— А-а-а-ах! — слышу себя, словно из глубокого колодца. Тело окоченело, ноги скрутила судорога и, кажется, я сейчас умру от боли. Или уже?

Не могу открыть глаза, пытаюсь позвать на помощь… Сознание не включилось, звон в ушах не позволяет разобрать слова, что беспрестанно говорят и говорят где-то рядом. Ощущение, что меня качают на качелях: вверх-вниз, вверх-вниз, всё вертится, сознание путается, а к горлу подступил ком тошноты.

Неожиданно кого-то положили на меня, это кошка? Что-то тёплое и живое. И в этот момент этот кто-то укусил мой сосок на правой груди. Эта боль мгновенно пробилась в моё сознание, как луч света в ночи. Открываю глаза и сквозь пелену слёз вижу маленькое красное, сморщенное личико младенца, он присосался к моей набухшей груди. Распробовал и теперь с жадностью, пока неумело, но насасывает, причмокивая…

Мои глаза что-то напутали? В каком мире я была беременная? Когда я с диагнозом бесплодие, успела родить?

За секунды разум пытается сопоставить всё и зацепиться хоть за какую-то логику, чтобы не сойти с ума.

Это разум в шоке!

А тело очнулось, ожило, я неожиданно нашла силы обнять этот бесценный комочек, это счастье, на которое у меня никогда не было даже шанса. Ведь не было же, у меня всё удалили, или я снова всё путаю, мои ли это воспоминания?

Материнские инстинкты вспыхнули, сама не ожидала, от себя такой бури эмоций, но интуитивно положила малыша удобнее на локоть, второй рукой придержала набухшую грудь, так чтобы она не мешала ребёнку дышать. Моё лицо расплылось в счастливой улыбке, тепло волнами пробежало по телу, и боль отступила.

— Ох! Госпожа Эйлин! Мы уж думали, что вы не примете малышку, но всё обошлось, — только я наполнилась счастьем, как ко мне подошла незнакомка в белом платье, и передник испачкан кровью, акушерка?

— Эйлин? — с трудом переспрашиваю. На малыша у меня силы есть, а вот разобраться в том, что случилось — нет. И почему Эйлин? Я же Оля!

— Всё, госпожа, вы отмучались, роды прошли довольно легко, уж я-то, скольких приняла, всякое бывало. А вы как крестьянка, при такой-то тощей фигурке, да узких бёдрах, боялась за вас до невозможности. А вы ничего, поднатужились, да и родили. Там скоро заживёт, одна трещинка! Хорошо бы несколько дней полежать, сейчас детку накормим, да вас оботрём, переоденем, волосы приберём, косы расплелись, сейчас всё сделаем, только не войте боле…

— Подождите! Я — Эйлин?

— Ну, да! У вас после родов обморок случился, я уж испугалась, что бог решил дочку оставить, а мать прибрать, да всё обошлось. Только нехорошо так говорить, что ребёнка не хотите. Ну что ж, что муж такой непутёвый…

— Я не хочу ребёнка? Почему это? — она мне что-то поясняет, а я все больше запутываюсь. Что вообще происходит. Кажется, что я пришла в кино на середине сеанса.

— Так вы же и стонали, проклиная мужа, что он вас бросил одну сразу после свадьбы без денег, без поддержки. Не ребёнка, а дочку, ну, смотрите какая красавица, вся в мамку, — женщина прибрала грязные простыни, и не переставая пытается разъяснить мне мою же ситуацию. А у меня кроме имени Эйлин вчерашнего дня вообще нет в памяти.

Я не узнаю ничего. Совершенно незнакомое место, незнакомая женщина, и мне одного взгляда достаточно, чтобы понять, что и тело у меня другое. Может это виртуальная реальность или эксперимент? Боже, а если я умерла и мои глаза отдали на трансплантацию, или сердце?

Так бывает?

И снова в голове фраза акушерки о муже, что значит, бросил? Сознание ватное, начинаю о чём-то думать и тут же переключаюсь на ребёнка, счастье материнства перекрывает всё.

— Я уж понимаю, что у вас нет ни единой монеты заплатить за мою работу, но я бы взяла пару платьев для дочери, раз уж так у вас всё ужасно, госпожа, что дадите, то возьму. Уж с таким ремеслом повитухи я не брезгливая.

Мои глаза открылись шире, не поняла, у меня настолько всё плохо, что даже нечем заплатить за роды? Смотрю на свою изящную руку, и даже обручального кольца нет. Так меня вот настолько муж обокрал, даже украшения снял? Ничего себе уровень подлости — запредельный!

— А тут есть хоть кто-то, кто может мне объяснить, насколько всё плохо? — шепчу, прижимая малышку крепче.

— Так граф же! Он тут хозяин всего, от него ваш муж и сбежал, подлец, ой подлец, долгов наделал и сбёг, да не волнуйтесь, граф у нас суровый, но справедливый, на улицу небось не выкинет, с младенцем-то, — она снова говорит и говорит, переодела чистый передник и с деловым видом, открыла шкаф в углу комнаты и выбрала два платья, в счёт работы, даже не спрашивая, согласна ли я их отдать, свернула в валик и кинула в огромную корзину.

— На улицу? Меня могут выгнать? — простонала я.

— Ой, да за графом уж послали, сам, всё сам путь решает. Моё дело — роды принять, а в какой подворотне вам жить меня не касается! — повитуха решила не церемониться, раз я нищая, то, к чему лишние церемонии. А мне бы узнать, что вообще происходит.

Кажется, я начинаю понимать, почему после родов потеряла сознание эта несчастная Эйлин, ситуация у неё незавидная, ох, теперь это у меня ситуация незавидная!

Что вообще происходит и куда я попала? Ужасные мысли мигом отогнала малышка, она слегка дёрнула сосок, плюнула и причмокнула малюсеньким ротиком, а какой у неё миленький носик! Господи, какая она крошечная, вижу пальчики на ножках из-под одеяльца и прикрываю, чтобы она не замёрзла. Слезинка скатилась с моей щеки и упала на пелёнку, но это слёзы бешеной радости, я же только что мучилась, рожая её, а неожиданно ощущаю такие силы, что, наверное, и горы бы свернула ради дочери. Соня, София, ой я вспомнила, что всегда мечтала именно так назвать свою девочку. Надо же ничего не помню, а имя вспомнила.

Вроде надо паниковать из-за своего незавидного положения, а я счастлива:

— София! Мою девочку зовут София!

— Хорошее имя. Жаль, на кормилицу у вас средств нет, испортит она вам грудь.

— Что за глупости! А для чего грудь нужна? Ублажать этих кобелей…

По инерции из моего рта вырвалась странная фраза, и я вдруг вспомнила своё ужасное вчера, боже! Я же застала своего мужа Сергея в подсобке с Ксюхой, и она ему выговаривала, что беременная от него, а я бездетная и меня нужно послать куда подальше…

Картина прошлого всплывает как дурной сон и запутывает ещё больше. Из одной опы, я внезапно попала в другую. Ну круто, хоть бы понять, к чему силы приложить. Уж я такие испытания проходила, что и тут справлюсь, понять бы вообще, что происходит, ну хоть намекнули бы. Карту бы на стене повесили для приличия:

— Где я? Как это место называется, страна или что там, графство?

— Вы в поместье де Бриль, в графстве Горнберг, королевство Ровеннхольм, вы как новорождённая. Может позвать колдуна, он вам обряд проведёт, мозги-то и поправит. Видать, сильно тужилась, вот в голове-то узлом всё и завязалось, — ворчит старуха.

Она шутит или серьёзно, то за бредятина? Это уже не смешно.

Неожиданно вспоминаю, что после кормления малышку надо держать повыше головкой, поворачиваю её удобнее и не могу налюбоваться. Если этот бред — цена моего счастья материнства, то я очухаюсь и приспособлюсь, потому что ни за что на свете не готова расстаться с моей девочкой. А вот если признаюсь, что я никакая не Эйлин, то малышку могут отнять.

Софи уснула, повитуха уступила место другой женщине, моложавой и проворной. Она быстро переложила малышку в плетёную люльку и занялась мной. Сняла мокрую от пота и ещё бог знает от чего длинную рубаху, начала обтирать меня мокрой тканью, осторожно, но настойчиво.

— Я сама оденусь, а ты пока застели постель, пожалуйста, — говорю на незнакомом языке, очень красивая, певучая речь, только я такой никогда в жизни не слышала.

Новая сорочка очень красивая, с ворохом белых кружев, самых простых, но нарядных, постель готова, мне принесли молоко и кусок пирога с ягодой, похожей на малину. Есть надо хорошо, на фигуру плевать, главное моя детка.

— Подайте мне дочь!

— Вы бы отдыхали, госпожа, только что ж рожали! — прошептала служанка, но улыбнулась и подала ребёнка.

Я так и сижу, откинувшись на мягкие подушки, прислушиваясь к дыханию дочери, любуясь на неё.

— Какая ты красавица!

— На вас похожа! — улыбнулась женщина, а я даже не знаю, как её зовут и спросить боюсь, а то позовут колдуна, и он меня разоблачит. Только хотела что-то уклончиво спросить про имя отца малышки, как за дверью послышались вопли и тяжёлые шаги. Коня, что ли, в дом пустили.

Секунда и я увидела этого коня!

Огромный и невероятно сердитый мужик, ну скажем, не мужик, а довольно красивый мужчина, и не бедный, судя по виду. Но влетел он феерично! Под сдавленные возгласы двух слуг, умоляющих не входить, ибо тут госпожа…

— Госпожа рожает! — выдохнул старый слуга и зажмурился.

— Вот и прекрасно! Значит, пора ей освободить моё поместье! Собирайте её вещи! — прогремел злющий незнакомец, так что Соня запищала от испуга.

Но мужик словно ударился о невидимую стену, влетел и замер, увидев меня в постели с малышкой на руках…

Но его ступор быстро прошёл:

— Сударыня, у меня только один вопрос, кому ваш муж продал первую брачную ночь? Чей это младенец?

— Ам… — не самый информативный ответ, я опешила от такой пошлятины, но тут же взбесилась, никто не смеет меня обвинять в такой гадости: — Вы с ума сошли? Что за бред? Я замужем, моя дочь родилась в браке, вы меня ещё и опорочить решили? Как вообще язык повернулся сказать честной женщине настолько гадкие слова?

Я бы и грубее сказала, но в этом языке нет наших ругательств, а они бы пригодились!

Но он пропустил мимо ушей мой выговор, и тут же продолжил говорить гадости:

— Значит, дочь? Не сын? И выкуп младенца отец делать не собирается? Тогда пусть ваш непутёвый муж заплатит долги, мне всё равно, кто вас выкупит, но пока вы моя собственность. Остаётесь в долговом залоге, вы меня понимаете?

Боже, какую пургу несёт этот придурок? Что происходит? Прижимаю дочь к груди, если этот мужлан хоть шаг сделает в мою сторону, расцарапаю физиономию…

Добро пожаловать в новую, захватывающую историю.

Мёд, любовь, и невероятные приключения.

Совершенно неожиданные повороты сюжета и необычный финал!

Добавляйте книгу в библиотеку, чтобы не потерять.

За ♥❤♥ отдельная огромная благодарность!

Быстрая публикация!

Слуги неожиданно сбежали из спальни, похоже, я недооценила свирепость графа? Мне надо было не рычать, а молить о помощи?

А я не очень-то умею просить, либо сама делаю, либо требую! Уж такая моя натура бизнес-леди! Мы входим в противостояние с этим графом, но именно сейчас решается судьба моя и дочери.

Мысль о противостоянии заставила собраться, насколько это возможно. Пару секунд мужчина смотрел на меня так пристально, что стало жарко.

Моё волнение передалось дочери, и она начала тихо плакать. Знаю, как злые люди не любят плачущих детей.

Может, он сбежит, оставит нас в покое, но он не сбегает:

— Повторяю вопрос, где ваш муж?

— Это не вопрос, а допрос, вы как дознаватель, надеюсь, пытать меня не собираетесь? Я ничего не знаю о нём! Он сбежал в столицу, ищите его и требуйте выплатить долги, а мы к нему отношения не имеем. И не смейте распускать сплетни об отце ребёнка, она родилась в законном браке! Мне и без ваших нападок плохо, могли бы пожалеть несчастную женщину.

Говорю сейчас на интуиции, фактов мизер, но как-то надо отвести от себя беду, может, этот граф меня пожалеет?

— Вы притворяетесь дурочкой или действительно такая наивная глупышка, хотя кого я спрашиваю, такие красивые девицы никогда умом не блещут, уж мне ли не знать, — процедил он «комплимент!»

— Ну, спасибо, может я и глупая, но вот, человека нового родила, представляете? Вы со своим умищем так сможете? — ну конечно, не стоило ему называть меня глупой. Очень не люблю, когда так со мной.

Он хмыкнул, в глазах есть интерес, или это злость, я ему помеха в чём-то?

— Была бы умная, замуж за этого недоумка не вышла бы! — он сказал эту фразу, как бы между прочим, роясь в каких-то бумагах в деловой папке.

— Похоже, что меня никто особо не спрашивал, хочу ли я замуж! Я вообще ничего не помню, вас не знаю и знать не хочу. Не помню, как меня зовут, так что сделайте милость, выйдите из комнаты, поговорим через неделю. Ведь за неделю мир не обрушится, апокалипсис не случится, прощайте!

— Эйлин Адель де Бриль! Вы издеваетесь надо мной? — он так рыкнул, что я вздрогнула.

— Повитуха сказала, что я во время родов умерла, а потом ожила. Повторю для тех, кто плохо слышит: ничего не помню, вот даже имя своё от вас узнала. Больше скажу, не помню имени мужа, пройдёт мимо, не узнаю. И вас не помню. Так что поступайте со мной как позволяет ваша совесть и отстаньте…

Он замер, вижу, как злость уступает место недоверию. Я не сильна в романтических тонкостях, всегда была женщиной простой, сильной, откровенной. Вот и сейчас ему всё выдала как есть.

— Про совесть, это вопрос к вашему мужу, а мои дела не терпят отлагательств. Признаюсь, я ждал рождения ребёнка, думал, что за вас заплатит сам де Бриль или тот, кому он вас продал, но раз никого нет…

— Вы, блин, шутите? Издеваетесь? О какой продаже идёт речь? Что за бред? Конечно, никого нет! Ребёнок от мужа! Очень плохо себя чувствую, даже не представляете как все болит, я ребёнка родила час назад, ну… Может, эта экзекуция подождёт?

— Нет, не подождёт. Ваш муж попросил отсрочку по ренте, сроки вышли. Понимаете?

— Ну, допустим, понимаю. А я тут при чём? Если меня «продали», то я и не в ответе за его действия!

— Притом, что мне нужна ваша подпись вот тут, что вы отказываетесь от этого поместья, съезжаете, но долг всё равно остаётся за вами! Ваша дочь для меня создаёт огромные неприятности в будущем, и я из-за неё не собираюсь терять этот надел земли, потому что плачу налог в казну, значит это всё моё. Де Брили должны убраться отсюда!

Дочь снова заплакала. От слов графа мне совсем нехорошо. По телу, как электроразряд пробежал дрожью и меня обдало жаром.

— Стоп, я ничего не поняла. Вы меня выселяете, из-за того, что моя дочь вам мешает? Ах вот почему вы распускаете эти подлые слухи? Хотите объявить мою дочь незаконнорождённой, чтобы мы не посмели ни на что претендовать? Фу, как низко и гадко! Не думала, что взрослый мужчина может опуститься до такой гнусности, как сплетни!

Меня от отвращения передёрнуло, и граф заметил, но хоть бы на миг засмущался, нет, наша репутация его вообще не волнует!

— Это моя земля! И на неё законы магии не распространяются! Только законы государства! А по ним, вы и ваша дочь, должны покинуть этот дом. По магическим законам, эта земля может признать девочку своей госпожой, а мне такие волнения не нужны! Если она дочь вашего мужа, тем более выметайтесь как можно скорее!

— Я вам не верю. Какая ещё магия? Вы пьяны? — наш разговор докатился до абсурда. Это розыгрыш? Взрослый мужик стоит передо мной с пачкой бумаг и серьёзно заявляет, что есть законы магии?

— Ах, да! Вам память отшибло, милочка, ну так даже проще! Если вас никто не выкупил, то вы в залоге. У меня есть бумаги, но вы же их не поймёте, — он ехидно улыбнулся.

— Покажите!

Он тут же подаёт мне документы, не сразу, но я начинаю вникать в текст. Вот гадство. Он и правда собственник, а у нас аренда на сто лет, и в этом году срок закончился, мы должны уплатить ему долг ренты за три года. И это, не считая долгов в казну. Написано всё доходчиво и ни слова про магию, он просто пошутил?

Только я не поняла первую часть наезда, кто должен «выкупить!» нас с малышкой? Муж должен заплатить долг и тогда граф нас отпустит?

Снова потянуло низ живота от боли. Мой стон заставил графа поморщиться, но он тут же взял себя в руки.

— И что мне делать? — цежу сквозь зубы, еле сдерживая гнев.

— Подписать отказ от аренды, что ваш ребёнок хоть и рождён на этой земле, но власти над ней не имеет и съехать в трёхдневный срок. И скажу так, будь её отец кто угодно, хоть кучер, я бы вас оставил! А так нет и нет!

Его физиономия стала похожа на морду упёртого барана, он так же опустил голову и смотрит на нас с Соней исподлобья. Очень неприятный тип. Вроде же красивый, но мерзкий.

Пауза затянулась, вздыхаю, и дрогнувшим голосом спрашиваю о той участи, что он мне приготовил:

— Куда?

— Пока вы моя заложница, отправлю вас в старый дом, недалеко от заброшенной пасеки. Это единственное место, где вы можете жить в ожидании выкупа. Но вы же не оцените мою щедрость? В любом случае будете проклинать.

— Ну, может и буду. Но пасека? Она кому-то принадлежит? — это слово отозвалось в моём сознании вспышкой, да такой сильной. Вот оно, то самое моё, что я обожала в прошлой жизни.

— Старый пасечник умер в прошлом году, вы и впрямь потеряли память? Помер и дело его забросили, никто не умеет договариваться с пчёлами, они у него слишком злые.

— Я умею. Поклянитесь, что, если я сделаю пасеку, подниму её до больших прибылей, вы не придёте вот так и не отберёте у меня её.

— Вы? Пасеку⁉ — он рассмеялся, а я скривила гримасу раздражения.

— Да, я! Клянитесь! Или так, вы пишите мне расписку, а я напишу своё имя в этой отказной от аренды.

— Я женюсь на вас, сразу, если вы хотя бы один бочонок мёда сможете накачать! И, возможно, прощу долг, это если пасека сама вас примет, кажется, вы не только память, но и разум потеряли, моя дорогая. Но старая Джейн вас быстро в чувство приведёт!

Он так театрально рассмеялся, что меня передёрнуло, не смогла сдержаться и съязвила:

— Что, так хочется жениться на мне, что ставите такие условия, ну-ну? Если я подниму пасеку, то на кой мне нужен такой муж? — ой, длинный мой язык, снова наживаю себе лютого врага. Прикусываю губу. Но он уже пишет что-то на листке. Подаёт и там реально, про нашу свадьбу? Вот чудак, я же замужем! Или в этой стране замужество расторгается одной из сторон? Надо бы узнать.

— Пасека — это нейтральная территория, она сейчас не принадлежит никому, и если вы сможете укротить эти дикие земли, то я, рассмотрю вашу кандидатуру на роль моей второй жены. С таким приданым вы мне, пожалуй, подойдёте.

— Ах вот в чём дело? Ну раз вопрос стоит так, то на кой мне такой муж-многоженец? Уж сама как-то справлюсь!

— Не зарекайтесь, пока вы живёте на моих землях, вы остаётесь моей подданной. Так что, в любом случае вы моя собственность! И я прикажу отвезти вас к старой Джейн в услужение. Пасека вам не по зубам, так что усмирите гордыню и признайте, что муж вас продал и не очень удачно.

— С пасекой, мне кажется, гораздо проще договориться, чем с таким бесчувственным человеком, как вы. Я же только что родила, но вам плевать на это!

Я закусила удила, никто не имеет права так со мной разговаривать, пусть он хоть трижды граф, я не пустое место, и даже в этом мире не позволю об себя ноги вытирать!

Но он за своё:

— Когда первая же пчела вас изуродует жалом, припомните эти слова, милочка. Советую поспешить со сборами, вас ждёт бессрочная ссылка, пока хоть кто-то не заплатит мне долги!

Граф улыбнулся и вышел, с полной уверенностью, что выиграл спор, в котором я даже не собираюсь участвовать, мне бы выжить! Может он и прав, и тут пчёлы-мутанты, это вполне может быть правдой.

Но больше всего меня задела пошлость про проданную первую ночь, это вообще как? Надо найти гада мужа, и узнать, что вообще у нас произошло в прошлом…

Сутки мне позволили отдохнуть, пока служанка сама собирала личные вещи и немного бытовой утвари. Постельное, посуду, остальное я даже проследить не успела, когда осторожно вышла из дома с малышкой на руках, телега оказалась полностью заполненной какими-то вещами.

Возможно, стоило проверить, но я не решилась. Обернулась и посмотрела на дом, который вынуждена оставить, и ни капли сожаления. Я даже не прошлась по его комнатам, из постели сразу в дорогу.

Большой, неуютный, чужой.

Коротко и ёмко про него, пусть таким и запомнится, потому что не хочу сожалеть.

Почти как мои воспоминания о муже, настоящем муже Сергее. Только держа на руках мою доченьку, пусть не помню, как её рожала, но эта связь материнской любви между нами как стальной трос. Вот что такое быть родными.

Серёжа оказался чужим, неродным. Я пахала на пасеке, нашей с ним пасеке. А он занимался торговлей, у него это лучше получалось, по ярмаркам мотался, по рынкам. Вот домотался и встретил Ксюху. Пока помню только это, больше ничего из личного, но зато всё про пасеку.

Пчёлы, мёд — это моя религия. Моё служение и жизнь.

И когда этот граф заикнулся про старую пасеку, поняла, что выживу. У меня с пчёлами есть общий язык, надеюсь, что и местные пчёлки меня поймут. Только бы остался хоть какой-то базовый набор. С нуля я, конечно, не смогу ничего сделать. Просто нет средств и сил.

Горничная помогла мне влезть по высоким ступеням в карету и прошептала:

— Госпожа, мы вам в карете постелили плед, и вот тут корзина с провиантом на месяц хватит, потом ещё тайно привезу, только никому не говорите. Какой же гад, этот…

— Они все гады, что поделать, — сажусь на довольно мягкую сидушку и забираю Софи с рук служанки. Пожимаю руку женщины, улыбаюсь, видимо мы были близки, к сожалению, ничего не помню. Но сейчас много людей вокруг, не хочу задавать лишние вопросы.

Дверца кареты закрылась, вот и всё, закончилась моя барская жизнь, не успела и привыкнуть к прислуге.

И как я теперь с малышкой к пчёлам, вот это вопрос на миллион. Кажется, граф прав, я в ближайшие годы и баночку мёда не накачаю, не то, что бочонок.

Дорога оказалась довольно мягкой и короткой. Час, может, чуть больше и мы остановились в небольшом дворике. Выглядываю в окно и приятно удивляюсь.

Да, не барские хоромы. И не трёхэтажный белый особняк, какой я оставила только что. А типичный каменный дом. Два этажа, небольшие окна, крыша покатая и три больших трубы. Явно, что есть и кухонная печь и камин. Такой дом был пределом моих мечтаний в прошлой жизни. Ну, понятно, что цивилизации тут нет, ремонт требуется, но стены есть.

— А вы хто? — с другой стороны резко открылась дверь и скрипучий, недобрый голос старой женщины отвлёк меня от созерцания новых владений.

Или я тут не хозяйка?

— Меня сюда отправил граф, сказал, что я новая хозяйка этого дома! — решила пойти ва-банк, требовать больше, чтобы получить хоть что-то!

— Да, неужто? Так и сказал? А он не сказал, что это мой дом! Всегда был, есть и будет! А ты очередная приживалка на мою шею! Этот паразит мстит мне за неуступчивость! Так что проваливай, дамочка, тебе тут места нет!

— Но меня сюда привезли, значит это приказ графа! — начинаю вскипать.

— Плевать я хотела на его приказы! — она и правда плюнула, и растёрла по земле. А меня неприятно передёрнуло. Вот значит, как решил мне насолить граф. Прислал туда, где у меня все соки выпьют?

Тут ещё и кучер свои пять копеек добавил:

— Так вас выгружать? Сейчас телега приедет с вещами и грузчиком, у вас мало времени, что делать-то?

Моё сердце сжалось от неприятного чувства беспомощности. С этой ведьмой Джейн оставаться как-то не хочется. Бог её знает, вдруг чокнутая, я буду постоянно бояться за ребёнка.

— А пасека далеко?

— Миль пять отсюда, там рядом колдун живёт! Так как?

Тошнота подступает, в висках тюкает, и сердце долбится так, что дышать не могу, типичная паническая атака, не думала, что когда-то попаду в такую ситуацию. Хоть бы кто-то подсказал.

В этот момент в карету влетела пчела!

Боже, она огромная! И такая красивая! Я смотрю на неё, как на единственно родную, протягиваю руку, и она села на мой палец отдохнуть. Вся в пыльце, труженица, должно быть, и жало у неё знатное, не хочется попадать под такое оружие.

— Ой! Па-ма-ги-тя! Фу! Пчела, она сейчас ужалит тебя, дура! Сдохнешь! — бабка так завопила, что я вздрогнула, пчела тоже испугалась и вылетела.

— Везите нас на пасеку, — кричу кучеру и захлопываю дверцу перед носом старухи.

— Дура, оставайся у меня, на пасеке ты и дня не протянешь! С ребёнком, одна! Куда? — вопит и тут же кучеру. — А вещей-то много у этой новой постоялицы? Ой, что ж я, про вещички-то не поинтересовалась! Вещички!

— Много! — и ему, видимо, надоело тянуть резину, тут же кнутом взбодрил коня и повёз меня из негостеприимного дома.

— Оставайся! Глупая, эт я так, для порядку! Ой, граф меня выпорет за неуступчивость! Вернись! — завопила старуха, но уже поздно. Меня увозят дальше. Проехали мимо телеги, кучер крикнул о новых планах. Кажется, никто не хочет даже нос показывать на эту пасеку. Еще была мысль попросить телегу постоять, мы бы съездили, хоть бы глянуть, может быть реально злая ведьма — меньшее зло, чем заброшенная пасека. Но поздно. Через несколько минут торопливой езды карета замерла в потрясающе красивом месте.

Вот только нежилой дом выглядит очень негостеприимно. Гораздо негостеприимнее, чем эта старуха, что только что мотала мне нервы своими выкрутасами.

— Зато, никто сюда лишний раз не сунется! — шепчу дочери, открываю дверь кареты, пытаюсь рассмотреть свои новые владения.

Похоже, что я со своей гордыней и самонадеянностью в очередной раз попала в ужасную историю. Судя по дому, мне тут не выжить, не то, что мёд накачать…

Соня проснулась и настойчиво пискнула, требуя обеда, а мне некогда ей грудь дать. Кажется, я после родов соображаю с трудом, куда я потащила себя и малышку?

Ну да, граф козлина, но он арендодатель, и ему приспичило выгнать меня. Как бизнес-леди я ситуацию понимаю. Но по-человечески — нет!

Ну, не понимаю, хоть убейте! Он мог бы меня перевести в коморку на третьем этаже, позволить хоть сколько-то пожить, раз такая печаль с мужем.

Он это специально?

Напугать меня хотел?

Ну вот, я напуганная, и дальше что?

Рассуждаю, но мои рассуждения сути проблемы не меняют. Кажется, я в опе.

Выхожу из кареты и задаю первый разумный вопрос кучеру, он тут рядом топчется, ему любопытно не меньше моего.

— А скажи, дорогой! Зимы тут лютые? Снег, мороз?

— Да вы что, госпожа, никак память потеряли? Миль двадцать-тридцать на север высокие горы, за лесом их вершины уже видны, вот там да, зимой снег лежит, а у нас нет, только дождь чаще, — он почесал бороду, рассматривая меня. Но интерес у него, примерно такой, как у санитара психушки: опыта мало, а степень моей вменяемости понять надо.

Похоже, он уже подумывает забрать меня отсюда силой.

— Это хорошо. Давай-ка «дворец» осмотрим.

Подхожу к строению и понимаю, что за высокой травой и плющом, я дом-то и не видела. А он из брёвен, да каких толстенных! Впервые такие вижу, довольно грубо сделанный сруб, но невероятно добротный. У меня от удивления рот открылся. Такие дома строят брутальные, мощные мужчины. Вот, наверное, старый пасечник в молодости был могучий. Я влюбляюсь в это место со второго взгляда.

Дом высокий и без фундамента, держат его восемь, а может, и больше каменных подпорок, широкие ступени. Полы толстенные, крыша добротная. В таком доме сырость не поселится. Присматриваюсь и поражаюсь, насколько всё подогнано. Щелей нет, всё основательно и аккуратно. Обожаю, такой добросовестный подход.

Кучеру пришлось сбить топором замок на двери, и она тут же приветливо скрипнула.

Я возьми, да и скажи:

— Примешь ли меня и мою девочку, нам жить негде, я обещаю пасеку возродить!

В этот момент словно вздох услышали, и из дома не холодом, а теплом пахнуло. Стою в дверях и не могу поверить своему счастью. Тут же в сенках много пасечной утвари, всё добротное, мощное и рабочее, не место этим вещам в доме, но должно быть, кто-то уже после смерти хозяина всё прибрал, да закрыл. Мысленно благодарю заботливого человека.

Прохожу в дом.

Кухня со столовой и небольшая печь, видимо, из-за жаркой погоды тут в доме еду не готовили, дальше две комнаты, в одной стол и лавочки у огромного окна, во второй — огромный топчан.

Стены ничем не обшиты, остались ещё травы на верёвке висящие, какие-то полотенца, посуда. Пыль и паутина, но в целом место не запущенное. Вполне легко тут навести чистоту, да и жить.

Мне очень понравилось, как домой на пасеку к любимому деду вернулась.

— Остаюсь! Выгружайте всё в дом, в карете не забудь корзину с едой! — командую работникам и ухожу в дальнюю комнату кормить Соню.

Минут тридцать и все мои вещи уже свалены в центре «гостиной» и плетёная кроватка для дочери, вот за это я крайне признательна той служанке, что меня собирала.

— Ну вот хозяйка. Да тут не так и страшно. Пока пчёл нет, и жить можно! Вам бы работника сюда.

— Мне платить нечем, — коротко отвечаю, чтобы не тратили своё время соискатели. А про пчёл он прав. И правда, нет их!

— Понятно. Ну мож сиротку прислать?

— Сиротку? — я вообще не поняла о ком он.

— Да у вас же там девчонка-сирота на побегушках, граф её ненавидит люто, девочка немая, больше никому она не нужна, её служанки прячут с вашего ж позволения на третьем этаже от лишних глаз! Никак забыли?

Вот те новость! Сердце ёкнуло, словно вспомнило, а разум пытается, но не может. Промелькнула мысль, что моё изгнание показательное, и чтобы не навлекать ещё больших бед, девочку решили пока спрятать. Вздыхаю, мне вдруг стало неуютно, оказывается, в той жизни у меня есть обязательства, а я получается, бросила и забыла:

— А что мне никто не сказал? Она дорогу сюда знает?

— Магда, когда соберётся вас проведать, тогда и девочку привезёт, я шепну ей, что вы примете сиротку. Ну, нам это, пора. Как вас тут оставить-то? Это ещё пчёл нет, видать, разлетелись, да зверей диких тут много. Неспокойно как-то…

Вспоминаю пасеку моего деда в лугах у тайги, вот где было неспокойно от набегов медведей, а тут пространство открытое, лес близко. Вокруг холмы высокие, всё в цветах, и запах медовый. Идеальное место.

— Поезжайте, не пропаду! — сама начинаю сомневаться, но навыки выживания у меня вполне нормальные, вот только тело хилое, и после родов. Этот факт, я постоянно забываю. Как я одна, да с грудным ребёнком?

Надо было крикнуть себе: «Опомнись, ты больше не Оля, что могла сорокалитровые фляги с мёдом грузить в машину и не ойкать, всё, нет того мощного тела, осталась пигалица!»

Но я этого ещё не осознала, а зря.

Мужчины неуверенно потоптались, да вышли. Несколько минут и всё стихло.

Нормальная баба на моём месте заголосила бы. Но я ненормальная. Поставила дочке кроватку в угол и начала медленно разбирать вещи, пока просто сортирую, чтобы понять, что у меня есть.

Матрас кучер сразу положил на топчан, я его застелила простынкой, одеяло, подушки и плед, всё на месте. На верёвке в спальне повесила платья, заметила, что у одного чудесный подъюбник из прозрачной ткани, напоминающей тюль, дорогое, наверное, но для меня бесценное. На пасеке это первое средство защиты.

Кухонную утварь ставлю на полки у печи, да на стол. Тазы, ковши, вёдра, швейные принадлежности и рулон простой ткани, ножницы, да много чего полезного, всё пригодится.

Пока дочка спит решила обойти дом вокруг и осмотреть, заодно веник наломать, надо подмести и найти колодец. Поляна перед домом заросла бурьяном, вокруг дома только можно пройти только там, где лошади с телегой и каретой примяли, да пощипали траву. Это проблема, косить я не люблю, а такой девочке, как Эйлин и подавно с косой не справиться. А трава тут бойкая, скосишь, обернёшься, уже новая наросла. Только корову или овец запускать, вместо газонокосильщиков, а лучше коня.

И таких «мелких» проблем сотня, для мужчины — плёвое дело, для женщины — непосильная задача. Ну, подумаю, как быть, может и правда коня у кого-то взять на выпас.

Обхожу дом и первое, что заметила, это довольно большой сарай, но его от посторонних глаз скрывает толстый слой плюща, эдакий зелёный холм. Но на двери тоже большой замок, позже вскрою и осмотрю. А сейчас даже подходить не решаюсь через высокую траву.

Надо бы воду найти, колодец же тут должен быть.

Вместо колодца сразу за домом нашёлся большой родник такой чистый, что я несколько минут просто пила эту сладковатую воду, прикрыв от удовольствия глаза.

Набрала воды, сделала веник. Сняла тесное барское платье и не спеша, чтобы не перетрудиться, подмела полы, протёрла стол, лавочки и полки у печи.

После всех трудов праведных, вышла с ковшиком к роднику и ледяной водой облилась. Вот кайф-то! Бодрит тело. Растёрлась полотенцем, и меня, как включили в это пространство, в эту жизнь, даже рассмеялась.

Счастливая бегу босиком в дом, вокруг меня словно энергия какая-то движется, непередаваемое, но хорошо знакомое чувство.

— Ох, пора отдохнуть, а то что-то утомилась. Может, я и родила, как крестьянка, но поберечь себя надо!

Беру дочку к себе на топчан, я теперь сама себе королева, легла и сразу уснула. Так крепко в жизни не спала…

Сквозь сон показалось, что в дом осторожно вошёл какой-то мужчина, красивый, но не слащавый, а наполненный настоящей мужской силой оттого и хорош. Я же сплю, но вижу его, как реального, только пошевелиться не могу.

Молча встал над нами, улыбнулся, наклонился и поцеловал меня, едва касаясь губами, чтобы не разбудить, положил рядом на подушку очень красивый цветок и пропал.

Хочу ему прошептать что-то, решила, что это пасечник мне приснился, но не успеваю. Сон развеялся, я проснулась такая отдохнувшая, словно месяц в санатории провела. Кажется, сам дом и это место меня поддерживают, поворачиваю голову, чтобы посмотреть на дочь и замираю. Между мной и Софи лежит тот самый цветок из сна.

Вскакиваю, как ошпаренная, бегу к выходу. Но никого нет, никого, кроме пчёл, которые вдруг появились на поляне перед домом. И как же их много!

Это явно совершенно иной мир. Я ничего не помню о своём последнем дне перед гибелью. Только тот разговор мужа с Ксюхой о её беременности! А дальше пустая тьма, от которой поташнивает, словно не позволяет мне докопаться до истины. Вообще свою прошлую жизнь смутно помню, только отрывки, вспышки событий, но хотя бы себя помню, и медовое дело, и деда, а новую, внезапно случившуюся реальность и вовсе не знаю. Остаётся догадываться, что я умерла в России, узнав о подлости Сергея, и попала в рай.

Я его себе таким и представляла: идеальная природа, много пчёл. Только вот про людей в своих мечтах забывала подумать, и они оказались не очень, ну, очень не очень, некоторые так и вовсе бяки.

Я физически не готова пока анализировать и то, что случилось в прошлом Эйлин, не укладываются эти события в моей голове. Живу на автопилоте, пытаюсь концентрироваться на «здесь и сейчас», не могу вспоминать графа, старую Джейн, и местного мужа, предавшего Эйлин.

Знаю себя, накручу, взвинчу, а потом стоит кому-то из этих людей только показаться в поле моего зрения — убью без сожалений. Ну такой у меня характер, вся в деда — резкая. Потому он на пасеку и сбежал, чтобы жить тихо-мирно, с его-то силищей. Вот и я такая была — Оля не женщина, а сплошная «сила воли плюс характер». Одно жаль, у Эйлин силёнок маловато, с моим характером, надо бы хвост почаще прижимать, иначе можно и схлопотать серьёзные проблемы.

А ещё этот незнакомец привиделся или он реальный? Но красивый, и что-то в нём такое есть, отчего по спине мурашки бегут, стоит только вспомнить нежный поцелуй во сне.

Но ведь никого нет!

Обошла дом, и даже намёка нет, что кто-то тут кроме нас ходит. Уж по такой траве следы остались бы.

Немного жутко стало.

Нет, не хочу думать о людях! Лучше о пасеке!

Отгоняю от себя приступ злости на обстоятельства, стоя босиком на широких деревянных ступенях и как заворожённая смотрю на пчёл. Они летают вокруг и пока игнорируют меня.

Вопрос первый? Где ульи?

Ульев нет! Ну, конечно! Это архаичная пасека бортьевая, в лесу спрятаны дупла или колоды с мёдом, и бортник по очереди из них изымает мёд, а семьи пересаживает в новые. Раз тут круглый год лето, значит, и ротация круглогодичная, судя по всему, бортьи переполнены, а может, и медведи разорили, или какая тут живность есть? Всё это предстоит выяснить.

Размышляю, прикидываю, как смогу одна лазить по деревьям за каждой бортью. С одной стороны, бортничество не особо сложный вид пчеловодства, но женщине, да ещё и такой слабенькой, как Эйлин не справиться одной. А если пасеку никто не занял, значит, охотников до этого бизнеса нет. А уж помощников и подавно. Я даже оплату за работу не смогу пока предложить.

Предстоит всё очень серьёзно продумать, каждое действие, чтобы не надорваться, чтобы не покалечиться, ведь без меня доченька и дня не проживёт.

Есть отчего загрустить.

Первое, нужно понять, какое оборудование есть, второе, дождаться Магду и девочку сиротку, она сможет помогать мне по хозяйству.

Третье, попробовать сколотить улей, если получится приручить пчёл и поставить рядом хоть десять семей, то я озолочусь. Да и легче, когда семьи на земле и под контролем. А бортничать уже в свободное время, когда найду нормального работника-мужика.

И сразу вспомнился незваный гость, такой красавчик на пасеке работать точно не станет, эх!

Пчёлы летают, не обращая внимание на меня, а я любуюсь ими. Огромные, мощные. Ух, наверное, и мёда у них много. А судя по ароматам цветов, вкус мёда — божественный.

Протягиваю руку вперёд и улыбаюсь, шепчу: «Милые труженицы, позволите ли стать тут хозяйкой? Очень люблю я медовое дело, с меня забота, с вас мёд!»

Несколько пчёл неожиданно сели на руку. А у меня сердце замерло, я без перчаток, без сетки, незащищённая. Уж жало у них убийственное. Что там граф говорил: «Когда изуродуют лицо — узнаю почём цена мёда!»

Так и стою, замерев, но без страха. Пчёлы, как собаки хорошо энергетику чуют. В этот момент слышу, что Сонечка заплакала в доме. Вздрагиваю и пчёлы оживились.

— Мне к дочке надо! — шепчу пчёлам и слегка взмахнула рукой, чтобы они взлетели. Пока я поднималась в дом, все пчёлы улетели в лес, на поляне снова воцарилась тишина.

— М-да! В целом, ситуация тяжёлая, но не безвыходная, и если я ещё не ужаленная, то не всё так ужасно, как меня пугал граф, — ворчу себе под нос.

Покормила доченьку, и решила заняться насущными делами. Малышке нужно приготовить ванночку, разобрать корзину с продуктами, и приготовить ужин. Завтра утром займусь пасечными делами и для начала из подъюбника и шляпки сделаю сетку. Знаю себя, ведь не выдержу и пойду на днях проверить, где есть бортьи, хоть бы несколько найти.

Продуктов Магда мне собрала очень много и всё продуманное. Овощи, сушёные фрукты, вяленое мясо, завёрнутое в вощёную бумагу, — такое долго не пропадёт, один кусочек в похлёбку, и сытный обед готов. Сыра два круга. Крупы, мука, соль, приправы, сладости, тут же спички, очень похожие на наши, но упакованы в жестяную банку, а розжиг на крышке, довольно удобно и практично.

Бутыль с маслом, какая-то настойка, и ещё несколько банок с какими-то порошками, так и не смогла понять, что это такое. Приедут в гости, спрошу. И три баночки с джемом, все разные. Королевский набор провианта.

— Сонюшка, полежи тут одна, а я за дровами под дом, и за водой на родник, сейчас сварю нам ужин, и тебе воды нагрею.

Какое счастье, что под домом полно дров, от дождя они там прикрыты, сухие и довольно мелко порублены. Жарко будут гореть и расход небольшой. В очередной раз радуюсь тому, какой пасечник был мудрый, всё у него продумано и одновременно просто. Появилась надежда, что и с пчёлами у него как-то все деликатно и без надрыва устроено.

Развела огонь в печи, поставила греться воду себе на чай и дочери для вечерней ванны, а в котелке самый простой суп, какой мой дед варил. Вяленое мясо, пшено, и корнеплод, напоминающий нашу морковь, просто мелко порубила, залила водой, посолила и в печь, пусть томится. Из муки с водой и маслом намесила тесто, немного ароматных приправ, раскатала лепёшку и решила испечь, как в нашем мире в Азии пекут в тандыре, у меня тут обычная печь, протёрла стенку и над огнём прилепила тесто, посмотрим на этот эксперимент, вдруг получится.

Ловлю себя на мысли, что мне очень интересно тут. Всё вроде, знакомое, но такое новое.

Чайник быстро закипел, и я в кружку бросила пару сухофруктов и залила кипятком, ложку джема и отличный, ароматный напиток получится. Лепёшку с сыром съем и мне хватит, а уж похлёбку на завтра, пусть томится. Запах от неё такой, что уже аппетит проснулся.

Беру свой чай, и лепёшка удалась, пусть не такая пышная, как на закваске, но аромат дыма и сыр расплавленный всё компенсирует. И пока Софи задремала после еды, я решила на ступеньках присесть и насладиться моментом первого вечера на пасеке.

Ужин простой, но всё как я люблю, любила в прошлой жизни. Смотрю на свои нежные ручки, ножки. И понимаю, что так ни разу и не взглянула на себя в зеркало. Мимо проходила в поместье и отвернулась. Неприятно. Пока не готова себя узнавать новую.

— Это кого сюда нечистая сила принесла? — слышу мужской, довольно сердитый мужской голос из-за дома и вздрагиваю от неожиданности, даже вил или топора нет под рукой, но и кружкой, если что…

У меня вот встречный вопрос, кого это принесло на ночь глядя?

Если колдун, то мне точно конец, он меня на чистую воду быстро выведет.

Вот попала! Не ожидала, что тут такое проходное место, и как я про колдуна-то забыла, как запутать-то его, как не выдать свой секрет?

Страшно, я тут одна, беззащитная, очень неприятная ситуация. Но отвечаю незнакомцу довольно бойко. Он ещё и не показался передо мной, на всякий случай поднимаюсь по ступеням ближе к двери.

— Я новая хозяйка пасеки, а вот что вы тут забыли? — с голоском Эйлин как-то неубедительно получилось, я его не напугала, а рассмешила.

Не успеваю договорить, как на поляну перед домом вышел незнакомец. Старик, довольно неприятный на первый взгляд. Но крепкий и одежда вполне приличная, не оборванец. Вот, наверное, пара для ворчливой Джейн. Такой же недобрый взгляд.

— Это кто ж тебя назначил-то хозяйкой? Амулет есть, или ссыльная на погибель? — допрос продолжился, вопросы он задаёт такие, что мне самой интересно, да только ответов я не знаю.

Про ссыльную, это он точно подметил, но я не обязана первому встречному всё про себя рассказывать.

— Для начала представьтесь…

Его брови от удивления ползут вверх, он тут звезда? А я его не признала? Ну, бывает. Стою на ступенях, если он проявит агрессию, то у меня в доме есть чем отбиться, не таких обламывала.

— Та-а-ак, чужестранка, значит?

— Я теперь живу на этой пасеке. И какой такой амулет у меня должен быть? Оставайтесь на месте, не подходите! — начала бодро, а под конец голос дрогнул. Старик сделал ещё один уверенный шаг ко мне.

— Я колдун, живу вон за тем пролеском, все меня знают, уважают и боятся, вот как ты сейчас, что сердечко дрожит? — его голос теперь сквозит недобрыми нотками.

Никогда не сталкивалась с магией, разве только цыганка как-то на картах гадала, вот и весь мой опыт. Не очень-то я экстрасенсам доверяю. Но этот иной. Чувствую, что он меня изучает, словно пытается проникнуть в мою голову, но не может. Интересно, сама чувствую, что не по зубам ему. Может, и правда, из-за того, что чужестранка?

Но теперь становлюсь увереннее:

— Что-то на меня твоя колдовская сила не действует, а дрожит голос потому, что я себя сдерживаю, не смотри, что такая тощая, с топором обращаться умею, место тут тихое…

И мило так улыбаюсь. Колдун тоже скривил гримасу, напоминающую улыбку. Но шаг назад сделал.

— Да не трону я тебя, не меня тебе бояться надоть. Я-то на земле графской живу, под его законом, вроде как, и на магические земли не претендую, а ты вдруг решила, что можно вот так взять и захватить ничейную пасеку, назваться хозяйкой, и ничего за это не схлопотать на свою тощую шею?

— Не поняла! — снова эти странные намёки про законы земли. Пора бы уже выяснить.

— Ты ведь чужестранка, так? Законов местных не знаешь? Судя по твоему облику, да говору, смею предположить.

— Допустим, но не отходите от темы. Какой такой закон земли? — пока он не ответит, не отпущу.

— Магический. Тут земля выбирает себе хозяина! Я на земле графа, а ты сейчас пытаешься занять проклятые земли, вот и пришёл посмотреть кто ж такой дерзкий и безумный нашёлся, что решился на землю мага герцога посягнуть? Ну посмотрим, как первую ночь переночуешь, без амулета защитного вряд ли протянешь. Если совсем невмоготу, так я фонарь тушить не буду, вон туда беги на свет и не оборачивайся, поняла? Тогда может, живой останешься…

— Чаю? — ни с того ни с сего предложила гостю, похоже, что он из добрых побуждений, только вот запугал так, что я уже сейчас готова с ним сбежать…

— Можно и чаю, но я до темноты должен уйти, меня эта пасека люто не любит, да она вообще никого не любит…

Пока он ворчит, я в доме налила ему чай, точнее, горячий компот и лепёшку с расплавленным сыром. Вышла угостить, а старика и след простыл.

— Утром приду, ну, если ты ночью не прибежишь прятаться… Бежать будешь, не оглядывайся!

Слышу его голос уже за кустами, сбежал.

— М, да…

Время не теряю, пока ещё хоть немного светло, моюсь у источника. Удивительно, тело как новое, ничего не болит, ведь два дня назад родила, может и правда, в этом мире магия всем управляет?

Последние лучи освещают мою поляну, и это заставляет спешить.

Набираю воды и в дом, купать доченьку, пока вода в печи не остыла. Дверь изнутри подпёрла внушительным поленом, а на ум лезут ужастики про зомби…

— Вот какой гад, этот колдун, так всё было хорошо, нет пришёл, напугал и сбежал. Давай-ка мыться, моя лапочка сладкая, моя пчёлка любимая.

При свете свечей начинаю мыть дочь в тазике. А самой страшно до жути. Уже кажется, что за домом и ведьмы шабаш устроили, и вурдалаки, и…

Выглянула в окно, а там вроде тишина, только светляки летают. Вообще, ничего не происходит.

Намылись с дочей, легли спать и так крепко уснули, что, если бы на поляне карнавал прошёл ночью и чучело сожгли, мы бы и не услышали. Ранним утром проснулась, Сонюшку покормила и вышла на порог, посмотреть, всё ли на месте, не случилось ли чего. Выхожу, и мой рот открылся от удивления, такого просто не может быть…

Вся трава аккуратно скошена, идеально. И с краю стог внушительный.

Опускаю взгляд, а на ступеньках у моих ног снова лежит красивый цветок, благоухает так приятно, что хочется пропитаться этим ароматом.

Кланяюсь и громко говорю: «Спасибо огромное, кем бы ты ни был! Спасибо!»

Настоящий мужчина сначала важные дела делает для женщины, а потом уж всё остальное, улыбаюсь и рот до ушей. Так на сердце тепло и приятно.

Где-то в лесу ухнул филин и снова тишина…

Вот колдун удивится. Но у меня дела! Некогда тут думать, надо действовать.

Сначала подумала, что это тот самый незнакомец приходил мне траву скосить. А потом за завтраком мысль одна, вторая, и я, вдруг, решила, что это мужики из деревни, которая по дороге от дома старой Джейн до пасеки расположилась меж двух холмов.

Почему ночью? Резонный вопрос, но ответ у меня есть. Все боятся пчёл, а они ночью не летают, луна полная, довольно светло, для здорового опытного мужчины обкосить этот участок час работы, а то и меньше.

А раз тут лето круглый год, то и сено никто не запасает, потому и не забрали.

Железная логика меня успокоила, не такое это и гиблое место, ведь реально, деревня в получасе ходьбы по лугам напрямик, колдун вон в соседях. Так что иллюзия одиночества — это иллюзия, и больше голышом тут купаться не стоит.

Поверить в мужиков, колдунов гораздо проще, чем в призрачного незнакомца, оставляющего цветы.

Боже, да кого я обманываю…

Вздыхаю, и быстренько доедаю вчерашнюю кашу. Вкусная такая, подозреваю, что не только из-за мяса и приправ, а местная «морковь» вкуса добавила. Надо бы узнать про овощи, какие мне Магда положила и самой посадить, земля хорошая, вода есть, глупо не развести тут огород.

Пока дочурка задремала, а у меня сил полно, решила, что пора в доме навести основательный порядок. До обеда всё расставляла, мыла, обметала углы от паутины, а паутины тут полно, золу из печи выгребла, дров принесла на вечер. Воды с родника, и пелёнки постирала. Одно не успела: вскрыть сарай и перенести из сенок инструмент пасечный.

Сонюшка проснулась и потребовала грудь. Обед, значит, обед! Сама проголодалась, снова каша с мясом, напиток и кусок лепёшки с джемом на десерт.

Быстро мою плошку, ложку, допиваю морс, протираю стол от крошек. Вот оно, материнство! С грудным ребёнком бизнесом-то не занятья как следует. Даже от дома пока отойти надолго не могу.

Вышли с доченькой на ступени, посидеть, подумать о делах и малышку подержать на руках, такая она у меня малюсенькая, такая лапочка. Но пока на себе таскать по делам боюсь, вот месяц ей исполнится, тогда сделаю слинг и будет нам вдвоём веселее.

— Ну, что моя принцесса? Как тебе твоё царство? Нравится тут!

Доча причмокнула ротиком, не улыбнулась, но так мило и загадочно посмотрела на меня, словно всё прекрасно понимает. Не удержалась и поцеловала ее в щёчки, в лобик. Ну какая же сладенькая.

В этот момент у меня по спине пробежали мурашки, словно кто-то погладил невидимой рукой, но так приятно. Поднимаю взгляд, смотрю в лес, но никого не вижу. А ведь явно, кто-то на меня смотрит.

Но испугаться не успела, колокольчик спугнул странное ощущение. Бричка едет по дороге к нам в гости.

— Лапочка моя, пойдём, уложу тебя в колыбельку баиньки, пока не поймём, кто пожаловал, тебе лучше спрятаться от чужих глаз.

Ещё раз целую малышку, укрываю пледом и выхожу встречать очередных гостей.

Не прошло и пары минут, как я увидела, что на небольшой повозке ко мне приехала та самая служанка из графского поместья — Магда. И приехала не одна, а с девочкой лет десяти. Темноволосая, худенькая, глаза огромные, выразительные, но губы плотно поджаты, на цыганочку похожа. Видать, страшно ей здесь оставаться.

— Госпожа! Ух! Вы живы и здоровы, а я себе места не находила, а как узнали от кучера Грэйва, что вы не у этой ведьмы остались, а на пасеку перебрались, так и вовсе страх одолел. Ёля вон рыдала, боялась сюда ехать, — Магда уже остановила лошадь и проворно спрыгнула с повозки. Помогла спуститься девочке.

— Здравствуйте, вы же знаете, что я после родов память потеряла. Колдун вчера был, запугать, запугал, а воспоминания не вернул. Не по зубам я ему. Но может, сегодня зайдёт на чай. Ты ведь Магда?

Девушка улыбнулась и посмотрела на меня с недоверием. Я ли это вообще. Но я пожала её руку, и гостья успокоилась.

— Это очень страшное место!

— Ой! Да бросьте, это колдун всех запугивает, чтобы ему в соседи никто не поселился и не мешался. Вообще не страшно, пчёлы в лесу живут, сюда на час вылетают, а после того, как мне кто-то из мужиков соседней деревни траву покосил ночью…

Договорить не успеваю, потому что вижу кислую мимику Магды.

— Госпожа Эйлин, все мужики из соседней деревни вчера в город на работы уехали, там какой-то выгодный подряд нашёлся. Остались только бабы, стрики и дети… Мы заехали к ним молока и яиц для вас обменять на ткань, денег-то у нас нет, но вот вам провиант нашёлся. Еще мука, сыр копчёный — он и полгода пролежит, сушёные ягоды и овощи.

Как-то она быстро тему перевела с загадочного сенокоса на моей поляне на продукты в корзине. А мне что-то неспокойно. Стройная утренняя логика подкачала. Быстро занесли корзины и мешок муки в дом. Мне в приданое ещё домашние инструменты достались, но смотреть их времени нет. Короб с вещами, и по мелочи, но в хозяйстве всё сгодится.

Накрываю на стол, с дороги напоить чаем гостью и девочку, а сама спрашиваю:

— Магда, ты мне должна всё рассказать, всё что знаешь про моё прошлое. Как так граф посмел про первую брачную ночь гадость сказать? Почему муж до сих пор не появился? И кто такой этот маг герцог, которого все боятся?

Магда сама разлила морс по кружкам, достала плюшку из корзины и отправила Ёлю на ступени, пшикнув на неё, что нечего взрослые разговоры слушать, за лошадью присмотреть надо. Стоило девочке выйти, как служанка заговорила:

— Ваш муж последний из де Брилей, он ненавидит сельскую жизнь, это он постоянно говорил, мы уж выучили наизусть. А как повзрослел, так и заявил графу, что плевать хотел на поместье, какое ему и не принадлежит, хлопнул дверью и уехал в город. Там, говорят, живёт в своё удовольствие. На какие деньги непонятно. Вот и пошли слухи, что он вас продал, больше-то у него ничего нет. Но то всё только слухи.

— Так об этом все говорят? — обида вдруг захлестнула меня. Очень неприятное ощущение, ненавижу, когда за спиной кости перемывают. Последний год с Серёжей так и прошёл. Но мало мне тех бед, теперь и тут сплетни…

Магда слегка покраснела и опустив голову прошептала:

— Простите, но да! И девочка ваша считается незаконнорождённая. Пока родной отец её не признает по закону, и освещать не будут. Простите меня, так стыдно эту правду говорить.

— Вот гадство, и я, как назло, память потеряла. А я хоть девственницей на свадьбе-то была, как у вас тут эти процедуры, может, кто-то видел мужа входящим или выходящим из спальни? Мне это важно!

— Клянусь, чужаков никто не видел, больше скажу, вы после первой брачной ночи три дня спали, как мёртвая. Свадьба такая скромная, что у крестьян больше гостей. Чужих на свадьбе не было, это точно! Ваша доченька от мужа, кому ещё-то с вами после свадьбы спать? И пятно было на простыне в доказательство, что вы честная женщина, в этом вас никто не может упрекнуть. Так графу и говорите, что девочка от мужа, но тот боится ответственности и сбежал, чтобы не платить долги, простите меня за эти речи.

Она поспешно сделала глоток и пожала мне руку. А я выдохнула с облегчением, сплети-сплетнями, а честное имя для женщины важно, особенно в моём положении. То, что муж мудак, это понятно. И такое не редкость, Эйлин, наверное, молодая и глупая была, влюбилась.

Тут же сжимаю кружку, чтобы скрыть волнение, ёлки-палки! Что на Эйлин пенять, я сама замужем за таким же двуличным Серёжей была! С меня деньги и доход, а спал с Ксюхой, нищей, но красивой торговкой, не удивлюсь, если на наши деньги и содержал её.

Отгоняю неприятные воспоминания, пытаюсь вернуться в новую реальность:

— Есть о чём поразмыслить. Граф думает, что мы кому-то нужны и ждёт выкупа, а колдун вчера правильно сказал, ссыльные мы на погибель. Муж жестокий урод, эгоист, что б ему. Как я за него замуж-то сподобилась выйти? — бурчу себе под нос, не понимая, как такая девушка, оказалась в такой ужасной ситуации?

— Вот поэтому я и спешила. Ваши родители приезжали внучку проведать, подарки привезли, вон в коробе детские вещи. Но как узнали, что вы ослушались графского приказа и самовольно уехали из-под его опеки на пасеку, очень рассердились.

— Постой! У Эйлин есть родители, и они до графского дома доехали, а сюда нет? И даже забрать меня с дочкой не хотят? Это вообще как?

У меня начинается приступ ярости, такой подлости я могла ожидать от мужа, графа, колдуна, но не от родителей Эйлин?

Магда из деревенского мягкого корсета осторожно достала письмо и пальцами, как нечто ужасное и неприятное пододвинула ко мне по столу. Сама понимаю, что в этом письме ничего хорошего нет, но они лично мне не родня, так что прочитаю:

'Эйлин Адель де Бриль, немедленно возвращайся под покровительство Его Светлости графа де Горна, не смей ему перечить. Ты его подданная, его собственность. Если не смогла удержать мужа, так хотя бы прояви себя, как достойная подданная. Отработай долги де Брилей!

Мы свадебный выкуп за тебя возвращать не собираемся, хватит того, что тебя растили, лелеяли, готовили к семейной жизни, но во всём, что с тобой случилось, ты виновата сама.

Покайся, вернись в поместье или куда на службу тебя определил Его Сиятельство и не смей перечить, если ослушаешься, то мы от тебя откажемся публично!'

Мой рот открылся в немом вопросе, это что за падлюки такие родители у несчастной девочки Эйлин?

Какого чёрта происходит?

Магда

Магда прояснила мне некоторые моменты из недавнего прошлого, и как показалось сначала, всё вроде бы понятно. Но после прочтения письма родителей, чувствую себя преданной, это сложное чувство, и оно мне хорошо знакомо по старой жизни.

Однако это всё равно за гранью моего понимания. И объяснение только одно, я им неродная? Хотя может, и есть еще одна версия, они настолько нищие, что готовы на что угодно ради денег, даже дочь продать кому попало?

От этой мысли меня передёрнуло, и Магда заметила. Виновато поджала губу, неприятно ей такие новости приносить. Да разве это новости, это уже исторический факт, но я просто не могу понять: «Почему?».

Родители «продали» дочь за калым, или как тут у них выкуп называется? Муж зачем-то взял девицу и после свадьбы сбежал, причём в долгах по уши перед графом, но всё равно женился. А крайняя я и Соня, которую тут и освятить или крестить нельзя, пока папашка не одумается?

Тру виски, пытаясь сосредоточиться, и в очередной раз убеждаюсь, что права, выбрав пасеку для жизни. Если какой-то там магический закон, со слов колдуна, сработает и пасека меня примет, то, возможно, я избавлюсь от этих кровососущих пиявок.

— О чём задумались, госпожа?

— Ой, Магда, какая я госпожа. Всё, кончилась моя барская жизнь, теперь выживаю, твоими стараниями и помощью. Без тебя и голодом бы сидела. Сдаётся мне, что это элементарная подстава. Муж женился на мне, дал фамилию, сделал ребёнка и оставил в долговых заложниках, а сам живёт в своё удовольствие.

— Ой, я таких подробностей не знаю, госпожа. Но заложники за долги, — да, есть такое. У одной женщины дитя забрали, пока она не рассчитается за долги погибшего мужа. А ей нечем было, платить, нехорошо закончилось…

Я в очередной раз ловлю себя на мысли, что эта пасека — лучшее место для нас с дочкой, и чем люди хуже про неё думают, тем для нас безопаснее. Но на душе очень тревожно, если в этом мире такие гадости с лёгкостью сходят с рук, то верить никому нельзя.

— Вы спрашивали про герцогство? — неожиданно Магда наклонилась, взяла мою руку и говорит таким шёпотом, что я вздрагиваю. Колдун вчера страху нагнал, теперь новая доза адреналина про долги мужа, про герцога я и забыла.

— М, да! Мне бы хоть понять, что вокруг происходит? Какой такой закон земель и почему колдун так панически боится пасеки? И у нас прям магия есть, или это фокусы какие-то, ну, может, лекари?

— Магия существует, но сейчас очень мало, не такая, как у нашего колдуна, он знает много, но сил у него нет, мне вот бабка рассказывала!

Она шепчет, а я про себя: «Ну, началось!»

Однако Магду моя ироничная ухмылка не остановила, она меня подругой воспринимает, легонько шлёпнула по руке, чтобы я не отвлекалась:

— Да, послушайте, много лет назад последний раз в наших краях видели самого герцога. Его владения обширные. И сейчас никто не знает, жив он, умер и есть ли у него наследники. Замок огромный, как город далеко к северу. Туда частенько лихие люди пытаются проникнуть, чтобы поживиться, но куда там, на первом же препятствии и разворачиваются. То сильный поток на реке, то лес начинает путать, многие пропадают. Маг он! Герцог-то. Настоящий, такой, что может и горы свернуть, и на море стену из воды создать. Он сам магия, но из наших никто его и не видел, только слухи. Может, с ним и случилось что-то…

— Он, что интерес потерял к нашим землям? Раз столько лет не показывался, может, умер?

В этот момент Соня заплакала, мне пришлось встать из-за стола и взять дочку, а с улицы вернулась Ёля и с любопытством смотрит на малышку, у них с первых секунд симпатия возникла.

— Да какая-то вражда между нашим королевством и герцогством, наши-то от магии отказались, королям-то свою власть подавай. А магия так, сбоку пятым колесом. Но герцог требовал, чтобы мы по магическим законам жили, как испокон веку велось… Ох! Моя бабка боле всего боялась войны, а раз как-то дело порешили, и этот деспот к нам не суётся, то и поминать его не стоит! Пасека эта на пограничье находится, кто тут хозяин непонятно, одни говорят, что это герцогство, другие, что вообще свободная земля.

Резюмировал Магда и протянула руки, чтобы взять Соню. Нехотя даю ей подержать дочь, но вижу, как женщина расплылась в блаженной улыбке.

— А у Ёли вещи-то есть? Приданое какое-то? — спохватилась я.

— Да, сейчас принесём, пара платьев, рубаха, передник и постельное ей собрала, вон на широкой лавке ей постелить. Ёля, ты теперь служишь госпоже Эйлин, она твоя хозяйка, что скажет, то и делай. Поняла?

Девочка дважды кивнула, но не улыбнулась, страх в глазах и волнение так и не отпускают её.

— Ёля, не бойся, тут спокойно, на самом деле тут никого кроме нас нет.

Улыбаюсь, поправляю её волосы. Милая девочка и видно, что хватанула уже горечи в своей короткой жизни. Но со мной оттает. Ёля неожиданно взяла меня за руку и повела из дома на ступени.

Присмотрелась куда-то в лес, и вдруг вытянула руку и замычала, тихо, но мне стало жутко. Я тоже заметила, что там за деревьями кто-то быстро отступил в тень и растворился.

— Милая, тебе показалось, это ветер играет листвой. Мне вчера тоже всякое тут не пойми что мерещилось. Посмотри, лошадь спокойно жуёт траву, она бы первая испугалась. Но если боишься, то от меня не отходи. В доме оставайся с Соней, одна на ручей или в нужник, а так на глазах будь, поняла?

Девочка кивнула и быстро забежала в дом, а я обернулась и снова смотрю в лесную чащу. Ёлю я может и успокоила, но теперь и у меня появилось это неприятное ощущение, словно я под прицелом.

Магда помогла мне с новыми вещами. Пояснила, что порошки в банках, это соли для стирки, какая-то очень хитрая смесь, что делает бельё чистым и ароматным. Про овощи и семена рассказала, что и как, тут уж неудивительно, я же вроде как госпожа, откуда мне знать, как овощи растут.

— Семена привезу через пару-тройку дней, а сеять их лучше перед сезоном дождей, примерно дней пятьдесят выждать до посева. Но я скажу, когда, а пока не спешите, с деревни приедут мужики и вспашут вам. Главная-то проблема чем платить!

— Да, это проблема. Мёд же в ходу? — стою у её брички, задумчиво впитываю каждое слово новой приятельницы и тут же пытаюсь строить коммерческие планы.

— Ещё в каком! Он же магический продукт. Лекарство от всех болезней. Если сможете забрать хоть вот такую крыночку, на пару месяцев богатой жизни себя обеспечите. И не смотрите на меня так, не вру! Неужто не знали? Вас же отпаивали после свадьбы медовой настойкой…

Она стоит рядом и говорит очевидные для себя вещи, а я в ступоре. Это, как если бы мне подарили золотоносную жилу, которую только капнуть и вот оно богатство.

— А прошлый пасечник отчего так бедно жил? — вот он, тот самый вопрос, который всё поставит на свои места. Думала, что Магда замнётся, но она, ни секунды не сомневаясь, наклонилась и прошептала:

— Так, жадный был. Тут золото и закапал, если б не боялись этого места, так давно бы всё перерыли. Но, скорее всего, в лесу, ближе к пчёлам своим. Они его клад и охраняют. А может и семья в столице, им все отвозил, тоже бывает.

— Задала ты мне загадок, Магда. Ой, а помоги замок сбить на сарае. У меня силёнок не хватит.

Я опомнилась и поспешила в сени за топором и зубилом, хоть что-то да должно взять эту неприступную крепость.

Мы довольно быстро открыли дверь, пришлось сломать крепёж засова, но для меня такая потеря непринципиальная. Быстрее вхожу и от удовольствия потираю руки. Всё что надо для бортничества есть. И даже шляпа с сеткой, прям как в нашем мире. Пресс для отжима, что замечательно — винтовой, с ним даже я справлюсь. Дымарь, ножи, стамеска, тут и запасы старого воска, и вощина, и…

Стою, открыв рот. Несколько ульев, точь-в-точь как на моей пасеке деревенской. Но они пустые. А это означает только одно: местные пчёлы свободолюбивые и живут только в лесу!

Вот и причина, почему у моего предшественника не вышло с пчёлами договориться, несговорчивые они, рамки не любят, все по-своему устраивают.

А вот еще одна колода для диких пчёл, заготовка, которую не успели установить. Она огромная, литров на семьдесят, а то и все сто мёда. Такую я никогда в жизни не смогу выбрать дочиста, мне её не сдвинуть с места. Эх! В доме такие же стоят.

— Много тут всего интересного. Но пчёлы лютые, закусают, погибнешь! Ох, госпожа! Было б неплохо его клад найти, да и уехать в столицу.

— Да, план хорош, но мёд накачать, наверное, проще, чем в огромном лесу искать золото…

Не успеваем договорить, слышим от дома стук, явно ложкой по кружке. Ёля находчивая, поняла, как привлечь внимание.

— Поеду я, а то вдруг граф примчится, накажет. Дел полно по дому. Скоро новых управляющих найдёт, вот нам радости-то будет.

Магда поспешно вышла, отряхнула передник, поправила чепец, напоминающий простенький льняной повойник, и решительно направилась к бричке.

Мы наспех попрощались, и девушка уехала, а я спешу в дом, проверить дочь и Ёлю.

— Как вы тут? Соня проголодалась? Сейчас покормлю тебя, моя пчёлка, потом не спеша разберём медовые инструменты в сенях и подумаем, что нам на обед и ужин приготовить. Ёленька посмотри свои вещи, может, что-то надо постирать, порошок заодно испробуем. А через пару дней я баню нам натоплю, прям в доме и помоемся.

Приговаривая, начинаю кормить дочь, а девочка сразу поспешила исполнять мою просьбу, перебрать свои вещи. Вышколенная, видно не раз её и били. Но у меня оттает и перестанет вздрагивать от любого звука.

Только вот я сама теперь вздрагиваю. Явно же кто-то в лесу есть. Стоило подумать, как мы услышали какой-то странный звук, овцы блеют или снова гости. Так с дочкой на руках и вышла на крыльцо.

— Ёля! Тихонько иди сюда! Тише! Не спугни! Вот кого ты видела в лесу, говорю же никого тут страшного нет!

На нашей лужайке стоит животное, чуть больше косули, но меньше оленя, а рядом маленький ягнёнок-оленёнок. Ну такие хорошенькие. Как у себя дома с деловым видом прошли к нашему роднику пить.

— Видишь, это олени. На водопой пришли, хотели раньше, да лошади боялись, вот и прятались в кустах! — мне и самой стало так легко, словно пружину, натянутую во мне, отпустило. Страх дело такое, постоянно на разум капает.

Соня с аппетитом поела, и после смены пелёнки, сладко задремала. Начинаю разбирать вещи, подарки родителей, типичный набор для малыша, вязаные вещички. Я не брезгливая, обида на них меня не трогает, по сути, это совершенно чужие нам люди, а в хозяйстве всё пригодится. Тут же и расчёска для меня, и…

В коробе с вещами что-то сверкнуло! Зеркало!

Боюсь увидеть себя новую. Люди от моего лица, вроде, не морщатся. Я не уродка, хочется надеяться. Но муж сбежал, будь я сейчас красивой, то таких неприятностей не случилось бы. Ведь красивым не изменяют, красивых не бросают.

Осторожно вынимаю из короба небольшое зеркальце и замерев от неприятного предчувствия, смотрю на себя. Сначала мельком, а потом уставилась, открыв рот.

— Да я красавица! Нет, не просто красавица, такие девицы только после пластических операций получаются или одна на миллиард! Как такое вообще возможно? Или это обман? Если в этом мире магия существует, может, это зеркало обманка?

— Ёля, я вот так и выгляжу, как в зеркале? Правда? Это я?

Она на меня посмотрела, как на ненормальную, но улыбнулась и энергично кивнула.

Теперь, отпустив страх, я рассматриваю себя:

Синие глаза, чёрные ресницы, густые брови, аккуратный носик и пухлые губы. В нашем мире с такой внешностью я стала бы звездой. Получала бы всё на блюдечке с голубой каёмочкой.

Вопрос, что не так с этим миром? У них что, красота не ценится?

Ёля очень милая. Граф вполне красивый мужчина, Магда симпатичная молоденькая женщина. Но Эйлин невероятно красива. Одни длинные белые волосы чего стоят, а фигура.

Нет, что-то тут не так.

Не успеваю налюбоваться, забыла и про то, что обед надо готовить и, что стирать пора. В реальность меня вернул знакомый голос колдуна с порога:

— Хозяйка! Дома?

Ёля пулей метнулась в комнатку к Соне и закрыла двери. Понравилась мне её стремительная реакция.

— Дома!

— И как ночь? — с некоторой иронией в голосе задаёт вопрос, на который знает ответ. Если я до сих пор дома, значит, всё нормально.

— Отлично выспались! А вы как? По делу или так от нечего делать? — появились в моём голосе некоторые нотки зазнайства. Я красивая, и могу себе позволить говорить с мужчиной чуть высокомернее, чем это принято.

Но колдун, товарищ бывалый, заметил зеркало на столе и улыбнулся:

— Да, красивая ты, как королева. Только вот красота у тебя иная, понимаешь?

— В каком это смысле? — до меня не дошло, что он имеет ввиду.

— Если скажу, то обидишься или рассердишься.

— Нет! Я за честность.

— Хорошо! Но ты похожа на женщин из тех, что живут за горами, у нас красота грубее, а ты как нежный цветочек, говорю же, красивая чужестранка ты! — в его голосе появились нотки, доселе незнакомые. Заигрывает со мной?

— Почему я должна обижаться? Это вроде как комплимент.

— Это вроде как обвинение, что ты из этих, из врагов наших. Тебе и правда, память отшибло?

— Сейчас мне не только память, но и чувство защищённости и безопасности отшибло вашими стараниями.

Очень неуютно себя чувствую, просто ужасно. Я похожа на врагов королевства? Поэтому от меня все подряд избавляются, и родители, и муж, и даже граф?

— Позволь проверить кое-что на твоём теле, — не успеваю вскочить, чтобы отбежать, как колдун поймал меня за руку, дёрнул на себя, скрутил в объятьях, повернув к себе спиной. Брыкаюсь, но он очень крепкий и мои дрыганья ему неудобства не создают.

Перехватил меня одной рукой, так прижал к себе, что я захрипела от боли. Свободной рукой освободил шею от волос и тут же выдал:

— Ну я так и думал, метка…

Колдун быстро отпустил меня, как отпускают птицу на волю. Но теперь я не дёргаюсь, словно и не произошло этого инцидента, сажусь за стол и киваю, указав на табурет гостю.

— Что за метка такая? Нарисовать можешь? — у меня даже голос изменился. Обнаружение знака на шее, словно сил добавило, а памяти как не было, так и нет. Хоть бы немного узнать о себе новой.

— Такие обычно ставят в нескольких случаях: истинной паре, рабам, должникам по крови, наследникам по родовой линии. У тебя метка свежая, недавно появилась, вот от тебя и избавляются все, просто боятся. Ведь ты чужестранка, и метка у тебя магическая. Не татуировка, не ожог, а проявилась как родимое пятно, значит, по рождению. Родовая или истинности. Но это мои предположения. Но вот что жутко интересно…

Он говорит вслух, а на самом деле рассуждает, перебирая версии. Ему жутко интересно разузнать мою тайну, а как мне-то интересно.

— Что за привычка, сказать и замолчать? — ворчу, глядя на задумчивого колдуна.

Чтобы скрыть волнение, встаю и снова разливаю едва тёплый компот по чашкам. С непрерывным потоком гостей мне и работать некогда. Но колдун, как услышал мои мысли:

— Да, помогу я тебе перенести инструмент в сарай, чего уж, соседям надо дружно жить. Но как ты попала к твоим родителям?

Ставлю кружку перед колдуном, он от волнения сразу выпил и снова уставился на меня. А я на него. Ведь не такой он и старый, как мне показалось сначала. Просто суровый и косматый. Брови хоть бы постриг, а с другой стороны, имидж колдуна обязывает. Глаза у него колючие, пронзает мою суть.

И только самого важного, единственно верного вопроса не задаёт! Он не понимает, что я уже не Эйлин, и что моя красота обманчивая? Потому что я не просто чужестранка, а иномирянка.

Что-то его колдовские навыки подводят. Но сдавать себя я не намерена, сказано, что я потеряла память, пусть так и будет.

Долго мы смотрим друг на друга, но, похоже, что результата ноль. Я так и осталась загадкой для колдуна.

А он для меня неожиданно приоткрылся. В сознании вдруг всплыло имя:

— Зохор, это ведь ваше имя? — спрашиваю шёпотом.

Несчастный закашлялся. Как бы Соню не разбудил.

— Это тайна! Меня никто не смеет так называть! Откуда знаешь, вот демон! Значит, ты всё же из этих… Но сделай одолжение, никому не говори, думаю, что и у тебя имя ненастоящее.

Я сама не поняла, как сдала свои явки-пароли, а он напрягся. Как-то так получилось, что теперь я стала главной. Он меня боится, потому что не понимает, что я скрываю. Да я сама не понимаю. Пора заканчивать наши посиделки, а то так доглядимся, лишнее узнаем друг о друге.

Опомнилась, достала из печи уголёк, и прямо на столе колдун нарисовал знак. Очень похож на китайский иероглиф.

Стоило ему закончить, как угольный след по столешне заискрился, тут же смахиваю его тряпкой.

— Что-то страшно, ещё откроет какой портал! — ворчу себе под нос, а колдуну совсем нехорошо. Про портал он и не подумал.

— Кто ты вообще такая?

— Да я бы знала! Так, сменим тему. Помоги мне правильно пресс установить, там мужскую силу надо. И вот эти две колоды небольших, перенести, и короб с инструментом. А короб со склянками, пожалуй, тут оставим, мёд разливать в доме буду. Пойдём, поможешь.

— Ух, какая хозяйственная. Ну пойдём, хоть немного приду в себя после твоих тайн, — проворчал колдун и посмотрел на дверь в спальню, она тихонько прикрылась. Ёля из укрытия изучала гостя, а он лишь улыбнулся. Но ничего не сказал.

Снял длинный сюртук, закатал рукава на довольно богатой рубахе и поспешил за мной. Начали с колод, к счастью, они разборные, бревно, распиленное на половинки повдоль не так тяжело тащить. Потом короб со столярным инструментом, мне такую работу никогда не освоить, так что самое место ему в сарае.

— И вот этот пресс надо установить ровно, тут есть каменная плита, почему-то сняли с неё. А так он исправный, ручку сама прикручу перед работой.

— Странная ты! Правда думаешь, что сможешь у этих пчёл забрать мёд? — колдун смотрит на меня снова как на инопланетянку.

— А разве есть другой выход? У меня дочка, её надо растить, и зависеть ни от кого не хочу, так что да, я попробую. И раз у моего предшественника получилось…

В этот момент Зохор переставил пресс, и мы его выровняли так, как мне показалось правильным, чтобы во время работы я стояла лицом к двери и ручку крутить удобнее правой рукой.

После некоторой заминки колдун вдруг продолжил:

— Он за тобой всё равно придёт, недолго тебе осталось тут батрачить.

— В смысле, недолго? Кто придёт? — я замерла, потому что моё сознание мгновенно выдало ответ про незнакомца. Но я снова гоню воспоминание о нём, боюсь, что колдун о чём-то догадается.

— Да кто угодно: отец, суженый, брат, дядя, охотник, наёмник, какая разница, они никогда не оставляют своих. Поразительно только то, что ты так долго тут задержалась… Замуж вышла за местного, родила ребёнка и всё ещё жива, ты вроде как клятву верности нарушила, клятву метки, а это карается смертью, даже в нашем королевстве, несмотря на то, что тут магия под запретом, её ж не отменить, понимаешь ли меня, наивная душа?

Судя по всему, вопрос был риторический, ответа от меня Зохор не ждёт. Отряхнул руки и решил, что на этот раз его помощи достаточно. Быстро вышел к роднику, умылся и раскатал рукава.

Я же стою в дверях сарая, не в силах пошевелиться. Он не успел, тот кто должен был прийти, не успел забрать меня? И меня продали замуж, а замужняя и родившая я уже не нужна? Но одно ясно как божий день. Настоящую Эйлин магическая кара настигла, только родила от другого и сразу умерла, это проклятье метки…

Из-за этой истины во мне сейчас всё узлом завязалось, от страха и пошевелиться не могу. Но колдуну мало, он решил заполировать мой страх:

— Ну, что стоишь, проводи меня. Я завтра в город поеду, задам несколько вопросов твоим родителям, прижму их основательно. Или кто они тебе. Очень уж интересно, где они тебя нашли на свою голову. Надо понять, кто на тебя имеет право по этой метке…

Ничего не скажешь, успокоил. После таких слов иду за ним на ватных ногах, сама не своя. Это кто ж за мной придёт, и самое главное, куда меня могут забрать, а как дочь, она же от местного мужчины? От этой мысли моё сердце снова ухнуло вниз, в ушах звон, в руках дрожь. Без дочери я никуда не пойду, даже силой меня не взять.

— Ну давай, чужестранка, осмотрительнее будь, в случае опасности лучше с девочками в мой дом беги и твоя служанка не немая, испуг у неё или порча, вылечу, как время придёт. Ох, свалился на мою голову бабий отряд. Переживай теперь за вас…

С таким ворчанием зашагал «злой» колдун к себе, а я села на ступени и смотрю в лес, потому что чувствую теперь, что мы не одни, и ОН уже пришёл, только не решил, нужна ли ему чужая жена?

— Ох-хо-хо! Попала я, однако…

— Ну, надеюсь, что сегодня у нас гостей более не возникнет! Ёля выходи, не бойся, я пока с Соней позанимаюсь, а ты отдохни, — говорю негромко, входя в комнату и замираю.

Пока я колдуна развлекала, Ёля окно протёрла, и на ниточку нанизала два лоскута ткани, какие я только отрезала на пелёнки Соне. Гвоздиков в раме полно набито, она на них привязала ниточки со «шторками-задергушками» и так это мило. Комната из грубой мужской сразу стала женской. Всего-то, занавесочки!

— Девочка моя, вот ты рукодельница, хозяюшка! Какая умница. С такой помощницей у меня быстро дела в гору пойдут.

Приобнимаю её и вспоминаю, что сказал колдун, что она испуганная, от этого и молчит. Скорее бы он её вылечил.

Меняю пелёнку у Сони, собираю всё, что надо стирать, хоть одно полезное дело за этот день сделаю сама.

Беру плетёную люльку с дочкой, Ёля тазик с бельём, порошок и мы отправились на ручей. Чуть пониже от родников есть небольшая заводь, поставила в тенёк от дома кроватку. И началась работа приятная, женская, правда, вода холодная, поэтому девочке полоскаться не позволяю. Только в тазу переворачивать пелёнки палочкой, а волшебная соль сама всю грязь растворяет и пахнет приятно.

По привычке я затянула любимую колыбельную песню, чем очень удивила Ёлю. Сама сообразила, что пою-то по-русски. Эту песню мне дед часто напевал, когда жила у него на пасеке. Всё думал, что мне девчонке, скучно с ним куковать без сверстников, а мне интересно было.

Что-то даже взгрустнулось.

— Отличная соль, хорошо отстирывает. Сейчас прополощу, ты пока с Соней останься, а я повешу на верёвке. До захода солнца всё и высохнет на ветерке.

Прополаскиваю последнюю пелёнку и вдруг слышу, что Ёля испуганно мычит.

Сама испугалась, поворачиваюсь, а над нами небольшое облако пчёл. Роятся они, что ли? Похоже, что это разведчики, ищут, куда перебраться новой семье?

— Ёля замри! Не шевелись. Не бойся, они ко мне прилетели, тебя не тронут! Руками не маши, не убегай они нас и не заметят. Если на тебя сядет хоть одна, не сгоняй. Поняла? — мой громкий шёпот заставляет девочку замереть, но чувствую, что она и дышать перестала от страха. Да мне самой страшно. Но это теперь наша жизнь, надо приучиться не бояться их грозного вида.

Кидаю пелёнку в таз и босиком перехожу через ручей к сараю, открываю дверь и вытаскиваю небольшой улей, а вдруг повезёт! Если в лесу все колоды заняты, то они любому дому будут рады. А этот уже заряжен рамками, залетай и живи.

Дотянула его до полянки и поставила на видном месте.

Скорее отхожу, а сама смотрю, если хоть одна заметит, то шанс у меня есть.

Возвращаюсь к девочкам. Бельё сейчас лучше не вешать, а то спугну новых жильцов. Молча беру колыбельку с дочкой, а она лежит довольная, улыбается. И мне на сердце так радостно стало. Ёля рядом крадётся.

— Сейчас в дом зайдём, остаётся только надеяться, что они заметят новый улей. Из окна посмотрим, как они тут устроятся. Придётся нам пока печку не разжигать, а то им не понравится у нас из-за дыма.

Пока накормила Соню, а нам с Ёлей пирог с молоком и сыром есть, а вечером уже разведу огонь и нагрею воды, да назавтра обед приготовлю.

Занимаюсь делами, на стол собираю, вдруг Ёля подбежала, меня за рукав дёргает и рукой на окно показывает. Подхожу и чуть от радости не зарыдала. Даже из дома видно, что пчёлы увидели улей и уже начали его проверять. Девочка может, этого испугалась, ей такие соседи не очень нравятся, а я чуть не прыгаю от счастья. Свой улей! То, что не получилось у пасечника в первые же дни получилось у меня?

Эта мысль приспустила меня с небес на землю. Что-то тут не так. Но пока всё идёт по плану, не спугнуть бы удачу. Лучше даже не смотреть.

Занялись хозяйственными делами, подмели, стол протёрли, вещи разложили.

— Топчан огромный, так что спать будешь со мной у стеночки, а Сонечка в колыбельке.

Ёля быстро пожала плечами, но улыбнулась, похоже, что с ней не церемонились. Спать на мягком, это привилегия богатых.

Почему-то я сразу прониклась к девочке нежностью. Это для Эйлин она вроде как взрослая, чтобы дочкой быть, а для меня настоящей самое то, что надо. Как же мне не хватало такой дочери в той обычной жизни. Но я пока стараюсь без особых эмоций, не хочу спугнуть, девчушка много пережила, теперь надо дать ей время привыкнуть.

Не спеша перекусили пирогом, привезённым Магдой, вот уже и солнце садится, можно бы и печь растопить, воды согреть и смыть с себя суету дня. Такой у нас покой, тишина, уют. И ощущение, что для полного счастья мне Ёли и не хватало.

Вечер пролетел в заботах, но я к такому режиму привычная, это ж у меня ещё и хозяйства считай нет, хоть бы курятник сделать. Я, которая Оля — привычная к работе. А вот госпожа Эйлин, конечно, устала. Тело после родов, тут хоть трижды магия действует, но если силёнок мало, то уже ничего не поделать, надо беречь себя.

Стоило стемнеть, мы завалились спать, и Софи уснула крепко. Проспали до утра. Даже если что-то на поляне и происходило, нам уже всё равно.

Но ранним утром управилась со всеми детскими делами, растопила печь, быстро разогрела вчерашнюю кашу с копчёным мясом и овощами, сделала себе подобие бутерброда, во фляжку налила морс и обрадовала Ёлю:

— Девочка моя, сейчас Софи уснёт, и я должна пробежать по лесу вдоль нашего луга. Примерно час, как тебе объяснить-то? Пока дочка спит, пройдусь, а как она проснётся, ты выйди на крыльцо и по кружке постучи. Я тебя услышу. Но в доме сидите, закрыв двери. Поняла меня?

Она поджала губы и кивнула, а потом вздохнула. Страшно ей одной, но дела не могут ждать. Нам пора зарабатывать. И медовое богатство наше единственное средство к независимости, такие сложности девочке пока знать не обязательно.

Собралась я основательно. Если найду хоть одну колоду, то сделаю небольшое изъятие. Ох и рассердятся на меня пчёлы, а может, и наоборот.

Подготовила дымарь, шляпу с сеткой, нож и стамеску, тару под полные соты, на разведку мне хватит. Стоило Сонюшке уснуть, как я почти бегом поспешила в лес. Надо искать тропинки, может, метки какие-то или зарубки. Должны быть знаки, а может, и нет.

И вдруг понимаю, если я имя колдуна неожиданно узнала, то вдруг интуиция мне подскажет, где ближайшая колода висит.

Лес густой, довольно мрачный, но много открытых полян, словно кто-то специально для пчёл посреди леса цветники разбивал. А цветов много! Разные, настолько красивые, что хочется каждый рассматривать и нюхать. Как жаль, что времени мало.

Есть и неприятные моменты, на некоторых деревьях ну очень много паутины. Пчёл люблю, а пауков боюсь. Их и в доме много было, но тут!

Передо мной дерево стоит, как призрак, оторопь наводит его «одеяние» из серой паутины. Хочется перекреститься и бежать, только вот у меня тут дела.

Закрываю глаза, пытаюсь почувствовать, куда идти, и меня вдруг потянуло, появилось настойчивое желание идти прямо. Не теряя времени, открываю глаза, присматриваюсь и сразу замечаю, что рядом, впереди первая колода и установлена. Слёзы на глазах от радости. Про страх забыла, шляпу на голову, сетку опускаю, дымарь разожгла, подхожу и понимаю, что просто мне не будет, однако и сложного ничего нет. Окурила бортью, вытащила несколько палочек, что держат дно, стамеской подцепила и вскрыла. До верха мне не добраться без лестницы, а снизу под самый мой росток, даже тянуться не надо. Снова дым, а пчёлы гудят, и гул нарастает с такой силой, что уши заложило.

Кривым ножом срезаю старые, переполненные соты, примерно четверть забираю и в «бидон», накрываю его полотенцем и быстрее возвращаю дно колоды на место. А сама шепчу: «Не сердитесь, зато у вас место есть под новые соты, я своя, такая же пчела».

Закончила «грабёж» средь бела дня. И скорей назад, пока меня сердитые пчёлы не наказали. Несколько уже и на платье сидят. Узнают, где живу и вернутся со своим отрядом отомстить.

С этими пчёлами всё что угодно может быть, они не такие, как наши, а гораздо злее. Но мёда я даже по весу чувствую, что очень много и он идеальный.

Спешу, уж скоро и леса конец.

Вдруг меня сзади, кто-то поймал, обхватив за талию, и поднял над землёй. Я же и не слышала, что кто-то рядом есть. Взвизгнула, но тихо. У меня в одной руке сумка с инструментами и в другой — увесистый бидон с мёдом.

— Не дёргайся, и я не причиню тебе вреда, Олья…

— Ам…

Весь мой боевой запал сдулся, кто это? Откуда он знает моё настоящее имя? Пасечная шляпа с сеткой не позволяют повернуть голову, я как в тисках. А сердце бьётся так, что пчелиный гул неожиданно стал вторить моей панике.

Вжиу, вжиу, вжиу… Туча пчелиного роя сгущается над нами и призываю их я? Они словно отзываются на мой страх…

Ох, сейчас незнакомцу достанется…

Его сильный голос звучит иначе, чем колдуна или графа, словно поёт, от каждого слова сначала колет страх, а потом взрыв приятных эмоций, это магия, он заклинание делает?

Миг и разум выдал ужасную истину, от которой внутри всё похолодело, никаких больше приятностей! Во мне снова вспыхнул материнский инстинкт!

Это он! Тот, кто пришёл за мной! Только за мной, а моя доченька ему не нужна?

От ужаса чуть не задохнулась, теперь у меня одна цель: — сбежать!

Ещё раз дёргаюсь в его хватке, но бесполезно, мужик настолько сильный, что свалит его только граната. Всё происходит как в замедленной съёмке, время остановилось. Снова пытаюсь выскользнуть из его объятий. А он пытается сделать шаг назад и не может. Нас словно приклеило друг к другу, но я рвусь к дочери, а он в противоположную сторону.

— От-пус-тииии! — хриплю, он мне скоро рёбра сломает, так сдавливает…

— Кто ты? Ты оборотень? Не вырывайся, иначе заберу к себе и назад не отпущу! — это не голос, это рык. Моё тело немеет, он что-то делает? Это магия?

Можно подумать, что я сейчас думаю о ком-то ещё, я только о дочери и думаю!

— Вы с ума сошли? Какой оборотень? Пусти сейчас же!

— У тебя дочь от другого! Но моя метка, это страшное преступление, ты о своей дочери должна была подумать, прежде чем преступать закон, глупышка! Ты хоть представляешь, что с тобой может случиться, с тобой и девочкой?

В этот момент замираю от ужаса, его слова окончательно парализуют, сил сопротивляться больше нет. Роняю сумку с инструментом, а бидон с мёдом держу из последних сил. Не смею потерять драгоценность.

Слёзы бессилия льются из глаз, его бешеную злость кожей ощущаю. Он пришёл за своей истинной, а нашёл меня и отомстит за смерть Эйлин?

Ничего не понимаю, только попыталась вырваться, бесполезно. Пока реально не утащил меня, спешу задать резонные вопросы, особо не надеясь, что получу ответ:

— Да что вам от меня надо, я не преступница? Это вы в магии разбираетесь, а я тут жертва обстоятельств! Да отпусти уже! У меня доченька дома одна, о ней все мои мысли, умоляю-ю-ю! — голос срывается на визг, снова дёргаюсь в его крепкой хватке.

— Ты меня приворожила? Меня, мага! Почему я каждый раз внезапно оказываюсь рядом, ты ведьма? Как такое возможно? И ничего не помню, только твоё странное имя! Ты не моя истинная, но я тебя чувствую, как себя! Кто ты, Олья? — в его голосе такая сила, удивление, но злости нет, только бы он не утянул меня за собой, только бы не забрал…

В этот момент на нас обрушился рой пчёл, я из-за паники про них и забыла.

— А-а-а-а! — взвыл ужаленный незнакомец и отшатнулся, закрываю глаза и надеюсь, что сетка спасёт лицо. Но ни одно жало не коснулось меня, лишь на секунду оборачиваюсь и чуть не слепну от вспышки. Он как сгорел. Был и пропал без следа. Видимо, психанул не на шутку.

Этот незнакомец настоящий, реальный, только появляется, как волшебник. Однако пчела его ужалила, не такой он и маг?

Яркий свет заставил пчёлок улететь, а может быть, они решили, что если нападавший сбежал, то и им пора заняться своими делами. Снова тишина, словно ничего и не произошло.

Только неприятный шелест по лесу прокатился, страшно-то как!

Не теряя драгоценные секунды, хватаю сумку с инструментом и бежать в дом. Опомнилась только перед ступенями. Сейчас своим видом и паникой испугаю Ёлю. Быстро ставлю бидон и сумку, снимаю шляпу с сеткой, верхнее платье и бегу в ручей окунуться, надо остыть. Скажу, что устала, вспотела, да мало ли.

Холодная вода привела меня в чувство, взбодрила. Боже, а как жжёт эту чёртову метку. Невыносимо. Намочила платок и приложила на шею, не сразу, но стало полегче. Если от него такой эффект, то лучше бы ему не приближаться.

— И как мне теперь ходить в лес, если этот «злодей» может в любой момент появиться? — шепчу, умываясь, хочу, чтобы и лицо перестало гореть огнём, после всех происшествий.

Меня на самом деле, только этот вопрос и заботит. Если бы не пчёлы, то он сейчас забрал бы меня и чем дело кончилось бы непонятно. Лично для меня ничем хорошим!

Ему нужна Эйлин, но он знает моё настоящее имя. Что-то в сознании настойчиво подсказывает, что ответ я уже знаю, только не хочу признавать. Это тот самый герцог-маг, или его родственник, и он ужасно на меня злой, и про дочку сказал, что я о ней должна была думать!

Можно подумать, что я вообще о ком-то кроме Сони думаю!

И в этот момент вспоминаю цветок и то, как он поцеловал меня, да и сенокос на поляне явно его рук дело.

— Что происходит? Наверное, лучше всё рассказать Зохору, он единственный, кто хоть немного понимает во всех хитросплетениях этого мира. Возможно, герцог не сразу заметил подлог и сначала думал, что я Эйлин? Потому и цветы дарил? Вот так попала, нажила себе лютого врага, а ведь даже ничего для этого не сделала. Если бы не пчёлы, то мне конец, тут даже к бабке ходить не надо и так понятно, чем всё это мне грозит. И не только мне, но малышке.

Поправляю нижнюю рубаху. Волосы заплетаю в косу и смотрю на новый улей. Пчёлки ещё не поселились там, матки в нём пока нет, но, кажется, они его обживают. Готовятся к «переезду». Это очень хорошая новость, такая же хорошая, как и та, что у меня уже есть пара килограмм мёда.

Чудеса, да и только. И самое чудесное, что меня ни разу не ужалили за это утро, а ведь поводов было предостаточно.

Убедилась, что мой голос не дрожит, и я уже вполне адекватная, спешу домой, обрадовать Ёлю новостью и дать ей пожевать кусочек сот с мёдом. Ох, как же я это обожаю!

Сразу появилась идея, баночки помою, кипятком обдам, просушу и в каждую для красоты положу кусок сот. А потом выдавлю мёд, и будет у меня шикарный образец. И если граф приедет, то ткну его носом в сладкое золото, вот только про женитьбу на мне пусть забудет.

— Девочки, как вы тут? — тихонько постучала в дверь и Ёля сразу открыла, услышала вопрос и лишь улыбнулась.

Соня ещё дремлет, быстро я за мёдом сбегала, да приключений себе на одно место нашла.

— Сейчас дам попробовать лакомство, это пчёлы делают, вот соты, в них очень вкусный мёд, но смотри, как я делаю: жую, но не глотаю. Потом надавим вручную, и будет у нас чистый медок.

Я срезала немного сот и взяла в рот, жую как жвачку, и через пару минут показала девочке, что осталось. Она кивнула, что поняла и скорее взяла у меня кусочек. Стоило ей почувствовать вкус, как личико расплылось в блаженной улыбке.

— Вот! А ты пчёл боишься, а они вон какую вкуснятину полезную делают. Волшебный вкус. Сама никогда такой не пробовала.

Запиваю молоком и ловлю себя на ощущении, что батарейки мне только что зарядило на сто процентов.

Ничего себе, у этого мёда действительно есть какой-то побочный эффект магический.

— Нравится? — спрашиваю довольную Ёлю, она довольная улыбается.

Я решила, что с таким объёмом я и без пресса справлюсь. Ступа есть, сито тоже, размолоть соты и процедить в баночки, зато минимальные потери, а то по прессу больше размажу.

Так и сделала, перетолкла, пока печь чай кипятит. Ёля тщательно отмыла три склянки, я их ошпарила кипятком, как и собиралась, разложила красивые кусочки сот и залила их нежным, маслянистым, ароматным мёдом, а уж вкус у него фантастический…

Хлопоты по дому, забота о девочках, посиделки на ступенях, пока Ёля собрала милый букет из полевых цветов, а я ей объяснила, из чего пчёлы делают мёд: показала из чего состоят цветы, показала пыльцу, пояснила про нектар. Настоящий урок ботаники провела.

Девочка внимательно выслушала, а потом выбрала самый красивый цветок и убежала за дом, я за ней. И от умиления чуть не плачу, моя воспитанница медленно прошла через луг к сараю и положила цветочек на улей, поклонилась и быстренько поспешила назад.

Быстро она переборола свой страх. Мне только и осталось, что приобнять её за плечи и чмокнуть в лоб.

— Молодец, моя девочка. Пчёлы тебя полюбят!

А у самой в этот момент в голове вдруг самый прагматичный вопрос возник, а сколько в этом мире стоит мёд? Как и где его продавать, надо было у Магды поинтересоваться, в таком вопросе никому доверять нельзя.

На самом деле я готова думать о чём угодно, только не про него. Только бы он не заявился снова со своими наездами…

— Альберт! А скажи мне, как дела у нашей красотки? — после бокала приятного, лёгкого вина с фруктовым привкусом у графа появилось игривое настроение. Обычно в такие моменты хочется женской ласки от жены или фаворитки, но сейчас вдруг вспомнилась Эйлин. Её бездонные как небо глаза, нежные губы и светлые волосы.

Неприятно, что она выглядит как северянка, и где этот де Бриль нашёл себе такую жену. Загадок очень много, а граф любит загадки.

Очередная загадка и продолжительное молчание слуги.

— Альберт, в чём дело?

— Простите Ваша светлость, не знаю о какой женщине идёт речь, — прошептал и тут же низко поклонился.

— Эйлин Де Бриль, та красивая жена де Бриля, что родила на днях и я сослал её к Джейн.

Послевкусие от вина сменилось горечью обыденности, снова тупость слуг нужно пробивать настойчивостью. Этот бесконечный водоворот наказаний и проступков, кажется, заводит в тупик, даже верный Альберт с каждым днём всё глупее и глупее…

Эдвард поморщился и снова плеснул в бокал терпкий напиток, запить очередную дурь, какую сейчас начнёт нести в своё оправдание слуга.

И Альберт не подвёл:

— Не серчайте, мне о ней неведомо. Вы не приказывали следить за госпожой, должно быть, живёт как-то, отправить к ней человека?

— Альберт, кажется, ты мечтаешь о порке! Конечно, отправить! Стоять!

Слуга уже кинулся к спасительной двери, но граф его притормозил:

— Скорее всего, Джейн уже усмирила гордячку, выбила из неё спесь, приказываю привезти Эйлин в мой замок, раз мужу она не нужна, то я забираю себе её за его долги.

— А ребёнка? Вы сказали, что она родила, — неуверенно прошептал Альберт, чтобы в очередной раз не сплоховать.

— Женщины неохотно оставляют своих детей. Если оставит у Джейн, то хорошо, мало ли, вдруг ненавидит мужа и всё, что с ним связано. Если начнёт истерику, что без ребёнка не поедет, ну что делать, забирайте с ребёнком, но поселить как можно дальше от главных жилых комнат, найти срочно кормилицу, чтобы грудь не портила. Всё ступай.

— Слушаюсь! Сейчас же поеду сам, после обеда вернусь.

Слуга вышел из кабинета, прикрыл двери, оставив графа наедине с мечтами о новой игрушке.

— С ребёнком даже лучше, всегда будет повод, чтобы надавить на неё и заставить делать то, что нужно мне.

Три часа тянулись невыносимо долго, ожидание начало раздражать так же, как нытьё прошлой сосланной любовницы. Забеременела, как кошка, стоит лишь полежать рядом, так уже дети, с женщинами всегда одно и то же…

А эта новая уже с ребёнком.

Сомнения, такие сомнения…

— Ваша светлость, позвольте! Я навестил старую Джейн! — наконец, Альберт, запыхавшись постучал и сразу вошёл. Вид у него крайней степени виноватый.

— И?

— Жены де Бриля нет в старом доме! — прошептал слуга.

— А где она? Я прикажу выпороть тебя, если придётся задать хоть один наводящий вопрос.

— Простите, но Джейн рассказала, как эта дерзкая выскочка грубо оскорбила несчастную старую женщину и приказала отвезти себя на пасеку. Кучер подтвердил, что женщина с ребёнком осталась на заброшенной пасеке.

— Как на пасеку? Сама приказала? Умом тронулась? — граф чуть не вскочил с кресла, но едва сдержался. От бешенства вздулась вена на шее, очень плохой знак для слуг.

— Да, Ваша светлость, не наказывайте меня. Но я не решился проехать на пасеку, там проклятое место, говорят, кто туда попадает, сходит с ума. Она поди и чокнулась! Может послать за младенцем, дитя-то не виновато…

— Альберт, ты должен бояться только меня, я страшнее проклятой пасеки. Сейчас срочно позови ко мне господина управляющего, и начальника охраны. Быстро!

Не успел договорить, как слуга сбежал. Через несколько минут, толкая друг друга наперегонки в кабинет влетели управляющий и старший по охране, больше похожий на головореза с большой дороги. Быстро поклонились и сразу получили неприятные вопросы от графа:

— Так! Поместье де Бриль уже кому-то отдали? Нашли нового управляющего? Почему так долго не решаете проблему? Имение разграбят без хозяйской руки! — граф уже злой как демон, стоило немного отвлечься и дела встали. Снова приходится всё контролировать.

— Ваша светлость, нашли, семейство собирается и готовятся к переезду. Очень строгие люди, наведут порядки, слуги научатся делать свою работу. Скоро новые хозяева подпишут договор аренды. Не извольте беспокоиться, больше я не допущу оплошности, не хотел вас тревожить, поселяться, и я доложу по всем правилам, — довольно бойко ответил управляющий.

— Хорошо! Но старые долги ещё не закрыты. Де Бриль не оплатил счета. Сбежал в столицу, а его жена сбежала на дикие земли. Она оставлена, как заложница, однако ослушалась…

— Прикажите, и я притащу женщину сюда, подумаешь, баба упрямая. Сегодня же получите её, — старший охранник демонстративно сжал кулак.

— Нет! Пусть ваши бойцы отправятся в столицу, найдут этого де Бриля и потребуют уплату долга, никаких отсрочек. На первый раз не бить, ласково припугнуть можно. Заполните долговые бумаги и отвезите сейчас же должнику. С женщиной я сам завтра разберусь, она для меня добудет новые угодья. Лучше её не пугать. Утром подать карету, кучера возьму того, кто отвёз Эйлин де Бриль на пасеку. Всё, выполняйте.

Служащие поклонились и вышли. Через несколько минут в город отправился отряд из четырёх крепких боевиков, для начала предупредить должника, что его грандиозный план не сработал, жена смогла сбежать из-под залога и теперь платить внушительную сумму должен сам Домиан де Бриль.

Не успел граф подумать о завтрашнем путешествии в не самое приятное место — старую, заброшенную пасеку, как двери распахнулись и на пороге возникла она! Прекрасная и ужасная одновременно, графиня де Горн. Она ужасная зануда и это главный недостаток жены.

Вот и сейчас стоило Жозефине открыть рот, и граф тут же потерял всякий интерес к ней, а ведь было желание скрасить вечер в её спальне…

— Весь дом гудит новой порцией сплетен! Вы привезёте новую шлюху? — красивое лицо жены сморщилось, от красоты не осталось и следа.

— Нет, скорее новую жену, она, возможно, смогла укротить дикие земли, а это гораздо ценнее, чем ваше скромное приданое и титул баронессы. Милая, если хотите остаться в этом доме, не прекословьте. Я ведь и вас сошлю в ужасный дом к старой Джейн, она выбьет из вас спесь…

— Я убью её! — жена наклонилась в вперёд, её личико снова перекосила гримаса ярости, что-то новенькое, граф не ожидал, что Жозефина настолько злючка. Это начинает забавлять.

— Кого? Джейн? — язвительно улыбнулся граф.

— Нет, вашу новую пассию. Всё, больше никаких шлюх! Ребекка последняя, я согласилась на то, что она спит с вами как вторая жена, но больше никого не потреплю в вашей спальне!

— С Эйлин будет брачный договор, он важен для меня. И я не обязан отчитываться о своих планах перед истеричкой. Ещё слово и прикажу Альберту увезти тебя в ссылку.

Жозефина покраснела, поджала губы, видно, что слов у неё очень много накопилось, но муж обычно исполняет свои угрозы, так уже сослал свою любимую наложницу, не посмотрев, что она беременная. Этого козла только смерть исправит.

С трудом взяла себя в руки, присела в реверансе и с улыбкой прошептала:

— Говорят, что она ведьма, причём из северянок. Из страны магов. Шпионка, дочь врагов, долго ли продлится ваш брак, точнее так, долго ли Вы проживёте с ней? И как короли примут этот союз? Но если вас не беспокоят такие мелочи, то поступайте, как считаете нужным. И, кстати, эту Джейн убить — сделать наш мир чище, я ещё подумаю об этом. Но помните, я вас любила и моё волнение связано не с ревностью, а с беспокойством о репутации. А, возможно, и жизни, но вам виднее с кем спать и какую вражескую шпионку впускать в свои покои. Желаю удачи, она вам понадобится!

Развернулась и поспешно вышла, пока граф Эдвард де Горн не опомнился от потрясения и действительно не сослал её.

— Северянка? Что за глупости. Таких женщин полно в столице, какая она шпионка? Ведьма? — только и смог простонать вслед разъярённой жене. Но сомнения закрались. Надо бы выяснить всё о Эйлин, но это позже. Поездку, назначенную наутро, отменять нельзя.

Так и не знаю, сколько стоит тут мёд. Решила сама не рисковать и не ходить в деревню, кто знает, какие отношения у «пасеки» с местными. Судя по всему, не самые тёплые, позже через Магду на продукты обменяю немного мёда, вот и весь бизнес. Торговать хорошо в городе, только как туда попасть?

Решила дождаться возвращения колдуна. Он может, и ворчливый дед, однако ответственно относится к нам, и это внушает доверие, может, у него и бричка есть.

О бизнесе думаю, а о себе нет!

Странно то, что мне совершенно неинтересно, что произошло в прошлом у Эйлин. И я прекрасно понимаю почему, в моей жизни вроде огромные изменения, любому нормальному человеку бы крышу снесло, загнало в панику.

А я словно вернулась в прошлое. К моему деду на пасеку, всё почти так же и если не посматривать на себя в зеркало, то совершенно никакого диссонанса. У него тоже была избушка на краю леса без электричества, только бензогенератор пару раз в неделю включал, чтобы инструментом воспользоваться. Да баллон с газом в летней кухне гораздо удобнее, чем на дровах каждый раз греть воду и обеды.

Единственное, что изменилось в моей новой реальности — это материнство. Как-то так за эти несколько дней я и к Ёле привыкла и люблю её как родную, а уж как Сонечку обожаю. Но эти новые чувства только дополняют радость новой жизни.

Меня всё устраивает. Если бы не лезли эти мужики со своими играми и претензиями, дали бы мне работать и продавать честно собранный мёд, большего счастья я от жизни и не прошу.

Вот с такими мыслями проснулась в своём доме, с одной стороны посапывает моя старшая девочка, с другой стороны в плетёной кроватке спит младшая.

Улыбаюсь от счастья, и горячая слезинка по щеке скатилась. Не думала, что бог мне подарит самое ценное: детей и пасеку.

Тихо, чтобы не разбудить девочек, выхожу в кухню, надо бы растопить печь, согреть чай, из прокисшего молока сварить творог, да новую похлёбку поставить, чтобы нам потом не отвлекаться. А на сыворотке к вечеру тесто поставить и лепёшек испечь.

Сегодня собралась снова в лес сбегать, теперь знаю, где две следующих колоды установлены. К возвращению колдуна у меня должно быть банок десять с мёдом, если что, попрошу его отвезти на рынок, сама всё и продам. На рынке быстро по цене сориентируюсь.

С такими практичными и обнадёживающими мыслями занялась делами, скоро Ёля проснулась, и Сонюшка зашевелилась, такая сладенькая, всё время улыбается. За суетой да приятными хлопотами время к обеду, детей накормила, младшую спать уложила, а сама хочу сейчас в лес сбегать, до вечера бы успеть.

— Ёля, пока Соня спит, я в лес. Всё как обычно, дверь закрой, никого не впускай. Ну разве только если Магда приедет. Не волнуйся, быстро вернусь, одну колоду проверю и всё. Полчаса работы!

Она кивнула и улыбнулась. Села у окна штопать своё платье, ни минуты девочка без дела не сидит.

Чтобы не терять драгоценное время я собрала бидон, сумку с инструментом, шляпу с сеткой, платье надела светлое, полностью закрытое и на выход. Спускаюсь по ступеням, а сама смотрю в лес, надеясь, что незнакомец там не притаился, не каждый решится ещё раз получить жалом.

Делаю шаг от дома и вздрагиваю от оклика сзади:

— Жена! Это как же ты посмела ослушаться моего приказа? — мужской, дерзкий голос. Довольно сильный, но жутко неприятный. И судя по обращению — это мой муж пожаловал.

Вот даже не знаю, что ему и ответить на этот вопрос. Сжимаю от злости ручку бидона, жалко его, в смысле бидон, потому что сейчас я его сломаю об голову этого индюка!

Медленно поворачиваюсь и признаюсь честно, удивляюсь. Это не индюк.

Это павлин!

Он красавчик, волнистые волосы, довольно тёмная кожа и светлые глаза. Мачо, да мало ли как его ещё можно назвать, но красив подлец и знает это. Чуть слащавый, и не в моём вкусе абсолютно!

Зато всё стало понятно, невинная Эйлин точно влюбилась в него по уши! От него и все страдания у девочки.

Муженёк приехал на коне верхом, такой гордый восседает в седле и смотрит свысока. Думает, что я сейчас заскулю, умоляя его забрать меня или остаться со мной?

Ну, нет! Он предал Эйлин и мне такой «красавец» тут и даром не надо.

Вспоминаю реплики из фильмов, даже смешно стало:

— Это кого такого красивого к нам занесло? Никак мужа? А что приехал, может спросить чего хотел, как дочь? Как я? Может, нам надо чего-то? — пусть у Эйлин голосок слишком нежный, но сердита я, как пчела. Вот и начинаю жужжать на него.

Но он снова озадачил, такой наглости я не ожидала услышать:

— Эйлин де Бриль, тебе приказано жить во владениях графа. Это приказ! Ты моя собственность, я купил тебя по дешёвке у родителей. Думаешь, не знаю о твоей тайной метке проклятых? Такие, как ты никому не нужны, кроме меня на тебя никто не позарится…

— Стоп! С чего это ты взял, что мне кто-то нужен? Я сама по себе. Купил? Ну, я тебя разочарую, дорогой, ты неудачно вложил деньги. Лучше бы долг отдавал за аренду и налоги платил. А не жену со скидкой в сезонную распродажу. Проваливай, видеть тебя не хочу. Раз уж я бракованная, то и тебе тут делать нечего.

Он смотрит со злостью, возможно, будь на мне платье с декольте, волосы распущенные, а не спрятанные под косынкой, у него бы и появился романтичный интерес. Но я не готова принимать его назад. Мне такой муж не нужен.

Домиан сплюнул, сел удобнее и показал хлыст в руке, а я в ответ показала медный бидон, жаль не чугунный.

Наше противостояние переходит в новую фазу. Только вот у «мужа» ещё и конь, быстро отступаю к дому и поднимаюсь на ступени, чтобы стать выше.

— Ты в долговом залоге у графа, пока я не рассчитаюсь. И ко мне вчера уже пожаловали кредиторы от него! Чтобы ты понимала серьёзность моих намерений, предупреждаю: я спалю эту пасеку, не смей упрямиться и перечить мужу, я твой хозяин. Собирай вещи, скоро приедет телега и отвезёт тебя в имение Его светлости! И будешь делать то, что он прикажет!

Голос мужа даже не дрогнул. Он не муж, а собственник. А я его вещь?

Что-то я начинаю злиться. Но тут же вспоминаю о графе:

— У меня с графом свой договор. Мы поспорили, что если я выживу на пасеке, и смогу накачать мёд, то он на мне женится. Так что…

— Не понял? Какой договор? Ты как посмела при нём рот открыть? — он не говорит, а рычит, как бешеный ротвейлер. Боже, если моя дочь от него, не дай ей его характер.

— Это неважно, у меня есть расписка, и пасека вроде как под его законом. Давай спали дом, придурок, тогда Его светлость с тебя три шкуры спустит. Но мне интересно, тебе вообще плевать на дочь? Вообще неинтересно, какая она? Готов нас с ней продать, лишь бы самому от долгов отвертеться?

— Мне ребёнок от северянки не нужен!

Он не успевает процедить через зубы очередную гнусность, как на мою поляну влетела внушительная карета, едва успела затормозить у кромки леса.

— Так-так-так! Семейство в сборе! — слышим из кареты голос графа. Помянули чёрта, он и появился…

Домиан изменился в лице, надменность, как ветром сдуло. Появилась услужливая улыбка, мгновенно спрыгнул с коня, и очень низко поклонился. Надо было в обратную сторону кланяться, сразу зад для пенделя подставить Его светлости.

Граф не обратил на эти церемонии ни крохи своего драгоценного внимания. Стоило гвардейцу из личной охраны открыть дверь кареты, как де Горн молодцевато выскочил, слегка потянулся и не обращая внимание на де Бриля, подошёл ко мне. Поднялся по ступеням и взяв за подбородок, приподнял лицо. Жадно рассматривая как товар.

Дёргаю голову, ставлю сумку и бидон на ступень выше.

Всё, я беззащитная. Даже Ёлю не предупредила, чтобы не высовывалась. Её точно могут забрать, чтобы проучить меня.

Стою как цыплёнок перед волками. Сердце бьётся от страха так, что и говорить не могу. Граф, его четверо приспешников, муж, и все против меня одной.

Не в мою пользу перевес сил. Да и сбежать в лес не могу, девочек оставить на забаву этим уродам? Я скорее в бою сдохну, но не дамся. Из сумки торчит внушительная ручка стамески, покосилась на неё и граф заметил. Улыбнулся и спустился на ступень ниже.

— Ваша светлость, она к вам сейчас же поедет, это решённый вопрос. Не извольте беспокоиться. Мне нужна рассрочка, дело выгодное есть. Я к дню коронации все отдам. Или забирайте эту женщину себе навсегда! — вопит муж.

— Я и так забрал её себе, — спокойным голосом процедил де Горн, продолжая рассматривать меня. Словно ещё решает на что я гожусь.

— Я не вещь! Это первое, а второе, пасека не ваша, это дикая земля. Я живу тут уже пятый день и ничего не случилось. Проклятье на меня не действует.

Наконец, собираюсь с силой духа, заставляю голос звучать уверенно. Пора мне заявить свои права на себя саму, иначе пропущу торг не в свою пользу.

— Красивая. Но ты и правда похожа на северянку, сними платок.

— Обойдётесь! — процедила сквозь зубы. Но графа это не остановило. Едва взмахнул рукой, и двое его людей подбежали, схватили меня за руки и сорвали платок, причём больно дёрнув за волосы.

— Видишь, всё происходит так, как я хочу. Поэтому, если говорю, что-то сделать, ты быстро исполняешь. Поняла, Эйлин!

Поджимаю губы и смотрю на гада с ненавистью. Никогда не поступала так, как хотелось кому-то. И в этот раз не собираюсь.

Граф расправил мои волосы, но по лицу его светлости вижу, что он в сомнениях. Видимо, я и правда похожа на дочь врагов.

— Да, живёшь тут, жива. Но мёда нет! Значит, в нашем споре я выиграл. Собирай вещи, самое необходимое. И сейчас я ещё позволю взять дочь, но следующее моё приглашение уже без неё. Оставишь ребёнка тут или мужу. Советую поспешить, пока я не передумал. Привяжу к карете и побежишь босая по каменистой дороге.

— Да вы садист, ваша светлость. Но мёд есть! И я сейчас шла за новой порцией, а вы мне мешаете работать.

— Что ты сказала? — до него не дошло с первого раза?

— Мёд есть! Отпустите меня, и я покажу.

Он взглядом приказал отпустить меня, и вассалы одёрнули руки и тут же спустились, отошли за своего босса и ждут новых приказов.

Я молча поправила платье, подняла со ступеньки платок и пошла в дом. А сама от ненависти и бешенства чуть не падаю. Низ живота ноет. Грудь набухла и ломит. Если от нервной встряски лишусь молока, то вот будет катастрофа.

Тихо выдыхаю и открываю дверь. Только бы Ёля не выдала себя. Но, кажется, они закрылись в комнате и сидят как мышки в норке.

С полки беру банку с мёдом и выхожу. Протягиваю руку перед собой и показываю своё богатство.

— Кажется никто кроме меня в вашей стране не может того, что могу я.

Не успеваю договорить, как муж завопил скороговоркой:

— Эта женщина моя! Я её купил у родителей, женился! Эта пасека тоже моя! Если вы начнёте нас грабить, пожалуюсь королевичу. С этим мёдом мы за неделю покроем все свои долги перед вами! Так что прошу прощения, но вам пора уезжать! Хватит нас грабить!

Надо же, как заговорил. Мои брови ползут вверх от удивления. Дерзкий у меня муж-то, оказывается!

— Что, милый, сладенького захотелось? — начинаю дерзить. Но меня не слушают, два кобеля сцепились из-за сладкой кости.

Теперь очередь графа орать, что я его собственность:

— Эта женщина моя, ты только что продал её за долги. Я тебе их прощу и даже отпущу, не избив на память. Но про Эйлин забудь! Эта пасека часть графства! — де Горн повернулся и смотрит на Домиана с таким видом, что вопрос же решён. Так, какого чёрта, он тут голос повышает и права требует.

Де Бриль решил не мелочиться и выдал последнего туза из рукава. Гад!

— Она порченная! Метка у неё проклятых! Дешёвая дочь северян! Мне на такой можно жениться, а вам эту женщину к себе забирать нельзя, — завопил мой муж.

Не успеваю опомниться от прошлого наезда, как новый подоспел, прижала банку мёда к груди. Не понимаю, что делать и как спасаться. Снова два гвардейца подбежали, повернули меня спиной и силой задрали волосы. Метка на шее больше не секрет.

— Проходимец несчастный! Хотел мне подсунуть порченую бабу? — граф снова рычит так, что у меня кровь стынет. Когда же эти разборки закончатся.

— Она не порченная. Для меня эта метка не имеет значения. А Вам её в жёны брать нельзя, но в наложницы она бы подошла. А раз есть такое богатство как мёд, то я забираю жену и рассчитаюсь с вами. Всё честно!

— Я тоже буду с тобой честным. Эта женщина и эта пасека мои. Плевать на метку. Домиан де Бриль, я тебя изгоняю из моих владений. Навсегда. А ты, женщина, не смеешь продать и ложку мёда в моём графстве. Весь этот мёд моя собственность. Хочешь жить, будешь всё отдавать управляющему еженедельно. Продукты, одежду, инструмент тебе предоставят. Раз ты из наших врагов, значит, и жить будешь как пленница…

— А губа у вас не треснет? — не выдержала и выдала.

— Что ты сказала? Выпороть её! — граф от бешенства слюной брызжет, все замерли.

— Не стоит этого делать с моей истинной, на моей же земле! Эта женщина по рождению моя и только моя! Кто-то из вас её похитил, цена расплаты за это преступление — жизнь! Так кто из вас будет платить?

Я в таком шоке от всего происходящего, даже не сразу поняла, откуда слышу знакомый голос. И вообще, как он тут появился?

Из-за гвардейцев и не вижу ничего, они продолжают меня держать, но, когда до них дошла суть угрозы, и они-то увидели того, кто говорит, быстро отпустили и отбежали на безопасное расстояние, ближе к своей карете.

Отвечать никто не решается, мужчины молча пытаются оценить, что вообще происходит, внезапно на поляне собрались три претендента на меня и мой мёд?

И я теперь вижу третьего «хозяина Эйлин» во всей красе, раньше-то не успевала оценить его, всё у нас как-то быстро и бурно произошло в первую встречу. И надо сказать, есть на что посмотреть, я таких мужчин никогда и не видела.

Он огромный. Человек ли? Господи, он же на актёра похож, как его…

Стаю открыв рот, и вместо того, чтобы спасать свою шею от посягательств, а попу и спину от порки, вспоминаю имя Джейсона Момоа, и любуюсь на этого красавчика. Дурочка…

Граф что-то рявкнул, и я очнулась. Ситуация пугающая. Если они начнут друг друга крошить, то крайней останусь я. А меня этот вариант совершенно не устраивает, мне бы их выгнать, и я уже знаю как.

В лесу нарастает гул, это мои пчёлки злятся? Предупредить незваных гостей, что моё терпение лопнуло, или пусть получат по полной раз и навсегда?

С этого момента я тут хозяйка и сейчас заставлю их слушать меня!

— Это ещё кто? — граф обратился ко мне, театрально вскинув руку в сторону сурового незнакомца, как будто я знаю.

— А сейчас пчёлы мои прилетят и все расскажут!

Граф делает вид, что его не пугает третий «гость пасеки». А я молчу. Шум от пчелиного роя всё ближе, но до мужа и Его светлости не доходит, что пора бежать.

— Называй меня Кай Эрринг, госпожа! Простите, не представился раньше, ваши маленькие вассалы меня изгнали…

Он смотрит на меня и так мило улыбается, а его глаза! Они горят золотом. Медовые?

— Что, больно было? — улыбаюсь ему в ответ, словно кроме нас на поляне нет никого.

— Самую малость, слово знаю лечебное от их жала…

— Жала? — и до графа начало доходить, что если есть мёд, значит, есть и пчёлы?

Ну наконец-то, долго мне ждать пришлось.

— Да, у пчёл есть жала, вам ли не знать? Вы же и пугали меня в день нашей встречи, когда выкинули из дома, как ненужную вещь, а теперь я вдруг вам нужна? Уезжайте, про свои долги сами разбирайтесь, и советую поспешить, — говорю, а сама не могу отвести взгляд от Кая, он со мной снова что-то делает? Начинаю догадываться, что он маг и тот самый из герцогства?

— Если ты не подчинишься, женщина, то я сам выжгу тут всё, и тебе запрещаю торговать мёдом! Ты либо моя, либо умрёшь! Уж я об этом позабочусь! — выкрикнул свои угрозы граф, и в этот момент на поляну вылетело огромное чёрное облако. От гула всем стало не по себе, даже мне.

— Вам со мной не справиться, ваша светлость, уезжайте, пока живы! Я тут хозяйка и за мёдом ко мне люди сами приедут, этого вы не запретите!

Выкрикнула вслед отъезжающей карете. Но ещё остался непутёвый муж, с ним прям заминка вышла. Возможно, не понимает, как опасны пчёлы, но спасать его нет никакого желания. Однако конь у него чуть умнее оказался, начал громко ржать и брыкаться. Ещё немного и сбежит…

— Эйлин, ты уничтожила меня, обрекла на страдания, за это я отниму у тебя дочь, всего-то донесу о твоей метке, думаешь, что этот урод тебя спасёт? Не надейся. Таких, как ты казнят, голову отрубят и тогда будешь смеяться, но только глядя на меня с кола…

Меня шатнуло, голова закружилась от той омерзительной гадости, что я услышала.

— Дебил, идиот! Ты такую гадость желаешь матери твоего ребёнка? Как у тебя язык повернулся такую мерзость ляпнуть. Убирайся, пока пчёлы не сожрали тебя заживо! — мой крик отрезвил мужа, но он снова сплюнул, вскочил в седло, пришпорил коня, но тот и сам рванул с такой скоростью, что и пчёлы не догонят. Но, судя по громким воплям, пару раз его ужалили…

Через несколько секунд всё стихло. Если бы не свежая куча в «подарок» от графского коня посреди поляны, и не рой пчёл, какой всё ещё тревожно кружит над нами, то показалось бы что этот маразм мне приснился. Потому что столько гадости наговорить за одну встречу, это надо постараться.

Прям классическая бандитская стрелка. У дедули на таких гостей всегда было заряженное ружьё, а то и два. И мне пора подумать о безопасности.

Может мир и другой, но реальность везде одинаковая, один с сошкой, семеро с ложкой. Уже делят мой мёд, и меня не спрашивают.

В сухом остатке результаты этих разборок удручающие:

Про мою метку знают теперь все.

И я только что нажила себе двух врагов, один влиятельный, второй — отмороженный придурок.

А третий подошёл ко мне, и той же с претензией:

— Я искал женщину с этой меткой слишком долго, а когда нашёл, оказалось, что она умерла и её место заняла ты. Я жду объяснений…

— Отстань… бесите меня все! Просто отстань, лучше вон дерьмо за конём прибери, а мне пора дочь кормить, и обед греть.

— Стой! Я ещё не закончил с тобой! — в его голосе сдавленный рык, но нестрашный, граф только что вопил куда страшнее.

— Так заканчивай, и я угощу тебя обедом, наверное, зависит от твоего поведения, — как-то дерзко я себя веду с незнакомцем. Но его это лишь позабавило.

— Эйлин предала меня, пусть невольно, и по незнанию, но магические клятвы нарушать нельзя. Ты не она, и как мне с тобой поступить?

— Я прекрасно об этом знаю, хватит уже напоминать, честное слово, если бы от меня хоть что-то зависело… Что же ты сам её не спас, когда она ещё жила у родителей? Сам виноват во всём!

Выдёргиваю руку из его хватки, хочу сбежать в дом, но бесполезно. Незнакомец снова ловит меня и ставит перед собой. Просверливает взглядом, пытается разгадать мой секрет?

А у меня такие мурашки по телу от него, что уже забывается всё, что случилось этим утром. И муж, и граф, кажутся дурным сном, потому что вот стоит передо мной реальный мужчина, за которым бы я на край света пошла. Но он говорит совсем не то, что я хочу услышать.

Ещё немного и доведёт меня до слёз своими претензиями. Прикусываю от обиды губу, потому что слышу очередной выговор:

— Её спрятали в запретных землях, хотели лишить меня истиной. По закону я не мог переступить границу королевства. Моя метка исчезает, потому что ты замужем и мать чужого ребёнка. Ты под запретом для меня, ради твоей малышки я не смею даже думать о тебе, чтобы не навлечь проклятье на ребёнка, понимаешь?

— Ну, вот и чудесно, не можешь думать — не думай! Только я не предавала! Сколько можно повторять! Да, я замужем за безответственным придурком, и не по своей воле, у вас метка пропала? Замечательно, значит, вы теперь свободный товарищ, можете гулять на все четыре стороны! — моему терпению наступил конец. Смотрю на него и злится хочется, причём на Эйлин и её родителей… Ведь по судьбе же был предназначен самый лучший мужчина, а они выбрали этого де Бриля, чтоб ему пусто было.

— Но меня тянет к тебе с неистовой силой… В тебе нет магии, наши метки медленно исчезают, но что ты делаешь со мной, стоит подумать о тебе, и я уже рядом, вижу тебя, слышу голос и нарушаю все мыслимые магические законы, а это опасно. Твоя дочь погибнет, стоит мне забрать вас, она не сможет жить в моём мире, не сможет, она госпожа этих земель! — его стон окутал меня, парализовал, не могу пошевелиться, только чувствую, что ещё пара секунд и сама взвою в том же духе. Но похоже, не смею, ради дочери не имею права, он из другого мира, и мы теперь по разные стороны границы? Враги?

— Умоляю, уйди, пожалуйста. Просто уйди, — шепчу, глядя в золотистые глаза запретного суженого.

Кай выпустил мою руку и в тот же миг ощутила пустоту. Словно у меня что-то отобрали, что-то моё родное и любимое. Разворачиваюсь и медленно ухожу в дом. Как же так? Почему?

Но между ним и доченькой, я выбираю дочь. Только её.

Отчаяние сменяется страхом, ведь девочки были одни, пока на поляне перед домом происходили ужасные разборки.

— Ёля! Где ты, детка? — моё сердце замирает, хоть бы какой звук услышать от девочек. Но тишина…

Поспешно вбегаю в дом, представляя, чего натерпелась Ёля. Открываю дверь в комнату, а девочек нет!

Заглядываю под топчан, и тоже пусто.

Их нет нигде!

Теперь сердце бьётся с такой силой, что и вдохнуть не могу, уши заложило от ужаса, зажимаю рот, чтобы не завопить, а то этим ещё больше испугаю девочек.

Выбегаю в кухню, оглядываюсь и вдруг вижу на полу кусок ткани, заплатка, Ёля собиралась платье себе штопать. Наклонилась и вот она, тайна нашего дома.

Как я не заметила.

Маленькое кольцо в половице под столом, оно утоплено в древесину и незаметное. Тяну, и дверь в лаз открывается. Ёля, когда подметала нашла запасной выход?

Под домом много места, а дровник скрывает от посторонних глаз чёрный ход. Небольшая дверь в подпол скрипнула и вот несколько удобных ступенек, вполне крепкие, спускаюсь, бегу через ручей, за сарай, а там маленькая землянка, я её и не заметила, ещё не дошли руки до дальнего угла пасеки, хоть бы с текущими делами разобраться, не до обхода владений пока.

— Ёля! Все уехали, ты где? Милая! — очень надеюсь, что её не утащил к себе кто-то, это место таит в себе массу загадок.

Неожиданно чуть дальше за кустами услышала писк Сони!

— Ух! Девочки мои! Испугались! Ну ты умничка, Ёля! Спасибо тебе.

Стоило девочке выйти из укрытия, я её расцеловала, взяла дочку на руки, и мы медленно пошли в дом. Вот оно решение, страх за детей отодвигает все мысли о несчастной любви и метке, и вообще обо всём. Надо скорее Соню кормить, вот и всё, что я сейчас помню.

Поспешно обходим дом, чтобы уж не через лаз, а через дверь войти и остановились как вкопанные от удивления.

На том месте, где лежала кучка «гостинец» от графского коня, красуется огромный куст, весь покрытый разноцветными цветами, напоминающими по форме соцветия азалии. Но значительно крупнее, а уж какой аромат от них!

Голова кругом от радости! Обычно женщинам дарят букет, а тут целый куст. И какой. Я по запаху понимаю, что это мощный медонос. И мои пчёлы уже оценили подарок.

Ёля смотрит на меня вопросительно, кажется, и про страх забыла.

— Это герцог подарил такую красоту. Теперь пчёлы полюбят нашу поляну.

Приобнимаю свободной рукой Ёлю и спешим домой. У куста слишком много пчёл, с девочками к нему подходить опасаюсь пока. Но вот что странно, это же явно магия. И мощная! Наш Зохор так не может.

Но почему он не нашёл Эйлин раньше, почему не забрал её до того, как она совершила глупость и вышла замуж за этого де Бриля?

Странно всё это, очень странно.

Пока рассуждаю, обтёрла грудь, немного размяла, от боли аж слёзы брызнули. Лучше кормление не пропускать. Помню, что эта неделя самая важная, мы с дочкой привыкаем друг к другу и к режиму, и к объёму.

Соня голодная, с жадностью взяла грудь и мне сразу стало легче и спокойнее. Сижу, покачиваясь, мурлычу песню. А в памяти его образ. Что ж он мне теперь покоя не даёт.

— Влюбилась бабонька, — шепчу дочери и улыбаюсь.

Ёля на кухне посудой звякнула, и я сразу переключилась на мысли о ней, вот натерпелась девочка страху. Но какая сообразительная. Я про этот лаз, даже не догадалась, а она сама вылезла и Соню унесла. Если бы эти недоумки подожгли дом, я, наверное, с ума сошла. Но теперь даже спать спокойнее, только дверь запирать, а в той землянке надо бы всё приготовить на случай, если придётся прятаться.

Соне поменяла пелёнку, поцеловала, и девочка моя уснула. Пора и нам обедать, а после в лес бежать за мёдом. Разборки-разборками, а работу надо сделать. Если меня сгонят с пасеки, то на первое время, будет хотя бы небольшой запас.

С такими мыслями быстро обедаем с Ёлей, и я второй раз за этот бесконечный день собираюсь за мёдом.

Теперь без суеты и спешки, всё плохое за этот день уже случилось, Софи проспит долго, можно не бежать.

Обошла кругом цветущий куст, полюбовалась на его красоту и шагнула в тенистую лесную чащу. Очень надеюсь, что опасности там для меня нет.

Быстро нашла вторую колоду, меня словно кто-то ведёт, как чутьё. Вскрыла дно, срезала соты, чуть больше, чем в первый раз. Снова запечатала и оставила меленькую засечку, что тут я уже брала мёд.

Недалеко третья колода, раз время ещё есть проверяю её. И к несчастью она повреждена. Медведь её разорил или ещё какой зверь. Надо новую крышку и дно принести и установить. И такая напасть случается, это жизнь, и если медведь не испугался лютых пчёл, то видать, и сам страшный. Не хочется с таким встречаться.

— Ну вот, пчёлки, побегу домой, а вы тут не шалите, у нас там куст красивый, так что милости просим.

Говорю в шутку и спешу на пасеку, до захода солнца надо мёд отжать, да по хозяйству управиться. И замечаю, что всё это время работала без сетки. Упс! Память девичья.

Это я теперь своим пчёлам так доверяю?

Почему-то улыбка до ушей, хорошо мне рядом с жужжащим народцем, все тревоги отпускает.

Стоило выйти на поляну, а меня новый посетитель ждёт, и вид у него очень серьёзный, да я и сама понимаю, что добрых вестей ему не откуда взять, а плохие сама сегодня удосужилась наблюдать во всей красе.

— Здравствуйте, уважаемый колдун, с какими новостями?

— Печальными…

— Да кто бы удивлялся, — ворчу под нос.

— Ну, я вот удивляюсь, откуда такая красота на поляне взялась? — Зохор встал и не спеша поднимается за мной в дом.

— Истинный приходил и подарил! — ошарашила колдуна, надо было хоть подготовить…

Ёля теперь от колдуна не прячется, он зашёл в дом, поклонился по какому-то местному обычаю и быстро погладил девочку по голове, а она решила сбежать на ступени, ей интереснее за новыми цветами наблюдать, потому что нам показалось, что они каждый раз меняют оттенок. Невероятное зрелище, как новогодняя подсветка на ёлке, только наш куст напоминает огромный шар, и, кажется, он подрос, пока я в лес ходила.

— А я мёд накачала! — решила начать с приятных новостей. Поставила маленькую плошку с мёдом и налила ещё тёплый компот.

Колдун сразу попробовал, прикрыл глаза и несколько раз причмокнул языком, я сразу поняла, что он не вкус распробовать хочет, надеется что-то магическое уловить?

— Хорош! Очень хорош! И в нём есть много целительной силы. Это точно! Но вот когда с вашего нового куста мёд пойдёт, вот тогда будет мощь. Мне кажется, и девочка твоя от него поправится. Очень хорош! Но пчёлы тебя не ужалили? А что произошло, чувствую тут баталии не на жизнь, а на смерть были? — он с радостью взял из моих рук кусок свежих сот с мёдом и отправил в рот. А я быстро отнесла лакомство Ёле, ей полезно пожевать, может и правда заговорит.

— Муж пожаловал, требовал, чтобы я вернулась в рабство графу. Потом и сам граф. Они теперь знают про метку. Граф запретил мне торговать мёдом, орал как ужаленный, что его люди каждую неделю будут приезжать и всё забирать. Раз я рабыня, то у меня и прав нет?

— Постой, а на каком основании ты рабыня? — он уже и второй кусок сот в рот отправил и жуёт эту лечебную жвачку, даже про чай забыл.

— Так, я ж вроде замужем за де Брилем, а муж оставил меня в залоге.

— К этому позже вернёмся, новости у меня от твоих родителей по этому поводу, — колдун сел на лавочку и внимательно наблюдает за тем, как я начала давить соты в ступке.

Вообще, я собиралась подкопить несколько дней, и через пресс сразу прогнать, но принимая во внимание наши проблемы, решила не откладывать. И пересказала всё, что произошло сегодня на поляне, и даже про Кая Эринга. И как мы с ним встречались в лесу, и что он нам траву скосил магией. Но пропадает каждый раз, боясь навлечь на нас с дочкой проклятье.

— Кай Эринг впервые слышу. Как герцога звали или зовут никто и не знает, как он выглядит, тоже никто не знает, может быть это кто-то другой? Очень интересно. Очень. Но эти двое не отстанут. Если пчёлы тебя продолжат защищать, то выживешь, если нет, то даже не знаю, как тебе помочь. Всё равно придут тебя обобрать. А если грозились спалить, то непременно сделают это. Подлецы они такие, чтобы ты никому не досталась. Вот поганцы оба. Обычную порчу на них наслать и то мало!

Посетовал колдун, трёт виски пальцами и смотрит отрешённо, словно хочет рассмотреть что-то в прошлом или будущем.

— Значит, в покое меня не оставят?

— Нет! И это плохая новость! Тебе интересно узнать, кто ты? — он выпрямился и поднял голову, облокотился на стену и скрестил руки на груди, непростой разговор только начинается.

— Уж рассказывайте, хуже не будет, надеюсь!

— Ну, это как посмотреть. Твои родители купили тебя у ледоруба.

— Не поняла? — я даже соты толочь перестала. Стою, смотрю на гостя с непониманием.

— А что непонятно, они тебя купили. У нас в горах есть деревня заготовщиков льда, в столицу привозят по ночам, и в хранилища богатых домов продают, чтобы продовольствие сохранялось. Много лет назад случилась буря в горах, эти же ледорубы обычно тропы на следующий день после шторма и обходят, ищут погибших, порой и грабят их. Ну кто осудит простых работяг. Они считают это платой за похороны.

— Давайте ближе к делу, хотя я уже сама начинаю догадываться.

— Нашли погибшую женщину, но вроде как она неудачно упала и ударилась, идти не могла, и вьюга сделала своё чёрное дело. А ты была у неё на руках. Замерзающую малютку забрал ледоруб, который к твоим родителям обычно лёд и привозит. Предложил купить девочку, потому что ему мальчики нужны с них толку больше.

— А мои «родители» бездетные, и купили.

— Да, такое тут частенько случается. Так что ты неродная им. А кто твои настоящие родители никто не знает. Но росла ты пригожей, милой. А в день совершеннолетия на шее началось жжение, и проявилась метка. Они сходили к ведьме, что промышляет в столице и она их запугала до заикания.

— Как это, что такого страшного несёт на себе метка? — я задала глупый вопрос, а сама уже и ответ поняла. Я его видела сегодня и забыть не могу, того, кто имеет права на эту метку.

— Старуха-ведьма подумала, что это метка герцога-мага, что он придёт за своей девственницей и убьёт всех, кто встанет на его пути. И наговорила твоим родителям таких ужасов, что любой бы испугался. Но что эта метка в реальности обозначает вообще непонятно. Я такого знака не видел раньше. Но раз этот Кай назвал тебя своей истинной, значит, метка магическая и определяет судьбу.

— Поэтому они избавились от меня?

— Поэтому они запросили самый маленький откуп у жениха и готовы были отдать тебя за любого, первого встречного, а когда появился де Бриль, молодой и красивый, то ты и сама дала согласие выйти за него.

— А ему нужна не жена, а заложница? Что сказать, чудесная сделка. И что мне делать? Я реально собственность де Бриля? И кроме пчёл у меня никого нет?

— У тебя есть дочь, ты и я в какой-то степени! Хочу сделать тебе предложение! — неожиданный ответ колдуна меня смутил. Про себя и дочь я поняла, но он решил выступить моим заступником?

И какое такое предложение он мне хочет сделать?

— Простите, в какой степени? И какое предложение?

— А я объявлю, что ты моя дочь! — пестик в ступе неприятно скрипнул в этот момент. А мой рот открылся от дикого удивления.

— А вам зачем эти проблемы? — простонала я чтобы, Ёля не услышала наш непростой разговор.

— Примерно в те годы, когда ты родилась, у меня была жена, но умерла в родах, пока я изгонял беса из королевского сыночка, вот и заплатил по счетам. Это больно. У меня тоже должен был родиться сын. И вместо королевского отпрыска погиб мой. А королевич теперь жив-здоров. Но никто не знает, что случилось в ту ночь, какой такой демон одолевал королевича. Подозреваю, что моих сил не хватило вылечить Рагора. Но мы сейчас про другое говорим, моя жена тоже наполовину северянка светленькая, миленькая, как ты, потому мы и жили на границе. Так что многое сходится, просто немного подправить реальность под обстоятельства…

Пока он говорит, просверливая меня взглядом, я присела, в ногах правды нет. Беру его кружку и отпиваю глоток. В горле пересохло от волнения. А в сознании эффект дежавю, кажется, что подобный разговор уже был в моей жизни с кем-то из прошлого, с моим дедом?

Внезапная вспышка в памяти, как свет от фар в ночи, мой дед? Какой дед? А у меня был дедушка, вот такой же, как Зохор? Был ли?

Снова делаю глоток кисловатого компота, пытаюсь прийти в себя от эмоционального всплеска, я аж вспотела, и грудь ломит. В коленях дрожь, что-то со мной происходит. Мою память кто-то прямо сейчас пытается вывернуть наизнанку и показать мне что-то очень важное. Всё не так, как мне казалось в моём прошлом? Слова: «Подправить реальность под обстоятельства» неожиданно послужили неприятным триггером, но чёткой картины прошлого так и не появилось. Но хотя бы вспышки, уже что-то!

Вот сейчас осознала, что я и себя настоящую-то не помню! Оля, пасечница, преданная вероломным мужем, погибшая при странных обстоятельствах. Вот и весь набор знаний! Только лицо какого-то старика в сознании постоянно всплывает, дед это, отец мой или вообще непонятно кто?

Я уже не слышу, что ещё говорит Зохор, но, кажется, он заметил моё волнение, замер и внимательно смотрит, ожидая ответа.

В этот момент калейдоскоп ведений пропал, меня отпустило, и я вернулась в настоящее.

Вздыхаю, сознание выдало только один ответ на заманчивое предложение:

— Вы не боитесь? Вокруг меня столько бед.

— Можно подумать, вокруг меня их меньше. Но послушай, вдвоём мы сможем такое дело поднять, и честно сотрудничать, тут либо как родня, либо никак. Ты без моих знаний не справишься, а я потерял в ту ночь не только жену, но и магию. А у тебя она только открывается. Я нужен тебе, Эйлин, но ведь в постель к тебе не лезу. И про метку придумал уж как извернуться.

Мы смотрим друг другу в глаза, это не разговор за чаем. Сейчас решается наша жизнь и это ужасно страшно, но беру себя в руки и прежде чем отказать, решаюсь узнать чуть больше.

— Семейный бизнес, но он не застрахует от предательства уж поверьте, тут и с чужими на доверии или никак. И как извернуться с меткой?

— А скажу, что пометил дочку, но после смерти жены мою малютку выкрали лихие люди, нам лишь обряд сделать, запутать след родства, и никто и не догадается. Подумай, и вместе мы сможем доказать, что де Бриль не твой муж. Ведь свадьбы не было!

— Ё-моё! Что происходит? Как не было? А Магда сказала, что свадьба была.

— Это была фикция, обман. Есть один важный обряд, отец или опекун должен отдать дочь мужу, твой приёмный отец этого не сделал, и записи об этом нет. Твой муж не получил бумаг от твоих родителей. Отчим поклялся после того, как я надавил на него. Они продали тебя, отреклись и не стали передавать как жену, чтобы не фигурировать в твоих документах. Ты сирота, вот почему герцог и де Бриль творят беззаконие, за тебя некому заступиться, а это дело отца, брата, опекуна из рода или…

— Или моего истинного Кая Эринга? Ты его не боишься? Точнее, не его, а проклятья, какое он несёт с собой для всех, кто со мной рядом? — я снова шепчу, понизив голос, потому что я герцога боюсь, у него ко мне претензия, куда я дела его истинную и как оказалась в теле Эйлин. Но об этом колдуну говорить не хочется. Его предложение звучит заманчиво, очень заманчиво. Уж лучше стать кому-то дочерью, чем проданной-перепроданной рабыней.

— Боюсь! Но он где? Когда придут люди графа, он появится? Нет такой гарантии, Эйлин. Но если мы потеряем тебя из-за жадности этих недоумков, то сгинем, я знаю о чём говорю. Ты нужна нашему миру, белая магиня. Я чувствую в тебе силу, она растёт благодаря пчёлам.

По моему телу пробежали мурашки, ощущение, что я сейчас медовуху глотнула и она меня изнутри согрела. Наконец-то, а то от этих ведений, в животе до сих пор лёд.

Долго выдыхаю, надо принять верное решение, но ради девочек я на всё готова, если он станет моим отцом, то при любой сложной ситуации сможет позаботиться о Соне и Ёле:

— Это всё меняет, но у меня нет столько магии, ты меня переоцениваешь.

На моих глазах появились слёзы, шмыгаю носом и вытираю глаза передником.

— Это не важно. Твои пчёлы наполнят тебя магией, к началу первого звездопада ты войдёшь в силу. Никто не смог бы собрать этот мёд. Пасечник очень старался, но они его жалили нещадно, а на тебе не единого укуса. Подумай до завтра, дочка. А я пока пойду, и можно, возьму пару бутонов с куста, хочу понять силу цветов?

— Конечно, вот вам ещё мёда, к чаю на вечер.

— Спасибо, дочка, — он для себя уже всё определил, а мне ещё предстоит принять непростое решение, ведь если он выступит против графа, то нам двоим не поздоровится, если только нет нового плана у Зохора. И вдруг я его недооцениваю.

Он пожал мою руку, и вышел, о чём-то поговорил с Ёлей, сорвал несколько бутонов с куста и ушёл к себе. Чувствую эмоциональный фон даже на расстоянии, словно старая рана у него на сердце снова кровоточит и болит.

И кажется, что ответ у меня уже есть. Я без него не выживу, а вот он со мной в большой опасности.

Какой день, такой и вечер, ну а чего я хотела. Попала в чужую жизнь, ничего не помню и не понимаю, конечно, сюрпризы мне обеспечены. Уж если машину с рук купить, и то, сколько всего за первые месяцы вылезет. А тут жизнь вслепую получила.

Вздыхаю обречённо, и даже радость ощутила, что старик решил впрячься в мои проблемы, недаром, но если он действительно людям помогает, так мой мёд хоть на пользу пойдёт, а не этому трутню — графу, чтоб ему пусто было…

Домиан де Бриль направил коня через поле, нет желания попадаться на глаза графу снова. Свою злость он дважды выместил на несчастном животном, у того бока от шпор в крови, но наезднику плевать.

— Тупая скотина, шевели копытами…

Прорычал наездник ещё раз, пересекая реку, и у коня закончилось терпение, в самом быстром месте потока взбрыкнул. Любой другой ездок свалился бы в воду, но не Дом.

— Я опытный наездник, не думай, что сможешь перехитрить и сбросить в воду того, кто о тебе заботится!

На словах: «о тебе заботится», появилась неприятная мысль. Он отъехал от пасеки, и всё, что произошло только что, вдруг предстало в сознании как пасьянс. Осталось только карты собрать в нужной последовательности.

— Дьявол! Эта баба Эйлин меня обставила, и граф меня обставил. Выжил из имения, ведь это его план! Сначала мешал моим подданным работать, ведь постоянно что-то происходило все пять лет после смерти отца. И хлев с гуртом скота сгорел перед платежом, это всё его подлых рук дело. И теперь он получит Эйлин с пасекой, просто захватит, то, что могло обеспечивать мою богатую жизнь, а я снова пустое место?

Проговорил вслух под весёлое журчание речушки, даже она издевается над неудачником Домианом. Конь теперь идёт шагом по берегу, изредка успевая схватить листья с кустов. Де Бриль на ходу спрыгнул и привязал животное к коряге. А сам несколько раз умылся в ледяной воде. Всё ещё размышляя, как лучше поступить.

— С пасекой, даже наняв для Эйлин пару помощников, построив ещё один сарай для работы, мы откупимся от кровопийцы графа меньше чем за год. И самим останется на жизнь, это не считая клада, он точно где-то зарыт на пасеке. Все знают, что прошлый хозяин ничего не тратил, копил на что-то, да так и помер. Что же делать? Просить защиты у королевского наследника? Ведь графа при дворе недолюбливают, если не ненавидят. А вдруг повезёт! Не забыть заехать к отцу Эйлин и оформить наш брак официально!

Не успев додумать, снова сел в седло и пришпорил коня, теперь появилась вполне реальная цель. От реки дорога идёт по полю, потом развилка. Правая в угодья графа. Левая длиннее через деревни в столицу. Но это для карет, а верхом можно сократить и промчаться меньше чем за полтора часа.

Де Бриль снова пришпорил коня и заметил, что карета графа не свернула к себе.

— Вот гад! Он мчится в столицу. Хочет заявить о своих претензиях на пасеку и Эйлин, — прорычал Дом.

Неприятная догадка подтвердилась, из кареты выглянул граф, заметил соперника, что-то крикнул кучеру. И гонка началась.

— Хэй! Хэй! Гони, полудохлик, сколько можно тащиться, — как лев прорычал Домиан

И конь помчал по знакомой тропе, словно крылья выросли.

Не разбирая дороги мчит и карета, иногда из-за холмов и кустов, Домиан видит их. Не уступают по скорости!

— Колесо б у вас сломалось! Что б вам! Гад, жену мою забрать собрался, не получишь, Эйлин теперь моя! — оглянувшись в очередной раз Дом крикнул сопернику, не особо надеясь, что его услышат.

Однако в этот же момент раздался громкий хлопок, ещё один непонятный звук, ржание коней и дикий ор кучера.

Де Бриль свернул с тропы, поднялся на взгорок и рассмеялся. Как по заявке, карета встала. Дышло и колесо сломаны. Не заметили камня, какой все объезжают осторожно, чтобы не зацепить!

— Так тебе! Эйлин моя! — крикнул довольный Дом и помчался в столицу. Жаль не успеть сменить камзол на парадный мундир. Но может так даже лучше, упасть в ноги, притвориться несчастным, любящим мужем, у которого отнимают единственную красавицу жену и ребёнка.

Через минут двадцать вдали появились первые столичные усадьбы, не въезжая в город, всадник промчался вдоль реки, через торговый мост и замер в нерешительности у огромных ворот королевского замка.

Есть о чём подумать!

Граф застрял на дороге, пара часов форы сломанная карета обеспечила.

Но есть одна существенная проблема. Нет подписи отца Эйлин на брачных бумагах. Без этих бумаг идти на поклон к королевичу — огромная глупость.

Не успел привратник крикнуть, по какому делу приехал всадник, как де Бриль ловко развернул коня и помчался в дом родителей жены.

Сейчас начнутся упрёки. Если только не сказать почти правду, что граф захватил земли де Брилей, а теперь ещё и жену.

Быстро придумав красивую версию «правды» Домиан постучал в отчий дом Эйлин.

Открыли быстро, слуга проводил в кабинет Эймуса де Тори, всё молча, лишь низко кланяясь.

— Домиан де Бриль! Собственной персоной!

— Да, ваше благородие. У меня важное дело!

— И какое? Решил снова продать мою дочь? — пожилой дворянин, обедневший, но всё ещё преисполненный гордостью за свой род, решил огрызнуться. Но тут же от взгляда зятя замолчал, поджав губы.

— Она меченная, северянка. У меня уже проблемы. И стычка с графом. Долго объяснять. Но ваша дочь умудрилась занять лакомый кусок дикой земли, пасеку! Если королевич нас пощадит, и защитит, то мы все сможем вылезти из долговой ямы. Те земли подчиняются законам магии и выбирают себе хозяина сами. Кажется, они выбрали Эйлин.

Де Бриль говорит очень тихо, но настойчиво.

— А я знаю. Приезжал колдун, выпытал у меня всё. Но так ли эти земли хороши?

— У нас нет иного выбора. Подпишите бумаги! — Домиан вытащил из-за пазухи бумаги, развернул и положил перед отцом Эйлин.

— Я поклялся колдуну, что не сделаю этого и оставлю ей свободу. Он назвал Эйлин чужестранкой. Ведь до неё никому не было дела! Что теперь-то произошло? — старик просмотрел знакомые документы. Поставив свою подпись, он признаёт брак дочери, и если хоть кто-то обвинит её в шпионаже, колдовстве, да мало ли в чём ещё, то отвечать придётся не только мужу, но и отцу.

— Глупости. Колдун тут совершенно посторонний. У нас дело, предлагаю вам десять процентов прибыли, это очень много.

— Как отец Эйлин, я могу претендовать на всё! — быстро смекнул и начал торговаться, почему-то Домиан не удивился.

— Да, только я пойду защищать права вашей приёмной дочери перед королевичем. А вы сможете? Не думаю. Граф заберёт всё. Решайтесь. Десять процентов!

Отец молча подписал бумаги и протянул зятю. С этого момента Эйлин официально замужняя женщина.

— Скоро я приглашу вас на обряд освещения моей дочери. Не знаю, как её зовут, но это и неважно. Я сам назову её в честь своей матери Клариссой. Прощайте и молитесь, чтобы королевич нас защитил.

Домиан выхватил драгоценные бумаги и, поспешил в королевский замок. Пора заявить о своих правах при дворе.

Домиан надёжно спрятал бумаги, но подумать о своём решении не успел. Поспешно уселся в седло и распугивая встречных пешеходов, дразня бездомных псов, помчался обратно в королевский замок.

Только перед внушительными защитными стенами, окружёнными глубоким рвом, притормозил. Стоит ли ввязываться? Не получится ли, что ситуация с женой зайдёт в тупик и всё станет только хуже…

— Кто такой? Что заставило тебя приехать в замок? — дежурный вопрос гвардейцев привёл взволнованного Домиана в чувства. Он привязал коня к коновязи, отряхнулся, платком протёр дорогие сапоги для верховой езды и назвался.

— Срочное прошение к Его Высочеству королевичу Рагору, дело личное, очень срочное.

— Кто-то умирает? — хмыкнул молодой гвардеец.

— Граф хочет отнять мою красавицу жену…

— Так бы и сказал. Сейчас с докладом отправлю к осведомителю, — мужчины начали резво крутить колесо, опуская мост надо рвом, следующая пара охранников уже поднимает тяжёлые врата с острыми шипами наружу.

— Благодарю, братцы, — Дом бросил монеты, и они мигом пропали в глубоких карманах привратников.

Самый молодой побежал впереди, Дом еле успевал за ним по огромному двору королевского замка.

— Тс-с, не стучи набойками по мостовой, королевич этого не любит! Сейчас доложу, имя повтори.

Домиан назвал своё имя, слишком скромное и без титулов, такого посетителя сам королевский наследник не примет.

— Кланяйся, глупый! Быстрее, повезло тебе! Да не стой, как идиот! — молодой провожатый, когда понял, что перед ним простой дворянин, перестал церемониться. Только хотел его оставить в тени беседки, как заметил процессию. Королевич с фавориткой лично идут в сад на прогулку.

Дом и сам увидел процессию, не веря в своё счастье, подбежал ближе, но не так чтобы отвратить от себя прекрасный королевский лик из-за неприятного запаха после дикой гонки на взмыленном коне. Запашок не из приятных.

— Кто ты? Как посмел отвлекать меня от важных дел? — наследник говорит с раздражением, но его дама посмотрела на красавчика с интересом.

— О, Ваше Высочество, я лишь простой дворянин, последняя спица в колесе вашей кареты, последний гвоздь в подкове вашего коня, но умоляю о защите.

Красивое, породистое лицо Рагора окрасилось румянцем. Необычный заход, такой лести и самоунижения ещё не приходилось встречать. Дом смог заинтересовать.

— Назовись.

— Домиан де Бриль, бывший наместник на землях графа Эдварда де Горна. Он разорил меня, изгнал и теперь позарился на последнюю мою драгоценность.

— И какая у тебя драгоценность?

— Красавица жена, северянка, но она…

— Северянка? — в голосе королевича новые интонации, любопытство и раздражение. Ненависть к северным народам слишком сильна.

— Она сирота, воспитана с младенчества в столице, благочестивая девица, родила мне дочь. И теперь стала предметом шантажа. Граф не позволяет нам заработать на вольных медах, грозит жену забрать в наложницы, а пасеку спалить.

После этих слов будущий король поднял брови, посмотрел на свою фаворитку, пытаясь понять, сюжет, что рассказал де Бриль.

— Пасеку? Ты сказал, что у вас пасека? Вы примчались просить защиты из-за какой-то пасеки? И это накануне коронации? Ты хоть представляешь, сколько забот у нас с Луизой в эти дни.

Рагор раздражённо взмахнул пальцами, приказывая убрать с глаз просителя, и уже сделал первый шаг, как Дом решился пойти ва-банк:

— Мёд волшебный. Моя жена обладает магией, она единственная, кто может забирать мёд у диких пчёл, прошлого пасечника таки зажалили до смерти, Эйлин бесценна… Умоляю, я люблю её больше жизни. Не позвольте нас разлучить.

Дом сам не ожидал, но в этот момент грохнулся на колени перед Его Высочеством и застонал, заламывая руки от горя.

— Оставьте нас! Все вон! — голос Рагора неожиданно изменился до неузнаваемости, это больше похоже на рык зверя.

В такие моменты все предпочитают не задерживаться. Знать бы Домиану, кто с ним сейчас собирается говорить лично…

Королевич Рагор

Де Бриль впервые поднял взгляд и посмотрел на королевича, нехорошее предчувствие закралось, однако кроме голоса, кажется, других пугающих признаков магии нет: светлая кожа, тёмные кудри, правильные черты, слишком красивый для молодого мужчины, слишком чувственный, и зелёные глаза, слишком яркие для обычного человека. Всё в молодом королевиче слишком, и от этого возникает неприятное ощущение собственной неполноценности, даже у такого красавчика, как Дом.

Будущий король слегка улыбнулся, как дикий зверь от предвкушения вкусного «ужина». Несчастному Домиану показалось, что сейчас под маской прекрасного юноши скрывается кто-то опасный, невероятно злой и сильный.

Нет, не сильный, а могучий.

— Так, что ты хотел рассказать мне про свою жену, подойди ближе, не бойся, твой запах не раздражает меня, ещё ближе.

Шёпот проникает в сознание, иглами впивается в память и лишает воли. Как кукла балаганщика Дом послушно подошёл и замер.

Рагор поднял руку, снял перчатку и прикоснулся ко лбу своей жертвы, заставляя стонать.

— Ты лжец, Домиан! Это нехорошо! Не смей врать!

— Да, сир! Никогда! — прохрипел, едва сдерживая животную панику, разум отключился, а инстинкты вопят: «Спасайся!»

— Ты её не любишь, просто купил, желая использовать как заложницу! Да, граф поступил некрасиво, но он имеет право делать со своим имением всё, что заблагорассудится. Понимаешь ли ты меня?

— Да, сир!

— Покажи мне эту женщину? От кого у неё ребёнок? Это твой? Почему я ничего не вижу. Какая метка на её шее? Очень интересно. Но я ничего не вижу, только читаю твои мысли, она под защитой магии?

— Сир, когда мы спорили на пасеке с графом, неожиданно появился какой-то рыцарь, похож на древнего из легенд, — простонал Дом, не хотел рассказывать про странного мужика, но под воздействием королевича ничего невозможно скрыть. Лучше не гневить повелителя.

— И что он вам сказал? Почему он не убил вас?

— Наверное, не успел. Эйлин защищают пчёлы, они роем накинулись на нас, едва успели сбежать. Но эта женщина моя жена, я хочу её вернуть.

— Домиан, что сказал этот незнакомец? Не отвлекайся! — шёпот королевича перешёл в сип…

— Сказал, что моя жена его истинная, не знаю, что это означает, в нашей стране нет такого. Но пчёлы!

Рагор закрыл глаза и медленно выдохнул. Несколько секунд тишины, показались вечностью. Дом переступил с ноги на ногу, мечтая сбежать, уже раскаялся, что вообще затеял эту нелепую авантюру. Сознание оттаяло от леденящей хватки юного мага.

Рагор открыл глаза, и они теперь обычного зеленоватого оттенка, голос тоже изменился:

— Ты теперь мой раб. Я люблю таких подлых людей. Завтра лично прокачусь на эту пасеку и взгляну на женщину, хочу понять, так ли она красива, какой я её увидел лишь на миг, когда она смотрелась в зеркало. А второе, действительно ли у неё столько магических сил. И моя ли у неё метка на шее?

— Но там пчёлы, одно дело, если ужалят меня, но вы! Я за вас боюсь! Меня по закону она не смеет затравить, её отец подписал бумаги, — простонал де Бриль, прекрасно понимая, что за укус королевича и ему могут голову снести.

Но Рагор лишь ухмыльнулся:

— Пчёлы не любят дым, мы возьмём с собой много дыма. А пока посиди в темнице, не хочу, чтобы мои люди потом искали тебя. Это лишнее.

Не успел Дом прошептать, что готов служить верой и правдой, как подбежали гвардейцы и потащили несчастного де Бриля куда-то в подвалы замка, он лишь успел крикнуть вслед королевичу:

— Граф приказал спалить пасеку! Он вернётся и ночью её убьёт.

— За этим проследим, не беспокойся.

Долго пленника вели по страшным подвалам, резко втолкнули в клетушку, где и дышать-то нечем, и за де Брилем захлопнулась тяжёлая дверь, лязгнули засовы, и всё стихло.

— Какой же я идиот. На кой мне эта гадина Эйлин, прогнал меня граф, и надо было бежать дальше на юг. Пил бы вино, целовал бы доступных женщин.

Осталась надежда, что это не наказание, а приют на ночь, можно и получше покои выбрать, но у королевича своеобразный характер, об этом давно ходят сплетни.

Через несколько минут дверь открылась, и молодой служка занёс вполне приличный ужин.

— Вам, господин, прислали. Через некоторое время приду забрать, поспешите.

Де Бриль времени терять не стал, съел похлёбку, жареную птицу с лепёшкой и выпил тёплое пиво. Вполне сносно для тюрьмы. Только подумал, успел вытереть руки салфеткой и ещё прополоскать рот остатками пива, как дверь снова лязгнула засовом.

— Как ужин? Правда, вкусно? Это я распорядилась накормить тебя.

В первую секунду, Дом подумал, что ему и девку прислали для утех. Но стоило повернуться и посмотреть на гостью, чтобы понять, что ситуацией он больше не владеет.

Сама любовница королевича, в том же платье, в каком гуляла в саду, но поверх накинута тёмная накидка. Девушка сказочно красива, голос как журчащий ручей, чёрные глаза и такой манящий ротик… Даже в полумраке камеры её чары действуют нестерпимо.

— Госпожа обладает дурманящей магией? Я попал под ваши чары, — простонал пленник и улыбнулся, не в силах терпеть возбуждение.

— Самую малость. Расскажи мне о своей жене. Почему она так заинтересовала моего возлюбленного? Она опасна?

— О! Она деревенщина, вроде обладает магией, но как колдовка, знаете этих пошлых деревенских баб. С вами её даже сравнивать стыдно. Вы совершенство! — последние слова он простонал, прикрыв глаза, если и в постели от магии такой эффект, то он готов на всё, даже ползти за этой женщиной на эшафот…

Луиза улыбнулась.

— Угроза графа сжечь твою жену и пасеку серьёзная или блеф? Если кто-то сможет это сделать так, чтобы завтра мой жених приехал на пепелище, назови имя смельчака, и я озолочу тебя, а обвиним во всём графа.

— А королевич срубит мою несчастную голову. Простите что угодно, но между Его Высочеством и любой его прихотью я вставать не посмею, госпожа, не волнуйтесь. Вы похожи на богиню, а Эйлин красивая, но неотёсанная, грубовата и своенравна, тем более только что родила. Она и праха на ваших туфельках недостойна. Господин вашего сердца взглянет на неё и полюбит вас ещё больше.

— Как красиво ты умеешь выражаться.

— Мы разорившиеся баронеты, моего деда лишили угодий и титула из-за навета ведьмы, глупое предсказание тому виной. Но породу невозможно уничтожить. И я весь ваш, хоть и раб вашего жениха.

Луиза внимательно посмотрела на Домиана, улыбнулась и её ресницы мило вздрогнули. Такой лести от Рагора никогда не дождёшься.

— Что же с тобой делать. Ты слишком красив, слишком. И мужчина, мне нравится твоя мужская сила. Я бы вывела тебя в приличные покои, но он начнёт ревновать. Ты кажешься надёжным, но на людях не смотри на меня и даже не думай.

— Я и есть надёжный. Ради вас я эту ночь проведу тут, а утром провожу Его Высочество на пасеку, докажу свою верность. А если у вашего жениха появиться хоть малейший интерес к моей жене, я сам убью её, клянусь вам. Госпожа моего сердца.

— Клянёшься? Принимаю. Если мой жених, проявит хоть малейший интерес, уничтожь эту бабу.

— Если появится любовный интерес, но госпожа, мне показалось, она волнует его не как женщина, а как пасечница. Скорее всего, он просто прикажет забирать весь её мёд, и это верное решение. Вам нет причин волноваться.

— Причина есть!

Она игриво улыбнулась.

А Дом не понял, к чему красавица клонит разговор.

— Простите, я весь день в седле, и с трудом сейчас понимаю тонкие, изысканные намёки…

— Ты! Ты теперь причина моего волнения.

Не успел он вспыхнуть от ужаса и восторга одновременно, как Луиза резко развернулась, и прошелестев шёлковыми юбками, вышла через маленькую дверь.

А несчастный пленник сел на деревянный настил, и просидел ошарашенный какое-то время. Постепенно осознавая, что немного перестарался с лестью, ведь стоит королевичу пройти коронацию и его силы удвоятся, он всё узнает…

И тогда!

О последствиях даже страшно предположить.

На пасеке всё стихло. Пчёлы деловито жужжат у нового цветущего куста, словно ничего и не произошло сегодня.

А у нас обычные деревенские заботы. Перемыть четыре склянки, вскипятить воду, ужин поставить в печь.

Мёд по чистым баночкам разлить.

Проверить, как там в новом улье дела обстоят, появилось у меня ощущение, что у цветущего куста, как раз мои пчёлы и кружатся. Это было бы чудесно.

Люблю, когда мёд одного сорта. Разнотравье тоже вкусное, но вау-эффекта коммерческого не получается.

А когда мёд с определённым цветом, вкусом и консистенцией, и свойства предсказуемые, это уже совсем другой уровень профессионализма.

Но это в моём мире, а здесь вообще непонятно, какие свойства у цветов, одна надежда, что Зохор всё узнает и расскажет.

Быстро разливаю готовый мёд, закрываю кусочками ткани, пропитанными воском, запечатываю, так сказать, других вариантов нет.

А вот идея появилась, в одну из баночек кроме сот, ещё и цветочек с куста сорвала и положила, очень красиво получилось.

Показалось, что мёд заискрился, может, и правда, волшебные свойства у этих цветов.

Но размышлять некогда, пора дочкой заниматься, малышка сегодня весь день на Ёле, я уж и соскучилась. Сидим теперь на ступенях, любуемся волшебным кустом, слушаем пение птиц и неожиданно появилось новое ощущение.

— Ёля, а тебе не кажется, что мы словно под куполом. Граф и лже-муж приехали сегодня до появления куста, и нашли дорогу на пасеку. А вдруг нам этот герцог Кай не просто цветы подарил, а магическую защиту от чужих. Вдруг мы стали частью герцогства, и на такие земли уже обычный человек не пройдёт. А как нам теперь без Магды?

Девочка сначала пожала плечами, слегка испугано, а потом показала рукой в сторону дома колдуна.

— Ух! Точно, он же пришёл! Значит, кому надо, тот дорогу находит. Если что попрошу его заехать к Магде и предупредить её. Может, и сами её навестим вместе с колдуном. Я, наверное, соглашусь, назваться его дочерью. Так он хотя бы за вас сможет отвечать и заботу проявлять, мало ли что со мной случится. А то что-то боязно мне. Ты, если что, сразу к нему теперь беги.

Ёля улыбнулась и усердно кивнула, а потом не выдержала и крепко меня обняла. Глупая я, напугала ребёнка. Целую её в лоб, поправляю локоны и шепчу:

— Ну пойдём, проверим пчёл! Ах, так, вот у меня какое дело-то! Ты ягоды местные знаешь? Хочу ягодки в мёд добавить. А потом ещё сделаем взбитый крем-мёд, ох и вкуснятина, чугунок отмыть, в холодную воду поставить и взбивать, жаль сепаратора нет. А то бы я тут производство развернула.

Ёля очень учтиво ждёт, когда я завершу свою речь, и уже подпрыгивает от нетерпения. Стоило мне замолкнуть, как девочка взяла меня за руку и потянула куда-то за дом. Так с дремлющей Сонечкой на руках и иду.

Перешли ручей, проверили улей, ух и гудят там пчёлы. Завтра, если Зохор придёт, попрошу его второй улей выставить, он больше и тяжелее, я его не вытяну одна из сарая.

Пытаюсь ещё что-то проверить, но Ёля тянет меня дальше за землянку-хранилище «холодильник».

За очередной грядой кустов довольная девочка тыкнула пальцем в траву и тут же присела, как все обычные детки, когда находят поляну с земляникой.

Сажусь и не могу сдержать возглас удивления.

Если смотреть сверху, то широкие листья создают равномерный покров, кажется, что это поляна с обычной растительностью, ничего примечательного.

Но стоит присесть, и приподнять листики!

— Ничего себе, это ж как наша малина, только плотная, и цвет у неё насыщенно-жёлтый. Она спелая? Есть можно?

Вместо ответа Ёля набрала несколько ягод, и сама всю пригоршню отдала мне, улыбается и кивает одобрительно.

— Это просто восторг. Детка, беги в дом, принеси кружку, немного наберём, добавлю в мёд, посмотрим, как они сочетаться по вкусу будут.

Да что тут смотреть, они словно созданы друг для друга. Лесные терпко-сладкие ягоды и ароматный мёд, феерический вкусовой эффект.

— Вот я сделаю шедевр! Держите меня семеро, от этого мёда никто не сможет отказаться! Ещё бы орехи найти, дел предстоит много!

Шепчу Соне, а она улыбается. Так уж получилось, я же её не хотела брать на «работы», а сама уже с ней ягоду собираю.

Ёля прибежала с кружками, решила не мелочиться. Мы довольно быстро набрали обе кружки и вернулись домой.

— Ягоды надо немного подсушить, лучше бы ферментировать, но у меня нет аппарата для сушки, смотри, как сделаю. Научу тебя премудростям.

Положила Сонюшку в колыбель, и перебрала ягоды, они плотные и должны хорошо просохнуть от лесной влаги. Откинула на кусок чистой ткани, распределила и оставила на столе.

— Завтра, как печь разожгу, оставлю сушиться в тёплой «духовке». Просохнет, вот тогда и в мёд. А сейчас с лепёшкой и чаем свежую ягодку с мёдом перемешаем и попробуем.

Быстро готовлю лакомство. Собираем на стол вечернее чаепитие, садимся и только пробовать наш новый рецепт, как слышим знакомый голос с порога:

— Хозяюшки, можно?

— Вы быстро вернулись! Что-то случилось? — спрашиваю гостя, который тут уже как свой.

Зохор запыхался, поспешно вошёл в кухню и присел на лавочку у стола, вид встревоженный. Но заметил наши ягоды и улыбнулся. Ёля улыбнулась ему в ответ, и подвинула ближе лакомство, она считает себя соавтором нового рецепта и ждёт реакцию колдуна. Но он решил: «сначала дело, потом десерт».

И поделился своими тревогами:

— Да! Случилось! Этот куст, действительно магический, ох и дела! Если пчёлы хоть бы мизер взяли нектар с цветов, и то было бы невероятно. Такой мёд от всех болезней!

— Вот наш дед так всегда и говорил, причём на любой мёд! Что это магия! — говорю и прикусываю язык. Свой длинный болтливый язык. У Эйлин точно не было никакого деда и пасеки не было!

— Эйлин, я чего-то не знаю? — Зохор не отстанет.

— М! Ну!

— Эйлин, я и так догадываюсь! У тебя последний шанс признаться! — процедил колдун и я поняла, что он прямо сейчас усилил свои способности, или как это у него называется. Пытается влезть в мои воспоминания. Пара секунд и понял, как смотреть моё прошлое.

Хватает меня за руку и тянет на улицу, пока Ёля ничего не понимая запивает чаем ягодно-медовый десерт с лепёшкой.

Стоило нам немного отойти от дома, колдун схватил меня за плечи, наклонился и смотрит пристально в глаза. Понимаю, что пока рано говорить, он хочет себя проверить. Жду, что он скажет.

— Я сейчас смотрю твоими глазами на прошлое. Вижу то, что ты видела каждый день. Ты пасечница. Это твоё дело и ты опытная, сильная. Но вокруг тебя всё диковинное. Вещи сами движутся, всё само работает. В каком магическом мире ты была? Это у герцога так?

В его глазах испуг, он словно призрака увидел, или хуже?

Я для него тоже опасная ведьма?

Ох чую, миг и наше хлипкое доверие разрушится, а мне без него не выжить.

Закрываю глаза, вдох-выдох. Пытаюсь сдержать эмоции, чтобы он не подумал, что я что-то скрываю и лгу.

Пришло время признаться, набираю воздух и на одном дыхании шёпотом выдаю как есть:

— Нет! Это не магия, это техника, наука, производство, механика и прочие умные изобретения. Я клянусь, что нет моей воли в том, что случилось. Сама в шоке от происходящего. Повитуха сказала, что Эйлин умерла в родах, она влюбилась в мужа, но он её предал, так поступил, как с собакой не поступают. Продал, а если ещё и первую брачную ночь продал кому-то, то я вообще в шоке. Он поганец, каких мало. Но я ничего не помню. Клянусь. И этот Кай знает, что я не она. Очень злой на меня из-за этого. Эйлин ценная для герцога, а я, получается, заняла её место, украла тело с меткой. Но это лишь версия, потому что я ничего не помню.

Колдун сморщился, отпустил меня. Вижу, как ему непросто сейчас. Отступил и смотрит на цветущий куст.

— Ничего не понимаю. Этого не должно быть! У неё была метка. Полюбила мужа, но он предал. Умерла, и ты очнулась в её теле, значит, где-то там ты тоже умерла? Или пропала? Ты свою жизнь там помнишь? — он решил идти с самого начала.

— Я даже боюсь об этом думать. Про Эйлин вообще ничего не знаю, а про свою настоящую жизнь в общих чертах, технику помню, мужа-козла и дедушку своего, про родителей даже думать боюсь, если я там умерла, боже, как они это переживут, для меня всё как в тумане, честное слово. Может быть, мне кто-то это внушил? Вспышки бессвязные. Я тут чужестранка для меня всё здесь непонятно. Всё, кроме пасеки. Это единственное, что я знаю во всех мирах. Надеюсь, ты понимаешь меня.

— Вот почему пчёлы тебя приняли. Ты умеешь с ними общаться? Владеешь медовой магией?

— Да, не владею я никакой магией. Может быть, Эйлин владела, но я не она. Так что это не магия, а знания и опыт! Вот и весь секрет, — шепчу, не желаю, чтобы эту тайну услышала Ёля.

— Но девочка, рождённая Эйлин, получается, сирота? Если кто-то узнает, её у тебя могут забрать. Тот, что твоим мужем называется, имеет больше прав на ребёнка, чем ты, и даже граф, он главный опекун над знатными детьми, Софи не крестьянская дочь.

Он договорить не успевает, я буквально подскочила к нему, схватила за сюртук и глядя в глаза, зашипела:

— Не смейте никому говорить про мою тайну! Слышите! Я её мать! Я! Раз Эйлин умерла, и, кстати, её же тоже неродные вырастили, вот и я Соню подниму, и она ни в чём нуждаться не будет. Моя грудь вскармливает её, мои руки её держат, и мой голос её успокаивает. Я — мать!

Он посмотрел на меня сначала сердито, я, может, и испугалась бы, не будь ценой вопроса материнство. Но Зохор тут же улыбнулся.

Взял мою руку, смотрит в глаза и шепчет:

— Тогда сделка! — и этот туда же.

— Да, назовусь я вашей дочерью, ради бога, думаете, мне нужны эти богатства? Я просто люблю это дело, но и вам придётся пахать. Пасека — дело тяжёлое. И я даже соглашусь прибыль делить пополам…

— Вот про это я и хотел сказать, да не знал как. С прибылью заминка может получиться.

— В каком смысле? Больше хотите? — меня этот разговор начинает злить, и пчелиный гул усиливается. Не стоит накалять обстановку.

— Нет! Мне много не надо, мёд этот мне для лечения людей нужен, неприятная новость в том, что этот магический куст — как вешка. Как столб пограничный. Герцог или кто он там, забрал тебя себе. И оспорить это мало кто сможет. Ты теперь под защитой герцога! И как тут твоим девочкам придётся, даже предположить не могу. Не каждый выдержит эту магию. Даже мне тяжело, одна ты тут хорошо себя чувствуешь, как дома.

— Он говорил про проклятье, — отступаю, меня, как холодом обдало, панический страх за дочь и Ёлю, что, если они чужие для этого места.

Зохор тоже понимает, как мне тяжело эту новость слушать, но продолжает:

— Теперь на пасеку к тебе могут прийти только те, кто с тобой близок. Меня с трудом пропустила магическая сила. Завтра могу и не пройти, так что для наших людей мёд останется недоступным, — прошептал колдун, а я охнула от неожиданности.

Ведь точно, этот незнакомец что-то крикнул про метку и что я его истинная. Ладо бы пришёл и позаботился, но он исчез.

— И как мне быть? Граф запретил на его землях торговать, ко мне никто не пройдёт? Даже Магда? Боже, вы пришли попрощаться? — сама не ожидала, что настолько испугаюсь этой внезапной неприятности.

Зохор вздохнул, неожиданно обнял меня за плечи и быстро чмокнул в макушку. Я начала рыдать от жалости к себе, к Соне, и вообще. Иногда женщине хочется и поплакать. Это я в прошлой жизни сильная была. А теперь нежная, и мне нужна забота, только вот её нет. И ничего нет. Если Магда не привезёт нам еду…

— Ну, ну! Дочка, не оставлю тебя! Придумаем что-то! Уже придумал, обряд есть…

— Делайте! — не успев дослушать соглашаюсь.

— Есть один обряд…

Зохор начал издалека. И таким тоном, что закралось смутное сомнение, не в жабу ли превращаться или в кого там надо обернуться, чтобы он меня и девочек смог вынести за «периметр».

— Не томите, понятно, что ситуация тупиковая, если я не смогу выйти, то долго на подножном корме не проживу одна. Без муки, яиц, молока мне девочек не прокормить. Герцог пропал, мне без вас не прожить…

— «Кровные узы» называется обряд. Я с тобой обменяюсь кровными узами, ты станешь моей кровной магической дочкой, такие связи граница не сможет разорвать.

— А девочки? — шепчу, неприятно это. Не понимаю, какие последствия могут получиться.

— А ведь точно! Твою Ёлю, кто-то от рода своего отрубил. Она очень страдает, может ей этот обряд и поможет быстрее, чем я думал…

Он бормочет себе под нос, и тут же хватает меня за руку и тянет обратно в дом.

Из огромных карманов сюртука достал пару флаконов, кружки, мёд, нож, свечу.

Основательно подготовился. И вдруг забраковал кружки!

— Ёля! Сбегай на ручей, как следует прополощи! Не задерживайся!

Стоило ему скомандовать, девочку, как ветром сдуло. Умчалась выполнять поручение колдуна с завидным проворством.

— Пока отослал её, объясню суть. Сделаю типичное зелье, вот пара капель этих настоек. Ложку твоего мёда для верности, и воды самой обычной из чайника. Сделаем небольшие надрезы и по капле крови добавим в кружку. Прочту заклинание, и мы сделаем глоток по очереди.

— И что нам это даст? — я к таким шарлатанским техникам отношусь с подозрением.

— Это магическая обманка. Все будут думать, что мы кровные родственники. Любой маг это увидит, любой закон подтвердит. Я беспрепятственно смогу к вам приходить, и пасека меня признает. А возможно, что и ты с Ёлей сможете выходить к нам.

— А Соня? — мне за малышку стало не по себе.

— Её в люди лучше не показывать, с пасеки не выносить. Пойми, если кто-то узнает, что ты не мать…

— Точно! — прикусываю губу. Смотрю на колыбельку, где спит дочь и понимаю, насколько Зохор прав.

— И кроме того, с младенцами до года магическими практиками лучше не заниматься. Это ломает судьбу, вот как Ёле и тебе сломало! Кто-то над вами обряды провёл в младенчестве, теперь расхлёбываете, бедняжки.

В этот момент прибежала Ёля, и надо сказать, что её глаза горят от любопытства. Нездоровый интерес к магии у ребёнка. Но кроме этого решения, иного я не вижу. Я бы Зохора из нашего дома не выпускала, потому что теперь боюсь остаться одна с девочками.

А он начал приготовления.

Воду налил из чайника, пошептал, мёда из плошки немного добавил и размешал деревянной ложечкой, со второго флакона капнул густое зелье.

Взмахнул рукой, словно что-то вспомнил! И выбежал во двор. А мы за ним. Жутко интересно, как он химичит колдовство своё.

Зохор продолжает нашёптывать, сорвал цветок с куста и добавил в кружку.

— А теперь самое неприятное! Кто первый!

Внезапно Ёля протянула ему руку! Я даже не поняла, она что, знает этот обряд? Понимает, что происходит?

У меня даже слов нет, чтобы хоть как-то прокомментировать происходящее. А для них это вполне естественный процесс.

Зохор зажёг свечу, подержал над пламенем нож, что-то прошептал и едва коснулся детской руки в самом безопасном месте. Ранка всего-то миллиметра три, но сразу проступила капля крови, похожая на бусинку. Кончиком ножа колдун подцепил её и отправил в кружку, потом с моей рукой произошло то же самое. Даже не ойкнула, хотя страшно. Магия вообще пугает.

И, наконец, сам себе слегка порезал руку, как и нам, отправил свою каплю в кружку и прошептал.

— По одному глотку! Ёля первая, Эйлин вторая, и я допью.

Мы послушно исполнили приказ, глотнули сладковатое зелье и замерли, ожидая чуда. Но его не произошло, всё осталось как прежде!

— Некоторое время останусь с вами, пока боюсь выйти от вас за границу владений, надо, чтобы зелье подействовало.

— Так может, у нас заночуете? Во второй комнате лавки широкие, сена настелить, и покрывало. Подушка есть.

— Я храплю! — рассмеялся колдун, но посмотрел на меня иначе, что-то изменилось.

— Мой дед храпел, меня такое не пугает!

— Бабка, с какой я ночевала в доме графа, тоже храпела…

Мы потеряли дар речи, потому что впервые услышали голосок Ёли!

Она заговорила!

— Сработала! Магия сработала! — шепчу и обнимаю свою девочку, она, кажется, сама ещё не поняла, что произошло. Стоит и смотрит на нас ошалело.

Снова открывает рот и произносит:

— Эйлин!

— Боже! Девочка моя! Надо же! Спасибо тебе Зохор, ой спасибо! Надо же! Так мы теперь семья?

— Уф! Кажется, и правда сработало. Не ожидал я такой быстрый эффект. Значит, и мои подозрения на счёт Ёли подтвердились.

— Какие, — продолжаю обнимать девочку, но на сердце неспокойно.

— Кто-то её отрезал от своего рода, такое делают очень знатные люди с бастардами, чтобы не было претензий на наследство, — прошептал колдун, а я теперь очень внимательно смотрю на старшую дочь, с этого момента она моя дочь, но кого она напоминает, кажется, я догадываюсь…

Мы решили не рисковать с этими кровными узами. Ладно бы просто обряд для жизни или наследство, но кровное родство должно сработать и при пересечении защитной границы.

Уж не стала пугать Ёлю и Зохора страшилками из наших фильмов, типа «Однажды в сказке» и не думала, что сама попаду в такую западню.

Постелили новому члену нашей семьи на «втором» этаже под крышей, оказалось, что там чудесное место для ночлега есть. Шум с крыши однажды разбудил меня, но цикады в лесу гораздо громче шумят. Так что никого колдун особо и не напугал своим храпом.

— Вот и ничего же не случилось! Тут спать одно удовольствие, а вы в первый вечер меня напугали. Не страшно же? — улыбаюсь Зохору и собираю завтрак на стол. Он уже умылся, оделся и собрался бежать, но от завтрака решил не показываться.

— Не хотел тебя пугать, прости, но тут нечисть бушевала, бедный пасечник несколько раз прибегал ко мне прятаться.

— В смысле нечисть?

— Да невидимый кто-то, сила какая-то то посуду скидывала с полок, то ножом пугала Джейла, он медовое дело знал, но земля его не принимала. Закон земли, слышала?

— Да, что-то граф говорил, да все говорят.

— Ну вот эти духи иногда очень злятся на пришлых людей, пугают, порой и убивают. У нас тут не принято про это вспоминать. Прошлый король решил отречься от магии, чтобы убрать эту путаницу с собственностью, — колдун уже взял ложку и поспешно ест вчерашнюю кашу, запивая горячим чаем. Ёля за ним, а мне пока не хочется, сыр с лепёшкой и чаем, но и они уже забыты, очень уж интересный разговор внезапно получается у нас.

— Так если я правильно поняла, то короли и графья хотят владеть землями постоянно, потому и решили все на бумажках записывать. А по закону магии земля себе выбирает собственника, и они начинают сотрудничать. Джейл пасеке не очень понравился, а я, вроде как, подошла, раз меня духи места не пугают. Так?

— Да, всё так, а говорила, что память потеряла. Джейл жадный был, очень деловой, и хватка у него хорошая, всё с умом делал, но жадный, немного злой. Было за ним преступление какое-то, но я не спрашивал, а он не признавался. Но у магии свои законы, наказание всё равно рано или поздно настигнет.

— Ой, как мне эти законы нравятся! А измена тоже преступление? Так, а вот мой кобель-муж, с ним как? Если я кого-то полюблю, то меня тоже накажут? — я тут вспомнила про свои возможные грехи.

— Да вы не женаты толком. Теперь я твой отец, кому тебя отдам в жёны, тому и будь верна. И никакие демоны тебя не тронут и не накажут.

После таких речей аппетит улучшился, ем свой завтрак и улыбаюсь. Зохор сделал вид, что не заметил моей радости, а радость-то великая, отделалась лёгким испугом от очередного «мужа» и даже этому магическому кордону рада. Не увижу красавчика и не надо. Не хочу батрачить на него, а ведь именно об этом де Бриль и мечтает.

После лёгкого завтрака Зохор забрал три баночки с мёдом из семи, сказав, что рисковать не хочется, забирая всё. А на три точно есть богатые покупательницы, за них денег дадут очень много. Монет по сто серебром за каждую.

После моего немого удивления хмыкнул и добавил:

— В деревеньке найму бричку, прокачусь в столицу, и на рынке тебе куплю провиант, да для девочек обновки. Ёля вон в обносках ходит. Нехорошо. Давай-ка мерку на ботинки ей, да тебе сделаю.

— Мерку? — я не сразу поняла о чём он. Но колдун уже взял прутик и жестом попросил девочку поднять ногу, приложил к ступне и обломил, чтобы остался нужный «размер» и мне точно так же.

— Ну вот. С платьем как-то разберусь. На следующей неделе может и Ёлю с собой в город возьму, ну я пойду, пока не поздно. А то скоро торговки в город уедут.

Не успела его поблагодарить за заботу, как он уже собрался.

Ёленька по привычке молчит, если что-то говорит, то сама и пугается, чувствую, что она пока не решается лишнего сказать.

Пока решила не смущать её. Мы собрались проводить колдуна до перекрёстка, так хоть поймём, насколько простираются наши владения. Оказалось, что недалеко.

Дом, небольшой луг, потом начинается холм, заросший дикими розами, очень напоминают наш шиповник, вот и всё. Дальше уже земли королевства.

Эту грань, как прозрачную стену очень хорошо чувствую.

Я прохожу сквозь неё легко. Причём, делаю шаг с Соней на руках, оглядываюсь и понимаю, что за моей спиной пейзаж сменился. Как в зеркале отражается то, что впереди. А пасека исчезла.

Делаю шаг назад за защитную границу и вижу из-за холма нашу трубу и лес дальше.

— Удивительно, это словно портал в другую реальность. Очень необычно.

Оказалось, что Зохор этой границы не видит. Он выбежал и потерялся. Оглянулся и не видит ни меня, ни пасеку.

Он может проходить, только держа меня за руку. Вот так сюрприз.

— Значит, только ты можешь проводить сквозь стену. Но это всё меняет. Вот этот холм, и вот камень у дороги, перед заходом солнца выйди из своего убежища, и встреть меня. Я по дороге назад и к Магде зайду, предупрежу. Теперь просто надо договариваться.

— Ага, система пропусков. Это даже к лучшему. Ну мы пойдём, Соне надо пелёнку менять, а мне за мёдом сбегать. До вечера.

Мы успокоились, раз я проводник, то это даже к лучшему. Никого лишнего мне тут и не надо. Только хотела сделать шаг под защитный купол, как почувствовала, что за следующим холмом что-то ужасное. Злой человек или демон, может, это меня местные духи не хотят видеть.

Не успеваю что-то сказать по этому поводу, как колдун вздрогнул и рыкнул на нас с Ёлей.

— Прячьтесь, это королевич со свитой. Он одержимый. Ужасный человек. Это кто-то из твоих врагов его привёл сюда.

— А ты как?

— А я запутаю следы, — он прошептал и буквально втолкнул нас под невидимую защиту, а сам побежал совсем в другую сторону, обошёл кусты, перепрыгнул через ручей и теперь кажется, что он идёт не от нас, а от своей избы. Мне и любопытно, и страшно до дрожи в коленках.

Только Ёля понимает, что в любой непонятной ситуации, лучшее решение — убежать и спрятаться, не раздумываю бегу в дом, кажется, в лес я сегодня не попаду. Не могу оставить девочек одних, когда рядом что-то ужасное кружит, как акула, очень надеюсь, что эта защита сработает и чужаки не пройдут…

Королевский дворец, до восхода солнца.

Ранним утром в камеру к Домиану вошёл надсмотрщик, что-то очень быстро проговорил, и уже жестами требовательно заставил следовать за собой наверх.

— Ох уж этот акцент, ничего не понятно, — пробубнил себе под нос Дом, ему даже в туалет не позволили сходить. Чуть ни силой с топчана стащил грубиян.

На завтрак узник и не надеялся.

Как вдруг перед ним распахнулись богатые двери, два лакея, едва морща носы, принялись раздевать напуганного де Бриля. Он лишь успел положить на видное место документы о женитьбе и кошелёк, надеясь на честность слуг.

Закралось нехорошее предчувствие. Уж не Луиза ли задумала какую-то авантюру.

— Господин, вот за этой дверью будуар полностью в вашем распоряжении. Полчаса чтобы вымыться, потом придёт офицерский цирюльник и приведёт ваше лицо и волосы в надлежащий вид. А мы подберём для вас подходящий мундир и весь комплект одежды. Поспешите!

Внезапный приятный момент, коим не стоит пренебрегать. Всё предельно понятно, королевич не собирается терпеть рядом с собой вонючего мужлана.

Де Бриль хмыкнул, стянул кальсоны и нырнул в горячую ванну.

— Жаль, что полчаса, я бы и уснул тут, — прошептал и прикрыл от удовольствия глаза. В этот момент кто-то плеснул на лицо водой.

Дом вздрогнул, открыл глаза и улыбнулся, не прикрываясь продолжил лежать в прозрачной воде.

— Я решила проведать тебя, мой друг! Как тебе эти покои, они самые простые, но не пристало королевскому младшему адъютанту с жалованием в двадцать серебряных монет, ночевать в грязи подвалов.

— Их все заберёт граф! — хмыкнул Дом и его довольно крупный «жезл» напрягся, от одного ощущения, что Луиза с жадностью рассматривает все, что пытается скрыть вода.

— Об этом не беспокойся, граф не посмеет. Ведь все хотят жить.

— О, госпожа. В этом и проблема. Я тоже хочу жить, но…

Он хотел было сказать, что она слишком откровенная с ним, но замолчал.

— Ты моя игрушка, королевич подарил тебя мне. Нет, спать со мной ты не смеешь, но развлекать…

— Слушаюсь! — в этот момент Дом эффектно встал в просторной медной ванне, ничуть не стесняясь своего непристойно озабоченного вида.

— Молодец. Совет: воспользуйся этим ароматным мылом. Выезд через полтора часа. Я лишь пришла напомнить, что если королевич увлечётся твоей женой по-настоящему, то я собственноручно отрежу вот эту твою возбуждённую гордость.

Луиза улыбнулась, слегка вздрогнули ресницы, отчего взгляд показался еще более хищным и неспеша вышла через тайную дверь, прикрытую занавеской.

— Так это не шутки и не игры, и даже не влюблённость, это скорее запугивание?

Не теряя драгоценных минут, намылил тело и быстро смыл с себя нежную, ароматную пену. В планах он давно решил избавиться от Эйлин, но сейчас это решение неожиданно подкрепилось внушительной суммой. Двадцать монет серебром в неделю и полное обеспечение. Это ли не мечта. А еще и должность о какой можно только бредить в приятном сне.

— Прости Эйлин, но тебе придётся уступить, если этого потребует…

А кто этого может потребовать? Идти против монстра, уступая красивой пустышке Луизе?

— Нет уж дудки, дорогая. Если королевич захочет мою жену, я сам её раздену и положу в его кровать.

Прошептал, вытираясь полотенцем и тут же появился цирюльник, не королевский, но тоже сойдёт. Через час, идеально выбритый и постриженный, Дом позавтракал, лакеи помогли одеться. И в комнату вошёл другой господин, более степенный и важный. Осмотрел результат утренних процедур нового адъютанта и остался вполне довольным.

— Пройдёмте, вашего коня тоже привели в порядок, Его Высочество выйдет через парадное, вы ждёте его, и только потом садитесь в седло. Ехать нужно поодаль и только если он вас поманит рукой или словом, тогда приближайтесь.

— Благодарю, я вас понял.

— Надеюсь! — простонал пожилой старший адъютант, слегка закатив глаза, так он выразил предстоящее разочарование, ну ведь и так понятно, что этот неотёсанный красавчик бестолковый и все испортит.

Домиана проводили на выход, а потом все прошло по регламенту. Эскорт оказался довольно внушительный, королевич решил совместить полезное с приятным и пострелять по дороге. Охотники отдельным отрядом следуют за своим господином, не мешая путешествию в «дикую природу».

— Все верховые, так что не стоит придерживаться дороги, поедем напрямик по полям. Там и зайцев постреляем, а если повезёт, то и кабана, — задумчиво распорядился королевич и Дому пришлось встать рядом с важным гвардейцем в пару и показывать дорогу. Кони довольно резво домчали до развилки.

Вот и мостик, ручей.

Холмы, покрытые цветочными коврами.

Дорога, по которой вчера ехал граф. Тропа на пасеку. Но все изменилось.

Отряд трижды проезжал по тропинке, потом по дороге, несколько раз Домиан сам проезжал вокруг приметного холма, заросшего кустами диких роз. И вот должен бы выйти на пасеку, но каждый раз, с другой стороны, выезжал к королевскому отряду. Его конь ходит по кругу. И этого никак не изменить

И без объяснений понятно, что это магия.

Королевич решил сам попробовать найти верную дорогу, но для этого ему пришлось выпустить свое второе ужасное «Я».

Королевич Рагор едва заметно показал де Брилю на место рядом с собой. Другие конники расступились, пропуская нового адъютанта. Домиан осторожно подъехал, поклонился, быстро посмотрел на своего хозяина и неприятно удивился: снова ледяной взгляд ярких зелёных глаз, и кажется, что лицо королевича постарело, сохраняя прежние красивые черты, изменилось, словно он умер и восстал.

Де Бриля неприятно передёрнуло, и конь нервно переступил, готовый бежать и спасаться. Но нельзя.

Тот, кто прячется за ликом королевича, теперь контролирует всех.

— Де Бриль, чего я не знаю о твоей жене? Как так получилось, что за одну ночь эти земли перешли во владение к моему злейшему врагу?

Дом попытался что-то ответить, но ком в горле задавил слова на вылете. Что сказать, чтобы не лишиться головы?

За пару секунд муж нашёлся в каком свете представить жену, чтобы самому не пострадать:

— Она глупая! Совершенно необразованная, читать и писать умеет, и всё. Влюбилась в меня, липла как колючка к конскому хвосту. Родила ребёнка и потеряла память, эти слухи уже разнесла повитуха, все знают про Эйлин, любого спросите. Я как узнал, что граф её выгнал, сразу поспешил на пасеку, хотел жену забрать и защитить, но лишь из жалости.

Дом скрыл, про визит кредиторов от графа, надеясь, что это несущественная мелочь не заинтересует королевича.

Рагор поморщился, видно, что он в этот момент творит магию и слушает лепет нового адъютанта вполуха.

— Защита на этой пасеки очень мощная. Значит, там есть нечто ценное. Что там охраняют от нас? Твоя дочь? Жена? Мёд?

— Ваше Величие, смею предположить, что мёд! Он как жидкое золото, бесценный. И магический, значит, обогатиться можно. Граф стремится получать весь мёд. Заявляет, что моя жена — его рабыня…

Дом решил повторить угрозы графа, чтобы отвести от себя всякое подозрение.

Момент, конечно, неприятный. Приехали и упёрлись в невидимую стену. Однако неожиданно для себя Домиан даже обрадовался.

Рагор долгим взглядом просверлил мужа Эйлин, ухмыльнулся. И неожиданно скомандовал!

— Всем отступить, вон туда, за холм! Кто-то идёт!

Отряд мгновенно отреагировал на приказ. Все двадцать человек пришпорили коней и умчались на безопасное расстояние.

— Это колдун! Знаю этого старого проходимца, — проворчал королевич, вглядываясь вдаль.

— Его тоже не пропустил заслон? Может, его допросить? — прошептал Дом, с любопытством наблюдая, как старый знакомый уверенно шагает по тропе, вдоль ручья.

— Я сам решу, кого и когда допрашивать. За этим человеком следует проследить незаметно! — один из егерей-охотников спешился и побежал исполнять приказ. Конника бы колдун заметил.

— Ваше Высочество, у моей жены была служанка, они даже дружили, скорее всего, и дружат, Магда. Думаю, что девица не оставит Эйлин, и если хоть один выход из западни есть, то эти бабы точно о нём знают.

— И где искать Магду?

— В бывшем моём поместье, какое сейчас захватил граф. Мне там запрещено появляться, но я могу показать, как проехать.

— Ты мой адъютант, и с этого дня только мои запреты действуют. Граф не имеет власти над моими подчинёнными, иначе прикажу его убить за бунт против меня. Проводи и покажи эту женщину.

Дом расплылся в счастливой улыбке. Сразу пришпорил коня и поспешно повёл отряд в поместье, откуда недавно изгнали Эйлин. Появился шанс отомстить захватчику графу, и де Бриль этот шанс не упустит.

Проехали до ручья и встали. Пришлось немного подождать, пока колдун скроется за очередным холмом, и только после этого поспешно проехать в имение. Ух и наделало шуму внезапное появление самого королевича в обычной провинциальной усадьбе.

Навстречу вышел незнакомец, как оказалось, новый «господин», нанятый графом вместо де Брилей. Домиан поморщился и сразу потребовал привести Магду.

— О, господа. Вчера вечером Его светлость вернулись, со своими гвардейцами очень сердитый. Сам забрал женщину силой в свой замок. Она сопротивлялась, но он ударил её плетью и привязав к коню повёл. Жалко бедняжку, лучшая была служанка.

Таким слащавым голосом пролепетал, что Домиан поморщился. Понятно же, что и этот баран, занявший его родовой дом, приложил максимум усилий, чтобы услужить графу, сам поди, и притащил Магду за косу и на колени поставил.

Де Бриль не сдержал эмоций и сплюнул.

Королевич выслушал и покраснел от гнева, но не из жалости к Магде.

— Значит, этот выскочка граф, уже знает о случившемся, о закрытой пасеке пронюхал. Решил выманить твою жену…

— О, я думаю, что моя жена сама ещё не поняла, что произошло. Говорю же туповатая. Поставьте кордон. Если Магда к ней ездила и возила продукты, а теперь не приедет, то Эйлин сама выйдет. Ребёнка надо кормить. Колдун тоже туда пройти не сможет. Это дело одного-двух дней.

Домиан неожиданно предложил дельную мысль, Рагор улыбнулся и отдал приказ. В этой усадьбе оставить двоих и на дороге к пасеке тоже несколько человек дежурных. Хватать всех, кто пройдёт мимо. Детей, мужчин, старух и особенно женщин!

— А мы к графу, давно пора приструнить этого мерзавца.

В этот момент вмешался старший адъютант:

— Ваше Высочество, простите, но раз этот злодей так поступил с беззащитной служанкой, может быть лучше послать туда отряд?

Вместо ответа королевич взмахнул рукой, словно отмахнулся от пчелы. И новый хозяин поместья упал на колени, тихо застонав. Вскрикнул и завалился на бок, держась за живот:

— Это за то, что отдал женщину…

Потрясённые внезапным наказанием дворянина, за такой несущественный проступок, оставшиеся конники королевского отряда молча двинулись в путь покорять графство.

Такого явного проявления магической силы в этом королевстве давно не было. А сейчас за одно утро уже второе пугающее чудо. И только де Бриль едва сдерживает радость, предвкушая, то, как королевич расправится с графом-зазнайкой.

Граф решил не щадить Магду, приказал вести её пешком за конём все семь миль, а когда она падала, то поднимал хлыстом, пока только звонко щёлкая над головой девушки.

— За что? — взмолилась в очередной раз несчастная, сил нет даже ноги передвигать, а её снова понукают.

Они и прошли-то всего ничего, но женщине за конём не угнаться, то юбка мешает, то камень на дороге. Да и наёмники графа начинают злиться, что тут пути на десять минут, а они еле тянутся обозом. Но графа это мало волнует:

— Я хочу, чтобы ты выглядела жалкой, и твоя подруга сама бы вышла из-под магического купола, она же может? Так?

— Я ничего не знаю. И я не рабыня! — простонала Магда.

— Плевать, я решаю, рабыня ты или нет! Эйлин должна выйти, когда увидит тебя! Поняла? Кричать умеешь? Вот привезу тебя на пасеку и надену петлю на шею, если она не выйдет, то я тебя повешу на дереве, пусть её совесть изведёт…

— Вы жестокий, бессердечный зверь… Я не могу больше.

— Ты даже не представляешь насколько я жесток.

Жара, жажда и страх сделали своё дело, Магда оступилась и упала без сознания на дороге. Граф хотел её так и тащить за собой. Но молодой наёмник, наблюдавший за истязаниями красивой, невинной девушки, не выдержал. Спешился, перерезал кинжалом верёвку и взял Магду к себе на коня, пришлось повозиться, но смельчаку никто из свиты помочь не решился.

— Жалость проявляют слабаки! — процедил сквозь зубы граф, но не решился запретить, слишком у наёмника взгляд недобрый.

— Считайте, что я спасаю вашу собственность. Красивая женщина, ей ещё рожать и работать. А вы её испортите, и кому от этого лучше? — парень быстро нашёлся как вывернуть ситуацию в пользу Магды. Она приоткрыла глаза, а он псыкнул, чтобы лежала в его руках и не шевелилась.

Теперь отряд графа движется раз в десять быстрее, все выдохнули с облегчением, неприятно смотреть, как сходит с ума Эдвард де Горн.

Наконец, показались верхушки небольшого замка графа, неприятное предчувствие гонит отряд вперёд. Граф быстро спешился, и приказал Альберту явиться в кабинет.

Молодой наёмник Джон решил не напоминать хозяину про Магду, специально не торопил коня, последним осторожно спустился, и взял девушку на руки.

— Притворяйся, что ты без сознания. Я спрячу тебя в своей комнате, — Магда вздрогнула, но мужчина довольно больно придавил её к своему телу, пытаясь заткнуть, чтобы она не выдала себя, — хочешь в подземелье, дурёха. Он забьёт тебя или сгнобит. Слушайся и выживешь.

От испуга несчастная служанка обмякла, и показалось, что она снова лишилась чувств. Джон пронёс её в свою бедную комнату в одной из хозпостроек на заднем дворе, положил на постель и тут же вышел, заперев двери. И только тогда вздохнул, вроде бы всё улеглось, но теперь появилось тревожное, неприятное чувство, что бедную Магду не оставят в покое, а ему совсем не хочется отдавать её на растерзание графу.

— У графа совсем мозги расплавились, стоило ему понять, что проклятая пасека попала под магию герцога! А куда ей ещё попадать, если она проклятая и на землях герцога, — пробурчал очевидные даже для глупца истины, но, видимо, граф рассчитывал на что-то большее.

С большим трудом утоптал в себе бешенство и с непроницаемым лицом поспешил распрягать и поить коня, потом на кухню, за едой себе и девице. А у самого сердце ёкает, стоит только вспомнить какое тёплое и манящее тело девушки, как приятно было держать на её руках.

А чтобы лишний раз не напоминать о себе и девушке злодею графу, постарался не попадать на глаза старшим по званию. Он это отлично умеет.

В это время в кабинете графа началось «совещание», несчастный Альберт дважды уронил блокнот для записи и угольный карандаш, который тут же и сломался. Буря-то, вроде, ожидаемая, но не настолько смертоносный эффект прогнозировался, давно таких пугающих событий не происходило. Да кому она вообще нужна, эта проклятая пасека?

Свои сомнения секретарь предпочёл оставить при себе, лишний раз не получить взбучку графа — уже праздник. Ведь кто-то уже шепнул, как Эдвард поступил с несчастной девушкой, вина которой только в том, что прислуживала беглянке Эйлин, всего-то.

— Я чувствую, что здесь, что-то не так! Альберт! Прекрати трястись, в глазах рябит!

— Слушаюсь, Ваша светлость! Я всё утро провёл в наших архивах. Но не успел проверить две книги.

Несчастный секретарь показал графу на два огромных фолианта, занявших чуть нн половину стола.

— Это что? — де Горн не понял, что эти книги делают на столе. — Мне нужны только данные о де Брилях. Этот поганец помчался жаловаться королевичу, а я упустил время, и пасека с Эйлин скрылась под магическим куполом. Чего я не знаю об этой семье? Мне нужна любая информация. За что его деда лишили земель? Ну?

Прорычал Эдвард и хлестнул по столу кнутом. Альберт снова вздрогнул.

— Вот, первая книга содержит королевские указы за сто пятьдесят лет, всё, что касается угодий. Я не совсем понимаю, что искать. Позвольте я открою страницы на нужных датах и покажу вам, а вы сразу поймёте, то или нет? — простонал и, рискуя получить кнутом по рукам, все же открыл книгу, быстро проверил и показал господину.

— Нет, это не то! Следующий указ. Они тут подшиты, довольно удобно, видно дату и суть, эх, стой! Вот похоже на то, что нам надо.

Альберт листал страницы одну за другой, пока граф не прижал очередную, всё тем же беспощадным кнутом.

— Это указ, лишающий права на любые земли все поколения де Брилей, из-за какой-то странной истории с предсказанием. Простите, Ваше сиятельство, я ничего не понял, у нас же вроде все предсказания под запретом. Колдунам только и позволено, что лечить, но никаких предсказаний и гаданий! — Альберт рассматривает странный указ, рассуждает, потирая подбородок.

— Оставь меня одного, и эти книги тоже оставь. Выйди! — прорычал де Горн.

Слугу дважды просить не надо, он бы и дверь запер, а ключ проглотил. Но так не получится, пришлось просто выйти и закрыть за собой дверь.

Граф остался один и весьма негуманно поступил с книгами. Перевернул сначала одну, потом вторую. И из них как лепестки с увядшей розы осыпались бумаги, конверты, записки и листы с записями. Много в эти книги вкладывали разной ерунды.

— Вот как надо искать информацию. Явно, что кто-то из предков получал письма об этом деле. Они всё знали и молчали!

Собрал все, что выпало из книг, и пересмотрел дважды. Ничего полезного, кроме одной записки. Очень старая, написана на пожелтевшем листе, и уголь стёрся в некоторых местах. Однако прочитать можно.

Прочёл.

Побледнел.

Прочёл ещё несколько раз и сел в кресло, очумело, глядя на послание из прошлого.

— Мне стоило убить этого де Бриля. Но это не он. Не он наследник. А кто? Его дочь…

Холодный пот выступил на лбу графа, за эту записку королевич Рагор и его, и де Бриля, и Эйлин с малышкой не пощадит…

— Что же делать? Что делать?

Не успел придумать новый план, а в дверь тихонько постучал Альберт и прошептал:

— Ваше сиятельство! Там сам королевич и де Бриль с ним! Магду требуют. Его Высочество злющий, что им сказать?

В ответ граф только и смог, что простонать. Надо как-то спрятать эти бумаги, или нет, пригласить их в гостиную…

На негнущихся ногах, де Горн вышел к незваным гостям, рискуя расстаться с жизнью, все знают, насколько неуёмней характер у будущего короля.

Джон

— Рад приветствовать, Ваше Высочество! Так польщён визитом первого человека королевства в мои скромные угодья! Прошу Вас, пройти в мой скромный замок.

Эдвард де Горн поклонился, но лишь слегка, всё же Рагор Ровеннхольмский не король, и в связи с последними данными, вряд ли им станет!

— Приветствую хозяина графства Горнберг! У нас нет времени, дело безотлагательное. Вы забрали девицу, она принадлежит жене моего адъютанта Домиана де Бриля. Служанку зовут Магда! Выдайте её, и мы уедем.

Сам королевич потребовал, а это уже серьёзно. Обычно такие требования озвучивает главный адъютант. Граф переступил с ноги на ногу и осмотрел отряд королевской гвардии. Если не подчиниться, то они тут быстро наведут порядок.

— Магда моя! Уж простите, но ваш адъютант забросил свои обязанности, плохо следил за хозяйством и теперь должен мне. Всё, что принадлежит ему — моё! — сам от себя не ожидал откровенной дерзости, но старинное письмо в кармане греет надеждой, что всё в этом мире скоро изменится и тогда…

Не успел подумать, как неведомая сила сжала горло и подтащила к коню королевича. От неожиданности Эдвард выпучил глаза, не имея возможности вздохнуть, только что-то промычал, так и завис в воздухе, едва касаясь земли.

— Мне нужна Магда! — холодно повторил Рагор, от нетерпения конь начал пританцовывать под сердитым наездником, и неприятно скрипнуло седло.

— Я выдаю её замуж за моего наёмника Джона Норта! Зачем вам эта глупая курица, она ничего не знает.

Граф решил не сдаваться.

— Плевать на замужество женщины, мне она нужна всего на пару дней, потом жених пусть забирает её, как только мы получим пасеку! — королевичу действительно плевать, не секрет, что пасека для них всех сейчас тот драгоценный трофей, какой нужно срочно присвоить!

Граф получил возможность дышать, потёр рукой шею, до конца не понял, что это было? Магия? Такое откровенное использование магических сил, когда они под запретом, нарушает все мыслимые и немыслимые законы.

Хоть бы несколько секунд на размышления, но их нет, надо быстро принимать решение.

— Дайте мне несколько минут с глазу на глаз, Ваше Высочество. У меня есть очень важная информация, она стоит пасеки и Магды, честное слово, вы передумаете на счёт де Бриля! Он предатель, предал жену, и вас предаст, и я даже знаю из-за чего!

Граф де Горн выпрямился и спокойно произнёс эту речь, тут у всех есть козыри в кармане. У королевича — магия, а у него старинное письмо о наследии, есть о чём поговорить и начать выгодный торг.

— Хорошо! Веди в дом, но без глупостей, за покушение смерть!

— Ни в коем случае, вы не на того думаете! Не меня вам стоит опасаться, а другого предателя, — прошептал граф как ядовитая змея.

Королевич и Эдвард быстро скрылись за тяжёлыми дверями в главном доме замка. Стоило им остаться одним, как граф сразу перешёл к делу.

— Вы используете магию, пренебрегая запретом своего деда! Это нехорошо! — прошептал де Горн и улыбнулся.

— Не твоего ума дело, покажи то, что прячешь в кармане!

— Я, пожалуй, на словах скажу. Знаете, почему ваш дед лишил всего деда де Бриля? Много лет назад случилось это неприятное недоразумение, чуть не стоившее вашей семье короны.

Королевич поморщился. А граф продолжил:

— Мой прадед был тому свидетель, и он написал письмо своему сыну, тайное письмо, в котором говорится, что королевская ведьма выдала предсказание, что ваш род должен уступить корону де Брилям. Их выбрала наша земля уже более ста лет назад. Ваш дед подстроил всё что мог, чтобы сжить со свету всех из этого рода, отменил законы магии и запретил гадания, предсказания и прочие обряды, все кроме лечения. И к чему это привело?

— Де Горн, вы мне сейчас преподносите урок истории? — прорычал королевич, не очень приятно, когда враг начинает тыкать носом в чёрные дела предков.

— Типа того, простите, вы и ваш род более ста лет не имеете право на корону. Наши земли без власти, они нам не подчиняются. Но и это не всё, отринув от себя древние законы, мы поссорились с герцогом магом, запретили ему и его людям появляться на наших землях. Скандал был ужасный, мы находились в шаге от войны, которую проиграли бы.

— Какого дьявола вы сейчас пытаетесь возродить? Пугаете меня новой войной с герцогом из-за пасеки? Герцог вас не касается, он моя забота, пока я у власти, он не сунется. Его нет в нашем мире. И тебя сейчас тоже не будет!

— Вернулся! Герцог вернулся! Мы видели его! Он очень могучий. Имя ему Кай Эринг, это, несомненно, герцог, и он маг. Вы довольно сильны. Но он сильнее. Мне же нужна только женщина. Эйлин! Я хочу выманить её. Де Бриль мне должен, и я заберу его жену, тем самым прощу ему долг за всё. Он предатель, очень ненадёжный. Зря вы пригрели на груди этого змеёныша.

Королевич сделал вдох, расправил плечи и скривил губы, так что непонятно, то ли это улыбка, то ли грозный оскал. Но злостью от него веет, как из свежей могилы.

Но и граф не уступает. Опасно то, что Рагор молод и неопытен, разозлится и всё испортит, но рискнуть пришлось. В этот момент он увидел истинное лицо королевича, и сразу обо всём пожалел. И о письме, и о своём длинном языке, и о попытке научить жизни монстра в обличье молодого наследника королевства…

Противостояние королевича и графа вызвало любопытство у невольных свидетелей, и совсем немого страх, что если спор за служанку накалится, то придётся же браться за оружие.

Домиан же испугался всерьёз. Вся эта ситуация касается его, да не касается, а лупит по нему со всей беспощадной дури, как он обычно лупит по своему ленивому коню. Вот и сейчас граф напоёт гадости, ложью запутает королевича, а крайним назначат его, невезучего де Бриля.

Уж не бежать ли, тихо направив коня задом-задом, а там ворота, потом по дороге и напрямик на пасеку, упасть в ноги к жене и умолить простить…

Но этим планам не суждено исполниться. Отсюда не сбежать, его пристрелят, как бешеного пса, стоит только показать врагам спину.

Вздохнул, загрустил, и, наконец, решил врать что угодно, лишь бы королевич ему поверил, не впервой выкручиваться.

Не успел додуматься до абсолютной гадости, что и жену притащит за волосы, при первой возможности…

Как из замка вышел Рагор, а за ним граф де Горн, причём все заметили, что взгляд графа какой-то стеклянный.

Он, как марионетка безвольная, молча встал рядом и стоит, уставившись в одну точку.

Королевич показал пальцем ближайшему из графских прислужников и прошептал: «Магду сюда!»

Не теряя времени, люди кинулись исполнять приказ, скрылись за большим домом в поисках Джона, уж он-то точно знает, где женщина.

Небольшая площадь отмерла, даже петух вдруг несколько раз прокричал свой боевой клич, но тут же и заткнулся, стоило Рагору взглянуть на дерзкую птицу.

Де Блиль с облегчением выдохнул, кажется, Рагор не поверил гнусной лжи графа. Но зря обрадовался, Его Высочество сел на коня, и также пальцем подманил Домиана к себе.

— Де Бриль! Ты же родной сын своего отца и внук деда?

Очень странный вопрос заставил Дома вздрогнуть, так глубоко придумывать истории, чтобы выкрутиться он не планировал.

— Д-да! Насколько я знаю. Наследие по мужской линии передаётся непрерывно. Но я последний!

— А что тебе известно о проклятии и смерти своего прадеда или деда? — непонятный допрос продолжился. Граф стоит рядом и отрешённо смотрит на де Бриля.

— Кажется, у нашего рода появились какие-то амбиции, но неправомерные, вот мы и пострадали из-за неучтивой глупости Алана де Бриля. Но я сам по себе, амбиции мои простираются только на тихую и достойную жизнь, хотел вот пасекой с женой заняться, да ее скрыли от меня силы зла.

— Ну, да! Ну, да! Взять его и отвезти в столицу, закрыть в комнате, не наказывать, охранять, как важную персону. И, кстати, у тебя в кармане лежат бумаги, — от Рагора невозможно скрыть ничего.

— Да, Ваше Высочество, это брачный контракт с отцом моей жены. Бумаги в полном порядке. Она моя жена, дочь рождена от меня и мы де Брили! Всё по закону, я признал ребёнка.

— Мне нужна твоя дочь! С матерью или без! Если придётся, то я проведу обряд, который снимет защиту над этой проклятой пасекой. Но твоего ребёнка заберу, и тебе лучше сидеть и ждать нас тихо во дворце. Бумаги отдай!

Де Бриль задрожал всем телом, и протянул бумаги королевичу. В ту же секунду один из гвардейцев взял коня Домиана под уздцы, второй проворно связал руки пленника, и конвой отправился в столицу.

Запутанность ситуации разжигает любопытство всех свидетелей произошедшего, но до развязки ещё далеко, да и будет ли она?

— Жаль уезжать, не узнаем про эту бабу Магду! — проворчал молодой конвоир Домиана.

— Дурень! Дома-то всяко лучше, вернёмся к вечеру, выпьем пива, съедим ужин, господина закроем в комнатах. А сами к бабам. Так что поспешим, всё лучше, чем мотаться по этим пасекам, — проворчал старший и пришпорил коня. Де Брилю осталось только улыбнуться, кажется, он легко отделался, очень успокоили слова: «охранять, как важную персону!», это гораздо лучше, если враг считает тебя важной персоной, чем врагом и предателем, как наговаривал граф.

А в это время в графском замке случился переполох. Он как гул начал нарастать на хозяйственном дворе, поднимая волну паники, и, наконец, выплеснулся на главную площадь:

— Джон Норт сбежал! Гад! Коня его нет, он и бабу забрал! Ваша светлость! Ваше Высочество! Сбежали! Магды нет нигде! — кричат наперебой слуги.

— Куда могли поехать? Кто такой этот Норт? — прорычал королевич, и замахнулся плетью на первого подбежавшего с дурной новостью.

— Говорят, он северянин, мы его и не знаем толком, наёмник, на охране замка служил чуть больше месяца. Ему баба эта понравилась! — заверещал старший слуга графа и отбежал на безопасное расстояние.

— На пасеку, они едут, на пасеку! Вперёд! Мы их догоним, этот Джон делает нам одолжение, Эйлин выйдет, и мы её схватим! Графа посадить на коня, он с нами! — крикнул Рагор и первый пустил своего коня галопом. По мостовой от ударов копыт рассыпались искры.

Поместье Бриль.

Целые сутки накануне несчастная Магда не работала, а батрачила в доме как проклятая. Новая госпожа с цепи сорвалась, увидев молодую и красивую служанку, приписанную к поместью Бриль:

«Осталась же от бывших хозяев такая лярва!» — процедила женщина, оглядев покрасневшую от смущения Магду, никто так на неё не «таращился». Да и красавицей никогда не считали, уж в сравнении-то с госпожой Эйлин…

А тут! Новая хозяйка осмотрела дом, приказала прислуге построиться во дворе и через несколько минут долгих размышлений, раздала приказы, кому, куда идти и чем заниматься.

«Спать никому не ложиться, жрать не давать, посмотрю, как работаете, тогда и норму определю! Пока все пять телег с вещами не разберёте, пока весь дом не перемоете от грязи, оставленной этими де Брилями, пощады не ждите. Матрацы, подушки поменять, шторы я в столице закажу…»

И указания полились нескончаемым потоком.

Наутро, когда заявился сам граф со своей бандой охранников, Магда от усталости и голода валилась с ног, только присела в чулане вздремнуть, да съесть кусок пирога. Но ее тут же нашли и вытащили на улицу, а потом связали руки, и приказали идти за конём по жаре…

Непонятно, что графу надо-то?

Пасека закрылась? Магда и не поняла из ругани ничего. Но пришлось плестись по пыльной дороге, молясь, чтобы хоть кто-то сжалился над ней…

Когда последние силы оставили несчастную девицу, оступилась и упала, ожидая беспощадной порки, после которой вряд ли она сможет выжить, но сил всё равно нет. Закрыла глаза, боясь, что мужик, подошедший к ней сейчас же, и начнёт издевательства.

Зажмурилась…

А в следующую секунду взлетела над землёй, так легко он её поднял, прижал к себе, не позволяя даже пискнуть.

Откуда только силы взялись у девичьего сердечка, так забилось, словно и не было этих мучительных часов работы, жары и страха…

Не успела опомниться, как он уже везёт её, прижав к себе, теперь почему-то с нежностью, от его руки на бедре ожог страсти останется. Магда вздрогнула и попыталась освободиться от настойчивых объятий. Но парень пшикнул на неё, прошептал на ухо, чтобы лежала, и не подавала вида, что пришла в себя.

Магда улыбнулась, положила голову на его плечо и… Уснула, да так крепко, как и дома не спала.

— Проснись, но вида не показывай, отнесу тебя в свою комнату, спрячу, может, и забудут. А не забудут, уедем… Молчи! — мужчина спешился в тенистом, заросшем кустами уголке графского замка, взял девушку на руки и осторожно, стараясь не попасться на глаза старшине, отнёс в самое дальнее строение.

— Вот моя комната, тут бедно, но ты к такому привычная. Вода для умывания есть, ведро, сама поймёшь зачем. Вот вчерашняя лепёшка и вода, через час принесу с кухни тебе свежую еду. А пока лежи и не шевелись, пусть думают, что ты без сознания, может, и не вспомнят до вечера, а потом сбежим.

Магда села на жёсткой кровати и протянула связанные руки своему спасителю. Подняла взгляд и тут же засмущалась, он оказался не простым солдафоном, слишком хорош собой и лицо благородное.

— Зачем вам это? Вы же господин, зачем меня спасаете, будут вам проблемы от графа! — прошептала и неожиданно покраснела, а казалось, что сил нет даже дышать, а незнакомец тут же и выдал:

— Ты красивая! А у меня давно женщины не было, да не дёргайся, дурёха. Я ж не в том смысле, — прошептал и сам смутился, но быстро ножом разрезал путы и тут же пожалел, что не сделал этого раньше. Запястья девушки горят от грубой верёвки, граф всё сделал, чтобы причинить ей максимум страданий. Тут же поправила вырез на платье, слишком уж грудь видна, и теперь уже со злостью ответила, она же полностью в его власти даже кричать нельзя, там за дверью ещё страшнее люди.

— Я не такая, или у господ что служанка, что шлюха, всё одно? Не стыдно, да где вам господам стыд-то иметь, только и знаете, как над женщинами издеваться!

— Ой, дурёха ты! — хмыкнул и приподнял личико Магды за подбородок. Одного взгляда достаточно, чтобы искры загорелись в глазах.

— Что вы, господин, заладили «дурёха-дурёха», я сутки работала по дому, нам новая хозяйка запретила даже есть, а её муж дважды пытался зажать меня в тёмном углу. Знаете, от такой жизни я бы и сама сбежала в графский замок, можно ж было по-человечески.

Прошептала, глядя в его синие глаза, такие непривычные, как у госпожи Эйлин. Вот ещё не хватало с северянином связаться.

— Отдыхай, раз голодная, принесу еды тебе, Магда…

Резко повернулся и вышел, но двери на замок с той стороны запер, предусмотрительный оказался.

— Смотрите, какой королевич нашёлся. Ох! Красивый же, вот откуда такие мужчины берутся, вот так вскружит голову, сделает ребёнка и сбежит. Женщины у него не было давно! И не будет, вот что я тебе скажу! — проворчала, улыбаясь, с трудом встала, нога затекла от неудобной позы в седле. Захотелось смыть с себя пыль дороги, отряхнуться, и съесть лепёшку с сыром, что лежит и соблазняет своим дурманящим видом голодную девушку.

Быстро умылась над тазом, поливая с небольшого кувшина. Вытерла руки и лицо чистым полотенцем и вот она лепёшка, уже подсохшая, но ароматная, и сыр внутри расплавленный, пропитался специями. Они и возбуждают аппетит, откусила, закрыла глаза от удовольствия и не спеша прожевала. В животе тут же послышалось голодное урчание.

— Живот от голода скрутило, не вернусь к новым господам, давно надо было сбежать к Эйлин на пасеку, пусть лучше пчёлы меня сожрут, чем батрачить на эту грымзу.

Когда-то Магда целый год служила на побегушках в графском замке, и знает его как свои пять пальцев. Об этом наёмнику лучше не говорить.

Подкрепившись лепёшкой, девушка пододвинула стол к высокому, узкому окну, мужчина в такое не пролезет, а она запросто.

Осторожно влезла на стол, отогнула два гвоздика и окно распахнулось. Тёплый воздух ворвался в прохладную комнату, заставил улыбнуться. Всего-то осталось пролезть, только вот приподняться сил нет:

— Ох! Как бы мне вскарабкаться-то на это окно, самое время бежать, простите, дорогой господин, вы мне слишком понравились, чтобы…

— Я тебе понравился, и ты потому сбежать решила?

— Ам! — за спиной Магда услышала голос спасителя, и что-то подсказывает, что он начинает злиться.

— Я задал вопрос, женщина! Ты от всех мужчин, что тебе нравятся, сбегаешь? — в этот момент наёмник, отодвинул стол, на котором стояла девушка и подхватил ее, обняв сзади за попу. Она так и повисла в его крепких объятиях, ни туда ни сюда. Хоть кричи, а кричать нельзя:

— Ой! Пустите, меня тут забьют, а госпожу Эйлин я выдавать не буду, — прошипела, всё еще цепляясь за окно, но куда ей против такого сильного мужчины.

— Не забьют, не позволю! Значит, я тебе нравлюсь, так? — снова он за своё.

— Ой, думайте, как хотите, может, это как-то поднимет ваше самомнение, но мне пара! Дети ждут!

— У тебя дети есть?

— Да, господин, трое и все от разных мужчин! — съязвила Магда, уже стоя на полу. Голова кружится, последние силы потратила на сопротивление, а теперь хоть падай…

— Значит, ты плодовитая, это хорошо, я детей люблю!

От неожиданности, Магда прыснула смехом. Такого комплимента она не слыхала ни в чей адрес, а уж для себя не рассчитывала ещё лет пять получить, ведь ей, как домашней служанке запрещено замужество, пока не отработает положенный срок.

— Не было у меня мужиков, все! Никому не нужна, кроме старого кобеля нового хозяина, оставьте меня, правда, дайте сбежать, я жить хочу…

— Не было никого?

Ей осталось только молча покрутить головой, подтверждая факт своей невинности, и густо покраснеть. Сама не поняла, как выдала главный женский секрет. А наёмник улыбнулся.

Красив, пусть не такой слащавый, как де Бриль, но почему-то с каждой секундой бежать хочется всё меньше.

— После продолжим разговор, я тебя забираю, граф жалование не платил, вот в счёт его долга и возьму. С этого момента ты моя.

— Как корова?

— Это мы ещё посмотрим, как кто. Ты лепёшку съела? Силы есть? — его голос вдруг сделался жёстким, и Магда испугалась. Когда он не шутит, то очень уж суровый на вид.

— Съела, но сил нет! — прошептала, предчувствуя, что назревают проблемы.

— Королевич приехал, тебя требует, а он очень жестокий, не человек, демон в нём, я таких вижу, у меня дар есть. Нам пора бежать, за домом конь мой стоит под седлом, вот плащ, надевай и молча за мной.

— А ты людей видишь, это потому, что северянин? — накидывая капюшон на голову и быстро завязывая шнурок чёрного плаща, испуганно прошептала Магда.

— Нет, я горец. Мы другие, но магия у нас тоже есть. И сейчас моя магия гонит нас отсюда, хочешь жить, тогда не спорь!

— Жить хочу, спорить отучена, и лучше уж с вами, чем с этими…

— Вот именно, соображаешь, это мне в женщинах больше всего нравится, — не успев договорить, он подхватил девушку на руки и как пушинку понёс через чёрный ход на задний двор, посадил на коня, и через пару минут они вырвались на свободу, перескочив ручей, проехали через неохраняемые ворота замка, пока охрана поймёт, они успеют скрыться за пролеском.

— А теперь держись за меня. Надо спешить, до пасеки далеко!

— До пасеки, так мы не в горы? — простонала Магда.

— Пасека перешла во владения герцога. Он вернулся, а мы ему раньше служили, графа не пропускают земли, а меня, может, и пропустят. Потому и бегу, что на меня этот королевский демон слишком уж давит, держись!

Горец пришпорил коня, а Магда обхватила его за спину, прижалась всем телом и зажмурилась, очень надеясь, что в спину им стрелять не станут, но могут.

Джон был у пасеки лишь однажды сегодня утром, когда граф не смог найти дорогу. А кажется, что это происходило вчера, столько всего за один день случилось. Для неспешной жизни, события весьма неожиданные и любопытные.

Дорога неблизкая и незнакомая, солнце садится за горизонт, скоро стемнеет, и тогда нужного места точно не найти…

Придержал коня, прислушался погоня если и есть, то далеко.

— Устала? Зря я тебя сзади посадил, перелезть сможешь, Магда! Слышишь?

— Мне очень плохо, кажется, я падаю, прости…

Магда начала сползать с коня, наклонившись вправо, так неудобно ещё и конь дёрнулся. Единственное, что Джон смог, ухватил её за капюшон, теперь ни туда ни сюда, если сам начнёт спускаться с коня, она упадёт быстрее.

— Да что ж делать. Магда, хоть минутку дай мне, а, держись! — прошептал, но в ответ услышал только стон.

Кое-как изловчился, накинул её руки на свои плечи, обхватил запястья, вспомнив, какие они натёртые верёвкой, и сам поморщился. Но теперь девушка висит на нём как заплечная торба. Перекинул ногу через голову коня и спрыгнул.

Магда сползла за ним. Джону осталось только осторожно положить её на траву.

— Что же делать, темнеет. Осталось совсем немного, и на коня тебя, как груз не хочется закидывать.

Поднял её на руки и понёс, впереди виден огонёк, это охранники, уже караулят подход к пасеке, всех тормозят. Он может и сильнее их раз в десять, но с девушкой на руках шансы не в его пользу.

— Эй! Кто тут? — за спиной из кустов раздался голос. Охранник королевича с обхода возвращается, принесла нелёгкая.

— Да, вот граф приказал привезти сюда эту девицу, она подруга хозяйки пасеки. Сейчас за нами сам королевич с отрядом едут, — сказал и тут же пожалел, Магда на секунду очнулась, всхлипнула и простонала: «Предатель, а говорил, что спасаешь!»

— Что-то мне кажется, врёшь ты! На земли проклятые бежите, а нам потом голову с плеч? Пошевеливайся, иначе выстрелю, девку у костра кидай, утром разберёмся!

Дуло мушкета упёрлось в спину, и горцу пришлось ускориться. У костра ещё двое охранников. Даже если двоих он сможет убрать, то третий убьёт Магду.

Не успел Джон подойти к костру, как из-за пышных кустов дикой розы появился высокий старик, и голос у него сердитый, да и палка в руке внушительная.

— Эй, добрые люди! Я тут хозяин, с города иду домой, вон там хижина. Меня все знают! Колдуном кличут! И вот какой вопрос к вам, какого лешего вы тут забыли, господа? Грабители?

— Как ты смеешь? Старик! Мы королевская гвардия, ловим преступницу, которая скрылась за магическим куполом! — прорычал самый молодой и тут же получил по спине хлыстом от старшего.

Ситуация получилась неприятная, три стороны конфликта, кому тут можно верить, сложно понять.

Джон заметил, как один из гвардейцев потянулся за мечом. Интуиция горца никогда не подводит. Он внезапно вручил старику бесчувственную Магду, тот не растерялся и поймал девушку. Немного качнуло его, от резкого движения, но на ногах устоял, а посох из руки выпустил, горец его успел поймать и через несколько секунд уложил им всех стражников, хорошенько оглушив внушительной рукоятью магического инструмента, и поспешно затоптал костёр.

— Королевич снова едет сюда. Старик! Надо спешить на пасеку! — прорычал Джон, но Колдун хмыкнул, всё также держит Магду на руках и медленно отходит дальше от опасного воина.

— А ты не из наших ли врагов? Не хитрый ли это ход королевича, чтобы ты втёрся в доверие и потом похитил госпожу Эйлин?

— Не веришь, значит? Ну, тогда отдай мою женщину, и пока живой, иди своей дорогой, а мы с ней успеем спрятаться за горами, там есть один тайный переход в герцогство.

— Ты слуга герцога?

— Не твоё дело, кто я и кому служу, но тут у меня враги не вы. Старик, ты теряешь время, я чувствую, что отряд Рагора близко.

— Я его тоже чувствую! Но не могу тебя пропустить на пасеку, а Магда наша девочка. Как ты понимаешь, я тебе её не отдам!

— Она моя! И это не обсуждается, плевать мне на пасеку, я тебя убью и свою женщину заберу…

Не успела стычка перерасти в потасовку, как из пустоты вдруг появилась красивая белокурая девушка с малышкой на руках.

— Что вы тут устроили! Это Магда? Неси её домой, бедная моя девочка…

Не успели мужчины оценить эффектное появление Эйлин, как услышали раскатистый ор откуда-то из темноты, и гулкий топот копыт по пыльной дороге:

— Эйлин де Бриль! Мне нужна твоя дочь! Отдай и останетесь живы! — неожиданное «предложение» не оставило выбора, Эйлин схватила за руку Зохора, и они шагнули под магический купол, оставив Джона Норта на растерзание королевича…

— Магда! Да, что с тобой! Зохор, ты её до дома донести сможешь? Что вообще происходит? Кто этот монстр? — через магическую защиту я всё еще вижу «главаря» небольшого отряда. Они только что примчались, почти все притормозили перед парнем, который спорил с колдуном за Магду.

А пара всадников промчалась, не успев затормозить, и кажется, что они попали в зеркало.

Мы все смотрим на это «явление» открыв рот. Все, даже этот уродливый предводитель.

Два конника пронеслись мимо «магической стены» она вроде как невидимая, и они в неё вроде как «въехали» и сразу же, они же появились с другой стороны поляны, и также мчатся на всей скорости, даже не поняли, что их развернуло по невидимому кругу. Мы этот феномен с ужасом наблюдаем из-за своего магического укрытия, и даже успели испугаться, ведь конники вот-вот нас затопчут, но они пропали и тут же оказались в другом месте.

— Это невероятно! — шепчу, так и не поняв, как это случилось.

Но на поляне есть тот, кто прекрасно все понимает. Демон в обличие короля или королевича, он только хмыкнул и продолжил кричать мне. Наверное, боится, что мы уже уходим и не услышим его:

— Эйлин де Бриль! Мне нужна твоя дочь! Я могу взять тебя во дворец, убью твоего мужа, что давно пора сделать, и женюсь на тебе! Это самое щедрое предложение руки и сердца, какое ты услышишь за всю жизнь. Стать законной королевой! — его ужасный голос как раскаты грома, но я уже знаю, что это эффект от «магической стены» и почти не удивляюсь, но только голосу.

А вот предложение королевича меня поразило, это с чего такая щедрость? Может, влюбился в Эйлин когда-то?

Моё лицо замирает в немой маске глубочайшего удивления. Смотрю на Софи, потом на Зохора и на Магду, она уже сидит на большом валуне, поддерживаемая колдуном. Мы в безопасности, и вот сейчас тут ещё и странные откровения начались, да ещё и с предложением.

Зохор пожал плечами и скривил гримасу непонимания, ещё не знает, слышат нас на той стороне или нет.

— Они нас не слышат. Но это откуда такой спрос на мою руку и сердце? И с дочкой в придачу? Чего мы не знаем? А? — громко шепчу колдуну.

— Я думаю, вот тот горец всё знает, он служит герцогу и меня спас, а сейчас его убьют, — неожиданно заскулила Магда и в подтверждение её слов, ужасный монстр ударил в парня какой-то неведомой силой. Горец не удержался и упал на колени. Потом схватился за горло, словно его кто-то душит.

Магда завыла в голос, но вижу, сил у неё вообще нет, колдун крепче обнял её за плечи, опасаясь, как бы не свалилась несчастная.

— Он слуга герцога, того, который маг? — от избытка эмоций у меня слова путаются, очень нехорошее предчувствие. Хочется сбежать, но я не могу.

Как это всё не вовремя, мои пчёлки уже спрятались, последний луч солнца вспыхнул и мы теперь совершенно одни, без защиты моего жалящего «войска». С трудом вижу в темноте, что происходит на поляне. Только слышу хрипы и снова голос очередного жениха:

— Эйлин, его смерть на твоей совести!

— Тварь какая, сам убивает, а на мою совесть вешает!

Мозгов у меня маловато! Честное слово, в следующий раз, если он ещё наступит, я подумаю перед тем, как сделать. А сейчас не успела. Три шага вприпрыжку, и я уже перед этим уродом…

Постойте, он не урод. А очень красивый парень!

Стою, вытаращив глаза, не понимая, что произошло. Когда он из монстра успел превратиться в лапочку?

Красавчик тут же отпустил свою жертву, сделал шаг ко мне и замер. Думал, что я лёгкая добыча, протянул руку, а дотронутся не может?

Как же у меня сейчас горит огнём метка на шее!

Мне даже страшно представить, а что, если эта метка для него тоже?

— У тебя метка герцогов? Но как? Почему я не почувствовал её раньше? Ребёнок? Эта девочка от него, дочь герцога? Как тебе удалось всех запутать?

Голос королевича изменился, как и образ, совершенно очевидно, что теперь со мной разговаривает обычный красивый, надменный мужчина, от этого мне не по себе. Но он демон, уж теперь меня в обратном никто не переубедит! Я его видела через защитный купол таким, какой он есть на самом деле, а сейчас он умело притворяется или магия скрывает его реальный демонический образ.

Поднимаю голову выше и чеканю слова, чтобы не показать страх:

— Я замужняя женщина из рода де Бриль, и дочь от мужа. Стыдно, должно быть, сплетни распускать, как баба, ей-богу! Но меня другое волнует, почему я видела тебя, как урода? А вышла из укрытия, и ты вроде ничего, на человека похож. Ты демон? Что происходит? — мой голос может и женский, тоненький, но я не уступаю, тем более вижу, что он меня тронуть не может. Он нет, а его вассалы, наверное, да.

— Не смей нести ересь на королевича, баба! — вдруг завопил какой-то пожилой мужик.

Королевич поднял руку, приказав слуге заткнуться, я прям почувствовала этот злой импульс. Сонечка заплакала.

А мы так и стоим друг напротив друга, рассматривая и изучая, между нами как магнитное поле, но если с Каем нас притягивало друг к другу, то с этим пижоном отталкивает, да с такой силой, что еле держимся на ногах, причём и я, и он!

А метка продолжает гореть огнём.

— Значит, мой братец вернулся? Нашёл дорогу домой! А тут его поджидает красавица, рожает ему дочь-наследницу магии и всё у меня под носом. Ну что же и у меня есть теперь сюрприз, я убью вас троих, его слугу, тебя Эйлин и его дочь, и ваши головы посажу на колья…

Эти угрозы меня взбесили, кажется, что он от бессилья уже не знает, как и запугать, у меня тоже есть чем ответить, не с божьим одуванчиком общается!

— Заткнись! Свою голову можешь засунуть в зад коню, ей там самое место! Если хоть пальцем тронешь нас, мой пчелиный народец зажалит тебя завтра же, места живого не оставит, и магия твоя не поможет, — я вдруг зашипела на этого морального урода так, что его, отшатнуло от меня. А парень-горец вскочил с колен и встал между нами. Он думает, что будет драться, а я думаю, что дёрну его за собой за руку. Трижды пожалела, что не оставила Соню Зохору, на разборки потащила ребёнка, какая же я дура!

Еще секунда, и начнется…

Но секунды не потребовалось, вспышка света ослепила всех. Наконец, у кого-то сдали нервы, и он решил появиться?

Самое время.

Только мы уже ничего не видим, какая-то мощная сила буквально втолкнула нас под магический купол. И горец снова упал на колени, видно, что ему от этого демона очень досталось.

А я стою под защитой магии и смотрю во все глаза на то, что сейчас будет происходить на поляне.

Только зря я надеялась узнать что-то новое. Вокруг нас сгустилась тьма, Магда завизжала, а когда открыли глаза снова, то оказались все вместе перед нашим домом на пасеке.

— Это что сейчас такое было? — мой стон вырвался с хрипом. Страшно-то как.

— Магия, девочка моя, настоящая магия. Ох, что-то будет… И нам лучше не вмешиваться. Надеюсь, утром узнаем…

Зохор первый оправился от испуга и понёс Магду в дом, под опеку Ёли, я с Соней занимаюсь вечерними делами, а потом у нас очень серьёзный разговор с новеньким, пусть пока приходит в себя под сияющим магическим кустом, там сил ему добавится быстрее всего, доверия пока нет, наша Магда могла и ошибиться на его счёт.

— Воды! — довольно громко простонал незнакомец с улицы. Что-то ему нехорошо совсем, даже во мне его боль отозвалась.

Я Соню уже накормила, помыла в тёплой воде, хорошо, что Ёля в печи костёр поддерживала, пока мы погрязли в бандитских разборках, жаль полицию не вызвать и протокол не составить. Но законы местным не писаны, а если это королевич, то плохи наши дела совсем.

На дела пытаюсь отвлечься, чтобы не загнать себя в панику:

— Зохор, я сама ему отнесу. А ты Магду приводи в чувство, совсем слаба стала. Пусть тут на кровати с Ёлей ночует.

— А ты? — колдун какой-то порошок с мёдом замешивает и кипятком заливает для нашей Магды.

— А я во второй комнате на полатях, там тоже нормально, подушку возьму, Соню рядом. Ты наверху, а этот пусть в сарае или с тобой, если встать сможет.

— Как скажешь, я в кустах за куполом огромный короб спрятал, вещи, продукты, что из города привёз, чует сердце, что этот королевич спалит мою избушку.

— Тебе в любом случае теперь опасно на люди показываться, это проблема, кто нам продукты привезёт? Осадное положение, сам понимаешь, нам придётся как-то выкручиваться! — вздыхаю от безысходности, но быстро наливаю воду, а колдун в нее подсыпал фиолетовый порошок, напоминающий нашу марганцовку, немного мёда и размешал.

— Вот теперь напои его. Думаю, что это демоническая сила от королевича изнутри парня ранила, надеюсь, не порвала там кишки, и такое могут эти твари делать с людьми, — прошептал Зохор в своей манере, нагнал страху.

Я от ужаса вздрогнула.

Всё, у меня начинается паническая атака.

Что угодно готова принять в этом мире, но такое!

Тут никто никого не жалеет! Это дикое средневековье! И выживают только те, кто сильнее, хитрее, злее.

И я сейчас очень злая.

Сама отхлебнула из кружки, чтобы вернуться в нормальное состояние и спешу к раненому горцу.

— Как ты? Где болит? Вот колдун сделал тебе лекарство, скорее выпей. Не знала, что этот урод может магией убивать.

Приговариваю, помогаю парню сесть и выпить из кружки приятный лечебный напиток.

Вижу, что у него всё болит. Даже не поняла зачем, но стоило ему снова лечь на траву, как я сорвала цветок с куста и начала водить над страдальцем. Стоило подвести к центру живота, как цветок мгновенно почернел.

— Колдун! Скорее сюда! Я нашла, внутреннюю рану! Что-то его убивает! — крикнула, надеясь, что не разбужу Соню.

Зохор прибежал и начал что-то шептать над парнем.

Долго шептал, а я решила помочь, сорвала новый цветок и заставила раненного зажать во рту сияющие лепестки. Магии в этом растении полно, лишним не будет.

Только хотела спросить, как его зовут, и в сознании возникло имя «Джон Норт», надо же, я снова угадала.

— Джон! Так тебя зовут? Не переживай, сейчас поставим тебя на ноги, до свадьбы заживёт, — сказала поговорку и улыбнулась. Жених-то завидный, Магда как за него взмолилась…

Горец снова застонал, и на несколько минут отключился.

— К утру поправится. Это ты очень здорово придумала цветком найти его рану. Там магическая лярва посажена, мы её убили, сейчас всё восстановится. Вовремя, иначе или смерть, или переход на сторону зла. Пора с этим выродком королевичем что-то делать! — Зохор поправил камзол на парне, судя по всему, нам придётся сегодня дежурить, и с Магдой пока непонятно что происходит, и этот красавчик пока заставляет волноваться.

— Иди Магду проведай, я с ним пока посижу. Ой, слушай, а если я сбегаю посмотреть, что на поляне происходит. Ведь герцог Кай Эринг там один! И к нам заглянет ли? — у меня на сердце такое волнение. Особенно после того, что сейчас происходит с горцем.

— Это опасно, герцог сам силён, не думаю, что у королевича хватит сил что-то плохое…

— Ага! А если он там один лежит…

Простонала я, и не в силах сдержаться вскочила на ноги и бегом, пока колдун не придумал новые «доводы» не пускать меня.

Думать я так и не научилась, самосохранение не самая моя сильная опция. Хотя бы доченьку оставила в безопасности.

Подбежала к тому валуну, на котором недавно сидела Магда. Всматриваюсь в темноту ночи. И тишина.

Всё закончилось! Даже те вояки, которых горец огрел посохом колдуна, тоже пропали. Только конь нашего раненого Джона рядом пасётся, я уже по энергетике чувствую связь между хозяином и животным.

— Ну, что конь там один, пойти, что ль забрать его к нам, раз никого нет, — очередная моя гениальная идея, делаю шаг к магической стене и в этот же момент взлетаю в воздухе. Успеваю вскрикнуть от испуга и слышу привычное:

— С ума сошла? Это ловушка! О, силы магии, ну как тебя оставить-то хоть на минуту? Там гвардейцы остались, схватят, увезут, — шепчет мне на ухо и прижимает к себе с такой силой, что я сейчас, кажется, сознание потеряю, но не от испуга, а от радости, точно, как наивная девица…

— А не оставляй, и на минуту не оставляй! Мне без тебя никак! — шепчу и улыбаюсь, ничего не могу с собой поделать, ни-че-го!

Мои слова подействовали не так, как хотелось. А хотелось мне спрятаться в его силе, чтобы все ужасные люди отстали: де Бриль, граф, королевич, пусть они все исчезнут…

А мы останемся. Но нет!

Нас в этом мире нет! А есть только он и я, но порознь. От этого становится очень печально, потому что мне намного спокойнее знать, что я не одна и он меня чувствует, как себя…

Кай медленно поставил меня перед собой на землю, очень грустно улыбнулся. Раньше он казался намного старше. А теперь вижу, насколько ошибалась. Может быть, он и бессмертный, вечный, но выглядит очень молодо.

Вспоминаю, что и я в этом мире девчушка…

Но романтика быстро закончилась, Кай сказал такое, что у меня всё похолодело внутри. Он оживший покойник?

— Когда я вдруг впервые оказался у твоей постели, моя память обрывалась на моменте, когда мой брат убивает меня. А потом темнота и только голос моей истинной: «Найди меня, Кай!»

— Т-ты умер? Но как? Ты же живой! — я хватаю его руку и прижимаю к своей щеке, жаром по телу пробегает его сила, он живее всех живых.

— И ты умерла! Разве нет? Я прихожу к тебе, и помню только имя. Сначала показалось, что несчастная девочка Эйлин та, что спасёт меня, вернёт в родной мир и поможет возродить наш род… Кажется, я долгие годы искал её, искал, чтобы вернуться.

В его голосе появились странные нотки, словно моя душа его узнает, а я ну никак!

— Но Эйлин умерла, потому что её отдали замуж за другого, и к ней ты не приходил раньше? Её ты не спасал и она тебя не спасла? — мои вопросы загоняют нас в откровенный ступор. Как такое вообще возможно?

— Я помню только имя, твоё настоящее имя. Оля — теперь он произносит его правильно, а как мне приятно его слышать. Слышать-то приятно, только мы окончательно запутались в обстоятельствах.

— Может быть, я случайно попала в тело твоей истиной, а ты маг, вот и узнал, что я не она, и зовут меня Оля. Это даже Зохор понял. Так что, всё логично, — мне и правда кажется это логичным.

— Всё так! Но встреча с Рагором освежила мою память, он совершил преступление против своего рода, и я должен спасти тебя от него. Забрать метку, потому что мой брат тоже имеет права истинности на женщину по имени Эйлин. Это право позволит ему остаться в этом мире по магическому закону. А я не могу этого допустить, его нужно вернуть в ад!

Вместо ответа поворачиваюсь спиной и приподнимаю косу над шеей.

Слышу сдавленный вздох. Неожиданно он наклонился и поцеловал метку, удивительно, но сразу же перестало жечь и чесаться.

Секунду радовалась, а потом как поняла:

— Но теперь и между нами связь прервана? — мне страшно, я и этого королевича боюсь, но еще больше боюсь потерять связь с Каем.

— Я освободил тебя от ненужной метки. Эйлин не повезло, это родовой договор, между ее родителями и моим отцом, этой истории очень много лет. Но что случилось, того не изменить. Ты не предавала меня, ты из другого мира, и любишь свою дочь, которую и не рожала. Это не твоя метка, она уже недействительная, только проблемы создаёт. Эйлин, к сожалению, стала случайной жертвой магии и ушла, а ты появилась, заняла её место. Место матери наследницы этих земель. Так получилось, Оля, что твоя дочь — принцесса, а мы с Рагором должны уйти, чтобы не навредить вам.

Вздрагиваю на этих словах, нам они ничего хорошего не сулят.

— Наследница? Это про то, что земли кого-то выбирают? Ты про это? Её выбрали какие-то земли?

— Да, она избрана хозяйкой всех земель королевства, в какое ты попала. Это наследие де Брилей. Такая же история как с меткой Эйлин. Это магия, и у неё свои законы. Мне жаль, но мы теперь по разные стороны. Могу оставить вас под моей защитой до коронации проклятого королевича, но потом уйду. Эту преграду нам снова не преодолеть. У Софи своя жизнь и без нас, во дворце королей. И ты её мать, мне нет места рядом с вами. Но Рагора я заберу с собой, обещаю!

— Ты не можешь нас бросить.

— Я тебя и не бросаю, а спасаю. Но могу попросить об одолжении? — чувствую смятение в его голосе. Уверенности нет, он сам пока не до конца понимает что происходит?

— Поцеловать тебя? — приподнимаюсь на носочки, обхватываю его шею руками и тянусь к губам. Мы прощаемся, и я хочу оставить хотя бы это на память о нём.

— Вообще нет, но да, и это тоже, — он вдруг снова обнял меня, прижал к себе, слегка приподнимая над землёй. И мне показалось, мир вокруг нас наполнился силой, светом, тысячи светляков теперь кружат над нами. А я едва касаюсь его губ, позволяю ему попробовать мой медовый вкус, совсем чуть-чуть присосала его язык и понеслось. Наш поцелуй получился слишком горячим и откровенным. Но это не страсть, нет.

Мне так хорошо в его объятиях, тело в этот момент приняло новую душу полностью и подчинилось моей воле, всполохи силы от макушки до кончиков пальцев пробивают жаром. Я растворяюсь в нём, а он во мне.

Что же мы творим?

Так нельзя, любовь под запретом, но магический магнит разорвать невозможно.

К чёрту метку, я уже сама понимаю, что мы с ним не можем друг без друга.

Ещё миг и не остановимся, его жаркие руки скользят по моему телу, заставляя вздрагивать никогда в жизни я ощущала ничего подобного, и кажется он тоже.

Вздох! Кай обнял меня, обхватив руками и теперь шепчет на ухо, словно это только наш секрет и даже вездесущие светляки не смеют подслушать:

— Оля! Я сейчас совершаю ужасную ошибку, нарушаю закон магии : «Что было в другом мире, там и остаётся!» Но не могу без тебя! Не Эйлин моя истинная. А ты. У нас может быть второй шанс, но умоляю, вспомни свой последний день в твоём мире в нём все ответы. Я смею просить только об этом. Скажу лишнее, погибнем снова!

— Погибнем? Снова? А этот, королевич? А как же моя дочь? Как мне спасти её от него?

— Ты ключ ко всему. В тебе есть магия, я её ощущаю, ты сама защитишь всех своих близких и дочку, вспомнишь тот день, вспомнишь, как попала сюда и, возможно, новая метка появится снова. Наша метка! Теперь ты сама выбираешь, сама…

Кай медленно отпустил меня, нас уже не так сильно притягивает друг к другу. Метки Эйлин больше нет. Я свободная от него, и, кажется, моя девочка не пострадает от проклятья. Но от притязаний папаши и королевича нам теперь не скрыться?

А ещё не скрыться от боли:

— Я очнусь в другом мире, где нет тебя, и нестерпимая боль захлестнёт меня снова, память возвращается, милая моя, но я не смею ничего рассказывать, но ты живая здесь, любимая и шанс есть. Я вернусь за тобой!

Кай снова обнял меня, и это совсем другое объятие, родное, тёплое, нежное. Так обнимают те, кто любит и тоскует. Я снова целую его, не в силах оторваться, вдруг память вернётся…

С магией не шутят, один поцелуй, а такие эмоции, вся поляна отозвалась на нашу страсть.

Как вспомнить-то мой последний день, если в памяти чернота?

— Да кто ты? Кто? Ну хоть подсказку, а? — мой стон прокатился волнами магической силы. Слёзы душат, но я так и не могу проломить толстую стену беспамятства…

Он вдруг шагнул в темноту, а светляки так и летают вокруг меня.

— Вспомни свой последний день в твоём мире…

Слышу его шёпот, и всё стихло…

Как назвать состояние одновременной вселенской радости от любви и такой же боли от разлуки?

Истерика.

Опустилась на траву, и светляки сразу облепили меня, словно жалея, что всё складывается ну совершенно не так, как хочется. Всё, о чём мечтала когда-то, получаю самым неожиданным образом, и всегда есть огромная ложка дёгтя.

Не могу сдержать слёз, после нашего поцелуя всё вдруг поменялось в этом мире. Я словно вижу чётче, вроде и сил прибавилось, но что же так тяжело-то…

— Эйлин, вот ты где! Что случилось? — колдун не выдержал и прибежал за мной.

— Он забрал метку, ради моей дочери, и чтобы защитить меня от королевича. Не понимаю, почему так всё сложно, — Зохор поднял меня с травы за руку, и светляки, вспыхнув с новой силой взлетели над нами. Красиво, в любой другой раз я бы ахнула, но теперь зарыдала с новой силой…

— Забрал? Сам? Ох!

— Да, что? Чем это грозит-то, а? — сквозь всхлипы пытаюсь добиться хоть немного вытянуть из него правду. Но колдун, как всегда, сказал и замолчал.

— Перескажи все, что он тебе сказал.

— Много всего, Соня наследница земель, всех земель. Избранная. И поэтому он не смеет забрать нас. А сам не может тут быть. Я словно между двух огней. Постой! Он сказал: «Снова», значит, мы уже встречались? — до меня вдруг дошло это простое слово, которое все запутало окончательно.

Но я не успеваю подумать о своём, как Зохор завис от новостей:

— Твоя дочь — наследница? — теперь очередь стонать колдуну.

Не успеваю икнуть от испуга, он подхватил меня за руку и потащил в дом. По дороге я сказала про коронацию, что, кажется, это самая острая точка в истории, тогда-то всё и случится.

— Рагор не отстанет от тебя! И твоя дочь ему нужна, чтобы стать королём. Но хуже всего то, что этот Кай теперь один, и метку снял, чтобы ты точно не пострадала. Запутанно-то как все, а!

— Да от чего я пострадаю-то? Можно подумать, сейчас всё хорошо! — злюсь на все, обстановка накаляется. Колдун остановился, видимо, не хочет, чтобы наш разговор услышали «гости» пасеки.

— Он бросит вызов королевичу. Вот что будет! Надо этого демона проучить и изгнать, только герцогу это под силу. Раз он вернулся…

— Так ты не понял? Ты же был там, когда Кай появился на поляне, защищая нас. Этот, как его, Рагор его братом назвал, они братья! Что-то у них ужасное произошло в прошлом, а я и Соня сейчас просто очередной виток конфликта. Ох, Зохор, нам бы понять всю ситуацию, может и сможем как-то повлиять на исход событий. И метку Кай снял, потому что она и для Рагора подходит! Когда там, говоришь, коронация этого монстра?

— Скоро, через неделю-две. Втайне держат дату. Это магическое действие. И вам пока надо сидеть тихо. А после можно и в горы сбежать, пока Софи младенец даже говорить не умеет, она не опасна для королевича, но после проблемы будут нарастать.

— Сбежать? Ты сам сказал, что меня пытались унести в горы, и чем закончилось, я всё равно тут. Меня как магнитом к братьям притягивает. А если я считаюсь женой де Бриля, то дела ещё хуже, он и на пасеку претензии имеет, и на меня, и на дочь. Такого права его лишит только смерть или жадность! И как исправить ситуацию, как защитить нас от недомужа, я не знаю. Ты же заметил, что его с королевичем не было, похоже, что Домиан де Бриль тоже заложник, его просто вынудят отказаться от нас в пользу Рагора.

— Ох! Этого еще не хватало. Думаешь, де Бриль такой подлый, что продаст тебя снова?

— Если уже не продал. Увижу, натравлю на него и пчёл, и ос, и оводов, и тараканов! — шиплю от злости.

За тревожными переговорами, вышли на нашу поляну. Куст сияет, светляки над ним теперь кружатся, отчего у нас светло и даже немного празднично. Только настроение прямо противоположное.

— Иди в дом, Эйлин, а я тут проведаю нашего горца, вроде легче ему стало.

Махнула рукой, в знак: «Делай, что считаешь нужным!» и поспешила к девочкам.

Магда спит, и кажется, что ей лучше. Ёля покачивает колыбельку Сони, выглядит озабоченной, немного испуганной.

Обнимаю мою девочку Ёлю, крепко прижимаю к себе и целую в солоноватый лоб. От неё такой приятный летний запах, она как моё благословение во всём этом хаосе, что происходит вокруг.

— Люблю тебя, моя куколка, такая ты у меня хорошая, красивая. Спасибо, что ты есть! — шепчу ей и улыбаюсь.

— И я тебя люблю. Спасибо, что забрала меня. Но у нас всё будет хорошо? — она прошептала свои страхи, но улыбнулась, подняла взгляд на меня и внимательно смотрит. Дрогну ли я, отвечая.

— Герцог сказал, что ещё немного и я сама стану мощной магиней, и смогу вас всех защитить. Так что тут без вариантов, у кого мёд, тот и победит! — снова целую Ёлю и она ушла спать к Магде.

А я обнаружила, что на широких полатях мне уже настелили сено, сверху толстый плед и одеяльце с мягкой подушкой.

— Утро вечера мудренее, — прошептала и уснула.

Стоит ли говорить, что снились мне не самые приятные сны, я нашла себя снова на своей пасеке после измены Сергея. И со мной кто-то очень важный разговаривает, но я ничего не вижу, только просьба: «Останься, милая, останься со мной!»

А я сквозь рыдание отвечаю: «Больше жизни хочу остаться с тобой!»

И всё, темнота. Провалилась в сон, так и не поняла, что такого важного случилось в тот день, о чём меня просил вспомнить Кай…

За ночь Сонечка пару раз просыпалась, я её покормила, пелёнку поменяла при свете свечи, и снова спать.

И неожиданно проспали с малышкой чуть не до обеда. А когда проснулась, почуяла ароматный запах еды. Кто-то там на кухне очень искусно «шаманит».

Выхожу, и даже не удивляюсь. Магда и Ёля уже на ногах, и лепёшки пекут, и похлёбку в печи томят, и чай с листиков и ягод лесных заварили.

— Магда, ты вчера ж тут умирала, и уже на ногах! Как себя чувствуешь? — шепчу, не удержалась и приобняла её.

— Это от усталости, а лекарство колдуна меня оживило. Мы за Софи присмотрим, умывайтесь, скоро к столу, — прошептала и ловко на стол выложила три свежих, румяных лепёшки.

У меня такие не получались. Магда прирождённая кухарка, так хотелось оторвать кусочек горячей, воздушной, золотистой лепёшки, макнуть её в мёд и съесть, но сдержалась.

Вроде как я тут хозяйка и должна показывать пример Ёле.

Тут же вспомнила о важном:

— А как наш новый постоялец, Джон, кажется?

— Ему лучше, сейчас его колдун на ноги ставит, только я стесняюсь его. Взял и заявил, что я его женщина. Нахал! — и Магда так густо покраснела, мне показалось, что ей на самом-то деле нравится, что он так дерзко заявил свои права.

Не успели мы обменяться «мнением» насчёт мужского поведения, как этот самый мужчина появился на пороге. Умытый, посвежевший, вчера-то на него больно смотреть было. А сегодня совсем другой человек, прям жених!

— Доброе утро, хозяюшки, можно? — тихо, почти шёпотом произнёс приветствие и не дождавшись ответа, присел на лавочку у стола. Присмирел, однако.

Но от Магды взгляд отвести не может, так и следит за каждым её шагом.

— Как ты себя чувствуешь, Джон?

— Хорошо, госпожа. Благодаря Вам! Вы меня спасли, и я теперь в долгу перед вами! — он вскочил и поклонился, словно опомнился.

Вчера казался жутко брутальным, а сейчас он невероятно милый. Зависаю на пару секунд, размышляя, как мне быть с ним. И вдруг на ум приходит отличная идея.

— Ты мне очень нужен, на пасеке мужской работы полно, но самое неприятное, что мы все тут как заложники, нас не выпустят. А тебя мало кто знает, колдун скажет к кому обратиться, будешь нашим торговым представителем.

— К-кем? — кажется, я его напугала.

— Мёд продавать, и провиант для нас покупать, коня сейчас пойдём твоего забирать, да короб, спрятанный в кустах. Магия, приключения хорошо, но жить надо! Так что я умываться, а вы тут без меня не шалите, после завтрака займёмся делами!

— Слушаюсь, госпожа! — Джон снова вскочил и слегка поклонился, я не выдержала и хмыкнула.

— Я может, и хозяйка, но человек простой, так что зови меня просто Эйлин, колдуна нашего позовите на завтрак, семейство с каждым днём растёт, кухню летнюю надо бы построить.

Так ворча себе под нос, и даже немного счастливая, что солнце светит, что все живы, и уже здоровы, что пасека стоит и никуда не делась. И с Каем мы как-то разберёмся. И тут до меня дошло, что я хотела спросить у парня.

Вбегаю назад в кухню, при Ёле любовных разговоров не случилось, но Магда румяная и смущённая. А я задаю горцу один важный вопрос:

— А скажи мне, дорогой, имя Кай Эринг, оно настоящее, и что значит?

Парень смутился, наверное, вопрос ему показался слишком глупым, но он даже не улыбнулся, очень серьёзно принялся разъяснять:

— Это северное наречие: Кай — господин, Эринг — свирепый, сильный, злой. Это не имя, это боевое обращение. Как у вас бы сказали Великий Князь. Это же так к герцогу обращаются, но его настоящего имени никто не знает. Может быть, это часть настоящего имени.

Вот оно в чём дело. Я не разгадала настоящее имя господина моего сердца, а он сразу понял, что меня зовут Оля, я его не чувствую. Дело-то не в метке, а в том, что я не готова. Я смогу его позвать, если вспомню имя?

Сквозь задумчивость отвечаю отрешённо:

— Спасибо, я не знала…

Вздыхаю и ухожу на ручей умываться.

А в голове мысль кружит: «Почему он сказал, что не Эйлин его истинная, а я, та, которая настоящая Оля?»

Понимаю, что это именно то, что мне нужно вспомнить, и ведь ни с кем уже не поделиться секретом, это только наша с ним тайна. Одна надежда на колдуна, может есть у него какое-то зелье, чтобы вспомнить прошлое, как это у нас-то называется: «регрессивный гипноз».

Подумала об этом и поняла, что пока не готова. Нет сил снова переживать предательство, я умерла, а мой муж остался как блин в меду, и пасека, и новая жена беременная. Такую несправедливость тяжело принять. Даже тяжелее, чем этого Рагора с его претензиями.

Луиза весь вечер ждала новости, прекрасно понимая, что лично для неё любое развитие событий ничего хорошего не сулит.

Королевич по какой-то причине заинтересован в жене де Бриля. И если она красивая и обладает хоть толикой магической силы, то этот интерес разовьётся во что-то серьёзное.

— Нун! Где тебя носит? — позвонила в колокольчик и громко крикнула свою камеристку. Через несколько долгих минут девушка прибежала, запыхавшись. Отдышалась и выпалила новость.

— Этого красавчика привезли двое охранников. Они его заперли в комнатах и по приказу королевича запретили даже близко подходить к двери.

— Красавчика? Де Бриля? Он один? Заперли? — Луиза сначала не поняла, про кого шепчет Нун.

— Да! Новый адъютант, красавчик!

— Мне нужно с ним поговорить! Отвлеки охранников, принеси им пиво, а я пройду через тайную дверь.

— Слушаюсь.

Нун присела в реверансе и сразу убежала исполнять приказ. Через несколько минут сама Луиза через чёрный ход вошла в покои Домиана.

— О! Госпожа! — Дом вскочил с постели и упал на колени перед девушкой. Не надеясь, что она позволит поцеловать руку. Но Луиза не устояла, улыбнулась и протянула белую, холёную ручку для жадного поцелуя.

— Домиан, я должна узнать обо всём, что случилось с вами, твою жену забрали?

— Мне запрещено рассказывать. Но могу поделиться, что Его Высочество проведал графа, и тому досталось. Они считают, что моя дочь опасна из-за какого-то предсказания. Я услышал лишь часть громкого разговора. И, признаться, вообще ничего не понял. Сейчас Его Высочество снова отправился на пасеку. Скорее всего, он привезёт мою жену во дворец. Вот и всё, что я знаю. Граф обозвал меня предателем, отчего мне не по себе.

Домиан решил слукавить, надеясь, что настойчивая Луиза отстанет и перестанет провоцировать неприятности их и без того достаточно.

Но он ошибся, глаза девушки загорелись, ладно бы страстью, но нет. Она прищурилась, поджала губки и продолжила «допрос»:

— Предсказание? А кто знает все предсказания? У кого я могу узнать? — Луиза уже почувствовала угрозу, никогда и ничем хорошим ни одно предсказание не заканчивалось.

— Граф знает, колдун, а, есть ещё старуха, говорят, ведьма — старая Джейн. Очень противная. Из страха казни перестала ворожить, но живёт она очень долго, больше сотни лет, если память не отшибло, то вспомнит. Ведьмы же все предсказания знают. Вы же не ведьма?

— Самую малость! Просто не думала, что тут есть какие-то секреты.

— Да, не волнуйтесь вы так, госпожа. Предсказание явно какое-то пустое. Вас и королевича не коснётся. Там что-то про мой род, так что моей шее с головой расстаться придётся, когда королевич вернётся с пасеки. А вы обо мне завтра и не вспомните!

Де Бриль проговорил последнюю фразу с таким видом, что даже бессердечная Луиза на миг замерла. Это вполне похоже на правду.

И теперь всё усложняется.

Дождаться Рагора и потом поехать к этой Джейн?

Но в этом случае есть вероятность, что Домиана и правда казнят.

Второй вариант, провести парня через чёрный ход, сесть в неприметную, давно готовую к побегу карету и северным объездом проехать в малюсенькое поместье старой Джейн. До утра Рагор о своей Луизе и не вспомнит.

Она прикусила губу, размышляя о перспективах.

— Скажу, что старалась ради королевича. Пошли со мной. Поедем к этой Джейн.

— Ох, госпожа, смилуйтесь, я весь день туда-сюда мотался. Сил нет, и Его Высочество меня убьёт за побег.

Последняя попытка отделаться от настойчивой фаворитки самого королевича не увенчалась успехом. Ей развлечение, ему — смерть!

— Он тебя в любом случае убьёт. Пошли, а так, если узнаем о предсказании у профессиональной ведьмы, кто знает, может, тебя и помилуют, — Луиза прошептала и пальчиком указала на китель и шляпу.

Приободрила, ничего не скажешь.

Домиан секунду стоял в замешательстве, не понимая, что делать. Страшно ослушаться приказа, но ещё страшнее стать первой жертвой королевича.

Луиза провела Дома по тайным ходам замка, через несколько минут они вдруг оказались в конюшне.

— Здесь есть постоянно готовая карета, на случай срочной поездки. Вон у входа, видишь? Я пройду напрямую и отвлеку, а ты прокрадись по стенке и тихо сядь с другой стороны. Понял? Надо тебя незаметно вывезти из замка.

— Да, моя госпожа! — де Брилю пришлось пригнуться и пробежать по тёмной стороне огромной конюшни, Луиза прошла напрямую и что-то крикнула извозчику.

Ей помогли сесть, двое охранников вскочили на сиденье сзади, и карета тронулась в путь.

Только тогда Домиан сел напротив своей госпожи и выпрямился.

— Извозчик знает дом Джейн, сказал, что по короткой дороге домчит меньше чем за три часа.

— Но это будет уже глубокая ночь.

— Тем лучше! Нас никто не увидит, вернёмся утром, королевич нас и не хватится! Не переживай, я чувствую, что мы делаем благое дело!

— Ох! Всё, что связано с этой грымзой Джейн никогда не будет благим. Я её побаиваюсь, ненормальная паучиха, — простонал де Бриль.

— Паучиха? — Луиза не поняла о чём он.

— Весь дом у неё в пауках и паутине. Я лишь однажды заходил к ней и не желаю повторять.

— Тогда мы не зайдём, а вызовем её, расскажет всё, что знает и всё, не трясись. Ты слишком милый, когда боишься.

Она игриво улыбнулась. Де Бриль засмущался, с трудом сдерживая улыбку, отвернулся в окно, не в силах скрывать дикий интерес к этой необычайно красивой женщине. Смертельно опасный интерес, но он нарастает как ураган.

Дорога оказалась чуть длиннее, чем ожидала Луиза. Совсем стемнело, но темнота решимости не убавила.

— Госпожа мы прибыли! Прикажете постучать? — осторожно открыв дверь кареты, сообщил один из охранников.

Стучать не пришлось. С другой стороны кареты внезапно вспыхнуло пламя на факеле. Все вздрогнули, но, когда услышали «голосок» старушки, замерли от липкого, парализующего страха.

— А ждала я вас, почти сто лет ждала этой ночи! Мясо мне привезла госпожа? Давненько я не ела свежатину…

— Джейн! Ты с ума сошла от старости! Это я твой господин, — первым опомнился Домиан и рявкнул на старуху.

Но Джейн оказалась не из пугливых:

— Был! А теперь ты жертва, долго не проживёшь. Поэтому моя цена — он! Госпожа! Хи-хи-хи! — и костлявый палец указал на удивлённого де Бриля, она противно улыбается, предвкушая удовольствие от нового подарка.

Смех старухи вернул Луизу в реальность.

— Ты же старая ведьма, с чего мне тебе верить? Может, ты и правда всё забыла. А я тебе отдам этого сладкого мужчину, он мне самой пригодится, — прошипела Луиза. И тут же крикнула сопровождающим: — Отойдите, у меня с этой женщиной важный разговор.

Как только шаги охранников стихли за едва различимыми в темноте кустами, Луиза улыбнулась.

Быстро пожала руку де Брилю и прошептала: «Не бойся, мой мальчик, дёшево я тебя не продам, бежать не советую, сиди и жди!»

Несчастный лишь сглотнул ком в горле, какая-то сила заставила его вжаться в мягкое сиденье и замереть.

— А теперь, дорогуша, мы поговорим с тобой с глазу на глаз, веди в свои владения, я должна понять, с чем имею дело!

— Думаешь, что ты сильнее меня? Будь ты сильнее, то ОН давно бы на тебе женился. Ты ничего не знаешь! Ничего! Не тебе быть королевой, и даже не мне! А ведь я могла, да! Могла! Хи-хи! Глупышка, ты лишь гусеница. Эйлин — уже бабочка, хотя нет. Она пчела с жалом! Твой жених-демон её не отпустит, он всех убьёт, лишь бы получить ребёнка! Ведь Эйлин была его истинная, его! Хи-хи-хи!

— Ребёнка получить, она его истинная? — Луиза сделала вид, что пропустила мимо ушей оскорбления старухи. Новый виток интриг захлестнул её разум.

— Цена за правду — он! Отдай красавчика, я паучья ведьма, пора отложить яйца, и в нём я смогу высидеть самых живучих пауков, — прошептала Джейн.

А Луиза поморщилась, но она только выглядит нежной невинностью, зря Джейн стоит так близко от опасной красотки.

Старуха и ойкнуть не успела, как по её щеке полоснуло тонкое лезвие.

— Джейн, это очень сильный яд, паукам такое воздействие не пережить, да, сил у меня немного, но я из рода ядовитых ведьм, мы все знаем о ядах, в них моя сила. И вот новая цена. Ты всё рассказываешь про предсказание и метку, тогда я отдам тебе флакон с противоядием. Осталось чуть более пяти минут. Поверь, никто не пожалеет тебя. Когда упадёшь, я этим же факелом сожгу это логово, и всех, кто в нём прячется. Ведь там у тебя полно нечисти, поэтому ты не пустила Эйлин, хотела её сожрать, да поняла, что девчонка тебе не по зубам?

— Да, она меченая, метка, моя метка у неё. Ненавиж-ж-жу!

— Предсказание? Ну? — прошипела Луиза, не обращая внимание на бред старухи.

— Больше сотни лет назад, я делала предсказание, что грядёт новое время и новые короли. И в роду де Брилей появится признанный наследник. Они думали, что это отец вот этого красавчика, поэтому убивали всех. Но ничего не происходило, о предсказании забыли, а мне напоминать невыгодно, потому что я не открыла им тайну. Бу-тру-ши-ра-ма…

Старуха понесла что-то бессвязное, но Луиза потрясла перед носом паучихи флакон, и это снова сработало.

— Я не открыла тайну, что наследницей будет девочка, дочь от северянки. Мать с меткой в родах умрёт. Девочку должен забрать себе королевич, у малышки скоро появится метка, как у мамки. Демон должен жениться на ребёнке через шестнадцать лет, когда она превратится в прекрасный, нежный цветочек. И этот брак ввергнет наш мир в хаос. Людям плохо, а нам хорошо. Надо убить этого красавчика-отца девочки, и тогда мы победим.

— Но мать не умерла? Эйлин жива, здорова и захватила пасеку — место силы, как ты это объяснишь? Откуда у простой жертвенной овечки, столько сил? Она и малышку Рагору не отдаёт! — глаза Луизы сверкнули гневом. Она заметила существенную нестыковку в предсказании.

Джейн словно опомнилась, прижала указательный палец к губам, в мерцающем свете факела её облик вызывает омерзительное чувство брезгливости, с каждой секундой Луизе всё меньше хочется отдавать противоядие.

— Не умерла? А почему? — Джейн задала тупейший вопрос и так посмотрела на гостью, что показалось, тут проще уже начинать все сжигать…

— Ты мне скажи, твое предсказание — ложь? Метка роли не играет? Может и девочка не наследница?

— Не-не-не! Всё дело в метке, она спасла пчелу Эйлин, этого не должно было быть. Или этот красавчик де Бриль взял не ту бабу в жёны? Ну не помню я, надо снова ворожить. Но я видела девочку, она наследница всех земель, а если мать жива, то твой жених королевич может и не ждать шестнадцать лет, женится на Эйлин, а девочку признает дочерью и получит абсолютное право трона. Всё, отдавай противоядие, яд жжёт меня. И этого парня отдай…

— Что же с тобой делать? Ты бы мне пригодилась, но предашь. Я таких подлых знаю! Еще надоумишь Рагора жениться на Эйлин, да он и сам додумается…

— Нет, не предам! Клянусь! И я знаю, что в эту пасеку можно попасть, если идти по ручью, да-да! Этот купол там слабее. Прям по воде, шлёп, шлёп…

— Откуда знаешь?

— Сладенькое люблю, хотела украсть мёдик, ночью ходила, ходила-ходила, старая Джейн там пауков собирала… Да, сияющее дерево меня прогнало, а тебя не прогонит! Не прогонит!

— Значит, по ручью?

— Да, госпожа! Ну дава-ай противоядие-е! — Джейн поскуливает, а у самой уже начала чернеть щека. Время вышло.

Луиза улыбнулась, сделала шаг назад и крикнула:

— Охрана, сжечь тут всё! Всех, особенно пауков! Ненавижу этих тварей! — крикнула приказ и едва увернулась от факела, каким Джейн кинула в прекрасную обманщицу.

Старая ведьма сделала несколько шагов и упала на землю, корчась в агонии. Верные охранники-южане, привычные ко всему, быстро закончили дело.

Дом, покрытый толстым слоем сухого плюща, вспыхнул, стоило поднести к нему горящий факел.

Магическое заклинание, что прошептала Луиза, не позволило никому выйти и спастись…

— О, госпожа, благодарю, что спасли меня и не отдали паучихе, — простонал поражённый де Бриль.

— Я сама тебя съем, сладенький мой…

— Это же шутка, госпожа, — вздрогнул Домиан, но то, как женщина расправилась со старухой и её старым домом убеждают что это не шутка.

— Посмотрю на твоё поведение, мой мальчик.

— Так мы на пасеку?

— Не сейчас, если откроешь рот и расскажешь, как туда можно пройти, отравлю.

— Я никому, клянусь!

— Вот и молодец! Домой! — крикнула Луиза и карета покатила обратно в столицу. Путешествие почти впустую, но тайна пасеки того стоит. Теперь нужно понять, как этот секрет использовать.

Карета свернула с большого тракта и помчалась в неведомом для Домиана направлении, он даже ночью тут хорошо ориентируется.

— Куда ты меня везёшь?

— Домой, ко мне домой, ты моя вещь! Раз твоё семя такое бесценное и твой ребёнок обладает правом престола, то почему бы мне не родить от тебя?

— Ам-м! — простонал де Бриль, вытаращив глаза от ужаса, за такое преступление королевич живьём с него шкуру снимет…

— Советую не дёргаться, я единственная гарантия твоей жизни, понимаешь ли ты меня, милый?

В знак согласия несчастный судорожно затряс головой, острый кинжал замер у шеи и исчез. Луиза мило улыбнулась как ни в чём не бывало и села на своё место, спрятав клинок в пышной юбке.

Позднее утро выдалось суматошным, мы с Ёлей и даже с Зохором привыкли к дому, и у каждого своё место есть и дело. А тут вдруг молодой симпатичный мужчина, и Магда, а между ними искры.

Прям пожар!

Забавно наблюдать за парочкой, ещё забавнее, что он, к сожалению, мужлан, а Магда хоть и служанка, но девушка весьма утончённая.

Однако работа в её руках кипит, обед, порядок вещей на полках, пелёнки прополоскала, Ёле помогла с косичками. Листики с куста на краю леса собрала на чай, потом ушла за ягодой и всё быстро, проворно с улыбкой. А Джон с неё глаз не сводит, и ощущаю его нарастающее возбуждение. Магда завораживает парня, а мы про него ничего не знаем.

Колдуна просить о пикантном одолжении не хочется, мужчины такие моменты могут слишком грубо сказать, не так поймут друг друга и потом начнётся непонятная вражда.

У меня созрел план лучше.

— Джон, сейчас Соня уснёт, Ёля с ней в нянях остаётся, Магда ягоды собирает, колдун — травы, а ты со мной в лес за мёдом!

— За мёдом? Его же пчёлы делают? — неуверенно пробормотал мой новый помощник.

— Ну, да! А я собираю!

— Так, они жалят! — кажется, кто-то решил спрыгнуть с крючка, но у меня на всё готов ответ.

— Вот сетка, ты не полезешь в бортьи, от тебя только грубая мужская сила. Возьмём с собой бидон и вон тот бочонок. И на тебе лестница-пристенок, хочу попробовать не с дна, а с крышки забрать, место освободить, чтобы до сезона дождей они успели набрать нового магического мёда.

Говорю, а сама собираю инструмент, шляпу даю новому помощнику, он смотрит с презрением, конечно, шляпа женская, и фота на ней. Но не сопротивляется, принимает как данность.

— А вы? Разве без защиты?

— Меня не жалят! Ну что, готов? — собрали всё, Ёля вышла нас проводить, улыбнулась, наверное, представила эмоции Джона, не все выдержат и не испугаются в лесу злить целый рой огромных пчёл.

Вот и посмотрим, насколько у него крепкая психика.

— Мы тут рядом пройдёмся. Я только три бортьи открывала. Там дальше есть просвет в лесу, я до него и дойти не успевала, к сожалению, но чувствую, что там несколько колод установлено. Мне ж далеко нельзя от дома, да и тяжёлое пока нельзя носить. Так что ты для меня идеальный помощник.

— Говорите, что делать, я сделаю, но в эти колоды не полезу!

Признаюсь честно, заговариваю зубы парню, пытаюсь его увлечь, отвлечь и хоть немного расслабиться в моём присутствии. Но как-то с трудом получается.

И тогда я перешла к делу. Собственно, ради этого разговора я и потащила его с собой сейчас.

— Слушай, ты парень очень милый, сильный, и смелый, я ценю, как ты встал, с тяжёлой внутренней раной защищать меня…

— Нет! Госпожа, это вы вышли защитить меня. Я горец, у меня есть слабая магическая сила. Если бы у колдуна вашего мне поучиться, то стал бы таким же. Ваши мысли в тот момент меня поразили. Я же для вас никто…

Приплыли…

Я хотела его уму-разуму учить, а он оказывается, и без меня не дурак!

С другой стороны, это очень облегчает мне задачу.

— Тогда скажу тебе напрямик. Магда девушка утончённая, нежная и красивая. Она скромная и работящая. И пока я не потеряла память, мы были с ней очень дружны. Очень прошу, не испорти своей мужской харизмой отношения с ней. Я тебе больше скажу, женщины любят сильных мужчин, но сила должна быть вокруг, а со своей королевой будь ласковым. Не смущай её. Живи, раз уж оказался с нами, занимайся делами, цветы ей дари, слова приятные…

— Вы о нём тоскуете? — не успела я договорить свою проповедь, как Джон выбил поток моего сознания из логического русла.

Стою перед ним, открыв рот, глазами хлопаю и без слов понятно, что тоскую по Каю так, что и не вышепчешь…

— Он придёт. Таких, как вы не оставляют. Наверное, есть какие-то преграды, но я вижу, что у вас всё получится…

— Спасибо, милый, а у вас?

— А у нас будущее туманное, если меня сейчас пару раз ужалят, я сбегу, но Магду заберу.

Закрываю глаза и начинаю смеяться.

— Ты мне нравишься, вот не теряй это чувство юмора, и будет тебе счастье. Я рада, что мы поговорили.

— И я рад. Счастлив. Если позволите, то я ночевать в сарае…

— Лучше на чердаке, в сарае неуютно.

— На чердаке колдун храпит так, что ночные птицы замолкают, песни забывают, и пчёлы ваши скоро дом свой деревянный, что у сарая стоит, заберут и унесут подальше в лес.

Начинаю ржать до слёз.

Всё, этот парень нам подходит.

Мы около часа работали, проверили новые бортьи, даже не заметил Норт, как втянулся, дымарём мне помогает, и крышки открывает, и бачок подставил под мёд, пока я соты вырезаю, стоя на приставной лесенке.

— А мы отличная команда. Молодец!

— Это пока с вами, а без вас они бы меня зажалили. Вы для них как королева. Это чувствуется, даже без магической силы.

Я ничего не сказала на это наблюдение, но показалось, что я и правда с пчёлами словно общаюсь. Вот прямо сейчас одна пчёлка замешкалась, мне стоило подумать, и она умчалась по делам. Причём матку я тут ни разу не видела, а судя по размерам рабочих пчёл, то и матка может быть огромной. Начинаю ещё более осторожно срезать соты. Чтобы не навредить случайно.

— Ну вот! Мы собрали все, что планировали, сейчас пройдём, одним глазком взглянем на вон ту поляну…

— Это не поляна, там красивое озеро, вон сверкает вода.

— А ведь точно! Пошли скорее, посмотрим. У, если бы тут рыба была, нам на уху наловить.

— Можно и наловить! — деловито прошептал Джон, и закрыл полный бочонок крышкой. Гонимые любопытством, поспешили к озеру. Вышли и ахнули.

Идеальное, круглое, вода прозрачная, по берегам цветов немерено, и все ароматные, вот где медоносы притаились.

— Озеро большое, вон там река вытекает, так что рыба тут вполне может быть, — с серьёзным видом рассуждает Джон, не обращая на меня внимания, уселся на траву, стянул сапоги, закатал штаны выше колен. Надо признать ноги у него стройные и очень сильные.

Достал нож из массивных ножен, и тут же срезал два тонких деревца. Минут пятнадцать у него ушло на изготовление дротиков. Неспеша и молча вошёл в воду и замер.

Буль, шлёп и в мою сторону летит огромная рыбина, проткнутая острой палкой. Снова замер, и опять характерный звук, и вторую рыбину он уже с довольной физиономией победителя принёс сам.

Рыба очень напоминает горную форель, какая-то слишком идеальная.

Как представила её жареной или пусть даже томлёной в чугунке, слюнки потекли.

— Ну с тобой мы не пропадём!

— Так отдадите за меня Магду? — находчивый какой, а! Сразу к делу.

— Глупая твоя башка! Я ж тебе сколько раз говорила, влюби её в себя, пусть она сама захочет.

— Так она уже…

— Да, что уже?

— Она в меня влюбилась, я же людей вижу. Вы души не чаете в девочках и в господине Кае, колдун вас считает своей семьёй, а я люблю Магду, а она меня, всё просто.

Махнула на него рукой, непробиваемый. Но, может, так и надо.

Но он по-своему прав. Всё тонко заметил. И я страдаю без Кая, особенно вчерашний поцелуй не идёт из головы, от него у меня мурашки табуном ходят до сих пор. Смотрю на Джона, а вижу Кая. И никуда от этого наваждения мне не скрыться.

Джон несёт домой внушительный бочонок с мёдом и бидон, я сумку с инструментом и двух рыбин, наколотых на дротики. За лесенкой, сказал, после сам сбегает.

Вышли на поляну и обомлели. На краю стоит конь Джона и культурно пощипывает траву.

На ступенях стоит огромный плетёный короб, а рядом сидит колдун с печальным лицом.

— Дай угадаю, у нас новости и они плохие? — уже поняла, что тут что-то случилось.

— Да. Конь сам по воде пришёл, везде купол действует, а по речушке ходи, кто хочешь, как видишь, я сам сходил за коробом. Но вы, я вижу, с уловом?

— Джон решил, что сегодня у нас рыбный день, обрубаем хвосты. Да не волнуйтесь вы так. Ручей перекроем ниткой с побрякушками, Джон решил ночевать в сарае, там дозор ночной будет. А днём нас пчёлы охраняют.

Мне надоело бояться, и в какой-то мере даже обрадовалась, что этот проход есть, враги пока не сунутся, ведь все думают, что с нами Кай…

Все немного напряглись.

Оказалось, что чувствовать себя «пленниками» магического купола гораздо приятнее, чем знать о свободном проходе по руслу ручья. Конь нам этот секрет случайно открыл. А так бы жили и не знали.

Но говорить об этих неприятностях не хочется. Тревожность сказывается, замечаю, как Джон постоянно поглядывает в ту сторону, куда течёт наш ручей. Да мы все туда поглядываем.

Уже мечтаю о собаке, Дружок мой бы тут очень пригодился.

Ситуация такая, какая есть, и ничего не изменить, пока. Берём себя в руки и работать, дел полно, всем хватит.

Я с моей сладкой девочкой, Ёля с Магдой на кухне хозяйничают, продукты разбирают, что Зохор принёс в коробе. Джон рыбу чистит подальше от дома, но так, чтобы всё видеть, особенно «проход в нашу усадьбу».

Почистил две огромных форели, и чтобы запаха не осталось, закопал то, что в дело не пойдёт.

Колдун, отдал на хранение увесистый кошелёк с выручкой, посмотрела, впечатлилась, но ничего не поняла, много это или мало. Ведь уже столько всего куплено. А денег всё равно много.

Мёд тут и правда жидкое золото. Де Бриль вопил, что за месяц с долгами рассчитаемся, какие три года копились, если я ничего не путаю?

Под впечатлением осталась, весьма приятным от выгоды. Но и тревога подросла, как крапива после дождя. Если такой ценный мёд, нас точно в покое не оставят.

Пока я размышляю, Зохор, наконец, достал подарки, три платья для Ёли нам туфли удобные, скорее напоминающие балетки из мягкой кожи. Но идеально угадал с размером. И мне наряды, простые и удобные. Два платья я тут же отдала Магде и красивую косынку. Соне пелёнки новые и чепчики с распашонками, очень красивые.

Можно было бы поворчать, что это дорого. Но не могу.

Моя девочка — принцесса, вот и пусть в красивых вещах щеголяет. Колдун с огромным удовольствием наблюдает, как мы вспыхиваем радостью, стоит достать из короба очередную красоту.

Он и про бусы не забыл. Мне голубые, Ёле коралловые, а Магде ничего, потому что не знал о её появлении.

— Магда, возьми мои, я маленькая в бусах ходить рано, а ты невеста, тебе надо, — прошептала Ёля и протянула свои нежные, яркие бусики подруге. Стоит ли говорить, как Магда расцеловала девочку.

В приятной суете все разобрали, и колдун вдруг объявил, что на поляне, где раньше сидели охранники, никого нет и можно сходить в его избушку за вещами.

— Отпущу, только если с Джоном вдвоём пойдёте. А мы пока рыбу пожарим, — отдаю ценные указания, пока меня ещё слышит Зохор, а то уже схватил короб и побежал.

— Как скажешь, с ним сподручнее, надо подушки принести, одеяла. Столько народа под одной крышей теперь спать будет.

Он что-то еще проворчал под нос, а я вспомнила и пока Соня на руках выбежала за колдуном, притормозила его и шепчу:

— Дело есть! Кай просил вспомнить кое-что. Но я сама не могу. Может у тебя есть какая-то травка, выпью, усну и во сне бы увидела прошлое. Подумай на досуге, может что-то придумаешь?

Без особой надежды спрашиваю, но Зохор вдруг оживился:

— А есть такой способ. Вечером я тебе помогу, как раз дома забрать надо из тайника порошки магические. Не волнуйся, все что надо вспомнишь. Магический сон, почти без погрешностей, всё чётко вспоминается. Ну пойду, а то надо до обеда успеть, рыбу-то Магда вкусно пожарит!

— Джона возьми! И что там у вас из оружия. Боюсь за вас.

Мужчины ушли в домик колдуна, и быстро вернулись, нагруженные полезным домашним скарбом. После вкуснейшего обеда и недолгого отдыха ещё раз сходили. Такой внеплановый переезд получился. Зато у нас теперь приличные места для ночлега, одежда для мужчин, посуда, и другие полезные вещи, в хозяйстве всё сгодится, а уж в нашем и подавно, думаю, что летнюю веранду строить надо и коню навес, да мало ли дел в хозяйстве.

После недолгих уговоров за чаем Джон решился ночевать на чердаке, там чисто, просторно и есть топчаны, в сарае даже ему показалось слишком уж аскетично. Спать между медовым прессом и пустыми ульями не самое приятное удовольствие.

Ну и в завершение всего колдун поклялся, что знает заговор от храпа, обязательно будет читать его перед сном.

Мы дружно посмеялись и довольные занялись вечерними делами.

Джон коню мастерит привязь, подальше, чтобы траву жевал и свои «сюрпризы» нам перед домом не оставлял, не уверена, что Кай на месте каждой кучки создаст новые кусты, скоро тут один сплошной куст потребуется, а мы босиком бегаем. Посмеялись над конской проблемой и задвинули животину вниз по ручью, пусть охраняет подходы к пасеке.

Магда с Ёлей Соней в няньках.

А я и Зохор поднялись на чердак и решились на очень важный эксперимент.

— Вот настойка, ты просто лизни языком, зелье мощное, и капли хватит, ложись, я слежу за тобой и сердцебиением. Начнёшь засыпать, не пугайся, сначала всякая чертовщина кажется. Но ты пытайся примерно понять время, какое хочешь увидеть. Может события какие-то значимые есть. Надо зацепиться за что-то в прошлом. И тогда получится. Если не сейчас, то завтра повторим. Расслабляйся, и я тебя верну ровно в тот момент, как эти песочные часы закончат цикл. Главное, помни о дочери, она твоя ниточка назад! Закрывай глаза, дыши носом и спи-и-и-и!

Я резко провалилась в темноту.

Ух!

Не ожидала такого стремительного эффекта. Тело похолодело, кажется, что я умерла. Ну по сути, я же вроде как умерла, и мне надо увидеть свои последние дни там, в моём мире именно перед смертью меня Оли.

Неожиданно слышу рыдание. Открываю глаза, и сама чуть не закричала от ужаса. Только орать мне нечем.

Я призрак! Меня никто не видит. Просто чувствую, что я есть. Вот это жуткая жуть.

Ощущение леденящего ужаса, что назад мне не вернуться.

Осматриваюсь и окончательно срываюсь в панику, не сюда я стремилась в своих воспоминаниях!

Не сюда!

Я в каком-то старинном замке. Тут холодно, темно, печально и даже страшно.

Куда же я попала? Пытаюсь направить себя дальше в свой мир. И в этот момент понимаю, что я попала в прошлое Эйлин.

Девочка лет трёх, очень хорошенькая, спит в колыбели, укрытая мягкой пятнистой шкурой какого-то зверя, а рядом две женщины, и они что-то очень оживлённо обсуждают. Судя по одеждам тут холодно, в камине горит огонь, но комната слишком огромная, чтобы согреть тех, кто тут находится.

Не могу понять язык, на каком они говорят. Подлетаю поближе, и, кажется, сейчас вспыхну искрами от усилия понять суть разговора.

Магия? Да, мне поможет только магия, только я в ней ничего не смыслю.

Но! Секундочку. Я же очнулась в теле Эйлин и сразу заговорила как местные, а уж сейчас и подавно смогу, нужно постараться.

В моём сознании вдруг появились какие-то смыслы, сначала туманные, но с каждым словом всё становится понятнее.

— Как избежать проклятья, Эби? Как? Моя дочь в любом случае умрёт, не дожив до двадцати лет? Герцоги — наши лютые враги на протяжении сотен лет, и теперь моя девочка получила метку проклятых, через договор моего мужа? — простонала молодая незнакомка, и по её щекам скатились огромные слезинки. Как я её понимаю, любая мать рыдала бы и искала способ спасти дитя…

— Граф приказал скрыть метку, а дитя увезти в южные земли, спрятать. Но, госпожа, Одиллия, это всё бесполезно. Метку герцога не переиграть. Это судьба девочки, наследие рода её отца графа Клермона. Мне жаль. Но вдруг это шанс на примирение с герцогами?

Прошептала старуха на странном диалекте.

— Молчи! Мой муж голову твою срубит, если услышит эти слова, ты его род обвиняешь в сговоре с герцогом? Жить надоело? Эбигейл, ты опытная колдунья, всегда есть противоядие. Может быть, как-то скрыть эту метку? Да ведь наш шпион вернулся и сообщил, что замок герцога пустой. Вообще, никого нет! Люди сбежали, а старый маг Эринг и его сыновья пропали бесследно. Наши враги сами себя уничтожили! Может быть, эта метка — ошибка? Моя девочка умирает из-за какой-то магической глупости, твой оракул запутался!

Молодая мать шепчет, продолжая оплакивать судьбу маленькой Эйлин, теперь я совершенно отчётливо понимаю, куда попала и кого вижу перед собой.

Продолжаю «висеть» рядом, замерев, чтобы не выдать своего присутствия, ведь Эбигейл колдунья и она может меня заметить и наказать. Кто её знает, на что она способна. Не хочется тут застрять навсегда.

Но меня не это сейчас интересует, про Эйлин я уже многое поняла, а вот замок герцогов стал очень интересной загадкой.

Значит, туда проход есть, и лет двадцать назад там смог побывать шпион из графства Клермон, разузнал, что герцоги пропали.

И вот он вопрос на миллион, кто такой Кай, и почему Рагор назвал его братом? Вот в чём надо срочно разобраться. Почему герцоги есть, а замок пуст?

Я не думаю, я зазубриваю эти вопросы. Ведь после того, как очнулась в теле несчастной Эйлин, вся память у меня пропала, а что, если сейчас открою глаза, и ничего не вспомню.

Такого поворота событий допустить нельзя!

Женщины продолжают шептаться, и я поняла то, что и так знаю. Одиллия не послушала колдунью и решилась отвезти девочку подальше за горы, в графство своей сестры.

— Соберу обоз, и проедем до снегопадов, там тепло, красиво. Мою дочь сестра любит. А я позже вернусь к мужу. Не могу оставить Эйлин Мелиссу на границе с герцогством. И метку скрой, этим монстрам моя дочь не достанется!

— Но всё откроется, в день совершеннолетия метка проявится. Я постараюсь ослабить магию, метка останется как обычное родимое пятно. Герцог рядом будет стоять и не почувствует. Об этом не беспокойся. Только помни, замуж Эйлин выйти не может. Она предназначена только для кого-то из рода магов-герцогов. Любой другой брак её точно погубит. А девственность спасёт, возможно, позволит прожить долгую жизнь, но разве это жизнь?

— Лучше так, чем полюбить, выйти замуж, родить, увидеть дитя и умереть! Нет! Я настаиваю, моя дочь врагам не достанется и не умрёт. Эти предсказания иногда меняются, ты сама говорила.

Одиллия притопнула ножкой. Похоже, что ей даже спор на эту тему надоел. Но колдунья Эби не унимается:

— Метка притянет к ней мужа, никогда еще такую магию никому не удалось перехитрить. И я иду против закона только потому, что клялась тебе в верности. Пойми, если мы поступим против воли магии, то возмездие настигнет и нас.

— Ой, не пугай! Герцоги пропали, бояться нечего. Эта метка и предсказание, подействуют, только если доченька выйдет замуж. Но моя сестра позаботится об этом, вдали от герцогства и магия перестанет действовать!

— Как скажете, госпожа. Как скажете!

Спор прекратился, колдунья на столе разложила свои магические предметы, мне хотелось бы ещё понаблюдать, за тем, что сейчас будет происходить. Но увы, время, кажется, истекло. Холодный замок начал растворяться, и я провалилась в очередную тьму…

А сама твержу: «Кто такой Кай? Куда пропали герцоги и сколько их?»

Этот вопрос не даёт мне покоя.

Темнота рассеялась, и я неожиданно оказалась в совершенно другом месте. Замираю всего на секунду, даже думать боюсь. Уже кое-какой опыт есть, что тут всё пронизано магической силой, и мало ли куда я попала, а уж кого тут встречу…

Пролетаю вперёд по тёмному коридору, если можно так назвать перемещение призраков.

Это снова замок.

Он отличается от родового «гнезда» Эйлин. Тут тепло, но темно.

Ощущение траура. Я всем своим существом проникаюсь тревожным чувством близкого конца. Сложно объяснить это состояние, наверное, такой страх у смертников перед казнью.

Что-то мне совсем нехорошо.

Зохор давно должен меня вытащить.

Кажется, я застряла, замок внушает трепет. Величие и богатство могли бы меня увлечь, но я не в музее, у меня дело, и пока не разведаю зачем меня сюда занесло на достопримечательности внимание стараюсь не обращать.

Заглядываю во все помещения, пролетаю насквозь, ведь я «призрак» запертые двери для меня не преграда. Везде довольно пустынно, наконец, оказываюсь в красивом готическом помещении.

Тронный зал?

Вот именно так замки и должны выглядеть. Степень величественности зашкаливает, а в центре самый неожиданный «экспонат». Сквозь высокие окна проникают лучи, и в их свете стоит гроб.

Сюрприз удался!

Быстро «оглядываюсь» по сторонам, из чувства самосохранения. Мало ли кто тут притаился.

Сейчас самое время задуматься о себе, о доченьке, и Зохоре, пора бежать отсюда…

Но не могу, что-то удерживает, не иначе, любопытство, которое меня сейчас погубит, но ничего не могу с собой поделать.

Мелькает ужасная мысль, а что если это и есть мой запретный суженый, что если нам сюда нельзя, потому что он мертвяк какой…

Присматриваюсь, вроде обычный мужчина, почти старик, красивый, словно уснул.

Уф! Можно выдохнуть и бежать, пока не поздно!

Не успеваю отлететь, чтобы начать усиленно думать о Соне, и вернуться на пасеку. Как двери распахнулись и в комнату вбежал…

Кай! Вот точно такой же, каким был у нас на пасеке.

— Отец! Как же так? Ты не можешь умереть! — простонал у гроба. Наверное, не знал о смерти, хочется подлететь ближе, но не смею.

И правильно, что остаюсь в тени, потому что вдруг мы услышали ещё один голос:

— Наш отец совершил ошибку, выбрав тебя наследником. Он не послушал добрый совет, гордыня победила и вот результат! — в зале вспыхнул свет и появился второй парень, слишком молод и красив, чтобы я смогла назвать его мужчиной. Кого-то он тоже напоминает.

Да тут и без магии понятно, королевича Рагора. Нарисовался! Но отличия всё же есть. Этот намного милее, холёный, слегка слащавый. Утончённый, но веет от него какой-то гадостью.

— Не стоит обвинять отца в своих преступлениях! Ра-Гор-Хан сын Эринга великого, сын-предатель. Ведь ты, это ты и твой демон, кому ты присягнул на службу, лишь бы захватить власть, убили отца.

— И не только отца, но и тебя! Смотри, магическое заклятие начинает действовать, Кайлайн-Гор-Хан, ты больше не сын нашего отца, я забираю у тебя магию! И никакая истинная тебя не спасёт! Обойдёмся без магии любви в этот раз! Я заберу всё, что ты любишь, братец! Всё! То, что ты старший, ещё ничего не значит, я — наследник, я преумножу наши земли, и заставлю людей молиться моему демону великому Вепхаару! — прошипел младший, и его лицо начало меняться, точь-в-точь как тот демон, какого я видела вчера сквозь нашу защитную стену.

Цепенею от ужаса, потому что Кай действительно исчезает…

Не справилась с эмоциями и завизжала, а визг призраков не каждый демон может пережить, как оказалось…

Что же там у Зохора случилось? Почему я застряла в этом мире или в другом времени? Тут очень тяжело. Я же призрак, бесплотная сущность, но теперь кажется, что на меня давит невидимый потолок, не просто давит, а вжимает в пол.

Мой визг услышали и демон Ра-Гор-Хана, и Кай.

Я вмешалась в прошлое, я его меняю? Это же явно прошлое.

Быть призраком и пытаться думать, ну очень непростое занятие. Мне словно дали ведро яблок, но без ведра. Пытаюсь думать, сконцентрироваться, чтобы не потерять рассудок и не застрять тут, но мысли рассыпаются.

Надо срочно вспомнить о дочери, но как мне оставить его? Решаюсь на отчаянный шаг, кричу что есть силы, он же маг, должен услышать, пока не исчез:

— Кай! Найди меня! Найди-и-и-и, милый, это я, твоя истинная, Оля! Рагор не твой брат, это оборотень! Демон! Очнись! Сопротивляйся! Да, бей ты его уже!

В этот момент Кай опомнился и пока пустота не поглотила его, жахнул в Рагора вспышкой света.

Он медлил, потому что не мог поверить в вероломное преступление младшего брата?

Кажется, да! Мой вопль, на миг вернул Кая в реальность.

Свет стёр всё, и тьма поглотила меня.

Даже не поняла, что произошло. Вдруг ощутила своё тело, вернулась?

Уф, как неприятно и холодно!

Трясёт от озноба.

Открываю глаза, и начинаю поскуливать от боли.

— Эйлин! Очнулась! Напугала меня, нас! О, силы магии! Вот я дурень! Если бы не Джон…

— А… С…я

Только и всего, что я смогла из себя выдавить, скорее понять, жива я или всё ещё призрак. Если слышу себя, значит живая?

Но Зохор не расслышал моего замысловатого месседжа и продолжил причитать:

— Джон тебя в ручье искупал дважды, я заклинание читал, а Магда сейчас тело растёрла магической настойкой, чтобы согреть тебя. Уж и не знали, как тебя вытащить с того света.

— Соня?

— Вот она, проголодалась! Мужчины на выход! — скомандовала Магда, поправила мою рубаху и одеяло, тут же приложила доченьку к груди.

— Я долго лежала без сознания? — мой хриплый голос сам за себя говорит.

— Долго! Колдун сам чуть не помер от страха за вас, госпожа. А что было-то?

— Ой, не спрашивай. Почти всё видела, все, что не планировала, но про себя так и не узнала. Прошлое смотрела.

Говорю, а до самой вдруг начало доходить, что я узнала-то!

Имена!

Полные имена герцогов, причём и Кая, и этого Ра-Гор-Хана, это же что-то значит…

— Магда, быстрее зови сюда колдуна, очень важный у меня вопрос, пока помню.

Зохор тут под дверью и стоит, без приглашения вбежал, а Магда поняла, что лишняя в наших переговорах, поправила одеяльце на Соне, и вышла, осторожно прикрыв дверь.

— Что видела?

— Ой, что видела! Не туда меня занесло! Попала в прошлое графини Эйлин Клермон и её матери, но ты и сам знаешь, что случилось с ней в прошлом. А потом ошиблась во второй раз, надо было про Соню подумать и вернулась бы в назначенное время. А я подумала о нём. И видела, что с герцогами в прошлом произошло. Этот королевич — не королевич, а демон! Он подселяется в сыновей правителей, и творит зло. Ой, не смотри на меня так, словно я ненормальная. Потому что это сложно объяснить, могу и ошибаться. Но он, этот Рагор-хан убил отца, мага герцога и каким-то образом уничтожил или выкинул Кая из нашего мира. Растворил его в пространстве, это ужасно… В герцогстве сейчас вообще никого нет, оно словно вымерло.

Зохор действительно смотрит на меня, как на ненормальную или отчаянную авантюристку. Видимо, не ожидал, что я смогу так далеко забраться, или сама не понимаю, что говорю. Но я продолжаю:

— А вот если я узнаю настоящие имена магов, тогда что будет?

Колдун снова смотрит на меня с недоверием, ему кажется, что магические имена узнать практически невозможно. Или уже думает, я ли это вернулась?

Почесал бороду и задумчиво ответил:

— Если бы ты уже сейчас обладала магией, то могла бы подчинить кого-то из них. Если сама слабая, то ничего хорошего не получишь. Если ты утверждаешь, а это и я готов подтвердить, что в теле нашего королевича прячется демон, а ты узнала его имя, то он тебя уничтожит. Старайся даже в мыслях не произносить его, иначе накликаешь беду. Даже произнести имя демона вслух — навлечь на себя проклятье!

Он перешёл на такой тихий и пугающий шёпот, что я прониклась страхом, ведь он прав.

— А если я знаю имя Кая?

— Тут другое, если он тебя любит, то, возможно, придёт, если он живой, ведь так как он обычно возникает из пустоты, появиться может и мощный призрак мага, понимаешь, призрак, если этот демон убил старшего герцога, то уж с этим Каем ему справиться проще простого. Мне жаль.

— Вот тут поправочка! Призраки так страстно целоваться не умеют. Он определённо живой. Вот только где его искать? Он попадает в мой мир, или какой-то другой! Ведь замок герцогов пустой, об этом мать Эйлин ещё шестнадцать лет назад говорила своей колдунье Эбигейл.

— Эбигейл?

— Ну, да! Она что, всё ещё живая?

— Нет, но я, кажется, понимаю, в каком графстве жила Эйлин. Это далеко, очень далеко. Да и замок герцогов неблизко.

— Колдунья назвала моё полное имя, настоящее, Эйлин Мелисса, оно магическое? Кто-то его может узнать?

— Мелисса? Да, сила в этом имени есть, но оно перестало быть секретным. Ты давно стала игрушкой в руках древних магов, вот и проблемы с метками, родителями, проклятьями.

— А вот, кстати, метка? Она почему возникла на девочке Эйлин, если герцоги вроде как сгинули? — придерживаю грудь рукой, и слегка покачиваюсь. Так приятно кормить свою крошку, даже страсти, какие мы обсуждаем, на второй план уходят.

Зохор смотрит в сторону, чтобы меня не смущать, но его мысли витают вообще где-то очень далеко от нашей пасеки.

— Ох! Эйлин! Эта метка была не для одного брата, а для любого, кто тебя найдёт. Раз наш королевич и есть герцог, значит, ты могла стать истинной этого демона, — в голосе колдуна появились нотки страха, мы теперь понимаем, что я для Рагор-хана лакомый десерт и он точно не отстанет.

Вздыхаю и подвожу неутешительный итог:

— Кай метку забрал, чтобы я случайно не попала в лапы врага. А не видел меня этот Рагор, потому что Эбигейл и мать Эйлин ценой своей жизни скрыли метку, сделали её невидимой, пошли против магии, лишь бы дочь не досталась злодею. Печально, прям сказка про спящую красавицу, золушку, и красавицу с чудовищем.

— Не сказка, а обычное дело, захват земель, маги так подстраивают брак с нужной наследницей, женятся и вот тебе новые земли. Герцог же почти как король, захватить графство или баронство для него особого труда не составит. Были ненормальные отцы, которые ссылали своих дочерей или даже убивали, только бы не пустить к себе вероломного жениха.

Меня передёрнуло, вспомнились слова Одиллии о муже, что он приказал сослать дочь.

— Бедная Эйлин от неё все отказались, жаль девочку, очень жаль.

— Ты себя пожалей, теперь все эти беды на тебя обрушились! — прошептал Зохор, потоптался на месте, но решил больше меня не пугать и вышел. А куда больше пугать. Мы и так пуганные.

Но на удивление, после этого инцидента с путешествием в прошлое, я словно сильнее стала. Ложку не гну, предметы не перемещаю, но утром вдруг подумалось, что неплохо бы курятник завести. Свежие яйца нам очень бы хорошим подспорьем стали.

Всё же, кажется, что полное имя каким-то образом «собрало» меня из состояния магической размазни, в деятельную единицу. Пусть я пока пешка, но силы есть, и я смогу за себя постоять.

Очень хочется на это надеяться.

А вечером, когда под моим чутким руководством Джон и Магда с помощью пресса очень быстро выдавили мёд из сот. Тут же показала и объяснила им про воск, что будем свечи делать, когда накопим достаточное количество.

Про ягоды с Магдой поговорили, оказалось, что скоро в лесу ещё один очень сладкий и ароматный сорт дозреет, до сезона дождей наберём, и к мёду будет восхитительный комплект.

Мы говорим, а Джон пальцем выскребает остатки мёда с бидона. Не могу смотреть на его мученья и ворчу:

— Джон, иди в дом, забери готовый мёд, на кухне поставь на полку. И, ради бога, лепёшкой со стенок собери остатки мёда с бидона, не пальцем же, заработал сладенького, чего уж! Только запивай чаем, с непривычки ещё подавишься, мёд приторный.

Смеёмся, но дважды этого мужчину просить не надо быстро отнёс наше богатство, и тут же вернулся с дико удивлённым лицом.

— Да, что-о-о такое снова-то? — в голос с Магдой, стонем, потому что сюрпризы надоели.

— А яйца у меня!

Да кто бы удивлялся, но он протягивает руку и разжимает кулачище, а в нём довольно внушительное куриное яйцо.

— Курица? У нас откуда-то курицы взялись? — Магда смотрит на меня, на яйцо, и на довольного Джона.

— Не-е! Это павлин, муж, наверное, прибегал и потерял, — стоило сказать, как мы втроём прыснули от смеха. Но тут же и замолчали, потому что из-под дома вышли две пятнистые курицы, и сразу занялись важным делом, клюют что-то в траве. Откуда они взялись, мы так и не поняли.

Но о козе я уже задумалась…

Хотя! Что это так мелко, надо корову нам, народа много, места ещё больше, корова нам в самый раз!

— Госпожа, королевич нас убьёт! Может быть, лучше вернуться в столицу? — за окном кареты розовый рассвет и туман. Дорога совершенно незнакомая, но Дом примерно догадался, куда они едут. Западная дорога вдоль леса, на юг. Он и сам собирался в старинный портовый город, осесть там, наняться в какую-нибудь торговую контору клерком, потом найти богатую вдову и жениться. Уж там вдов полно, особенно богатых.

— Что, хочешь продолжить трястись перед лицом демона Рагора?

— Нет! Госпожа! Но он маг, а с магами лучше не шутить! — прошептал и снова уставился в окно, смотреть в чёрные глаза Луизы небезопасно.

— Он не маг, он — демон! И ему плевать на нас! Если я сейчас уеду и расчищу ему дорогу к твоей жене, он ничего с нами делать не станет.

Она говорит так спокойно, уверенно, что и Домиан успокоился. Может так и есть.

— А простите, госпожа, за нескромный вопрос, я вам зачем? Про ребёнка, это же шутка?

— Рожу от тебя наследника земель!

Стоило ей произнести эти слова, как Дом закашлялся.

— Простите? Я от усталости ничего не понимаю…

— Тебе и не надо понимать, дорогой! Ты наследник земель, твоя дочь принцесса, — Луиза прошептала и улыбнулась, так ласково, что стало жутко.

Нехорошее предчувствие заставило де Бриля свести брови, желваки на лице выдали гнев, но женщина лишь улыбнулась.

— Пойми, это борьба за трон! Расскажу тебе свою историю, чтобы понятнее было, я самая красивая, самая умная дочь в своей семье, но третья! Понимаешь? Третья и бесприданница, они сослали бы меня куда угодно, и замуж выдали за любого, мало-мальски состоятельного, чтобы уж совсем не было стыдно, — в голосе Луизы впервые появилась обида.

— Прям, как моя Эйлин! — неожиданно ляпнул де Бриль и очень пожалел об этом.

Личико Луизы потемнело от злости. Мужчинам не дано понять женской логики. А сейчас эти две женщины лютые соперницы. Пусть даже одна из них даже и не думает об этом.

— Я начала тебе рассказ обо мне именно для того, чтобы подвести к Эйлин. Я убью её! И твою дочь! Они не смеют жить! Рагор мой! И только мой!

— Но! — попытался повысить голос, но тут же получил ощутимый пинок по ноге.

— Никаких, но! Мне нужен ребёнок от тебя, будешь покрывать меня, пока не забеременею. Если Эйлин смогла родить наследницу земель, то и я смогу. А потом, скорее всего, Рагору тоже не жить. Я позабочусь об этом, пока он в силу не вступил! Веди себя, как послушный пёс, и возможно, я посажу тебя на трон рядом с собой! Я была третьей, а стала единственной! И теперь меня ничего не остановит, мне нравится твоё королевство, и если их объединить с моим баронством на юге, то мы озолотимся. У меня есть маленький порт, а у вас рынок и торговля с горцами! Милый, дважды я не предлагаю.

Внезапно де Бриль ощутил такой приступ страха, что в животе всё сжалось, его словно избили. Рагор страшный, очень страшный. Но где он? А эта прекрасная змея рядом, она убила свою семью?

И так просто говорит об этом?

Несчастный сглотнул, уже сто раз пожалел, что бросил Эйлин. Как она умоляла остаться с ним, как просила после первой брачной ночи.

Но…

— Если бы я остался с женой, у нас ничего бы не получилось.

Неожиданно прошептал Дом.

Луиза приподняла бровь, не ожидала услышать такие откровения, да и не хотела, но ехать ещё долго, почему бы и не послушать.

— Почему?

— Граф решил прибрать наши земли, ведь мы в немилости из-за этого старинного проклятого предсказания о моём ребёнке. Но эта метка Эйлин, внушала ужас. Расскажу мою историю, в нашем роду такое случалось с прабабушкой. Она стала истиной мага южных земель. Но он пропал, она так и не дождалась его, а потом метка исчезла, и она вышла замуж за де Бриля, родила наследника. И проклятие обрушилось на наш род. Ведьма наплела королю, что мы единственные претенденты на трон.

— Значит, от вас избавлялись, остался только ты? — в её голосе интерес, но ни капли жалости, обычно женщины более эмоционально реагируют на историю рода де Брилей.

— Я и теперь дочь. Думаю, что она не просто так избрана наследницей. Это не случайное совпадение, это план.

— Вот как? Поясни? — Луиза и сама уже начала догадываться. Но Домиан неожиданно заинтересовал её, казался глуповатым. А оказалось, понимает про жизнь и о своих перспективах довольно трезво рассуждает.

— Наследница женщина — лакомый кусок. Это всё подстроено, фанатики её возведут на трон, объявят королевой. Потом придёт маг с юга, севера, герцог или король. Это неважно. Так же как с Эйлин. Как с моей бабкой. Просто ради того, чтобы без войны захватить земли под магические владения. Эйлин ещё повезёт, если её заберёт такой как Рагор, он мне кажется справедливым. Ты вон из кожи вон лезешь, лишь бы стать его женой. Может он и стоящий жених. Почему бы королём не стать ему?

— Вот только она замужем, и не вдова. Пока ты живой, она замуж не выйдет. Так что, ты мне пока нужен живым, но идеи у меня есть, как поступить с твоей женой.

— Поступайте как знаете, госпожа, у меня нет никаких способов смягчить ваше сердце.

— Есть один. Люби меня, сделай ребёнка. И возможно, я пощажу тебя и твою дочь, мы заберём её себе, но Эйлин в любом случае не жить. Да! Так и поступим. Жизнь твоей дочери в обмен на ребёнка, которого я рожу от тебя. И у меня в итоге будет два магических ребёнка и большие права на трон!

Она довольно улыбнулась, радуется, что удалось заинтересовать де Бриля. Но его вопрос снова всё испортил:

— Но мы далеко, а Рагор за пару часов проедет и найдёт сам дырку в обороне, проникнет на пасеку и заберёт Эйлин и девочку. Так что это предложение интересное, но невыполнимое для вас.

Впервые он позволил себе ехидно улыбнуться. Раз ей нужно его семя, пусть постарается.

— Я ошиблась в тебе, Домиан, думала, что ты глупый. Но ты хитрец, каких поискать, и про метку знал, и про предсказание, и всё молчком! Если решу тебя убить, то выберу самый мучительный яд.

— Самый мучительный яд, это безответная любовь, и вы ей отравлены. Рагор вас отравил, так что кто из нас быстрее умрёт, вот это вопрос! — и снова улыбнулся так, что Луиза невольно вздрогнула, но сдержалась, решила не доставлять ему удовольствие.

А вот его ждут ещё сюрпризы…

Карета остановилась у небольшого замка. Очень милое, уютное место на холме, с которого видно море, внизу под скалистым обрывом вдоль узкого берега растянулся небольшой городок, а дальше порт. Всё так, как себе представлял де Бриль. Удивился, что всё это великолепие теперь собственность Луизы.

— А как твоё полное имя, госпожа, — он вдруг перешёл на ты, как разговаривают друзья. Луиза заметила и хмыкнула. Но это правильно, им скоро спать вместе, лучше начать сейчас…

— Лазиза аль Джазири, моя семья из заморского королевства, точнее, эмирата, но теперь мы владеем этими землями, этим замком и я не дочь эмира. Я теперь баронесса и моё имя Луиза Джазири, что? Удивлён?

— Но, теперь понятно, откуда у тебя такие познания о ядах. Лазиза, — де Бриль вышел из кареты и размялся. От долгого сидения и тряски спина и ноги ужасно ноют, но он испытал радость. Судьба благосклонна к де Брилям, это всегда было, есть и остаётся. Вот и эта дамочка сама привезла, готова предоставить кров, еду, и все его заботы только спать с ней.

А ведь это гораздо лучше, чем искать богатую вдову. Стоило подумать об этом, как в его теле включилось обаяние и мужская харизма, он не хуже Рагора умеет обращаться с девицами.

И эта Лазиза-Луиза ничем не отличается от других. После будет скулить и умолять его остаться…

Долгим взглядом посмотрел на шикарную брюнетку, уставшую, слегка напряжённую. Она только с виду кажется сильной, но на самом деле нет в ней силы, увы, нет!

Только хитрость.

Де Бриль вдруг подхватил её на руки и прошептал:

— Устала госпожа моего сердца, покажи дорогу, и я отнесу тебя. Страсть не начинается с разговоров. А мы очень много говорили, и лишнего.

— Не стоит тебе надеяться покорить моё сердце, я не умею любить, а идти нужно вон туда. Сейчас нас встретит мой дядя, управляющий имением. Его имя Амаль аль Джазири, будь с ним учтивее, и дольше проживёшь.

— Так мне поставить Вас на ноги, сами пойдёте, раз всё так строго? — Домиан остановился и игриво улыбнулся, бесстыдно глядя в чёрные газа Луизы.

— Неси, мне приятно.

Стоило пройти через изысканный двор перед небольшим замком, как на крыльцо вышел высокий, красивый мужчина лет сорока и неожиданно странно приветствовал «хозяйку»

— Лазиза! Как ты посмела вернуться? Ещё и с мужчиной! Тебя выдали замуж за почтенного господина, живи в его доме!

— Заткнись, неблагодарный! Малик умер, его имение я продала и живу на эти деньги. Ты находишься в замке моего отца только по моей милости, — прошипела племянница дяде.

Де Бриль замер, открыв рот и сильнее прижал к себе Лазизу, а она вдруг обняла его за шею и поцеловала:

— Знакомься, дядя, это мой муж. Домиан де Бриль, наследник королевства Ровеннхольм!

— Вот и катитесь в свой этот Ровеннхольм, я не позволю тебе и ночи тут провести, ты же ядовитая змея, отравишь всю мою семью.

— Поставь меня, Домиан! — стоило ей встать на ноги, и улыбнуться, у дяди густые брови сошлись на переносице, и желваки на лице выдают едва сдерживаемую ярость. Он, наверное, и больше гадости сказал, но пока молчит. Зато Лазиза решила сделать жест доброго намерения: — Не сердись, я действительно не собираюсь тут задерживаться, у нас есть небольшое дело, скажем, медовый месяц. А после вернёмся в столицу. Ты нужен мне здесь, прекрати дуться и злиться, обними меня! Кто же будет присматривать за имением, пока я живу в столице.

Пришлось подождать неприлично долго, пока, наконец, Амаль сдался.

— Займите ваши покои в северном крыле, сейчас пришлю служанок с едой и всем необходимым! — процедил сквозь зубы с недоверием, рассматривая де Бриля.

— Дядя, а где те самые слова?

— Мир вам, мой дом ваш дом! — прошептал Амаль и поморщился.

— Вот именно! Не нарушай закон и не покарает тебя рука моя! — процедила в ответ племянница, быстро взяла за руку де Бриля и повела в свои покои.

— Ты останешься в доме, а мне нужно отлучиться на несколько минут, — не обращая внимание на свою усталость прошептала Луиза, подождав, пока прислуга внесёт два сундука.

Оказывается, это был запланированный побег? Она снарядила эту карету задолго до того, как решила уехать на юг? Она намного хитрее, чем казалось.

Де Бриль почувствовал себя в новой ловушке, откуда сбежать можно только, если на корабль и куда-то подальше в эмират. Но там лучше точно не будет.

— Что ты сказала? Поговорить с дядей? — Домиан рассматривает с удивлением вещи, внесённые в покои, поражённый своим открытием не сразу понял, о чём говорит его фальшивая жена.

— Нет, у меня есть человек из клана наёмных убийц, если бы не они, то и ехать сюда не пришлось бы. Я же сказала, что твою жену нужно убить. С дочкой пока не решила, будут действовать по обстоятельствам. Отдыхай, а мне пора, и без того слишком много времени упущено. И ты прав, Рагор уже, скорее всего, нашёл проход на пасеку и забрал Эйлин, это для меня худший вариант, пора исправить ход истории. Тебе же её не жаль?

— Поступай, как считаешь нужным. Мне не переиграть таких игроков, как ты и Рагор. Лучше я буду просто делать тебе ребёнка…

Поклонился и поцеловал руку, едва касаясь губами. Появилось неприятное чувство, что она вся пропитана ядом, и любой поцелуй может стать последним.

— Молодец, и проживёшь дольше! Отдыхай, сейчас тебя накормят, отмоют в жарком хаммаме, переоденут, сделают массаж там, ну ты понял. А потом вернусь я…

— Это и пугает, я как племенной жеребец!

— Именно! Бесценный жеребец-производитель магических детей.

— Почему Луиза не вышла меня встречать? — после лёгкого, слишком раннего завтрака, Рагор решил, что настало время серьёзного разговора с фавориткой.

— Ваше Высочество, она уехала ещё вечером, и кто-то видел, точнее, заметил или предположил, что в карету к ней тайком сел ваш новый адъютант. Они сбежали!

Младший секретарь чуть не поседел от страха, сообщать подобные новости опасно для жизни. Закончил доклад и зажмурился, ожидая мгновенной казни.

Но королевич замолчал, долго смотрел на бумаги, какие накануне отобрал у де Бриля. Брачный контракт, подписанный мужем и отцом Эйлин, все бумаги в порядке, а это создаёт некоторые проблемы. А теперь, когда Домиан сбежал, проблемы увеличились кратно.

Постучал пальцем по столу, размышляя над последующим планом действий, и если уж действовать, то осторожно, накануне коронации нельзя допустить сплетен и смуты. А отношения с замужней женщиной — самый неприятный повод для сплетен, даже хуже, чем обвинения в магии. Вздохнул и принял непростое решение:

— Значит, сбежала? Возможно, это лучший вариант, было бы хуже выслушивать её нытьё, по поводу женитьбы. Пригласи ко мне тайного советника, и можешь быть свободным.

Окрылённый свободой младший секретарь подпрыгнул на месте, крикнул: «Славься великий король Рагор, да приумножат боги ваши годы», и умчался исполнять самую простую просьбу. До конца, не веря в своё счастье, что остался жив.

Сплетни уже ползут по замку, что король обладает невероятной магической силой, и это пугает всех, надо бы найти этому явлению оправдание.

Королевич убрал бумаги, и сам налил себе в бокал ароматное вино, густое и терпкое, похожее на кровь врагов.

— Ваше Высочество, вызывали? Приказывайте! — через несколько минут тайный советник бесшумно вошёл в покои, поклонился и приготовился запоминать каждое слово. Записывать такие приказы нельзя.

— Мне нанесли за эту ночь предательские удары в спину, три удара, если быть точным…

Меланхолично произнёс прекрасный Рагор и отпил из огромного бокала.

— Кто посмел и что с врагами сделать? Смертная казнь?

— Первый граф, фактически он поднял бунт против меня, наследного королевича. Его преступлений хватит на неделю пыток и публичную казнь. Посягнул на то, что принадлежит мне! Земли на приграничье с герцогством. Утомительно пояснять, но и казнить его нельзя, это распугает знать. Накануне коронации не самый лучший момент для мести. Надо что-то придумать.

— Отравить? Сослать, признать сумасшедшим? — тайный советник решил накидать идей.

— А объяви его нашим драгоценным гостем, но посади в подземелье, пусть там с крысами делит обед. Кормить скудно, позже решим, что с ним делать.

— Отличная идея. Вы сказали трижды, кто второй?

— О, это Луиза и де Бриль. Но подозреваю, что этот глупец попал под её чары. Но у него есть родовая сила, каждый младенец, рождённый от его семени, получит метку или магию, другими словами, Домиан де Бриль, уже потрудился для нас, сделав ребёнка для Эйлин, теперь он должен умереть. И, наконец, моя бывшая фаворитка Луиза, подозреваю, что она решила родить от де Бриля. Но мне это не нужно. Чем больше наследников, тем больше проблем. Хватит дочери госпожи Эйлин!

— Я полагаю, госпожа Луиза сбежала в своё имение на побережье, их нужно привезти сюда? — тайный советник сморщил лоб, стараясь зазубрить на память каждое слово королевича. И не перепутать свои мысли с реальными приказами.

— Нет! Они должны умереть тихо, случайно, по возможности мучительно. Не хочу накануне коронации получать неприятные сюрпризы. Их уже достаточно.

Речь королевича подозрительно спокойна, это пугает тайного советника ещё больше, однако показывать страх нельзя, и он снова учтиво поклонился и уточнил:

— Я отправлю тайных людей, они решат все проблемы быстро. Но третий кто?

— Третий вас не касается, через неделю начнётся парад планет, назначайте коронацию. Действо пройдёт в закрытом зале, с минимальным количеством приглашённых. Никаких пышных торжеств. Максимально тайно вести подготовку. Всех чужаков допрашивать, и никого в замок не впускать. Герцог объявился, его проклятая магия начинает действовать. Он захватил пасеку, и скоро захватит все наши земли. А всё, что захватывает маг-герцог, предаётся забвению. Только я смогу спасти нас от ужасной участи изгнанников со своих исконных земель.

— Герцог?

Не успел советник сформулировать вопрос о достоверности данных, уж не сплетни ли, как Рагор подлил масла в огонь.

— Он сам вышел к нам на пасеке. Он захватил мою истинную женщину, предназначенную в королевы. Эйлин имеет метку королевы, а кстати, вот и четвёртое предательство! Её отец! Он обязан был привести девушку во дворец показать метку мне! Но поспешил продать её де Брилю, а теперь и герцог знает об избранной и её дочери!

До этой секунды королевич казался спокойным, расслабленным, но стоило ему понять, кто истинный виновник, как бешенство взяло верх!

— Я передумал! Де Бриля сюда, он виновен, что не донёс о метке! И приёмного отца Эйлин Эймуса де Тори, тоже во дворец. Пора наводить порядок. Они думают, что если я в теле молоденького, красивого мужчины, то у меня не хватит ярости и мощи разорвать их за предательство!

Внезапно Рагор изменился, не скрывая своего ужасного образа, подошёл к оцепеневшему тайному советнику и прорычал, схватив за шею!

— Никто не смеет перечить мне, никто не смеет скрывать от меня свои тайны! Каждое преступление ведёт к катастрофе, когда придёт маг-герцог старший, вы умолять будете меня о защите!

— Да! Ваше Величие! Защитите, — прохрипел советник, в ужасе глядя в ярко-зелёные нечеловеческие глаза.

В этот момент прибежал слуга, испуганно поклонился и прошептал.

— Графиня де Горн умоляет принять её.

Королевич опомнился. Его нечеловеческая суть снова вырвалась на волю, и теперь с каждым днём, сдерживаться становиться всё труднее.

— Через час в чёрном кабинете приму её!

Прорычал слуге и тот сбежал, Рагор повернулся к потрясённому тайному советнику и решил подытожить, а то ошеломлённый вид не внушает доверия, сделает всё не так, как надо. Его Высочество глубоко вздохнул, прикрыл глаза и процедил сквозь зубы, чтобы не пугать старика:

— Де Бриля и отца Эйлин доставить сюда, Луизу убить, но осторожнее, она очень опасна, с графом решу позже, а пока его надо проучить, в подвал заприте. Коронацию организовать по всем правилам. И самое важное, корону подготовить. Она должна сиять!

— Слушаюсь! Поручу, заставлю, исполню! Всё сделаю!

Очень низко поклонился и вышел. Быстро распределил приказы, самые ответственные решил отложить до обеда, если королевич передумает, то убийц уже не вернуть. Не хочется потом страдать из-за поспешности. Графа из скромной кельи на втором этаже перевели в подвал, но он, кажется, до сих пор не в себе после магического воздействия Его Высочества.

Почистить корону приказали опытной служанке, в её руках даже ржавое железо начинает сиять. Вот только когда назначили исполнительницу, не учли один несущественный момент, эта служанка лично прислуживала Луизе, но мужчины в такие тонкости женской части замка никогда не вдавались.

Нун испугалась, когда ей приказали сделать ответственную работу, побледнела и поспешила исполнять. Но перед этим забежала в маленькую комнатку, зажгла свечу перед зеркалом и что-то долго шептала, вглядываясь в своё отражение. Замерла, вздрогнула, как очнулась, задула свечу и поспешила исполнять сразу два приказа, королевича и своей тайной госпожи. Сложнее всего не попасться на глаза Его Высочеству до коронации, чтобы не выдать себя, по замку уже ползут слухи, что Луиза в немилости и сбежала с новым любовником, за такое преступление карают всех, кого посчитают замешанным. А Нун лично собирала небольшой багаж госпожи.

Волна приказов прокатилась по замку, и всё снова стихло.

Жозефина де Горн вынуждена сидеть в пугающем кабинете, не понимая, через сколько времени её примет королевич. Ей решили не говорить, раз муж в немилости, то и жене уважения нет.

Час, может быть, дольше она смиренно сидела в приёмной кабинета, и, кажется, потеряла ощущение времени. Носовой платок мокрый от слёз, страх перед будущим вгоняет в панику, но о чём конкретно просить королевича, она и не знает.

Вернуть мужа?

Да, он нужен графству, детям, но не лично ей.

Предатель, бабник, любую юбку готов задрать! Эти мысли пронеслись в сознании бедной женщины, и она вдруг выпрямилась, расправила плечи и решилась.

— Графиня Жозефина де Горн, встаньте, сейчас вас примет Его Высочество! — быстро проговорил слуга и показал на дверь, куда следует пройти.

Вытерла последние слезинки, шмыгнула носом и спрятала платочек в рукав. Вошла в кабинет и присела в глубоком реверансе.

— Графиня!

— Ваше Высочество! Простите меня за дерзость. Я посмела следовать за вами во дворец, и молить о пощаде для моего мужа, отца моих детей! — от слёз её тонкий голос стал неприятно гнусавым, а вид жалким.

Рагор долго посмотрел на несчастную женщину и хмыкнул:

— Умоляйте, вы же за этим приехали? Хотите, чтобы я вернул мужа?

— Хотела…

— Ну?

— Будь он проклят. За время жизни в нашем замке жили три официальных любовницы, первую, он выкинул беременную, она родила девочку и куда-то пропала. Вторая подурнела, растолстела, и он сослал её в дальний хутор. И сейчас ещё одна, снова беременная. Я ненавижу этого мужчину.

— Хм, забавно! А что вас привело?

— Я хотела просить вас о снисхождении для него, ведь кто-то должен управлять землями. Но у нас перед казной огромный долг, я сама ничего не понимаю в хозяйстве!

— Долги? Ах, да! Налоги! Да-да! Но граф мой гость до коронации, я хочу развить в нём чувство благодарности, знакомо ли оно вам, моя дорогая? — неожиданно молодой королевич подошёл к Жозефине и взял её за руку, мило улыбнулся.

— Да! Ваше Высочество! Я росла с этим чувством.

— Вот и прекрасно! Пишите прошение, что ваши земли и вы желаете вступить под наше управление, я сделаю вам щедрое предложение, лично вам, моя дорогая. И вы сможете оставить ненавистный замок, уехать куда пожелаете с детьми, вот три кошелька, полных золота. И это самое щедрое предложение, потому что маг-герцог вернулся. Он считает Эйлин своей женщиной, так же, как и я считаю её нашей будущей королевой. Скоро здесь все изменится, всех, кто не присоединиться к моим владениям, ждёт незавидная участь изгоев.

— Простите? — Жозефина подняла взгляд на Рагора, неприятное ощущение заставило её поджать губы и сжать кулачки, чтобы не упасть.

— Ты… Жозефина, ты же из семьи подданных герцога? Беженцы из герцогства? — Рагор вдруг почуял в этой женщине что-то знакомое, почти забытое, клятва преданности?

— Это было давно…

— Да, а для меня как вчера! Значит, если герцог вернётся, ты присягнёшь ему верностью?

— О чём вы, я ничего не знаю! Да, наши земли были на северо-западе, и мы когда-то были подданными герцогов. Но как рассказывала бабушка, почти сто лет назад, в один день, там всё словно умерло. Жизнь замерла, цветы так и не отцвели, плоды не созрели, нет жизни там. Проклятые земли. Герцоги сыновья убили друг друга в борьбе за власть… Но сто лет прошло, это детские сказки, я родилась в столице, вышла замуж за графа.

— И ты смотришь на меня, и не узнаёшь? Приехала и сидела покорно в ожидании любого моего приказа?

— Простите, — Жозефина замерла, так и не понимая, чего от неё добивается этот юноша.

— Я герцог! Ты моя подданная! Я вернулся, чтобы объединить земли и распространить право магии на все угодья! Что ж тут непонятно, ты неглупая, не претворяйся, я вижу людей и их мысли!

Какая-то сила неожиданно заставила Жозефину склонить низко голову и присесть в реверансе.

— Простите, я не узнала. Что я могу сделать для вас? — так и не понимая, что происходит, но как заколдованная не может сопротивляться его воле. Он действительно её господин? В этом королевстве магия под запретом или уже нет?

— Простую мелочь, выманить Эйлин из убежища. И тогда я прощу тебе долги! Даже награжу, хватит на безбедную жизнь!

— Но я не знаю как, откуда? Она на проклятой пасеке?

Рагор протянул женщине кошелёк и улыбнулся:

— Это золото и свобода от мужа — вот цена за Эйлин. Наш договор в силе. Раз ты моя подданная по кровной клятве, значит, твои земли уже мои. Оставайся в замке де Горн хозяйкой, муж тебе не нужен, сама справишься, ты моя преданная вассалка навсегда. Шлюх своего мужа можешь выгнать! Но выманить Эйлин ты должна любым способом. Мы должны спасти её от моего проклятого брата, он вернулся, и это значит, что и наши угодья превратятся в проклятые замершие земли. Я спасаю тебя. А ты спаси мою любимую… она под магическим колпаком мага герцога старшего, он убил отца и этим проклял земли. Эйлин в опасности.

Его приятный голос гипнотизирует, Жозефина с трудом пытается осознать, что он с ней делает, в голове мысли путаются, не сразу поняла, о чём он говорит и чего добивается от неё.

— Колпаком?

— Да, магия не пропускает нас на пасеку. Но такая скромная, нежная женщина, своими мольбами о помощи, сможет тронуть сердце доброй Эйлин. Придумай что-нибудь.

Ошеломлённая Жозефина, как под гипнозом вышла из кабинета королевича. Ей сразу подали карету с сопровождением отряда королевских гвардейцев и под конвоем поехала на пасеку, не представляя, как ей предстоит выманивать эту девицу.

Зачем ей вообще всё это. Но ослушаться приказа она не может. Ведь стоило королевичу приехать в графство де Горн, забрать её ненавистного мужа, сама же как заворожённая приказала подать карету и отправилась следом, собачка на привязи, не иначе…

И ведь странно, раньше, когда жила в столице, тоже случались непонятные душевные порывы приехать на поклон в замок, хотя бы одним глазком взглянуть на прекрасного наследника. Но стоило переехать в графство к мужу, всё закончилось само по себе.

Как только самые высокие купола замка скрылись за холмами, наваждение отпустило. Непреодолимая тяга ослабла, и испуганная женщина впервые вздохнула свободно.

Но ужас от осознания произошедшего узлом завязал нервы.

— Неужели действительно существует клятва подданных. Что же мне делать, он ненормальный, демон во плоти и входит в силу. Кто-то из подданных, пробегая мимо, что-то сказал про коронацию через несколько дней. Вот тогда и начнётся катастрофа…

Жозефина зажала рот рукой, сопровождающая камеристка вытаращила глаза на госпожу, не понимая, что происходит, прошептала: «Может, водички или у меня есть настойка? Госпожа, вы бледная как смерть!»

Женщина протянула фляжку и вернула графиню в реальность.

— Нет! Не сейчас! — прошептала служанке. Набралась смелости и, приоткрыв дверцу находу, крикнула. — Остановите карету! Быстро!

Все замерло, мужчины что-то прокричали друг другу и к ней быстро подъехал начальник отряда.

— Что случилось, госпожа?

— Я придумала, как мне исполнить приказ Его Высочества. Вы больше не нужны, мы сами приедем в королевский дворец, через два дня. Если не вернусь, то на третьи сутки приезжайте за мной в графство.

— Нет, госпожа, у нас приказ сопровождать вас!

— И какой толк в этом приказе, если с вами он неисполним? Эйлин не выйдет с пасеки, если догадается о вашем присутствии! — Жозефина начала злиться, но сдержала эмоции, сейчас её цель — избавиться от отряда.

— Тогда мы расквартируемся в поместье де Бриль, и к концу вторых суток, с этой минуты вы обязаны туда прибыть с женщиной и младенцем.

Командир нервничает, разум подсказывает, что графиня, права, но страх наказания сильнее.

И всё же он сдался. На развилке отряд свернул в сторону поместья де Бриль, а Жозефина помчалась в графский замок, на ходу продумывая новый план.

Мы за день сделали столько, сколько я и за неделю бы не успела. Вот что значит молодые, сильные работники.

И самое приятное, что мужчины очень бодро взялись за пасеку. Всё, что нуждалось в ремонте, уже исправлено.

Джон снова сходил на рыбалку, уж как намекал Магде, что хочет взять её с собой, но она так мило отнекивалась, мол, пчёл боится, а в лесу их много.

— Ты чего не пошла? Такой парень страдает, — со смехом в голосе подтруниваю над ней.

— Я хочу по закону, вы юная, хоть и с малышкой, но мало понимаете в мужчинах. Они все сделают, чтобы обесчестить, а потом теряют интерес. Нет, я моего Джона вот как держать буду! — она показала свой довольно крепкий кулак, а я рассмеялась. Но что-то грустно.

Уж знала бы она про мой настоящий опыт семейной жизни, пятнадцать лет и в результате предательство, даже честный развод, я бы пережила, но не так, что меня «доить на деньги» при этом обхаживать молодуху…

Вздыхаю, и ведь не расскажешь ничего Магде.

— Милая Магда. Увы, кулак не помогает, ты права, честь надо хранить до клятвы. Но мужчина не изменяет, только если любит. А кулак и сила — тут плохие помощники. И я точно не знаю, как их заставить любить так, чтобы…

Говорю, а у самой слёзы.

И мечтаю я не о мужьях своих, а о том единственном, вот только где он? Почему нет от него весточки…

Не успеваю скатиться в печаль окончательно, как в дом забежала Ёля.

— Там нас зовут. У ручья!

Мы испугались, ничего хорошего этот зов не значит. Зохор к себе ушёл по делам, пока охранников от королевича нет. Джон на рыбалку сбежал…

Что же делать?

— Ёля, а голос какой? Мужчина или женщина?

— Дяденька како-то! — прошептала Ёля и села в уголок, как мышка. Глазки огромные от страха. Мы с Магдой, наверное, также выглядим.

— Зохора надо как-то позвать. Это только мне выйти, — шепчу девочкам. Отдаю Соню Магде, беру большой кривой нож и иду туда, где Ёля слышала крики.

Подхожу к краю нашей магической защиты и вижу перед собой довольно тучного мужчину, но богато одетого, присмотрелась, а у дороги обоз стоит, аж четыре фургона и запряжённые в них огромные тяжеловозы.

Очень похож на купца.

Есть одна проблема, я его слышу, а он меня нет. Мне только выйти, чтобы спросить. Наконец, придумала, отошла от него метров на десять в сторону, если что, то запрыгну обратно. Но хоть спрошу.

Так и сделала, посторонилась и сделала шаг.

— Кто вы? Чего хотите? Оставайтесь на месте, не подходите!

— Здравствуй, девица! Я купец. Раньше у пасечника мёд покупал, вот слух пошёл, что на пасеке новая хозяйка. Ой, как мне нужен ваш мёд! Всё, что есть куплю. Весь мёд!

Меня от удивления даже качнуло. Стою и не понимаю, что делать. Сама-то даже денег местных не понимаю. А про цену и подавно.

На счастье, слышу крик Зохора от реки. Через несколько минут наш колдун прибежал, и узнав в чём дело, ухмыльнулся.

— Мёд у этой хозяйки теперь магический. Сам поймёшь, когда попробуешь. Пока мало. Цена высока, но он не лакомство. Это лекарство от многих болячек. Уж я-то знаю! Сейчас на пасеке примерно пятнадцать банок…

— Беру весь! Еду за горы, там всё заберут! Называй цену.

Купец стоит, потирая руки, а я чувствую, что за моей спиной уже Джон Норт прибежал и встал наготове. А у нас торг идёт. Надо сказать, что колдун, специалист в этом деле. Договорились о цене, и пришлось нам спешно собирать в корзину весь медовый взяток и выносить покупателю.

Мёд купца ввёл в экстаз. Закатил глаза и заулыбался. Отдал два увесистых мешочка денег и продукты, какие мы с Магдой назвали, а у него оказались на продажу.

— Собирайте мёд, через пару недель поеду обратно и снова весь заберу. А вам продукты, одежду привезу, сейчас спешу, поэтому все товары показать не успею, до ночи хочу в деревню у подножья гор доехать. Спасибо и прощайте. До скорого.

Спрятал наше богатство в своих тюках и уехал, а мы в приятном шоке. Все наши проблемы решатся с помощью этого человека?

— Вот повезло. Уж провиант и в деревне на деньги обменяем, а через две недели основательно у него сделаем заказ продовольственный, — воодушевлённая новыми перспективами едва поспеваю за мужчинами, они несут мешки с мукой, крупой и овощами. Мы с Магдой корзины со специями, копчёностями и солониной.

Голова кругом от счастья, голодать не будем!

На самом деле, я даже не удивлена. В моей прошлой жизни так постоянно оптовики приезжали, потом в городе в красивую упаковку фасовали, ярлыки свои клеили и продавали. И нам хорошо, и им замечательно.

Вспоминаю ярко, как на пасеке суетилась в такие дни и мне частенько помогал…

Замерла и даже корзину уронила.

В глазах слёзы, но это даже к лучшему, потому что смотрю я вперёд на спины колдуна и Джона, а вижу его. Нашего молчаливого соседа. Такого сильного, но уже очень старого мужчину.

Отшельник.

Деда Коля, Николай… Кайлайн…

Ноги мои подкосились и больше ничего не чувствую. Очнулась уже в постели и надо мной снова все те же: Магда с мокрым полотенцем, Зохор с зальем, и Джон укачивает Соню, Ёля выглядывает из-за взрослых. Моя новая семья, только самого важного человека нет рядом.

Но я вспомнила свой последний день в моём мире. Я его снова прожила, и теперь такая невыносимая боль на сердце, ведь там я оставила самых дорогих людей и любимого…

— Оля! А что Сергей эту кадку-то забы-ыл? Тут малиновый крем-мёд, мы с отцом уезжаем в город в поликлинику, нам-то не по пути-и! А он уехал к туристам, и на четыре дня, снова не продаст самое лучшее, придётся оптом сдавать. Ох! Что за наказанье этот Серёжа наш, вечно спешит и по телефону болтает, хоть бы немного ответственности от него…

Мама уже собралась с отцом в город, и, выходя из нашего просторного, красивого дома запнулась о большую пластиковую флягу. Я и не заметила, что муж её не загрузил в свой фургон.

— Мам, я прокачусь сама, развеюсь, хоть платье новое прогуляю. А то всё пасека, да пасека. На туристов посмотрю. Пап! Помоги загрузить флягу в мою машину.

Родители уже спешат, папа быстро закинул забытый мужем мёд в багажник машины, мама чмокнула меня в лоб на прощание и уехали по своим делам. Мы хоть и пасечники, но не отшельники, постоянно какие-то дела в городе, или на торговых местах.

Пасека наша не такая старая, но уже во втором поколении возрождается дело семейное. Тридцать лет назад отец купил этот участок, построил дом и возродил своё семейное дело, прерванное на одно поколение. Но Бортниковы по жизни пчеловоды. Мы не можем без мёда и дня прожить.

Просто вернулись к своим истокам. К родовому предназначению и жизнь сразу изменилась в лучшую сторону. Деньги появились, может, работа и тяжёлая, но счастливая…

Так что усталости от такой жизни нет, но на людях побывать захотелось.

Предвкушая интересный день, не спеша собираюсь. Помощнице по хозяйству дала поручения, она и сама всё прекрасно знает, как и что. Не первый год приезжает к нам летом на «отдых» от городской жизни.

— Оля, поезжай. Я в саду полив отключу, огурцы соберу в теплице, а потом на реку искупаться прогуляюсь, поезжай, не спеши, может, в кафе с мужем сходишь, — тётя Маша допивает чай и любуется на меня, — ох и красавица, ты, Оля. Кровь с молоком! Щёлкнешь пальцами и любой у твоих ног, вон, даже дед Коля на тебя заглядывается!

Эта старая шутка нашей семьи. И воспринимаем её как данность. Что у меня есть самый верный и дорогой поклонник, хранитель моих секретов, сосед нашей пасеки дед Коля, косматый, молчаливый и очень старый, поговаривают, что он колдун. Приезжают к нему разные люди за помощью, но я в такие моменты предпочитаю сбегать, даже если ему по хозяйству помогаю. Мне не тяжело, а ему приятно. Да и за пасекой присматривает, если у нас дела в городе.

Да и просто любим мы деда Колю как родного.

Собралась, платье новое, туфли лодочки и дорогую сумочку взяла выгулять, подарок мамы, любит она за модой следить.

Смотрю на себя с удовольствием, королевна, чего уж!

Одно плохо, что я действительно кровь с молоком, не тощая пигалица, а крепкая деревенская баба, и коня, и избу, всё могу, но надоело.

— Вот точно, сейчас поеду к мужу и останусь до вечера, а потом в кафе на берегу озера сходим, хочется романтики.

На автопилоте хватаю ключи от машины, документы в сумочку и спешу к воротам, открывать, да и ехать.

— Олюшка! Стой! Останься! Не уезжай, сегодня этот мёд не пропадёт! — не успела завернуть за огромную веранду, как сзади слышу знакомый, низкий и такой приятный голос деда Коли.

Вздрагиваю от неожиданности, ведь думаю о том, как лучше проехать, чтобы в пробке на переезде не застрять. А он вообще решил отговорить?

— Ой, да скажете тоже! Тут езды полтора часа, прокачусь, развеюсь…

Но старик схватил меня за руку и удержал. Замираю, поворачиваюсь к нему лицом и чуть не вскрикнула от неожиданности, его глаза светятся золотистым оттенком.

— Оля, очень нехорошее предчувствие у меня. Милая, девочка моя, останься дома, а завтра с тобой сам проеду, чаи отвезу на продажу, сегодня нельзя, день плохой.

Он шепчет, а у меня по телу такие электрические разряды волнами пробивают, что пальцы покалывает, по спине мурашки.

Что-то новенькое в наших отношениях с дедом?

— Да, что с вами, а? Может, болит что?

— Душа за тебя болит? Если потеряю снова и не найду…

— Ой, мне кажется, вы на солнце перегрелись, да куда ж я денусь. За вами вон тёть Маша присмотрит. Ну что с вами делать, что старый, что малый. Не скучай, дед Коля, не скучай…

— Оля, я знаю тебя с младенчества и люблю. Очень люблю…

— И я вас люблю, вы мне как родной дедушка. Но к чему эти слова, до вечера не подождёт? — хочу уже бежать ворота открывать, но он рывком меня прижал, обнял и замер на несколько секунд, уткнувшись лицом в волосы.

— Меня зовут Кайлайн, позови меня снова в любом из миров, я найду тебя. Только в следующий раз, постарайся не выскакивать замуж за первого встречного, береги себя, милая.

Он отпустил меня, и в глазах старика слёзы, сказать, что у меня шок, ничего не сказать. Молча иду открывать ворота, выгоняю машину, а Николай закрыл за мной ворота.

С очень неспокойным сердцем поехала по делам.

Это что-то новое в наших отношениях. Сколько себя помню, он всегда так выглядел, за многие годы даже седины не прибавилось. Крепкий старик. Как-то сказал, что ему больше ста лет, может и правда. Может, умом тронулся, или что привиделось, колдун же.

С такими мыслями проехала нашу узкую сельскую дорогу, и через минут двадцать федеральная трасса с напряжённым движением переключила моё внимание на себя. О странностях деда Коли я и позабыла.

В дороге задержалась чуть дольше, чем планировала, вереница фур на дороге, потом сельхозтехника, вдоль обочины плетётся. Приехала в курортный посёлок на берегу огромного озера после обеда. Наш павильон на «Променаде» один из лучших. Так бы я машину на другой улице оставила, да пешком и прогулялась. Но фляга с мёдом заставила меня крутиться по задворкам торговых рядов. Остановилась напротив нашей двери, открыла и замерла.

За занавеской, где у нас умывальник и столик для отдыха, слышу разговор мужа с женщиной, по голосу сразу признала. Наша давняя «конкурентка», тоже мёдом торгует на своего работодателя, просилась к нам, но отец отказал, нам такие фифы не нужны.

Но фифа Ксения оказалась очень нужной моему мужу.

— Серёж, я тебе уже неделю назад сказала, что беременная! Прерывать не собираюсь. У тебя ж Олька бездетная, ты сам сказал. Всё, бросай её!

— В смысле как бросать? У нас же бизнес.

— Ой, да какой бизнес. Мы также будем сами покупать оптом мёд у пасечников, упаковывать и продавать. В пасечном деле главное торговля! На фига тебе эта корова здоровая! Ведь ты её не любишь, еле терпишь…

На этих словах я не выдержала и одёрнула шторку:

— Это правда? Что несёт эта змея? Сергей?

— Это не змея, она мать моего ребёнка. Прости, наверное, надо было раньше сказать…

— Выметайтесь из моего павильона оба! Пошли вон! Мало того, что изменяешь, так ещё и обворовываешь, и об этом я тоже знаю. Выметайтесь! Ключи давай!

Хватаю швабру и со всей силы бью мужа по спине. Сергей с воплями выбежал и Ксюха с ним, надо было и ей врезать, но она беременная…

Закрываю железные ставни, запираю наш павильон, и звоню отцу. Быстро рассказала как есть. И что из нашего бизнеса предателя надо выкинуть немедля.

Такое не прощается!

Фляга так и осталась в моей машине, пока я не в состоянии принимать решения, у нас есть бухгалтер и юрист, позже все итоги подведут, определят, а я просто подам на развод.

Это были мои последние здравые мысли.

Потом началось обычное женское состояние убийственной тоски по счастью. Боль разбитого сердца непереносимая. Трясёт от рыдания, вцепилась в руль, и еду на автопилоте.

Зачем я поехала домой, надо было остаться тут и торговать самой, закрутилась бы и хоть немного отпустило бы.

Но меня нестерпимо тянет обнять деда Колю и порыдать на его плече, единственный мужчина кроме отца, кому я могу доверить свою боль.

Он как знал…

На трассе к вечеру коллапс, пятница, все из города рванули на отдых, на выезде из туристической зоны большой перекрёсток со светофором, я первая, сейчас быстренько повернуть на лево на зелёный сигнал светофора…

А дальше чернота, какой-то гонщик решил проскочить на жёлтый и влетел в меня…

И вот я Эйлин?

Неожиданно для себя самой я очнулась в совершенно незнакомом мире в теле худенькой, бледной девушки, никому не нужной матери маленькой девочки с ужасной меткой на шее.

А где-то там, остались мои убитые горем родители.

Всю ночь я оплакивала свою прошлую жизнь. Так хотелось подать весточку маме, что я живая, но единственный, кто может это сделать, больше не появляется рядом.

— Коля, милый. Где же ты?

Ведь ему так же отшибает память, как и мне! Да и я выгляжу совсем не как Оля сейчас. И он не стариком ко мне приходит. Да не приходит, а появляется и исчезает, словно его что-то утягивает в мой мир и не пускает сюда.

Поцелуй ему вернул память, а теперь он снова потерялся в моём мире?

— Кажется, я подошла к самой важной загадке, к сути моего превращения в Эйлин, это же не просто так, а, Сонюшка? — шепчу дочурке, пока она, причмокивая, сосёт грудь, а я сижу в ночной тишине, покачиваясь, и вспоминаю песенку, что мне как-то пел деда Коля…

Надо же, мне казалось, что он мой дед, а он мой единственный, просто промахнулись мы в очередной раз в мирах, с разницей лет в сто, запутались и как нам снова встретиться, я и понятия не имею.

Графиня Жозефина де Горн решилась на отчаянный шаг. Пока магия «подданства» не действует, надо бежать.

Это единственное, что она поняла из всех своих перипетий за последние несколько дней.

— Ялла, очень тихо собери вещи мои и детей, карету подготовить белую, а в этой сама поедешь на пасеку!

— Госпожа, я? — женщина вздрогнула, последние дни всё только о проклятой пасеке и говорят.

— Да, надень моё платье, с тобой ничего не случится. Просто крикнешь пару раз госпожу Эйлин и сразу назад. Не дожидаясь, что она выйдет.

— А если выйдет? — служанка уже открыла три внушительных плетёных короба под личные вещи госпожи и начала поспешно складывать.

— Если выйдет, скажи, чтобы сидела там и не высовывалась, а ещё лучше бежала на север за горы, потому что герцог вернулся и никого не пощадит.

— А мы?

— А вы можете бежать на юг, если сделаешь, как я сказала, то со своим мужем и сыном забирай эту карету. Главное шлюхе моего мужа ничего не говори, пусть остаётся.

— Спасибо, госпожа! Всё исполню, за карету и науку премного благодарна. Сейчас детей соберу. А загрузим всё с чёрного хода.

— Я оденусь в простое платье, назовусь кормилицей моих детей, так мы проскочим через кордон на север. Там живут мои родственники, надеюсь, что приютят и на улице не оставят. И вот ещё что, Ребекку запереть в её покоях, не хочу, чтобы она о чём-то догадалась! — прошептала Жозефина, выгребая все украшения из шкатулок, и пряча их в тайные карманы под юбкой.

У служанки в этот момент невольно руки замерли, тоже хочется такой же мешочек с ценностями, но опомнилась и прошептала:

— Слушаюсь, госпожа, так ей и надо! — зло улыбнулась Ялла, в замке все ненавидят новую любовницу графа.

Жозефине некогда злорадствовать, промедление смерти подобно, ведь отряд королевича может заподозрить её во лжи и тогда не пощадят ни её, ни детей!

В кабинете нашла все деньги, драгоценности мужа, документы. Всё, что может принести хоть какую-то пользу в будущем. О судьбе графа де Горна думать не хочется, и так понятно, что королевич не простит Эдварду предательства.

Через пару часов сборов, графиня в скромном платье вывела малышей, посадила в белую карету, и быстро приказала двоим наёмникам следовать за экипажем.

— Мне приказано увезти детей на север, так что вам придётся сопроводить нас. Муж остался на коронацию в столице. А нас ссылают! — пришлось сыграть роль отверженной жены, да и играть не пришлось. Подняла взгляд на окна, где с победной улыбкой стоит, поглаживая большой живот Ребекка.

— Оставайся, дурочка, надейся, что твой любовник вернётся, скоро на площади милостыню просить будешь, — прошипела графиня, поспешно села в карету и приказала трогаться в путь. Пока не пересекут границу королевства, о Рагоре даже думать нельзя.

Ялла отвлечёт гвардейцев и этим обеспечит фору, каких-то пять часов, и они спасутся.

Чёрная карета графства с Яллой промчалась по лугам, не сворачивая к поместью де Брилей, минуя пожарище, оставшееся от дома паучихи Джейн, остановилась у поворота на проклятую пасеку. Она слышала из разговоров охранников замка графа, что пасеку охраняет магическая сила, и на неё не пройти.

— Никогда тут не была. Эй, кучер, а куда дальше. Сама пасека-то где?

— Да прямо за этим холмом, он покрыт дикими розами, потому и приметный. Но мы его видим, а пройти не можем.

— Это как? — женщина не поняла, что ей пытается объяснить кучер, а он хмыкнул.

— Хм, смотри, запомни, куда мы въезжаем, и где окажемся.

Он направил экипаж через траву с дороги, прямо на высокий цветущий холм, проехали и неожиданно, когда из окна кареты вроде бы можно протянуть руку и сорвать розу, всё исчезло.

— А где кусты?

— Так, вон, сзади остались, мы словно вокруг холма проехали.

Ялла открыла дверь и вылезла из кареты. И на себе испытала морок странного места.

— Точно магия. Слушай, отгони экипаж дальше по дороге к лесу, и жди меня. Раз приказано крикнуть госпожу, то я сделаю это, а потом уедем. Не хочу, чтобы она увидела тебя.

Кучер проехал вперёд и оставил служанку одну у недосягаемого холма.

Только хотела крикнуть госпожу Эйлин, как заметила, что по ручью вверх по течению спешит человек. Очень похож на колдуна.

Женщина присела высокой траве, даже дышать перестала, старик быстрым шагом прошёл и скрылся за холмом.

— Значит, проход на пасеку есть?

Сняла ботинки, подняла юбку до колен и по воде прошла до самого дома.

— Что-то мне подсказывает, что королевич или граф за эту тайну очень дорого заплатят. Что толку бежать на юг с семьёй без денег в кармане.

Она пригнулась, и пока её не заметили, пробежала назад.

— Гони в столицу! — прошептала кучеру, но через несколько минут дорогу им преградил королевский отряд.

— Госпожа графиня! Как ваши успехи? Наш человек видел, как вы проехали на пасеку. Вышла госпожа?

— Я не графиня, но за хороший выкуп открою тайну пасеки.

— Отлично, говори! — крикнул злой командир.

— Цену хорошую дайте!

— Твоя жизнь! Это хорошая цена? — ответ не заставил себя ждать.

Ялла недовольно поморщилась и прошептала: «По ручью можно пройти до самого дома на пасеки, там сейчас живут несколько человек!»

— Отряд за мной! Карета тоже, нам приказано доставить госпожу Эйлин во дворец, так что женщина, ты назначена камеристкой новой королевы! Радуйся!

— Да уж! Радости хоть ложкой ешь, и щёки треснут, — проворчала Ялла недовольно.

Всё утро у меня неприятное предчувствие. Вот на тысячу процентов уверена, что сегодня что-то нехорошее случится.

После бессонной ночи голова гудит. Я ведь вспоминала всё, что могла о Коле, он старый, очень старый. Ощущение, что ждал он меня в моём мире лет сто, а когда дождался. Я девчушка, а он старик.

Несправедливая насмешка магии.

Помню, как мать Эйлин говорила про то, что герцогство почти сто лет пустует. Если в магии есть хоть капля логики, то я её понимаю. Но смутно.

Я своим криком в момент поединка между братьями герцогами заставила Кайя оказаться в моём мире, возможно, что это случайное совпадение, но он дождался меня, хоть и успел состариться.

А теперь меня занесло в его мир, в тело девушки с меткой герцогов.

Значит, законы магии работают, и притяжение — один из них, моё попадание в тело Эйлин неслучайность.

И в результате этих хитросплетений я получила: пасеку, дочку, очередное нарушение метки, и мужчину мечты на семьдесят лет старше себя, потерянного вместе с моими родителями в моём мире…

Соня расплакалась.

Животик у неё болит, зубам резаться рано. И Зохор куда-то сбежал рано утром.

Магда на кухне, Джон строит веранду, точнее, заготавливает материал в лесу. Ёля у ручья ягоды собирает.

Все делом заняты.

— Соня, девочка моя, ну что ты плачешь? Сейчас пелёнку поменяю и массаж животику сделаю. Потом прогуляемся с тобой…

Только рядом с волшебным кустом она успокоилась, тут же сажусь в траву по-турецки и начинаю её кормить. Кажется, нам придётся переехать жить сюда.

Понимаю, что мне с девочкой под магическим куполом долго не просидеть. Зохор уж как-то высказывал опасение, что место девочки в королевском замке. Это её королевство, её трон и корона, будь она неладна, эта королевская власть!

И в этот момент вспоминаю несчастную Одиллию, мать Эйлин. Как я ее понимаю.

Эйлин, а теперь и Соня. Это явно подлые проделки Рагора, он специально что-то там колдует, чтобы забрать у меня дочь. Приманивает нас к себе, вынуждает сдаться?

— Эйлин, что случилось? — Магда и Джон подошли ко мне, лица встревоженные, и мне ничего не осталось, как рассказать им о скором «снятии блокады», потому что Соня уже должна вернуться во дворец.

Срываю цветок, всего один и заворачиваю в пелёнку, может, хоть так ей станет легче.

— О! Силы магии! А это точно? Кай не ошибся? И что теперь делать? — простонала Магда.

— Я не знаю, подождём колдуна! — шепчу и радуюсь, что с цветком, моей крошке стало легче, и она перестала плакать.

Ёля пробежала в дом с полным кувшинчиком ягоды, Джон снова вернулся к топору и бревну, какое обтёсывает на краю поляны.

А тревога растёт…

— Эй! Как вы тут без меня? — Зохор пришёл из деревни с корзиной, а в ней бутыль с молоком, яйца и свежий сыр и масло. То, чего нам так не хватало.

Не успеваю рассказать про метку, как он выдал:

— Кто-то спалил дом старой Джейн. Ох и поганое место было. Говорят, она старая ведьма, древняя. Удивительно, я же и не чувствовал у неё силу магическую, кто-то с ней расправился.

— Прям убили? — шепчу, не могу скрыть удивления, неужто рядом такие дела творятся? Да чему я удивляюсь, может, это королевич распорядился.

— Да, не хочу вдаваться, даже не заходил на пепелище. Вокруг нашей пасеки люди разные ходят, опасно стало. Надо уже думать, может перебраться дальше в лес.

Только хотела сказать, что Сонечке и на пасеке-то тяжело, не то что в лесу, как мимо меня пролетела стрела.

Точнее так, она летела-то в меня, и попала бы в глаз, но какая-то сила её отбила. Стрела пролетела и застряла где-то в нашем волшебном кусте.

Я завопила от страха, Магда тоже, и мы побежали в дом. Зохор нас прикрывает. Джон с топором на крыльце.

Мы даже не видим, кто на нас напал.

А потом шум!

Выстрелы! всё это происходит за домом, где-то у сарая.

Подбегаем к окну в нашей спальне и с ужасом смотрим, как отряд королевских гвардейцев сражается со странными людьми в чёрном, и один из этих ниндзя уже бегает по крыше.

Слышно даже через чердак.

Гвардеец стреляет и бум…

— Попал! Джон, стоять! Ты нам тут нужен! — рычу на нашего горца, и хватаю его за руку, не позволяю ему выйти с топором. И поймать отравленный дротик.

— Кто-то раскрыл наш секрет! Это наёмники с юга. А гвардейцы нас защищают! Не думал, что они такие проворные и умелые, надо же ой и последний наёмник упал.

Зохор комментирует события, а мы и сами видим.

Я начинаю мысленно призывать пчёл, сейчас всех прогоню.

Это была первая мысль, но Соня заплакала, и я поняла, что из-за дочери простого решения у меня нет. Рагор не отстанет, он так и продолжит насылать чары на ребёнка через отца, или ещё как-то. И эти убийцы не последние, раз уж дом Джейн спалили, то скоро и до нас доберутся.

Магда обняла испуганную Ёлю, через несколько долгих минут в наши крепкие двери постучали:

— Ваша светлость, госпожа Эйлин. Королевич Рагор объявил вас королевой нашего мира, мы должны сопроводить вас во дворец, чтобы защитить от наёмников и преступников.

— Она никуда не пойдёт! — прорычал Джон Норт.

— Мы предвидели этот вариант, но силы неравны, колдун и наёмник, против семи гвардейцев с ружьями. Госпожа, пройдёмте в карету, ваше предназначение стать королевой, не стоит подвергать опасности жизни своих близких. Я не зверь, прекрасно понимаю ваши чувства. Вас же не в тюрьму забирают!

— Я сейчас выйду!

Пока никто из моих близких не сделал глупость, решилась быстрее ответить.

Обнимаю Магду, целую Ёлю и Зохора. Жму руку Джону.

— Ребят, вы уже видели, как с мёдом обряжаться, как его собирать и отжимать, я на вас надеюсь. Как только улажу дела, вернусь.

— Они не отпустят тебя, или Соню заберут! — сквозь слёзы простонала Магда и поцеловала малышку.

— Я знаю имя демона! — шепчу Зохору и его глаза округляются.

— Ты что задумала, не смей. Он убьёт тебя!

— Я всё вспомнила, и всё знаю! Я знаю кто такой Кай, мы жили с ним рядом всю жизнь. Я узнаю, как вернуть его сюда. Мне нужно встретиться с этим Рагором и Соне тут не место. Ведите себя хорошо!

Взяла корзину с пелёнками, своё платье и вышла к командиру отряда.

— Мне для дочери нужно сорвать цветы с куста. Подождите несколько минут.

— Конечно, Ваше Высочество! Как прикажете. Нам придётся ещё забрать убитых, чтобы провести опознание.

— Ой, только без этих подробностей. Но на пасеке трупов этих людей быть не должно.

— Конечно.

Я подумала, что сейчас самое время всех прогнать с помощью пчёл, но состояние моей дочери вынуждает решать проблемы, а не прятаться от них!

Как была в домашнем платье, разношенных «балетках», а на голове платок, из-под которого выбиваются две длинные косы, так и поехала. Без багажа, с малышкой на руках, и маленькой корзиной со скудным запасом личных вещей. Даже мёда нет с собой взять, весь продали.

Но цветов нарвала довольно много, они мне пригодятся.

— Госпожа, позвольте я понесу вашу корзину, — один из гвардейцев спешился и решил помочь мне. Все очень учтиво, голоса у мужчин приятные, они говорят со мной, как с королевой, постоянно кланяются. Это либо очень продуманная уловка, либо королевич реально решил сделать меня королевой.

Но я прекрасно помню его образ, напоминающий демона, воплоти.

Со мной отряд прошёл через магическую преграду свободно. На дороге уже ждёт карета.

— Госпожа, прошу, карета для вас и эта камеристка из графства вам поможет в дороге, а далее поступайте с женщиной по своему усмотрению. С вами поедут только трое гвардейцев и я, остальные задержатся в поместье де Бриль. Нужно вывезти убитых на телеге. Мы вовремя подоспели и застали наёмников врасплох. Сразу стреляли на поражение. Не успели бы мы, то ядовитые дротики сделали бы своё дело.

Последние слова он произносит таким тоном, словно ждёт от меня благодарности за спасение.

А как там королевы благодарят?

Мне особо благодарить не за что, ещё не понятно, чем для меня всё обернётся, так что обойдётся без благодарности.

Узнала кучера, и он меня узнал, тот самый, что отвёз меня на пасеку, тоже низко поклонился и виновато улыбнулся. Ну хоть кто-то тут чувствует вину, что забирает меня и дочь от семьи. Молча сажусь в карету, и мы поехали в столицу.

— Добрый день, госпожа, меня зовут Ялла, к вашим услугам.

Смотрю на женщину и неожиданно понимаю, что у неё на уме. Тоже чувствует себя виноватой, это она сдала меня отряду, хотела продать информацию подороже. Мои магические силы не дремлют, эта женщина для меня не загадка.

Стучу в стену кареты, и она мигом останавливается.

Командир уже у дверцы и ждёт, что я прикажу. Какие вышколенные вассалы у королевича.

— Ялла, значит? У тебя есть муж и сынок? Проваливай с глаз долой, мне рядом не нужны люди, готовые меня продать в любой момент. Только из-за мальчика я тебя отпускаю, но второй раз попадёшься на глаза, пощады не жди! — и в этот момент небольшой рой пчёл собрался над каретой.

— Простите меня!

— Бог простит, — цежу сквозь зубы. И женщина срывается с места, прыгает на пыльную дорогу и бежит через луг, подгоняемая чёрным жужжащим «облаком». Ужалят её или нет, уже не важно. Но почему-то меня взбесила эта камеристка.

Прежде чем командир закрыл дверь кареты, ещё раз поклонился, причём значительно ниже и улыбнулся довольной улыбкой.

Видимо, мой поступок заставил его по-настоящему начать меня уважать.

Было бы мне до этого дело! Ялла далеко не первая, кто пытается выгодно продать Эйлин. Приёмные родители, муж, и может быть, кто-то ещё, да я не знаю.

Карета снова качнулась и покатила по дороге. И теперь мне спокойнее, хоть немного можно расслабиться. Представляю, что путь неблизкий, а я с собой не взяла еды и даже напитка, пришлось снова остановиться, и командир заверил, что скоро по дороге постоялый двор и меня всем обеспечат.

Карета не приспособлена для перевоза младенцев. Пока доехали до остановки, миллион раз пожалела, что не взяла с собой плетёную люльку. Руки уже ноют неистово. А положить на широкое сидение доченьку боюсь.

— Госпожа! Постоялый двор! — ух, как же я обрадовалась этим словам.

— Пожалуйста, возьмите малышку, пока я выйду и хоть умоюсь с дороги! — меня снова сопровождает пожилой гвардеец, какой нёс корзину, и я ему доверила Соню, он показал мне просторную уборную, там и керамический умывальник, вода родниковая, все чисто и приятно. Умылась, почувствовала себя немного легче.

— Спасибо за помощь, где тут можно поесть, и мне бы кресло, чтобы доченьку положить, пока ем.

— Сейчас всё устрою.

Мы вошли в довольно просторную таверну, с яркого светлого дня в тёмном помещении пришлось несколько секунд привыкать, чтобы понять, куда идти. Мне сразу же предложили ВИП-зону, хозяйка быстро подала еду и увидев, что у меня младенец на руках, крикнула помощнику:

— Эй, принеси сюда большую корзину, и плед, сейчас устроим малышке удобное местечко для сна.

— Спасибо большое, а то руки отваливаются, — шепчу, а у самой в животе уже урчит, вспомнила, что и завтракала мало. А тут очень вкусное жаркое в маленьком горшочке и сдобная лепёшка, а какой ароматный напиток, напоминает наш сбитень. Всё такое колоритное и аппетитное.

Не прошло и пяти минут, как я смогла положить дочь в большую корзину, почти как люлька, туда уже постелили плед, я лишь застелила свежую простынку, и Соня вытянулась, улыбнулась и задремала. Ей тоже на руках столько времени трястись тяжело.

— Сколько стоит эта корзина и обед, мы оплатим всё для госпожи, и с собой бутыль с напитком и пирог, — капитан и гвардейцы сели недалеко от меня, но отдельно. Сразу оплатили счёт, и хозяйка занялась другими постояльцами.

Я быстрее ем, очень вкусная еда, и её не так много, чтобы объесться. Знала бы я, что местные овощи можно и так готовить.

Рассуждаю о чём угодно, только бы не думать о тех, кого оставила, и о том, что меня ждёт.

— Хозяйка, возьми за обед! — неожиданно слышу голос, от которого у меня по спине пронеслось стадо мурашек. Это не может быть ошибкой. Этого вообще не может быть.

Поднимаю взгляд и смотрю на мужчину, требующего расчёт. И не верю своим глазам. Он улыбнулся и едва заметно покачал головой, чтобы я не выдала ни его, ни себя.

Гвардейцы сидят в стороне и не обратили внимание на посетителя, он слишком далеко от наших столиков.

Слёзы отчаянья брызнули из глаз, как фонтаны в Петергофе. Вот он, тот кого я хочу видеть, слышать, в чьих объятиях хочу замереть и забыться, спрятаться от всех бед. Моя весточка из родного мира…

Но он не подходит, не здоровается, и я буквально слышу его голос в своём сознании, что нам пока рано открываться.

Всё, кусок в горло не лезет. Как же мне нехорошо-то.

Кай, а это именно он, накинул капюшон на голову, поклонился хозяйке и вышел.

— Госпожа, а есть у вас тихая комната, хочу дочь покормить перед дорогой, — с трудом сдерживаю дрожь в голосе, спрашиваю у хозяйки. Мне надо побыть одной, привести мысли в порядок. И какие бы душевные страдания я сейчас ни испытывала, а Соню покормить надо, потом в карете это сделать невозможно. Не хочу издеваться над малышкой.

— Госпожа, на втором этаже есть комната, очень милая, можете там отдохнуть, и мы вас подождём, не беспокойтесь, — капитан сам подскочил и повёл меня на второй этаж, он тут хорошо ориентируется. Проходя мимо стойки, кинул монету за «постой».

Стоило двери закрыться, взяла дочь из корзины, обтёрла грудь и начала кормить.

А у самой одна мысль, от которой я и сидеть-то не могу ровно на одном месте, всё хочется вскочить и бежать за ним…

А нельзя!

Но если это действительно мой дед Коля, ну каким-то магическим образом он тут молодой и красивый, появляется внезапно и всё время пропадает?

Он пропадает туда? В мой мир?

Как там моя мамочка, если я действительно погибла в автокатастрофе, то что же с моими любимыми родителями? Вот что мне не даёт покоя.

Душа так болит, что сил нет. Наверное, это сказалось и на малышке, а может, и дорога утомила, всё на ребёнка действует. Какой уж тут аппетит. Немного поела и плюнула грудь.

— Маленькая моя, нам ещё долго ехать. Что же делать?

Очень тихий стук в окно, и я чуть не подпрыгнула, сначала заперла дверь на засов изнутри, положила Соню в корзинку и открыла окно.

— О, боже! Ты! Почему не пришёл раньше? Я всё вспомнила, почти всё. Ты же наш Коля? Этого не может быть!

Мой жаркий шёпот заставляет его поторопиться, в довольно просторное окно герцог протиснулся с трудом. Он снова молод и красив, смотрит на меня так, словно ищет те старые знакомые черты, но я уже другая.

— Милая моя. Мне так много нужно тебе рассказать, но времени мало. Я сам не понял, как оказался у этой таверны. Ведь стоял у себя в доме, готовил лечебный чай для твоей матери, в следующий миг открываю глаза и вижу, как ты вышла из кареты. Пришлось забежать в таверну, чтобы не испугать тебя.

Он сам в эйфории от нашей встречи, но я услышала про маму и теперь только один вопрос:

— Мама? Как мамочка, как папа? Что случилось? — ком в горле не даёт говорить, каждое слово проговариваю с трудом и говорю по-русски, и он отвечает также, но от слов Кая мне нехорошо.

— Ты попала в аварию, погибла на месте. Маме очень плохо, да и отцу не лучше, Сергея твоего выгнали, ещё и счета предъявили. Пока родителям не до выяснения отношений, я им нужен. И ваша Мария помогает. Очень им плохо без тебя, девочка моя.

Не выдерживаю, обнимаю его так крепко, как только могу:

— Родненький мой, любимый, милый мой. Позаботься о мамочке, умоляю! Я справлюсь. Скажи им, что я в другом мире, что у меня родилась дочь Соня, мама сразу поймёт, что это я. Пожалуйста, не оставляй их!

— Милая, любовь моя, я и тебя не могу оставить. Но меня в этот мир пока не пускает Рагор. Прости, в первую нашу встречу я даже не понял, что это ты, не узнал, а ты меня снова притянула, как магнитом. Память возвращается, я наполняюсь магией, но пока как старый автомобиль твоего отца, помнишь, ту колымагу, что заводилась и тут же глохла. Мне нужно ещё немного времени, восстановить свой статус мага.

Стоило ему вспомнить старую «буханку», любимый автоконструктор «очумелые ручки», только папины руки её и заставляли везти фляги с мёдом в город, и новый всплеск эмоций, как же тяжело. Показалось, что моя жизнь где-то прямо сейчас происходит и я могу туда вернуться. Сквозь всхлипы шепчу ему:

— Вернись к родителям, поддержи их. И помнишь, как ты сказал, что теперь я выбираю, так вот, Коля, я выбираю тебя, во всех мирах выбираю. И жду, но что мне делать с твоим братом, я не хочу за него замуж?

— Ты и не сможешь, ведь ты моя, скоро парад планет, он устроит коронацию, и я вернусь за тобой. Смогу собрать силы чтобы остаться!

— А моя девочка? Что происходит с ней?

Я взяла дочь на руки и показала Каю, он поцеловал её и улыбнулся.

— Она принцесса, избранная, это наследие рода де Брилей, они должны стать королями. Место девочки во дворце. Ты случайно стала матерью будущей королевы, везёт нам с тобой на приключения, любимая моя.

Мне вдруг ярко вспомнился один старый случай:

— А помнишь, как я однажды у тебя на плече увидела красивый знак, и тайком сделала татуху с точно таким знаком и как меня мама ругала.

Кайлайн беззвучно рассмеялся, а я обхватила его за шею и прижалась, мне так сейчас хорошо и спокойно, словно попала домой, вот сейчас дверь откроется, и я увижу маму и папу…

— Да, помню. Это печать моей магии, а ты, глупышка, сделала себе тату с ней, и тем привязала меня к себе ещё крепче, но разве есть сила сильнее, чем моя любовь к тебе, Оля. Рагор ничего не посмеет сделать тебе и малышке. Он даже притронуться к тебе не сможет, пока сам этого не понимает. Очень надеюсь, что скоро вернусь к тебе насовсем. Люблю тебя, — теперь он наклонился и его губы коснулись меня жарким поцелуем, от которого закрываются глаза, мир меркнет и хочется улететь подальше от всех бед…

Не успеваем проститься, как мой любимый исчез, но теперь я спокойна как никогда. Он обязан помочь моим родителям. А потом найдём способ встретиться всем вместе, как же мама обрадуется внучке.

Спешу вытереть слёзы, и в дверь тихонько постучал капитан, попросил поспешить, пора ехать в столицу.

— Ну, пора так пора! Ох, Рагор обрадуется! И мало ему не покажется…

И только сейчас до меня дошло, что я не представляю, как мне себя вести с этим узурпатором.

— А как мать будущей королевы! Вот как! — шепчу дочери, и мы снова тронулись в путь. Но теперь у меня самой столько сил появилось, что горы сверну.

Оказалось, что расстояние не такое уж и большое, всего-то час, может, меньше ехали от таверны.

— Столица, госпожа! — командир крикнул, чтобы предупредить меня об окончании мучений, карета остановилась перед мостом, всего несколько секунд, и мы снова покатили по мостовой, тряска усилилась.

Сонюшка начала плакать, а я готова уже пешком пройти лишь бы закончилась невыносимая пытка. Вспомнилась папина старая «буханка» вот уж лучше на ней, чем в этой карте.

И когда я готова была уже взвыть от усталости, тряски и шума колёс по камням, всё вдруг стихло. Карета остановилась, дверь открыл все тот же командир отряда, помог мне выйти, и оказалось, что мы уже в очень красивом парке или саду, над которым возвышается старинный феодальный замок.

Я бы полюбовалась достопримечательностями, но сил нет вообще.

Если бы не крепкая рука капитана, я, наверное, тут бы и села, что-то больше нет желания путешествовать в этом мире. (Позже узнаю, что мне повезло прокатиться в самой дешёвой и старой карете, а в богатых экипажах и шампанское не расплескается, богатство везде даёт преимущества для жизни, и кажется, вот это всё, что меня сейчас окружает, принадлежит моей дочери, только надо как-то это право доказать).

К нам подбежал королевский слуга или камердинер, у меня в ушах стоит звон после дороги, Соня плачет, что он сказал, я даже не расслышала.

Сама приказала, раз уж я тут очень важная персона, то пусть стараются:

— Отведите меня в комнату, прикажите приготовить ванну или баню, что у вас тут есть, чистое бельё мне и дочери, и через час ужин, всё остальное потом.

— Слушаюсь, Ваша Светлость, — он низко поклонился. Я сначала не поняла, почему это я опять «Светлость».

Но потом до меня дошло, ведь Эйлин графиня, если мы с Зохором этот факт выяснили, то Рагор такую простую тайну прошлого тоже знает.

Тем более, пусть встречают как графиню.

Меня проводили в просторную комнату, очень богато обставленную. И моё платье сразу превратилось в ветошь, в сравнении с окружающим богатством.

— Госпожа! Я ваша камеристка, моё имя Нун! Позвольте вам помочь. Вот колыбель для малышки…

Она вбежала, низко присела в реверансе и протянула руки за ребёнком.

— Подожди! Сначала мы с Софией помоемся с дороги, пыль на зубах скрипит. А потом уже колыбель. Принеси одежду и приготовь ванну.

— Тогда я вам всё покажу, вот шкафы, но свежие выходные платья я вам завтра принесу, а сегодня домашнее, оно вас устроит?

Киваю, потому что меня сейчас всё устроит, лишь бы чистое.

Экскурсия прошла довольно быстро, будуар, где две девушки уже наполнили водой медную ванну, тут и уборная за дверью, и огромное зеркало и столик для пеленания с пачкой свежих пелёнок.

Просто VIP-сервис.

Я бы всех выгнала, но сейчас руки ноют от усталости, поясница болит после твёрдой сидушки кареты. Морщу лоб в размышлениях и решаюсь довериться Нун.

— Хорошо! Я очень устала, помоги мне отмыться и дочку помыть.

— С радостью, вот ей маленькая отдельная купель, я умею с младенцами обращаться. И пелёнки сменю и помою, а вам на помощь позову служанку.

— Зови!

Через полчаса СПА-процедур, мы с Соней разморённые тёплой, ароматной водой, промытые, в чистых одеждах легли в огромную постель. Как она пахнет свежестью! Это что-то с чем-то, я настолько чистого белья никогда в жизни не видела. Оно девственное.

В этой комнате всё девственное. Может, Рагор решил меня поразить и сделал капитальный ремонт перед нашим приездом. Вот гад знает, как подкатывать к женщине.

— Госпожа ужин! Я могу при вас всё попробовать, чтобы вы убедились, что еда не отравлена, — так просто заявила Нун, что у меня вилка из руки выпала.

— А тут что, бывает отравленная еда?

— Ох! Госпожа, в этом замке всё бывает, госпожа Луиза всегда требовала, чтобы я пробовала всё, что она собирается есть.

Кажется, мой рот открылся от удивления, это что ещё за госпожа, и почему о ней в прошедшем времени.

У меня есть другой способ проверить блюда, в моей корзине лежат цветы, они не завяли, словно только что сорваны.

— Люблю мои цветы с пасеки, вон в корзине, подай один, положи на столик и расскажи, кто такая Луиза.

Нун или не поняла ничего про цветок или вопрос про Луизу её сбил, но она быстро положила один из бутонов на столик, а я лишь смотрю на цветок, если он почернеет, то еда отравлена.

Яда нет!

Еда обычная, даже по меркам нашего мира, омлет с зеленью, нежный и пышный. Тост из тончайшей лепёшки, джем, фруктовый салат, и ароматный напиток, такой же, как я пила в трактире.

— Я жду, расскажи мне о Луизе? Это сестра королевича?

— Ой! Мне так неловко, вы же госпожа де Бриль? Простите, — Нун не кажется забитой или пугливой, но сейчас так старательно корчит из себя стеснительную особу, случайно вошедшую в мужскую душевую.

— Не заставляй меня сердиться, Нун! Я устала с дороги, и мне нужно знать, что меня ждёт. Если ты упомянула Луизу, значит, хотела, чтобы я узнала ее тайну, а теперь корчишь из себя невинность. Прикажу поменять тебя на ту вторую служанку.

— Луиза бывшая фаворитка королевича, но она сбежала с вашим мужем на юг…

В этот момент я не выдержала и прыснула смехом. Пришлось зажать рот рукой, чтобы крошки не полетели в разные стороны.

И в этом мире такая же ерунда, даже формулировки совпадают, добавила бы «Сочи» в конце фразы и все. «Муж сбежал с фавориткой в Сочи!»

Девушка не поняла, что меня так развеселило, а я не намерена ей открываться. Но, кажется, у королевича проблемы, если у меня брак не фиктивный, а муж об этом что-то вопил на пасеке, то королевой мне не быть!

Кажется, кому-то сделают а-та-та, причём такое, что мало не покажется. Королевич найдёт Домиана, а после того, как капитан гвардейцев доложит о покушении на меня и Соню наёмников с юга, то Луизе и де Брилю можно пожелать только одного — быстрой и не мучительной смерти, без пыток. Но вспоминая, как Рагор ударил Джона Норта магией в живот, то уж моему мужу он кишки вытащит через одно место и ими же задушит.

Что-то невесело стало. Напомнила себе, о том, к кому в гости я приехала.

Нун смутилась и после моего одобрительного жеста, поспешно забрала поднос с посудой, а я легла в постель, пора подумать о себе и дочери, а ещё о Его Высочестве.

Стоило подумать о нём, как двери тихо распахнулись и вот он, собственной персоной. Молодой, невероятно красивый, слегка надменный и очень довольный, что мы, наконец, попали в его логово.

— Моя дорогая! Как долго я ждал этого! Как долго! Не успел рассмотреть твою красоту в первую нашу встречу, а теперь не могу отвести взгляд. Покажи мне нашу дочь…

— Нашу дочь? — вместо приветствия, я как попугай повторила его слова, не помню, чтобы я с ним спала…

— Я уже отдал приказ, завтра состоится суд над твоим приёмным отцом, а после я объявлю Софию Одиллию своей дочерью.

Вот он меня сейчас удивил…

— Я не ослышалась? Суд над приёмным отцом? — я, кажется, потерялась в этой ситуации. Что угодно готова была услышать, но про удочерение и суд?

— Не волнуйся, это формальность, он не смел отдавать мою истинную замуж за де Бриля. Мне нужно, чтобы общество поняло мою боль от разлуки с тобой. Что я приму твою девочку, как свою, потому что люблю тебя.

На этом моменте в животе у меня спазм. Омлет быстро поменялся местами с тостами.

Рагор такой красивый, юный и холёный, как идеальный манекенщик с обложки журнала мод, но холодный. От его холода у меня неприятное ощущение опасности. Он заметил и улыбнулся.

— Милая, мне понятны твои чувства, твои страхи, всё это пройдёт со временем. Мой брат не может вернуться в этот мир, он пытается, но зря. Даже не думай о нём, зачем тебе неудачник, если есть я.

— Ох! Я ослепну от вашего сияния, нельзя же быть настолько шикарным!

Он в первую секунду благодарно улыбнулся, решив, что это комплимент. А потом уловил тень сарказма и хмыкнул. Да, чувство юмора у него есть. Небезнадёжный!

— Ты мне нравишься, живая, очень красивая и родишь мне ещё детей. Без любви я проживу, и тебе советую научиться, забудь эти женские страдания, мы богаты, а после коронации, когда я войду в силу, нам не будет тут равных в этом мире. Отдыхай, наслаждайся, завтра повеселимся.

— А капитан тебе доложил, что на нас напали убийцы с юга, от твоей бывшей и моего мужа привет? У тебя, может, сил прибавится, но я могу и не дожить, так что мне пока не до отдыха и не до наслаждения. Я потому и приехала, чтобы получить защиту для дочери. Насчёт всего остального и нашего брака, пока не решила.

— Эйлин, радость моя, тебе больше нет нужды ничего решать. Разве только какие украшения выбрать и какой десерт. Обо всём теперь заботятся наши подданные, а решаю я.

— Подумать только, не мужчина, а мечта любой женщины. Муж решала! Простите, я забылась. Дерзко с вами общаюсь, и на ты. Это из-за усталости, поцелуй на ночь?

Он снова улыбнулся, сделал шаг ко мне и замер в нерешительности. Не может подойти? Вот это сюрприз.

— Отдыхай, завтра очень напряжённый день, на коронацию тебе нужно выбрать платье, примерить, чтобы его подогнали по фигуре. И украшения, советую выбрать что-то красное в цвет короны нашего королевства.

Рагор так и не смог подойти ко мне, издалека заговаривает, уводит разговор на что угодно, лишь бы я не поняла, что между нами существует преграда? Или цветы служат защитой, я их везде положила и в колыбели, и себе в постель, и в будуаре в выдвижную полочку с расчёсками, ведь их тоже могут отравить. А оказалось, что у цветов гораздо мощнее защитное поле?

Приятный бонус. Уже жалею, что больше не взяла с собой.

Очень интересно, как он со мной детей делать собрался? На расстоянии?

Ну-ну! А вслух произношу чуть менее обидную, но всё же колкость:

— Слушаюсь. Мне пора покормить дочь, спокойной ночи, Ваше сиятельное высочество. Рада, что между нами теперь нет препятствий! — снова сарказм, Рагор улыбнулся, сделал вид, что не заметил.

Вышел с таким же достоинством, как вошёл и за ним сразу закрыли двери на ключ. Похоже, что ему доложили о нападении, ну тем лучше, никто не придёт меня «проведать», за дверью караул. Я тут или под арестом, или очень уж важная гостья, а может, и хозяйка.

Мне сейчас хватило сил только покормить дочь, и мы уснули, младшая служанка ночью приходила, поменяла пелёнку Соне, покачала её после раннего кормления, и мы снова уснули.

К такой заботе быстро привыкаешь, надо же, как удобно, когда есть круглосуточная няня в помощь.

Удивительно, но я утром почувствовала себя отдохнувшей. Мне снова помогают, все мелкие заботы выполняются моментально, дочь уже в шикарной кружевной одежде, ну такая миленькая, как куколка лежит в колыбели и улыбается. Ей тут нравится.

Маленькая королева, что тут ещё сказать.

Меня после лёгкого завтрака причесали, сделали замысловатую укладку, принесли красивое платье, слишком красивое.

В цвет моих глаз — голубое. Натуральный шёлк с вышивкой, такой нежной, что страшно дотронуться. Служанки в перчатках расправили его складки на манекене.

— Госпожа, вам нравится, или принести другое? — прошептала Нун, и так заискивающе взглянула на меня, что во мне что-то ёкнуло нехорошим предчувствием.

— Нун! Принеси украшения, какие полагаются к этому платью, только не слишком огромные, платье само, как бриллиант.

— Слушаюсь, госпожа! Сию минуту.

Только за служанкой закрылась дверь, я из колыбели дочки достала один из моих цветов и поднесла к платью.

Лепестки почернели и рассыпались как тлен…

— Ах ты сучка! — давно из моих уст не сыпались проклятья и ругательства. Пусть только вернётся эта тварь в мою комнату…

Вдох-выдох, срочно успокоиться, чтобы не психануть и не кинуть в неё чем-нибудь сразу. Жаль, умыться нельзя, на лице уже немного косметики есть. Подводка на глазах, блеск на губах, они же тоже могут быть ядовитыми. Посмотрела на себя в зеркало и быстрее смыла всю «красоту».

Ощущение, что тут всё пропитано ядом, так и психоз недолго заработать, этого момента я даже в дурном сне не предполагала. Стоило с мамой смотреть «Великолепный век» чтобы понять, как в таких дворцах выживать. Тут у меня друзей нет.

— Вот попала! Глупая я дурёха! — смотрю на себя в зеркало, поправляю укладку, кроме себя самой мне тут советов никто не даст.

Возвращаюсь в комнату из будуара. Платье даже тронуть страшно, пришлось кроватку детскую оттащить дальше к окну, не хочу, чтобы даже ядовитый запах коснулся малышки.

Смотрю на доченьку и понимаю, что ей тут легче, несмотря ни на что, всё время забываю про эту магическую сторону нашей жизни. Хочешь не хочешь, а подчиняться надо. Все говорили, что Соня должна быть во дворце, это её место силы. Настоящая Эйлин, наверняка бы тоже расцвела тут, и какая-то магия у неё раскрылась.

Стою над кроваткой, размышляю, а в голове неожиданно слышу гул.

Вертолёт, что ли? Откуда тут вертолёты?

Выглядываю в окно и вот он вау-эффект! У меня же есть магия!

Попыталась открыть окно, и оно поддалось, не широко, но как у нас на проветривание, цепочка на раме не позволяет распахнуть, но пчёлам много и не надо.

Прошу их подождать, нельзя спугнуть преступницу!

Дверь в комнату снова раскрылась и вбежала румяная Нун, в руках два бархатных планшета с драгоценностями на выбор.

— Простите, госпожа, замешкалась. Драгоценности хранятся в закрытой, непреступной комнате, пока все замки откроет охрана! Вот, выбирайте, какое нравится. Второе отнесу обратно.

— Нун, а примерь это платье, хочу посмотреть на фигуре, как оно выглядит. Боюсь, что моя грудь будет слишком уж выпирать. Неприлично женщине так напоказ выставлять свои прелести, как считаешь? — говорю таким медовым голосом, но девушка в лице начала меняться. Вместо румянца — пятна по щекам. Глаза бегают, гуды дрожат. Но стерва недолго мялась и тряслась. Быстро нашла как ответить.

— О! Нам не положено! Я даже не смею касаться…

— Не смеешь? Или не хочешь? Перчатки это потому что платье пропитано ядом? Ты принесла в комнату, где спит наследница престола платье, пропитанное ядом. И украшение так долго выбирала, потому что ядом их пропитывала. Надевай колье!

— Нет! Нет, госпожа…

— Сейчас позову охрану и прикажу тебя переодеть, прям на голое тело, без нижнего платья! Хотя! Зачем мне охрана? Пчёлы, огромный рой пчёл ждёт за окном!

Не успеваю договорить, как Нун взглянула на чёрное жужжащее облако за окном, готовое влететь в комнату в любую минуту, стоит мне только подумать об этом.

Одна пчела влетела, села на шикарное платье и упала на пол.

Яд действует моментально!

— Я сама убью тебя! Нун!

— Это приказ Луизы, я должна отравить Вас, а девочку моя госпожа и ваш муж заберут себе.

— Хороший план, а Рагор? О нём кто позаботиться? Ты представляешь, что он с тобой сделает. Моему человеку он взглядом кишки в узел завязал. Ты умрёшь в страшных муках, стоит мне только крикнуть!

Нун грохнулась на пол передо мной! И громким шёпотом начала причитать:

— Простите, госпожа, это приказ Луизы, после исполнения я должна выпить яд и тогда кара королевича не настигнет меня.

— Но яда у тебя сейчас нет? Почему сейчас платье или колье не надела? Результат-то один. Ах вот в чём дело, ты надеешься сбежать? Так что эта змея придумала для королевича? Говори!

Гул пчелиного роя нарастает, и скоро я не смогу их сдержать. Нун привстала и неожиданно перестала всхлипывать, в голосе пропали истерические нотки, смотрите, какая выдержка.

— У меня есть тайна и её цена — моя жизнь!

— Это будет зависеть от того, какая тайна…

Нун вскочила с пола, слишком проворно, ногой наступила на свой же подол, и чуть не грохнулась, но не замедлилась ни на миг. Побежала в будуар и меня поманила за собой, нет ей доверия, она заманивает меня туда, где нет пчёл?

Вдруг слышу, что в медную ванну полилась вода, тонкая струйка создала довольно громкий шум. Прям шпионские игры, оставляю дверь приоткрытой, пчёлы и сюда влетят, если что.

— Я знаю секрет короны! — прошептала она мне на ухо.

— И какой это секрет? А главное, насколько он достоверный?

— Я вам завтра или даже сейчас могу показать, скажите, что решили сами выбрать колье и пройдём в хранилище. И я вам покажу, что короны две!

— Не поняла?

— Луиза очень хитрая и мудрая, она однажды нашла в хранилище сокровищ под стеклянным футляром корону. В самом тёмном месте, на верхней полке, под плотной тканью. Заставила меня залезть и достать.

— К чему такие подробности, ты начинаешь утомлять, — я говорю точно так, как говорила бы богатая графиня, сама не понимаю, откуда во мне это качество вдруг открылось, может, злость заставляет иначе себя вести, а может, магия так действует.

Но перемены во мне заметила даже Нун, прикусила губу, слегка поморщилась, решая, насколько ей выгодно выдать мне тайну корон. И всё же решилась:

— Короли много лет назад, заказали копию истинной короны. Точная копия, даже маленькие царапинки повторяют оригинал. Основная корона — магическая. Её может надеть только истинный король. А таких у нас нет уже много лет. Всё это выяснила Луиза, она приказала мне подменить короны на коронацию. Если королевич наденет на голову настоящую корону — то погибнет, как король Трувор, после его гибели наследники и решили сделать копию. Королевич прекрасно знает о настоящей короне и заставил меня начистить до сияния корону подделку. Он не наследник.

— С чего мне тебе верить? Ты меня дважды хотела отравить.

— Луизу скоро убьют, вы моя последняя надежда на спасение, госпожа.

— Убери платье и украшения с моих глаз, сейчас Рагор пришлёт за мной, а я в халате. Неси новое платье, а украшение выберем вместе в хранилище, хочу взглянуть на корону сама. Останешься здесь в замке, да, мы с тобой враги, и я тебе не верю, но зато знаю твою истинную сущность. Понимаешь, о чём я?

— Да, госпожа, простите.

— Убирай из комнаты отраву, пока кто-то из служанок не погиб, и наш план не сорвался.

Закрываю кран с водой, и подталкиваю Нун к выходу, надо срочно избавиться от платья, пока служанки не отравились.

— Наш план?

— Да, всё, что ты сказала о короне, должно остаться втайне и в силе. Не смей менять короны местами снова. Сейчас покажешь мне её. Не уверена, что он не почувствует разницу…

— Не почувствует. Магия в настоящей короне просыпается только в момент коронации и на весь срок правления. Это Луиза тоже вычитала в большой книге.

Не теряя драгоценного времени, Нун увезла массивный манекен с платьем с глаз долой. И вернулась с другим нарядом, я заставила ее отвернуться и проверила платье цветком, не хочу, чтобы о цветах кто-то узнал раньше времени. Платье чистое!

Прибежала вторая служанка, меня переодели. Осталось выбрать колье.

— Рива, мы с госпожой в хранилище за украшениями, а ты останься с малышкой, головой отвечаешь за принцессу, — прошипела Нун, взяла бархатные планшеты с отравленными ювелирными комплектами, и мы поспешили на первый этаж, выбрать новое украшение и посмотреть на корону.

Охранники поклонились, Нун быстро пояснила, что нужно в хранилище и нас пропустили.

— Вот украшения! — служанка открыла массивный комод, по очереди выдвигая полки, и показала из чего можно выбрать. Столько драгоценностей я никогда в жизни даже в ювелирном магазине не видела. Всё вычурно огромное, уж если драгоценный камень в кольце — то это булыжник. Про колье и серьги вообще молчу, цыганкам бы понравилось.

— А эти? Они отравленные, так и оставишь?

— Яд очень быстро выветривается, через пару дней и следа не останется, — прошептала и убрала ядовитые комплекты подальше. А мне понравился очень красивый гарнитур.

Его я и выбрала, Нун помогла его надеть, поправила волосы, и настало время посмотреть на главную причину, почему я тут:

— Покажи корону!

— Во второй комнате, у нас очень мало времени., — прошептала камеристка и показала куда пройти.

В центре красивой комнаты, установлен высокий пьедестал и на нём красуется великолепная корона.

— А поддельная? Хочу сравнить энергетику, чтобы не обмануться на счёт королевича.

Нун молча показала шкаф, в котором за стеклянной дверью, под плотной тканью в стеклянном же футляре точно такая же корона, и они абсолютно не отличимы. Разницу можно почувствовать, только если их одновременно видеть, но по отдельности, это абсолютно одинаковые символы местной власти.

И да, на пьедестале стоит настоящая. От фальшивой тоже есть небольшая волшебная энергия, наверное, чтобы обмануть общественность вставили какой-то магический камень, так что иллюзия создана, шанс, что у нас получится задуманное есть.

— Когда её вынесут, королевич не сможет её касаться, только епископ должен возложить на голову Его Высочества корону, и только тогда Рагор поймёт, что ошибся с короной, но будет поздно.

— Посмотрим! Всё, поспешим, скоро суд, не хочу пропустить самое важное…

Я так хочу дотронуться до короны, но боюсь, вдруг королевич поймёт, что я её трогала, а так скажу, что выбирала украшения. У Эйлин такое невинное личико, что прикинуться наивной глупышкой особого труда не составит.

Стоило зайти в свои покои и проверить мою малышку, как в дверь тихо, но настойчиво постучали.

— Госпожа, позвольте проводить вас в тронный зал! — очень низко поклонился новый слуга. Много тут служащих, разбазаривают казну на роскошь!

Во мне уже проснулся прагматизм Оли. Рагор хоть и маг, демон, и люди его боятся, но как управленец он так себе. Я тоже не супер организатор, но хотелось надеяться, что царит порядок, достойный мага, как о себе заявляет королевич. Но нет!

Достаточно перечислить все инциденты за это утро.

Может быть, он не такой и мощный, как кажется?

Вот этот вопрос стоит чаще себе задавать, даже цветы его сдерживают. Что-то появились у меня подозрения, однако, даже Зохор может читать мысли не так проницательно, как Кай, но может.

Надо бы подкорректировать поток сознания, чтобы не попасть под подозрение. Так, про корону я думаю, что в диком восторге. Про Рагора думаю, что он волшебный красавчик, про себя думаю, что мне сказочно повезло попасть в самое богатое место в этом мире…

Вот с такими мыслями я, высоко подняв голову, прохожу по шикарным коридорам и залам замка. Тут очень красиво. Напоминает Итальянские дворцы, если я хоть немного понимаю в архитектуре, конечно.

Но тут много росписи по стенам, есть драпировки и полы мраморные. Но изящество совершенно иное, чем в таких же наших замках и дворцах.

В своём мире я несколько раз путешествовала по странам Европы, мы состоятельные и родители старались меня радовать приятными поездками, отпускали на культурный отдых, потому что пляжный я не люблю, а вот гулять по новым городам — это сколько угодно.

Ох! Что там делают родители!

— Вот глупая! О чём я думаю! — остановилась у очередной фрески, мне срочно надо привести мысли в порядок! Срочно. Зачем начала вспоминать про свой мир и родителей.

От злости на себя даже губу прикусила. Одна надежда, что цветок, спрятанный в лифе платья, меня спасёт и скроет мысли от королевича.

— Госпожа, это портрет основателя династии Ровеннхольм. Завоеватель этих земель, король Ровенн и его жена Летисия. В момент обретения короны власти.

Я замерла, а ведь и правда, на картине та самая корона, какую я только что видела в хранилище.

— И что произошло? Как они обрели эту корону?

— Это дар магии, теперь она под запретом, но пока корона на голове правителя, наша страна процветает и богатеет. С нетерпением ждём, когда новый король взойдёт на престол и нам во всём начнёт сопутствовать удача!

Слуга так пафосно произнёс свои ожидания от коронации, что я невольно прониклась идеей. И как раз вовремя.

— О! Моя дорогая! Как вам спалось? Простите, я не смог зайти утром, слишком много государственных дел! — сам королевич Рагор неожиданно вышел из кабинета напротив фрески, по которой я только что получила небольшой урок истории.

Рагор взял меня за руку, немного помедлил, и поцеловал. А я слегка покраснела, ведь руки у меня не такие нежные, какие должны быть у королевы. Этими руками я и стирала в горном ручье, и мёд в сотах толкла и стамеской работала. Но его такие мелочи не заботят.

— Идеальный выбор украшений, у тебя утончённый вкус, моя дорогая, и приятно, что ты интересуешься историей.

— Конечно, Ваше Высочество, ведь мне растить маленькую королеву Софию, я должна знать историю её великой страны.

— Это самые лестные слова для уха короля! Ты умеешь говорить по-настоящему приятные комплименты! — он улыбнулся, и сам положил мою руку на свою, так и пошли мы с «женихом» в тронный зал.

Вошли и я смутилась.

Нас ожидает довольно внушительное общество.

Королевич помог мне подняться по трём высоким ступеням и посадил в небольшое кресло, рядом его кресло. Это не трон. Оглядываюсь и понимаю, что основной трон спрятан за бархатной драпировкой, пока мы некоронованные особы, то символ власти можно скрыть, чтобы не унижать собственное достоинство.

Очень важный человек с пышными усами выкрикнул наши титулы и имена. Проговорил скучный монолог о законности власти и преступлениях против них, и в зал ввели пожилого, испуганного мужчину.

— Это твой приёмный отец. Дворянского сословия Эймус де Тори, узнаёшь его? — прошептал Рагор.

— Простите, Ваше Высочество, но я во время родов потеряла память. Я его не узнаю. Но если кто-то сможет подтвердить имя этого человека, то вполне возможно, что это он. Они могли приехать на пасеку и проведать меня, могли забрать из поместья, в день, когда граф меня выгнал из-за долгов де Бриля. Но они этого не сделали, так что я их не знаю. Увы.

— Понятно! Его преступление против тебя ещё тяжелее, чем мне доложили!

Королевич вдруг встал и спустился к Эймосу, у того на лице застыл ужас. Старик уже решил, что конец близок, даже закрыл глаза.

Но Рагор хлопнул в ладоши, так звонко, что мы все невольно вздрогнули и крикнул:

— Принесите сюда всё по этому делу! — двери сразу распахнулись и два лакея внесли стол с разными предметами. Рагор взял небольшое бархатное одеяльце и поднёс к Эймосу.

— Ты узнаёшь это детское одеяльце?

— Да, Ваше Высочество! В это одеяльце была завёрнута моя дочь в день, когда ее к нам принесли замёрзшую.

— Вы очень добрый человек, Эймос. Приютили малютку. Но вас не смутил вот этот вышитый герб на одежде ребёнка? А также человек, продавший вам малютку назвал ее полное имя. Потому что её мать еще была жива, когда ребёнка забрали, не так ли? Но её оставили в горах, не хотели возиться с женщиной.

— Откуда мне было знать об этом?

— Но, я узнал. Приказал обыскать ваш дом, позже нашёл тех ледорубов, что принесли к вам маленькую графиню Эйлин Мелиссу Клермон, они и поведали всю историю.

— Сир! Но я никого не убивал. Девочка жила и ни в чём не нуждалась! Да, мы дали ей своё имя, Эйлин Адель де Тори, но от этого никто не пострадал, кажется, — простонал Эймос и мне вдруг показалось, что он искренне верит в то, что все сделал правильно.

— Да! Но по закону, любое знатное дитя, если попадает в трудную ситуацию, лишается родителей или угодий, сразу привозится в королевский дворец. Это старинный указ нашего первого короля! Никто не смеет лишить графиню её титула и тем более имени. Но ты посмел сделать это! Утаил происхождение девочки. А когда на ней появилась моя метка истинности, и вовсе продал нищему дворянину! Мать по воле магической судьбы сама везла дочь сюда, ко мне. Но ты и де Бриль встали на пути, забрали то, что предназначено мне, мою суженую, за такое преступление наказание еще не придумано!

Последнее предложение Рагор прорычал, он же такой миленький, но откуда в нём этот дикий львиный рык!

Я невольно выпрямила спину и замерла. Мне нужно ненавидеть этого демонического монстра, а я сижу, слушаю и понимаю, что он прав. И ведь ни к чему не подкопаешься.

Справедливость!

Вот чего жаждут все подданные, и он ее демонстрирует.

Ума этому парню не занимать.

Эймос пролепетал что-то бессвязное в своё оправдание, но один из почётных членов палаты, уже огласил статью закона, о нарушении прав знатных детей на титул.

Смертная казнь.

Но у королевича есть другой вариант решения конфликтной ситуации:

— Ты должен написать прошение о расторжении незаконного брака графини Клермон с Домианом де Брилем ввиду того, что ты незаконно удерживал Эйлин в своём доме, выдавая её за свою дочь. Ты не имел права подписывать эти бумаги!

— Я все подпишу! Прошу пощады! — простонал де Тори.

— Но ты торговался, вы с де Брилем торговались уже после того, как Эйлин родила дочь! Продажа графини, тяжкое преступление, ваш слуга признался, что слышал ваш разговор. Когда ты решил подписать вот эти бумаги. Десять процентов от выручки пасеки. Какой позор!

— Простите меня…

Сама не ожидала от себя, но как в школе подняла руку, в момент, когда Рагор посмотрел на меня и воскликнула:

— Ваше Высочество! Вы великолепны, благодарю вас за искреннюю заботу обо мне, если бы я только знала, что вы с таким трепетом хотите заботиться обо мне, то сама пришла бы к вам. Но я не знала, и этот человек, наверное, заботился обо мне, как умел. Я выросла, живая, здоровая, и даже немного образованная, раз умею читать и писать. Прошу вас о снисхождении для него.

Не выдерживаю и решаюсь заступиться за старика. Он поступил не самым красивым образом, но не хочу его смерти. Даже после того, что я пережила в день родов по его вине.

— Посмотри, старик, на великодушие графини! Она страдала по твоей вине. Но прощает тебя. Ссылка, уезжайте за горы на север, сейчас же! Собрать не более одной телеги вещей и уезжайте, пока я не передумал. И канцелярия должна привести все документы моей невесты в порядок. Прямо сейчас!

Приговор суровый, но справедливый. Неожиданно Рагор проявил себя, как мудрый правитель.

Это заставило меня задуматься, что с ним не так? И как мне выпутываться из этой тупиковой ситуации. Так опомниться не успею, как стану его женой.

Но это неправильно.

Рагор, словно услышал мои мысли, повернулся ко мне и прошептал:

— Да, моя дорогая, я женюсь на тебе в ближайшее время.

— А коронация?

— Коронация — формальность, не стоит тебе заботиться о таких мелочах. Лучше выбери платье для свадьбы!

— А так много платьев моего размера во дворце, это чьё-то наследство? — вдруг спросила его шёпотом, намекая на Луизу.

Надеялась, что он смутится, но нет:

— Этот богатый гардероб собрала моя бывшая фаворитка. Но теперь её нет, и никогда не будет, она предала меня, сбежала с твоим бывшим мужем. Мне нет до них дела, но они должны умереть, такое условие. Все, кто меня предаёт — умирают…

— А если ты кого-то предашь?

— Я никогда не предаю, я сразу убиваю, чтобы не усложнять!

— Не надо меня запугивать, я пока клятвы верности не давала, ребёнок у меня от другого. Так что ты знаешь, на что подписываешься! — меня вдруг его пафосная агрессия возмутила.

Но оказалось, что у нас ещё не все вопросы решены, и Рагор спросил «в лоб» без предварительных ласк:

— С одним отцом разобрались, ну у тебя ещё есть один? Так?

Я вздрогнула и подумала про своего настоящего папу. Рагор не обращая внимание на свиту, резко взял меня под локоть и силой потянул в свой кабинет.

Стоило двери захлопнуться за моей спиной, как я увидела его…

— Ну? — Рагор изменился. В глазах нечеловеческий блеск, он словно линзы надел ярко-зелёные. Он постарел, черты лица те же самые, красивый, но лет тридцать накатило ему в один миг.

У меня в горле ком, не могу говорить, хотелось бы стать дерзкой, сильной, но нет. Под взглядом демона, воля парализована полностью.

Меня от необдуманного лепета спасает только панический страх. Кажется, язык отнялся и мысли спутались.

Королевич всё ещё держит меня за руку и без труда повернул к себе спиной, поднял локоны с шеи и хмыкнул.

— Он забрал метку, чтобы ты не досталась мне? Мой брат наивный, как младенец, столько жизней прожито, а он так и не выучил урок, что я всегда побеждаю…

— Кхм, — у меня ужасно запершило горло, но я даже дышать боюсь и пытаюсь думать только о Софи. Только о ней.

— Думаешь о дочери?

Киваю, теперь слёзы застят глаза, тело не слушается, я — марионетка во власти монстра?

Дышу прерывисто, я на грани панической атаки. Он решил, что я его проблема, от которой уже можно избавиться, ведь Соня теперь у него под опекой?

— Ты в моей власти, потому и приехала без сопротивления, потому что так хочу я! А у тебя воли нет! Да, я мог убить тебя ещё вчера, как почуял, что метка пропала. Наивная девочка, в этом мире даже пёс свои яйца не лижет без моего ведома. Я знаю все! Но я щедрый, жалостливый и даю шанс доказать преданность. Но люди всегда упускают эту возможность…

Чем больше он разглагольствует, тем мне почему-то становится спокойнее. Что это? Я понимаю, что он не договаривает?

Не так силён, как хочется?

Собаки, может, и да, но пчёлы точно не под его началом. И не только пчёлы. У меня из корсета, где был спрятан магический цветок, внезапно выползла огромная оса. Если бы я могла шевелиться, то в панике начала бы дёргаться, потому что не бывает таких огромных ос.

Рагор её тоже заметил и сделал шаг назад.

Шаг назад!

Он испугался осы?

И я вдруг смогла свободно вздохнуть. Это не победа, но уже и неполное моё поражение, главное, не сорваться в панику снова. Не так он и силён!

Но Рагора не остановить, он продолжает давить на меня, запугивать и просверливает взглядом, надеясь, что я сорвусь и сдамся:

— Раз нет метки на тебе, то скоро она появится на Софии, это её долг стать моей женой. С тобой или без тебя, это не важно. Но ты нужна, чтобы пришёл Кай. Он ради тебя на всё готов, на всё. Даже отказался от магии в твоём мире, Оля! Это ведь я ускорил твою смерть, я тебя снова забрал у него. И еще раз заберу. Пока он не успокоится и не согласится добровольно умереть… А без тебя он не сможет тут остаться, женщина с меткой удерживает мага в мире, даёт ему право на власть и жизнь! У тебя нет метки! Он проиграл! Теперь подумай о себе, жить хочешь, сдашься на мою милость!

Выдыхаю с хрипом, но, кажется, могу говорить:

— Кхм! Спасибо, что признался! Значит, ты настолько слаб, что лишь убивая меня, надеешься заставить Кая погибнуть? У самого кишка тонка, победить его в честном бою? Я тоже видела тебя и твоё имя знаю, так что, раз у нас не осталось секретов друг от друга, то, пожалуй, я пойду к себе. Подожду, когда Кай вернётся и наваляет тебе, а я помогу ему…

У меня прорезался голос, не хотелось лезть в откровенный конфликт, но выбора нет, конфликт назрел давно, и эта перепалка не последняя, сжимаю кулачки, хоть бы проверить, слушается меня тело, если сделаю шаг, то не упаду ли?

Рагор неожиданно вернулся в своё милое состояние, так и смотрит на осу, она сидит на моём платье, потирая лапки, как живая брошь.

Он всё ещё надеется?

— Ты всегда выбираешь его. Всегда. Дай мне шанс, в этот раз Мелисса, неужели я настолько противен тебе?

Стою, открыв рот от удивления…

— Ещё один шанс? Вы меня с кем-то путаете, Ваше Высочество, у вас со мной шансов не было и не будет! Я, пожалуй, пойду, кормить дочь, а вы тут поколдуйте на досуге, может, полегчает!

— Мелисса — повелительница пчёл, древняя богиня, такая же как я и мой брат, мы лишь разные воплощения в этих мирах. Но ты упорно следуешь за ним, а он за тобой. В этот раз всё изменится. Ты останешься со мной, как рабыня или жена, а он уйдёт. Коронация и обряд нашей свадьбы пройдёт сегодня вечером! Я получу всё, а мой брат сгинет вслед за отцом.

— Я пойду, а то вас уже по второму кругу заносит, — берусь за ручку двери и пытаюсь выйти.

— Зохора скоро привезут во дворец, он, как кровный отец отдаст тебя мне в жёны. Мелисса, твои истинное имя, не Оля, как думал мой брат. И твоё имя не секрет, ты подчиняешься мне полностью.

В этот момент в моём сознании вспыхнула мысль, а ведь я ее прослушала, чуть не упустила, пока стояла и тряслась перед ним:

— Секундочку! Повтори еще раз! Я такая же, как вы? В смысле богиня? В смысле магией обладаю? Зохор что-то говорил, про белую магиню для этого мира, это про меня? Про Мелиссу?

Надо было видеть, как вдруг изменилось его лицо. Он сам не понял, что открыл мне мой же секрет? Не понял, что я не знала про себя ничего? А я ведь и правда ничего не знала.

Мы стоим напротив друг друга и сверлим взглядами, кто первый уступит. И без его ответа понятно, что у меня есть эти силы, только я пока не понимаю, как их использовать. Мелисса — древняя повелительница пчёл! Может, я и не она, просто совпадение, но никто не мешает мне стать кем-то значимым в этом мире. Ну хоть колдовкой, или ведьмой, или феей, раз пчёлы меня слушают, значит, что-то есть!

— Вепхаар, твоё имя! И ты не брат Кая, ведь так. Ты демон, обманувший младшего сына герцога Эринга, вселился в его тело, так же как сейчас в этого мальчика, королевича. Зохор тебя пытался изгнать, но куда обычному колдуну тягаться с самим демоном. Ты остался, думал, что примерно в это время, раз в сто лет появляется очередная истинная девушка с меткой, и захватив власть любым способом, ты бы тут и остался. Что, у себя в преисподней скучно?

Рагор снова меняется в лице, вот теперь я вижу с кем говорила и за кого чуть было не вышла замуж. Это сам герцог ада Вепхаар, в моём сознании все встало по местам. Младший брат Кая совершил глупость, мечтал о власти, и заключил договор, а потом жестоко расплатился.

Если уж такой опытный маг, как отец Кая и сам Кай не смогли расправиться с этим монстром, то мне уж и подавно ничего хорошего не светит.

Мысленно начинаю готовиться к смерти, это ужасное ощущение, страх снова парализует, а этот демон теперь может не скрывать свою личину, раз имя не секрет, то ему уже стесняться нечего.

Решаюсь на последний, отчаянный шаг, закрываю глаза и шепчу:

— Я выбираю в мужья единственного Кайлайна-Гор-Хана старшего сына герцога Эринга!

Выкрикнула, особо не надеясь на успех, и в этот миг моё плечо начало зудеть и чесаться. Спускаю немного платье и на том самом месте, где у меня когда-то была татушка со знаком Кая, она снова проявилась, ух, больно!

Сработало! Я получила метку и второй шанс на спасение? Сама её выбрала!

В этот момент Рагор дёрнулся к двери, толкнул меня так, что я свалилась, больно ударилась об пол рукой, а он побежал, и я знаю куда!

К Соне! Из всех магических наследниц без метки осталась только она. Вот я дура! Сама принесла в лапы гаду ребёнка. Пусть даже он поборол мою волю, заставил приехать, но девочку я же могла оставить на Магду…

У Одиллии получилось отсрочить проявление метки… А я всё испортила!

Платье меня тормозит, не могу быстро бежать. Задираю юбки неприлично высоко, и бегу за Рагором в мои покои, а сама призываю всех пчёл, что сейчас есть в саду, да и осы пусть летят. Раз это моя единственная магия, то я воспользуюсь ею на полную!

После поспешного отъезда Эйлин на пасеке воцарилась пугающая тишина. Даже пчёлы не жужжат. Курицы спрятались под домом, а конь ушёл куда-то дальше в лес, чтобы не попадаться под горячую руку незваных гостей.

Магда обняла Ёлю, они сели на ступенях и не понимают, что делать. Напуганная Ёля молчит, Зохор где-то за домом проводит обряд очищения места, после убийств земля долго в себя приходит. Джону пришлось помогать колдуну, заливать водой следы крови после того, как трупы забрали гвардейцы.

— Купола нет, я уже проверил. Соню увезли и всё. Но куст продолжает цвести, значит, всё хорошо, и надежда ещё есть, — очень тихо проговорил Джон, надеясь, что колдун придумал какой-то новый план.

— Ты хочешь узнать, как нам жить дальше? Вот так и жить. Все вместе на пасеке, пока Эйлин не вернётся.

— Колдун, в своём ли ты уме? Её забрал демон, мне даже страшно подумать, что сейчас чувствует бедная девочка, одна с малышкой. — Джон не говорит, а стонет. Для него светленькая милая Эйлин как родная сестра, он бы и жизнь за неё отдал, но она запретила ради Магды и Ёли.

— Ты же сказал, что видишь всех насквозь. А Эйлин рассмотреть не смог? Этот демон об неё зубы сломает, она сама должна понять себя. Метки истинных на ком попало не возникают. Да, её не учили нашему ремеслу, но она и без знаний сильная. Мы простые смертные, а они маги, знаешь, кто такие маги? — Зохор готовит очередное ведро с очистительным раствором, пролить последнее место, где лежал убитый наёмник. Чтобы его душа не привязалась к этому месту и не стала злым наказанием для живых.

— Ну, маги — это люди, которые…

Как ученик в школе попытался на ходу придумать невыученный ответ на уроке. Зохор только хмыкнул.

— Глупый ты, хотя и обладаешь способностями. Маги — это духи, они сами сила. Воплощаются в телах людей. Как мы с тобой. В разных мирах. Обычно помнят все свои прошлые жизни, иногда живут очень долго. Есть такие, как демон, захвативший нашего королевича, дух из ада, и они тоже нужны, кто же грешников будет наказывать? А есть светлые, как наша Эйлин. Ну и есть серые, между первыми и вторыми — это вот тот самый наш герцог Кай. Все нужны, у всех есть место и роль, но иногда, демоны забываются или люди выпускают их, да мало ли. Это не наше дело, мы должны о себе заботится и помогать своим духам. Ты нужен Магде и Ёле, а я сейчас очищу всё и поспешу в деревню, возьму бричку и поеду в столицу. Ведь я кровный отец Эйлин, без моего разрешения ничего не произойдёт в её жизни. Мне нужно там быть. А тебе тут…

— Ты не пустишь меня с собой, ведь так? — проворчал Джон недовольно, в этот момент колдун подал ему ведро с заговорённой водой и снова пошла очистка.

— Так! Если будешь напрашиваться, усыплю, проспишь до завтра.

— Тогда бери моего коня, он очень умный, все знает, быстро довезёт. А я с девочками останусь, их тоже надо защищать! — Джон вылил воду, и кровавый след исчез.

— И это верный ответ не мальчика, но мужа! Ну, поспешим, надо собираться, коня запряги, слушай, а он, если что сам дорогу к вам найдёт?

— Да, но давай без глупостей. Возвращайся сам! — сердито проворчал Джон, убрал ведро в сарай. Взял упряжь и громко свистнул. Через несколько минут из кустов вышел конь, слегка напуганный происходящими событиями, не скотина, тоже что-то понимает.

— Ну! Не волнуйся, я знаю, что ты на меня сердишься, ведь в былые годы я бы сам в седло и наказывать врагов, но времена изменились, друг мой, ты сейчас помоги Зохору, и присмотри за ним, чтобы глупостей не делал и не геройствовал напрасно! Потом привези его домой! Понял?

Конь с воодушевлением кивнул, переступил с ноги на ногу и повернулся к хозяину боком, чтобы Джону удобнее было закрепить седло.

— Вот и молодец!

Несколько привычных манипуляций и конь уже готов мчаться в столицу.

— Зохор! Боец готов, ждёт тебя!

— Боец? — колдун снова что-то намешивает в кружке и не понял, что это кличка коня. — А! Да! Сейчас выйду. Ёле плохо, очень боюсь, что она снова замолчит. Сделаю вам лекарство. Она уснёт и проспит день, может, и два, а ты пока мёд собери, вся надежда на тебя! Джон!

— Да, уж! У всех свои подвиги, я так прямиком в ад! Без Эйлин они меня живьём сожрут! — очень неуверенно проворчал несчастный Джон.

— А ты цветок с куста в карман положи, он как оберег сработает! — посоветовал Зохор и начал что-то шептать над кружкой для Ёли!

— Так, я тебе сейчас в сумку цветов нарву, Эйлин отвези! — Магда вышла к мужчинам из спальни, где уложили девочку. Но Джон опередил, сам взял льняной мешок для муки и поспешил нарвать немного гостинцев для Эйлин.

Пока все дела переделали время к обеду, но колдун забрал с собой лепёшку и напиток, довольно бодро для своих лет сел на коня и уехал вслед за своей старшей «дочкой» во дворец.

— Магда, как наша девочка? Она хоть слово сказала? Говорить может? — Джон поспешно собирается в лес за мёдом, жалея, что не успел его собрать до отъезда колдуна.

— Нет! Молчит. Как я устала бояться, Джон! Так устала! — нервы Магды сдали, она шмыгнула носом и вот-вот заплачет.

— Тише-тише. Всё будет хорошо! Старик сказал, что наша Эйлин волшебница, маг, и сил у неё достаточно, только вспомнить она должна. Да и Кай её не оставит! Нам сейчас нужно только подождать! А хочешь, я тебе чудо покажу?

— Чудо? — девушка вздрогнула, ну какое ещё чудо, когда всё так ужасно.

— Возьми простыню, обувайся и пошли, тут недалеко.

— Это ты про озеро, где рыба водится!

— Да, милая моя! Кстати, можно и порыбачить, уху сварим, надо учиться жить в любых обстоятельствах. Пойдём! — он осторожно придержал Магду за руку, когда она обувалась. Вместо снасти для медовой охоты, взял дротики и сумку под рыбу.

В таком взвинченном состоянии, к пчёлам лучше не соваться, об этом и Эйлин предупреждала. Мёд — это завтра. Сегодня — рыбалка!

Молча прошли через красивый лес, Джон приметил новую колоду, и пальцем показал Магде, а то она и не видела пчелиных замков.

— Завтра схожу, проверю, она полная, сделаю всё, как учила Эйлин и если не погибну от жал, то будет нам мёд.

— Ты смелый, я их боюсь до дрожи в коленях.

— А по тебе и не скажешь, Магда, ты очень смелая, — сам не заметил, как взял её за руку, так и идут по лесу, любуясь красотой природы, и боясь спугнуть тот самый момент…

— О! Это озеро? Какое красивое! Большое! Ой! Рыбы-то сколько!

— Я сейчас поймаю пару нам, а может, и одной хватит, пока Эйлин и Зохор не вернулись, а потом можно окунуться, вон там с камней самое удобное место.

Магда и сообразить не успела, как Джон скинул с себя верхнюю одежду, остался в одних кальсонах, взял дротик и вошёл в воду.

Всплеск! Брызги и на дротике бьётся огромная рыбина!

— Какой ты быстрый! И красивый.

Прошептала и густо покраснела. От смущения сбежала за кусты к камням, сняла с себя домашнее платье и в сорочке из плотной ткани вошла в воду. Озеро манит прохладой и спокойствием, так приятно вода охлаждает, убирает страх.

— Магда!

— Как тебе не стыдно, сам сказал, что тут за кустами удобно, — смутилась, но не сбежала.

— Ты мне очень нравишься. Нет, это неправильное слово. Нравятся друзья. Я влюбился в тебя, лучше на свете никого нет, и красивее тебя никого нет…

Его горячий шёпот смущает, заставляет дрожать. Магда присела, спрятавшись в тёмной в воде, по самый подбородок, вроде бы и надо рассердиться и прогнать. Но на его сильном, загорелом торсе так призывно блестят капли воды, они завораживают, манят и…

Вот он точно знает магию, потому что сил сопротивляться нет, улыбнулась и тут же оказалась в крепких объятиях самого желанного мужчины.

— Ты господин, а я служанка, повеселишься, позабавишься и бросишь с разбитым сердцем, как с матерью Ёли поступил граф.

— Я седьмой сын своего отца, нет мне наследства, кроме рода, силы и имени. Да. Я барон, но лучше бы не был им. Магда, я прошу стать моей законной женой, родной, самой близкой и любимой. Ты моё богатство и моё счастье в этом мире. Мы уже богаты, у нас есть мы, девочка, пасека, ну, если меня не съедят пчёлы. Эйлин не вернётся, её дочь королева этой страны. Так что нам с тобой тут жить и работать и это такое счастье для меня, любовь моя! Стань моей женой!

— Ой! — Магда замерла в крепких руках Джона. Он барон, хоть и бедный…

— Ой?

— Я не рассчитывала замуж за барона, но очень хотела красивого мужа и сильного, хотела, чтобы мои детки были как конфетки, ведь красивые дети от красивых мужчин. Ой! Что я несу, это от смущения, да…

— Да? Ты согласна стать моей женой? Магда!

— Я согласна, ты лучше всех, и очень мне нравишься, но, если обманешь, пчёлы тебя покарают.

— Если обману, то меня Зохор покарает, она вам как отец. Но обманывать тебя — это надо дураком быть.

Наклонился, ещё крепче прижал к себе и поцеловал, так нежно, что у Магды закралось подозрение, а не граф ли горец Джон Норт? Очень уж он знатно целуется…

Не потерять бы голову до свадьбы!

Амаль аль Джазири решился именно сегодня выставить племянницу со двора. Она не имеет права находиться с любовником в доме. Неделя, это срок гостеприимства, но не дольше. Она гостья, но без прав.

Одна беда, Луиза день ото дня мрачнее, служанка донесла, что парочка из постели не вылазит, все что-то про ребёнка говорят. Но, видно, не получается.

Стоило подумать, как на лице появилась злорадная улыбка, ей ли не знать, что цена за яды — материнство. Ни одна из ведьм не может забеременеть, поэтому сначала рожают наследника, а уж потом…

— Если сам пойду к ней, то утром не проснусь, эта змея найдёт способ плюнуть мне в еду. Что же делать? — вопрос очень острый.

С тяжёлым сердцем решился на неприятный разговор, на всякий случай положил под язык спрессованную гранулу универсального противоядия и поспешил изгонять ведьму из «своего» дома.

Далеко идти не пришлось.

— Ваша милость, простите! — за Амалем по коридорам дома бежит встревоженный лакей, нехорошее предчувствие оправдало себя. Явно, что проблема с Луизой, а крайним назначат его, старшего в роду мужчину.

— Что у тебя, Абу?

— Там люди и городовой, требуют выдать им госпожу и господина, ваших гостей. За преступление, совершённое в соседнем королевстве. Вот требование властей, всё законно.

Абу дрожащей рукой протянул свёрток с приказом о немедленном аресте Луизы и Домиана де Бриля.

— Уф! Так, ты тихо проведи этих господ в крыло, где живут наши гости, а я пойду закрою мою семью в их комнатах. Не хочу, чтобы Луиза причинила кому-то вред, предупреди гвардейцев, что женщина опасная.

— Слушаюсь, конечно! — слуга поспешил к выходу, и по дому очень тихо пробежал отряд опытных гвардейцев, другие обогнули дом и встали под окнами на случай, если преступники решат сбежать.

— Именем закона, откройте! Не заставляйте нас ломать двери в доме почтенного господина! — в третий раз крикнул гвардеец, но ему никто не ответил.

— Господин, вот ключ, — прошептал и стразу открыл дверь Абу, но внутрь входить не решился. Нет желания поймать первый же отравленный дротик.

— Но тут никого нет! — прорычал начальник отряда.

— Это их покои, сейчас отправлю в хаммам служку, может госпожа там?

Но это бессмысленное занятие, стоило присмотреться, как даже самому неопытному сыщику стало понятно, тут кто-то очень поспешно собирал вещи.

— Зови своего господина!

Через несколько минут, запыхавшийся Амаль прибежал в комнату племянницы, хлопнул себя по бедру рукой, крикнул расстроенное: «Ай, шайтан на её голову!» и помчался в кабинет, один из сейфов открыт, преступники выгребли всё до последней монеты.

— В порт! Они точно должны сесть на корабль. Сбежали недавно! Ещё успеем! — капитану совсем не хочется предстать перед Рагором с пустыми руками, хотя бы де Бриля нужно поймать.

Три часа поисков в небольшом порту ничего не дали. Этих людей никто даже не видел.

— Они как сквозь землю провалились. А у госпожи магические способности были? — капитан решил продолжить допрос Амаля, но тот в расстроенных чувствах после ограбления сам не свой.

— Яды, больше ничего она не умеет. Тварь, дитя шайтана! Проклятая за грехи. Она и мужа своего убила, и меня ограбила. Не удивлюсь, если завтра мы тут тоже умрём, она могла всё отравить.

— Советую забрать семью, переехать в гостиницу, а в дом пустить ведьму, пусть проверит, есть у вас такая надёжная женщина?

— Да, спасибо за совет, сейчас всё сделаем, — несчастный дядя Луизы быстро отдал распоряжения, и все покинули дом. А к вечеру местная ведьма действительно нашла яд почти во всех продуктах.

— Я могу отправить по её следу проклятье, куда бы она ни побежала, попадёт в ад! Делать? — не дожидаясь подтверждения у потрясённого Амаля, сразу же начала готовить обряд. Ночная сорочка Луизы отлично подойдёт, а ещё зеркало в комнате, где она жила несколько дней и смотрелась в него.

Через час утомительных «процедур» ведьма поклялась клиенту, что Луиза и её любовник получат своё.

Где-то по дороге на север.

— Луиза, ты уверена, что эта дорога безопасная. Понятно, что нам нужно объехать королевство Рагора стороной, но тут земли проклятого герцогства. Мы вторглись в его пределы, а это очень нехорошо.

— Дом! Глупости говоришь! Эта дорога была отмечена на картах королевства как наша, Ровеннхольм владеет этой землёй, мы пересечём границу лишь однажды, когда придётся объезжать реку, — Луиза начала злиться, Домиан слишком много ноет.

— Милая, это ты не понимаешь! У тебя из-за яда и разум замутился. Любой, кто без права, данного герцогом, въедет на его земли — погибает! Лучше бы мы поехали в порт и уже плыли бы на юг!

— Нет! Это ты не понимаешь. На юге меня забьют камнями, я убила мужа Малика в первую брачную ночь. Об этом любая магичка донесёт, на жёнах это проклятье висит долго. Кроме того, любишь жару? Тебе нравится раскалённый воздух. Поверь, там днём можно яйцо разбить на камне и оно пожарится. Нет! Мы едем к твоим дальним родственникам за горы, там тихо, спокойно, денег у нас достаточно, обряд проведём в первой попавшейся деревеньке, поженимся и как приличная пара поселимся в городке на берегу изумрудной реки. Чувствую, что сейчас многие бегут на север, потому что Рагору все сложнее сдерживать своего демона, и люди его заметили. Никто не хочет жить под властью злого мага!

Она проговорила это менторским тоном, медленно сворачивая большой платок на коленях. Казалось, что этому плану не один месяц, так всё основательно продумано. Домиан махнул рукой и отвернулся в окно.

Тоскливый пейзаж восточных предгорий заставляет волноваться. Скоро то самое место, где дорога заходит на земли врага.

— Туман спускается с горы. Наш кучер знает дорогу?

— Да, знает! Ему хорошо заплачу, и он тоже стремится на север.

Вдруг карета встала.

— Дом, посмотри, что происходит! — прошептала испуганная Луиза.

— Происходит то, о чём я предупреждал. Морок герцога!

Дом открыл дверь кареты, сплюнул, попытался осмотреться, но бесполезно, туман окутал экипаж. Пришлось выйти, чтобы осмотреться.

— Кучер сбежал! Никого нет. Ни кучера впереди, ни охранника сзади. Они забрали деньги и убежали!

— Но я им дала малюсенький задаток. Они бы не сбежали сейчас.

Луиза выглянула из кареты, чтобы убедиться, не шутит ли Дом. Но он не шутит. Людей нет. Они выезжали ночью, обо всём договорились. И такая подлая подстава на дороге.

— Я сам могу управлять каретой, а тебе придётся сесть рядом. Раз ты видела карту, я этой дороги не знаю. Пошли, и плед возьми, тут сыро.

Молча Луиза села на облучок рядом с Домом, между ними стёрлась субординация, теперь он становится главным, и его приказы она вынуждена выполнять.

В непроглядном тумане, почти на ощупь кони очень медленно двинулись вперёд. Единственный ориентир, это шум реки, где-то внизу под обрывом. Дорога становится всё уже, Дом всё злее, движение всё медленнее. Не хочется думать, что кучер уснул и свалился в реку.

— Как было на карте, справа гора, слева река, если смотреть с юга на север?

— Кажется, да! А как иначе, река с гор течёт к морю. Каменный мост будет скоро.

— Не уверен, нам бы добраться до широкого места и развернуть карету, мы незаметно сможем проехать более безопасной дорогой, и не спорь женщина.

— Я и не спорю. Ой, смотри, впереди просвет! Видишь? — Луиза вытянула руку вперёд и показала луч света, пробившийся сквозь густой туман.

Карета немного ускорилась, но в этот миг сзади послышался шум, камни посыпались с горы.

— Гони! Гони! — визг Луизы заставил коней перейти на галоп. Карета набирает скорость, мчится от нарастающего гула камнепада.

Очередной камень упал совсем рядом, следующий ещё ближе, и третий булыжник влетел в саму карету, её перевернуло, под скрежет, вопли Луизы и ржание коней, несчастных путников снесло в реку.

— Хватайся за меня! Давай руку, глупая баба! — Дом с трудом ухватил Луизу и их понесло потоком ледяной воды куда-то вниз по течению, иногда больно ударяя об камни, закручивая в водовороты и накрывая с головой волной. Из-за густого тумана не видно берегов, и не понятно, куда их несёт.

— Я больше не могу, ноги свело судорогой, я тону, Дом! — простонала Луиза и отключилась. У де Бриля тоже сил нет грести, чтобы держаться на плаву. Кажется, это конец.

— Кто-то нас проклял, мне жаль, Луиза. Кажется, мы не выберемся. В этот момент очередной поток течения с силой выкинул их на очередной валун, ударил и лишил сознания. Последнее, о чём успел подумать де Бриль, это то, что ни разу не поцеловал свою дочь…

Запыхалась, пока бежала следом за Рагором. Длинные ноги у мальчика, быстро бегает. Вот и мои двери, огромные, тяжёлые. Почему-то показалось, что они заперты, дёргаю на себя слишком сильно, а они распахнулись, вбегаю и замираю.

Я ожидала увидеть всё что угодно.

И кого угодно.

Да, нет! Конечно, я всем сердцем ждала именно его.

В центре комнаты стоит кресло, в нём сидит Кай и держит на руках спящую Соню, едва покачивая.

Рагор как забежал, минутой раньше, так и замер. Чувствую, как его сейчас таращит и плющит от злости.

— Моя метка появилась быстрее, чем ты успел поставить на моей дочери, — запыхавшись выкрикиваю и спешу подойти к Каю, но королевич схватил меня за руку и крикнул.

— Обмен. Тебе отдам Ольгу, а себе заберу Софию!

Кай даже ответить не успел, я в бешенстве, так стукнула его свободной рукой в ухо, что несчастный вскрикнул и отпустил.

Маги, а разборки как на рынке, уж я такие финты с собой больше не позволю проворачивать!

— Рагор, я тебе уже предлагал помощь в возвращении в твоё пекло, иди с миром, и мальчика оставь, этот королевич не виноват ни в чём, а ты убиваешь его прекрасное тело, — Кай встал, но Соню не выпускает из рук, потому что только под защитой мага-герцога девочка в безопасности. Я прячусь за спиной любимого, и молча наблюдаю за происходящим.

Демон и не думает сдаваться. Я вижу в нём копиться энергия. И знаю, чем это заканчивается, у него точно есть сверхспособность перемещать всех и всё в пространстве и между мирами. Вцепляюсь в руку Кая, если уж лететь куда-то, то с ним и Соней.

Но в этот момент в комнату влетела Нун.

— Простите, господин, вы приказали их принести! Вот! — она как ни в чём не бывало прошла к столу и поставила два подноса.

Сдёрнула покрывала и вот они, две короны.

Они абсолютно одинаковые. Даже энергетики не чувствуется. Но кажется, я понимаю, какая из них настоящая. Стою как зачарованная.

Рагор посмотрел на короны, на служанку, на нас, и на окно.

А там! Пчёлы облепили штору, равномерный гул, заставляет нервничать даже меня. Нун покосилась на пчёл и на цыпочках вышла, закрыв за собой двери.

А у нас начинается поединок.

— Эти короны тебе знакомы. В любой другой ситуации, победитель выбрал бы настоящую. Но ты же понимаешь, тут есть подвох! — Кай говорит очень тихо, чтобы не разбудить Соню.

И я понимаю, про какой подвох говорит мой любимый.

— Главный подвох — это ты, Кай! — сдавленно прорычал Рагор.

— Если выбрать фальшивую корону, то ты не король! Если ты выберешь настоящую корону, она тебя убьёт, потому что ты неистинный для этого королевства, тоже, считай, проиграл. Мы все понимаем, что эта корона предназначена, только одному человеку в этом мире и это маленькая девочка Соня! Сыграем? Если каким-то чудом, корона тебя выберет, то ты станешь истинным для девочки, против магии идти нельзя. Убить тебя я не могу, так что жребий — единственный шанс узнать судьбу.

Мы замерли, даже пчёлы затихли.

Решиться на такой шаг непросто.

Подозреваю, что и Кай и Рагор прекрасно знают, какая из корон истинная.

Кай неожиданно подал мне дочь, я её взяла и прижала к себе, отошла за кресло и с замиранием сердца, смотрю, что сейчас случится.

Только бы Кай не взял левую — она настоящая…

Но он взял именно левую корону, закрыл глаза и надел на свою голову, что против правил, однако это не коронация, а примерка.

Он стоит, а я даже дышать забыла. И Рагор онемел от ужаса.

Кай — истинный?

Мой любимый стоял довольно долго, за это время могло случиться всё что угодно, и молния бы его пробила, и пчёлы бы ужалили, но вдруг корона начала светиться. Тёмные камни просветлели, и я ощутила всю мощь моего Кая…

Не могу сдержать слёз, такое облегчение испытала, казалось, что демон должен отступить, но нет.

— Сними, моя очередь!

— Может, наденешь подделку, как собирался на коронации? — с сарказмом в голосе Кай снял корону и вернул на поднос.

Рагор подошёл, взял настоящую корону и надел на голову.

И снова ничего…

— Видишь, братец, ничего не произошло. Я тоже претендент на это королевство, чувствую, как силы наполняют меня! Этого и стоило ожидать, ха-ха-ха! — ему смешно, а нам не очень.

Кажется, рулетка дала осечку…

Но в этот момент какая-то сила швырнула Рагора об стену, да с такой мощью, что он со стоном сполз по стене и упал, как сломанная тряпичная кукла. Корона свалилась с головы. А мы увидели тень. Ужасную, уродливую, демоническую сущность. Кай стремительно достал кинжал, и, произнося какие-то слова трижды против часовой стрелки, очертил круг в воздухе, он вспыхнул огнём, и как пылесос всосал в себя демона и сомкнулся.

Пых! И всё пропало!

Пчёлы ожили, зажужжали и вылетели в окно, Соня проснулась, и только тело молодого Рагора так и лежит у стены с открытыми глазами, бледный, с испариной на лбу. Но, кажется, живой.

Кай быстро подошёл к парню, проверил его состояние, положил удобнее и прошептал какие-то слова. Потом повернулся ко мне и выдал вердикт:

— Жить будет, но на восстановление уйдёт год, а может, и больше. Несчастный парень, демон над ним с младенчества издевался, убил его родителей, чтобы не мешали чинить беззаконие. Но теперь Вепхаару придётся сидеть в своём аду долго.

— Коля, всё закончилось? И этот гад не вернётся? — шепчу, но подходить к лежащему Рагору не хочется.

— Да, милая моя. В тот момент, когда ты выбрала меня, его привязка к этому миру оборвалась, — у Кая теперь есть дело важнее, чем лежащий на полу королевич.

Подошёл и обнял меня с Соней. Так и замер, слышу, как бешено бьётся его сердце, а моё, наоборот, замирает. Всё не могу поверить, что этот кошмар закончился.

— Но как? Корона тебя выбрала?

Он немного отстранился, посмотрел на нас, а в глазах такой лукавый, добрый блеск. Вот точно так в моём мире Коля смеялся.

— Соня меня выбрала, мы с ней договорились. Я люблю тебя, забочусь о ней, и она меня любит, как отца! Вот и весь секрет. Я просто люблю вас, просто люблю. Это выше магии.

Прижимаюсь к нему и понимаю, что в данный момент я самая счастливая, но я ещё не знаю, какой сюрприз мне приготовил любимый.

А пока, нам пришлось заняться неотложными делами, я с Соней, Кай распорядился, чтобы несчастного Рагора отнесли в его спальню, переодели и назначили ему сиделок.

— Парень очень страдал, но быстро поправится! Может, за год.

Не успеваю закончить наш важный разговор, как прибежал посыльный:

— Госпожа, там к вам колдун, с вечера требует впустить, но королевич запретил. А теперь-то что?

— Ох! Зохор! Впустить, это мой отец наречённый, он и королевичу поможет! — отдаю первый свой приказ в качестве хозяйки дворца.

И через несколько долгих минут уже слышим торопливые шаги Зохора, объятия, снова слёзы радости. Тут же приказываю отправить гонца на пасеку и сообщить Джону и Магде, что с нами теперь всё хорошо.

Долго рассказывали Зохору, что произошло, но он когда услышал про настоящего Рагора, вскочил и попросил отвести к пациенту.

— Я берусь его выходить. Но тут ему не место. Королевский замок его отторгает, — прошептал свой вердикт колдун, и это же самое недавно сказал и Кай.

— А как? — я немного потерялась.

— Когда ехал к вам на коне Джона, встретил несколько людей, говорят, сейчас графство и поместье де Брилей пустует. Графа нет, его жена сбежала на север, новые наместники тоже сбежали из родового гнезда де Брилей. Мне бы там было удобно, и слуги есть, и моя изба недалеко и пасека.

Кай улыбнулся. У него созрел план, но он пока решил не раскрывать. Сказал, только что коронацию нужно провести через три дня, пока народ не разбежался. И мы согласились.

Секретарь тут же составил объявление для подданных, красиво расписал, что призванный король и его истинная королева, а также дочь София, которую избрали эти земли, скоро примут настоящую корону власти, и в нашем королевстве наступит счастливая, богатая и безопасная эпоха. Как бывало при истинных королях.

В суете и заботах, вдруг поймала себя на простой мысли, что в замке стало легко дышать. И это все заметили, люди кругом улыбаются, даже за Рагором пришли с носилками, не такие запуганные, заботливые, с пониманием отнеслись к мальчику…

— Милая, тебя ждёт сюрприз, дождёмся, когда всё стихнет и…

— Ты меня поцелуешь? — улыбаюсь, потому что сама его поцелую.

— И это тоже, но мы должны проведать твоих родителей, ты поговоришь с мамой, покажешь им Соню, и они должны принять очень непростое для себя решение.

Я вдруг зарыдала, обняла Кая, прижалась к его сильному телу, только чтобы не упасть от новости.

Пару минут борьбы со ступором, пытаюсь осознать то, что он сказал.

— Мы к моим родителям? Моим? Туда? А как? А они? И Соню возьмём? — вытираю слёзы рукой, но это слёзы счастья. Я так надеялась, что это возможно. Но тут же замираю, ведь я не Оля! Примут ли они меня такой, чужой.

— Сейчас всё стихнет в замке, и я перемещу нас, такими, как мы сейчас покажемся им. Теперь все силы у меня восстановились, а с короной и твоей любовью, я теперь могу почти всё…

Поднимаюсь на носочки, обхватываю его мощную шею и замираю в поцелуе, узнаю тот вкус, что он напоминал всегда. Конфетки «Барбарис» любимые леденцы деда Коли…

Смеюсь и плачу от счастья, просто не хочу пока думать, о том, что мама и папа не поверят мне и не решатся уйти с нами сюда…

Во дворце всё стихло. Я поменяла пелёнки доченьке, покормила её перед нашим «прыжком», но Кай сказал, что ничего страшного не произойдёт. Это самая простая магия, она не выворачивает наизнанку, только перемещает между мирами. Он ещё что-то говорит, сам взял на руки Соню, обнял меня и начал читать какой-то страшный заговор. Вокруг нас появились маленькие вспышки, как искры от бенгальских огней.

Вдруг всё стихло, я сама ощущаю, что мы перемещаемся. Открываю глаза и понимаю, что нет, мы-то стоим, а вот окружение меняется. Как в фильме «Машина времени», вокруг нас происходят какие-то события из других миров, сменяя друг друга, так плавно, что не видно этой границы.

Кай вдруг выкрикнул какое-то слово, сильнее прижал меня к себе и прошептал:

— Открой глаза, только тихо. Тут сейчас поздний вечер.

Первое, что мне резануло по сознанию, это запах. Едва уловимый запах родного сада, скошенной травы, маминых цветов и бани, недавно в ней кто-то мылся, а теперь открыли дверь, чтобы просушить. Берёзовый веник, влажное распаренное дерево, и всё это под песни сверчков…

Август, у нас тут август и тишина.

— Ах-х…

С трудом вдыхаю сквозь давящий ком в горле, не могу стоять, ищу опору в крепких объятиях Кая. Это мой дом… Мой, и я вернулась.

— Ма-ма-а-а-а-а…

Вырвался из моей груди стон, и через несколько минут в окнах загорелся свет, и на порог выбежала она.

Моя любимая, ненаглядная, дорогая мамочка. О которой я думала, что больше никогда не увижу.

И теперь я в другом теле, в королевском платье, в драгоценностях, за цену которых можно купить наш весь посёлок, с дочкой на руках, и с любимым мужчиной. Стою, ожидая её вердикта, поверит или нет?

— Оля, Олюшка, это ты? Доченька? Вернулась?

— С другого мира, мама, с другого мира…

Она подошла, за ней отец, он смотрит с недоверием, не понимая, что это происходит, откуда тут такие ряженые пожаловали.

— Девочка моя, но ты выглядишь иначе.

— Да мама в том мире я такая, а это моя дочь, Соня. А это наш Коля, он спас меня и вернул.

— Прости, милая, мы не можем тут остаться, ради Сони не можем, — прошептал Кай и снова приобнял меня за плечи свободной рукой.

Эти слова вернули нас в реальность. Мама долго смотрела на моё новое, прекрасное лицо, потом обняла так крепко и заплакала. Ей непросто принять эту фантастическую данность. Ведь так не бывает.

Соня подала голос, привлекла наше внимание. Мама взяла малышку на руки и всё…

Это любовь с первого взгляда.

Сколько я не пыталась, так и не получалось у меня забеременеть, а потом после неудачной операции и вовсе распрощались с этой мечтой.

А сейчас малышка, моя дочь, у неё на руках и улыбается.

— Наша девочка? София, как бабушка? А нам с вами можно? Доченька? — вдруг выдал самый большой скептик в нашем мире — мой отец.

— Мы пришли за вами! Там есть пасека, примитивная, но вы справитесь, что скажете? — Кай выдал цель нашего внезапного визита, от предложения даже я вздрагиваю.

— А вещи? — мама уже готова бежать собирать сумки.

— Мы сможем несколько раз вернуться в ваш дом, а пока соберите самое необходимое, посмотрите, на новый мир, если понравится, то останетесь, — Кай так запросто, как туроператор, предлагает путешествие.

Родителей дважды просить не надо, мы поспешили в дом. Собирать вещи, а я ещё раз пройтись по родным комнатам и проститься с этим любимым миром, понимаю, что мне тут действительно нет места, я здесь умерла.

Через час сборов, переговоров по телефону с тётей Машей, чтобы она вернулась и жила тут, и позже разберутся с делами, когда вернутся. Ещё какие-то важные поручения. Но все как-то решилось, когда Кай сказал, что вернуться можно в любой момент, для них это не проблема. Это проблема для меня и Софи. Мы должны оставаться в своём мире в целях магической безопасности.

Как я потом поняла, у малышки нет никакой метки и Кай не хочет, чтобы у дочери она появилась, он желает для неё свободной воли выбора своей судьбы. Вот и будет избранный папа охранять покой доченьки.

Я только за! Все эти внезапные метки к добру не приводят.

Мы вернулись в замок. Снова суета, устроили родителей в одну из лучших комнат. Немного переживаю, за их разум, это очень сложно принять совершенно другую реальность, но хитрый маг Кай всё устроил.

— Есть шпионские метки в боевой магии, — начал он издалека, а я насторожилась.

— Это как связано с моими родителями? — как-то не очень хочется, чтобы кто-то заподозрил их в шпионаже, уж помню слова Зохора, про мой подозрительный вид.

— Специальный знак очень маленький, его маги ставят на затылок под волосы, чтобы не видно было. Так вот, этот знак не сразу, но немного изменяет человека, помогает быстро освоить речь, повадки и поведение людей в стране, куда забрасывают шпионов. И я поставил твоим родителям такие знаки, они временные, но помогут им привыкнуть и не выделяться слишком сильно на фоне других жителей королевства. Надеюсь, ты на меня не сердишься. И я у них не стал спрашивать, потому что это слишком долго объяснять, а с твоим отцом, мы уже так давно знакомы, что я знаю его протестный разум, откажется, хотя и страдать будет. А так примут как данность, ведь мир-то магический! — прошептал признание и поцеловал меня в лоб.

— Знаешь, из нас двоих ты самый опытный и мудрый, если считаешь, что так будет лучше, то я поддерживаю. Но как с именами быть? У них имена непривычные для местного народа, ну у мамы Анна, ещё подойдёт, а папа Алексей?

— Лекс, это очень магическое и сильное имя.

— О! Точно, рожу сына и так назовём! — я-то серьёзно, но Кай!

Он вдруг подхватил меня на руки и закружил в нашей спальне. Нежный поцелуй, потом ещё один и ещё…

— Я так мечтал об этом, любимая моя, единственная во всех мирах!

Мы замерли в темноте комнаты, мерцает одна большая свеча, оживляя наши тени на стене. Я как заворожённая тону в его страсти, кружевная сорочка сползает с тела, ох уж эти слишком глубокие декольте, одно неосторожное движение и я уже вся во власти моего единственного.

Жаркие руки, едва касаясь скользят по моей бархатистой коже, создавая волны приятных эмоций.

— Ты моя жена, с того момента, как выбрала мою метку. Жена! Люблю тебя…

Подхватил на руки, как пушинку, прижал к себе с нежностью, наслаждаясь моментом, предвкушением того, о чём мечтал долгие годы.

Глава 64

Голова кругом, никогда бы не подумала, что ужасный день, вдруг закончится так счастливо. Мечтала, но в какой-то момент потеряла надежду. И вдруг всё случилось, в моей душе непривычное ощущение наполненности, словно меня, наконец, собрали как пазл.

— Люблю тебя, обожаю, как мёд, сладкая моя жена.

Магия! Вокруг нас ожила, закрутилась, завертелась магическая сила, его одежда исчезла, и я ощущаю кожей каждое прикосновение, поцелуи и его реакцию на мои трепетные ответы.

Мне страшно!

Страшно, что всё вдруг исчезнет, и это окажется сном. Ведь так уже было, а последние события с трудом можно назвать реальностью.

До встречи с родителями, единственным моим якорем в этом мире была Соня. Прижимая её к себе, ощущала силу жить и оставаться тут при любых обстоятельствах.

Но это материнство, оно естественно, а теперь всё меняется, я становлюсь самым важным якорем для Кая, только я могу вернуть его в этот мир навсегда, и на законных основаниях.

И тут ни клятвы, ни обряды не помогут, ничего, кроме искреннего чувства любви.

— Хочу быть твоей навсегда, — поднимаю руки, вытягиваюсь вдоль его невероятного, могучего тела, запускаю пальчики в густые волосы и легонько ласкаю кожу, заставляю вздрагивать от удовольствия и улыбнутся.

— Ты моя, нет, не так, я весь твой, милая моя. Я весь твой, ты спасла меня, сама спаслась единственно верным способом, и меня вытащила за собой. Ты невероятно сильная, в тебе магии столько же сколько и любви.

А я уже ничего не слышу, наслаждаюсь своей хрупкостью, лёгкостью. Никогда не ощущала себя нежным цветочков в сильных руках мужа.

— Ты похож на огромного медведя, вот почему так меня любишь, я сладкая?

— Вся сладкая, хочу попробовать тебя на вкус, всю, моя нежность.

Секунда и я вытягиваюсь в постели под натиском его сладких запретных поцелуев, такого взрыва ощущений не ожидала от себя. Мой стон ласкает ему слух, но я от усталости не выдерживаю, обхватываю ногами его бёдра и заставляю войти, ворваться в меня своим возбуждением, заполнить и снова заставить стонать от удовольствия. Ещё и ещё вздрагивать от каждого толчка и выгнуться под ним в моменте его экстаза.

Так было хорошо, но страшно, мы оба боялись непредсказуемого эффекта от магических сил, не хотелось бы в самый прекрасный момент перенестись в какой-то чужой мир или оказаться на площади в базарный день.

Что-то, мне кажется, и на такое мы способны, если не сможем контролировать себя. Но это единственный сдерживающий фактор, не боялись бы мы магии, наша ночь взорвала салютом небо над замком.

Но мы тихо, так тихо, чтобы никого не разбудить.

Теперь в его объятиях, прижавшись телом, ощущая его силу, я вдруг безмятежно уснула.

А утром мы проснулись в новом мире!

Вокруг всё изменилось. Наполнилось счастьем и радостью.

Но не праздником единым, есть и дела житейские.

У нас новые заботы.

Список забот: адаптация родителей, подготовка к коронации, здоровье несчастного королевича, и граф, который тоже требует ухода, перестарался с ним демон, лишил рассудка.

Завтрак накрыли в просторной столовой, мама и папа вышли в сопровождении лакея, и я их не узнала. Они помолодели лет на двадцать! Такие молодые и красивые, довольные и счастливые. А как им идут местные одежды.

Моё довольное лицо расплывается в улыбке, из глаз снова слёзы радости. Не ожидала я такого бонуса от магического мира.

— Мама, папа, вы теперь снова молоды, и такие красивые! — обнимаю их, целую, но мама срочно забрала у меня Соню и все поцелуи ей.

— Да! Это удивительно, и мы вчера почти всю ночь проговорили, после шока, как увидели себя в зеркало. Но решение принято! — отец говорит вроде спокойно, но он взволнован.

— И какое? — Кай помог маме сесть рядом с нами и Соню положил в маленькую люльку. Скоро войдёт Зохор на завтрак, и нам надо наедине договориться об условиях нашей жизни.

— Мы остаёмся. Без Оли там наша жизнь ужасная. Мы долго не протянем. А тут! Я хочу прожить эту новую жизнь с Анной снова. И раз мы так молоды, родим дочке братика, такого шанса ни у кого не было. И я не хочу гневить бога, отказом!

Не могу сдержать эмоции, я так на это надеялась, и чудо случилось.

Кай тут же выдаёт инструкции:

— Тогда легенда такая, вы настоящие родители Эйлин, графского рода Клермон. К несчастью, они все погибли, так что никто не станет сомневаться в вашей родословной, скажем, что вы приехали, как только узнали, что ваша потерянная дочь Эйлин Мелисса Клермон жива.

— Анна и Лекс Клермон? Очень красиво, я согласна, — прошептала мама и в этот момент дверь открылась и вошёл Зохор. Я уловила его смущение, он почуял родственную связь между мной и родителями.

— Это наш Зохор, он защищал нас с Соней, названый отец…

— А! Крёстный? Захар, значит, спасибо, друг! Спасибо за защиту, девочек, — отец встал навстречу Захару, теперь с лёгкой руки моего отца его так и будут называть, мужчины пожали руки и обнялись. Как всё просто оказалось: «крёстный», и не надо голову ломать над нашими новыми родственными отношениями.

— Я рад, очень рад, что всё так сложилось и обошлось почти без жертв. Но Рагору придётся года три восстанавливать силы. Магия его спасёт, но он должен сам научиться жить, чтобы не стать магической марионеткой. Понимаете, господин Кай? — Захар присел рядом с нами за стол, рассказал свои мысли и Кай немного задумался.

В этот момент нам подали королевский завтрак, Кай сделал жест над едой, и его поняла только я, проверка на безопасность, нам предстоит еще почистить замок от наследия Луизы и демона.

— Приятного аппетита, я очень рад, счастлив, что вы моя семья. Но повторю, в замке Рагору не место, поэтому кто-то должен с ним уехать на безопасное расстояние, — голос Кая звучит, как приговор.

— А я его заберу со своей второй дочерью, она же наследница графа, единственная законная, не так ли? Вот вдвоём с Ёлей и поднимем парня, у неё есть способности к магическому врачеванию, там и пасека недалеко, так что поставим Рагора на ноги, сделаем настоящего мужчину!

В этом заявлении все услышали своё. Захар смог удивить всех.

Первым опомнился папа Лекс:

— Пасека? Тут есть пасека?

— Да, папа, и я на ней уже работала, теперь там Магда и Джон, но они боятся пчёл. А мёд тут магический, без тебя пасеку не поднять. Королевскую пасеку. После коронации отвезём вас посмотреть. Но жить там только сезон лета, а на сезон дождей тут, что скажете!

— Да нам о большем и мечтать не мыслилось. Пасека в волшебном мире…

— Ой, пап, а какая там рыбалка. Джон дротиком вот таких форелей ловит, сама бы там жила, но Соне место тут.

— А вы говорите, там кто-то сейчас живёт? — мама тоже заинтересовалась пасекой, она тоже любит это дело.

— Да, Джон и Магда, но они переедут в усадьбу де Бриль, там надо навести порядок, Джон очень ответственный и Магда — идеальная хозяйка, они вам помогут, так что вы одни там не останетесь. И мы будем часто в сезон приезжать. Мёд тут восхитительный, волшебный!

— Охотно верю. Тогда не будем тянуть.

— Сир! Могу попросить отправить карету за моей младшей дочкой Ёлей и Джоном, и Магдой, хочу, чтобы они на вашей коронации присутствовали! — Захар напомнил то, что мы уже ранним утром приказали исполнить.

— Карета уже в пути! После обеда они приедут! Ты очень заботливый, дорогой Зохор! Мне так повезло, что ты меня поддержал! Спасибо большое!

— Тебе спасибо, что осчастливила наш мир и осталась тут королевой! Ведь ты богиня, тебе в любом мире хорошо.

— Нет! Мне хорошо в том мире, где есть Вы! Вы все!

Лекс и Анна Клермон

Два дня мы крутились как белки в колесе, подъём до восхода, и спать за полночь.

А все потому, что коронация на носу!

Праздники людям нужны, особенно после волны страха и паники, что мир захватил демон-королевич Рагор.

Пришлось нам провести несколько культурных мероприятий, встречи со знатными домами страны. Зохор очень помог, его теперь все называют Захар де Горн, этот графский чин колдуну официально присвоит Кай после коронации. Новый граф проявил недюжинные дипломатические способности, Каю даже жаль его отпускать в графство, но тот настойчив, надо выхаживать Рагора, и всё.

Магда и Ёля сначала смущались, что к ним как к знатным дамам отношение, но смирились.

И самое бесценное событие, когда Магда нарядилась в восхитительное торжественное платье, вышла, чтобы показать, подойдёт ли оно на коронацию, Джон потерял дар речи. Он всегда-то немногословный.

Стоит огромный мужик, и в глазах слёзы, на устах глуповатая улыбка от счастья. Вдруг опустился на одно колено перед своей принцессой и прошептал так, что у нас всех и у меня и Ёли и мамы слёзы навернулись?

— О, силы магии! Любовь моя Магда Аурелия, одним взглядом ты заставляешь моё сердце замирать и биться с неистовой силой, нет никого в этом мире, к кому бы моя душа тянулась с таким трепетом. Люблю тебя больше жизни, будь моей женой, любовь моя!

Хотелось сказать, что он поэт, но держусь, не хочу портить момент, вытираем платочком слёзы, любуемся на шикарную пару и ждём, когда Магда отойдёт от шока и согласится:

— Я, я, я же в озере тебе поклялась!

— Хочу, чтобы это услышали все родные, — он настойчив!

— Да, люблю тебя, барон Джон Норт! Мечтаю жить с тобой рядом и любить…

Мы захлопали, не жалея ладони. Магда покраснела, и Джон поднялся, обнял её и поцеловал, так нежно, что мы дружно вздохнули от умиления: «Ах!»

В суматохе дел так приятно, когда случаются такие события, радостные, жизнеутверждающие. Но Магда прошептала Джону, чтобы тот вышел, у нас тут свои женские секреты, а ему место с мужчинами:

— Господину Лексу покажи тут всё, сделай полезное дело. Господин колдун занят Рагором, Его Высочество Кай государственными делами, один ты без дела!

— Слушаюсь, моя королева, — но он её всё же обнял, и поцеловал, а потом сбежал к моему отцу, показывать, как устроено все в этом мире. И с этого момента у них началась крепкая мужская дружба, не разлей вода, они уехали на рынок, потом в мастерские, на кузницу, если бы не ночь, так бы и пропадали в городе, исследуя и всё, что тут есть.

Ох, этому миру повезло, мой отец, поди уже кучу советов всем дал, и точно дельных. Уж он во всём разбирается, а про технику, так и вообще. Насосы, канализация, водоснабжение, отопление, он всё приведёт в порядок. Уже думаем, может его оставить в городе на какое-то время. Но пасеку он ждёт, и это чувствуется, кажется, что сразу после коронации сбежит…

Наступило то самое утро, долгожданное для народа, и немного пугающее нас.

Каю и мне предстоит прилюдно надеть короны, мне фальшивую, а королю — настоящую.

— Милый, я настаиваю на том, чтобы ты во время коронации держал на руках дочь! Она залог твоей власти, она тебя выбрала. Но я помню, как магическая сила швырнула бедного Рагора об стену, чтобы выбить из него демона. Боюсь за тебя.

— Я бы поспорил, но ты права. Первой корону наденут тебе, потом мне и Соне. С такой мощной магией не шутят. Я пришлый герцог, и земли меня приняли только благодаря клятве вам, мои любимые девочки!

— Вот и молодец! Слушайся жену! — не могу удержаться, тянусь к нему за поцелуем, пробую на вкус его губы и они снова с ароматом «Барбарисок», кажется, кто-то сделал запас в нашем мире из сладостей.

— Это мой маленький секрет, не выдавай меня, Оля конфетка моя сладкая! Вся!

— Главное, один не путешествуй, боюсь, вдруг пропадёшь.

— Нет, без вас я за границы нашего мира не могу и шаг сделать. А теперь продолжим учить текст клятвы, люди нам должны доверять, мы чужаки, поэтому традиции должны соблюдать максимально.

— Ты прав!

Мы выучили клятвы правителей и проверили короны, Нун от греха сослали в город, другие служащие оказались неопасными. Всё готово к коронации.

Утром мы встали рано, не спеша, соблюдая все правила этикета, собрались, облачившись в торжественные одежды и под звуки музыки, вышли на площадь, там уже установлены два трона на небольшом балконе, нас будут видеть все, кто придёт на площадь замка.

Всё в цветочных гирляндах, играет музыка, торжественный момент, над нами вдруг зависло огромное облако, это мои пчёлы!

Они прилетели поздравить меня и принять присягу? Не только люди живут в этом королевстве!

Я поклонилась моим маленьким подданным и прочитала клятву людям. Епископ возложил на мою голову довольно тяжёлую корону, и она неожиданно засияла. Я даже испугалась, а не перепутали ли нам их?

Но не смею ничего менять, живая и хорошо. Улыбаюсь, надеясь, что мой испуг никто не заметил, кроме Кая.

Теперь его очередь произнести клятву народу, он говорит уверенно, громко и люди ему верят. На его руках маленькая дочь, а глаза нового короля блестят золотом. Он красивый, сильный, надёжный и внушает уважение. Это чувствуется.

Настал тот момент, когда епископ быстро поднял корону с подушки и возложил на голову нового короля.

Мы замерли!

— Я королева Мелисса — повелительница пчёл во всех мирах, принимаю и провозглашаю королём мужа моего Кая сына Эринга, провозглашаю возвращение магических сил в наше королевство, всё по закону, во имя любви и справедливости! Клянусь!

— Клянусь! Клянусь! Клянусь! — произнёс новый король, и его корона засияла так, что все, кто видел это, ахнули. Королевство приняло нас.

Выдыхаю с облегчением. Теперь у нас законные полномочия. А корона так и продолжает сиять! Заставляя людей смотреть на нового короля с уважением и любовью.

— Да здравствует король Кайлайн и королева Мелисса, — это наши официальные имена. Снова привыкать, но я на такие мелочи не обращаю внимание. Очередное красивое имя, для моего Коленьки я всегда буду Оленькой!

Он целует меня, и народ вспыхивает ликованием! А у меня сердце замирает, потому что вижу в первом ряду моих самых любимых людей во всех мирах. Это непередаваемое ощущение счастья, хочу запомнить момент навсегда, но папа, такой папа, у него фотоаппарат в руках! Когда успел принести в наш мир?

Но я так этому рада, с моей волшебной свадьбы останутся фотографии, волшебство, да и только!

Несколько счастливых лет спустя.

Эти годы пролетели в счастье, наша страна расцвела. Портовый город заключил с нами прямой договор о торговле с северными и горными странами. Мой отец и Джон Норт сдружились, пасека так и осталась бортовая, на ней работают способные работники, под руководством отца бизнес разрастается, за нашим волшебным мёдом очередь, со всех соседних стран. Кай постарался и теперь там плантации волшебных цветов, пчёлам раздолье, пчеловодам счастье.

Но сам граф Лекс Клермон решил заняться развитием производства, и король Кайлайн позволил своему опытному другу вмешиваться во все процессы, да и сам принимает участие в инновациях, у Коли тоже опыт богатый.

Через год у нас появилась первая паровая машина, потом отец начал продвигать идею электричества. Не обошлось без магической помощи Кая, но наука у нас неожиданно прижилась. И мне уже кажется, что люди моего папу считают магом в большей степени чем короля и колдуна Захара. Маг-инженер, первая специальность — это как первая любовь, не забывается.

Но для меня так важно, что родители тут счастливы и на полную катушку реализуют свои мечты.

У помолодевшей мамы родились близнецы, мои маленькие братья, и я так этому рада, два папиных любимца Виктор и Тимур растут, как и положено молодым богатырям.

У Магды и Джона совсем недавно родилась дочь, а до этого сынок, светленький в папу, все так и продолжают считать Джона моим братом, мы немного похожи. Может быть, мы и правда, родня, об этом что-то говорил колдун Захар, но мы предпочитаем в эту тему не углубляться, ради родителей, они назвались фамилией Эйлин, не хочется выяснять правду, и терять доверие народа.

Родственники и родственники, нас это только радует.

Самое долгожданное событие в моей жизни, рождение сына.

Было сложно!

Оля бы с лёгкостью родила такого крупного малыша, а королеве Эйлин Мелиссе нелегко пришлось с таким богатырём. Но магия нас спасла, и медицина помогла, никто не знает, но мы на роды уходили в наш мир, и рожала я в перинатальном центре, платно сделали аккуратное кесарево и никто не пострадал, в такой ситуации это самый лучший вариант. Даже муж в обморок не грохнулся на партнёрских родах. Так что мы немного схитрили, но силы магии нас простили, как мне кажется, потому что Лекс Эринг младший растёт не по дням, а по часам, такого красивого и крепкого мальчика никогда в жизни не видела. Настоящий сын своего отца, и в нём много магической силы, он слишком подвижный и только один человечек успокаивает своего непоседливого братца — сестра София.

Софии уже шестой год, и она обожаемая дочь, кажется, что от этой девочки исходит свет, даже в тёмной комнате, стоит ей войти, становится светло. Её магические силы возрастают с каждым днём, но какое же у неё доброе сердце. В будущем она станет самой лучшей королевой, под охраной своего брата и дядюшек-близнецов, нам на радость подрастает поколение красавцев.

И вот, кстати, про красавца.

Рагор, наш прекрасный принц, три года несчастный мальчик приходил в себя после морока демона. Но умелый колдун Захар поставил Рагора на ноги, а доброе сердечко нашей милой, ласковой Ёли, растопило лёд в его душе. Недоверие к королевичу, признаюсь, было. Но Король Кайлайн принял однажды у себя в кабинете Рагора и долго с ним разговаривал, желая убедиться, что следа тьмы в парне не осталось.

— Он чист! Теперь полностью владеет собой, — выдал свой вердикт Кай. Но мы не успели порадоваться, как Рагор поклонился, и неожиданно заявил.

— Ваше Величество, я прошу руки юной графини Ёли де Горн, моё сердце ожило благодаря доброте этой прекрасной девушки. Без неё в этом мире все краски гаснут, и наступает для меня темнота. Люблю её искренне и всей душой, — он так это сказал, что у нас с Каем мурашки по спине пробежали. Он говорит, словно Ёля для него воздух.

Кай улыбнулся.

— А сама юная графиня? Ты её согласие спрашивал? — по-отечески спросил у парня, но тот даже не смутился.

— Да, я спрашивал, мы любим друг друга.

— Позови сюда невесту, я благословлю вас с позволения отца невесты, колдуна Захара!

Колдун сразу улыбнулся и кивнул, и стоило парню выбежать, выдал вердикт:

— Он здоров, и любит Ёлю. Но у девочки открылся дар лекарства, она очень талантливая, так что я позволю, если замужество не отвлечёт её от служения. Сами знаете, что если магия не работает, то добрая фея превращается в старую, злую грымзу наподобие старой Джейн.

— Да уж! Тогда сделаю это условие основным. Раз считаешь, что твоя дочь способная лекарка, так тому и быть.

В этот момент открылась дверь и Рагор за руку, с такой нежностью и заботой ввёл нашу любимицу, Ёлю. Она похожа на оленёнка, огромные тёмные глаза, нежные черты лица, по детской привычке поджатые губы и стыдливый румянец. Она так и не научилась быть графиней.

— Милая, девочка моя, Рагор попросил твоей руки, но тебе всего семнадцать лет, не рано?

— Он спросил меня, и я согласилась, если позволите, то свадьбу назначить на следующую весну. Не рано, в самый раз. Неприлично, что мы неженатые, живём под одной крышей. И не родственники.

— Тебя только приличия смущают, Ёля? — вдруг задаюсь вопросом, и она тут же смутилась, покраснела вся и улыбнулась.

— Как можно не любить его? Он красивый, умный, ласковый и знает цену жизни, он самый лучший для меня, Ваше Величество! Я очень люблю его, очень!

Рагор услышал её ответ, вздрогнул, кажется, она впервые произнесла эти слова. Не обращая внимание на наши ах-охи-вздохи, наш Рагор сгрёб любимую в объятия, и мы видим слёзы на его ресницах, сомнений нет, этот мужчина лучший для девочки. Раз она сама выбрала его, то нас тут можно и не спрашивать. Но король встал и произнёс:

— Объявляю вас женихом и невестой, назначим свадьбу на весеннее равноденствие, чтобы дни ваши приносили радость вам и всем, кто рядом!

— Спасибо, — прошептала Ёля, схватила за руку жениха, и они сбежали, а у нас закралось сомнение, насчёт тихой скромности нашей девочки, она сильная, очень сильная, и Рагор рядом с ней проживёт счастливую, наполненную радостью жизнь, но подкаблучником. Не могу сдержаться и улыбаюсь, как же хитра судьба, всех расставляет по своим местам.

Захар поклонился и вышел к своим детям, ему очень хорошо рядом с ними.

А моё место рядом с обожаемым мужем, детьми и семьёй.

Когда-то мечтала о таких встречах, о счастье и любви, и так неожиданно всё осуществилось.

Протягиваю руку, и мой любимый целует её.

— Кай, милый мой Коля, как ты, должно быть, страдал в нашем мире, прости, что не видела твоих чувств…

— Милая, шутишь? У нас разница в возрасте почти семьдесят лет была в твоём мире. Так что демон вмешался грубо, но расставил все по своим местам. Соединил нас. Но, у меня есть один пикантный момент, только не смейся.

Мои брови ползут вверх, не дай бог, он признается, что у него была какая-то женщина.

Но нет…

— Хочу пояснить, маг свободен, пока жив, в первую свою жизнь, каким был я до того, как демон убил меня и отца, вот тогда я еще имел право выбора и свободу любить.

— Так? Ты меня любишь вынужденно? — мне стало как-то не по себе.

— Нет, ты не поняла, маги получают настоящую любовь, и она как якорь, ты держала меня в твоём мире, и теперь твоя метка заземляет меня, это очень хорошо, не будь любви, ничего бы не получилось. И я бы против воли попал обратно в наше проклятое демоном герцогство. Оно закрыто от людей, редкий маг может пройти или опытный охотник, но долго там никто не выдержит.

— Постой, а к чему этот разговор?

Я начала догадываться, но всё же муж начал совсем уж издалека.

— К тому, что у демона была тут меченная женщина и она погибла, вот поэтому мы так легко смогли от него избавиться.

— Что? Кто? Луиза?

— Вот теперь начинается самое смешное, старая паучиха Джейн. Больше ста лет назад получила метку демона, но ты вмешалась, крикнула, чтобы я искал тебя, и я смог его выбить на некоторое время в ад. Он вернулся сюда в теле несчастного королевича, но не мог тебя получить сразу только потому, что его метка горела у паучихи. Её убила Луиза, я видел доклад дознавателя. Старуху отравили. Но она потому и не смогла принять тебя в своём доме — ты её соперница. Вот такая шутка судьбы. У демона было две метки, но ни одна не спасла.

Я и правда рассмеялась, представив свадьбу Рагора и старой Джейн. Так что где бы сейчас демон ни завис, он должен быть нам благодарным, спасли его от свадьбы с полоумной ведьмой.

— Ой, зачем ты мне это рассказал, я теперь на несчастного Рагора и смотреть-то спокойно не смогу.

— Сможешь! Но, чтобы больше этих парадоксов не случилось, я на Софи поставил запрет на метки, она сама выберет себе мужа, так же как Ёля и ты!

Вместо ответа, тянусь к мужу за сладким поцелуем и получаю его, он такой мудрый, как же мне повезло с ним. Самым лучшим.

Счастье, вот что подарила нам магия, если не требовать от неё слишком много, то она одаривает сполна.

Где-то в зачарованном герцогстве, мокрый, замёрзший очнулся Домиан. Приподнял голову, оказалось, что река вынесла его на берег, но место опасное, в любой момент снова может утянуть в бурный поток.

— А-м.

Простонал и собрав последние силы, пополз от воды на песчаный берег, вряд ли удастся согреться и просушить одежду при таком тусклом свете. Туман почти рассеялся, но выше над горами висит серая дымка.

— А-а-а-а! — с реки послышался стон.

Луиза выжила, удивительно живучая дрянь, подумал про себя Дом, хочется отползти от неё подальше и вообще бросить. Может, вода её утянет и притопит.

— Дом! Ты меня слышишь! Я знаю! Помоги!

— Сил нет! Я умираю, мы плыли слишком долго, у меня сломано ребро и рука, да и нога. Так что сама спасайся.

Он уже начал чувствовать нестерпимую боль, хорошо его приложило об камни в воде. Чудо, что он вообще выбрался.

В таком месте ждать помощь бессмысленно, смерть будет мучительной и долгой, может, зря вылез? Только подумал об этом, как получил удар.

Невидимая сила влетела в него с такой злобной мощью, что Дом потерял сознание. А когда очнулся, осознал, что идёт по еле заметной тропе через лес.

Идёт! Сам!

А следом в мокром платье, постоянно сыпля проклятья на его голову, прихрамывая, шагает Луиза.

Это похоже на ужасный сон, так не бывает. Ими кто-то управляет. Но боли нет. Поднял сломанную руку, но она полностью зажила.

— Что произошло? Ты видела?

— Видела ли я? Да, я пережила это! Тебе-то хорошо, он в тебя вселился! И ты не чувствуешь его магии, себе-то он не дурак вредить, а мне он так помог, что до сих пор всё болит, словно меня пять коней топтали! — проворчала, срываясь на хрип Луиза.

— Да кто?

— Ты идиот?

— Да! Потому что связался с тобой, и не выбрал жену! Так что расскажи мне как идиоту, доходчиво.

— О, за что? Демон! Тот, что был в теле Домиана. Я его подставила, убив Джейн, а Кай убил его и выкинул в это проклятое герцогство.

— Стоп! Я же просил, как для идиота! По порядку! — прорычал Дом и вдруг сам всё почувствовал. В его теле есть ещё одна душа, дух. Очень злой, но неимоверно сильный. Сначала накрыла паника, а потом счастье.

— О! Господин, выбрал меня? Я это вы?

В ответ он получил довольно сильный импульс силы, тело согрелось. Магия обволокла его, и одежда моментально просохла.

Не веря в своё счастье, Дом готов бежать, но вдруг почувствовал, что Луиза, теперь его истинная, на ней появилась метка.

Что-то заставило поднять голову и вдали появился огромный замок, красивый, но печальный.

— Луиза! Мы новые герцоги!

— В проклятом мире, так что слуг тут нет, еды нет, жизни нет.

— Ошибаешься, всегда полно тех, кому место в проклятом месте, поспешим. Это мой дом и теперь твой!

Дом прибавил шаг, теперь ему очень легко идти, и Луиза согрелась, их словно подгоняет невидимая сила.

Через час, ожившая парочка вошла в открытые ворота замка, и показалось, что тут совсем никого. Но это только кажется.

Медленно из своих укрытий выходят заблудшие, злодеи, душегубы, преступники, все, кого магическая сила безжалостно скидывает в этот проклятый уголок мира. Они вышли приветствовать своего господина и его истинную.

Низко кланяясь, и со страхом присягая на верность новому герцогу, каждый называет своё имя.

— Вот видишь, каждому герцогу найдутся свои подданные.

— Не самое приятное общество! — проворчала Луиза.

— Как будто ты лучше! — хмыкнул Дом. Его сила разворачивается, скоро он овладеет ей полностью и тогда…

Тогда можно найти новую страну, королевство, да мало ли в мирах неприкаянных мест, нуждающихся в короле!

— Ваше Величество! Мы так долго ждали вас! —навстречу вышел тучный мужчина и очень зло посмотрел на Луизу.

— Малик? Мой бывший муж? — простонала Луиза.

Малик рассмеялся и ответил:

— Да, это я! Ждал тебя давно! Но теперь ты принадлежишь герцогу, подожду, когда ты ему надоешь, и вот тогда…

— Нее-е-ет! — простонала Луиза, предвкушая весёлую жизнь в замке ей предстоит оплатить все счета. Как и всем тут.

— Добро пожаловать в мой ад, дорогая! Чувствуй себя как дома! Королева Луиза!

Спасибо большое, что выбрали эту книгу!

С нетерпением жду вас в других моих историях.

Княжна попаданка. Последняя из рода (3 книги)

https://author.today/work/series/40055

Экономка тайного советника (однотомник)

https://author.today/work/428958

Жду Вас в моих новинках, не забудьте подписаться, у меня часто выходят новинки! Книги пишу быстро, публикации каждый день, потому что я обожаю придумывать захватывающие истории. Всё для моих дорогих читателей 💖

https://author.today/u/diya/works

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Хозяйка пасеки. Медовый бизнес попаданки