе. Взял лист бумаги, и начертил примитивный чертеж. Вызвал мастеров магов — сантехников, и такие есть тут, слабые маги которые мало что могут. Показал им чертеж, объяснил свое желание.

Оказалось все решить очень просто, они заказали трубы с встроенными кранами у мастеров металла, гибкий шланг у оружейников, ручку с разбрызгивающими отверстиями тоже у оружейников. Мастера металла протянули трубы на чердак, где поставили магический насос, на трубу с горячей водой я наложил руну подогрева, это кстати оказалось самым сложным. Собрали устройство в ванной и включили воду. Все отлично работало.

Я выдал каждому мастеру по сотне золотых и отпустил их. Сам же вызвал Катчера.

— Катчер, пошлите гвардейца в бюро патентов пусть пришлют двух специалистов и возьмут с собой патенты, как пошлешь гвардейца, зайди к Юльке, там сейчас Вита, возьми у нее чек, на двадцать. Нет лучше на пятьдесят тысяч золотых. Потом возьмешь своих и отправитесь в имперский банк, получишь деньги и сдашь жене, она решит куда убрать. А что бы ты этим не занимался, нужно было найти мне адъютантов, я тебе говорил? — спросил напоследок я.

— Да, Ваше Высочество, да закрутились мы то одно, то другое, как выполню все распоряжения, тут же поищу, — повинился он.

— Иди — сделает хорошо, забудет, сам будет бегать. Сам прошел наконец в душ. Какой же это кайф, я наверно полчаса балдел под душем, наконец вылез и оделся. У нас уже сидели император и канцлер и пили кофе.

— Мы слышали, ты послал за людьми из бюро патентов. Что еще придумал? — спросил император.

— Идемте, покажу — зашел в ванную и включил воду. Император подставил руку под воду — О теплая, а так холодная, о горячая — как ребенок он крутил краны и радовался.

— А как ты добился нагрева воды в трубах? — спросил канцлер.

— Руны — ответил я.

— Ты знаешь руны? — удивился канцлер.

— На самом деле очень мало, в замковой библиотеке была одна рукопись и пара старых фолиантов, там и прочитал о рунах, перерисовал их и несколько раз применял, — ответил смутившись я.

— Удивительно, это наверно от деда остались, он всерьез и долго искал руны, считал, что вся наша магия — детские игры, настоящая магия это руны — задумчиво проговорил канцлер.

— Да, это видимо так, там я тоже встречал похожие мысли — ответил я.

— Мне бы хотелось почитать это вещи — попросил канцлер.

— Мне не жалко канцлер, Вы очень много для меня сделали — улыбнулся я — но проблема в том, что они очень старые и лежат в специальном хранилище, выносить их оттуда риск, что они просто осыпятся прахом. Так что если и читать, то только там.

— Когда планируешь посетить свой замок? Я бы отправился с тобой, — спросил канцлер.

— Ой не знаю даже близко, но вы можете приехать и без меня, с тем же де Кирстеном, его прекрасно знают там я дам письмо к Бернару, это управляющий тем замком, — ответил я.

— Да, дел у тебя будет много, но если проблем это не вызовет, то я бы съездил, — сказал канцлер.

— Проблем не будет, я думаю, но Кирстен мне будет нужен, ведь его замок первым будем чистить — сказал я. — на нем будем отрабатывать решения, как только закончим, он будет в Вашем распоряжении канцлер.

— Ну и отлично я думаю к де Кирстену я съезжу с тобой — улыбнулся канцлер.

— Ну все нашел любимую игрушку, а меня ты тут одного оставишь? — возмутился император. — Алекс уедет, ты тоже, я тут один куковать должен? — продолжал бухтеть мой тесть.

Тут постучали в дверь, мы как то увлеклись рунами и все еще стояли в ванной. Вышли и гвардеец доложил что прибыли чернильниц, просят принять. Я кивнул.

— Проходите господа — на этот раз меня посетили чиновники в возрасте. Они удивленно поглядывали на императора, и канцлера, видимо не до конца понимая кто я такой.

— Алекс ты мне тоже такой сделаешь? — спросила Юлька.

Чиновники зафиксировали, что изобретение относится к механической магии, отдельно сделали патент на краны, на рассеиватель, и на трубы с рунами. После напомнили, что у меня есть месяц на установление цены и ушли. Между тем император и канцлер увидели чем нас кормит Латрок и очень удивились. Дело в том, что о пользе продуктов было известно, а вот о сочетании их составляющих, таких как белки, углеводы, жиры и другие. Тут мало кто задумывался. Вот Латрок, задумался, да плюс еще мы с ним встретились, сейчас его деликатесы увидели первые лица. Так что думаю завтра Латрок будет поварской звездой. Деньги Вите принесли она их спрятала в свой столик, он у нее запирался. Покушали и я решил начать с императора. Вызвал снова мастеров сантехников, они уже все знали, повторил им предыдущий заказ, но в тройном размере. А в процесс рассказал, что душ скоро будет знаменит и их наверняка попросят установить еще не раз. Так что работа им обеспечена. Чему они искренне были рады. Установил душ в ванной императора, потом можно из золота переделать, сказал ему. У него глаза округлились, ну а чего — гулять так гулять. Установили у канцлера, потом у Юльки. Моя маленькая сестренка, постоянный источник радости, глядя на нее невозможно не улыбаться. Этакий живчик, который радует всех с кем общается. Закончив с этими делами подумал, что давно не тренировался. До ужина было еще долго, занять себя было нечем и я решил наверстать упущенное. Спустившись на полигон с удивлением увидел толпу гвардейцев, которых гонял мастер меча. Я начал наворачивать круги вокруг полигона, сделав десяток, я подошел к турнику и начал с подтягиваний. Сделав около сотни решил покрутиться, солнышко, выход на две, склепка, и в обратном порядке. Эти упражнения отлично развивали все группы мышц. Подошел мастер меча.

— Ваше Высочество, не хотите попрактиковать с новобранцами? — спросил он.

— С удовольствием — ответил я.

Эти гвардейцы по сути не были новобранцами, большинству было по двадцать пять, тридцать лет и они уже лет по пять, а то и по десять отслужили в гвардии. Они пришли ко мне, поверив слухам, что я хороший господин. Взяв учебный меч, вышел в круг.

— Так выходим по одному — скомандовал мастер.

Первый, второй, третий и дальше. Более менее серьезное сопротивление мне оказал только один гвардеец под номером шесть. У него была неплохая школа владения мечом, но фехтовальщиком он точно не был, он прыгал, крутился, бил сверху, пытался под ныривать снизу, но каждый раз натыкался на мой меч.

— Так, стоп — остановил я поединки.

— Катчер подойди сюда — позвал я капитана — ты объяснил людям в какое подразделение они пришли? — спросил я.

— Да, в охрану важных персон — ответил он.

— Так, так это мое упущение — промычал я. — Во общем то да, вы занимаетесь охраной меня, моей жены, сестры и всех кто с нами, но во-первых это не совсем так, а во вторых не полностью раскрывает специфику Вашей будущей службы. Уберите мечи они пока не понадобятся, я был сильно занят последние дни и не объяснил вам всего, моя ошибка и занятость меня не оправдывает. Значит слушаем сюда постараюсь просто и понятно. Как вы должно быть понимаете мне, как таковая охрана не нужна для меня вы сопровождение, статус — чего требует мой титул. Все наверно слышали о дуэли в театре, слышали? Да, хорошо. Так вот, никто, не один из Вас, даже мастер Оклер, которого я очень ценю и уважаю там сделать бы ничего не смог. Не потому, что Вы бойцы плохие, а потому, что у меня есть магия и еще кое-что. Потому сразу говорю если я приказываю бежать от меня, вы должны бежать, потому что ожидается бой с тьмой в котором вы банально сольетесь. Дальше, пока мы живем спокойно, Вы должны тренироваться, не потому, что мне нравиться смотреть на ваши страдания, мучения и унижение, а потому что вы учитесь чтобы не было страданий, мучений, унижений. Вы должны быть лучше всех, сильнее всех, умнее всех любых других подразделений. В конечном итоге из вас всех мы выкуем что-то типа воинов для специальных операций, вы по-прежнему будите охранять принцесс и сопровождать меня, но. Ладно, приоткрою тайну ближайшей операции. Вы все знаете, что я уничтожил темный род Халефильдов, от них в виде трофеев, мне достались пять замков. Замок в столице обыскан и там сюрпризов нет подземелье еще обыскивают, что с ним делать еще думаем, а вот замки в провинции. В каждом замке есть подземное капище и что нас там ждет никто не знает. Голову демона все видели? Кто не видел сходите, посмотрите, эта милая зверушка вылезла на меня в одном из замков которые нам придется чистить. Как только кончатся свадебные торжества, я, и кто-то из вас отправляемся смотреть эти замки. Они стоят на моей теперь земле и терпеть демонов, да и просто темных тварей на своей земле я не буду. Да и просьба императора была простая, убрать черноту из империи. Потому со мной отправятся только лучшие. Нет Катчер, сразу говорю, ты останешься на охране моей жены и сестры. Куда мы поедем, не секрет, что я ненавижу черных тоже, что буду вырезать их пока сил хватит знают и они. Потому не рассчитывай на легкую службу. Они вполне могут попробовать достать сестру и жену. Так что, все всё поняли, если есть вопросы — задавайте, лучше сотню раз объяснить, чем в нужный момент вы ошибетесь.

— Сколько человек пойдет с Вашим Высочеством? — спросил конечно Катчер.

— Десять, учитывая Кирстена и тех гвардейцев, что сейчас охраняют замок, хватит- ответил я.

— Кто будет отбирать кандидатов — вопрос задал один из новичков.

— Мастер Оклер и Катчер, лучших поделим пополам, часть останется тут — ответил я.

— Я не пойду, Ваше Высочество? — спросил Оклер.

— Вы пойдете, проведете бои, отберете нам людей и в путь — улыбнулся я.

— А тренировки кто будет проводить? — вопрос от новичка.

— Я найду себе замену — ответил Оклер — я вообще работаю с вами потому, что Его Высочество занят этими торжествами и по его просьбе, так что рты прикрыли, а то залетит что — продолжил Оклер.

— Еще вопросы есть? — спросил я. Тишина.

— Тогда скажу напоследок, в моем подразделении рядовых гвардейцев не будет в течение года каждый должен так натренироваться, что бы я мог дать чин лейтенанта. У нас никакие связи никаких поблажек не дают, если кто-то думал, как пропавший полковник Верден, что на меня можно надавить то пусть лучше сразу уйдет и не занимает место. Только честная служба, верность и порядочность гарантируют будущее. Всё поняли?

— Так точно — гаркнул строй.

— Тогда разойдись, и удачи нам всем — пожелал я на последок.

— Отличная речь, Ваше Высочество я рад и горд, что продолжаю служить под Вашим началом — сказал Вильям Оклер.

— Мне нужно осмотреть казармы, Вы останьтесь и гоняйте их Вильям, гоняйте пока меня не смогут победить — сказал я.

— Победить Вас хорошая шутка, Ваше Высочество — посмеялся Оклер.

Я улыбнулся в ответ, приятно, что обо мне такое мнение и слышать от такого мастера.

— Катчер, иди сюда — позвал я капитана — хочу вам в казарму душ и горячую воду провести, пойдем покажешь казармы.

— Ух ты горячая вода, а что такое душ? — спросил Катчер.

— Увидишь — ответил я — пошли пока кого нибудь за сантехниками.

— Ты когда мне адъютанта найдешь? Нравиться по моим поручениям бегать? — вспомнил я.

Тут Катчер нахмурился, видимо вспомнил, что-то.

— А ведь я нашел двух, они должны были подойти, но тут вы пришли на тренировку и забыл — давайте в казарму новичков гвардейского полка пройдем, чувствую что-то тут не так — проговорил Катчер быстрым шагом направясь к одноэтажному зданию.

Мы вошли в здание, Катчер знал куда идти.

Открыл последнюю дверь там была каморка, где стояли метлы, швабры и другой скарб. Там же мы обнаружили двух пареньков, связанных и с кляпами во рту. Я щелкнул пальцами, веревки исчезли. Кляпы они вынули сами.

— В чем дело — рявкнул Катчер.

— Заблудились, господин капитан — ответил один из них.

— Да, и в веревках запутались, еще и кляпы друг другу сунули — зверел на глазах Катчер. Я решил не вмешиваться вообще. Это его хозяйство, тут его авторитет должен работать. Пацанам было лет по шестнадцать, семнадцать, но они были настолько худые, что им можно было дать лет по двенадцать. В гвардию принимали с шестнадцати, до двадцати учеником, то есть убирать, чистить, иногда учиться. Серьезная служба начиналась с двадцати лет, до этого любой мог пнуть, заставить чистить себе сапоги, но это считалось нормальным, характер вырабатывало, а слабаков, кто плачет от побоев тут не держали. За это давали кров, одежду, кормили. Так что еще конкурс был на одно место ученика, человек пять претендовало. Разбор между тем продолжился.

— Кто, мать вашу осмелился помешать выполнению МОЕГО приказа? — свирепствовал Катчер. Ребята молчали, и было понятно, что они не сдадут обидчиков не за деньги, не под пытками. Такие правила. Настучал, все, клеймо на всю жизнь, а для этих, нищих пацанов, которые предпочли воровству такую жизнь, это равнозначно смерти. Но Катчер продолжал буйствовать, орал все громче, топал ногами, брызгал слюной. Я наконец понял зачем-так, он поднимал авторитет мальчишек уж если самому капитану, служившему самому принцу, постоянно общающемуся с принцем, принцессами, канцлером и самим императором они не сдадут обидчиков, значит пацаны правильные, им можно доверять наконец Катчер решил, что хватит.

— Так встали взяли свою рванину, пошли за мной. — Катчер посмотрел на меня и увидев понимание успокоился.

— От меня не отходить слушать внимательно, но пока не скажу ничего не запоминать, всё ясно.

— Так точно — ответили гордые мальчишки. Они никого не выдали, идут за страшным капитаном, а с ним чуть ли не сам принц. Они конечно видели как я щелкнул пальцами и поняли, что была магия, а кто у нас молодой, здоровый, магией владетет, да еще и капитан на него с почтением смотрит. Вот и понятно все. Пришли в казарму нашего подразделения.

— Катчер, тут только наши живут? — спросил я.

— Да, как Вы Ваше Высочество начали народ набирать, канцлер распорядился Вам все здание отдать, наверно знал, что подразделение постоянно расти будет — ответил Катчер. — Так, душевые где?

— Тут, за углом.

Зашли, посмотрел, ужас. Вышел. Постоял, подумал. Набрал канцлеру.

— Герцог де Криптон, простите, что отрываю от важных дел — начал я.

— Да нет никаких дел, сидим пьём с императором, что у тебя нового еще что-нибудь придумал? — шутил поддатый канцлер.

— Да нет, хотя думаю, что-то скоро придумаю, тут такое дело я в казарме своего так сказать подразделения и очень меня это картина удручает — сказал я.

— Так, чувствую как нас ждут большие перемены — шутил канцлер.

— Нет, что Вы больших не обещаю точно. Только хотел спросить у вас строителей магов нет? — закинул удочку я — ну и обычных человек несколько.

— Случайно есть и те и другие — ответил канцлер.

— А нельзя их ко мне послать прямо сейчас смету пока набросаем — опять спросил я.

— Да можно почему нельзя, ты там дворец своим строить собрался, что ли? — спросил уже серьезно канцлер.

— Нет какой дворец, не заслужили еще немного облагородить хочу не больше.

— Ладно пришлю сейчас даже интересно, что ты опять задумал — сказал канцлер.

— Так Катчер тут казармы еще пустые есть? — спросил я.

— Да вон рядом пустая стоит, но там еще хуже крыша течет, из труб воняет — ответил Катчер.

— Ничего пару дней потерпите собирай наших — приказал я.

Мальчишки смотрели на меня затаив дыхание. Тут зазвонил телефон. Канцлер.

— Слушаю Ваше Сиятельство — ответил я.

— Людей я послал. Просто подумал, там ведь рядом еще казарма стоит, если не развалилась забирай ее тоже может чего толковое придумаешь — сказал канцлер. Собрался народ.

— Вещи свои забираем переносим в соседнюю казарму знаю что там воняет и крыша течет, но пару дней потерпите — сказал я — начали.

Народ с кряхтением, бухтением и прочими выражениями недовольства пошел собирать вещи.

— Катчер, сейчас придут строители мы с ними все осмотрим и уйдем казарма должна стоять пустой, пока. Я после ужина набросаю план и мы начнем.

— Понял Ваше Высочество — ответил Катчер.

Строители подошли через минут двадцать, народ уже переехал.

— Здравствуйте господа, меня зовут принц Алекс де Вильяр де Сен Грэм эти казармы теперь мои, а я не хочу чтобы мои люди жили как свиньи. Потому счас мы все осмотрим после ужина я принесу вам план — чертеж, что я хочу тут увидеть и мы начнем работать. Возражения есть? — сказал я.

— Это чей приказ — спросил один.

— Мой — ответил я.

— А ты кто такой чтобы нам приказы раздавать — наступал на меня очередной дебил коротко ударив его в душу, я вынул меч и снес ему голову.

— Еще возражения есть? — спросил я.

— Нет Ваше Высочество — ответил маг.

— Отлично идем — я прошел в казарму. Остановился перед входом.

— Катчер, скажи чтоб убрали тут — приказал я.

— Куда его Ваше Высочество? Закопай где-нибудь, что бы не воняло или хочешь за стену оттащите мне без разницы — ответил я.

Зашли в казарму и я начал объяснять задачу.

— Мне нужно три качественных этажа, две лестницы по краям. Третий и второй этажи жилые там комнатушки чтобы поставить кровать, стол, стул и шкаф. В каждой комнате должно быть окно. Туалеты и душевые обсудим отдельно. На первом этаже кабинет командира, кабинеты начальников поменьше их можно делать одинаковыми, а командиру совещания проводить все должны умещаться. Дальше склад. Еще дальше тюрьма из нее спуск вниз где будет нижняя темница для особо отличившихся. Так тут вроде все. А нет туалеты и душевые делаем вместе маленькие кабинки в углу делаем нормальный туалет. Как у вас и у меня дома. Хотя нет как у меня не нужно, не дворец строим. Обычный домашний туалет, что бы можно было присесть на чистое чуть в стороне раковину и душ. А вы еще не видели, я это только сегодня запатентовал, этим сантехники займутся. Главное кабинки сделать. Кабинок на этаже должно быть половина от количества комнат. А комнат каждом этаже должно быть по тридцать, половина на одной стороне, другая на другой. Представляете примерно? — закончил я фантазировать.

— Ваше высочество, может проще новое здание построить? — спросил маг.

— Я не против, но коммуникации, трубы подземные я просто не в курсе насколько это сложно. Дело в том, что есть два дня, ну три максимум, а нужно еще столовую обустроить в соседнем бараке, он тоже мой — сказал я.

— Дайте мне пару часов подумать тут посидеть, я пришлю Вам план на утверждение за пару дней и ночей думаю справимся. Но стоить это будет дорого два здания, материалы, работа думаю тысяч сто — замявшись сказал маг земли, а строители закивали.

— Дам двести тысяч если оба строения будут полностью, Вы слышите, полностью готовы через два дня. Учтите с сантехникам договариваться будете сами.

— Все сделаем, Ваше Высочество — поклонился маг, поклонились остальные — не, беспокойтесь. Утром этого убожества уже не будет.

— Ладно, держите меня в курсе — сказал я.

Отойдя к Катчеру услышал шепот мальчишек, нет ты видел — одним ударом вжик и нет головы, и даже в крови не испачкался ни руки не дрожат. Вот правильно его все бояться, но классный какой.

— Катчер, они запросили два дня. Присматривай за ними. Мальчишек найдешь пока куда деть? — спросил я.

— Найдем Ваше Высочество, не волнуйтесь — ответил улыбаясь Катчер.

Я пошел домой привык уже к нашему с Витой и Юлькой крылу. Да и ужин скоро. Зайдя к нам Виту не обнаружил. Вышел на террасу, подумал, что тут сигарет нет сейчас бы постоял, покурил. Взял вино налил и откинулся в кресле за столом. Я только что, одним ударом срубил башку человеку и тут же забыл об этом. Во что я превращаюсь? Может Кирстен был прав я сам становлюсь тварью. Но я же делаю это не ради денег или потому что мне нравиться убивать нет мне просто плевать. Не хочешь нормально общаться, пытаешься унизить, ну сам виноват.

Я все таки позвонил Вите. Как и думал она была у Юльки, сказала сейчас придет. Вита пришла, села напротив я налил ей вина. Все таки она меня чувствует.

— Что случилось, Алекс? — спросила жена серьезно.

— Я только что убил человека тут же забыл об этом, а сейчас вспомнил и подумал может со мной что-то не так. У меня даже руки не дрожат — мрачно проговорил я.

— И что тебя смущает? — удивленно спросила Вита — ты воин Алекс, убил очередного хама, что пытался тебя нагнуть, в чем проблема?

— Кирстен как то сказал что ему страшно за меня, что я могу превратиться в какую то тварь, типа темных — сказал я.

— Не смотря на внешность Кирстен философ и он очень привязан к тебе. Ты не помнишь, но ведь он проводил с тобой времени больше чем отец и мать вместе взятые. Он просто переживает, что ты вырос и отдалился от него — пояснила Вита.

— А ты откуда знаешь о хаме? — спросил я.

— Перед тобой, позвонил отец. Сказал что ты убил очередного хама и наверняка будешь переживать. Он говорит, что ты очень сильный, смелый, но внутри очень добрый и ранимый. Отец умеет чувствовать людей, да и я умею. Так не волнуйся и расскажи чем ты занимался. Я удивленно смотрел на Виту все-таки женщины удивительные существа. Заботишься о ней думаешь, что она маленькая и слабая, а она вот раз и выдает тебе такое, что сразу ясно она мудрее тебя в миллион раз.

— Занимался с гвардейцами, потом решил поставить им душ с горячей водой, но зайдя в казарму понял, что так жить нельзя. И я не могу позволить людям, что постоянно рядом, так жить. Решил им помочь вызвал строителей один начал грубить, разбираться, в темницу его тащить не было времени ну и отсек голову. Кстати я обокрал наш бюджет почти на триста тысяч.

— На сколько? Триста тысяч ну это вообще запредельно они нам всю кровь должны теперь отдать — выпалила Вита — а что ты ребенку оставишь ты подумал?

— Ну ты у меня и жадюга только не говори, что ты просто бережливая — засмеялся я — ты помнишь что твой отец подарил нам ферму грифонов, а я отдал ее нормальному руководителю?

— Помню и что.

— Сколько сейчас грифонов на ферме?

— Я их не считала, я там даже не была.

— Сейчас на ферме шестьдесят два грифона, надеюсь ты знаешь, сколько стоит грифон и какая на них очередь?

— Грифон стоит минимум 10 миллионов, то-есть форма стоит минимум 620 миллионов?

— Именно так наш сын нищим точно не будет и кстати скоро закончится судебное дело против рода Халефильд, все, что у них было станет нашим как победившего рода ты случайно не в курсе там нет пары миллионов?

— Пары нет, а четыреста было.

— Опа, откуда сведения.

— Когда ко мне клеился их наследник показывал чековую книжку впечатление хотел деньгами произвести на дочь императора, придурок.

— Он облезлый такой, невзрачный?

— Да, встречал?

— Вторым в резиденции. Кстати о деньгах напомни в бюро зайти завтра нужно цену на душ установить.

— Сколько?

— Не знаю, понимаешь самое ценное во всем изобретении, руны. Но они работают почти вечность. Второе по ценности винтовой кран, его можно использовать очень много где и последнее разбрызгиватель, но все вместе может служить годами. Вот и думаю.

— Полторы тысячи разбрызгиватель, три с половиной краны, и пятьдесят пять на руны- моментом посчитала Вита.

— Со мной завтра пойдешь — усмехнулся я.

— Есть еще вопрос и нужен твой совет — сказал я.

— Выкладывай что бы ты делал без такой умной и красивой — меня — довольно усмехнулась Вита.

Я на нее посмотрел и решил промолчать благо зашел гвардеец и доложил, что маг земли проситься на прием.

— Запускайте — усмехнулся я.

Маг зашел осторожно, видно, что не дурак не знает чего от меня ждать.

— Слушаю Вас мастер — сказал я.

— Мы не уложимся в озвученную сумму Ваше Высочество материалы очень дорогие — сделав скорбное лицо проговорил маг.

— Сперва вы назвали сумму вдвое меньше когда я согласился ее увеличить, за скорость и качество, Вы решили, можно обокрасть малолетнего дурачка но не учли, что это была просто проверка, мастер. Жадность убивает не хуже меча — сказал я печально.

— Проверка значит, то есть Вы отказываетесь от наших услуг?

— Конечно нет — улыбнулся я с видом довольного кота.

— Просто теперь Вы будете работать бесплатно.

Он конечно попытался что-то говорить, оскорблять, но я кинул в него паралич.

Дальше вызвал Катчера объяснил ситуацию и приказал арестовать всех строителей. После позвонил канцлеру снова объяснил ситуацию и забронировал места для хитрого мастера и его подельников на бесплатной работе — каторге.

Канцлер сказал, что после ужина нас навестит. Вита довольно улыбалась довольная моим решением. Я расслабленно пил вино, временно парализованного унесли ничто не нарушало идиллию. Привезли ужин. На ужин было крабовое мясо запечённое с какими то грибами запах шел потрясающий, а вкус был восхитилен. Вите досталась тоже запеченная птичка, что за птичка я не понял, но что-то типа нашего фазана фаршированная как я понял чем то вроде апельсинов. Причем сок, что вытекал, был настолько вкусным, что Вита устала бить меня по рукам когда я воровал у нее кусочки фруктов. Я после ужина опять сел на террасе, ждал канцлера, Вита опять убежала к Юльке скучно ей со мной стало. Вот она семейная жизнь. Недели не прошло, а молодой жене уже скучно. Канцлер пришел довольный жизнью и признался, что специально прислал мне эту бригаду прохвостов надоели они ему давно, а просто выкинуть из обоймы служащих в замке императора не мог. Не положено без причины, а мне можно у меня репутация. В общем набрал номер ему ответили, что уже бегут. Мы с канцлером не успели закончить бутылку вина как мне доложили, что прибыла бригада строителей, и спросили запускать всех. Посмотрел на канцлера. Он их знает он приказал позвать мага земли и бригадира строителей. Когда они пришли описал проблему. Есть две казармы жить невозможно не в одной. Объяснил что мне нужно построить этажность, комнаты, туалеты, окна в комнатах первый этаж, кабинеты, склад, тюрьма и темница. Второе здание под столовую. Все выслушав маг кивнул бригадир же все записывал. Они захотели посмотреть на месте. Было еще сравнительно светло, потому мы спустились на плац. И тут меня почти сразу порадовали. Посмотрев оба здания сказали, что первое можно не сносить оставить коробку, маг ее укрепит, потом сделает внутренние перегородки работа займет ночь и будет стоить всего двадцать тысяч. Я согласился, и они приступили. Всегда приятно смотреть за работой профессионалов. Они моментально сняли всё, что снималось. И маг приступил к демонтажу. Канцлер меня покинул зато подошел Катчер с мальчишками. Они тоже с восхищением смотрели как искусно работает настоящий мастер.

Наконец почти стемнело я махнул Катчеру и пошел к себе. Зайдя я встретил Виту она уже переоделась и хотела попробовать душ. Я зашел первым и включил просто горячую воду комната начала заполняться паром тогда я отрегулировал поток по приемлемой температуре и позвал Виту. Она разделась, встала под душ и закрыла глаза.

— Нравиться? — спросил я.

— Это чудесно теплая вода льется сверху ничего вроде сложного, но сделать смог только мой муж — довольно проговорила Вита.

— Хочешь спинку потру? — с улыбкой спросил я.

— Не сегодня — ответила Вита. Я нахмурился.

— Кровь?

— Вита удивленно посмотрела на меня не понимая, потом улыбнулась.

— Нет, милый, с малышом все хорошо просто у меня там все болит несильно, но неприятно — смущено поморщилась Вита.

— Ты меня так не пугай — сказал я.

Она улыбнулась, и я вышел. Прошел на террасу и принялся за вино.

В этот момент зазвонил телефон.

— Алекс, не спите? — спросил император.

— Нет жена зависла в душе — пробормотал я.

— Как я ее понимаю ты гений, Алекс, так просто и столько удовольствия я позвонил поблагодарить тебя — сказал император.

— Завтра у нас насыщенный день, но надеюсь управиться до обеда, а вечером опять прием. — порадовал император.

— Ждем завтра — пробурчал я.

— Ладно после завтрака мы с канцлером зайдем к вам — спокойной ночи сынок. Проговорил император и отключился.

Вита наконец вышла из душа довольная, распаренная, и счастливая. Сказав мне спасибо и поцеловав, она убежала спать. Я решил тоже не сидеть рефлексия еще никому не помогала. Допив вино я быстро принял душ и тоже улегся. Уснул сразу и спал мертвым сном почти до девяти утра. Утром накинув халат я пошел умыться. И у двери услышал пение, петь в душе, что за кайф но знакомо. Я зашел Вита стояла закрыв глаза и подняв руки нал головой. Я умылся почистил зубы и вышел. Не знаю заметила она что я заходил. Создал проблему себе. Кажется душ по утрам мне не светит. Расстроенный я вышел на террасу. Погода до сих пор стояла отличная дождя я тут не видел не разу, а я уже почти три месяца тут. Летит время. Сколько жена будет в душе неизвестно чего время терять. Я оделся вышел в коридор приказал пригласить сантехников. Снова вышел на террасу, что-то тревожило но понять, что именно не удавалось. Через минут пять доложили о приходе мастеров-сантехников. Я вышел к уже знакомым людям и пригласил следовать за собой.

— По пути порадовал их что этот заказ оплачиваю из своего кармана, но и предупредил что работы будет намного больше. Вышел на плац и офигел. На месте бывшей казармы стояло чистое трехэтажное здание под крышей чем то похожей на черепицу. Стекла в окна были вставлены обновленные двери висели на местах, перед входом были три ступеньки, а сам вход закрывал козырек. Мы вошли внутрь. Строители и сам маг спали прямо на полу, да нелегко честным людям нормальная жизнь дается. Мы прошли по зданию, заглянули в каждый кабинет каждую комнату. Мебели еще конечно не было, но наполу было расписано рекомендации по расстановке. Дальше дошли до туалетов и душевых. Я объяснил что хочу людям нормальные туалеты, а не дырки в полу нормальные раковины умыться, и нормальный душ сверху сидячей ванны. Специалисты посоветовались и выдали итог, семнадцать тысяч золотых за все вместе с работой. При этом они сами все закупают, сами договариваются с магами металла и оружейниками. В общем меня позовут только на сборку что бы я наложил руны. Я понимал что меня надуют минимум на пару тысяч, но не бегать же самому. Короче хлопнули по рукам. Но тут я вспомнил о втором здании. Общую сумму удвоили. Я спустился вниз и растолкал мага. Объяснил зачем разбудил его. Он потер лысину сказал что сумму нужно увеличить. Я кивнул. Он успокоившись об оплате сказал, что как проснутся и покушают, приступят ко второму строению, будет это примерно где то через час поле обеда. К завтра задание будет готово. Я же со своей стороны сказал, если им что-нибудь понадобится пусть обращаются к капитану Катчеру, а он уже найдет меня. Поднявшись к себе я наконец попал бы в душ, но уже не было времени скоро прикатят завтрак потому не стал зацикливаться умылся и пошел на завтрак. Виты опять не было, но хоть это и раздражало, бегать за ней я не собирался. Потому покушав я оставил ее порцию на столе может что-нибудь поймет, хотя вряд ли. Мне нужно было в бюро. Решил пройтись пешком, со мной тут же отправились четыре гвардейца. Зашел в бюро назначил цену подписал необходимые документы. Дальше мы зашли в банк где снял триста тысяч золотых наличными. Тащить такой вес на себе было неразумно, и я заказал в банке карету. Доехав до замка отпустил карету нагрузив гвардейцев. Придя к себе, я отпер секретный замок на секретере, внешне его не видно, он спрятан под ручкой и убрал деньги туда. Сел на и террасе, и ждал новостей.

Они не заставили себя ждать. Сперва пришли император и канцлер, пил кофе с молоком и угостил их. Потом вернулась Вита, ничего не говоря зашла к себе, переоделась и ушла. Н вопрос императора, что случилось я мог только пожать плечами. Потом мне позвонили из банка, и спросили подписывать ли я чек на миллион.

Становится все интересней, я ответил, что нет что чековая книжка больше не действительна, а я позже заеду в банк и улажу формальности. Император смотрел на меня, канцлер смотрел на меня, а я смотрел на них.

— Вы ничего не хотите, мне объяснить — спросил я. Они переглянулись.

— Понимаешь Алекс, у Виты с детства странная болезнь она иногда впадает в неистовство — начал канцлер. Я поднял руку останавливая объяснения.

— Потому вчера она отказывалась меня видеть, потому не общается уже пару дней потому вчера намекнула, что нет больше МОЕГО ребенка, потому сейчас хотела обокрасть меня, интересно Юлька там жива? Или ее она тоже убила? — я встал, прицепил меч к поясу и вышел.

С Юлькой все было в порядке. И я направился в банк. Там мне сказали что заходил подозрительный субъект с моим чеком они уведомили полицию, но дальше не их забота. Я поблагодарил, сказал, что пока обойдусь без чековой книжки и вышел.

Около двери меня поджидало сразу десяток придурков, с бандитскими рожами. Я выхватил меч и начал танец в конце осталось двое, оба без рук и ног. Я вызвал служку, дал золотой и послал его за Катчером и мастером меча.

Сам же принялся за допрос. Через пять минут мне подробно рассказали что нанял их мастер земляной магии чьего сынка я отправил на каторгу.

Что с моей женой они не знают, но она у него. Через десять минут прискакали гвардейцы, Катчер и Оклер. Я поручил троим доставить пленников к императору живыми.

Ну с остальными направился в гости в этому мастеру. Жил он в стороне от дворца ворота охраняли аж пятеро головорезов.

— Страна непуганых идиотов — пробормотал я и врезал по воротам выстрелом. Ворота вынесло вместе с головорезами, точнее с их остатками. Дальше я пошел один. Окутавшись доспехом из чистого света я просто шел вперед. Меня пытались остановить оружием. Черной магией в конце выскочил демон. Мне всегда было интересно что будет если врезать по нему выстрелом. Мясной фарш из тухлого мяса будет. За мной мои люди. Мы обошли весь дом Виты не было.

Я был уверен это ее принесли в жертву, чтобы остановить меня. Но к счастью я ошибался. Они были внизу в подземелье пытались еще кого нибудь вызвать.

Вита лежала связанная с равнодушным выражением лица.

Я налетел на уродов как дикий ураган. Кажется я хрипел как раненый зверь. Живых там не осталось. Не просто живых, а хотя бы целых частей тела. Мы вышли на улицу, гвардейцы несли Виту я не смог к ней подойти. Для меня она умерла.

Я сказал им отправляться во дворец и отнести ее к отцу. Со мной остался только Катчер и Оклер. Я сказал им отойти подальше и взмахнул белым мечом. На дом и участок и еще метров на пятьдесят в глубину мне потребовалось где-то десять минут и пятнадцать ударов, примерно. Я спросил у своих знают ли они адреса других темных родов. Они знали. Выйдя на улицу я хотел отобрать лошадей. Но меня остановили. Мы дошли до замка взяли коней и поехали. На меня смотрели как то странно. Только потом я понял, что так и ходил, окутанный божественным светом. Но мне было все равно. Я потерял единственного любимого человека, свою жену, я потерял своего не родившегося ребенка, слезы жгли душу, но глаза были сухие и мертвые. Мертвые глаза, я захохотал, мне показалось смешным, что за черными идут мертвые глаза.

Я не собирался церемониться. Подъехав по адресу я убедился что все правильно. Ударом выстрела я разрушил не только ворота, но и парадный вход, это было так смешно парадный вход. Я заржал как сумасшедший, хотя почему как? Взмахнув мечом пустил луч который, выжег все на пути. Кажется я слышал крики кажется кто-то молил пощадить. Я никого не щадил.

Сделав со вторым домом тоже, что с первым мы двинулись дальше. Около дома меня встретила толпа которые плакали и кричали. Что они мне ничего не сделали, что я просто убийца и что за них отомстят. Тут меня отпустило. Я посмотрел на людей за моей спиной в них горело любопытство. Посмотрел на черных они боялись.

Я подумал что если сейчас уйду вечно, буду слышать издевательский смех деда в голове. Я не хотел становиться убийцей. Я просто жить хотел спокойно с любимой девочкой. Растить своего ребенка, но вы твари убили мою любимую, убили моего ребенка.

Я не сразу понял что ору эти слова все что подумал я, проорал им в лицо и засиял белым светом. В общей сумме за один день я убил почти три тысячи человек. Три темных рода наемники которых они наняли убить меня, бандиты, что их окружали.

Из последнего дома выскочило сразу три демона. Не один до меня не добежал. Я разнес там все, река хлынула в обрушившееся подземелье. Когда все кончилось я долго стоял и смотрел на то что натворил. Я не видел этого мне казалась смеющаяся Вита, убегающая от меня с криками, вспоминалось как ласкал ее в единственную нашу ночь. Я не понимал что меня куда-то ведут, мне было все равно. Я плакал. Я не замечал этого, но слезы все лились принося облегчение душе, вот только мне было не нужно облегчение я хотел сойти с ума, потому, что жить в этом мире, с этими людьми, я не смогу.

На этой мысли я потерял сознание и упал бы, если бы меня не поддержали. Я очнулся в своём мире. Айзек сидел на скалах. Море, есть хоть кто-то кто не любит море.

— Ну что мой друг, ты выполнил мою просьбу и сдержал свою клятву — сказал Айзек.

Я видел что он меняется становиться выше, красивее, величественнее.

Но мне было все равно. Я встал и прошел к морю, оно все так же спокойно катила свои воды на прилив, или отлив ему тоже было все равно.

— Скажи какую награду ты хочешь? — раздал сильный, звучный голос за спиной.

— Кто ты? — спросил я.

— В каждом мире меня зовут по-разному. Но ты можешь звать меня верховный.

Значит он бог, а никакой не ангел, тем более не ИИ. А ведь я понял это в тот день. Тогда я стоял на террасе и чувствовал тревогу, какая то мысль все ускользала от меня.

— Ты можешь вернуть ее мне? Ее и моего ребенка — спросил я.

— Этого я и боялся, я могу многое, но это как раз то чего не могу.

Ну да конечно, как всегда, в награду дают то, что тебе нафиг не нужно. А что правда необходимо, ты хрен получишь. Я усмехнулся своим мыслям. Мы мыслим — значит мы существуем. Когда помер на земле я искренне считал, что мне повезло. И вот опять, на хрена мне существовать, я этого не хочу.

— Тогда у меня одно желание хочу умереть и все забыть.

— Ну нет, на это я пойти не могу это значит обречь меня на новые поиски защитника этого мира. Ты в коме уже два года тебя не убивают, но и вылечить не могут, часть меня ведь в тебе. Убить тебя нельзя никакая их магия на тебя не действует. Вот ты и лежишь. Давай ты очнешься посмотришь что стало с миром, а потом будешь решать. Я понимал что ничего изменить я не могу все равно будет так как решил верховный. И никакая пресловутая свобода воли тут погоды не сделает.

— Буди — привычно сказал я.

Глаза, открывать или нет? Решил открыть и тут же закрыл. Покрывало опять было розовым вы издеваетесь. Конечно издеваются. Снова открыл, никого не было. Пошевелил рукой, ногой, поводил носом. Вроде все нормально. Вот только в лежке два года, я же дрищь теперь. Попробовал сесть, вынул руку, осмотрел да нет, вон и мышцы. Сжал в кулак, работает, вроде, попробовал встать.

Встал. Походил. Все как раньше изменений я не чувствовал. Подошел к окну, окно как окно, а внизу, что. Внизу был плац. Гвардейцы в белых с золотом мундирах лихо строились, перестраивались. Сражались на мечах. А ведь это мои гвардейцы, мои люди которых я подвел.

Они Верили в меня, а я ушел в рефлексию аж на два года. Интересно, что сейчас делает Кирстен. Катчера я вижу уже полковник. Молодец. Хороший мужик и верный друг. Вот только я всех подвел, какое правило в гвардии, не предавать, а я получается предать. Ну вот опять на рефлексию потянуло.

Нет нужно валить пока никто не видит. Может забиться куда-нибудь в горы. Буду доживать свой век. Потом подумаю. Сперва свалить из замка мне тут не рады. Посмотрел на себя на мне даже штанов нет. Дожил блин.

Подошел к шкафу о мой доспех. Белый, а черный где, тоже тут. Приятно, сохранили. Но в доспехе по городу не побегаешь. Но пока не найду одежду можно. Одел черный доспех, выглянул за дверь, никого. Что-то знакомое было за дверью.

Выгляну еще раз, тю, так это же моя комната. В ней кусок от городили и меня сюда запихнули, видимо чтобы не мешался. Вошел в " свою " комнату так тут был шкаф в нем были вещи. Костюмы свадебные сюда Юлька вешала и ругалась на мою тупость где она сейчас. Так, стоп. Хватит рефлексировать, а то сейчас зайдет кто и пздц, отбегался парнишка.

А мне получается уже двадцать один, Вите было бы двадцать. Стоп, хватит. Если двух лет не хватило потом себя пожалеешь. В шкафу висели мои костюмы, выбрал черный, с серебром. Я его тогда еще не разу не одевал на рукаве, был номер четыре. Костюм на тот день, символично. Оделся, прицепил меч, вынул его. Лезвие было черно-белым, он как будто переливался, кинжалы в ножны. Меч тоже. Доспехи в баул, тут где-то должен быть, ага вот он. Ну все я готов. Повесил баул на спину, меч сбоку, сапоги, черный костюм, красавец епты. Бежит из дома потому что, хватит.

Все вышел за дверь там никого. Спустился по лестнице вниз. До конюшен не добраться, опасно. Значит пешком. Наконец вышел на улицу, на меня никто не смотрел. И быстро зашагал в сторону ворот. Почти дошел как в воротах встал Оклер, а у другой створки Кирстен.

Вот значит как ну посмотрим остановить меня сложно. Я положил руку на меч и двинулся вперед. Когда до ворот осталось метра два сзади раздался крик — Алееекс. Я непонимающе уставился на улыбающегося Оклера, посмотрел на Кирстена он головой мотнул, мол обернись. Я медленно обернулся. Впереди стояла Вита, за ней император с малышом на руках, рядом канцлер, Катчер, другие люди. Вита сделала шаг ко мне, потом еще, еще и побежала ко мне. А я стоял как дурак и слёзы все текли и текли. Верховный, ты гад, мог и предупредить, где-то в голове послышался ржач.

Я сидел в кресле на террасе, и вспоминал что произошло два дня назад.

Тут нет бандитов. Тут нет черных. Практически исчезли разбойники, просто как класс вымерли. Крестьяне богатеют, честные, светлые рода тоже. Армия за нее порвет любого. Но в связи с рождением сына, она отошла от этих дел. И передала все Катчеру.

— Надеюсь у него хватит ума, не лезть во власть? — сказал я.

— Ты, как всегда смотришь в корень проблемы. Пока хватает. Особенно когда одна сумасшедшая богиня, прям во время очередной проповеди Катчера, вознесла Виту, сказав, что она теперь ее представительница на земле — сказал канцлер.

Я мысленно спросил Верховного, как его сестра тут представилась.

— Богиня любви и красоты, Фрея — ответил Верховный.

— Думаю будут проблемы — поговорим в конце недели, мне нужно время, чтобы во всем разобраться.

— Ок и удачи — бог отключился.

— Фрея далеко не сумасшедшая — ответил я.

— Ты ее знаешь? — спросил император.

— Заочно, но близко знаком с одним ее родствеником — ответил я.

— Во общем спасибо что все рассказали, пояснили, простите меня, что я сломался тогда, два года назад. Я не знаю что будет теперь, но пока я не вижу в этом мире своего места. Мне нужно подумать.

— Думай Алекс, думай мы пойдем — император встал утянув за собой канцлера.

Но канцлер вернулся, хапнул бутылку виски и ушел. Я достал еще бутылку вина, и бокалы под вино.

— Какое место ты не видишь в этом мире, муж? — спросила Вита. Я знал, что она давно там стоит. — У тебя есть я, у тебя есть сын. Только ради этого нужно жить.

— А ты уверена что я тут нужен? — спросил я — главное, нужен ли я тебе?

Она молчала.

— Вот об этом я и говорю. Ты забыла меня, ты привыкла жить без меня. Я не знаю есть ли у тебя другой мужчина, но думаю что есть, я не буду мешать тебе жить. Через неделю я наверно уйду.

Я еще немного посидел. Потом решил прогуляться. Развеял пепел на столе, встал и вышел. Пока шел по замку, так никого и не встретил. Я бы хотел поговорить с Кирстеном, заняться каким нибудь делом. Вышел на плац, остановился наблюдая, как молодые парни лихо обращаются с мечом. Мне было приятно, что я заложил начало этому.

— Любуетесь Ваше Высочество? — раздался голос за спиной.

— Да, приятно видеть особенно сравнивая с тем, что было — спокойно ответил я.

— А ведь я бы мог вас убить, Ваше Высочество — похвастался мастер меча.

— Это вряд ли, Оклер, но если неймется, можешь попробовать — ответил я.

И тут же понял, что нужно пригнуться, меч просвистел, где была голова, сделать шаг влево, рубящий ударил, где я бы и шаг назад, с разворотом, меч пропел у груди, я перехватил его за рукоять, выкрутил и отшвырнул меч в сторону.

— Вы как всегда, не подражаемы Ваше Высочество — хотел сказать, а вот вы слишком подражаемы, но сдержался.

— Вы не знаете где найти Кирстена — спросил я.

— Он в замке, второе крыло, возглавляет личную охрану императора — сказал Оклер.

Я ничего не ответил, повернулся. На нас во все глаза смотрели новобранцы. В глазах читалась, зависть, ненависть, презрение. Или это со мной, что-то не то? Почему я вижу в людях только негатив, и совсем не замечаю ничего хорошего. Может потому, что сам стал таким? Повернувшись я пошел искать Кирстена. Нашел его на обходе.

— Не меня ищите, Ваше Высочество? — с улыбкой спросил Кирстен.

— Вас, господин барон — ответил я.

— Ну что же идемте Ваше Высочество — он повел меня к себе в кабинет.

Перед входом стояли два стража.

— Меня нет, ушел проверять посты — сказал Кирстен.

— Ясно господин барон, Ваше Высочество — поклонились стражи.

Это были первые люди, что мне поклонились. Мы зашли к нему, он закрыл дверь на ключ. Я подошел к окну и приоткрыл его.

— Как дела Кирстен? — спросил я глядя ему в глаза.

— Наследники когда будут, с кем моему сыну играть — спросил я.

— Скоро, Лика на восьмом месяце, уже в дверь не проходит — довольно ответил он.

— Молодцы — искренне порадовался я за не чужого человека.

— Сам как, побыл с семьей? — спросил он.

— Сына кормить унесли, потом спать, я там особо не нужен без меня больше года справлялись и дальше справятся — пожаловался я.

— Что то ты совсем раскис, что случилось, Алекс — спросил Кирстен.

Я вынул бутылку вина из мира, пару бокалов. Налил и выпил. Налили еще. Вынул сигарету, зажег огонь и прикурил.

— Я ухожу Кирстен, попрощаться зашел. Чужой я тут — ответил я.

— Тебе это Вита сказала или сам допетрил? — спросил Кирстен.

— Сам, она спорить не стала — ответил я.

— Мне нужна неделя понять кое-что, определится куда рвануть. И в общем то все. Наследство все сыну — сказал я.

— А сам на что жить будешь? — спросил он.

Я вынул из мира бутерброды с икрой, пару шампуров с шипящим мясом, бутылку водки холодную, и пару рюмок.

— Вот как то так — ответил я открывая и наливая.

— Только пей залпом, сразу закусывай. Без привычки это сложно.

Я показал как пить, закусил красной икрой.

— Ух ты зараза, как у северных варваров только крепче, где взял? — закусил и спросил Кирстен.

— В другом мире — ответил я спокойно.

Выпили еще, и еще, а потом еще столько же.

— Ты, можешь спокойно объяснить, что с тобой происходит? — спросил Кирстен еще раз.

— Не могу, но чувствую что мне тут не место. Сам не понимаю в чем дело, но это не моя Вита которую любил, это чужой человек, а я так же чужой для нее. Она пытается, делает вид, но — моя Вита умерла. В тот проклятый день, а с ней умер и я. Знаешь что смешно, ее ведь вернул бог. Да тот самый что дал мне силу. Он отказался лишать меня памяти, а я ведь просил. Он вернул ее, сюрприз блядь сделал — вот только не подумал, а мне то как с этим жить — психанул и уже почти орал я.

— Прости ты не в чем не виноват, прости меня.

Налил и выпил, и еще раз, и еще. Встал, подошел к окну и закурил.

— Знаешь я могу голыми руками разнести этот мир, но зачем. Раньше я мстил и мне было все равно, сколько людей я убью. Ты как то сказал, что не хочешь, чтобы я превратился в тварь по моему именно это со мной и происходит — проговорил я.

Кирстен молчал.

— Тебе нужно поговорить с Витой. Как со мной. Только спокойно — сказал он.

— Я хотел она ушла — усмехнулся я.

Зажевал икоркой сигарету, налил еще водочки. Бутылка опустела. Я развеял ее и вынул еще одну.

— По моему ты уже превзошел уровень своего деда — сказал он, глядя за моими действиями.

— Да это так — спокойно ответил я.

— А какой следующий уровень — спросил он.

— Полубог — ответил я.

— То есть ты полубог?

— Ну официально нет, но меня так воспринимают, там — я ткнул пальцем в небо.

Он смотрел на меня глазами по сотне золотых, каждый.

— Ой, расслабься, считай, что я пошутил. Но, я два года не ел, не пил, не срал. Не я в плане, а тело, тебя это не удивляет? И при этом не потерял не грамма веса, а в мастерстве убивать так даже прибавил, наверно вдвое — со злостью проговорил я.

Но он так не считал думая, что делает незаметно, он вынул кинжал и собрался проткнуть мне горло, я как раз наливал рюмочку, руки были заняты. Он дернулся вперед но тут же сел, получил в колено. А я спокойно выпил еще.

— Ладно старик пойду я, пока ты не покалечился — сказал я.

Покачиваясь встал из-за стола.

— Да куда ты пойдешь, оставайся — сказал Кирстен.

— Нет Кирстен, от того что мне это не надо, я не перестал быть принцем. А значит не могу подставлять хороших людей. Удачи Кирстен — проговорил я и прыгнул порталом за стену. Там сбросил с себя пьяную одурь, прогнав силу. И спокойно пошел искать постоялый двор. Зашел в банк приложил кольцо, у меня спросили сколько мне нужно, я решил, что тысячи хватит. Взяв деньги сказал, что мне нужно сделать завещание, на сына, мне вежливо ответили что счас уже конец рабочего дня. И лучше если я зайду завтра. Не узнала девочка, ну так я хотел что бы не узнавали. Нашел постоялый двор, вроде прилично. Сел поужинать. Заказал мясо. Спросил у хозяина, насчет комнат, снял одноместный номер. Вместе с ужином, мне встало в тридцать золотых. Дорогая жизнь в столице. Поел и пошел спать. Хоть было еще не поздно вырубился сразу.

Мы пошли выше. Я не стал спрашивать Канцлера что да почему, и другие дурацкие вопросы. Он канцлер, все знать — его работа. Зашли к нам. Вита уже покормила сына.

— Ты мой маленький бандит — я обожал этого малыша — мы с тобой попозже поиграем, хорошо? Сейчас папе нужно поговорить с мамой.

Пока все говорил, сын пристально смотрел на меня. Когда сказал с мамой, он повернулся к Вите.

— Ты же у меня все понимаешь, да сын? — он прижался ко мне — посидишь с дядей Юлиусом он хороший, сильно его не бей, а то где нам такого отличного канцлера искать — улыбнулся я сыну. Он засмеялся. И замахал маленькими кулачками.

— Чудо ты мое — посадив сына на колени канцлера. Я прошел за Витой к ней в комнату.

— О чем ты хотел поговорить? — спросила Вита.

— А ты считаешь не о чем? — сказал я.

— Сам все решил, еще вчера — сказала Вита.

— Ясно вроде повзрослела, а как была гордой, упрямой дурой, так и осталась — прорычал я.

— Что, что да ты кто такой, чтобы так со мной говорить — она попыталась встать.

— Сидеть тварь темная.

Рявкнул я. Вынул меч.

— Сейчас ты ответишь на все мои вопросы или я поступлю как поступил твой отец — уже спокойней сказал я.

— Убьешь меня? — спросила она.

— Да — коротко ответил я.

— Лучше совсем без матери, чем с темной тварью — вот теперь я был уверен, что это не Вита. Точнее не та Вита. Я включил магическую запись.

— Когда тебя обратили? — вопрос.

— За день до случившегося.

— Кто.

— Тот мелкий мастер земли, что ты отправил на каторгу.

— Верховный бог, тебя очистил, зачем ты опять обратилась?

— Ахурамазда не всесилен процесс не повернуть вспять, он необратим. — улыбнулась Вита кривыми, гнилыми зубами.

Я тут же кинул в нее паралич. Она застыла, но для верности кинул еще раз. И позвал верховного. Он был уже в мире.

— Ты понял кто против нас играет? — спросил он.

— Да, сама бездна заявилась, ты сможешь ее остановить? — спросил я.

— Не знаю, она очень сильна — сказал верховный.

— Я очень тебя прошу спаси Виту, я никогда тебя не о чем не просил, а сейчас прошу — взмолился я.

— Придется показаться — сказал верховный.

— Ты все равно хотел объявить себя людям — ответил я.

— Но тогда ты точно со мной — сказал он.

— А когда было по другому — ответил я.

— Ладно идем, будешь помогать — приготовился верховный.

Мы вышли в реал. Вокруг ничего не изменилось. Вита все также светила гнилыми зубами. Верховный щелкнул пальцами и Вита ожила. Зашипела, попятилась назад. Мы с верховным наступали с разных сторон.

— Стойте или я убью девчонку — прошипела эта мразь.

— Никого ты не убьешь старуха, сейчас мои братья начинают сжигать тебя в твоем логове, ведь ты это чувствуешь правда? — улыбался верховный.

Ее взгляд метался по комнате, я включил доспех на полную мощь. Она сморщилась и пыталась прикрыться рукой, но рука Виты вдруг тоже засветилась. Моя девочка поняв, что ее не бросили, начала нам помогать.

— Умница любимая. Не сдавайся этой мрази, ради нашего сына, ради меня — переборов себя я сказал это.

Верховный начал давить светом божества со своей стороны, я со своей, а мое солнышко пыталось изнутри. И именно у нее получилось выпихнуть комок грязи мне прямо под удар меча. Как же я люблю свой меч, он радостно вспыхнул и вцепился в черноту буквально пожирая ее, раздался нечеловеческий визг и меч вспыхнув ослепительно, начал остывать. Я чувствовал как он устал от этой битвы, но и как он рад, что уничтожил своего старого, заклятого врага.

Вита начала падать. Я кинул меч в ножны и подхватил ее.

— Удачно все вышло, я пошел, нужно братьям спасибо сказать — сказал он и исчез.

Я вышел с Витой на руках не закрыв дверь.

— Звоните императору, пусть идет сюда — настоящая Вита только вернулась.

Вита лежала без сознания на диване, сын сидел на руках у императора, а я крутился вокруг Виты. Накладывал руки, пытался лечить светом. Но все было бесполезно. Когда пришел император, увидел потрёпанную дочь, он посмотрел на меня. Я покачал головой, да мы с ней дрались. Точнее не с ней, а кто был в ее теле. Павлий все сразу понял. С это мразью он уже сталкивался. Но тогда рядом не было меня. Как все успокоились, начались вопросы.

— Когда ты понял, что-то не так — спросил император.

— А я и не понял, до конца пока не увидел там, — сказал я — я просто чувствовал. Что-то не давало мне быть с Витой, я до конца не понимал что списывал, на ревность. Пытался искать причины и только Ваша записка, канцлер прояснила мне голову, — улыбнулся я канцлеру.

— Вы с Алексом очень похожи. Помнишь я говорил. Что ты, что он чувствуете зло. И в общем то, реагируете похоже.

— Что было в записке? — Я протянул записку.

— Алекс, Вита никогда не изменяла тебе, она тебя очень любит. Но то, что сейчас происходит похоже на то, что происходило двадцать лет назад. Мать Виты начала вести себя так же. Павел сходил с ума. Ревновал. Бросался на всех, а потом к нему пришел твой дед. Он объяснил, что с Маргарет, к сожалению твой дед оказался слабее бездны, а может у него просто не было чистой, божественной силы. Он погиб, но ослабил тварь и Павлик смог убить, но не бездну, а Маргарет. Вот только убийство носителя, хоть и сильно ослабляет эту мразь, но не убивает ее.

— Не в этот раз — раздался голос с дивана, где лежала Вита.

Голос принадлежал красивому, высокому мужчине, с ярким ослепительно синим светом, из глаз, я сразу узнал Ахурамазду — верховного.

И поклонился.

— У вас прекрасная дочь Павлий, умница, красавица, ну а характер Алекс потерпит. Я говорил ему это еще сразу после ранения. Ваша дочь решила исход боя, она смогла вышвырнуть мерзкую старуху под славный меч Алекса. Покажешь меч Алекс — спросил Верховный — Ахурамазда.

Я достал меч и передал его богу. Я был уверен, что все будет нормально. Верховный, что-то нашептал мечу, тот засиял, пару раз мигнул, и внось, как обычно, засветился теплым светом.

— Теперь, когда вы одна семья, меч будет слушать и Виту, и Павла. И тебя мой маленький, конечно. Он повернулся к настойчиво дергающему его за руку Кано. Ахурамазда начертил на макушке малыша какой то знак. И маленькое тельце засветилось, потом свет впитался в тело и пропал.

— Ладно, мы победили, и мне пора. Алекс всегда со мной на связи, он правда не любит этим пользоваться, наш скромняга но если что, свяжется. Поцелуй за меня Виту, я передам сестре, что она сделала хороший выбор. Да, Алекс, тебе официально присвоен полубожественный ранг. Твой статус полубог все до встречи. Пока Кано.

Потрепал он моего сына по голове и исчес. Все сидели и молчали. Кано играл на диване. Вита еще не пришла в себя. Я вышел на террасу, вынул сигарету и закурил.

— Значит полубог, значит ты не шутил у Кирстена — император смотрел на меня и не знал как себя вести — ты можешь сказать кто это был.

— Могу, бог — улыбнулся я.

— Это понятно, какой бог, как его зовут — нервничал Павел.

— Его не зовут, он сам приходит, припрется иногда хрен выгонишь — уже в наглую смеялся я.

— Алекс, чтоб тебя, это ты привык к богам, а мы люди простые им молимся. — разозлился император.

— Все, все больше не буду. В общем это верховный, старший над всеми. В разных мирах его называют по разному, но мне и большинству он известен как Ахурамазда — честно ответил я.

— Что ооо, я говорил с Великим Ахурамаздой, ты не шутишь — испугался император.

— А чего такого? Я с ним вино пью периодически — удивился я.

— Да ты вообще полубог, что с тебя взять — но мы то люди- вновь умилился император.

— Пора Витку будить, Кано кормить скоро и спать.

— Не буди пусть отдохнет после этой мрази.

— А сын?

— Я покормлю, он после года, стал из бутылочки кашку кушать. Да мой хороший. Кано подполз к деду и попробовал забраться ему на колени.

— Ладно идите тогда, Витульку уложу, перекушу и тут буду.

Я взял Виту на руки, она тут же охватила меня за шею.

— Милый — прошептала она во сне — я так скучала.

Я понес свою драгоценность в постельку. Уложил. Скоро должен быть ужин. Эх, часы забыл, но фиг с ними, потом. Выглянул к охране, попросил сообщить на кухню, что поесть не против. Посидел на террасе. Выпил вина, покурил. Наконец вот и ужин. Покушал. Опять вышел покурить. Посидел. И пошел спать. Первый раз за два года я засыпал с женой. А Вита, как всегда, по-хозяйски закинула на меня ногу, залезла головой куда то под мышку и счастливо засопела. Я улыбнулся этому простому счастью и уснул.

Утро. Я сидел в кресле на террасе.

Вспомнив все произошедшее понял по какому узкому краю мы прошли. Ведь окончательно потеряв Виту озлобился бы на весь этот мир, да еще влияние этого мерзкого, существа. Вспомнил свои мысли, что вижу в людях только плохое, понял, все это было наведенным влиянием, злом бездны. И если я, имея защиту божиего уровня, так мучался, то какого было простым людям. Ведь она пробуждала все пороки, вызывала все скрытые желания. После уничтожения этой древней твари, жить должно стать намного легче.

Я пожелал кофе, и выдернул из своего мира горячий кофейник. Налил себе большую кружку. И наслаждался. Тут сзади раздался стук чего-то твердого, обо что-то твердое и в комнату влетела Юлька, почесывая лоб и тихо ругаясь. Я на террасе сидел спиной к ней, но новый эффект статуса был интересным. Я видел все вокруг. Не четко, но стоило обратить внимание, как картинка приближалась, обретала четкость и звук. Я видел примерно в пределах замка, может и дальше, но мне пока это было не нужно. Юлька прошлась по комнате, заглянула в спальню, улыбнулась. Тут принюхалась и пошла на запах.

— Я уже и так тебе запах слал и этак, а ты все не понимаешь, — улыбнулся я сестренке и встал.

— Алееекс — бросилась на шею мне сестра.

— Здравствуй, сестренка, давно не виделись — грустно сказал я — но теперь будем всегда вместе.

— Брат, ты сильно изменился возмужал, покрасивел, что ли, что-то с тобой изменилось, но не пойму, что — в недоумении уставилась на меня сестра.

— Юльчик, будь добра принеси мою трубку, я не знаю где она, но где то здесь наверно — попросил я.

— Как ты меня назвал. Юль чик, мне нравиться так и называй, но иногда — развеселилась шебутная сестренка.

— А трубка у тебя новая, я сама тебе дизайн сделала, сейчас принесу.

Мне в принципе никакая трубка не нужна. Я видел императора, играющего с Кано, видел рядом канцлера, читающего утренней доклад своих помощников. Интересно, а могу я перенестись к ним силой мысли, без портала. Стоило подумать как меня потянуло к ним, но я с усилием вернулся. Вот они какие — силы полубога. И ведь это наверняка далеко не всё. Они пробуждаются постепенно по мере необходимости.

Сегодня я хотел все рассказать людям. Но сомневался стоить ли вот так вываливать на обычных людей, столько информации. И хотел посоветоваться, для этого возьму Виту, Юльку и попробую перенести их в мой мир. Юля принесла тонкий гибкий, как небольшой лист бумаги телефон. Я провел пальцем по экрану и тут же высветилось знакомые мне лица все с кем я могу сейчас связаться.

— Сейчас поговорю с императором, а ты слушай, внимательно, потом пойдем ко мне, в мой мир вместе с Витой — проговорил я.

— Просто пойдем в твой мир, ты понятно, но мы то как войдем в твое подсознание? — удивилась Юля.

— У меня новый статус и новые возможности просто откроешь мне подсознание и я тебя перенесу к себе. Обещаю не подсматривать твои тайные желания — Юлька распахнула глазищи свои огромные и жутко покраснела, я рассмеялся.

Набрал императора.

— Ваше Величество — сказал я.

— Не Величествуй когда все свои, зови по имени, чтобы себя стариком не чувствовал. К тому же по статусу ты теперь гораздо выше меня — улыбнулся император.

Я рассказал свою идею о представлении людям богов, меня Виты и Кано.

О том, что сейчас уведу обеих принцесс на пантеон. Что, там, решим как быть и когда этому случится, предупредил нужно будет строить храмы. Тела наши останутся на террасе и как вернемся, сразу свяжусь с ним. Вот только завтрака дождусь. Кстати пища обычная мне теперь не была особо нужна, но лучше все же было поесть. Я не хотел отказывать себе в маленьких радостях. Юлька просто офигевала. В этот момент принесли завтрак. Мы покушали.

— А как же Вита? — спросила Юлька — она так и будет спать голодной?

Я рассмеялся.

— Не волнуйся за нее, сейчас ее тело усиленно впитывает всю энергию мира. Как и мое когда я два года валялся — улыбнулся я.

— Вот как, может мне тоже пару лет поваляться — задумчиво проговорила она.

— Кушай, любительница экспериментов — сказал я.

— Там где мы будем, скорее всего появятся и другие. Но сперва мы поговорим с моим наставником — начал наставления я — зовут его Ахурамазда, но ты называй верховный, ему так проще.

— Ух ты, твой наставник Величайший Ахурамазда? — глаза Юльки полезли на лоб.

— Да он вчера заходил, говорил с императором, покрестил Кано, а ты не знаешь, сына зовут Кано — упрямец — улыбнулся я.

— Блин, я опять все пропустила — расстроилась сестра.

— Поверь мне, я бы тоже вчерашний день пропустил и забыл о том, что мы пережили и как — сказал я.

Юлька уже хотела закидать меня кучей вопросов. Но я поднял руку.

— Потом у императора узнаешь — вызвал охрану. Проинструктировать.

— Пока не скажу никого не впускать, самим не входить, всех отправлять к императору — сказал я.

— А если император зайдет? — спросил гвардеец.

— Не зайдет, он в курсе дел — успокоил его я.

Потом сказал Юле расслабиться не спеша проник в ее подсознание. Улыбнулся ее недовольному подсознанию. И сходил за Витой. Объединив их я подключил свое, и мы оказались на пляже.

Я сразу прошел к бару. Тяжело с непривычки. Так то верховный сказал что я смогу до миллиона подсознаний объединять, но это со временем, может через год, а может лет сто понадобится чтобы научится все их держать.

В общем вот мы тут и собрались. Взял вино и мороженое девочкам, присел за столик Вита рядом осматривалась. Сходила к воде, посмотрела на солнце. Осмотрелась. Улыбнулась. Видимо так и представляла из моих рассказов.

— Иди сюда, потом тут везде посмотришь, тут все для нас делал. Сын чуть подрастёт и его приведем — сказал я — что ты помнишь из вчерашнего?

— Все помню, ну до того как отключилась, это ведь Ахурамазда был с тобой?

— Да, он же верховный, называть его лучше так. Не знаю почему, но представляться Ахурамаздой он не любит, может величие имени давит, он же бог-богов — рассказывал я.

— Девчонки, придет он и скорее всего Фрея, его сестра, ну ты знаешь Вита (она кивнула) нам нужно обсудить когда мы представим их народу и каких еще богов допускать в наш мир. Чтобы избежать нового появления твари. Объясню да, сейчас она исчезла, уничтожена, но это уничтожена не она, а лишь одна из ее личностей, что хотела владеть нашим миром. Саму бездну нельзя уничтожить. Как нельзя вылечить людей от зависти, злобы, лени, ревности в общим список там огромный. Она играет на человеческих слабостях, проникает в мир и пожирает его. Вырастая на человеческих душах. Вот как то так. — попытался объяснить я.

Раздались хлопки.

— Лучше и не скажешь. Прекрасная речь Алекс, ведь так? Я Фрея, брат рассказывал, что Вы решили поговорить — появилась ослепительно красивая девушка.

Вита вскочила и склонилась.

— Позвольте приветствовать, госпожа — сказала Вита.

— Не нужно так говорить, тут так не принято, это в храмах, у простых людей, там да. А вы наши наместники, почти равные нам, ну твой муж то точно (улыбка), ты скоро станешь как он, конечно не достигнешь такой сила, но нам это и не нужно, я тоже намного слабее брата. Но они воины, а мы жизнь, любовь, мудрость, правда не всегда — рассмеялась богиня.

— Это уж точно, привет Алекс, привет девчонки. Как себя чувствуешь Вита? — он внимательно посмотрел на нее.

— Да вроде ничего так, только не как выспаться не могу — не уверенно сказала жена.

— Ничего, пара дней у тебя есть пусть тело отдыхает, набирается сил, ты растешь в силе во сне. Вон посмотри на мужа, какой богатырь за пару лет вымахал — рассмеялся верховный.

— А ты Юля, давай ка развивать твой дар, он нам очень нужен, не возражаешь?

— Нет верховный, но кто будет учить меня, у нас нет медиумов — робея ответила Юля.

— Думаю Амеша справится, в конце концов он у нас отвечает за мудрость — улыбнулся верховный.

— Может лучше пусть Митра возьмется? Амеша нууу очень нудный — сморщила носик Фрея.

— Ахатах, ты просто не любишь проникать в тайны мира, сестренка, но думаю позовем их обоих — сказал верховный.

— Так Алекс, рассказывай, что решил — посерьезнел верховный.

— Он тут такую речь задвинул, что я чуть в осадок не выпала — рассказала Фрея смеясь.

— Он может, когда захочет — сказал верховный.

— Люди не могут жить сами по себе, им всегда нужен пастырь, к которому они могут прийти с просьбой, который будет оберегать, кому можно поклоняться и у кого можно просить совета, тот кто надоумит как жить дальше — улыбнувшись проговорил я.

— А потому, что бы избежать как можно дольше возвращения темной твари, я хочу представить им настоящих богов — Вас. И хочу посоветоваться как лучше это сделать.

— Так кого думаешь пускать в мир? — как бы спросил верховный.

— Вас, думаю еще Митру и Амешу, Аримана бы Ооочень не хотелось — ответил я.

— Ахатах — звонко рассмеялась Фрея — какой умный у нас полубог.

Жена посмотрела на меня с вопросом. Я прикрыл глаза, типа потом объясню.

— А если война? — спросила Фрея.

— Алекс у нас на что — улыбнулся Ахурамазда — старую тварь одолел, разберется как-нибудь.

— Точно, я не подумала — с улыбкой поморщилась Фрея.

— Когда планируешь? — спросил верховный.

— Нужно все подготовить, поговорить с императором, собрать город, а дальше вести уже разойдутся, ну если полетать над империей решая всякие мелочи, думаю хуже не будет, пару-тройку дней наверно на подготовку — ответил я.

— Так и поступим, Митру и Амешу мы предупредим — сказал верховный.

— Я займусь закладкой храма всех богов, хочу сделать, что-то вроде Тадж-Махала — сказал я.

— Ооо, такой даже мне не строили — улыбнулся верховный.

— А это где? — заинтересовалась Фрея.

— Я тебе покажу, как-нибудь — сказал верховный.

— Мы пойдем, Алекс на связи, Фрея ты с Витой на связи — сказал верховный и они исчезли.

— Вау, Алекс, это было круто, ты полубог и боги твои друзья — я фигею с брата.

— Ты не фигей, а учись и скоро войдешь в пантеон.

Юлька притихла. Ну понятно учится никто не любит, все хотят все и сразу, без регистрации и смс.

— Я хочу тут все осмотреть можно — застенчиво спросила Вита.

— Зай, ну хоть ты то не издевайся, я каким был таким остался, — пробурчал я.

Вита улыбнулась, чмокнула меня в щеку и пошла все смотреть

Я прошел к бару и сделал себе коктейль из виски и колы, взял пару бутербродов, Юльке мороженое и вернулся.

— Попробуй — дал ей вафельный стаканчик.

Юлька лизнула раз, другой, потом откусила пол стаканчика.

— Блин, какая же вкуснота, что это? — зачмокала Юлька, холодное же.

— Мороженое, из чего делают не скажу, не знаю спер десяток разных сортов в одном мире — ответил я потягивая коктейль через трубочку. Взял сигарету, прикурил. Юлька, сперва вытаращилась, по привычке наверно, потом махнула рукой.

— Вита, ты где там? Не утонула в бассейне — крикнул я.

Юлька услышав про бассейн тут же вскочила, сунула остатки мороженого в рот и убежала в дом.

— Неет, тут так здорово — прокричала Вита.

Ну и ладно пусть развлекаются я допил и вышел в реал. Юлька сидела с закрытыми глазами и улыбалась. Вита была в постели и тоже улыбалась. Я позвонил императору и позвал к себе. Пришли все, Кано тут же потянувший со мне, император и канцлер.

— Ну как ты, сын — спросил я серьезно Кано.

Он как бы задумался, потом заулыбался. Я тоже улыбнулся. Сын показывает, что все хорошо.

— Идем к маме — спросил я и Кано потянул меня к спящей Вите.

Положил его рядом Кано посмотрел на нее, потрогал и успокоился, начал ползать вокруг, теребя ее за волосы. Император тоже вошел в спальню и тоже успокоился увидев улыбающуюся во сне дочь. Канцлер смотрел на это с улыбкой. Окружил кровать божъим барьером, что бы Кано не упал.

— Мы пойдем поговорим с дедушками, побудешь тут — серьезно спросил Кано.

Он опять улыбнулся и продолжил ползать. Мы вышли на террасу попросил императора расслабиться и кинул ему в подсознание какой храм хочу построить. Он долго изучал прикрыв глаза. Тоже сделал и канцлеру. Теперь оба пытались осмыслить, что я напридумывал.

— Да красиво, но сколько времени это строить — проговорил император.

— За три дня, за четыре максимум, маги справятся, вот отделать все это та еще проблема — сказал канцлер.

— Я помогу — сказал им. — Но сперва нужно решить как провести представление богов, я смогу их представить, а также объяснить зачем нам боги, но как все организовать как собрать народ, подготовить почву, это уже вам задачка, много мудрые мои учителя — абсолютно серьезно произнес.

— А где сейчас девчонки? — спросил все же император.

Я ушел в подсознание и позвал девчонок. Юлька встала с недовольной моськой, а из спальни я услышал радостные крики Кано, посмотрел внутренним взором, так и есть Вита проснулась.

— Мама проснулась — успокоил императора уже готового вскочить — сейчас придет.

Мы сидели за столом на террасе и обсуждали текущие дела. Вита и Юля с придыханием рассказали о своем знакомстве с богами. Потом с восторгом, перебивая друг друга поведали о моем острове. Вите очень хотелось взять туда Кано, но я был не преклонен, пусть подрастет. Малыш понимая, что речь о нем насупился и попытался поорать, но я посмотрел на него с укоризной внушая мысль, отцу нужно верить, он знает лучше, Кано замолчал задумчиво перебирая игрушку.

Кстати о его игрушках, может до моего пробуждения они были простыми, но потом сделал ему четки из фигурок всех зверей которых знал или видел. Более того, наполнил четки божьей силой, чтобы он впитывал ее постоянно. Я уже почти не участвовал в обсуждении, задумавшись о сыне, том что будет дальше.

Сын не отходил от мамы, подумал, что ползать по хоть и нагретому, но камню не лучший вариант. Сказал Вите взять Кано всем выйти вглубь комнаты и покрыл террасу толстыми, персидскими коврами, с толстым, высоким ворсом так что моя нога утопала по щиколотку. Вита улыбнулась, отпустила Кано на пол. Кано, довольный новом местом, пополз куда то. Император тоже улыбнулся, видя мою заботу о сыне.

— Ну, решили что-нибудь? Простите, что то задумался в конце — сказал я.

— Да уж, мы заметили — сказала Юлька, а остальные улыбнулись.

— Во общем решили не страдать ерундой и провести представление в храме — сказал император.

— Через сколько времени? — спросил я.

— Думаю за неделю управимся — сказал император.

— Витуль, милая, сообщи Фреи, пожалуйста — попросил я Виту.

— А сам чего с наставником не свяжешься? — удивилась Вита.

— А он у нас, скромняга, как и предупреждал, Ахурамазда — заржал император.

— Просто Вите нужно тренировать подсознание — объяснил я. Отошел к ограде террасы, оперся на барельеф ограждения и закурил.

— Вот чтобы этой гадости при сыне не было, а то не посмотрю, что ты полубог каак врежу — разозлилась Вита на сигарету.

— Да милая, хорошо милая, слушаюсь любимая — сказал серьезно, и сам не хотел, чтобы он вдыхал дым.

— Вот так, учись Юль — заулыбалась Вита.

— Когда начнем? — спросил я.

— Сейчас и начнем, как раз твои строители вернулись, доделали последний замок еще вчера — сказал канцлер — они будут старшими, остальных к ним в подчинение. Только пообедаем.

Вита пошла в душ и переодеваться, Юлька тоже. Император и канцлер тоже отошли до обеда. Я остался с сыном. Кано поползал немного подполз к креслу и ухватившись ручками попытался встать. С первой попытки не вышло, но мой маленький упрямец продолжал и наконец втал на обе ножки. Он с такой гордостью посмотрел на меня, что я не выдержал, подошел к нему, попути заглянув в холодильник в мире.

— Ты мой маленький, но очень сильный герой, я горжусь тобой, сын — очень серьезно сказал я.

И протянул ему эскимо. Он непонимающе посмотрел на незнакомую вещь. Тогда я взял и немного откусил от брикета. Он понял что делать попробовал, постоял и еще попробовал. Начал открывать деснами кусочки шоколада и слизывать мороженое. Он даже забыл, что стоит на ножках. Тут вошла Вита и увидев что Кано стоит, прикрыла рот рукой. Он тоже ее увидел, но ходить он конечно еще не мог, потому попробовав сделать шаг, полетел бы носиком в ковер, но я подхватил чудо-эксперементатора. Он радостно засмеялся, но мороженое не выпустил. Мы сели на кресло. Вита, наверно, как и всякая мать, начала хлопотать возле Кано. А что он есть. Он встал, ура. Да, что же он ест? Наконец, попробовав, Кано все таки дал ей разок попробовать, заверещала, что оно же холодное и попыталась отобрать, но Кано спрятался у меня нагруди и мы ей не дались. Вот в таких веселых хлопотах прошло время до обеда.

Пришел император, канцлер и Юлька. И тут разгорелся новый спор. Все хотели участвовать в стройке, а Кано нужно было кушать и отдыхать. Потому Вита спорила с отцом кто останется с Кано. Решил выступить третейским судьей, сегодня с Кано, останется Вита. Потому что в первый день начала стройки лучше показаться самому императору. Ну, а дальше уже не столь важно.

Строителей канцлер уже предупредил участок выбрали в том месте, где я нашел Виту. Там был огромный котлован оставшийся от моего буйства. Материала было много, а потом я заполню все водой запущу карпов и лебедей. Будет красивое озеро в центре города, почти. Митра потом вырастит вокруг сад и станет просто чудесно. Строители были рады моему возвращению к жизни. И готовы были работать сутками. Всей первой бригаде, которая тут будет главной, скинул в подсознание тоже, что и канцлеру с императором. Они немного под зависли, но потом все же спросили.

— Для кого такая красота Ваше Высочество — спросил мастер земли.

— Для богов, которые помогли справиться с тьмой для того, чтобы тьма никогда не вернулась в наш мир — ответил я.

Строители поклонились и отошли начав обсуждать стройку. Смотрели на участок, обмеривали его, рассчитывали все. Спускались в котлован смотрели камни и землю. Я решил сразу их обнадежить.

— Такая стройка будет стоить очень дорого, за нее буду платить я и император. Так что не смущайтесь. Более того я помогу Вам своими силами — сказал я, и чтобы не выглядеть трепачом поднял огромный пласт земли и камней и перенес на строительную площадку. У мастера земли глаза полезли на лоб.

— И не удивляйтесь, и не говорите, что вы мне не к чему, я мол и сам смогу. Смогу, но затянется это на неизвестно сколько, а у нас всего неделя. Вы профессионалы в строительстве, потому я полностью вам доверяю — объяснил я строителям.

Во общем когда с насущными проблемами решили, завтра еще сказали, что откроем им счет на бригаду в имперском банке. Началась ударная работа. Я всегда любил смотреть как работают профессионалы. Юлька осталась со мной. Император с канцлером ушли. Все же у них и помимо этого много дел. Храм начал расти на глазах.

Я решил не скромничать, весь храм включая нулевой этаж, там кстати будет хранилище, я приказал строить из белого мрамора. Ну как. Сперва они делали все из обычной земли и камней, Потом я проходил пару раз, мощно так проходил своей магией и сплавлял все в белый мрамор. Стройка шла не так чтобы очень быстро, но и немедленно. Все таки мрамор намного тверже обычных камней, их уходило немало, чтобы сплавить нужное нам количество мрамора. Котлован рос и расширялся. Я специально расширял его ближе ко дворцу. Приятно будет выйти на террасу и смотреть на белых лебедей. Пять дней строители работали, пять дней я не прерываясь на сон и прием пищи, помогал им. Приходил император и канцлер, приходила Вита и Юлька. Ребятам привозили еду, император все организовал. Простой народ строил догадки. Некоторые были близки к тому, что и для чего мы делаем. Мне гвардейцы, что стояли в оцеплении, докладывали. На шестой день рано утром мы закончили. Осталось немного поработать мне. Перед входом в храм я сделал квадратный, неглубокий бассейн. Он будет сообщаться с озером. Я хотел что бы в нем плавали карпы и осетры килограмм по пять — десять. Вода будет бить из ключей которые хотел вывести в бассейн. Но потом задумался, и решил сделать по другому. Вызвав старших из строителей, объяснил свою задумку.

— Вода будет бить на высоту метров десять — пятнадцать, учитывая разбрызгиватели помните делали для душа? Только тут они должны быть намного больше. Думаю хватит пяти. Один, самый большой в центре на него наверно пять объединённых насосов, на остальные соответственно, по четыре, три, два и один. То есть пять струй, самая высокая будет накрывать все сверху ей поможет вторая, третья и так далее. Мне нужен металл, и лучше чтобы этим занялись маги металла.

— Вы гений, Ваше Высочество — с восхищением сказал мастер земли, а остальные только кивали.

— Гений чуть бездну, тварь старую не упустил потом узнаете. Короче покупайте металл, покупайте насосы, связывайтесть с металлистами. А я пойду посижу, что-то я устал.

В общем к началу седьмого дня все было готово. Я еще покрыл колонны похожие на минареты, сверху божественным доспехом. Тонким слоем просто чтобы он светился в темноте. Также сделал и с трубами, но изнутри, теперь вода в фонтане будет светиться божественным светом. Но самое сложное было впереди. Сделать в храме статуи богов. Но я никогда не видел не Митру, не Амешу. Потому связался с Фреей. Почему не с верховным. Мне казалось что по таким мелочам его не стоит дергать. Фрея с радостью помогла. Кинула мне в подсознание образы обоих. И наконец закончил.

Представление было назначено на вечер. Напустил в котлован воду, не стал одевать в камень или мрамор, только дно немного утрамбовал у берегов в основном. В общем сделал удобные купальные зоны отдыха. Дернув пару чистейших подземных рек, буквально за полчаса закончил с котлованом, теперь озером. Наполнил бассейн, включил фонтан. Полюбоваться на нашу работу собрались все. Я придумал в подсознании карпа и запустил в бассейн, потом так же осетра, еще десяток карпов и пару осетров. Приманил лебединую стаю. Им кажется понравилось на озере. В озеро так же запустил карпов, осетров еще рыбешку поменьше. Вода в озере, благодаря ключам, будет проточной и чистой. И присел на уже сделанные скамейки вокруг.

— Сильно устал — спросила подошедшая Вита.

— Есть немного, как там Кано? — спросил я.

— Сперва забеспокоился, папки нет, мама одна спит нервничал тебя искал, я когда поняла почему он беспокоиться вынесла его не террасу. Оттуда прекрасно видно и храм, и озеро. Он сразу успокоился как только увидел, что папка занят делом, а не пьянствует с друзьями. — сказала она, видимо тоже соскучилась раз вставила шпильку в конце.

Я притянул ее к себе, обнял и поцеловал. И плевать если кто то осудит — она моя жена и я люблю ее.

— Пойдем отдохнешь — сказала довольная Вита.

Всего такой храм обошелся, считаю недорого — в миллион с мелочью.

Я лег, Кано устроился рядом. Соскучился сын. Эх, говорят дети очень быстро растут, с этой мыслью уснул.

Встал за час до начала. Странно, если бы на бой идти — был бы спокоен как удав.

А тут нервничал. Наверно из-за выступления перед толпой. Но помнится в академии совсем не нервничал. Может моложе был, наглее. Проверил свое состояние, отличное только душ не помешает, пять дней не мытый в толпе мужиков. В общем пошел в душ. Вита принесла мыло и мочалку оттерла меня как следует.

— Где Кано? — спросил я.

— Спит, наверно до утра теперь. Ты уснул, он повозился и тоже уснул рядом — улыбнулась довольная жена.

— Нужно больше времени проводить с ним. Не хочу быть как мой отец — сказал я.

— Ты очень хороший отец — улыбнулась Вита — но вот муж никудышный жена уже минут десять трет его мочалом, а он ее даже не замечает. Действительно чего это я. Тут же затащив Виту к себе и впился в нее поцелуем, а потом почти без прелюдий вошел в нее. О это было безумство чистой воды, я так соскучился по ней, что наверно мог продолжать бесконечно, но моя разумная жена остановила.

— Продолжим ночью, а сейчас нас ждут люди — сказала довольная, удовлетворенная женщина. Ведь женщина бывает разумной, только если она удовлетворенная. Мы вышли, я оделся в черное с золотом.

— Ты всегда в черном, раньше да я была согласна, но может сегодня, попробуешь другой цвет? — спросила Вита.

— Какой — недоуменно спросил я.

Как то не задумывался о смене одежды удобно, в глаза не бросаюсь, чего еще надо.

— Мне розовый нравиться — сказала Вита.

Я чуть не подавился собственным языком. Так вот кто вечно меня в розовое укутывает. Но ничего не сказал и оделся в белое с золотом. А вот рубашку сделал черную.

— Ну хоть рубашку то мог сделать розовую — невинно улыбалась сказала Вита.

— Ты меня в могилу хочешь свести. Незачто и никогда. Пошли мне еще речь толкать — сказал я и гордо вышел.

— Эх, мужчины, ничего не понимают в красоте — достаточно громко сказала жена.

Народу перед храмом было не просто много, очень много.

Я взошел на возвышение перед входом. Поднял руку шум толпы начал стихать.

— Вы все знаете кто я. А кто не знает пусть спросит у соседей. Хочу объяснить вам для чего собрал вас всех и что за чудесной строение за моей спиной. Слушайте внимательно. Люди не могут жить сами по себе им всегда нужен пастырь к которому они могут прийти с просьбой, который будет оберегать, кому можно поклоняться и у кого можно просить совета, что бы надоумил — улыбнувшись проговорил я.

— А потому хочу представить вам всем настоящих богов. Чтобы избежать нового появления твари. Объясню, да сейчас она исчезла уничтожена, но это уничтожена не она, а лишь одна из ее личностей, что хотела владеть нашим миром. Саму бездну нельзя уничтожить. Как нельзя вылечить людей от зависти, злобы, лени, ревности в общим список там огромный. Она играет на человеческих слабостях, проникает в мир и пожирает его. Вырастая на человеческих душах. Вот как то так.

— Спрашивайте.

И тут специально подготовленный канцлером человек крикнул.

— А что за боги?

— Смотрите люди вы слышали об этих великих богах и вам повезло, они обратили свой взор на наш мир

— Митра.

Мы в подсознание договорились как все будет происходить, там были все и все согласились появиться после моего объявления с каким нибудь эффектом.

Огромный шар бело зеленого цвета появился в небе из него спустился мужчина, спокойный, величавый и встал рядом со мной он повел рукой и берег озера начал обрастать садом. Цветущие яблони, благоухающие вишни, грушевые, апельсиновые, мандариновые деревья росли из земли, в росте созревали и обрастали плодами.

— Это величайший бог жизни всё живое тянется к нему как к солнцу, молитесь ему и в вашей жизни все будет хорошо.

— Ашера.

Над храмом появился шар мудрости. В этом мире знали Ашеру и его шар мудрости, во всех библиотеках они были.

— Величайший мудрец тысячи миров снизошёл до нашего мира. Вы все знаете о шарах мудрости, поклонникам тьмы и бездны не нужна мудрость. Потому шары не работали, теперь все они работают, самый большой будет в храме прямо посередине. Любой сможет приложить руку и узнать ответ на свой, один вопрос. Повторю один. Потому думайте, что спросил у великого мудреца.

— Фрея.

В небе появилось один большой белый шар, и десяток поменьше. Она опустилась рядом со мной и одарила меня улыбкой.

— Прекраснейшая из красивейших богинь почтила нас своим величием. Богиня красоты, любви, самой жизни за любовь, одаривает нас своим присутствием. Смотрите и запоминайте. Женщины и девочки. Вы всегда можете обратиться к прекраснейшей, если у вас проблемы по женской части, если вы не испытываете удовольствия, если нет молока или болит в груди. Молитесь прекраснейшей из богинь и к вам придут ее послушницы.

Девчонки из шаров вышли и подошли ко мне. Выслушают вас и помогут за это с вас не потребуют деньги, боги не темные твари. Им нужна лишь наша вера, наше желание быть с ними. И они ответят своим верным сторонникам.

И наконец, величайший из богов, бог богов Великий Ахурамазда.

Накал толпы, что я поддерживал, достиг апогея. Народ взорвался восхищенными криками. Огромный белый шар, завис над храмом. Оттуда вышел и пошел по воздуху верховный. Когда он почти спустился то поднял руки и на всех, от детей, до стариков прошла волна белого цвета. У кого что болело, прошло, кто был без ноги, вдруг почувствовал что нога начала расти. Это было нечто. Волна всеобщего ликования была настолько реальной, что почувствовал в меня что-то вливается.

Верховный поднял руку. Толпа стихла.

— Наш скромный принц забыл о еще об одном члене нашего пантеона. Мой наместник, полубог и защитник этого мира, Алексий — вытолкнул меня вперед.

— Именно он защитил ваш мир от тьмы. Именно он убил мерзкую, старую тварь под названием бездна. Именно он чуть не потеряв жену с еще не рожденым ребенком, грудью закрыл вас от ярости тьмы. Уничтожил ее. Сам чуть не умер, и если бы не его прекрасная жена, наместница моей сестры Фреи, мы потеряли бы и вас люди, и ваш мир. Никогда не забывайте, кому вы обязаны. А то меня обидите.

Толпа смеялась и радовалась. Мы прошли в храм впятером.

— Так я не понял Алекс, а твоя статуя где — возмутился Митра.

— Да как то неудобно — пробормотал я.

— Неудобно спать на стенке одеяло надо гвоздями прибивать — сказал Ашера.

— Скромностью можно гордится-если больше нечем, отошли все.

Расправил руки. И рядом со статуей Фреи стала появляться моя статуя, с обнаженным мечом в опущенной руке. Верховный кинул волну света и статуи засветились.

— Ну вот вернулись в этот прекрасный мир, а вы не верили что он справится — сказал верховный.

— Алекс, как откроют храм на тебя польется волна веры, не пугайся принимай — позже встретимся и я тебе все объясню.

— Хорошо — ответил я.

Мы исчезли прям из храма. Так что народ, что ждал нас у входа решил мы в статуях. Дома меня ждали. Они все видели и слушали с террасы. Начались поздравления, восхищения прекрасными речами. Потом Фрея забежала, что-то сказала Вите, поцеловала в макушку Кано и исчезла.

— Теперь так всегда будет? — спросил император.

— А что плохого пап? — спросила Вита.

— Да вроде ничего дочь, бухчу по-стариковски — пробурчал Павел.

— Тебе до старика еще очень далеко — улыбнулась Вита.

Я присел в кресло, вынул бокал вина, закурил.

Вита отняла бокал.

Я вынул бутылку и еще бокалы, на всех.

— Надо отметить, в империи началась новая жизнь, — сказал я.

Мы просидели пару часов, канцлеру и императору было бы интересно побывать в моем мире. Но если с канцлером вопрос было решить легко, он одаренный. То император был просто человеком, и как отреагирует его подсознание на вторжение я не знал. Все это объяснил им.

— Значит шансов нет? — растроенно спросил император.

— Шансы всегда есть, Павел — ответил я. Вита и Юлька посмотрели на меня удивленно, но промолчали видя, что император не реагирует.

— Все таки я не полноценный и неопытный бог. Можно попросил Фрею или верховного.

— Думаешь не откажет — спросил император.

— Ваше Величество, простите, но мне не привычно и неуютно называть Вас просто по имени, слишком вас уважаю, простите — проговорил я.

— Ладно, называй как хочешь, так что думаешь не откажет? — настаивал он.

— Ну если Вита попросит думаю нет — мстительно улыбнулся я.

Он посмотрел на дочь. Она пожала плечами и связалась с Фреей. Красавица богиня не заставила себя долго ждать и появилась во всей красе. Приказав императору спать, она легко проникла в его подсознание. Я в то время проник к канцлеру к Вите и Юльке.

Мы втроем появились в моем мире, а спустя миг возникла и Фрея, с императором.

— Алекс, если боишься навредить человеку проникая в его подсознание просто погрузи его в сон. Подсознание сочтет все увиденное сном и не будет противиться — объяснила прекраснейшая.

— Спасибо прекраснейшая — сказал я.

— Пойду пожалуй — улыбнулась Фрея.

Вита смотрела на меня зло. Император смотрел по сторонам и смущенно улыбался.

Вита встала, прошла к бару, взяла Шампанское и блюдо с икрой.

— Фрея сказала это пить, а этим закусывать так себе могут позволить немногие люди во многих мирах — сказала Вита.

— Откроешь?

Она протянула мне бутылку. Я открыл, хотел с шумом, но шампанское было холодным. Вита налила в бокал, попробовала и закусила черной икрой. Подумала и одобрительно кивнула.

— Как вы? — спросил я императора.

— Да нормально вроде воспринимаю как сон, но это же не сон? — спросил недоверчиво он.

— Нет Ваше Величество это не сон — устало ответил.

— Юль, ты не проводишь гостей? Покажи им тут все — попросил я.

— Хорошо брат — ответила Юля.

Закурил.

— Вита ты хочешь поскандалить? — спросил откровенно.

— Нет, но спать иди к своей прекраснейшей — с дуру сказала Вита.

— Хорошо, прощай — сказал я и исчез.

Ночевал снова на постоялом дворе, в своей обычной одежде. Пока сын не подрастет, мне придется терпеть ее дурной характер. Но потом уйду. Утром перекусил и перенесся в замок. Император и другие вернулись нормально, Вита позвала Фрею. И та видимо немного прочистила ей мозги.

— Ты где был? — начала заводится Вита.

— Мы сейчас идем в банк. Где я оформляю наследство на Кано и Юльку. Ты не получишь не одного золотого — сказал я — ты мне не нужна, пойду к Фрее.

Повернулся и ушел. Я шел к императору. Нужно было как то объяснить ему, что наша семейная жизнь кончилась. И тут встал. Что-то не то. Нужно разобраться в себе.

Позвал верховного он ответил, я объяснил ситуацию он сказал встретиться у меня. Пришли все четверо. Рассказал в чем дело сказал, что люблю Виту, что у нас сын и я не собирался уходить из-за ее глупых вспышек. Фрея про сканировала меня. Мое тело кстати лежало в кладовке, лучше места не нашел.

— Ариман — был ее приговор.

Верховный заскрипел зубами. Митра выругался. Ашера тоже был не рад вечному врагу. Фрея же спокойно улыбалась и ждала когда на нее обратят внимание.

— Что ты улыбаешься? — спросил верховный.

— Я объясню, но сперва предлагаю позвать, Виту думаю ей сейчас не сладко — сказала Фрея.

Верховный кивнул. Фрея исчезла. Ее долго не было. Потом появилась вместе с Витой. Я не смог сдержать злого взгляда.

— Вот что хочу до вас донести — спокойно сказала богиня любви.

— Ариман конечно хитер, подл и у него масса уловок. Накопил за тысячи лет. Но Алекс даже без нашей защиты умудрился понять, что-то не то происходит. Он любит Виту, никогда не бросит сына. Ариману этого не понять. Для него мир по-прежнему стоит на трех китах — тщеславие, жадность и в нашем случае глупая гордость. Он не понимает любовь не за что-то, а вопреки не понимает как можно плевать на себя ради другого как можно просто любить жену, сына без какой то цели.

— Я согласен с сестрой, — ответил Ашера.

Митра пожал плечами, а верховный сказал продолжать.

— Продолжаю мы поставим на Алекса, Виту и остальных потенциальных жертв, нашу защиту, но скроем ее. Ариман не поймет сразу почему его закладки не работают, будем навещать их каждый день, обновлять защиту и смотрел ментал — все больше заводясь говорила Фрея.

— Рано или поздно он психанет и придет убивать Алекса, вот только вместо Алекса его встретишь ты, старший брат.

Фрея замолчала. Вита посмотрела на меня я виновато улыбнулся, она покачала головой, я пожал плечами. Ну, а что я мог противопоставить Ариману. Древнейший злобный бог. Когда-то считалось, что именно он породил бездну кстати возможно так и есть.

В общем они говорили, решали, а я хотел спать.

Я жутко устал, морально-физически, нервно я так хотел просто жить. Я поднял руку все затихли. Я кивнул Фрее. Она исчезла через минуту появилась и сказала одно слово — да. Еще одна попытка Аримана.

— Вита как видишь Алекс прекрасно различает свои эмоции и наведённые, тебе тоже предстоит научиться этому. Для этого нужно прежде всего не терять голову и уметь проанализировать чем вызвана реакция — проговорила Фрея.

Я подумал ну его нафиг был аристократом, принцем, нет блин в боги занесло.

И рассмеялся. Все повернулись ко мне.

— Как то топорно ты работаешь — сказал я.

Я повернулся к Фрее, она заледенела лицом.

— Знаешь, что меня всегда бесило в злодеях? Их желание покрасоваться я считаю есть возможность — бей, не рассусоливай, не размазывай кашу по тарелке — проговорил я вставая и потягиваясь. Коротким хуком я выбил " Фрею "из кресла, она недоуменно смотрела на меня. Ахурамазда начал вставать, но это мой мир и тут мой законы. Гравитация выросла в тысячу раз их всех чуть не размазало. Я взял Виту за руку, и мы вышли в реал. Я прекрасно помнил где оставил тело, но сейчас я был в другом месте. Фрея тоже была тут. Я вынул меч и разрезал на ней путы.

— Где мы? — спросил я.

— В замке Аримана не далеко от империи — усмехнулась она.

— Но его тут нет? — спросил я.

— Есть как нет, а кто тут такой шустрый. Ой да это талантливый молодой полубог, что не захотел пустить меня в свой мир, на Неру, хотя мне плевать на твои хотелки, я всегда делаю, что хочу даже брат не смеет мне мешать — начал издеваться Ариман.

— Сейчас увидим что же ты умеешь, что же ты можешь или все так по мелочи, с середины на половину?

— А ты проверь, дедуля — усмехнулся я.

— Твоя бабуля тоже пыжилась или дочь твои была? Пердела на пол империи, так из нее дерьмо лезло.

Я улыбался во все зубы.

— Что, очко жмет старичок, — выводил я его из себя.

А это я умею очень хорошо.

— Ну чего пенсия ходячая, пока еще, хех, так и будешь за углом стоять. Угол ты конченый.

И тут он взбесился. У богов за тысячелетия нервы расшатались.

Он влетел в камеру с мечом замахнулся, я мгновенно сел перед ним на шпагат и со всей дури воткнул ему меч в промежность. Резко встал. Выдернул меч подал божественный свет и снес ему голову. Потом отрубил руки, ноги и раскидал все по сторонам. Вошел в подсознание и отменил гравитацию. Сел рядом с Фреей и отключился. Очнулся быстро. Оказалось моя голова лежит на коленях богини, и она гладит меня по голове и смахивает слезки. Увидев что я очнулся, она быстро вытерла глазки.

— Что то случилось плохое? — спросил её.

Осмотрелся, тела Аримана нигде нет.

— Не скажу, брат сказал доставить тебя домой сам ты не сможешь — проговорила она и закинула прямо в спальню.

Вита смотрела на меня во все глаза. Ну и видок с мечом в руке, с меча еще капает кровь Аримана весь грязный.

— Я в душ и спать, прости, но сил больше нет — сказал я на ходу развеивая одежду.

Утром, за кофе Вита пытала меня что случилось в мире когда все упали, что случилось со мной.

— Давай позавтракаем? — попросил её.

— Знаешь даже не знаю как объяснить все что чувствую. Если не считать двух лет в коме, нам с тобой дали спокойно пожить около двух месяцев, всего. И тогда у нас не было Кано. Мы живем, такое чувство в состоянии постоянной войны с темными, с бездной, с богами теперь. Чем сильнее мы становимся, тем опасней и могущественней наши противники. Я не хочу такую жизнь для нашего сына.

Вита смотрела на меня и молчала. Смотрела спокойно, без злости и раздражения.

— Не знаю что сказать на твои слова. Все правильно говоришь, но ты же понимаешь не мы выбрали такую жизнь — ответила Вита.

Я подошел к ней обнял ее прижал к себе.

— Что бы не случилось всегда будь уверена, я очень сильно тебя люблю — тихо произнес ей на ушко.

— Кано у дедушки?

— Да, думаю нам сейчас придется долго общаться с нашими великими они ведь пока во всем не разберутся, не успокоятся. Не хочу оставлять его одного — глядя на меня ответила жена.

— Все правильно, милая — согласился с ней.

— Ладно пошли поговорим, может все затихнет. Отдохнуть хочется пожить нормальной человеческой жизнью — сказал я.

— Вот только в нас все меньше человеческого во мне еще много, что есть но боюсь с обучением будет оставаться все меньше. А ты так просто превращаешься в настоящего бога — грустно улыбнулась Вита.

— Тебе помочь перейти в мой мир? — спросил её.

— Уже нет я быстро учусь — ответила Вита.

Нас ждали. Как только мы объявились в оживлённом подсознании сразу появились верховный, Фрея, затем Митра, и Ашера.

Я сделал кофе. Потом подумал и на столе появился очищённый и порезанный, посыпанный сахарной пудрой лимон, и бутылка старого Арманьяка. Маленькие, грамм по сорок, рюмочки из горного хрусталя, фарфоровые чашечки, сахарница и пузатый кофейник, исходящий паром и запахом кофе.

— Вот это понимаю сразу видно хозяин рад гостям — довольно сказал Митра.

— Не обольщайся, просто парень хитрый — хохотнул верховный.

Фрея и Ашера просто молча сели за стол. Я налил всем кофе, наполнил рюмочки.

— Пусть жизнь станет поспокойней — произнес я тост и выпил.

Зажевал лимончиком. Вкусно.

— Фрея, рассказывай все по порядку — произнес верховный.

— Да нечего рассказывать. Пришла сканировать Алекса. Наклонилась к нему и получила по башке. Банально даже стыдно богиню оглушают сзади по башке, позор. Очнулась в камере. Появился Ариман тащил Алекса говорить не стал. Ну а дальше вы все сами по углам камеры собирали — усмехнулась Фрея.

— Так стоп. Вы меня конечно простите, древние и много мудрые. Но если мне сейчас внятно не объяснят почему мой муж завалился среди ночи весь в грязи, с мечом в руке, а с меча капала кровь, я взбешусь — проговорила Вита.

— Наверно потому что пока мы тут строили планы придумывали ловушки, Алекс просто пошел и сделал. Вот только убейте меня медленно я не понимаю как ему это удалось — пробормотал Ашера.

— Этого пока никто не понимает, брат, так что не расстраивайся — хохотнул верховный.

— Да уж мы за ним тут сколько, года три гонялись, а этот говнюк только смеялся над нами. А наш юный безусловно очень талантливый, но все же юный полубог просто взял и грохнул Аримана, причем по канону. Мы чего то не знаем, о тебе Алекс? — проговорил, спросил Ашера.

— Что вы можете не знать если верховный, точнее Ахурамазда, еще точнее Ормазд всегда был со мной — ответил немного раздражено я.

— Ну может ты в прошлой жизни был моим учеником? — улыбнулся Ашера.

— Возможно не помню я люблю учиться — в ответ удивился я.

— Так хватит. Вита нам задала конкретный вопрос Фрея будь добра, и в подробностях — строго сказал верховный.

— Фрея то, Фрея сё, а как миры раздавать маленькая ты еще Фрея — пробурчала богиня, но явно троллила братьев — в общем очнулась связанная про сканировала местность поняла, что еще на Неру видимо в замке Аримана. Кругом грязь, крысы, ненавижу крыс. Тут пространство разошлось и вылез Ариман таща тело Алекса, наверно потом убить хотел, или пленить и нас шантажировать, вот только это была его огромная ошибка даже меч у Алекса не забрал. Он не успел даже дверь камеры запереть как Алекс встал сперва освободил меня, потом кинул скан увидел Аримана. Вот тут и началось веселье. Жаль не записала как Алекс его поливал. В общем не выдержал наш хитроумный, но очень гордый братец того что Алекс ему выдал психанул и влетел в камеру с мечом, Алекс как то увернулся ну а последствия вы по всем углам собирали, вот как то так — закончила Фрея.

— Интересно что же ты ему сказал, что он так взбесился жаль не записала — сказал молчавший Митра.

— Ну если так хочется могу воспроизвести — ответил я.

Привычка еще из прошлой жизни, по возможности записывай любые переговоры.

— Только потом ко мне без претензий

— Где мы? — спросил я.

— В замке Аримана не далеко от империи — усмехнулась она.

— Но его тут нет? — спросил я.

— Есть как нет, а кто тут такой шустрый. Ой да это талантливый молодой полубог, что не захотел пустить меня в свой мир, на Неру, хотя мне плевать на твои хотелки, я всегда делаю что хочу даже брат не смеет мне мешать — начал издеваться Ариман.

— Сейчас увидим что же ты умеешь, что же ты можешь или все так, по мелочи с середины на половину?

— А ты проверь дедуля — усмехнулся я.

— Твоя бабуля тоже пыжилась или дочь твоя была? Пердела на пол империи, так из нее дерьмо лезло.

Я улыбался во все зубы.

— Что, очко жмет старичок — выводил я его из себя.

А это я умею очень хорошо.

— Ну чего пенсия ходячая, пока еще хех, так и будешь за углом стоять. Угол ты конченый.

— Авахах — заржал верховный, а Митра и Ашера заулыбались.

— Ну ты дал, Алекс, его же за тысячи лет никто не когда. Не оскорблял. Вот он и психанул.

— То есть мой муж убил древнего, злого бога, которого Вы не смогли. Так? — спросила Вита.

— Ну да — смущенно ответил верховный.

— И поэтому он заявился среди ночи весь в грязи я правильно поняла? — продолжила допрос Вита.

— Зай, ну ты чего — попытался сказать я.

— Сиди, молча до тебя очередь дойдет. У нас сын, маленький, а ты с мечом в крови, а может она заразная? Меня этот говнюк, которого ты кстати не убил, а лишь на каторгу отправил, облаком каким то отравил в лицо брызнул я лишь недавно вспомнила — сказала, очень зло, жена.

Посидели помолчали. Я налил рюмочки выпили, я налил еще, еще выпили, я налил еще и не стал пить. Хоть и знаю что все тут нематериальное и не вреда не пользы, не принесет, но как то успокаивает. И вообще надо Арманьяком в реале озаботиться.

— Алекс, а ты энергию веры чувствуешь? — спросил верховный.

— Да кто мне молится будет когда вот он я. Подойди и спроси — ответил я.

— Угу понятно — как то задумчиво произнес верховный.

— Так братья если вопросы решены мне нужно увидеться с ученицей будущей с Юлей, ей сейчас четырнадцать? Или около пятнадцати, так? — сказал Ашера.

— Алекс, она твоя родная сестра?

— Да родная сестра у нее с раннего детства проявился талант медиума. Только никому он был не нужен. У нас же считали что медиум нужен чтобы духов призывать, демонов подчинять, а этим темные рода занимались. Юлька очень светлый человечек с ней всегда радостно она всегда такая была. Шобутная, веселая Вы не обижайте ее великий. — сказал я.

— Вот чего не собирался делать — улыбнулся Ашера.

— Значит так. Алекс, ты убил Аримана конечно не его самого, его копию что он нацелил на ваш мир. Но и это невероятное событие. Не хочешь прогулятся в еще пару миров — невинно так улыбнулся бог.

— Я не буду бегать за Ариманом. Лет сто у нас есть пока он напит энергию веры там посмотрим — ответил верховному.

— Я тебя пока и не зову. Ты очень талантлив, ты в общем то уже почти бог, но без энергии веры ты не сможешь олицетворять себя с миром, раствориться в нем. Чтобы летать через вселенные, распыляясь на атомы и собираться вновь, в такого красивого тебя. А таскать тебя на себе, что бы поймать пару копий Аримана, нет. Потому братья, предлагаю поделиться с ним частью энергии веры. Немного отдавать из храмов, но самое главное перестроить алтари в доступных нам храмах Аримана, на Алекса. — Да его просто разорвет без привычки — сказал Митра.

— А мы по чуть, чуть чтобы приучить его тело постепенно не спеша. Благо сейчас спешить некуда. Все идет по плану. И в Виту тоже начнем вливать. Так что можем идти — сказал верховный.

— Можно еще вопрос? — начала Вита.

— Зачем Вам создавать из нас богов ведь вы же растите конкурентов — спросила Вита.

— Знаешь Вита, Ариман был моим младшим братом, но всю жизнь строил мне козни ему почему-то очень не нравилось быть младшим братом. Я долго терпел, относился к этому как к какой то детской обиде. Но он перешел черту. Больше я, мы не будем терпеть его в мирах где мы властвуем. А вы ну смотри сама. Алекс — готовый бог мира. Ведь чтобы вокруг был мир, нужно всегда быть готовым к войне. Юля — богиня смерти. Не ужасайся и не удивляйся. Смерть не конец, а лишь поворот в границах мироздания. И от человека, зависит пойти ему по легкому пути, или ему выпадет сложная дорога. Ты Вита — богиня жизни. Ты мать, ты знаешь любовь, ты сможешь лечить любые болезни, самые страшные раны, отращивать руки и ноги. Ты сможешь давать покой душам не просто отправляя их на перерождение, а очищая их от скверны. Так какие же вы конкуренты? Нас мало Вита, я изгнал Аримана из пантеона нам нужна свежая кровь, новые силы адекватных богов. Вот как то так — улыбнулся верховный. И мы вышли в реал.

Мы с Витой так же сидели в креслах. Нужно рассказать ей, что во внутреннем мире время течет по другому. А то смотрит на недопитый кофе, что еще не остыло и не понимает как так, часа два ведь там просидели.

Боги встали около меня и по очереди начали вливать энергию веры. Сперва я ничего не чувствовал, но потом в груди стало покалывать. Не там где источник. А в районе сердца. Я посмотрел на верховного прижав руку к груди, он кивнул. Через некоторое время, начало жечь. Я потерпел немного и сказал хватить, Для первого раза, достаточно. Вита, кстати приняла больше меня.

Фрея подошла к перилам террасы, посмотрела на храм, озеро, сад и лебедей.

— Как красиво- сказала она.

— И удобно, стоишь тут и видишь сколько народу в храм идет — улыбнулся Митра.

— Позовите мою ученицу, пожалуйста — попросил Ашера.

Вита, сходила за Юлькой, мы познакомили их. Я снова включил свою рекламную жилку и представил Ашеру как величайшего мага и мудреца тысячи миров. Юлька прониклась. Они ушли к ней. Фрея и Митра ушли по своим делам. А верховный попросил позвать императора.

— Как вы думаете, кто займет место императора после его смерти? — спросил он.

— Наш сын конечно — гордо, как истинная мать ответила Вита.

— А теперь подумайте Вам это надо? — спросил еще раз верховный.

— То есть, я не понимаю тебя верховный, говори проще мы люди простые, в оксфордах не обученные, нам твои хитрые намеки до фонаря — попытался скрасить грубость, улыбкой.

— Эх дети, как говорит император что с вас взять, кроме мороженого — улыбнулся он.

— У меня таскаешь? — спросил я с улыбкой.

— Угу, никогда такого вкусного не ел — почмокал верховный — ладно к делу. Вы станете богами, будете жить почти вечно., У вас будет до миллиона миров, а ваш сын. Тот кого ты обожаешь Алекс, за кого ты жизнь отдашь Вита, останется простым смертным. Не простым конечно, лет пятьсот он проживет, но что это в сравнении с вашей вечностью? — Что ты предлагаешь? — спросил я.

— Вы оба люди очень ответственные, и ни за что не оставите империю в чужих руках. Потому я предлагаю омолодить императора и канцлера — просто закончил верховный.

— А так можно? — чуть приоткрыв ротик, спросила ошарашенная жена.

— Милая Вита, мы боги нам все можно, но если будет позволять себе все, то придет твой муж, и мы закончим как мой младший брат хе-хе — ржал верховный

— Ну так что решили? Они скоро будут здесь, — сказал Ормазд.

— Вита поговоришь с отцом? А я с канцлером, — спросил у нее.

— Да, — коротко ответила жена.

Вскоре послышались шаги, а затем и смех Кано увидевшего маму и папу. Я подхватил сына на руки и закружил по комнате. Мое обожаемое чудо засмеялся. Я поставил его недалеко от кресла и сказал пошли. Держа его за плечи, он сделал шаг, другой попробовал упасть, я не дал еще пару шашков и мы у кресла. Такая радость и гордость была на лице сына. Он был счастлив, а я был счастлив, что он счастлив. Долго он не усидел и попробовал снова походить, схватил меня за палец и потянул за собой. Так мы ходили пока малыш не утомился и не задремал у меня на руках. Верховный и канцлер о чем то беседовали изредка поглядывая на нас с улыбкой. Вскоре вернулась Вита и огорошенный император. Ну да не каждый день узнаешь, что твои дети — боги, и потому тебе предлагают, можно сказать по блату, чуть ли не вечную жизнь. Передав сына матери я поманил канцлера с собой. Мы вышли на террасу.

— Что такого твоя жена сказала Паше, что он сам не свой? — облегчил мне задачу канцлер. — Скажите Юлиус, вот император постарел и умер, что вы будете делать — спросил я.

— Я не знаю Алекс, наверно уйду в отставку доживать свои дни — помрачнел канцлер.

— А если я предложу вам служить империи и императору еще лет двести, как вы на это посмотрите? — спросил я.

— Был бы очень рад но это ведь невозможно, или возможно?

— Ахурамазда величайший из богов, он согласен так сделать при вашем согласии — ответил канцлеру.

— Так об этом Вита говорила с Пашей? — спросил ошарашенный герцог.

— Да, — был ответ.

Мы вернулись император посмотрел на канцлера тот прикрыл глаза, может у них правда любовь. Кано спал, Юлька занималась с Ашерой. С императором и канцлером все решили до обеда еще часа полтора. Тут верховный сказал уходит и исчез. Я позвал Виту глазами в край террасы.) Вита подошла играя бедрами. Она чувствовала меня, засранка. Я поцеловал ее в шею, она прижалась ко мне грудью. Так хотелось ее прямо тут, но она остановила меня.

— Я тоже хочу тебя любимый прям здесь и сейчас, но отец тут и канцлер, и Кано спит рядом. Потерпи до ночи — промурлыкала она мне в ухо.

— Если очередная кракозябра не вылезет — пробормотал я. Сели у стола я вспомнил об Арманьяке, что сделал или точнее стащил откуда то. Делать то я его не умею, наполнил рюмки. Всем очень понравилось. Ну еще бы, Арманьяк двадцатилетней выдержки. Я в общем придумал себе занятие на день и вечер. Буду создавать свою, первую божественную гвардию. О как завернул. Ну а чего развлекаться тоже нужно с пользой. Мало ли что, а вдруг пригодится да и остальные пусть вспоминают как начинали под моим командованием. Рассказал Вите свои планы она одобрила. Видимо понимала, что лучше я тут под боком, чем меня мое шило в заднице еще куда утащит. Короче я пошел на плац. Почему пешком, а не перенеся, покрасоваться хотел и посмотреть как мои распоряжения выполняются. Нормально выполняются. Гвардия вытягивалась в струнку когда я проходил. Я всматривался в глаза и узнавал многих. Они были моей гордостью. Спустившись на плац я увидел Катчера, увидел Оклера. Они гоняли молодежь. Дав им немного покрасоваться передо мной. Я поманил их к себе. Прошел к построенной моими стараниями казарме, осмотрел все. Прошли в столовую я потребовал еду что едят гвардейцы. Прошел на кухню. Ну что неплохо никого убивать не пришлось. Нам положили каши с мясом довольно вкусно. Причем подготовиться они не могли кто же знал, что мне такая возжа под хвост попадет. В общем сели за стол, покушали, потом я вынул бутылку коньяку, но тут подошел повар.

— У нас запрещено спиртное — сказал он.

— Кто же мне запретит? — усмехнулся я.

— У нас без исключений, — твердо стоял на своем мужик. А ведь понимал, что с принцем спорит, может просто умереть. Но чем бы я тогда отличался от молодых аристократов, что вводят правила и сами же их нарушают.

— Молодцы, — улыбнулся я. — Хвалю за службу, спасибо.

Взял обоих командиров и прыгнул на террасу. Пока они приходили в себя, вынул сигару из воздуха прикурил от пальца. Вынул еще бутылку коньяку лимон и стаканы, как для виски. Налил выпил и ждал их. Наконец они распробовали, выпили почмокали, поморщились, закусили лимончиком.

— В общем так ребята — начал. — Вы знаете кто я? Жду ответов.

— Ваше Высочество все знают, вы принц имперского рода, сильнейший маг империи. Спаситель империи, сам Величайший Ахурамазда о вас так сказал — ответил Катчер.

— Всё так, но это не всё. Как вы думаете почему моя статуя стоит в храме ведь я ее не делал?

— Ну наверно кто-то из богов Вас так почтил — пробормотал Оклер.

— Оклер, спина болит? Катчер нога ноет? — спросил своих первых офицеров.

Я прекрасно знал их болячки.

— Есть такое, Ваше Высочество может попросить богиню жизни Вам же не откажут — пробормотал Катчер. — Для того что убрать ваши мелочи, богиня жизни не нужна хватит и бога войны — улыбнулся я на их ошарашенные взгляды. Повел рукой, волна теплой, белой энергии, прошлась по ним.

— Ну как, получше? — спросил я.

— Ваше Высочество, вы бог войны? — ошарашено спросил мастер меча.

— Вас не было перед храмом вы не слышали слов Ахурамазды. Я бог мира, защитник нашего мира. Но если хочешь жить в мире что нужно? Правильно Катчер, нужно всегда быть готовым к войне. Потому вот мое задание. Мы будем создавать первую, божественную гвардию — все это они выслушали в полном шоке.

Я налил еще коньяку. Подвинул каждому стакан. Выпил сам. Зажевал лимончиком. Они тоже выпили, и глаза обрели разум. Ну какой возможен, после стакана коньяка. Наливал то я не как девочкам. Они вскочили и хотели рявкнуть что-то. Но я приложил палец к губам.

— Сын спит не орите — сказал я.

— Есть Ваше Высочество, готовы служить, Ваше Высочество — в два голоса, но почти шепотом проговорили офицеры.

— Ваше Высочество, а как вас теперь титуловать то?

— Да хрен его знает, не придумано для богов титулов — поржал я про себя.

— Так же как раньше. Но дело важнее. Нужно отобрать пятьдесят гвардейцев. Называться они будут паладинами. Учить их буду я и боги. Чтобы понимали зачем. Вчера у меня был бой с Ариманом. Слышали о таком? Слышали, он же младший брат нашего верховного. Я убил Аримана, но понятно не самого это была лишь его копия посланная поработить наш мир. В ближайшие лет сто он тут не появится, но остались его сторонники, кто-то ведь проложил ему путь к нам. Вы пока всего не понимаете, это нормально. Со временем поймете. Ну рассказывайте как ваши личные дела чем могу помочь. И не сидите будто кол в заднице. Ничего не изменилось. Я такой же как был силы больше, умения, понимания а так такой же. Вы мои люди как и были. Вспомнил. Вита очень недовольна что говнюк, который ее отравил, до сих пор жив. Услышав знакомую тему офицеры ожили.

— Это кто — по-деловому спросил Катчер.

— Помнишь мелкого мастера земли? Я его тогда на каторгу послал, но не знал что именно он жену и траванул, сука. Нужно послать того кто крови не боится. Руки, ноги у него явно лишние. И в лес, чтобы звери дикие сожрали.

— Сделаем, есть у нас пара ребятишек с такими умениями.

— Если ребята справятся мне их представь. Нам такие нужны будут — сказал я.

— Так скоро обед, идите, подумайте кого взять — сказал я, после пустил в них еще волну света и они протрезвели.

— Есть Ваше Высочество.

Обед как всегда был отличным, только ради удовольствия поесть не хотелось терять человечность, но и зависать на полпути тоже бессмысленно. Проснулся Кано я решил пойти с ним погулять. Вита пошла со мной. Только не учла куда могли пойти два мужика, ну не совсем два, скажем так — мужчина и еще немного. Конечно на плац.

— Смотри сын, эти сильные и смелые люди защищают нас от врагов. Помни, что у правителя всегда только два друга — его армия и флот. В нашей империи пока нет флота, но будет — уверенно произнес я.

— Куда ты собрался плавать? — спросила Вита.

— Как куда к новым землям, разумеется. Мы должны расширяться — проговорил я.

— Эмм, отцу это понравится, а вот мне вряд ли — нахмурилась строгая жена.

— А мы возьмем тебя с собой когда поплывем захватывать новые земли. Что думаешь Кано, возьмем маму с нами? — спросил сына серьезно.

Он посмотрел на меня, подумал и улыбнулся.

— Ну вот решено, как только тебе исполнится шестнадцать, собираемся в путь — улыбаясь проговорил я.

Гвардейцы вокруг с любопытством смотрели на нас. Они конечно знали кто мы и удивлялись, что за блажь гулять с ребенком на плацу. А смысл был. Я хотел чтобы сын с детства привыкал слышать звон мечей, чувствовать запах металла, конского пота. Привыкал видеть кругом здоровых мужиков и не стеснялся их, когда подрастет. И еще я видел, что постепенно вокруг нас собираться гвардейцы из первого, моего набора. Я махнул им рукой приказывая подойти.

— Позовите Катчера и Оклера или любого из них, если заняты. Мы идем к полигону есть разговор — сказал я.

— Ну так и думала что просто погулять с сыном ты не можешь — пробурчала Вита.

— Одно, другому не мешает. И сын должен с детства привыкать к мужской компании — ответил ей.

— Эххх, — вздохнула жена.

— Ничего следующей будет дочка — улыбнулся ей.

Вита недоверчиво посмотрела на меня.

— Обещаешь? — спросила она.

— А то клянусь — улыбнулся я. Кано тоже засмеялся.

Подошли к полигону тут все так и было нагромождение всего, имитирующего полосу препятствий. Я присел на бревно, каким то чудом тут оказавшееся. Кано пытался ходить вокруг моих коленей, держась за них. Я сразу, как вышли наложить на него доспех, так что если даже упадет не ушибется. Пришли оба офицера. Я собрал гвардейцев вокруг себя, и начал рассказывать то о чем уже говорил Катчеру и Оклеру. Объяснил, что тренировать их буду сам и это будет очень жестко, Оклер будет моим замом.

— А я Ваше Высочество? — обиженно спросил Катчер.

— А ты, полковник, продолжишь заниматься гвардией — сказал я — вот подготовишь себе достойную замену тогда поговорим. А так на кого ты охранный полк скинешь? Полк эскорта?

Все понимали, что я прав.

— Ваше Высочество, мы будем паладинами кого? — спросил один из гвардейцев.

— Хороший вопрос, даже отличный, один из главных — похвалил спросившего.

— Мы создадим орден света.

Вита покажи. Жена засветила руками, потом я, а потом, глядя на наши игры и Кано поднял ручки и из них полился мягкий, ласковый свет. Офигели все. Я в том числе. Но быстро пришел в себя.

— Базой нашей будет бывшая резиденция Халефильдов. — сказал я. — Нас будет всего пятьдесят человек. То есть, только вы. Те кому я доверяю. Потом мы конечно вырастем, но вы всегда будете первыми рыцарями Ордена света. С завтрашнего дня прошу вас всех уйти из гвардии завтра мы оформим наш орден. — А глава кто? — спросил еще один гвардеец.

— Пока я, но это временно, главным будет мастер меча — Вильям Оклер, магистр ордена света. Ну это официально, но подчиняться вы все будете мне. — ответил им строго.

— Так что собирайтесь, увольняйтесь. Послезавтра переезжаем.

Я взял Кано и мы пошли в замок. Сзади остались гвардейцы они и не собирались расходиться. Эмоции били через край. Я обернулся и поманил за собой Катчера.

— Помнишь я днем говорил, что нужны ребята кто крови не боится? Добавь к ним тех кто поумнее, будут аналитики. Во общем собирай группу будет спец отряд. Подчинятся он будет мне, но через тебя. Знать о них никто особо не должен.

— Понял Ваше Высочество — улыбнулся Катчер понял, что из обоймы я его не выкинул.

— Раз понял действуй, их должно быть немного. Я сделаю из них спецов. Думаю десять человек пока, больше не нужно. И бери молодёжь лет двадцать и меньше.

— Сделаю, Ваше Высочество — ответил Катчер.

К себе мы пришли почти к ужину. Кано уже засыпал Вита пошла его покормить и уложить. Я вышел на террасу. Закурил сигару верховного, он прав они гораздо приятней. Я считал что все делаю правильно. Да я становлюсь богом, но процесс это долгий, и все равно не смогу быть везде. Чтобы создавать свои разумные копии нужно очень много энергии веры. А копится она долго, сотнями лет. Так что все правильно. Тут всегда будут люди которые смогут защитить, если меня не будет.

Ужинали вдвоем. Юлька так не объявилась, не знаю может Ашера повел ее другие миры показывать. Дальше была ночь. Я никуда не спешил, нежно и ласково подготавливая жену. Я хотел доставлять ей наслаждение, и наслаждался сам. Хорошо, что сын утомился за день не хватало еще разбудить Кано. Четырежды Вита будила замок, но думаю после нашего перерыва, да и всего что нам выпало, простительно. Утром я поведал императору и канцлеру свою задумку насчет ордена, где его разместить и кто будет им управлять. Такая сила должна быть под присмотром власти, потому император решил лично присутствовать при формировании. Но до этого, нужно было озаботиться резиденцией. В общем то проводя аналогии с земными играми, нам нужен клановый замок. Канцлер распорядился и все документы уже были в работе. Сегодня нужно закончить с бюрократией, завтра переехать и приступать к тренировкам.

Озадачить Юльку формой достойной ордена и звания паладина. Тяжелые доспехи тут не в ходу. Потому будут легкие и что-то вроде рыцарской цепи. После завтрака нас навестили наши великие, в исполнение плана влили в меня часть своей энергии веры, в Виту тоже. Я спросил Ашеру как с Юлькой дела обстоят. Ребенок просто ангельский, впивает знания как губка, одно плохо сил у нее мало еще, нельзя много передать, а хочется научить ее как можно большему. Ну ничего годик еще подрастет, на ограниченной информации, потом начну усиливать.

— Да Алекс, чуть не забыл — сказал верховный — мы перенастроили несколько сотен, около тысячи примерно, алтарей Аримана. С завтрашнего дня будешь получать энергию веры. Пока не так много как хотелось бы но в течение года переформатируем все.

— А их много? — спросил у него.

— Авахах, много, только нам доступны несколько сотен тысяч его храмов в тысячах миров, а у него их миллионы — улыбнулся великий.

— Но тебе пока хватит, все же это энергия не твоя и цвет у нее немного другой. Она будет влиять на тебя негативно. Но это компенсирует наша энергия, очищая Аримановскую грязь, так что не переживай.

Посидели выпили.

— Ну пора нам — сказал верховный.

— Постойте — сказал я.

— В общем я создаю орден Света. Общество паладинов. Завтра переезжаем в бывшую резиденцию Халефильдов, что брали тут. Я хочу посоветоваться.

— Ххм дело серьезное, интересное, это тебе с Митрой нужно поговорить. У него чуть ли не в каждом мире такие есть он в этом спец. Давай вечерком заглянете в мир. Посидим, поговорим. Ты еще мороженого сделаешь, вкусное очень — улыбнулся верховный.

— Тогда до вечера — они исчели.

Я посидел, подумал. Вита была с сыном.

— Витуль, подойди пожалуйста, хочу поговорить — попросил жену.

— Ты никогда не думала переехать из замка отца? — спросил я.

— Ты знаешь вообще-то думала но давно, когда ты не был богом, у нас не было Кано, да и я была другой — сказала Вита.

— А сейчас что думаешь? — опять спросил.

— А что думаешь ты мой хитрый муж? — спросила Вита с улыбкой.

— Чего сразу хитрый то, я может просто стеснительный — смутился от ее прозорливости.

— Угу, стесняшка ты мой. Давай уже рассказывай, наверняка уже что-то придумал — улыбнулась жена.

— На этот раз нет. Постепенно мы всё ближе к богам, к статусу богов. Боги не должны жить среди людей, иногда приходить в мир, решать проблемы, но не жить среди смертных. Мы все равно уже никогда не сольемся с ним. Всегда будем обособлено. Ты, я, Юлька, Кано, я подумал закончить дела. Вернем императору молодость, канцлеру тоже. Кано подрастет.

— И куда мы пойдем? — спросила Вита видно было, что ей интересно.

— Мест много на самом деле. Я один могу за пару суток построить шикарный дворец где-нибудь на горе. Или у моря, озера. Да где ты захочешь. Окружить его постоянным светом, барьером и никто к нам не попадет. Ну если мы не захотим — ответил я.

— То есть ты не сейчас предлагаешь свалить — улыбнулась Витуля.

— Нет все же Кано еще очень мал — проговорил я.

— Ну что же, я за сколько будем ждать? — серьезно спросила моя умничка.

— Думаю еще пару лет — так же серьезно ответил я.

— Хорошо — согласилась она.

Вскоре заглянула Юлька.

— Вы чего такие задумчивые? — спросила Юля — надеюсь новый Ариман не вылез?

— Вита тебе расскажет, ты готовься рассказать как твои дела — сказал я и отошел покурить.

Создал себе бокал с Арманьком и потягивая сигару и попивая Арманьяк, почувствовал себе Пабло Эскобаром. Вита между тем рассказала Юльке наше желание. Когда я вернулся, допив коньяк и докурив сигару. Юлька тоже была задумчива.

— Ну рассказывай как обучение, главное, ты довольна? — спросил я у Юльки.

— Брат спасибо тебе, я очень довольна. Плохо одно, я еще маленькая и не могу усваивать много информации. Но дядя Ашер не торопит. Кажется ему нравится меня учить — смущенно сказала сестра.

— Нравиться не переживай, он сам так сказал — успокоила ее Вита.

— Так когда вы хотите уйти? — спросила Юля.

— Не вы, а мы или ты не желаешь с нами? — удивился я.

— Желаю, но не буду ли мешать? У вас все же семья — сказала Юля.

— Во первых ты тоже наша семья, во вторых ты тоже станешь богиней. Тебе сказали кем ты будешь?

— Да — улыбнулась Юлька.

— Жуткой богиней смерти — она сделала мрачную физиономию.

— Ну если жути не будешь нагонять, то будешь весьма привлекательной богиней — улыбнулся ей.

— Насчет когда, точно еще не решили нужно закончить с делами дать Кано подрасти. Года два есть точно, а может и больше. Да и вам нужно учиться, развиваться. Кстати Юль, а ты не хочешь научиться фехтованию? Помнится когда то хотела.

— Будешь меня учить? — удивленно спросила сестра.

— Ну если ты хочешь то почему бы и нет — улыбнулся я.

— Ух ты, конечно хочу — обрадовалась Юлька.

— Ну тогда передавайся и пошли на полигон — сказал я.

Юлька тут же убежала.

— Ты ведешь себя как настоящий глава семьи. Куда делся тот мальчик с голубыми глазами, которого я полюбила — Вита смотрела на меня с улыбкой.

— Он тут но спрятался — пошутил я.

Мы спустились с Юлькой на полигон отошли немного и я начал показывать ей основы. Тут появился Кирстен.

— Ваше Высочество — обратился он ко мне, через некоторое время.

— Вы прекрасный фехтовальщик, большой мастер. Но учитель из Вас никудышный прошу простить мою дерзость — улыбнулся Кирстен — идите посидите.

Я сконфуженно улыбнулся и отошел. Кирстен показал себя именно учителем. Откуда-то из глубин памяти Алекса всплывали воспоминания как он учил его. Кирстен конечно умел учить и делал это с удовольствием, несколько раз он привлекал меня, мы показывали некоторые элементы боя, как бы наглядно. Юльке нравилось. И такое внимание к ней, и само обучение думаю тоже. Все таки она была совсем маленькая когда убили родных. Наверно она жутко переживала, скучала. Спасибо императору он успел выдернуть ее из плена до того как она бы замкнулась в себе.

Мы прозанимались почти до ужина. Я попросил Кирстена серьезно поучить Юльку, конечно мастера из нее не сделать, но это и не нужно, чуть позже я когда у нее будет база, наложу на нее божественные умения, как верховный, в образе Айзека сделал со мной. Тоже нужно бы и с Витой проделать, мало ли, вдруг пригодиться.

Вернувшись в замок я наконец увидел сына весь день как то не получалось. И завалился с ним играть. Наверно нет ничего приятней в мире чем видеть счастливую жену и довольного сына. Он конечно еще не мог говорить, но моя эмпатия развивалась очень быстро я точно чувствовал его покой и радость. Потом был ужин к нам пришли император с канцлером мы поужинали всей семьей. После, когда вышли на террасу, канцлер выдал мне все документы на резиденцию. Осталось придумать как называть наш замок. Я придумал но хочу послушать что скажут люди. Сын отправился спать. Завтра будет тяжелый день, сходив в душ я в халате вышел на террасу и облокотившись на перила, наблюдал закат. Сейчас Вита уложит Кано мы пойдем в мир. Нужно обсудить мое решение. Вита пришла через минут десять. Кано пока не капризничал, но скоро будут резатся зубки вот тогда начнет, но Вита сможет помочь ей же быть богиней жизни, исцелять.

— Я тут подумал, что тебя бы тоже стоит обучить фехтованию — сказал я.

— А кто сказал что я не умею? — усмехнулась любимая.

— О как я чего то не знаю о своей любимой жене? — удивился я.

— Потом покажу, завтра или позже — сказала Вита — ты так и пойдешь?

Я сосредоточился и халат превратился в черный с золотом костюм.

— Я тоже так хочу уметь — насупилась Вита.

— Откроешь свой мир научишься — усмехнулся я.

Мы сели в кресла и перенеслись в мир. Вита тут же пошла за мороженым. Я налил Арманьяк, и сделал себе лимонов. Закурив сигару я ждал прихода богов. Первой пришла Фрея. Как всегда, веселая и довольная она тоже любила мое мороженное. Верховный и Ашера зашли вместе. Митра задерживался. Он зашел минут через пять. Тут же выложил на песок огромный щит, рядом воткнул такой же меч.

— Уф, запарился тащить — пробурчал он.

— В общем так, Алекс. Такой щит и такой меч вешаешь на ворота, лучше на обе створки по одному комплекту, сделаешь такие же эмблему свою сделаешь. Но щит и меч должен быть именно огромного размера. Это как показатель мощи Ордена. Дальше у замка должно быть звучное название, оно будет на устах людей. Магистром лучше сделать императора, пока по крайней мере. Это и ему добавит уважения и страха от людей и вам сразу авторитет. Потом поставишь своего мастера меча. Лет через десять, пока побудет замом. Все равно решать все будет он. Вот как то так. Потом еще что-нибудь присоветую.

— Спасибо за помощь Митра видно ты в этом профи — поблагодарил я.

— Ну так сколько я их создал уже и не помню — улыбнулся Митра.

— Начал обучать Юлю фехтованию, поддерживаю, ей это поможет в обучении как наберет базу кину ей мастерство времен — сказал Ашера.

— Все это прекрасно я виту научу, но это все не проблема. Скажи мне Алекс ты чего такой смурной? — спросил верховный.

— Если Вы о воздействии то нет. Ничего такого не чувствую. Просто как бы сказать, мы как то застыли, Вита почти не учится все время с сыном, я тоже хочу учится новому. Тишина и покой расслабляют, а я боюсь расслабиться. Привык, к войне — ответил я.

— Ну вот не можешь ты жить спокойно прям как младший братик — посмеялся верховный.

— Думаете энергия его веры так влияет? — спросил я.

— Нет, расслабься, она нейтрализуется превращаясь в чистую. В этот раз это твои личные заморочки — ответил верховный.

— Так что не грузись просто поддерживай себя в форме, отвлекись на жену, сына, на орден наконец. От того что ты вечно в напряжение лучше не будет никому.

Я хмуро смотрел перед собой, легко сказать.

Не успел очнуться — Бездна, с ней покончили — Ариман. Подсознательно уже ищу везде чьё то вмешательство. Я налил коньяку, выпил и еще закурил.

— Что понравились мои сигары? Я еще сделаю из тебя настоящего божественного аристократа — усмехнулся Ахурамазда.

— И еще Алекс, не забудь все паладины должны быть в одной форме. Их отличия только в званиях между собой.

— Спасибо Митра завтра переедем в замок, потом закажу им форму, Юлька придумает.

— Как замок назовешь? — спросил Верховный.

— Эмм, Большой дом — ответил ожидая критики.

— А остальные, что появятся будут маленький дом один, два, три — угадали мою мысль боги.

— Именно так — подтвердил.

— Друзья расходимся наша молодёжь похоже сильно устала — заметил верховный. Вита и правда сидела с затуманенными глазами.

— Они еще не боги, сил еще мало, ничего года два и станут почти как мы — сказал Ахурамазда — до завтра, дети.

Они исчезли, только на периферии слышимости доносился смех верховного. Я решил оставить щит и меч тут. Потом отнесу, сейчас и правда сил нет. Очнулись в креслах и пошли спать, сил не было у обоих. Мы же прошлую ночь почти не спали. Утром встал свежий и бодрый, Вита тоже была веселая. С Кано сегодня сидеть ей, император поедет на открытие большого дома. Быстро смотался в мир, быстро взял щит и меч, кстати эмблемой было восходящее солнце, оно и нам прекрасно подходит. Так что не стал заморачиваться, но посмеялся когда гвардейцам пришлось вчетвером грузить щит и меч на телегу. Было весело за ними наблюдать, они видели что я нес их сам один, держа щит в одной руке, а в меч в другой хотя было не легко. Сказывалась божественная сила. Император возглавил колонну и мы двинулись. В сам замок нас сперва не хотели пускать какой то хитрый аристократ решил прибарахлится за мой счет. Я прыгнул прямо во двор и вытащил наглеца к императору. После ворота открылись. Гвардейцы пинками выгнали всех обнаглевших, а самого аристократа я вращая глазами хотел зарубить но император остановил меня и успокоил, дав время идиоту сбежать. Конечно это было разыграно и наши все это поняли. Не давая людям обустроиться, я приказал мастерам украсить ворота щитом и мечом. А потом собрал всех во дворе, сделать объявление.

— Друзья — вынув бумаги показал их всем.

— С сегодняшнего дня, вы все пятьдесят человек, первые паладины Ордена Света. Добро пожаловать в Большой дом — начал накручивать их я.

— Магистром ордена решил стать сам император Павлий. Который гордится всеми вами. Его замом назначается Вильям Оклер. Вы все прекрасно знаете мастера. Сейчас мы пойдем обсуждать устав ордена, вашу будущую форму. А вы должны распределится по замку, выбрать себе комнаты для жизни. Насколько я помню, наверху самые шикарные апартаменты думаю их мы отдадим магистру и его заму. Но все остальные равны между собой решайте сами, но без драк, Павлий взмахнул рукой отпуская всех.

— Оклер, идите на верх выберете апартаменты, себе и магистру. Там по-моему всего три комнаты. Идите — скомандовал я.

— Все таки как легко у тебя получается управлять людьми ты ведь не влияешь на них магией? — спросил он.

— Конечно нет, зачем я действую в их интересах они это понимают — ответил я. — Нужно напрячь Юльку и ее цех, образцы формы она уже придумала, устав тоже есть нужно только его переписать под наши реалии. Дальше заказать такой же щит и меч, они должны быть на каждой створке ворот, сделаю цепь из золота с нашим символом, нужно заказать еще пятьдесят одну такую. Дальше, мне нужны мастера, мне нужен полигон внутри для занятий. Мне нужно облагородить подземелья. Там будет склад и казна. Думаю доспехи будут по образу моего белого доспеха. Юля там додумает. Мы вернулись в замок. Ну и шумиху я поднял созданием Ордена. Вызвал мастеров и послал их в Большой дом. Сантехников сделать ванные душ конечно. Строителей разобраться с подземельем. Задачи всем раздал сам обратился к Митре, спросил насчет устава.

— А я что не принес? Совсем старый стал, главное забыл, сейчас закину тебе, ты в замке на террасе? — спросил Митра.

— Угу — ответил я. Позвал мыслесвязью Юльку.

— А что так можно? И я смогу? То есть телефон нам не нужен? — зачастила Юлька.

— На все вопросы да — поднял я руки — учись и все получится. Возьми мой белый доспех, изучи материал, если не получится что-то я приведу мастера Ревела он делал доспех.

— Гном симпатичный? Он меня леденцами угощал, хороший дядька — улыбнулась Юлька. — Где доспех то?

— В шкафу, в спальне посмотри — ответил я.

Когда Митра приволок устав был просто в шоке. Талмуд страниц на тысячу. Пергаментных страниц. Он поржал над моей рожей, но сказал что по другому нельзя. И верховному нужно будет влить в устав, когда сделаем немного силы. Привязав ее к определенным словам. Тогда слова клятвы будут звучать как клятва божеству. Улыбнулся Митра и свалил. Я посмотрел на талмуд, он его хоть перевел? Открыл, да прочитать можно. А вообще обман, везде обман.

Позвал канцлера, чтобы он позвал писцов. Когда он пришел протянул ему талмуд. Он пролистнул, почитал и серьезно так покачал головой. Это сколько же они его переписывать будут. Эхх грехи мои тяжкие, опять подписался на хрен знает, что. Мне чего больше всех надо? Канцлер посмотрел на меня и усмехнулся.

— Через пару дней будет готово и зарегистрировано — улыбнулся он.

Блин, они меня читают как книгу. Вита пришла с сыном, посмотрела на нас и улыбнулась. Кано, мое счастье, только сын меня радует постоянно. Он внимательно посмотрел на меня и схватил за нос, как в первую встречу. Я заверещал, что больно, а маленький засранец веселился во весь свой беззубый ротик. Вита смеялась, канцлер смеялся всем было весело.

Во общем за неделю доделали Большой дом. Привели в порядок подземелья, сделали полигон. Юлька, умничка, сама заказала материалы, сама разобралась как их зачаровать хотя думаю тут помог Ашера. Во общем через неделю отряд паладинов Ордена Света принимал присягу.

Было торжественно. Мы всей семьей, канцлер, несколько уважаемых людей города, включая ректора Академии. Ну и несколько десятков журналистов, куда же без них. Первым вышел император. Звучным голосом, усиленным магией, с властными нотами, он произнес слова присяги. Устав вспыхнул белым светом.

— Присяга принята — сказал я — продолжайте.

Так продолжилось еще пятьдесят один раз. А потом с небес опустился белый шар. Оттуда вышел Ахурамазда.

— Воины мои, я принимаю Ваши слова. Отныне Вы все, мои воины, даже если случится беда и Вас убьют, не бойтесь. Вы очнетесь в моем саду и я позабочусь о Вас. Слушайте моего наместника, Алекса — Алексия, защитника мира. Он научит Вас как сокрушить темных тварей. Еще раз повторю — ничего не бойтесь, теперь Вы под нашей с Алексом защитой.

Он пустил волну и люди буквально начали расти. Распрямляться, вправились старые переломы, отрасли волосы люди как бы помолодели. Но нет, так действовало исцеление, полное исцеление. И исчез, как всегда. Я вышел вперед.

— Вы принесли присягу, ее принял Величайший Ахурамазда. Заберите свои знаки. Рыцарские цепи лежали рядом с книгой, по уму нужно было бы сразу вручать, после присяги. Но так они получили порцию божественного света. Не знаю как лучше, так или так.

Имя каждого, было выбито с обратной стороны, так что всё было индивидуально. В общем все разобрали воодушевление было написано у всех на лицах.

— Теперь Вы воины света, несите же это гордое звание с честью и гордостью. Сегодня можете праздновать, завтра начнутся тренировки — сказал император как магистр ордена.

Мы конечно все отрепиторовали. Вина в замке хватало тут уже пригласили слуг, поваров. Мы же переглянувшись с императором и канцлером, отправились к себе в замок. Я до этого объяснил все Оклеру. Что он, будет реальным командиром. Он не глупый мужик, все понял. За тренировками орденцев, нашим обучением, время бежало быстро. Через месяц после присяги, мне позвонил ректор Академии.

— Ваше Высочество, простите не знаю как титуловать полубога — защитника — смутился он.

— Ко мне пришли студенты, они хотят служить в Ордене. Но их отправили к Императору, а я решил сообщить к Вам.

— И правильно сделали, уважаемый ректор, правильно сделали — проговорил в ответ. — Император очень занятой человек, я по возможности помогаю ему. Так что жду Ваших протеже. Но все же дайте короткую характеристику ребятам.

— Ээм, ну что сказать — задумался ректор — ребята хорошие, не то что Вам встретился, когда Вы нас посещали. Умные, старательные, но они не то что бы бойцы. Скорее они теоретики. У всех очень неплохие знания, умения. Но боюсь, что в боевой обстановке могут растеряться.

— Спасибо уважаемый. Я Вас понял. Не волнуйтесь никто не пошлет, не готовых людей в первых рядах. Работа магов, помогать, поддерживать войска. Кстати целителя у Вас нет, случайно? — спросил ректора.

— Случайно есть но ей осталось еще немного доучиться, пару месяцев, потом экзамен — освоился со мной ректор.

— Умм, было бы прекрасно увидеть ее среди наших людей. Жила бы в замке. В комфорте и уюте. Лечила бы иногда — провел агитацию я.

— Я поговорю с ней ближе к экзаменам — ответил ректор.

— Буду вам очень признателен — закончил разговор я.

— Минуту — воскликнул ректор — так когда Вам прислать студентов?

— А давайте сейчас, я так понимаю они не подалеку? Жду их в Большом доме через, скажем пару часов.

Связался с женой и Императором. Рассказал о звонке. Попросил, если не занят, Юлиус-канцлер, то пусть поедет со мной. Все же его опыт значит очень много. Жена занималась с Фреей. Она открыла свой мир и теперь с удовольствием постигала возможности. Больше всего ей нравилось по желанию менять одежду. Император сидел с внуком. Ему это доставляло истинное наслаждение. А Юлиус шел ко мне. Я давно показал ему формулу порталов. Так что трястись в седлах смысла не было. Источник у канцлера был большой, меньше чем у меня, но не намного. За прошедший месяц, меня не слабо так прокачало энергией веры. То что, раньше казалось сложным, сейчас выполнялось мгновенно, но это конечно был еще не уровень наставников.

Я кстати иногда отрывал сестру от Учителя, и сам погружался в изучение. Благо мне это давалось значительно легче. Он просто скидывал пласт определенной информации мне напрямую, а потом уже сам разбирался в ней. Потом беседовал с Ашерой, и он проверял насколько я все понял.

Мы с канцлером переместились в приемную Большого дома, я сказал, что ждем пятерых молодых магов, на собеседование. Народ это порадовало. В общем когда ребята пришли, их сразу проводили к нам. Оклер тут сделал кабинет, нормальное рабочее место, со знаками Ордена. Там мы их и ждали. Меня в общем то как всегда, прежде всего интересовало, что они за люди, и тут Юлиус в очередной раз преподал мне урок. Он начал проверять их, запуская по одному и намекая, что мол тебя возьмем, а вот твоего товарища нет. Как ни странно простая разводка работала. Ребята оказались сплоченным коллективом, ну и сами по себе были честными и открытыми. Потому в конце разговора, но не для проверки я позвал их всех чтобы не оставлять не договорённостей, сказал.

— Вы нормальные люди, не плохие и не хорошие. Наверно вы слышали, что это один из критериев работы у нас. К сожалению не все подходят потому мы проводим такие проверки, на гниль. А сейчас идемте на полигон. Воины должны знать, на что вы способны — и повел их на полигон.

Мы прошли на полигон где, изо дня в день, паладины оттачивали свои умения. Верховный сказал что через полгода наложит на них древние умение боя, но нужна серьезная база. Они знали об этом, потому старались все. Студенты затаив дыхание смотрели, как паладины отрабатывают бой, как выворачиваются казалось бы из безвыходных ситуаций. Я остановил тренировку и позвал всех.

— К нам хотят примкнуть эти молодые люди — представил студентов.

— Все они выпускники Академии, посмотрим, что нам может предложить эта уважаемая мной, альма-матер.

Усмехнулся я. Кстати, все собираюсь, но забываю, магов то не было. Теперь точно не забуду переписать и убрать в казну свои формулы, выстрела и тополиного пуха. Этим молодым магам, если приживутся у нас, можно будет давать. Они начали каждый показывать на что способны. В общем неплохо, для обычных людей. С бандитами, с мелкой черной шушерой разберутся, но не больше. Посмотрел на канцлера и понял, что у него похожие мысли. Короче мы их решили принять.

После мы с Юлиусом сели в кабинете я вынул, как всегда, бутылочку Арманьяка, нам нужно было посоветоваться. Я позвал Оклера. Сказал что ребят проверил, он был чем то занят, не был на собеседование, но лучше пусть сам еще посмотрит. Все же ему их в бой посылать. И тут вспомнил, переписал формулы и отдал Оклеру. Он прекрасно знал о силе этих заклинаний и был очень рад, что я дал разрешение их использовать. Правда я сказал убрать в казну и выдавать по необходимости. Вряд ли мне еще понадобятся деньги, но пусть будут, не мешают.

А посоветоваться нужно было вот о чем. Уже не первый раз с границы приходили тревожные слухи о толи каких то больных, то ли просто мертвых людях, что лезут на мечи и копья абсолютно без страха. Потому решили я смотаюсь, посмотрю своими глазами, потом будем решать.

Но сперва хотел поговорить с наставниками. Поэтому просидели мы недолго. Мы с Юлиусом прыгнули к нам на террасу. Скоро пришел император с сыном. У Кано начали резаться зубки, но Витуля снимала боль и он не страдал. Решили поужинать, потом я уйду поговорить с богами. Появилась жена. Чмокнула меня в щеку. Она была на связи со мной почти постоянно, потому мои планы для нее секретом не были. После ужина я нырнул в мир, наставники уже сидели за столом. Кто пил кофе, кто Арманьяк с лимоном, приучил. Фрея ела мороженное, на нее не напасешься, чуть не каждый день делаю.

Я рассказал о новостях из Империи. Митра решил сходить со мной. Во общето, планировал завтра, но и правда чего тянуть. Мы согласовали где встретимся после я вернулся на террасу и сразу перенесся к месту встречи. Митра был тут, и был задумчив. Он пнул ногой голову какого мертвяка.

— Как интересно, этот мир не перестает удивлять — проговорил он.

— Что то серьезное? — спросил я.

— Да уж идем обратно, мне все ясно.

Сказал он и исчез. Я еще поозирался тут, принюхался к ощущениям. Нет, ничего знакомого. Я снова сел в кресло и поманил Виту за собой в мир. Она не спрашивала, в чем дело и так далее. Увидела, что я серьезен и просто перенеслась за мной. Митра уже наливал стакан Арманьяка.

— В общем дела неважные — проговорил он — похоже нас посетила Мортис.

— Уххх, только этого не хватало — произнес Ашера.

— Что ей тут может понадобиться. Она же не вылазит с Невендаара — проговорил Ахурамазда.

Все очень посерьезнели. Видимо дела и правда дрянь.

— Может поясните, кто это и вообще, что ей тут нужно — спросил я.

— Слушайте Алекс, Вита, и ты Фрея дело это давнее и почти забытое. Демоны вырвались на поверхность Невендаара, где нападали на все живое по пути. Вышло так что эльфы, приняв на себя первый удар демонов, попытались бежать через земли гномов, а те сочли это нападением и сами напали на эльфов. В бешенстве, что гномы убивают его эльфов, Галлеан (бог эльфов) пришел к Вотану(богу гномов) и потребовал от того прекратить беспредел. Вотан взбесился, между богами случилась драка, и Вотан убил Галлеана, вырвал сердце и зашвырнул на солнце, чтобы бог не смог возродиться. Солониэль попыталась спасти мужа и успела перехватить сердце Галлеана, но сама была почти сожжена пламенем и измученная горем, переродилась в темную богиню смерти взяв себе имя Мортис. Убив всех жителей королевства Алкмаар, Мортис обратила убитых в нежить — расу живых мертвецов, и стала ими повелевать.

Ну и новость. Я пытался переварить услышанное, это посерьезней всего, что мы прошли.

— Что будем делать? — спросил я.

— Не думаю что сама Мортис тут, но конечно кто то из ее кукол. Они штампуют мертвецов. Им не страшен наш свет это самое поганое, они не зло, а просто мертвые безмозглые тела. Но ими управляют вполне себе умные, хоть и мертвые создания. А вот они уже зло, по всем законам мироздания — объяснял верховный.

— И еще Алекс, ты готов принять на Нейру эльфов?

Тут я просто выпал в осадок.

— А можно поподробней — попросила жена.

— В одном из моих миров живет небольшая община эльфов. Всего около двухсот тысяч. Они живут там со времен изгнания с Невендаара. Когда Галлеан погиб, они поклялись отомстить убийце и пришли ко мне. И вот уже несколько поколений, живут ожиданием этой мести и исполнения клятвы.

— Эльфы, когда-то тут жили эльфы, и гномы жили, но то было давно. Люди забыли добро от эльфов, но помнят, что они были гордыми и высокомерными. Презирали людей, считая их низшей расой. — произнесла Вита.

— Ну эльфы, как и все, разные. Кто-то считает их надменными, кто то, высокомерными, на самом деле они отрешенные от мира, вечно в своих раздумьях. Но если мы ввяжемся в войну с Мортис, они нам очень пригодятся. Как бы отрешены от мира они не были, воины они отличные. Как кстати и ремесленники. Ты знаешь, Алекс, что твой меч выкован эльфами? — отвечал бог.

— Знаю, и сказал мне об этом потомок гномов — ответил я.

— Я пока не знаю что ответить. Нам нужно посоветоваться с императором, с канцлером. Узнать мнение моих людей. Точнее твоих, верховный — проговорил я.

— Посоветуйся, но зря ты подозреваешь меня в корысти сбагрить сюда эльфов. Они правда жаждут мести и они правда смогут помочь — сказал верховный.

— Прости если я так и подумал. Но мне нужно выяснить мнение людей. Конечно мы поступим по своему, но вы прекрасно знаете, как трудно заработать веру, и как просто ее потерять — ответил верховному.

— Мой ученик — с гордостью сказал Ашера.

Еще раз повинился перед Ахурамаздой. И мы разошлись. Вита была задумчива, как и я. — Ты веришь им? — спросила она.

— Да — ответил ей — мертвецов видел. Боюсь наши с ними не справятся. Да и зачем им, что то городить. Мир и так у их ног. И потом они столько сделали для нас. Без Ахурамазды, я бы не был с тобой

— Не грусти — сказала Вита — я вовсе не собираюсь их в чем то обвинять или подозревать. Просто хотела услышать твое мнение.

— Эх х — пробурчал я.

— Ну улыбнись, иди в душ, а потом в постельку, я жду — про мурчала она мне в ухо.

Тут я понесся как вихрь. Она так умела играть своим голоском, что я рисковал не дойти до постели и опозориться. Ночь была, безумна. Не знаю, может Фрея, учит Виту не только, исцелять… Но моя девочка чуть не свела меня с ума, только усилием воли я сдерживался, чтобы не орать от наслаждения. А вот она не сдерживалась. Эхх, надо нам переезжать, и так все теперь знают, что у нас опять любовь.

Утром все были серьезны. Я позвал Павлия и Юлиуса, а Вита рассказала о проблеме. Они не то что бы не поняли, но мне казалось они думают справлялся раньше — справится и сейчас. Мне очень не нравился их расслабленный настрой.

Потому я связался с верховным и попросил его прийти. Он не заставил себя долго ждать. С ним пришла и Фрея. Улыбнувшись нам, со словами мужчины разберутся, а у нас есть более важные дела. Она утащила Виту куда-то к себе. В отличие от сестры, верховный был серьезен. Он еще раз, уже сокращенно поведал кто такая Мортис, и рассказал об эльфах. Особо серьезности правителям это не добавило. Мы переглянулись с верховным. И вышли в мой мир.

— Алекс как их не убеждай, проникнутся серьезность положения они не смогут. Для себя они уже решили, ты все уладишь. Тем более с нашей помощью — проговорил верховный. — Я конечно сделаю все что смогу, но сейчас меня больше интересуют твои эльфы. В отличие от жены, не испытываю к ним негатива. Наверно потому что все же не местный. Мне бы хотелось увидеться с ними, переговорить. Ты сказал они жаждут мести, но посуте мстить то им надо Вотану. Мортис, до перерождения была женой их бога, как Солониэль, и ей им мстить не за что. Или чего-то не понимаю? — рассуждал я в ответ.

— Да нет, все в принципе так как ты говоришь — сказал верховный.

— Еще вопрос, Ашера рассказал что она успела перехватить сердце бога эльфов. Так почему он не возрожден? — спросил верховного.

— Потому, что сердце до сих пор у Мортис. Потому что у эльфов нет своего дома. И ему некуда вернуться. Потому что Мортис не хочет отдавать сердце им.

— Все страньше и страньше — проговорил я — я хочу встретиться с эльфами.

— Хорошо, я приведу их в твой мир. Поговорим. Давай тогда после завтрака, я тебя позову.

— Ок — ответил ему, и мы вышли в реал.

Кано веселился вокруг, он уже пытался бегать, хоть и не уверено. Но один взгляд на сына радовал меня безмерно. Жена пришла к самому завтраку. Посмотрела на отца, канцлера, меня и наверно все поняла по моему слегка раздраженному виду. Мысленно я обрисовал ей свои планы, она нахмурилась но ничего не сказала. Осталась с Кано. Мне было очень интересно увидеть и поговорить с эльфами. Наверно этот интерес из прошлой жизни.

Эльфов пришло двое.

— Знакомьтесь — сказал верховный — наш хозяин и защитник мира Нейру, Алексий — Алекс для друзей, изгнал тьму, победил бездну и Аримана. Это правители небольшого народа эльфов Аракано по-человечески Благородный вождь, и Ангамайте в переводе, Железнорукий. Ты хотел познакомиться и поговорить, прежде чем принимать решение об их переселение к вам — представил нас верховный.

Эльфийские вожди были напряжены, они не знали меня и не понимали, что им ждать. Я решил снять напряжение. На столе появился виски, водка и вино, что мы пили как сок в империи. Так же выставил лимоны, икру и мороженое. Мне было интересно как они отреагируют. Налив виски и бросив лед я предложил им. Мы выпили, зажевали лимончиком, потом еще раз, потом я предложил попробовать мороженное. Им понравилось. Но их сдержанность не пропала. Расслабить их видимо не удастся.

— Уважаемые, вы в курсе что именно послужило причиной нашей встречи? — спросил у них.

— Прежде чем отвечать, позвольте узнать как вас титуловать. Мы не настолько близки, что звать вас по имени — проговорил Аракано, кажется.

— И все же я прошу называть меня по имени, если вам претит мое укорочённое имя, зовите полным — ответил им.

— Ну, что же Алексий, да мы в курсе что проклятая пришла на вашу землю. Мы знаем ваши сомнения насчет наших отношений с людьми. Но все живые существа разные. У нас есть кланы, что ставят себя выше всех. Но и у людей достаточно таких особей. Могу точно обещать, что среди моих соплеменников таких нет.

— На самом деле это не самый главный вопрос — проговорил я — это все решаемо, если вы захотите остаться мы придем к решению. Больше меня интересует другое, за что вы собрались мстить Мортис, ведь она бывшая жена вашего бога. Да она сошла с ума, но она и пострадала спасая его — спросил я.

— Вы не знаете всей истории? — спросил эльф.

Я посмотрел на верховного.

— Я хочу чтобы вы сами просветили нашего молодого бога о той неприглядной истории, что случилась — проговорил верховный.

— Ясно, дело в том что Галлеан был воскрешен Мортис, но он отверг ее. После чего она, не помня себя от обиды и злости на бывшего мужа, устроила встречу Галлеана и его бывшего аватара Лакхаана. Прибывший с войском нежити Лакхаан, насмехаясь, вызвал у бога эльфов ярость и ненависть, несвойственные его светлой природе, и его гнев воплотился в чудовищного Зверя. Тем самым Мортис отомстила бывшему супругу, доказав ему, что и он может быть ужасен. Вот за, что мы должны отомстить.

Теперь все становилось более понятно.

Им в общем плевать на месть, просто нужен дом. Но высказать это им в глаза, значит как минимум оттолкнуть их. А я хотел, чтобы эльфы жили на планете. Какими бы высокомерными они не были, у меня найдется чем сбить с них спесь. А вот воинами и ремесленниками они всегда были отличными. Я хотел для нашего мира таких жителей.

— Давайте так уважаемые — начал я.

— Допустим понятно, что случилось в прошлом и в чем ваш интерес. Но зачем Мортис полезла к нам? Она же всё время сидела на Невендааре, что за интерес такой к нашему скромному миру.

— А вот на этот вопрос, я кажется знаю ответ — сказал верховный — не так давно в королевстве Мортис был замечен Ариман.

Я чуть не заскрипел зубами.

— Так значит, сам влезть не может, так других подбивает — проговорил я — ну теперь все более-менее понятно. Он ей что-то пообещал, и она поскакала делать нам пакости, охх, доберусь я до твоего братца верховный, боюсь ему мало не покажется.

— Да ты все обещаешь — посмеялся верховный.

Как ни странно, но это отступление вызвало улыбку эльфов и кажется даже расслабило их.

— Так, так, так — налил виски и выпил.

— Мне нужно несколько сильных воинов, желательно с навыками разведчиков. Я хочу потрепать войско Мортис и по возможности захватить пленного. Из тех что управляют. Вы готовы пойти на это?

— Да — коротко ответил второй эльф, кажется Ангамайте — я сам поведу их. Сколько нужно человек и когда.

— Думаю не больше ста, завтра утром — ответил им.

— Ну что же отлично, я зайду к вам вечерком — сказал вождям верховный.

Они поклонились и вышли.

— Как их переправить? — спросил у верховного.

— Мы с братьями перекинем, это не очень сложно. Но я вижу, что ты уже что то придумал?

— Есть идея, скажи как можно удержать в клетке бога? — спросил у него.

— Ты хочешь поймать Мортис?

— Сперва я хочу сделать такую клетку, если такое возможно. Потом испытать ее на куклах Мортис. А потом может и её поймать — объяснил я.

Я посоветуюсь с братьями — проговорил верховный — еще хочешь что-то спросить?

— Да. Ты знаком с Галлеаном? — спросил у него то, что меня тревожило.

— Был когда-то, он был нормальным богом. Любил свой народ. Но потом он изменился, и хотя я не питаю к нему плохих чувств, но видеть его мне бы не хотелось. — ответил бог.

— А как он отнесется, если часть его людей уйдут к нам, они ведь понимают, что их бога тут не будет — спросил я.

— Они уже давно живут без его внимания и покровительства. Та история, что ты слышал, произошла около пятисот лет назад. Хотя эльфы живут долго, но и да них это срок серьезный — ответил Ахурамазда и как то странно посмотрел на меня — знаешь почему я хочу, чтобы ты взял их к себе?

— Почему — ответил чувствуя подвох.

— Ты вылитый Галлеан, в молодости, попозже забежим к тебе с братьями.

И смылся оставив меня сидеть с открытым ртом.

Выйдя в реал, показал все Вите, она сказала, подумает. Над чем я не понял, но спрашивать не стал, вызвал Катчера.

Он прибежал через пять минут. Прав император, мои приказы исполняют бегом.

— Ты набрал ребят, каких я говорил? — спросил у него.

— Так точно Ваше Высочество — отрапортовал он.

— Пойдем покажешь — сказал я.

— Обед скоро — напомнила Вита.

— Я быстро — улыбнулся ей.

Меня интересовало смогут ли они защитить себя. На полигоне прошли в сторону полосы препятствий. Там нас уже ожидали восемь парней и две девушки. Я удивился, но не подал виду.

— Всем привет — улыбнулся им.

— Здравствуйте Ваше высочество — хором ответили они.

— Завтра утром, я отправляюсь на границу, нужно выяснить что там происходит. Планировал взять вас с собой. Сейчас хочу увидеть как вы умеете защищать себя. Работаем, все против меня — не успел договорить они накинулись.

Я естественно не применял жестких приемов, они были нужны мне целые. Так что получилось даже весело, что значит молодые ребята, им было в кайф попробовать избить командира. Избить не получилось, а вот прикоснуться ко мне смогли. Через минут десять кувырканий я остановил их.

— Завтра утром пойдем на границу. Я вас обманул знаю я, что там. Там будут мертвецы, много. У вас только одна задача, не дать им вас убить. С нами будет еще отряд, когда увидите не удивляйтесь. Оружие приготовить, легкий доспех одеть, жду утром тут. Махнул Катчеру за собой и пошел к замку.

— Как ты относишься к эльфам Катчер? — спросил ошалевшего полковника.

— Я их никогда не видел, так что не знаю Ваше Высочество — ответил, помолчав Катчер.

— Завтра увидишь. Ты идешь с нами, присмотришь за молодежью. Пошли поговорим подробнее.

Придя к себе, я поцеловал Виту, повозился с Кано, взял Катчера под руку и прыгнул в кабинет Оклера. Тот сидел за какими то бумагами.

— Времени у меня мало, сразу к делу.

И рассказал им укорочённую, сильно укорочённую, версию того, что выслушал сперва от богов, потом от эльфов.

Народ уже привык к тому, что у нас вечно что-то происходит, потому глаза уже в шоке не закатывал, и рот не раскрывал. Когда рассказал об эльфах, в глазах обоих ожидаемо появилось сомнение. Потому пояснил, что их всего около двухсот тысяч, и половина из них женщины и дети. Завтра прибудет пробный, так сказать отряд, я посмотрю на них, они на нас. Ну и в бою проверим.

— В крайнем случае мне хватит силы, просто их всех выкинуть отсюда — успокоил своих офицеров — а наша великие помогут. Я в замок, Катчер ты со мной?

— Мы останемся, Ваше Высочество, подумаем еще — ответил за него Оклер.

— Ну, ну, только не забудь, утром вылетаем — посмеялся над их уловками я.

Вернулся в замок, прямо к обеду. Сказал жене, что вечером заглянут великие. Будем клетку придумывать.

— Аримана бы потом в нее посадить — мстительно помечтала она.

— Кто знает, может и посадим — ответил ей.

— Расскажи как твои успехи в учебе — улыбнулся я ей.

— Неплохо кажется, вот костюмы легко одеваю, как ты — улыбнулась Вита — еще мысли связь освоила, ну а с целительством проблем почти нет. Нужно только лучше изучить человеческую анатомию.

— Начнется война, изучишь — мрачно сказал я.

— Юлька не возвращалась? — спросил я.

— Взвращалась — послышался от двери звонкий голос сестры.

— Привет, Витуля, привет братик. Ты что опять задумал, наставники на ушах стоят, то смеются, то мрачнеют — весело спросила Юлька.

А я подумал, что они все уж слишком в меня верят. Нет, приятно, конечно, но блин, вдруг не получится? Дело ведь совсем не в том, что мне стыдно будет, или еще что.

Эта бешеная сука Мортис уже вырезала королевства, что ждет империю можно даже не гадать, а вот они этого похоже не понимают.

— Юль, мне нужен мой белый доспех завтра утром — ответил сестре вопросом.

— Ххм, у меня есть лучше, я знала, что ты не будешь вечно сидеть спокойно, и сделала нечто среднее, между твоим божьим доспехом и белым. Теперь он не отдает свет, тебе это не нужно, ты сам светишься, он впитывает его и становится крепче мрамора. Но без веса мрамора — улыбаясь сказала сестренка.

— Ты у меня чудо. Тебя нужно не на богиню смерти учить, а на великого изобретателя — улыбнулся сестренке.

— Ты уже в курсе, что я хочу заселить пограничье эльфами? Что думаешь?

Вита тоже с интересом посмотрела на Юлю.

— А ничего не думаю, в нашем семействе, ты Алекс, как верховный в своем. Ты решил, так и будет, потом будем смотреть. А если серьезно, то они сильные воины, отличные ремесленники, нам пригодятся такие жители. Ну а будут проявлять свой нрав, я их всех в тартар отправлю.

Про веселились до ужина. Вообще странно. Впереди ждет серьезная угроза, а мы тут смеемся и шутим. Посмотрел на Виту, она тоже была обеспокоена не серьезным отношением. Перед сном поговорим с ней. После ужина вышел на террасу покурить, пока ждем богов. К тому, что верховный перед эльфами назвал меня богом, я всерьез не отнесся.

— Привет Алекс — раздалось за спиной.

— Привет Фрея — обернулся я.

— Ты опять придумал, что-то, непотребное? — улыбнулась сестра верховного.

В том то и дело что в принципе да, но вот как сделать пока точно нет. Но говорить об этом никому не стал. Пришли Ашера и Митра. Сразу затребовали виски и икру. Полюбилась им закуска русских царей.

Я смотрел на храм, на озеро с лебедями. Городские службы поставили домик для лебедей посередине озера. Вокруг было много скамеек. Люди полюбили тут отдыхать. Я смотрел и думал, что если я не справлюсь все это пропадет. Будет разрушено. Перед глазами предстал мертвый лебедь, как то видел в прошлой жизни.

Подошел Ахурамазда.

— Решимости набираешься — утвердительно проговорил он.

Я в очередной раз удивился, как он меня знает.

— У тебя есть какой, то план? — спросил он.

— Наметки плана, надеюсь сработать — ответил я.

Он внимательно посмотрел на меня.

— Смотри — подошли все.

— Это Митра нашел в одном заброшенном храме. Лет, не помню сколько назад. Ашера разобрался, что это починил и зарядил.

Подаешь силу чистого света и кидаешь в нее. Обязательно нужно попасть так, чтобы она окуталась тьмой. Тогда сработает заряд и ее погрузит в кокон, из читого света. Я попробовал подать энергию, получилось легко.

— Утром мы выходим на охоту. Присмотрите если что за моими близкими — сказал я.

— Так, давай без упаднических настроений. У всех впереди большие планы Алекс, как на этот мир, так и на тебя.

Я улыбнулся и присел за стол, налил себе виски, сделал еще бутербродов. Выпили.

— Расскажите мне о планах на мир, пожалуйста — попросил богов.

— Мы давно хотели сделать, построить такой мир где люди, эльфы, гномы, наяды и дриады жили бы в мире. Этот мир был бы очень богат, жители были бы счастливы и все бы стремились жить в этом мире. Конечно построить такой мир не просто, да и защитить потом. Но у нас появился ты. А с тобой появилась Вита, Юля, твой сын вырастет в очень умного и сильного бога. Ты сам по себе довольно честный, довольно верный, довольно честолюбивый и тщеславный парнишка. Все эти качества не делают из тебя плохого или хорошего. А вот твое поведение делает. Мы наблюдали за тобой Алекс, не только я, мы все. Ты знаешь о чем я. Ты поступал по-разному. Святым тебя точно не назовешь. Но и отпетым мерзавцем ты не был. И мы решились попробовать. И я рад, что мы не ошиблись в тебе. Так что не переживай, как бы не вышло у тебя, все вместе мы выкинем Мортис из нашего мира. Но я тебе ничего не говорил, не проболтайся хе-хе — рассказал мне верховный.

— Спасибо тебе верховный, спасибо Митра, Ашера, Фрея, вы правда стали нам очень близки — растроганно произнес я.

Боги улыбнулись, и не говоря и слова исчезли. Мы с Витой пошли в постельку.

Домой мы вернулись к утру.

Я сразу пошел в душ и спать. Вита, солнышко мое, рядом, не давая мне слишком на себя реагировать.

Я уснул. Мне ничего не снилось. Встал к обеду, выспался прекрасно. Еще сонными глазами смотря в потолок, не сразу понял что на нем.

А нем был высвечен мой статус. " Алексий — защитник мира Нейру, бог войны, в пантеоне Ахурамазды".

Я позвал Виту и спросил, она это видит? Судя по тому, как заразительно она смеялась, видела прекрасно. А кто еще видел. Хотел спросить я, но по её смущённому виду понял, все видели.

Меня повысили. Но я же хотел быть богом мира, опять я ною. Все равно постоянно с кем то воюю. Какая на хрен разница как меня называют.

Пора вставать. Я молодец, красавец, всех победил. Сейчас нужно встать, сходить в душ и позавтракать. Больше планов никаких. У меня отпуск.

Сходил в душ, покушал, занялся наконец с сыном.

У него уже почти все зубки выросли и бегать стал, не догонишь. Чудо энергичное. Сын был рад, папка с ним, мамка тоже, что еще нужно маленькому человечку для счастья. Но покой кончился когда пришел император.

— Скажи мне, зять, бог войны и вообще мой любимый бог, куда мне деть эльфов? Они ведь не просто так идут в наш мир, они идут к тебе — проговорил скороговоркой император.

— А канцлер, что говорит? — попытался отмазаться я.

— Канцлер говорит, твои подданные, тебе и решать — сказал император.

— Так, стоп, то есть вся остальная империя не мои подданные и за них я решать не должен. Защищать не должен, оберегать и так далее — улыбнулся я.

Ну не злится же мне на императора.

— Ты к словам не придирайся, прекрасно понял о чем я — ответил император.

— Понял, понял как не понять — улыбнулся опять.

— Ваше Величество дайте мне недельку, со всем разобраться, и все будет хорошо.

Вита посмотрела на меня настороженно. Ну да ее эмпатия тоже выросла в разы, она чувствует если я хитрю.

— Разбирайся, но вообще ты конечно молодец мы с Юлиусом послушали допрос этого обрезанного, ужас, что нас ожидало.

Еще поговорив с императором, мы наконец остались с Витой.

— Что придумал? — спросила она сразу.

— Уходить — ответил так же.

Жена задумалась.

— То есть ты хочешь уйти сейчас, забрать эльфов — начала она.

— Выбрать место, построить замок. А вокруг селение эльфов. Они будут нам и прислугой, и няньками, и работниками, и воинами — продолжил я.

— Так, эльфам нужен лес, вода, можно небольшие горы. Я полетаю с Фреей, посмотрю — сказала Вита.

— Тогда я встречусь с эльфами и немного их придержу — ответил я.

Она потянулась ко мне, я к ней, но между нами влез Кано. И смеется сидит, паразит маленький.

— Нужно Юльку предупредить — подумала вслух жена.

— Угу, скажи ей сама, может вместе место выберете — поддержал я.

— Витуль, нужно еще с наследством решить. Правда не горит. Но пусть у тебя такая мысль будет. Замков одних тринадцать. Почти миллиард золотом в банке — попросил жену.

— Потом, не горит — ответила она.

Вскоре объявилась Фрея, с ней и верховный.

Фрея с женой тут же смылись. А верховный присел в кресло и задумчиво закурил. Кано увели няньки.

— Какие планы — спросил он через минут пять молчаний.

Я решил не отставать. Кофе был, Арманьяк появился, стаканы, лимон, сигара. Выпили зажевали, закурили.

— Пойду проверю молодежь, потом в Орден, потом к эльфам — наконец ответил ему.

— А давай наоборот сперва эльфы, орден, молодежь — проговорил он.

— Я с тобой полетаю.

— С чего это? — удивился я.

— Хочу рожу твою вытянутую видеть, когда до тебя дойдет, что не только твоя семья увидела твой новый статус. Но и вся империя, весь мир, хе-хе — сделал он лицо олигофрена.

— Ох, еж моя жизнь грешная, куды теперь спрятаться то — застонал в ответ.

— А не куды, каждая шваль, в каждом из окружающих миллионов миров знают. Некий Алексий, победил тьму, бездну, Аримана и пленил Мортис. То есть не просто победил, а саму ее пленил.

Эльфы когда увидели сообщение, стали собираться.

А ко мне, кстати, заходил Галлеан — рассказывал верховный.

— Чего хотел? — спросил я.

— Эльфов своих забрать, ну я его к ним и послал. Пусть убедится, что никто их не держит — продолжил верховный.

— Они ему объяснили доступно, что у них другой покровитель, что их все устраивает, так что он поскрипел зубами и ушел. Насильно мил не будешь — закончил верховный.

— Так ты расскажешь, что удумал? — снова улыбнулся верховный.

— Вот откуда ты знаешь, что я что то удумал — прям разозлился.

— Да по тебе сразу видно, рожа хитрая становится, ну точно какую нибудь пакость замыслил. Я так своего брата читал, ахада — ржал верховный.

— Вы куда кристалл дели, с Мортис — спросил уходя от ответа.

— В пантеоне убрали. Там заряда на десяток тысяч лет, хорошо ты ее приложил — ответил тут же он.

— Ты не увиливай, я тебе не император на твои уловки не ведусь — строго сказал бог.

— Да я и не того, просто я вообще не в, ладно, не придумал еще отмазку, мы уходим с семьей из замка. Вита сейчас с Фреей ищут место. Я еду к эльфам. Будем жить семьей. Я, сын, жена и сестра. А вокруг будут эльфы — ответил я ему честно.

Не могу я верховному врать.

— Ну что все правильно. Девчонки выберут место, ты сделаешь замок, эльфы наконец вернуться на деревья. Все правильно Алекс. Мы будем свободно приходить. Да вообще жизнь лучше станет. Допивай, полетели к эльфам. Они хоть и не человеки, но все же люди, переживают — проговорил Ахурамазда и мы перенеслись.

Эльфы встретили нас как родных. Они бедные так и сидели на пустоши, где был бой. Мы появились и тут же вышли вожди, а за ними весь лагерь. Ангамайте и Аракано, склонились перед нами.

И тут я заметил, что перелетел один, верховный смылся.

— Идемте поговорим, потом все скажете остальным — вожди снова склонились и пошли вперед.

Я шел, а вокруг все кланялись.

Я понимал что я бог, они это знают и это нормально. Но было так странно, непривычно. — Мы с женой, богиней жизни и здоровья, наш сын, и моя сестра богиня смерти решили жить в дали от людей — сказал я.

— Если Вы уважаемые желаете, то можете жить вокруг замка, что я возведу.

— Великий — обратился ко мне Аракано — нам нужны деревья. Мы столько сотен лет мечтали вернуться в леса.

— Аракано, я еще не великий, не преувеличивай моих заслуг. Мы все это знаем. Сейчас моя жена и сестра ищут место в лесу, с озером или рекой. Как мне сообщат, мы с вами сходим, посмотрим если все устроит, будем делать дом — ответил я.

Они переглянулись.

— Что-то не так? — спросил я.

— Не совсем, но у нас есть семена наших вечных деревьев. Они же древа жизни — мерлоны, нам необходимо посадить их. Они питают нас своей силой, без них род угасает, быстро ослабнет и умрет — ответили вожди перебивая друг друга.

— Так спокойно. Выберем место, где почва хорошая. Посадите их. В чем проблема, мудрейшие — теперь не в чем, Великий.

— Величайший Ахурамазда запрещал нам сажать мерлоны. Они вековые деревья, потребляют много жизни из земли — объяснил Ангамайте.

— Тут с этим проблем нет — успокоил эльфов.

— А можно нам выпить еще того чудесного вина, что мы пробовали у вас в гостях? — спросил Аракано.

Я взмахнул рукой, (чисто ради эффекта) и появилось виски, лимон и стаканы.

Мы выпили, посидели еще минут пятнадцать и я ушел. Сказав им, что как только место будет подобрано, я за ними приду.

Ушел в Большой дом. Тут меня тоже ждали. Каждый хотел быть поближе к богу войны. Но я всех поздравил с победой, хоть они там ни сном, ни духом. И ушел к Оклеру. Вот там мы и правда выпили. Потом я сказал Оклеру, что на днях ухожу. Обрисовал ситуацию, эльфов не поселить в городе. Да и за городом им будет неуютно. Им нужно место скрытое. Он согласился со мной, но посетовал, что они тоже мои люди.

— Так я не отказываюсь от вас, будет нужда звони. Трубка у тебя есть, да и сам я буду присматривать за вами. Дисциплины не снижать. А еще лучше, вот, что. Мы с Катчером создали отряд. Это не паладины — это разведчики, шпионы, убийцы если нужно. Поговори с Катчером, пусть ребята работают в двух ведомствах. Но и про зарплату им не забывай.

— Я понял Ваше Высочество, как то не так вас титуловать нужно. Вы же бог войны. — возмутился слегка поддатый Оклер.

Я встал, обнял старого друга. И ушел. Как боги уходят. Без слов. Перелетел к Катчеру. Этот аж подскочил.

— Ну нельзя так Ваше Высочество, мы тут готовились. Ждали Вас. А Вы раз и ко мне — обиделся Катчер.

— Не бухти старина. Иди к своим. Я появлюсь — успокоил верного гвардейца.

Катчер там провел рекламную компанию меня, и я появился.

Народ торжествовал. Ребята, что были с нами в бою с Легионом Мортис, теперь были героями.

Они в парадной форме, гордо возглавляли весь стой. Я подошел, и просто обнял их всех. Даже ту, что звенела. Потом отсалютовал гвардии и ушел. С Катчером.

Ему рассказал то же, что и Оклеру перед ним. Сказал привлечь ребят к работе, экзамен они сдали. И ушел. Так же не прощаясь. Понравилась мне эта фишка. Только взял у Катчера их имена и фамилии. Его то я знал.

Пришел к канцлеру. Он не шуганулся.

— Виски угостишь, бог войны? — спросил он, вроде в шутку, но в глубине глаз был огонек страха.

Я выставил на стол канцлера, виски, лимон, стаканы.

Потом положил списки имен ребят, попросил их наградить. Канцлер тут же почуял, что-то изменилось, но вызвал бюрократов, приказал готовить к награде.

— Расскажи Алекс, что случилось? — спросил он.

— Мы уходим Юлиус — ответил я.

— И предупреждая возражения скажу. Боги не живут среди людей. Мы отстроим себе дом, там где нет людей. Будем жить, развиваться, Вы всегда сможете нас навестить, Юлиус. Не переживай мой друг. Канцлер не стесняясь смахнул с глаз слезы.

— Но как же так, Алекс, ведь вы наша семья, почти как дети — очень грустно сказал он.

— Это так, Юлиус, но детям пришло время иметь свой дом. Это нормально, мой друг, через пару месяцев выйдет срок и мы вас омолодим. Представляешь, девчонки, А Юлиус — за мной рассмеялся и он.

— Я бы очень был рад, если бы император, и ты, нашли наконец свое счастье Юлиус. Только ему не говори, взбесится, как пить дать взбесится.

Потом мы посмеялись. Ближе к ужину разошлись.

С тех пор прошло пять лет.

Место, что выбрали Вита, Юлька и Фрея было удивительным. С двух сторон лес, с третьей озеро, настолько огромное, что можно принять за море, с четвертой обрыв. То есть мы находились как бы на плато.

Вокруг горы, огромное озеро, лес километров на сто. А на краю плато мы.

Замок был великолепен. Я строил не спеша сам, для нас. Вынимал породу, смотрел ее, что то отбраковывал, что то шло в строительство. Я отдыхал душой за этим занятием. Замок в четыре этажа, но с башнями, крепостной стеной, обзорной площадкой наверху, с бассейном посередине двора. И все это великолепие из белого мрамора.

В бассейн поставил трубы, на ключи, которые нашел, на трубы руны нагрева. Вокруг были сады, до стены и дальше, но недалеко.

Мерлоны эльфов не терпели соседства. Эльфы обустроились не хуже, для них.

Как только переехали, они начали возводить дома на деревьях. Иногда просили меня помочь с чем то сложным.

Вообще отношения с ними были не как с людьми. В чем то проще, в чем то сложнее. Они не бухались на колени каждый раз когда видели нас. Они прекрасно знали кто мы, но и себе цену знали.

Их женщины сидели с Кано, когда мы куда-то улетали. Но они не были служанками.

Мы могли попросить. Такие отношения сложились в основном из-за меня. Я никогда не грубил, не приказывал, а именно просил, вежливо. От этого их самооценка выросла. Они увидели во мне не просто бога и господина, а если не равного друга, то по крайней мере, нормального человека.

Хотя человеком я прекращал быть очень быстро. На третий год, после переезда, у меня случилась первая эволюция организма. Я свалился прямо в саду и только Кано, увидевший это убежал за мамой.

Вита осмотрела меня, сразу поняла — эволюция. Перерождение в бога.

Вита вообще была кумиром у эльфов. Она лечила любые болезни. Одному молодому и горячему пареньку, медведь отгрыз ногу. Вита вырастила ему новую ногу, правда это потребовало почти трех месяцев, но что такое три месяца, по сравнению потерять ногу. Еще через год случилась эволюция у Виты, а потом через несколько дней и у Юльки. Юлька была прекрасная и пугающая в черном плаще, с белыми волосами, с абсолютно черными глазами и длинным, черным мечом на поясе, (эльфы сделали), она внушала страх и благоговение.

А Вита, после эволюции, как я и обещал, родила дочь. Вот тут понадобились и няньки, и помощники. Но все это делалось так легко, весело, шумно, что казалось друзья просто помогают и радуются. Но так наверно и было.

Нас навещали император, канцлер, и ребята заезжали, и паладины почтили своим присутствием.

Им я приказал больше не появляться, а потом навестил Оклера и сперва уволил, а потом под возмущённые крики убил мерзавцев. Они хотели девочек эльфийских попробовать. Я был в такой ярости, что запретил прием в Орден. Оклера уволил.

А сам Орден на время распустил. Большой дом заняли гвардейцы. Своим ребятам дал команду, найти всех, кого этот дурень напринимал без проверки и убить. Тихо убить. Если не считать этого мерзкого момента, все было прекрасно. Боги навещали каждый день, обучение шло семимильными шагами. Юлька с Витой росли чуть ли не быстрее меня.

Эльфы делали прекрасное оружие и те из купцов кому они дали доступ в начало наших земель, богатели на глазах.

Ну и главное. Сын. Кано рос быстро, к концу семи лет он был мне уже по грудь.

Его божественная сущность проявлялась во всем. Он был такой же веселый и добрый парнишка, мой сын, но все чаще просил научить его владеть мечом.

Летать как я.

Нужно было решить эти вопросы, прятаться от них не получится. Вита занята с дочерью, Юлька собой.

Я взял Кано, и мы перенеслись на высокую вершину. Если бы не мой барьер нас сдуло бы моментом. Я сел скрестив ноги, и посмотрел на сына.

— Скажи мне, чего ты хочешь сын? Тебе еще нет семи лет. Ты вряд ли помнишь, но как то я сказал — вот будет тебе шестнадцать, уйдем в плавание.

— Зря ты думаешь, что не помню, ты тогда пошел на плац, перед замком, где мы жили, а мама очень возмущалась, что ты даже с сыном не можешь погулять, чтобы не общаться с вояками, так было отец? — рассказал Кано, чем поверг меня в шок.

— Что еще ты помнишь, из глубокого детства — спросил сына. — Ты меня удивил, я знал, что ты самый лучший, но настолько.

— Отец я помню многое, но это больше впечатления, переживания. Мне иногда казалось, что вы с мамой не любите друг друга, а иногда я помню счастье, что мы все вместе. Еще я знаю, что мы не люди, и не эльфы мы выше всех, но не понимаю почем — в сыне чувствовалась проблема, для меня, в моем понимании он был слишком мал, но что я знаю о том как взрослеют дети богов.

— Хорошо, хоть я и планировал провести этот разговор года через три — четыре, но ты прав, если ты хочешь начнем прямо сейчас.

Смотри. Я вывернул руку и начал строить гору. Потом обрушил ее, и понял воду сделав озеро. Потом вскинул руку и в небо полетел шар, как второе солнце.

— Что ты понял из увиденного? — спросил я сына.

— Ты сильнейший маг? — спросил сын.

— И да и нет, потому я и считал, что тебе еще рано учиться. Мы боги сын — улыбнулся я.

С этого дня началось интенсивное обучение Кано. Эльфийские наставники учили его быстро бегать, легко лазить, читать лес. Стрелять из лука, драться на мечах. Владеть кинжалом.

Я учил всему тому же еще и закреплял знания, своим вливанием магии, божественной магии. Ахурамазда называл сына не иначе как "сынок", учил магии, пониманию законов магии и жизни. Ашера передавал мудрость веков и народов.

Вита, Фрея и Митра магии жизни, целительству.

Так продолжалось еще три года. Дочь росла. Кано было уже десять, ей было восемь. Я любил ее не меньше Кано, но все же большую часть времени она проводила с мамой, тетей, и Фреей.

У нас прошла вторая эволюция. Сперва у меня, потом у Виты и Юльки. Мы уже были почти наравне с наставниками.

Как то вечером я спросил у Виты не скучно ли ей тут. Она улыбнулась и покачала головой. Но я все равно чувствовал, что перемены уже близко.

Сперва произошла эволюция у Кано. Что было странно, ведь энергии веры он пока не получал. Но верховный хитро улыбнувшись пояснил, что иногда вливал в Кано понемногу. А не так давно, год назад переключил алтари на него, немного, около сотни. Фрея смущенно улыбнувшись сказала, что тоже сделала с дочкой.

Кстати дочь мы назвали Амели, это имя подходило ей прекрасно. Любимица всех членов семьи. Она отличалась скромностью, смирением, добротой и отзывчивостью. Кстати, императора и канцлера мы омолодили еще почти восемь лет назад.

Когда мы ушли у Паши с Юлиусом началась бурная жизнь. Они как будто соревновались. Перепробовали всех придворных дамочек. Но благо ума хватало не делать непоправимых ошибок.

Я иногда сам навещал их. И сейчас собирался. Предупредив своих, мы с сыном не спеша перелетели в столицу империи. Наше крыло оставалось за нами. Только охрану убрали.

Я теперь выглядел немного не так, как раньше. Сильно возмужал, окреп как то. Почти тридцать три года уже телу.

Сын был похож на меня, только волосы имел черные, в мать. Ему было немного больше десяти лет, а он уже был мне по плечо.

Устроившись на террасе я связался с императором и канцлером, сказал, что мы, с сыном решили их навестить. Они уже спешили сюда. Так же вызвал Кирстена, он по-прежнему служил во дворце и Катчера. Хотел позвать и Оклера, но передумал, сильно он меня обидел и разозлил.

Император удивлялся внуку, восхищался его успехами, расспрашивал обо всем, так что Кано даже смутился. Канцлер смеялся над императором, а императору было все равно, он расспрашивал Кано о матери, о сестре Амели, обо всем. Соскучился старик. Хотя внешне этого конечно не скажешь. Мужчина лет тридцать пять, сорок. Канцлер такой же.

Подошли Кирстен с Катчером и император с канцлером пошли заниматься делами, взял с нас обещание, что мы еще зайдем к ним. Или позовем к себе. Кирстен вошел радостный, чувствовалось, что ему хочется обнять меня, как раньше, но статус не позволяет. Тогда я просто шагнул к нему и обнял сам.

Катчер довольный, что о нем не забыли, устроился за столом. Я выставил виски, бутерброды, мороженое для Кано. Нужно было поговорить со старыми друзьями.

— Что говорят в гвардии — спросил у обоих.

— После того как Вы Ваша Божественность разогнали орден. Выгнали Оклера, были возмущенные. Но они как то резко начали умирать — усмехнулся Катчер.

— И все поняли, что с богами лучше не шутить. А то можешь и не проснуться. Или собака бешеная покусает или кирпич с чистого неба упадет. Во общем все тихо. Жалко конечно, идея то хорошая была, а из-за невнимательности Оклера пошла прахом.

Мы выпили, помолчали. Я закурил сигару, что давно приучил меня верховный.

— А те из людей, те пятьдесят человек что были первыми, они как? — спросил я.

— Половина тут, стали наставниками. Ведь обучали их всерьез. Половина неизвестно где. Кто-то спился.

— Во общем будем возрождать орден — сказал я.

— Есть у меня предчувствие, что близок конец спокойствию. Но на этот раз все будет куда жестче. Магистров будет два. Верховным будет император, как раньше. А вы вдвоём будете руководить. Позже пойдем поговорим с народом. И называйте меня как раньше, высочеством. Ну Кирстен рассказывай, как сам, жена, дочь.

— У нас все прекрасно Ваше Высочество — ответил Кирстен — лика, когда не на ферме то в замке. Дочка растет. Не так быстро как Кано, но тоже быстро.

— Не будет против если ты в начальники пойдешь? — спросил Кирстена.

— Да не должна — смутился он, видно любит жену сильно.

— А ты Катчер, так и кукуешь один? — улыбнулся полковнику.

— Я не один Ваше высочество, у меня вся гвардия — улыбнулся в ответ Катчер.

— Забирайте все это — указал я на стол — потом выпьете и обсудите, о чем будем сейчас говорить.

— В общем так, на завтра собираете старую гвардию. Тех кто был с начала. Идем в Большой дом. И снова там обустраиваемся. Там кто сейчас?

— Сперва гвардия была потом, какие то бюрократы заняли — усмехнулся Катчер.

— Вышвырнем, он наш по закону.

— После завтра вызываете к себе, в Большой дом, тех гвардейцев, кого уже отметили. Мне нужно вас сто человек. С вами будет сто два. Да, так и поступим. Со стариками переговорите сегодня же, наверняка у них есть те на кого можно положится. Катчер, попозже пришлешь мне ребят, наших. Они где служат? — спросил о той молодежи, что билась с мертвецами.

Пока он рассказывал, налил виски. В горле пересохло. Заодно достал еще бутылку.

— Я создал под них спецотдел. Они делают тайные дела. Ими и император пользуется и канцлер.

— Отлично, хоть это идея сработала. Набери еще таких же молодых, голодных и отчаянных. Так же нужен аналитический отдел — подумал вслух я.

— Кирстен, а съезди ка ты в штаб. Десять лет их не тревожил, признаться забыл о них. Поговори со Штейном, у него же наверняка тоже есть люди. Да и аналитики пригодятся. — Хорошая мысль Ваше Высочество — кивнул Кирстен.

— Сейчас, минуту, свяжусь с императором — сказал я.

Поговорил с императором. Он сказал, что они через часик зайдут и принесут бумаги, устав. Я связался с канцлером и попросил его уведомить чиновников о выселении. Ну что бы их не убивать. Чувствовалось, что он усмехнулся. Значит придется убивать. Достал еще пару бутылок, отдал их офицерам. Сказал до завтра, только напомнил Катчеру ребят позвать.

— Ну что заскучал? — спросил сына.

— Нет, пап, учусь, слушаю, стараюсь понять все. Как то у тебя легко получается руководить всеми.

— Это у него талант такой, — улыбнулся верховный, появляясь за нашими спинами.

— Забежал к вам, хотел с Кано позаниматься, а Витуля сказала, что вы в столицу рванули. Опять, что-то задумал?

— Хочу Орден возродить. В храме нужно статуи Виты и Юльки поставить. А в общем чувствую спокойное время скоро кончится. — ответил верховному

Император с канцлером принесли устав, бумаги на Большой дом в моей собственности. Я сказал императору, что он по-прежнему будет главой ордена, а руководством займутся Катчер и Кирстен.

— Не получится как в прошлый раз? — спросил он.

— Не знаю, но надо стараться и людей выбирать нормальных. И своих воспитывать. Ну если что, снова разгоню, в этот раз навсегда — ответил ему.

— Завтра пойдем Большой дом забирать. Надеюсь убивать никого не придется.

— Ты уж постарайся — ухмыльнулся канцлер. — Но они тупые чиновники, они конечно слышали о тебе, но даже близко не представляют какой ты. Пойду я лучше с вами. А то оставишь меня без чиновничьего слоя.

— А вот этому решению я рад — поддержал я канцлера. — Не хочу убивать жителей столицы. Они и так обо мне всякие слухи пускают.

— Что за слухи? — спросил император, сидя в кресле и потягивая коктейль через трубочку. — Я слышал, что Алекс бросил Виту, живет с эльфийкой — сказал канцлер.

— Какой придурок такие слухи распускает? Я ему лично уши отрежу — разозлился Кано. — Идиоты, и ты отец не хочешь их убивать? Давай убьем там всех. Пусть об этом слухи пускают.

— Ну точно как ты в молодости — улыбнулся верховный.

— Видишь ли сынок, твой отец прав. Люди все равно будут трепать языком всякую ерунду. Хоть пол столицы вырежи. Кстати, папа твой однажды так и сделал. Чуть святым не стал — улыбнулся бог.

— А когда? Что это за история, расскажите — Кано тут же забыл свои кровожадные помыслы.

— Я потом тебе расскажу, внук — сказал император.

В дверь постучали. Ну стражи то нет. Я махнул рукой, дверь открылась. На пороге стояли повзрослевшие ребята, моя молодежь. Все лейтенанты. Ух прям гордость берет.

— Заходим, берем стулья, садимся к столу — позвал смутившихся от компании офицеров. — Так не тушуемся. Что вы будто первый раз императора и богов видите.

Ребята взяли стулья, придвинули к столу.

— Слушаем внимательно — напряг их внимание я.

— Завтра мы возрождаем Орден Света. Ваши задачи увеличиваются. Вам нужно будет приглядывать за всеми новыми членами Ордена. Если, что-то они будут нарушать, хреново себя вести, то докладываете императору. Там уже он решит, меня позвать или сам разберется. Но это не все. Вы прекрасно показали себя, и мы решили спецотдел увеличить. Катчер конечно будет подбирать вам новых людей, но он очень занят. Потому этим займитесь сами. Критерии вы знаете, нужны молодые, голодные, наглые в меру, смелые, без страха крови. Хорошо бы еще и умные, но это редкость. Так не стесняемся. Берем, наливаем, пьем.

— Ваше Высочество, а можно в орден вступить — спросил один из них. — Вступить то можно, но зачем? У вас другая специфика работы. Вы должны поменьше светится, а Орден на виду. Вы должны решать проблему тихо, в идеале до ее обнародования. Потому нужны аналитики. Вам скоро предстоит командировка, например, а орден будет сидеть тут. И ждать когда враги придут к нам. А командировка Вам и правда предстоит. — Куда — спокойно спросил один из них.

— Островная империя — ответил им — кто то там воду мутит. Слухи пошли что они хотят повоевать. Но раньше к нам не совались, значит кто то им помогает.

— Ариман? — тут же задал вопрос верховный.

— Точно не знаю, но похоже. Он же тоже бог войны, а у них своих богов не было, потому лезть на нас для них глупо. Только если Ариман убедит их, что справится со мной. Тогда они осмелеют. Потому хочу послать вас, не всех, а пару человек. Посмотреть, что у них там происходит.

— Кого, Ваше Высочество — снова тот же парень, похоже он неформальный лидер.

— Решайте сами, я не так хорошо знаю ваши сильные стороны. Завтра вечером обсудим. Ребята поклонились и вышли.

— Идите посидите с дедушкой, сын — сказал я. — Я покурю, не хочу чтобы ты вдыхал. Да и мать твоя мне настучит по голове, если от тебя будет пахнуть. Они ушли вглубь комнат.

— Ты серьезно насчет островов? — спросил верховный.

— Абсолютно серьезно. Мы заберем острова себе. Острова, морской народ, прибрежных жителей. Построим флот. Пора расширять империю. А там уже и дальше посмотрим — подтвердил им я.

— Кстати, где гномы остались? У тебя нигде не селились? — спросил верховного.

— Нужно подумать, — протянул верховный задумчиво.

— Помнишь перед битвой с Мортис, ты рассказывал о мечте, создать идеальный мир? Эльфы, гномы, наяды, дриады, мне понравилась мысль — напомнил о том разговоре.

— Алекс, мысль и правда прекрасная, но ты же понимаешь, что это звучит как мечта — утопия? — сказал канцлер.

— Если не работать над воплощением мечты, зачем мечтать? — ответил ему.

— Чувствуется влияние Ашеры — посмеялся верховный — а насчет гномов нужно поговорить с братьями. Правда гномы не эльфы, упрямые, твердолобые, тяжелые на подъем. Учти это.

— Учту — улыбнулся ему.

Выпил и закурил наконец. Встал, пошел к ограждению. Озеро на месте, лебеди плавают, в храм идут люди. Многие отдыхают на скамейках. Благодать.

— Позовешь Ашеру попозже? — спросил верховного.

— Из меня скульптор еще тот. У него лучше получается.

— Угу — согласился верховный.

Тоже встал к ограждению.

— Очень красиво сделал Алекс. Ты не знаешь, но приходили из других пантеонов. Смотрели, оценивали, завидовали.

— Пап, ты два года провел в коме — спросил недоверчиво отпрыск.

— Да, а когда вышел из нее, хотел сбежать, думал что вы погибли и мне тут делать нечего, — вспомнил о том времени.

— А кто тебя остановил — спрашивал сын с горящими глазами.

— Твоя мама Кано, мама, дедушка, канцлер, все они вышли и ждали меня, а когда я увидел тебя на руках у дедушки, я уже не мог уйти — улыбнулся я.

— То есть, ты остался ради меня? — спросил сын.

— Конечно — улыбнулся я.

— Но не только, я же думал что вас нет, понимаешь Кано, я видел маму мертвой, но твой еще один дедушка, сделал так, что она ожила, но мне об этом не сказал — посмотрел мстительно на верховного. Он улыбался вспоминая те дни, мне тоже было приятно вспомнить, что было десять лет назад. Но время близилось к ужину и нам было пора уходить. Я сказал, что завтра как приду, свяжусь с ними и мы исчезли. Домой мы вернулись вовремя. Эльфийки накрывали на стол. Мы поужинали, эльфийская кухня была очень хороша, хоть и отличалась от человеческой, большим количеством зелени, овощей и фруктов.

Я рассказал Вите о чем говорили, сказал, что завтра снова в столицу. Она решила с нами, с дочерью и сыном. Юлька тоже захотела присоединиться. А я вспомнил, что верховный не позвал Ашеру и мы не сделали скульптуры. Связался с ним снова. Объяснил в чем дело, он сказал встретиться в храме. Я быстро переместился. Мы встретились в самом храме. Там еще были люди. Служители начинали убираться. Они увидели нас и встали на колени, вот тут я четко почувствовал разницу, между людьми и моими эльфами.

Мы не обращая внимания, я уже научился так вести себя, прошили к статуям. Решили переставить меня к верховному, а девочек поставить рядом. Получилось очень красиво. Правда объявления еще не было, но верховный сказал что будет на днях.

Я поблагодарил их, и мы разошлись. Дома ничего не изменилось, девчонки не знали, куда и зачем я летал. Мне нужно было еще поговорить с эльфийскими вождями.

Я прошел пешком к клановому дому. Приветствуя по пути всех встреченных. Ангамайте и Аракано были рады мне. Поприветствовал их. Достал пару бутылок виски, закуску и мы присели поговорить. Рассказал им, что хочу возродить Орден. Правда не в том виде, что был и с другим руководством. Они знали, что тех кто напал на девчонок — эльфиек, я казнил. Им доставляли новости из столици.

Я начал рассказывать об Островной империи, наших подозрениях.

Потом рассказал им о нашей мечте.

— Алекс, ты же знаешь как гномы поступили с нашим народом на Невендааре — спросил Аракано.

— Знаю, Аракано, но как ты сам мне говорил что все живые, разные, помнишь? — спросил я.

— Мне нравится мысль, что люди, эльфы, гномы будут жить вместе и в мире. Разве это плохо?

— Нет, Алекс, конечно нет — замахал руками Ангамайте — просто с ними тяжело, если ты сумеешь договориться с ними, то мы не против. Все равно они живут под горой.

— Не будем сейчас об этом. Придет время, обсудим. Еще я слышал, что у Островной империи живут водные люди, кто это. Они ходят, говорят или у них плавники и жабры? — спросил у вождей.

— Они обычные люди, зовут их так потому что большую часть времени они проводят в воде, на воде. Есть раса русалов. Но эти живут под водой правда больше напоминают рыб — посвящал меня Ангамайте.

— Еще есть люди — тюлени, от тюлений отличаются умом, и тем, что строят дома — подключился Аракано.

— Нет тюлений нам не нужно, мы сами как-нибудь — улыбнулся им.

— Когда ты собираешься пойти на острова? — спросил Ангамайте.

— Завтра я пошлю туда разведку, туда неделя им, там дня три, обратно неделя, через две недели мы будем знать, что у них там производит — ответил им — но мне кажется они нападут раньше.

Спали мы на третьем этаже, оттуда было видно ночное небо, а мы с женой были романтики. Утром позавтракали и переместились к нам в крыло. Вита тут же сообщила отцу, что привела ему внучку. Император пришел даже без канцлера.

Я собирался на плац, Юлька со мной решила пойти, Кано тоже.

Мы вышли вниз, гвардейцы делали разминку. Потом начинались упражнения. Гвардейцы вытаращились на Юльку, а когда она зажгла в руке черный огонь просто разбежались. Ну да, объявления еще не было.

Кирстен и Катчер меня ждали. Рядом стояли мои первые гвардейцы. Я подошел к ним и уставился на гвардейцев.

— Вот скажите мне куда вы смотрели. Почему не сказали своему магистру, что таких людей брать не нужно. Вы ведь знали, что я не пропущу их — сурово набросился на гвардейцев.

— Ваше Высочество, они всем ходили денег сували — сказал один из них.

— То есть вы продались за золото — как услышал, так руки опустились.

— Ясно я этого не знал. Больше я не хочу вас видеть. Все отменяется. С такими продажными тварями я дел иметь не хочу. Пошли все вон. Вы все, предатели гвардии, вам тут не место. Они все опустили головы и ушли.

— Катчер снять с них форму, забрать оружие. Они предали не меня, они предали всю гвардию. Фу как же противно.

— Собирайте оружие, форму предателей мне — сказал я.

Все принесли, сложили и я все сжег. Одним яростным пламенем.

— Вот и выяснили. Предатели не те кто ушел, а вот эти — позови спецов, пусть разыщут оставшихся.

Катчер отдал честь и убежал отдавать команды.

Ну а мы идем забирать Большой дом.

— Кирстен прикажи отряду страже следовать за нами, сейчас еще канцлер присоединиться — проговорил и как легче стало.

Мы пошли. Я связался с канцлером, и он ждал нас у ворот.

Юлька раньше меня все ему рассказала. Он долго плевался.

Вскоре нас догнал Катчер сказал, что приказы роздал.

А по гвардии пополз слух. Я видел как гвардейцы кучкуются, что то обсуждают и плюются.

На подходе к Большому дому толпился народ.

— Выясните в чем дело — приказал я.

Оказалось дело было в говенных людях.

Чиновники грабили, перед уходом Большой дом. Я не стал ждать, что скажет канцлер.

— Взять всех чиновников, все вообще — приказал страже.

Они молча повиновались. Вскоре перед нами была куча награбленного у нас, а сзади толпа мерзавцев.

— Всех казнить, Юля — сестра — богиня смерти вышла вперед и, исчезла.

Точнее ее просто было не видно, так быстро она двигалась. Сто двадцать чиновников расстались с головой. А Юля, улыбаясь, ходила между ними и общалась с их душами. Так продолжалось минут двадцать.

— Всех в бездну, пусть старуха радуется. Больших мразей я не видела. Обкрадывали сирот, стариков, кто не мог им ничего сделать — люди слышали это.

Шепот пошел, что сама богиня смерти наказывает виновных.

— Люди, повернулся я к толпе, я Алексий бог войны и защитник нашего мира, представляю Вам свою сестру — Юлию Богиню смерти. Молитесь ей, и вас ждет легкая смерть, молитесь ей, и вам будет легче найти новый путь, она проводит вас по своим чертогам. Тем кто прожил праведную жизнь, она даст легкий путь дальше.

А тем (указал на трупы) кто врал, обкрадывал не будет прощения. Бездна любит таких — представил Юлю и мы вошли в замок.

Нам предстояло тут навести порядок, но спешить не куда, пока.

Интересно было наблюдать за сыном. Он точно не ожидал от всегда веселой, доброй и шутливой тетки такого.

Мы с Кирстеном и Катчером зашли внутрь замка. Дебилы жадные, гобелены даже сорвали.

— Наймите слуг и магов, деньги я выделю. Пусть приведут все в порядок.

Канцлер остался с ними в Большом доме, а мы с Юлькой и сыном перенеслись к нам в крыло. Вита сидела в кресле и о чем то говорила с отцом.

Дочка стояла у ограждения и смотрела на храм. Они повернулись к нам.

— Как все прошло — спросил император.

Жена уже все знала, я звал ее и она включала обзор когда стоило.

Кано посмотрел на меня, я кивнул и он, захлебываясь, начал рассказывать.

О предателях гвардейцах, о жадных чинушах, но больше всего его восхищала тетя Юля. Он прям с обожанием смотрел на сестричку. Открылась для него с новой стороны.

— Опустились Ваше Величество, не ожидал. Но возрождать нужно. Сегодня, завтра пошлем разведку на острова. Нам нужна сила. Если там Ариман, все будет проще. Мы покончим с ним или с его куклой. Но если они сами решились на нас напасть, то придется повоевать. Зато если победим, присоединим острова, водных жителей, прибрежных тоже. Построим флот. Империи пора расширяться — развернуто ответил.

— Да было бы неплохо. Это сейчас все придумал?

— Он думал об этом, когда Кано не еще было двух лет, а мы жили тут. Он давно все распланировал. Меня одно удивляет, а если островная все же не нападет, сам им войну объявишь? — спросила Вита.

— Я их без объявления вырежу. Вот такая я нехорошая гадина — ответил ей.

— Нам много объявляли? Всегда по-тихому, нож в спину.

Тут я увидел, что к двери подходят спецы. Дверь приоткрыл, но вышел сам.

— Решили кто пойдет? — спросил.

— Да Ваше Высочество — ответил неформальный лидер — пойдут Лизка и Ромка. Будут изображать молодоженов в путешествии.

— Отлично, зайдите получите деньги, телефоны, другой инвентарь, если нужно. Кольца, одежду побогаче и отправляйтесь. Задание важное так, что не задерживайтесь. Жду вас через две недели.

— Есть, Ваше Высочество — они ушли.

— Ты не спеши — тормознул я лидера.

— Как я понял, ты лидер спецов. Мне нужно с тобой поговорить. Но чуть позже. Приготовь мне все их данные имя, возраст, специализация. Мне нужны вы и такие люди как вы. Кстати, бывших орденцов нашли?

— Десяток, Ваше Высочество, как и думал полковник, кто то пьет. Кто-то просто наплевал на все — ответил он — мы работаем.

— Молодцы, не давите на людей просто передайте, что Я их жду в Большом доме — сказал я — со списком поспеши, завтра в обед жду.

Он отдал честь и вышел. Я вернулся к своим. Теперь только ждать и готовиться. Подкрался к дочери сзади, и ущипнул ее за попу. И еле успел увернуться. Ну и дети у нас.

— Пап, ну ты чего, я задумалась — нахмурилась она.

— Не хмурься морщины будут. Ты что такая невесёлая? Не расскажешь? — спросил ее.

— У нее свидание было с эльфийским мальчиком, а она не смогла. Вот и расстраивается — сдала ее Вита.

— Мам, ну какое свидание — покраснев как помидор, бормотала Амели.

— Ничего, мужчинам полезно понервничать ожидая. Прилетим встретиться.

— Ты так считаешь пап? — спросила все еще красная дочь.

— Не считаю, знаю — ответил помидору.

— Вон у матери спроси как она мне нервы мотала.

— Мам, расскажешь — в два голоса спросили брат и сестра.

— Потом, как-нибудь, может быть, за хорошее поведение — улыбнулась Вита.

Смотрел на них и чувствовал себя счастливым. У меня двое прекрасных детей, спасибо верховный, что выдернул меня. На периферии слышимости донеслось — пожалуйста, хе-хе.

Я улыбнулся.

Мы посидели с дедом еще немного и собрались домой. Прямо обычная семья из моего прошлого мира. Отец, мама, и двое детей, брат и сестра. Кстати Амели достались мои волосы. Она очень походила на эльфийку, нужно срочно ее учить защищаться. А то какие-нибудь твари решат попробовать маленькую эльфийку.

— Мы пойдем — обратился к императору — я тут теперь каждый день буду, а девочкам лучше быть дома.

— Куда спешить то, Алекс, я столько вас не видел. Соскучился — сказал император.

— Ваше Величество, вы совсем перестали бывать у нас. А я столько еще хотел вам показать — проговорил я.

— Эхех, умеешь ты указать на ошибки, но обещай, что перекинешь меня когда попрошу — настоял император.

— Торжественно клянусь — ответил ему.

И мы улетели.

Дома все было в порядке. Амели сразу убежала на свидание. Кано пошел позаниматься на турнике и брусьях. Вита общалась с эльфийками, что нам помогали. Юлька была задумчива.

— О чем задумалась — спросил сестру.

Она подняла затуманенный взгляд.

— Когда ты убиваешь, у тебя нет угрызений совести? — спросила сестра.

— Эхх, Юля, если бы ты только знала, как тяжело мне давались первые убийства. Ладно бы в бою, там думать некогда. Но я убивал спящих Халефильдов. Беспомощных. Ты не представляешь как я мучился — ответил честно Юльке.

— И как ты справился?

— Ты же знаешь, что наш дед был призрачным убийцей? — спросил ее, она кивнула.

— Как то я размышлял вслух в своем мире. А рядом был верховный. Я тогда сказал, что хотел бы поговорить с дедом, как он справлялся с чувством что ты убийца. И он устроил — ответил я.

— Ты говорил с дедом, но как. Где. Что он сказал — закидала вопросами Юлька.

— Во сне. Он сказал, что некоторые недостойны жить среди людей. И если ты видишь таких то задави в себе чувство жалости. Потому, что они его не знают. — ответил я почти честно.

— Вот значит как, задавить — она опять задумалась.

— Понимаешь, Юль, либо мы делаем что должны. Либо другие страдают. Я скажу тебе, что никому не говорил. Когда я убивал темных, в последнем замке меня умоляли остановиться. Женщины, дети. Я чуть не сломался. А знаешь кого они выпустили на меня, когда я не остановился? Трех, трехметровых демонов — вот и думай правильно ли мы поступаем.

Юлька смотрела на меня спокойно. Я сперва не понял ее чувств. А потом вспомнив все что было понял. Она меня жалела, но хорошо хоть промолчала. Ночью жена была ласковая, нежная, что-то мурлыкала мне в ухо, а я просто наслаждался. Наслаждался ее телом, ее чувствами, ответом на мою ласку. Она стала настоящей женщиной, умеющей получать и дарить наслаждение.

А утро вновь принесло прохладу.

Не открывая глаз я вспоминал, вроде не заслужил холодного душа, оказалось все проще. Приперлась молоденькая эльфийка хотела цветы полить в спальне, только не учла, что сплю я голым. Одеяло сползло я спал спокойно, а вот украшение мое уже проснулось. Она увидела, засмотрелась и споткнулась обо что то. Ну а я получил холодный душ. Благо Вита повзрослела и не спешила ее убивать.

Но смеялись мы с ней долго. Так что проснулся я быстро. Еще и в душ сходил. На завтрак мне надоело хрумкать овощами.

Я пожарил себе вредную, но вкусную яичницу с колбасками. И с наглым видом съел один. Хорошо.

В общем чмокнул жену, дочь, кивнул сыну, подмигнул Юльке и смылся.

В замке была тишина. Спят что ли, подумалось мне. Но нет. Как выяснилось чуть позже император драл очередную даму, а дама эта орала не по дамски, наверно нравилось ей всех матюками крыть в страсти. Вот все и притихли, как мыши под метлой.

Я походил туда-сюда, и перенеся в Большой дом. Вот где жизнь била ключом. Все бегали, что то меняли, приносили, растравляли. Хрен поймешь чем занимались, вроде порядок наводили. Какой-то ушлый мужичок чуть меня не запряг, пытаясь орать, чтобы работал. Но потом в мозгу видимо что-то щелкнуло, он хотел сбежать, но куда сбежать то, от бога в ярости. Бил я его долго, с удовольствием, потом полечил и снова бил. И так раз пять.

Настроение такое было. Потом вышвырнул с третьего этажа и не стал лечить. Все сразу успокоились. Вот правильно говорят, что до человека не доходит, пока не донесешь желательно раз пять и по харе.

В общем походил, посмотрел. И решил позвать все же Катчера.

Он мужик не женатый спать должен тут.

Спал он тут, но не один аж с двумя, силен мужчина. Я рявкнул у него в башке, что хватит б, ть и подъем.

Он подскочил как ужаленный. А я уже сидел в кабинете положив ноги на стол, а ля Техаский шериф. И конечно пил виски. Он в принципе смущённым не был.

Но так и я его не обвинял, пока. Потом он услышал вопли из-под окна. Наверно подумал, что показалось. Но я приволок его к окну и спросил.

— Это кто?

Он недоумевающе посмотрел на меня.

— Наверно слуга или рабочий — ответил он.

— Ты идиот? — спросил я прямо.

— Он тут работами типа руководил, куда он все на руководил я не знаю. Но деньги вычту с тебя, баран любвеобильный.

Выместив злость я вернулся в крыло. Видимо ничего не получится, либо самому всем заниматься, либо эти идиоты все посрут.

И тут понял. Почему идея со спец отделом получилась.

Да потому что молодые, не зашоренные ребята, сами занимались в желании кем то стать. Понятно, этих старых дебилов нужно гнать пока все у них из-под носа не разворовали. Я снова переместился в замок. Взял крикуна из-под окна и вежливо спросил.

— На кого работаешь?

Он сглотнул и снова завещал.

Я отрубил ему ногу.

Снова спросил. Снова верещит, но не говорит.

Отрубил еще одну. Он одумался.

— На братство, нас островная империя подписала вас грабить — Катчер, Кирстен были уже тут и все слышали.

Катчер побледнел.

— Пошел вон, Катчер, ты идиот. А мне идиоты не нужны. Ты уволен, без выходного пособия — и вышел, взял обрубка с собой.

Отнес в камеру. Приказал стеречь и подлечить. Вызвал канцлера.

— Алекс, что же ты так рано — забормотал он.

— Не устраивает? Могу больше Вашу Империю не беспокоить никогда — рявкнул я.

И со злости там вымочил выстрелом, что разнес храм. После ушел. Два дня до меня пытались достучаться. Я не отвечал. Через два дня, зашел домой. Сел. Меня еще потряхивало от бешенства. Зайти ко мне никто не решался. Вызвали верховного.

— Ну ты утворил, Алекс — проговорил верховный.

— Чего ты так завелся?

— Меня утром незаслуженно облили холодной водой — пробурчал я.

— Ахаха, вот я так и знал, что дело в том что тебя не заслужено обидели. А храм то зачем разрушил? Такая красота была.

— Эти твари не достойны храмов. Не достойны богов. Не достойны, достойно жить — ответил я коротко.

— Ну ка открой мозги. Я посмотрю. Я открыл.

— Влияния нет, но все, что было я увидел — сказал Ахурамазда.

— Ладно сиди пей, отходи. Пойду улаживать.

И исчез. Наконец зашла Вита, Юлька и Кано. Я так же открыл им мозг.

— Дебилы тупые, Алекс прав — высказалась Юлька. Вита молчала.

Кано смотрел на меня с любопытством.

Пришла Фрея, Митра, Ашера. Сели, я вынул виски, налил всем. Выпили. Им тоже открыл мозг. Митра выругался. Ашера грустно усмехнулся. Фрея была в ярости.

— Делаешь для этих баранов столько а они даже не понимают, что тупые. Ослы, без мозгов — ругалась она.

— Какие планы, Алекс — спросил спокойно Митра.

— Пока никаких, знаете руки опустились. Мне, нам ведь не нужна ни империя, ни острова, не ужели они не понимают, что если не станут серьезней то империи конец — устало проговорил я.

— Нужно бы храм восстановить — сказал Ашера.

— Простите наставники, но я не буду восстанавливать храм. Я больше не буду ничего больше делать для империи.

Я встал, поклонился и ушел.

Вышел на обзорную площадку, сел в позу лотоса.

И задумался. А чего я завелся то. Что раньше с дурнями не встречался, встречался. Обидно стало, что это мои люди и так тупят, меня подставляют, наверно. Но я все равно так не психовал.

Ариман, да вроде не похоже. Так чего я так завелся? Что все мои планы коту под хвост, так я хотел империи, как лучше тестю помочь.

Мне скучно? Ну если только немного. Но дел я могу найти себе и тут. Так в чем дело, что со мной.

И тут меня пробило. Я кажется на миг потерял сознание, но оно вернулось и меня скрутило жуткой болью. Я не выдержал и заорал.

А потом снова потерял сознание. Очнулся я в постели. Ожидаемо. Но, что со мной было. Нужно спросить у того кто знает.

— Братик ты жив? — раздался голос Юльки.

— Да, вроде — прохрипел я.

Юлька дала воды, но руки плохо слушались и она напоила меня.

— Что со мной?

Она задумчиво уселась на постель.

— Митра, Ашера и Фрея думают, что эволюция — ответила сестра.

Я поднял руку, посмотрел на нее. Моя рука привычная, мышцы сухожилия, набитые кентуса. Попытался встать, с трудом, но получилось. Осмотрел тело нормально все вроде, откуда такая слабость. Чего-то я не знаю и потому не понимаю.

— А где все? — спросил я.

— Ты же в коме месяц не знаешь ничего. Островная напала, все как ты говорил, захватили пол империи, защитника то нет. Половину в рабство угнали, половину перебили. Император в ногах валялся у богов с просьбой помочь. Но его послали к его шлюхам. Канцлера туда же. Эльфам верховный запретил встревать. А потом Ариман сделал ход, и подписал себе приговор. Он захотел убить императора и канцлера. Им подсунули яд. Они бы умерли Ариман победил. Но вот беда, твой спецотдел знал о яде и нашел противоядие. Когда ребята привезли императора он был плох. Канцлер получше. Ребятки твои все рассказали, и как ты их учил, и куда послал, и о чем предупреждал. В общем спасли императора, канцлера. А великие разозлились. Сейчас все миры Аримана уничтожаются, под корень. Он уже вывел всех островных, но верховный не успокоился. Кстати захватить острова как ты хотел, не выйдет — рассказывала Юлька.

— Почему — опять захрипел я.

— А нет больше островов. Ничего кроме нашего материка больше нет. Ахурамазда в ярости — это нечто. В общем Ариман забился куда-то, а боги уничтожают его миры.

— Уничтожают это совсем — я как то не мог представить такого.

— Угу, в ноль я как то летала с ними, мы тут с твоей женой по очереди сидим. Была планета, взрыв и всё, нет планеты — ответила Юлька — вот как то так.

— Охренеть — проговорил я.

— Не то слово, братик, не то слово — проговорила Юлька.

Тут послышались шаги и в комнату вошел Кано.

— Ты как, отец? Ну я тебе скажу, верховный крут — в восторге проговорил он.

— Где все? — спросил я.

— Сейчас придут, я просто самый шустрый. Соскучился по тебе — смутился сын.

— Иди сюда — пробурчал сыну.

Он скользнул на постель, я обнял его, кажется жизнь возвращается. Послышались шаги, дверь открылась.

— Ну я так и думала, он к отцу залез. Ой, папа ты очнулся. Мамаааа — заверещала Амели. — Папа очнулся.

Я поманил ее, она тоже приблизилась, я обнял их обоих.

— Как ты милый? Дети оставьте папу, он еще слаб — вошла жена, строгая жена.

— Я улыбаюсь уже почти — улыбнулся я.

— Вот, чтобы это почти стало настоящей твоей улыбкой, ты должен спокойно отдыхать — сказала Вита.

— Что со мной было? — спросил я.

— Две эволюции подряд, одна за одной. У всех обычно две, три, а у тебя уже четвертая. И видимо это не предел — объясняла уставшая Вита — так дети, брысь к себе.

— Рассказывай — попросил ее.

— Ну слушай. Когда мы услышали твой крик, то жутко испугались. Думали все, тебя достал Ариман. Но обследовав тебя мы поняли, что ты идешь на сверх бога, скажем так. Твое тело теперь крепче гранита. Его даже верховный проткнуть не смог. Но ты был в коме. Опять. Не знаю, что бы мы еще напридумывали, но тут сбылись твои слова. Островная напала. Я сперва дернулась на помощь отцу, а потом подумала. Ведь муж никогда не отказывал в помощи. Многое сам делал. Вот они и обленились. Мол у нас есть защитник, есть боги, мы помолимся и всем ататуй будет. И решила не дергаться. Ты у меня очень умный, сдержанный, раз уж тебя умудрились выбесить, так пусть сами и разбираются. Ты их предупреждал. Короче за месяц, меньше даже они разбили армию отца и канцлера. Мы не вмешивались. Потом начали угонять людей в рабство, мы тоже терпели. А когда Ариман обнаглел настолько, что решил отравить отца, тут мы взбесились. Причем все и одновременно. В общем островной больше нет. Островов больше нет. Ничего больше нет. Есть только наша империя. Кругом вода. Океан как сказал верховный. Можно плыть год, причалишь там же где поплыл. У нас.

— Иди отдыхать любимая, я же вижу, что ты падаешь от усталости — проговорил я.

— Хорошо милый, но тебе нужно покушать. Силы нужны. Я тебе бульончик пришлю — до завтра. И ушла. Обидно однако. Думал посидит со мной, покормит. Вот так. Утром я чувствовал себя намного лучше, еще пара дней и буду в норме.

Война закончилась. Не с кем стало воевать, права Юлька — Ахурамазда в бешенстве, это страшно. Куда мне до него, еще пыжиться лет тысячу, не меньше. Вернулись боги, устроившие геноцид Ариману. Верховный пришел в свое нормальное состояние веселого друга.

— Как дела, Алекс? — спросил верховный. — Напугал ты нас сильно.

— Сам не рад думал все, отбегался — ответил я.

— Мне уже рассказали что вы творили, но расскажи еще. Ведь девчонки знают не все.

— Пока закончили, мелкий засранец Ариман, затихарился где-то найти его не удалось. Зато мы разнесли больше сотни тысяч его миров. А еще в сотне тысяч, отформатировали алтари на твою семью. Так что жди сюрпризов, дети скоро начнут творить чудеса. Твой тесть с канцлером живы, здоровы, но немного не в себе. Твоя жена напугала их до усрачки, сказав, что из-за них ты впал в кому, снова. И они могут больше на тебя не рассчитывать. Храм, Ашера с Митрой восстановили, такой же, как был, может даже лучше. В мирах сейчас тишина. Да, твоих жену и сестру официально признали богинями, объявление было пока ты отдыхал. Так что лежи восстанавливайся. Я хотел тебе водный народ подсунуть, но они так перепугались, что смылись на своих лоханках. И где их носит не знаю. Выживут, вернуться. Ты вставать то собираешься? Давай, давай, там Ашера с Митрой твоих мелких гоняют, обучают в плане, пойдем посмотрим. Посидим, коньячку попьем.

— Встаю — я попробовал встать, и встал. Правда слабость была во всем теле, но пройдет.

— Как думаешь, сколько еще эволюций у меня будет — спросил верховного.

— Не знаю, но подозреваю что еще будут, есть у меня подозрение насчет тебя поправишься совсем, поговорим — ответил верховный.

Я посмотрел на него. Опять сюрпризы, уж он то все знает обо мне, как я думал. Оказалось не все. Мы вышли и присели во дворе.

На плато всегда прекрасная погода, от ветров защищают горы, от жары прохладный лес и озеро. Рай. Сели за стол. Я вынул Арманьяк, икру, белок мне сейчас очень полезен. Выпили пару раз, закусил черной икоркой, с белым, теплым эльфийском лавашем.

Тут увидел что к нам быстро идут эльфийские воины.

— Великие, там делегация из столицы. Похоже Император, и много солдат — доложили наблюдатели.

— Позовите вождей, пусть придут раньше гостей — приказал им.

— Похоже Император мирится с зятем спешит — ухмыльнулся верховный.

— Посмотрим, как попросит — также ухмыльнулся ему в ответ. Подошедшим вождям сказал приказать воинам, что бы окружили Имперских солдат, но незаметно.

Вита, Кано, Амелия и Юлька встали за мной.

Ашера, Митра и Фрея за верховным. Слева от меня сели вожди, перед ними я установил овальный стол.

Виски, стаканы, блюдо с закусками как эльфов, так моей икрой, шашлыком, ведерко со льдом и щипцы для льда. Императорское войско из стражи, слуг и советников торжественно приблизилось к нам. Император вышел вперед, рядом с ним встал канцлер. Они наверно рассчитывали, что я тоже встану, подойду обниму их. Мы помиримся и будем жить дружно пока не помрем в один день и Юлька нас всех не отправит в Валхалу. Но я так не считал.

— Здравствуйте дети — начал он, привычно так, вот только мы давно не дети. Я мочал. Держал паузу.

— Алекс, ну прости стариков — сказал канцлер — расслабились мы тогда.

— Сколько погибших среди армии, среди простых людей, среди гвардии? — тихо спросил у них.

— А почему, Юлиус? Потому что вы, правители огромной империи, расслабились. Ты пробовал сказать эти слова матери которая лишилась сына? Или женщине, что потеряла мужа? Или маленькому ребенку, что лишился родителей, просто расслабились и просто прости. Я прощу, мне не жалко. А вы, вы сами сможете себя простить?

Я смотрел на них, все смотрели на них.

А они молчали. Думаю хватит с них. На столе появились еще стаканы, и десяток бутылок виски, коньяка, Арманьяка. щелкнул пальцами и бутылки начали открываться и наливать в стаканы, потом стаканы поплыли к императору и свите.

Можно было бы послать их. Пусть колупаются как хотят, все равно прежние отношения не вернуть. Но я знал, что Вита переживает за отца, Кано за деда. Да и кто без греха.

— Выпьем за погибших и да простят нас потомки. Но я считаю что ошибаться могут все. Непогрешимых не бывает люди, эльфы, боги. Если чем то заняты, что то делают, значит могут ошибиться. А второй шанс есть у всех. Мне его дали — провозгласил тост.

Все выпили и расслабились. Император и канцлер подошли к нам, Вита с детьми осталась с ними. Остальные разбрелись. Только стража так же стояла.

— Ты опять нашел нужные слова — усмехнулся верховный — умный ты парень, Алекс.

— Спасибо за похвалу, наставник, но не убивать же их. И так много народу погибло — ответил наставнику.

— Красиво сказал, Алекс, я всегда знал, что голова у тебя умнейшая — сказал канцлер.

— Но ты ведь не простил, видно же, — продолжил канцлер.

— Простил, но прежних отношений уже не будет — сказал я. — Вы же сами понимаете это. Подошел Император, прислушался к нашему разговору.

— И все же нам бы хотелось чтобы вы вернулись в столицу. Что бы ты не думал о нас, мы семья Алекс. Да я знаю что ты скажешь, что вы уже почти не люди. Но что ты, Вита, твои дети растеряли все человеческие чувства не поверю. Ведь именно поэтому ты так переживал за империю, за ее жителей — проговорил император.

И ведь он прав. Как бы я не отнекивался, я все еще был человеком. Если не физически, то морально и психически я им оставался.

— Они правы Алекс, рано тебе еще отказываться от человеческого статуса. Да и мне ты больше нравишься человеком, а не бездушной машиной убийцей — проговорил верховный.

— Вечером поговорим — ответил им и пошел к жене.

— Нужно как то разместить вашу свиту, пока они не вытоптали все цветы, а они жены и не сорвали все фрукты. До чего люди наглые — заметил я. — Не нужно свиту размещать, мы их в столицу отправим — сказал верховный.

— Тогда отправляйте, но не в столицу, а не доходя километров тридцать — подумав ответил ему — пусть погуляют, жирок растрясут.

Сам пошел к Вите.

Она общалась с канцлером.

— Наставники отправят вашу свиту в столицу, ну а вы можете остаться, если хотите, места для дедушек найдем — сказал им — так, что решайте.

— Мы останемся, так и хотели побыть у вас несколько дней. В столице все приготовлено, без нас не пропадут — сказал канцлер.

— Тогда вечером, после ужина поговорим, Витуль, разместишь отца и канцлера — спросил жену.

Она кивнула. Отправив свиту Императора к столице мы расслабились.

Эльфы ушли к себе кроме тех кто тут жил. Они помогали нам по хозяйству готовили, убирали, заботились о доме и о нас, бестолковых. Мы остались с Императором и канцлером за столом. Выпили, но вот о чем говорить не знали. Как то резко стали чужими. Я закурил. Налил Арманьяк и выпил, не спеша по глотку смакуя вкус.

— Жаль острова захватить не получилось. Империи бы они пригодились — произнес негромко.

— Алекс как так получилось, что ты снова чуть не умер? Или Вита преувеличила? — спросил канцлер.

— Нет, не преувеличила, у меня была очередная эволюция тела, я сильно переживал тогда, был невнимателен и ослаблен. И тут меня накрыло, не знаю как они меня вытащили, но месяц был в коме — ответил честно.

— То есть вы не шутили говоря, что уже почти не люди — проговорил Император.

— Какие тут шутки, у Виты две эволюции тела. Ее даже медведь не убьет, у Юли тоже две, у сына одна, ждем у Амели — рассказывал я.

— А у тебя сколько? — улыбнулся император почти как раньше.

— Четыре — ответил ему.

— То есть обычный человек убить тебя не сможет. Вы сильно изменились — задумчиво сказал Император.

— Мы уже не дети Ваше Величество, Вите 32, мне 33, но это телу, а по сознанию я еще старше. Учитывая всю информацию, что я получаю, все чему учили и учат наставники, я примерно вашего возраста. Если и младше, то ненамного — проговорил я.

— Сейчас хочу сделать этот мир, наш мир, цветущим и самым безопасным. Если у меня получится, то сюда, к нам захотят прийти многие. Нужно быть очень внимательными — начал рассказывать я, устав сидеть в тишине.

— Не дети, но с внуками то ты не запрещаешь мне общаться? — спросил серьезно Император.

— Конечно нет. Только плохому их не учите, хотя в этом они нам обоим фору дадут — улыбнулся успокаивающе.

— Зря вы в свое время отказались от эльфов, я теперь понимаю почему люди их не любят, — сказал я.

— Люди по своему самомнению, заносчивости, высокомерию и самовлюблённости не могут принять, что кто-то может быть лучше их. Ведь люди склоняются только перед силой, если ты сильнее ты прав. А эльфы, в отличие от людей ценят в человеке прежде всего порядочность, а потом уже все остальное. Они могли бы быть верной и надежной опорой трону.

— Нет, это твои эльфы. Они умрут за тебя, это видно. Они уже никогда и никому подчиняться не будут, только тебе — проговорил Император.

— Но ты должен знать. Я горжусь, что мой зять, почти сын стал лучше меня. Прости меня сынок за ошибки.

— Перестаньте Ваше Величество. Вы очень много сделали для меня. Если бы не вы может я и не стал бы тем, кто я сейчас.

Вот так во взаимных расшаркиваниях прошел вечер. Потом был ужин, как всегда, чудесный. А потом мы пошли спать.

— Как ты смотришь, если мы родим еще одного мальчика, и еще одну девочку — пробурчал, сделав ласковый голос, я на ушко жене.

— Я не против — промурчала она.

И мы напомнили Императору с канцлером, как мы жили в замке в столице. Так прошла неделя. Наши гости расслабились, играли с детьми, канцлер осматривал окрестности и любил посидеть с вождями эльфов. Император вечерами рассказывал детям о моих похождениях.

Я удивился, но часто вокруг него собиралась толпа эльфийских ребятишек. А ему это нравилось. За эту неделю я в очередной раз переосмыслил многое. Как бы ты не обижался не нужно рвать отношения с семьей. Все люди, все ошибаются даже боги. После перекинул их прямо в кабинет Императора. Попрощались почти как раньше. Нужно время и все вернется на круги свои. В один из дней наконец прошла эволюция у Амели.

Прилетел Ахурамазда, Фрея мы с женой хотели спросить какой богиней будет дочь, и кем будет сын. Но они ответили, что пока говорить рано. Нужно еще подождать. Эльфам тоже понравились правители. Они не ожидали, что могут просто подойти, поговорить. Мне было интересно слушать их рассуждения. Но я все же напомнил им почему правители приехали. Напомнил сколько людей погибло, пропало или пострадало в войне. Потому попросил их всегда быть на готове. Император с канцлером надеялись на меня. А я меня свалила эволюция. Не повторять их ошибок вот что хотел от вождей. Они пообещали, что всегда будут держать руки на пульсе.

Прошел еще месяц и нам захотелось навестить столицу Империи. Мне посмотреть на новый храм, девчонкам просто побывать в шумном городе. Мы перелетели прямо в наше крыло. С надеждой, что его никто не занял. Увы, свято место пусто не бывает. Какая-то крикливая особа попыталась наброситься на Юльку. А ее охрана на меня и Виту. Пришлось всех отправить в Бездну. Юлька отправляла.

Я просто поражаюсь тупости, бросаться на богов с кулаками, мечами и прочей херней. К тому же на богиню смерти. На вопли прибежала бравая гвардия и быть бы замку уничтоженному, да нашелся один разумный капитан. Прибежал Кирстен, он все также руководил стражей. Арестовал всех ретивых гвардейцев, наверно от смерти спасал.

Вот только настроение у нас было испорчено. Потому мы убили всех. Всех кто пытался нам помешать. Пару тысяч точно. Я мрачно посмотрел на Киртсиена и сказал, что в следующий раз тут живых не останется.

Я заселю мир эльфами. А Императора мы больше не простим, пусть ждет и боится. Вот такая детская месть, но когда она звучит от богов. И мы ушли. Перенеслись за ворота.

Я хотел увидеть храм. Посмотрел, оценил и мне пришла идея. У нас 13 замков, огромная территория. Почему бы не отделить ее. Там живет много людей, я построю город, получше столицы. Высказал ее жене, сестре и детям. Они задумались, и улыбнулись. Мы перенеслись к себе и я позвал богов. Выдал им идею. Только об одном попросил верховного. Чтобы он получил у Императора все бумаги, что мои земли отныне не принадлежат Империи. Как я сам, моя семья и все люди, которые захотят жить в моем королевстве. Верховный недолго думая улетел. А мы начали планировать где, какой и как. За этим интересным занятием нас и застал смеющийся Ахурамазда.

— Это было весело — начал он — вы бы видели как они взвились. Еще бы отрезать треть империи, и теперь то уж точно их защищать никто не будет. Попытались спорить, что так нельзя. Что не по-родственному. Я сказал, что им точно не родственник. А вот если я уйду не с чем, то придет их родственник, который очень зол. Обидели его жену, детей и сестру. Вот они с сестренкой и придут. Сказал я им. Они поскрипели зубами, но видеться с Вами, после всего желания у них точно не было. Ну и согласились.

Он передал бумаги мне, а я Ашере. На этом пока закончили. И я позвал эльфийских вождей. Обычно я сам приходил, а тут позвал.

— Ангамайте, Аракано я пригласил вас показать вот эти бумаги. И рассказать, что скоро будет — начал я. Пока они изучали бумаги я налил себе Арманьяку и выпил. Наконец оторвались и недоуменно посмотрели на меня.

— Понимаю ваше недоумение. Сейчас объясню. Мы были в столице, там на нас напали люди Императора. Может он об этом не знал, может знал это уже не важно. Я забираю у них треть империи и буду строить королевство. Но самое для вас главное и наверно не приятное, кому-то из вас придется возглавить мое королевство.

— Охх, Великий ну зачем нам это нужно, у нас все хорошо. 10 лет мы живет тихо и спокойно — простонал Аракано.

— Аракано, ты же умный вождь. Не ужели ты не понимаешь, что война уже началась. Имперцы видели ваши богатства, оценили ваших женщин. Ты думаешь они не захотят этого? Они напали на нас пробуя свои силы, они знают, что Ариман силен. И знают, что он наш враг. Как скоро они к нему обратятся? — постращал их.

Они задумались.

— Знаете меня ведь сперва не богом войны назвали, а богом мира. Просто чтобы дома был мир, нужно всегда быть готовым к войне — напомнил им старую истину.

— Что нам делать? — спросил Ангамайте.

— Пока ничего, что бы вы и так не делали. Тренировать воинов, готовить молодых и готовится самим. Вы мои люди, мои друзья. Я привел вас в этот мир, я в ответе за вас. Потому поможем друг другу. Я никому не доверяю кроме вас, эльфов. Вы намного лучше людей, потому город будет смешанным. Там будет и люди и эльфы. Особенно в страже, в охране, только эльфы. Ну а потом посмотрим.

— Когда начнется стройка, и в общее сколько у нас времени — спросили меня вожди — Стройка начнется завтра, что касается времени я не пророк, но не думаю, что много. — ответил им

Мы еще выпили и разошлись.

Утром я встал полным сил и готовым к свершениям.

Выдал Юльке копии бумаг, где было о том что наша земля отделяется.

И послал ее по замкам, но не одну. С ней послал отряд эльфов в двадцать человек и Кано.

Пусть учится, ему скоро двенадцать. Эволюцию прошел, вряд ли ему что то грозит. Перед этим переодел эльфов. Белые с золотом костюмы и черные в серебре плащи. Свита богини смерти должна выгдеть внушительно.

Мы же с верховным решили поискать место под город.

Нужна была река. Место мы нашли. Рядом река, не подалеку каравный путь. Осмотрелись, прикинули что куда.

Нужно систему канализации узнать.

В общем сделал на реке плотину, что питала город водой. И от нее начал проводить трубы.

Примерно разметив участок на 1000 домов. Думаю пока больше не нужно.

Сделал огромный котлован там где чувствовал металл и начал вынимать, пласт за пластом. А верховный сплавлял в железную руду. Скоро упарились и позвали остальных.

Ашера посмеялся над моей разбивкой и сделал по своему. Ему виднее. Одно сказал. Хочу прямые улици, тротуары с плодовыми деревьями. И скамьями для отдыха.

Он усмехнулся и начал строить Белый город. Все дома из белого камня, не мрамора, но и не изветняка.

За день мы конечно не управились, наложили иллюзию, что тут обрыв и пошли отдыхать. На следующий день утром, продолжили.

Ашера сперва построил храм на краю котлована так, что бы с другой стороны поставить наш замок.

Храм вышел красивее чем у меня.

Не такой же выше, больше, дороже. Все башни в золоте. Потом их еще допехом покроем будет вообще уххх.

Я же начал скромно, с жилых домов. Каждый дом почти типовой. Три этажа на верхних балконы, подвод труб на каждый этаж, по одному туалету и одной ванной комнате на этаж.

Потом застеклить, сложнее всего было работать с деревом.

Но тут Митра был не подражаем. Дерево тут же высыхало, принимало нужную форму, а потом и красилось в светло — голубой. Каждый домик был под номером. Как и каждая улица. Я не стал пока заморачиватся с названиями, просто сделал как в Америке прошлого мира улица 1, улица 2 ну и далее.

Застроили почти все. Перед окончанием нужно отдохнуть. И мы разошлись до утра, накинув иллюзию пустоты.

Вернулась Юлька с эльфами. Вчера я устал и вырубился, не распросил ее, и сегодня за ужином загонял вопросами.

У нее все происходило нормально.

Она представлялась принцессой имперского рода, рассказывала, что принц с женой принцессой, повздорили с императором и сейчас строят свою столицу. Так как слухи обо мне ходили по всей Империи плюс письмо, что я дал ей проблем с недоверием не было. Вообщем ей осталось три замка объехать. А один из трех, кстати, тот где я отлеживался. Я сказал ей передать Бернару, что он мне нужен. И если сможет, взять его с собой. Утром собравшись мы наконец достроили.

Замок не поражал как храм. Он был не ниже просто более функцональным.

Пять этажей, и обзорная башня. На каждом этаже по десять аппартаментов, и в каждом “номере” есть гостиная, спальня, столовая, кабинет, библиотека и конечно туалет, ванная и душ. Пять больших, уютных комнат каждая из которых по размеру превосходила трешку в хруще, воощем замок походил на маленький город. Внизу двор, где десяток камазов развернутся без проблем, сзади бассейн и сад вокруг. На переднем дворе тоже были деревья, похожие на елки, но так для тени.

Сделали крепостную стену, тут тоже Митра отличился. Он спец по таким вещам. Пятнадцати метровая в высоту и пяти метровая в ширину, с проходами сверху, с караульными башенками через каждые сто метров от караулок лестница во двор. Впечатляло.

Вышли за стены, внешне красиво, но проблемы начнутся когда начнем заселять, сказал я всем. Они посмотрели недоумевающе, почему должны начатся проблемы? Потому что закон подлости — заржал я.

Осталось заполнить карьер и напустить рыбу, птиц, может и выдр каких нибудь.

Все это заняло у меня час, а Митра тем временем засадил берега. Я же берега у воды присыпал песочком, дно выровнял, что бы люди не ухали с головой неожидано, а спокойно погружались.

Водоем у храма делать не стали. Наши статуи в храме поставил Ашера. Скоро к ним добавятся еще две, моих детей.

Опять накинули иллюзию и перенеслись.

Мне нужно было поговорить с эльфами. Люди то не скоро придут. Я послал за эльфами, но не только за вождями. Мне нужн было тысячу человек, с семьями. Хотя бы на время. Пришли эльфы, время еще было, потому ничего говорить не стал. Взял их и перенес в город. Они ходили, смотрели, заходили в дома, включали воду, включали плиту(подводку газа я сделал), по глазам было видно они в восторге, но молчали.

Потом показал храм, озеро и тут они попали.

— Мне нужно тысячу воинов с семьями, — объявил им. — Вы заселите дома. Будете просто жить, я буду приходить каждый день. Приносить вам продукты, еще кое что. Вы тут осмотритесь потом скажите, что нужно улучшить. Каждую неделю буду забирать вас, по нескольку, к мерлонам. Лучше всего если вас тут будет тысяч десять с семьями. Тогда шум города покажет всем что тут живут.

— Великий, а если на нас нападут? — спросил один из воинов. — Я дам вам вот это. Это телефон. Он связывает без магической связи. Такие же останутся в клане, они мне сразу сообщат, и мне уже жаль тех кто полезет.

— Вы меня знаете, — злобно улыбнувшись ответил ему.

Мы еще погворили и пошли домой. Оставлять никого не стал. Окружил барьером света. — На будущее, при чужих и в разговоре обо мне, меня называть Ваше Высочество, архимагом можно. Но что я бог говорить не нужно, — улыбнулся я.

Кстати большинство эльфов было уверено, что я потомок эльфов.

Черты лица, скорость, сила без уродливых мышц. Все наводило на такие мысли. Уши у меня человеческие, но бывает.

Главное они никогда не видели такого отношения от людей. Вот и фантазировали. А вообще приятно двети тысяч, сейчас уже больше, эльфов преданы мне.

— Ясно Ваше Высочество, — улыбнулись воины.

И я перенес всех домой. Эльфы пошли советоваться с женами.

Я тоже позвал жену, Юльку, детей и повел их показывать город. У детей был восторг, Юльке понравился, Вите тоже но она была более сдержана, кто бы мне сказал раньше, что моя жена будет сдержана, расмеялся бы в лицо.

— Что скажете семейство? — серьезно спросил у них.

— Эльфов поселишь? Тысячу не меньше с семьями, ну правильно. Город оживет сразу, — тут же все по полочкам расложила Вита.

— А мне нравиться, — произнесла Юлька. — Белый город, красиво.

Я хочу тут домик, — улыбнулась она.

— Мне тоже нравится. Храм, дворец сам город аккуратный и вонять не будет, — согласился Кано.

— Ой, да тебе все нравится, что отец делает, — воскликнула Амелия.

— Вот как, а тебе, Амели не все нравится, что я делаю? — спросил дочь.

— Не в этом смысле, — забубнила дочка.

— А в каком, милая, смысл твоих слов я вижу один. Ты не одобряешь отца, может не любишь меня. Может я в чем то виноват перед тобой дочь, — начал я. — Так ты не стесняйся, скажи. Я же не тиран какой, не любит меня родная дочь, ну зачем ее мучить. Пусть идет к тому кого любит.

— Пап, прости, я просто над Кано шутила, — пробормотала дочь.

Я отвернулся от нее.

И перенес всех домой. Дочке я это еще припомню, а пока просто забуду о ней. Покушали. Я сделал телефонов на всех неслько тысяч, сидел и штамповал.

Убрал их пока в свой мир и пошел к вождям. Передал вождям трубки с вызовом меня, Юльки, Виты, самих Ангамайте и Аракано.

— Решили кто из вас поедет в город? — спросил их.

— Я поеду, — сказал Ангамайте. — Потом поменяемся.

— Хорошо, тогда завтра после завтрака все вместе, — и пошел домой.

Дома тоже спросил кто хочет со мной побыть в городе?

Вызвались Юлька и Кано.

Вечером поужинали. Зашел верховный сказал, что с нами пойдет завтра. Я только рад. Посидели с ним, подумали над будущем.

— Есть проблема. Кого ставить королем. Я вот еще не придумал как все сделать. Король, управляющие или первый министр типа канцлера. Но что-то таких умных управленцев не встречал. Библиотеку хочу огромную и ценную. Поваров тоже знающих, — думал я вслух.

— Ну ты разошелся, — улыбнулся верховный. — Давай начнем, а там все будет. Сразу не бывает.

— Ну да, Москва не сразу строилась, — подумал в ответ.

— Вот именно, — согласился он.

— Братьев позови и сестру. Пусть аппартаменты разбирают. Сам хочу наверху жить, люблю на небо смотреть, — напомнил верховному.

— Ок, скажу. Интересно что получится, захочет народ жить в Белом городе, — сказал он.

— Кстати я забыл. Нужно пристань сделать немного подальше, на реке. Рыбаки пусть будут да и плавать по империи удобней чем ходить, — задумчиво проговорил ему.

— Сколько примерно жителей в столице империи? Сотни две тысяч, три? — опять задумался я.

— Наверно побольше будет, хотя если не брать трущобы, то примерно так, — согласился он.

— Вот тоже проблема. Трущобы, грабители, нищие ведь припрутся все эти маргиналы, что с ними делать? Вешать? Гнать, вернутся. Точно, пусть на другом берегу живут. Раз в неделю придется жить их самодельные халупы, чтобы приучить на наш берег не заходить, — придумал решение.

— Жестко ты хочешь. Но ты прав, с ними по другому нельзя, наглые сразу на шею сядут, — согласился бог.

— Как думаешь скоро император позовет Аримана? — спросил главный вопрос.

— Думаю полгода у нас точно есть, — не удивился Ахурамазда.

— Жаль эльфов не получится навсегда поселить в Белом городе. Хорошо бы Кирстена с женой и ферму грифонью к нам. Может слетать поговорить с ними? — опять мысли вслух.

— Попробуй спроси. Нет так нет. А может согласятся, — поддержал верховный.

— Слетаю, только своих предупрежу, — согласился с ним.

Сходил к жене сказал, что хочу Кирстена навестить.

Она подумала и сказала, что со мной.

Мы переместились в замок Кирстена. Благо был уже вечер и его семья была дома. Лика нам очень обрадовалась, особенно Вите.

Я познакомился с их дочерьею Евой, что смотрела на меня огромными, как у мамы голубыми глазами.

Рассказал Кирстену последние новости, показал бумаги на отделение моего герцегства от империи. Он уже знал в общих чертах, Юлька была у них.

— Мы построили город. Большой Белый город. Словами не объяснить нужно увидеть. Честно скажу тебе, мне бы хотелось чтобы вы жили там. И ферму перевели туда, — объяснил причины визита. — Поговори с Ликой пусть посмотрит Вита легко вас перенесет. Там будут жить эльфы, люди смешано. Все дома готовы, покупать ничего не нужно ну, а занятие тебе я всегда найду.

— Предложение интересное Алекс, мы подумаем, — спокойно ответил Кирстен. — С императором ты больше мирится не хочешь?

— Все хуже чем кажется барон. Думаю скоро он начнет войну и наверно обратится за помощью к… Ариману, — ответил я.

— Даже так, это плохо, — посмурнел Кирстен.

— Потому я хочу собрать вокруг себя близких людей, так мне и приятней и проще, — улыбнулся ему.

— Проще зашишать всех? — откровенно спросил он.

— Да, — ответил ему. — Но не только. Ты же знашь о моей мечте? Построить место где будут в мире жить все разумные, люди, эльфы, гномы, наяды и дриады. Наш пантеон уже вырос, скоро вырастет еще, Кано и Амели бысто учатся и набираются сил. Очень скоро нам никто не будет страшен, даже если Ариман объеденится с Бездной. Вот как то так. Думайте.

Но оказалось за нас все придумали. Вита с Ликой решили прямо сейчас слетать и посмотреть на Белый город.

Взяли дочку и мы перенесли их.

Озеро, храм, дворец. Домики с горячей водой и газом, все это заворожило Лику и Еву. Кирстен только хмыкал. Вобщем решили что неделя у них есть. На решение дел в столице империи и переезд. А ферму я построю под руководством Лики. Они выбрали домик не далеко от озера и Кирстен запечатал его магией. Потом доставили их домой и улетели домой сами.

— В общем, — сказал я Вите перед сном. — Тут мой дом, а в городе считай работа.

Она улыбнулась.

— Спи давай, труженик, — поцеловала она меня. — Я горжусь тобой муж.

Прошептала она мне в ухо. Представляете как приятно слышать такое от любимой жены. Уснул я счастливым.

Утром только успели позавтракать как пришли боги.

А во дворе собиралась толра эльфов. И их было намного больше тысячи.

На вскидку тысяч 7-10.

— Где мы их селить будем, — пробормотал я.

— Разберемся, — прошептал услышивший Ашера.

Перенесли первых и ушли за другой партией.

Ашера остался строить дома.

В общем под веселый шум и гам перенесли всех, построили еще 7 000 домов. Также по типу, я сделал везде воду, газ, Митра ставни, стекла и двери.

Успокоилось все только вечером. Часть эльфов вернулась с нами, но в городе осталось тысяч 5.

Дом Кирстена уцелел от захвата. На другой день началась обчная жизнь. Эльфы стали открывать лавки. Пока только готовясь к приходу людей. Оружейные, доспешные, лавки одежды.

Двое любителей поесть отрыли ресторан и просили меня сделать столы, стулья, украсить золотом. Я сделал пару мягких стульев, а Митра сделал еще 40 и десять диванчиков. Получилось красиво. Потом я вспмнил, что не давало мне покоя вечером. Темнота.

Прошелся по всем улицам через каждые 15 метров устанавливая фонари и вливая в них вместо ламп, божественный свет.

От него кстати будут шаракаться все темные твари.

Так же сделал несколько тысяч домашних светильников. Тут остальные помогли обеспечить всех светом. Верховный смеялся, что я нашел призвание, а он говорил что мне энергосберегающей лампой нужно работать.

Боги выбрали себя аппартаменты оставили мне только пятый этаж. В общем было весело. А на другой день пошли первые посетители. Я был в замке копировал известные и виденные книги и расставлял в библиотеке.

Пришел один из стражей от ворот и сообщил, что в город входит большой караван. Я оделся как принц и вышел посмотреть.

Стоило спустится вниз меня окружили стражи, не подобает принцу ходить одному.

Я уже стал забывать такое слово — статус. Теперь снова привыкать.

Сделал рожу понадменей, эльфы чуть не заржали, они то знают какой я.

Караван прошел на площадь встал кругом и купцы начали раскладывать товары. Оружие у нас было лучше, одежда в основном тоже, но некоторые вещи заинтересовали наших хозяек.

Начались торги. Купцы были довольны.

Я решил к вечеру с ними встретится. Постоялый двор у нас был. Рядом с рестораном. Он был среднего качества, как помню. Нужно еще один сделать, высшего качества.

А пока связался с Витой посоветовался и мы решили, что она тоже придет к вечеру. Юльку пока не нужно показывать.

Незачем пугать народ лишний раз. Ближе к вечеру довольные продажами купцы сняли номера на постоялом дворе и пришли в ресторан. Готовить любители поесть умели, так что они уселись за большой стол и заказали всего.

Я дождался Виту и в окружении своей гвардии вошел в ресторан.

Все эльфы тут же встали и склонились. Я милостливо улыбнулся. Купцы видя такое тоже встали и поклонились я им также улыбнулся вспоминая статус принца.

— Ваше Высочество прибыл караван, хорошие люди, купцы, — доложил трактирщик.

— Здравствуйте уважаемые, — начал я вежливо — Позвольте представится архимаг, герцог, принц Имперского рода Алекс де Вильяр де Сен Грэм и моя жена Принцесса Витольда де Вильяр.

— О Ваши Высочества наслышаны, конечно наслышаны, но когда Вы успели построить такую красоту? Месяц назад тут ничего не было, — проговорил старшина купцов. — После соры с тестем мы с женой получили в свое владение земли герцегства, а это треть Империи. И решили построить город, развивать наши земли, привлекать людей. У нас есть грамота императора, где он отказывается от всех наших подданых, они перестают быть поддаными империи. Мы решили сначала город, потом дороги, корабли, ведь плавать удобнее чем ходить. Вот потихоньку развиваемся.

— О Ваши Высочества, как интересно, а Вы не покажите грамоту, мы не сомневаемся в Выших словах просто мы — купцы и привыкли все проверять, — он хитрил, явно был сильно заинтересован.

— Витуль покажи пожалуйста грамоту уважаемому старшине, — попросил жену.

Она дала грамоту, тот внимательно читал, чуть ли на зуб не пробовал, но остался очень доволен.

— Ваши Высочества, вы не будете против если мы купим тут себе дома, а в дальнейщем попросим Вашего подднаства, — сказал купец.

— Совсем нет господа, совсем нет я был бы вам очень признателен, если бы вы рассказывали о нашем не большом городе, — улыбнулся им. — Насчет домов зайдите завтра к правителю он примет деньги и даст документ на вашу собственность. Было очень приятно поговорить господа, если ко мне будут вопросы, спросите любого стражника, он проводит.

Мы расланялись и ушли. Пришли в замок, сели на площадке.

— Ну, что ты думаешь? — спросил жену.

— Купцы лучшие разносчики новостей и сплетен, еще и приукрасят выставляя себя в выгодном свете. Думаю все отлично, через месяц отбоя не будет от желающих переехать к нам. Нужно расширять город.

— Затра попрошу Митру помочь построить, — задумчиво ответил ей.

За неделю, до приезда Кирстена с женой мы построили 30 000 домов, таверен, постоялых дворов, пекарен, просто магазинов с огромными витринами, даже что-то типо полигона, потом еще 50 тысяч, и наконец сто тысяч. Еще одну внешнею стену, пристань. Башню пожарных, на всякий случай. Короче Кирстен с Ликой были в шоке от колличества народу, тут были люди, потомки гномов, потомки эльфов, столпотворенее. Я построил грифонью ферму за городом, с грифонами прилетели и их дрессировщики. А Кирстен рассказал, что в столице начался буквально бум на переезд к нам. Причем аристократы понятно не рвались, а вот простые люди собирались и кварталами переезжали.

В течении месяца население выросло тысяч до духсот, прибыли мои штабные, я был рад их видеть. Тут же поставил Штейна руководить всей стражей, оставив эльфов только как нашу охрану.

Но они были довольны. Менялись раз в декаду и чувствовали себя не плохо.

Пришлось строить казармы, а также тюрьму и подземную темницу. С прежних размеров город вырос в десять раз и продолжал расти.

Штейн вызывал из замков по десятку стражи, раз в месяц меняя их, пока хватало. Наконец бегство из империи достигло апогея прибыли маги, ректор Академии и полк гвардейцев под командованием… Катчера и Оклера.

Сперва подумали сейчас на штур пойдут, но Катчер вызвал Ангамайте сказал, что они предатели империи потому что хотят служить своему господину, а не кучке обнаглевших аристократов. И попросил замолвить за них слово.

Я сделал строгую рожу, но в душе был рад. Единственное что омрачало, поступок Оклера.

— Скажи мне Оклер за сколько ты продал Орден? — спросил я сурово.

— Ни за сколько, я у тех ублюдков не гроша не взял, меня орденцы упросили их принять. Ручались за них знал бы, что за твари сам бы прибил на месте, всех, — мрачно ответил Оклер.

— А что ко мне не пришел, не рассказал, — тихо спросил его.

— А чего приходить виноват то я был, проверку не провел, доверился саратникам уродам, — еще мрачнее ответил Оклер.

Видимо ему до сих пор было обидно и больно вспоминать ту историю.

— Ладно забыли, — я выставил стаканы и Арманьяк. — Вы снова в строю. Дел много, очень много.

Мы с Митрой построили мост через реку и на другом берегу поставили лобное место, место казни. Вокруг стояли виселицы и кресты на которых распинали воров. Десяток был уже занят. Казни проходили каждое воскресенье.

На пристани стояло с десяток кораблей и лодок речного типа. Рыбаки, купцы на короблях, просто любители порыбачить, там же был и рыбный рынок.

Я запретил тащить эту вонь в город.

А сам город все рос. Построил дороги почти до каждого замка, построил Академию, там будет не только магия, но и науки.

Академией занялся Ашера и ректор. Каждую неделю я сжигал самострой иногда вместе с жильцами.

Сперва люди удивлялись моей жестокости, но когда через полгода такие вот заселенцы пошли грабить горожан, удивление сменилось одобрением. Я в приципе стал королем. Оставалось провести церимонию коронации и я решил посоветоватся с женой, сестрой и наставниками. Дети тоже были тут.

Кстати забыл сказать, Амели прошла эволюцию тела, ругалась, а у жены и сестры случилась третья эволюция. Мы собрались в замке на плато, в нашем доме.

— Друзья уже больше десяти лет мы вместе я знаю, что по вашим меркам, по меркам богов это ничтожный срок. Но мы пока еще люди и мерием людскими мерками. Сейчас я хочу посоветоватся с вами. В принципе я стал королем, но я не знаю стоит ли, мне кажется богам становится королями не знаю — унизительно что ли, — смущаясь проговорил я.

— С чего ты взял? У меня больше тысячи королевств по мирам, у Митры помоему еще больше(две с половиной сказал Митра), даже у Ашеры есть пара сотен. Ими правят наши двойники — куклы, у тебя еще не хватает энергии чтобы создавать их качественно, не отличимо. Так что пока мучайся сам, — рассмеялся верховный. — И меньше думай что о тебе подумают другие, живи пока живется. Назначай коронацию, в храме будет? Ну правильно по канонам. Я сам тебя короновть буду, а Ашера Виту. Когда?

— Давайте через неделю, наверно, как то подготовится надо, привыкнуть, — сказал я.

— Правильно а я пришлю тебе своих церемониймейстеров они у меня представительные, — вновь рассмеялся верховный.

Неделя прошла в хлопотах, эльфики делали костюмы вождям, вожди командовали воинами моя эльфийская гвардия тоже прихорашивалась. Юлька зделала им костюмы просто сказочные, из наших замков прибыли представители привезли моего Волка. Удивительно, но он радостно заржал при виде меня, а ведь он уже в возрасте ему лет пятнадцать.

Самого меня одевали с особой тщательностью.

Юлька делала один костюм за другим я чувствовал себя куклой. Правда все они были шикарными.

Единственное, что я отказался сменить это меч и кинжалы. Мы настолько сроднились с мечом, что без него я чувствовал себя голым.

Мы объявили о дне коронации за три дня, что тут началось битва за костюмы, за билеты на вход в храм. Простой то народ будет на улице, а вот моя новая аристократия буквально дралась за места.

Своим бизким Кирстену, Оклеру, Штейну и эльфам я билеты дал причем в первые ряды. Теперь Юлька, дочь и сын превращались в принцев и принцесс. Гвардия и так будет в храме и вокруг него.

Наконец день настал.

Как не странно я волновался, не каждый день королем становлюсь при куче народа. Прилетели боги нарядные и красивые верховный притащил пару очень солидных мужей, пузатых и с голосом таким, что никакой магии не нужно.

Мы вышли из замка и сели на лошадок, Волка одели в нарядную сбрую он горделиво посматривал на соседей и как бы красуясь шагом, в окружении эльфийской гвардии лучшей из всех известных, пошел к храму. Были у меня опасения, что не дадут нам спокойно провести коронацию, слухи то разошлись. Самое главное забыл, как королевство то называется. Были мысли назвать и белым как город, и по фамилии, но не то, все не то. Решил назвать королевство Мискелланиус — смешаный, разнообразный. Сказал всем объяснил почему попробовали на язык, посмаковали, понравилось. Доехали шагом до храма спустился погладил Волка по носу, он радостно заржал и его забрали эльфы. Не спеша зашли в храм подошли к возвышению вступил я один как натаскивали церемониймейстеры.

— Сегодня великий день, — зазвучал чей то голос — сегодня принц империи становиться королем своего государства, давайте спросим у людей достоин ли он короны.

И тут со всех сторон послышались голоса да, да, он честный, отважный достоин.

— Вы слышали тоже что и мы, неделю спрашивали мы у людей, самых разных людей, во всем городе в замках вокруг, вы слышали их ответ теперь последний раз мы спросим у вас трижды. Принц Алекс де Вильяр достоин стать королем?

(даа) и так три раза. Я уже устал.

— Корону королю вручает Величайший Ахурамазда, — сказал церемониймейстер и снова восторженный гул. Верховный возложил алманый венец мне на голову и из него полилась энергия веры. Я буквально кожей чувствовал, что становлюсь сильнее.

— Смотрите и слушайте, — сказал верховный — сегодня защитник нашего мира бог войны Алексий становится королем никогда не забывайте, что вы видели, что вы слышали, вы все свидетели этому.

— Ваше Величество, — так же величаво и неспешно проговорил церемониймейстер — есть у вас избраница та, что займет место рядом с вами.

И снова как учили я протянул руку и Вита подойдя вложила в нее свою.

— Корону королеве вручает Величайший Митра, — и снова восторженный гул.

— Смотрите и слушайте, — сказал Митра — сегодня великая богиня жизни, целительца Витольда становится королевой никогда не забывайте, что вы видели, что вы слышали, вы все свидетели этому.

Красивая церимония, очень красивая, профи делали, нужно будет спросить у Верховного чем их наградить.

— Встречайте короля и королеву королевства Мискелланиус, — уже с магией проорал церемониймейстер. Народ у храма взорвался криками нам положено было кидать деньги, но я запретил. Будет драка проще раздать, гвардейцы встали у храма и начали раздавать по десять золотых в руки, кто-то пытался получить дважды их тут же отлавливали. Мы вышли из храма и пешком пошли в замок по пути приветствуя толпу. День закончился хорошо.

Император Павел и канцлер Юлиус.

— Ну что скажешь, — спросил в раздражении император.

— Ну что тут скажешь, — повторил канцлер — коронация прошла блестяще. Короновали боги, народ был в восторге. Твоя дочь теперь королева, внуки принцы, прямые наследники отца.

— Она мне уже не дочь, а мутант какой-то божественный, — сказал Павел — Пригрели змею.

— Не прав ты Паша в тебе злость говорит и обида, — канцлер был спокоен — Мы сами виноваты и ты это знаешь, не просчитали парня, думали он за нас держатся будет. А мы ему не нужны, у него Ахурамахда есть и другие.

— Ничего скоро загнется, Ариман такие вопросы просто решает, — злобно проговорил император.

— Паша я в этом учавствовать не буду хочешь обижайся, но если ты пойдешь на сделку с черным богом потом сам на себя обижайся, — спокойно сказал канцлер.

— Что и ты тоже решил меня предать? Поздно Юлиус, мы вместе в этом дерьме, — злорадно сказал Павел.

— Нет Паша раз ты так, то я ухожу в отставку, буду огурцы выращивать, — улыбнулся канцлер, похоже он подозревал, что у императора помутнение в мозгах.

— Прощай Паша мне жаль что все так.

Канцлер встал, положил на стол императору бумагу с просьбой об отставке и вышел.

— Ваше величество прибыл герцог де Криптон, как он представился бывший канцлер империи, — доложили нам с женой.

Мы переглянулись.

— Похоже крысы побежали с коробля, — пробурчал я.

— Думаешь канцлер тоже стал таким как отец? — поморщилась Вита.

— Не спросим-не узнаем, пригласите герцога, — улыбнулся я жене.

— Ты настоящим королем стал манеры, спокойствие, увереность, — сказала жена.

— Тебе нравлюсь? — спросил улыбаясь.

— Очень, — сказала она.

Канцлер не именился смотрел прямо, спокойно вошел поклонился и ждал наших действий. Вот точное следование этикету.

— Здравствуйте Юлиус, как ваше здоровье? Надеюсь поездка была спокойной, — спросил я.

— Здравствуйте Ваше Величество, — начал канцлер — Вы сделали прекрасные дороги, а постоялые дворы на них бывают очень кстати.

— Надеюсь у моего тестя все в порядке? Не прихрворнул ненароком? — так же вежливо и равнодушно спрашивал я. — Он все же не молодой человек конечно мы его омолодили, но иногда возраст дает о себе знать.

— Когда я уходил был здоров телом, но вот с головой что-то явно не так. Он вас ненавидит Ваше Величество настолько, что готов заключить союз с Ариманом, лишь бы убить вас, — сказал наконец канцлер.

— Печально, печально, очень печально, когда то он казался мне не плохим человеком, а уж за дочь я был готов ему многое простить, — улыбнулся я — что же касается Аримана, мы знаем о нем, надеюсь он больше не полезет в наш мир, ну если придет, ну кто же его спасать будет.

— То есть вас совсем не волнует это? — удивленно спросил Юлиус.

— Ну почему же не волнует Юлиус, волнует и сильно волнует, но толку от того, что буду волноватся не будет. Это во первых, а во вторый мы просчитали императора и ждали этого хода, — спокойно объяснил ему — не хотите поужинать с дороги? Я правда не смогу, дела, а вот жена, сестра и дети с радостью вас увидят.

— Спасибо Ваше Величество, не откажусь, — немного ошарашено ответил он. Зашел эльф гвардеец, мы уже все решили, и спокойно, не говоря не слова, проводил Юлиуса в его покои. Он сел в кресло и задумался. Этого парнишку он знал с тех пор когда ему было 19лет. Он был честным, наивным, всем верил, а сталкиваясь с мразью решал поблемы кардинально, но правителем он не был. Сейчас же Юлиус увидел истиного короля он не раз ловил себя на желании преклонить колено, ибо перед ним сидел монарх.

— Не знаю какого сейчас Юлиусу, но даже мне иногда хотелось упасть на колени и слушать как ты говоришь, — соблазнительно улыбалась Вита.

— Но ты же не будешь этого делать, — ответил я.

— Вообще то могу, только нужно дверь закрыть, — мурлыкала она — Ты такой возбуждающий был, истиный король.

Я перелетел в замок на плато, домой оставив жене, решать как быть с Юлиусом.

Эльфийки так же приготовили ужин я покушал и пригласил к себе Ангамайте и Аракано. На них тоже произвела впечатление коронация, а уж на эльфов гвардейцев как подействовало. Они знали что я бог, может еще не самый сильный, но все же, это не особо их впечетляло, богов они каждый день видели.

После коронации же они стали образцовой гвардией буквально преклоняясь предо мной. Безмолвно выполняющей все приказы. Сопровождающей меня везде, как тени. Кирстен говорил что боится их, вдруг им покажется, что на тебя плохо посмотрели, убьют не задумываясь и не сбиваясь с шага.

Пришли вожди. Я пересказал им сказаное Юлиусом они только качали головой.

— Что будем делать Ваше Величество, — спросили они.

— Ничего, Ариман сам не полезет он пообещает поддержку тестю, но вмешается только если мы будем проигрывать. Но проигрывать мы не будем. Завтра же в столицу империи поедут люди, купцы, наемники просто те кто не любит сидеть на месте. Все они наши люди. они будут пить со стражей, с гвардейцами, с горожанами и с одной стороны рассказывать как у нас всем прекрасно живется, а с другой усмехаться насчет войны, говоря что у нас двухсот тысячное войско эльфов и боги живут прямо в городе. В замке. К моменту когда империи надо будет выступать у нее останется хорошо если половина сил, а то и меньше, — объяснил все ошарашеным таким подходом вождям.

— Так что успокойте хозяек никто их драгоценых в бой не потащит.

— Ваше Величество мы всегда поражаемся вашей точной расчетливостью, — сказал Аракано. Хотел сказать поживите с мое, но вспомнил что им каждому под двести лет. Улыбнулся вынул Арманьяк и мы выпили.

Проводив вождей снова ушел в королевкий замок.

Жена сидела в спальне и читала какой то женский роман из тех, что я откопировал из памяти. И судя по влажным глазкам меня ждала ночь любви после того, что она вытворяла в троном зале, она у меня развратная прелесть.

Утренний поедъём короля это та еще прелесть. Насилу отмахнулся от умывальщиц, вытиральщиц и других подтиральщиц. Я хотел поговорить с Юлиусом. Потому пригласил его на завтрак.

— Доброе утро, — Юлиус — улыбнулся ему.

— Как отдохнули? Выспались?

— Спасибо Ваше Величество, прекрасно отдохнул, — сказал бывший канцлер.

— Как Вы наверно догадываетесь у меня есть к Вам разговор. Вы очень умный человек Юлиус, но все равно Вы лишь исполняли приказы Императора. Потому мы не держим зла на Вас, — проговорил я ему. — Такие люди обладающие Вашим умом и Вашими навыками редки и очень ценны, заслужено цены. Потому я предлагаю Вам подумать о службе в должности канцлера в нашем Королевстве. Если Вы откажетесь, то наше к Вам отношение не изменится, обещаю Вам.

— Ваше Величество позвольте откровенно? — спросил он. Я кивнул.

— Честно говоря я не знаю как поступить. С одной стороны Империя которой я прослужил почти 50 лет. С другой Ваше королевство, но и Вы мне не чужие. Если начнется война между Вами, я окажусь в очень неприятном положении. Опять же с другой стороны не Вы призываете черного бога и не Вы угрожаете Империи, а Павел Вам. Вы можете обещать, что не убьете Императора в случае победы?

— Хорошо Юлиус, поговорим как раньше, — начал я. — Император, козел, но этот козел мой тесть, мы конечно победим в этом нет сомнений и конечно я смещу Павла. Но казнить отца жены, деда твоих детей это не по мне. Поедет в один из замков доживать.

— Я согласен, только прошу дать мне время ознакомится с делами, — согласился канцлер.

— Отлично снимите с меня хотя бы часть обязаностей, — улыбнулся я.

— С радостью Ваше Величество, — ответил канцлер. — Приступайте, это приказ о Вашем назначении, — протянул ему бумагу. — Вечером будет офицальное объявление.

Он встал поклонился и вышел.

Зашли Вита, Юлька и дети. Я сказал им что назначил Юлиуса канцлером.

— Я не сомневалась что ты так поступишь, — сказала жена. — Вы очень умные люди, оба, а двоим умным людям легче работать вместе. К тому же он нам не чужой.

— Вечером будет объявление, — сообщил им — как отреагируют аристократы. Ведь многие знали кем был Юлиус.

— Наплюй и забей, тебе так кажется сказал Верховный, — засмеялась жена.

— Мы на плато, соскучилиись по дому. Кано хочет остаться с тобой, — сказала Вита.

— Хорошо отдыхайте, — согласился с ними, они исчезли. — Кано будешь учится у Юлиуса как в свое время учился я. Но не сейчас, чуть позже когда он приступит к работе. Расскажи какого тебе в роли наследного принца?

— Девчонки достают, глазки строят коснутся пытаются, не пройти по замку, — пожаловался сын.

— Нужно расширить замок пошли, будешь помогать, — позвал его с собой — охрану позови. Вошли гвардейцы и мы вышли.

Наш путь шел через весь замок к крайнему крылу обращенному на пустырь его я хотел увеличить вдвое. Все таки когда начинали строить не ожидали во что это вырастет. Королевство я создавать не собирался, но вот и года еще не прошло, а я уже король, Вита королева, сестра и дети стали принцессами и принцем.

Интересно жизнь складывается сперва я хотел только стать сильнее, что бы отомстить за смерть родных.

Потом за смерть, как я думал, жены.

Дальше с ростом силы явление верховного вместо ангела Айзека, нападение Аримана, Мортис.

Наш уход из столици, эльфы и наконец ссора с Императором.

10 лет мы жили спокойно и вновь цикл изменений. Я хотел сделать этот мир лучше? Вот теперь отдуваюсь. Я улыбнулся про себя, ничего переживем.

Крыло было не заселено потому выгонять никого не пришлось. Немного подумал чего я тут точно хочу начал строить. Кано иногда подсказывал, что я забыл или не заметил. Позвал Митру попросил помочь с деревом.

— Сам когда научишься, — пробурчал он — но все же помог.

Так построили здание размером почти с сам дворец.

В этот раз я не стал делать мебель, сами купят. После неспешно вернулись к себе. Вызвав мажордорма сказал, что новое крыло готово, но без мебели. Также сказал что вечером представлю канцлера королевства.

И вызвать ко мне церемониймейстера. Ему приказал объявить вечером канцлера.

Скоро обед в общем жизнь короля не утомительна. Наверно по этому они превращаются в избалованных ленивцев.

Что-то давно я не тренировался. Позвал Кано и мы пошли на полигон. Там как всегда было многолюдно гвардейцы оттачивали мастерство, Оклер гонял их как раньше. Я позвал Оклера, а остальные увидев меня поклонились и отошли.

Мы с Оклером давно уже не тренировались, но начали как раньше не спеша, постепенно все убыстряясь и к концу схватки наших движений уже было не различить никому, кроме сына.

Ух надо было видеть его глаза, Кано было 13 лет переходный возраст, но он мало интересовался девушками.

Больше его занимала магия и сила, магия богов и бой на мечах.

При каждой возможности он впитывал новое, это учитывая что Ашера учил его наукам и магии, а Ахурамазда бою.

Я решил еще позаниматся турник, брусья, а Оклера попросил позаниматся с сыном.

Все же Оклер великий мастер меча, выдержать силу и скорость бога, не всякий сможет. Мы занимались часа два, потом пошли ужинать.

Про обед мы благополучно забыли строя крыло. Я спросил Кано как ему тренировка, он был восхищен мастером, но подчеркнул что до верховного тому далеко. Он может достать мастера, тогда как верховного он порой даже не видит.

— Ахаха, ты тоже сможешь как верховный, но не забывай, что бы стать лучше нужно учиться этому всегда, — рассмеялся я его оценке.

Верховнному несколько тысяч лет, но указывать на этот факт не стал.

К ужину вернулись Вита, Юлька и Амели. После вечернее представление канцлера. Все собрались в тронном зале, ходили общались. Я зделал знак и все притихли.

— Герцог Юлиус де Криптон де Бризак, — объявил мажордом и вошел канцлер прошел до середины и встал. — Герцог Юлиус де Криптон де Бризак волей короля объявляется канцлером королевства Мискелланиус, — объявил церемониймейстер.

Дальше была уже рутина.

К канцлеру подходили поздравляли набивались в друзья, те кто его не знал раньше, набиваться к нему было бесполезно.

Нужно мне что — нибудь изобрести, а то скучно бывает хоть вой. Не напиваться же каждый вечер. Что у нас насчет театров тут.

Что это они знают, но вот чего то интересного поставить не могут. Прийдя к себе скопривал из памяти бесприданицу, фигаро, гамлета можно, поймут.

О Ромео и Джульета на местный лад.

Например эльфы и люди, или темные и светлые.

Принц и нищий тоже поймут.

Вы звал к себе рапоредителя театров и тут вспомнил, что я о них забыл, у нас нет театра. Почесал репу и решил завтра построить.

Вышел на балкон сел в крело и налил Арманьк посмаковал.

Что-то крутилось в голове не мог пока уловить. Закурил сигару встал у ограждения балкона. Вышла жена налила себе выпить, что-то вид у нее хитрый.

— Ты не замечаешь, — начала она. — Юля становиться все серьезней и печальней.

— И что теперь мне ей сплясать? — усмехнулся я.

— Тебе уже 34, мне будет 33, ей уже 27, а она не замужем и даже нет никого — грустно сказала Вита.

— Ну а я то тут причем? Мне ей парня найти что ли? Вон эльфов куча, — непонимал я ей.

— Не найдешь у нее другой идеал мужчины, — проговорила Вита — это ты.

Я чуть язык не проглотил, подавился, закашлялся Вита издевательски похлопала меня по спине.

— В каком плане идеал? — спросил я настороженно.

— В детстве старший брат, ведь биже тебя никого нет. Она восхищалась тобой, таким сильным, умным, красивым. Все твои победы, мое спасение, дважды, делало из тебя героя. А уж для маленькой девочки ты просто стал мечтой, — объяснила мне Вита женскую психологию.

— Вот беда, и что мне с этим делать? — попался я.

— Пока ничего. Просто будь с ней внимательнее, чаще обращайся бери ее с собой, может само пройдет. Ну можешь поухаживать за ней, по попке погладить, — спокойно говорила Вита.

— И это мне говорит моя сумашедшая, ревнивая жена, тебя кто то подменил? Покажите мне кто, я ему памятник поставлю, — просто в шоке говорил я — она вообще то моя сестра, я всю жизнь смотрел на нее как на сестру. Я не могу взять и погладить по попке сестру.

— Ну вообще то она не родная сестра, а сводная, страно что ты не помнишь этого. Она тебе не нравиться, как девушка? — улыбаясь спросила Вита.

— Я не смотрел на нее как на девушку, у меня жена есть, — уже прорычал я — давай прекратим этот абсурдный разговор.

Подошел к столу и прямо из горла выпил полбутылки Арманьяка. Охренеть совсем девки с ума посходили это точно от безделья, пусть театр делают.

Постоял плюнул и пошел спать.

Утром позвал Юльку на завтрак, жена на это улыбнулась, она думает я ее совету последовал.

Сейчас посмотрим.

И рассказал что хочу сделать театр, а их назначаю главными.

Пусть Митру позовут верховного, канцлера запрягут, но что бы через месяц максимум, вышли три пьесы. И дал им произведения.

У Виты вытянулось лицо мне стоило больших трудов удержать строгую рожу. Зато убедился, что они не в заговоре. Какие пеьсы выбор за ними.

— Вперед, а я пойду занимать делами королевства, да дочку тоже привлеките, — довольно сказал я и ушел. Я отправился к канцлеру. Застал того за горой бумаг там где он жил. Позвал мажордома и приказал организовать канцлеру этаж в новом крыле.

Что бы там были кабинет, столовая, зал для совещаний и еше то, что пожелает Юлиус. Канцлер смотрел на меня с усмешкой в глазах.

— Веселитесь? Сейчас поедем в Академию и вам станет не до веселья, — пообещал я.

По городу я ездил на Волке, пусть люди видят я тут занимаюсь делами. Волк мне радовался. Вот за что люблю животных они не умеют врать, ну кроме кошек.

Да простят меня кошатницы.

В Академию приехали быстро, гвардия освобождала дорогу, но не грубо, я запретил бить. В самой Академии был только ректор который грустно взирал на кучу книг, мебели, столов, стульев, парт на доски для классов, что сиротливо стояли у стены. Увидев нас обрадовался, поправил очки на длинном носу.

Я его проблему понял. Потому позвал Эмерика — лейтинанта эльфийской гвардии и сказал найти Кирстена, Оклера или Катчера, пусть пригонят народ, что бы к вечеру вся Академия была готова завтра принять студентов.

Ректор от этих слов чуть не заплакал, бедняга.

Эльф кивнул и убежал. Через 20 минут прибыл Катчер и привел сотню новобранцев.

Я объснил задачу и сказал вперед. Мы же с ректором и канцлером прошли в кабинет ректора, единственный который был готов.

Я щелкнул пальцами, хотя можно обходится вообще без этих эффетов, горячий кофейник, земные пончики.

Налил себе чашечку не дожидаясь когда это сделает пожилой ректор и начал рассказывать свою идею.

— Я хочу, что бы Академия учила не только детей аристократов и не только магии, — начал я — нужно построить еще минимум три корпуса, отдельно по магии и совмещенно по инным наукам. Также мы сделаем жилые корпуса для студентов из замков и даже деревень. Я хочу что бы в королевстве у всех слоев общества были равные возможности. Но дабы избежать унижений простолюдинов жить они будут отдельно. В Академии стираются сословные различия, то есть будь ты барон или принц ты такой же как все. Никаких почестей, никаких привилегей общая столовая на всех, выход из Академии после первого года обучения. Дуэли после первого года обучения, слабый может взять себе замену — бретера нанять. Но все это только со второго курса. Вот как то так, — выдохнул я.

— Ваше Величество это надо провести указом, — сказал канцлер — и кто будет следить за порядком?

— Эльфы, думаю 50 ти хватит. Они быстро отучут чванливых аристократов задирать нос, — ответил я — канцлер мы с вами сегодня посидим, подумаем, что еще нужно провести указом, задач много нужно все обдумать. — Конечно Ваше Величество, — сказал канцлер.

— На будущее ректор, если есть проблема звоните канцлеру, а мы уже решим, — сказал я.

— Ваше Величество я так рад, что вы взошли на престол, вы истиный король, — ректор чуть не плакал.

Допили кофе и вышли. Пончики и кофейник оставил ректору.

В Академии шла работа, мы протиснулись к выходу и поехали нет, не в замок а в ресторан.

Любители поесть улучшили заведение, на входе стоял швейцар, прям как в интуристе в советские годы.

Он слонился распахивая двери.

Хозяева бросились к нам причитая про честь заведению. Это я и без них понимал. Потому сказал нас накормить, гвардию тоже.

Пока готовилась еда мы с канцлером обсуждали те дела, которые он успел изучить. Я вот не знал что делать с самостроем и всеми нищими, ворами, бандитами.

Вешать всех можно, но утомительно. Канцлер подал идею.

— Зачем их вешать, Ваше Величество рабочие руки, у нас есть рудники, есть мастерские которые выростут. Нам нужен лес, руда, железо, серебро, золото выможете все добывать сами, но Вы король. Пусть стоят дороги это очень удобно, — говорил канцлер.

А я удивлялся ему, расцвел мужик, вот что значит любимое дело он думал, решал, просчитывал почти моментально я очень рад, что не поддался обидам и привлек его к работе.

Принесли еду, вкуснятина пальчики оближешь. Мы поели и я позвал хозяев кивнул им на стулья с мягким сиденьем.

— Вы одни из самых лучших поваров, что я встречал в своей жизни. Потому будет у меня для вас задание, не просьба, а именно задание. С сентября в Академии начнется обучение вы будете всех их кормить. Платит за все казна, то есть я, если вам кто то или что то мешает скажите канцлеру. Если вам, что то нужно скажите ему же, мы решим, — прогововорил я.

— Ваше Величество вы сказали одни из лучших, а почему не лучшие? — спросил повар, а канцлер улыбнулся он знал о ком я.

— Ребята тут вы лучшие, без сомнений, но я знаю человека, именно человека он готовит не хуже, — ответил я им — что вы думаете насчет кормления Академии?

— Сделаем Ваше Величество, кухню увеличим, наймем помошников. В Академии в столовой поставим своих, они и подогреют и приготовят, — ответили успокоившиеся повара.

— Отлично если что обращайтесь, спасибо за обед, — сказал я, они раскланялись.

Мы поехали в замок. Волк умница не нуждался в понукании, он знал куда, знал что не спешу, не спешно вышагивал по городу давая всем собой полюбоваться. А мы беседовали с канцлером. Он сказал, что подготовит все указы, но их нужно обсудить, и главный это налоги.

— Ваше Величество вы не можете платить за всех в королевстве. Я знаю, что вы очень богаты, что деньги вас не интересуют, но налог необходим. В противном случае возникнут вопросы налогов нет, а королевство процветает. Я помню, что вы по сути бог и вам не сложно добыть деньги, но это расслабит людей, вы же понимаете люди должны быть заняты иначе будут вопросы, — объяснял мне канцлер.

— Ладно Юлиус, но минимальные, — согласился с ним.

— Этого хватит, учитывая постоянный приток людей, город придется расширять еще раз в пять, если не в десять. Не знаю, что так влияет на приход людей, но думаю Ваше имя и божественная сущность. Ваша известность как честного, благородного человека, — сказал он. — Не льстите мне канцлер этого хватает от лизоблюдов, не терплю, — ответил я. — Хорошо Ваше величество только это не лесть, а факты. Уж свою жизнь вы знаете, — ответил он.

— Ладно, к делам. Сделайте налоговую службу, собирать налоги, также сделайте банк, наш банк, чтобы он занимался финансами королевства, выдавал кредиты на дело. И еще Юлиус я подумываю о пенсии тем кто стал калекой на войне, кто потерял кормильца, отца или мать. Еще нужен детский дом куда попадут дети до 16 лет. Там их будут кормить, одевать и обучать минимуму, хотя бы, — выдал я ему.

Мы еще ехали, канцлер делал пометки в блокноте. Решил, что пока хватит выданых задач.

В замке народ бегал и суетился оказалось Вита решила поискать актеров и теперь большинство служек от нее прятались. Мы постарались проскользнуть, но были пойманы грозной королевой.

— Что случилось милая, — невинно спрасил я — ты запугала всех даже нас.

— Потому что кое кто вмето того что бы делать что надо, решил поиграть в режесера, — прорычала жена — и мне теперь приходится всем этим заниматся.

— Увы милая, увы я конечно великий, но заниматся всем не могу, — смеясь ответил я — прости родная очень много дел.

И мы с канцлером беззастенчиво смылись.

— Кажется она грозилась убить Вас Ваше Величество, — тоже смеясь сказал канцлер.

— Да каждый день обещает хоть бы попробовала, вот смеху бы было, — ответил я.

Мы пришли в обновленный кабинет канцлера и я выдал ему еще о пенсиях по старости, об армии, что нужно военное училище, и вообще нужно начинать учить людей. Тех же актеров не найдешь просто так, это говночистом может быть любой. А вот грамотным офицером, хорошим поваром или тем же актером не станешь без таланта, желания и обучения. Все время моего монолога канцлер смотрел на меня удивленно, но у меня есть отмазка. Я бог и учат меня боги.

Я снова позвал на ужин Юлю мне нравилось дразнить их, но Юлька была обычной и я заподозрил жену в желании поиздеваться надо мной ранимым.

Прошел ужин весело.

Потом я вышел на балкон и закурил. Оперся на перила.

Да Юлька очень красива и да, я бы не отказался от такой красивой любовницы.

Но она все же сестра и к тому же не как не проявляет себя. Тут на балкон вышла Юлька. У меня аж дыхание перехватило. Легко рассуждать стоя в одиночестве, вот она рядом и все мысли выдуло. Я прощупал комнаты. Никого. Может они и правда сговорились. Взял бутылку Арманьяка со стола и выпил половину. Пусть думает что хочет. Она стояла спиной в коротком платье, я залюбовался. Стойные ножки, упругая попка, длинные белые волосы. Красивая чертовка выросла. Она обернулась.

— Что то случилось, брат — спросила она.

— Не знаю, просто смотрю на тебя и любуюсь, ты очень красивая, — ответил я — и меня удивляет почему ты одна.

— Не всем так везет так как Вите, — проговорила она — я еще не нашла свой идеал мужчины.

— И какой же он, твой идеал, — спросил я успокаиваясь.

— Не знаю, — коротко ответила она.

В замке все было в норме, строители оборудовали новое крыло, канцлер составлял указы остальные занимались не понятно чем.

Я позавтракал и позвал верховного. Ответил что как только так сразу. Нахватался на земле. Я подумал, позвал канцлера и мы пошли строить в Академию. Во общем корпуса Академии не замок короля, все проще. До обеда поставил все три, каждый по пять этажей.

Ректору который наблюдал сказал что будет нужда еще сделаю, а пока нужно мебель завозить, комнаты оборудовать. Дел у него хватало как и у канцлера. Потом отпустив канцлера, поехал на полигон позаниматься.

Мы снова позвенели мечами с Оклером, потом повалял немного людскую гвардию показав что силу и агрессию противника легко обратить против него. Потом и свою охрану из эльфов. Вернувшись в замок сходил в душ и почувствовал себя почти человеком, живым в плане. На обед пригласил Юльку и канцлера. Пока накрывали стол наблюдал за Витой. Странно жена, ближайший мне человек казалась чужой. Она почувствовала взгляд и обернулась я обратился к ней.

— Как дела с театром дорогая? Вы выбрали место? — спрашивал я.

— Вы хотите построить театр Ваше Величество? — спросил канцлер.

— Да он хочет, — бурнула жена — вот такая у него блажь будто нам в жизни театра не хватает.

Все удвленно посмотрели на Виту, я тоже не понимал откуда такое раздражение уж не Ариман ли появился.

Еще раз позвал верховного. Тишина. Странно. Позвал Митру, Ашеру, Фрею тишина. Либо их отрубили, либо меня. Или я уже не бог.

Но измениий в себе я не чувствовал, попробовал божественный свет рука наполнилась светом. А вот Вита поморщилась. Очень интересно. Опять атака на нее.

Я пошел на Виту окутываясь божьим доспехом и световым барьером. Заодно отделил всех барьером. Вита зашипела как Бездна, неужели старуха снова вылезла.

— Мерская ведьма, ты снова помела вылезти из своей поганой дыры, — я чувствовал начинаю бесится — в этот раз я тебя не пожалею.

— И что убьешь жену, мать своих детей. Ахурамазды тут нет мы с создателем уничтожим тебя и все что ты создал хе — хе, — хрипло прокаркала ведьма — у тебя даже меча нет.

И тут я улыбнулся чувствуя как меня накрывает безумие, как тогда 13 лет назад, когда уничтожал темных.

Протянул руку и в ней появился меч из света. Я напитал его сильнее он стал золотым. И пошел на ведьму. Она уже поняла, что теперь ей не уйти и начала давить на Виту из нутри.

Но и тут облом Вита прошла три эволюции, у нее божественное тело и не какой-то старой мезкой твари его рвать. Я взмахнул мечом она прикрылась рукой Виты, но я не собирался убивать жену.

Я ударил светом. Она завизжала пытаясь убежать из Виты в пол, во тьму, но не сегодня. Я выжигал сгустки, что выходили из тела Виты ведьма орала, угрожала, просила, но я методично выжигал все. Незнаю сколько это длилось, но вот тело Виты упало и из него выкатился самый большой черный сгусток. Я тут же заключил его в кокон из света и поднял над полом.

— Говори ведьма кто послал тебя, — прорычал я.

Бездна повизгивала, но молчала.

— Говори тварь и подарю тебе жизнь, — проговорил я и почувствовал что аж лицо стянуло — заключу в кристалл на 10 000 лет, как Мортис или клянусь сожгу.

— Хорошо, позвал повелитель его привлек правитель империи Павел, сам повелитель Ариман идти не хотел, дела какие то, сказал придет когда я убью богиню Виту и бога Алексия, пощади, — прохрипела Бездна видимо что-то увидев на моем лице.

Надо бы ее уничтожить, но вдруг пригодится вытянул руку и в ней появился такой же кристалл в какой я посадил Мортис. Направил его на старуху и он начал всасывать ее. Всосал всю без остатка. Я наполнил кристалл божьим светом и понял, что заключил ее не на 10 000 лет, а на 100 тысяч лет.

Во я дал со злости. Развеял меч и прошел на балкон, выпил арманьяк, уже по привычке залпом, полбутылки и закурил оперевшись на перила.

Тут сзади послышался шорох, но я не обернулся. Там пришли боги. Канцлер и Юля сбивчиво рассказывали, что было.

Я устал.

Виту перенсли на постель, прибежали Кано и Амели.

Верховный их успокоил. Я снова выпил и снова закурил. Подошел Ашера и Митра. Молча встали рядом. Закончив всех успокаивать, подошел верховный. Тоже встал рядом. Я молча протянул ему кристалл, он молча взял.

— Остался Ариман, когда Ваш брат будет в кристалле можно будет отдохнуть, — сказал я. Они не сказали не слова. Только отошли, к ним подошла Фрея и все они синхронно поклонились.

Потом исчезли.

Юля, Кано, Амели и канцлер все видели. Как-то получилось, что я повернулся когда они выстроились так же как старшие. Они тоже поклонились.

Я махнул рукой и пошел к любителям покушать. Завтрак то нам обосрали, а я есть хочу. Пришел к любителям и заказал яичницу из 5 яиц и пяти колбасок.

Тут меня и нашли. Канцлер и Кано. Ну правильно война, войной, а кушать хочется. Поели. Я посмотрел на них.

— Будь в замке Кано, с мамой, — сказал я приняв решение. — Юлиус на тебе королевство. Мне надо отойти.

Сказал и исчез. Я пошел сперва на плато, предупредил вождей эльфов, что к ним прибудет пленик.

А именно мой тесть — Император.

Нужно сделать так чтобы его увидели дочь и внуки, а потом он должен умереть.

Упасть с дерева, отравится чем-нибудь, просто повеситься и написать прощальное письмо. Да, именно письмо.

Они кивнули, все время пока я говорил они не сказали не слова, не спросили не о чем. И я не скажу. Придет время узнают. Оделся в белый костюм, белый плащ и ушел в столицу. Появился перед дворцом. И пошел внутрь, меня пытались остановить, наверно глупые. Я даже лиц не видел, в меня стреляли, я сжигал, на меня бросались с мечом, световой меч резал всё. А уж этих дурней десятками.

Так и прошел до кабинета бывшего императора. Он сидел на троне в парадном, пытаясь сохранить лицо.

Но я не злодей, мне оправдания и объяснения не нужны. Подошел схватил и уволок через весь дворец, через двор, плац тащил его как мешок с мусором.

Выйдя за ворота обрушил дворец. А что, там моих друзей нет, а на остальных мне плевать. Схватил козла за шкирку и перенеся на плато. Эльфы уже ждали. Кинул им этот кусок дерьма и вернулся в бывшую столицу.

Взлетел над ней в виде огненого шара и обратился к жителям.

— Слушайте меня жители этого проклятого города, слушайте внимательно, — заорал я с высоты в сотню метров — ваш правитель предал богов. Он обратился к черному богу Ариману с просьбой убить своего зятя Алекса — Алексия бога войны. Ариман прислал свою дочь — Бездну чтобы она убила дочь Павлия — Витольду. Но Алексий оказался синее их обоих. Он уничтожил Бездну и изгнал Аримана. Павлий обещал Бездне все ваши души. Потому Алексий прислал меня — ангела смерти. За предательство рода человеческого бывший император Павлий приговаривается к смерти. За предательство рода человеческого все сторонники Павлия приговариваются к смерти. За предательство рода человеческого город Павлия будет уничтожен. Вы можете его покинуть, но если вы стороники Павлия мы увидим, приговор вы слышали. Он окончательный и обжалованию не подлежит. У вас есть два дня.

И ушел тихо не прощаясь. На плато. Рассказал обо всем что сделал вождям. Они кивнули и ушли. Куда они посадили Палия даже не спрашивал. Не интересно. Возвращатся в город не хотелось. Пошел домой. Нужно поесть и поспать. Два дня отдыхал.

Потом вернулся в столицу там никого не было. Покрайней мере я не видел. Создал меч из света и разрезал город, землю, от туда такая чернота полезла, даже не думал что все так запущено. Исполосовал бывшую столицу и опустил ниже уровня воды. Река радостно шлынула очищая все вокруг от черной гадости, от всей той мрази, что веками пряталась под городом живых людей.

Слегка напрягся и врезал маленьким метеоритом в бывший дворец, он хоть и маленький около двадцати сантиметров, но взрыв был слышен наверно и в моем городе. А на месте бывшей столицы теперь огромное озеро. Осмотрел все и улетел.

В этот раз в Белый город. В замок. Не знаю как они узнают все стоит мне что-то сделать, но они уже все знали.

Но мне было плевать. Я устал.

Но и пойти спать они мне не дали. Я вышел на балкон выпил арманьяк и закурил. попросил всех подойти поближе, а тут были и боги, и мои дети, и Юлька.

Вита все еще была не в себе, спала то есть. Я просто скинул им все что видел, знал, догадывался.

Где сейчас Павлий я не знал, специально не хотел знать. Они смотрели, а я выпил еще покурил и пошел спать.

Все меня пару суток нет.

Как бы не так, четыре эволюции в бога не просто так. Я встал утром свежий и бодрый. Принял душ и подумал как же хорошо одному, хочешь на горшке сиди, хочешь под душем парься. Может ну его близкие отношения, перепихнулся и привет, держи шоколадку на память. Ну и еще что-нубудь ценное, проще всего деньги. Но такой подход я уже проходил. Не понравился в итоге, хочется иногда и любви, хотя это сказки все и внимания, заботы. Опять меня потянуло на рефлексию.

Вышел из душа бодрый и довольный увидел Виту.

— И сколько ты там сидел бы если бы я не стучала в дверь? — возмушенно воскликнула она.

— Я тоже рад тебя видеть, — сказал я освобождая ей дверь.

— Алекс, спасибо тебе ты снова спас меня, — проговорила она.

— Угу, ты в душ хотела, — сказал я — я завтракаю и по делам.

Пошел к канцлеру.

Юлиус был молчалив и задумчив.

Присел напротив тоже молча.

— Какие планы, канцлер? — спросил у него.

— Надо увидеть Павлия, — ответил он.

— Решите с Витой, она тоже наверное захочет увидится с отцом, — ответил ему.

— Хорошо Ваше Величество, решим, — проговорил канцлер.

— Когда наедине Юлиус, зовите меня как раньше — Алексом, — попросил я.

Делать ничего не хотелось прошел на полигон.

Позвал Катчера, Оклера и Кирстена.

Рассказал им все, сказал что Павлий сидит под охраной у эльфов, что ожидаю наплыв бывших жителей столици, потому что посланый мною ангел уничтожил город, на его месте сейчас огромное озеро. Посмотрел на их лица, они были спокойны.

— Вы не обвиняете меня в жестокости, не сожалеете о Империи? — удивился я.

— Нет, — ответил за всех Кирстен — канцлер рассказал о последнем разговоре с императором, жаль немного сам город, но мы уже начали отвыкать от него. Тут мы аристократия, мы строим город, армию, законы. Можно сказать, жизнь началась с начала. Так что не волнуйтесь Ваше Величество, Ваши друзья Вас поддерживают и все понимают.

— Спасибо, — произнес я и ушел.

Буду делать их графами, замки у меня есть, на ближний круг хватит.

Пусть будут аристократами.

Вернулся в замок и узнал что канцлер, Вита и Амели улетели на плато. Связался с эльфами и сказал им дать прибывшим поговорить с императором. Позвал мысленно верховного, он ответил, что они придут чуть позже.

Делать все равно особо не чего, решил построить театр.

Не как они тут делали типа арены, а как земной.

Выбрал место не далеко от центра города, там сейчас сквер, вот там прямо посередине выстроил здание в 3 этажа. Вход с колоннами по ступеням, большой холл, слева ресторан, справа администрация будет сидеть.

Хотел сделать гардероб, да вспомнил зимы тут не бывает почти. Большую крутящуюся сцену, что бы декорации менять во время спектакля. Сиденья в зале, балконые ложи, оркестровую яму.

Гримёрные с огромными зеркалами.

И занавес.

Украсил ложи золотыми и серебряными нитями. Те что ближе к сцене золотыми.

На входе огромные двери, не каждый человек такую резко откроет.

Вышел, посмотрел со стороны ничего так получилось, торжественно.

Над входом вывел вывеску театр. А на колоннах рядом со входом установил доски под афиши. Еще раз осмотрел симпатично получилось.

Сделал дорожку ко входу, по бокам лавочки. Получилась театральная аллея.

Осталось найти актеров, постановщика и администрацию.

Надо еще газеты выпускать.

Заехал в Академию узнать как там дела. Ректор был доволен. Всю мебель расставили, сейчас занимались столовой. Преподаватели приходили, он начал набор состава.

В жилых корпусах тоже все готово. Через месяц будет набор.

Я ему сказал подготовить объявление мы размножим и раздадим всем кто путешествует по королевству. Верховный в голове сказал что они все в замке и ждут меня. Пришлось вернутся в замок.

— Всем здравствуйте, — улыбаясь приветствовал наставников.

— И тебе не хворать, — улыбнулся Ахурамазда — старую ведьму убрали в пантеоне. Наш скромный мирок разных пантеонов немного не в себе от тебя. От Аримана ничего не слышно. Скажи нам вот что, откуда у тебя кристалл еще один?

— Почему один? — я протянул руку представил и появился кристалл — сколько нужно столько и сделаю.

— А вы разве так не можете? — удивился я.

— Вообще-то кристаллы заточения души жуткая редкость. На пантеон бывает один, два, — проговорил Ашера — а ты их просто штампуешь. Повезло нам с тобой Алекс.

— Надо ему звание присвоить, — сказал Митра.

— Не надо мне ничего присваивать, присвоили один раз, тут же Ариман вылез, — улыбнулся я.

— Ну да, завистников хватает, — почесал нос верховный — тут не нам решать. Будет собрание пантеонов, решаться будут там.

— Ладно, увидим. Я вот что спросить хотел, у вас ведь театры есть? — спросил я.

— Ты в театр хочешь? Чем тебя жизненный театр не устраивает, — заржал верховный.

— Я театр построил, хочу народ отвлечь от событий, — объяснил им — вот только не актеров, не театрального режиссёра, не адмистрации нет. Хотел у вас попросить на месяц, а я им новые пьесы дам.

— Фрею надо просить, она у нас театрал, — ответил верховный переглянувшись с братьями.

— А можно ее позвать? — удивленно спросил я.

— Позвать можно, вот придет ли вопрос, — ухмыльнулся верховный.

— Я впал в немилость прекраснейшей? — удивился я.

— Да кто их баб поймет, вчера нормально все было, сегодня уже нет, — пробурчал он.

— Хмм, но попробовать то можно, — не понимал их сомнений.

Попробовали, молчит. Я тоже пробовал, объяснил проблему не ответила.

— Скажи как дальше планируешь развивать королевство, — спросил верховный.

— Пока не думал, не отошел еще от вчерашнего, — ответил ему.

— Шоу ты устроил на загляденье, ангел смерти, я чуть язык не прикусил, — опять заржал верховный.

— Сработало же, ушел народ, — ответил я.

— Что с императором делать будешь, — спросил Митра.

— Он отец Виты, дед моих детей пусть живет, — ответил ему.

— Давайте-ка выпьем давно не выпивали вместе. И еще, Ашера, хотел тебе рассказать что мы с Академией решили, — поставил на стол четыре бутылки арманьяка — учиться будут все, сословных различий не будет. Форма, питание проживание все за счет королевства.

Чокнулись выпили. Я рассказывал как хочу наладить жизнь в королевстве, больницы, детские дома, школы, пенсии для неимуших. Поддержка семей военных, все это и многое другое я хотел внедрить в своем королевстве.

Боги слушали и одобрительно кивали, иногда Ашера и Митра вставляли замечания. Наконец пришла Фрея.

— Что тут у вас? Без меня не справляетесь, — пробурчала она делая недовольный вид.

— Без вас мы как без рук, о прекраснейшая, — улыбнулся я ей.

— Вот учитесь мужланы, сразу видно с королем общаюсь, — довольно улыбнулась она.

— Я хочу показать театр который сделал может что посоветуете, — сказал я. — Если вы не против.

Они были не против мы перенеслись к театру. Прошлись по театральной аллее, вышли к самому театру. Красиво получилось, даже Митре понравилось. Фрея все рассматривала посидела в креслах, сходила на балконные ложи, за кулисы, оценила сцену и решила пригласить своих театралов.

Ушла что бы вернуться через пару часов с театральным режиссёром. Тот так же все облазил, посмотрел сцену оценил ее возможности обошел все здание и согласился. Я выдал ему несколько пьес. Он сильно заинтересовался. Сказал что все прочтет, выберет и после завтра прибудет уже с труппой.

Мы еще посидели обсудили вопросы по населению королевства. Ведь теперь территория была огромной. Правда должны приехать все владетели, что бы принести присягу, на меня посмотреть, себя показать, но с этим проблем не будет. Надеюсь. Но я знал о чем они, королевство называется Мискелланиус — разнообраное, многорасовое.

— Есть кто-то кого вы хотите переселить в Мискелланиус? — спросил их.

— У Ашеры есть клан гномов, — ответил верховный.

— Кузнецы и рудознатцы, но нормально относящиеся как к людям так и к эльфам, — ответил он — клан довольно большой, для гномов. Больше 70 000 мелких бородатых здоровяков. Найдешь куда их поселить?

— Они любит жить под горой? — спросил я потому что о гномах знал мало.

— Стереотипы, они любят когда есть из чего ковать оружие и утварь, любят выпить и золото, — объяснял Ашера — но в нашем случае если отдашь им гору будут преданны тебе веками.

— Мне не жалко, этого добра хватает, пусть прилетят старшие посмотрят, выберут, решим, — ответил я.

— Отлично, завтра привезу тебе их старших, — довольно улыбнулся Ашера.

Тут двери раскрылись и бешеной фурией влетела жена. Постояла на пороге, похлопала глазами увидев наши посиделки с наставниками и вышла.

Мы переглянусь и заржали.

Все вместе потому что поняли кого она хотела тут застать.

Кучу голых баб, а вместо их увидела четверых бухих мужиков, которые что-то активно обсуждают. Отсмеялись, у меня даже слезы выступили и слово снова взял верховный.

— Совет пантеонов через три дня. Если тебя Алекс, повысят то до старшего бога. Ты будешь наравне с Митрой и Ашерой. Юлю кстати хотят сделать младшей богиней смерти в этом мире. Но не это главное. Если ты станешь старшим, тебе будут нужны миры. Что-то дадут, что-то подарят дружественные пантеоны, но этого мало. Тысяча миров максимум, — рассказал верховный — для старшего бога это необходимый минимум. Но лучше иметь хотя бы сто тысяч. Тогда и влияние будет серьезным. Но учитывая что ты еще не прожил человеческий век особых вопросов не будет.

— В общем жди завтра приведу тебе старших клана и сам приду, — сказал на прощанье Ашера — сейчас хочу к твоему ректору заглянуть в Академию.

Разошлись, гномы с Ашерой прибудут завтра, Фрея с театралами послезавтра. Сегодня можно отдыхать и наслаждатся жизнью. Позвал семью и канцлера интересно же как сьездили.

— Как сьездили, поговорили с императором, — спросил я.

— Да, он говорит помутнение какое-то было, Вита, простите, ЕЕ величество думает Ариман наслал, как на вас когда-то, — ответил канцлер.

— Когда мы в замке были и гвардейцы на детей бросались тоже помутнение было? — с сарказмом отозвался я.

— Алекс прости отца, мы омолодили его, но в душе он старый человек, — произнесла Вита.

— Империи больше нет, города у него нет куда предлагаете его простить? — со злостью произнес я — сюда я его не пущу. Видеть его не могу. Сама будешь с ним сидеть?

— Он мой отец посижу, с тобой же сидела, — с вызовом бросила Вита.

— Канцлер не напомните как он ее называл? — спросил я.

— Она мне не дочь, а мутант божественный, — смутился канцлер.

— А теперь иди. Подумай до завтра хочешь ты его прощать или передумаешь, — сказал ей я.

Вита ушла вытирая глаза. Сын смотрел на меня с осуждением, дочь вообще старалась не смотреть. Я понимал, что переубеждать их бесполезно, они под впечатлением страдающего дедушки. Он умел строить из себя несчастного и всеми обиженного.

— Как-то убеждать я вас не буду. Вы либо поймете сами, либо нет. Достаточно того что я его не казнил. Хотя очень хочется. Свободны. Канцлер останьтесь, — проговорил я.

— Знаете Юлиус стоит мне появится перед ним уверен он проявит свое нутро, — проговорил я.

— Пусть так. Алекс ты не стал его убивать это уже достойная позиция, — сказал канцлер — я тоже уверен, что это ложь и притворство.

— Но ты рискуешь потерять жену и детей, сделать их врагами себе, уверен он на это и рассчитывает хоть так отомстить, — сказал канцлер.

— Сын зайди, — негромко сказал я.

Кано часто во время деловых переговоров и таких бесед был в соседней комнате. Там прекрасно слышно о чем говорят в кабинете.

— Что думаешь? — спросил сына.

— Вы очень умные люди мне бы очень хотелось приблизиться к вам по уму, — сказал Кано — маму врагом представить сложно. Она очень любит папу, думаю она поймет. Амели дурочка, прости пап, но это факт. Она будет делать как скажет мать.

— Алекс ты растишь смену себе, — удивленно сказал канцлер — прекрасный анализ Кано. Принц усмехнулся, но поправлять канцлера не стал. Если уж отец позволил звать себя просто по имени то ему на высокомерие и спесь было просто плевать.

— И все же Кано мать очень обижена, поговори с ней, — сказал я.

— Сейчас будет только хуже ты сам дал ей время до завтра, отец, ей нужно успокоиться, — сказал Кано — мама очень импульсивный человек. Но она все поймет ты же не казнил деда.

— Принц прав Алекс, а я просто поражен и очень рад, что довелось на старости лет послужить столь выдающимся людям, — торжественно произнес канцлер.

— Ну что послушаюсь ваших советов, но все хвалебные речи Юлиуса не отменяют твоего обучения у него. Ты умен, но не опытен потому учись, набирайся опыта будешь мне помогать, — с гордостью за сына сказал я. — Юлиус скоро начинается учебный год нужны указы о Академии, налогах, лучше бы вообще свод законов королевства.

— Все почти готово Алекс завтра можно объявить, — ответил канцлер.

— Подожди Юлиус я хочу даровать титулы своим людям ты их знаешь. Замки дам свои мне они не к чему займись этим, а лучше привлеки свой кабинет они уже дошли наверное, только самых мерских взяточников не бери нет сил смотреть на их хитрые и противные рожи, — сказал я.

Канцлер и Кано заулыбались на мои слова и мы продолжили.

— Завтра прибудут гномы от Ашеры выбирать себе гору под дом потому мы с тобой сын сейчас пойдем к эльфам. Они должны быть готовы к приходу гномов, — сказал я. Канцлер пошел работать мы с сыном переместились на плато.

Заодно и поужинаем. Вызвал вождей.

Ждали их на веранде за столиком на который я выставил виски для вождей и арманьяк для себя.

Выпивал и думал. Вита стала почти чужой и с каждым днем отдаляется все дальше. Может и Юльку мне подсунуть она решила чтобы иметь предлог уйти от меня интересно к кому. Хотя вру уже не интересно.

Пришли вожди. Я рассказал им что завтра придут гномы они не очень удивились я говорил им, что буду звать всех разумных к нам. Спросил насчет горы неподалеку если они не против. Они были не против видимо, что то знали о клане Ашеры.

Поужинали и вернулись в замок. Вроде особо ничего не делал, а устал. Отпустил сына отдыхать сам присел на балконе, арманьяк, икра прекрасно скрашивали одиночество. Зашла Юлька присела напротив тоже выпила. Последнее время она носила короткие платья черного или белого цвета. Выглядело сногсшибательно.

— Я сделал театр послезавтра Фрея приведет труппу, — сказал я — завтра поеду с гномами выбирать им гору под дом. Если решат переехать. Хочешь со мной?

— Хочу, — она улыбнулась, так приятно. — Алекс, что с Витой такое впечатление, что она тебя ненавидит.

— Ненавидит странно, мне казалось любит или любила, но от любви до ненависти один шаг, — ответил я — наверно нам с ней лучше расстаться. Будет жить в каком-нибудь удаленном замке с отцом. Честно говоря мне уже не интерено что с ней будет.

— Почему так я не понимаю, ты трижды спасал ее, — взолновано проговорила Юля.

— Так может дело не во мне может она просто хочет свободы, жить без меня, — ответил я. — Ты так просто отпустишь ее и дочь? — удивленно спросила Юлька.

— Насильно мил не будешь, я не хочу ее держать, а Амели, она либо поймет и вернется, — проговорил ей — либо нет и тогда наши пути разойдутся.

— Да насильно мил не будешь, — загрустила Юля.

— Нужно сделать закон о разводе между мужем и женой, — проговорил как бы не замечая ее грусти — ну и что ты раскисла ну ка встань подойди поближе.

— Зачем? — Юля встала около меня.

— Хочу тобой полюбоватся ты такая красивая сестренка, не был бы я твоим братом эххх, — улыбнулся ей.

— Что эххх? — улыбнулась она проведя рукой по животику и ниже.

— Любил бы тебя постоянно и во всех позах, поставь ножку на кресло, — попросил я.

Она поставила я провел пальцами по щиколотке выше до колена и под коленом.

Потом выше по задней стороне бедра дошел до попки и прекратил. Взял бутылку и выпил ее в три глотка. Юлька смотрела на меня загадочно улыбаясь.

— Чему улыбаешься? — спросил хрипло.

— Ты очень порядочный человек брат. Ты не можешь переступить через себя, свои принципы, — ответила она — ты вбил себе в голову что любить сестру преступление и еще ты никогда не изменял жене. А вот она не раз изменяла тебе.

— С кем? — спросил я.

— С разными аристократами, гвардейцами я не уверена, что Амели твоя дочь, даже с девушками она иногда любит, — ответила улыбаясь сестра.

— Вот как, жаль я сразу не понял этого, она завтра же отправиться в замок на окраине, — ответил я и в груди что то сломалось. Юлька ушла к себе, как бы она не нравилась мне я и правда не мог переступить через себя.

Спал я один блаженство.

Утром выспался все вчерашние переживания стали казаться мелочью все можно решить если есть решимость и желание.

Решил позавтракать и позвал детей, канцлера и Юлю.

Пришли все не ждал что Амели придет, она мамина дочка.

Поели я кивнул сыну и он вывел всех в соседнюю с кабинетом комнату.

Позвал Виту. Она вошла с гордым видом и я понял что ничего изменить уже нельзя.

— Доброе утро, Вита думаю нам нужно все решить, — сказал я — ты долгое время изменяла мне я не обращал внимания но теперь уже такой возможности нет. Через день совет пантеонов где будут представленны новые боги и кандидаты в них. У меня есть сомнения, что Амели моя дочь. Там будет проверка на крови если будут сомнения ее убьют как самозванку. Если тебе дорога ее жизнь скажи мне правду.

Вита вся сжалась от ее гордого вида ничего не осталось она затравлено посмотрела на меня.

— Нет она не твоя дочь, — наконец выдавила она.

— Тогда я предлагаю не доводить до скандала. Ты откажешься от титула королевы и мы объявим что вы с Амели ушли в монастырь, — спокойно говорил я — у тебя останется титул герцогини и много денег. Заберешь своего отца еще кого захочешь и уедешь.

— А если я откажусь от твоего предложения, — злобно улыбнулась Вита.

— Вы умрете, Амели по приговору богов, а ты как соучастница, — так же спокойно ответил я.

— Тебе твоя сестренка сучка все рассказала? Все равно ты ей не достанешься ты правильный, не изменяешь, с сестрой жить не можешь идиот короче ахахаха, — похоже она сошла с ума.

Я смотрел на нее и не понимал, честно не понимал, что ей не хватало.

Но раздумывать сейчас об этом было не к месту Вита хохотала все сильнее у нее пошла пена я вызвал слуг и гвардию. Из комнаты рядом выбежали дети.

Все смотрели с ужасом на агонию моей бывшей жены. Наконец ее унесли, канцлер вышел за ними.

Я вышел на балкон, первый раз в этом мире у меня дрожали руки.

Кано подошел и налил мне выпить.

Амели смотрела на меня с испугом. Я позвал ее ближе.

— Амели ты знала что твоя мать ведет двойную жизнь? — спросил я — знала что я тебе не отец?

— Нет, — ответила дочка.

— Если ты не против я хочу чтобы ты осталась с нами, со мной, — через немогу проговорил я.

— Пап, но я же не твоя дочь, — у нее слезы бежали по щекам.

— Для меня малышка, ты дочь, а для Кано сестра так что забудь, что говорила твоя мать ты всегда будешь моей любимой дочкой, — я обнял ее и прижал к себе.

И тут она зарыдала в голос.

Мне было жалко ее и обидно что она никогда не станет мне так близка как сын.

Кано утешал ее говорил никто не узнает что она не родная.

Успокоили вместе, такое потрясение для ребенка врядли можно вылечить, но я постараюсь. Лаской заботой, нормальным отношением. Правда богиней ей не стать.

Ну и ладно. Пришли канцлер с Юлькой. Кано повел сестру в ее комнату.

— Узнали что-нибудь? — спросил я.

— Яд, сильный, но отсроченный похоже пощальный подарок от ведьмы, — сказал канцлер. — Алекс что будет с Амели? Ты же не выгонишь ее, — с надрывом произнесла сестра.

— Конечно нет, хорошо бы и вы забыли, что я ей не отец, — устало ответил им.

— Спасибо Алекс мы уже забыли, — улыбнулась Юля.

— Только нужно приглядывать за ней, кто отец мы не знаем как она себя поведет, — сказал я.

— Если будешь ее воспитывать, — начала Юлька я поднял руку и она затихла.

— Воспитывать девочку должна мать, я мало чему могу ее научить, — проговорил я — сражаться, драться ей вряд ли это нужно, а в женских хитростях я не силен. Нужно организовать похороны королевы. Нужен семейный склеп. Рядом с храмом построю. Юлиус сейчас прибудет Ашера с гномами объсните им ситуацию пусть немного подождут.

— Юля пошли, — и мы пошли пешком.

Я был потрясен, да хотел расстаться. но смерти ей не хотел. И это не лукавство перед собой.

Какая бы она не стала, она мать моего сына я любил ее когда-то.

— Что теперь будет, Алекс? — спросила Юля.

— Что ты имеешь в виду? Ничего не изменится будем развивать королевство строить улучшать. Если ты имеешь в виду нас с тобой, то я не знаю Юльчик. Ты не перестала быть моей сестрой дай мне время, — задумчиво ответил ей.

— Значит надежда есть хе-хе, — воскликнула Юлька неожиданно.

— Только одевайся полегче я вообще трусики женские не понимаю, — улыбнулся ей — вот платья у тебя просто с ума сводят. Вечером поговорим.

Мы пришли к храму, эльфийские гвардейцы привели Волка и Юлькину кобылку. Посмотрел на них.

Суровые спокойные лица они всегда все знали даже то, что старался скрыть.

— Вы знаете что случилось мы будем строить склеп, окружите чтобы нам не мешали. Будут спрашивать можете рассказать о ведьме и ее прощальном подарке, — сказал я им. Они молча склонили головы.

Рядом с храмом был кусок земли, не большой, но нам хватит.

Углубился вниз зделал ступени к большому залу в котором поставил постаменты. На одном из них написал ее имя и кем была. Вышли и я сделал забор вокруг не сплошной, но высокий из острых копий метра два с половиной.

Сделали ворота я все покрыл золотом, а сверху божьим доспехом.

Мраморная усыпальница королей Мискелланиуса готова.

Сели на коней и я послал Волка в галоп.

Сейчас мы посмотрим гору поговорим с гномами, а завтра хороним Виту. Подороге позвонил вождям эльфов они уже все знали.

Сказал одно — он больше не нужен они все поняли.

Гномы были во дворце и неплохо проводили время. Проще говоря они пили виски. Мы поприветсвовали их.

Не высокие коренастые, почти квадратные в них чувствовалась огромная сила. Они сперва с вожделением посматривали на Юльку, но тут им сообщили кто она. Вожделение исчезло зато появился страх.

Я махнул на них светом и они протрезвели, после мы решили не спешить.

— Здравствуйте уважаемые, меня зовут Алекс де Вильяр король этого королевства и младший бог войны, это моя сестра Юлия, богиня смерти, — сказал я им — представьтесь пожалуйста.

— Этом младший завтра станет старшим им с сестрой уничтожить пару сотен тысяч ничего не стоит, не так что не ведитесь на его скромность, — проговорил Ашера.

— Да мы уже поняли. Только очень сильный не выпячивает свою силу, — сказал старейший на вид гном — меня зовут Аткум, — могучий, с длинной седой бородой он протянул мне руку-лопату — мы наслышаны о тебе Великий.

— Ну что же тогда предлагаю не тратить время и отправиться на осмотр, — сказал я пожав ему руку — вы же знаете что тут живут эльфы? Конфликтов не будет?

— Нет Великий, мудрейший Ашера рассказал нам о твоем желании сплотить разумных мы поддерживаем это, — ответил другой гном не уступающий первому, Гундобар.

— Ну тогда вперед, — я окутал их светом и мы полетели.

Первая гора не понравилась, над второй думали, спорили.

Третья гора устроила всех но я предложил посмотреть всё.

И вот когда прибыли к горе не далеко от эльфов тут послышались восхищенные крики. Они спустились обследовать гору и уже черз полчаса сказали, что выбор сделан.

Как выяснилось там было все. Железо и медь, золото и серебро что-то еще, но на их языке я не понял. Я сказал им, что тут не далеко живут эльфы и предложил сразу познакомится.

Они были не против. Связался с Аракано сказал, что скоро будем пусть подходят к моему дому. Гномы увидев мой дворец были впечатлены.

Эльфы встретили их слегка настороженно, но буквально через час беседы нашлись общие знакомые и общаться стали нормально. Мы согласовали время прибытия гномов через неделю и Ашера отправил их назад.

Мы остались вдвоем с Юлей. Она ходила убирала что-то, иногда наклоняясь так что у меня дух захватывало.

Я смотрел на нее и все больше понимал, что влюбляюсь в сестру.

И тут меня осенило.

Я же не Алекс и она мне не сестра так что моя дурацкая рефлексирующая совесть может успокоиться. Какая же она красивая, у меня заныл низ живота, так мне ее хотелось. Что-бы отвлечься я налил коньяку.

Выпил и закурил.

Рано, еще Виту не похоронили, я так не могу. Поели и перенеслись в замок. Я сразу пошел в душ и наслаждался покоем в душе и в душЕ.

И спать, одному.

Сегодня похороны Виты. Канцлер на то и канцлер, он все подготовил.

Каменный гроб уже был в склепе похоронная телега тоже готова.

Вита накрашена убраны все следы ее безумия.

Я и дети шли рядом с телегой. Двигались медленно, народу было много.

Многие пришли проводить королеву, мало кто знал о ее выкрутасах в последнее время, и хорошо. Похоронили красиво с речами и пожеланием легкого пути.

И тут удивила Юля.

Она открыла какой-то портал и появилась огромная арка. Внутри клубился дым или просто темный воздух и он начал светлеть, но не постветлел до конца а остался светло серым. Туда и втянуло такой же светло-серый сгусток из тела Виты.

Вокруг все ахнули.

Первый раз увидели как богиня смерти провожает своих клиентов.

Похоронили попрощались, Амели плакала на плече брата. Кано был серьезен и спокоен. Юля была занята, канцлер тоже.

Я стоял и смотрел на всех вокруг понимая, что очередной этап жизни закончен.

Дальше началась работа.

Приехали театралы Фреи, режиссер оказался серьезным профи и за три дня подготовил спектакль по Ромео и Джульетте.

Многое понятно изменил, но главное оставил. Народ плакал в театре.

Пьесы пошли по два раза в день. Через неделю он выдал бесриданицу почти без изменений.

Успех был еще больше, крики из зала «стой» «не смей» сопровождали всю пьесу.

Дети отвлеклись, Юлька была в восторге, даже Фрея вытирала платочком глаза. Прибыли гномы я перекинул всех к их новому дому и предложил помощь в обустройстве. Но Аткум сказал, что они сами.

Тогда передал им телефон показал как пользоваться и сказал что если нужна будет помощь зовите. Также пригласил в Белый город обещал выделить им там клановый дом. Гномы поблагодарили и я ушел.

Все было хорошо театр показывал пьесы став самым элитным местом города. Гномы обустраивались создавали подгорные пещеры, строили там кузни.

А меня что-то грызло не давало расслабиться.

Я остался без самого близкого человека которому доверял полностью, она обманула мое доверие, предала меня и как жить дальше я не понимал.

Все было как в прошлой жизни, видимо так суждено моей душе.

И еще я остался без королевы и пока спешить нельзя, если не хочу оттолкнуть от себя детей.

Между тем меня и Юльку вызвали на совет пантеонов.

Огромная арена с возвышением по центу и скамьями вокруг.

Народ внешне тут был разный, молодые красавчики похожие на эльфов, и могучие бородатые гномы, и люди, причем некоторые во вполне земных костюмах.

Нас представил глава нашего пантеона, Ахурамазда, рассказал о наших делах и победах. Нас попросили выйти начались обсуждения и споры.

Наконец нас попросили войти.

Как и ожидалось меня сделали старшим богом войны, а Юльку младшей богиней смерти, мне полагались 1000 миров для подпитки энергией веры, ей немного меньше. Это официально от совета пантеонов еще нам преподнесли около 50 000 миров от дружеских пантеонов.

Мне дали 30 000 ей 20 000.

Учитывая еще перенаправленные на меня алтари Аримана получалось совсем неплохо. Сила текла постоянно.

На этом официальная часть закончилась многие спешили по делам некоторые отходили обсудить новости, мы же отправились домой.

Завтра утром будет объявление в нашем мире которое увидят все люди, эльфы, гномы. Когда вернулись, то верховный повел нас в храм. Ашера обновил наши статуи, теперь мы с верховным стояли на пьедестале вместе, а рядом со мной, но чуть ниже, на ступень, была статуя Юльки.

Смотрелось величественно.

Решили посидеть у нас обсудить прошедшее.

Пришли теперь уже не наставники, а коллеги, и Фрея с Юлькой.

— Все прошло ожидаемо, — начал верховный — против было примерно четверть из собравшихся и в основном люди. У эльфов и гномов ты популярен, Алекс.

— Я рад что все получилось, но что делать с мирами? Я не могу пока перемещатся по вселенной силы не хватает, — проговорил я.

— Тебя никто не торопит. Пока не окончен твой человеческий век, а в этом мире люди живут по сто — сто двадцать лет, никто у тебя ничего не спросит. Так что живи копи энергию.

— Какие у вас двоих планы? — неожиданно спросила Фрея.

Мы с Юлькой переглянулись.

— Ты о чем, — спросил я.

— Алекс, я женщина и богиня неужели я не замечу, что вас тянет друг к другу? — улыбнулась женщина и богиня.

— Мы брат с сестрой и пока это перевешивает, — грустно ответила Юля — к тому же Вита только умерла на глазах у детей, настраивать их против себя я не хочу.

— Так с этим мы сами разберемся. Ты лучше скажи оставишь своих театралов хотя бы на годик мне, — спросил Фрею.

— Да пусть выступают, им нравиться да и правда здорово получается, — ответила она.

В этот момент зашел канцлер в руках толстая папка.

— Ваше Величество все указы готовы, приветствую вас Великие, — обратился он ко мне и поприветствовал богов.

— Мой сын их видел, вы обсуждали их? — спросил его.

— Не все Ваше Величество, он много времени проводит с сестрой которой сейчас очень тяжело, но старается приходить и учиться, — проговорил канцлер.

— Скажите что бы пригласили сына, Амели не умрет до вечера в одиночестве, — приказал я.

— Кажется это у вас наследное, Алекс, — усмехнулась Фрея.

— Ты о чем? — недоуменно посмотрел на нее.

— Узнаешь лет через пять, — улыбнулась плутовка.

Пришел Кано поклонился богам и посмотрел вопросительно на меня.

— Ты изучал все указы, что приготовил канцлер? — спросил сына.

— Не все отец я много врменни провожу с Амели, — спокойно ответил он — плохо ей, тяжело, я не хочу что бы она чувствовала себя чужой тут.

— Ты молодец сынок и поступаешь правильно, но время идет быстро ты взрослеешь и не успеваешь учиться, — ответил я ему. — Амели не умрет до вечера, если с ней посидит Юля.

Юлька встала и вышла она всегда понимала быстро.

— Изучи сколько сможешь до ужина, завтра все нужно огласить и опубликовать, — передал ему папку.

— Понял отец, — взял папку и вышел в соседнюю комнату.

— Прекрасный у тебя сын Алекс, — сказал Ашера — даже завидно, что у меня такого нет. Ты готовишь его в преемники?

— Да готовлю, через сто лет я уйду по мирам не хочу оставлять тут клона, — ответил я.

— Может ты и прав, в родном мире должна продолжиться твоя ветвь, — поддержал меня верховный.

На этом мы и закончили.

Я снова вызвал канцлера и мы пошли строить гномам клановый дом. Управился быстро, внизу сделал им их ресторан и кабинет для начальства, наверху жилые комнаты, сто штук. Позвонил клановому старейшине рассказал, что сделал, спросил их пожелания. Он сказал что они на неделе собирались в город кое что продать и купить.

Приедут и свяжутся.

Зашли с канцлером к любителям покушать.

В их заведении у меня появился отдельный кабинет, но двери я приказал не ставить. Пусть люди видят, что я тоже могу сюда прийти и для них реклама.

Принесли покушать, есть я осбо не хотел, но отказаться от жареных на сале колбасок не смог. Спросил про дела, насколько они готовы.

— Мы полностью готовы, Ваше Величество, — ответил один из совладельцев. — в Академии кухня будет не хуже чем тут. С фермерами договорились поставки стабильны все в порядке.

— Пекарню откройте, — посоветовал я им.

— Уже заказали прибывшим гномам оборудование заниматься будет наша семья, — улыбнулся этот деловой человек, точнее эльф. Всегда мне нравились такие люди, не сидят на попе, работают ищут возможности, просчитывают варианты. Может им питание гвардии поручить олигархами скоро станут. Нет у гвардейцев свои повара это военный объект.

До замка прошлись пешком хотелось посмотреть на живой город.

А ведь еще года не прошло или прошло, не помню.

Кано с канцлером закончили расчеты и разошлись. Решил пригласить канцлера и Юлю. С первым обсудили становление средств массой информации, а с Юлей хотел посоветоваться стоит ли отправить Амели в Академию. Канцлер все еще находящийся тут поднял голову и покачал ей, Юлька задумалась.

— Знаешь я не знаю, с одной стороны так вроде правильно, с другой я пол дня провела с ней и смогла понять насколько она не искренняя, — сказала Юля.

— И в чем выражается ее не искренность? — спросил канцлер.

— Она предложила мне сделку, если я помогу ей быть с Кано сейчас, а после 16 лет пожениться, то она будет относиться ко мне как к матери, а если нет проверит кого Алекс синее любит дочь или сестру, — выложила Юля, — учитывая все это я долго думала стоит ли все рассказать. А ведь Кано наследник и она об этом знает.

Мы с канцлером переглянулись.

— Интересно девки пляшут, — пробормотал я — думаю стоит отправить ее в Академию.

— Согласен даже если она попытается вредить от туда, нейтрализовать будет проще, — согласился канцлер — думаю надо распространить слухи, что Амели не родная дочь, что королева не верна королю, может ее папаша объявиться.

— Согласен, — сказал теперь я — займитесь этим. Но лучше совместить создание газет и распространение слухов. Все устал я сегодня давайте по ужинаем и пойдем спать.

— Вы правы Ваше Величество, — сказал канцлер.

Он вышел мы остались в двоём. Маленькое черное платье смотрелось на Юльке прекрасно.

— Я не закончила Алекс, она может настроить Кано против нас, против тебя, сможет влиять на все тут, — проговорила Юля — от нее надо избавляться.

— Ох сестренка, я не знаю кто у нее внутри, но она еще ребенок, — попытался уйти от ответа я. — хорошо я посмотрю сам на ее поведение. Сперва отправим ее в Академию, я подписал указ об отмене сословных различий на время учебы, никакой охраны на ее территории не будет. Там посмотрим может все не так страшно.

Вышел на балкон налил арманьяк и закурив подошел к ограждению.

Вид отсюда был на храм и на озеро.

Энергия веры текла ручейком, это не река верховного, но постоянно.

Вид на храм и озеро успокаивал. Может Юлька права, а может нет так сразу решать нельзя.

Нет ничего проще для меня отдать приказ эльфам и ее увезут к императору, типо она сама сбежала. Ну, а там может случиться, что угодно.

Но она ребенок ей 12 лет всего если в ней сидит гадость, то она себя проявит. Тут я убивал детей, но это были откровенные темные которые жрали демонов и пили их кровь.

Даже Вита в последние дни своего падения так не делала, наверно.

Тогда откуда в ней снова бездна. Черт, если Вита так опустилась то и дочь могла за собой утащить. Я вызвал верховного и выложил свои мысли. Он долго думал.

— Ты прав тело Вита было наполнено светом сама ведьма не смогла бы проникнуть, только если ее позвали и впустили, — тихо произнес он — мы вытащим ее из кристалла и допросим.

Хотел сказать чтобы убили потом, но промолчал.

Спать не хотелось опять навалилось все это. Завтра должно быть оповещение всех разумных на планете обо мне и сестре.

Юля, она ушла когла пришел верховный. Может позвать ее. Выпил еще и связался с Юлей сказала не спит и придет, поговорить. Она пришла в том черном платье такая же красивая только мрачная.

— Ну и что ты такая мрачная, — спросил я сев за стол и снова выпив.

Может нажраться, имею я права нажраться в своем доме. Она ничего не сказала села рядом и тоже выпила.

— Я надеялась что сейчас все успокоиться, хоть не надолго, — произнесла она — но все опять закручивается.

Она положила ногу на ногу но на автомате видно было что мысли не тут.

— Ножки такие красивые стройные, нежные, — невинно начал я — где надо расширяются а пахнешь ты как приятно.

Хотел погладить по ножке, но получил взгляд богини смерти. Вот как, ну ладно переживу. Налил выпить отошел к перилам.

— Я наверно пойду, — сказала она.

— Да, — ответил я.

Ну вот и все, дальше будет проще не замечать как раньше. Допил и пошел спать.

Утром от плохого настроения не осталось и следа.

Сходил в душ и с удовольствием постоял там минут 20.

Спокойно позавтракал в одиночестве и только тут вспомнил, оповещение было или нет. Видимо нет.

Но тут зазвонил телефон эльфов и на меня полились поздравления и хвалебные речи. Сразу после вызов гномов и также история. Я сказал обоим кланам, что жду желающих в городе. Но к эльфам решил все слетать. Все таки старые уже друзья. Сказал что вечером загляну, что бы посидеть со всеми. Они обрадовались начали суетиться готовить и готовиться.

Поднялся на смотровую башню. На площадке сел и решил помедитировать, когда то у меня легко получалось входить в это состояние, очень помогало когда казалось все плохо, и нет смысла жить. И как не странно получилось, не сразу, но смог сосредоточиться и войти в это состояние. Просидел так наверно долго когда очнулся был уже закат. Я сильно переживал, что снова один, почему то мне очень хотелось, что бы кто то был рядом. Но вспомнив, что я больше двацати лет был один меня отпустило. Нужны нагрузки на мозг, на мышцы тогда в голову не будут лесть дурацкие мысли, а в душу сомнения. Успокоившись спустился вниз с мыслью устроить разгрузочный день без коньяка, икры и всего, что я натащил, но известно куда ведет дорога благих мыслей. Только я решил докурив пойти спать явились, верховный и компания. Они меня «порадовали» тем, что я был прав и ведьму они все же сожгли. А кристалл себе оставили, хитрецы блин.

— Что будем делать Алекс, — спросил верховный.

— Ты глава пантеона тебе и решать, — улыбнулся я.

— Но мир то твой и она хоть и не родная, но все же дочь, — отмазался верховный.

Я позвонил и вошел мажордом приказал позвать канцлера, Юлю и сына.

Даже разбудить. Они пришли быстро видимо еще не ложились.

Кивнул верховному и налил себе коньяк.

— Алекс рассказал нам о некоторых странных вещах что происходят с Амели, — начал верховный — также о подозрениях еще со времен Виты. Мы пришли к выводу, что Вита начала превращаться в темную уже давно, еще до вашего переезда на плато. Кто ее к этому толкнул мы не знаем, но думаем отец Амели. Когда Амели исполнилось 10 лет ее посвятили во тьму. То есть дали выпить крови и поесть плоти демона. Дальше она стала как и ее мать учавствовать в ритуалах. Может не говорить всего Алекс там даже мне противно.

— Говори все Великий, — сказал Кано.

— Они вызывали демонов и совокуплялись с ними, все, Амели была еще мала ее приучали к разврату постепенно, сначала ее ласкала Вита и остальные «дамы». Позже набравшись опыта она сама их ласкала, — с трудом проговорил Ахуромазда. Я отвернулся меня начало тошнить когда вспомнил, что целовал Виту и не только. Меня вырвало. Я тут же убрал следы, с пола. Взял бутылку арманьяка и выпил сколько влезло. Закурил отвернувшись к ограждению.

— Ее нельзя убивать, вы убили ведьму и она последняя кто знает всех тварей, — прохрипел я.

— Мы заберем ее, — сказал Ашера и вышел.

За ним вышли остальные. Юлька пыталась подойти сзади обнять, но я отстранился, с ней все. Кано подошел и встал рядом со мной.

— Как ты справляешься отец, — спросил сын бледнее белого.

Я обнял его и сжал.

— С трудом, но мы должны, мы мужчины нам нельзя по другому, — прошептал я — идите все спать, больше мы Амели не увидим.

Все ушли молча, подавленно я остался стоять пытаясь понять когда я потерял Виту.

Она ведь любила меня я знаю, чувствовал.

К черту рефлексию, от нее только хуже нужно найти тварей и сжечь прям перед всеми вместе с бывшей дочерью. Таким не место среди живых так говорил дед.

Я собрался с мыслями и перенёсся в пантеон. Там сидела Амели ничего не понимающая испуганная девочка, якобы. Ей задавали вопросы тут были не только наши, но и из других пантеонов.

Видимо темные достали многих.

Она молчала, иногда срываясь на истерику, иногда просто тихо сидя и смотря в пол. Я отодвинул всех и встал напротив нее.

— Игра закончилась малышка, по крайней мере для тебя, — сказал я грустно — знаешь зачем я здесь? Все эти сильные, могучие боги не привыкли убивать двенадцати летних девочек, а мне плевать, это я уже проходил. Ты умрешь Амели, в любом случае только смерть будет разной. Я могу просто убить тебя и отправить на переждение без памяти, а могу не убивать и мучить в течении ста тысяч лет, а знаешь где я буду тебя мучить и кто будет мне помогать. Твои любимые демоны, а знаешь почему, потому что не один самый могучий демон не может ничего сделать даже младшему, но светлому богу. Они на все готовы лишь бы я ушел и дал им обманывать таких дур как твоя мать. Ты мне все расскажешь, говори.

Я взмахнул светлым мечом и она лишилась левой руки, еще взмах и правой. Она визжала, орала как только меня не называла, но все рассказала. Я создал кристалл души иначал вытягивать из нее душу заключая в свет.

Через минуту тело рассыпалось прахом. Протянул кристалл верховному и перенесся на балкон выпить и спать.

Оказалось и император, и куча придворных при бывшем дворе императора все были замешаны. Благо никого из моих друзей и близких, среди них не было. Завтра скину образы Кирстену, Оклеру и Катчеру.

Но вообще странно я могу скидывать образы, а как таковой ментальной магией не владею. И никто не владеет. Нужно будет пробить этот вопрос. Выпив на посошок пошел спать.

Утром не успев принять даже душ я вызвал Кирстена, Оклера и Катчера на завтрак.

— Ну что господа офицеры первого гвардейского и лучшего среди людей, полка, — начал я — хочу вас поздравить. Вчера мне подготовили указы и я их подписал. Кристен будешь графом, Оклер и Катчер будете аристократами, а позже тоже графами когда выполните очень важную миссию. Давайте позавтракаем потом у вас аппетит пропадет на долго.

— Покушали, молодцы идите на балкон, — я вызвал Кано и канцлера.

Потом кинул им сперва рассказ верховного, а потом всем вместе образ и рассказ Амели. Сказать что все былив шоке, ничего не сказать. Маленькая как они думали, девочка была совсем не девочкой.

— Вы знаете этих аристократов, офицеров? — спросил я своих офцеров.

— Да государь, все уже тут, — нахмурился Оклер.

— Сейчас идете в казармы каждый берет по пятдесят гвардейцев, там к вам присоединяться эльфы из моих и дальше по списку, брать живьем мы их жечь будем. Кано идешь с Оклером будете брать того кто соблазнил Виту, — отдал я приказы и они вышли.

— Государь я очень рад, что мне хватило ума отказаться, мне предлагали вступить к ним, я думал все в игры играют, — отказался.

— Вот такие игры канцлер, еще одна просьба, именно просьбы Юлиус передайте сестре что ей лучше уехать, — проговорил я.

— Почему мне лучше уехать, — раздался голос за спиной.

— Потому что я уехать не могу, но и быть рядом с тобой не хочу и не могу, — жестко ответил я.

Развернулся и вышел сел у дворца и ждал первых результатов облавы.

Первые результаты были через два часа вернулся взмыленный, но довольный сын.

— Всех тварей взяли отец, мне так хотелось их убить это ведь они маму сделали такой, — прычал он — но ты сказал жечь, и ты прав так будет лучше.

Я обнял сына и мы пошли наверх он хотел пойти к себе, но я упорно вел его в кабинет. Там я взял меч вынул из ножен и прошептал ему «служи ему как мне он достоин».

— Повернулся к сыну — на колени, — сын тут же преклонил колени — это меч моего деда, твоего прадеда, им он уничтожал темных в образе «призрачного убийцы» будь достоин меча и он никогда тебя не подведет.

Протянул меч сыну он с благоговением взял сначала за рукоять, потом провел помечу пальцами. Меч заиграл белым и черным я чувствовал он доволен.

— Спасибо отец я столько слышал о твоем мече, как его боялись темные, — сказал сын.

— Теперь он твой, никогда не поднимай его на слабого или невинного иначе он утратит силу, — проговорил я.

— Красиво Алекс ты всегда умел сделать и сказать красиво, — проговорила Юля — я попрощаться зашла и засмотрелась.

— Вы уходите тетя? — удивился Кано — но почему, мы уберем всех темных жизнь станет лучше.

— Твой отец меня изгоняет, — горько улыбнулась она.

— Отец, но почему, тетя Юля родная сестра тебе, — удивился сын — она наша семья.

— Она мне не родная, а сводная и я очень ее люблю, но не как сестру, — я решил все рассказать — но она не хочет быть со мной, а мне сложно быть с ней и без нее.

Я снова повернулся и вышел. Да сбежал, не люблю я выяснения отношений, что то доказывать. Я такой какой есть, либо принимай либо нет. Поднялся на верх и сел в медитацию.

Выспался от души.

Сегодня день мести и наказания темных, первый раз я буду смотреть на них спокойно со стороны. Да и допрашивать их буду не я и казнить тоже.

Сегодня должны съехаться аристократы для принесения присяги, гномы и эльфы чтобы поздравить с новым статусом, будет вручение грамот на титулы моим офицерам, а завтра казнь темных.

День обвешал быть насыщенным я позавтракал и размышляя вышел на балкон с кофе. Интересно Юлька что решила, если уйдет, то можно забыть о ней.

Узнаю чуть позже.

Вызвал канцлера приказал провести тщательный допрос темных, благо в Белый город прибыли не только никчемные аристократы, но и нужные люди, например палачи. Кстати, надо найти повара Латрока очень мне нравилась его кухня. Надеюсь, он не погиб.

Позвал Кано, и мы пошли на тренировку. На полигоне, как всегда, было шумно гвардейцы разминались, сражались в учебных поединках наблюдал за всем этим мастер Оклер.

Он подошел и поклонился, ожидая что мы скажем.

А я пошел к себе взлетел плюхнулся прямо на постель и уснул, на пять дней.

Мне снилась Юлька, я даже не понял сперва что это она, просто очень красивая девушка, что постоянно плачет.

Чего плачет я не знал, наверно у нее что-то случилось. Рядом часто был какой-то мальчишка, что очень уважительно ухаживал за ней и тоже бы очень расстроен.

Потом сны пропали, и я просто провалил в пустоту беспамятства. В себя приходил медленно сперва вернулась чувствительность, пошевелил пальцами ног потом попытался согнуть их, все получилось, руки тоже заработали. Открыл глаза и понял, что лежу в своей спальне, во дворце. Сел, а потом и встал, слегка пошатываясь подошел к зеркалу.

На меня смотрел серьезный мужчина лет 35–40 с очень развитой фигурой, высокого роста с длинными белыми волосами и ярко-синими глазами. Каких-либо шрамов или чего-то напоминающего травмы не замечалось.

Сходил в санузел, постоял под душем и почувствовал, что оживаю. Оделся и

вышел на балкон там сделал себе кофе и бутерброды на завтрак, после закурил и сделав пузатый бокал арманьяка стал вспоминать.

Глупая ссора с Юлькой привела к тому, что я слетел с катушек и порешил всех бандитов, потом побережье океана мелкий божок и его помощники, разговор с верховным, а после я отрубился.

Это похоже на очередную эволюцию уже пятую, мать ее. В кого же я превращаюсь. Между тем на балкон выглянул мажордом и поклонившись спросил не желаю ли я чего, я желал видеть канцлера и Кано. Опять поклонившись, слуга ушел.

— Отец ты наконец очнулся мы все тут с ума походили не понимали, что с тобой, — радостно сказал сын.

— А верховный что говорит, — спросил я, думаю верховный сразу понял, что со мной, потому и вернул меня сюда.

— Говорит похоже на очередную эволюцию, но она уже пятая, отец, боги в шоке, — ответил сын.

— Я тоже в шоке, насколько я знаю даже у верховного всего четыре было, — задумчиво произнес я — во что или кого я превращаюсь.

— Вопрос интересный Алекс, но насколько я вижу ты не изменился, может только крепче стал, ты ощущаешься как скала, — сказал канцлер.

— Что нового в городе, в королевстве и как Юлька? Уехала? — спросил я то, что правда важно.

— В королевстве все хорошо, после того как ты уничтожил разбойников, люди спокойно стали ездить по всему королевству, я вообще предлагаю с делать какое-то подразделение на грифонах, у жены Кирстена, Лики, их уже больше сотни, что бы они патрулировали все королевство. А также пора ставить заставы через каждые, скажем 10 километров, там небольшой постоялый двор со сменными лошадьми, таверна и полигон для грифонов. Сделать королевский егерский полк, что бы возили депеши, патрулировали дороги и леса, — долгую речь проговорил канцлер — в городе тоже все прекрасно, а Юля тут, не знаю, что с вами обоими, но надеюсь, что вы помиритесь.

— Отец, я тоже очень хочу, чтобы вы помирились, — проговорил Кано.

— Ты туда же — пробурчал я с улыбкой — посмотрим. Канцлер, все что вы рассказали обдумайте, выберите исполнителей, только не таких как тот полковник, ваш родственник, помните? И приступайте, меня держите в курсе, — приказал я.

— Ну а сам что думаешь, Кано, в кого превращается твой отец? — осторожно спросил я.

— Не знаю, пап, но уверен, что ты не можешь стать кем-то плохим, ты хороший человек, очень сильный, но добрый и справедливый, хотя и не святой, — улыбнулся в конце хвалебной речи сын.

— Это тебя верховный научил таким речам? — рассмеялся я.

— Нет, это я сам придумал, но ведь правда же так и есть, — тоже посмеялся Кано.

— Да, так и есть, но и пятая эволюция, будь она не ладна, тоже есть, а это не с проста, — опять задумался я.

— А по моему не плохо, ты становишься сильнее, все больше становясь богом, — проговорил сын восхищенно.

— Хмм, — промычал я — только вот меня никто не спросил, хочу ли я быть богом.

Мы замолчали и задумались.

Я сделал себе бокал арманьяка, сыну высокий стакан с молочным коктейлем и дал попробовать.

— Ух ты как вкусно, ты каждый раз что-то новой придумываешь, — восхитился он.

— Давай-ка сынок учиться, тебе пора уже входить в свой мир, — сказал я и придал желание — там сможешь делать себе все что захочешь, что помнишь. Попробуем. Сказал расслабиться и проник в его подсознание задерживаться не стал, а приоткрыл дверь к себе и показал его подсознанию как сделать такую же к себе во внутренний. Теперь оно без помощи своего хозяина сможет найти и настроить путь. А он, точнее его подсознание резвилось в моем мире. Обежал все, ребенок и есть ребенок, каким бы серьезным он не старался казаться. Обошел дом залез в бассейн и долго там плавал я показал ему, где мороженое, как делать коктейль выдал сиропы и поставил еще и сифон делать газировку самому. Он был в полном восторге, особенно когда узнал, что время тут течет по-другому. Показал, как делать одежду и перетаскивать в реал и заставил создать свой мир. Вот тут он ненадолго завис, но потом расслабился и мы ухнули в его мир. Он сперва попытался повторить, что видел в моем мире, но я ответил, что это его мир, и он может делать тут все, что захочет. Сам я вышел, пусть развлекается. Мы так же сидели в креслах только у сына на губах была улыбка. А я пытался решить, как мне быть с Юлькой. Такого сильного влечения как до эволюции к ней уже не было, но и отталкивать ее не хотелось. Может со временем все придет в норму, но сейчас я просто спокойно размышлял стоит мне женится на ней или нет.

С одной стороны было бы неплохо возвращаться к любящей жене, с другой терпеть ее капризы, очень не хотелось. Так ничего и не решив разбудил Кано, и мы пошли на полигон.

Сын был в восторге от своего нового умения и щеголял в новом, сделанном в своём мире костюмом. Он пытался во всем походить на меня, и одежда выдавала это желание, но думаю неплохо, что сын гордиться отцом, ведь я горжусь сыном.

На полигоне, как всегда, было шумно встречный народ раскланивался и уступал дорогу своему королю. Я же улыбался и кивал знакомым лицам, а их хватало. Мастер был на месте, как всегда, гоняя гвардейцев. Все поклонились нам, Оклер махнул вольно и подошел к нам.

— Добрый день мастер, как наши дела? — улыбнулся я ему.

— Спасибо государь, все неплохо, начинаем готовить людей на первую заставу, решили раз в месяц ставить по одной, раньше строители не успевают подводить коммуникации, — довольно ответил мастер-меча и полковник гвардии — решили размяться государь?

— Да мастер нужно поддерживать форму, но главное это вот этот будущий мастер, нужно учить его, и учить всерьез, — улыбнулся я Кано.

Мы с Оклером взяли мечи, немного отошли и приступили, как всегда, не спешно постепенно увеличивая скорость до исчезновения из вида для обычных людей.

Я мог ускориться еще больше, но для Оклера это был предел. Так позвенели минут 15 и Оклер занялся сыном, а я пошел на свои любимые брусья и турник. Покрутившись с полчаса, я освободил снаряды и наблюдал за тренировкой сына.

Оклер с моей подачи стал графом и владел одним из бывших замков Халефилдов, точнее его копией, построенной неподалеку от снесенного. Это было примерно в паре дней пути от Белого города.

Но насколько я знал Лика, жена Кирстена и хозяйка питомника грифонов, кстати одна из богатейших дам среди моей аристократии и самая наверно преданная из них, выделила графу де Оклеру грифона и он раз в неделю летал к себе. Надо бы женить их с Катчером, но, с другой стороны, лезть в их сердечные дела совсем не хочется. Тренировка сына заняла примерно часа два, я знаю, что он еще с утра занимает общей физикой, так что он у меня молодец. В принципе он очень неплохо держался и уже был немного выше уровня гвардейца. Так что я был доволен его успехами.

Время к обеду, и мы направились во дворец.

После прихода Латрока дворцовая кухня преобразилась и многие теперь предпочитали не бегать в ресторан, а заказывать на дворцовой кухне. Причем канцлер установил, что бы платили все сами, в кассу по разработанному им тарифу, как я подозреваю списанному у любителей покушать.

Надо им устроить соревнование, кто победит, тот и будет признан первым кулинаром королевства. И будет кормить всех на нашей свадьбе.

Свадьбе, да, нужно мириться с Юлькой, я не девочка, что бы характер показывать. А с другой стороны раз сама не делает шагов, мне спешить некуда. Пока шли я мысленно пообщался с верховным, сказал, что хочу посоветоваться, что со мной происходит все-таки пятая эволюция — это большая редкость. Он сказал они вечером заглянут. О нашей ссоре и моем срыве не вспомнил, это хорошо.

— Ну что думаешь наследник, успеешь к 20 годам стать мастером меча? — улыбаясь спросил я сына.

— Я постараюсь отец, очень постараюсь не хочу тебя разочаровать, — очень серьезно ответил сын.

— Я вот что подумал, не хочешь неделю провести у эльфов? Дядя Ангамайте звал, говорит дочь скучает, — хитро улыбнувшись спросил я.

— А можно? — загорелся сын.

— Конечно, ты много занимаешься тебе нужно и отдыхать, сейчас пообедаем и отправлю тебя, — довольной его радостью ответил ему.

— Спасибо отец, ты у меня лучший, — радостно сказал сын. Так переговаривая и смеясь, вернулись во дворец, сын пошел взять меч и кинжалы, он как и я ходил во дворце без оружия, но выходя куда-нибудь всегда был с мечом. Мы пообедали с нами был и канцлер у которого я спросил под готовил ли он мнение народа, если свадьба вдруг состоится.

— Да государь, народ знает что Юля не родная сестра и удивлен что вы так хорошо к ней относитесь, так что свадьба пройдет на благоприятной волне, — довольно ответил он.

— Как дела у Академии, до начала учебы осталось двадцать дней, — продолжал спрашивать я.

— Так все в порядке насколько я знаю. Ректор очень доволен, что одним из преподавателей будет сам мудрейший Ашера, просил нижайше кланяться Вашему Величеству за такой подарок, — усмехнувшись ответил канцлер.

— Кано, а ты не думал поучиться в Академии, — спросил я сына.

— Вообще то думал, и планировал посоветоваться с вами обоими, — ответил сын.

— Что думаете, Юлиус? — спросил нашего канцлера.

— Хорошая идея Государь, Кано нужно общество сверстников, за его здоровье можно не переживать, две эволюции делают почти не уязвимым для обычных людей. Там он закрепит знания и возможно заведет друзей, только нужно понимать, что вокруг него всегда будет много прихлебателей, — уверенно ответил канцлер.

— Думаю понимает, ведь понимаешь сын? — посмотрел на сына — тебя могут звать на попойки и гулянки, во общем то ничего плохого и страшного в этом нет, но там могут попытаться подставить, имей это в виду.

— Я все запомню отец, — сказал сын. Чувствуется ему хочется поскорее попасть к эльфам и своей невесте.

— Кано отправляется на недельку к эльфам, пусть отдохнёт перед учебой, — сказал я канцлеру.

Канцлер поклонился мы с сыном вышли на балкон и исчезли.

Эльфы встретили как всегда спокойно, будто мы по-прежнему живем рядом и никуда не уходили. Но это спокойствие радовало меня, значит все хорошо, раз наше явление не вызывает ажиотажа. Ангимайте был рад и не скрывал радости, он сжал Кано за плечи сказал, что он сильно вырос и возмужал. Я сказал сыну, что бы жил в замке, а сейчас может заниматься чем хочет. Старый вождь хотел поговорить это чувствовалось.

— Я рад, что вы навестили нас Великий, хотел спросить наши планы в силе, — спросил он.

— Во-первых, меня наедине называй меня Алекс или государь, — ответил я — очень уж ваше Великий слух режет. При всех тоже зови меня государь, пожалуйста. Во-вторых, планы в силе, Кано начинает учиться в Академии через двадцать дней, до его совершеннолетия осталось шесть лет, столько же длиться учеба. И, в-третьих, у нас скоро свадьба, я жениться надумал, так что приглашаю всех.

— О и кто счастливица? — улыбнулся вождь.

— Юля, она не сестра мне, точнее сводная, а это не прямая родня, — ответил я на щекотливый вопрос.

— Ну если сводная то ты прав Государь, но будет странно встречать королеву зная ее очень давно, — вздохнул вождь.

— Не вздыхай Ангимайте, ты еще всех переживешь, а там может омоложу тебя, если научусь к тому времени, — ответил, улыбнувшись я.

— Ты очень хороший человек Алекс, жаль среди богов таких мало, — проговорил Ангимайте.

Я дал ему пяток бутылок полюбившегося им напитка и вернулся во дворец.

Стоя на балконе я решал пойти к Юльке или нет. Она упростила мне задачу выйдя на балкон и направляясь ко мне.

Прошло 10 лет меня уговорили не уходить пока и хоть я и собирался полностью передать королевство сыну, остался королем.

Сын помогал мне взяв на себя большую половину задач. Ему уже 24 у него прекрасная жена эльфийская принцесса Анариэль и двое малышей, родившихся с разницей в два года, сын и дочь.

Академию он закончил блестяще, даже никого не убив, несмотря на несколько десятков дуэлей. Стал магистром общей магии и мастером меча. Моя жена, Юлька родила девочку, маленькое черноглазое, любопытное чудо, которое носиться по всему дворцу и достает всех. У нее проявились мамины таланты, разбавленные моей силой, она была сильнее матери в потенциале.

Я пережил еще четыре эволюции, каждый раз все тяжелее, после последней не мог встать месяц. Зато сейчас я могу перемещаться между мирами, не чувствуя никакого дискомфорта.

Обитатели других пантеонов, когда узнали обо мне все были и напуганы и даже пытались готовить покушения, но убив двух самых упертых я объяснил остальным, что власть меня не интересует, и если меня и наш пантеон не трогать то им ничего не грозит. После этой встречи на совете пантеонов все успокоились, нам подарили еще почти полмиллиона миров, со временем побываю везде. Но после окончания человеческой жизни.

На нашей планете все было нормально сети дорог опутывали королевство, заставы делали путешествия безопасными, рядом с озером на месте столицы империи, вырос новый город, туда править отправили Бернара сделав его губернатором.

На побережье вырос город — порт и хотя к нам никто не приплывал, но рыбаки там прекрасно себя чувствовали.

А неподалеку небольшой курортный городок для тех, кто хотел поплавать в океане.

Мы с женой и дочерью иногда бывали там.

Канцлер женился, как и Катчер и Оклер, причем все на эльфийках.

Эльфийское княжество развивалось очень быстро, Ангамайте, как и ожидалось стал князем.

К ним потянулись эльфы из соседних миров, шедшие на поклон к нашему пантеону. Так что в княжестве теперь не один клан, а пять и каждый от ста до двух сотен тысяч эльфов.

Гномы тоже создали свое царство и так же принимали к новых сограждан.

Белый город насчитывал более полутора миллионов жителей, появилось еще два театра, больше сотни ресторанов и постоялых дворов. Люди жили спокойно и богатели, нищих не было совсем, а с бандитами и грабителями прекрасно разбиралась стража и егеря. Юлька не забросила свои девичьи привычки, и иногда мы устраивали посиделки с ее служанками или Фреей.

Академия выпускала готовых специалистов как в магии, так и просто умеющих работать по специальности. И хотя армия как таковая была в общем то не нужна, но мы все же открыли военную Академию, где учились все желающие от 16 лет, как парни, так и девушки. Ашера преподавал в Академии, Митра иногда, под настроение растил сады. Мы с верховным расширили реку сделав несколько заливов. Город и сам, мир стал похож на нашу мечту, тут было место всем без воин хватало места. В городе жили как люди, так и эльфы с гномами и все были довольны. Надеюсь, проживем так долго.

Банковский «минивэн» подъехал с опозданием десять минут, что, в принципе, ничего не означало. Ну опоздал и опоздал, в конце концов, инкассаторы приехали не в магазин за выручкой, а на подработку — «шабашку», так сказать. Бронированный «Фольксваген Т4» встал точно в то же место, где он останавливался и три дня назад — небольшой закуток между выступающим углом здания и мусорными баками. Закуток находился в небольшом тупичке между двумя строениями. Рядом располагались ювелирный магазин и ломбард. Машина появлялась раз в три дня. Инкассаторы приехали, чтобы вывезти упакованные в коробки драгоценности и часть выручки ломбарда. Скорее всего, существовала договоренность между старшим группы инкассаторов и хозяином магазина.

Один из инкассаторов вышел из машины и направился к неприметной металлической двери, которая располагалась в стене здания. Инкассатор выбил пальцами условный сигнал, дверь открылась, пропуская мужчину внутрь.

— Начали! — прошептал я в гарнитуру мобильного телефона.

Мусорные баки «взорвались» грудой мусора. Наружу вылетели целлофановые пакеты, куски упаковочного пенопласта и пустые пластиковые бутылки. Из контейнеров выскочили два человека, укутанных в плащ-палатки. Большие капюшоны плащей, призванные укрывать солдатскую каску, были надвинуты на головы и завязаны внизу, на шее. В капюшонах были вырезаны прорези для глаз и рта. Упакованные в плащ-палатки и капюшоны-маски, нападавшие были похоже на бэтменов.

Один из «мусорных» бэтменов несколько раз выстрелил в темное нутро инкассаторской машины из травматического пистолета «Оса», а второй тем временем, подскочив к двери, упер в нее кусок металлической трубы и ударом ботинка вбил ее в асфальтное крошево. Теперь открыть дверь будет очень тяжело.

Упакованные в плащ-палатки парни сноровисто вытащили из «Фольксвагена» брезентовые мешки с деньгами. Один из бэтменов кинул в машину инкассаторов продолговатый цилиндр, из которого раздалось шипение и вырвались клубы дыма.

Я сдал машину задом и заехал в тупик. Задние дверцы моего «Пежо Боксер» были предусмотрительно открыты. Оба бэтмена запрыгнули в кузов машины. Я нажал на педаль газа и рванул с места. Задние колеса, истошно взвизгнув, начали бешено крутиться, оставляя жирные черные полосы на асфальте. Машину повело из стороны в сторону, но она не двинулась с места. Я выжал педаль газа до пола, мотор ревел на повышенных оборотах, но машина не слушалась — она замерла как вкопанная.

— Леха, что за ерунда?! — закричал один из бэтменов, стуча кулаком в фанерную перегородку, отделяющую кабину от кузова. — Гони! Сейчас инкассаторы очухаются и тогда нам всем крышка!

Как будто в подтверждении слов кричащего бэтмена сзади раздалась автоматная очередь. Вывалившийся из укутанной в плотные клубы дыма машины инкассатор, стол на коленях, стрелял из короткоствольного автомата Калашникова. Второй инкассатор выскочил с другой стороны автомобиля и, держа одной рукой пистолет Макарова, начал стрелять в наш «Пежо».

Металлическая дверь, подпертая куском трубы, сотряслась от нескольких тяжелых ударов, и труба, не выдержав натиска, отлетела в сторону. Выскочивший охранник, присоединился к своим коллегам и тоже открыл стрельбу из автомата.

Автоматные, калибра 5,45, и пистолетные девятимиллиметровые пули, выпущенные с расстояния меньше десяти метров, прошили задние дверцы микроавтобуса, словно папиросную бумагу. Горячая струя, ударила мне в спину, и я упал головой на рулевое колесо… Темнота…

Банковский «минивэн» подъехал с опозданием в три минуты, что, в принципе, ничего не означало. Ну опоздал и опоздал, в конце концов, инкассаторы приехали не в магазин за выручкой, а на подработку — «шабашку», так сказать. Бронированный «Фольксваген Т4» встал точно в то же место, где он останавливался и три дня назад — небольшой закуток между выступающим углом здания и мусорными баками. Закуток находился в небольшом тупичке между двумя строениями. Рядом располагались ювелирный магазин и ломбард. Машина появлялась раз в три дня. Инкассаторы приехали, чтобы вывезти упакованные в коробки драгоценности и часть выручки ломбарда. Скорее всего, существовала договоренность между старшим группы инкассаторов и хозяином магазина.

Один из инкассаторов вышел из машины и направился к неприметной металлической двери, которая располагалась в стене здания. Инкассатор выбил пальцами условный сигнал, дверь открылась, пропуская его внутрь.

— Начали! — прошептал я в гарнитуру мобильного телефона.

Ничего не произошло, в тупике царило беспечное спокойствие. Прошла минута.

— Начали! — я повторил приказ.

Ничего не происходило, мои подельники никак себя не проявляли. Что же произошло? Почему они медлят. Прошла еще минута.

— Вася, в чем дело? Что происходит? — встревожено прошептал я в микрофон телефона. Сигнал шел, телефон работал, но на том конце никто не отвечал. Что же произошло?

Со своего места я видел, что инкассаторы в машине ведут себя вполне спокойно, сидят себе и мило общаются в ожидании своего напарника. Значит опасности нет. Тогда почему братья Серовы не выскакивают из мусорных контейнеров? Прошла еще минута. А потом из двери вышел инкассатор с небольшим брезентовым мешком под мышкой. Мужчина в бронежилете сел в банковский бронированный автомобиль и машина выехала из тупика. Подождав, когда машина скроется из вида, я вышел из своего фургона и направился в тупик. Подойдя к мусорным контейнерам, я заглянул в один из них. Сверху лежал мелкий мусор в виде пластиковых бутылок и обломков листового пенопласта. Под пенопластом виднелась брезентовая ткань плащ-палатки. Откинув куски пенопласта в сторону, я потянул на себя брезент, и он с легкостью поддался. Вытащив плащ-палатку из бака, я увидел, что под брезентом лежат части человеческого тела. Отрубленные руки, ноги, головы. Их было много, весь мусорный контейнер был завален расчлененными частями человеческих тел. А вот крови не было совсем.

Быстро заглянув во второй бак, я увидел ту же самую картину: отрезанные руки и ноги. Единственным отличием было то, что сверху всей этой мешанины из рук и ног лежала отрезанная голова. Внимательно посмотрев на лицо, я понял, что оно мне кого-то напоминает. Но кого? Бля! Да, это же моя голова! Какого хрена?!

Приехав в свою квартиру, я включил оба компьютера — стационарный и ноутбук. На стационарном компьютере запустил «Skype», чтобы пообщаться с женой и детьми, а на ноутбуке запустил программу, которая отслеживала перемещение объекта, используя сигналы с мобильного телефона. На экране ноутбука появилось схематическое изображение подробной карты города, и ярко-красная пульсирующая точка, которая показывала перемещения объекта. Антенна ноутбука принимала сигнал с телефона, который я дал Ветрову, тот самый аппарат, который был копией знаменитой «Вирту».

Ярко-красная точка замерла на одном месте и не шевелилась. Посмотрев на карту, я понял, что Ветров, сейчас находится там, где и должен быть.

Весь вечер и часть ночи я просидел за компьютером: общался с женой и дочерьми, лазил по всемирной паутине, выискивая различную информацию. Я все больше и больше убеждался в том, что военного переворота в Крыму не избежать. Крымские татары при поддержке Турции давно готовились к захвату власти в Крыму, и похоже, их время пришло.

Для жены я придумал правдоподобную историю, по которой мне необходимо было задержаться в Керчи еще на месяц. Эта задержка должна была принести в семейный бюджет еще минимум сто тысяч долларов, и это помимо тех денег, которые я выручу за продажи квартир и смог «вывести» из своего развалившегося бизнеса. Жена долго не соглашалась с моими доводами и уговорами, от окончательной ссоры и ультиматума со стороны жены спасло только то, что я пообещал завтра же встретиться с представителями мэрии и договориться о мире. Я с легким сердцем пообещал сделать все, что она хочет, тем более что я так и так собирался «закапывать топор войны».

В 1.15 я увидел, что красная точка начала двигаться! Это было странно: согласно плану Ветров и его девушка должны были покинуть квартиру примерно часа в три ночи, но никак не раньше. Что-то здесь было не так. Я наблюдал за экраном ноутбука в течение пятнадцати минут, за это время точка покинула пределы города. Ветров, судя по скорости передвижения, двигался на машине по феодосийскому шоссе. Что этот придурок задумал? Я достал телефон из кармана брюк и набрал номер телефона, который отдал Даниле. Вначале пошли сигналы вызова, а потом меня «сбросили» и номер оказался «вне зоны доступа» — Ветров выключил мобильник. Сука! Но это ничего не значило, телефон посылал сигнал, даже будучи выключенным. Даже если Данила догадался и вытащил аккумулятор из мобильника, то это ничего не изменит — в телефоне был еще один, резервный аккумулятор, правда небольшой, его заряда должно хватить на пять часов беспрерывной работы. Быстро собрав кое-какие вещи, я выбежал из дома, прихватив с собой ноутбук.

Сев в машину, я первым делом включил радиосканер, который был вмонтирован в бортовой компьютер автомобиля. Радиоперехват ничего не дал, в эфире царило спокойствие, которое нарушали лишь переговоры таксистов.

За десять минут, двигаясь на высокой скорости, я добрался до нужного места. Машину пришлось оставить в тихом проулке, метров за двести до объекта.

Подойдя к нужному дому, я спрятался в тени высоких кустов и внимательно огляделся по сторонам. Вроде все было тихо и спокойно. Рядом с объектом не было лишней суеты: все здание было погружено в темноту, лишь на втором этаже, там, где располагались окна съемной квартиры, горел свет и играла музыка.

Что же произошло? Почему Ветров сбежал? Неужели их заметили и раскрыли?

Я набрал номер телефона Насти. Телефон долго не брали, и я уже хотел отключиться, как вдруг трубку на том конце все-таки взяли.

— Алло? Кто это? — тихо спросила Настя.

— Конь в пальто! Куда, на хрен, делся Ветров? — грубо спросил я.

— Он сейчас не может подойти, занят, — Настя ответила слишком быстро, а это значит, что она врала.

— Настя, открой мне дверь, я через минуту буду у тебя.

— Но… я… — начала было говорить что-то Настя, но я уже не слушал — нажал на кнопку «отключения».

Когда я поднялся на второй этаж, дверь нужной квартиры была приоткрыта. В квартире царил полный кавардак: на полу валялись тряпки в виде халатов, постельного белья и полотенец. Дорогой паркет был нещадно залит водой, венецианская штукатурка в районе санузла была ободрана самым варварским способом — ударами молотка. Мебель в квартире была хаотично свалена на пол и размещена таким образом, чтобы по ней можно было передвигаться, не наступая на паркет. А самое ужасное — это едкий запах, я бы даже сказал — жуткая вонь, которая висела в квартире плотным маревом.

Первое, что я сделал, войдя в квартиру, это приложил свернутый носовой платок к лицу, потом проворно заскочил на лежащий поперек коридора комод и, перепрыгивая с одного элемента мебели на другой, удачно допрыгал до большой кровати, стоящей в середине квартиры.

На кровати сидела Настя и поливала из пластиковой бутылки себе на руки. Кожа на руках и ногах у нее покраснела. Сама девушка выглядела неважно: волосы растрепаны, косметика потекла, все вещи в желтых пятнах, а глаза красные и воспаленные.

— Алексей Иванович, тут такое дело, — виновато начала оправдываться девушка. — Данил… Понимаете, у них там, что-то очень важное произошло. Но бойлер подготовил! Он сам должен был рухнуть, а мне оставалось только воду разлить. А он не рухнул, а развалился и всю квартиру ядовитой водой залил.

— Что с руками? Спецраствор попал? — строго спросил я, не обращая внимания на ее оправдания. — Собирайся, сейчас я тебя уведу отсюда, не хватало еще, чтобы ты отравилась.

— НЕТ! Нет! Что вы?! — испуганно закричала девушка.

В глазах у нее было столько боли и испуга, что я всерьез испугался за ее психическое здоровье.

— Мы же не доделали дело до конца. Документы не уничтожены! Нам нельзя уходить!

— Я тебя отвезу в больницу, а потом сам вернусь и все доделаю, — резко ответил я. Вот ведь, Ветров — сука! Бросил свою девушку одну, дело не сделал. Фактически эта падла Сквозняк завалил всю операцию, да еще и поставил под угрозу жизнь Насти. — Тебе нельзя здесь оставаться — ты можешь отравиться кислотными испарениями.

— Я все равно не уйду, вы сами не справитесь. А если будете меня возить туда-сюда, то элементарно не успеете, — с нажимом проговорила девушка. О! Оказывается, у нашей Насти есть характер! — Со мной ничего страшного не произошло, я справлюсь. Надо срочно что-то сделать, а то мы теряем время!

— Ладно, хрен с тобой, если облезешь как кошка, то сама будешь виновата! — зло проговорил я. — Рассказывай, что вы успели сделать и что пошло не так?

— Данила разобрал часть полового покрытия в туалете, а в бойлер добавил порошок. Данила сказал, что так проще — не надо воду переливать из бойлера и обратно. Он думал, что крепления, на которых висит бойлер, размягчатся под действием кислоты, ну как вы показывали с отверткой, и бойлер упадет на пол и проломит перекрытия. Он все сделал, а потом ему позвонил кто-то, они минут десять кричали друг на друга, и Данила убежал. Понимаете, он не хотел вас подвести, мы думали, что бойлер сорвется с креплений и, проломив пол, упадет на первый этаж. А мне бы осталось всего лишь залить нижний этаж кислотным раствором. Но почему-то крепления не сломались, а у бойлера вывалилось дно, и кислотный раствор разлился по всей квартире. — Больше девушка не успела ничего сказать — разревелась, видимо, она и так сдерживала себя из последних сил. Крупная дрожь сотрясала ее хрупкое тело.

Я ничего не мог с этим поделать. После всего пережитого ей точно лучше всего поплакать, да и для глаз это полезно, может, хоть немного от кислотных паров промоются. Я обнял Настю, и она, зарывшись в мою грудь, заревела еще громче. Я гладил девушку по голове, а сам в это время пытался придумать, как выйти из сложившийся ситуации. Вот ведь все-таки Ветров подставил, так подставил! Говорил же я ему: вначале разобрать пол, снять бойлер, потом залить в него воду с кислотой, и бойлер под весом набранной воды провалится на первый этаж, в помещение риэлторской конторы. А этот мудак, видите ли, спешил, решил все сделать по-своему. И к чему это привело? Пол разобран лишь частично, у бойлера вывалилось дно, и самое неприятное — вся квартира залита кислотным раствором. Как теперь передвигаться по квартире? Я видел, что в пластиковых контейнерах, которые стояли на журнальном столике, еще оставалось много кислотного порошка, и все еще можно было исправить. Но как прикажете это сделать, если пол в квартире залит едким раствором, по которому лучше не ходить.

Глазами я рыскал по квартире, в надежде найти выход из сложившейся непростой задачи. Под большим панорамным окном стояли цветы в горшках. Горшки были выполнены в форме башмаков. Таких горшков-башмаков стояло восемь штук, они были разного цвета и раскраски. Башмаки стояли парами, от самых больших до самых маленьких. Кажется, я придумал, что надо делать!

— Настя, ты успокоилась? — осторожно спросил я. — Завязывай со слезами, у нас еще много работы.

— Но как мы продолжим? Я пробовала, кислота за десять минут разъедает обувь. Мы же ноги все обожжем!

— Ничего страшного, я все придумал. Намажь ступни каким-нибудь кремом, да не жалей, мажь от души, чтобы слой был как можно больше.

Я встал с кровати и ногой скинул на пол все подушки, потом пнул прикроватную тумбочку, которая откатилась на середину комнаты. Спрыгнув на ворох подушек, я перебрался на тумбочку, а там уже можно было добраться до сухого места. Перевернув все цветочные горшки, выбирал нужные мне по размеру. Одни были слишком велики, а другие слишком малы. Я выбрал самые большие башмаки и следующие по размеру на уменьшение. В большие башмаки-горшки я влез, не снимая кроссовки, но, даже несмотря на это, поднять ноги я не мог, пришлось волочить ноги по полу, царапая паркет. Зато теперь мне не стоило бояться разлитой на полу кислоты.

— Обмотай ноги тряпками, так, чтобы они плотно вошли в цветочные горшки, — я протянул Насте вторую пару керамических башмаков. — Я пошел добивать пол, а ты разводи остатки порошка в ванне.

Настя принялась наматывать на ноги наволочку. Я прошаркал в ванную комнату. Ванна была чугунная, вся такая из себя винтажная, с закосом под старину. Отлично, в такой посудине можно с легкостью развести литров четыреста кислоты — более чем достаточно, чтобы воплотить мой план в жизнь. Когда ванна наполнится водой и Настя разведет в ней порошок, достаточно будет отсоединить гофрированный шланг слива воды и сотни литров кислоты хлынут туда, куда я направлю шланг.

В ванной комнате и туалете было невозможно дышать от кислотных испарений. У меня безжалостно щипало в носу и горле, глаза слезились и болели. Ох, как бы не ослепнуть от таких упражнений. На кафельной плитке в туалете лежал многострадальный бойлер, вывалившаяся нижняя крышка почти растворилась, сейчас она была похожа на пенопласт — ткни пальцем и проткнешь.

Ветров успел разобрать пол в нескольких местах. Но этого было явно мало для того, чтобы пол провалился. Так, что бы придумать? Оглядевшись вокруг, я заметил каменную тумбу, выполненную в форме древнегреческой колонны. На тумбе стоял городской телефон, инкрустированный ониксом. Что ж это за квартира такая, что здесь все такое вычурное и пафосное?! Аж противно! Бордель, мать его так!

Обхватив руками колонну, я с трудом оторвал ее от пола. Каменная колонна весила не меньше семидесяти килограммов, да и к тому же ее было неудобно нести. Кое-как оттащив колонну к туалету, я приподнял ее над полом, потом, напрягшись из всех сил, поднял еще выше и с силой ухнул ее об пол! Тяжелая колонна пробила сточенное кислотой перекрытие пола и провалилась на первый этаж. Ударившись о пол, колонна подняла целый фонтан кислотных брызг, я еле успел в последний момент прикрыть лицо руками. Ну вот что я за дурак?! Как я сразу не догадался, что могу обрызгаться кислотой. Брызги ядовитой жидкости попали на мою одежду и кисти рук. Руки были в матерчатых перчатках, но они защищали плохо, кожа на кистях рук тут же начала зудеть и покрываться красными пятнами. Твою мать! Быстро зайдя в ванную комнату, я тщательно вымыл руки под струями горячей воды, мыл долго, несколько раз намыливая руки.

Настя наполнила ванну водой и сейчас размешивала в ней порошок. Во время размешивания она отвернула голову и смотрела в другую сторону — так можно было хоть немного уберечь глаза.

Я нашел в комнате возле имитации камина в стене набор железного инструмента для разведения огня. С помощью тяжелой кованой кочерги я расширил дыру в полу туалета. Деревянные балки перекрытия, выжженные кислотой, легко подавались моим усилиям и крошились, как будто были сделаны из теста. Мне удалось расширить отверстие в полу до диаметра в метр.

Ударами все той же кочерги я пробил отверстие в стене, которая разделяла ванную комнату и туалет. Подсвечивая фонариком, я заглянул в дыру на полу: колонна упала вниз, захватив вместе с собой книжный стеллаж, в котором был спрятан сейф.

Сейф лежал напротив отверстия в полу. Оглянувшись, я увидел еще одну точно такую же колонну которая стояла в прихожей. Подтащив колонну к дыре, я скинул ее на сейф. Тяжелая колонна, ударившись о сейф, опрокинула его на пол и слегка смяла его крышку, из-за чего образовалась щель между крышкой сейфа и его стенкой. Отлично, этого будет достаточно, чтобы залить содержимое сейфа раствором кислоты!

Я нашел в одном из ящиков кладовки пылесос и отсоединил его шланг. Вернулся в ванную комнату. У Насти уже все было готово — чугунная ванна была налита до краев. Быстро разобрав защитный кожух, я снял трубку слива воды и подсоединил ее к шлангу пылесоса. Шланг пылесоса был проденут в отверстие в стене. Зайдя в туалет, я направил раструб пылесосного шланга в расширенную мной дыру. Кислотный раствор хлынул водопадом сверху вниз, я направил поток прямиком на сейф. Через несколько минут, когда стало понятно, что сейф целиком залит раствором, я направил поток на раскиданные бумаги, лежащие на полу первого этажа.

— Настя, собирай вещи и смотри — ничего не забудь! — сдерживая рвотные позывы, прокричал я. Голова кружилась от кислотных паров, в глазах двоилось, сильно тошнило, если в течение десяти минут я не выйду на свежий воздух, то точно упаду в обморок.

— Алексей Иванович, а что делать с остатками порошка? Во втором контейнере его много осталось. — торопливо спросила девушка, скидывая в сумку свои вещи.

— Залей воду прямо в контейнер и размешай. Только осторожно, там очень высокая концентрация получится. Если попадет на кожу, то прожжет до кости!

Глаза болели просто немилосердно, слезы текли в три ручья. Очень хотелось промыть глаза водой, но элементарно не было времени — надо закончить все как можно быстрее и бежать на свежий воздух, иначе я рухну на пол, во всю эту ядовитую жижу, и тогда мне точно конец.

Кислотный раствор наконец вытек из ванны полностью. Я выдернул гофрированный шланг пылесоса из стены, но он не выдержал моего рывка и порвался на две части. Кислота, которая текла по шлангу, разъела его. Ну и хрен с ним! Я заткнул сливное отверстие в ванне тряпкой и пустил набираться тонкой струйкой воду. Напор был не очень сильный, по моим расчетам, вода начнет переливаться через края ванны не раньше чем через полчаса. Этого времени как раз хватит, чтобы кислотный раствор полностью уничтожил содержимое сейфа. А уж потом вода, переливаясь через края ванны, медленно, но уверенно зальет нижний этаж, и постепенно концентрация кислоты в водном растворе уменьшится. Так, сейчас у нас 2.15, риэлторская контора открывается в 9.00, значит, за это время вода успеет устранить все следы.

— Вот контейнер с разведенным порошком — Настя поставила на пол контейнер, в котором была густая молочная жидкость, по консистенции она напоминала кисель.

Сама Настя уже успела отнести к входной двери две сумки, в одной из них были ее вещи и часть реквизита, а во второй — лежал инструмент и второй пустой контейнер.

Только сейчас я сообразил, что порошок должен был быть расфасован по стеклянным бутылкам, а он оказался в тех же контейнерах, в которых я его и купил. Хорошо хоть Настя догадалась забрать пустые контейнеры с собой.

Я взял в руки емкость с едкой, молочного цвета жижей и, медленно пятясь к двери начал осторожно расплескивать сильно концентрированный раствор на пол. Получалась дорожка, ведущая от входной двери к санузлу. Под нами, на первом этаже, в этом месте, если мне не изменяет память, располагался кабинет директора. Высококонцентрированная кислота растворит половое перекрытие, и оно обрушится вниз, добавляя лишние штрихи в общую картину хаоса и разрушений. Когда контейнер опустел, я выскочил на лестничную площадку и, сняв с ног горшки-башмаки, закинул их внутрь квартиры, а дверь захлопнул. Подхватил у Насти сумку с инструментом, и мы поспешно спустились вниз и вышли на улицу.

Ё-мое, как прекрасен свежий, ночной воздух! Когда я оказался на улице, споткнулся и чуть не упал на землю — аромат свежего ночного воздуха в одно мгновение опьянил меня! Я дышал и не мог надышаться! После ядовитых испарений кислотного раствора ночной воздух казался чем-то необыкновенным. Посмотрев на Настю, я понял, что она ощущает то же, что и я.

Мы, прячась в тени домов и деревьев, дошли до припаркованной мной машины — зеленой «копейки». Я открыл багажник машины, и мы закинули в него все, что держали в руках. А из багажника я достал пятилитровую флягу с водой. Тут же, рядом с машиной, мы, поливая друг другу на руки, промыли водой глаза и умылись.

Закрыв крышку капота, я повел Настю к тому месту, где оставил свою «Хонду». Жигули пусть остаются здесь, завтра пришлю кого-нибудь, чтобы отогнали к интернату.

— А как же Данила? — неожиданно спросила Настя. — Он же вернется в квартиру, а меня там нет. Надо ему позвонить!

С этими словами девушка достала телефон из кармана куртки, и набрала номер Ветрова. Телефон Данилы был выключен. Настя попыталась еще несколько раз дозвониться до Ветрова, но у нее ничего не получилось — Данила выключил свой телефон.

— Алексей Иванович, а что же теперь делать? — растерянно спросила девушка. — Может, я подожду Данилу где-то здесь, на улице?

— С кем он уехал? — деловито спросил я, открывая дверь своей «Хонды». — Садись в машину, отвезу тебя в общагу.

— Ему звонил Владимир Петрович. А с кем он уехал, я не видела. Они уехали на белой «Ниве».

— Белая «Нива»? Ну-ну! — Я открыл ноутбук и проверил, где сейчас находится отметка мобильного телефона Ветрова. На экране ноутбука не было светящейся точки. Это могло означать только одно — телефон уничтожен… Хотя нет, мог быть еще один вариант — телефон находится вне зоны покрытия ретрансляторов мобильной связи.

Я прокрутил, назад запись о передвижениях отметки на карте. Ярко-красная точка исчезала с экрана ноутбука в районе села Ленинское. Согласно карте, Ветров свернул с трассы Керчь — Феодосия, в сторону Черного моря, и проехал примерно семь километров, потом отметка исчезла. Значит, Ветров и младший Серов поехали на свою тренировочную базу. Скорее всего, Вова Серов решил сам разобраться с Кружевниковым. Вот ведь идиот! Ну и какого хрена он такой упертый?! Так, отметка исчезла двадцать минут назад. Согласно карте, до побережья им ехать еще минут двадцать. А это значит, что в данный момент Вова Серов и Ветров уже встретилась с Кружевниковым. Зная Вову, я не удивлюсь, что он захочет устроить кулачный поединок с Севой. Интересно, Сева сразу всех там убьет или они ему все-таки нужны живыми?

— Кажется, я знаю, где твой Данила, — задумчиво произнес я, — по дороге в общежитие надо будет заехать в одно место, забрать кое-чего.

— А что с Данилой? — испуганно прошептала Настя, ее очень сильно напугали мои операции с ноутбуком. Девушка была не из глупых и поняла, что я отслеживал перемещения ее любимого, и то, что Ветров, сейчас находится где-то далеко за городом. — Что-то случилось? Данила во что-то вляпался? Ну отвечайте же, Алексей Иванович! Пожалуйста, не молчите!

Еще секунда, и девушка заплачет. А что ей сказать? Правду? Хотя, может, она что-нибудь и знает.

— Настя, все будет в порядке с твоим Данилой. Не переживай, я об этом позабочусь, — ответил я, выезжая со двора. — Ты мне лучше скажи, как себя вел в последнее время Ветров?

Настя ничего нового мне не рассказала. По ее словам, все было как обычно: Ветров днем учился в ПТУ на автомеханика, а по вечерам подрабатывал СТО. Единственное, что выбивалось из обычного распорядка, было то, что Ветров в последний месяц редко появлялся в училище и совсем «забил» на работу. Ну а поскольку все это время он проводил в компании братьев Серовых, то Настя особо не возмущалась — авторитет Серовых был непререкаем. Чем, Данила занимался в компании братьев Серовых и еще двоих выпускников интерната — Жени Творгина, по кличке Енот, и Саши Хорошко, по кличке Синька, — она не знала. Только догадывалась, что это очередная военно-патриотическая игра или реконструкция. Данила ходил весь такой важный и задумчиво романтичный. Очень часто повторял фразу «Если не мы, то кто же?» Настя над ним смеялась и называла его хвастуном.

Пока девушка рассказывала о событиях месячной давности, я подъехал к гаражному кооперативу. Машину я оставил возле въезда в кооператив — дорога была перекрыта шлагбаумом, а будить сторожа мне не хотелось, чтобы не привлекать лишнее внимание.

Оставив Настю в машине, я пошел искать нужный мне гараж. В этом кооперативе я купил гараж только из-за того, что его продавали по дешевке. Каменный гараж с ямой я купил дешевле, чем две зимние шины на мою «Хонду». Но поскольку, гаражный кооператив находился далеко от места моего проживания, то ставить в нем машину я не собирался. Использовал гараж как склад ненужного домашнего хлама, который и выкинуть жалко, и дома он никому не нужен. А в смотровой яме у меня был оборудован тайник.

Найдя нужный мне гараж, я открыл ворота и зашел внутрь. Пробравшись через завалы коробок и тюков, я спустился вниз. Тайник был оборудован в стене — часть кирпичной кладки была нарисована на куске фанеры. Я отодвинул эту фанеру в сторону и достал металлический ящик, в котором лежала спортивная сумка и несколько коробок из-под обуви. Поднявшись наверх, я достал содержимое сумки. На ближайшую картонную коробку я выложил извлеченное из сумки огнестрельное оружие и патроны к нему. Два ТТ, один ПМ, один револьвер «Наган» с прикрученным к нему глушителем. Последним из сумки я извлек, коротышку Калашникова — АКС-74У. Тут же в сумке лежали запасные обоймы и магазины. К пистолетам Токарева было шесть магазинов, к пистолету Макарова — четыре магазина, а к автомату — всего два. А что делать, сколько было у пьяного милиционера, столько и отобрали. А покупать дополнительные магазины все как-то было не вовремя. Да, и честно говоря, патронов тоже было немного — как раз снарядить все магазины. Я достал из завала вещей большую брезентовую сумку и скинул в нее оружие и патроны, которые вытряхнул из обувных коробок. Сейчас не было времени снаряжать магазины, это можно было сделать и по дороге. В сумке остался лежать лишь пневматический газобаллонный пистолет, который стрелял стальными шариками. Единственным плюсом этого «пневматика» было то, что он был точной копией пистолета Макарова. Даже дульное отверстие было нужного диаметра — 9 мм. Правда, из-за этого падала точность стрельбы. Не знаю почему, но я решил прихватить пневматик с собой. Тут же, в сумке, лежала поясная кобура на защелке, два запасных магазина, коробка с шариками и десяток стальных баллончиков с газом. Быстро снарядив оба магазина баллончиками и шариками, я прицепил кобуру к поясу, вставив в нее пистолет и запасной магазин.

Закинув тяжелую сумку на плечо, я быстрым шагом пошел назад, к машине. Подходя к выезду из кооператива, я понял, что что-то не так — очень громко играла магнитола в моей «Хонде» и слышались веселые мужские голоса. Аккуратно выглянув из-за угла ближайшего гаража, я увидел отвратительное зрелище: мой автомобиль стоял с настежь открытыми передними дверцами. А за рулем сидел какой-то молодой парень в спортивном костюме и азартно потрошил бардачок. Рядом с машиной стояли еще двое парней, одетых в яркие куртки и широкие джинсовые штаны, такие, у которых мотня висит ниже колен. Рэпера хреновы! Эти копались в моем ноутбуке, который стоял на капоте автомобиля. Но самое отвратительное было то, что еще двое подростков с увлечением лапали Настю. Один держал ее удушающим захватом за шею, а другой с азартом срывал с девушки лифчик. Женская одежда уже валялась у их ног в виде кучи лохмотьев.

Шакалы подворотен! Самое отвратительное отребье — малолетки, сбившиеся в стаю. Такие не признают законов и норм морали. Все-таки я лишний раз убедился, что правильно мы все-таки в свое время выбрали тактику воспитания подростков в интернате. На что, казалось бы, дети, выросшие без родителей, попадают в группу риска и им прямая дорога в малолетние преступники, но нет — все выпускники интерната нашли себя в жизни и не один из них за последние пять лет не попал за решетку. А самое главное, что в нашем районе города, где располагался интернат, такое явление, как подростковая преступность, отсутствовало напрочь. Не было ни уличных банд, ни гопников, не было даже точек по торговле наркотиками. Потому что в нашем районе была одна банда — ИНТЕРНАТ, которая не терпела конкурентов. За пять лет совместные, казачьи и интернатовские патрули вычистили улицы своего района от всякой швали. Происходило все это при негласном одобрении местных милиционеров, еще бы. ведь за них делали грязную работу. И если кто-нибудь обращался в милицию с жалобой на беспредел подростков в джинсовых куртках с надписью на спине «Русские не сдаются!», то работники милиции обычно на эти заявления не реагировали.

И если иногда интернатовские патрульные могли и перестараться, то в этом не было ничего страшного, по крайней мере в нашем районе такого, что я только что видел, точно не могло быть.

Я вытащил из кобуры «пневматик» и снял его с предохранителя. В обойме у меня было пятнадцать стальных шариков диаметром 4 мм. Баллончик стоял новый, поэтому убойность должна быть хорошая.

Я не собирался вести разговоры с отморозками. К чему это? Взывать к их морали и здравому смыслу? Зачем? И так все понятно — они сейчас совершают целый букет из преступлений. А обездвиживать их и вызывать милицию, когда у меня в сумке тоже не хилая статья лежит, как-то не хотелось. С волками жить — по-волчьи выть!

Я взял сумку в правую руку, а пистолет — в левую. Коротко разбежавшись, я выбежал на освещенный фарами участок и, используя инерцию тела, метнул сумку с оружием в одного из парней, которые возились с моим ноутбуком. Сумка весом пятнадцать килограммов тараном ударила подростка по ногам, и он улетел, как кегля от удара шаром. Я тут же выстрелил, второму любителю широких штанов несколько раз в голову. Щелк, щелк — и он упал, на землю, прикрывая окровавленное лицо руками. Повернувшись всем телом в сторону, я сделал несколько шагов к автомобилю, и выстрелил в того, кто копался в бардачке моей машины. Щелк, щелк, щелк — подросток коротко взвизгнул, как поросенок, и попытался выпрыгнуть из машины через другую дверь. Но я схватил его за брючный ремень и, резко дернув на себя, выдернул из машины. Он упал на землю, и я тут же ударил его ногой в голову. Бил сильно и жестоко, как бьют футболисты по мячу, пробивая одиннадцатиметровый. У подростка смачно хрустнул нос, и он тряпичной куклой отлетел в сторону. Повернувшись к тому подростку, который пострадал самым первым от удара моей сумки, я увидел, что он делает попытки встать. Щелк, щелк — стальные шарики поразили его в голову, один попал в ухо, а второй, в шею. Только теперь я развернулся в сторону тех двоих, которые творили бесчинство с Настей.

По логике вещей обычного человека я, конечно, должен был прийти сначала на помощь девушке и спасти ее из лап насильников, но в драке своя логика. И по ней надо вначале обезопасить тылы, а уж потом спасать прекрасных дев из лап разбойников. Тем более что я давал шанс этим двоим отпустить девушку и убежать. Не хотелось мне стрелять в них, когда Настя была рядом. Все-таки кучность у «пневматика» отвратительная и можно легко попасть и в девушку. Тот, который держал Настю в удушающем захвате, проникся быстрой расправой над своими товарищами и, отпустив девушку, бросился бежать. Настя упала на землю, а сверху на нее упал и второй подросток, он с таким увлечением мял женскую грудь, что, похоже, даже не заметил, что остался в гордом одиночестве.

Щелк, щелк, щелк… — я выстрелил обойму до конца, все восемь шариков. Тот, подросток, который решил спастись бегством, успел отбежать на десять метров. Из восьми шариков в бегуна попали только три, но и их ему хватило, чтобы упасть лицом вперед и пропахать на пузе несколько метров.

Длинным скользящим шагом я сократил дистанцию с насильником, который лежал на Насте, и, сильно схватив его за волосы, дернул на себя. Подросток взвыл от боли и попытался вырваться из захвата. Он всем телом дернулся в сторону, а я не стал его удерживать и отпустил волосы. Не ожидая, что ему удастся так легко вырваться, парень упал на бок и откатился в сторону. Не давая ему опомниться, я подпрыгнул к нему и ударил изо всех сил ногой в промежность. То ли удар был такой сильный, то ли парень был из легких, но от моего пинка его приподняло над землей и откинуло в сторону.

— Успокойся! Не реветь! — крикнул я Насте. Девушка хотела закатиться слезами, но мой крик охладил ее. Он быстро подскочила с земли, даже не замечая, что стоит передо мной топлес. — Сними с этого придурка куртку и надень ее! — я указал рукой на того беднягу, которому отбил все его мужское хозяйство.

Девушка только сейчас поняла, в каком виде стоит передо мной. Она прикрыла руками грудь и, повернувшись ко мне спиной, принялась стаскивать куртку с поверженного насильника.

Я сменил обойму в пистолете и выстрелил в каждого из подростков еще по нескольку раз. Контрольный выстрел, так сказать.

Быстро закинув в машину сумку с оружием, ноутбук и остатки Настиной одежды, я сорвался с места и помчался прочь. Когда мы отъехали от злополучного гаражного кооператива на приличное расстояние, я услышал, как Настя рыдает на заднем сиденье. Да-а, много чего ей сегодня на голову выпало. Врагу не пожелаешь!

Я привез девушку к себе домой, отвел ее в одну из комнат, где в шкафу висели старые вещи жены, и оставил ее там, чтобы она подобрала себе чего-нибудь взамен порванного. По дороге я показал девушке где ванная комната. Ну а сам сел в кухне за большим столом, на котором разложил весь свой арсенал. Пока Настя стояла под душем, я снарядил патронами магазины. Потом я созвонился с братьями Патроховыми и поставил перед ними новую задачу — через полтора часа быть готовыми к тому, что я за ними заеду и нам предстоит провернуть одно опасное дельце, возможно даже со стрельбой. Говорил я с Геной, который откликался на кличку — Крокодил. Гена, был добродушный здоровяк, весом сто тридцать килограммов и ростом под два метра. Гена ни капельки не удивился изменениям в планах и ответил, что они будут меня ждать на автобусной остановке, в районе поворота на село Золотое.

Настя вышла из ванной как раз в тот момент, когда чай был налит в кружки, а бутерброды нарезаны.

— Алексей Иванович, большое вам спасибо, что вы меня спасли! — с чувством произнесла девушка.

— Забей! Ничего страшного не произошло! — попытался я успокоить девушку, видя, что она готова опять заплакать. — Ну случилось встретиться с наркоманами, или кто они там были? Ну и хрен с ними! Забудь и живи дальше. Тем более что я их наказал, и они запомнят это на всю жизнь!

— А это что — ОРУЖИЕ?! — удивленно спросила Настя, глядя на сумку, которая стояла на полу. Вот ведь я бестолочь, сумку закрыть забыл, а там как раз автоматный ствол наружу торчит.

— Ага, оружие, — беспечно ответил я. — Вот, решил домой забрать, а то видишь, какой гаражный кооператив ненадежный оказался! Прямо Гарлем какой-то!

— Алексей Иванович, скажите честно, вам оружие надо, чтобы Данилу из неприятностей вытащить?

— Именно, — не стал я врать девушке. — Настя, пей чай, а то совсем остынет!

Девушка послушно взяла кружку в руки и сделала несколько глотков. Видно было, что ни пить, ни есть она не хочет и чай сейчас пьет исключительно, чтобы не обидеть меня. Ну и ладно, мы же не гордые. Самое главное, что она сделала несколько глотков чая — снотворное я туда подмешал сильное, скоро оно подействует!

— Вы должны обязательно взять меня с собой, — строгим голосом, не терпящим возражений, произнесла Настя. — Я должна быть там, пусть лучше я буду рисковать жизнью, а не вы. А то вы и так для нас много сделали!

— Настя, оставь войну мужчинам! — ответил я, вставая из-за стола. — В большой комнате есть диван. Подушку и одеяло найдешь внутри дивана. Ложись и спи, тебе отдыхать надо — день вон какой тяжелый выдался.

— Нет! Нет, я с вами поеду, — уперто произнесла девушка. — Я все равно уснуть не смогу.

— Сможешь! Еще как сможешь, — с улыбкой произнес я. — В чае было снотворное. Тебя должно сморить минут через десять. Так что, если не хочешь спать на полу, то иди ложись на диван.

— Как снотворное? — по-детски, обиженно спросила Настя. — Но я же вам помочь хотела. Зачем вы так?

— Затем, что ты — баба и твое бабское дело — детей рожать, а не с пистолетом бегать ночью по полям, — строго произнес я. Тоже мне, супергероиня выискалась. Женщина-кошка! Мать ее так!

Настя ничего не ответила и молча пошла в большую комнату, где легла на диван, не озоботясь взять подушку и одеяло. Ишь ты, корчит из себя обиженную героиню.

Я достал из зарядного устройства две портативные радиостанции и положил их в сумку. Оглянувшись, стоя в дверях, я убедился, что ничего не забыл, и вышел из квартиры.

До места встречи с братьями Патроховыми я доехал за полчаса. На моих часах было 4.05. Самое время для диверсантов — у караульных самый крепкий сон, недаром же это время называется — «собачья вахта».

Братья уже ждали меня. На переднее сиденье сел Виктор, а на заднее — Геннадий. Любой человек, когда узнавал, что Гена и Витя — братья, очень сильно удивлялся, ведь они были так не похожи. Да, что там — не похожи, они были явными противоположностями друг другу.

Гена — был большой, добродушный здоровяк, который любил сладости и поспать. Правда, это не мешало быть ему мастером спорта по боксу и чемпионом дивизии по спортивному многоборью. Гена был высок и статен, под одеждой у него перекатывалась валуны мышц. Я сколько раз общался с Геной, ни разу не видел его в расстроенных чувствах, казалось, он рад всему миру и любит всех вокруг. Как он смог сохранить это в себе, мне не понятно. Все-таки вырос в детском доме, потом почти пять лет служил в армии, из которых два он провел в Ираке и Ливии.

А вот Витя был низкого роста — не выше метра шестьдесят телосложение у него было щуплое, и ему до сих пор не верили, что он уже совершеннолетний. В отличие от своего брата, который казался спокойной каменной скалой, Виктор был подвижен и ярок. Он был везде, когда он попадал в компанию, то его буквально расплескивало по сторонам. Витя мог одновременно общаться со всеми — шутить с девушками, спорить с парнями. Не было таких тем на свете, по которым у Виктора не имелось бы собственного мнения. А еще Виктор был чертовски везуч. Когда братья Патроховы вернулись из Ливии, где они, согласно контракту, охраняли саперов, которые разминировали гражданские объекты, Гена рассказал про один случай, который приключился с его братом.

Их отделение стояло в боевом охранении, пока тройка саперов разбиралась с самодельным фугасом, который обнаружили на обочине дороги. Саперы приняли решение подрывать фугас на месте. Вот они обложили СВУ тротиловыми шашками, установили взрыватель, и все отбежали на безопасное расстояние. Виктор Патрохов, спрятался за высокой пальмой, которая росла в тридцати метрах от места закладки фугаса. После того как прогремел взрыв и фугас был ликвидирован, пронесшаяся взрывная волна тряхнула крону пальмы и к ногам Виктора упали две осколочные гранаты Ф-1. Откуда они оказались на пальме и какой смысл был устанавливать растяжку среди пальмовых листьев, так никто и не понял. Единственное, что успел сделать Виктор, это отпрыгнуть за ствол пальмы. В обычной обстановке это никак не спасло бы Патрохова. Пальмовый ствол был не шире двадцати сантиметров в диаметре и служить укрытием от осколочных гранат никак не мог. Но Вите, как всегда, повезло — ни один осколок его не зацепил, все пролетели мимо. Такое везение можно было объяснить только чудом. И таких случаев было много, слишком много, чтобы объяснить это простым стечением обстоятельств.

— Что случилось, командир? — спокойно спросил Гена.

— Да хреновина одна произошла — братья Серовы и трое наших — Енот, Синька и Сквозняк — влезли в сомнительную историю, вот теперь придется ехать разбираться что там да как.

— А что, в интернате уже некому заступиться за своих? Вон, в прошлом году, когда в Пресняке местные наехали на наших малолеток, которые приехали на туристский слет, двести человек в течение трех часов приехали на разборки. «Беркутов» еще нагнали, думали, наши сожгут деревню.

— Тут немного другое — возможно, придется пролить кровь. А как вы понимаете, для такого мероприятия я не могу с собой взять обычных пацанов из интерната.

— Так, а что случилось-то? — спокойно спросил Гена. Даже я завидовал его стальным нервам. — Во что вляпались пацаны?

— Долго рассказывать, а сейчас времени нет. Если все пройдет успешно, то я вам расскажу, в чем, собственно говоря, замес. Если сейчас начну рассказывать, то у вас возникнет слишком много вопросов, на которые я буду долго отвечать. Поверьте мне на слово, сейчас самое главное — освободить пацанов.

— Что надо делать? Есть какой-нибудь план? — деловито спросил Виктор. В их семье Витя был мозговым центром. Именно он всегда принимал решения, что и как они будут делать.

— В районе озера Качик, где-то рядом с селом Черноморец, есть заброшенная воинская часть. Там сейчас находится Вовка Серов, Ветров, Творгин и Хорошко. Мы должны их освободить.

— А старший Серов где? — спросил Гена.

— Старший Серов лежит в больнице с двумя огнестрельными ранениями, — видя, что Гена хочет что-то спросить, добавил: — С ним все нормально, ранения не опасные.

— У тех, кто захватил наших пацанов, есть оружие?

— Есть. В том-то и дело, что есть. Но я взял с собой кое-чего. Там, в сумке, на заднем сиденье, посмотри.

Гена открыл сумку и начал копаться в ее содержимом. Он достал автомат, оба ТТ, ПМ и наган, все это разложил на сиденье рядом с собой.

— Как оружие распределять будем? — спросил Геннадий.

— «Ксюха» — тебе, и оба ТТ ваши. Я себе возьму ПМ и наган.

— А как действовать будем? — спросил Виктор.

— Найдем место, где держат наших пацанов, и перестреляем там всех на хрен. Я пойду первым, за мной Витя. Ты, Гена, будешь, с автоматом нас страховать.

— А как место искать будем? Воинская часть — это много зданий, капониры всякие, двое суток искать будем.

— У Ветрова в телефоне маячок, мой ноутбук поймает сигнал в радиусе полутора километров, место сможем распознать с точностью до десяти метров. Ну и опять же, место, в котором обитают шесть человек на протяжении последнего месяца, легко будет отличить от того, где никто не живет.

— Сколько злодеев нам будет противостоять? — спросил Гена.

— Если повезет — один, а если не повезет — то не знаю.

— Как это — один? — удивленно спросил Виктор. — Один злодей смог скрутить пятерых наших? Он что Шварценеггер или бессмертный? Да один Вовка Серов стоит трех подготовленных бойцов. Как такое может быть?

— Не знаю, может быть, они там сейчас сидят и пьют пиво. А может, все наши уже лежат и остывают в придорожной канаве. Вы же знаете Серого-младшего, он горяч и быстр на расправу. Я сказал лишнее при Владимире, видимо, он не смог сдержать себя, поэтому взял с собой Ветрова и уехал на разборки. Я не знаю, что там и как. Но думаю, через полчаса мы и сами все узнаем.

Братья Патроховы ничего не ответили. Несколько минут мы ехали молча. Каждый думал о своем.

— Алексей Иванович, ну хоть в двух словах объясните, что произошло? — первым не выдержал и нарушил молчание Виктор. Кто бы сомневался, Витька всегда был нетерпеливым. — Ну скажите! Обещаю не перебивать и не задавать вопросов.

— Если в двух словах, то в ближайшее время нас ожидает много неприятностей. Не удивлюсь, если в скором времени в Крыму начнется гражданская война. Ну а братья Серовы оказались втянуты в самый центр заговора. А может быть, что я ошибаюсь, и все это лишь моя разбушевавшаяся фантазия. Точно я знаю только одно — ответы на все вопросы знает некто Александр Кружевников, по кличке Сева. Вот когда его захватим, то все точно и узнаем.

— Надо взять этого Севу живым? — спросил Гена. — Как он выглядит?

— Высокий блондин, с татуировкой в виде штрихкода на затылке. Если получится взять его живым — хорошо, если нет, то ничего страшного. Нельзя рисковать нашими жизнями.

— А как у этого Севы с подготовкой?

— Точно не знаю. Вова говорил, что Кружевников воевал в Чечне и Грузии. Но он примерно ваших лет, может, немного старше, так что слишком большого опыта у него нет.

Пока мы разговаривали, машина доехала до поворота возле села Ленинское. Почти нормальное асфальтированное покрытие сменилось вначале гравием, а потом пошла грунтовка с двумя глубокими колеями. Минут через пятнадцать на экране ноутбука, который стоял на коленях Вити, начала мигать красная отметка. Ага, есть засечка! Проехав еще с километр, машина поднялась на холм, и я ее остановил. Небо окрасилось серыми красками — признак близкого рассвета. У подножия холма лежала небольшая деревушка, на два десятка домов, по всей видимости, это и был Черноморец. В нескольких километрах левее виднелась поверхность большого озера.

Следом за мной из машины вышли братья Патроховы. Гена протянул мне ПМ и наган, я спрятал ПМ в ременную кобуру, в которой до этого был «пневматик». Наган я спрятал в большой нагрудный карман моей куртки. Револьвер с прикрученной трубкой глушителя был чертовски неудобным, но пришлось с этим смириться.

Братья спрятали пистолеты ТТ в недрах своих камуфлированных курток. Гена вставил магазин в автомат и передернул затвор.

— Алексей Иванович, смотрите, машина едет в нашу сторону, — Гена показал рукой влево, где виднелся свет фар едущей машины. — Надо убраться с дороги, чтобы они нас не засекли.

— А если это наш клиент? — размышляя вслух, спросил я. — Не хотелось бы, чтобы он ушел.

— Да ну, скорее всего местные крестьяне повезли молоко на рынок продавать, — предположил Виктор.

— А вдруг нет! — тихо произнес Гена. — Прикиньте, как хорошо было бы перехватить негодяев по дороге.

— Да, удачно бы все сложилось, тут уж не поспоришь, — согласился я.

— Так что, тормозим машину или нет? — деловито спросил Виктор.

— Тормозим, — решительно произнес я. — Только вначале убедимся, что за рулем тот, кто нам нужен.

— И как мы это сделаем? — спросил Гена.

— Машина будет подниматься по склону, когда перевалит через гребень холма, водитель резко затормозит, потому что посреди дороги будет валяться колесо, — немного подумав, ответил я. — Гена, сними запаску с «Хонды» и кинь на дорогу. Я буду прятаться вот в этой канаве, машина остановится примерно вот здесь, водитель будет как на ладони. Если это будет тот, кто нам нужен, то я выстрелом из нагана пробью его переднее колесо. Револьвер с глушителем, водитель в машине решит, что колесо лопнуло, выйдет посмотреть, и в это время, ты, Гена, его скрутишь.

— Так машина может еще проехать хрен знает сколько, пока водитель поймет, чего у него одно колесо пробито, — логично заключил Витя. — Может, навалим здесь какую-нибудь баррикаду, чтобы машина наверняка остановилась?

— Времени нет баррикады городить, — я прекратил спор. — Я спрячусь в этой канаве. Гена, ты станешь вон там, метров на двадцать дальше. А Витя отгонит машину на тот склон и спрячется чуть левее, в поле, чтобы контролировать ситуацию с фланга.

Виктор сел в машину и, не включая фар, отогнал ее метров на пятьдесят в сторону, так, чтобы она скрылась за поворотом, и ее не было видно. Геннадий отбежал чуть выше по дороге и спрятался за невысоким валуном, который торчал на обочине. Я присел в канаве, частично прикрывшись облезлым кустом боярышника.

Когда машина будет подниматься по склону, то ее фары будут глядеть вверх. После того, как она перевалит через гребень холма, я окажусь в мертвой зоне фар и водитель меня не увидит. А в этот момент фары машины осветят дорогу и водитель увидит лежащее поперек дороги колесо. И тогда машина притормозит, а я успею разглядеть водителя… ну, а дальше, как карта ляжет.

Посмотрев на приближающуюся машину, я нервно сжал рукоять револьвера — по склону поднималась белая «Нива».

Ух ты, не верю я в такие совпадения! Чтобы в такую рань крестьяне решили везти свою продукцию на рынок, да еще и на такой же машине, как у младшего Серого и Ветрова.

«Нива», натужно ревя двигателем, карабкалась вверх по склону. Вот она поднялась на самый верх и медленно перевалилась через гребень. Яркие лучи света фар мазнули по верхушке куста, за которым я прятался, и осветили колесо, лежащее поперек дороги. «Нива» проехала несколько метров, замедляя ход, я высунулся из-за куста, тщетно пытаясь рассмотреть лицо водителя, но мне это не удавалось — боковые стекла были затемнены, а лобовое стекло уже выпало из поля моего зрения, и мне никак не удавалось рассмотреть, кто за рулем!

Стрелять или не стрелять? Мысли проносились в моей голове подобно скорому поезду. Надо решиться!

Я поднял револьвер и тщательно прицелился в заднее колесо автомобиля. В этот момент «Нива» мигнула и остановилась. Вот так удача! Видимо, водитель попался сознательный и решил убрать неожиданную преграду с дороги.

Передняя дверь «Нивы» открылась, и из салона вылез высокий молодой парень. Он подошел к колесу, которое лежало на дороге, и задумчиво на него посмотрел. Парень был одет в темные брюки с множеством карманов, короткую куртку черного цвета, на ногах у него были высокие ботинки с длинной шнуровкой. Голову водителя «Нивы» закрывала бейсболка. Рассмотреть, какого цвета были его волосы, не представлялось возможным — кепка надежно их скрывала. Оставалась последняя примета — татуировка на затылке. Решив рискнуть, я медленно поднялся с колен и вылез из своего укрытия. Револьвер я не опускал и держал водителя «Нивы» на прицеле.

То ли парень заподозрил что-то неладное с лежащим колесом, то ли он услышал мои шаги, а может, даже и почувствовал мой взгляд, но, как только я поднялся в полный рост, водитель «Нивы» шагнул в сторону и прикрылся от меня машиной.

Я, осторожно переступая, сместился в сторону. Немного пригнувшись и выставив перед собой револьвер, я попытался рассмотреть сквозь стекла «Нивы», где прячется ее водитель.

Бах! Бах! — ударило несколько выстрелов, со стороны поля, где спрятался Виктор Патрохов.

Та-та-та — прострекотал короткой очередью автомат совсем рядом со мной, с правого бока «Нивы».

Бах! Бах! Бах! — тэтэшник Вити, лупил в белый свет как в копеечку.

Та-та-та… та-та-та! — зачастил автомат водителя «Нивы».

Я сделал несколько шагов и, обойдя «Ниву», увидел, что парень, который сидел за ее рулем, выставил ствол короткоствольного автомата перед собой, сосредоточенно бьет короткими очередями, целясь по вспышкам от пистолета. Мне хорошо был виден затылок парня, на нем красовалась татуировка в виде штрих-кода! Кружевников, сука!

Прицелившись, я выстрелил в боковое стекло автомобиля. Пуля с мягким шлепком пробила стекло и осыпала стрелявшего стеклянным крошевом. Сева инстинктивно пригнулся, и в этот момент я подпрыгнул к нему и что есть силы пнул его ногой, целясь в плечо той руки, которой он держал свой пистолет-пулемет. От удара портативный автомат отлетел на несколько метров в сторону.

— Руки в гору! — зычно крикнул я, наводя на Кружевникова ствол револьвера. — И не шали, а то я тебе в башке вмиг дырок насверлю!

Кружевников послушно поднял руки верх и начал медленно подниматься. Я сделал шаг назад, чтобы увеличить дистанцию, и в этот момент Кружевников оттолкнулся одной ногой от колеса «Нивы» и спиной прыгнул на меня. Я ничего не успел сделать, тренированное тело противника врезалось в меня, как торпеда в незащищенный корпус корабля. Удар был настолько сильным, что я отлетел на несколько метров в сторону. Во время прыжка Кружевников умудрился каким-то образом сгруппироваться и ударить меня головой в лицо. То ли удар был такой сильный, то ли, падая, я ударился о землю, но на несколько секунд я вырубился.

Очнулся я от того, что Гена хлопает меня по щекам.

— Взяли этого злодея, — первым делом спросил я. — Не упустили?

— Нет, коменданте, не бойся, не упустили! — гордо произнес Витя. — Вон он лежит, отдыхает. Ты как, пришел в себя?

— Да, нормально! Давайте этого хлопца ко мне в багажник. Гена, ты садись в «Ниву» и следуй за нами, а мы на «Хонде» поедем первыми. Витя, давай за руль «Хонды», а я буду говорить куда ехать. — Встав на ноги, я невольно схватился рукой за Генино плечо, в голове еще был туман. — А из чего этот злодей стрелял?

— Пистолет-пулемет «Клин», а может и «Кедр», я их, честно говоря, не отличаю друг от друга, — ответил подошедший Виктор, показывая небольшой, компактный автомат. — Точно могу сказать только одно: вещь редкая и дорогая, проще и дешевле купить пяток «Ксюх», чем одну такую «трещотку».

Виктор отдал мне пистолет-пулемет, а сам побежал за моей «Хондой». Я повертел портативный автомат в руках — ничего так, удобно. Небольшой приклад давал возможность упирать автомат в плечо при стрельбе. Выщелкнув патрон из отстегнутого магазина, я увидел стандартный девятимиллиметровый патрон, подходящий к пистолету Макарова.

Витя подогнал «Хонду» к «Ниве» и открыл багажник. Гена схватил лежащего на земле Кружевникова и, поднатужившись, закинул его в багажник «Хонды».

— Он хоть живой? — спросил я у Гены, глядя на то, как тот кидает бесчувственного Севу в багажник автомобиля.

— Конечно живой! Так, слегка приложил его по голове, чтобы не рыпался.

— Знаю я твое — приложил! Кулак, как пудовая гиря!

Гена сел за руль «Нивы», а Витя, за руль «Хонды». Я занял место рядом с Витей, и, поставив себе на колени ноутбук, принялся корректировать движения машины. Отметка на экране ноутбука указывала, что нам надо проехать примерно с километр в западном направлении. Странно, сделать базу в такой близости от деревни?! Проехав километр по проселку, идущему в объезд деревни, я приказал остановить машину. Отметка маячка была совсем рядом от дороги, всего в нескольких метрах. Но ничего похожего на заброшенную воинскую часть не было. Вытащив из бардачка фонарь, я вылез из машины и, держа ноутбук в руках, начал шарить лучом фонаря по земле. Через несколько минут я увидел лежащий на земле мобильный телефон. Копия «Вирту» лежала на земле среди пожухлой прошлогодней травы. Телефон был отключен. Твою мать, ну где же теперь искать этих потеряшек?!

— Может, поехать в деревню и спросить у местных, где у них тут воинская часть? — предложил Витя.

— Слишком долго. Давай лучше допросим этого злодея! — предложил свой вариант решения проблемы Геннадий.

— У «Нивы» протектор заметный, поедем по ее следам! — я принял окончательное решение. — Вечером туман был, земля сырая. Найдем, никуда они не денутся!

Сев по машинам, мы осторожно продолжили дальнейшее движение. На мягком глинистом грунте хорошо были видны следы от проезжающих автомобилей. На дороге были только следы от «Нивы», так что ничего страшного, не заплутаем!

— Витек, а ты — молодец. Здорово придумал — отвлечь на себя внимание Кружевникова, — похвалил я Витю. — Как догадался?

— Так он — хитрый змей, машину обошел, лег на обочину и смотрел на дорогу, из-под днища машины. Вы его не видели, а он только и ждал, когда вы выйдете на дорогу.

Виктор увеличил скорость, и «Хонда», тяжело переваливаясь на ухабах, поехала вперед. Примерно через шесть километров, грунтовая дорога сменилась разбитой «бетонкой» — верный признак приближающейся цивилизации.

По дороге с бетонным покрытием мы проехали еще с километр, пока не уперлись в открытые настежь, ворота воинской части. Когда наши машины заехали на территорию части, то стало понятно, что найти место, где базировался лагерь, не составит особого труда — только одно помещение не зияло пустыми глазницами окон.

Остановив машины, мы с братьями Патроховыми, взяв оружие наизготовку, стали медленно брать в кольцо нужное нам здание. Подойдя к корпусу старой казармы, я осторожно посмотрел через стекло и увидел, что внутри никого нет. Показав на дверь, я сделал знак Гене, чтобы он открыл ее. Но Геннадий отрицательно покачал головой и показал глазами на ближайшее окно, которое было слегка приоткрыто. А, Гена боится, что дверь может быть заминирована, ну ему виднее, у него опыта больше, чем у меня. Закинув пистолет-пулемет за спину, я осторожно толкнул оконную створку и, ухватившись за подоконник, закинул свое тело внутрь помещения. Тут же взяв автомат в руки, я внимательно осмотрелся по сторонам — вроде все тихо!

Подойдя к двери, я внимательно осмотрел ее изнутри и, не увидев никаких растяжек и прочих сюрпризов в стиле «милитари», толкнул дверь от себя. Братья Патроховы зашли в здание, и мы втроем обыскали его сверху донизу, но ничего не нашли! Не было ни людей, ни оружия. Остались только следы пребывания в этом помещении: обрывки упаковочной бумаги, пластиковые бутылки и остатки еды.

— Давайте-ка, братцы, разойдемся и осмотрим всю территорию части. Где-то они должны быть, — задумчиво произнес я. — Если нет живых, то должны быть хотя бы тела. Да, и еще — младший Серов говорил, что у них было много стрелкового оружия и амуниции. В «Ниве» ничего подобного не было, значит оружие все еще здесь.

Я отдал, одну из раций Гене и отправил его, на всякий случай, к воротам. Витю я отправил в дальний конец части, там виднелись подземные капониры. А сам направился к стоящим поблизости гаражам. Самый ближний ко мне гараж выглядел подозрительно отремонтированным, ворота были целыми и на них висел замок, с учетом того, что все остальные гаражи зияли пустыми проемами, это наводило на определенные размышления.

Среди тех вещей, которые лежали в бардачке «Нивы», была связка ключей. Один из ключей подошел к навесному замку, которым были заперты гаражные ворота.

Гаражный бокс был заставлен ящиками и коробками — кажется, я нашел искомое оружие и амуницию. Один из темно-зеленых ящиков был открыт — в нем лежали автоматы Калашникова 74М.

Бух! Бух! — раздались глухие удары. Звук разносился откуда-то снизу. Посмотрев под ноги, я увидел, что под ногами у меня крышка металлического люка. По всей видимости, люк закрывал спуск в смотровую яму. На связке нашелся ключ, который подошел к замку, запирающему люк.

— Спокойно, парни! Сейчас дядя Леша вас выпустит! — закричал я, отпирая замок люка.

Когда люк откинулся в сторону, наружу вылезли Вовка Серов и Данила Ветров. Оба были измазаны в крови: на одежде, руках и лице — везде была кровь. Но у них самих не было явных повреждений и ранений. Значит, кровь чужая. Вопрос: чья?

— Что с вами произошло? — изумленно спросил я. — Чья кровь?

— Синька! — тихо ответил Вова. — Кружевников, падла, его подстрелил. Пытались кровь остановить, вот и перемазались с ног до головы.

— Кровь остановили? — спросил я.

— Нет, — обреченно ответил Вова. — Умер Сашка. Кружевников — сука, найду — живым на куски порву!

— В смерти Синьки виноват ты, Вова. Понял?! Я тебе что сказал: сидеть в Керчи и не высовываться! А ты что сделал? Какого хрена ты поперся сюда? Захотелось самому во всем разобраться? — яростно глядя в глаза Вовке, сказал я. — Ну что, разобрался? Учти. Смерть Сашки Хорошко на тебе!

— Леха! Иди на хрен. Я сам знаю, что виноват! — угрюмо ответил мне младший Серов. Он выглядел расстроенным и подавленным. — Понимаешь, я хотел сам у Кружевникова все узнать. Он ведь нам все это время врал! Я даже не успел ничего понять — только вошел, а он сразу на нас с Ветровым ствол наставил. Сашка рядом стоял, дернулся он, хотел автомат из рук Кружевникова вырвать, но тот очередью полоснул.

— Понятно. А где Енот?

— Внизу сидит, рядом с телом Сашки. Совсем скис пацан, они с Синькой были как братья, десять лет спали на соседних койках в интернате, — ответил уже Ветров не поднимая глаз.

— О! А кто это у нас такой разговорчивый? — ехидно произнес я, глядя на Данилу. — А! Это же герой Ветров, он же Ветер! Человек, который не выполняет приказов! Человек, который бросил свою девушку одну в комнате, где на полу было по колено кислоты. Да, Ветров! Бросил!

— Что с Настей?! — с выпученными глазами прокричал Данила.

— А тебе какая на хрен разница? Ты же ее бросил, а сам убежал, — я говорил жестко, цедя и выплевывая каждое слово в лицо Ветрову.

— Алексей Иванович, ну скажите: что с Настей? С ней все в порядке? — умоляющим тоном произнес Данила.

— Да, все в порядке с твоей Настей. Так, пара пустяков — сожженная кислотой кожа на руках и ногах, — успокоил я Данилу.

— Как сожженная кислотой?! — выражение лица Данилы олицетворяло собой просто какую-то вселенскую скорбь. — Это все из-за меня, да?

— Ну конечно, из-за тебя, придурка! — На Данилу нельзя было спокойно смотреть, казалось, еще несколько обидных слов с моей стороны, и он броситься бежать к своей Насте, несмотря на то, что их разделяло не меньше пятидесяти километров. Я решил немного сжалиться над подростком:

— Да ладно тебе, все с ней нормально. Просто кожа в некоторых местах покраснела, за пару дней это пройдет. Но учти, ты все равно — дебил, которому нет прощения.

— Правда?! — с надеждой в голосе прошептал Ветров.

— Конечно, правда! Даже не сомневайся, ты — дебил из дебилов.

— Нет. Я хотел спросить: правда, что с Настей ничего страшного не произошло.

— Да правда, правда, — успокоил я Ветрова. — Я лично приехал, и все за тебя доделал.

— Спасибо! Большое спасибо, Алексей Иванович!

— Потом сочтемся! Вова, подгоняй «Хонду» и «Ниву», надо вывезти все ценное. Только Кружевникова из багажника перекинь на заднее сиденье!

— Эта падла ЗДЕСЬ?! — восторженно взревел Вовка.

— Только попробуй его тронуть, — предостерег я Серова. — Ни один волос не должен упасть с его головы. Понял? После допроса он весь твой, но пока я его не допрошу, он — неприкосновенный. Понял?!

— Хорошо, я подожду. Месть — это блюдо, которое нужно подавать холодным.

— Вот и правильно.

Я подошел к ближайшему ящику и вытащил из него автомат. Это был — АК-74М. Автомат с пластиковым прикладом, черного цвета. Приклад складывался в сторону, на вид автомат был новенький и ни разу не использовался в деле. В соседней коробке лежало несколько пластиковых рожков, я снарядил автомат и передернул затвор.

— Надо спешить, — вдруг произнес Ветров. — Когда эта падла, Кружевников, нас запер в яме, то я слышал, как он с кем-то говорил по телефону. Сева вызвал кого-то, чтобы они здесь прибрались. Понимаете? Скоро сюда нагрянут «уборщики».

— О! Так это в корне меняет дело: наши машины прячем в дальние гаражи, а сами прячемся по кустам. Оружие разберите, а то я сейчас гараж закрою. Будем засаду на «уборщиков» устраивать!

— Зачем? — спросил Витя, рассовывая по карманам запасные рожки к «калашам». У него на плече висело два АК-74М, видимо, второй — для брата. — Оружия у нас в достатке, пацанов освободили. Зачем нам еще и с какой-то группой поддержки воевать?

— Элементарно, Ватсон: если Кружевников не остался встречать «уборщиков», значит, он в автономном плавании, то есть его пропажу долгое время не заметят. А вот когда «уборщики» не найдут оружие и наших пацанов, то они тут же поднимут вой. А вдруг мы с ними по дороге пересечемся? Вот ты знаешь, на какой машине они будут? Нет? И я не знаю! А они, скорее всего, знают белую «Ниву» Кружевникова. Поэтому вариант только один — ждем здесь, и когда злодеи приедут, всех, на хрен, валим! Хотя нет, постараемся захватить живыми, если не допросим, то хоть попытаем.

— Как работать будем?

— Тело Хорошко в мою машину. Положите его в обнимку с Кружевниковым, пусть проникнется моментом. Еноту дайте снотворного, пусть поспит. Из него сейчас все равно боец никакой, — я протянул Вите упаковку таблеток, которые подмешивал Насте в чай. — Гена займет позицию на крыше отремонтированной казармы, оттуда замечательный вид — легко контролировать подступы к части. Я, Витя и Вовка заляжем в этих кустах, — я показал рукой на густые заросли, которые неприступной стеной окружали гаражные боксы. — А Ветров пусть займет позицию на крыше гаража. Всем понятно? Тогда разбежались! Первым действовать буду я, все остальные ориентируйтесь на меня.

Я взял себе еще два запасных магазина к автомату и разгрузку, которая лежала поверх одного из ящиков. Разгрузка была очень удобной — карманы для автоматных рожков располагались на поясе, по бокам. Можно было лежать и ползать по земле, не боясь, что грязь набьется в магазины.

Обе машины загнали в дальние, пустующие боксы. Гена и Ветров залезли на возвышенность. У Гены в руках был оптический прицел, снятый с СВД, это должно было ему помочь обнаружить противника на дальних подступах. Виктор лег по другую сторону гаражной площади, спрятавшись в густых зарослях дикой розы.

Я и Вовка Серов легли в кустах, которые примыкали к гаражу с закрытыми воротами.

— Слушай, Леха, ты извини, что так получилось, — шепотом произнес Вова. — Я знаю, что накосячил, но поверь мне, я хотел как лучше!

— Хотел как лучше, а получилось — как всегда! Ладно, проехали, но знай — смерть Синьки на твоей совести!

— Знаю, можешь не напоминать!

— Алексей Иванович, у нас гости, — раздался в рации голос Гены. — ГАЗ-66, тентованый. В кабине три человека. Что в кузове не знаю, не видно. Прием.

— Понял. Работай по обстановке. Прием!

ГАЗ-66 — это армейский грузовик, в кузове, закрытом брезентом, может разместиться человек двадцать. Если это так, то у нас могут быть проблемы. Знать бы наверняка, есть ли в кузове еще кто-то, можно было бы изрешетить кузов, как только машина заедет на территорию части. А вдруг это вообще не «уборщики», а местные жители, которые потихоньку разбирают здания воинской части на стройматериалы? И что тогда? Убить ни в чем не повинных людей? Твою мать, что же делать?

— Всем внимание, у нас гости! Армейский грузовик, стрелять только по моей команде! — громко произнес я, чтобы услышали Витя и Данила.

Через десять минут в ворота части въехал темно-зеленый ГАЗ-66, его брезентовый тент зиял большим количеством заплат и прорех. Из кабины выпрыгнули трое мужчин, двое из них были среднего возраста, лет сорока пяти — пятидесяти, а третий, совсем пацан, лет пятнадцати. У мужиков в руках были охотничьи двустволки. Все трое, судя по их лицам, были представителями «депортированного народа».

Молодой паренек запрыгнул в кузов «шестьдесят шестого» и принялся выкидывать оттуда большие полиэтиленовые мешки, наполненные пенопластовыми шариками. А это им еще на хрена?! Следом за мешками с пенопластом из кузова стали выкидывать мешки с цементом. А они тут что, стройку решили затеять?!

Мужики с двустволками подошли к гаражным воротам, и один из них принялся шарить ключом в замке, пытаясь его открыть.

Ну что, раз они хотят открыть ворота гаража, значит, это наши клиенты. Трое с охотничьими двустволками — это как-то вообще не серьезно.

— Вова, держи на прицеле молодого в кузове. Если рыпнется, вали его, — прошептал я младшему Серову.

Взяв автомат наизготовку, я аккуратно встал и медленно вышел из-за кустов. Оба татарина были так заняты процессом открывания замка, что даже не заметили того, что я зашел им за спину.

— Дядечки, а вы случаем дверью не ошиблись? — громко спросил я. Сзади раздался лязг передернутого автоматного затвора — это Витя Патрохов вылез из своего укрытия.

— Эй, вы кто? — испуганно прокричал один из татар. Оба замерли как вкопанные, не зная, как реагировать на наше появление. — Мы не знали, что здесь есть военные. Мы сейчас уедем.

— Папаша, хорош мне втирать, что ты, типа, случайно здесь оказался. Двустволки положили на землю, а сами тихонечко встали на колени и руки скрестили на голове. Выполняем!

— Зачем руки на голову, а, брат?! Зачем на колени вставать, давай миром расходиться, а! Брат, что скажешь?! Денег хочешь? Я не обижу! — один из татар с льстивой улыбкой демонстративно полез в карман за деньгами. — Сто долларов хватит? А нет, вас же двое. Двести долларов, да, брат!

— Руки! Руки вверх! — закричал я, опасаясь, что вместо денег татарин вытащит из кармана пистолет. — Если не перестанешь шевелить своими ручонками, получишь дырку в голову и отправишься на встречу со своими предками.

— Папа, что здесь происходит?! — молодой пацан вышел из-за «Газона», держа в руках совковую лопату. — Кто эти люди?

— Малыш, положи лопату на землю! — в дело вступил Вовка Серов. — Не доводи до греха!

— Давайте мы все-таки уедем. Мы же ничего не сделали противозаконного! Отпустите нас, — татарин начал медленно отступать в сторону, пытаясь закрыть собой пацана.

— Так, дети гор, кончайте ломать комедию. Мы знаем, что вы прибыли сюда для того, чтобы убраться за Кружевниковым. Так что у вас есть только один способ спасти свои жизни — рассказать, на кого вы работаете и сколько вас всего в этом замешано?

— Да пошел ты на…

Договорить молодой татарин не успел, приклад моего автомата врезался в его голову. Хрясь… и пацан упал как подкошенный. Оба татарина дернулись со своими двустволками, пытаясь прийти на помощь своему малолетнему единоверцу, но Витя был начеку, он дал короткую автоматную очередь под ноги татар.

— Ша! — крикнул Патрохов. — Еще хоть одно движение — и вы трупы!

— Мы не знаем никакого Кружевникова. Вы ошибаетесь, мы не те, за кого вы нас приняли!

Бах! — я выстрелил из автомата во второго татарина, который все это время стоял молча, за спиной первого. Автоматная пуля пробила горло мужчине, и он упал на землю, хватаясь руками за страшную рану на шее. Все ошарашенно замерли. Татары — от того, что их единоверца только что хладнокровно застрелили, мои подчиненные — от неожиданности, видимо, до сих пор никто из них не верил, что все происходящее всерьез. И только когда пролилась первая кровь, все поняли, что возврата назад не будет. Раненый лежал на земле, дергая ногами и хрипя, из его горла била кровавая струя.

Бах, ба-бах! — короткая очередь в два выстрела добила раненого и прекратила его мучения. Все это я сделал со скучающим выражением лица, как будто не человека убил, а прочитал скучный анекдот в газете. Самое неприятное для меня, что сейчас я ни капли не притворялся. Мне и, правда, было все равно, что я только что хладнокровно убил человека. Интересно, это произошло из-за усталости, которая навалилась на меня в связи с бурными событиями последних дней, или я по натуре своей такой морально-нравственный урод?

Я так и не понял, то ли хладнокровная расправа над сородичем, то ли выражение моего лица во время расправы сделали свое дело, но татарин в годах «поплыл». Он упал на колени и пополз на них к своему сыну — молодому пацану, которого минуту назад я ударил прикладом автомата. При этом мужчина что-то лепетал по-татарски.

— Витя, оттащи этого чучмека под стеночку гаража и свяжи его, чтобы он не убежал, — я указал пальцем на пацана. Потом, повернувшись к Вовке Серову, сказал: — Бери Ветрова и начинайте все барахло загружать в «Газон».

Вовка внимательно посмотрел на меня, при этом в его глазах я четко различил искорки страха. Не знаю, что он пытался во мне разглядеть, но уже через минуту они с Ветровым открыли гаражные ворота и приступили к погрузке трофеев в кузов грузовика. Гена остался стоять на крыше казармы — вдруг к нам пожалует еще делегация гостей. Ну а мы с Витей оттащили подальше от гаража с трофеями пожилого татарина и принялись в скором темпе его допрашивать.

Во время допроса татарина мы не применяли мер физического воздействия, так, может, пару раз всего ножичком в ляжку ткнули. И то только для того, чтобы он не забывал говорить по-русски, а то, видимо, от чрезмерного волнения несколько раз, сам того не замечая, переходил на свой язык.

Из допроса стало известно, что «уборщики» были родом из села Луговое, которое находится в тридцати километрах севернее заброшенной воинской части. Того, с кем мы сейчас «разговаривали», зовут Ильяс Вилиев, молодой пацан, его сын, — Рустем, а тот мужик, которого я убил, — двоюродный брат Ильяса, по имени Тимур.

Час назад Ильясу позвонил родственник и попросил сделать для него одну работу — прокатиться в эту воинскую часть, чтобы устранить кое-какие неприятности. Под неприятностями родственник понимал следующее: надо было скрытно вывезти все имущество, что лежало в гараже, и если получится, то связать и привезти русских парней, которые были заперты в смотровой яме. Один из русских был убит, его труп надо было залить цементно-пенопластовой смесью прямо в этой же смотровой яме. Родственник особо не уточнял насчет состава смеси, просто сказал, что лучше всего тело залить цементом. А уж применить пенопластовую крошку в виде замены песка придумал именно Ильяс; он по профессии был строителем. За проделанную работу родственник обещал списать долг за стройматериалы, которые Ильяс брал для строительства дома. По словам Ильяса, родственник был очень влиятельным в татарской общине, и отказать ему Вилиев не смел.

— Витя, держи этого гаврика на прицеле, я пойду, посмотрю, как там дела с погрузкой обстоят.

С погрузкой все было хорошо — погрузка была окончена. Ветров и младший Серов быстро закидали ящики и коробки в кузов грузовика. Когда я подошел к машине, то эти двое стояли и задумчиво смотрели на пакеты с пенопластовым крошевом и мешки с цементом.

— Леха, как думаешь, зачем они сюда все это привезли? — с интересом спросил Вовка. — В кузове есть еще и пластиковая емкость, литров на двести воды, и бетономешалка с ручным воротом. Они что, собирались здесь цемент мешать?

— Собирались. Они должны были вас в той смотровой яме в цемент закатать. А пенопласт вместо песка, он же легче и объемом побольше будет, чем песок. Так удобнее и практичней.

— Ни хрена себе! — присвистнул от удивления Ветров. — Вот ведь гады — живых людей в бетон закатывать. Одно слово — звери.

— Если бы вы дали себя спокойно связать, то вас бы никто в бетон не закатывал.

— Что с ними теперь делать? — со странными нотками в голосе спросил Серов. — Нельзя их отпускать.

— Конечно нельзя, — согласился я. — Один из них твой, Вовка, второй — твой, Ветров. Кому какой достанется, решайте сами. Только давайте побыстрее, а то времени уже почти шесть утра, а нам надо к восьми в больницу за Васей.

И опять я все это сказал таким спокойным голосом, как будто речь шла не об убийстве людей, а о раздаче подарков. Типа есть два подарка, но я не знаю, кому какой вручить, и Вова с Данилой сами должны это определить.

Давая возможность Ветрову и Серову побыть наедине, я сел в кабину «Газона» и, заведя машину, проехал немного вперед, а потом развернулся задом, к открытым гаражным створкам. Чтобы не терять время, я вытащил из кузова бетономешалку и принялся мешать раствор. Ничего особо сложного в этом не было, надо было всего лишь залить в барабан воды, насыпать туда же цемент из мешков и пенопластовое крошево из целлофановых пакетов. А потом оставалось лишь крутить ручку ручного привода. Когда смесь оказывалась готова, барабан переворачивался и цементно-пенопластовая смесь выливалась прямиком в смотровую яму.

Ухватив за ногу, я подтащил убитого мною татарина к яме. Перед тем как скинуть его туда, я обыскал карманы. Ничего интересного я там не нашел: несколько мелких денежных купюр, пачка сигарет и зажигалка. Снял только с пояса патронную сумку, в которой было восемь патронов двенадцатого калибра. Не найдя больше ничего ценного, я скинул труп в смотровую яму.

Ну что, у меня все готово: первый труп уже лежит на дне ямы, даже пробная партия цементного раствора готова, осталось только скинуть в яму еще два тела — и можно приступать к заливке ямы цементно-пенопластовой смесью.

Обернувшись, я увидел, что Серов и Ветров сделали свой выбор: Ветров стоял рядом с Витей, направив свой автомат на Ильяса. Вовки Серова не было видно, значит, он сейчас за гаражом, рядом со связанным пацаненком.

Бах! — за гаражом грянул одиночный выстрел, не знаю почему, но мне он показался слишком громким, как будто прогремел выстрел из гаубицы.

Ильяс понял, что только что произошло, он упал на землю и завыл по-волчьи, скребя пальцами рук потрескавшийся асфальт воинского плаца. Вот только сейчас во мне проснулись какие-то чувства — мне стало до глубины души жалко Ильяса. Нет, не из-за того, что его сейчас убьют, а из-за того, что он только что потерял сына. Я прямо почувствовал на своей шкуре, что он сейчас переживает. Все-таки я и сам был отцом двоих детей. Это была такая боль, какую никогда нельзя сравнить с физическими мучениями, это было намного сильнее и страшнее. Казалось, что мир в одно мгновение рухнул и тебе больше незачем жить!

Я стоял и смотрел: на катавшегося по земле и плачущего Ильяса, на бледного Ветрова, который не мог себя пересилить и выстрелить. Смотрел и шептал еле слышно: «Стреляй, стреляй… не мучай его… ну, стреляй же».

Ветров так и не выстрелил — не смог, он отбросил автомат и отбежал в сторону, на несколько метров, и там, упав на колени, заплакал.

Бах! — грохнул одиночный выстрел, и Витя опустил свой автомат. Пуля попала Ильясу в голову, и он перестал кататься по земле, обмякнув тряпичной куклой.

Из-за угла гаража вышел Вова, который тащил за ноги застреленного сына Ильяса. Даже не взглянув на меня, Вовка прошел мимо и сразу же скинул тело в яму. В это же время Витя деловито обыскал карманы Ильяса и тоже притащил его труп к яме.

Когда все три тела были сброшены в яму, я вытащил блокиратор из барабана бетономешалки и вылил первую порцию раствора на тела застреленных нами татар. Кивком головы я дал понять Серову и Вите Патрохову, что теперь их очередь разводить цементно-пенопластовую смесь, а сам пошел к сидящему на коленях Даниле. Надо было утешить пацана, сказать ему что-нибудь ободряющее, а то еще вдруг с горя застрелится. Нынешнюю молодежь не понять: то смотрят по телеку с милой улыбкой какую-нибудь очередную страшилку, типа «резня бензопилой где-то там», еще и ржут при этом, то пойдут и с крыши спрыгнут от какой-нибудь невинно оброненной в их адрес фразы.

— Ветров, хорош реветь как баба, у нас еще куча дел. Настю надо забрать. Она сильно за тебя переживает, места, наверное, себе там найти не может от волнения за тебя… — Я присел на холодный асфальт рядом с Данилой.

— Я не смог. Понимаете, не смог выстрелить. Какой я после этого воин? — всхлипывая, произнес Данила. — Он же враг, он же хотел нас убить. А я не смог в него выстрелить. Почему? Почему вы смогли так легко застрелить первого татарина? Я же смотрел на ваше лицо, когда вы стреляли, вы были абсолютно спокойны. Как у вас это получилось?

— Ты что, думаешь, это мой первый покойник?

— Но вы не воевали на войне, как братья Патроховы.

— И что? Причем здесь война? — тихо произнес я. — Скажу тебе по секрету — у меня за плечами семь трупов, этот татарин стал восьмым. Только двоих я убил случайно, в драке, когда мне было двадцать лет. Не рассчитал своих сил и насмерть забил двух гопников, которые польстились на мой кошелек. Остальных я убил намеренно и хладнокровно.

Сейчас я вспомнил всех тех, кто покоился на моем личном кладбище.

Первые двое были уличными хулиганами, которые решили ограбить молодого «дембеля», гулявшего по улицам ночного Киева. Хулиганы оказались слишком хилыми, чтобы выдержать удары немного пьяного «дембеля». Ну а я тогда был слишком глупым, чтобы ценить чужую жизнь. Яростная короткая стычка, после которой «дембель», поправив красный берет, пошел себе дальше осматривать достопримечательности ночной столицы, а оба хулигана, так и не дождавшись медицинской помощи, скончались в густых зарослях парка. О том, что они умерли, я узнал через несколько месяцев, когда совершенно случайно наткнулся на заметку в газете с криминальной хроникой. Оказывается, один из хулиганов был студентом музыкального вуза, причем очень талантливым студентом, ему пророчили грандиозный успех. Паренек был из бедной семьи, и скорее всего, выйти на дорогу ночного разбоя его заставила нужда, все-таки время было такое — бедное и нищее, середина девяностых!

Третий и четвертый были моими прямыми конкурентами по бизнесу. Это было еще в самом начале моей предпринимательской деятельности. Им, видите ли, не понравилось, что я стал «играть на их поле», и меня не совсем вежливо попросили уехать из этого города, иначе меня в ближайшее время увезут на катафалке. С этими двумя пережитками «лихих девяностых» произошел несчастный случай на охоте — один из них «случайно» выстрелил в другого и так распереживался из-за этого, что не выдержал мук совести, «застрелился». Именно такой была официальная версия происшедшего, тем более что все найденные улики, указывали на эту версию. У обоих «охотников» остались семьи.

Пятый и шестой были охранниками в заводоуправлении Макеевского металлургического завода. В тот день мы с братьями Серовыми «брали» кассу завода. Это был наш третий, заключительный, «скачок». После него мы решили завязать с разбойными нападениями. Поначалу все шло как «по маслу» — быстро вошли в помещение кассы, уложили на пол работников и охранников, а потом выскочили наружу. Братья Серовы шли первыми, неся мешки с деньгами, я отступал последним, держа на прицеле охранников кассы. Когда я выскочил на улицу, то увидел следующую картину; братья Серовы стоят, подняв руки вверх, мешки с деньгами и их оружие лежат на асфальте, а напротив них стоят два рослых мужика, в бронежилетах и с помповыми дробовиками в руках. Ну а дальше мои инстинкты сработали раньше, чем мозги, — четыре выстрела и два трупа охранников остались лежать на асфальте. Легкие кевларовые бронежилеты не могли остановить пули, выпущенные из пистолета «ТТ». У обоих застреленных мною охранников были дети, у одного — две девочки, а у второго — сын.

Седьмой — был единственным, кого я отправил на тот свет, испытывая при этом чувство глубокого удовлетворения. Седьмой — был педофилом, которого выпустили на свободу из-за неправильно оформленных, во время следствия улик. Ну и плюс ко всему он еще был дядей одного из высокопоставленных симферопольских чиновников. Эта тварь специально приехала в Керчь, чтобы «развлечься» вдалеке от родных пенатов. Его взяли на второй жертве — десятилетней девочке из нашего интерната, он ничего не успел с ней сделать, посторонние люди вовремя заметили неладное и вызвали милицию. Когда Седьмой ехал домой в Симферополь, его машину расстреляли на трассе Керчь — Феодосия. «Тойота камри» получила восемь пулевых пробоин, водитель не справился с управлением, и машина вылетела на обочину, несколько раз перевернувшись в воздухе. Водителя от мгновенной смерти спасли подушки безопасности, он даже смог самостоятельно вылезти из машины. Когда на место аварии прибыла первая машина «скорой помощи», то застали жуткую картину — мужчина лежал на спине, его живот был вспорот, а кишки аккуратной кучей лежали рядом, обильно засыпанные солью; нутро живота было набито детским трикотажем: трусиками и маечками. Седьмой мучился еще три часа, медикам так и не удалось спасти его жизнь, хоть его и эвакуировали на специально вызванном вертолете. Найти преступника, который совершил столь зверское убийство, так и не смогли, хоть очень многие и догадывались, чьих рук это дело.

Восьмым — стал татарин, которого я застрелил пятнадцать минут назад. У него тоже, как выяснилось, была семья и дети.

— Я тоже хочу, как вы, — убивать врагов расчетливо и хладнокровно, без сомнений и эмоций. Я вам завидую, — с вызовом произнес Данила.

— Все-таки, Ветров, ты — дурак. Минуту назад, когда ты стоял над татарином и не мог в него выстрелить, я завидовал тебе. Завидовал тому, что у тебя есть чувства и эмоции. Понимаешь?

— Нет, не понимаю. Как можно завидовать слабости? Чувства — это слабость!

— Дурак, он дурак и есть! — с усмешкой произнес я. — Вот скажи мне, Данила, тебе нравится запах духов твоей девушки?

— Ну нравится, и что? — с непониманием, спросил Ветров. — При чем здесь это?

— А когда твой нос заложен и ты не распознаешь запахов, тебе нравится запах духов твоей девушки? — я повторил свой вопрос.

— Странный вопрос, если я не смогу ощущать запахи, то как я смогу понять, нравится мне запах или нет?

— Вот именно. Если у тебя нет чувств и эмоций, то как ты сможешь жить. Какой смысл в жизни, если ты не ощущаешь ее вкуса. Поэтому я и завидую тебе. Ведь у тебя есть еще возможность чувствовать и переживать.

— Вы и, правда, так думаете или все это говорите только для того, чтобы меня успокоить?

— Да на хрен ты мне нужен, успокаивать тебя еще, — нарочито грубо ответил я. — Все вставай, парни вон уже почти закончили, нам пора сматываться отсюда.

Возле открытого гаража действительно Виктор и Владимир уже заканчивали свои бетонно-строительные работы. Смотровую яму, конечно, не удалось залить доверху, на это элементарно не хватило бы цемента. Трупы убитых залили раствором сантиметров на пятьдесят в толщину. Весь оставшийся пенопласт насыпали поверх цементной стяжки. Последние два мешка цемента развели с водой, и залили получившейся смесью закрытый люк, который вел в яму.

Когда все следы нашего пребывания были убраны, легковые машины выгнали из гаражей, и построили весь транспорт в колонну. Я и Ветров ехали на «Хонде», у нас в багажнике лежал связанный Кружевников. После того как Сева пролежал два часа в обнимку с убитым им человеком, он стал заметно нервознее. Что в принципе не удивительно! Растворив несколько таблеток в полулитровой бутылке воды, я насильно влил все это в горло Кружевникову — пусть поспит, хоть спокойно доедем в Керчь, а то не хватало, чтобы он выкинул какой-нибудь фокус по дороге.

«Нива» и ГАЗ-66, с братьями Патроховыми, Вовкой Серовым и спящим на заднем сиденье «Нивы» Енотом должны были поехать поселковыми и объездными дорогами, так, чтобы миновать посты и кордоны. Им никак нельзя было попадаться — в кузове «Газона» лежал труп Синьки и большой оружейный арсенал.

— Данил, садись за руль. Справишься?

— Не знаю, я никогда не ездил за рулем такой крутой тачки, — с опасением ответил Ветров.

— Если смог научиться управлять «Жигулями», то уж с «Хондой» тоже справишься. Все-таки японцы придумывали машины для отдыха, а не как наши — для мучений.

— Ну хорошо, я попробую.

— Смотри за экраном ноутбука, он показывает расположение постов ГАИ, но учти, что больше надо доверять своим глазам, а не хитроумным приборам. — Я открыл ноутбук и запустил программу. — Я пока посплю, на заднем сиденье. Как подъедем к Керчи — разбуди.

Когда, наши машины покинули расположение заброшенной воинской части, «Хонда» поехала прямо по дороге, возвращаясь тем же путем, которым мы сюда прибыли. «Нива» и «Газон», свернули направо, в сторону моря, им предстояло проехать вдоль береговой линии до самой Керчи.

Удобно устроившись, на широком заднем сиденье машины, я мгновенно уснул.

Банковский «минивэн» подъехал с опозданием в три минуты — что, в принципе, ничего не означало. Ну опоздал и опоздал, в конце концов, инкассаторы приехали не в магазин за выручкой, а на подработку — «шабашку», так сказать. Бронированный «Фольксваген Т4» встал точно в то же место, где он останавливался и три дня назад, — небольшой закуток между выступающим углом здания и мусорными баками. Закуток находился в небольшом тупичке между двумя строениями. Рядом располагались ювелирный магазин и ломбард. Машина появлялась раз в три дня. Инкассаторы приехали, чтобы вывезти упакованные в коробки драгоценности и часть выручки ломбарда. Скорее всего, существовала договоренность между старшим группы инкассаторов и хозяином магазина.

Один из инкассаторов вышел из машины и направился к неприметной металлической двери, которая располагалась в стене здания. Инкассатор выбил пальцами условный сигнал, дверь открылась, пропуская инкассатора внутрь.

— Начали! — прошептал я в гарнитуру мобильного телефона.

Мусорные баки «взорвались» грудой мусора. Наружу вылетели целлофановые пакеты, куски упаковочного пенопласта и пустые пластиковые бутылки. Из контейнеров выскочили два человека, укутанные в плащ-палатки. Большие капюшоны плащей, призванные укрывать солдатскую каску, были надвинуты на головы и завязаны внизу, на шее. В капюшонах были вырезаны прорези для глаз и рта. Упакованные в плащ-палатки и капюшоны-маски, нападавшие были похоже на бэтменов.

Один из «мусорных» бэтменов несколько раз выстрелил в темное нутро инкассаторской машины из травматического пистолета «Оса», а второй тем временем, подскочив к двери, упер в нее кусок металлической трубы и ударом ботинка вбил ее в асфальтное крошево. Теперь открыть дверь будет очень тяжело.

Упакованные в плащ-палатки парни сноровисто вытащили из «Фольксвагена» брезентовые мешки с деньгами. Один из бэтменов кинул в машину инкассаторов продолговатый цилиндр, из которого раздавалось шипение и вырывались клубы дыма.

Я сдал машину задом и заехал в тупик. Задние дверцы моего «Пежо Боксер», были предусмотрительно открыты. Оба бэтмена запрыгнули в кузов машины. Я передернул затвор своего ТТ и, выйдя из машины, открыл боковую дверь фургона.

— Леха, что за… — договорить Вася не успел. Бах! Бах! Бах! Бах! — пистолет дергался в моей руке, как живой, выплевывая быструю смерть из своего ствола. Четыре пули за две секунды, на каждого из братьев Серовых пришлось по две пули. Четыре выстрела — два трупа, первая пуля — в голову, вторая — сердце, а может и наоборот, я как-то не успел понять. Пистолет в моей руке жил своей жизнью.

Бах! Бах! — две пули в инкассатора, который высунулся из открытого окна своей машины.

Бах! Бах! — две пули в инкассатора, который с вскинутым автоматом попытался оббежать машину.

Быстро сменив магазин на новый, я осторожно начал подходить к закутку, где стоял инкассаторский «минивэн».

Тух, тух, тух — раздавались глухие удары в дверь, подпертую обрезком трубы. Видимо, последний из оставшихся инкассаторов пытался выбить дверь, чтобы прийти на помощь своим, уже мертвым, коллегам.

Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! — шесть выстрелов в металлическую дверь, подпертую обрезком трубы. Китайская дверь, выполненная из тонкостенного металла, не могла быть серьезным препятствием для пуль калибра 7,62. Пули легли в дверь крестом — четыре вертикально, одна под другой, и две горизонтально, образуя верхнюю перемычку креста…

Моя машина въехала в застроенный бараками квартал. Здесь не горели уличные фонари, вокруг царило запустение и разруха. Район города назывался «самострой», здесь обитали низшие слои общества, район был насквозь криминогенный, и появляться вечером здесь было верхом глупости. Мы вышли из машины и остались ждать на улице, пока к нам выйдет нужный мне человек.

Оглядевшись по сторонам, я не увидел ничего подозрительного: несколько бомжей копалось в мусоре, да двое пацанов лет десяти с увлечением ковырялись палками в пустом канализационном колодце.

Через пятнадцать минут тревожного ожидания к машине подошел невзрачный мужичок средних лет, который выжидательно замер, ожидая, когда я с ним заговорю.

— Привет, Леший, — поздоровался я с подошедшим мужчиной.

— Привет, Хват! Зачем звал?

— Есть небольшая срочная работа. Надо вскрыть одну дверь. Сделать надо сегодня ночью!

— Сколько платишь? — спросил Леший.

Леший «отмотал» два срока, оба за квартирные кражи. Сейчас он уже больше двух лет был в «завязке». Жил с женщиной, устроился на работу и не собирался возвращаться на зону. Работал он только со мной, так как я очень хорошо платил и гарантировал ему, что, если он «засыпется на скачке», то я его «отмажу».

— Пятьсот баксов!

— Согласен, что за хата?

— Стандартная дверь, усиленная, два замка. Вот фото, — я показал Лешему фотографии, сделанные мобильным телефоном Вовки. На фото были видны замки, крупным планом.

— Что надо взять в хате?

— Ничего. Твоя задача вскрыть дверь и уйти. В квартиру не заходи. Взломал замки и ушел. Дальше, мы сами. Адрес: Буденного, 19, квартира 301. Квартира должна быть открыта в два часа ночи. Успеешь? — С этими словами, я протянул мужчине деньги.

— Да.

— Отлично. Смотри, не подведи.

Леший ничего не ответил, лишь безразлично пожал плечами и, втянув голову в плечи, скрылся в подворотне. Виктор уже сидел в машине, а я хотел к нему присоединиться, но у меня развязался шнурок и я, поставив ногу на колесо автомобиля, принялся его завязывать.

— Классная тачила! «Хонда пилот»? — раздался гнусавый голос у меня за спиной. — Дядя, дай на машинке покататься!

Ну что за район такой? Сплошные гопники и наркоманы! Обернувшись, я с пренебрежением посмотрел на обладателя гнусавого голоса. Худой, нескладный подросток, в длинном балахоне с капюшоном, смотрел прямо мне в глаза и нагло улыбался.

— Ну че, дядя? Дашь Вовчику на машинке погонять? — гнусавый сделал шаг вперед, вытаскивая из широкого нагрудного кармана балахона нож-бабочку. — Или ты хочешь, чтобы я тебе моську подправил?

Я сделал шаг назад, увеличивая дистанцию между мной и наркоманом. Если Витька догадается перебраться на водительское сиденье, то я смогу обойти машину и сесть на место пассажира. Что-то мне не хотелось вступать в драку с «вмазанным» нарколыгой. Движения подростка были рваными и дергаными. Наркоман! Да еще и под дозой! Странно?! Ему бы сейчас в отрубе валяться с блаженной улыбкой на дебильном лице, а он с ножиком шастает.

Вжжжжж — раздался звук работающего стеклоподъемника, и боковое стекло со стороны водителя опустилось вниз. Виктор сидел на водительском сиденье. А сквозь открытое окно наружу торчал ствол пистолета «Вектор».

— Валил бы ты отсюда! — спокойно произнес Витя, держа наркомана на прицеле.

Я тем временем быстро обошел машину и сел на пассажирское сиденье рядом с водителем.

— О! Дядя строгий! Дядя накажет Вовчика! — Наркоман дернулся всем телом и повернулся в сторону открытого окна. — Вовчик хочет покататься на машинке!

Бах! — Виктор направил пистолет вниз и выстрелил. Пуля вонзилась в асфальт возле ног наркомана. Худой подросток даже не обратил внимания на выстрел — он также медленно, качающейся походкой, продолжал подходить к машине, выставив перед собой открытый нож. Наркоман пер вперед, как бык, оголивший рога.

— Витя, погнали отсюда! — раздраженно сказал я. — На фиг этот наркоман не нужен.

Виктор сорвал машину с места, и она, взвизгнув покрышками, помчалась вперед, оставляя за собой растерянно застывшего наркомана. «Хонда» проехала через двор, выехала на дорогу и внезапно остановилась, от неожиданности я ударился головой о лобовое стекло!

— Твою мать, Витя! Зачем так тормозить? — возмущенно произнес я, держась за лоб.

— Дорога перекрыта! — спокойно произнес Витя.

Посмотрев вперед, я увидел, что фары моей машины освещают стоящий поперек дороги «Москвич-412». Выкидыш советского автопрома стоял в десяти метрах от нас и освещал дорогу впереди себя дальним светом фар. Конечно, свет фар «Москвича» не мог сравниться с галогенами «Хонды», поэтому мне было четко видно, что в салоне «старичка» АЗЛК сидит двое подростков.

Фа-фа — Виктор нажал на сигнал, давая понять, сидящим в «Москвиче», чтобы они убрались с дороги, но те даже не пошевелились!

— Сейчас я им по шее надаю! — грозно произнес Виктор, делая попытку выйти из машины.

— Сидеть! — яростно прошипел я. — Это ЗАСАДА! Давай назад!

«Хонда» сдала назад, развернулась на месте, заехав задними колесами на газон, и поехала прочь от «Москвича».

Бах! — раздался выстрел. Вспышка выстрела осветила человека с охотничьим ружьем, который прятался за деревом метрах в пятнадцати от дороги.

Бах! — еще один выстрел. На этот раз более удачно — часть дроби попала в заднее боковое стекло.

— Твою мать! Витя, гони! — закричал я, нажимая на кнопку стеклоподъемника.

Как только стекло опустилось, я выхватил пистолет, который лежал на приборной панели.

Бах! Бах! Бах! — выстрелил я несколько раз в сторону дерева, за которым прятался стрелок с охотничьим ружьем. Скорее всего, я ни в кого не попал, слишком быстро ехала машина, подпрыгивая на неровностях дороги.

Наша машина поравнялась с тем местом, где мы стояли, ожидая Лешего. Наркоман с ножом стоял на том же месте, в окружении нескольких молодых парней.

Бах! Бах! — выстрелил я несколько раз в воздух. Малолетки поняли, что с ними не шутят, и моментально бросились наутек, освобождая проезжую часть. Одежда на одном из подростков показалась мне знакомой.

Пропетляв минут десять по дворам, Витя нашел выезд на одну из главных дорог, и мы благополучно покинули опасный район.

— Не, вы видели, до чего шпана оборзела — со стволами на гоп-стоп ходят! — нервно усмехнувшись, произнес Виктор. — Хорошо, что вы вовремя сообразили, что это засада, а то засадили бы дробью, и объясняй потом на небе, что тебе рано еще к ним.

— Это все из-за машины. Приметная она у меня слишком!

— Наоборот, аэрография — это первое средство против угона. Такую машину надо сразу перекрашивать, а это сколько расходов, не каждый угонщик захочет возиться.

Виктор, конечно, прав. Моя машина была разрисована не только ради выпендрежа, но и из сугубо практических соображений — действительно, по статистике автомобили с авторским рисунком очень редко угоняли.

Моя снежно-белая «Хонда пилот» была разрисована через два дня после покупки. Рисовали, кстати, местные умельцы. На обоих бортах машины был изображен солдат, весь увешанный оружием, который вытирал окровавленный штык-нож о флаг США, и делал он это стоя на фоне горящего американского Белого дома. Очень я сомневаюсь, что нападавшие на нас, несколько минут назад подростки покусились на машину.

— Я сегодня ночью малость пошалил в соседнем районе — расстрелял из пневматика шестерых подростков, — выдал я свою версию происшедшего. — Одного из сегодняшних нападавших я узнал — он был среди вчерашних упырей.

— А! Ну тогда понятно! А чего с малышней не поделили, что они решили за оружие взяться?

— Да хрен его знает, что со шпаной делается! Они ночью от меня заслуженно получили — за дело. Нет чтобы забиться в норы и зализывать раны, они, вон — решили реванш взять!

Действительно, поведение уличной шпаны было не совсем понятным. Неужели они так сильно на меня разозлились, что, увидев мою машину у себя в районе, решили во что бы то ни стало расквитаться со мной? Обычно «шакалы подворотен» уважали силу и понимали, что если их не испугались и дали отпор, то с этим человеком лучше не связываться.

Через двадцать минут блуждания по городу машина, ведомая Виктором, заехала во двор интерната. Здесь царило непривычное для столь позднего времени суток оживление — рядом с главным корпусом интерната стояла большая стопка картонных коробок, а по двору сновали дети и подростки разного возраста — полным ходом шла бурная подготовка к срочному отъезду.

На дальнем конце двора горел одинокий фонарь и мелькал штык лопаты, выкидывающий землю из ямы — кто-то копал яму. Подъехав ближе, я увидел, что яму копал Енот, друг убитого Сани Хорошко. Яма была почти готова. Енот выкопал ее на полтора метра вглубь. Рядом с насыпью земли лежало завернутое в брезент тело.

— А что, гроб не смогли купить? — тихо спросил я у Гены, сидящего рядом с телом.

— Все гробы только под заказ, а с витрины не захотели продавать, — так же тихо ответил Гена.

Вместе с Виктором Патроховым мы разгрузили «Хонду» — вытащили из нее вещи, полученные в охотничьем магазине. Сумки и кейсы с винтовками я отнес в свою комнату. После того как я отдал ключи от своих квартир Карабасу, мне придется жить в интернате. С учетом последних событий это даже к лучшему — чем больше людей меня будет окружать, тем в большей безопасности я окажусь.

Разобрав вещи, которые мне приготовил Векшин, я аккуратно разложил все в ящиках шкафа. Подгонкой обмундирования и амуниции я займусь позже, завтра, когда будет больше свободного времени. Сейчас я достал кейсы с винтовками и, поставив их на стол, открыл оба.

Оружейные кейсы были сделаны, как показывают в фильмах жанра «экшен», — серый поролон, в котором вырезаны гнезда для деталей винтовки, запасных магазинов и оптического прицела. Карабин «Тигр», который на самом деле был не чем иным, как снайперской винтовкой Драгунова. Нет, конечно, «Тигр» — это лишь модификация СВД, в гражданском исполнении, у него укорочен ствол и изменена нарезка резьбы ствола. Но… То, что было в кейсах, было как раз винтовками Драгунова. От стандартной армейской снайперской винтовки то, что лежало передо мной, отличалось тем, что было изменено ложе, приклад и крепление оптического прицела. Также отличался и оптический прицел, он был намного массивнее и современнее стандартного. Главное, чтобы прицел и винтовка были пристреляны друг с другом. А то навешают крутую оптику на обычный охотничий карабин типа СКС, а потом удивляются, почему пуля попадает совсем не туда, куда указывает перекрестье прицела.

Собрав винтовку, я пристегнул прицел и посмотрел в окно через него. Просветленная оптика приблизила дальнюю сторону двора, и мелькающий штык лопаты оказался, как под объективом микроскопа. Ложе винтовки и приклад приятно лежали в руках, касаясь кожи шершавой поверхностью специального пластика.

Так, с одной винтовкой на плече и с двумя кейсами в руках, я вышел во двор и там отдал все это Гене. Геннадий удивленно посмотрел на кейсы и ничего не сказав, унес винтовки в мастерскую, которую мы выбрали для склада с оружием.

Через пару часов, когда все движение во дворе интерната прекратилось, мы приступили к захоронению тела Александра Хорошко. Тело, завернутое в брезент, осторожно опустили на дно ямы. После того как яму засыпали землей, я, Гена, Витя, Ветров и Енот выстелили по три раза из автоматов в воздух — это был прощальный салют для первой жертвы в этой еще не наступившей войне! Рядом с могильным холмиком стоял Василий Серов, его поддерживал за плечо Владимир, который оставил для присмотра за квартирой — почтовым ящиком вместо себя несколько подростков из интерната.

Рядом с братьями Серовыми образовалась большая группа парней, примерно человек двадцать, все они в прошлом были воспитанниками интерната, некоторые выпускались в один год с похороненным Хорошко. Многие из тех, кто сейчас стоял, рядом с могилой, держали в руках зажженные свечи. Посмотрев на темные окна спального корпуса интерната, я увидел, что в них горят десятки маленьких едва заметных огоньков. Дети и подростки стояли возле окон и провожали в последний путь одного из своих. Стая прощалась с волчонком, который погиб, так и не успев окрепнуть и стать матерым волком.

После похорон все, кто стоял возле могилы, ушли в актовый зал интерната. Там, разлив водку по стаканам, помянули Хорошко. После поминок устроили первый военный совет. Сначала сообщили всем присутствующим самую главную новость о том, что нас ждет в ближайшем будущем. Для многих это стало потрясением. Сейчас в зале находились в основном молодые парни в возрасте от семнадцати до двадцати пяти лет. Все были выпускниками интерната. У некоторых из них уже были семьи, таких в первую очередь интересовало, как обезопасить своих близких. Выход был только один — срочно вывозить всех на российскую сторону Керченского пролива.

Назавтра был назначен общий сбор всех, кто имел хоть какое-то отношение к интернату: бывшие и нынешние воспитанники, их родственники и друзья. Должно было собраться не меньше пятисот человек, очень многие приезжали из других городов Украины и даже стран. Тем, кто сейчас находился на службе в вооруженных силах Украины, были высланы срочные телеграммы с известием, что у них умерли близкие родственники и требуется срочное их присутствие.

Пока парни под руководством братьев Патроховых, работали над планом города, я писал речь для Вовки Серова. Завтра, на общем сборе, он должен был сказать что-нибудь торжественное и проникновенное, что-нибудь такое, чтобы все, кто был в зале, были готовы отдать свои жизни. Сам Вовка не понимал, почему я не хочу выступать перед такой большой аудиторией, ведь у меня и речь была поставлена лучше, а во время беседы я мог с легкостью импровизировать и быстро находить ответы на любые, даже самые провокационные вопросы. Но выступить завтра с трибуны означало только одно — взять на себя командованием отрядом, а вот этого мне хотелось меньше всего. Во-первых, это большая ответственность, а во-вторых, большая опасность не только для меня, а в первую очередь для моих близких. Найти мою семью, которая сейчас находится в Сибири, у родственников жены, не составляло особого труда. Именно поэтому я не хотел выходить на свет, а планировал оставаться в тени как можно дольше.

Через несколько часов мне было пора ехать в квартиру, которую Кружевников использовал как почтовый ящик. Взяв с собой для прикрытия Гену и Ветрова, мы, загрузившись в зеленую «копейку», поехали на улицу Буденного, дом 19. Ночью в спальном районе царила полная тишина. Все-таки два часа ночи. Машину мы бросили на другом конце двора. Ветров остался в машине, двигатель которой не глушили. К нам в машину сели двое пацанов, которых Серов-младший оставил вместо себя для наблюдением за квартирой. В квартиру я пошел один, Гена остался на улице, прикрывая меня. Дверь нужной мне квартиры была плотно прикрыта. Потянув за ручку, я открыл дверь и осторожно проскользнул внутрь. Света, который проникал через неплотно прикрытые жалюзи, было достаточно, чтобы не натыкаться в темноте на предметы интерьера. Хотя, по большому счету, натыкаться особо не было на что. В квартире царило спартанское убранство в стиле — «минимализм». Двухкомнатная квартира, в которой из мебели были: кровать и шкаф — в одной из комнат и стол и три стула — в другой комнате.

На столе лежала большая коробка и два бумажных конверта. Открыв коробку, я оглядел ее содержимое: деньги в банковских упаковках, несколько удостоверений на имя офицеров российских спецслужб и упаковка белого рассыпчатого вещества, скорее всего — наркотик. В конвертах были какие-то бумаги, схемы и фотографии. Фотографий была целая стопка, большие и маленькие с изображением людей и зданий. Собрав все это в принесенную с собой сумку, я внимательно осмотрел квартиру и нашел на кухне несколько «стволов», явно предназначенных, для спецназа: ВСС «Винторез», восемь сменных магазинов к нему и пластиковый пакет котором было запаяно триста патронов. Рядом с «Винторезом» лежал пластиковый кейс, в котором были уложены два небольших пистолета и один цилиндр глушителя. Взяв один из пистолетов в руки, я увидел на рукоятке выбитое клеймо — «ГШ-18». Вместе с кейсом лежало шесть сменных магазинов и восемь упаковок, на пятьдесят патронов каждая. Все патроны были с бронебойной пулей. Также вместе с кейсом было три кобуры: плечевая — скрытого ношения, и две поясные, одна мягкая, которую можно прицепить на ногу, и одна жесткая, для ношения в разгрузочном жилете.

В ванной комнате, под раковиной, стоял пластиковый шкаф, внутри которого лежали четыре автомата Калашникова АКСУ. Вместе с автоматами лежало двадцать запасных магазинов, а вот патронов было всего сотня.

Все найденное в квартире я положил в сумку, благо взял ее, большую и крепкую.

Я вышел на улицу, и, сев в машину, мы все вместе покинули пустынный двор пятиэтажек. Доехав до интерната, все отправились спать. Я прихватил сумку с собой — утром разберусь с ее содержимым.

Когда я засыпал, у меня промелькнула только одна мысль — приснится или нет мне сон-вещун?

Банковский «минивэн» подъехал с опозданием в три минуты — что, в принципе, ничего не означало. Ну опоздал и опоздал, в конце концов, инкассаторы приехали не в магазин за выручкой, а на подработку — «шабашку», так сказать. Бронированный «Фольксваген Т4» встал точно в то же место, где он останавливался и три дня назад, — небольшой закуток между выступающим углом здания и мусорными баками. Закуток находился в небольшом тупичке, между двумя строениями. Рядом располагались ювелирный магазин и ломбард. Машина появлялась раз в три дня. Инкассаторы приехали, чтобы вывезти упакованные в коробки драгоценности и часть выручки ломбарда. Скорее всего, существовала договоренность между старшим группы инкассаторов и хозяином магазина.

Один из инкассаторов вышел из машины и направился к неприметной металлической двери, которая располагалась в стене здания. Инкассатор выбил пальцами условный сигнал, дверь открылась, пропуская инкассатора внутрь.

— Начали! — прошептал я в гарнитуру мобильного телефона.

Мусорные баки «взорвались» грудой мусора. Наружу вылетели целлофановые пакеты, куски упаковочного пенопласта и пустые пластиковые бутылки. Из контейнеров выскочили два человека, укутанные в плащ-палатки. Большие капюшоны плащей, призванные укрывать солдатскую каску, были надвинуты на головы и завязаны внизу, на шее. В капюшонах были вырезаны прорези для глаз и рта. Упакованные в плащ-палатки и капюшоны-маски, нападавшие были похоже на бэтменов.

Один из «мусорных» бэтменов несколько раз выстрелил в темное нутро инкассаторской машины из травматического пистолета «Оса», а второй тем временем, подскочив к двери, упер в нее кусок металлической трубы и ударом ботинка вбил ее в асфальтное крошево. Теперь открыть дверь будет очень тяжело.

Упакованные в плащ-палатки парни сноровисто вытащили из «Фольксвагена» брезентовые мешки с деньгами. Один из бэтменов кинул в машину инкассаторов продолговатый цилиндр, из которого раздавалось шипение и вырывались клубы дыма.

Я сдал машину задом и заехал в тупик. Задние дверцы моего «Пежо Боксер» были предусмотрительно открыты. Оба бэтмена запрыгнули в кузов машины. Я нажал на педаль газа и рванул с места. Задние колеса, истошно взвизгнув, начали бешено крутиться, оставляя жирные черные полосы на асфальте. Машину повело из стороны в сторону, но она не двинулась с места. Я выжал педаль газа до пола, мотор ревел на повышенных оборотах, но машина не слушалась, она замерла как вкопанная.

— Леха, что за ерунда?! — закричал один из бэтменов, стуча кулаком в фанерную перегородку, отделяющую кабину от кузова. — Гони! Сейчас инкассаторы очухаются и тогда нам всем крышка!

Машина не двигалась, я посмотрел в зеркало заднего вида и сквозь дым от горящих задних колес увидел, что к машине приближаются вооруженные автоматами инкассаторы. Ударив несколько раз кулаком в перегородку, отделявшую водителя от кузова, я выпрыгнул на улицу.

Та-та-та-та — «ксюха» в руках инкассаторов выпустила короткую очередь. Я пригнулся, и пули, просвистев у меня над головой, изрешетили дверь фургона.

Бах! Бах! — я выстрелил в ответ, инкассатор даже не подумал пригнуться.

Бах! Бах! — пули, выпущенные из «ТТ», попали работнику банка в грудь, и он упал на землю.

Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! — «заговорили» пистолеты по ту сторону фургона — в дело вступили братья Серовы.

Бах! Бах! Бах! Бах! — пистолеты по ту сторону фургона стреляли без остановки!

Да, что у них там такое? Не могут справиться с одним охранником?!

Оббежав вокруг машины, я увидел Вовку и Васю, которые стояли возле машины и стреляли, держа пистолеты перед собой. Возле их ног лежали ЧЕТЫРЕ убитых охранника!!! А если учесть еще и того, которого застрелил я, то получалось ПЯТЬ! Откуда столько?! Их в банковской машине было всего трое!

Бах! Бах! Бах! Бах! — Пистолеты в руках Вовы и Васи, продолжали изрыгать пули! Выглянув из-за их спин, я увидел, что проулок, в котором стоял банковский «минивэн», полон мужиков в камуфляже с шевронами службы безопасности банка! Да откуда их здесь столько?! Я вскинул пистолет и начал стрелять в инкассаторов — Бах! Бах! Бах! Бах!

Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! Бах!

— Я пустой! — истошно закричал Вова.

— Я тоже, твою мать! — крикнул Вася.

Я перезарядил пистолет и вновь открыл огонь! У нас было всего по одной запасной обойме к каждому пистолету. А инкассаторы лезли вперед, не обращая внимания на пули, которые в них попадали. Только пуля, попавшая в голову, опрокидывала человека в камуфляжной форме. Бах! Бах! Бах!

Собрав все нужное мне для встречи с членами «карточного клуба», я переоделся в военную форму, купленную у Векшина. Немецкий «ночной» камуфляж был вполне пригодным, чтобы в нем расхаживать по городу. Я взял с собой ноутбук, уложенный в специальную сумку. Сумка была большего размера, чем надо, поэтому рядом с ноутбуком легко поместился и пистолет-пулемет «Кедр», с двумя запасными магазинами. В наплечной кобуре лежал «гоша», а по карманам куртки я разложил запасные магазины и несколько ножей. Немного подумав, я положил в сумку с ноутбуком две гранаты «РГД-5». Все это было нужно не столько для самообороны, сколько для создания нужного антуража во время встречи с членами «карточного клуба».

Я приехал на встречу с Карабасом и его партнерами по «карточному клубу» точно в условленное время. Приехать раньше означало — дать понять, что нервничаю и заинтересован во встрече больше, чем те к кому я приехал; если приехать позже и заставить себя ждать, то возможно, что встречающие меня люди обидятся и разговор пойдет не так, как я планировал. Поэтому опаздывать или приезжать раньше, чем надо, — нельзя. Все, как во время лихих девяностых — на «разборку» нужно приезжать вовремя!

Хоть я и приехал точно в 19.00, но все равно оказался самым последним, похоже, что общий сбор был запланирован немного раньше, чтобы члены «карточного клуба» могли обсудить без посторонних причину встречи в тесном кругу.

Парилку в сауне никто не разогревал, она так и стояла холодная. Все присутствующие собрались в большом обеденном зале. Всего в зале было шестнадцать человек — немного больше, чем я ожидал. Оказывается, оппозиция к существующей городской власти была намного больше, чем я думал.

«Карточный клуб», как они сами себя называли, образовался через некоторое время после смены городского руководства в городе Керчь. Предыдущий мэр, конечно, тоже был не подарок, но он был у власти больше двадцати лет. К нему все привыкли, расценки на взятки и «подарки» были давно установлены и приняты к сведению. Торговые и коррупционные связи и схемы были давно созданы и отлажены. С приходом же нового руководства все пришло в упадок. Новый мэр — ставленник Киева, придя к власти, уничтожил все, что было создано годами. Если бы при этом жизнь изменилась к лучшему, то никто бы и не возмутился, но, как это обычно и бывает, все изменения только ухудшили существующее положение вещей.

Новый мэр привел с собой целую команду новых людей, которые заняли все ключевые позиции в городе. Но самым плохим было то, что с приходом нового руководства в Керчь пришли иногородние предприниматели. В течение, первого года работы нового городского руководства в Керчи товарооборот местных предпринимателей упал в три раза. Чтобы хоть как-то бороться, против интервенции чужого бизнеса, местные предприниматели и руководители предприятий объединились. Это объединение и называлось «карточный клуб».

О существовании «карточного клуба» я узнал совершенно случайно — я бы даже сказал, что это было теоретическое предположение, основанное на косвенных фактах. Просто в один прекрасный момент бывшие конкуренты, которые раньше были готовы рвать друг другу глотки, решили закопать «топор войны». Вот по этому неожиданному прекращению давних дрязг и разборок я и сделал вывод, что часть керченских «деловаров» решили объединиться.

Всех, кто был в зале, я знал. С некоторыми у меня были постоянные совместные дела, и почти со всеми, я иногда хоть как-то, но пересекался в решении различных коммерческих вопросов.

Из шестнадцати человек, что сидели сейчас за столом и внимательно смотрели на меня, четверо были из правоохранительных органов, двое из армии, четыре человека представляли различные государственные органы, еще четыре человека были предпринимателями, а двое имели явное отношение к криминальному миру. Это были разные люди, но единственное, что их объединяло, — это наличие у всех присутствующих бизнеса в нашем городе. Даже армейцы и представители криминалитета — и те имели свои торговые точки в городе. У одних, присутствующих в этом зале, были магазины и кафе, у других — строительные фирмы и рыболовецкие артели, третьи «держали» рынки и автосервисы.

Все, кто был сейчас в зале, были на тех фото, которые мы забрали в квартире — почтовом ящике. Ну что ж, это очень и очень хорошо, значит, все они будут лично заинтересованы в войне с татарами.

Я молча прошел через весь зал и, поставив на стол сумку, достал из нее ноутбук. Открытая сумка осталась лежать на столе, если внимательно присмотреться, то было видно лежащий в сумке сменный магазин к пистолету-пулемету.

— По какому поводу нас всех здесь собрали? — строго спросил один из присутствующих.

Казович Виктор Федорович — один из депутатов Керченского городского совета, владел сетью аптек и ветеринарных лечебниц. Человек крайне невыдержанный и надменный.

— Минуту терпения, сейчас я вам все расскажу! — спокойно ответил я, настраивая ноутбук, чтобы он мог через проектор транслировать изображение на экран, растянутый на стене.

— Молодой человек, надеюсь, вы понимаете, что причина, из-за которой нас здесь собрали, должна быть очень весомой, иначе у вас будут большие неприятности, — надменно произнес Виктор Федорович.

— За это не бойтесь. То, что я вам сейчас расскажу — это самое главное в вашей жизни! — спокойно ответил я. — Единственная просьба: не перебивайте, даже если мои слова покажутся вам излишне фантастическими, на все вопросы я отвечу, когда закончу.

— Ну-ну! — с сомнением в голосе произнес господин Казович.

Не обратив внимание на язвительный тон, говорившего, я молча продолжил делать свое дело. Когда связь была налажена, я включил программу и стал говорить. На экране появлялись картинки, схемы, таблицы и диаграммы.

Каждое появляющееся изображение я сопровождал своими комментариями. Пока речь шла об общих сведениях, все молча, слушали со скучающим видом, но когда дело дошло до конкретных данных, связанных с Керчью, позади меня раздался удивленный ропот. А когда дело дошло до рассказа о ликвидации схрона с оружием, всего в пятидесяти километрах от города, раздались уже крики негодования:

— Да что это за бред?!

— Какие, на хрен, боевики?! Какое еще оружие?!

— Вы там в своем интернате совсем с ума сошли?!

— Коршунов, вы что, убили несколько человек?!

Последние слова принадлежали Семену Игнатьевичу Дорушевичу — начальнику второго отделения милиции, того самого отделения, на земле которого находился интернат. Человеку, который ставил верховенство закона превыше всего. Именно он дал «добро» на то, чтобы в «его» районе улицы патрулировали совместные группы казаков и воспитанников интерната. Но Семен Игнатьевич очень часто повторял, что если наши патрули хоть раз преступят черту закона, он лично сделает все, чтобы наказать виновных со всей суровостью.

— Семен Игнатьевич, а для кого, по-вашему, предназначалось десять тысяч выстрелов к подствольным гранатометам? Для охотников, а может, для охранников на рынке? А, может, Семен Игнатьевич, вы скажете, на кой ляд, руководству МВД понадобилось забирать у вас все автоматическое оружие? Что у вас сейчас стоит на вооружении: пистолеты Макарова и, максимум, по четыре-пять АКС-74У, на каждое отделение? Чем вы будете защищать жителей города, если в него придут вооруженные до зубов боевики?

— Откуда здесь взяться боевикам? — неуверенно спросил милиционер. — Да и автоматы у нас забрали исключительно для того, чтобы заменить их на украинские автоматы «Вепрь».

— «Вепри» перестали выпускать два года назад, так как дешевле закупать у России новые АК-102 или «ксюхи». Кому, на хрен, эти «Вепри» нужны? Не автомат, а жалкая переделка «калаша», к тому же не доведенная до ума! А по поводу боевиков, так они уже здесь, в Керчи.

— Вы несете откровенный бред! Ничем не подтвержденный бред! — в голосе Казовича сквозило плохо скрываемое презрение.

— Не хотите, не верьте, мое дело — вас предупредить. Через несколько дней вы все поймете сами. Если доживете! — с этими словами я вытащил из сумки стопку фотографий, захваченных в квартире Кружевникова, при этом как бы невзначай стал виден пистолет-пулемет, который тоже лежал в сумке. — Это фотографии тех, кто подлежит уничтожению в первую очередь.

— Это у тебя что, автомат?! — ошарашенно, произнес Семен Игнатьевич. — Ты открыто носишь с собой автомат?

— Не только автомат, но еще пистолет и гранату, — я достал из сумки «Кедр» и гранату, а потом откинул полу куртки, чтобы все присутствующие могли видеть наплечную кобуру с пистолетом. — Среди этих фотографий есть и моя. Знаете ли, не хочу, чтобы меня убили раньше времени.

— Ты хоть понимаешь, что я могу вызвать наряд и арестовать тебя прямо сейчас? — продолжал настаивать Семен Игнатьевич.

— С чем вы будете меня арестовывать? С пистолетами? Рядом с гостиницей дежурит несколько человек, вооруженных автоматами и гранатометами, — это группа прикрытия. — На самом деле не было никакой группы прикрытия, но я всегда врал настолько уверенно, что люди верили мне. — Так что если есть желание устроить кровавую бойню, то милости прошу!

— То есть ты и правда, веришь во весь этот бред? — Семен Игнатьевич, обычно был спокойным и выдержанным человеком, но сейчас он был явно не в себе, потому что позволил себе кричать. — Да, если надо, то я вызову «Беркут», и они вычистят подчистую весь ваш интернат!

— А что, разве керченский «Беркут» еще в городе? Их же собирались отправить в Западную Украину? — спокойно ответил я, подвигая сумку с автоматом ближе к себе. — А по поводу бреда я вам так скажу: еще два дня назад, когда первый раз услышал о возможной войне в Крыму, я сказал именно так — бред, этого быть не может. Но прошло два дня — и я очень рад, что моя семья находится далеко отсюда, а все мои финансовые операции свернуты и деньги отправлены жене и детям.

— Так вот зачем ты так срочно продал мне свои квартиры! — взревел Карабас. — Ах, ты ж засранец! Ты же меня кинул! Зачем мне твои квартиры, если мне самому их теперь придется срочно продавать?!

Не знаю, что подействовало больше на присутствующих, демонстрация моего арсенала или возмущенный рев Карабаса, но только все, кто был в зале, заговорили. Причем заговорили одновременно и очень громко. Я бы даже сказал, что закричали и загомонили! Кричали все: кто друг на друга, кто в микрофон мобильного телефона, несколько человек выбежали из зала на улицу. В общем, творилась всеобщая сумятица и кутерьма!

Я спокойно смотрел на все это безобразие, складывая свой ноутбук в сумку. Положив ноутбук в сумку, я вытащил из нее «Кедр» и повесил его на плечо.

— Ты совсем охренел — открыто носить автомат? — Самый главный милиционер нашего района привстал со своего стула и попытался ухватить меня за одежду.

— Игнатьевич, не переживай, завтра мы получим первую партию оружия и по району будут ходить подростки, вооруженные автоматами. Так что я на их фоне буду казаться безоружным, — беспечно ответил я, уклонившись от попытки захватить меня.

— Не понял?! Ты что, собрался вооружить своих пацанов? Зачем? — не унимался милиционер.

— Да затем, чтобы хоть кто-то мог противостоять агрессии!

— Каждый должен заниматься своим делом. Для этого есть работники силовых ведомств и армия! — Семен Игнатьевич кричал во весь голос. Видимо, разозлился не на шутку. — Завтра утром я приеду в интернат и поставлю там всех на уши! Если найдем хоть что-нибудь криминальное, посажу всех старше четырнадцати лет! Ты меня ПОНЯЛ!!!

— Не кричи, Игнатьевич. Не кричи. Криком здесь не поможешь. Лучше скажи, что вы будете делать, чтобы предотвратить вторжение? Или ничего делать не будете?

— Не твое дело!

— Ну ладно, не мое, так не мое! — чтобы не злить милиционера, я спрятал «Кедр» под полой куртки.

— Эй! Леха, ты куда?! — закричал Карабас, видя, что я хочу выйти из комнаты.

— Все, что я мог сделать, я сделал. Что еще от меня нужно?

— Как это что? — взревел Карабас. Я и не знал, что он может издавать такие громкие звуки. — Говори, что нам делать? Я тебя знаю — у тебя есть план действий! Рассказывай немедленно!

— А это кому-то надо? — спросил я, намекая на всеобщий гомон, стоящий в зале.

— ТИХО! МОЛЧАТЬ!!! — заорал Карабас, ударив, со всей силы кулаком по столу. Столешница затряслась от удара могучего кулака, а стаканы, стоявшие на столе, не выдержав колебаний, попадали.

В зале повисла неожиданная тишина. Присутствующие, замолчали не из-за того, что испугались крика Карабаса, а скорее, от того, что это было неожиданно. Карабас не был той фигурой в этом зале, которая могла бы затыкать рот всем остальным.

— Вот и отлично! — спокойно произнес я. — Всех, кто захочет участвовать в обороне города, я жду завтра в двенадцать часов дня в помещении интерната!

— А что нам сейчас делать? — недоуменно спросил Карабас, видимо, он ожидал, что я прямо сейчас выдам ему план действий.

— Решать! Каждый должен решить для себя, что ему сейчас делать! Можно собрать шмотки и валить из города, а можно остаться и попытаться помочь спасти как можно больше людей.

— Перестаньте нести чушь, выбор в таком случае очевиден, — презрительно скривив губы, надменно произнес Казович. — Я завтра лично по своим каналам «пробью» вашу информацию, и если это окажется правдой, то для меня выбор очевиден — как можно быстрее уезжать из страны.

— Собственно говоря, никто в этом и не сомневался! — нагло глядя в глаза чиновнику, произнес я.

— Что ты сказал, щенок?! — Казович пришел в ярость от моих слов и кинулся на меня с кулаками. — Да я тебя сейчас!

Виктора Федоровича Казовича вообще было легко разозлить. Он мог впасть в бешенство даже из-за невинного слова, сказанного поперек его слова. Видимо, большие деньги и неограниченная власть способствовали всему этому. Но как боец господин Казович был никакой — избыточный вес, дряблые мышцы и вечная одышка делали его похожим на говорящий бурдюк с салом.

Я встретил толстяка коротким прямым ударом в голову. Мой кулак без труда расквасил нос депутату. Казович не ожидал, что его могут ударить. Он не привык к такому обращению, с его «величественной» физиономией. Решив закрепить успех, я схватил чиновника за голову и со всей силы ударил его лицом об стол. Поскольку в этот момент господин Казович держался обеими руками за свой разбитый нос, то он даже ничего не успел сделать. Его лицо с глухим стуком ударилось о тяжелую, полированную поверхность стола, и раздался противный хруст — многострадальный нос окончательно превратился в лепешку.

— А вам не кажется, что вы перегнули палку? — тихо спросил один из присутствующих, когда в зале воцарилась гробовая тишина.

— Абсолютно не считаю, — спокойно ответил я. — Чем хорошо смутное время, так тем, что можно совершенно безбоязненно сводить личные счеты! Через пару дней для господина Казовича будет самым главным выдернуть деньги из бизнеса, чтобы убежать из города, а не думать о мести за разбитый нос.

— Значит, ты настолько уверен в том, что нам только что говорил, что можешь себе позволить при свидетелях разбивать носы уважаемым людям этого города? — подвел итог моим словам Карабас.

— Именно! — широко улыбнувшись, произнес я. — Напоминаю: всех, кто захочет участвовать в обороне Керчи, заработав при этом денег, жду завтра в двенадцать в интернате.

— А, так все-таки есть возможность срубить деньжат?! — торжествующее произнес Карабас. — А я все думаю, когда проснется твое истинное нутро!

— Денег можно заработать всегда и на всем. А уж такое дело, как война, — это для знающего и подготовленного человека вообще золотая жила. Только и успевай, что мешки для денег подставляй! — с этими словами я вышел из зала и спустившись по лестнице, двинулся на улицу.

От здания гостиницы я отошел всего на тридцать метров. В неприметном закутке, образованном зданием школы и забором строительной площадке, стояла моя зеленая «копейка» — машина, на которой я предпочитал передвигаться по городу, когда хотел оставаться незаметным для окружающих.

В машине я поставил ноутбук на соседнее сиденье, подсоединил к нему шнур, который шел от автомобильной магнитолы. Быстренько активировав нужную программу, я воткнул в ухо наушник и принялся слушать, о чем разговаривают члены «карточного» клуба, которые остались в зале сауны. Вся моя «возня» с господином Казовичем была нужна только для одного, чтобы незаметно для окружающих бросить на пол «шайбу» подслушивающего устройства.

Приникнув в динамику, я весь обратился в слух, все-таки техника, которой я пользовался, была не профессиональной и качество звука оставляло желать лучшего. Хорошо хоть, судя по репликам, доносящимся из наушника, я не пропустил ничего интересного: к деловому разговору еще не приступили — присутствующие успокаивали чиновника с разбитым носом, который клялся всеми возможными клятвами, что завтра же меня ждут всевозможные кары и пытки. Минут через пятнадцать пострадавшего вывели из зала, и все присутствующие приступили непосредственно к обсуждению той темы, которую я поднял.

Самая первая новость, которую я услышал, огорошила меня как выпавший снег в середине лета. Оказывается, что большинство тех проблем и неприятностей, которые валились мне на голову как из рога изобилия, были спровоцированы вовсе не сыном мэра и его прихвостнями, а членами «карточного» клуба. Они хотели таким способом натравить меня на мэра и всю его семью. Расчет был на то, что я, по мнению присутствующих, «крут на расправу», и если меня хорошенько разозлить, то я скорее всего «пущу кровь» своим обидчикам. Все-таки история с расстрелянным педофилом дала о себе знать. И ведь, что самое неприятное, эти «картежники» оказались правы на все сто процентов — я хотел поступить именно так, как они и рассчитывали — убить всех, кто, по моему мнению, испортил мне жизнь в этом городе. Вот только оказывается, что в моих бедах были виноваты совершенно другие люди. Многих из них я считал своими… нет, не друзьями, но уж приятелями точно. Взять хотя бы того же Карабаса или Дорушевича, оба были мне близки, я был вхож в их семьи, наши жены и дети дружили, а мы часто общались между собой. А оно вон как повернулось!

Как только я «переварил» услышанную новость, то первым моим порывом было вернуться в обеденный зал сауны и хорошенько «пройтись» из «Кедра», по присутствующим, предварительно кинув в зал гранату, но потом я все-таки пересилил себя и решил, что всегда успею свести счеты. В глубине души я понимал, что больше всего меня зацепил тот факт, что мной «управляли». Меня «вели» и дергали за ниточки, как марионетку. Меня — «великого комбинатора», который разыгрывал тысячи комбинаций и прокручивал сотни «тем». Вот так вот, живешь, думаешь, что ты стоишь на вершине пьедестала, а потом, вдруг… бац! — а никакого пьедестала-то и нет, а рядом стоит кто-то другой, кто намного умнее и проворней, чем ты. А твоя корона, которую ты сам себе на голову надел, — всего лишь яркая мишура. А если копнуть еще глубже, в самые недра моей души, то окажется, что во всем происшедшем, виноват только я сам. Да, да! Ведь если бы я мог взглянуть на ситуацию двухмесячной давности трезвым взглядом, то смог бы увидеть, что ни мэр, ни его сын к моим проблемам не имеют никакого отношения. Но мне мешало собственное ЭГО. То самое, которое говорило мне, что я — самый лучший и гениальный в этом городе, и именно поэтому властьдержащие заинтересовались моей «темой» с недвижимостью и хотят у меня ее забрать.

Вот после понимания того, что, как всегда, в своих проблемах виноват только я, и никто другой, я и успокоился. Вместо злобы и агрессии на членов «карточного» клуба пришло спокойствие и трезвый расчет. Правильно! Когда некого винить кроме себя самого, то остается только одно — успокоиться и продолжать жить дальше. Только теперь надо быть еще больше осторожней и внимательнее. Ведь, как оказалось, я в этом городе не самый умных и хитрый, есть «звери» и поматерей меня.

Самым интересным из всего, что я услышал в динамик наушника, было заявление одного из «вояк». Как оказалось, в течение последних двух месяцев в воинских структурах Крыма в целом и Керчи в частности произошли кадровые изменения. Командиры всех воинских частей были по разным причинам заменены. Их места заняли представители крымско-татарского народа или выходцы с Западной Украины. А если говорить конкретней, то из всех воинских подразделений, которые квартировались в Керчи, можно было рассчитывать только на два: морских пограничников и морской отряд саперов. Оба эти подразделения были укомплектованы исключительно служащими на контрактной основе, которые постоянно проживали в Керчи. Остальные керченские воинские части в последние полгода получали призывников, которые призывались из-за пределов Крыма. Это все наводило на определенные сомнения: одно дело воевать с наспех подготовленными «гражданскими», вооруженными только личным стрелковым оружием, и совсем другое дело воевать с воинскими подразделениями, укомплектованными по штатному расписанию. В Керчи размещались две большие воинские части: батальон сухопутных пограничников и «учебка» морпехов. Обе части имели в своем штате танки, БТР и БМП, а по некоторым данным, в «учебку» морпехов недавно перекинули два дивизиона реактивных установок залпового огня «Град». До сих пор так никто и не понял, зачем морпехам «Грады». Помимо всего прочего, остается загадкой, сколько сейчас бойцов находится в этих двух частях. По штатному расписанию в батальоне пограничников должно быть пятьсот военнослужащих, а в «учебке» морских пехотинцев обычно пребывало двести пятьдесят новобранцев и около пятидесяти человек из числа инструкторов и офицеров части. Но опять же, по непроверенным данным, эта цифра может быть минимум в два раза выше, а это значит, что помимо трехсот человек в Керченской исправительной колонии и тысячи ополченцев, которые обитают где-то на подступах к городу, есть еще почти полторы тысячи хорошо обученных и экипированных бойцов, при поддержке бронетехники. Мягко выражаясь — к нам в гости пришел пушной зверь, по имени «писец».

Заседатели «карточного» клуба в течение двух часов обсуждали возможные варианты своих действий. Практически сразу «картежники» разделились на два неравных клана: первые — оба армейца и четверо «ментов» — выступали за оборону города всеми возможными силами, вторые — предприниматели и чиновники — считали, что необходимо немедленно бежать из города. Криминалитет свою позицию не объявил — как всегда, выжидали и осторожничали, желая понять, куда повернется настроение остальных.

В такой расстановке мнений не было ничего удивительного: вояки и менты «кормились» исключительно со своих должностей, и если они их лишались, то и полноводный финансовый ручей иссекал. Предприниматели и чиновники могли легко найти способ добычи денег на новом месте, тем более что по характеру своей деятельности и те, и другие имели денежные «заначки» за пределами страны. Оба «бандоса», как и все представители криминального мира, были очень хитрыми и изворотливыми, такие могли выжить в любой обстановке, как бы она не изменилась. Они могли с равным успехом выжить в охваченном войной городе и за его пределами, в другой стране.

Ближе к полуночи все «картежники» разъехались по домам. Хорошо бы вернуться в сауну и забрать «пуговицу» подслушивающего устройства, иначе утром, когда в зале будут проводить уборку, ее найдут. Но, честно говоря, я даже не представлял, как это сделать. Ну и ладно, найдут и найдут, не велика потеря.

Когда я вернулся в интернат, то застал в нем много посторонних людей. Здесь были бывшие и нынешние воспитанники интерната, их друзья, знакомые и родственники, было много представителей казачества. Хотя, конечно, керченские казаки — те еще клоуны — ряженые, но их было много, держались они организованно и были относительно хорошо подготовлены.

Я осторожно прокрался через двор интерната, стараясь, чтобы никто меня не заметил. Возле дверей мастерской, в которой содержался Кружевников, стоял конвой. Двое парней, вооруженных «ксюхами», молча пропустили меня внутрь.

Сева висел на цепи, подвешенный к потолку. Цепь была пропущена под мышками таким образом, что его ноги лишь слегка касались пола. Выдернув стопор, который фиксировал цепь, я отпустил Кружевникова на пол. Задержав дыхание, подтащил Севу к дальней стене, которая была оббита фанерой. Приподняв Кружевникова, я усадил его, облокотив на стену. Чтобы тело не сползало вниз, я с помощью строительного степлера пригвоздил одежду Севы к стене. Кружевников все это время находился без сознания. Он полусидел, пригвожденный к стене, его голова была склонена на грудь. Выглядел Сева очень плохо: бледная кожа, темные круги под глазами и вокруг рта, искусанные губы синюшного цвета и ужасный запах нечистот — все это создавало впечатление того, что Кружевников получил сполна за свое предательство. Хотя нет — сполна будет, когда его кости сгниют в придорожной канаве.

Вколов в плечо Севе очередную порцию самодельной «химии», я наполнил ведро водой и выплеснул ее на лицо Кружевникову.

Сева дернулся всем телом и медленно открыл глаза.

— Что надо? — еле слышно прошептал Кружевников.

— Я буду задавать тебе вопросы, я ты отвечай.

— Пошел в жопу! — голос Севы срывался на хрип. — Ничего я тебе не скажу.

— Скажешь, еще как скажешь! — спокойно произнес я. — Даже, если не захочешь, все равно скажешь. Если не мне, то очередной порции «сыворотки правды», правда, после этого твои мозги будут больше похоже на манную кашу, а ты сам станешь вечно улыбающимся дебилом. Но кого это волнует, твоя жизнь сейчас стоит ровно столько, сколько ты можешь мне сказать.

— А если я отвечу на все твои вопросы, то ты сохранишь мне жизнь? — голос Кружевникова заметно окреп, да и сам он выглядел немного лучше — снадобье, которое я ему вколол, начало действовать.

— Я позволю тебе выкупить свою жизнь!

— Выкупить?! Это как?

— Ты ответишь на все мои вопросы, я проверю все твои слова, и если ты не соврал, то мы с тобой договоримся, сколько ты готов заплатить за свою жизнь.

— А может, сразу оговорим сумму? Возможно, обойдемся без расспросов?

— У тебя денег не хватит от меня откупиться без ответов на мои вопросы.

— Ну а все-таки, о какой сумме идет речь, — хитро прищурившись, спросил Сева.

— Миллион долларов! — кажется, это входит в привычку — требовать от Севы миллион долларов.

— СКОЛЬКО?! Ты шутишь?

— Нет, не шучу. Что, нет у тебя такой суммы? Ну вот и отлично, так что придется рассказывать. Постарайся говорить быстро, действие возбуждающего препарата, который я тебе вколол, продлится еще минут двадцать, не больше. Если я не получу ответы на все мои вопросы, то мне придется тебя пытать, чтобы поддерживать твое тело в тонусе, иначе ты опять впадешь в беспамятство. Поэтому, если ты не хочешь лишиться пальцев на ногах и приобрести парочку подпалин, то отвечай быстро и правдиво!

— Дашь воды, отвечу на твои вопросы.

— Имя, фамилия и отчество, только настоящие? — спросил я, включая диктофон на мобильном телефоне. — Где родился, как стал наемником, кто тебе за это платит?

— Вальчук Степан Федорович, восьмидесятого года рождения. Родился в Днепропетровске, но с трех лет жил в Ивано-Франковске. Как стал наемником, не важно. А платят мне сейчас татары и их покровители — турки.

— Братья Серовы и пацаны из интерната тебе нужны были только для того, чтобы их подставить и дать повод для резни?

— Да.

— Кто координирует твои действия и отдает приказы?

— Татарин, зовут — Руслан. Живет в селе Чистополье, номер его телефона записан, как — «ремонт холодильников».

— Сколько ваших команд в городе?

— Не знаю. Я работал в одиночку. Ни с кем больше не общался.

Хрясь! Острие ножа воткнулось в деревянные доски пола, всего в нескольких миллиметрах от ноги Севы. Кружевников, испугавшись, хотел было отдернуть ногу, но сталь ножа надежно зафиксировала ткань штанины.

— Еще раз соврешь, и нож попадет туда, куда надо!

— Ну я, правда, никого не знаю! — испуганно выпучив глаза, зашептал Сева. — Там конспирация, похлеще, чем в Хамасе.

Я выдернул нож и, коротко замахнувшись, вонзил его в икру левой ноги Кожевникова. Нож, пробив мышцы на ноге, застрял в доске. Прокрутив нож в ране, я выдернул его.

— Больно! А-ааа!!! Ы-ыыы!!! — заорал во все горло Сева.

— Если сейчас же не заткнешься, то я этот нож тебе в мошонку воткну! Понял? — окровавленный клинок оказался возле самого лица Кружевникова, показывая, что я с ним не шучу.

В дверь осторожно постучали.

— Алексей Иванович, у вас все в порядке? — парни, стоявшие с той стороны двери, решили проверить, чем вызваны крики.

— Да, все нормально! Никого не пускать внутрь. Никого! — крикнул я. А потом, повернувшись к Севе, уже шепотом добавил: — Повторяю свой вопрос — сколько групп в городе?

— Точно не знаю! — яростно прошептал Кружевников. — Могу сказать только одно: как-то раз видел, как Руслан упаковывал восемь «посылок» с оружием.

— Сколько в группе должно быть бойцов?

— По-разному: в моей группе было четыре человека, а могло быть и больше. Все зависит от задачи, которая ставится перед группой.

— Какая задача была у тебя?

— После провала с подставой парней из интерната мне приказали возвращаться в Керчь и ждать дальнейших распоряжений. Их я получить не успел, так как вы меня захватили.

— А что же ты, падла, молчишь про квартиру на Буденного, в которой тебя ждала посылка от твоего координатора. А что ты скажешь об Ильясе, который занесен в твой телефон под именем «сестра Ира»?

— Откуда ты знаешь?! — изумленно произнес Сева.

— Я все знаю! Ты уже все мне рассказал, а сейчас только проверяю твои слова, сказанные под воздействием «сыворотки правды»! Сделать тебе дырку в другой ноге? Для симметрии!

— Не надо! Я все скажу! Сделай мне перевязку, а то я умру от потери крови.

— Посмотрим, что ты расскажешь. Если соврешь хотя бы раз, получишь еще одну рану! Понял?

— Понял, — обреченно ответил Кружевников, и, набрав в легкие воздух, начал говорить: — Ильяс — «банкир», он привозит деньги, а Руслан — координирует действия диверсантов. Керчь обречена, она должна стать предостережением для всех, кто вздумает сопротивляется. Цель диверсионных групп — уничтожение мирного населения. Где-то в городе есть схрон, в котором размещается склад боеприпасов, начиненных боевыми отравляющими веществами.

— Почему именно Керчь?

— Из-за географического расположения — Россия находится рядом, по ту сторону пролива. Плюс ко всему, в Керчи проживают те представители крымских татар, которых не очень жалуют свои же соплеменники.

— Сколько всего сил будет брошено на Керчь?

— Не знаю! Правда, не знаю. Кто мне об этом скажет? Я всего лишь командир низшего звена!

— Ну а если подумать?

— Тысячи две, никак не меньше!

— Когда должно начаться вторжение?

— Не знаю, могу лишь предположить — на майские праздники.

— Первого мая или девятого?

— Девятого, а лучше десятого. Да! Я бы начал — десятого мая!

— Кого ты еще знаешь, кроме Ильяса и Руслана?

— Никого. Только этих двоих, — голос Кружевникова становился все тише и тише.

Через минуту Сева замолчал и его голова упала на грудь. Я достал из кармана ИПП и, наложив жгут немного выше раны, перевязал ее. После того как рана была обработана, а бинт туго намотан вокруг раны, я снял жгут и вколол несколько лекарств в плечо Кружевникова.

Когда я вышел из мастерской, то двор интерната стал заметно пустее — по нему бродили не больше десятка парней. Патрульные, стоявшие возле дверей, с облегчением выдохнули, когда я вышел из мастерской. При этом автоматы они держали направленными в мою сторону, видимо, боялись, что Кружевников захватил меня в заложники.

— Где Вовка Серов? — спросил я у парней, дежуривших возле двери.

— Подходил пять минут назад, сказал, что как только вы закончите, он ждет вас у брата в комнате.

— Хорошо. Никого внутрь не пускать, сами тоже не заходите. Поняли?

Парни синхронно кивнули в знак понимания. Я прошел через двор, по дороге здороваясь с теми, кого знал.

В комнате у Василия было многолюдно, помимо братьев Серовых и братьев Патроховых, были еще четверо парней, которые имели отношение к Керченскому союзу казаков. В комнате было накурено, а на стене развешаны карты города и пригородов. Все были настолько увлечены обсуждением, что не заметили, как я вошел в комнату. На меня обратили внимание только после того, как я подошел к карте и стал рассматривать нанесенные на нее обозначения. Цепь холмов, которая протянулась от крепости «Керчь» и до Аршинцевского кладбища, была отмечена красными крестиками. Еще несколько красных крестиков были хаотично раскиданы по карте города. Присмотревшись, я понял, что кресты располагались на пересечении улиц, там, где над ними располагались высотные здания или господствующие высоты.

В принципе правильно: весь город нам не удержать, значит, расчет надо ставить на то, чтобы удержать только один район города — Аршинцево. Цепь холмов позволит создать ряд укреплений, которые будут располагаться на господствующей высоте. В Аршинцево есть порт в районе бывшей ТЭЦ, есть судостроительный завод «Пролив», есть несколько рыболовецких заводов с собственным парком судов, есть яхт-клуб и несколько лодочных кооперативов. Чтобы эвакуировать население через Керченский пролив, транспорта хватит.

— Леха, ну что, как дела? Будет у нас оружие? — спросил Серов-младший.

— Будет, — коротко ответил я. — Сколько людей согласилось вступить в наш отряд?

— Много. Даже больше чем мы ожидали. Наших, интернатовских, — сто восемьдесят три человека, казаков — пятьдесят два бойца, ну и так, можно сказать, сочувствующих — еще человек семьдесят. В общей сложности получится человек триста. Но наши еще не все приехали, те, что служили или учились в Киеве, приедут завтра утром. А это еще двенадцать человек. Оружия хоть хватит на всех?

— Примерно на столько бойцов и рассчитывал.

— А что хоть за стволы? Наверное, старье какое-нибудь? — пренебрежительно спросил Владимир.

— Главное, что оно рабочее и может стрелять. Хотя, конечно, ППШ, винтовки Токарева и пистолеты ТТ не назовешь верхом оружейной мысли.

— Я так и думал, — поджав губы, сказал Вова. — Что еще можно было ожидать от Испанца. Есть еще какие-нибудь мысли по поводу того, где бы разжиться оружием?

— Кое-какие мысли есть. Но давайте все завтра, устал я сегодня, спать пойду. А вы тут прикиньте список всего, что нам понадобится и что можно купить в городе. Испанец оружие дал бесплатно, так что сэкономленные деньги можно будет пустить на закупку медикаментов, амуниции и транспорта.

— Я примерный список набросал, — подал голос, сидящий на кровати Серов-старший: — Если мы будем вооружены пистолетами-пулеметами Шпагина, то отпадает вопрос с запасными дисками и подсумками, у нас есть и свой запас. Надо будет всем раздать экипировку, которая есть у нас в музее. Хорошо бы, чтобы у всех наших была единая форма — так будет легче ориентироваться в бою, где свои, а где чужие.

— Завтра утром подготовьте группу — шесть человек на нескольких машинах, причем одна из машин должна быть на выезде из города. Мне должен будет позвонить Векшин, к нему абреки приедут забирать камуфляжные костюмы. Надо будет их захватить и допросить. Сделать это надо будет где-нибудь за городом.

— А если они не покинут пределы города? Что тогда? — спросил Гена Патрохов.

— Должны покинуть город! У них заказ на тысячу комплектов формы, они такую толпу в городе не спрячут!

— Тысяча комплектов?! — округлив глаза, спросил Антон Сайков — атаман керченских казаков. — Так много?

— Тоха, на самом деле их еще больше. Намного больше, — выходя из комнаты, произнес я: — Так что подумайте лишний раз, перед тем как решить, хотите вы воевать или нет.

Возле моей комнаты стоял Данила с автоматом в руках. Рядом с ним сидела на стуле Настя.

— Привет, молодежь. Скучаете?

— Немного, — ответил Ветров. — Меня назначили в караул, охранять вашу комнату.

— Можете идти спать. Разбудите меня утром, часиков в восемь. Хорошо?

Ветров кивнул головой в знак прощания и, подхватив свою девушку под руку, пошел прочь по коридору. Зайдя в комнату, я закрыл дверь на ключ, а потом еще и намотал несколько витков скотча на дверную ручку, так, чтобы дверь не могли открыть снаружи — осторожность лишней не бывает!

Спать лег прямо так, в одежде, только расслабил пояс на брюках и немного расшнуровал ботинки. Перед тем как заснуть, подумал, что хорошо бы завтра купить сонник и попытаться растолковать сон, который мне снится каждую ночь.

Банковский «минивэн» подъехал с опозданием три минуты, что, в принципе, ничего не означало. Ну опоздал и опоздал, в конце концов, инкассаторы приехали не в магазин за выручкой, а на подработку — «шабашку», так сказать. Бронированный «Фольксваген Т4» встал точно в то же место, где он останавливался и три дня назад — небольшой закуток между выступающим углом здания и мусорными баками. Закуток, находился в небольшом тупичке между двумя строениями. Рядом располагались ювелирный магазин и ломбард. Машина появлялась раз в три дня. Инкассаторы приехали, чтобы вывезти упакованные в коробки драгоценности и часть выручки ломбарда. Скорее всего, существовала договоренность между старшим группы инкассаторов и хозяином магазина.

Один из инкассаторов вышел из машины и направился к неприметной металлической двери, которая располагалась в стене здания. Инкассатор выбил пальцами условный сигнал, дверь открылась, пропуская инкассатора внутрь.

— Начали! — прошептал я в гарнитуру мобильного телефона.

Мусорные баки «взорвались» грудой мусора. Наружу вылетели целлофановые пакеты, куски упаковочного пенопласта и пустые пластиковые бутылки. Из контейнеров выскочили два человека, укутанные в плащ-палатки. Большие капюшоны плащей, призванные укрывать солдатскую каску, были надвинуты на головы и завязаны внизу, на шее. В капюшонах были вырезаны прорези для глаз и рта. Упакованные в плащ-палатки и капюшоны-маски, нападавшие были похоже на бэтменов.

Один из «мусорных» бэтменов несколько раз выстрелил в темное нутро инкассаторской машины из травматического пистолета «Оса», а второй тем временем, подскочив к двери, упер в нее кусок металлической трубы, и ударом ботинка вбил ее в асфальтное крошево. Теперь открыть дверь будет очень тяжело.

Упакованные в плащ-палатки парни сноровисто вытащили из «Фольксвагена» брезентовые мешки с деньгами. Один из бэтменов кинул в машину инкассаторов, продолговатый цилиндр, из которого раздалось шипение и вырвались клубы дыма.

Я сдал машину задом и заехал в тупик. Задние дверцы моего «Пежо Боксер» были предусмотрительно открыты. Оба бэтмена, держа мешки с деньгами в руках, кинулись к моей машине.

Та-та-та-та! — длинная автоматная очередь хлестнула в спины бэтменам. Автоматные пули жестоким кнутом сбили с ног братьев Серовых. Василий упал на асфальт, всплескивая руками и теряя инкассаторский мешок. Вову пули толкнули на открытые автомобильные дверцы, он сполз по ним, оставляя за собой длинные кровавые следы.

Я выпрыгнул из машины, вскидывая на ходу пистолет.

Та-та-та-та! — автоматная очередь хлестнула по борту «буса», оставляя цепочку рваных отверстий в металле. Я упал на асфальт, вжимаясь в него всем телом. Стрелявший бил откуда-то сверху — с крыши соседнего дома. Согнувшись в три погибели, я осторожно выглянул из-за заднего колеса автомобиля.

Та-та-та-та! — пули прошлись по асфальту всего в нескольких сантиметрах от моей ноги. Черт возьми! Как же достать этого стрелка?! Та-та-та! — короткая очередь в три патрона пропорола заднее колесо, за которым я прятался. Микроавтобус осел на одну сторону. Та-та-та! — еще одна короткая очередь пробила второе заднее колесо автомобиля. «Пежо», лишившись двух задних колес, плотно сел на задницу. Да ну, е-мое! Где же этот стрелок? Как он, вообще, здесь оказался? Что делает человек с автоматом на крыше дома?

Бах! Бах! Бах! — я выстрелил из пистолета куда-то туда, в ту сторону, откуда доносились автоматные выстрелы. И тут же кинулся в другую сторону, низко пригибаясь к земле и пытаясь добежать до угла здания.

Не добежал! Удар молота в спину настиг меня всего в нескольких метрах от спасительного угла здания. Жгучая боль разлилась по всему телу, я скрючился на земле, пытаясь занять позу, в которой было бы не так больно лежать. Ничего не получалось — боль была повсюду. Ничего не помогало, я вертелся на асфальте, раненный в спину, и умирал от боли!

А потом боль ушла. Вдруг стало так легко и спокойно. Я лежал на земле и смотрел вверх, на небо! По ярко-голубой глазури неба плыли невесомые космы облаков. Это было так красиво, что я понемногу начал растворяться в этой голубой глазури!

Тень! Темная тень нависла надо мною. Она загородила небо и не давала мне смотреть на облака. Я хотел отогнать рукой тень, но руки не слушались меня. Тень приобрела четкие очертания, и я понял, что это не тень. Это лицо. Лицо человека, который стоял надо мной и смотрел на меня. Только лицо было каким-то темным, почти черным. Но не такое, как у негров. Чернота лица была какой-то неестественной, какой-то запредельной. Нехорошее лицо, злое! Человек опустил голову, и я смог разглядеть лицо в малейших подробностях. Я узнал его. Это был — я!!!

Я лежал на земле, умирая от нескольких ранений в спине, и я же стоял над своим же телом, держа в руках автомат. С еще горячим стволом.

Местом расположения своего маленького отряда, я определил холм на пересечении дорог. Одна дорога шла в село Приозерное, а вторая в курортный поселок Героевка. Холм, на котором мы разместились, был одной из составляющих насыпной гряды, которая окружала озеро Чурбаш. Между грядой и дорогой шел полузасыпанный канал. «Хонду» загнали на гряду, объехав ее практически вокруг. Машину замаскировали в распадке, накрыв ее маскировочной сетью и несколькими срубленными деревцами.

Снабдив Ветрова прибором ночного видения и тепловизором, я отправил его в дозор. А все остальные принялись копать окопы. Всего я планировал сделать три позиции — одну основную и две вспомогательные. Земля была с песком, поэтому копать было легко. На гряде было множество естественных углублений и рытвин, нам оставалось всего лишь их расширить и углубить.

Специально для тяжелого пулемета мы укрепили бруствер окопа. На дно окопа накидали сухой травы и стеблей камыша, которого было в избытке по краям канала. Пока парни возились с лопатами, я в маленькой ямке развел небольшой костер и вскипятил воду в чайнике.

Окопы были готовы к утру. В восемь утра все приготовления были закончены: окопы вырыты, позиции и секторы обстрела определены. Потянулись длительные часы томительного ожидания. Дорога, лежащая перед нами, была оживленной и наезженной, по ней в обе стороны двигались машины и автобусы, сказывалось близкое расположение города и нескольких крупных сел.

Наблюдая в бинокль, я внимательно осматривал все проезжающие машины. Наша позиция, хоть и размещалась всего в пятидесяти метрах от дороги, но была надежно защищена от посторонних глаз. А вот парням, которые маскировали газовые баллоны, пришлось несладко — скрыть от свидетелей цепочку баллонов, лежащих на дороге, было делом трудным. В итоге, как всегда, все решила наглость — на дороге поставили знак «дорожных работ», а двоих парней, одетых в спецовки, отправили ходить вдоль дороги, чтобы они изображали из себя дорожных рабочих.

Целый день прошел в томительном ожидании, наблюдательные посты, размещенные на трассе Феодосия — Керчь, отзывались через каждые пятнадцать минут, сообщая, что ничего подозрительного не замечено.

Часам к семи вечера я всерьез стал опасаться, что исламисты могли поступить хитрее — проникнуть в город малыми группами и ночью обстрелять интернат из гранатометов. Если это произойдет, то вся вина ляжет только на меня. А если пострадают невинные люди, то тогда будет проще застрелиться, чем смотреть в глаза окружающим.

Сообщение о том, что на трассе замечено движение четырех пассажирских автобусов, пришло в 20.32. Автобусы двигались на большой скорости, идя плотной группой. В бинокль удалось рассмотреть, что пассажирами в автобусах были вооруженные мужчины. Скорее всего, это и были наши клиенты.

— Всем приготовиться, — громко произнес я. — Готовность три минуты!

Брустверы окопов прикрыли травой, а сами парни сели на дно окопов. Сверху остался только Ветров — его «лохматый» камуфляж был прекрасно маскировкой. Данила лежал среди пучков травы, всего в полуметре от меня.

— Едут! Едут, Алексей Иванович! Четыре автобуса «Богдан», — тихо прошептал Ветров.

— База! База! Прием! — прошелестел голос в динамике рации.

— Прием! Что у вас? — раздался голос Вовки Серова.

— Со стороны села Челядиново, движутся три легковых автомобиля. В них наши клиенты! Прием!

— Принял!

Село Челядиново находилось вдоль побережья Черного моря, от него вела дорога, на пересечении которой мы и находились. Приближение второй группы боевиков, пусть даже такой малочисленной, было очень неприятным сюрпризом. Дело в том, что три легковые машины прибудут к месту засады с опозданием, и никак не попадут под взрыв газовых баллонов. Три машины — это человек десять-пятнадцать. Если они успеют покинуть машины и рассредоточиться вдоль дороги, то мы даже при поддержке тяжелого пулемета ДШК не сможем их долго удерживать. Может начаться долгий, позиционный бой, боевики вызовут поддержку и у нас не получится быстро уйти с места засады.

— База! Прием! — сказал я в микрофон рации.

— Коршун, прием!

— База, я возьму легковушки на себя! Прием!

— Понял! Отбой!

— Тазик, тебе СВТ, держишь дорогу на Героевку. Шило, ты за ДШК, держишь дорогу на город. Если автобусы пойдут на прорыв, бей длинными очередями по колесам и двигателям. Ветров, Енот, хватайте все гранаты и за мной. — Я взял разовый гранатомет и пополз из окопа.

На расстоянии метров десять от окопа я выпрямился в полный рост и побежал по склону гребня. «Кедр» я оставил Тазику, а себе взял его АКМ. Пробежав первые сто метров, я уже пожалел об этом обмене — «весло» Калашникова становилось все тяжелее и тяжелее. Позади меня, тяжело дыша под тяжестью оружия, бежали Енот и Сквозняк.

Надо было пробежать как можно дальше по дороге, чем дальше мы отбежим от места предполагаемой засады, тем больше у нас будет шансов встретить легковушки на подходе. Воевать втроем против десятка боевиков в чистом поле было делом, заранее обреченным на провал. Победить мы могли только одним способом — расстрелять легковушки на марше.

Бежать по склону насыпи было очень тяжело — приходилось постоянно контролировать положение тела, чтобы не упасть.

Мы успели пробежать метров двести, когда я увидел впереди на дороге стремительно приближающийся свет фар нескольких легковых автомобилей.

— В сторону! — крикнул я. — Ветров, бегом наверх. Поднимешься на холм и беги как можно дальше — пропустишь машины мимо себя и зайдешь к ним в тыл! Енот, ты давай назад, вон к тому большому камню. Как только я ударю из «Агнели», оставшиеся машины по инерции проедут немного дальше, они — твоя цель. Кидай гранаты из-за камня на дорогу. Кинешь штук пять, только после этого высовывайся. Поняли? Все — погнали наши городских!

Данила бросился бежать вверх по склону, а Енот побежал в обратном направлении.

В этот момент позади прогремела серия мощных взрывов. Надвигающиеся сумерки разорвало огненное зарево. Газовый баллон взрывается темно-красным облаком пламени, разнося вокруг себя сноп металлических осколков. Сразу же после взрывов тишину ночи разорвал звук длинных автоматных очередей. Били из ППШ, автоматов Калашникова и винтовок Токарева. Я упал на землю, там, где меня застали взрывы. Позиция оказалась крайне неудачной — ни одного крупного камня, за которым можно спрятаться. Оглянувшись по сторонам, я приметил неглубокую расщелину в земле.

Боевики в легковушках тоже заметили взрывы, фары погасли, но машины продолжили движение. Вскинув «Аглень» на плечо, я привстал на колено и, тщательно выцелив приближающиеся машины, нажал на спуск. Ракета, оставляя за собой дымный след, устремилась к цели. По правилам надо было подорвать последнюю машину в колонне. Во-первых, у водителя последней машины было меньше времени среагировать — впереди идущие машины закрывали обзор, а во-вторых, это отрезало путь к отступлению. Но передо мной были не БТРы и танки, а жестянки легковых автомобилей.

Я стрелял в автомобиль, который двигался первым, был хороший шанс на то, что позади идущие легковушки попадут под взрыв. Это танку с его броней нечего бояться осколков от близкого взрыва, а легковушку может и отбросить на несколько метров.

Граната попала не в машину, а в дорожное покрытие в нескольких метрах перед автомобилем — видимо, я не совсем точно рассчитал скорость перемещения транспорта. Фонтан огня и сноп осколков, вперемешку с асфальтовым крошевом, жесткой щеткой хлестанул по капоту и лобовому стеклу автомобиля. Первой ехала «шестерка», взрыв противотанковой гранаты перевернул машину через капот и бросил ее на крышу.

За «шестеркой» двигался «УАЗ», а за ним вазовская «четверка». «УАЗ» обогнул перевернутую «шестерку», лихо заложив вираж, и встал на повороте на два колеса. А вот «четверка» резко остановилась, оставляя за собой дымный черный след от заблокированных тормозами шин.

Подняв АКМ, я выпустил длинную очередь в проезжавший мимо меня «УАЗ». И тут же упал на землю, вжимаясь всем телом в неглубокую расщелину.

БА-БАХ! БА-БАХ! БА-БАХ! — прогремели взрывы гранат на дороге. БА-БАХ! БА-БАХ! — еще два взрыва. Я осторожно высунул голову, из-за укрытия — «УАЗ» скатился на обочину дороги, упав на борт. Дальняя от нас обочина представляла собой длинную, глубокую канаву. «УАЗ» лежал на самом дне канавы — видимо, водитель предпринял отчаянную попытку уйти от взрывов и поворотом руля бросил машину в канаву. Как ни странно, но это ему удалось — дорога была слишком высоко, гранатные осколки прошли мимо.

Широко размахнувшись, я закинул гранату на дальнюю сторону дороги. Граната железным мячиком несколько раз подпрыгнула по разбитому дорожному покрытию и скатилась в канаву, к перевернутому «УАЗу». БА-БАХ! — грянул приглушенный канавой взрыв.

Та-та-та! — раздалась короткая автоматная очередь с той стороны, где на дороге горела перевернутая «шестерка». Пули вгрызлись в землю совсем рядом со мной. Вжавшись в землю, я начал отползать назад, пытаясь уйти на безопасное расстояние.

От дороги начал бить еще один автомат, потом к нему присоединились ружье и пистолет. Землю впереди меня безостановочно секли пули, образуя после попадания фонтанчики земли.

Справа от меня раздались короткие автоматные очереди — это Ветров начал стрелять из автомата. Очереди Данилы заставили пригнуться и на какое-то время затихнуть тех, кто стрелял в меня. Воспользовавшись минутной заминкой, я встал на четвереньки, и сноровисто перебрался на вершину гряды. Там я поднялся в полный рост и перебежал метров на десять, ближе к позиции Ветрова.

Поменяв магазин в автомате, я подобрался к краю склона и посмотрел на дорогу: «УАЗ» лежал на том же месте, из-за его борта торчал автоматный ствол, из которого периодически вырывались снопы огня — кто-то выжил после падения машины в канаву и стрелял в сторону Енота. Перевернутая «шестерка» была полностью объята пламенем, сейчас в огне раздавались выстрелы — взрывались патроны.

«Четверка», ехавшая последней, попыталась, сдав задним ходом, уйти из-под огня, но Ветров, успевший зайти в тыл, расстрелял ее практически в упор. Из машины успели выпрыгнуть ее пассажиры, так как Данила стрелял не по салону, а в капот — пытаясь повредить двигатель автомобиля.

На дороге осталось два очага сопротивления — автоматчик, стрелявший из-за «УАЗика», и три боевика, которые укрылись в канаве за «четверкой». Нас было трое, противников — четверо, но мы располагались на возвышенности, а противник — в канаве.

Пробежав по гребню склона, я вернулся метров на тридцать назад. Вечернюю тишину разрывали звуки близкого боя, который кипел возле развалин железорудного комбината — непрерывные автоматные и пулеметные очереди, тарахтение пистолетов-пулеметов Шпагина, громкое «карканье» винтовок Токарева и отрывистое уханье ручных гранат. Камыши и трава вокруг того места, где взорвались газовые баллоны, полыхали огнем. В темнеющее небо поднимались клубы густого дыма, вперемешку с искрами.

— Енот, я обойду «УАЗ» сзади, — крикнул я, пробегая мимо позиции Творгина. — Смотри не подстрели меня!

Осторожно спустившись по склону, я, низко пригибаясь к земле, перебежал через дорогу и оказался в канаве. Канава была заполнена вонючей жижей, из которой торчали стебли камыша. Погружаясь по колено в грязь, я пересек канаву и выбрался на другую сторону. С этой стороны канавы протянулся длинный бугор, по которому я быстрым шагом пошел в сторону перевернутого «УАЗа».

Когда до перевернутой машины осталось десять метров, я опустился на одно колено и вскинул автомат к плечу. Сквозь камыши я видел крышу машины, разбитое лобовое стекло и открытую крышку капота. На земле, прислонившись к крыше «УАЗа», сидел человек с залитым кровью лицом, второй мужчина, облокотившись на капот, стрелял из автомата в сторону насыпи.

Задержав дыхание, я выпустил длинную очередь из автомата. Пули, попадая в тело автоматчика, выбивали кровавые фонтаны. Перестав стрелять, я сместился немного назад и присел с обратной стороны бугра. Внимательно осмотрев тела, лежавшие возле «УАЗа», я понял, что правки не требуется — противник был мертв.

Сразу за канавой, в которой я сейчас сидел, шла широкая полоса заболоченной земли, густо поросшей камышами. Осторожно раздвигая камыши руками и стараясь ступать как можно тише, пошел сквозь камыши.

Идти было очень тяжело — ноги, обутые в ботинки с высоким голенищем, вязли в жидкой грязи. Ботинок вырывался из жижи с громким чавканьем. Поначалу я опасался, что этот звук привлечет к себе внимание, но потом понял, что мои опасения были напрасны — звуки стрельбы, доносящиеся от развалин железорудного комбината, заглушали все вокруг.

Выбравшись из камышей, я стряхнул с ботинок комья грязи и быстрым шагом пошел вдоль кромки болота. Жалко, что рация была только у меня и у Шила, оставленного за крупнокалиберным пулеметом. Не хватало, чтобы сейчас Ветров заметил движение в поле и «пригладил» меня из АКМ! Чтобы выпасть из поля зрения моих бойцов, я пригнулся как можно ниже к земле и побежал вдоль камышей. Именно эта предосторожность и спасла мне жизнь — автоматная очередь прочертила воздух слишком высоко над моей головой. А если бы я бежал в полный рост, то пришлось как раз в голову. Упав на землю, я, извиваясь змеей, сполз в камыши — стреляли, как ни странно, со стороны поля, а не от дороги! Сместившись в глубь камышей, я выпустил несколько очередей в ту сторону, откуда в меня стреляли. Отстреляв полмагазина, переполз на несколько метров в сторону и спрятался за камнем. Метрах в пятидесяти впереди меня, на поле, среди густых зарослей травы запульсировал желтый огонек стреляющего автомата. Запомнив место, я отполз еще дальше в сторону. Автоматные пули «грызли» землю примерно в том месте, откуда я стрелял несколько мгновений назад. Тщательно прицелившись, я навел прицел автомата немного ниже пульсирующего огонька и выпустил три короткие очереди по два патрона. Тут же отполз еще на несколько метров в сторону, еще раз прицелившись, отстрелял остатки магазина по стрелку на поле и снова сместился в сторону, но теперь я вернулся на свою первоначальную позицию. Сменив магазин, я выждал несколько минут — ничего не произошло, со стороны поля выстрелы не звучали. Прислушавшись, я понял, что и на дороге перестали раздаваться автоматные очереди и ружейные выстрелы.

— Алексей Иванович, вы где?! — раздался крик со стороны дороги. Кричал Ветров: — Выходите, бандиты убиты.

— Сейчас! Надо проверить кое-что! — крикнул я в ответ.

Выйдя из зарослей камышей, я, вскинув автомат к плечу, зигзагами побежал через поле, в ту сторону, откуда по мне стреляли. В густых зарослях травы на животе лежал раненый мужчина. Его темно-зеленая куртка была обильно пропитана кровью, а на правой руке практически полностью отсутствовала кисть. Автомат с разбитым прикладом лежал в трех метрах от раненого. Бесцеремонно пнув ногой раненого, я перевернул его на спину… и тут же отпрыгнул как можно дальше в сторону, стараясь стать маленьким и незаметным. Если бы можно было уменьшиться в размере, я бы стал маленькой мышкой. У раненого в руках была осколочная граната Ф-1, а в гранате не было кольца.

Ба-бах! — рядом грянул оглушительный разрыв гранаты… и на меня упало небо или что-то другое, не менее тяжелое!

В себя я приходил тяжело — все тело болело, как будто его пропустили через мясорубку, причем несколько раз: вначале в одну сторону, а потом в другую. В голове царил аттракцион «Иллюзион», а во рту присутствовал соленый привкус крови.

Картинка прыгала перед глазами как белка в колесе. Моя голова моталась из стороны в сторону — меня бесцеремонно тащили по земле, схватив под мышки.

— Алексей Иванович, вы очнулись? — раздался над ухом встревоженный голос Енота. — Как вы себя чувствуете? Говорить можете?

— Могу, — сдерживая подступающий к горлу комок рвоты, прошептал я. — Поставьте меня на ноги, а то от этой тряски только хуже.

С помощью парней я встал на ноги. Отхлебнув воды из фляги, я понял, что все не так уж и страшно. Да, все тело ломило от боли, ноги подкашивались и в голове звенели колокола, но тело было целым — открытых ран и переломов не было, а значит, все остальное не важно.

— Долго я провалялся в отключке? — спросил я, когда мы вышли к дороге. Хотя вышли — громко сказано, точнее меня вынесли.

— Минут двадцать, — ответил Енот. — Мы с Данилой не сразу поняли, что произошло, а как только сообразили, где вас искать, так сразу же пришли вам на помощь.

Я сел на землю, прислонившись спиной к бетонной плите, которая торчала из склона на обочине дороги. Данила убежал вперед по дороге и встал в дозоре, обеспечивая нашу безопасность.

Тазик пригнал к дороге мою «Хонду», в которую они вместе с Енотом начали загружать трофейное оружие и уцелевшие боеприпасы. Оружия было мало: два автомата Калашникова, одно охотничье ружье и два карабина Симонова. Все остальное оружие было повреждено огнем или нашими пулями.

Машину пригнали только ради меня — сам я до нее не дошел бы. Облокотившись на кожаную спинку заднего сидения «Хонды», я тут же уснул.

Проснулся я от того, что меня осторожно пытались вытащить из машины. Проспал я всего минут двадцать, но этого вполне хватило, чтобы из машины я вылез сам и даже смог дойти до своей комнаты.

Приняв душ и переодевшись, я выпил несколько болеутоляющих таблеток и пошел в штаб. В моей аптечке были не только болеутоляющие препараты, была «химия» и посерьезней, но она останется нетронутой, пока не наступит нужный момент — слишком серьезные последствия вызывали эти импортные пилюли!

Проходя мимо спортзала, переделанного в лазарет, я с удивлением обнаружил много раненых, которым делали перевязки. Раненых было человек десять-пятнадцать.

— Откуда столько раненых? — спросил я у девушки, которая отмывала пол коридора от крови.

— Привезли после боя на дороге возле железорудного комбината, — грустно ответила девушка. — Здесь только легкораненые. Тяжелораненых сразу же увезли в городскую больницу. Убитые лежат на плацу, рядом с мастерскими.

— Сколько убитых и тяжелораненых? — ошарашенно спросил я.

Я и не ожидал, что мы понесем такие потери в первом же серьезном бою. Все-таки наши бойцы находились на хорошо защищенных позициях, да и засада с применением дистанционных взрывных устройств предполагает прежде всего потери среди тех, на кого устраивается засада. Значит, бородачи оказались слишком хорошими вояками, если смогли так сильно «пощипать» наших бойцов.

— Трое — убитых, восемь — тяжелораненых, четырнадцать — легкораненых, — ответила девушка.

— Кто среди убитых?

— Я не знаю их имена.

Ничего не ответив, я медленно пошел дальше по коридору. В штабе было многолюдно, даже большое помещение актового зала казалось маленькой комнатушкой из-за того, что в него сейчас набилось не меньше полусотни мужчин.

Среди присутствующих были: братья Патроховы, Владимир Серов, атаман керченских казаков, несколько парней в милиционерских мундирах и еще десятка три мужчин в возрасте и совсем молодых парней. Почти у всех было оружие. Автоматы Калашникова, пистолеты-пулеметы Шпагина и винтовки Токарева лежали на столах, висели на стенах, стояли прислоненные к стульям и креслам.

Я тихо зашел в зал и с облегчением сел на ближайшее кресло. В голове еще кружилось и звенело, но болеутоляющие таблетки уже подействовали — боль забилась в самый уголок и лишь изредка показывала оттуда свою оскаленную пасть.

Наверное, я даже уснул, сидя в кресле. Очнулся от того, что кто-то осторожно коснулся моего локтя.

— Спишь? — тихо спросил севший рядом со мной Витя Патрохов.

— Да. Что-то близкие разрывы гранат на меня плохо действуют.

— Может, выпьешь? — Виктор протянул мне стакан, наполненный коньяком.

— Нет, не хочу, — на самом деле выпить я хотел, но после приема болеутоляющего средства спиртное могло меня надолго «вырубить». — Как прошла засада?

— Плохо, очень плохо! Интернатовские пацаны — неважные бойцы, — глядя перед собой, ответил Витя. — Задора в них много, а мозгов и опыта — мало. Ты представь, все наши потери только из-за неосторожности и халатности. Двое «косоруких» кинули гранаты так, что они отскочили от забора прямо под ноги своих же бойцов. А еще двое высунулись из-за укрытия, чтобы снять на мобильный телефон, как взрываются газовые баллоны. Оба пострадали от осколков.

— Охренеть! А чего тогда здесь царит веселье? — спросил я, показывая на людей, собравшихся в штабе. На столе появилась картонная коробка, в которой мелодично перезванивало стекло: — Вон, ящик коньяка принесли, сейчас на радостях перепьются все!

— Победу отмечают! Все-таки больше сотни боевиков завалили. Трофеи опять же кое-какие собрали. Чем не повод для пьянки?

— А как в целом прошла засада?

— В целом, если не считать косоруких метателей гранат и любителей снимать домашнее видео, нормально, — ответил Виктор. — Исламисты приехали на четырех автобусах. Генка подорвал газовые баллоны. Честно говоря, я ожидал большего эффекта — особой поражающей мощи не было. Много огня и шума. Если бы противник передвигался на бронированной технике, так, вообще, от этих баллонов толку никакого. Взрывом опрокинуло на бок два автобуса. Сразу после взрыва в течение минуты огненный шквал из всех стволов. Задумка соединить два ППШ в одну спарку была очень удачной — концентрация огня была настолько высокой, что автобусы превратились в решето, в первые же секунды боя. Несколько бойцов противника уцелело, они пытались уйти назад, но твой парень из ДШК, длинными очередями отрезал им дорогу. Только не спеши радоваться, — сказал Виктор, видя, как я усмехнулся. — От длинных очередей старичок ДШК взорвался. Твой пулеметчик в рубашке родился — как ему отлетевшим затвором башку не проломило, до сих пор удивляюсь.

— Много трофеев взяли?

— Нормально: автоматов штук сорок, три пулемета, восемь ручных пулеметов, гранатометов с десяток. Взяли даже один миномет и к нему шесть ящиков мин. Патронов примерно по две сотни на каждый ствол. Можно было и больше трофеев взять, но остальное или пулями побило, или в огне сгорело.

— Пленные были?

— Откуда?! — усмехнулся Виктор. — Было несколько раненых, но их добили.

— Жаль. Хорошо было бы допросить хоть кого-то. Нам надо точно знать, когда начнется вторжение! А этих спецназовцев, которые пытались нас арестовать, допрашивали?

— Нет, не допрашивали, — Виктор залпом допил коньяк. — И уже не допросят — спецназовцы сбежали. Выломали заднюю стенку сарая и сбежали.

— Ничего себе! — моему изумлению не было предела.

— Это еще не все. Кружевников умер. Захлебнулся блевотиной.

— Твою мать! А куда смотрели надсмотрщики? Почему не уследили?

— Они снаружи стояли, внутрь у них не было приказа входить. Да, и толку от этого Кружевникова, все что он знал, уже сказал.

— Я хотел ему башку отрубить и врагам в коробке послать.

— Шутишь? Захаров приезжал. Там где-то на столе лежит список, который он привез.

— Блин! Я совсем забыл про Гриню. Надо было ввести его в курс дела.

— Не переживай, ему уже все объяснили. Он, зараза, тэтэшник выпросил. Сказал, что завтра придет, — Виктор посмотрел на часы. Хотя, нет, судя по времени, уже сегодня придет.

Как будто в подтверждение слов Вити, дверь в актовый зал открылась, и внутрь зашел Захаров.

— О, Алексей свет Иванович! А я тебя ищу! — Гриша был одет в форму сотрудника милиции. — Ты список смотрел, который я нашел? Нет? Зря! Брать их надо! Причем, чем быстрее, тем лучше. Хорошо бы сегодня ночью накрыть пару гнезд.

— Кого брать? — устало спросил я, глядя на то, как Гриша прошел через весь зал и бесцеремонно схватил со стола початую бутылку коньяка.

— Как кого? — Гриша сделал большой глоток прямо из горлышка бутылки и, поморщившись, ответил: — Бандитов, которых ты мне поручил вычислить! Я установил — их имена, явки и пароли!

— Прямо таки, явки и пароли? — с сомнением спросил я.

— Ну может, пароли их, я и не знаю, но место постоянной дислокации вычислил! — гордо ответил Гриша. — Брать их надо сегодня ночью! После того шухера, который вы тут устроили, как бы они не решили свои «нычки» сменить.

— Пошли в мою берлогу, — тяжело поднявшись, сказал я. Повернувшись к Виктору, я произнес: — Сбор у меня в комнате, через двадцать минут. Ты, твой брат и Вовка Серов. Кожанов пусть наше отсутствие здесь прикрывает. Пошли, Гриша, поможешь раненому дойти.

Перед дверями своей комнаты я встретил Ветрова, Енота, Шило и Тазика. Парни сидели на стульях, стоящих вдоль стены коридора. Ветров читал книгу, а остальные спали, привалившись головами друг к другу. Как только Данила заметил меня, он тут же растолкал спящих. Парни встали неровной шеренгой вдоль стены.

— А вы чего здесь делаете? — спросил я у Ветрова.

— Вас ждем. Пацанов делят на отряды. Вот мы бы хотели воевать под вашим командованием, — немного смущаясь, произнес Данила. Стоявшие рядом с ним парни согласно закивали головами.

— Отряд говорите? — я, конечно, не собирался брать на себя роль командира, но, видимо, все-таки придется. — Хорошо. Ветров, назначаю тебя своим заместителем. Сейчас марш на склад, возьмите оружие и боеприпасы. Обязательно пулемет Калашникова, ручной пулемет Калашникова и несколько автоматов с подствольными гранатометами. РПК и автоматы берите под один калибр, лучше всего под «семерку». Обязательно патронов, чтобы по двести штук на ствол, к ПК минимум тысячу. Если есть СВД, то прихватите и ее, если нет, то возьмите еще одну СВТ. Ручных гранат штук двадцать. Во дворе стоит милицейский «УАЗ», возьмите его и перекрасьте в черный цвет. Мою «Хонду» тоже заодно в черный цвет перекрасьте. Сварите пару станков, чтобы можно было пулеметы на машины устанавливать.

— А если нас пошлют?

— Напечатай список на компьютере и распечатай на принтере, внизу поставь подпись — командир отряда. Пока царит неразбериха, можно выцыганить на складе все, что угодно. Именно поэтому надо сразу взять как можно больше. Второго такого шанса может и не выпасть. Да, чуть не забыл, там где-то были черные костюмы, с вшитыми щитками и наплечниками, их тоже возьмите.

— Нам бы людей еще… — Ветров смотрел на меня такими восторженными глазами, что я не удержался от усмешки.

— Людей, говоришь, — я немного подумал и выдал: — Организуем две штурмовые тройки: первая тройка — Енот, Шило и Тазик. Старший — Енот. Ну а вторую тройку, возглавишь ты, Данила. Сам под себя и найди двоих бойцов.

— А кого брать? — спросил Ветров.

— Сам решай, кого брать. Тебе же с ними идти под пули. Все, выполняйте приказ, а у меня еще дел по горло, — я отмахнулся от Данилы. Но потом у меня промелькнула одна мысль: — Сквозняк, а Варвара Крашина приехала?

— Да, я ее видел вчера утром. И сегодня видел, она ходила злая как черт. Ее Владимир не взял для засады, вот она и злится.

— Отлично. Найди ее и предложи роль штатного снайпера.

— А может, не надо? — в голосе Ветрова прорезались презрительные нотки: — Она же страшная. И злая все время ходит. Еще и вредная.

— Ну и что, зато она чемпион Европы по стрельбе.

— Хорошо, — обреченно произнес Данила и, махнув парням рукой, пошел по коридору.

— Слушай, Алексей, а может, ты и меня в свой отряд запишешь? — неожиданно спросил Захаров, стоявший все это время рядом со мной.

— Гриня, а оно тебе надо? Ты же не боевик, ты — сыскарь. Хочешь помочь, занимайся тем, что у тебя лучше всего получается, — лови злодеев.

— Так-то оно так, но хотелось работать в коллективе. Одному как-то страшно!

— Так в чем проблема? Собери свой собственный отряд. Подтяни своих бывших коллег. Будешь у нас возглавлять отдел контрразведки.

— Контрразведка, говоришь? Смерш? А что, вполне возможно!

Я открыл дверь комнаты и пропустил внутрь Захарова. Сам зашел следом, включил свет и кофеварку, из шкафа достал бутылку коньяка. Бывший мент, увидев бутылку коньяка, тут же открыл холодильник в поисках закуски.

Когда в комнату ввалились весело гомонящие гости, на столе стояла бутылка коньяка в окружении нехитрой закуски — порезанная колбаса и несколько банок маринованных грибов и оливок.

Дальнейшее совещание происходило весело и непринужденно — сказывались выпитое спиртное и недавняя победа над врагом. Захаров предложил сегодня же ночью устроить облаву и разгромить выявленные им «лежки» злодеев. После долгих споров решили, что лучше всего будет перенести облаву на утро — за ночь успеем составить список штурмовых команд, распределить между группами объекты и самое главное — дать возможность подчиненным хоть немного поспать. Во время обсуждения я вскользь обмолвился о том, что уже сформировал свою собственную группу, и в ее состав вошли те парни, с которыми я участвовал в бою. Собравшиеся в комнате отреагировали спокойно — все-таки это великое искусство выдать нужную информацию в подходящее время.

Среди списка объектов, известных Грише, было восемь частных домов и две квартиры. Захаров сразу обозначил два дома, в которых, по его мнению, были исключительно боевики. В остальных местах могли находиться и мирные граждане. Я сразу же «застолбил» за своей группой эти два дома. С одной стороны, это могло показаться безумством — лезть прямо в пасть к хищнику, но с другой стороны, всегда легче вести штурм, когда знаешь, что не будет невинных жертв. Расстреляем издалека эти дома и все.

Разошлись уже под утро — в четыре часа. Я выпил еще две таблетки болеутоляющего и завалился спать.

Как ни странно, но что мне снилось, я не помнил. Наверное, это сказывалась лошадиная доза болеутоляющего, которую я принял, а может быть, это было последствие контузии. Другой бы радовался, что его перестали мучить кошмары, а я расстроился. Как то, знаете ли, привык к этим ночным сновидениям.

Сразу после пробуждения я выпил очередную дозу таблеток и, одевшись, поплелся на свежий воздух. Во дворе, как всегда царило оживление и суета. Трупы убитых во время вчерашнего боя уже убрали — наверное, похоронили. Рядом с входом в спальный корпус интерната стояли моя «Хонда» и трофейный милицейский «УАЗ». На мой внедорожник нельзя было смотреть без содрогания в сердце — снежно-белая полированная поверхность бортов была выкрашена черной краской из аэрозольных баллончиков. Покрашена машина была плохо. Очень плохо! Краска легла неравномерно, вся машина была в каких-то разводах и потеках. Плюс ко всему, видимо, использовали краску разных производителей, потому что черная краска отличалась и по оттенку. Помимо всего прочего, на крыше «Хонды» красовались два приваренных штыря. К ним должен был крепиться станок для пулемета.

«УАЗ» тоже выглядел как машина из фильма про апокалипсис: пулеметный станок на крыше и еще одно крепление для ручного пулемета спереди, рядом с водителем. Лобовое стекло было забрано металлической сеткой, ее в металлической рамке приварили прямо поверх стекла. Всю милицейскую атрибутику содрали и тщательно забрызгали краской.

В целом обе машины выглядели вполне прилично. Рядом с машинами кипела работа. Енот, одетый только в шорты, варил из металлического прутка второй станок, а Тазик, вместе с еще одним парнем, разбирали автомобильные шаровые передачи.

На брезенте, рядом с «Хондой», горкой лежало оружие: пулемет Калашникова, ручной пулемет Калашникова, четыре АКМа, на двух автоматах были закреплены подствольные гранатометы, три ППШ и три АВТ-40. Отдельно лежали гранатометы: три одноразовых «Мухи» и РПГ-7, с пятью зарядами к нему. Бля! Что «Мухи», что РПГ-7 были безнадежно устаревшими моделями, хотя и не менее эффективными, чем их последующие версии.

Я приказал парням сворачивать свою трудовую деятельность и загружаться в машины. Вместе с Шилом мы вынесли все мои вещи. В тех сумках, что мы несли, было оружие, боеприпасы и снаряжение из моих личных припасов. Я планировал сменить основную базу для своего отряда. Когда мы с Толиком Скорошиным вышли из дверей интерната, то я увидел рядом с нашими машинами еще и темно-зеленый «Виллис» — американский армейский автомобиль повышенной проходимости, известный всем по фильмам о Второй мировой войне. В нашем городе «Виллис» был только у Испанца.

— Ну что пан командир, возьмешь меня в свою сотню? — Испанца было не узнать, сейчас он был в американском камуфляже, больших мотоциклетных очках и танковом шлемофоне.

— Испания, а чего это ты к нам в отряд набиваешься? — спросил я, закидывая сумки в багажник «Хонды».

— Пан атаман, да не хотят они меня на дело брать. Серов и Кожанов сказали, что я очень старый для их отряда, а Дорушевич, пердун старый, тот сказал, что у них командный состав укомплектован, а рядовым бойцом они меня не возьмут. А у меня, между прочим, три командировки «за речку» были в молодости!

— Правда? А я и не знал, что ты в Афгане воевал, — удивленно произнес я. — Пойдешь вторым номером в снайперскую пару?

— А чего бы и не пойти? Пойду. Кто снайпер?

— Снайпер у нас ого-го! Чемпион Европы по стрельбе! — с гордостью сказал я, показывая рукой на высокую девушку, которая бережно обматывала ствол СВТ-40 серой мешковиной. — Испанец, тебе какой ствол выдать — АКМ или «ксюху»?

— Давай «коротыша», он полегче. — Испанец вылез из «Виллиса» и подошел ко мне. — Я там кое-что привез с собой, думаю, в хозяйстве пригодится.

Испанец, откинул брезент, который скрывал что-то в грузовом отсеке машины. Под брезентом лежало несколько больших ящиков и с десяток патронных цинков. Когда сняли крышку с ящиков, то в одном из них я увидел грязно-желтые бруски тротила. Во втором и третьем ящиках лежали по два пулемета «Максим» в каждом. Под ящиками лежала тяжелая металлическая конструкция, в которой я с удивлением узнал станок для зенитной спарки из четырех пулеметов «Максим».

— Ничего себе? Четыре пулемета! Вот это да! А сколько здесь взрывчатки? Килограммов тридцать?

— Пятьдесят четыре килограммов тротила в шашках по шестьсот грамма каждая. Всего девяносто шашек. К ним около сотни зажигательных капсюлей-детонаторов и метров шестьдесят огнепроводного шнура.

— Испанец, а чего же ты не поделился этим богатством вчера? Нам бы не пришлось минировать дорогу с помощью газовых баллонов!

— А чего они меня с собой не взяли?! — с вызовом в голосе выкрикнул Испанец. — Если они не хотят брать меня в свой отряд, то почему я должен делиться с ними своим тротилом? Я и так отдал весь свой арсенал!

— Ну да! Арсенал он весь отдал, — с усмешкой сказал я. — А четыре пулемета «Максим» — это что, заначка на черный день?

— Тю! Завалилась мелочь под плинтус, а я сразу их и не нашел.

— Ну раз четыре пулемета — это мелочь, значит, мы тебя возьмем в отряд.

— А я и не сомневался! — самоуверенно ответил Испанец, отсалютовав всем присутствующим серебряной фляжкой.

Через двадцать минут, когда вещи были уложены в машины, мы выехали за пределы интерната. Колонна из трех машин отъехала от интерната на несколько километров, пропетляв по городу, и заехала на тихую улицу частного сектора.

Рядом, через две параллельные улицы, плескалось море. Дом, в который мы приехали, принадлежал одному моему знакомому, который постоянно жил в России. В Керчь он приезжал на лето и жил всей семьей. Дом был большой, двухэтажный, с огромным подвалом. Большой заасфальтированный двор и гараж на две машины.

Все три машины поместились внутри двора дома. Когда из машин вышли все, кто в них ехал, то я понял, что людей намного больше чем ожидал. А я еще, думал по дороге, почему в «Хонду» набилось аж шесть человек.

Во дворе дома перед машинами выстроилось двенадцать человек: Данила Ветров — он же Сквозняк, Женя Творгин — он же Енот, Анатолий Скорошин — он же Шило, Михаил Тарасин — он же Тазик, девушка Ветрова — Настя, Испанец — он же Испанец, Варвара Крашина — снайпер отряда, Николай Петров — он же Пирог, Света Петрова — младшая сестра Пирога, Павел Петрович Шишкин — электрик интерната, прозвище Дед, и Андрей Горошко — он же Горох.

Пирог и его сестра Света попали в интернат пять лет назад, Николаю было четырнадцать лет, а сестре восемь лет. Пирог только две недели как вернулся из армии. Хотел продолжить службу по контракту. Не удивительно, что Ветров взял Николая к нам в отряд. Пирог был отличным спортсменом и стрелком, у него был первый разряд по стрельбе. То, что Светка, увязалась за братом, тоже не было ничего удивительного. Когда Николай жил в интернате, то она таскалась за ним как хвостик.

Горох — двадцатитрехлетний увалень, ростом два метра и весом сто двадцать килограммов. Горох тоже был воспитанником интерната, но он выпустился из интерната за год до того, как я с братьями Серовыми возглавил руководство интерната. У Гороха за плечами было две «ходки», обе за поножовщину. Горох был «нациком» или, как он себя сам называл, — борцом с воинствующим исламом. В армии Горох не служил, боевого опыта у него не было, но, несмотря на это, бойцом Горошко был хорошим. Поговаривали, что он проходил курс по боевой подготовке где-то на севере России, в лагере национал-патриотов. Вот только с дисциплиной у него были проблемы.

Самым ценным приобретением был Шишкин, он же Дед. Электрик интерната, а по совместительству еще и инструктор по рукопашному бою. Шишкин, больше сорока лет отдал службе в армии, после развала СССР он уволился в запас. Несколько лет скитался в поисках легкого заработка — пытался быть предпринимателем и коммерсантом, но «прогорел», продал квартиру, чтобы отдать долги. Дед отметился практически во всех «горячих» точках земного шара. Это было в то время, когда СССР и США вели постоянные войны друг с другом на территории других государств. Вьетнам, Корея, Ангола и еще не меньше десятка малых, но кровопролитных войн.

— Испанец, Варвара, Енот и Шило, разбирайте оружие и загружайтесь в «Хонду», — приказал я, оглядывая свой отряд. — Дед остается за старшего. Ветров, установите на «УАЗ» станок под «четверку» «Максима». Из тротиловых шашек изготовьте осколочные гранаты — в сарае есть пустые банки из-под пива и несколько ящиков с болтами, гвоздями и гайками. Настя, возьмешь деньги и съездишь в магазин, купишь еду — на тебе кухня отряда, Светку Петрову берешь в свое подчинение.

Пока все присутствующие разгружали машины, я отвел Петровича в сторону и ввел его в курс дела. Мы определили с ним частоты, по которым будем держать связь. Дед был настроен очень серьезно — он предложил занять соседние дома, чтобы можно было в случае штурма дома устроить засаду на нападавших. Но у нас просто не хватило бы людей для осуществления подобного, поэтому сошлись на том, что надо выставить часового, а всем, кто останется на базе, постоянно носить при себе оружие.

Оставив Деда командовать установкой пулеметов на «УАЗ», я сел в «Хонду», и мы выдвинулись к первому объекту штурма. Я сидел рядом с водителем, за рулем был Испанец. На заднем сиденье расположились Енот, Шило и Варвара. В багажнике внедорожника лежал ПК, рядом со мной стоял РПК, все, кто был в машине, вооружены автоматами Калашникова. Варвара держала в руках СВТ со снайперским прицелом. И чего она взяла винтовку Токарева, ведь в арсенале были «Тигры» и «СВД»?

Пока мы ехали к нужному месту, я прикидывал возможный вариант штурма. Выведя на экран ноутбука план города, я рассматривал место, где расположилась «лежка» боевиков. После плана города я загрузил на компьютер снимки со спутника данного участка города. Снимки были старые, сделанные летом прошлого года. Но я не думаю, что за полгода могло произойти, что-то такое, что сильно изменило рельеф местности.

Нужный нам дом располагался в районе железнодорожной станции, раньше в нем проживали работники железной дороги. Чтобы скрытно подобраться с железнодорожной станции, нам пришлось сделать крюк десять километров.

Машину мы оставили примерно, метрах в трехстах от места «лежки» боевиков, рядом как раз располагалась заброшенная водонапорная башня. Высокая «каланча» башни возвышалась на пятнадцать метров над местностью. На верхний ярус вела ржавая металлическая лестница, местами висевшая в воздухе. Наверх поднялись только я и Варвара.

С верхнего яруса башни открывался прекрасный вид на нужный нам дом. Длинный, выстроенный в форме буквы «П» барак утопал в кустах сирени. Дом стоял посреди бывшего дачного кооператива. Кооператив давно покинули, и о нем напоминали только заросли одичавших деревьев и кустарников. Все пригодные в хозяйстве строительные материалы давно растащили, а большая усадьба, в которой находился дом, сохранилась только благодаря тому, что в ней проживали ветераны труда железной дороги.

Когда я навел окуляры бинокля на барак, то, от увиденного немного ошалел — рядом с нужным нам домом стояло восемь армейских грузовиков «Урал». Рядом с машинами и домом было много солдат. Очень много солдат. Не меньше сотни. Все были вооружены. Это были именно солдаты. Не гражданские, одетые в военную форму, а именно солдаты регулярной армии. Уж кого-кого, а кадрового военного от гражданской «сопли» я отличу всегда.

Машин было много — помимо восьми «Уралов» во дворе П-образного дома стояли еще два «Газона» и три тентованых «Газели».

— Ну что, будем нападать? — страстно прошептала мне на ухо Варвара.

— С ума сошла? — отшатнулся я от девушки. Ее глаза возбужденно блестели, а нижняя губа была закусана. — Впятером переть против сотни?

— А как же наш девиз — «Русские не сдаются?» Струсил? — девушка презрительно скривила губы. — Ты…

Хрясь! — звонкая пощечина отшатнула девушку назад. Варвара на мгновение опешила, но тут же взяла себя в руки и кинулась на меня. Она сделала широкий замах винтовкой, намереваясь ударить меня прикладом, но я ушел в сторону, дернув за ремень винтовки, и девушка, потеряв равновесие, упала лицом на пол. Наступив коленом на спину лежавшей снайперши, я заломил руку и взял ее на болевой прием.

— Варвара, запомни: я — командир! Мои приказы не обсуждаются! Запомнила? — я нажал на руку, чтобы она почувствовала боль.

— Отпусти! — шипя сквозь плотно сжатые зубы, произнесла девушка. — Отпусти!

— Кто командир? Чьи приказы ты будешь беспрекословно исполнять? — нажимая еще сильнее на руку, произнес я.

— Отпусти!

— Я сейчас сломаю тебе руку! Мне не нужен в отряде человек, который не выполняет мои приказы!

— Хорошо! Ты — командир! Отпусти!

Я отпустил руку, и девушка, дернувшись всем телом, вырвалась из-под меня и отползла в сторону. Варвара смотрела на меня одновременно испуганно и зло!

— Варвара, в чем дело? Откуда такая ненависть? Ты же девушка! — тихо спросил я.

— Тебе не понять! У меня к ним свой счет! — с ненавистью в глазах ответила девушка.

— Не хочешь, не говори! Но учти, что твои личные проблемы не должны мешать остальным! Поняла? Если ты совершишь ошибку, из-за которой пострадают товарищи, то я лично тебя расстреляю! Поняла? Личное должно оставаться личным и не вредить общему делу!

— Хорошо.

— Ну вот и порешили! — спокойно ответил я. А потом посмотрел девушке прямо в глаза и жестоко произнес: — Варвара, зря ты так. Я очень хорошо тебя понимаю! Три трупа с простреленными промежностями, которые нашли два года назад в Ялте, — твоя работа?

— Нет, — слишком поспешно ответила девушка, при этом ее глаза предательски расширились. Значит врет. — Я не понимаю, о чем вы!

— Ну нет, так нет, — подмигнув девушке, произнес я. — Кстати, того урода, которого разделали на трассе, записывают на мой счет. Знаешь об этом?

— Знаю. Это были вы?

— Я.

— В Ялте это была моя работа! — девушка с вызовом посмотрела на меня.

— Не говори никому об этом, — сурово сказал я, но, увидев испуг в глазах девушки, смягчившись, добавил: — Если захочешь когда-нибудь рассказать, из-за чего убила троих людей, то я тебя выслушаю.

— Поняла, — девушка кивнула и, подняв винтовку, принялась рассматривать дом сквозь оптический прицел.

Я еще раз посмотрел на дом и увидел, что солдаты противника начали погрузку в машины, они разбились на группы и организованными колоннами выстроились перед машинами. Через десять минут шесть «Уралов» и оба «Газона», наполненные солдатами, выехали за пределы подворья.

— База! База, прием! — произнес я в микрофон рации.

— База, слушает. Прием, — сквозь шорох помех, прорезался мужской голос.

— Вторжение началось! Как поняли? Прием!

— Понял! Что делать? Прием!

— Объявляй тревогу! По всем частотам! Свяжись с милицией и вояками! Прием!

— Поня… — голос в динамике внезапно оборвался. А я услышал звук далекого взрыва.

Где-то в городе, в десяти километрах от нас, прогремел мощный взрыв.

— База, прием! Прием! База, ответь! Прием! — я почти кричал в микрофон рации. Но в эфире царил шелест помех.

— Эй, что там у вас? — раздался тихий окрик от люка в полу. Из люка торчала голова Енота. — Вы слышали взрыв? Это где-то в городе шарахнуло!

Ба-бахххх! — раскатисто прогремел еще один взрыв. Второй взрыв был намного сильнее первого. Земля заметно задрожала, а водонапорная башня содрогнулась, осыпая с крыши куски шифера. Бах! Бах! Бах! — раздалась серия, очередных взрывов, явно меньшей мощности, чем тот, что прогремел несколько секунд назад.

— Твою мать! — испуганно закричал Енот, ошалело хватаясь за половые доски. — Втащите меня внутрь, а то я сейчас упаду!

Я одной рукой схватил парня за капюшон куртки, а второй, за ремень разгрузочного жилета, и, упершись ногами в пол, вытащил его из люка.

Та-та-та-та! — на улице раздались беспорядочные автоматные очереди. Выглянув через прорехи в шифере, я увидел, что во дворе нужного нам дома происходит что-то необычное — шестеро вооруженных молодых людей прыгают и кричат от радости, стреляя из автоматов в воздух. Эти скачущие по двору парни были явно гражданскими. Одеты в разномастные одежды: кто в камуфляжный костюм, а кто и в спортивный, один так и вовсе был в длинных шортах. Наверное, их оставили охранять дом и транспорт, который стоял во дворе — два «Урала» и три «Газели». Такой шанс нельзя было упускать.

— Енот, хватит валяться на досках — пролежни будут. Бегом вниз, предупреди остальных, чтобы готовились, сейчас начнем пляски с бубнами!

— Слушаюсь! — Енот в мгновение ока слетел вниз по лестнице.

— Варвара, у тебя будет позывной — Белка, — сказал я девушке, которая услышав, что я сказал Еноту, принялась устраивать себе «лежку». — Держи двор. Мы с парнями зайдем с двух сторон. Скорее всего, сделаем все сами, но ты все равно смотри в оба. Как только захватим дом, твоя задача — держать подступы к дому. Смотри — чтобы мышь не проскочила!

— А почему Белка? — спросила девушка: — Намек на то, что у меня может быть «белочка»?

— Дура ты! Какая еще «белочка»? — с упреком произнес я, подходя к люку в полу. — Хороший охотник бьет белку в глаз, чтобы не испортить шкурку! Поняла?

— Поняла, — буркнула в ответ девушка, устраиваясь поудобней на полу.

Я сноровисто спустился вниз и рассказал своим бойцам примерный план штурма. Испанец, вооруженный пулеметом Калашникова и разовым гранатометом, перекроет дорогу, по которой уехали груженные солдатами грузовики. Я, вооруженный РПК, обойду, дом справа, а Шило и Енот, вооруженные автоматами, обойдут дом слева. Если мы сделаем все быстро, то сможем застать бойцов противника еще во дворе, при этом их автоматы будут, скорее всего, пусты — а нечего палить в воздух почем зря! Атаку должен был начать я — все-таки у РПК магазин-улитка вмещает больше патронов, чем обычный «калаш». А Енот и Шило, должны будут выявить всех уродов, которые отреагируют на мою стрельбу, и «рассчитать» их.

Оставив Испанца возле водонапорной башни, мы с парнями разошлись в разные стороны и быстрым шагом направились к дому в форме буквы П.

Триста метров я преодолел минут за десять, можно было и быстрее, но приходилось внимательно смотреть под ноги — вдруг «растяжки» или еще какие-нибудь фокусы. Все-таки мы уже на войне!

Тело буквально переполняла энергия — перед спуском с водонапорной башни я проглотил одну желтую таблетку. Таблетка оставила после себя горькое послевкусие, но зато через считанные минуты боль ушла, а по жилам заструился жидкий огонь. Зрение стало четче, а в голове сразу же прояснилось. Каждая таблетка обошлась мне в двести долларов. Приобрел я их у одного знакомого, чьи родственники жили в Израиле и чей-то там кум или сват служил в Моссаде. Таблетки были мощнейшим энергетиком, они превращали человека в боевую машину, которая не чувствовала усталости и боли. При этом улучшалась работа мозга — обострялись все чувства и органы восприятия. Но, как всегда, имелись и минусы. Во-первых, срок действия препарата был весьма ограничен — всего несколько часов, при этом за сутки можно было принять всего две таблетки. Во-вторых, во время действия препарата необходимо было потреблять сахар. Организму требовалась глюкоза, причем в больших количествах. Именно поэтому у меня в кармане лежало несколько шоколадных батончиков, а во фляге был налит коктейль из коньяка, меда и кофе. Ну и наконец, в-третьих, после окончания действия препарата, человек, принимавший его, мог упасть в обморок и заснуть очень крепким и продолжительным сном. Продавец этих чудо-пилюль, утверждал, что можно продлить действие препарата если принимать алкоголь.

Метрах в тридцати от дома я заметил большую металлическую емкость для воды, которая вросла в землю. Взобравшись на эту емкость, я увидел двор поверх кустов сирени. К сожалению весь двор мне не был виден — мешали не только кусты сирени, но стоявшие во дворе грузовики.

— Енот. Я на месте. Прием!

— Коршун. Мы тоже на месте. Прием!

— Осторожней с грузовиками. Берегите их! Я начинаю. Прием!

— Понял!

Еще раз посмотрев на двор, я распределил цели: двое парней стояли посредине двора и меняли рожки в автоматах, один злодей, закинув автомат на плечо, входил в дом. Ага! С этого и начнем!

Прижав пулеметный ствол к скобе, наваренной на металлическую емкость, я нажал на спусковой крючок. Очередь в десяток патронов разорвала только что установившуюся тишину. Пули попали входившему в дом парню в спину, прикрытую бронежилетом. Его кинуло в дверной проем, и он упал на ступенях крыльца. Я видел, что правки не требуется — бронежилет не спасает от пулемета, который бьет с дистанции пятьдесят метров.

Тут же переведя ствол пулемета на парочку, которая меняла магазины в автоматах, я нажал на спуск. Длинными очередями исполосовал обоих парней. Все-таки они были не вояками, и даже самого простого боевого опыта у них за плечами не было. Опытный человек, услышав звуки близкой стрельбы, первым делом пытается спрятать свое тело. Увести себя любимого с линии огня. А эти двое, услышав мою первую очередь, замерли соляными истуканами, вертя головами в разные стороны и пытаясь понять, откуда стреляют. Они так и не успели определить, с какой стороны к ним пришла смерть. Длинная очередь перечеркнула стоявших парней по диагонали — тому, что стоял слева, пули перебили ноги и таз, а тот, что стоял справа, получил порцию свинца с грудь и голову.

Бойцы противника еще падали, когда я спрятался за железным боком емкости и, скатившись по ней, юркнул за ближайшее дерево. Короткая автоматная очередь выбила дробь из того места, где я только что находился.

Стреляли со стороны дома. Мне было видно, как пули пробивают себе дорогу, летя через заросли сирени. Прикинув приблизительное место, где должен был находиться стрелок, я встал на одно колено и выпустил остатки барабана одной длинной очередью. И тут же упал за дерево, а потом отполз назад, прячась за большим бетонным кольцом, которые обычно укладывают, когда роют колодцы. Сменив пустую «улитку» на стандартный автоматный рожок, я осторожно высунул голову из-за укрытия. В мою сторону никто не стрелял. Во дворе несколько раз хлопнули гранаты, потом воздух взорвался целой серией длинных автоматных очередей. На короткое мгновение все стихло, а потом в отдалении, со стороны водонапорной башни донеся звук винтовочного выстрела и тут же наперебой затарахтели два автомата. Но они быстро заткнулись.

— Коршун, прием! — раздался в рации голос Енота.

— Коршун, на связи. Прием!

— Шесть злодеев ушло в минус. Заходим в дом. Прием!

— Заходите. Я обойду дом с тыла. Прием.

Поднявшись с земли, я быстрым шагом обежал кусты сирени и зашел к дому с обратной стороны. С этой стороны дома все окна были забиты досками. Отойдя немного в сторону, я обошел большой куст сирени и увидел, что за ним лежит несколько трупов. Три мужских тела в военной форме лежали вповалку друг на друге. Тела были исколоты ножами.

— Енот. Прием! — вызвал я по рации команду зачистки.

— Енот, на связи. Слушаю. Прием!

— В доме могут быть пленные. Осторожней. Прием.

— Понял.

Взяв пулемет наизготовку, я обошел большой тополь, который рос метрах в двадцати от изгороди дома, и, установив ствол пулемета на толстую ветку, взял окна дома на прицел.

— Коршун, прием, — раздался голос Енота, в динамике моей рации.

— Коршун на связи. Прием!

— Дом чист. Нашли пленных. Восемь человек. Прием!

— Загони Шило на крышу. Я сейчас подойду. Прием.

Дождавшись, когда над скатом крыши появится голова Шила, я обошел дом и, продравшись через заросли сирени, попал на подворье. На траве, в разных позах лежали четыре расстрелянных человека. Вот этих двоих, что лежали рядышком, я срезал одной очередью. А вот того, что лежал на земле, рядом с «Газелью», сразила автоматная очередь в спину. Четвертый попал под сдвоенный разрыв ручных гранат — у тела отсутствовала одна нога, а низ живота был разорван осколками, так что все внутренности грязно-кровавым комом лежали рядом, в неглубокой воронке. Тела пятого боевика, того самого, что ходил в шортах, лежало на ступенях крыльца, моя пулеметная очередь разворотила ему всю спину, не спас даже бронежилет, который зиял рваными дырами. Посмотрев на крышу дома, я увидел тело шестого, который он лежал на шифере, свесившись из маленького чердачного оконца. Шифер рядом с трупом шестого убитого был изрядно посечен автоматными пулями, а вот огромная дыра в голове говорила о том, что поразила его тяжелая пуля, выпущенная из СВТ. Повернувшись лицом к водонапорной башне, я показал большой палец — уверен, что Варвара видит меня сейчас, пусть знает, что ее точный выстрел получил должное одобрение.

— Что делать с пленными? — спросил Енот, держа под прицелом автомата восьмерых парней, которые сидели на траве. — Они утверждают, что все служат по контракту воинской части, которая размещена в Джанкое. Три дня назад они пригнали в Керчь восемь «Уралов», полных оружия и боеприпасов. После того как они прибыли на место, их разоружили и заперли в подвале этого дома. А вчера заставили набивать автоматные рожки и пулеметные ленты патронами, а чтобы работа шла быстрее, троих из них закололи ножами.

— Здесь восемь человек, троих убили — итого одиннадцать, — внимательно глядя на пленных, произнес я. — Что-то маловато для перегона восьми грузовиков. Где остальные?

— Был еще капитан и три лейтенанта. Все четверо — татары. Они нас и разоружили. Суки! — зло ответил один из пленных, немолодой уже дядька, лет сорока. Его голова была замотана окровавленной грязной тряпкой.

— Понятно. Хотите посчитаться с ними?

— А что, есть возможность? — глаза пленного жадно заблестели, и он подался всем телом вперед.

— Конечно, есть! Война все-таки. Так что, кто хочет поквитаться с татарами, милости просим в наш отряд народного сопротивления! — я обвел рукой весь двор, давая понять пленным, что нас много. — Оружие дадим, тем более, как я понимаю, его здесь навалом.

— Как война? С кем война? Какая еще война? — вопросы посыпались как из рога изобилия. Четверо пленных встали на ноги и подошли ко мне поближе, остальные безучастно сидели на траве и, казалось, были абсолютно равнодушны к происходящему.

— Обычная гражданская война, — как можно спокойней ответил я. — Татары решили захватить власть в Крыму. Сейчас на всей территории полуострова идут бои, — в этом месте я немного приврал. Честно говоря, я абсолютно не владел информацией об обстановке на полуострове. Но то, что в Керчи начались боевые действия, был уверен на сто процентов.

— Давай автомат, магазинов десяток, гранат штук пять, — пленный с замотанной головой сурово посмотрел на меня. — Водки бы еще выпить и пожрать чего-нибудь, а то желудок к ребрам прилип!

— Ты хоть скажи, как тебя зовут и откуда ты родом? — спросил я у мужика, опешив от перемены его настроения.

— Остап меня зовут. Остап Федорович Кнуш. Сорок семь лет. Воевал в Афганистане. Так что не переживай — не подведу.

— Отлично! Кто еще хочет повоевать? — спросил я у остальных пленных.

— Я, — сказал молодой парень с волосами рыжего цвета и лицом, покрытым россыпью веснушек. — Только мне бы домой как-то сообщить, что я жив, а то мамка волноваться будет.

— И я, — произнес паренек невысокого роста, с немного косыми глазами. — Я как все.

— Я тоже пойду. Они Кольку убили. Падлы! — четвертый парень был самый рослый из всех тех, кто сейчас стоял передо мной. Настоящий богатырь — косая сажень в плечах.

— Ну а вы что? — Остап повернулся к тем парням, которые остались сидеть на траве. — Вы что, так и будете нюни распускать? Вы — мужики или подстилки дешевые? А ну ВСТАЛИ! — оглушительно рявкнул Кнуш. — Сопли вытерли!

Все, четверо поднялись по его команде.

— Если они не хотят поквитаться за смерть своих товарищей, то не надо и настаивать, — сказал я, удерживая Остапа за плечо. Я видел, что еще мгновение — и Кнуш кинется бить нерешительную четверку. — Парни, я понимаю, что вы еще слишком молоды и вам очень не хочется умирать. Поэтому от вас потребуется только одно — перегнать «Уралы» и «Газели» в безопасное место. А потом мы вас переправим на российский берег — там спокойно и безопасно.

— Правда? — с надеждой в голосе произнес один из парней.

— Конечно, правда! — ответил я. Повернувшись к Остапу, спросил: — Что в «Уралах»?

— АКМы, «ручники» под 7,62, пулеметы Калашникова. Каждый десятый АКМ с подствольным гранатометом. Станковые гранатометы. СВД, РПГ-7, РПГ-18, РПГ-22 и РПГ-26. Патроны, ВОГи, ручные гранаты РГД-5 и Ф-1, — ответил Кнуш. — Когда перегружали «Газели», видел, что в них обмундирование, «разгрузки» и «бронники».

— Отлично! Все, кто хочет взять оружие в руки, бегом к машинам — вооружиться и переодеться. Остальные — найдите себе обувь и одежду, а потом к машинам, чтобы проверить их работоспособность. Только делайте все очень и очень быстро — у нас мало времени, боевики могли услышать звуки стрельбы.

К грузовикам за оружием побежали пятеро — к первой четверке присоединился еще один боец, на вид самый «дохлый» — худой и щуплый, шея как моя рука, зато уши — большие и оттопыренные, похожи на два вареника.

— Командир, подойди! — крикнул Енот, он стоял возле одной из «Газелей» и что-то рассматривал в ее кабине.

Подойдя к машине, я сразу заметил, что она отличается от стандартной комплектации. Колеса были подняты выше, чем обычно, кабина спаренная, двойная — усилена дополнительными листами железа. Лобовое стекло забрано решеткой, а само на вид, матовое и немного тусклое — скорее всего это и не стекло вовсе, а разновидность бронированного пластика. На крыше кабины была приварена тренога с подвижно закрепленным станком, на которой разместилась спарка из АГСа и ПК. Задняя стенка кабины отсутствовала напрочь — из кузова можно было попасть в кабину. С правой стороны кабины было приварено еще одно крепление для пулемета, рядом с креплением висела брезентовая «кишка» гильзоуловителя.

Кто-то очень сильно постарался, чтобы переделать мирную «Газель» в некое подобие легкобронированной рейдовой машины.

— Командир, глянь, здесь рация, таблица частот и список позывных! — Енот показал на заднюю часть кабины, где рядом с радиостанцией, прямо к металлу был прикручен блокнот. — У этих деятелей был позывной — «Хазир». А вообще, в списке двадцать семь позывных.

— Коршун, Коршун. Это Испанец. Прием! — прошелестел голос Испанца в динамике моей рации.

— Коршун на связи. Прием!

— Коршун, у нас гости. Две машины — пассажирская «Газель» и «шоха». Во всех машинах мужики, у половины на головах зеленые повязки с какими-то буковками. Думаю, это исламисты!

— Подпусти поближе и бей. Твоя — «Газель». Белка займется «шохой». Твой выход первым! Белка, ты меня услышала? Прием!

— Сделаем! — лаконично ответила девушка.

— Быстрее, быстрее! — закричал я. — У нас гости.

Я подошел к грузовику и достал из открытого ящика несколько снаряженных «улиток» для РПК.

Со стороны поля донесся звук гранатного разрыва, а потом через несколько секунд — длинные пулеметные очереди. Взрыв, еще взрыв — судя по лопающемуся звуку, это детонировали бензобаки в машинах. Пулемет стих, но через несколько минут опять разродился несколькими, короткими очередями.

— Командир, прием!

— На связи. Что у тебя!

— Все зеленые мужики в минус, — даже сквозь шум помех было слышно, что Испанец очень доволен собой. — Прием!

— Испания, бери машину и мухой к нам! Белка, держи дорогу. Как поняла? Прием!

— Поняла.

— Командир, надо делать ноги, сейчас сюда басмачи, слетятся, как пчелы на мед! — Енот проверял наличие боезапаса в машине. — С этими тяжело груженными «бегемотами» нам далеко не уйти.

Я прекрасно понимал, к чему сейчас клонил Енот — по грунтовой дороге, которая петляла через степь, мы были бы прекрасной мишенью. Это на легковой машине можно было бы легко уйти от погони, а колонне из «Уралов» и «Газелей» будет очень тяжело. Надо придумать отвлекающий маневр, который позволит уйти грузовикам. Ну не мог я бросить такие знатные трофеи на произвол, оружие и патроны нужны сейчас в городе.

Ревя мотором, во двор влетела «Хонда». Испанец, выскочил из машины, радостно размахивая рукой.

— Все ко мне! — крикнул я.

Когда все, кто был во дворе, подошли ко мне, я рассказал примерный план действий:

— «Уралы», «Газели» и «Хонда» уходят в город. Со мной останутся Испанец и Остап. Старшим колонны назначается… Енот, — произнес я, обводя взглядом всех присутствующих. — Закиньте в переделанную «Газель» дополнительный запас пулеметных и гранатометных лент, десяток разовых гранатометов и СВД с боезапасом. Дом заминируйте так, чтобы он взорвался через полчаса.

— Может, вместо Испанца останусь я, — предложил Енот.

— Молодой человек, а в рыло не хотите за такие предложения? — пробурчал подошедший Испанец.

— Нет, Енот, ты мне нужен в городе. Все-таки ты пользуешься большим уважением среди интернатовских, чем Испанец. Надо не просто провести караван с оружием в город, надо еще и вернуться обратно, причем с поддержкой. Как только доберешься до нашей базы, сразу же свяжись со мной по рации, теперь мой позывной — Анархист. Запомнил? — я хлопнул парня по плечу. — Не бойся, Жека, повоюешь еще! Давай, быстрее, выезжайте! Времени мало! Не забудьте Варвару с башни забрать.

Енот кивнул головой и побежал к «Уралам». Возле машин шла полным ходом подготовка к отъезду: в кабины рассаживались водители, а на специальных крюках, приваренных к дверцам, устанавливали пулеметы. Через несколько минут оба «Урала» и две «Газели», урча двигателями, выехали за пределы подворья. «Хонда» выдвинулась на несколько мгновений раньше, чтобы забрать снайпера с позиции.

Я посмотрел на переделанную «Газель» и стоявших рядом с ней Испанца и Остапа. Оба мужчины были чем-то неуловимо похожи друг на друга, каждому под пятьдесят, глубокие морщины избороздили лица, в волосах седина, а взгляд спокойный и уверенный.

— Остап, за руль. Испанец за пулемет на переднем сиденье. Я поеду в кузове, за спаркой. Сейчас мы немного поиграем с противником в радио, если получится, то подловим парочку уродов. Прицепи к антенне вот эту тряпку, — я протянул Остапу небольшой прямоугольный флаг зеленого цвета с вышитыми на нем надписями на арабском. Флаг я нашел в доме.

Я сел в кузов машины, достал блокнот с позывными и частотами и, выбрав строку, в которой было написано: Командир — «Амир», вызвал:

— Амир, Амир. Прием! Это Хазир! Прием!

— Амир на связи, что у тебя случилось, Хазир? Прием! — раздался в динамике рации чуть хрипловатый голос с властными нотками.

— Амир, меня атаковали бойцы противника! Мы их уничтожили! Мы вступили в бой с превосходящими силами противника и всех победили! Прием! — гордо произнес я в микрофон рации.

— Хазир, ты что, травы обкурился, какие еще превосходящие силы противника? Прием! — в голосе говорившего проскочило удивление вперемешку с раздражением.

— Амир, мы уничтожили десант противника. Пассажирская «Газель» и легковушка! — еще более гордо ответил я.

— ХАЗИР! ЧТО?! — надменный тон как ветром сдуло. В голосе пульсировала ярость. — Что ты сказал? Какой еще десант противника? Это были местные ополченцы! Ты убил своих! Понимаешь? Придурок! Ты расстрелял своих! Дебил! Сиди на месте, я сейчас приеду! Только попробуй сдвинуться с места, найду и яйца отрежу!

Рация замолчала, а я, довольно улыбаясь, махнул рукой, и приказал Остапу выезжать на дорогу.

— Как это они тебе поверили? — удивленно спросил Испанец, который слышал мой разговор по рации. — Неужели у вас с Хазиром так похожи голоса?

— Вряд ли, — ответил я: — Возможно, Амир никогда не слышал голос Хазира, а может, просто повезло.

— И какой план действий? — спросил Остап, осторожно ведя машину по разбитой грунтовой дроге.

— План простой — встречный бой. Медленно едем по дороге и, как только замечаем противника, открываем огонь на поражение. Два пулемета с АГСом вмиг рассчитают несколько машин.

— А если Амир пожалует на БТРе? — спросил Испанец. — Что тогда? ПК не пляшет против БТРа.

— На этот случай у нас есть противотанковые гранатометы, — я показал головой на связку темно-зеленых тубусов.

Наша «Газель», медленно переваливаясь на ухабах, выехала за пределы бывшего дачного кооператива — открылся вид на заросшее бурьяном поле. Сразу за поворотом догорали останки расстрелянных Испанцем машин. Остап по широкой дуге объехал пепелище. От огня явно тянуло горелым мясом — вот так и пахнет война: горелое мясо, раскиданные по земле кишки, запах сгоревшего пороха и взрывчатки… и запах страха. Страх пахнет сильнее всего, им пропитано все вокруг. Но пока этого запаха еще нет.

Я включил радиостанцию в режим сканирования и принялся слушать эфир:

— …ем! Гайцов дожали, двигаемся к набережн…

— Нужна подмога, у них крупнокалиберные пулеметы! При…

— …очка! Триста второй, как слышишь. Прием!

— …ма! Тюрьма! Как слышишь меня? Прием!

— Триста второй! Где ты?

— Да, дожми ты этого автоматчика! …урок! Куда лезешь?!

— Прошли поворот на лодочный кооператив «Кварц». Вижу город! Прием!

— …оня! Где броня? Они засели в церкви и лупят нам в спину из «Утеса»!

— …ием! Прием!

Я выключил режим сканирования, потому, что мы почти проехали поле и скоро мог показаться загадочный Амир.

«Газель» проехала по полю немногим меньше трехсот метров, когда впереди, на другой стороне поля, показался капот первой машины — темно-зеленый «УАЗ», сразу же за внедорожником ехал белый красавец пикап «Митсубиши». На крыше пикапа красовался крупнокалиберный пулемет.

— Едем прямо по дороге, — сказал я, нагнувшись к кабине: — Когда поравняемся вон с тем деревом, открываем огонь. Испанец, бьешь по «УАЗу»!

Наша машина поравнялась с намеченным мной деревом, когда до встречных внедорожников осталось сто метров. Сто метров прямой, как стрела, дороги. Идущий первым «УАЗ» начал мигать фарами, призывая остановиться.

— Огонь! — закричал я, нажимая на спусковой крючок пулемета.

Оба наших пулемета заработали одновременно. Длинные очереди, выпущенные из ПК Испанца, огненными клещами впились в лобовое стекло «УАЗа».

Темно-зеленый внедорожник вильнул в сторону, пытаясь уйти с линии огня, но Испанец не отпускал машину противника.

Мой пулемет бил сверху, что позволяло стрелять поверх «УАЗа». Первой очередью я сбил пулеметчика, стоявшего в кузове пикапа. Белый внедорожник резко затормозил, и сдал назад, уходя влево пытаясь спрятаться за расстрелянным «УАЗом». Длинной очередью я зацепил кабину пикапа, который заложил слишком большой вираж, из-за чего тут же перевернулся. Подъезжая к расстрелянным внедорожникам, я сделал серию коротких очередей из станкового гранатомета. Гранаты, падая, поднимали невысокие султаны земли, осыпая все вокруг ливнем осколков.

Проезжая мимо пикапа, я выстрелил несколько раз из пулемета, добивая раненых, которые выпали из машины, когда она перевернулась.

— Едем прямо по дороге, когда она упрется в Т-образный перекресток, поворачивай налево, потом еще раз налево и сразу же направо, — сказал я Остапу.

— А что там? — спросил Остап.

— Там — вторая точка исламистов, к которой, мы должны были следовать после того дома, где вас нашли, — объяснил я Остапу путь нашего движения.

— А стоит ли сейчас соваться в самое пекло? — весело спросил Испанец.

— Знаешь, какое самое безопасное место при смерче? Его эпицентр! Там нет ветра и безопасно, — ответил я, снаряжая пулемет новой лентой.

Вторая точка, которую должен был посетить мой отряд, располагалась в самом центре деревни Войкова — пригорода Керчи, который местные называли — Катерлез, что в переводе с татарского означало что-то про всадника. Нужный нам дом находился на одной улице с мечетью, а если быть до конца точным, то прямо напротив нее.

Я очень хорошо ориентировался в местной застройке — по работе часто приходилось здесь бывать. Наша машина проехала еще метров сто и остановилась в тени большого сарая, который раньше был коровником, но потом его переделали под склад, а потом часть стены разобрали и в том, что осталось, сделали сарай.

Ба-бах! — позади грянул взрыв, и к небу взметнулся султан пыли, а уже через несколько мгновений поднялся густой столб черного дыма — это взорвалась взрывчатка, заложенная в доме, ну а дым, из-за загоревшегося машинного масла, которого там обнаружился приличный запас.

Я включил рацию на частоте Амира и тут же услышал грубоватый мужской голос:

— …ир! Амир, прием! Амир, ты слышишь меня? Прием!

— Слышу тебя, слышу! — яростно зашипел я в микрофон рации, плотно прижимая его к свои губам, так, чтобы на той стороне думали, что вокруг меня очень шумно: — Мы попали в засаду! Два километра по дороге на село Курортное! Ведем бой! Здесь российские десантники на бэтээрах! Все к нам! Сроч… — и тут же, нажал кнопку, отключая радиостанцию.

— Это чего сейчас было? — удивленно спросил Остап.

— Военная хитрость, — лаконично ответил я. — Подождем двадцать минут и поедем вон по той дороге, сразу за тем поворотом окажемся на улице, которая идет параллельно той улице, на которой стоит местная мечеть. Если я не ошибаюсь, то площадь вокруг мечети должна быть заполнена солдатами противника. Выскакиваем из-за угла и открываем огонь из всех стволов. Там будет открытый участок, метров пятьдесят, а потом сразу же постройки — басмачи даже не успеют ничего понять! Остап, ты главное — машину старайся держать ровнее, чтобы нам стрелять было удобно!

Чтобы не терять времени зря, я закрепил на крыше «Газели» свой РПК, так, чтобы его можно было легко выхватить и открыть огонь. Если все пройдет успешно, то мы промчимся через улицу, расстреливая весь боезапас на ходу. А вдруг в конце улицы окажется пост или одиноко стоящий боец противника, а у нас в пулеметах и АГСе пустые коробки.

— Анархист! Анархист, прием! — раздался в динамике голос Енота.

— Анархист на связи! Прием!

— Груз доставлен. У нас один легкий «трехсотый», из пришлых. Анархист, тут полная жопа творится — здание интерната взорвано, много убитых и раненых! — голос Енота дрожал и вибрировал: — Противник взорвал газовый терминал, в районе Бочарки. Горит рыбный и торговый порт. Что нам делать? Прием!

— Сколько бойцов осталось в строю и кто сейчас командует? Прием! — сдерживая ярость, произнес я. Все-таки противник нас переиграл. Одним ударом они вывели из игры интернатовский отряд.

— Наш маленький отряд в целости и сохранности, но что с остальными, я не знаю. Общее руководство у ментов, они вместе с погранцами выставляют посты и кордоны. Хотят и нас «забрить». Что нам делать? — Енот еще раз повторил свой вопрос. — Прием!

— Новое командование собирается предпринимать какие-то активные действия? Прием!

— Они уходят в глухую оборону! Будут держать оборону по линии железной дороги, что в районе Верхнего Солнечного! Прием!

Черт возьми! Сейчас нельзя уходить в глухую оборону! Надо атаковать! Атаковать всеми возможными силами! Лучшая защита у нас что? Правильно — нападение! В руководстве противника сейчас царит неразбериха — они вступили в бой раньше намеченного срока, а это значит, что еще не все войска вступили в город. У них нет налаженного командования и руководства. Нет даже обычной радиосвязи друг с другом. Сейчас самое время выпустить в город малые диверсионные группы, которые, переодевшись в форму противника (всего лишь повязать зеленую ленточку поверх шапки-маски), будут наносить быстрые удары по отрядам противника. Это враг должен уйти в глухую оборону, а не мы!

— Енот, в оборону не уходить! Посылай всех на хрен! Ты подчиняешься только мне! В случае осложнений открывай огонь на поражение и уходи за пределы города! Выдвигайся к тому месту, где Первый сломал себе руку два года назад! Понял? Если не знаешь, где это место, спроси у Сквозняка, он в курсе! Чтобы были там через час! Как понял меня? — Я намекал Еноту на заброшенный карьер в районе Аршинцевского кладбища. — Прием!

— Понял тебя! Понял! — в голосе Енота проскочили решительные нотки.

Я отключил рацию и задумчиво посмотрел на своих товарищей. Ну вот и допрыгались — начались половецкие пляски с саблями!

— Так вот что так сильно бабахнуло, — тихо сказал Испанец. — Взрыв газового терминала означает, что все близлежащие постройки стерты с лица земли.

Я ничего не ответил, лишь посмотрел на часы — до отмеренного мной срока осталось десять минут.

Выждав положенное время, Остап повел машину по грунтовой дороге, которая, привела нас в поселок. Повернув, дорога вывела на улицу, которая по обе стороны была плотно застроена домами. «Газель» набрала скорость и, как чертик из табакерки, выскочила на перекресток. Перед нами показался забор, после которого сразу же открывался прекрасный вид на мечеть и окружавшую ее площадь.

Небольшая мечеть с высоким минаретом стояла посреди заросшей зеленой травой площади. На площади неровными рядами стояло несколько пассажирских «Газелей» и автобусов, в которые сейчас в спешном порядке, грузились разномастно одетые и вооруженные мужчины. Вокруг маршруток я увидел не только мужчин, но и женщин, стариков и детей. Видимо, основная часть военных умчалась на подмогу Амиру, а те, кто остался на площади, были ополченцы из местных татар.

— Огонь! — прокричал я, нажимая на гашетку станкового гранатомета. Стреляя, я закрыл глаза — не мог видеть, как сейчас осколочные гранаты рвут в клочья не только вооруженных мужчин, которые были нашими врагами, но и детей, женщин, чья вина была только в том, что они оказались в ненужном месте в ненужное время! Ну и хрен с ними, в интернате тоже были ни в чем не повинные люди, да и девятиэтажки рядом с газовым терминалом тоже стали братскими могилами! АГС выплюнул все гранаты, что были в «улитке», одной длинной очередью!

Немного с запозданием заработал и пулемет Испанца. Когда боек АГСа сухо щелкнул, показывая, что гранаты закончились, я открыл глаза. Схватив приклад пулемета, я принялся вколачивать очередь за очередью, пытаясь попадать только по машинам и автобусам, но нашу машину нещадно кидало на ухабах, и я видел, что от пуль, выпущенных из моего пулемета, погибают не только бойцы противника, но и мирные люди! Наша машина проскочила открытый участок за считанные минуты, но этого хватило, чтобы высадить коробку ВОГов и две пулеметные коробки, а это двадцать девять осколочных гранат и двести патронов калибра 7,62х54.

«Газель», как спринтер, выпрыгнула из проулка, прямиком на главную дорогу, которая пересекала все село насквозь. Выпрыгнула под самым носом у БТРа, который двигался по дороге. Сразу за БТРом шло несколько армейских «Уралов», а замыкал колонну танк Т-80.

От столкновения нас спас только опыт Остапа и относительно невысокая скорость движения БТРа. Наша машина вильнула в сторону и помчалась по дороге, уходя от бронетранспортера. На броне у БТРа сидел десант — человек десять упакованных в бронежилеты и каски. На длинной антенне БТРа развивался зеленый флаг — копия того, что болтался и над нашей машиной. Несомненно, десант на БТРе видел, что мы натворили перед мечетью.

Я схватил РПК и, извернувшись, открыл огонь по бронетранспортеру, который ехал в тридцати метрах позади нас. В моем пулемете сейчас был закреплен барабан на 75 патронов. Я выпустил весь боезапас в три длинные очереди, но в цель попала лишь четвертая часть всех выпущенных мной пуль. Я видел, как несколько бойцов тряпичными куклами упали с БТРа. Еще нескольких явно ранило — тела десантников дергались от попаданий.

— СВОРАЧИВАЙ! В ПРОУЛОК! — закричал я что есть сил, видя, как ствол КПВТ опускается вниз.

«Газель» резко свернула в сторону, я не удержался и повалился на пол, больно ударившись головой о металл кабины.

Та-та-та! — совсем рядом резко проквакал крупнокалиберный пулемет. Сноп осколков осыпал меня с ног до головы. Очередь, выпущенная из БТРа, разнесла в клочья задний борт нашей машины.

«Газель» вильнула еще несколько раз и резко остановилась — перед нами был забор.

— Испанец, за мной! — крикнул я, хватая связку зеленых «тубусов». — Остап, тарань забор, нам надо уйти отсюда любой ценой!

Я вытащил из связки три «тубуса», два протянул Испанцу, а один оставил себе. На ходу поменял пустой барабан РПК на новый и, подойдя к повороту, осторожно выглянул из-за кустов. В пятидесяти метрах выше по дороге медленно заезжал в проулок БТР. Дорога, зажатая с обеих сторон заборами, была слишком узка для бронетранспортера, но бронированная восьмиколесная «черепаха» на такие мелочи, как деревянные заборы, даже не обращала внимания, она давила их почем зря! Позади БТР собралась группа солдат, я видел, что новые бойцы выпрыгивают из остановившихся грузовиков.

Если Остап не пробьет нам дорогу, то уйти пешком у нас не получится — загонят в угол, как дичь, и порвут на части!

— Давай, на счет три бьем по БТРу, а потом ты, попытайся достать грузовик, а я прижму солдатиков к земле! — прошептал я на ухо Испанцу, раскладывая «тубус» РПГ-18.

— Понял!

— Раз, два, ТРИ! — крикнул я, нажимая на спусковой рычаг гранатомета.

Совсем рядом грохнул еще один выстрел. Две ракеты устремились к своей цели. Одна граната попала точно в центр носа БТРа, вторая ушла чуть ниже, попав в черное ребристое колесо, которое после взрыва отлетело в сторону. Бронетранспортер содрогнулся от удара всем своим мощным телом. БТР остановился, потом дернулся, сдавая назад, и тут же заглох.

Я сместился немного в сторону, спрятавшись за бетонной опорой электрического столба, и, примостив длинный ствол РПК на заборе, открыл огонь по солдатам противника, чьи зеленые каски мелькали среди деревьев и заборов.

Я бил короткими очередями, пытаясь не столько попасть, сколько прижать зеленые каски к земле. Справа от меня раздался хлопок, и противотанковая ракета, выпущенная Испанцем улетела в сторону противника.

Бах! — ракета взорвалась, ударившись об угол сарая, за которым виднелась кабина «Урала».

Та-та-та! — зачастил длинными очередями автомат Испанца.

— Отходи к машине! Я прикрою! — крикнул я, меняя барабан в ручном пулемете. — Прибежишь к машине, перезаряди АГС и стреляй из него навесом, как из миномета!

Испанец кивнул головой и, пятясь по-рачьи, отполз назад, потом поднялся на ноги и, низко пригибаясь к земле, побежал обратно к машине. Я сполз на землю, вжимаясь в нее. Бойцы противника нащупали мою позицию, град пуль выбивал каменное крошево из бетонной опоры, за которой я прятался.

Я перекатился вдоль забора и спрятался за большой кочкой, потом еще перекатился и ушел с линии огня, прячась за какой-то хозпостройкой, которая протянулась метров на десять вдоль забора.

Бах! — рядом с моей головой брызнуло каменное крошево, оттого что в стену сарая, за которой я прятался, попал залп дроби.

Бах! — еще один залп дроби отбил большой пласт штукатурки, напротив того места, где всего мгновение назад была моя голова.

В десяти метрах от меня, из-за забора, увитого кустами ежевики, торчал ствол охотничьего ружья.

Переместив ствол пулемета на забор, я дал две короткие очереди.

— А-ааа! — закричал кто-то от дикой боли по ту сторону забора. Так тебе и надо, будешь в следующий раз думать перед тем, как в кого-то палить из дробовика.

Установив пулемет на сошки, я лег на землю и выпустил содержимое барабана в сторону наступавших солдат. Сменил пустой барабан на автоматный рожок и, пятясь назад, стал огрызаться короткими очередями в просветы между заборами и деревьями, туда, где мелькали бойцы противника.

Тух-тух-тух! — сзади раздалось «кваканье» автоматического станкового гранатомета. ВОГи, поднявшись по короткой дуге, взорвались где-то между мной и дорогой, на которой стояли «Уралы». Вот и отлично! Я поднялся в полный рост и быстро побежал по проулку, в сторону, где стояла наша «Газель».

— Снеси вон тот столб! — крикнул мне Остап, протягивая две «Мухи».

Перед «Газелью» отсутствовал кусок забора, шириной метра три. Остап планировал проехать через огород близ стоявшего дома и выехать на следующую улицу. Отбежав в сторону, я посмотрел назад, чтобы убедиться, что там никого нет, и, разложив тубус гранатомета, выстрелил в столб, который удерживал два сегмента бетонного забора.

Взрывом снесло столб и один из пролетов забора. Мне показалось, что этого недостаточно, поэтому я вскинул второй «тубус» гранатомета и выстрелил в столб, который стоял следующим. Взрывом столб не сбило — граната ушла в сторону, но зато хотя бы повалило на землю еще один сегмент забора. В итоге образовалась брешь, в которую легко проехала бы не только «Газель», но и целый автобус «Икарус».

Я побежал вслед за нашей машиной, которую Остап осторожно вел через огород. Под ее колесами гибли грядки с молодой картошкой, луком и клубникой — видно было, что рачительные хозяева совсем недавно высадили рассаду.

— Найди где-то в кабине дымовые шашки! — крикнул я Испанцу, который менял «улитку» в АГСе.

Я достал из разгрузки две осколочные гранаты и моток лески. Когда наша «Газель» пересекла линию поваленного забора и выехала на нормальный проселок, я установил в бреши забора растяжку. Запрыгнув в кузов машины, уселся на пол и, наведя ствол пулемета назад, перевел дыхание. Сердце билось в груди загнанной лошадью. Достав из кармана шоколадный батончик, я в два укуса съел его, потом достал еще один и тоже съел. Израильские чудо — таблетки оказалось на проверку не таким уж и волшебным — я все равно чувствовал боль и усталость. А вот в отношении глюкозы продавец не соврал — съесть что-нибудь сладкое хотелось постоянно!

— Забирай левее, нам надо выехать на дорогу, которая огибает село вокруг, по ней выедем на городское кладбище и уйдем в город, — сказал я Остапу.

Через несколько минут, когда мы уже ехали по окружной проселочной дороге, я расслышал сзади сдвоенный взрыв гранат. Значит, моя растяжка сработала! Хорошо бы еще, чтобы она сработала с пользой, а то ведь на ней мог подорваться и хозяин дома, через чей огород мы убегали! Растяжка, она дура такая, ей все равно кого рвать в клочья!

Наша машина осторожно ехала по дороге, через поле, в трехстах метрах впереди виднелось городское кладбище, когда мы до него доберемся, можно будет считать, что мы в безопасности. Поле было изрезано рытвинами и промоинами — рядом проходило русло мелкой речки, которая весной разливалась, превращая поле в болото. Обернувшись, я посмотрел на село, там сейчас творилось что-то непонятное — гремели взрывы, раздавались автоматные и пулеметный очереди, несколько раз выстрелил танк. Над сельскими домами поднимались густые клубы дыма. Среди домов и огородов разгорался ожесточенный бой. Вот только не понятно: кто с кем воевал? Возможно, ополченцы по ошибке, сцепились с армейцами.

Включив сканер рации, я принялся слушать эфир:

— …ель! Белая «Газель»! Это Хазир! Найдите его!

—..ах Акбар! Аллах Акбар!

Хреново — нашу машину засекли, значит, надо избавиться от нее! Иначе нас могут зажать где-нибудь в городе. Еще раз посмотрев на село, я увидел, что из клубов дыма на поле выехал Т-80. Башня повернулась несколько раз из одной стороны в другую, нащупывая цель.

— Гони! — крикнул я, стукнув кулаком по крыше кабины.

«Газель» прыгнула вперед как ужаленная.

Бах! — раздался далекий выстрел танка. Ба-бах — совсем рядом, метрах в двадцати, впереди движения машины поднялся султан взрыва. Бах! — еще один выстрел танковой пушки! Ба-бах! — взрыв прогремел совсем рядом. Машину кинуло в сторону, она пошла юзом и, не удержавшись на повороте, завалилась на борт. Я успел выпрыгнуть из кузова, несколько раз перекувыркнувшись через голову.

Бах! — снова выстрел танка. Ба-бах, — султан взрыва поднялся метрах в пятидесяти от машины.

— Живы? — спросил я, подбегая к машине.

Увидев, что Остап и Испанец целы и невредимы, если не считать порезов и ссадин, я нашел валяющиеся на земле «тубусы» гранатометов. Взял их в руки и, низко пригибаясь, побежал навстречу танку. Бежал наискосок, через поле, сокращая дистанцию с танком. Надеясь, что танкисты меня не видят, я бежал по руслу ручья, который протекал в канаве, глубиной около двух метров. «Муха» прицельно бьет на двести метров. До танка было не меньше полукилометра. Пробежав метров сто, я выхватил первый «тубус» разложил его и, вскинув на плечо, поднял трубу под углом, выстрелил. Отбросив пустой контейнер, я подхватил остальные и снова побежал вперед, забирая на этот раз левее, туда, куда уводило меня русло ручья. Бум! — раздался где-то впереди взрыв противотанковой гранаты. Я не надеялся попасть в танк — противотанковая граната попросту не долетела бы до него. Я хотел всего лишь отвести внимание танкистов от перевернутой «Газели».

Бах! — выстрел танка не заставил себя ждать. Бабах! — султан взрыва поднялся метрах в ста позади меня. Теперь танк стрелял по полю, стараясь нащупать гранатометчика, то есть меня.

Остановившись, я снова вскинул «Муху» на плечо. Выстрел — ракета унеслась в небо, оставляя за собой еле заметный дымный след. Отбросив пустой футляр, я подхватил последнюю трубу и побежал вперед, забирая вправо.

Бах! — танк выстрелил в очередной раз. Ба-бах — султан взрыва прогремел метрах в двадцати от меня. Взрывная волна сбила меня с ног и повалила на землю. Поднявшись, я перебежал еще метров десять и, упав на одно колено, вскинул на плечо последний «тубус» гранатомета. Танк медленно ехал вперед, вращая башней. Я выдохнул и плавно нажал на спуск, ведя «тубусом» по ходу движения танка. До танка было чуть меньше двухсот метров — дистанция критичная для противотанковой ракеты «Мухи». Для РПГ-18 самой надежной дистанцией считается сто метров, дальше ракету начинает крутить, бросая ее из стороны в сторону. Мне повезло, ракета попала в танк, правда при этом не взорвалась, а соскользнула с покатой башни танка и свечой ушла в небо, взорвавшись над ним.

Танковая пушка выстрелила еще раз, и танк, окутавшись клубами выхлопных газов, поехал назад. У экипажа танка не выдержали нервы, они ведь слышали удар гранаты о броню танка. Если я попал в них один раз, значит, смогу попасть еще раз. Хотя если бы танкисты знали, что у меня больше нет гранатометов, возможно, они бы и не отошли назад.

Я побежал назад. Подбежав к нашей машине, я увидел, что рядом с ней стоит БРДМ-2 в окружении четырех автоматчиков. На борту «бардака» были нарисованы цифры — «22».

— Вы кто такие? — командирским голосом крикнул я, обращаясь к молодому парню с лейтенантскими погонами.

— А вы кто такие? — вопросом на вопрос ответил лейтенант.

— Разведка полевого командира Ислама Мардоева! — с вызовом ответил я. Имя командира я придумал минуту назад.

— Какого еще полевого командира? — с недоумением спросил лейтенант.

— Амира Ленинского района! — сказал я.

— Ни хрена себе! Бои за город только начались, а у них уже амиры появились, — скривившись, произнес лейтенант. — Что это за танк там был?

— Российские десантники высадились на Азове. Колонна бронетехники идет со стороны села Курортное, — поспешно ответил я.

— Да, ладно? Врешь, наверное! — не поверив, осторожно произнес лейтенант.

Было видно, что лейтенант принял нас за своих, он опустил автомат и подошел ближе ко мне, бойцы, стоявшие рядом с «бардаком», тоже подошли ближе ко мне.

— Сам посмотри, — сказал я лейтенанту, протягивая ему свой бинокль. — На танке российский флаг.

Лейтенант инстинктивно взял протянутый ему бинокль, хотя у него на груди висел свой. Я поймал взглядом Испанца и, подмигнув ему, выхватил из кармана на разгрузочном жилете «гошу». Пистолет был снят с предохранителя, а мое движение осталось не замеченным солдатами противника, так как меня от них закрывал лейтенант.

Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! — Я отстрелялся за считанные секунды, лейтенант и четверо его бойцов, а также водитель, чья голова торчала в открытом люке, стали жертвами бронебойных пуль, выпущенных из моего пистолета.

Я сделал три контрольных выстрела, добивая раненых.

— Командир, а ты раньше киллером не подрабатывал? — с интересом спросил Испанец.

— Всякое бывало, — равнодушно ответил я, меняя обойму в пистолете. — Чего расселись, закидывайте пожитки в «бардак» и валим отсюда! Остап, ты с БРДМом справишься?

— Конечно! «Бардаком» управлять не сложнее, чем КАМАЗом! — с гордостью ответил Остап.

Вместе с Испанцем мы закинули в нутро бронемашины АГС, оба ПК и все имеющиеся в наличии боеприпасы. Следом за снятым с нашей машины вооружением внутрь «бардака» легли и автоматы застреленных мною солдат противника.

Тела убитых сложили в кучу рядом с перевернутой машиной. Открыв бензобак, слили бензин и, уезжая, подожгли его.

Через десять минут бронемашина выехала за пределы городского кладбища. Внутри «бардака» было относительно просторно. Машина рассчитана на экипаж из четырех человек, так что нам троим внутри консервной банки было свободно.

Остап сидел на водительском сиденье, держа в руках руль, Испанец расположился на месте стрелка-наводчика, а я устроился рядом с рацией, вертя шкалу настроек.

— Леха, а когда ты стал таким хладнокровным? — спросил Испанец.

— В смысле? — с чего это вдруг Испанца потянуло мне такие вопросы задавать.

— Ты считал, сколько сегодня народу «накрошил»?

— А ты? — вопросом на вопрос ответил я. — Испания, чего это тебя на лирику потянуло?

— Леха, я ведь тебя давно знаю! Ты вырос в этом городе, на длительное время из него не выезжал. В твоей биографии нет белых пятен. А тут, вдруг… бац! Хладнокровно расстрелял из АГСа толпу мирных граждан, потом с гранатометом побежал на танк и наконец, еще и спокойно расстрелял в упор пятерых солдат. Как? Как ты смог это сделать?

— Как? Как? К верху каком! — зло огрызнулся я. — На адреналине! Все на адреналине, понимаешь? Кровь бурлит, в башке туман, а руки и ноги действуют!

— Ты же предприниматель, барыга, спекулянт, торгаш, в конце концов! — Испанец хитро смотрел на меня. — Когда ты успел стать крутым воякой? Чтобы руки и ноги действовали без помощи головы, надо чтобы тело приобрело мышечную память. А это достигается только путем долгих тренировок. Вот в связи с чем и вопрос: где ты получил подобные знания?

— Испания, а надо меньше дорогой коньяк пить да сигары курить, а больше времени проводить в поле, на свежем воздухе! — отмахнувшись от Испанца, ответил я.

— Хочешь сказать, что весь твой опыт — это ваши интернатовские игры в войнушку? Пейнтбол, страйкбол и прочие военно-патриотические игрища?

— Ага! — Я заметил картонный ящик, который лежал на полу, прикрытый бушлатом.

— Ну а как же вид крови? Где ты успел привыкнуть убивать людей? — не унимался Испанец, продолжая допрос. — Только на войне можно безнаказанно убивать людей. Именно поэтому боевой опыт так и важен. У человека снимается блок в голове, поэтому он убивает спокойно, не мучаясь угрызениями совести.

— Тю! Так с этим все просто! Вчера — расстреляли колонну злодеев, позавчера — схлестнулись с басмачами, которые везли камуфляжные костюмы из магазина Векшина. А до этого ездили с братьями Патроховыми пацанов из плена вызволять, там, считай тоже пришлось кровушку пустить. Вот тебе и практика! — Я вытащил нож и вспорол крышку коробки. Внутри оказались бутылки с элитным алкоголем, банки с красной икрой и несколько коробок с сигарами — видимо, экипаж «бардака» успел где-то устроить мародерку.

— А до этого ты кого-нибудь убивал? — вцепившись в меня взглядом, спросил Испанец. — Обычно люди «ломаются» через несколько дней после первого убийства. Они же себя сами изнутри «выедают», мучаются. А ты — молодцом!

— Убивал. Мог бы и напрямую спросить, а не устраивать здесь игры разума. У меня, Испания, есть свое персональное кладбище! — коротко ответил я, подвигая ногой коробку с трофеем к Испанцу. — Кажется, это по твоей части?

— Ё-мое! — удивленно присвистнул Испанец, увидев содержимое коробки. — Коньяк! Виски! Текила! Ух ты! Джонни Уокер Блу Лейбл! Иди сюда, — Испанец выхватил бутылку виски и тут же открыл ее. Поискав взглядом, он увидел лежащий на полу армейский котелок и, схватив его, вылил в него содержимое бутылки.

Прильнув губами к котелку, Испанец сделал большой глоток и блаженно откинулся на жестком кресле.

— Вот это я понимаю сервис! — Испанец протянул мне котелок: — Пей!

Честно говоря, я виски не очень люблю. А если уж быть до конца честным, я его вообще не люблю! Уж лучше коньяк или водка, ну если совсем пить нечего, то и текила сойдет, но никак не виски. Но отказываться тоже не хотелось — проще сейчас выпить, чем объяснять Испанцу, почему я не хочу пить виски, ведь потом он разрядится получасовой лекцией о традициях алкоголя.

Отхлебнув небольшой глоток из котелка, я тут же закусил выпитое виски красной икрой. Испанец осуждающе посмотрел на меня, но ничего не сказал, а протянул котелок Остапу.

— Фу, какой дрянной самогон! Мой кум и то лучше делает! — крякнув, сказал Остап, тем не менее умудрился за один раз ополовинить содержимое котелка.

— ЧТО?! САМОГОН?! — как раненый носорог, взревел Испанец. — Ничего вы не понимаете в культуре распития элитных спиртных напитков! Отдай сюда! — Испанец вырвал из рук Остапа котелок и обнял его, как любимое дитя.

Я протянул Остапу открытую банку икры и найденную в ящике пластиковую ложку. Водитель отмахнулся от ложки, а содержимое банки высыпал себе в рот и проглотил в один присест. Видя такое дело, я открыл еще несколько банок с икрой и протянул их мужикам. Остап взял свою банку и в один глоток уничтожил ее содержимое. Испанец от своей порции надменно отмахнулся, пробурчав при этом, что, дескать, односолодовый виски закусывают только плебеи. Тоже мне аристократ выискался!

Бум! Бум! По броне «бардака» застучали редкие удары.

— Что это? — недоуменно спросил Испанец, вжимая голову в плечи.

— Камни с крыш домов по нам бросают. Минуту назад бутылку с бензином кинули, но она упала впереди машины, — меланхолично ответил Остап. Было видно, что виски его забрало и он немного осоловел от выпитого.

— Может, по ним из «крупняка» пройтись? — спросил Испанец, вертя ручки наводки башенного пулемета «КПВТ».

— Ошалел! Это же наши! — с укором произнес я.

— С чего это ты решил?

— Как с чего? Если по городу движется броневик, над которым развевается зеленый флаг ислама, то все, кто кидают в него камни и бутылки с зажигательной смесью, — наши! — объяснил я Испанцу прописную истину.

— Так давай флаг этот снимем на фиг! Не хватало, чтобы нас по ошибке свои же превратили в шашлык!

— Я тебе сниму! — крикнул я, видя, что Испанец, собирается открыть люк и вылезти наружу. — Хочешь, чтобы на ближайшем «блоке» вместо камня в нас граната из «Мухи» прилетела?!

Испанец отдернул руку от ручки люка и принялся маленькими глотками уничтожать содержимое котелка. Как бы он не напился в «зюзю»!

— Анархист, прием! Прием! — раздался в рации голос Енота. — Мы на месте! Прием!

— Енот, Анархист на связи! Что у вас? Прием!

— Сорок «пряников» в корзине! Всего десять «корзин»! Прием!

— «Корзины» большие? Прием!

— Шесть больших и четыре маленькие. Прием!

— Организуйте наблюдение за «ниточкой», что возле вас вьется! Прием! — Из сообщения Енота я понял, что он привел с собой сорок бойцов и в их распоряжении шесть грузовиков и четыре легковушки.

— Здесь товарищи хотят с нами вместе порыбачить, но только у них удочек нет. Просят помочь с удочками! Можно поделится? Прием!

— А что это за рыбаки? И где они собираются рыбачить? Прием!

— На выезде из города, где пруд с решетками! Рыбаки местные, вы их знаете! Прием!

— Делись! — сказал я, разрешая Еноту отдать часть трофейного оружия для кого-то отряда, который задумал штурмовать Керченскую исправительную колонию.

«Бардак» ехал по улицам города, которые были заполнены людьми. Над городом висели клубы дыма, а в воздухе слышались звуки стрельбы и частых взрывов. Бронемашина объезжала разбитые машины и поваленные столбы. Люди, стоящие на улицах, провожали наш броневик ненавидящим взглядом. «Бардак» проехал вдоль набережной речки, закованной в бетонный канал, и, перевалив через мост, уперся в толпу людей, стоявших плотной группой. По броне тут же заколотили чем-то железным.

— Сдавай назад, — сказал я Остапу, видя, что толпа настроена очень агрессивно — по броне стучали кто чем мог: палками, костылями, в ход пошли даже кирпичи! — Объедем через другой мост.

«Бардак» вернулся назад и, перемахнув через небольшой мост, поехал вдоль домов, окна которых зияли пустыми провалами. Одна из пятиэтажек горела, пожар разгорелся не на шутку — огнем была объята большая часть дома. Когда машина объехала горящий дом, то впереди открылась широкая улица Пирогова. На улице было многолюдно, и чем ближе к кольцу, переходившему в улицу Чкалова, тем больше было народа. Мне было видно, что улицу Чкалова перекрывал БТР. Перед бронетранспортером люди стояли сплошной стеной.

— Двадцать второй, двадцать второй! Прием! — раздался хриплый голос в динамике рации «бардака». — Ты, какого хрена, сюда прешься?

— Перебросили к вам на усиление! — сказал я первое, что пришло мне в голову. — Прием!

— Вали на хрен с улицы! Если ты сзади подопрешь толпу, она хлынет на нас! Объезжай через горку! Как понял? Прием!

— Понял! Выполняю! — ответил я.

— Поворачивай налево и поднимайся вверх, — сказал я Остапу, показывая рукой на нужный нам поворот. — Обойдем их сверху, зайдем в тыл и атакуем!

— Отлично! Давно хотел пострелять из этой «дуры», — сказал Испанец, поворачивая ручку управления башней.

— Енот, прием! — я вызвал Енота.

— Енот, на связи. Прием!

— Возьми «нитку»! Как понял? Прием!

— На «нитке» два узелка. Оба на «зажигалках». Прием!

— Распутайте оба «узелка». С наскока! После оставь заслоны! Жди меня возле «собак»! Как понял? Прием!

Собаками называли статуи грифонов, установленные на въезде в город.

— Понял!

— Останови возле вон того дома, — сказал я Остапу, показывая на пятиэтажный дом из красного кирпича, который стоял напротив керченского роддома. — Я с крыши буду вас прикрывать. Атаку начнете по моей команде — надо сверху хорошенько все рассмотреть, чтобы не вляпаться в неприятности!

Я взял РПК и СВД. К «ручнику» у меня было три снаряженных «улитки» и четыре стандартных автоматных рожка на тридцать патронов. К «снайперке» у меня было шесть снаряженных магазинов. Перед тем, как покинуть нутро «бардака», я закинул в рот очередную порцию израильских чудо-таблеток.

Закинув СВД за спину и выставив ствол «ручника» перед собой, я, тяжело топая под весом снаряжения, побежал к ближайшему подъезду пятиэтажки. На металлической двери был кодовый замок. Внимательно осмотрев дверь, я не заметил выцарапанных на ее поверхности цифр, хотя довольно часто, ленивые жильцы пишут на стенах и дверях код к замку.

— А ну, лапы в гору! — тихо произнес голос у меня за спиной.

Я повернулся и увидел троих мужиков, которые выглядывали из близлежащих кустов, разросшихся вокруг дома.

— Не верти башкой, а то я в ней дырок насверлю, — боевито произнес один из тройки. Тот, который держал в руках двуствольное охотничье ружье.

— Если я сейчас подниму руки, то снайпер, сидящий на крыше роддома, начнет стрелять! — спокойно сказал я, глядя поверх голов стоявших передо мной мужиков.

Все трое, как по команде, повернулись в сторону роддома, а тот, что с ружьем, даже попытался присесть и уйти в сторону.

Хрясь! — моя нога ударила мужика с ружьем, под колено, и он, всплеснув руками, выронил свою двустволку.

— А ну, замерли! — сурово сказал я, держа незадачливую тройку на прицеле ручного пулемета. — Вы кто такие?

— Местные мы. Живем рядом, — закусив нижнюю губу, ответил один из мужиков, тот, что стоял справа. Он был одет в спортивные штаны и тельняшку: — А ты кто такой?

— Боец керченского сопротивления! — гордо ответил я, придумав на ходу себе новое звание. — Здесь сейчас будет проводиться боевая операция. И вы могли ее легко сорвать!

— Да ладно?! — изумленно произнес вставший с земли бывший обладатель ружья. — Мы видели, что ты вылез из броневика, над которым висит зеленый флаг.

— И что? А Штирлиц, простите, по зданию рейхканцелярии тоже, по-твоему, расхаживал в шапке-ушанке и с парашютом за спиной? — спросил я, прикидывая в уме, что делать с незадачливыми коммандос. Отпустить опасно, а убивать жалко. Может, связать? Время не хочется на них тратить!

— Где можно записаться в сопротивление? — спросил мужик в тельняшке.

— А что, есть боевой опыт? — с интересом спросил я.

— Боевого опыта нет, — слегка смутившись, ответил мужик. — Но «срочную» служил в морпехах, так что, с какой стороны браться за автомат — знаю!

— Морпех, говоришь? — я внимательно посмотрел на него. — Хорошо. Поздравляю, ты принят в отряд керченского народного ополчения! Как тебя зовут?

С этими словами я протянул ему РПК и две запасные «улитки».

— Андрей. Андрей Кужкин, — изумленно ответил морпех, не зная, куда пристроить запасные барабаны к ручному пулемету.

— Кто-то еще желает встать в ряды защитников родного города? — весело спросил я, глядя на остальных мужиков.

Оба яростно закивали головами.

— Отлично! Значит так. Морпех, со мной на крышу. А вы держите дверь подъезда. Чтобы ни одна подозрительная мышь внутрь не проскочила! — строго произнес я. Потом извлек из кармана «разгрузки» гранату РГД-5 и протянул ее третьему мужику: — На всякий случай!

Кужкин открыл дверь подъезда, и мы быстрым шагом взобрались на пятый этаж, а потом по лестнице вылезли на крышу.

С крыши пятиэтажного дома, который стоял на склоне горы Митридат, открывался прекрасный вид на площадь-кольцо. Площадь образовывалась от пересечения улиц Чкалова, Комарова, Шлагбаумской и Пирогова. Между улицами Чкалова и Комарова расположилась пожарная часть. В бинокль мне было отлично видно, что БТР-80 перекрыл улицу Чкалова, которая вела на выезд из города. Улицу Комарова перекрыл армейский «Урал». Между бронетранспортером и грузовиком растянулась цепочка автоматчиков, закованных в бронежилеты и шлемы. Толпа стояла метрах в десяти от автоматчиков. Между цепочкой солдат и бурлящей человеческой массой лежали тела убитых людей. В бинокль я рассмотрел, что среди убитых были не только мужчины, но и несколько женщин и даже детей.

— Они дорогу перегородили и не выпускали машины на выезд из города, — начал объяснять мне Андрей. — Потом, когда народу стало уж очень много и толпа поперла на солдат как оглашенная, то автоматчики открыли огонь. Я видел, как офицер из пистолета добивал раненых. Представляешь?

— Представляю, — сквозь зубы прошипел я, вспоминая, как всего час назад сам стрелял по толпе татар из станкового гранатомета.

За десять минут я выявил все позиции противника: БТР, «Урал» с пулеметом в кузове, двенадцать автоматчиков на площади, стоящих цепочкой между бронетранспортером и грузовиком, еще один пулеметный расчет на балконе пожарной части и снайпер на пожарной вышке, которая возвышается над зданием пожарной части. Как же все успеть? Эх, хорошо бы еще одну снайперку! Так, чтобы одновременно сыграть по пулемету на балконе и снайперу на вышке.

— Анархист, это Испанец. Прием! — раздался голос Испанца в моей рации.

— Анархист на связи, прием!

— Они нас вызывают! Что нам делать? Прием!

— Медленно выдвигайся по улице Желябова. Как только высунешь нос из-за здания морга, сразу же открывай огонь по БТРу. Бей по корпусу. Только осторожней, за ним толпа людей. Подобьешь БТР, тут же отходи назад, по улице Чкалова, и заходи на площадь с улицы Комарова. Там где стоит «Урал». Если все пойдет нормально, то они ломанутся прямо на тебя. Как понял? Прием?

— Понял тебя! Когда начинать? Прием!

— Начинай! — отдал я команду Испанцу. Повернувшись к Андрею, сказал: — Твоя цель — пулемет в «Урале». Как заткнешь его, работаешь в свободном порядке!

Я лег на теплый рубероид и навел перекрестье прицела на пулеметчика, который стоял на балконе пожарной части. Через четырехкратный оптический прицел я видел, что пулеметчик совсем юный паренек, лет восемнадцати. Он стоял, широко расставив ноги. Створ пулемета лежал на перилах балкона и был направлен в толпу людей, что беснующимся морем разлилась на площади.

Тра-та-та-та! — железным молотом ударили по броне БТРа пули калибра 14,5x114 миллиметров, выпущенные из КПВТ «бардака». Сноп искр украсил темно-зеленый панцирь восьмиколесной черепахи. Тяжелые болванки пуль пробивали броню БТРа, оставляя после себя дыры с рваными краями.

— Работаем! — громко сказал я, нажимая на спусковой крючок.

Пулеметчика и его второго номера я достал тремя пулями. Бил в корпус — побоялся стрелять в голову, все-таки эта СВД у меня впервые в руках. Тяжелые винтовочные пули отбросили пулеметчика назад на стену, которую он залил своей кровью. Его второй номер, наоборот, согнувшись, шагнул вперед и упал с балкона. Тут же переведя прицел на вышку, я «добил» десятизарядный магазин, стреляя в снайпера. Не знаю, какой пулей я в него попал, но он остался лежать на деревянном помосте. Я четко видел, как последние две пули в моем магазине попадают в тело снайпера, отрывая куски плоти.

Еще четыре винтовочных магазина я израсходовал, стреляя по солдатам противника, которые прятались за подбитым БТРом. Бронетранспортер, получив очередь из КПВТ, зиял сквозными дырами.

На площади царило безумие — толпа ринулась назад, прочь от пуль и осколков. Люди бежали, давя и причиняя вред друг другу.

Морпех стоял рядом со мной и, держа пулемет на уровне живота, стрелял короткими очередями. Я как раз перевернулся на бок, чтобы сменить магазин в винтовке, и увидел, как пуля попала в шею Андрея и он упал на спину. Кровь била красным фонтаном, заливая черный рубероид крыши. Я подполз к раненому и, достав из кармана перевязочный пакет, попытался наложить повязку ему на шею. Зажимая одной рукой страшную рану, я обмотал шею бинтом. Бинт тут же насквозь промок от крови. Достав еще один пакет, я прижал мягкую подушечку к ране. Губы Андрея беззвучно шевелились, а кожа на лице была мертвенно-бледной. Морпех издал тихий хрип и, дернувшись всем телом, замер. Кровь перестала вырываться из раны толчками. Я понял, что морпех умер.

Схватив труп морпеха, я подтащил его к краю крыши. Упершись одной рукой в теплый рубероид, я подтащил тело ближе к парапету и приподнял его.

Бум! — пуля попала в голову морпеха, расплескав мозги убитого.

Снайпер! Где-то на крыше засел снайпер. Что ж делать? Вступить в снайперскую дуэль с врагом, которого не видно! У него есть преимущество — он знает, где я нахожусь. Это только в фильмах, главный герой осторожно высовывает голову из-за укрытия, замечает вражеского стрелка, сидящего на крыше дома на расстоянии километра и один точным выстрелом выигрывает дуэль. В жизни все не так, пуля попала в голову морпеху через мгновения после того, как верхушка черепа показалась над краем парапета. Значит, если я рискну высунуться из-за укрытия, то в моей голове появится еще одно отверстие.

Вжавшись в нагретый под солнцем рубероид, я подобрал РПК и, извиваясь, подполз к люку, ведущему вниз, нырнул на лестничную площадку пятого этажа. Спустившись на первый этаж, я не рискнул выходить через дверь, подъезд выходил на ту же сторону, откуда стрелял снайпер. Поэтому я постучал в дверь квартиры, чьи окна выходили на другую сторону. Мне никто не открыл. Дверь была металлическая, производства Китая, толщина металла в таких дверях, как правило, не больше одного миллиметра. Быстро прикинул, что проще выбить замок или расковырять ножом полотно. Отойдя на лестничный пролет между первым и вторым этажом, я вскинул СВД и тремя выстрелами вышиб оба замка. Выстрелы из винтовки Драгунова, сделанные в закрытом подъезде, были похожи на грохот пушки, у меня даже заложило в ушах. Ударив ногой по двери, я открыл ее. Квартира была пуста, в ней царили хаос и беспорядок — было видно, что ее покинули совсем недавно и в спешном порядке.

На окнах оказались решетки, что, в принципе, неудивительно — квартира располагалась на первом этаже. Подойдя к окну, я закрепил ручную гранату к решетке в том месте, где она крепилась к стене, и, примотав длинный кусок веревки к предохранительному кольцу, отошел в другую комнату. Посмотрев в соседнее окно, я увидел, что улица пустынна… и дернул за веревку.

Ба-бах! — прогремел близкий взрыв. Метнувшись в соседнюю комнату, я выпрыгнул в окно, прикрываясь облаком пыли, которое взметнулось после взрыва. Обойдя дом, я осторожно выглянул из-за угла, как ни странно, но перед подъездом никого не было. Видимо, мужики, решили, что война не для них, и сбежали подальше от пулеметных очередей и разрывов гранат.

Закинув СВД за спину, я взял наизготовку РПК, к которому был примкнут автоматный рожок. Продравшись через кусты, я вышел на соседнюю улицу, которая вела к площади… и тут нос к носу столкнулся с тремя автоматчиками, которые поднимались вверх по улице. Палец нажал на спуск раньше, чем мозг успел осознать, что надо делать. Длинная пулеметная очередь пересекла всех троих. Заменив автоматный магазин на новый, я пошел вдоль забора.

— Командир! Командир! — раздался взволнованный голос из ближайших кустов. — Мы тут! Прячемся! А где Андрюха?

Повернувшись к кустам, я увидел два бледных, мужских лица. Чуть ниже из кустов на меня смотрело дуло охотничьего ружья.

— Ружьишко-то опусти, а то шмальнет ненароком, — сказал я, смещаясь немного в сторону, тем самым уходя с линии огня. — Спекся Андрюха. Снайпер его достал. Геройски погиб. В бою! Как настоящий воин. Надо бы его похоронить, да некогда сейчас. Если все нормально будет, то вернемся, тело заберем, а вечером, если доживем — похороним.

— Я знаю, где позиция снайпера. Он вон с той крыши стрелял, — обладатель ружья показал в сторону трехэтажного здания, в котором располагался магазин игрушек. — Мы поэтому и спрятались, чтобы от снайпера укрыться. С одной гранатой и двустволкой сильно не навоюешь.

— Анархист, прием! — раздался в рации голос Енота.

— Анархист на связи. Что у вас? Прием!

— Оба «узелка» развязали. Один чисто, с другим пришлось повозиться! Что дальше? Прием!

— Оставь пикеты и выдвигайся вниз по улице Чкалова. Буду ждать тебя напротив пожарной части. Увидишь «бардак» с бортовым номером двадцать два, не трогай его, он наш! Скажи всем бойцам, чтобы были в масках! Кто будет светить открытой мордой, тот вмиг по ней и получит! Как понял? Прием!

— Понял! Мы тоже будем на «бардаке». Бортовой номер — сорок три. Прием!

Енот с компанией захватили блок на въезде в город, а это значит, что мы можем беспрепятственно вывести всех людей на площади в безопасное место. Осталось только избавиться от снайпера на крыше дома — и можно выдвигаться на площадь. Надо как-то выманить снайпера на открытый участок крыши. Вот только как это сделать?

— Соберите оружие у убитых, — сказал я мужикам, показывая на троих солдат противника, которых расстрелял из пулемета. — Звать-то вас как?

— Федор, — сказал тот, который держал ружье.

— Степан, — ответил второй.

— Когда выйдем на площадь, держитесь за моей спиной и собирайте все оружие, что увидите, — я кивнул головой в знак приветствия и достал из кармана рацию.

— Испанец, прием! — вызвал я «бардак».

— Испанец на связи! Как мы их, видел? В лоб, из «крупняка», от «Урала» только лохмотья полетели! — довольным голосом, закричал Испанец. — Что у тебя? Прием!

— Трехэтажку видишь? Прямо напротив тебя, там, где магазин игрушек? Прием!

— Вижу, и что? Прием!

— Долбани из обоих стволов по крыше этого дома! Прием!

Выглянув из-за каменного забора, густо оплетенного зарослями ежевики, я навел ствол пулемета на дальний конец крыши, туда, где располагалась лестница, ведущая вниз.

Тра-та-та-та! — зачастил короткими очередями пулемет на башне БРДМа. Крыша дома расцвела столбами пыли и каменным крошевом — результат попадания тяжелых пуль, выпущенных из КПВТ.

Над парапетом появился силуэт человека, который стремительно метнулся к дальнему концу крыши. Я нажал на спусковой крючок всего за несколько мгновений, перед тем, как вражеский снайпер остановился, чтобы спуститься по лестнице. Пули сбили противника с лестницы, и он переломанной куклой упал вниз. Ну вот и посчитались за морпеха!

Подождав, пока мужики соберут трофеи с убитых, я прошел вдоль улицы, и мы вышли на площадь. Наш «бардак» стоял рядом с БТРом. Испанец стоял на броне и кричал на людей, которые окружили «бардак» со всех сторон. Многие, видя, что препятствие в виде БТРа и автоматчиков противника устранено, уходили вверх по улице Чкалова.

— А ну отошли назад! Куда прете, как стадо баранов! — Испанец кричал в громкоговоритель, потрясая над головой автоматом. — Вы сейчас затопчете друг друга! Ну а вы куда претесь? Нельзя уходить из города, на трассе стоят пикеты и расстрельные команды татар. Надо всем идти в Аршинцево, там будет организован транспорт для переброски беженцев на российский берег! Да стойте же вы? Вы что, не видите, что у вас под ногами лежит раненый ребенок.

Подняв ручной пулемет стволом вверх, я нажал на спуск — та-та-та-та! Длинная очередь в тридцать патронов разлетелась тревожной барабанной дробью над площадью! Те из людей, кто был рядом со мной, в этот момент ошалело метнулись в разные стороны. Спокойно проходя через толпу, я сменил магазин на новый и снова выпустил весь рожок в воздух. Толпа шарахнулась в разные стороны, освобождая для меня коридор для прохода. Когда я подошел к «бардаку», на площади царила относительная тишина! Поднявшись на броню, я взял в руки громкоговоритель.

— Через пару минут подойдет отряд керченского отряда сопротивления. Он возьмет вас под охрану, для того чтобы сопроводить в безопасное место. Кто пойдет, скорее всего, погибнет. Город перекрыт! Спасение только одно — перебраться на российский берег. В порту ЖРКа и завода «Залив» есть суда, которые переправят беженцев в Россию.

— Что, вообще, здесь происходит? — крикнул кто-то из толпы. Услышав этот вопрос, толпа одобрительно загудела.

— Война здесь происходит. Гражданская война! — ответил я. Откашлявшись, начал раздавать приказы: — Больше никаких вопросов. Пусть выйдут вперед те, у кого есть навык вождения грузовиков! Если вы видите рядом с собой раненого человека или вы сами ранены, то поднимите руку вверх! Вам окажут помощь. У кого есть опыт боевых действий или желание взять в руки оружие — подходите к пожарной части.

В этот момент на площадь въехала колонна из нескольких машин. Впереди ехал точно такой же, как у нас, БРДМ-2, за ним шел «Урал», потом «Газель», и замыкала шествие моя «Хонда». Увидев свою машину, я чуть было не упал с «бардака» — какой-то Кулибин, мать его так, срезал часть крыши, превратив машину в некое подобие пикапа.

На броне вновь прибывшего «бардака» сидело человек пять автоматчиков. А над бронемашиной гордо реял черный флаг с буквой «А», вписанной в круг. Такие же флаги, только чуть поменьше висели над всеми машинами. Мало того, на капоте моей «Хонды» какой-то грамотей сделал надпись из аэрозольного баллончика с краской — «СВАБОДА или СМЕРТЬ». А самое неприятное, что из динамиков стереосистемы моей искореженной машины неслись звуки какой-то залихватской песни, из репертуара рок-группы Монгол Шуудан. Да они же этими воплями оглашают всю округу! Слава богу, что Ветров, сидящий за рулем «Хонды» догадался выключить магнитолу, а то у меня возникло желание открыть по ним огонь из пулемета.

— Отдельный анархический батальон прибыл по приказу своего командира! — щелкнув каблуками, громко выкрикнул подбежавший ко мне боец. По голосу и фигуре я опознал Енота.

— Слово «свобода» пишется через «о», а не через «а»! И, что это за балаган? — тихо спросил я, спустившись с брони бронемашины.

— Почему это балаган? — обидевшись, спросил Енот. Видимо, он думал, что я начну прыгать от радости, увидев их художества. — «Анархия — мать порядка»!

— Ладно, с этим разберемся позже, — отмахнулся я от радостных воплей Енота. — Сколько у тебя бойцов?

— На блоках осталось двенадцать человек. Со мной двадцать четыре человека.

— Отлично! Выдели три группы по четыре человека — надо перекрыть все подъезды к площади. Для усиления бери вон тех мужиков, — я показал рукой на группу людей, которые стояли плотной группой возле пожарной части. — Вооружи их и поставь в команды так, чтобы в каждой было минимум двое наших бойцов. Здесь рядом есть автобаза коммунальщиков, в ней много грузовиков. Организуй вывоз раненых. Здоровых людей строй в колонны и пусть идут пешком, но только под прикрытием автоматчиков. Выполняй!

Когда Енот убежал выполнять мои распоряжения, я нашел среди прибывших бойцов Деда. Как я и ожидал, его лицо не было закрыто маской.

— А для тебя что, не нашлось «балаклавы»? — спросил я у Деда.

— А на хрена она мне? — безразлично ответил Дед. — Я не претендую на вечную жизнь. Родственников, которыми могли бы меня шантажировать, у меня все равно нет. Так что смысла прятать лицо я не вижу.

— Ну рассказывай, что там произошло?

— Ничего хорошего — разброд и шатания! Исламисты взорвали возле ворот интерната пассажирскую «Газель», в которой было примерно полтонны взрывчатки. Центральный корпус снесло полностью, оба спальных корпуса серьезно пострадали. Досталось и отделению милиции. Число убитых и раненых переваливает за тысячу. Вовка Серов, Гена Патрохов ранены. Не пострадали только те группы, которые предназначались для проведения силовых акций. Ну как наша. Но всему городу идут перестрелки, постоянно что-то взрывается. Некоторые районы подвергаются минометному обстрелу.

— Еще кто-то, кроме нас, работает в городе?

— Нет, только мы. Объединенный штаб сопротивления решил, что сейчас необходимо собрать все силы для обороны района Аршинцево. Удерживать порты ЖРКа и завода «Залив», чтобы можно было эвакуировать раненых. Я пытался объяснить, что только активными действиями мы сможем связать силы противника и дать возможность людям покинуть остальные районы города, но меня не послушали, а Витьку Патрохова, вообще арестовали.

— Так, а кто тогда решил идти на штурм тюрьмы? С кем Енот поделился оружием?

— Это воры, решили посчитаться за беспредел в тюрьме. К ним примкнули казаки. Всего набралось с полсотни бойцов.

— В тюрьме минимум триста человек, причем вооруженных и подготовленных. Им пятьдесят уголовников как раз на один раз закусить, — грустно произнес я.

— Ну не скажи! — с усмешкой сказал Дед. — Воры, как всегда, оказались хитрые и изворотливые. В тюрьме кто-то умудрился заварить двери в складских помещениях, где хранилось оружие. А еще они заняли прилегающие к колонии девятиэтажки и не дают исламистам возможности высунуть нос из корпусов. Вроде как собирались подогнать к воротам колонии машину с авиационной бомбой времен Второй мировой войны и подорвать ее.

— Ничего себе! Ну а у тебя какие соображения по всему этому делу?

— Какие тут могут быть соображения? Нас слишком мало, чтобы эффективно противостоять противнику.

— Это понятно! Ну все-таки что-то мы можем сделать? — спросил я, видя, что у Деда есть какие-то мысли по этому поводу.

— Надо отправить несколько групп на гору Митридат, чтобы они вели наблюдение за перемещением сил противника. Хорошо бы им еще иметь при себе радиосканер, чтобы можно было слушать переговоры противника. Остальных разбить на отряды по три-четыре человека и отправить в город для совершения диверсий. Наша единственная возможность хоть как-то спасти положение — это запутать противника. Надо попытаться столкнуть между собой разрозненные отряды исламистов. Как я понял, у них пока нет единого руководства — тюрьму уже час как штурмуют, а к ним еще никто не пришел на помощь. Это же о чем-то говорит!

— Вот и займись этим! В «бардаке» возьмешь рацию со сканером. Там же есть таблица частот и позывные исламистов. Со мной оставь человек шесть-семь, остальных пускай в дело!

Дед кивнул головой и пошел в сторону наших машин, распределять людей по группам. Я с тревогой посмотрел на кипящую людскую массу вокруг нас — сколько из этих людей доживет до завтрашнего утра? Сколько еще погибнет? Вернутся ли когда-нибудь эти люди в свои дома, чтобы зажить обычной жизнью? Сколько продлится эта война и чем она закончится?

Я смотрел на людей, которые проходили мимо меня: женщины, мужчины, дети, старики. Было много раненых — кто-то держал руку на перевязи, у кого-то была повязка на голове, а некоторых даже несли на носилках — на соседней улице располагался больничный комплекс и родильный дом. Через несколько минут подогнали первые грузовики, в которые погрузили раненых и женщин с маленькими детьми.

Я ходил среди толпы — командовал погрузкой на машины, формированием людей в колонны. Надо было найти свободные машины, чтобы перевезти рожениц из роддома. Потом пришлось отгонять обезумевших людей, которые, услышав звуки стрельбы, кинулись к машинам, предназначенным для тяжелораненых.

Только через два часа площадь перед пожарной частью заметно опустела — люди уже не стояли плотной толпой, они непрерывной колонной уходили по улице Чкалова. Постоянно подходили все новые и новые беженцы.

Я пополнил свой растраченный боезапас и залез на броню «бардака», отдал команду к движению. Наша бронемашина отправилась вслед за беженцами — я хотел посмотреть, как идут дела возле керченской колонии. Внутри машины сидели четыре человека и четверо расположились на броне. Боезапас «бардака» мы пополнили за счет запасов расстрелянного возле пожарной части вражеского БТРа. С этого же БТРа сняли пулеметы и отправили их вместе с ранеными.

Для совершения диверсий в город отправились четыре группы, по четыре бойца в каждой. Старшими в группах были назначены: Дед, Испанец, Енот и Горох. Ветрова я назначил старшим в той группе, которая «оседлала» гору Митридат — высшую точку в Керчи. Эта группа должна была вести наблюдение за перемещением сил противника, сканировать радиочастоты и «хулиганить» в эфире, вклиниваясь в переговоры противника и запутывая его.

На моих часах было 18.08, солнце еще стояло высоко, но в городе было сумеречно — дым от многочисленных пожаров мешал солнечным лучам освещать многострадальный город. Проезжая мимо колонны беженцев, я подумал, что если все эти люди выживут и благополучно переправятся на российский берег, значит, все те жертвы, которые мы принесли за последние дни, были не зря.

— Анархист, это Сквозняк, прием!

— Анархист на связи. Что у тебя? Прием!

— Перехватили разговор военной колонны и местных уродов. К городу подходит колонна бронетехники! Как понял меня? Прием!

Охренеть! Только танков в городе не хватало для пущего бардака!

— Время прибытия и состав колонны известны? Прием!

— Время прибытия — примерно через два часа. Колонна прошла Феодосию. Состав и численность не известны. Но точно есть танки, БМП и БТРы. Сопровождают колонну два «крокодила»! Прием!

— Понял тебя! Твоя задача остается прежней. С колонной разберусь сам! Отбой!

Ну вот и повоевали! Пришел к нам в гости писец — толстая северная лисица!

— Остап, надо ускориться! — стукнув прикладом по броне, крикнул я. — Надо подготовить встречу дорогим гостям!

В этот момент я подумал, что сон-вещун не приснился мне сегодня ночью неспроста. Наверное, высшие силы «заколебались» уже меня предупреждать. Им надоело, что я совершенно не обращаю внимания на их предостережения. Каждый из этих повторяющихся друг за дружкой снов мог означать только одно: «Бросай все и беги из этого города! Беги к жене и детям! Ты в одиночку все равно не сможешь ничего сделать!» А я, дурак, не послушался. А может, все было совершенно наоборот, может, сон перестал мне сниться, потому что я наконец сделал нужный выбор. Выбор в пользу других!

Наша бронемашина поднималась вверх по улице Чкалова, «бардак» ехал медленно — по дороге плотным потоком шли люди. Я смотрел сверху на всех этих, измученных и напуганных людей. Смотрел и опять думал о том, что если они смогут выбраться живыми, значит, все это было не зря.